ПРЕДИСЛОВИЕ
КТО  ПРАВИТ  США
Р. Надер.  Правящий  класс
Т. Дай.  Новые  богачи:  появление  «ковбоев»  «Солнечного  пояса»
Дж. Картер.  Политический  шантаж  и  круппые  взносы
Р. Розенбаум.  Воздыхание  о  преходящем
ИХ  МОРАЛЬ
Р. Фридмэн.  ФБР,  мафия  Лас-Вегаса  и  сенатор  Лэксолт
К. О'Брайен.  Господь  бог  и  медаль  лжесвидетелю
С. Блюментал.  Империя  праведности
ЧТО  ВАШИНГТОН  НЕСЕТ  МИРУ
Р. Шиэр.  Если  хватит  лопат:  балансирование  на  грани  ядерной  войны
Т. Пауэрс.  «Ядерная  эима»  и  ядерная  стратегия
С. Коэн.  Советофобия
С. Херш.  Белый  дом,  ЦРУ  и  Чили
А. Шеш  и  П. Гаррет.  Чилийский  вариант
Ф. Бранфман.  Репрессии  в  Южном  Вьетнаме:  американская  программа  в  действии
Ф. Бранфман.  Тайные  войны  ЦРУ  в  Лаосе  и  Вьетнаме
А. Шлезингер.  Гренада:  подлый  удар
Год  спустя
ХВАТКА  ДОЛЛАРА
М. Паренти.  Скрытая  катастрофа
Их  гонит  отчаяние
Выброшенные  за  борт
Американские  подростки:  бегство  от  жизни
КАК  ИЗБИРАЮТ  ПРЕЗИДЕНТА
После  выборов,  перед  выбором
Содержание
Text
                    МОСКВА
 ИЗДАТЕЛЬСТВО
 ПОЛИТИЧЕСКОЙ
 ЛИТЕРАТУРЫ
 1986


ББК 66.3 (7США) Д69 Книга подготовлена Ю. Я. Листвиновым, Я. А. Мартыновым, О. Л. Степановой, Л/. Я. Черндусовым, под общей редакцией Л/. Я. Черноусова и Я. Я. Яковлева Дорога в никуда: По страницам амер. печати/Под общ. Д69 ред. М. Б. Черноусова и Н. Н. Яковлева. Пер. с англ.— М.: Политиздат, 1986.— 255 с. Эта книга — обзор опубликованных в американской печати статей о со¬ временных Соединенных Штатах. Кто и как правит США, что лежит в ос¬ нове курса Вашингтона на международной арене, каково влияние религиоз¬ ных организаций на политику администрации США, как живут американ¬ ские трудящиеся, как проходили и что показали президентские выборы 1984 года — с этими и некоторыми другими проблемами, рассматриваемыми известными американскими политологами, историками, публицистами, со¬ циологами, с основным содержанием их статей на эти темы знакомят чита¬ теля советские ученые-американисты и журналисты-международники, подго¬ товившие эту книгу. Читатель окажется как бы за кулисами того шоу, которое именуется американской политикой. Авторы публикуемых в амери¬ канской печати материалов — вольно или невольно — со своих позиций разоблачают замыслы империалистов США, вскрывают подоплеку многих со¬ бытий, происходивших в этой стране в последние годы. Книга адресована широкому кругу читателей, интересующихся положе¬ нием в США и международными отношениями. „ 0804000000—039 079(02) 86 ББК 66.3(7СПКА) © ПОЛИТИЗДАТ, 1986 г.
ПРЕДИСЛОВИЕ В этой книге советский читатель может познакомиться с изло¬ жением ряда материалов, опубликованных в американской пе¬ чати, освещающих некоторые аспекты внешней и внутренней по¬ литики Соединенных Штатов. Ракурс их отбора понятен из на¬ звания сборника, а тематику раскрывает содержание. Тем не ме¬ нее необходимо сделать несколько предварительных замечаний, частично методологических. Безусловно, нельзя ни на мгновение упускать из виду, что в этой книге излагается содержание мате¬ риалов американской печати, что определяет особенности их по¬ дачи, направленность. Известный американский публицист Дж. Рестон в статье в «Нью-Йорк тайме» подчеркнул специфику рассмотрения его со¬ отечественниками текущих политических проблем Соединенных Штатов. Он сослался на министра просвещения в кабинете Р. Рей¬ гана У. Беннетта, который в начале мая 1985 года сокрушался в публичном выступлении по поводу «упадка истории» в современ¬ ной американской системе образования. Этот упадок, предупре¬ дил министр, серьезен: «Быть невежественным в области истории означает быть, в сущности, интеллектуально беззащитным, не¬ способным понять жизнь ни нашей, ни других стран». Рестон при¬ соединился к мнению Беннетта, уточнив: «...не только наши дети, но и наши политики, лишенные представления об истории, «ин¬ теллектуально беззащитны». Тому ясное доказательство газетные заголовки и новости по телевидению... Возможно даже и то, что разочарования и трагедии американской внешней политики со вре¬ мен последней мировой войны были результатом не военных или стратегических ошибок, а неверных суждений об истории и фи¬ лософии» К Констатация беспомощности и невежества политиков и идео¬ логов США в общих законах, определяющих историю человечест¬ ва, включая их собственную страну, совсем не блещет новизной. По причине слишком понятной, кто же из власть имущих в США и их интеллектуальных приспешников способен или захочет при¬ знать, что на смену капиталистической формации идет социализм. Попытки противостоять неумолимому ходу истории и являются 1 ТЬе N0^ Уогк Тппез, 1985, Мау 5% 3
причиной помянутых Дж. Рестоном «разочарований и трагедии» Вашингтона. С учетом этих, в общем хорошо известных советским людям обстоятельств и нужно относиться к трактовке политики США в предлагаемых читателю материалах. Они в основном взя¬ ты из изданий, считающихся в США достаточно авторитетными, представительными и даже «объективными». И что же? Можно без большого труда определить и отметить изъяны в изложении со¬ бытий, поразительную селекцию фактов, иногда несоответствие выводов приведенным фактам. Тем не менее систематизация и объединение под одним пере¬ плетом материалов, каждый из которых страдает отмеченными не¬ достатками, позволяет частично преодолеть их и дать небезынте¬ ресную панораму современной американской политической жиз¬ ни. Так, например, коренной вопрос, кому принадлежит вся пол¬ нота власти в США, решается средствами американской массовой информации просто — политикам, причем преимущественное вни¬ мание к институту президентства. В этом согласны в подавляю¬ щем большинстве и американские историки, для них единствен¬ ный камень преткновения — кто из американских президентов наилучшим образом соответствовал правам и обязанностям высо¬ чайшего в их представлении поста. С 1941 года в США проводят¬ ся опросы американских историков с просьбой выстроить прези¬ дентов за всю историю страны по степени их значимости. Опрос в конце 1982 года отвел первые места четырем «вели¬ ким» президентам в такой последовательности: А. Линкольн, Ф. Рузвельт, Дж. Вашингтон, Т. Джефферсон. Р. Никсон занял третье место с конца. «Какие только уничижительные эпитеты пе применяют историки, описывая его президентство»,— заметил профессор Р. Мэррей, проводивший опрос, в котором приняли уча¬ стие около тысячи историков. Он настаивает, что едва ли мнение о Никсоне когда-либо изменится, хотя оценка других американ¬ ских президентов иногда колеблется1. Материалы сборника, ка¬ сающиеся Никсона, в общем лежат в русле сказанного американ¬ скими профессиональными историками. Журнал «Ю. С. ньюс энд Уорлд рипорт», весьма влиятельный в США, многократно проводил представительный опрос «Кто пра¬ вит Америкой?», выясняя вопрос: «У руля правления страны на¬ ходятся немногие могущественные. Кто же они?» Приводятся имена 30 человек, во главе которых президент. Почти все они по¬ литики — члены правительства, крупные администраторы, сена¬ торы, религиозные лидеры. Одновременно был задан вопрос: какие институты наиболее влиятельны в США? Ответ дается по семи¬ балльной системе. На первом месте, как и следует ожидать, Белый дом — 6,71 балла, телевидение — 5,77, Уолл-стрит — 5,31 балла1 Тенденция ясна: приведенные опросы — яркое свидетельство того, как в США затушевывается всевластие монополистического ка¬ 1 Рагайе Мадагте, 1982, РесетЬег 12, р. 8. 4
питала, подлинного хозяина страны. Да, а как с приверженностью США к правам человека? «Группы в защиту гражданских прав» оценены в 3,25 балла и занимают предпоследнее, 28, место в этом списке1. Вот вам и лицемерие Вашингтона, ведущего провокаци¬ онные кампании в пользу «прав человека» по всему миру и попи¬ рающего их в собственной стране. Представляя на пресс-конференции книгу о 100 ведущих дея¬ телях администрации Р. Рейгана (изложение введения из этой книги помещено в сборнике), редактор ее, Р. Надер, подчеркнул: «Почти 30 из них — миллионеры, а многие — мультимиллионе¬ ры, рассматривающие федеральное правительство как инструмент сильных и богатых, как неподотчетное народу. Перед нами пра¬ вительство очень крупных состояний, узкого круга и почти прак¬ тически лишенное чувства сострадания» 2. В этой книге давались сведения на первое время пребывания администрации Рейгана у власти. А теперь? В середине 1985 года «Ю. С. ньюс энд Уорлд рипорт» подчеркнул: «Вращающаяся дверь в кабинет Рейгана вращается, но приходит столько же миллионеров, сколько ухо¬ дит. Президент заменил 9 из 13 министров, начавших работать с ним в 1981 году, однако члены кабинета в подавляющем большин¬ стве имеют по крайней мере по одному миллиону долларов. На самом деле многие члены кабинета имеют больше денег, акций и собственности, чем свидетельствуют их декларации о доходах. Ведь в этих документах сведения об активах даются в самой об¬ щей форме, для высшей категории указано всего-навсего 250 ты¬ сяч долларов»3. Подавляющее большинство американских мил¬ лионеров и особенно мультимиллионеров предпочитают оставать¬ ся в тени. Журнал «Форбс», поместивший в 1982 году список 400 богатейших людей в США, испытал величайшие трудности, со¬ бирая данные о них, хотя редколлегия журнала именует свой ор¬ ган «орудием капитализма». Миллиардер Ф. Марс длительное вре¬ мя возглавлял «Марс инкорпорейтед», считающуюся крупнейшей в капиталистическом мире компанией по производству кондитер¬ ских изделий. «Вашингтон пост» писала: «Марс'— богатейший че¬ ловек, проживающий в Вашингтоне, настолько фанатически замкнут, что ни одно его фото никогда не было напечатано в Ва¬ шингтоне. Это типично для 400 мультимиллионеров, помещенных в списке журнала «Форбс», большинство из которых отказались отвечать на вопросы сотрудников журнала» 4. Такова последовательная позиция подлинных хозяев Амери¬ ки, семей сверхбогачей, которые имеют наследственные состоя- 1 II. 8. N6^5 ап(1 \Уог1<1 Нерог!, 1985, Мау 20, р. 64. 2 ТЬе N0^ Уогк Тйпез, 1982, Аи^из! 31. «Вашингтон пост», апализируя доходы Рейгана в 1982 году, писала, что они «составили 741 253 доллара».— Прим. ред. 3 II. 8. Кс\У8 ап<1 \Уог1<1 Ксрог!, 1985,Типе 17, р. 60. 4 ТЬе \УазЬт8!оп Роз!, 1982, Аодиз! 28. 5
нля, уходящие своими корнями далеко в XIX век. В той или иной степени в поле зрения средств массовой информации обычно ока¬ зываются представители новых династий богачей. Частично это объясняется тем, что «зеленые мультимиллионеры», их наследни¬ ки, склонны к позе. Богатейшая женщина США — К. Шолекопф (дочь умершего в 1974 году нефтяного магната Г. Ханта) с ча¬ рующей откровенностью рассказывает об избранном ею бизнесе — устройстве отелей только для богачей, или «знати», как она вы¬ ражается. Она и помещает «знать» в свои баснословно дорогие оте¬ ли. «Жизнь теперь,— говорит она,— очень безлична. Я хочу в моих отелях возродить другие времена, когда были слуги. То вре¬ мя, которое ушло в историю» К Вышедшая в начале 1985 года книга М. Дрознина «Гражданин Хьюз» о миллиардере Г. Хьюзе, умершем в 1976 году, пролила дополнительный свет, на что способны сверхбогачи в современ¬ ных США. Известно, что покойный был в высшей степени экс¬ центричен в своих привычках, возвел одиночество в принцип, его никто не видел. Книга Дрознина, написанная на основе его личных материалов, убеждает еще в одном: Хьюз уверовал в то, что деньги должны властвовать в политике. В 1968 году он писал своему главному помощнику Р. Мэхью: «Я преисполнен реши¬ мости избрать в этом году президента по нашему усмотрению, человека, по уши обязанного нам и помнящего об этом... Я не поскуплюсь ни на какие расходы и поэтому полагаю, что мы сможем избрать кандидата и партию, знающих, что такое поли¬ тическая жизнь». Из этих обширных планов известно: Хьюз дал Никсону 100 тысяч долларов на ведение избирательной кампа¬ нии. В то же время не составляло секрета, что Хьюз после убий¬ ства Р. Кеннеди носился с планами нанять сотрудников погиб¬ шего сенатора. Он сумел сделать своим лоббистом Л. О’Брайена, который забрался и на пост председателя демократической пар¬ тии. «Уотергейт», взлом в штаб-квартире этой партии во время избирательной кампании 1972 года, по мнению Дрознина, респуб¬ ликанцы затеяли с тем, чтобы получить на всякий случай факты о связях О’Брайена с Хыозом. Мораль проста: миллиардер, финан¬ сировавший деятелей республиканской партии, давал деньги и соперникам — демократам, партию которых считал, по его сло¬ вам, «мошеннической с головы до ног». Хыоз установил тесные связи с сенатором П. Лэксолтом, очень близким к Р. Рейгану. Журнал «Ньюсуик» заметил о кни¬ ге: «Дрознин не утверждает, что Хьюз пытался купить Лэксолта, однако он пишет: «Хьюз как-то сказал Мэхыб: «Лэксолта можно побудить... поставить все свое политическое будущее в зависи¬ мость от отношений с нами». Хьюз планировал «обеспечить не¬ ограниченную поддержку (Лэксолта) вплоть до введения его в Белый дом»... Лэксолт отказался дать интервью по поводу книги 1 РагаДе Ма&агше, 1983, МагсЬ 27, р. 12. 6
Дрознина»Читатель сможет проследить по помещенным в сборнике материалам историю восхождения сенатора Лэксолта к вершинам политического влияния в США. Другая сторона социального спектра в Соединенных Штатах, особенно высветившаяся при администрации Р. Рейгана,— ни¬ щета, растущее безразличие правящих классов к судьбе бедных. По различным оценкам, ныне в США от 500 тысяч до 2 миллио¬ нов бездомных людей, причем количество этих обездоленных бы¬ стро растет в последние годы. В городских ночлежках Нью-Йорка в 1981 году находили приют каждый вечер 2700 человек, в 1984 году — 6300 человек. Однако многим не хватает места, и они ночуют где попало, в том числе на вентиляционных решетках2. Зимой немало из них замерзает. Когда в морозы в 1984 году в печати прошли сообщения о таких трагических случаях, при¬ шлось высказаться президенту. Об этом писала «Вашингтон пост» 5 февраля 1984 года: «В ответ на вопрос в телевизионной программе АВС «С доб¬ рым утром, Америка», почему этой зимой люди ночуют на вен¬ тиляционных решетках, президент заявил: «Им хотелось быть бездомными». В интервью «Уолл-стрит джорнэл» президент ут¬ верждал, что в его правление с программ помощи (таких, как продовольственные талоны) были сняты лишь «морально непри¬ годные» для ее получения. Можпо ли вообразить Ф. Рузвельта, изрекающего такие сен¬ тенции?» 3 Внезапная вспышка интереса американской печати к бедст¬ венному положению бедняков была вызвана в 1984 году избира¬ тельной борьбой в связи с выборами президента. Один из расхо¬ жих лозунгов демократической партии: «Мондейл изображает президента жестоким к нуждам неимущих»4. Разумеется, рес¬ публиканцы не остались в долгу. Как утверждалось, например, в их избирательной платформе на выборах 1984 года: «В годы администрации Картера — Мондейла все американцы страдали от последствий увядающей экономики... Когда президент Рейган при¬ шел к власти, наша экономика была в катастрофическом состоя¬ нии, инфляция свирепствовала на уровне 12,1 процента в год, а стоимость жизни за время правления администрации Картера — Мондейла подскочила на 45 процентов» 5 и т. д. Разумеется, не предвыборные препирательства двух буржуаз¬ ных партий, а конкретные факты рисуют реальное положение в социальной области в США. Поэтому материалы данной книги сознательно подобраны вне рамок избирательной кампании. 1 Кечузчуеек, 1985,1апиагу 28, р. 32. 2 ТЬе Уогк Тйпез, 1984, РеЬгиагу 2. * ТЬе ^азЫп^Юп Роз1, 1984, РеЬгиагу 5. 4 ТЬе Уогк Пшез, 1984, 8ер1етЬег 13. 6 Соп2ге551ста1 (}иаг1ег1у, 1984, Аи^из! 25, р. 2096, 7
Порядки, насаждаемые в США в интересах миллионеров и мультимиллионеров, естественно, вызывают недовольство и про¬ тест простых американцев. В Вашингтоне знают, как справляться с теми, кто являются инакомыслящими. На страже классовых ин¬ тересов правящей элиты стоит американская юстиция. В период маккартизма или в бурные 60-е годы власти в случае необходи¬ мости широко прибегали к насилию, внесудебной расправе. Жизнь бесстрашного борца за гражданские права доктора Марти¬ на Лютера Кинга тому яркий пример. О преследованиях Кинга ФБР подробно рассказывается в книге «Государство беззакония». Она вышла в середине 70-х годов, то есть в разгар вспышки воз¬ мущения в США произволом американских карательных орга¬ нов. Ныне появление подобного рода материалов в США крайне за¬ труднительно. Под флагом «патриотизма» штатные и доброволь¬ ные борцы с прогрессивными силами стремятся предать забвению напряженную борьбу за гражданские права, ареной которой была страна немногим больше десяти лет назад. На щит поднимаются те, кто в свое время вызывал отвращение и осуждение демократи¬ чески настроенных американцев. Теперь «героем» признан ос¬ ведомитель ФБР Чэмберс, «отличившийся» в годы маккартизма. Характерный штрих для современного политического климата в США: беспримерную историю канонизации провокатора пришлось дать по английской газете «Обсервер». Администрация США стремится укрепить свою карательную политику по всем линиям. Коль скоро в 60—70-е годы интриги ФБР и ЦРУ иной раз терпели крах из-за позиции отдельных су¬ дей, с начала президентства Рейгана идет неторопливая, но ос¬ новательная работа с целью еще более заострить классовый ха¬ рактер американской судебной системы. Весной 1985 года амери¬ канские юристы проанализировали замещение вакансий феде¬ ральных судей в период правления администрации Рейгана и ах¬ нули: к 1988 году, видимо, будет назначено более 400 новых фе¬ деральных судей, то есть будет зам'ещено более половины всех этих постов в США. Судя по уже назначенным 62 федеральным судьям, их подбор имеет в виду провести «идеологическую поля¬ ризацию», в судейские кресла садятся «преданные консерватив¬ ным идеям и очень молодые» \ с ними США далеко войдут в XXI век. Первые плоды усиления репрессивного аппарата (без эксцес¬ сов 60—70-х годов) очевидны. «Нью-Йорк тайме» подвела итог укреплению «законности» в президентство Рейгана: количество заключенных возросло в 1984 году на 40,6 процента по сравне¬ нию с 1980 годом. Хотя с 1980 года вместимость тюрем увеличи¬ лась на 100 тысяч мест, они переполнены. Кто же возьмется ука¬ зать, сколько среди томящихся за решеткой политических заклю¬ 1 ТЬе N0^ Уогк Тппез, 1985, АргП 19. 8
ченных? Ведь по практике, принятой в США, они по статистике проходят как «уголовники». Разумеется, «Нью-Йорк тайме» мень¬ ше всего волнует это, газета ограничилась тем, что сообщила при¬ веденные цифры под скромным заголовком: «Количество заклю¬ ченных в американских тюрьмах достигло рекордного уровня» *. В 50-е годы период маккартизма ознаменовался сооружением шести концентрационных лагерей, подготовленных для приема «инакомыслящих» в США. Со временем эти лагеря были закры¬ ты. Но президент Рейган подписал секретную директиву Совета национальной безопасности «Рекс-84», предусматривающую уст¬ ройство десяти гигантских концентрационных лагерей на 200 ты¬ сяч заключенных. За первые четыре месяца действия директивы на западном побережье США было арестовано и заключено в эти лагеря свыше 20 тысяч человек. Брошенных в концлагеря под¬ вергают «допросам с пристрастием», то есть попросту избивают. Хотя формально директива «Рекс-84» принята для пресечения не¬ легальной иммиграции в США, она используется и против «не¬ благонадежных» американцев, осмеливающихся критиковать по¬ литику Белого дома2. Далеко не одними тюрьмами и концентрационными лагерями правящая элита стремится насадить «мир» в раздираемом острей¬ шими социальными противоречиями американском обществе. В последние годы в США на службу политике в неприкрытой и, пожалуй, неслыханной за всю историю этой страны форме по¬ ставлена религия, которая, впрочем, всегда располагала сильней¬ шими позициями. Было бы, разумеется, слишком утверждать, что Соединенные Штаты превратились в теократию, хотя фундамента¬ листы, возглавляемые пресловутым пастором Дж. Фолуэллом, хлопочут именно об этом. Фундаменталисты, зовущие верить не только духу, но и букве Библии, занимают самый правый фланг в конгломерате вероисповеданий, существующих в США. В общем, современную политическую обстановку в США трудно понять без учета фактора религии. Религия сочтена правящей элитой удоб¬ ным идеологическим обоснованием не- только для внутренней, но и, что куда более зловеще, для внешней политики Вашингтона. В подтверждение приведем цитату из редакционной статьи печатного органа американских коммунистов: «В избирательной кампании 1980 года против президента Картера Рейган говорил о себе как о стороннике «сотворения», верящем в буквальное тол¬ кование Библии. Такова позиция и преподобного Джерри Фо¬ луэлла. Буквальное истолкование Библии основывается на том, что Бог считается «Всемогущим Богом», правящим миром и его народом железной рукой и мечом, который карает всех неверую¬ щих и вознаграждает верующих... Проблемы религии и политики ныне (в ходе избирательной 1 ТЬе Уогк Тйпез, 1985, Арп1 22. 2 См.: Правда, 1985, 27 мая. 9
кампании 1984 года.— Я. Я.) превращены в основной спорный вопрос, хотя первостепенного внимания требуют занятость, обес¬ печение мира и равенства. Сторонники Рейгана и реакционеры вообще злоупотребляют религией, дабы оправдать политику, ко¬ торую они стремятся навязать американскому народу. Они ут¬ верждают, что «морально обязаны» проводить стратегию «звезд¬ ных войн», объявляют, что морально обязаны вести антисоветский «крестовый поход» с целью стереть с земли этот «центр зла в мире»... Фундаменталисты высмеивают как заблуждающихся всех, кто считает, что религия должна заниматься обеспечением мира, улучшением его и т. д. «Представление о том, что религия и по¬ литика независимы друг от друга, создано дьяволом, чтобы не дать возможности христианам править своей собственной стра¬ ной»,— говорит Фолуэлл. Обратите внимание на акцент, кото¬ рый сделан на «христиане» и «править своей собственной стра¬ ной» К Извращенными до неузнаваемости христианскими нормами ос¬ вещается безумная гонка вооружений, «звездные войны», такой курс во внешней политике, который может привести к гибели все¬ го живого на нашей планете. 23 марта 1983 года Белый дом, обос¬ новывая создание того, что получило в США название «стратеги¬ ческая оборонная инициатива» объявил, что США стремятся вы¬ вести комплекс спутников и лазерного оружия в космос, который- де позволит «обезопасить Америку от ракетно-ядерного удара». Начало создания потенциала для «звездных войн» было названо ни более ни менее как «поворотным пунктом в истории человече¬ ства» 2. Консультант конгресса по лазерам Т. Карас высмеял риторику о том, что это поможет укрепить мир: «Единственно, о чем опи хлопочут, так это сделать мир безопасным для ведения ядерной войны». Это перефразирование Карасом известной сентенции пре¬ зидента В. Вильсона о целях участия США в первой мировой войне — «сделать мир безопасным для демократии» — подчерки¬ вает как воинственность, так и бессмысленность затеянного аполо¬ гетами «звездных войн». Разумеется, эти люди и среди них «отец» американской ядерной бомбы физик Э. Теллер (автор идеи «стратегической обо¬ ронной инициативы») горячо отрицают воинственные намерения. Фальшивая словесная страсть и битая логика, хорошо известная в западной теории международных отношений. Подобные рассуж¬ дения всегда шли рука об руку с проведением политики «балан¬ са сил»: двое дерутся — третий радуется. В первую и вторую ми¬ ровые войны США защищали просторы океанов, обеспечивавшие Вашингтону свободу маневра, дав возможность по своей воле оп¬ 1 БаПу ДУогЫ, 1984, 8ер1етЬег 8. 2 ТЬе ^азЫпдЦт РозЬ, 1983, МагсЬ 24. 10
ределить момент обращения к оружию в первую мировую войну и, если бы ни Перл-Харбор, почти добиться того же во вторую. Под- прикрытием океанов Вашингтон регулировал темпы и масштабы своего участия в боевых действиях. «Стратегическая оборонная инициатива» по замыслу Телле¬ ра и К0 должна восстановить эту неуязвимость США, ликвидиро¬ ванную научно-техническим прогрессом. «Я обращаюсь к сооб¬ ществу ученых нашей страны,— говорил Рейган в речи весной 1983 года,— давших нам ядерное оружие, употребить их громад¬ ные таланты ради человечества и международного мира, сделав бессильным и устаревшим то же ядерное оружие» 1. Прекрасная забота о «человечестве и международном мире»! Прикрывшись спутниками с лазерным оружием, вести политику так, чтобы война вспыхнула на отдаленных от США театрах военных действий, чтобы в ядерном огне прежде всего сгорели союзники Соединен¬ ных Штатов. Во всяком случае, обеспечить при необходимости для США возможность безнаказанно нанести первый удар. Как обычно, подобные расчеты, имеющие в виду создать ус¬ ловия для проведения классической политики «баланса сил», име¬ ют тот недостаток, что их очень трудно проводить в жизнь. В случае со «звездными войнами» возникают сложности и совсем не политического характера. Очень многие западные ученые до¬ казывают, что предприятие, затеянное в США, неосуществимо уже по техническим причинам. В Пентагоне некоторые, наверно, понимают это. Но тем не менее продвигают планы «звездных войн». Причина ясна: попытаться вовлечь СССР в новый виток гонки вооружений. Санкционировав исследовательские работы для осуществления планов «звездных войн», Вашингтон «открыл ящик Пандоры не¬ виданных размеров», заметил крупный американский физик К. Готтфрид2. Несомненно, по мере реализации тех или иных эле¬ ментов системы для ведения «звездных войн» усилится чисто зем¬ ной соблазн нажать «ту кнопку», то есть снизится порог для раз¬ вязывания Вашингтоном ядерной агрессии. Приведенный в книге подробный разбор Т. Пауэрсом условий, при которых придет «ядерная зима», лишний раз подчеркивает опасность планов «стратегической оборонной инициативы». Это на худший случай, но если даже до этого дело не дойдет, все равно мир будет неиз¬ бежно ввергнут в новый виток гонки вооружений, которая по¬ глотит астрономические средства и скорее всего окажется бесконт¬ рольной. Таковы итоги хозяйничанья денежного мешка в ведущей стра¬ не капиталистического мира на исходе XX столетия. Желания бо¬ гачей и сверхбогачей послушно претворяет в государственную по¬ литику исполинская бюрократическая машина Вашингтона. Ми¬ 1 ТЪе \^а§Ып&1;оп Роз1, 1983, МагсЪ 24. 2 Ке\уз\уеек, 1983, Арп1 4, р. 19. 11
молетная зарисовка столичных обычаев — массового забега трус¬ цой — возрастает до масштабов символа. «Визитер из Индии застыл на сиденье такси, вытаращив гла¬ за на происходившее на центральной улице. — Боже мой! Куда бегут эти бедняги? — спросил он води¬ теля. Был полдень, и, насколько хватал глаз, ряд за рядом обли¬ вающиеся потом, с искаженными лицами в сорокаградусную жа¬ ру трусили бегуны, задыхаясь в зловонных миазмах, летнего Ва¬ шингтона. Судорожно хватающие воздух среди памятников в сти¬ ле античной Греции, они выглядели как толпа рабов, спешащих со срочными донесениями к разгневанным рабовладельцам. — Они бегут в никуда,— презрительно бросил таксист.— Они бегут от своих дрянных дел. Загребают в год по сорок тысяч дол¬ ларов, сидят с кондиционерами в кабинетах размером больше моего дома, секретарши подают им кофе. Им нечего делать, только решать кроссворды и прожирать деньги налогоплательщиков. Вот почему они бегают» !. Функциональная роль бездумной чиновничьей массы в совре¬ менном американском бюрократическом государстве — освободить даже от тамошней «законности» антинародную политику моно¬ полистического капитала, создающего смертельную опасность для всего человечества. Обозревая новейшие тенденции государствен¬ ного правления в США, «Нью-Йорк тайме» указала на Совет на¬ циональной безопасности (СНБ), откуда, по мнению газеты, «про¬ истекает анонимная власть». Как известно, этот орган, созданный в 1947 году под председательством президента страны, является подлинпым правительством США. Газета подчеркивает: «Хотя ра¬ ботников СНБ редко упоминают в печати или помещают их фо¬ то, они столь же могущественны и даже более могущественны, чем заместители государственного секретаря или министра обо¬ роны... Они часто связывают сенаторов и конгрессменов с прези¬ дентом. минуя государственной департамент или бюрократию Пентагона. В целом они занимают ключевые позиции» 2. Неподотчетный никому, кроме непосредственного начальства, этот корпус чиновников является становым хребтом страны, кича¬ щейся своей мнимой «демократией». Чиновники везде, в том чис¬ ле и в средствах массовой информации. Опи неизбежно наклады¬ вают отпечаток своих вкусов, намерений и на публикации, кото¬ рые появляются в американских периодических изданиях и кни¬ гах. Тем не менее многие из этих богатых фактами материалов за¬ ставляют задуматься: куда идет сегодняшняя Америка? Профессор II. Яковлев 1 Э. МсЬеИап. Еаг оп ХУазЫп^оп. N6^ Уогк, 1982, р. 202—203, а ТЬе N0^ Уогк Птез, 1985,1ипе 4,
КТО ПРАВИТ США Т. Дай ПРАВИЛА ИГРЫ1 В 1979 году в США вторым изданием была выпущена книга пре¬ подавателя университета штата Флорида профессора Томаса Дая «Кто правит Америкой? Годы Картера». Выход этой насыщенной богатым фактическим материалом книги получил в стране широ¬ кий резонанс. В ней, в частности, было довольно убедительно показано, что гигантская власть принадлежит в США крупным экономическим организациям — промышленным корпорациям, бан¬ кам, предприятиям коммунальных услуг и инвестиционным ком¬ паниям. Именно они решают, что, как п сколько будет произво¬ диться, какова будет стоимость произведенного, сколько человек и кто имепно будут заняты па производстве, какая у них будет зар¬ плата. Они определяют, как будут распределяться товары и услу¬ ги, какая технология получит развитие, какими будут размеры прибылей и как их распределять, какие средства могут быть ис¬ пользованы для предоставления кредитов, каковы будут процент¬ ные ставкц и многие другие важные вопросы. Понятно, делал вывод автор, что эти решения затрагивают американцев в той же мере, если не в большей, чем те, которые принимаются правительством. Для экономической власти в Америке характерна высокая сте¬ пень концентрации. В сущности, всего лишь 3500 человек — почти две тысячных процента населения — официально распоряжаются половиной промышленных мощностей страны, почти половиной всех банковских активов, половиной всех активов в связи, на 1 Из книги: йуе ТНотав В. \УЬо’з Нипптд Атепса? ТЬе Саг1ег Уеагз. Епд1е\уоо<1 С1Шз, 1979. 13
транспорте и в области коммунальных услуг и двумя третями всех страховых активов. Это президенты и директора крупнейших кор¬ пораций в названных отраслях. Причина такой концентрации вла¬ сти в руках столь немногих заключается в концентрации промыш¬ ленных и финансовых активов в небольшом количестве гигантских корпораций. Всего в США насчитывается свыше 2 миллионов промышлен¬ ных фирм. Однако 54,9 процента (в 1950 году — 39,8 процента) всех промышленных активов принадлежат лишь 100 корпорациям, А пять крупнейших промышленных корпораций — «Энссон» (ра¬ нее «Стандарт ойл оф Нью-Джерси»), «Дженерал моторе», «Мо¬ бил», «Тексако» и «Интернэшнл бизнес машинз»— владеют 13 процентами всех промышленных активов. Все больше растет концентрация ресурсов в руках небольшого количества промышленных корпораций. Из года в год доля всех промышленных активов, принадлежащих 100 ведущим корпораци¬ ям, увеличивается. Концентрация в области транспорта, связи и коммунальных ус¬ луг еще выше, чем в промышленности. Всего 20 из 67 тысяч кор¬ пораций контролируют 50 процентов активов страны в воздушном и железнодорожном транспорте, связи, производстве газа и элект¬ роэнергии. В этом секторе экономики господствует «Интернэшнл телефон энд телеграф», по общему объему своих активов являю¬ щаяся крупнейшей корпорацией в США. Столь же высокая концентрация характерна и для финансо¬ вого мира. 50 из 13 500 банков страны владеют 65,6 процента всех банковских активов. Три банка («Бэнк оф Америка», «Сити бэнк» и «Чейз Манхэттен») контролируют 18 процентов всех банковских активов. В области страхования двумя третями всех страховых ак¬ тивов располагают 18 компаний из 1790. Свыше четверти всех страховых активов контролируется двумя компаниями — «Пру- деншл» и «Метрополитен». Контроль над ресурсами этих корпораций находится в руках их президентов, директоров и держателей «контрольного пакета» акций. Власть в корпорациях принадлежит не массам, работаю¬ щим в них, не миллионам американцев из средних и высших сло¬ ев, владеющих акциями. Власть акционеров над корпорациями, по существу, юридическая фикция. Акционеры редко способны сме¬ нить руководство компаний, ^сли они имеют дело с плохим уп¬ равлением, то предпочитают продать свои акции, нежели бросить вызов полномочиям руководства. Специальный раздел книги был посвящен вопросу о концент¬ рации власти правительства. Правительство делает многое из того, что не может быть измерено долларами. Тем не менее расходы правительства лучше всего позволяют определить масштабы его деятельности. В США эти расходы составляют до 35 процентов валового национального продукта. В начале века цифра прави¬ тельственных расходов составляла 8 процентов ВНП. Сегодня на 14 „
каждого мужчину, женщину и ребенка в стране приходится 2300 долларов налогов. Итак, расходы правительства забирают около трети ВНП. Но этот показатель в действительности преуменьшает огромную власть правительства над всеми аспектами американской жизни. Регулирующая роль правительства не может измеряться только лпщь его расходами. Крупные сектора экономики, например транс¬ порт и коммунальные услуги, подвергаются прямому федерально¬ му регулированию, однако классифицируются они как частные от¬ расли экономики и не входят в правительственную долю расходо¬ вания ВНП. Еще одним свидетельством концентрации правительственных ресурсов является преимущественный рост федеральных расхо¬ дов по отношению к расходам штатов и органов местного управ¬ ления. В настоящее время в США имеется приблизительно 80 ты¬ сяч отдельных правительственных административных единиц (фе¬ деральное правительство—1, правительства штатов — 50, граф¬ ства — 3044, муниципалитеты — 18 517, поселки — 16 991, школь¬ ные округа — 15 781, специальные округа — 23 885). Одпако на долю всего лишь одной из них — федерального правительства США — приходится две трети всех правительственных расходов. Это означает, что расходы только федерального правительства со¬ ставляют примерно 21 процент ВНП. Такая централизация прави¬ тельственной деятельности представляет -собой специфическое яв¬ ление нашего времени: в начале века большая часть деятельности правительства осуществлялась местными органами управления, а на долю федерального правительства приходилась лишь одна треть всех правительственных расходов. Элиту американского правительства составляют высшие долж¬ ностные лица исполнительной и судебной власти, конгресса и военные, принадлежащие федеральному правительству. Это прези¬ дент и вице-президент, министры, заместители и помощники ми¬ нистров, советники президента в Белом доме, председатели и ве¬ дущие деятели комиссий в конгрессе; лидеры большинства и мень¬ шинства в палате представителей и сенате; члены Верховного су¬ да, члены Совета федеральной резервной системы и Совета эконо¬ мических советников. Попытаемся дать характеристику некоторым из тех, кто в разное время принадлежал к правительственной эли¬ те, а также рассмотреть власть, которую они сосредоточили у себя в руках, и пути их прихода к власти. «Политика: стиль и имидж» 1 — так назвал Т. Дай раздел кни¬ ги о политической элите США. Автор отмечает, что политический деятель является профессиональным соискателем выборной долж¬ ности. Он знает, как добиваться избрания на пост, но может не знать, как должна осуществляться правительственная власть. Пос¬ 1 Имидж — облик, впечатление, которое стремится создать о себе поли¬ тический деятель США.— Прим. ред. 15
ле победы на выборах благоразумные политические деятели обра¬ щаются к так называемым «серьезным людям», которым и выпада¬ ет осуществление этой власти. Обозреватель Дэвид Холберстам так описывает многозначительную беседу между Джоном Ф. Кен¬ неди и Робертом А. Ловеттом, которая состоялась в декабре 1960 года, за мееяц до вступления Кеннеди в должность прези¬ дента: «Казалось, у этого молодого человека, стоявшего на пороге вы¬ сочайшего поста и огромной власти, было все. Он был хорош со¬ бой, богат, обаятелен и внешне открыт. Он мог расположить к себе посетителя признанием, что все предложения этого посети¬ теля являются правильными, разумными и уместными, но он не может претворить их в жизнь ни па этой неделе, ни в этом месяце, ни вообще в течение всего срока своего пребывания в должности. Сейчас он пытался сформировать свое правительство и вновь де¬ монстрировал при этом открытость. Он самоуничижался перед людьми старше себя. Последние пять лет, говорил он с грустью, я посвятил борьбе за свое избрание на этот пост. Я не знаком ни с кем из настоящих государственных должностных лиц, которые руководят деятельностью правительства, ни с кем из серьезных людей. Единственно, кого я знаю, это политические деятели. По¬ литики нуждаются в людях, которые осуществляют правительст¬ венную деятельность. Смысл сказанного был очевидным. Политики могли править Пенсильванией и Огайо, а если не могли править Чикаго, то по крайней мере могли обеспечить там свое избрание. Но как править государством?» Роберт Ловетт был «подлинным олицетворением истеблишмен¬ та 1». Его отец был председателем Совета директоров железнодо¬ рожной компании «Юнион пасифик рэйлроуд» и партнером круп¬ ного железнодорожного магната А. Гарримана. Ловетт-сын полу¬ чил образование в Йельском университете, женился на дочери Джеймса Брауна, старшего партнера крупной банковской фирмы «Браун бразерс». Основал на Уолл-стрите еще одну, более круп¬ ную инвестиционную фирму «Браун бразерс, Гарриман и К0». Имен¬ но Ловетт предложил Кеннеди прислушаться к советам его парт¬ нера, бывшего губернатора штата Нью-Йорк и посла в Советском Союзе Аверелла Гарримана; «повидаться с Джеком Макклоем из «Чейз Манхэттен», «а заодно и с Дугом Диллоном»; «разыскать у Рокфеллера одного молодого человека, Дина Раска», и поста¬ вить его во главе государственного департамента, «заполучить от Форда другого молодого человека, Роберта Макнамару», для ру¬ ководства министерством обороны. Советы Ловетта были с благо¬ дарностью приняты Кеннеди. Он обратился к тем «серьезным лю¬ дям» и дал им руководящие посты в своем правительстве. 1 Истеблишмент — правящие и привилегированные группы капиталисти¬ ческого общества, а также вся система власти и управления, с помощью ко¬ торой они осуществляют свое господство.— Прим. ред. 16
Значительное число видных политиков унаследовало громад¬ ные состояния. Рузвельты, Рокфеллеры, Кеннеди, Лоджи, Гарри- маны и прочие использовали свое богатство и семейные связи в помощь своей политической карьере. Важно, однако, заметить, что большинство ведущих политических деятелей страны вскарабка¬ лись по лестнице политического успеха из относительной неиз¬ вестности. Многие из них нажили немалые средства на этом пути восхождения. Из шести последних президентов лишь Джон Ф. Кеннеди с рождения владел громадным состоянием. Таким об¬ разом, как и в деловом мире, в мире политики есть свои «паслед- ники» и «карьеристы». Особого внимания заслуживают разделы об американских пре¬ зидентах Д. Форде и Д. Картере Глава о Д. Форде названа «От футбола к Белому дому». В ней Т. Дай с иронией отмечает, что Джеральд Форд всегда был любителем коллективной игры — иг¬ рая в футбол в Мичиганском университете (его признавали одним из лучших игроков страны), во время его пребывания в конгрессе и восхождения к посту лидера большинства, в течение всех лет деятельности в республиканской партии, вплоть до президентства. Форд-президент стремился производить впечатление открытого, доступного, уважающего консенсус !. Он первый в истории страны президент, который не был избран во время национальных выбо¬ ров (или голосованием президентских выборщиков). Его карьера сложилась в конгрессе США. Коллеги по конгрессу характеризо¬ вали его как «основательного, надежного и солидного человека, который удобнее чувствует себя, когда выполняет программы, вы¬ двинутые другими, нежели выдвигая свои собственные инициа¬ тивы». В роли президента он оказался не по своей воле, и многое свидетельствовало о том, что в этой должности он принимал реше- пия только после многих утомительных консультаций с лидерами конгресса, членами кабинета, руководителями промышленного и финансового мира, профсоюзами и представителями средств мас¬ совой информации. Джеральд Форд — урожденный Лесли Кинг-младший. Его мать развелась с его отцом и вышла замуж за Джеральда Р Форда, тор¬ говца красками из Грэпд Рэпидс, штат Мичиган. Форд получил среднее образование в государственных школах в Грэнд Рэпидс, диплом бакалавра в Мичиганском университете и юридическую степень в Йельском университете. Будучи одним из ведущих иг¬ роков футбольной комапды Мичиганского университета, побеж¬ давшей в 1932 и 1933 годах в национальных чемпионатах, Д. Форд отказался перейти в профессионалы и стал тренером в Йельском упиверситете. Одновременно окончил там юридическую школу. Сенатор Уильям Проксмайр, деятель более высокого соци¬ ального происхождения, которого Форд тренировал, как-то сказал: «Форд сейчас таков, каким был и тогда,— основательный и пря- 1 Копсенсус — единодушие, согласие по спорным вопросам.— Прим. ред. 17
молинеиный. Он обладает какой-то здоровой откровенностью, ка¬ кой-то последовательной лояльностью, которые, вероятно, нравятся многим избирателям». Во время второй мировой войны Форд слу~ жил во флоте в Южной Атлантике, по окончании службы вернул¬ ся в Грэнд Рэпидс и, пользуясь своей футбольной известностью и военной карьерой, в 1948 году добился избрания в палату предста¬ вителей. 25 лет Форд был верным республиканцем в палате представи¬ телей: его отличали скорее прямолинейность и здравый смысл, не¬ жели ум, инициативность или воображение. Не забывал он и об¬ хаживать своих избирателей с помощью мелких услуг и визитов. В 1965 году Форд стал лучшим лидером республиканцев в палате представителей благодаря своей обаятельности и способности уста¬ навливать тесные личные связи как с союзниками, так и с про¬ тивниками. Коллега по палате объяснил это следующим образом: «Джерри придерживается открытой тактики. Он не ищет каких- то хитрых способов, чтобы оказаться у вас за спиной. Оп делает то, что очевидно. Это, как правило, и есть здравый смысл». Позиции Форда при голосовании в палате представителей были умеренно консервативными. Он голосовал за законы о граждан¬ ских правах от 1964 года, об избирательных правах от 1965 года и о справедливом распределении жилья — от 1968 года. При этом, однако, он выступал против многих аспектов «войны с бедностью» и других расходов на социальные нужды. Выступал в пользу ас¬ сигнований на «оборону» и поддерживал Джонсона и Никсона, которые вели вьетнамскую войну. Форд осудил ультралибераль- ного члена Верховного суда Уильяма О. Дугласа, после того как тот опубликовал в журнале левого направления — «Эвергрин ре- вью» — статью, благословлявшую идею революции в Америке. В 1973 году, по мере расширения «уотергейтского скандала», после отставки вице-президента Спиро Агню, признавшего себя виновным в уклонении от уплаты налогов, президент Никсон по¬ пытался ввести в свою администрацию людей, которые смогли бы улучшить отношения президента с конгрессом. Оспованное на 25-й поправке 1 к конституции решение Никсона назначить вице- президентом Джеральда Форда широко приветствовалось в кон¬ грессе и средствах массовой информации. Однако в каком-то смыс¬ ле выбор Форда на эту должность был сделан не Никсоном, а са¬ мим конгрессом. Лично Никсон предпочитал бывшего губернатора Техаса Джона Коннэлли. Контролировавшийся демократами кон¬ гресс быстро утвердил кандидатуру республиканца Форда. Долгие годы пребывания в конгрессе выработали у него терпи¬ мость к взглядам других, стремление к достижению компромиссов, готовность к примирению различных точек зрения. В первом вы¬ ступлении перед страной он сказал: «У меня было много против¬ 1 Принята в 1967 году, предусматривает порядок замещения ставших вакантными должностей президента и вице-президепта.— Прим. ред. 18
ников, но, насколько я помню, никогда не было врагов». Будучи президентом, он оставался сторонником коллективной игры. Глава о Джимми Картере также названа довольно иронически: «Улыбка на лице истеблишмента». Джеймса Эрла Картера-младшего, пишет Т. Дай, обычно изоб¬ ражают как политического «аутсайдера», который меньше чем за два года совершил скачок от арахисовой фермы в Плейнсе, штат Джорджия, до кресла президента США. На первый взгляд голово¬ кружительный взлет Картера из провинциальной неизвестности к самому ответственному посту в стране, казалось бы, опроверг идею элитарного выбора лидеров из рядов опытных политических деятелей. Однако более внимательное рассмотрение интересов эли¬ ты в 1976 году, особенно ее озабоченность по поводу падения до¬ верия общественности к собственно традиционной элите, наряду со связями самого Картера с истеблишментом, позволяет лучше по¬ нять, как и когда «аутсайдер» мог быть избран для руководства страной. В конкретном случае с Картером его приход к власти мо¬ жет быть объяснен, помимо всего прочего, уверенностью элиты в том, что «новое» лицо Картера в национальной элите будет лишь косметической операцией и не поведет к каким-либо коренным пе¬ ременам в политике, программах или ценностях. За год до избрания Картера президентом три четверти амери¬ канского народа никогда о нем не слыхали. Его единственный срок на посту губернатора Джорджии был совершенно бесцвет¬ ным. Он никогда не избирался в конгресс и, за исключением се¬ милетней службы во флоте, никогда не работал на федеральное правительство. Четырехмиллионное состояние его семьи в граф¬ стве Самтер, Джорджия, может быть, и давало ей местное влияние, однако очень немногие национальные лидеры слыхали когда-либо о графстве Самтер в Джорджии. Но в начале 1974 года Картер правильно рассчитал, что эти политические неудобства можно об¬ ратить себе на пользу в период широкого недовольства нацио¬ нальным руководством в связи с «Уотергейтом» \ инфляцией и безработицей, а также поражением и унижением во Вьетнаме. Национальные средства массовой информации не обратили осо¬ бого внимания на заявление Картера от 12 декабря 1974 года о выставлении им своей кандидатуры в президенты. Руководство масс-медиа и политические обозреватели повсеместно ожидали, что победу на президентских выборах 1976 года одержат признан¬ ные лидеры — Губерт Хэмфри или Эдвард Кеннеди. Однако уже в первом туре президентских выборов в Нью-Хэмпшире и Фло¬ риде победил Картер. Нью-Хэмпшир — небольшой штат, в кото¬ ром он мог в течение двух лет вести предвыборную кампанию не¬ посредственно среди населения, а Флорида — соседний с Джорд- ! «Уогергейт» — тайная операция похищения документов из штаб-квар¬ тиры Национального комитета Демократической партии США, расположен¬ ного в отеле «Уотергейт»: операция была проведена по указанию тогдашпе- го хозяина Белого дома — Р. Никсона.— Прим. ред. 19
жней южный штат. Две эти первые победы принесли Картеру при¬ знание, в котором он так нуждался. Весной 1976 года предметом обсуждения в кругах элиты стал вопрос: смогут ли Хэмфри или Кеннеди развеять сомнения общественности насчет национально¬ го руководства, или они сами запятнаны скандалами, ошибками й Унижением прошлого? На ранних первичных выборах Картер победил более слабых кандидатов — Юдолла, Джексона, Уоллеса, Шрайвера, Харриса, Шэппа, Бенгтсона, хотя позднее потерпел поражение от Брауна и Черча. Главным вопросом в начале 1976 года было, включатся ли такие политические тяжеловесы, как Хэмфри и Кеннеди, в предвыборную гонку, чтобы отобрать приз у Картера. В конце концов после консультаций с другими высшими лидерами и Хэмфри и Кеннеди решили не выставлять своих кандидатур и по¬ зволить Картеру стать президентом. Джимми Картер соответствует давней традиции «бревенчатой хижины» в американской политической жизни. Подобно президен¬ там Эндрю Джексону, Аврааму Линкольну и многим другим, Кар¬ тер подчеркивал свое неэлитное происхождение. Его юношеские годы, учеба в Аннаполисе, годы службы во флоте, возрождение им семейного арахисового бизнеса, пребывание в законодательном собрании Джорджии в 1962—1967 годах, его две попытки стать губернатором Джорджии (в 1966 году, когда он потерпел пора¬ жение от консерватора Лестера Мэддокса, и в 1970 году, когда он победил либерала Карла Сэндерса) и его губернаторский срок (1971—1975 годы)—все это способствовало становлению реши¬ тельного, но гибкого политика. В 1970 году Картер с гордостью объявил себя «невежественной и фапатичной деревенщиной», для того чтобы победить своего либерального противника, а после изб¬ рания губернатором очаровал негритянских лидеров Джорджии, торжественно повесив в законодательном собрании штата портрет Мартина Лютера Кинга. Он правильно рассчитал, что в 1976 году и элита, и широкие массы населения в Америке будут искать но¬ вое лицо, оригинальный стиль, незапятнанную мораль. Картер привнес в политическую жизнь страны новый имидж — богобоязненного, провинциального арахисового фермера. Но он придерживался испытанных либеральных средств решения про¬ блем общества: социальных программ для бедняков и престаре¬ лых, гражданских прав для черного населения, занятости для без¬ работных, мощной «национальной обороны», федеральной помощи для городов, поддержки крупных профсоюзов и даже реорганиза¬ ции правительства, налоговой «реформы» и сбалансированного бюджета. Хотя Картер был безусловно «карьеристом» в политическом мире, оп не был в действительности тем «аутсайдером», которым представлялся в ходе предвыборной кампании. Картера предста¬ вили политической и экономической элите за несколько лет до того, как он начал свою кампанию за избрание в президенты. 20
Председатель совета директоров корпорации «Кока-кола» (штаб- квартира в Атланте, Джорджия) Дж. Пол Остин был другом Кар¬ тера и оказывал ему поддержку. Пол Остин предложил кандида¬ туру губернатора Джорджии на пост представителя США в меж¬ дународной Трехсторонней комиссии. Трехсторонняя комиссия, ос¬ нованная в 1972 году Дэвидом Рокфеллером при содействии Сове¬ та по международным отношениям и Фонда Рокфеллера, представ¬ ляет собой группу ведущих предпринимателей из транснацио¬ нальных корпораций, правительственных должностных лиц ряда капиталистических стран, которые периодически встречаются для того, чтобы скоординировать экономическую политику США, За¬ падной Европы и Японии. Назначение Картера в комиссию было сделано Рокфеллером и поддержано корпорациями «Кока-кола» и «Локхид», двумя транснациональными компаниями со штаб-квар¬ тирами в Атланте. Исполнительным директором комиссии был профессор Колумбийского университета Збигнев Бжезинский. Со¬ став комиссии — это средоточие власти и престижа: в нее входили президент компании «Кал Тек» Гарольд Браун, Дж. Пол Остин, редактор журнала «Тайм» Хедли Донован, партнер по вашингтон¬ ской юридической фирме Кларка Клиффорда Пол Уорнке, прези¬ дент крупнейшего банка в США — «Бэнк оф Америка» Олден Клаузен, президент профсоюза рабочих автомобильной промыш¬ ленности Леонард Вудкок, президент «Бендикс корпорейшн» Вернер М. Блюментал, известный в кругах Уолл-стрита юрист Сайрус Вэнс и сенатор Уолтер Мондейл. Таким образом, после избрания кандидатом в президенты от демократической партии Картер мог с удобством расположиться в нью-йоркском клубе «21» для избранных в качестве гостя Ген¬ ри Форда III для встречи с элитой промышленного мира страны. Он вполне мог успокоить лидеров деловых кругов насчет того, что его разновидность «популизма» не повредит большому бизнесу. Как сказал Чарлз Кирбо, ближайший советник Картера: «...когда Джимми станет президентом, бизнесменам будет очень хорошо. Джимми хочет создать справедливую налоговую систему. Но он сам бизнесмен и любит делать деньги. А когда он их делает, то предпочитает сохранить их». Таким образом, Картер в качестве «аутсайдера» представил именно то новое лицо, ту улыбку, успокаивающую манеру, кото¬ рые встревоженному истеблишменту были необходимы для вос¬ становления доверия широких масс населения к национальному руководству. Одновременно Картер усилил уже испытанные про¬ граммы и политику: он олицетворял «традиционные американские ценности»: скромное происхождение, упорный труд, успех в дело¬ вой активности и политике, глубокую привязанность к земле, семье и местной общине, исповедовал христианские принципы и мораль. В высших кругах элиты его приветствовали как чело¬ века, который мог восстановить доверие масс к государственным институтам и национальному руководству, причем сделать это, ничего особенно не изменяя.
Назначения Картера отражают его связи с истеблишментом. Из финансируемой Рокфеллером Трехсторонней комиссии он вы¬ брал государственным секретарем Сайруса Вэнса, министром обо¬ роны Гарольда Брауна, министром финансов Майкла Блюмента- ла, помощником по национальной безопасности Збигнева Бжезин- ского. На впервые в истории страны созданный пост министра энергетики назначил Джеймса Р. Шлесинджера, того, кто при Никсоне был министром обороны и директором ЦРУ. Картер на¬ значил членами своего кабинета двух женщин. Чернокожая Пат¬ риция Робертс Харрис была назначена министром жилищного строительства и городского развития. Она была преуспевающим вашингтонским адвокатом и партнером в юридической фирме зятя Эдварда Кеннеди Сарджента Шрайвера, послом США в Люксем¬ бурге при президенте Джонсоне, членом Совета директоров ИБМ, «Чейз Манхэттен бэнк», «Скотт Пейпер компани» и членом Со¬ вета по международным отношениям. Министром торговли была назначена вице-президент Дьюкского университета Хуанита М. Крепе — одна из директоров «Дж. С. Пенни компани», «Вес¬ терн электрик», «Истмен Кодак», «Блу Кросс —Блу Шилд», «Р. Дж. Рейнолдс тобэкко», «Норс Кэролайна стейтс бэнк» и Ныо- йоркской фондовой биржи. Таково «меньшинство», представлен¬ ное в кабинете Картера. Стремительное выдвижение Джимми Картера в ряды нацио¬ нального руководства и радушие, оказанное ему высшими круга¬ ми элиты, представляют собой еще один тактический прием, при¬ меняемый изготовившейся к бою элитой,— замену старых лиц, свя¬ занных с былыми поражениями и унижениями, улыбающимися новыми лицами, обещающими «честность, сострадание и хорошие времена впереди». И действительно, последующая деятельность Картера на посту президента отличалась не столько содержанием, сколько стилем. Картер сосредоточил внимание средств массовой информации и широкой общественности на визитах своей персо¬ ны в небольшие городки, телевизионных передачах с прямыми телефонными звонками президенту и тому подобное, рассчитан¬ ное на то, чтобы «приблизиться к народу». Однако по важнейшим вопросам внешней политики и «обороны», таким, как переговоры об ОСВ, разрядка отношении с СССР, взаимоотношения с Китаем, обеспечение мира на Ближнем Востоке, стратегический ядерный баланс, Картер не добился существенного прогресса. Равным об¬ разом он не смог провести через конгресс и такие внутренние воп¬ росы, как реформа системы социального обеспечения, сокращение налогов, политика в области энергетики, налоговая реформа. При Картере, заключает Т. Дай, имидж преобладал над сущест¬ венными вопросами. Это относится ко многим политическим деяте¬ лям. Это особенно верно в отношении президента, который был избран за свою улыбку, уверенность в себе и высокоморальный тон. 22
Р. Надер ПРАВЯЩИЙ КЛАСС1 В 1983 году в Нью-Йорке вышла книга Р. Браунштейна и Н. Ис¬ тона «Правящий класс Рейгана», введение к которой написал аме¬ риканский публицист Ральф Надер. В этом, в сущности, коллек¬ тивном труде сделана попытка показать, что Соединенными Шта¬ тами правят богачи. Книга содержит 100 биографических очерков о тех, кто, по мнению Надера и его коллег, определяют внутрен¬ нюю и внешнюю политику США. Ниже приводится в изложении содержание этого введения. Большинство президентских инаугураций, состоявшихся в этом веке, представляли собой напыщенные церемонии со свойствен¬ ной «высшему обществу» помпой. А подбор гостей явно не соот¬ ветствовал представлению о кандидате — «человеке из народа», которое он сам пытался создать о себе в ходе предвыборной кам¬ пании. Однако инаугурация Рональда Рейгана ошарашила даже компанию по прокату роскошных лимузинов, потребовавшихся, мультимиллионерам и их женам, которые посещали стоившие бе¬ шеных денег приемы, обеды и танцевальные вечера. Это был какой-то Голливуд, перенесенный на восточное побе¬ режье. Размах торжеств не смогли умерить ни высокий уровень инфляции, ни столь же высокий уровень безработицы. Репортер отдела светской хроники газеты «Вашингтон пост» Д. Рэдклифф писала: «В конце минувшей недели Вашингтон захватила респуб¬ ликанская аристократия. Снова бриллианты, наряды от законода¬ телей мод — женщины в норковых и собольих шубах поверх туа¬ летов от Сен-Лорана, Оскара де Лас-Рентас, Халстона и Билла Бласса». Другой репортер, Э. Буйиллер, метко определила все это как «вакханалию имущих». Не дала перещеголять себя светской ровне и Нэнси Рейган. Она появилась в наряда стоимостью в 25 тысяч долларов, частью которого была новая норковая шуба от Максимилиана, сменившая ее шубу из черной порки, которую модельер впервой леди» Адольфо переделал на палантин. Журнал «Форчун» так обрисовал картину поистине королев¬ ского столпотворения: «Армада из 400 частных самолетов нару¬ шила все движение в аэропорту. Улицы столицы забиты роскош¬ ными лимузинами. Гардеробы переполнены норкой». По мнению многих американцев, такое нарочитое хвастовство говорило не столько о праздничной атмосфере, сколько об образе жизни при¬ шедшей к власти администрации. Инаугурационные церемонии всегда привлекают сверхбогачей, которые хотят и себя показать, и людей посмотреть. Но на этот раз некоторые из них надолго задержались в Вашингтоне. Они вошли в состав правительства президента, который заполучил 1 Из книги: Вгои)т1е1п Л., Еа$1оп N. Кеаяап’з НиНпг С1азз. N8^ Уогк, 1983. 23
власть в результате убедительной победы в коллегии выборщиков, одержанной, в свою очередь, благодаря голосам половины из той половины избирателей, которые не поленились прийти на избира¬ тельные участки 4 ноября 1980 года. Нынешнее правительство совершенно откровенно является правительством богачей. Шесть ведущих его членов, включая президента Рональда Рейгана, вице- президента Джорджа Буша, министра юстиции Уильяма Френча Смита, министра обороны Каспара Уайпбергера и министра фи¬ нансов Дональда Ригана,— мультимиллионеры. Возглавлявший до последнего времени одну из крупнейших в мире маклерских фирм — «Меррил, Линч» Д. Риган в интервью «Нью-Йорк тайме» предположил, что его состояние оценивается в 35 миллионов дол¬ ларов. Но поименованные господа не единственные, кто ощутил на себе прикосновение Мидаса. Примерно четверть из ста высших должностных лиц администрации Рейгана располагает состоянием, которое выражается семью или более цифрами. В 1981 году из пра¬ вительственных финансовых документов стало известно, что ми¬ нистр торговли Малкольм Болдридж имел в 1981 году доходы, сверх своего министерского жалованья, на сумму от 1*,5 до 2,5 мил¬ лиона долларов, а министр транспорта Эндрю Льюис — около мил¬ лиона долларов. Лишь малую часть своего богатства эти люди получили по на¬ следству. Это нувориши, что, вероятно, и объясняет отсутствие у них сдержанного достоинства. «Подавляющее большинство этих людей добились своего положения сами,— заметил глава внешне- пропагандистского ведомства и близкий друг президента Чарлз Уик.— Они осуществили американскую мечту». Уик заявил в ин¬ тервью «Нью-Йорк тайме», что «американцы, испытывающие ныне экономические затруднения, получали удовольствие, наблюдая роскошный образ жизни членов администрации Рейгана, подобно тому, как американцы, страдавшие от экономического кризиса 1922 года, наслаждались лицезрением голливудских звезд в кино». Рональд Рейган лично знал очень немногих из сотни тех, кого он назначил на высшие должпости в своем правительстве. Его люди знали, однако, как найти тех, кто ему был нужен. Интервью с должностными лицами администрации Рейгана обнаруживают их поразительное сходство — сходство позиций, идеологических взглядов и даже образа мышления и изложения мыслей. Трудно было найти среди них что-то своеобразное, исключая нескольких деятелей, занимающих еще более правые позиции, чем сам Рейган. Кампания по набору новых чиновников направлялась «кухон¬ ным кабинетом» — группой тесно связанных между собой богатых друзей Рейгана, которые готовили его ранее к должности губер¬ натора Калифорнии и ныне — президента США. Ядро этого «ку¬ хонного кабинета» включало министра юстиции Уильяма Френча Смита, промышленника и владельца сети аптек Джастина Дарта, лос-анджелесского автомобильного дельца Холмса П. Таттла, вла¬ дельца земельных участков и недвижимости в Калифорнии Уиль¬ 24
яма А. Уилсона, нефтепромышленника Генри Сальватори и пре¬ зидента сталелитейной компании Эрла М. Джоргенсена. В период между выборами и инаугурацией в работе «кухонного кабинета» активно участвовали глава пивоваренной фирмы «Курс Бруинг» Джозеф Курс и издатель Уолтер X. Анненберг. Члены группы встречались регулярно в Калифорнии и Вашингтоне, образуя сво¬ его рода исполнительный консультативный комитет. Его цель — рекомендовать потенциальных кандидатов на ответственные посты в новой администрации. Случайности при этом практически иск¬ лючались. Процедура отбора, как она была описана Г. Сальватори, определялась тремя критериями: «Первое. Является ли кандидат человеком Рейгана? Второе. Республиканец ли он? И третье. Яв¬ ляется ли он консерватором?» В интервью «Нэшнл джорнэл» Саль¬ ватори заявил, что члены комитета в 99 случаях из 100 приходили к согласию при принятии окончательных решений, и почти все их рекомендации принимались Рейганом. С самого начала дея¬ тельности администрации эти проповедники корпоративной поли¬ тической идеологии задали тон в делах. Им предоставили каби¬ неты в бывшей канцелярии президента по соседству с Белым до¬ мом. Таким образом, частная группа давления разместилась в пра¬ вительственных помещениях. Кабинеты пришлось освободить только после того, как нарушение имеющихся на сей счет правил стало слишком очевидным. Параллельно с этим под руководством Дарта и Уика разворачивалась кампания по привлечению средств различных фирм для содействия осуществлению экономической программы Рейгана. Это делалось через группу «Коалиция за но¬ вое начало». Подобное вымогательство, подразумевавшее ответ¬ ную благосклонность нового режима, не понравилось руковод¬ ству некоторых компаний и прекратилось после получения небла¬ гоприятной огласки. Примерно в это же время Холмс Таттл организовывал не об¬ лагавшиеся налогом взносы в размере 10 тысяч долларов и выше от боссов нефтяных компаний и других состоятельных предпри¬ нимателей, которые в сумме составили фонд в 250 тысяч долла¬ ров для финансирования планов Нэнси Рейган по обновлению интерьера Белого дома в Эта кампания началась через месяц пос¬ ле того, как Рейган отменил правительственный контроль пад це¬ пами на нефть, что дало нефтяным магнатам дополнительные мил¬ лиардные прибыли. Бывший специальный прокурор в период «Уотергейта», профессор права Гарвардского университета Арчи¬ бальд Кокс заметил, что подобная мобилизация финансовых средств «демонстрирует удивительную нечувствительность к опас¬ ности смешения денег и политики». Сенатор-демократ от штата Висконсин Уильям Проксмайр назвал эти взносы нефтяных ком¬ паний «одним ИЗ самых вопиющих случаев злоупотребления пре¬ зидентской властью, какие я только могу припомнить за более 20 лет пребывания в конгрессе». Взносы вычитались из облагае¬ мых налогом средств компаний. В связи с этим член палаты пред¬ 25
ставителей, демократ от штата Колорадо Патриция Шредер за¬ беспокоилась: «...если жертвователи-нефтепромышленники при¬ надлежат к категории налогоплательщиков, уплачивающих подо¬ ходный налог в размере 50 процентов от доходов, это может обой¬ тись правительству в 130 тысяч долларов потерянных налоговых сборов». Профессор Кокс как-то сказал: «Белый дом принадлежит всему народу и должен реконструироваться за счет всего народа, а не представителями каких-то отдельных избранных групп». По идее, Кбкс совершенно прав. Но Белый дом принадлежит не все¬ му народу, а лишь тем, кого называют «заслуженными богача¬ ми». Подобная характеристика некоторых других администраций звучала бы просто расхожим обвинением. В отношении админи¬ страции Рейгана это всего лишь констатация факта, постоянно подтверждаемого ее действиями (или бездеятельностью) и полным отсутствием как государственного мышления, так и сочувствия к народу. Трудно уяснить границы или пределы этой идеологии. Прог¬ раммы помощи беднякам, умственно и физически неполноценным гражданам бездушно подвергаются резким сокращениям, которые затрагивают программы медицинского диагностирования и лече¬ ния двух миллионов детей бедняков. Член палаты представителей, демократ от штата Висконсин Дэвид Обей, обычно весьма сдер¬ жанный, назвал бюджет на 1983 год «корыстным, злобным на¬ ступлением на работающую бедноту». Не в пример искусному использованию кандидатом в прези¬ денты Рейганом демагогических символов и лозунгов во время предвыборной кампании Рейган-президент и должностные лица его администрации почти не вспоминают те популярные политиче¬ ские лозунги. В_ю время как рейгановское руководство настой¬ чиво внушало общественности необходимость затягивания поясов, высшие чиновники администрации расходовали громадные суммы на переделку своих кабинетов и не жалели сил, чтобы получить незаконные дополнительные доходы. Количество шикарных ли¬ музинов в парке Белого дома значительно увеличилось. Прези¬ дент не выступил против утверждения в конце 1981 года членами конгресса неприлично больших льгот для самих себя при уплате налогов. Высшие деятели вашингтонской администрации неохотно обща¬ ются с простым народом — с рабочими, рядовыми потребителями и бедствующими престарелыми американцами. Они избегают пря¬ мого контакта с жертвами тех вредных условий труда, которых они, по идее, должны охранять. Из Вашингтона они отлучаются почти всегда только лишь для того, чтобы выступить перед жерт¬ вователями в партийную кассу и собраниями предпринимателей. Трудно представить себе руководителя агентства по охране окру¬ жающей среды, посещающего детей в гетто или пострадавших от свинцового отравления или обследующего кварталы, зараженные ядами отходов. Напрасно ждать, что шеф Управления безопасно¬ 26
сти производства и здравоохранения озаботится положением рабо¬ чих, получивших увечья па рабочих местах или профессиональные заболевания. С запозданием поняв, какое неблагоприятное впечат¬ ление они производят, некоторые руководители ведомств стали на¬ нимать себе в помощь консультантов-специалистов по связям с общественностью. Другим все это попросту безразлично. Они вы¬ ставляют напоказ свою причастность к богачам, вместо того что¬ бы выполнять свой общественный долг. Главный организатор сбо¬ ра средств для республиканской партии Джеймс Уотт отрывается от своих ежедневных трудов на посту министра внутренних дел только для того, чтобы выступить перед избранными аудиториями, которые ищут уловки для сокрытия своих доходов от налогов и стремятся арендовать по дешевке государственные земельные участки. Высшие чиновники посещают клуб для избранных «Игле», созданный Национальным комитетом республиканской партии. Чтобы стать членом клуба, надо внести 10 тысяч долларов в кас¬ су комитета. 20 января 1982 года ежегодный обед клуба в вашинг¬ тонской гостинице «Хилтон» посетил радостный президент Рейган. «Здесь собралась очень внушительная компания,— сказал он.— Когда я вошел, мне показалось, что я попал на киностудию во вре¬ мя съемок фильма». Одна из участниц этого обеда высказала, од¬ нако, другое мнение: «Вообще-то я считаю, что вся эта затея до¬ вольно смехотворна. Страна переживает спад, а мы здесь швы¬ ряем тысячи долларов по случаю первой годовщины инаугурации». Присутствовавшие руководители корпораций вряд ли были со¬ гласны с такой оценкой. Их тысячи долларов — это вложение ка¬ питала в конгресс и Белый дом, обеспечивающее такую норму при¬ были, которая, как показывает практика, всегда оправдывала за¬ траченные усилия и расходы. Политические деятели и в самом деле могли многое предложить на этих торгах — отмену разного рода ограничений, сохранение субсидий и лицензий на монополию производства, снисходительное отношение к судебному преследо¬ ванию корпораций, расширение прибыльных правительственных контрактов и ограждение государства корпораций от критики не посвященной во все эти дела американской общественности. Те, кто управляет совместно с президентом федеральным прави¬ тельством, принадлежат в основном к деловому миру. Они рассмат¬ ривают государство как инструмент, служащий максимальному обогащению частного бизнеса. Они постоянно напоминают о ман¬ дате 1980 года, означающем якобы согласие избирателей на сокра¬ щение дефицитов правительственных программ и одновременное увеличение военного бюджета. Противоречия между этими целями предполагалось решать путем снижения налогов, что должно было привести к стимулированию экономики. А это, в свою очередь, обеспечивало бы поступления в государственный бюджет. Вообще говоря, такой подход представляет собой в чистом виде экономику расширенного предложения. Профессор Мичиганского универси¬ 27
тета Артур Миллер в опубликованной в июне 1981 года статье под заголовком «Какой мандат? Какая перестройка?» подверг критике этот придуманный, по его словам, мандат: «Министр финансов Допальд Риган, защищая трехлетний план администрации по со¬ кращению налогов, провозглашает, что «президента выбрали на этом условии». Вице-президент Джордж Буш возвещает, что про¬ тивники президентских расходов и предложений о сокращениях налогов в конгрессе, «в сущности, мешают исполнению мандата народа». Бюджетный босс Дэвид Стокман добавляет, что сокраще¬ ние расходов на социальные программы было продиктовано ре¬ зультатами выборов. Сенатор от штата Невада Пол Лэксолт вы¬ ступает по социальным вопросам с консервативных позиций, ут¬ верждая, что «эти вопросы были решены во время выборов. Это часть мандата Рейгана». Все эти рассуждения — чепуха. Если чи¬ новники администрации намереваются и дальше ее повторять, то остается сказать им в ответ: эти вопросы не решались во время выборов. Есть масса убедительных доказательств того, что итоги ноябрьских выборов не дали администрации ни одного из тех ман¬ датов, па которые она претендует, равно как пе представляли со¬ бой и в более широком плане «исторической политической пере¬ стройки». Бесконечные ссылки на «ноябрьский мандат» — это попытка администрации (вопреки настроениям общественности, о чем го¬ ворят опросы) подвести базу под свою политику в таких вопросах, как контроль над ценами, налоговые реформы, уменьшение загряз¬ нения окружающей среды, защита потребителей. Смысл мандата раскрывается лозунгом «Сбросьте правительство с вашей шеи». За этим семантическим занавесом в рейгаповской администрации происходили серьезные вещи. Как это всегда было в древней игре в политику, осуществлялось перераспределение власти, однако па этот раз она все быстрее и дальше уходила от потребителей, ря¬ довых налогоплательщиков, получателей пособий по социальным программам и рабочих к крупным корпорациям, особенно к транс¬ национальным. Конечно, эти массовые группы избирателей пе имели сколько-нибудь реальной власти и при предыдущих адми¬ нистрациях. Однако сдвиг в направлении концентрации власти в руках горстки людей, безусловно, стал еще более ярко выражен¬ ным. Богатые действительно становятся богаче и получают боль¬ ше власти, а средний класс и бедняки обнаруживают, что их скуд¬ ные политические и экономические активы сокращаются: среднему классу становится труднее покупать жилье и находить работу, а беднякам — получать вспомоществование на самое необходимое. Сторонники Рейгана утверждали, что в случае одобрения эко¬ номической политики президента всем будет обеспечено процвета¬ ние. Но, по существу, они сделали выбор в пользу требований корпораций. А эти требования в корне расходятся с нуждами на- селештя. По всему спектру — от распределения налоговых поступ¬ лений и структуры налогообложения до усугубления несправед¬ 28
ливости налоговой системы, от раздачи в аренду государственных земель до забвения программ здравоохранения и безопасности на производстве, от резких сокращений сферы социальных услуг до политики, враждебной свободе информации, гражданским правам и гражданским свободам,— администрация Рейгана избрала своим курсом рост влияния корпораций и урезание прав граждан. Пра¬ вительство все больше становится для этих граждан недоступным и неподотчетным. Сторонник Рейгана обозреватель Джордж Уилл высмеивает предположения относительно того, что итоги выборов 1980 года представляли собой какой-то мандат. По его словам, эти выборы «не означали какого-то обращения в национальном масштабе к консервативной идеологии. Они означали желание убрать из Бе¬ лого дома Картера. Рейган победил потому, что он не допустил превращения выборов в референдум по вопросу о консервативной идеологии». Начало деятельности любой администрации изобилует речами, в которых обосновывается закономерность прихода ее к власти. Однако впоследствии практическая деятельность президента ха¬ рактеризует его лучше, чем риторический лоск. Довольно скоро цели деятельности режима республиканцев ясно определились. Этот режим представляет собой прежде всего однородное пра¬ вительство элитарных групп. Он исключает даже представителей профсоюзного руководства, равно как и национальных мень¬ шинств, и тем более бедняков, престарелых, потребителей и сто¬ ронников охраны окружающей среды. Представлявшие их интере¬ сы учреждения и ведомства либо исчезли совсем, либо, по сущест¬ ву, прекратили свою деятельность. Многие законы, призванные охранять их права, все еще, разумеется, остаются в силе. Однако их толкование и проведение в жизнь отражает корпоративный или элитарный образ мышления. Высшие чиновники откровенно пола¬ гают, что богатые просто более талантливы и квалифицированны. Если им не мешать, а помогать, корпорации могут обеспечить эко¬ номический прогресс. Если США дать более грозное оружие, вой¬ ну можно будет предотвратить. Типичной для таких взглядов яв¬ ляется характеристика, которую вашингтонский юрист Фред Дат¬ тон дал воззрениям министра юстиции Уильяма Смита: «Филосо¬ фия Смита состоит в том, что небольшая централизованная группа людей, добившихся успеха в своих областях, должна управлять жизнью всех остальных». Было бы ошибкой полагать, что администрация Рейгана высту¬ пает против активной роли правительства. Вместо того чтобы по¬ литическое правительство обуздывало власть правительства эко¬ номического (или, употребляя выражение Томаса Джефферсона, эксцессы денежных интересов), президент и иже с ним в соот¬ ветствии со своей идеологией находят другое применение мощи го¬ сударства. Разумеется, колоссальное увеличение военного бюдже¬ та, повышение секретности деятельности правительства, сокраще- 29
пие возможностей участия граждан в этой деятельности, освобож¬ дение ФБР и ЦРУ от послеуотергейтских ограничений, ослабление позиций правительства в деле защиты страны от монополистов и мошенников из корпораций, а также вмешательство в частную жизнь неимущих граждан — все это вряд ли можно назвать стрем¬ лением сократить масштабы деятельности правительства. Более того, несмотря на все разговоры об уменьшении налогов и дефи¬ цита правительственных программ, бюджетные дефициты при Рей¬ гане небывало возрастают, в то время как граждане со скромны¬ ми доходами (которые составляют 79 процентов всех налогопла¬ тельщиков), согласно данным совместной комиссии конгресса по налогообложению, платят все больше федеральных налогов. Отказ от активного судебного преследования преступлений корпораций, таких, как установление богатейшей нефтяной компа¬ нией чрезмерных цен для потребителей и недоплата ею же аренд¬ ной платы правительству за разработку недр, не особенно вяжется с риторикой в пользу закона и порядка времен предвыборной кам¬ пании. Лозунг «нового федерализма» предается забвению, когда корпорации изъявляют желание обойти не устраивающие их зако¬ ны штатов. Преимущественная юрисдикция со стороны федераль¬ ных властей в отношении законов штатов, касающихся перевозки и хранения радиоактивных отходов производства и попытки вме¬ шаться в некоторые финансовые прерогативы штатов, а также преодолеть юрисдикцию штатов в вопросах управления береговой зоной,-— все это иллюстрирует то обстоятельство, что, так же как и в области государственного регулирования экономики, идеология рейганизма является, по существу, идеологией последовательной беспринципности. Что действительно происходит, так это ликвидация традицион¬ ной роли правительства по защите жертв укрепившейся власти частного бизнеса. Правительство США освобождает шею власть имущих, которые угнетают власть неимущих. Ядро и опору администрации США составляют крупные про¬ мышленные и торговые корпорации. В ней есть, конечно, и такие, кто вообще хотел бы «растворить» правительство; есть и сторон¬ ники тезиса «морального большинства», которые, напротив, хоте¬ ли бы, чтобы правительство регулировало все, даже самые личпые аспекты человеческого поведения. Хотя и те и другие являются частью коалиции рейгановского руководства, они, как видно, не являются главнейшими в системе действительных приоритетов Рейгана. Если не считать успокоительных заверений должностных лиц Белого дома насчет того, что экономическая и оборонная по¬ литика должна играть главенствующую роль, они вежливо игнори¬ руют оба эти течения. Поскольку общественность возлагает на пра¬ вительство ответственность за безотказное функционирование ча¬ стной экономики, в которой доминирует крупный бизнес, эконо¬ мическая политика наряду с вопросами обороны всегда будет, ра¬ зумеется, играть главную роль. Таким образом, согласно взглядам )0
групп, считающих, что это они избрали Рейгана президентом, фо¬ кус деятельности администрации сужается до четырех целей: — предоставить как можно больше власти богатым, связывая их как можно менее обременительными налоговыми обязательст¬ вами; — увеличить арсеналы оружия; — резко уменьшить регулирующую роль законодательства в применении к миру бизнеса; — передать многие социальные программы в юрисдикцию шта¬ тов при сильном сокращении федерального субсидирования. Для достижения этих целей нужны люди, подход которых к сложным вопросам государственной политики характеризуется иг¬ норированием фактов и нежеланием искать альтернативные сред¬ ства решения проблем. Такие чиновники должны обладать идеоло¬ гической лояльностью и незаинтересованностью собирать инфор¬ мацию о несправедливости и человеческих страданиях. Во многих министерствах, занимающихся, например, вопросами энергетики, окружающей среды и сферой социальных услуг, доступ к инфор¬ мации, которая должна являться основой для сознательного опре¬ деления политики, сильно ограничен. Порой такая информация просто уничтожается. В беседах с должностными лицами мы спрашивали их о чувст¬ ве долга и целях. Одни заявляли, что хотят сделать работу своих ведомств или министерств более эффективной (излюбленным вы¬ ражением при этом было «навести порядок») и менее обремени¬ тельной для бизнеса. Другие не скрывали своего недовольства но¬ вой должностью, желания «поскорее с этим покончить» и вернуть¬ ся к прибыльной частнопредпринимательской карьере или начать таковую. Третьи были в восторге от того, что они находятся теперь на постах, которые еще недавно занимали их соперники. Они счи¬ тали, что теперь настал их час, и собирались использовать его во¬ всю. Во всех лагерях было заметно мало идеализма, там меньше все¬ го думали, как облегчить жизнь людей. Выражение сострадания воспринимается как признак мягкотелости или мягкосердечия, а это здесь просто не в моде. Выступления и показания чиновников Рейгана в конгрессе не производят впечатления закономерности их пребывания на своих постах и человечности их воззрений, то¬ го, что некогда назвали «преобразующим моральным руководст¬ вом». Высшие чиновники обычно не руководят — они находятся у власти. Для многих предметом гордости является умение хоро¬ шо выполнять указания своего начальства. В ведомствах, зани¬ мающихся социальными вопросами и регулированием экономики, такие указания заключаются в том, чтобы либо не делать ничего, либо прекратить или сократить прежнюю деятельность. Значение проблем, которые призваны решать их ведомства, либо преумень¬ шается, либо они вообще отрицаются, либо рассматриваются как дело штатов. 31
Для администрации Рейгана в высшей степени характерно от¬ сутствие заинтересовапности и разностороннего опыта в реализа¬ ции каких-либо программ. Даже в администрации Никсона име¬ лись небезразличные к порученному делу люди. Рейгановская верхушка, обладая одинаковым кругозором и социальным проис¬ хождением, представляется продуктом какого-то гигантского про¬ цесса штамповки. Схожесть этих высших чиновников еще больше изолирует президента и их самих от актуальных нужд и реально¬ стей американского общества. Президент Рейган, подбирая советников, предпочитает иметь дело с давними знакомыми — тесным кружком «кухонного каби¬ нета» и немногими доверенными помощниками. «Нас сплачива¬ ет,— заявил министр юстиции Смит,— дружба с президентом, тра¬ диции, которые мы разделяем, и общие связи, которые мы поддер¬ живаем». Обозреватель «Вашингтон пост» Хейнс Джонсон писал об изо¬ ляции Рейгана: «Он твердо убежден в абсолютной правоте своих взглядов, не обнаруживает даже памека на готовность принять на себя ответственность за те проблемы, которые создала его эконо¬ мическая политика. Он проявляет все признаки искренней уве¬ ренности в конечной правильности своего курса. Президент играет собственную музыку и всегда стоит па своем. Одно из двух: илп он не слышит какофонию несогласия, или не желает этого слы¬ шать». В то время как сторонники Рейгана оправдывают свои дейст¬ вия ссылками на мандат 1980 года, общенациональные опросы обществеппого мнения показывают, что подавляющее большинст¬ во не одобряет их деятельность. Опросы показывают, что американский народ хочет сохранить программы социального обеспечения и профессионально-техниче¬ ской подготовки для бедняков; хочет прекращения мошенничест¬ ва и расточительства. Власть имущие на словах осуждают и мо¬ шенничество, и расточительство. Они отрицают, что сокращают помощь тем, кто действительно в ней нуждается, однако именно это они и делают. В редакционной статье в «Нью-Йорк тайме» в июне 1980 года говорилось: «Каким бы образом ни манипулиро¬ вали цифрами бюджета, очевидно, что расходы на людей, дейст¬ вительно нуждающихся в помощи, сокращаются. Бедные прино¬ сятся в жертву». Эта статья была реакцией на часто повторяюще¬ еся утверждение Рейгана о том, что «не было никаких бюджет¬ ных сокращений», а было лишь ограничение роста расходов. В той же редакционной статье говорилось, что, согласно опросам инсти¬ тута Гэллапа, 65 процентов населения считает, что Рейган не за¬ ботится о бедняках, а 75 процентов — полагает, что он заботится только о богачах. Почти единодушная критика рейганомики со стороны черного населения, пспаноязычного и индейского, а также других нацио¬ нальных меньшинств, видимо, игнорируется Вашингтоном. В по¬ 32
литическом отношении ее считают вполне естественной и не име¬ ющей значения. Когда умеренно настроенная Национальная го¬ родская лига осудила администрацию за «предательство дела за¬ щиты гражданских прав», лишь давление общественности на конг¬ ресс вынудило исполнительную власть отказаться от некоторых из самых крайних мер, подрывающих гражданские права. Реальность и результаты опросов не дают сторонникам Рейгана времени для передышки. Они всегда находят объяснение, с по¬ мощью которого отмахиваются от критики. Общественность, по их мнению, либо «неправильно представляет себе ситуацию», либо критики составляют лишь «самую крикливую часть общественно¬ сти», «не представляют молчаливого большинства» и «не высказы¬ вают ответственных взглядов», илп же общественное мнение по тому или иному вопросу является лишь временной причудой, ко¬ торая скоро пройдет. В высших сферах власти в США есть деятели, которых начи¬ нают тревожить разрушительные последствия разрыва социальных связей между правительством и мепее преуспевающими граждана¬ ми страны. Многие политические обозреватели рассматривают со¬ циальные программы не только как форму перераспределения справедливости, но и как средство умиротворения недовольных. От¬ ражением такой озабоченности могут служить прогнозы о возмож¬ ных беспорядках в американских городах. Рейгановская филосо¬ фия, однако, исходит из того, что обстановка бедности и дискрими¬ нации не имеет никакого отношения к беспорядкам и преступности в гетто или, во всяком случае, не является их причиной. Со¬ кращение расходов на социальные нужды становится поэтому во¬ просом преимущественно бюджетных императивов, хотя проведен¬ ные исследования показывают, что такого рода бездумное пренеб¬ режение грозит обернуться большими социальными издержками. Суть условий, которые можно было бы улучшить при наличии бо¬ лее гибкого и человеческого подхода к ним, сводится к суммам долларов. Этот процесс придает руководству Рейгана какой-то ро¬ ботизированный характер. Применяемую при Этом формулу часто пазывают соотношением затрат и прибылей. Чьих затрат и чьих прибылей? В том виде, как она применяется, речь идет о затратах и прибылях, относящихся к краткосрочным прибылям и политиче¬ скому маневрированию какой-либо отрасли промышленности, рас¬ считанных к тому же по данным самой этой отрасли. Рейганомика в этом смысле означает сохранение установления правительством цен, а также картелизацию. В принципе это, должно быть, пред¬ ставляется отвратительным некоторым деятелям правительства. Но, поскольку эти анафемские для них идеи поддерживаются властью корпораций, они берут верх над свободной рыночной идеологией этих людей. С другой стороны, правила, которые, по всей види¬ мости, могли бы предотвратить человеческие жертвы и экономи¬ ческое расточительство, либо отменяются, либо ставятся под угро¬ зу отмены, либо откладываются до тех пор, пока не случается 2 Дорога в никуда 33
трагедия, опять-таки потому, что власти отвергают здравую поли¬ тику* Задрапированное псевдоаналитическими рассуждениями при¬ менение формулы соотношения затрат и прибылей отменило или ослабило нормы, которые снижали угрозу для здоровья и безопас¬ ности людей. Она отвергает хорошо аргументированные правила, которые сэкономили бы деньги налогоплательщиков и информиро¬ вали бы потребителей о возможных дефектах и недостатках товаров потребления. Приводимые корпорациями расчеты все больше при¬ дают основным человеческим ценностям денежное выражение. Ви¬ це-президент Джордж Буш с гордостью похваляется перед соб¬ раниями промышленников своей ролью в деле уничтожения пра¬ вил, регулирующих проблемы здравоохранения и безопасности на производстве. При этом он не упоминает, сколько жизней унич¬ тожает или калечит его политика. Для Буша вопрос состоит толь¬ ко в игре цифр, в том, сколько таких правил он может ликвиди¬ ровать. В вопросах национальной «обороны» политику и переговоры в области контроля над вооружениями держат в своих руках дея¬ тели, сделавшие свою карьеру на попытках сорвать установление такого контроля. Один из них — Эдвард Рауни. Отставной гене¬ рал, он был назначен главой делегации США на переговорах об ограничении и сокращении стратегических вооружений. Рауни в свое время вышел из состава американской делегации на перего¬ ворах об ОСВ-2, для того чтобы совместно с сенатором Генри Джек¬ соном бороться против ратификации договора об ОСВ-2. В одном из своих выступлений в 1980 году Рауни заявил: «Вы, вероятно, за¬ метили, что в настоящее время я мало говорю о контроле над во¬ оружениями. Это потому, что опыт работы в течение шести с по¬ ловиной лет на переговорах об ОСВ привел меня к заключению, что мы делаем слишком сильный упор на контроль над вооруже¬ ниями и слишком слабый — на производство вооружений». При Рейгане бизнес и правительство внедряют в администра¬ цию каждый свою элиту. Слишком много соблазнов предоставлено высшим правительственным чиновникам, чтобы ожидать от них чего-либо другого, кроме как поисков выгодных мест для себя в частном секторе. Замена им будет, по всей вероятности, подбирать¬ ся из той же социальной прослойки, из которой происходят они сами. К настоящему времени уже несколько дел, связанных с фи¬ нансовыми аферами и злоупотреблением государственными средст¬ вами, закончились публичными скандалами и уходами в отставку. Ветераны вашингтонской политической жизни чувствуют, что су¬ ществует плодородная почва для еще более крупных скандалов. «Нью-Йорк тайме» отметила, что «большое число назначенных Рейганом должностных лиц приходят из тех отраслей экономики, которые они сейчас регулируют». Значительная часть этих чинов¬ ников намеревается верпуться на свою прежнюю работу, но на бо¬ лее ответственные и высокооплачиваемые должности. Некоторые 34
из них едва ли сумеют избежать того, что историк Л. Дженкс оха¬ рактеризовал как «бессовестное смешение правительственных дел с частным бизнесом». т. Дай НОВЫЕ БОГАЧИ: ПОЯВЛЕНИЕ «КОВБОЕВ» «СОЛНЕЧНОГО ПОЯСА»1 Так озаглавлен один из разделив книги Т. Дан «Кто правит Аме¬ рикой? Годы Картера», о которой говорилось ранее. В нем автор утверждает, что в вашингтонской элите налицо две соперничаю¬ щие группировки. Это новые богачи, «ковбои» с Юга и Запада, и традиционные либеральные «янки» с Востока страны. Раскол на две группировки перекрывает межпартийные междоусобицы среди демократов и республиканцев, традиционные трения между конгрессом и президентом, мелочные разногласия между органи¬ зованными группами, представляющими различные интересы. Конфликт между «ковбоями» и «янки» проистекает из разли¬ чий в источниках богатства и новизны статуса элиты для «ков¬ боев». С окончанием второй мировой войны в результате технологи¬ ческого прогресса и структурных изменений в экономике США по¬ явились новые возможности для приобретения крупных состояний и создания новых баз власти. Основными отраслями экономики, в которых возникали такие возможности, были нефтеперерабаты¬ вающая и аэрокосмическая промышленность; производство элект¬ ронно-вычислительной техники, фото- и киноаппаратуры, копиро¬ вальных машин; строительство, особенно в «Солнечном поясе» — от Южной Калифорнии и Аризоны через Техас до Флориды; тор¬ говля, в особенности медицинскими препаратами, со скидкой; соз¬ дание сетей закусочных; дешевое страхование. Большая часть людей, разбогатевших после второй мировой войны, сколотила свои крупные состояния в какой-либо из этих отраслей. Однако личное богатство новых богачей часто может быть не¬ прочным по сравнению с богатством кланов, например Рокфелле¬ ров, Фордов, Дюпонов или Меллонов. Богатство, институционали¬ зированное в гигантских корпорациях, которые образуют основу индустриальной экономики, будет, вероятно, оставаться неизмен¬ ным в течение многих поколений в таких отраслях, как автомо¬ бильная, сталелитейная, нефтяная и химическая, подвергаясь лишь незначительным колебаниям в стоимости. В то же время состояния многих новых богачей приобретены в относительно но¬ 1 Из книги: Оуе ТНотпав Я. Шю’з Кшшшд Атепса? ТЬе Саг1ег Уеагз. Еп$1е\уоо(1 СШГз, 1979. 15
вых или нестабильных отраслях, таких, как нефтеперерабатываю¬ щая и аэрокосмическая промышленность, компьютерная, сфера недвижимости, торговля фармацевтическими товарами, торговля со скидкой и дешевое страхование. Превосходство традиционного богатства Несмотря на появление в США новых богачей, традиционные ис¬ точники богатства и власти американцев с Востока страны про¬ должают господствовать. Наблюдается даже некоторое снижение темпов образования новой элиты. Большая часть семей, владею¬ щих гигантскими корпорациями, создала свои империи в период между гражданской и первой мировой войнами. Промышленная революция подняла новые волны к вершинам структуры нацио¬ нальной элиты. Это был период быстрого промышленного роста, появления новых источников богатства и соответствующих изме¬ нений в структуре элиты. Ныне экономическая структура стаби¬ лизировалась, крупные деловые и правительственные институты контролируют большую часть ресурсов страны, а возможности для приобретения крупных личных состояний являются более огра¬ ниченными. В 1900 году только 39 процентов самых состоятельных людей в США происходили из высших социальных классов, однако в 1950 году 68 процентов таких людей уже унаследовали свои со- стояыия, а в 1970-м — 82 процента. «Ковбои» «Солнечного пояса» против традиционных «янки» Ковбои «Солнечного пояса» — это люди с «новыми деньгами», ко¬ торые разбогатели после второй мировой войны, в период бурного роста и расширения экономики. В отличие от них «янки» — это потомки во втором и третьем поколении крупнейших предприни¬ мательских семей времен промышленной революции (известных всем Рокфеллеров, Фордов, Меллонов, Дюпонов, Кеннеди, Гарри- манов и др.). Другая разновидность «янки» — выходцы из тради¬ ционных корпораций, юридических фирм Уолл-стрита и Вашинг¬ тона, банковских и инвестиционных фирм Востока США, изве¬ стных фондов и университетов. «Ковбои» не обладают такой властью, которая хотя бы в ка- ^ой-то степени могла сравниться с подавляющей гегемонией тра¬ диционных «янки». Восточный истеблишмент сохраняет свое пре¬ 56
восходство. Но, что самое главное, и «ковбои» и «янки» заодно в нризнании первостепенной важности сохранения политической стабильности и экономики, основанной на свободном предприни¬ мательстве. «Ковбои» приобрели богатство и власть в острой конкурент¬ ной борьбе. Их стремление прорваться наверх, индивидуализм, алчность определяют их взгляды на общество. «Янки» в своем аристократическом кругу чувствуют себя в безопасности. «Ковбои» Не располагают старыми, еще со школьной скамьи связями между собой, не особенно обременяют себя топкостями этики поведения. «Янки» часто смотрят на них с презрением, как на неотесанных и беспринципных азартных игроков и спекулян¬ тов, певежд, сомнительных махинаторов и торговцев влиянием. Философия «ковбоев» определяется не их происхождением, а опытом, который они приобрели в процессе подъема наверх. Они склонны рассматривать решение социальных проблем в индиви¬ дуалистских категориях — первоначальную ответственность за решение жизненных проблем они возлагают на самого индивида. «Ковбои» полагают, что добились всего благодаря своей инициа¬ тиве, упорству и ловкости, и советуют другим следовать их при¬ меру. Они не тяготятся чувством вины по поводу бедности части общества или дискриминации, ибо уверены, что ни они сами, ни их предки не несут никакой ответственности за эти явления, и не намерены извиняться за то, что совершили в жизни. «Ковбои» поддерживают ту политическую и экономическую систему, кото¬ рая дала им возможность подняться наверх, и потому патриотизм их очевиден — весьма категоричные высказывания антикоммуни¬ стических настроений, а по большинству внутриполитических вопросов — позиции от умеренных до консервативных. «Ковбои» поднимались в высшие эшелоны власти и при демо¬ кратической администрации, и при республиканской, соответст¬ венно Линдона Б. Джонсона и Ричарда М. Никсона. Сами Джон¬ сон и Никсон были «сделавшими себя людьми» с Юга и Запада. Оба потратили многие годы жизни на то, чтобы убедить восточ¬ ную элиту в своей надежности. Недоверие «янки» к «ковбоям» началось с убийства президен¬ та Джона Ф. Кеннеди в Далласе и множества теорий о заговоре, связывавших это убийство с реакционными нефтяными интере¬ сами Техаса. Президент Джонсон предпринял решительные дей¬ ствия, для того чтобы опровергнуть эти слухи,— назначил состо¬ явшую в основном из восточных либералов комиссию во главе с Уорреном, которая пришла к заключению, что гибель Кеннеди была делом убийцы-одиночки. Самым богатым человеком в Америке, вплоть до своей смерти в 1974 году, был Г. Л. Хант. Образование он закончил в пятом классе, был ковбоем, лесорубом, сельскохозяйственным рабочим. Неясно, как он завладел своей первой нефтяной скважиной, но упорные слухи утверждают, что он выиграл ее в карты в Лейк- 37
Виллидже в Арканзасе. Скважина давала достаточно нефти, что¬ бы обеспечить Ханту необходимый капитал для переезда в Тай¬ лер, штат Техас, и приобрести там нефтяной промысел, который впоследствии оказался одним из самых продуктивных в мире. Не¬ смотря на отсутствие образования, Хант, по словам его знакомых, обладал фотографической памятью на детали контрактов, геог¬ рафических карт, соглашений об аренде нефтеносных участков и статистику производства нефти. Но сам он во многом объяснял свой успех везением. Он нацелил способности и везение на то, что¬ бы сделать «Хант ойл компани» крупнейшей в мире нефтяной компанией, чтобы приобрести тысячи акров пастбищ, лесов и цит¬ русовых плантаций и начать пищевой бизнес с собственной тор¬ говой маркой ГЛХ. Его сын Ламар Хант был одним из организаторов Американ¬ ской футбольной лиги и владельцем команды «Канзас-сити чифс». Когда «Чифс» за первый год выступлений принесла миллион убытка, какой-то репортер спросил Г. Л. Ханта, не беспокоит ли его, что его сын терпит огромный ущерб из-за футбола. «Конечно, беспокоит,— ответил Хант-старший,— если так пойдет и дальше, Ламар через 250 лет разорится». Бедность Ханта в молодости, отсутствие образования и труд¬ ности не воспитали в нем, однако, большого уважения к либера¬ лам и благотворительности. Хант был убежденным приверженцем системы свободного предпринимательства, противником государ¬ ственного регулирования и ярым антикоммунистом. Он использо¬ вал свои деньги в поддержку принятия 22-й поправки к конститу¬ ции, запретившей президентам избираться более чем на два сро¬ ка. Именно он финансировал неудачную предвыборную президент¬ скую кампанию генерала Дугласа Макартура в 1952 году. Эйзен¬ хауэра Хант считал либералом, потворствующим коммунизму, и называл его «самым опасным президентом из всех, что у нас были». Хант финансировал «Фэктс форум» — «просветительскую» организацию, пропагандировавшую его политическую философию в книгах, брошюрах и передачах собственной радиостанции «Лайф лайн». После смерти Ханта его сыновья перессорились из-за на¬ следства и множества предприятий. Империя Ханта была разде¬ лена, но Ханты остаются ведущим семейством в бизнесе. Возможно, еще более показательной для разудалых манер «ковбоев» «Солнечного пояса» является строительная команда отца и сына, возглавляющая корпорацию «Бечтел». Стивен Д. Беч¬ тел и его сын Стивен Д. Бечтел-младший управляют целиком конт¬ ролируемой их семьей колоссальной строительной корпорацией. Бечтел-старший никогда не учился в университете, но приобрел инженерные знания на строительстве плотины Гувера. Он заду¬ мал и возглавил строительство скоростной транзитной магистрали в районе залива Сан-Франциско, а вместе с сыном — строительст¬ во метрополитена в Вашингтоне общей протяженностью линий 98 миль. 38
Одновременно Бечтел строит целый промышленный город Джубайл в Саудовской Аравии, создает медную промышленность, включая рудники, железные дороги и плавильные заводы в Индо¬ незии, а также крупную гидроэнергетическую систему в канад¬ ской провинции Онтарио. «Бечтел корпорейшн» — сугубо частное семейное владение и потому отказывается информировать Комис¬ сию по ценпым бумагам и прочих любопытствующих об истинных размерах своего капитала. Однако руководство для своих много¬ численных предприятий Бечтелы находят вне своей семьи — пре¬ зидентом «Бечтел корпорейшн» был Джордж Шульц, а вице-прези¬ дентом — Каспар Уайнбергер «Ковбои», «янки» и «Уотергейт» В «уотергейтском скандале» и последовавшей за ним кампании за предание президента Никсона импичменту2 тоже сыграл свою роль конфликт между «ковбоями» и «янки». В самом начале скан¬ дала восточные либералы были готовы довольствоваться лишь публичным осуждением президента — мало кто в открытую гово¬ рил об импичменте. Президент назначил «янки» Эллиота Ричард¬ сона (юридическая школа Гарварда, помощник члена Верховного суда Феликса Франкфуртера, известная юридическая фирма в Бо¬ стоне, правительственные посты министра здравоохранения, обра¬ зования и социального обеспечения и министра обороны) минист¬ ром юстиции вместо Ричарда Кляйндинста (адвокат из Аризоны, бывший помощник сенатора Барри Голдуотера). Ричардсон назна¬ чил на должность специального прокурора для ведения расследо¬ вания «Уотергейта» «янки» Арчибальда Кокса (профессор Гар¬ вардского университета, генеральный прокурор США при Кенне¬ ди и Джонсоне). Однако, когда Никсон уволил Кокса за исполь¬ зование магнитофонных записей бесед президента в ходе расследо¬ вания «Уотергейта», а Ричардсон после этого подал в отставку, восточный истеблишмент ополчился против президента. Восточные либералы из обеих партий обвиняли президента Никсона в том, что он окружил себя махинаторами с юга и запада «Солнечного пояса», чьи беспринципность и аморальность создали питательную среду для «Уотергейта». Либералы ополчились на президента за его дружбу с Джоном Коннэлли, Чарлзом Ребосо (основатель «Ки-Бискейн бэнк») и Ральфом Аббпланалпом (совладелец собственности Никсона в Ки-Бискейн и Сан-Кле¬ менте). Либералы осуждали негативное влияние многих сотруд- 1 В администрации Рейгана Джордж П. Шульц — государственный сек¬ ретарь, Каспар Уайнбергер — министр обороны.— Прим. ред. * Импичмент — в ряде капиталистических стран (США, Англия и др.) — процедура привлечения к суду парламента высших должностных лиц госу¬ дарства.— Прим. ред. 39
ников аппарата Белого дома, карьеры которых были связаны с южными или западными интересами. Все эти обвинения, разумеется, игнорируют то обстоятельство, что бывший министр юстиции Джон Митчелл, который в качестве председателя комитета за переизбрание президента нес прямую ответственность за применявшиеся в ходе предвыборной кампа¬ нии методы, располагает безупречными, с точки зрения восточ¬ ного истеблишмента, биографическими данными: старший парт¬ нер в известной на Уолл-стрите юридической фирме «Мадж, Роуз, Гатри, Александр энд Митчелл», специалист по инвестированию средств в необлагаемые налогом муниципальные облигации (из¬ любленная уловка для неуплаты налогов истеблишментом). Дж. Картер ПОЛИТИЧЕСКИЙ ШАНТАЖ И КРУПНЫЕ ВЗНОСЫ1 Джеймс Эрл Картер, президент США в 1977—1981 годах, выпу¬ стил в 1982 году мемуары. И хотя оп всячески пытается в них обелить себя и действия своего кабинета, экс-президент вынуж¬ ден часто делать любопытные признания. Особенно интересны то места в мемуарах, в которых их автор рассказывает о том, как монополии оказывают давление на законодательные и исполни¬ тельные органы США с помощью лоббистов. На собственном опыте, жалуется Картер, я убедился, что при обсуждении сложных или спорных вопросов совершенно отсутст¬ вует какая-либо партийная лояльность и дисциплина. Каждого за¬ конодателя надо обхаживать и завоевывать по отдельности! Уси¬ лилось влияние лобби, представляющих свои особые интересы, на законодательный процесс, что весьма опасно. Возросло значение вознаграждений и наказаний, исходящих от лоббистов2. Распола¬ гая огромными средствами и будучи свободными от государствен¬ ного регулирования, некоторые лоббистские группы могут пригро¬ зить начать или на самом деле развязать против несогласных с ними законодателей почти неограниченную кампанию по теле¬ видению или почте. В то же время они могут законным образом вознаграждать тех, кто идет им навстречу. Лоббистские группы представляют собой растущую угрозу нашей демократической си¬ стеме правления. Ведущую роль в этом процессе играют военные концерны, дей¬ ствующие заодно со своими естественными союзниками в Пента¬ 1 Из книги: Кеерш& РаНЬ. Мспнигз о! РгезЫеп1 Лтту Саг1ег. Уогк, 1982. 2 Лоббисты, лобби — в США — агенты капиталистических монополий, добивающиеся принятия или провала в конгрессе тех или иных законо¬ проектов путем оказания влияния на конгрессменов.— Прим. ред. 40
гоне. В результате этого, бесспорно, самой расточительной стать¬ ей расходов американского правительства является закупка не¬ нужного военного оборудования. Наглядным примером трудностей, заключающихся в конкурен¬ ции с могущественными лоббистами, а также с силами в самом Пентагоне, является вопрос о бомбардировщике «В-1». Здесь Кар¬ тер делает попытку объяснить свое решение приостановить рабо¬ ты по разработке бомбардировщика «В-1», выдававшееся амери¬ канской пропагандой за свидетельство якобы «миролюбивой» по¬ литики США. На самом деле Белый дом отдал в то время пред¬ почтение крылатым ракетам, которые можно было создать и раз¬ вернуть гораздо быстрее. В 1985 году, при Рейгане, производство бомбардировщика «В-1» было поставлено на поток. Пентагон на¬ меревается создать флот из 100 таких самолетов. Строить или не строить армаду этих самолетов, пишет Картер, представляло со¬ бой очень важную и спорную проблему, потребовавшую бы не только колоссальных бюджетных ассигнований, но и затрагивав¬ шую оборону нашей страны. Мне в соответствии с законом приш¬ лось ею заниматься. В течение ряда лет этот бомбардировщик был предметом ожив¬ ленных дискуссий. Следует ли нам связывать себя программой строительства и развертывания еще одного пилотируемого бом¬ бардировщика? Вскоре я понял, почему конгресс и предыдущие президенты не могли принять окончательного и обязывающего ре¬ шения на этот счет. > Я хорошо знал, что лобби по проталкиванию бомбардировщи¬ ка «В-1» является одним из самых мощных, создававшихся когда- либо в военно-промышленном комплексе. Четыре образца «В-1» уже были построены, и на конгресс оказывалось громадное дав¬ ление с целью заставить его разрешить строительство целого фло¬ та этих самолетов. Члены конгресса в 1976 году, году выборов, в конце концов пришли к выводу, что решение примет следующий президент. Они зарезервировали за собой право отвергнуть реше¬ ние пового президента. Не будучи хорошо знаком с этим вопросом к моменту вступ¬ ления в должность, я решил перед принятием окончательного ре¬ шения тщательно рассмотреть все обстоятельства. Идея програм¬ мы строительства «В-1» уже пустила глубокие корни, и я почув¬ ствовал это на себе еще во время предвыборной кампапии в 1976 году. Когда я вел свою кампанию вблизи одного из потен¬ циальных сборочных заводов для «В-1», или выступал на приеме, где собирались средства на избирательную кампанию, или бесе¬ довал с губернатором или другим должностным лицом, мпе всегда папомипали о важности рабочих мест, связанных со строительст¬ вом «В-1». В то время занятость на производстве была значитель¬ ной проблемой, и сторонники строительства этого бомбардировщи¬ ка активно излагали свои доводы тем кандидатам, которые имели шапс па избрание. Я, однако, зпал, что для создания каждого ра¬ 41
бочего места по программе строительства «В-1» требовалось более миллиона долларов налогоплательщиков и 100 миллионов долла¬ ров для производства одного бомбардировщика, по оценкам Пен¬ тагона, которые почти наверняка возросли бы в несколько раз пос¬ ле утверждения этой программы. На протяжении всей кампании я сопротивлялся оказывавшемуся на меня давлению с целью за¬ ставить меня принять на себя определенные обязательства на столь раннем этапе. Однако мне было нелегко. Даже после обсуждения этого вопроса весной 1977 года с ми¬ нистром обороны и в комитете начальников штабов нам было труд¬ но его решить не из-за сложности самого этого дела, а из-за необ¬ ходимости преодолеть сопротивление сторонников строительства «В-1» после принятия моего решения. Если бы я обладал абсо¬ лютной властью, ответ был бы прост: не надо строить бомбарди¬ ровщик, так как это будет колоссальным расточительством. Проб¬ лема для меня, однако, заключалась в том, что мне предстояло выиграть в этой дискуссии не только в Овальном кабинете, но и перед общественностью — косвенно перед американским народом, а непосредственно — у большинства в конгрессе. Изучая различ¬ ные аргументы, я много беседовал с ведущими членами конгресса и представителями средств массовой информации, пытаясь дове¬ сти убедительные факты до сознания общественности. Сложность вопроса о бомбардировщике заключалась не только в давлении лоббистов или в бюджетных расходах. С ним были свя¬ заны основополагающие стратегические соображения, определяю¬ щие будущий характер системы «обороны» нашей страны. Следо¬ вало ли вкладывать миллиарды долларов в строительство пило¬ тируемого бомбардировщика дальнего радиуса действия, одной из главных задач которого было бы поражепие средствами ближне¬ го действия целей на территории Советского Союза? Такая задача сама по себе уже представлялась сомнительной для пилотируемо¬ го бомбардировщика, а несколькими годами позже, когда эти са¬ молеты были бы развернуты, она, по всей вероятности, стала бы просто самоубийственной. Мы знали, что Советский Союз облада¬ ет мощной противовоздушной обороной, эффективность которой быстро совершенствовалась. Учитывая систему космического наб¬ людения со спутников, совершенствующиеся воздушные и назем¬ ные радарные системы и ракеты самонаведения, пилотируемые бомбардировщики «В-1» или «В-52» были бы в высшей степени уязвимы пад территорией противника. Кроме того, ни один летчик на «В-1» не мог бы сделать лучше того, что сделали бы электрон¬ ные системы управления, заранее запрограммированные на чрез¬ вычайную точность попадания в цель с помощью современной тех¬ нологии наведения самолетов и ракет. Была ли у нас более подходящая альтернатива? Да, была. Име¬ лось два фактора, которые, по существу, помогли подтвердить пра¬ вильность нашего решения и предоставили в наше распоряжение наиболее убедительные аргументы. Один из них был хорошо из¬ 42
вестей широкой общественности; второй оставался нашей наибо¬ лее тщательно охраняемой военной тайной. Новым оружием нападения в воздушных средствах доставки на¬ шей ядерной «триады» могли с большим успехом, чем «В-1», стать крылатые ракеты. Наряду с межконтинентальными баллистиче¬ скими ракетами, запускаемыми с подводных лодок, нам было не¬ обходимо сохранить способность осуществить нападение с возду¬ ха на втором этапе любого обмена ядерными ударами. Производ¬ ство сотни относительно недорогих и высокоточных крылатых ра¬ кет стоило бы столько же, сколько строительство одного «В-1», и эти ракеты уже проходили успешно летные испытания. Их мож¬ но было запускать вдали от цели с земли, кораблей, подводных ло¬ док или же с самолета. Рой таких крылатых ракет после их запу¬ ска можно было бы перехватить практически только вблизи их многочисленных целей. Эти факты были хорошо известны лицам, ответственным за нашу «оборону». Другая новинка, известная очень немногим, была еще более важной: в случае успешной ее разработки она могла бы револю¬ ционизировать войну в воздухе. Почти во всех системах противо¬ воздушной обороны обнаружение летающих целей, будь то само¬ леты или ракеты, основывается на применении радаров. По обна¬ ружении летающего средства оно может быть уничтожено какой- либо системой ближнего действия с помощью различных средств наведения. В большинстве случаев ключевым элементом является радар. Наше секретное оружие сделало бы самолет или крылатую ракету почти совершенно невидимой для радара, а потому прак¬ тически неуязвимой для современных систем обнаружения и уни¬ чтожения. Это было бы технологическим новшеством величайшего значения. Каждый раз, когда мы обсуждали эту программу, в Овальном кабинете оставались лишь те, кому действительно требовалось при¬ нимать участие в этом обсуждении, и помещение проверялось спе¬ циальными устройствами, чтобы устранить всякую возможпость электронного подслушивания. Во время этих тщательно засекреченных обсуждений мы назы¬ вали эту программу системой «Стелт». Когда я принял решение не начинать производство «В-1», мы еще не знали, будут ли ис¬ пытания системы «Стелт» успешными, но вскоре наши надежды оправдались. Результаты испытаний все больше обнадеживали, особенно на небольших крылатых ракетах, на которых первона¬ чально устанавливалась эта система. Ввиду необходимости соблюдения строжайшей секретности на этом этапе испытаний мы не могли использовать информацию о системе «Стелт» в наших дебатах со сторонниками производства бомбардировщика «В-1». Других аргументов должно было быть— и оказалось — достаточно. Логика в конце концов возобладала, и было принято правильное решение — «В-1» не строить. Я нисколь¬ ко не сомневаюсь, что это было именно правильное решение, и 43
оно было поддержано министром обороны, ведущими военными лидерами и большинством конгресса. Однако гигантский лоббистский спрут в защиту «В-1» все еще был жив и шевелился. Он продолжал бороться и после того, как я покинул Белый дом. «Оборона» была не единственной областью, в которой я столк¬ нулся с сильными лобби. Многие сложные проблемы, которые мне пришлось решать, затрагивали интересы могущественных сил. Мне часто удавалось преодолеть их противодействие, но по некоторым важным вопросам я не мог добиться одобрения моих предложе¬ ний конгрессом. Я имею в виду неудачу с тремя предложениями: по реформам социального обеспечения, налогообложению и по на¬ циональной программе здравоохранения. Я обнаружил, что любое предложение, касающееся налогов, включая наш пакет реформ социального обеспечения и налогооб¬ ложения, привлекает к Капитолию стаю сильных и злобных вол¬ ков, твердо намеренпых получить для себя дополнительные блага за счет других американцев. Во всех случаях, когда рассматри¬ вались какие-либо налоговые меры, мы считали, что нам повезло, если мы выбирались из конгресса с неповрежденной, так сказать, шкурой. Каждый год конгресс испытывает искушение принять та¬ кое налоговое законодательство, которое представляло бы собой повогоднюю елку с кучей игрушек и украшений для интересов осо¬ бых групп. В этой хитроумной игре количество голосов, которые могут по¬ лучить инициаторы налогового законопроекта, почти строго прямо пропорционально числу всякого рода лазеек, добавляемых к про¬ екту. Группа сомневающихся конгрессменов может сказать: «Не очепь-то нам нравится этот законопроект. Он не предусматривает помощь для горняков (лесорубов, строителей, сталелитейной про¬ мышленности, пасечников, нефтяников, мелких предпринимате¬ лей), а у меня их в округе много». Инициаторы проекта все при¬ нимают, список его сторонников увеличивается еще на несколько имен, а к законопроекту добавляется еще один маленький раздел. Единственным препятствием такому законодательному процессу служат честность некоторых принципиальных и ответственных членов конгресса (которые быстро могут оказаться там в мень¬ шинстве) и угроза президентского вето, которое может привлечь внимание общественности к какому-либо расточительному законо¬ проекту. Налоговые вопросы были чрезвычайно сложпыми, и их было трудно объяснить общественности. Занимаясь одновременно мно¬ гими другими важными делами, мы так и не смогли сосредоточить¬ ся на налогах в достаточной степени, для того чтобы осуществить серьезную реформу. Мы внесли в конгресс предложения, которые существенно улучшили бы законодательство о подоходном налоге и сделали бы его более справедливым. Однако все, чего мы смогли добиться за мое президентство,— это удержаться на старых пози- 44
днях и не допустить лавины налоговых льгот, которая постоянно угрожала обрушиться и погрести под собой, даже с дополнитель¬ ными лазейками, какую бы то ни было возможность составления разумного бюджета. В конце концов мы сочли, что нам повезло, если какая-либо крупная расточительная налоговая программа не сумела преодо¬ леть моего вето. (Сразу же после того, как я покинул Белый дом, особо заинтересованным группам удалось провести через конгресс предложения гораздо хуже тех, которые рассматривались в мою бытность президентом.) По вопросу о страховании системы здравоохранения наша не¬ удача объяснялась также деятельностью лоббистов и политической борьбой внутри демократической партии. Хотя американские вра¬ чи по своему мастерству являются одними из лучших в мире, си¬ стема здравоохранения в нашей стране ужасна. Она крайне не¬ справедлива по отношению к беднякам, особенно к работающей бедноте, и для нее характерно барышничество многих больниц и докторов, наживающихся на больных. Буфером между дороговиз¬ ной медицинского обслуживания и способностью пациентов опла¬ чивать его служат страховые компании, которые получают доста¬ точно большие страховые взносы, для того чтобы финансировать такую систему и при этом извлекать для себя значительные при¬ были. Стоимость медицинского обслуживания финансируется наро¬ дом посредством уплаты повышенных налогов на государствен¬ ные программы медицинской помощи «Медикэр» и «Медикейд», а также с помощью удорожания счетов за лечение и увеличения страховых взносов на частное лечение. Обычные конкурентные ог¬ раничения на излишнюю стоимость медицины практически воз¬ действия не оказывают. Не многие американцы сознают, во сколько обходится каждый год такая неэффективность. Исследование этого вопроса в 1978 го¬ ду показало, что стоимость медицинского обслуживания в расчете па душу населения составляла почти тысячу долларов в год, и каждые шесть лет эта стоимость удваивается. В некоторых отрас¬ лях промышленности, где заняты квалифицированные рабочие, медицинское обслуживание каждого работника обходится в 3 ты¬ сячи долларов в год, что еще больше* стимулирует инфляцию. Будучи президентом, я пытался провести предложения об ог¬ раничении стоимости больничного обслуживания, с тем чтобы обеспечить необходимое лечение по доступным цепам. В некото¬ рых штатах такая система уже действовала, и весьма успешно. По добиться этого мне так и не удалось. Началась кампания по выборам в конгресс. Во время послед¬ него, решающего обсуждения предложений конгресс оказался за¬ вален взносами от медицинского лобби. По данным министра здравоохранения, образования и социального обеспечения Кали- фано, только Американская медицинская ассоциация (хотя ее и 41
не затрагивали непосредственно предложения об ограничении стоимости больничного обслуживания) в среднем внесла по 8 ты¬ сяч долларов для каждого из 202 членов палаты представителей, проголосовавших против этого законопроекта. Из 50 членов, ко¬ торые приняли суммы, более чем вдвое превышавшие этот средний взнос, 48 проголосовали так, как этого хотело лобби. Они побе¬ дили, а американский народ проиграл. Сейчас я яснее вижу проблемы, которые мы создавали для за¬ конодателей. В законопроектах, одобренных конгрессом, трудно было найти что-то такое, чем можно было похвастаться перед из¬ бирателями. Лидер меньшинства в сенате Говард Бейкер однаж¬ ды в беседе со мной воскликнул: «Господин президент, если я и дальше буду голосовать по справедливости, я проиграю на следу¬ ющих выборах!» В общем надо признать, что, когда на карту ставились инте¬ ресы влиятельных лоббистов, большинство членов конгресса ча¬ сто уступали давлению политических угроз в сочетании с соблаз¬ ном крупных взносов да предвыборные кампании. Эти жалобы на могущество лоббистов Картер завершает выво¬ дом: необходимы реформы. Мы как нация будем до тех пор стра¬ дать, пока злоупотребления не станут настолько возмутительны¬ ми, что игнорировать их будет уже нельзя. Р. Роэенбаум ВОЗДЫХАНИЕ О ПРЕХОДЯЩЕМ1 Рон Розенбаум, обозреватель американского журнала «Эск¬ вайр», прославился серией разоблачительных статей о том, как формируется правящая элита США. Из приводимого ниже крат¬ кого изложения содержания опубликованных материалов явству¬ ет, как обеспечивается преемственность поколений реакционных кругов американского общества. Вглядитесь в эту громоздкую «гробницу». Неудивительно, что ее так и называют — «гробница». Это цитадель «Черепа и костей», самого могущественного тайного общества из всех, что составляют структуру тайных обществ Йельского университета. В течение почти полутора столетий «Череп и кости» было самым влиятель¬ ным американским тайным обществом, и сейчас оно — одно из последних, еще сохранившихся. В век, когда, кажется, все, на что могло быть наброшено по¬ крывало тайны, уже давно стало достоянием широкой гласности, мощные стены «гробницы» все еще оберегают последние из со¬ храняющихся в США секреты. Можно поинтересоваться у Аверелла Гарримана, действитель¬ 1 Опубликовано в «Езчшге», 1977, 8ер1етЬег, 46
но ли в подвальном помещении «гробницы» стоит саркофаг и правда ли, что он сам или Генри Стимсон, или юный Генри Люс 1 возлежали в этом гробу в чем мать родила, исповедуясь в своих юношеских сексуальных похождениях 14 «братьям» по об¬ ществу. Можно спросить верховного судью Поттера Стюарта, не случалось ли ему в 1937 году натягивать на себя разрисованный под скелет костюм и в обтянутой красным бархатом комнате вго¬ нять в дрожь жуткими завываниями приведенного туда неофи¬ та2. Можно спросить Макджорджа Банди3, не пришлось ли ему во время посвящения в «братья» барахтаться голышом в куче грязи и отличалась ли эта грязь от той, которой он с таким удо¬ вольствием вымазался позднее. Можно спросить Билла Банди или Билла Бакли (оба пошли служить в ЦРУ), а также Джорджа Буша (руководил ЦРУ), не находят ли они, что опыт, приобретен¬ ный в обществе, оказался чрезвычайно полезным в овладении ими новой таинственной профессией — недаром ведь жаргонное сло¬ вечко йельских студентов «спук», означающее члена тайного об¬ щества, на жаргоне ЦРУ — «шпион». Вы можете спросить Дж. Ри¬ чардсона Дилуорта, «брата», который сейчас управляет состоя¬ нием Рокфеллеров, какими именно средствами располагает обще¬ ство и верно ли, что каждый посвященный получает в подарок без каких-либо предварительных условий 15 тысяч долларов, а также пожизненную гарантию своего финансового благополучия. Вы можете спросить... Но, похоже, что вы уже поняли, к чему ведет автор. «Звезды» восточного истеблишмента — в старейших инвестиционных банках («Браун бразерс, Гарриман» осуществ¬ ляет выплату подоходного налога с тайного общества), в чистей¬ шей «голубой крови» юридических конторах («Симеон, Трэчер энд Барлет», например) и особенно в высших внешнеполитических сферах, то есть люди, которые в основном определяли формиро¬ вание американского национального характера, с тех пор как Америка перестала быть подростком,— в своем собственном под¬ ростковом возрасте формировались в стенах этой «гробницы». «Брат» Генри Стимсон, военный министр в правительстве Ф. Д. Рузвельта и, следовательно, человек, приближенный к свя¬ тая святых американского правящего класса, утверждал, что опыт, полученный им в «гробнице», был самым впечатляющим его жизненным опытом. Но у них самих вы не вытянете об этом ни слова. Они дали клятву молчать о том, что происходит в стенах «гробницы», и просто поразительно, до какой степени они стремятся избегнуть чужого любопытства. Достаточно было только произнести слова 1 Г. Стимсон — государственный секретарь в годы президентства Г. Гу¬ вера, военный министр в кабинете Ф. Рузвельта в 1940—1946 гг.; Г. Люс — владелец крупного американского издательского концерна.— Прим. ред. 2 Неофит — новичок, новообращенный.— Прим. ред. 3 М. Банди — помощник президента по национальной безопасности в годы правления Дж. Кеннеди и Л. Джонсона,— Прим. ред. 47
«Череп и кости» в присутствии достойнейшего «костяшпика» Блэкфорда Кейкса — героя шпионского романа Билла Бакли «Спасение королевы»,— чтобы он тотчас же «покинул помеще¬ ние, как этого и требует традиция». Мой собственный интерес к таинственным событиям, происходившим в «гробнице», впервые возник, как мне кажется, под влиянием некой таинственной сце¬ ны, которую мне пришлось наблюдать на ее погруженных в тем¬ ноту ступенях одной из апрельских ночей И лет назад. В то время я был второкурсником Йельского университета и жил в «Джонатане Эдвардсе» — жилом колледже (в присущей универ¬ ситету англофильской манере там так назывались студенческие общежития), расположенном рядом с «гробницей» «Черепа и ко¬ стей». Среди легенд, бытовавших в «Джонатане Эдвардсе», име¬ лась и та, в которой утверждалось: если в апреле, после «ночи посвящения», забраться на башню Уэйр холла, странной архи¬ тектуры замка, с которой просматривается двор «гробницы», то можно услышать страшные крики боли и стенания, доносящиеся из ее чрева, в глубине которого 15 только что «отмеченных» нео¬ фитов подвергались, как говорили, наводящим ужас испытаниям. Возвращаясь поздно вечером домой, я всегда предпочитал лучше перейти на другую сторону улицы, чем продолжать путь по тро¬ туару, тянувшемуся вдоль фасада «гробницы». Но даже на таком безопасном расстоянии что-то в ее облике заставляло меня по¬ крываться мурашками. Однако в ту апрельскую ночь я был не один. Мы с сокурсни¬ ком возвращались в два часа ночи с затянувшейся пирушки. В то время я почти ничего не знал о тайнах «гробницы» «Черепа и костей» или об огромных без единого окошка «гробницах» дру¬ гих тайных обществ, возвышавшихся в своем мрачном величии над некоторыми главными кварталами университетского городка. Они не имели ничего общего с обычными зданиями студенческих союзов. Никто не жил в этих гробницах. Зато вечером, каждый четверг и субботу, самые блестящие студенты университета и 15 старших «братьев» из «Черепа и костей» и по стольку же из «Свитка и ключа», «Книги и змеи», «Волчьей головы»., «Берце¬ лиуса» и др.— всего семи тайных обществ — исчезали за дверями своих «гробниц» на долгие часы. Рассказывают, что тайное об¬ щество «Череп и кости» отличалось наибольшей приверженностью к ритуалам и таинственности. Даже саму дверь его «гробницы» — массивную, железную, с тремя висячими замками — никогда не позволялось открывать в присутствии постороннего. Все это разом всплыло в моей еще легко поддающейся впе¬ чатлениям памяти в то время, как мы с Майком поравнялись с каменными пилонами, охраняющими вход в «гробницу». И вдруг оба застыли при виде странного предмета, лежавшего на ее сту¬ пенях. Под самой дверью лежало что-то белое, похожее на огром¬ ную бедренную кость. Я не двигался. Но Майк оказался более решительным: он поднялся по ступеням и поднял кость. Мне хо¬ де
телось как можно скорее убраться восвояси, я был уверен, что за нами наблюдают из какого-нибудь скрытого окна. Майк никак не мог сообразить, что ему делать с костью. Он подошел к двери и принялся рассматривать висевшие на ней замки. Неожиданно раздался резкий звук отодвигаемого запора, тяжелая дверь при¬ открылась и что-то протянулось к Майку из открывшейся за ней темноты. С застывшим в горле криком, потрясенный, он отступил назад, но все же слишком поздно, чтобы помешать чему-то или кому-то скрывавшемуся за дверью вырвать кость. Дверь захлоп¬ нулась с тяжелым металлическим стуком, который не переставал звучать в наших ушах все время, пока мы мчались прочь от «гробницы». Вспоминая впоследствии, уже в спокойной обстановке, сту¬ денческие годы, я начал видеть в этом похожем на сон и почти средневековом эпизоде как бы символическое выражение того странного ощущения, которое преследовало меня в университете: передо мной временами слегка приоткрывалась завеса, скрывав¬ шая таинственные события, происходившие в глубине храмов привилегированных, но это только подчеркивало, насколько без* надежно я сам остаюсь отстраненным от участия в происходящих там таинствах. Я всегда чувствовал себя чужаком в отношении того, ради чего, собственно, и был основан Йельский университет, на который с первых дней его существования была возложена миссия обращения ленивых и разболтанных отпрысков правяще¬ го класса в идеологически надежных лидеров истеблишмента. И нередко такое обращение осуществлялось именно в «гроб¬ ницах». Ноябрь 1976 года. Бдительность Ночь. Майк и я снова стоим перед «гробницей». Но на этот раз мы подготовлены: за нашими плечами девять лет опыта в «боль¬ шом мире», нас сопровождают две весьма скептически настроен¬ ные приятельницы и только что мы разделались с обильным ужи¬ ном в «Мори». И все же меня охватило то самое странное, холо¬ дящее кровь ощущение. Стараемся восстановить памятную сцену. Я становлюсь перед каменными пилонами, а Майк поднимается по ступеням к двери, чтобы, принимая во внимание его рост, мы могли судить о ее высоте. И тут заметили, что за нами наблюда¬ ют. У тротуара в нескольких ярдах от нас остановился небольшой красный автомобиль какой-то иностранной марки. Его водитель, не выключая мотора, некоторое время присматривался к нам, по¬ том вышел из машины и продолжал наблюдать. Это высокий, ат¬ летически сложенный и еще вполне юный тип. Мы старались делать вид, что не заметили его, и продолжали инсценировку и измерения. 49
В конце концов тип подошел к нам. «Похоже, вы — Майлс?» — спросил он. Мы переглянулись. Неужели он всерьез принял нас за бывших «костяшников» или просто проверяет нас? Может быть, «Похоже, вы — Майлс» — это пароль? «Нет,— ответили мы,— ни¬ какого Майлса мы не видели». Он кивнул и остался на месте. А мы решили, что пора уходить. «Послушайте,— заявила одна из приятельниц, обернувшись и показывая назад,— этот тип только что спустился по боковой лестнице, чтобы проверить подвальные замки. Он, наверное, ду¬ мает, что мы взломщики». Весь этот эпизод показался мне интригующим. Вероятно, «братья» все еще весьма заботятся о сохранении своих секретов. Пытаться проникнуть в тайны «гробницы» могло стать серьезным вызовом. Поэтому я решил постараться поскорее выяснить, насколько же в действительности оберегаются их секреты. Это решение не было следствием озлобленности или того, что меня дразнили «мо¬ лодо-зелено». Я не был «отмечен» тайным обществом, и последний мотив может показаться правдоподобным, но сам я могу покаять¬ ся только в проявлении того любопытства, которое присуще люби¬ телям всего таинственного. В то время я работал над повестью, своего рода психологическим «боевиком», в котором затрагива¬ лись ритуалы общества, и подумал, что мне не повредит провести в Нью-Хэвене неделю, на которую приходятся ночи «отмечания» и инициации (посвящения.— Ред.), заглядывая куда возможно и расспрашивая кого можно. Возможно, это было шпионажем, но я старался вести игру по- джентльменски: не пытался прямо заставить кого-нибудь из «ко¬ стяшников» нарушить священную клятву хранить секреты. Одна¬ ко если кто-то из них уже успел проболтаться другому о тайнах общества и тот был не против передать мне суть полученных све¬ дений, я не видел здесь нарушения правил честной игры с моей стороны. И если кто-нибудь из «костяшников» пожелал бы доба¬ вить от себя что-либо, я с удовольствием послушал бы. Засим перехожу к описанию моих попыток проникнуть в смысл таинственных ритуалов «Черепа и костей». Так как неко¬ торые информаторы выражали опасения, что могут стать объек¬ тами преследования со стороны общества, оставлю в стороне ту информацию, источники которой могут быть легко прослежены. Один из информаторов даже утверждал — и по-видимому с пол¬ ной серьезностью,— что и я сам могу стать объектом таких пре¬ следований. — В каком из байков находятся ваши сбережения? — спросил он меня в середине наших дискуссий о значении мистических ас¬ пектов ритуалов «братьев». Я назвал свой банк. — А,— сказал он,— в этом банке в совете директоров три «ко- стяшника». Вы никогда не сможете рассчитывать на получение 50
там кредитов. Они устроят прослушивание вашего телефона. Или... И прежде чем я успел переспросить: «На получение чего я не смогу рассчитывать?», он продолжил: «Старые «костяшники» ничего пе забыли. Не смейтесь. Их могущество невозможно пред¬ ставить. Они держат в своих руках все рычаги власти в стране. Вот увидите, это все равно что пытаться проникнуть в секреты мафии». Среда, 14 апреля, ночь. Досье В моем распоряжении уже имелся подробный поэтажный план «гробницы», на котором было указано и месторасположение свя¬ тая святых «костяшников» — так называемая комната 322. За¬ тем мне передали досье с описанием ритуальных церемоний об¬ щества «Череп и кости», представлявшее собой извлечения из архивных материалов другого тайного общества. (Похоже, что одной из неизменных забот многих тайных обществ Йельского университета всегда было составление досье о деятельности дру¬ гих тайных обществ, и особенно «Черепа и костей».) Досье было составлено с особой тщательностью и даже вклю¬ чало в себя «шкалу достоверности» всех приводившихся в нем сведений о «Черепе и костях». Его принес мне один приятель, поставивший условием, что я буду держать в секрете название того тайного общества, от которого оно получено. О’кей. Но все же должен сказать, что оно было составлено не в том тайном об¬ ществе, о котором ходят слухи, будто в его подвалах хранится столовое серебро Гитлера. То есть не в «Свитке и ключах», основ¬ ном сопернике «Черепа и костей» в борьбе тайных обществ Йельского университета за утверждение своего элитарного по¬ ложения, обществе Дина Ачесона, Сайруса Вэнса, да и большин¬ ства других американских внешнеполитических деятелей. Но вернемся к досье. Начнем с содержащихся в нем сведений о ритуале инициации, вокруг которого, собственно, и концентри¬ руются все наиболее зловещие апокрифические слухи об обще¬ стве. В соответствии с досье, ритуал инициации общества в 1940 году происходил следующим образом: «Новичка укладыва¬ ют в гроб и несут в центральную часть здания. Собравшиеся рас¬ певают над ним что-то вроде псалмов, и после этого он «рожда¬ ется» в обществе. Его извлекают из гроба, вручают одежды с изображенными на них символами. Кость с начертанным на ней его именем бросают в груду других костей. Новичка голым швы¬ ряют в кучу грязи». 51
В четверг вечером. «Напильник и клещи». О тайнах комнаты 322 Я стою в тени напротив «гробницы» на другой стороне улицы, готовый незаметно следовать за первым же человеком, который выйдет из ее дверей. Сегодняшний вечер — это вечер «отмеча- ния», и 15 младшим студентам предстоит стать теми избранны¬ ми, которые будут посвящены в хранимые уже 145 лет тайны «Черепа и костей». Сегодня вечером 15 старших «братьев» из «Черепа и костей», как и из других тайных обществ, подойдут к дверям комнат, в которых проживают те, кому предстоит быть «отмеченным». Они громко постучат в двери, и, как только из¬ бранник откроет, старший «костяшник» протянет руку и ударит его по плечу. «Череп и кости! — выкрикнет он оглушительно.— Согласен?» В соответствии с досье, избраннику, если он ответит согласи¬ ем, будет вручено послание, перевязанное черной лентой п запе¬ чатанное черной сургуДной печатью с изображенными на ней че¬ репом и костями и таинственной цифрой 322. В послании будут указаны время и место, куда новичок должен явиться в ночь ини¬ циации, то есть в ночь на ближайший вторник, когда он впервые будет допущен в «гробницу». При этом, зловеще предупрежда¬ лось в досье, «избранным предписывается не иметь на себе ни¬ чего металлического». (В соответствии со «шкалой достоверно¬ сти» эти сведения оцениваются как стопроцентно истинные.) Незадолго до восьми вечера двери «гробницы» распахнулись. Вышли двое одетых в темные костюмы молодых людей. Один из них держал в руке элегантный черный «атташе». Я решил сле¬ довать за ними. Хочу проверить рассказы о том, что избранники общества приглашаются для участия в церемонии сначала куда- то поблизости от университетского городка, прежде чем примут участие в торжественной церемонии инициации в стенах «гроб¬ ницы». Идущие впереди меня «костяшники» следуют по Хай- стрит, минуют здание библиотеки, потом поворачивают направо. Я следую за ними. Проходя мимо библиотеки, я невольно вспомнил сделанное мною сегодня в хранилище рукописей и смутившее меня откры¬ тие. У меня никогда не было даже малейшего стремления сводить все сложнейшие взаимосвязи социального влияния общества к какой-нибудь упрощенческой теории о заговоре. И все же, ка¬ жется, я наткнулся на существование совершенно определенных, хотя, быть может, и не совсем достаточных доказательств нали¬ чия связи между ритуалами этого тайного общества и ритуалами пресловутых баварских «Иллюминатов». Для меня, заинтересо¬ ванного, но скептически настроенного исследователя деятельно¬ сти тайных обществ, любое упоминание о «Иллюминатах» при обсуждении некоторых событий (например, в Далласе в 1963 го¬ 52
ду) давно уже стало приблизительно тем же, что упоминание о черепе и костях для истинного «брата», то есть сигналом «поки¬ нуть комнату». Однако так как существование баварских «Ил люмипатов» является неоспоримым историческим фактом (с 1770 по 1785 год оно было самостоятельным тайным обществом, вхо¬ дившим, как и другие подобные ему мистические общества, в об¬ щую структуру лож немецкого масонства), оно в течение двух столетий продолжает фигурировать в фантастических, а то и пря мо бредовых измышлениях в обширной литературе о деятельно¬ сти заговорщических обществ. Но при всей своей видимой неле¬ пости все же, оказывается, можно говорить, что от исторически существовавших, отнюдь не мифических «Иллюминатов» тянутся кое-какие важные нити. Обратимся для начала к описанию происхождения общества, которое можно найти в опубликованном 100 лет назад памфлете неких анонимных авторов, именовавших себя «Напильником и клещами» (по пазванию инструментов, с помощью которых чле¬ ны этой группы в одну прекрасную ночь проникли в «гробницу» общества «Череп и кости»). Я нашел этот памфлет в хранилище рукописей библиотеки, в ящике, набитом старыми, почти рассы¬ пающимися документами. Он имел официальный гриф «Рассел траст ассошиэйшн». Название было дано обществу в честь гене¬ рала Уильяма X. Рассела, основавшего его в 1832 году. Я пы¬ тался представить себе, какую именно цель преследовал Рассел, создавая это тайное общество, и почему он выбрал в качестве символа именно эту устрашающую шаманщину — череп и кости. Взломщики из «Напильника и клещей» писали в памфлете: «Че¬ реп и кости» на самом деле представляет4собой лишь одну из лож соответствующего общества при неком немецком универси¬ тете. Правильнее было бы назвать его «Отделением черепа и ко¬ стей». Основатель общества Рассел посетил Германию, не будучи еще даже старшекурсником, и близко сошелся там с одним из руководящих членов немецкого тайного общества. Однако «костяшники» предпочитают придерживаться другой версии, в соответствии с которой утверждается, что «Череп и ко¬ сти» является духовным наследником древнегреческого патрио¬ тического общества, основанного Демосфеном в 322 году до н. э.». Далее в памфлете приводился девиз немецкого тайного обще¬ ства, выведенный «на сводчатом потолке» святилища — комнаты 322. Под ним висела картина, «подаренная немецкой ложей», с изображением черепов в окружении масонских символов. Девиз гласил: «Кто был дураком, кто был умным, нищим или королем? Бедняк или богатый — все равны в смерти». Вообразите мое удивление, когда я вдруг наткнулся на точно такой же девиз в шотландском анти-«иллюминатском» трактате Джона Робинсона «Доказательства заговора» (1798 год), пере¬ изданном в 1967 году «Обществом Джона Берча». В трактате при¬ водились якобы достоверные выдержки из ритуальных наставле- 53
пий «Иллюминатов», тоже якобы конфискованных баварской по¬ лицией после запрещения этого тайного общества в 1785 году. В соответствии с ними к концу церемонии инициации «на руко¬ водящем уровне» «посвященному показывали скелет, у ног кото¬ рого лежали корона и меч. Его спрашивали, принадлежал ли этот скелет королю, рыцарю или нищему (курсив Р. Р.). Поскольку он не мог решить этого, церемониймейстер говорил ему: «Быть человеком — это единственно, что имеет значение». Разве все это не похоже на тот девиз, который, как утверж¬ дают члены «Напильника и клещей», они увидели на стенах «гробницы» «Черепа и костей»? Теперь представьте себе неот¬ вязно преследовавшую мое воображение фотографию алтаря од¬ ной из масонских лож в Нюрнберге, которая была тесно связана с «Иллюминатами». Я сказал «преследовавшую воображение», потому что в центре его (а в алтарь можно было попасть только минуя целый ряд подвешенных скелетов) находится гроб, увен¬ чанный, как вы уже догадались, черепом и скрещенными костя¬ ми, расположенными точно так же, как изображено на официаль¬ ной эмблеме общества «Череп и кости». Череп и скрещенные кости, объяснил мне один из интересовавшихся историей «Иллю¬ минатов», использовались еще одной, ключевой ложей «Иллюми¬ натов» в качестве признанного символа. Все это можно объяснить с трех различных точек зрения. Од¬ на из них заключается в том, что правые, берчисты и др., склон¬ ные усматривать везде заговоры, правы, и восточный истеблиш¬ мент, по существу, сатанинское творение тайной элиты, опреде¬ ляющей по своей прихоти ход истории, а «Череп и кости» — один из ее вербовочных центров. Более вероятно, однако, что изобра¬ жение черепа и костей было настолько распространенным симво¬ лом в Германии в то время, когда ее посетил впечатлительный юный Рассел, что он, как в свое время «Иллюминаты», просто не мог не наткнуться на то или другое псевдомасонское «действо». Наконец, третий вариант заключается в том, что памфлет «На¬ пильника и клещей» представляет собой тщательно продуманную мистификацию, целью которой было приписать «Черепу и ко¬ стям» несуществующие связи с «Иллюминатами», и что ритуалы общества в действительности связаны только с невинной афин¬ ской темой, а цифра 322 — лишь дата смерти Демосфена. В самом деле, в некоторых документальных источниках «Черепа и ко¬ стей», попадавшихся мне в архивах, 322 год до н. э. берется в качестве начала летосчислений, и, например, 1977 год обозна¬ чается соответственно 2299 годом эры Демосфена. Тем временем я все еще продолжал на безопасном расстоянии незаметно следовать за одетыми в черное «костяшниками». Ми¬ новав Проспект-стрит, они свернули на узкую аллею, которая, к моему разочарованию, привела на стоянку для машин. «Костяш¬ ники» уехали, очевидно намереваясь «отметить» проживающего за пределами университетского городка кандидата. Вот и вся на¬ 54
града за мои сегодняшние старания. Пока я добрался бы до своей машины, их и след простыл бы. Да я и не слишком стремился к этому. Мне пора было идти смотреть церемонию инициации «Кни¬ ги и змеи» — нелегального общества, в которое входил тайный осведомитель Боба Вудворда 1. (Пытающиеся выяснить, кто был этот человек, исходят из того, что его связи в тайных обществах Йельского университета стали первоосновой установления Вуд¬ вордом связей в подземном гараже и что два «костяшника» — Рэй Прайс и Ричард Мур, доверенные помощники президента Никсона, оказались в положении подозреваемых только потому, что участвовали в тайных сборищах.) Четверг, поздний вечер. Исповеди Во время пребывания на старшем курсе каждый «костяшник» приобщается к опыту исповедания «братьям» дважды. В один из четвергов вечером он рассказывает им автобиографию — совер¬ шенно откровенно, до болезненности, с описанием всего, что есть в ней тяжелого и постыдного. Следующее, воскресное, сборище посвящается исключительно сексуальной исповеди. Не знаю, па что это было похоже во времена генерала Рассела, может быть, тогда приключений в этой области было не так много, но в наши дни сексуальная жизнь достаточно разнообразна и исповедую¬ щимся пет необходимости придумывать похождения, чтобы за¬ полнить отведенное на это время. Однако эти излияния начинают вызывать некоторые трения во взаимоотношениях. Описываемые «костяшниками» женщи¬ ны — часто студентки того же Йельского университета, многие из которых — феминистки. И хотя, быть может, это и идет враз¬ рез со стремлением общества к воспитанию самосознания, пи одна из них не может испытывать удовольствия от сознания, что наиболее интимные тайны их личных отношений становятся пред¬ метом обсуждений на ночных симпозиумах «костяшников» и что их любовники посвящают во все детали этих отношений еще 14 малознакомых им «братьев». Некоторым из женщин пришлось убедиться, что их возлюб¬ ленные относятся к данным ими клятвам в обществе более серь¬ езно, чем к своим обязательствам в отношении женщин. Был слу¬ чай, когда одна из женщин открыла своему возлюбленному что-то весьма личного свойства и заставила его поклясться, что он не расскажет об этом ни одной душе. Но когда ее возлюбленный 1 Речь идет о том, что американский журналист Р. Вудворд, первый, кто начал публиковать разоблачительные статьи о Белом доме при Р. Никсоне, пользовался, помимо прочего, информацией, которую ему передавал б под¬ земном гараже некий осведомитель,— Прим. ред. 55
вернулся из «гробницы» после воскресного сборища, он не мог посмотреть ей в глаза. Все рассказал своим «братьям». К апрелю 1977 года все ранее сугубо мужские тайные обще¬ ства, за исключением трех, открыли свои двери и для женщин, а в двух оставшихся цитаделях—«Свитке и ключе» и «Волчьей голове» — кипели ожесточенные схватки между традиционали¬ стами и теми из их членов, кто стремился покончить с этой тра¬ дицией. Только не «Череп и кости». Как старые «костяшники», так и сторонние видят основную суть получаемого в «Черепе и костях» опыта в приобщении «братьев» к идее утверждения муж¬ ских уз, выработке викторианского, христианско-миссионерского подхода к проявлению мужского начала и служения обществу. По сравнению с другими тайными обществами «Череп и ко¬ сти» за свое 145-летнее существование претерпело минимальные изменения. Оно предложило вступить в чпсло своих членов не¬ которым из наиболее явных бунтовщиков конца 60-х годов, а за¬ тем в рядах его «братьев» появились и некоторые другие разврат¬ ные типы, в том числе президент воинствующего «Союза активи¬ стов радости» некто Майлс. Но женщины, продолжают упорно настаивать ветераны «Че¬ репа и костей»,— это нечто совеем другое. Когда буйные питом¬ цы Йела 1970 года, удостоенные быть избранными в число членов «Черепа и костей», предложили «отмечать» наиболее многообе¬ щающих студенток, руководители «Рассел траст ассошнэйшн» пригрозили отлучить этот курс от «гробницы», если они только посмеют это сделать. Они не посхмели. Вторник, 20 апреля. Ночь инициации. Легенды о «гробнице» и Оленьем острове Когда я вернулся в Нью-Хэвен в «ночь инициации», чтобы, стоя в тени напротив «гробницы», может быть, увидеть хотя бы мель¬ ком входящего в «гробницу» неофита, я, благодаря моему ин¬ форматору (который настоятельно желал остаться анонимным), уже представлял себе в гораздо большей степени, что именно должен он ощущать, впервые переступая порог «гробницы». Первый из них появился незадолго до восьми часов вечера и остановился в неподвижности перед огромной дверью. Насколько я видел, он не притронулся к звонку, я и не думал, что это было нужно. Его ждали. Дверь открылась. Мне не было видно, кто или что находится за дверью, но в реакции новичка нельзя ошибить¬ ся: он поднял руки вверх, как будто увидел направленное на него дуло пистолета. Затем вступил в царящий за дверью мрак, и дверь закрылась. Еще раньше, как сообщил мне информатор, прежде чем но- 56
впчку дозволено приблизиться к дверям «гробницы», его с завя¬ занными глазами приводят в подвал дома «костяшников», распо- ложенный где-то на Орандж-стрит* Там два старших «брата», одетые в костюм скелета, заставляют его поклясться торжествен¬ ной клятвой в том, что он будет хранить в тайне все, с чем ему придется столкнуться в «гробнице» во время церемонии инициа¬ ции и во все последующие годы. Я пытаюсь воссоединить в единое целое все, что знаю о том, что происходит с посвящаемым в сегодняшнюю ночь, и предста¬ вить себе, как изменится в дальнейшем его жизнь. Сегодня ночью он «умрет» для мира и будет вновь «рожден» для общества, или «Ордена», как теперь он будет называть «Череп и кости». «Ор ден» — это мир в себе, в котором он получит новое имя и где у него будут 14 новых кровных «братьев», носящих тоже не мир¬ ские имена. «Смерть» посвящаемого будет обставлена так страшно, как только это можно сделать с помощью щедрого использования ске¬ летов и всего психологического воздействия ритуальной церемо¬ нии. Мне не удалось установить, достигается ли это посредством битья, силовых приемов пли пеофита швыряют в кучу грязи или навоза. Но лично я поставил бы высшую отметку на «шкале до стоверности» той версии, которая утверждает, что посвящаемых швыряют в грязь. Затем — укладывание в гроб, в котором совер¬ шается символическое путешествие по «загробному миру», и но вое «рождение» в комнате 322. Там «Орден» одевает «вновь рож¬ денного» рыцаря в свои одежды, символизируя этим, что с дан¬ ного момента новый «брат» будет перекраивать себя в соответст¬ вии с целями «Ордена». Это означает —; при прямом истолковании указанного дейст¬ ва — устанавливать содружество достойных. В лексиконе «Чере¬ па и костей» широко используются латинские изречения, в кото рых упоминается о достойных. «Достойных мало»,— гласит одно из них. «Ни одно общество не может затмить своим блеском или силой то, в котором достойные едины в своих стремлениях и дей¬ ствуют сообща»,— гласит другое. Ежегодно в сентябре начинаются сборища, посвященные авто¬ биографическим признаниям. Однако еще до этого неофит начи¬ нает получать некоторые весьма существенные вознаграждения. В последующие после инициации месяцы «народившийся» «ко- стяшник» уже чувствует вкус чарующего блаженства приобще¬ ния к протестантской этике: мирские блага уже при жизни на чинают как-то сами по себе плыть ему в руки, являя собой внеш¬ нее выражение его внутреннего благолепия. 15 тысяч долларов, например. В соответствии с одним из ис¬ точников информации, каждый неофит получает ничем не обус¬ лавливаемый и не подлежащий налоговому обложению подарок в 15 тысяч долларов от «Рассел траст ассошиэйшн» только пото¬ му, что он оказался в чпеле избранных братством. До меня дохо¬ 57
дили слухи, что «костяшнику» гарантируется также и надежный пожизненный доход, хотя бы ради того, чтобы предотвратить возможность продажи секретов общества за несколько жалких долларов каким-нибудь морально опустившимся «братом». Когда я спросил об этом моего информатора, он подтвердил, что, конеч¬ но, общество всегда поможет оказавшемуся в нужде «брату» бес¬ процентным займом, если до этого дойдет дело, но, добавил оп, прямой денежной дотацией остаются все-таки те самые 15 тысяч долларов. Писатель Том Пауэрс, член тайного общества «Эню», выразил недоверие по этому поводу. Но вскоре после нашего разговора я получил от него примечательное сообщение: «Я выяснил сказанное вами при встрече с одним из «костяш- ников», и теперь мне думается, вы были правы в отношении суммы в 15 тысяч долларов». Получил что-то вроде пассивного или, если хотите, негативного подтверждения этого. Я спросил его, и он отказался сказать что-либо по этому вопросу, но таким тоном, который мог бы быть, но вовсе не был похожим на ирони¬ ческий. Имея прекрасную возможность заявить: «Все это сплош¬ ная чепуха!», он не сделал этого. Интересный вопрос заключается теперь в том, какое влияние слухи об этих 15 тысячах долларов будут иметь на кандидатов в день следующего «отмечания». Мистику вытеснит атмосфера сво¬ его рода торгашеского корыстолюбия, нечто вроде той, что царит на телевизионных викторинах. Если подарка в 15 тысяч долларов не существует, вновь «отмеченные» воспримут это как глумление. Я уже сейчас могу представить себе разговорчики вроде: старые «костяшники» втолковывают неофитам, что они должны твердо усвоить себе, по крайней мере, одну безусловную истину — не может быть и речи о каких бы то ни было 15 тысячах долларов!!! А «отмеченные», подмигивая и многозначительно подталкивая явившихся к ним старших «братьев» будут говорить: «Я все по- пимаю. Ха-ха! Тебе так и полагается говорить. Но ведь говоря между нами...» «Если отделение «Черепа и костей» существует в ЦРУ,— пи¬ сал мне Пауэрс,— у тебя могут быть очень большие неприят¬ ности». Ах, да. Отделение «костяшников» в ЦРУ. Пауэрс привлек мое внимание к тому месту в романе Арона Латама «Орхидеи для матери», где его герой Джеймс Энглтон, в котором легко угады¬ вается супершпион ЦРУ, вспоминает: это ведомство «снова пре¬ вратилось в вотчину Ныо-Хэвена в Лэнгли... Это, скорее, тайное общество, похожее на «Череп и кости». «У вас тут много «костяшников»?» — спрашивает один из мо¬ лодых рекрутов ЦРУ. Ну, отвечает па это супершпион, здесь у нас столько «спуков» из «Черепа и костей», что ЦРУ «превратилось прямо в дом с привидениями». 58
Если вы — сверхсекретная шпионская организация и вам нуж¬ но завербовать новых агентов, заслуживающих полного доверия и пригодных для выполнения опасной и требующей моральной стойкости работы, целью которой является противостояние «вар¬ варской опасности», то не пожелали бы и вы взять к себе тех, чья жизнь, характер и тайны уже вам известны заранее? И вы, конечно, хотели бы знать также все интимные наклонности бу¬ дущего сотрудника, которые могут сделать его беззащитным про¬ тив искушения или шантажа. Я, конечно, не утверждаю, что ЦРУ установило подслушиваю¬ щую аппаратуру в святилище «костяшников» (хотя кто может решиться утверждать это с полной уверенностью?). Но разве не может ЦРУ использовать «стариков» «Черепа и костей», чтобы с их помощью привлекать к себе новых «костяшников», или раз¬ ве не может оно иметь доверенных в «Черепе и костях» — всего по одному из каждых 15,— которые могут давать необходимые данные о степени пригодности остальных 14 для их посвящения во взрослые секреты? Возьмем случай с одним из когда-то ревностных сотрудников ЦРУ, бывшим «костяшником» Уильямом Слоаном Коффином. Выходец из хорошо известной семьи, давшей три поколения «ко¬ стяшников», Коффин оказался в ЦРУ вскоре же после того, как, окончив университет, распрощался с «Черепом и костями». А че¬ ловек, которого Коффин «отмечал» от имени тайного общества,— Уильям Ф. Бакли-младший — сам был «отмечен» ЦРУ в сле¬ дующем же году. Когда я попытался связаться с Коффином, чтобы получить от него информацию о практике-вербовки ЦРУ «костяшников», мне было сказано, что он пребывает в «затворничестве» и пишет ме¬ муары. (О’кей. Исповедуйся, но я хотел бы дать тебе знать, что буду ожидать твоих мемуаров, чтобы посмотреть, до какой сте¬ пени ты готов рассказывать о секретах тайного общества и ЦРУ, насколько лояльным ты все еще остаешься по отношению к ним. На чьей ты вообще стороне?) В конце лета, после инициации, как раз перед началом учеб¬ ного года на старшем курсе, посвященный получает подарок, цен¬ ность которого значительно превышает любые сомнительные 15 тысяч долларов,— первое приглашение на частный остров-ку¬ рорт, принадлежащий «Рассел траст ассошиэйшн», затерянный среди многочисленных островов реки Сант-Лоуренс. На нем «вновь рожденный» «костяшник» воистину ощущает себя попавшим на остров благословенных. Потому что там, на острове Оленьем, со¬ бираются активисты общества и члены их семей, и это позволяет ему понять, как много чрезвычайно влиятельных секторов обще¬ ства находится под руководством поразительно цивилизованных, сребровласых «костяшников», которые готовы сделать все воз¬ можное, чтобы мечты вновь посвященного о блестящей карьере полностью осуществлялись наяву. Он может также завязать зна¬ 59
комство с женами ветеранов любых возрастов и почувствовать, какой именно тип женщины рассматривается «костяшниками» как наиболее приемлемый в их среде, а возможно, встретиться даже с паиболее приемлемым из всех таких типов — дочерыо ка¬ кого-нибудь старого «костяшника». Изучение списков «костяшников», избиравшихся в тайное об¬ щество на протяжении 145 лет, наводит на мысль, что характерно для тайного общества: в «Черепе и костях» доминируют опреде¬ ленные влиятельные фамилии, например Тафты, Уитни, Трэчеры, Лорды. Создается впечатление, что и браки заключаются именно между представителями этих семей. Год за годом в очередном университетском выпуске среди «костяшников» непременно об¬ наруживается как Уитни Таунсенд Фелпс, так и Фелпс Таунсенд Уитни. Это весьма естественно, если учесть, что все они — пи¬ томцы одного общества, вместе веселятся на пикниках и прогул¬ ках, совместно разделяют чурающуюся постороннего глаза соци¬ альную жизнь «костяшников» — как вне университета, так и в «гробнице». И особенно на острове. Конечно, для попавшего в «костяшники» стороннего неофита открывающаяся на острове картина полна дразнящего открове¬ ния: все эти влиятельные люди, убежден неофит, хотят заполу¬ чить меня, мои таланты, мои услуги. Возможно, они хотят запо¬ лучить даже мои гены. Играй по их правилам — будешь одним из них. Они хотят, чтобы я стал одним из них. Действительно, можно полусерьезно предположить, что функ¬ ционально «Череп и кости» представляет собой некий частный евгенический центр, привносящий новую, энергичную кровь в наследственную кровь стимсонианской элиты. Как это, может быть, и виделось генералу Расселу, тайное общество выполняет определенное евгеническое предназначение — использование мето¬ дов самоконтроля и контроля над рождаемостью в целях сведения до минимума возможных случайностей, когда «достойный чело¬ век» и будущий надежный приказчик правящего класса оказы¬ вается завлеченным в ловушку брака с какой-нибудь искательни¬ цей счастья или девушкой из другой среды. Таким же точно об¬ разом «большой променад» для американского юноши из высших классов всегда включал в себя знакомство с секретами парижских куртизанок, чтобы после возвращения домой он не связал бы себя с первой встречной, которая позволит ему перейти границы в установлении интимной близости. Однако и некоторые из провинциальных семей «костяшников» вовсе не приветствуют привнесение любых генов в общий котел. Неофиты из сторонней среды часто оказываются в неприят¬ ном положении, сталкиваясь с особым стилем «костяшников». Переживания, через которые проходит «костяшник», бывают настолько глубокими, что могут удивительно преобразить всю его суть. Ленивый и ни к чему не пригодный неожиданно становится серьезным, как будто принятие в тайное общество было для него 60
сигналом забыть о кабачках и начать готовиться к управлению страной. Чувствовавший себя ранее неловко при любой попытке заглянуть в чужую душу и не доверявший ни одному человеку, он теперь получает мандат и облекается доверием действовать именно таким образом. «Почему,— сказал мне один из информаторов,— семидесяти летпие и даже еще более престарелые «костяшники» пускаются в путешествие за тысячи миль только ради того, чтобы принять участие в совместных встречах?» Тайные общества продолжают существовать, потому что старики, которые добились успеха, ощу¬ щают необходимость в самоубеждении: не только богатство и фарт помогли им пробиться туда, где они пребывают; всем этим они обя¬ заны своим природным талантам — тем, которые были признаны «Черепом и костями» еще в их молодые годы. Конечно, вышедшие из «Черепа и костей» лидеры входят в число архицивилпзованных элементов старого истеблишмента «янки». Среди них воители «холодной войны», вьетнамские вой тели, шпионы, банкиры и др. Уже столетие миновало с тех пор, как в опубликованном «На пильником и клещами» памфлете было объявлено о «разложении и распаде «Черепа и костей», и поэтому повторять подобные за явления было бы преждевременным. Но почти все, с кем мне пришлось говорить в Йельском университете, считают, что ныне общество быстро катится к закату. Имели место беспрецедентные ранее случаи отказов от членства в обществе. Их число растет. Тех, кого «костяшники» хотели бы «отметить», не хотят стано¬ виться «костяшниками». И кому охота терять два вечера в неде¬ лю на бесконечные бдения, в то время когда каждый старшекурс¬ ник может провести их с большим удовольствием в местной г ос тинице. Интимность дешева и горение редко в наши дпи. Кроме того, аргументы, которыми в наши дни объясняют со¬ гласие вступить в общество, подчас производят впечатление бо¬ лее удручающее, чем отказы. Кандидаты непременно претендую! на получение места в тех инвестиционных банках, где распоря¬ жаются «костяшники», или в тех же юридических конторах. Для них крайне важны контракты и связи, и, возможно, между собой они говорят о 15 тысячах долларов (независимо от того, действи¬ тельно ли общество награждает посвященных этой суммой, оно, возможно намеренно, распространяет подобные слухи с целью привлечения в свои ряды равподушных, но корыстолюбивых кан¬ дидатов). «Череп и кости» все еще обладает способностью кор¬ румпировать души.
ИХ МОРАЛЬ ВЕНДЕТТА ФБР ПРОТИВ МАРТИНА ЛЮТЕРА КИНГА 1 О преследованиях ФБР выдающегося борца против расизма, лиде¬ ра движения за гражданские права М. Л. Кинга довольно подробно рассказывается в книге М. Гальперина и других «Государство без¬ закония». Авторы собрали убедительный фактический материал о той травле, которой подвергались М. Л. Кинг и его сторонники. Вот как описываются в книге события тех лет. Ранним вечером 1 декабря 1955 года миссис Роза Паркс вошла в автобус в Монтгомери, штат Алабама, чтобы ехать домой с рабо¬ ты. Она заняла первое сидение за секцией, предназначенной для белых. Все места в автобусе были уже заняты, когда в него вошли еще несколько пассажиров, белых. Водитель, как обычно, приказал черной Паркс и трем другим чернокожим встать и уступить свои места белым пассажирам. Паркс спокойно отказалась. Ее аресто¬ вали и затем судили. Хотя и другие черные были арестованы в том же году, а одного полиция убила за непослушание водителю автобуса в Монтгомери, именно арест Паркс вызвал бурную ответную реакцию. В течение пяти дней местные лидеры борьбы за гражданские права, духов¬ ные лица, и среди них молодой священник Мартин Лютер Кинг, призывали черное население Монтгомери начать бойкот автобусов, чтобы добиться отмены сегрегации. Бойкот продолжался 382 дпя. Бойкот автобусов в Монтгомери положил конец одной из форм сегрегации в городах штата Алабама и начал новую фазу в дви- 1 Из книги: На1реНп М. ап<1 о1Ьегз. ТЬе Ьа\у1езз 51а1е. ТЬе Сптез о! 1Ье И. 8. ШеШдепсе А^епснеэ. БаПаз, 1974, 62
женпи за гражданские права — десятилетие протеста и ненасиль¬ ственной конфронтации против различных мер сегрегации и дискри¬ минации, существовавших в Америке с конца периода Реконструк¬ ции. Для достижения своей цели участники движения за гражданские права предприняли марши из Монтгомери в Гринсборо, штат Се¬ верная Каролина, и затем в обратном направлении на Бирмингем и Селму, а также с Юга па Север, на города Вашингтон и Чикаго. Это было десятилетие «сидячих забастовок», «рейдов свободы», эко¬ номических бойкотов и маршей — народного движения в защиту человеческого достоинства и равенства. Движение за гражданские права ненасильственными методами включало в себя несколько организаций. Но именно Мартин Лютер Кинг и Конференция южного христианского руководства (СКЛК) символизировали движение ненасильственными методами. Суть этого движения проявлялась в речах Кинга, в возглавля¬ емых им маршах и в спокойном сопротивлении. Другие лидеры, подобные Ральфу Абернети и Джону Левису, были организаторами и тактиками. Кинг был оратором, единственным, кто мог выразить надежды черных, дать им вдохновляющие идеи, философское ос¬ мысление ненасильственным методам и донести его до общества. Когда Роза Паркс отказалась уступить свое место в сегрегиро¬ ванном автобусе, Кинг, президент организации бойкота автобусов в Монтгомери, объяснил причины сопротивления черных. «Мы уста¬ ли,— сказал он,— устали от сегрегации и унижений. Мы хотим, чтобы скорее наступила справедливость. Но мы будем протесто¬ вать с любовью к нашим врагам. С нашей стороны не будет наси¬ лия. Не будет сожженных крестов. Ни один белый не будет выта¬ щен из дома и убит толпой негров в капюшонах. Если мы будем протестовать с любовью к врагам, будущие историки скажут: «Жил великий народ, черный народ, который добавил новый смысл в ци¬ вилизацию и благородство в ее вены». Когда организаторы бойкота решились на протест ненасильст¬ венными методами, не кто иной, как Кинг, отчеканил, в чем его суть: «Мы просто говорим белой общине: мы не можем более со¬ трудничать с дьявольской системой. Мы не будем сотрудничать с ней даже ради рождения справедливости». В ходе успешного проведения бойкота в Моптгомери Кинг и другие активисты движения протеста, среди которых было много черных священников Юга, созвали конференцию в Атланте. 11 ян¬ варя они провозгласили создание Конференции южного христиан¬ ского руководства и избрали Кинга ее президентом. Черные свя¬ щенники возглавили движение протеста ненасильственными мето¬ дами против сегрегации, поощряли других черных «отстаивать свое человеческое достоинство, отказываясь от дальнейшего сот¬ рудничества со злом». Символично, что идейная сущность СКЛК проявилась в одном из первых ее действий — объединении с На¬ циональной ассоциацией содействия прогрессу цветного населения 63
(НААСП) и с А. Филиппом Рандольфом в проведении «паломни¬ чества с молитвой» па Вашингтон в мае 1957 года. На массовом ми¬ тинге в столице США Мартин Лютер Кинг перед 35 тысячами де¬ монстрантов говорил о сегрегации и несправедливости, о требова¬ нии черных предоставить им избирательные права, и снова звучал его пропикновенный, хорошо знакомый всем голос. Для ФБР этого оказалось достаточным, чтобы начать расследо¬ вание деятельности Кинга и СКЛК. Согласно докладам ФБР, СКЛК памеревалась «организовать кампанию по регистрации и участию в голосовании негров Юга». ФБР взяло ее под прямое наблюдение. Вплоть до 1962 года СКЛК и Кинг проходили в ФБР по категории «расовые вопросы». Как считал глава ФБР Эдгар Гувер, «за отсут¬ ствием каких-либо сведений о том, что коммунистическая партия снова пытается проникнуть в эту организацию, не следует вести расследование этого дела. Однако, учитывая цели, изложенные ор¬ ганизацией, надо быть настороже и брать на заметку любые дан¬ ные, касающиеся ее связи с расовой ситуацией». Конечно, для ФБР организация, добивающаяся регистрации черных на Юге, была весьма подозрительной. Его агенты получи¬ ли задание собрать «всю относящуюся к делу информацию» о «пред¬ полагаемых или реальных действиях отдельных лиц или организа¬ ций в вопросах расовой политики». Они не подкачали и направили в Центр «обширную» информацию о Кинге. Расследование деятельности движения протеста за гражданские права и руководящей роли в нем Мартина Лютера Кипга — самая подлая составная манипуляций ФБР и его шпионской деятельно¬ сти. По мере роста и расширения движения за гражданские права ФБР брало под прицел каждую группу и каждого нового лидера. Оно действовало подрывными методами, сеяло рознь и недоверие, то есть внутри США ФБР развернуло операции, аналогичные тем, которые тайно проводит ЦРУ за рубежом. НААСП стала предметом расследования в рамках операции «Коминфол». Конгресс расового равенства (КОРЕ) и Координационный комитет по изучению нена¬ сильственных методов значились в списках ФБР как преисполнен- пые «ненавистью черных», политическая деятельность которых должна быть подорвана тайными методами. Но самой яростпой атаке ФБР подверглись Мартип Лютер Кинг и СКЛК. Изобразив без всяких оснований деятельность Кинга и СКЛК как «цодрыв- пую», ФБР использовало свою власть, чтобы шпионить за ними. Кампания ФБР против Кинга началась с момента возвышения его как лидера и становилась все более злобной по мере роста его авторитета. Она продолжалась даже после убийства Кинга в 1968 году. Травля Кинга ФБР велась отчасти с ведома, если не одобрения, лиц, занимавших высокие политические посты и заявлявших, что они его союзники и приверженцы. Президенты Дж. Кеннеди и Л. Джонсон, министры юстиции Р. Кеннеди и Н. Катцепбах, заме¬ ститель министра юстиции Б. Маршалл и специальный помощник 64
президента Б. Мойере — все они в той или иной степени были ос¬ ведомлены об этой кампании ФБР. Ни один из них не санкциони¬ ровал вендетты, но их бездействие развязало Гуверу руки. Все они ответственны за действия Гувера и виновны. Мартин Лютер Кинг и СКЛК не были инициаторами «сидячих забастовок» и «рейдов свободы». «Сидячие забастовки» в закусоч¬ ных, которые начались в 1960 году в Гринсборо, штат Северная Ка¬ ролина, вспыхнули среди черной молодежи — студентов колледжей и привели к созданию новой организации — Студенческого коорди¬ национного комитета за ненасильственные действия (СНСС). «Рей¬ ды свободы» 1961 года, проходившие на Юге и закончившиеся от¬ меной сегрегации в межштатных перевозках, были организованы КОРЕ и его главой Джеймсом Фармером. Однако Кинг был в Гринсборо. Он вдохновлял студентов- демонстрантов, ездил на автобусах вместе с Джеймсом Фарме¬ ром. Конференция южного христианского руководства собрала средства для демонстраций и организации СНСС. Самое важное за¬ ключалось в том, что Кинг был главным представителем движения па переговорах с Белым домом и министерством юстиции. Это от¬ ражало значимость его как деятеля национального масштаба, ока¬ завшего влияние на президентскую кампанию 1960 года. В 1960 году Кинг был арестован в Атланте, штат Джорджия, за «участие в демонстрации без разрешения» и приговорен к четырем месяцам каторжных работ. Это случилось в разгар президентской кампании 1960 года. Советники Джона Кеннеди уговорили, его по¬ хлопотать о Кинге. Кеннеди лично позвонил Коретте Кинг и вы¬ разил ей свое сочувствие и поддержку движению за гражданские права. Мартин был освобожден под залог. Считается, что это по¬ могло Дж. Кеннеди победить в той кампании, когда он взял верх незначительным большинством. Этот поступок сделал нового пре¬ зидента, по крайней мере символически, сторонником движения за гражданские права и открыл между Кингом и администрацией диа¬ лог большей значимости. Во время демонстраций в 1960 и 1961 годах Кинг вел перегово¬ ры с Белым домом и министерством юстиции. Министерство юсти¬ ции настойчиво советовало Кингу отменить демонстрации до луч¬ ших времен. Но убедившись в том, что единственным средством до¬ биться чего-либо от правительства в области гражданских прав яв¬ ляются демонстрации, Кинг отказался. Он помог уговорить мини¬ стерство юстиции посылать федеральных шерифов для обеспечения безопасности «рейдов свободы» в Бирмингеме. Показательно, что министерство юстиции не послало предста¬ вителей ФБР в Бирмингем. ФБР было поглощено расследованием «расовых вопросов», представляя доклады о «распространении влияния коммунистов» в районах расовых волнений. 25 июля 1961 года ФБР докладывало Макджорджу Банди, помощнику пре¬ зидента по национальной безопасности, о том, что коммунистиче¬ ская партия «пыталась» воспользоваться «расовыми беспорядка- 8 Дорога о никуда 65
ми» на Юге с целью оказать «нажим» на правительственных чи¬ новников «через прессу, профсоюзы и студенческие группы». Со¬ трудники министерства юстиции, конечно, знали о враждебном от¬ ношении Гувера к движению за гражданские права и его неодно¬ кратных попытках связать движение с коммунизмом и «подрывной деятельностью». Однако министерство не выступило против ФБР, а предпочло лишь игнорировать его доклады. В 1961—1962 годах Олбани, штат Джорджия, стал местом пер¬ вой большой кампании, проведенной под руководством Кинга. В попытке положить конец всем проявлениям сегрегации в об¬ щественных местах в Олбани, Кинг руководил протестами в каж¬ дом из них. На протяжении года Кинг и его последователи устра¬ ивали марши к городской ратуше, «сидячие забастовки» в библио¬ теках и бдения с молитвами на улицах в центре города. В феврале Кинг и более 700 его сторонников были арестованы за проведение демонстраций без разрешения властей. Арест сле¬ довал за арестом, 1000 демонстрантов оказались за решеткой по обвинению в участии в противозаконных сборищах, в демонстра¬ циях и в нарушении спокойствия. Местная полиция, однако, обра¬ щалась с демонстрантами «двулично»: демонстрантов били, но не перед телевизионными камерами. В результате к олбанским собы¬ тиям не было привлечено внимание общественности, не поднялась волна сочувствия. В конечном итоге протесты черных не достигли цели. То была личная и политическая неудача Кинга. Олбани ознаменовало собой начало кампании ФБР против Кин¬ га. Этому способствовало несколько факторов. Несмотря на поражение в Олбани, Кинг показал себя лидером массового движения протеста за гражданские права. Важное значение имело следующее обстоятельство. 8 января 1962 года деятельность ФБР была подвергнута критике в докладе, опубликованном Южным региональным советом (СРС), поддержи¬ вающим движение за гражданские права и имевшим тесные связи с СКЛК. В докладе указывалось, что сотрудники ФБР обычно без¬ действуют, наблюдая расправу местных жителей и полиции с де¬ монстрантами. Содержание доклада было немедленно передано Гу¬ веру. Одновременно — случайно или нет — Гувер послал меморан¬ дум министру юстиции Роберту Кеннеди, в котором бездоказательно утверждал, что Стэнли Левисон, близкий друг и сподвижник Кни¬ га,— «член Коммунистической партии США». Гувер, враждебно настроенный в отношении движения за гражданские права, разъя¬ ряющийся от любой критики в адрес ФБР, перешел к действию. В поисках информации о «подрывной деятельности» Кинга, «пригодной для распространения», он затребовал досье местных отделений ФБР. К маю лидер борьбы за гражданские права нена¬ сильственными методами числился в «разделе А резервного индек¬ са». Отныне Кинга, в случае введения «чрезвычайного положения», надлежало арестовать и держать в заключении. В списках ФБР Кинг стал значиться как коммунист. 66
Не будет ошибкой сказать, что стремление ФБР расследовать деятельность Кинга проистекало главным образом из-за личной не¬ нависти Гувера к лидеру этого движения, который осмеливался критиковать ФБР. В ноябре 1962 года СРС в очередном специальном докладе обви¬ нило ФБР в неспособности обеспечить надлежащую охрану Кинга и его сторонников в Олбани. В разделе «Где было федеральное правительство?» о ФБР говорилось: «При всех явных нарушениях местной полицией конституционных прав, избиении граждан ше¬ рифами и их помощниками, ФБР не произвело ни одного ареста в интересах негритянских граждан... Лучше всего ФБР проявило себя в раскрытии обычных преступлений, и, возможно, этим ему и следует заниматься». Кинг публично поддержал содержащиеся в докладе обвинендя: «Агенты ФБР, белые южане, разделяют мораль белой общины. Они заодно с местной полицией и теми, кто за сегрегацию». По словам Уильяма Салливана, бывшего главы разведыватель¬ ного управления ФБР, критика со стороны Кинга и враждебное отношение Гувера к движению за гражданские права послужили главной причиной начала кампании против Кинга: «Гуверу было особенно неприятно, что ФБР публично подверглось критике за неспособность обеспечить надлежащую защиту негров на Юге — не допустить нарушения их гражданских свобод. Кинг в ряде слу¬ чаев обоснованно критиковал директора... За всем этим стояли ра¬ совые предубеждения Гувера против негров и движения за граж¬ данские права... Я не думаю, чтобы он мог подняться над этим». Если это было «действительной причиной» для расследования, то министерству юстиции надлежало вмешаться и покончить с рас¬ следованием. Однако на протяжении 10 месяцев — с января по ок¬ тябрь 1962 года — никто из его сотрудников не удосужился затре¬ бовать для ознакомления данные ФБР или «исходные, непроана¬ лизированные материалы», дабы опровергнуть ни на чем не осно¬ ванное утверждение, что Кинг находился под контролем коммуни¬ стической партии. Конечно, раскрытие материалов слежки не в обычаях ФБР, но и администрация Кеннеди не внесла в нее ника¬ ких изменений, чем освободила ФБР от какой-либо отчетности. Если бы сотрудники министерства юстиции ознакомились со свидетельствами ФБР, то они обнаружили бы, что эти «материа¬ лы» — явная фальшивка. Но министр юстиции не вмешался в расследование и не вел своего. Р. Кеннеди и сотрудники его министерства не высказали ника¬ ких возражений по поводу того, что Гувер поручил в октябре ве¬ сти расследование против Кинга и СКЛК в рамках программы «Коминфол», хотя это противоречило отнюдь не безупречным нор¬ мам, принятым даже в ФБР. Согласно инструкции самого ФБР, для расследования в рамках «Коминфол» требовались конкретные доказательства того* что 67
«коммунистическая партия специально направляла своих членов для внедрения в данную организацию». Несмотря на то что таких доказательств не было, ФБР разрешили продолжать расследование по программе «Коминфол». Примечательно, что ни в бумагах ми¬ нистерства юстиции, ни в бумагах ФБР нет данных о том, что бюро получило хотя бы замечание по поводу организованной им в ок¬ тябре утечки информации о материалах расследования. Движение за гражданские права набирало темпы. Неудача в Олбани не смутила Кинга. Теперь он развернул свою деятельность в Бирмингеме, штат Алабама. Тогда, в 1963 году, Кинг считал Бирмингем «самым сегрегированным городом в США». Повсюду в нем бросались в глаза надписи «Только для белых». Когда в су¬ дебном порядке была отменена сегрегация в парках Бирмингема, городские власти закрыли парки. Кинг приехал в Бирмингем, памятуя об уроке, полученном в Олбани. В борьбе против сегрегации в Бирмингеме он сконцентри¬ ровал усилия тщательно подготовленной кампании на экономиче¬ ском бойкоте магазинов, закусочных и т. д. Поначалу в Бирмингеме у Кинга и его сподвижников было не много сторонников. Многие черные и белые жители города отно¬ сились к нему как к «чужаку», а некоторые коллеги-священнослу¬ жители считали его деятельность «несвоевременной». В апреле в Бирмингеме в судебном порядке были запрещены демонстрации. Ю. Коннор по прозвищу Бык, комиссар полиции Бирмингема, был уверен, что Кинг не станет нарушать предписание суда, и полагал, что кампания закончена. Однако в великую страстную пятницу Кинг организовал марш протеста. Был арестован и заключен в тюрьму. Там он написал свое знаменитое «Письмо из бирмингемской тюрьмы», адресованное «дорогим коллегам священнослужителям». В нем Кинг объяснял свою позицию и призывал священников ока¬ зывать поддержку движению. «Я нахожусь в Бирмингеме потому, что здесь нет справедливости»,— писал Кинг. Он объяснял, что «тот, кто живет в Соединенных Штатах, не может считаться чужа¬ ком», ибо «всех нас связывает нить взаимозависимости, вплетен¬ ная в одежду единой судьбы». Ожидать перемен, писал он, не вы¬ ход. «По горькому опыту мы знаем, что угнетатели никогда доб¬ ровольно не дадут свободы угнетенным — ее нужно требовать. От¬ кровенно говоря, мне еще предстоит прибегнуть к прямым дейст¬ виям, которые являются «несвоевременными» с точки зрения тех, кто никогда чрезмерно не страдал от сегрегации. Много лет я слы¬ шу слово «подождите»! Оно с монотонной надоедливостью звучит в ушах каждого негра. На деле это «подождите» почти всегда озна¬ чало «никогда». Мы должны согласиться с одним из наших выдаю¬ щихся юристов: «Откладывать надолго достижение справедливости означает отказ от справедливости». Освобожденный из тюрьмы под залог Кинг вновь устроил марш протеста. Теперь в нем участвовали тысячи черных. 2 мая 1963 го¬ 68
да Бык Коннор и местная полиция обрушились на черпокожих мужчин, женщин и детей, вышедших на улицу. Миллионы амери¬ канцев видели на экранах телевизоров, как полиция сбивала с ног взрослых и детей мощными струями воды, как избивали женщин дубинками, а собаки рвали мужчин. Они слышали пронзительные вопли Коннора: «Смотрите, они бегут!», «Смотрите, как бегут чер¬ номазые!» Все это вызвало громадное возмущение. Результаты не замедлили сказаться. 10 мая бизнесмены города удовлетворили требования Кинга и демонстрантов. В ответ местные группы ку-клукс-клана прибегли к насилию: в ход пошли бомбы, демонстрантов зверски избивали. Некоторые черные перешли к ответным действиям. Президент Кен¬ неди выступил по телевидению с предостережением бесчинствую¬ щим о том, что федеральные войска наготове. Кинг тоже призывал к спокойствию, и к концу месяца оно вернулось в Бирмингем. Деятельность движения за гражданские права принесла свои плоды. 11 июня президент Кеннеди объявил, что его администра¬ ция разработала законодательство с целью покончить с сегрега¬ цией в общественных местах, гарантировать черным избиратель¬ ные права и обеспечивать равные места для меньшинств на рабо¬ те. В драматической речи Кеннеди заявил: «Сто лет назад прези¬ дент Линкольн освободил рабов, однако их наследники, их внуки не свободны полностью. Они все еще в цепях несправедливо¬ сти; они все еще не свободны от социального и экономического угнетения. И США, несмотря на все их надежды и хвастовство, не будут полностью свободны, пока не свободны все их граж¬ дане». В то лето внимание движения за гражданские права сфокуси¬ ровалось на Вашингтоне. Президент представил свой законопро¬ ект па рассмотрение конгресса, где началось его обсуждение. На июль лидеры движения за гражданские права спланировали поход па Вашингтон, дабы убедить конгресс принять это законодательст¬ во. В августе более 250 тысяч человек сошлись в городе на мир¬ ную демонстрацию в поддержку гражданских прав. В то же лето велись негласные переговоры между Кингом, Бе¬ лым домом и министерством юстиции по вопросу о гражданских правах. С января по июнь 1963 г. ФБР засыпало министерство юстиции докладными о Кинге и СКЛК, составленными на основании мате¬ риалов расследований «Коминфол». Большая часть информации касалась деталей движения за гражданские права, планов и стра¬ тегии Кинга и СКЛК. Все сведения были собраны в нарушение правил самого ФБР — расследования по программе «Коминфол» ограничиваются сбором информации о «коммунистическом проник¬ новении» и не должны распространяться на легальную деятель¬ ность расследуемых организаций. Это нарушение не вызвало ника¬ ких нареканий со стороны министерства юстиции. То и дело во время бирмингемских событий помощники Кинга 69
были вынуждены связываться с министерством юстиции по этому «важному и серьезпому вопросу». Они настойчиво добивались от министерства обосновать обвинения «в коммунизме» в адрес Кин¬ га или получить от ФБР соответствующие доказательства. По словам Э. Янга, бывшего помощника Кинга, впоследствии конгрессмена, Б. Маршалл заявил, что у него нет никаких дока¬ зательств и что он «не мог получить ничего от ФБР». Янг припом¬ нил, как Маршалл сказал: «Мы просим ФБР дать нам доказатель¬ ства, а получаем длинные докладные, которые не содержат ничего существенного». 29 июля Гувер направил в министерство юстиции доклад от отделения ФБР в Нью-Йорке под названием «Мартин Лютер Кинг: связи с коммунистическим движепием». В докладной со¬ трудника ФБР К. Эванса указывалось: министр юстиции сказал, что «если этот доклад станет известным в конгрессе, то он (Кеп- педи) будет подвергнут импичменту». Доклад не стал достоянием гласности. ФБР стало требовать большего — прослушивать служебные и домашние телефоны Кинга. Министр юстиции пересмотрел свое решение о подслушивании телефонных разговоров Кинга и в ок¬ тябре 1963 года дал на него согласие. Он распорядился, чтобы ФБР прослушивало «в интересах национальной безопасности все телефоны Кинга, где бы он ни находился, и в любом другом месте, куда он мог бы переехать в будущем», а также «телефоны нью- йоркского отделения СКЛК или по любому другому адресу, куда могла переехать эта организация». Подслушивание телефонных разговоров продолжалось на протяжении двух последующих лет. Однако юридических оснований для подслушивания телефонных разговоров Кинга не было. Даже при самом широком толковании тогдашней инструкции министерства юстиции установление под¬ слушивающих устройств «в целях национальной безопасности» санкционировалось только в тех случаях, когда речь шла о делах, серьезно затрагивающих внутреннюю безопасность. Летом 1963 года руководители ФБР на ряде совещаний решили провести тайную операцию по дискредитации и уничтожению Мар¬ тина Лютера Кинга. 28 августа 250 тысяч человек приняли участие в походе на Вашингтон. Марш, устроенный участниками движения за граж¬ данские права, членами профсоюзов и представителями церковных организаций, проходил в поддержку законопроекта о гражданских правах. В тот день Мартин Лютер Кинг произнес перед собрав¬ шимися свою самую памятную речь: «...У меня есть мечта... что в один прекрасный день наш народ поднимется и постигнет истинный смысл нашего кредо: «Мы считаем само собой разу¬ меющимся, что все люди сотворены равными». У меня есть мечта, что в один прекрасный день на красных холмах Джорджии 70
сыны бывших рабов и сыны бывших рабовладельцев смогут сесть как братья за один стол. У меня есть мечта, что в один прекрасный день даже штат Миссисипи, этот рас¬ садник несправедливости... превратится в оазис свободы и спра¬ ведливости. У меня есть мечта, что настанет прекрасный день и четверо моих маленьких детей будут жить среди людей, которые станут судить о них не по цвету их кожи, а по их моральным качествам...» Речь всколыхнула толпу. Огромная масса людей аплодировала и как эхо откликнулась возгласами «Свободу немедленно!» на эту проникновенную евангельскую проповедь. ФБР отреагировало иначе. В докладной директору ФБР ^речь Кинга квалифицировалась как «демагогия». О Кинге было ска¬ зано: «Он на голову выше всех негритянских вождей, вместе взятых, по тому влиянию, которое он оказывает на огромные массы негров. Мы должны теперь выделить его... как самого опасного негра для будущего США с точки зрения коммунизма, воздействия на негров и национальной безопасности». Еще более зловещим было то, что ФБР указало: «законные» меры в отношении Кинга могут оказаться недостаточными. «Не¬ реалистично ограничивать себя, как мы делали в прошлом, сбо¬ ром законных доказательств или конкретных свидетельств, кото¬ рые были бы пригодны для использования в суде или в комитетах конгресса...». Отныне было делом ФБР «выделить» Кинга и покончить с ним собственными усилиями. 1 октября 1963 года Гувер получил и вскоре утвердил комплек¬ сный план «Коминфол — Коинтелпро», направленный против дви- жспия за гражданские права. План предусматривал усиление «на¬ блюдения за влиянием коммунистов на негров». Рекомендовалось «использовать все возможные методы расследования» и заявлялось о «настоятельной необходимости изощренной и агрессивной так¬ тики... дабы нейтрализовать или уничтожить влияние партии на негров». 10 и 21 октября министр юстиции Р. Кеннеди продемонстриро¬ вал ФБР образец «техники» для расследований, санкционировав прослушивание телефонов Кинга. 18 октября 1963 года ФБР разослало несколько иной доклад о Кинге, направив его не только в министерство юстиции, но и сот¬ рудникам Белого дома, ЦРУ, государственному департаменту, ми¬ нистерству обороны и разведывательным подразделениям мини¬ стерства обороны. В докладе не только суммировались обвинения ФБР против Кинга в его «связях с коммунистической партией». По словам Б. Маршалла, это «был личный выпад в адрес Мартина Лютера Кинга, его характера, морали, причем не подтвержденный 71
никакими фактами... То были личные нападки на него, совершен¬ но не связанные с обвинениями». В ноябре был убит в Далласе Дж. Кеннеди. Президентом стал Л. Джонсон. В министерстве юстиции, глава которого был погло¬ щен собственным горем, царило смятение. Кинг рассматривал убийство президента как трагедию и надеялся, что случившееся подвигнет страну к миру и примирению. Страна скорбела, а ФБР в начале декабря планировало кампа¬ нию по уничтожению Кинга и движения за гражданские права. На совещании, длившемся целый день, сотрудники ФБР выдвинули предложения, перед которыми бледнеют планы Г. Лидди1 в пери¬ од «Уотергейта». Сотрудники этого всемогущественного ведомства согласились пустить в ход «весь наличный арсенал средств рас¬ следования» для получения информации с целью «дискредитации» Кинга. Обсуждались предложения использовать священников, «раз¬ драженных» знакомых, «агрессивных» журналистов, «цветных» агентов, экономку Кинга и даже его жену. Помимо этого предла¬ галось «устроить на службу к Кингу хорошенькую женщину», что¬ бы добыть дискредитирующую информацию, пустить ее в ход и опозорить Кинга. Если судить по описанию Б. Маршаллом доклада ФБР от 18 октября, ФБР несомненно раскапывало нечто в личной жизни Кинга, что, по мнению ФБР, очернило бы его. В докладе содер¬ жались обвинения, но, как писал Маршалл, совершенно «беспоч¬ венные». Теперь ФБР искало подтверждений. К январю оно ста¬ ло вести слежку за Кингом с использованием фотокамер и самых квалифицированных агентов. В номере Кинга в отеле «Виллард» в Вашингтоне ФБР незаконно установило первое из многих под¬ слушивающих устройств. По действовавшим тогда правилам министерства юстиции ус¬ тановка микрофонов для подслушивания не требовала санкции министра юстиции, хотя и влекла за собой нарушение неприкосно¬ венности жилища или служебного помещения и была более серь¬ езным вторжением в личную жизнь, чем телефонное подслуши¬ вание. Однако, даже исходя из собственных правил, ФБР могло использовать эту технику только для сбора «важных данных или свидетельств, имеющих отношение к национальной безопасности». В данном случае ФБР планировало использовать «подслушиваю¬ щие устройства», чтобы узнать что-либо о «личной жизни доктора Кинга и его друзей», с тем чтобы Кинг мог быть «полностью дис¬ кредитирован». Это было совершенно незаконно. В отеле «Виллард» «подслушивающее устройство» исписало «19 катушек» пленки, по мнению ФБР, наверное, «обнаружило» «внебрачные» и, возможно, «межрасовые» связи Кинга. 1 Гордон Лидди — сотрудник комитета по переизбранию президента (1972 год), один из организаторов операции похищения документов из штаб-квартиры Национального комитета Демократической партии США.— Прим. ред. 72
Для Гувера «аморальное» поведение было идентично «подрыв¬ ной» деятельности — и то и другое можно было использовать с вы¬ годой. Гувер постоянно собирал подобного рода информацию о вид¬ ных деятелях и использовал ее для политических целей и шанта¬ жа. Часто он делился с президентами такой «официальной и кон¬ фиденциальной» информацией, которая содержала «непристой¬ ности» в поведении противников президентов или их помощников. Иногда он давал кое-кому знать, что располагал такой информаци¬ ей о них самих. В этот перечень входили президенты Дж. Кеннеди и Р. Никсон. Однако в данном случае Гувер не собирался дать понять Кингу, что располагает такой информацией о нем и упот¬ ребит ее в «политических» целях: он планировал использовать добытые данные, чтобы уничтожить Кинга как политического дея¬ теля. Пленки, полученные в отеле «Виллард», усилили кампанию ФБР против Кинга. Дж. Кеннеди и Л. Джонсон говорили о принятии законода¬ тельства о гражданских правах и призывали к «войне с нищетой». На этом фоне Мартин Лютер Кинг в глазах мира и собственной страны был весьма достойным человеком. В декабре 1963 года журнал «Тайм» назвал его «человеком года». В 1964 году, когда Кинг продолжал свою деятельность «ненасильственными метода¬ ми» в движении за гражданские права в Сент-Августине, штат Флорида, и в других городах, он был награжден почетными степе¬ нями университетов. Мэр Западного Берлина Вилли Брандт при¬ гласил его выступить на церемонии, посвященной памяти президен¬ та Кеннеди. Он имел аудиенцию у папы Павла VI в Риме. В ок¬ тябре комитет по присуждению Нобелевских премий удостоил его премии мира (ее надлежало получить в декабре). Если для Кинга 1964 год был годом чести и возросшего общест¬ венного признания, то для ФБР это был год сосредоточенных уси¬ лий для подрыва авторитета Кинга как лидера. Узнав о том, что Кинг был назван журналом «Тайм» «человеком года», Гувер на¬ писал на докладной: «Им пришлось долго копаться в мусорной яме, чтобы отыскать его». Когда университет Маркветта изъявил готовность предложить Кингу почетную степень (этот университет удостоил той же чести Гувера в 1950 году), ФБР сочло это «по- истине возмутительным». Когда папа Павел VI встретился с Кин¬ гом, Гувер написал на докладной об этой аудиенции: «Поразитель¬ но». Нобелевская премия мира Кинга рассматривалась в ФБР как настоящая катастрофа. Гувер и сотрудники ФБР сделали больше, нежели просто из¬ лили раздражение. В 1964 году ФБР провело брифинги, подгото¬ вило «монографии» и даже распространило магнитофонные записи о «коммунистической» деятельности Кинга и его «частной» жизни. В январе 1964 года ФБР проинструктировало по этим вопросам помощника президента У. Дженкинса. 23 января Гувер в неофици¬ альном порядке сообщил, что комитет по ассигнованиям палаты представителей и председатель этого комитета конгрессмен Дж. Ру- п
ни ознакомлены с содержанием записей. В марте ФБР довело до сведения ректората университета Маркветта, что присуждение Кингу почетной степени нежелательно. Тогда же «совершенно секретный» меморандум был послан министру юстиции Р. Кенне¬ ди. В июне ФБР добивалось, чтобы Национальный совет церквей и другие влиятельные церковные организации прекратили оказы¬ вать поддержку Кингу. В сентябре кардиналу Спеллмэну сооб¬ щили для передачи папе Павлу VI, что его встреча с Кингом по¬ ставит папу в затруднительное положение. Когда было объявлено о присуждении Кингу Нобелевской пре¬ мии мира, ФБР выпустило справку о Кинге (дополненный вари¬ ант доклада, не принятый в октябре 1963 года Р. Кеннеди) и ра¬ зослало ее помощнику президента Б. Мойерсу, представителю США в ООН Э. Стивенсону, сотруднику ООН Ральфу Банчу, сенатору Г. 'Хэмфри, губернатору Н. Рокфеллеру, послам США в Лондоне и Осло, видным гражданам Атланты, которые намеревались уст¬ роить почетную церемонию в честь Кинга после получения им Но¬ белевской премии. На протяжении всего 1964 года ФБР предлагало записи из отеля «Виллард» обозревателям и корреспондентам различных га¬ зет, включая «Чикаго дейли ныос», «Атланта конститьюшэн» и др. Реакция официального Вашингтона была поразительной. Ни один официальный деятель, в особенности из тех, кто занимал пост в органах, надзиравших над ФБР, не пошевелил и пальцем, чтобы прекратить злобную кампанию. После январского инструктажа сотрудниками ФБР У. Дженкинса президент Джонсон, конечно, узнал о происходившем, но не сделал ничего. В марте проинфор¬ мировали министра юстиции Р. Кеннеди, но он отказался что-либо предпринять и выразил беспокойство лишь по поводу того, как вся эта история отразится на его политической карьере. В ноябре но¬ вый министр юстиции Н. Катценбах и сдающий дела заместитель министра юстиции Б. Маршалл лично посетили ранчо Джонсона, чтобы рассказать президенту о грязной кампании ФБР и о том, что ФБР предлагает магнитофонные записи прессе. Хотя Джонсон и выразил беспокойство, Катценбах и Маршалл впоследствии не попытались выяснить, вмешался ли президент в это дело. Сам ми¬ нистр юстиции Катценбах, естественно, остался в стороне. Визит на ранчо Джонсона в ноябре был пустым жестом. Джон¬ сон через У. Дженкинса уже в январе знал о кампании ФБР. Джен¬ кинс считал, что необъективную информацию о Кинге следует распространять. В декабре другой помощник Джонсона — Б. Мой¬ ере отдал распоряжение распространить справку ФБР о Кинге. Когда Мойере докладывал, что представители прессы предосте¬ регали о кампании ФБР, Джонсон пожаловался, что пресса крити¬ кует ФБР. Джонсон стал защищать Гувера! Дело в том, что Джонсон менее всего был склонен выступать против Гувера. Он поддерживал теперь законопроект о граждан¬ ских правах и боялся оказаться причастным к грязной кампании, 74
в которой участников борьбы за гражданские права обвиняли в связях с коммунистами. Самое главное — Джонсон был уже ском¬ прометирован, ибо предупреждения Маршалла и Катценбаха по¬ следовали позже того, как Джонсон использовал в «политических целях» данные ФБР, полученные в ходе слежки за Кингом. В августе Джонсон направил 30 агентов ФБР во главе с началь¬ ником отдела регистрации преступлений К. Делочем в Атлантик- сити, штат Нью-Джерси, «прикрыть» съезд демократической пар¬ тии. Этот отряд, якобы посланный охранять президента (что входит в обязанность секретной службы), а также не допустить беспорядков среди местного населения (чем должна заниматься местная полиция), на деле собирал информацию для Джонсона. В докладе говорилось, что отряду удалось «держать Белый дом полностью в курсе всех важных событий во время съезда». К этих целях использовались местные осведомители, различная техника для скрытого наблюдения, тайные агенты для проникновения в главные, представляющие интерес группы, агенты, работавшие под видом журналистов. «Техника для скрытого наблюдения» включала в себя две электронные установки: подслушивающую аппаратуру в номере отеля, где жил Мартин Лютер Кинг, и скрытые микро¬ фоны в соответствующих организациях. В результате прослушивания помещений, где бывал Кинг, Джонсон получил данные о том, что Демократическая партия сво¬ боды Миссисипи (МФДП) была готова бросить вызов делегации белых от штата Миссисипи. Вот только один пример информации, полученной путем подслушивания: «Кинг и лицо, связанное с ним, составили телеграмму президенту Джонсону... с выражением умеренного протеста. По словам Кинга, президент твердо обещал сохранять нейтралитет при выборе членов делегации от Мисси¬ сипи для представительства на конвенте. Кинг полагает, что ман¬ датная комиссия не допустит Демократическую партию свободы Миссисипи к участию в конвенте, поскольку президент оказывал на нее давление в этом направлении. МФДП хотела бы поставить этот вопрос на рассмотрение всех участников конвента, но из-за вмешательства президента это будет невозможно». Это были точные сведения, хотя и полученные незаконно. Те¬ перь президент наверняка знал требования МФДП и на какой ком¬ промисс она могла пойти. Коль скоро Джонсон получил эти сведе¬ ния через Гувера, он не мог давить на директора ФБР. При нере¬ шительной и компромиссной позиции официального Вашингтона, не желавшего ввязываться в дела ФБР, на долю лидеров движения ва гражданские права, включая Кинга, выпало отражение нати¬ ска ФБР. Зная о грязной кампании, они особенно беспокоились о том, что Гувер публично пустит свою информацию в ход именно тогда, когда Кинг и Гувер схватились уже в открытую. В апреле пресса процитировала следующее высказывание Гу¬ вера: «В движении за гражданские права существует коммунисти¬ ческое влияние». Кинг отреагировал остро: 95
«Очень прискорбно, что м-р Гувер, утверждая о мнимых связях движения ва гражданские права с коммунистами, льет воду йа мельницу южных расистов и экстремистских правых элементов, распространяющих лживые измышления о нас. Мы призываем всех, поднимающих вопрос о таких связях дви¬ жения — будь то обозреватели газет или сам глава ФБР,— пред¬ ставить доказательства этих обвинений. Мы уверены, что сделать это невозможно». Кинг повторил свое обвинение в адрес ФБР: заняв пассивную позицию на Юге, будучи совершенно неспособным положить конец жестокостям и беззакониям, творимым там в отношении черных, ФБР спровоцировало кампанию против Кинга. Сначала Гувер считал, что сами участники движения за граж¬ данские права должны доказать свою действительную непричаст¬ ность к коммунистам. Затем в ноябре Гувер устроил пресс-конфе¬ ренцию. Когда его попросили ответить на вопрос относительно об¬ винений против Кинга, Гувер обозвал Кинга самым «отъявленным лгуном» страны. Комментариям Гувера была придана самая ши¬ рокая гласность. На этот раз Кинг попытался как-то умерить страсти. «Такое за¬ явление м-р Гувер мог сделать,— сказал Кинг,— только находясь в каких-либо весьма трудных обстоятельствах. Он, очевидно, не выдержал ужасающего бремени сложностей и ответственности на своем посту». Кинг послал Гуверу телеграмму, заявляя, что, хотя он и критикует ФБР, реакция его директора «для него загадка», и выразил желание «обсудить этот вопрос с Гувером подробно». 27 ноября К. Делоч заявил Р. Вилкинсу (одному из лидеров движения за гражданские права.— Ред.), что, если Кинг добивает¬ ся «войны», ФБР готово начать ее. Они обсудили «компромети¬ рующий» Кинга материал ФБР. Вилкинс сказал Делочу, что, если ФБР сделает сфабрикованный материал достоянием гласности, движению за гражданские права придет конец. Очевидно, Вилкинс передал это Кингу, и ряд лидеров, включая Кинга, решили пред¬ принять шаги к встрече с Гувером. Гувер согласился встретиться с Кингом 1 декабря. Согласно всем отчетам, встреча была чрезвычайно сердечной. Гувер выразил поддержку движению за гражданские права, затем обратился к тому, что держал про себя,— критике ФБР. Встреча вылилась в длинный монолог Гувера по поводу усилий ФБР за¬ щитить участников движения за гражданские права, на Юге пре¬ творить в жизнь законы США, предотвратить терроризм. В конце встречи Кинг и Гувер согласились публично заключить переми¬ рие. Лишь теперь стало известно, насколько близко в тот момент ФБР подошло к полной конфронтации. В разгар публичных споров ФБР сделало свой самый прискорбный шаг. Оно отослало магни¬ тофонные записи в отделение СКЛК в городе Атланте с сопрово¬ дительным письмом. В нем Кингу предлагалось либо покончить 76
Жизнь самоубийством, либо накануне церемонии получения пре¬ мии в Осло отказаться от нее перед лицом публичного разглаше¬ ния содержания «записей». В письме, в частности, говорилось: «Кинг, тебе осталось только одно. Ты знаешь, о чем идет речь. У тебя на это 34 дня (это число имеет конкретное практическое значение). С тобой покончено. У тебя есть лишь один выход. По¬ торопись воспользоваться им до того, как грязное исподнее твоей натуры будет предъявлено стране». До церемонии присуждения Нобелевской премии мира остава¬ лось 34 дня. Хотя публичный скандал удалось предотвратить в последний момент, кампания ФБР продолжалась. С 1965 года и вплоть до убийства Кинга в апреле 1968 года продолжались тайные по¬ пытки ФБР уничтожить Кинга и низвергнуть его с «пьедестала». Помимо письма с предложением Кингу покончить с собой, нет другого более наглядного подтверждения смысла характера опера¬ ции политической полиции, чем параллельный план ФБР найти «подходящую замену» Кингу одновременно с проведением этой кампании. План был прост. Глава разведывательного подразделения ФБР Салливан в январе 1964 года в докладной на имя Гувера предло¬ жил ФБР заняться поисками «подходящего» преемника Книга. Гувер согласился. Когда в сенатском комитете по расследованию деятельности разведки Салливана спросили по поводу этой до¬ кладной, его ответ говорил сам за себя: «Я очень горжусь доклад¬ ной, это один из лучших когда-либо написанных мной документов. Я полагаю, что выразил в нем несомненную заботу о стране». При жизни Кинга эта «забота» проявлялась вновь и вновь. С 19\55 года любое значительное начинание Кинга было поводом для рассылки дополненного доклада о его «связях с коммунистами» и «излишнем темпераменте». В 1967 году в ответ на выступление Кинга против вьетнамской войны дополненный доклад был направ¬ лен в Белый дом, государственному секретарю, мипистру обороны и секретной службе. Затем в 1968 году, когда Кинг объявил о пла¬ не похода весной на Вашингтон (после смерти Кинга план вопло¬ тился в «Кампанию бедняков»), снова был разослан дополненный доклад. Даже после смерти Кинга, когда конгресс рассматривал во¬ прос об объявлении дня рождения Кинга национальным праздни¬ ком, сотрудники ФБР «просвещали» конгрессменов относительно личной жизни Кинга. ФБР проводило и многие другие политические операции про¬ тив Кинга и СКЛК. Оно пустило слух, будто Кинг имел секретный счет в швейцарском банке. Оно подстрекало службу внутренних доходов проверять уплату налогов СКЛК, создавая тем самым по¬ мехи в работе организации. Оно побуждало Фонд Форда и Нацио¬ нальный научный фонд сократить финансирование СКЛК. ФБР даже предприняло шаги договориться с владельцами журналов и издателями не публиковать статьи и книги Кинга. 77
В 1967 году Кинг и СКЛК стали основными объектами нападок ФБР в рамках программы «Коинтелпро» (эта программа прово¬ дилась против групп типа «черных ненавистников»). Одной из целей ФБР было предотвращение роста авторитета «черной мес¬ сии», в особенности Мартина Лютера Кинга. Согласно плану, ФБР пыталось передать в прессу материалы, обвиняющие Кинга и СКЛК в беспорядках во время забастовки мусорщиков в Мем¬ фисе в 1968 году, и сфабриковало информацию о том, что движе¬ ние «Кампания бедняков» располагает достаточными средствами для ее проведения. Когда же предоставлялись случаи для официального вмеша¬ тельства министерства юстиции, делалось очень мало. В 1965 году Л. Джонсон ввел строгие ограничения на электронную слежку, потребовав подтверждения разрешений на установку всех подслу¬ шивающих устройств в интересах национальной безопасности, то есть отныне требовалась санкция министра юстиции на установку скрытых микрофонов и периодическое подтверждение этой санк¬ ции. Однако в отношении Кинга министр юстиции Н. Катценбах, напротив, подтвердил санкцию на подслушивание телефонных раз¬ говоров Кинга и одобрил использование по крайней мере трех микрофонных установок для тайной слежки. Он так и не смог объяснить, почему он сделал это или как его подписью скрепили эти санкции. В дальнейшем только министр юстиции Р. Кларк от¬ казался санкционировать эти действия ФБР в 1968 и 1969 годах. Правительство никак не отреагировало на грязную кампанию. Доклады были разосланы, но так и остались у адресатов. Не было сделано и попытки отозвать их. Поскольку ФБР «публично» никогда не формулировало своих обвинений, кампания в целом имела громадные последствия. По словам адвоката СКЛК Гарри Вочтела, интенсивная слежка бро¬ сила движение за гражданские права в сети электронной «ловуш¬ ки». С 1962 года правительство знало все планы и стратегию Кин¬ га и СКЛК, что не могло не сказаться отрицательно на переговорах Кинга и СКЛК с правительством по вопросу о гражданских правах. Отрицая обвинения в связях движения за гражданские права с коммунистами, Кинг и его лидеры впустую растрачивали энергию и время. В конечном итоге грязная кампания клеветы привела к тому, что жертвовавшие на деятельность СКЛК отвернулись от нее, а в движении за гражданские права возникли разногласия по поводу того, должен ли Кинг продолжать оставаться руководите¬ лем. ФБР «подорвало» движение за гражданские права. Что пе¬ режил Кинг, не поддается описанию. Интересен вывод, к которому приходит автор книги: ФБР ис¬ пользовало против Мартина Лютера Кинга и движения за граж¬ данские права весь свой арсенал слежки и подрывных действий. Под его прицелом была личная жизнь Кинга, политическая дея¬ тельность Кинга и всего движения, ставивших своей целью нена¬ сильственные действия и борьбу за демократию. На примере Кин¬ 78
га видно — не в первый и не в последний раз ФБР обрушило свою мощь против ни в чем не повинного человека. В конечном счете все мы, американцы, становимся жертвами, когда наши политические взгляды не устраивают ФБР — могущественное ведомство, заправ¬ ляющее ныне политикой. История Кинга дает многое для понимания того, как действует ФБР внутри страны. Кинг был не единственным объектом внима¬ ния ФБР, Р. Фридмэн ФБР, МАФИЯ ЛАС-ВЕГАСА И СЕНАТОР ЛЭКСОЛТ1 О нравах, царящих в ФБР, среди американских законодателей, их связях с мафией дает представление статья американского жур¬ налиста Р. Фридмэна, реферат которой мы предлагаем читателю. В 23 года Джозеф Яблонски взбунтовался. Он презрел перс¬ пективы благополучного обывательского будущего и поступил на работу в ФБР. Учитывая ярый антисемитизм Э. Гувера, это был необычный выбор. Однако Яблонски был идеалистом, по натуре своей искателем приключений и видел свое высшее призвание в борьбе с преступностью. Он знал, что переживет Гувера, а воз¬ можно, когда-нибудь даже займет его место. Уже в первые годы своей карьеры он сумел внедриться в знаменитую гангстерскую банду Мейра Лански в Чикаго, в результате чего последовал ряд арестов и было возбуждено несколько судебных дел. В 1979 году директор ФБР Уильям Уэбстер лично утвердил кандидатуру вечно пыхтящего сигарой и пестро одевающегося Яблонски на должность заведующего отделением ФБР в Лас-Ве¬ гасе — городе, который сам Уэбстер называл «перекрестком орга¬ низованной преступности». Однажды, вскоре после своего прибытия в Лас-Вегас, Яблоп- ски с одним из своих знакомых зашел в отель «Ривьера» выпить чашку кофе. За угловым столиком он увидел остатки той самой старой банды, которую он годами преследовал. «Все были там, кроме Лански»,— вспоминал Яблонски. За столиком сидели 80- летний Моррис (Мо) Далиц, который еще в 1951 году был изо¬ бличен как один из основателей общенационального преступного синдиката, а теперь имел репутацию одного из самых могущест¬ венных людей в Лас-Вегасе; деловой партнер Далица, в свое время бывший, так же как и он, членом кливлендской банды «Мэйфилд Роуд Гэнг», Моррис Кляйнмэн, а также «Генерал» Эл Барон из Чикаго. Вместе с ними сидел управляющий отелем 53- летний Герб Тобмэн. 1 Опубликовано в «МоШег 1оне8», 1984, Аи^из! / 8ер1етЪег, 79
Когда Яблонски и его спутник устроились за своим столиком, к ним с видом хозяина подошел Тобмэн. «Вам, я смотрю, все рав¬ но, с кем ходить в приличные места»,— прошипел он ошарашен¬ ному знакомому Яблонски. «У этого парня было жуть сколько нахальства»,— говорил позднее Яблонски. Далиц и его друзья чувствовали себя хозяева¬ ми в Лас-Вегасе. Однако при Яблонски все изменилось. Вскоре после инцидента в «Ривьере» Яблонски распорядился расследовать финансовые дела отелей «Стардаст» и «Фремонт», владельцем которых был Эл Сакс, а управляющим — деловой протеже Мо Далица Тобмэн. Расследование Яблонски привело к тому, что Сакс и Тобмэн утратили свои игорные лицензии, хотя обоим удалось избежать судебного преследования. Это был пер¬ вый удар Яблонски по организованной преступности и политиче¬ ской коррупции. Для человека, который посвятил свою жизнь борьбе с пороком, Лас-Вегас был настоящим заповедником. По данным министерст¬ ва юстиции Соединенных Штатов Америки, ежегодно миллионы долларов «снимаются» с отелей и казино города и зачастую перево¬ дятся в более доходные преступные предприятия, такие, как конт¬ рабанда наркотиками. «Пока хранилища Лас-Вегаса будут наби¬ ты наличными деньгами,— говорил Яблонски,— этот город будет как магнит притягивать к себе гангстеров и безвольных политиче¬ ских деятелей». Босс организованной преступности в Канзас-сити Ник Сивел- ла, который однажды вместе с десятью партнерами был обвинен в «снятии сливок» с отеля «Тропикана» в размере не менее мил¬ лиона долларов, в подслушанном властями телефонном разговоре сказал: «Я считаю, что со временем все они там начинают прода¬ ваться. И они сами тут, знаете ли, ни при чем. Просто они живут в самой гуще всего этого». В городе, вся экономика которого зиждется на пороке, а Мо Далиц — почетный гость на благотворительных завтраках, вои¬ на, объявленная Яблонски преступному миру, вызвала всеобщую тревогу. Все подпольные силы этой игорной Мекки пришли в движение. Однако Яблонски представлял здесь ФБР. Чтобы остановить его, Далицу и сподвижникам был нужен блат в Ва¬ шингтоне. Пришло время взыскать по счетам с человека, которого они помогли отправить туда в 1974 году,— с сенатора от Невады Пола Лэксолта. Избранный к тому времени на второй срок в се¬ нат, Лэксолт стал одним из самых влиятельных людей в столице. В 1976 и 1980 годах он руководил избирательными кампаниями своего близкого друга Рональда Рейгана. Журнал «Форбс» писал, что Лэксолт по нескольку раз в педелю наведывается к Рейгапу и часто беседует по телефону с Нэнси и ближайшими помощни¬ ками президента. «Он является для Рейгана надежным каналом связи с окружающим миром, в том числе и с миром бизнеса»,— выболтал «Форбс». 80
По словам Яблонски, когда Лэксолт узнал, что ФБР беспоко¬ ит Далица, Сакса и прочих, которые годами столь щедро финан¬ сировали кампании Лэксолта за избрание губернатором штата и в сенат, он заявил представителям прессы, что использует свои связи с администрацией Рейгана, для того чтобы свернуть рас¬ следования организованной преступности в Неваде. В Белом доме встревоженного друга Рейгана направили к министру юстиции Уильяму Ф. Смиту. Лэксолт пожаловался Смиту: очень уж много излишне агрессивных федеральных агентов намеренно беспокоят игорную индустрию. Он попросил, чтобы Яблонски перевели в другой город. В интервью газете «Майами геральд», которая несколько ра¬ нее опубликовала большой материал о тесных связях Лэксолта с боссами организованной преступности в Неваде, Лэксолт подроб¬ но изложил свое недовольство. «У нас здесь гораздо больше аген¬ тов ФБР, чем нам нужно,— брюзжал он,— Яблонски и его агенты попирают «частные права людей». Уильям Смит, сам давний друг Рейгана, обещал разобраться и что-нибудь предпринять. Когда ничего конкретного предпринято не было, а расследование Яблонски продолжало разворачиваться, Лэксолт решил воспользоваться своими собственными правами как члена сепатской комиссии по ассигнованиям и объявил, чтр потребует проведения комиссией специальных слушаний по рас¬ следованию деятельности ФБР в Неваде. Он не преминул выра¬ зить особое беспокойство по поводу активности ударной группы министерства юстиции по борьбе с организованной преступностью в Лас-Вегасе. (Министерство юстиции располагает 26 такими спе¬ циальными группами, рассредоточенными по всей стране в тех местах, где преступный мир сильнее всего.) Лэксолт не только призвал к проведению сенатских слушаний, он оказал содействие издателю лас-вегасской газеты «Сан» Хэнку Гринспану, который готовил серию статей против Яблонски. В 50-х годах Гринспан в своей газете выступал против влияния организованной преступности в Неваде. Позднее, после того как с помощью заправил игорного бизнеса он сам сколотил изрядное, состояние, атаки Гринспана против преступности ослабли. Утвер¬ ждалось, что тесно связанный с игорными магнатами Невады чи¬ кагский финансист Аллен Дорфман устроил Гринспану заем в 250 тысяч долларов из Фонда профсоюза водителей грузовиков на покупку увеселительного заведения, которое тот позже перепро¬ дал миллиардеру Говарду Хьюзу за 2,6 миллиона долларов. В октябре 1982 года Лэксолт организовал для Гринспана встречу с высшими чиновниками министерства юстиции — и вов¬ се не для светской беседы. Принимавший Гринспана заместитель министра юстиции Эдвард Шмульц подтвердил, что их встреча была организована Лэксолтом и на ней присутствовал один из сотрудников сенатора. Однако Шмульц нашел обвинения Гринс¬ пана против ФБР и Яблонски «смехотворными». В ответ на это 81
Гринспан в передовица евоей газеты заявил, что министерство юстиции просто-напросто «прикрывает» свои собственные нару¬ шения законности при проведении расследований. Не смутившись очевидным спокойствием министерства юсти¬ ции, Лэксолт и Гринспан продолжали добиваться перевода Яб¬ лонски из Лас-Вегаса. 25 июня 1982 года Гринспан писал на пер¬ вой странице «Сан»: «Заведующий отделением ФБР прибыл в Лас-Вегас с уже сложившимся представлением, что в Неваде все заражены пороком и что его задача состоит в том, чтобы вымести коррумпированных лиц из рядов организованного общества. Это представление неверно и несправедливо». В той же статье Грипс- пан предупреждал Яблонски, чтобы он после своей отставки не околачивался в Лас-Вегасе, поскольку не получит работы здесь ни у одного уважаемого бизнесмена. (Некоторые из предшест¬ венников Яблонски получают от игорного бизнеса шестизначные суммы жалованья.) Яблонски, со своей стороны, решил покопаться в прошлом са¬ мого Лэксолта. Он читал сообщения в «Майами геральд», «Уолл¬ стрит джорнэл», «Сакраменто би» и других изданиях о том, что сенатор водит дружбу с людьми, связанными с преступным ми¬ ром, и что чем-то им обязан. «В штаб-квартире ФБР в Вашингто¬ не никто не мог мне ничего путного сказать об отношениях Лэк¬ солта с боссами организованной преступности,— говорил Яблоп- ски.— Я послал статью из «Майами геральд» советнику президен¬ та Эду Мизу, который заявил, что все это является для него ново¬ стью». Но кто из политических деятелей в Неваде не зависит от взно¬ сов в их избирательные фонды от неприглядных типов? Лэксолт часто повторяет: «Взгляните на список тех, кто оказывает финан¬ совую помощь любому политику в Неваде, и вы увидите одни и те же имена». Он, разумеется, прав, и Яблонски с ним не спорит. Однако его собственное расследование обнаружило, что отноше¬ ния Лэксолта с компанией, которую Яблонски называет «Далиц и его порода», выходят далеко за пределы эпизодических рукопо¬ жатий и пожертвований на политические кампании. Одна из фе¬ деральных чиновниц в Неваде сказала Яблонски, что после из¬ брания Лэксолта в сенат в 1974 году Далиц заявил ей на устроен¬ ном по этому поводу торжестве: «Лэксолт мой парень. Это я его туда послал». «У меня складывалось впечатление, что Лэксолт является ору¬ дием организованного преступного мира»,— продолжал Яблон¬ ски. Он стал копать все глубже и глубже. Связи Лэксолта с заправилами игорного бизнеса восходят к началу 60-х годов. Его, в ту пору никому не известного юриста из Карсон-сити, открыл издатель «Сан» Хэнк Гринспан. Лэксолт был одним из адвокатов, представлявших его на судебном процес¬ се против влиятельного сенатора от Невады. Процесс начался после того, как сенатор Патрик Маккаррэн призвал владельцев 82
игорных домов не давать в «Сан» свою рекламу. Гринспан с по¬ мощью Лэксолта выиграл процесс. Издателю понравилась работа Лэксолта, и он уговорил его вы¬ ставить в 1962 году свою кандидатуру на пост вице-губернатора штата. «Но меня же никто не знает»,— возразил Лэксолт. «Не волнуйся, это я беру на себя»,— заверил его Гринспан. При мощ¬ ной поддержке издателя Гринспана Лэксолт стал вице-губернато¬ ром. В 1966 году Гринспан поддержал намерение Лэксолта балло¬ тироваться в губернаторы. «Чтобы победить, ему нужны были 700—800 тысяч долларов»,— вспоминал издатель и редактор лас- вегасской «Вэлли тайме» Боб Браун. Чтобы дать Лэксолту воз¬ можность начать свою избирательную кампанию, группа бизнес¬ менов из южной части штата выдала ему чек на 25 тысяч долла¬ ров. Одним из пожертвователей был Руби Колод, игорная лицен¬ зия которого была приостановлена из-за его осуждения по делу о вымогательстве и сговоре с целью убийства. «Колод очень здо¬ рово нам помог»,— заявил позднее «Майами геральд» Лэксолт. За несколько дней до выборов Гринспан дал в «Сан» на всю первую страницу призыв: «Мы за Лэксолта». Победив с незначи¬ тельным большинством, Лэксолт стал губернатором как раз во¬ время: ну как не помочь Гринспану и лас-вегасскому координа¬ тору чикагской мафии Джони Розели разместить миллиардера Говарда Хьюза в апартаментах на верхнем этаже принадлежав¬ шего Мо Далицу отеля «Дезерт инн»? Гринспан и Лэксолт неза¬ медлительно посодействовали Хьюзу стать крупнейшим земле¬ владельцем и собственником игорных домов в графстве Кларк, штат Невада. Гринспан помогал Хьюзу приобретать казино и не¬ движимость, а управление по контролю за азартными играми штата при губернаторе Лэксолте не стало расследовать финансо¬ вые дела Хьюза, хотя этого требовали законы штата. Пребывание Хьюза в Неваде оказалось очень выгодным для Гринспана, Да- лица и Лэксолта. Гринспан на сделках с Хьюзом в 1967—1968 го¬ дах заработал 8 миллионов долларов, Далиц продал Хьюзу «Де¬ зерт инн» за 13,2 миллиона долларов. А Лэксолт получил тысячи в свой избирательный фонд и помог приобщиться к «щедрости» Хьюза другим влиятельным политикам штата. Покинув в 1971 году губернаторский особняк, Лэксолт решил на время отойти от политики и заняться частным бизнесом. На пару со своим братом Питером он построил в Карсон-сити отель- казино «Ормсби хауз» на 200 номеров. Из своих собственных средств Пол и Питер Лэксолты внесли на финансирование своего предприятия всего лишь 1851 доллар. Главным вкладчиком стал Бернард Немеров, близкий друг пред¬ седателя профсоюза водителей грузовиков Джимми Хоффа и быв¬ ший деловой партнер финансиста Дорфмана (которого застрели¬ ли на стоянке автомобилей в пригороде Чикаго вскоре после то¬ го, как он был осужден за попытку подкупить сенатора Кэннона). 83
Немеров был совладельцем отеля-казино «Ривьера» в то время, когда многим из его персонала было предъявлено* обвинение в «снятии сливок» с отеля для чикагской мафии. Немеров дал Лэк- солтам взаймы 475 тысяч долларов, сам вложил в «Ормсби хауз» 75 тысяч и укомплектовал отель персоналом из Лас-Вегаса. Затем братья Лэксолты раздобыли еще 5 миллионов долларов взаймы от банков Невады. В 1973 году Немеров отказался от проекта «Ормсби хауза», жалуясь на то, что Лэксолт «не знает, как содержать игорный дом». Он сказал Полу: «Или выкупай мою долю, или продавай отель». Как утверждает Немеров, после этого Лэксолт обратился к Дел¬ берту Коулмэну, который четырьмя годами раньше привлекался к СУДУ федеральной Комиссией по ценным бумагам и биржевым вопросам за махинации на бирже и ожесточенно отстаивал свое право на игорную лицензию штата. Коулмэн представил Лэксол¬ та Роберту Хайманну, вице-президенту чикагского «Ферст нэшнл бэнк». Хайманн предоставил Лэксолту первый из серии займов па общую сумму в 8 миллионов, для того чтобы выкупить долю Ие- мерова. Спрашивается: почему чикагский банк с готовностью да¬ вал такой займ плохо управляемому отелю в Неваде? (В феврале 1976 года группа Лэксолта продала находившийся к тому време¬ ни на грани банкротства «Ормсби хауз».) В течение десяти лет своего пребывания в сенате США Лэк¬ солт продолжал поддерживать тесные связи с темными личностя¬ ми, особенно с лидерами профсоюза водителей грузовиков. Напри¬ мер, он помог заручиться поддержкой тогдашнего председателя профсоюза Джекки Прессера для президентской кампании Ро¬ нальда Рейгана в 1980 году, а затем устроил Прессера в «переход¬ ную команду» Рейгана в качестве «старшего экономического со¬ ветника». Джекки Прессер — профсоюзный деятель второго по¬ коления из Огайо (его отец был осужден за получение незакон¬ ных вознаграждений от предпринимателей), обвинялся федераль¬ ными властями в том, что в местном отделении своего профсоюза в Кливленде он выплачивал жалованье мифическим профсоюзным работникам. Чем больше Яблонски узнавал о связях Лэксолта с преступ¬ ным миром, тем смелее он становился. Он беседовал с журнали¬ стами, осуждая дружбу Лэксолта с «гангстерами». С 1981 года Яблонски начал открыто ставить под вопрос уважение Лэксолта к законности и порядку. Из источников, близких к сенатору, из¬ вестно, что заявления Яблонски выводили Лэксолта из себя. Агент ФБР разъярил его еще больше, когда судебной повесткой затребовал деловые бумаги политического советника Лэксолта Зи- га Рогича. Рогич был директором корпорации, специально органи¬ зованной для рекламы предвыборной кампании Рейгана. Лэксол¬ ту пришлось вновь обращаться к Уильяму Смиту. 24 февраля 1981 года сформированная губернатором Невады Робертом Листом делегация штата посетила Смита в его кабине¬ 84
те в Вашингтоне. Целью ее вивита было, как рассказывал позднее один из присутствовавших, установление контактов между чинов¬ никами федерального правительства и властями штата. Во время встречи, однако, делегаты из Невады жаловались на Яблонски. Кроме сенатора Лэксолта в состав делегации входили сенатор Кэннон, член палаты представителей Джеймс Сантини, председа¬ тель комиссии по азартным играм Карл Додж и председатель уп¬ равления по контролю за азартными играми Ричард Банкер. Ди¬ ректор ФБР Уильям Уэбстер был приглашен на эту встречу, но отказался принять в ней участие. «Этот Яблонски почти каждый день объявлял то о подслуши¬ вании телефонных разговоров, то об интересах мафии в том или ином казино. Многим все это очень не нравилось»,— говорил Додж. Додж и другие участники встречи рассказали, что Лэксолт попросил Смита перевести Яблонски из Лас-Вегаса куда-нибудь в другое место. По словам Доджа, Смит вновь пообещал помочь чем-нибудь невадской делегации. «Смит внимательно слушал,— вспоминал гу¬ бернатор Р. Лист,— но никаких определенных обязательств на се¬ бя не брал». Как и у Лэксолта, у Листа были веские причины требовать го¬ лову Яблонски. На неофициальной встрече в ноябре 1980 года в кабинете Листа в Лас-Вегасе Яблонски обрушился на губернато ра за то, что он выдал Саксу и Тобмэну лицензии на управление казино «Стардаст» и «Фремонт», несмотря на энергичные возра¬ жения со стороны управления по контролю за азартными играми. Несколько месяцев спустя Лист жаловался Уэбстеру на то, что Яблонски отказывается сотрудничать с властями штата, выда¬ ющими лицензии на азартные игры. Тем временем Лэксолт продолжал в Вашингтоне свой «кресто¬ вый поход» против Яблонски. 25 марта 1981 года, месяц спустя после того, как делегация из Невады встречалась со Смитом, Лэк¬ солт опять выступил с нападками на ФБР, заявив на этот раз в интервью «Вашингтон пост», что Лас-Вегас «кишит» федеральны¬ ми агентами. Лэксолт сказал также, что он рассчитывает ограни¬ чить расследования федеральных властей по поводу «снятия сли¬ вок» с игорных домов и что он в скором времени встретится с пре¬ зидентом Рейганом, чтобы обсудить с ним, как сделать деятель¬ ность ФБР в Неваде в большей степени подотчетной властям штата. Яблонски сохранял спокойствие. При поддержке Уэбстера он провел секретную операцию, в ходе которой один из агентов ФБР изображал дельца, готового заплатить за услуги должностных лиц. Результатом операции было осуждение влиятельного сенатора штата Флойда Лэмба и ряда других известных политических де¬ ятелей в Лас-Вегасе и Неваде. К 1982 году Яблонски привлек к работе в Лас-Вегасе специ¬ алистов по борьбе с организованной преступностью со всей стра¬ 85
ны. Улицы города были забиты автофургонами без номеров, в игорном сообществе забродили слухи, что Яблонски затевает тай¬ ную операцию против губернатора Листа, а может быть, даже против сенатора Лэксолта. Слухи усилились, когда ФБР затребо¬ вало деловые бумаги политического советника Лэксолта Зига Ро- гича. Лэксолт и Рогич продолжали добиваться перевода Яблонски из Лас-Вегаса. В июне 1983 года федеральный прокурор штата Не¬ вада Лэмонд Миллс (кандидатура которого на этот пост была пред¬ ложена в 1981 году Лэксолтом после того, как Миллс пообещал сделать все возможное для того, чтобы урезать роль ФБР в Не¬ ваде) настаивал на том, чтобы федеральное Большое жюри прове¬ ло расследование «преступного поведения» Яблонски. Расследова¬ ние не состоялось. Тем временем по подсказкам Лэксолта и осно¬ вываясь на обвинениях, выдвинутых лас-вегасской «Сан», Миллс утверждал, что Яблонски по просьбе одного из политических де¬ ятелей занимался проверкой обстоятельств службы в ВВС поли¬ тического противника этого деятеля, что запрещается законом, и что он обедал за чужой счет в гостинице, что якобы противоречит правилам ФБР. ФБР и министерство юстиции начали два самостоятельных расследования службы Яблонски. В июне 1983 года Уэбстер вы¬ разил порицание ветерану ФБР, прослужившему в нем 31 год, и дал ему пять месяцев испытательного срока за введение в заблуж¬ дение прессы касательно выдвигавшихся против него обвинений. На съезде республиканской партии в 1980 году имя Лэксолта упоминалось в числе возможных кандидатов в вице-президенты. Однако, писала «Майами геральд», люди из ближайшего ок¬ ружения Рейгана получали по телефону предупреждения, что кандидатура Лэксолта сразу же будет ассоциироваться с Лас-Вега¬ сом и организованной преступностью. В той же газете уже сам Лэксолт заявил: «Рейган часто говорил, что ему чертовски жаль, что я не из Пенсильвании или Род-Айленда, а то он сделал бы меня своим кандидатом в вице-президенты». Тем не менее связи Лэксолта с такими людьми, как Далиц, не помешали ему в 1984 году возглавить кампанию за переизбрание Рейгана президентом. Республиканскую партию тоже, видимо, пе особенно беспокоили связи Лэксолта с мафией, поскольку Лэксолт продолжает сохранять за собой пост председателя национального комитета республиканской партии. Итак, Лэксолт продолжает путь наверх. А Джозеф Яблонски после почти 32 лет службы в ФБР ушел в отставку. Хэнк Гринс¬ пан предупреждал его — он никогда больше не сможет найти себе работу в Лас-Вегасе. 86
К. О'Брайен ГОСПОДЬ БОГ И МЕДАЛЬ ЛЖЕСВИДЕТЕЛЮ1 Политический деятель О’Брайен опубликовал возмущенную ста¬ тью по поводу награждения президентом США одного из лжесви¬ детелей, выступавшего на антикоммунистическом процессе в пе¬ риод маккартизма. Ниже приводится реферат этой статьи. Господь бог хорошо котируется на выборах в Америке. В нача¬ ле марта 1984 года тысячи американцев молились за то, чтобы «вернуть Господа в школы», и черт с ним, с Верховным судом, да л с самой конституцией. Те же самые американцы до мозолей на коленях вели активную кампанию за достижение этой цели. Этот крестовый поход возглавляет присягавший на верность конститу¬ ции президент Соединенных Штатов. Похоже, что ценности просвещения находятся под угрозой в стране, которая первой в мире признала их официально и записа¬ ла в свой главный закон. Отцы-основатели придерживались мнения, что религиозные вера и неверие являются личным делом каждого. Рейган, его сторонники и их бог считают, что правительство долж¬ но заставить всех детей молиться. В полном соответствии с такой позицией президент наградил медалью Свободы Уиттэкера Чэмберса (посмертно), чьи показания помогли осудить О. Хисса2. Чэмберс, помимо всего прочего, о чем пойдет речь в статье, сам себя именовал святым. Об этом он весьма пространно повест¬ вовал в своей книге «Свидетель», причем стилем, весьма отличаю¬ щимся от библейского мытаря3 (которому самого Чэмберса уподо¬ били его работодатели в журнале «Тайм»). Дело в том, что, ког¬ да Чэмберс писал эту книгу, он был квакером, как Ричард Ник¬ сон. Повторяю, как Ричард Никсон. Это значит, что он был из тех квакеров, у которых нет совершенно никаких предрассудков на¬ счет использования смертоносного насилия с нашей стороны, сто¬ роны Добра, против другой стороны, которая воплощает абсолют¬ ное Зло. О содержании и глубине религиозной и этической мысли Чэм¬ берса можно судить по истории, рассказанной в его книге о покуп¬ ке им охотничьего ружья. Он отправился в магазин «Монтгомери уорд» в Балтиморе купить ружье. Продавец был «южанином и, подобно некоторым другим южанам, относился к стрелковому оружию и всему, что с ним связано, с милой непринужденностью. «Ну, что ж, сэр,— сказал он с огромным удовольствием,— вы ку¬ пили как раз то, что надо. Вам нужно только вскинуть его, нажать 1 Опубликовано в «ОЬзегуег», 1984, МагсЬ И. 2 Речь идет о крупнейшей антикоммунистической провокации в годы президентства Г. Трумэна.— Прим. ред. 3 В библейских сказаниях — сборщик податей в Иудее»— Прим. ред. 87
на курок —и можете говорить: «В добрый путь». Иногда я вспо¬ минаю этого продавца. Я думаю, что, пока среди нас еще находят¬ ся такие неиспорченные души, может быть, битва еще не проиг¬ рана». В стране, где зарегистрировано 50 миллионов единиц стрелко¬ вого оружия в частных руках, таких «неиспорченных душ» должно найтись очень немало. Живя в Нью-Йорке, я прочитал как-то в местных газетах историю об одной из них. Человек услышал ночью шум, взял свой дробовик, вышел на кухню и в темноте разглядел очертания человеческой фигуры. Без всяких вопросов и окликов он выпалил из обоих стволов. Когда включил свет, то обнаружил, что человеческое существо, которому он только что пожелал «доб¬ рого пути» и отправил на тот свет, была его собственная дочь-под¬ росток, которая в это время доставала что-то из холодильника. В то время когда Уиттэкер Чэмберс купил свое ружье — если купил,— он еще не был святым человеком. Однако к тому времени, когда он с умилением писал о неиспорченной душе, которая с «ми¬ лой непринужденностью» и «огромным удовольствием» смотрела на идею о смертоубийстве, Чэмберс уже был святым, на чем он сам во многих местах своей книги упорно настаивает. К этому времени его уже «призвали.... внимать непосредственному ежедневному опыту Бога... познать Внутренний Свет... ясность духа, первая за¬ поведь которого есть сострадание», и так далее —до полной тош¬ ноты. Что же касается живых людей, то сострадания явно недостава¬ ло для тех, кто залезает по ночам в чужие квартиры, или для тех, кого можно за таковых принять, для коммунистов или для тех, ко¬ го можно за таковых принять. Не знаю, до какой степени совпадает состав лобби за введение молитв в школах и за свободную продажу оружия, однако похоже, что в наличии имеется большое количество возрожденных христи¬ ан, готовых по малейшему поводу пускать в ход оружие. Прези¬ дент нашел для них подходящего святого-покровителя в лице Уиттэкера Чэмберса. 20 лет назад я опубликовал в журнале «Нью-Йорк ревью оф букс» эссе о Чэмберсе под названием «Святой лжесвидетель». Это эссе очень обидело многих известных людей, которые (как п понимаю) были введены Чэмберсом в заблуждение. В число та¬ ких людей входил ныне покойный публицист Артур Кестлер, о чем он сам мне недвусмысленно сказал, когда мы с ним впервые встре¬ тились в редакции «Обсервера» незадолго до его смерти. Он ска¬ зал мне, что ему было крайне неприятно читать мою статью, в ко¬ торой я, как он выразился, «наплевал» на его друга Уиттэкера Чэм¬ берса. Он спросил меня: считаю ли я правильным все, что я на¬ писал в том эссе? Я ответил не сразу. Я медлил с ответом отчасти из-за того, что католики называют «уважением к человеку»,— по так просто сказать человеку, которым ты восхищаешься, что наме¬ рен и впредь «плевать» на его покойного друга. Отчасти же мне 88
было нужно как следует вспомнить содержание моего эссе 1964 года, чтобы проверить, что я там писал — ибо сегодня я не во всем согласен с тем, что писал в тот период. В конце концов я сказал Кестлеру, что придерживаюсь все тех же взглядов, и мы перевели беседу на другие темы. Узнав, что наш герой получил медаль Свободы, я перечитал «Святого лжесвидетеля». Я могу снова подписаться под каждым своим словом. Сейчас распространено мнение, что О. Хисс был виновен. Воз можно, не знаю. Я знаю, что, если бы я был членом суда присяж¬ ных на процессе Хисса, я бы не голосовал за его осуждение. Я но мог бы голосовать за его осуждение, потому что не мог бы считать, что его вина доказана «вне всяких сомнений», если главным свиде¬ телем обвинения против него был общеизвестный лжесвидетель Чэмберс. На первых слушаниях дела Чэмберс показывал под присягой: он знал, что Хисс коммунист, но не знал, был ли Хисс шпионом. На самом процессе он показал под присягой, что все время знал о том, что Хисс не только коммунист, но и шпион. Никуда не деть ся от того обстоятельства, что или в одном, или в другом случае он совершил лжесвидетельство. Больше того, вполне ясно, что он лжесвидетельствовал во время процесса над Хиссом и по другому вопросу. По поводу его показаний против Доналда Хисса —бра¬ та О. Хисса, у которого, как утверждает Чэмберс, он собирал пар тийные взносы, лорд Хьюитт писал: «...доказано, что его обвинения не имеют под собой никаких оснований. Мне представляется, что разного рода расхождения в его показаниях не могут объясняться просто несовершенством памяти». Вот тут-то, по этому деликатному вопросу о лжесвидетельстве и привносится имя господа. Автор «Свидетеля» объясняет свое доказанное лжесвидетельство своим сверхобильным состраданием: «Я всегда испытывал к жизни в целом прежде всего жалость. Эта настоятельная необходимость исходит из чего-то сокровенного и глубоко запрятанного в моей душе... ибо именно душа должна быть самым главным». Это пишет тот самый тип, который покупал тот дробовик и ко¬ торый лжесвидетельствовал против своего ближнего Доналда — и жизнь Доналда была бы сломана, если бы он не смог опровергнуть гадких обвинений своего душелюбивого клеветника. Удивительно, на каких людей произвели впечатление хныкание и сентиментальность «Свидетеля». Среди них Кестлер, среди них также Р. Уэст, которая смогла о доказанном лжесвидетельстве на¬ писать: «Такой акт может быть объяснен лишь самовлюбленностью мистика». И опустилась на нас тьма неведения, которым нас в любых угодных господу количествах пользовали в этом году. В Вашингто¬ не мрак сгустился до такой степени, что сей получатель медали Свободы восхваляется известным обозревателем Джорджем Уил 89
лом за его «великолепную прозу» и «ослепляющую красоту болез¬ ненной правдивости». Красоты, что и говорить, хватает. Я считаю, что господу богу не стоит вмешиваться в политику. С. Блюментал ИМПЕРИЯ ПРАВЕДНОСТИ1 Генеральный секретарь Компартии США Гэс Холл в сентябре 1984 года отметил «серьезную озабоченность общественности по поводу использования религии Рейганом для подкрепления своих претен¬ зий предстать «лидером, избранным богом» и тем, что «церковь и государство — партнеры», равно как и усилиями втянуть религию в политику, проводимую администрацией. Основной вопрос в этой связи — допустят ли американцы, что¬ бы своего рода «моральный маккартизм» охватил страну, или мы будем отстаивать положение конституции США и Билля о пра¬ вах — отделение церкви от государства и уважение права каждого гражданина считать религию своим личным делом». Об усилении попыток правящих кругов использовать религию в своих целях и о росте влияния религиозных организаций на по¬ литическую жизнь США дает представление статья журналиста С. Блюментала, реферат которой предлагаем читателю. «Благодарим тебя, отче, за руководство президента Рональда Рейгана». Такой благодарственной молитвой преподобный Джеймс Робисон открыл в 1984 году в Далласе национальный съезд рес¬ публиканской партии. Евангелист из новых правых, ведущий соб¬ ственную постоянную религиозную телепрограмму из близлежаще¬ го города Форт-Уэрт, Робисон в последние годы часто встречался с президентом. Разрешение благословить съезд для самого Робисо¬ на означало благословение республиканской партии. Взгляды его совершенно недвусмысленны. Он считает, например, что «нехри- стиапе не могут понимать вещей духовных». После того как Роби¬ сон облек республиканских делегатов в мантию божественного вы¬ бора, партия богоизбранных приступила к выполнению намечен¬ ной повестки дня. На четвертую ночь президент публично объявил о своем со¬ гласии баллотироваться на предстоящих президентских выборах и затем склонил голову для благословения, которое было нараспев зачитано последним оратором съезда, пастором гигантской Пер¬ вой баптистской церкви Далласа преподобным У. Крисуэллом. Для Крисуэлла эта предвыборная кампания была не первой. В 1960 году он находился в первых рядах среди тех, кто выступал с на¬ падками на католика Джона Кеннеди. Одна из написанных Крису¬ эллом по этому поводу брошюр была озаглавлена «Можно ли одно¬ временно быть лояльным католиком и хорошим президентом Сое¬ 1 Опубликовано в «ТЬе КериЬНс», 1984, Ос1оЬег 22. 90
диненных Штатов?». Ответом было категорическое «нет». Католи¬ ческая церковь, писал Крисуэлл, представляет собой «политиче¬ скую тиранию», а избрание Кеннеди президентом означало бы «гибель свободной церкви в свободном государстве». Теперь, стоя рядом с президентом Рейганом, он вооружал республиканцев мо¬ ральной праведностью. Заметная роль, которую Робисон и Крисуэлл играли на респуб¬ ликанском съезде, не была результатом недосмотра его организа¬ торов. Съезд в Далласе явился самым «заорганизованным» меро¬ приятием подобного рода в республиканской партии за многие го¬ ды. С начала и до конца он проходил в соответствии с подробней¬ шим сценарием, одобренным Белым домом, комитетом за избрание Рейгана — Буша и Национальным комитетом республиканской партии. Появление Робисона и Крисуэлла на почетной трибуне республиканцев свидетельствует об усилении влияния новых пра¬ вых евангелистов. «В этом не было совершенно ничего удивитель¬ ного» — таково мнение бывшего помощника президента Мортона Блэкуэлла, в начале 1984 года занимавшегося связями Рейгана с религиозными группами и консервативным движением. «Этому есть вполне разумное объяснение». Утром в последний день съезда Крисуэлл устроил завтрак с молебном, на котором присутствовал Рейган. В своем выступлении президент провозгласил политику и религию «неразделимыми». Уолтер Мондейл, кандидат от демократической партии, ухватился за это заявление, и проблема отделения церкви от государства превратилась в первый крупный вопрос начавшейся предвыборной кампании. Дискуссия на эту тему носила абстрактный и философ¬ ский характер. Однако силы, вызвавшие этот конфликт к жизни, были отнюдь не абстрактными. Речь идет о новых правых еванге¬ листах — политической элите, которая менее чем за 10 лет транс¬ формировалась из малозначащей группы в ядро консервативного движения. Консервативные евангелисты располагают широко раз¬ ветвленной организационной структурой и средствами связи, ты¬ сячами хорошо подготовленных убежденных активистов и придер¬ живаются исключительно безапелляционных идеологических взгля¬ дов. В отличие от других религиозных деятелей, от Билли Грэхэма до католических епископов, которые проводят какую-то разграни¬ чительную линию между религией и политикой, консервативные евангелисты совершенно намеренно отказываются видеть разницу между флагом и крестом. Эта их позиция выражается в представ¬ лении об Америке как о «христианской нации». Учитывая центральное место, которое евангелисты занимают в консервативном движении, президент, считающий себя не только лидером республиканской партии, но и в не меньшей степени дея¬ телем, представляющим всех консерваторов, не хочет отдаляться от них. На протяжении своего первого президентского срока он вы¬ ступал перед ними с разъяснениями своей политики, обнадеживал их, использовал возможности Белого дома для координации их де¬ 91
стельности, способствуя всем этим их укреплению и усилению. Та¬ кое его отношение, возможно, и не означало огосударствления ре¬ лигии, однако, вне всякого сомнения, представляло собой культи¬ вирование культов. Рейган использует аппарат евангелических но¬ вых правых для регистрации миллионов новых избирателей, кото¬ рые могут решить исход выборов в южных штатах в его пользу. 13 обмен на их поддержку президент во время неофициальных встреч в Белом доме с консерваторами-активистами твердо обещал назначить членами Верховного суда таких людей, кто пересмотрит решение суда по делу «Роу против Уэйда», установившего, что аборт не является уголовно наказуемым преступлением. Обещание президента было подтверждено в предвыборной платформе рес¬ публиканцев. Рейган рассматривает новых правых евангелистов как вспомо¬ гательную силу, как дивизию христианских воинов в консерватив¬ ной армии. Их цели, однако, простираются за пределы его прехо¬ дящей карьеры. Когда он уйдет, они останутся. У Рейгана есть выражение: «Вы еще много чего увидите». Их видение распростра¬ няется далеко за пределы его второго президентского срока — вплоть до второго пришествия. У новых правых есть своя концеп¬ ция конца нынешней истории человечества: настоящее есть всего лишь период малых горестей; настоящие беды еще предстоят, за¬ тем произойдет взятие живых на небо, когда заново рожденные бу¬ дут физически спешно вознесены па небеса, чтобы успеть избе¬ жать Армагеддона, этой решающей битвы между добром (то есть нами) и злом (то есть ими, империей зла), которая поставит все на свои места и за которой последует возвращение Христа. Готовясь к вселенскому апокалипсису, консервативные евангелисты с энтузи¬ азмом стремятся к апокалипсису идеологическому. Дело улавлива¬ ния душ превратилось в политику захватов. Новые правые еванге¬ листы, например, последовательно вели дело к захвату командных позиций в руководстве Южного баптистского конвента (ЮБК) — самой многочисленной протестантской секты в США, насчитываю¬ щей свыше 14 миллионов членов,— меняя в ходе этого процесса во имя политической выгоды устоявшиеся теологические позиции сек¬ ты. И от штата к штату, от Миннесоты до Техаса консервативные евангелисты приходят к руководству местных организаций респуб¬ ликанской партии. По словам директора группы повых правых евангелистов «Крисчен войс» Гэри Джармина, «республиканская партия представляет для нас орудие». Появление на республиканском съезде преподобных Робисона, Крисуэлла и Джерри Фолуэлла стало для евангелистских новых правых признаком того, что партия находится на пути к полити¬ ческому спасению. Рост их влияния объясняется стечением двух давних тенденций внутри консервативного движения: во-первых, стремления всех мелких групп выступать в качестве выразителей его главного курса и, во-вторых, стремления консерваторов при¬ влечь на сторону республиканской партии избирателей, которых 92
волнуют социальные вопросы нематериального порядка. Демокра¬ там удавалось, по крайней мере со времен «нового курса» *, объе¬ динить в коалицию столь разнородные группы, как баптисты сель¬ скохозяйственного Юга и католики северных городов, в основном с помощью экономических лозунгов. Консерваторы задумались над тем, нельзя ли подорвать влияние демократов и умеренных респуб¬ ликанцев путем привлечения в «Великую старую партию» различ¬ ных групп на иной, неэкономической, основе. Как оказалось, жест¬ ким ребром «социального вопроса» республиканцев стало движение новых правых евангелистов. В 1964 году руководители предвыборной кампании Голдуотера полагали, что республиканский кандидат в президенты может ис¬ пользовать в своих интересах широко распространившуюся реак¬ цию недовольства на движение за гражданские права и бурно рас¬ пустившуюся молодежную «культуру». Был сделан получасовой «документальный» фильм «Выбор». Он представлял собой калей¬ доскоп кадров, показывавших бунтующих черных, голых до пояса манекенщиц и посетителей ночных клубов, отплясывающих твист. Фильм был выпущен под эгидой специально созданной организа¬ ции «Матери за моральную Америку». Продюсер фильма Рас Уол¬ тон заявил, что его целью было «взять эти скрытые гнев и озабо¬ ченность падением морали, разжечь их, а затем осторожно повер¬ нуть и сфокусировать в нужном направлении». В 1968 году этот «скрытый гнев» пытались поставить себе на службу Джордж Уоллес и в некоторой степени Ричард Никсон. Кевин Филлипс, молодой помощник Джона Митчелла, руководите¬ ля предвыборной кампании Никсона, расценил итоги тех выборов как свидетельство глубокой политической перестройки, вызванной в значительной мере ненавистью к либеральной культуре Восточ¬ ного побережья. Опубликованная в 1969 году книга Филлипса «Возникающее республиканское большинство» стала первой тео¬ ретической работой по «социальному вопросу». По Филлипсу, ус¬ пех Уоллеса и избрание Никсона явились результатом «популист¬ ского бунта» нового среднего класса, главным побудительным мо¬ тивом которого была злоба на «мандаринов либерального истеб¬ лишмента». Манипулируя антагонизмами — этическими, регио¬ нальными и в области культуры, можно было произвести новую политическую перестройку. К тому же такого рода политика иде¬ ально соответствовала темпераменту Никсона. На первый взгляд анализ Филлипса представлял собой предвы¬ борную стратегию, учитывавшую напряженность внутриполитиче¬ ской обстановки 60-х годов и растущую геополитическую мощь штатов «Солнечного пояса». Однако в более близком и прикладном плане он предлагал стратегию фракционной борьбы внутри самой республиканской партии, направленную на отстранение от руко- 1 Так называлась внутренняя политика президента Ф. Рузвельта в 1933—1939 годах.— Прим. ред. 93
водства партии янки в интересах консервативного движения. «Воз¬ никающее республиканское большинство» было не столько планом строительства партии, сколько стратегией внутрипартийной пере¬ стройки. Консерваторы не просто хотели привлечь в партию новые группы — в другую дверь они выставляли старые. Влияние янки и их потенциальных союзников также можно было уменьшить при помощи строгого соблюдения правил партийного регламента, на¬ правленных против интересов крупных штатов, которые являют собой бастионы республиканской умеренности. В 1970 году появилась еще одна книга по «социальному вопро¬ су» — «Истинное большинство» Ричарда Скэммона и Бена Уоттен- берга. В ней утверждалось, что манипулирование республиканца¬ ми «социальным вопросом», различные стороны которого авторы определяли как «наиболее пугающие людей аспекты разрушитель¬ ных перемен», поставили демократов в положение обороняющихся. Авторы книги предсказывали сдвиг избирателей влево по экономи¬ ческим вопросам и вправо — по социальным. Они поэтому предпи¬ сывали политическим деятелям-демократам взывать к «немолодым, небедным и нечерным», перехватывая у Никсона, таким образом, его громы и молнии,— в пиковом положении не церемонятся. Толь¬ ко применяя такую тактику, писали авторы, демократы смогут вер¬ нуть себе своих заблудших сторонников и центр политического спектра. «Истинное большинство» было самым тщательным образом изучено политическим аппаратом Никсона, который решил взять на вооружение стратегию, предназначавшуюся для использования демократами. На промежуточных выборах в 1970 году главная роль в эксплуатации «социального вопроса» была отведена вице- президенту Спиро Агню, хорошо для нее подходившему: он не был ни католиком, ни баптистом, представлял этническое меньшинст¬ во и происходил из пограничного между Севером и Югом штата. Он разъезжал по стране, агитируя «трудящихся» присоединяться к Новому большинству против «избалованных вундеркиндов ра¬ дикальных либералов ». После триумфальной победы на выборах 1970 года Никсон за¬ мышлял изменить название республиканской партии на партию Нового большинства, что отражало бы смысл той политической пе¬ рестройки, которую он стремился осуществить. Тут, однако, насту¬ пил «Уотергейт». Агню перед судом признал себя виновным в кор¬ рупции в обмен на освобождение от уголовной ответственности, и президентом стал республиканец традиционного направления Дже¬ ральд Форд. В 1980 году, после нескольких неудачных попыток в прошлом, утверждения своей кандидатуры в президенты от республикан¬ ской партии добился Рональд Рейган, по своим взглядам стоявший гораздо ближе к консервативному движению, чем Никсон или Аг¬ ню. Некоторые обозреватели полагали, что он воспользуется «со¬ циальным вопросом», для того чтобы завершить дело, начатое 94
Никсоном. По приходе к власти новой администрации в январе 1981 года неоконсервативный публицист Норман Подгорец в статье в журнале «Комментари», озаглавленной «Новое американское большинство», сделал вывод, что своим успехом Рейган в большой степени был обязан «волне отвращения» к «новой культуре», оли¬ цетворением которой являлось «движение за эмансипацию гомо¬ сексуалистов и свободу абортов». Он идеально подходил для того, чтобы «реорганизовать то новое большинство, которое сумел соз¬ дать, но не успел укрепить Никсон». Политические советники Рейгана считали, одпако, что взятие на вооружение в качестве одного из главных «социального вопро¬ са» грозит уничтожением самой республиканской партии. Ведущие сотрудники Белого дома предпочитали осуществлять политическую перестройку другими средствами. Они решили, что, если демокра¬ ты смогли создать коалицию своих сторонников под экономически¬ ми лозунгами, то же самое могли бы сделать и республиканцы, из¬ бегая при этом способных ослабить партию побочных последствий «социального вопроса». Кроме того, их не особенно прельщала идея «морального крестового похода», в частности по вопросу об абортах. В результате по отношению к «социальному вопросу» и изби¬ рателям, которых этот вопрос волновал, была принята стратегия репрессивной терпимости. Действовала она следующим образом: новые правые евангелисты и их союзники сплачивали своих сто¬ ронников для борьбы за поправки к конституции по вопросам о молитвах в школах и о запрещении абортов. Сотрудники Белого дома, опасаясь раскола среди республиканцев и оживления новой оппозиции, предлагали им неискренние жесты поддержки, про се¬ бя желая провала этих инициатив. С молчаливого согласия Белого дома лидер большинства в сенате Говард Бейкер предоставлял возможность для выступлений по различным социальным вопро¬ сам. Вносившиеся законопроекты проваливались и за ненадобно¬ стью выбрасывались. Те сотрудники Белого дома, кто всерьез пы¬ тался поддерживать интерес к законопроектам евангелистов, от¬ правлялись вслед за ними. Так, например, директор отдела по свя¬ зям с общественностью Фэйт Уиттлси фанатично поддерживала цели повых правых евангелистов — вплоть до того, что страстно просвещала изумлявшихся директоров корпораций по поводу кре¬ дитов па оплату налога за обучение. Она быстро исчезла из виду. Тем временем помощнику президента Мортону Блэкуэллу было да¬ но задание присматривать за избирателями, которых надо было поддерживать в состоянии постоянной мобилизованности. Недо¬ статком этой стратегии было то обстоятельство, что Белый дом сам порождал консервативное движение, которое затем пытался сдер¬ живать. Рейган, со своей стороны, никогда не придерживался с энтузиазмом этой стратегии сдерживания: когда у него появлялась возможность выступить в поддержку консервативных евангели¬ стов, он не упускал ее. А иногда и сам организовывал такие воз¬ 95
можности, например, был не прочь сфотографироваться вместе с ними, несмотря на возражения своего аппарата. Представители новых правых евангелистов неизменно изобра¬ жают свое движение как спонтанно оборонительную реакцию про¬ стого человека на назойливые посягательства либеральной элиты. Некоторые решения Верховного суда и в самом деле вызвали отри¬ цательную реакцию. Однако консервативные евангелисты не про¬ сто реагируют на маршевый топот либерализма. Они планировали рост своего влияния годами — честолюбиво, устремленно и аг¬ рессивно. Это движение не является очередным проявлением уже известного в истории популизма, несмотря на частые ссылки на Эндрю Джексона, который, кстати, был убежденным и энергичным сторонником отделения церкви от государства. Претензии консер¬ ваторов «социального вопроса» на популизм основываются глав¬ ным образом на вольной трактовке истории. Новый правый евангелизм не соответствует и главной тради¬ ции самого евангелизма. В XVIII веке евангелисты непреклонно верили, что царство духа и государство должны существовать раз¬ дельно. Именно по этой причине многие баптисты сражались во времена Американской революции (1775—1783 годы). Церковная иерархия ассоциировалась у них с партией богачей и знати, что составляло своего рода союз нечестивых против совести личности. В конце XIX века новая разновидность евангелизма, ставшая из¬ вестной под названием фундаментализма, начала объединять пра¬ воверных с помощью религиозной догмы о возрождении, чтобы противостоять развращающему влиянию современного общества. Главными чертами фундаментализма были буквальное истолкова¬ ние Библии, активное обращение в свою веру и война против мир¬ ских искушений. Эта война обычно принимала форму обособле¬ ния от мира зла, путь к чистоте лежал через самоотстранение от соблазнов и воздержание. Новый правый евангелизм представляет собой уклонистскую и относительно новую форму фундаментализ¬ ма, корни которой уходят в антикатолицизм. В 50-х годах Карл Макинтайр был никому не известным про¬ поведником, принадлежавшим к религиозной секте, которую он сам же и основал. Он добился славы и богатства на волне маккартизма, проповедуя антикатолицизм и антикоммунизм. В коммунизме он усмотрел международный заговор, который дополняет его концеп¬ цию «церкви-блудницы». Традиционные протестантские церкви он именует «отступническими, коммунистическими и модернист¬ скими». В 1960 году он принимал участие в крестовом походе У. Крисуэлла против католика Кеннеди. Рвение в общем деле не помешало способному молодому апостолу Макинтайра Билли Хар¬ гису отделиться и основать свою собственную группу — Христиан¬ ский крестовый поход. К макинтайровскому видению мира Харгис добавил еще и расовый страх. В 1964 году Харгис организовал дви¬ жение за принятие поправки к конституции с целью отмены реше¬ ния Верховного суда о молитвах в школах. Эту поправку поддер¬ 96
живал и Барри Голдуотер. Макинтайр и Харгис построили импе¬ рии радиостанций, семинарий, недвижимости, издательств и поч¬ товых отправлений, которые должны были стать моделью дальней¬ шего развития событий. Среди множества странствующих в пустыне фундаменталист¬ ских групп правой ориентации был и Фонд христианской свободы, основанный в 1950 году на деньги владельца компании «Сан ойл» Говарда Пью. Целью фонда была подготовка и избрание кандида¬ тов из «настоящих христиан» на выборные государственные долж¬ ности. В 1975 году финансирование фонда взял на себя президент «Амуэйз корпорэйшн» Ричард Девос. (В начале 80-х годов Девос стал председателем по финансовым вопросам Национального коми¬ тета республиканской партии.) Для пропагандирования своих идей Фонд христианской свободы основал собственное издательство, которое среди прочих опубликовало написанную бывшим сотруд¬ ником Голдуотера Расом Уолтоном книгу «Одна страна под бо¬ гом». В ней излагалась концепция Америки как «христианской республики», основанной на «христианских принципах»,— начиная от отмены налогов для содержания государственных школ и кончая возвращением к золотому стандарту. Директором фонда был речистый Эд Макэтир, в прошлом за¬ ведующий отделом сбыта компании «Колгейт — Палмолив». Для пего распространение слова господня было сродни торговле. «Нам приходилось сбывать грузовиками лак для волос,— говорил он.— Это дало нам идеальную подготовку». Макэтир посвятил свою жпзнь евангелизму, стал в этой среде хорошо известным миряни¬ ном и даже принимал участие в международных конференциях. «Я был как ученый, посещающий научные собрания». Он знаком абсолютно со всеми — от захолустных пасторов до телевизионных проповедников. Его контакты предоставляют ему широкое поле деятельности. В 1976 году Макэтир ушел из Фонда христианской свободы па более перспективную работу в качестве одного пз директоров Кон¬ сервативного объединения — повой группы, которая являлась ча¬ стью разросшейся сети организаций новых правых. Ее возглавлял Ричард Вигери, который в свое время сумел при поддержке людей, финансировавших кампанию Джорджа Уоллеса, основать гигант¬ ский почтовый бизнес с применением вычислительной техники. Вигери специализируется на организации выступлений по отдель¬ ным вопросам, например организации движения против договора о Панамском канале. Правой рукой Вигери является глава Кон¬ сервативного кокуса Говард Филиппе, который и нанял в качест¬ ве своей правой руки Макэтира. «Эд сыграл очень важную роль в деле организации религиозного движения,— рассказывал Фи¬ липпе.— Он познакомил меня с очень многими людьми». «Я зани¬ мался скрещиванием»,— говорил сам Макэтир. В 1978 году он устроил для Филиппса в мотеле близ Линчбер¬ га, штат Вирджиния, завтрак с малоизвестным пастором Джерри Дорога в никуда 97
Фолуэллом. По плану, предложенному Фолуэллу, он должен был возглавить новую консервативную группу верующих. У Филиппса было готово даже название — «Моральное большинство». Понача¬ лу Фолуэлла не смогли до конца убедить. «Его люди сомневались, будет ли у них достаточно денег»,— говорил Филиппе. Во время их следующей встречи, однако, обращение Фолуэлла состоялось. «Макэтир на этом не остановился,— продолжал Филиппе.— Он организовывал новые встречи». «Я представлял всех и всем,— радо¬ вался Макэтир,— я представлял Филиппса, знакомил Вигери». Среди этих встреч было, например, и знакомство с Пэтом Роберт¬ соном — елейноголосым пророком божьим, владельцем сети радио¬ станций «Крисчен бродкастинг нетуорк» и руководителем собст¬ венной политической организации «Совет свободы». Были уста¬ новлены связи с новой группой «Крисчен войс». Группа выступала за принятие законов, которые объявили бы Америку «христиан¬ ской нацией», и вела «библейский список голосования». Согласно этому списку, законодатели оценивались в зависимости от их го¬ лосования по «христианским вопросам», таким, как финансиро¬ вание министерства образования или поддержка поправки о сба¬ лансированном бюджете. И наконец, последовали встречи с Джеймсом Робисоном. В 1980 году Макэтир уже стоял во главе собственной организации «Религиозный круглый стол», вице-президентом которой был Ро¬ бисон. Организация собрала тысячи евангелистских проповедников на встречу в Далласе, где перед ними выступил республиканский кандидат в президенты. Роль группы «Религиозного круглого сто¬ ла» была не более чем организаторской, однако Робисон предоста¬ вил в ее распоряжение для проведения этого мероприятия своих сотрудников и свои средства. Мортон Блэкуэлл назвал эту встре¬ чу «крупным поворотным пунктом в истории Соединенных Шта¬ тов». «Вы не можете утвердить мою кандидатуру,— заявил толпе проповедников Рональд Рейган,— а я вас одобряю». Его появлепие на- этом сборище придало новому правому евангелизму тот харак¬ тер законности, которого у него раньше не было. Многие евангели¬ сты не присоединились бы к движению, если бы они не знали, что его деятельность поддерживает кандидат в президенты от крупной партии. Это подтверждает и Блэкуэлл: «Большое число религиоз¬ ных лидеров раздумывало, присоединяться им к движению или нет. После этой встречи они решились». Движение религиозных пра¬ вых в этот период находилось в стадии зарождения, и организо¬ ванное «Религиозным круглым столом» сборище стало чем-то вро¬ де фасада съемочного павильона на киностудии. «В 1980 году еще не было никакой организационной структуры,— признает Фи¬ липпе.— Все существовало больше на словах. Встреча же в Далла¬ се была призвана продемонстрировать, что в движении участвуют очень многие и весьма уважаемые люди». Блестящая изобрета¬ тельность Макэтира, подкрепленная в последнюю минуту решаю¬ ща
щей финансовой помощью от Робисона, хорошо подготовила сцену для появления Рейгана, «одобрение» которого было совершенно необходимо для того, чтобы превратить видимость в действитель¬ ность. А он в свою очередь предстал в роли властелина социаль¬ ных сил, вызванных к жизни «социальным вопросом», что было в духе «родившегося свыше» Картера. Для обоснования законности своего движения консервативные евангелисты использовали не только санкцию Рональда Рейгана. Каждому движению нужен свой теоретик. Если Макэтир был глав¬ ным организатором, а Фолуэлл — главным публицистом евангели¬ стов, то роль их популярного философа играет плодовитый писа¬ тель Тим Лахэй. Изданная в 1980 году его книга «Битва за умы» пользовалась огромным коммерческим успехом. Он толкует аме¬ риканскую историю по Откровению св. Иоанна Богослова (т. е. по Апокалипсису). Самое важное — это то, что он называет нашего главного врага: мирской гуманизм — наша непризнанная, однако официальная религия. «Мирской гуманизм,— объяснял мне Ла¬ хэй,— ставит в центр всего человека. Он проник в Америку вместе со школами. Самым влиятельным парнем был Роберт Оуэн (анг¬ лийский утопист), который пришел к выводу, что американский народ слишком религиозен, чтобы воспринять социализм. Он и группа трансценденталистов, унитарианцев и атеистов решили тог¬ да сделать обязательным образование за счет государства. Тут-то и начал действовать этот унитарианец, Хорэс Манн. То,, что он сде¬ лал для мирского гуманизма в XIX веке, в XX продолжил Джон Дьюи. Сейчас у нас полностью светская система образования. И от¬ куда берутся все учителя? Из педагогического колледжа Колум¬ бийского университета. Там работал Джон Дьюи. Это сильнейшая цитадель мирского гуманизма во всей Америке. Полная секуляри¬ зация государственной школьной системы — лишь малая часть того, что еще произойдет. Они почти полностью контролируют все». Лахэй разработал теорию разветвленного заговора, частью ко¬ торого является Трехсторонняя комиссия, но в котором, как это пи странно, не участвуют масоны. Мирские гуманисты и их попутчи¬ ки, пишет он, насчитывают 275 тысяч человек. Они «контролируют Америку» — прессу, правительство, кино. (Последнее обстоятель¬ ство нелестно характеризует лидеров, но в рамках столь гранди¬ озной теории это не имеет значения.) Америка была основана как «христианская нация», однако наши лидеры и институты нас об¬ манывают. В этом есть смысл, поскольку антихрист всегда прини¬ мает обличье моралиста, по которому его и можно распознать. Ла¬ хэй писал: «Они называют это демократией, но подразумевают гу¬ манизм, во всей его атеистической и аморальной развращенности». Его целью является набожность, достигаемая через акты веры. Государственное образование, этот «богопротивный» источник мирского гуманизма, ставит целью развитие критического ума, дей¬ ствующего методом размышления. Мы не можем вернуться в пер¬ воначальную землю обетованную кроме как через желание возро¬ 99
диться, а те, кто этого не хочет, являются в некотором роде не¬ полноценными гражданами. И сама Америка может возродиться и обрести святость через институты новых правых евангелистов — этой контркультуры, которая восстановит правильную церковную доктрину. «В сущности, то же самое говорит и президент»,—писал далее Лахэй. Лахэй, один из основателей «морального большинства», и па самом деле является желанным гостем в Белом доме. «Я слышал, как Рейган обсуждает проблемы мирского гуманизма,— подтверж¬ дает Блэкуэлл.— Я слышал, как оп употреблял этот термип. Как- то раз он беседовал на эту тему в своем кабинете. Он соглашался с теми соображениями, которые ему высказывали». Утвердитель¬ но кивать головой, разумеется, легче, чем выпроваживать гостя. Главным связным между консервативными евангелистами и Белым домом был Блэкуэлл —сам в прошлом деятель консерва¬ тивного движения, работавший у Вигери. Обеспечивая поддерж¬ ку политики президента среди консервативных групп, он ориен¬ тировал в нужном ему направлении руководителей новых правых. Он регулярно принимал их в Белом доме, содействовал проведе¬ нию мероприятий консерваторов таким образом, чтобы они укреп¬ ляли позиции администрации, распространял среди них законода¬ тельные проекты. Он заявлял, что «мы могли бы добиться больших успехов, если бы проявлялось больше инициатив» по различным социальным вопросам. «Максимального энтузиазма невозможно добиться только на уровпе самых массовых организаций. Их чле¬ ны могут проявлять свою полную активность только тогда, когда вопросы, которые их волнуют, причисляются к разряду государст¬ венно важных». Вместе с тем Блэкуэлл, по словам одного высоко¬ поставленного чиновника Белого дома, понимал, что «социальный вопрос» должен занимать подчиненное по отношению к экономике положение. Он играл в эту игру, утверждает тот же источник, «что¬ бы подготовить кадры». Когда рассматривалась кандидатура Сандры О’Коннор в чле¬ ны Верховного суда, Блэкуэлл написал для президента ряд прост¬ ранных меморандумов, в срочном порядке излагая в пих настро¬ ения активистов движения против абортов. Оп организовал для них встречу с Рейганом. О’Коннор выдержала экзамен по этому «социальному вопросу», который устроил ей сам Рейган. Теперь для отмены решения по делу «Роу против Уэйда» необходимы го¬ лоса лишь двух членов Верховного суда, и Блэкуэлл уверен, что при их назначении состоится тот же экзамен. «Это совершенно точно,— сказал оп.—Президент сам поднимает эту тему в своих беседах, и, когда активисты движения встречались с ним, оп им это пообещал». В качестве посла новых правых в Белом доме Блэкуэлл нахо¬ дился в сильной зависимости от Макэтира. «Он звонил и спраши¬ вал меня, стоит ли ему идти на то или иное собрание,— говорил Эд Макэтир.— А я информировал его о том, кто имел какой-либо 100
вес, а кто нет. Я советовал ему, с кем и по какому вопросу надо разговаривать». Одним из вопросов, по которым Макэтир информировал Блэку¬ элла, была деятельность консерваторов по завоеванию руководящих позиций в Южном баптистском конвенте. ЮБК — это религиозная секта, которая традиционно выступала за решительное разграни¬ чение между церковью и государством, поскольку она сама была основана в знак протеста против гнетущей государственной ре¬ лигии. Баптисты всегда видели смысл религии во внутренних убеждениях самого верующего, а не в навязывании церковных догм. На этом теологическом принципе основывались и позиции ЮБК по вопросам об абортах и школьных молитвах. На съезде ЮБК в 1971 году почти единогласно была принята резолюция, под¬ тверждающая право на аборт, если мать находится в физически или эмоционально опасном состоянии. В течение 20 лет ЮБК во¬ семь раз выражал поддержку решению Верховного суда, объяв¬ лявшему введение молитв в школах не соответствующим консти¬ туции. Делегаты съездов ЮБК считают себя «посланцами», неза¬ висимыми представителями, которые гордятся, что они не явля¬ ются частью каких-то организованных фракций. Однако неболь¬ шая группа убежденных консервативных евангелистов смогла все это изменить. Одним из их нервных центров является Центр Крисуэлла до изучению Библии. Он размещается в Первой баптистской церкви Далласа, во главе его стоит сподвижник Крисуэлла Пейдж Паттер¬ сон. «Мы отобрали 15—20 человек, для того чтобы переориенти¬ ровать южных баптистов,— рассказывал он.— Во-первых, мы взя ли на заметку всех консерваторов. Во-вторых, нам нужно было нейтрализовать всю ту одностороннюю информацию, которая пе¬ чаталась баптистскими газетами штата. Мы создали собственную газету «Сазерн баптист адвокейт». В-третьих, мы решили избрать надежного консервативного президента. Он полномочен опреде¬ лять, кто будет занимать различные посты». В 1979 году консер¬ вативные евангелисты организовали и финансировали направление па съезд ЮБК достаточно посланцев, чтобы избрать на нем свое¬ го президента, которым стал проповедник из родного города Эда Макэтира Адриан Роджерс. (К этому времени Паттерсон уже вхо¬ дил в правление «Религиозного круглого стола».) В 1980 году кон¬ сервативная фракция избрала президентом антисемита Бейли Сми¬ та, в 1982 году — сподвижника Крисуэлла Джеймса Дрейпера. На съезде в 1982 году Макэтир был советником при редакционной ко¬ миссии. Он был доволен: «Я старался, это уж точно. Все сделано как надо». Вот таким образом ЮБК совершил поворот на 180 гра¬ дусов по вопросу о запрещении абортов. Затем изменилась и его по¬ зиция в отношении школьных молитв. Блэкуэлл: «Макэтир сказал мне, что они проведут новые резолюции на съезде. Мы были вос¬ хищены». На съезде 1984 года ЮБК принял резолюцию против посвящения женщин в духовный сан, потому что «бог требует» их 101
«повиновения». Затем президентом ЮБК был избран член правле¬ ния «Морального большинства» Чарлз Стэнли, привлеченный в движение лично Макэтиром. Аналогичная этой тактика применяется консервативными еван¬ гелистами и в рамках республиканской партии. «Республиканская партия переживает катарсис,— писал Тим Лахэй.— Она станет магнитом для всей консервативной Америки». Привлечение людей в партию не является каким-то стихийным процессом — оно долж¬ но быть организовано. «Мы уже во многих штатах пришли к ру¬ ководству в «Великой старой партии»,—подтвердил Гэри Джар- мин из «Крисчен войс».— В Миннесоте мы руководим уже боль¬ ше чем половиной местных партийных организаций. На партий¬ ном съезде в Техасе в июле 1984 года 1500 делегатов из 5 тысяч представляли «Крисчен войс». Это большое событие. Мы намере¬ ны использовать республиканскую партию для достижения наших целей». Одним из первых, кто сгорел на огне консервативных еванге¬ листов, был умеренный республиканец Джон Бьюкенен, восемь раз избиравшийся в палату представителей от Алабамы. В 1980 году в его кабинете появилась группа — человек 25. «Они пред¬ ставились как «христиане»,— рассказывал Бьюкенен,— и сказали: «Мы здесь для того, чтобы помогать выбирать тех, кто поддержи¬ вает христиан, и наносить поражение тем, кто против христиан». Бьюкенен, священник секты южных баптистов, резонно ответил: «Я сам христианин». Далее он вспоминал: «Первый вопрос, кото¬ рый они подняли, был о министерстве образования. По их словам, оно пытается уничтожить христианство и установить религию мирского гуманизма. Я спросил их, могут ли христиане не согла¬ шаться с этим. Они ответили, что нет». После этого на первичных выборах «христиане», в основном члены «Морального большинст¬ ва», выставили против Бьюкенена своего кандидата, зарегистри¬ ровали в его малонаселенном избирательном округе 5 тысяч новых избирателей и лишили Бьюкенена его места в конгрессе. «Респуб¬ ликанская партия отбросила свои традиции и историю, принципы Линкольна,— констатировал Бьюкенен.— То, что некогда было всего лишь кучкой экстремистских лунатиков, сегодня преврати¬ лось в движущую силу партии. Свою христианскую любовь они использовали как оружие, которым вышибли мне мозги». Торжества «моралистов» в одном избирательном округе, одна¬ ко, разумеется, недостаточно. В ходе президентской предвыборной кампании 1984 года новые правые евангелисты, рассчитывая усо¬ вершенствовать свою политическую машину, расширить свою по¬ литическую базу и .подготовиться к будущему, создали новую ор¬ ганизацию — Американскую коалицию за традиционные ценности (АКТЦ). В ее правление вошли уже знакомые лица: Фолуэлл, Макэтир и все недавние президенты ЮБК. Председателем АКТЦ стал Тим Лахэй, исполнительным директором — Гэри Джармин. (АКТЦ до известной степени заполняет вакуум, образовавшийся в 102
результате частичного распада «Религиозного круглого стола» по¬ сле неудачной попытки Макэтира попасть в сенат от штата Тен¬ несси по независимому списку.) О создании этой новой группы бы¬ ло официально объявлено 11 июня 1984 года на приеме в Белом доме в присутствии Рейгана и Джорджа Буша. 19 апреля 1984 го¬ да, повторно давая консервативному движению свое благословение, Рейган написал Лахэю письмо, в котором восхвалял АКТЦ за ее «потенциал взывать к миллионам преданных христиан» и благо¬ дарил его за «верный патриотизм». По оценке Джармина, уже 40 тысяч пасторов взялись по указанию АКТЦ за регистрацию изби¬ рателей, принадлежащих к их церквам. «В каждой церкви,— не скрывал Джармин,— мы создаем свою организацию, выясняем, кто зарегистрирован в качестве избирателя и кто нет, распространяем нашу литературу. После того как мы вас зарегистрировали, мы обязаны заняться вашим образованием». На республиканском съезде сам президент раскрыл миросозер¬ цание новых правых евангелистов. Он изобразил это движение как контрнаступление против либеральных узурпаторов, тех, кто «се¬ куляризирует нашу нацию», «нетерпимо относится к религии». Ни¬ чего нового в его выступлении не содержалось. Те же взгляды он излагал в марте на встрече с членами Национальной ассоциации евангелистов, когда выступил с нападками на тех, «кто привержен современному секуляризму». Его далласская проповедь вызвала, однако, фурор. И внезапно тон выступлений Рейгана начал не¬ сколько меняться. В ряде своих последующих выступлений он по¬ пытался разъяснить смысл предыдущих. Он заявил, что «стена разделения» между церковью и государством была разрушена «ир- религионистами». Он утверждал, что они «извращают идею свобо¬ ды религии таким образом, что она означает для них свободу про¬ тив религии». Он сетовал, что его высказывание в Далласе было неверно понято, и в каком-то смысле так оно и есть: не все поня¬ ли, что тогда он излагал, в сущности, свою версию теории мирско¬ го гуманизма. Как ни низка популярность Уолтера Мондейла на избиратель¬ ных участках, в демонологии новых правых евангелистов он коти¬ руется очень высоко. Как-никак его брат, унитарианский священ¬ ник Лестер Мондейл, действительно подписал в свое время мани¬ фест Американской ассоциации гуманистов. Выборы 1984 года не просто выборы, а суть битва с самим сатаной. «Мондейл признает, что он гуманист! — восклицает Лахэй.—У меня есть подтвержда¬ ющие документы! О том, что он говорил, узнают миллионы хри¬ стиан». Новые правые евангелисты назначают свои политические воз¬ рождения в соответствии с избирательным календарем. Но, хотя они и поддерживают Рейгана, цели в ходе избирательной кампании они преследуют свои собственные. Их чрезмерная озабоченность «социальным вопросом» начинает беспокоить более молодых со¬ трудников рейгановского главнокомандования. Они считают, что 103
«социальный вопрос» и в самом деле выступает все более выпукло. Но сегодня он работает уже против давно разработанного «попу¬ листского» сценария. «Немолодые» 1970 года составляют все умень¬ шающуюся долю избирателей, те, кто был молодым в 1970 году (они молоды и сейчас), увеличивают свой удельный вес, хотя им до сих пор и не удалось избрать президента из своей среды. Хотя избирателей старшего возраста могут привлекать идеи «популиз¬ ма», более молодые настроены исключительно против каких бы то ни было ограничений их свободы. Во время своего первого срока на посту президента Рейган смог отложить решение проблем, связанных с «социальным вопросом». Однако стратегия сдерживания с помощью поправок к конститу¬ ции, оказавшаяся столь успешной в его первый срок, когда она по¬ зволила ему держать на некотором расстоянии праведпиков-актн- вистов, эксплуатируя в то же время их энергию, завела его в запад¬ ню на второй срок. Он оказался в положении, когда ему нужно вы¬ полнять свои обязательства. Гамбит с поправками больше не прой¬ дет. А переход от символических обещаний к существу дела, осо¬ бенно в вопросе об абортах, почти наверняка потрясет республи¬ канскую партию. Среди республиканцев поляризация по вопросу об абортах вы¬ ражена гораздо резче, чем среди демократов. По данным газеты «Лос-Анджелес тайме», 31 процент республиканцев решительно выступают против поправки к конституции, 13 процентов —- просто против, 6 процентов — поддерживают ее и 27 процентов — поддер- , живают ее решительно. По сведениям компании Эп-би-си, среди делегатов на республиканский съезд ее поддерживали лишь 32 про¬ цента. Традиционно поддерживающие республиканцев избиратель¬ ные округа настроены резко против. Опрос общественного мнения Харриса зафиксировал, что против этой поправки выступает 71 процент имеющих высшее образование, 62 процента белых проте¬ стантов и, что очень важно, 68 процентов избирателей западных штатов. Запад представляет собой твердую базу республиканцев, однако если назначенный Рейганом Верховный суд объявит аборт преступлением, позиции партии здесь легко могут пошатнуться — Запад является самым «свободолюбивым» регионом в Соединен¬ ных Штатах. Партия может дать трещины, однако консервативные еванге¬ листы будут и дальше процветать. Это явилось бы высшим выра¬ жением консерватизма «социального вопроса». Расколы, которые порождаются такого рода политикой, являются неизбежными. И партия, которая переводит сектантскую доктрину в закоп в по¬ пытке вновь обрести утерянный мир, будет платить за это высо¬ кую политическую цену. Истинно верующих этим по удивишь и не разочаруешь. Для них превыше всего идеология, которая, как они уверены, определит судьбу Америки и второго пришествия. Они считают, что их вспышки энтузиазма готовят их к судному дню, но, как ни парадоксально, они сами содействуют развитию движе¬ ний, которые превыше всего боготворят бога мирской власти.
ЧТО ВАШИНГТОН НЕСЕТ МИРУ ПРИЗНАНИЕ ЖУРНАЛУ «ТАЙМ» Летом 1985 года в американском журнале «Тайм» было опубли¬ ковано интервью с бывшим президентом США Р. Никсоном. В нем говорилось, что США всегда считали себя вправе приме¬ нять ядерное оружие и неоднократно подходили вплотную к то¬ му, чтобы нажать ядерную кнопку. Так, только во время прези¬ дентства Никсона возможность применения ядерного оружия рас¬ сматривалась четыре раза. Когда в годы вьетнамской авантюры американские вояки тер¬ пели одно поражение за другим, Вашингтон вынашивал замыслы остановить победное продвижение патриотических сил, прибегнув к этому оружию. Еще одним регионом, в котором планировалось его применение, был Ближний Восток. Во время ближневосточ¬ ного кризиса в 1973 году президент США отдал приказ привести в боевую готовность ядерные силы США. США также размахива¬ ли «ядерной дубинкой» в 1971 году, в период вооруженного индо¬ пакистанского конфликта. Давая попять, что оп отнюдь не был единственным хозяином Белого дома, готовым к применению атомной бомбы, Никсон на¬ помнил, что такие предложения изучались, например, президен¬ том Д. Эйзенхауэром в период войны в Корее, когда США столк¬ нулись с угрозой позорного поражения, а также во время острых международных кризисов 1956 и 1959 годов. До Никсона и Эйзенхауэра аналогичные планы вынашивал президент Трумэн. В конце 40-х годов во время своей недолгой монополии на атомную бомбу США рассматривали возможность ее применения против Советского Союза. Опубликованные в пос¬ леднее время секретные пентагоновские планы показывают, что атомные бомбардировки СССР предлагались в 1945, 1949, 1951 го¬ дах. Не так давпо были опубликованы личные записи Трумэна с проектом ядерного ультиматума Советскому Союзу: либо вы из¬ 10$
мените вашу политическую систему в соответствии с западными образцами, либо будет ядерная война. Такие ультиматумы ие прочь были бы предъявить Советскому Союзу и после Трумэна — вплоть до нынешней администрации. Ничего преступного в использовании ядерного оружия хозяин Белого дома не видел. В интервью журналу «Тайм» Никсон пы¬ тался оправдать осуществленную в 1945 году Соединенными Шта¬ тами атомную бомбардировку Хиросимы и Нагасаки тем, что она будто бы, «возможно, спасла в десять раз больше людей», чем уничтожила. В результате атомной бомбардировки... жить в мире стало безопаснее, считает Никсон, да и многие другие в США. «Бы¬ ла ли Хиросима в определенном смысле полезна для мира?» — спросил бывшего президента корреспондент «Тайм», и тот отве¬ тил: «Да». Белый дом всегда твердил, будто ядерное оружие необходимо США лишь как средство «сдерживания» и «сохранения мира». Признания Никсона в очередной раз полностью опровергают эти утверждения. Для Вашингтона ядерные и прочие арсеналы мас¬ сового уничтожения — это средство агрессии, нанесения первого удара, политического шантажа и давления на суверенные госу¬ дарства. В том же интервью, например, Р. Никсон ие скрывал, что еще в конце 40-х годов «США начали использовать бомбу в качестве дипломатической дубинки». Признания бывшего президента подтверждают и то, что все за¬ верения вашингтонской администрации, будто так называемая «стратегическая оборонная инициатива» Белого дома служит иск¬ лючительно мирным целям, не имеют ничего общего с действитель¬ ностью. Никакого отношения к «обороне» она не имеет и продик¬ тована исключительно стремлением правящих кругов США полу¬ чить возможность безнаказанного применения первыми ядерного оружия, распространения гонки вооружений на космос. Агрессивным целям служат и развертывание новейших ракет первого удара «Першинг-2» и крылатых ракет в Западной Европе, и размещение новейшей межконтинентальной баллистической ра¬ кеты МХ, которая оснащена 10 боеголовками мощностью каждая в 30 раз больше тех, что были сброшены на Хиросиму и Нагасаки. Специалисты по дезинформации из США пытаются вопреки вся¬ кой логике уверить американцев и своих союзников по НАТО, будто все их планы — это якобы «оборонительные» мероприятия. При этом полным молчанием обходится тот факт, что весь этот колоссальный военный потенциал, в который входят тысячи ядер- пых ракетных боеголовок и авиабомб и который вашингтонские «ястребы» намерены .«усилить» всевозможными лазерными, пуч¬ ковыми и другими разрушительными видами оружия, может в итоге быть использован. Такая политика США неминуемо должна прийти в столкнове¬ ние с реальной действительностью. Вот почему большинство про¬ стых людей Америки, многие политические и общественные дея¬ 106
тели США отнеслись к советско-американской встрече на высшем уровне, состоявшейся в Женеве в ноябре 1985 года, как к значи¬ тельному событию в международной жизни. С удовлетворением были встречены заявление СССР и США о том, что ядерная война никогда не должна быть развязана, что в ней не может быть по¬ бедителей, согласие обеих стран о необходимости улучшения своих отношений и оздоровления международной обстановки в целом, обязательство СССР и США не стремиться к достижению военного превосходства. Многие американцы, в том числе представители деловых кру¬ гов, не связанные с производством оружия, призывают Белый дом проявить готовность к конструктивному развитию советско-амери¬ канских отношений. К числу первоочередных шагов они относят достижение договоренности с СССР о недопущении милитаризации космоса, о замораживании ядерных вооружений, о полном и все¬ общем запрещении испытаний ядерного оружия, принятие обяза¬ тельства о неприменении первыми ядерного оружия. В книге вид¬ ного представителя деловых кругов США Г. Уилленса «Фактор корректировки. Как бизнес может помочь урегулировать кризис, созданный ядерным оружием» (Нью-Йорк, 1984 г.) подчеркивает¬ ся, что эти меры приблизили бы достижение цели полного исклю¬ чения ядерного оружия из существующих арсеналов во имя проч¬ ного мира. В январе 1985 года СССР предложил программу лик¬ видации ядерного оружия во всем мире в течение ближайших 15 лет. Однако в США активно действуют реакционные, милитарист¬ ские силы, которым не по нутру перспективы советско-американ¬ ского сотрудничества и налаживание политического диалога. Они требуют по-прежнему проводить политику «с позиции силы», стремятся к бесконечному продолжению гонки вооружений. Р. Шиэр ЕСЛИ ХВАТИТ ЛОПАТ: БАЛАНСИРОВАНИЕ НА ГРАНИ ЯДЕРНОЙ ВОЙНЫ1 Американский публицист, корреспондент «Лос-Анджелес тайме» Роберт Шиэр написал книгу, разоблачающую ядерные амбиции американской администрации, ее стремление к военному превос¬ ходству. Эта книга громко прозвучала в США, получив широкий отклик у прогрессивных людей Америки. В Голливуде в 1983 году на аптиядерной манифестации в центре внимания был плакат, под которым от имени своих коллег выступал известный киноак¬ тер П. Ньюмэн: «Страшитесь! Если хватит лопат, то нынешняя администрация выкопает могилу для всей нашей страны!» 1 Из книги: ЗсНеег Н. \УИЬ Епои^Ь 8Ьоуе1з. Уогк, 1982. 107
Публикуемый реферат содержит основные положения книги Р. Шиэра и его статьи на эту тему. Ядерная война стала темой обсуждения не только как собствен¬ но война, в которой можно победить, но и как средство сохране¬ ния цивилизации. «Она повлекла бы за собой страшный хаос, по ее можно было бы проконтролировать»,—сказал корреспонденту «Эй-би-си ныос» Луис Гиффрид, назначенный Рейганом главой федерального агентства по управлению страной в кризисных си¬ туациях. Уильям Чипмэп, его заместитель, начальник отдела граж¬ данской обороны, на вопрос Шиэра, уцелеют ли демократия и дру¬ гие американские институты в случае тотальной ядерной войны с Советским Союзом, ответил: «Да, думаю, в конечном счете уцеле¬ ют. Как я обычно говорю, муравьи в конце концов всегда построят новый муравейник». «Доказательство» возможности выжить после ядерной войны исходит из того, что эффективная гражданская оборона реальна. Отсюда и возродившийся интерес к гражданской обороне Америки, колоссальным военным расходам и новым планам Пентагона, предусматривающим ведение затяжной ядерной войны. Словом, все, что Белый дом называет «перевооружением Америки». Эта позиция — отчасти следствие неуклонного технического со¬ вершенствования ядерного оружия. Оружия, позволяющего не только уничтожить густонаселенные районы. Оно обладает такой высокой точностью попадания и такими сложными средствами на¬ ведения, что теоретически может побудить его создателей решить: это оружие можно использовать не только как оружие геноцида или контргеноцида, но и как обычное оружие для поражения из¬ бранных целей противника в войне, масштабы которой были бы ограничены или которая по крайней мере пе повлекла бы за со¬ бой катастрофы. Иными словами, в войне, в которой были бы не только побежденные, но и победители. Наряду с этим укрепилось мнение, что разрядка не принесла Соединенным Штатам пользы, что русские не приняли ее условий, а, напротив, даже добились ядерного превосходства. Этот довод был выдвинут президентом Рейганом, несмотря на принципиаль¬ ные возражения специалистов в этой области, как единственЕюе обоснование своей пятилетней военной программы на сумму 1,6 триллиона долларов. Многие годы разрядка и переговоры о контроле над вооружени¬ ями основывались на том, что ядерная война — это взаимное са¬ моубийство. Когда Рейган начал назначать на высокие посты сво¬ их людей, стало очевидно, что мнение об этом в корне изменилось, поскольку многие откровенные критики разрядки и контроля над вооружениями заняли важные посты в Вашингтоне. Попытки до¬ говориться о сосуществовании с русскими стали вызывать скорее порицание, чем одобрение. Внезапно взъярилась целая стая сторонников «холодной вой¬ ны» из числа неисправимых «ястребов» и «неоястребов». Оии, 108
собственно, никогда не стояли за усилия в области контроля над во¬ оружениями и при правительствах Никсона, Форда и Картера. Члены этой группы категорически отвергают мирное сосущество¬ вание с Советским Союзом при условии сохранения существующе¬ го в СССР строя. Через конфронтацию, через политический и эко¬ номический нажим и угрозу применения оружия онп добиваются радикального изменения самого характера советского общества. Опи полагают, как заявил Рейган, что «Советский Союз стоит за всеми происходящими беспорядками. Если бы он не вел этой «иг¬ ры в домино» \ никаких горячих точек в мире не было бы». Убеж¬ денные, что гонка ядерных вооружений опасна не сама по себе, а только в силу того, что русские добьются «превосходства», «ястребы» стали ориентировать американскую внешнюю полити¬ ку на подготовку ядерной войны. Эти люди с самого начала не скрывали своих убеждений. Как писал Юджин Ростоу, «мы живем в предвоенном, а не в послево¬ енном мире». А заместитель министра обороны Фрэнк Карлуччп заявил на слушаниях в сенате: мы придерживаемся идеи «созда¬ ния потенциала для ведения ядерной войны», то есть идеи, пред¬ полагающей, что ядерная война может быть ограниченной, после которой можно уцелеть и в которой можно победить. В 1981 году министр обороны Каспар Уайнбергер заявил в бюджетной комиссии палаты представителей, что правительство США будет увеличивать американский потенциал «ведения глобальной войны с Советским Союзом». После того как Рейган пробыл у власти примерно полгода, Уайнбергер представил пре¬ зиденту план «оборонных» расходов. Согласно этому плану, Со¬ единенные Штаты могли бы достичь ядерного превосходства пад Советским Союзом до конца текущего десятилетия. Цель, по сло¬ вам видных сотрудников Пентагона, состояла в том, чтобы создать потенциал для ведения ядерных войн, начиная с одного ограни¬ ченного удара и кончая тотальной войной. В числе тех, кто влиял на взгляды новой администрации в от¬ ношении ведения войны, был Ричард Пайпс, бывший профессор истории из Гарвардского университета. В 1978 году, до своего наз¬ начения старшим специалистом по Советскому Союзу в Совете на¬ циональной безопасности при Рейгане, Пайпс критиковал планы ядерной войны предыдущих администраций, как республикан¬ ских, так и демократических, за то, что «все паши планы были проникнуты идеей наказания агрессора, а не панесепия ему по¬ ражения». Министр энергетики Джеймс Эдвардс по этому поводу сказал; «В случае возникновения ядерной войны я хочу выйти из нее первым, а не вторым номером». 1 Здесь умышленно и безосновательно сделапа попытка перенести тер¬ мин американской политики на внешнюю политику Советского Союза.— Прим. ред. 109
В беседе с Шиэром по телефону осенью 1981 года Чарлз Купер- ман, назначенный Рейганом сотрудник Агентства по контролю над вооружениями и разоружению, сказал: «Любое общество мо¬ жет уцелеть в случае ядерной войны». И добавил: «...ядерная вой¬ на носит разрушительный характер, но в значительной мере до сих пор остается проблемой, относящейся к области физики». В первый год правления Рейгана такие комментарии о веде¬ нии .ядерной войны высказывались постоянно в той или иной фор¬ ме. Сам президент утверждал, что ядерйую войну на европейском континенте можно ограничить обменом ударами на театре воен¬ ных действий (ТВД) имеющимися силами. Это привело западно¬ европейцев в такое волнение, какого они давно не испытывали. Когда стали появляться сообщения о таком подходе админист¬ рации к ядерной войне, это вызвало сильную тревогу у широкой общественности как в США, так и в других странах. К концу пер¬ вого года ее правления, судя по результатам опросов общест¬ венного мнения, предложения о двустороннем замораживании ядерных вооружений встречали одобрение двух третей опрошен¬ ных американцев. В Европе и США были проведены демонстра¬ ции с участием сотен тысяч людей в знак протеста против гонки ядерных вооружений. Новая администрация, бесспорно, стимули- розала движение в защиту мира на Западе и предоставила рус¬ ским превосходную возможность оповестить весь мир о том, что США являются более агрессивной из двух сверхдержав и пред¬ ставляют большую угрозу для существования всего человечества, чем Советский Союз. К весне 1982 года администрация Рейгана поняла, что навлек¬ ла на себя серьезные неприятности, и внешне начала менять свою позицию. Рейган выдвинул свое так называемое «предложение о ССВ». ССВ — сокращенное название переговоров о сокращении стратегических вооружений, и предложение о нем, по сути, пред¬ ставляет собой повторение той уловки, которую Рейган с успехом использовал в ходе предвыборных дискуссий с Картером, когда призвал к двусторонним сокращениям вооружений в попытке опровергнуть созданное Картером представление о нем как о под¬ жигателе войны. Было ясно, что русские вряд ли примут предложение Рейгана, поскольку оно потребовало бы от них сокращения примерно поло¬ вины их МБР, тогда как наши силы остались бы относительно нетронутыми. Бывший государственный секретарь Эдмунд Маски указывал, что ССВ, «видимо, представляет собой тайный план, с помощью которого можно уклониться от разоружения, пока Со¬ единенные Штаты будут осуществлять перевооружение — в без¬ надежных поисках превосходства в этой области». Сведения о ра¬ дикальных переменах в «оборонной» стратегии США, запланиро¬ ванных министерством обороны и Белым домом, не могли не про¬ сочиться и не вызывать серьезных сомнений в искренности наме¬ рений администрации в отношении переговоров о ССВ. 110
В мае корреспондент агентства Юнайтед Пресс Интернэшнл Хелен Томас сообщила: «Видный сотрудник Белого дома сказал, что утверждена директива по национальной безопасности, преду¬ сматривающая проведение кампании, цель которой — добиться внутренних реформ в Советском Союзе и сокращения размеров советской территории. Он подтвердил, что эту кампанию можно назвать, используя баскетбольную терминологию, «прессингом по всей площадке» против Советского Союза». Это поразительное сообщение отражает взгляды Пайпса, кото¬ рый заявил в начале 1981 года, что советским руководителям при¬ дется сделать выбор: либо согласиться мирно изменить свою ком¬ мунистическую систему, либо война США против Советского Со¬ юза неизбежна. В то время администрация постаралась смягчить заявление Пайпса, но к весне 1982 года его точка зрепия, видимо, стала официальной политикой. 30 мая корреспондент «Нью-Йорк тайме» при Пентагоне Ри¬ чард Халл оран выступил со статьей о пятилетней «оборонной» директиве 1982 года. Его статья начиналась словами: «Стратеги министерства обороны в своем новом пятилетием плане исходят из предпосылки, что ядерный конфликт с Советским Союзом мо¬ жет быть длительным, и на основе этой предпосылки разработа¬ ли свою первую стратегию ведения такой войны». Этот документ был подписан Уайнберге ром. В нем излагалась стратегия Пентагона на ближайшие пять лет. Он должен был слу¬ жить общим руководством и на следующее десятилетие. Трудно преувеличить значение этого стратегического документа, ибо он впервые недвусмысленно поставил администрацию Соеди¬ ненных Штатов на одну доску с теми экстремистами в нашей стра¬ не, которые верят в возможность ведения затяжной ядерной войны. Стратегия ядерной войны, изложенная в этом документе, ста¬ вит своей целью «обезглавить» советское политическое руководство и прервать связь между руководством и вооруженными силами на поле боя. В нем далее указывается, что китайцам будет оказана военная помощь, с тем чтобы они могли удерживать советские вой¬ ска на восточной границе России. Кроме того, должны быть усо¬ вершенствованы методы психологической войны, диверсионные акты и партизанские операции. Очевидно, что все это связано с «прессингом по всей площадке», направленным против Страны Со¬ ветов. Этот план министерства обороны вызвал тревогу у таких спе¬ циалистов, как физик Ганс Бете, лауреат Нобелевской премии. Он возглавлял отдел теоретической физики атомной лаборатории в Лос-Аламосе во время разработки проекта «Манхэттен» в ходе второй мировой войны. Физики Бете и Курт Готфрид писали, что этот план «почти равносилен объявлению войпы Советскому Сою¬ зу, противоречит заявлениям президента Рейгана о контроле над ядерными вооружениями». т
Такая стратегия ведения войны, основывающаяся на идейных соображениях, не встретила единодушной поддержки и среди про¬ фессиональных военных. «Вашингтон пост», например, сообщила 19 июня: генерал Дэвид Джоунс (вышел в отставку с поста пред¬ седателя комитета начальников штабов) предупредил, что попытка подготовить Соединенные Штаты к ведению затяжной ядерной вои¬ ны с Советским Союзом — то же самое, что бросать деньги в «без¬ донную бочку». Он сомневается в возможности контролировать лю¬ бой обмен ядерными ударами между СССР и США, предотвратив его перерастание в тотальную войну. Несмотря на оговорки генерала и других военных и граждан¬ ских специалистов, администрация Рейгана подтвердила свою при¬ верженность программам, предусматривающим ведение длительной ядерной войны. Летом 1982 года был разработан генеральный план Пентагона, предусматривающий претворение в жизнь стратегии Рейгана. В нем излагались потребности в военной технике и изме¬ нения в системе целей для ядерного оружия, необходимые для ве¬ дения такой войны. Новый генеральный план был составлен в соответствии с ди¬ рективой Белого дома о национальной безопасности, которая пред¬ писывала министерству обороны разработать программу для прет¬ ворения в жизнь рейгановской политики ведения ядерной войны. Эта директива о национальной безопасности была первым поли¬ тическим заявлением администрации США, в котором указыва¬ лось, что американские стратегические силы должны быть способ¬ ны победить в затяжной ядерной войне. Это отражает значительное усиление прежних тенденций в стратегии ведения ядерной войны. После второй мировой войны все президенты, включая Дж. Кар¬ тера, составляли чрезвычайные планы на случай кризиса. Но людей Рейгана интересуют не просто планы, строящиеся вокруг вопроса: «А что, если..?» Эту разницу признал Колин Грей, один из ярых апологетов ведения ядерной войны и, как ни странно, советник администрации Рейгана по контролю над вооружениями. В 1980 го¬ ду, до выборов, Грей писал в «Форин полней»: «Отстаивать гиб¬ кость в выборе целей и принцип избирательности (как это делал Картер) вовсе не равносильно тому, чтобы отстаивать стратегию ведения войны, предусматривающую возможность уцелеть после войны... Победа или поражение в ядерной войне возможны, и такую войну, вероятно, придется вести до победы или поражения; и чем яснее перспектива успешного окончания войны, тем вероятнее, что войну можно будет вести на основе здравого смысла с самого на¬ чала... Соединенные Штаты должны планировать нанесение пораже¬ ния Советскому Союзу, причем с такими потерями с нашей сторо¬ ны, которые не исключили бы возможности послевоенного восста¬ новления Соединенных Штатов. Вашингтон должен определить цели войны, в числе которых в качестве крайнего средства должно быть уничтожение советского политического руководства и появле¬ 112
ние в послевоенный период порядка, совместимого с идеалами За¬ пада». Хотя и в предыдущих администрациях США, конечно, звучал хор воинствепных голосов, в администрации Рейгана сторонники ядерной войны, очевидно, вообще не встречают сопротивления. По¬ литика и характер задач, намеченных в бюджете администрации Рейгана, свидетельствуют о том, что сейчас мыслимо без колебаний планировать то, что раньше казалось немыслимым. Этот факт вы¬ звал тревогу у многих ведущих составителей американской «обо¬ ронной» стратегии. Одним из них является д-р Герберт Йорк, ве¬ теран проекта «Манхэттен» и бывший директор Ливерморской ла¬ боратории радиации им. Лоуренса в Калифорнии, одного из глав¬ ных в США центров по разработке ядерного оружия. Д-р Йорк, который при президенте Кеннеди был начальником управления министерства обороны по исследованиям и техническим работам, сказал Шиэру в интервью: «В данный момент происходит вот что: наиболее безумные спе¬ циалисты заняли более высокие посты, чем это обычно бывает. Они способны проводить свои идеи дальше и поднимать их выше, по¬ скольку люди наверху просто хуже информированы. Ни прези¬ дент, ни его непосредственные помощники в Белом доме, ни ми¬ нистр обороны не имеют никакого опыта в этой области, так что, когда идеологи излагают свои фантастические теории, иллюстри¬ руя их тщательно подобранными разведданными, президент и ми¬ нистр обороны верят абсолютно всем, кто обладает даром убеж¬ дения». А вот иное мнение. Его высказал Ричард Перл, помощник ми¬ нистра обороны по вопросам политики в области международной безопасности и один из авторов пятилетнего плана ведения войны, составленного Пентагоном. Он сказал мне: «Меня всегда меньше беспокоило то, что произойдет в ходе обмена ядерными ударами, чем воздействие ядерного равновесия на нашу готовность идти на риск в случае локальных кризисов. Я опасаюсь не того, что рус¬ ские, уверенные в своей победе, нанесут ядерный удар по Соеди¬ ненным Штатам. Я опасаюсь другого: у американского президента может возникнуть чувство, что он не может себе позволить принять меры в ответ на какой-то кризис, для того чтобы довести эскалацию до победного конца, поскольку если произойдет эскалация, то со¬ ветские ядерные силы окажутся в лучшем положении, чем наши». Осенью 1981 года Томас К. Джоунс, которого Рейган назначил помощником заместителя министра обороны по научным исследо¬ ваниям и разработкам в области стратегических ядерных сил и ядерных сил ТВД, сказал в интервью, данном в его кабинете в Пентагоне: Соединенные Штаты способны полностью восстановить страну после тотальной ядерной войны с Советским Союзом всего за 2—4 года. Ядерная война вовсе не настолько разрушительна, как мы привыкли считать, продолжал он и добавил: «Если всем хватит лопат, то все уцелеют». Лопаты, по его мнению, нужны, что¬ 113
бы вырыть укрытия в земле, которые каким-то образом надо на¬ крыть парой старых дверей и засыпать сверху слоем земли в три фута. Джоунс считает, что это надежные убежища, которые спа¬ сут миллионы людей, эвакуированных из американских городов в сельскую местность, от радиоактивных осадков. «Главное спасе¬ ние — это слой земли»,— заключил он. Выдержки из интервью были напечатаны в «Лос-Анджелес тайме». После этого одна из подкомиссий сенатской комиссии но иностранным делам потребовала, чтобы Джоунс предстал перед ней и выступил в защиту взглядов, которые сенатор Алан Крэн- ^ стон охарактеризовал как «выходящие далеко за рамки разумного, рационального, ответственного мышления». Тем временем председатель комиссии по иностранным делам сенатор-республиканец Чарлз Перси дал Джоунсу отпор на встрече в одном из городов в своем родном штате Иллинойс и был доста¬ точно обеспокоен его самодовольно невежественными разглаголь¬ ствованиями о ядерной войне, чтобы потребовать от Пентагона от¬ вета. Правда, к этому моменту администрация заставила Джоунса замолчать. Идеи Джоунса о гражданской «обороне» производят очень странное впечатление. Но именно они лежат в основе стратегии ад¬ министрации Рейгана. Наращивание ядерных вооружений необходимо-де потому, что Соединенные Штаты Америки уязвимы для советского ядерного оружия. Эта предпосылка отчасти основывается на расчетах, сде¬ ланных тем же Джоунсом до того, как он стал работать в прави¬ тельстве и служил в компании «Боинг». Именно его анализ эф¬ фективности советской системы гражданской обороны содержал значительную часть статистических данных, которые ныне приво¬ дят для оправдания такого мнения: русские, мол, вполне могут надеяться уцелеть после ядерной войны и одержать в ней победу, тогда как мы неизбежно проиграем. Меня интересовали взгляды Т. К. Джоунса потому, что я читал его пространные показания, которые он давал ранее в комиссиях конгресса, и статьи, в которых он писал о необходимости граждан¬ ской обороны и возможных способах спастись в ядерной войне. В кабинете Джоунса висели фотографии Хиросимы и Нагасаки после взрывов атомных бомб. Так же как в своих показаниях в конгрессе, которые почти не освещались в печати, Джоунс не вы¬ разил ужаса, глядя на фотографии разрушений. В поддержку сво¬ его вывода о том, что оборона в ядерной войне возможна, он ука¬ зал на несколько уцелевших зданий среди общего опустошения. И похвалил живучесть японцев: «Примерно через 30 дней после взрыва люди уже разгребали обломки и восстанавливали дома». Он признал, что современное стратегическое ядерное оружие в не¬ сколько сот раз мощнее бомб, сброшенных в Японии, и что в слу¬ чае войны на какой-нибудь крупный американский город упадет 114
не одна, а, возможно, более десятка боеголовок. Но, заявил Джоунс, свыше 90 процентов населения может выжить. Я спросил Джоунса о планах администрации в отношении граж¬ данской обороны Лос-Анджелеса в 80-е годы: «Давайте нарочно сгустим краски и предположим, что на Лос-Анджелес сброшена бомба. Если человек находится в зоне радиусом в две мили, то ему придет конец, не так ли? Если же он за пределами этой зоны, то что ему грозит?» Джоунс ответил: «Его дом будет разрушен, а он будет сидеть в убежище. Крайне необходимо сидеть в убежище. От воздействия ударной волны, как и от воздействия радиации, если она будет, спасает слой земли. Он спасает и от теплового воздействия взрыва. Земля — отличная вещь...» Задумаемся над тем, насколько взгляды таких людей, как Джоунс, отражают образ мышления новых руководителей нашего государства. Неужели все они помешались на своем навязчивом страхе перед русскими? Или, быть может, Джоунс — это исключе¬ ние? Единственный в своем роде эксцентричный чудак, который каким-то образом проник в Пентагон? Главной целью американской администрации было соревнова¬ ние с советской программой, предусматривавшей, по мнению Бело¬ го дома, разработку компонентов потенциала для ведения ядерной войны. А основным компонентом, даже более важным, чем коли¬ чество и мощь самого ядерного оружия, является способность ру¬ ководства страны управлять ходом войны среди ядерных взрывов колоссальной мощности. Когда Рейган осенью 1981 года объявил свою комплексную стратегическую программу, он выделил 18 мил¬ лиардов долларов на создание живучей системы командования, уп¬ равления и связи, считая ее важнейшим элементом своей прог¬ раммы. Бывший государственный секретарь Сайрус Вэнс, человек спо¬ койный и сдержанный, в интервью в марте 1982 года на вопрос, что он думает по поводу планов администрации Рейгана, предусма¬ тривающих укрепление системы контроля, управления и связи для обеспечения способности вести ядерную войну, сказал: «Я думаю, что вполне целесообразно и разумно иметь систему командования и управления, которая могла бы при благоприятном стечении об¬ стоятельств уцелеть после ядерного удара. Однако перейти к убеж¬ дению в том, что важно иметь такую систему командования и управления, которая была бы способна уцелеть в условиях веде¬ ния ядерной войны,— это совершенно иное дело. Я принадлежу к числу тех, кто считает безумием разговоры о ведении продолжи¬ тельной ядерной войны, как будто это то же самое, что вести обыч¬ ную войну, и о том, что можно контролировать исход такой войны с такой же точностью, с какой это иногда бывает возможно в обыч¬ ной войне». Администрация США начала двигаться в направлении, кото¬ рое С. Вэнс охарактеризовал как «безумие». Это стало совершен- 115
по ясно после заявления генерал-лейтенанта Джеймса Стэнсберри, начальника управления электронных систем министерства ВВС, о котором сообщил журнал «Авиэйшн уик энд спейс текнолоджи». Стэнсберри заявил, что в Соединенных Штатах изменилась воен¬ ная стратегия. Страна, сказал он, должна быть готова вести войну, причем длительную, а концепция восьмичасовой ядерной войны уже не считается приемлемой. Основпая причина этого заключалась в том, что администрация пришла к концепции, которой некогда придерживалась лишь не¬ большая группа американских стратегов: Советский Союз испол¬ нен решимости добиваться ядерного превосходства, чтобы иметь возможность победить в ядерной войне. Об этом говорилось в статье Колина Грея и Кита Пейна «Победа возможна», вызвавшей острые споры. Опи доказывали не только то, что в ядерной войне можно одержать победу, но и то, что Соединенные Штаты должны быть готовы ее начать. Через два года после выхода в свет этой статьи Грей был назна¬ чен консультантом Агентства по контролю над вооружениями и ра¬ зоружению и членом консультационного комитета агентства н кон¬ сультантом госдепартамента. Рейган назначал таких людей, как Грей и Т. К. Джоупс, от¬ нюдь не случайно. Их мпения, так же как и мнения других сто¬ ронников жесткого курса, были хорошо известны лидерам, оста¬ новившим на них свой выбор, и они соответствовали стратегиче¬ ской политике администрации. Многие годы эти люди ожидали своей очереди за кулисами, чтобы выйти на авансцену. Наконец их час настал. ...Дело было осенью, шел первый год пребывания у власти Рей¬ гана, и председатель «Комитета по существующей опасности» Чарлз Тайролер начал хвастаться. Пять лет назад он вместе с не¬ большой группой сторонников «холодной войны» предлагал пере¬ строить американскую внешнюю политику, которая, по их мне¬ нию, была излишне мягкой по отношению к русским. И вот вне¬ запно они добились таких успехов, о каких не могли и мечтать. Один из членов этой группы стал теперь президентом^ Соединен¬ ных Штатов и назначил многих членов этого комитета на ответ¬ ственные внешнеполитические посты. Члены комитета заняли крес¬ ла директоров ЦРУ и Агентства по контролю над вооружениями и разоружению, высокие посты в государственном департаменте, ми¬ нистерстве обороны и в Белом доме. Пол Грин, член этого комитета, ведавший связью с общественностью, и сам Тайролер были явно довольны тем, что договор об ОСВ-2, переговоры о котором вели три президента в течение шести лет и против которого их комитет решительно возражал, теперь, казалось, был похоронен навечно. «Руководители администрации,— похвалялся Тайролер,— ми¬ нистр обороны, президент Соединенных Штатов и государственный секретарь, директор Агентства по контролю над вооружениями и разоружению, помощник президента по национальной безопасно¬ 116
сти — все они в своих выступлениях в целом придерживаются то¬ го, что мы говорили в 1976 году. По-моему, я прав». Затем он са¬ модовольно усмехнулся и добавил: «А почему бы, собственно, п нет? Они используют те же материалы, и все они в то время были членами нашего комитета». Под материалами он имел в виду упор¬ ную и резкую критику договора об ОСВ-2 в частности и разрядки с русскими в целом со стороны этого комитета. Среди основателей комитета были ветераны группировки «яст¬ ребов», получившей впоследствии название «группы В», которых ввели в ЦРУ. Цель «группы В» состояла в пересмотре оценки «советской угрозы», которую «группа В» сочла слишком умеренной. Предсе¬ дателем был Ричард Пайпс, впоследствии главный советолог в Совете национальной безопасности. А одним из самых активных членов группы был бывший министр ВМС Пол Нитце. Никого не удивил тот факт, что «группа В» пришла к такому выводу, которого придерживалась с самого начала: ЦРУ серьезно недо¬ оценивало «советскую угрозу». В ноябре 1976 года Нитце вместе с Ростоу и другими образовали «Комитет по существующей опас¬ ности» и обратились к сотням известных американцев, в том чис¬ ле к Пайпсу, с призывом поддержать новую организацию. Ныне точка зрения комитета преобладает, сказал Пол Грип в беседе со мной и Тайролером. Ангельская внешность и обаятель¬ ная улыбка Грина никак не вязались с мрачными предостереже¬ ниями комитета насчет стратегического равновесия. Однако то, что он изложил далее, вообще предвещало конец серьезным усилиям по контролю над вооружениями. Позиция комитета, продолжал Грин, возобладала на трех глав¬ ных направлениях развития американо-советских отношений. Оп имел в виду различные переговоры по контролю над вооружения¬ ми, которые тогда предстояло возобновить с русскими под руковод¬ ством членов этого комитета, назначенных Рейганом. Все они были решительными критиками ОСВ-2. Последствия этого не только для контроля над вооружениями, но и для отношений с русскими в целом стали предельно ясны, когда Тайролер продолжал пере¬ числять важные посты, занятые в то время членами этого коми¬ тета. Наши люди, говорил он, назначены в Совет национальной безопасности. Они тесно связаны с переговорами по контролю над вооружениями, где представляют министерство обороны. «Это за¬ меститель министра обороны по политическим делам Фред Икле, его помощник Р. Стилуэлл и Дик Перл. К ним еще надо добавить Эдварда Рауни, главу американской делегации на переговорах об ОСВ, и П. Нитце, главу делегации на переговорах о ядерных си¬ лах ТВД. Кроме того, Уильям Ван Клив является членом консуль¬ тативного комитета. Это целая иерархия». Тайролер мог бы еще назвать и других членов комитета: Уилья¬ ма Кейси, который стал главой ЦРУ, министра ВМС Джона Ле¬ мана, представителя США при ООН Джин Киркпатрик, Колина 117
Грея и десятки других видных членов администрации. Сам Тай- ролер был назначен членом совета по контролю за деятельностью органов разведки при президенте. Это, разумеется, была не вся иерархия. Но, по словам Тайро- лера и Грина, только случайно Александр Хейг и Каспар Уайнбер¬ гер не стали в свое время членами комитета. Когда Хейг вышел в отставку в июне 1982 года, ему на смену пришел Джордж Шульц, один из основателей «Комитета по существующей опасности». Своим заместителем он назначил другого члена комитета — Алле¬ на Уоллиса. Что касается Уайнбергера, то, по словам Грина, он не вступил в этот комитет, поскольку считал, что ему будет трудно перебраться в Вашингтон со своего поста в компании «Бечтел» на западном побережье. Но Уайнбергер «с большим сочувствием от¬ носился к нашей точке зрения». И добавил: «Трудно найти откро¬ венного противника нашей точки зрения, который до сих пор оста¬ вался бы в администрации». Тайролер и Грин с радостью сообщи¬ ли, что даже Генри Киссинджер, всегда чутко улавливающий предстоящие перемены, прислал им чек на 100 долларов. Я спросил Тайролера и Грина, не преувеличил ли я что-либо в своей статье в «Лос-Анджелес тайме», когда подчеркивал влия¬ ние этого комитета на администрацию США. Оба ответили от¬ рицательно. Тайролер сказал: «Вы хотите знать, совпадает ли то, о чем мы говорим (заявление по случаю образования комитета), и точка зрения администрации? Я могу ответить на этот вопрос утвердительно. Белый дом заявлял об этом неоднократно». Некоторые группировки склонны преувеличивать свое влияние, но в данном случае значение комитета подтвердил сам Рейган. После своего избрания в письме этому комитету он подчеркнул: «Заявления и исследования комитета оказали широкое воздейст¬ вие на настроение в стране, и я извлек из них большую пользу». Он заявил, что «работа «Комитета по существующей опасности», безусловно, помогла придать определенное направление обсужде¬ нию важных проблем в стране». Понятно, какой анализ и какое толкование материалов развед¬ ки могло дать ЦРУ, когда его директором был Джордж Буш, а по¬ могали ему видные основатели «Комитета по существующей опас¬ ности». Это было еще в 1976 году, но оказало огромное влияние на нашу оценку «советской угрозы» и на развитие предвыборной борьбы. Я имею в виду создание «группы В», группы специалистов со стороны, руководителям которой было разрешено пересмотреть составленную ЦРУ оценку советской мощи и намерений. В этих условиях какие-либо объективные методы для составления оценки масштабов и характера «советской угрозы» стали первыми жерт¬ вами новой «холодной войны». ЦРУ до 1976 года не считало, что русские обладают военным превосходством перед Соединенными Штатами или стремятся к ядерному превосходству. Управление не делало вывода, что со¬ ветское руководство надеется выжить в ядерной войне и одержать 418
в ней победу. В 1976 году профессиональным сотрудникам агент¬ ства было дано указание пересмотреть свои убеждения. Был сделан беспрецедентный шаг: группе «ястребов» со сто¬ роны позволили поставить под сомнение оценку советской мощи» составленную специалистами ЦРУ. Вторжение ЦРУ в процесс анализа привело к значительному преувеличению американской уязвимости в случае нападения советских сил. В дальнейшем но¬ вую оценку использовали для оправдания резкого наращивания американских вооружений. Председателем «группы В» был Пайпс. По мнению Джека Руи¬ ны» профессора электротехники Массачусетского технологического института» бывшего старшего консультанта бюро Белого дома по науке и технике, «Пайпс мало что знает о технике и о ядерном оружии. Я знаком с ним лично. Он мне нравится, но я считаю, что в отношении к русским он явно одержим идеей об их агрес¬ сивных намерениях». С благословения Пайпса распространилась концепция, что русские отвергают ядерный паритет и готовы вести ядерную войну. Мрачная оценка советских намерений, сделанная «группой В» и по настоянию Буша принятая как вывод американской развед¬ ки, должна была изменить атмосферу разрядки и контроля над вооружениями к моменту прихода к власти Картера. Тезис об «окне уязвимости», когда о нем слышишь впервые, кажется не совсем понятным, но все же, безусловно, внушает тре¬ вогу. Этот тезис был коньком кандидатов республиканской партии во время выборов 1980 года. Хотя ни мои коллеги-журналисты, ни я сам до конца не понимали его смысла, он казался достаточно ин¬ тригующим, чтобы мы продолжали слушать. Нам говорили, что это «окно» откроется в какой-то момент в середине 80-х годов и через него в ходе первого удара влетят тысячи «более тяжелых» и более точных советских МБР, которые способны уничтожить наши межконтинентальные ракеты. Сама концепция «окна уязвимости», независимо от степени правдоподобности, звучала достаточно устрашающе в ходе предвы¬ борной кампании. Она возрождала в памяти концепцию «ракетного отставания», выдвигавшуюся во время предвыборной кампании Джона Кеннеди, которая, хотя, как и концепция Рейгана, не да¬ вала точного представления о надвигавшемся реальном кризисе, бросала такой же лозунг, который избиратели могли бы подхва¬ тить. Рейган проникся содержанием своих предвыборных выступле¬ ний и, став президентом, продолжал оправдывать интенсивное на¬ ращивание вооружений «окном уязвимости». На пресс-конферен¬ ции в октябре 1981 года, на которой он изложил свою стратегиче¬ скую программу, Рейган вновь предупредил, что «окно уязвимо¬ сти» открывается», и добавил, что оно «поставит под угрозу не только наши надежды на серьезные плодотворные переговоры о вооружениях, но и наши надежды на мир и свободу». Однако он 119
не разъяснил, что конкретно повлечет за собой эту уязвимость. Кри¬ стофер Пейн, сотрудник Федерации американских ученых, писал об этой пресс-конференции в журнале «Буллетин оф атомик сайеп- тистс»: «Г-н президент,— спросил один журналист,— когда именно возникнет «окно уязвимости»? Вчера мы слышали предположение о том, что оно уже существует. Сегодня утром сотрудник мини¬ стерства обороны дал понять, что оно откроется не раньше 1984 или 1987 года. Открыто ли оно сейчас?» Рейган, видимо, был смущен этим вопросом. Он ответил: «Ду¬ маю, что в некоторых областях оно существует». Затем президент сделал одно замечание, которое заранее не было подготовлено и, должно быть, вызвало определенную тревогу в кругах ВМС.* Он сказал: «В данный момент русские имеют превосходство на море». Что касается замечания президента о советском превосходстве на море, то Роджер Молендер, бывший член Совета национальной безопасности и основатель организации «Граунд зироу» \ сказал мне: это замечание Рейгана «продемонстрировало, насколько пло¬ хо президент разбирается в существе вопроса». Дело в том, что очень немногие специалисты по стратегическим вопросам соглашались с идеей о советском превосходстве. Возмож¬ но, что Соединенные Штаты уступают СССР в каких-то конкрет¬ ных областях обычной военной мощи. Но трудно поверить утвер¬ ждению о том, что США уступают Советскому Союзу в ядерном оружии. В лучшем случае в ответ на подобные утверждения мож¬ но повторить слова Джерарда Смита, главы делегации на перего¬ ворах об ограничении стратегических вооружений в период прав¬ ления президента Никсона. Они «порождают сомнения насчет здра¬ вого смысла правительства, или, что еще серьезнее, возможности доверять ему». Чтобы концепция существования «окна уязвимости» казалась убедительной, ее сторонники должны просто игнорировать амери¬ канские подводные лодки и бомбардировщики. Значительная их часть в любой момент находится в состоянии боеготовности и по¬ этому может быть использована для нанесения первого удара. Боль¬ шинство специалистов считают, что эти два элемента триады аме¬ риканских сил «обороны» уцелели бы после советского удара и их огневая мощь полностью уничтожила бы советское общество. Как отмечал в своем заявлении о военном бюджете Гарольд Браун, ми¬ нистр обороны в правительстве Картера, «потенциал американских сил, предназначенных для нанесения ответного удара, которые уцелеют после первого обмена ядерными ударами, будет достаточ¬ но большим даже в худшем случае и будет неуклонно возрастать после 1981 года как при наличии, так и в отсутствие ОСВ...». 1 Организация, именующая себя «впепартийной», выступает за предот¬ вращение ядерной войны.— Прим. ред. 120
Рейган в ходе предвыборной кампании неоднократно с гру¬ стью в голосе говорил о «наших стареющих бомбардировщиках «В-52». Он каждый раз рассказывал один и тот же анекдот о том, как однажды встретился с пилотом «В-52», чей отец и дедушка летали на том же самолете. Президент не упоминал о крылатых ракетах, запускаемых с воздуха, производство которых было начато при администрации Картера с большими затратами для налогоплательщиков. Главный довод, высказывавшийся против бомбардировщиков «В-52», со¬ стоял в том, что постепенно они должны были становиться более уязвимыми для советских средств ПВО. Однако, когда на этих са¬ молетах устанавливаются крылатые ракеты, стареющие бомбар¬ дировщики становятся эффективными платформами для пуска кры¬ латых ракет, находящимися далеко за пределами советской тер¬ ритории, вне досягаемости советских средств ПВО. Кто бы ни победил на выборах 1980 года, крылатые ракеты, запускаемые е воздуха, были бы установлены начиная с 1982 года. Этот факт побудил Ганса Бете категорически отвергнуть утверждения Рей гана о том, будто бы администрация Картера разоружила Америку. Бете заявил: «На мой взгляд, крылатая ракета, которая была раз работана при Картере, напротив, представляла собой самый важ¬ ный успех в области вооружений за прошедшее десятилетие». Ганс Бете — старый специалист, работал над всеми американски ми стратегическими системами, от водородной бомбы до средств ПРО. Он участвовал и в разработке устройства для защиты от пе¬ регрева баллистических ракет при их возвращении в атмосферу. Поэтому, надо полагать, он выразил авторитетное мнение, когда зимой 1981 года подверг сомнению доводы Рейгана об уязвимости. Он сказал мне: «Я не думаю, что одна из стран нанесет первый удар, поскольку это было бы актом полного безумия. Но предположим, что русские нанесут первый удар. Предположим, что они сумеют уничтожить все наши ракеты «Минитмен». Это абсолютно ничего не изменило бы. Неужели мы остались бы беззащитными? Отнюдь нет. У нас есть еще подводные лодки, обладающие колоссальной ударпой мощью». Как обычно, Бете взглянул на заметки, которые он подготовил для интервью. «Я хотел бы заявить, что у Соединенных Штатов нет никаких отставаний в области вооружений, что у нас нет не¬ обходимости догонять СССР». Макнамара согласен с Бете. Я спросил его, как можно утвер ждать, что русские сейчас способны планировать первый удар, если Соединенные Штаты не были в состоянии нанести его в то время, когда обладали колоссальным превосходством по ядерпому ору¬ жию. Он ответил: «У них сегодня точно так же нет средств для нанесения обезоруживающего первого удара, как у нас не было в то время. Никто мне пока не доказал, что русские способны унич¬ тожить паши ракеты «Минитмен». Но даже если бы опи могли их уничтожить, это еще не означало бы, что у них есть потенциал 121
для нанесения первого удара, особенно когда им противостоят наши подводные лодки «Поларис» и наши бомбардировщики. У нас есть еще два других элемента триады. Эти доводы необоснованны. Они просто абсурдны». Люди, верящие в возможность ведения ядерной войны,— а к их числу принадлежат^ысшие чиновники в Белом доме — говорят друг другу то, что они хотят услышать: ядерная игра с русскими не так опасна, как может показаться, ибо даже в худшем случае, если русские не отступят, если они не поддадутся нашему ядерно- му нажиму, война, которая в результате возникнет, будет не столь уж страшной, она может быть ограниченной, и цивилизация рано или поздно от нее оправится. Но одно дело уговаривать самих себя, что гонка ядерных воору¬ жений и игра в угрозу эскалации не слишком опасна, и совсем другое дело убеждать избирателей поддержать это безумие. Вот почему в период ядерного паритета, когда обеим сторонам угро¬ жает опасность, наши руководители — «ястребы» извлекают на свет божий такие хитрые формулировки, как «уязвимость» и «сдерживание», вместо того чтобы прямо говорить о смерти и ка¬ тастрофе. Они не обращаются к народу со словами: «Послушайте, мы хо¬ тим вернуть старые добрые времена превосходства». Вместо этого они делают вид, будто США отстали и лишь пытаются догнать СССР. Они не говорят теперь открыто, как в первый год своего правления, о ведении ядерной войны,— социологи, проводящие оп¬ росы общественного мнения, посоветовали им смягчить тон выступ¬ лений. Теперь они подчеркивают необходимость надежных средств сдерживания, но они уже наговорили и написали слишком много, так что скрыть свои подлинные намерения им уже не удастся. Если бы речь шла о попытке ввести общественность в заблуж¬ дение в какой-то сравнительно несущественной сфере нашей жизни, так сказать о простой лоббистской кампании, можно было бы по¬ жать плечами и заметить: «В этих политических уловках нет ни¬ чего нового». Но опасность состоит в том, что эти люди имеют дело не с простыми повседневными проблемами. Они уже оказали важ¬ ное влияние на нашу политику в отношении новых систем оружия, систем, которые сделают обстановку в мире гораздо опаснее. В то же время они отвергли возможность контроля над вооружениями вне зависимости от того, сколько времени мы готовы потратить на переговоры с русскими. В ответ на наши технические достижения русские будут неиз¬ менно разрабатывать такие же системы оружия, а мы в свою оче¬ редь будем разрабатывать все более мощные и точные ракеты, и так до бесконечности, пока навязчивые идеи, которые привели к этому политическому хаосу, не приведут к исходу, какого не хочет никто. 122
Т. Пауэрс «ЯДЕРНАЯ ЗИМА» И ЯДЕРНАЯ СТРАТЕГИЯ 1 Томас Пауэрс — американский журналист, известный прежде все¬ го своей книгой «Человек, который хранил секреты: Ричард Хелмс и ЦРУ» (1979 год). Эта книга — одна из самых серьезных попыток обелить ЦРУ после скандалов с американскими спецслужбами, ставшими достоянием гласности в ходе различных «расследований» в середине 70-х годов в США их деятельности. В последние годы Пауэрс — штатный обозреватель ежемесячного американского жур¬ нала «Атлантик», пишет по вопросам ядерной стратегии и между¬ народных отношений. В одной из своих статей Пауэрс пишет о распространенной в научных кругах Запада, в том числе и в США, теории «ядерной зимы», авторы которой предупреждают, что война с применением ракетно-ядерного оружия равносильна самоубийству. Взрывы атом¬ ных снарядов, бомб и боеголовок вызовут повсеместно пожары, вследствие чего в атмосфере образуется непроницаемая для сол¬ нечных лучей пленка из гари и дыма. Наступит резкое похолода¬ ние, и все, что уцелеет после ядерного шквала, вымерзнет. Несмот¬ ря на то что даже видные представители Пентагона не смогли опровергнуть приводимые в доказательство этой теории выкладки, авторы концепции «ограниченных ядерных войн» продолжают ут¬ верждать, что при определенных условиях можно избежать «ядер¬ ной зимы» и уничтожения всего человечества. Т. Пауэрс показы¬ вает опасность действий тех, кто пытается навлечь на человечест¬ во невиданные в истории бедствия. Свою статью он начинает с описания огненных штормов от бом¬ бардировок во время второй мировой войны. Уже в самом начале воздушных операций против Германии Бомбардировочное командование английских ВВС пришло к вы¬ воду, что для того, чтобы уничтожить какой-нибудь город, надо пе бомбить его фугасными снарядами, а сжигать. Фугасные бомбы обладают чисто местным действием. Чтобы уничтожаемая пло¬ щадь увеличилась в квадрате, ударную силу бомбы надо возвести в куб. Даже тысяча английских «ланкастеров» и «галифаксов» — а именно таким был состав сильнейшей авиационной группировки, бомбившей Германию на третьем году войны,— несли суммарный фугасный запас, достаточный лишь для того, чтобы образовать в городах отдельные очаги разрушения. Бомбардировочные нале¬ ты с применением фугасных бомб приводили население в ужас, однако не были очень опасными, жертв, как правило, бывало немного. Искусство сожжения городов достигло полного расцвета в июле 1943 года, когда массированные налеты на Гамбург создали в мире 1 Опубликовано в «ТЬе АНапМс МопШ1у», 1984, ]ЯоуетЪегв 123
новое явление — огненный шторм. Наибольший ущерб был нане¬ сен в ночь с 27 на 28 июля, когда почти 750 английских бомбарди¬ ровщиков сбросили на город 2326 тонн бомб, примерно половина из которых были зажигательными. По какой-то причине цели бом¬ бометания располагались в ту ночь необычайно близко друг к дру¬ гу. Возник гигантский пожар, температура в центре которого до¬ стигала примерно тысячи градусов по Цельсию. Ураганной силы ветры врывались в пламя со всех сторон. Людей с близлежащих улиц буквально засасывало в огонь. Другие увязали в расплавив¬ шемся асфальте и умирали перед стальными дверьми бомбоубе¬ жищ, где они — слишком поздно — пытались укрыться. Когда уце¬ левшие в убежищах открыли по окончании налета двери, они уви¬ дели лужи жира. В других убежищах жара была такой, что люди обугливались, от них оставались сморщенные трупы размером с ребенка или же они умирали от удушья, так как огненная буря вытягивала из убежищ воздух. По данным проведенного после войны по распоряжению командования стратегической авиации исследования бомбардировок, среднее количество погибавших при обычной бомбежке городов составляло 1850 человек. В Гамбурге погибло свыше 40 тысяч. Одной из причин для избрания Гамбур¬ га целью налета было то обстоятельство, что он был центром строительства подводных лодок. Гамбургская верфь произвела около 400 подводных лодок за годы войны, примерно поровну до налета и после него. Однако налет на Гамбург лишил спокойствия германское главнокомандование и убедил энтузиастов стратегиче¬ ских бомбардировок среди союзников, что они нашли ключ к пора¬ жению противника с воздуха. Как выяснилось позднее, создавать огненные штормы оказа¬ лось непростым делом — для этого требовалось стечение очень мно¬ гих факторов. Однако в феврале 1945 года бомбардировочная авиа¬ ция сильно разрушила Дрезден, а месяцем позже американцы под командованием генерала Кэртиса Лимэя сумели устроить в Токио самую большую огненную бурю за время войны, когда в пылаю¬ щем аду было уничтожено 16 квадратных миль города и погибло свыше 80 тысяч человек. В конце весны 1945 года генерал Хэп Арнольд спросил Лимэя, как долго, по его мнению, продлится война против Японии. Лимэй просил обождать полчаса и, вызвав одного из своих штабных офицеров, занялся с ним расчетами —- сколько японских городов осталось сжечь, сколько самолетов могло вы¬ лететь для операций, сколько летных дней было нужно, чтобы все это закончить. По их расчетам, все города должны были быть сож¬ жены, что означало бы окончание войны. Ответ Лимэя был: «До первого сентября». Что касается Хиросимы, то новый — об огнен¬ ной буре представление уже имели,— главный ужас состоял в том, что все разрушения были произведены одной бомбой, сброшепной с одного самолета. Это означало качественный скачок в вопросах военной эффективности. Когда спустя несколько дней Лимэй уви¬ дел фотографии Хиросимы после бомбардировки, он, как он сам 124
мне призпался совсем недавно, понял, что «речь действительно идет о чем-то сверхъестественном». Горящие города — одна из наиболее запомнившихся многим картин прошедшей войны. Эта проблема занимала военных в те¬ чение уже двадцати лет, однако п широкая публика сориентиро¬ валась правильно. Мне часто приходило в голову, что именно этот вид горящих городов имеет отношение к быстрому росту паселепия пригородов американских городов в 50-х годах. Смысл бомбарди¬ ровок Ковентри, Гамбурга, Берлина, Токио и Хиросимы нетрудно понять: «Война упичтожает города, бегите из городов». Интересно, что сейчас мы обращаем внимание на то, что в то время считалось не более чем сопутствующим явлением,— гигант¬ ские столбы дыма, поднимающегося над горящими городами и за¬ тем расползающегося вниз. Дым надолго задерживается в воздухе, особенно черный, жир¬ ный дым. Он состоит из мелких твердых частиц, которые погло¬ щают солнечный свет и нагревают воздух. Во время второй миро¬ вой войны бомбардировщики часто возвращались на базы черные от сажи, которая покрывала их на высоте 6—10 тысяч метров. Дым от огненного шторма в Хиросиме, спалившего 5 квадратных миль города, был вытеснен высоко в тропосферу единой тепловой волной пожаров в городе п пламенем бомбового взрыва. Оставшие¬ ся в живых рассказывали об ужасной темноте и прохладе воздуха в августе, которые наступили сразу же после взрыва. Водяные па¬ ры конденсировались и выпадали вниз на землю в виде черных дождей — черных от сажи, содержащейся тогда в воздухе. Для американских должностных лиц и ученых, которые в по¬ слевоенный период изучали проблемы стратегических бомбардиро¬ вок, черный дождь — который они сочли неожиданным последст¬ вием какого-то уникального взрыва — был всего лпшь интересным явлением среди других данных. Сейчас, однако, вопрос о дыме самым серьезным образом занимает умы ученых и военных по той простой причине, что в ядерной войне будет гореть большое количество городов и в атмосферу будет выбрасываться колоссаль¬ ное количество дыма. В декабре 1983 года пять учепых опублико¬ вали в журнале «Сайенс дайджест» доклад, в котором утверждает¬ ся, что дым от всего лишь тысячи пожаров в сотне крупных городов мог бы образовать над всем Северным полушарием столь плотную и долговременную завесу из сажи, что в полдень становилось бы темпо, а поверхность Земли заметно охлаждалась бы на протя¬ жении нескольких месяцев. Конечным результатом была бы кли¬ матическая катастрофа — «ядерная зима», — которая угрожала бы уничтожением мпогим растительным и животным видам, включая человека. Изобретение ядерного оружия вызвало много серьезпых преду¬ преждений за последние десятилетия, однако это имеет совершен¬ но иной характер. Одно дело говорить, что Соединенные Штаты и Советский Союз понесут беспрецедентный ущерб в ходе ядерной 125
войны, даже утверждать, что ядерная война «уничтожит цивили¬ зацию, какой мы ее знаем». В конце концов, это наша цивилиза¬ ция, мы ее создали и можем поступить с ней так, как хотим. Но мы не являемся нашими собственными отцами — не мы сотворили род человеческий, не говоря уже о других формах жизни, которые сосуществуют с нами на одной планете. «Оборонная» политика, угрожающая самой жизни в таких масштабах, была бы слишком безумной. В каком-то смысле плохие новости о «ядерной зиме» настолько ужасны, что могут дать основание для извращенного оптимизма. Если мы в конечном счете признаем, что не можем вести ядер- ную войну, не уничтожая при этом самих себя,— действительно уничтожая самих себя,— тогда, может быть, пришло время пре¬ кратить готовиться к такой войне? Даже политика устрашения — предотвращения войны через страх перед ее последствиями — тре¬ бует, в качестве условия, правдоподобной угрозы. Правдоподобно ли будет угрожать нападением на советские города, если это вверг¬ нет обе страны — даже без ответного советского удара — в «ядер- ную зиму»? Вот таким образом проблема горящих городов спутала карты американских планировщиков войны. Разумеется, многие технические детали остаются невыяснен¬ ными. Авторы документа о «ядерной зиме» не утверждают, что ядерная война спустит на всю Землю длинную, холодную ночь и убьет все живое. Предстоит провести еще много научных исследований. Предва¬ рительные результаты, однако, не радуют — перспектива дымовой завесы от сотен горящих городов представляет собой и в самом деле проблему для стратегов. Беспокойство проявляют даже воен¬ ные, обычно скептически настроенные в отношении апокалипсиче¬ ских предсказаний,— особенно те военные, кто разрабатывает цели для ядерного оружия в случае войны. Некоторые из тех, с кем мне довелось беседовать, например отставной адмирал, занимавшийся планированием на случай войны для комитета начальников шта¬ бов в начале 70-х годов, печалились, иронически улыбались, гово¬ рили что-то невнятное, разводили руками и качали головой, когда им приходилось отвечать на вопросы, в которых утверждалось, что тысяча пожаров в сотне крупных городов могут означать большую проблему для всего мира. Эксперты по целенаведению знают, что для русских мы готовим кое-что повнушительнее. Однако, если из плана войны изъять города, весь план потеряет смысл. Вопрос стоит или-или: или мы отставляем такой план и пытаемся приду¬ мать, что же нам еще можно сделать с 9500 стратегическими ядер- ными боеголовками, имеющимися в американском арсенале. Или... Но что с ними можно сделать — трудно представить. Ядерное ору¬ жие лучше всего годится для того, чтобы зажигать пожарища на площади свыше сотен квадратных километров и стирать с лица земли города. Если не наносить удары по городам, тогда в ядерном оружии немного пользы. Общественности, может быть, трудно 126
понять, насколько действительно бескомпромиссен выбор, однако планировщики войны поняли идею сразу: если дым от горящих городов действительно представляет собой проблему, тогда наши нынешние планы ведения ядерной войны означают буквально са¬ моубийство для той страны, которая наносит первый удар, даже если ответного удара вовсе не последует. Опасность для мирового климата, которую представляет собой дым от горящих городов, доходила до сознания довольно долго. Это можно было сравнить с «Похищенным письмом» Э. А. По, которое было спрятано на виду у всех. Одна из нитей открытия ведет к теории 1980 года, согласно которой массовое исчезновение динозавров на рубеже между меловым и третичным периодами около 65 миллионов лет назад явилось результатом столкновения Земли с крупным астероидом от 10 до 12 километров в диаметре. Пыль и другие различные вещества затемнили небосклон на ме¬ сяцы, препятствуя проникновению солнечных лучей, в результате чего поверхность Земли охладилась, энергия света уменьшилась и стала ниже того уровня, за которым фотосинтез сохраняет расти¬ тельность зеленой. Вторая нить открытия начала расплетаться в 1971 году, когда автоматическая межпланетная станция «Маринер-9» вышла на орбиту вокруг Марса и стала передавать на Землю снимки плане¬ ты, полностью покрытой в то время пылью в результате гигаптской марсианской пылевой бури. Ученым удалось установить, что пыль в верхних слоях атмосферы Марса поглощает солнечный свет и нагревается, в то время как поверхность планеты в полутьме ох¬ лаждается. Модели, которые они разработали для описания харак¬ тера марсианских пылевых бурь, вполне годились для характери¬ стики извержений вулканов на Земле. Самое внушительное из них, по данным Смитсоновского инсти¬ тута, произошло в апреле 1815 года на острове Сумбава Индоне¬ зийского (Малайского) архипелага. Несколько дней содрогания 'земли и ее рокота завершились мощными извержениями, которые сбросили 1150-метровую верхушку горы Тамбора, превратив ее в пыль. Вулкан выбросил из своих недр в атмосферу около 25 куби¬ ческих миль породы. Еще один элемент в понимании этой проблемы появился в на¬ чале 70-х годов, когда ученые продемонстрировали, что флюоро¬ карбоны, создающие давление в аэрозольных баллонах, могут рас¬ щеплять озон. В 70-е годы элементы знаний стали сводиться воедино. Дискус¬ сия об исчезновении динозавров, изучение марсианских пылевых бурь, растущее понимание воздействия извержения вулканов на климат, а также труды Национальной академии наук о расщепле¬ нии озона — все это, вместе взятое, свидетельствовало о том, что дым в достаточных количествах и на достаточной высоте способен погрузить планету в морозную темноту. Первое серьезное исследование проблемы дыма, который обра¬ 127
зуется в ходе ядерной войны, было предпринято западногерман¬ ским ученым Паулем Крутцепом и американцем Джоном Бирксом. Результаты его были опубликованы в специальном выпуске жур¬ нала шведской Королевской академии наук «Амбио». Крутцен и Бирке предполагали, что масштабная ядерная война воспламенит около 5 процентов из 20 миллионов квадратных километров леса в зонах умеренного климата земного шара. Их выкладки показы¬ вали, что дым от этих обширных пожаров, так же как и вулкани¬ ческая пыль, но в гораздо большем масштабе, может угрожать кли¬ мату в результате перегрева верхних слоев атмосферы и охлажде¬ ния поверхности Земли. Гранки статьи в «Лмбио» были розданы ученым на встрече в Санта-Барбаре, Калифорния, в начале 1982 года, где они были про¬ читаны Ричардом Тюрко, занимавшимся проблемой озона. Он про¬ вел свои собственные расчеты по определению последствий ядер¬ ной войны, а в конечном счете он и еще четверо ученых — Брайен Тун, Томас Аккерман, Джеймс Поллак и Карл Саган — составили подробный научный доклад объемом в 127 страниц, ныне извест¬ ный под названием Синяя книга. (Эта же группа написала и статью в журнале «Сайенс дайджест» в декабре 1983 года, кото¬ рая, в сущности, представляет собой сжатую и исправленную вер¬ сию Синей книги.) В Синей книге оценивались озонные и радиационные послед¬ ствия ядерной войны, а также рассматривалась проблема дыма. В книге делался шаг вперед по сравнению с исследованием Крут- цена и Биркса, поскольку в ней в расчеты принимался дым от горящих городов, представляющий для климата Земли гораздо большую угрозу, чем лесные пожары. В городах паходится больше горючего материала, и характер городских пожаров таков, что дым выбрасывается высоко в атмосферу. К этому времени гипотеза о «ядерной зиме» стала предметом широкого обсуждения в воепных и научных кругах в Соединенных Штатах. Непосвященному трудно читать Синюю книгу, отпечатанную на ротапринте. Она изобилует названиями незнакомых химических соединений, многочисленными техническими терминами и матема¬ тическими символами. Тем не менее практически все могут уло¬ вить ее основную идею. Ядерные заряды, особенно когда они взры¬ ваются в атмосфере, производят сильное тепловое излучение, вы¬ зывающее пожары одновременно на обширной площади. Во многих городах, подвергшихся нападению с применением ядерного ору¬ жия, будут бушевать огненные бури, гигантские столбы дыма бу¬ дут выбрасывать в верхние слои атмосферы частицы сажи, где они могут оставаться месяцами. Пелена дыма от горящих городов бы¬ стро распространится над средними широтами Северного полуша¬ рия и может дойти до тропической зоны вокруг экватора, которая, цо самым различным причинам, может оказаться еще более чувст¬ вительной к изменениям в энергии света и в температуре. Темнота у поверхности Земли будет означать понижение среднегодовых 128
температур на 40 градусов по Цельсию. Если война произойдет весной или в начале лета, температура в июле, августе и сентябре может упасть намного ниже нуля. В течение нескольких месяцев в полдень будет так же темно, как в лунную ночь. Трудно во всех подробностях представить последствия такой длинной холодной «ночи» для экологии растений — а все живое зависит в конечном счете от фотосинтеза растений,— но они почти наверняка будут катастрофическими. Представьте себе то облегчение, которое вы испытываете в ясный жаркий июльский день, скрываясь от палящего полуденно¬ го солнца под сенью клена или хотя бы пляжного зонтика. В нор¬ мальных условиях поглощенное за день тепло солнечного света по ночам уходит, но медленно, потому что атмосфера Земли является своего рода одеялом. Чем длиннее ночь, тем больше уходит тепла. Если «ночь» растянется на месяцы, тепло будет постоянно уходить и температура будет постоянно падать. При попытках вычислить дымовые последствия ядерной войны первый и самый главный вопрос состоит в следующем: сколько будет пожаров? Ответ на этот вопрос представляет собой военную тайну. Он содержит¬ ся в планах войны, составленных военными в Соединенных Штатах. Теории о том, как вести ядерную войну, можно разделить на два вида — одни являются абстрактными и аналитическими, про¬ фессионалы часто называют их метафизикой или теологией. Другие же сугубо конкретны и практичны — они называются планирова¬ нием войны. Большая часть информации, которая доходит об этих делах до широкой публики, поступает из дискуссий теологов, кон¬ струирующих сложные цепи уравнений «если — тогда»: если про¬ тивник сделает что-то «х», то мы сделаем что-то «у». Теологи оза¬ бочены в основном тем, чтобы доказать, что иметь ядерное оружие безопасно, потому что его слишком опасно использовать. «Ядерная теология» — это отрасль промышленности по совместительству, предоставляющая возможность безбедного существования многим сотням академических специалистов по вопросам «обороны». Ци¬ ник, возможно, будет прав, если заключит, что Пентагон готов пла¬ тить за такой объем теологических изысканий для того, чтобы под¬ держивать своего рода дымовую завесу, за которой ведется настоя¬ щая работа планировщиков войны — среднего ранга офицеров, по большей части из военно-воздушных сил, отвечающих за практи¬ ческие детали ведения ядерной войны. Планирование войны — это совершенно иной род занятий. Тео¬ логи говорят об «оппонентах» или «противнике». Планировщики войны говорят: «русские». Планировщики начинают с вежливого кивка в сторону устрашения — если мы будем готовы, то этого не произойдет,— но на этом дело не кончается. Дальше они решают, куда стрелять и когда стрелять. Главное, что нужно понять о пла¬ нировании войны,— это, что мы планируем делать то, что мы мо¬ жем делать. 5 Дорога в никуда 129
За последние 40 лет ядерный арсенал США непрерывно разви¬ вается и становится все более смертоносным, ибо увеличивается число боеголовок, расширяются возможности целенаведения и со¬ вершенствуется точность ударов. В первоначальных планах бое¬ головки нацеливались на центр Москвы, сейчас они могут наце¬ ливаться на отдельные объекты, включая здания и даже вход в бомбоубежище, или могут нацеливаться на какой-то пункт, где одна боеголовка может одновременно поразить три или больше целей, например завод по производству грузовых автомобилей, энергетическую станцию, ведомство. По мере накопления оружия число объектов увеличивается и всегда превышает количество бое¬ головок, имеющихся в наличии для нападения на них. Рассмотрим, например, проблему, которая возникает перед планировщиками, задавшимися нарушить работу советского железнодорожного тран¬ спорта. Если для осуществления этой задачи они располагают все¬ го лишь несколькими боеголовками, то ограничат свои цели круп¬ нейшими железнодорожными узлами. Располагая большим числом боеголовок, они добавят к своим целям заводы по производству ло¬ комотивов и ремонтные предприятия. Если оружия у них будет еще больше, они могут включить в свой план мосты, боковые вет¬ ки, телеграфные станции, прокатные заводы по производству рель¬ сов, а также пансионат для железнодорожников. Биохимик из Гар¬ варда Поль Дори, кадровый консультант по вопросам «обороны», однажды спросил планировщиков, какая в их списке была самая малая цель. Ему ответили: обычное поле, на котором могут совер¬ шать посадку советские самолеты. В военном мышлении доминирует осторожность. Война, разу¬ меется, ужасна, как сказал генерал Уильям Шерман после того, как предал мечу уничтожения Юг во время гражданской войны, однако для людей, которые готовятся вести войны, есть нечто еще худшее, нежели ужасы сражений,— это поражение. С их точки эрения, слишком много — это, значит, едва достаточно. Поэтому планирование войны в Соединенных Штатах всегда полагается на избыточные возможности уничтожения в попытке добиться уве¬ ренности в результате за счет преобладания в силе. Теория войны генерала Лимэя была по-грубому проста. Еще в 1953 году он ска¬ зал молодому консультанту из Пентагона Сэму Коэну, который ныне известен как создатель нейтронной бомбы: «Я тебе скажу, что такое война,— это значит убивать людей, а когда их убито достаточно, они кончают драться». Лимэй хотел иметь самые боль¬ шие боеголовки. Под конец он загружал свои самолеты 20-мегатон- ными бомбами, а его штаб работал над планами полного уничто¬ жения Советского Союза. Некий капитан ВМС, присутствовавший в начале 1954 года на брифинге, организованном командованием стратегических ВВС, докладывал своему начальству: «Конечное впечатление было такое, что вся Россия должна превратиться в дымящиеся руины, исходящие радиацией, через два часа после на¬ чала войны». 130
И тем не менее трудно сказать, каковы же были аланы Лимэя, ибо о них он никому не рассказывал — ни Белому дому, ни коми¬ тету начальников штабов, ни, конечно, Сэму Коэну, который в чис¬ ле прочего и с этой целью был направлен в штаб-квартиру коман¬ дования стратегических ВВС в Омахе. «Это касается наших сек¬ ретных военных планов,— сказал ему Лимэй.— И я не собираюсь тебе о них рассказывать». Имеются даже основания считать, что Лимэй полагал, что именно он будет решать, когда начать войну. При всей скрытности Лимэя планы войны по своей сути были весьма просты — бить по ним всем, что у нас есть. А к 1960 году у нас было много. В ноябре 1960 года президент Эйзенхауэр по¬ слал группу из трех человек во главе со своим помощником по вопросам науки Джорджем Кистяковски на базу ВВС в Оффатт в Омахе проверить, как обстоит дело с подготовкой планов войны в только что созданном Объединенном штабе планирования стра¬ тегических целей (ОШПСЦ). Эйзенхауэр опасался, что командова¬ ние стратегической авиации США занимается махинациями с циф¬ рами с целью облегчить для себя получение цовых самолетов и бомб. К примеру, они настаивали, что для разрушения со 100-про¬ центной уверенностью плотины гидроэлектростанции требуется не¬ сколько крупных ядерных зарядов, в то время как то же самое могло быть сделано одним малым зарядом с 96-процентной уве¬ ренностью. В штаб-квартире командования офицеры ВВС устроили группе развлекательную прогулку. У них были указания рассказы¬ вать своим гостям как можно меньше и как можно медленнее. Те, однако, проявили настойчивость и в конце концов составили для себя толковое представление о том, из каких частей складывался первый Отдельный комплексный оперативный план (ОКОП). Груп¬ па с ужасом обнаружила, что этот план полностью игнорирует по¬ бочные последствия применения ядерного оружия. За редким исключением командование стратегической авиации намеревалось уничтожать свои цели только ударной волной. Если в день взрыва ветер дует, допустим, от Ленинграда в сторону Финляндии, тогда нацеленные на этот город боеголовки должны быть оснащены та¬ кими взрывателями, которые взорвут их в воздухе чтобы избежать выпадения радиоактивных осадков, характерных для наземного взрыва. Этим, однако, практически и ограничивались уступки, ко¬ торые ОШПСЦ собирался сделать для радиоактивности. Тенденция к накоплению излишней мощи усугублялась стремлением к созда¬ нию «весьма высокой вероятности поражения всех этих целей». Это означало применение не одной, а нескольких боеголовок про¬ тив одной цели, или применение боеголовок с очень большими за¬ рядами, или и то и другое вместе. Первый ОКОП, официально утвержденный в декабре 1960 года, предусматривал нападение на Россию четырьмя тысячами боеголовок, которые должны были вы¬ пускаться одним залпом. В то время это составляло весь наш арсе¬ нал. 131
За время, прошедшее с 1960 года, детали ОКОП претерпели существенные изменения. Стратегический арсенал США насчиты¬ вает теперь вдвое больше боеголовок, и многие из них отличаются чрезвычайной точностью. Для нас сейчас первостепенное значение имеет один момент — все варианты ОКОП предусматривают пла¬ ны уничтожающего нападения на советские «опорные цели», то есть на те советские институты, которые составляют главную силу России, и тысячи этих целей расположены в городах. Мы всегда утверждали, что не планируем нападать на совет¬ ские города или на население как таковое, однако этот вопрос яв¬ ляется академическим. Советские города богаты целями — это центры связи и транспорта, здания, в которых расположены веду¬ щие институты советского общества, военные командные пункты, бомбоубежища, заводы по производству военных материалов и т. д. Даже нападение на аэропорты, что является неотъемлемой частью всех планов войны с начала 50-х годов, чревато угрозой пожаров на обширной городской площади. Исследование, проведенное в 1978 году Агентством по контролю над вооружениями и разоруже¬ нию, подсказывает масштабы проблемы. Для оценки эффективно¬ сти советской системы гражданской обороны, что в то время яв¬ лялось предметом больших споров в Вашингтоне, агентство соста¬ вило модель стандартного американского второго удара. Целью такого второго удара было бы не просто разрушение, а ликвидация объектов, являвшихся источниками военной и экономической силы. Только по Москве удар должны были нанести около 60 боеголо¬ вок, по Ленинграду — более 40, по каждому из следующих восьми крупнейших городов — в среднем по 13 боеголовок. Следующие 40 крупнейших городов получали в среднем по 14,4 боеголов¬ ки на миллион населения, а следующие 150 городов — по 25,7 бое¬ головки на миллион человек. Ядерный удар планировалось нане¬ сти по 80 процентам всех советских городов с населением свыше 25 тысяч человек. Все они будут гореть. Можно ожидать, что подобный же урон в результате ответного удара понесут и Сое¬ диненные Штаты. Налеты на города являются неотъемлемой частью американских теорий ведения ядерной войны... Сейчас военные планировщики стоят перед весьма необычной дилеммой: либо мы придерживаемся теории и составляем планы, сопряженные с риском ввергнуть Северное полушарие в «ядерную зиму» в результате дыма от горящих городов, либо мы оставляем теорию в покое и в конце концов признаем, что мы просто не мо¬ жем вести войну средствами ядерного оружия. Недавно один приятель рассказал мне историю, которую кто- то слышал от сотрудника Совета национальной безопасности при Джимми Картере. История такая: когда Картер и только что изб¬ ранный президент Рейган встретились после выборов 1980 года, для того чтобы обсудить проблемы передачи власти, Картер вос¬ пользовался случаем, чтобы объяснить Рейгану, что практически означает «нажать кнопку». Как утверждал этот сотрудник СНБ, 132
Картер выложил все — количество боеголовок и цели, по которым они будут выпущены, неимоверные трудности, с которыми будет связано управление боевыми действиями, а также вполне вероят¬ ную перспективу того, что в конечном счете президент окажется в одиночестве в своем самолете в воздухе. Пилот не сможет найти места для посадки, а по радио будут слышны только статические помехи. Ужас описанного дошел до Рейгана. После этой встречи он выглядел бледным и каким-то притихшим. Наконец-то он знал. Занятная история. Я уверен, мы все надеемся, что опа и на самом деле произошла. Скорее же всего, она, однако, является апокрифической. Я слышал ее во многих разных вариантах о дру¬ гих президентах и высокопоставленных чиновниках. Обо всех этих историях я уже думаю собирательно, как о мифе об испуганном президенте. Их канва всегда одна и та же: человек достигает вы¬ сокого поста, он беспечен и самоуверен. Его «просвещают». Он уходит отрезвленным и потрясенным. Похоже, что коллективное подсознание Вашингтона, где преимущественно и рассказываются эти истории, нуждается в постоянном успокоении насчет того, что люди наверху действительно сознают, с какой опасностью мы име¬ ем дело. Действительность, пишет Пауэрс, насколько можно судить по имеющемуся опыту, отнюдь не такова. За возможным исключе¬ нием Джимми Картера, проявлявшего огромный интерес к техни¬ ческим подробностям, ни один американский президент послевоен¬ ного периода не имел четкого представления о том, что мы наме¬ рены делать в случае ядерной войны. С. Коэн СОВЕТОФОБИЯ 1 Статья профессора политических наук Принстонского универси¬ тета Стивена Коэна, которую мы приводим в изложении, показы¬ вает опасность антисоветизма, определяющего внешнеполитиче¬ ские позиции правящих кругов США, их стремление добиться во¬ енного превосходства. С. Коэн подчеркивает, что советофобия — старая американская политическая болезнь. К числу ее симптомов относятся подход к американо-советским отношениям, окрашенный милитаризмом, алармистские2 утверждения насчет намерений Советского Союза и его возможностей и беспочвенные утверждения, что стратеги¬ ческое «отставание» создает опасность для Соединенных Штатов. В 60-х годах и в начале 70-х советофобия в течение какого-то непродолжительного времени пошла на убыль, а затем возроди¬ лась в форме даже более опасной, чем эпидемия «холодной вой¬ 1 Опубликовано в «1п1егпаИопа1 НегаЫ ТпЪипе», 1983, МагсЬ 29. 2 Алармистский — панический, необоснованный.— Прим. ред. 133
ны». Это тот редко обсуждаемый политический фактор, который стоит за стремлением милитаристских кругов перейти от страте¬ гии, основанной на ядерном средстве сдерживания, к стратегии «ведения ядерпой войны» с сопутствующим этому непомерно боль¬ шим военным бюджетом. При обсуждении этих радикальных воен¬ ных предложений общественность близоруко сосредоточивается на финансовых и технических аспектах, в то время как по-настояще¬ му следовало бы обсуждать зловещее изменение политических целей. Отсюда постоянные разговоры в этих кругах о том, чтобы «де¬ стабилизировать» СССР и «взять верх» над ним, а также явное нежелание договориться относительно ограничения стратегических вооружений. Это означает, что эти круги отвергают ядерный паритет ради того, чтобы вновь начать нереальные поиски способа обеспечить себе превосходство, что представляет собой потенциально фаталь¬ ную форму советофобии. Лучшее лекарство от советофобии — признать ее патологиче¬ ской, а не нормальной реакцией на существование Советского Союза. Нынешняя волна советофобии зародилась в 70-х годах, когда кое-кто стал утверждать, что Советский Союз стал наращивать своп военный потенциал. Но ведь Советским Соювом было во все¬ услышание заявлено о поддержании стратегического равенства с Соединенными Штатами. Между американскими представлениями и советской реально¬ стью существует большое расхождение. В 50-е годы мы преувеличивали экономическую мощь Совет¬ ского Союза, теперь мы недооцениваем ее. Неправильные представления становятся особенно опасными, когда они увязываются с тем или иным толкованием советской внешней политики. Вопреки логике политических и военных событий администра¬ ция Картера считала, что СССР намерен продвинуться в направ¬ лении Персидского залива, исходя из ошибочной предпосылки, что Москве вскоре понадобится иностранная нефть. Об этом высосанном из пальца сценарии все сейчас вабыли, однако следствием его стали зловещий пересмотр американских доктрин, огромный военный бюджет и отказ от заключения догово¬ ра об ОСВ-2. Что является причиной подобного крайне неверного представ¬ ления о Советском Союзе? Ссылки на американский антикомму¬ низм или на неосведомленность американцев нельзя считать удов¬ летворительным объяснением. Реальный источник советофобии находится глубже: Соединен¬ ные Штаты в отличие от большинства других стран все еще не вполне признали, что Советский Союз — нравится это нам или нет — имеет законное основание считаться великой державой с 134
соответствующими интересами и соответствующим правом голрса в международных делах. Признание за Советским Союзом политического равенства ло¬ гически ведет к заключению соглашений о ядерном оружии, осно¬ ванных на принципе военного паритета, а также к другим полити¬ ческим мероприятиям в духе разрядки. Отказ признать этот статус ведет только к иллюзорному стрем¬ лению добиться ядерного превосходства и вытекающим из этого целям в духе советофобии. Позиция консерваторов совершенно ясна: Советский Союз «является средоточием зла в современном мире», а следовательно, никак нельзя признавать его претензии законными. Однако было бы неверно связывать эту идеологию исключи¬ тельно с республиканской партией, в особенности если вспомнить категорическую оппозицию сторонников жесткого курса в демокра¬ тической партии всем аспектам разрядки в 70-е годы, в том числе и договору об ОСВ-2. Эта проблема носит двухпартийный характер, и возможно, что никакая смена администрации не решит ее. Поэтому Соединенным Штатам нужно откровенно обсудить эту проблему с упором на центральный, почти запретный вопрос: го¬ товы ли мы признать сейчас Советский Союз равноправной с нами державой, имеющей для этого все законные основания. До сих пор в США этот вопрос никогда не был предметом на¬ циональной дискуссии — отчасти потому, что те политические дея¬ тели и интеллектуалы, осведомленные в вопросах политики, кото¬ рые в частных беседах могли бы дать на это утвердительный от¬ вет, все еще боятся, как бы их в духе советофобии не обвинили в попытках «умиротворить» Советский Союз или в чем-то худшем. Этих людей, формирующих общественное мнение, должен обод¬ рить тот факт, что значительное большинство американцев — при¬ том что они становятся легкой добычей сеятелей политической па¬ ники — последовательно высказываются за заключение договора об ограничении стратегических вооружений. С. Коэн не считает сложившееся положение дел фатальным. Он отмечает в статье, что американский народ готов сосуществовать с Советским Союзом. С. Херш БЕЛЫЙ ДОМ, ЦРУ И ЧИЛИ 1 Сеймур Херш — американский журналист, работал в «Нью-Йорк тайме» и ряде других газет в США. Автор нескольких книг, в том числе о зверствах американской военщины во время войны во Вьетнаме — уничтожении 16 марта 1968 года 567 мирных жителей деревушки Сонгми. Херш получил известность как журналист, 1 Из книги: НегаН Зеутоиг М. ТЪе Рпсе о! Р<тег. Кхззш^ег ш Ше N1x011 \УЫ1е Ноизе. N6^ Уогк, 1983. 135
рассказав о незаконной деятельности органов политического сыска в США — ЦРУ, ФБР и других в период администрации Дж. Фор¬ да. Он был среди тех, кто, предав гласности соответствующие фак¬ ты, вынудил Вашингтон пойти на «расследование» работы аме¬ риканских спецслужб в середине 70-х годов. В какой-то мере С. Херша можно считать продолжателем традиций американских журналистов — «разгребателей грязи» начала XX века. При всем этом Херш принадлежит к людям, идеологически обслуживающим интересы правящей элиты США. В своей работе о подрывной деятельности ЦРУ в Чили (с ос¬ новными положениями которой мы знакомим читателя) Херш, основываясь на документальных данных, показывает вмешатель¬ ство США во внутренние дела этой страны, причастность высших эшелонов власти Соединенных Штатов к чилийским событиям. Все это наглядно иллюстрирует суть грабительской экспансионистской политики американского империализма по отношению к другим странам. Чили к середине 60-х годов считалась одной из тех стран, где ЦРУ добилось особого успеха — оно проникло во все секторы чи¬ лийского правительства, политической жизни и общества. ЦРУ приписывало себе заслугу в том, что Чили осталась «прогрессив¬ ной, демократической» страной, которая — и это немаловажно — поощряла деятельность американских многонациональных корпо¬ раций. Масштабы участия американских корпораций в чилийских делах, однако, были источником постоянных споров в Сантьяго и к концу десятилетия стали важнейшей политической проблемой, противопоставившей чилийских правых — которые не возражали против того, чтобы американцы и впредь наживались в их стра¬ не — левым, организовавшим бурные забастовки и массовые де¬ монстрации против американских фирм. Чили занимала ведущее место в мире по добыче меди, но 80 процентов ее добычи — 60 про¬ центов всего экспорта Чили — было в руках крупных корпораций, большей частью контролировавшихся американскими фирмами, и в первую очередь «Анаконда» и «Кеннекот коппер». Прибыли аме¬ риканских фирм были огромны: в 60-х годах, например, «Анакон¬ да» получила доход в 500 миллионов долларов со своих инвести¬ ций, оцениваемых этой компанией в 300 миллионов долларов, в Чили, где она эксплуатировала крупнейшие в мире открытые раз¬ работки медной руды. Наиболее серьезной политической угрозой для чилийской демократии, по мнению творцов американской по¬ литики, был Сальвадор Альенде Госсенс, член социалистической партии, неудачно баллотировавшийся в президенты в 1958 и в 1964 годах на основе предвыборной программы, ратовавшей за зе¬ мельную реформу, национализацию ведущих отраслей промыш¬ ленности (особенно медеплавильной), за более крепкие отношения с социалистическими и коммунистическими странами и за перерас¬ пределение доходов. Недовольство в стране резким неравенством в доходах играло особенно большую роль в предвыборных кампа¬ 136
ниях Альенде: анализы показали, что к 1968 году на 28,3 процен¬ та чилийцев, находившихся на самой низкой ступени экономиче¬ ской лестницы, приходилось 4,8 процента национального дохода, в то время как 2 процента на верхней ступени прибирали к рукам 45,9 процента дохода. В 1958 году Альенде потерпел поражение на выборах, получив всего на 3 процента меньше своего соперника Хорхе Алессандри Родригеса, ярого консерватора и защитника интересов предпри¬ нимателей, имевшего активную поддержку от американских кор¬ пораций. Ни Альенде, ни Алессандри не получили большинства, и поэтому, согласно чилийской конституции, исход выборов был решен чилийским конгрессом, избравшим президентом Алессанд¬ ри. Несмотря на помощь ЦРУ, Алессандри и его национальная партия в течение последующих шести лет неуклонно теряли по¬ пулярность, и президентские выборы 1964 года свелись к борьбе между Альенде и его радикальными силами и Эдуардо Фреем Мон- тальвой, либералом, представлявшим христианско-демократиче¬ скую партию, которая была проамериканской и гораздо более бла¬ госклонно относилась к предпринимателям, чем коалиция Альенде. Влияние США на исход выборов 1964 года было больше, чем признавалось публично. США в 1963 и 1964 годах переправили в Чили в поддержку Фрею минимум 20 миллионов долларов — около 8 долларов на каждого избирателя,— причем значительная часть была предоставлена через Управление международного раз¬ вития. Миллионы долларов из фондов этого управления, а также ЦРУ с ведома чилийского и американского правительств были предоставлены католическим организациям по всей стране, цель которых заключалась в борьбе против протестантизма и комму¬ низма. Фрей ловко добился победы, получив 56 процентов голосов. Фрей, который был полностью осведомлен относительно источни¬ ка денег, получал, кроме того, тайную помощь от американских корпораций, известных под названием «Предпринимательская группа по Латинской Америке». Эта группа была организована в 1963 году Дэвидом Рокфеллером, президентом «Чейз Манхэттен бэик», по специальной просьбе президента Дж. Кеннеди, руково¬ дившего борьбой своей администрации против Кастро и рас¬ пространения коммунизма в Латинской Америке. В ее исполни¬ тельном комитете были такие видные директора компаний, как Джей Паркинсон, председатель правления «Анаконды», Гарольд Дженин, глава «Интернэшнл телефон энд телеграф корпорейшн», которой принадлежала телефонная сеть в Чили, и Дональд Кен¬ далл, председатель «Пепсико», развернувшей широкую деятель¬ ность в Латинской Америке. Главным связным ЦРУ в Чили была организация Агустина Эдвардса, близкого друга Кендалла. Эдвардс был владельцем кон¬ сервативного газетного треста «Меркурио» в Чили и центральной фигурой оппозиции Альенде и левым. ЦРУ и «Предприниматель¬ ская группа по Латинской Америке», реорганизованная к 1970 го¬ 137
ду в «Совет Америк», в значительной степени опирались на Эд¬ вардса с его организацией и связями, через которые они переда¬ вали свои деньги для предвыборной кампании 1964 года. Многие связи между «Предпринимательской группой» и ЦРУ надолго со¬ хранились и после выборов. Самой серьезной проблемой для американских корпораций бы¬ ла угроза возможной национализации их чрезвычайно прибыль¬ ных филиалов в Чили. Избрание Альенде, несомненно, привело бы к национализации. Фрей, хотя в его христианско-демократиче¬ ской партии были группировки, настаивавшие на национализа¬ ции, сулил большие надежды: одно из его главных предвыборных обещаний предусматривало компромиссный вариант — так назы¬ ваемую «чилизацию», в соответствии с которой государству будет позволено скупить крупные пакеты акций чилийских филиалов американских медедобывающих компаний. К 1967 году правитель¬ ство Фрея купило 51 процент акций чилийского филиала «Кенне- кот» и 25 процентов акций филиала «Анаконды». Передача акций состоялась после переговоров с компаниями, которые продолжали извлекать из чилийских операций весьма немалую прибыль для своих американских владельцев. Реформы Фрея не коснулись дру¬ гих отраслей, и на протяжении 60-х годов масштабы американской деловой активности в Чили росли. Увеличился политический на¬ жим слева. Правительство Фрея в 1969 году возобновило перегово¬ ры с «Анакондой» и попыталось начать обсуждение вопроса о полной национализации — единственная процедура, которая могла дать государству возможность подчинить своему контролю огром¬ ные прибыли, извлекавшиеся американскими компаниями в Чили, как требовали более радикально настроенные сторонники христи¬ анско-демократической партии. В годы правления Фрея ЦРУ продолжало пользоваться свобо¬ дой действий по всей стране и заботилось, главным образом, о по¬ давлении леворадикальной политической деятельности. Согласно опубликованному докладу сенатской комиссии по разведке, кото¬ рая в 1975 году детально расследовала деятельность ЦРУ, в Чили в период с 1964 по 1969 год было проведено минимум 20 опера¬ ций. Большинство из них преследовало цель способствовать избра¬ нию умеренных и консервативных кандидатов в чилийский конг¬ ресс. В конце 60-х годов отношения между ЦРУ и правительством Фрея стали довольно натянутыми. Что особенно важно, руково¬ дитель резидентуры ЦРУ в Чили Генри Хекшер считал, что Фрей и его христианско-демократическая партия в опасной степени склонились влево. Хекшер, ярый антикоммунист, неустанно доби¬ вался от ЦРУ изменения американской политики в Чили и, в част¬ ности, переключения с Фрея на Алессандри, который собирался в 1970 году снова баллотироваться в президенты. По чилийскому за¬ кону Фрей не мог пробыть на своем посту два срока подряд. Хек¬ шер и другие опасались — как выяснилось, не без оснований,— что христианские демократы, среди которых политика Фрея вызывала 138
растущую поляризацию, выдвинут в 1970 году еще более либе¬ рального кандидата. Если ЦРУ нуждалось в дополнительных до¬ казательствах сдвига партии влево, то Фрей представил их — в 1969 году он восстановил торговые отношения с Кубой. * * * В декабре 1968 года, через месяц после избрания Никсопа пре¬ зидентом, ЦРУ выпустило в свет так называемую «национальную оценку разведки», или НОР, как ее называют в администрации США. В этом документе критиковалась экономическая и социаль¬ ная политика правительства Фрея и, как считал тогдашний по¬ сол в Чили Эдвард Корри, преуменьшалось значение демократии в Чили. Вступив в должность, Никсон сразу же дал выход своей антипатии к правительству Фрея, вычеркнув его имя из состав¬ ленного государственным департаментом перечня руководителей стран, чьи кандидатуры рассматривались для визитов в Вашинг¬ тон. Кроме того, Никсон распорядился дополнительно сократить американскую помощь Чили, составившую за период с 1962 по 1969 год более миллиарда долларов — сумма, которая в расчете на душу населения значительно превышала то, что получали дру¬ гие страны Латинской Америки. Сознательно или нет, но эти шаги Белого дома ослабили позицию умеренных в партии Фрея, укрепляя антифреевскую позицию ЦРУ в Сантьяго. Выпады кон¬ серваторов и правых против правительства на страницах «Мерку- рио» участились и становились все более резкими, усугубляя по¬ ляризацию политических сил в самой Чили. Правительство Фрея склонилось еще дальше влево. Оно не очень старалось увеличить свою популярность в Белом доме. В начале 1969 года Фрей отме¬ нил запланированный визит Нельсона Рокфеллера в Чили. Этот шаг Фрея — который был предопределен решением, ранее приня¬ тым Никсоном, сократить помощь для Чили — был воспринят Бе¬ лым домом как дальнейшее доказательство полевения. Никсон в мемуарах посвящает Чили всего семь абзацев — не¬ сколько сот слов — и обходит молчанием вопрос о политике в отно¬ шении Латинской Америки во время его президентства. Киссинд¬ жер в мемуарах в пространной главе о Чили защищает свою роль, но в остальном не касается политики и проблем американской ад¬ министрации на юге континента. До 1970 года, писал Киссинд¬ жер, когда он стал участником составления планов против Альен¬ де, «Латинская Америка была районом, который я тогда еще не знал достаточно хорошо». Может быть, это и так, но с первых ме¬ сяцев правления администрации Никсона он был вполне осведом¬ ленным поборником основополагающего тезиса американской по¬ литики: США не собирались допустить сколько-нибудь далеко идущую независимость Латинской Америки. Киссинджер вскоре после того, как вошел в состав администра¬ ции Никсона, смог почти полностью подчинить своему контролю 139
органы разведки. Его орудием служила высокопоставленная груп¬ па, известная под названием «Комитет-40» (по номеру меморан¬ дума о решениях по национальной безопасности, на основании которого он был создан), где он официально председательствовал. В числе ее шести членов были: министр юстиции Джон Митчелл, директор ЦРУ Ричард Хелмс, председатель комитета начальников штабов адмирал Томас Мурер, Алексис Джонсон, представлявший государственный департамент, и Дэвид Паккард, заместитель ми¬ нистра обороны Мелвина Лэйрда. «Комитет-40» должен был — в теории — санкционировать все тайные операции ЦРУ, кроме того, он контролировал многие операции вооруженных сил по сбору раз¬ ведданных. Но на деле Киссинджер и Никсон относились к нему так же, как они относились ко всему аппарату,— как к очередному учреждению, которое можно по желанию использовать или игно¬ рировать. ЦРУ, придерживаясь своей традиционной политики, то¬ же вело себя осторожно. Его обширные связи с работниками ИТТ во всей Латинской Америке тщательно скрывались от* «Комите- та-40», членам которого «незачем было знать» о них, как вырази¬ лось бы ЦРУ, хотя ИТТ, в конце концов, перед выборами 1970 го¬ да играла в Чили очень важную роль. Задача составить какой бы то ни было отчет о сложившейся тогда ситуации осложняется тем, что большинство особо секрет¬ ных решений ЦРУ принимаются так, чтобы не оставалось ника¬ ких улик. Из архивов «Комитета-40», во всяком случае тех, кото¬ рые были переданы Центральным разведывательным управлением различным следственным группам, вытекает, что выборы в Чили обсуждались в период между апрелем 1969 года и сентябрем 1970 года минимум четыре раза. В апреле 1969 года ЦРУ предуп¬ редило, что широкая кампания с целью повлиять на выборы 1970 года не увенчается успехом, пока резидентура США в Санть¬ яго не сможет начать вербовку агентов в различных политических партиях. Как вытекает из документов, ничего конкретного не было сделано до заседания «Комитета-40» 25 марта 1970 года, на кото¬ ром было решено выделить 135 тысяч долларов па пропаганду про¬ тив Альенде. 27 июня «Комитет-40» санкционировал еще 300 ты¬ сяч долларов — согласно рекомендации не только ЦРУ, но и посла Корри,— тоже на предвыборную агитацию против Альенде. Имен¬ но на этом заседании Киссинджер объявил о поддержке им про¬ грамм, направленных против Альенде. «Не понимаю,— сказал он,— почему мы должны безучастно наблюдать, как страна стано¬ вится коммунистической из-за безответственности ее собственного народа». На этих первых заседаниях государственный департамент, од¬ нако, как правило, возражал против более прямого вмешательства в чилийские президентские выборы. Например, 27 июня был по¬ ставлен вопрос о дополнительном ассигновании 500 тысяч долла¬ ров на покупку голосов в чилийском конгрессе в расчете на то, что выборы 4 сентября завершатся заключительным туром голосова¬ ло
пия в конгрессе по кандидатурам Альенде как представителя коа¬ лиции Народного единства и Алессандри, которого прочат ЦРУ, корпорации и Белый дом. Когда некоторые сотрудники государ¬ ственного департамента стали возражать, решение этого вопроса было отложено до выборов. Должностное лицо, присутствовавшее на этих первых заседаниях в качестве одного из старших помощ¬ ников Алексиса Джонсона, вспоминает, что он считал эти опера¬ ции против Альенде «глупостью». «Они требовали слишком боль¬ шой надежности от людей, над которыми мы не были властны,— сказал он.— Мы явно делали что-то предосудительное и амораль¬ ное. Зачем было так рисковать?» В то лето эти взгляды победи¬ ли, но, когда Белый дом всерьез забеспокоился, его перестали при¬ глашать на заседания «Комитета-40». В марте и июне 1970 года «Комитет-40» одобрил ряд операций против Альенде с использованием органов информации и правых общественных организаций с целью распространения тревожных обвинений в адрес коалиции Альенде. Рассылались враждебные ей бюллетени, выпускались брошюры, распространялись плакаты, появлялись лозунги на стенах — под эгидой ЦРУ и организации Агустина Эдвардса. К 1970 году, согласно данным сенатской ко¬ миссии по разведке, ЦРУ субсидировало в Чили два телеграфных агентства и один правый еженедельник, отстаивавшие настолько крайние взгляды, что от них «отшатнулись даже уважаемые кон¬ серваторы». Хотя Корри сам рекомендовал эти пропагандистские програм¬ мы, вскоре, по его словам, он был обескуражен их грубыми мето¬ дами и настроил против себя ЦРУ, раскритиковав в документе его деятельность за то, что она приводит к обратным результатам и на деле «помогает увеличить число сторонников Альенде». Несмотря на его жалобы, администрация Никсона не впала тогда в панику из-за Чили. Вплоть до самого дня выборов ЦРУ с уверенностью предсказывало убедительную победу Алессандри, исходя из опросов общественного мнения, проведенных организа¬ цией Агустина Эдвардса — опросов, основанных на устаревших к тому времени данных переписи 1960 года. Эдвардс стал для ЦРУ в Чили важнее, чем когда-либо. Хекшер рекомендовал перепра¬ вить санкционированные 27 июня 300 тысяч долларов через его организацию. ЦРУ, писал Хекшер, не располагает в Чили вторым проверенным «активом», который мог бы сравниться с Эдвардсом по опыту и осторожности. (Ему принадлежали три ежедневные газеты в Сантьяго, и его коммерческие интересы неуклонно раз¬ растались.) На каком-то этапе в начале лета его опросы говорили о 50-процентной поддержке Алессандри, что устраняло необхо¬ димость в голосовании в конгрессе. Подобные прогнозы мало чем могли успокоить американские корпорации, встретившие отпор ранее, в том же году, когда они пытались убедить администрацию Никсона последовать примеру, поданному администрацией Джонсона в 1964 году, и общими уси¬ 141
лиями позаботиться о том, чтобы победил нужный им кандидат. В апреле, согласно документам, предоставленным Корри, члены «Совета Америк» обратились к государственному департаменту, предложив со своей стороны минимум 500 тысяч долларов в по¬ мощь Алессандри. Предложение совета было связано с одним усло¬ вием: деньги будут предоставлены, но ЦРУ, как и в 1964 году, тоже должно вложить значительную сумму в предвыборную кам¬ панию Алессандри. Корри, поставленный в известность, в секрет¬ ной телеграмме в Вашингтон категорически возражал. Он преду¬ предил, что подобное вмешательство будет невозможно скрыть и приведет к серьезным проблемам для США, если оно обнаружит¬ ся. Далее он указал, что всякая открытая оппозиция американ¬ ских организаций христианским демократам, чей кандидат Радо- миро Томич Ромеро, по опросам общественного мнения, занимал третье место по популярности, «несомненно, вызовет отрицатель¬ ную реакцию, которая причинит ущерб ближайшим и долгосроч¬ ным американским интересам». Возражения Корри сыграли свою роль, и государственный департамент отклонил предложение со¬ вета. К весне 1970 года Корри все больше становился помехой для ЦРУ и американских корпораций. Он был ярым антикоммунистом и ярым противником Альенде; его эмоциональные телеграммы, предупреждавшие об опасностях, которые Альенде представлял для американских интересов в плане национальной безопасности, стали притчей во языцех в государственном департаменте. Тем не менее Корри был непреклонен в вопросе о необходимости со¬ хранить контроль над ЦРУ в своем посольстве и категорически от¬ клонил всякий контакт между ЦРУ и теми представителями чи¬ лийских вооруженных сил, о которых было известно, что они в случае победы Альенде замыслят военный переворот. Корри и Хекшер, который был решительным противником не только Аль¬ енде, но и правительства Фрея, не смогли установить деловые от¬ ношения — факт, который, судя по всему, понимал только Хек¬ шер. Один из агентов ЦРУ, работавший в ту пору в Латинской Америке, сказал, что Корри «и ЦРУ работали на разных волнах. Он был несговорчивым послом». Хотя Корри с энтузиазмом под¬ держал мнение ЦРУ, что нужна широкая пропагандистская про¬ грамма, чтобы противодействовать растущему полевению Чили, он подчеркивал, что это должна быть пропаганда антикоммунисти¬ ческая, а но пропаганда в поддержку Алессандри, как требовал Хекшер и его начальники в Вашингтоне. ИТТ и ее президент Гарольд Дженин по-прежнему были ис¬ полнены решимости финансировать предвыборную кампанию Алессандри. Но Дженин, очевидно зная о том, что Корри откло¬ нил апрельское предложение совета, обошел американское посоль¬ ство в Сантьяго и действовал непосредственно на самом высоком уровне в Вашингтоне. Посредником Дженина был его близкий друг Джон Маккоун, директор ЦРУ при президентах Кеннеди и 142
Джонсоне, который с 1970 года был директором ИТТ; его жена была обладательницей крупного пакета акций «Анаконды». В мае, июне и июле 1970 года Маккоун неоднократно обсуждал положе¬ ние в Чили с Хелмсом. Минимум две встречи состоялись в штаб- квартире ЦРУ (Маккоун все еще был консультантом этой орга¬ низации), а одна состоялась дома у Маккоуна в Сан-Марино (Ка¬ лифорния). Маккоун в показаниях в 1973 году в подкомиссии по многонациональным корпорациям сенатской комиссии по иност¬ ранным делам сказал, что, как он узнал от Хелмса, «Комитет-40» и Белый дом решили, что никакие программы ЦРУ в поддержку Алессандри не будут проводиться,— решение, очевидно, основан¬ ное не только на обнадеживающих результатах опросов общест¬ венного мнения, но и на ожидавшейся оппозиции со стороны Корри. Упомянутая сенатская подкомиссия впоследствии в заключи¬ тельном докладе пришла к выводу, что именно предложение Мак- коупа побудило Хелмса устроить в июле встречу Дженина с Уильямом Броу, тогдашним руководителем тайных операций ЦРУ в Латинской Америке. Во время этой встречи, как сказал Броу впоследствии членам подкомиссии, Дженин предложил внести «су¬ щественный» вклад в кампанию Алессандри, если ЦРУ согласится распорядиться деньгами. Подкомиссия, однако, так и не узнала об одном очень важном факте: инициатором встречи Дженина с Броу был не Маккоун, а Хекшер, который, действуя за спиной Корри, встретился в Сантьяго с агентами ИТТ и сообщил имя чи¬ лийца, которого можно было использовать в качестве надежного посредника для передачи денег ИТТ. Сведения о роли Хекшера в конце концов стали известны сенатской комиссии по разведке, но цензура изъяла их из опубликованного заключительного доклада комиссии. Тот факт, что сенатская комиссия по многонациональ¬ ным корпорациям не узнала о роли Хекшера и его тесных связях с ИТТ, говорит о том, на какие ухищрения были готовы идти та¬ кие высокопоставленные должностные лица, как Хелмс и Броу, ради защиты Гарольда Дженина и его корпорации и — через Дже¬ нина — Никсона и Киссинджера. Хелмс и Броу могли оправды¬ вать в собственных глазах неполные и вводившие в заблуждение показания тем, что это было необходимо для национальной безо¬ пасности и для защиты «источников информации и методов» ЦРУ,—традиционный предлог не обсуждать злодеяния ЦРУ. Го¬ раздо труднее понять готовность сенатской комиссии по разведке разрешить ЦРУ подвергнуть цензуре ее доклады перед опублико¬ ванием и в ходе этого опустить подробности о роли Хекшера и о фактах участия Агустина Эдвардса в важнейших совещаниях. Главными связными Хекшера с ИТТ в Чили были Гарольд Хендрикс и Роберт Беррельес, два руководящих сотрудника этой компании, у которых были тесные и давнишние связи с резиден- турой ЦРУ в Сантьяго. Эти сотрудники ИТТ считались «актива¬ ми» ЦРУ, и в зашифрованных донесениях у них даже были свои 143
клички. Сенатская подкомиссия по многонациональным корпора¬ циям, заслушав дайные под присягой показания Дженина, Броу, Маккоуна и других, не смогла обнаружить подтверждения того, что ИТТ действительно предоставила деньги. Беррельесу и дру¬ гому старшему вице-президенту ИТТ впоследствии было предъяв¬ лено обвинение в том, что в показаниях в подкомиссии по много¬ национальным корпорациям они допустили лжесвидетельство. Га¬ рольд Дженин был, кроме того, объектом расследования федераль¬ ного Большого жюри, но обвинение ему не было предъявлено; ми¬ нистерство юстиции в конце концов сняло обвинения против Бер- рельеса и другого сотрудника ИТТ. Хелмс в 1977 году признал себя виновным в даче ложных показаний упомянутой подко¬ миссии. Дженин на самом деле летом 1970 года все же санкциониро¬ вал минимум один крупный взнос ИТТ в предвыборную кампа¬ нию Алессандри — сумму самое малое в 350 тысяч долларов, о ко¬ торой эта фирма ничего не сообщала вплоть до 1976 года, когда сенатская комиссия по разведке обнаружила этот факт. Дженин продолжал отрицать всякую причастность ИТТ к политической жизни в Чили. Деньги ИТТ не помогли. Катастрофа разразилась 4 сентября. Альенде наперекор результатам опросов общественного мнения по¬ бедил на выборах в Чили, получив большинство в 39 тысяч из 3 миллионов поданных голосов, в результате чего возникла необхо¬ димость в заключительном туре голосования, который должен был состояться в конгрессе 24 октября и на котором, если историче¬ ские прецеденты о чем-то говорят, Альенде, добившись победы на всеобщих выборах, должен быть избран президентом. Реакция Ва¬ шингтона не органичивалась просто разочарованием: он был бук¬ вально взбешен из-за того, что Альенде игнорировал желания твор¬ цов американской политики. В субботу 5 сентября, в 6 часов 30 минут, Ричард Хелмс и группа руководящих сотрудников ЦРУ по¬ спешили в оперативный центр ЦРУ, чтобы ознакомиться с ре¬ зультатами выборов. Дежуривший в это время сотрудник вспоми¬ нал, как прореагировали в то утро Хелмс и его коллеги: «ЦРУ про¬ сто опозорилось с Чили. Мы поставили на карту свою репутацию, обещав не допустить победу Альенде. Поражение Алессандри на¬ несло ущерб репутации ЦРУ (в Белом доме)». Дежурный в Ситу¬ ационном зале, который передавал в течение ближайших несколь¬ ких месяцев строго засекреченные донесения из Сантьяго в Ва¬ шингтон, рассказал, что Хелмс и его заместители «не могли прими¬ риться с Альенде. Он стал своего рода объектом личной вендетты. Они зашли слишком далеко и уже не могли пойти на попятную». Корри тоже был расстроен. Он послал в Вашингтон телеграм¬ му: «...мы понесли тяжелое поражение, и оно будет иметь как внутриполитические, так и международные последствия». Киссинд¬ жер пишет в мемуарах, что эта фраза оказалась в числе тех, кото¬ рые Никсон подчеркнул при чтении донесения Корри. Но в другой, 144
не подчеркнутой Никсоном фразе в этом донесении говорилось: «Нет оснований считать, что чилийские вооруженные силы развя¬ жут гражданскую войну или что какое бы то ни было чудо сведет на нет его победу» на выборах в конгресс 24 октября. Это не соответствовало тому, что хотелось бы услышать Ник¬ сону и Киссинджеру. «Никсон был вне себя»,— писал Киссинд¬ жер, добавив, что он винил в «создавшемся положении» государ¬ ственный департамент и Корри. В процессе дальнейшего планиро¬ вания реакции на чилийский кризис, писал Киссинджер, Никсон «старался по возможности действовать в обход аппарата». Кис¬ синджер, однако, умолчал о том, что он тоже был вне себя и не меньше, чем Никсон, стремился действовать в обход аппарата. Имеются убедительные свидетельства того, что враждебность Никсона к Альенде в 1970 году была в первую очередь обусловле¬ на его озабоченностью будущим американских корпораций, активы которых, как он полагал, будут конфискованы правительством Альенде. Органы разведки США, поспешив осудить распростране¬ ние марксизма в Латинской Америке, сообщили Никсону, что Альенде не представляет угрозы для национальной безопасности. Три дня спустя после выборов ЦРУ в официальном меморандуме, вкратце изложенном в докладе сенатской комиссии по разведке, за¬ явило Белому дому, что у США «нет жизненно важных интересов в Чили, что правительство Альенде не внесет существенных изме¬ нений в соотношение военной силы в мире и что победа Альенде в Чили, по всей вероятности, не создаст никакой угрозы для мира в этом районе». Гнев Никсона, вызванный тем, что президенту не удалось уго¬ дить своим благодетелям из крупных корпораций — Джею Пар¬ кинсону, Гарольду Дженину и Дональду Кендаллу,— излился на Киссинджера. Киссинджер, как вспоминают многие из его секре¬ тариата, судя по всему, был озабочен не столько благополучием корпораций, сколько тем, чтобы угодить Никсону. «Хотя идеоло¬ гически он был их слугой,— сказал Роджер Моррис, работавший в СНБ до середины 1980 года,— к бизнесменам Генри относился с презрением». Но, сказал далее Моррис, Киссинджер, помимо про¬ чего, видимо, был по-настоящему обеспокоен избранием Альенде. «Я не думаю, чтобы кто-нибудь в администрации понимал, какое значение Киссинджер придавал Чили в идеологическом плане,— Альенде был живым примером демократических социальных ре¬ форм в Латинской Америке. Повсюду происходили всякого рода роковые события, но Чили пугала его. 16 сентября Киссинджер имел конфиденциальную беседу с группой корреспондентов, с ко¬ торыми он, в частности, обсуждал выборы в Чили. Он сказал кор¬ респондентам с видимой убежденностью: «Я пока еще не видел че¬ ловека, твердо верящего, что, если Альенде победит, в Чили когда- нибудь еще состоятся свободные выборы». Разумеется, в действи¬ тельности он опасался как раз обратного: что демократический процесс, которому Альенде даст ход, принесет плоды. 145
Его прочие опасения относительно Альенде были высказаны более откровенно. Уверенный, что теория «домино» 1 остается в си¬ ле в Латинской Америке, он сказал далее: «Появится коммуни¬ стическое правительство в важной латиноамериканской стране, имеющей длинную общую границу с Аргентиной, уже страдающей от глубокого раскола, общую границу с Перу, чей курс уже порож¬ дает трудности, и с Боливией, тоже следующей по более левому ан¬ тиамериканскому пути... Так что я не думаю, что мы должны об¬ манываться на тот счет, что приход к власти Альенде в Чили не по¬ родит серьезных проблем для нас, для демократических сил и для проамериканских сил в Латинской Америке, да и вообще для всего Западного полушария». 8 сентября Киссинджер председательствовал на заседании «Ко¬ митета-40», на котором он, Хелмс и Митчелл пришли к заключе¬ нию, «что военный путч против Альенде будет иметь очень мало шансов на успех, если не устроить его в ближайшем будущем». Согласно резюме, опубликованному позднее сенатской комиссией по разведке, Киссинджер приказал Корри составить «хладнокров¬ ную оценку» всех «за» и «против», проблем и перспектив на слу¬ чай, если сейчас с помощью Соединенных Штатов организовать в Чили военный переворот...». Ответ Корри поступил 12 сентября и был проникнут тревогой: возможности такого исхода «не сущест¬ вует». 14 сентября Киссинджер созвал еще одно заседание «Коми¬ тета-40». Центральное место на нем занимало серьезное обсужде¬ ние того, что получило в кругах разведки название «план Рюба Голдберга». Алессандри сообщил, что, если чилийский конгресс 24 октября изберет его, он подаст в отставку с поста президента. Если он это сделает после вступления в должность 3 ноября, его отстав¬ ка создаст необходимость новых выборов. Эдуардо Фрей, который в этом случае какое-то время пусть непродолжительное, но будет президентом, по закону сможет снова выдвинуть свою кандидату¬ ру. Творцы политики в Вашингтоне каким-то образом считали этот план конституционным вариантом решения «проблемы Аль¬ енде», но он зависел, естественно, не только от того, сумеет ли Фрей добиться нового выдвижения своей кандидатуры от христи¬ анско-демократической партии, но и от его готовности сотрудни¬ чать. Этот план возник задолго до неожиданной победы Альенде 4 сентября. Некоторые руководящие члены христианско-демокра¬ тической партии сообщили Корри о готовности Фрея баллотиро¬ ваться снова, если Альенде победит на выборах и если можно бу¬ дет найти конституционное решение. Корри передал в Вашингтон об этом предложении, и после неожиданного избрания Альенде администрация Никсона, которая лихорадочно искала выхода, об¬ 1 Выработана в период правления администрации Д. Эйзенхауэра. Име¬ лось в виду, что падение антинародного режима в данной стране непремен¬ но приводит к аналогичным изменениям в сопредельной стране.— Прим. ред. 146
судила и одобрила его на заседании «Комитета-40» 14 сентября. На следующий день Корри стало известно из строго засекреченно¬ го донесения, что он уполномочен предложить Фрею и его сторон¬ никам 250 тысяч долларов, а то и больше, если потребуется, на «тайные действия, которые Фрей или его доверенные сочтут не¬ обходимыми», чтобы обеспечить в конце концов его избрание, на¬ пример на подкуп членов чилийского конгресса. Корри сразу же отклонил предложение относительно денег, заявив государственно¬ му департаменту, что ни при каких обстоятельствах Соединенные Штаты не должны «выполнять за Чили ее грязную работу». К то¬ му времени, сказал Корри, он уже знал то, чего не знал Вашинг¬ тон: что «план Рюба Голдберга» был неосуществим. Было ясно, что Фрей не сможет добиться выдвижения кандидатуры от собствен¬ ной партии, даже если Алессандри победит в заключительном ту¬ ре голосования в конгрессе и подаст в отставку, как было заплани¬ ровано. «Я, кроме того, подозревал, что Фрей не собирался пред¬ принять попытку добиться выдвижения своей кандидатуры,— про¬ должал Корри,— испрашивается, к чему мне было заниматься подкупом членов чилийского конгресса, если Фрей был не в состо¬ янии контролировать собственную партию?» Американскому по¬ сольству, отмечал Корри, стало известно, что Альенде и Радомиро Томич, либеральный кандидат от христианско-демократической партии, занявший третье место на выборах 4 сентября, еще до вы¬ боров достигли секретного соглашения объединить свои силы в слу¬ чае заключительного тура голосования в конгрессе. Это соглаше¬ ние, по мнению Корри, фактически исключало какой бы то ни бы¬ ло шанс избрания Алессандри, и, стало быть, Алессандри не мог подать в отставку с поста президента, раз у него не было шансов получить этот пост. Корри на протяжении всего этого периода продолжал враждеб¬ но относиться к кандидатуре Альенде, но говорил, что он неодно¬ кратно пытался помешать какому бы то ни было прямому вмеша¬ тельству Соединенных Штатов в чилийские выборы. «Если бы Фрей смог добиться выдвижения кандидатуры от своей партии от¬ крытым, демократическим способом,— пояснил Корри,— а потом открыто использовать конституционный путь, чтобы стать прези¬ дентом, это было бы его дело». Нереальный «план Рюба Голдберга» был не единственным во¬ просом, обсуждавшимся на заседании «Комитета-40» 14 сентября. Была дана санкция на активизацию пропаганды с целью убедить чилийский конгресс, что избрание Альенде будет означать финан¬ совый хаос. За две недели 23 журналиста минимум из десяти стран были отправлены в Чили по инициативе ЦРУ в помощь уже нахо¬ дившимся там пропагандистским «активам» ЦРУ, и вместе они со¬ стряпали более 700 статей и радиопередач, опубликованных и пе¬ реданных в эфир как в Чили, так и за ее пределами непосредст¬ венно перед голосованием в конгрессе,— огромное количество ма¬ териала, конечное влияние которого измерить невозможно. К кон¬ 147
цу сентября в Сантьяго разразилась самая настоящая банковская паника, и огромные суммы денег были переведены за границу. Резко сократился сбыт товаров длительного пользования, таких, как автомобили и предметы домашнего обихода; уменьшился так¬ же выпуск другой промышленной продукции. Процветал черный рынок, так как граждане стремились любой ценой распродать свои ценности. Нажим нарастал. События начали разворачиваться всерьез 14 сентября, когда «Комитет-40» просигнализировал о том, что правительство Никсона готово приложить большие усилия, чтобы помешать вступлению Альенде на пост президента. Тогда еще не было известно, как далеко был готов зайти Никсон. Прошло десять дней с момента победы Альенде на выборах, и Никсон сумел не давать волю своему гневу. Никаких вспышек не было. Взрыв прои¬ зошел на пятнадцатый день, и поводом послужила тревога, выра¬ женная друзьями и благодетелями Никсона из числа директоров корпораций. '* * * Попытки корпораций обратиться непосредственно к Никсону фактически начались в Сантьяго за день до избрания Альенде, когда Агустин Эдвардс нанес первый и единственный визит в аме¬ риканское посольство. Эдвардс был на дружеской ноге с предшест¬ венником Корри Ральфом Дангеном, демократом, прослужившим в Чили с 1964 по 1967 год, но с Корри у него отношения не сложи¬ лись. По словам Корри, он заверил Эдвардса во время их десяти¬ минутной беседы, что данные последних опросов общественного мнения по-прежнему предвещают победу Алессандри. «Эдвардс, казалось, был обрадован,— сказал Корри.— Он признался мне, что уже много лет вкладывал все свои прибыли в новые предприятия и в модернизацию старых и будет разорен, если победит Альен¬ де». Через три-четыре дня после выборов Хекшер поставил Корри в известность, что Эдвардс хочет снова встретиться с ним, только на этот раз дома у кого-нибудь из своих служащих на окраине Сантьяго. При этой встрече, свидетельствует Корри, он сказал Эд¬ вардсу, что не верит в то, что чилийские вооруженные силы попы¬ таются помешать избранию Альенде конгрессом; он признал так¬ же, что программы ЦРУ, главным образом сориентированные па пропаганду, не имеют особых шансов достичь цели. Эдвардс согла¬ сился, что избрание Альенде конгрессом, по-видимому, гарантиро¬ вано, и удивил Корри, объявив, что немедленно покинет Чили. Он объяснил: помощники Альенде сказали ему, что новое прави¬ тельство «раздавит» его. Через несколько дней он улетел, чтобы встретиться с Кендаллом в Вашингтоне, тут же предложившим ему пост вице-президента «Пепсико». 14 сентября, согласно мему¬ арам Киссинджера, Кендалл в конфиденциальном порядке встре¬ тился с Ричардом Никсоном; это была встреча, о которой, как и 148
о многих других, не упоминалось в журнале, куда записывались встречи и совещания Никсона и который вела Секретная служба. На следующее утро Джон Митчелл и Киссинджер по указанию Никсона завтракали с Кендаллом и Эдвардсом; спустя несколько часов Киссинджер попросил Хелмса встретиться с Эдвардсом. Хелмс впоследствии сказал в интервью, что Эдвардс пришел с Кендаллом. Оба они настоятельно требовали помощи ЦРУ против Альенде, о чем, как понял Хелмс, они, должно быть, просили так¬ же Никсона. Вскоре после полудня Никсон вызвал к себе в каби¬ нет Хелмса, Митчелла и Киссинджера и, по сути дела, дал Хелм¬ су свободу действий против Альенде, не ставя в известность нико¬ го другого, даже Корри, о том, что он замышляет. Газеты, радио и телевидение впоследствии всячески подчерки¬ вали тот факт (опубликованный в докладе сенатской комиссии по разведке о Чили), что Хелмс предоставил комиссии свои заметки относительно встречи 15 сентября с Никсоном. Среди этих запи¬ сей были такие, как «не обеспокоен риском», «штатная работа — выделить лучших людей», «довести экономику до отчаяния», «10 миллионов долларов налицо, а если надо будет — больше» и «не привлекать к делу посольство». Но те работники ЦРУ, кото¬ рые были близки к Ричарду Хелмсу, знали, что у него были еще записи, которые он мог бы при желании предоставить. «На подоб¬ ных совещаниях не делают заметок,— пояснил один высокопо¬ ставленный сотрудник ЦРУ,— но как только садишься в машину, начинаешь диктовать на магнитофон по памяти то, что происходи¬ ло». Этот сотрудник ЦРУ сказал, что Хелмс особенно заботился о том, чтобы иметь в своем личном архиве подобные материалы, ко¬ торые не попадали в официальные архивы ЦРУ. В своих показаниях в сенатской комиссии по разведке Хелмс сказал: он покинул совещание в Овальном кабинете под «впечат¬ лением... что президент в самой категорической форме дал понять, что он хочет каких-то конкретных результатов, что его не очень волнуют методы и что он готов выделить деньги... Это был приказ, который мог практически означать что угодно...». На вопрос, вклю¬ чало ли это убийство, Хелмс очень осторожно ответил: «Лично я не имел в виду этот вариант... Я уже к этому времени решил, что, пока я директор, мы подобными делами не будем заниматься». Ответ Хелмса был нелеп. Впоследствии в беседе с одним из близких помощников Хелмс дал более правдоподобное описание того, что произошло 15 сентября: Никсон вполне конкретно прика¬ зал ЦРУ избавиться от Альенде и у Хелмса пе осталось никаких сомнений насчет намерений Никсона. В последующие дни, доба¬ вил Хелмс, ему снова в настоятельной форме напомнил об этом деле Киссинджер. В своем личном архиве Хелмс хранит подроб¬ ные записи о своих беседах с Никсоном и Киссинджером об Аль¬ енде. Разговоры об убийствах были в Белом доме в 1969 и 1970 году делом не столь щекотливым, как пять лет спустя, в разгар подняв- 149
птегося в стране шума по поводу разоблачения попыток ЦРУ уст¬ роить покушение на жизнь Кастро и убийства Патриса Лумумбы. В Чили тоже шли разговоры об убийстве. Посол одной из западно¬ европейских стран обратился непосредственно к Корри и со всей серьезностью предложил организовать убийство Альенде. Корри, как рассказывал он сам, оборвал этого дипломата и детально со¬ общил в государственный департамент содержание их беседы. * * * Совещание у Никсона 15 сентября породило некий «двойной вариант», как впоследствии стали называть это в ЦРУ. Первый вариант включал массированную пропаганду против Альенде и пропагандистские и политические планы против Альенде, за ко¬ торые проголосовал «Комитет-40» и которые были переданы Кор¬ ри и Хекшеру как руководство к действию. Второй вариант пред¬ полагалось держать в секрете от Корри, государственного департа¬ мента и даже «Комитета-40». Цель второго варианта заключалась не только в том, чтобы побудить чилийских военных устроить путч, но и в том, чтобы оказать им прямую помощь в этом деле. По сути дела, это должен был быть американский путч, проведен¬ ный руками чилийцев. Когда второй вариант уже претворялся в жизнь, Белый дом, очевидно, решил не информировать также и ИТТ относительно того, как далеко он был готов зайти в Чили. Через неделю после избрания Альенде Джон Маккоун встретился с Киссинджером и Хелмсом и передал им еще одно предложение ИТТ выделить на этот раз миллион долларов в помощь любому плану ЦРУ против Альенде. Затем после поручения Ричарда Никсона Хелмсу ЦРУ приня¬ лось мобилизовывать все ресурсы для выполнения того, что мно¬ гие ведущие сотрудники разведуправления считали «задачей невы¬ полнимой». Не бросая тень на себя, ЦРУ должно было в течение шести недель, оставшихся до заключительного тура голосования в чилийском конгрессе, активизировать прямые контакты с веду¬ щими членами оппозиционных организаций и раздать оружие, деньги и обещания, чтобы организовать путч. Целью было изба¬ виться от Альенде, как того требовал президент. В автобиографии, выпущенной в 1980 году, под названием «Лицом к лицу с действительностью» Мейер, один из самых до¬ веренных заместителей Ричарда Хелмса, вспоминал, как 15 сен¬ тября, вскоре после визита Хелмса к президенту, он присутствовал на небольшом совещании в ЦРУ. «Мы были удивлены получен¬ ным приказом,— пишет Мейер,— поскольку, как бы мы ни опа¬ сались президентства Альенде, идея военного переворота не рас¬ сматривалась нами как реальный вариант». Однако, несмотря на все сомнения, руководители ЦРУ были исполнены решимости добросовестно выполнить «явно неправильное и истеричное реше¬ 150
ние» Никсона, пишет далее Мейер. Хотя Мейер этого не говорит, но, безусловно, возникали сомнения в законности директивы пре¬ зидента. Тот факт, что группа опытных должностных лиц адми¬ нистрации с величайшей готовностью согласилась проводить по¬ добную политику, не задавая вопросов, послужил в глазах многих критиков ЦРУ убедительнейшей причиной требовать лишить раз- ведуправление полномочий на проведение тайных операций. Высокопоставленные сотрудники разведки в интервью и в по¬ казаниях в 1975 году в сенатской комиссии по разведке неоднократ¬ но говорили о том, что требование Белого дома помешать избранию Альенде было чрезвычайно настойчивым и сопровождалось силь¬ ным нажимом, сравнимым разве только с тем, какой наблюдался в начале президентства Кеннеди, когда правительство настаивало на каких-то действиях против Фиделя Кастро. Может быть, поэто¬ му было неизбежно, что Ричард Хелмс, участник антикубинских операций, возложил ответственность за действия против Альенде в значительной степени на тех людей, которые работали против Кастро. Когда в середине 70-х годов комиссии конгресса развернули разного рода расследования, официальная ложь и извращение фак¬ тов в связи с Чили достигли такого масштаба, какой наблюдался в июне 1972 года, в президентство Никсона, во время «уотергейт¬ ского скандала». В случае с Чили, как и в случае с «Уотергейтом», выискивались возможности заплатить немалые деньги агентам ЦРУ и их помощникам, которые были застигнуты на месте пре¬ ступления. В случае с Чили, как и в случае с «Уотергейтом», бы¬ ли уничтожены магнитофонные записи и фальсифицированы доку¬ менты. В случае с Чили, как и в случае с «Уотергейтом», офици¬ альные показания в следственных комиссиях конгресса были не чем иным, как лжесвидетельством. В случае с Чили, как и в слу¬ чае с «Уотергейтом», Белый дом действовал в союзе с людьми бес¬ принципными, бессовестными, способными на все, не понимав¬ шими разницы между добром и злом. * * * В середине сентября 1970 года Киссинджер взял в свои руки контроль над событиями на Ближнем Востоке, которым ведал го¬ сударственный департамент. Вполне естественно, что Киссинджер также полностью контролировал чилийские дела. Может быть, именно чувство, что он полновластный хозяин, лежало в основе его бравады на информационном совещании 15 сентября, на котором Киссинджер предупредил об угрозе избрания Альенде и объяснил корреспондентам суть варианта № 1 — разумеется, умолчав о том, что «Комитет-40» санкционировал 250 тысяч долларов на подкуп членов чилийского конгресса. Провал этого плана — по причине отказа Эдуарда Фрея — дошел до сознания Вашингтона лишь не¬ делю спустя. 151
Однако Киссинджер не сказал о второй половине операции Бе¬ лого дома — о варианте № 2. В мемуарах он приложил немало стараний, чтобы свести к минимуму значение этого варианта, не¬ однократно подчеркнув, как он сделал это в 1975 году в показани¬ ях в сенатской комиссии по разведке, что оба варианта были объе¬ динены. Относительно второго варианта Киссинджер, несмотря на обещания Никсона Хелмсу выделить 10 миллионов долларов, а то и больше, пишет: «Расходы, если бы таковые вообще потребо¬ вались, не могли превысить нескольких тысяч долларов. Дело ни разу не выходило за рамки зондирования почвы и изучения воз¬ можностей, даже в представлении Хелмса». Стремление Киссинджера преуменьшить значение варианта № 2 вполне понятно, так как об истинных масштабах деятельно¬ сти ЦРУ в Чили никто так и не рассказал и, может быть, мы ни¬ когда не узнаем об этом всей правды. (Следует отметить, что био¬ графы Киссинджера, пользовавшиеся его самым большим довери¬ ем,-— братья Марвин и Герберт Калб — в своей книге, изданной в 1974 году, не упомянули ни о Чили, ни о Сальвадоре Альенде. Даже о свержении Альенде в 1973 году ничего пе было сказано. Дело тут не в том, что информацию об этом скрыли авторы кни¬ ги — ее скрыл Киссинджер.) Хелмс, безусловно, знал, что дело отнюдь не ограничивалось «зондированием почвы»: через несколь¬ ко недель он отправил в Сантьяго кое-кого из самых опытных агентов ЦРУ. Один из них, известный в донесениях ЦРУ только по кличке Генри Сломэн, в 1970 году имел за спиной более чем 20- летнюю шпионскую практику в разных странах Латинской Аме¬ рики, Европы и Азии. Его «крыша» была безупречна: помощники считали его профессиональным игроком и смелым, не боящимся риска контрабандистом, связанным с мафией. За всю свою карье¬ ру (в 1975 году ушел в отставку) он побывал в здании ЦРУ в Ва¬ шингтоне не более десяти раз, и то в основном по воскресеньям, чтобы его не могли увидеть другие работники ЦРУ. Он был в этой организации фигурой криминальной: неоднократно говорили о его участии в «мокрых делах». Он был хорошо известен Хелмсу, на¬ градившему его минимум двумя медалями ЦРУ за операции, про¬ веденные большей частью в Юго-Восточной Азии специально по приказу Киссинджера. Сломэн был не одинок. Как минимум еще трое крупных аген¬ тов ЦРУ, которые, подобно Сломэну, могли сойти за латиноамери¬ канцев, были с соблюдением всех предосторожностей отправлены в Сантьяго перед голосованием 24 октября. Задача «фолс-флеггеров» (агентов под «фальшивым флагом»), как их называли в ЦРУ по той причине, что у них были фальшивые латиноамериканские пас¬ порта, заключалась не в том, чтобы способствовать решению «про¬ блемы Альенде» конституционными средствами, а в передаче де¬ нег и инструкций тем людям в Чили, которые хотели устроить пе¬ реворот. В отличие от многих местных агентов разведки в Чили они не боялись иметь дело с известным во всей Чили как самый 152
заклятый враг Альенде сборищем правых террористов во главе с генералом Роберто Вио. Американские агенты в Чили считали Вио и его помощника, бывшего капитана Артуро Маршала, ненадежны¬ ми, чьи действия не поддаются никакому контролю, и к тому же считалось, что в эту группу фанатиков проникли люди Альенде. В 1969 году Вио был отстранен от командования, а Маршал уво¬ лен из чилийской армии за руководство безуспешной попыткой свергнуть Фрея; с того времени они все настойчивее требовали применения насилия против левых. Маршал даже сказал конфи¬ денциально своим сообщникам, что убьет Альенде, если предста¬ вится возможность,— угроза, которая побудила советников Альен¬ де рекомендовать президенту, правда безуспешно, надевать пуле¬ непроницаемый жилет. В резидентуре ЦРУ в Сантьяго возражения против каких бы то ни было дел с Вио и Маршалом уже были тра¬ дицией. Главный связной ЦРУ с чилийскими военными полков¬ ник Пол Уаймерт, атташе американских сухопутных сил в Сантья¬ го, служивший в военной разведке в Латинской Америке с 50-х го¬ дов, был неумолим в своем презрении к Вио. Уаймерт в не мень¬ шей степени, чем кто бы то ни было в посольстве, стремился той осенью спровоцировать военный переворот, но только не сообща с Вио. «Фолс-флеггеры» получили приказ не вступать в контакт ни с кем из прочих американцев в Чили. Они должны были затаиться в какой-нибудь гостинице, передать деньги и инструкции группе Вио и Маршала и убраться восвояси. Связь с американским по¬ сольством и резидентурой ЦРУ должна была осуществляться толь¬ ко через Хекшера, который должен был подробно информировать обо всем ЦРУ в Вашингтоне. Обо всех этих планах регулярно сообщалось в Белый дом, как и вообще обо всех сколько-нибудь важных событиях в Чили после 15 сентября. Операция разверну¬ лась, и ЦРУ давало знать Белому дому, что оно старается изо всех сил. 23 сентября Хекшер, согласно документам, опубликованным се¬ натской комиссией по разведке, сообщил: имеются «серьезные ос¬ нования» считать, что Фрей не будет действовать. Хекшер предло¬ жил разрешить резидентуре ЦРУ в Сантьяго начать с установле¬ ния контакта с офицерами — противниками Альенде в чилийской армии и в военно-морских силах с целью побудить их возглавить военный переворот. Связь должна была осуществляться через Уай- мерта, прекрасного наездника и любителя лошадей, у которого бы¬ ло много близких друзей среди старших офицеров. В конце сентября Хекшер передал Уаймерту: «высшие инстан¬ ции» поручают ему сотрудничать непосредственно с ЦРУ при ус¬ тановлении контакта со старшими чилийскими офицерами, кото¬ рых он должен был склонить к тому, чтобы возглавить переворот. Корри не должен был знать о новой миссии Уаймерта. Уаймерт по его просьбе получил строго засекреченную телеграмму от своего прямого начальства в разведывательном управлении министерства 153
обороны (РУМО), подтвердившую это задание. Уаймерта преду¬ предили, что телеграмма весьма секретна и что он не должен хра¬ нить ее в своих архивах. Вплоть до дальнейшего распоряжения он должен был докладывать обо всем Хекшеру и ЦРУ и выполнять их указания. Спустя время, когда Уаймерт осознал опасность задания, Хелмс в другой телеграмме, которую Уаймерту тоже не разреши¬ ли оставить у себя, конфиденциально заверил его, что в случае его гибели при выполнении задания о его семье и лошадях поза¬ ботятся. В течение последующих трех месяцев Уаймерт передавал свои донесения и оценки — для ЦРУ и, как он полагал, для сво¬ его начальства в Пентагоне — через Хекшера. Только в 1975 году, ко времени слушаний в сенатской комиссии по разведке, он узнал, что ни одно из его донесений не попало в РУМО. Должность в Чили была его последней работой в этом управлении; когда он вернулся в Вашингтон, начальство встретило его холодно. Как впоследствии стало известно Уаймерту, оно было недовольно тем, что он не передавал никаких донесений из Сантьяго во время и после избрания Альенде. «Ничего из переданного мною в течение трех месяцев не попало в РУМО; все шло прямо к Хейгу и Кис¬ синджеру в Белый дом»,— констатировал Уаймерт. Будучи в Сантьяго, Уаймерт получил поздравительную телеграмму, подпи¬ санную адмиралом Мурером и генералом Дональдо Беннетом, возглавлявшим РУМО. Хекшер передавал Уаймерту приказы, под¬ писанные Беннетом, и Уаймерт полагал, что ЦРУ передает его от¬ веты генералу. Однако все эти телеграммы, как стало известно впоследствии Уаймерту, были состряпаны где-то за пределами Пентагона. Сенатская комиссия по разведке не смогла определить, кто был виновен в этом обмане. Сотрудники ЦРУ заверяли, что ни¬ чего предосудительного с телеграммами Уаймерта они не делали. Однако в одном из интервью высокопоставленный сотрудник ЦРУ, имевший прямое отношение к чилийской операции, признал, что донесения Уаймерта не попадали в Пентагон, так как должност¬ ным лицам там «незачем было знать» о заговоре, который готовил¬ ся в Сантьяго. * * * Когда Киссинджер вернулся 5 октября в Вашингтон, его не могла удивить весть о том, что «план Рюба Голдберга» похоронен. На 6 октября было назначено заседание «Комитета-40», снова под председательством Киссинджера. Ко второй неделе октября ЦРУ с помощью Уаймерта установило контакт с одной из военных груп¬ пировок в Чили, которая считалась, наряду с группой Вио, наи¬ более подходящей для необходимых насильственных действий. Эта группа во главе с генералом Камило Валенсуэлой, команду¬ ющим главным армейским гарнизоном в Сантьяго, состояла из умеренных консерваторов из числа офицеров сухопутных и воен- 154
но-морских сил. Должностные лица ЦРУ в своих показаниях в се¬ натской комиссии по разведке пытались проводить грань между группами Валенсуэлы и Вио. Было известно, что многие старшие офицеры чилийской армии и военно-морского флота были против экстремизма Вио и его террористической деятельности. Сенатская комиссия по разведке, однако, пришла к выводу, что между этими двумя группами существовала тесная связь и они координировали свою деятельность. Интриги против Альенде в период перед голосованием в кон¬ грессе стали более рискованными из-за сообщений о тайных опе¬ рациях ЦРУ, которые вновь и вновь распространялись в Санть¬ яго; в большинстве этих слухов упоминались имена Валенсуэлы и Вио в связи с готовящимся заговором и с ЦРУ. Другим источ¬ ником трений в ЦРУ было мнение Хекшера, что Вио слишком непредсказуем, чтобы можно было ему доверять. Одно из первых требований Вио, которое ЦРУ отвергло, выражалось в том, что ЦРУ должно доставить (самолетом и сбросить с парашютами) несколько сот гранат нервно-паралитического действия для ис¬ пользования при попытке переворота. Хекшер предупредил центр, что не следует создавать у Белого дома впечатление, что он рас¬ полагает «стопроцентно надежным методом остановить попытки устроить переворот, не говоря уже о том, чтобы дать им ход». Его отозвали в Вашингтон и предупредили, как он впоследствии со¬ общил в показаниях, что его начальники «не очень-то любят, ког¬ да им постоянно говорят, что те или иные задания не могут быть выполнены или возымеют обратный эффект». Если Никсон и Кис¬ синджер хотят, чтобы что-то было сделано, то это должно быть сделано, даже если лучшие умы разведки в Чили сообщают, что связи с Вио в конечном счете нанесут ущерб интересам Соеди¬ ненных Штатов. 13 октября резидентура ЦРУ была уполномочена передать Вио через «фолс-флеггера» 20 тысяч долларов и пообещать ему стра¬ ховой полис на сумму 250 тысяч долларов на финансирование попыток возглавить переворот. Такие крупные суммы свободно имелись в резидентуре ЦРУ в американском посольстве и выда¬ вались без расписок, причем никто не задавал никаких вопросов. Уаймерт, которого впоследствии уполномочили выдать 100 тысяч долларов организации противников Альенде, говорил, что деньги были в весьма крупных купюрах. «Я держал их в сапогах для верховой езды, в багажнике машины». Жалобы Хекшера и других в Сантьяго относительно Вио не были единственным источником опасений в Вашингтоне: Корри тоже создавал проблемы. Нервничая по поводу постоянных слу¬ хов относительно причастности ЦРУ к чилийским делам, он 25 сентября, за день до отъезда Никсона и Киссинджера из Ва¬ шингтона в поездку по европейским странам, послал Киссиндже¬ ру и Алексису Джонсону строго секретное предупреждение. «Не касаясь преимуществ переворота и его последствий для Соединен¬ 155
ных Штатов,— писал Корри,— я убежден, что мы не сможем спровоцировать таковой и не должны идти на риск создать угрозу новой бухты Кочинос». Вслед за этим Корри попросил разреше¬ ния вернуться в Вашингтон, чтобы проинформировать админист¬ рацию и членов конгресса о событиях в Чили. Ему было приказа¬ но оставаться в Сантьяго, так как его присутствие там «весьма ценно». В начале октября Корри заподозрил, что за его спиной что-то творится. Он мало к кому мог обратиться. Из бесед с бывшими со¬ трудниками посольства в Сантьяго становилось ясно, что его не¬ долюбливали за высокомерие. Поэтому он был полностью изоли¬ рован от всех посольских сплетен — важного источника информа¬ ции. Во втором неофициальном послании Киссинджеру и Джон¬ сону, датированном 9 октября, он снова предупредил: «Я считаю, что какая бы то ни было попытка с нашей стороны способствовать перевороту может привести нас к провалу в духе операции в бух¬ те Кочинос». Корри извещал Киссинджера: он и его основные по¬ мощники по дипломатической службе в посольстве в Сантьяго имеют основания подозревать, что ЦРУ готовит путч против Аль¬ енде с помощью «Патриа и либертад» («Родина и свобода») — правой экстремистской гражданской организации, связанной с Вио и выступающей за насильственные действия против Альенде и его коалиции. Если это соответствует действительности, добавил Кор¬ ри, подобные действия не увенчаются успехом и «обернутся ка¬ тастрофой для США и президента. В итоге эти действия приведут к тому, что значительно укрепятся позиции Альенде сейчас и в будущем и самый серьезный ущерб будет нанесен интересам США во всей Латинской Америке, а может быть даже за ее пре¬ делами». На этот раз реакция последовала пемедленно. А. Джонсон по¬ слал в Сантьяго срочную телеграмму с приказом Корри явиться 12 октября к началу рабочего дня на беседу с Киссинджером. Корри, прибывший в кабинет Киссинджера в назначенный час, рассказывает: Генри поздоровался со мной и обрушился на «этих идиотов в государственном департаменте» за то, что они не пре¬ дупредили раньше о возможности победы Альенде на выборах. Я сказал Киссинджеру, что «только безумец станет иметь дело с таким человеком, как Вио». В ответ Киссинджер назвал Вио «че¬ ловеком крайне опасным» и сказал, что в его политическую орга¬ низацию проникли социалисты, близкие к Альенде, что усугубля¬ ло опасность разоблачения роли США. Затем Киссинджер спросил Корри, «не хочет ли он повидаться с президентом»,— аудиенция, очевидно, была заранее согласована. Оба направились в Овальный кабинет. Никсон, видимо, пони¬ мая, что ему надо быть крайне осторожным с Корри, который не должен был знать о планах Белого дома в отношении путча, на¬ чал подробно объяснять, как администрация собирается применять экономический нажим, чтобы свалить правительство Альенде. 156
Когда Никсон закончил, вспоминал Корри, он повернулся ко мне с самодовольным видом, словно я тут же скажу: «Да, сэр». Но Корри не видел причин поддакивать. Он встречался с Никсоном в 1967 году, когда был послом в Эфиопии, а Никсон не занимал тогда официальной должности, и во время одной из многочислен¬ ных заграничных поездок Никсона; оба всегда были друг с дру¬ гом откровенны. Не встречая Никсона с тех пор, Корри счел, что и теперь может говорить то, "что думает. «Г-н президент,— ска¬ зал он,— я знаю, вы меня поймете правильно, если скажу, что вы глубоко неправы». Мало кто говорил с Никсоном подобным обра¬ зом. «Я увидел, как у Генри широко раскрылись глаза»,— про¬ должал Корри. Затем посол сказал президенту, что просит полно¬ мочий на ряд обстоятельных бесед с Альенде и его приближен¬ ными, как только будет подтверждено его избрание. «А это,— сказал он,— дело абсолютно предрешенное. Ничто в мире не мо¬ жет этому помешать». Тут Корри снова упомянул о Вио и ска¬ зал президенту: «...правда, есть безумцы, которые имеют дело с Вио». Корри своим прямым предупреждением Киссинджеру и Ник¬ сону создал серьезную чюмеху варианту № 2; президент и его главный советник уже не могли отрицать какую бы то ни было осведомленность о действиях ЦРУ, если что-нибудь пойдет не так. Вариант № 2 предусматривал, что Белый дом сможет действо¬ вать в Чили, не опасаясь разоблачений, и что лишь несколько че¬ ловек в ЦРУ, чья лояльность не подлежала сомнению, будут знать, что два главных руководителя администрации были лично причастны к этому. 14 октября «Комитет-40» снова собрался на заседание. На нем помимо остальных присутствовали Корри и Чарлз Мейер, которые были приглашены А. Джонсоном, очевидно с санкции Киссиндже¬ ра, и Карамессинс, замещавший Хелмса. Корри вспоминал, что это заседание, состоявшееся в Ситуационном зале Белого дома, было посвящено вопросу о том, как действовать в отношении Чи¬ ли после Альенде. Корри первым поднял вопрос о военном пере¬ вороте. Выступая после того, как руководитель тайных операций в ЦРУ Карамессинс дал в целом необнадеживающую оценку раз¬ ведки, Корри «лишь вскользь» упомянул о слухах относительно Вио и, так же как за два дня до этого в беседе с президентом, сно¬ ва сказал, что «нет никаких шансов на военный мятеж». Киссинд¬ жер на этом 45-минутном заседании в основном молчал. Корри позднее пришел к мысли, что Киссинджер устроил это заседание и пригласил его, Корри, потому что «хотел, чтобы я сам взял на себя ответственность за заявление, что мятежа не будет, не же¬ лая быть обвиненным в трусости». За два дня до этого во время короткой беседы перед его встре¬ чей с Никсоном, рассказывал Корри, Киссинджер попросил его написать секретную докладную записку о том, как государствен¬ ный департамент тянул с действиями против Альенде. В ту пору 157
Киссинджер утверждал, что записку потребовал Никсон, но Кор¬ ри знал подоплеку этого: Киссинджер, боясь, что избрание Аль¬ енде уже не удастся предотвратить, хотел оправдаться перед пре¬ зидентом. Корри впоследствии с большой горечью говорил о роли Киссинджера. «Его интересовало не Чили,—сказал он,—а кого и в чем будут обвинять. Он хотел, чтобы вина пала на меня. Ген¬ ри не хотел, чтобы его имя было связано с какой-то неудачей, и го¬ товил почву, чтобы можно было взвалить вину на государствен¬ ный департамент. Он привел Меня к президенту, потому что хотел, чтобы я высказал свое мнение о Вио; он хотел, чтобы я взял на себя миссию труса. Ему не хватило мужества сказать президенту: «Мы увязли выше головы, и надо выбираться». В официальной стенограмме этого заседания от 14 октября в том виде, в каком она была представлена сенатской комиссии по разведке, говорится, что Карамессинс назвал Вио «единственным человеком, видимо, готовым предпринять попытку переворота, и... его шансы на успех ничтожны». Вио «непредсказуем», сказал Ка¬ рамессинс. В официальной стенограмме приведены также слова Киссинджера, заявившего: «В настоящее время США, судя по всему, мало чем могут повлиять на положение в Чили». Такая двойственность, по-видимому, возымела определенный эффект, данные ясно говорят о том, что у Киссинджера и Никсо¬ на вдруг появились серьезные сомнения. Какие бы то ни было насильственные акции Вио влекли за собой серьезную угрозу разоблачения причастности ЦРУ к заговору против Альенде; теперь появилась вторая, гораздо более серьезная проблема — воз¬ можное разоблачение причастности высших руководителей Бе¬ лого дома. * * * Судя по всем имеющимся данным, решение переключиться в основном с Вио на группу Валенсуэлы было принято на следу¬ ющий день—15 октября — на важном совещании в Белом доме по Чили. Уаймерт уже много дней как докладывал, что его связи с Валенсуэлой и остальными заговорщиками довольно обширны и что он убежден, как он сообщал ЦРУ (и, как он полагал, также своему начальству в Пентагоне), что они готовы устроить перево¬ рот, который будет иметь гораздо больше шансов на успех, чем любая операция, предложенная Вио. 14 октября Уаймерт получил сенсационный приказ, будто бы подписанный генералом Бенне¬ том, гласивший: «Высшие инстанции в Вашингтоне уполномочи¬ вают вас предложить материальную помощь — но не вооружен¬ ную интервенцию — чилийским вооруженным силам в каких бы то ни было действиях с целью помешать избранию Альенде 24 октября». Карамессинс впоследствии сказал сенатской комис¬ сии по разведке, что «этими высшими инстанциями» могли быть только Киссинджер или Никсон; Беннет не имел полномочий от- 158
давать такие приказы. Кроме того, он в своих показаниях сказал, что это послание должно было быть составлено в Белом доме или, во всяком случае, согласовано с Киссинджером, прежде чем оно было направлено Уаймерту. 15 октября, в четверг, Карамессинс снова встретился с Кис¬ синджером и Хейгом в Белом доме. Согласно докладной записке Карамессинса об этом совещании, представленной сенату, они детально обсудили возможность военного переворота с акцентом на Вио и Валенсуэлу. В решении, явно связанном с приказом, от¬ данным Уаймерту за день до этого, Киссинджер приказал Карэ- мессинсу отказаться от услуг Вио и убедить его ничего не пред¬ принимать. Но остальных заговорщиков — более надежную груп¬ пу во главе с Валенсуэлой — предполагалось склонить к действи¬ ям. Киссинджер, закрывая совещание, предложил ЦРУ «и впредь воздействовать на все слабые стороны личности Альенде — сейчас, после 24 октября, после 3 ноября (когда Альенде должен быть приведен к присяге) и в будущем, вплоть до дальнейших распо¬ ряжений». День спустя ЦРУ телеграфировало Хекшеру свое толкование указаний Белого дома. «Наша политика по-прежнему сводится к тому, что Альенде должен быть свергнут в результате переворо¬ та... Мы будем и впредь прилагать максимум усилий для достиже¬ ния этой цели и используем все пригодные для этого средства». Хекшеру было приказано предупредить Вио, чтобы тот ничего не предпринимал, так как путч, проведенный им одним при поддерж¬ ке сил, имеющихся в настоящее время в его распоряжении, «об¬ речен на провал». Далее Хекшер должен был «продолжить по¬ пытки» побудить Вио объединить свои силы с остальными заго¬ ворщиками. Решение Белого дома переключиться на Валенсуэлу, бесспор¬ но, было принято под влиянием беседы Корри с Киссинджером и Никсоном 12 октября и его предупреждений относительно опас¬ ности каких бы то ни было контактов с Вио. Но американская по¬ литика в принципе осталась прежней и сводилась к цели устроить путч, чтобы не дать Альенде стать президентом. В течение после¬ дующих восьми дней ЦРУ продолжало докладывать Киссиндже¬ ру и Хейгу о контактах с Валенсуэлой и другими заговорщиками, а те в свою очередь продолжали нажимать на ЦРУ, требуя конкрет¬ ных действий. И тем не менее Киссинджер и Хейг в своих показаниях в се¬ натской комиссии по разведке в 1975 году подчеркивали, что при встрече 15 октября с Карамессинсом они отменили свой приказ ЦРУ относительно планирования путча против Альенде. Йосле 15 октября, сказал Киссинджер, «у ЦРУ не было отдельного кана¬ ла для связи с Белым домом... и все решения по поводу Чили при¬ нимались на заседаниях «Комитета-40». «Комитет-40», насколько мне известно, ни разу не санкционировал контакты с военными или заговоры, и, если какие-то контакты с военными продолжа¬ 159
лись, это делалось без всякой санкции свыше, и я сейчас слышу об этом впервые». Хейг подтвердил эти показания, заявив: «Вы¬ воды встречи от 15 октября свелись к тому, что лучше ничего не делать, чем браться за планы, которым угрожал провал...» Ник¬ сон в письменном ответе на ряд вопросов комиссии зашел еще дальше. Он сказал, что вообще ничего не знал о планах переворо¬ та, в том числе и о варианте № 2. «Я в настоящее время не при¬ поминаю, чтобы в период с 15 сентября до 24 октября 1970 года со мной лично консультировались по поводу действий ЦРУ в Чи¬ ли»,— эаявил он. Единственное исключение, добавил Никсон, это эпизод в середине октября, когда Киссинджер «поставил меня в известность, что ЦРУ доложило ему, что старания заручиться под¬ держкой различных группировок в попытках противников Альен¬ де помешать избранию его президентом не увенчались успехом и едва ли когда-нибудь увенчаются». Никсон, как он далее отметил, согласился после этого с рекомендацией Киссинджера приказать ЦРУ отказаться от дальнейших попыток. Таким образом, основ¬ ная мысль показаний Никсона, Киссинджера и Хейга в сенатской комиссии по разведке свелась к тому, что ЦРУ, продолжая после 15 октября действовать против Альенде, делало это на свой страх и риск. Сенатская комиссия не попыталась расследовать явное противоречие между версиями Никсона — Киссинджера и ЦРУ. Члены комиссии по разведке отнеслись к Киссинджеру очень сдержанно и не стали прямо ставить вопрос о том, что, может быть, в своих показаниях он говорил неправду. «Сенаторы притво¬ рились глухими»,— сказал один из сотрудников секретариата ко¬ миссии, занимавшийся расследованием чилийского эпизода. «Дело было в его славе. Когда Киссинджер явился дать показания (на за¬ крытых заседаниях), мы вдруг впустили корреспондентов и все сенаторы встали с мест, чтобы сфотографироваться вместе с ним». У большинства сотрудников секретариата, занимавшихся рассле¬ дованием чилийских событий, не было сомнений по поводу того, кто лжет и кто не лжет, но они ничего не могли сделать, кроме того, что отметили в опубликованных докладах разного рода рас¬ хождения — большей частью между ЦРУ и Белым домом. В мемуарах Киссинджер, не связанный присягой, которую да¬ ют на показаниях, заходит еще дальше в попытке скрыть причаст¬ ность Белого дома. «Когда 15 октября 1970 года я приказал прек¬ ратить всякую дальнейшую подготовку переворота, мы втроем — Никсон, Хейг и я — сочли это концом как варианта № 1, так и варианта № 2. Сотрудники ЦРУ в Чили, очевидно, решили, что этот приказ относился только к Вио; они считали себя вправе про¬ должать контакты со второй группой заговорщиков (во главе с Валенсуэлой), о которых Белый дом ничего не знал». Действия ЦРУ в Чили носили «непрофессиональный характер, были заду¬ маны в панике и выполнены в состоянии замешательства». Но, разумеется, Киссинджер мог добавить к этому, что паника была вызвана самим президентом Никсоном, а замешательство было 160
обусловлено в значительной степени страхом Белого дома перед разоблачением, в свою очередь, вызванным предостережениями Корри. В тот октябрь в Сантьяго должна была пролиться кровь, и Белый дом не хотел, чтобы ответственность хотя бы в какой-то части пала на него. В последующих интервью сотрудники ЦРУ отнеслись сарка¬ стически и почти философски ко лжи Никсона и Киссинджера. «Мы были козлами отпущения»,— сказал один высокопоставлен¬ ный сотрудник ЦРУ, имевший прямое отношение к варианту № 2. * * * Одна из проблем, возникающих, когда имеешь дело с фанати¬ ками, это их фанатизм. 17 октября резидентура ЦРУ в Сацтьяго информировала центр, что один из «фолс-флеггеров» передал Вио предупреждение Белого дома насчет необходимости соблюдать осторожность. Вио прореагировал на это предельно легкомыслен¬ но, Он сказал связному: неважно, что будет делать ЦРУ, посколь¬ ку он и его приверженцы решили все равно устроить переворот — при поддержке ли США, или без оной. В эти последние дни перед голосованием в конгрессе ЦРУ в отчаянной попытке склонить Ва- ленсуэлу к действиям — и тем самым успокоить Белый дом — под¬ сластило сделанное ему предложение. Поздно вечером 17 октяб¬ ря Валенсуэле обещали три пулемета без маркировки, шесть гра¬ нат со слезоточивым газом и 500 патронов для похищения генера¬ ла Рене Шнейдера, главнокомандующего чилийскими вооружен¬ ными силами и непоколебимого приверженца конституции, кото¬ рый, как полагали ЦРУ и Валенсуэла с его заговорщиками, мешал привлечь вооруженные силы к участию в военном перевороте. Было задумано похитить Шнейдера после его обеда с воена¬ чальниками 19 октября и доставить самолетом в Аргентину. Фрей подаст в отставку; один из помощников Валенсуэлы будет постав¬ лен во главе военного правительства и распустит конгресс. В ито¬ ге Альенде не будет избран. Считалось, что без присутствия Шней¬ дера шансы на поддержку военными переворота заметно возра¬ стут. Одной из постоянных целей резидентуры ЦРУ той осенью было создание в Чили «обстановки, благоприятной для путча». Теле¬ грамма из центра, датированная 19 октября — всего за пять дней до голосования в конгрессе,— содержит инструкции на этот счет. «По-прежнему складывается впечатление,— говорилось в этой те¬ леграмме,— что не удастся найти ни предлога, ни оправдания для переворота, которые могли бы сделать его приемлемым в Чили или в целом в Латинской Америке. Ввиду этого, видимо, необходимо создать такой предлог в подкрепление утверждения, что перево¬ рот призван спасти Чили от коммунизма». Из этой телеграммы, частично процитированной в докладе сенатской комиссии по раз¬ ведке, вытекает, что ЦРУ отдавало себе отчет в том, что гражда- 6 Дорога в никуда
не Чили «были готовы мирно согласиться на президентство Аль¬ енде». Во второй половине дня 19 октября Карамессинс встретился с Хейгом в Белом доме и, как он заявил в своих показаниях в се¬ нате, незамедлительно доложил о новом плане Валенсуэлы, «хотя бы уже по той причине, что мы не располагали особенно много¬ обещающими новостями, которые мы могли бы сообщить Белому дому». Хейг, разумеется, отрицал, что он слышал об этом плане, состряпанном в последний момент, а Киссинджер продолжал ут¬ верждать, что «после 15 октября (его) ни о чем не информировали». Киссинджер даже сказал сенаторам, что, согласно его календарю (который он не передал комиссии), у него с 15 по 19 октября не было никаких бесед с Карамессинсом или с Хелмсом,— за¬ явление, не исключавшее очевидную возможность того, что Кара¬ мессинс встречался с Хейгом, о чем он сам рассказал в своих пока¬ заниях, и что Хейг потом проинформировал обо всем Киссиндже¬ ра. Хейг и Киссинджер, кроме того, категорически отрицали, что им было что-либо известно о плане похищения генерала Шнейдера. Вечером 19 октября группа Валенсуэлы при поддержке голово¬ резов из группы Вио, вооруженная шестью гранатами, переданны¬ ми Уаймертом, потерпела неудачу при попытке похитить Шней¬ дера, так как генерал уехал с обеда на частной машине, а не на служебной. После этого нажим со стороны Белого дома стал еще более настойчивым. Рано утром 20 октября Хекшер получил сроч¬ ную телеграмму с просьбой сообщить все, что ему известно, так как «центру предстоит утром 20 октября ответить на вопросы выс¬ ших инстанций». После того как стало известно о провале опера¬ ции, Уаймерт получил санкцию обещать Валенсуэле и его главно¬ му помощнику — адмиралу — по 50 тысяч долларов из фондов ЦРУ, если они решатся на новую попытку. Эта вторая попытка, предпринятая 20 октября, тоже потерпела провал. Были приняты более решительные меры, поскольку постоянный нажим со стороны Белого дома и неудача чилийских заговорщиков, должно быть, вы¬ звали в резидентуре ЦРУ в Сантьяго нечто похожее на панику. 22 октября пулеметы без маркировки, доставленные дипломатиче¬ ской почтой, были переданы Валенсуэле. Генерал Шнейдер был убит в тот же день группой офицеров и головорезов, так и не пу¬ стивших в ход американские пулеметы. Ни Валенсуэла, ни его главные помощники не присутствовали при сем, но чилийские во¬ енные суды впоследствии определили, что эта же группа участво¬ вала также в попытках похитить Шнейдера, предпринятых Вален¬ суэлой 19 и 20 октября. Военный трибунал в конце концов осудил Вио за похищение и заговор с целью подготовить военный перево¬ рот, основываясь на его роли в убийстве Шнейдера; Валенсуэла был осужден только по одному пункту — заговор с целью устроить переворот. Выявлено множество противоречий между выводами сенатской комиссии по разведке и заявлениями, сделанными участниками ш
впоследствии в беседах со мной. Так, например, сепатская комис¬ сия* по разведке перепечатала в своем докладе множество теле¬ грамм ЦРУ, где говорилось, что в дни, предшествовавшие голосо¬ ванию 24 октября, Валепсуэле не было передано никаких денег. Однако Уаймерт показал в интервью, что передал Валенсуэле и адмиралу по 50 тысяч долларов. После неудавшегося похищения, вспоминал Уаймерт, он решил во что бы то ни стало вернуть эти 100 тысяч долларов и тем самым по возможности скрыть прямую причастность к заговору. Адмирал вернул деньги без лишних слов, но Валенсуэла сопротивлялся. Уаймерт счел необходимым извлечь свой пистолет, который всегда имел при себе в Сантьяго, и стал размахивать им перед носом у Валенсуэлы со словами: «Я выпущу из тебя кишки этой штукой, если ты не вернешь мне деньги». «Ва¬ ленсуэла все еще колебался,— вспоминал Уаймерт,— и тогда я просто ударил его. После этого он принес деньги». Все это происходило дома у Валенсуэлы. Судя по всему, в ар¬ хивах ЦРУ нет никаких документов о сделках, о которых Уай¬ мерт, по его словам, доложил Хекшеру. Сепатская комиссия по разведке пришла к заключению, что по¬ скольку ни один из пулеметов, предоставленных Валенсуэле, не был использован при убийстве и поскольку ЦРУ перестало оказы¬ вать прямую поддержку Вио, то «нет никаких доказательств нали¬ чия плана убить Шнейдера и нет никаких данных о том, что аме¬ риканские должностные лица рассчитывали на убийство Шнейде¬ ра при похищении». Некоторые агенты ЦРУ в Чили, однако, располагали иными сведениями. В последующие месяцы минимум один из тех, кто ви¬ дел больше других — а это были «фолс-флеггеры»,— испугался, что его действия против Шнейдера навлекут на него неприятности. Этим агентом был Брюс Макмастер, кадровый работник ЦРУ, слу¬ живший в Латинской Америке в 50-х и 60-х годах под «крышей» дипломатической службы. У Макмастера накопился ряд жалоб по поводу того, что он видел и делал в Чили, и по поводу действий Генри Сломэна. 16 февраля 1971 года он рассказал Джону Чарль¬ зу Мэррею, ведавшему Мексикой в штаб-квартире ЦРУ в Вашинг¬ тоне, историю своего участия в чилийских делах, признав, что он, Сломэн и другие были посланы в Сантьяго с целью помочь орга¬ низовать переворот. Как сообщил Мэррей в секретной памятной записке своему начальнику два дня спустя, Макмастер «указал, что (будучи в Чили) он якобы представлял такие американские организации, как Фонд Форда и Фонд Рокфеллера, а также дру¬ гие неназванные коммерческие группы». ЦРУ в 1967 году после шумных скандалов по поводу использования в качестве каналов связи для ЦРУ филантропических и просветительских организа¬ ций обязалось не пользоваться Фондом Форда, Фондом Рокфел¬ лера и аналогичными организациями в качество «крыши» для своих агентов за границей. Макмастер, уроженец Колумбии, но американец по происхож¬ 163
дению, отправился в Чили с фальшивым колумбийским паспор¬ том на встречу с участниками заговора п заверил их, что, по сло¬ вам Мэррея, «как представитель американских деловых кругов он весьма заинтересован в сохранности демократических институтов в Чили». Макмастер признал, что они со Сломэном встречались также с Вио и были причастны к составлению планов против Шнейдера. Они узнали, что Вио тесно сотрудничал, помимо всего прочего, еще и с группой правых студентов. Именно эта студенче¬ ская группа, сказал Макмастер Мэррею, «была ответственна за на¬ падение на генерала Шнейдера и его убийство». Главная цель докладной записки Мэррея, которая была на¬ правлена руководителю тайных операций ЦРУ в Латинской Аме¬ рике Броу, заключалась в том, чтобы предупредить его об опасе¬ ниях Макмастера, подозревавшего, что кое-кто из группы Вио, многие члены которой попали в тюрьму после убийства Шнейдера, «вполне возможно, сообщит о причастности ЦРУ к действиям про¬ тив Шнейдера». У Макмастера была еще одна жалоба — по поводу спекулянт¬ ской деятельности Сломэна в Сантьяго. Он обвинил своего колле¬ гу в том, что тот для личного обогащения вывозил контрабандой из Сантьяго одежду и драгоценности, и сообщил, что Сломэн поль¬ зовался дипломатической почтой для доставки порнографии из США в Мексику. Они были друзьями, но когда Макмастер потер¬ пел поражение в жестокой драке с ним, он отомстил ему тем, что на новогоднем вечере в Мехико информировал работников мекси¬ канской службы безопасности о статусе Сломэна как давнего аген¬ та ЦРУ. Все эти неприглядные дела, о которых доложил своему началь¬ нику Мэррей, ЦРУ в течение последующих нескольких месяцев замяло и потом скрыло также от сенатской комиссии по разведке. Сломэн впоследствии в интервью как бы между делом признал, что он действительно занимался в Сантьяго контрабандой, но это буд¬ то бы было обусловлено его «крышей». «Я всегда жил так, как того требовала моя «крыша», где бы я ни находился. Я был изве¬ стей еще и как профессиональный игрок, и как член мафии». Сло¬ мэн подтвердил, что после драки с Макмастером о нем сообщили в полицию Мехико, но он считает, что поступил совершенно пра¬ вильно. «Он стал ухаживать за моей старшей дочерью,— расска¬ зал Сломэн,— и тогда я дал ему в зубы». В начале 1971 года руководство в ЦРУ было информировало о конфликте между Макмастером и Сломэном из ряда строго за¬ секреченных официальных донесений. Каким-то образом мекси¬ канские власти удалось успокоить, и Сломэн в срок получил по¬ вышение, несмотря на серьезные вопросы, возникшие в связи с его деятельностью, и на тот факт, что его конфликт с Макмастером привел к тому, что погорела его «крыша» в Мексике, и,, что еще важнее, поставил под угрозу заговор ЦРУ против Альенде. Решив не наказывать и не увольнять этих двух агентов, ЦРУ, вероятно, 164
сочло, что недостатки в их характерах, которые навлекли на Мак- мастера и Сломэна неприятности в Мехико, все же делают из них хороших агентов. Официальные докладные записки с подробно¬ стями об этом инциденте непреднамеренно раскрывают многое о том, какого рода люди вербовались в качестве тайных агентов. Макмастер, по сведениям из официальных документов, злоупот¬ реблял спиртным; Сломэн имел выговор за нарушение правил ЦРУ в отношении покупки беспошлинных спиртных напитков в магазинах американского посольства и использование дипломати¬ ческой почты для перевозки личных и явно контрабандных вещей. Сломэн, кроме того, сказал одному высокопоставленному работ¬ нику ЦРУ в Мехико, который допрашивал его по поводу некото¬ рых обвинений в адрес Макмастера, что, как отмечалось впослед¬ ствии в конфиденциальном докладе, он «многое знал о работниках резидептуры и угрожал вывести всех на чистую воду». Однако единственный, кто пострадал, был Джон Мэррей, пере¬ дававший официальные докладные записки своему начальству. Мэррей (умер в 1979 году) начал самостоятельное расследование, и кто-то из старших сотрудников ЦРУ сказал ему, что в резидеп- туре в Сантьяго имеется несколько человек, понимавших, что по¬ пытка похитить Шнейдера, несомненно, закончится его гибелью. Мэррею рассказывали, что в резидентуре ЦРУ в Сантьяго нача¬ лась «паника» после того, как Ш