» -У

"S3;-*.".

.

%..

г

1

I

Ж:

Ч

Ш
V /

пговеглА
1935 ГОДА

j 1944

# - 7

А

ПУТЕШЕСТВІЕ
ш® ^іша»
СОСТАВЛЕННОЕ
СТВОМЪ

НА Ф Р А Н Ц У З С К О М Ъ»

ЭНРШ

(ЕУШКВ),

ПЕРЕВОДЪ

Е.

ИзЪаніе А.

С.

Ч е т г г т С:;

Я З Ы К ® ІТОДЪ Р У К О В О Д -

И УКРАШЕННОЕ

ГРАВЮРАМИ.

КОРША.

Ширяева.

" г - Г ^ д ш а

Инвеятяр М ц ^ ^ і і
lJ...

д'ош>

G+*%.
МОСКВАВЪ ТИПОГРАФІИ НИКОЛАЯ СТЕПАНОВА.

і м о

щ

Of

•v.,

ПЕЧАТАТЬ п о з в о л я е т с я
съ

тамъ,

чтобы по отпечатаиш представлено

Комитет* узаконенное
1839 года.

было въ

,
Ценсоръ, Статскій Совитникъ и Кавалеръ

м о н д

редиих

книг

JSbK!

Цепсурний

число экземпляров!.. Москва. Сентября 15 дня

Я

ХПА-З^Н-іЖ

:

И. Снегиревъ.

ПО АЗІН

КИТАЙСКОЕ ГОСУДАРСТВО:

МОНГОЛІЯ.

Въ X I I I ввк'Ь опустошенія Татаръ навели ужась
на всю Европу. Потрясши Азію, они покорили Русь
и простерли иабьги до Польши, Силезіи и Венгріп.
Для предохранения западнаго хрнстіанства отъ грознаго бича, Папа отправилъ къ Ханамъ послами и
мнссіонерами монаховъ Асселена ц де-Плапо Карпини,
а потомъ Французскій Король, Людовикъ Святой,
обманутый мойвою о принятін Великимъ Ханомъ
христианской виры, послалъ къ нему Рубруквиса, или
Рёйсбрука, съ другими монахами. Иаконецъ Венеціяпсць ЛІарко Поло также посьтнлъ Татаріго и проникъ въ Китай и другія Азінскія земли. Разные путешественники следовали за первыми; многія нзъ
описаній ихъ дошли до насъ; подробности, содержащіяся въ нихъ касательно н'равовъ и страиъ Татар-

6
скихъ, вообще согласны съ позднейшими известіями,
собранными о Монгольскихъ илеменахъ.
Многочисленный народъ, называемый теперь Монгольскнмъ, и вь средніе века гремѣвшій подъ именемъ Татаръ, искони разделялся на поколенія, управляемый разными владетельными домами, изъ которыхъ сильнейшіе покоряли себе соседнія ордь^
и при этомъ обыкновенно сообщали нмъ свое имя.
Такъ въ X столетіи господствовалъ въ хомъ крас домь
Кидапь, или Хитань, а въ Х Ш домъ Татань, возвеличенный сильнейшимъ изъ хамошнихъ владетелей,
Татань-Монгольскимъ княземъ Темуцзиномъ.
Известно, какое пространство захватила держава
Темуцзинова: границами ея были Днепръ и Китайская
стена. Преемники Великаго Хана (Чингисхана) расширили его завоеванія и основали новую династію Юань
въ Китае. Въ начале X I V века возникли противъ
иея мятежи, а въ 1367 году Монголы были выгнаны изъ Китая въ свои степи и управлялись по прежнему многими отдельными ханами. Разныя орды хотя
и составляли родъ единой державы, но ослабляемыя
безпрерывиыми междоусобіями, наконецъ подпали власти Маньчжурове, покорившнхъ себе Китай.
Съ

ХТШ

века

Монголію

стали

ч

посещать

и

Русскіе. Пятою статьею договора,
заключенная
между Россіею и Китаем ь вь 1727 году, положено было, что Русскіе будутъ занимать въ Пекине
тотъ гуань, или то подворье, въ которомъ они тогда
ч жили; что при содейстиін Китайскаго правительства
устроится въ пемъ христианская церковь; что вь
гуане поместятся Русскіе священники и сверхъ

7
того четверо молодыхъ студентов!, и двое постарее
для изученіа туземиыхъ языковь; что они будутъ получать продовольствіе на счетъ императора, а но
окончаніи ученья, свободны немедленно воротиться во
свояси.
Русское духовенство служитъ попеременно въ Срѣтенскомь монастыри, предназначенномъ для мнссіи, и
въ церкви Успенія Божіей Матери, находящейся въ
той же части города, и посещаемой, но весьма мало,
Китайцами Греко-Россійскаго исповъданія. Когда въ
1685 году, Маньчжуры овладели Албазиномъ, они увели съ собою въ Пекииъ гарнизоиъ изо ста казаковь
составивши! лотошь отрядъ гвардіи императорской
подъ именемъ оросъ пиру. Христіаие выпросили у
Китайскаго полководца дозволеніе взять съ собою
священника ихъ, Максима Леонтьева, равно какъ святыя иконы и утварь церковную. По прибытіи ихъ
въ столицу Китайской имперіи, имь отвели место для
жительства на северовосточномъ углу Пекина. Одинь
Маньчжурскш вельможа уступилъ имь свою молельню
подъ церковь, которая освящена въ 1 6 9 і году по
благословенно Тобольскаго архипастыря.
Обыкновенному пребыванію Русской миссіи въ ПеК И Н І І положенъ десятилетній срокъ, но переписка между министерствомъ ииострат^іыхь дѣлъ отъ имени
Правительствующаго Сената и между Китайскою палатою внешних ь сношеній такъ медлительна, что
миссія всегда почти остается долее десяти летъ, а
при отбытіи своемь, заменяется другою.
въ

Одна такая миссія отправилась изъ Петербурга
1819 году, для смены своей предместішцы на-

8
холившейся въ Пекинъ съ 10 января 1808 года. Она
достигла Иркутска въ Февраль 1820, а 1 іюля прибыла въ Кяхту. 3 1 Августа перешла она границу
Китайскую и, проѣхавъ часть восточной Монголіи,
2 декабря вступила въ Пекинъ. Она путешествовала
подъ руководствомъ Е . Ѳ. Тимковскаго, чиновника
министерства иностранныхъ дѣлъ. 15 Маія 1821 года,
Г. Тимковскій выьхалъ изъ Пекина и возвратился въ
Кяхту путемъ несколько западине того, которымъ
слѣдовалъ прежде. Прибывъ въ Петербургъ, онъ
издалъ по-Русски описаніе своего путешествія. Французскій переводъ, явившійся въ Парижѣ въ 1827 году,
былъ разсмотрънъ Гг. Кларотоыъ и Эйріё и дополнеиъ ихъ примѣчаніямн. Вотъ что говорятъ они объ
этой книгв:
« В с в посольства Европейскія, отправлявшіяся въ
Пекинъ, оставались весьма недолго въ столицъ Китайской имперіи и были безпрестанно подъ стъснительиымъ надзоромъ, который предписываетъ Китайцамъ недовйріе ихъ къ чужеземнымъ гостямъ. Г. Тимковскій посътилъ Пекинъ при гораздо благопріятнъйшихъ обстоятельствахъ; какъ и всѣ Русскіе, онъ
пользовался здѣсь совершенною свободой: могъ посѣтить всп части безконечнаго города, осмотреть всъ
памятники и примечательности. Следственно онъ
имвлъ способъ наблюдать гораздо точнее другихъ
путешественниковъ, бывшихъ въ Китай до него;
сверхъ того при немъ было несколько переводчиковъ, совершенно знакомыхъ съ языками того края;
и такъ разсказы его заслуживаютъ гораздо более довърія, нежели известія техъ, которые, не зная ни

о
по-Китайски,

ни по-Маньчжурски, не могли беседо-

вать съ туземцами.»
Г. Тимковскій

описывалъ

Монголію по собствен-

нымъ наблюденіямъ или по известіямь достовернымъ;
къ нему преимущественно будемъ мы прибегать, позволяя

себе дополнять его очерки новейшими сведе-

ніями.
Монголія, если приурочимъ къ

ней и Хуху-норъ,

лежитъ

между 3 5 и 5 3 ° северной широты и между

105

1 4 2 ° восточной долготы. Занимая

и

часть обширной
лится

на

две

большую

средне-Азійской плоскости, она д е полосы, северную -и южную Китай-

скую областью Канъ-Су (Гань-Су). Первая, или Монголія, въ тъсномъ смысле, граничить къ северу Сибирью, къ востоку Маньчкуріей, къ югу собственнымъ
Китаемъ,

къ

западу

областью

Сн-юй

или

Си-уэй;

длина ея 9 0 0 миль, ширина 5 5 0 . Другая часть Монголіи, или Хуху-норъ,
дельна

къ

северу и востоку сопре-

съ Китаемъ, къ югу съ Тибетомъ, къ западу

съ областію Си-уэй. Она имеетъ 2 6 0 миль въ длину
отъ востока къ западу., и 110 въ ширину от ь севера
къ

югу. Поверхность

обеихъ частей вкупе можетъ

простираться до 2 5 0 , 0 0 0 квадратныхъ миль.
Къ северу и северозападу отъ собственной Монголии лежитъ Алтай, а далее Хинь-Ганъ-Тугурикъ, или
Яблонный Хребетъ; къ востоку Хннь-Гань; на юге ея
проходить Алчжанъ п Гачжаръ, въ срсдшгг, Хан-гай.
Отъ этихъ горъ идутъ отрасли, пересіжающія другъ
друга.
Страна Хуху-норъ граничить на югъ съ хребтами
Кулкуном ь и Баинъ-харою; на северъ съ Ианъ-шаномъ,

10
на сѣверовостокъ съ вѣтвію Хуэнъ-луня. Почти всѣ эти
горы весьма высоки, и снѣгъ лежитъ на нихъ ббльшую часть года; между отрослями ихъ простираются
долины, иногда довольно обширныя. Названіе страны
происходить отъ Хуху-нора, болынаго озера, лежащаго на востокъ и имѣющаго 9 5 миль въ окружности. Имя его, голубое озеро, дано ему по цвѣту
воды; истока оно не имветъ. Хуаиь-хо (Hoang-ho),
великая ръка Китайская, выходить изъ Хуху-норской
земли. Температура ЗДЕСЬ ДОВОЛЬНО холодная.
Собственная Монголія, относительно къ широт®
своей, также не тепла. Значительная часть поверхности ея занята обширною степью Гбби, или Шамо.
Первое изъ этихъ нменъ — Монгольское и означаетъ
всякую безводную и нагую равнину; на западв называется она Шашиномъ. Е е пересъкаютъ цѣпи горъ
и холмов^ въ восточной части ея есть несколько'
оазисовъ, орошаемыхъ ручьями; въ другихъ мѣстахъ
трава ростстъ лишь по впадннамъ и то при дождливомъ Л І І Т Ѣ . Хотя Гоби очень высока и вообще представляетъ равнину, однако-жъ къ востоку есть въ ней
углубление на семь сотъ Футовъ.
Шамо означаетъ песчаное море, и потому названіе это принадлежитъ собственно одной серединь
Гбби, которая въ самолъ двлъ песчана; прочая поверхность ея покрыта хрящемъ н кругляками, между
коими попадаются довольно часто твердые самоцвѣтные камни, каковы агаты, сердолики, халцедоны. Нпгдѣ не видно другихъ деревчатыхъ растеній, кромъ
кустовъ, нерьдко украшенныхъ цвътомь; за неимьніемъ дровъ употребляютъ аргалъ, или сушеный на-

и
возъ. Впрочем* и въ лѣсйстыхъ местахъ Монголы не
топать дровами, потому что искры и угольки, отскакивающее отъ головень, легко могутъ зажечь войлочную юрту, а отъ горящаго аргала не бываетъ этого.
Грунтъ подымается иногда неприметно до значительной высоты; изъ ребръ такнхъ возвышенностей бвгутъ потоки, которые скоро теряются въ стеин, такъ
что

весь здешній край не нмветъ рвчекъ, а только

местами озера соленыя.
Въ другихъ округахъ Монголіи, горы, пересекаясь
между

собою,

образуютъ

где

накопившаяся

же

озера.

рыя,

вода

В ъ северной

частныя

водохранилища,

ручьями изливается въ
части

текутъ реки,

те

кото-

соединеніемъ свопмъ, питаютъ съ одной сторо-

ны, начало Енисея, съ другой верховья Сахалинъ-улы.
Сделанный нами очеркъ Физической геограФІи Монгольскихъ
ихъ

странъ

уже

показываешь,

что

население

должно преимущественно вести жизнь кочевую.

Такова

и была

жизнь Монголовъ во вел известныя

времена.
Они разделяются нынЬ на несколько десятковъ аймаковъ, или уделовъ, съ подразделении ь ихъ на множество
зніменъ

(хошу). «Знамя, говорить почтенный авторъ

Запнсокъ о Монголіи, есть слово, принятое Маньчжурами для означенія удвльпаго владвнія, въ качестве
дивизіи военнаго народа. Ныне

каждый удвлъ Мон-

гольскій носить названіе знамени для едішообразія съ
политнческимъ

устройствомъ

Маньчжурскаго народа,

который раздвлень на восемь знаменъ или корпусовъ.
Каждымъ Монгольскимь

знамеиемь

управляет*

осо-

12
бый князь.» Титло хановъ оставлено Китайцами
однимъ знатнБйшимъ владвтелямъ.
Монголія состоитъ изъ трехъ главныхъ частей:
Монгу, простирающейся на В О С Т О К Е И на Ю Г Е , Халхи
на сьверЕ, и. Хуху-нора на югозападЕ. Къ Монгу
принадлежать аймаки Корццнь, Халхасъ восточный
и западный, Супить, Ордосъ, Чахаръ и многіе другіе;
къ ней же причисляется западный Ордосъ, или ЗаОрдосъ, населенный Элётами, или Олотами. Халха состоитъ изъ четырехъ анмаковъ, управляемыхъ каждый
своимъ ханомъ. Въ средпнЕ простирается степь Шамо.
«По безпечпости Монголовъ, говорить Г. Тимковскій, хлебопашество ихъ находится въ самомъ ничтожномъ положеніи: сѣютъ НЕСКОЛЬКО проса (uiapd
буді), ячменю и пшеницы; но въ столь маломъ количества и съ такимъ нерадЕніемъ, что сего заведенія
ихъ въ строгомъ смыслъ нельзя почесть земледЕліемъ.
Скудость степей въ подножномъ кормЕ для стадъ
заставляетъ Монголовъ часто переменять мвста своего пребыванія. Гоняясь, такъ сказать, за травою,
они неръдко должны переходить Л Е Т О М Ъ на пастбища, отдаленный отъ ихъ зимовьевъ и весеннихъ стойбищъ: слБдственно принуждены надолго отлучаться
отъ засвянныхъ полей. Люди, провождающіе всю
жизнь свою, какъ дътн природы, подъ открытымъ
иебомъ, на необозримыхъ стеияхъ, скитающіеся съ
многочисленными стадами изъ одного места въ другое, весьма естественно должны чувствовать отвращеніс отъ ОСЕДЛОЙ жизни. Прибавимь къ тому наклонность къ бездЕйствію и робкую боязнь груда
постояннаго, столь свойственныя дикимъ и кочевымъ

13
народамъ, тогда легко поймемъ, почему Монголы, подобно Бурятамъ, Калмыкамъ и Киргизамъ, уклоняются отъ неусыпныхъ заботъ о нивахъ; хотя, во время
скотскаго падежа, они весьма завидуютъ выгодамъ
тѣхъ, кои для пропитанія своего имбютъ хлебъ. Любовь ихъ къ праздности до того простирается, что въ
местахъ, изобилующихъ лесомъ и травою, какъ напримѣръ между Кяхтой и Ургою, они никогда не
д'Ьлаютъ для скота зимнихъ притоновъ, никогда не
заготовляютъ сена, не говоря о какихъ нибудь 10
или 2 0 копнахъ; но во время глубокихъ снеговъ, въ
жестокую стужу и даже въ самомъ болезненномъ
состояніи скота предоставляютъ пропитываніе и сохраненіе стадъ своихъ произволу судьбы. Отъ такой
безпечности и лѣиости они часто теряютъ почти
все свое достояніе. Напримеръ, весною 1821 года,
въ северной части Халхи, былъ такой сильный падежъ на скотъ, что у многихъ хозяевъ изъ 100Q
овецъ осталось не более 80.»
Неименіе достоверныхъ сведеній касательно населенности Монголіи или лучше затруднительность для
иностранца добыть ихъ, лишили Г. Тимковскаго
средствъ сказать объ этомъ что-нибудь положительно. Число юртъ полагаютъ до 500,000, а въ каждой
юрте по четыре души кругомъ; и такъ Монголовъ
всего, быть-можетъ, около 2,000,000 человекъ, разссянныхъ по неизмеримому и, большею частью, безплодному пространству, где часто проедешь десятки
миль, не встречая ни одной юрты.
Физіономія Монголовъ весьма известна, потому что
названіе ихъ служить именемъ целой породе чело-

14
вѣческой, которую для большей точности слѣдовало
бы называть желтою.
Они средняго роста; лице у
нихъ круглое, смугловатое, глаза впалые и наискось,
но весьма быстрые; скулы широкія, носъ несколько
плоскій, борода очень редкая и черные волосы на
голове; они подбривають ихъ на лбу и на шскахъ,
а на затылки заплетаютъ въ косу, лежащую на спине. Монголъ съ густою бородой бываетъ для земляковъ своихъ предметомъ удивленія. Между Халхинцами и Чахарами Г. Тимковскій встречалъ Монголовъ съ лнцемъ белымъ и благообразнымъ. «Но пріятная наружность, говорить онъ, и у Монголовъ более
принадлежать женщинамъ, имеющимъ свежія и румяныя лица, и взглядъ живой, пламенный.» Некоторыя
изъ нихъ слыли бы пригожими и у насъ въ Европе.
Языкъ Монгольскій делится на три главны я нареЧІя, образуемыя смешентемъ чистаго Монгольскаго на
реверовостоке съ Тунгусскимъ, какъ у Бурятовъ, а
на запади съ Туркнстанскимъ, какъ у Чжуньгарцевъ,
или Калмыковъ.
Съ техъ поръ, какъ Монголы приняли буддизмъ и
покорились политики Китая, правы ихъ чрезвычайно
смягчились; они вообще гостепріимны, ласковы, услужливы, добродушны и откровенны. Это уже не
т в свирепые Татары, которыхъ одно имя заставляло нашихъ предковъ трепетать отъ ужаса. Воровство и, темъ более, грабежъ между ними порокъ
необыкновенный, преследуемый силою иародныхъ
обычаевъ и неизбежною строгостью закона. Чахары,
однако-жъ, склонны къ воровству, такъ какъ Калмыки къ грабительству..

15
Одежда Монголовъ очень проста. «Мужчины, говорить Г. Тимковскій, летомъ носятъ длинный каФтанъ, похожій покроешь на Русскій, изъ китайки или
шелковой матеріи, преимущественно синяго цвета;
верхній уголъ правой полы, застегиваемый на груди,
обшиваютъ чернымъ плисомъ. Плащи шыотъ предпочтительно изъ сукна краснаго или чернаго цвета.
Носятъ кожаный поясъ съ медными или серебряными пряжками, и на немъ непременно ножъ и огниво. Шапка круглая, изъ шелковой матеріи, со стоячимъ околышемъ изъ чернаго плису; назади пришиваютъ къ ней две или три красныхъ ленты, лежащихъ на спине. Рубахи, коихъ иные вовсе не употребляютъ, и нижнее платье носятъ также китайчатыя. Сапоги кожаные, большею частію изъ нашей
ЮФТИ, съ подошвами необыкновенно толстыми, подобно Китайскимъ. Зимою ходятъ въ овчинныхъ тулупахъ, нагольныхъ или крытыхъ китайкою, и зимняя шапки ихъ бываютъ обложены овчиною, или же
мехомъ сѳбольимъ, лисыімъ, куньимъ, сурковымъ, смотря по достатку."
«Богатые, обоего пола, употребляютъ * и шелковое одеяніе; но какъ они всякую пищу берутъ
пальцами, а обтираютъ ихъ объ сапоги или объ полу,
то на редкомъ можно видеть незапачканное платье;
а рубаху и портки, надевши новыя, обыкновенно до
техъ поръ не снимаютъ, пока оне сами собою не
истлеютъ отъ пота. Неопрятность, происходящая отъ
образа жизни, есть порокъ, общій знатнымъ и простымъ Монголамъ.»
* Записки о Монголіи.

16
«Духовенство, продолжаете Г . Тимковскій, носитъ
кафтаны съ косымъ воротникомъ, изъ китайки, тафты или байки, исключительно желтаго и малиноваго
цвета.
«Женская одежда во миогомъ сходствуетъ съ мужскою. Волосы на голове разделяютъ оне на два локона или косы, опущенныя на грудь и украшенныя
въ конце мелкими кусками серебра съ кораллами, бисеромь или разноцветными камнями. Кораллы составляютъ у Монголовъ самое лучшее, иногда дорогое
украшеніе. У некоторыхъ зажиточныхъ обоего пола
бываютъ поясы и седла, упизанныя кораллами и
стояіція по нескольку тысячь рублей.
«Конская збруя, узды и седла, съ весьма высокою
переднею лукою, украшаются меднымъ наборомъ;
. редко на нихъ или на колчанахъ можно видеть серебро. Лукъ, стрелы и короткій тесакъ, вотъ все
вооруженіе Монгольскаго воина. Ружья, более винтовки, имеютъ только охотники, для стрельбы дикихъ зверей; порохъ, дробь и пули Монголы получаютъ отъ Китайцевъ. Правда, ружья даются тъмъ
Монголамъ, кои причислены собственно къ Маньчжурскому войску.»
Жилища ихъ авторъ Записокъ о .Монголіи описываетъ следующимъ образомъ:
«Монголы кочуютъ въ круглыхъ юртахъ, которыя
у насъ иначе называютъ кибитками. Сіи кибитки поМонгольски именуются гырц состоять изърешетчатыхъ
складныхъ стенокъ, скрепленныхъ, вместо шпиньковъ, сырымъ ремнемъ: съуживая можно повышать
ихъ, разширяя •— понижать. Полукруглый наметъ,

17
образу ющій кровлю, состоитъ изъ двухъ дуг?., къ
которымъ лучеобразно прикреплены палки, упираемый въ Л решетчаты я стенки. Сей остовъ облекаютъ Войлоками въ одинъ, а зимою въ два и три ряда, и обтягиваютъ шерстяными широкими тесьмами
или веревками. Дымовое отверзтіе въ центре намета
накрываютъ особливымъ войлокомъ. Дверь состоитъ
изъ обшитаго простеганнаго холстомъ войлока, повешениаго въ раме; бываютъ и деревянпыя двери
вь рамкахъ. Дверное отверзтіе всегда обращено къ
юговостоку. Кибитки въ вышину имеютъ около пяти,
а съ наметомъ отъ осі>ми до десяти, въ поперечнике
отъ двенадцати до двадцати Футовь; светъ проходить въ юрту сквозь дымовое отверзтіе или дверь.
Впереди, насупротивъ дверей, стоить божница съ позолоченными или бронзовыми бурханами *, предъ
которыми посредине стола чаша съ коровьимъ масломь для возжиганія, и блюдце съ пепломъ для постановленія Тибетскихъ курительныѵь евьчь. По сторонамъ сего блюдца разегавлены вь мьдныхь чарочкахъ разный хлѣбныя семяна, вода, вино, чайная вода,
и прочая. Посреди юрты стоитъ жаровня съ дровяными
углями, а наиболее съ горящимъ аргаломъ. Сей огонь
служить и къ согр г.ван'но юрты и къ приготовленію пищи. Таково общее расположен іе юрты. Въ юрте богатыхъ стенки обвешаны бываютъ бумажными или шелковыми матері.чми, а ноль вкругъ жаровни устланъ
войлоками, .коврами, тюфяками; йодле стенокъ стоятъ
ящики, покрытые коврами. Для прислуги бываютъ
Б у р х а н ъ по-Монгольски праведникъ.

Т о м ъ III.

2

К issc

18
особыя юрты. Напротивъ въ юрте бедныхъ нѣтъ ни
какнхъ украшеній, кромт. войлоковъ на полу. Въ той
же юрте они должны помещать всю посуду домашнюю, а зимою телятъ, ягнятъ, козлятъ и собакъ.
Естественно, что отъ сего бываетъ крайняя нечистота и неопрятность. Число употребляемой посуды
очень ограничено. Одинъ или два чугунныхъ котла
для варенія, жаровня для жжеиія аргала, нисколько
кожаныхъ меховъ (тузлуковь) для воды и молока,
нисколько плоскихъ блюдъ или грубо выдо.іблеиныхъ
корыгцевъ для подачи мяса; деревянный чашки для
питья, дойнпкъ, уполовникъ, железная лопатка, топоръ, ножъ, — вотъ и все: не каждый имеетъ кадочки и ведра.
«Обыкновенная пища состоитъ изъ кирпичиаго чаю,
который варятъ съ небольшимъ количёствомъ поджареннаго пшена или пшеничной муки, и прнправляютъ солью, коровьимъ масломъ, молокомь или
сметаною. Сей чай наливаютъ каждому въ чашку,
изъ которой пыотъ черезъ край. Две или три чашки составляюгь обедъ, а чашка вмъщаетъ не более
средняго стакана жидкости. По окончаніи обьда каждый вылизываетъ свою чашку и кладетъ на полку,
въ мешокъ или пазуху. Мясо варятъ въ воде безъ
всякихъ прнправъ и даже безъ соли, раскладываютъ
въ корытцахъ и едять его, отрезывая кусками и
обмакивая въ соленую воду. Въ пищу унотребллютъ
всехъ домашнихъ животныхъ, исключая свиней. Но
какъ скоть составляешь все ихь имущество, то иногда
не бросають и упалой скотины, напротивъ бить живую жалеютъ. Горячее вино гонятъ изъ квашенаю

19
молока, отчего оно отзывается непріятнымъ молочнымъ вкусомъ. Коровье масло приготовляють чисто и
палнваютъ вь бараньи брюшины; сыры дьлають небольшими тонкими кружками желтаго цвьта. Сыры
эти вкусны, но, также какъ сливочные блинцы и сметана, нерьдко смъшаны съ шерстью, пенломъ и
ПЫЛЬЮ*1'

Отъ такой діэты Монголы довольно слабы въ силахъ, за то необыкновенно проворны и легки. Шестидесятилътній старикъ молодцомь взлетаетъ на
лошадь и проскачешь верстъ двпсти въ день не уставши. Воду пыотъ Монголы очень ръдко, замыіяя обыкновенное питье тт.мь же кнрпичиымъ чаемъ, который
бсзирестанио варится у нихъ на очагі».
«Утомленный путешественникъ, говорить Г. Тимковскій, смело входить въ юрту и, по закону степнаго гостепріимства, во всякое время можетъ утолить
голодъ и жажду кирпичнымъ чаемъ. Для сего однако
употребляетъ онъ собственную деревянную чашку,
которую каждый Монголь имьегь при себв какъ
необходимую принадлежность. » Здг.сь въ великомь
уваженіи чашки, вывозимыя изъ Тибета, но отчинной чистотъ токарной выдълки, пріятпому виду волнистаго дерева и по святости земли, дающей такое
произведете. Чашки эти, у богатыхъ, внутри бываютъ
выложены чистым ь серебром ь.
«Обыкновенное занятіе муіцинъ,. * состоитъ въ
смотрвпін за скотомъ и въ исправленіи службы.
Но вообще домашпія работы всь почти принадлежать женщинам ь и невольникам ь. Въ пачаль весны
* Записки о Моигсиііі.

20
каждый поправляете свои воинскія вещи. После
сего князья и Тайцзіи собираютъ своихъ подчиненныхь въ одно место, осматриваютъ исправность вооруженія, испытываютъ ихъ въ стрвляніи
изъ лука и потомь отправляются съ ними къ главному сборному месту, где владетельный князь производить общій смотръ подобнымъ же образомъ.
« Летомъ, когда вь изобиліи молоко, приготовляюсь
кумызъ (курунгуну-араки) и вино (хара-араки), масло
и сырь. Вь сіе время начинаютъ Монголы свои
празднества. Молодые люди, каждый съ своимъ виномъ и баранами, отправляются къ священнымь обо
(или курганамь), при которыхъ поклоняются духамъ,
покровителямъ окрестныхъ месть. Предъ сими обо
ламы ставятъ низкіе столики, садятся за оные на
тюФЯкахъ и совершаютъ священнослуженіе подъ открытымъ небомъ. Потомь сходятъ въ долины, где
празднество ихъ обыкновенно украшается соперничествомъ въ конскихъ ристаніяхъ, вь стреляніи изъ
лука и вь борьбе. Победители получаюгъ определенную отъ общества награду. Потомь начинаютъ
домашнія празднества и посещаю гъ другь друга.
Вь сіе-то время наиболее совершаютъ браки. Вареный кирпичный чай, молочное вино, мясо, сыръ и
сметана, — вотъ все вещи, въ которыхъ состоитъ
угощеніе ихъ- Песни поютъ, сидя въ кругу, но пляски не знаютъ. Изъ музыкальныхъ орудій имеюсь
только свирелку и гудокъ. Папевъ ихъ тихій, протяжный; онъ пріятенъ, даже трогателень, но вообще
заунывень, и, подобно пустынямъ ихъ, располагаете
къ задумчивости. Вечная пустота безмолвныхъ и угрю-

21
мыхъ Монгольскихъ степей есть храмъ задумчивости,
сооруженный ей природою.»
«Монголы, говоритъ Тнмковскій, вступаютъ въ
бракъ въ самыхъ молодыхъ лвтахъ, До того времени
сыновья и дочери живутъ вместе съ своими родителями. Въ случае женитьбы, новобрачный иолучаетъ
отъ отца несколько скота и особую юрту (гыръ):
тогда называется уже онъ гырпге, то есть домовитый,
или хозяинъ. Невеста въ приданое за собою приносить, кроме одежды, домашняго скарба и прочая,
известное число овецъ, лошадей. Горячность родителей н взаимная приверженность детей къ нимь, въ
семъ грубомь народе, безпределыіы, разительны.
Сыновья, и по женитьбе, большею частію, имеютъ
кочевья свои неразлучно
съ
отцемъ семейства,
сколько то дозволяетъ пространство пастбищъ, необходимыхъ для скотоводства.
«Монголы въ бракахъ своихъ не разбираютъ ни
какого родства съ женской стороны, такъ что у
нихъ дети отъ роднаго брата и сестры могутъ жениться другъ на друге; две сестры идутъ за одного
мужа, и прочая. Напротивъ того родство въ мужскомъ колене столь важно, что не только въ отдалеинейшемъ степени онаго. но даже вт» самыхъ родахъ или племенахъ ихъ, называемыхъ ясу и ведущихъ начало свое отъ одного какого-нибудь предка,
бракъ совершенно ненозволителень, если женихъ и
невеста будутъ одного рода (ясу). По симъ уважені.чмь Монголы ведутъ свою родословную съ такою
точностью, что, не смотря на ихъ размноженіе или
случайное перемещеніе въ другіе роды, они никогда

22
не теряютъ своего ясу. Второе, не меньше важное
препятствіе бракосочетанію, состонтъ въ томъ, что
они, по предразсудкамъ и свойственному имъ суеверію, разбираютъ посредствомъ книгъ годъ рожденія
жениха и невесты, то есть, подъ какими зодіаками
они родились, дабы знакъ, подъ коимъ родилась Невеста, не могъ вредить женихову или не превышалъ
бы его силою, разумея чрезъ то, чтобы жена въ
семействе не взяла преимущества иадъ мужемъ.
«Сватовство бываетъ у нихъ чрезъ посторониихъ
людей. Получивъ согласіе, отецъ жениха со сватомъ
и съ некоторыми изъ ближнихъ родственниковъ отправляются въ домъ невесты, для окончательпаго
условія. Они привозятъ съ собою по-крайней-мере
одного барана, сваренаго по частямъ, что называется
туэлей; несколько кувшиновъ вина и хадаки (родъ
плагковъ). Женихова сторона, обьявивъ отцу невесты причины своего пріезда съ обыкновеннымъ азіятскимъ велеречіемъ, полагаетъ передъ бурхановь на
подносе голову привезеннаго барана съ некоторыми
другими частями мяса и хадакъ, возжигаетъ свечи и
кладетъ несколько земныхъ поклоновъ передъ кумирами. Иотомь все садятся по местамъ, и пріііхавшіе
начпнаютъ угощать остальною бараниною и внномь
родителей и родственниковъ невесты; при чемъ должно имъ поднести по одному хадаку, или положить
на дно чарки сколько-нибудь медной монеты, которую
родители невесты, выпнвь внно, оставляют!» у себя.
Обрядъ сей называется тпкиль табиху и подобенъ
нашему рукобитыо. Главное условіе при семь случае заключается въ определении количества скота,

27
требуемаго за невесту, а особливо между бедными
людьми, которые выдерживаютъ настояніе свое какь
бы на торгу. Зажиточные не ограничиваюсь числа
скота и за честь себе поставляюгъ не прекословить,
полагаясь во всемъ на совесть и взаимное доверіе. У
богатыхъ Монголовъ, а особливо у владетельные
князей, выкупъ за невесту конечно должень быть
великъ; между простолюдинами редкій нлатитъ более
4 0 0 голове разнаго рода скога. По какь почти всегда скотъ отдаютъ въ осеннее время, то каждая самка принимается за две головы; нрнтомъ и уплата
бываетъ не вдругъ, но по частямь, смотря по состоянию жениха, а иногда продолжается летъ шесть и
семь. Следовательно родители невесты, обязанные
на полученный скотъ завести ей новую юртѵ совсеми домашними принадлежностями, такъ, чтобы она,
какъ говорится, ни за чемъ не ходила въ люди, а
равно снабдить ее приличнымъ состоянію ея приданымъ и даже лошадью съ свдломъ, на которой она
должна прівхать къ жениху, — принуждены бываютъ изготовлять некоторыя вещи "лзъ своей собственности.
«Когда
выплаченъ будетъ сполна уловленный
скотъ, за полученіемъ котораго непременно должень
пріезжать отецъ невесты, при чемь женихова сторона угощаетъ его приличнымъ образомъ; то вскоре
после того женихь даетъ пиръ родителям* и родственникамъ невесты. Пиръ сей происходить въ следуюіцемъ порядке, Женихъ со всеми своими родными
и знакомыми, коихъ число бываетъ иногда до ста
человек*,
отправляется съ приготовленнымъ изъ

24
несколькихъ барановъ кушаньсмъ (богатые возятъ
барановъ по 20) и какъ можно съ большимъ количествомъ вина и хадаковъ къ названному тестю своему, въ юрте коего вел гости должны быть уже собраны. Когда учиненъ будетъ такой же обрядъ, какой бываетъ при такилъ табиху, то подносятъ тестю, теще и ближнимъ родственникамъ хадаки. Потомъ все гости выходятъ изъ юрты, садятся возле
оной вЪ кружокъ и начинаютъ пиршество, которое
состоитъ въ угощеніи виномъ, мясомъ и кнрпичнымъ
чаемъ. По окончаніи пира, ездятъ иногда съ такимъ
же угощеиіемъ и къ ближайшимъ родственникамъ
невесты. Это называется харимъ кургеку — приношеніе свадебнаго пира. Тутъ дарятъ обыкновенно
жениху, а иногда отцу и матери со стороны невесты
богатыя одежды. Впрочемъ женихъ не имеетъ удовольствія беседовать съ невестою; ибо, по обыкновенно Монголовъ, она, со дня помолвки ея, избегаетъ
всякаго свиданія не только съ нимъ, но даже и съ
родственниками его. На семъ же пиру, по настоанію
жениховой матери, назначаютъ въ непродолжительномъ времени и самую свадьбу, избравъ съ обеихъ
сторонъ, по совету Ламъ, счастливый день.
«•У Монголовъ нетъ обыкновенія, чтобы пріезжали
со стороны жениха за невестою, а посылаютъ только на кануне свадьбы двухъ человеке осведомиться,
нетъ ли какихъ препятствий или неисправности; посланные тогда же должны возвратиться назадъ. Когда
приближается время свадьбы, невеста посещаешь ближайшихъ своих ь родственников ь, у коихъ проводить,
по-крайней-мере, по одной ночи въ играхъ и гулянье

25
съ подругами, съ коими пріъзжаетъ потомъ къ своимъ родителямъ, и остальное время, ночь или двь,
проводить тоже въ играхъ, въ пеніи песенъ и въ
угощеніи подружекъ и собравшихся родственииковъ
и соседей. Накануне и вь день отъезда невесты, Ламы служатъ по своему обычаю молебствіе.
«Между темь какь отсылаюгь юрту ея и прочее
приданое, все подруги собираются въ юрту и садятся близь дверей въ кружокъ съ невестою, держась
за нее крепко. Провожатые съ великимъ трудомъ
принуждены бываютъ выталкивать ихъ по одиночке
изъ юрты, пока не выручать невесты, которую,
взявъ на плеча, выносятъ вонь, сажаюгь на лошадь
и, покрывъ плащемь, объезжаютъ съ нею три раза
вокругъ жертвеннаго огня, потомъ пускаются въ
путь въ сопровожденіи ближнихъ родственнице; а въ
следъ за ними отправляется мать и прочіе родственники. Отецъ ея остается дома, если не будегъ прошень на кануне, и уже на третій день едетъ
осведомляться о здоровье дочери своей. Похищеніе
невесты встречаете большое сопротивленіе, если
случится много взрослыхъ подружекъ, а особливо
встречало въ прежнія времена, когда бывало въ обыкновеиіи переплетаться веревкою, продергивать ее вь
рукава платья и укреплять за юрту.
«За полверсты отъ дома своего, женихъ вмсыластъ
человека съ виномь и мясомъ для встречи неві>сты
и всей ея свиты. По пріезде па место, невеста не
должна входить ни вь какую юрту, а остается па
дворѣ подъ покрываломь съ провожатыми женщинами, покуда не поставятъ и не уберутъ какь долж-

26
но собственной ея юрты. Когда же все будетъ кончено, то вводятъ ее въ оную, сажаютъ на постель,
расплетаютъ девичьи косы, коихъ обыкновенно бываетъ много, снимаютъ съ нихъ коралловыя украшенія и составляюсь двъ косы съ приличнымъ уборомъ; потомъ надъваютъ платье, присвоенное замужнимъ женщпнамѣ, и отводятъ въ домъ свекра на поклонъ, гдь вст, родственники и гости жениха находится въ собраніи. Въ продолжение чтенія Монгольской обрядной книги, невъета, съ лицемъ, покрыты.мъ шапкою, кланяется въ сльдъ за однимъ мужчиною, ровестникомъ ей по льтамъ, сперва огню, потомъ свекру, свекрови и прочимь ближайшимъ или
старшимь родственникамь жениха, которые всъ даютъ ей словесное благословеніе. В ъ сіе же время
подносятся отъ невѣсты подарки свекру, свекрови и
прочимь родственникам^ заключающіеся въ разныхъ
вещахъ и платы., особливо свекру, который можетъ
даже назначать себв подарокъ по предварительному
условію.
«Послт. сего невиста возвращается въ свою юргу.
Монголы весьма равнодушны к ь удовольствием ь брака,
такъ что иногда молодой не ночуетъ съ женою своей
дней шесть и семь, а особливо, покуда гостить у него теща, которая должна пробыть у дочери по-крайней-мт.рь одну ночь. При отьъздъ ея и другихь ближайшихъ родственниковь, новобрачной воспрещается
не только ;нровожать ихъ, но даже и смотрьть имъ
въ сл ьдъ.
«Чрезъ
мужемъ

мъсяцъ

поели свадьбы, новобрачная,

своимъ или въ

съ

соировождсиіи одного изъ

27
родственииковъ его, ѣздитъ для свиданія съ родителями, а чрезъ НЕСКОЛЬКО мъсяцевъ или по прошествін
года бываетъ у нихъ вторично. Последнее посъіценіе
предпршшмаютъ они единственно для получения въ
приданое скота отъ родителей.
«Невѣстка должна воздавать почтсніе свекру, свекрови, мужнинымь дядямъ н теткамъ слъдующимъ
образомь. Она не можетъ принимать нхъ въ юртЕ
своей или быть у нихъ безъ короткаго верхняго
платья, — которое шьется изъ китайки или шелковой
матеріи безъ рукавов ь, — называемаго учжп, и безъ
шапки на ГОЛОВЕ. При ВХОДЕ НХЪ ВЪ юрту, она тотчасъ всгаетъ, а въ ирнсутствіи нхъ должна СИДЕТЬ
на одномъ КОЛЕНИ; выходигъ же изъ юрты, не оборачиваясь къ нимъ спиною. Въ юртЕ свекра своего
она им-Еетъ МЕСТО ТОЛЬКО у дверей и не можетъ
проходить въ осойморъ, то есть, въ ту часть, которая
находится между огнемъ и бурханами. Равнымъ образомъ и свекорь, будучи въ юртт. неввсткн, не садится блнзь постели ея, обыкновенно находящейся
на правой ПОЛОВИНЕ.
« Монголами, не. воспрещается ИМЕТЬ ПО нескольку
женъ, изъ конхъ старшей предоставляется управленіе хозяйствомь и отдастся бо.ГЕЕ уваженія.
«Разрывы брака у нихъ Д ЕЛО обыкновенное: по
неудовольствіямъ когорой-нибудь стороны бракъ тотчасъ можетъ разрушиться. Если мужъ, безъ всякихъ
закоиныхъ прнчннъ, захочетъ развестись съ своею
женой, то должень дать ей одно лучшее платье и
лошадь съ съдломь, на которой могла бы она возвратиться къ родителям-!», а прочес ея приданое удер-

28
живаетъ у себя, въ зачетъ отданнаго имъ за нее въ
вьжупъ скота, и теряетъ право на искъ прочихъ
овоихъ издержекъ. Жена, не терпящая своего мужа,
уходить украдкою къ своимъ родителямъ, которые
однако жъ до трехъ разъ обязаны возвращать ее
мужу. Но если она учинитъ побегъ въ четвертый
разъ, тогда приступаютъ уже къ условіямъ развода,
по коимъ все придаиое ея предоставляется въ пользу
мужа, и сйерхъ-того отецъ ея повиненъ возвратить
зятю некоторое число скота, какое положено будетъ
по суду. Однако такая уплата, которая у самыхъ
богатыхъ не превышаетъ 3 5 штукъ скота, не прежде
делается, какъ разведшаяся женщина уже помолвлена
будетъ за другаго, если впрочемъ родители ея, изъ
любви къ ней и въ избежаніе неудовольствій, не отдадутъ требуемаго изъ своего именія. Но какъ сіи
разрывы убыточны для родителей бежавшей женщины, а равно и для нея самой, то догадливыя изъ
нихъ успеваютъ иногда уносить съ собой украдкою
все лучшее платье и головное украшеніе, состоящее
изъ коралловъ, лазурика, янтар.і, и прочая. Если же
она въ томъ по суду будетъ обличена, то обязана
все возвратить прежнему мужу, кроме лошади, седла
съ приборомъ и одного лучшаго убора и платья,
полученныхъ ею въ приданое.
«Монголы тела умершихъ иногда предаютъ погребенію, иногда оставляюсь на поверхности земли въ
гробахъ, или же закладываюсь каменьями, смотря по
тому, подъ какимъ знакомь родился покойннкъ, сколько летъ жиль, въ какой день и чась онъ умерь, то
есть, въ счастливый или злополучный, и какимъ обра-

29
зомъ должно его похоронить, на что имеются у нихъ
особыя книги, объясняемыя учеными ламами. Иногда
мертвые трупы сжигаютъ или бросаютъ ихъ просто
на съеденіе зверямь и нтицамц не менее господствуетъ у нихъ нредразсудокъ, по коему т е изъ родителей, у которыхъ скоро умирають дети, кидаютъ
мертвыхъ младенцевъ при дорогахъ въ кожаныхъ
мешкахъ, положивъ тутъ же несколько съестныхъ
припасовь, какъ то, масла и прочая, дабы симъ способомъ отвратить смерть. У нихъ бываетъ поминовеніе объ умершихъ, смотря по состоянію и усердію
ближнихъ. Самое большое поминовеніе продолжается
4 9 дней, въ которое время Ламы безпрерывно читають въ доме покойника духовныя книги объ очищеніи его души. За труды свои награждаются они,
въ виде подаянія, разнымъ скотомъ и вещами. Сверхъв
того богатые дарятъ много скота по разнымъ капищамъ въ пользу ламъ, дабы они молились объ умершемъ. Но такое поминовеніе продолжается не долго. По
прошествіи двухъ или трехъ летъ, вовсе забываютъ о покойнике, ибо коса смерти ежедневно открываетъ корыстолюбивымъ Ламамъ новыя занятія, съ щедрымъ воздаяніемъ за ихъ словесный трудъ, который основанъ на
ихъ выгодах?., а не на любви къ умершимъ, и не на
чистыхъ понятіяхъ о состонніи ихъ по смерти. Словомъ,
безъ платы Ламы никогда не молятся за покойниковъ.
«Однихъ шамановъ погребаетъ не Лама, а такой
же шамань, который умоляете злыхъ духовъ о принятіи души покойника. По мненію Монголовъ, душа
шамана не можетъ восходить къ Богу, а должна скитаться по земле въ виде злаго духа, причиняя лю-

50
длмъ вредъ, дабы принудить ихъ отдавать ей почтепіе и приносить жертвы. По сему-то суеверно, кто
бы ни занемогъ неизвестною болезиію, Монголы тотчасъ прибегали къ шаманамь и искали отъ нихъ
обьясненія недуга. Шаманъ, для выгоды своей, не
затруднялся вь ответахъ и пршшсыва ль болезнь какому-нибудь злому духу, требующему жертвы; самъ
назначалъ оную и иризывалъ духовъ вь сильномь
изступлепін, дабі.і они удовольствовались приносимою
нмъ жертвою и отступили отъ болящаго. Всякой
успехъ въ семь случае награждался щедро.
«Вредъ и убытки, причиняемые пропырствомъ шамановъ, почитавшихъ волю свою закономъ, были причиною ихъ паденія. В ь 1819 и 1820 годахъ, одниъ
знаменитый Лама возсталъ сильно протнвь шамановь
и въ короткое время успелъ истребить совершенно
шаманскую вт.ру во всей Халхс. Примеру Халхинскихъ Монголовъ последовали все Селенгинскіе и частно Хоринскіе Буряты наш», и шаманскія оруділ и
одежды сожжены безъ остатка. Сказываю гъ, что
упомянутый Лама для искорененія шаманства употреблял ь освященную нмъ землю, которую разсылалъ
по всемь шаманамь, живущимъ въ отдаленности, и
что отъ прикосповенія къ сей земле злые духи, будто бы, оставляли шамановъ. Воть какое сильное депе ш е имеетъ вера, даже и ложная въ понятіи грубых ь язычников ь!
«Человекъ, всегда пмеющій при себь лукъ и стрелы, привыкшій носиться на быстром ь кон г». едва ли
согласится охотно сесть за ткацкимь сгапкомь, взять
въ руку пилу или резецъ. Монго іы доселе сохрани-

31
ю т * воинственный характер* предков* своих*. У
них* есть смелые наездники, меткіе стрелки изъ лука; они въ упражненіи семъ доходятъ до совершенства, преследуя диких* зверей; но между ними трудно найдти искуснаго художника, даже простыхъ ремеслешшковъ мало. Есть, правда, мастера серебряныхь дель; но и сихъ людей, въ весьма немногом*
числе находящихся, держать при себе токмо удельные князья для ИСГОТОВЛРНІЯ небольшнхъ вещей, собственно въ Монгольскомъ вкусе, составляющих* предмете ихъ ограниченной роскоши. Кузнечное и столярное искуство доселе въ болыномь несовершенстве.
Одни только войлоки и волосяныя веревки, необходнмыя для окутыванія юртъ, Монголы ириготовляють сами, а равно выделывают* дома овчины для
зимняго платья.
«Взглянувъ на одежду Монгола, на его скудный
домашній скарбъ, на самое седло его, можно удостовериться, что все нужное получаетъ онъ изъ рук*
Китайцев*. Кирпичный чай, табакъ, шелковыя и бумажный матерін для одежды, обувь, разныя желвзныя вещи, въ хозяйственномъ быту необходимыя, все
сіе Монголы выменивают* у Китайскихъ купцовъ на
свонхъ верблюдовъ, овецъ, быковъ и лошадей. Въ нашу бытность, порядочную лошадь Монголы продавали за 5 0 — 6 0 кирпичей чаю. Каждый кирпичь, или
брусокъ, имеет* весу не менее четырехъ Фуитовъ
Русских*.
«Для такого торга Китайцы ездят* нарочно въ
Монголію. Подобно пашимъ мелочным* разноіцикамъ,
отправляющимся для продажи своих* товаров* въ

32
отдаленный губерніи, Китайскіе торгаши скитаются
по степямъ Монгольскимъ, и вымениваемый тутъ
скотъ, сырыя кожи, масло, и прочая, доставляюсь
въ Халганъ, Пекинъ и другіе Китайскіе города. Болѣе же сами Монголы Издать къ Китайцамь для мины и покупки разныхъ жизнениыхъ потребностей на
скотъ или на серебро (Монголы не имъютъ своей
монеты), которое однако же самой низкой доброты,
такъ что на ихъ собст^енномъ языке оно известно
подъ именемъ хара монгу, то есть, чернаго серебра.
Для сей мены Монголы являются вь Маймачены, или
КитайЬкія торговыя слободы, учрежденныя на Кяхт е и близь Урги; въ первомь однако месте они все
нужное для себя покупаюсь изъ вторыхъ рукъ, отъ
Китайскихъ торговцевъ. Преимущественно же гоняюсь они свой скотъ въ разные города, лежащіе у Великой стены и по сю сторону оной, какь то, Долонноръ, Халганъ, Куку-хото. Во время моего пребыванія въ Монголіи, хорошій верблюдъ продавался на
серебро за 2 0 — 3 0 лань (40 и 6 0 рублей серебромъ);
крепкая рабочая лошадь за 6, 10, 15 ланъ; тучный
баранъ отъ 2 до 3 ланъ. Туда же отправляюсь
Монголы на продажу соль, добываемую изъ озерь.
Одна только перевозка Китайскихъ товаровь изъ
Халгаиа на Кяхту и обратная доставка произведеній,
вымениваемых!, въ последнемъ месте у купцовъ Русскихъ, составляетъ у Монголовь значительную и выгодную промышленность. Для сего употребляюсь они
собственных1ъ верблюдовь, а Чахарскіе Монголы быков'ь. Плату получаюсь отъ Кнтайцевъ серебромъ, но
более товарами.»

33
Что касается до политическаго состоянія Монголіи,
орды ея или аймаки раздроблены на множество мелх
уделовъ, управляемыхъ князьями и тайцзіями. Первые бывають пяти степеней: цинь-ванъ,
цзюнь-ванъ, бёйле, бёйзе и гунъ; но какой бы степени они ни были, все удильные князья, равно какь
п владетельные тайцзіи, вь отиошеніи къ Китайскому
императору, называются чжасаками, то есть управляющими. Безудельные князья и тайцзіи составляютъ многочисленный классъ помѣщпковъ, или дворянъ, владеющнхъ по частямъ землями уделовъ, и
людьми, живущими на тѣхъ земляхъ. Послъдніе не
что иное, какъ полусвободные военно-поселяне, обязанные нести и земскія повинности, и военную службу.
Сверхъ того у Монголовъ есть еще невольники, или
рабы, происходящіе отъ пленныхъ, а бо.іьшею частію
отъ преступниковъ, закабаленныхъ въ рабство вместо
ссылки. Это настояіціе помещичьи крестьяне.
Все политическое устройство Монголіи чисто военное. Каждый удел ь составляетъ дивизію или отрядъ,
подъ именемъ хошуна (знамени); дивнзія делится на
чжаланьі (полки), которымъ петь положеннаго числа,
а чжаланъ состонтъ изъ шести сомуновъ (эскадроновъ), содержащихъ вь себе; по полуторусту конныхъ солдатъ каждый.
Поели владетельна™ князя, первое место въ знамени по управленію занимаетъ тусалащи, или помощника Кроме того вь каждомъ знамени есть л:о~
шунъ-чжангинъ, корпусный геиералъ, и два генералълейтенанта, называемые мейренъ-чжангинъ.
Полками
начальствуютъ чжаланъ-чжангины,
эскадронами соТомъ Ш '
3

I
54
мунъ-чжангипы, а иодъ ними состоятъ еще низшіе
чины. Они же завВдываютъ и гражданскимъ управленіемъ.
« Для внутренней полиціи, говоритъ авторъ Записокъ
о Монголіи, надъ каждыми десятью кибитками поставляется одинъ десятникъ, который обязанъ надзирать
за поведеніемъ ихъ, и подлежать ответственности, ежели въ его десятке откроются преступники. Исключая
тусалакція, всехъ прочихъ чиновниковъ предоставлено
самимъ князьямъ выбирать изъ своихъ тайцзіевъ или
изъ простыхъ, и определять въ должности съ соответствующимъ чиномъ, безъ отношенія къ высшему начальству.
«Для управления делами по знамени князь руководствуется уложеніемъ, имъетъ канцелярію для д е лопроизводства и печать для утвержденія (бумагъ). Монгольское уложеніе состоитъ изъ двенадцати отделеній
и сокращенно объемлетъ все части кочеваго управленія. Оно сочинено Китайскимъ правительствоиъ и, по
обстоятельствамъ, пополняется указами, имеющими
силу закона.»
Дела незначительныя решаются въ княжеской канцеляріи по уложенію или степнымь обычаямъ; важныя поступаютъ на разсмотреніе окружнаго сейма,
состоящаго изъ начальннковъ несколькихъ знаменъ
одной округи, и собирающагося каждые три года иодъ
председательствомъ чжулганиды, или главы, и одного
его помощника. Глава назначается Китайскимъ нмператоромъ изъ князей сейма, которые являются для
того лично къ Пекинскому Двору.

оо
Чрезъ каждые три года производится народная
перепись по особому указу богдохана. Пекинская
Палата иностранныхъ делъ посылаетъ гонцевъ съ
вестію о томъ къ председателямь сеймовъ и другимъ начальствамъ. Каждый хошунъ снабжается заблаговременно белыми тетрадями за государственною
печатью, где отмечаются родившіеся и умершіе, подъ
строгой ответственностью за малейшій пропуске.
Перепись отсылается на ревизію въ Палату иностранныхъ деле, а въ хошуне остается съ нея списокъ.
Смотря по прибыли или убыли людей, обнаруживаемой переписью, составляются новые или, напротивъ, уничтожаются старые сомуны. Солдатъ, если
позволяюсь ему силы, долженъ служить отъ осмнадцати до шестидесяти летъ; въ противномъ случае
онъ выключается изъ списковъ. На трехъ солдатъ
выдается одинъ воинскій снарядъ, такъ, что въ сомуне только пятьдесятъ человекъ вооруженных!»; въ
случае войны двое должны идти въ походъ, а третій
остается на месте.
Въ Халхинской области, какъ порубежной съ
иностраннымъ государствомъ, учреждено особое управленіе, заведывающее пограничными делами. Владетельному князю, или вану, назначается для того помощник!,, или амбаиь. Оба они живугь въ Урге, и
подъ председательством !»" нѵь состоите особый Ямупъ
или Палата.
Главное управленіе надь Монголіею вверено Пекинской Палате иностранныхъ делъ, известной у

36
Монголовъ подъ именемъ Чжургапя, илй приказа, а
по-Китайски называемой Ли-Фань-юань.
Исключая наследныхъ князей, или принцевъ, все
прочіе княжескіе сыіговья остаются въ достоинстве
тайцзіевъ, разделенныхъ на четыре класса; но если это
дети князей и тййцзіевъ безудельныхъ, то при каждомъ колене они понижаются одною степенью до
четвертаго класса, въ которомъ остаются навсегда
или впредь до повышенія ихъ за заслуги указомъ Китайскаго императора Достоинство какъ удЬльныхъ,
такъ и безудельныхъ князей и тййцзіевъ наследственно въ мужескомъ колене по прямой линіи и по праву
первородства.
Трудно сказать что-нибудь положительное о приверженности Монголовъ къ Маньчжурской династіи.
Ненависть ихъ къ Кигайцамъ кажется неизгладима и
находить постоянную пищу въ ихъ корыстолюбіи,
дозволяющемъ себе самыя низкія средства.
Династія Дай-циньская умела однако-жъ укротить
воинственный духъ Монголовъ. Обьявивъ ихъ данниками поднебесной имперіи и всенародно требуя отъ
нихъ маловажныхъ пожертвованій скотом ь, Пекиискій
Дворъ платить имь вдесятеро за эту жертву. Подъ
иредлогомъ награды за верность и усердіе, богдоханъ
делаетъ киязьямъ Монгольским!, значительные подарки, состояние изъ серебра, шелковыхъ тканей,
богатыхъ одеждъ съ императорскаго плеча, шапокъ
съ павлиньими перьями, и такъ далее. Некоторыхъ
князей, особенно изъ живущихъ близъ Великой Стены, въ восточной Монголіи, опъ умелъ привязать къ
себе, выдавая за нихъ дочерей, сестеръ или племян-

зт
ниць. В ь свить царевенъ всегда есть НЕСКОЛЬКО
Маньчжуръ, душою преданныхь императору, и они
то наблюдаіотъ за князьями. ГІослЕдніе получаютъ
большое жалованье и сверхъ-того хорошее приданое
за женами, которымъ выдается ежегодно известное
количество денегъ, сарацинскаго пшена и шелковыхъ
тканей. Подарки эти уменьшаются по мѣръ отдаленности родства отъ императорскаго колъна, а дочери
вановь и гуновъ, прннадлежащихъ къ самымъ дальннмъ отраслямъ, пользуются только титломь иринцессъ, не ИМЕЯ права на жалованье.
Вь первый зимній мвсяцъ князья тринадцати хошуновъ, изъ которыхъ выбираются обьжиовенно
мужья для близкихъ родственницъ императора, обязаны ежегодно доносить вь Палату ииостранныхъ
двлъ о тъхъ изъ сыновей своихъ или брагьевь, которые, будучи отъ 15 до ^О лБтъ, отличаются нравственными, умственными и Физическими качествами.
Родители, о чьихъ двтяхъ уже доведено до свВдЕнія
Палаты, въ случаи ПОЕЗДКИ своей въ Пекинъ, должны
привозить нхъ съ собою. Приказъ, заввдывающій дЕлами царской Фамяліи, вытребовавъ чрезъ Палату ииостранныхъ двлъ В С Е Х Ъ извѣстныхъ ему тайцзіевъ,
избираетъ ДОСТОЙНБЙШИХЪ ВЪ З Я Т Ь Я Богдохану и
предсгавляетъ ихъ ему на утверждение.
Царевны, выданныя за князей Монгольскихъ, не
прежде являются съ поздравленіемъ къ богдохану,
какъ по прошествіи десяти лвтъ отъ ихъ замужства.
Тогда, во всю бытность свою въ Пекинъ, имвють
они право на казенное содержаніе, соотвътственное
ихъ сану и степени родства съ домомъ император.

38
скимъ. Те, который прівзжаютъ въ столицу по собственнымъ деламъ до истеченія срока, живутъ на
своемъ иждивеніи. Ни одна не можетъ явиться ко
Двору, не испросивъ дозволенія богдоханова черезъ
Палату, которая въ правь отказать имъ, если найдетъ
желаніе ихъ основаиньшъ на причинахъ недостаточныхъ. Если царевна пустится въ столицу или какой
иной городъ безъ ведома родоваго чжасака, онъ обязанъ остановить ее: въ противномъ случав какъ онъ,
такъ и царевна съ мужемъ своимъ подвергаются пень.
Княжны могутъ проживать въ Пекин* шесть месяцев* со дня ихъ прибытія. По истеченіи срока, родители должны немедленно отсылать ихъ, уведомляя
о томъ Палату иностранныхъ двлъ, которой чжасаки
доносятъ съ своей стороны о возвращении царевны.
Въ случае болезни надлежитъ взять отсрочку изъ
Палаты. Если родители и чжасакъ сдвлаютъ какоенибудь упущеніе, они также подлежать штрафу.
Монгольскіе князья, находя политическія и хозяйственныя выгоды въ приверженности къ правительству,
едва ли вздумаютъ искать освобождепія отъ его власти,
развв изъ личной непріязнп къ императору. Народь,
привыкшій сл'Впо повиноваться волв родоначальннковъ, еще менве способенъ противиться ихъ видамъ.
Напротивъ каждый Монголъ такъ доволенъ управ.іеніемъ своего властителя и такъ привязанъ къ его
особъ, что готовъ при всякомъ случав доказать верность свою всевозможными ножергвованіями.
Монголы сохранили много древнихъ обычаевъ. Некоторые изъ нисанныхъ законовъ ихъ князей восходятъ къ временамъ Чингисхана. Во время нрнсоеди-

39
ненія Монголіи къ Китайской державе, въ 1691 году,
уложеніе ихъ было пересмотрено въ Пекине и напечатано

на

Монгольскомъ, Маньчжурскомъ и Китай-

скомъ языкахъ.
Князья ежегодно должны являться въ столицу для
поздравленія богдохана, въ первый день перваго месяца. Все аймаки разделены на четыре очереди, который посменно прівзжаютъ ко Двору. Каждая приводить трехъ верблюдовъ белыхъ и двадцать четыре
белыхъ лошади. Приказъ императорскихь конныхъ
заводовъ выбнраетъ только половину лошадей, а
князья получаютъ за то каждый по большому серебряному чайнику въ 3 0 ланъ, или около 3 Фунтовъ
весомъ, по тридцати кусковъ атласу, по семидесяти
кусковъ китайки, и другіе подарки.
Тайцзіи, составляющее нижній классъ дворянства,
не имеюсь права являться съ поздравленіемъ; они
присылаюсь въ дань опаренныя туши бараньи, брюшины съ топленымъ масломъ или копченыя туши
дикихъ кабановъ, сверхъ-того охотничьихъ Ястребове
и собаке, орлиныя перья, и таке далее. За все это
щедро отдариваете ихе Пекинскій Дворь.
Въ числе уголовныхъ статей Монгольскаго уложения особенно замечательна одна, доказывающая, что
гостепріимство у этого кочеваго народа охраняется
не только обычаемъ, но и закономъ. «Кто не впустить проезжаго ночевать, сказано въ уложеніи, и
дастъ ему замерзнуть, того штрафовать однимъ девяткомъ скота; если проезжій не умретъ, то штрафовать двухлетнимъ бычкомъ. Если-жъ кто и впу-

40
ститъ ночевать проезжаго, да украдетъ у него имущество И скотъ, то принудить хозяина къ уплати.»
Запрещено держать при знамени чиновныхъ и
простыхъ Монголовъ дурнаго поведенія. Люди эти
съ семействомъ, имуществомъ и скотомъ отсылаются
въ Китайскія области Хе-нань и ИІань-дунъ для
употребленія къ труднымъ должностямъ на большихъ
дорогахъ.
Изъ исторіи Монголовъ явствуетъ, что еще въ
начале IT веке по P. X., иодъ владычествомъ дома
Гуннъ, буддизмъ имелъ ревностныхъ ириверженцевъ
въ Монголіи. Выше замечено, что вероученіе это
содействовало къ постепенному умягченію ихъ нравовъ,
ослабивъ мало-по-малу мненіе о безусловномъ праве силы, господствующее во всехъ варварскихъ умахъ.
Ввроученіе буддистовъ первоначально было одно и
то же въ Китае и вь Монголіи. Въ последствии разность въ обрядахъ богослуженія и внешнемъ образе
жизни постепенно произвела росколъ на две секты,—
Фоистовъ въ Китае и Ламаитовъ въ Тибете и Монголіи. Такой росколъ существовалъ уже въ X I веке.
После бурхановъ, то есть, изображеній Будды и
другихъ угодниковъ, въ Монголіи наиболее уважаются
священныя книги. Когда Монголъ, светскій или духовный, держитъ въ руке кумиръ или книгу священную, это сей часъ заметно по его торжественному
лицу, выражающему отрешеніс отъ всего земнаго.
По словамъ отца Гакинѳа, «Монгольскіе храмы имеютъ входъ съ южной стороны, и сей самый входъ
составляете лицевую сторону ихъ. Эти храмы вообще
мрачны; весьма слабый просветъ сквозь дверь и

41
огонь лампы освѣіцаютъ ихъ внутренность. Впереди,
на возвышенномъ пьедестале, поставлены три огромные кумира, изъ которыхъ средній есть Сегцза-Мони
или Шагя-Муни, котораго признаютъ начальникомъ
буддійской веры и. величайшимъ праведникомъ. Бога
изображаютъ однимъ сіяніемъ, озаряющимъ міръ;
прочихъ же своихъ праведниковъ имеютъ или изваянныхъ или писанныхъ на холсте и атласе красками,
иногда въ золотыхъ венцахъ вкругъ головы. Монголы называютъ ихъ Бурхань, Индейцы—Буда, Китайцы—Фо, или Фоэ. На длинномъ столе передъ бурханами ставятъ прииошенія, состоящія ЕЪ различиыхъ масляныхъ сахарныхъ хлебцахъ и въ прекрасныхъ искусственныхъ цветахъ, делаемыхъ изъ сала.
Зимою ставятъ и целыхъ барановъ замороженныхъ.
Въ одной чаше на столе горитъ неугасаемо коровье
масло, а въ другую, наполненную чистымъ пепломъ,
приходящіе для поклоненія втыкаютъ зажженныя
Тибетскія курительныя свечи; после чего, прикладывая сложенныя руки по лбу, делаютъ несколько земныхъ поклоновъ. Впрочемъ здесь нетъ обыкновения,
чтобы народъ прпсутствовалъ въ храмахъ во время
богослуженія. Равнымъ образомъ и ламы не заведываютъ народомъ непосредственно.
«У Монголовъ общее имя духовныхъ есть хуаракъ,
а ламами называется собственно только высшее духовенство; но ныне изъ учтивости названіе сіе всемъ
присвоено.
«Ламы здесь почитаются грамотеями, знающими
писаніе: они же суть лекари и ворожеи. Особенно
хвастаются действіемь своихъ заклинаній или свя-

42
щенныхъ наговоровъ, писанныхъ на Индейскомъ (Санскритскомъ) языке. Почему простые люди оказываютъ великое уваженіе ламамь и долгомъ набожности считаютъ принимать благословеніе отъ нихъ. Ламы благословляютъ возложеніемъ руки на темя, а
для прннятія благословенія подходятъ къ нимъ съ
открытою головою. Но какъ богослуженіе въ Монголіи совершается не на отечественномъ, а на Тибетскомъ языке, то самая большая часть Монгольскихъ ламъ погружена въ грубейшее невежество. Вся
ихъ ученость состоитъ въ буквальномъ чтеніи богослужебныхъ книгъ и въ знаніи обрядовъ, съ суеверными понятіями объ оныхъ. Только ламы, образовавшіеся въ Хлассе, показываютъ довольно сведеній
въ догматахъ своей веры, также въ магіи, астрономіи (или скорее астрологіи) и медицине. Въ исходе
прошедшаго столетія хотя все священный Тибетскія
книги (между прочими и Ганжуръ) переведены въ
Пекине на Монгольскій языкъ; но совершать богослуженіе на семь языке дозволено только одному, находящемуся въ Пекине монастырю Махагала-суме. Сіе
запрещеціе будетъ содержать Монголію во всегдашней (нравственной ) зависимости отъ Тибета: немаловажное обстоятельство для спокойствия Китайской
имперіи.
«Почитая Далай-ламу и прочихъ хутухтъ (то есть,
первосвященниковъ или, въ буквальномъ смысле,
перерожденцевъ) очищенными и усовершенными чрезъ
перерожденіе до высочайшей степени святости, Монголы имеютъ безпределыюе къ нимъ ночтеніе. Посещеніе, сделанное хутухгою какой-либо высокой осо-

43
бе, почитается редкимъ счастіемъ. Перерожденіе хутухтъ зависить не отъ ихъ назначенія, ниже отъ
выбора ламъ; но отъ воли Китайскаго Двора, который по своимъ вндамъ указываетъ страну и домъ,
где душа скончавшагося хутухты имеете снова воплотиться.
«Въ правилахъ Ламской духовной жизни положены:
созерцательное сиденіе, или умственная молитва ночная въ обіцемъ собраніи всей братіи, разныя добровольный, но мучительнвйшія изнуренгя плоти, — сиденіе на гвоздяхъ, ношеніе цепей, долговременное
стояніе съ поднятыми вверхъ руками, затворничество
въ столпахъ, отшельничество въ пещерахъ, строгій
постъ, въ которомъ все даже пряныя вещи, какъ то:
лукъ, чеснокъ и прочія, имеющія возбудительную силу, запрещены. Но странно то, что ламы, какъ въ
Монголін, такъ и вь Тибете, веруя переселению душе,
употребляюсь въ пищу всехъ снедныхъ животныхъ,
исключая лошадей, свиней и рыбы.»
Поелику каждый Отецъ семейства считаетъ обязанностію посвятить одного изъ сыновей духовному званію, то число ламъ весьма велико. Въ одномъ Ургннскомъ кашице, І 5 числа каждаго месяца, собирается
ихъ на молитву около 4,000 человькь, а въ некоторые болыпіе праздники до 14,000. Избавленные отъ
воинской службы, они, въ случае нужды, обязаны, по
назначенію хошунныхъ начальниковь, исполнять земскія повинности лично и скотомъ. Внрочемь они занимаются домашнимь хозянствомъ и даже торговлею.
Они не разъ навязывали Г. Тимковскому верблюдовъ,
лошадей и разные товары.

44
При отъезде изъ Кяхты, Русская миссія состояла
изъ десяти человвкъ духовныхъ и светских ь, вхавшихъ въ крытыхъ тележкахъ, и пяти человвкъ верховыхъ, въ сопровожденіи тридцати казаковъ. ГІоследиіе прикрывали обозъ, где было восемьдесятъ четыре верблюда, сто сорокъ девять лошадей и двадцать пять быковь. Едва миссіа перешла Русскіе пределы, она вступила подъ защиту Китайскаго правительства. Пять чшювниковъ изъ Китайцевъ и два Монгола сопровождали ее, имея нодъ начальствомъ свонмъ отрядъ Монгольской конницы, вооруженной луками
и стрелами. Двое изъ Китайских* чиновниковъ ехали
за ними въ крытыхъ одноколкахъ, съ окошечками но
сторонамъ.
2 Сентября, выехавъ изъ лощины, путешественники поворотили направо, мимо двухъ холмовъ, внпзъ
по лугу, омываемому рекою Про, и черезъ несколько
верстъ прибыли къ перевозу. Множество Мопголовъ,
большею частію, ламскихъ причетниковъ, были собраны на берегахъ реки для переправы Миссіи. Отъ
постоянныхь лвтнихъ дождей река Про разлилась
саженъ на сорокъ и сделалась весьма быстра. Важнейшую кладь перевозили на батахъ *, или комягахъ, то есть сосновыхъ бревнахъ, выдолбленныхъ
внутри на подобіе лодокъ и потомъ сплоченныхъ по
два вместе. Верблюды съ тяжестями, не боявшимися
подмочки, перешли реку въ бродъ, несколько выше
(Л. X I V — 1 ) . Про или Юро, по-Моигольски, значить
благотворная. По словамъ туземцевъ, около всршинъ
* Батъ, по-Монгодьски, лодка.

45
ея много минеральныхъ ключей. Она вытекаетъ миль
за пягьдесятъ и впадаетъ въ Орхонъ; объ орошаютъ
тучныя пажити. На лугахъ паслись многочисленныя
стада белыхъ безрогихъ овецъ, съ длинными ушами
и курдюкомъ, и табуны рослыхъ и тучиыхъ лошадей, но вообще некраснвыхъ.' Европейскіе географы
ошибались, принимая Про за озеро.
Коегде на вершинахъ холмовъ и горъ ВИДЕЛИ огромные камни и священные памятники. Вечеромъ, останавливаясь на ночлегъ въ юртахъ, путешественники
получали посещеніа со стороны зпатныхъ Монголовъ
и подчнвали ихъ чаемь, водкою, сушеными плодами.
Единоземцы ихъ, приставленные къ обозу Миссіи,
ночыо делали объезды, подавая сигналы крнкомъ,
подобнымъ вою горнаго ветра.
15 Сентября прибыли въ Ургу, отстоящую на 307
верстъ ( 74 мили) отъ Кяхты. Урга, или Курень,
главный городъ Халхинской орды, лежите на левомъ
берегу Толы. Вел обыватели живутъ въ юртахъ,
разставленныхъ порознь или по нескольку вместе на
дворахъ, осененныхъ ивами и окруЖенныхъ частоколомь; но есть и Китайскіе домы. Соединеніе ихъ
образуеть улицы такія тесныя, что трудно проехать
рядомь двумь верховымъ.
Еще до прибытія въ Ургу миссія получила известіе о кончине Китайскаго императора, постигшей
его 23 августа на шестьдесять первомь году жизни.
«Весть сія, говорить Г. Тимковскій, была принята мною
съ пемалымь смуіценіемъ; ибо смерть государя легко

46
могла воспрепятствовать продолжению нашего пути.
Мы заметили, что на чиновникахъ Китайскихъ и
Монгольскихъ шапки были уже безъ шариковъ и
кистей; даже служители сняли свои кисти. Чиновники
должны сверхъ того надвть бълую одежду и, равно
какъ и простой народъ, не брнть волосъ на головв.
Въ семъ состоитъ ихъ траурь, продолжающійся сто
дней.»
Въ Ургв, весьма ввжливо пригласили Русскихъ
отдохнуть, сколько имь будетъ угодно: Китайцы выжидали возвращенія гонца, отиравленнаго въ Пекннъ
за наказомъ, какъ имъ вести себя въ настоящсмъ
случаъ. Однако-жъ Ванъ, но единодушному мнънію
членовъ приказа, несколько дней спустя дозволилъ
миссіи продолжать свой путь. Такое рвшеніе крайне
оскорбило гордость двухъ главныхъ Китайскихъ чиновниковь, которые сопровождали Русскихъ.
Отъ Урги въ четырехъ верстахъ вверхъ по Толи
находится Маймаченъ, или торговая слобода, гораздо
болъе Кяхтинской; только все строеніе въ ней деревянное и дово.іыю ветхое. Широкія, но грязныя улицы
обставлены множествомъ лавочекъ съ мелочнымъ товаромъ.
Урга есть мвсто пребыванія хутухты, одного изъ
десяти первосвященннковъ, занимающих!, второе мвсто
послъ Далай-Ламы и Бань-циня, которые не иное что,
какъ владетельные Хутухты въ Тнбетв. Ургинскаго
Монголы называютъ хутухшу-гегенъ. Молодой хутухта,
въ которомъ, по всг.мъ признакамъ, воплотилась душа
его предм встника, только что явился вь Ургу. Окрестность была покрыта палатками Монгоювь, стек-

47
шихся къ нему на поклоненіе, и толпа верныхъ безпрестанно увеличивалась. Миогіе изъ Халхинскихъ
вельможъ подносили ему значительные подарки; готовились праздновать торжество его перерожденія,
какъ внезапная весть о кончине богдохана прекратила
все сборы.
Тимковскій и его сопутники не были представлены
хутухте за темъ, какъ говорили имъ провожатые,
что онъ неопытный ребенокъ, притомъ усталъ отъ
дальняго пути и оттого, что благословля.іъ более
ста тысячъ поклонниковъ. Русскіе путешественники
удовольствовались посьщеиіемъ его чертоговъ и капищъ. Они расположены отъ юга на северь и отличаются зелеными крышками; на верху одной изъ нихъ
горитъ ярко-вызолоченная решетка. Передъ южными,
главными врагами капищъ есть небольшое пространство, окруженное деревяйною балюстрадой, ГДЕ совершаются ламайскіе обряды. ІІа особомь деревянномъ
обрубе ламы поютъ вь праздники молитвы и жгутъ
благовонныя вещества.
По обычаю степныхъ обитателей, хутухта занимаетъ особую юрту въ средине ограды, которою
обведены все эти зданія. Поодаль отъ капищъ стоить
огромный деревянный домъ, — школа, гдъ ламы учатся чтенію Тибетскихъ книгъ и игре на духовыхъ
ннсгрументахъ. Позади школы находятся кухни для
хуараков'б, или ламскихъ учениковь и прнчетииковъ,
которыхъ живетъ здг.сь более тысячи на иждивенш
гегена. Къ северовостоку отъ капище стоять несколько
юртъ, занимаемыхъ іиаіщзабомъ, или ключникомъ, а
подле нихъ зданіе, где хранится казна хутухты: оно

48
съ земляною кровлей н более похоже на крестьянскую избу. На свверозаиадной стороне — кладовыя для припасов!; у воротъ коновязь, куда сгоняютъ верблюдов ь, лошадей, овецъ и прочій скотъ,
приводимый отъ усердныхь поклонниковъ въ даръ
хутухте.
Противъ капшцъ, на лѣвоиъ берегу Толы, возвышается громадная Хань-ола, то есть, Царь-гора. На
одномъ утесе ея выложены огромными буквами изъ
белаго камня, на Маньчжурском ь, Китайскомъ, Тибетскомъ и Монгольскомъ языкахъ, слова: небесная радость, выражающія чувства Халхинцевъ по случаю
возрожденія хутухты. Размеромъ самыхъ буквъ хотели показать великость событія, и действительно
ихъ видно издалека. Вершина горы покрыта лссомъ;
въ ущельяхъ разставлены сторожевыя юрты, дабы
никто не дерзалъ приближаться къ местамъ, освященнымъ особою гегена. Здесь царствуете вечная
тишина; дикія козы бродятъ безтревожно многочисленными стадами.
2 5 Сентября, Русская миссія выступила изъ Ургн
и ехала по безплоднымъ и печальнымъ степямъ Монголіи, инде пересекаемымъ высотами. 21 Октября,
Халхинскіе проводники сменились Сунитами, а на другой день миссія вступила въ Гоби, где не было уже
пределовъ зренію; места, отдаленныя более чемъ на
пятьдесятъ верстъ, синеются подобно волнующемуся
морю; на пути лежите несколько соляныхъ озеръ;
кусты золотарнику и будургуны нокрываютъ значительиыя пространства и чернеются изъ-дали въ виде
дубовыхъ перелесковь: ихъ съ пользою можно бъ

49
было употреблять вместо дровъ. И люди, и вьючный
скотъ много страдали отъ холода; лошади и верблюды особенно истомились.
Проехавъ
Сунитскій аймакъ,
путешественники
прибыли къ Чахарцамь, слывущимь порядочными
ворами. 8 Ноября выступили изъ пределовъ Гоби.
Отъ самой Кяхты, Русскіе часто встречали значительные караваны съ чаемъ, которые туда шли; одинъ
состоялъ изъ двухъ сотъ тележекь, въ другихъ было отъ сотни до двухъ сотъ пятидесяти верблюдовъ
Они попадались еще чаще по мере приближенія миссіи къ Китаю; другія шли въ разныя места Монголін или возвращались оттуда. Обширное пространство
Гоби, при помощи терпеливыхъ верб.подовъ, ни мало
не затрудняеть торговыхъ делъ.і
9 Ноября, переехали черезъ низкій валъ, который,
по словамъ жителей, отделялъ некогда независимую
Монголію отъ Китая; далее еще одинъ древній валъ
пересекалъ дорогу въ направленіи отъ востока къ
западу; между обоими тянулись гористыя места, и
наконецъ открылся третій, последній валъ, который
быль ниже первыхъ. Не укрепленія ли это въ роде
техъ, какими вь старыя времена и Русь ограждала
себя отъ набеговъ хищныхъ соседей?
Ноября 16, съ восхожденіемъ солнца, термометръ
показывалъ 17 градусовъ морозу, и въ десятомъ часу утра поднялась жестокая метель. «Луга и горы,
говорить г. Тимковскій, почти не были приметны отъ
снега, носившагося въ воздухе; даже за полверсты
ничего не можно было видеть. Вдругъ насыпало выс о т е сугробы. Утомленный скотъ нашъ едва могъ
Т о м ь III.
4

50
тащить повозки. Стужа отъ ветра сделалась сильнее,
такъ, что "идучи пешкомъ, не можно было совершенно согреться.
« Отъ капища прошедъ версты четыре, поворотили
мы влево, и по тесному ущелію поднимались более
четырехъ верстъ въ гору. Верблюды, упряжныя и
верховыя лошади то падали, идучи по скользкимъ
косогорамъ, то утопали въ снежныхъ сугробахъ. Проехавъ означенное пространство, спустились мы въ
лощину, где стоите Монгольскій пикете изъ несколькихъ юртъ. Не могли мы не заметить здесь особеннаго двнженія, производимаго и ожнвлясмаго соседствомъ торговаго места. Безпрестанно встречались
наме караваны и телеги, идущія изъ Халгана (Калгана), или обгоняли нась едущіе туда верхомъ па
лошадяхъ и верблюдахъ (Л. X I Y — 2 ) .
<« Еще версты две пробирались мы по оврагамъ
между горами и наконецъ достигли до рубежа, отделяющаго Монголію отъ Китая. По хребту (СнньханъДабахань) насыпанъ изъ камня валъ. Въ известномъ
разсгоянін одна отъ другой стоять высокія четыреугольныя башни, сложенный изъ кирпича; оне имеютъ въ осиованіи около трехь сажеиъ квадратныхъ,
а вышины до девяти сажень. Съ сего места открывается Китай въ самомь грозномь виде На югъ, на
востокъ и западъ весь горизонть не нредставляетъ пи
чего более, кроме горе, коихъ черные хребты, прикрытые спегомъ, досягають до облаковъ. Отъ рубежа
до Китайской деревни Нор-дянь, ехали мы верстъ
пять, приметно спускаясь вннзъ по самой тесной и
скользкой дороге. Сь правой стороны по высотамъ

61
идетъ упомянутым валъ, а съ левой пропасть, всегда
готовая поглотить неосгорожнаго ездока. За нею на
востокъ подымается громада высокнхъ горъ, конхъ
торчащіе утесы нмеють видь угрюмой дикости. Вотъ
известный спускъ съ высокнхъ Монгольскихъ степей
въ глубокій Китай!
« Наконецъ, проехавъ около сорока верстъ, мы прибыли въ первую Китайскую деревню. Съ чувствами
неизъяснимой радости вступили мы въ жилища Кнтайцеве, не видевъ отъ самой Урги, на пространстве
около тысячи верстъ, ни какнхъ нризнаковъ устроеннаго хозяйства. Деревня состонтъ домовъ изъ двадцати; расположена на косогоре высокаго хребта. Къ
востоку за нею, въ глубокомъ овраге, также есть селенія, но все чрезвычайно стеснены. Местами приметны возделанныя нивы.
«Для мнссіи Чахары приготовили квартиру въ
одномъ изъ постоялыхъ домовъ, носльднемъ на левой стороне при выезде въ Халганъ. Избы, а равно
все службы, сделаны изъ глины, то есть, это мазанки, крытыя соломой. Кіітанскіе селяне собрались во
множестве вь постоялый домъ, чтобы посмотреть на
Русскнхъ. и
Отъ ІІор-дяпа до Чжан ь-цзя-кхёу, или Калгана,
считается верстъ около двадцати. Дорога идетъ сначала по крутымъ и теснымъ спускамъ. Переездъ не
мало затрудняют» часгыя встречи огромныхъ Китайскихъ таратаекь, запряженныѵь въ четыре н пять
лошадей такнмъ образомь, что одна только идетъ въ
оглобляхъ, а прочія впереди везутъ р я домъ за веревочныя постромки. Лошади здесь весьма силыімя, но,

52
по большой части, вместо ихъ употребляютъ муловъ
и ословъ.
«Версты черезъ три, продолжаетъ г. Тимковскій,
иаконецъ вышли мы на ровную дорогу, которая
имеетъ большую покатость къ Халгану. По косогорамъ расположены Китайскія деревни съ капищами.
Никоторые домы высечены въ крутыхъ скалахъ
или приделаны къ нимъ, подобно гнездамъ птицъ;
много деревьевъ и нашень на глинистой почве. Вол не
всего поразила насъ смелость Китайскихъ земледельцевъ, вынужденная впрочемъ недостаткомъ земель:
вершины высочайшнхъ горъ обращены въ прекрасныя нивы. Не льзя не изумляться, какимъ образомъ
умели возделать сіи каменистыя и почти неприступныя скалы.

«Отсюда дорога до Халгана, верстъ двенадцать,
извивается между высочайшими каменистыми утесами,
висящими надъ головою путешественника. Поверхность дороги есть шоссе, устроенное самою природой. Мелкіе камни, смешавшись съ хрящемъ и
глиною, слеглись весьма плотно отъ дождей и безпрестаннаго проезда; стоило бы хоть слегка приложить руку искусства, и сія дорога конечно не уступила бы въ совершенстве дороге Симплонской, ведущей изъ Шпейцаріи въ Италію чрезъ горы Снмплопъ
и Монсени. Горный потокъ, на самой дороге текущій и орошающій после части Халгана, своими
льдяными накипнями не мало затруднялъ проезде
нашихъ новозокъ.
«Мы приметили Халганъ не прежде, какъ подъехавь къ великой, полуразвалившейся стене онаго,

53
сложенной изъ кирпича между двумя крутыми скалами, недалеко отстоящими одна отъ другой. Великое , множество народа собралось смотреть на путешествующихь Россіянъ. Въ числе нрочихъ, выеха гь
на встречу нам ь одинь изъ здешнихъ чиновников* съ
золотымь шарнкомъ на шапке. Когда же иеребрались
чрезъ обвалъ въ стене и приближнлись къ огромнымъ городским* ворогамъ, го (сопровождавши!
миссію) Бнтхеши, просил ь всех* нась нройдти черезъ
ворота пешком*, какь при первом* входе въ светлейшую Дацинскую имперію. Удаляясь отъ всякихъ,
а темь более безиолезныхъ сноровъ съ иностранцами,
мы удовлетворили ихъ требованію. Потом* съли на
лошадей, а члены миссіи въ свои повозки, и пустились прямо по большой улице, между купеческими
лавками. Выехав* на большую площадь, где на левой стороне видт.нъ дом* Гузай Амбаня, генералъинспектора войск* Цахарскихъ (Чахарскихъ), мы проехали черезъ площадь прямо на постоялый дворъ,
отведенный Халганскимъ начальством* для миссіи.
«Скажемъ несколько словъ о Халгань вообще. Город* сей назван* такь отъ Монгольскаго слова Халга,
означающего ворога или заставу. Известно, что жители, ближайшіе къ какому либо городу, обыкновенно не называют* онаго по имени, а просто городомъ. Таким* образомъ Русскіе, часто слыша огъ
Монголов* слово Халга, превратили сіе нарицательное имя въ Собственное. У Китайцев* Халганъ известен ь под* именем ь Чжан ь-цза-кхёу. Онъ разделяется на верхнюю и нижнюю часть но течение р»ки
(Цзинь-хой х о . Верхняя лежите при выезде за гра-

54
ницу въ Монголію и ограждена воротами, построенными въ Великой стг.нг., на горы взведенной. Отъ
сихъ вороть на западъ, древняя Великая стена видна
только по одному валу изъ камней и зеленымъ буграмъ, оставшимся после развалившихся башень. Нижняя часть Халгана лежитъ съ южнаго пріезда и
имеетъ небольшую крепость съ гарннзономе. Городъ
не обширенъ, въ немъ нетъ великолепныхъ зданій,
но онъ многолюденъ. Халганъ есть ключъ торговли
Китайской съ Россіею, и отчасти съ Монголіею. По
сей причине бывастъ здесь многочисленное стеченіе
купцовъ.»
По замечание отца Іакпнѳа, чай въ Халгане въ
половину дешевле противъ Кяхтинскаго; но лучшій
черный чай скорее можно найдти на Кяхте, нежели
въ Пекине и Халгане. Китайцы очень редко употребляютъ черный чай, и потому хорошпхъ сортовъ
его въ Пекине привозятъ весьма немного, а въ Халгане даже и не раскупориваютъ. Халганъ служить
исключительнымъ складочнымъ местомъ для всехъ
отпускаемыхъ въ Кяхту и провозимыхъ оттуда товаровъ, съ которыхъ и пошлина собирается вь здешней таможне, а не ве Маймачене.
2 4 Ноября миссія выступила
ясной и довольно теплой погоде.

иль

Халгана

при

«Версты две, говорите Г. Тнмковскій, пробирались
мы по тесныме и худо вымощеннымь улицамь. ІІо
обеиме сторонамь много лавокь съ разными товарами, ьъ томъ числе и пушными. В ь самомь конце
города переехали мы черезъ каменный мосте, устроенный на речке, вытекающей изъ горе выше Халгана.

55
Нисколько

гранитныхъ

перилъ свалились въ

реку

и место ихъ ни чемъ не закрыто, — безпечность полицін, могущая

ИМЕТЬ

дли нроезжихъ вредны»

ПО-

С Л Е Д ствія.

«За мостомъ дорога принимаете иаиравленіе по
равнине къ западу. Отсюда только можно приметить, что Халганъ выстроенъ нодъ самымъ хребтомь
высокихъ горъ длинною полосой по правому берегу
вышесказанной речки (Цзинь-хой-хо). Домы изрядной архитектуры н обсажены ивами. Вся равнина, по
сю сторону речки, есть богатая, возделанная нива.
Вершины горъ белеются иодъ снегомъ, когда на поляхъ его вовсе не видно. Почва земли глинистая, перемешанная со щебнемъ: густыя облака пыли вились
кругомъ насъ во весь переезде. Самая дорога углублена аршина на два или на три ниже полей: скоте,
идущій по ней, лишенъ возможности портить засеянныя нивы. На поляхь видно много сельскихъ домнковъ.
« Но дорога более всего служите доказательствомъ
промышленности и многолюдства въ Китае: на каждомъ шагу встречались мы съ людьми, ехавшими верхомъ, везшими солому, и прочес, на мулахъ и ослахъ.
Чрезъкаждыя пять ли, или 2 | нашихъ версты, находятся караульни, Похожія на каланчи нашихъ съезжнхъ.
Подле караулень стоять по пяти каменуыхъ столбиковъ, въ виде толстыхъ конусовь, на конхь показано
число ли. Па стеиахъ караульнаго двора изображены
красками, довольно искусно, лошади, ружья, луки
и колчаны со стрелами. Караульни служать вместо
телеграФОвъ: въ случав какихь либо безиокойствъ на

56
северной границе Китая, вдругъ передается весть о
томъ въ Пекіінъ, и войска немедленно должны быть
въ готовности для встречи непріятеля. Въ каждой
караульне живетъ по нескольку солдагъ
зелеиаго
знамени, или собственно Кнтайскаго корпуса. Сін,
какь и все Кнтайскіе солдаты, исключая Маньчжуровъ, более суть земледельцы, освоболгдепные отъ
повинностей носелянь, но, вместо того, обязанные, въ
известныхъ случаяхъ, отправлять военную службу.»
Путешествія чрезь Монгольскую степь отъ Кяхты
до Пекина были несколько разъ совершаемы поверенными Россійскаго правительства. Исбрандъ Идесъ,
путешествовавшій вь 16t*2, 1693 и J 694 годах ь, издалъ свои дорожныя записки, равно какъ и товарищъ
его Адамъ Брандъ. Напечатаны также описанія четырехъ повздокъ въ Пекинъ находившаяся въ Русской службе Стокгольмца, Лаврентія Ланге (1715 —
1757), и путешествія іезуита Жербиліона, который,
въ качестве переводчика, соировождалъ Китайскихъ
иословъ, отправленныхъ для заключенія Нерчинскаго
договора, состоялъ потомъ при особе богдохана, выезжавшая на охоту въ Монголію, былъ свидстелемъ
войны противъ Элётовъ, или Олотовъ, и наконецъ ездилъ съ тремя Китайскими вельможами, назначенными председательствовать въ сеймахъ Халхинскихъ Монголовъ, при новомь ихъ образованіи.

Си-юй, ТО ЕСТЬ,
тлйскій ТУРКИСТАНЪ.

КИТАЙСКОЕ ГОСУДАРСТВО:

ЧЖУНІ.ГАІПЯ

и Ки-

Китайцы наименовали Сн-юемъ, или западнымъ
краемъ, страну, которая объемлетъ прежнюю Чжуньгарію и часть Туркестана къ востоку отъ Болорскихъ
горъ. Эги две области, лежащія на западъ оть Монголіи, вошли въ составъ Поднебесной Имперіи только съ XVIII века. Первая, которой имя Чжунь-гаръ,
или Цзунгаръ, означаетъ восточное крыло, искони занята была отраслью Монгольскаго племени, разделявшеюся, подобно прочимъ, на аймаки. Ойратскій
аймакъ былъ известенъ еще до Чингисхана. Въ последствіи онъ усилился, и въ ХѴ-мъ веке мы видимъ
союзъ Чжунгарскихъ аймаковъ подъ общимъ именем ь Дурбань-Ойратъ, то есть, четыре Ойрага Чжуньгары нередко тревожили Китай. Наконець, но случаю раздоровъ, возникших!» между ихъ ханами, или
тайцзіями, нмператоръ Китайскій, принявь одного изъ
нихъ вь свое подданство, послалъ на другаго многочисленное войско, и послъ упорной борьбы, погубившей около миіліона Чжуньгаровъ, вь 17б0 году они
были вынуждены покориться Китаю. Тогда же последовало раздъленіе земель ихъ на пять округовъ,
изъ которыхъ три наиболее обезлюженные войной,
заселены Китайскими выходцами и состоять подъ не-

58
посредственнымъ управленіемъ Китайскаго начальства.
Чжуньгары более известны въ Европе подъ именемь Калмыковъ, или точнее Каламаковь, которое
получили они отъ своихъ Туркинстанскихъ соседей.
Китайскій, или Восточный Туркистаиъ, несправедливо называемый въ Европе Малою Бухаріей или
ТурФаномъ, былъ всегда заселенъ племенами Турецкаго корня, которыя, при частыхъ междоусобіяхъ,
были безирерывно покоряемы соседними народами,—
сперва ордами могущественныхъ тогда Монголовъ,
потомъ Чжуньгарами, наконецъ Маньчжурами и Китайцами, въ половине минувпіаго века. Туркистанцы
взбунтовались въ 1816 году, но, после многихъ неудачныхе стычеке, пришли снова въ повиновеніе.
Китайцы называюсь Чжуньгарію Тхянъ-шанъ-пе-лу,
а Восточный Туркпстанъ — Тхянъ-шанъ-нанъ-лу, по
положенно этихъ странъ къ северу и югу отъ
Тхянъ-шана, большаго снежнаго хребта, идущаго отъ
запада къ востоку и почти служащего имъ границею.
Первая лежитъ между 4 1 ° 50' и 48° 41' северной
широты и между 9 2 ° и 108° восточной долготы.
Къ северу граничить она сь Российскою имперіей, къ
востоку съ Монголіей, къ востоку и югу съ областью
Гань-су, къ югу съ Тхянъ-шанъ-нанъ-лу. Къ западу
обе смежны съ Туркистаномъ. Тхянъ-шанъ-нанъ-лу
къ востоку сопределенъ съ Гань-су и Хухунорскими
Монголами, а къ югу съ Тибетомь. Длина его отъ
востока къ западу простирается до 4 5 0 миль, ширина до 200, а поверхность до 6 6 , 0 0 0 миль квадрат-

59
ныхъ. Онъ лежитъ между 3 5 ° и 4 4 ° северной широты и между 6 9 ° и 9 3 ° восточной долготы.
Длина Тхянъ-шанъ-пе-лу содержите въ себе 3 0 0
миль, средняя ширина его 125, поверхность около 23,000 миль квадратныхъ. Китайцы разделяютъ
его на три военные округа: Хуръ-хара-усу, Тарбагатай и Или.
Округъ Хуръ-хара-усу, порубежный съ Монголіей,
объемлетъ почти всю систему рекъ, текущихъ въ
озеро Балхаси-норъ, несправедливо называемое еще
Халтаръ-уйге-норомъ и на некоторыхъ картахъ Бараталою *. Оно принимаетъ въ себя между прочимь
реку Хуръ (Хуръ-гола), текущую изъ горь Малхайскихъ, и заимствуетъ названіе свое оть спт.говъ, которыми одеты ихъ вершины. Крепость и вместе военное поселеніе Хуръ-хара-усу (по-Китайски, Суйчень-пху), основанная въ 1762 году на правомъ берегу Хура, считается главнымъ местомъ въ округе.
На речке Дрини находится еще одно укрепленіе
Фунь-ченъ-пху.
Округъ Тарбагтай лежитъ къ западу отъ предъидущаго, а къ северу соиределень съ Сибирью. Имя
его происходить отъ Тарбагтай-блы, высокаго горваго хребта, простертаго между озерами Цзайсаномъ
и Балхаси-норомь. Киргизы называютт. его Ташъдева, то есть, утесами. Тарбагтай-Ола зиачнтъ сурочьи горы; въ нихъ водится множество этихъ зверьковъ. Северныя и восточныя части округа пересекаются отраслями Алтая. Одна изъ нихъ, подъ назва* По Китайскимъ извѣстіямъ, Боротала есть ръчка, текущая, въ двухъ
стахъ всрстъ на юго-востокъ отъ города Или.

60
ніемь Эрцисъ-бла, даетъ начало реке Эрцису или поРусски Иртышу, которая, принявъ вь себя множество
потоков^ проходит ь чрезъ озеро Цзайсанъ. Нисколько
другихе озере разсеяно по поверхности края; они также принимаюгъ вь себя реки, но истоковь не имеютъ.
Северная часть весьма холодна. Городъ Тарбагтай,
или Чугучакь, построенный въ 1767 году, окруженъ землянымъ в;іломъ. Населеніе смешанное: есть
много Киргизов ь, Элётовь (Олотовь) и Торготовъ,
есть также Маньчжуры и Китайцы, которые, въ качестве военныхъ поселяне, составляюте гарнизоне и
занимаются хлебопашеством ь.
Округе Или содержите въ себе югозападную часть
прежней Чжуньгаріи, прислоненную съ южной стороны къ снеговому хребту Тхяне-шаиь, котораго ветви
простираются по всему краю. На востоке лежите
безнлодная степь. Главныя озера вь Илінскомъ округе—Ала-куль (Алакъ-тугюль-норь) на свверозападе,
Балхаси и Темурту, или Исси-куль, на западе. Названія эти на языкахъ окрестныхъ племенъ означаюсь горячую, соленую и железную воду.
Вь 2 8 миляхъ къ востоку отъ Исси-куля, замечательны горы Ие-шань (Белая) или Го-шань и
Агіё (Огненная). Последняя безнрерывно извергаете
дыме и пламя. Поверхность лавы, когда она остынеть и окрепнетъ, покрывается соляными частицами,
которыя употребляются жителями въ виде лекарства:
эго просто нашатырная соль. Таме собирають еще
и серу. Гора эта называется ныне Халаре. Имя Пешаиь, то есть, Белая гора, означаете цвете вершины,
покрытой солыо, пемзою и волканическимъ ненломь. По

61
разсказамъ Бухарцевъ, которые привозятъ нашатырную
соль въ Сибирь, ея такъ много собирается в ь окрестностяхъ, что жители часто платятъ ею дань богдохану.
Впрочемъ волканическія явленія весьма обыкповенны въ Тхянъ-шане. Въ 240 миляхъ далг.е къ востоку, на южной покатости этого хребта, извт,стень
волканъ Го-чеу, или Турпанскій. ГІо словамъ Китайскихъ писателей, изъ него постоянно идегъ дымь
столбомь и въ сумраки свьтитъ какъ Факел ь. ГІтицы,
освещаемые его заревомъ, кажутся краснаго цві.та.
Люди, отправляюіціеся за нашатырем ь, падг.ваютъ деревянную обувь, потому что кожаныя подошвы скоро
перегараютъ. ІѴь рытвинахъ собираютъ еще зеленоватую жидкость, которую кипятятъ и вывариваютъ;
такимь образомъ получается самая белая и чистая
нашатырная соль.
Къ северу отъ Тхянъ-шана, близъ Урумци, есть
пространство более десяти миль въ окружности, покрытое летучимъ пепломъ. Если бросить туда какуюнибудь вещь, тотчасъ появится пламя и вещь сгараетъ въ одно мгновеніе. Если бросить камень, то
подымется черный дымъ. Зимою снегъ здесь не держится. Птицы не смеютъ про іетать надъ этим ь местомъ, которое обыкновенно зовутъ огненнымъ.
На межв Илійскаго округа съ Урумційскимь с у ществует!. пропасть миль на девять въ окружности.
Изъ-дали кажется она покрытою снегомъ; земля,
похожая на солончакъ, послг, дождя обыкновенно
отвердеваешь. Если бросить туда камень, слышенъ
звукъ дерева, ударяющагося о железо. Если люди
или скотъ зайдутъ туда ошибкою, они навсегда по-

62 ,
гружаются пъ пропасть. Это место известно подъ
именемъ пепельной ямы и часто покрывается нашатырными испареніями.
Къ западу

отъ

Урумци ндетъ

горный песчаный

хребетъ, весьма обильный каменным ь углемъ.
На

острове

озера

Ала-куля есть

горелая сопка

Аралъ-тубе, прежде извергавшая пламя.
«Пе-шань
больдтъ,
ческихъ
Около

и

волкапъ

разделены

Го-чеу,

говорить

пространством ь

Г.

Гум-

1 0 5 геограФИ-

миль въ направленіи отъ востока на западъ.
50

миль къ западу отъ Го-чеу, у подошвы

величественной Богда-блы, находится
ційское

жерло;

большое Урум-

въ 4 5 миляхъ къ северо-западу от-

сюда, на равнине, прилежащей къ берегамъ Хобока,
который течетъ вь малое озеро Дарлай, возвышается
холмь
не

съ разселнпами,

издающими

скопляется

весьма горячими, однако жъ

дыма (видимыхъ паровъ). Нашатырь

въ

этихъ щеляхь такою твердой корою,

^ что надобно разбивать камни для отдсленія его.
«•Пе-шань, Го-чеу,
места, доныне
волканнческіе

Урумци и Хобокъ, эти четыре

единственныя,
признаки

въ

где

открыты

средней

Азіп,

явные
удалены

на 7 5 или 8 0 геограФііческихъ миль къ югу отъ того
места Китайской Чжуньгаріц, где мне случилось быть
вь начале 1 8 2 9 года. При первомъ взгляде на хорошую

карту Азіи,

сопка на

видно,

что

Аралъ тубе

горелая

острове Ала-куля, извергавшая пламя еще

въ исторнческія

времена и упоминаемая въ путевыхъ

запискахь, собранпыхъ вь Семипалатинске, находится
па волканнческомъ грунте того края. Эта островская
гора лежитъ

къ

западу отъ нашатырной пропасти

63
въ Хобокт» и къ северу отъ Пе-шани, которая мечетъ еще огонь, а прежде извергала и лаву; отъ
обеихъ отстоитъ она на 4 5 миль. Отъ Ала-куля до
Цзайсана, где по снисходительности мандариновъ,
Русскіе казаки пользуются правомъ рыбной ловли,
считается 3 8 миль. Тарбагатай, подъ которымъ
лежитъ городъ Чугучакъ, и куда, въ 1S25 году,
тщетно старался простереть изследованія свои ученый
и неутомимый товарищъ Г. Ледебура, докторъ Мейеръ,
Тарбагатай идетъ на югозападъ отъ Цзайсана къ
Ала- кулю.
«И такъ внутри Азіи известно намъ волканичсское
пространство, котораго поверхность объемлетъ более
пятисотъ географическихъ квадратныхъ миль, и которое
въ трехъ или четырехъ стахъ миль отъ моря. Оно
занимаетъ половину продольной лощины между Алтайскою и Тхянъ-шаньскою горными системами; главное
гнездо волканической деятельности находится невидимому въ последней.»
Между горе Илійскаго округа лежать илодоносныя равнины и самые тучные луга: здесь собираютъ
пшеницу, просо, ячмень, конопель. Лошади, разводимыя на берегахъ Или, славились искони: дичи тамъ
бездна. Солончаки занимаютъ значительное пространство; въ горахъ находятъ золото и железо, каменную
соль и нашатырь.
Или. иначе большая Гулчжа *, прежняя резиденция
хама Чжуньгарскаго, лежитъ на правомъ берегу реки
* По Китайскимъ

извѣстіямъ, этотъ

городъ неправильно назыиаютъ

Гултжсю; настоящая Гулчжа, городъ Турквстанскій, лежитъ на 05
Дли далЪе къ востоку.

64
Или, у подножія горы. Императоре Цянь-лунь пожаловалъ ей почетное имя Хой-юани (Хой-чоань-чепъ).
Этотъ весьма торговый городь защищается цитаделью.
Его можно почитать главнымъ местомъ вь обеихъ
западныхъ областяхе имперіи. Здесь живете главнокомандующие имея подъ начальствомъ несколько генералове и Монгольскихъ старшинъ. По всему краю
разсеяны военные посты; ежегодно отправляется туда
немалое число Маньчжуре целыми семействами. Туда
же ссы.іаютъ изъ Китая преступниковъ.
Значительная часть населенна состоигъ изъ кочевыхъ племенъ. Между ними много Элётовь. Торгогы,
одна изъ четырехъ ордъ этого Монгольскаго племени, въ начале XVIII сто.іетія оставили Китайскую
державу. Россія дала нмь убвжище въ степяхъ между Волгою и Яикомь (Уралом ь) неподалеку отъ
Каспійскаго моря. Императорь Кань-си, огорченный
такимъ побегомъ, послалъ къ хану ихъ мандарина съ
увереніемъ въ своемъ покровительстве, если оне согласится перейти опять въ Кигайскія пределы. Попытка осталась безъ действія.
Между-темъ, Элётамь не слюбилось въ Россіи: правительство требова ю ихъ на службу; Русскіе шутили
надъ ихъ обрядами; у хана Убаши взяли сына въ
заложники. Тогда они решились воротиться въ Китай, где пмь было привольнее и где буддійское богослуженіе находилось въ чести
Въ начале одиннадцатой луны 1770 года, Убаиіи и
все подвластные ему Торготы, съ женами и детьми,
съ имуществомъ и оружіемь, покинули берега Волги,
прошли чреаъ степи, лежащія къ северу отъ Китай-

65
с наго моря и, совершивь тысячемильный путь въ течете осьми мьсяцевъ, прибыли, въ начале Августа
177 { хода, на берега Или въ числ и пятидесяти тысячь
семей, не смотря на стычки, выдержанный ими дорогою. Такой дальный и многотрудный путь разумеется нстомилъ ихъ и привелъ въ крайнюю бедность. Императоръ Цяпъ-луиь велелъ снабдить новопришельцевъ хлвбомъ па годъ, и кроме того юртами,
скотомъ, одеждою, земледельческими орудіями, даже
лапами * серебра для удовлетворена прочихъ потребностей.
Убашн, приглашенный
изъ своего народа, былъ
и дарами. Все возведены
ветственныя темь, какія

ко двору съ знатнейшими
осыпанъ ласками, почестями
были въ достоинства, соотони имели до переселенія.

Тхянъ-шань-нанъ-лу окруженъ почти со всехъ
сторонъ высокими горами: къ западу Цунь-лпнь отделяешь его отъ Туркнстана, принимая въ высшихъ
частяхъ своихъ названіе Болорскихъ горъ; къ югу
тянется Куэиъ-лунъ или Кулкунъ, къ северу хребетъ Тхянъ-шаньскій. По поверхности края, не дающаго начала ни одному источнику, разсеяны озера,
каковы Лобъ-иоръ, принимающее реку Эргюль (Тарпмъ?); Бостанъ, въ которое течет ь Хайду **; Махбахесетканъ, Ешиль и Иникуль, куда впадаютъ реки
менее значительныя.
Эргюль происходить отъ соединенія пяти большихъ рекъ Куча-дярьи, Аксу-дярыі, Кашгаръ-дярьи,
* Лаіп. около 9 золотішковъ.
" По Китайскимъ ИЗВІІСТІЯМЪ, Хайду
въ Лобъ-норъ.

Т о м ъ ИГ.

течетъ изъ Бостаиа и впадастъ

5

66
Яркяиь-ёстана и Хотанъ-дярьи, п, впадая съ западной стороны въ Лобъ-иоръ, составляетъ, по мнънііо
Кптайскихь гсографог.ъ, первоначальное верховье знаменитой Желтой ріжи—Хуань-хё (Iloang-Ho).
Лобъ-норъ имѣетъ въ длину пятьдесятъ, въ ширину двадцать пять миль. Иазваиіе его, означающее
«звездное озеро», происходить отъ того, что оно
окружено безчисленнымъ миожествомъ родннковъ, которые изъ дали и съ высоты представляются светлыми звездами. Ключи быоть изъ глубины ст. великой силою,—признакъ большаго водоскопа подъ землею и вместе хорошій доводе въ пользу того мнФнія,
что здесь истинное начало Хуань-хё. Воды озера
просачиваются подземными ходами и опять выступаютъ на поверхность далее къ югу, где подъ имсиемъ Альтанъ-голы образуюгъ верховье реки Желтой.
Съ самыхъ давнихъ порь Китайскій Туркистанъ
заключаетъ въ себе города, разделяемые довольно
большими песчаными степями.
Климатъ умеренный; ветры бываютъ весьма часто
весною и летомъ; но они не слишкомъ сильны, не
вздымають песку и не вырьтаютъ деревьев!», разумеется, за некоторыми местными изъятіями. Только
лишь пастанутъ ветры, плодовыя деревья покрываются
цветомъ, и скоро созреваютъ плоды; другія деревья
зеленеютъ и простирают!» тень свою по равнине. Но
прекращеніи ветровъ, наступаютъ туманы и увлажаютъ землю благотворною росой. Дожди редки, но
пагубны даже и въ самомъ маломъ количестве: цветъ
на деревьяхъ отъ нихъ вянетъ. Если же дождь оби-

67
лепъ, деревья покрываются какъ будто масломъ и не
даютъ хорошихъ плодовъ.
Почва тучная п теплая. Осенью сеять много пшеницы, а потомъ пускаютъ воду въ поля, чтб называется
поливкою. Если зимою и весною шли дожди, засеваютъ ранг,е. Здесь произрастаетъ хлебъ всякаго
рода, овощи, дыни и хлопчатая бумага. Хлебный
поля не выпалываются: плевелы, по мнвшю Туркистанцевъ, поддерживаютъ жниво въ надлежащей свежести.
Весеиніе холода гибельны: они замедляютъ таяніе
спегові., отчего вода орошаетъ пашни только после
засева. Жужубовъ (Китайскихъ ФИПИКОВЪ) здесь очень
много; изъ нихъ ГОНЯТЪ родъ водки. Держи-дерево
(тогуракъ?) покрываетъ песчапыя степи и служить
топливомъ. Дыни вкусны до чрезвычайности.
Везде, на горахъ и въ степи, видны стада лошадей и быковъ, верблюдовъ, ословъ и муловъ. Мяса
дикихъ барановъ нельзя есть, но шкуры ихъ даютъ
очень теплую одежду. Шакалы весьма обыкновенны
въ горахъ; есть много змей, крупныхъ пауковъ и
скорпіоновъ.
-Туркистанцы, подобно всемъ народамъ Турецкаго
племени, держатся исламизма; они не отращиваютъ
волосъ на голове, но отпускаютъ бороду. КаФтаны
у нихъ съ большпмъ воротомъ и узкими рукавами;
колпаки зимою съ меховымъ верхомъ, а летомъ изъ
атласа или сукна съ бархатпымъ околышемъ, заостреннымь спереди и сзади; колпакъ, пяти или
шести дюймовъ въ вышину, на верху украшенъ золотою кистью.
*

68
Обувь красная кожаная съ деревянными коблуками.
Женщины носятъ башмаки ИЛИ туфли безъ задникове; летомь оне ходяте боенкомь; зимою на голове
у нихъ меховые колпаки, украшенные перышкоме
спереди. Платья вообще распашпыя; подь ними две
сорочки, одна короче, другая длинней (Л. X I Y — 4 ) .
Населеніе Тхянь-шань-папь-лу
лутора

милліона.

Весь

край

полагаютъ до по-

разделене на десять

княжествъ, или акиме-бекствь, называемыхь по имени
главнаго
по

города.

назначенію

Города управляются чиновннкомь,
Кнтайскаго

правительства;

шесть изъ нихъ сохранили право иметь

однако

туземнаго

бека.
Аксу, на западе, при реке того же имени, близъ
отрога Тхянь-шаиь-мусура, есть место пребывапія
Китайскаго командира, начальника всехь войске и
блюстителя благочинія въ целомь округе. Здесь находится таможня. Городе лежитъ на большой дороги и
посещается множеством!, купцовъ Китайским., Индейскихъ, Нашмирскихъ, Туркистанскихъ и Киргизскихъ.
Жители вообще достаточны. Они выделываютъ много
бумажныхъ тканей; замшаныя седла и узды Ихь работы пользуются большою известностью; яшму шлнФуютъ съ удивительнымъ совершенством ь.
Турпапъ, по-Китайски Турфань, близъ Тхянъ-шана,
городъ довольно многолюдный. Летомъ здесь чрезвычайные жары, небо какь будто пышитъ пламенеме.
Между произведеніями землн примечателень винограде отмепнаго вкуса. На юговостокъ простираются
несчаныя горы, совершенно безплодиыя.

G9
Комулъ, по-Китайски Хами, далее къ востоку, небольшой, но хорошо населенный городокъ. Особенно
славятся его дыни.
Кашгаръ, въ западной части Туркистана, на реке
того же имени и неподалеку отъ границы, — значительный городе. Таме выделывается золотая и серебряная канитель, парчи, атласы и другія шелковы я
н бумажныя ткани. Торговли вь цветущемь состоянін, н нноземныхе купцовь съезжается очень много.
Здесь считають до 16,000 жителей, платяіцихъ подать.
Они любяте разгульную жизнь и слывуть грубыми
ве обращенін.
Яркянь (Яркендь), лежащій далее къ югу на большой реке того же имени, быле некогда столицею
Восточнаго Туркистана. Число податныхъ жителей
простирается до 52,000 человеке; но полагають, что
только осьмая часть населснія значится по ревизскиме сказкамь. Городъ ведетъ цветущій торге; Китайскіс купцы пріезжаютъ по деламь изъ восточныхъ
областей, не смотря на большое разстояніе; бываютъ
многіе и изо всехъ другнхъ стране Азіи. B e торговые дни обширный базарь всегда нанолнене людьми и товарами.
Окрестность Яркяші составляете пространную равнину. Здесь, ве реке ІОрункаше, добывають ю, или
восточную яшму, весьма дорого ценимую Китайцами.
Случается, что одинъ кусоке весить o r e трехе-до
четырехе-соте гипове *.
« B e 2 5 0 ли оть Яркянн, говорись Кіггайскій геограФЬ, переведенный отцемь Іакинѳомь, есть гора
* Гннъ около полутора фунта.

70
Мирчжай, которая вся состоите изъ разноцветной
яшмы, но иная въ коре, а другая содержись внутри
себя частицы кварца. Кто желаете достать яшму
чистую, безъ всякой примеси и притомъ до 10,000
гиповъ весомъ, тотъ долженъ идти на высшія вершины горы, на которыя и природнымъ жителямъ
трудно подниматься. Здесь есть волы, привыкшіе
ходить по горамъ. Туркистаиецъ съ орудіямн подымается на такомъ воле на гору, и отсекаетъ каменья,
которые сами собою скатываются внизъ. Сія яшма
называется горною. Яркянь ежегодно, весною и
осенью, отправляетъ отъ 7 до 10,000 гиновъ сей
яшмы ко двору.»
Въ семи стахъ ли къ юговостоку огъ Яркяни и въ
пяти стахъ къ северу отъ Тибета лежитъ на реке
Хотанъ-дярье городъ Хоганъ, иначе Ильци. Здесь
выделываютъ ткани шелковыя и шерстяныя, льняныя
и бумажныя. Шелку получается весьма много отъ
днкихъ червей; въ плодоносныхъ частяхъ края много
шелковичныхъ плантацій. Въ некоторомъ разстояпіи
къ западу простираются высокія горы; къ востоку
лежатъ степи песчаныя и совсемъ пеобнтасмыя, хотя и снабженный многими ключами.

КИТАЙСКОЕ ГОСУДАРСТВО:

ТИБЕТЪ.

Все народы, исповедующее буддизме, почитаютъ
Тибетъ святой землею, потому что въ Хлассе, столице того края, живетъ далай-лама, въ которомъ
они чтутъ воплощсніе Боддисатвы.
Подобно брахманской религіи, буддизмъ основанъ
на томъ начале, что единый духъ животворить вселенную. Въ самомъ себе, этотъ духъ есть выспренняя пустота, какъ отсутствіе всякаго явленія, но обнаруживаясь и облекаясь въ вещество, которое есть
не настоящее бытіе его, а только призракъ, или
кажущееся, онъ производить облики разнообразные
до безкоиечности. Этотъ духъ называется по-Санскритски Будда, то есть знаніе или мудрость, но чаще разумеюсь подъ именемь Будды не первобытную
мудрость въ отвлеченномъ смысле, а божество, являющееся по временамь въ созданныхъ имъ обликахъ
н преимущественно въ образе человеческом ь.
По вере буддистовъ, каждое живое существо есть
духъ, ниспавшій изъ страны чистаго света въ дольную
область изменчиваго вещества; смерть, по ученію ихъ, не
освобождаете души отъ оковъ плоти; несовершенные
духн скитаются по земле въ разныхь обликахъ до техъ
поре, пока заслужатъ себе полную свободу; тогда
возвращаются они къ источнику своему, духу перво-

72
начальному, и, будучи совершенно вольны, могутъ
или слиться съ нимъ въ первобытное единство, или
оставаться вь области творчества и откровенной силы, один для утверждения въ мірв новыхъ догматовъ,
другіе для распространения прежнихъ словомъ и примвромь. Первые суть истинные Будды; они являются
однажды, н потомь навЕкн сливаются съ своимъ первообразомъ. ГІослвдніе для отличія названы Боддисатвами; они-то, по мнънію буддистовъ, воплощаются или возрождаются въ особъ далай-ламъ, хутухть,
велнкихъ государей, и даже, хотя очень редко, въ
ЛИЦЕ
простыхъ священнослужителей и мірянъ. В ь
ЧИСЛЕ ихъ есть такіе угодники, которые, по мнвнію
буддистовъ, подвизаются съ особеннымъ усердіемъ въ
двлъ духоосвобожденія; останки нхъ, живописныя изображенія и статуи составляюсь предметъ поклоненія
и религіозныхъ обрядовъ.
Пастоящіе Будды являются въ эпохи обновленія вселенной, и каждый управляетъ извветнымь ея періодом ь.
По МІГЕНІЮ буддистовъ, на С В Е Т Е было уже трое Буддъ.
Четвертый, котораго ученіе госнодствуетъ теперь въ
большей части восточной Азіи, родился въ Индіи, въ
1 0 1 9 году до P. X . Достигнувъ семндесяти-девятилътняго возраста, онъ совлекся смертной оболочки
для возвращенія въ бездну всемірной души, которой
самъ онъ въчііое начало. Земная душа его перешла
къ одному изъ его учениковь, имь назначенному. Преемники его не остались въ мъстахъ, освященныхъ
его житіемъ: въ V В Е К Е нашей эры подверглись они
гонспію за некоторый существенныя перемѣны, введенныя ими во міюгнхъ обрядахъ, и вслъдствіе того

77
перешли въ Китай, потомъ въ Монголно, и наконецъ,
въ Х Ш веке, водворились въ Тибете. ІІынешній Будда называется по-Индейскн Шагкямуни, по-Тибетски
Сапджай, по-Монгольски Бурханъ, по Китайски Фо, а
за Гангомъ Гоутама или Годама.
Будда явился въ Индіи; первые патріархи, наследовавшіе душу его, жили при дворе тамошнихъ царей, какь духовные ихъ советники. Божество возрождалось то ѵ въ касте брахмановъ или ратников ь, то
между купцевъ или земледеловъ, согласно съ иервоначальнымъ своимъ намереніемь уничтожить различіе
кастъ. Первосвященники, достигнувъ преклонныхъ
льтъ, по большей части сами полагали конецъ недугамъ старости и ускоряли минуту своего нерерожденія возшествіемъ на костеръ. Въ наше время, велнкіе ламы не сожигаются зажнво, а предаются огню
только по смерти.
Когда далай-лама захочетъ покинуть міръ сей, чтб,
по мпвнію его поклонниковъ, случается въ тотъ день #
въ тотъ часъ и при твхъ самыхъ обстоятельствахъ*
какія онъ определить, онъ всегда оставляешь духов-<
ную съ назначеніемь преемника; онъ пишеть ее самь
и полагаетъ въ потаенное место около своего престола съ темь, чтобы она была найдена только по
псреселеніи его души. Въ этой грамате определяете онъ звапіе, родъ, лета и другіе признаки, по
которымь должень быть открыть преемникъ его,
когда придется его отыскивать- Духовную шцутъ немедленно по псреселеніи далай-ламы; она вскрывается храмовымъ викаріемъ въ прнсутствін священненшнхь хутухть (перерожденных*) н высшаго духовен-

74
ства. По отысканіи назначеннаго преемника, его посвящаютъ съ торжествомъ и обрядами, предписанными уставомъ. Останки предместника его сберегаютъ тщательнейшиме образомъ, употребивъ часть
ихъ на приготовление стекловидныхъ шариковъ, чтнмыхъ за великую святыню.
Далай-лама, подобио другимъ ламамъ, когда они
въ полномъ облачеиін, надеваетъ желтую рясу и
родъ плаща, называемаго губеръ. Шапка на немь того же цвета, остроконечная, съ спусками по краямъ,
прикрывающими уши. Прибывъ въ храмъ, онъ помещается, поджавши ноги, на седалище, сложенное изъ
подушекъ па алтаре и покрытое балдахиномъ. Верующие подходятъ со сграхомъ, поклоняются и принимаюсь его благословеніе. Онъ даетъ его рукою только высшимь государственнымъ сановннкомь. Прочихъ
мірянъ благословляетъ позлащеннымъ жезломь, длиною въ локоть, изъ краснаго благовоинаго дерева.
ІІа одномь конце жезла рукоятка, на другом ь изображение цветка кувшинки, изъ котораго въ средние
выходите желтая шелковая ленточка, длиною дюйма
въ два; ею связаны три шелковыя разноцветный лопасти съ бахрамой, въ длину не более четверти. Этой
кистью далай-лама кесается головы техъ, кто прсклоннтъ передъ нимъ колена; если число ихъ весьма
значительно, несколько заслуженныхъ ламъ становятся подле престола и поддерживаюсь правую руку
нервосвящеипнка (Л. XVI — 1).
Міряпе, имыощіе званіе ламскцхъ учеииковъ^оеЮпгв),
молятся прежде другимъ бурханамь, нотомь кладусь
земные поклоны передъ далай-ламою, сколько вну-

75
шить имъ набожность; напоследокъ становятся па
колена и, съ поникшею головой и закрывъ лице руками, смиренно принимаютъ благословеніе, после чего
опять кладутъ земные поклоны. Что касается до
техъ мірянъ, которые не имеютъ ученическаго званія, они приходятъ и прямо поклоняются божественному первосвящепнику.
Ламы уверяютъ народъ и разсказываютъ безъ
всякихъ шутокъ, что когда много людей вместе творя^ъ поклонепіе далай-ламе, онъ является каждому
изъ нихъ въ различномъ виде. Одному кажется онъ
молодымъ, другому средняго возраста; каждый мечтаетъ обратить па себя исключительно взоры воплощеннаго божества, и где проходитъ далай-лама,
тамь везде, по словамъ его усердныхъ чтитеуіей, распространяется дивное благовоніе. Велитъ онъ, и
среди . сухихъ степей брызжутъ чистейшіе водометы,
возннкаютъ рощи и совершаются мпогоразличныя
чудеса. Суеверіе въ Тибете, какъ и везде, готово на
всякую небывальщину.
Все духовенство Тибетское делится на наследственное по перерождение и на избирательное по
заслугамъ. Члены перваго называются по-Тибетски
обіцимъ именемъ поксба или пагба (святой), ио-Монгольски хутухта,
или перерожденный.
Первое место между наследственными хутухтами
занимаете цьзябгунъ-римбуци,
по-Монгольски далайлама. Вторая степень принадлежать бстъщтъ или
бапьчепь-римбуци,
пребывающему въ Ташн-люнбо
(Чжесси-люмбо), въ южиомъ Тибете; третія—Хутухте
Ургшіскому, о которомъ мы уже имели случай гово-

76
рить. Пси хутухты по перерожден»!, по до торжественна™ посвященія вь санъ свой, называются поТибетски янсн рнмбуцн, ио-Монгольски хубилхапь.
Само сабою разумеется, что хутухты только во
мненіи народномь слывутъ наследственными по перерожденію, а на деле избраніс ихъ зависите вполне
отъ
тайныхъ указаній Китайскаго Двора. Иоть
какъ совершается это избраніе по словамъ отца
Іакииѳа.
«ІІо смерти далай-ламы престоле его два года бываетъ праздеш.. Въ продолженіе сего времени прои с х о д я т тайпыя сношенія о новомъ далай-ламе, и
распоряжаюсь симъ деломъ не хутухты, а два Китай»
скіе генерала, жнвущіе въ Хлассе. Когда они на свое
иредставлепіе о назначаемомъ получать утверждеиіе
богдохана, то банцинь пріезжаетъ въ Хлассу и, вместе
с е Китайскими, генералами, отправляется вь жилище
хубнлханя, чтобы препроводить его въ Будалу *. Здесь
первые три года онъ учится грамоте подъ нмепемь
янси-римбуція или хубнлханя. После сего генералы
снова представляюсь богдохану о посвящепін нововозрожденпаго. ІІо полученіи указа пзъ Пекина, бан-»
цинь вторично пріезжаетъ въ Хлассу для совершения
посвященія, н съ сего времени хубилхань начинаете
именоваться далай-ламою, а родители его получаюсь
пожизненное княжеское достоинство. При семь стран-»
помъ и новомъ образе избранія наблюдаюсь знаме
нитость Фамнлін и дальность месторожденія. Иногда
по недостатку вь чужнхъ Фамнліяхь обстоятельств!,
н качестве, нужныхъ д.ал перерол«дснія, умершему
* Монастырь, занимаемый далай-ламою. Си. ниже.

77
хутухте дозволяють переселиться и въ родственника
своего, только бы сен родился около времени кончины его.»
Что касается до избирательна го духовенства, оно
делится на пять степеней. Самую низшую занимаешь
гаінпъ, по-Монгольски обуши. Онъ отличается отъ
мірянъ только краспымъ поясомъ и более строгимъ
паблюденіемъ закона. Баньдін, или ученике, воспитанный ве монастыре, носите желтую одежду, а
после посвящепія красную перевязь черезь плечо и
ходите ві> храме на служепіе: вь собственном ь смы сле это первая степень духовенства. Далее следуете
гецуле, который сверхь обыкновенной одежды во
время торжественнаго служенія надеваете запоне.
Сане гелуна соответствуете званію священника. Г е луне, сверхе запона, носите епанчу въ виде шали, и
при совершепін службы таке же отличается первенствомъ места отъ гецула, каке гецуле отъ бандія.
Высшую степень избирательная духовенства составляетъ камбу или кяньбу, earn., равняющійся епископскому. Камбу принимаешь посвященіе отъ хутухты и самъ властене посвящать ве три вышепомянутыя степени. Во время служенія, онь, подобно хутухтамъ, сидите на престоле, облаченный въ губеръ,
лицеме к е божествамъ.
Хутухты благословляютъ народе правою рукой,
обвернутой шелковою тканью; простые священники
берушь четки и прикасаются ими къ темени верующаго, который становится для того на колена
Духовенство буддійское живете общинами ве обшнрныхъ монастыряхъ подъ управленіемъ настоятеля.

78
Около болыпаго храма каждый лама имѣетъ свой
домикъ съ маленькимъ капищемъ и держитъ при
себе одного или нвсколькнхъ учениковъ, которые
считаются духовными детьми его и, когда онъ умираетъ, паследуютъ домь его и нменіе. Одежду ламъ
въ Тибетъ составляете обыкновенно желтая ряса и
красная епанча изъ шерстяной ткани: на голове у нихъ
шапка, съ острымь или круглымъ верхомъ, почти
четыреугольная (Л. Х Ѵ І Н — 1). Четки носятъ они съ
боку на полет, или держагъ ихъ въ рукахъ и перебираютъ зерна, читая молитвы. У одпнхъ шапкн желтыя, у других ь краспыя, — отличіе двухъ некогда
враждебиыхъ сектъ, которыя ныне примирились. Далай-лама и банчинь-римбоци носятъ шапкн желтаго
цвета. Верховные ламы носятъ въ торжественныхъ
обрядахъ родъ посоха (клюки), у котораго верхнін
конецъ загнутъ и изукрашенъ (Л. Х Ѵ Ш — 1 ) .
«Ламы, говорить отецъ Іакинѳъ, видВвшій обряды
ихъ въ Пекине, совершаютъ богослуженіе три раза
въ день: утреннее и полуденное на голосахъ, при
чемъ между разстановкамн быотъ въ литавры, а вечернее на духовьтхъ музыкальныхъ орудіяхъ. Зовъ къ
богослуженію производится трубнымъ звукомь въ
большія морскія раковины. Ламы, собравшись въ
храмъ, садятся на Т Ю Ф Я К И , ПО полу разложенные на
правой и левой стороне. Они ендятъ лнцемъ другъ
къ другу н чнтаютъ на распевъ однотоннымъ голосомъ священныя книги, лежаіція предъ ними на длинпыхъ пнзкихъ столахъ. Здесь не бываетъ председательствующаго лица, кроме кезгул,
падзнрающаго
за благочишемъ. Во время первосвященішческаго слу-

"79
жеиія

главное лице сидитъ у дверей храма на пре-

столе

въ

богатомъ

губере, имея лице обращенное

къ кумирамъ. Служащіе ламы стояте предъ нимъ по
сторонамъ въ рядъ, въ мантіяхъ, съ кадилами въ рукахъ, а иногда въ однихъ епанчахъ па подобіе губера,
и

читаютъ нараспевъ. Главное

ваетъ

обыкновенно

гласы

и начинаетъ

ве

лице,

которое

бы-

хутухта или камбу, читаетъ возпеніе,

позванивая серебрянымъ

рукахъ свонхъ колокольчикомъ. Прочіе ламы си-

дятъ,

позади служащнхъ, па полу бсзъ всякаго дей-

ствія, .и только некоторые, при известныхъ разстановкахе, быоте

ве

бубны и тарелки. По окоичаніи

служенія, главное лице снимаете губеръ, сходите с е
престола
если

и удаляется.

нетъ

ни

какнхъ

Симе оканчивается служеніе,
иостороннихъ обрядовъ или

процессій.»
Храмы

украшены

изображениями

Будды

и

мно-

жествомъ другихъ кумнровъ. Въ известные праздники
совершаютъ

съ

ними торжественные

ходы

около

храмовъ и далее. Во время служенія горяте свечи и
курится ладане.
Міряне входяте ве храмы только поклониться истукапаме

и

большую

принять

благословеніе

денежную дачу

руку несколько

оте ламе. За

последніе

не-

лыоте нме на

капель освященной воды, смешанной

с е шаФраноме и с е сахаромь: ее пыоте для очиіцепія души и укрт.пленія тела.
Дни поста и молитвы установлены ве начале весны,

лета

и зимы.

жественпыхе
цать

дней,

Все

ламы собираются для тор-

молнтве ве Феврале месяце на осмнадвь

маіе на двадцать, в е ноябре на це-

80
лый лунный М В С Я Ц Ъ съ диумя днями. Въ это время
воздерживаются отъ мяса и пряпыхъ зелій. Девятое,
і 9 и 2 9 число каждой луны особенно посвящены
молитве. Т у г ъ целые сонмы ламь, иногда до трехъ
тысячъ и более, собираются при каждомь большомъ
храме. Далай-лама и прочіе первосвященники въ эти
дни обыкновенно не бываютъ при богослуженіи.
Напрогивъ, они обязаны служить и давать благословеніе вь четыре великіе праздника, то есть въ
первый день первой луны Февраля, или новаго года,
въ пятый день второй луны І Ю І І Я , вь шестнадцатый
день луны іюля и въ двадцать пятый ноября. Всъ
обряды богослужебные отправляются съ великой
пышностью.
Между многими народными праздниками въ особенности замечательно торжество прогнанія сатаны.
Тутъ одинъ изъ ламъ представляетъ лице далай-ламы,
а кто-нибудь изъ простолюдиновъ лагунъ-гябу, или
діавола. У последняго привязаны длинныя зеленыя
уши, левая щека намазана белой, правая черною
краской; въ левой руке держитъ онъ короткую палку, а вь правой коровій хвостъ. Мнимый далай-лама,
после торжественна™ служенія на площади, звуками
бубновъ и раковинъ вызываете діавола. Тотъ является,
подступаетъ къ нему съ разными ужимками и прыжками и начинаетъ съ нимъ споръ, решаемый наконецъ игрою въ кости. Далай-лама объигрываетъ сатану, и беднякъ обращается въ бегство. Ламы, въ
виде духовь, и народъ съ луками, стрелами, ружьями
и пушками (?) прсследуютъ чорта, пока онъ скроется въ горахъ. Тутъ ожидаетъ его славная закуска,

81
кроме платы, которая ему следуете, потому что хлопотливую должность чорта нсправляетъ онъ по найму.
Въ исходе второй луны или ве начале третьей,
въ большомъ Хлассинсйомъ монастыре, Хлассей-ціокане, выставляюсь на показе все драгоценности. На
Будале вывешиваютъ изображенія бурхановъ, набранным изъ разныхъ шелковыхъ лоскутовъ. Ламы, наряженные ангелами и демонами, людьми всякаго званія,
тиграми, носорогами, слонами и другими животными,
трижды обходятъ монастырь и, остановясь предъ
главнымъ божествомъ, молятся, пляшутъ, и поютъ
гимны. Подобное торжество совершается и въ друі'ихъ большихъ монастыряхъ: отецъ Іакинѳъ виделъ
его несколько разе въ окрестностяхъ Пекина.
Когда родится ребенокъ, зовуте ламу, который
благословляеть сосудъ воды, смешанной съ молокомъ,
дуеть на него съ молитвами и погружаетъ туда младенца. Потомъ дастъ ему имя какое вздумаетъ или по
указанно книгъ, съ которыми иногда справляется; все
эти имена принадлежать буддійскимъ святымъ. За
темь следуетъ обыкновенно угощеніе ламамъ и знакомымъ.
При бракосочетаніи, ламы назначаюсь благопріятный день для совершенія обряда, справляясь съ
священными книгами и заметивъ годъ, месяцъ и день
рожденія будущнхъ суируговь. Они обращаютъ особенное вниманіе на день, благополучный для невесты,
хотя бы онъ и не быль выгоденъ для жениха. Поелику на каждаго приходится не помногу такнѵь
счастливыхъ диен, то въ случае, если они уже проТ о м ъ III.
6

82
шли, влюбленные должны отсрочить свадьбу до следующего года.
Въ день брака, женихъ, въ сопровождении друзей,
по безъ отца и безъ матери, пріезжаетъ за невестою;
когда все они отправятся домой, родственники невестины, или по крайней мере одинъ изъ нихъ пристаешь къ поезду, если женихъ живетъ далеко. Ііо
прнбытіи, лама окуриваешь домъ благовоніями и взываешь къ покровителыіымъ божествамъ; потомъ освящаешь молитвами сосудь съ молочпою водою; новобрачные умываютъ изъ него лице; лама благословляешь браке, полагая имъ на голову священную
книгу, и, въ заключеніе, молить Бога ниспослать имъ
благодать и миогоплодпость. По окопчаніи обрядовъ,
иолодыхъ отводятъ въ особый покой и оставляютъ
наедине, а общество между-темъ потешается пляскою,
песнями, музыкой или другими забавами, которыя у
богатыхъ продолжаются часто до пяти и даже до
десяти дней. Невесты получаютъ приданое, а женихъ
не платишь ничего тестю, какъ то водится у другихъ
Азіатскнхъ народовъ.
Когда кто занеможетъ, надъ ннмъ читаюшь установленныя

молитвы, прося

болезнь

сделается

ствуютъ

къ

и молитвами,

исцеленія

свыше. Если

опасною, страждующаго

смерти расказами
которыя

напут-

о переселеніи душн

повторяются теми изъ при-

сутстпующихъ, у кого есть четки.
Тела усопшихъ обвертываютъ въ бумажную или
въ шелковую ткань, смотря по достатку, а тамъ
поступаютъ съ ними, какъ у Моиголовъ, по указанно

/

83
священныхъ книгъ. Ламы, чнтавнне пад ь теломе приличиыя молитвы, сопровождаюсь его при погребеніи,
возглашая гимны похоронные; предъ заключеніемъ
всего обряда возсылавотся молитвы къ геніяме-хранителямъ объ устраненіи отъ души усопшаго всехе
мытарств ь, могу щи хъ возмутить ея спокойствие. По
во.т.ращеніи домой, кЬкъ ламы, такъ и все бывшіе
при погребеиіи угощаются обильною трапезой.
Лама читаетъ молитвы о спасеніи души покойпаго
въ теченіи десяти дней, по-крайней-мере, если не
воспрепятствуете тому бедность семейства. У богатыхъ поминовеніе продолжается несколько месяцевъ
и даже иногда круглый годъ. Въ такомъ случае,
ламы переезжаютъ въ домъ къ усопшему, получая
за трудъ подарки и вещами, и деньгами. Кроме того
сзываютъ множество ламъ для отнравленія паннихиды
въ сорокъ девятый день и въ годовщину. Отъ воли
родственинковъ зависите, повторять последнюю ежегодно, или нетъ.
Каждый годъ, въ конце октября, совершается по,миновеніе по усопшихъ. Кровли храмовъ, монастырей
и

частныхь

домовь в с е уставляются Фонарями. Б е з - ,

молвіе ночи прерывается звономъ колоколовъ, громомъ
музыкальныхъ орудій и пеніемь гимноиъ; люди богатые и достаточные оделяютъ бедныхъ нищего и
нодаяніемъ: каждый уверень, что эти добрыя дела
иріобретаютъ новую цену отъ случая, при какомъ
совершаются.
Ламы считаютъ себя обязаными славословить Бога
какъ можно громче и скорее. То, что другому покажется страннымъ или даже смешнымь, служить у

84
пихъ доказательством!» ревности и усердія. Кроме
торжественныхъ службі», отправляемым, во храме,
совершаются еще особыя молебствія въ оградахе монастырей н другихъ местахе. Они всегда сопровождаются музыкой.
При каждомъ изъявленіи набожности у буддистове не
сходятъ съ языка слова Ом-.иаии-пад мс-хумц они повторяюсь ихъ, перебирая четки и поклоняясь кумнрамъ.
Эти тапнетвенныя слова, «зятыя съ Санскритскаго,
имеюсь для пихъ великую важность: они выкладываются рельсфомъ на лоиостяхъ, прикрепляемыхъ къ пикамъ, которыя втыкаютъ на камняхъ, горныхъ утесахъ,
на стенахъ и везде; они пишутся на листахъ бумаги
столько разъ, сколько можно уместить ихъ, и листы
вкладываются въ деревянные валы, вертящіеся на
железномъ пруте. Валы бываютъ разной величины:
одни малеиькіе, ручные, другіе, поболее, утверждаются на скобахъ по дорогамъ; третьи ставятся въ
храмахъ. Чеме скорее вертятся они, теме лучще содейству юте къ душеспасенію. Ихъ устроиваютъ даже
подле реке, где они обращаются водою (Л. X V — 2 ) .
У богатыхъ делаются они золотые или золоченые,
вешаются на стены, подобно часамъ, и, будучи заводимы, безпрестанно вертятся. ІІо-Тибетски называются
они корло, по-Монгольски курдё.
Не справедливо было бы судить о буддизме по мелочамъ, которыя впрочемъ не заключаюсь въ себе
ничего дурнаго. Правила этой реры заслуживают!,
уважсніе всякаго благомыслящаго человека по нравственному достоинству, которое вь нихъ господствуете

85
•Не столь напитанные варварскнмь суеверіемь, какъ
брахманы, говорить Абёль-Ремюза, будднсгы конечно
допустили употребленіе мясной нищи, но они воззвали
человека

къ

достоинству,

полученному имъ отъ его

Творца; они соблюдали менее уваженія к ь коровамъ
и кончнкамъ, но явили более сострадательности къ
ремеслепннкамъ и земледельцам ь. За пределами
ны,

стра-

орошаемой святыми реками, у брахмановъ, петь

снасенія человеку, и, по мненію их ь, даже напрасно
о

немь

заботиться,

отчужденныхъ

но .въ

пебеснаго

этихъ

наитія,

именно

краяхъ,

вероучСніе

Будды

распространило благотворныя начала, применимы,ч ко
всемь

народамь и ко всемь землямь. Оно-то образо-

вало

Тибетскихъ пастуховъ и умягчило нравы коче-

выхъ

племенъ

Татарін. Его

проповедники

первые

дерзнули говорить о нравственности, о долге, о справедливости, строптивымь завоевателямъ, передъ темь
только опустошавшнме Аз'по.»
Обширное
чжуръ,

твореніе,

именуемое по-Тибетскн

Гапь-

заключаешь вь себе весь каноне буддизма. Оно

переведено на

главнейшіе

языки

восточной Азіи и

состоите изо ста осьмн толстыхъ томовь. Ганьчжуръ
первоначально писань по-Санскритски, равно какъ и
прочія вероучительныя книги, которыхъ весьма много
и которыя

почитаются у буддистовъ

откровенными.

Книги эти очень пространны, чтб впрочем ь и не удивительно, если принять вь расчетъ, что one, по большой

части, состоять

клшіаній,

молитве

изъ предлннныхъ литаній, за-

и возгласове,

повторяемыхь

по

многу разе сряду безе всякой перемены и даже безъ
всякаго

смысла

постижнмаго.

«11с должно забывать

86
притомъ, продолжаете вышепомянутый ученый, что
три отрасли буддійскаго ученія сосгавляюте систему
ФИЛОСОФІН такую полную, какой только можно ожидать отъ созерцательности Гиндусовъ, и что опт. содержать въ себе начала нравственности, космогоническія басни и оиисанія міра действительнаго и Фантастнческаго, бездну аллегорическихь и миѳическихъ
нреданій и въ особенности метафизику недосягаемой
глубины, lie боюсь изобличенія въ ошибке, утверждая, что кто не читалъ некоторыхе буддійскпхе,
книге, тотъ не знаете, до чего можетъ простираться
сумасбродство человеческое, и не постигаете вполне
той нелепости, до какой можете довести злоупотребленіе умсгвованій безе цели и неправильное прнложеніе отвлеченностей к е предметамь, пспостнжимыме для ума. Быть-можетъ, мне скорее поверять,
если я прибавлю, что между этихе грезе часто попадаются остроумныя иносказанія, и что изъ нт.дрь
такой мрачной метафизики порою сверкаютъ геніальныя искры, способныя возбудить любопытство и изумить воображеніе."
Не удивительно, что въ религіи, которая постоянно направлена къ созерцательности, люди, шцущіе
совершенства, удаляются на отшельническую жизнь
въ горы и пещеры, избегая всехе сношепій съ прочими людьми и воздерживаясь отъ всякой животной
нпщн. Другіе соединяются общинами вь пустыняхъ
п носы.іаіоте братію въ города 1 и села для сбора
нодаліпй.
B e каждоме монастыре есть по одному или но два
прорицателя пли гірдепя, на которыхе ве известные

<

87
дни нисходить небесный духъ, ціоціюпъ.
Гурдени
бываюгь изъ ламъ и изъ женатых ь. «Во 2-й и іб-й
день каждаго месяца, говорить переводчикъ описанія
Тибета, гурдень, одевшись въ воннскіе доспехи, входить въ храмь, сопровождаемый двадцатью или тридцатью ламами, которые совершаюсь свящеинослуженіе. По окончаніи сего, гурдень приходись въ изсгупленіе, — зпакъ, что духъ съ неба сошелъ въ плоть
его. Онъ выходить па паперть и велись всемъ предстоящимъ предлагать ему вопросы, на которые делаетъ прорицанія. Ответы всегда бываютъ столь
двусмысленны и остроумны, что воирошающіе всегда
остаются убежденными въ истине пророчества.»
У буддистовъ есть и монахини, живущія въ монастыряхъ; одипь изъ ннхъ состоитъ иодъ пачальствомь
хутухтнссы. Платье ихъ похоже на одеаніе прочпѵь
женщине; только оно одного цвета съ ламскимь, и
Шапки у ннхъ такія же. Черезъ правое плечо носятъ
one красную перевязь; волосе не стригусь, а заплетаюсь ихъ въ две косы съ каждой стороны, тогда
какъ у другихъ женщин ь бываесь лишь по одной косичке за ушами. Иекоторыя изъ монахинь живуть въ
міре, съ семействами.
Тибетъ находится между 27° и 2 3 ° северной широты и между 9 4 ° и 122° восточной долготы. Къ северу граничить онъ съ Си-юемь и Мопголіеп; къ
востоку и юговостоку съ собственнымь Кнтаемъ, къ
югу съ Бутапомь и Гиндустаномъ, къ западу съ
Иепаломъ и Гиндустаномъ. Онъ имеете около 600
киль въ длину и 200 миль поперечнику въ самом ь

88
широкомъ мнет®, а поверхность его простирается до
10,000 квадратныхъ миль.
Отъ Гиндустана отделяется онъ Гималайею, которой верхи достигаютъ 4000 тоазовъ вышины и которая покрыта вечными снегами. ІІа западе, Каракорамъ и Нари примыкаютъ къ этому исполинскому
хребту; Куэнлунскія пли Кулкумскія горы простираются на севере и представляютъ вершины, не уступающія Гималайскнмъ. Ветви ихъ расходятся по всему Тибету и часто содержать въ себе огромные ледники. На северовостоке замечательна цепь Баяиъхара, а на востоке Юнь-линъ: обе оне покрыты
снегомъ.
Въ южной части, озеро Манасъ-сароваръ течетъ рукавомъ въ Храванрадъ, * другое озеро, изъ котораго выходить Сетледжъ, пересекающій цепь Гималайскую и орошающій потомъ Гиндустанъ. Немного
далее къ западу, гора Параласа отделяетъ этотъ
бассейиъ отъ системы Инда, который течетъ сперва
къ северу, а потомъ обращается на югъ къ той
стране, которая обязана ему именем!.. Къ востоку
отъ Манасъ-саровара, хребетъ Гандзнри (Гаитеси) даетъ
начало Яро-дзанго-чу, большой реке, принимающей
далее имя Иравадди и впадающей въ Бенгальскій ЗалшЪ. ІІаконецъ Янь-цзе-кіань, величайшая изъ рекъ
Китайскихъ, образуется реками восточиаго Тибета.
Ліежду многочисленными озерами всехъ замечательнее
Пальто (Ямчжукъ-юмцо), окружающее водами своими,
какъ кольцомъ, гористый островъ, котораго поверх•ч
•.МуркроФтъ у т в е р ж д а е т * , что озера оЖі uc і ш ь ю т ъ сообщс«ія.

89
ность

гораздо

значительнее

той, какую

занимаете

вода.
Климатъ суровый и холодный — естественное следствие снежныхъ горе и возвышенности края надъ
морскою поверхностью. Здесь встречаются тучные
луга и плодоносныя долины; въ умвреннейшихъ полосахъ можно разводить виноградъ и сеять сарацинское пшено. Многія горы совершенно наги, и въ дровахъ не везде избытокъ.
Въ числе сосцепитающихъ должно упомянуть объ
яке, или конехвостомъ быке, который ростомъ и видомъ похожъ на нашихъ, но существенно разнится
отъ нихъ длиною и густою волной: бедра, спина и
задъ покрыты у него обильным ь пухомъ; шерсть на
бокахъ и на брюхе очень пряма и доходитъ до коленъ, а у некоторыхъ доморощенныхъ яковъ даже
до-земи. Середь груди торчитъ клокъ волосъ, длиннее прочихъ. Самая обыкновенная масть черная. Якъ
не мычитъ, а хрюкаетъ весьма тихо и то изредка.
Взглядъ у него мрачный, нравъ дикій и свирепый.
Онъ обитаешь въ самыхъ холодныхъ краяхъ Тибета, где щиплешь мелкую траву горъ и равнннъ,
лежащихъ между этой страною и Бутаномъ. Онъ составляешь богатство кочевыхъ Дукбъ, давая имъ пищу,
одежду, и служа для перевозки тяжестей; ноги у него
чрезвычайно крепки и шагъ веренъ. Изъ шерсти
его делаютъ веревки и юргы, а изъ кожи балахоны
н шапки. Въ земледеліи онъ не употребляется.
Па всемъ Востоке въ особепномъ уваженіи хвостъ
яка, какъ украшеніе и предметъ роскоши: въ Тибете

90
и Гиндустане изъ него делаютъ махалки отъ мухъ;
у Турковъ и у Персіянь служить онъ знакомь военнаго сана, нзввстнымъ подъ названісмъ бунчуга; у
Китайцевъ, которые придаюсь ему красный цветъ,
украшаетъ онъ льтнія шапки. Есть такіе хвосты въ
три съ половиной Фута длимою (Л. X V — 5).
11о главная польза, приобретаемая Дукбами отъ
яка, состоитъ въ обильномъ запасе молока, изъ котораго приготовляется отличное масло. Они скоиляютъ его въ меуахе и такимъ образомъ сберегаюсь ,среди холодныхъ горъ иногда целые годы.
Пакогшвь достаточный запась, они везусь его на
якахъ до ближайшаго рынка, откуда оно расходится
по всемь округамь этой возвышенной страны. Масло
составляетъ одну изъ первыхъ статей торговли.
Другая, гораздо важнейшая, есть козім нухъ, изъ
котораго ткусь Кашмирскія шали. Въ Тибете есть
также дикія лошади, — домашняя порода прекрасна;
водятся еще серны, и собаки, великорослыя, смелы»
и спльныя, съ большою головой н длинной шерстыо.
Главное богатство края суть минеральный пронзведенія. Во многиѵь местахъ находится чистейшее золото; руда принадлежите правительству, которое допускаете разработку въ одномъ только руднике разом ь.
Киновари много везде, по, за ненменіемъ достаточиаго
количества дровъ, нельзя выжигать изъ нея ртути.
Па дне некоторыхъ озеръ осаждается бура. Горы
заключаюсь въ себе каменную соль; селитра изобилуетъ но равнинам ь.
Страну свою сами Тибетцы называюсь Ботъ или
liqroa; у Китайцевъ известна она нод ь нмсііемь Цзана

91
и

Си-Цзана

(западнаго

Цзана);

у

Монголовъ подъ

иМенемъ Барунъ-талы и Тубота. Барунъ-тала значить
западный
частное

край, а 'Губотъ

вероятно

было

прежде

названіе какого-нибудь племени или округа,

впоследствіи

жъ

послужило

основою Европейскому

наименование всего Тибета вообще.
Тибетъ

разделяется

на

четыре

области:

ІІгари,

или Иёри, на западе, Цзанъ, Юй (Уэй) и Камъ, или
Кхамъ.
Мало

Европейскихъ

путешесгвенниковъ посещало

Тибетъ: миссіонеры Римской церкви и потомъ Англичане

проникали,

время

туда

Венгерецъ,

рвеніемъ

въ размыя времена; въ наше

Г.

къ науке,

Кёрёшъ,

заперся

на

пылая

истиннымъ

несколько летъ въ

одинъ изъ тамошнихъ монастырей для изученія языка

и

литературы

того

края.

Гіріехавь потомъ въ

Калькутту, онъ издалъ грамматику и словарь Тибетскаго наречія.
Нгари

соответствуешь

тому,

что

долго означали

именами Балти и Малаго Тибета. Огецъ Лндрада быль
тамъ

въ

нялись
отъ

1625, іМуркроФтъ въ 1812 году. Оба подпа хребегъ

верховьевъ

снежныхъ
лища,

Ганга,

громадъ

явллвшагося

имелъ

въ

Божія

среди

Гималайскій немного на востокъ
оба на пути

были
ихъ

между

этихъ

поражены величіемъ зревзорамъ.

Отецъ

Лндрада

виду одну цель, — раснространсніс Слова
неверныхъ. МуркроФть хогелъ узнать

Физическое состояніе края. Первый округъ, куда онъ
пріехалъ, былъ
козы,

Ундесь или Урпадеса. Тамъ водятся

доставляющія

драгоценный

пухе для шалей

92
который

называют*

тузь.

Гертокъ

главный

окружный

городъ,

лежитъ

или

Гортопъ,

на высокой и

холодной равнине, покрытой бесчисленными стадами
козь,

овецъ

онъ виделъ

и яковъ.
ихъ до

МуркроФтъ

40,000

полагаешь,

что

голов*; число лошадей

было относительно малозначаще. Гертокь не что иное,
какъ

собраніе

юртъ

изъ чернаго войлока и грубой

ткани. Падь каждою развевались шелковые н суконные Флюгера разныхъ цветовъ.
Вотъ что пншетъ МуркроФтъ 2 0 іюля 1812 года.
«Пастухи

начинаютъ

теперь

стричь

козъ

и овецъ.

Купцы изъ разлнчпыхъ месть Гиндустана закупаюсь
овечью

шерсть,

изъ

которой

ткутъ узкія сукна и

одеяла; а пухъ для выделки шалей собираюсь везде
Ладахцы:

хотя козы, дающія

этотъ дорогой пухъ,

водятся и въ ихъ собственломъ крае, но его у нихъ
слишкомъ

недостаточно для снабженія Кашѵнірскаго

рынка; да и климать ихъ равнннъ не такъ холоденъ,
какъ

далее къ востоку, где горы выше и остаются

долее въ снегу. Па нвкоторыхъ онъ даже и совсемъ
не таетъ.»
Прибывъ,

черезъ

несколько дней, въ Майсарь, на

берегахъ Манась-саровара, МуркроФтъ, 3 1 іюля, имвлъ
случай видеть ледь образовавшінся накануне ночыо;
онъ нашелъ его въ четверть дюйма толщиной. Измененія
тели

температуры
ходять

платьяхъ.

Заботливая

нитающнхъ
стоянной

такъ часты и внезапны, что жи-

обыкновенно
отъ

погоды,

въ

четырехъ

или

пяти

природа предохранила млеко-

неудобств*
наделіівъ

сголь
ихъ

суровой и непошерстыо ' щедрее,

93
нежели где-нибудь. Волна на овцахъ густа и космата;
у козьей породы длинные волосы снабжены въ корню чрезвычайно
также

пушкомъ; у коровъ

есть

пуховый подшерстокъ; заачій волосъ отменно

длиненъ
той

тонкимъ

и густъ; даже на собаке есть пушь, кроме

обыкновенной

шерсти, какою

одета

она и ве

нашихъ климатахъ.
Ладахцы овладели повидимому монополіею т / з а . Онй
перепродаюсь
въ

большую часть его на чистыя деньги

Кашмиръ; тамошніе

жители кажется не имеютъ

возможности покупать его въ Ундесе сами; остальное
количество

беруте

Пенджабскіе

купцы. Деба,

или

начальнике другаго здешняго города, Дабы, расказывалъ

ІМуркроФту,

что многочисленные Русскіе кара-

ваны приходили черезъ Яркянь вь

Гортопъ и на-

везли туда коральковыхъ ожерельевъ, кожи и шерстяныхъ тканей.

___

Лехъ или Ладакъ управляется раджею, платящимъ
дань

далай-ламе. Этотъ городъ, лежащій близъ бе-

реговъ
полненъ
800

Инда, выстроенъ изъ камня и кирпича, и надомами въ * три и четыре яруса. Ежегодно

конскичъ

выоковъ

съ

тузомъ

отправляются

отсюда въ Кашмиръ.
Торговый путь между Ладакомъ и Яркяныо весьма
мпоготруденъ,

хотя и

часто

посещается.

Путеше-

ственнике, выехавшій изъ Ладака въ марте, прнбылъ
въ

Яркянь

можно
но

не ранее шестидесяти дней, тогда какъ

было бы достигнуть

ея въ двадцать восемь;

одннъ переходъ чрезъ невысокія Кара-корамскія

94
горы отиялъ у него целую поделю. Северный ветерь дуль съ такою еилого и под пяль такую страшную мятель, чіо каравань въ теченіе. песколькнхъ
диен почти не двигался съ места, lie смотря на свою
относительно малую возвышенность, хребетъ Каракорамь, лежащій только на восемь дней пути отъ
Ладака, долженъ быть въ значительной высоте надъ
морскнмь уровнемъ, потому что при переезде его
путешественнике чувствуеть одышку, тошноту, головокруженіе и потерю аппетита. Чай почитаютъ вернымъ способомъ противъ всехъ этихъ неудобствъ.
Когда выога затихла, путешественники могли продолжать свое странствіе, но на беду у нихъ пало восемь
лошадей; да и всему каравану вскоре пришлось бы
погибнуть: выочный скотъ выелъ всю солому изъ
седелъ и подушекъ, прежде чемъ успели достигнуть
обитаемыхъ земель, начинавшихся вь семнадцати дняхъ
пути отъ Ладака. Тутъ наш^и несколько избъ, где
живутъ Уаханцы; путешественники взялп у нихъ
съестныхъ прииасовъ для себя и для лошадей своихъ.
На семнадцатый день прибыли они въ теснину Енгидабейянъ, около шести миль длиною; она была покрыта льдомь, н надлежало вырубить вь немъ
лестницу для проложеніл дороги; на возвратномъ
пути къ Ладаку, въ іюнв месяце, ледъ уже исчезъ.
На югъ отъ Кара-корама все воды текутъ къ Инду,
на севере — вь реку Яркянь. За Хиластанскимъ
ущельемъ дорога свободна отъ всехъ препятствии
Іібльшая часть здешняго края посещается одними
Киргизами, которые пасутъ въ немъ стада; дикихъ
лошадей множество; о разбояхь не слышно.

95
Въ Нгари добываютъ золото; МуркроФТЪ виделъ
пригорки съ рудами этого металла. Другіе Тибетскіе
округи обладаютъ подобнымъ богатствомъ.
Цзанъ, къ западу отъ Нгари, пересекается отъ
востока къ западу рекою Цзань-бо. Неподалеку на
югъ отъ праваго^ея берега лежитъ Сикацзе, или
ЖиГацзе, областной городъ, съ укрепленіемъ; онъ па
гребне скалы и господствуетъ надь горною тесниной.
Немного далее на западъ находится Ташй-люибо
или Лябрунь, обычное местопребываніе бапчиньримбоци. Это, собственно говоря, обшнрнейшій монастырь, содержащій въ себе около четырехъ сотъ
зданій, запнмаемыхъ гелунями и выстроенныхъ изъ
камня въ горной пади, отверзтой на югъ. Каждое
изъ нихъ по-крайней-мере въ два яруса; плоскія
крыши снабжены насыпью изъ земли и хворосту;
нижніе края ихъ выдаются наружу и образуютъ
карнизъ одетый кампемъ и покрытый темною краской, чтб употребительно здесь вообще для отличія
храмовыхъ зданій; краска эта, рьзко оттеняясь на
белыхъ ствнахъ, производить весьма пріятное впечатленіе.
Въ здешней обите.ш есть несколько храмовъ,
мавзолеевъ, и кроме того дворецъ банчинь-римбоци
или банчннь-эрдени, занимаемый всеми духовными и
светскими сановниками, которые состоять при его
особе. Въ сьверовосточноМъ конце монастыря возвышается палата главнаго ламы (Л. XVI—2). Все домы
съ окнами, изъ коихъ самое большое посреди Фасада
и образуешь довольно выпуклый балконъ; они закрываются не ставнями и не рамами, а занавесами изъ

96
черной объяри. Главные покои во второмь ярусе;
сверху подъемная дверь, отворяемая и затворяемая
по произволенію, впускаете свить и воздухъ, когда
это нужно.
На мощеномъ дворе, окруженномъ съ трехъ сторонъ неристнлемь съ колоннами, вызолоченными ио
красному грунту, возвышается мавзолей банчиня-эрдени, который, бывь вызванъ въ Пекине богдоханомъ,
перемгышлъ мѣсто жительства, то есть, умеръ тамъ
вт» 1780 году. Падь входомъ въ мавзолей, окруженный перилами, видене трофей, довольно схожій се
налатникоме. Изваянія эти, равно каке и другія, покрыты богатою позолотой. Двери, крашениыя киноварью се позолотой, отворяясь обнаруживаюсь великолепную пирамиду, обитую листовымь серебром ь;
уступы, образуемые ею при постепенноме возвышеніи,
служате хранилищемь для разпыхе редкихь и дорогихе предметове, поднесенныхь ламе верующими во
время его жизни: туте есть табакерки и другія галантерейный вещи, серебряныя вазы, богатые ФарФоры, большія Японскія вазы нрекраснаго голубаго
цвета, огромные куски лазурика, бурханы и музыкальныя оруді.і.
Се каждой стороны подвешены къ потолку атласы
и другія шелковыя ткани. У самой пирамиды видите
два куска чернаго бархату, шитаго жемчугомъ въ
решетку, се жемчужною каймою вь одине ряде.
Куски прекрасной Англійской и узорчатой Бенаресской парчи доиолняюте это великолепное собраніе
дорогихе тканей. Па стенахъ сверху до низу написаны
молящіеся ламы.

97
У подножія пирамиды покоится тело банчипяэрдени въ гробе изъ лита го золота, сделанномъ въ
Пекине по приказаиію императора Цяиъ-Луня. Золотая статуя первосвященника помещена на верху пирамиды. Онъ представлепъ сидящимъ на подушкахъ
въ глубокомъ, набожномъ размышленіи; ноги его скрещены такимъ образомъ, что подъемъ опирается на
лядвею, а подошва вывернута наружу. Верхъ правой
кисти также упертъ вь лядвею, а большой палецъ
пригнуТъ къ ладони. Левая рука изгибомъ у самаго
туловища, кисте отверста, н большой палецъ, образуя
съ другими прямой уголъ, касается вершины плеча.
Такое положеніе, обычное ламамъ, постоянно изображается въ кумирахъ Будды. Глаза, опущенные виизъ
и полузакрытые, показываютъ не только пресѣченіе
всехъ действій телесныхъ, но и отчужденіе внешнему
міру душевныхъ способностей, вполне поглощенныхъ
созерцаніемъ.
Ликъ ламы поставленъ подъ огромною раковиной;
струи ея покрыты одна красньшь, другая белымъ, а
загнутые края образуюсь балдахины По оконечностямъ развешены симметрически и со вкусомъ четки, служившая первосвященнику и, по большой части,
весьма дорогія. Некоторыя изъ нііхъ жемчужныя,
изумрудныя, рубнновыя, сапФирныя, коралловыя, янтарныя, кристалловыя, лазуриковыя, другія просто
изъ косточекъ каины.
Направо отъ пирамиды, другая статуя баичнпяэрдени, во весь ростъ, изъ литого серебра; онъ сндитъ въ креслахъ подъ щелковымъ балдахипомь,
отверстая книга передъ нимъ.
Т о м ъ III.

7

98
Противъ пирамиды, жертвенникъ, покрытый синимъ
сукномъ,

уставленъ негасимыми лампадами, благовон-

ными свечами, курильницами съ ладаномъ, и ежедневными приношеніями, состоящими изъ цвѣтовъ, плодовъ, семянъ и разнаго масла.
На помост® сложены

книги, касающіяся религіи.

Вврующіе, допускаемые въ святилище, съ глубокимъ
смиреніемъ кладутъ передь гробомъ ламы но девяти
земныхъ поклоновъ. На паперти всегда стоять ламы,
которые посменно приход ять туда молиться, и смотрясь, чтобъ не угасъ священный огонь.
Раковина, покрывающая пирамиду, чрезвычайно
велика, и, въ некоторомь разстояніи, производить
прекрасный ЭФФектъ. Она утверждена въ ребре большаго утеса и возвышается надъ большею частью
монастыря, такъ что ее видно весьма издалека. Внешняя часть мавзолея изъ простаго тесанаго камня;
зданіе это, более простирающееся въ ширину чемъ
въ глубину, чрезвычайно высоко; стены убываютъ
въ толщине по мере подъема, что придаете имъ
ощутительную косвенность. Въ средине зданія надъ
портикомъ есть окно, съ занавесами изъ черной
объяри. Поверхность стене представляете золотыя
изображенія солнца и луны въ ея различныхъ видоизмеиеиіяхъ; темноцветная кайма обвиваетъ весь мавзолей пониже окошка; надъ нею доска съ надписью
золотыми буквами—Ом-мани-пад-ме-хумъ. Выше идетъ
пробеле, а надъ шімъ вся остальная часть Фасада,
Футовъ двенадцать въ вышину, покрыта краспымъ,
Фризъ и карннзъ белымъ.

99
Блистательнейшая и самая видная часть памятника—
великолепно вызолоченный куполъ, возвышаюіційся
надъ внутреннею пирамидой. Онъ поддерживается
легкими колоннами; края его изящно приподняты;
верхъ украшенъ бронзовыми драконами; вокругъ
развешено множество колокольчиковь, которые, вместе съ другими, уннзывающпмн все выступы зданія,
громко звенятъ, кольшшмые ветромъ (Л. ХѴИ — 1).
Этими подробностями обязаны мы Самуилу Тернеру
(Turner), офицеру Аиглійской пехоты, посланному
въ 1785 году Остъ-Индскпмъ гепералъ-губернаторомъ для поздравленія баичпнь-римбоцп съ возрождсніемъ его в ъ ' геле малаго ребенка. 17 Сентября
онъ прибыль въ Тащи-люіібо, получивъ пропускъ
въ Тибетъ только съ темъ условіемъ, что при немъ
/

будетъ не более одного изъ его соотечественниковъ.
Ему бы весьма хотелось быть при обряде торжественнаго посвященіл ново-возрожденнаго, — по этому
случаю явился въ Таши-люнбо саме далай-лама,—но
надобно было ограничить любопытство темъ, что разсказали ему потомъ сопутники его, буддисты. Вероятно,
поверенные Китайскаго императора, долженствовавште
быть свидетелями величественна™ обряда, сочли бы допуске Европейцевъ неприличпымъ вь этомь случае.
Тёрпера поместили въ прекрасномъ отделении монастырскихъ покоевъ; онъ обозревалъ окрестности
и посетиль Жигацзе. Равнина Ташн-люнбская совершенно плоска и окружена каменистыми горами; она
простирается отъ севера къ югу на пятнадцать миль
въ длину; южный конецъ ея около шести миль шириною, а северный уже. Здесь-то находится монастырь,

100
занимающій ее во всю глубину, такъ что между имъ
и горами, лежащими къ востоку, остается одна теснина, чрезъ которую течетъ река Пайномчіэу, далее
впадающая въ Цзаньбо.
Крутизна горъ, облегающихъ Таши-люибо, истинно чрезмерна; онъ стоять почти на отвесь; каменная порода цветомъ какъ ржавое железо. Она
истрескалась отъ страшныхъ холодовъ, и ветры
часто отделяютъ отъ нея куски, которые, скопляясь
у подошвы, образуюсь родъ довольно гладкой насыпи. Горы показались Тернеру вовсе лишенными зелени, что впрочемь онъ приписываетъ времени года.
Съ октября месяца по маій, вихри часто вздымаюгъ
въ здешнихъ узкихъ долипахъ огромные столбы пыли, которые, достигнувъ вершины горъ, разсвваются
въ воздухе. Одно это возмущаетъ чистоту атмосферы;
обыкновенно ни малейшее облако не наводить тени
на небосклонеУтесъ Таши-люнбо самый высокій изъ всехъ въ
окрестности; местами, где наиболее благопріятствуетъ
положеніе, Тёрнеръ замечалъ остатокъ зеленеющей
травы; нисколько серне прыгало въ редкомъ кустарнике.
«Я пытался взойдти на верхе утеса, но, поднявшись,
увігделъ себя обманутымъ въ ожиданги. Со всехъ
стороне представлялись узкія, безплодныя ложбины,
и выси совершенно нагія; жестокій холодъ убедилъ
меня самымъ ошутительнымъ образомъ, что это необитаемая пустыня. ]>ыть-можетъ, въ другое время
года, я пашелъ бы что-нибудь лучшее; но тогда весь
Тибете отзывался иаступленіемъ зимы: деревья стоя-

ІОІ
ли безъ листьевь, высокія горы одеты были снегоме,
вся природа являла видь грустнаго омертвенія.
«Съ вершины
рокій

разгулъ

Таши-люнбскаго
по другимъ

утеса, взору ши-

горамь.

Хотя

я

зналъ

наверное, что т у т ь есть значительны.'! селенія и много

народу,

признака
стлхъ

однако

не могъ открыть ни малейціаго

обитаемости.

Кто

водворяется на покато-

здешнихъ горе, тоть избираешь самыя благо-

пріятиыя и наилучше укрытыл полосы.»
Обративь
ніемъ

глаза на севере,

разсматривалъ

Тёрнерь съ наслажде-

реку Цзаньбо, текущую широ-

кимъ русломь. Всюду, где неровность грунта препятствуешь ея бегу, она отверзла себе по нескольку протоковъ и образовала множество острововъ. Путешественника уверяли на месте, что главное русло ея довольно узко,

но что ни вь какую пору нельзя перейдти

его в ь бродь.
Правитель,

принявшій

Т е р н е р у весьма

дружески,

долженъ бы.іъ отлучиться на м ьсяцъ. Возвратившись,
онъ

опять далъ аудіенцію Англійскому путешествен-

нику. «Онъ говориль со мною очень ласково, продолжаетъ

иоследній, о легкомъ болезненномъ припадке,

который

меня

постигъ;

изъ речей его было видно,

что оне знале подробно обо всеме, что происходило
здесь

ве

его отсутствіе. Оне нзьявилъ удовольствіе

свое насчетъ скорости

моего выздоровленія; потомъ

расказываль, какъ холодно" было вь округахъ, откуда
онъ пріехале: несмотря на привычность свою къ климату, онъ долженъ быль одеваться теплее обыкновенная.»

102
50 Ноября, Тёрнеръ пмелъ у него отпускную
аудіенцію и полумиль депеши къ Остъ-Индскому генералъ-губернатору. Ч Декабря, онъ пустился обратно въ Бенгалъ. До выхода изъ дворца онъ долженъ
былъ, слт.дуя обычаю, навязать по белому атласному
кушаку на капители каждой изъ четырех* колоинъ
въ своей комнате; Тёрнеръ не знаегъ основанія такого
обряда, но онъ показался ему трогателЬнымъ, какъ
нзъявлепіе благодарности или знакъ восиоминаніл.
Тёрнеръ прибыль 3 числа въ Терпалиньскій монастырь, построенный вновь для молодаго ламы, который
долженствовал* жить въ нем* до техъ летъ, когда
ему можно будет* принять бразды правленія въ
Таши люнбо. Путешественникъ
былъ на другой
же день нредставленъ возрожденному первосвященнику. Последній сидел* на груде подушек*, покрытой шитымъ шелковымъ ковром*; по бокамь висели
разноцветныя ткани. Тронъ помещался въ некоторомъ роде альковы, окруженной горящими свечами;
родители первосвященника стояли влево, а по правую
руку лама, назначенный служить ему.
Тёрнеръ поднесъ ему дасакъ и ожерелье изъ жемчуга и коралловъ; юный нервосвященникъ принялъ
ихъ собственною рукой, остальные подарки были
сложены къ ногамъ его. Тёрнеръ съ товарищем* получили дозволеніе сесть по правую руку трона; имъ
подали чай. Многіс входили и падали ницъ передъ
банчинь-римбоци, который казался довольным* такою
почестью. Онъ почти не сводил* глаз* съ обоихъ
Англичан*: на лице его выразилось неудовольствіе,
когда вторично подали имъ чай не довольно скоро;

103
онъ взялъ золотую чашу съ конФектами и, вынявъ
изъ иея два куска леденцу, иослалъ имъ съ двумя
чиновниками.
Тёрнеръ произнесъ речь предъ молодымъ банчииемъ для изъявленія радости, какую возрожденіе его
причинило генералъ-губернатору; въ заключение онъ
ирисовокупилъ просьбу о продолженіи милостей его
къ Англичанамъ. Перерожденный, которому было не
более полу гора года, былъ не въ состояния отвечать;
«но, покаместе я говорил ь, прибавляетъ путешественнике, онъ смотрѣлъ на меня внимательно, и несколько разъ кивалъ головою какъ бы въ знаке того, что
понимаеть и одобряете слова мои; покойный и молчаливый, онъ держале себя съ удивигельныме приличіемъ и достоинствоме; все телодвиженія его обнаруживали необыкновенную смышленость. Лице было
у него смугловагаго, но живаго цвета; черты правильн е е , глаза черные, ФИЗІОНОМІЯ счастливая; словомъ,
это былъ прекрасный ребенокь.
«Мать и отеце смотрели на него съ нежнейшимь
участіеме и казались ве восхищеніи ore его поступкове: мать, женщина лете двадцати пяти, мала ростоме, но не дурна собой, несмотря на Монгольскій
облике и на то, что она смуглее сына. Едва можно
было рассмотреть ея волосы: до такой степени закрывались они жемчугоме, рубинами, изумрудами, коралломь; серги ея были жемчужныя пополаме сь золотоме н рубинами. Коралловыя, рубиновыя, лазуриковыя и янтармыя ожерелья спускались ве несколько
рядове до самаго пояга, застегпутаго золотою пряжкою се огромнымъ рубішомъ. Шаль граиатнаго цве-

104
та съ белыми звездами дополняла наряд^ ея. Платье
доходило у ней не ниже колене; на ногахъ были
красные саФьянные сапожки. Отецъ юнаго банчиня
былъ въ каФтань изъ желтаго атласа съ золотомъ и
изображеніемъ богдохаискаго дракона.»
На последней аудіенцін, Тёрнеръ получилъ грамоты отъ первосвященника, а родители его в р у ч и т послу
два куска атласу для Остъ-Индскаго генерал ь-губернатора и подарили самому Тернеру ФуФайку на
овчине.
Буддисты приходили толпами на поклоненіе къ
банчиию-римбоци, но допускались кь нему весьма
немногіе; они почитали себя счастливыми, только
увидевъ его вь окно или успевъ положить предъ
нимъ земной поклонъ до уноса его изъ приемной. Въ числе верующихъ, на площади передъ
дворцемъ, были и Калмыки; они стояли безъ шапокъ,
поднявь сложенныя руки до лица и устремивъ глаза
на чертоги ламы съ видомъ приметнаго безноконства..
ІІаконецъ им ь показали банчиня,—такъ по-крайней -мере полагаете раскащпкъ, ибо они подняли сжатыя
рѵки выше головы, понизили ихъ оият^ къ лицу и
потомъ опустили къ груди; паконецъ распростерши
ихъ, они пали на колена и били лбомъ обземь, повторяя эго сряду девять разъ. Напоследокъ они выступили
впередъ для поднесенія подарковъ, состоявшнхъ изъ
несколька слитковь золота и серебра и разпыхъ пропзведеиій ихъ края. Все это было передано придворному чиновнику, н Калмыки отправились домой съ
знаками живейшаго удовольствія. Тернеру сказывали
после, что прнпошснія дарове часто повторяются и

105
составляюсь

одинъ изъ главныхъ

источиикоъъ

бо-

гатства Тибетскихъ ламъ.
Юй, или Уэй, находится къ востоку отъ Цзана; въ
этой области главный городъ Хласса, столица всего
Тибета; река Цзанъ-ціу, омывающая Хлассу, впадаете
въ Цзаньбо, миль на пятнадцать далее къ югозападу. На
Марбори, одной изъ вершине горы Будала, къ западу
отъ Хлассы, возвышается дворецъ или, точиле, монастырь, где далай-лама имеетъ свое пребываніе. Зданіе это красное; крыша увенчана золочёнымъ куполомь со множествомъ шиицовь, обитыхъ листовымъ
золотомь и серебромъ. Храмъ или главное строеніе
дворца въ 367 Футовъ вышиною. Въ чертогахъ считается до 10,000 комнатъ, украшенныхъ множествомъ идоловъ изъ драгоценнаго металла. Хласса опоясывалась прежде стеною; она разрушена вь 1722 году
и заменена плотиной дикаго камня, которая отъ подножия горы Лань-лу простирается до Цзягъ-ри-бидуня и имеете около трехъ миль въ длину. Она окружаете
Будалу н защищаетъ ее отъ сильнаго напора реки
Цзанъ-ціу, почему Тибетцы называютъ ее священною
плотиною. Въ первый месяце новаго года, ламы сходятся со всехъ сторонъ для торжествованія праздниковъ въ Хлассей-цію-канв; они носятъ камни на плотину, набрасываютъ земли и мостятъ ее; правительству
остается только поддерживать ихъ работу.
«Светлыл воды реки, говорить одинъ Китайскій географъ, отличаются здесі. блестящнмъ изумруднымъ цветом ь, то раздробляясь въ брызги летучею радугой, то
крутя огромные камни, вымываемые волнами изъ илова-

106
тыхъ береговь. Въ реке много мелкихъ каиешковъ,
продаваемыхъ на украшенія.
«Въ пяти мнляхъ къ востоку отъ Будалы, возвышается капище Хлассей ціо-канъ, блистающее золотомъ
и разноцветными камнями: рядомъ стоить другой
великолепный храмь; отъ него въ семи мнляхъ къ
северу находится городъ Тайга, занятый Китайскимъ гарнизономъ. Сера, Бгребунъ или Бебунъ,
Самьс н Голданъ (Гантень) все — обширные монастыри, вблизи удивляющіе совершенством ь отделки, изъ
да.іи чарующіе красотой, но сады Цзун-кіо (Цзун-цзіо),
Кацзи (Кацзнравы) и Шусьіогана превосходятъ все
прочее и лежатъ неподалеку одинъ отъ другаго.
Здесь отдыхаетъ далай-лама, пользуясь досужнымъ
мгновеніемъ. Весною, эти сады осенены персиковыми
деревьями
зимою —
кипарисами, кедромъ. Лучезарные' дворцы ни въ чемъ не уступаютъ чертогамъ Срединнаго края (то есть, Китая), и по истине
можно сказать, что это—царство радости на западе.»
Чертеже Хлассы (Л. X V - 1 ) представляетъ все ея
достопамятности; оне сделанъ въ маломъ размере по
подлинному рисунку, снятому въ Тибете.
Хласса—средоточіе важныхъ торговыхъ дѣлъ; купцы
Китайскіе, Гиндустанскіе, Непальскіе, Кашмирскіе, Бухарскіе и Бутанскіе съезжаются сюда толпами; базаръ обширенъ и богатъ товарами; тамъ найдете
туземный сырецъ, тонкую шерсть, более или менее
тонкія шерстяныл ткани, курительныя палочіш полотно
и шелковыя нзде.іія, драгоценные камни, выхухоль,
буру, семяна и плоды.

iOT
Камъ, четвертая область Тибетская, на востоке отъ
Юя и Цзана, загромождена горами, отчасти покрытыми вечнымъ снегомъ, н изрыта глубокими долинами,
где бегуте нисколько реке; направляя теченіе далъе
къ югу, онъ орошаюсь другія земли. Зима здъсь очень
сурова и продолжительна; когда по волъ богдохана
банчинь-римбоци отправился, въ 1 7 8 0 году, изъ Тибета въ Пекинъ, снеге, наполнявшій долины, задержаль его более четырехъ месяцевь.
Однако-же изъ числа этихъ долине есть местами и
плодоносныя; въ самыхь глухихъ округахъ ростетъ
множество ревеню. Некоторые изъ здешнихъ городовъ были присоединены къ собственному Китаю.
Китайцы прозвали общимъ именемъ Мяо-це разныя
племена, обитающія въ этомъ гористомъ крае; большая часть изъ нихъ, по свидетельству миссіонеровъ,
разнятся другь отъ друга только некоторыми обычаями и небольшой отменою ве языке. Клапроте
полагаете однако, что нанменованіе Мяо прилично
только части торцевъ, живущихъ на западном ь рубеже Китая; другіе, по мненію его, суть Фаны, или
настоящіе Тибетцы, а горные жители южныхъ областей приближаются наречіемь къ народам ь стране
сопредельных!..
Некоторые писатели почитали Мио-це западныхе
областей принадлежащими отчасти къ одной семье се
древними Китайцами. Они обвертываюсь голову лоскутомъ полотна и носясь только родь фуфайки, да
порты (Л. XYH — 3). Некоторые изе этихъ і\1яо-це
покорились Китайскому императору; одни признава.ш

108
иласть Кнтайскихъ мандариновь, другіе повиновались
своимъ наследственнымь кннзьямь.
Прочіе Мяо-це сохранили первобытную независимость; Китайцы, которые, подь вндомъ презрвнія,
скрывали действительно боязнь, выстроили крепости
на рубеже округове, обитаемыхе этими горцами, иногда спускавшимися въ равнину для меповаго торга.
Мяо держать много корове, овецъ и свиней, и занимаются землеваикствоме; выделываюте шелковые
ковры гладкіе и вь малую клетку; приготовляюте
также роде Коврове изе шиьки; но главная статья
торговли ихе заключается ве лесе, мепяемоме на
скоте и особенно на буйволове, которыхе кожу употребляюте они для выделки кнрасъ, обивая ихъ для
прочности железными и медными бляшками. Они дорожате славою лихихе всадниковь, и лошади ихъ,
покупаемыя очень дорого, известны своею быстротой.
У Мяо-це постоянно были вооруженныя войска, и
начальники ихе часто дрались между собой; но всегда
соединялись для вгорженія ве Китайскую имперію. Эти
непріязненные набеги вызывались иногда притесненіями со стороны начальства Китайскихе гарнизоновъ,
которое, наскучивь бездействіеме, искало средстве къ
отличію ве войне. Оно жаловалось на оиустошенія,
производимый Горцами, и описывало грабежи ихе
высшиме мандаринаме ве иреувеличенномь виде.
Въ 4775 году, предводители Мяо-це получили приКа.п. прекратить свои набеги и положить оружіе; не
думая повиноваться, они папротнвь составили союзе
и возобновили свои разбои вь надежде, что, охраняя
несколько ущельевъ, они останутся неодолимыми вь

109
горахъ. Все деланный имъ увещанія были напрасны;
они рвали письма императорскія. Выслали на нихъ
войско; но безплодность и крутизна утесовъ, где они
жили, замедляла и затрудняла действія; храбро сражались Мяо-це; женщины .взяли оружіе; успехъ
долго колебался; наконецъ Китайскій генерале, с т е еннве главнаго начальника въ его столице, предложилъ ему сдаться, уверяя его, что подъ такнмъ у с ловіемъ онъ получить проіценіе и будетъ по-прежнему управлять своимъ пародомъ, но въ другомъ
месте. Предложенія эти были отринуты; черезъ три
недели Китайцы овладели городомъ; началмшкъ
Мяо-це, отправленный въ Пекине вместе съ семьей
и частію главнейшихъ сообіцниковъ, былъ приговореиъ съ многими изъ нихъ къ смертной казни.
Однако-жъ Мяо-це не были уничтожены, какъ извещала императорская Пекинская газета. Въ 1852
году они снова возстали, и мятежъ мало по малу распространился вь горахъ до Ліу-чеу, города, лежащ а я въ хребте ІІан-лиць, къ северозападу отъ Кантона. Предводитель бунтощиковъ принялъ прозвище
Золотаго Дракона и желтую одежду, отличія богдоханскія. Мятежники объявляли, что ведутъ войну съ
однимь правительствоме; они имели успехъ и разбили
посланные на нихъ полки; въ другихъ местахъ сами претерпели пораженія и значительный уроне въ
людяхъ; некоторые начальники пхъ попали въ пленъ.
Пекинскій дворъ воспользовался обстоятельствами:
онъ распространил!, слухе, что многочисленны» войска готовы напасть на Мяо-це, а императорскіе коммиссары предлагали имъ между темь прекратить

но
враждебныя действія на условіяхъ довольно сносныхъ.
Поюжено, имъ остаться въ горахъ, а Китанцамъ
не тревожить ихъ иределовъ; такъ и поныне живутъ они въ независимости.
Некоторые миссіонеры Римской церкви, каковы
Груберъ и д'Орвиль въ 1661 году, Дсзидери и
Фрсйре въ 1715, Горйцій де ГІеннавилья (Pennabilla)
въ 1719 и 1742, достигали Хлассы совершенно различными путями; описанія ихъ содержать въ себе
любонытныя извесгія объ этомъ городе и о Тибете.
Отецъ Горацій быль такъ глубоко убежденъ въ
действительности своей проповеди, что въ одномъ
изъ писемъ къ Папе похваляется почти совершенным ь
обращеніемъ короля и далай ламы въ христіанскую веру. Конечно, добрый капуцннъ имьлъ слабость часто
судить ошибочно. Англичане многократно старались
водвориться въ Тибете; доныне попышки ихъ оставались тщетными. Въ 1828 году, я виделъ у покойнаго Абель-Ремюза, въ Париже, Англичанина, г. Томаса Мяннинга, который хорошо говорилъ по Китайски и находился при посольстве лорда Амгерста въ
1 8 1 6 году. Г. Мяннингь, бывъ потомъ Бенгале, вздумалъ посмотреть Тибетскую область; онъ переехалъ
горы и достигъ Хлассы. После четырехъмесячнаго
пребыванія его въ столице, местный начальства получили изъ'Пекина приказъ немедленно выслать Англичанина, который никогда не п о л у чал ь дозволенія проживать у нихъ въ городе.
Г. Мяннингь, въ беевдахь съ Абель-Ремюза, Клапротомъ и со мною, сообщить намь касательно Тибета много любопытных* подробностей, которыя во-

7

111
обще подтверждали или исправляли то, что намъ
было уже известно. Г. Мяннингъ имелъ честь неоднократно приближаться къ особь далай-ламы; онъ
описывалъ его человекомъ весьма нежнаго сложенія,
кроткаго нравомь и въ обхожденіи. Къ сожаленію
Англпчанннъ эготъ быль беззаботень до того, что
и не думалъ записывать наблюдений своихъ въ такомъ крае, о которомъ еще все можешь быть дія
насъ ново.
ІІаселеніе Тибета простираеття до 7,000,000, и состоишь изъ двухъ отдельныхь породь. Хозы или
Согбу, на севере и северозападт., походятъ на Монголовъ,—прозвище Согбу, означающее кочевые, дано имь потому, что они бродятъ съ стадами между
горъ; Богдьі,
заннмающіе остальную часть края
и гораздо многочисленнейшіе, напоминають чертами
своими Цзынгаровъ,
или Цыгань,
почигаемыхь
урожденцами севернаго Гиндустана. Г. Мяннингъ уверялъ насъ, что есть большое сходство между Тибетскимъ обликомъ и Жидовскимь.
У Тибетцевь свой собственный языкъ и своя грамота; буквы пишутся отъ левой руки къ правой;
языкъ делится на несколько наречій. Санскритскій
употребляется для всякаго рода заклинаній и литанін; это богослужебный языкъ всего ламства. Тибетскіе ламы прилежно учатся священному слову, которымъ само ихъ божество удостоило вещать роду человеческому. Литература здешняго края есть литература буддизма вообще: буддійское богословіе служить
ей основой; содержаніе ея многоречивые трактаты
по части нравоученія, метаФизш;и и космологіп, ро-

112
маны нсторпческіе и миѳологическіе, служебники и
молитвы; сверхъ-того многія частныя преданія, народныя легенды и житія знаменитейшйхъ туземныхь
героевъ и свяТыхъ. Въ разныхь местах'ь Тибета
есть тинографіи.
Городовь здесь немного, и те состоять вообще
изе соединепія несколькихъ слободь, строимыхъ около
монастырей или храмовь. Один?. изъ самых?. значителыіыхь Жига-гумыаръ, находящиеся въ области
Юй или Уэй, въ 14 мнляхъ къ югозанаду отъ Хлассы; жителей въ исмь до 20,000 семей. «Деревин,
говорить Тернере, незавидныя; избы худо выстроены,
точно печи для обжиганія известки; one только сложены изъ камня беЗе всякаго цементу. Для света
оставляюсь въ нихъ три или четыре дирки; кровля
образуетъ террасу, окруженную поручнемъ въ два
или три фута вышины; тутъ ставится или Флагь,
или сукъ древесный, или наконецъ шесть съ веревкою, унизанною лоскутками бумаги или белаго полотна, каке хвостъ летучаго змея. Веревка, протянутая отъ одного дома къ другому, слыветъ лучшею
изъ всехъ чаръ протпвъ могущества злыхъ геніевъ.»
Тибетскій народъ можно разделить на два класса:
одинъ совершенно носвящаетъ себя деламъ небеснымъ, другой занимается мірскимн. Тибетцы добры,
человеколюбивы, гостепріимны, весьма умеренны въ
страстяхъ; но, говорятъ, чрезвычайно неопрятны,
/ьтнее платье ихъ составллетъ кафтанъ нзъ шерстяной матсрін, зимнее—тулуп?» овчинный или лнсій. Шапки у ішхъ на мг.ху. Люди, принадлежатіе къ высшему сословію пли вообще те, кто побогаче, носятъ

из
шелковы я платья и самыя дорогіе мт>ха. Женщины
сверхъ платья съ короткими рукавами надеваюсь
стамеднын или шелковый Фартукъ; плеча прикрыты
у нихъ маленькой шалыо; оив большія охотницы до
перстней, запястьевь и ожерельевъ. Волосы иричесываютъ съ большимъ тщаніемь; у богатыхъ большія шллпы, нередко украшенныя жемчугомь. Обыкновенная одежда ламъ длинный нодрнспикъ, сверху
родъ рясы покороче и потомь еще короткій плащъ,
который доходить до бедрь, не далее. Ламы низшаго разряда не стригусь волосъ, такь какъ и міряне (Л. XV—2).
В ь ббльшей ч а с т Азіп, мужчина ирисяонваетъ
себе право иметь многих ь жень или на.іожницъ. Въ
Тибете существуете обычаи, который должеиъ казаться нам ь еще с грани ве. «Тамь столь мало уважаюсь соіо.гь супружеской, что если большой брать
женится, то иодъ нпмь два или три брата не женившіеся, но на возраств, вольны пользоваться женою
большаго брата, и это не токмо не ставится въ
зазоръ, но еще все соседи похваляюсь, что одна
женщина может ь угодить тремь или четырем ь братьямь. Когда второй и третій брагь женятся, старшій
такимь же образомь им петь ираио пользоваться ихъ
женами, и никогда не оказывають за сіе ни ревности,
ни неудовольсгвія. Безь сомненіл, сіе распутное обыкновеніе подало иностранцамъ поводь писать, что въ
Тибете три или четыре брата беруть одну жеиу.» *
Тибетцы вообще почтительны къ женщинамь. One
не только совершенно свободны, но и полным хозяй* Описаніе

Тибета. ІІсрев. съ Китайскаго. Стр.

Том ь III.

157.

• 8

114
ка у себя въ доме. Братья поделяюгь между собою
детей, прижптыхъ съ одной женою.
Тибетцы не лишены способности къ искусствами они
вьісвкаютъ изъ камня, режутъ изъ дерева и обделываютъ металлы съ утонченностью, примечательной въ
народе, можно-сказать, полудикомъ. МуркроФтъ находить много пріятности въ рисунке ихъ мнѳологнческихъ
Фпгуръ; драпировка ичъ, по словамъ его,

набросана

съ болыпимъ вкусомь. Близъ каждаго монастыря есть
рабочія, где делаются статуи Будды и лругіе идолы
всякаго размера. Храмы и частныя жилища украшены множествомь . картинъ.
По Тибетскимь
некогда разныя
нашей эры,
перенесъ

преданіямъ,
варварскія

одинъ

край этотъ занимали

племена;

Индейскій

къ ничъ нервыя

около У века

царевичь или князь

семена

образованности.

Семь сотъ летъ спустя, буддійское вероученіе довершило эти на іаткп. Вь последствін,
скіе находились въ дружескихъ

государи

сношеніяхь

Тпбегсъ Ки-

тайскими, которые иногда выдавали за нихъ княженъ
своего

двора. Они делали даже завоевания, но вели-

чіе ихъ было кратковременно,
были вынуждены признать

и вь Х Ш

в е к е они

себя вассалами Монголо-

Китайской династіи, основанной Хубилаемъ.
лаб ленія

нхъ,

этотъ

хаиь , разделилъ

власть между далай-ламою и светскими
изъ котОрыхъ одитгь принималъ иногда
роля.

Безпрерыиные

вынудили
знать

Для осверховную

правителями,
титулъ ко-

внутренніс

раздоры наконецъ

императора Кхань-си

торжественно при-

далай-ламу

главою

Тибетскаго

государства

(1Т20). Сввтскіе правители нетерпеливо сносили

его

115
первенство и частые мятежи ихъ прекратились только вь 1750 году, когда императоре Цянь-лунь совсеме уничтожиль королевское достоинство и посадилъ па МЕСТО туземныхь князей двухъ Китайскихъ
правителей, которые решаюсь все дела обще съ далай-ламоюДуховный государь ежегодно
кинъ посольство съ подарками
братьямъ, министрамъ и другимъ
можами. Доходы его оцениваюсь
серебра.

отправляетъ въ Пеимператору и его
придворнымъ вельвъ 8,000,000 унцін

Число войскъ полагаюсь до 64,000; большая часть
состоитъ лзъ конницы. Кроме этихъ регулярныхъ
полковъ есть еще милиція, называемая ула; она обязана снабжать вожатыми и носильщиками людей,
путешествующнхь на счегь правительства. Для этой
службы, отъ которой не изъемлетъ ни какое уваженіе, берутъ съ каждыхъ пяти или десяти душъ по
одному. Солдаты вооружены тесаками или кортиками,
ружьями, пиками, лукомь и щитомь изъ дерева или
тростнику.
Законы чрезвычайно строги и жестоки; но съ
техь поръ, какъ Китайцы занимаюсь Тибегъ, они
несколько смягчили суровость уголовнаго уложенія.
Подать взимается натурою. Пени и пошлины со
ввоза въ города и посады употребляются па общественные расходы и на ноддержаніе храмовь и ламъ.
По ревизіи считается слишком ь 3 , 0 0 0 храмовь и
более 84,000 ламъ, чтб вовсе неудивительно, ибо
значительная часть детей обоихь половъ посвящается духовному званію. По замечанію одного Китайскаго

6
писателя, эхо главная причина скудости населеніл въ
Тибете.
Обыкновенная пища Тибетцевъ
дине

и

баранине,

которую

состоитъ въ говя-

вообще едять сырую,

молоке, сыри и преимущественно въ цзаньбѣ.

«Цзань-

ба есть поджаренаа мука изъ арнаутки; видомъ очень
походить на толокно.
чашку,

Еерутъ ее въ горсть

подбавляютъ чаю,

толокняиаго
шу пнръ,

теста

и едятъ, запивая чаемь.

виденный мною

у Тибетцевъ,

въ Пекине при посольстве вь 1 Ы 8
съ четырехь стороне

За столами

Я опибывшнхъ

году. В ь покое

въ квадрате поставлены были

длинные ниэкіе столы,
жаному мешку,

или въ

густо мѣсятъ. на подобіе

весом ь

и на каждомъ

столе по ко-

около нолуиуда,

на полу постланы

ТЮФЯКИ

Гости пришли и, по старшинству,

цзацьбы.
И

войлоки.

сели по-Азіатски,

то есть, поджавъ ноги подъ себя. По приходе каждаго гостя въ начале подносили ему блюдо
бою, въ которую

воткнуто

несколько

тыхъ кусочковь коровьяго масла.
потку цзаньбы

и бросаетъ,

съ цзаньпродолгова-

Гость беретъ ще

а другую

шеноть прі-

отведыпаетъ. Когда все собрались, то подали вина, а
после вина чай. Пируюшіе сидя

сняли шляпы, про-

читали краткую молитву все вь одинъ голосе и, надевь шляпы, начали пить чай; желающіе ели цзаньбу,
а после

чаю

принялись за

вино. Далее

принесли

всемь но чашке каши изъ пшена сарацинскаго, приправленной коровьимь масломе и сахаромь.

Нотомь

еще разъ прочли молитву, начали есть кашу пальцами и принялись за вино. По окончаніи сего, все в ы шли на дворе прогуляться, а чрезь

четверть часа

7
возвратясь, сели по прежнему. Тогда принесли сырое
мясо, весьма мелко изрубленное и приправленное"солью, перцемъ и чеснокомь, и каждому гостю предложили по чашке. Въ это же время поставили на
каждый столь по нескольку блюдъ съ большими
кусками мерзлой сырой говядины. Гости, прочитавъ молитву, вынули носимые при себе ножи, начали резать
говядину пласточками и есть, обмакивая прежде въ
помянутый соленый Фаршь; между темь продолжали пить вино по-прежнему. После сего еще вышли
прогуляться. Возвратясь въ комнату, начали опять
пить вино. Вскоре принесли ведро тубы (такъ называюсь кашицу съ лайшею и мелко изрубленною говядиной) и налили по чашке для каждаго. Прочитавъ
молитву, взяли Китайскіл палочки и начали есть.
Наконецъ принесли пряженое, завернули вь пелены и
отослали гостямь на домь. Симъ кончился обедъ,
более половины дня продолжавшійся. Прогулявшись
на дворе, вошли въ комнату и по-прежнему стали
пить. Вь это время хозяева или гости начинають
петь песни и плясать. Пляска ихъ состоитъ вь притоиываніи ногою, стоя на одномъ месте. Вскоре начался ужинь описавнымъ выше порядкомъ, только
короче. Подчиваютъ гостей до совершенная оиьяненія, и никто не можетъ отговориться, а чтобы гости
не могли украдкою уйдти, для сего ворота снутри за
перты замкомъ до самаго окончанія пира.» *
Изъ арнаутки же Тибетцы нршотовляютъ родъ
крепкаго квасу, называемаго цппъ, и горячее вино,
или водку, известную подъ именем* ара.
* Ошісаніе Тибета. Стр

149-151.

М

А

Ш

КИТАЙСКОЕ

А

Ж

Ж

ГОСУДАРСТВО:

Ж

Ь

БГГАНЪ.

Къ сѣверу и востоку Бутане граничите съ Тибетомъ; на югъ отъ него лежитъ Ассаме и Гиндустанъ;
къ западу онъ сопределене съ Сиккимомъ. Бутанъ
находится между 2 6 ° 22' и 2 8 ° северной широты и
между 106° 12' и 112° 5 7 ' восточной долготы. Длина его около ста миль, ширина ровняется пятидесяти,
поверхность 4,500 квадратныхе миль.
«Природа, говорить Тёрнеръ, резко обозначила
границы, отделяющая Тибете отъ Бутана. Къ северу,
взоръ наблюдателя теряется въ обширномъ пространстве горъ и долине; но не встречаете ни одного дереза, ни одного растенія, кроме немногихе клочьеве
дерну. Се 15 сентября снеге покрывале уже горы;
изъ среды ихе грозная Шамалари возносится до чрезвычайной высоты. Богомольные Гиндусы искони ходить на поклоненіе ея снежной вершин в. Въ этой
части Тибета господствуют сильные холода: хлебные урожаи почти не стоять работы; пшеница не
созреваете, ее сеютъ только на кормъ скоту. Много
рекъ выходить изъ здешняго края; оДне текуте па
севере въ направленіи къ Цзаньбо, другія на югъ къ
Брахмапутре.
«Отсюда
одетыя

съ высотъ открываются Бутанскія горы,

деревьями и травою

до самыхъ

вершине.

119
Немногія страны

представляютъ поверхность

болѣе

неровную и разнообразную: хребты, украшенные вечною зеленью, и леса съ великолепнейшими деревами.
Долины вообще

весьма узки, но всюду, еде грунте

не слишкомъ крутъ и есть сколько-нибудь годной почвы, она обработана и занята; отъ обваловъ устроены
насыпи.

Нетъ

упражнялась

ложбинки,

бы

рука

нетъ

пологости,

где не

земледельца. Подошвы горъ

почти везде омываются быстрыми потоками, и н е г е
ни одной, где не было бы, даже на самой вершине,
многолюдныхъ
другими

селеній съ

плантаціями.

садами, виноградниками и

Здесь

представляется

вместе

картина природы самой дикой и усилій искусства самаго многотруднаго.»
Горы

Бутана составляюсь часть огромиаго Гима-

лайскаго
торая,

хребта.

Главная изъ рекь — Чине-чу, ко-

приняве въ себя многія другія, стремится во-

допадами и

достигаете

равнине Бенгальскихь подъ

именеме Гаддады.
Ледники, покрывающіе многія Бутанскія горы, удивительно наитствуюѴь климате, который весьма умерень

относительно

къ широте своей; дожди идутъ

часто, но проливныхъ не бываете никогда. Въ горисгыхъ

округахъ

и южной
даже

ростутъ плодовыя деревья средней

Европы,

сарацинское

земляника и малина, пшеница и
пшено, а въ долнпахь, прилежа-

щих'ь къ Бснгалу, родится табаке, хлопчатая бумага
и

плоды

Слоне

и

того

климата; тамь

носороге

же есть и бамбукъ.

обитаютъ вь лесахь

здешняго

края; великорослыя обезьяны нрыгаютъ везде около

120
дорогъ. Подобно Гиндусамъ, Бутанцы почитаютъ ихъ
священными. Якъ водится въ северной части края.
Трудно сыскать народъ сложеніемъ стройнее и *
крепче Бутанцевъ; они высоки и имеютъ весьма гладкую кожу; вообще они белее Лиссабонскихъ Португальцевъ; волосы у нихъ черны и коротко острижены; борода показывается очень поздно, и усы, хотя
нарочно отращивають ихъ, весьма жидки. Глаза маленькіе, черные; углы векъ длинны и остры, какъ будто
бы вытянутые искусственнымъ образомь; • ресницы
такъ тонки, что едва ихъ заметите, и брови редки.
Лице всего шире подъ глазами; оно тутъ плоско, а къ
бороде съужинаетсл, отличіе, заметное у Монголовъ
и еще более у КитаГіцевъ. Они такъ же неопрятны,
какъ и Тибетскіе жители. Въ пребываніе свое тамъ,
Тёрнеръ видалъ гелуней, которые постоянно ходили
купаться въ реке разъ вь неделю; «но, по словамъ
его, это омовеніе есть обрядъ, и они отнюдь не повторяютъ его чаще предписаинаго. Многіе изъ мірянъ
считаютъ за лишнее умываться и пить воду. Часто
встречаются люди, страждущіе отъ зобовъ.«
Пожитки переносятся людьми, и женщины беруть
на себя исегда самыя большія тяжести; земледельческая работы по большой части также приходятся
на ихъ долго.
Тассисудонъ, лежащій въ долине, около четверти
мили шириной, есть место пребьшанія Дсбь-раджи>
светскаго правителя Бутана; долина хорошо возделана и орошается рекою Чинъ-чу. Городъ состоитъ
изъ дворца, выстроеннаго параллелограмомъ . изъ
камня; обширность его необычайная: министры, чинов-

і

121

/

ники и служители придворные все въ немъ помещаются; стены более тридцати Футовъ вышиною. На половине высоты устроенъ рядь балконовъ съ волосяными занавесами, которые опускаются каждый вечсръ; надъ балконами, маленысія окна сделаны кажется более для воздуха, чеѵгь для свету (Л. X V I — 5 ) .
У дворца два входа; первый, обращенный на югъ, снабженъ деревянного лестницей, съ ступенями, кованными
железомъ; начинаясь снаружи отземи, она восходить
до последней террасы и вся заключается въ толщине стены. Другой, главный входь, обраіцеііъ къ востоку; лестница тутъ каменная; она ведете вь просторный корридорь, затпоряющійся двумя тяжелыми дверьми, которыя обиты большими железными гвоздями.
Толстый деревянный запоръ, утверждаемый вь стене,
еще болт.е обезопасиваетъ эти двери. Конецъ корридора выходитъ къ квадратному зданію, называемому
цитаделью; тутъ живетъ настояіцій государь, дхамеараджа, но онъ ни мало не заботится о делахъ житейскихъ. Онъ также воплощеніе божества и первостепенный лама. Безчнсленное множество кумнровъ
украшаетъ его дворсцъ.
Цитадель о семи ярусахъ, каждый отъ 15 до 18
Футовь вышины. Плоскій верхъ изъ сосноваго дерева
образуеть значительный выступъ. Кумиръ Махамунія,
весьма уважаемый Бутанцами, находится въ седьмомъ
этаже; надъ нимъ устроенъ изъ камня маленькій квадратный павильіонъ, крытый медыо н богато вызолоченный.
»
Все домы Тасснсудонскіе более чемъ на милю отъ
дворца и разсеяны отдельными купами. Въ такомъ

,122
же разстояпін отъ чертоговъ къ северу возвышается
дворець другаго ламы на длинномъ и узком ь пространстве, обставленномъ белыми хоругвями съ мистической надписью: Ом -мапи-надме-хумъ (Л. XVI — 4).
Не трудно угадагц что Бутанцы исповедуюсь буддійскую веру.
*
Близь Тассисудонскаго дворца простирается длинный рядъ сараевъ съ мастерскими, где безирестанно
куютъ бронзовые и железные идолы, и разный украшенія для храмовь. Неподалеку находится большая
Фабрика для выделки бумаги изъ коры дерева, имеиуемаго двхъ и весьма обыкновеннаго въ окрестностях!.. Это, вместе съ производством!, несколькихе
грубыхъ тканей изъ шерсти и хлопчатой бумаги, составляешь всю промышленность Бутанцевь. Дебьраджа единственный иегоціантъ въ цсломъ краю; онъ
ежегодно отправляете вь Гиндустаискій городъ Рапьпуръ караванъ съ Тибетскими и Китайскими товарами
дтя обмена ихъ па те, которые доставляете Бенгаль
и которые отчасти приходить изъ Европы.
Домы частныхъ людей объ одиомь ярусе и но
большой части деревянные; лучшій способъ, придуманный для разведенія въ иихъ огня безопасно,
состонть въ томъ, чтобъ зажигать его на большой
каменной плите посреди комнаты; Бутанцы іюм ыцаются все вокругъ. Дымъ, не имея другаго выхода
кроме дверей и оконъ, чрезвычайно безпокоить присутствующих ь и притомъ коптить имь лице, равно
каііь карнизы и нотолокъ Ж И Л И Щ *
Неудивительно, что вь стране, изрезанной долинами, есть множество мостовъ. Они вообще очень хп-

,123
траго устройства; для примера стоить привести тоте,
который наведень въ крепости Чукеѵ лежащей въ
осьмнадцати миляхе къ югу отъ Тассисудона, на левомъ берегу Гаддады. Черезъ реку проезжаюте по
мосту, который существовал* за до.іго до того, какъ
въ Европе придумали висячую постройку. Только
одинъ человеке на лошади можете за-раз ь проехать
по Чукинскому мосту, который сильно качается, когда
по немъ идутъ, и поелику движеніе это непрерывно
возрастаешь, необходимо ускорять шаги свои. Постройку его Бутанцы прнписывають духамъ (Л.
Х Г Н — 2)
Горныя теснины, пролагающія путь вь Бутанъ,
охраняются чиновниками, известными подъ нменемь
субъ и пользующимися большою властію каждый вь
своей, округе.
До J 772 года, Европейцы не бывали въ Бутане.
Но тогда дебъ-раджа занялъ княжество Кочь-багаръ,
зависящее отъ Бенгала. Англичане вскоре отняли его
обратно и преследовали Бутанцевъ въ ихе собственные пределы. Тутъ устрашенный дебь-раджа просилъ баиченя эрдени о заступленіи; первосвященнике
тотчась написалъ къ Бенгальскому генера.іъ-губернатору, уведомляя его, что оне сдВлалъ выговоре радже за неосторожные его поступки и приглашая кончить непріятельскія денствія. Правительство Бенгальское тотчась исполнило желанія ламы: заключили
мирт., и каждый удалился во-своясн.
Событіе это было поводомь къ отнравлеийо вь
Тибете Англійскаго Офицера и йотомь кь посольству
Тернера, который па пути проезжал і. Бутаном ь.

,124
Въ обеихъ странахъ ожидалъ его самый дружескій
пріемъ; но правительство ихъ, всегда недоверчивое,
пикакъ не соглашалось пропустить черезъ границу
чужеземные караианы.
Къ западу отъ Бутана и къ востоку отъ Непала*
гористый край Сиккимь, имеющій пятьсоте квадратныхъ миль поверхности, .граничить къ северу сь Гималайею, которая оиделяетъ его отъ Тибета, къ югу съ
Бснгаломъ и Пеналомъ. Нроизведеніями сходенъ онъ
сь последнею страной. ФакФакскія горы покрываютъ
его* северну ю полосу. Маловажный речки, Рамане и
Джами-кума, орошають его. Отсюда вывозяте железо
и выхухоль, и гонять скоте. Главные рынки вь Билази и ІѴІеджгове на реке Конки; чужеземцы доставляюсь товаръ свой вь Димдн, при Балакугьяре. 11аселеніе состоитъ иіе Бутійцевь и Лапчей, которые
все исноведуюті> буддпзмъ; первые кротки и миролюбивы, возделывають землю и разводяте скоте; последние— племя грубых ь полудикихъ горцевъ. Раджа
живетъ вь Сиккиме, укрвнленн'омъ месте ве горахе,
на нраііомь берегу Джами-кумы, впадающей вь Тнс, ту. Обл ість его вь последнее Ьремя была занята
Непальскими войсками; но она возвращена ему совокупными усиліямп Тибета, Бу гана и Англичанъ, взявшнхъ его подъ свое покровительствоКъ юговостоку отъ Бугана, маленькое княя;ество
Биджии, зависящее отъ Бутанцевъ и отъ Англичанъ,
пересекается Брахманутрой. Эго землица плодоносная, производящая бетель н сахарный тростнике.
Раджа обитаете ве Биджнн, укрвпленномъ замке,
на берегу небольшой реки.

КИТАЙСКОЕ ГОСУДАРСТВО: СОБСТВЕННЫЙ

КИТАЙ.

Четвертая часть Всеобіцаго Путешествія Дюмонъ
Дюрви.ія заключаете въ себе обширні.ія подробности
касательно Китайскихъ областей. Мы съ своей стороны ограничимся немногими замечаниями и данными.
Китай, будучи весьма люденъ и, по многоразлично
температуры въ разных ь своихъ провинціяхъ, весьма
богатъ всякаго рода естественными произведеніями, имеете самую деятельную и обширную внутреннюю торговлю. Вотъ почему правительство не дорожите торговлею
внешней, обязываете ипостранныхь куицевъ посещать
только известныя места и подвергавгъ ихъ самым ь
стеснигрльнымъ " ограничениям ь. Сверхъ-того , оно
очень довольно темь, что подданные е ю не имеюте
близкихъ сношеній съ Европейцами, которыхъ предпріимчивый и тревожный духъ могъ бы вести къ событіямъ вреднымъ для общесгвеннаю спокойствія.
И такъ не удивительно, если оно съ негодоваиіемъ
смотрело на многократныя попытки Англичане учредить торговыя связи вь при стан ІІХЪ восточнаго берега имперіи, къ северу отъ {кантона.
Въ Англіи воображали себе и утверждали, что
весьма легко вступить въ спошепія съ этими пристанями; вследствіе того, какъ мы уже говорили, предположена была экспедиція Г. Меджрибенксомъ, пред-

,126
сѣдателемъ комитета Остъ-Индскихъ каргадоровъ

въ

Кантоне, и поручена руководству Г. Лейндсел, одного
изъ этихъ господ ь. Г. Лейндсей отправился £ 6 Февраля
1 8 5 2 года. Предметомь его путешествія было удостовериться, есть ли какая нибудь вероятность успеха
для Англінскнхъ кораблей въ пристаняхъ северпаго Китая, которую изъ нихъ предпочесть другимъ, и будетъ
ли благоиріятпо такнмъ опытамъ расположение жителей
и местнаго начальства. Въ наказе, данномь Г. Лейндсею,
ему было предписано не возбуждать, ни малейшего подозренія въ Кнтайцахъ, что онъ

послапъ о г ь Остъ-

Индской комиаиіи. Комнтеть решился на такой онытъ
для окончательной поверки того, что утверждали объ
этомъ въ Апглійскомь

парламенте. Нвмецкій миссіо-

неръ, Г. ГюцлаФЪ, сопровождал ь эксиедпцію съ темь
намереньемъ, чтобь распространять книги, касающіяся христіанской веры и другихъ предметовь.
Грузъ

нарочно

состави ш

изъ

товаровъ

самыхъ

ризнообразныхъ и отборныхъ.
Англичане съезжали

на берегъ

въ

разныхъ

ме-

стахъ и входили вь некоторыя пристани Кнтайскаго
берега. Не щадили ни хитростей, ни усиіій для сбыта товару
тайцами.

и для

того, чтобь завязать дело с ь Ки-

Т е приняли

ихъ дружелюбно, по во мно-

гихъ

местахъ появленіе чужеземцевъ произвело тре-

вогу.

Казенные

приставы

вообще

приглашали

ихъ

удалиться, напоминая, что законы нмперіи возбраняютъ
шюстрапцамъ торговать где-либо, кроме Кантона, и
что имъ всего
отправиться

лучше

туда.

въ самоскорейшем ь времени

Въ немногих* местахъ, Г. Лейнд-

сею удалось однако-жъ продать товаровь. Когда онъ

,127
жаловался на недостаток^ въ съестной провизіи,
ему предлагали ее безмездно; но онъ не бралъ
ничего
иначе, какъ съ условіемъ дать что-нибудь въ обменъ. Онъ везде подавалъ начальствамъ
обьявленія, что одно желанье избежать притесиеній,
гнетущихъ иностранца въ Кантоне, заставило его идти въ другую пристань. Ему возражали всегда содержапіемъ уставове, которыхъ нельзя и не должно нарушать. Бумаги Г. Лейндсея были нисаны на Китайскомъ языке, которымъ Г. ГюцлаФЪ отлично владеете; о т . даже говорить на неме такъ бегло, что его
почитали природными жнтелемь. Эготъ мнссіоиеръ
объявлнле свою готовность снабжать больныхе лекарствами, и потому число прибегавшихе ке нему было
велико. Любопытные толпами приставали къ кораблю; гражданское и военное начальство не всегда
успевало въ томе препятствовать.
Военпыя джонки многократно окружали корабль,
чтобъ удержать его отъ сношеній съ жителями; сухопутныя войска также не пускали ниоземцевъ нгг^берегъ; но никогда не было ни малейшаго насилія.
Не везде поступали такъ Англичане. Некоторые изе
Китайскихь чиновникове, даже останавливая торге,
затеваемый Г. Лейндсееме, соб.иодаш вежливость;
были изе нихъ и сговорчивые, которые приняли небольшие подарки; но иные, менее снисходительные
и дерзнувшіе возвысить голосе, были просто избиты
матросами корабля Амгерстъ; джонки ихъ взяты на
абордаже; въ другихъ случаяхъ, двери домовъ были
выломаны и самыя жилища повреждены. Не смотря

ѵ

,128
на то, та же неизменная бдительность не переставала обращать въ ничто все усилія Г. Лейндсея.
Ни кто не думалъ скрывать отъ Англичанъ, что
на нихъ смотрлтъ съ крайншгь иедоверіемъ; полагали, что они посланы для обзора состояніа береговь
и что вскоре явятся военныя суда съ солдатами для
нападенія на такой народе, сь которымъ Англія
всегда была вь мире. Г. Лейндсей съ жаромъ опровергалъ все подобныя догадки; по не успеваль разевать ихъ вгсолнв. Онъ могь убедиться, что правительство Китайское не допустить безнаказанно нарушен! я законовъ: онъ узналь изъ ОФФиціальныхъ депешъ, что мандарины гражданств и военные лишились сана за го, «то были не довольно строги сь
иноземцами; передъ глазами Англичанъ наказывали
солдать, которые допустили любопытныхь на корабль къ нимь, обнародованы были прокламации о
точнейшемь собліоденіи уставовь и объявлено,
вь
предостереженіе купцамъ и жителямь, что они подвергнутся строгой ответственности, вступивь се чужеземцами вь тайную торговлю. Какой разсудптельный человеке дерзнете порицать Китайское правительство за его и і ступки!
>
Г. Лейндсей, носетнвъ берега Кореи и островове
Ліу-Кхіу, где не нашель онъ ничего благопріятнейшаго для своихь намвреній, возвратился вь Кантон ь.
В ь донесеніи своем ь отъ 11 октября, онъ говорить,
что местныя начальства везде казались крайне встревоженными появлением ь Европейцев ь, и вежливый
пріемъ, оказанный въ некоторыхь случаяхъ экипажу
корабля Амгерстъ, приписываете онъ преимущественно

,

129

боязни. Донесеніе оканчиваете онъ следующими словами: «ІѴь заключеніе. дозволю себе высказать искреннюю мою надежду, что путешествіе это будете содьйсівовать къ пробужденііо, относительно Китайской торговли, того общаго участія, какого достойно
открЫтіе столь обпшрПаго пола для купеческихъ
предпріятій.»
Обольщенные
вероятно мечтами, созданными Г.
Лейндсеемь, некоторые Англійскіе корабли отправились по его следамъ; попытки ихъ были такъ
же неудачны. Онъ сознается въ своемъ донесеніи,
что могъ сбыть толіжо малую долю своего груза;
большая часть товаровь вышла на подарки: убытки
его экснедиціи простирались до 5,647 Фунтовъ стерлингов ь (около 150,000 тысячь рублей).
Суда, пытавшЬіся, по возвращеніи корабля Амгерсть,
торговать на томъ же берегу, который онъ посвщалъ, могли извернуться только оніумомь: o.tiio изъ
нихъ вошло вь Фу-цзянскую нрнсіань, но каргадоръ
тщетно приб мал ь къ разным ь хитростям ь для продажи другихь товаровь; бдительность Китайских?»
чиновников?» перемогла все его уловки. Другое мелкое судно, поднявшись къ северу до Маіііджурскаго
берега, усп ело не более св >их ь предшественников ь:
оно село на мель, и жители той страны, которой
законы хотело оно нарушить, выручили его изъ беды и пустили обратно къ Кантону.
Надежный человек ь, носылаиный Бенгальскимь
губсрнаторомі. за чайными д ревцамн, сказывал ь
возвратившись, что, но совершенному его убеждённо,
все далыіт.йшіе опыты открыть 'для торговли новые
Т о м ъ III.
9

,430
пути на берегу Китая, останутся тщетными, доколи
не будетъ получено разрешение Китайскаго правительства.
'ч
Въ 1835 году, некто изъ Северо-Америк аискихъ
негоціантовъ іпредприняль съ оДнимъ миссіонеромъ
экспедицію единственно для раздачи душеспасительныхъ книгъ и распространенія христианства на берегу Китая. Путешествіе продолжаюсь два месяца и
десять дней; гражданскіе и военные начальники попрежнему просили инострапцевъ какь можно скорее
убираться вь Кантонскую пристань. Не разь посылали
они на корабль значительные запасы съестной провизіи, и, после пекоторыхъ околичностей, принимали
то, что было имъ предлагаемо вь возмездіе.
По возвращенін судна, ганисты,
или общество
купцевъ, имъющихъ исключительное право торговать
съ чужестранцами, уведомили ихъ письменно, что
правительство предписало передать имъ указъ, подтверждающий разрешеніе входить въ Кантонскую
пристань съ темъ условіемъ, чтобь они отнюдь не
являлись въ другія мьста и строго соблюдали это
постановлеиіе. Въ немъ упоминалось о всьхь посягательствахъ начать торговлю вне Кантона и о дерзости двухъ Англійскихъ Фрегатовъ, которые, въ 1834
году, вошли безъ позволенія во внутреннюю пристань
' Уампу (Гуань-П\у), были уже безъ малаго въ четырехъ миляхъ отъ Кантона и палили изъ пушекъ по
укрепленіямъ.
Въ Англіи, правленіе Остъ-Индской компаніи было
н е д о в о л ь н о за экснедицію г. Лейндсея; оно порицало
унотребленіе подложныхъ именъ, къ которому при-

,131

\

бт.гали предводители ея при вопросахъ Китайцевъ, я называло безразсудными частыя жалобы на двуличіе
Китайскихъ начальствъ, послЪ того, какъ сами Англичане пробираются къ нимь переодътые и явно нарушаюсь государственные законы.
Г. Дёвисъ (Davis), бывшій президентъ Англійской
Факторіи въ Кантоне, судитъ весьма здраво обо всѣхъ
обстоятельствахъ, которыя мы здесь излагали. « Иные
говоритъ онъ, можетъ-быть спросятъ, не оправдываете ли Китайская система исключительности т е
средства, какія употребляются для избежанія ея действий; но конечно не будетъ разногласія вразсужденіи
насильствепныхъ мере, гіринятыхъ теми, которые
могли
сказать себе ве извинение только одно,
что они были раздражены упорством!, туземцеве
въ исполненіи ихъ обязанности. Въ числе такихъ
поступковъ можно упомянуть о избіеніи нѣсколькихъ Китайцевъ артиллеріей контробандистскихъ судовъ близъ Линтина, въ 1831 и 1S32 годахъ, и о
сожжеиш мандаринскаго дома однимъ Англичанипомъ,
который самъ объявлялъ о томъ въ газетахъ. Не
можетъ быть спокойствия и безопасности ни для туземныхъ жителей, ни для иностранцевъ, доколе поступки такого рода будутъ сходить съ рукъ безнаказанно. При неправильности сношеній нашихъ съ Китаемъ, надлежигъ давать только весьма ограниченную
власть темъ лицамъ, кого правительство избираетъ
представителемъ своимъ въ этомъ крае.
«Въ исходь 1855 года, то есть, въ то время, когда
существование Остъ- Индской компаиіи приближалось
къ концу, и когда еще не знали, какою властію она

,132
заменится, целый ряде неимовврныхъ насилій совершился неподалеку о А Линтина. Безпрерывно следовали одна за другою упорныя стычки съ Китайцами,
и о дине изъ нихъ былъ убитъ.

Въ отмщеніе, едино-

земцы его умертвили одного ласкара,

попавшагося

имъ въ руки. Тогда контробандисты отправили шлюпки съ вооруженными людьми для Формального нападепія на городъ, где это случилось: но жители были
готовы на отпоръ. Маленькая крепость открыла такой жаркой огонь, что когда шлюпки приблизились,
one должны

были

спокойно

вернуться,

даже и не

посягнувъ на высадку.
«Родственники убитаго Китайца, которымъ этого
было еще мало, жаловались губернатору; но поелику
убійство произошло въ схватке, местное начальство
остановилось за невозможностью узнать виновнаго.
Туте ганисты прибвгнули къ странному способу.
Одинъ изъ нихъ, съ дозволенія губернатора, велелъ
схватить на одной джонке въ Макао человека, который за деньги долженъ былъ назваться убійцею.
Условились, что, пробывъ несколько времени въ тюрмв, онъ, при следствіи, разскажета» исторію такимъ
образомъ, какъ будто бы это была чистая случайность, и на такомъ основаніи будетъ освобожденъ отъ
суда. Выдумка удовлетворила обе стороны, и арестанту
действительно возвращена свобода.»
2 2 Апреля 1854 года, привилегія Англійской
Осте-Индской компаніи прекратилась; она существовала двести летъ. Торговля съ Китаемъ открыта теперь для всехъ Великобританцевъ- Многія частныя
суда вскоре отправились въ Англію съ грузами чаю.

,153
Возрастающая строгость узаконений Китайскаго
правительства противъ контробандц опіумомъ, повидимому уменьшила его продажу. Что касается до
торга незапрещеннымъ товаромъ, привозимммъ иностранцами въ Китай, распространение, какое можетъ
получить эта отрасль, маловажна для государства,
какъ мы уже заметили. Долговременный опытъ доказалъ лучше всего, что эта обширная земля, такъ
хорошо увлажаемая и обработанная, сь избыткомъ
удовлетворяешь все нужды своего несметнаго и промышленная населения. Обстоятельство это, вместе съ
лвнымъ отвраіценіемъ правительства отъ всехъ близкихъ связей съ иностранцами, не можетъ внушать
Европейскимъ купцамь надежды на получсніе доступа вь другія гавани, кроме Кантонской, которая
впрочемъ лучшая и удобнейшая во всехъ южныхъ
областяхъ имперіи.
Таково мненіе всехъ основате «ьныхъ людей. Англичане согласны, что положеніе ихъ вь Китае, не завидно, и что торговля претерпеваете слишкомъ много
ограниченій; но они думаютъ, что необходимо покориться этому порядку, и особенно удерживаться огъ
всякихъ насильственныхъ меръ. Не такъ мыслить Г.
Лейндсей. Ііъ письме,—которое и напечатано имь,—
къ министру иностранныхъ дель, лорду Пальмерстону, онъ высказалъ два предложенія, столь чудовищный и столь противныя всемъ началамъ чести, принятымъ вь политическнхъ отношеніяхъ между народами,
что, по мненио одного изъ литературныхъ журналовъ
Англійскнхъ, министре. прочитав ь съ начала до конца
депешу г. Лейндсея, долженствовал ь бы объявить ему,

что не имт.етъ надобности въ услугахъ, который тотъ
предлагаешь оказать правительству по возвращеніи
своемъ въ Китай, потому что всего лучше было бы
удержать его отъ этой йоездки самымь настоятельнымъ образомъ, если онъ еще не предпринялъ ея.
«Первое предложеніе г. Лейндсея, сказано въ
журнале, состоишь въ томъ, чтобы отправить въ Китай посольство, когда мы и безъ-того слишкомъ часто снаряжали туда пословъ. Посланникъ, въ сопровожденіи командира нашихъ морскихъ силъ въ
Индіи и въ голове эскадры изъ одного линеннаго
корабля, двухъ большихъ Фрегатовъ, шести корветовъ
и трехъ или четырехъ пароходовъ, вооруженныхъ на
военную ногу, потребуешь удовлетворения за обиды,
претерпъваемыя нами отъ Китайцевъ, чтб относится
къ слову варвары, которое употребляюшь они, говоря
о Европейцахъ вообще.
«Такой эскадры, продолжаешь г. Ленндсей, было
бы весьма достаточно, чтобъ принудить Китайцевъ къ
удовлетворенно; однако жъ онъ по видимому боится погрешить, утверждая, что ея будегь весьма достаточно,
ибо черезъ несколько строкъ мы чнтаемъ у него следующія слова: «Сколь ни трусливыми, сколь ни малодушными кажутся Китайцы, но если мы раздражимъ
противъ себя народъ, они будутъ страшнее, чемъ мы
воображаемъ.» Тутъ онъ прибегаешь къ помощи своего
другаго предложения, которое такъ же чудовищно,
какъ и первое: «Не надобно возстановлять народъ,
напротивъ должно провозгласить, что противъ него
нешь у насъ ннкакихь непріязненныхъ намерений.
Правительство ваше оскорбило насъ, могли бы мы

,155
повторять себе въ оправданіе; на него направляемъ
мы удары, а отнюдь не на васъ.» Сказать безъ обиняковъ, г. Лейндсей намвренъ возмутить народъ противъ правительства. Большая честь послу и адмиралу
Великобританіи! Иамъ ли попирать ногами все законы,
все понятія справедливости, поблажая алчнымъ посягательствам ь контробанднстовъ опіума и безсовестныхъ пройдохъ? Памъ ли зверски напасть на миролюбивый народъ, который, снисходительно допуская
насъ къ себе, избегаете слншкомъ короткихъ и
частыхъ снбшеній съ нами, убежденный какъ нельзя
более, что мы вовекъ не думали, и теперь бытьможет ь думаемъ менее, чемъ когда-нибугь, о соблюденіи его законовъ и уставовъ. »
Населенность Китая породила болыпій пренія въ
Европе. По достовернейшему расчету, основанному на
выводахъ изъ Китайскихъ киигъ, число жителей собственна™ Китая и Ляо-дунской области простирается до 1 4 6 , 5 0 0 , 0 0 0 душъ со включеніемъ войска.
Поверхность этого края содержитъ въ себе 3 0 0 , 0 0 0
квадрагиыхъ миль; протяжение его отъ севера къ югу
равно 5 2 5 милямъ, а отъ востока къ западу шестистамъ
миль. Границею его на югъ 22-й, на севере 42-и
граду съ широты; онъ лежишь между 115-мъи 160-мъ
восточной долготы.
«О Китайцахъ, говорить г. Дёвисъ, судили слшцкомъ строго, ихъ чрезмерно унижали безъ сомненія
потому, что они явились не въ очень благопріятномъ
свете писателям ь, имевшим ь случай наблюдать ихъ въ
Кантоне; но это совершенно то же, какъ если бъ кто
вздумалъ описать нашъ народный характеръ, не упо-

,36
треблля другихъ матерьяловъ, кроме собранных* въ
одноиъ изъ приморскихъ городовъ.
«Истинное чудо, что Китайцы не гораздо хуже того, какими мы находимъ ихъ въ Кантоне. Поступки
ихъ въ отиоіиеніи къ иностранцамъ совершенно различны съ ТІІМЪ, какъ они ведутъ себя между собой.
«Когда ни сгрдхъ, ни корысть не управляютъ ими,
они часто надменны, дерзки и плутоваты; и такова у
ниѵь си іа мігьнія, что даже если корысть и вынудить
ихъ уступить иностранцу, они стараются, чтобъ никто изъ земляковъ не видалъ ихъ уничиженія. Одннъ
нищій охотно становился на колена, прося милостыни у Европейцев*, когда полагалъ, что никто его
не видитъ, и всегда воздерживался отъ того при Китайцахъ. Кули, самый ннзкій классъ прислуги, долго
не соглашались ходить передъ Европейцами съ Фонаремъ по вечсрамъ и, особенно,—носить ихъ въ портшезахъ но Макао. Что жъ мудренаго, если они поступают!. безъ зазрънія совьсти съ этими жалкими тварями, которые, но выраженію тамошняго правительства, «приходить пользоваться благодеяніями Китайской образованности?» Не должно ли напротивъ удивляться, что вь сношеніяхъ съ нами Китайцы оказывали иногда столько великодушія, добросовестности
и правоты?
« Слъдующій анекдотъ, извлеченный изъ одного сочиненія спръ Джоржа Стонтоиа (Staunton), обрисовываешь довольно хорошо характеръ Китайскій.
«Одинъ оптовой торговец* вошел ь въ дела съ Американскимь купцомъ, который посягнулъ выйдти въ
море, не уилативши долгов* своихъ, и конечно успелъ

,137
бы

въ

этомъ, если бъ

не сметливая деятельность

одного молодаго моряка съ Компанейскаго судна: онъ
подъехалъ
тотъ

къ Американцу въ то самое время, когда

снимался

успелъ
Въ

съ

якоря,

нереговорилъ съ нимъ и

склонить его къ удовлетворенно доверителя.

благодарность за такую услугу; Китайскій него-

• ціантъ покупалъ у молодаго человека, на самыхъ выгодныхъ
его

для

каждый

Этого
еще

мало:
корабля

силъ его

него

условіяхь,

разъ, какъ

онъ

удивляясь,

всю маленькую кладь
приходилъ въ Китай.

что иріятель его не имеете

подъ своимъ начальствомь, онъ спро-

о причин к; тотъ отвечал ь, что прибыль-

ное место шкипера нельзя получить рначе, какъ употребнвъ
такая

несколько

сумма

тысячь

выше

его

Фунтовъ

«терлинговъ. а

средсгвъ; Китайскій купецъ

возразилъ, что онъ устранить это препятствие и тотчасъ далъ ему вексель на означенную сумму, съ уплатою

по востребованію. Молодой

человекъ умерь по

возвращеніи в ь Англію, и следственно вексель остался

непредъявленнымъ;

но

поелику

онъ былъ дань

на одинъ изъ вернейшнхъ домовъ въ купечестве, по
немъ конечно последовала бы уплата.
«Покойный докгоръ
характерь

Моррисонь

этого народа,

хорошо описалъ

который былъ ему совер-

шенно известенъ.
« Въ Китае, говорить онъ, можно многое похулить,
но есть кое-чему и поучиться; воспитаніе распространено

тамъ какъ

нельзя

более, и нравственная его

часть

почитается

выше

Физической. Следствия этой

системы таковы, что промышленность, миръ и довольство господствуютъ между массами народа.

,138
«Китайцы не разумѣютъ государственна™ хозяйства; правительство, вместо того, чтобъ предоставить
торге хлебом ь естественному ходу, устроиваегь житницы, которыми оно распоряжается и где необходимо бываете бездна злоупотребление Народе,
обыкшій прибегать вь случав нужды къ общественнымь амбарамъ и приписывающий, согласно съ патріархальною теоріей правительства, все благоденствіе
свое императору и его подручникамъ, наоборотъ приписываете имь и все зло, какое иногда претерпеваете.
Это часто бываете причиною сильнвйшихъ заботъ
для правителества, и не мудрено, что оно приходите
въ затрудненія, следуя такой ложной системе.
«Императоре, хотя и пользуется неограниченною
властію, не пропускаетъ ни одного случая доказать,
что поступки его основаны на разуме и благодушіи:
онъ знаетъ, что народъ его любить отдать себе
отчете въ сущности дела, прежде нежели уступить
силе необходимости.»
«Учрежденія , посредствомъ которыхъ Китайцы
старались отвратить злоупотребленія власти, въ
высокой степени замечательны. Древніе императоры,
говорить ГюцлаФъ, разрешали доступе къ себе
каждому просителю: надлежало лишь явиться во
дворъ богдоханскихъ палатъ и ударить въ барабань,
тамъ повешенный. Въ последствии, выслушиваніе такихъ просьбъ поручено было особому приказу, котораго
члены и теперь еще находятся почередно вблизи дворцовыхъ воротъ и при каждомъ ударе ве барабане выход.чтъ къ просителю и потомъ докладываютъ по его
делу. Но важнейшее учреждение въ этомъродв — цен-

•
I

соры.

І39
x
составляютъ коллегію,

Они

министрам?,;

это

люди

областей считаются
ихъ та, чтобъ
бления;

они

первостепенные;

только

всякаго

рода

двухъ

председателей,

Цель

злоупотре-

правомь жаловаться

каго, и требовать искорененія зла.
• ить изъ

правители

ихъ помощниками.

открывать

облечены

неподчиненную

на вся-

Коллегія

четырехъ

состо-

ассистен-

товъ и известнаго числа чиновниковъ,

разделениыхъ

на шесть

каждая

экспедицій,

изъ которыхъ

име-

етъ

подъ иадзоромъ по одному министерству.

ней

состоите

двадцать

Китайскихь и столько

При
же

Татарскихъ ценсоровъ для областей, да еще пять для
города Пекина, по одному на каждую его часть. Вес
отрасли

управленія подъ ихъ ведомством^ даже им-

ператорские
совые

принцы,

чиновники,

войско, темницы, суды,

словомъ

подлежать ихъ надзору;

Финан-

все части адмшшстраціи

они

имеют ь

доступе

ко

всемъ деламъ, могуть нзеледовать каждый поступоке
чиновниковъ, и никто не смеет ь отказать въ ответахъ
на ихъ вопросы подъ опасеніемъ немедленно лишиться

своей

вленія,
У

должности.

подавать

каждаго

Они

могутъ

делать предста-

жалобы, порицать сколько хотятъ.

изъ нихъ

есть по нескольку шніоновъ,

которыхъ онъ посылаетъ для разведокъ; всякой Китайски! подданный

имеете къ нему немедленный до-

ступъ, и онъ обязанъ принять просьбу отъ всякаго.
Онъ можетъ наряжать судебный
навливать

решенія

должностныхъ

следствія,

пріоста-

лицъ, подвергать

ихъ самихъ обыкновенному суду или разсмотреиію особыхъ коммиссій. Поэтому никто не безопасенъ отъ ихъ
нападковъ, и самъ императоръ долженъ

выслушивать

,140
замечания ценсоровъ. Съ другой стороны обязанность ихъ защищать невинныхе и покровительствовать чиновниковъ, которыхъ заслуги не отличаются начальствомъ.
«Одна изъ главныхъ должностей ихъ та, чтобъ
внушать возможную кротость областнымъ чиновникаме; они объезжаюсь провинціи, изследываютъ тяжебныя дела и стараются оправдать обвиненныхъ.
Они обязаны посещать темницы, блюсти, чтобъ съ
заключенными обходились человеколюбиво, и требовать освобожденія невинныхъ. Ценсорская коллегія
въ Пекине разсматриваетъ процессы осул«денныхъ на
смерть вместе съ уголовною коллегіей и палатою верховнаго суда. Ценсоры пересматриваюсь потомъ еще
разъ все определенія, и когда императоре пишете
имена техе, которые действительно должны подвергнуться казни, председатели ценсорской коллегіи должны находиться при его особе, чтобы не произошло
какого недоразуменія и чтобы сколько возможно
уменьшить число казней.
«Они председательствуют при раздаче бедныме
пищи и платья, для устраненія всякихъ несправедливостей, и одинъ изъ нихъ всегда присутствуете на
общемъ испытании учащихся, чтобы ученыя степени
давались только достойнейшимъ. Они поверяюсь счеты
Финансовыхъ чиновниковъ, свидетельствуюсь корабли,
приходящіе съ казенным ь пшеноме, и должны доносить
о всякоме расточеніи государственныхъ доходовь. Они
находятся при всехъ нридвориыхъ церемоніяхъ, чтобы смотреть за строгпмь соблюденіеме обрядовь и
прн.шчій; также обязаны надзирать за чистотою го-

,141
сударственной
сей, возвышать

религіи, препятствовать
народную

введенію ере-

нравственность ученіемъ и

примеромъ.
«Если учрежденіе это не приносить пользы, виною
тому сами ценсоры, ибо у нихъ въ рукахъ власть и сила,
и хотя многіе изъ нихъ льстецы и лицемеры, однако /къ въ коллегіи всегда бывали люди, отваживавшіе
собственную жизнь въ исполненіи своихъ обязанностей. Ни одного такого случая не бывало при ІІЫнешнемъ монархе, хотя онъ получаль самыя смелыя
представленія отъ миогихъ ценсоровъ, на которыхъ
онъ налагалъ молчаніе или обличив ь ихъ въ клевете
или отдавъ полную хвалу ихъ строгости въ исполненін своего долга.»
«Выгодныя черты КитайЬкаго характера, каковы
кротость, смиреніе, иромышленость, миролюбіе, подчиненность и уваженіе къ старикамъ, сопровождаются
и особенными пороками, каковы лицемеріе, вероломство, недоверчивость и ревность. Китайцы не стыдятся плутовства, и лукавство противъ Кантонскихъ
Европейцевъ не почитаютъ за худое дело. Вгірочемъ
разуменіе собственныхъ выгодъ заставляетъ тамошнихъ купцовъ исполнять обязательства свои въ точности; но во всякомъ другомь случае чортъ-ииостранецъ,—какъ они величаютъ насъ,—для нихъ добрая
пожива. Китаецъ въ сношеніяхъ съ Европейцами какъ
бы нарочно оказываешь себя непрямодуіннымъ, а
лицемеромъ, и, даже ничего не выигрывая, обыкновенно лжетъ въ техъ случаяхъ, где. бы ему было
швно сказать правду.

т
« Веселость и промышленость, вотъ прекрасная сторона Китайскаго характера, и, подобно всемъ добродетелямъ, она вознаграждаетъ себя сама. Китай-,
цы мастера заводить колоніи, потому что воспитаніе
сообщаетъ имъ издетства смышленость, деятельность
и трезвость. Вотъ отъ чего правительство такъ высоко цънитъ воспитаніе.
«Великія преимущества Китапцевъ передъ соседями
внушили имъ ту народную гордость, которая побуждаешь ихъ оказывать и Европепцамъ обидное презреніе. Вследствіе этой гордости, имеютъ они о стране своей сравнительно съ прочими такое жъ понятіе,
какое древніе астрономы имели о земле въ отношеніи къ остальнымь планетамъ. Они почитаютъ ее
средоточіемъ системы міра и называюсь Чонь-куэ,
Срединнымь государствомъ. Дабы прійдтй на истинный путь, имъ должно будешь лучше узнать то, что
находится вне ихъ пределовъ. Мандарины умели хитро воспользоваться природнымъ расположеніемъ своихъ земляковъ презирать иностранцевъ. Жалкая и
боязливая политика побуждаешь ихъ сеять между последними и природными жителями все ВОЗМОЖНЫЙ плевела раздора, и теперь тяжчайшая вина, какую только можно взвести на Китайца, состоитъ въ томъ, что
онъ уступилъ въ чемъ-нибудь Европейскому вліянію.
«Особымъ узаконеніемъ запрещены предметы не
освященные обычаемъ; вотъ почему Китайцы такъ неохотно збимсруютъ чужестранныя моды или орудія.
Сырыя произведения нашнхъ оабрикъ находятъ у
пнхъ более сбыта; но всего лучше нравятся имъ
піастры. Европа безспорио занимаетъ гораздо высшую

•

145

I

степень относительно наукъ; но въ глазахъ Китайца,
который ішдитъ, что эта часть света доставляетъ
только вещи; несоответственный ни вкусамъ его, ни
потребностямъ, который лишь недавно сталъ слышать разсказы о разныхъ государствах*, ее составляющнхъ, о безконечныхъ войнахъ, какія они ведутъ
между собою, то есть, о душегубствахъ въ самомъ
обширномъ размере, въ глазахъ Китайца, говоримъ
мы, вся выгода сравнения, разумеется, на стороне Китая, съ его обширнымъ пространствомъ, съ его несчетными богатствами, съ сотнями милліоновъ промышленныхъ и образованныхъ жителей и съ его миромъ, ненарушаемымь около двухъ сотъ летъ. Бедность, существующая въ той или другой части государства, зависить не отъ недостаточная разпредВленія богатствъ, но единственно отъ техъ причинъ,
которыя мы далее изложимъ. Впрочемъ неравенства
гораздо менее въ имуществе, нежели въ званіяхъ. Неуважение Китайцевъ къ людямъ, не имвющимъ другихъ отличій, кроме богатства, заключаете въ себе
немалую нравственную выгоду. Бедность у нихъ не
постыдна, и всего более чтятся личныя заслуги и
права старости. Для примера расказывають следующий анекдотъ объ императоре Кхань-сн: чиновникъ
низшаго разряда, но более ста летъ отроду, однажды явился къ государю на поклонъ; тотъ сошелъ
съ места ему на встречу и просилъ его не кланяться
въ землю и быть безъ околичностей, говоря, что
этимь отличіемъ онъ желаете почтить его старость.
«Когда Китайцы обходятся съ квмъ нибудь почтительно, они называють его ляо-е (престарвлымъ или

,144
почтеннымъ отцомъ), и такъ какъ эти слова чистая
вежливость, то Китаецъ часто употребляеть ихъ въ
разговоре съ лицами, которыя вдвое его моложе.
«Великому уваженію Кигайцев ь къ летамь должно приписать ихъ мирный и осторожный нравъ.
Младшіе въ семье, будучи, по смерти отца, подвластны старшимъ братьямъ, делаютъ менее шалостей,
нежели у другихъ народовъ. ІІріемы и речи ихъ
также отзываются силою примера; они сплошъ далеко нревосходятъ Европейцевъ въ неизменной важности и хладнокровіи при спорныхъ беседахъ.
«Обыкновенная политика ихъ въ томъ, чтобъ предоставить противника всей силе его гнева и потомъ
воспользоваться вредомъ, который онъ самъ себе
причиняетъ: необходимо остерегаться бешенства въ ихъ
присутствіи. Высшія особы и гражданскіе сановники
принимають чрезвычайно важный видъ, чтб называется чонь, буквально — тяжелый, въ противоположность слову кинь, означающему — легкій, веселый.
Такъ какъ широкое и толстое лице можетъ придать
еще более важности, то это, быть-можетъ, и есть
причина решительнаго предпочтепія, отдаваемаго ими
дородству у мужчинъ и напротивь худобе у женщине.
Они въ шутку называют!» «маломернымъ» того, кто
не прикрываеть собою всей поверхности стула.
«Строгое благочипіе, къ какому пріучены они съ
младенчества, производить то, что нреступленія, рождаемыя буйствомъ, у нихъ чрезвычайно редки.
<( Почти не слыхано, чтобъ воровство сопровождалось убійствомъ. Они однако жъ бываютъ весьма
мстительны, когда почитають себя въ обиде, и тутъ

,149
уже не різбиратоте средствъ, лишь бы только достигнуть цели. Женщины готовы напримеръ давиться
или топиться, чтоб ь то іько сделать неиріятность тому, съ квмъ он в побранились. Пародъ, обыкновенно кроткій и миролюбивый, будучи угнетенъ въ конецъ, разомъ возстаетъ на утеспителя и, если можно,
непременно его погубить. Сановиикъ, ускользнувшій
отъ враговъ, редко находить пристанище въ Пекине,
где не жалуюгь и подвергаюсь строгому наказанію
техъ начальниковъ, у которыхъ подчиненные дондутъ
до бунта« Система, по которой семейства составляюсь между
собою родъ племспъ, произвела конечно священное
уваженіе къ родству, действующее гораздо лучше
закона - вь пользу бедныхъ п способствующее раздіьде/шо богатстве; это наука, въ которой Китайцы могли
бы можете быть превзойти нашихъ экопомнетовь, хотя и уступлтъ имъ вь правилахъ касательно произведенія или, какъ говорят!,, созданія богатства. Отсюда же проистекаете любовь Китайца къ месту его
рожденія, и чувство это вь немъ такъ сильно, что
нередко онъ оставляете почести и веігоды знатной
должности, чтобе удалиться въ свою родную деревню.
У ннхъ въ просторечін есть правило, котораго смысле
такооъ: «Кто достигистъ почестей или богатства, да
никогда не воротится па родину, тогъ нохожъ на
разряжеинаго, который гуляете въ по іемкахь,» то есть,
оба хлопочуте нзъ пустяковъ.
« Теперь, набросавь широкой кистью самыя резкія
черты
обь

Кнтайскаго характера, мы должны уп шяпуть

одпомъ обстоятельстве,

Т о м ъ 111.

которое

навлекло нмъ
10

f

,146
строгій приговоре: это детоубійство въ отнопіеніи къ
младепцамъ женскаго пола. Мнимою всеобщностью такого обычая хот в л п доказать отсутствіе сильной родительской любви въ Китае.

^

«Детоубийство случается только въ болыпихъ городахъ, где безчисленнос населеніе съ трудомъ добываегь хлебъ насущный. Китайцы страстно люблтъ
своихъ детей, и те повидимому платясь имъ равною
нежностью. Кантонъ, неоспоримо, городе изъ самыхъ
многолюдныхъ; но и тамъ редко увидите на реке
детскій трупъ, между темъ какъ бедняжки тоиуте
иногда случайнымъ образомъ, воспитываясь съ самаго
рожденія на лодкахъ.
«Всего нелепьс приписывать душегубству смерть
детей, всплывающнхе съ тыковной бутылкой на поясе; напротивъ, для того и привязываютъ имъ пустую
тыкву, чтобъ въ случае паденія изъ лодки, препятствовать какъ можно дольше ихъ потопленію; она поддерживаешь ихъ иоверѵь воды до техъ норь, пока
успеютъ броситься къ шшъ на помощь. ГІетъ ничего
мудрспаго, что случалось детямъ тонуть, не смотря
на эту предосторожность; но почитать тыковныя бутылки орудіемъ ихъ гибели, это, повторлемъ мы, столь
же нелепо, какъ приписывать смерть всехъ утопленниковъ въ Англіи усиліямъ Человеколюбиваго Общества.
« Be отношеніи Физическоме Китайцы еще более
превосходяте соседей своихъ. Часто уже было говорено, что нетъ людей статнее и сильнее кули, или
Кантонскихъ носилыциковъ. Тяжести, какія двое ихъ
легко подымаюсь на плеча посредствомъ бамбуковыхъ
налокь, задавили бы самыхъ здоровыхъ дрягилей въ

%

f

,147
другихъ земляхъ. Члены ихъ, не стесняемые одеждою,
получаютъ такое
развитіе, что могутъ служить
образцомь для ваятеля. Въ качестве матросовъ
на Англійскихъ судахь ихъ всегда находили крепче
и полезнее ласкаровъ *; только ихъ очень трудно
залучить по причине многихъ препятствий, возбраняющихъ имъ вступать на службу къ иностранцамъ.
« Физическое превосходство Китайцевъ должно приписать во-первыхъ климату, который вообще весьма
здоровъ, не смотря на довольно резкіе переходы температуры, и потомъ необычайной ихъ воздержности.
Если холера посетила Китай ве то же время, когда
она такъ страшно опустошала другія части света,
можно сказать наверно, что она была въ немъ несильна.
«Европейцы создали себе странное понятіе о ФИзіономін Китайцеве по Фигураме, представляемыме
на образчикахе Кантопскаго изделія и по большей
части каррикатурнымъ. Па такомъ ложномь основаніи,
в ъ у м е многих^ сйешное неразлучно с е именемь народа

степеннаго, «Сыслящаго, разсудительнаго и нередко
достойнаго служить образцеме для Европейцеве.
« У южныхъ Китайцевъ черты лица не такъ угловаты, какь у жителей Пекина. Кто изъ нихъ не подвержен!, постоянному вліянію атмосферы, тл отличаются такимъ же прекрасныме цветом ь, какъ Португальцы и Испанцы; но таково действіе солнца на
кожу ихе, что у многихъ, которые ходить обнажившись по поясь, вы увидите, когда они разденутся
совсеме, верхнюю часть тела желтизны Азіатской, а
'

Ласкарамн называются наемные матросы изъ туземцевъ.

,148
нижнюю белою какъ у Европейца. До тридцатилетнего возраста они вообще свежи; но далее осунутость
скулъ придаете лицу ихъ грубое выраженіе, первоначально прикрываемое только юностью. Мужчины,
входя въ лета, всегда почти ужасно дурнеютъ.
«Женщина въ Китае должна быть тонка и худа;
мужчине напротивъ следуетъ быть дюжими, ио не въ
смысле сильнаго развитія мыиіцъ, а въ смысле полноты и дородства. И у мужчине, и у жсищниъ въ
большой моде отращивать на левой руке страшные
ногти, и такъ какъ, при непомерной длине, они легко ломаются, то Нередко предохраняюсь ихъ тончайшими пластинками бамбука.
«Китайцы страстно любятъ болезненный и изнеможенный видь, который получаюсь у нихъ женщины,
увеча себе ноги тесными башмаками, и походку ихе,
когда one ковыляютъ на пятахъ, днлесганты сравниваюсь съ качаніемъ ивъ, колышимыхъ ветромъ. Намъ
остается присовокупить, что этотъ гнусный обычай распростаненъ ьъ низшем ь классе гораздо более, нежели
какъ можно было бъ ожидать отъ людей, принужденныхъ работать изъ куска хлеба.
«Очень занимателенъ вопросе, какая степень принадлежитъ Китайцамъ между образованными народами.
Мы старались доказать многочисленныя нравственныя
и политическія преимущества, которыми они обладаюсь
и которыя сиръ Джоржъ Стонтонъ приписывалъ «уваженію семейныхъ связей, воздержности, промь-.ш.іепости и понятливости низшихъ сословій, почти совершенному отсутствію иравъ и привилегий Феодальныхъ,
отвращенію правительства отъ новыхъ пріобретеній

,149
и завосваній, я наконецъ системе уголовных* законовъ, самой ясной, положительной и полной, какая
только существуешь у Азіатцеігь.» Съ другой стороны
несправедливо было бы отрицать, что у нихъ есть
пороки и недостатки, свойственные ихь политическому и общественному быту.
« Тотъ же писатель сделалъ весьма вьрное замечаніе,
что народъ, котораго письменность основана на древньйшнхъ началахъ и котораго правительство патріархально, какі» въ первобытный времена, долженствовалъ отделиться отъ осталыіаго человечества прежде
той эпохи, когда символическое письмо заменилось алфавитными, и патріархальная система—другими Формами правленія. Но те же особенности государсгвеннаго устройства и языка, которыми запечатлена древность Китайскихь установлений, могутъ, по мненно
нашему, объяснить для ума и продолжительность ихъ
сущесгвованія. Тсорія, совокупляющая въ одномъ лице понягія отца н государя, первая представилась
мысли человеческой: въ основаніи своемъ она самая
разумная, если бь и не была лучшею въ приложеиіи;
а грамота, которая, не такъ, какъ наше силлабическое
письмо, не допускаешь измененій в ь слове, могла искони
придать высокую степень определительности и верности
смыслу народному чрезъ посредство литературы. Кто
переводилъ на Китайскій языкъ съ другаго, тотъ знаешь, какъ трудно передавать на немь чуждыя поияпия
слогомь яснымъ и простЫмь.
.1 Есть еще одна первобытная и характеристическая
черта, которую дол.кио заметить въ распределеніи четырех ь сословій Кнтайскаго обществ і, то есть, уче-

,150
ныхъ,

земледельцевъ, Фабрикантов!, и купцовъ. Клас-

сиФикаціа

эта

кажется

довольно

разумною и мето-

дическою,

если обратить вниманіе на относительную

постепенность чегырехъ сословій въ ходе общественнаго быта.
«Во- первыхъ,
опыта

высшая

мудрость

и знаніе,

плоды

н летъ, даютъ главнвйшія права на уваженіе

и почести.
«По

мере

образован!.*!

людей,

племена

кочевыя

становятся оседлыми и обращаюсь вішманіе па обработку 3! мель, г д е они сели.
« В ъ слвдъ
основапіемь

за размноженіемъ с ы р ы х ъ
городовь

продуктовъ,

и учреждением ь обмена между

ими и селеніями, раждаются мануфактуры, и наконецъ
накопление каниталовъ и развитіе мануФактурь д а ю с ь
начало торговле внутренней и заграничной.
« Однако жъ когда страна достигла известной степени

образования, этотъ порядокъ — за исключеніемъ

перваго

разряда—дожио

почитать чисто имениыиъ;

иногда бываеті, онъ совершенно противоположен ь тому,
вь

какомь разный

прайсу жденіи
богатств - !.,
шим ь

другь

и какъ

источникомъ

говые

сословія

обороты

друга.

Тутъ

Фабрики
дохода,

сделаться

действительно состоитъ
окажется

могутъ

вліяіпе

быть, обильней-

чьмъ земледеліе,

а тор-

прибылыи.е Фабрике, то

и первый классі. можетъ у тратить значительность в ь
той

мерь,

вь

какой

отчего земледельцу
женія,

которое

нмнераюрт,
спою

вь

руку.

Вотъ

Китае мало пользы оть ува-

питаютъ

однажды

высокую

прочіе ее пріоорьтусь.
къ званііо

въ

годе

Сь

другой

его, хотя самъ

прилагаешь къ сохе
стороны богатый

,151
к) иеце своими сокровищами легко покупаешь услуги
и расиоложеиіе людей самых і. сильныхь, какъ ни
уииженъ'противъ других* именной разрядъ его теоретическими уставами того края. Между тем* сословіе учепыхъ удерживает ь аа собой первенство надъ
ВСЕМИ прочими, и члены
его занимают* нравительственныя мьста.
« Наследственный саиъ безъ заслуги личной мало
значить для своего обладателя. Потомки императорс к а я Маньчжурская дома носить только желтый
понсъ, по не пользуются никакою властію и получаютъ весьма умеренный иснсіоиь, назначенный имъ на
содержаніе. Съ размножением ь ихъ, члены дальнейш е е отраслей впадаютъ въ нищету, если петь у
нихъ дарованія или сві.деній на подмогу.
«При низверженіи последней Китайской династіи,
множество потомков»» императорская дома скинули
желтый поясе и искали спасенія вь неизвестности.
Говорить, будто и теперь еще существують отрасли
ноколенія Минь. Одинъ изъ члеиовъ его быль въ
услуженіи у многиѵь іезуитовъ; если бь удалось
какое-нибудь во.імущеніе противъ Маньчжурская
дома, вероятно явились бы представители той знаменитой диііастіи.»
Иыператорь, выходя изъ дворца, всегда окруженъ
велнчествешіымъ иоьздомь. Часто онъ даетъ аудіенцію носламь инострашіыхъ державь ИЛИ подвластных Ь ему монархочъ вь палатке, нарочно для того
раскинутой въ саду. Передь нею выстроены вь диа
ряда лица высокая сана, какоиы владетельные данники, государственные министры, начальники обла-

,152
crefl, высшіе чиновники судебной части Шестнадцать
человеке нссутъ императора на открыгыхъ поснлі.ахь;
впереди и позади его ндутъ ті., кто по должности
пользуется

честно сопровождать сто высокую особу

(Л. Х Х Ш — 1 и 2).
Пекинъ состоялъ прежде изъ одною юрода: но въ
1544
югу

году, императоре велвль выстроить другой къ
отъ

исрваго.

Послт.днін назиачепь

преимуще-

ственно для Маньчжуровъ, и оттого Европейцы называютъ его Татарскимь

городомъ, а первый Китай-

скимь. Стены этоі о не такъ высоки, какъ стены Т а тарскаю.

На поротаѵь обопѵь юродов ь большіе па-

вильіоны;

те,

что у Татарскаю города, красивее и

выше; они сь

тремя рядами

бойниць, но вь нихъ

можно

поместить

Около

дворца две ограды: конъ-чинь, или внутрен-

няя ограда,
товь

вь

только самую слабую артиллсрио.

состойтъ

изъ вала, отъ 2 5 до 3D фу-

вышину; ровь,

наполненный водою, окру-

жаете стены, и къ воротамъ, которыхъ четверо, должно проходить
но

три

хода,

черезь мосгь; вь каждыхъ воротахъ
а падь ними прекрасные навнЛьіоны.

Толщина степь иоде павпльіонами значительна и можете нростнратьса до 4 5 Футовь (Л. XVIII — 3).
Имиераторскій дворецъ весьма обширене и заключаете

себе большіе сады.

Гуляя вь нихъ, чув-

ствуешь тягостное впечатлвпіе

при виде искусгвен-

цыхь

вь

хо.імовъ,

нокрытыхъ

деревьями и строініемь.

Здесь, вь 1611 году, повесился послі.дпіп императоре
дннастіи

АІпнь, узнавь, что мятежники овладели Пе-

кином ь (Л. X X I I — 1).

,153
В ь полумиль Отъ Пекина, подъезжая сь южной
стороны, увидите влево квадратный навильіонъ в ь
два яруса, обнесенный стеною о четырехь воротахь;
за ішмъ окружены оградою густые сады и, вь углублении, большая тріумфальная арка съ тремя аркадами. Этотъ памятнике, воздвигнутый въ честь императора Цяиъ луня, имееть око.ю 50 футов ь въ вышину; онъ покрыть; средняя аркада всехъ выше (Л.
Х Г Ш — 2).
Изъ числа праздннковь, Китайцы торжествуюсь
один'ь въ осеннюю пору: тут ь носяте по улицамъ Фонари,
прозрачный картины и огромныхъ бумажпыхъ рыбъ.
Четверо поддержпваіотъ столь, убранный плодами; посреди его па древесномъ суку маленькая девочка, подл г, не» другая, а впереди мальчикъ, наряженный старикомъ. Шествіе открывается музыкантами и людьми,
которые пускают ь шутихи при всякой остановке.
Жители домовъ, мимо которыхъ идетъ празднике,
выставляюсь столы съ Фруктами, бете.іемь и табакомъ, н иодчиваютъ участниковь шествія (Л. XYIII—4).
Миссіоиеры изображали Китайцевъ народоме крайне стеиеинымъ, веселящимся только но правилу и
въ обстоятельствахъ, предиисанныхъ обычаемъ. Они
сознаются однако, что у него есть комедіаигы, пьесы
трагическія и комичсскіл. Петь вь Китае, каке у
пасе, обществеішыхе театральных ь здапін; но тамъ
страстно любяте это увеселепіе, ею ищусь и вельможи, и народе. Бывши вь Пекине, Тпмковскій виделъ па одной улице шесть театров ь одннь воз.іе
другаго. «11а ннхь, говорить путешественнике, даются нредставленія трагическія и компчсскія, съ нь-

,154
ніемь

и музыкою, почти каждый день, начиная съ

половины дня до вечера. ЖенскЬі роли играють мальчики, которые, какъ говорить, весьма искусно подражают*

акгрисамъ.

За

бо.гье

150 копвекь

входе въ театре платятъ не

медью.

Для зрителей сдьланъ

партеръ и ложи: садятся на деревянныя скамейки за
столы, на которые подаютъ посетителямъ отъ содержателей

театра

лучшій,

безденежно

чай,

правда, не самый

и тлеющіяся свечки для раскурпваніа тру-

бокъ (Л. X I X — 1).»
Куколі.ныя
толпу,
скаго

какь

комедіи

многочисленную

и у насъ. Одинъ изъ членовь Голланд-

посольства,

говорите,

нривлекають

бывшаго въ Китае въ 1ТУ5 году,

что онъ мало разнятся оть Европейскихе.

«Сперва, продолжаешь

онъ, увидь ли мы несчастную

принцессу, заточенную вь замке; потом ь странствующій рыцарь сражался съ дикими зверьми и страшными
драконами; онъ освободиль принцессу, а она отдала ему
в ь награду свою руку. Свадьба праздновалась нотешными битвами, турнирами и другими увеселеніями.
:< ІІосдЬ атого волшебнаго позорища, представляли
комическую
довольно

пьесу, где

главную

роль играли лица

схожія съ Полишипелемь, мадамь Жигонь

И Скарамушемъ (Л. X X — 1). »
Плясуны на канатахъ и борцы являются въ придворныхъ увеселеніяхь и, равномерно, потешають нросголюднновъ.

Китайцы до неистовства любить игру

в ь воланъ, но она подвержена у нихъ горазд ) большнмъ

трудностям ь, нежели у насъ въ Европе. Они

не употребляють ни решетки, ни ладони, а вскидывают*

воланъ

головою, локтями или ногой, и мало

,155
того, что онъ долго не надаетъ наземь, игроки всегда- почти усневаютъ дать ему то направленіе, какое
захотятъ. Продавцы волановь на улицахь почти такь
же многочисленны, какъ и торгующіе дътскими
игрушками ( Л. X X — ' і ).
Поел в всего этого не удивительно, что пляска медведей и обезьянь пользуется одинаковым!, ирсимуществомъ собирать около себя толпу народа. Тамошніе
искусники заставляюсь этихъ животныхъ делать почти т е же проказы, какъ и у насъ, и водясь ихъ изъ
города въ городъ (Л. X X — 5).
ІІаконець, въ числе Китанскихъ забавь нельзя
не упомянуть о волшебномь Фонарь. Онъ совершенно нодобенъ нашему: представляетъ разныя чудеса
и между прочимъ уморительныя вещи, потвшающіи
не однихь детей, но и взрослыхъ (Л. X X — 4).
Китайцы иутешествуюсь вь четырехколесныхъ возкахъ или въ нортшезахъ. Но для перевоза ножитковъ и кипъ съ товарами употребляютъ, кроме муловъ, одноколесныя тележки. Оне точно такія, въ
какихь у насъ возясь песокь, только колесо гораздо
более и помещено въ центре. Ось торчите изъ подъ
кузова съ обеихъ стороне и поддерживаете на двухъ
стойкахъ решетину, куда кладусь тяжести, располагая ихъ равновесно. Одинъ человеке везесь такую
тележку, но если кладь слишкоме велика, другой
тянете ее спереди. По произволенію, можно заложить
вь нее мула, осла или лошадь. Она служить не только для перевоза вешен, но и для езды Седоке помешается съ одной стороны, а сь другой кладусь
его пожитки, всегда соблюдая равновесіе (Л. XI .4.—о).

,156
Мосты ішогда бываютъ илоскіе, но вообще они съ
обопхъ копцевъ покаты; строятся же изъ камня, кирпича или изъ дерева. Тотъ, что пролегаеть близь
Су-чеу-Фу, одного изъ окружныхъ городовъ области
Цянь-се, весьма красивой архитектуры; онъ о трехъ
аркахъ. изъ которыхь средняя гораздо выше двухъ
осгальныхъ. Эютъ мость производить прекрасный
эФФектъ среди плодородной и нріятной местности,
пересекаемой сетью каналовв, ожнвлепныхъ судоходствомъ с.імымь деятелі.ііымъ (Л- XIX — 2).
Европейцы назвали общимъ именем ь бонзъ всехъ
Китанскпхь мопахове, тогда капе они делятся на два
разряда: одни, именуемые шао-цэе, суть последователи Ляо-кыома; другіе, хо-чипь, держатся вероучснія
Фо, или Будды Число бонзъ весьма значительно;
часто встречаются монастыри, где ихъ по-крайненмере но сту, если не более. Они не вь великоме уважеиін, потому что ничего не ді.лають; но какъ суеверіе почти всеобще въ Китае, то они мастерски имь
пользуются. Сборы, предпринимаемые ими въ городахъ и селеніяхъ, никогда не бываютъ безплодны, и
монахи иначе не возвращаются въ монастырь, какъ
отягченные дарами. Когда жь заметить охлажденіе
верующиѵъ, тогчасъ согреваютъ ревность нхъ нредсказаніемъ чудесь и иеобычайностей, и проделками,
способными ослепить простои народ ь; преде людьми
являются они опоясанные толстыми цепями, которым
влачагъ >а собою; они бегаютъ по улнцамь, уларяя вь
зиопкЬі мсталлическія пластинки, ирнвешенныя къ шесту,
который у нихъ на плечи; другіе стоять по целым ь недьллмъ у степы, )першись вь нее руками и впериве

р

,167
глаза; пакопеце одинъ изе нихъ когда-то катался въ
бочке, наполненной гвоздями, и потом ь продаваль
эти гвозди набожиыме, которые съ охотою платили
за нихъ деньги Век проказы удаіогсл имь какъ нельзя более. Легковерный народъ даетъ дснып. а бонзам* только это и надобно. Они стролтъ храмы, посещаемые весьма часто; между-темъ богатмоть, покупают!, до мы, гум.ш, мызы и прочая (Л XVII—1).
Китаецъ, чувствуя приближепіе смерти, зовете
бонзъ, и те всегда обгщаютъ ему счастливую будущность на томъ свете. При погребеніяхе, бомзы ндуть
передъ гробомь, несомымъ десятками двумя людей подъ
балдахиномъ или такъ просто (Л. X X I — 3 и 4). Доска, на которой написаны имена и титулы покойнаго такъ, какъ следуете выставить ихъ на его могиле, помещается въ вызолоченномъ паланкине, преде
которымъ возжигаюсь ароматъ. Потомъ ндуть дети
и родственники усопшаго въ ко.іпакахъ и верхнихъ
платьяхъ
изъ
толегаго
белаго полотна; далее
друзья и челядинцьі, наконецъ женщины, одетыя ве
такую же ткань, какъ и мужчины; оне громко рыдаюгъ и плачутъ съ роздыхами, после которыхъ опять
начинаюсь вопить все въ одинъ голос ь.
Могилу роютъ по указанію бонзъ; опустивъ ве
нее гробе, ее заваливаюсь землею се п.шестью и
тщательно уминаю ге. Туте начинаются обряды; на
могиле и около ставяте благовонныя свечи и бумажные Флюгера; жгусь золотую бумагу, бумажныхе
лошадей, платье и .людей, ве полной уверенности, что
эти приношенія сопутствутоть мертвецамъ на томе
свете.

І

,158
По окончаніи обрядовъ, родня и знакомые идутъ
иъ палатки или иавильіоны, устроенные невдалеке;
отдыхаютъ, хвалить покоинаго и едятъ кушанья, которыя «му предлагали. После трапезы, траурный
лица кланяются въ землю передъ могилой, а сынъ покоинаго отвечаешь имъ поклонами; все это делается
въ гл)бокой тишине.
Надгробную доску относятъ домой съ цсремоніей.
У богатых ь ставятъ ее въ залу предковъ, а у бедных ь — где удобнее, и два раза ве годь курить нредъ
нею ладаиомт», положить напередь земной поклоне.
Обряды эти совершаются весною; іезуиты допускали
ихъ между новообращенными, зная какъ нерасчетливо было бы съ ихъ стороны запретить Кнтайцамъ
обычаи, для ішхъ столь дорогіе; миссіонсры другьхъ духовиыхъ ордеиовь OORIIHH.HI ихъ переде Римекпмъ дворомъ въ потворстве Китайскому идолопоклонству. Іезуиты проиграли тяжбу, но несогласія
духовенства христіанскаго бросили ве Китае черную
тѣнь на проиоведниксве св. Ев;інгелія.
Могилы часто занимаютъ большія пространства,
иногда целые холмы. На верху ставятъ одинъ или два
камня съ надписями, далее каменный изображенін
мандарнновъ, барановъ, тигров ь, слонов ь, а пониже
лошадей въ полной сбруе. Могилы всегда делаются
за городомь. и не дозволено помещать ихъ подле
жи.інщъ. Разъ или два въ году бываетъ на нихъ
семья покойпаго; тутъ возобновляются знаки уважешя,
благодарное.и и скорби точно такъ, какь во время
похороиъ. Вследъ за тем», ставятъ па могилу вино и

,159
мяса, который составляюсь
ствующихь ( J . X I X — 4 ) .

потомъ обеде

присут-

Этотъ празднике въ честь покойниковь торжествуется въ седьмую лѵну, а иногда въ августе. Буддійскіе ламы совершаюсь надгробную службу; тутъ
выставляются картины, на которыхъ изображено состоите душъ по смерти, то есть, муки и страсти осужденныхъ, и различны я степени блаженства для техь,
кто успеле его заслужить.
Гробницы богатыхъ Китайцевъ обведены оградой
и внутри обсажены кипарисами и туясомъ. Бт.дныхъ
хоронятъ въ иоле, но могилы ихъ также окружаюсь
деревьями.
Во всехъ городахъ Китайскихъ увидите большіе
храмы Фо. Одинъ изъ ве ликолепнейшихъ выстроенъ
императоромъ къ западу отъ Пекина. Здесь-то жиле
и кончиле дни свои бапчень-эрдени, вызванный моиархоме ве 1780 году изъ Тибета. Еще показываюсь
постель, на "которой оне исиустиле дыханіе; для верующихь она тоже родъ святыни.
По зданіе это усгупаетъ въ пышности тому, которое, по приказание Цянъ-луня, выстроено въ Іе го,
или Чинъ-те, городе, лежашеме на 40 миль къ северозападу ось Пекина, и которому оне дале назвав
ніе Бу-да лы. Оно состоите изе многихъ здапін; главное имзіетъ видъ квадрата, котораго^каждая сторона "
простирается на 2 0 0 Футовъ; оно отлично отъ всехъ
произведеній Китайскаго зодчества; Фасадъ его, напоминающій архитектуру Европы, изященъ своею простотой; онъ о девяти ярусахъ. Въ средоточіи квадрата, образуемаго этимъ храмомъ, возвышается золо-

•
тая

часовня,

названная

160
такъ

по

обіпію

золотя,

у потреб, іениаго на украиіенія и статуи, равно какъ и
на отделку

крыши. Восемь сотъ ламъ состоять на

службе при этоме капище (Л. X X I — 3 ) .
Другой знаменитый монастырь находится па острове Ципъ-піаие (то есть, золотомъ), омываемомъ
водами Яиь цзе-кіана. Рг.ка здесь около мили шириной; остров і. принадлежите въ частную собственность
императору. Кроме монастыря, онъ покрыть мпожсствомъ загородныхъ домов ь и очаровательными садами;
но большую часть иаселенія составляете духовенство
(Л. Х Х Ш — 3 ) .
Плывя по той же реке, нельзя воздержаться отъ
удивленія при виде скалы Куань-гіэна. Она изъ дика го мрамора н возвышается па 6 0 0 Футовъ поворхе
поды. У подошв!,! ея обширная пещера служить
храмомъ н жилищемъ для ламе ре.шііи Фо. Капище
о двухъ ярусахе; гуда всходятъ, держась за поручни,
высеченныя въ стенахь пещеры. Бока утеса круты
до такой степени, что только водою можно приступить
къ этому убежищу, котораго видь вселяетъ невольный ужасъ (Л. X X Ш—4).
Мандарины, обязанные по ді.ламъ службы къ нутешествіямъ въ разныя части имперіи, совершаютъ нхъ то
сухимъ путемъ въ носилкахъ, то водою на великолеПНІ.ІХЪ
катерах ь; Филёнги и отборки этихъ судов Ь
украшені,! жииописі.ю и лаками съ чуднымъ разпоооразіемь. Двойной зонтикъ, раскинутый на палубе, павилыонь и столь, украшающіе корму, все показываетъ саиъ и могущество мандарина. Век встречныя
суда сторонятся изъ уважеиія, какъ скоро завндятъ

,161
эти .знаки;

если бе кто осмелился задержать манда-

рина, тоте немедленно получиле бы законное наказаніе (Л. X X I — 2 ) .
Къ западу отъ Гань-чжеу-Фу, главнаго города области Чже-кіана, простирается озеро Сіу, .омывающее
стены

этого города; оно окружено лесистыми гора-

ми и живописными долинами, ве числе коихе замечательна Гробовая долина, называемая таке по множеству
могиле, которое она въ себе вмещаетъ (Л. X X I I — 2 ) .
Мы выше видели, что миссіонарій Брюгьере прошеле за Великую стену въ ПІанъ-ша-кхунскія ворота. Далее к е северу, Англичане срисовали ворота Кубей-ку. В е этоме месте древіпй оплоте имперги подымается на весьма высокія горы, которыхе верхи, восходя па 5 0 0 тоазове прошве поверхности океана, кажутся вовсе неприступными. Многія башни уже развалились, но Китайцы тщательно поддерживаете ТІІ, который служате защитою проходамь (Л. X X I — 4).
Тхяне-цзнне,

котораі о

место», есть главный

имя

городе

означаете
одного

изе

«небесное
округове

области Бей-чжи-ли, лежащій ве 2 5 мил.чхе к е юговостоку отъ столицы,

на

высоте,

при слигіи рекь

Бей-хо и Гу-то-хо; оне окружень плодоносными полями. Здесь производится значительный торгь, и р е ка, которая, двенадцать миль ниже, впадаете вь фуньхан,

безпрестанно покрыта джонками и ладьями. От-

сюда, посредствомь
отдаленнейшія

каналове, товары расходятся вь

провинціи, а сюда стекаются те, ко-

торые предназначены для столицы. При слитіи реке,
на косе, стоит і. башня, вь 5 5 Футове вышиною: основа

ея

каменная, верхъ кирпичный. Здесь располо-

Т о м е III.

11

№
женъ воениый отряде, и часовые, стоя на рундуки,
извыцаютъ сигналами ближніе караулы обо всеііъ,
что бы ни случилось (Л. X X I — 1).
Китайскій берегъ окраенъ множествомъ осѵровоѵь,
но мы ограничимся важнейшими, считая ихъ отъ с е вера кь і%)гу.
Цзонъ-мннь, при устье Янъ-цзе-кіаня, закліочаетъ
въ себе копи каменной соли, составляющей предметъ
обширпаго торга съ соседственными странами. Ц юнъминь такъ пріятенъ, что заслуживаете прозвище золота.го острова. На немъ много храмовь; главный городъ е ю укръплень; деревни такъ часты, что представляюсь какъ-будто сплошную массу жилищъ.
Чжеушанскіе острова образуютъ большой архипелагъ, хорошо возделанный. Они вообще гористы н
разделены между собою узкими, но глубокими проходами; виде ихъ заставляете полагать, что они соединялись некогда съ твердымъ берегомь, и отделены
отъ него какимь нибудь силыиыме естественнымъ
переворогомъ.
Горно-каменная порода ихъ — красный и серый
гранить; на видъ они вообще безплодиы, между темь,
говорясь, что островъ Пу-ту настоящій рай; онъ
населень одними монахами, которыхъ, сказываюсь, до
5000. Другой островъ также обитаемъ и покрыть зеленью, но на немъ нетъ другихъ деревъ, кроме малорослаго дуба и елоке. Лоуань, одинь изъ самыхъ большихъ, им весь, по расказамъ Китайцевъ, около 10,000
жителей. Пристань главнаго острова, Чжеу-шана, въ
трехъ миляхъ отъ материка, обширна и безопасна.
Островъ занять преимущественно рыболовами.

,163
К ь юговостоку отъ Китая, противе Фу-цзянской
области, лежитъ островь Тхай-уанъ, называемый Па.кахимба по-туземному и Формозою у Европейцевъ.
Онъ отдвленъ отъ материка соименнымъ ему каналомь, шириною вь тридцать миль.
Формоза простирается огъ 2 1 ° 55 ч до 2 5 ° 2 0 ' с е верной широты. Длина ея отъ северо-северо-запада къ
юго-юго-востоку равняется девяносту миль; наибольшая ширина — тридцати пяти милям ь; поверхность —
5,000 миль квадратпыхъ. Та-шанъ (большая гора) перерезываетъ ее огъ севера к ь югу и естественно разделяетъ на две части, на восточную и западную. Миогія вершины этого хребта долго остаются подъ снегомъ;
пріемля въ соображение южность шпроты, можно заключить отсюда о значительной высоте ихъ. Въ горахъ
находятся теплые и серные источники, также некоторыя озера, но, по расказамъ путешественников ь, вода
въ ручьяхь и рекахъ нагорной страны вредна и даже смертоносна для иноземцеве.
Берега Формозы, особенно восточные, вообще круты и чрезвычайно картинны; водопады катятся съ
высоты скалъ. Западные берега изрезаны прекрасными заливами и пристанями; рощи, огромныя де.ревьл, украшаютъ скаты горь; эготъ восхитительный видь внушилъ Португальцамъ названіе Формозы (прекрасиаго острова). Но, рядомь съ такими
прелестями, Формоза нредставляеть страшныя опасности. Она подвержена землетрясеніямь, и то, которое
случилось вь 1784 году, было ужасно; море вь проливе такь поднялось, что островь былъ двенадцать часовъ подъ водою; множество жителей лишилось

,164
жияип, города

были снесены,

тма судовъ

всякаго

размера былп поглощены или разбиты волнами. Бури
часто случаются въ водахъ, онывающихъ Формозу, и
мореплаваніе тамъ грозитъ опасностью.
Сь другой стороны клйматъ здоровый
ный.
все

Плодоносныя

равнины

обильно

и умеренпроизводясь

жйзвенныя потребности, сахаре, чай и строевой

лт.съ; Формоза ведетъ значительную торговлю гъ фуцзяпомъ.
Западная
городъ,

часть

подвластна

Тхай-уанъ,

щается крепостью,

Китаицамъ;

богась, многолюденъ

главный
и

защи-

построенною Голландцами въ то

время, кнкъ они заняли этось край острова.
Островитяне восточной части вь вечной вражде се
Китайцами. Эти почти днкіе аборигены поход л тъ обликомь и цветом ь на

Маланцевъ, и говорясь

осо-

бымъ наречіемь. Хижины у ішхе изе бамбуку, и вся
одежда состоите ве запоне; они

нытравл.тють

себе

на коже изображенія деревьеве, цветовь или животныхе; питаются сарацинским ь пшеиоме и дичыо; они
такъ проворны, что ловясь ее на бегу: впрочемъ се
большою ловкостью метаютъ стрелы и копья.
вутъ они въ деревняхъ

подь

начальствомъ

Жи-

одного

или несколькихе старпшнъ.
На юговостокъ отъ

Формозы,

острова Ламайскіе,

или Сіу-ліу-кхіу, хорошо возделаны;

главный

ннхе образуетъ

гору; прочіе

острую, но лесистую

изъ

суть утесы, выходящіе изъ воды.
Острова

Пхенъ-гу,

названные отъ Португальцевъ

Пескадоресъ (рыбацкими), наполняюсь южную часть

•

,165
пролива между Формозой и материкомъ; они каменисты и безплодны; самый большой населенъ рыбаками
и имеете хорошую пристань; Китайцы содержать на
немъ гарнизонъ.
Къ югозападу, отъ устья реки Кантона, острове
Шонь-Чуэнь (Самчу), именуемый Сансіаномь вь путсшествіяхъ миссіоиеровъ, знаменитъ вь лвтописяхь
католичества: на этой скале, обитаемой одними рыбаками, умеръ °2 декабря 1552 года ФранцискьКсаверін, который за ревностное распространеніе
христіанства на Коморинскомъ берегу, въ Малакке,
на Молуккскихъ островахъ и вь Японіи, стяжалъ имя
апостола Индейскихъ странъ.
Обширнейшій островъ у южнаю берега Китая —
Гаи-нанъ; длина его оть севера къ югу около осьмидесяти миль, ширина — тридцать, окружность
сто
шестьдесятъ. Восточный береге вообще круть и каменисть, южный иззубрен ь прекрасными заливами; северозападный низменъ и простирается подъ водой вь
песчаныхъ риФахъ. Въ средине со*цтъ гора, У-чжишанъ, достигающая облаковъ свосіи вершиною; оть нел
идутъ ветви во все стороны, а между ихъ лежать
плодоносныя долины и поля, орошаемыя ручьями.
Находясь вь знойном ь поясе, Гаи-нань имвеі ъ жаркій климате, однако жь действіе
умеряется

солнечныхь

лучей

морскими ветрами, частыми туманами и

обильными росами; благотворная

влага ихъ иоддер-

живаетъ свежесть нрозябенія. Островъ вообще нлодоносень; внутри добывается руда, а на берегахь его в;.іделываюте соль морскую.

І

166
Китайцы занимают* прибрежную часть острова; изъ
природныхъ жителей, некоторые признаютъ надъ собою власть ихъ, другіе находятся почти въ дикомъ
состоянін. На гожномъ и на восточномь берегах* есть
хорошія пристани; главное селеніе Таиь-чжеу, где
живетъ губернатора
Остров*

Гаи-нан*

Тонъ- кинскій.

образует*

к*

востоку залив*

ГОСУДАРСТВО

АИНАМЪ,

Тонъ-Кииъ.

ИЛИ

КОХИНХИНА. ЦІАМПА..

КАМБОДЖЪ, и ЧАСТЬ ЛАОСА.

Аннамское
Китаемь,

государство

отъ

котораго

граничить

къ северу

съ

отделяется обширною, едва

проходимою пустыней; къ северозаиаду съ Тонъ-Кинскимъ

заливомъ;

моремь;
Оно

содержится

117°

47'

севера

къ востоку

къ югозаиаду
и

къ

и югу

съ Китайскимъ

съ Сіамскнмъ королеве гвомь.

между

8°

45'

и 2 3 ' і'

и между

127 восточной долготы. Длина его отъ
югу составляешь триста семьдесятъ миль,

ширина от ь востока къ западу —• полтораста; поверх- 4
ность 3 9 , 4 0 0 миль квадратныхъ.
Королевство Тонь-кинь самая северная изъ земель,
составляющихъ Аннамскую державу; оно же и самая
важная/ многолюднейшая часть ея. Гранича къ востоку

съ заливомъ, которому

покрыю

сообщаеть названіе, оно

на севере и западе высокими горами, и въ

средней, части

своей,

которая

стелется

обширною

равниной, прорезано большой рекою Сань-коемъ, текущею

съ северозападпой

стороны;

другія,

менее

значительны я, реки стремятся, подобно ей, въ за.іивъ
Тонъ-кинскій.
угрюмы,

инде

Берега

этого

низменны

края

инде

высоки

и

и понимаются разливомь

реке.

Санъ-кой, ежегодно выступая изъ русла, слу-

жить

для нея источникомъ плодоносія; на берегахь

,168
его, въ двадцати пяти мнляхъ отъ устья, лежитъ Ке-шо
или Бакъ-кинъ, столица наместника. Она обширна и
окружена только бамбуковой оградой; улицы широки,
отчасти вымощены голышемъ; но въ средний оставлена земля вь облеіченіе слонамъ и выочнымъ животиымъ. Домы, по большей части, деревянные или
глиняные, некоторые изъ камня или кирпичу; все
крыты пальмовымъ листомь, тростником ь и мохомъГородъ производитъ обширный торгъ; река всегда
покрыта джонками и ладьями. Миссіонеры писали во
времн оно, что Ке-шо такъ же многолюденъ, какъ
Парижъ; но, по новейшймЪ известіямъ, населенность
его простирается, говорить, не свыше 4U.000.
Кохинхина, къ югу огъ Топъ-кппскаго королевства,
на западе окраена высокими горами, и иместь небольшое протяженіе оттуда къ морю на восток?», где часть
ц(#*Серега представляете рядъ крутых?» и живописныхъ
яровъ, образующихъ естественный оплотъ противъ
иапоровъ Океана. Узкая полоса земли, имеющая только местами нисколько миль въ поперечнике, удобна
для возделки, и пЪкрыта городами и селен і а ми; къ
северу берегь понижается; на юге есть превосходные
заливы и пристани безопасныя. Реки не имеготъ
длиннаго течепія; важнейшая изъ нихъ Гюэ (Юэ); на
левомъ берегу лежитъ соименная ей столица, которую
природные жители называютъ Пху-кхуанъ, а Китайцы—Сунъ-уа.
Городъ Гюэ въ двухъ мнляхъ отъ морскаго берега
и выстроенъ какъ Ке-шо, впрочем?» великъ и укреплепъ. Иаружііыя н внутреннія укренлепія прочно
воздвигнуты Французскими инженерами. Англійскій

і

,169
путешественник* Финлесонъ (Finlayson) въ особенности замвтиль житницы, магазины, казармы, арсеналы сухопутные и морскіе; большая часть этих* зданій возвышается на берегахъ судоходная канала,
пересвкающаго городъ. Ровь, опоасывающій Гюэ,
имеешь три мили въ» окружности и его Футов* в ь
ширину,- стены в t. шестьдесят* Футовъ вышиною; валы
уставлены 1,200 пушекг; город* защищает* сверх ьтого квадратная цитадель, Въ Гюэ есть пушечный литейный двор* и корабельныя верфи, где строятся
военный суда| одни но образцу Европейскому, другія
представляют* СМЕСЬ Европейская с * Азіатскимъ.
Гарнизон* многочислен*. Королевскій дворец* велик*
и тяжел* на видь; украшенія его хотя и странны,
но богаты до чрезвычайности.
В * пятнадцати милях* к * югу отъ Гюэ находится
залив* Туранъ или Ганъ-санъ, окруженный высотами;
долины, лежащія въ промежутках*, изобилуют* сарацинским* пшеном*. Когда приближаешься с * юга, взоры всего прежде поражаешь купа мраморных* скалъ, кажущихся обширнымъ уедвненвымъ замкомъ, который,
посредством* низменной и узкой косы, примыкаешь къ
высокому мысу, увенчанному диумя коническими вершинами неравной величины и имеющему НЕСКОЛЬКО
миль въ протяженіи. Обогнув* этот* мыс*, входите
в * залив* глубокій и безопасный; рыбы в * нем*
множество. В * южную оконечность за. шва впадаешь
р-вка, ведущая к * городу Турану. Теперь это много
что посад*, а прежде Туранъ был* складочным*
местом* для торга съ Китайцами; междоусобны я
войны привели его в * нынешній упадок*. Однако же

»

,170
рынокъ еще хорошо снабженъ разнаго рода припасами и товарами, и въ пристань ходить довольно судовъ.
Морской рукавъ, простирающійся къ юго-юго-востоку, соединяет!. Туранскій заливь съ заливомъ ФайФО, который входить вь море особливымь устьемь.
Городъ Фай-ФО, или Гюэ-ганъ, лежащій яа маленькой р'Бчкъ Гань, быль прежде важнымъ торговыми
мъстомъ. Теперь считается въ неиь не более 15,0U0
" жителей; подобно Турану, онъ много пострадалъ оть
междоусобныхь войнь. Торговый двла, по большой
части, въ рукахъ Китайцевъ, и джонкь ихъ увидите
болъе всъхъ другихъ судовъ въ красивомъ заливъ
Фай-ФО (Л. X X I V — 2).

Продолжая плаваніе на югъ, достигаешь маленькой
области Ціампы или Бинхъ-туама, упоминаемой знаменитымъ путешественникомъ Марко-Поло. Большая
часть ея занята еще независимыми племенами, которыя .
слывутъ за воинственныхъ. Въ полосе, признающей
власть Аннамскаго императора, есть только немного
деревень: главныя изъ нихъ Пханари и Падаранъ,
объ на маленькой губе, близъ речнаго устья.
Камбодже, самое южное изъ королсвствъ, составляющихъ Аннамскую имперію, граничить на востокъ
высокими горами, простирающимися къ югу до моря.
Исходящая отъ нихъ Чампаванскія горы ндуть съ
северовостока на юговостокъ и оканчиваются на берегахъ Мей-кана. Къ западу отъ крайняго рукава этой
реки лежитъ купа острововъ Линь-кинь-ПОФО. Говорятъ, что Мей-канъ выходить изъ Юнъ-нана, Китайской области; вступивъ въ Камбоджъ, котораго ирі-

,171
емлетъ онъ названіе и который пересекается имъ отъ
севера къ югу, Мей-канъ дробится на многіе рукава и своими ежегодными и правильными разлитіями
напояетъ плодоносіемъ всю эту землю. Онъ судоходенъ
на значительное разстояніе отъ моря. Острова его
дельтЫ, ближайшіе къ Океану, одеты чащами.
Камбодже, или Левекъ, въ семидесяти миляхе отъ
моря, на острову реки Мей-кана, главный город»
всего края. Онъ очень упалъ противъ прежняго. Голландцы * имели здесь контору др 1643 года. Пеномпинь, несколько миль ниже, городъ важный и вторая
столица имперіи.
Сайгонъ или Диндже, выстроенный на носу, у
слитія двухъ рукавовь Донная въ двадцать одной миле
отъ устья этой реки, самый торговый городъ во
всемь Камбодже; въ средине, на холме, возвышенномъ
на 6 0 ФУ'говь надъ рекою, стоить цитадель, окруженная глубокимъ рвомъ, подъ защитою 2 5 0 пушекъ.
Северо-Америкаискій путешественнике Байте (White),
видевшій ихе ве 1823 году, сказываете, что многія
изе нихъ литы въ Европе. В ь северовосточной части
города арсенале, который можете выдержать сравненіе со многими изе нашихе. Пристань часто посещается Португальцами и Китайцами, канале соединяете Доннай съ Мей-каномъ; онъ выкопанъ въ теченіе шести недель: 2 6 , 0 0 0 рабочихъ трудились надъ
нимъ день и ночь посменно; более 7 0 0 0 погибло оте
утомленія. Переезде отъ Сайгона къ морю совершается часто во время полой воды на лодкахь, управляемыхъ обыкновенно женщинами. Въ Сайгоне полагаютъ до 100,000 жителей.

,172
Къ западу отъ устья Мей-кана, впадаетъ въ море
ръка Канкао, или Атхіень, омывающая городъ того
же имени и, посредствомъ рукава, сливающаяся въ
половодье съ Мей-капом ь. В ь 1822 году, этотъ природный каналь расшнренъ и сдёланъ судоходнымъ.
Городъ Атхіеігь, на правомъ берегу его, имеетъ 50U0
жителей, вь числе которыхъ есть Кохинхипцы, Камбоджцы, несколько Китайцевъ и Малайцевъ. В ь начале
X V I I века, городъ Поптхіамасъ, котораго имя бытьможетъ только испорчено изъ Атхіена, былъ основанъ однимъ Китайскимъ купцемъ н сделался столицею небольшой державы, производившей деятельную
торговлю се иностранцами. Понтхіамасъ разоренъ вь
1717 юду набегомъ Сіамцевъ, и Атхіенъ выстроенъ
вместо его. Здешній край перешелъ во владсніе
Аинама. Французскій путешественнике Пуавръ(Роіѵге)
говорить о немъ, называя его Понтхіамасомъ. Онъ
преДСтавляетъ его существовавшим ь еще ее 1742
году.
Апнамь обладаете частію Лаоса, которою протекаете Мей-кань, къ западу отъ Тонъ-кина. Въ ней
замечательны города Ганніе, Тіемъ и Сампадура, столицы мел к ихъ владенш.
Путешественники упоминали еще о Бао, или Боатоне, какъ даннике Тонъ-кнну. Паконецъ, вь высокихъ долігаахъ горъ, отделяющихъ Китай отъ этого
края и принадлежащихъ къ бассейну Мей-кана, живутъ многія свирепый племена, между коихъ Моисы,
или Мунсы, и Муаньцы отличаются своей многочисленностью и обннірносіію своихъ земель. Пекоторыл
делають частые набеги на Кохинхинскія владенія.

,173
Говорятъ еще обе Лоайесахе, населяющихь верхнія
долины Ціампы; вей эти племена повинуются независимымъ начальникаме.
Многіе острова принадлежать Аннамскому государству: къ юго-юго-востоку отъ Гаи-нана простирается
длинная гряда Гіарасельскихъ скалъ,'весьма опасныхъ
мелями и песчаными наносами, которые ихъ окружа-,
ютъ; они необитаемы, но какъ на нихъ производится
обильная

лонля черепахе

Аннамскій велѣлъ

овладеть

и рыбы,

і-о императоре

ими вь І 8 І 6

году

безе

малЪніиаго прІЬкословія со стороны своихъ соседей.
Близъ Тураискаго
островов ь, между

залива есть много

прочимъ

лао-рой, и Хамъ-коллао.
къ югу

окраень

гранишыхъ

Пѵло-Кантоне или Кол-

Весь берегъ въ направлепіи

островами также

двадцати пяти миллхъ на югъ отъ

каменистыми. Въ
устья

Мей-кана

лежить островъ Пуло-Кондоръ, имеющій четыре мили
въ длину и три четверти мили въ ширину; у восточнаго
берега есть хорошее якорное место, образуемое проходомъ, который отделяешь Пуло-Кондоръ отъ его маленькаго близнеца. Этогъ гористый островъ, окруженный
многими мелкими соседями, вовсе лишень источииковъ;
но. не смотря на безплодиость свою, имеете несколькихе жителей, удалившихся сь соседнлго материка и
скудно

живуіцихе

бататами и некоторыми

другими

произведеніями почвы. Англичане напрасно пытались
водвориться на неме въ 1 7 0 2 году, намереваясь сделать
его пристаииіцемъ тайнопровозной торговли съ Китаемь.
Пу.ю-уби въ пяти миляхъ къ югу отъ Камбоджскаго мыса, равномерно
тою .грядой.

окружеыь каменной, но лесис-

,174
Въ

Тонъ-кипе, дожди

равнинахъ

начинаются въ низменных*

съ маія и перестаютъ въ августе; лътніе

жары часто чрезмерны, а напротивт. въ декабре, январе и Феврале
чине

холоде суров* и непріятене по при-

Туманове.

' ТИФОНЫ

У

здешних*

свирепствуютъ

въ моряхъ Японскнхъ;

береговъ

ураганы

съ такой же яростью,
они

становятся

реже

и

какъ
вдоль

Кохинхинскаго берега, особенно к е югу оте 16 градуса

широты, и вовсе неизвестны на берегахе

боджа.
здорове

Впрочемь

климате

по отзываме

Сайгона

Европейцеве,

и

Гюэ

Камвесьма

жившихе тамъ

л е т * по тридцати и более.
Они же говорять,

что ве

Кохинхине сильнейшій

жаре не простирается свыше тридцати одного градуса
по, Реомюру, а зимою не бываете ниже одиннадцати.
Однако же холодъ ощутительнее, чеме можно было бе
полагать при такомь стояніи
ходите

оте обилія

термометра; это проис-

неріодическихе

дождей,

насту-

патощихе въ конце октября и идущихе до марта. В ы сокая горы, которыя, к е

югу

подымаются до облачныхе

оте

параллели Гюэ,

пределов*,

нричиняЕоте,

подобно всемъ горамь, имеющиме то-же наиравленіе
между тропиками, полное измененіе въ порядкт, годовыхъ временъ, смотря
къ востоку

по тому,

какъ лежитъ край,

или къ западу отъ Китая. Когда Англій-

скій посланнике КроФордъ (Crawfurd) отправился изъ
Сай-гона 4 сентября

1 8 2 1 года, тогда

господство-

вал* югозападный муссонъ, и дожди были на исходе,
но оне не успель еще выехать

изе Гюэ и Турана,

каке они начались съ северовосточпыме муссопомь ве
первыхе числахь октября «Съ 5 - г о по 12-е октября,

1Z5
говорить Финлесонъ, сопровождавши КроФорда, so
исключеиіемъ развъ одного или двухъ дней, дождь
лилъ почти безпрерывно въ такомь обиліп, что иеріодическіе дожди, на которые насмотрелись мы ближе къ экватору, въ Бенгалъ и Сіамъ, казались противъ эдьшняго вовсе назначащнми. Дождь лилъ ръкою часто по двое сутокъ сряду; онъ сопровождался немногими молніями, и во все это время дуль кръп£Ій сьверовосточный ветръ; барометръ, котораго состояние прежде мало изм енялось, постепенно понизился и не поднялся до техъ поръ, пока прекратились
дожди. Термометръ сто я ль почти безъ иеремъны
на 7 7 ° 5' (то есть на 20 градусахъ Реомюра).
«Вскорѣ послъдовалоиаводненіе, и, въ короткое время, занимаемый нами комнаты находились на несколько
пальцевь отъ воды, которая залила уже другія части
дома. Соседи наши, жившіе на той же улицъ, были
еще въ худшемъ положеніи: вода достигла къ нимъ
въ покоив Все разъезжали на лодкахъ по темъ самымъ улицамъ, гдъ на канунъ еще ходили по суше.
26 Октября разразился ТИФОНЬ, ; вместе съ ливнемъ,
продолжавшимся цълыя сутки; онъ был ь такъ силенъ,
что Туранскій заливъ, совершенно укрытый отъ ярости урагана окрестными горами, наполнился слоемъ
пресной воды, которой начерпали себе для питья
матросы наши, у которую скотъ пилъ у берега».
Что касается до Камбоджа, состоящего изъ низменныхъ равнинъ, влажное время года длится тамъ
съ конца маія и начала іюня до сентября; тогда же
бываютъ грозы и вместе съ ними то, что называется
здесь зимою; остальные восемь мъсяцевъ воздухъ те-

,176
пелъ,

ясенъ и чистъ. Въ Сайгоне, къ концу августа,

суточная

средняя

температура

равнялась

двадцати

одному градусу, следственно была весьма умеренна.
Минера югія этой страны

известна

только

вдоль

берега; всюду,

где приставала экспедиція КроФорда,

главныя горы

состояли изъ гранита и сіенита, ме-

нее высокія цепи —изъ кварца, известняка и мрамора.
Камбодже бг.день металлами; онъ производить немного ікелеза, но получаете

его изъ

Тоиъ-кина, Сіама

и Сингапура. Металловъ такъ же немного и вь Кохинхине, хотя
"ІІЫЯ

И

жители и говорите, будто есть серебря-

оловяныя

руды у мыса Аварельи. ІІапротивъ

того, Тоиъ-кипъ обладаете железомъ, золотомъ и серебромъ вь изобилін.
Китайскій купецъ, бывавшій вь Тонъ-кине и виденный КроФордомъ въ Гюэ, сказывал

ему, что желез-

ные рудники въ шести дпяхъ пути отъ Кешо, и что металль

этотъ тамъ

очень дешевь и отпускается

всю Кохинхину, за искліоченіемь
тавляете

его

Сіамъ. Золотые и серебряные рудни-

ки на дввнадцате дней пути отъ Кешо.
даютъ

на

Сайгона, куда дос-

ежегодно

по сту

Последніе

пикь (около 5 7 0

пудовь)

металла. Что касается до золота, количество его неизвестно, потому что много

вывозится

таикомь

вь

Китайская области Юнъ-нань и Куа*ь-си. Оловяиыхъ
рудъ не обработываютъ.
Такъ какъ и во всехъ восточныхъ краяхъ Азіи, лежашихъ къ югу отъ Китая, руды
телями этой

нмперіи,

приходящими

добываются жиизъ

Фу-цзяна,

Кіань-нана и Гаи-нана. Число Китанскихъ горнорабочихъ полагают!» до 5 0 , 0 0 0 человг.къ.

,177
Главное изъ полезныхъ растеній есть сарацинское
пшено, составляющее основу пиіци для жителей;
одинъ родъ этого пшена можетъ прозябать даже
на сухой почве и не требуеть иной воды, кроме
дождевой; его сеять въ концп декабря, не пройдетъ трехъ месяцевъ, и оно даетъ обильную жатву.
Обработывають также Турецкое пшено, завилецъ и
батоту. Кокосъ и арека * обыкновенныя деревья;
плоды ихъ отправляются въ Китай. Лучшіе Кохинхинскіе плоды суть померанцы и личи **. Сахарный
тростникъ составляете богатство этой земли; ежегодно вывозятъ его отъ 2 0 до 6 0 , 0 0 0 пиковъ (отъ 7 5
до 225,000 пудовъ), большую часть въ Китай.
По мненію КроФорда, настоящій коричневый лавръ
есть урожденецъ горъ, лежащихъ къ северозападу отъ
Фай-Фо; дерево это тамъ разводятъ, и кора его, привозимая на торги, чрезвычайно ароматна и маслиста. Въ
Китае, здешнюю корицу предпочитаютъ Цейлонской.
Въ Тонкинъ и Кохинхинь занимаются разведеніемъ
чаю, но получаемое количество недостаточно для потреблен) я, и нуженъ подвозъ изъ Китая. Хлопчатую
бумагу собирають во всей имперіи, и отправляюсь
много ея въ Китай. Камбоджъ производитъ хорошій
кардамонъ, анисъ и перець.
Леса наполнены превосходнымъ деревомъ для построекъ и столярной работы; замечательны сао
(nunclea orientalis), текъ, особый родъ ели, черное,
* Арека дерево, принадлежащее къ роду пальмъ. Зерно его жуютъ въ Остъ-Индіи съ бетелемъ и известкою, отчего слина становится красна и благовонна.
** Мясистый, односменный плодъ, покрытый жесткою бугорчатою
кожею.

Т о м ъ Ш.

{2

,178
розовое, орлиное, лаковое,

гумми-гутное дерево, и

миогія другія.
Въ Камбодже собирается мало шелку; напротив*
въ Тонъ-кине 'и Кохинхине его такъ много, что изъ
него де.іаютъ канаты корабельные. Везде увидите
белый шелковичникъ, особенно въ окрестностяхъ Гюэ.
Тонъ-кинскін шелкъ считается лушнмъ въ имперіи,
но уступаетъ Китайскому. Въ последнее время много
его привозили въ Европу.
Буйволъ, быкъ, лошадь, свинья, коза, слонъ, собака и кошка суть домашпія животныя въ Аннами.
Буйволъ обыкновенно употребляется при земледеліи;
быковъ запрягаютъ въ соху только тамъ, где почва
рыхлая н сухая. КроФордъ часто видалъ въ лесахъ
следы дикихъ слоновъ и тнгровъ. Путешественникъ
заметилъ также леопардовъ, медведей, обезьяпъ породы, называемой дукъ, оленей, дикихъ кошекъ и
носороговъ. Рогъ последняя въ такомъ уваженіи,
что между дарами, врученными Англійскому послу,
было четыре рога въ золотой оправе. Жители держать куръ, Ф а з а н о в ь и утокъ.
Населеніе Аннамской имперіи полагаютъдо і2,000,000
душе; Тонъ-кинъ—часть самая многолюдная; жители
его говорятъ одним ь язьжомъ съ Кохинхинцами, уиотребительиымъ также во всемъ Камбодже съ некоторыми разностями въ паречіи. Въ него вошло много
Китайскихъ словъ; пишутъ на немъ также по Китайски. Вся ішиерія исповедуешь буддизмъ. Капища
Будды или Фо многочисленны, но жалки видомъ;
иногда изображеніе его ставятъ въ кіотахъ, устроенныхъ между баніановыхъ ветвей (Л. X X I Y — 1).

,179
Обликомъ Аннамиты очень похожи на Китайцевъ;
но глаза у пихъ не наискось. «Ростомъ, прибавляешь
Г. Финлесонъ, они вообще невелики. Борода у нихъ,
какъ и у всехъ еоееднихъ племенъ, прннадлежащихъ
къ желтой породе, редка, неблаговидна, но закручена;
волосы на голове жесгкіе, прямые и черные; цвете
желтоватый, туловище толстое и короткое, оконечности здоровыя. Редкіе изъ нихъ очень темнокожи,
а многія женщины не смуглее большей части южныхъ
Европеекъ.
« Лобь у Аннамцевъ маленькій и узкій, щеки полны,
нижняя часть лица широка; весь обликъ почти совершенно круглый, и это особенно замечается у женщинъ, которыя слывутъ темь пригожей, чьмъ более
приближаются къ округлости. Глаза у здешнихе жителей малеиькіе, черные и круглые; веки не отвисли
у пихъ какъ у Китайцевъ, и это придаетъ имъ такую живость, какой у носледнихъ вовсе неге. Носе
у Аннамца мале, но красивъ; ротъ большой, губы
выпуклыя, но не толстыя; борода очень редка, но
прибрана съ величайшимъ тщаніемъ. Есть Аннамцы,
у которыхъ едва ли наберется двенадцать волосе на
всей бороде; усы несколько гуще. ІІІея у нихъ вообще короткая. Къ этому должно присовокупить, что
въ строеніи головы ихъ столько красоты, и въ выраженіи лица столько гармоніи, живости, ума и веселости, что напрасно было бы искать чего-нибудь
подобнаго у Китайцевъ или у Сіамцевь.
«Аннамсцъ прнземистъ телом ь, грудь у него широка и хорошо развита; бедра широкія; верхнія оконечности длинны, но хорошо сложены; лядвен ко-

,180
ротки и весьма крепки. Редко имеете онъ наклонность къ толщине. Члены у него хотя велики, однако не тучны. Мышечная система въ полномъ развитіи;
особенно голень всегда велика и складна.
«Иарядъ Кохинхинцевъ можно описать въ немногихъ словахъ. Все они носятъ платье, не смотря на то,
что живутъ не только въ тепломъ, но даже въ знойномъ климате: самобвднейшій человеке одеть но
крайней мере съ головы до колене. Чалма составляетъ
любимую принадлежность туалета; она всегда креповая, у мужчинъ чернаго, у женщинъ голубаго цвета;
въ трауре, она белая (Л. XX1Y — 3).
«Просторная туника, похожая на рубашку съ
широкими рукавами, достающая почти до коленъ и
застегиваемая съ праваго боку, составляетъ главную
часть одеянія; ихъ обыкновенно носятъ две, поде
низомь—-шелковая; вирочемъ число ихъ увеличивается
смотря по состоянію температуры. Женскій нарядъ
почти такой же, то.іько полегче: у обоихъ половъ
шаровары разноцветный; бедные носятъ иногда платье
толстое бумажное, но предпочитаютъ дешевыя шелковыя ткани. Богатые одеваются въ Китайскіе и
Тонъ-Кинскіе шелки, и носятъ башмаки, привозимые
изъ Китая.
и Въ сильные дожди, у торгов ыхъ людей есть нарядъ, хорошо охран.мющій отъ мокроты, и быть-можетъ, неть въ міре края, где онъ былъ бы такъ
необходимо нуженъ. Онъ изъ пальмовыхъ лисіовъ,
плотно сшитыхъ и не пропускающихъ дождя: это
шляпа въ виде корзины, отъ двухъ съ половиною
до трсхъ футовъ, и более, въ иоперечникъ, которая

»

,181
опускается
На

на плеча и завязывается подъ бородою.

туловище

надевается

фуфайка

безь

рукавовъ.

Одетый такимъ образомъ, Аннамецъ продолжаете работать почти безпрерывно, какъ будто и не замечая,
что дождь льетъ на него ручьемъ.
«Жевать

бетель, курить и даже жевать табакъ —

общій вкусъ здешняго народа; люди высшаго класса
не выпускаютъ
всегда

сигары изъ роту; група Аннамцевъ

прикрыта облакомъ дыма. Въ Кохинхине до-

мы велики
глины

и

и удобны, выстроены
покрыты

черепицею,

обыкновенно изъ

редко

пальмовьшь

листомъ. Внутреннее расположеніе довольно странно:
передняя половина — родъ открытой залы, г д е принимаютъ гостей, исправляЮте свои дела и продаюте
товары,

если хозяинъ

торгуете; ве глубине стоите

жертвениикъ и другія богослужебный эмблемы. Покои
находятся въ задней половине и расположены четыреугольными комнатами, открытыми сь одной только
стороны. Постели состоять изе площадки, приподнятой на Футе отъ полу и устланной рогожами.
«Аннамцы кротки, ласковы, незадорны, и хотя любятъ воровать, однако редко случаются у нихе смертоубійства. Они вежливы, упредительны и внимательны къ чужестранцамъ, и во всехе поступкахь своихе
оказывають

такую искреннюю

учтивость, какая во-

все неизвестна большинству другихъ обитателей южной
Азіи.

Притомъ

они живы и веселы, шутливы, услу-

жливы и гостепріимны, и по природе добры и простодушны;

по забыть какую пнбудь статью церемо-

иіала, предннсываемаго обычаеме, сделать нротиве него
малейшую ошибку, действительную или мнимую, это

,182
влечетъ за собой немедленную кару: бамбукъ очищаете
все грехи.
«Покорность,

съ

какою они подвергаются

этому

унизительному наказанію, поистине заслуживаете удивление.
ни

Послушанію ихъ нътъ границы ни словомъ,

дѣломъ не

сопротивленія

обнаруживаютъ
произвольному

они

ни

малейшаго

приговору, произноси-

мому надъ ними; не удивительно, если такая система
наконецъ исказила имъ душу и сделала ихъ хитрыми,
робкими, плутоватыми,
нымп,

шутливыми,

когда

они

лживыми, суетными, безстыд-

взыскательными и — жестокими,

уверены

въ

безнаказанности.

Малейіпій

отпоре, самое легкое изеявленіе твердости в е ту минуту, какъ они расходятся и раскричатся, приводить
ихъ

къ

смиренію, простирающемуся

Не смотря на то, нельзя не признать,

до

подлости.

что они отъ

природы совестливы, искренны и умны, — качества,
которыя, при более человеколюбивомъ правленіи, вскор е доставили

бы

имъ

почетную степень между на-

родами.
«Они очень

неопрятны

сами,

во всемъ,

что ихъ

окружаетъ и въ нище, которую они едятъ; тщеславіе ихъ выходить изъ всехъ пределовъ, и они считаютъ

себя первымъ народомъ въ свете после Китай-

цевъ,которымъещеустугіаютъ преимущество. Упрекали
ихъ въ распутной жизни; но, при людяхъ, оба пола
обходятся между собою скромно и вежливо. Слабости замужнихъ

женщннъ

возбуждаютъ,

по

словамъ

путешественниковъ, общее негодованіе, и законы наказывають ихъ съ строгостію безмерной. Что касает-

,187
ся

до

незаму жнихъ,

свобода, и голоеь

имъ предоставлена

общества

порицаете

величайшая
только

упо-

треблена ея во зло.
« Правленіе

совершенно

деспотическое и въ теоріи

и на практике. Законы, говорить
что въ Китае, но исполняются

КроФордъ, т е же,

хуже и произвольнее,

чемъ тамъ. Бамбукъ и битье по пятамъ — единственныя обуздательныя средства, которыя въ безпрестаниомъ действіи. Родители употребляюсь ихъ на детей,
мужья

на

женъ,

различаешь въ

офицеры

этомь

па

отношеніи

солдате;

законъ

не

природнаго жителя

съ иностранцемъ.
« Подобно Китайцамъ, говорить Финлесонъ, Аннамит ы с о б л ю д а ю с ь обряды почитанія предковъ и уважаюсь

память родныхъ. Обычай этотъ

можно

назвать

единственной чертою в е р ы , заметною для иріезжаго.
У нихъ н е т ъ духовенства, которое наставляло бы въ
религіи. Е с т ь несколько Таланоиновъ, но они вовсе не
въ чести.

Высшія

сословія приняли веру

КонФуція,

которая есть чистый деизмъ. Что касается до толпы, она
предана грубымъ

суеверіямъ и поклоняется

геніямъ

хранителямъ и демонамъ.» КроФордъ и не иодумалъ
бы, что она исповедуете буддизмъ, если бъ не увидель
разныхъ статуй великаго Будды.
Земледелие не т а к е цветуще, к а к е в ь Китае. В ы д е л ка б е л ы х ь

бумажныхе тканей весьма живо идете в е

Тонъ-кине; но таме
нихе

не знаюте искуства печатать на

узоры. Да народе и не любите ситцеве. Кра-

сильщика

нетъ

значительны.
Лурейро

ни

одного. Шелковыя мануфактуры

Лакъ,

доставляемый деревомъ, которое

назвалъ

аиріа,

посылается

въ

Китай; его

,184
приготовляюсь также дома, и лаковыя вещи принадлежать къ обыкновеннейшиме. Умеюте присоединять
къ нему золотыя украшенія и выкладывать его перломутромъ. По мнвнію Финлесона и КроФорда, ТоивКинскій лакъ лучше и прочнее Японскаго.
Съ давнихъ

поръ

Аннамцы умъютъ лить и обра-

ботывать металлы, но эта отрасль промышлеиости не
сделала
не

у нихъ большихъ усиеховъ; они напримеръ

могутъ

оружія,

приготовлять

для

себя

огнестрѣльнаго

потому что не знаютъ искусства закаливать

въ меру сталь; однако жъ они очень хорошо подражаютъ

изделіямъ

иностранцевъ. Сь помощію Фран-

цузскихъ инжснеровъ, они дошли до того, что лили
пушки въ арсенале
видь

артиллеріи,

ропейцы

города

Гюэ и придали

новый

морской силе и укрепленіяме. Е в -

снабжаюте

ихъ

ружьями. Золотая работа

худо полируется за Недостаткомъ хорошихъ образцевъ;
Филогранныя

вещи

делаются съ большою утончен-

ностью.
Аннамцамъ возбраненъ выездъ изъ имперіи безъ
разрешеиія государя; получивъ его, они отправляютъ суда въ Китай, въ пристани Малайскаго пролива и въ Сингапуръ. Будучи смелы, деятельны, трудолюбивы, сильны, послушны, они Могутъ быть отличными мореходами. Морская торговля между разными частями имперіи весьма значительна; прибрежное судоходство занимаете более 2,0U0 джонкъ. Входъ въ Тонъкинскія пристани запрещенъ кораблямъ Европейскимъ;
они могутъ входить только въ Туранъ, Сай-ганъ и
ФаиФО.

,185
Доходы имперіи простираются до 90,000,000 Франковъ; они состоять изъ подушныхъ, поземельныхъ,
разныхъ другихъ податей, и таможенныхъ пошлинъ.
Правительство обладаетъ монополіей сахару, корицы,
кардамона, орлинаго дерева и некоторыхъ другихъ
предметовъ. Говор ять, будто у государя значительная
казна. Каждый Аннамитъ отъ осмнадцати до шестидесятилетняя возраста обязанъ военной службою и находится въ распоряженіи правительства постоянно. По истеченіи трехлетія, солдатъ можетъ возвратиться домой;
въ Тонъ-кине положено семь лете сроку. Войско
состоитъ изъ 90,000 человеке; 800 слоновъ принадлежать къ его обозу; изъ числа ихъ 130 находятся въ столице. Кавалеріи почти нетъ. Морская сила,
состоявшая прежде изъ однехъ каноиерскихъ шлюнокъ
и галеръ, снабжена теперь трехмачтовыми кораблями
и бригами. Солдатамъ выдаютъ жалованье деньгами
и паекъ сарацинскимъ пшеномъ; они навидъ воинственнее техъ, которыхъ виделъ въ 1792 году путешеагвенникъ Барро (Barrow) (Л. X X I V — 4 ) .
У Аннамцевъ любимая забава — театръ; въ этомъ
согласны между собою все путешественники. За входъ
не платятъ ничего: комедіанты даютъ или частныя
представленія за положенную сумму, или играютъ
публично въ балагане. В ъ такомъ случае, зрители,
вместо того, чтобъ рукоплескать актерамъ, кидаютъ
имъ мелкую монету. Есть правнльиыя драмы и нечто
въ роде интермедій. Въ последнихе, речитативъ часто
смешанъ съ веселыми аріями, заключающимися общнмъ хоромъ въ согіровожденіи очень шумной, однако жъ не непріятной музыки. Хоры танцовщицъ вы-

,186
полняютъ граціозныя па, где немного действуютъ ногами, но обнаруживаюсь прелести своего тонкаго
стана; и положенія, даваемый ими голове, рукамъ и
туловищу, приводясь въ восторгъ всякаго, кто па
нихъ смотрите. Костюмы фантастическіе; вь большей части пьесъ, некоторый родъ паяцца играетъ
главную ролю. Пьеса длится отъ трехъ до шести
дней или вечеровъ, съ надлежащими промежутками
(Л. Х Х Г — і и 2).
Первые путешественники Португальскіе, достигшее
оконечностей Азіи, посетили разный земли, составляющая Аннамскую державу. Въ начале XVI века, миссіонеры прибыли въ Кохинхину, Тонъ-кинъ, Камбоджъ,
Ціампу, и проповедывали Евапгеліе. Съ того времени
здесь всегда было несколько христіанъ; ныне счигаютъ ихъ до 300,000. Несмотря на гоненія, возникавшія на нихъ по временамъ, они оставались тверды
при своей вере. Александръ де Родесъ (Illiodez), Марини, Борри, Тиссаньё, КоФФлеръ и другіе напечатали описанія здешнихе странъ, о которыхъ мы имееме сведенія и оте другихъ путешественниковь, каковы Демпиръ (Dampier), Пуавръ, и наконецъ отъ
гг. Ланглё и Биссашера, которые въ наше время исполняли тамъ священный долгъ проповедниковъ. Пиньіо
де Беэнъ (Pigneau de ВёЬаіпе), еппскомъ Адранскій,
важными услугами, которыя оказалъ законному властителю въ долгой и упорной войне противе мятежников*,
стяжалъ Французскому имени любовь вь этихъ отдаленныхъ предьлахъ. Смерть епископа была несчастіемъ для
Аннамской державы и вместе повредила торговымъ
сношсніямь, какія Французы могли бы учредить съ

,187
этою страной, весьма удобной по положенно своему
на оконечности Азін для поддержки сообщеній ихъ
съ краями, наделенными отъ природы изобиліемъ.
Англійское посольство, на пути въ Китай, останавливалось въ 1793 году на несколько дней въ 'Гуранской пристани; Г. КроФордъ посетил ь Гюэ въ 1822
году, въ качестве посланника; его собственный замечания, записки врача его экспедиціи, г. Финлесона,
очерки Дж. Уайта (White), морскаго ОФицера СевероАмериканскихъ Шгатовъ, посетившая Сай-гонъ и
другія Аннамскія пристани, наконецъ заметки Французская капитана Лапласа, жившаго въ 1831 году
довольно долго въ 'Гуране, доставили намъ объ
этомъ крае драгоценныя сведеща. Описанія разныхъ
наблюдателей согласны между собою въ главномъ. Но
поелику не все они смотрели на вещи се одинаковой
точки зренія, то, разумеется, сужденія ихъ, иногда,
несходны, отчасти даже противоречатъ одно другому.

Ш

И

Ш

И

КОРОЛЕВСТВО

Симъ.

' Къ западу отъ Аннама лежитъ королевство Сіамъ,
сопредельное на северъ съ Китаемъ, на загіадъ съ
Бирманскою имперіей и отнятыми у нея Англінскими
областями, на югъ съ Океаномъ и владбніями Малайскими. Этотъ край, находясь почти въ срединъ восточнаю полуострова Индіи, содержится между б и 19°
северной широты, и между 117 и 121° восточной
долготы. Длина его 3 5 5 миль, средняя ширина 60,
поверхность 15,000 миль, квадратныхъ.
Заливъ, которому королевство Сіамское даетъ названіе, углубляется далеко въ земли. Особенно восточный берегъ его окраенъ многочисленными островами, которые, по выражению Финлесона, образуютъ
какь бы узкій и длинный поясъ. Материке такъ низменъ, что на разстояніи несколькихе миль видны
только деревья, а не земля, тогда какъ острова, возвышенные слишкомъ на 1 0 0 0 Ф Ѵ Т О В Ъ , поражаюсь
взоры издалека; они гранитные съ примесью глины
и горшечнаго камня. Чеме далее къ северу, темъ
сильнее становится прозябеніе, и тропическіе леса
расточаюсь всю свою роскошь.
Миновавь устье реки Канкао, увидите островъ Коконь, обитаемый Сіамцами, Камбоджцами и Кохинхин-

,189
цами; равномерно и Ко-чань,

лежащій далее на се-

вере.
Потомъ прійдете къ устью реки, ведущей къ Шантибону, важнейшему городу на восточноме берегу и
главному ве провинціи, составлявшей

некогда часть

Камбоджа; это одине изе знатнейшихе городовъ въ королевстве; высокія горы, обширные леса,

плодонос-

ныя поля и долины пріятно разнообразятъ местоположеніе. Шантибоиская пристань удобна и безопасна,
к е несчастно, входъ въ реку затрудиенъ баромь. такъ
что она доступна лишь для малыхъ

судовь. Ироиз-

веденія края

отправляются въ Банкокъ, ибо законы

воспрещаютъ

частныме

людяме

торговлю

се

ино-

странцами.
Далее, найдете заливе

Конь-каденъ, г д е населен-

ность значительна; но отсюда до мыса Ляйянта (Lyant)
видны только дремучіе леса и жителей
Малайскіе

пираты съ острова

очень

мало.

Тринкано и другихъ

простираютъ набеги свои досюда.
Городе Бань-па-ФО, лежащій

при устье

Бань-па-

кона и одного изе рукавовь большой Сіамской реки
Менамь, защищается свайною
Си-чане

перемычкой.

Острова

самые северные у этой части берега; глав-

ный изъ нихъ имеете хорошую пристань.
Новейшія сведенія о Сіамскоме

королевстве обна-

родованы г. КроФордоме, посланникоме Бенгальскаго
генерале-губернатора, и врачеме посольства Финлесономе.
« 2 1 Марта 1 8 2 2 года, говорить последній, увидели

мы

несколько

Китайскихъ

въ устье Менама, и къ вечеру

джонкъ,
сами

на

якоре

бросили якорь.

1

198
На другой день, лоцманъ съ одного изъ Китайскихъ
судовъ явился на корабль и сказалъ намъ, что следует!. послать за туземнымъ лоцманомъ въ Пакнамъ,
деревню близъ речнаго устья; сомневаюсь, говорилъ
онъ, чтобы корабль вашъ могъ.пройдти баром ь. Сгаршій боцманъ отправился съ пнсьмомъ отъ г. КроФорда къ главному начальнику села. Онъ былъ очень
хорошо принять и воротился на другой день съ плодами, присланными въ даръ, но безъ писемъ. Между
темі., испросили разрешеніе въ Банкоке, и лоцманъ
получилъ приказе провести насъ къ столице.
« Корабле прошелъ не безъ затруднения; Менамъ
около Англінской мили шириною въ устье; бросили
якорь иередъ Пакнамоме, где река въ три четверти
мили шириною и очень глубока; берега низменны и
лесисты.
« 2 6 Числа, человеке, одетый почти каке Европеисте матросы, явился съ предложеніемъ услугъ въ
качестве переводчика. Онъ принадлежалъ къ разряду
жителей, известныхъ въ Индіи подъ общимъ именемъ
Португальцевъ; шляпа и две или три принадлежности Европейскаго одеянія даютъ кажется право на
этотъ титулъ, хотя бы наряженный такимъ образомъ
былъ совершенный негръ. Тотъ, о которомъ идетъ
дело, говорилъ весьма бегло по-Португальски, но
зналъ плохо Англійскій языкъ. Онъ требовалъ отъ
лица Пакнамскаго губернатора, чтобъ фрегатъ выгрузилъ свои пушки. Ему возразили, что этого не сделале однако же бывшій туте Нортугальскій Фрегатъ;
онъ отвечалъ, что на то было особое разрешеніе

,191
правительства. Вместе съ этим*, онъ пригласил* г.
КроФорда къ обеду отъ имени губернатора.
« Такое объявленіс казалось не весьма добрымъ
предзнаменованіемь для успеховъ посольства. Что касается до особы, величавшей себя титломъ Пакнамскаго губернатора, она была не очень важна: подъ
пачальствомъ ея состояло НЕСКОЛЬКО бедпыхъ рыбацкихъ деревущекъ. Говорили, что пріедетъ какой-то
значительный человеке, однако онъ не являлся. Каиитапъ Фрегата, съехавъ на берегъ, уговорилъ губернатора послать на корабль своего племянника, который был ь принять съ надлежащею почестью. Онъ
быль пагъ отъ плсчь до пояса, — такъ одеваются
ВСЕ вообще; онъ не обратилъ впнманія ни па Фрегать,
ни па новые предметы, которые у вид ЕЛЬ; поелъ конФ С К Т Ъ , выппль ликеру, проснлъ Г. КроФорда на берегъ и, поговоривь съ полчаса, отправился.»
На другой день, послапннкъ, въ сопровожденін многихъ Лиг шчапъ, съѣхалъ съ корабля и шелъ пешкомъ съ большою перемоніей. Толпа старнкопъ, женщииъ н детей разинула ротъ па иностраіщевъ. Племянник!. губернатора принималь ихъ и повелъ по
ТЕСНОЙ улице, вымощенной бревнами. Губернаторски!
домъ быль бедной наружности; деревянная лестница
вела въ маленькій дворик* передъ жнльемъ. Губернаторъ си дел ъ въ отверзтой зале, оклеенной Китайскими обоями, убранной Голландскими зеркальцами и
лоскутьями цветной бумаги. При появленіп посланника, онъ всталъ и указалъ ему, где сесть. Через*
минуту подали обедъ, приготовленный по-Европейски. Губернатор* несколько раз* бывал* в * Бенга-

,162
ле; онъ говорилъ о разныхъ предметахе часа два, и
когда Англичане стали откланиваться, онъ дружески
пожале имъ руки.
2 8 Марта пришло дозволеніе идти вверхъ по рекъ, и Фрегатъ немедленно поднялъ якорь. «Берега
Мснама, говорить Финлесонъ, были по-прежнему низменны; чрезвычайное множество аттапа придавало имъ
живописный вид?.; далее, почва была покрыта бетелемъ,
безе сомненія, дикорастущимъ, ибо места были слишкомъ низки для возделанія. Кустарникъ состоялъ изъ
разныхъ породъ ротапу *, бамбуку и высокихъ травъ;
еш,е далее обшнрныя поля открылись влево; они
казались безплодными, ибо жатва уже кончилась; поверхность ихе въ осьми или десяти Футахъ отъ воды.
Намъ сказывали, что въ дождливую пору ихъ заливаетъ Фута на два или на три; следственно они вполне удобны для посевовъ сарацинскаго пшена. Крутояръ постоянно опушенъ бамбукомъ; местами, маленькіе, но чистые домики, казавшіеся не более трехе
Футове въ вышину, были окружены полями арековыхъ, бананныхъ и кокосовыхъ деревьевъ. Вправо
отъ Менама, на берегу видны только кустарники; но
яры и здесь довольно круты. Глубина переменная,
оте 3 0 до 6 0 Футове вдоль берега; иле крепокъ и
должен ь быть очень хорошъ для удобренія. Москиты безпокоили насъ до смерти.
«29-го, на самомъ разсветь, представилось наме
любопытное зрелище. Челноки, изъ которыхъ въ
* Тростникх, изъ котораго дхлаются палки, извѣстиыя у насъ подт.
шіеыемъ натуралышхъ.

т
большей части было только по одному человѣку,
шныряли во вел стороны; наступалъ часъ торга, и
все кипело деятельностью. Здесь, одинъ или несколеко буддійскихъ ламъ отправлялись собирать подаяніе; тамъ старая баба продавала по мелочи бетель, бананы н горлянки; т у т ъ ехали ладьи, н а г р у ж е н -

ныя кокосами; далее Сіамцы ходили изъ дому ве
доме по своиме деламъ. Но всего удивительнее были
для насъ пловучіе домы, расположенные въ восемь,
десять и более рядовъ отъ самаго берега. Они изъ досоке, продолговатой Формы и очень хорошо прилажены; на реку выходите у ннхе площадка, где разложены товары, плоды, мясо, сарацинское пшено и друтія
вещи; это настоящій пловучій базаре, на котороме
продаются все произведения той страны и Китая. По
концаме, домы привязаны къ длиннымъ бамбуковымъ
кольямь, воткнутыме въ реку, и весьма легко передвигать ихе по желапію; при каждоме есть маленькій
челноке. Пловучіе дома въ этой части города заняты повидимому купцами и ремесленниками; Изъ числа
ихъ сапожные мастера почти исключительно Китайцы. Жилища эти весьма невелики, Футовъ въ тридцать длины и въ пятнадцать шириною; они все въ
одинъ ярусъ, подняты на Футъ отъ реки, и покрыты пальмовымь лнетомъ; въ средине большая комната,
где разложены товары, а по бокамъ одна или две
поменее. При отливе, когда река весьма быстра, ве
лавкахъ бываетъ мало дела; тогда хозяева или спяте,
или сидяте, небрежно прислонившись къ стенке, или
наконецъ наслаждаются досугомъ какь-нибудь иначе.
Несмотря на то, во всякую нору дня множество лоТ о м е 111.
13

,194
докъ снуютъ взадъ и впередъ; они легки и притомъ
такъ узки, что быстро идутъ противъ течемія на
широкихъ веслахъ; въ длинныхъ лодкахъ часто бываетъ отъ осми до десяти веселъ съ каждой стороны. Кптайцевъ повндимому очень много; здесь, какь
и везде, они отличаются промышленостью и деятельностью необычайной.»
По прибытіи Англичанъ въ Банкокъ, двое детей,
племянники иерваго министра, принесли въ даръ посланнику К О Н Ф С К Т Ъ и плодовъ. Они были весьма
чисто одѣты отъ пояса до самыхъ ногъ, а туловище
было у нихъ посыпано какимъ-то желтоватымъ порошкомъ изъ Индьйскаго шафрану или изъ тертаго сандалу; ихъ золотыя ожерелья, съ цветными каменьями,
и другія украшенія въ этомъ роди, были недорогой
цены. Подобно прочимъ детямъ въ Индіи, они были
очень умны для своихъ летъ и вели себя съ удивительной развязностью и приличісмъ.
По полудни, первый, по главномъ министре, сановникъ, явился за генералъ-губернаторскимъ письмомъ,
которое завернули въ матерію, затканную золотомъ,
и положили на прекрасную золотую чашу.
На аудіенціи у одного министра, Англичане были
поражены раболепствомъ его челядинцевъ; они все
время лежали простершись на иолу въ нькоторомъ
отдаленіи, и когда онъ обращался къ ннмъ, они не
смели на него взглянуть, но приподымали голову и,
касаясь лба сложенными руками, произносили ответь
тихо и смиренно, не отводя глазъ отъ полу.
Черезъ несколько дней Англичане былн приняты
побочнымъ сыномъ короля, прннцемъ Хромачитомъ,

,195
въ обширной залп, убранной по-Китайски. Подобно
в семе вельможамъ того края, онъ былъ весьма тученъ
и здоровъ. Онъ управляешь всъми государственными
делами; должностныя лица являются къ нему по два
раза въ день. Когда, после многократныхе- совещаній, условились на счетъ церемониала, какой наблюдать въ присутствии короля, посланнике сълъ въ
прндворныя лодки; место высадки не отличалось ни
удобствомъ, ни чистотой, а между теме оно было у
воротъ дворцовыхъ. Англичанъ поместили въ паланкины и пронесши такнмъ образомъ саженъ шестьдесяте, спустили у воротъ нижняго двора; они сняли
свои шпаги и оставили тутъ сипаевъ (Индейскихе
солдате), которые ихъ сопровождали; потомъ они
шли пешкомъ черезъ разные дворы, окруженные
довольно красивыми зданіями, до обширной залы,
передъ которой выстроены были въ порядке восемь
слоновъ. Англичане сели на ковре ве этой зале,
наполненной худо одетыми людьми, которые очень
шумели. Бамбуке вскоре угомониле ихе. Черезе полчаса Англичане пошли далее промеже двухъ строевъ
солдать съ плохими ружьями и очень худо одетыхе.
Достпгнувь одной двери, Англичане сняли башмаки:
некоторыме не дозволили идти далее; нрочіе отправились ке другой двери, переде которой музыканты
играли по своему на разныхъ инструментахь, впрочемь не безе пріятностн. Солдаты, вооруженные щитами и секирами, составляли очень сжатый Фронгъ,
выстроенный переде несколькими слонами; наконець
посольство вошло ве пріемную. Китайскіл ширмы
заслоняли входе: обошеде нхе, разсмотрелн залу,

,196
которая была обширной величины и убрана причудливо, но великолепно. За исключеніемъ пространства Футовъ въ двадцать квадратныхъ передъ трономъ, она бьыа набита людьми всехъ соотояній, размещенными соответственно ихъ чинамъ.
«Занавесе, передъ трономъ, говорить Финлесонъ,
былъ отдернуть, когда мы вошли; вся толпа преклонилась къ земле, чуть не касаясь пола устами; все
оставались неподвижны и въ безмолвіи; это более
походило на эпитимпо передъ божествомъ, чемъ на
знаке покорности раболепнаго народа.
« Футовъ на двенадцать отъ полу и Футахъ въ шести
позади занавеса, нишъ подъ сводомъ былъ освещенъ
именно въ той мере, сколько было нужно Для обличенія взору человека, сидящаго на троне, съ глазами,
уставленными впередъ, точно статуя Будды. Монархъ
былъ одетъ въ золотую парчу. На голове у него не
было ни короны, ни инаго украшенія: эмблемы царской власти помещались подле него; впрочемъ ни
одна драгоценность не отличала ни особы его, ни
трона. Люди, стоявшіе внизу за занавесомъ, веяли ,
большими опахалами для освеженія воздуха. »
Англичане, увидевъ тронъ, сняли шляпы и поклонились по Европейскому обычаю; затемъ посадили
ихъ на коверъ. Чиновникъ, котораго скрывалъ занавесе, прочелъ списокъ подарковъ, присланных* генералъ-губернаторомъ; тогда король, человекъ весьма
здоровый, но не тучный, обратился съ разными вопросами къ посланнику, котораго достигали они черезъ несколько лицъ, передававшихъ другъ другу
слова королевскія потихоньку; такъ же поступали и

,197
съ ответами посланника. Во время этой беседы, принесли бетелю въ серебряныхь вазахъ и золотыхъ
чашечкахъ. Минуть черезъ двадцать, король поднялся уйдти, и занавесъ опять задернули; все собраніе
вскрикнуло благимъ матомъ и каждый, повертываясь
на коленяхъ, преклонялся много разъ, касаясь то лба,
то земли сложенными руками. Принцы и министры наконецъ ст.ли. При выходе изъ аудіенцъ-залы, каждый изъ Англичанъ удостоился получить по дрянному зонтику, какихъ на базаре можно иметь за рупію
(два рубля съ четвертью). Это былъ царскій подарокъ.
Затг.мъ повели ихъ по всемъ отделеніямъ дворца.
Прогулка эта длилась около двухъ часовъ: прежде
шелъ сильный дождикъ, на дворахъ была грязь и
мокрота, и несмотря на то, имъ не отдали башмаковъ,
сколько они объ этомъ ни просили. Они видели зато
белыхъ слоновъ, которыхъ такъ много уважаютъ
Сіамцы, и которымъ служатъ съ такимъ вниманіемъ;
видели и другихъ редкостныхъ зверей, именно обезьянъ совершенно белыхъ; наконецъ ввели ихъ въ
обширный храмъ, и передъ отпускомъ изъ дворца
угощали конФектаыи и возвратили имъ обувь. Па
следующей аудіенціи у министра, прочнтань былъ
вслухъ списокъ подарковъ, назначенныхъ королемъ
Ость-Индскому генералъ-губернатому. Домогательства
Англичанъ заключить торговый договоръ па правомърныхъ условіяхъ были тщетны. 14 Іюля вступили они
нодъ паруса и отправились въ Кохинхину.
Европейцы могли осмотреть только низовья Менама и края, орошаемые его устьемъ. Горы видели

,198
они известковыя; изъ нихъ-то получаете Банкокъ
свои строевые матеріалы. Безъ сомпенія, есть и другіе пласты въ горахе отдаленненшихъ; путешественники разсказывалн объ оловяныхъ, золотыхъ, медиыхъ, свинцовыхъ и въ особенности о железпыХъ
рудахъ: онъ разработываются весьма небрежно, потому что не Китайцы трудятся надъ ними. Въ несчаиыхъ намывахъ попадаются драгоценные камни.
Сіамцы сказывали Французскому путешественнику
Ла Люберу (La Loubere), что страна ихъ отъ востока къ северу ограждена высокими горами, отделяющими ее отъ Лаосскаго королевства, а съ сг.верной
и западной стороны другимъ хребтомъ. Эта двойная
цепь высоте оставляетъ въ промежутке большую
долину, которая местами миль ве восемьдесять шириной и орошается рекою Менамомъ.
Годъ разделяется на три времени: на-нау (начало
холода), декабрь и январь; на-рунъ (начало тепла),
Февраль, марть, апрель; tia-py-пкъ (начало жару). Сь
маія по декабрь Сіамцы ощипывають свои деревья, подобно тому какъ зимній холодъ обнажаетъ ихъ въ другихъ местахе. Среди зимы у нихъ по крайней мере такъ
же тепло, какъ у насъ среди лета. Они всегда укрываюте садовыя растенія отъ жару, оставляя ихъ па
волыюмъ воздухе только во время наводненій; но па
самихъ жителей уменыпеніе тепла действуете почти
такъ же непріятно, какъ на насъ порядочный морозъ.
Тіерволетье у нихъ весна, а осени они вовсе не знаютъ.
Они считаютъ у себя одно большое лето, хотя могли бы кажется считать два, потому что солнце два
раза бываете у нихъ прямо надъ головою.

,199
Зима здесь суха, а лето дождливо. Безъ дивнаго
опредБленія Промысла, по которому солнце въ знойномъ поясе всегда влечетъ за собою облака и дожди,
а ветеръ постоянно дуетъ отъ одного изъ полюсовъ,
здешпій край былъ бы необитаемв отъ чрезмернаго
жара.
ч
Въ марте, апреле и маіе месяцахе господствует!,
южный ветере; иебо хмурится, начинаются дожди, и
бываютъ уже довольно часто въ апрели. Въ іюнв
они почти безпрерывпы, а ветеръ переходить къ западу; вь іюлв, августе и сентябре онъ постоянно
дуетъ съ западной стороны и всегда сопровождается
дождями: река разливается на девять или на десять
миль въ ширину, а къ северу оте лимана миль па
полтораста или больше.
Приливы тогда весьма сильны и восходяте очень
далеко, убываютъ же въ теченіе сутокь такъ медленно, что вода въ Ііаикокв становится пресною толеко
на одинъ часъ, хотя городъ въ семи миляхъ отъ
ыоргц да и тогда нельзя назвать ее пресною: она все
ещі* солоновата.
Ве октябре ветры дуюте съ северозанада, и дожди перестаюгъ. Въ ноябре и декабре месяцахъ северные ветры проясняюсь небо и дуюте въ море
съ такой силою, что водополье сбываегь въ теченіе
несколькнхъ дней. Въ это время, морскіе приливы
нечувствительны: вода всегда пресна па две или
на три мили оть взморья, а въ известные часы
даже и на милю, не более. Въ января ветры уже
отошли къ востоку ИЛИ северовостоку, а въ Феврале
дуютъ съ юговосточной стороны.

,200
Произрастенія те же, что и въ южныхъ областяхъ
Аннама, и животныя одинаковы въ обеихъ странахъ.
Слоны получаются особливо изъ округовъ, лежащихъ
между 14 и 15° широты. Одинъ Лаосецъ говорилъ
КроФорду, будто они такъ обыкновенны на его родине, что на нихъ возятъ женщинъ и даже дрова.
Здесь водится также носорогъ и родъ дикаго зверя,
сходнаго съ медведемъ.
Населенность королевства можетъ простираться до
3,600,000 душъ; она заключаетъ въ себъ Сіамцевъ,
Лаосцевъ, Камбоджцевъ, Каріановъ и другія малоизвестныя племена; сверхъ того Китайцевъ, Малайцевъ
и жителей разныхъ другихъ владеній. Сіамцы сами
себя именуютъ Тхаями (Thay); названіе Цзіамъ придаюсь имъ Китайцы, Камбоджцы и Малайцы, а въ
Европе сделали изъ него Сіамъ.
Сіамскій языкъ, употребительный въ целомъ королевстве и даже въ Китайской области Юнъ-нань,
имеетъ особливыя письмена, располагаемыя, какъ у
насъ, отъ левой руки къ правой. Въ богослуженіи,
Сіамцы употребляюсь языкъ пали, отрасль Санскритскаго, которой буквы служили при образованіи Сіамскаго алфавита.
Равно какъ и въ Кохинхине, здесь тоже господствуетъ буддизмъ; жители обожаютъ Будду подъ
нменемъ Соммонакадома. Храмы великолепны и многочисленны. Духовные, или талапоины, пользуются
глубоким?, уваженіемъ; они избавлены отъ военной
службы и пріобретаютъ богатства. Между ними найдете образованнейшихъ людей въ той стороне; име
поручаютъ воспитаніе юношества.

,201
По единогласному отзыву путешественников!., Сіамцы росту средняго или даже малаго, по они складны;
цвВтъ у нихъ красновато-смуглый. Обликомъ похожи
они на Китайцсвъ; уши у нихъ поболъе, чеме у насъ.
Волосы стригутъ они весьма коротко. Женщины приподымаютъ ихъ на лбу, но не подвязываютъ.
Все ходятъ босикомъ и съ открытой головою; чресла и лядвеи прикрываютъ до подколеньеве запономъ,
футовъ въ девять длиной; онъ делается изъ ситцу
или шелковой ткани, иногда съ золотымъ или серебрянымь шитьемъ. У соседей своихъ Малайцевъ жители Сіама заимствовали бабуши, остроносыя ту®ли,
обыкновенно оставляемый при входе.
Мандарины носятъ еще кисейную рубашку, которую снимаюсь и обвиваюсь вокругъ села, подходя
къ человеку, саномъ выше ихъ; однако жъ они остаются въ ней передъ королемъ, равно не скидаюсь и
высокой островерхой шапки, которою накрываюсь
голову. Зимою они иногда накидываютъ на плечи
полотнище матеріи или ситцу въ виде шарФа или
плаща. Король и все военные одеты въ красномъ.
Домы малы, но съ большими дворами; они изъ бамбуковыхъ плетенокъ или изъ тесницъ. У иностранцевъ
домы кирпичные; тотъ же матеріалъ употребляется
для храмовъ и дворцовъ. Зданія эти низки по объему
и вовсе не великолепны; только кровля у храмове наведена краснымъ лакоме съ золотыми прожилками.
Ла Люберъ и Финлесонъ согласны между собою на счстъ характера Сіамцевь. По отзыву обоихъ, они хитры и лживы, отъ слепаго деспотизма, который у нихе господствуете; они преданы

,202
воровству; но, впрочемъ, заслуживают* болѣе похвалы,
чемъ порицанія.

Они радушны и добры между со-

бою, учтивы, услужливы,

ласковы и внимательны къ

иностранцамъ; какъ подданные, они смирны и послушны; они вообще

почтительны къ старикамь; въ д е -

лахъ отличаются примерной честностью. Что касается до вельможъ, Финлесонъ

описываетъ ихъ грубы-

ми, надменными, неучтивыми и безчеловечными.
Промышленность сделала мало успеховъ: какъ скоро ремесленикъ отличится по своей части, онъ обязанъ работать на короля и на дворъ. Многія ремесла отправляются

женщинами,

другія

предоставлены

Китайцамъ.
Не смотря

на естественное

богатство

и выгодное

положеніе края, торговля не такъ цвегуща, какъ бі.і
можно было ожидать: король сдела.іъ изъ нея монополно; впрочемъ Сіамды и сами не любятъ моря.
Правленіе вполне деспотическое.

Имя короля такъ

священно, что его никогда не произносить и не выражаюсь на письме; оно известно лишь несколькимъ
членамъ его семейства.

Народъ делится на свобод-

ныхъ и рабовъ. Доходы

государства

полагаюгъ

до

4 0 , 0 0 0 , 0 0 0 Франковъ; число войска простирается до
3 0 , 0 0 0 человекъ; но постоянно вооружена одна гвардія королевская.
Въ теченіе века, Сіамская держава много страдала
отъ воинегвенныхъ
шие

древнею

предпріятій

столицею

ыиляхъ къ северу отъ

Бирмановъ, овладев-

Сіамомь,

которая

въ

15

Банкока, на Менаме. Сіамцы

вскоре отняли ее обратно, но успели заключить миръ
не иначе, какъ съ уступкою многихъ важныхъ месть

,203
на Бенгальскомъ заливе; зато они распространили
владепія свои къ югу, на полуострове Малакке.
Королевство состоишь ныне изъ большой части
Лаоса, части Камбоджа, и Малайскихъ владеній, платящихъ дань. Оно подвергалось частымъ переворотамъ.
Португальцы первые изъ Евроиенцевъ посетили
Сіамъ и учредили тамъ конторы; миссіонеры ихъ пытались проповедывать Евангеліе. Вера хрнстіанская
не сделала большихъ успехове; однако жъ известное
число туземцевъ постоянно держалось ея догматовъ.
Голландцы вытеснили Португальцевъ изъ Сіама,
равно какъ и изъ многихъ другихъ стране Лэіи. Въ
1684 году, посольство короля Сіамскаго прибыло въ
Версаль. Лудовикъ XIV отправлялъ туда две миссіи,
одну подъ пачальствомъ кавалера де-Шомона (1685 —
1687), другую подъ пачальствомъ Ла Любера ( 1 6 8 7 —
1688). Сношенія съ Сіамомъ королю представили въ
такомъ виле, что отъ ннхъ будуть огромныя выгоды
для торговли его владепій и вместе для успеховъ
христіанской религіи. Неожиданный потрясенія омрачили эти блестящіе виды. Къ счастію сохранились записки многихъ лицъ, которыя участвовали
въ первыхъ опытахъ; дошли до нась и разсказы мнссіонеровъ, бывшихъ въ Сіамс и другихъ земляхъ
восточнаго полуострова Ипдіи. Голландец* Іоссе
Схоутенъ и знаменитый иутешественникъ КемпФеръ
сообщили о первой изъ этихъ странъ драгоценны»
подробности.

,204
Новейшія с в е д е т я доставлены Крофордоме и Финлесономъ, агентомъ Великобританскаго
Капитаномъ

Бёрни

правительства

(Burney) и ІІемецкимъ мнссіоне-

ромь ГюцлаФОмъ.
По выходе изъ устья Менама, въ направленіи

къ

югу, западный берегъ Сіамскаго залива представляешь
самый живописный видъ: сперва онъ иизменъ, одстъ
густыми лесами,

где

стройныя

пальмы высятся къ

облакамъ; далее видене горный хребете полуострова
Малакки съ его многочисленными острыми вершинами.
Сіамцы не даромъ назвали его Самроайотъ (трехсотеверхія горы); высота ихъ около 3 , 0 0 0 Футовъ; покатость, весьма крутая на востокъ, гораздо отложе къ
западу. Главные шпицы кажутся совершенно уединенными; Финлесонъ заметиле три коническія горы, отделенный отъ соседей своихъ глубокими
ками и подымавшіяся

какъ бы отъ

промежут-

самой поверхно-

сти намывной равнины.
Мысъ Куп, окруженный островками и скалами, мореплавателямъ следуете

огибать съ осторожностью;

его резкія очертанія, его обнаженные бока изе-дали
поражаюте своей противоположностью со всеме окрестными Многія речки орошаютъ внутренность края,
который досюда очень населенъ; но, по недостатку глубины въ устьяхъ,

только мелкія суда могутъ поды-

маться вверхъ по этимъ речкамъ. Отъ мыса Куи до
мыса Романіи, самаго южнаго на всемъ полуострове,
берегъ не псрестаетъ

быть гористымъ, за изъятіемъ

несколькихе ложбинъ. Тутъ

начинаютъ открываться

оловяныя руды. Многолюдство убываешь. Разныя бухты
врезываются ве берега. Острова, между прочими Ко-

205
эамамъ и Танталемъ, близкіе къ материку, населены
и обработаны.

Въ соседстве

еъ

первымъ,

городъ

Лигоръ, имеющій 5 0 0 0 жителей, торгуете се Китайцами сарацинскимъ ишеномъ, оловомъ, чернымъ перцеме, ротаноме.
Сангора •— самый южный округе, принадлежащій
Сіамцамъ. Городъ, который сообщаетъ ему свое
названіе, имеете довольно хорошій порте; три джонки
приходите ежегодно за сарацинскимъ пшеноме, перцеме и краснымь сандаломе. Неподалеку находится
Тана, последній посте Сіамскнхе областей; пределоме
заливу служите мысъ Пагани, лежащій насупротивъ
Камбоджскаго Носа къ югозападу.

Ш Г & І В &
МлЛАЙСкІЙ
ПАХАНЬ.

ПОЛУОСТРОВЪ.

ДЖОГОРЪ.

ЖШѴ*

ПДТАПИ.

СингАпуръ.

КОЛАНТАНЪ.

ТриНГАНО.

МАЛАККА. САЛАНГОРЪ. Р у м б о .

ПЕРАКЪ. КЕДАХЪ. ПУЛО-ПИНАНЬ. ПЕРЕШЕЕКЪ

КРА.

У мыса Патани, подъ 7° 2 0 ' скверной широты, лежите северный пределе малснькаго государства, котораго владетель вассале короля Сіамскаго; one платить
ему дань золотомъ и сарацинским ь пшеном ь. Почва этого государства плодоносна. Столица его, Патани, была
некогда складочнымъ местомъ дЬятельнаго торга между странами, лежащими къ востоку и ке западу оте
полуострова: Голландцы и Англичане имели здесь по
конторе; но съ 1700 года, крайняя опасность, которой
безпрерывно подвергались и самыя лица, н товары,
заставила покинуть Патани, и предпочесть Батавію,
Сіамъ, Малакку. Съ некоторыхъ поръ торговля сделалась опять важнее; рейдъ очень хорошъ.
Колаитанъ, къ югу отъ Патани, изобилуете золотомъ и перцсмь. Эта маленькая держава, подвластная
только нменеме королю Сіамскому, считаете около
50,000 жителей, не включая Китайцевъ.
Въ Трингано населенность менее, чемъ въ предъидущемъ; произведенія те же, сверхъ того собнрають
КОФСЙ. Жители славятся тьме, что говорятъ по-Малайски съ отменной чистогон.
Пахань (Pahang) равене по населенно съ Колантаиоме. Англійскій мореходеце Гамильтоне, путешесгво-

,207
вавшій въ начале осмнадцатаго века, говорить, что
въ маленькой реке Пахани добываюсь много золота,
и что чемь глубже роюсь песокъ, теме крупнее
куски металла; впрочсмъ получаюсь его и изъ рудниковь, разработываемыхъ Китайцами. Малайцы трудятся
падъ оловяными прінскамн. Раджа ГІаханьскій въ собственномъ смысле только биндара, или казначей
Джогорскаго.
Владенія иоследняго заиимаютъ всю южную оконечность полуострова. Государство это основано раджею
Малаккскимъ, который, по взятіи Малаккіі Португальцами в ъ і & І І году, укрылся въ эту часть своихъ владею й. Джогоръ, на большой реке, въ семи миляхъ ось
мыса Романіи и на восточномъ берегу полуострова,
никогда не былъ городомъ важнымъ; по словамъ путешественпнковъ, ныне это деревня, населенная рыболовами. Джогорскій раджа простираете власть свою
падъ многочисленными островами Малаккскаго пролива; онъ уступилъ Нидерландцамъ островъ Ріо или
Бинтань и некоторые другіе, лежащіе на югь отъ
этого рукава; а те, что находятся къ северу, вместе
се частно материка, отдаль подь покровительство
Англичапаме.
КроФордь проходиле Малаккскиме проливоме въ
1821 году. «Берегъ южной оконечности, по словамъ
его, высокь и крусь; что иринадлежитъ до горъ,
простирающихся по севернс.части полуострова, оне
давно уже исчезли; едва видны были холмы. Далее,
во внутренность края, оне покрыты чащами; вь нихъ
не было ни одной ЖИВОЙ души. Часто выдавались
пространства, наполненный порфирными скалами и

,208
вовсе необитаемыя;

оконечности ихъ примыкали къ

морю образуя песчаныя губы;

хорошихь якорныхе

мъстъ довольно много.»
Въ

числъ

острововъ,

устуиленныхъ

Англичанамъ,

замечателен* Сингапуръ (Singhipoura), лежащій подъ
1° 17' северный широты.

Выгодное

положеніе его

у входа въ проливъ обратило на себя вниманіе бывшаго вице-губернатора Яванскаго сиръ СтемФордъ РСФФельза (sir Stamford Raffles), онь

основалъ тамъ ко-

лонію въ 1 8 1 9 году: г д е прежде былъ притонъ морскихъ разбойниковъ, тамъ ныне одно изъ самыхъ торговыхъ месте въ восточныхь
то-франко

моряхъ Азіи. Это пор-

производить более

новъ торгу ежегодно. Городъ
ности западнаго

чеме на 110 милліовыстроенъ на оконеч-

берега; климат* довольно

здоровъ.

Здесь считается слишкомъ 16.000 жителей разныхъ націй; всего

более Малайцевъ и Китайцевъ. Англичане

содержать до тысячи человеке

гарнизона и употре-

бляютъ на общественны я работы около шести сотъ
преступниковъ,

присылаемыхъ

Сингапуре большія

изъ

корабельныя

училище, и заведеніе для

МИССІЙ.

любопытныхъ

верфи,

Въ

Китайское

Уже несколько лете

издается тамъ ученый журиалъ
топись (Singhapore chronicle),

Гиндустаиа.

Сингапурская

Ле-

представляющій много

статен о геограФІи

восточной

Азіи и

Океаніи.
Городъ Малакка, лежащій у пролива, которому сообщаеть онъ названіе, подъ 2 ° 11'

северной

широ-

ты, вместе съ небольшимъ его округоме, находящимся къ северозападу оте Джогорскаго, состоите поде
властію Англичане. В е осми мнляхе оте берега воз-

,209
пытается на 4,000 Футовъ отъ морской поверхности
гора Гунонь-Ледань, именуемая Португальцами ОФИромъ. Это огромная толща гранита; вблизи ея открыть
золотой рудникъ. Въ окрестиостяхъ города есть
только низменные пригорки железистаго сланца, употребляемаго на разный городскія работы. Вдоль берега часто выдаются болота.
Малакка была никогда средоточіемъ весьма двятельной торговли. Голландцы завоевали ее у Португа лліп въ 1 6 4 1 году, и сами уступили Англичанамъ
въ 1823. Она утратила много своей важности со времени оснОванія Сингапура; въ округъ ея считается
не более 16,000 жителей. ІІаселеніе это состоитъ изъ
Малайцевъ, Гиндусовъ, прннадлежащихъ къ низшимъ
кастамъ, Китайцевъ, Мусульмане съ Коромандельскаго берега и потомства Поргугальцевъ. Здесь водворилось общество миссіонаріевъ. Климатъ благорастворенный, пріятный и здоровый. Почва, при весьма небрежной обработки, не удовлетворяетъ потребностей
населенія: ль с а занимаюте большую часть земли; съ
недавнихъ поръ дѣлаютъ опыты разведенія коФе.
Малаккскій округъ смеженъ къ северу съ Салангоромъ, владснісмь, основаннымъ Буггисами съ острова Целебеса и не замечательнымъ ни по богатству
произведеній, ни по числу жителей. Они слывутъ образованное своихъ соседей, но склонность къ морскому
грабежу делаетъ ихъ опасными 'для здвшнихъ предъловъ. Колонь или Халань, нынешняя столица, избрана раджею потому, что онъ находилъ здесь болъе
удобствъ для полученія олова, главнаго товара, который доставляютъ ему его владенія. Салангоръ, при
Томъ III.
^
"
* 14

,210
рики, запираемой въ устьъ намывными песками, нынѣ
почти совершенно
въ 1818

опустелъ.

Владетельный

раджа

году заключилъ договоръ съ Англичанами

противъ Голландцевъ, старавшихся возобновить монополію, которою они пользовались въ прежнія

вре-

мена.
Въ гористыхь внутреннихъ округахъ, Малайцы
сохранили свою независимость. Важнейшее изъ составленныхъ ими государствъ есть Румбо, къ югу отъ
Салангора. Оно населено народомъ бвднымь и смирнымь, который живетъ обработкою земли. Раджа
платить дань властителю Менаиькабовъ въ Суматре.
Румбойцы говорите наречіеме языка, господствующего въ среднихъ заиадныхъ краяхъ этого большаго
острова. Леса Румбойскіе служатъ пристанищемъ
Джаконамъ, Беннайцам ь и Саманямъ: эти дикари смесь
негровъ съ Малайскою породой.
Перакъ управляется старшиной, подвластнымъ Сіаму. Говорятъ, землица эта многолюдна, богата оловомъ и золотыми пріисками. Близъ берега, замечательна купа островов ь ІІуло-Самбилонъ, называемая
огь Европейцевъ Пуло-Диндинь. Горы на нихъ такъ
круты, что не могутъ быть возделываемы, но прозябеніе великолепно. Эти острова, обитаемые только
дикими зверями, даюгь убежище морскимъ разбойниками Знаменитый мореходъ Демпнръ (Dampier),
бывшій тутъ въ 16S9 году, сообщаете описаніе этой
купы. КроФордъ нашелъ тамъ развалины Голландской
крепостцы; оне говорите, что пристань безопасна, но
что положеніе острова неудобно для колоніи.

«

,211

Земля Кедахъ, къ северу отъ Перака, представляетъ обширную равнину, покрытую густыми лесами
и орошаемую извилистой рекой, по которой могутъ
ходить одни мелкія суда и лодки. Рудеръ-паканъкуалла, первый городъ, встречаемый вверхъ по реке,
содержишь въ себе около тысячи домовъ, расположеиныхъ по обоимъ берегамъ ея. Выше, она разделяется на несколько потоковъ.
Назваиіе столицы было прежде Лингу-Амбаланъ;
(подъ защитою отъ месяца); после проименовали ее
Кедахомъ, чтб значить загорода для ловли слоновъ.
В ъ здешннхе лесахъ водятся какъ эти животныя,
такъ и носороги, тигры, леопарды, вообще всякаго
рода дикіе звери. Французскій путешесгвенникъ
Больё (Beaulieu) посетиле Кедахъ въ 1672 году: этотъ
городъ, равно какъ Малакка, и Ашемъ на острове
Суматре, были тогда весьма сильны и цветущи. Ныне
Кедахъ очень упалъ, и раджа, изгнанный Сіамцами,
удалился вь ГІуло-Пинаііь къ Англичанамъ.
Многіе обитаемые острова простираются вдоль
Кедахскаго берега; одинъ изъ нихъ Пуло-Пинань,
въ 1785 году, уступлень раджею Аиглійскому капитану Лейту (Light), который женился на его дочери.
Лейте передалъ острове во владеніе Ость-Индской
компаиіи; онъ былъ занять ею, получйлъ имя острова принца Вельсскаго (ile du Prince de Gallcs) и сделался важнымъ поселеніемь. В ь пристани есть славное якорное место для самычъ огромныхъ кораблей.
Она часто посещается, и вь ней можно найдти все
товары Индіи и Европы. Числа ^жителей пола
гаютъ свыше 50,000 дуигь. Губернатор* пребьь-

ваетъ въ Джоржъ-Тоуне.
томъ для множества

Островъ

служите

прію-

Малайцевъ, бежавшихъ отъ на-

шествія Сіамскихъ войскъ.
И на матернкъ, протнвъ

Пуло-Пинаня,

Англичане

владеютъ землицею, которую назвали Уэллесли (Wellesley). Почва болотиста; но съется много сарацинскаго пшена.
Край къ северу
жишь королю

отъ Кедахской земли,

Сіамскому.

Вдоль

принадле-

берега это

сущая

пустыня, —весьма редко видны обработанныя мѣста и
несколько обитаемыхъ острововъ поблизости. Важнейшее место на материке
жителей, на которыхъ
добывающихъ

есть

Понга. Здесь до 4,000

приходятся 1,000 Китайцев ь,

олово и на твердой

земле, и на од-

номъ соседственномъ острове.
Самый большой изъ здешнихъ острововъ есть Салань, который Европейцы зовутъ Джонкъ-Сейлономъ;
на восточномъ берегу его хорошая пристань, и, подобно предъидущему, онъ имеетъ оловянныя руды,
разработываемыя Китайцами; онъ очень лесистъ и
хорошо возделанъ.
Подъ 1 0 ° 15' северной широты, Малайскій полуостровъ не более 2 3 миль шириною; косу, соединяющую его съ матернкомъ Азіи, наименовали перешейкомъ Кра, — прозваніе, заимствованное, кажется, отъ
деревушки Кра, лежащей въ отдаленіи отъ берега.
Две небольшія прибрежныя речки, Иакъ-чанъ, текущая въ Бенгальскій заливъ, и Чумъ-Фомъ — въ
Сіамскій, означаютъ границу перешейка. По словамъ
некоторыхъ путешественниковъ, можно бъ было устроить судоходный каналъ между этими реками и та-

,217
кимъ образомъ О Т Д Е Л И Т Ь Малакку отъ материка. ЧумъФОМЪ имеетъ весьма излучистое теченіе, русло его песчано; говорить, что две помянутый реки нигде не перенимаются скалами и чго во время сильныхе приливовъ по весне онъ соединяются между собой.
Малайскій полуостровъ простирается на 2 6 0 миль
отъ северо-северо-запада къ юго-юго-гвостоку. Начиная отъ перешейка Кра, ширина его все возрастаетъ
до 5 ° широты, где она равняется 6 6 милямъ, и тутъ
начинаете постепенно убывать до мыса Романіи. Горный хребеть, который можно почитать продолженіемъ черты высотъ, отдъляющихъ бассейнъ Менама отъ
системы западныхъ рекъ, пересекаете полуостровъ
во всю длину его съ малыми разрывами; горы везде
почти первичныя; въ нихъ находили золото, олово и
железо. Оне низменны к е югу, но на севере восходить до пяти и до шести тысячь Футовъ вышины. Изъ
нихъ стремится множество речскъ, которыя въ краткомъ теченіи своемъ оплодотворяютъ почву; устья ихъ
всегда почти стеснены наносами песку или ила; при
речкахе выстроены города.
Мы видели, что твердый берегъ унизанъ съ запада и юга безчисленными

островами;

здесь они такъ

близки одинъ къ другому, что ихъ можно почитать
продолжеиіемъ материка.
Внутренность, покрытая неизмеримыми лесами, доселе не видала иутешественниковъ; эти боры показываются и на морскихъ берегахь, которые часто
одеты непроходнмымъ кустарникомъ. Земли не замечательны своимъ плодоиосіемъ, за то Океанъ и реки
весьма рыбны. Буйволы самый обыкновенный скоте;

,214
сjонъ водится на севере. Есть также носороги и другая животныя окресгныхе странъ. Лроизведенія, доставляемыя полуостровоме торговле, суть олово, иерецъ, сарацинское пшено, воскъ, гнезда Китайскихъ
ласточекъ (салангановъ), смола, называемая даммвръ,
ротанъ, бетель, д е л ь Ф и н ь и перья, бамбуке, драконова
кровь, слоновая кость, орлиное дерево, сандалъ и наконецъ кожи. Главная статья привоза — опіумъ.
Сами жители называюсь полуострове Танахъ Малайею (землею Малайцевъ). Предполагая, что онъ населенъ
только этою породой, почитали ее здесь первобытною; напротивъ, жители кажется пришли съ Суматры.
Около 1160 года нашей эры, они покинули этоге
острове и основались около мыса Романіи, а оттуда
разселились по материку. Языкъ ихъ, смешанный съ
Санскритскими и Арабскими словами, заимствовалъ у
Арабовъ письмена ихъ. Онъ весьма прост ь въ своемъ
грамматическомъ составе и, какъ известно, распространен* по всей Океаніи. Вероисповвданіе Малайцев ь —
исламизмъ.
Настоящіе коренные жители суть Негры, обитающее въ северной части полуострова. Изъ смвшенія
ихъ съ чуждыми народами произошли Самани, о которыхъ мы упоминали до этого, и у которыхъ цвете
кожи самый темный.
Этоте полуострове есть Золотой Херсонисе древнихе писателей: такое имя естественно произошло
оте обилія ве драгоценномь металле, которое находиме здесь и теперь.

АРХИПВЛАХЪ

МЕРГИ.

ВЕЛИКОБРИТАНСКИ

В.ІАДѢНІЯ

МЕЖДУ

ПОЛУОСТРОВОМ* МАЛАККОЮ И БИРМАІИЕИ.

Отъ Джоикъ-Сейлона,
гряда

острововъ

раллельно
юге

съ

она

прямо къ

северу, длинная

разной величины простирается па-

берегомь до 14 градуса широты; на

гранитная свойства,

на севере известко-

в а я ; этотъ архипелаге, длиною въ 160 миль, делится на многія купы.
Купа

Сейерскихъ

острововъ

самая

Финлесонь

носетнлъ главный

1821

«Онъ показался нам*, говорить нутеше-

ственникъ,

миль

пяти

и

они

десяти

года.

отъ материка

южная;

миляхъ въ

видны оттуда.

изъ них* 7 декабря

въ длину и около одной въ

ширину. Приближаясь къ берегу, мы были поражены
глубоким* безмолвіемъ, царствовавшим* повсюду; оно
казалось намь темь более удивительным*, что

гус-

тые леса представляли безопасное убежище и обильную нишу
одинъ

для

земныхъ

обитатель

птицъ.

воздушная

Между

края

темь

ни

не р е я л * надъ

этою землей; ни разнообразные виды прозябешя, чудн а я въ своей роскоши, ни сладкій пріютъ нодъ его
густою тенью, ни что, невидимому, не могло привлечь
даже

малой части

одушевленная создашл на этотъ

острове,

который, судя но наружности, можно было

считать

столь

удобнымъ

для

животная

царства

,216
и который былъ въ самомъ деле восхитителеие. Неужели необходимо сосѣдство человека для сообщенія
дикой природе того оттенка или характера, который благоприятнее существование оживленной твари во всехъ ея видоизмененіяхе? На иустынномъ
острове, огромныя деревья, казалось, напрасно колыхали своими вершинами; смиренные кусты и травяныя растенія цвели невидимые ни кеме; красота ихъ
оставалась вовсе неоцененною. Полезная и благодетельная пальма, бананникъ съ своими превосходными
плодами, душистый ясмипъ, красивый бамбукъ, питательный ямъ росли сами собою въ этомъ уединеніи.
« Причаливъ къ берегу, мы могли разсмотреть массу высокихъ и почти отвесныхъ скалъ, покрыьающпхе бблыпую часть острова; оне были изе крупнозернистаго гранита, красноватыя, иногда телеснаго,
чаще сераго цвета; совершенно белая черта, широкая и явственная, означала на всеме протяженіи
острова ве несколькихе Футахе надъ моремъ высоту
прилива; эта черта образовалась изъ раковинъ, вросшихъ въ камень.
« Хотя мы подошли къ острову съ подветренной
стороны, волненіе и прибой были таке сильны, что
мы се трудоме могли выйдти на береге. Мы заметили только одну морскую птицу, которая пробиралась се утеса на утесе, ища корму ве прудахе, наполиенныхе мелкою рыбой. Кораллы, морскіе раки,
раковины были удивительно разнообразны. Проникнуве ве леса, мы были не менее поражены величавою красотой деревьеве; количество растеній, какое
насчитали мы на пространстве относительно маломъ,

,217
было въ самомъ деле неимоверно. Вскоре привлекли
вниманіе наше крики безчисленнаго множества живот ныхъ: то были снедомые вампиры (pteropus cdulis).
Известно, что эти сосценосныя, блнзкія къ породе
летучихъ мышей, висятъ целый день, уцепившись
задними лапами за древесныя ветви »
За купою Сейерскихъ острововъ нетъ ни одного,
замечательнаго величиною, вплоть до острова св.
Матвея, который жители материка иазывають Слоновыімъ. Высшая гора его, равно какъ и та, которая
стоитъ на противолежащемъ берегу, нмеюгъ до 5,000
Футовъ по-кранней-мере. Этоть островь кажется необитаемь, хотя пристань его, образуемая четырмя
приглубыми островками, обширна н удобна.
Далѣе, Ламби, или Домель, выставляетъ свою гористую толщу, всю въ разселннахъ и покрытую лесомъ; въ береговыхъ утесахъ обнаруживается железистый сланецъ.
Еще выше къ северу видны только мелкія островки; проходы, разделяющее ихъ другь съ другомъ,
наполнены подводными камнями; коралловыя скалы,
ихъ окружагощія, не дозволяютъ кораблю въ 3 0 0
тоннъ бросить якорь ближе какъ на кабельтовъ
(120 саженъ) отъ берега. Ядро этихъ островковъ гранитное, одетое сланцемъ и известковымъ камнемъ. Къ
последнему Китайскія ласточки прикрепляютъ своп
гнезда, которыя такъ дорого ценятся гастрономами
* восточно—Лзійскнхъ народовъ. Рои мелкихъ судовъ
прнходять въ надлежащее время собирать нхъ. Ловятъ также жемчужныя раковины, но только для

,222
перламутра, а не для жемчугу, который не довольно
цгёненъ.
Томасъ Форресть былъ первый мореплаватель,
описавшій архипелагъ Мерги. Онъ носвтилъ его въ
1783 году, и еообщилъ имя свое проливу, существующему между этими островами и материкомъ.
Т е , которые лежатъ подъ 12° широты, довольно
богаты равнинами,—на нихъ есть нисколько возделанныхъ полей; но^ северовосточнвш купы состоять или
изъ го.іыхъ скалъ, или изъ островковъ крутыхъ и
лвсистыхе. Почти на всехе этихъ островахъ, есть
ручьи пресной воды, и берега ихъ обильны рыбою
и превосходными устрицами.
(Въ здешнем в архипелага разбросано многочисленное племя, промышленое и кроткое. Эти люди, которыхь Бирманы именуюгь Чолоэ или Пазе, живутъ
въ постоянной тревоге и то-и-дВло переходятъ съ места
на место. Въ періодъ северовосточныхе ветрове, они
бвгуть соседства острововъ, где водъ ласточкамъ,
чтобы не встретиться съ Сіамцами, Бирманами или
Малайцами, которые приходя за гнездами, беруте и
туземцеве въ неволю. Жилище ихъ ладья; на берегу
никогда не заводятъ они постоянныхъ селеній. Религію
и одежду они заимствовали у Бирмановь. Они меняюсь
ласточкины гнезда, перламутръ и другіе предметы,
добываемые ими на островахъ, на полотна и другіе
товары, доставляемые Китайцами.
Архипелагъ Мерги, состоя изъ высокихъ, крутыхъ
и вообще каменистыхъ острововъ, расположеиныхъ
въ три и, местами, въ четыре ряда съ промежутками,
образуетъ родъ иередоваго укрепленія, защищающа-

,219
го огражденный имъ бсрегъ отъ жестокости югозападнаго муссона. Этотъ берегъ, отъ залива Панры,
между Джонкъ-Сейлономъ и материкомъ, до устья
Санлуэна (16° 30' северной широты), прннадлежитъ
теперь Англичанамь; онъ уступленъ имъ, вмѣсте съ
зависящею отъ него землею, въ 1826 году, Бирманами, по окончанін войны, бедственной для последпихе.
Про шве Паира едва ли имеете одну милю ширины; рііФъ его пересекающій, не пускаетъ даже лодокъ во время отлива; песчанын банки, накопившіяся
съ обеихе сторонъ, образуютъ родъ перешейка; по
мньнію наблюдателей, Джонкъ-Сейлонъ, бывшій прежде въ связи съ материкомъ, отделеиъ оте него естественнымъ переворотомъ. Городъ Панра, некогда процвегавшій, разоренъ безпрерывною войной между
Бирманами и Сіамцами; Финлесонъ, который выходилъ на этотъ крутой и вообще каменистый берегъ,
говорить, что море тамъ весьма глубоко и что цепи
холмовъ, пересекаемыя долинами и рвами, простираются вь направлении полуострова. В ъ несколькихъ
миляхь къ северу отъ пролива, довольно широкая
плоскость отделяеть горы отъ берега; мысъ Пхунга
составляете его оконечность. Въ окрестныхъ лесахе
видно на песке множество следовъ слона и тигра.
Жители смотрели на Англичань изъ-дали и не хотели приблизиться даже на такое разсгояніе, вь каком ь слышенъ человеческій голосъ.
Мерги, на острове реки Таііассернма, неподалеку
оте истока ея въ Бенгальскій заливъ, простирается
на высоте, вь ста тридцати Футахъ отъ морской по-

,220
всрхпости. Это лучшая пристань на здешнеме берегу,
доступная во всякое время года. Жаръ умиряется
ветрами, дующими съ суши и съ моря, отчего воздухъ
благопріятенъ для здоровья Европейцевъ. Улицы широки; домы, поднятые на столбахъ, строятся изъ бамбуку, а крышею служить пальмовый листъ. Мерги
сильно пострадалъ въ последнюю войну: многочисленные монастыри, впрочемъ жалкой архитектуры, почти
все подверглись разоренію. Правительство Великобританское повелело возстановить ихъ на свой счетъ.
Окрестность Мерги покрыта непроходимымъ кустарникомъ. Это главный городъ Танассеримской области.
Другой, называемый Танассеримомѣ, лежащій въ четырехъ дняхъ пути далее къ востоку и теперь совсемъ
разрушенный, былъ прежде столицею владетельная
князя, покорнаго то Сіаму, то Аве. Онъ лишился иаконецъ всехъ своихъ областей.
Таваи, маленькая река, текущая отъ севера къ
югу, сообщаешь имя свое другой области и главному
ея городу, построенному въ десяти миляхъ отъ устья
реки. ГІоложеніе его неблагопріятно для торговли;
только одни мелкія суда могутъ иметь доступъ къ
пристани, да и окрестности его такъ низменны, что
въ дождливую пору все понимаются водой.
Тавайская область сопредельна къ северу съ другою, называемою Іе, весьма малою и почти совершенно занятою пустынями, кустарникомъ и лесами.
Главный городъ ея, ничтожное местечко, лежите на
длиниоме возвышеніи, при устье одной реки.
Неподалеку отъ устья Санлуэна, Англичане основали Амгсрстоуне, главный городе Мартабанской

ш
области, потому что городъ Мартабанъ, находясь па
правомъ берегу реки, служащей пределомъ между
Бирманскими и Англійскими владениями, остался за
Бирманами. Входъ въ пристань немного тВсенъ; впрочемъ она совершенно безопасна во всякое время года
и, по положенно своему, представляетъ удобный проходъ во внутренность Бирманін.
Страна, которую мы теперь обозревали, заключается между 12° и 18° северной широты и между
115° 17' и 107° 42' восточной долготы. Къ северу
граничите она сь Бирманскою имперіей, к е востоку
и югу се королевствомъ Сіамскимъ, къ западу съ
Бенгальскимь заливоме. Длина ея полтораста миль;
ширина отъ двадцати пяти до пятидесяти; поверхность
равняется 7 , 5 0 0 миль квадратныхъ.
Горы служатъ ей почти сплошнымъ рубежемъ со
стороны Сіамскаго королевства; эта цепь, простирающаяся въ полуостровъ Малакку, пускаетъ отъ себя
боковыя ветви, которыхъ высоты понижаются въ обе
стороны, а долины идуть отъ севера к е югу, каке
указываете теченіе Санлуэна, Таваи и Танассерима,
которыя только уже ве низовьяче своихъ пересекаюте боковые отроги и текутъ на западъ или северозападе, прежде нежели достигнуте моря. По словаме
КроФорда, горы эти гранитныя, и высота ихъ простирается отъ 3,000 до 5 , 0 0 0 Футовъ. Почти везде
покрываютъ ихъ дремучіе леса и делаюте непроходимыми для Европейцеве; слабое населеніе ихъ состоишь вообще изъ Каріановъ или Караанов ь, племени почти дикаго и независимаго.

,222
Танассеримская область весьма гориста; рт.ка протекаете узкой долиною. То же можно сказать о провинціяхъ Таваи и Іе, где равнины занимаюсь незначительное

пространство;

напротивъ,

въ

Мартабане

онѣ господствую гъ. Береге, изрытый заливами, представляете

множество

пристаней,

когорыя

часто посещались купеческими судами;

некогда

путешествен-

ники, упоминавшіе о жителяхе, описываюте ихъ смирными, кроткими,
чрезвычайно

образованными; некоторые

многолюдны. Пашествія

округи

Бирмановь

край

Англичане

опять наслаждается мироме и безо-

оне

опустошешеме;

поде

на-

полняли этоть

властію

пасностью. Населения полагаюсь ве неме до 120.000
душе
рые

Сіамцеве,
все

Пегуанцеве

исповедуюте

и Бирманове,

буддизме;

число

кото-

жителей

усиливается ежедневно выходцами нзе стране сопредельныхь. Изобиліе конечно возродится между этими
народами,
нать

каке

плоде

скоро

они будуте безопасно пожи-

трудове своихе. Здесь разводясь сара-

цинское пшено, сахарный тростнике,
чатую

бумагу,

орлиное
полезный

индиго, табаке.

Ве

переце, хлоп-

лесахь

ростеть

дерево, Фернамбуке, сандале и теке, столь
в е кораблестроении. Олова много, особенно

ве Танассериме; оно находится ве речныхь пескахь,
откуда добываюте его промывкою. Леса, пересекаемые
рекою Санлуэноме и притоками ея, населены слонами,
носорогами и разными другими породами животныхеі
B e томе месть, где, миль на десять отъ своего устья,
эта река пріемлетъ въ себя Гаинъ и Атаранъ, долина ея расширяется противъ города Мартабана; Санлуэиъ образуете потомъ несколько зеленеющихъ остро-

ш
вовъ и течстъ между отлогихе и лесистыхъ пригорковъ, на которыхъ, среди деревенскихъ избъ, возвышаются капища. Въ ясную погоду далеко вйденъ амФитеатръ высокнхъ горъ; по увъренііо КроФорда, это
одна изъ самыхъ величественныхъ и самыхъ живописныхъ

картинъ,

какія

представлялись

его

взору.

Рукавами

своими река обнимаетъ островъ Балю, или

Пулгонь,

пмеющій десять

ширину;

онъ пересѣкается цепью пзвсстковыхъ хол-

миль въ длину и пять въ

мовъ; на немъ двенадцать большихъ селеній: во всей
Мартабанской области нетъ места многолюдн ее. Балю
чрезві»ічайно обилене сарацннскимъ пшеномъ, котораго
поля обсажены прегустымъ кориепускомъ$ къ деревнлмъ
проведены каналы,

облегчающіе

перевозку

хлеба.
КОНЕЦЪ

ТРЕТЬЯГО

ТОМА.

сжатаго

О

Г

Л

А

В

Д

Е

Ш

Б

ТРЕТЬЕГО ТОМА.

Стр.
ГЛАВА

X X V I I I . Китайское Государство: Моиголія....
XXIX.

Китайское

Государство:

5

Си-юй, то

есть, Чжуньгарія и Китайскій Т у р кистанъ
X X X . Китайское

государство: Тибетъ

X X X I . Китайское государство; Бутанъ
X X X I I . Китайское

государство:

71
118

Собствен-

ный Китай

125

X X X I I I . Государство

Аинамъ,

или

Тонъ-

Кинъ. Кохинхина. Ціампа. Камбоджъ,
и часть Лаоса

—

167

X X X I V . Королевство Сіамъ

188

X X X V . Малайскій полуостров*. Патани. Колаитанъ.
горъ.

Трипгано.

Сингапуръ.

Пахань.

Джо-

Малакка. Салан-

горь. Румбо. Перакъ. Кедахъ. ПулоГІинань. Церешеекъ Кра
X X X V I . Архипелахъ

200

Мерги. Великобритан-

скія владѣнія между полуостровомъ
Малаккою и Бирманіей

215

ВДЯШЬЙШІЯ

Стрн. Строка.

ПОГРЕШНОСТИ.

Напечатано.

Должно быть.

7

25

инострацныхъ

иностранныхъ

9

19

южную

—

1 2 - 13 Китайскую

Китайскою

4
19

войлаками

войлоками

49

другія

другіе

63

31

или

ли

64
101

31

Китайскаго

Каспійскаго

18

Тернера,

Тернера

104

1

106

16

деревьями

деревьями,

—

—
18

и кипарисами

Кипарисами и

110

Конечно

Конечно,

119

28

Лѣтнее
Тибета

17

, нарядь

южную,

нарядъ

113

31

дътнее
Тибета

114

27

котырыхъ

которыхъ

вѣдомствомъ,

въдомствомъ;

мотросовъ

матросовъ

многихъ

многихъ,

нользуется
велѣль

пользуется

сотитъ

стоить

139

14

147

3

—

19

152

4
7

—

165
166

велилъ

20
7

Гаи нанъ

Гаи-нанъ

169
171

И

суда,

суда:

14

Донная

Донная,

—

—

въ двадцать

въ двадцати

172

И

н

в

176

25

Куаль-си

Куаиь-си