И. С. Тургенев:
ЛОГИКА ТВОРЧЕСТВА И МЕНТАЛИТЕТ ГЕРОЯ
И. С. Тургенев: логика творчества и менталитет героя
В. А.Недзвецкий
И. С. ТУРГЕНЕВ:
ЛОГИКА ТВОРЧЕСТВА И МЕНТАЛИТЕТ ГЕРОЯ
Курс лекций
Издательство Московского университета
УДК 82.0
ББК 83.3 (2Рос=Рус)1
Н42
филологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова
Недзвецкнй В.А.
Н42 И.С. Тургенев: логика творчества и менталитет героя: Курс лекций для магистрантов. — М.: Издательство Московского университета, 2011. — 208 с.
ISBN 978-5-211-05943-6
© В.А. Недзвецкий, 2011
ISBN 978-5-211-05943-6

имени М.В. Ломоносова, 2011
Лекция третья. Драматург



гического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова. Курс
стями русского литературного процесса 1840-1870-х
Асю из одноименной новеллы или Федора Лаврецкого

РазделI
Логика творчества
Лекция первая.
ни и в писаниях, вера в добро — любовь и .
(т. е. в статье «Гамлет и Дон Кихот». Курсив мой. — В. Н.)
Принимая эту характеристику в ее основе, внесем в нее, однако, необходи-
ских поэмах писателя «Параша»
ке лишнего человека» (1850) и в тургеневских стихотворениях в прозе (1882).

главными для названных русских художников в 60-70-е
Л

Ст. Милль) и <

дра II Тургенев вызовет только однажды. Но вот что сообщал в своей «Необык-
19

из главных ветвей индо-германского племени? И если нельзя отрицать воздей-
бер, братья Эдмон и Жюль Гонкуры, Альфонс Доде, Ги де Мопассан) и немецки-




11 ° 1
драматизм взаимоотношения своего современника с природой (а также и с г
хией преображается у Тургенева в трагизм. Не случайно только у Тургенева


Приди на помощь моему неверью!..
. —В.Н.).
честве центральных героев тургеневских произведений каждый из них, подобно
XLIV) Пушкин говорил о нем: •
Ш!
(строфа IX).
Лекция вторая.
Тургенев — поэт
тишиной? / Откуда


i и радостным»:
значительно углубленный и умудрен-
1830-го года («Безумных
(курсив мои. — В. Н.).
«Довольно» (1865): 1

Лермонтова из его «Сказки для детей» (1839-1840).
(1846).
1коды лукавых, робких наблюдений...
Смешон и страшен; наш же бес, природный,

Лекция третья.
Драматург
ти» (1857) и «Смерть Люция» (1863) А. Н. Майков, создатель «Царской невесты» (1849), «Сервилии» (1854), и «Псковитянки» (1860) Л. А Мей,
• (Боткин В. П., i


шагом к тургеневскому роману? Обратимся к ней.
39

с житейскими историями, анекдотами или распространенными литературными
развития событий, как бы и •
Начальное подобие тургеневских героев и конфликтов персонажам и решениям
жье», именованное им «сценами из петербургской жизни молодого дворяни-

тельно участлив в отношении к ближним, будь то живущая у него во, устраивать в казенные заведения своих отпрысков. вание, а ни тот, ни та его бы не вынесли, потому что, хотя и каждый му исходу драматизированной комедии, становится мастерство Переходим к пьесам с преимущественно условно-театральн «драматических пословиц», широко представленных в творчеств! П. Мериме, О. Скриба, О. Бальзака. Наиболее зримо тургеневская > ция этой жанровой формы ощутима, на наш взгляд, в комедии «П ка», действие которой, в отличие от событий «Неосторожности» мости, приурочено ко времени написания пьесы, т. е. не к возвышею	(арии Бело->дце; и она, Тургенева- ыми ситуа-:традицией ровинциал- ) всей види- <ым тридца-
тым или идеалистическим («гегельянским») сороковым годам, а к л	розаической
на их фоне середине века. Названные обстоятельства обязывали дии — ту попытку красивой молодой женщины ценою кокетства вой француженкой, немкой, испанкой и т. д. Героиня Тургенева сс	своей коме- эторая сама •вершает ее,
тербург семьяш	о вполне порядочного человека, и для своего дальнего родственника, •». Словом, поступает прежде всего как добрая супруга и дальновидная шка. Видоизменив мотив интриги (не женское тщеславие, а семейный
интерес	и фамилия героини «Провинциалки»), Тургенев, во-вторых, отказал-
довольь	традиционных схем ее развития: «Дарья Ивановна <... > оказывается \ь-ом». — В. Н.), расположением которого она хочет воспользоваться, ie коварным и жестокосердным, а трогательно-смешным и благород-
Правда, и в отношении к i
о ней», тургеневская «Провинциалка» замешана именно на «поэзии действи-
Верой Нм

не будет.
комедия заканчивается: «Хорошо, брат, хорошо: не робе
ные — двадцатидевятилетняя супруга состоятельного помещика Наталья Пе-
: пьесой О. Арну и М. Фурнье

тщательно разрабо-

i 11
как род литературы... М., 1986).

не к чиновнику-формалисту Курнатовскому, будущему кабинетному ученому
i — де Луна). Перед нами, таким образом, — несколько
мым предчувствует и неизбежно «трагическое значение» такого чувства. Сви-
уверенность в ее близкой смерти: «Боже мой! <... > я пропала...», — говорит
Тургеневская формула о «трагическом значении любви» впервые в этом виде прозвучит на страницах романа «Рудин» (1856). Однако причина этой трагичности четко обозначена уже в анализируемой драме писателя. Это,
счастья», овладевшей человеком, и тут же сознанным им «собственным бессилием» его достигнуть. Ведь прежде потребовалось бы преодолеть и изначальное «коренное противоречие» между конечностью смертного человека
веческого бытия.
50-х годов, а в конечном счете — и участи личностно развитых персонажей тургеневских романов. Бытийной и мифологической семантике довлеют и фамилии действующих лиц «Неосторожности». О значимости фамилии молодого героя пьесы — де Луна — уже говорилось; но и имя его — Рафаэль — неслучайно от ветхозаветного Рафаила, архангела-целителя: встреча До-
супруг дон Бальтазар, не разглядевший врага рядом с собой и тем погубивший
Валтасаром, пировавшим в ночь штурма Вавилона персами и потерявший
«жемчужина», «жемчуг», последний же издавна символизирует слезы. Преданная Маргаритой Долорес не плачет перед ней, но горечь душевных слез
понима убийцы Долорес. По высказанному нам предположению Е. Ю. Полтавец, испанское Сангре можно прочитать и как «святой Грааль», однако лишь
шей с кровью Иисуса Христа, которую собрал Иосиф Аримафейский» (см.:

невскому роману?
.Одна

<Турге
мании «Шварцвальдские деревенские рассказы» (1843-1852) Бертольда Ауэр-
ский именно в своих преобразованиях».
Приведенные метафорич
. Турге

ли. М., 1887).
Разнообразные историко-культурные ассоциации «заложены» ’
семьи», «с красивыми и тонкими
ируе
предтеча у будущего автора «Отцов и детей» Евгения Базарова, в свой черед от-
S' S 8 8 g

Добавим, что Шеллинг видел i

Путь к роману. Тургеневская повесть SO-х годов

gm


ин
В Fe
Лекции седьмая и восьмая.
86 лл
по гражданскому просвещению народа), придает смысл лишь анархический.

беральных реформаторов,
90	людей. Начертав его на сфинксе, княгиня Р. тем самым раскрыла грустную тайну можности и отказе от него. гичности жизни. Ее-то в итоге своей «истории» и осознает Павел Петрович; ми успехами и все практические усилия человека по улучшению личных или об-в деревне брата, где почти не общался с соседями, по существу, не жил, а ждал неминуемого конца. «Да он и был мертвец», — говорит о нем повествователь Некогда жизнелюбивый и преуспевающий молодой человек, Кирсанов-рой «Фауста», с теми общими «тайными силами, на которых построена жизнь Вот это миропонимание и определенное им поведение, свойственное турге-схватках с Павлом Петровичем Евгений Базаров. Отвергает не в качестве только «теологию в антропологии», хотя Базаров и разделяет тезис этого философа питанием», «безобразным состоянием общества» и иными внешними причи-так и душой; у каждого из нас мозг, селезенка, сердце, легкие одинаково устрое-доизменения ничего не значат». И не в качестве союзника немецкого естествои-«Материя и сила» — он рекомендует «на первый случай» Николаю Петровичу В этих и подобных им случаях Базаров скорее вызывает у своих слушателей ка, — барин говорит, что мы с тобой те же лягушки. Чудно»), а то и законную иронию (например, у Николая Петровича, который, прочитав «пресловутую дает новое целостное воззрение на мир. Между тем сила Базарова как мыслителя в обладании миропониманием именно этого типа. И это не что иное, как позитивизм. Последнее понятие на страницах «Отцов и детей» непосредственно не упомянуто ни разу. Но следует помнить, что как особое идейное течение позити-


НН
.») отразились
которую он полюбит
: пробудившимися метафизичс
102 в-А Недзвецкий. Курс л
их коллизии с мирозданием — людьми, в сущности, наиболее друг другу близки-
11 HI
том его наблюдений.
Центральные персонажи тургеневских романов, действительно, заключают
(«Дворянское гнездо»). Первый — идеалист-гегельянец, воспитанник русских
ской — девушкой одух
Дмитрия Рудина. Он гибнет на парижской баррикаде 1848 года в момент, ког-

кое, и трудолюбивое*
Тургенев заключил данное положение своей статьи словами: «Правда, в наше
[ Шарлем Бодлером в 1857-1865 годах и в 1869-
ние двенадцать лет, проведенные Тургеневым во Франции, примечательны
> (В. РуДЫй),
К Дрозд» (1), «Дрозд»
и «сомнений», «тягостных раздумий» лирического героя о «судьбах
плого хлеба. “Кушай, мол, на здоровье, заезжий гость!”» (курсив мой. — 1
нш
1877-1878 годов
। ходе русско-турецкой войны
автора — «богатый помещик, аристокра
: дубом своим недоумением. И

льнадубуеди



Раздел II Менталитет героя
Лекция десятая.
Человек и природа в творчестве Тургенева


Моруа, — есть в российских пейзажах таинственная прелесть, и тем, кто од-
и в их числе драматическое взаимоотношение с природой.

“Ты все еще эгоист!”» (П., 1, с.352). Человек тянется к природе, но она в отно-
ни Пушкина, ни Лермонтова.
природой
ловека природой в стихотворении отсутствует, в финале же заявлено желание
Грядущей смерти годовщину

Красою вечною сиять. (Курсив мой. — В. Н.)

Как будто душа о желанном просила,
И сердце простило, но сердце застыло,
(4, с. 516-517. Курсив мой. -

: «Я поднял голо-
i g J 8 s I э
H ПI Fill I

его — преимущество t
Прг
нии —«Дрозд 1» (1877). Здесь « того предрассветного пения снял

1978-1986; Письма: В 14 т. М., 1982-2003.
4. Герцен А. И. Собр. соч.: В 30 т. М., 1954-1966. Т. 23. С. 83.
Аекция одиннадцатая.
Любовь в жизни тургеневского героя
Любовь — главная ценностная константа как художественного мира И. С. Typ-
Д. Толстого, «Идиота», «Подростка» и «Братьев Карамазовых» Ф. М. Досто-
i А. К. Толстого «Дон Жуан» (1862), где заглав-
А, кажется, я понимал любовь!

Раскинутые врозь по мирозданью,
Ведь близкие самому художнику тургеневские герои ищут в лице возлюбленных
роман и вообще всякое художественное произведение чувства любви, когда и в са-
(Курсив мой. — В. Н.). «Вы правы, — соглашается он с самой близкой из своих
и ни упирайся...» (там же). «Вы, — уже лично от себя замечает Тургенев, — по-
это рабство» (П. 7, с. 230).
душой родной», ;
равнивая любовь к порабощению одного человека другим, Тургенев приоткры-
150 MJ


брачных уз», а <
«Андрей», 1845 года) в его творчестве насто(
гом детства Татьяной Шестовой — i
1. Гончаров И. А. Собр. соч.: В 8 т. М., 1977-1980. Т. 6. С. 455,453.
10. Толстой А. К. Избр. сон. М., 1949. С. 205.
13. Там же. С. 362.
15. Моруа А. Тургенев. С. 117,56.
16. Там же. С. 117-118.
М., 1999. С. 445.

Лекция двенадцатая.
Женские характеры в творчестве Тургенева

(«Митридат») и Федру («Федра») (2), <


ли с культурой «зрелого рококо
г и романах
i I з 1
Где луч едва трепещет над тропой, —
(Курсив наш. — В. Н.)
Милый друг, иль ты не видишь,
олько слабый отблеск, намек на идею чистой
начало «тургеневских женщин», присущее им едва ли не t
1. Моруа А. Тургенев. М., 2001. С. 143.
4. Моруа А. Тургенев. С. 18.
6. Тургенев И. С. Поли. собр. соч. и писем.: В 30т. 2-е изд. М., 1977-1990. Т. 5. С. 35.
С. 249,250.
10. Энциклопедия символов, знаков, эмблем. М., 1999. С. 419-421.
11. Там же. С. 419.

17. Гончаров И. А. Собр. соч.: В 8 т. Т. 6. С. 203,153.
Герой Тургенева и искусство
стве случаев выполняют ту же художественную функцию, что и в других клас-
ская статуя Афродиты (Венеры), найденная
(Рафаэля, Тициана, Рембрандт
долговечности в них. Увидеть отдельное лицо (событие, картину природу и т. п.)
нева французский биограф писателя, 
' Турге-
«обычная, горькая усмешка», предпочтение
Предчувствие же 1
совместив тем самым правду житейскую с правдой художественной. Что же касается общего гармонического строя, свойственного пушкинскому «Анчару»

го, если сам не захочешь, никогда не сорвешься: чувство долга» (54 89). Мож-

нами выше тургеневской любви, соединяющей воедино все и всякие силы и спо-


Крылом своим меня одень, И благодатна будет тень

ее смерти),
тошей» (10; 67). Дорогое
орук
84), — скажет Аратову потрясенная его непониманием девушка и покинет его,


Фабий и Валерия — узнали мелодию, которую сыграл
Следующей ночью Фабий, пробудившись, видит
а их комнату, a i
»него, Фабий видит играющего на скрипке Муция (10; 58).
Вал
ды затмилось в дни пребывания у них Муция (10; 56, 66). Казалось бы, побе-
зазвучала та песнь торжествующей любви, которую некогда играл Муций, —

Примечания
3. ТолстойЛ. Н. Собр. соя.: В 22 т. М., 1978-1985. Т. 21. С. 241. Курсив наш.
5. Моруа А. Тургенев. М., 2001. С. 148-149.
Герой Тургенева и Россия
Федор Лаврецкий («Дворянское гнездо»), их — «героине
дуном» (7; 400), он 1
лаем Иртеньевым, Дмитрием Нехлюдовым («Юность»), Дмитрием Олениным
также сознают себя самоценными личностями и в первую очередь поглощены разрешением не текущих социально-бытовых, а «вековечных» (Достоевский)
i к разным литературным архетипам (и соответствующим началам человеческой
Перехожу к вопросу об отечественных судьбах тургеневских героев.
В романе «Рудин» (1856) дворянин-помещик Михаил Лежнев, обращаясь
действенной натуры вроде будущих Инсарова и Евгения Базарова. Подлинного
умирает молодым. В романе «Накануне» (1860-1861) Елена Стахова, с детства
их связи с ро
я и люблю и ненавижу свою Россию, свою странную, милую, скверную, дорогую
Отклоняя в 1863 году упрек графини Е. Е. Ламберт в том, что он «из одной
дены на оброк, то есть я уступлю им половину земли за ежегодную арендную



: редакцией кото-
Тургенев в 1862 году В. Ф. Лугинину, — состоит именно в том, что они, презирая
Глубокое внимание Тургенева к русскому народу, который он мог назвать

бодолюбивый потенциал русского общества, Тургенев с грустью констатирует:
(П. 5; 91. Курсив наш. 

геневу, те западноевропейские народы, которые вековыми усилиями своих
фун

персонажа романа, как толкователь Апокалипсиса Лукьян Лебедев, в«
нравственном вкладе россиян в общеевропейскую цивилизацию как вкладе и не-
ственно содействовать такому вкладу. «Я, — сообщал он в 1881 году одному
МОМ и традиционной шаблонностью французского революционера, который

14. Достоевский Ф.М. Поли. собр. соч.: В 30т. Л., 1972-1990. Т. 26. С. 121.
17. Чернышевский Н. Г. Пролог. Воронеж, 1955. С. 234.
21. Моруа А. Тургенев. М., 2001. С 101102. Разрядка наша.
. С. 375. Курсив наш.
Лекция пятнадцатая.
Герой Тургенева и мироздание
начальный Хаос в упорядоченный и благоже-
шу понять меня: когда она (Вселенная. — В. Н.) прекрасна или когда она до-
\ся»), так и Дмитрий Рудин,
: нацией, человечеством, природой и
одинокий на 

1990. С. 420.
6. Моруа А. Тургенев. С. 175.
4. Лебедев Ю. В. У истоков эпоса: Очерковые циклы в русской литературе 1840-


Munchen, 1977.
4ысль XVIII-XIX веков в конские и типологические связи.
и поэмы. Л.. 1970.
НЕДЗВЕЦКИЙ Валентин Александрович ТУРГЕНЕВ: ЛОГИКА ТВОРЧЕСТВА И МЕНТАЛИТЕТ ГЕРОЯ
Курс лекций для магистрантов

филологического факультета Е.Г Домогацкая edit@philol.msu.ru
Подписано в печать 11.01.2011. Формат 60x90 1/16.
Усл. псч. л. 13,0. Тираж 750 экз. Изд. № 9382. Заказ № 4280.
125009, Москва, ул. Б. Никитская, 5/7.
Тел.: 629-50-91. Факс: 697-66-71. 939-34-93 (отдел реализации).
E-mail: secretary-msu-press@yandex.ni
Сайт Издательства МГУ: www.msu.ru/depts/MSUPubl2005
Москва, ул. Хохлова, 11 (Воробьевы горы, МГУ). E-mail: izd-mgu@yandex.ru. Те!.: (495) 939-34-93.
Отпечатано В ФГУП "ПИК ВИНИТИ", 140010, г. Люберцы Московской обл., Октябрьский пр-т, 403. Тел. 554-21-86.
МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕ1 имени М. В. Ломоносова Филологический факультет
Издательство
Московского университета