Введение
Глава  I.  Фашистская  система  экономической  мобилизации  в  сельском  хозяйстве  в  годы  войны
2.  Перестройка  имперского  продовольственного  сословия
3.  Система  продовольственного  обеспечения  армии  и населения
Глава  II.  Условия  аграрного  производства  и  положение  крестьянских  масс
2.  Материально-техническое  снабжение  сельскохозяйственного  производства
3.  Кредитная  и  налоговая  политика  правительства.  Регулирование  аграрного  рынка
4.  Наёмный  труд  и  эксплуатация  иностранных  рабочих и  военнопленных
Глава  III.  Аграрная  политика  гитлеровского  правительства  на  оккупированных  территориях
2.  Попытки  «преобразования»  аграрной  структуры
3.  Нацистские  «военные  поселения»
Глава  IV.  Банкротство  аграрной  политики  фашизма
2.  Развал  системы  продовольственного  снабжения
Заключение
Источники  и  литература
Оглавление
Text
                    СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ  НАУЧНЫЙ  ЦЕНТР  ВЫСШЕЙ  ШКОЛЫ
 А.  А.  Аникеев
 АГРАРНАЯ  ПОЛИТИКА
НАЦИСТСКОЙ  ГЕРМАНИИ
В  ГОДЫ  ВТОРОЙ
МИРОВОЙ  войны
 Ответственный  редактор
академик  |  А.  Л.  Нарочницкий  |
 РОСТОВ-НА-ДОНУ
ИЗДАТЕЛЬСТВО
РОСТОВСКОГО  УНИВЕРСИТЕТА
1990


ББК ТЗ(4Г) 63,022.1. ■—2 А 67 Печатается по решению отделения истории и права Се¬ веро-Кавказского научного центра высшей школы Рецензенты: доктора исторических наук Остриков П. И., Козюченко В. А. Редактор Паламарчук А. Б. Аникеев А. А. Аграрная политика нацистской Германии в годы вто- А67 рой мировой войны. — Ростов-на-Дону: Издательство Ростовского университета. 1990. — 208 с. 15 ВЫ 5—7507—0237—5 Монография посвящена вопросам аграрной политики фашистской Гер¬ мании в 1939 —1945 гг. Впервые в советской историографии освещаются основ¬ ные ее направления накануне и в годы второй мировой войны, показывает¬ ся эволюция социально-экономической структуры немецкой деревни в этот период, раскрываются формы и методы милитаризации аграрного производ¬ ства, система государственно-монополистического регулирования хозяйства, источники продовольственного баланса рейха, причины краха аграрной по¬ литики фашизма. Привлечены ранее не вводившиеся в оборот архивные материалы ГДР и СССР. Монография рассчитана на научных работников, преподавателей истории, аспирантов, студентов. 0506000000—31 А 15—90 М 175(03)—90 ББК ТЗ(4Г)63,022.1.—2 151Ш 5—7507—0237—5 © Аникеев А. А. 1990.
ВВЕДЕНИЕ Вторая половина 80-х годов нашего столетия войдет в исто¬ рию как важный этап мирового развития, как время широкого распространения нового политического мышления в мире. Стра¬ ны противоположных общественных систем от политики кон¬ фронтации перешли к международному сотрудничеству, к обуз¬ данию гонки вооружений и к практическому разоружению. Это явилось результатом усилий Советского Союза и других социа¬ листических государств, нового подхода политических деятелей и партий ведущих капиталистических держав к реальностям ядер- но-космического века. Однако среди тех, кто выступает против политики разрядки международной напряженности, нового мышления, находятся империалистические силы из неофашистского лагеря. На этой волне им удалось добиться существенного влияния в ФРГ, Фран¬ ции, Италии и некоторых других странах. Неофашизм превра¬ тился в постоянно действующий негативный фактор политиче¬ ской жизни многих капиталистических государств. Несмотря на новые подходы советских ученых к оценке со¬ временного буржуазного общества (его возможностей в исполь¬ зовании НТР и саморегуляции, развития социальной политики и т. п.), мы должны признать генетическую связь между импери¬ ализмом и фашизмом, стремление отдельных кругов буржуазии с помощью военной машины фашизма приостановить социаль¬ ное обновление мира, навязать человечеству наиболее консерва¬ тивную тенденцию развития. Это требует, чтобы исследование империализма было про¬ должено, чтобы была выявлена взаимосвязь его политики и эко¬ номики в экстремальных условиях] военных конфликтов и осо¬ бенно мировых войн. Две мировых войны обескровили экономи¬ ку многих государств, поглотили 6 триллионов рублей матери¬ альных средств. В результате этих войн многие страны были отброшены в своем развитии на десятки лет. Войны способство¬ вали всплеску агрессии и насилия в международной жизни. Ныне, когда народы требуют провести реальное разоружение, «перековать мечи на орала», людям важно знать, в каких усло¬ виях и какими экономическими и военно-политическими сред¬ ствами империализм готовил войны. Надо знать: каким образом отразилась на положении трудящихся масс крупнейшая из этих войн — вторая мировая. Требуется ответить на вопрос: во имя чего миллионы человеческих жизней были испепелены в горниле этого кровопролитного военного конфликта? Известно, что главным поджигателем второй мировой войны явился германский фашизм. Фашизм осуществил форсирован- 3
ную милитаризацию экономики, создал огромную систему воен¬ но-принудительного труда для трудящихся не только Германии, но и других стран Европы. Будучи одним из следствий кризиса капитализма, фашизм имел различные социально-экономические и политические проявления, в которых раскрывается его сущ¬ ность как специфического метода классового господства наибо¬ лее реакционных элементов монополистического капитала, как своеобразного варианта государственно-монополистических по¬ рядков. Фашизм был прежде всего воплощением контрреволюции, реакцией на массовый подъем общедемократических движений в Германии и других странах Европы после первой мировой войны. Революции в России, Германии, Венгрии, Словакии, пора¬ жение в войне, глубокий национальный кризис, голод, безрабо¬ тица, тяжелейшие последствия Версальского мира — все это послужило предпосылками для возникновения и развития гер¬ манского фашизма 1. Нацизм, пришедший к власти в период мирового экономиче¬ ского кризиса конца 20-х — начала 30-х годов, был призван осуществить то, с чем не могли справиться традиционные буржу¬ азные партии с помощью прежних форм политического правле¬ ния: во-первых, форсировать переход ряда отраслей экономики Германии от монополистической (иногда домонополистической) стадии капиталистического развития к государственно-монопо¬ листической; во-вторых, расширить сферу политического и эко¬ номического влияния германского империализма, установить его мировое господство. Основной формой существования фашизма является военное насилие. Для этого гитлеровцы изощренно использовали мелко¬ собственнические интересы различных слоев населения, стремясь направить их к авантюристическим целям, разжигали национа¬ лизм, антикоммунизм и милитаризм. История германского фашизма, его внутренняя и внешняя политика нашли освещение в работах советских и зарубежных авторов2. Однако не все вопросы политики нацистской Германии изучены в равной степени. Если меры гитлеровского правитель¬ ства по созданию военной промышленности, подготовке и про¬ ведению второй мировой войны достаточно полно отражены в литературе, то политика фашистского режима в гражданских секторах экономики изучена недостаточно. Между тем известно, что классики марксизма-ленинизма, рассматривая войну как средство разрешения антагонистических противоречий эксплуататорского общества, подчеркивали, что корни ее лежат в экономике. «...Победа насилия,—писал Ф. Эн¬ гельс,— основывается на производстве оружия, а производство 4
оружия, в свою очередь, основывается на производстве вообще, следовательно... на «экономической силе», на «хозяйственном положении», на материальных средствах, находящихся в распо¬ ряжении насилия»3. Эта глубокая диалектическая взаимосвязь дает ключ к пони¬ манию как причин возникновения второй мировой войны, так и того влияния, которое она оказала на развитие различных отрас¬ лей экономики фашистской Германии. Отсюда очевидно значение изучения состояния гражданского, немонополизированного сектора экономики нацистского рейха. Научная значимость и политическая актуальность исследования аграрной политики фашизма как составной части этого ком¬ плекса проблем обусловлены рядом факторов. Во-первых, без знания положения в сельском хозяйстве трудно понять развитие всей экономики нацистской Германии. Во-вторых, без знаком¬ ства с методами государственно-монополистического регулирова¬ ния аграрного производства невозможно дать правильную оцен¬ ку фашистскому типу государственно-монополистического капи¬ тализма. Наконец, в-третьих, без знания процессов, приведших к истощению производительных сил деревни, трудно разо¬ браться в причинах краха всей экономической политики фашиз¬ ма в годы второй мировой войны. В современных условиях, в обстановке усиленной борьбы де¬ мократических сил во главе с СССР против угрозы термоядер¬ ной войны, за углубление политики разрядки в международных отношениях, и создание безъядерного мира, важно показать исторический аспект милитаризации экономики капиталистиче¬ ских стран, вскрыть ее пагубное воздействие на структуру обще¬ ства и положение широких народных масс города и деревни. Изучение аграрно-экономической политики нацизма необхо¬ димо также для критики буржуазной историографии, стремя¬ щейся обелить гитлеровскую диктатуру, скрыть от современников мрачные итоги ее господства. Основное внимание в книге уделено периоду второй мировой войны (1939—1945 гг.), когда решалась судьба всей системы германского империализма, а потому экономические мероприя¬ тия, в том числе и аграрная политика нацистской диктатуры, но¬ сили наиболее откровенный классовый характер. В это время интересы правящих кругов, находя концентрированное выраже¬ ние в политических и экономических целях войны, определяли главные этапы и направления фашистской агрессии. Изучение истории фашизма длительное время сдерживалось ошибочными установками Сталина о «социал-фашизме». Догма¬ тизм и начетничество не позволяли дать глубокий анализ внут¬ ренней и внешней политики гитлеровской Германии. 5
Тем не менее во второй половине 30-х годов и во время войны по мере осуществления аграрно-экономических мероприятий правительством Гитлера происходит накопление фактического материала и становление марксистской концепции фашизма. Пе¬ ред советскими учеными и иоследователями-марксистами зару¬ бежных стран на этом этапе стояли важные задачи по изучению классовой сущности нацизма и его аграрной политики. Несмотря на ограниченность исторической базы (работы писались в основ¬ ном на газетном материале) и неразработанность многих теоре¬ тических проблем (в частности, связанных с ролью буржуазного государства в регулировании экономики), марксистские авторы поставили ряд интересных вопросов, касающихся аграрной поли¬ тики фашизма. Например, Н. М. Сегаль первым в исторической литературе обратил внимание на такую особенность аграрно¬ экономической политики гитлеровского режима, как активное вмешательство государства в сельскохозяйственное производ¬ ство 4. Советский исследователь А. М. Петрушов, длительное время занимавшийся изучением аграрной истории Германии, в моно¬ графии, изданной в 1945 г., выявил социально-экономические сдвиги, происшедшие в сельском хозяйстве в период фашизма. Автор пришел к выводу, что аграрная политика нацистского ре¬ жима способствовала концентрации основных средств производ¬ ства (земли, скота, техники) в крупнокапиталистических хозяй¬ ствах, с одной стороны, и обнищанию, разорению мелкокрестьян¬ ских хозяйств — с другой5. С середины 50-х годов, особенно после XX и XXI съездов КПСС, появились условия для творческого исследования различ¬ ных аспектов истории фашизма. Развитие марксистской теории, в частности, учения о государственно-монополистическом капи¬ тализме, позволило по-новому взглянуть на экономическую исто¬ рию нацистской Германии. В изучении аграрной политики германского фашизма начался новый этап. В отличие от предыдущего он характеризовался, во- первых, расширением источниковой базы (наряду с официаль¬ ными материалами в научный оборот стали вводиться и некото¬ рые архивные документы, а также статистика) и, во-вторых, расширением фронта исследовательских работ марксистской историографии: с марксистских позиций аграрную политику фа¬ шизма стали изучать не только ученые Советского Союза, но и ГДР, Польши, Чехословакии и других социалистических стран. Все это увеличило диапазон научного поиска, углубило трактов¬ ку узловых проблем аграрно-экономической политики нацизма. Советский ученый Г. Г. Котов, рассматривая предысторию земельной реформы в послевоенный период, проследил эволю- 6
цию сельского хозяйства Германии в 30—40-е годы. Он, в частности, выявил изменения в социальной структуре третьего рейха, роль технического прогресса, воздействие фашистского регулирования на аграрное производство. В качестве ведущей тенденции капиталистического развития немецкой деревни в пе¬ риод фашистской диктатуры автор выделил усиление гнета фи¬ нансового капитала над сельским хозяйством6. В ГДР были опубликованы работы активных участников антифашистской борьбы: В. Пика, В. Ульбрихта, А. Нордена, Э. Гернле, В. Бартеля, которые раскрыли реакционную роль юнкерства в германской истории, политику пособничества гос¬ подствующих кругов деревни в реализации захватнических пла¬ нов гитлеровцев7. В это время в СССР, ГДР и других странах социалистиче¬ ского сотрудничества возникли новые исследовательские центры, которые активно включились в изучение мероприятий фашизма в области сельского хозяйства. Так в 1969 г. при Ростокском университете им. В. Пика (ГДР) была создана комиссия по исследованию истории крестьянства и аграрной политики. Твор¬ ческая ассоциация под руководством профессора Г. Хайтца объединила широкий круг ученых, которые развернули творче¬ ский поиск по различным сюжетам аграрной истории Германии. Опираясь на| фундаментальную источниковую базу из местных и центральных архивов, историки ГДР интенсивно исследуют аграрную политику с 1939 по 1945 г. К.-Д. Хефт и Р. Мельцер проанализировали роль сельскохо¬ зяйственного производства в системе нацистских мер по подго¬ товке к войне8. По мнению В. Херферта, главным инструментом подготовки сельского хозяйства к войне и его государственно-монополисти¬ ческого регулирования явился аппарат имперского продоволь¬ ственного сословия, созданный гитлеровцами после захвата власти9. Р. Пфаль задался целью изучить экономику отдельных типов хозяйств накануне и в годы войны. Путем количественного ана¬ лиза так называемых «дворовых карт», введенных гитлеровца¬ ми, автор установил, что с 1936 по 1944 г., несмотря на условия военного времени, крупнокапиталистические хозяйства вели интенсивное сельскохозяйственное производство, извлекая при этом немалые прибыли 10. Уровень аграрного производства на различных этапах войны проанализировал И. Леманн. В специальной главе обширного труда Д. Айххольца «История немецкого военного хозяйства (1939—1945)» Леманн показал динамику сбора зерновых, кар¬ тофеля, выявил тенденции сокращения поголовья скота, свиней, овец и птиц11. 7
Не остался без внимания марксистских исследователей и та¬ кой вопрос, как эксплуатация в экономике фашистской Германии иностранных рабочих и военнопленных. Значительный материал по этой проблеме собран в СССР, ГДР, Польше, Болгарии и дру¬ гих социалистических странах. В конце 70-х — начале 80-х годов ученые-марксисты опубли¬ ковали ряд крупных обобщающих и монографических работ по истории фашизма. Советские исследователи подготовили «Исто¬ рию фашизма в Западной Европе», в которой дан сравнительный анализ основных разновидностей фашизма, его внутренней и внешней политики12. Историки ГДР в коллективном труде «Исследование фашизма: позиции, проблемы, полемика» раскры¬ ли истоки фашизма, его связь с экономикой, государственным аппаратом и различными социальными слоями общества13. Эти же проблемы, а также антифашистская борьба нашли освещение в работах советских и зарубежных авторов, опубликованных в последние годы14. Связь фашизма и милитаризма, их роль в контексте ключевой проблемы современности — вопроса войны и мира — обсудила 38-я конференция комиссии историков СССР— ГДР в 1989 г. в г. Москве. Следовательно, марксистские историки добились существен¬ ных результатов в изучении аграрной политики германского фашизма, в разоблачении ее классовой сущности. Социально-экономические проблемы Германии периода на¬ цистской диктатуры привлекают внимание и буржуазных исто¬ риков, стремящихся усилить свои аргументы в борьбе против марксистского определения фашизма, скрыть итоги его господ¬ ства, привязать свои выводы к модным социологическим схемам. Консервативные историки при описании аграрно-экономиче¬ ской политики правительства Гитлера приуменьшают военно-мо¬ билизационные приготовления нацистского режима, искажают социальный смысл аграрных отношений при фашизме, превоз¬ носят гитлеровских руководителей. Основы подобного подхода к освещению истории третьего рейха и его аграрно-экономической политики в немарксистской историографии были заложены сравнительно давно. Еще в 1956 г. Институт конъюнктурных исследований в Мюнхене (ФРГ) вы¬ пустил книгу об экономике Германии в период войны, в которой были сформулированы многие выводы, получившие затем широ¬ кое хождение в буржуазной и ревизионистской литературе. В этой работе, в частности, был впервые выдвинут тезис об «эко¬ номической неподготовленности» Германии ко второй мировой войне и воздана хвала многим «хозяйственным капитанам» на¬ цистского рейха 15. В настоящее время миф о «недооценке экономического фак- 8
тора» в войне со стороны фашистского руководства активно под¬ держивают в ФРГ X. Беттельхайм и Г. Михайлис, в США A. Баллок и А. Милвард, в Англии Б. Бродис, Д. Ирвинг16. На¬ пример, А. Баллок по этому поводу заявляет: «Гитлер никогда не занимался экономикой и не понимал ее» 17. Политический смысл подобных утверждений очевиден: они призваны «экономической неподготовленностью» Германии к вой¬ не оправдать поражение гитлеризма, преуменьшить усилия Со¬ ветского Союза и других антифашистских сил в разгроме его военной машины. Для либеральных авторов характерна тактика полупризнаний, стремление рассматривать аграрную политику фашизма в рам¬ ках модных социологических концепций. Ведущее место среди либеральных ученых занимают западногерманские аграрники B. Абель, Г. Франц, Г. Хаусхофер, В. Торнов, Ф. Хеннинг, А. Ха- нау и Р. Плате 18. Основные взгляды этих историков разделяют также американский исследователь К- Ловин и англичанин Дж. Фаргхарзон 19. Западногерманские авторы исследуют аграр¬ ную политику фашизма с позиций доктрины «тоталитаризма», в то время как англо-американские историки привязывают свои выводы к теории «индустриального общества». Это обстоятельство решающим образом сказывается на те¬ матике исследований, которая концентрируется вокруг вопросов о роли сословных крестьянских организаций при фашизме, о смысле аграрного законодательства и поселенческой политики нацистского правительства. В 70-х годах в результате политики разрядки и ослабления международной напряженности в немарксистской историогра¬ фии укрепилось прогрессивное направление. Открыто осудив фашизм, Е. Клейн, В. Фишер, Р. Кюнль, Р. Опитц из ФРГ, Р. Эр- бе и К- Блудау из Швейцарии, К- Брандт и Ф. Вундерлих из США выступили с разоблачением аграрно-экономической поли¬ тики правительства Гитлера. В их работах показана широкая панорама военно-экономических приготовлений нацистского ре¬ жима, пагубное воздействие фашистской мобилизации на поло¬ жение широких слоев населения в городе и деревне, ограбление гитлеровцами оккупированных территорий. Профессор из Саарбрюкена Е. Клейн, анализируя основные тенденции развития сельского хозяйства Германии в межвоен¬ ный период, вскрыл несостоятельность нацистской политики про¬ довольственной автаркии. Ученый отмечает, что в результате вмешательства фашистского режима в аграрное производство не только не возрос сбор важнейших сельскохозяйственных куль¬ тур накануне войны, как рассчитывали гитлеровцы, но, наоборот, произошел общий упадок сельского хозяйства20.
К. Брандт — известный американский экономист, автор круп¬ ных работ об экономике третьего рейха. Для современного иссле¬ дователя особенно интересна его книга, посвященная аграрной политике фашизма на оккупированных территориях. Рассматри¬ вая этот вопрос под углом зрения «военного управления», уче¬ ный показывает роль аграрно-сырьевых ресурсов оккупирован¬ ных стран в экономике нацистского рейха. Он воссоздает впе¬ чатляющую картину того, как гитлеровцы для покрытия своих нужд беззастенчиво грабили оккупированные и зависимые стра¬ ны, в больших объемах вывозили из них продовольствие и аграр¬ ное сырье21. Фактический материал, приводимый К. Брандтом, и его выводы имеют важное значение для борьбы с реакционной буржуазной литературой, всячески искажающей оккупационную политику фашизма. Таким образом, анализ буржуазной историографии свидетель¬ ствует о противоречивых тенденциях в исторической литературе капиталистических стран, которые проявляются, с одной сторо¬ ны, в возникновении и развитии прогрессивного и либерального направлений, в переходе под влиянием позитивных перемен в современном мире ряда ученых на научно-объективные позиции, с другой—в стремлении реакционных кругов буржуазии опереть¬ ся на консервативные выводы и концепции в борьбе против марксистской историографии фашизма. В современной историографии рассматриваемой темы ряд проблем не нашел должного освещения. Это прежде всего каса¬ ется форм и методов нацистского государственно-монополистиче¬ ского регулирования сельского хозяйства, эволюции социально- экономической структуры немецкой деревни, особенностей аграр¬ ной политики фашизма на оккупированных территориях и др. Данная работа представляет собой попытку комплексного изучения основных направлений аграрной политики нацизма в период второй мировой войны, особенностей фашистской систе¬ мы военно-экономической мобилизации в сельском хозяйстве, условий аграрного производства и положения крестьянских масс. Автор стремился также выявить специфику аграрной политики нацистской Германии на временно оккупированных территориях и предпосылки, обусловившие крах аграрно-экономических меро¬ приятий фашизма. Задачи исследования определили его структуру, монография строится по проблемно-хронологическому принципу. При работе над монографией автор опирался на марксистско- ленинскую аграрную теорию, дающую научные принципы для анализа политической и социально-экономической жизни капи¬ талистической деревни. Первостепенное значение имели выступ¬ ления и статьи видных деятелей немецкого и международного 10
коммунистического движения: Э. Тельмана, Г. Димитрова, В. Пи¬ ка, В. Коларова22, а также документы Коммунистического Ин¬ тернационала, КПГ и СЕПГ23. В, этих работах и материалах сформулирована марксистская концепция фашизма, его социаль¬ ная модель. Интересную характеристику фашизма находим в докладе Н. И. Бухарина «Основные проблемы современной культуры», который недавно опубликован в советской периодической печати. «Фашизм,—отмечает Бухарин,—утверждает, что способен пре¬ одолеть современный кризис капитализма и по-своему разрешить проблему создания нового общества: фашистский строй, по сло¬ вам его приверженцев, это уже не капитализм и даже не соци¬ ализм в его обычном понимании, но нечто особое, самостоятель¬ ное, некая третья формация, притом более высокая»24. Далее Н. И. Бухарин анализирует реальное положение трудящихся в нацистской Германии, подчеркивая демагогический характер многих обещаний гитлеровцев. На вопрос: «Что же предлагает фашизм в области экономики?» Бухарин отвечает: «Прежде все¬ го он оставляет все основные средства производства в руках капиталистов и крупных землевладельцев точно так же, как он оставляет вооруженные силы в руках прежнего генерального штаба. Ни в одной фашистской стране не нарушен принцип част¬ ной собственности; эта последняя должна рассматриваться там как общественная функция (Муссолини)»25. Источниками для анализа аграрной политики послужили различные документы и материалы, прежде всего архивные, дающие возможность показать истинные намерения правящих кругов Германии при проведении тех или иных аграрно-эконо¬ мических мероприятий, раскрыть роль отдельных социальных групп и классов, выявить структуру и функции нацистских орга¬ низаций и учреждений, осветить отношение трудящихся масс к данной политике. В работе использованы материалы Международного процесса над главными немецкими военными преступниками, содержащие¬ ся в Центральном государственном архиве Октябрьской револю¬ ции и социалистического строительства СССР (г. Москва). Дан¬ ный фонд содержит более 4 тыс. дел советского и частично аме¬ риканского, английского и французского обвинителей на Нюрн¬ бергском процессе. Все представленные в нем разнообразные до¬ кументы: докладные записки, директивы, законодательные акты, показания свидетелей, переписка, схемы — неопровержимо сви¬ детельствуют о заговоре нацистских главарей против мира и человечества26. Документы, раскрывающие эксплуататорскую сущность не¬ мецко-фашистского оккупационного режима, содержатся в архи- 11
вах Областей и союзных республик, оказавшихся в годы войны временно захваченными гитлеровцами. Деятельность фашист¬ ского оккупационного аппарата привела к созданию докумен¬ тальных фондов, материалы которых в настоящее время приоб¬ рели огромную разоблачительную силу. В Центральном государственном историческом архиве Лат¬ вийской ССР (г. Рига) сохранились документы о деятельности комиссариата Остланд: директивы об учреждении германских сельскохозяйственных обществ, статистические справки о постав¬ ках продовольствия, материалы по вопросу германизации и ко¬ лонизации прибалтийских народов и т. д.27 Центральный государственный архив Украинской ССР (г. Киев) располагает материалами, раскрывающими сущность «нового аграрного порядка», насаждавшегося нацистами на окку¬ пированной территории СССР. Здесь и розенбергский закон о «новом аграрном порядке», и циркуляры специального штаба по проведению «земельной реформы», и отчеты местных «сельско¬ хозяйственных руководителей» о положении дел в созданных гитлеровцами «общинных хозяйствах» и «сельскохозяйственных кооперативах»28. Документы свидетельствуют о стремлении окку¬ пантов уничтожить в советской деревне социалистические фор¬ мы хозяйствования и навязать населению частнокапиталистиче¬ ские порядки. Интересный фонд «окружного агронома германской армии» обнаружен в Таганрогском филиале Государственного архива Ростовской области (г. Таганрог). Многочисленные документы: приказы военно-экономического штаба «Донец» о мобилизации продовольствия, сообщения о назначении и деятельности немец¬ ких «зондерфюреров», квитанции о выдаче продовольствия час¬ тям вермахта и др.—позволяют выявить роль фашистской армии в осуществлении оккупационного режима 29. Источниками первостепенной важности для нашей работы явились документы из архивов ГДР. Здесь сохранились основ¬ ные документы министерства сельского хозяйства и имперского продовольственного сословия фашистской Германии, материалы имперского управления статистики и «крестьянских обществ», созданных гитлеровцами во всех областях Германии. Историки ГДР провели большую работу по сбору и систематизации этих документов. Их хранение и использование осуществляется на современном техническом уровне. В Центральном архиве ГДР (г. Потсдам) проработаны до¬ кументы из фондов министерства сельского хозяйства, имперско¬ го продовольственного сословия и имперского управления ста¬ тистики фашистской Германии. Среди материалов министерства сельского хозяйства наиболь- 12
ший интерес представил «Военно-продовольственный план 1939 г.», который был сводным балансом продовольственного обеспечения нацистского рейха на период войны. Здесь же были обнаружены ранее неизвестные документы о финансировании сельского хозяйства в годы войны, программа сельскохозяйствен¬ ных работ на 1944 г., разнарядки на поставку продовольствия и аграрного сырья из оккупированных и зависимых стран30. Документы из фонда имперского продовольственного сосло¬ вия раскрывают структуру и функции этой организации, пока¬ зывают ее роль в государственно-монополистическом регулиро¬ вании аграрного производства. Часть материалов проливает свет на обстановку, царившую в местных «крестьянских обществах»31. Фонд имперского управления статистики содержит картотеку дел акционерных обществ, действовавших накануне и в период войны в области сельскохозяйственного производства. Материа¬ лы свидетельствуют, что эти общества возникали, как грибы после дождя. Монополистический капитал усердно пожинал во¬ енную жатву32. Кроме того, управление статистики в годы войны ежегодно составляло «военно-хозяйственные балансы» по вопро¬ сам обеспечения продовольствием и рабочей силой, встречающие¬ ся как в данном фонде, так и в-других архивах33. Ценные документы о системе военно-экономической мобили¬ зации в сельском хозяйстве автору были предоставлены в Воен¬ ном архиве ГДР (г. Потсдам). В этом архиве проработано два фонда: управления военной экономики при верховном командо¬ вании (ОКВ) и министерства по делам оккупированных восточ¬ ных территорий. В первом из них выявлены «Отчеты об уровне аграрного производства и ходе мобилизации сельского хозяй¬ ства», в которых дается описание состояния основных отраслей аграрного производства, приводятся сведения об изъятии из де¬ ревни тягловой силы, сообщается о наличии рабочих рук, горю¬ чего, удобрений34. Среди материалов министерства по делам оккупированных восточных территорий содержатся рабочий план и штатное рас¬ писание этого ведомства, директива Геринга об использовании экономики захваченных областей Советского Союза, донесения имперских комиссаров. Они позволят уточнить структуру окку¬ пационного аппарата, цели и методы оккупационной аграрной политики35. Значительный материал об аграрной политике фашизма на¬ кануне и в годы второй мировой войны имеется также в местных архивах ГДР: государственных архивах г. Потсдама, г. Дрезде¬ на, г. Веймара36. Документы, хранящиеся здесь, носят в основ¬ ном региональный характер, представляют собой «свидетельства с мест». И в этом их главная ценность. 13
Вторую группу источников, использованных в работе, соста¬ вили документальные публикации советских и зарубежных авто¬ ров. В ряде случаев они явились существенным дополнением к архивным материалам37. При написании глав, посвященных экономическому развитию деревни, широко использовались материалы сельскохозяйствен¬ ных переписей 1933 г., 1939 г. и частично 1949 г.38 Несмотря на сравнительно высокий уровень статистической службы в Герма¬ нии, материалы сельскохозяйственных переписей, проведенных при фашизме, не лишены некоторых недостатков. Если во время Веймарской республики и в послевоенный период группировка хозяйств производилась по размерам обрабатываемой земли, та в материалах переписей 1933 г. и 1939 г. — по общей земельной площади, что снижает их научную ценность. Вместе с тем эти материалы позволяют выяснить имущественное положение основ¬ ных групп крестьянства, социальную структуру деревни и пока¬ зать последствия аграрной политики фашизма. Интересные сведения об уровне аграрного производства в годы войны, о продовольственном обеспечении нацистской Гер¬ мании в этот период удалось также почерпнуть из отдельных статистических справочников39. Среди материалов, характеризующих аграрную политику на¬ цизма, заметное место занимают нормативные документы: зако¬ ны, указы, распоряжения гитлеровского правительства40. В на¬ цистской Германии законодательные акты отражали интересы правящих классов, а потому служили орудием их политического и экономического господства. Изучение этих материалов служит важным средством освещения аграрной политики фашизма. При описании некоторых событий, особенно конца второй мировой войны, о которых сохранилось мало документов, автор использовал советскую и зарубежную прессу. При подготовке монографии автору была оказана помощь и поддержка со стороны руководителей многих архивов и библио¬ тек. Ряд ученых высказал свои ценные замечания при обсужде¬ нии рукописи, которые позволили улучшить структуру и содер¬ жание книги. Автор выражает всем искреннюю признательность.
ГЛАВА I. ФАШИСТСКАЯ СИСТЕМА ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МОБИЛИЗАЦИИ В СЕЛЬСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ В ГОДЫ ВОЙНЫ 1. Закон об управлении хозяйством от 27 августа 1939 г. и его влияние на деревню Научный анализ аграрной политики фашистской диктатуры возможен на основе ленинской теории империализма. В. И. Ле¬ нин предсказал пути дальнейшей эволюции империализма в но¬ вейшее время и превращение монополистического капитализма в государственно-монополистический. Он неоднократно обращал внимание на то, что уже в годы первой мировой войны развитие государственно-монополистического капитализма в Германии шло быстрее, чем в других капиталистических странах. Ленин называл Германию образцом «в отношении превращения моно¬ полистического капитализма в государственно-монополистический капитализм»1. В послевоенный период могущественные позиции германской буржуазии и юнкерства, милитаристских клик не были поколеб¬ лены. Несмотря на поражение в первой мировой войне и ноябрь¬ скую революцию, они считали, что можно изменить ход истории, в свою пользу перекроить политическую карту мира. Для этого они решили и впредь усиливать роль буржуазного государства в экономической жизни страны, строить новые орудия, танки и самолеты. Между двумя мировыми войнами в Германии хозяйственная деятельность империалистического государства стала имманент¬ ным фактором капиталистического производства. После захвата власти гитлеровцами в 1933 г. в стране сформировался специфи¬ ческий, нацистский вариант государственно-монополистического капитализма, который обнаружил до крайности все присущие империализму реакционные черты. Гитлеровская партия, будучи партией безудержного шовиниз¬ ма и захватнических войн, открыто провозгласила борьбу за новый передел мира, за установление мирового господства гер¬ манского империализма. Нацисты выдвинули обширную про¬ грамму внешних захватов, в основе которой лежало стремление расширить сферу экономического и политического влияния гер¬ манских монополий, поставить им на службу экономические и природные ресурсы других стран2. В экспансионистских планах фашистской Германии важное место занимал аграрно-крестьянский вопрос. Нацистские прави¬ тели надеялись, во-первых, поставить на службу рейху аграрно- 15
сырьевой потенциал зарубежных стран, восполнить за их счет недостаток продовольствия и аграрного сырья. Из захваченных стран Европы гитлеровцы рассчитывали вывозить зерно, жиры, живой скот, овощи, фрукты, фураж, шерсть, древесину, рыбу и т. д. В колониальных странах они надеялись получить каучук, хлопок, цитрусовые и т. д. Во-вторых, путем аннексии новых территорий нацисты стре¬ мились решить приобретший большую остроту для Германии земельный вопрос. Не ликвидировав крупного землевладения — главной причины безземелья широких слоев крестьянства, — гит¬ леровская диктатура обещала наделить крестьян землей за счет других стран. Задолго до войны нацисты обещали крестьянам земли на берегах Немана, Днепра, Волги. Эти планы фашистской Германии находились в непосред¬ ственной зависимости от интересов и целей германского монопо¬ листического капитала. Германская буржуазия и юнкерство, сто¬ явшие на вершине экономической системы третьего рейха, опре¬ деляли главные направления фашистской экспансии, оказывали существенное влияние на выбор необходимых для этого средств и методов. Их цели лежали в основе военно-мобилизационных приготовлений нацистской Германии накануне войны. На осуществление интересов господствующих кругов и форси¬ рованную подготовку к захватнической войне были направлены основные мероприятия нацистов в сельском хозяйстве после при¬ хода к власти. Извлекая определенные «уроки» из истории пер¬ вой мировой войны, когда из-за экономической блокады и рез¬ кого падения аграрного производства внутри страны в Германии разразился голод, гитлеровское правительство предприняло по¬ пытку заблаговременно провести всестороннюю подготовку сель¬ ского хозяйства к войне. В связи с этим нацистский режим при¬ бегал в аграрной политике к таким методам, которые диктова¬ лись требованиями форсированной подготовки к войне. В предвоенный период основные направления аграрной поли¬ тики сводились, во-первых, к установлению государственно-моно¬ полистического регулирования сбыта аграрных товаров и цен. Гитлеровцы предприняли попытку объединить сельское хозяй¬ ство с примыкающими к нему отраслями перерабатывающей промышленности. Для этой цели в основных отраслях сельско¬ хозяйственного производства (зерно, скот, молоко, овощи) были созданы экономические союзы, которые поставили под свой кон¬ троль производство, переработку и сбыт продовольственных то¬ варов 3. Второй важной мерой аграрных преобразований национал-со¬ циализма явилось создание разветвленной системы имперского продовольственного сословия, на которую была возложена функ- 16
ция регулирования отношений между трудом и капиталом, под¬ чинение социально-экономической и политической жизни в де¬ ревне нацистским «крестьянским фюрерам». К 1938 г. в Герма¬ нии было создано 55 тыс. «местных крестьянских обществ», ко¬ торые объединялись в 515 окружных и 40 областных объедине¬ ниях 4. Третье направление аграрной политики фашизма в предвоен¬ ные годы сводилось к формированию крупной аграрной струк¬ туры в немецкой деревне. Учитывая последствия мирового эко¬ номического кризиса 1929—1933 гг., в ходе которого разорилось около 2 млн мелких крестьянских хозяйств величиной до 5 га и выявилась экономическая несостоятельность крупных юнкер¬ ских поместий размером свыше 100 га, гитлеровский режим сде¬ лал ставку на развитие кулацких хозяйств, так называемых «наследственных дворов». На основе закона от 29 сентября 1933 г. хозяйствам величиной от 7,5 до 125 га были предоставле¬ ны налоговые и кредитные льготы, их запрещалось дробить и закладывать. К 1939 г. было создано 689,7 тыс. «наследственных дворов», что составило 21,6% от всех хозяйств. Им принадлежа¬ ло 38,0% сельскохозяйственной земли. Они заняли ведущее ме¬ сто в аграрно-экономической структуре Германии5. Наконец, четвертая система мер гитлеровской диктатуры в области аграрного производства предусматривала создание за¬ пасов продовольствия и сельскохозяйственного сырья. С этой целью в 1934 г. нацистский министр продовольствия и сельского хозяйства В. Дарре (один из идеологов нацизма, родился в Буэ¬ нос-Айресе в семье немецких эмигрантов, после окончания Галль¬ ского университета примкнул к фашистскому движению, а в 1933 г. был провозглашен «имперским крестьянским фюрером» и министром) объявил «битву за продовольствие». В 1936 Г; был принят «второй четырехлетний план» — про¬ грамма форсированной подготовки к войне основных отраслей экономики, включая сельское хозяйство. В соответствии с этой программой в Германии вводилась карточная система на неко¬ торые продукты, запрещалось употребление зерна на корм скоту, началась экономия масел и жиров, а также значительно расши¬ рился ввоз продовольствия из-за рубежа. В результате аннексии территории Австрии и Судет, политики автаркии и импорта продовольственных товаров к 1939 г. уда¬ лось создать запасы в виде 7,5 млн тонн зерна и 500 тыс. тонн жиров6. Основные контингенты продовольствия поступали из Аргентины, США, Канады, Югославии, Румынии и Венгрии. По¬ сле заключения советско-германского торгового соглашения от 19 августа 1939 г. в обмен на промышленные товары продоволь- 17
ствие начало поступать из СССР. По неполным данным, к фев¬ ралю 1941 г. сумма поставок достигла 420—430 млн марок7. Однако окончательное решение продовольственной и сырье¬ вой проблемы; фашистская диктатура видела на путях войны, территориальных захватов. Аннексия и ограбление чужих терри¬ торий объявлялись не только конечной целью гитлеровской агрес¬ сии, но и одним из главных средств ее успешного проведения. 1 сентября 1939 г., осуществив всестороннюю экономическую и идеологическую подготовку, германский фашизм развязал вто¬ рую мировую войну. Будучи порождением межимпериалистиче¬ ских противоречий, эта война по своему размаху, динамизму и ожесточенности превосходила все предшествующие военные кон¬ фликты. Она потребовала огромных материальных средств, ко¬ торые привлекались не только из военной промышленности, но и из других областей хозяйства. Изучая аграрно-экономическую политику фашизма в годы второй мировой войны, нам представляется целесообразным отве¬ тить на дискуссионный вопрос: какой политический характер носила эта война? Чтобы ответить на него, мы должны проана¬ лизировать не только цели участников войны, но и формы и ме¬ тоды проведения социально-экономической политики. Этот ана¬ лиз касается прежде всего политики нацистской Германии — зачинщицы мирового конфликта. Основу государственно-монополистического капитализма в Германии в период войны составлял военно-хозяйственный ком¬ плекс фашистского' типа, в котором всесилие и произвол моно¬ полий приобрели наиболее откровенный характер. Этот комплекс возник как следствие форсированной гонки вооружений. Его главным назначением было производство средств вооруженной борьбы для фашистской агрессии, хотя очевидно, что нацист¬ ский режим не был простой игрушкой в руках монополий. По мере укрепления фашистского господства в Германии, подавле¬ ния всех сил оппозиции,1 возвышения партийного аппарата над государственной машиной, по мере усиления единоличной дик¬ татуры фюрера самостоятельность нацистского партийно-госу¬ дарственного и военного механизма власти все более возрастала. Одним словом, как пишут зарубежные авторы, выпустив фа¬ шистского джина из бутылки, монополистический капитал не смог своевременно загнать его обратно8. Заметное место в экономической системе фашистской Герма¬ нии в годы войны занимало сельское хозяйство. Оно, как и дру¬ гие отрасли народного хозяйства, питало войну материально: поставляло огромные контингенты продовольствия и аграрного сырья для армии, населения и промышленности. В этой отрасли была создана разветвленная система военно-экономической мо- 18
билизации, призванная обеспечить определенный уровень аграр¬ ного производства, дать для войны «пушечное мясо», т. е. мо¬ билизовать на фронт крестьян и сельских рабочих, предоставить дополнительные финансовые средства и т. д. Основанная на тех же классовых принципах, что и фашист¬ ское регулирование середины 30-х годов, эта система шла гораз¬ до дальше по охвату и глубине государственно-монополистиче¬ ского контроля над сельскохозяйственным производством. Пред¬ ставляя собой тесный сплав аграрного капитала и юнкерства, фашистского государственного аппарата и военщины, она спо¬ собствовала тотальной мобилизации ресурсов сельского хозяй¬ ства для целей войны. Аграрное производство, будучи одним из «узких мест» в воен¬ ной экономике Германии, на протяжении всей войны привлекало пристальное внимание нацистского руководства. Уже в конце мая 193^ г., характеризуя продовольственное положение, руко¬ водитель управления военной экономики при верховном коман¬ довании (ОКВ) генерал Томас говорил: «В области продуктов питания главной статьей пассивного баланса Германии является ее зависимость от иностранных государств в импорте жиров. Хлебные злаки, а также необходимое (в дополнение к собствен¬ ному производству) количество мяса Германия могла бы обеспе¬ чить за счет Юго-Восточной Европы и нейтральных стран. Одна¬ ко перед нашей военной экономикой, как и прежде, стоит не¬ преложное требование: нужно создать значительные запасы жи¬ ров на складах, а также обеспечить возможность закупать или выменивать у других государств недостающее нам количество жиров на случай войны»9. Это заявление одного из руководителей военной экономики гитлеровской Германии явилось не только констатацией нере¬ шенных проблем, но и призывом начать новый тур в милитари¬ зации сельского хозяйства. Это была попытка за счет мобилиза¬ ции! внутреннего производства и внешней торговли закрыть брешь в продовольственном балансе страны. В соответствии с этим 27 августа 1939 г., т. е. за три дня да начала войны, в. Германии был принят «Закон об управлении хозяйством», который переводил все отрасли экономики на воен¬ ное положение. Этот закон являлся краеугольным камнем фа¬ шистского законодательства военного времени, он подводил юри¬ дическую базу под политику всеобщей мобилизации. Пункт первой закона гласил: «В целях всеобщей мобилизации все отрасли хозяйства переходят под контроль генерального уполномоченного по экономике»10. Далее предусматривалось, что все промышленные и сельскохозяйственные предприятия и объ¬ единения ставятся под надзор областных и окружных бурго¬
мистров. Так, стремление германских монополий и гитлеровской диктатуры к безраздельному господству над экономикой страны привело к установлению режима экономической диктатуры фи- йансовой олигархии и фашистского государства, при котором наблюдалось не только сращивание, но и прямое слияние част¬ ных монополий и монополистических объединений с органами государственной власти. Предписания монополистов получали силу государственного закона. В целях мобилизации экономики закон вводил так называе¬ мое «общественное управление хозяйством». Владельцы пред¬ приятий лишались права распоряжаться собственностью, в при¬ нудительном порядке им вменялись обязанности по участию в военном хозяйстве. Государственно-монополистические круги по¬ лучали право диктовать любые условия хозяйствования, вытека¬ ющие из обстановки военного времени. Под видом публично-правовой собственности в нацистской Германии в годы войны происходило насаждение государствен¬ но-монополистических отношений в различных отраслях эко¬ номики. Одновременно вводились жесткие правила поведения в «воен¬ ном хозяйстве», намечались репрессивные меры против «эконо¬ мических преступников». Лица, виновные в порче оборудования, машин, инвентаря, подлежали немедленному наказанию в виде больших денежных штрафов, заключения в тюрьму или смерт¬ ной казни. Путем этих принудительно-террористических мер фа¬ шистский режим стремился подчинить интересам войны эконо¬ мический потенциал страны. Все функции управления хозяйством закреплялись за гене¬ ральным уполномоченным по экономике, министром хозяйства Функом, представлявшем интересы «И. Г. Фарбениндустри», «Стального треста» и других монополий Рура. Под непосред¬ ственным контролем Функа находились все сферы германской экономики. Он получал неограниченные полномочия для реше¬ ния хозяйственных вопросов. В компетенцию генерального упол¬ номоченного входило не только распределение сырья, материа¬ лов, рабочей силы, но и использование производственных мощ¬ ностей, специализация и рационализация производства. Жесткий контроль устанавливался в области кредитно-финансовой сферы, распределения продовольственных товаров и предметов первой необходимости. В целях мобилизации экономических ресурсов в Германии сохранялся также аппарат «второго четырехлетнего плана». На него были возложены задачи по бесперебойному обеспечению тыла и фронта сырьем, горючим и продовольствием. Группа во главе со статс-секретарем Бакке существенно расширила свои 20
полномочия по мобилизации аграрно-сырьевых и продовольствен¬ ных ресурсов. Она определяла контингенты и сроки поставки сельскохозяйственных товаров, осуществляла связь между ми¬ нистерством сельского хозяйства, экономическими союзами и органами материального снабжения вермахта11. Военные действия в 1940—1941 гг. привели к дальнейшему развитию системы военно-экономической мобилизации. Так, в марте 1940 г., накануне нападения на Францию, Бельгию, Гол¬ ландию и Люксембург, в фашистской Германии было создано министерство вооружений и боеприпасов, которому была переда¬ на часть функций, выполнявшихся ранее министерством хозяй¬ ства 12. Вскоре, особенно во время подготовки войны против СССР, министерство вооружений и боеприпасов, возглавляемое главным нацистским «архитектором», приближенным Гитлера А. Шпеером, превратилось в главный центр' военно-экономиче¬ ского планирования и руководства. Оно, в частности, взяло на себя решение вопросов снабжения сырьем и рабочей силой, рас¬ пределяло военные заказы, организовывало выпуск новых видов вооружений и боеприпасов 13. Заметное место в фашистской военно-экономической системе отводилось органам материально-технического снабжения вер¬ махта: управлению военной экономики при ставке верховного командования (ОКБ) во главе с генералом Томасом и управле¬ нию генерал-квартирмейстера сухопутных сил (ОКХ) под руко¬ водством генерала Вагнера. Как свидетельствуют документы из Военного архива ГДР (г. Потсдам), первое из этих управлений осуществляло планирование материально-технического снабже¬ ния, распределяло вооружение, боеприпасы и продовольственные товары между родами войск и театрами военных действий14. Второе — осуществляло практическое снабжение войск необхо¬ димыми материально-техническими средствами и продоволь¬ ственными товарами. Оба эти управления сыграли определен¬ ную роль в мобилизации аграрно-сырьевых ресурсов в военных целях. В частности, глава управления; военной экономики при ОКВ Томас на протяжении всей войны выступал за решительное подчинение производственных мощностей, сырья и рабочей силы военным нуждам. Он требовал превратить Германию в «единое и мощное военное предприятие» 15. «Законом об управлении хозяйством» значительно расширя¬ лись функции и роль имперского министерства продовольствия и сельского хозяйства. Под его контроль подпадали все органы, ведавшие вопросами продовольственного снабжения. Имперский министр Дарре получал неограниченные полномочия в этой сфе¬ ре. На министерство сельского хозяйства возлагались определе¬ ние объема и номенклатуры аграрного производства, сбор и 21
распределение продовольственных товаров, организация мер по борьбе с инфекционными болезнями и т. д. В составе министерства имелось восемь отделов, которые контролировали производство и потребление сельскохозяйствен¬ ных продуктов, вопросы труда и финансирования, аренды земли и заселения новых территорий 16. Кроме отделов, при министерстве сельского хозяйства имелся еще ряд специализированных органов, составлявших в целом единую систему государственно-монополистического регулирова¬ ния аграрного производства. При министерстве функционирова¬ ли, в частности, Верховный суд по делам наследственных дворов, Верховный суд по делам фидейкомиссов, имперские контрольные бюро по сельскохозяйственным товарам, центральное объедине¬ ние торговцев продовольствием и т. д.17 Аппарат имперского министерства сельского хозяйства, по¬ рожденный государственно-монополистическими тенденциями германского империализма,] в годы второй мировой войны сам выступал в качестве важнейшего инструмента этого развития. Он концентрировал решение основных проблем аграрно-экономиче¬ ской политики фашизма, способствовал активному проникнове¬ нию государственно-монополистических отношений в деревне. Главной задачей данного аппарата являлась организация продовольственного снабжения армии и населения, поставка сельскохозяйственного сырья военной промышленности. С этой целью в годы войны в Германии была осуществлена дополни¬ тельная перестройка органов продовольственною снабжения и порядка сбыта сельскохозяйственных товаров. В отдельных об¬ ластях при обер-президентах были созданы продовольственные управления. На них возлагались задачи по организации аграр¬ ного производства и продовольственного снабжения. Продовольственные управления состояли из двух отделов: отдела «А», руководившего аграрным производством, и отдела «Б», ведавшего вопросами распределения продуктов. В отдел «А» вошли «общественные» органы, т., е. представители продо¬ вольственного сословия и экономических союзов, а подразделе¬ ния отдела «Б» формировались государственными властями из аппарата обер-президентов 18. Это означало дальнейшее слияние государственных и «общественных» (предпринимательских) органов и создание единой системы регулирования аграрного производства и распределения, к чему стремилось, но еще не могло осуществить нацистское] руководство в довоенное время. При бургомистрах отдельных городов создавались управле¬ ния, ведавшие распределением продовольственных товаров. Они были обязаны внимательно следить за бюллетенями о нормах продовольственного обеспечения, издававшимися министерством 22
сельского хозяйства, и выдавать карточки и ордера на продукты питания населению. В результате этих мер вмешательство нацистского государ¬ ства в аграрное производство еще более возросло. Если ранее государственное регулирование охватывало его начальные эта¬ пы— производство и переработку,' то теперь оно распространя¬ лось и на заключительную фазу аграрного производства — рас¬ пределение продовольственных товаров. Это существенно расши¬ ряло сферу государственно-монополистических отношений в де¬ ревне и позволяло нацистскому государству выступать в роли посредника между крестьянами — производителями сельскохо¬ зяйственных товаров и потребителями — населением городов и армией. Это по-иному ставило многие вопросы капиталистиче¬ ского аграрного воспроизводства, требовало новых мер по пере¬ стройке сбыта и распределения продукции сельского хозяйства. В соответствии с «Законом об управлении хозяйством» в Гер¬ мании существенно изменился порядок сбыта сельскохозяйствен¬ ных товаров. Свободная продажа продовольствия фактически запрещалась. Все продукты растениеводства подлежали обяза¬ тельной сдаче «сразу же после их отделения от земли», а про¬ дукты животноводства — «с момента их получения» 1Э. Следовательно, в нацистской Германии происходило огосу¬ дарствление продукции сельского хозяйства. Крестьяне оконча¬ тельно лишались права свободного распоряжения результатами своего труда, а государство выступало главным потребителем аграрных товаров. Под государственный контроль подпадали практически все виды торгового земледелия: зерновое хозяйство, скотоводство, свеклосахарное и картофелекрахмальное производство, масло¬ бойное дело, винокурение, огородничество и садоводство. Новый порядок сбыта сельскохозяйственной продукции зна¬ чительно расширял рамки и изменял методы государственно-мо¬ нополистического регулирования. Если раньше основной формой экономических связей в аграрном производстве выступала конт¬ рактация, то теперь ей на смену приходит военное контингенти¬ рование, при котором объемы и условия сбыта продукции строго определены. Для всех категорий крестьянских хозяйств вводи¬ лись нормы обязательных продовольственных поставок. Преду¬ сматривалась возможность принудительного взыскания установ¬ ленных норм. Определялись также перерабатывающие предприя¬ тия и потребители сельскохозяйственных товаров, а взаимные обязательства сторон принимали силу закона. Пытаясь стимулировать сдачу крестьянами и крупными агра¬ риями сельскохозяйственных продуктов, правительство Гитлера в 1942 г. ввело денежные премии и надбавки за сданные товары. 23
Например, надбавка за сверхплановую тонну риса составляла от 13 до 27, а ячменя — от 20 до 40 марок. В период войны государство закупало по установленным це¬ нам большинство аграрно-сырьевых и продовольственных това¬ ров, передавая их перерабатывающим предприятиям, выпускав¬ шим конечную продукцию. При такой практике государственные закупочные) организации были связаны договорными началами также со всеми главными объединениями и экономическими союзами, выступавшими коллективными поставщиками продо¬ вольственных товаров. Это привело к тому, что союзы предпри¬ нимателей в системе военного контингентирования заняли веду¬ щую роль. Они выступали связующим звеном между производи¬ телями аграрных товаров и потребителями. Экономические союзы работали также в тесном контакте с органами материального снабжения вермахта и продовольствен¬ ными управлениями отдельных городов и промышленных центров. Военное контингентирование способствовало активному про¬ никновению монополистического капитала в сферу сбыта и рас¬ пределения аграрных продуктов. Акционерные общества и пред¬ принимательские объединения здесь росли довольно быстро. В имперском статистическом управлении в годы войны состояли на учете следующие акционерные компании и объединения: «Об¬ щегерманское животноводческое общество, Кемптен», «Бавар¬ ское объединение сельскохозяйственных товаров, Мюнхен», «Об¬ щество по сбору урожаев, Вильгельмхаузен», «Сельскохозяй¬ ственное закупочно-сбытовое торговое общество Гессенлад, Ка- сель», «Мекленбургское сельскохозяйственное объединение, Шве¬ рин», «Садоводческое общество Дортмунда, Дортмунд», «Рыбо¬ ловное объединение Эрдерзее, Эрдерзее» и т. д. Всего 32 акцио¬ нерных общества 20. Быстрое проникновение государственно-монополистического капитализма в сельское хозяйство было обусловлено тем, что монополистический капитал занял господствующие позиции в области аграрного кредита, торговли и переработки сельскохо¬ зяйственных продуктов, в снабжении сельского хозяйства сред¬ ствами производства. Господство монополий над деревней, само- по себе выражающее определенную степень обобществления эко¬ номических связей между промышленностью и сельским хозяй¬ ством, составляло ту основу, на которой стало возможным даль¬ нейшее развитие государственно-монополистического регулиро¬ вания аграрного производства. Деятельность нацистской систе¬ мы военно-экономической мобилизации в области сельского хо¬ зяйства способствовала концентрации производства и капитала. В период войны постоянно сокращалась переработка продуктов на мелких предприятиях, в домашних условиях. Немонополизи- 24
рованный сектор быстро сокращался, основная часть продукции сельского хозяйства попадала в руки крупных монополистиче¬ ских объединений. При этом дивиденды в областях, занятых переработкой сельскохозяйственных товаров, были значительно выше, чем в других отраслях. Если индексы акций с 1939 по 1943 г. в текстильной промышленности поднялись 6 75,0 до 114,8 пункта, в металлообрабатывающей промышленности — с 75,1 до 129,9, то в пищевой промышленности — соответственно с 120,2 до 176,7 пункта (уровень 1924—1926 гг. принят за 100) 21. Таким образом, аграрно-экономическая политика правитель¬ ства Гитлера оборачивалась «золотым дождем» для владельцев предприятий, занятых переработкой сельскохозяйственных про¬ дуктов. В пищевой промышленности' в период войны, особенно в ее первые годы, прибыли монополий росли стремительно. Они были выше, чем в текстильной и даже металлообрабатывающей промышленности22. Во время войны под контроль монополистического капитала была поставлена также переработка аграрного сырья, которая в Германии была довольно разнообразной. Сельское хозяйство поставляло промышленности коноплю и лен23, широко использо¬ вавшиеся для изготовления сверхпрочных тканей, канатов и т. д. Дубильные и красильные растения: лаковое дерево, древесина дуба, еловая кора и другие — поступали на переработку на экст¬ рактовые заводы, а затем находили применение в кожевенной промышленности. Масличные и эфиро-масличные культуры: под¬ солнечник, рапс, горчица, хмель, тмин — широко использовались в пищевой и косметической промышленности24. Наконец, лекар¬ ственные и наркотические растения: валериана, табак, чай—слу¬ жили сырьем для фармацевтической промышленности Германии. В этих отраслях шел интенсивный процесс вытеснения мелкого производства крупным, подчинения его интересам войны. Промышленная переработка продуктов животноводства так¬ же достигла в; годы войны высокой степени концентрации. До¬ статочно сказать, что внутрихозяйственная переработка молока в Германии в этот период сократилась почти в пять раз, выра¬ ботка масла — в четыре, сыра — в три, творога — в'два раза и при одновременном росте заводского производства25. Продукция животноводства предназначалась не только для продовольственных нужд, но и для выработки моющих средств, мыла, шрота. Масло шло на производство вазелина, молоко — для получения лактазы, яйца — для приготовления меланжи, бисквитов и т. д. Чтобы сократить промышленные расходы жи¬ ров и масел в годы войны, было издано специальное распоряже¬ ние, ограничивающее применение животных жиров для техниче¬ ских нужд. В больших количествах германская промышленность 25
использовала также шерсть,! кожу и кости животных. Так, вы¬ работка тяжелой кожи в Германии достигла 17,4 тыс. тонн26. Все это ставило военную экономику нацистского рейха в тес¬ ную зависимость от ее аграрного сектора, от уровня производ¬ ства продукции растениеводства и животноводства, обусловли¬ вало степень распространения государственно-монополистическо¬ го регулирования на аграрное производство. По глубине подчинения последнего крупному капиталу и ши¬ роте охвата государственно-монополистическим контролем сель¬ ского хозяйства Германия в годы второй мировой войны значи¬ тельно превзошла уровень периода первой мировой войны. Если в 1914—1918 гг. государственно-монополистическое регулирова¬ ние коснулось лишь цен на хлеб, запрета скармливания хлебных злаков скоту, а также рационирования потребления, введенного в конце войны27, то теперь эти меры распространялись фактиче¬ ски на все стороны сельскохозяйственного производства: струк¬ туру и уровень производства, порядок сбыта и переработки про¬ дукции, состав потребителей и т. д. Гитлеровская Германия по степени насаждения государствен¬ но-монополистических отношений в сельском хозяйстве обогнала все капиталистические страны, в том числе государства фашист¬ ского блока: Италию и Японию. Так, в Италии, несмотря на то, что сбыт сельскохозяйственных товаров был подчинен военным планам правительства и осуществлялся специально созданными аграрными консорциумами, государственно-монополистический контроль над деревней не, был столь всеохватывающим, как в Германии. В Японии государственный контроль устанавливался главным образом над производством и распределением риса. Что же касается других культур, то их сбыт был монополизирован лишь в конце войны. В условиях войны германский империализм как никогда нуж¬ дался в «спокойном тыле». Поэтому в1 нацистской Германии в период войны не только экономические, но и социальные отноше¬ ния были поставлены под тотальный государственно-монополи¬ стический контроль. Крестьяне не желали отдавать гитлеровско¬ му государству результаты своего труда, они хотели свободно распоряжаться произведенными продуктами. Это вызывало рост недовольства крестьян усилением принудительных форм ве¬ дения хозяйства, которое стало одним из элементов социальной жизни немецкой деревни в годы войны. Среди крестьян и сель¬ скохозяйственных рабочих получают распространение различные формы саботажа: невыполнение обязательных норм поставок продовольствия, самовольная продажа продуктов, нарушение «торгового порядка» и т. д. В 1942 г. на крестьянина, не выпол¬ нившего поставки хлеба, берлинский суд наложил штраф в раз- 26
мере 400 марок. Крестьянин Лангерих из Вестфалии за само¬ вольную продажу продовольствия был приговорен к 6 годам тюремного заключения28. Таким образом, в фашистской Германии в период войны империалистические круги буржуазии посредством системы во¬ енно-экономической мобилизации, террора и преследований стре¬ мились подвергнуть усиленной эксплуатации трудящиеся слои немецкого народа, установить неразрывную связь экономических и политических отношений господства, посредством государства доставить все национальные ресурсы, в том1 числе и сельского хозяйства, на службу захватнической войне, достижению победы в борьбе за мировое господство. 2. Перестройка имперского продовольственного сословия В развитии экономики Германии в годы второй мировой вой¬ ны господствующим стал курс на ее всестороннюю милитариза¬ цию, под которой марксистская наука понимает систему мер, направленных на подготовку к войне й военное обеспечение интересов господствующих классов. Милитаризация народного хозяйства Германии — явление сложное и противоречивое. Ее направления и формы часто менялись, а сфера воздействия не¬ прерывно, расширялась. Если накануне войны она охватывала главным образом военную промышленность, то в период войны этот процесс глубоко проник в другие отрасли народного хо¬ зяйства. По своей сути милитаризация экономики Германии представ¬ ляла собой взаимопроникновение и взаимодействие государствен¬ но-монополистической экономики, буржуазной военной машины и агрессивной империалистической политики. Она означала использование значительной части производства, технического потенциала, рабочей силы, средств государственного бюджета для подготовки и ведения империалистической войны, массового изготовления вооружения и боевой техники. Главная роль милитаризации экономики Германии, в основе которой лежали методы государственно-монополистического ре¬ гулирования, состояла в том, чтобы обеспечить', уровень произ¬ водства, необходимый для фашистской агрессии, мобилизовать для этого максимум сырья и продовольствия. Милитаризация экономики нацистского рейха потребовала существенного вмешательства государства в структуру произ¬ водства, в рыночные связи, в распределение доходов. В условиях господства финансового капитала этого можно было достигнуть лишь на пути дальнейшего усиления процесса монополизации, 27
подъема его на качественно новую ступень, объединения власти монополии и государства, прямого вмешательства государства в различные сферы гражданской экономики. Характерно, что к этому выводу пришли не только советские авторы, но и зарубежные историки. О грубом вмешательстве на¬ цистского бюрократического аппарата в экономику пишут иссле¬ дователь из ГДР Д. Айххольц, а также западногерманские авто¬ ры: Г. Блах, Г. Отруба, Д. Петцина, Г. Винклер29. Развязывание фашистской верхушкой войны повлекло за со¬ бой дальнейшую милитаризацию экономики и связанное с этим усиление военно-экономической регламентации. В нацистской Германии была проведена дополнительная реорганизация не только государственного аппарата, но и частнопредприниматель¬ ских и «общественных» организаций, которые непосредственно занимались управлением сельским хозяйством. Прежде всего эти изменения сказались на структуре имперского продовольствен¬ ного сословия. «Закон об управлении хозяйством» от 27 августа 1939 г., су¬ щественно расширивший военно-экономический контроль в Гер¬ мании, требовал покончить со всяким «сословным самоуправле¬ нием» и поставить его под государственный контроль. Закон, в частности, предписывал: «Всем организациям и службам в сфере экономики, продовольственного и лесного дела стать под госу¬ дарственный надзор»30. Следовательно, логика военно-экономической регламентации толкала гитлеровское руководство на отказ от всяких форм «со¬ словного самоуправления» и требовала перехода к методам гру¬ бого военно-бюрократического контроля. На основании этого закона была разработана структура и функции имперского продовольственного сословия и примыкаю¬ щих к нему экономических союзов. Если раньше продовольствен¬ ное сословие рассматривалось в качестве основной «самоуправ¬ ляющейся» организации, призванной «представлять интересы крестьянства в государственном руководстве», то теперь его «са¬ моуправление» ликвидировалось, оно попадало под государствен¬ ный надзор министерства сельского хозяйства. По статусу военного времени аппарат имперского сословия претерпевал существенные изменения. Как свидетельствуют архивные документы, в нем упразднялись подразделения, ведав¬ шие ранее «мировоззренческой» обработкой крестьянства. Эти функции передавались главному управлению нацистской партии. В аппарате «сословия» ликвидировался «аграрно-политический штаб», занимавшийся до войны вопросами сельской пропаганды. Упразднялся также отдел «Человек», курировавший областные 28
«крестьянские общества». Они попадали теперь под управление гауляйтеров. В аппарате сословия сохранялись лишь отделы, ведавшие хо¬ зяйственными вопросами. Второй имперский отдел «Двор» по- прежнему руководил хозяйственной деятельностью «крестьян¬ ских обществ». В нем имелись рабочие группы по земледелию, садоводству, виноградарству и рыболовству. В составе отдела появился пост «имперского комиссара битвы за продовольствие», созданный накануне войны, в 1937 г.31 Третий отдел «Сельская торговля и переработка сельскохо¬ зяйственной продукции», как и раньше, контролировал вопросы сбыта и переработки аграрных товаров, осуществлял надзор за главными объединениями и экономическими союзами32. Перестройка военных лет не затронула фактически также высшего звена в аппарате продовольственного сословия — функ¬ ций «имперского крестьянского фюрера». Ввиду того, что этот пост занимал министр сельского хозяйства Дарре, то перестрой¬ ка свелась лишь к тому, что он перенес свою ставку «крестьян¬ ского) фюрера» из Козлара в Берлин, в мрачное здание мини¬ стерства сельского хозяйства на Вильгельмштрассе33. Таким образом, перестройка имперского продовольственного сословия в годы войны, несколько изменив структуру, не затро¬ нула его главных функций. Как и в довоенный период, аппарат сословия представлял собой механизм государственно-монополи¬ стического регулирования сельского хозяйства. Его главная цель состояла в организации бесперебойного продовольственного снабжения фронта и тыла фашистской Германии. Перестройка военных лет лишь усилила переплетение аппарата сословия с органами государственной власти, превратив их в единую систе¬ му военного контингентированного обеспечения. В современной буржуазной историографии искажается сущ¬ ность перестройки имперского продовольственного сословия в годы войны. Буржуазные авторы стремятся использовать факт включения сословия в рамки государственного надзора для до¬ казательства тезиса о примате политики над экономикой в усло¬ виях фашистского режима. «В начале войны, — пишет глава школы западногерманских аграрников В. Абель, — все организа¬ ции имперского продовольственного сословия лишились экономи¬ ческого самоуправления и попал^ под государственный надзор со стороны министерства сельского хозяйства и обер-президен- тов»34. Еще более определенно высказывается Г. Пацуна: «Пу¬ тем военных преобразований крестьянскому самоуправлению был нанесен смертельный удар, суть которого состояла в законода¬ тельном подчинении его военной экономике. На протяжении всей войны этот диктат все более и более обнажался»35. 29
Как видим, буржуазные историки, опираясь на методологи¬ ческую посылку о господстве в нацистской Германии политиче¬ ских сил над экономическими, затушевывают классовую сущность имперского продовольственного сословия в годы войны, заявляют об окончательном подчинении сельского хозяйства и «крестьян¬ ского самоуправления» нацистскому политическому диктату. Эти выводы неверны. Во-первых, потому, что организация имперского продовольственного сословия не была надклассовой, а выражала лишь интересы господствующей верхушки деревни и аграрного капитала. Как и прежде, зажиточные слои деревни использовали ее для притеснения своих менее состоятельных конкурентов, Во-вторых, в результате мер военно-экономического регламентирования роль сословия как механизма государствен¬ но-монополистического регулирования деревни не только не уменьшилась, но еще больше возросла. Об этом свидетельствуют многие факты, в частности, материалы о деятельности предпри¬ нимательских союзов в области аграрного производства. В годы войны нацистский режим стал на путь слияния глав¬ ных объединений и экономических союзов, надеясь таким обра¬ зом повысить эффективность их деятельности и усилить концен¬ трацию перерабатывающей промышленности. Из 9 главных объединений, возникших к 1940 г., в основных отраслях аграр¬ ного производства путем принудительной картелизации было образовано лишь 7 объединений по главным продовольственным товарам. Наиболее крупные охватывали зерновые и кормовые хозяйства, производство молока, жиров, яиц, а также огородное .хозяйство36. Главные объединения и экономические союзы также были поставлены под государственный контроль. Они были подчинены имперским управлениям по основным сельскохозяйственным то¬ варам. Однако эти «преобразования» не мешали развитию пред¬ принимательской активности союзов. Напротив, она еще более возросла. Каждое из главных объединений располагало обшир¬ ной сетью региональных экономических союзов. Главное объеди¬ нение немецкого зернового и кормового хозяйства насчитывало 23 экономических союза, главное объединение молочного и жи¬ рового хозяйства состояло из 24 союзов, главное объединение немецкого яичного хозяйства включало 23 союза и т. д.37 Представляя собой синдицированные монополистические объ¬ единения, экономические союзы руководили важнейшими сторо¬ нами деятельности перерабатывающей промышленности через уровень цен и номенклатуры продукции, регулировали аграрное производство. В годы войны их щупальца глубоко проникли в сельское хозяйство, определяя главные направления капитали¬ стической концентрации. Следовательно, нацистское регулирова¬ ло
ние переработки и распределения сельскохозяйственных товаров способствовало дальнейшему развитию системы государственно- монополистического капитализма в Германии. Объектом фашист¬ ского регулирования теперь стало как аграрное производство,, так и переработка и распределение его продуктов. Регулирую¬ щая функция империалистического государства расширилась. С началом войны региональная структура имперского продо¬ вольственного сословия принципиально не изменилась. Вся Гер¬ мания делилась на областные «крестьянские общества», которые распадались на окружные, а те, в свою очередь, — на местные общества. Однако права «крестьянских фюреров», возглавляв¬ ших эти «общества», значительно расширились. Они получали неограниченное право вмешиваться в дела крестьянских хозяйств. «Крестьянские фюреры» в случае «неудовлетворительного» по¬ ложения в хозяйстве могли возбуждать ходатайство об отстра¬ нении его владельца от ведения дел или лишать его права соб¬ ственности. Численность «крестьянских обществ» увеличивалась по мере- захвата и аннексии чужих территорий. К 1941 г. в третьем рейхе появилось 13 новых «обществ», в том числе на «присоединенных» землях Австрии, Польши и Чехословакии: Нижняя Донау (Ве¬ на), Верхняя Донау (Линц), Данциг — Западная Пруссия (Дан¬ циг), Верхняя Силезия (Катовицы), Вартская область (Позен), Судетская область (Рейхенбург), а также Мозельланд (Люк¬ сембург)38. Во всех этих районах было введено фашистское сель¬ скохозяйственное законодательство, а их аграрно-экономический потенциал включен в состав нацистского рейха. В немецкой деревне, как и во всяком буржуазном обществе,, капиталистические элементы, будучи экономически господству¬ ющим классом, использовали свое положение через нацистский государственный аппарат. Это существенным образом сказалось на расстановке классовых сил в системе имперского продоволь¬ ственного сословия. Перестройка аппарата сословия в годы войны способствовала, закреплению господствующего положения в нем крупных земле¬ владельцев. Так, в состав имперского совета по «наследственным дворам» входили юнкеры и гроссбауэры: Байт из Гессен-Нассау^ Беккер из Баварии, Лохте из Вестфалии, Морит из Литхерфель- де (Берлин), Вальтер из Целендорфа (Берлин), Штайбе из Франкфурта-на-Одере, Роттельски из Данцига, Мюллер и Брюк- нер из Судетской области39. Эти представители крупного земле¬ дельческого капитала в своих интересах регулировали нормы продовольственных поставок, распределяли удобрения, горючее,., иностранных рабочих и военнопленных. В период войны значительно усилилось военно-принудитель- зг
ное регулирование сельскохозяйственного производства. Органы имперского продовольственного сословия определяли не только общие условия ведения крестьянских хозяйств, но и ставили под контроль фактически все стороны аграрного производства: струк¬ туру посевов и порядок агрономических мероприятий, состав до¬ машнего скота и рацион его кормления, нормы продовольствен¬ ных поставок и условия найма рабочей силы. В «дворовых кар¬ точках» продовольственного сословия, новые образцы которых были введены в 1941 г., появились дополнительные графы, реги¬ стрировавшие наемных и семейных рабочих, структуру посевов и возрастной состав скота, обеспеченность машинами, урожай¬ ность, объем обязательных и торговых поставок и т. д.40 Стремясь усилить военно-бюрократическую регламентацию аграрного производства, гитлеровский режим одновременно с «дворовыми карточками» отдельных крестьянских хозяйств на¬ чал насаждать «хозяйственные паспорта») для целых деревень, которые должны были служить дополнительным рычагом конт¬ роля за деревней, повысить коллективную ответственность сель¬ ских общин за продовольственные поставки, насадить круговую поруку.) Паспорт общины Баарв из округа Губен провинции Бранденбург может служить тому наглядным подтверждением. Документы свидетельствуют, что на 36 хозяйств деревни в годы войны приходилось 642,7 га земли, из которых 351,6 га обраба¬ тывалось, а 291,1 га составляли луга, пастбища и лес. Почти половина пашни (43%) была занята зерновыми, 18,7% картофе¬ лем и кормовыми культурами41. В паспорте нацистские власти регистрировали контингенты •сданного продовольствия, добиваясь их непрерывного роста. Если в 1942 г. община сдала 172,8 тыс. литров молока, то в 1943 г. эта цифра была доведена до 188,1 тыс. литров. Контин¬ гент сдачи ржи соответственно возрос с 932,9 до 1744,1 ц. Таким образом, под контроль фашистского режима ставились все стороны крестьянского хозяйствования. Система «дворовых карточек» и «хозяйственных паспортов» позволяла гитлеровцам держать под экономическим надзором целые регионы и отрасли сельского хозяйства. Очевидно также, что фашистское регулирование аграрного производства, переработки и распределения сельскохозяйствен¬ ных продуктов вело к обострению социальных противоречий в деревне. Теперь объектом классовых антагонизмов становились не только отношения отдельных социальных групп к средствам производства, но и их роль в поставках продовольственных то¬ варов. Создание системы военно-экономической мобилизации в сель¬ ском хозяйстве привело к тому, что инструментом государствен- 32
но-монополистического регулирования стали не только государ¬ ственный аппарат и объединения предпринимателей, но и те институты, которые по своей природе носили антимонополисти¬ ческий характер. Речь идет прежде всего о сельских общинах и сельскохозяйственных кооперативах. Как уже отмечалось, введением «хозяйственных паспортов» гитлеровцы стремились добиться коллективной ответственности жителей общины за результаты продовольственных поставок. Однако этим политика нацистского режима по отношению к сельской общине не ограничивалась. Если раньше община рас¬ сматривалась как средство для решения главным образом ком¬ мунальных вопросов, то теперь на нее возлагались задачи по созданию в деревне отношений, «способствующих повышению производства»42. В связи с этим сельским1 общинам на период войны вменялись обязанности по поддержанию противовоздуш¬ ной обороны и мелиоративных сооружений, расширению лесо¬ насаждений, сбору пищевых отходов и металлолома. Усилива¬ лась их роль и в контроле за выполнением крестьянами продо¬ вольственных разнарядок. Для этой цели в апреле 1939 г. во всех деревнях вводилась так называемая «народная картотека»43. Таким образом, в условиях войны крестьянская община из демо¬ кратического института, призванного защищать интересы трудя¬ щихся слоев деревни, превращалась в дополнительный рычаг военно-экономической мобилизации. Подобная метаморфоза в годы войны произошла и с сельско¬ хозяйственной кооперацией, демократическим основам которой гитлеровцы нанесли значительный ущерб еще в середине 30-х го¬ дов. По словам швейцарского ученого К- Блудау, «сельскохозяй¬ ственные кооперативы Дарре поставил под контроль предприни¬ мательских союзов»44. Следовательно, еще до начала войны в систему государственно-монополистического регулирования были включены и кооперативы. Эта тенденция получила дальнейшее развитие в условиях военного времени. В сентябре 1939 г. была отменена публич¬ ность юридического оформления кооперативных союзов и одно¬ временно введена система заместительства членов. С июля 1941 г. упразднялись выборы представителей на собраниях упол¬ номоченных кооперации. А через два года собрания членов во¬ обще были отменены. Правления и наблюдательные советы по¬ лучили полномочия действовать «по своему усмотрению»45. Изменился и состав сельскохозяйственных кооперативов в годы войны. Основную часть их членов составляли средние и крупные крестьяне, капиталистические предприниматели. Причем их было большинство в объединениях, занятых реализацией про¬ довольственных товаров и получавших высокие доходы, мелкие 2. Зак. № 65 33
же крестьяне преобладали в других формах кооперации, не при¬ носивших прибыли. В 1940 г. владельцы капиталистических предприятий размером в 20 га и более составляли 44% общей численности членов в снабженческо-сбытовых и 59% в животно¬ водческих объединениях. Крупные и средние крестьяне наиболее полно были представлены в молочных кооперативах (48%), а мелкие крестьяне (49%) —в кредитных товариществах, которые из-за отсутствия кредитных средств в годы войны пребывали в летаргическом сне46. Таким образом, сельскохозяйственная кооперация в годы вой¬ ны стала не только средством мобилизации аграрно-сырьевых запасов, но и важным рычагом насаждения государственно-мо¬ нополистических отношений в деревне. Действуя под контролем государства и монополистических объединений, сельские коопе¬ ративы способствовали обогащению господствующей верхушки деревни и обнищанию трудящихся масс. Как отмечал В. И. Ле¬ нин, кооперация в условиях, капиталистического государства является коллективным капиталистическим учреждением. Она еще может в какой-то мере избавить крестьянина от посредника- торговца, но отнюдь не избавляет его от капитала вообще. На¬ оборот, последний находит в ней подходящую форму для усиле¬ ния эксплуатации деревни и в полную меру использует ее47. Главной целью системы военно-экономической мобилизации, в результате преобразований военных лет поставившей себе на службу фактически все государственные и общественные инсти¬ туты фашистской Германии, явилось бесперебойное обеспечение страны продовольствием. Узость аграрно-экономической базы на¬ цистского рейха в сравнении с программой военной экспансии определяла не| только структурные преобразования в управле¬ нии сельским хозяйством, но и размах деятельности имперского сословия по решению продовольственных задач. С началом войны в немецкой деревне начался новый этап «битвы за продовольствие», которая была переименована в «во¬ енную битву за продовольствие». На ее проведение была направ¬ лена деятельность всего механизма военно-экономической моби¬ лизации, начиная от генерального уполномоченного по «второму четырехлетнему плану» и кончая местными «крестьянскими фю¬ рерами». 16 ноября 1939 г. Геринг как уполномоченный по фашистской «четырехлетке» издал «Приказ о сохранении сельскохозяйствен¬ ной продукции», которым предписывалось усилить экономию аграрного сырья) и продовольствия и наметить новые меры по росту их производства. В соответствии с приказом в деревню направлялись дополнительная гражданская рабочая сила и воин¬ ские формирования для завершения полевых работ48. 34
Основную цель «военной битвы за продовольствие» сформу¬ лировал министр сельского хозяйства Дарре, выступивший 8 де¬ кабря 1939 г. с большой речью на совещании областных руково¬ дителей «крестьянских обществ». Он заявил: «...крестьяне и сель¬ ские хозяева, сельские женщины и рабочие, мельники и рыбаки, садоводы и торговцы продовольствием — все включаются теперь в военную битву за продовольствие»49. Конкретизировал задачи этой кампании Бакке — руководитель группы в аппарате «второ¬ го четырехлетнего плана». Перед крестьянскими организациями нацистский чиновник выдвинул несколько задач: 1) повысить урожайность сельскохозяйственных культур; 2) расширить посе¬ вы кормовых и пропашных культур; 3) увеличить производство масличных и лубяных культур; 4) стабилизировать поголовье крупного рогатого скота и особенно коров; 5) расширить разве¬ дение мелкого домашнего скота и птицы в крестьянских хозяй¬ ствах; 6) добиться сохранения садов и огородов50. В соответствии с этим аппарат имперского продовольствен¬ ного сословия объявил сразу несколько «битв»: «битву за хлеб», «битву за шерсть», «битву за яйца» и т. д. Для достижения этих целей в нацистской Германии был издан ряд законов в области земледелия и землепользования, намечены меры по материаль¬ но-техническому снабжению деревни, увеличены поставки рабо¬ чей силы, в том числе иностранных рабочих и военнопленных61. Каковы же результаты «битвы за продовольствие» в годы войны?! Ответ на этот вопрос позволит выяснить уровень теку¬ щего аграрного производства в Германии и установить степень его товарности. Статистические материалы, которыми мы располагаем, позво¬ ляют проследить основные сдвиги в использовании-земли, струк¬ туре посевов; урожайности важнейших сельскохозяйственных культур и поголовье домашнего скота. Особенность статистиче¬ ской службы в годы войны заключалась в том, что по мере ми¬ литаризации экономики устанавливалась централизация ее уче¬ та. Подготовка статистических материалов все более сосредото¬ чивалась в руках специальных органов фашистского государства. Фашистская статистика взяла на себя миссию представлять эко¬ номику Германии как экономику «гармонии» труда и капитала, эксплуатируемых и эксплуататоров52. Органом, централизовав¬ шим учет в третьем рейхе, выступало имперское статистическое управление, которое в период войны делало постоянные «замеры» отдельных отраслей экономики, составляя различного рода «ба¬ лансы», освещавшие целый комплекс важных проблем. Так, были составлены балансы рабочей силы, продовольственного обеспе¬ чения и др. Нацистская статистика приукрашивала отдельные стороны 2* 35
.аграрного производства, например, приуменьшала материальные тяготы крестьянских хозяйств, маскировала условия эксплуата¬ ции иностранных рабочих и военнопленных. Но это все равно не позволило скрыть главных тенденций сельскохозяйственного про¬ изводства, тех глубоких противоречий,! которые были присущи немецкой деревне в период войны. О состоянии аграрного производства в Германии можно су¬ дить на основании данных о посевных площадях важнейших сельскохозяйственных культур. Табл. 1 показывает сокращение посевных площадей почти по всем позициям. Причем размеры посевов сокращались с каждым годом войны. К 1943 г. посевы ржи уменьшились на 5,9%, пше¬ ницы— на 14,7, ячменя — на 24,6, овса — на 10,2 и картофеля — на 6,0%. Лишь площади, занятые свеклой, несколько возросли (на 12,3%). Таблица 1 Сокращение посевных площадей в Германии, тыс. га53 Год Рожь Пшеница Ячмень Овес Карто¬ фель Свекла 1939 4223 2105 1243 2820 2834 1348 1940 3975 1897 1357 2843 2813 1424 1941 4096 1941 1188 2644 2745 1460 1942 3381 1715 1337 2809 2777 1517 1943 3977 1796 938 2535 2665 1514 Сокращение посевных площадей, как правило, вызывается двумя причинами: или падением аграрного производства, или его интенсификацией. Какой из этих факторов был определяющим в годы войны, свидетельствуют показатели валовых сборов в Германии. С 1939 по 1943 г. в нацистском рейхе сборы основных сельскохозяйственных культур сократились (в тыс. т): ржи — с 8342 до 7642 (на 8,4%), пшеницы — с 4944 до 4392 (на 11,2%), ячменя — с 2645 до 1952 (на 26,2%), овса — с 6096 до 5389 (на 11,6%), картофеля — с 51626 до 36069 (на 31,2%), сахарной свеклы — с 16770 до 14607, (на 12,9%) и кормовой свеклы — с 39678 до 37202 (на 6,3%)54. Следовательно, уже в первые годы войны наблюдается сокращение производства важнейших сель¬ скохозяйственных культур, которое не могло не сказаться на производственном обеспечении страны. Для трудовых слоев го¬ рода и деревни особенно тяжелым было снижение сборов ржи и картофеля, составлявших основу народного питания. Таким образом, уменьшение валовых сборов сельскохозяй- 36
ственных культур при одновременном сокращении посевных пло¬ щадей явно говорит о свертывании аграрного производства в на¬ цистской Германии. Данное обстоятельство поставило перед на¬ цистским режимом ряд сложных проблем. Стало очевидным, что политику продовольственной автаркии, которая после начала войны с еще большим упорством насаждалась в немецкой де¬ ревне, осуществить не удается. В этих условиях фашистские- правители прибегли к усиленному ввозу в страну продовольствия из оккупированных и зависимых стран. Лозунг «национальной автаркии» был заменен лозунгом «общеевропейской автаркии». В период войны серьезные сдвиги происходили и в другой отрасли сельского хозяйства Германии — в животноводстве. На положение этой отрасли влияли в основном те же факторы, что и в растениеводстве: нехватка рабочих рук и кредитных средств, отсутствие машин и механизмов, а также слабость кормовой ба¬ зы, распространение болезней животных и др. Все это, несмотря на усилия властей, не позволило сохранить поголовье основных видов животных (табл. 2). Таблица 2 Сокращение поголовья скота и птицы в Германии, тыс. гол.55 Год Лошади 1 [Крупный рогатый скот Свиньи Овцы Гусй Утки Куры 1938 3446 19432 23567 4823 5909 2641 88638 1939 3023 19948 25240 4852 4763 2577 89777 1940 3093 19663 21578 4862 4841 3514 88277 1941 3125 19432 18303 4984 4450 3706 73961 1942 3096 19102 15025 5196 5111 3863 65274 Статистические данные отчетливо обнаруживают уменьшение поголовья большинства видов домашнего скота и птицы. За три года войны количество лошадей сократилось на 10,2%, крупного рогатого скота — на 9,8, свиней — на 36,5, гусей—на 14,4 и кур— на 26,4%. В это же время в результате административных мер (требование властей разводить овец), а также из-за возросшей нужды в продовольствии несколько возросло поголовье овец (на 9,4%) и особенно — уток (на 68,9%). Следовательно, германское животноводство понесло наиболее ощутимый урон в свиноводстве: треть свиней уже к 1942 г. была истреблена. Такое большое сокращение объяснялось как массо¬ вым самовольным убоем свиней крестьянами, так и фашистской концепцией «блицкрига»: рассчитывая на быстрое окончание 37
войны, гитлеровцы уничтожали скот, не заботясь о его восста¬ новлении. Данное обстоятельство вынуждены были признать официальные власти. Так, Бакке, выступая 23 октября 1943 г. в Ульме, заявил: «В одном вопросе мы не должны предаваться иллюзиям: война вызвала уменьшение поголовья скота, в осо¬ бенности свиней. Наличные запасы тратились и не пополня¬ лись» 56. В период войны у животноводства Германии не было глав¬ ного условия — устойчивой кормовой базы. О наличии в стране системы производства кормов, которая включала бы естествен¬ ные кормовые угодья, полевое кормопроизводство и промышлен¬ ное изготовление кормов, говорить трудно, так как комбикормо¬ вой промышленности в Германии до войны фактически не было, основная часть комбикормов ввозилась из-за рубежа. Значитель¬ ные земельные массивы внутри страны, служившие ранее есте¬ ственными пастбищами, были изъяты для промышленного и военного строительства, а стремление расширить посевной клин кормовых культур за счет сокращения посевов зерновых натал¬ кивалось на не менее императивное требование: увеличивать сбор хлебного зерна. В связи с этим производство сочных кормов в Германии в годы войны заметно уменьшилось. С 1939 по 1944 г. сбор клевера, например, сократился с 6911 до 6868 тыс. т (на 0,7%), люцерны — с 3000 до 2139 тыс. т (на 28,7%), луговой травы — с 28855 до 22830 тыс. т (на 20,9%) 57. Узость кормовой базы, общие экономические трудности воен¬ ного времени вели к тому, что убой скота в Германии в годы войны был большим. По некоторым видам животных он пере¬ крывал естественный прирост поголовья (табл. 3). Таблица 3 Убой скота в Германии, тыс. гол.58 Год Крупный рогатый скОт Свиньй Овцы Год Крупный рогатый скот Свиньй Овцы 1939 1940 1941 3867,6 3836,1 3346,0 22798,2 21248,5 1813,6 \ 1974,9 1615,5 1107,0 1942 1943 3368,7 2430,0 10958,3 11880,2 1131,3 1250,0 От общего поголовья, включая импорт, ежегодный убой круп¬ ного рогатого скота составлял до 20%, овец—до 40%, а свиней— до 80%. Все это срывало планы гитлеровского правительства по «стабилизации» животноводства. Поголовье скота падало с каж- 38
дым годом войны, что вызывало серьезные затруднения в обеспе¬ чении страны животноводческими продуктами. Такова была аграрно-экономическая база фашистской Герма¬ нии в период войны, которая была призвана удовлетворить спрос на продовольствие и сельскохозяйственное сырье армии, про¬ мышленности и населения. Очевидно, что гитлеровцы столкну¬ лись в этой области со многими трудностями, которые не были преодолены с начала войны. Сельское хозяйство, особенно жи¬ вотноводство, продолжало оставаться одним из уязвимых мест экономики третьего рейха. Посредством «военной битвы за продовольствие» нацистский режим стремился сгладить наиболее острое противоречие в аграрно-сырьевом балансе страны, мобилизовать для нужд фрон¬ та и тыла имеющиеся продовольственные средства. Решающим обстоятельством в этих условиях являлся вопрос об уровне то¬ варности сельскохозяйственного производства, т. е. о доли то¬ варной части продукции в ее общем объеме. При сокращении валовой урожайности и поголовья скота все усилия фашистского аппарата, в том числе деятельность имперского продовольствен¬ ного сословия, были направлены на получение наибольшего ко¬ личества товарной продукции. Для достижения этой цели в животноводстве и растениевод¬ стве применялись различные меры. Так, для мобилизации моло¬ ка и молочных продуктов уже в сентябре 1939 г. главное объеди¬ нение молочного и жирового хозяйства издало «Распоряжение «б обязательной сдаче молока», согласно которому все кресть¬ яне, содержавшие дойных коров и коз, обязывались сдавать установленные нормы молока и сливочного масла. Кроме того, ограничивались расходы цельного молока для выращивания мо¬ лодняка и личного потребления59. Стремясь увеличить контин¬ генты сданного продукта, гитлеровцы провели кампанию по изъ¬ ятию домашних сепараторов и увеличению заводской переработ¬ ки молока. Результаты этих мер показаны в табл. 4. Итак, поголовье коров удалось сохранить на уровне 10 млн. Однако надои упали на 9,0%. Наибольшие изменения произошли в структуре) потребления и формах переработки молока. Пере¬ работка на дому сократилась почти в пять раз при одновремен¬ ном росте промышленной переработки на 18,3%. Расход молока на вскармливание молодняка уменьшился на 28,6%, на питание крестьян — на 31,6% и на другие нужды — более чем в два раза. Данные о сокращении внутрихозяйственных расходов молока и росте его заводской переработки бесспорно свидетельствуют об увеличении доли товарных поставок в общем производстве жи¬ вотноводческих продуктов. 39
Таблица 4 Производство, переработка и расход молока в Германии, тыс. т60 Год Поголовье коров, тыс. гОл. Производство молока Употребление молока Переработка молока на корм скоту О .5 я и еа к н л я ►* ^ о со Си X X другие расходы на дому на мо¬ локоза¬ водах всего 1939 9882 25363 2598 2934 1193 2591 12850 15441 1940 9962 24359 2317 2670 706 1608 15450 17058 1941 9979 23816 2025 2286 667 1163 15928 17091 1942 10051 22531 1870 2028 591 789 15191 15980 1943 10139 22839 1857 2007 465 593 15727 16320 Более точную картину товарности сельского хозяйства Герма¬ нии в годы войны дают сравнительные материалы о производ¬ стве и поставке зерновых культур. Сохранились любопытные данные о поставках зерна «крестьянскими обществами» (табл. 5). Таблица 5 Поставка хлебного зерна «крестьянскими обществами» Германии, тыс. т61 Зерно 1938/39 1939/40 1940/41 | 1941/42 1942/43 Рожь 5336 4967 3720 4794 4098 Пшеница 4454 3289 2701 2876 2481 Они свидетельствуют о сокращающихся объемах поставок зерновых в годы войны. Если взять контингент ржи, сданный в 1938/39 г. за 100%, то в 1939/40г. он составил 93,1 %, в 1940/41 г.— 69,7, в 1941/42 г. — 89,8, в 1942/43 г. — 76,7%. Поставки пшеницы будут выглядеть соответственно: 1939/40 г.—73,8%, 1940/41 г.— 60,6, 1941/42 г.—64,6, 1942/43 г.—55,7%. Однако эти цифры еще не позволяют судить о товарности растениеводства. Для ее выявления необходимо показатели о поставках сравнить с данными о валовом сборе зерновых. Мате¬ риалы о валовых сборах и поставках крестьянскими обществами хлебного зерна дают следующую картину товарности сельского хозяйства в Германии. Уровень товарности производства хлебного зерна в Германии 40
в годы войны колебался как по годам, так и по злакам. Наибо¬ лее высоким уровнем товарности отличалось выращивание пше¬ ницы как наиболее ценной хлебной культуры. Несколько меньг шим — ржи. Средний показатель товарности в 1939 г., когда шли мобилизационные приготовления, достиг довольно высокого уровня—76,9%. Затем в 1940 г., и особенно в 1941 г., когда в Германию начали поступать большие контингенты зерна из окку¬ пированных стран Центральной и зависимых государств Юго- Восточной Европы, пресс имперского продовольственного сосло¬ вия в немецкой деревне несколько ослаб, товарность снизилась в- 1941 г. до 56,9%. Подготовка фашистской агрессии против СССР и огромный размах военных действий на советско-германском фронте н 1942 г. вновь привели к повышению товарности зерновых до 82,6%. Ограбление оккупированных территорий и внешнеэконо¬ мическая экспансия в| следующем году позволили нацистскому руководству снизить внутригерманские поставки: товарность в 1943 г. составила лишь 55,4%. Однако в дальнейшем потери захваченных территорий, сокращение валового сбора зерна вну¬ три Германии заставили гитлеровцев вновь усиливать продоволь¬ ственный пресс в немецкой деревне, и в 1944 г. товарность до¬ стигла наивысших показателей — 93,6%62. Таким образом, данные о товарности раскрывают характер военно-экономической мобилизации аграрного производства третьего рейха. Продовольственный пресс в деревне действовал в зависимости от напряженности военных действий: в момент подготовки и развертывания крупных военных операций он уси¬ ливался, в периоды затишья — ослаблялся. Очевидно также, что на характер и масштабы военно-эконо¬ мической мобилизации значительное воздействие оказывало на¬ личие зарубежных источников продовольствия: в те годы, когда фашистский режим имел возможность беззастенчиво грабить оккупированные и зависимые страны, объем продовольственных изъятий из немецкой деревни заметно уменьшался. В те же годы,, особенно на заключительном этапе войны, когда гитлеровцы в результате военного поражения утратили почти все захваченное «жизненное пространство», реквизиции продовольствия в Герма¬ нии приобрели невиданный размах. Эту закономерность подтверждают также исследования И. Леманна о сдаче зерна отдельными «крестьянскими общества¬ ми». По его данным, в провинции Саксония-Ангальт доля сда¬ ваемой пшеницы от урожая составляла на декабрь 1939 г.— 34,8%, 1940 г.—38,9, 1941 г.—35,3, 1942 г. — 49,2%, на январь 1944 г. — 78,8%, на февраль 1945 г. — 81,5% 63. 41
Следует заметить, что трудовые слои крестьянства пытались оказать сопротивление изъятию продовольственных товаров. Наиболее распространенной формой борьбы против высоких норм обязательных поставок было умышленное занижение в «дворо¬ вых картах» данных о размерах посевов и урожайности, о пого¬ ловье домашнего скота и птицы. Характерно, что в «дворовых картах» крестьянских хозяйств Бранденбурга, хранящихся ныне в Государственном архиве Потсдама, часто встречаются исправ¬ ления нацистских чиновников, которые проверяли показания крестьян и вносили новые, как правило, более высокие данные об урожайности, удоях, поголовье домашнего скота и птицы64. Иногда эта борьба доходила до убийства нацистских чинов¬ ников. Так, например, в октябре 1943 г. крестьянами в районе Эрфурта и Веймара были убиты три «продовольственных конт¬ ролера», которые объезжали деревни и систематически проверя¬ ли принадлежащий крестьянам скот, молоко, яйца и прочие про¬ дукты 65. Подводя итог, отметим, что перестройка системы имперского продовольственного сословия способствовала расширению власти финансового капитала над деревней. Через институт «крестьян¬ ских фюреров», ставших составной частью нацистского аппарата, крупная буржуазия в союзе с юнкерством подчинила своим инте¬ ресам сельскохозяйственное производство. Это вело к такому по¬ ложению, когда огромное развитие производительных сил обще¬ ственного труда сопровождалось тем, что все главные выгоды этого развития монополизировало ничтожное меньшинство насе¬ ления. Важно подчеркнуть также, что перестройка имперского про¬ довольственного сословия в годы войны привела к включению его в единый аппарат военно-экономической мобилизации сель¬ ского хозяйства.; Посредством этого аппарата в деревне была создана наиболее разветвленная система государственно-моно¬ полистического регулирования, в которой опека над непосред¬ ственными производителями была доведена до предела. Эта система позволила гитлеровскому руководству в годы войны выкачивать из немецкой деревни основную часть продук¬ ции сельского хозяйства, значительно повысить его товарность. Однако сохранить довоенный уровень аграрного производства в стране она оказалась не в состоянии. В период войны наблюда¬ лось ухудшение структуры посевов, падение сборов урожая, со¬ кращение и ухудшение состава поголовья скота. Заметно снизи¬ лась култьура земледелия и агротехники. Военно-бюрократическое регламентирование сковывало хо¬ зяйственную инициативу крестьян, а других стимулов в условиях фашистского режима вообще быть не могло. 42
3. Система продовольственного обеспечения армии и населения Коренным противоречием экономики и политики Германии в соды второй мировой войны являлось несоответствие между уровнем экономического обеспечения и планами фашистской .агрессии. Это противоречие для германского империализма было традиционным. Уже первая мировая война выявила его доста¬ точно отчетливо, когда германские империалисты, не подготовив¬ шись экономически к длительным военным действиям, рассчиты¬ вали с помощью стратегии «блицкрига» быстро закончить войну в свою пользу. Однако затяжной характер войны и морская бло¬ када, отрезавшие Германию от внешних рынков,! привели ее к поражению66. В период второй мировой войны германская стратегия в основе своей осталась прежней. «Молниеносная война» рассмат¬ ривалась в качестве решающего средства установления мирового господства. Однако отношение к вопросам экономического обес¬ печения войны было пересмотрено. Упор делался на всесторон¬ нюю экономическую подготовку накануне войны, «тотальную мо¬ билизацию» в ходе войны и максимальное ограбление оккупиро¬ ванных и зависимых стран. В связи с этим гитлеровское руководство придавало важное значение созданию системы сырьевого обеспечения, строгому учету имевшихся экономических ресурсов, рационированию по¬ требления. В период войны в Германии была создана разветвлен¬ ная система сырьевого снабжения, а все ресурсы и потребление были поставлены под государственный контроль67. Организация этой системы диктовалась задачами военного времени и классовыми интересами германской буржуазии. Госу¬ дарственная система снабжения открывала широкие возможно¬ сти перед торгово-промышленным капиталом, вела к небывало¬ му росту прибылей германских монополий. Юридической основой для создания системы продовольствен¬ ного снабжения и рационирования продуктов питания послужи¬ ло «Распоряжение об общественном распределении сельскохо¬ зяйственных товаров», принятое 27 августа 1939 г. В соответ¬ ствии с этим предписанием решение вопросов продовольственного снабжения, возлагалось на соответствующие управления при обер-президентах отдельных областей, а в крупных городах и промышленных центрах — на продовольственные управления при обер-бургомистрах68. Нацистское государство в этих условиях выступало моно¬ польным заказчиком сельскохозяйственных товаров. Созданные имперские бюро («Рейхсштале») наделялись неограниченными 43
полномочиями по закупке продовольствия как отечественного» так и иностранного происхождения. 7 сентября 1939 г. в Герма¬ нии были введены имперские карточки на продажу зерна, мяса, молока, картофеля и других товаров. Они выдавались лишь по¬ сле того, как соответствующее бюро (их было семь, по основным видам сельскохозяйственной продукции) отказывалось закупить продовольствие6Э. Закупленные контингенты продовольствия, а также получен¬ ные в порядке обязательной сдачи распределялись имперским бюро между тылом и фронтом в соответствии с военно-экономи¬ ческими требованиями. Рационированное потребление в Германии вводилось на осно¬ ве «Военно-продовольственного плана», утвержденного фашист¬ ским руководством еще в апреле 1939 г. План определял основ¬ ные источники продовольствия, статьи и нормы его расходова¬ ния. В качестве главных факторов обеспечения страны продо¬ вольствием план предусматривал сохранение текущего аграрного производства, установление государственного регулирования по¬ требления сельскохозяйственных товаров и цен на них, включе¬ ние в «германское хозяйство» аннексированных территорий Авст¬ рии и Чехословакии, а( также широкий ввоз продовольствия и кормов из-за рубежа70. Исходя из концепции «молниеносной войны», нацистские чи¬ новники планировали продовольственное обеспечение лишь на два года. При этом учитывалось негативное воздействие войны на сельское хозяйство, предусматривалось падение сбора к кон¬ цу второго года войны зерновых на 18%, картофеля — на 32, са¬ харной свеклы — на 42% и т. д.71 «Военно-продовольственный план» определял также расходы сельскохозяйственных товаров на нужды различных категорий военнослужащих и гражданского населения. Продовольственные расходы армии выглядели следующим образом: хлеб — гарнизоны — 650, рекруты — 750, фронт — 750 г; мясо и колбасы соответственно—220, 243 и 274 г; жир и масло— 44, 44 и 64 г в сутки на человека72. Как видим, наиболее высокие продовольственные пайки предусматривались для войсковых соединений, дислоцированных на фронте. Здесь ежедневный ра¬ цион превышал пайки рекрутов на 200 кал и солдат в гарнизо¬ нах— на 400 кал. По сравнению с довоенным уровнем, нормы продовольствен¬ ных расходов в армии не снижались, в отличие от гражданского населения. Продовольственные пайки военнослужащих в сред¬ нем превышали нормы гражданского населения по муке на 35%, по мясу — на 57%. План предусматривал многоразрядную шкалу обеспечения 44
продуктами населения городов и сел. Прежде всего гражданское население было разделено на две крупные категории. Первая группа — «самообеспечивающиеся», т. е. те, кто с начала войны снимался с государственного продовольственного баланса. В нее входили жители сел и мелких городов, которые обязывались добывать средства питания работой в своих хозяйствах, огоро¬ дах и садах. Во вторую группу — городские потребители — были включены жители крупных городов и промышленных центров. Городское население делилось на несколько разрядов потре¬ бителей, для каждого из которых определялись свои нормы про¬ довольственного обеспечения (табл. 6). Таблица 6 Нормы снабжения продовольствием в городах, г на сутки73 Вид продуктов „Нормаль¬ ные пот¬ ребители* “Занятые на тяжелых работах,, „Занттые на снерх- тяжелых работах,, Дети дб 6 лет 6-14 лет Мука 291 450 565 116 182 Картофель 675 1010 1010 130 445 Молоко 234 — — 176 259 Мясо 99 143 143 29 71 Жир 41 59 109 10 29 Сахар 65 134 139 23 67 Какао 1 — — 3 3 Пиво 65 194 194 — — Итак, наиболее высокие нормы продовольственного обеспече¬ ния устанавливались для лиц, занятых «тяжелой» и «сверхтяже¬ лой» работой, т. е. работников военной промышленности. Их пайки по калорийности превосходили рационы «нормальных по¬ требителей» соответственно на 1215 и 1912 кал. После объявления войны нормы продовольственного обеспе¬ чения «нормальных потребителей», составлявших две трети го¬ родского населения, планировалось заметно снизить: по хлебу — на 8%, мясу — на 14, овощам и фруктам — на 14 и по жиру—на 42,9%. Одновременно увеличивались расходы картофеля на 19,7%. Таким образом, «Военно-продовольственный план», построен¬ ный на тех же принципах авантюризма и переоценки своих воз¬ можностей, что и остальные программы фашизма, предусматри¬ вал аграрно-сырьевое обеспечение военной агрессии главным 45
образом за счет ухудшения питания трудящихся масс, а также- ограбления оккупированных территорий. Роль отдельных слоев населения в системе снабжения была неодинаковой. Это обстоятельство станет наглядным, если мы рассмотрим практическое осуществление продовольственного обеспечения Германии в период войны. Начнем с обеспечения продовольствием населения городов, так как, несмотря на важность удовлетворения потребностей вермахта, организация снабжения почти 70 млн человек граж¬ данского населения, из которых более 75% проживали в горо¬ дах, представляла собой довольно сложную задачу. Если исклю¬ чить общины деревень и населенных пунктов с численностью до 10 тыс. человек, то в годы войнщ в Германии насчитывалось 564 города с населением свыше 10 тыс. человек. Из них более 50 городов являлись крупными торгово-промышленными и адми¬ нистративными центрами с числом жителей свыше 100 тыс. че¬ ловек каждый, в том числе Берлин, Гамбург, Мюнхен, Дюссель¬ дорф и др.74 С 28 августа 1939 г. в Германии была введена карточная система на продовольствие и предметы первой необходимости. Хлеб, мясо, молоко, сахар, мармелад и другие продукты выда¬ вались только по специальным карточкам и ордерам75. Затем было объявлено о рационировании кондитерских изделий, пива, и кофе-эрзац. Продовольственные рационы разрабатывались министерством сельского хозяйства по так называемым «периодам», равным 27—28 дням. Уже в первый период войны продовольственные нормы были значительно урезаны (табл. 7). Таблица I Продовольственные нормы в Германии с 25 сентября 1939 г. по 30 мая 1941 г., г на неделю76 Категория населения Хлеб Мясо Жиры Молоко Взрослые потребители 2467 1060 585 2,1 в 1937 г. «Нормальные потребители» 2400 500 270 «Занятые на тяжелых ра¬ ботах» 3800 1000 395 «Занятые на сверхтяжелых 4800 1200 740 0,5 работах» Дети до 6 лет 1100 250 80 0,25 Дети до 14 лет 1700 500 505 0,75 46
Эти сокращения коснулись) прежде всего группы «нормаль¬ ных потребителей», рационы которых по мясу и жирам сократи¬ лись более чем в два раза. Характерно, что нормы и ассортимент продуктов уже в пер¬ вые годы войны стали хуже, чем предусматривалось «Военно¬ продовольственным планом». Только по хлебу обеспечение пре¬ вышало запланированный уровень. Что же касается других про¬ дуктов, особенно мяса, жира, молока, то нормы снабжения ими; были ниже намеченных. В сельской местности также вводилось рационирование про¬ довольственных товаров. Если до' войны личное потребление крестьян и сельских рабочих не ограничивалось, то теперь и здесь устанавливались жесткие нормы. «Самообеспечивающиеся» име¬ ли право оставить себе не более 500 г хлеба или муки, 900 г кар¬ тофеля, 0,5 л молока, 150г мяса и 50г жира в день77. Эти нормы были ниже, чем у городских потребителей. С началом войны регулировался не только объем продоволь¬ ственных товаров, но и их состав. Так, вводились определенные соотношения ржи и пшеницы прй выпечке] хлеба. Для северо- восточных районов, производивших рожь, это соотношение долж¬ но было составлять 80% ржи и 20% пшеницы, а для юго-вос¬ точных областей, поставлявших пшеницу, соответственно — 60 и 40% 78. Таким образом, путем регламентирования потребления фа¬ шистский режим пытался преодолеть узость аграрно-сырьевой базы, высвободить для армии дополнительные контингенты про¬ довольствия. «Экономия» достигалась главным образом за счет сокращения обеспечения трудящихся слоев города и деревни. Однако следует отметить, что в первые годы войны, когда вермахт захватывал одну европейскую страну за другой, черпая в них продовольствие, обеспечение населения Германии, особен¬ но семей военнослужащих, было довольно высоким. По данным начальника генерального штаба сухопутных сил (ОКХ) Гальде- ра, в 1940 г. мясной паек в Германии и Англии был одинаковым, а по количеству мармелада, сыра и жиров германские рационы превосходили английские79. Кадры документальной кинохроники тех лет запечатлели горы продовольствия, которое в первые го¬ ды войны как из рога изобилия сыпалось на рейх. Многие семьи военнослужащих и гражданских лиц часто получали посылки с продовольственными товарами из захваченных стран. Однако продовольственное обеспечение гражданского насе¬ ления в период войны было неустойчивым; Это являлось след¬ ствием сокращения аграрного производства внутри страны и мо¬ билизации продовольственных товаров для армии, возраставшей с каждым новым актом агрессии. Существенное урезание рацио- 47
лов в Германии произошло летом 1941 г., т. е. накануне веро¬ ломного нападения фашистского рейха на СССР. Уже 12! мая 1941 г. Гальдер записал в своем дневнике: «Германия. Трудности д снабжении мясом. Поголовье свиней снизилось с 27 до 20 млн голов80. Крупный рогатый скот трогать нельзя. Поэтому нужно уменьшить потребление. Необходимо до начала наступления (т. е. нападения на Советский Союз. — Л. А.) сократить потреб¬ ление мяса в сухопутных войсках. В вооруженных силах норма снижается с 1500 до 1350 граммов, а для гражданского населе¬ ния— с 500 до 400 граммов (в неделю)»81. Проводя кампанию по систематическому сокращению снаб¬ жения продуктами питания населения городов, гитлеровцы ши¬ роко пропагандировали тезис 6 так называемом «психологиче¬ ском минимуме», согласно которому следует обеспечивать не энергетический уровень деятельности организма, а лишь утолять «психологический голод». Опираясь на этот пропагандистский постулат, нацистское правительство в годы войны систематиче¬ ски снижало нормы продовольственного снабжения, о чем сви¬ детельствуют следующие данные. По сравнению с довоенным периодом, когда уровень продо¬ вольственного снабжения в Германии составлял 3000 кал, в 1940/41 г. он снизился до 2445 кал, или 81,5%, а к 1942/43 г.— до 1981 кал, или 66,0% 82. Уровень продовольственного обеспече¬ ния гражданского населения в фашистской Германии сокращал¬ ся с каждым годом. Весь период, за исключением 1940/41 г., ко¬ гда в результате захвата вермахтом продовольственных запасов западноевропейских государств (Франции, Голландии, Бельгии и др.) потребление, сохранилось на уровне предыдущего года, продовольственное обеспечение в нацистском рейхе стремительно падало, снизившись к 1942/43 г. на 1019 кал, или на 33,9%. Таким образом, различные общественные группы немецкого народа в фашистской Германии неодинаково обеспечивались продовольствием. В наиболее выгодном положении, кроме пра¬ вящей верхушки, находились армия и лица, занятые в военной промышленности. Хуже всех были обеспечены широкие слои тру¬ дящихся. К тому же уровень их продовольственного снабжения в годы войны постоянно падал. Ухудшение продовольственного обеспечения гражданского населения было обусловлено прежде всего увеличением расходов на содержание армии. С ростом вермахта возрастали и продо¬ вольственные затраты. Фашистская армия в 1939 г. насчитывала 3,9 млн человек, в 1940 г.—5,3 млн, в 1941 г.—7,4 млн, в 1942 г.— 9,0 млн, 1943 г.—10,2 млн и в 1944 г.— 10,8 млн человек. Вер¬ махт включал три рода войск: сухопутной армии, военно-воздуш¬ ных и военно-морских сил. В 1943 г. из 10,2 млн человек, состо- 48
явших в вермахте, в сухопутной армии находились 7,5 млн, в ВВС—2,1 млн и ВМФ—640 тыс. человек. Из них 6,7 млн человек были на фронте, остальные в тылу83. Для продовольственного обеспечения этой армады был создан разветвленный аппарат. Решающим звеном в системе материаль¬ но-технического и продовольственного снабжения вермахта было управление военной экономики и вооружений при верховном главнокомандующем (ОКВ). Оно играло важную роль в мобили¬ зации продовольственных ресурсов страны для нужд войны. Как пишет Б. Мюллер-Гиллебранд, управление «настаивало на необ¬ ходимости организации перспективного планирования в этом на¬ правлении и старалось побудить у политического руководства и соответствующих государственных инстанций интерес к данным вопросам»84. Три отдела управления: военной экономики, воору¬ жений и сырья — сосредоточили решение многих вопросов. В частности, они планировали и распределяли продовольствие между отдельными родами войск и фронтами85. Практическое снабжение армии осуществляло управление генерал-квартирмейстера сухопутных войск, также состоявшее из трех отделов: общего, генерал-интенданта' и отдела началь¬ ника снабжения. В отделе генерал-интенданта существовал под¬ отдел, который ведал вопросами продовольственного снабжения войск. Его структура и функции в ходе войны менялись. Если в начале войны это был единый аппарат, на который возлагались задачи обеспечения войск продовольствием, то затем подотдел «продовольственное снабжение» был разделен на два сектора: «А» — «продовольственное обеспечение войск» и «Б» — «изыска¬ ние продовольствия»86. Следовательно, в ходе фашистской агрессии структура орга¬ нов продовольственного снабжения вермахта приспосабливалась к уровню аграрно-сырьевой базы Германии. Из-за слабости внутренних ресурсов на немецко-фашистские войска возлагалась задача не только захватывать новые территории, но и силой оружия добывать себе пропитание. Данное обстоятельство достаточно отчетливо прослеживается и на структуре низового аппарата продовольственного обеспече¬ ния вермахта. В гитлеровской армии уже в 1940 г. насчитыва¬ лось 13 штабов начальников службы снабжения армий, 16 ар¬ мейских отделов продовольственного обеспечения, 23 автобаталь¬ она, 125 легковых колонн и 24 частично моторизованных баталь¬ она снабжения. Кроме того, вермахт имел 22 отдельные роты по обслуживанию полевых хлебопекарен, 37 моторизованных ското¬ боен и 60 моторизованных колонн по транспортировке лошадей87. В составе каждой дивизии насчитывалось до 6 легковых Колонн снабжения, одна моторизованная полевая пекарня, одна 3. Зак. № 65 49
моторизованная скотобойня и одно отделение по «изысканию продовольствия»88. Назначение подобных формирований очевид¬ но: путем ограбления захваченных территорий обеспечивать свое продовольственное снабжение. О растущем с каждым годом войны потреблении вермахта можно судить на основании данных о перевозке продовольствен¬ ных товаров железнодорожной службой (табл. 8). Даже эти данные, отражающие лишь некоторую часть продовольственных поставок войскам, свидетельствуют о возрастающих масштабах потребления армии. Этот рост наблюдался почти по всем видам сельскохозяйственных товаров и особенно хлебному и кормово¬ му зерну. В целом же доля продовольствия в общих армейских перевозках увеличилась с 19,1% в 1938 г. до 22,6% в 1940 г. и 20,8% в 1942 г.89 Таблица 8 Поставка продовольственных товаров вермахту железными дорогами90 1938 1940 1942 Вид товара тыс. т °/о* . тыс. т %* тыс. т %* Пшеница 1667 3,3 2545 4,6 2574 4,4 Рожь 1813 3,6 4212 7,9 4089 7,0 Ячмень 1045 2,1 2035 3,7 1790 3,1 Овес 727 7,4 1383 2,5 1327 2,3 Мясо 372 0,7 547 1,0 526 0,9 Молоко 805 1,6 1315 2,4 1663 2,9 Яйца 223 0,4 144 0,3 133 0,2 * % от общих перевозок. О больших продовольственных1 затратах вермахта в годы войны свидетельствуют данные о снабжении отдельных фронтов и групп войск. Например, карта поставок германским войскам, расквартированным в Норвегии, показывает, что сюда с августа по ноябрь 1942 г. намечалось, направить 8133 т мяса, 1428 т сыра, 15 000 т рыбы, 1784 т мармелада, 1500 т фруктов, 16,9 тыс. тонн овощей и 150 тыс. тонн картофеля. Правда, министерство сельского хозяйства в установленный срок смогло удовлетворить эти заявки лишь на одну треть. Уже в этот период система про¬ довольственного снабжения давала «пробуксовку»91. Чтобы покрыть быстро возраставшие потребности армии в период войны, нацистское руководство прибегло к широкому перераспределению продовольственных товаров между военными 50
я гражданским секторами. Доля гражданского населения в по¬ треблении с каждым годом войны сокращалась, а вермахта — возрастала. В области потребления хлебного зерна это показано в табл. 9. Таблица 9 Перераспределение хлебного зерна в Германии, тыс. т испеченного хлеба92 Вид зерна 1939/40 1940/41 1941/42 1942/43 Городские потребители Всего 7829 7527 6718 6153 В том числе: рожь 3869 3995 3697 2697 пшеница 3961 3532 3021 2165 ячмень — — — 1291 «Самообеспечивающиеся» Всего 2798 2604 2579 2385 В том числе: рожь 1831 1711 1692 1426 пшеница 957 893 887 837 ячмень — — — 122 Вермахт Всего 1332 1785 2238 3070 В том числе: рожь 1014 1339 1612 1869 пшеница 118 446 626 1067 ячмень — — — 134 Итого... 11359 11916 11535 11640 С 1939/40 по 1942/43 г. общие расходы зерна городскими по- требителями сократились на 21,5%, «самообеспечивающимися»— на 14,8%- В то же время потребление вермахта увеличилось бо¬ лее чем в два раза (230,5%). Изменилась и структура потребления хлебного зерна. Если в рационе жителей городов наиболее заметно уменьшилась доля пшеницы (45,3%), у жителей деревни — ржи (22,1%), то потреб¬ ление вермахта по обоим показателям возросло. Потребление армией ржи увеличилось почти вдвое (184,3%), а пшеницы — более чем в девять раз (904,2%). Таковы результаты фашистского регулирования в области потребления хлебных продуктов, при котором за счет сокраще¬ ния норм питания трудящихся города й деревни гитлеровский 3* 51
режим высвобождал для армии дополнительные резервы про¬ довольствия. Значительное перераспределение в годы войны произошло и в области животноводческих товаров. Из-за недостатка этих про¬ дуктов здесь позиции гражданского населения были подорваны еще более значительно (табл. 10). Таблица 10 Перераспределение по годам мясопродуктов в Германии, тыс. т39 Группы потребителей 1939/40 1940/41 1941/42 1942/43 Городские потребители 2077 1894 1386 1257 «Самообеспечивающиеся» 669 601 500 465 Вермахт 589 637 750 802 Итого... 3335 3132 2636 2524 Итак, при общем сокращении потребления мясопродуктов на 24,3% расходы городских жителей упали на 39,5%, «самообеспе¬ чивающихся»— на 30,5%. Одновременно потребление мясопро¬ дуктов армией возросло на 36,2%). Таким образом, гитлеровской диктатуре посредством развет¬ вленной системы регулирования потребления удалось за счет сокращения норм питания гражданского населения мобилизовать значительные контингенты продовольствия для армии. Вермахт занял доминирующее положение в системе продовольственного снабжения фашистской Германии.; Страна работала, чтобы его содержать. Армия объявлялась главной целью государства. На¬ род должен существовать для того, чтобы ее кормить. Среди проблем аграрно-сырьевого снабжения фашистского рейха центральное место занимает вопрос о продовольственном балансе, т. е. о соотношении производства и потребления про¬ дуктов питания. Этот вопрос до сих пор слабо изучен в марк¬ систской историографии,’ хотя именно марксистскими авторами он был поставлен еще в период войны. Распыленность, а в ряде случаев отсутствие необходимых источников сдерживали разра¬ ботку вопроса о продовольственном балансе Германии и в пер¬ вые послевоенные годы94. В настоящее время в распоряжении исследователей имеются не только материалы Нюрнбергского процесса, разоблачающие ограбление гитлеровцами оккупиро¬ ванных стран, но и многие другие документы, в частности, отче¬ ты министерства сельского хозяйства, «продовольственные ба¬ лансы» имперского управления статистики, материалы министер¬ ства по делам оккупированных восточных территорий. Эти доку- 52
менты характеризуют уровень производства и потребления важ¬ нейших продовольственных товаров в Германии, источники их получения и статьи расхода в годы войны. Для изучения продовольственного баланса Германии следует прежде всего установить уровень потребления зерна, мяса и дру¬ гих продуктов и соотнести его с уровнем производства важней¬ ших сельскохозяйственных товаров. В связи с тем, что уровень аграрного производства нами уже рассматривался в предшест¬ вующем параграфе, здесь остановимся лишь на характеристике потребления и его соответствии объему производства. Товарное зерно, поставляемое «крестьянскими обществами»* использовалось в двух целях: во-первых, для получения про¬ довольствия в хлебопекарной промышленности, во-вторых, для технической переработки в пивоваренной и спирто-водочной. В связи с жесткими ограничениями использования ржи и пшеницы в спирто-водочной промышленности, основная часть хлебного зерна шла на продовольственные цели (табл. 11). Таблица 11 Помол зерна в Германии, тыс. г95 Год Рожь Пшеница Ячмень Всего 1938/39 4591,8 4383,1 8974,9 1939/40 5873,3 4777,1 — 10650,4 1940/41 5747,4 4306,0 — 10053,4 1941/42 5657,5 3804,3 — 9461,8 1942/43 4029,9 3257,4 1278,6 8565,9 Как видим, потребление хлебного зерна в Германии в годы войны сократилось. В указанный период общий помол уменьшил¬ ся на 4,6%, в том числе ржи — на 12,3%, пшеницы — на 25,7%. Симптоматично также, что в 1942/43 г. в помол] были пущены значительные контингенты кормового зерна — ячменя (почти 15% от общего потребления). Это явно говорит о неудовлетво¬ рительном положении, сложившемся к этому времени в обеспе¬ чении Германии хлебом. Еще более напряженным было положение со снабжением третьего рейха мясопродуктами. Судя по количеству и составу потребляемых мясных товаров, созданная фашизмом система мобилизации продуктов животноводства оказалась не в состоя¬ нии обеспечить довоенный уровень (табл. 12). 53
Таблица 12 Потребление мясопродуктов в Германии96 Год Всего, тыс. т В том числе, тыс. т Всего на I чел., кг В том числе, Тег свинины « а м * О * и •=* б ара- НИНЫ свини¬ ны говя¬ дины бара¬ нины 1939 3366 2071 1010 44 45,6 29,9 14,6 0,6 1940 2991 1800 911 37 42,9 25,8 13,0 0,5 1941 2370 1304 788 28 33,4 16,4 11,1 0,4 1942 1895 937 697 25 25,9 13,1 9,1 0,3 1943 1684 911 522 26 22,2 12,4 7,0 0,4 Итак, в годы войны происходило непрерывное и значитель¬ ное сокращение потребления мяса в Германии. Как общее по¬ требление мясопродуктов, так и его отдельных видов (свинины, говядины и баранины) уменьшилось в два и более раза. Соот¬ ветственно упало потребление мясных товаров щ в расчете на одного человека: общее — в два раза, свинины и говядины — бо¬ лее чем в два раза, баранины — на одну треть. Если же учесть, что с каждым годом войны все большая часть мясопродуктов шла на содержание вермахта, то станет очевидным: фактическое обеспечение широких слоев населения было еще более неудовле¬ творительным, чем показывают эти средние цифры. Многие нем¬ цы могли только мечтать о 20—30 кг мяса в год, которые, как утверждалось в официальных данных, они имели. В годы войны в Германии сократилось потребление и других продовольственных товаров. Так, расход гражданским населе¬ нием жиров уменьшился с 1,5 млн тонн в 1939/40 г. до 1,16 млн тонн в 1943/44 г., или на 22,7%, сахара соответственно—с 1,17млн тонн до 0,92 млн тонн, или на 21,4%, яиц — с 4,5 до 2,4 млрд штук, или на 46,7%97. Однако наиболее сложное положение сло¬ жилось с обеспечением молоком и молочными продуктами. Не¬ смотря на усилия властей, сбыт молока в период войны сокра¬ тился. Попытка увеличить его производство путем повышения закупочных цен на 2 пфеннига за литр результатов не дала. И с 1943 г. молоко практически было исключено из рациона всего взрослого населения. Серьезные трудности наблюдались и в обеспечении маслом. Из-за нехватки продовольствия в годы войны в Германии образовался «черный рынок» по перепродаже мяса, шоколада, кофе и других продуктов. По сообщению печати, многие кресть¬ яне в Померании и других областях вместо того, чтобы сдавать 54
молоко на пункты продовольственного сословия, перерабатывали его сами, а затем продавали масло из-под полы98. Главной причиной сокращения потребления в Германии яви¬ лось низкое текущее производство сельскохозяйственных това¬ ров— основы продовольственного баланса страны. Стремясь до¬ полнить его, фашистское руководство прибегло к дополнитель¬ ным источникам пополнения запасов продовольствия. Такими источниками в годы войны могли быть, во-первых, переходящие запасы довоенных лет; во-вторых, импорт продовольствия из-за рубежа. Роль этих источников в продовольственном балансе Германии была различной. Если «национальный резерв» продо¬ вольствия размером в 7,5 млн тонн зерна и около 500 тыс. тонн товаров животноводства был потреблен уже в первый год войны, то путем внешнеэкономической экспансии гитлеровский режим мог пополнять свои запасы на протяжении всей войны в значи¬ тельных размерах. Поставки продовольствия из зарубежных (главным образом зависимых и оккупированных) стран в нацистский рейх возрас¬ тали с каждым годом войны (табл. 13). С 1939 по 1943 г. они возросли более чем на одну треть. Основной прирост ввоза при¬ ходился на товары растениеводства и семена, хотя поставки про¬ дуктов животноводства также увеличивались. Составляя более 40% в общем импорте страны, сельскохозяйственные поставки позволяли фашистским правителям покрывать многие продо¬ вольственные расходы фронта и тыла. За их счет правительство обеспечивало аграрным сырьем заводы и фабрики, снабжало продуктами питания население городов' и армейские формиро¬ вания. Таблица 13 Ввоз продовольственных товаров в фашистскую Германию, млн т" Год Всего В том числе Доля с.-х. ввоза от всего импорта, % продукты растение¬ водства семена продукты животно¬ водства живой скот 1939 2134,7 1056,4 336,2 500,7 241,4 41,0 1940 2367,0 1015,7 297,7 788,5 265,1 47,2 1941 2746,4 1351,9 447,5 723,9 223,1 39,2 1942 3092,7 1704,0 534,1 606,9 247,7 35,5 1943 3302,6 1811,3 626,4 603,6 261,3 40,0 Основными торговыми поставщиками продовольственных то¬ варов в гитлеровскую Германию выступали страны-сателлиты по 55
фашистской коалиции: Италия, Румыния, Венгрия, Болгария и марионеточная Словакия 10°. В первые годы войны продовольственные поставки из Италии, «союзника № 1» нацистского рейха, были довольно значитель¬ ными. В 1941 г., например, германский импорт из Италии соста¬ вил 16,9 тыс.) тонн продуктов животноводства, 198,6 тыс. тонн картофеля, 210,5 тыс. тонн овощей, 241,8 тыс. тонн фруктов и 245,1 тыс. тонн цитрусовых. В то время Германия практически не экспортировала никаких сельскохозяйственных продуктов в Италию. Однако в последующие годы, когда режим Муссолини зашатался, чтобы спасти своего партнера, Гитлер приказал огра¬ ничить импорт из Италии и поставить туда более 300 тыс. тонн продовольственных товаров. В 1943 г. Германия экспортировала в Италию (тыс. тонн): 69,8 пшеницы, 171,1 ржи, 65,0 картофеля и 11,5 сахара101. Таким образом, Италия — крупнейший экспор¬ тер зерна в Европе в результате фашистского господства была превращена в страну, ввозящую зерновые культуры. В то же время очевидно, что торговые отношения между гитлеровской Германией и муссолиниевокой Италией в годывойны напоминали скорее «неравный брак», чем «союзническое сотрудничество». Итало-германское экспортно-импортное движение товаров опре¬ делялось прежде всего нуждами военной экономики Германии и ее заинтересованностью продлить дни фашистского режима в Италии. Еще более сложными в области аграрно-экономических свя¬ зей были отношения между фашистской Германией и милита¬ ристской Японией. Из-за больших расстояний, транспортных за¬ труднений, а также острой нехватки продовольствия в самой Японии 102 нацистский рейх не мог рассчитывать на сколько-ни¬ будь значительные поставки из этой страны. Однако при содей¬ ствии Японии в 1940 г. Германия закупила в странах Юго-Вос¬ точной Азии около 1 млн тонн бобовых. Основными торговыми партнерами гитлеровского рейха в об¬ ласти обмена сельскохозяйственным сырьем и продовольствием выступали сателлиты из Юго-Восточной Европы: профашистские режимы Румынии, Болгарии, Венгрии и Словакии. Определяя роль этих государств в военной экономике третьей империи, на¬ чальник хозяйственно-политического отдела МИД Германии Кло- диус в 1940 г. писал: «Юго-Восточная Европа по-прежнему оста¬ ется для Германии важной сырьевой базой,! в первую очередь источником получения продуктов питания, а также важным рын¬ ком сбыта германских промышленных товаров. Ее значение в качестве источника сырья несколько уменьшится, но как постав¬ щик зерна и кормовых культур она, напротив, займет значитель¬ но более важное место»103. 56
Из стран Юго-Восточной Европы наибольший интерес для Германии представляли Румыния,! Венгрия и Болгария. В сен¬ тябре 1939 г. было заключено кабальное германо-румынское со¬ глашение, по которому в обмен на оружие и военные материалы режим Антонеску обязался ввезти в третий рейх нефтепродуктов и зерна на сумму в 300 млн марок. Выполняя обязательства, вы¬ текающие из этого договора, правительство Румынии превратило экономику своей страны в сырьевой придаток гитлеровской Гер¬ мании. Уже в 1939 г. румынский сельскохозяйственный экспорт в нацистский рейх составил: зерна —на 7709 млн лей, живого скота — на 1800,2, лесоматериалов — на 2529,9 млн лей104. Подчеркивая верность правящих кругов Румынии обязатель¬ ствам по фашистской коалиции, румынское правительство в своей ноте в феврале 1944 г. указывало: «Интересы воюющей Герма¬ нии обеспечены в Румынии лучше, чем в какой-либо оккупиро¬ ванной или союзнической стране» 105. Оснований для подобных утверждений было больше, чем достаточно. Правительство Анто¬ неску за период с 1940 по 1944 г. вывезло в Германию 1378,5тыс. тонн зерна, более 75 тыс. тонн мяса и много других продоволь- ственных товаров. 20 июля 1940 г. нацистская Германия подписала торгово-эко¬ номическое соглашение с хортистской Венгрией. По этому согла¬ шению сырьевые ресурсы Венгрии были предоставлены в распо¬ ряжение гитлеровского рейха. В частности, венгерское прави¬ тельство обязалось поставить в Германию одну тыс. голов лоша¬ дей, 16 тыс. голов крупного рогатого скота, 88 тыс. свиней, 100 тыс. гусей и т. д.106 Для выполнения заказа нацистской Германии режим Хорти ввел в стране систему принудительной сдачи продовольственных товаров, предоставил свободу действий германским коммерсан¬ там. Было создано несколько совместных германо-венгерских торговых сообществ. Данные германской торговой статистики указывают на всевозрастающий объем венгерского экспорта сель¬ скохозяйственных товаров в период войны. Если в 1939 г. Венг¬ рия вывезла в Германию продовольственных товаров на сумму 117,7 млн марок, то в 1943 г. объем венгерского экспорта достиг 345,9 млн марок, т. е. возрос почти в два раза107. Германо-болгарское «сотрудничество» в период войны осуще¬ ствлялось на основе соглашения, заключенного 2 октября 1940 г. Антинародный режим царя Бориса способствовал подчинению сельского хозяйства Болгарии нуждам военной экономики Гер¬ мании. Если до войны главными партнерами Болгарии в области внешней торговли были Англия, Дания и Швеция, то теперь весь болгарский экспорт, состоявший в основном из продуктов сель¬ ского хозяйства, был переориентирован на Германию и Италию. 57
Уже в 1940 г. на долю нацистского рейха приходилось 99,3% болгарского экспорта винограда, 83,4 фруктов и овощей, 68,2 ку¬ курузы и 43,8% фасоли 108. Причем цены на болгарские товары определялись не смешанной германо-болгарской комиссией, а диктовались германскими монополиями. Последние постоянно повышали цены на германские промышленные изделия и снижа¬ ли их на болгарские продовольственные товары. В 1941 г. «нож¬ ницы цен» составляли более 55%109. Наибольший интерес в аграрном экспорте Болгарии в Герма¬ нию представляли для последней поставки растительного масла, хлопка, табака и необработанной кожи. Именно эти статьи име¬ ли важное значение для снабжения фашистского рейха. Доля Болгарии в общегерманском импорте составила: по раститель¬ ному маслу—24,5%, табаку-сырцу—26,3, необработанной коже— 21,5% 110. Таким образом, при пособничестве правящих кругов Румы¬ нии, Венгрии, Болгарии, а также Словакии гитлеровская Герма¬ ния превратила Юго-Восточную Европу в важную аграрно-сырь¬ евую и продовольственную базу своей агрессии. Отсюда она чер¬ пала значительные партии товаров в целях покрытия дефицита в продовольственном балансе страны. Следует отметить, что торговыми поставками не исчерпыва¬ лась роль зарубежных стран в продовольственном балансе фа¬ шистской Германии. Огромные контингенты товаров конфиско¬ вывались гитлеровскими войсками в зависимых странах и на оккупированных территориях. Они не учитывались торговой ста¬ тистикой. Кроме того, большие изъятия продуктов производи¬ лись в оккупированных странах фашистской гражданской адми¬ нистрацией, отправлявшей затем продукты в Германию, также минуя торговую сеть. Значительные партии продовольствия на¬ правлялись «неорганизованным порядком» — в виде посылок военнослужащих и гражданских лиц. Политика гитлеровской Германии; по ограблению оккупиро¬ ванных стран и территорий будет специально рассмотрена в третьей главе монографии. Здесь лишь отметим, что путем пря¬ мых реквизиций и конфискаций гитлеровцы только на террито¬ рии Советского Союза награбили 15 млн тонн продовольствия, что в два раза превышало германский импорт в 1942—1943 гг.111. Сотни тысяч тонн продовольственных товаров были вывезены из СССР военными и гражданскими лицами и отправлены посыл¬ ками. Значительные контингенты продуктов питания немецко-фа¬ шистские оккупанты вывозили также из Польши, Франции, Гол¬ ландии, Дании и других оккупированных стран112. С помощью этого рычага нацисты эксплуатировали экономи- 58
ку зависимых и оккупированных стран, скупали за бесценок огромные партии продовольствия и сельскохозяйственного сырья. Приведенные данные со! всей очевидностью опровергают утверждения буржуазных авторов, стремящихся приуменьшить роль зарубежных поставок в продовольственном балансе гитле¬ ровской Германии. Г.-И. Рикке, Г. Шланге-Шенинген и некото¬ рые другие националистически настроенные авторы из ФРГ счи¬ тают, что в период войны Германия импортировала не более 10% аграрного сырья и продовольствия113. Материалы о вывозе продовольственных товаров из оккупи¬ рованных и зависимых1 стран свидетельствуют о значительно большей зависимости Германии от зарубежных поставок, состав¬ лявших, по нашему мнению, не мен^е 20%. Этот вывод подтверждается таю<се сравнением данных о вну- тригерманском производстве зерновых (поставки «крестьянских обществ») и потреблении хлебного зерна. В 1939/40 г. потребле¬ ние превышало внутренние поставки на 22,5%, в 1940/41 г. — на 36,2, в 1941/42 г. —на 19,0, в 1942/43 г. —на 23,3% 114. Сопоставление данных о производстве и потреблении товаров животноводства свидетельствует о еще большей зависимости Германии от их импорта, который в балансе мясопродуктов со¬ ставлял: в 1940 г. — 4,7%, в 1941 г.— 11,2, в 1942 г. — 35,8 и в 1943 г. —35,6%115. Значителен по объему был и ввоз аграрного сырья из окку¬ пированных стран. По данным Мюнхенского института конъюнк¬ турных исследований (ФРГ), в годы войны Германия импорти¬ ровала из оккупированных стран до 80% льна, 40 — конопли, 30 — вторичного волокна и 33% тяжелой кожи116. Таким образом, важнейшим источником продовольственного обеспечения гитлеровской Германии в годы второй мировой вой¬ ны служили поставки сельскохозяйственных товаров из оккупи¬ рованных и зависимых стран. За их счет фашистский режим «штопал» свой продовольственный баланс, обеспечивая продук¬ тами питания фронт и тыл. Однако очевидно, что и этот дополнительный источник не избавил Германию от серьезных продовольственных трудностей. За исключением первого года войны, когда для покрытия дефи¬ цита в продовольственном балансе в ход был пущен «националь¬ ный резерв», на протяжении всего периода войны он сводился с большим отрицательным результатом. По данным швейцарского журнала «Вельтвохе», уже в 1942 г. в Германии не хватало 5 млн тонн хлебного зерна и 7 млн тонн фуража. Острую нехватку продовольствия в годы войны не может скрыть даже такой апологет гитлеровского руководства, как °икке. Он вынужден признать, что «к концу 1941/42 г. запасы 59
зерна и жиров сократились до минимума. С этого времени насе¬ ление Германии и ее вооруженные силы стали, что называется, перебиваться с хлеба на воду, т. е. с трудом дотягивать от одно¬ го урожая до другого»117. Здесь мало что можно добавить. Лишь только то, что в годы войны Рикке был статс-секретарем министерства сельского хо¬ зяйства, ответственным за снабжение армии. Следовательно, он лучше других знал истинное положение рейха на «продоволь¬ ственном фронте». Продовольственный кризис вызвал обострение борьбы в фа¬ шистской верхушке и привел к отставке министра сельского хозяйства Дарре. В мае 1942 г. по настоянию Геринга и Гиммле¬ ра Дарре оставил пост. Суровая действительность военного вре¬ мени поставила перед нацистским режимом трудно разрешимые проблемы, которые оказались сильнее прежних заслуг этого гитлеровского палладина. На пост министра продовольствия был назначен ставленник Геринга, руководитель группы «второго четырехлетнего плана» Бакке. После того, как нацистский корабль в результате пораже¬ ний на советско-германском фронте дал глубокую трещину, гитлеровской верхушке понадобились еще более фанатичные чи¬ новники, которые, не дрогнув, способны были повести фашист¬ ский корабль в бездну. И таким оказался Бакке. Система продовольственного снабжения гитлеровской Герма¬ нии, несмотря на огромный бюрократический аппарат и широ¬ кое ограбление оккупированных территорий, не избавила страну Ьт перебоев в обеспечении продуктами питания. К 1943 г. нормы выдачи хлеба и муки сократились на 25%, а мясной рацион—на 50%. Многие товары: масло, молоко, пиво— вообще были исключены из продовольственного обеспечения. Тя¬ желое психологическое влияние на население оказало сокраще¬ ние норм выдачи картофеля осенью 1943 г.118 Серьезные диспропорции были допущены и в обеспечении вермахта. Из-за нехватки продовольствия и перебоев в снабже¬ нии гитлеровским воякам довольно часто приходилось потуже затягивать пояса. Так, под Сталинградом немецким солдатам пришлось испытать острое чувство голода. Армия Паулюса вме¬ сто необходимых 700 т продовольствия и боеприпасов ежедневно получала лишь одну пятую этого количества. Как вспоминает О. Рюле: «В первые недели декабря (1942 г.) наши солдаты впервые узнали, что такое голод, все запасы были съедены до последнего грамма. Приходилось питаться тем, что удавалось перехватить в продовольственном складе. А этого явно не хвата¬ ло. С 25 ноября солдатам ежедневно выдавали около двухсот (60
граммов хлеба, значительно уменьшились рационы мяса, кол¬ басы, жира»119. Крупные просчеты были допущены и на других театрах во¬ енных действий. Продовольствия не хватало на одних фронтах, при его излишках—на других. Подобные факты К- Типпельскирх констатирует с явным раздражением. Он отмечает, что в Фин¬ ляндии на протяжении всей войны были сосредоточены девяти¬ месячные запасы продовольственных товаров, в то время как Африканский корпус Роммеля неоднократно испытывал их острую нехватку 12°. Недостаток продовольствия в Германии в значительной сте¬ пени объяснялся сопротивлением, которое оказывали народы оккупированных и зависимых государств вывозу его в нацист¬ ский рейх. Не только население Франции, Бельгии, Голландии, Норвегии, Югославии, Греции, но и крестьяне Болгарии, Румы¬ нии, Венгрии и других зависимых стран часто игнорировали указания германских советников о расширении посевов необхо¬ димых рейху технических культур, отказывались выполнять рас¬ поряжения своих властей о сдаче продовольственных товаров. Из Венгрии, например, летом 1943 г. сообщали,1 что крестьяне отказываются сдавать продукты для фашистского рейха. Бурго¬ мистр г. Сабодка передал в полицию дело о! 3800 крестьянах, привлекаемых к ответственности за несдачу ими кукурузы. 400 фермеров из Надькониса осуждены за невыполнение сель¬ скохозяйственных поставок121. Таким образом, система продовольственного снабжения ярко выражала глубокие противоречия экономики фашистской Герма¬ нии. С одной стороны, факты свидетельствуют, что война опро¬ кинула все расчеты нацистского руководства с помощью «Воен¬ но-продовольственного плана» и соответствующих «балансов» избежать перебоев в обеспечении продовольствием. С другой — они показывают несостоятельность попыток гитлеровцев путем ограбления оккупированных и зависимых стран добиться продо¬ вольственного обеспечения страны. В годы войны в Германии хронически не хватало продуктов питания. Фашистская система военно-экономической мобилизации на¬ глядно продемонстрировала две линии взаимоотношений в аграр¬ ном производстве: во-первых, нацистское государство — монопо¬ лии— юнкерство; во-вторых, государство — монополии — кресть¬ янство. Для первой из них характерно стремление укрепить союз крупных аграриев Заэльбии и капитанов рейнско-вестфальской промышленности в их стремлении к расширению сферы своего влияния. Во втором случае мы наблюдаем стремление монопо¬ лий с помощью нацистского государства мобилизовать крестьян¬ ские массы на борьбу за чуждые пм интересы. 61
Очевидно, что на конкретные формы реализации этих направ¬ лений аграрно-экономической политики оказывали существенное влияние и относительная самостоятельность фашистского госу¬ дарственного аппарата и нацистские аграрно-крестьянские теории. Система военно-экономической мобилизации продовольствен¬ ных товаров привела к деформации всего цикла аграрного про¬ изводства^ Эта деформация была связана прежде всего с темг что все большая часть продукции сельского хозяйства шла не на воспроизводство общественного продукта, а на обеспечение фашистской агрессии, т. е. на потребление вермахта и военной промышленности. ГЛАВА II. УСЛОВИЯ АГРАРНОГО ПРОИЗВОДСТВА И ПОЛОЖЕНИЕ КРЕСТЬЯНСКИХ МАСС 1. Земельные и арендные отношения в период войны В первые годы второй мировой войны правящая клика Гер¬ мании торжествовала. Магнаты рейнско-вестфальской промыш¬ ленности, остэльбские юнкера, генералитет и нацистские бонзы восхищались падающими с неба пикирующими бомбардировщи¬ ками, которые разносили! в прах европейские города, темпами прорывов своих «танковых клиньев», которые захватывали одно государство за другим. По Европе шагал фашистский вермахт, преисполненный решимости огнем и мечом завоевать новое жиз¬ ненное пространство. И чем больше разгоралась война, тем силь¬ нее происходило подчинение экономики Германии захватниче¬ ским целям. Все новые отрасли хозяйства подпадали под диктат военной экономики и организации. События все больше обнажа¬ ли империалистический захватнический характер войны со сто¬ роны Германии и ее союзников. Для всесторонней оценки фашистского варианта государ¬ ственно-монополистического капитализма и выявления результа¬ тов воздействия политической надстройки на экономический базис необходимо обратиться к изучению условий сельскохозяй¬ ственного производства и положения крестьянских масс. Именно здесь наглядно проявлялись не декларативные, а истинные цели аграрной политики правительства Гитлера, четко обнаружива¬ лись те социально-экономические сдвиги, которые породила об¬ становка военного времени и фашистская система государствен¬ но-монополистического регулирования. Война сопровождалась активным применением в сельском 62
хозяйстве Германии, как и в других отраслях экономики, мето¬ дов государственно-монополистического регулирования и широ¬ ким развитием государственно-монополистических отношений. Система государственно-монополистического регулирования сель¬ ского хозяйства в период войны была призвана повысить уровень аграрного производства, поставить под контроль земельные и арендные отношения, материально-техническое снабжение дерев¬ ни, кредитную и налоговую политику, применение рабочей силы, эксплуатацию иностранных рабочих и военнопленных. Развитию государственно-монополистического капитализма в сельском хозяйстве Германии способствовало три' фактора: во- первых, наличие государственной собственности на землю как главного средства аграрного производства. По данным переписи 1937 г., государственные владения составляли 5568 тыс. гектаров, или 12,6%, общей земельной площади. Государство владело не только крупными массивами сельскохозяйственной земли, но и концентрировало в своих руках одну треть всех лесов К Во-вто¬ рых, сближение аграрного производства с другими отраслями экономики, в частности, с переработкой и сбытом сельскохозяй¬ ственных товаров. В результате предвоенной милитаризации и в годы войны здесь была создана единая система государствен¬ но-монополистического регулирования, поставившая под свой контроль весь цикл аграрного производства. Наконец, третьим, важным фактором государственно-монопо¬ листического развития в области аграрного производства в пе¬ риод войны была значительно возросшая роль государства в потреблении сельскохозяйственных продуктов, регулировании цен, налогов и кредитов. В условиях войны нацистское государ¬ ство являлось не только монопольным потребителем товаров сельского хозяйства, но и присваивало себе все большую часть национального дохода, производимого в этой отрасли2. В сельском хозяйстве Германии накануне и в период войны шел процесс, суть которого В. И. Ленин определил следующим образом: «Над земледелием все сильнее и сильнее тяготеет гнет капитала, который образуется главным образом в сфере торгов¬ ли и промышленности»3. Этот процесс пронизывал все стороны аграрного производства: социально-экономическую структуру, аренду и покупку земли. Влиял он и на виды землевладений и формы землепользования в Германии (табл. 14). Доминирующее положение в аграрном производстве Герма¬ нии занимали землевладения частных лиц и государства, на до¬ лю которых приходилось 92,2% сельскохозяйственной земли и 79,0% лесов. Под воздействием аграрного капитала феодальные виды землевладения (церковные и общинные земли) уступали место капиталистическим формам. 63
Таблица 14 Распределение земли в Германии (1937 г.)4 •К 5 я Общая В том числе я О) о. я площадь с.-х. земли, Категория землевла¬ дельцев я ч п о ч . о о ® а й" н О) • о _ р 5 и гг к тыс. га % тыс. га % леса, тыс. га Частные лица 5122,7 5148,2 33336 75,6 27127 88,9 5778 Частноправовые объединения 37,0 61,3 1311 3,0 678 2,2 571 Общественные учреждения и организации 20,8 24,0 145 0,3 106 0,3 33 Государство и фе деральные земли 0,0 29,5 5568 12,6 990 3,3 4289 Церковь 29,7 59,5 704 1,6 577 1,9 118 Община 38,3 82,0 3604 6,9 1022 3,4 1897 Итого... 5248,5 5404,5 44128 100 30500 100 12686 Основной причиной сохранения некапиталистических форм землевладения было также сохранение родовых имений герман¬ ских аристократов — фидейкомиссов. Несмотря на многочислен¬ ные обещания гитлеровского правительства ликвидировать фи- дейкомиссы, в годы войны юнкеры продолжали владеть огром¬ ными имениями. Так, князь Фюрстенберг имел более 39,3 тыс. гектаров, князь Сент-Виттгенштейн — более 26,2 тыс., князь Го- генлоэ — более 19 тыс., граф фон Вестфален — более 13 тыс.» фон Бисмарк — 9 тыс. гектаров. Наличие крупного юнкерского землевладения создавало эко¬ номическую основу для политического союза остэльбского юнкерства с магнатами рейнско-вестфальской промышленности как социальной базы германского империализма. Этого обстоя¬ тельства не меняет и тот факт, что при фашизме некоторые крупные землевладельцы (фон Хоберг и др.) за фронду и связь со старыми генералами рейхсвера были арестованы, а их имения конфискованы. С начала войны в сельском хозяйстве фашистской Германии, как и в других отраслях экономики, ряд предприятий были объ¬ явлены «важными в военном отношении». Из 9400,6 тыс. хо¬ зяйств, зафиксированных сельскохозяйственной переписью 1939 г., на этот статус было переведено лишь 3901,7 тыс., т. е. менее половины. Эта категория хозяйств располагала основными сред- 64
ствами аграрного производства. Ведущую роль среди них играли крупные' капиталистические предприятия, площадью свыше 20 га (табл. 15). Таблица 15 Состав хозяйств, объявленных «важными в военном отношении» (1939 г.)5 Величина хозяйств, га Число хозяйств Наличие земли тыс. % тыс. га % 0,5—2 1153,7 29,6 1243,0 2,3 2—5 943,8 24,2 3127,6 5,9 5—Ю 746,7 19,1 5335,9 10,9 10—20 596,5 15,3 8505,9 16,0 20—100 354,6 9,1 10477,1 19,6 100 и более 106,4 2,7 24503,4 45,3 Итого... 3901,7 100,0 53193,9 100,0 Составляя лишь 11,8% общего числа хозяйств, они владели 64,8% сельскохозяйственной земли. Сравнительно сильными позициями ! располагали также хозяйства гроссбауэров ве¬ личиной от 10 до 20 га. Занимая в социальной струк¬ туре 15,3%, они имели 16% сельскохозяйственной земли. Нако¬ нец, середняцкие и мелкокрестьянские хозяйства размером от 5 до 10 и менее 5 га, составлявшие 72,9% всех хозяйств, обраба¬ тывали только 19,1% сельскохозяйственной площади. Подавля¬ ющее большинство из них были парцелльными, т. е. владели мельчайшими участками земли. Основная часть крупнокапиталистических хозяйств, взятых под защиту законом военного времени, находилась в Северо- Восточной и Восточной Германии. Здесь они безраздельно гос¬ подствовали во всех отраслях аграрного производства, эксплуа¬ тируя большое количество сельскохозяйственных рабочих и без¬ земельных крестьян. Юнкерские хозяйства специализировались на поставках зерна, шерсти и т. п. Середняки и кулачество ши¬ роко были представлены в Северо-Западной и Центральной Гер¬ мании. В результате личной работы в хозяйстве и использования семейных рабочих эти хозяйства поставляли значительное коли¬ чество продукции животноводства. Мелкокрестьянские и проле¬ тарские хозяйства располагались главным образом в Южной и Юго-Западной Германии. Большинство! из них в поставках то¬ варной продукции не участвовали и носили потребительский характер. Различная роль отдельных категорий хозяйств в поставках товарной продукции определяла характер нацистского законо- 65
дательства военного времени в области земельных отношений. Большинство законов правительства Гитлера было направлено на защиту интересов предприятий, поставлявших основную часть продовольствия. Так, в июле 1942 г. в Германии был принят «Закон о передаче земли». Официально его цель состояла в том, чтобы путем регулирования купли-продажи земельных участков стабилизировать «народное питание»6. Согласно закону, свобод¬ ная перемена земельной собственности запрещалась, вопрос о целесообразности купли-продажи земельного участка мог быть решен только окружным «крестьянским фюрером» «после осви¬ детельствования на месте»7. Очевидно, что этот акт гитлеровцев означал установление государственно-монополистического контроля над оборотом зем¬ ли, существенное ограничение права частной собственности на землю. Это было новым в аграрном законодательстве Германии8. Однако новый порядок продажи земельных участков не был «покушением на субстанцию земельной собственности», как счи¬ тают некоторые современные буржуазные авторы9. Он являлся лишь одной из форм публично-правового регулирования аграр¬ ных отношений, смысл которого состоял в стимулировании круп¬ ного капиталистического предпринимательства. О том, как осуществлялся на практике новый закон о пере¬ даче земельных участков, свидетельствуют архивные документы. В местных архивах ГДР сохранились многочисленные досье с жалобами крестьян и перепиской земельных управлений по это¬ му вопросу. Так, обер-президент Бранденбурга в сентябре 1941 г. писал: «Окружные крестьянские фюреры, которым я постоянно напоминаю о необходимости ускорить выдачу разрешений на продажу земельных участков, сообщают, что их управления при¬ нимают необходимые меры. Однако промедление с выдачей раз¬ решений объясняется тем, что новый порядок имеет много лову¬ шек («феллен»), которые не могут быть преодолены без посред¬ ничества окружных крестьянских обществ»10. Следовательно, но¬ вый закон о перемене собственности ставил этот важный вопрос в полную зависимость от органов государственно-монополисти¬ ческого регулирования. Социальный же смысл этих перемен состоял в том, что в пе¬ риод войны в условиях активного наступления на сельское хозяй¬ ство монополистического капитала право земельной собствен¬ ности стало рассматриваться капиталом как определенная поме¬ ха в получении максимальной прибыли. Частная собственность на землю мешала свободе приложения капитала в сельском хо¬ зяйстве, свободе конкуренции. Поэтому капитал стремился с помощью государства ограничить или даже уничтожить право земельной собственности. Опираясь на поддержку нацистских 66
властей, капиталистические предприниматели получили возмож¬ ность расширить свою деятельность, особенно за счет своих ме¬ нее состоятельных конкурентов — мелких и средних хозяйств. Таким образом, земельная политика нацистского режима спо¬ собствовала проникновению в сельское хозяйство государствен¬ но-монополистических отношений, подчинению их целям захват¬ нической войны. В системе аграрных отношений в Германии в период войны значительное место принадлежало аренде земли. В 1939 г. к аренде прибегало 1926,8 тыс., или 36,7%, всех хозяйств. В стра¬ не сдавалось в аренду 5469,4 тыс. гектаров, или 13,0%, всей сель¬ скохозяйственной площади и. В период войны масштабы и характер сельскохозяйственной аренды в Германии заметно изменились. Если ранее она носила главным образом потребительский характер, т. е. служила для удовлетворения продовольственных нужд беднейших слоев де¬ ревни, то теперь к ней часто прибегали зажиточные слои дерев¬ ни, которые на поставках продовольствия вермахту и населению городов получали немалые прибыли. В условиях войны аренда земли стала инструментом развития крупнокапиталистического товарного производства. Крупные аграрии арендуемые ими зем¬ ли занимали под зерновые и технические культуры, которые пользовались повышенным спросом у органов продовольствен¬ ного снабжения. Мелкие же крестьяне и сельские рабочие на взятых ими в аренду клочках земли выращивали картофель и овощи, составлявшие в период войны основу их питания 12. Сельскохозяйственная аренда различалась и по формам. В Германии имелись три формы аренды: долгосрочная, среднесроч¬ ная и краткосрочная, которые носили определенный классовый смысл (табл. 16). Как видим, среди пролетарских хозяйств значительное рас¬ пространение получила долгосрочная и среднесрочная аренда. К ней прибегало 54,3%) таких хозяйств, арендовавших с помощью названных форм 74,0% земли. Это свидетельствует о прикрепле¬ нии к земле в годы войны посредством аренды большого числа сельскохозяйственных рабочих. Данной мерой фашистский ре¬ жим обеспечивал рабочей силой крупные капиталистические предприятия. Подавляющее большинство мелко- и среднекрестьянских хо¬ зяйств отдавало предпочтение среднесрочной и краткосрочной аренде. На короткие сроки арендовало землю 78,4% среднекре¬ стьянских хозяйств, снимавших таким образом 48,2% земли. Крупнокрестьянские хозяйства также пользовались исключи¬ тельно краткосрочной арендой. К этой форме прибегло 81,8% предприятий, арендовавших с ее помощью 47,3% земли. Широ- 67
Таблица 16 Формы сельскохозяйственной аренды в Германии, % к группе13 Величина хозяйств, га Долгосрочная аренда Среднесрочная аренда Краткосрочная аренда число хозяйств площадь арендо¬ ванной земли, га ' ЧИСЛО хозяйств площадь арендо¬ ванной земли, га чИсло хозяйств площадь арен кован¬ ной земли, га 0,5—2 21,6 34,4 32,7 42,0 45,7 23,6 2—5 8,7 19,2 25,2 40,8 66,1 40,0 5—10 5,2 16,2 16,4 35,7 78,4 48,1 10—20 6,1 22,9 12,1 29,8 81,8 47,3 20—50 11,4 41,8 8,8 21,5 79,8 36,7 50—100 20,1 57,0 9,5 19,6 70,4 23,4 100 и более 34,0 72,8 9,6 15,7 56,4 11,5 кое распространение краткосрочной аренды среди крестьянских хозяйств объясняется тем, что! в условиях войны они не были уверены в положительных результатах длительной аренды и пы¬ тались всячески сократить ее сроки. Среди крупнокапиталистических и юнкерских хозяйств пре¬ обладала долгосрочная аренда. Посредством данной формы пер¬ вые арендовали 57,0%,' а вторые — 72,8% всей земли. Это объ¬ ясняется тем, что путем долгосрочной аренды крупные предпри¬ ниматели стремились полнее окупить вложенный в арендован¬ ную землю капитал, т. е. затраты на ирригацию, удобрения, систему севооборотов и т. д. Классовый характер сельскохозяйственной аренды в годы войны был закреплен нацистским законодательством: 30 июля 1940 г. гитлеровское правительство приняло «Закон об укрепле¬ нии имперского арендного порядка». Согласно закону, все аренд¬ ные договоры пролонгировались, т. е. продлевались до соответ¬ ствующего времени (видимо, до окончания войны)14. Необходи¬ мость этой меры объяснялась тем, что «в основе аренды должны лежать не противоречия между землевладельцами и арендато¬ рами, а их общая ответственность за сохранение народного пи¬ тания»15. Таким образом, запретив расторгать арендные догово¬ ры, нацистский режим стал на сторону крупных землевладель¬ цев, эксплуатировавших наемных рабочих путем сдачи им в аренду небольших участков земли. Новый порядок аренды отра¬ жал также интересы крупных капиталистических предпринима¬ телей, которые теперь получили возможность расширять аграр- 68
яое производство, спокойно вкладывать дополнительный капитал в арендованную землю, не опасаясь за его судьбу. В соответствии с законом изменялись состав и деятельность .судов по аренде. Если раньше в них входили председатель и два заместителя: один — от арендаторов, другой — от землевладель¬ цев, то теперь заместители назначались из числа лиц, «сведущих в аренде», т. е. чиновников имперского сословия. На суды была возложена роль по военно-принудительному регулированию арендных отношений. Они получили полномочия продлевать сро¬ ки аренды, а если требовали обстоятельства, то прекращать дей¬ ствие договоров 16. О том, как работали суды по аренде в Германии в годы вой¬ ны, свидетельствуют материалы о продлении договоров. По дан¬ ным министерства сельского хозяйства, в результате мер по про¬ лонгации договоров их число уже в 1940 г. возросло в три-четы¬ ре раза. Так, в Бреслау число продленных договоров увеличилось со 121 до 260, в Саксонии — с 67 до 167, в Рейнской области — с 75 до 368, в Вестфалии—с 79 до 254, во Франкфурте-на-Майне— с 79 до 168 и т. д.17 Наибольшая часть договоров была продлена в районах мелкого и среднего крестьянского землепользования, где многие крестьяне, оказавшись не в состоянии обрабатывать арендованные участки, пытались расторгнуть договоры, однако власти воспрепятствовали этому. Условия сельскохозяйственного производства в период войны были столь неблагоприятными, а положение! широких слоев крестьянства столь неустойчиво, что, несмотря на запреты влас¬ тей, арендные договоры тем не менее расторгались. В 1940 г. в Вюртемберге было зарегистрировано 64 расторжения, в Штети- не—147, в Ольденбурге—165, в Бреслау — 260 и т. д.18 Дого¬ воры распадались опять-таки главным образом в районах мел¬ кого и среднего крестьянского землепользования. Причин для расторжения арендных договоров было много. Но главные из них крылись в мобилизации1 мужчин на фронт, обременении крестьянских хозяйств долгами и отсутствии сель¬ скохозяйственных машин. В октябре 1942 г.! нацистское правительство еще более уси¬ лило вмешательство государственных органов в арендные отно¬ шения. Теперь всякое право решать вопрос о сроках и условиях аренды предоставлялось председателю суда «без согласования с землевладельцами» 19. Решение главных вопросов об аренде земли фашистский аппарат взял на себя. Совместно с органами имперского продо¬ вольственного сословия он осуществлял всестороннее государ¬ ственно-монополистическое регулирование арендных отношений. В результате этих мер оказался подорванным основной принцип 69
арендных отношений — принцип «свободы договора». Раньше этот принцип означал: стороны вступали в договор добровольно, а условия договора составлялись по взаимному согласованию. Теперь же шаблонизированные договоры означали, что такой договор — не результат свободного обсуждения сторонами на началах равенства, а лишь констатация экономического и со¬ циального перевеса одной стороны над другой. За спиной одной из этих сторон стоял нацистский режим. Таким образом, охраняя интересы крупной земельной соб¬ ственности и капиталистического аграрного производства, гитле¬ ровское правительство встало на защиту крупной предпринима¬ тельской аренды. Капиталистические арендаторы и крупные соб¬ ственники находили поддержку в нацистских -арендно-земельных управлениях, в то время как мелкие арендаторы оказывались в полной зависимости от земельных собственников и фашистской администрации. Раньше они могли по истечении срока отказать¬ ся от перезаключения арендного договора или расторгнуть его, если это было в их интересах. Теперь фашистский режим лишил арендаторов этого права, фактически прикрепив их к земельным собственникам. В социальном плане эта политика имела последствия: во-пер¬ вых, арендаторы оказывались в полной зависимости от государ¬ ственных управлений и торгово-промышленных фирм; во-вторых, в политическом и идеологическом отношении крестьян привязы¬ вали к деревенской буржуазии. Политика нацистского правительства в области земельного и арендного права отрицательно сказывалась на положении ши¬ роких слоев немецкого крестьянства и сельскохозяйственного пролетариата. В условиях войны оказались подорванными пози¬ ции даже тех слоев крестьянства, которые ранее были поставле¬ ны в привилегированное положение,1 пользовались различными льготами в кредитной и налоговой политике/Речь идет прежде всего о «наследственных дворах». В 1943 г. из-за призыва мужчин на фронт1 многие «дворы» оказались без владельцев. Вместо них власти назначили «дворо¬ вых опекунов». Но так как мужчин в деревне с каждым годом войны оставалось все меньше, найти такого «опекуна» было все труднее. Среди крестьян зрело недовольство. Как свидетель¬ ствуют документы, экономика многих хозяйств к этому моменту переживала серьезные трудности. На страницах газет стали по¬ являться статьи, критикующие действующий порядок передачи наследственных хозяйств и требующие его изменения20. 30 сентября 1943 г. в нацистской Германии было опублико¬ вано «Распоряжение о дальнейшем развитии закона о наслед¬ ственных дворах». Оно вносило заметные изменения в существо- 70
давший порядок наследования крестьянских хозяйств. Если ра¬ нее «наследственный двор» мог быть передан старшему сыну или другим родственникам только по мужской линии, то теперь предусматривалась возможность наследования «двора» женой, дочерью и другими близкими по женской линии21. Наследствен¬ ное хозяйство объявлялось общим имуществом супружеской па¬ ры. Разрешалась опека матери до исполнения наследнику 25 лет. Однако, как и прежде, перед владельцами «наследственных дво¬ ров» выдвигался ряд требований, в частности, повышение «хо¬ зяйственной и личной ответственности»22. Введение нового порядка наследования свидетельствовало о тупике правительственной политики в области земельного зако¬ нодательства. Попытки гитлеровцев оградить категорию «на¬ следственных дворов» от лишений военного времени потерпели фиаско. Милитаризация сельского хозяйства, при которой основ¬ ной продукт сельского хозяйства выкачивался на военные нуж¬ ды, а затраты крестьян не возмещались, вела к подрыву произ¬ водительных сил деревни23. Сложной проблемой, с которой гитлеровцы столкнулись в пе¬ риод войны в области аграрных отношений, были цены на землю. Цена земли, как известно, представляет собой учтенную, пред¬ восхищенную ренту. Поэтому она рассматривается как доход с известного капитала. При покупке земли надо затратить капи¬ тал, который может давать доход средней ренты. В связи с ухудшением условий аграрного производства в Германии в годы войны наблюдалось значительное падение цен на землю. Если в 1938 г. один! гектар стоил 1989 марок, то в 1939 г.— 1842, а в 1940 г. —1562 марки. В отдельных областях стоимость земли была еще ниже. Так, в Пруссии в 1939 г. она составляла 1208 марок, а в Бранденбурге в 1942 г.—1000 марок24. Стремясь стабилизировать уровень цен на землю, нацистский комиссар по ценам в июле 1942 г. отдал распоряжение, направ¬ ленное против дальнейшего снижения цен на сельскохозяйствен¬ ные участки25. Однако эта мера не дала положительных резуль¬ татов. Нестабильный уровень цен на землю особенно сильно бил по крестьянским хозяйствам. Цена земли здесь составляла элемент индивидуальных непроизводительных издержек производства. Затрата средств на покупку земли не была затратой на земледе¬ лие, она не выступала элементом функционирующего в земле¬ делии ни основного, ни оборотного капитала. Следовательно, за¬ траты на покупку земли суживали экономическую базу аграрного производства. Падение цен широко использовали крупные землевладельцы, промышленные корпорации и различного рода переселенческие 71
общества. Как установил исследователь из ГДР Р. Пфаль, с 1936 по 1944 г. владельцы хозяйств размером в 100 м и более гектаров приобрели в среднем по 17 га земли26. Особенно большой размах приобрел этот процесс в Восточ¬ ной и Северо-Восточной Германии — районах крупного аграрно¬ го производства. Здесь успешно вели свои хозяйства юнкеры Васеовиц, Берншторф, Бюлов, Флотов, Плессен и др.27 Значительно расширил свои владения фюрер СС генерал фон Альвенслебен, укрепивший родовой замок Шахвиц, а также глава местных дельцов, покровитель гитлеровских отрядов Венцель, прибравший к рукам многие сахарные, спирто-водочные и кон¬ сервные заводы Средней Германии. Огромные земельные массивы скупили также промышленные монополии и переселенческие объединения. Так, переселенческое общество Бранденбурга в 1942 г. приобрело хозяйство Н. Фи¬ шер площадью в 102,6 га. Металлургическое акционерное обще¬ ство из Мюнхена — «наследственный двор» Е. Грунд размером в 60 га28. Политика гитлеровского режима в области земельных и арендных отношений вела к разорению мелких производителей и концентрации крупной земельной собственности. Обращает на себя внимание процесс сращивания земельной; собственности с промышленной, который является типичным проявлением капи¬ талистического развития. В период войны под влиянием этого процесса происходило изменение классовой структуры немецкой деревни, шла широкая перегруппировка земельной собственно¬ сти. Данный процесс захватил фактически все классовые группы села и прослойки. Особенно он коснулся мелких и средних кре¬ стьян, т. е. основной части «сельских хозяев», не поставленных под защиту закона о «наследственных дворах». Об этом нагляд¬ но свидетельствуют материалы об отчуждении крестьянских хо¬ зяйств в Баварии29 (табл. 17). Табл. 17 показывает, во-первых, что процесс обезземеливания в годы войны шел достаточно быстро. Только за один 1943 г. было отчуждено 5618 хозяйств общей площадью 44 350 га земли. Это намного превосходило довоенные масштабы. Во-вторых, абсолютное большинство отчужденных хозяйств (91,4% общего числа хозяйств и 45,1% общей земельной площади) составляли мелко- и среднекрестьянские владения. Наконец, в-третьих, фор¬ ма отчуждения, применявшаяся нацистским режимом к отдель¬ ным категориям хозяйств, имела определенный социальный смысл. Так, было продано с аукциона (наиболее радикаль¬ ная форма отчуждения) 87,4% мелкокрестьянских хозяйств. Сре¬ ди переданных родственниками 72,7% (по земельной площади) принадлежало средним и крупным хозяйствам. Большинство 72
Т а б л в ц а 17 Отчуждение хозяйств в Баварии (1943 г.): Величина ХОЗЯЙСТВ, га ПроданЪ с аукциона Передано родственникам Сдано в аренду Итого хозяйств 1 земли, га ХОЗЯЙСТВ земли, га ХОЗЯЙСТВ земли, га хозяйств земли, га .До 5 747 463 2731 4880 143 222 3621 5566 -5—20 68 699 1390 13228 56 534 1514 14431 20—100 32 1777 408 12274 15 670 455 14121 100 и более 8 4637 14 4635 6 910 28 10232 Всего... 855 7576 4543 35067 220 2336 5618 44350 До 5 87,4 6,7 60,1 /0 43,9 65,0 9,5 64,5 12,6 Б—20 8,0 9,6 30,6 37,7 25,5 22,9 26,9 32,5 20—100 3,7 16,9 9,0 35,0 6,8 28,6 8,1 31,8 100 и более 0,9 66,8 0,3 13,4 2,7 39,0 0,5 23,1 Всего... 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 юнкерских хозяйств (как по числу, так и по площади) было пе¬ редано родственникам, т. е. после окончания войны они вновь могли вернуться к своим прежним владельцам. Следовательно, фашистская аграрная политика способство¬ вала обезземеливанию прежде всего мелко-и среднекрестьянских хозяйств. В годы войны значительная часть их лишилась средств производства и была вытолкнута из аграрного производства. В то же время крупные землевладельцы существенно укрепили ■свои позиции. Эту закономерность аграрных отношений в немецкой деревне подтверждают и материалы об отчуждении земельных участков (табл. 18). Итак, приведенные данные еще с большей наглядностью го¬ ворят о широком процессе обезземеливания крестьян фашист¬ ской Германии., Среди отчужденных участков 97,8% принадле¬ жало мелкокрестьянским хозяйствам. Эта же категория потеря¬ ла и наибольшее количество земли — 40,2%. Что касается форм отчуждения земельных участков, то здесь наблюдается такая же закономерность, как и при отчуждении хозяйств: абсолютное большинство (98,9%) земельных участков, проданных с аукци¬ она, составляла собственность мелких крестьян, в то время как участки юнкерских предприятий были сданы в основном в аренду. 73
Таблица 18 Отчуждение земельных участков в Баварии (1943 г.)31 Величина хозяйств, га Продано с аукциона Передано родственникам Сдано в аренду Итого участков 1 земли, га | участков земли, га участков земли, га участков земли, га До 5 6022 2465 1710 1239 2781 1943 10513 5645 5—20 56 543 52 447 91 830 199 1820 20—100 9 985 6 225 19 701 34 1269 100 и более 7 2844 2 284 7 2200 16 5322 Всего... 6094 6787 1770 2195 2898 5674 10762 14062 % До 5 98,9 39,8 96,7 57,4 96,0 34,2 97,8 40,2 5—20 0,9 8,8 2,9 20,4 3,1 14,6 1,8 12,9 20—100 0,1 5,4 0,3 10,3 0,7 12,5 0,3 9,0 100 и более 0,1 46,0 0,1 12,9 0,2 38,7 0,1 37,9 Всего... 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 Таким образом, в период войны в результате проникновения в сельское хозяйство монополистического капитала, ухудшения условий аграрного производства в немецкой деревне шел актив¬ ный процесс перегруппировки земельной собственности. Широкие слои трудового крестьянства лишились главного условия для развития своего хозяйства — собственности на землю. Причины разорения мелко- и среднекрестьянских хозяйств крылись в конкуренции крупного сельскохозяйственного произ¬ водства, в узурпации крупными земельными собственниками об¬ щинной земли, в уничтожении сельской домашней промышлен¬ ности, в обеднении и истощении почвы в условиях войны. Очевидно также, что позиции крупного землевладения в пе¬ риод войны не только сохранились, но и укрепились. Большин¬ ство крестьянских хозяйств и земельных участков, проданных с аукциона, перешли в собственность кулаков и юнкеров. Таковы были результаты земельной политики нацистского режима вну¬ три Германии. Стимулируя обезземеливание широких слоев крестьянства внутри страны, германский фашизм одновременно выдвинул об¬ ширную программу колонизации захваченных территорий и стран. Гитлеровцы усиленно стремились связать надежду кре- 74
стьян на получение земли с результатами военной авантюры. Не¬ мецким крестьянам и сельским рабочим фашисты обещали круп¬ ные земельные участки на захваченных территориях. Особенно •обширные планы внешней колонизации гитлеровцы вынашивали в отношении Советского Союза и других славянских стран Вос¬ точной и Юго-Восточной Европы. Эту политику активно разоблачала Компартия Германии, игравшая центральную роль в движении Сопротивления. В лис¬ товках и периодически публиковавшихся брошюрах КПГ вновь и вновь обращалась к крестьянам и сельскохозяйственным ра¬ бочим. В Южной Германии выпускались нелегальные крестьян¬ ские газеты «Шолле» и «Бундшц», в других районах страны «Меркише бауэрнбриф», «Саарпфельцише бауэрнбриф дер саар- фольксфронт», «Бауэрнбриф ди бауэрн им Везер-Эмс-гебит», «Рейнише бауэрнбриф». В этих изданиях разоблачалась аграр¬ ная политика фашизма, ее подчинение целям войны, раскрыва¬ лись действительные условия жизни крестьян и сельскохозяй¬ ственных рабочих. Одним из направлений в деятельности КПГ в этот период было разоблачение захватнических планов фашистов. «Руки прочь от Советского Союза!» — призывал заголовок одной из листовок компартии. В ней разоблачались политические измыш¬ ления нацистов, а война против СССР объявлялась преступле¬ нием против немецкого народа32. Подводя итоги земельной политики, правительства Гитлера, мы вправе сделать вывод о том, что расширение деятельности нацистского государства в области арендно-земельных отноше¬ ний явилось одним из существенных признаков фашистского варианта государственно-монополистического капитализма. В период второй мировой войны вся система земельных и аренд¬ ных отношений в фашистской Германии стала, объектом госу¬ дарственно-монополистического регулирования. Формы земле¬ владения, условия землепользования, аренда и цена земли — все контролировалось фашистским государственно-монополистиче¬ ским аппаратом. Однако возникает главный вопрос: какое воздействие возы¬ мело это регулирование на сельскохозяйственное производство? Стало ли возможным упразднить экономические законы капита¬ лизма, как об этом заявляли нацистские идеологи? Каким обра¬ зом фашистское регулирование сказалось на положении трудя¬ щихся слоев деревни? Анализ показывает, что государственное вмешательство на¬ цистского режима не только не приостановило действия капита¬ листических законов сельскохозяйственного производства, но и значительно обострило его. В сельском хозяйстве Германии в 75
годы войны шел усиленный процесс концентрации и централиза¬ ции капитала и производства. В ходе его основные земельные массивы были сконцентрированы в руках крупных собственников и торгово-промышленных объединений. В то же время сотни тысяч мелких и средних крестьян оказались лишь номинальными владельцами земли. Эти слои крестьянства, а также сельскохо¬ зяйственный пролетариат обнищали и сохранились в порах гер¬ манского империализма лишь в той степени, в какой они отвеча¬ ли его социально-экономическим и политическим целям. 2. Материально-техническое снабжение сельскохозяйственного производства Земля является основным и незаменимым средством произ¬ водства в сельском хозяйстве. Земля имеет редкое свойство: при правильном использовании становится все плодороднее. Путем приложения капитала и труда материнская природа земли укреп¬ ляется. В этой связи первостепенную роль для характеристики аграр¬ ного производства приобретает вопрос о материально-техниче¬ ском снабжении сельского хозяйства, об уровне его обеспечен¬ ности машинами, удобрениями, инвентарем. Материально-техни¬ ческая база сельского хозяйства обеспечивает основные условия капиталистического расширенного воспроизводства, рост органи¬ ческого состава капитала. Как известно, механические средства труда называют костной и мускульной системой, а производ¬ ственные постройки, хранилища, склады, дороги — сосудистой системой капиталистического производства. Сельское хозяйство Германии накануне второй мировой вой¬ ны характеризовалось интенсивной организацией производства. Германия превосходила многие страны Западной Европы как по абсолютным показателям наличия машинно-тракторного парка, так и в расчете на единицу сельскохозяйственной площади. В 1939 г. в сельском хозяйстве Германии насчитывалось 57,7 тыс. тракторов, 11,8 тыс. паровых машин, 1807,4 тыс. элект¬ ромоторов, 806,5 тыс. сеялок, 200,1 тыс. жаток, 318 тыс. снопо¬ вязалок. Перед войной в немецкой деревне начали применять зер¬ новые) и картофелеуборочные машины. Тракторный парк отли¬ чался высокими технико-экономическими характеристиками33. Однако применение сельскохозяйственных машин в Германии носило крупнокапиталистический характер (табл. 19). Итак, в применении сельскохозяйственной техники первен¬ ствовали предприятия юнкеров с площадью в 100 и более гекта¬ ров. Они использовали значительную часть тракторов и наибо¬ лее сложных машин. 76
Таблица 19 Распределение сельскохозяйственной техники в Германии, % 34 Величина хозяйств, га Тракторы о я а СО 'X о * а, Э л л Электро¬ моторы СеялКи С 2 я * Н яЭ * о о Я я я и* 5 о* я е* 2 0,5-2 0,7 0,8 3,0 0,6 0,8 0,0 0,7 2-5 2,2 3,4 13,7 5,5 4,0 0,5 6,0 5—Ю 2,4 4,2 22,1 21,2 12,6 5,0 21,8 10—20 8,3 8,5 26,2 34,1 26,7 27,6 34,1 20—100 47,2 21,2 29,3 32,3 41,5 52,6 32,0 100 и более 39,2 61,9 5,7 4,3 14,4 14,3 5,4 Итого... 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 100,0 Исключительно сильными позициями в этом отношении рас¬ полагали крупнокапиталистические предприятия величиной от 20 до 100 га. В них была сконцентрирована почти половина пар¬ ка тракторов, жаток и более 50% сноповязалок. Кроме того, они эксплуатировали треть электромоторов и сеялок и пятую часть всех паровых машин. В то же время обращает на себя внимание слабая механи¬ зация пролетарских и мелкокрестьянских хозяйств размером до 5 га. Они располагали минимальным количеством техники, так как машины для них были недоступны. Следовательно, применение сельскохозяйственных машин в Германии подчинялось общим законам капиталистического про¬ изводства, о которых В. И. Ленин писал: «Введение машин, с одной стороны, требует значительных размеров капитала и по¬ тому доступно только крупным хозяевам; с другой стороны, ма¬ шина окупается только при громадном количестве обрабатыва¬ емого продукта; расширение производства становится необходи¬ мостью при введении машин»35. Материально-техническая база сельского хозяйства Германии в период войны находилась в полной зависимости от имевшегося парка машин и инвентаря, а также от поставок машин предпри¬ ятиями сельскохозяйственного машиностроения. Главной тенденцией, характеризующей использование техни¬ ки в сельском хозяйстве Германии в период войны, являлась высокая изношенность и быстрое списание машин. Мобилизация на фронт квалифицированных работников, сокращение ремонт¬ ной базы вело к быстрой амортизации сельскохозяйственной техники. Рассмотрим это на примере использования электромоторов, 77
которые составляли энергетическую основу сельскохозяйствен¬ ного производства. В 1942 г. журнал «Ди техник ин дер Ланд- виртшафт» опубликовал данные, которые проливают свет на данный вопрос. Они показывают, что износ и амортизационное списание электромоторов было огромным. За два года войны в сельском хозяйстве Германии было списано около 100 тыс. элек¬ тромоторов. Причем масштабы списания с каждым военным го¬ дом увеличивались. Если в первом квартале 1940 г. было списа¬ но 3,8 тыс., то в первых кварталах 1941 и 1942 гг. соответствен¬ но— 9,4 и 16,3 тыс. электромоторов36. Сопоставив темпы списа¬ ния электромоторов с их наличным парком в 1939 г., можно с полным основанием утверждать, что к концу войны большинство электромоторов вышло из строя. Это резко снизило энергетиче¬ ский уровень аграрного производства в Германии. Быстрая амортизация была характерна в годы войны и для других видов сельскохозяйственной техники: тракторов, сеялок, сноповязалок и т. д. Ухудшение технического обслуживания, не¬ хватка запасных частей, отсутствие капитального ремонта — все это вело к быстрому износу машин и орудий37. Для возмещения списанной техники и орудий в сельском хозяйстве большое значение имели поставки ее предприятиями машиностроительной промышленности. Однако в период войны из-за мобилизации производственных мощностей на военные иужды выпуск сельскохозяйственной техники в Германии замет¬ но уменьшился. Если в 1938 г. в стране предприятиями сельско¬ хозяйственного машиностроения было выпущено 457,1 тыс. тонн продукции, то к 1944 г. лишь 228,0 тыс. тонн38. Таким образом, за годы войны выпуск сельскохозяйственных машин снизился более чем в два раза. Это существенно сузило возможности при¬ менения новых и замены ими старых машин в аграрном произ¬ водстве. Число предприятий, производивших технику для сельского хозяйства, в годы войны также сократилось. Основная часть их была сосредоточена в районах традиционного сельскохозяйствен¬ ного машиностроения: в Вестфалии — 43, в Баварии — 20 и в Тюрингии—17 заводов. Заметную роль среди них играли концерн Круппа, компания ч<Хайзенклевер унд Зон», акционерные общества «Г. Шмидт» и «А. Брандт и К0»39. Сокращение выпуска сельскохозяйственных машин отразилось на их сбыте. В годы войны продажа сельско¬ хозяйственных машин и орудии снизилась в большинстве рай¬ онов Германии (табл. 20). Особенно значительно (в два или более раза) упал сбыт в Вюртемберге, Шлезвиг-Гольштейне, на Нижнем Рейне — Вест¬ фалии, в Бранденбурге и Мекленбурге. Почти все эти области 78
Таблица 20 Сбыт сельскохозяйственных машин и инвентаря в Германии (млн м)*° Область 1938 1944 1944 в % к 1938 Область 1938 1944 ю «> со ст> 2* Бавария 38,1 26,5 59,6 Бранденбург 7,7 3,7 48,1 Вюртемберг 113,7 66,2 58,2 Мекленбург 4,0 1,0 25,0 Гессен 10,0 6,0 60,0 Саксония 37,1 20,8 56,1 Шлезвиг- Г ольштейн 12,0 5,5 45,8 Тюрингия 8,4 14,4 71,4 Нижняя Саксония 46,5 35,4 76,1 Пруссия 2,5 1,8 72,0 Н. Рейн-Вест- фалия Рейнская область 102,1 40,8 40,0 Силезия 12,6 16,6 131,7 8,9 8,2 92,1 Померания 4,1 6,7 163,4 (за исключением Шлезвиг-Гольштейна и Мекленбурга) были: районами мелкого и среднего крестьянского землевладения. Таблица 20 показывает рост сбыта машин и инвентаря лишь- в трех областях: Тюрингии, Силезии и Померании, где продажа техники увеличилась в 1,5—2 раза. Это объясняется прежде все¬ го закупками машин германскими переселенцами, выезжавшими, в аннексированные районы Польши и Чехословакии, а также на территорию Советского Союза. . Текущее производство сельскохозяйственных машин не могло покрыть даже самых минимальных потребностей аграрного про¬ изводства. Немецкая деревня в годы войны испытывала острую нехватку машин и орудий. Это обстоятельство вынуждена была признать нацистская печать. «Дейче альгемайне цейтунг» от 24 сентября 1943 г. писала: «Предпочтение, отдаваемое военной продукции, неизбежно привело к тому, что производство сельско¬ хозяйственных машин пришлось ограничить. Министерство сель¬ ского хозяйства распределяет выпускаемую технику среди кре¬ стьян. Однако ясно, что этим можно удовлетворить лишь самые необходимые нужды». И далее: «С другой стороны, в результате усилившейся мобилизации на военную службу в большинстве крестьянских дворов возникает дополнительный спрос на ма¬ шины, который нельзя удовлетворить. При нынешнем ограничен¬ ном производстве речь может идти лишь о замене машин, при¬ шедших в негодность и разбитых бомбардировками». Газета в целом правильно подметила острую нехватку тех¬ ники и инвентаря в сельском хозяйстве Германии. Однако она тщательно скрывает классовый смысл фашистского регулирова- 70
ния в области распределения сельскохозяйственных машин. Ма¬ териалы, доступные для современного исследователя, свидетель¬ ствуют О том, что в годы войны в Германии шла острая борьба по вопросам обеспечения хозяйств техникой, удобрениями, горю¬ чим. Победителями в этой борьбе выходили те социальные груп¬ пы деревни, поддержку которым оказывал нацистский режим. Согласно распоряжению руководителя кураториума по сель¬ скохозяйственной технике Ланге от 20 июля 1940 г., сельскохо¬ зяйственные машины приобрести могли лишь те хозяйства, ко¬ торые имели земельную площадь не менее 20 га41, т. е. хозяй¬ ства крупных капиталистических предпринимателей и юнкеров. На основании распоряжения от сентября 1942 г. в Германии было усилено государственно-монополистическое регулирование сбыта сельскохозяйственных машин и инвентаря. Распоряжение гласило: «...необходимость тотальной мобилизации требует даль¬ нейшего усиления контроля за сбытом изделий предприятий сель¬ скохозяйственного машиностроения. Цель регулирования — по¬ высить предпринимательскую инициативу в сельском хозяй¬ стве»42. Однако усиление надзора не могло улучшить снабжение сель¬ ского хозяйства средствами производства, ослабить спрос на инвентарь и машины. Больше того, нехватка горючего, которая обострялась в Германии с каждым годом войны, вела1 к тому, что даже имевшиеся в деревне машины не могли использоваться по назначению. Уже в сентябре 1942 г.) имевшиеся в сельском хозяйстве тракторы стали переводиться на газовые генераторы. Фашистская печать усиленно пропагандировала новое «чудо» германского машиностроения — тракторы, работающие на дре¬ весине. Журнал «Ди Техник ин дер Ландвиртшафт» под аншлагом «Газовые тракторы — на марше!» опубликовал обзор баварской машиностроительной промышленности, в котором ведущие фир¬ мы рекламировали свою продукцию43. Но такая «рационализация» не намного улучшила положение дел в деревне. Технику с газовыми генераторами могли исполь¬ зовать лишь те хозяйства, которые имели собственный лес и могли обеспечить себя дешевым топливом. Большинство кресть¬ янских хозяйств такой возможности не имело. Впоследствии нацистские власти прибегли к новому «изобре¬ тению». С января 1943 г. в деревне стали создаваться так назы¬ ваемые «сельскохозяйственные машинные общества», чтобы путем концентрации техники обеспечить максимальную эксплуа¬ тацию оставшихся машин и орудий. Оправдывая эту меру, гитле¬ ровцы заявили, что создание подобных «обществ» позволит под¬ нять годичную выработку машин. На этом основании было 80
предписано всю оставшуюся технику передать «сельскохозяй¬ ственным обществам», которые обеспечат ее «общественное упо¬ требление» 44. Однако чисто капиталистический характер аграр¬ ного производства в нацистской Германии не позволил сколько- нибудь широко внедрить это «новшество». Крестьянские хозяй¬ ства оставались без техники, прибегая к эксплуатации живой тягловой силы. В годы войны в немецкой деревне широкое распространение получило использование на полевых работах коров. В Тюрингии, например, для этих целей использовалось более 36%, Баварии— 39%. Гессене — 40%, Вюртемберге — 56% > Бадене — 67% всех коров45. Характерно, что к этому средству хозяйства различных классовых групп прибегали в неодинаковой степени: в основном это были пролетарские и мелкокрестьянские хозяйства. Касаясь положения таких хозяйств, «Фелькишер беобахтер» уже в 1942 г. писала: «К сожалению, нет возможности теперь Предоставить им нужные машины. Поэтому надо обходиться руч¬ ным трудом на многих работах, которые машина сделала бы лучше» 46. Таким образом, амортизационный износ техники, имевшейся до войны в сельском хозяйстве, резкое сокращение ее поставок в годы войны, слабая обеспеченность горюче-смазочными мате¬ риалами привели к падению технического потенциала аграрного производства и его энергетического уровня. Важным фактором развития сельскохозяйственного производ¬ ства, показателем его интенсификации является применение удобрений. Как известно, наряду со стоимостью машин и орудий данные о расходах на удобрение служат точным статистическим выражением степени интенсификации земледелия. Естественное плодородие почв в Германии было сравнитель¬ но низким. Ухудшение обработки полей, эрозия почв и другие обстоятельства военного времени вызвали большую потребность сельского хозяйства в удобрениях: минеральных и органических. По производству минеральных удобрений Германия накануне войны занимала одно из первых мест в мире. На ее долю, на¬ пример, приходилось две трети мирового выпуска калийных солей. Однако в период войны с каждым годом выпуск всех ви¬ дов минеральных удобрений (табл. 21) заметно сокращался. В 1944 г. производство калийных солей составляло только 53,9% от уровня 1938 г., томасовых шлаков соответственно — 49,2%, а суперфосфатов — наиболее ценного вида удобрений — лишь 1,25%. Главной причиной падения выпуска калийных солей являлся недостаток транспортных средств, а суперфосфатов — нехватка сырья, которое ввозилось из Алжира, Флориды и с тихоокеанских островов. 4. Зак. № 65 81
Таблица 21 Сокращение производства удобрений в Германии, тыс. т47 Виды удобрений 1938 1939 1940 1941 1942 1943 1944 и ^ И 2 ав Суперфосфат 1118 625 383 61 46 45 14 1,25 Томасовы шлаки * 423 364 330 357 428 372 208 49,20 Калийные соли 1861 1750 1746 1826 1745 1747 1004 53,90 Сульфат аммония * Продажи. ** Данных нет. 1180 ** Стремясь задержать падение производства минеральных удобрений, фашистское руководство попыталось мобилизовать внутригерманские ресурсы, а также организовать поставки из оккупированных стран. В сентябре 1940 г. управление военной экономики издало директиву, в соответствии с которой министер¬ ству сельского хозяйства с помощью органов имперского продо¬ вольственного сословия было предписано добиваться обеспече¬ ния сельского хозяйства калийными удобрениями на 95—98% к уровню довоенного периода. Производство суперфосфатов наме¬ чалось довести до 30—35%. Источниками сырья должны были послужить не только германские разработки, но и поставки из Лотарингии и Люксембурга48. Однако эти планы не удалось осуществить. Выпуск минеральных удобрений продолжал сокра¬ щаться. Химические заводы Баварии, Тюрингии, Саксонии и Си¬ лезии, основные поставщики удобрений, из-за нехватки сырья, рабочей силы и специалистов свертывали производства49. Сдерживали применение минеральных удобрений высокие цены. 23 октября 1940 г. имперский комиссар по ценам издал распоряжение о регулировании продажи удобрений. На его осно¬ ве в стране был установлен единый уровень цен, который, одна¬ ко, не был устойчивым (табл. 22). Быстрый рост цен на фосфатные удобрения объясняется как их высокой эффективностью, так и малой доступностью для кре¬ стьянских хозяйств. Падение производства этих удобрений в годы войны было столь значительно, что большинство хозяйств не имело возможности их приобрести. Снижение цен на калийные удобрения было вызвано прежде всего стремлением гитлеровцев удержать общий уровень употреб¬ ления минеральных удобрений. Совместным решением всегер- 82
Таблица 22 Индекс цен на минеральные удобрения в Германии по годам, 1913= 10050 Вйд удЬбрения 1940 1941 1942 + Рост — Снижение фосфатные 88,5 91,8 92,1 + 3,6 Калийные 65,8 62,8 62,3 — 3,5 Азотные 39,6 39,6 39,6 ±0,0 майского общества по сбыту удобрений и имперского продоволь¬ ственного сословия в 1940 г. были установлены следующие цены на калийные удобрения: за центнер гашеной извести—1,72 — 1,96 марки, жженой извести— 1,16—2,02 и калийного мергеля — 0,76—0,84 марки51. Расходы на покупку минеральных удобрений увеличивали себестоимость сельскохозяйственной продукции. Это были допол¬ нительные, подчас невосполнимые затраты, что заставляло мно¬ гих крестьян отказываться от применения минеральных удобре¬ ний и переходить к местным, органическим. Нацистские власти принудительными мерами пытались под¬ держать уровень применения минеральных удобрений. В зависи¬ мости от объема производства органы продовольственного сосло¬ вия предписывали «крестьянским обществам» нормы внесения удобрений. «Крестьянский фюрер» деревни Раумплайн в сентяб¬ ре 1942 г. сообщал на этот счет обер-президенту Бранденбурга следующее: «Поскольку, согласно указанию, количество мине¬ ральных удобрений в этом году от 1941 г. составляет 50%, в де¬ ревне Раумплайн наличное количество приходится распростра¬ нять с помощью полицейской силы»52. Использование минеральных удобрений в сельском хозяйстве Германии часто носило нерациональный характер. Значительная часть их расходовалась для нейтрализации отрицательного воз¬ действия на плодородие почвы, ухудшавшейся с каждым годом войны системы земледелия. При лучшей обработке почвы и пра¬ вильных севооборотах эффект применения минеральных удобре¬ ний был бы выше. Указывая на это обстоятельство, газета «Берлинер борзен Цейтунг» от 28 марта 1943 г. писала: «В связи с нехваткой удоб¬ рений, урожай как зерновых, так и масличных культур зависит теперь в значительной степени от качества обработки земли и от применения высокосортных семян». Таким образом, обеспечить применение минеральных удобре¬ ний в необходимых для поддержания аграрного производства 4* 83
количествах оказалось для фашистского режима в годы войны невозможным. В обстановке ухудшения качества обработки зем¬ ли и уменьшения утилизации минеральных удобрений нацисты видели «последний шанс» для повышения аграрного производ¬ ства в применении высокосортных семян. Бесспорно, селекция и семеноводство играют большую роль в повышении урожайности сельскохозяйственных культур, в обес¬ печении стабильного уровня аграрного производства. В Герма¬ нии в период войны селекция и семеноводство были поставлены под государственный контроль. В мае 1943 г. в стране было соз¬ дано имперское управление по семеноводству. На него возлагал¬ ся надзор за селекцией в зерновом и кормовом хозяйстве53. Такие меры вели к тому, что в годы войны семеноводство стало одной из наиболее высокомонополизированных отраслей аграрного производства. Здесь действовало около 60 предпри¬ нимательских объединений, ведущие позиции среди которых за¬ нимали: «Баварский союз семеноводов», «Семеноводческий союз Нижней Саксонии», «Восточно-Прусское общество», «Семеновод¬ ческое хозяйство Арнимов», «Акерман и К0»54- Эти объединения, основанные на средства крупных аграриев, играли первостепен¬ ную роль в поставках семенного материала, тем самым усиливая зависимость крестьянских хозяйств от монополистического ка¬ питала. В годы войны нацистский режим пытался регулировать и селекцию животных. Для этой цели в областях были созданы специальные «отделы» по семеноводству, а в деревнях соответ¬ ствующие «пункты». Владельцы племенного скота (как правило, юнкеры и зажиточные крестьяне) предоставляли хозяйствам мелких и средних крестьян соответствующие услуги, взимая при этом довольно высокую мзду (до 15 марок) 55. Таковы главные направления материально-технического снаб¬ жения немецкой деревни в годы войны. Очевидно, что фашист¬ ский режим не смог обеспечить удовлетворение даже минималь¬ ных потребностей аграрного производства в машинах, инвентаре, удобрениях и семенах. В деревне не хватало сельскохозяйствен¬ ной техники и орудий, поставки минеральных удобрений и семян сокращались с каждым годом войны. Следствием всего этого было ухудшение агротехники и плодородия почвы. Сокращение материально-технического обеспечения сельского хозяйства при одновременном увеличении разнарядок на постав¬ ки продовольствия пагубно сказывалось на экономике крестьян¬ ских хозяйств. Как писал в годы войны В. Пик: «Государство, не оказывая крестьянам технической помощи, в то же время забирает у них все то, что крайне необходимо для содержания своих хозяйств»56. 84
О состоянии материально-технического снабжения деревни свидетельствуют многие материалы. Но наиболее ценными явля¬ ются данные, почерпнутые из архивных документов управления военной экономикой ОКБ, которые содержатся в фондах Военно¬ го архива ГДР. Здесь обнаружены «Обзоры о ходе мобилизации сельского хозяйства и уровне аграрного производства», которые служат важным источником для изучения аграрной политики фашизма в период войны57. «Обзоры» составлялись ежемесячно и служили руководством для проведения военно-экономической мобилизации сельского хозяйства и организации его материаль¬ но-технического снабжения. В них, как правило, давался анализ состояния посевов и хода полевых работ, наличия рабочей силы и лошадей, приводились контрольные цифры о поставках семян, удобрений и горюче-смазочных материалов. Тон «Обзоров» менялся с каждым годом войны. Если в нача¬ ле преобладали реляции об «успехах» германского сельского хозяйства и направляемых ему все новых и новых контингентов иностранной рабочей силы, то на заключительном этапе войны «Обзоры» пестрели разнарядками по дополнительной мобилиза¬ ции тех или иных продуктов, сообщениями о сокращениях поста¬ вок материально-технических средств. Рассмотрим «Обзор о ходе мобилизации сельского хозяйства и уровне аграрного производства» управления военной эконо¬ микой от 14 марта 1942 г. Освещая вопрос об обеспеченности сельского хозяйства рабочей силой, управление указывает, что в аграрном производстве не хватает 850 тыс. рабочих. Пути ре¬ шения этой проблемы нацистское руководство видело в мобили¬ зации внутренних резервов (в частности, «в более активном привлечении женщин и подростков»), а также в увеличении по¬ ставок иностранных рабочих и военнопленных58. Далее в «Обзоре» сообщается, что в целях покрытия нужд фронта намечено в ближайшее время изъять из сельского хозяй¬ ства 700 тыс. лошадей59. Следовательно, для обеспечения воен¬ ной агрессии фашистские правители вынуждены были прибегать к огромным изъятиям живой тягловой силы из деревни. В ре¬ зультате этой акции из сельского хозяйства изымалась одна чет¬ вертая часть всего поголовья лошадей. В качестве «компенсации» командование выделяло для сель¬ ского хозяйства некоторые материальные средства: удобрения, семена, горючее. Однако объемы этих средств были мизерными и не могли удовлетворить даже самых насущных) нужд деревни. Так, фашистское руководство на 1942 г. выделило для сельского хозяйства лишь 280 тыс. тонн бензина, что было намного мень¬ ше потребности. В связи с этим в «Обзоре» отмечалось: «Горю¬ чего в этом году, как и в предыдущем, недостаточно, выделен- 85
ные контингенты будут распределяться импооским продоволь¬ ственным сословием. Заявки отдельных землевладельцев откло¬ няются»60. Совершенно ясно, что горючим могли воспользоваться только крупные землевладельцы, располагавшие основным пар¬ ком машин и имевшие связи с чиновниками имперского продо¬ вольственного сословия. В «Обзоре о ходе мобилизации сельского хозяйства и уровне аграрного производства» от 14 марта 1942 г. указывались также меры по обеспечению сельского хозяйства удобрениями. Однако и здесь перспективы для крестьянских хозяйств были далеко не радужными. «Подвоз удобрений, — говорится в документе, — из- за тяжелых транспортных условий оставляет желать лучшего. Фосфатные удобрения доставляются вовремя, а подвоз калийных солей задерживается. Самое большое отставание в обеспечении азотными удобрениями. Объем поставок азотных и особенно су¬ перфосфатных удобрений значительно отстает от довоенного уровня»61. Итак, фашистское руководство вынуждено было признать неудовлетворительное обеспечение аграрного производства ми¬ неральными удобрениями. Если учесть, что калийные соли в годы войны являлись основным видом удобрений, то совершенно оче¬ видными станут отрицательные последствия сокращения их по¬ ставок. Тот же мотив — отсутствие транспортных средств — выдвига¬ ется гитлеровским командованием и при объяснении причин уменьшения поставок семенного материала. «Обеспечение сель¬ ского хозяйства семенами, — говорится в «Обзоре», — осложня¬ ется неблагоприятными транспортными возможностями. Для по¬ севов картофеля, например, требуется перевезти 130 тыс. тонн семян. Однако это требование не может быть выполнено. Кроме того, следует учесть, что часть картофеля вымерзла при хране¬ нии и придется использовать семенной фонд в продовольствен¬ ных целях»62. Таким образом, материалы управления военной экономикой свидетельствуют о серьезных изъянах в материально-техническом снабжении немецкой деревни, о тех трудностях, которые пере¬ живали крестьянские хозяйства. Мобилизация экономических резервов для нужд фронта отодвигала на задний план интересы сельского хозяйства. Проводя дополнительные изъятия лошадей, а также продовольственных товаров, гитлеровское правительство систематически сокращало материально-техническое снабжение сельского хозяйства. Это отрицательно сказывалось на уровне аграрного производства, агротехнике и состоянии производитель¬ ных сил. Синтетическим показателем, характеризующим состояние 86
аграрного производства, в том числе и уровень его материально- технического снабжения, является урожайность важнейших сель¬ скохозяйственных культур. В нем концентрируются главные фак¬ торы земледелия: энергетическое обеспечение, состояние почв, агротехнические методы и т. д. В период войны в нацистской Германии урожайность важнейших сельскохозяйственных куль¬ тур сокращалась. По официальным данным, с 1939 по 1943 г, урожайность зерновых уменьшилась на 10,7%, картофеля — на 23,0, сахарной свеклы — на 13,3 и кормовой свеклы — на 28,7%63, Нехватка сочных кормов, отсутствие комбикорма вели к сни¬ жению удоев и упитанности животных. За годы войны удои ко¬ ров в Германии сократились почти на 30%. Уменьшился также убойный вес скота. Нацистская политика вызывала критику со стороны крестьян. Все большее их число сознавало, что их доходы, условия труда и уровень жизни гораздо ниже, чем у других слоев населения. Вот, например, как описывает свое положение крестьянка из По¬ мерании: «Мы все здесь находимся в полном отчаянии из-за не¬ хватки людей и безденежья. Несмотря на все трудолюбие и величайшую бережливость, несмотря на интенсивное ведение хозяйства, денег почти не видим. Так во имя чего же я должна любить жизнь в деревне и еще воспитывать эту любовь в моих детях?»64. Летом 1942 г. во многих местах, в том числе в Эссене, Мюль- хаузене, Вейле-на-Рейне, Мюннхейме-Рейнау, были найдены лис¬ товки КПГ, которые призывали немецких крестьян к борьбе против захватнической войны. В листовках говорилось: «Всеми средствами саботируйте гитлеровскую военную машину! Мешай¬ те продвижению военных транспортов! Отказывайтесь идти на фронт!»65. Все это, конечно, не могло пройти бесследно. Несмотря на то, что антифашистские настроения в деревне созревали медленно (многие крестьяне заняли выжидательные позиции), в стране нарастал кризис гитлеровского режима. Итак, ухудшение материально-технического снабжения сель¬ ского хозяйства в годы второй мировой войны заметно ослабило его энерговооруженность и приостановило технический прогресс. В результате этого в период войны уровень органического строе¬ ния капитала в сельском хозяйстве Германии резко снизился. Затраты на восстановление его основных средств производства не покрывали расходов, а следовательно, процесс капиталовло¬ жений в этой отрасли приостановился. На интенсивной основе аграрное производство осуществляет¬ ся тогда, когда используются прогрессивные методы организации труда и изобретения, новейшие машины и минеральные удобре- 87
ния. Всего этого сельское хозяйство Германии в годы войны не имело. Фашистская рационализация аграрного производства, при которой отсутствие технических средств компенсировалось уси¬ лением эксплуатации наемного труда, вела к подрыву произво¬ дительных сил в деревне, к разрушению главного средства аграр¬ ного производства — земли. 3. Кредитная и налоговая политика правительства. Регулирование аграрного рынка Рынок, кредитная и налоговая политика играют важную роль в процессе капиталистического воспроизводства. Они использу¬ ются буржуазным государством в качестве инструмента распре¬ деления и перераспределения совокупного общественного про¬ дукта и национального дохода. С их помощью определяются направления и темпы общественного производства, а также усло¬ вия реализации основных законов капиталистического хозяйство¬ вания и системы товарно-денежных отношений. Система товарно-денежных отношений фашистской Германии включала, с одной стороны, взаимоотношения между государ¬ ством и отдельными товаропроизводителями, с другой — между предпринимателями и наемными рабочими66. В сельском хозяйстве к этой системе отношений добавлялись также взаимоотношения между отдельными категориями земле¬ владельцев, а также между сельскими товаропроизводителями и торгово-промышленными предприятиями. Реализуя продукцию своего хозяйства, землевладельцы получали возможность опла¬ чивать труд наемных рабочих, приобретать машины и инвентарь, необходимые для возобновления аграрного производства. За счет доходов крестьяне покрывали расходы на текущие нужды. Часть доходов крестьянских хозяйств изымалась государством с по¬ мощью системы налогообложения. Воздействовать на все эти процессы была призвана кредитная и налоговая политика правительства Гитлера и меры по государ¬ ственно-монополистическому регулированию аграрного рынка. Эти мероприятия были тесно связаны с общеэкономическим по¬ ложением фашистской Германии, со стремлением правительства осуществить всестороннюю мобилизацию имеющихся средств для достижения успеха в агрессивной войне. В условиях войны нацистский режим, определяя основные на¬ правления капиталовложений, диктовал уровень цен и налого¬ вых обложений, жестко регламентировал сбыт сельскохозяй¬ ственных продуктов, пытаясь тем самым подчинить сельское хозяйство законам военной экономики, перераспределить нацио- 88
нальный доход в пользу финансового капитала, поставить под контроль социальные отношения в деревне67. Прежде всего рассмотрим кредитную политику правитель¬ ства Гитлера. В период войны эта политика опиралась на раз¬ ветвленную сеть кредитно-финансовых учреждений, которая включала частные банки, страховые компании, сберегательные кассы и кооперативные товарищества. Ведущую роль среди них играли крупные банки: Имперский государственный банк, Не¬ мецкий и Дрезденский частномонополистические банки. Вместе с тем заметное место в системе кредитно-финансовых учреждений (особенно в области аграрного кредита) занимали сберегатель¬ ные кассы и кредитные кооперативы. Две тысячи сберегательных касс с 14 тыс. отделений аккумулировали основную часть сбере¬ жений мелких и средних вкладчиков, с их помощью нацистский режим мобилизовал большие денежные суммы68. В период войны ссудный капитал в Германии использовался главным образом на военные цели, для финансирования военно- промышленного строительства. Так, государственные расходы на военную продукцию с 1938/39 по 1940/41 г. увеличились с 24,8 млрд марок до 39,5 млрд марок. Затраты же на производ¬ ство предметов гражданского потребления за этот же период сократились с 78,8 млрд марок до 73,5 млрд марок, а расходы на расширение производственного аппарата — с 5,6 млрд марок до 2,0 млрд марок69. Следовательно, только за первые Ава года войны расходы на военное производство возросли почти вдвое, одновременно за¬ траты гражданского сектора заметно сократились. Быстро растущие расходы на военные цели наложили реша¬ ющий отпечаток на политику правительства в области аграрного кредита. В период войны резко снизились не только государ¬ ственные капиталовложения в сельское хозяйство, но и возмож¬ ности получения хозяйствами частного кредита. На военное производство мобилизовывались, помимо вкладов гроссбанков, ссудные средства других кредитных учреждений, которые раньше обслуживали аграрное производство. Так, вкла¬ ды сберегательных касс Германии с 1939 по 1944 г. возросли с 20 млрд марок до 100 млрд марок. Одновременно сумма госу¬ дарственных обязательств у этих учреждений увеличилась с 5,5 млрд марок до 50 млрд марок70. В сберкассах нацистское правительство разместило 26% всего государственного долга71. Такая же участь постигла денежные активы и других кредитных учреждений страны. Путем банкнотной и чековой эмиссии фа¬ шистское государство мобилизовало для военных нужд основную часть кредитных средств. Каков же был уровень кредитования сельского хозяйства 89
Германии в годы войны? Какие формы аграрного кредита при¬ менялись в этот период? Основными показателями, характеризу¬ ющими инвестиции в сельское хозяйство, являются данные о за¬ долженности этой отрасли народного хозяйства (табл. 23). Таблица 23 Задолженность сельского хозяйства Германии (на 1 июля соответствующего года)72 Общая Ипотечная Вся сумма, млрд марОк на 1 га с.-х. площа- дй, марок в % к оценке СТОИМО¬ СТИ хоз-ва вся сумма, млрд марок в % к общей задол¬ жен¬ ности На 1 га с.-х. площади, марок 1937 13,3 463 32,7 11,5 86,6 401 1939 13,0 455 32,0 + + + 1941 12,3 432 30,0 10,5 85,0 375 + Данных нет. Таким образом, даже ЭТИ неполные материалы свидетель- ствуют, что в период войны задолженность сельского хозяйства была огромной— 13 млрд марок. Это, с одной стороны, объясня¬ лось тем, что нацистское правительство в довоенные годы не выполнило своих обещаний о списании ипотечной задолженности с крестьянских хозяйств. С другой стороны, большая задолжен¬ ность явилась результатом, предпринимательской активности в годы войны, ее рост был обусловлен увеличивающейся потреб¬ ностью крупных предприятий в капитале и повышением земель¬ ной ренты. Табл. 23 показывает также, что в годы войны задолженность сельского хозяйства имела тенденцию к снижению. Так, ипотеч¬ ные долги, т. е. ссуды, обеспечивающиеся земельной собственно¬ стью, уменьшились с 11,5 млрд марок в 1937 г. до 10,5 млрд ма¬ рок в 1941 г. Причины этого — прежде всего отсутствие кредит¬ ных средств, а также ухудшение условий аграрного производства. Очевидно также, что, несмотря на некоторое снижение, уро¬ вень задолженности в период войны оставался высоким: 432 мар¬ ки общей и 375 марок ипотечной задолженности на один гектар сельскохозяйственной площади. Задолженность составила почти одну треть стоимости крестьянских хозяйств. Следовательно, долги, как дамоклов меч, в военные годы висели над широкими слоями германского крестьянства. По некоторым данным кресть- 90
янские платежи в период войны составляли 300—500 млн марок в год73. В военные годы наблюдалось как абсолютное, так и относи¬ тельное сокращение аграрного кредита. Особенно заметно упала роль долгосрочного кредита. Финансовый капитал боялся долго¬ срочного размещения средств, а для условий сельскохозяйствен¬ ного производства предпочтительна именно эта форма кредито¬ вания. Данные табл. 23 подтверждают этот вывод: доля ипотеч¬ ной задолженности, как главного показателя долгосрочного кре¬ дита, сократилась с 86,6 до 85,0%. Политическая неустойчивость военного времени, трудные условия аграрного производства привели к сокращению капита¬ ловложений в сельское хозяйство. Кредитные учреждения не¬ охотно ссужали средства крестьянским хозяйствам также из-за низкой их доходности и еще потому, что наиболее платежеспо¬ собная их часть («наследственные дворы») были недоступны для финансового капитала, их земля не могла закладываться и описываться. В годы войны заметно уменьшился и краткосрочный кредит, который обычно использовался для удовлетворения текущих финансовых потребностей в течение одного производственного цикла и обеспечивался движимым имуществом крестьянских хо¬ зяйств. Динамика краткосрочного кредита, по данным исследо¬ вателя из ГДР Р. Мельцера, была следующей: в январе 1940 г.— 4080 млн марок, в январе 1941 г. — 4086 млн, в январе 1942 г.— 4129 млн, в декабре 1943 г. — 3998 млн и в декабре 1944 г.— 3814 млн марок74. Таким образом, за время войны размеры крат¬ косрочного кредита сократились на 9,3%. Пользуясь тем, что крестьянские хозяйства остро нуждались в кредитах, ростовщики взимали довольно высокие проценты по ссудам. Вопреки довоенному законодательству, по которому став¬ ка на аграрный кредит равнялась 4—4,5%, в период войны она повсеместно составляла 5,5% и более. Особенно дорогими были краткосрочные кредиты: ставка достигала 9—10%, т. е. была на уровне периода мирового экономического кризиса 1929—1933 гг. При вексельном, ломбардном и подобных им формах кредита процентная ставка была еще выше. Особенностью кредитной политики в период войны являлось то, что инвестиции использовались как важнейшее средство го¬ сударственно-монополистического регулирования сельского хо¬ зяйства. Гитлеровцы выделяли средства прежде всего тем хозяй¬ ствам, деятельность которых больше других отвечала целям во¬ енно-продовольственного снабжения. Согласно закону, принятому в июне 1940 г., право выдачи разрешений на кредит закреплялось исключительно за минист- 01
ром сельского хозяйства. Предусматривалась возможность выда* чи ссуды прежде всего хозяйствам, успешно выполнявшим зада¬ ния по продовольственным поставкам, а также тем, которые поставляла лошадей для вермахта. На покупку или расширение хозяйства средства отпускались лишь в том случае, если ми¬ нистр был уверен в «полезности» данного предприятия75. Устанавливался следующий порядок выдачи кредита: заявки землевладельцев подавались в управление окружного «крестьян¬ ского фюрера». Оттуда после проверки на предмет хозяйствен¬ ной «ответственности» просителя документы направлялись в об¬ ластное продовольственное управление, а затем — в министер¬ ство сельского хозяйства. Здесь принималось окончательное решение о выдаче кредита. Фашистский режим субсидировал прежде всего хозяйства крупных капиталистических предпринимателей и юнкеров, как наиболее товарные, а потому имевшие возможность поставлять хлеб и другие продукты для армии и населения. О том, из каких источников брались средства для финансиро¬ вания крупного аграрного производства, дают представление архивные документы, в частности, программа кредитования юнкерских хозяйств Восточной Пруссии, утвержденная мини¬ стерством сельского хозяйства в ноябре 1940 г. и хранящаяся в настоящее время в Центральном государственном архиве ГДР в г. Потсдаме (табл. 24). Таблица 24 Программа «восточной помощи» (от 20 ноября 1940 г.) 76 Кредитор Сумма ссуды, тыс. марок Снижение учетной ставки, % Центральная немецкая кооперативная касса (г. Берлин) 4799,0 1,5 Ермлендский центральный банк (Вермдитт) 1400,0 1,5 Окружные сберегательные кассы Пруссии 250,0 1,5 Немецкий рентный банк 2000,0 0,5 Западногерманские сберегательные кассы (Рейнская обл.) 4510,0 2,0 Другие учреждения 2041,0 Итого... 15000 Так, в условиях острой нехватки кредитных средств министер¬ ство сельского хозяйства нацистской Германии усиленно субси¬ дировало крупных землевладельцев Заэльбии. Путем мобилиза- 92
ции активов учреждений, призванных финансировать прежде всего крестьянские хозяйства, нацисты передали юнкерам огром¬ ную сумму—15 млн марок. Причем процент ссуд был почти везде понижен на 1,5—2%. Значительную часть государственных и частных кредитов по¬ лучили «наследственные дворы». По свидетельству западногер¬ манского автора В. Торнова, в годы войны для этой категории хозяйств было отпущено 60 млн марок77. Основные кредитные средства, переданные «наследственным двором», шли на регулирование задолженности этих хозяйств. Так, материалы одного из «наследственных дворов» округа Франкфурт-на-Одере свидетельствуют, что с 1938 по 1943 г. го¬ сударство погасило 2,2 тыс. марок его долгов, что составляло треть всей задолженности78. Иной характер носила кредитная политика в отношении мел¬ кокрестьянских и пролетарских хозяйств. Большинство из них было лишено кредитов не только государственных, но и публич¬ ных институтов. Крестьяне были вынуждены пользоваться кре¬ дитом ростовщиков. А как известно, условия этого кредита были намного тяжелее, чем публичного. В годы войны большинство крестьянских хозяйств было пере¬ ведено на так называемое «самофинансирование». Объясняя смысл этой политики, немецкий экономист Прион писал: «Под самофинансированием следует понимать финансирование пред¬ приятия из собственных средств, из своего капитала, который создает само предприятие: самофинансирование — это финанси¬ рование из прибыли»79. В соответствии с этой доктриной крестьянские хозяйства были сняты с государственного бюджета и лишены публичного креди¬ та учреждений. Их уделом стали доходы собственного хозяйства. Однако в связи с тем, что условия аграрного производства были крайне неблагоприятными, доходы не покрывали расходов, то о сколько-нибудь значительных прибылях говорить не приходит¬ ся. Этот источник для большинства крестьянских хозяйств был призрачным. Как писал на этот счет К. Маркс: «...французский крестьянин в виде процентов на тяготеющие на земле ипотеки и в виде процентов на неипотечные ссуды у ростовщика отдает капиталистам не только земельную ренту, не только промыш¬ ленную прибыль, одним словом, — не только весь чистый доход, но даже часть своей заработной платы...»80. О результатах фашистского регулирования кредитной поли¬ тики можно судить на основании данных Верховного земельного суда Иены, которые отражают задолженность различных кате¬ горий хозяйств (табл. 25). 93
Таблица 25 Задолженность крестьянских хозяйств округа Иена (на 1 января 1941 г.)81 Категория хозяйств Свободные от долгов Имеют ДОЛГИ абс. % абс. % Хозяйства стоимостью до 10 тыс. марок 475 26,5 1444 73,5 Хозяйства стоимостью свыше 10 тыс. марок 323 32,2 680 67,8 Хозяйства арендаторов 35 36,5 63 63,5 «Наследственные дворы» 525 53,9 446 46,1 Как видно из судебной статистики, раскрывающей характер отношений в немецкой деревне, в наибольшей долговой кабале находились мелкокрестьянские хозяйства стоимостью до 10 тыс. марок и хозяйства арендаторов. Самой низкой была задолжен¬ ность «наследственных дворов»—46,1%- Это результат привиле¬ гий в области кредитной политики, созданных нацистским режи¬ мом для этих хозяйств. Таким образом, одна из важнейших целей государственно- монополистического регулирования кредитной политики гитле¬ ровским правительством состояла в том, чтобы различными спо¬ собами за счет трудящихся слоев крестьянства обеспечить в пе¬ риод войны господствующим группам деревни возможность ка¬ питалистического накопления. В итоге в военные годы зависимость сельского хозяйства от финансового капитала значительно возросла. Крестьянские массы находились в долговой кабале у ростовщиков. Хозяйства многих из них были заложены и перезаложены. Большинство мелких и средних крестьян оставались лишь номинальными владельцами своих хозяйств. Очевидно также, что проникновение финансового капитала в земледелие, подчинение сельского хозяйства торгово-промышлен¬ ному капиталу происходило в острой борьбе между различными фракциями германской буржуазии, между представителями аграрного и промышленного капитала. Важным фактором, оказывающим серьезное воздействие на условия аграрного производства и положение крестьянских масс капиталистических государств, является налоговая политика. Раскрывая классовую сущность налоговой системы капитала, К. Маркс писал: «...эксплуатация крестьян отличается от эксплу¬ атации промышленного пролетариата лишь по форме. Эксплуа¬ татор тот же самый — капитал. Отдельные капиталисты эксплу- 94
атируют отдельных крестьян посредством ипотек и ростовщиче¬ ства; класс капиталистов эксплуатирует класс крестьян посред¬ ством государственных налогов»82. Германская действительность времен второй мировой войны может служить наглядным этому подтверждением. Крупная мо¬ нополистическая буржуазия посредством налоговой политики перераспределяла в свою пользу национальный доход, перекла¬ дывала на плечи трудящихся бремя войны. Достаточно сказать, что прибыли германских монополий в годы[ войны возросли в три-четыре раза, достигнув 70—80 млрд марок83. Одновременно налоговые обложения трудящихся составили 38 млрд марок, уве¬ личившись почти в два раза. Рост налогообложения в годы войны происходил главным образом за счет введения налогов на предметы первой необходи¬ мости. В соответствии с декретом нацистского правительства от 6 сентября 1939 г. в Германии, кроме существовавших ранее налогов на заработную плату, на наследство, были введены но¬ вые налоги: на соль, табак, пиво, спиртные напитки и т. д. Это привело к тому, что основная часть налоговых обложений взы¬ скивалась с трудящихся масс. Об этом наглядно свидетельствуют статьи дохода имперской казны (табл. 26). Таблица 26 Статьи дохода имперского бюджета, млн марок84 Год Вид налога на 1 зарплату 1 капитал наслед¬ ство соль убой сКОта поддер¬ жание войны 1939/40 2645,7 98,1 117,2 77,0 484,7 782,3 1940/41 2979,3 98,3 123,8 85,1 272,5 1608,4 1941/42 4223,4 236,4 153,4 95,3 108,8 2180,0 1942/43 4540,4 144,2 130,9 113,4 8,6 2793,9 1943/44 5001,2 155,2 120,9 118,3 0,0 2581,4 Итак, главным источником налоговых поступлений в фашист¬ ской Германии были вычеты из заработной платы трудящихся. Они составляли две трети всех поступлений государственного бюджета. Причем за годы войны налог на зарплату вырос почти вдвое. В то же время налог на капитал составлял менее 2% на¬ логовых поступлений. Обращает на себя внимание также наличие в нацистском рейхе специального военного налога — на поддержание войны, 95
взимавшегося с широких слоев населения. За счет этого источ¬ ника1 имперский бюджет в 1939/40 г. получал четвертую часть, а в 1943/44 г. — почти половину всех доходов. Значительное место в налоговой системе гитлеровского рейха занимали провинциальные и общинные налоги, на долю которых приходилось до1 одной трети всех налоговых поступлений85. За счет этих поступлений покрывались расходы сельских общин, городских магистратов и обер-президентов. Значительная часть провинциальных и общинных налогов использовалась также в военных целях: для сооружения оборонительных укреплений, организации противовоздушной службы, снаряжения отрядов «фольксштурма». Основными статьями доходов общин и общинных союзов являлись поземельный и промысловый налоги, дававшие более двух третей доходов. Эти налоги взимались главным образом с мелкой буржуазии города и деревни, занимавшейся «промысла¬ ми» и арендовавшей участки земли. Значительные суммы взимались с трудящихся слоев населе¬ ния и по другим статья (налог на управление, пожарный налог, налог на пиво, налог на собак и т. д.). Налоговый гнет в годы войны был неодинаков для разных социальных1 групп деревни. Крупные землевладельцы, используя лазейки в налоговой систе¬ ме, смягчали ее негативные воздействия на свои хозяйства, в то время как на мелкокрестьянские и пролетарские слои фашист¬ ский режим оказывал давление всей мощью своего государствен¬ ного и общественного аппарата, часто прибегая к принудитель¬ ному взиманию недоимок. Неравномерность налогообложения подтверждается данными о налоговых платежах отдельных категорий хозяйств. В годы войны с одного гектара сельскохозяйственной площади хозяй¬ ства величиной до 5 га платили 25 марок, размером от 5 до 20 га— 19 марок, в то время как хозяйства размером от 100 до 200 га—18 марок, а предприятия с площадью свыше 200 га— 14 марок86. Эти цифры наглядно раскрывают классовый харак¬ тер налоговой системы фашизма. Отрицательно сказывались на экономике крестьянских хо¬ зяйств и так называемые «пожертвования» (шпенде). В целях выкачивания дополнительных средств гитлеровцы накануне и в годы войны создали ряд фондов: фонд Гитлера, фонд солдата, «Зимняя помощь» и т. д. Так, фонд «Зимней помощи», созданный еще до войны, позволял собирать не только продовольствие, одежду, но и значительные денежные средства. В период войны для этого фонда была установлена обязательная такса: по марке с каждой тысячи стоимости хозяйства. В 1938/39 г. «Зимняя по¬ мощь» дала 105 млн марок, а в 1940/41 г.—179 млн марок87. 96
Кампания по сбору «пожертвований» проводилась под лозун¬ гами национализма и милитаризма. Ведущими среди них были: «Каждая марка крестьянской помощи — удар по Англии!» «За победу в войне на Востоке» и т. д. Таким образом, посредством налоговой политики нацистское правительство извлекало из сельского хозяйства огромные де¬ нежные средства, нанося ущерб бюджету крестьянских хозяйств, аграрному производству. От этой политики, страдали прежде всего трудящиеся слои крестьянства. Как известно, налоги не могут изменить отношений распре¬ деления, но они могут складываться благоприятно для одних классов и неблагоприятно для других. При этом они разоряют только промежуточные между буржуазией и пролетариатом средние слои общества, положение которых не позволяет им сва¬ лить бремя налогов на другой класс. Важнейшим направлением в деятельности фашистского аппа¬ рата в годы войны являлось государственно-монополистическое регулирование аграрного рынка. В этом была заинтересована как нацистская верхушка, стремившаяся путем контроля над ценообразованием мобилизовать максимум продовольственных товаров для фронта, так и торгово-промышленные монополии, «скалывавшие» при этом с рыночной стоимости продуктов свою долю прибыли88. На Западе длительное время отсутствовали исследования по вопросам аграрного рынка Германии в годы второй мировой войны. Однако политика «рыночного хозяйства», принятая пра¬ вительством ФРГ в середине 60-х годов в качестве официальной экономической доктрины, и противоречия капиталистической «Агро-Европы» привлекли внимание буржуазных ученых к этой проблеме. В 1975 г. в ФРГ известные экономисты А. Ханау и Р. Плате опубликовали совместный труд «Немецкая политика сельскохозяйственных цен и рынка в годы второй мировой вой¬ ны». Свое исследование авторы построили на обширных стати¬ стических материалах министерства сельского хозяйства и управ¬ ления статистики фашистской Германии. В книге рассмотрена система аграрного сбыта, капиталовложений и политика ценооб¬ разования в области сельскохозяйственных товаров89. Однако, несмотря на большой фактический материал и со¬ временные статистические методы обработки данных, использо¬ ванные авторами, с итоговыми выводами их трудно согласиться. Во-первых, буржуазные авторы расхваливают нацистский аппа¬ рат в деревне, называя его «идеальным регулятором капитала»90- Во-вторых, они затушевывают классовый смысл фашистского «торгового порядка», который якобы выражал интересы «всех сословий»91. Эти выводы искажают характер социальных отно¬
шений в Германии в период войны, маскируют государственно- монополистическую сущность фашистского «торгового порядка». Нацистский «торговый порядок» регулировал движение основ¬ ных контингентов сельскохозяйственных продуктов. Это дости¬ галось сочетанием принудительных методов сбора и заготовки продовольственных товаров и сохранения свободного коммерче¬ ского рынка. Землевладельцам после выполнения обязательных норм поставки предоставлялось право свободной продажи про¬ дуктов по установленным ценам. В основе «торгового порядка» нацистской Германии лежала политика «твердых цен», которая начала насаждаться еще в до¬ военные годы. Гитлеровцы устанавливали обязательный уровень цен в зависимости от потребности в тех или иных аграрных то¬ варах, а также времени их реализации. Так, шкала цен на рожь, введенная в июле 1942 г., выглядела следующим образом: в июле—сентябре центнер ржи стоил 175 марок, в ноябре—177, в январе— 179 и в марте— 181 марку. На первый взгляд может показаться, что «твердые цены» дей¬ ствительно позволяли продавать рожь при одинаковых условиях всем категориям крестьянских хозяйств: для всех хозяйств цены были одинаковы. Однако если учесть, что мелкие и средние крестьяне из-за отсутствия складов и хранилищ, а также острой потребности в денежных средствах вынуждены были продавать рожь и другие продукты летом и осенью, т. е. когда цены на них были минимальные, а юнкеры и крупные землевладельцы выво¬ зили свой хлеб зимой и весной при наивысшем уровне цен, то станет очевиден социальный смысл фашистского регулирования. «Торговый порядок» отвечал прежде всего интересам крупных землевладельцев и ставил в невыгодное положение мелкокресть¬ янское производство. Посредством «твердых цен» фашистский режим пытался сдержать инфляционные процессы на сельскохозяйственном рын¬ ке. Но в результате денежной эмиссии, являвшейся для нацист¬ ского руководства важным средством покрытия бюджетного де¬ фицита, цены на аграрные товары (как, впрочем, и на все дру¬ гие) вырывались из-под контроля и быстро росли (табл. 27). Только за три года войны средний индекс цен на сельскохозяй¬ ственные продукты поднялся на 8 пунктов. Особенно быстро повысились цены на товары, составлявшие основу питания ши¬ роких слоев населения: говядина (рост 13 пунктов), свинина (23 пункта), картофель (36 пунктов). В целом же за период войны цены на продовольственные товары увеличились на 15%, в том числе на продукты животноводства—на 10, убойный скот— 19 и картофель—41%. Это предопределило обнищание слоев городского населения фашистской Германии в годы второй ми¬ ровой войны. 98
Таблица 27 Индекс цен на сельскохозяйственные товары (1909—1913= 100)92 Товар 1940 1941 1942 Товар 1940 1941 1942 рожь 116 117 118 Свиньи 98 112 121 Пшеница 103 104 104 Овцы 110 109 114 Ячмень 124 124 124 Мясо 98 105 111 Овес 113 113 113 Масло 117 118 118 Картофель 111 127 147 Яйца 149 149 149 Крупный рогатый скот 98 96 98 Средний индекс 107 112 115 Каким же образом сказался этот инфляционный рост цен на продовольственные товары на крестьянах-поставщиках сельско¬ хозяйственных продуктов? Способствовал ли он увеличению до¬ ходности крестьянских хозяйств? Анализ показывает, что в результате принудительного карте¬ лирования сбыта сельскохозяйственных товаров, проведенного накануне и в годы войны, прибыль от роста цен шла не кресть¬ янским товаропроизводителям, а прежде всего монополистиче¬ ским объединениям, регулировавшим сбыт этих продуктов. Пред¬ приниматели, участвовавшие в деятельности экономических сою¬ зов, и владельцы пищевых заводов наживали состояния. В то же время система военного контингентированного снабжения пол¬ ностью отрезала крестьян от рынка и лишала их возможности участвовать в распределении прибыли. Это положение вынуждены были признать нацистские пра¬ вители. В частности, Гитлер в письме Антонеску в 1943 г. писал на этот счет: «Немецкие крестьянки, немногие юноши и глубокие старики, остающиеся еще в деревне, работают и отдают государ¬ ству продукты своего труда, я могу сказать, почти 100% для ведения войны. Они получают за это деньги, на которые сейчас они ничего не могут купить»93. Одним из источников прибыли торгово-промышленных моно¬ полий являлась разница между оптовыми и розничными ценами. В годы войны этот разрыв был значительным: оптовые цены превышали розничные на 20—32 пункта. Причем с каждым го¬ дом войны разрыв в ценах увеличивался: если в 1939 г. он со¬ ставлял 18,7, то в 1942 г. — 22,2 пункта94. Это обстоятельство отрицательно сказывалось не только на положения городских потребителей, но и мелких торговцев, вла¬ дельцев пекарен, кондитерских, кафе, т. е. всего немонополизи- 9»
рованного сектора экономики. Многие из них были разорены. В годы войны, вопреки публичным заявлениям гитлеровцев об уни¬ чтожении «ножниц цен» на промышленные изделия и сельскохо¬ зяйственные товары, этот разрыв существовал. На многие виды промышленных изделий цены в годы войны росли быстрее, чем на продукты питания. При росте цен на сельскохозяйственные товары на 15% на строительные материалы они увеличились на 77,4, семена—22,3, племенной скот на 98,8%. Некоторое снижение цен на удобрения, горючее и корма практически значения не имело, так как в этих товарах ощущался острый дефицит и для большинства сельских хозяев они были недоступны. Ради сохранения своей массовой базы нацистский режим вы¬ нужден был пойти на известные ограничения пагубных для кре¬ стьян устремлений отдельных монополистических групп. Однако эти ограничения не затрагивали основ господства монополисти¬ ческого капитала над деревней, о чем убедительно свидетель¬ ствует уровень цен на предметы первой необходимости (табл. 28). Таблица 28 Индекс цен по годам на предметы первой необходимости (1913= 100)95 Вид товара 1939 1940 1941 1942 | 1943 1944 Продовольствие 121,7 129,9 128,3 128,8 138,8 137,4 Одежда 123,7 141,6 160,8 179,4 179,1 185,1 Бакалея 142,0 147,0 149,2 150,9 159,4 151,5 Средний индекс 125,7 131,6 133,3 135,2 137,9 141,2 Итак, с 1939 по 1944 г. цены на продовольственные товары возросли на 16,3, на бытовые товары — на 9,5, а на одежду — на 41,4 пункта! Неэквивалентный характер товарообмена между промышлен¬ ностью и сельским хозяйством в годы войны очевиден и из пря¬ мого сопоставления стоимости товаров. Так, чтобы купить мало¬ мощный трактор в 12 л. с., крестьянину необходимо было про¬ дать 9 коров или 88 овец. Для приобретения молотилки марки «Флотер» требовалось продать 11 лошадей или 35 свиней96. Сле¬ довательно, «торговый порядок» значительно усилил гнет торго¬ во-промышленного капитала над сельским хозяйством. Посред¬ ством «ножниц цен» гитлеровцы выкачивали из сельского хо¬ зяйства основную часть продовольственных товаров и финансо¬ вых средств, оставляя крестьянские хозяйства на голодном пайке нацистской «технической помощи». 100
Важнейшими последствиями государственно-монополистиче¬ ского регулирования аграрного рынка в годы войны явилось: во-первых, резкое сокращение покупательной способности сель¬ ского населения; во-вторых, падение доходности большинства крестьянских хозяйств. Подтверждением этому могут служить данные о жилищном строительстве, как об одном из основных показателей покупа¬ тельной способности населения. С. 1938 по 1943 г. расходы на это строительство снизились: в Баварии с 26,2 до 2,4 тыс. марок, в Ганновере—с 15,9 до 1,7 тыс., в Бранденбурге—с 15,4 до 2,0 тыс., в Саксонии — с 22,8 до 1,7 тыс. марок97. В результате этого в деревне сократилось обновление' жилищного фонда, приостано¬ вились работы по улучшению земель и очистке водоемов, строи¬ тельству подъездных путей. Уменьшение доходности сельского хозяйства было вызвано тем, что совокупность затрат труда и материальных средств на производство (издержки производства) часто превышала дохо¬ ды от реализации сельскохозяйственных товаров. Фашистская система сбыта аграрных продуктов, при которой значительная их часть (государственные поставки) не реализовалась на рынке в условиях свободного ценообразования, а в обязательном по¬ рядке сдавалась государственным продовольственным органам, вела к тому, что расходы многих крестьянских хозяйств не по¬ крывались доходами., Однако данный процесс неодинаково за¬ трагивал разные социальные группы. На этот счет сохранились редкие данные Хомана, показывающие доходность хозяйств (табл. 29). Таблица 29 Доходы хозяйств (на 100 марок вложенного капитала), марок98 Отрасль Размер хозяйства, га 7,5-20 | 20-50 50-125 125-400 Кормовое производство 191 197 207 214 Зерновое производство 192 209 214 222 Картофелеводство 200 223 231 248 Цифры свидетельствуют, во-первых, о низком уровне доход¬ ности сельскохозяйственного производства в целом в период войны; во-вторых, о превосходстве крупного капиталистического хозяйства. Доходность предприятий величиной от 125 до 400 га выше по сравнению с хозяйствами размером от 7,5 до 20 га в кормовом производстве на 10,1%, зерном —15,6, картофелевод¬ стве— 24,0%- Это было следствием не только фашистского ре- 101
гулирования аграрного рынка, но и того, что война открыла пе¬ ред крупным предпринимателем ряд новых дополнительных источников доходов, в частности, путем усиленной эксплуатации иностранных рабочих й военнопленных. Следует отметить, что вопреки принудительным мерам и по¬ лицейскому террору, господствовавшим в немецкой деревне в годы войны, крестьяне часто нарушали нацистские предписания и продавали товары из-под полы. Так, в 1941 г. крестьянка Шир- мер из Баварии, несмотря на запрет, продала в гостиницу и отдельным лицам около 60 гусей. При этом цены превышали установленные нормы". Подобные случаи полиция зарегистри¬ ровала в Восточной Пруссии,! Рейнской области, Саксонии и Тюрингии. Нарушения «торгового порядка» со стороны крестьянства свидетельствуют о том, что он противоречил экономическим интересам крестьян, лишая их материальных стимулов хозяй¬ ствования, а поэтому они стремились всячески его обойти. Таким образом, фашистское регулирование аграрного рынка, кредитов и налоговых обложений обусловило низкую доходность и экономическую неустойчивость большинства мелких и средних крестьянских хозяйств. В годы войны большая часть крестьян¬ ских хозяйств едва сводила концы с концами, находясь на гра¬ ни разорения. Гнет торгово-промышленного капитала над аграр¬ ным производством в это время настолько усилился, что подчас трудно установить, где кончается крестьянская собственность и где начинается собственность монополий. В системе товарно-денежных отношений в Германии в годы второй мировой войны сложилась характерная для империализ¬ ма обстановка, о которой В. И. Ленин писал: «...развитие капи¬ тализма дошло до того, что, хотя товарное производство по- прежнему «царит» и считается основой всего хозяйства, но на деле оно уже подорвано, и главные прибыли достаются «гениям» финансовых проделок» 10°. В этот период в Германии происходило широкое вытеснение бывшего рыночного механизма как регулятора производства и распределения разнообразными формами военно-принудительно¬ го контроля над деревней. Особую роль при этом играл нацист¬ ский «торговый порядок», который обрек миллионы крестьян на социальный регресс и разорение. 4. Наемный труд и эксплуатация иностранных рабочих и военнопленных В годы второй мировой войны большую остроту для руковод¬ ства фашистской Германии приобрел вопрос об обеспечении эко- 102
■яомики рабочей силой. Огромный отток рабочих рук в связи с мобилизацией на фронт и перераспределением в военную про¬ мышленность лишил ряд отраслей хозяйства квалифицирован¬ ной рабочей силы. В годы войны не только немецкий рабочий класс, лишенный политических прав и своих организаций, но и миллионы ино¬ странных рабочих и военнопленных, насильно угнанных в Гер¬ манию, стали объектом усиленной эксплуатации государственно- монополистических органов. Наемный труд как главный источ¬ ник прибавочной стоимости использовался в этот период, с одной стороны, для обогащения монополий, с другой — для финансиро¬ вания гонки вооружений и материального обеспечения войны. Сначала в самой Германии, а затем на оккупированных ею тер¬ риториях для рабочих была создана огромных масштабов воен¬ ная тюрьма, где применялись самые жесточайшие методы экс¬ плуатации 101. Главные усилия нацистской верхушки были направлены на перераспределение людских ресурсов между тылом и фронтом, между гражданским и военным секторами экономики. С этой целью еще накануне войны в третьем рейхе была введена обя¬ зательная трудовая повинность. С началом войны масштабы и формы трудовой повинности были значительно расширены. В этот период в области трудовых отношений шел усиленный процесс насаждения методов госу¬ дарственно-монополистического регулирования, при которых гос¬ подство германских монополий и фашистского государства ста¬ новилось прямым и неприкрытым. На учет в специально создан¬ ных «трудовых бюро» было поставлено фактически все трудо¬ способное население. Трудовая повинность была введена для всех мужчин в возрасте от 16 до 65 лет и женщин от 17 до 45 лет 102. Назначение 21 марта 1943 г. гауляйтера Тюрингии Заукеля генеральным уполномоченным по использованию рабочей силы способствовало дальнейшему развитию принудительного труда в Германии. Задача Заукеля состояла в том, чтобы поставлять германскому военному хозяйству иностранных рабочих и осво¬ бождать немецких рабочих для призыва в армию. При этом он получил неограниченные полномочия по массовому перемещению людей из оккупированных стран в Германию. В результате деятельности управления по использованию ра¬ бочей силы из различных отраслей хозяйства Германии отзыва¬ лись рабочие для службы в вермахте. На их место направлялись не занятые на производстве немцы и иностранные рабочие и военнопленные. Общий баланс людских ресурсов фашистского рейха свиде- 103
тельствует, что число мужчин, занятых в экономике, с 1939 по 1944 г. сократилось с 24,5 до 13,5 млн человек, т. е. на 11 млн человек. Одновременно число мобилизованных в вермахт увели¬ чилось с 1,4 до 13,0 млн человек, или на 11,6 млн человек. За эти же годы численность иностранных рабочих и военнопленных в Германии возросла с 0,3 до 7,5 млн человек103. Таким образом, основной причиной сокращения людских ре¬ сурсов, особенно мужчин, в гражданском секторе экономике бы¬ ли систематические призывы в армию. Количество гражданской рабочей силы уменьшалось пропорционально росту вермахта. Данные об участии женщин в производстве говорят о незна¬ чительном росте занятости среди них: всего на 0,3 млн человек (6,8%). Это объясняется тем, что, несмотря на всеобщую трудо¬ вую повинность, многие женщины, особенно дамы из высших кругов, под различными предлогами уклонялись от работы на производстве. Очевидно также, что главным источником поддержания ба¬ ланса рабочей силы в Германии стала эксплуатация иностран¬ ных рабочих и военнопленных. Их число с каждым годом войны росло, а доля в балансе гражданской рабочей силы увеличилась с 0,7 до 26,5%. В годы войны нацистские правители проводили широкие мо¬ билизации людских ресурсов из экономики для армии, осущест^ вляли их перелив из одной отрасли хозяйства в другую. При этом учитывалась их роль в военно-экономическом потенциале. Как свидетельствуют официальные данные, наибольшее число рабочих в процентном отношении в первые годы войны было изъято из ремесла, торговли и сельского хозяйства, которые ли¬ шились до одной трети рабочих рук104. Такая же тенденция на¬ блюдалась и в последующем. Это решающим образом сказалось на положении указанных выше отраслей производства, испыты¬ вавших в годы войны острую нехватку рабочих рук. Число ква¬ лифицированных рабочих в них постоянно сокращалось. В сельском хозяйстве за период с 1 июня 1939 г. по 30 сен¬ тября 1944 г. численность кадровых рабочих уменьшилась на 2297,9 тыс. человек, или почти на 30%. Из них 1926,4 тыс. чело¬ век были призваны в вооруженные силы, а остальные переведе¬ ны в другие отрасли экономики 105. Чтобы восполнить эти потери, нацистский режим пытался вовлечь в аграрное производство широкие слои сельского и го¬ родского населения, а также направлял в деревню в больших количествах иностранных рабочих и военнопленных. По законам военного времени каждый юноша и девушка были обязаны после окончания школы отработать один год в сельском хозяйстве. Во многих районах Германии были созданы лагеря 104
:трудовой повинности, в которых десятки тысяч молодых людей без заработной платы, только за пансионат, вынуждены были -грудиться на господских полях. В нацистской Германии была создана целая сеть организа¬ ций, призванных направлять молодежь на работу в деревню: «Сельский год», «Сельская служба» и др. Кроме того, в деревню «на воспитание» посылали своих питомцев многочисленные шко¬ лы штурмовых; и охранных отрядов. О масштабах их деятель¬ ности можно судить по данным о работе «Сельской службы». Эта организация поставила деревне в 1939 г. 26,0 тыс. человек, в 1940 г.— 18,4 тыс., в 1941 г. — 20,0 тыс., в 1942 г. — 30,0 тыс., в 1943 г. — 40,0 тыс. человек106. Другая фашистская организация «Сельский год» ежегодно направляла для работы в сельское хозяйство до 17 тыс. подростков. По совместному решению «фюрера» гитлеровской молодежи Аксмана и министра по делам воспитания Руста с 1942 г. для проведения весенне-осенних полевых работ стали широко при¬ влекаться учащиеся младших классов в возрасте до 10 лет вклю¬ чительно. В итоге каждый год село стало получать дополнитель¬ но около 1 млн рабочих рук. Все эти контингенты молодежи направлялись в деревню в качестве «сельских помощников». Социальное законодательство (даже в том урезанном виде, в каком оно действовало в нацист¬ ской Германии) на них не распространялось. Крупные земле¬ владельцы использовали «сельских помощников» в качестве да¬ ровой рабочей силы, что не могло не сказаться на социальных позициях сельскохозяйственного пролетариата. В сентябре 1940 г. имперский крестьянский староста Майен- берг издал распоряжение «О мобилизации трудоспособной рабо¬ чей силы», которое предусматривало ряд мер по расширению трудовой повинности в деревне и повышению ею «популярности» среди сельского населения. Намечалось привлекать к полевым работам домохозяек, стариков107. Каковы же результаты кампании по обеспечению аграрного производства рабочей силой? Как она отразилась на положении сельскохозяйственного пролетариата? Путем описанных мер, а также посредством широкой эксплу¬ атации иностранных рабочих и военнопленных гитлеровскому руководству в целом удалось создать видимость «стабильности» в снабжении сельского хозяйства рабочей силой. Об этом гово¬ рят данные о занятых в аграрном производстве. Они отражены в табл. 30, составленной по материалам военно-экономических балансов рабочей силы имперского управления статистики. Итак, цифры показывают, что занятость в сельском хозяйстве на протяжении войны держалась в среднем на уровне 10—11 млн 105
Таблица 30 Баланс рабочей силы по годам в сельском хозяйстве Германии*, тыс. чел.108 Отрасль 1939 1940 1941 1942 1943 1944 В % от всех занятых 1939 1940 | 1944 Земледелие 10850 10345 10360 10898 10973 10862 27,5 '28,7 31,3 Лесное хозяйство 295 278 294 255 242 234 0,8 0,7 0,7 Молочное хозяйство 71 70 74 74 80 83 0,2 0,2 0,2 Рыбоводство 8 6 7 7 7 7 0,0 0,0 0,0 Итого... 11224 10699 10734 11234 11302 11186 28,5 29,7 32,2 * Германия в границах 1937 г., включая Австрию, Судеты и Мемельскую область. человек. Более того, доля сельского хозяйства в общем балансе рабочей силы даже несколько возросла: с 28,5 до 32,2% всех занятых. Однако это была лишь внешняя,' показная «стабиль¬ ность», отражавшая только количественную сторону. Если учесть, что воспроизводство рабочей силы проявляется не в абсолютном росте количества работников, а в повышении удельного веса высококвалифицированных рабочих, способных обеспечить рост производительности труда, то станет очевидным: в обеспечении сельского хозяйства Германии рабочей силой в период войны произошли существенные качественные сдвиги. Они выразились, с одной стороны, в значительном сокращении доли квалифици¬ рованного мужского труда, с другой — в резком увеличении доли женского и детского труда. Согласно данным, не вошедшим в табл. 30, в результате мо¬ билизации кадровых рабочих в армию их число в сельском хозяйстве сократилось в период войны с 5,1 млн до 2,8 млн че¬ ловек, т. е. почти в два раза 10э. Таким образом, в годы войны произошли глубокие изменения в составе рабочей силы, занятой в! сельском хозяйстве. Квали¬ фицированный труд заменялся полуквалифицированным и не¬ квалифицированным трудом. На уровне отдельных деревень это выглядело следующим образом. Так, в деревне Бад Фрейнвальд (округ Франкфурт-на-Одере) в августе 1940 г. вместо призван¬ ных в армию сельских рабочих трудились 536 солдат вермахта, 155 членов «Гитлеровской молодежи», 60 студентов, 299 италь- 106
янских рабочих, 500—600 польских батраков и 1320 военноплен¬ ных ио. Замена кадровых рабочих «сельскими помощниками» обусло¬ вила ухудшение эксплуатации машин и орудий, агротехники. Повсеместно машинный труд заменялся физическим. Для анализа изменений в обеспечении рабочей силой аграр¬ ного производства в годы войны определенный интерес пред¬ ставляют данные о профессиональном составе лиц, занятых в сельском хозяйстве. В годы войны в сельском хозяйстве Герма¬ нии было занято 9342,9 тыс. человек. Распределение их по роду занятий и отраслям показано в табл. 31. Таблица 31 Профессиональный состав лиц, занятых в сельском хозяйстве в годы войны, тыс. чел.111 Отрасль Само- стоя- тел ьные Чиновни¬ ки Служащие Помо¬ гающие члены семьи Наемные рабЬчие Всего в Отрас¬ ли Земледелие 2123,2 1,3 76.7 4476,3 2257,2 8935,0 Лесное хозяйство 46,6 14,2 12,4 0,4 110,7 138,3 Огородничество 0,9 0,9 6,4 36,5 149,5 239,9 Рыбоводство 10,6 0,07 2,2 3,0 13,9 29,7 Итого... 2181,3 16,8 97,6 4516,2 2531,3 9342,9 Как видим, лица, работавшие в аграрном производстве, рас¬ падались на три основные категории: самостоятельных, т. е. зем¬ левладельцев и арендаторов, составлявших 23,9% от общего числа занятых в сельском хозяйстве; помогающих членов семей {48,3%); наемный пролетариат (27,1%). Остановимся подробнее на положении наемных рабочих — главной производительной силы в сельском хозяйстве. Как изве¬ стно, применение наемного труда в Германии носило крупнока¬ питалистический характер. Основная часть наемных рабочих эксплуатировалась в хозяйствах крупных крестьян, в капитали¬ стических предприятиях и юнкерских имениях. В группе хозяйств с площадью свыше 20 га было занято 69,0% постоянных и вре¬ менных рабочих, в хозяйствах размером 10—20 га—14,7, в хо¬ зяйствах величиной менее 10 га—16,3% всех рабочих112. Следовательно, крупные капиталистические предприятия использовали исключительно наемный труд, в то время как мелко- и среднекрестьянские хозяйства держались главным об¬ разом на личном труде владельца и членов их семей. 107
Этот вывод подтверждается и материалами института труда Немецкого рабочего фронта. Хозяйства величиной до 2 га имели 1841 тыс. семейных, и 56 тыс. наемных рабочих (соотношение 33:1), предприятия размером от 5 до 10 га использовали 2131 тыс. семейных и 149 тыс. наемных рабочих (14: 1) и хозяй¬ ства с площадью от 10 до 20 га эксплуатировали 1665 тыс. се¬ мейных и 229 тыс. наемных рабочих (9: 1). Что касается крупно¬ капиталистических предприятий, то в них применялся исключи¬ тельно наемный труд113. Таким образом, использование наемных рабочих в сельском хозяйстве Германии в период войны подчинялось законам капи¬ талистического производства. Эксплуатируя основную часть по¬ стоянных и временных рабочих, крупные землевладельцы извле¬ кали немалую капиталистическую прибыль. Даже по свидетель¬ ству консервативного западногерманского историка В. Герлица, в период войны преуспевали| крупные землевладельцы Восточ¬ ной и Северо-Восточной Германии. В хорошем состоянии в этих областях находились хозяйства графа Эйленбурга, баронов фон Гольца и Хайзена, князя Яросцевского и др.114 Эксплуатируя иностранных рабочих и военнопленных, юнкера пожинали бога¬ тую жатву войны, в то время как мелкие и средние крестьяне надрывались на работе, вкладывая в хозяйство свой труд и труд членов своих семей. «Крестьянин, — писал в этой связи В. И. Ле¬ нин,— не в силах держаться, не надрываясь над работой сам и не заставляя вдвое тяжелее работать своих детей. Нужда за¬ ставляет крестьянина своим горбом наверстывать недостаток капитала и технических усовершенствований» 115. Как уже отмечалось, в годы войны в связи с мобилизацией сельскохозяйственных рабочих-мужчин на фронт в немецкой де¬ ревне заметно возросла роль женского труда. В отдельных обла¬ стях доля его была различной: в областях с крупной аграрной структурой она была меньше, а в мелко- и среднекрестьянских районах — больше. Так, доля женщин среди постоянных рабочих в Восточной Пруссии составляла 26,4%, в Бранденбурге — 33,5, в Померании — 35,0. В то же время в Нижней Саксонии она достигала 38,3%, в Ганновере — 38,9, в Баварии — 43,5% п6- Следовательно, в условиях военного времени крупные земле¬ владельцы предпочитали использовать мужчин как более произ¬ водительную рабочую силу, а мелкие и средние крестьяне вы¬ нуждены были прибегать к найму женщин и детей. Еще большей была доля женского труда среди временных наемных рабочих. Женщины среди последних составляли абсо¬ лютное большинство во всех областях Германии: в Баварии на их долю приходилось 56,0% общего количества временных ра¬ бочих, в Восточной Пруссии — 58,9, в Померании — 65,3, в Бран- 108
денбурге —82,2, в Нижней Саксонии — 70,1, в Силезии—70,9%. Женский наемный труд господствовал в таких отраслях сель¬ скохозяйственного производства, как огородничество и живот¬ новодство. Он получил широкое распространение и в молочном хозяйстве, где до войны по немецкой традиции работали в основ¬ ном, мужчины. Призыв их в армию привел к острой нехватке специалистов в этой отрасли, особенно дояров117. Острую нехватку рабочих рук в сельском хозяйстве вынужде¬ на была признать фашистская печать. «Фелькишер беобахтер» в мае 1941 г. писала: «Разве в городе знают, как идут дела в деревне? Годные к военной службе мужчины призваны в армию. Лишь подростки, женщины и старики, а нередко только кресть¬ янки вынуждены теперь! нести свой тяжелый труд с помощыо иноземных подсобных рабочих» 118. Стремясь ослабить нехватку рабочих рук в деревне, фашист¬ ский режим стал на путь принудительного регулирования отно¬ шений между трудом и капиталом. Передвижение сельскохозяй¬ ственных рабочих было полностью запрещено, решение всех трудовых конфликтов отдано на откуп так называемым «импер¬ ским уполномоченным по труду», которые регулировали трудо¬ вые отношения в пользу нанимателей119. Война вызвала резкое ухудшение условий сельскохозяйствен¬ ного пролетариата. Фашистское законодательство этого периода не предусматривало ни социального страхования, ни ограничения рабочего времени, ни охраны детского и женского труда. Органы имперского продовольственного сословия и трудового фронта поставили сельскохозяйственных рабочих в полную зависимость от крупных землевладельцев. Продолжительность рабочего дня была доведена до 12—14 часов, ежегодное число рабочих выхо¬ дов было установлено в 300—320 дней 12°. Серьезные изменения произошли и в оплате труда сельскохо¬ зяйственного пролетариата. В соответствии с тарифом, ежеме¬ сячная заработная плата рабочих в летний период не превыша¬ ла 22, а зимой—15 марок. Труд женщин и детей оплачивался значительно хуже121. Широкое распространение получили на¬ туральные формы оплаты труда сельских рабочих, часто круп¬ ные землевладельцы заменяли денежное вознаграждение выда¬ чей овощей, картофеля, брюквы, а также соломы для скота 122. Распространение натуральных форм оплаты вело к дополнитель¬ ному снижению уровня реальной заработной платы сельскохо¬ зяйственного пролетариата. Всякие работы по строительству домов и улучшению жилищ¬ но-бытовых условий, которые велись накануне войны под шум¬ ный аккомпанемент нацистской пропаганды, после 1939 г. были 109
прекращены. Сельским рабочим гитлеровцы обещали улучшить их положение после «успешного» завершения войны. Положение рабочих, занятых в сельском хозяйстве, было хуже, чем в других отраслях экономики и по продолжительности рабочего дня, и по условиям труда. Как отмечал доктор Кунерт в марте 1941 г., «усердие сельскохозяйственных работниц, кото¬ рое пытается поднять пропаганда, подходит к концу. Они рабо¬ тают сегодня гораздо больше 35 часов в неделю, и интенсивность труда растет быстрее, чем уровень заработной платы, который ниже, чем в промышленности» 123. Таким образом, несмотря на сохранение общего уровня в обеспечении аграрного производ¬ ства рабочей силой в период войны, в нем произошли глубокие качественные сдвиги, которые отрицательно сказались на произ¬ водительности труда. Чтобы удержать аграрное производство на довоенном уровне, фашистское руководство направляло в деревню все новые кон¬ тингенты рабочей силы. Однако качество сельскохозяйственных работ снижалось, цикл агротехнических мероприятий оставался незавершенным. Падение производительности труда в сельском хозяйстве в годы войны сильно обострило социальные противоречия, так как увеличивало потребности этой отрасли в рабочей силе. На про¬ тяжении войны в сельском хозяйстве сохранялся острый дефицит рабочих рук. Так, в марте 1942 г., по данным управления воен¬ ной экономики ОКВ, в аграрном производстве не хватало 850 тыс. человек, что составляло почти 10% занятых124. Основным источником пополнения недостающей рабочей силы в сельском хозяйстве и других отраслях экономики Германии гитлеровское руководство рассматривало принудительную де¬ портацию иностранных рабочих и военнопленных. Их число в аграрном производстве увеличилось с 118 тыс. человек в 1930 г. до 2402 тыс. человек в 1944 г., т. е. более чем в 20 раз. Эксплу¬ атация иностранных рабочих и военнослужащих служила глав¬ ным средством поддержания баланса рабочих рук в1 сельском хозяйстве. Фашистская диктатура с помощью военной машины и поли¬ цейского аппарата стремилась установить господство германско¬ го монополистического капитала над людскими ресурсами Европы. Еще накануне войны гитлеровский режим по соглашению с правительствами Италии, Польши, Венгрии, Болгарии и Слова¬ кии начал ввозить иностранных рабочих из этих стран. С нача¬ лом военных действий нацисты резко увеличили ввоз иностран¬ ных рабочих и военнопленных в Германию и усилили эксплуа- 110
тацию их в военной экономике. Уже осенью 1939 г. по указанию нацистского наместника в Польше Франка в Германию было на¬ правлено 73 тыс.,125 и затем по просьбе министра сельского хо¬ зяйства Бакке — еще 81,5 тыс. польских сельскохозяйственных рабочих. К январю 1941 г. количество иностранных рабочих и военнопленных в экономике нацистского рейха превысило 1 млн человек126. В начальный период войны более половины ино¬ странцев эксплуатировалось в сельском хозяйстве, что объясня¬ лось особенно большой потребностью этой отрасли в рабочей силе из-за дополнительных мобилизаций на фронт рабочих и специалистов для других отраслей экономики. В дальнейшем: указанное соотношение стало меняться. В оккупированных стра¬ нах Западной Европы были созданы специальные «пункты» ш> вербовке иностранцев для работы в Германии. Мобилизация в этих странах была добровольной. Рабочим гитлеровцы обещали «высокую заработную плату» и «веселую жизнь». Иной характер фашистская мобилизация носила в странах Восточной Европы, в частности, в| Польше и на территории СССР. Здесь гитлеровцы в принудительном порядке отбирали наиболее работоспособную часть населения и отправляли в фа¬ шистскую Германию. Иностранные рабочие и военнопленные использовались на самых трудоемких и низкооплачиваемых ра¬ ботах; 79—81% всех иностранных рабочих и 80—85% военно¬ пленных эксплуатировались в двух главных, отраслях фашист* ской экономики: промышленности и сельском хозяйстве 127. Одна¬ ко использование этой рабочей силы в, них характеризовалось значительными «переливами». Если в 1940 г. в сельском хозяй¬ стве работали 51% иностранных рабочих и 76% военнопленных* а в промышленности соответственно — 29% и 8%, то в 1944 г. картина изменилась: в аграрном производстве численность ино¬ странных рабочих сократилась на 17, а военнопленных—на 40%, в промышленности же их доля возросла соответственно на 16 и 36%. Этот «перелив» был вызван главным образом обострением нужды промышленности в рабочей силе в связи с дополнитель¬ ными призывами в вермахт128. Освобождающиеся рабочие места на германских заводах и фабриках, шахтах и рудниках гитле¬ ровцы заполняли иностранными рабочими и военнопленными. Однако сокращение контингента иностранных рабочих и во¬ еннопленных в аграрном производстве было не абсолютным, а относительным. Это показывает таблица, разработанная исто¬ риком из ГДР И. Леманном (табл. 32). Доля иностранных ра¬ бочих и военнопленных в аграрном производстве увеличилась с 0,1% в 1939 г. до 24% в 1944 г. Следовательно, жестокая эксплу¬ атация их служила для гитлеровского руководства одним из. 111
главных средств обеспечения расширенного капиталистического воспроизводства в сельском хозяйстве. В годы второй мировой войны в фашистскую Германию на принудительные работы были угнаны представители почти 20 национальностей. В сельское хозяйство направлялись прежде всего поляки (75,1% от национальной группы), русские (63,3%), прибалтийские народы (51,7%) и югославы (21,7%). Большую часть иностранцев, эксплуатировавшихся в сельском хозяйстве фашистской Германии, составляли поляки — 76,1% и русские — 20,3% 12Э. Таблица 32 Эксплуатация иностранных рабочих и военнопленных в сельском хозяйстве Германии, на 31 мая каждого года, тыс. чел.130 Категории занятых 1939 | 1940 1941 | 1942 1943 1944 Иностранные рабочие 118 412 769 1170 1561 1767 Военнопленные — 249 642 759 669 635 Всего... 118 661 1411 1929 2230 2402 Условия труда и быта иностранных рабочих в нацистском рейхе были крайне тяжелыми. Многих! содержали в специаль¬ ных лагерях, часто без теплой одежды. Заработная плата у ино- странных рабочих была в два раза ниже, чем у немецких. Еже¬ месячно они получали не более 9—12 марок в летние месяцы и 6—8 — зимой 131. В особо трудных условиях содержались так называемые «восточные рабочие» («остарбайтер»)—советские и польские граждане, угнанные в фашистское рабство. В отличие от фран¬ цузских, бельгийских и голландских рабочих, которые считались представителями «дружественных наций», «восточные рабочие» объявлялись репатриантами «враждебных наций». Обращение с ними, как и с советскими военнопленными, было исключительно жестоким. Предписывалось содержать их только в лагерях. На одежде «восточные рабочие» должны были носить специальный знак «ост». Продовольственные рационы их были в полтора раза ниже, чем у рабочих из других стран 132. Вот, например, как описывает свою «одиссею» в нацистской неволе житель г. Ставрополя В. Г. Долгарев: «В январе 1943 г. меня 16-летним парнишкой гитлеровцы мобилизовали на работу в Германию. Под музыку нас погрузили в вагоны-теплушки. На следующей станции в каждый вагон сели по 4 полицейских. Дорогой кормили баландой и время от времени ходили с меш- 112
ком подсолнечных семячек, предлагая: «Битте, Сталин-шоко- лад...». И далее Долгарев вспоминает: «Через две недели привезли нас в пересыльный пункт Дахау и отправили на завод Манне- смана в Айсбург (близ Мюнхена). Через неделю мы с товари¬ щем (Н. Астаховым) бежал и тайно выехали в Вену. Но на вок¬ зале нас арестовал эсэсовец, записал внешность (наколки на руке, количество зубов) и отправил в лагерь Ландсдорф под Веной. Вскоре я заболел и после лазарета меня передали на ■биржу труда. Там меня купила крестьянка Штанеда. Ее хозяй¬ ство находилось в деревне Принцендорф-Ранесдорф (40 км от Вены). В нем было 6 коров, 6 свиней, 1 лошадь и много гусей и кур. Крестьянка имела 4 га пахотной земли и 2 виноградника. Хозяйка жила с двумя взрослыми дочерьми. Муж был убит в 1940 г. во Франции». «Работал я, — заканчивает рассказ Долгарев, — с 6 часов утра и до вечера. Хозяева еще спали, а я уже должен был уби¬ рать навоз за скотом, чистить лошадь, кормить и поить живот¬ ных и птиц. Если старшая дочь хозяйки находила, что лошадь плохо вычищена, то била меня уздечкой по лицу. Весной и ле¬ том я пахал землю, сажал картофель, обрабатывал свеклу и ви¬ ноградники» 133. Усиленная эксплуатация советских граждан в фашистском тылу носила политический смысл. Гитлеровцы непосильной ра¬ ботой стремились сломать дух советских людей, заставить забыть их о своей Родине. Однако они просчитались. Фашистская ка¬ торга закаляла волю советских людей, поднимала их на актив¬ ную антифашистскую борьбу. В каких хозяйствах использовались прежде всего иностран¬ ные рабочие и военнопленные? Кто наживался на их эксплуата¬ ции? Ответ на эти вопросы поможет вскрыть классовую сущ¬ ность фашистской системы принудительного труда. На этот счет, кроме описанного выше примера, некоторые сведения содержатся также в архивных материалах, в частности, в| сводке министерства сельского хозяйства о занятости ино¬ странных рабочих от сентября 1942 г. Как свидетельствует эта сводка, основная часть иностранцев использовалась в областях с крупной аграрной структурой: Восточной Пруссии, Померании и Западной Пруссии, где численность иностранных рабочих (мужчин) достигала 70—75% от всех занятых, в то время как в районах мелко- и среднекрестьянского землевладения (Баварии, Рейнской области, Гессене) этот показатель равнялся 30—35%134. Таким образом, управление Заукеля направляло иностранных рабочих прежде всего в кулацкие и юнкерские хозяйства. Здесь они использовались как основная рабочая сила. б. Зак. № 65 113
Исследователь из ГДР Р. Пфаль в результате статистическо¬ го обсчета «дворовых карт» имперского продовольственного со¬ словия установил, что в крупных хозяйствах размером свыше 100 га эксплуатировалось до 70% всех иностранных рабочих и военнопленных135. Занимая господствующее положение в фа¬ шистском аппарате в деревне, кулаки и юнкеры широко исполь¬ зовали годы войны для наживы. Они измывались над иностран¬ ными рабочими и военнопленными. Часто иностранцев направ¬ ляли также в государственные домены. Здесь под надзором управляющих они выполняли наиболее тяжелую физическую ра¬ боту. Как сообщал в июне 1942 г. руководитель государственного имения Нойхоф в министерство сельского хозяйства: «В домене заняты 61 рабочий, среди них 6 итальянцев, 6 поляков, 12 фран¬ цузов и 12 гражданских русских. С их помощью обрабатываются 115 га сахарной свеклы, 112 га картофеля, 8 га овощей. Днев¬ ная норма составляет 1,75—2 га. В июле на уборку потребуются дополнительно военнопленные» 13С. Так, в эксплуатации иностранных рабочих и военнопленных проявлялись наиболее низменные интересы господствующих кру¬ гов Германии. Путем использования иностранных рабочих и воен¬ нопленных они стремились не только создать продовольственные ресурсы для войны, но и обеспечить личное обогащение, укре¬ пить свои позиции в аграрном производстве. Гитлеровцы широко привлекали насильно угнанных рабочих и военнопленных для работы по обеспечению военного производ¬ ства не только в Германии, но и в зависимых странах. Общее количество иностранных рабочих и военнопленных, которые бы¬ ли насильственно направлены нацистским режимом на работу в Германию и в страны-сателлиты, в конце 1944 г. достигло 20 млн человек137. Многие из них были заняты на военных за¬ водах в Северной Франции, в Словакии, на шахтах Силезии. В обмен на промышленное и сельскохозяйственное сырье гитлеров¬ ский рейх снабжал иностранной рабочей силой лесоразработки в Норвегии и Финляндии, нефтедобывающие предприятия в Ру¬ мынии, сельскохозяйственные плантации в Болгарии и Венгрии. Профашистские правители этих стран обращались с иностран¬ ными рабочими и военнопленными «по-немецки»: беспощадно эксплуатируя и моря голодом 138. Таким образом, фашистская система принудительного труда в годы второй мировой войны охватила широкие слои трудя¬ щихся Германии и зарубежных стран. Она привела к экономиче¬ скому и социальному закрепощению десятков миллионов людей, поставила их в положение рабов. В этой системе наиболее от¬ четливо проявилась империалистическая сущность военно-эконо¬ мической политики фашизма, ее грабительский характер. Путем 114
эксплуатации миллионов трудящихся она была призвана добить¬ ся материально-технического обеспечения фашистской агрессии, перераспределить в пользу германской буржуазии военные при¬ были. Основная тяжесть войны была возложена на трудовые слои крестьянства. Описывая положение в немецкой деревне в воен¬ ные годы, А. Абуш сообщает: «Крестьяне не поставляют доста¬ точного количества продовольственных товаров. Они потеряли своих сыновей и братьев на полях сражений на Востоке, им не хватает рабочей силы, кормов, товаров, массового потребления и машин. Постепенно они становятся «сытыми войной по гор¬ ло» 13Э. В заключение важно также отметить, что усиление эксплуа¬ тации трудящихся в годы второй мировой войны привело к росту антифашистской борьбы как в Германии, так и в оккупирован¬ ных и зависимых странах. На борьбу против гитлеризма встал пролетариат, интеллигенция, трудовые слои крестьянства. В Гер¬ мании и других странах усилилась тяга к единству всех анти¬ фашистских сил: коммунистов, социал-демократов, христианских демократов. Епископ Борневассер с кафедры Трирского собора в канун рождества 1942 г. бросил в лицо нацистам иронические слова: «Путь, ведущий из дворцов в' хижины, от блеска к ни¬ щете, бывает подчас коротким! Это показала первая мировая война, и это может с еще большей силой показать нынешняя война». Советские люди, оказавшись в годы войны в фашистском тылу, вели активную антифашистскую борьбу: создавали группы Сопротивления, организовывали саботаж, диверсии. Почти в 30 лагерях советских граждан действовали антифашистские группы 14°. Советские люди шли в первых рядах антифашистов и в дру¬ гих странах Европы. Как отмечает М. И. Семиряга, трудно уста¬ новить точную численность граждан СССР, самоотверженно сражавшихся в партизанских отрядах и группах за рубежом, так как не велось никакой документации. Но можно с уверенностью сказать, что их численность превышает 50 тыс. человек, из них в Польше боролись с нацизмом около 20 тыс. человек, в Юго¬ славии— 6 тыс., примерно столько же — в Чехословакии, тысячи советских людей воевали в других странах Центральной и Юго- Восточной Европы141. Мужественные выступления советских людей в нацистском тылу способствовали подъему движения Сопротивления во мно¬ гих странах Европы: Югославии, Греции, Франции, Италии, Бол¬ гарии. и т. д. 5* 115
ГЛАВА III. АГРАРНАЯ ПОЛИТИКА ГИТЛЕРОВСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА НА ОККУПИРОВАННЫХ ТЕРРИТОРИЯХ 1. Конфискация продовольствия и сельскохозяйственного сырья Политический характер второй мировой войны наиболее отчетливо выявляется при изучении оккупационной политики гитлеровской Германии и ее союзников. Здесь совершенно ясно становится, что фашизм не только нес опасность национальному суверенитету отдельных государств, но и был угрозой всему че¬ ловечеству. Это делало войну империалистической не только со стороны Германии, но и со стороны всех стран фашистско-мили¬ таристского блока. Одновременно борьба народов Советского Союза, а также других стран антигитлеровской коалиции, не¬ смотря на противоречия в политике правящих кругов последних на начальном этапе войны, носила справедливый, освободитель¬ ный характер. Развязав мировую войну, руководители третьего рейха рас¬ считывали перекроить карту мира, силой оружия превратить большую часть человечества в расу рабов. Будущее им рисова¬ лось в виде огороженных монументальных городов, новых тев¬ тонских замков — «орсденбургов», цветущих имений и усадеб властвующей расы немецких господ, возглавляемых эсэсовскими неорыцарями. Где-то в] отдалении, в резервациях-трущобах, на поселениях и в каторжных лагерях — обращенные в рабство на¬ ции, парии онемеченного мира. Вскоре после нападения на СССР Гитлер изложил свой план. «Немецкие колонисты, — заявил он, — должны жить на краси¬ вых, обширных фермах. Немецкие учреждения будут размещать¬ ся в великолепных зданиях, губернаторы — в дворцах. Вокруг городов мы создадим в радиусе от 30 до 40 километров пояса красивых деревень, соединенных прекрасными дорогами. За пре¬ делами этого пространства будет другой мир, в котором русские будут жить как хотят. Надо только управлять ими. В случае революции достаточно сбросить всего лишь несколько бомб на их поселения, и дело будет кончено. Раз в году мы проведем отряд киргизов по улицам столицы рейха... Чем Индия была для англичан, тем пространства России станут для нас... В болотном районе мы создадим гигантский плацдарм для маневров шири¬ ной в 350 и глубиной в 400 км...» *. Таким виделось будущее нацистскому фюреру и его покро¬ вителям. Эти представления оказывали решающее влияние на 116
внутреннюю и внешнюю политику нацистской Германии в пе¬ риод войны. Германские монополии на основе высокого уровня концентра¬ ции и централизации производства и капитала стремились под¬ чинить себе целые отрасли экономики как в национальном, так и международном масштабе. Для обеспечения своей власти они пытались добиться неограниченного господства над источниками сырья, рынками сбыта и сферой приложения капиталов. Основной сферой расширения господства германского моно¬ полистического капитала в годы второй мировой войны были оккупированные и зависимые страны. Нацистское правительство планировало передать под неограниченный контроль германской буржуазии производительные силы Европы, существенно расши¬ рить область ее политического ъ экономического влияния. Следует отметить, что политика нацизма на оккупированных территориях в последние годы стала предметом тщательного анализа! советских и зарубежных марксистских авторов. Эта проблема интенсивно разрабатывается в СССР, ГДР, Польше, Чехословакии и других социалистических странах. Исследователи-марксисты, изучающие оккупационную аграр¬ ную политику фашизма, установили, что она была направлена, во-первых, на ограбление экономики оккупированных стран для обеспечения бесперебойного снабжения продовольствием и сырьем германской армии и тыла2; во-вторых, на преобразова¬ ние аграрной структуры этих стран по нацистскому образцу3; в- третьих, на колонизацию и германизацию оккупированных тер¬ риторий 4. Однако в имеющейся литературе далеко не все аспекты этой политики освещены с достаточной полнотой. Более глубоко изу¬ чены формы и методы, масштабы вывоза германскими властями сельскохозяйственных продуктов из оккупированных стран. Сла¬ бее отражены вопросы, связанные с попытками гитлеровцев пре¬ образовать аграрную структуру оккупированных стран по на¬ цистскому образцу, и совсем неудовлетворительно исследована колонизационная политика фашизма. Отсутствие длительное время в распоряжении ученых генерального плана «Ост» — глав¬ ного документа среди нацистских программ колонизационной политики — затрудняло изучение этого важного направления оккупационной политики гитлеризма. Дальнейшее исследование аграрной деятельности фашизма на оккупированных территориях требует выявления специфики методов ее проведения в зависимости от военно-политических и экономических целей, преследовавшихся в той или иной стране. Необходимо также дать ответ на вопрос: каковы же были «ко¬ нечные цели» германского фашизма, осуществлявшего оккупа- 117
цию европейского континента? Наконец, важно вскрыть социаль¬ но-экономические последствия нацистского господства над сель¬ ским хозяйством оккупированных государств. Буржуазные авторы часто искажают аграрную политику фашизма на захваченных территориях. По примеру сотрудников Института по истории оккупации при Тюбингенском университете (ФРГ), специализирующихся на изучении политики гитлеровцев в странах, подвергшихся нападению фашистской Германии в годы второй мировой войны, они приписывают этой политике «цивилизаторскую роль». Так, автор из ФРГ М. Брошат заяв¬ ляет, что аграрные мероприятия нацистов на оккупированных зем¬ лях Польши якобы способствовали «повышению культуры зем¬ леделия»5. Американец А. Армстронг, искажая политику немец¬ ко-фашистских оккупантов на территории СССР, пишет, что «крестьяне оккупированной территории были охвачены одним всепоглощающим желанием: ликвидировать колхозную сис¬ тему»6. Выводы буржуазных авторов, основанные подчас на нацист¬ ской пропаганде, а не на реальных исторических фактах, иска¬ жают оккупационную политику гитлеризма, скрывают ее граби¬ тельский характер. Одновременно они субъективистски описы¬ вают положение крестьянства оккупированных стран, распрост¬ раняют версию о мнимой поддержке аграрных мероприятий не¬ мецко-фашистских оккупантов со стороны местного населения. Захват промышленных предприятий, полезных ископаемых, сельскохозяйственных угодий, эксплуатацию, рабство и угнете¬ ние— вот что готовили гитлеровцы оккупированным странам. Особое место в военно-экономических программах германского фашизма занимали планы уничтожения СССР — первого в мире социалистического государства, превращения его территории в вотчину германских монополистов. Эти цели предопределили основные этапы и направления фашистской агрессии7. Оценивая с современных позиций события начала второй ми¬ ровой войны, следует отметить, что политика «умиротворения», проводившаяся правящими кругами Англии, Франции и США во второй половине 30-х годов, а также упущенные возможности в это время со стороны Сталина и его окружения в создании еди¬ ного антифашистского блока объективно способствовали осуще¬ ствлению экспансионистских планов гитлеровской Германии. Если заключение советско-германского пакта о ненападении от 22 августа 1939 г. можно понять, ибо он отодвигал фашистскую агрессию против СССР, то подписание Сталиным и Молотовым советско-германского договора о дружбе и границе от 28 сентяб¬ ря 1939 г. трудно оправдать, так как он юридически закреплял фашистскую аннексию. 118
Захватив территорию Польши, нацисты подвергли ее массо¬ вому разорению. Они расчленили страну, включив ее западные районы в состав нацистского рейха, а из восточных районов соз¬ дали пресловутое генерал-губернаторство во главе с палачом польского народа Франком. Гитлеровцы размещали здесь воен¬ ные заказы, грабили природные и экономические ресурсы Польши. 25 января 1940 г. гитлеровское правительство сформулировало основные принципы и методы экономической эксплуатации поль¬ ской территории. Среди первоочередных задач нацисты выдели¬ ли: 1) увеличение производства промышленного сырья, добычи железной руды, нефти; 2) повышение производства сельскохо¬ зяйственной продукции; 3) поставку в Германию миллионов ку¬ бических метров рубленого леса8. Из «присоединенных» к фашистскому рейху польских земель (наиболее развитых в экономическом отношении) гитлеровцы вывозили не только промышленное сырье, но и значительные контингенты сельскохозяйственных товаров. На эти районы при¬ ходилось до 50% сбора важнейших сельскохозяйственных куль¬ тур и поголовья крупного рогатого скота довоенной Польши. За их счет гитлеровская Германия существенно пополняла свои продовольственные ресурсы (табл. 33). Таблица 33 Роль польских земель в производстве важнейших сельскохозяйственных культур, тыс. т9 Год Продовольственное зерно Фуражное зерно Картофель Германия (в грани¬ цах 1937г.) польские земли 1 Германия (в грани¬ цах 1937г.) польские земли Германия (в грани¬ цах 1937 г.) польские земли абс. % абс. % абс. % 1941 12241 3574 29,2 9183 1247 13,6 47707 11913 25,4 1942 12396 2848 23,0 10213 1175 11,5 54454 11876 21,5 1943 14710 3243 22,0 8982 1063 11,8 38792 7422 19,6 1944 12828 3093 24,1 7567 976 12,9 42867 9837 22,7 Следовательно, аннексированные польские территории давали до одной пятой валового сбора продовольственного зерна, одну восьмую часть фуражного зерна и почти 20% картофеля. Значительные партии продовольствия гитлеровская Германия вывозила также из генерал-губернаторства. Здесь было создано 119
специальное «Сельскохозяйственное общество», которое, распо¬ лагая сетью отделений и филиалов, формально якобы «покупало» у польских крестьян продовольственные товары взамен сельско¬ хозяйственного инвентаря. Однако в действительности это был замаскированный грабеж, поскольку, во-первых, оккупанты рас¬ плачивались деньгами по довоенным ценам; во-вторых, объем польских продовольственных поставок намного превосходил раз¬ меры германского промышленного экспорта. Даже по занижен¬ ным данным западногерманского автора Г. Штренга, вывоз сель¬ скохозяйственных товаров в Германию из генерал-губернатор¬ ства представляется внушительным. Из генерал-губернаторства в Германию ввозилось до одной пятой сбора хлебного зерна, одной шестой фуража, одной четвертой продуктов животновод¬ ства 10. При всей приблизительности этих данных, не включающих .потребления германских оккупационных войск и немецкой граж¬ данской администрации, становятся очевидными масштабы ограб¬ ления сельского хозяйства восточных районов Польши. Герман¬ ский вывоз продовольствия с территории генерал-губернаторства особенно возрос с 1943/44 г., т. е. тогда, когда из-за серьезных поражений вермахта на советско-германском фронте концепция «блицкрига» окончательно провалилась, а внутренние резервы продовольствия в нацистском рейхе в значительной мере были исчерпаны. Довоенная Польша систематически экспортировала продук¬ цию сельского хозяйства, но никогда ее вывоз не приобретал таких масштабов. В результате неэквивалентного обмена с поль¬ скими землями гитлеровская Германия имела постоянное поло¬ жительное сальдо. Причем последнее с каждым годом войны росло. Если в 1940 г. оно составляло 148 млн марок, то в 1941 г.— 255 млн, в 1942 г. — 244 млн и в 1943 г. — 301 млн марок. Так, нацистский рейх в обмен на поставки некоторых промышленных товаров выкачивал из Польши основную часть продовольствия и аграрного сырья, обрекая местное население на голод и выми¬ рание п. Решение руководства гитлеровской Германии о захвате вес¬ ной 1940 г. Дании и Норвегии было продиктовано как стремле¬ нием обеспечить себе плацдарм на севере Европы, обезопасить пути транспортировки железной руды из Швеции, так и жела¬ нием получить дополнительные источники продовольствия и ле¬ соматериалов. Наибольшими продовольственными, ресурсами из стран Се¬ верной Европы располагала Дания. Основной отраслью аграр¬ ного производства в стране было животноводство, валовая про¬ дукция которого составляла 87% общего объема сельскохозяй- 120
ственного производства. Данию гитлеровцы рассматривали в качестве «продовольственного склада» и в больших количествах черпали отсюда масло, мясо, крупный рогатый скот, свежие яйца. Министерство сельского хозяйства фашистской Германии регу¬ лярно устанавливало для этой страны высокие «разнарядки» на поставку продовольствия, которые правящие круги Дании покор¬ но выполняли. Например, только во втором квартале 1940 г. из Дании в нацистский рейх намечалось поставить масла на 33 600 тыс. марок, сыра—на 1570 тьгс., яиц—на 11 110 тыс., жи¬ вотного скота — на 13 800 тыс., свинины —на 57 660 тыс., говя¬ дины— на 2300 тыс., смальца — на 1408 тыс., битой птицы — на 2180 тыс. марок 12. В отличие от других стран Дания не была оккупирована гит¬ леровскими войсками. Угодничество правительства Страунинга, сформированного гитлеровцами в июле| 1940 г., позволяло без дополнительных расходов на содержание оккупационного аппа¬ рата и поддержание внутреннего порядка выкачивать из Дании необходимое количество сырья и продовольствия, способствовало экономическому закабалению страны 13. В результате такой по¬ литики в Дании уже к 1941 г. создалось тяжелое продоволь¬ ственное положение. Не хватало жиров и овощей. Поголовье свиней и домашней птицы уменьшилось по сравнению с довоен¬ ным периодом на 50%. Быстро сокращалось поголовье крупного рогатого скота 14. Определенное количество продовольственных товаров нацист¬ ская Германия рассчитывала получить из Норвегии.; Несмотря на то, что перед войной эта страна сама импортировала продук¬ ты питания, ввозя зерно, сахар, мясо, животное и растительное масло, овощи, фрукты, после оккупации гитлеровцы проводили в ней систематические реквизиции продовольствия. В ноябре 1941 г. очевидец писал: «Как туча саранчи, пожирает немецкая оккупационная армия последние крохи продовольствия в Норве¬ гии... Немцы вывезли в последние месяцы все запасы сыра, мас¬ ла, яиц, кофе, мяса. Германские власти реквизировали более половины урожая картофеля и потребовали 125 тыс. тонн яблок— треть норвежского урожая. Продолжается реквизиция сена» 15. Ежегодно фашистская Германия вывозила из Норвегии про¬ довольствия на сумму до 120 млн марок. Всего же за период оккупации гитлеровцы реквизировали 694 тыс. тонн рыбы, 3 тыс. тонн зерна и муки, 30 тыс. тонн мяса и мясопродуктов, 61 тыс. тонн молочных продуктов и 500 тыс. тонн картофеля 16. Еще большие объемы продовольственных товаров гитлеров¬ ская Германия надеялась захватить на территории Франции, Бельгии, Голландии и Люксембурга, против которых 10 мая 1940 г. начала военные действия. Эти государства, особенно 121
Франция, Бельгия и Голландия, кроме значительного промыш¬ ленного потенциала, располагали большими запасами сельскохо¬ зяйственной продукции. Франция, например, ежегодно собирала до 16 млн тонн хлебного зерна, 15 млн тонн фуража, имела 45,5 млн голов крупного рогатого скота; в стране ежегодно про¬ изводилось до 50 млн гектолитров вина. Захват этих стран означал для Германии решение не только определенных военно-стратегических задач, но и многих хозяй¬ ственных проблем, таких, как расширение военной промышлен¬ ности, эксплуатация значительных людских ресурсов, присвоение крупных продовольственных запасов. После военного поражения большая часть территории Фран¬ ции, а также Бельгия, Голландия и Люксембург подверглись германской оккупации. Вся власть в этих странах была передана гитлеровским наместникам, которые начали насаждать фашист¬ ский «новый порядок». Северная часть Франции, занятая гитлеровцами, до войны давала 70% продовольственного зерна, располагала 65% общего поголовья крупного рогатого скота, производила 86% животного масла. Германские оккупанты приступили к широкомасштабному ограблению сельского хозяйства Франции. Конфискацией продо¬ вольственных запасов руководил специально учрежденный гер¬ манским командованием военно-экономический штаб «Запад», на него возлагались задачи по реквизиции продовольственных то¬ варов из французской деревни и отправке их в Германию, а так¬ же частям вермахта, дислоцированным во Франции 17. Выполняя эти задачи, германское командование с первых не¬ дель оккупации установило контроль за ходом полевых работ во французской деревне. Оккупанты бдительно следили за тем, чтобы урожай попал на интендантские склады вермахта. На¬ чальник генерального штаба сухопутных войск Гальдер 9 авгу¬ ста 1940 г. на этот счет записал: «Уборка урожая до района Амьена проходит удовлетворительно. Уборка сахарной свеклы сорвалась. Это чувствительная потеря» 18. Запись весьма харак¬ терна, так как показывает отношение руководителей Германии к экономическим ресурсам завоеванных стран: не прошло и двух месяцев со дня оккупации Франции, как все, что произрастало на французской земле, рассматривалось гитлеровцами как гер¬ манская собственность. О том, как фашистское командование использовало продо¬ вольственные запасы французской деревни, свидетельствуют мно¬ гие материалы. Однако наиболее полное представление об этом дает таблица, составленная прогрессивным американским эконо¬ мистом К- Брандтом (табл. 34). 122
Таблица 34 Французские поставки сельскохозяйственных товаров частям вермахта, тыс. т 19 Вид продукции 1940/41 1941/42 1942/43 1943/44 Хлебное зерно 550 485 715 792 Фураж 588 460 686 600 Мясо 162 146 233 194 Масло 12 4 16 17 Вино (тыс. литров) * * 4945 3882 Сено 445 325 391 400 Солома 716 250 379 278 * Данных нет. Как видим, вермахт довольно охотно прибегал к француз¬ ским поставкам, активно используя французскую деревню для покрытия своих продовольственных нужд. Объем поставок, на¬ пример, хлебного, зерна за четыре года возрос почти на 70%. Гитлеровцы черпали из сельского хозяйства Франции для содер¬ жания оккупационных частей значительные контингенты хлеба и фуража, мяса и масла, вина и сена. Однако этим( изъятия продовольственных товаров из фран¬ цузской деревни не ограничивались, так как, кроме обеспечения частей вермахта, расквартированных во Франции, значительное количество продовольствия отправлялось в Германию. Опираясь на режим Виши, сформированный на юге Франции, а также на коллаборационистские круги французской буржуазии северных районов, фашистские оккупанты с июля 1940 г. по декабрь 1944 г. вывезли в рейх: пшеницы — 2947,3 тыс. тонн, овса — 2354,1 тыс. тонн, молока—190,5 тыс. гектолитров, масла — 76,0 тыс. тонн, сыра —49,0 тыс. тонн, картофеля — 726,0 тыс. тонн, овощей—■ 576,0 тыс. тонн, вина —7647,0 тыс. гектолитров, шампанского — 87 000 тыс. бутылок, пива — 3821,5 тыс. гектолитров и т. д.20. Германские реквизиции не могли не сказаться на продоволь¬ ственном обеспечении населения Франции. Уже в июле 1940 г., выражая господствовавшую среди руководства фашистской Гер¬ мании точку зрения, Гальдер записал: «Франция должна сама кормить свое население»21. В условиях систематических изъятий продовольственных товаров германскими оккупантами это озна¬ чало не что иное, как решение гитлеровцев посадить француз¬ ский народ на полуголодный паек. В годы войны продовольственное обеспечение населения во 123
Франции было значительно ниже, чем в Германии. Нормы вы¬ дачи населению основных продуктов питания (хлеба, мяса, са¬ хара) во Франции во время войны были ниже, чем в Германии, на 20—30%, а жиров, мармелада, картофеля — на 60—70%22. Однако в действительности даже эти низкие для французско¬ го народа нормы далеко не всегда соответствовали реальному положению дел. Из-за наводнения Франции германскими марка¬ ми и падения покупательной способности франка большинство французов не в состоянии было приобретать продукты питания. Как сообщал турецкий журналист Ялмац в ноябре 1941 г. из Парижа: «Простому смертному обед не по карману. Даже в самых дорогих ресторанах нельзя достать масла и других жиров. Каждый парижанин имеет талон на сахар, но сахара не полу¬ чает» 23. Методы оккупационной политики нацистской Германии в Голландии, Бельгии и Люксембурге в целом совпадали с теми приемами, которые гитлеровцы использовали во Франции. В этих странах также было введено нормирование потребления основ¬ ных продовольственных товаров, установлены торговые надбавки для фермеров, поставлявших продукты для вермахта, переориен¬ тирована на третий рейх внешняя торговля24. Наибольшие усилия гитлеровцы прилагали, чтобы повысить объемы продовольственных поставок из Голландии — страны интенсивного животноводства. Отсюда германские оккупанты вывозили в большом количестве живой скот, жиры, молочные продукты, овощи, а также во всевозрастающих количествах хлеб и фураж (табл. 35). Таблица 35 Рост поставок продовольствия из Голландии в Германию (1939=100) 25 Продукция 1940 1941 1942 1943 1944 Пшеница 115 131 132 132 157 Рожь 105 127 127 127 152 Ячмень 100 120 120 120 145 Овес 85 95 105 105 105 Сено 225 285 285 228 285 Таким образом, путем массовых реквизиций продовольствия, урезания норм питания местного населения, неэквивалентного торгового обмена фашистская Германия грабила страны Запад¬ ной Европы, закрывая бреши в собственном продовольственном 124
балансе, создавая запасы сельскохозяйственных товаров для но¬ вых актов агрессии. Из стран Юго-Восточной Европы к апрелю 1941 г. вне сферы германского влияния оставались лишь Югославия,, Греция и Албания, народы которых отвергли домогательства третьего рей¬ ха и мужественно встали на защиту своих стран. Однако силы были слишком неравны, и в конце мая 1941 г. Балканы оказа¬ лись оккупированными и поделенными между гитлеровской Гер¬ манией и муссолиниевской Италией26. Из балканских государств наибольшими продовольственными запасами обладала Югославия, которая до войны ежегодно экс¬ портировала до 1 млн тонн зерна и большое количество различ¬ ной продукции животноводства. Еще в октябре 1940 г. гитлеров¬ цы навязали югославскому народу кабальный договор, по кото¬ рому из страны было вывезено пшеницы на 1 млн марок, куку¬ рузы— на 9 млн, комбикормов — на 1,7 млн, крупного рогатого скота — на 3,2 млн, свиней — на 6,8 млн, рыбы и крабов — на 1,6 млн марок и т. д.27 После захвата и расчленения Югославии фашисты продол¬ жали вывозить продовольствие из страны в таких, же масшта¬ бах. Только за 1943 г. германский долг Сербии за продоволь¬ ственные поставки составил 4321 млн динаров. К 1945 г. задол¬ женность Германии Сербии и Хорватии достигла огромной сум¬ мы— 33 380 млн динаров, или 1669 млн марок28. Греция в отличие от Югославии до войны импортировала до половины потребляемого в стране хлеба. Тем не менее немец¬ ко-фашистские оккупанты в первые же дни после захвата стра¬ ны опечатали продовольственные склады, а их содержимое вы¬ везли в Германию. Они отправили в рейх 71 тыс. тонн коринки, 10 тыс. тонн прованского масла, 1438 т кофе, 1143 т сахара, 250,0 т риса29. В результате реквизиций продовольствия германскими вой¬ сками в Греции разразился небывалый голод. Только зимой 1941/42 г. в Афинах умерло от голода около 100 тыс. человек30. Констатируя этот факт, Геббельс хладнокровно писал:! «Голод опустошает страну, как эпидемия. Люди умирают на улицах ты¬ сячами». Таковы были лишь первые результаты оккупационной политики германского фашизма. Таким образом, после захвата европейских стран и включе¬ ния их в «великогерманскую экономическую зону» нацистский рейх существенно расширил свой аграрный потенциал. За счет оккупированных и зависимых государств фашистская Германия значительно увеличила контингенты продовольственных товаров и сельскохозяйственного сырья. Аграрно-экономический потен¬ циал фашистского режима возрос по основным показателям в 125
3 — 4 раза, а именно: по производству хлебного зерна — на 26,4 млн тонн, поголовью крупного рогатого скота — на 45,4 млв голов; поголовью свиней — на 27,8 млн голов, по производству шерсти — на 59,4 тыс. тонн31. Все это позволило гитлеровской диктатуре создать необходимые аграрно-экономические предпо¬ сылки для дальнейшей агрессии с целью реализации ее гегемо- нистских планов. Поставив себе на службу промышленный и аграрный потен¬ циал европейского континента, фашистская Германия совершила нападение на Советский Союз — главное препятствие в ее борь¬ бе за установление мирового господства. Развязанная германским фашизмом 22 июня 1941 г. война против СССР преследовала иные военно-политические цели, не¬ жели против капиталистических стран Западной Европы. Гитле¬ ровцы надеялись уничтожить социалистическую систему хозяй¬ ства, ликвидировать общественную собственность на средства производства, создать на советской территории систему рабского крепостнического труда32. Иными, чем в Западной Европе, были методы и формы оккупационной политики на территории СССР. Кроме военных комендатур, «закупочных» и «вербовочных» центров, нацистам понадобилась разветвленная система военной и гражданской администрации, призванная с помощью военной машины и полицейского аппарата подвергнуть нещадной эксплу¬ атации советские земли. Еще накануне нападения на СССР при управлении экономики и вооружений ОКБ был создан военно¬ экономический штаб «Восток», на который возлагалась задача по мобилизации хозяйственных ресурсов оккупированных обла¬ стей. Штаб располагал целой сетью отделов, осуществлявших учет и распределение промышленного сырья и рабочей силы, лесоматериалов и продовольственных товаров33. В своей деятельности военно-экономический штаб, «Восток» опирался на специальные инспекции, созданные в Прибалтике и на Украине, а также на соответствующие отделы при штабах групп армий. Полевые штабы, в свою очередь, имели разветвлен¬ ную сеть хозяйственных команд, занимавшихся розыском и кон¬ фискацией всякого рода имущества и продовольствия. Формулируя задачи оккупационной политики на территории СССР, Геринг 12 февраля 1941 г. говорил: «Высшей целью всех мероприятий, проводимых на Востоке, должно быть укрепление военного потенциала рейха. Задача состоит в том, чтобы изъять из новых восточных районов самое большое количество сельско¬ хозяйственных продуктов, сырья, рабочей силы»34. Несколько позже, в июне 1941 г., в директиве «Об управле¬ нии хозяйством оккупированных территорий Востока» (Зеленая папка) Геринг перед оккупационными войсками поставил в об- 126
ласти сельского хозяйства следующие задачи: во-первых, «воз¬ можно более полное обеспечение снабжения германских войск за счет оккупированных областей, чтобы таким образом облегчить продовольственное положение в Европе и разгрузить транспорт»; во-вторых, «главное внимание уделить местному производству масличных и зерновых культур. Имеющиеся в южных областях излишки и запасы зерновых должны быть сохранены всеми сред¬ ствами» 35. V Немецко-фашистские оккупанты с необычайной педантично¬ стью осуществляли эти задачи. Собственность колхозов и совхо¬ зов конфисковы©алась. Запасы зерна и фуража изымались. На¬ чался массовый убой свиней, скота, птицы. В городах и районных центрах гитлеровцы создавали бюро по заготовке сельскохозяйственных товаров, в селах — сборно¬ заготовительные пункты. Перед ними ставилась задача мобили¬ зовать максимальное количество продовольствия. Для этой цели каждому общественному и личному хозяйству задавался объем поставок. Свободная продажа или обмен продуктами питания запрещались. Согласно нацистским предписаниям, всей полнотой власти, в том числе и в вопросах распределения продовольственных това¬ ров в зоне боевых действий, обладали хозяйственные коменда¬ туры, имевшие в своем составе так называемых «агрономов гер¬ манской армии». Эти чины регулярно издавали распоряжения о реквизиции тех или иных продовольственных товаров36. Такими методами немецко-фашистские оккупанты изымали значительное количество продовольствия, покрывая основные расходы на содержание армии. Характерно, что уже в первый год оккупации территории СССР нацистские реквизиции приня¬ ли массовый характер (табл. З6.)у Таблица 36 Реквизиции хлебного зерна и кормов частями вермахта на территории СССР в 1941/42 г., тыс. т37 Зона оккупации Хлебное зерно Фураж Бобовые Сено Солома Север 147* 55 0,2 123 120 Центр 170 78 0,9 197 165 Юг 949 247 26,9 130 325 Итого... 1266 380 28,0 450 610 * В том числе 15 тыс. т поставок из Финляндии. 127
По нацистским данным, уже в первый год оккупации немец¬ ко-фашистские войска конфисковали более 2 млн тонн зерна и кормовых культуру Не менее показательна и «география» этих конфискаций. Основная часть сельскохозяйственных товаров бы¬ ла изъята в южных районах оккупации, т. е. на Украине, о за¬ хвате которой мечтали многие поколения германских милита¬ ристов. Продовольственные товары, конфискованные на территории СССР, использовались не только для нужд вермахта. Часть их вывозилась в Германию. Об этом свидетельствуют данные о распределении мясопродуктов, изъятых германской армией в 1941/42 г.: из 261,8 тыс. тонн реквизированных гитлеровцами мясопродуктов 240,4 тыс. тонн было поставлено вермахту и 21,4 тыс. тонн38 отправлено в рейх. Начиная войну против СССР, германский фашизм ставил своей задачей ликвидировать советский социалистический строй, эксплуатировать население и природные богатства, установить на советской территории наиболее грубую и открытую форму господства германских монополий. Вслед за вермахтом на временно оккупированную территорию Советского Союза устремились стаи германских коммерсантов и коммивояжеров, которые принялись «осваивать» советские зем¬ ли. Чтобы обеспечить германский фронт и тыл сырьем, материа¬ лами и продовольствием, они подвергли территорию СССР все¬ стороннему и массовому разграблению. Здесь были созданы та¬ кие крупные монополистические объединения, как «Центральное торговое общество «Восток», «Сельскохозяйственное общество «Остланд», «Зерновое общество Украины», и др. Главная их цель состояла в том, чтобы поставить экономические ресурсы захва¬ ченных советских территорий на службу фашистскому рейху. В директиве от 27 июля 1941 г. о создании «Центрального торго¬ вого общества «Восток» указывалось, что для выполнения своих задач подобные объединения наделяются исключительным пра¬ вом торговых операций, т. е. полной монополией в своей сфере деятельностизэ. Располагая разветвленным аппаратом, германские монополи¬ стические объединения («Центральное торговое общество «Вос¬ ток», например, имело 30 контор и 200 филиалов) неизмеримо расширили масштабы ограбления сельского хозяйства оккупи¬ рованных районов СССР. Так, названное общество с июля 1941 г. по март 1944 г. поставило частям вермахта и в Германию 9200 тыс. тонн зерна, 622 тыс. тонн мяса и мясных товаров, 206 тыс. тонн, масла, 1075 млн шт. яиц, 400 тыс. тонн сахара, 950 тыс. тонн семян и масляничных культур, 3200 тыс. тонн кар¬ тофеля, 2500 тыс. тонн грубых кормов и т. д.40 128
Не менее внушительны результаты деятельности и других германских объединений, особенно «специализировавшихся» на эксплуатации сельского хозяйства Украины и Прибалтики. Обстановку, в которой принимались решения об ограблении временно захваченных территорий, раскрывает сохранившийся стенографический отчет совещания, проходившего под руковод¬ ством Геринга с рейхскомиссарами оккупированных территорий й представителями военного командования 6 августа 1942 г. От¬ крывая совещание, Геринг заявил, что «если уж будет голод, то будут голодать не немцы, а другие народы». Далее он сказал: «В настоящий момент Германия владеет от Атлантики до Волги и Кавказа самыми плодородными землями, какие вообще име¬ лись в Европе: страна за страной, одна богаче и плодородней другой, захвачены нашими войсками». Перечислив поставки из Франции, Нидерландов и других стран, «наци № 2» заявил: «Россия — эта страна со сметаной, яблоками и белым хлебом сможет прокормить нас. Излучина Дона даст остальное». И далее, выслушав жалобы нацистского наместника в При¬ балтике Лозе о постоянных убийствах партизанами сельскохо¬ зяйственных комендантов, Геринг заявил: «Теперь посмотрим, что может поставить Россия. Я думаю, Рикке (статс-секретарь министерства продовольствия), что со всей русской территории можно взять 2 млн тонн хлеба и фуражного зерна. Рикке: Они будут получены. Геринг: Тогда мы должны получить 3 млн, кроме армии. Рикке: Нет, что находится в1 прифронтовой полосе, то идет только армии. Геринг: Тогда доставьте 2 млн...»41. Итоговое решение: Россия —3 млн тонн зерна, 120 тыс. тонн растительного масла, мясо, жиры, картофель, сахар, спирт и прочее в зависимости от сбора и производства. Как видим, нацисты не стеснялись ни в масштабах, ни в фор¬ мах вывоза продуктов. Главное для них убеждение: «Россия смо¬ жет прокормить нас!». Если суммировать конфискации продуктов, осуществленные вермахтом, и торговые закупки германских компаний на терри¬ тории СССР, то окажется, что продовольственные ресурсы, за¬ хваченные гитлеровцами, достигли внушительной цифры — 15 млн тонн. Распределение всего этого по отдельным видам то¬ варов показано в табл. 37. Чтобы яснее представить значение этой массы продоволь¬ ствия, следует учесть, что за два года (1942—1943 гг.) весь германский импорт сельскохозяйственных товаров составил 6,3 млн тонн, или в два с лишним раза меньше, чем было выве¬ зено из оккупированных районов СССР. 129>
Таблица 37 Продовольственные ресурсы, захваченные фашистской Германией на территории СССР в 1941—1944 гг., тыс. г42 Вид продовольствия I Потреблено вермахтом Вывезено в Германию Всего Зерно, включая помол 5560,2 3592,3 9152,5 Семена и масляничные культуры 26,3 723,0 749,3 Бобовые 92,6 77,1 169,7 Мясо 584,0 65,5 649,5 Птица 15,3 6,3 21,6 Жиры 110,6 23,6 134,2 Пищевые масла 8,7 7,1 15,8 Яйца, млн шт. 1057,4 118,1 1175,5 Рыба 26,0 1,5 27,5 Картофель 2803,0 16,0 2819,0 Сахар 161,8 62,0 223,8 Мармелад 36,0 1,1 37,1 Свежие овощи 335,0 6,5 341,5 Свежие фрукты 14,2 1,5 15,7 Спирт, тыс. л 256,0 81,0 337,0 Очевидно, что гитлеровцам удалось вывезти с оккупирован¬ ной территории Советского Союза далеко не все продовольствие, на которое они рассчитывали. Активное сопротивление советских людей способствовало срыву многих мероприятий немецко-фа¬ шистских оккупантов. В ответ на призыв ЦК ВКП(б) и Совет¬ ского правительства о развертывании всенародной борьбы про¬ тив гитлеровских захватчиков жители советских сел и деревень уничтожали урожай, укрывали запасы зерна, помогали совет¬ ским и партийным органам эвакуировать продовольствие и скот в тыл Советской Армии. Задания по продовольственным поставкам во многих местах не выполнялись. Так, в 1942 г. в Ростовской области жители ста¬ ницы Денисово-Алексеевка при плане сдачи 260 ц подсолнечника сдали всего лишь 31 ц, станицы Миллерово при обязательстве 450 ц поставили 20 ц, а жители станицы Ясеновская при плане 180 ц не сдали ни одного центнера. Такая же картина наблюда¬ лась и в других районах Советского Союза. В округе Либау (Латвия) в 1942/43 г. план поставок был выполнен по хлебному зерну на 79,9%, фуражу — на 62,6, сену — на 61,2, картофелю — на 40,8% и т. д.43 Чтобы увеличить объем поставок, гитлеровцы систематически проводили карательные акции против населения временно окку¬ пированных областей Советского Союза, в которых участвовали 130
не только полиция, жандармерия и гражданская администрация, но и регулярные части армии. Дурную славу на этом поприще снискала, в частности, 12-я танковая дивизия вермахта, командо¬ вание которой в ноябре 19411 г. отдало следующий приказ: «4 ноября 29-й танковый полк боеспособными частями в составе одного эшелона под командованием офицера предпринимает реквизицию скота (в том числе лошадей и кур), а также про¬ довольствия в деревнях от Порога (включая) на восток. Дерев¬ ни восточнее Новинки после насильственного удаления граждан¬ ского населения сжигаются»44. Этот документ еще раз опровергает утверждение буржуазных авторов о «непричастности» вермахта к оккупационной политике, проводившейся на советской территории. Он со всей очевидно¬ стью показывает, что германская армия совместно с частями по¬ лиции, СС и других карательны^ формирований активно уча¬ ствовала в ограблении населения оккупированных областей Советского Союза. Конфискуя основную часть продовольственных товаров в пользу вермахта, гитлеровцы лишали советских людей необхо¬ димых средств существования. Оккупационные власти ставили задачу — сократить расход продовольственных средств на нуж¬ ды местного населения. Карточная система функционировала только в Прибалтике45. В апреле 1942 г. основной части жителей здесь выдавали на неделю 1700 г хлеба, 250 г масла, 180 г жи¬ ра, 150 г сыра и 80 г сахара. Это было в 2—3 раза меньше, чем нормы германской администрации46. На остальной территории СССР системы продовольственного снабжения создано не было. В декабре 1941 г. в Киеве, напри¬ мер, по карточкам выдавали только 200 г хлеба на неделю. Как сообщал председатель городской управы, население города' со¬ всем не получало таких продуктов, как жиры, мясо, сахар и другие47. Стремясь заручиться поддержкой местного населения, гитле¬ ровцы вводили иногда частичное продовольственное обеспечение в сельской местности. По рассказу жителей, в с. Тугулук Став¬ ропольского края в период оккупации (август 1942 — январь 1943 гг.) нацисты выдавали для детей по 1 кг муки в месяц. Таким образом, в результате конфискации продовольственных товаров немецко-фашистскими захватчиками население советских городов и сел испытывало серьезные затруднения с продоволь¬ ствием. В то же время фашистский вермахт покрывал за счет оккупированных областей Советского Союза основную часть рас¬ хода продовольствия на советско-германском фронте. Выполнение планов гитлеровской Германии по ограблению оккупированной территории СССР осуществлялось военно-эко- 131
номической службой германской армии. Используя широкую сеть военно-экономических штабов и хозяйственных команд, части вермахта принимали непосредственное участие в эксплуатации и разграблении советской деревни. За’ счет разорения сельского хозяйства Советского Союза и оккупированных государств Западной Европы фашистскому ру¬ ководству удалось сгладить некоторые диспропорции в продо¬ вольственном балансе страны. Однако эта политика не позволи¬ ла Германии решить продовольственную! проблему, преодолеть несоответствие между узкой аграрно-экономической базой и об¬ ширными планами фашистской агрессии. Важно также отметить, что советское крестьянство с самого начала оккупации начало борьбу с врагом, выступило в защиту своего социалистического Отечества: Эту борьбу возглавили пар¬ тийные и комсомольские организации. В листовке подпольного райкома ВЛКСМ Ростовской области, например, говорилось: «Молодой колхозник! Гитлеровцы пришли на нашу землю, что¬ бы забрать и вывезти в Германию наш хлеб, сено, мясо, молоко. Они пришли закрепостить тебя. Не работай на немца. Вместо хлеба и сена — вилы наглому немцу в бок. Вместо молока и мяса — пулю в его сердце»48. Различными способами жители советских деревень сохраняли колхозную собственность от расхищения, саботировали меропри¬ ятия гитлеровцев в области аграрной политики, не признавали власти оккупантов и верили в победу Советской Армии49. 2. Попытки «преобразования» аграрной структуры В годы второй мировой войны германский монополистический капитал посредством военной и полицейской машины гитлериз¬ ма стремился не .только захватить экономические ресурсы окку¬ пированных стран, но и установить свое господство над произво¬ дительными силами Европы. Для этого требовалось включение социально-экономической структуры оккупированных государств в систему германского государственно-монополистического капи¬ тализма50. Наиболее отчетливо эта политика проявилась в области сель¬ ского хозяйства, где, несмотря на различный социально-эконо¬ мический уклад и уровень аграрного производства в отдельных странах, гитлеровцы предприняли попытку насадить крупнока¬ питалистическую структуру. Методы и масштабы нацистских «преобразований» в различ¬ ных странах были неодинаковыми. Наибольшую трудность для фашистского руководства представляло «освоение» оккупирован¬ ных областей Советского Союза. Это обусловливалось, с одной 132
стороны, наличием на занятой территории СССР социалистиче¬ ской системы хозяйствования, с другой — масштабами природ¬ ных богатств, захваченных немецко-фашистскими оккупантами. В отличие от стран Западной Европы, где сельское хозяйство развивалось на частнокапиталистической основе и гитлеровцам ^ыло достаточно лишь военной администрации и некоторых мер, чтобы стимулировать крупное аграрное производство, на терри¬ тории СССР фашистская Германия, наряду с военно-экономиче¬ ской службой, создала разветвленный аппарат, гражданской администрации и предприняла глубокую ломку социально-эконо¬ мической структуры деревни, стремясь ликвидировать общест¬ венную собственность на землю и возродить капиталистическое сельскохозяйственное производство51. Эта особенность оккупационной аграрной политики фашиз¬ ма породила конкретные формы и методы ее реализации. В ка¬ питалистических странах Западной Европы наибольшей ломке подверглась аграрная структура районов, аннексированных на¬ цистским рейхом. Здесь гитлеровцы предприняли попытку вытес¬ нить из сельскохозяйственного производства местные националь¬ ные элементы и в принудительном порядке заменить их герман¬ скими колонистами52. Одновременно гитлеровцы проводили меры, направленные на подчинение сельского хозяйства оккупированных стран Западной Европы фашистскому государственно-монополистическому регу¬ лированию. Так, в Польше нацисты активно вторглись в сель¬ ское хозяйство не только аннексированных воеводств, но и осталь¬ ной территории. Эта политика преследовала цель повысить роль восточных польских областей в продовольственном снабжении фашистского рейха, установить германский контроль над земель¬ ной собственностью. В восточных районах страны, где наблюда¬ лось засилие крупного шляхетского латифундизма (крупным землевладельцам, здесь принадлежало около 75% обрабатыва¬ емой площади), гитлеровцы провели серию конфискаций земель¬ ных имений. В 1939—1941 гг. в Краковском округе была конфис¬ кована земля у 985 крупных земельных собственников. Одновре¬ менно в Родомском дистрикте была изъята земля у мелких крестьян 74 деревень53. Конфискованные земли перешли под германское управление. На территории генерал-губернаторства под германский контроль в общей сложности было поставлено более 300 тыс. гектаров земли, или одна треть всей сельскохо¬ зяйственной площади54. Эти меры были направлены на изменение социальной струк¬ туры польской деревни. До войны структура сельского хозяйства восточных районов Польши выглядела следующим образом: хо¬ зяйства площадью до 10 га составляли 50% всех хозяйств, хо- 133
зяйства величиной от 10 до 20 га — 30%, предприятия размером от 20 до 100 га — 3% и имения площадью более 100 га— 17%55. В результате мер, осуществленных нацистами, в аграрном про¬ изводстве генерал-губернаторства произошли заметные измене¬ ния. Сократилось число мелко- и среднекрестьянских хозяйств размером до 10 га и крупных нерентабельных имений величиной свыше 100 га при одновременном росте крупнокрестьянских хо¬ зяйств площадью от 10 до 20 га и среднекапиталистических пред¬ приятий размером от 20 до 100 га56. Политика нацизма привела также к тому, что значительные земельные массивы перешли в распоряжение различных фашист¬ ских организаций, воинских частей и переселенческих объеди¬ нений. В целях поддержки крупнокапиталистического производства гитлеровцы, поставляли на территорию генерал-губернаторства семенной материал и инвентарь. По данным Г. Штренга, сюда было ввезено 159 тыс. плугов, 38 тыс. борон, 250 тыс. тонн удоб¬ рений, 71 тыс. тонн! семян пшеницы и 98 тыс. тонн семенного картофеля57. Этой мерой нацистская Германия рассчитывала повысить роль указанных районов Польши в продовольственном обеспечении фронта и тыла. Однако в обстановке всестороннего ограбления экономики Польши аграрное производство в генерал- губернаторстве не только не возросло, а, наоборот, значительно сократилось (табл. 38). Таблица 38 Сокращение посевов и сбора зерновых культур на территории генерал-губернаторства 58 Культура 1935/1938 1942/1943 площадь, тыс. га сбор, тыс. т площадь, сбор, тыс. т Пшеница 850 986 587 551 Рожь 1800 2000 1411 1437 Ячмень 470 517 443 490 Овес 910 1047 729 829 Таким образом, в результате нацистского хозяйничанья по¬ севные площади и урожайность сократились по всем злакам, особенно значительно уменьшилось возделывание пшеницы и ржи, посев и сбор которых соответственно сократился: пшени¬ цы— на 31,0 и 44,1, ржи — на 20,7 и 28,1%. Значительный урон был нанесен и животноводству Польши. Уже к осени 1941 г. поголовье крупного рогатого скота в гене- 134
рал-губернаторстве составило 50—57% от довоенного, а пого¬ ловье лошадей сократилось на 35—40%; в деревнях насчитыва¬ лось в среднем 50% рабочего скота и свиней по отношению к довоенному уровню, прироста поголовья животных почти не на¬ блюдалось 5Э. Аграрная политика фашистской Германии во Франции, Гол¬ ландии, Дании, Бельгии и других западноевропейских государ¬ ствах определялась главным образом военно-продовольственны¬ ми задачами. Формулируя цели оккупационной политики во Франции, Гитлер, в частности, заявил: «Все переговоры с Фран¬ цией должны рассматриваться не с политической точки зрения, а с точки зрения экономической... Нам должно быть совершенно безразлично, что. восстановление экономической жизни во Фран¬ ции сорвано. Французы проиграли войну, и, таким образом, они должны оплачивать убытки». И далее: «Если же на почве голо¬ да начнутся беспорядки, то будет просто-напросто применено оружие или будет оккупирована еще не оккупированная зона»60. В соответствии с этими «установками» осуществлялись аграрно- экономические! мероприятия нацистов на территории Франции. В сельском хозяйстве были введены нацистские законы, в частности, декрет о единонаследии крестьянских хозяйств, кото¬ рый способствовал подчинению аграрного производства фашист¬ скому государственно-монополистическому регулированию. Поскольку сельское хозяйство развивалось на частнокапита¬ листической основе, то аграрная политика гитлеровцев во фран¬ цузской деревне не затрагивала классовых устоев аграрного про¬ изводства. Главные мероприятия оккупированных властей здесь были направлены на удовлетворение продовольственных нужд фашистского рейха. Сельское хозяйство Франции, как и других оккупированных стран Западной Европы, характеризовалось мелкокрестьянской структурой. Во Франции, например, хозяйства мелких крестьян величиной до 5 га составляли 69,3% общего числа хозяйств, в Дании хозяйства размером до 10 га соответственно — 51,1%, в Голландии — 71,0%, в Бельгии — 96,4%61. Для эксплуатации аграрного производства западноевропей¬ ских государств при немецких военных комендатурах создава¬ лись управления по сельскому хозяйству, формировались герман¬ ские и двусторонние коммерческие объединения. Стремясь сти¬ мулировать аграрное производство, нацистские власти ввели «торговые надбавки» на основные сельскохозяйственные товары. Однако эти «надбавки» часто: носили символический характер, так как они не покрывали затрат крестьян. Земельная политика гитлеровцев во Франции проводилась по двум направлениям: с одной стороны, оккупанты стимулировали 135
развитие крупного аграрного производства, с другой — передава¬ ли значительные массивы земли германским воинским частям для организации подсобных хозяйств62. В результате этого в социальной структуре французской деревни в период оккупации произошли серьезные сдвиги^ В годы войны заметно усилился процесс концентрации крупной земельной собственности капита¬ листов и кулаков. Количество капиталистических предприятий величиной от 10 до 100 га возросло на 15,7%, а их земельная площадь — на 5,4 %63. В то же время крестьянская собственность все больше дробилась. Согласно переписи 1942 г., число кре¬ стьянских хозяйств размером до 5 га сократилось на 19,7%, а их земельная площадь — на 4,4%. Характерной чертой сельского хозяйства Франции было на¬ личие большого числа хозяйств крестьян-арендаторов. В годы войны таким было почти каждое четвертое хозяйство. Широко был также представлен сельскохозяйственный) пролетариат: во французской деревне насчитывалось около 3 млн батраков. В период войны позиции этих социальных групп оказались подорванными. Крестьяне-арендаторы и сельскохозяйственные рабочие попали в полную зависимость от крупных предпринима¬ телей и землевладельцев. Это явилось следствием поощрения крупного частнособственнического хозяйства со стороны оккупа¬ ционных властей, их стремления за счет усиления эксплуатации данных категорий населения деревни решить свои продоволь¬ ственные проблемы. Однако подрыв материальных стимулов к расширению производства, недостаток сельскохозяйственной тех¬ ники и кредитных средств, ухудшение условий труда — все это привело не только к обнищанию широких слоев трудящихся, но и к значительному сокращению сельскохозяйственного производ¬ ства. Так, в северных департаментах Франции посевная площадь сократилась с 427,6 тыс. гектаров в 1935/38 г. до 373,8 тыс., или на 12,6%, в 1941 г. 364,2 тыс., или 14,9%, в 1942 г. 369,5 тыс. гектаров, или на 13,6%, в 1943 г.64 Не менее активно шел подрыв животноводства Франции. Вследствие нацистских конфискаций количество лошадей на оккупированной территории только трех северных департамен¬ тов Франции сократилось со 142,9 тыс. голов в 1935/38 г. до 131,6 тыс. голов в 1943 г., т. е. на 7,9%. Поголовье крупного ро¬ гатого скота за тот же период за счет скота беженцев из Эльзаса и Лотарингии несколько возросло: с 578,0 тьгс. до 648,7 тыс. голов, т. е. на 11%. Что же касается свиней, то их количество резко упало: с 354,2 тыс. накануне войны до 199,4 тыс. голов в 1943 г., или на 43,7% 65. Период войны заметно сказался и на развитии сельского хо¬ зяйства Южной Франции, где до ноября 1942 г. хозяйничал 136
режим Виши, а) затем, после захвата ее фашистскими войска¬ ми,—германские оккупационные власти. Предав интересы фран¬ цузского народа, правительство Петэна не только поставляло в Германию значительные партии продовольственных товаров, но и шло в фарватере нацистских аграрно-экономических мероприя¬ тий. Оно провозгласило демагогический лозунг «возвращения к земле». С этой целью режим Виши в апреле 1941 г. издал дек¬ рет, направленный против дробления земли и поощрявший соз¬ дание частновладельческих хозяйств. В 1942 г. были созданы аграрные консорциумы, которые установили контроль над сель¬ ским хозяйством66. В результате такой политики в южных районах Франции, так же как и в северных, в годы войны укреплялось крупнокапита¬ листическое производство, усиливался гнет французского и не¬ мецкого капитала над крестьянством, расхищались природные ресурсы страны. Французские крестьяне оказывали упорное сопротивление гитлеровским оккупантам и их пособникам. В октябре 1943 г. из Франции сообщалось: «Население все более открыто выступает против всех мероприятий оккупантов. Все лавалевские префекты жалуются на трудности, на которые наталкиваются чиновники, производящие изъятия сельскохозяйственных продуктов в дерев¬ нях. Фермы и дома лиц, оказывающих какое-либо содействие проведению реквизиций, поджигаются. Вследствие этого лава- левским властям в ряде районов Центральной Франции не уда¬ лось изъять в деревне сколько-нибудь значительное количество сельскохозяйственных продуктов»67. Аграрная политика гитлеровской Германии на территории Голландии, Бельгии, Дании и Норвегии в основном совпадала с теми мероприятиями, которые проводились во Франции. Причем совпадение заключалось не только в методах, но ив последствиях. В этих странах нацисты пытались повысить заинтересованность аграриев в продовольственных поставках для рейха. Кресть¬ янам, участвовавшим в торговых поставках, предоставлялись некоторые льготы. Однако систематические фашистские реквизи¬ ции, неэквивалентный обмен, а также отсутствие необходимых средств для сельского хозяйства в годы войны привели к повсе¬ местному свертыванию аграрного производства. Например, в Бельгии к 1943 г. (по сравнению с довоенным уровнем) сокра¬ тились размер обрабатываемой земли (на 6,1%), урожайность (на 22,9%), поголовье крупного рогатого скота (на 15,2%), ко¬ личество свиней (на 48,6%) 68. Значительные потери от нацистского господства понесло сель¬ ское хозяйство Дании и Голландии. Нанесенный нацистами 137
ущерб сельскому хозяйству Голландии составил 825 млн фло¬ ринов. Сельское хозяйство Югославии и Греции, оккупированных весной 1941 г., находилось в весьма сложном положении. Хотя деревня этих стран развивалась по капиталистическому пути» многие пережитки феодализма не были уничтожены. Хозяйни¬ чанье оккупантов тяжело сказалось на сельском хозяйстве этих стран. Территория обоих государств была расчленена гитлеров¬ ской Германией и муссолиниевской Италией. Экономические свя¬ зи их были ослаблены, царила транспортная разруха. На крестьян Югославии и Греции оккупанты возложили боль¬ шие задания по продовольственным поставкам, забирая у них до 60% урожая69. Это предопределило здесь не только обнищание крестьянских масс, но и мощные антифашистские выступления. Итак, оккупационная политика фашизма в странах Западной Европы оказала определенное воздействие на социальную струк¬ туру и уровень аграрного производства. В большинстве оккупи¬ рованных государств отчетливо прослеживается одна тенден¬ ция— рост и укрепление крупнокапиталистического хозяйство¬ вания. Очевиден также огромный ущерб, нанесенный захватчика¬ ми сельскому хозяйству. Наибольшую сложность для германского империализма пред¬ ставляло «преобразование» аграрно-экономической структуры занятых фашистскими войсками областей Советского Союза. Военно-экономические планы нацизма предусматривали уничто¬ жение здесь социалистической системы хозяйствования и воз¬ рождение капиталистических основ аграрного производства, соз¬ дание системы военно-принудительного труда. Как уже говорилось, для достижения этих целей гитлеров¬ цам, помимо военных органов оккупационной власти (комендатур и военно-экономических штабов), как это было в странах Запад¬ ной Европы, для управления и эксплуатации оккупированной территории СССР потребовалось создать разветвленный аппарат гражданской администрации. Уже в апреле 1941 г. было учреж¬ дено министерство по делам оккупированных восточных террито¬ рий во главе с Розенбергом70 — главным нацистским теоретиком расизма. Он родился в Прибалтике. После Октябрьской револю¬ ции эмигрировал в Германию, где вскоре примкнул к фашист¬ скому движению. Став фашистским министром, Розенберг) пы¬ тался осуществить на практике свои расовые идеи. Огромный аппарат министерства был направлен на преобразование окку¬ пированных территорий Польши и Советского Союза по нацист¬ скому образцу71. Следует заметить, что определение основ аграрного строя, который бы соответствовал нацистскому «новому порядку», на- 138
заждавшемуся на территории СССР, произошло не сразу. В пер¬ вые месяцы оккупации шли споры о путях и формах фашистских «преобразований». Нацистский эксперт профессор Шиллер при¬ зывал: «Большевистская колхозная система должна быть сохра¬ нена. Известно, что колхозы представляют собой крупные сель¬ скохозяйственные предприятия, и потому очевидно, что как но¬ сителей крупных производственных форм их не следует дробить. Сельским хозяйством, объединенным в тысячу крупных пред¬ приятий, значительно легче управлять и контролировать, чем когда оно насчитывает 2 млн мелких крестьянских хозяйств»72. Одновременно Розенберг твердил: «...большевистская хозяй¬ ственная форма противоречит национал-социалистским принци¬ пам, гласящим, что всякое достижение народного хозяйства создается только при широкой личной ответственности хозяй¬ ничающих людей и на основе частной собственности»73. В октябре 1941 г. фашистское руководство приняло компро¬ миссное решение: колхозы и совхозы временно сохранить, но поставить их под контроль германских оккупационных властей. В «комиссариаты» полетела телефонограмма: «Поскольку сель¬ ское население в оккупированных восточных областях трудоспо¬ собно, роспуск колхозов не желателен. Однако необходимо создать впечатление, что большевистский аграрный строй уни¬ чтожен в интересах поднятия сельскохозяйственного производ¬ ства» 74. Мероприятия немецко-фашистских оккупантов по, «преобра¬ зованию» социально-экономической структуры сельского хозяй¬ ства СССР проводились с известной дифференциацией. Если на территории РСФСР и Украины, где за годы Советской власти сложился и окреп колхозный строй, гитлеровцы в первое время после оккупации приняли меры по восстановлению работы быв¬ ших колхозов и совхозов, то в Прибалтийских республиках, где после провозглашения Советской власти в 1940 г. коллективная форма хозяйствования не получила широкого распространения, нацисты с первых месяцев оккупации предприняли попытку воз¬ родить крупную частную собственность на землю. 13 сентября 1941 г. распоряжением рейхскомиссара Лозе на территории Остланда была аннулирована демократическая зе¬ мельная реформа, проведенная Советской властью в 1940 г., в ж>де которой малоземельные и безземельные крестьяне получи¬ ли хозяйства величиной до 10 га.1 Нацисты лишили «новокре- стьян» земельных угодий и превратили их в батраков крупных земельных собственников. Согласно распоряжению нацистского наместника, все земли, отрезанные у) крупных собственников и переданные крестьянам Советской властью, немедленно возвра¬ щались их прежним владельцам. Весь живой и мертвый инвен- 139
тарь также передавался хозяину. Крестьянам предписывалось оставаться в качестве наемных рабочих75. Этим распоряжением оккупантов сотни тысяч трудовых кре¬ стьян Прибалтики были вновь превращены в безземельных крестьян и батраков. Только в одном Екабпилском уезде (Лат¬ вия) гитлеровцы ликвидировали 2994 новых хозяйства и 1190 ма¬ лоземельных хозяйств, отобрав прирезанные в 1940 г. участки. В целом же на территории Латвии! немецко-фашистские окку¬ панты лишили земли более 55 тыс. крестьянских хозяйств76. В таких же масштабах нацистские «преобразования» проводились и в других комиссариатах Остланда. Однако восстановление кулацких хозяйств в Прибалтике гитлеровцы рассматривали лишь в 'качестве временной меры. В дальнейшем здесь намечалось создать поселения германских ко¬ лонистов. Попытка гитлеровцев не допустить падения сельскохозяй¬ ственного производства в оккупированных областях РСФСР и на Украине путем сохранения под германским контролем колхо¬ зов и совхозов не удалась. Крестьяне повсеместно уклонялись от сельскохозяйственных работ77. Чтобы не допустить дальнейшего сокращения сельскохозяй¬ ственной продукции, нацисты основную ставку сделали на част¬ нособственническую психологию! крестьянина. Пробуждая част¬ нособственнические инстинкты, с одной стороны, и запугивая кровавым террором, с другой, гитлеровцы рассчитывали удер¬ жать крестьянские массы в повиновении и планомерно выкачи¬ вать сельскохозяйственное сырье для своих нужд. С этой целью министерство Розенберга 15 февраля 1942 г. опубликовало «Закон о новом аграрном порядке». Этот акт определил дальнейшие пути оккупационной политики фашизма на территории СССР. Гитлеровцы намечали три этапа в преоб¬ разовании аграрной структуры оккупированных областей. На первом этапе планировалось уничтожение советского аграрного законодательства и преобразование колхозов в так называемые «общинные хозяйства»78. «Общинные хозяйства» объявлялись «переходной формой от колхозного строя к новой форме хозяй¬ ствования». Заявлялось, что земля в «общинных хозяйствах» об¬ рабатывается совместно, все трудоспособное население должно работать7Э. Приусадебные участки членов «общинных хозяйств» разме¬ ром до 1,5 га передавались в частную собственность. Разведение домашнего скота не ограничивалось. Руководители «общинных хозяйств» назначались германскими властями80. Совхозы и машинно-тракторные станции объявлялись соб¬ ственностью германского государства. Совхозы преобразовыва- 140
лись в «государственные имения», а МТС — в «пункты техниче¬ ской помощи» сельскому хозяйству. Так, ликвидировав колхозную систему земледелия, гитлеров¬ цы пытались создать предпосылки для дальнейшего «преобразо¬ вания» сельского хозяйства оккупированных районов на капита¬ листической основе. «Форпостом» частной собственности на землю на данном этапе нацистской оккупации объявлялась тер¬ ритория крестьянского двора. «Закон о новом аграрном порядке» провозглашал, что на втором этапе оккупации, после преобразования колхозов и сов¬ хозов в «общинные хозяйства» и «государственные имения»,, нацистские власти будут способствовать развитию «сельскохо¬ зяйственных кооперативов», в которые будут объединяться крестьяне, получившие право на индивидуальную обработку зем¬ ли. Такое право крестьяне могли получить только при условия успешного выполнения заданий по поставкам продовольствия. Контроль за «сельскохозяйственными кооперативами», так же как и за «общинными хозяйствами», оккупанты оставляли за собой81. Следовательно, стремясь повысить уровень сельскохо¬ зяйственного производства, увеличить продовольственные по¬ ставки, гитлеровцы пытались оживить в оккупированных рай¬ онах деятельность «сельскохозяйственных кооперативов», рас¬ сматривая их в качестве важной ступени перехода от социали¬ стической к частнопредпринимательской форме хозяйствования. Наконец, на третьем этапе нацистских «преобразований» обещалось создание единоличных крестьянских хозяйств. Право на самостоятельное владение должно было предоставляться, со¬ гласно закону, только «надежным» и «дельным» крестьянам. Предусматривалось, что хозяйства единоличников будут действо¬ вать под контролем немецких сельскохозяйственных управлений и беспрекословно выполнять их предписания. «Крестьяне, плохо ведущие хозяйство и не выполняющие планы продовольственных поставок, не имеют права на землю», — этим заканчивался на¬ цистский декрет о «новом аграрном порядке»82. Таким образом, уничтожая социалистическую систему хозяй¬ ствования, немецко-фашистские оккупанты надеялись возродить капиталистические формы земледелия, подчинить сельское хо¬ зяйство оккупированных областей СССР германскому государ¬ ственно-монополистическому капитализму. Разоблачая истинный смысл нацистской «земельной рефор¬ мы», партизанская газета «Орловская правда» в 1942 г. в обра¬ щении к крестьянам писала: «Под видом «общинных хозяйств» фашисты хотят заставить вас сообща обрабатывать землю и уби¬ рать урожай, чтобы им, фашистам, удобнее было увозить ваш хлеб в Германию. Под видом «общинных хозяйств» фашисты 141
хотят отобрать вашу землю, а вас превратить в своих крепост¬ ных. Под видом «общинных хозяйств» фашисты хотят подгото¬ вить имения и усадьбы для немецких помещиков и кулаков»83. Практические меры гитлеровцев по насаждению розенбергов- -ского «нового порядка» подтверждают данный вывод. К 1 де¬ кабря 1942 г. на оккупированной территории СССР было создано 27 656 «общинных хозяйств» и 2215 «государственных имений». Основная часть их располагалась на Украине и в занятых рай¬ онах РСФСР. Несколько «государственных имений» было создано в Прибалтике84. Представление об организации труда в созданных гитлеров¬ цами предприятиях дает описание Н. И. Синициной «общинного хозяйства» в с. Давыдовка Спас-Деминского района Смоленской области. «Общинное хозяйство» этой деревни насчитывало 84 дво¬ ра и объединяло 350 человек. Земли обрабатывались сообща. Крестьяне выходили на работу и уходили только по приказу старосты. Работали с утра до позднего вечера. За работой сле¬ дили немецкие надзиратели. За невыход на работу — наказание, вплоть до ареста и телесных наказаний85. Созданная нацистами система принудительного труда напо¬ минала крепостнические порядки, когда, по словам К- Маркса, «помещику нужно иметь только старосту, чтобы своевременно выгонять крестьян на работы и наблюдать за исполнением их»86. Экономика большинства «общинных хозяйств» была подо¬ рвана. В них не доставало техники и инвентаря, посевного мате¬ риала и корма для скота. Многие поля не обрабатывались. У крестьян хватало сил, как правило, лишь для посева и косьбы. Что касается обмолота зерновых и подсолнечника, т. е. наиболее трудоемких операций, то они затягивались до глубокой осени, а то и до зимы. В отчете «общинного хозяйства» хут. Прохорово- Курдючинского Ростовской области в сентябре 1942 г. сообща¬ лось, что из 106 га озимой пшеницы скошена только половина, обмолочено всего лишь 8 га, из 213 га яровой пшеницы обмоло¬ чено лишь 50 га. Причины—нехватка людей, технических средств и горючего. К уборке проса, кукурузы и подсолнечника хозяй¬ ство еще не приступало87. Техническая вооруженность «общинных хозяйств» и «госу¬ дарственных имений» была на низком уровне. Гитлеровцы и не собирались предоставлять сельскому хозяйству оккупированных областей современные машины или другие средства. Если в 1939 г. сельское хозяйство Эстонии потребляло 70 тыс. тонн ми¬ неральных удобрений, то в 1942 г. — лишь! около 3 тыс. тонн. Хищническое использование сохранившейся в хозяйствах техни¬ ки привело к тому, что она скоро вышла из строя. Так, в октяб¬ ре 1942 1Г. в Горной МТС (Ростовская область) из 91 трактора, 142
пригодного к работе, было лишь 15, из 26 комбайнов — 0, из 38 плугов — 9, из 38 сеялок — 5, из 32 культиваторов — лишь 288. В таком же состоянии находились остальные 900 пунктов «тех¬ нической помощи сельскому хозяйству», созданные оккупантами. Их машинно-тракторный парк насчитывал всего лишь 49,6 тыс. тракторов, что в несколько раз было меньше, чем до войны, на этой территории. Приведенные факты опровергают утверждения буржуазных авторов о том, что гитлеровцы стремились «поднять технический уровень» сельского хозяйства оккупированных территорий. Этот ошибочный тезис основан на нацистских данных о поставке в оккупированные области СССР 2,9 тыс. тракторов, 6,8 тыс. гене¬ раторов, 233,1 тыс. плугов, 4,3 тыс. молотилок и 3,2 тыс. сеялок89.. Однако если учесть, что основная часть этих технических средств, была направлена в Прибалтику и на Украину, т. е. в те области, которые уже в годы войны стали объектом германской колони¬ зации, то станет очевидным, что немецко-фашистские оккупанты больше всего заботились о том, чтобы «закрепить» за собой за¬ хваченные земли, а не о том, чтобы поднять их технический уровень. В «общинных хозяйствах» производство строилось в основном на ручном труде. Здесь гитлеровцы предприняли попытку создать систему военно-принудительного труда для местного населения. В период оккупации объем трудовой повинности значительна возрос. Так, в Латвии личная повинность крестьян увеличилась почти в два раза: с 1280 дней в 1943 г. до 2317 дней в 1944 г. в- среднем в квартале, а в ряде областей республики еще больше: в Курземе — с 615 до 1415 дней, в Латгале — с 3642 до 6083 отработанный дней за квартал90. Труд населения оккупированных областей часто сопровож¬ дался физическими избиениями и арестами. Согласно заявлению Е. П. Соломинченко, жителя слободы Ольховый Рог (Ростовская область), во время оккупации от колхозников требовали, чтобы они работали с 5 часов утра и до захода солнца. Много раз, когда колхозники отдыхали, к ним подъезжал немецкий комен¬ дант и избивал их плетью, заставляя работать91. В сентябре 1942 г. за неявку на работу военно-хозяйственная комендатура Псковской области отдала приказ об аресте крестьян из дере¬ вень Погореловка, Хорошая, Поташево, Ситево, Ульяново, Те- терино и других92. ЧтобУ заставить крестьян Литвы выполнять разнарядки на поставку продовольствия и другие предписания, немецко-фа¬ шистские оккупанты осенью 1943 г. публично расстреляли 40 кре¬ стьян из Вильнюсского округа, обвинив их в саботаже93. Эксплуатируя население оккупированных областей СССРче- 143
рез систему «общинных хозяйств» и «государственных имений», гитлеровцы одновременно предпринимали меры по созданию «^сельскохозяйственных кооперативов». В этом они видели залог успешного решения своих военно-продовольственных задач. На¬ цисты полагали, что «хозяйственная самодеятельность», види¬ мость которой создавалась при этой форме аграрного производ¬ ства, разбудит частнособственнические инстинкты крестьян, за¬ интересует их в повышении продовольственных поставок. Особую активность по преобразованию «общинных хозяйств» в кооперативы немецко-фашистские оккупанты развили на Укра¬ ине и в черноземных районах РСФСР. К декабрю 1942 г. были преобразованы в кооперативы 9,2% «общинных хозяйств» в Жи¬ томирской области, 5,1 — Киевской, 9,0 — Полтавской, 10,3 — Днепропетровской, 10,0—Подольской, 6,0% —в Курской области и т. д.94 Как видим, преобразование «общинных земель» в «сельско¬ хозяйственные кооперативы», несмотря на всю важность этой кампании для оккупационных властей, продвигалось медленно. В течение 1942 г. на положение кооперативов было переведено менее 10% всех хозяйств. Даже на Украине, где эта задача осу¬ ществлялась более решительно, а период оккупации оказался наиболее длительным, число сельскохозяйственных кооперати¬ вов было невелико. Формулируя задачи оккупационных властей на 1943 г. в области сельского хозяйства, министерство Розен¬ берга ставило цель довести процент кооперативов до 20. Но этим планам не суждено было сбыться. Крестьяне уклонялись от ра¬ боты, выводили из строя технику, всячески срывали насаждение нацистского «нового аграрного порядка»95. Значительный урон оккупационным мероприятиям наносили действия партизан и народных мстителей, которые совершали налеты на немецкие комендатуры, поджигали собранный уро¬ жай, пускали под откос составы, увозившие продовольствие в Германию. Летом 1943 г. многие зарубежные газеты опубликовали рас¬ сказ одного из «сельскохозяйственных руководителей», хозяйни¬ чавшего в советской деревне. Он признавал, что крестьяне не выполняют требований оккупационных властей, уклоняются от работы, уничтожают имущество. По словам этого незадачливо¬ го «руководителя», хозяйство, ранее процветавшее, имевшее 1450 га земли, богатое рыбное хозяйство, достаточное количе¬ ство пастбищ и скота, теперь влачит жалкое существование: в нем нет ни одной пригодной к употреблению машины, ни одной коровы, скотные дворы пусты96. Далее гитлеровец признавался, что трудно представить весь страх и опасения, в которых ему приходится жить, ежедневно ожидая нападения партизан. 144
Пытаясь задержать продвижение советских войск и рост не¬ довольства жителей деревни, гитлеровское правительство Зиюля 1943 г. опубликовало декларацию о наделении землей крестьян оккупированных территорий. Рассчитывая разжечь частнособ¬ ственнические инстинкты крестьян, Розенберг в декларации писал: «Германское правительство с первого дня вступления не¬ мецких войск поставило перед собой задачу ликвидировать боль¬ шевистскую систему и создать условия жизни, соответствующие европейским... В процессе последовательного проведения этой политики германское правительство издало декларацию о праве крестьян на частную земельную собственность»97. Декларация провозглашала, что земля, отведенная ранее крестьянам для пользования, передается в частную собственность. Гитлеровцы заявили о начале перехода к отрубам и хуторам — как основной форме землепользования и землевладения на окку¬ пированных территориях. На основании декларации началась реприватизация земли в Прибалтике, Правобережной Украине и в Белоруссии. Например, в округе Либау (Латвия) осенью 1943 г. земля была передана в частную собственность 2214 кулацким предприятиям, что составляло 10% всех хозяйств98. Однако эта мера! не смогла предотвратить ни поражения военной машины фашизма на советско-германском фронте, ни банкротства его аграрной политики. Попытки гитлеровцев лик¬ видировать общественную собственность на землю и насадить капиталистические отношения в советской деревне провалились. Крестьяне в период оккупации вели активную борьбу с врагом. Они различными способами разрушали созданные гитлеровцами «общинные хозяйства», срывали проведение «земельной рефор¬ мы», не желая выезжать на хутора и отруба, всячески содейство¬ вали партизанским отрядам и частям Советской Армии в борьбе против иноземных захватчиков. Немецко-фашистская оккупация нанесла большой урон сель¬ скому хозяйству СССР. Собственность многих колхозов и сов¬ хозов была разграблена, хозяйственные постройки разрушены и сожжены. Чрезвычайная государственная комиссия по расследо¬ ванию злодеяний, причиненных немецко-фашистскими захватчи¬ ками, установила, что за время оккупации на территории СССР было разграблено 98 тыс. колхозов и 1876 совхозов99. Гитлеров¬ цы разрушили 4236 производственных построек и 5816 скотных дворов, уничтожили 80292 колесных трактора и 16 825 гусенич¬ ных тракторов, 35 271 комбайн100. В результате нацистского хо¬ зяйничания только в совхозах было забито 359,3 тыс. голов круп¬ ного рогатого скота, 549,1 тыс.1 свиней, 960,3 тыс. овец и коз, 106,2 тыс. лошадей, 1420,1 тыс. штук птицы и погибло 38,1 тыс. пчелосемей 101. 6. Зак. № 65 145
Очевидно, что в эти данные включены также потери колхозов и совхозов при отступлении Советской Армии, когда часть скота и техники угонялась в тыл, а часть раздавалась крестьянам. Фашистские оккупанты нанесли ущерб не только обществен¬ ному сельскохозяйственному производству, но и хозяйствам кол¬ хозников. Путем систематических конфискаций и штрафов, вы¬ соких налогов и продовольственных разверсток у колхозников были изъяты огромные средства. Только жители Александров¬ ского района Ростовской области за период оккупации лишились собственности на сумму 16423,3 тыс. рублей, из них 16308,9 тыс. рублей составила стоимость имущества, отобранного, похищен¬ ного и уничтоженного захватчиками, и 105,9 тыс. рублей — нало¬ ги, штрафы и контрибуции, уплаченные оккупационным вла¬ стям 10?. Большие убытки понесло животноводство. Из-за принудитель¬ ных конфискаций, нехватки кормов и ухудшения условий содержания животных во всех оккупированных областях СССР поголовье скота сократилось. В Эстонии, например, поголовье крупного рогатого скота уменьшилось на 44%, в том числе ко¬ ров— на 54, поголовье свиней — на 56, овец — на 64%103. Таким образом, аграрные мероприятия гитлеровцев на окку¬ пированных территориях способствовали подрыву производи¬ тельных сил сельского хозяйства. Основанные на эксплуатации общественной и личной' собственности в интересах германского монополистического капитала, они нанесли значительный ущерб аграрному производству Советского Союза. Заметные потери по¬ несло также сельское хозяйство западноевропейских государств. В результате нацистских «преобразований» сельское хозяй¬ ство оккупированных стран Запада было включено в систему германского государственно-монополистического капитализма, в нем активно шел процесс формирования крупной аграрной струк¬ туры. На территории СССР гитлеровцы разрушали различные фор¬ мы социалистической земельной собственности (кооперативно¬ колхозную, государственную) и превращали их в капиталистиче¬ скую земельную собственность. Такие меры в различных рай¬ онах оккупации осуществлялись разными путями и средствами. В условиях становления господства германского государственно- монополистического капитализма создавались соответствующие этому формы земельной собственности. 3. Нацистские «военные поселения» Оккупационная политика германского фашизма в годы вто¬ рой мировой войны включала также мероприятия по достижению 146
«конечных целей», предусматривающих физическое уничтожение многих наций и этнических групп и заселение захваченных тер¬ риторий германскими колонистами. Нацистские меры по герма¬ низации и колонизации «нового жизненного пространства» вы¬ ступали составной частью оккупационной аграрной; политики фашизма. Они строились на расовой доктрине и были направ¬ лены на образование «великогерманского рейха» 104. Программа! создания «великой Германии» предусматривала захват и аннексию многих территорий в Центральной и Юго- Восточной Европе. Однако главным направлением фашистской экспансии был Восток—территория Советского Союза. Развивая идеологию натиска на Восток (Дранг нах остен), Гитлер писал, что если нацисты хотят захватить земли и территории в Европе, то это может произойти только за счет России. «Поэтому новая империя, — цинично заявлял он, — должна двинуться по пути прежних орденских рыцарей, чтобы добыть немецким мечом зем¬ лю для немецкого плуга, а для народа — хлеб насущный»105. Создание «тысячелетнего рейха» шло одновременно с фашист¬ ской агрессией. Еще до начала второй мировой войны в резуль¬ тате попустительства западных держав гитлеровская Германия добилась значительного приращения своей территории, захватив Саар, Австрию, Судетскую и Мемельскую области106. Здесь оккупанты полностью ликвидировали все национальные госу¬ дарственные, общественные и хозяйственные институты, упразд¬ нили гражданство и законодательство. Судетская область под¬ верглась германской колонизации. Около 50% чешского населе¬ ния было выселено и угнано на работу в Германию, а сюда было направлено около 20 тыс. немцев для «закрепления» земли 107. Сапог германских колонистов, подкованный рурской сталью, прочно стал на чехословацкой земле. После разгрома Польши на' основании указа Гитлера об «укреплении немецкого народа» от 7 октября 1939 г. началась германизация и колонизация ее западных земель. Излагая взгляды фашистского руководства по этому вопросу, начальник генерального штаба Гальдер оставил следующую запись в своем дневнике: «1. Переселение в общих чертах: из бывших немецких областей будут выселены те (поляки), которые поселились там после 1918 г.; 2. Из этих областей выселят вдвое больше поля¬ ков, чем туда прибудет немцев; 3. Идея гетто ясна в целом, но детали еще не разработаны, необходим учет экономического аспекта»108. В дальнейшем «детали» уничтожения польского населения гитлеровской верхушкой были разработаны. Они состояли в на¬ саждении в западных районах, включенных в нацистский рейх, так называемых «немецких национальных списков». Согласно 6* 147
этим спискам, всех поляков разделили на четыре группы. В осно¬ ве этого деления лежало стремление гитлеровцев, во-первых, максимально использовать людские ресурсы захваченных земель, во-вторых,—попытка раздробить польский народ на враждебные друг другу группы с тем, чтобы облегчить его уничтожение, в- третьих,—создать предпосылки для полной германизации поля¬ ков, превращения определенной их части в «расово-полноцен¬ ных» с нацистской точки зрения 109. Из «присоединенных» польских земель с октября 1939 г. по октябрь 1944 г. фашисты выселили 833 595 человек, в том числе из Вартской области (Познань) 629 595, из Гданьска — Западной Пруссии—около 123 000 и из Верхней Силезии—около 81 000 че¬ ловек. Как отмечает советская исследовательница Т. Ю. Гри¬ горьянц,; социальный состав выселяемых охватывал все слои польского общества. Если в 1939, 1940 и 1941 гг. это были прежде всего крупные собственники, торговцы, владельцы крупных хо¬ зяйств, то с 1942 г., когда почти вся польская собственность уже находилась в немецких руках, выселения охватили малоземель¬ ных крестьян и преследовали цель путем конфискации и объеди¬ нения земельных участков создать крупные хозяйства для даль¬ нейшей их передачи в руки немецких колонистов110. К началу 1942 г. в западных районах Польши было конфис¬ ковано в общей сложности 5672 тыс. гектаров из общего количе¬ ства 6883 тыс. гектаров земли. К 1944 г. количество конфиско¬ ванной земли увеличилось до 6200 тыс. гектаров. Половину всей земельной площади оккупанты отняли у польских крестьян в рай¬ оне между Одером и Нейсе, где гитлеровцы намеревались соз¬ дать образцовую немецкую колонию — Вартегау111. Таким образом, очевидно, что первейшей задачей нацистской политики было полное «очищение территорий» от польского на¬ селения, другими словами — изгнание самым бесчеловечным и жестоким образом людей из родных мест, лишение их права и имущества. Задачей второго этапа колонизации было заселение «очищен¬ ных территорий» немецкими переселенцами. Уже осенью 1939 г. одновременно с начавшимися выселениями нацисты приступили к осуществлению проекта колонизации. Заселение аннексированных земель происходило двумя путя¬ ми: во-первых, за счет ввоза в эти районы крестьян и сельских рабочих из «старого рейха», главным образом из густонаселен¬ ных южных и юго-западных областей; во-вторых, путем массо¬ вой поставки зарубежных немцев-фольксдойче. К октябрю 1940 г. в «новые восточные районы» фашистской Германии прибыло 146 тыс. зарубежных немцев, в том числе 50 тыс. из Прибалтики, 83 тыс. из Волынии и Галиции112. Основ- 148
ная часть переселенцев была размещена в Вартегау и Верхней Силезии. Одновременно с «освоением» западных районов Польши гит¬ леровцы проводили политику колонизации территории генерал- губернаторства. Сотни тысяч поляков были лишены собственно¬ сти и заключены в гетто или отправлены на работу в Германию113. Наиболее жестокими методами германизация и колонизация осуществлялась в Люблянском воеводстве и Замойщине, превра¬ щенными в своеобразную лабораторию нацистской демографи¬ ческой политики. Здесь в массовом порядке осуществлялось раз¬ деление семей, отправка в концентрационные лагеря и физиче¬ ское уничтожение на месте. Только в районе Люблина и Замойщины гитлеровцы разру¬ шили более 300 деревень, выселив 100 тыс. польских крестьян. Их земля была передана германским колонистам 114. В целях колонизации польских земель нацисты развернули активную пропагандистскую кампанию по вербовке переселенцев среди «имперских» немцев. В сентябре 1942 г. министр сельского хозяйства Бакке взывал: «Мы должны понять, что победа в этой войне, будет бесполезной, если в течение 20 лет мы не будем иметь людей для поселения на новых землях. Мы должны из старых крестьян империи дать хорошую крестьянскую кровь для заселения Востока» 115. Путем переселений гитлеровцы обещали «возродить» кресть¬ янство «как руководящее сословие немецкой нации», превратить его в «дворянство крови и земли». В связи с этим они обещали минимальный размер хозяйств для колонистов в польских зем¬ лях— 25 га. В результате, усиленной пропаганды, стимулирующих меро¬ приятий и принудительных мер фашистам удалось переселить на польские земли около 500 тыс. «имперских» немцев. Здесь было создано более 47 тыс. хозяйств германских колонистов. Таким образом, в ходе принудительных выселений польских крестьян и насаждения хозяйств германских переселенцев наци¬ стам удалось сконцентрировать на территории Польши около 900 тыс. немцев из рейха и различных стран Европы. Вместе с немцами, проживавшими здесь до начала второй мировой войны, общая численность немецкого населения достигла 1,5 млн чело¬ век. Однако гитлеровцам не удалось выселить, как они намере¬ вались, около 5 млн поляков из аннексированных земель. Не была выполнена и программа германской колонизации, которая предусматривала создание в этих районах 200 тыс. хозяйств пе¬ реселенцев. Несмотря на искусственные меры по увеличению здесь немецких хозяйств, они; не смогли изменить исторически сложившуюся аграрную структуру польских земель. 149
Среди территорий стран Западной Европы наибольшей коло¬ низации подверглись Эльзас и Лотарингия, включенные в состав нацистского рейха сразу же после поражения Франции. Уже в ходе военных действий гитлеровцы выселили из этих районов около 3 млн французов, эльзасцев, бельгийцев и лиц других на¬ циональностей п6. Это были беженцы, которые, спасаясь от окку¬ пантов, покинули родные места. Но впоследствии гитлеровцы не разрешили им вернуться назад. Кроме того, нацисты на территории Эльзаса и Лотарингии провели массовые акции по конфискации земли у французских крестьян. Земельная собственность была отобрана у более чем 200 тыс. крестьянских хозяйств. Был создан поселенческий фонд в 2,5 млн гектаров земли, на котором гитлеровцы намеревались посадить 170 тыс. хозяйств германских колонистов117. Однако этим колонизационные планы гитлеровцев в отноше¬ нии Франции и других стран Западной Европы не ограничива¬ лись. По указанию Гитлера статс-секретарь министерства внут¬ ренних дел Штукарт разработал детальный план расчленения Франции. Ее граница должна была проходить от устья Соммы до северной оконечности Парижского района, далее вдоль Шам¬ пани до Аргоны и оттуда на юг через Бургундию и западнее Франш-Конте до Женевского озера. Эта граница предусматри¬ вала включение в Германию областей* которые якобы «по исто¬ рическим, политическим, географическим и другим причинам относятся не к Западной, а к Центральной Европе»118. «Конечные цели» фашистской Германии на Западе состояли в том, чтобы уничтожить Францию как крупную европейскую державу, разделив ее на пять частей. В каждой из этих зон намечалось создать свой колонизационный режим, «западный полюс безопасности» 119. Угрозу территориальных аннексий нацистское руководство использовало в качестве важнейшего средства политического давления на малые страны Западной Европы. Так, была аннек¬ сирована территория Люксембурга. На протяжении всей войны гитлеровцы шантажировали Данию, угрожая отторгнуть от нее районы Северного Гольштейна. Голландский народ должен был стать орудием в осуществлении фашистской колонизации. Его гитлеровцы планировали использовать в качестве «материала» при колонизации территории Советского Союза. Как свидетель¬ ствует одна из последних работ известного голландского историка Луи де Ионга, нацисты намеревались создать из голландцев несколько тысяч поселений численностью до 1 тыс. человек 12°. Таким же образом германский фашизм перекроил карту Бал¬ канского полуострова и Юго-Восточной Европы, деля добычу со своими сателлитами. Балканы и Юго-Восточная Европа были 150
превращены в объект фашистской оккупации и колонизации. Многие народы, населявшие этот район, лишились экономической самостоятельности, национального суверенитета и культуры. Им была уготовлена судьба бесправных рабов в гитлеровских пла¬ нах установления мирового господства 121. Однако главным объектом экспансии и внешней колонизации фашистской Германии являлся Советский Союз. Здесь гитлеров¬ ская диктатура надеялась решить свои главные политические и экономические задачи. Территория СССР, по мнению фашист¬ ского руководства, должна была стать широким полем для осу¬ ществления расовой доктрины. Колонизацию территории Советского Союза намечалось, осу¬ ществить посредством политики расового геноцида в ее крайних формах. Оккупанты рассчитывали добиться' сокращения терри¬ тории СССР путем расчленения и аннексии ряда областей, физи¬ ческого истребления больших масс народа, принудительного вы¬ селения в Сибирь, аграризации захваченной; территории в ре¬ зультате разрушения городов, захвата земельной собственности и создания германских «военных поселений». Уже в ходе войны от Советского Союза была отторгнута Бес¬ сарабия, переданная монархической Румынии, Западная Украи¬ на была включена в состав хортистской Венгрии, Западная Бе¬ лоруссия— в состав генерал-губернаторства. Обширные терри¬ тории на берегах Черного и Каспийского морей Гитлер обещал муссолиниевской Италии. Пропагандируя, колонизационные планы, рупор фашистской партии газета «Фелькишер беобахтер» в июле 1941 г. писала: «Германские солдаты после войны получат землю. Перспективы поселения на Востоке абсолютно благоприятные. Россия с ее крестьянскими поселениями, средними и маленькими городами ждет прихода немецких солдат. Крестьянское хозяйство разме¬ ром в 20—40 га ляжет в основу будущего землеустройства в восточных районах. Но наряду с этим будут созданы и дворы в 40—125 га, а также построены бараки для батраков и пункты продовольственного снабжения» 122. Для реализации обширных программ колонизации террито¬ рии Советского1 Союза гитлеровцам понадобились иные формы переселенческой политики, нежели в странах Западной Европы. Руководство фашистской Германии разработало и попыталось осуществить человеконенавистнический генеральный план «Ост», который предусматривал уничтожение славянских народов и создание зоны германских поселений на европейской территории СССР. Особенность этого авантюристического плана состояла в том, что он был направлен на достижение не только первооче¬ редных, сиюминутных задач немецко-фашистских захватчиков, 151
но прежде всего «конечных целей» германского империализма во второй мировой войне. В настоящее время в результате настойчивых поисков совет¬ ских и прогрессивных зарубежных историков обнаружены три варианта генерального плана «Ост», которые дают наглядное представление о колонизационных замыслах фашистской Герма¬ нии на территории СССР 123. Основным текстом этого плана послужил вариант от 28 мая 1942 г., озаглавленный: «Генеральный план «Ост». Правовые, экономические и территориальные основы развития на Восто¬ ке»124. Он состоял из трех частей. Часть А: «Требования, предъ¬ являемые к будущей колонизационной системе», в1 которой по¬ казывается, какими способами должна осуществляться колони¬ зация. Основное значение придавалось созданию сельских и го¬ родских поселений, а также колонизационных марок. Часть Б: «Обзор стоимости развития восточных территорий, уже включенных в рейх, и методы финансирования». Она состоя¬ ла из трех разделов: I — стоимость строительства; II — финанси¬ рование; III — программа строительства. К этой части имелось приложение: потребность в людях для германизации восточных территорий, уже включенных в рейх. Часть В: «Отграничение колонизируемых районов на оккупи¬ рованных восточных территориях и основы их развития». В нее входило три раздела: I. Карта: районы поселения и опорные пункты на Востоке. II. Таблица: потребность в поселенцах и сто¬ имость строительства в районах поселения и опорных пунктах в восточных районах (без полиции и вермахта). III. Разъяснения к I и II пунктам 125. Таким образом, мы видим, что план «Ост» разрабатывался фундаментально и был рассчитан на длительное время. На пер¬ вый взгляд, это обычный план развития захваченных районов, в котором нет ни одного слова, ни одной цифры об уничтожении людей. Однако это всего лишь политический камуфляж, за ко¬ торым стоят миллионы человеческих жертв. Генеральный план «Ост» ставил своей целью превратить оккупированные районы Польши и Советского Союза в «полно¬ ценные имперские области». В качестве первой предпосылки для этого предусматривалось «заселение сельских районов и созда¬ ние здорового крестьянства» 126. В основу обширной программы колонизационных работ были положены следующие принципы: а) отграничение заселяемых районов по этнографическим мотивам; б) создание единой систе¬ мы управления под руководством имперского комиссара по укреп¬ лению немецкой расы 127. Исходя из этих принципов, гитлеровцы намечали превратить 152
в германскую собственность все захваченные земли, создать огромные колонизационные зоны, заселенные немцами и близ¬ кими к ним в биологическом отношении народами. Причем вся полнота власти в этих зонах отдавалась не гражданской или во¬ енной администрации, а рейхсфюреру СС Гиммлеру, что означало перевод районов колонизации на особый административно-пра¬ вовой статус, при котором действия обычных гражданских и пра¬ вовых норм приостанавливались. В качестве основной формы германских поселений на Востоке предусматривалось создание «колонизационных марок» и «опор¬ ных пунктов». Для заселения были намечены следующие районы: 1) Ингерманландия (Ленинградская, Новгородская и Псковская области); 2) Готенгау (Крым и Херсонская область); 3) Ме- мельско-Наревская область (район Белостока и Западная Литва). Определяя задачи данных районов в общих планах герман¬ ской! колонизации, авторы плана пишут: «На переднем фронте борьбы немецкой расы против русачества и азиатчины сущест¬ вуют определенные области, которым выпадают особые общеим¬ перские задачи. В этих областях для жизненно важной задачи охраны рейха нужно использовать не только власть и организа¬ цию, но и все оседлое немецкое население. Здесь, в совершенно чужом окружении, немцы должны быть посажены на землю и обеспечены на длительное время» 128. Следовательно, для достижения «конечных целей». ,в. войне гитлеровцы считали важным не только захват чужих террито¬ рий, но и установление режима беспощадной эксплуатации и принудительной германизации местного («туземного», как сказа¬ но в документе) .населения. План был рассчитан на 30-летний срок колонизации захва¬ ченных районов. Предусматривалось три уже известных метода колонизации: во-первых, переселение немцев из «старого рейха»; во-вторых, возвращение фольксдойче; в-третьих, германизация местного населения. Причем сроки германизации устанавлива¬ лись весьма ограниченные — всего 15—25 лет. В зависимости от формы колонизации план предусматривал следующие сроки гер¬ манизации захваченной территории. Германизацию в колониза¬ ционных марках на селе намечалось довести до 50% за первые пять лет оккупации, германизацию населения городов — за пят¬ надцать лет 12Э. Следовательно, гитлеровцы намечали обширную программу германизации захваченной территории Советского Союза. Уже в первом десятилетии в зоне создания колонизационных марок гер¬ манизацией намечалось охватить 50% сельского и 20% город¬ ского населения. Чтобы связать колонизационные марки с рейхом и обеспечить 153
коммуникации основных железнодорожных линий и автострад, в соответствии с планом «Ост» предполагалось соорудить 36 «опорных пунктов» (из них 14 — в генерал-губернаторстве). «Эти колонизационные пункты, — указывалось в плане, — при¬ мкнут к ныне существующим удобным центрам и совпадут с ре¬ зиденциями высших начальников СС и полиции. Они будут уда¬ лены друг от друга на 100 километров. Общая площадь каждого пункта примерно 2000 кв. километров, то есть будет равна пло¬ щади 1—2 округов в рейхе. На Ингерманландском направлении расположение опорных пунктов предусмотрено в две линии, учи¬ тывая особое значение Прибалтики для немцев» 13°. Исходя из задач и; сроков колонизации, составители плана определяли для марок и опорных пунктов необходимое количе¬ ство немцев, которое выражалось следующими цифрами: город—■ 1,67 млн, село—1,68 млн человек. Следовательно, за 20—25 лет осуществления генерального плана «Ост» гитлеровцы намерева¬ лись переселить на территорию Польши и Советского Союза 3,35 млн германских колонистов. Кроме того, учитывалось, что в результате отбора и воспитания могут быть добыты переселен¬ цы из негерманского населения, в частности, путем германизации эстонцев, латышей, литовцев и гуралей. Таким образом, общее число колонистов предполагалось довести до 5,65 млн человек131. Для колонистов, прибывших «осваивать» захваченные земли, действовали принципы отбора, апробированные СС в ходе посе¬ ленческих1 мероприятий внутри Германии. Наделению землей подлежали только лица арийского происхождения и германские подданные. Один из пунктов плана гласил: «Инородцы не имеют права владеть земельными участками». В оккупированных районах устанавливались различные пра¬ вовые формы наделения землей. Колонисты могли получить зе¬ мельные участки в виде: а) временной личной собственности; б) наследственной личной собственности; в) собственности осо¬ бого права. Это означало, что германские колонисты наделялись землей в личную собственность, которая затем становилась на¬ следственной и, в конечном счете, собственностью особого права. Следовательно, немецко-фашистские оккупанты стремились коренным образом изменить имущественно-правовые отноше¬ ния, ликвидировать не только общественную собственность на средства производства, заменив ее частнокапиталистической, но и установить над производительными силами Советского Союза безраздельное господство германского монополистического капи¬ тала путем лишения местного населения всяких форм собствен¬ ности. Участь местных1 народов в генеральном плане «Ост» специ¬ ально не освещается. О них упоминается лишь попутно: «Ввиду 154
того, что невозможно отказаться от услуг ныне живущего в этих областях населения, новый порядок, создаваемый на восточных территориях, должен иметь целью умиротворение тамошнего на¬ селения. Умиротворение будет достигнуто тем, что необходимые для немецких колонистов земельные участки будут) предостав¬ ляться не в результате эвакуации, а в ходе перемещения преж¬ него населения на земли других колхозов и совхозов с одновре¬ менной передачей прав землевладения» 132. Однако для понимания подлинного смысла этих бюрократи¬ ческих формулировок следует обратиться к протоколу обмена мнениями о плане, состоявшегося в министерстве по делам окку¬ пированных восточных территорий 7 февраля 1942 г. с участием представителей этого министерства, главного управления импер¬ ской безопасности и имперского комиссариата по укреплению немецкой расы. Представитель комиссариата Шуберт прямо за¬ явил, что «нежелательных» следует высылать в Западную Си¬ бирь 133. Чиновники министерства Розенберга предупредили, что «эвакуация в Сибирь» вызовет недовольство населения в При¬ балтике, и предложили идти путем «шлакования» нежелатель¬ ных элементов, то есть путем сокращения их рождаемости. Чины СС немедленно возразили, что «фюрер уже отдал приказ об эва¬ куации» 134. В каких же масштабах гитлеровцы намеревались осуществить эту акцию? Согласно первоначальным наброскам плана «Ост», из оккупированных районов предполагалось «выселить» (что на практике означало «уничтожить») 31 млн жителей не немецкого происхождения. Однако, как заявил сотрудник Розенберга Э. Вет¬ цель, сделавший 27 апреля 1942, г. письменное заключение на план Майера, эта цифра не точна, так как в нее не включены 5—6 млн евреев, проживающих на этой территории и подлежа¬ щих ликвидации еще до проведения выселений. Ветцель назвал цифру 60—65 млн человек135. Однако и эта цифра не была окон¬ чательной. Она не включала населения Прибалтики, Белоруссии, Ленинградской, Новгородской и Псковской областей, Крыма и Херсонской области, которое было дополнительно внесено в план по указанию Гиммлера. С учетом этих областей, как подсчитал Л. А. Безыменский, цифра местного населения, подлежавшего выселению и уничтожению, достигала 120—140 млн человек136, т. е. половины населения СССР и Польши. Некоторые современные буржуазные авторы, стремясь обе¬ лить фашизм, пытаются приуменьшить зловещую сущность ге¬ нерального плана «Ост». Они заявляют, что этот план был не реальной программой колонизационной политики фашизма, а лишь ее «общей наметкой» 137. Ошибочность этого вывода видна из того, что западногер- 165
манские историки не учитывают тех конкретных шагов, которые были предприняты гитлеровцами для; осуществления генераль¬ ного плана «Ост» уже в годы второй мировой войны, хотя, как известно, его реализация намечалась на послевоенный период. Генеральный план «Ост» осуществлялся путем политики ра¬ сового геноцида и массового уничтожения советских людей. Как установил Международный трибунал в Нюрнберге, гитлеровцы истребили около 700 тыс. человек в Львовской области, 577 тыс.— в Латвийской ССР, 274 тыс. — в Литовской ССР, 172 тыс. — в Ленинградской области, 135 тыс. — в Смоленской области, 195 тыс. — в Киеве, 199 тыс. — в Харькове, 144 тыс. человек в Крыму и т. д.138 Массовое уничтожение местного населения бы¬ ло призвано создать предпосылки для германской колонизации территории СССР. Согласно нацистскому «расписанию», Прибалтика подлежала колонизации в первую очередь. Рейхскомиссар Лозе уже летом— осенью 1942 г. ретиво приступил к выполнению «установок» ге¬ нерального плана «Ост». Своим указом от 11 сентября 1942 г. он ввел на территории Остланда «немецкие национальные спис¬ ки», предусматривавшие германизацию эстонцев, латышей и ли¬ товцев. В аппарате рейхскомиссариата был создан специальный отдел, на который возлагались задачи по практическому осуще¬ ствлению германизации прибалтийских народов. В ходе этой кампании гитлеровцы проводили массовое унич¬ тожение «неарийских элементов», конфисковывали собственность с целью передачи германским оккупационным властям и част¬ ным лицам, пытались возродить милитаристские традиции XVIII в., когда народы Прибалтики находились под влиянием германских колонизаторов. Местному населению предписывалось давать детям немецкие имена, возрождать обряды германских колонизаторских орденов. Немецким солдатам и служащим раз¬ решалось жениться на представительницах прибалтийских на¬ родов 139. 26 октября 1942 г. в Риге состоялось представительное сове¬ щание по «расово-политическому вопросу». На нем был обсуж¬ ден вопрос: «Чужие народности не должны ассимилироваться (в духе статьи «Германизировать ли?» в газете «Дас шварце коп»)»140. Участники совещания обсудили формы и темпы асси¬ миляции прибалтийских народов. Выделив две формы ассимиля¬ ции (индивидуальную и коллективную), д-р Хольтц заявил, что в ближайшем будущем необходимо германизировать в Латвии 30% населения, в Литве — 30 и в Эстонии— 10—20%141. Итак, вопреки пожеланиям руководства СС сохранить «расо¬ вую чистоту» немцев и не допустить широкой ассимиляции на¬ родов оккупированных территорий Советского Союза, нехватка 456
людей для реализации проектов колонизации толкала гитлеров¬ цев на поиски путей увеличения численности немецкого населе¬ ния. Мероприятия оккупантов по германизации Прибалтики пол¬ ностью укладывались в рамки этой политики. Одновременно с мерами по германизации прибалтийских на¬ родов гитлеровцы пытались осуществить колонизацию Остланда. Многие земельные участки в Прибалтике были объявлены гер¬ манской собственностью. На них начали прибывать германские колонисты. К осени 1942 г. только в Литве появились 16,5 тыс. переселенцев, которым было передано 4,8 тыс. хозяйств общей площадью около 200 тыс. гектаров 142. Для германских колони¬ стов нацистские власти организовали поставку сельскохозяй¬ ственной техники, инвентаря, скота, семян и удобрений. Таким образом, Прибалтика, которую германцы пытались захватить много раз, стала первым объектом фашистской коло¬ низации. Ее природные богатства были поставлены под герман¬ ский контроль, а ее народам уготовлена судьба бесправных ра¬ бов в нацистском рейхе. Следующей областью, которую гитлеровцы принялись «осваи¬ вать», явилась Украина. В августе 1942 г. в фашистской ставке состоялось совещание, посвященное колонизации Украины. Вы¬ ступивший на нем Гитлер заявил, что украинские земли должны быть полностью германизированы в течение 20 лет. «Новые по¬ селения,— пояснял нацистский фюрер,— следует создавать вдоль автомобильных и железнодорожных трасс, таких, как Краков — Житомир — Киев, Ленинград — Могилев—Киев, Житомир—Вин¬ ница — Одесса»143. В итоге было принято решение колонизо¬ вать Житомирскую, Каменец-Подольскую и Винницкую области. Предполагалось сконцентрировать в этих областях 45 тыс. фольксдойче, ранее проживавших на территории СССР, и ввезти несколько тысяч фольксдойче из-за рубежа, а также голландцев и австрийцев. В это время Геббельс записал в дневнике: «Укра¬ ина должна стать новой немецкой Восточной маркой». Гитле¬ ровцы намечали создать здесь 100 крупных «военных поселений», которые в дальнейшем должны были стать центрами для полной германизации Украины1.44. Выполняя эти решения, немецко-фашистские оккупанты к декабрю 1942 г. создали на Украине 42 немецкие деревни. Мест¬ ные нацистские чиновники не без амбиции доносили в министер¬ ство восточных территорий, что «работоспособность и поставки у немецких крестьян выше, чем у украинских» 145. Для колонизации Украины гитлеровские власти организовали массовую подготовку «будущих сельских хозяев» из числа чле¬ нов «Гитлеровской молодежи». 30 тыс. из них были направлены 157
в украинские села, земля которых была объявлена германской собственностью. В «Памятке для ведения хозяйства в оккупированных восточ¬ ных территориях» на этот счет говорилось: «Завоеванные восточ¬ ные области являются германской хозяйственной территорией. Земля, весь живой ц мертвый инвентарь составляют собствен¬ ность государства» Н6. В годы войны на Украину начали прибывать и зарубежные немцы. В 1942 г. из района Винницы было изгнано коренное украинское население; на этом месте началось сооружение воен¬ ного поселения «Хегевальд», а в районе Коростеня — военного поселения «Ферстенштадт». С территории Ленинградской, Новгородской и Псковской об¬ ластей, объединенных гитлеровцами в так называемую Ингер- манландию, значительная часть населения подлежала выселе¬ нию в Финляндию, а ее земли тоже планировалось германизи¬ ровать и включить в «административный округ Петербург». Советский Крым нацисты переименовали в Готеланд. Розен¬ берг издал директиву о выселении местного населения и пере¬ селении туда австрийцев из Южного Тироля. Решающую роль в осуществлении планов фашистской коло¬ низации играли германские переселенческие общества. Как уста¬ новили исследователи из ГДР К- Дрекслер, К- Дробиш, Г. Хасс, В. Шуман, крупнейшим из них было Германское переселенческое общество Тройханд, созданное в ноябре 1939 г.147 Специализи¬ руясь на организации переселений фольксдойче, общество за пять лет своей деятельности направило в районы колонизации более 900 тыс. человек. Значительная часть их была поселена на тер¬ ритории СССР. По подсчетам автора из ГДР П. Гартмана, 96 тыс. колонистов были определенц как владельцы «наслед¬ ственных дворов» и 149 тыс. как «земледержатели» 148. Следует отметить, что активное участие в реализации оккупа¬ ционной политики фашизма принимала юнкерская каста, давно мечтавшая о захвате плодородных нив на Украине и в Прибал¬ тике. Ее представители не только занимали ведущие посты в войсках вермахта (фон Бок, фон Рундштедт, фон Лееб, фон Ман- штейн, фон ^Фридибург, фон Хассель и др.), но и заседали в военно-экономическом штабе «Ольденбург», ведомстве Розен¬ берга, руководили армейскими и полицейскими формированиями по борьбе с партизанами. Типичным был путь «наверх» отпрыска юнкерского рода фон Баха Залевского. Во время Веймарской республики он вступил в рейхсвер. После 1933 г. активно сотрудничал с гитлеровцами. В годы войны Бах Залевский получил чин генерала войск СС, руководил специальными формированиями для «борьбы с пар- 158
тизанами». Не менее показателен путь другого аристократиче¬ ского отпрыска — сына бывшего президента Германии Гинден- бурга.) Обладая неуемным честолюбием, Оскар Гинденбург в 1934 г. тоже решил «делать» историю. После смерти отца в авгу¬ сте 1934 г. он помог Гитлеру узурпировать президентскую власть в стране. В 1945 г. Оскар Гинденбург, будучи начальником вос¬ точно-прусского лагеря военнопленных, дослужился до генерал- майора. За злодеяния был объявлен Советским правительством военным преступником. Население оккупированных областей подвергалось усиленной идеологической обработке. Нацисты активно вербовали волонте¬ ров в армию генерала-предателя Власова, формировали нацио¬ налистические отряды, пытались создать так называемую нацио¬ нал-социалистскую партию русского народа. Некоторые отще¬ пенцы шли на услужение к гитлеровским оккупантам. Полностью осуществить планы колонизации и германизации территории Советского Союза гитлеровцам не удалось. Причин этому несколько. С одной стороны, несмотря на крикливые заяв¬ ления нацистов о том, что немецкий народ — «народ без про¬ странства», когда они приступили к реализации обширных про¬ грамм внешней колонизации, то желающих участвовать в нацистских авантюрах оказалось не много 149. Даже усиленная пропаганда, система поощрительных мер и принуждения, приме¬ няемая гитлеровцами, не смогли побудить немецких кре¬ стьян и сельских рабочих к переселению на Восток. Для колони¬ зации приходилось главным образом привлекать фольксдойче. Однако главной причиной срыва колонизационных мероприя¬ тий гитлеровцев явилось военное поражение вермахта на совет¬ ско-германском фронте и массовое сопротивление советских людей в тылу врага. После сокрушительных поражений под Ста¬ линградом, Курском, а затем! решающих побед Советской Ар¬ мии в 1944 г. фашистские вояки едва успели убраться восвояси. Вслед за вермахтом временно оккупированную территорию СССР покинули германские переселенцы. Срыву колонизационных мероприятий гитлеровцев способ¬ ствовало также активное сопротивление советского крестьянства, партизанская война, объявленная фашистским оккупантам со¬ ветским народом. Достаточно сказать, что только на территории Белоруссии против гитлеровцев боролись 1108 партизанских формирований общей численностью более 370 тыс. бойцов. На¬ родные мстители Ленинградской и Калининской областей созда¬ ли Партизанский край, который простирался на 120 км с севера на юг и 80 км с запада на восток. В ходе боевых действий пар¬ тизаны только двух районов Смоленской области — Глинковско¬ го и Ельнинского—при активной поддержке крестьян освободили 159
до прихода Советской Армии свыше 50 сел, в которых была восстановлена Советская власть 15°. Таким образом, колонизационная политика фашизма показа¬ ла, что шовинистическая демагогия о «национальной исключи¬ тельности» и «народе без жизненного пространства» была при¬ звана служить хищническим интересам германского монополи¬ стического капитала.. Нацисты, приняв эстафету традиционной захватнической политики тевтонцев на востоке Европейского континента, использовали военную и полицейскую машину для создания «великой Германии», превращения многих европейских государств в свою колонию. Для этой цели гитлеровцы широко прибегали к политике территориальных аннексий, германизации и колонизации захваченных территорий. Сопротивление народов СССР сорвало планы германского фашизма. Широкий размах партизанской борьбы против коло¬ низационных мероприятий немецко-фашистских оккупантов по¬ казал, что невозможно уничтожить социалистические завоевания в стране, истребить национальное самосознание советских людей. ГЛАВА IV. БАНКРОТСТВО АГРАРНОЙ ПОЛИТИКИ ФАШИЗМА 1. Сокращение аграрного производства в Германии В конце 1944 — начале 1945 г. война ворвалась в Германию. Разрушительный смерч, как бумеранг, вернулся туда, откуда он начал свой) путь. Груды разбитых танков и орудий, сгоревших машин, толпы беженцев — все это предвещало близкий конец нацистского рейха. В это время на советско-германском фронте произошли собы¬ тия, которые имели решающее значение как для исхода военных действий во второй мировой войне в Европе, так и для сущест¬ вования всей военно-экономической и политической системы фашистской Германии. На Восточном фронте гитлеровский вер¬ махт потерпел сокрушительное поражение. Потеряв более 4 млн человек, огромное количество боевой техники и вооружений, фа¬ шистская армия обнаружила крах своей оборонительной стра¬ тегии. Война в Европе вступила в свой последний этап, который характеризовался полным изгнанием немецко-фашистских войск с территории СССР, освобождением европейских народов и безоговорочной капитуляцией гитлеровской Германии1. 160
Военные поражения Германии со всей очевидностью вскрыли тесную зависимость хода войны от экономического базиса обще¬ ства. Недостаток сырьевых и природных ресурсов, перенапряже¬ ние экономических сил страны не позволяли гитлеровскому ру¬ ководству восполнить потери вермахта и приостановить наступ¬ ление Советских Вооруженных Сил и армий других стран антигитлеровской коалиции. Ни дополнительные изъятия из различных отраслей хозяй¬ ства, ни закручивание налогового пресса, ни усиление полицей¬ ского террора — ничто не могло укрепить военно-экономического базиса фашистской Германии, спасти ее от военного поражения. Нацистский режим, находился в тяжелом морально-полити¬ ческом кризисе. Многие понимали бессмысленность продолжения войны. Характеризуя обстановку в Германии в этот период, один из рабочих говорил: «С этим надо кончать, если они (т. е, фашистские руководители. — А. А.) не в состоянии предложить нам ничего, кроме пустых фраз»2. Для многих немцев стало оче¬ видным, что попытка Гитлера повернуть вспять колесо истории окончательно провалилась и что нацистскому «фюреру» ничего не оставалось делать, как ожидать, когда это колесо раздавит его. В этих условиях правящие круги Германии, верхушка воен¬ щины и буржуазии, предприняли попытку антигитлеровского заговора. Буржуазно-генеральская оппозиция, организуя поку¬ шение на Гитлера 20 июля. 1944 г., стремилась лишь убрать с политической арены наиболее скомпрометированных главарей нацистской партии, оставив незыблемыми основы германского империализма3. Консервативное крыло этого движения требова¬ ло, в частности, обеспечить за Германией «большое хозяйствен¬ ное пространство», сохранить фашистскую систему имперского продовольственного сословия, оставить без изменения институт «крестьянских фюреров» и т. д. В этот период в противовес буржуазно-генеральским заговор¬ щикам Коммунистическая партия Германии выдвинула демокра¬ тическую программу социально-экономических и политических преобразований в деревне. В «Аграрной программе борющейся демократии», разработанной опытным аграрником, бывшим чле¬ ном парламентской фракции КПГ Э. Гернле и принятой в авгу¬ сте 1944 г., были определены пути ликвидации фашистских по¬ рядков в деревне (имперского сословия, торговых союзов ипроч.) и намечен план демократической земельной реформы, передачи земли тем, кто ее обрабатывает4. В каком же состоянии находилось аграрное производство в Германии в рассматриваемый период? Какие тенденции опреде¬ ляли его развитие в последние годы войны? В экономической структуре сельского хозяйства нацистского 16Ь
рейха в период войны происходили существенные изменения. Положение в селе характеризовалось, во-первых, значительным ослаблением технической базы аграрного производства, паде¬ нием в связи с этим роли интенсивных факторов развития, кру¬ той ломкой социальной структуры деревни; во-вторых, растущим гнетом финансового капитала, его проникновением непосред¬ ственно в сферу сельскохозяйственного производства и развитием сложной системы государственно-монополистических отношений, регламентацией важнейших сторон сельскохозяйственного про¬ изводства. В результате хищнической политики нацистского режима на заключительном этапе войны в сельском хозяйстве, как и в дру¬ гих отраслях экономики Германии, начался процесс истощения экономических ресурсов. Достигнув наивысшего уровня летом 1944 г., военное производство в нацистском рейхе начало быстро падать. В стране ощущался острый финансовый кризис, не хва¬ тало рабочих рук. Из-за бомбардировок союзников и быстрого продвижения Советской Армии начался хаос на транспорте. К марту 1945 г. промышленное; производство в Германии сокра¬ тилось на одну треть5. Все это отрицательно сказалось на сельском хозяйстве, на развитии его различных отраслей. Снижение технико-экономи¬ ческого уровня, ослабление производительных сил повлекло за собой изменение структуры использования земли,' уменьшение посевных площадей, снижение урожайности и поголовья скота, широкую замену интенсивных форм производства экстенсивными. Рассмотрим эти процессы на основе статистических данных. Начнем с использования земли в Германии, которое претерпело заметное изменение в последние годы войны (табл. 39). Таблица 39 Использование земли в последние годы войны, тыс. га6 Угодья 193с) 1943 1944 1944 в 1943 % к 193Э Пашня 19125,7 18736,1 19682,6 99,7 97,7 Луга 5500,4 5531,0 5571,5 100,7 101,3 Пастбища 2895,2 3211,8 3176,2 98,9 109,7 Огороды 667,3 667,9 * — — Виноградники 79,5 72,7 72,9 100,3 91,7 * Данных нет. 162
Как видим, в использовании земли в Германии на заключи¬ тельном этапе войны произошли определенные сдвиги. Их ха¬ рактер определялся сокращением интенсивных видов земледе¬ лия, с одной стороны, и расширением экстенсивных—с другой. В годы войны уменьшилась площадь пахотных земель (на 2,3%) и виноградников (на 8,3%), в то же время возросла площадь лугов (на 1,3%) и пастбищ (на 9,7%). Причина подобных сдвигов кроется, с одной стороны, в сни¬ жении доли мужчин в составе рабочей силы в аграрном произ¬ водстве, с другой — в падении технико-экономического потен¬ циала сельского хозяйства. Эти обстоятельства вынуждали мно¬ гих земледельцев сокращать пахотный клин, расширяя луга и пастбища. Под давлением возросшей нужды были несколько увеличены площади под садами и огородами. Резкое уменьшение площадей под виноградниками — этой наиболее интенсивной культуры — бесспорный показатель ухудшения условий земледе¬ лия в годы войны. В результате военно-принудительного контроля общие мас¬ штабы сельскохозяйственного клина удалось сохранить. Но фа¬ шистский режим оказался бессилен предотвратить сдвиги в использовании различных видов сельскохозяйственных угодий. Повсеместно наблюдалось сокращение торговых видов земле¬ делия. Так, садоводство в период войны пришло в полный упа¬ док. Уже к 1943 г. в стране погибло 77% яблонь, 68% вишен, 59% слив, 79% груш7. Важным показателем состояния аграрного производства слу¬ жат данные о посевных площадях основных сельскохозяйствен¬ ных культур. Официальные цифры показывают, что в период войны произошло сокращение посевов почти всех видов сельско¬ хозяйственных культур. Причем этот процесс активно шел как в первые, так и в последние годы войны. С 1939 по 1944 г. посе¬ вы ржи уменьшились на 8,8%, пшеницы—на 15,4, овса—на 13,5, картофеля—на 4,5, ячменя—на 29,5%8. В то же время площадь под свеклой (особенно кормовой) увеличилась на 14,8%. В по¬ следние годы войны уменьшились посевы почти всех культур, кроме картофеля и бобовых. Сокращение посевных площадей под зерновыми и техническими культурами при одновременном рас¬ ширении их под кормовыми и бобовыми говорит об изменении их структуры в сторону вытеснения более ценных культур менее ценными. Бели в довоенный период в Германии развивались интенси¬ фикация и специализация аграрного производства, то аграрная политика фашизма в период войны привела к ослаблению этих процессов. Об этом наглядно свидетельствует снижение урожай¬ ности важнейших сельскохозяйственных культур (табл. 40).
Таблица 40 Уменьшение урожайности в последние годы войны, ц/га9 Культура 1939 1943 1944 1944 1943 а % к 1939 Зерновые 22,4 22,5 20,0 88,9 89,2 Картофель 182,2 135,4 142,9 105,5 78,4 Сахарная свекла 333,4 268,5 251,7 93,7 75,5 Кормовая свекла 469,7 383,4 320,6 83,6 68,3 Только с 1943 по 1944 г. урожайность зерновых сократилась на 10,1%, сахарной свеклы—на 6,3, кормовой свеклы—на 14,4%. Еще более значительным было падение урожайности важнейших сельскохозяйственных культур за все годы войны. Урожайность зерновых уменьшилась на 10,4%, картофеля — на 21,6, сахарной свеклы — на 24,5 и кормовой свеклы — на 31,7%! Это бесспорное свидетельство ухудшения условий сельскохозяйственного произ¬ водства, снижения уровня агрокультуры. Фашистская мобилизация людских ресурсов, снижение тех¬ нико-экономического потенциала сельского хозяйства вели к ухудшению обработки земли, нарушению агротехнических при¬ емов. Многие мероприятия проводились с опозданием в сроках или вовсе не выполнялись. Все это вело к нарушению цикла сель¬ скохозяйственных работ, к затягиванию посевных и уборочных кампаний. О падении темпов уборочных работ свидетельствуют, напри¬ мер, данные о поставках зерна в «крестьянском обществе» Бран¬ денбурга. Если на 31 августа 1943 г. было сдано 129,3 тыс. тонн ржи, то на эту же дату в 1944 г. — лишь 85,3 тыс. тонн, или 66,0% к уровню 1943 г.; поставки пшеницы составили соответ¬ ственно 32,8 и 17,3 тыс. тонн (52,7%), ячменя — 39,9 и 13,9 тыс. тонн (46,5%) и, наконец, овса — 4,2 и 1,7 (40,5%) 10- Как видим, поставки зерновых культур в 1944 г. по сравне¬ нию с 1943 г. сократились по большинству злаков в два и более раза. В последние годы войны в сельском хозяйстве Германии не хватало сельскохозяйственных машин, удобрений, тяглового ско¬ та, рабочей силы. В итоге уборку некоторых культур, особенно таких трудоемких, как картофель, свекла, брюква, удавалось осуществлять лишь частично. Уже в январе 1941 г. родители сол¬ дата Э. Калька из Третена писали: «...с рытьем картошки в этом году совсем плохо. Людей не хватает. Она, наверное, померз¬ нет» п. 164
Разумеется, что процесс истощения экономических ресурсов коснулся прежде всего мелко- и среднекрестьянских хозяйств, экономика которых была подорвана нацистскими поборами. Ку¬ лацкие же и юнкерские хозяйства, используя свою власть в де¬ ревне, пытались сохранить производство на высоком уровне за счет эксплуатации сезонной рабочей силы, иностранных рабочих и военнопленных 12. Глубокие изменения в конце войны произошли и в другой отрасли аграрного производства Германии — животноводстве. -Сдвиги в ней определялись сокращением кормовой базы и посто¬ янно растущими разнарядками на поставку животноводческой продукции. Из-за уменьшения посевных площадей и снижения техниче¬ ской вооруженности сельскохозяйственного труда производство сочных кормов в Германии сократилось. В 1944 г. общий сбор лугового сена по сравнению с 1939 г. уменьшился с 36 765 до 31837 тыс. тонн, т. е. на 23,4%13. Промышленное изготовление комбикормов было свернуто. Повсеместно на корм животным шли отходы растениеводства и овощеводства. Однако наиболее пагубно на животноводстве сказался мас¬ совый убой скота в конце войны, когда Германия лишилась за¬ рубежных источников мясопродуктов. В этот период в немецкой деревне было истреблено большое количество свиней, крупного рогатого скота, домашней птицы (табл. 41). Таблица 41 Сокращение поголовья скота в Германии, тыс. голов 14 Вид животных, птицы 1939 1943 1943 в % к 1939 Лошади 3023 3142 103,9 Крупный рогатый скот 19948 19598 98,2 Свиньи 25240 16549 65,6 Овцы 4852 5671 116,9 Куры, тыс. шт. 89777 66715 74,3 Таким образом, даже эти данные, в которых не нашли отра¬ жения изменения в германском животноводстве, происшедшие в 1944—1945 гг., показывают, что во время войны в стране было истреблено почти половина свиней, более одной трети кур и большое количество крупного рогатого скота. Стабильность в по¬ головье лошадей и овец объясняется прежде всего их военным предназначением. Если рассмотреть географию изменений поголовья скота, то 165
станет очевидным, что оно особенно заметно уменьшилась в рай- онах, где преобладали мелкокрестьянские хозяйства, в то время как в областях с крупнокрестьянской и юнкерской структурой основная часть скота была сохранена. Так, в 1943 г. (по сравне¬ нию с 1936 г.) в Баварии количество лошадей составило 82,8%, крупного рогатого скота — 103,9, свиней — 68,9%. В Саксонии оно сократилось соответственно до 84,9%, 95,1 и 58,8%. В это же время в Бранденбурге доля лошадей по отношению к 1936 г. составила 90,0%, крупного рогатого скота—101,8, свиней — 62,4%, в Мекленбурге соответственно — 91,8%, 100,2 и 66,2% 15. Превосходство юнкерских районов Центральной и Северо-Вос¬ точной Германии над крестьянскими районами Южной и Юго- Западной Германии очевидно. Однако эти данные отражают поголовье скота на 1943 г. В последующие полтора года войны, особенно после того, как во¬ енные действия развернулись на территории Германии, картина изменилась, и наибольшее сокращение поголовья скота произо¬ шло в восточных областях Германии, где фашистские войска последовательно осуществляли гитлеровский приказ о «выжжен¬ ной земле». В западных же областях рейха, где действие этого приказа было приостановлено, а также вследствие прибытия беженцев количество скота сократилось меньше, а в ряде мест даже возросло. Как свидетельствуют архивные материалы министерства хо¬ зяйства Саксонии, в этой области с декабря 1943 г. по март 1945 г., т. е. в последние месяцы фашистского режима, поголовье лошадей уменьшилось с 113,0 до 66,1 тыс. голов, или в два раза, крупного рогатого скота — с 701,5 до 557,0 тыс., или на одну треть, свиней —с 545,1 до 202,7 тыс., или в два с половиной раза, овец — с 140,1 до 66,1 тыс. голов, или более чем в два раза 16. Следовательно, проводившаяся гитлеровскими правителями «тотальная война» привела к опустошению многих районов Гер¬ мании еще до окончания военных действий. Массивы земли были изъяты из сельскохозяйственного оборота и превращены в «обо¬ ронительные рубежи», многие сельскохозяйственные постройки были заминированы и взорваны, значительная часть скота — истреблена. В июле 1944 г. фашистское правительство объявило «сверх¬ тотальную мобилизацию», которая была призвана изъять из раз¬ личных отраслей хозяйства оставшиеся людские и материальные ресурсы и бросить их в горнило войны. Геббельс, назначенный «генеральным уполномоченным» по «сверхтотальной мобилиза¬ ции», через «имперских комиссаров», направленных во все рай¬ оны Германии, попытался поставить под военный контроль все 166
службы и учреждения, крестьянские общины и частные предпри¬ ятия 17. Этой мерой гитлеровцы пытались продлить дни своего существования, оттянуть час расплаты. Следует отметить, что многие крупные землевладельцы и ку¬ лаки, которые жестоко эксплуатировали сезонных работников, измывались над иностранными рабочими и военнопленными, бо¬ ялись этого часа и держались за фашистский строй до послед¬ него дня. 16 августа 1944 г. министерство сельского хозяйства приняло документ под названием «Предложения по проведению военной тотальной мобилизации в имперском продовольственном сосло¬ вии». В этом документе были сформулированы основные направ¬ ления «сверхтотальной мобилизации» в сельском хозяйстве. «Имперский староста» Беренц, подписавший документ, тре¬ бовал на мобилизацию сельскохозяйственных ресурсов из дерев¬ ни направить} деятельность всего аппарата продовольственного сословия и министерства сельского хозяйства. В целях дальней¬ шего усиления продовольственного процесса в сельском хозяйстве планировалось учредить должность «генерального уполномочен¬ ного битвы за продовольствие» 18. В ответ на требования военного руководства дать для вер¬ махта новые контингенты солдат Беренц сообщал, что такая работа уже проведена, на фронт из сельского хозяйства направ¬ лено 75% мужчин, остались лишь лица 1884 г. рождения и стар¬ ше, т. е. шестидесятилетние старики 19. Главная задача «сверхтотальной мобилизации» в области аграрного производства сводилась к восполнению тех континген¬ тов1 сырья и продовольствия, которые гитлеровская Германия теперь не могла вывезти из оккупированных и зависимых стран. Основным средством для достижения этой Цели было дальней¬ шее усиление военно-бюрократического контроля в деревне. Исходя из требований «сверхтотальной мобилизации», мини¬ стерство сельского хозяйства разработало программу действий под названием «Задачи крестьянских обществ на пятый год вой¬ ны»20. В документе содержались контрольные цифры для отдельных областей Германии, по возделыванию важнейших сельскохозяйственных культур. Особый упор делался на расши¬ рение посевов картофеля, как основной продовольственной куль¬ туры в эти годы. В связи с тем, что сбор картофеля в нацист¬ ском рейхе с 1940 по 1943 г. сократился с 6 до 5 млн тонн, на 1944 г. фашистское руководство предписывало «крестьянским обществам» значительно увеличить посевы этой культуры. Вопреки ярко выраженной тенденции, свидетельствующей о заметном сокращении (в целом по Германии на 10,8%) посевов картофеля в годы войны, министерство требовало повсеместно 167
увеличить площади под этой культурой. В 1944 г. намечалось расширить посевы раннего картофеля на 10,9%, позднего — на 8,9%. Характерно также, что основное увеличение этих посевов предусматривалось на бывших польских землях: в Данциге — в Западной Пруссии — на 7,3%, в Вартокой области — на 7,3, в Верхней и Нижней Силезии — на 8%. Гитлеровцы рассчитывали увеличить здесь производство этой трудоемкой культуры путем эксплуатации дешевой рабочей силы — польских батраков и во¬ еннопленных 21. Далее в документе намечались меры по стабилизации кормо¬ вой базы и поголовья скота. Предполагалось расширить посевы гороха, риса, клевера и других кормовых культур. Для сохра¬ нения поголовья домашнего скота, особенно коров, свиней и ло¬ шадей, усиливались меры, предусматривающие запрет домашне¬ го убоя скота22, а также обязательное разведение мелких жи¬ вотных и птицы в крестьянских хозяйствах23. Наконец, для решения острейших вопросов аграрного произ¬ водства— ослабления негативного влияния нехватки рабочих рук, машин, горючего, удобрений — министерство сельского хо¬ зяйства предусматривало дополнительные меры по привлечению на полевые работы рабочей силы (главным образом за счет под¬ ростков и женщин), увеличению (в два раза) потребления орга¬ нических удобрений. Последнее обстоятельство объяснялось тем, что утилизация минеральных удобрений к концу войны резко упала: употребле¬ ние азотных удобрений сократилось на 61%, фосфатных — на 46* калийных — на 85% 24. Такова была «программа победы», выработанная нацистским руководством для сельского хозяйства. Она была призвана в условиях крупных военных поражений, быстро нарастающего экономического кризиса и развала транспортной системы под¬ держать хотя бы минимальное продовольственное снабжение армии' и военного производства. Однако основанная на тех же авантюристических посылках, что и другие планы германского фашизма, эта программа в значительной степени осталась на бумаге. Не подкрепленная финансовыми и другими материаль¬ ными ресурсами, она не позволила разрешить сколько-нибудь удовлетворительно острейшие проблемы аграрного производства и избавить нацистский рейх от всевозрастающих продовольствен¬ ных трудностей. В 1944—1945 гг. вопрос о рабочих руках оставался одним из наиболее острых в сельском хозяйстве. Дело в том, что в ходе «тотальной мобилизации» из аграрного производства на фронт было дополнительно призвано 1,6 млн человек25. В то же время все источники мобилизации рабочей силы для деревни были 168
исчерпаны. Оставался один путь — дальнейшее усиление эксплу¬ атации наемных рабочих и трудящихся слоев крестьянства. Одна¬ ко и этот резерв был вскоре исчерпан. Видный нацистский чи¬ новник, статс-секретарь министерства сельского хозяйства Вил- ликенс уже, в 1943 г. признал, что «тотальная мобилизация» ведет к истощению биологических и экономических сил сельско¬ го населения»26. Это обстоятельство позже, в апреле 1944 г., вынужден был признать рупор нацистской партии — газета «Фелькишер беобах- тер», которая, однако, истощение сельскохозяйственной рабочей силы в годы войны пыталась объяснить «бегством рабочих» из деревни в город в довоенный период27. Чтобы хоть как-то улучшить положение, нацистское прави¬ тельство в феврале — марте 1944 г. направило в сельское хозяй¬ ство дополнительно около 500 тыс. человек, мобилизованных гитлеровцами в остававшихся еще под германским контролем за¬ висимых и оккупированных странах. Из числа лиц, направлен¬ ных в сельское хозяйство Германии в 1944 г., 320 тыс. являлись иностранными рабочими, ввезенными из западноевропейских стран, 23,9 тыс. — «восточными гражданскими рабочими», т. е. гражданами СССР и Польши, и 146,7 тыс. — военнопленными. Доля иностранцев в сельском хозяйстве, таким образом, достиг¬ ла среди мужчин 65—70%, среди женщин 36—40% 28. Была значительно расширена трудовая повинность и среди немецкого населения, особенно его трудящихся слоев. По отно¬ шению к ним был усилен террор и насилие. В августе 1944 г. Геббельс заявил: «Впредь каждый, кто попытается уклоняться от работы, будет рассматриваться как дезертир, а лица, способ¬ ствующие этому, приравнены к соучастникам и помощникам пре¬ ступления, квалифицированного как предательство»29. На полевые работы мобилизовывались дополнительные кон¬ тингенты крестьянок и сельской молодежи. Число подростков, отбывавших «сельскую службу», было доведено в 1943/44 г. до 3,9 млн человек30. Рабочий день повсеместно был продлен до 14—16 часов. Тарифы заработной платы значительно снижены31. Таким образом, тактика нацистской верхушки на затягива¬ ние войны, политика «тотальной мобилизации» сказывались пре¬ жде всего на трудовых слоях крестьянства и сельскохозяйствен¬ ного пролетариата. Последние годы войны характеризовались невероятным усилением эксплуатации этих слоев, ухудшением их материального положения и расхищением их физических сил. Огромные трудности в указанный период испытывала дерев¬ ня в снабжении электроэнергией, топливом, предметами первой необходимости. В целях экономии энергии еще в феврале 1943 г. крестьянам было запрещено пользование электроаппаратурой32. 169
С ноября 1944 г. был прекращен выпуск запасных деталей для сельскохозяйственных машин33. Стоимость одежды и предметов первой необходимости возросла почти в два раза. Оставляя деревню без самых необходимых средств производ¬ ства, гитлеровцы подвергали крестьянство усиленной идеологи¬ ческой обработке,1 Они обещали «счастливый выход» из войны путем изобретения «чуда-оружия», предсказывали распад анти¬ гитлеровской коалиции. Наиболее ходовыми призывами среди крестьян были лозунги: «Каждый мешок картофеля, каждый ме¬ шок зерна—вклад в победу!», «Сохраняйте зеленые насаждения. Они — основа народного питания!», «Долг каждой сельской жен¬ щины— выращивать овощи и фрукты!» и проч.34 Резкое ухудшение материально-технического снабжения де¬ ревни при одновременной «тотальной мобилизации» людских и производственных ресурсов вело к опустошению крестьянских хозяйств, подрыву производительных сил сельского хозяйства. В 1943 г. крестьянин Зауервайн сообщал из Баварии,: что «сель¬ ское население испытывает невероятные трудности, ибо на фронт призваны все мужчины. Одновременно правительство возложило на крестьянство огромные задания битвы за продовольствие и военных поставок»35. В последние годы войны фашистский режим зашел в тупик и в решении главного вопроса сельскохозяйственного производ¬ ства— земельного. Поощряя наступление крупного землевладе¬ ния, выкачивая из деревни материальные средства, аграрная политика нацистского правительства вызвала широкий процесс концентрации земли. Большинство крестьянских хозяйств оказа¬ лось заложенными и перезаложенными. В деревне интенсивно шла перегруппировка земельной собственности: мелкие и сред¬ ние крестьяне ее теряли, а крупные землевладельцы, торгово- промышленные корпорации и переселенческие общества приоб¬ ретали. Чтобы избежать обострения социальных противоречий в де¬ ревне и «дотянуть» до конца войны, гитлеровское правительство 22 ноября 1944 г. издало «Закон о порядке передачи сельскохо¬ зяйственных и лесных участков в годы войны». Это был послед¬ ний законодательный акт нацистского режима в области земель¬ ных отношений. Он со всей очевидностью продемонстрировал тупик, в который зашла земельная политика гитлеризма. В преамбуле закона, извещавшей, что данный декрет подго¬ товлен на основе приказа Гитлера о «тотальной войне», гово¬ рится, что его главная цель состоит в частичном изменении обо¬ рота «земли для сохранения народного питания»36. В связи с этим в Германии вводился запрет на перемену зе¬ мельной собственности в следующих случаях: 170
— если хозяйство находится под надзором «крестьянского фюрера» или органов государственного лесничества; — если вопрос о принадлежности участка или хозяйства ре¬ шается в судебных инстанциях; — если органы имперского продовольственного сословия на¬ ходили, что перемена собственности на землю нанесет ущерб «военному продовольственному хозяйству»37. Следовательно, закон налагал значительные ограничения на передачу права владения землей. В целом он соответствовал предшествовавшему законодательству фашизма в области зе¬ мельной политики. Но в конкретной ситуации последних лет вой¬ ны, когда Советская Армия и войска союзников стояли у границ Германии, он был призван загнать внутрь созревшие социальные конфликты в деревне, оттянуть крушение иллюзий многочислен¬ ных мелко- и среднекрестьянских масс38. В конце войны в особо трудных условиях оказались хозяй¬ ства мелких и средних крестьян. Их земельные участки большей частью сократились. Отсутствие общинных угодий сдерживало разведение домашнего скота. Из-за нехватки удобрений кресть¬ яне не могли вести рациональное земледелие. Им угрожали сборщик налогов, судебный исполнитель и ростовщик. Очевидно, что тяготы войны отражались и на положении капиталистических элементов деревни, крупных аграриев и юн¬ керов. Низкие закупочные цены, налоговые поборы и военные изъятия лошадей и тракторов подрывали доходность их хозяйств. Однако путем эксплуатации иностранных рабочих и военноплен¬ ных, доходов от вкладов в перерабатывающие предприятия и сдачи больших партий сельскохозяйственных товаров им удава¬ лось удержаться на плаву, а в иных случаях укрепить свое хо¬ зяйство. Под влиянием войны немецкая деревня пережила глубокие изменения в социальной структуре. Причем этот процесс проис¬ ходил не только в период1 войны, но и в первые послевоенные годы. Чтобы показать его глубину и сложность, обратимся к данным сельскохозяйственных переписей 1939 г. и 1943 г. по двум разным, областям: мелкокрестьянской Баварии и крупно¬ капиталистического Шлезвиг-Гольштейна (табл. 42). Картина, которую дают эти цифры, не является полной, так как в них нашли отражение первые результаты земельной ре¬ формы 1946—1947 гг., проведенной западными оккупационными властями, как известно, с целью сгладить наиболее острые со¬ циальные последствия войны в деревне. Тем не менее они сви¬ детельствуют о многом. В Баварии, например, мы наблюдаем беспрецедентный для германской истории процесс экспроприации мелкой крестьянской 171
Таблица 42 Изменения социальной структуры немецкой деревни в результате войны, % к группе, +прибытие, —убытие39 Величина хозяйства, га Бавария Шлезвиг- Г ольштейн количество хозяйств земельная площадь количество хозяйств земельная площадь 0,5—2 — 23,5 — 22,6 — 1,2 — о,а 2—5 — 15,8 — 15,0 + 5,3 + 4,7 5—10 — 9,8 — 9,4 — 2,2 — 2,4 10—20 — 5,6 — 5,2 + 0,7 + М 20—100 — 3,1 — 2,4 + 4,4 — 0,3 Свыше 100 — 17,1 — 13,2 — 11,1 - 0,7 собственности и ее владельцев. Количество мелкокрестьянских хозяйств в этом районе сократилось абсолютно и относительно. Фактически каждое четвертое хозяйство этого типа было вытолк¬ нуто из аграрного производства. Пропорционально количеству хозяйств сократился размер земельной площади, находившейся во владении мелкого крестьянства. Даже земельная реформа, проведенная американскими властями, не смогла сгладить рез¬ кое обнищание трудящихся слоев крестьянства. Сокращение ко¬ личества хозяйств размером свыше 100 га объясняется, во- первых, процессом интенсификации сельскохозяйственного производства, который гитлеровцы форсировали в годы войны, во-вторых, послевоенной реформой, в ходе которой крупные зе¬ мельные собственники, имевшие более 100 га земли, за компен¬ сацию передавали часть земли в фонд земельной реформы. В Шлезвиг-Гольштейне, как области крупного и среднего капиталистического земледелия, война проявилась иначе. Здесь мы наблюдаем значительную стабильность как в землевладении, так и в землепользовании. Количество хозяйств и размеры зе¬ мельной площади практически остались без изменения. Некото¬ рые отклонения наблюдаются лишь в группе хозяйств размером от 2 до 5 га, число и земельная площадь которых возросли бла¬ годаря реформе послевоенных лет и наделению землей бежен¬ цев. Любопытное явление наблюдается в группе хозяйств вели¬ чиной от 20 до 100 га, где при некотором сокращении земельной площади (0,3%) произошел существенный рост (4,4%) количе¬ ства хозяйств. Это бесспорное свидетельство концентрации капи¬ талистического производства в крупных хозяйствах Шлезвиг- Гольштейна. Что же касается сокращения хозяйств размером свыше 100 га на 11,1%, то причины этого здесь те же, что и в 172
Баварии: интенсификация аграрного производства и земельная реформа. Таким образом, в годы войны фашизм оставался верен своим классовым принципам. Он стимулировал развитие крупного ка¬ питалистического производства, обрекая в то же время широкие слои мелкого и среднего крестьянства на массовое обнищание и разорение. В конце войны подавляющее большинство крестьянских хо¬ зяйств, не выдержав требований военного времени, оказалось банкротами. Будучи зависимыми от крупного капитала и отста¬ лыми по сравнению с крупным производством в земледелии, крестьянские хозяйства держались только отчаянным пониже¬ нием потребностей и каторжным, двужильным трудом. Распы¬ ление и расхищение труда человека, истощение сил крестьянской семьи, крестьянского скота, крестьянской земли—вот что принес фашизм крестьянину. В то же время политика фашизма привела к укреплению позиций крупного капиталистического землевладения, к неви¬ данной в истории Германии концентрации средств аграрного про¬ изводства. Государственно-монополистическая аграрная полити¬ ка фашизма обострила традиционное для сельского хозяйства Германии противоречие между уровнем развития производитель¬ ных сил и отставанием концентрации аграрного производства. Поощрение крупнокапиталистического предпринимательства и насильное включение крестьянских хозяйств в экономические союзы привело к полному подчинению основной массы этих хо¬ зяйств крупным объединениям, В результате крестьянское хо¬ зяйство исчезало, на смену ему должно было прийти сельскохо¬ зяйственное производство, где полностью господствует монопо¬ листический капитал. Важно отметить также, что на заключительном этапе войны, когда фашистский режим находился в глубоком морально-поли¬ тическом кризисе, исключительное значение имела антифашист¬ ская борьба Компартии Германии. Подпольные организации КПГ создали широкую сеть партийных групп на предприятиях, в го¬ родах и селениях, распространяли листовки, призывавшие пре¬ кратить бессмысленное кровопролитие. «Там, где наступает Красная Армия, бросайте оружие и сдавайтесь в плен! — гово¬ рилось в одной из листовок.—Избирайте нелегальные солдатские комитеты под лозунгом «Конец войне, обратно на родину!»40. 2. Развал системы продовольственного снабжения В конце 1944 — начале 1945 г. фашистская Германия оказа¬ лась на грани военного разгрома и экономического краха. Пред- 173
принятая нацистским режимом «сверхтотальная мобилизация», несмотря на огромное напряжение сил, не позволила Германии достичь уровня промышленного и сельскохозяйственного произ¬ водства стран антигитлеровской коалиции. Советский Союз к этому времени добился многократного превосходства в выпуске продукции в самых различных отраслях экономики. Материаль¬ но-техническое снабжение его вооруженных сил по многим пока¬ зателям превосходило снабжение вермахта41. В обстановке серьезных военных поражений и углубляюще¬ гося внутриполитического кризиса нацистские правители взяли курс на всемерное затягивание войны, на дальнейшее закручи¬ вание фашистского мобилизационного пресса в различных отрас¬ лях хозяйства. С этой целью управление вооружений и боеприпасов ОКВ, получившее к этому времени чрезвычайные полномочия в про¬ ведении военно-экономической мобилизации, разработало «План промышленного и сельскохозяйственного снабжения на 1945 г.», который предусматривал мобилизацию всех имевшихся сырьевых и продовольственных резервов для сохранения уровня военного производства и обеспечения армии42. В области аграрного производства «план снабжения» наме¬ чал, во-первых, максимальную мобилизацию продуктов питания и сельскохозяйственного сырья из немецкой деревни, во-вторых, меры по обеспечению вывоза продовольствия из оставляемых вермахтом оккупированных территорий, в-третьих, активизацию закупки сельскохозяйственных товаров в зависимых и нейтраль¬ ных странах43. Каков же был уровень сельскохозяйственного обеспечения Германии на заключительном этапе войны? Как действовала в этот период система продовольственного снабжения? Ответ на эти вопросы крайне важен, так как он позволяет судить о ха¬ рактере нацистской системы распределения продовольственных товаров, помогает выяснить состояние экономического потенци¬ ала Германии в последние месяцы войны. В конце 1944 — начале 1945 г. в результате потери большин¬ ства оккупированных территорий деятельность системы продо¬ вольственного снабжения зависела прежде всего от внутригер- манского аграрного производства. Несмотря на еще продолжав¬ шиеся поставки сельскохозяйственных товаров из-за рубежа, роль германского производства постоянно возрастала. В последние годы войны условия деятельности системы про¬ довольственного снабжения заметно ухудшились, т. к. произо¬ шло существенное сокращение аграрного производства в Гер¬ мании. Статистические данные свидетельствуют, что с 1943 по 1944 г. 374
валовой сбор важнейших сельскохозяйственных культур снизил¬ ся почти по всем позициям. Производство ржи упало на 15,1 %, пшеницы—12,3, ячменя—19,6, овса—17,5, сахарной свеклы — 6,4, кормовой свеклы — на 13,2%. Лишь сборы картофеля повы¬ сились на 7,1% 44- Еще больше сократилось производство сельскохозяйственных: культур за весь период войны. Сбор ржи упал на 32,2%, пшени¬ цы— 33,0, ячменя — 40,7, овса — 27,1, картофеля — 25,1, сахар¬ ной свеклы—18,5 и кормовой свеклы—15,6%. Такого сокращения сельскохозяйственного производства Германия не знала со вре¬ мен первой мировой войны. Особенно сложная ситуация сложилась с производством жи¬ ров, мясопродуктов и молока. Так, производство молока в целом по стране к 1944 г. уменьшилось с 25 185 до 23 231 тыс. тонн, т. е. почти на 10%, а в отдельных областях еще более заметно: в- Баварии — на 12,2%, в Вюртемберге—12,6, в' Бадене—16,5%. Такие итоги хозяйствования в животноводстве явились резуль¬ татом уменьшения поголовья скота и ухудшения его продуктив¬ ности. Все это решающим образом сказалось на снижении продо¬ вольственного обеспечения гражданского населения и армии- Несмотря на некоторое увеличение внутригерманских товарных поставок, достигнутое путем усиления пресса имперского сосло¬ вия, в продовольственном балансе страны образовались огром¬ ные бреши, которые можно было закрыть лишь путем дальней¬ шего сокращения норм снабжения и внутрихозяйственных рас¬ ходов. В результате повышения норм продовольственных поставок внутрихозяйственные запасы зерна и других продуктов были- сведены к минимуму (табл. 43). Таблица 45- Внутрихозяйственные запасы зерна в Германии (на 31 марта каждого года) 45 Год Рожь | Пшеница озимая Пшеница | яровая Озимый ячмень Яровой ячмень 1943 513,0/9 259,2/10 141,2/10 20,2/5 495,0/15 1944 792,0/8 407,7/10 102,8/16 92,5/13 522,0/23 Примечание. В числителе указано количество зерна в тыс. г, в знаменателе — доля от всего урожая, в %. Данные табл. 43 свидетельствуют о том, что в последние- годы фашистский режим выкачивал из деревни почти весь уро- 175-
жай зерновых. Весной, накануне посевной, в хозяйствах оста¬ вался лишь минимум злаков, необходимых для посевов. Что же касается собственного пропитания крестьян, то они как катего¬ рия «самообеспечивающихся» вынуждены были потуже затяги¬ вать ремень или идти занимать зерно у богатеев под новый урожай. В последние годы войны была усилена и система сдачи жи¬ вотноводческих товаров. Для жителей деревень и городов, откармливающих свиней, было введено три разряда, установле¬ ны жесткие сроки и высокие нормы сдачи убойных животных. «Технология» фашистской системы выкачивания мясопродуктов из деревни состояла в том, что все жители каждой области, на¬ пример, Баварии, содержавшие свиней, были разбиты на три категории в зависимости от поголовья животных. Каждой кате¬ гории хозяев по округам определялись контингенты убойного скота и объем поставок. В среднем с одного животного предпи¬ сывалось сдать до 100—110 кг мяса46. Таким образом, широкие слои сельского населения, занесен¬ ные нацистами в разряд «самообеспечивающихся», вынуждены были добывать не только пропитание для собственной семьи, но и выполнять высокие разнарядки продовольственных поставок. Все это способствовало быстрому обнищанию трудящихся слоев крестьянства и сельскохозяйственного пролетариата. Еще хуже обстояло дело с обеспечением продовольствием населения городов. Карточная система, введенная гитлеровцами в годы войны, способствовала тому, что основная часть город¬ ского населения была посажена на пайки полуголодного суще¬ ствования. Продовольственные нормы систематически сокраща¬ лись. В марте 1944 г. рацион пайков уменьшился на 27%. Мно¬ гие виды продовольствия (масло, мясо,[ колбаса, сыры, конди¬ терские изделия) вообще исчезли с витрин магазинов. Вместо них фашистские власти усиленно рекламировали сахарную и кор¬ мовую свеклу, картофель, траву47. 20 марта 1945 г. министерство сельского хозяйства опубли¬ ковало нормы продовольственного обеспечения (табл. 44). Если сравнить эти данные с довоенными нормами продоволь¬ ственного обеспечения, то они сократились у всех категорий по¬ требителей и по всем продуктам. Больше других были урезаны пайки «нормальных потребителей»: по хлебу в 2 раза, мясу в 3 раза, жирам в 1,75 раза. Как и прежде, самые высокие пайки предусматривали для лиц, занятых «на «тяжелых» и «сверхтяжелых» работах, т. е. в военной промышленности. Их рацион по составу и объему про¬ дуктов был наилучшим. Главное место в этих пайках занимали 176
Таблица 44 Нормы продовольственного снабжения в Германии (со 2 по 29 апреля 1945 г.), г48 Потребители Хлеб Мясо Жир к Сахар Твброг Кофе Молоко ! «Нормальные потребители» 5100 750 375 375 125 100 _ «Занятые на тяжелых работах» 3300 1050 170 - _ «Занятые на сверхтяжелых 4800 1800 620 — — 100 — работах» «Самообеспечивающиеся» _ _ 125 100 Дети до 6 лет 3000 300 375 375 125 100 0,5 л мясо и жир, т. е. наиболее калорийные продукты. Обращают на себя внимание мизерные нормы (125 г творога и 100 г кофе- эрзац) «самообеспечивающихся». Это подтверждает наш вывод о том, что в годы войны широкие слои населения деревень и мел¬ ких городов практически были сняты с государственного продо¬ вольственного баланса. Характерно, что в последние годы войны во многих городах из-за расстройства транспортной системы, нехватки продоволь¬ ствия, быстро растущих цен на него многие жители городов не смогли выкупить даже то количество продовольственных това¬ ров, которое им полагалось в соответствии с циркулярами ми¬ нистерства сельского хозяйства. Уже в 1943 г. более 2 млн чело¬ век не смогли получить причитающиеся им продукты49. Падение аграрного производства, сокращение норм продо¬ вольственного обеспечения не могло не сказаться на уровне потребления в Германии. Уровень его снижался с каждым годом войны и к ее концу достиг минимальных размеров. В 1942/43 г. он составил 2978 кал, или 69,3%, в 1943/44 г.— 1981 кал, или 66,0%, в 1944/45 г.— 1671 кал, или 55,7% к довоенному уров¬ ню50. Так, уровень потребления городского населения к 1944/45 г. сократился по сравнению с 1943/44 г. на 14,6%, а с довоенным, периодом — почти в два раза. Это обстоятельство опровергает утверждения буржуазных авторов о том, что продовольственное снабжение Германии в годы войны якобы было «стабильным» и «высоким»51. Рассмот¬ ренные выше факты свидетельствуют о значительных трудно¬ стях, с которыми нацистский рейх столкнулся в этой области, о несостоятельности планов гитлеровского руководства путем соз- 7. Зак. № 65 177
данной системы военного контингентированного снабжения ре¬ шить все аграрно-продовольственные проблемы. Вместе с тем очевидно, что посредством этой системы нацист¬ ская диктатура добилась перераспределения значительной части продовольственных товаров в( пользу армии и военного произ¬ водства. Этот процессе шел на протяжении всей войны. Однако на ее заключительном этапе он принял наиболее широкие мас¬ штабы. Потребление зерна в Германии в 1942/43 г. составило 11916 тыс. тонн, в 1943/44 г.— 13 210 тыс. тонн. В 1943/44 г. городское население израсходовало 7580 тыс. тонн, «самообеспе¬ чивающиеся»— 2410 тыс. тонн и вермахт 3220 тыс. тонн, что превышало уровень предшествующих лет52. Следовательно, по¬ требление хлебного зерна в последние годы войны росло. По причине острой нехватки животноводческих товаров потребление хлеба с 1942/43 по 1943/44 г. увеличилось у всех категорий, осо¬ бенно у армии (104,9%) и гражданского населения (123,2%). Однако если взять весь период войны, то динамика будет иной. С 1939 по 1943/44 г. наблюдается значительный рост (284,5%) потребления хлебного зерна вермахтом при одновре¬ менном сокращении потребления его городским населением (3,2%) и «самообеспечивающимися» (13,9%). В результате фашистского перераспределения снабжение хле¬ бопродуктами армии к концу войны достигло наивысшего уров¬ ня. Если в 1939/40 г. вермахт расходовал 9,4% всего хлебного зерна, то в 1943/44 г. — 24,3%. В целом такое же перераспределение потребления между армией и гражданским населением в последние годы войны про¬ изошло и в области животноводческих товаров. Однако динами¬ ка изменения и соотношение различных групп потребителей здесь были другими. Если потребление зерна в 1943/44 г. в Германии возросло, то расходы мясопродуктов сократились: на снабжение городских потребителей — на 132 тыс. тонн (10,5%), «самообес¬ печивающихся»—на 30 тыс. тонн (7,7%) и вермахта—на 75 тыс. тонн (9,4%). Уровень расходов мясных товаров у потребителей всех категорий был столь низким, что, несмотря на усилия фа¬ шистского аппарата, добиться нового сколько-нибудь значитель¬ ного перераспределения продуктов в пользу армии не удалось. В целом потребление мясопродуктов в Германии за период войны упало на 31,5%. Причем это сокращение произошло исклю¬ чительно за счет гражданского населения. В годы войны расхо¬ ды мясных товаров горожанами снизились на 45,8%, а «самообес¬ печивающимися»— на 35,2%- В то же время потребление этих товаров вермахтом увеличилось на 123,4% 53. Таковы были итоги деятельности нацистской системы продо- 178
вольственного снабжения, которая в целях обеспечения гитле¬ ровской агрессии посадила широкие слои населения на жесткий паек, направляя основные контингенты продуктов питания армии. Фашистский вермахт, составляя в конце войны не более 15% общей численности населения, потреблял одну четвертую часть хлебных продуктов и одну треть мясных товаров. На заключительном этапе войны нормы продовольственного обеспечения в армии, как и прежде, были значительно выше, чем гражданского населения. По нашим подсчетам, по хлебу — на 30—35, а по мясу и жирам — на 50 и более процентов54. В нача¬ ле 1945 г., когда пайки жителей городов вновь были урезаны на 25%, этот разрыв еще более увеличился. В результате в кон¬ це войны в Германии широкие слои населения городов и сел вы¬ нуждены были жить впроголодь, а армия являлась главным потребителем продовольственных товаров. При общей нехватке продуктов питания интендантские службы вермахта создавали на складах так называемые «подвижные запасы» продоволь¬ ствия. Участники войны рассказывают, что зажиточная верхушка города и деревни также имела некоторые запасы продоволь¬ ствия. На городских складах и в деревенских подвалах даже в последние дни войны советские солдаты видели мешки с мукой, окорока, консервы. Вопрос о продовольственном положении фашистской Герма¬ нии в годы войны часто искажается современной буржуазной историографией. Националистически настроенные авторы из ФРГ Г. Шланге-Шенинген, Г. Хаусхофер и некоторые другие главной причиной ухудшения продовольственного обеспечения в конце войны склонны считать не падение аграрного производства вну¬ три страны, вызвавшего расстройство системы продовольствен¬ ного снабжения нацистского рейха, а прежде всего якобы «боль¬ шие затраты» продуктов питания на содержание иностранных рабочих и военнопленных55. Известно, что эксплуатация иностранных рабочих и военно¬ пленных служила для гитлеровской диктатуры главным сред¬ ством поддержания военного производства. К концу 1944 г. об¬ щее число иностранных рабочих и военнопленных, насильно угнанных на принудительные работы в Германию, достигло 7,5 млн человек. Однако из этого не следует, что иностранцы являлись главной причиной дефицита в продовольственном ба¬ лансе фашистской Германии. Дело в том, что нормы продоволь¬ ственного обеспечения иностранных рабочих и военнопленных были минимальными: в два-три раза ниже обычных. Секретным распоряжением фашистского руководства от 16 марта 1943 г. для иностранных рабочих были установлены 7* 179
следующие рационы на неделю: хлеба — 2200 г, мяса— 150, жи¬ ра— 7,5, картофеля — 3500 и гороха—250 г56. Однако даже эти мизерные нормы во многих случаях остались на бумаге. По сви¬ детельству советских граждан, побывавших в фашистском раб¬ стве, они получали в сутки только по 200—300 г хлеба и 1 л хо¬ лодного супа из неочищенного овса. Очевидно, что эти рационы были в несколько раз ниже, чем даже у наиболее слабо обеспе¬ ченной категории немцев — «нормальных потребителей». В еще более тяжелом положении находились военнопленные. Даже в апреле 1942 г., в период более благоприятный для Гер¬ мании, для них были определены такие недельные нормы: 2600 г хлеба, 250 г мяса (конины), 150 г овощей и 14 г эрзац- чая57. В последующие годы рационы военнопленных несколько раз урезались, достигнув такого уровня, который позволял лишь не умереть с голоду. К иностранным рабочим и особенно к советским военноплен¬ ным гитлеровцы применяли наиболее изощренные методы конт¬ роля за продовольственным обеспечением. По свидетельству очевидцев, главный из них состоял в том, что военнопленных систематически (раз в месяц) взвешивали. Если вес увеличивал¬ ся, то продовольственные кормы сокращались, и, наоборот, при снижении веса рацион несколько повышался. Нормы для военно¬ пленных держались на уровне физиологического минимума58. Таким образом, архивные документы полностью опровергают измышления буржуазных авторов о больших расходах продо¬ вольствия на содержание иностранцев, угнанных в фашистское рабство. Главная причина заметного ухудшения продовольствен¬ ного обеспечения населения Германии на заключительном этапе войны состояла в другом. Она крылась прежде всего в значи¬ тельном падении текущего аграрного производства, а также' в спекуляциях продовольствием, которые в последние годы войны приняли массовый характер. В этих спекуляциях были замеша¬ ны министр внутренних дел Фрик, министр по вопросам воспи¬ тания Руст, бывший министр сельского хозяйства Дарре, быв¬ ший главнокомандующий сухопутными силами Браухич и быв¬ ший главнокомандующий военно-морским флотом Редер59. Не выдерживает научной критики и другой вывод буржуаз¬ ных авторов о том, что фашистская система продовольственного снабжения якобы действовала «эффективно» вплоть до конца войны. На этот счет Г. Шланге-Шенинген пишет, например: «До окончания войны продовольственное хозяйство Германии было единым. Хозяйственные органы путем учета и распределения руководили снабжением во всем рейхе. Отделы имперского про¬ довольственного сословия и продовольственные управления вез¬ де слаженно функционировали»60. 180
Очевидно, что подобные выводы понадобились буржуазным авторам, чтобы реабилитировать фашистский режим, скрыть банкротство его аграрной политики. Исторические факты доказывают, что авантюристическая по¬ литика нацистской верхушки привела Германию в конце второй мировой войны к серьезному продовольственному кризису. До¬ статочно отметить, что уже осенью 1944 г. урожай в ряде мест оказался неубранным, из-за нарастающего хаоса на транспорте продовольствие во многие города доставлялось с перебоями, ра¬ ционы, устанавливаемые властями к этому времени, перестали соответствовать реальному обеспечению населения продуктами питания. Острую нехватку продовольственных товаров вынуждено бы¬ ло официально признать министерство сельского хозяйства, ко¬ торое еще в 1943 г. констатировало: «...после 4-х лет войны не¬ возможно удержать уровень обеспечения продовольствием»61. Чтобы как-то поддержать продовольственное обеспечение городов и промышленных центров, фашистский режим в послед¬ ние годы войны прибег к целому ряду! экстраординарных мер. Во-первых, с целью ослабить острую нехватку мясопродуктов и молока были предприняты попытки увеличить потребление рыбы и рыбных изделий, принято распоряжение о расширении потребления козьего молока и т. д.62 Во-вторых, были усилены репрессии против крестьян и тор¬ говцев, не выполнявших нацистских предписаний. Так, по сооб¬ щению «Гамбургер френденблатт» от 23 марта 1944 г., в дерев¬ не Шекенталь (близ Галле) у крестьянки, постоянно запазды¬ вавшей с выполнением обязательства по сдаче яиц, власти кон¬ фисковали всех ее кур. «Фелькишер беобахтер» от 2 февраля 1943 г. извещала, что «нарушителя военного продовольственного хозяйства», 69-летнего торговца А. Штольце из Шарлоттенбурга, без разрешения скупавшего в Восточной Пруссии масло, птицу и яйца, суд приговорил к двум годам лишения свободы и штра¬ фу в 10 тыс. марок. В-третьих, многие части вермахта были переведены на поло¬ жение партизанских формирований со снабжением из деревни, а обязанности по их снабжению возложены на гауляйтеров и бургомистров. В обстановке острой нехватки продуктов питания фашист¬ ская печать повела шумную кампанию «о пользе витаминов», стремясь заглушить недовольство трудящихся масс ухудшением продовольственного снабжения и отвлечь их от тяжелых разду¬ мий о хлебе насущном. Нацистские газеты вместо мясных и мо¬ лочных продуктов усиленно рекламировали травы, дикие ягоды и проч.63 181
Определенную роль в ухудшении продовольственного поло¬ жения в Германии сыграла и экономическая блокада, объявлен¬ ная странами антигитлеровской' коалиции. На заключительном этапе войны, когда фашистский рейх лишился основных оккупи¬ рованных территорий, а поставки из зависимых и нейтральных стран были осложнены превосходством Советского Союза, Анг¬ лии и США на морских и воздушных коммуникациях, импорт про¬ довольственных товаров в Германию резко уменьшился. Так, если с июня 1942 г. по февраль 1943 г. третий рейх ввез 996,7 тыс. тонн зерна, то в аналогичный период 1943—1944 гг. германский импорт составил всего лишь 542,2 тыс. тонн зерна, т. е. почти в два раза меньше64. Весной 1945 г., когда война в Германии вступила в свою за¬ ключительную фазу, система продовольственного снабжения по¬ терпела окончательный крах. Перевозка продовольственных товаров по железным дорогам командованием вермахта была запрещена с конца 1944 г. из-за нехватки транспортных средств. Подвоз продовольствия в города автомобильным транспортом также был крайне затруднен из-за острого дефицита горючего. Попытка гитлеровцев организовать доставку сельскохозяйствен¬ ных товаров по рекам потерпела провал из-за отсутствия необ¬ ходимого количества судов и механиков, а также вследствие воздушных бомбардировок, постоянно выводивших из строя при¬ чалы и пристани. Начиная с февраля — марта 1945 г. в большинстве городов Германии отоваривание продовольственных карточек практиче¬ ски прекратилось. Наличные запасы далеко не покрывали нужд. Как сообщал в феврале 1945 г. обер-бургомистр Бранденбурга, на 3,4 млн жителей Берлина (без учета 723 тыс. беженцев) тре¬ бовалось 87 тыс. тонн хлеба и 2021 т жира, между тем в наличии имелось всего лишь 60 тыс. тонн хлеба и 1950 т жира65. Продолжая проигранную войну, нацистская верхушка поста¬ вила немецкий народ в трудное положение. Население было вы¬ нуждено употреблять в пищу рапс, кормовую свеклу, люцерну и другие травы66. Конечно, жители деревни, особенно из числа зажиточных, находились в более обеспеченном состоянии. Некоторые тайно от властей создали небольшие запасы продовольствия, которые позволяли поддерживать определенный уровень питания. Однако это было чаще исключением, чем правилом. В этих условиях Советская Армия, несшая немецкому народу освобождение, взяла на себя заботу о спасении немецкого наро¬ да от голодной смерти. Советские воины организовали снабжение продуктами питания жителей освобожденных городов и посел¬ ков. Только для снабжения Дрездена было отпущено 3 тыс. тонн 182
муки, 200 т крупы, 450 т мяса, 225 т жиров, 300 т сахара, 7500 т картофеля67. Так, продовольствие, служившее для гитлеровского руководства многие годы средством подготовки и развязывания военной агрессии, в руках Советского правительства преврати¬ лось в инструмент мира и возрождения немецкого народа. В заключение отметим, что вторая мировая война наряду с военным крахом фашизма показала несостоятельность его аграр¬ но-экономической системы. Несмотря на тщательную подготовку накануне войны и всестороннюю военно-бюрократическую регла¬ ментацию продовольственного снабжения в годы войны, гитле¬ ровский режим не избежал острого продовольственного кризиса, перебоев в системе снабжения продуктами питания. В последние годы войны произошли определенные сдвиги и в области социальных отношений. Для многих жителей деревни стал очевиден авантюризм политики фашизма. Повсеместно рос¬ ла усталость от войны и все новых разнарядок, окончательно рассеялись иллюзии о возможности приобретения земли на окку¬ пированных территориях. Наступила суровая реальность войны, когда многие были истощены голодом, не хватало одежды, обуви, В нелегально распространявшейся листовке КПГ призывала жителей городов и сел: «Оказывайте сопротивление продолже¬ нию войны! Отказывайтесь от 12-часового рабочего дня! Требуй¬ те свободного воскресенья и свободной второй половины дня в в субботу! Требуйте увеличения продовольственного пайка! Все¬ ми средствами уклоняйтесь от продления рабочего времени и са¬ ботируйте каждое мероприятие, которое требует от вас более высокой производительности труда!»68. В этот период произошел некоторый сдвиг в вовлечении кре¬ стьян и сельских рабочих в антифашистские группы КПГ. Осо¬ бенно активизировалась деятельность подпольных организаций в Центральной и Северо-Восточной Германии, где в антифашист¬ ской борьбе начали принимать участие отдельные представители крестьян и сельскохозяйственных рабочих. 3. Тактика «выжженной земли» и ее последствия для деревни Весной 1945 г. фашистская Германия стояла перед своим окончательным поражением. Захватническая война, развязанная германским фашизмом, подходила к своему логическому концу— к разгрому и капитуляции агрессора. Уже в конце 1944 г. Со¬ ветская Армия вступила на территорию нацистского рейха и начала освобождение немецкого народа. Готовились к оконча¬ тельному удару по военной машине гитлеризма и войска союз¬ ников. 18.3
19 марта 1945 г. был издан приказ о проведении тактики «выжженной земли». На территории Германии, особенно на вос¬ токе страны, гитлеровцы взорвали 107 тыс. мостов, сотни про¬ мышленных и сельскохозяйственных предприятий. А в бункере имперской канцелярии разыгрывалась в эти дни последняя сцена нацистского фарса — подготовка «политическо¬ го завещания» Гитлера. «Империя, — цинично запишет он, — не может считать себя обеспеченной до тех пор, пока она не даст на столетие вперед каждому отпрыску нашего народа свой соб¬ ственный кусок земли! Нельзя забывать, что священным правом нашего мира является право на землю, ту самую землю, кото¬ рую люди хотят возделывать сами, а самой священной жертвой является кровь, которую проливают на эту землю». И далее: «Цель остается та же — завоевание земель на Востоке для гер¬ манского народа»69. Такова идеология фашистского агрессора, раздавленного ходом истории, но не извлекшего из нее уроков. Развязанная германским фашизмом захватническая война привела его к во¬ енно-политическому и экономическому краху. Она воочию убе¬ дила народы в его кровавой, античеловеческой сущности. Война разоблачила фашизм как наиболее отвратительное порождение империалистической реакции. Каковы же итоги фашистского господства в деревне? Как сказались они на послевоенном развитии сельского хозяйства Германии и других стран? По подсчетам автора из ГДР Р. Мельцера, за годы войны было убито и ранено около 2400 тыс. крестьян и сельских рабо¬ чих, или почти 50% самодеятельного населения деревни. В гор¬ ниле войны оказалась уничтоженной наиболее работоспособная мужская часть сельскохозяйственного населения. Человеческие потери сельского хозяйства среди других отраслей были наибо¬ лее значительными и составили 30% людских потерь Германии в годы войны70. В результате фашистской агрессии немецкая де¬ ревня была обескровлена. Значительный, ущерб был нанесен гитлеровской авантюрой и аграрному производству. Этот урон состоял не только в подрыве производительных сил сельского хозяйства, его энергетического уровня, падении урожайности важнейших сельскохозяйственных культур, но и в массовом убое домашнего скота. В результате высоких норм продовольственных поставок, а также политики «выжженной земли» поголовье всех видов домашнего скота в Германии резко сократилось. Только в последние годы было истреблено около 17 млн голов крупного рогатого скота, 7,5 млн свиней и 7 млн овец. К концу войны поголовье основных видов 184
домашнего скота уменьшилось в 2,5—3 раза, а свиней и того больше71. Ожесточенные бои, а также фанатизм гитлеровцев в ходе осуществления тактики «выжженной земли» привели к тому, что огромные земельные массивы были выведены из сельскохозяй¬ ственного оборота. По приблизительным, далеко не полным дан¬ ным в результате военных действий было выведено из строя около 3 млн гектаров сельскохозяйственных угодий. Силуэты траншей и противотанковых рвов, воронки от бомб оставались долгие годы своеобразным памятником фашистскому варварству. Гитлеровская диктатура привела к уничтожению многих ма¬ териальных и культурных ценностей немецкого народа. То, что создавалось тысячелетиями, было принесено в жертву фанатиз¬ му нацистской клики. Были' разрушены не только отдельные промышленные и сельскохозяйственные постройки, заводы, элек¬ тростанции, крестьянские фермы, хранилища, но и целые де¬ ревни и города, в том числе такие крупные культурные центры, как Гамбург, Дрезден, Берлин. «Когда я впервые проехал по городу, — писал после окончания военных действий В. Пик, — и увидел эти развалины, мое сердце сжалось от боли. Да, Берлин, как и предсказывал Гитлер, больше не узнать! Он привел Бер¬ лин к тотальному разрушению. Это относится ко всей Германии с ее городами и селами, с ее полями и лесами, и что еще хуже— с ее людьми, с ее молодежью, с ее честью и уважением к ней других народов»72. Таким образом, в политике «выжженной земли», германский фашизм наиболее зримо обнажил перед всем миром свой облик. Никогда еще в истории человечества так цинично и хладнокров¬ но не планировалось уничтожение целых народов и государств и никогда еще так методично и скрупулезно эти зловещие планы не приводились в исполнение. Самые страшные, самые изувер¬ ские методы истребления людей и материальных ценностей при¬ менялись немецко-фашистскими захватчиками на оккупирован¬ ных территориях: массовые расстрелы на месте, отправка в конц¬ лагеря, сжигание целых деревень, уничтожение людей голодом. Тактика «выжженной земли», объявленная первоначально против народов Советского Союза, была доведена до своего вар¬ варского конца — разрушения многовековых ценностей немецко¬ го народа. 185
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 9 мая 1945 г. окончательно рухнул гитлеровский режим. Было разгромлено самое реакционное, самое агрессивное порождение империализма. Многие города и селения в Германии и других странах Европы были разрушены, обширные, прежде цветущие регионы опустошены и превращены в пепел. Война, развязанная германским фашизмом, унесла 50 млн человеческих жизней. Определяя характер второй мировой войны с позиций нового политического мышления, мы должны признать, что эта война носила справедливый, освободительный характер не только со стороны Советского Союза, отстаивавшего1 в ней свою честь и национальную независимость, но и со стороны других стран антигитлеровской коалиции. Независимо от лолитики правящих кругов Англии, Франции и США агрессия гитлеризма являлась как серьезной угрозой для физического и национального сущест¬ вования народов этих стран, так и угрозой всему человечеству. Вопреки субъективным устремлениям правящей верхушки запад¬ ных стран, первостепенную роль в борьбе с фашизмом играли народы этих государств. Вступление в войну Советского Союза не только усилило освободительный характер войны, но и яви¬ лось решающим фактором разгрома фашистско-милитаристского блока. Разгром гитлеризма — это не только свидетельство крушения его военной машины, но и банкротство его внутренней и внешней политики. Война выявила крах авантюристических методов фа¬ шистского руководства экономикой. Главными целями нацистского государственно-монополисти¬ ческого регулировании была, с одной стороны, попытка сгладить классовые противоречия в стране, выдать интересы реакционных кругов германской буржуазии и юнкерства за совокупный «на¬ циональный интерес», с другой — преодолеть узость военно-эко¬ номического потенциала страны, создать необходимые резервы для материально-технического и продовольственного обеспечения захватнической войны. Наиболее характерными чертами фашистского варианта го¬ сударственно-монополистического капитализма являлось тесное переплетение экономического могущества монополий и полити¬ ческой власти нацистского государства; развитие «военно-хозяй¬ ственного комплекса» на основе строгой государственно-монопо¬ листической принудительной организации хозяйства; жестокое подавление населения своей страны и государственно-монополи¬ стическая организация эксплуатации и грабежа народов оккупи¬ рованных и зависимых стран. 186
Особенности фашистского государственно-монополистического капитализма наложили печать на всю его аграрную политику. Отражая интересы политического союза юнкеров и магнатов, аграрная политика правительства Гитлера способствовала актив¬ ному насаждению в сельском хозяйстве государственно-монопо¬ листических отношений. Это выразилось, во-первых, в значитель¬ ном расширении государственного контроля над аграрным про¬ изводством, во-вторых, в увеличении роли государства в потреб¬ лении сельскохозяйственных товаров; в-третьих, в принудитель¬ ном регулировании трудовых отношений в деревне, широкой эксплуатации труда иностранных рабочих и военнопленных; в- четвертых, в огромной концентрации земли и других средств аграрного производства. Главным объектом нацистского регулирования явилась зем¬ ля как основное средство сельскохозяйственного производства. Все сферы земельных отношений — формы владения и пользова¬ ния, условия аренды и покупки земли — при фашизме стали объ¬ ектом государственно-монополистического регулирования. Гит¬ леровский режим лишил миллионы крестьян права свободно рас¬ поряжаться земельной собственностью, подчинил использование земельных ресурсов страны задачам продовольственного обеспе¬ чения агрессии. Аграрная политика нацистского режима привела к разоре¬ нию трудовых слоев крестьянства. Каждое четвертое хозяйство мелких и средних крестьян было разорено и вытолкнуто из аграр¬ ного производства. В то же время позиции крупных капиталисти¬ ческих предпринимателей укрепились. Порожденный империа¬ лизмом фашизм способствовал дальнейшему развитию капита¬ лизма в сельском хозяйстве Германии. Однако военно-принудительные методы аграрной политики фашизма оказались не в состоянии обеспечить необходимый уро¬ вень сельскохозяйственного производства в Германии. Более или менее регулярное снабжение продовольствием нацистского рей¬ ха стало возможным лишь в результате открытого ограбления экономики оккупированных и зависимых стран, широкой торго¬ вой экспансии накануне и в годы войны. Военное поражение вермахта в ходе второй мировой войны при решающем вкладе Советской Армии, активное сопротивление народов Советского Союза и других европейских стран против нацистского «нового порядка» привели к краху основных аграрно-экономических ме¬ роприятий гитлеризма. Деятельность нацистского государства в области сельского хозяйства была направлена не на улучшение материальных усло¬ вий аграрного производства, а прежде всего на сохранение ка¬ питалистических производственных отношений и на подготовку 187
к обеспечению аграрным сырьем и продовольствием фашистской военной агрессии. Сельское хозяйство, являясь существенным элементом в эко¬ номике третьего рейха, создавало накануне и в годы второй ми¬ ровой войны совокупность материальных средств (в виде аграр¬ ного сырья и продовольствия), которые обеспечивали функцио¬ нирование тыла и фронта, оказывали определенное воздействие на состояние и боеготовность фашистских войск. Фашизм не создал необходимых условий для рационального ведения земледелия в Германии. Его господство породило в сель¬ ском хозяйстве многочисленные конфликты и противоречия. В результате ослабления технической базы сельского хозяйства, мобилизации на фронт квалифицированных рабочих и тягловой силы в аграрном производстве приостановилось развитие научно- технического прогресса как фактора экономического роста. В годы войны была нарушена и приобрела односторонний харак¬ тер специализация и концентрация сельскохозяйственного произ¬ водства. Аграрная политика гитлеровского правительства вызва¬ ла глубокую ломку социально-экономической структуры немец¬ кой деревни. При фашизме в сельском хозяйстве Германии действовали две противоположные тенденции капиталистической эволюции: с одной стороны, централизация аграрного производства, с дру¬ гой— раздробленные и консервация крестьянских форм земле¬ владения. Обе эти тенденции действовали одновременно. Попыт¬ ка гитлеровцев обеспечить продовольственную базу фашистской агрессии толкала их на поддержку крупного капиталистического предпринимательства. В то же время стремление нацистского режима сохранить свою массовую базу в деревне вынудило его принять ряд мер по ограничению действий неземледельческого капитала в области аграрного производства. Крестьянские массы Германии и временно оккупированных стран отвергли фашистский «новый порядок». В некоторых го¬ сударствах они приняли активное участие в срыве военно-эконо¬ мических планов нацизма, в движении Сопротивления. История аграрной политики фашизма — это в сущности исто¬ рия краха самой решительной и насильственной попытки импе¬ риалистической буржуазии затормозить социальный прогресс в немецкой деревне, расправиться с рабочим и крестьянским дви¬ жением, обречь миллионы крестьян и сельскохозяйственных ра¬ бочих на нещадную эксплуатацию и разорение. Научный анализ основных аграрных мероприятий нацизма в годы второй миро¬ вой войны свидетельствует об их реакционности и исторической обреченности. 188
В политике германизации, «выжженной земли» и принуди¬ тельных выселений крестьянства оккупированных стран наибо¬ лее наглядно проявился античеловеческий облик нацизма. Осо¬ бенно тяжелые преступления совершили гитлеровцы на временно оккупированной территории СССР, где они разрушили полно¬ стью или частично 1710 городов, более 70 тыс. сел и деревень, лишили крова 25 млн советских людей *. Реками человеческой крови, слез и страданий, уничтожением огромных материальных ценностей, созданных трудом многих поколений, заплатило че¬ ловечество за прибыли германской буржуазии во второй миро¬ вой войне, за ее стремление к мировому господству. Аграрная политика нацистской диктатуры пагубно сказалась на развитии сельского хозяйства европейских стран, подорвала производительные силы, привела к изъятию из сельскохозяйст¬ венного оборота огромных земельных массивов. Все это отрица¬ тельно сказалось на развитии сельского хозяйства западноевро¬ пейских государств в послевоенный период, привело к диспро¬ порции в развитии аграрного производства в Западной Европе и Америке. Фашистский режим не выдержал военно-политического и идеологического столкновения с Советским Союзом. Советский народ, поддержанный народами стран антигитлеровской коали¬ ции, нанес нацистской Германии сокрушительное поражение. Однако проблема фашизма и фашистской угрозы не стала теоретической. Фашизм и милитаризм еще не сданы в архив истории. И дело не только в том, что живы еще поколения, по¬ знавшие на личном опыте, что такое фашизм. Но и в том, что фашизм, хотя и в модифицированном виде, остается явлением современности и поэтому представляет собой угрозу для челове¬ чества. Неофашисты выступают против ослабления междуна¬ родной напряженности, в поддержку вооружений, стремятся под¬ чинить своему влиянию различные социальные слои2. Опыт истории свидетельствует о необходимости решительной борьбы против милитаризма и неофашизма, за мир, демократию и социальный прогресс. Советский Союз ведет активную борьбу против империалистической политики силы и диктата, конфрон¬ тации и развязывания военных конфликтов. Объективная логика мирового развития в наши дни настой¬ чиво требует искать пути оздоровления международной обста¬ новки, строить новый мир без войн, оружия и насилия. Сила и угроза силой не могут более быть инструментом политики. Как отметил Генеральный секретарь ЦК КПСС, Президент СССР М. С. Горбачев, выступая в ООН 7 декабря 1988 г.: «Се¬ годня уже ясно, что наращивание военной силы не делает ни одну державу всесильной. Более того, односторонний упор на 139
военную силу в конечном счете ослабляет другие компоненты национальной безопасности»3. Велением времени является не подготовка новых военных конфликтов, а объединение совместных усилий народов всех стран в решении глобальных проблем земной цивилизации: лик¬ видации ядерного и других видов оружия массового уничтоже¬ ния, рационального использования достижений научно-техниче¬ ской революции, защиты окружающей среды, преодоления го¬ лода, болезней, неграмотности и других бедствий. Таковы закономерности современного мира.
ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА Введение 1. Гинцберг Л. И. На пути в имперскую канцелярию. М., 1972; Созз\уи- 1ег К- АЫгаПе гит РазсЫзшиз. В., 1988. 2. Галкин А. А. Германский фашизм. М., 1967; Фомин В. Т. Фашист¬ ская Германия во второй мировой войне. М., 1978; Самсонов А. М. Крах фашистской агрессии. М., 1980; Проэктор Д. М. Фашизм: путь агрессии и гибели. М., 1985; Бессонов Б. И. Фашизм: идеология, по¬ литика. М., 1985; Жюлев Ж. Фашизм. София, 1987; В1еуег \У., ЦгесЬз1ег К-, Рогз1ег О., Назз О. Е)еи1зсЫапб уоп 1939 Ыз 1945. В., 1975; ЦеиЫсЫапб 1т 2\уеРеп \УеШ<г1ед. В., 1975—1982. Вб. 1—6. 3. Энгельс Ф. Анти-Дюринг//Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 20. С. 170. 4. Сегаль Н. М. Аграрная политика германского фашизма. М., 1938. С. 51—78. 5. П е т р у ш о в А. М. Аграрные отношения в Германии. М., 1945. С. 156— 192. 6. Котов Г. Г; Аграрные отношения и земельная реформа в Германии. М., 1956. С. 30—45. 7. См.: Цогбеп А. ЬеЬгеп беЫзсЬег СезсЫсЫе: 2иг роНИзсЬеп Ро11е без РтапзкарИаЫ ипб б1е бипкег. В., 1950; 16 1 Ь г 1 сЬ I \У. Бег ГазсЫзБзсЬе беЫзсЬе 1трег1аНзтиз, 1933—1945. В. 1952; Ваг1е1\У. Цеи1зсЫапб т бег 2ей бег ГазсЫзИзсЬеп Шк1а1иг, 1933—1945. В., 1956; 1 п г е г О. 2\уоН баЬге Катр! дедеп РазсЫзшиз ипб Кпе^. В., 1957. 3. Ное 11: К.-Ц. АдгагроНВк без беиЫсЬеп 1трепаНзтиз уоп 1933 Ыз гиг СедепугагГ В., 1960; Ме1гег К- 51иб1еп гиг АдгагроНИк бег ГазсЫзИ- зсЬеп беЫзсЬеп 1трепаНз1еп т ЦеЫзсЫапб 1т 5уз1ет бег КпедзШЫипд 1933 Ыз 1941. РЫ1. Шзз. Роз1оск, 1966. 9. Нег1ег1Ь \У. Цег РеюЬзпаЫзЫпб—е1п 1пз1гитеп1 без РазсЫзшиз гиг УогЬегеИипд без г\уеИеп \Уе11кпедез. РЫ1. Шзз. В., 1961. 10. Р1аЬ1 Р. 2иг зЫИзНзсЬеп АизугегЫпд бег «Но1каг1е безРе1сЬзпаЬгз1ап- без» 1йг ЫпбУбгЫсЬаНПсЬе Ве1пеЬе т ВегешЬ бег «Кге1зЬаиегп5сНа11» Сйз1гоу уоп 1936 Ыз 1944.//\У155еп5сЬа1ШсЬе 2е11зсЬпЙ бег 1бтуегз1Ш. РозЫск, 1973. Н. 3. 11. Е1сЬЬо11г Б. СезсЫсЫе бег беиЫсЬеп КпедзубНзсЬаИ (1939—1945). B. , 1985. Вб. 2. 5. 420—480. 12. История фашизма в Западной Европе. М., 1978. 13. РазсЫзшиз — РогзсЬипд: РозШопеп, РгоЫеше, Ро1еппк. В., 1980. 14. См.: Руге В. Как Гитлер пришел к власти. М., 1985; Семиряга М. И. Борьба народов Центральной и Юго-Восточной Европы против немецко- фашистского гнета. М., 1985; Кюнрих Г. КПГ в борьбе против фа¬ шистской диктатуры, 1933—1945. М., 1986. 15. Промышленность Германии в период войны 1939—1945 гг. М., 1956. C. 10—15. 16. ВиПок А. НШег. А 51ибу о! Тугаппу. N.-7., 1964; М1 1 \у а г б А. Ше беиЫсЬе Кпе§зуцг1зсЬаП (1939—1945). ЗЫНдаг!, 1966; ЦеиЫсЫапб РйзЫп^ 1ш 2^еИ:еп ЛЛ7е11кг1е^. Рг. а/М., 1969; I г \у 1 п д Ь. НШег’з угаг. П, 1977. 17. В и 1 1 о к А. Ор. сЫ Р. 93. 18. А Ь е 1 АдгагроШбк. СбШп^еп, 1958; НаизсЬоГег Н. Ше беЫзсЬе ЕапбубНзсНаБ: гш ПесЬтзсЬеп 2еИаНег. ЗЫИдаг!, 1972; Н а п а и А., 191
Р1 а I е К. Ше йеи!зсЬе 1апй\уШзсЬаШ1сЬе Ргаз- ипй Магк1ро1Жк 1ш 2\уеИеп. \Уе11кпе§. 8йЖ§аг1, 1975; Непп1пд Р. XV. ЬапйшНзсЬаК ипй 1апйНсЬе ОезеПзсЬаМ т Цеи1зсЫапй. КайеЬогп, 1978. Вй. 2. 19. ЬоУ1П С. К. А§пси11ига1. Кеог§аш2а1юп т Же ТЫгй Ке1сЬ//Аепси1- 1ига1 Н1з1огу, 1969, N 4; РагдиЬагзоп Й. Е. ТЬе Р1ои§Ь апй Же 8\уазИка. ТЬе Ы8ЦАР ипй А§пси11иге т Оегтапу, 1928—1945. Ь.—В1уег- 1у НП1з, 1976; ТЬе \Уез1ет а11ез апй 1ЬеРо1ЖсзоГ 1оой: а§гапап топа§етеп! т РозЬуаг Оегтапу. Б о V е г, 1985. 20. К1е1п Е. ОезсЫсЫе йег йеЖзсЬеп Ьапй^МзсЬай тТ Жйиз^пегеНаНег МезЬайеп, 1973. 5. 87—88. 21. В г а п й 1 К- Мопадатеп! о! АдпсиИиге аП(^ Роой т 1Ье Оегтапу оссир1ей апй оШег агеаз о! РоНгезе Еигоре. 81апй1огй ЦтуегзИу, 1953. 22. Тельман Э. К истории германского рабочего движения//Избранные речи и статьи., М., 1957—1958. Т. 1—2; Димитров Г. Наступление фашизма и задачи Коммунистического Интернационала в борьбе за един¬ ство рабочего класса против фашизма. М., 1958; Коларов В. Фашизм и крестьянство//Аграрные проблемы. 1933. № 11—12; Пик В. Избран¬ ные речи и статьи. М., 1976. 23. Коммунистический Интернационал в документах (1919—1932 гг.). М., 1933; 35 ЛаЬге йег КоттишзИзсЬеп Раг{е1 ЦеЖзсЫапйз (1918—1955). В.; 1956; ЦокитеЖе йег 5о21аНз11зсЬеп ЕтЬеКзраг1е1 ЦеЖзсЫапйз. В., 1952—1980. Вй. 1 — 16. 24. Бухарин Н. И. Основные проблемы современной культуры//Новая и новейшая история. 1988. № 5. С. 97. 25. Т ам же. 26. Центральный государственный архив Октябрьской социалистической ре¬ волюции и социалистического строительства СССР (Далее: ЦГАОР СССР), ф. 7475. 27. Центральный государственный исторический архив Латвийской ССР (Да¬ лее: ЦГИА Латвийской ССР), ф. 69, 70. 28. Центральный государственный архив Октябрьской революции и социали¬ стического строительства Украинской ССР (Далее: ЦГАОР УССР), ф. 3206, 3538. 29. Таганрогский филиал Государственного архива Ростовской области (Да¬ лее: Таганрогский филиал ГАРО), ф. 820. 30. 2еп1га1ез 81аа1:5агсЫу ЦЦК, РоЬйат, Вез1апй: Ке1сЬзгштз1егшт Шг ЕгпаЬгипд ипй ЬапйчупЧзсЬаН: (КМШиЬ). 31. 2еп1га1ез 81аа1загсЫу ЦЦК, РоЬйат, Вез1апй: Ре1сЬзпаЬгз1апй. 32. 2еп1га1ез 81аа1загсЫу ЦЦК, Ро1зйат, Вез1апй, 51а11зЦзсЬез КешЬзапЖ 33. КпедзегпаЬгип^зЬПапгеп, 1939—1944; КпедзшгЬсЬаННсЬе КгаНеЬПапгеп, 1939—1944. 34. МПИагагсЫу ЦЦК, Вез1апй: ХУеЬгшНзсЬаНз- ипй КйзШпдзат! ОКЖ (\У\УК, ТЬотаз). 35. МПКагагсЫу ЦЦК, Вез1апй: Ке1сЬзтт1з1епит Шг Ьезе1г1е Оз1§еЫе1е (КМПэО). 36. 81аа1загсЫу Ро1зйат, Вез1апй: ОЬегргезШеп! йег Рпшпг ВгапйепЬигд (Рг. Вг. Кер. 1. ОР); 81аа1загсЫу Цгезйеп, Вез1апй: \У1г1зсЬа11зт1п1з1е- пит; 81аа1загсЫу \Уе1таг, Вез1апй: ТЬйг. \УШзсЬаГ1зтт1з1еГ1ит. 37. См. напр.: Дашичев В. И. Банкротство стратегии германского фашиз¬ ма. М., 1973. Т. 1—2; Анатомия войны: Новые документы о роли немец¬ кого монополистического капитала в подготовке и проведении второй ми¬ ровой войны. М., 1971; Анатомия агрессии: Новые документы о военных целях фашистского империализма во второй мировой войне. М., 1975; ОгЖ пасЬ 8ййоз1еигора: Ыеие ЦокитеЖе йЬег Же Ро1Жк йез йеи1зсЬеп 1трепаПзтиз §е§епйЬег 8ййоз1еигора 1т г^ейеп \Уе11кпе§. В., 1973; 192
БокшпепГе гиг беиГзсЬеп СезсЫсМе, 1933—1936; 1936—1939; 1939—1942; 1942—1945; В., 1977; 1945. Баз ЛаЬг бег епб^йШ^еп №ебег1аге бег ‘ЗЗсЫзИзеЬеп ШеЬгтасЫ. В., 1985; ЕхрапзюпзпсЫипд;— Иогбеигора. В., 38. ЗГаБзБк без БеиГзсЬеп РешЬез. Вб. 459—465; 560—565; ЗГаШЕзсЬез ЛаЬгЪисЬ без БеиГзсЬеп РешЬез, 1933—1943; ЗГаБзИк бег ВипбезгериЬИк. Вб. 21—22. 39. ЗГаБзПзсЬез НапбЬисЬ Гиг Вауегп. МйпсЬеп, 1946; ЗГаБзПзсЬез НапбЬисЬ уоп БеиГзсЫапб (1928—1944). МйпсЬеп, 1949; Производство важнейших товаров в капиталистических странах, 1929, 1933, 1937—1950 гг.: Стати¬ стический справочник. М., 1951; и др. 40. РешЬзеезеГгЫаГГ. ТеП 1, 1933—1943. ГЛАВА I. Фашистская система экономической мобилизации в сельском хозяйстве в годы войны 1. Ленин В. И. Империализм, как высшая стадия капитализма//Полн. собр. соч. Т. 27. С. 304. 2. История второй мировой войны, 1939—1945: В 12-ти т. М., 1973—1982; Самсонов А. М. Вторая мировая война. М., 1985; БеиГзсЫапб Йп гчуеИеп ШеИкне^. Вб. 1—6. В., 1985—1986. 3. Е з еп \у е 1 п - К о ЬЬ е I. Б1е МгГзсЬаЙзуегЬапбе уоп 1933 Ыз 1945. В. (ШезГ), 1965. 4. См. подробно: Аникеев А. А. Аграрная политика германского фашиз¬ ма накануне второй мировой войны//Известия СКНЦ ВШ. Общ. науки. 1976. № 4. 5. ЗГаБзБк без БеиГзсЬеп РешЬез. Вб. 500. 3. 48. 6. ШЬгипд^иеНе бег ШеИ. В., 1941. 5. 147. 7. \\Пзкетапп Е. Еигоре оГ ГЬе бтГаГогз, 1919—1945. Ь., 1985. Р. 287. 8. См.: ВеГ1е1Ье1п СЬ. Б1е беиГзсЬе МгГзсЬаЙ ипГег бет Ыа1юпа1зог1- аНзтиз. МйпсЬеп, 1974; Иеитапп Р. ВеЬетоГЬ. ЗГгикГиг. ипб Ргах1з без На1юпа1зо21аНзти5, 1933—1944. Кб1п; РгапкГигГ а/М., 1977. 9. Цит. по: Д а ш и ч е в В. И. Банкротство стратегии германского фашизма. Т. 1. С. 329. 10. РешЬз^езеГгЫай, 1. 1939. 5. 1495—1496. 11. 2еп1га1ез ЗГааГзагсЫу БЭР, РоГзбаш, РМГЕиЬ, Иг. 1617, В1. 1—3. 12. ЛоЬпзоц К. Бег ММзГепит Зреег. БеиГзсЫапбз РйзГипе 1Ш Кпе^. Рг. а/М., 1968. 5. 17—26; В 1 а с Ь Р. ^гГзсЬаЙипб РйзГипд; 1Ш «БгШеп РешЬ». ЬйззеЫогГ, 1987. 5. 10—15. 13. X м е л ь н и ц к а я Е. Л. Развитие государственно-монополистического капитализма в Германии во| время второй мировой войны//Германский империализм и вторая мировая война. М., 1961. С. 198—200. 14. МШГагагсЫу ББР, ШШР (ТЬошаз), Иг. 893, В1. 574—576. 15. Подробно об этом см.: РбгзГег О. То1а1ег Кпе& ипб ВЫгкпед. В., 1967; ЗуУГоНек Л. МоЬПшасЬипд; Гйг беп 1о1а1еп Кпе^;. Ор1абеп, 1976. 16. ЦГАОР СССР, ф. 7445, оп. 1, ед. хр. 2673, л. 3. 17. Там же. 18. 2еп1га1ез ЗГааГзагсЫу ББР, РоГзбаш, РМГЕиЬ, Иг. 1617. В1. 7—8. 19. РЫсЬз&езеГгЫаЙ. 1. 1939. 5. 1521. 20. 2епГга1ез ЗГааГзагсЫу ББР, РоГзбаш, ЗГаБзИзсЬез РешЬзатГ, Иг. 759— 796. 21. ЗГаПзИзсЬез НапбЬисЬ уоп БеиГзсЫапб (1928—1944). МйпсЬеп, 1949. 5. 527. 22. В1еуег XV., БгесЬ1ег К-, РбгзГег <3. БеиГзсЫапб уоп 1939 Ыз 1945. В., 1975. 5. 286. 193-
23. В 1940 г. в Германии сбор, например, льна достиг 57 тыс. тонн, что мно¬ гократно превышало довоенный уровень. (Производство важнейших то¬ варов в капиталистических странах. М., 1951. С. 63). 24. Производство хмеля в 1939 г. составило 9,5 тыс. тонн. (Там же). 25. 51аЕз11зсЬез НапбЬисЬ уоп ОеЫзсЫапб (1928—1944). 5. 215. 26. Промышленность Германии в период войны 1939—1945 гг. М., 1956. С. 75. 27. К1 е 1 п Е. СезсЫсЫе бег беЫзсЬеп ЬапбмНзсЬаН: т ЫбизЫегеНаИег. \У1зЬабеп, 1973. 5. 79—80. 28. ЦГАОР СССР, ф. 4459, оп. 2, ед. хр. 519, л. 64. 29. Е1сЬЬоНг Б. ОезсЫсЫе бег беЫзсЬеп КпедзшНзсЬаП, 1939—1945. В., 1985. Вб. 1. 5. 20—40; РгоЫеше бег паиопа1зо21аНзизсЬеп \Уц4зсЬаЛз- ро1Шк. В. 0Уез1), 1976. 5. 100—110. 30. 2еп1га1ез 51аа{загсЫу ПОР, Ро1збат, РМШиЬ, Кг. 943, В1, 217. 31. РешЬздезеЫбаМ, 1. 1939. 5. 1496. 32. 1Ы6. 33. Т о г п о у \У. СЬгошк бег А^гагро1Шк ипб АдгапУ1г1зсЬа11 без ОеЫзсЬеп РешЬез уоп 1933 Ыз 1945. НашЬигд; ВегНп (АУез1), 1972, 5. 138. 34. А Ь е 1 АУ. АдгагроНЕк. ОоШпдеп, 1958. 5. 85. 35. Р а с у п а О. АдгаНаЬНкеп обег ВаиегпЬбГе ? НашЬигд, 1958. 5. 205. 36. МйПепЬизсЬ б^е ОгдашзаИоп бег беЫзсЬеп ЕгпаЬгипдзмНзсЬаН. B. , 1941. 5. 94—95. 37. 2еЫга1ез 51аа1загсЫу ПОР, Ро1збат, РМШиЬ, Ыг. 943, В1. 222. 38. 1Ы6. 39. 2еп1га1ез 51аа1загсЫу ПИР, Ро1збат, Ре1сЬзпаЬгз1апб Ыг. 159, В1. 1—5. 40. 51аа1загсЫу РоЬбат, Рг. Вг. Рер. 10Р,' Ыг. 3268. 41. 51аа1загсЫу Ро1збат, Рг. Вг. Рер. 1. ОР, Иг. 3634, В1. 1—2. 42. ЗсЬеПег Н. 1-апбИисЫ: ипб Оететбе. В.; бепа, 1943. 5. 186. 43. РешЬздезе^гЫаР. 1. 5. 823. 44. В 1 и б а у К- Наиопа1зо21аНзшиз ипб ОепоззепзсЬаНеп. Наппоуег, 1968. 5. 45. 45. Котов Г. Г. Аграрные отношения и земельная реформа в Германии. C. 80. 46. Та м же. 47. Ленин В. И. О кооперации//Полн. собр. соч. Т. 45. С. 374. 48. 2еЫга1ез 51аа1загсЫу 1ЭПР, Ро1збаш, РМШиЬ, Ыг. 941, В1. 76. 49. 2еЫга1ез 51аа1загсЫу ПЭР, Ро1збаш, РМШиЬ, Ыг. 1599/12, В1. 1. 50. 1Ы6. В1. 4—5. 51. Подробно об этом см.: ЬеЬтапп б. РазсЫзИзсЬе Адгагро1Шк 1гп гдуеГ 1еп АУеИкпеё. // 210. 1980. Н. 10. 5. 950. 52. К г а и з е АУ. \У1НзсЬа1ЫЬеопе иЫег бет Накепкгеиг. В., 1969. 5. 17. 53. З^аЕзЕзсЬез НапбЬисЬ уоп ОеЫзсЫапб (1928—1944). 5. 124—125. Здесь и далее, где не оговорено специально, данные приводятся в границах Германии 1937 г. 54. 1Ы6. 55. 1Ы6. 5. 190—192. 56. УбШзсЬег ВеоЬасЫег. 1943. 25 СШоЬег. 57. 51а11зЕзсЬез НапбЬисЬ уоп ОеЫзсЫапб (1928—1944). 5. 126. 58. 1Ы6. 5. 190—191. 59. 51аа1загсЫу Огезбеп, \У1г1зсЬа11згттз1:епит, Ыг. 162, В1. 800. 60. З^аЕзМзсЬез НапбЬисЬ уоп ОеЫзсЫапб (1928—1944). 5. 215. 61. 1Ы6. 5. 490. 62. Рассчитано по: 1Ы6. 5. 124—125, 490. 63. ЬеЬшапп Л. РПапгепргобикЕоп 1тГазсЫзИзсЬеп ОеЫзсЫапб \уаЬгепб без хтуейеп \Уе11кпедез. //\У2 Роз1оск, 1980. Н. 1—2. 5. 27. 64. См. напр.: 51аа1загсЫу Ро1збат, Рг. Вг. Рер. 1 ОР Иг. 3268. 194
65. ЦГАОР СССР, ф. 4459, оп. 12, ед. хр. 248, л. 113—114. 66. V/ е Ь е г Н. Ьйбепбог! ип<1 <Ие МопороНе: ОеЫзсЬе КпедзроННк, 1916— 1918. В., 1966; Первая мировая империалистическая война: В 2-х т. М., 1974. 67. Е1сЬЬоНг Б. ОезсЫсЫе бег беЫзсЬеп КпедзупНзсЬаП (1939—1945). Вс1. 1. 5. 20; Фомин В. Т. Фашистская Германия во второй мировой войне. Сентябрь 1939 г.—июнь 1941 г. С. 129—131. 68. РасЬздезеЫбаК. 1. 1939. 8. 1522—1524. 69. 1Ы6. 70. 2еп1га1ез 51аа1загсЫу ПЭК, Ро4збат, РМШиЬ, №. 852/2, В1. 2—4. 71. 1Ы6. В1. 14—16. 72. 1Ы<1. В1. 9. 73. 1Ы6. В1. 24. 74. ПокитеЫе гиг беЫзсЬеп ОезсЫсЫе, 1936—1939. В., 1977. 5. 140. 75. РетЬздезе^гЫаИ. 1. 1939. 5. 1498. 76. 51аа1загсЫу Ро1збат, Рг. Вг. Кер. 1. ОР, №. 3738, В. 21. 77. ОезЫгдеЬипдг аи! бет ОеЫе! бег ЕгпаЬгипдзибНзсЬаП. В., 1941. 5. 50. 78. 51аа1загсЫу АУеЬпаг, ТЬйг. \У1г15сЬа1151Ытз1епшп, №. 65, В1. 800. 79. Гальдер Ф. Военный дневник. М., 1971. Т. 3. С. 208. 80. Данные Гальдера включают и аннексированные территории. 81. Г альдер Ф. Указ. соч. Т. 3. С. 518. 82. ПокитеЫе гиг беЫзсЬеп ОезсЫсЫе, 1942—1945. В., 1977. 8. 132. 83. 1Ы6. 84. Мюллер-Г иллебранд Б. Сухопутная армия Г ермании, 1939—1945. М 1958 Т 2 С 24 85. мГШагагсЫу ЬбР, АУАУК (ТЬотаз), №. 61.00.24, В1, 45—50. 86. Мюллер-Г иллебранд Б. Указ. соч. Т. 2. С. 134. 87. Та м же. С. 176. 88. Т а м же. 89. ЗсЬйПег К- А. Р. Ьо^зИк 1ШКиР1апб1е1бгид: П1е Ро11е бег Е1зепЬаЬп Ье1 Р1апипд, УогЬегеНипд ипб ЬигсЫйЬгипд без беЫзсЬеп АпдгИГз аЫ б1е 5о\у)е1итоп Ыз гит Кпед уог Мозкаи 1т УПЫег 1941/42. Ргапк- Гиг1, а/М., 1987. 90. 81а11з115сЬез НапбЬисЬ уоп ОеЫзсЫапб (1928—1944). 5. 349. 91. 2еп1га1ез 51аа1загсЫу БОР, Ро1збат, РМШиЬ, №. 2366, В1. 92. 92. ЗЫНзИзсЬез НапбЬисЬ уоп ОеЫзсЫапб (1928—1944). 3. 492. 93. 1Ы6. 3. 231. 94. Одна из немногих публикаций принадлежит В. Н. Прибыткову. См.: Прибытков В. Н. О продовольственном положении фашистской Гер¬ мании накануне и в первые месяцы второй мировой войны//Советские архивы. 1982. № 5. 95. 31аИзЕ5сЬе5 НапбЬисЬ уоп ОеЫзсЫапб (1928—1944). 5. 334. 96. 1Ы6. 3. 231. 97. Кпе^зегпаЬгипдЬПапгеп, 1939—1944. 98. ЦГАОР СССР, ф. 4459, оп. 2, ед. хр. 519, л. 65. 99. ЗЫЦзИзсЬез НапбЬисЬ уоп ОеЫзсЫапб (1928—1944). 5. 231. 100. Вгапб! К. МопадатеЫ оГ а^псиИиге апб Рооб Ы Ше Оегтапоссир1еб апб оШег агеаз оГ РоНгезз Еигоре. 31апб1огб, 1953. Р. 55—56, 123—128, 404—409, 600—607. 101. 1Ы6. Р. 604. 102. О продовольственном положении Японии в годы войны см. подробно: Г р е д А. Земля и крестьянин в Японии. М., 1954. С. 50—55. 103. Анатомия агрессии. С. 57. 104. С а г п а 1 е а п Н. Риташеп Ьп Кпед: П1е Ог^ашзаНоп бег Бапб\У1г1- зсЬаЙ. ВисЬагез!, 1942. 3. 20, 50—51. 105. Лебедев Н. И. Падение диктатуры Антонеску. М., 1966. С. 133. 195-
106. 2еп1га1ез 51аа1загсЫу БОР, Ро1збат, РМ1ЕиЬ, 'Иг. 136, В1, 28—29. 107. ЦГАОР СССР, ф. 4459, оп. 12, ед. хр. 245, л. 65. 108. Страны Центральной и Юго-Восточной Европы во второй мировой войне. М., 1972. С. 31. 109. 2а1зсЬо\у Т. Ше Ви1дапзсЬе СИрПапгетуЩзсЬаИ:. Вгез1аи, 1944. 5. 3—7. 110. В ал ев Л. Б. Болгарский народ в борьбе против фашизма. М., 1967. С. 45. 111. Телегин Ф. Н. Использование фашистской Германией экономического потенциала оккупированных и зависимых государств Европы во второй мировой войне. Дис. ... докт. ист. наук. М., 1973. С. 400. 112. МПРагагсЫу шЗр, >У\УР (ТЬотаз), Цг. 6500, В1. 806; ШШзсЬаД ипб ЗЫ1зБк. 1943. N. 1. 5. 27. 113. Рикке Г.-И. Продовольственная проблема и сельское хозяйство в годы войны//Итоги второй мировой войны. М., 1957. С. 440; ЗсЫапде- ЗсЬбп1пдеп Н. 1т ЗсЬаИеп без Нипдегз. НатЬигд, 1955. 3. 16. 114. Подсчитано по: З^аБзБзсЬез НапбЬисЬ уоп Оеи1зсЫапб (1928—1944). 5. 490—492. 115. 1Ы6. 5. 231, 449. 116. Промышленность Германии в период войны 1939—1945 гг. С. 75. 117. Рикке Г.-И. Указ. соч. С. 453. 118. Гуревич А. Сельское хозяйство и продовольственные перспективы Германии на 1944 г.// Мировое хозяйство и мировая политика. 1944. № 5. С. 15—19. 119. Рюле О. Исцеление в Елабуге. М., 1969. С. 18. 120. Типпельскирх К- История второй мировой войны. М., 1956. С. 367. 121. Правда. 1943. 23 июля. Глава II. Условия аграрного производства и положение крестьянских масс 1. 81аБзБк без Оеи1зсЬеп РешНез. Вб. 549. 5. 20. 2. Ное! К.-Ц. 2иг Адгагро1Шк без беи1зсЬеп Гтрепа.Нзтиз уоп 1933 Ыз гиг Оедепхуаг!. В., 1960. 3. 60—65. 3. Л е н и н В. И. Новые данные о законах развития капитализма в земле- делии//Полн. собр. соч. Т. 27. С. 219. 4. 31аИзБк без Оеи1зсЬеп РешНез. Вб. 549. 5. 2045. 5. 51аа1загсЫу Цгезбеп, ^ШзсЬаНзгтпшз^епит, Иг. 1249, В1. 40. 6. 51аа1загсЫу Ро1збат, Рер. ЗЬ, Иг. 309, В1. 47. 7. 1Ы6. В1. 48. 8. По традиции право земельной собственности в Германии закреплялось посредством вотчинной системы. После занесения и вотчинную книгу («Грандбухфунунг») крестьянин объявлялся полноправным владельцем земли, т. е. был волен поступать с земельной собственностью по своему усмотрению. Фашистский режим лишил крестьян этого права. (В г буде¬ те 1 е г О. Еп11У1ск1ипд без РесЫз 1т огдашз1ег1еп КарРаПзтиз. Ргапк- 1иг1 а/М., 1979. Вб. 2). 9. АЬе1 >У. АдгагроНИк. ОбШпдеп,1958. 3. 86. 10. 31аа1загсЫу Ро1збат. Ред. РоТзбат, Ыг. 134, В1. 171. 11. З^аБзИк без Оеи1зсЬеп РешНез. Вб. 459. 5. 43. 12. 1Ы6. 13. 1Ы6. 14. Ре1сНздезе1гЫа11. 1. 1940. 5. 1065. 15. 1Ы6. 16. 1Ы6. 17. 2еп1га1ез 51аа1загсЫу БОР, Ро1збат, РМГЕиЬ, Иг. 1594, В1. 1. 196
18. 1Ыс1, В1. 69. 19. РешНз^езе&ЫаИ 1. 1942. 5. 589. 20. Ыа1юпа15021аН5115сНе Ьапброзк 1943. Р. 20—21. 21. РешНздгезе^гЫаИ. 1. 1943. 5. 549. 22. 1Ы<1. 23. Вопреки логике, политику «наследственных дворов» подхватили и италь¬ янские фашисты, которые в июне 1940 г. ввели единонаследие земледель¬ ческих хозяйств. На положение «наследственных» были переведены хозяй¬ ства как на собственной, так и на арендованной земле. Однако история обрекла на провал как политику Гитлера, так и его последователей. 24. 5{аа1загсЫу Ро1збат, Рг. Вг. Рер. 1 ОР, Иг. 3750, В1. 1—2. 25. РешНздгезеЫбаИ. 1. 1942. 5. 451. 26. Р 1 а Н 1 К. 2иг з^аИзИзсЬеп АизшеНип^ бег «Но1каг1е без РешНзпаНгз- 1апбез» 1йг 1апбшг1зсНаШ1сНе Ве1г1еЬе йЬег 100 Нек1аг 1Ш ВегешН бег «Кге1зЬаиегпзсЬа11» Ойз1гоу уоп 1936 Ыз 1944//АУ2 Коз1оск, 1973. Н. 3. 5. 223. 27. С б г П I г АУ. 01е Липкег: Абе1 ипб Ваиегп 1гп беи1зсНеп Оз1еп. СНйскз- Ьиге, 1956. 5. 385. 28. 51аа1загсЫу Ро1збаш, Рг. Вг. Рер. 1 ОР, Иг. 3750, В1. 1—2; Иг. 3723, В1. 4—5. 29. Общегерманских данных по этому вопросу обнаружить не удалось, по всей вероятности они отсутствуют. 30. 51а11зИзсЬез НапбЬисН 1йг Вауегп. МйпсЬеп, 1946. 5. 45. 31. 1Ы6. 32. К ю н р и х X. КПГ в борьбе против фашистской диктатуры, 1933—1945. С. 141. 33. Котов Г. Г. Аграрные отношения и земельная реформа в Германии. С. 124—126. 34. 51аИз11зсЬез НапбЬисН уоп Оеи1зсЫапб (1928—1944). МйпсЬеп, 1949. 5. 86. 35. Ленин В. И. Развитие капитализма в России//Полн. собр. соч. Т. 3. С. 225—226. 36. 01е ТесНшк т бег ЬапбшНзсНаП. 1942. Н. 1. 5. 9. 37. Эту тенденцию в обеспечении немецкой деревни сельскохозяйственными машинами приводит также И. Леманн. См.: ЬеЬшапп Л. РгоЫете бег Уегзогдгипдг ^ег беи1зсЬеп ЬапбипНзсНаН тН ЬапбшазсЫпеп ипб Ое- га!еп 1т 2\уеИеп АУе11кпедг.//ЛаНгЬисН 1йг АУ^зсНаЛз^езсЫсМе. 1981. Т. 1. 5. 55—78. 38. 51аИзИзсЬез НапбЬисН уоп Оеи1зсЫапб (1928—1944). 5. 296. 39. 2еп1га1ез 51аа1загсЫу ЭЭР, Ро1збаш, РМГЕиЬ, Иг. 1709, В1. 68—71. 40. 51аИзИзсНез НапбЬисН уоп Оеи1зсН1апб (1928—1944). 5. 295. 41. 01е ТесНшк т бег ЬапбшНзсНаП. 1940. Н. 7. 5. 29—30. 42. 1Ы6. 1943. Н. 7. 5. 3. 43. 1Ы6. 1942. Н. 9—10. 44. УбШзсНег ВеоЬасМег. 1943. 13 Лапиаг. 45. Петруш о в А. М. Аграрные отношения в Германии. 46. Уб1к1зсНег ВеоЬасМег. 1942. 27 Мак 47. Производство важнейших товаров в капиталистических странах. М. 1951 С. 175-177. 48. МПЛагагсЫу ЭЭР, АУАУР (ТНошаз), №\ 482, В1. 120. 49. Л а к о Ь К-И. РегШегегз т шагИше Оегшапу//ТНе Атепсап РегШегегз. 1946. Уо1. 105. Р. 75. 50. АУ1г1зсНаГ1 ипб 51аИз11к. 1943. Иг. 1. 5. 22. 51. 1Ы6. 52. 1Ы6. 53. 51аа1загсЫу РоЫат, Рг. Вг. Рер. 1 ОР, Иг. 1192, В1. 1. 197
54. 51аа1загсЫу РоЫбат, Рг. Вг. Кер. 1 ОР, Кг. 37, 20, В1. 53. 55. 51аа1загсЫу РоЫбат, Рг. Вг. Кер. 1. ОР, Кг. 1192, В1. 1. 56. ЦГАОР СССР, ф. ЗА—10, оп. 1, ед. хр. 54, л. 9. 57. МПйагагсЫу ЦЦК, (ТЬотаз), Кг. 61. 00/93. 58. 1ЪЫ., В1. 93. 59. 1Ый. 60. 1Ы6. 61. Шб. В1. 94. 62. 1Ыс1. 63. 51аИ5118сЬе5 НапбЪисЬ уоп Цеи1зсЫапб (1928—1944). 3. 124—125, 21&. 64. Цит. по: Коммунистический Интернационал. 1939. № 6. С. 33. 65. Кюнрих X. Указ. соч. С. 156. 66. К и с 2 у п 5 к 1 Л. ЗйкПеп гиг ОезсЫсМе без 51аа15топороН5115сЬеп КарК 1аНзтиз т Цеи1зсЫапб уоп 1918 Ыз 1945. В., 1963. 5. 205. 67. Ме1гег К. 51исПеп гиг А§гагро1Шк <3ег ГазсЫзИзсЬеп беи1зсЬеп 1тре- паНз1еп т Оеи1зсЫапб ш ЗузЫт <3ег Кпе^зКШгипд 1933 Ыз 1941. РЫ1. 0155. Коз1оск, 1969. 5. 20—27. 68. М и 1 11 с к М. А. Н. Ц1е 51е11ипд <3ез беЫзсЬеп АдгагкгебИззузЫтз Вопп, 1967. 5. 45. 69. Шенаев В. Н. Банки Германии накануне и в период второй мировой войны. Дне. ... канд. эконом, наук. М., 1958. С. 247. 70 Уб1к1зсЬег ВеоЪасМег. 1945. 5 Лапиаг. 71. Шенаев В. Н. Указ. соч. С. 269. 72. Котов Г. Г. Указ. соч. С. 31. 73. Гернле Э. Положение крестьянских масс в фашистской Германии. М.* 1941. С. 5. 74. М е 1 г е г К- Цег В1и1го11 без беиЫсЬеп ЦогГез агп УогаЬепс! ип<1 1П1 Уег1аи!е без гтуеКеп \Уе11кпе§ез.//\У2 Коз1оск. 1968. Н. 2—3. 5. 241. 75. 51аа1загсЫу Цгезбеп, МтзЫпит без 1ппегп, Кг. 15627/5, В1. 1—2. 76. 2еп1га1ез 51аа1загсЫу ООН, Ро1збат, КМШиЬ, Кг. 2242, В1. 3. 77. Т о г п о IV \У. СЬгошк <3ег А§гагро1Шк ипб АдгапуЩзсЬаП без Цеи1зсЬеп КЫсЬез уоп 1933 Ыз 1945. НатЬигд; ВегНп (\Уез1), 1975. 5. 154. 78. 51аа1загсЫу" РоЫбат, Ке§. ЗВ1Ь, Кг. 1—10. 79. Рг1оп А. 5е1ЬзШпаП21егип§ ипб 1Лп1егпеЬтип§еп. В., 1931. 5. 2. 80. Маркс К- Классовая борьба во Франции//Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 7. С. 85. 81. 51аа1загсЫу АУеппаг, ОЪеНапбез^егшМ 1П Лепа, Кг. 2598/4, В1. 105. 82. Маркс К- Классовая борьба во Франции//Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 7. С. 85—86. 83. Галкин А. А. Германский фашизм. С. 98. 84. 51аИзИ5сЬе5 НапбЪисЬ уоп ЦеиЫсЫапб (1928—1944). 5. 556—558. 85. 1Ы6. 5. 541. 86. Э1е Вез1еиегип§ <3ег ГапбУПгЫсЬаП. 1941. Н. 42. 5. 14. 87. В 1 е у е г \У., ЭгесЬз1ег К-, Р б г з { е г О., Назз ЦеиЫсЫапб уоп 1939 Ыз 1945. В., 1975. 5. 93. 88. Е1сЬЬ о 11г Э. ОезсЫсМе бег беиЫсЬеп Кпе&зупгЫсЬаМ, 1939—1945. Вб.2. 5. 240. 89. Напаи А., Р1а1е К. Э1е беЫзсЬе ЫпбупгЫсЬаННсЬеРгаз- ипб Магк1- ро1Шк 1ГП 2угеИеп \Уе11кпе§. 51иДдаг1, 1975. 90. 1Ы6. 5. 123. 91. 1Ы6. 5. 115. 92. 2еп1га1ез 51аа1загсЫу ЭЭК, Ро1збат, КекЬзпаЬЫапб, Кг. 88, В1. 15. 93. ЦГАОР СССР, ф. 7445, оп. 2, ед. хр. 107, л. 47. 94. 51аИзИ5сЬе5 НапбЪисЬ уоп ЦеиЫсЫапб (1928—1944). 5. 461. 95. ХУМзсЬаД ипб З^аЕзЕк. 1944. К. 7. 5. 35. 96. 51аа1загсЫу Ро1збат, Рг. Вг. Кер. 1 ОР. Кг. 3750. В1. 32—33. 198
97. З^аИзИзсЬез НапбЬисЬ уоп Оеи1зсЫапб (1928—1944). 8. 340—341. 98. А&гагро1Шк—Ье1пеЪз1еЬге: Ак1ие11е РгоЫеше. Nеие(1ашт, 1943. 8. 208. 99. 81аа1загсЫу №еппаг, ТЬйг. ЧУ^всЬаНзгттз^епит, №. 159, В1. 3. 100. Ленин В. И. Империализм,! как высшая стадия капитализма // Поли, собр. соч. Т. 27. С. 322. 101. 8ееЪег Е. 2дуап^загЬеНег т бег 1азсЫз113сЬеп Кпе^зду1г1зсЬа11 (1939 — 1944).! В., 1964; 2итре Ь. №1г1зсЬаП: ипб 81аа1 т Оеи1зсЫапб, 1933 Ыз 1945. В., 1980. 102. Розанов Г. Л. Германия под властью фашизма (1933—1939 гг.). М., 1961. С. 165; Кге1зепег Кге1з: Е)окитеп1е аиз бет №1бегз1апб §едеп беп Ыа110па1зо11аПзшиз. РгапкГиг! а/М, 1987. 103. Кпе^зубг^зсЬаГШсЬе КгШеЪПапгеп, 1939—1944. 104. 1Ы6. 105. №ипбегПсЬ Р. Рагш 1аЬог т Оегшапу (1810—1945). Рппсе1оп, 1961. Р. 34. 106. 1Ы6. 107. 2еп1га1ез 81аа1загсЫу ООН, Ро1збат, РМГЕиЬ, №. 2260, В1. 88. 108. Кпе^зубг^зсЬаГШсЬе КгШеЪПапгеп, 1939—1944. 109. 1Ы6. 110. 81аа1загсЫу Ро1збат, Рг. Вг. Рер. 1 ОР, №. 3750. 111. №1г1зсЬаД ипб 81аИзйк. 1941. N. 11. 8. 210. 112. 1Ы<1. 8. 210—216. 113. 01е 1апбду1г1зсЬа1ШсЬе №иогбпип§ 1т дгорбеи!зсЬеп Раит. В., 1943. Вб. 1. 8. 38. 114. О 5гП 1г №. Ор. сИ. 8. 385. 115. Ленин В. И. Детский труд в крестьянском хозяйстве//Полн. собр. соч. Т 23 С 286 116. 81аИзизсЬез НапбЬисЬ уоп Оеи1зсЫапб (1928—1944). 8. 85. 117. См. подробно: № 1 п к 1 е г О. Рге1агЪеР 1гп ОгК1еп РешЬ. НашЬигд, 1977. 118. УбПозсЬег ВеоЬасЫег. 1941. 22 Мак 119. 01е Огбпип^ бег паИопа1еп АгЪеН. Оезе1г тП а11еп ОигсЫйЬгип^зЬезсЬ- геПэип^еп. В., 1941. 8. 10—15. 120. Кучи некий Ю. Т. История условий труда в Германии. М., 1949. С 215 217 121. №ипбегПсЬ Р. Ор. сН. Р. 248. Г22. 2еп1га1ез 81аа1загсЫу ООН, Ро1збат, РМГЕиЬ, №. 824, В1. 167. 123. 2еп1га1ез 81аа1загсЫу ООН, Ро1збат, РМГЕиЬ, №. 2260, В1. 41. 124. МШ1агагсЫу ООН, №№Р (ТЬотаз), №. 61. 90/3, В1. 92. 125. №езеп ипб КопПпшШ бег РгетбагЪеПегро1Шк бег беи!зсЬеп 1шрепаНзшиз, Розыск, 1974. 8. 150. 126. Ношзе Е. Роге^п 1аЬог т N321 Оегшапу. Рппсе1оп, 1967. Р. 34. 127. Кпе^зугШзсЬаНПсЬе КгШеЪПапгеп, 1939—1944. 128. Американская исследовательница Ф. Вундерлих считает, что одной из причин перемещения иностранцев из сельского хозяйства явился нацист¬ ский культ «кровь и земля», который ограничивал допуск «неарийцев» к к обработке нив «фатерлянда». 129. ЬеЬтапп Л. 2ит Етза1г аиз1апб1зсЬег 2дуап^загЬеиег т бег беи!зсЬеп ЬапблУ1г1зсЬа11 дуаЬгепб без 2\уеКеп ЧУеНкпе^ез. №езеп ипб КопПпшШ бег РгетбагЪеНегроППк без беи!зсЬеп 1трепаПзтиз. 8. 153. 130. 2еп1га1ез 81аа1загсЫу ЭЭР, Ро1збат, РМГЕиЬ, №. 1978, В1. 61—63. 131. №ипбегПсЬ Р. Ор. сП. Р. 248. 132. 81аа1загсЫу Ро1збат, Рг. Вг. Рер. 1 ОР. №. 3738, В1. 37—40. 133. Рассказ жителя города Ставрополя В. Г. Долгарева о принудительных работах в Германии. Запись от 6.Х1.1986 г. Архив автора. 134. 2еп1га1ез 81аа1загсЫу ООР, Ро1збаш, РМГЕиЬ, Nг. 1978, В1. 6467. 135. Р 1 а Ы Р. Ор. сП. 8. 223. 199
136. 2еп1га1ез 51аа1загсЫу ЭЭН, Ро1збат, КМГЕиЬ, Ыг. 2082, В1. 43—44. 137. Телегин Ф. Н. Использование фаш