г

J. БРАНДТ

ЮТЕРАНСТВО
И ЕГО

П О Л И Т И Ч Е С К А Я РОЛЬ

І9Я1

О Г ИЗ

ПРИБОЙ

Л. БРАПДТ
. : ’
- 7 " I*
- '

$

1

/л

ЛЮТЕРАНСТВО
И ЕГО
ПОЛИТИЧЕСКАЯ РОЛЬ

О Г Ш ПРЙВОЙ
ЛЕНИНГРАД

і

9

5

і

/

2010506385

2010506385

КНИГА

>>
в
Я

га

%

В п ер еп л .
еди н , соеди н .
KsM вы п .

ИМЕЕТ

Cf
К

ч
ю
«
н

н
о,
«3
«

ан
fj
2

и

4
55

X
о
S в1

S 105 'I .

Slî

* s ä s
U « *t H5oО- 2
-

iw

77

ip/i-ioooeo.

П РЕДИ СЛО ВИ Е

Настоящая небольшая работа ни в какой мере не пре­
тендует на сколько-нибудь исчерпывающее разрешение
вопроса об исторической роли лютеранства. Ее задача —
дать безбожнику-активисту минимально- необходимые
знания, :без которых борьба с этой, довольно сложной,
формой религиозной идеологии невозможна. А эта
борьба, особенно в условиях Ленинградской области, не
только насчитывающей значительный процент лютеран­
ских нацменьшинств, "но и граничащей с лютеранскими
лимитрофами, чрезвычайно важна.
Именно поэтому мы сочли необходимым не ограни­
читься только изложением современной вредительской ,
роли лютеранства, но и дать очерк по его истории, оста-'
новясь на вопросах догматики и оргструктуры лютеран­
ской церкви.
Полное отсутствие марксистской литературы (кроме
немногого, написанного самим Марксом и Энгельсом) по
вопросам лютеранства заставило пользоваться исключи­
тельно материалами сочинений как лютеранских, так и
православных богословов.
Кроме этого использованы документы Лютеранской
генеральной консистории, хранящиеся в Л О Ц А, данные
советской и германской (буржуазной и коммуни­
стической) прессы, а также сведения, полученные- от то­
варищей, ведущих антирелигиозную и вообще политиче­
скую работу среди'национальных меньшинств.

Глава пер в а и

СТОРИЯ

ЛЮ ТЕРАНСТВА

Л ютеранские богословы утверждают, что Лютер
«очистил» христианскую религию от искажений рим­
ских пап, восстановив евангельское христианство. Ре­
формацию Лютера они приписывают его личной ини­
циативе, проявленной им вследствие божественного вдох­
новения. Само : собою разумеется, что для научного ис­
следователя это поповское объяснение происхождения
лютеранства ни с какой стороны неприемлемо. Лютеран­
ство, как одно из проявлений церковно-реформационных
тенденций эпохи раннего капитализма, является продук­
том происходивших в XVI столетии социально-экономи­
ческих- сдвигов; поэтому происхождение его может быть
рассмотрено только в связи с хозяйственно-политиче­
скими событиями Германии того времени. Вот почему
необходимо для уяснения корней лютеранства остано­
виться в общих чертах на экономике Германии XVI века,
породившей сложные классовые взаимоотношения и лю­
теранство, как их идеологию.
С О Ц И А Л Ь Н О -Э К О Н О М И Ч Е С К И Е
ПРЕДПОСЫЛКИ
ЛЮТЕРАНСТВА

л Т а ч а л о XVI века было временем бурного роста евро­
пейской буржуазии. Это была эпоха первоначального и
притом весьма энергичного накопления капитала. Неза­
долго до этого (в 1492 г.) открытые морские пути в Ин­
дию и в Америку предоставили европейским купцам не­
слыханные до того времени возможности обогащения.

Награбленное в Индии и особенно в Америке золото,
серебро и другие товары лились в Европу рекой. Этот
приток ценностей не мог не произвести крупнейших
перемен во всей хозяйственной жизни. Открытие новых
месторождений драгоценных металлов облегчило их
добычу, вследствие чего понизилась их стоимость, что в
свою очередь повлекло за собою повышение цен товаров.
Рост товарных цен был настолько значителен, что вошел
в историю под названием «революции цен». Это обстоя­
тельство было для одних классов чрезвычайно выгодно,
на других, наоборот, отразилось крайне тяжело. Тяжело
"--революция цен отразилась прежде всего на всех тех, един­
ственным источником существования которых был труДі
кто жил на заработную плату. В XVI веке это были ре­
месленники, работавшие на скупщика (рабочие еще не
централизовавшихся мануфактур), подмастерья, работа­
вшие у отдельных ремесленников. Но революция цен
ударила также и по землевладельцам. Уничтожая нату­
ральное хозяйство, торговый капитал вызвал полную
«переоценку ценностей». Если в феодальные времена
богатым являлся тот, кто владел значительным количе­
ством земли, то в XVI веке богатство уж е заключалось
в деньгах, товарах. Поэтому мелкопоместные землевла­
дельцы— рыцари (Ritter), как их называли в Герма­
нии — утратили свое былое общественное значение.
Рыцари были в полном смысле слова паразитическим
классом. Не ведя никакого хозяйства, они жили за счет
эксплуатируемого ими крестьянства, причем собирали с
крестьян натуральный оброк и всякого рода денежные
взносы — арендную плату, плату за охоту, рыбную
ловлю, пользование дорогами, мельницами, мостами
в т. д. Эти оброки и денежные взносы позволяли рыца­
рям в свое время существовать безбедно. Революция цен
и развитие капитализма, положили конец рыцар­
скому благополучию; денежные взносы в связи с ре->
волюцией цен все более теряли свою реальную стоимости.
Потребность же в деньгах росла; чтобы достать их, рыца­
рям оставался один путь — усилить эксплоатацию.
крестьян. Но этот источник обогащения был не безгра-

§

яичным, он вызывал протест со стороны крестьянства,
выражавшийся в победах и восстаниях; к. -тому же низ­
кий уровень сельскохозяйственной техники не позволял
сколько-нибудь существенно ^повысить производитель­
ность труда и удовлетворить аппетиты разоряющегося
рыцарства. Рыцарям оставался еще один путь для улуч­
шения своего положения — путь. грабежа и захвата зе­
мель более слабых соседей. К нему прибегали довольно
часто. ІІо свидетельству писателя того времени Себа­
стьяна Франка, который в 1 5 3 4 г. издал сочинение под
заглавием «Всемирная книга», «дворянство немецкой
нации считает себя хорошим за то, что ничего не де­
лает. . . Дворяне очень стыдятся быть обыкновенными
гражданами.. . Ведпость они считают для себя позорной
и охотно бросаются во всякого рода опасности, чтобы до­
быть себе почет и состояние, необходимое, по их мнению,
для их звания. Если они подвергнутся обидам или напа­
дению, то они не защищаются законным путем, а заво­
дят междоусобия, воюют и мстят огнем и разбоем». Тот
же писатель отмечает, что «в Германии- очень много
нищих и вообще бедного люда» и что «трудящийся в
поте лица народ — крестьяне, угольщики, пастухи
и т. д. — чрезмерно обременены барщинами, чиншами,1
податями, налогами и пошлинами».
Но не все были обременены налогами, не все нищали.
Были и такие классы, которые выиграли от революции
цен. Это были ростовщики, крупные буржуа и крупные
землевладельцы. Но их было в Германии немного. Колони­
альный грабеж Америки и торговля с Индией перемести­
ли центр тяжести европейской экономики к Атлантиче­
скому океану. Богатели испанские конквистадоры (за­
воеватели), английские купцы, голландские банкиры,
французские! промышленники. Торговая деятельность
атлантических стран оттеснила на
задний
план
Германию, а также и Италию. В связи с этим клас­
совые противоречия, и без того резкие в "эпоху нерво­
1 Арендными платежами. Ч и нш — пожизненная аренда крепост­
ным крестьянином помещичьей земли.

7

начального накопления, проявились в Германии с особой
силой. Капиталы, накопленные немецкими ростовщиками
и купцами еще в XV веке, устремились теперь во вновь
открытые земли; хозяйство крупных землевл4дельцев и
особенно крупных буржуа стало работать на мировой
рынок. Но в'то же время, как говорит Энгельс, «все внут­
ренние сношения ограничивались почти исключительно
береговым и речным судоходством и несколькими сухо­
путными торговыми дорогами. В стороне от рек и торго­
вых дорог лежало множество мелких городов, которые,
не принимая участия в обмене, продолжали спокойно
прозябать в условиях позднего средневековья, не нуж ­
даясь в большом количестве чужих товаров и мало рабо­
тая на вывоз. Из сельского населения лишь дворянство
входило в соприкосновение с «более широкими кругами
и новыми потребностями. Крестьянская же масса ни­
когда не выходила за пределы ближайших местных отно­
шений, и поэтому ее интересы ограничивались узким
местным горизонтом».1
Таким образом развитие капитализма и связанная
с ним революция цен привели в Германии не только
к разложению феодализма и возвышению городской бур­
ж уази я ,— как это было и в других странах, — а при­
вели кроме того «к группировке интересов по провин­
циям» (Э н гель с) и еще большей, чем при феодализме,
политической раздробленности. В связи с этим отдель­
ные германские феодальные князья стали превращаться
в почти независимых государей, а города и рыцари
заключали союзы то друг против друга, то против кня­
зей и императора. Германская империя, или, как она то­
гда официально называлась, «Священная Римская импе­
рия германской нации» (Heiliges Römisches Reich deut­
scher Nation), превращалась все более и более в лишенный
какого-либо реального содержания символ, а власть импе­
ратора, и без того ставшая призрачной, естественно не вы­
играла от того, что в начале XVI века на германском пре­
столе оказался испанский король Карл I, царствовавший
1 Э н г е л ь с . К рестьянская война з Германии. Гиз, 1926, стр. 30.

в Германии под именем Карла V. Но от этого зато выигра­
ли крупные немецкие буржуа, укрепившие через имиератора-испанца свои торговые связи с захваченными Испа­
нией. вновь открытыми землями
усилившие свое гос­
подство в большинстве немецких городов, где они одни за­
с е д а л и в городских советах, занимали все городские дол­
жности и «не толькег ведали доходами города, но и потреб­
ляли их» (Э н гельс, указ. соч.)
Выиграли конечно и князья. Они становились поли­
тически независимыми по отношению к императору, под­
чиняли себе тех землевладельцев и те города, которые
еще сохраняли непосредственную связь с цмперией. Они
вводили налоги и собирали деньги самыми разнообраз­
ными способами, не исключая торговли правосудием.
Так с каждым годом увеличивался гнет, лежавший на
мелкой городской буржуазии и особенно на крестьян­
стве. «Принадлежал ли крестьянин князю, рыцарю, мо­
настырю или городу, — с ним всюду обращались, какс вещью или вьючным животным, или же еще хуже»
( Э нгельс, указ. соч.). Все нуждались в деньгах и выко­
лачивали их из крестьян,
Нуждались в деньгах и католическая церковь и стоя­
вшие во главе ее архиепископы, епископы, аббаты1
и прочие духовные особы. Они эксплоатировали своих
подданных столь же беспощадно, как и рыцари и князья,
причем, не ограничиваясь мерами физического и эконо­
мического принуждения, широко использовали религию
для того, чтобы выжать деньги. И угрозы анафемой,
страшным судоіі, отказом в отпущении грехов, эпитимией, инквизицией оказывались даже более действитель­
ными средствами для выколачивания денег, чем уголов­
ный кодекс того времени (так называемая «Каролина» в
«честь» императора Карла), который предоставлял зем­
левладельцам право резать уши, носы, сяшгать-и четвер­
товать крестьян, отказывающихся исполнять барские
приказы.
Но у церкви, и притом не только у духовных особ
1 Так называются в католических страваі д асіо ятези монастырей.

♦
г
первого ранга, но и у более скромного рядового духовен­
ства, были и другие источники обогащения. Именно в
эпоху раннего капитализма в связи с разложением нату­
рального хозяйства и всеобщей нуждой в деньгах, цер­
ковь стала к этим источникам прибегать особенно широ­
ко. Мы имеем в виду церковную торговлю: мощами, ико­
нами, «чудесами», святой водой, вздохами божьей мате­
ри, ее слезами, молоком и наконец — индульгенциями.
Так назывались особого рода «отпустительные листки»
(Ablasszettel); покупателю таких листков отпускались
не только совершенные им грехи, но и такие, которые он
намеревался совершить впоследствии. Beg, эти торговые
предприятия церковников не ускользнули конечно от
бдительного ока главы католической церкви, наместника
христова, римского папы. Не только не ускользнули, но
сплошь да рядом торговля «благодатью» вводилась по его
распоряжению и с его благословенья. Продавцы индуль­
генций, называвшиеся «квесторами милости», ставились
под контроль особых папских комиссаров, а торговля
ими зачастую давалась на откуп отдельным епископам.
Так, архиепископ майнцский Альбрехт, заняв у Аугс­
бургского банкира Фуггера 301)00 гульденов,' нужных
ему для уплаты папе стоимости его посвящения в архи­
епископы, покрыл этот долг прибылью от продажи ин­
дульгенций. 8а производство этой торговли ему была
предоставлена половина поступающих денег. Но папы не
ограничивались получением доходов из этого источника.
Каждые 50 лет, а с начала XVI века каждые 25 лет
праздновались папские «юбилеи», в связи с чем не толь­
ко возрастала до сказочных размеров торговля индуль­
генциями, но и производились всевозможные другие по­
боры и сбор денег. Наконец папе уплачивались общие
церковные налоги всеми церквами и епадхиями. Таким
образом из Германии в Рим текли ежегодно огромные
суммы денег, причем, в виду того, что Италия, как и
Германия, оказалась — об этом уж е упомянуто выше —
в проигрыше от открытия океанских торговых ' путей,
эти суммы стали с начала XVI века расти. Путем ѳксплоатации немецких крестьян и ремесленников, путем
10

нажима на рыцарство и буржуазию папы хотели попра­
вить свои дела и собрать "как можно больше подешевев­
ших денег.
Таким образом немецкий крестьянин оказался под
двойным прессом — церкви и рыцарей, а церковный гнет
не только увеличивал ненависть к попам, но и возбуж­
дал национальное чувство, особенно среди дворянства
(рыцарства).
Бот та сложная социально-экономическая обстанов­
ка, на фоне которой происходила борьба классов в Гер­
мании. Она сводилась к борьбе: 1) крестьян против
землевладельцев, в первую очередь против рыцарей,
2) рыцарей против князей, как светских, так и церков­
ных, 3) мелкой городской буржуазии против городской
знати, т. е. захвативших в городах власть банкиров и
ростовщиков, 4) князей и городской знати против импе­
ратора. При этом следует иметь в виду упомянутую эксилоатацию населения Римом. Совершенно очевидно,
что она была не только тяготой для крестьян и ремес­
ленников. Утечка денег из Германии в Рим, в папский
карман, была не в интересах ни рыцарей, ни тем более
князей; конечно, она не была в интересах и крупной бур­
жуазии. Таких поборов, какие производила римская ку­
рия 1 в Германии, не знали ни Фращия, ни Англия, ни
'даже Испания и Португалия. Вполне естественно поэтому^ что на ряду с борьббй классов внутри Германии
шла борьба против папства и католического духовенства
вообще. Высшие классы Германии весьма не прочь были»
прибрать к своим рукам церковные доходы, уплывавшие
в Италию, а разорившееся рыцарство с вожделением смот­
рело на доходные земли монастырей и церквей. Что ка­
сается горожан — ремесленников главным образом, — то
и они были оппозиционно настроены по отношению к
церкви; они считали католическую церковь слишком
дорогой и стремились поэтому к устранению из церков­
ного обихода всего того, что вызывало излишние расходы.
На этой почве еще до XV I века, в XIV
XV веках в
1 Папский двор.

11

городах возникали попытки религиозного реформатор­
ства или, как их называла церковь, ереси. В городской
среде появляется ряд памфлетов и сатир, изобличающих
духовенство, появляются карикатуры на попов. Эта
аитицерковная, вернее — антинапская оппозиция бюрге­
ров, ремесленников и незначительного слоя городской
интеллигенции, не отличаясь особой глубиной, все же
сыграла-известную роль в подготовке реформации.
Гораздо глубже было социальное движение в кресть­
янских массах. Правда, толкнуть их на восстание, несмо­
тря на лежавший на них гнет, было не легко. Возмож­
ность соглашения между крестьянами затруднялась це­
лым рядом причин: почти полным отсутствием сноше­
ний между отдельными деревнями из-за плохих путей
сообщений, различных характером и степенью эксплоатации в различных местностях, и наконец вкоренивши­
мися религиозными взглядами, выработавшими привыч­
ку безусловного подчинения и сознание греховности не
то что восстания, но даже и всякого ропота. Эта рели­
гиозность, веками воспитанная в крестьянах князьями,
рыцарями и попами, привела и к тому, что, как и все
впрочем крестьянские движения эпохи раннего капита­
лизма, крестьянское восстание, начавшееся наконец в
Германии в 1524 г., носило хотя и резко выраженный аптицерковный характер, но отнюдь не было однако анти­
религиозным. Критика церкви не переходила в критику
религии.
Крестьянин, оставаясь религиозным,— он в то время
и не мог быть иным,— был недоволен тем, что духовен­
ство н а зн а ч а ло сь , — а назначалось оно зависевшими от
Рима епископами, — тем, что духовенство обирало его,
тем, что духовенство вело себя «неподобаю щ им образом »;
в эпоху раннего капитализма погоня за деньгами со сто­
роны попов''приняла особо бросающиеся в глаза формы
-(индульгенции), а в связи с обогащением духовенства и
образ жизни его стал весьма далек от аскетического. Это
несоответствие между делами и словами поповскими восстановляло верующих людей против церкви. Наконец
крестьяне, требуя «чистой и я с н о й ». про п о веди , находили,
.12

очевидно, что попы проповедуют не чисто и не ясно. Дей­
ствительно, латинский язык, употреблявшийся католи­
ческим духовенством (и употребляющийся ими еше и до
снх пор), был для немецкого крестьянина по меньшей
мере «неясным». Требования богослужения на, родном
языке (своего рода «демократизация» богослужения) во­
обще обычны для крестьянских движений того времени
(того же требовали чешские табориты^ английские лол­
ларды и др.). «Нечистоте» духовенства приписывался
религиозными крестьянами неуспех его молитв. Ухуд­
шающееся год из года положение, причины которого кре­
стьянам были непонятны, приписывались ими тому, что
бог не хочет слышать их молитв. Виноват был в этом,
с точки зрения наивно верующего крестьянина, поп, как
посредник между богом и 'людьми. Этим недовольством
безрезультатностью молитв «нечистых» попов также пи­
талась мысль о необходимости «очистить», «обновить»,
так или иначе «реформировать» церковь.
Вот'в общих чертах та социально-экономическая об­
становка, которая породила в Германии начала XVI века
реформациейныо стремления, в различных классах. Схо­
дясь в оппозиционном отношении к римской церкви, кре­
стьяне, буржуазия, как крупная, так и мелкая, рыцари
и большинство князей исходили при этом каждый из
своих классовых- интересов и принимали реформацию
каждый по-своему. Почва для реформации была таким
образом налицо. Вот почему выступление до тех пор ни­
кому неведомого монаха Мартина Лютера в 1517 г. с кри­
тикой некоторых догматов католической церкви привле­
кло всеобщее внимание; сделав Лютера чуть ли не народ­
ным героем, оно окрылило его на дальнейшие поповскореформаторские подвиги.

Ц

апало лю теран ства

^ П а р ти и Лютер родился в 1483 г. в семье ремеслен­
ника и, окончив s 1505 г. Эрфуртский университет по бо­
13

гословскому факультету, поступил в августинский1 мо­
настырь. Здесь он мало чем отличался от большинства
монахов; как он сам говорил о себе, он был «отъявлен­
ным папистом, 'до такой степени проникнутым и погло­
щенным доктриною папства, что, если бы только мог,
готов был или сам убивать или желать казни тех, кто
отвергал, хотя на одну йоту, повиновение папе». В сво­
бодное от этих аскетических упражнений время Лютер
изучал Библию, интересуясь больше всего посланиями
апостола Павла, и читал сочинения «отцов церкви», сим­
патизируя главным образом небесному патрону своего
монашеского ордена «блаженному» Августину. Учение
последнего оказало на Лютера наибольшее влияние и
легло в основу лютеранской критики католицизма. Авре­
лий Августин, живший в конце
и началу V века на­
шей эры, т. е. в эпоху полного развала Западной Рим­
ской империи, учил, что целью исторического процесса
является установить «град божий» (civitas dei), т. е. з а ­
менить господство светской власти господством церкви.
Необходимо полное и безусловное подчинение церкви,
вне которой нет спасения. При этом спастись можно
только верой, добрые дела для спасения души недоста­
точны. Только вера открывает каждому путь в «божий
град».
Эта философия Августина, отразившая упадочниче­
ские настроения римской знати эпохи проникновения
германцев в Рим и гибели империи, в условиях развива­
ющегося капитализма оказалась, с некоторыми поправ­
ками, вполне приемлемой идеологией последнего. Ведь
учение об оправдании верою, индивидуальной верой
каждого, являлось удар.ом по авторитету католической
церкви и по ее карману. Оправдание личной верою, как
совершенно правильно отмечает Ф. Капелюш в своей ра­
боте «Религия раннего капитализма» (стр. 155), сводится
«К всеобщему священству верующих, к беспоповщине»,
тогда как добрые дела, необходимые по учению католи­
1 Августинцами назывались монахи, принадлежавшие к «ордену
блаженного Августина».
14

ческой церкви для спасения, связываются с соверше.
нием ряда обрядов, с посредничеством попов между бо­
гом и людьми, притом с таким посредничеством, которое
стоит больше денег и приводит к циничной, с точки зре­
ния верующего, торговле индульгенциями. При этом не­
обходимо иметь в виду, что «град божий», проноведывавшийся Августином, понимался Лютером — по крайней
мере в начале его деятельности — не в смысле иерар­
хически организованной церкви-государства, каковой
была возглавляемая папой католическая церковь, а в
смысле «свободного» объединения верующих, свободного
не от подчинения религиозным догматам, конечно, а от
подчинения земным, церковным авторитетам. Мы в даль­
нейшем увидим, как эти противоречия (свобода — подчи­
нение, индивидуальная вера — общий для всех догмат)
оказались целиком использованными теми классами, ко­
торые вышли победителями из происходившей в то вре­
мя в Германии борьбы. На первых порах Лютер выдви­
гал лишь августиновскую «теорию» об оправдании верою
и с этой точки зрения подверг критике деятельность по­
явившегося в 1517 г. в окрестностях Виттенберга монаха
Тецеля. Там Лютер в то время по приглашению саксон­
ского курфюрста1 Фридриха преподавал в универси­
тете богословие. Тецель был одним из многочисленных
«квесторов милости», т. е. продавцом индульгенций, при­
том продавцом умелым и ловким. Тецель не просто про­
давал свой товар; он, как добросовестный папский комми­
вояжер, обставил свою торговлю широкой рекламой и да­
же «философским» обоснованием. Тецель проловедывал,
что отпущение грехов посредством покупки индульгенций
имеет большее значение, чем крещение; что папа обла­
дает большими возможностями отпускать грехи, чем Хри­
стос и апостол Петр; наконец оп внушал верующим, что
достаточно упасть деньгам, уплаченным за индульген­
цию, в ящик и зазвенеть, как душа, за которую упла­
чено, сейчас же полетит на небо. Не ограничиваясь отпу1 Курфюрстами назывались князья, участвовавшие в избрании
императора,

15

'

щеяием совершенных грехов^ Тецель производил за c o o t ветствующую плату также и отпущение грехов авансом.Покупкой индульгенции можно, по учению Тецеля, загла­
дить даже такой грех, как изнасилование божьей матери.
Не удивительно, что фанатически настроенного Люте­
ра, поклонника августиновского учения об оправдании ве­
рою «добрые дела» Тецеля должны были возмутить. Лю­
тер со свойственным ученым богословам многословием
изложил в 9 5 тезисах свои возражения против, теории и
практики Тецеля. Эти тезисы он обнародовал, прибив их
31 октября 1 5 1 7 г. к воротам замковой церкви в городе
Виттенберге, и одновременно послал их упоминавшемуся
выше архиепископу майнцскому Альбрехту, бывшему
покровителем и руководителем Тецеля. Это выступление
Лютера считается лютеранами началом реформации, а
день 31' октября является одним из их главнейших цер­
ковных праздников («праздник реформации» — Reforma­
tionsfest) Вот главнейшие из 9 5 тезисов Лютера.
1. Наш господь и учитель Иисус хотел, чтобы вся
жизнь верующих была покаянием.
2. ГІокаяі^ие состоит не только в обряде исповеди, но
и во внутреннем сокрушении и умерщвлении плоти.
6. Папа не может совершать никакого отпущения
грехов.
2 7 . Продающие индульгенции заблуждаются, когда
говорят, что через индульгенцию папы человек избавля­
ется от наказания.
3 6 . Каждый истинно кающийся христианин имеет
полное прощение грехов и без индульгенции.
Несмотря на то, что тезисы Лютера еще не заключают
в себе развернутой реформационноii программы и что
они полемизируют, в сущности, только с теорией и прак­
тикой индульгенций, нисколько не колебля католиче­
ской церкви, как таковой, они все же были восприняты в
Германии как объявление войны римской церкви и сра-зу же выдвинули Лютера, сделав его одним "из попу ля рнейійих людей. Это понятно, если учесть все сказанное
выше о настроениях различных общественных классов
того времени и об отрицательном отношении к римской
16

I

церкви, объединившем всех. Несомненно, что не только
князья и рыцари, но и крестьяне готовы были считать
Лютера своим вождем. И это несмотря на то, что Лютер
>субъективно в 1517 г. был еще далек от мысли об отделе­
нии от католической церкви. Наоборот, он критиковал
ее недостатки критикой друга<желая укрепить ее падаю­
щий в глазах верующих, вследствие злоупотреблений
Тецеля, авторитет. В дальнейшем объективный ход ве­
щей, вся обстановка, классовой борьбы в Германии, за­
ставила Лютера сделать логические выводы из его вы­
ступления и поступать таж, как того требовали интересы
господствующих классов.
,-Что касается паиы, то он первоначально отнесся к
лютеровским тезисам весьма- благодушно. Схоластиче­
ские споры между монахами, особенно монахами различ­
ных орденов (Лютер был августинцем, Тецель — домини­
канцем), были в то время дрвольно частым явлением. По­
этому папа Лев X , человек больше всего любивший лич­
ный покой и свое богатство, вдобавок ие веривший ни
в бога, ни в чорта, не обратил внимания на выступление
Лютера, считая его обычной «монашеской грызней» (іпѵіdie fratesche»). Лишь спустя три года, в 1520 г., когда не
только распространились повсеместно тезисы Лютера, но
когда он в пылу полемики с Тецелем и другими защитни­
ками индульгенций заявил, что «для спасения души не
нужно верить в главенство римской церкви», он был па­
пой Львом отлучен от церкви. Ответил Лютер на это от­
лучение тем, во-первых, что торжественно, в присутствии
профессоров и студентов Виттенбергского университета, '
сжег папскую буллу 1 об отлучении, а во-вторых тем, что
написал брошюру «о вавилонском пленении церкви». В
этой брошюре Лютер изображает церковь находящейся
в плену у папы и отрицает все «таинства», кроме креще­
ния и соединенного с покаянием причащения. Лютер пи­
шет в этой брошюре: «По какому праву папа устанавли­
вает над нами законы? Пи папа, ни епископ, ни какой бы
то ни было человек не имеет права установить дотя еди1 Булла — панский указ.
2

Л. Ераалт

17

ную букву над христианином, если не будет на то его
собственного согласия».

Здесь мы видим уже прямое наступление на папство,
и не только на панство, но и на основные принципы католицизма. Бесспорно, что проповедь индивидуальной рели­
гиозной свободы не соответствовала интересам безраз­
дельно господствовавшей римской церкви и явилась ре­
зультатом тех общественно-экономических сдвигов, ко­
торые произошли на ночве развития капитализма. Именно
торговый капитал нуждается в «личной свободе» от фео­
дальных пут и, проповедуя ее, облекает ее в одежды ре­
лигиозной свободы. Выраженное в общей форме требова­
ние религиозной свободы, свободы от обрядности, было,
как мы уже говорили, воспринято и князьями, и рыцар­
ством, и крестьянством, причем каждый из этих классов
вкладывал в понятие «свободы» то содержание, которое
соответствовало его интересам» Мы увидим, что “лишь ч
1 5 2 5 г., уже после разразившегося крестьянского восста­
ния, Лютер, выполняя социальный заказ торгового капи­
тала, конкретизировал данные им первоначально в ту­
манной форме религиозные лозунги.
Не один папа взволновался делом Литера. Взволно­
вался и император, так как ясно отдавал себе отчет в
том, что лозунг религиозной свободы в применении к и
без того дышавшей на ладан «священной Римской импе­
рии немецкой нации» грозит полным ее распадбм. Поэ­
тому Лютер был вызван на имперское судилище, в город
Вормс,«где должен был оправдаться (в 1521 г.). Его по­
кровитель, курфюрст саксонский, советовал ему или от­
речься от 1«Вавилонского пленения», или не ехать в
Вормс, опасаясь, что его может постигнуть обычная судь­
ба всех еретиков — сожжение на костре. Потеря. Лютера
не улыбалась курфюрсту, рассчитывавшему воспользо­
ваться популярным «протестантом» в борьбе против им­
ператора. Но Лютер не обратил внимания на советы кур­
фюрста. Чувствуя за собой общественную поддержку,
Лютер ответил курфюрсту: «Ожидайте от меня всего, но
только не побега и не отречения. Я не убегу и не отре­
18

1

кусь, хотя уверен, что собаки не успокоятся, пока не
покончат со мной».

Лютер действительно не убежал р не -отрекся. В Вор­
мсе он окончательно порвзді с католической церковью и
заявил: «Hier stehe ich und ich kann nicht anders. Gott
helfe mir. Amen» (На этом я настаиваю и иначе не могу.
Бог мне помоятет. Аминь»), Бог ему не помог, но помогли
князья. Упорство Лютера произвело на них впечаіление,
они увидели в нем надежного союзника в деле борьбы
против императора и привилегий католической церкви
и отстояли его от особых неприятностей. Последствием
Вормского сейма была только опала, наложенная на него
императором по требованию па^ы. Эта опала лишь со­
действовала росту популярности Лютера. При возвраще­
нии его из Вормса в честь Лютера устраивались демон­
страции, а восставшие вскоре после Вормского сейма
(в 1522 г.) рыцари объявили себя лютеранами.
Но Лютер непосредственных связей с рыцарством не
поддерживал. Он проживал в замке. Вартбург, предостав­
ленном в его распоряжение тем же саксонским курфюр­
стом во избежание ареста сторонниками императора и
папы..Здесь, в этом замке, Лютер оформил своп богослов­
ские взгляды, изложив их в виде «краткого катехизиса»,
который до сих пор служит основой лютеранской рели­
гии, и перевел Библию па немецкий язык. Этот перевод
имел большое значение и для дальнейшего разв&ла като­
лической церкви в Германии, и для роста числа сторон­
ников Лютера, и даяге для развития немецкого литера­
турного языка. Дело в том, что до X V I века не только
богословская, но и вся вообще литература писалась
почти исключительно на латинском языке. Что же ка­
сается Библии, то перевод ее на какие-либо другие
языки, кроме латинского, греческого и древне-еврейского,
католической церковью был воспрещен; тем самым она
не могла подвергнуться критике со стороны незнакомых
с этими языками, а незнакомы с ними были все, кроме
небольшой горсточки «ученых» богословов. При таких
обстоятельствах перевод Лютером Библии на язык масс,
на немецкий язык, не только содействовал еще большей
13

популярности имени Лютера, но и популярности самой
Библии. Этим укреплялась религиозность немецких кре­
стьян, и притом не религиозность католическая, а люте­
ранская. Немецкий перевод Библии и введенное Лютером
богослужение на родном немецком языке противоставляло новую «немецкую» религию, религию «реформирован­
ную» старой «римской». Если мы вспомним, что с эксплоатацией Германии Ватиканом вели борьбу и рыцари, и
князья, и буржуа, и крестьяне, то станет очевидным,
что «национальная» реформация богослужения и немец­
кий текст Библии сыграли в дни борьбы против папства
немалую роль. Недаром немецкая буржуазия считает
Лютера «национальным» героем, создателем немецкой
* культуры. Следует также иметь в виду, что популяриза­
ция Библии вполне отвечала идеологии торгового капи­
тала, которая пришла в столкновение с идеологией фео­
дальной. Этой последней латинская, непонятная Библия
была в свое время нужна: она иодерживала в массах
представление о попе, как о маге, владеющем недоступ­
ными массам тайнами; но она не нужна была торговому
капиталу, который хотел сорвать мистический покров
с феодальной католической церкви, чтобы, разрушив ее,
построить свою на иных началах. Католической обряд­
ности он противоставлял простоту, мистицизму — до­
ступность, авторитету папы и церкви — свободу индиви­
дуальной религии. Так было--тогда, когда капитал под
знаменем реформированной религии шел в бой против
феодализма, так было до крестьянского восстания или,
как его с полным основанием называет Энгельс, до кре­
стьянской войны 1 5 2 5 г. Ниже мы увидим, что после пора­
жения феодализма и после поражения крестьян диалек­
тика истории изменила принципы лютеранства. Победив­
шему капиталу идеология эпохи его борьбы стала не нужна.
JT®
Ж%РЕСТЬЯПСКАЯ ВОЙНА И ОФОРМЛЕНИЕ
ЛЮТЕРАНСТВА

М ы уж е указывали те причины, которые вызвали
крестьянское восстание 1524 г., а также и причины, по
20

^

которым начало его замедлилось. Из приводившихся
выше требований крестьян, изложенных в «двенадцати
тезисах», или «статКях», уж е известно, что восставшие

обосновывали свои социальные требования религиозными
доводами,' верней, их социальная программа представ­
лялась им программой религиозной. От реформы религии
они ожидали изменения своего жизненного уклада. Ре­
лигиозные лозунги восставших крестьян по существу
мало чем отличались от религиозных лозунгов Лютера.
Мы здесь видим отказ от подчинения папе, требование
«ясной» проповеди, т. е. проповеди на родном языке, и по­
иски «истинной» веры. По существу это был не столь
четко выраженный, но тот же лютеровский тезис об
оправдании верою. Единственный пункт крестьянских
тезисов, подобного которому мы не находим у Лютера, —
это пункт о выборном духовенстве. По этому вопросу Лю­
тер до крестьянского восстания'совсем не высказывался:
он не выдвигал ни начала выборности, ни начала назначенчества. Но нужно сказать, что и это требование кре­
стьян не только не находилось в принципиальном про­
тиворечии с учением Лютера, но наоборот-логически из
него вытекало. Отрицание авторитета римско-католиче­
ской церкви, единственной в то время, и провозглашение
начала индивидуальной «свободы религии» должны бы­
ли привести к выводу о необходимости выбирать попов,
так как назначать их, в сущности, было как будто не­
кому.
Крестьянские тезисы не только не противоречили
лютеровским, но даже были несомненно написаны иод
влиянием учения Лютера, а сам Лютер, как мы уже ука­
зывали,^представлялся восставшим их идейным вождем.
Тем не менее, а пожалуй, даже и вследствие этого, Лютер
отнесся к крестьянскому восстанию крайне враждебно.
Причины этого следующие. Крестьянская война была
именно войной. Восставшие воевали отнюдь не только про­
тив католической церкви, а воевали против своих веко­
вых эксплоататоров и угнетателей — рыцарей и князей.
С особой силой крестьянское восстание проявилось в
южных и западных районах Германии, т. е. в нынешней
21

Баварии, Вюртемберге и в приреГінеких областях. Это
понятно: именно здесь, на главном торговом пути, на
Рейне, вызванное развитием капитализма обострение
классовых противоречий проявилось особенно сильно.
Крестьяне, организовавшиеся в правильные военные от­
ряды, захватывали монастырские, церковные и рыцар­
ские (дворянские) земли, выгоняли из замков их вла­
дельцев и с каждым днем становились все более опасной
угрозой не столько для разваливавшейся и без того Гер­
манской империи, сколько для отдельных германских кня­
зей. Крестьяне не ограничивались войной в деревне. Кре­
стьянские отряды занимали города, где- в союзе с город­
ской беднотой выгоняли городскую знать, ростовщиков,
, купцов и зажиточных ремесленников и организовывали
свое ' управление. Само собой разумеется, что военные
действия крестьян сопровождались разделом захвачен­
ного имущества. Это была настоящая социальная рево­
люция. Нечего и говорить, что интересы торгового капи­
тала, интересы буржуазии и князей требовали решитель­
ных действий против восставших. Если княвья и буржуа­
зия не возражали прбтив захвата земель церковников и
рыцарей, — так как этим ослаблялся и «х враг, притом
такой, как рыцари, которые незадолго до крестьян сами
организовали восстание против князей, — то классовый
интерес заставил их принять меры к ликвидации грозив­
шего разрастись крестьянского восстания. С крестья­
нами велась ими война не только с помоіцыо оружия, но
и с помощью религии. То самое лютеранство, появление
которого приветствовалоёь как освобождение от церков­
ного гнета, оказалось не менее действенным средством
борьбы против крестьянства, чем пушки княжеских от—рядов.
Как раз в годы крестьянской войны и происходит
оформление лютеранства. Это оформление состоит не
только в том, что Лютер составил катехизис и установил
правила лютеранского богослужения. Оно состоит глав­
ным образом в том, что оформляется мировоззрение
лютеранства, его отношение к «свободе личности», и в
том, что Лютер устанавливает организационные прин-

nnifbi лютеранской ігеркви. В деле оформления лютеран­
ства .крестьянская война и отношение к ней Лютера
сыграли решающую роль.
Когда, крестьяне обратились к Лютеру с «двенадцатью
тезисами» и просили его подкрепить их своим авто­
ритетом, он отказался это сделать, заявив, что «христиа­
нин должен сто раз предпочесть смерть, чем хотя бы
малейшим образом принять участие в восстании». Мало
того, Лютер сам проповедывал в некоторых охваченных
восстанием местностях и говорил: «Христос показал нам,
в чем право христиан. Это право терпеть. Крест! Крест!
Вѳт где право христова ученика. Крестьяне должны
страдать и молчать, если хотят быть истинными христиа­
нами. Христианин должен позволить обокрасть, ободрать,
убить себя, ибо он мученик на земле». Отметим кстати,
что с такими проповедями Лютер не обращался не
только к курфюрсту саксонскому, но даже и к фыцарям, когда те восстали за несколько лет перед тем. Эти
слова «утешения» он нашел только для крестьян. Но
они не оказали на последних влияния. Восстание раз­
рослось. Тогда Лютер выпустил специальную брошюру
«Wider die räuberischen Bauern» («Против разбой­
ных крестьян»), в которой писал так: «Крестьян нужно
бить, душить, колоть, тайно и открыто так же, как уби .вают беиіеных собак. Поэтому, господа, колите, бейте,

давите их, кто как может, и если кого постигнет при
этом смерть, то благо ему, ибо более блажепяой смерти
быть не моягет. Не следует только проявлять к крестья­
нам ложного м илосердия. Люди, которые выказывают
жалость к тому, кого не яшлеет сам бог, сами 'присоеди­
няются к мятежникам. Головы крестьян набиты овсяной
м-якииойг они не слушаются слова и неразумны; поэтому
они должны слушаться кнута и ружья, и им будет хо­
рошо. Мы доляшы молиться, чтобы.они слушались, если
же они не«будут слушаться, то не должно быть места для
милосердия. Пусть скажут свое слово ружья':» В допол­
нение к этой цитате, очень характерной для христиан­
ской философии массового убийства трудящихся, упо­
мянем еще,- что после подавления крестьянского восста­
23

ния Лютер хвастался, что «убил всех крестьян, ибо
велел их умерщвлять. Вся кровь их на мне».
Мы нарочно привели полностью все то, что Лютер
написал о своем отношении к восставшим крестьянам.
Лютеране и их попы не любят об этом вспоминать; ведь
обнажение классовой сущности лютеранства — не в ин­
тересах их хозяев и не в интересах самих попов. Но, как
говорится, из песни слова не выкинешь, не выкинешь и
из учения Лютера тех слов, которые он оставил в нази^
дание своим идейным приемникам.
Чем же объяснить то, что, несмотря на почти полное
тождество учения Лютера в его первоначальной редак­
ции с крестьянскими «двенадцатью статьями», Лютер
занял позицию палача по отношению к тем, которые счи­
тали его своим учителем и вождем? Объяснение этому мы
находим в классовой сущности лютеранства, которое,
как и всякая религия, была не чем иным, как идеологией
эксплоататоров. Лютер всегда ставил себе- задачей «воз­
врат к истинному христианству и в учении, и в жизни»
(Э н гельс). Истинное яге христианство в том и заключает­
ся, чтобы «повиноваться господам». Поэтому объективный
смысл лютеранства заключался в призыве к повинове­
нию новому господину, т. е. пришедшему на смену фео­
дализма капитализму. Крестьянство * же, сбрасывая
с себя феодальные путы, не обнаруживало склонности
под^іиниться и этому новому господину, оказавшемуся
вдобавок злейшим эксплоататором, чем старый. Призыв
Лютера к освобояэдению от феодализма, от папства был
ими порят как клич к свободе «вообще». Но свобода «во­
общ е»— была не в интересах торгового капитала, ну­
ждавшегося в свободе только для себя. Отсюда и те весь­
ма конкретные пояснения своего учения, которые Лютер
дал в связи с проявленным крестьянством «свободолю­
бием».
Мы не будем ^здесь останавливаться на разритии кре­
стьянского восстания. Само собой разумеется, что сове­
ты Лютера были, полностью реализованы подавлявшими
восстание князьями, рыцарями и буржуа. Крестьян
душили, вешали и расстреливали сотнями и тысячами.

S e подлежит также никакому сомнению, что публич­
ное выступление Лютера против восстания ослабило его
авторитет; но его авторитет был все же настолько значи­
телен, а религиозность крестьян настолько сильна, что
окрик Лютера не мог на них, или по крайней мере на
часть из них, не подействовать. Крестьянское восстание
было парализовано религией; та же, меньшая часть вос­
ставших, которая продолжала сражаться под руковод­
ством Фомы Мюнцера, — тоже религиозного проповед­
ника, но не побоявшегося отстаивать социальные тре­
бования крестьян, — была разгромлена, а Фома Мюнцер
казнен.
Тем не менее крестьянская война внесла очень суще»
ственные изменения в положение отдельных групп гос­
подствовавших классов. Более всего от нее пострадало
духовенство. Принадлежавшие ему монастыри были сож-.
жены, драгоценности разграблены. Духовенство менее
всего могло сопротивляться крестьянским отрядам. Дру­
гие сословия, т. е. князья, рыцари, горожане, втайне
даже радовались бедствиям ненавистных попов. Крестьян­
ская война сделала популярной-еекуляризацию 1 духов­
ных имений в пользу крестьян; но светские князья и
отчасти города постарались произвести эту секуляриза­
цию в своих интересах, и скоро монастырские и церков­
ные земли, земли архиепископов и епископов оказались
в руках лютеранских князей и некоторых городов.
Рыцарство, вышедшее с потерями уж е из поднятого
им в свое время восстания, еще более ослабело в резуль­
тате крестьянской войны. Война выявила его бессилие
в отношении крестьян. Разоренное рыцарство спасалось
. только с помощью княжеских войск и вынуждено было
поступать на службу к князьям, превращаясь из феода­
лов в придворную челядь.
Выиграли от крестьянской войны лишь князья и от­
части городская крупная буржуазия, сломившая оппо­
зицию городской бедноты, поддерживавшей крестьян.
1 Секуляризация — отобрание земли оі церкви в пользу светского
собственника."

25

Рассмотрим теперь ту «теоретическую» работу по офор­
млению новой религии, которую на фоне крестьянской
войны и в связи с ней проделал Лютер. Он проделал при х
этом «те же превращения, которые проделывает всякая
буржуазная партия, очутившаяся на время во главе дви­
жения и опережаемая в этом движении стоящей позади
ее плебейской или пролетарской партией» ( Э н гельс , указ.
соч.).
В частности, как мы уже выяснили, это было не столь­
ко превращением, сколько уточнением высказанных ра­
нее взглядов, приспособлением их к интересам победив­
ших князей и буржуа. Из воинствующего антикатолика
Лютер становится пропагандистом мирной церковной ре­
формы. - .
Мы выше указывали, что Лютер до 1525 г. не выска­
зывался по вопросу о том, должно ли духовенство быть
избираемым верую щ им или кем-нибудь назначаемым.. Те­
перь, после крестьянского восстания, в этом отношении
для него уже не оставалось никаких сомнений. В письме
все к тому же курфюрсту саксонскому, который начал
уже практически осуществлять лютеранскую проТрамму,
прибрал к своим рукам земли католических попов и
ввел богослужение на немецком языке, Лютер пишет:
«Среди людей замечается столько неблагодарности к богу,
что если бы я мог так сделать по чистой совести, я оста­
вил бы их жить без пастырей, как свиней». Неблагодар­
ностью «к богу» Лютеру очевидно представлялась та
встреча, которая постигла его в деревне Орламюнде: мест­
ные крестьяне, возмущенные его предательством, встре­
тили Лютера, градом камней, — Лютер от них едва спасся
бегством. Но тем не менее княжеская «совесть» не позво­
лила Лютеру руководиться только гневом на «неблаго­
дарных свиней», он продолжает свое письмо августейшему
покровителю в следующих выражениях: «Так как папский
порядок теперь отменен, все ц ер ко вн ы е учр еж д ен и я д ела ­
ются вагиим достоянием к а к верховного гла вы . В аш е дело
всем этил уп р а влят ь; никто другой об этом не заботится,

не может заботиться и не должен заботиться». Таким об-~
разом Лютер целиком, без всяких оговорок, признал з?
26 -

князьями руководство церковью и все права, принадле­
жавшие раньше папе. Вместо одното «наместника Хри­
ста», их оказались десятки и сотни. Этим авторитетным
указанием Лютера был разрешен и остававшийся до этого
открытым вопрос о назначении попов: конечно назначе­
ние их было передано в руки вновь испеченных «глав»
новой церкви.
Организационные принципы лютеранства, таким обра­
зом, были заложены. Мысль Августина о «граде божьем»
получила практическое осуществление. «Град божий»,
«божье государство», которое противопоставлялось госу­
дарству римского папы, оказалось государством Фрид­
риха саксонского, Филиппа гессенского и десятков дру­
гих князей. Филиппа гессенского Лютер даже прямо на­
зывал «божьим человеком»; основанием для этого ти­
тула послужило то, что по приказу Филиппа были от­
рублены, головы 4.88 крестьянам, не желавшим видеть в
нем своего архипастыря.
Принцип подчинения церкви светской власти, т. е.
принцип обратный римско-католическому, и лег в осно­
ву всей дальнейшей организации лютеранства. -Не нахо­
дился ли он в противоречии с первоначальными тезисами
Лютера? Нет, не находился, поскольку все'учение Лютера
отражало интересы тех классов, которым" было тесно в
рамках феодального строя и поскольку принцип верхо­
венства светской власти над церковью выдвигался и под­
держивался торговым капиталом, нуждавшимся в своей,
свободной от старых авторитетов, но и свободной от но­
вых авторитетов, религии. В дальнейшем из'Лтгжешш мы
познакомимся с тем, как применялся этот организацион­
ный принцип лютеранства на протяжении всей его исто­
рии.
Разрешением вопроса в годы гражданской войны о на­
значении и подчинении попов, которые получили назва­
ние «пасторов», т. е. пастухов, пастырей, реформатор­
ская деятельность Лютера, не ограничилась. Учение об
оправдании индивидуальной верой требовало так же не­
которого уточнения. Годное для атаки на католицизм,
оно оказалось опасным в момент укрепления лютеранства.

Нужное для поднятия масс на борьбу с феодализмом, оно
стало вредным, когда настало время обратить новую рели­
гию против масс для подчинения их капиталу. Лю­
тер, как указал Маркс («К критике гегелевской фило­
софии права»), «разбил веру в авторитет, потому что ре­
ставрировал авторитет веры». А для того чтобы реставри­
ровать авторитет веры, необходимо было формулировать
учение об оправдании верою так, чтобы не дать возможно­
сти каждому верующему толковать «веру» по-своему. Ос­
вободив человека от внешней (обрядовой только) религи­
озности, надо было сделать религиозность внутренним
миром человека. Надо было заменить попа по назначе­
нию— попом по убеждению, или, как говорит там же
Маркс, «поставить на место рабства по обету рабство но
убеждению, превратив попов в мирян тем, что сами ми­
ряне были превращены в попов». Для этого надо было
не допускать большей критики церковных учреждений и
Библии, чем та, которую допускал сам Лютер и его свет­
лейшие покровители, объявленные им церковным на­
чальством. И вот здесь опять всплывает «блаженный
Августин» с его учением о граде божием и оправдании
верой. Еще на Вормском сейме Лютер на вопрос, не от­
речется ли он от своей «ереси», отвечал, что отречется
не иначе как убежденный либо Доводами Библии, либо
очевиднейшими доказательствами разума (« n is i scripturae sacrae aut, e v i d e n t is s i m is r a tio n is t e s t im o n ii s eonv ic t u s fuero»). Мы видим, что в 1521 г. он, таким обра­

зом, еще допускает авторитет не только веры в Библию,
но разума человеческого. Так и должно было быть, цока
он на разум е основывал свою критику папства. Но ра­
зумом обладали не только Лютер и князья, разумом
обладали и восставшие крестьяне, а. допускать разум­
ную критику с их стороны Лютер конечно не мог. Кри­
тика, церкви не должна была перерастать в критику ре­
лигии. «Разум», помогший поколебать католицизм, .не
должен был колебать лютеранство. Для этого нужно было
наложить на него уздѵ. Лютер выразил эту мысль в сле­
дующих словах: «Есть ли что-либо несообразнее_с ра­
зумом, чем божественность Иисуса Христа? Можно ли
.28

попять воплощение бога в утробе девы? Можно ли по­
нять, каким ' образом бог, присутствующий в хлебе и
Бине, делается снедью верующих? В с я р е л и г и я — безум ие
д л я разума».

Во веем этом мы с Лютером вполне согласны и оспа­
ривать ни его примеров, ни его выводов не собираемся. Но
в дальнейшем мы с ним не сойдемся. Лютер пишет: «Рапум — б л у д н и ц а д ь я во ла . Он только богохульствует и по­
рицает дела божьи. Он ничего пе нонимает в боге. Нужно
р а зум убить, нуж но закрыть гла за , заткнуть у ш и , все
чувст ва и только верить и верить ». Такая постановка во­

проса ничем не отличается от взглядов любой религии, в
том числе конечно и католической, и находится в полном
соответствии с знаменитым изречением отца церкви Тертуллиана: «Credo q u ia absurdum -» («Верую, потому что
это нелепо»). Изречение это находится в полном согласии
со всей средневековой схоластической премудростью мо­
настырей, недаром Л ютер был питомцем одного из них.
Но оно находится также в полном соответствии с интере­
сами победившего крестьян и ослабившего феодализм
капитализма и носителей его — немецких князей и бур­
жуа, «Лютер освободил плоть от оков, потому что нало­
жил оковы на разум и сердце»— так охарактеризовал
Маркс философские упражнения бывшего августинского
монаха.
W к РЕПЛЕННЕ ЛЮТЕРАНСТВА
В ГЕРМАНИИ

С

* ^о времени крестьянской войны между Лютером и
князьями существовало полное взаимное понимание. Ну­
д и л и с ь - для поддержания опое о господства в двух функ­
циях: функции палача и в функции попа» (Л е н и н ),
князья нашли в Лютере выразителя обеих^ функций.
Князья, которым достались земли разоренного духовен­
ства, были довольпы. Реформация церкви пошла на
пользу им .и буржуазии крупных городов. Нужно было
теперь закрепить достигнутые успехи и добиться офи­
29.

циального признания произведенной секуляризации и
снять все еще лежавшую на Лютере «опалу», наложен­
ную на пего императором Карлом V на Вормском сейме.
Для этой цели был в 1526 г. созван новый сейм в го­
роде Шпейере. Так как испано-германский император
был в это время занят войной с Францией, в которую
ввязался также и папа, выступивший на стороне Фран­
ции против Карла, то последний, не желая, с одной сто­
роны, обострять в трудный для него политический мо­
мент отношений,с германскими князьями, с другой —
был не прочь насолить папе, с которым воевал; поэтому
опала с Лютера была в Шпейере снята, и сейм принял
постановление о том, что «в религиозном вопросе каждый
императорский чин будет до разрешения спора на Все­
ленском соборе действовать так, как это сочтет нужным,
чтобы быть правым перед богом и его императорским ве­
личеством». Это постановление было крупной победой
князей-лютеран. Им устанавливалась свобода вероиспо­
ведания для князей; что касается иі подданных, то они
конечно должны были придерживаться тех религиозных
взглядов, которые им предпишет желающий «быть пра­
вым перед богом» князь.
С этого времени и начинается работа по укреплению
лютеранской церковной организации. Она была построена
таким образом: князь, являвшийся главой церкви, — а
так как князей было много, то и лютеранских церквей
было столько же, — назначал особых суперинтендентов,
которым поручалось заведование всеми церковными до­
мами. По предложению этих суперинтендентов -назнача­
лись в отдельные приходы попы-пасторы. При суперин­
тендентах были учреждены особые консистории, состояв­
шие из попов и мирян (княжеских чиновников); эти кон­
систории занимались разрешением споров между пасто­
рами и мирянами, а также заведывали теми землями, ко­
торые были переданы князьями пасторам. Мы видим, та­
ким образом, что Лютер, отменив католическую церков­
ную иерархию, заменил ее новой.
Однако церковно-реформаторская деятельность кня­
зей на время была прервана. Помирившийся с папой им,80

ператор явился в Германию й собрал в 1530 г. новый сейм
в Аугсбурге. Не нуждаясь более в поддержке князей, им­
ператор приостановил секуляризацию церковных земель
и разрешил католические богослужения не только в зем­
лях княаеА-католйков, но и в "землях князей-лютеран.
Протесты лютеранских князей (отсюда пошло название
.«протестанты», которым до сих пор пользуются при обоз­
начении лютеран) не помогли. Начались длительные вой­
ны между князьями и императором. Войны эти с перерыв
вами и с переменным успехом велись вплоть до 1555 г.
Мы не считаем нужным останавливаться на них. Отметим
только, что к этому времени вполне точно определи­
лись воевавшие между собою религиозные группировки.
В консервативном, католическом, императорском лагере
собрались все те, кто был заинтересован в сохранении
старых порядков, т. е. духовные князья, католическое ду­
ховенство вообще, императорское чиновничество и те свет­
ские князья, которые либо не видели особой выгоды в се­
куляризации церковных земель, либо опасались лютеран­
ства, все еще считая его религией «бунтующих мужи­
ков». Вождем этой группы был император. В лагере- ре­
форматорском, лютеранском, сгруппировались буржуазия
и князья, во владениях которых крестьянских восстаний
не происходило или которые при помощи Лютера и его
учения успешно с ним справились.
Князей лютеранской группы было большинство, к то­
му же и католическим князьям чрезмерное усиление им­
ператорской власти не улыбалось. Это и привело в победе
князей. «Религиозные войны» закончились «Аугсбург­
ским религиозным миром» 1555 г. В Аугсбурге былр в об­
щем подтверждено то, что было еще решено в 1526 г. в
Шпейере, причем было установлено вполне точное и яс­
ное правило: cu ju s regio, eju s religio, что значит: «чья
страна, того и религия». Этим окончательно, официально
провозглашался принцип главенства светской власти в
церковных делах, т. е. принцип лютеранский. Политиче­
ским итогом длительных войн оказались: раздробление
Германской империи, ослабление центральной власти,
усиление власти княжеской и рост самостоятельности
31

торговых городов. Капитализм победил — победила, и его
идеология.
Сам Лютер, в событиях, связанных с «религиозными
войнами», активного участия не принимал. Вопросы вла­
сти разрешались оружием помимо него. Лютер свою роль
«создателя» новой религии уже сыграл и мирно прожи­
вал в Виттенберге, а затем в Эйслебене, где он и умер
в 1546 г., т. е. задолго до Аугсбургского мира. Послед­
ние тѳды своей жизни старый ханжа и палач упраж­
нялся в богословских спорах с другими реформаторами,
как Цвиягли, Меланхтон и другие, которые пытались
внести несущественные поправки и дополнения в катехи­
зис Лютера. В это же время он написал ряд сочинений
против евреев. Лютер требовал, чтобы «христиане сожгли
все синагоги и еврейские книги в пепел, отняли у евреев
библии и иод страхом смертной казни запретили им вся­
кое богослужение». В письме к своей жене (от 1 февраля
1 5 4 « г.) Лютер писал, жалуясь на простуду, полученную
им при одной из его поездок: «Когда я проезжал еврей­
скую деревню, жиды наслали на меня ветер. Поэтому я
позабочусь о том, чтобы изгнать всех жидов. Я буду с
божьей номошью проноведывать об этом и выдам Bçex
жидов графу Альбрехту». В специальном антисемитском
трактате, озаглавленном «Vom Schern Hamphoras» («О
Симе Гамфоре») Лютер доказывал, что «жиды не что
иное, как диаволы, обреченные на ад. Их слбдует^изгнать
из Германии, а еще лучше уничтожить с о в с е м » ? Смерть
помешала благочестивому погромщику привести свои на­
мерения в исполнение. Антисемитизм Лютера конечно не
случаен. Он находится в непосредственной связи со
всей его идеологией: европейский торговый капитал
эпохи его накопления, верным слугой и выразителем ин­
тересов которого Лютер был всегда, стремился путем
антисемитизма, организацией еврейских погромов изба­
виться от конкурентов-евреев и отвлечь этим недоволь­
ство эксплуатируем ых им масс от классовой борьбы.
Свободное от поповско-погромных занятий время Лю­
тер посвяшал личной жизни. Теперь он уже больше не
постился и не истязал своей плоти. Щедротами князей
32

он разбогател и писал своей жене (письмо от 2 тол я
1540 г.): «Я жру, как богемец, пью, как немец, и благо­
дарю бога за это». Граф Альбрехт Мансфельд (тот самый,
которому Лютер советовал «уничтожать жидов») писал
о Лютере так: «Лютер—-парень шустрый, пьет здорово,
не прочь провести время с.красивыми женщинами, играет
на лютне и вообще ведет> очень веселую жизнь». Лютеру
конечно и не было оснбваний печалиться; но, повидимому, непомерное веселье свело святого человека в могилу
раньше времени; раньше, чем лютеранство одержало в
Аугсбурге победу.
После Аугсбургского мира среди лютеранских попов
и князей продолжались споры, которые начались еще
при Лютере между пим и другими реформаторами. Так
как эти споры носили большей частью характер схола­
стический и ни в какой мере не интересовали верующую
лютеранскую масбу, мы не считаем нужным останавли­
ваться на них. Отметим лишь следующие моменты. К это­
му времени в лютеранской среде ясно определилось тече­
ние в сторону дальнейшего развития учения об оправда­
нии верой, которое естественно приводило к требованиям
дальнейшего упрощения обрядностей и богослужений.
Эти требования отчасти сходились с учением швейцар­
ского (женевского) реформатора Кальвина, выдвинув­
шего учение о том, что судьба каждого человека заранее
предопределена богом. Кальвинизм в середине XVI века
стал успешно распространяться не только среди швейцар­
ской буржуазии, но и среди буржуазии голландской,
французской и отчасти германской. Будучи еще более
резким протестом против католичества, эта идеология
бьыга подхвачена теми классами, которым предстояла
борьба с поддерживавшими Католицизм социально-поли­
тическими группировками: голландская буржуазия под
знаменем кальвинизма вела' борьбу со своими испан­
скими поработителями; французская и швейцарская —
с феодалами своих стран.
Боевая идеология-кальвинизма Однако не соответство­
вала интересам германских князей, которые уж е окон­
ч и л и борьбу и нуждались в закреплении достигнутых
3

Л . Б ранд т

ими политических успехов. Кальвинизм тем более не
был в их интересах, что им выдвигался другой, отлич­
ный от лютеранства, принцип организации церкви, а
именно принцип выборности проповедника верующими
и управления церковными домами и имуществом обіциной
верующих. Такая организация церкви вполне выражала
чаяния и аппетиты городской буржуазии, но не князей,
являвшихся с точки зрения лютеранства полными и
-единоличными хозяевами церкви, ее «главами». Поэтому
князья заставили замолчать тех «богословов», которые
пытались внести в лютеранство поправки, не вызывав­
шиеся интересами хозяев положения в Германии. Для
'этого в 1580 г. был созван по инициативе саксонского
курфюрста в монастыре Бергене, близ города Магдебурга,
съезд попов, которому было предложено заняться окон­
чательной формулировкой лютеранского вероучения.
Этот съезд выработал так называемую' «формулу согла­
сия» (formula coucordiae). Формула, подтверждавшая в
основном сущность учения Лютера, сводилась к следую­
щему:
&
1. учению о вере как единственном пути к спосенйю;
2. учению о Библии как единственном источнике веры;
3. отрицанию всех католических «таинств», кроме
крещения и причащения;
4. богослужению на родном языке, причем центр тя­
жести богослужения с литургии (обедни) переносится на
проповедь пастора;
5. отрицанию почитания икон, мощей и святых;
6. в области организации церкви: к подчинению ду­
ховенства (пасторов и суперинтендентов) светским кня­
зьям, — отсюда вытекает отсутствие единой церкви. Ка­
ждая религиозная община, руководимая пастором, состо­
ит из членов, принимаемых в нее лишь при условии: а)
крещения (лютеране совершают обряд крещения не над
взрослыми, как батптисты, а над детьми, как православ­
ные и католики) и б) «общественного» исповедания веры.
Последнее совершается в виде экзамена по краткому ка­
техизису Лютера, которому пастор подвергает принимае­
мого в религиозную организацию кандидата. Если он

происходит от родителей лютеран,"то он должен быть не
моложе 15 и не старше 18 лет. Этот экзамен, называемый
лютеранами конф ирмацией (co n firm a tio ), что по-латыни
значит «укрепление», т. е. «укрепление в вере», предпо­
лагает предварительную обработку конфирмуемой моло­
дежи со стороны пастора. Поэтому до конфирмаций лю­
теранская молодежь должна посещать особые уроки «за­
кона божия», чтобы не провалиться на публичном экза­
мене и проникнуться истинами Лютерова краткого кате­
хизиса. На конфирмации мы сочли нужным остановиться
потому, что этот обряд, являясь одним из самых могу­
щественных средств лютеранской пропаганды, во все вре­
мена проводился пасторами с большим рвением и настой­
чивостью, не исключая конечно и мер физического воз­
действия на конфирмируемых. Проводятся конфирмаци­
онные занятия и теперь у нас в СССР. Ниже мы увидим,
кому и чему конфирмация служит.
Наш очерк укрепления лютеранства был бы не пол­
ным, если бы. мы не упомянули о тех методах, которыми
лютеранская поповщина и князья боролись за это укре­
пление и в частности за внедрение в созна-ние масс
«формулы согласия». Эти методы — обычные церковные
методы. Все те, которые выражали'сомнение в правиль­
ности учения Лютера, а также и кальвинисты и католи­
ки, подвергались ссылкам, тюремному заключению и пыт­
кам. Так были замучены в тюрьме виттенбергский про­
фессор медицины ГІейцер, церковники Кракау и Штоссель. Реформатский поп Ладенбург за несогласие с уче­
нием Лютера о причастии был обезглавлен на рыночной
алощади в Гейдельберге. Саксонский канцлер Крелл был
казнен в Дрездене по обвинению в «тайном сочувствии
Кальвину». Многочисленные казни совершались над «ере­
тиками» в Кенигсберге, Лю.беке, Бремене, Бранденбурге и
других городах. Еще чаще происходили казни «еретиков»
из крестьян. «Ученые» богословы писали трактаты, в ко­
торых защищали необходимость убийства всех песогласных с Лютером, а лютеранские консистории мало чем от­
личались от инквизиционных трибуналов католической
церкви.
з

Нередки были и лютеранские процессы «ведьм». «Ведь­
мой» лютеранские попы считали, между прочим, и мать
знаменитого астронома Кеплера.
Все это вполне вытекает и из сущности христианства
и из той ройи, которую играло лютеранство в деле укре­
пления нового социально-политического строя в Герма-.
нии.
•
ф
у
А СП РО СТРА Н ЕН И Е Л Ю ТЕРА Н С ТВ А

М ы до сих пор рассматривали историю возннкновения и распространения лютеранства в Германии. В Германии оно распространилось и укрепилось преимущественцо в тех местностях-, которые не были охвачены крестьянской войной (здесь оно было своего рода предохра­
нительной прививкой), и в тех, где оно с помощью лю­
теранства было наиболее удачно подавлено. В распространении лютеранства в Германии играли роль также и
следующие факторы: 1) степень близости отдельных княжеств от торговых путей, связывавших Германию с
Италией, причем влияние католичества оказалось есте­
ственно наименее сильным в наиболее отдаленных от этих
путей областях; 2) степень политической заинтересован­
ности отдельных князей: а) в секуляризации церковных
земель и б) в активном выступлении против императора;
первое зависело от наличия этих земель, и состояния княжества, второе — от политической мощи князя и поли­
тической конъюнктуры. Бывали случаи, что князья по
нескольку раз переходили из католичества в лютеранство
и обратно. .
Оговариваемся, что здесь идет речь об окончательно
установившейся к концу XVI — XVII века вероисповедной карте Германии, которая отличается от карты первоначального распространения лютеранства среди масс в то
время, когда оно было еще знаменем их протеста, а не
знаменем подавления этого протеста князьями. В результате взаимодействия указанных сил итоги получились
такие. Сплошь лютеранскими оказались север, восток и
т

і

!

}

|

:
|
I

;

і
\
І

|
;■

большая часть средней Германии. Католичество осталось
господствующей религией на западе (Рейн) и частью на
юго-востоке (Бавария). Численное отношение лютеран­
ских областей к католичеству оказалось 2 :1. 1
Однако распространение лютеранства не ограничи­
лось Германией. Прежде всего, еще в 1525 г., оно было
«введено» в Пруссии. Пруссия в то время не входила в со­
став Германии, а составляла владение особого духовно­
рыцарского ордена тевтонцев, который хозяйничал в ней,,
«примучивая» пруссов и литовцев «ко христианству»,
как выражается одна русская летопись. Гроссмейстером,
т. е. главой этого «ордена», был курфюрст браденбургский Альбрехт. Этот князь, учтя политические выгоды
лютеранской организации церкви, произвел секуляриза­
цию земель тевтонского ордена, т. е., объявив себя нас­
ледственным герцогом прусским, превратил Пруссию тем
самым 'Из церковного владения в светское/ Здесь рефор­
мация, в отличие от остальной Германии, произошла не
в результате массовых движений, — крестьянского вос­
стания в Пруссии не было, — а в результате развития
дворянско-крепостнического государства, интересам ко­
торого содействовала лютеранская идеология и централи­
зованная в руках курфюрста власть. Впоследствии имен­
но здесь, в Пруссии, слившейся с этого времени с Бран­
денбургом, лютеранская поповщина стала наиболее на­
дежным союзником помещиков-крепостников и наиболее
тесно срослась с государственным аппаратом.
Примеру Бранденбурга-Пруссии вскоре последовал
и другой духовно-рыцарский орден — «орден меченос­
цев». Меченосцы занимались той же «работой», что и
тевтонцы, среди латышей и эстов. Эти рыцари захваты­
вали прибалтийские земли, обращая их население с по­
мощью христианства не столько в «рабов Христа», сколь­
ко в своих рабов. Гроссмейстеры меченосцев, барон Плет1 Что касается кальвинизма, то он, встретив противодействие со
стороны князей, особого распространения в Германии не получи/.
Только в некоторых рейнских городах создались общины его сторонников (так называемые реформаты).

W

тенберг, орудовавший в Лифляндии (ныне северная часть
Латвии и южная'часть Эстонии), и барон Кеттелер, сидев­
ший в Курляндии (ныне южная часть Латвии), тоже
объявили себя сторонниками лютеранской реформации,
вполне основательно учтя, что положение «главы церкви»
не только избавляет их от необходимости делиться дохо­
дами с далеким от них Римом, но и позволяет с еще боль. шим успехом извлекать их, а также воспитывать крестьян
в духе покорности и преданности. Сделано это было гросс­
мейстерами в полном согласии с интересами остальных
лифляндских и курляндских баронов, которые стали
теперь «пріщучивать» к лютеранству точно так же, как
незадолго до того «примучивали» кдатоличеству. Такова
же была судьба и Эстляндии.
Что касается Финляндии, то она входила тогда в
состав Швеции. В Швеции в начале XVI века шла, как и
в Германии, борьба между дворянством и духовными фео­
далами. Те же причины, которые привели к упадку эко­
номического значения Германии, привели и к упадку
торговли Швеции на Балтийском море (Гаиза). Отсюда
и в Швеции возникли стремления к секуляризации,
с одной стороны, крестьянские восстания — с другой.
В интересах шведского дворянства было направить кре­
стьянское движение против католических попов, во-пер­
вых, и против господства датского короля, хозяйничав­
шего в то время в Швеции (Швеция была политически
объединена с Данией), во-вторых. Вождем восстания
шведских крестьян сделался некий Густав Ваза, дворя­
нин, обещавший массам свободу‘"политическую и рели­
гиозную. Он и его класс эту свободу понимали как сво­
боду от датских королей и попов, но конечно не как сво­
боду от дворянской эксплоатации. Лютеранская идеоло­
гия сыграла, как мы видим, в Швеции точь в точь ту же
роль, что и в Германии. Справившись с помощью кре­
стьян с датчанами, дворянство провозгласило Густава
Вазу ^пведским королем. -В 1§28 г. по его приказанию
земли**были отобраны от монастырей и католических по­
пов и переданы частью в казцу, частью дворянам. Лю-

теранское вероучение было объявлено обязательным для
•»"всех шведов, а король провозглашен главой церкви. И
здесь лютеранская «свобода» превратилась в свою диа­
лектическую противоположность. В отношении организа­
ции церковного управления в Швеции, по сравнению с
Германией, была допущена та особенность, что здесь
были сохранены упраздненные в Германии епископы.
Епископы явились промежуточной инстанцией в церков­
ной бюрократии между суперинтендентом и приходскими
попами.
Само собою разумеется, что вслед -за «введением/ лю­
теранства в Швеции оно было введено и во входившей
в состав тогдашнего шведского государства Финляндии.
Несколько позже, в середине X Y J века, лютеранство
было введено и в Дании, а также в соединенной с ней
Норвегии. Географический район распространения люте­
ранства^ охватил, таким образом, все страны, прилегаю­
щие к Балтийскому морю. При этом экономически и по­
литически сильнейшей из них была в то время Швеция.
Неудивительно поэтому, что, когда в 1 6 1 8 г. в Германии
снова началась война между князьями и и м п е р а т о р о м ,
причем воюющие стороны, как и в первый раз, прикрыва­
лись религиозными лозунгами лютеранства, с одной сто­
роны, и католичества — с другой (неприкрытая религи­
озными или национальными лозунгами война для эксплоататоров ведь невозможна), лютеранские князья, тесни­
мые рмператорскими войсками, вызвали на помощь «за­
щитника веры» — шведского короля Густава-Адольфа.
Он конечно немедленно явился на зов. Результатом вме­
шательства Швеции в эту так называемую тридцати­
летнюю войну (1 6 1 8 -1 6 4 8 г.) было не только торжество
лютеранства в Германии, но и торжество его в Швеции:
Швеция в награду за богоугодное дело отвоевала важное
для себя побереліье Балтийского моря (Померанию). За­
кончилась война Вестфальским миром, в отличие от А уг­
сбургского, допустившим лютеранскую религию и в, пре­
делах земель князей-католиков. Этим открывалась воз­
можность дальнейшего распространения лютеранства* в
Германии.

Тлава вторая

^

^ ^ Ю Т Е Р А Н С Г В О НА СЛУЖБЕ
КАПИТАЛИЗМА
^
« 1 ЮТЕРАНСКОЕ

ЗАПАДНЫХ
СТРАН

БОГОСЛОВИЕ

f>

'
предыдущем изложении мы видели, что лютеранство, как религиозно-политическая доктрина, включает в
себя два момента: 1) учение о личном оправдании верой
и 2) учение об авторитете церкви и о греховности разума.
Это кажущееся противоречие лютеранства было, как мы
установили, в действительности отражением тех диалек­
тических противоречий, которые характеризуют борьбу
торгового капитала против феодализма. Дальнейшая ис­
тория лютеранства является развитием в нем и первого и
второго момента. Вот почему в лютеранском богословии
нет единства руководящих взглядов, как например в бого- і
словии католическом, а наблюдается целый ряд течений,
которые в основном сводятся к двум: ортодоксальному |
и так называемому «либеральному».
Ортодоксальное направление состоит в безоговороч­
ном признании авторитета Библии, «формулы согласия»
и того, чему учит официальная лютеранская церковь в
ее вероисповеданиях, т. е. Лютерова катехизиса и по­
становлений церковных съездов (синодов). Индивидуаль- ная вера заключается, по учению ортодоксов, или, как
их обычно называют, «положительных богословов», в том,
что проповедуемое церковью учение становится «как бы
продуктом собственного убеждения верующего индиви­
дуума» (Щ бель) . 1
1 К ю б ѳ л ь. О позитивном и либеральном направлении в бого­
словии. Мюнхен 1893 (немецкое издание).

40

Критическое отношение к Библии в целом не допус­
кается, однако разрешается критика отдельных частей ее,
в согласии с высказанным Лютером положением: «Слово
божие— в писании, но не все писание — слово божие»;
при этом судить о том, что в писании, «слово божие»
и что нет — дело не каждого верующего, а лишь самой
церкви. В соответствии с этим ортодоксальное лютеран­
ство стоит на точке зрения необходимости твердой орга­
низации церкви, а отсюда — оно целиком„ поддержи­
вает лютеранский тезис о связи церкви с государством
и о монархе, как ее главе.
Это направление было преобладающим, почти единст­
венным в лютеранском богословии в X V II и большей ча­
сти X V III века. Оно вполне соответствовало интересам
помещичьих государств, образовавшихся на территории
Германии в результате развала империи. Поэтому неуди­
вительно, что свое наиболее полное завершение оно полу­
чило в крупнейшем из них, в Пруссии.
Но на ряду с ортодоксальным направлением мы еще
в X V II веке встречаемся с своеобразной оппозицией ему
со стороны пиетизма, проповедывавшегося пастором
Шпенером. Пиетизмом называется требование личного
«благочестия», не удовлетворяющегося совершением того,
чего требует церковь, и теми формами общения, которые
она предоставляет. Шпенер обличал современное ему лю­
теранство в «фарисействе», называя своих сотовариіцейнопов «волками в овечьей шкуре». Шпенер требовал
благочестивых дел, а не внешней только связи с цер­
ковью. Пиетизм X V II века конечно очень далек от раци­
оналистической критики богословия, •легшей в основу
так называемого «либерального» течения. Он отражал
пассивный протест крестьянства и мелкой буржуазии
эпохи раннего капитализма и не пошел дальше органи­
зации «коллегий благочестия» и «библейских школ», для
бедных, имевших сектантский* характер. Тем не менее
пиетизм и его «основатель» Шпенер подверглись осужде­
нию и гонению со стороны лютеранской церкви и отдель­
ных германских государств, встревоженных успехом
пиетизма и Шпенеровских проповедей в массах.

Интересно отметить, что если во времена Лютера дог­
мат оправдания верой служил средством идеологической
борьбы масс против феодального угнетения римской
церкви, учившей «добрым делам», то с установлением
господства торгового капитала протест против него при­
нимает идейную форму пиетизма, т. е. учения о недоста­
точности «веры» и необходимости «благочестия», являю­
щегося в сущности возобновлением католического уче­
ния о «добрых делах»; лютеранский же догмат стал своей
противоположностью: из средства борьбы он стал средст­
вом угнетения.
Б дальнейшем- пиетизм лег в основу учения некото­
рых сект: баптистов и методистов.
Совсем другой характер носит так называемое «либе­
ральное» лютеранское богословие, народившееся в самом
конце XVIII века. Наиболее ярким его выразителем и ос­
новоположником был Шлейермахер, современник Канта
и Гегеля, этих двух гигантов идеалистической филосо­
фии. По учению Шлейермахера «религия есть чувство
и вкус к бесконечному. Это — жизнь в бесконечной при­
роде, жизнь, которая все видит в боге и бога во всем. Она
есть непосредственное восприятие бытия и вообще всего
конечного в бесконечном и всего временного в вечном».1
Такое мировоззрение очень близко к пантеизму («всебожию»). Здесь, как мы видим, и речи нет о без­
условном авторитете библейского текста. Но критика
Библии и здесь отнюдь не переходит в критику религии.
Если философские системы Канта и Гегеля превращают
философию в религию, то Шлейермахер пытается прев­
ратить религию в философию, обосновав христианство
рационалистическими— «разумными»— доводами. Это на­
ходится в формальном противоречии с Лютеровским из­
речением о разуме как блуднице дьявола, но не проти­
воречит ему по существу, так как Шлейермахер, — и в
этом он с Лютером сходится и формально, — утвержда­
ет лютеранский же тезис о том, что истинная религия
1Шлейермахер.
издание).

Речи о религии к образованным (иемецкоо

заключается в индивидуальной вере. Критикуя библей­
ские тексты, Шлейермахер, а вслед за ним и вся либераль­
ная школа, критикует их для того, чтобы истолковать
эти тексты в наиболее приемлемом для «образованных»
смысле. «Образованные» эпохи Шлейермахера — это
буржуазия, частично дворянство; эпоха Шлейермахера—
эпоха зарождающегося промышленного капитала, эпо­
ха Великой французской революции. Именно к ним и ад­
ресуется Шлейермахер, как видно из названия его книги.
Шлейермахер далее пишет: «Церковь — не в храме, где
н ер а зу м н а я толпа (курсив мой. Л . Б .) поет свои хоралы,
а в свободных тайниках духа». Итак, «неразумной тол­
пе» — хоралы, а свободным «образованным» — подчи­
щенная и приведенная в согласие с философией Канта и
Гегеля религия. На данном историческом этапе (Шлейер­
махер. выпустил свою книгу в 1799 г.) такая установка
отражала, с одной стороны, реакционные настроения
«образованных» дворян, дрожавших перед французской
революцией и требовавших для «неразумной толпы» ре­
лигиозного ярма, с другой — «образованной» буржуазии,
■бессильной, искавшей утешения в религии, но требовав­
шей для себя такой религии, которая не находилась бы
в бьющем в глаза противоречии с данными растущих в
связи с развитием промышленного капитализма техники
и науки. Богоискательство тогдашней германской бур­
жуазии подтверждается сл ов ам современника, истори­
ка лютеранской церкви, Гислера:1 «В те времена глубо­
кого унижения, тяжкого ига (речь идет о Наполео­
новском завоевании Германии) и постоянной опасности
многие, ни в чем не видя помощи на земле, возводили
свои взоры к небу и искали утешения только в вере». К
Шлейермахеровской религии, как вышедшей из недр кан­
тианства, вполне применима данная Марксом характери­
стика последнего: «Кант удовлетворился чистой доброй
волей, перенеся гармонию между ней и потребностями
человека в потусторонний мир. (То ж е сделал и Шлейер1 Г п с л е р.
издание).

У чебник церковной истории. T. V, стр. 7 (немецкое
43

махер. 'Л. Б .) Это вполне соответствует бессилию и нич­
тожеству немецких буржуа» (М аркс и Э н гельс. Святой
Макс).
Выросший из учения Шлейермахера богословский
либерализм вскоре пригодился буржуазии не только «для
себя», а и для экспдоатируемых ею рабочих масс. Но во
времена Шлейермахера, как и вообще в первой половине
XIX века, народные массы еще кормили самой отборной
«ортодоксией»; «хоралов» было пока что еще достаточно,
чтобы депжать их в повиновении, тем более что за этими
хоралами стоял фельдфебель прусского короля Фридриха
Вильгельма Ш , который издал в 1 8 2 1 г. особый утвержден­
ный им богослужебный сборник хоралов (Agenda). Ко­
ролевская установка XIX века несколько отличается не
только от «либерального богословия», но и от «либераль­
ной» тактики прусского короля XVIII века Фридриха II,
который хотя был того мнения, что «каждый может до­
стигнуть блаженства на свой лад» (ein jeder mag nach
seiner Manier' selig werden), но самое «достижение бла­
женства» считал, в полном согласии с Кантом, обяза­
тельным для трудящихся.
Либеральное богословие пышным цветом расцвело в
Германии в середине и конце X IX века, т. е. тогда, когда
буржуазии нужно было пересмотреть свою тактику по
отношению к выросшему количественно и качественно
пролетариату. Этому ее научил 1848 год. Грамотных ра­
бочих и грамотных крестьян (а промышленному капи­
талу нужна грамотная рабочая сила, хотя она же и ме­
шает ем у ,— в этом одно из противоречий капитализма)
держать в узде только с помощью «хоралов» стало
невозможно. Лакействующая поповщина в лице своих
наиболее талантливых представителей немедленно оказа­
ла промышленной буржуазии требуемую услугу. Про­
фессора Тюбингенского университета Бауер, Давид
Штраус и ряд других углубляют и развивают «филосо­
фто» Шлейермахера. Бауер, глава так называемой
ист орико-крит ической группы либеральной, или, как ее
чаще называют по месту ее создания, Т ю б и н ген ско й ш ко­
лы , доказывал (в 1854 г.), что дело не во внешних фак­
АА

Î ________________________________________________________

' ______

тах истории .христианства, а в основной его идее. «Эта

идея, будучи в весьма несовершенной форме, выражен­

ной в раннем христианстве, получила наиболее полное

выражение в лютеранстве, которое, отрицая незыбле­
мость догматов, обеспечивает тем самым их дальнейшее
совершенствование». Таким образом, но учению Бауера,
дело не в силе авторитета церкви, а в личной вере. Этим,
в противовес ортодоксам, на первый план выдвигается
основное положение лютеранства, а столь нужная бур­
жуазии формальная эволюция религии («совершенство­
вание») возводится в принцип.
Давид Штраус, выпустивший ещ е-в 1835 г. книгу
«Жизнь Иисуса», отрицая евангельские чудеса и устра­
нив из евангельской биографии Иисуса все явно не­
правдоподобное, доказывал, что история Христа (безраз­
лично, действительно жившего или вымышленного) есть
«идеальный путь всего человечества». Как видим,
Штраус, расходясь с нашим современником Артуром
Древсом по вопросу о происхождении мифа е Христе,
сходится с ним в поповских выводах.
Книга Штрауса, признаваемого главой миф ологиче­
ской группы Тюбингенской школы, наделала в свое время
немало шума. Это был однако лишь спор о тактике. Во
времена Штрауса необходимость подчинения христиан­
ства не дошла еще до сознания всей буржуазии, в осо­
бенности же критика Штрауса внушала сомнение прус­
скому юнкерству (дворянству), все еще считавшему коро­
левский служебник более надежным средством воздей­
ствия на массы, чем либеральное богословие. Поэтому спор
между ортодоксами и «либералами» продолжался, явля­
ясь по существу спором между консервативным аграрным
и либеральным промышленным капитализмом. Опасаясь
возМ'ожности атеистических выводов при чересчур свобод­
ном обращении с Библией и находя вместе с тем незыб­
лемость догматики ортодоксального направления черес­
чур сближающей лютеранство с католичеством и потому
опасной для первого, ряд видных лютеранских богосло­
вов середины и конца X IX века (Шенкель, Ульман, Кюбель, Дорнер и др.) попытались примирить оба течения.
3

45

В результате получилась третья школа’ так называемого
посредствующего богословия (M itte lk ir c h e ), отражавшая
- примирение промышленного капитала с аграрным. При' мирить «противоположности» оказалось делом сравни­
тельно не трудным. Для этого было найдено два пути.
Первый заключался в следующем: допуская «свободу»
исследования религиозных форм и обрядов и отдельных
э мест библейского текста, «богословы посредники» требуют
сохранения в неприкосновенности авторитета веры по от­
ношению к содержанию религии и Библии в целом. Вто­
рой путь, избранный крупнейшим лютеранским бого­
словом конца X IX века Альбрехтом Ричль (Albrecht
Ritschl), был еще менее затейливым Ричль попросту
объявил, что веру со знанием вполне возможно прими­
рить, исходя из того убеждения, что религия и наука —
две совершенно различные и даже противоположные
области. Наука — область разума, религия — область
чувства, вернее, «самосуждения» (Selbstbeurteilung), по
подлинному выражению Ричля. Таким образом, Ричль и
его ученики, виднейшим из которых является Адольф
Гарнак, прижатые к стене наукой, «не возражают» про­
тив нее, но сохраняют монополию поповщины на этику,
т. е. на воспитание рабочих масс в нужном их хозяевам
направлении. Это и есть тот пересмотр тактики, на кото­
рый буржуазию толкнул рост революционного движения.
Можешь не верить библейским сказкам, можешь, пожа­
луй, не верить даже во Христа-человека, но ты должен
верить в Христа-бога, ты должен поступать согласно
правилам евангельской морали, — вот к чему сводится
новейшее лютеранское «этическое» богословие. Любо­
пытны мотивы Гарнака, котррые он приводит в объясне­
ние необходимости такой установки. Это «индиферентизм масс к религиозным вопросам».1 «Классовый враг
говорит классовую правду» — говорил в таких случаях
Ленин. Религиозный индиферентизм масс действительно
возрастал. Но Гарнак объяснял его не ростом револю­
ционного движения, не капиталистическими иротиворе1Гарнак.
еки а перевод).

Сущность

христианства. СПБ. 1907, стр. 218 (о тс­

«обрядным, поверхностным богослужением» и
«приближением церкви к государственной помощи». По­
этому верный слуга императорской буржуазии требует
«религии чувства», требует, чтобы охранка не афиширо­
вала своей близости к церкви на глазах у всех, требует
более тонкого подхода к трудящимся. Чиновники гер­
манской охранки и звездоносные попы из юнкерского
правительства Вильгельма II, правда, не оценили по за­
слугам тех возможностей, которыё перед ними открыва­
лись Ричлем и особенно Гарнаком, но их вполне оце­
нила буржуазия. Недаром Гарнак стал наиболее попу­
лярным попом, недаро» буржуазные бурши, учащиеся в
немецких университетах, целыми стадами ходили слу­
шать его лекции, недаром наконец он нашел многих по­
следователей (Эгиди, Вине и др.). Нашел он последова­
телей и среди социал-демократов. Немецкая пословица
говорит: «Gleich und Gleich gesellt sich gern». «Рыбак
рыбака видит издалека» — вот точный, хотя и не бук­
вальный перевод этой пословицы. Проводники буржуазно­
го влияния на пролетариат подали друг другу" руки. Со­
циал-демократы воспевали Гарнака и попов его школы, а
последние — социал-демократов, как носителей «внутрен­
ней» морали и «христианского социализма». Кукушка
хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку. Но оба они,
и социал-демократическая кукушка и'поповский петух,
пели песни, продиктованные им их хозяином, который
этими песнями надеялся убаюкать бдительность рабочих
перед затеваемой империалистической бойней.
Диалектический круг лютеранских «противоречий»
замкнулся.
четям и, а

* I Ю Т Е Р А Н СТВО
И

НА С Л У Ж Б Е П Р У С С К О Й

ГЕРМ АН СКОЙ

М О Н А РХ И И

М и видели, что прусское государство XVIII и XIX
века, а затем Германская империя стояли на точке зре­
ния ортодоксального богословия. Вплоть до самой герман­
ской революции 1918 г. ортодоксия была официальным
47

учением лютеранской церкви, поощряемым государством
помещиков. Это конечно сказалось и на организации лю­
теранской церкви в Германии. Лютеровы принципы со­
хранились здесь в полной силе. Они нашли свое наиболее
полное завершение в учении философов XVIII века—■
Лейбница и особенно Томазия. "Последний, не довольству­
ясь Лютеровым учением о монархе, как о главе церкви,
пошел еще дальше: в системе Томазия государство есть
источник церковной власти, почему церковное управле­
ние должно рассматриваться как часть государственной
власти. Классовая сущность церкви выступает здесь еще
отчетливей. Не с личностью монарха связывает ее Томазий, а с государством. В соответствии с этим во всех гер­
манских государствах, в том числе и в Пруссйи, были ор­
ганизованы свои местные лютеранские церкви (Landes­
kirchen), находившиеся в управлении назначавшихся
правительством суперинтендентов.
Правительство Пруссии интересовалось отнюдь не
только личным составом пасторов, которые, будучи госу­
дарственными чиновниками, обязаны были выполнять все
функции как пропаганды, так и сыска. Правительство
-всемерно'пользовалось, по выражению Гарнака (у. с.,
стр. 2 1 9 ), «церковью как средством сохранения государ­
ственного строя». Для этого мало было вымуштровать ар­
мию попов, надо было их еще и инструктировать. Это
стремление в точности регламентировать самое содержа' ние деятельности церкви проявилось еще в 1817 г. в и з­
дании уж е упоминавшегося богослужебного сборника ко­
роля Фридриха Вильгельма III, составленного по его лич­
ным указаниям. Оно же оказалось в неудавшейся на
практике попытке путем королевского указа объедине­
ния (унии) лютеранской церкви с реформатской (кальвинистической) и привело, наконец, в 1871 г. к полной
централизации церковного управления в руках прави­
тельства. Было учреждено особое министерство, ведавшее
церковными делами (Kultusministerium). Все члены как
высшего церковного совета, так и подчиненных ему про­
винциальных консисторий назначались правительством.
Ни одно церковное постановление ие могло быть обнаро$8

*

довано без согласия министра. В том ж е законе 1876 г.
категорически заявлялось: «Король есть носитель цер­
ковной власти, он издает церковные законы, созывает и
открывает генеральные синоды (съезды) и назначает су­
перинтендентов». Хотя эта бюрократизация и централи­
зация церковного управления и находилась в противоре­
чии с поддерживавшимися буржуазией принципами «ли­
берального» богословия, она все же не вызывала с ее сто­
роны возражений.
Дело в том, что в вопросы догматики церковный аппа­
рат вмешивался сравнительно, особенно в конце X IX в.,
мало, «либерализм», как уж е отмечено, терпелся, а
централизация и объединение церкви (которая стала в
Пруссии после формальной унии лютеранства с кальви­
низмом называться «евангелической») соответствовали
выдвинутой той же буржуазией лозунгу территориаль­
ного объединения Германии, осуществившегося в 1871 г.
под главенствомТІруссии.
Следует также иметь в виду, что по мере роста гер­
манского империализма и связанного с ним милитаризма
на лютеранскую поповщину легла особо важная для бур­
жуазии задача по пропаганде «слова божия» в войсках
и в колониях, а здесь требовались конечно централизация
и субординация. Таким образом, налицо оказался своего
рода «компромисс». Внутренная политика империали­
стической буржуазии требовала «либерального» лютеран­
ства для воздействия на рабочих. Внешняя его политика
требовала, не расходясь в этом с юпкерством,“централи­
зации церкви и единства ее учения. Лютеранская попов­
щина сумела сделать и то, и другое. Пасторы, окончив­
шие курс «наук» богословского факультета, — а они су­
ществуют при всех немецких университетах, — и слуша­
вшие там «либеральных» профессоров, попадая, на хлеб­
ные места военных проповедников, забывали свей «либе­
рализм», снова вспоминая его при назначении в при­
ходы фабрично-заводских центров. При этом в деле про- .
паганды монархизма, шовинизма и милитаризма люте­
ранская церковь без различия направлений всегда на­
ходилась на нужной для ее хозяев высоте.
4

Л. Брандт

49

Еще во времена, Бисмарка, в 60-х— 70-х гг., когда этот
прусский, а затем и общегерманский министр вел так на­
зываемый Kulturkampf («культурную борьбу») против
католицизма, представившегося ему в силу своего «не не­
мецкого» характера не соответствующим интересам объ­
единения Германии; лютеранство всех толков ему в этом
посильно помогало. Это было нетрудно: так как в арсенале
Лютера сохранилось немало отборнейших ругательств по
адресу папы и католицизма. Они неожиданно снова при- годились и были широко использованы особым лютеран­
ским шовинистически-погромным союзом, называвшимся
союзом имени Густава-Адольфа, упоминавшегося нами
в предыдущей главе шведского короля — «защитника
лютеранства». Но оппозиция католической буржуазии
Баварии, которая убедилась в выгодности объединения
с Пруссией, прекратилась, единство Германии было уста­
новлено, по выражению того же Бисмарка, «железом и
кровью», и культуркампф окончился.
Затем лютеранство вплотную занялось выполнением
очередного заказа: миссионерской работой в германских
колониях в Африке, которые стали захваты вался в пос­
ледних двух десятилетиях XIX века. Но Африкой не
ограничивался район деятельности лютеранских миссио­
неров; они вели работу в Австралии, в Азии (в частности
в Китае), не оставляли без своего внимания и мусуль­
манские страны, как Турция, Персия, Афганистан. Если
в захваченных уж е колониях Африки лютеранские попы
содействовали укреплению в них германского империа­
лизма, то в Китае и в мусульманских странах ими ве­
лась подготовительная работа для внедрения туда хищ­
нического германского капитализма. О размахе этой ра­
боты можно судить по докладу, сделанному на IV гене­
ральном синоде (съезде) лютеранской церкви в 1898 г.
К этому времени «немецкая миссия» располагала 690
миссионерами, 65 миссионерками и 4534 помощниками
/миссионеров. Число «обращенных» этой кликой в люте­
ранство мусульман и «язычников» достигало 303 422
человек. Кроме того 68 168 человек обучались в особых
миссионерских школах Солидны были и финансы, кото60

$
рыми располагали эти божьи слуги. При годовом доходе
в з 657 827 марок миссия понесла расходов на 4 777 648
марок. Дефицит был конечно покрыт благочестивыми
жертвователями, заинтересованными в успехе колониаль­
ного разбоя. При всем том миссионеры жаловались, что
им мешают работать.. . католические попы. Неизбежный
спутник капитализма — конкуренция — сказывается и ъ
этой области.
Лютеранские миссионеры не ограничились однако ра­
ботой в колониях. Они занимались еще так называемой
«евангелизацией», т. е. пропагандой лютеранства в като­
лических и православных странах. Эти страны выбира­
лись опять-таки отнюдь не по личному вкусу миссионе­
ров: выбор их диктовался географической экспансией
германского империализма. В самом деле, «евангелизация» коснулась Сербии, Румынии, Болгарии и госу­
дарств латинской Америки. Первые три страны лежат на
пути Берлин — Багдад, этой столбовой дороге герман­
ского империализма; латинская Америка — район вывоза
германских промышленных изделий.
. Но более крупные «подвиги» совершила лютеран­
ская поповщина в деле милитаризма. В каждом полку
был конечно пастор, выхвалявший кайзера, бога іг «не­
мецкий дух». Эти пасторы, неплохо работавшие для под­
готовки империалистической бойни, превзошли самих
себя, когда она началась. Прежде всего было выпущено
необозримое количество военно-религиозной литературы
как периодической, так w книжек, листовок и брошюр.
Лютеранские попы, начиная от самых либеральных и
кончая самыми ортодоксальными, буквально соревнова­
лись в безудержной проповеди убийства и раболепства
перед Вильгельмом II. В этом соревновании приняли
участие все: от сельского пастора до придворного пропо­
ведника, от молодого «кандидата богословия» до убелен­
ного сединами «профессора». Во время войны со всей
ясностью обнаружилось, что спор между двумя богослс®*скими школами был лишь спором о тактике. Выше мы
сравнивали тактику «либеральных» богословов с такти­
кой социал-демократии. Это сравнение можно провести
*

*-

ф

.

и дальше. Если социал-демократы, как и весь I I Интер­
национал, были по выражению Каутского «инструмен­
том мирного времени», то таким -'же «инструментом»
была и «либеральная» поповщина. Подобно социал-демо­
кратии и она проповедывала войну ничуть не хуже по­
повщины нелиберальнойГЭтого требовал их общий с со­
циал-демократией хозяин.
Чтобы не быть голословным, приведем несколько ти­
пичных примеров военных поучений пасторов, заимствуя
их из работы Кандидова «Церковный фронт в годы ми­
ровой войны».
Один из берлинских проповедников, пастор Фриц Филиппи, произнес следующую речь:
«О.полным правом можем мы повторить слова князя
мира: не мир послан я принести людям, а меч. Подоб­
но тому,-как всемогущий отдал своего сына на распятие
для искупления человечества, так и Германия ныне дол­
жна распять человечество для общего спасения людей».
Лейпцигский пастор Цебель проповедывал:
«Глубокое сознание нашей миссии позволяет нам ра­
доваться и считать себя удовлетворенными, с сердцем
полной благодарности небу в те минуты, когда наши ору­
дия несут смерть детям сатаны и когда наши чудесные
подводные лодки, являясь орудием божественного воз­
мездия, посылают на дно моря тысячу подданных неиз­
бранных народов. Мы должны уничтожить врагов всеми
средствами, которые находятся в нашем распоряжении,
их страдания должны доставлять нам большое удоволь­
ствие, их отчаянные крики не должны заставлять вол­
новаться германские сердца. Не нужно входить в какиелибо компромиссы с адом и соглашаться на какое-либо
милосердие к слугам сатаны».
Пастор Р. Зееберг говорил:
«Христос, сказал: любите врагов ваших. И мы, немцы»
остались верны его заповеди. Мы любим наших врагов
всей душой. Но наша любовь проявляется именно в том,
,что мы убиваем их, причиняем боль и страдание, втор­
гаемся в их землю, в их дома. Германия любит другие
62

народы и именно потому, ради их же собственной пбльзы,
так больно бичует их».

Духовник императора Вильгельма, Дриандер, в одной
из своих речей германским солдатам заявил:
«Я говорю с вами от имени кайзера, который является
не только верховным владыкой, но и первосвященником
нашей евангельской церкви: милитаризм, столь жестоко
хулимый нашими недругами, есть живое воплощение хри­
стианства, подлинное подражание Христу».
Пон Келер в книге «Война перед судом христианской
совести» писал:
«Любо глядеть, как со свистом меч вылетает из ножен.
Добрый немецкий меч, никогда еще не оскверненный,
победоносный, могучий, сам господь вложил тебя в наши
руки; мы обнимаем тебя... как невесту».
Солдатам рекомендовали следующую молитву:
«Пусть будет скуден хлеб воина, но ты сам. посей
смерть и горе среди-наших врагов. Прости в милосердии
и долготерпении своем каждую пулю и каждый удар, не
попавшие в цель. Не введи нас во искушение, усмиряя
наш гнев при исполнении твоего божественного приго­
вора, Освободи нас и наших союзников от адского врага и
его помощников на земле. Твое царствие — Германия.
Дй поможет нам стальная десница достигнуть подвига и
славы». Наконец сам Вильгелем II, глава лютеранской
церкви, в одном из приказов по £рмии писал:
«Солдаты! Помните, что вы избранный народ.
Дух божий сошел на меня, так как я император гер­
манцев. Я являюсь орудием всемогущего. Я — его меч и
его воля. Уничтожение и смерть всем, кто противится
моей воле. Уничтожение и смерть всем, кто не верит
в мою божественную миссию. Да погибнут все враги гер­
манского народа. Бог требует их уничтожения. Бог, ве­
щающий через меня, приказывает вам исполнить его свя­
тую волю».
Думается, что приведенных примеров достаточно.
Однако вещавший через Вильгельма лютеранской бог
не помог. Поповская работа оказалась бесполезной. Война
привела в обратным результатам: к падению религиозно­

сти, к росту безбожия среди немецких солдат и пролета­
риев. Произошла революция 9 ноября, поповщине приш­
лось прекратить пропаганду империалистической бойни.
Перед ней была поставлена новая, еще более серьезная
задача — борьба с пролетарской революцией. Этого тре­
бовала буржуазия, создавшая республику Эберта и
Гинденбурга.

Л

Ю Т Е Р А Н С Т В О НА С Л У Ж Б Е
БУ РЖ У А ЗН О Й

РЕСПУ БЛИ КИ

О с н о в н а я задача, стоящая перед современным люте­
ранством в Германии, — это защита Гинденбургской рес­
публики путем борьбы с пролетарской революцией. Эту
задачу оно стало выполнять с первых же дней Герман­
ской республики, приняв деятельнейшее участие в по­
давлении Спартаковского восстания в январе 1919 г. и
пропагандируя в церквах богоустановленность респуб­
лики с неменыпим усердием, чем это делалось незадолго
до того по отношению к монархии.
Но в дальнейшем, в связи с ростом пролетарской
революции и кризисом послевоенного капитализма и
особенно резкого проявления его в придушенной Версаль­
ским договором, сперва Дауэсовским, а затем Юнговским
планом Германии, и лютеранство стало переживать кри­
зисе. Кризис лютеранства сказался прежде всего в массо­
вом выходе рабочих из лютеранской церкви. Приводим
заимствованную из работы Шейнмана «Политическая
роль современных религий» табличку выхода из церквей.
Из лю теранской ц ер к в и

1919 г. . ...................
1920 » . . . . . . . .
1921 ■» . . . . . . . .
1922 » ........................
1923 » . . ................
1924 » ......................
1925 » . . . . . . . .
1926 » . . . . . . . .
1927 »

.................

Всего . ,
64

329 778 чел.
305 584 »
246 075 »
149709 »
111 866 »
68341
»
131739 »
180 772 »
250 100 »
1 673 964 чел.

ѴѴ-

Цз католической церкви

33 842 чел.
44 704 »
40447 »
24 500 »
18075 »
22 428 »
34 743 *
43 316 »
(сведений нет)
262 318 чел.

Итого почти два миллиона за 9 лет.
За годы нового подъема революционной волны
1928 — 1931 гг. рост безбожия конечно еще увеличился.
Число вышедших из церкви перешагнуло за два мил­
лиона, причем около 50°/0 из них организованы в союз
пролетарских свободомыслящих.
Почти все вышедшие из церкви — рабочие и кре­
стьяне. Наибольшее количество выходов зарегистриро­
вано. в Берлине, Гамбурге, Лейпциге — крупных проле­
тарских центрах. При оценке приведенных цифр следует
иметь в виду, что выход из церкви в Германии не
является просто фактическим разрывом с религиозными
предрассудками, а обставлен юридическими формально­
стями: требуется письменное заявление об этом выходе
в соответствующее учреждение (так называемый Standes­
amt) и уплата довольно обременительных для рабочего
бюджета пошлин. Несомненно, что ф акт ический выхо'Д из
лютеранства еще выше, чем зарегистрированный офици­
альной статистикой выход юридический.
Далее, анализ этих цифр показывает, что развал лютеpaffCTBa идет, сравнительно с развалом католичества,
более быстрыми темпами. Католическое население соста­
вляет около 32°/о всего населения Германии, в то время
как процент вышедших из церкви католиков составляет
около 18 по отношению ко всем порвавшим с религией.
При таких условиях не приходится удивляться тому,
что возглавляемое социал-демократом Брауном прусское
правительство еще в 1929 г. заключило конкордат с Вати­
каном, тогда как конкордат с лютеранской церковью
после долгих предварительных обсуждений заключен
лишь в 1931 г. Социал-демократический приказчик
капитала добросовестно выполняет данный ему наказ.
Конкордат был заключен в первую очередь с Ватика­
ном,-так как к этому времени руководящая контррево­
люционная роль католической церкви вполне определи­
лась и она показала себя в Германии более устойчивой
по отношению к революционному натиску, чем люте­
ранская.
Но вместе с тем германский капитализм отнюдь не

намерен отказаться и от услуг лютеранской поповщины,
требуя от нее лишь более успешной работы. Это снова
заставило лютеранство призадуматься над своей такти­
кой и организационной структурой. Последнее тем более
было необходимо, что в результате германской револю­
ции лютеранская церковь оказалась фомально отделен­
ной от государства, хотя и продолжала получать от него
весьма значительные субсидии. Правда, лютеранские
попы считали их недостаточными. Так, на поповском
съезде в Кельне в сентябре 1 9 3 0 г. председатель его
пастор Вольф, отмечая «огромный отлив от церкви и
растущую вражду к ней», выразил сожаление, что госу­
дарство «не оказывает "церкви помощи в той мере, как
это нужно» («Кельнише. Цейтунг» от 2 9 сентября 1 9 3 0 г.
№ 5 3 3 ). Для того чтобы получить эту поддержку, нужно
было однако сперва сорганизоваться. Между тем с рас­
падением Гогенцоллерновской монархии распалось и
единство лютеранской церкви. Имеются отдельные церкви
в отдельных странах (Landeskirchen), причем в пределах
Пруссии опять оказался целый ряд церквей различных
направлений.
Довоенные «либералы», «посредствующие» и «поло­
жительные» богословы (ортодоксы) снова появились на
арене. Лишь на генеральном синоде, происходив­
шем в апреле 1 9 3 1 г. в Берлине, попам удалось сгово­
риться между собой. Организовавшись снова в «еванге­
лическую унию» под руководством генерал-суперинтен­
дента попа Дибелиуса, генеральный синод принял боль­
шинством 166 против 4 7 проект конкордата; против голо­
совали либералы, возражавшие против подчинения бого­
словских факультетов церкви. Этот проект утвержден
прусским правительством И мая 1 9 3 1 г. Главнейшие
пункты конкордата сводятся к следующему. Социал-де­
мократическое правительство обязуется оказывать люте­
ранским (евангелическим) церквам Пруссии законную за ­
щиту. Этот пункт, если учесть, что лютеранская попов­
щина может нуждаться в защите только от рабочих,
весьма характерен для социал-фашистов. Не менее
характерен п. 5 конкордата: поповщина получает еже­
Ш

годно 4 950 000 марок в безотчетное распоряжение. Для
оценки этого следует вспомнить, что то же социалдемократическое правительство не нашло ни пфеннига
для помощи безработным. Далее, лютеранская церковь
выговорила себе право выбора своих руководителей,—ми­
нистерству предоставлена лишь возможность отвода кан­
дидатов; все законопроекты, касающиеся церкви, должны
с ней предварительно согласовываться. Таким образом, и
лютеранство наконец наравне с католичеством заслужило
полное доверие буржуазии. Мы сейчас убедимся в его
стараниях в этом направлении.
Лютеранская церковь отлично поняла, что буржуазия
требует от нее усиленной работы. На апрельском синоде
1 9 3 1 г. общее мнение выразил его председатель Дибелиус,
призвавший всех^членов синода усилить и углубить пропо­
ведь Евангелия, «тем более необходимую, что как внеш­
няя, так и внутренняя нужда немецкого народа очень
велика, что растет безработица, с каждым днем уси л и ­
вается штурм организованного безбожия («Der Ansturm
der organisierten Gottlosigkeit» «Франкфуртер Цейтунг»
от 24 апреля 193х1 г., № 3 0 0 ). Те же соображения на раз­
ные лады повторяются на всевозможных съездах, конфе­
ренциях и докладах лютеранских попов. Небезынтересны
прения, развернувшиеся по вопросам о задачах лютеран­
ской церкви на «церковно-социальном» съезде в Берлине
в октябре 1 9 3 0 г. Здесь сделал доклад не кто иной, как
проф. Аугаген, бывший в течение ряда лет сотрудником
германского посольства в СССР. Ученый профессор в
продолжение двух часов пугал попов ужасами «крайно­
стей марксизма сталинской окраски» (marxistischer
Extremismus stalinscher Färbung). Дело церкви «осо-.
знать проистекающую отсюда для всей западной куль­
туры опасность и мобилизовать противодействие прони­
кновению большевистской этики в Германию». Потому
лютеранство должно стать «оживляющей, обновляющей
человека церковью». Призывы профессора были не нап­
расны. Попы единогласно сошлись на том, что церковь
должна воспитать в рабочих «волю к христианской само­
помощи» (christliche Selbsthilfe) и в_ целях «ослабления

кризиса ироповедывать «бережливость и простоту жизни
по примеру идеальных образов Евангелия» («Кельнише
Цейтунг» от 24 октября 1931 г., № 584).
Той же активности в деле борьбы с революцией тре­
бует от лютеранской церкви и «народная партия», ее
фактический руководитель. «Народной» называется в
Германии партия тяжелой промышленности и финансо­
вого капитала, партия б. рейхсканцелера Лютера, Штреземана и Курциуса. В особой декларации под заглавием
«Боевые цели немецкой народной партии» («Kampfziele
der Volkspartei»), опубликованной в партийной газете
«Кельнише Цейтунг» от 20 апреля 1931 г. № 213, напеча­
тано: «Мы требуем государственной защиты церкви;. .
Все, что угрожает христианской культуре, коммунизм,
безбожие и чрезм ерно (!?) материалистическое мировоз­
зрение встретит с нашей стороны враждебный отпор. Мы
должны вести борьбу против этой грязи и мерзости
(Schmutz und Schund)». В пояснение к декларации
вождь партии Дингельдей заявил, что он требует в част­
ности «от лютеранской церкви активной борьбы с комму-,
нистической пропагандой». Эти слова присутствующие
капиталисты и попы покрыли, как говорит газетный
отчет, бурей аплодисментов.
Такова целевая установка лютеранской церкви. Если
мы ее сопоставим с погромными заветами Лютера, клас­
совый смысл ее выступит еще более отчетливо. Заду­
шить пролетарскую революцию — таков лозунг , люте­
ранства.
Перейдем к вопросам тактики. Здесь мы видим какбудто некоторое расхождение. По крайней мере на первый
взгляд может показаться, что расхождение налицо. Часть
лютеранских попов (из «либерального» лагеря) пропове­
дует «мирное внедрение Евангелия» в рабочие массы; это
сторонники так называемого «христианского социализ­
ма». Эти попы — во главе их стоит франкфуртский бого­
слов профессор Тиллих — утверждают, что «между социа­
листическим и лютеранским мировоззрением разницы
нет. И то, и-другое возникло на почве неудовлетворен­
ности трудящимися их положением», оба «критически»
68

^

относятся к существующим условиям жизни на земле,
оба стремятся «утешить» надеждой на лучшее будущее.
Это — яркий пример лютеранской мимикрии, попытки
подчинить массы своему влиянию путём самого наглого
обмана и спекуляции словом. «социализм». Это то, что
сближает попов с социал-демократами. Еще более поучи- тельны рассуждения ученого ханжи на конференции лю­
теранских попов в Дортмунде 8 октября 1930 г. Здесь
Тиллих, с грустью констатируя, что среди молодежи,
особенно рабочей, безбожие растет не по дням, а по ча­
сам, рекомендовал приспособить Евангелие к интересам
учащихся, внедряя в и х 1сознание не столько евангель­
ские рассказы, сколько евангельскую мораль. Что же
предлагает социал-демократический профессор богосло­
вия? Он рекомендует внушать рабочей молодежи мысль,
что «человек, овладевающий машинной техникой, тем са'мым подчиняет себе дьявола», и что «развитие техники
ведет к установлению царства божия на земле. Необхо­
димо религиозно осмыслить содержание технического
процесса, чтобы избежать оскудения рабочей души». Эти
не слишком вразумительные рассуждения вполне однако
выявляют ставку '«либерального» лютеранства на дея­
тельность в среде рабочих масс.
Как будто другой тактики' держатся богословы орто>
доксального. лагеря. Эти прямо ориентируются на фа­
шизм и пачками вступают в так называемую национал- —
социалистическую партию. Они не говорят сладких речей
о христианской морали и о борьбе с дьяволом, а без лиш­
них слов приступают к делу. Они организуют процессы
«о* богохульстве», тащат рабочих с помощью социал-полицейсЁих в тюрьмы и ведут неприкрытую погромную про­
паганду. В газетах и на конференциях, в церковных про­
поведях^ рейхстаге и ландтагах фашистская поповщина
требует запрещения союза пролетарских свободомысля­
щих, ареста его руководителей, разгона антирелигиозных
рабочих демонстраций и клевещет без конца. Так, поп
Вер (Wehr) из Саарбрюкена утверждает, что «Сталиным
дан лозунг об отмене церкви, брака и семьи» («Кельнише
Цейтунг» от 8 октября 1930 г., № 551); поп Гильберт от
59

имени всего лютеранского духовенства Саксонии в~ офи­
циальном послании («Лейпцигер Нахрихтен» от 22 марта
1931 г.) пишет: «Безбожники пропагандируют половой
разврат и бесстыдство» и призывает министра Вирта
(католика) стать на защиту лютеранства и разогнать
безбожные организации. Фашистские банды по призыву
религиозных наставников убивают безбожников, а суды
и полиция относится к убийцам с «христианским мило­
сердием».
Конечно, лютеранские попы не останавливаются на
полдороге. В едя1борьбу против революции в Германии,
они ведут ее и против мировой революции и в частности
ведут, хотя и без успеха, антисоветскую пропаганду. Мы
дзыше приводили примеры антисоветской клеветы пасто­
ров. Но клевета — это только цветочки. В наиболее за­
конченной форме тактику лютеранства по отношению
к СССР выразил поп Деринг, произнесший на митинге
в Берлине в Винтергартене 23 февраля 1930 г. следую­
щую речь: «Если перед лицом чудовищной трагедии,
разыгрывающейся в России, мы ограничимся вздохами
или протестами, мы не выполним нашего христианского
долга. Протесты — это пустое. Большевизму, как самому
яркому выражению антихриста, можно противопоставить
лиш ь. христианство, орудующее мечом. Пробил час для
воинствующего христианства — борьбу необходимо вести
радикальными мерами» («Germania» от 24 февраля
1930 г.). С такой откровенностью, как этот фашистский
поп, не говорил даже римский папа.
Такова тактика двух групп лютеранского духовенства.
Несмотря на кажущиеся противоречия, она едина. Подоб­
но тому, как социал-демократия, все бокее фашщррующ аяся, выполняет один и тот же социальный заказ, что
и фашисты, и лишь для отвода глаз с ними полемизирует,
так и лютеранская поповщина, единая в своей классовой
сущности; служит одними тем же целям, применяя, в за­
висимости от обстоятельств то одни, то другие тактиче­
ские приемы. Самые же споры о тактике имеют задачей
дезориентировать рабочий класс. Мы видели, что это пло­
хо удается. Все проделки как фашистской, так и социал#0

демократической поповщины беспощадно разоблачаются
компартией и Союзом пролетарски^ свободомыслящих.
Карта лютеранской поповщины будет бита, как и карта
всякой другой.

Л

Ю ТЕРАНСТВО В САСШ
И

ЛИМ ИТРОФАХ

Л І ы естественно подробно остановились на истории
и сбвременной роли лютеранства в Германии. Здесь его
колыбель, здесь оно и посейчас сильнее, чем в Других
странах. Но необходимо вкратце ознакомиться с положе­
нием его и в других странах.
Оставляя- в стороне не представляющую особого ин­
тереса работу лютеранства в скандинавских странах —
Швеции, Норвегии и Дании, мы должны прежде всего
отметить, что за X IX век лютеранство сумело довольно
прочно угнездиться в САСШ. Здесь лютеран насчиты­
вается около 2 Ѵ2 миллионов, причем имеется 15 тысяч
церквей, обслуживаемых соответствующим количеством
попов. По количеству членов лютеранская церковь САСШ
занимает четвертое место среди тридцати одной (из ос­
новных) религиозной организации, имеющихся в Амери­
ке. Численно сильнее ее только католики, баптисты и
методисты. Стоимость ее церковного имущества соста­
вляет солидную сумму' в 190 миллионов долларов. Как
видим, американские капиталисты, — а они народ рас­
четливый и даром денег не дают, — отлично учлиіпользу
Лютерова катехизиса.
Именно отсюда, из Америки, и финансируется теперь
широко раскинувшаяся международная пропаганда лютёранства, которую ведут отнюдь не только миссионеры,
но и целый ряд других руководимых лютеранскими попа­
ми организаций, как «Союз евангелических женщин»,
«Союз евангелических молодых людей» и др.
Лютеранская церковь в Америке, занятая по преиму­
ществу коммерческими заботами, не обнаруживает осо­
бой склонности к отвлеченным богословским сворам,
64

но зато отсюда идут многие новые начинания в области
медодики религиозной пропаганды. Применение церков­
ных концертов, широко поставленная реклама, уличные
проповеди, применяемые североамериканскими сектан­
тами, применяются здесь и лібтеранами: отставать
друг от друга попам нельзя, -иначе можно растерять ищ у­
щую новизны паству. В особенности изощряются попы
в изобретательстве теперь, в годы кризиса, когда и инте­
ресы капитала и шкурный, так сказать, «профессиональ­
ный» интерес попов требуют повышения качества рели­
гиозной пропаганды для отвлечения масс от «дурных
мыслей», с одной стороны, для пополнения оскудеваю­
щего поповского кармана — с другой.
Новые — американские — методы работы лютеран­
ских попов распространяются" отсюда и по другим стра­
нам и начинают применяться соответственно с местными
условиями и в Германии, а также в лимитрофных стра­
нах: Финляндии, Латвии, Эстонии. К числу новых мето­
дов лютеранской пропаганды следует отнести также ши­
рокое использование радио. Этот, применяемый и в Аме­
рике и в Германии, метод представляет для нас интерес в
том отношении, что он заимствован и латвийской, и фин­
ской, и эстонской лютеранской поповщиной. Передавае­
мые ею по радио богослужения и «назидательные» про­
поведи, слышимые на советской территории и в особен­
ности в Ленинградской области, использовались кулака­
ми для контрреволюционных целей.
Вообще лютеранская поповщина лимитрофных стран,
особенно в Финляндии, проявляет кипучую деятельность.
.Прежде всего следует отметить, что, вопреки практике
своих германских сотоварищей, финские попы не тратят
времени на обсуждение орг- и методвопросов, а заняты
практической работой. Мы отмечали уже в I главе, что
лютеранская церковь в Финляндии организована по
шведскому образцу : она имеет епископальное,, устройство
и содержится целиком за счет казны. Эта централизация
церковного управления пришлась финской буржуазии
как нельзя более кстати. В борьбе против Финляндской
советской республики в 1918 г. финские пасторы, ру-

ководимые своим главой, оказали генералу Маннергейму
немаловажные услуги. Сотни финских крестьян и ра­
бочих были повешены и расстреляны по указанию попов.
После победы буржуазия с помощью церковного аппара­
та повела работу по укреплению своего государства. Финскиетюпы явились самыми яркими проповедниками шо­
винизма и идеи «великой Финляндии».
Связь лютеранства с госаппаратом выражается в Фин­
ляндии не только в том, что ее епископальная церковь
является церковью государственной, а й в том, что за
время 13-летнего существования Финляндской буржуаз­
ной республики целый ряд пасторов занимал высшие го­
сударственные должности. ГІопы Веннола, Симойоки и
другие занимали и министерские посты. Сам епископ
финляндский Ингберг возглавлял антисоветское движе­
ние и распорядился в мае 1931 г. служить в церквах осо­
бые молебны «об избавлении ингерманландцев». «Ингерманландцы», о которых молит бога святой отец, — это
кулаки, которых финские колхозники репійли выселить
в виду их вредительской „контрреволюционной работы.
Поп Карее, вождь лапуасцев, финской кулацко-фашисткой организации, открыто ведет агитацию за разрыв с
СССР и призывает к войне против рабочих и крестьян.
ІІо его приказу сотни финских рабочих, заподозренных
в безбожии и сочувствии коммунизму, брошены в тюрь­
мы. Пастор Симойоки призывает к походу на Советскую
Карелию. Финская лютеранская пресса ведет бешеную
травлю против нашего полпредства в Гельсингфорсе, орга­
низуя антисоветские демонстрации и хулиганские погро­
мы советских магазинов.
Все это, находясь опять-таки в полном согласии с Лютерогым катехизисом, не только выявляет контрреволю­
ционную роль лютеранства, но и свидетельствует о том,
что- оно, как и всякая религия, используется как средст­
во мобилизации масс на войну против социализма и стра­
ны диктатуры рабочего класса. При этом лютеранство тем
аггрессивнее, тем воинственнее, чем ближе оно к нашим
границам. В Финляндии буржуазия сорганизовала люте­
ранскую поповщину наиболее крепко, чтобы она могла
88

выступить единым фронтом против советской страны.
Этого требуют интересы международного, а не только фин­
ского капитала. Ему нужен цепной пес на советской гра­
нице.
В полной мере сказанное относится и к лютеранским
церквам Эстонии и Латвии. И здесь лютеранская церковь
состоит на содержании государства, и здесь попы участ­
вуют в управлении страной. Ла?вийское и эстонское ку­
лачество сумело использовать лютеранство не хуже, чем
это делали в свое время прибалтийские бароны (об этом
см. в главе III). Выполняя требование своих великодер­
жавных империалистических «покровителей», оно при­
брало лютеранскую церковь к- своим рукам. И здесь, как
в Финляндии, лютеранская религия является орудием
шовинистического воспитания и натравливания масс на
Советский союз. При этом особого внимания заслужи­
вает теспая связь между лютеранской поповщиной Лат­
вии и православным архиепископом Иоанном, бывшим
черносотенном и верным слугой царизма в России. И на
этом примере мы видим единый фронт религиозников
всех оттенков в борьбе против СССР, причем он крепнет
по мере близости к советским границам.

Г лава т рет ья

явшяяинввр

НА

СЛУЖВИ

КАПИТАЛИЗМА И САМОДЕР­
ЖАВИЯ В РОССИИ
еУ ІЮ Т Е Р А Н С Т В О

В

X V III — X IX

ВЕКАХ

• / і ютеранство стало проникать в Россию в XVII веке
в связи с усилившимися в то время торговыми сноше­
ниями с Западпой Европой; эти торговые еношенияг-как
известно, привели к тому, что в Москве стали селиться
немецкие купцы и особенно ремесленники и «умельцы».
В этих «умельцах»,' т. е. специалистах, московское пра­
вительство, озабоченное использованием их в создавае­
мых им мануфактурах, настолько нуждалось, что в изъ­
ятие из своих принципов, требовавших беспрекословного
подчинения православным церковным авторитетам, до­
пускало для них «свободу вероисповедания». Правда эта
«свобода» для «поганой люторской ереси», как люте­
ранство в то время величалось в Москве, ограничивалась
территорией Немецкой слободы. Но здесь благочестивые
немецкие бюргеры, нашедшие в Москве свое новое отече­
ство, давшее им неслыханные возможности наживы, рас­
полагали и своей киркой и своим пастором.
Само собою разумеется, что немногочисленные оби­
татели Немецкой слободы, а также отдельные лютеране
шведы, поселившиеся в Новгороде и Пскове, ни в какой
мере не могли пропагандировать своих религиозных
взглядов, да и не собирались этого делать. Никакого
влияния на массы они не имели и иметь не могли, пра­
вительство же их только терпело.
Положение изменилось в начале XVIII века. К этому
времени московский торговый капитал отвоевал наконец
5

Л . Бранят

65

берега Балтийского моря, к которым добирался еще с XVI
столетия. Эстония и Лифляндия вошли в состав Россий­
ск о й империи (1721 г.). Незадолго до этого был основан
Петербург, ставший хозяйственным и политическим цен­
тром новой империи. Реорганизация государственного ап­
парата в соответствии с интересами победившего торгово­
го капитала и реорганизация бытового уклада, энергично
проводившаяся при Петре I, требовали новых кадров ис­
полнителей. Неповоротливые, воспитанные в традициях
феодальной страны, московские бояре и дьяки оказыва­
лись для этой цели по большей части малопригодными.
Поэтому и происходит широкое внедрение в петровский
государственный аппарат «немцев». Этих «немцев» поста­
вляла далеко не одна бывшая Немецкая слобода и даже
не она главным образом. Немцы оказались в избытке во
вновь завоеванных Эстляндии и Лифляндии и попавшей
в полу-вассальную зависимость от России формально
польской Курляндии. Причем немцы эти оказались не
просто немцами титулованными: эти были прибалтий­
ские бароны, потомки тех «тевтонцев» и «меченосцев»,
о. которых мы упоминали в I главе, которые имели многовековый опыт управления и угнетения крестьянских
масс. Третью категорию «немцев» из петровского аппа­
рата составляли пленные шведы и наконец действитель­
ные немцы, выписанные на этот предмет из Германии.
Следует кроме того иметь в виду, что после Ништадтского мира (1721 г.) закончившего войну со шве­
дами, в числе подданных Российской империи оказалось
весьма значительное количество крестьян-лготеран, а
именно: эстонцы, латыши, а также финны и ижоры, на­
селявшие Ингерманландию и захваченную тогда же у
Швеции часть Финляндии/
Все эти обстоятельства заставили русское прави­
тельство пересмотреть и коренным образом изменить
свою политику в отношении лютеранства. Из религии тер­
пимой оно становится явно поощряемой. К этому вынѵждала вся политическая обстановка. Этого требовали как
интересы нужных торговому капиталу «немцев» из госап­
парата, так и необходимость использования лютеранской

религии крестьянского населения завоеванных областей
для воспитания его в духе подчинения новому господи­
ну — русскому царю.
Лютеранская церковь была введена в систему русского
государственного аппарата и подчинена надзору особых
чиновников. Лютеранское духовенство стало сразу же
верным елугой своих новых хозяев и на протяжении
всей истории русского царизма служило ему не за страх,
а за совесть. К этому его обязывала и оплата его совести
царским правительством и проповедуемое им учение
Лютера. Пасторы в отношении оплаты уже в начале ХѴПІ
были поставлены даже в лучшие материальные усло­
вия, чем ■православные попы. Они не только получали
жалованье от казны, но в их распоряжении были остав­
лены'(а где их еще не было — предоставлены) пастораты.
Пасторатами назывались церковные земли, которые об­
рабатывались крестьянами бесплатно и доходы с которых
поступали пастору. Кроме этих доходов, пасторы щедро
оплачивались и прибалтийскими баронами, и новой лю­
теранской чиновной знатью, нуждающимися в их услу­
гах и в целях политических, и в личном быту. При таких
условиях у пасторов не было оснований не быть верно­
подданными. Но и учение Лютера, как мы упомянули, к
этому обязывало. В «Кратком катехизисе», в ст. 160
(стр. 4 8 )1 дано такое разъяснение по вопросу о том, как
следует исполнять «четвертую заповедь» («чти ой;а тво­
его и матерь твою») по отношению к начальству. «Тогда,
когда я смотрю на царя моего, как на помазанника божия»
(курсив Лютера. Л. Б .), я никогда не содействук»восстанию и сопротивлению, напротив, признаю власти как
слуг божиих (курсив Лютера.Л. Б .), предназначенных
мне на добро, молюсь за них, служу им деньгами и име­
нием своим, телом и жизнью на, войне и в мирное время,
оставаясь неизменно верным царю и начальству» (курсив
мой. J1. Б .), даже в самые тяжелые времена». Этот пункт
Лютерова катехизиса, находящийся в полном соответ1 Краткий катехизис Лютера я везде цитирую по переводу с
издания Каспари (1908 г. Рпккер, Петербург).
*

етвии со всем его учением, и в частности с организапионными принципами построения лютеранской церкви,
возглавляемой светским государем, конечно внедрялся
пасторами в сознание новых подданных русского царя
с полной добросовестностью.
Лютеранство уже в петровскую эпоху настолько ук­
репилось в России и настолько соответствовало интере­
сам нарождавшегося торгово-капиталистического, поме­
щичьего государства с его централизованным бюрокра­
тическим аппаратом, что лютеранское учение о верховен­
стве светской власти над церковной было использовано и
при реорганизации православной церкви. Отмена патри­
аршества, учреждение духовной коллегии, а затем сино­
да, — мероприятия, находящиеся в таком же полном со­
ответствии с принципами лютеранства, как и богослов­
ские сочинения «реформатора» православной церкви
Феофана Прокоповича. Недаром противники реорганиза­
ции православной церкви упрекали Феофана в том, что
«все его изобретения прежде его от Лютера были изобре­
тены» и что «истое намерение его было показать право­
славным читателям путь к люторству и кальвинству и
ко всему реформатству». Классовый инстинкт защитни­
ков феодализма правильно подсказал им сущность феофановских «изобрете ний».
Лютеранство было религией нужных торговому ка­
питалу «немцев», лютеранские принципы позволяли сло­
мить боярско-партиаршую оппозицию. Поэтому его надо
было возвысить. Этим и определялась проводившаяся
по отношению к нему политика.
Дальнейшее развитие дворянского государства при­
водит к все более и более полному сращиванию церков­
ного аппарата с общегосударственным, причем по мере
бюрократизации реорганизованной православной церкви,
естественно, удельный вес лютеранской, как церкви мень­
шинства, снова падает. Но все же лютеранская церковь
до последних дней царизма из всех церквей националь­
ных меньшинств - пользовалась наибольшим влиянием.
Связь ее с самодержавием становилась также все более
тесной.
68

Интересно отметить, что нигде, даже на родине люте­
ранства, в Германии, пропаганда им монархических идей
не проводилась с такой последовательностью, как в Рос­
сии. Здесь эта пропаганда доходила до прямого обожест­
вления не только царской власти; но и персональных
носителей ее. В Ленинграде, — а Петербург был конечно
опорным пунктом лютеранства, — мы имеем и по насто­
ящее время монументальные доказательства этого обоже­
ствления. Это — церкви (кирки). Главнейшие лютеран­
ские кирки носят имена августейших глав лютеранской
церкви в России, т. е. царей и цариц: церкви Петра, Анны
и Екатерины (Petrikirche, Annenkirche, Katharinenkirche)1 названы так в честь Петра I, Анны Иоанновны
и Екатерины II. Это тем более характерно, что лютеран­
ство не знает культа святых; таким образом мы имеем
дело не с использованием имен святых, однозвучных
с именем царей, а с прямым и непосредственным апофео­
зом царей, совершенным, к. тому же, при их жизни. При
этом обожествление именно Петра, Анны и Екатерины II
является не случайным. Это именно те цари, царствова­
нием которых лютеранские попы и их покровители имели
основание быть особенно довольными. Об эпохе Петра I
мы уже говорили выше; при]Анне фактическим главой
государства был ее любовник, курляндец Бирон (соб­
ственно Bieren), сам лютеранин, при котором все руко­
водящие посты находились в руках немецких, как пере­
кочевавших из Германии, так и прибалтийских, дворян.
Наконец Екатерина II, бывшая Ангальт-Цербстская
принцесса, оказала лютеранству знаки монаршего вни­
мания отнюдь не только в силу ее собственного лютеран­
ского происхождения и воспитания. К этому екатеринин­
ское правительство вынуждалось как внутренне-политическими, так и внешне-политическими 'соображениями.
Необходимость ■колонизации только что захваченных
украинских степей и черноморского побережья, притом
1 Церковь Петра — на проспекте 25 Октября, Айны — на Кирочиой (от слова «кирка»), Екатерины — на 1-й линии Васильевского
остроыа.
69

такой колонизации, которая обеспечивала бы захватив­
шее эти земли помещичье государство от возможности
повторения в них пугачевщины, привела к заселению их
выписанными для этого из Германии немецкими крестья­
нами. Они не только обладали большими сельскохозяй­
ственными знаниями, чем русские, но и представля­
лись политически более благонадежными.
Те яге соображения привели к немецкой колонизации
Приволжского края (нынешняя Республика Немцев По­
волжья). Здесь немцы были поселены на землях, .ото­
бранных у «крамойьных» башкир, и также должны были
явиться оплотом помещичьего государства против пуга­
чевщины. Опасаться ее повторения на Волге было конеч­
но еще больше оснований.
Само собой разумеется, что появление в России новых ■
десятков тысяч немцев, преимущественно лютеран, вы­
зывало необходимость и усиления штатов лютеранского
духовенства, так как оставить повых подданных без по­
повского воздействия, несмотря на их благонадежность,
было все же рискованно.
Внешне-политические
причины,
содействовавшие
укреплению лютеранства, заключались в том, что рус­
ское правительство в союзе с Пруссией вело борьбу спер­
ва против польской революции, а затем против француз­
ской. Сближение с лютеранской Пруссией и необходи­
мость укрепления помещичьей власти в соседних с Поль­
шей Курляндии и Лифляндии такяге вызвали нужду в
усиленной «работе» лютеранской поповщины.
Вот почему Екатерина II и удостоилась со стороны
лютеранской церкви апофеоза при жизни.
Следует отметить, что обилие среди российских само-держцев и особенно самодержиц, а также среди вели­
ких княгинь немецких принцев и принцесс (Анна Лео­
польдовна, Петр III, Екатерина II, жен Павла, Александ­
ра I, Николая I и бесчисленное количество царской род-*
ни), конечно так же содействовало росту авторитета лю­
теранской церкви. Этому яге содействовали, как отмечено
выше, и лютеране, в большом количестве заседавшие в
Ï0

высших правительственных учреждениях, как сенат, танистерства и др.
Лютеранские кирки не только в Петербурге, но и в
провинции строились на счет казны, лютеранское духо­
венство обильно награждалось орденами и деньгами. Пе­
тербургской губернии при этом уделялось особое внима­
ние. Здесь был центр торгового капитала, здесь же нахо­
дились затородные царские резиденции: Царское Село,
Петергоф, Павловск, Гатчина. Поэтому верноподданиче­
ские настроения среди населения были здесь особенно ва­
жными; население же прилегающих к этим резиденциям
деревень по большей части финское идажорское. Кроме
того и под Петербургом в конце XVIII века был органи­
зован, как и на юге, ряд немецких колоний (Ижорская;
Новосаратовская, Среднерогатская, Этюп и др.). При та­
ких условиях «надлежащее» воспитание населения Пе­
тербургской губернии приобретало очень важное значе­
ние. Отсюда и забота о лютеранских кирках, и духовен­
стве, и жесткие требования, предъявляемые к пасторам.
Пасторы не только назначались здесь непосредствен­
но царем, но и инструктировались им же. Так в 1794 г.
в Гатчине была по «высочайшему» повелению построена
лютеранская церковь и назначен пастор, причем в цар­
ском указе говорится о том, что пастор «должен дей­
ствиями и поступками своими доказать, что он последо­
ватель той веры, которой главный характер есть тер­
пение и человеколюбие». Царский указ однако не вполне
уверен в том, что пастор выполнит эту инструкцию.
Поэтому указ определяет некоего «статского советника
Борка в попечители» и поручает статскому советнику
«примечать образ жизни» пастора и наблюдать за тем,
«чтобы ничего' в божественной службе своевольного не
находилось».1
Николай I предъявлял к пасторам не мейыние требо­
вания. Обнаружив' в тогдашнем Царскосельском уезде сре­
ди финнов секту скакунов (в деревне Вошли), полиция
препроводила арестованных ею «скакунов» к 'Пастору
1 Архив Гатчинского дворцового управления.
71

Эльгенѵ для того, чтобы .тот «убедил их отречься от по­
рока». Но пасторские убеждения на них не подействова­
ли. Когда об этом было сообщено царю Николаю I, он рас­
порядился «сектантов сдать в рекруты», а пастора « в ви­
ду того, что он не имеет сил с полным убеждением ігроповедывать слово божие», уволить без пенсии. Вместо
него царь назначил другого, как говорил указ, «благона' дежного» пастора.1 Таковы были практические выводы
из'Лютерова учения- о царях, как. о главах церкви.
В Прибалтийском крае, как упомянуто выше, полно­
властными распорядителями церковных дел были мест­
ные помещики-бароны.
Положение лютеранства в России несколько поколе­
балось в конце XIX века в связи с проявленными в это
время русификаторскими тенденциями капитализма. На
немцев, а тем более на другие лютеранские нацменылин■ства, стали смотреть в это время косо, подозревая их в
йесочувствии «великодержавному» российскому шови­
низму. В задачи настоящей работы не входит исследова­
ние причин русификаторской политики, в частности ее
проявлений по отношению к немцам. Отметим лишь, что
лютеранская церковь хотя и потеряла в 80 — 90 гг. не­
сколько тысяч своих членов, «присоединившихся» к пра­
вославию, но осталась все-таки тем же верным слугой
царизму, что и была. Она это доказала в 1905 г.
С ^ Р Г А В И З А Ц И Я Л Ю ТЕРАНСКО Й Ц ЕРК ВИ
В РОССИИ

М ы указывали, что основной организационный
принцип лютеранства — подчинение церкви светскому
главе государства — сохранялся в полной мере и в Рос­
сии. Само устройство лютеранской церкви определялось
■^изданным при Николае I, в 1832 г., законом, который
с небольшими изменениями и дополнениями позднейше­
го времени вошел в «Свод законов Российской империи»
1 Архив Гатчинского дворцового управления. 1853 г., дело № 51.

П

(т. XI, ч. 1, книга 2). В этом законе, называемом «Уста­
вом евангелически-лютеранской церкви», прежде всего
совершенно точно указывается, что «никто из членов
лютеранской церкви не должен позволить себе распро­
странять мнения, противоречащие учению сей церкви»
(ст. 253). Мы уже видели на- примере Пруссии, что толь­
ко лютеранская ортодоксия, а отнюь не «свобода» рели­
гиозной критики соответствовала интересам помещичьего
государства. Законом точно определены все образы, та­
инства и все церковные праздники лютеран, причем осо­
бой статьей (261) вменяется в обязанность отмечать все
царские дни особо торжественными богослужениями.
Надзор за лютеранской церковью принадлежал мини­
стерству внутренних дел (департамент духовных дел),
т. е. тому самому министерству, в. ведении которого на­
ходились полиция, жандармерия и охранка. Непосред­
ственное управление лютеранской церковью принадлежа­
ло Лютеранской генеральной консистории, которой были
подчинены местные консистории: Петербургская, Москов­
ская, Эстонская, Лифляндская и Курляндская. Как Ге­
неральная консистория, так и местные состояли из попов
и мирян. По социальному положению эти «миряне»,
долженствовавшие представлять «верующий народ», были
дворянами (в Прибалтийском крае — сплошь бароны)
и крупными фабрикантами и купцами. Участие буржуа­
зии в делах консисторий особенно ярко стало прояв­
ляться -лишь в конце XIX и начале XX века, причем
представители немецких фирм заседали преимуществен­
но в Петербургской и Московской консисториях, отчасти
в Лифляндской (Рига); Курляндская яге и Эстляндская
консистории находились всецело в руках помещиковдворяп. Это-вполне соответствует географическому разме­
щению промышленного капитала в России.
Председатели Генеральной консистории назначались
-царем из числа высшей чиновной знати. Так, в последние
годы перед революцией эту должность занимал действи­
тельный тайный'советник сенатор фон Шольц, после
него — такой же советник и тоже сенатор барон Икскуль
фон Гильденбандт. Вице - председателем Генеральной
13

консистории являлся генерал-супериитендент, назначав­
шийся царем же из лютеранских попов; он заведывал те­
кущими делами церкви и руководил духовенством.
Генеральной консистории были подчинены местные.
Их председатели также назначались царем (председате­
лем Петербургской консистории был барон Мирбах),
вице-председателями здесь были суперинтенденты. Время
от времени созывались синоды, т. е. поповские конферен­
ции, обсуждавшие вопросы методики религиозной пропа­
ганды. Председательствовали суперинтенденты.
Округ каждой консистории делился на благочиния
(Propstei), возглавлявшиеся пропстами. Они в свою оче­
редь состояли из отдельных приходов; где их было много
и они не были многочисленными (особенно в немецких
колониях Приволясья и Украины), приходы объединялись
в особые церковные союзы (Kirchenspiele). Приходом за­
ведывал пастор и приходский совет (Kirchenrat), изби­
раемый из «наиболее уважаемых» прихожан. «Наиболее
уважаемыми» оказывались те, у кого карманы были наи­
более толстыми.
Что касается пасторов;-то они в Петербурге и Москве,
а также в местах загородных резиденций, назначались
царем, «по представлению министра внутренних дел»
(стр. 409); в прочих местностях они избирались общим
собранием прихожан. Однако это «избрание» ограни­
чивалось, во-первых, тем, что «избирать» мояшо было
только тех, кого рекомендовала консистория, а во-вторых,
«избранный» пастор утверждался министром. Как уже
упоминалось, пасторы и суперинтенденты в Прибалтий­
ском крае назначались местными баронами, которые яв­
лялись «патронами» лютеранских приходов (стр*. 766 —-

Щ.

Н а пасторов возлагалась обязанность наблюдать за
тем, чтобы никто из прихожан не уклонялся от «ежегод­
ного причащения» (ст. 299), чтобы ни один лютеранин,
достигший 15 лет, не уклонялся от конфирмации (ст. 255),
чтобы родители «представляли младенцев ко крещению
не позднее месяца со дня рождения»; если не «пред­
ставят», то пастор обязан был «доставить младенца ко
74

святой купели с помощью полиции» (ст. 272). Тесное
единение пасторов с полицией выражалось и в том, что
пастор по ее приглашению обязан был «навещать тюрьмы»
(стр. 438). Закон стыдливо умалчивал о целях пастор­
ских посещений тюрьмы.
Главнейшей обязанностью являлось, конечно, «про- _
поведывание слова божия», которое должно было вестись
по «высочайше утвержденному служебнику» (так назы­
ваемая agenda) и в согласии с Лютеровым катехизисом.
Мы выше уже указывали, какие директивы дает эта свя­
тая книга в отношении Почитания монарха. Не меньшее
уважение воспитывает Лютер и в отношении к его прави­
тельству. На вопрос: «кто имеет право убивать?» (п. 175,
стр. 52), катехизис отвечает просто и ясно: «одно только
правительство, которому бог дал на это повеление и
право» (курсив мой. Л. Б.). «Начальник, — говорится
далее, — не напрасно носит меч: он божий сл уга » (кур­
сив Лютера).
Закон требовал от пастора, чтобы -он «старался сде­
латься пропсту достаточно известным» (ст. 393). «От­
личнейшие и благонамереннейшие (курсив мой. Л. Б.)
пасторы» награждались «золотым наперсным крестом»,
орденами и «званием епископа». Последнее в особенно­
сти заслуживает внимание, так как лютеранская цер­
ковь в Германии, как мы видели, епископата не знает.
В России яге генерал-суперинтенденты и некоторые супер­
интенденты носили этот титул. Впрочем, в Финляндии,
как и в Швеции, лютеранский епископат также суще­
ствует и поныне. Награждая «благонамереннейших», за­
кон угрожал неблагонамеренным карами: выговорами,
отрешением от должности (Remotion) и лишением сана
(Cassation).
Назначались пасторы из числа лиц с университет­
ским образованием после соответствующего испытания
(ст. 389) и присяги на верность царю (ст. 254). Подго­
товкой поповских кадров занимались специальные бого­
словские факультеты в Юрьеве (Дерпте) и в Гельсинг­
форсе; последний готовил финских попов. В помощь
пасторам назначались так называемые кистеры.
?б

Таким образом, организация лютеранской церкви
обеспечивала господствующим классам полную зависи­
мость лютеранского духовенства от их государства. А
Лютеров катехизис давал гарантию, что трудящимся
немцам, латышам, эстонцам и финнам будет внушаться
то, что было нужно господам положения.

«Л

Ю ТЕРАНСТВО В БО РЬ Б Е

С РЕВОЛ Ю Ц ИЕЙ

тношение лютеранства к революции вытекает с пол­
ной очевидностью из всего изложенного выше. Само собой
разумеется, что лютеранская религия, как идеология собственника-эксплоататора, была резко враждебна револю­
ции. Само собой разумеется, далее, что лютеранская
церковь, являясь частью госаппарата, приспособленной
для угнетения трудящихся национальных меньшинств,
должна была вести контрреволюционную борьбу со всей
энергией. Следует однако иметь в виду, что в отличие от
Германии контрреволюционная работа лютеранства в
России в меньшей мере была направлена на борьбу про­
тив рабочих, главным же образом она имела в виду кре­
стьян. Это станет понятным, если учесть, что лютеран­
ство в России было в первую очередь орудием поме­
щичьего господства и что наибольшими районами его
распространения были т. н. немецкие колонии и Прибал­
тийский край. Рабочих-лютеран -на предприятиях Пе­
тербурга и Москвы было сравнительно немного. Боль­
шинство лютеран Петербурга составляли буржуазия,
буржуазная интеллигенция и мещанство. Из сказанного
не следует, конечно, что лютеранство к рабочему движе­
нию относилось безучастно; оно конечно заняло по от­
ношению к нему враждебную позицию и не могло ее не
занять, но борьба против рабочего движения была в пер­
вую очередь задачей православия как религии большин­
ства рабочего населения.
За отсутствием в нашем распоряжении архивов
Эстонской, Лифляндской и Курляндской лютеранских
76

консисторий (они находятся в Латвии и Эстонии), мы
располагаем лишь очень скудными данными о «работе»
пасторов в связи с происходившими здесь в 1905 г. со­
бытиями. Но некоторый, хотя и небольшой, материал
дает архив Генеральной консистории.
Следует прежде всего отметить, что «пастораты», о
которых было упомянуто-выше, к 1905 г. разрослись в
весьма солидные" поместья. Нередко можно было встре­
тить пасторат величиной в 500—600га. Само собой разу­
меется, что работа производилась в «пасторатах» не па­
сторами, а батраками и беднотой, притом производилась
бесплатно. Независимо от этого на крестьянстве Э.стлян*
дии, Лифляндии и Курляндии лежала обязанность до­
ставлять пастору сельскохозяйственные продукты и
нести гужевую повинность. Таким образом положение
пастора почти ниЧем не отличалось от положения баро­
нов; он__был таким же помещиком, как и они, только
находившимся от них в своего рода вассальной зависи­
мости (это же положение и по сейчас еще существует
в Восточной Пруссии и Мекленбурге). Поэтому классо­
вый интерес толкал пасторов на борьбу против рево­
люции. Их интерес был классово-тождествен с интере­
сами помещичьего государства. Отсюда и рвение пасто­
ров в борьбе против крестьянской революции.
Не случайно на 1906 г. приходится наибольшее коли­
чество награждений «благонамереннейших» пасторов на­
персными золотыми крестами и орденами (78 наград, а
обычно не свыше 20 в год). Награждались больше всего
эстляндскпе и лифляндские пасторы, и ~награждались
они именно за-содействие подавлению крестьянских вос­
станий. Помощь пасторов посылавшимся в Эстляндию и
.Лифляндшо и «карательным экспедициям» заключалась
не только в шпионаже и выдаче им участников восста­
ния, но и в организации отрядов в помощь руководите­
лям «карательных "экспедиций» баронам, которые были
тоже лютеранами и притом не рядовыми, а «патронами»
лютеранской церкви. Именно по их представлениям и
награждались пасторы. Палаческие подвиги лютеранских
заправил в 1905 г. находились в полном согласии с за­
77

ветами Лютера и с текстом его катехизиса. Но не одним
палачеством боролась лютеранская поповщина против
революции. Она боролась против нее и идеологически.
Она внушала верующим: «бойся господа и царя, с мя­
тежниками не'сообщайся», и требовала от них, чтобы они
были «послушными детьми церкви и начальства» и оста­
вались им «благодарными в продолжение всей жизни»
(Краткий катехизис, стр. 49). В 1905— 1906 гг. с особой
настойчивостью велась пропаганда лютеранских идей.
Так постановлением Генеральной консистории было пред­
писано в-январе 1905 г. читать молитвы q6 «избавлении
от смуты» (дело № 319), 6 октября того же Года был вы­
работан текст особых Молебствий по случаю «заключе­
ния мира с Японией», в котором выражались вернопод­
даннические чувства (дело № 5464); 18 октября 1905 г.
консистория выразила свою «безграничную благодар­
ность обожаемому царю» («unbegrenzte Dankbarkeit dem
geliebten Kaiser») по случаю манифеста 17 октября и
предложила пасторам «восхвалять бога» (Gott zu ver­
herrlichen) по этому поводу (дела К1
» 5220 и 5669).
Не будучи, поводимому, уверенной в достаточности
этих мероприятий для создания нужного настроения, Ге­
неральная консистория приняла предложение об органи­
зации специальных «юношеских союзов» (Jünglings­
vereine) и усилении работы уже существующих. Руко­
водство этим делом было возложено на «юношу» 72 лет,
действительного тайного советника, члена государствен­
ного совета графа фон-дер Палена. Само собой разумеет­
ся, что консисторию в меньшей мере интересовал петер­
бургский «ферейн» юношей, в который входили буржу­
азные и мещанские сынки, сколько главным образом
юноши крестьянские, требовавшие гораздо более основа­
тельного идеологического воздействия в революционную
эпоху.
Наконец к 1905 г. относится и распоряжение
Генеральной консисторий о том, чтобы требование
закона о ежегодном причащении и обязательной
конфирмации молодежи соблюдалось неукоснительно.
Следует также отметить постановление приволжско­
78

го синода
(н а Волге
собирались под председа­
тельством московского суперинтендента особые синоды)
от 1 сентября 1905 г,, утвержденное Генеральной конси­
сторией. В нем указывается на то, что «преподавание
немецкого языка в школах должно рассматриваться как
подсобный для усвоения закона божьего предмет» (der
deutsche Sprachunterricht ist als Hïîfsfach dem Religiensunterricht zu unterstellen. 30-te Wolga-Synode in Saratow.
1 сентября 1905 r.)

Усиленная работа лютеранской церкви в 1905 г. тре­
бовала и усиленных средств. Они конечно нашлись. «Са­
харный король», петербургский заводчик Леопольд Ке­
ниг, пожертвовал консистории 50 000 руб.; купец 1-й
гильдии Грубе — 25 ООО руб. Целый ряд купцов разных
гильдий, но одних взглядов, жертвовали различные сум­
мы— от одной до 10 000 руб. (дело № 79). Здесь мы ви­
дим классовую “заинтересованность'буржуазии в подавле­
нии крестьянских восстаний.
Средства изыскивались и другими путями. Организу­
ется сбор «добровольных пожертвований», так называе­
мого «Liebesgaben», буквально «даров любви». За~ 1908 г«
по одному лишь округу Петербургской консистории их
было собрано с верующих 42 502 руб. 17 коп., по Москов­
скому— 35 251 руб. 26 коп. Сколько было собрано в
Прибалтийском крае, мы нё знаем, но знаем, что все эти
затраты и вся вообще возня лютеранских попов к же­
лательным для них результатам не привела. В отчете
Эстляндской консистории за 1906 — 1907 г. сообщается:
«В приходах города Ревеля замечается уменьшение по­
сещений церкви, даже в большие праздники. Еще хуже
положение в деревне. Революционная, буря привела кре­
стьян к отдалению от бога, от слова божия и от церкви»
(курсив мой. Л . Б.) «Несмотря на все принятые меры, —

отмечает меланхолически отчет, — число причастников
упало с 300 333 до 227 292». Не лучше обстояло дело и
в Ингёрманландии. «Пасторы в Йнгерманландии, — от­
мечает отчет Петербургской консистории за 1911 г., —
страдают от социальной пропаганды. Доходы их уыеяь79

шились, посещаемость церкви с каждым годом, начиная
с 1905 г., падает».
Слабым утешением для лютеранской поповщины и ее
хозяев являлся отчет Петербургской консистории за
1906 — 1907 г., отмечавший, что «из всех школ города и
деревни лютеранские немецкие школы меньше всего ока­
зались подвергнутыми тлетворному влиянию революции».
В этом не было ничего удивительного, потому что соци­
альный состав учащихся этих школ (крестьянской бед­
ноты и рабочих в них не было, учились лишь дети бур­
жуазии и мещан) и без особых хлопот со стороны па­
стора гарантировал если не прямо контрреволюционное,
то во'всяком случае обывательски-безразличное отноше­
ние к революции. Равным образом, кажущиеся успехи
разных буржуазных «ферейпов», находившихся под фак­
тическим влиянием лютеранской церкви, не могли уни­
чтожить факта массового отхода трудящихся от рели­
гии в результате революции.
Этот неуспех вынудил лютеранскую -поповщину к
своеобразной «самокритике». На заседаниях синода Петер*,
бургской консистории от 24 апреля 1913 г. суперинтен­
дент ГІенгу XPingoud) в присутствии генерал-суперин­
тендента епископа Фрейфельдта сделал доклад, в кото­
ром говорил: «У нас, пасторов, существует двоякая лю­
бовь к своей пастве: любовь к бедным носит официаль­
ный характер, она черства и бездейственна, тогда как
наша любовь к богатым льстива и активна. Все пасторы
дрожат за cbqh места, никто из нас не хочет терпеть во
имя Христа». Практические предложения ГІенгу своди­
лись к тому, что «пастор должен принимать более ак­
тивное участие в личной, домашней жизни своей паствы,
в особенности же интересоваться беднотой, утешать ее,
наставлять ее в слове божием, а не думать только о бы­
строй карьере». «Положение городского пастора, —
убеждал ІІенгу попов, — хотя и приятнее, но менее от­
ветственно и менее почетно, чем сельского». Аналогич­
ные сообщения делались и пастором Мейером (Саратов)
на заседании 77 синода (И февраля 1914 г.). Он отме­
чал «упадок религиозной жизни», выражающийся в
80

том, что «молодежь, вместо Библии, читает газеты и ро­
маны», и рекомендовал организовать кружки для чтения
и разъяснения Библии, а также издание «сборника рас­
сказов и примеров» для руководства пасторов, особенно
сельских.
"ч.
Неудивительно, что такие итоги делались и такие ди­
рективы давались в 1913 — 1914 г. Ведь это было вре­
менем нового подъема революционного движения. Умный
поп выполнял социальный заказ дрожавших перед новой
революционной волной буржуазией и помещиков. От­
сюда, — пересмотр тактики поповщины. От полицейской
нагайки — к индивидуальной пропаганде. Данный здесь
лозунг — «в массы» — вполне отвечал потребности мо­
мента. Лютеранская религия приспосабливается к изме­
нившимся в связи с развитием капитализма социальным
условиям. Если лютеранство до 1905 г., как мы указы­
вали, в первую очередь служило помещику, то оно, при­
нимая к исполнению доклад Пенгу, становится на служ­
бу буржуа и начинает ориентироваться на кулака. Тот
же доклад Пенгу отмечает необходимость углубленных
занятий лютеранской догматикой. Правда, он остается
на позиции Лютера в оценке науки: «В научной жизни
не существует ничего, кроме фикций» (Wir operieren im
wissenschaftlichen Leben nur Fiktionen), утверждает лю­
теранский мракобес 1913 г. (сравни лютеровское изре­
чение: «разум — блудница дьявола»). Но на ряду с этим
в его докладе проглядывает очень нужный в новых усло­
виях классовой борьбы «богословский либерализм». До­
клад выдвигает на первый план вопрос о боге, отодвигая
на задний план вопрос о Христе. Догмат троичности под­
лежит, по мнению Пенгу, новому разрешению («Wir müs­
sen uns immer melir der Gottesfrage zuwenden, während
die Jesusfrage mehr zurücktritt. Das Trinitätsdogma muss
neu gelöst werden»), Т)чень характерно, что «либе­
ральное» лютеранство, хотя и в незаконченном виде, ско­
рей в виде немецкого «посредствующего богословия», про­
никает в Россию спустя лет 40 — 50 после Германии.
Социальные условия; схожие с теми, которые его со­
здали в Германии 60-х — 70-х гг., создают его в России
6

Л. Брандт

81

начала XX века. Буржуазии эпохи империализма, име­
ющей против себя грамотного рабочего и грамотного кре­
стьянина, нужен либеральный поп, умеющий обманывать
тонко и умно. Так готовилась лютеранская поповщина
к новым классовым боям.
e J flO T E P A H C T B O И И М П ЕРИ А Л И С ТИ Ч ЕС К А Я
ВОЙНА

О т этих «теоретических» занятий поповщина была
отвлечена империалистической войной. Война поставила
перед ней две задачи: прежде всего, как и всякая рели­
гия, лютеранство должно было эту войну оправдать в
глазах трудящихся и убедить солдат в необходимости
драться за бога, царя и отечество. Но перед ней стояла
и другая, более трудная, чем для лютеранства в Герма­
нии, задача. Ведь 75°/0 паствы лютеранских попов в Рос­
сии составляли немцы по национальности. Попы на протяжении ряда веков, Правда, внушали пастве «безгранич­
ную» преданность царю, особенно ярко проявившуюся в
дни Романовского юбилея в 1913 г. «Мы должны быть вер­
ными царю до мозга костей» («Kaisertreu bis in die Kno.chen»), — говорил тогда один из лютеранских «злато­
устов», пастор Рейнталь. Но на ряду с преданностью
царю лютеранская церковь всегда кичилась своей немец­
кой национальностью и усиленно, хотя и осторожно,
внушала мысль о преимуществе немецкой культуры над
всеми другими. В Прибалтийском крае, где поп был на
службе у немецких баронов, это делалось даже без осо­
бой осторожности, особенно по отношению к латышским
и эстонским крестьянам. Теперь, когда началась война,
лютеранство должно было не просто служить интересам
империализма, а именно русского империализма, драв­
шегося с немецким. Стало быть, мало было внушить селдату-немцу, что нужно драться за царя, нужно было его
убедить еще в том, что он должен* драться отнюдь не за
немецкого, • а именно за русского, — не лютеранского, а
православного царя. Для этого Геперадьпой консисто8а

&

рией был разослан циркуляр, обязывавший лютеранское
духовенство разъяснять, что «данная война начата гер­
манским императором против воли божией и что война
против Германий является поэтому войной справедли­
вой».
В развитие этой директивы лютеранские попы делали
солдатам наставления в том смысле, что каждого сдавше­
гося в плен немцам лютеранина постигнет кара в загроб­
ной жизни. Нужно сказать, что лютеранские попы изо
всех сил старались доказать во время войны свои «ис­
тинно-русские» симпатии и даже объявляли себя в верно­
подданническом экстазе «русскими немецкой националь­
ности». 1 Но все это плохо удавалось. Лютеранство благо­
даря его тесной связи с жившими в России немцами, иг- равшими в ней главную роль, переживало во время вой­
ны кризис. Поддерживавшие его немецкие фирмы были
разорены, бароны явно ориентировались на Германию,
русская буржуазия сводила под шовинистический ак­
компанемент счеты с конку рентами-немцами, а прави­
тельство пыталось отвести недовольство масс войной с
помощью организации «патриотических» немецких пог­
ромов. Все это отражалось и на материальной базе лю­
теранской церкви, и на ее авторитете. Ее социальная ос­
нова еще более сузилась,, когда Курляндия и большая
часть Лифляндии были оккупированы германскими вой­
сками. Ей пришлось искать новых хозяев и приспосабли­
вать к ним свою идеологию. Мы в предыдущей главе уже
указывали на все возраставшее влияние буржуазии в
лютеранской церкви. Теперь лютеранство почти, порывает
с дворянством и ориентируется не столько даже на бур­
жуазию городскую, сколько на буржуазию сельскую —на
кулака. Лютеранские приходы Петербурга и Москвы при­
ходят в упадок; в то же время относительно крепнут
приходы сельские: немецкие и финские, в меньшей ме­
ре — латышские и эстонские.
В соответствии с этим всплывает вопрос о некоторой
реорганизации церковного управления. Новый хозяин,
1 См. Nordische Zeitung 1915. p., № 1.
83

кулак, требует его «демократизации», требует своего уча­
стия в нем. Проведению этой реформы помогла Февраль­
ская революция. Нет надобности упоминать, что коней-стория восприняла ее «восторженно» и в заседании 6
марта 1917 г. заявила «о беспредельной преданности»
Временному правительству. Но Временное'правительство
не удовольствовалось голословной «преданностью», а по­
требовало доказать ее на деле. В делах Генеральной кон­
систории имеется письмо на имя епископа Фрейфельдта
от 27 марта 1917 г. за № 483, подписанное министром ф и ­
нансов Терещенко. В этом письме Терещенко «надеется»,
что все граждане лютеранского вероисповедания горячо
откликнутся на призыв к подписке на 5°/<> «заем свободы».
«Зная исключительный авторитет» своего корреспонден­
та, министр просит его «принять на себя инициативу
ч в этом деле». Польщенный министерским письмом,
епископ тотчас же распорядился расклеить воззвание о
подписке на заем во всех церквах и предписал пасторам
«разъяснять прихожанам», что «начала права и справед­
ливости, которые легли на основу деятельности Времен­
ного правительства», обязывают «содействовать успеху
, выпускаемого им займа». В дальнейшем лютеранская
церковь принялась за осуществление реорганизации на
началах «выборности», чего требовал кулак и чему до
Февраля препятствовала монархия. Временное правитель­
ство, как отмечено в протоколе синода от 4 июня 1917 г.,
к такой реорганизации путем созыва Всероссийского
съезда (Generalsynode) «отпеслось сочувственно». На ме­
стных синодах («Московский синод 1917 г.) выдвигается
идея «взаимопроникновения» (gegenseitiges Durchdrin­
gen) народа и церкви, без теснейшей связи с государ­
ством. Но здесь же делается оговорка: «Порывать отно­
шений к государству не следует, так как государствен­
ные субсидии желательны (курсив мой. Л. Б.).
Временное правительство однако не ко всем начина­
ниям лютеранство относилось, «сочувственно». Наци­
ональная политика его ничем не отличалась от царской,
и оно стояло стойко на страже интересов «господствую­
щей» православной церкви. Поэтому, когда консистория
84

обратилась к правительству с просьбой, нельзя ли, в сог­
ласии с провозглашенным принципом свободы вероиспо­
ведания крестить рожденных от «смешанных» браков де­
тей не по православному, как это требовалось царскими
законами, а по лютеранскому обряду, Временное прави­
тельство в лице министра внутренних дел, меньшевика
Деретелли. ответило, что свобода — свободой, а царские
законы никем не отменены, и поэтому «надлежит руко­
водствоваться существующими положениями». Так мень­
шевики защищали прерогативы православия. Датировано
письмо Церетелли 12 июля 1917 ггЭто было вскоре после
июльских дней; буржуазия тогда в поддержке православ­
ной церкви в борьбе против нароставшей пролетарской
революции особенно нуждалась. Ни /Одна из намеченных
лютеранской церковью реформ не была осуществлена при
Временном правительстве.
Наступил Октябрь.

/

Глава чет верт ая

Ь

■« I Ю ТЕ І^ГС Т П О

В БОРЬБЕ п р о ­

тив-

® /Ü k ) t e p a h c t b o
ВО ЛЮ Ц И Ю

В

СОЦИАЛИЗМА

О К ТЯ БРЬС К У Ю

II ГРАЖ ДАН СКУЮ

РЕ­

ВОЙНУ

У же в период империалистической войны и Февраль­
ской революции лютеранство, как отмечено в предыду­
щей главе, все более и более становилось идеологией ку­
лака. Октябрьская революция, покончившая с дво­
рянством и городской буржуазией, довершила этот про­
цесс.
Пролетарскую революцию .лютеранство приняло в
штыки. Консистория заявила «протест» против декрета об
отделении церкви от государства в части, касающейся
национализации церковных имуществ. Попы громили в
церквах «безбожных большевиков», нарушавших «законы
божеские и человеческие». Но особый интерес представ­
ляет адрес, поднесенный Генеральной лютеранской кон­
систорией «от имени всех последователей протестантского
(так она себя в этом случае величала) вероисповедания»
патриарху Тихону. В этом адресе высказывались надеж­
ды, что попранные «христианские» начала «права и спра­
ведливости восторжествуют», и заявлялось, что люте­
ранская церковь вполне солидарна с Тихоном, только что
перед тем выпустившим свою знаменитую «анафему».
Этот адрес «брату' во Христе» интересен не только как до­
кумент, свидетельствующий о контрреволюционной
установке лютеранства. Последняя настолько очевидна
и так ясно вытекает из классовой сущности его, что мог­
ла бы считаться доказанной и без документальных дан86

ных. Интерес адреса в том, во-первых, что им устанавли­
вается единство религиозного фронта в борьбе против ра­
бочего класса, и, во-вторых, в том, что он свидетельствует
о полной беспомощности лютеранской церкви после
Октября. Пбтеряв своих старых господ, не успев еще как
следует выполнить социальный закйз нового господинакулака и реорганизоваться в соответствии с его требова­
ниями, лютеранская церковь ищет опоры там, где ее
искали в то время все контрреволюционеры: в православ­
ной церкви. Никаких практических последствий для лю­
теранской церкви этот адрес однако не имел. Генеральная
консистория уже в марте 1918 г. распалась, так как вхо­
дившие в ее состав бароны и сенаторы эмигрировали.
Германская оккупация Лифдащщи и Эстляндии, а затем
образование на их территориях самостоятельных государ­
ственных организаций довершили развал лютеранства.
Остались отдельные лютеранские приходы, никем не объ­
единяемые й не руководимые. В Петербурге они в связи с
уничтожением-хозяйничавшей в них буржуазией прихо­
дят в полный упадок и кое-как поддерживаются облом­
ками буржуазной интеллигенции и мещанством. В дерев­
не приходы руководятся кудаками, которые конечно не
только финансируют их, но и используют политически.
Это политическое использование свелось на Украине и
Северном Кавказе к прямой поддержке лютеранством
белогвардейских банд. Лютеранские церкви стали в не­
мецких колониях центрами не только контрреволюцион­
ной пропаганды, но и организации вооруженных отрядов
для борьбы с Красной армией. Слушавшееся в 1930 г. в
Одессе дело пастора Коха это вполне доказало.
Его деятельность в Спартаковском районе Украины
является самым ярким примером лютеранской контрре­
волюции. По инициативе Коха в Гросслибентале, Александергильфе и др. деревнях было организовано кулац­
кое восстание в 1919 г., приведшее к гибели двадцати
комму нистов-спартаковцев; при этом расстрел их так­
же произошел по указаниям Коха: благочестивый па­
стор требовал их расстрела, но с одним условием: не
у здания церкви: «дом божий должен быть домом мо­
87

литвы и кровь не должна,проливаться у его святого по­
рога», говорил лютеранский палач.
Ту же контрреволюционную роль, что Кох на Украи­
не, пытался играть в Поволжья пастор Шлейнинг, пере^
селившийся затем на Кубань и поступивший на слуя?бу
в деникинскую контрразведку, а в Сибири (Славгородские немецкие колонии) ее играл пастор Штах, бывший
правой рукой бандита Анненкова.
Всюду пасторы встречали белогвардейцев с распро­
стертыми объятиями И молились за Деникина, Колчака
и особенно за.-«немца» Врангеля.
Что касается наконец финских, эстонских и ла­
тышских приходов нынешней Ленинградской области, то
пасторы в огромном большинстве открыто выражали сим­
патии белофиннам,'белоэстонцам и Юденичу. Последнего
лютеранская поповщина всюду приветствовала как изба­
вителя. В Пскове, находившемся длительное время в ок­
купации германской военщины, лютеранские попы сразу
спелись с оккупантами и вместе с ними ушли оттуда.
Этими подвигами характеризуется отношение люте­
ранства к Октябрю.
в /ію Т Е Р А Н С Т В О В ВО ССТА Н О ВИ ТЕЛ ЬН Ы Й
П ЕРИ О Д

Э п о х а нэпа, вызвавшая «смену вех» со стороны
буржуазной интеллигенции, кулачества и нэповской бур­
жуазии, вызвала «смоиѵ вех» и со стороны их идеологов,
в частности со сторона лютеранской церкви.
Лютеранская поповщина, как и православная, «приз- •
нала» Советскую власть. Признала конечно в той мере и
постольку, поскольку ее «признал» кулак и нэпман.
Окончательно растерявшая за время гражданской
войны своих старых заказчиков и кормильцев, лютеран­
ская церковь должна была теперь немедленно осу­
ществить ту программу гоорганизации, которая была ею
намечена еще до 1917 г. Вместе с тем эпоха пролетарской
диктатуры требовала пересмотра и лютеранской идеоло­

гии. Учение о царе, как главе церкви, стало явно невоз­
можным. Но в условиях пролетарской диктатуры ^нельзя
было оставить также и пункты о безусловном повинове­
нии и содействии правительству и, в особенности, о праве
его «убивать». Нужно было пересмотреть и самую догма­
тику. Если этот вопрос выдвигался еще в 1913 г., то тем
более он назрел теперь. Политически и культурно воз­
росшие в революционные годы крестьянские массы никак
нельзя было больше убеждать в непогрешимости библей­
ских истин даже в «либеральном» толковании. Нужно
было создать видимость' «единения религии с наукой».
Наконец лютеранство не могло отнестись безразлично
к росту безбожия, к начавшемуся массовому отходу от
церкви, особенно со стороны молодежи. Комсомол и пио­
нерские организации испортили лютеранским попам не
мало крови. Поэтому перед Лютеранством стояла задача
и пересмотра своей тактики и методики пропаганды.
Была и еще одна задача. До революции руководство
всей лютеранской церковью находилось в руках немецкой
буржуазии, особенно немецкого дворянства. Изменившие­
ся условия, в частности национальная политика Со­
ветской власти, сделали «немецкую» идеологию люте­
ранства невозможной. Приспособление к советской дей­
ствительности требовало такой организации церкви,
которая давала бы церковную «автономию» и другим нац­
меньшинствам, т. е. латышам, эстонцам и финнам; этого
требовали и кулаки этих национальностей.
Но прежде чем осуществить всю эту программу, нуж­
но было подсчитать свои разгромленные революцией
силы и собрать их. Это было сделано в 1923 г. когда на
Всероссийском съезде лютеранской поповщины (General­
synode) генеральным синодом был принят новый устав
лютеранской церкви. Отличие этого нового устава от до­
революционного состоит следующем.
1)
В основу церковной организации положен прин­
цип выборности. Приходские собрания выбирают при­
ходский совет, местные (окружные) синоды (съезды) —
совет пропета, генеральный синод (Всероссийский
съезд — высший церковный совет (Oberkirchenrat). Срок

избрания— 6 лет. На съездах участвуют «миряне» и па­
сторы. Пасторы также выбираются приходом и утвержда­
ются высшим церковным советом. Консистории — уни­
чтожены. Так был осуществлен принцип «взаимопроник­
новения» церкви с «народом» на началах кулацко-поповской «демократии». Крупнохуторская система ведения
хозяйства в немецких, эстонских и латышских колониях
способствовала укреплению религии. «Кулачество яви­
лось главной опорой лютеранства», правильно отмечает
И съезд СВБ (резолюции съезда, стр. 3-3). Действительно,
в приходских советах кулачество стало играть главенствующую роль, а стало быть играло ее и в центральных
органах лютеранской церкви.
2) В виду недостатка пасторских «кадров»^ и отсутст­
вия «богословских» университетов от требования универ­
ситетского образования пасторов пришлось отказаться.
По новому уставу (ст. 27) пасторы избираются из чдсла
лиц, окончивших соответствующий семинарий и сдавших
коллоквиум, бднако число лиц, желающих посвятить се­
бя пасторской деятельности, таяло с каждым годом. По­
этому, на ряду с приходскими пасторами были учрежде­
ны особые разъездные пасторы, обслуживающие несколь­
ко приходов, собирающие с них дань во время гастролей.
3) Титул «епископа» сохранен. Этот титул предостав­
ляется генеральным синодом как особая «честь» наиболее
заслуженным попам. Этой чести удостоились попы
Мальмгрен и Мейер. Подобно двум консулам в древнем
Риме, сии доблестные мужи управляют совместно делами
лютеранской церкви. Ö них персонально упомянуто в
уставе, причем на Мальмгрена возложено представитель­
ство лютеранской церкви при переговорах с правительст­
венными и другими организациями и лицами, а на
Мейера — руководство лютеранской поповщиной. Это
разделение труда вызвано, надо думать, не тоЛъко опасе­
ниями перегрузки почтенных епископов, а и более «дели­
катными» соображениями.
4) Вопрос о лютеранских «нацменьшинствах», т. е. ла­
тышах, финнах и эстонцах, разрешен уставом в том смыс­
ле, что им организованы особые церковные управления
90

-

для лютеран этих национальностей, а именно: «Suomolainen Konsistorio» для финнов, «Latweeschu Lut. Basnizas
WirswaJüe Kreeviga» для латышей и «Uolera Kiriku Nöukoga» для эстонцев. Являясь автономными церковными
организациями, они согласуют однако свою работу с
обер-кирхен-ратом (высшим "церковным советом) и полу­
чают директивы от «епископов».
5)
Наибольший интерес продставляют конечно те
изменения, которые внесены новым уставом в вопрос об
отношении к правительству. Мы видели, как люте­
ранство в продолжение всей своей многовековой истории
выдвигало в зависимости от соотношения классовых сили создаваемой им политической обстановки то одну, то
другую сторону учения Лютера. Не будем забывать того,
что лютеранство_возникл& как религия и протеста и его
подавления. В нем выдвинут и принцип свободы индиви­
дуальной веры и принцип авторитета Библии. Соответст­
венно с этим лютеранство может рекомендовать себя и в
качестве «слуги государства» и в качестве «свободного об­
щества верующих». Само собой разумеется, что современ­
ный устав лютеранской церкви остановился.,на втором
толковании.
Лютеранство провоглашено (ст. Г) «свободным об­
ществом верующих евангелически-лютеранскбго испове­
дания». Отсюда вытекает и следующая инструкция паоторам: «заниматься исключительно религиозными вопро­
сами, держась в стороне от всякой политики» (Sich von
jeder Politik fernhalten). Не требует особых пояснений,
что «свободное общество», держащееся «в стороне от по­
литики», есть общество, желающее, быть «свободным» от
пролетарской диктатуры и «держаться в стороне» от со­
ветской политики; вспомним, как не желало лютеранство
«освобождаться» от субсидий 'временного правительства
(см. стр. 86). Тем самым оно несвободно от кулацкого вли­
яния и отнюдь не держится в стороне от политики кулац­
кой. Если в восстановительный период это маскировалось
«идеологическим» прикрытием ничего не значащих фраз
и не сопровождалось явно контрреволюционными выступ­
лениями, то; как увидим, в эпоху реконструкции дюте-

ранству эту маску пришлось кое-где приоткрыть, а, коегде снять совсем.
Переходя к методам работы лютеранства и его тактике
в восстановительный период, необходимо прежде всего
отметить, что лютеранская церковь, как все религиозные
организации, развертывала свою деятельность не только
вполне легально, но и довольно энергично. Старый текст
Конституции РСФСР и УССР, предоставлявший не толь­
ко свободу вероисповедания, но и свободу религиозной
пропаганды, открывал к этому возможность, а нэпман в
городе и кулак в деревне эту возможность насколько
возможно широко использовали. Нужные для пропаганды
средства поставлял тот же нэпман и кулак; кроме того
конечно производились всякого рода сборы с верующих.
Следует при этом иметь в виду, что лютеранские при­
ходы Ленинграда вели, само собою разумеется, работу
другими методами, чем сельские -приходы. Это потому,
что и социальный состав этих приходов и круг интересов
прихожан очень различны. Маркс определил религию
как «самосознание и самочувствие человека, который или
еще не отыскал себя или снова уже потерял себя». Чле­
нами лютеранских организаций Ленинграда являются
большею частью люди второй категории, тогда как в сель­
ских приходах, преобладают первые. В этом убеждают
данные о социальном и возрастном составе двадцаток и
данные о посещаемости лютеранских церквей. Назовем
для примера состав двадцатки в Ленинградской Екате­
рининской церкви на Васильевском острове (Kathari­
nenkirche). Оказывается, что она состоит из 3 кустарей, 5
домашних хозяек, 2 служащих, 1 учительницы (!), 1 рабо­
чего, 3 бывших торговцев и 5 подозрительных «безработ­
ных». Возрастной состав ее такой: 16 человек в возрасте
свыше 50 лет (10 — свыше 60), 2 — свыше 40 и 2 свыше
30. Аналогичная картина и в других церквах. Посеща­
ют церкви люди тоже по большой части близкие, к этой
двадцатке.
Другая картина — в сельских районах. Здесь в двадцадках преобладают «крестьяне». Церковные столы адмотделов, к сожалению, не удосужились при регистрации

определить социальное лицо этих «крестьян», но имею­
щиеся неофициальные данные с несомненностью говорят,
что в восстановительный период это были по большей
части крестьяне зажиточные, в их числе значительный
процент кулаков и ремесленников. Посещала церкви и
беднота, преимущественно женщины;
В соответствии с этим строилась и методы работы
лютеранских попов.
В городе богослужение сопровождалось концертами,
причем исполнялась отнюдь не только культовая музыка,
а и музыка светская. Культовая музыка в свою очередь
не замыкалась в рамки лютеранской музыки (Бах): ис­
полнялись произведения Моцарта, Бетховена (католиче­
ские реквиемы и мессы), Львова,' Бортнянского (право­
славная культовая музыка). В концертах, устраивавших­
ся как в церкви Петра, так и в церкви Екатерины, прини­
мали участие хор Академической капеллы, оркестр Со­
ветской филармонии и солисты Государственного театра
оперы и балета. Все это давало лютеранской поповщине
весьма солидный доход. Концерты эти устраивались
иногда и вне богослужений и собирали значительное ко­
личество слушателей; после концертов, как гласили афи­
ши, происходил «сбор на покрытие налогов».
Здесь мы видим широко поставленный художествен­
ный метод религиозной пропаганды. Было бы, однако,
ошибочным думать, что религиозные концерты ориенти­
ровались только на «бывших людей» и на нэпманов. Они
привлекали слушателейді из числа трудящихся и далеко
не одних лютеран.
В деревне поповщине пришлось конечно, за отсутстви­
ем столь широких возможностей, прибегнуть к иным фор­
мам воздействия. Здесь преобладающим методом пропа­
ганды оказалась пропаганда индивидуальная. Путем по­
сещения отдельных крестьянских семей, путем бесед с
крестьянами, особенно женщинами, пасторы пытались
поднять и укрепить авторитет церкви и подчинить своих
собеседников влиянию заседавших в приходских сове­
тах кулаков1. Женщинам при этом проповедывался старый
кулацко-поповский идеал: «церковь, дети, кухня»
93

»

(Kirche, Kinder, Kiiche). Раньше, в романовской России и
гогенцоллерновской Германии к этим трем «К» прибавля­
лось четвертое: «Кайзер». Изменившиеся социально-поли­
тические условия заставили пасторов, как и кулаков,
стать «республиканцами». Не допуская лютеранскую
женщину к общественной работе, приковывая ее инте­
ресы к узкому кругу домашних забот, лютеранская по­
повщина пыталась сделать ее своим орудием, с тем чтобы
через нее влиять и на детей, воспитывая их верными ча­
дами церкви и противоставляя влияние церкви и семьи
влиянию советской школы. Обо всем этом откровенно рас­
сказал на суде упоминавшийся уже пастор Кох из ГроссЛибенталя (б. Одесский округ). Вся эта антисоветская
работа велась, само собой разумеется, под маской со„ ветской «лойяльности», простиравшейся так далеко, что
тот же контрреволюционер Кох, как и лютеранские пасторьГ вообще, публично, в церкви молились... за пра­
вительство.
Велась и индивидуальная работа, и притом очень
энергичная, среди бедноты. Дело не ограничивалось про­
пагандой словом. Во многих сельских лютеранских при­
ходах устраивались «кассы взаимопомощи» (на Украине,
Северном Кавказе, в Гіоволжьи), через посредство коих
беднота кредитовалась кулачьем и поповщиной и тем са­
мым оказывалась у них в экономической ЗЙвисимости.
гІ^ак создавался «базис» для идеологического воздействия.
Обосновывались эти финансовые операции конечно биб­
лейскими текстами о «любви к ближнему».
Особое внимание было обращено на молодежь. Органи­
зовывались молодежные кружки, причем они отнюдь не
ограничивали круга своих занятий чтением Библии или
^душеспасительными» беседами. С каждым днем отходив­
шую от церкви молодежь нужно было попытаться при­
влечь новыми способами, более соответствующими ее ин­
тересам и запросам. Для этого устраивались занятия спор­
том, рукоделием, музыкой, пением, читалась и «светская»
литература соответствующего содержания, которой моло­
дежь снабжалась из библиотек, имевшихся & распоряже­
ний пасторов? Некоторые пасторы, как например пастор
U4

airafL ездят'еще и посейчас в свои гастрольные поездки
но латышским и эстонским деревням Ленинградской об­
ласти со скрипкой под мышкой и наподобие паря Давида
хвалят господа посредством музыки, не исключая и тан­
цевальной. Музыка,, танцы, спорт и чтение являются лишь
предварительной атакой на молодежь. Целыо всех этих
мероприятий является конфирмация; перед конфирма­
цией молодежь подвергается двухнедельной обработке— на
этот раз уже религиозной — со стороны попа, поучающе­
го ее таким «истинам »--из Лютерова катехизиса: «В чем
состоит просвещение? В том, что дух святой озаряет
сердце тех, которые охотно слушают и изучают слово бо­
жие» (стр. 340). «Я должен помогать и содействовать
ближнему своему в сохранении его собственности-» (стр.291). «Я не должен посягать на дом ближнего моего и
присваивать его себе под видом права » (стр. 289). Так про­
свещал устами пасторов деревенскую, преимущественно
бедняцкую, молодежь кулак. Так в восстановительный
период кулачество надеялось закрепить свои позиции, ко­
торые оно в первые годы нэпа заняло не без попуститель­
ства— в б. немецких колониях особенно — со стороны
органов Наркомзема и при явном содействии со стороны
Кондратьевых и прочих радетелей кулацкого дела.
Не дремал и нэпман. Лютеранская поповщина в Ленин­
граде также занялась обработкой молодежи, хотя и нес­
колько иными методами. В городе запросы выше. Здесь
одной игрой на скрипке и спортом не отделаешься. Здесь
оказалась нужда в «философии». За выполнение соци­
ального заказа нэпманов и «бывших» в Ленинграде
взялся пастор Мусс, что для него, который сам был нэп­
маном — владельцем граверной мастерской, — было де­
лом родным и нетрудным. Он организовал молодежный
кружок с поэтическим названием «Пчелка». Эта
«Пчелка» наподобие пчелки из популярного немецкого
стишка «летала по всем цветочкам и отовсюду высасыва­
ла сладость».1 Залетала «Пчелка» и в комсомол, залеEine kleine Biene flog
Emsig hin und her und sog
Süseigkeit aus allen Blumen
95

тала в в советский клуб, и в школу. Все «высосанное»
«Пчелкой» подвергалось «критике» на беседах пасторагравера, который всемерно старался выгравировать на
челе своих питомцев «печать дара духа святого», того са­
мого «духа», который рекомендует «сохранять собствен­
ность ближнего своего». Для этой цели проводился цикл
бесед по лютеранскому богословию и идеалистической фи­
лософии с разъяснением «мерзости» и «греховности» ма­
териалистических «заблуждений». Только закон 8 ап­
реля 1929 г. положил конец «просветительной» деятель­
ности Мусса.
Такая же идеологическая работа велась и в целом
ряде детских очагов и школах, которые под крылышком у
лютеранских церквей полулегально существовали; велась
она и на специальных уроках закона божия, которые про­
водились в особо назначенные часы в церкви или на квар­
тирах пасторов; это были так называемые «детские
богослужения» — Kindergottesdienst. Возглавлялась эта
«культурно-просветительная» работа «немецким образо­
вательным ферейном» (Bildtfngsverein), объединявшем
обломки немецкой буржуазии и буржуазной интеллиген­
ции. В этом ферейне руководящую роль играл председа­
тель двадцатки Петра, заведующий немецкой советской
школой, профессор А. Г. Вульфиус. Связь этого ферейна
и его руководителей не только с нэпманскими кругами
Ленинграда, но и с капиталистическими кругами Герма­
нии была очень тесной. Ферейн существовал также до
1929 г.
У лютеранской церкви была еще одна немаловажная
работа — это подготовка поповских кадров, Мы- выше
уже отмечали, что отсутствие Кадров с богословским «вы­
сшим» образованием заставило лютеранскую церковь удо- 1
влетвориться пасторами, окончившими особый семина­
рий, который и был организован в Ленинграде. Этот семи­
нарий привлек однако не слишком много слушателей.
В нем обучались всего 10 человек. До 1929 г. семинарий
помещался на частной квартире; в связи с острым недо­
статком жилплощади он вынужден был выехать. Его
приютило в своих стенах финское консульство.
96

Следует, наконец, отметить, что лютеранская церковь
вплоть до 1929 г., т. е.и течение всего восстановительного
периода, издавала свой официальный орган — журнал
«Унзере кирхе» (Unsere Kirche, т. е. наша церковь). Этот
журнальчик не только давал директивы пасторам, но и
помещал статьи «религиозно-нравственного» содержания
и методические разработки поповских проповедей. Нет
надобности приводить выдержки из печатавшихся в нем
статей: установка всех их почти тождественна. Она заклю­
чается в призывах к «благочестию» и религиозности в
«наш век растущего безбожия». Но эти призывы не при­
вели к желательным для пасторов и их покровителям
результатам. Отход о*г лютеранства крестьянских масс
еще в годы гражданской войны продолжался. Быстро рос­
ло безбожие срёди молодежи бывших немецких колоний.
Что касается взрослого населения, пожилых крестьян,
то здесь следует указать, что развал лютеранства про­
исходит не только за счет роста безбожия, но и за счет
роста сектантства. «Либеральное» богословие с его уче­
нием об оправдании индивидуальной веры и с его «кри­
тикой» Библии оказалось палкой о двух концах. Полно­
стью отражая индивидуалистическую психологию мел­
кого собственника и широко используемое кулачеством,
оно в условиях СССР оказалось, как мы видели, к тому
же единственно возможной формой маскировки лютеран­
ства. Но оно же привело и к разложению лютеранской
церкви. Принцип «индивидуальной веры» привел с од­
ной стороны к сближению части лютеран с теми сектами,
которые основывают свое учение на том же принципе и
которые проводят его более последовательно, чем люте­
ранство. Поэтому та часть лютеран из числа как кре­
стьян, так и городского мещанства, которая, не порывая
пока с религией, искала в церкви не только пассивного
восприятия проповедей пастора, а активного участия в
богослужении, — переходила к сектантам, чаще всего к
баптистам и адвентистам.
С другой стороны наблюдается процесс внутреннего
распада лютеранства, Образовалась так называемая «сво­
бодная церковь» (Freie Kirche), своего рода лютеранская
7

Л. Браижт

97

беспоповщина, которая очень близка к баптизму, от ко­
торого она отличается только несущественными догмати­
ческими различиями. Она в еще большей степени, чем
официальное лютеранство, обеспечивает свободу влияния
кулака. В «свободной» церкви каждый желающий может
выступить с проповедью. Такая «демократизация» лю­
теранства— кстати сказать, недостаток пасторских кад­
ров ей объективно содействует — делает кулака не толь­
ко идейным вдохновителем церкви, но и ее непосредствен­
ным агитпропом. Мы увидим, что в эпоху реконструкции
«свободная церковь» в еще большей мере пригодилась
классовому врагу.
Но принцип «индивидуальной веры» и критическое от­
ношение к Библии привели к другим последствиям. Если
эта критика, как мы видели, не перестала в условиях ка­
питализма в критику религии, — на страже религии там
стоит эксплоататорское государство и его церковь всех
оттенков, не исключая самых либеральных, — то в усло­
виях диктатуры пролетариата, при наличии не только
«рационалистической», но и систематической материа­
листической, научной критики Библии она неизбежно
переходит в критику религии. Вот почему нельзя не сог­
ласиться с II Всесоюзным съездом СВБ, который в своей
резолюции по национальной работе (раздел VI) отметил,
что в лютеранстве «христианская система религиозного
мировоззрения подвергнута наибольшей критике». От­
сюда развал лютеранства не только как церковной орга­
низации, но и как религиозной системы.
« /ïlO T E P A H C T B O

В РЕК О Н С Т Р У К Т И В Н Ы Й

П ЕРИ О Д

Н ачавш и й ся развал лютеранства в реконструктив­
ный период пошел быстрым шагом вперед.
Развернутое социалистическое наступление в городе
и в деревне, досрочное выполнение пятилетки, энтузи­
азм рабочих масс заложили фундамент социалистиче­
ской экономики; коллективизация сельского хозяйства
98

привела к ликвидации кулачества как, класса. В част­
ности коллективизация успешно проводилась в немец­
ких колониях Украины, Северного Кавказа, Сибири и в
республике Немцев, Поволжья. Процент вовлеченных в
колхозы бедняцких и середняцких хозяйств достиг в сре­
днем 9'5, а в некоторых районах 100. Не такими темпами,
как на юге, но все же с большим подъемом проходит кол­
лективизация среди латышей,- эстонцев, финнов и нем­
цев в Ленинградской области. В среднем колхозами здесь
охвачено свыше 40&/о нацменовских крестьянских хо­
зяйств, но есть районы, как финский Куйвозовский,
сплошной коллективизации. Уничтожая мелкое крестьян­
ское хозяйство, повышая сельскохозяйственную технику
и главное—ликвидируя кулачество, коллективизация тем
самым выкорчевывает и корни религиозности. Успехами
социалистического наступления объясняется и успех ан­
тирелигиозной работы и дальнейший развал лютеранства.
Но вместе с тем успехи социализма вызвали бешеное
сопротивление со стороны кулачества, которое, как везде
и всюду, так и в нацменовских районах, избрало религию,
в данном случае лютеранскую, в качестве орудия своей
контрреволюционной борьбы. Лютеранство с его пропо­
ведью индивидуализма, с его учением о защите частной
собственности ближнего, с его «протестантским» харак­
тером в этом отношении оказалось для кулачества идео­
логией вполне подходящей. Внутренние противоречия
лютеранства, о которых мы не раз говорили, ведут,, с од­
ной стороны, к его развалу и облегчают борьбу с ним,
но с другой — они же используются кулачеством в своих
целях. Кулачество использует лютеранскую свободу веры,
лютеранский индивидуализм в качестве оружия против
коллективизма, против единства материалистического
мировоззрения, либеральный критицизм — для контрре­
волюционной «критики» социализма. Но ведь оружие
критики сплошь да рядом переходит в критику ору­
жием. И в этом отношении лютеранская «критика» соци­
ализма исключения не представляет. Говорят, что мухи
кусаются .осенью. Кулацкая «осень» тоже, как нам из­
вестно, характеризуется попытками «укусов» с его сто­
99

роны. И наблюдающееся в реконструктивный период, в
период социализма усиление активности религиозных
организаций, в том числе- и лютеранской церкви, как
нельзя лучше отображает эти кулацкие «укусы». Попов­
щина, верный пес эксплоататора на протяжении веков,
служит ему последнюю службу, тормозя по мере сил и
умения социалистическую стройку и вредя ей словом и
делом.
• Ту же работу делают в городе, в частности в Ленин­
граде, пасторы по заказу «бывших» и обломков нэпман­
ской буржуазии. Им снова пришлось «сменить» вехи.
Ставка на буржуазное перерождение советской власти, на
«термидор» оказалась ложной, она бита; идя по пути
своих политических вождей, руководителей «Промпартии», меньшевиков и им подобных, бывшие люди и нэпма­
ны обратили, как и кулаки, свои надежды на интервен­
цию, изменив свои «советские» в кавычках настроения
на настроения прямо и определенно антисоветские.
Правда, 'Со стороны бывших, уже потерявших себя, мы
видим меньше контрреволюционных дел, чем со стороны
кулаков, но зато видим еще больше контрреволюционных
слов. И в этом случае лютеранская поповщина, всегда
готовая к словоблудию, служит, по выражению Лютерова катехизиса, своему начальству, «оставаясь неиз­
менно верной ему даже в самые тяжелые времена».
Эта установка лютеранской поповщины Ленинграда с
Vчрезвычайной наглядностью проявилась в послании, о
которым церковный совет'Екатерининской церкви на Ва­
сильевском острове, руководимый гражданином Инге,
бывшим торговцем и пастором Фрейфельдтом, сыном упо­
минавшегося в III главе царского епископа, обратился в
пасхальную кампанию 1931 г. ко всем «членам церковной
общины». Членами ее состоят, заметим кстати, и некото­
рые знатные иностранцы. Приводим этот документ пол­
ностью, в переводе с немецкого языка.
«КО ВСЕМ ЧЛЕНАМ ЦЕРКОВНОЙ ОБЩИНЫ СВ. ЕКАТЕРИНЫ.
В течение двух столетий наш верньш всемогущий бог охранял
церковь и помогал ей во всех ее нуждах. Ча­

нашу общину а нашу
100

сто мы на эту заботу отвечали неблагодарностью. Поэтому бог послал
н а пас бурю и нат иск (Starm und Dran»); он хочет испытать,
остались л и мы ему верны в самые т яж елы е времена. (Курсив
мой. Л. Б.) Община принесла уже не одну жертву для сохранения
церкви. Теперь нужда настолько велика, что поставила нас вплотную
перед вопросом:
Быть или не быть?
Неужели наше христианство только религия слова, а не дела и
жизни? Разве Иисус, господин нашей церкви, нѳ достоин того, что­
бы принести ради любви к нему и тшсие жёртвы. которые причиняют
нам боль?
/
Екатерининская община, отвечай!
Существование нашей церкви под вопросом. Божьему дому, кото­
рый благословлял высшие достиж ения вашей ж изни, с кото­
р ы м связаны ваши прекраснейш ие воспоминания, вашей церкви
грозит опасность. Очаг лютеранской религии и нравственности в
беде.
Екатерининская община — проснись!
(St. Katharinençemeinde
erwache !)*
Неужеіи мы отдадим наследство, доставшееся нам от от­
цов? Какой позор на все времена мы этим навлекли бы на себя!
Мы должны были бы краснеть перед детьми и внуками нашими. Нет,
мы должвы вспомнить слова великого Гёте:
«То, что наследовал ты от отцов своих, приобретай, чтобы
владеть наследством».
Нам нужны большие денежные средства, около 5 ООО рублей, чтобы
оплатить налоги и текущие расходы. Сумеем ли мы собрать эту сумму
и сохранить нашу церковь?
Екатерининская община, отвечай! Бог ждет! Бог ждет нашего
ответа. Неужели мы ему изменим? Неужели мы откажемся от на­
шей веры в бога и его всемогущество? Неужели мы похоронили наше
христианство вместе с похоронами нашего'Иисуса Христа в великую
пятннцу?
Екатерининская общипа, отвечай! Мы глубоко убеждены, что вся
община одушевлена одной твердой волей: мы хотим жить. Мы хотим
существовать. Так превратите же эту волю в святое, угодное богу
дело. Бог с нами, он нам поможет.
Церковный совет»

Оставляя в стороне торжественный стиль этого посла­
ния, остановимся несколько на его содержании. Отноше­
ние авторов документа к пролетарской революции, в част­
ности к данному ее этапу, не оставляет никакого сомне­
1 Этот лозунг я в л я е т с я нѳ чем ипым, к ак перефразированным
лозунгом герм анских фаш истов — «Германия — проснись» («D eutschland
erw ache»).

101

ния: революция и социалистическое наступление с их
точки зрения «буря» и натиск, «беда^ и «боя«ье испы­
тание». Контрреволюционная установка лютеранской цер­
кви еще ярче выступает в свете тех «благословений выс­
ших достижений» жизни членов церковной общины, о
которых восторженно вспоминает воззвание. Бывший че­
ловек, видящий в церкви «наследство отцов», вспоминая
с болью в сердце свои «достижения» во времена капита­
лизма, заклинает однако не только одного бога для защи­
ты церкви от грозящей им «беды». Бог-то бог, да и сам не
будь плох. Бывший человек, опытный торгаш, требует
денег со всех членов общины. Воззвание рассылалось и
раздавалось также и немецким рабочим. За счет рабочего
бюджета хотят поп и отставной буржуа поправить свои
дела. Трудящимся хотят они внушить мысль о «револю­
ции, как о «беде» и «испытании», их они призывают «про­
снуться» от социалистического творчества. Так очевидно
на поэтическом языке лютеранской поповщины называ­
ется то, что мы на прозаическом языке борьбы классов
называем призывом к вредительству. Очевидно, что., одной
веры в бога в условиях победоносного наступающего со­
циализма недостаточно; заклинаниями, как заметил на
заседании пан-европейской комиссии т. Литвинов, СССР
уничтожить нельзя. Поэтому и лютеранской поповщине
Ленинграда, как и зарубежной, пришлось поступиться
Лютеровым учением об оправдании одной верой и настой­
чиво подчеркнуть необходимость «добрых» — для буржу­
азии— дел. В этом лютеранство сошлось с католиче­
ством. Ведь его глава уже давно также добивается «доб­
рых» дел по отношению к Советскому союзу.
Значительный интерес представляет также и реко­
мендованный оберкирхенратом, т. е. центральным управ­
лением лютеранской церкви в СССР (см. стр. 91) текст
пасхальных песнопений. Приводим его отрывок в пере­
воде с немецкого:
«Ты, справедливый сын божий, ты также испытывал
унизительные речи, насмешки и оскорбления, как и мы.
Спаси нас, бедных, от оков дьявола». «Сохрани и укрепи
нас, мощный герой (подразумевается Христос), чтобы
102

враги нас не одолели и чтобы м и р и л а п а л », «Сообщи нам
упорство в борьбе, помоги нам в наіией беде ».
«Оковами дьявола» и «миром зла» величают руково­
дители лютеранской церкви наш советский строй и не
скрывая заявляют, что готовы на борьбу с ним.
Такова та политическая установка, которая дается
лютеранской церковью. Эта установка, словесно давае­
мая в городских центрах, на деле осуществляется в де­
ревне и в первую очередь там, где на основе сплошной
коллективизации идет ликвидация кулачества как клас­
са. Так в Люксембургском районе (Украина) руководи­
мая пастором Фельдом церковь была центром кулацкого
восстания, в деревне Граф в немреспубдиКе Поволжья
пастор Кукус открыто агитировал против колхозов, зна­
менитый одесский пастор Кох вел откровенно погром­
ную работу, председатель лютеранской эстонской церков­
ной двадцатки в Валериановке (Красногвардейский рай­
он Ленинградской области) Порман поджег колхоз, пастор
(финн) Яданен из ГІудости (Ленинградская область) ута­
ивал разменную монету, пастор Лаврикала вел в погра­
ничных с Финляндией районах антиколхозную и шови­
нистическую пропаганду, лютеранские церковники — ку­
лаки убили в Крестецком районе активиста-антирелигиозника — учителя Кийва и председателя эстонского кол­
хоза и т. д. Список самых разнообразных преступлений
оголтелой лютеранской поповщины можно было бы и
продолжить. Это та тактика лютеранства, которую можно
сравнить с тактикой германских ортодоксальных попов,
ориентирующихся, как мы видели, на фашизм. Недаром
лютеранские попы и перефразируют в своих воззваниях
фашистские лозунги.
Близость лютеранской церкви к международному фа­
шизму и в частности к фашизму германскому выявилась
также в деле пропаганды ею эмиграции в Германию, куда
они советовали ехать, чтобы «спастись» от коллективи­
зации. Правда, агитация за массовый выезд в Германию
главным образом велась меннонитскими проповедниками,
но не отставали и лютеранские попы. Пользуясь религи­
озностью отсталой части крестьянства и играя на неиз103

житьтх е т е ею собственнических интересах, попы пыта­
лись сорвать социалистическую реконструкцию сельско­
го хозяйства путем эмиграции. При этом они всемерно
разжигали национальный немецкий шовинизм, доказы­
вая, что в Германии «ваши братья по крови и вас в оби­
ду не дадут». То же делал и шведский пастор Гоас. Про­
вал эмиграционной кампании кулачества известен. Ха­
рактерен самый факт попытки сочетания религиозной
пропаганды с пропагандой шовинистической. Он не еди­
ничен. Латышский пастор Миглас в своих пасхальных
проповедях в 1931 г., жалуясь на наступившие «трудные
времена» и рассказывая слушателям, в том числе и моло­
дежи, о том, что «раньше жилось лучше», призывал их к
сплочению «для сохранения латышской культуры, един­
ственной защитой которой является церковь».
И здесь мы видим пример шовинистической пропа­
ганды церковника, .ориентирующегося на буржуазную
Латвию. К тому же восторженные рассказы о «лучших
временах», т. е. идеализация крупнохуторской системы
хозяйства с господством кулака является неприкрытой
контрреволюционной тактикой.
Но эта тактика открытой контрреволюции не есть так­
тика большинства лютеранских попов. Официально цер­
ковь убийств и поджогов, как и антисоветской пропаган­
ды, не одобряет. Слишком очевидно, что террором социа­
лизма не задержишь. Террор, не приводящий к результа­
там в капиталистической Германии, тем не менее может
привести к ним в стране строящегося социализма, с т о л б
же бессмысленна и открытая антисоветская пропаганда,
ибо как только трудящиеся начинают понимать контр­
революционную роль церкви, они отшатываются от нее.
Поэтому тактика большинства лютеранских попов, так­
тика, поддерживаемая центральными органами лютеран­
ской церкви, — другая. Это — тактика вредительства за­
м аскированного. Она как раз соответствует интересам и
потребностям кулачества на данном этапе. Если поджо­
гами и убийствами кулак надеялся остановить ход кол­
лективизации и тем предотвратить свою гибель^то, видя,
что его дело проиграно и что середняк и бедняк сплош*
104

ной массой пошли в колхоз, он избрал путь подрыва
колхозного строительства изнутри, пытаясь пролезть в
колхоз или послать туда своих агентов. Именно так
советовал поступать кулакам все тот же пастор Кох.
На. суде он так и заявил: «Я убедился, что я был не прав,
занимаясь контрреволюционной агитацией, я решил
етать честным советским гражданином и потому совето­
вал кулакам итти в колхозы, потому что коллектив —
это старый христианский идеал» (см. одесские «Вечерние
известия» от 20 июня 1930 г. и «Черноморскую комму­
ну» от того же числа).
Вообще дело пастора Коха поучительно. Этот поп про­
делал в своем лице всю эволюцию лютеранской церкви г
начав с организации черносотенного «союза немецких ко­
лонистов» для помощи белобандитам в годы граждан­
ской войны, через расстрелы, погромные речи и контрре­
волюционную агитацию, то явную, то прикрываемую би­
блейскими текстами, Кох пришел к убеждению, что за­
дача «честного советского гражданина» заключается в
том, чтобы «советовать кулакам итти в колхозы». Такого
рода советы дает далеко не один Кох. То же делает целый
ряд попов не только на Украине, но и в Крыму (пастор
Гершельман), в Немреспублике (Майер), а также и в Ле­
нинградской области. Эстонско-немецкий пастор Шульц,
упомянутый латышский пастор Миглас, финский пастор
Варанен — все они понимают обязанности «честного со­
ветского гражданина» одинаково с Кохом. Это заставляет
иредполагать, что такова полученная ими из центра ди­
ректива.
«Идите в колхоз, но не забывайте при этом бога» —
вот установка, даваемая теперь пасторами сплошь да ря­
дом. Не забывать бога — это значит праздновать пасху,
рождество, воскресенье и прочие церковные праздники,,
это значит беречь «старую культуру», защищая собствен­
ность «ближнего», это -значит взрывать колхоз изнутри.
Так «честные' граждане» содействуют «признаваемой» имя
советской власти. Эту официальную тактику можносравнить с тактикой «христианского социализма», как
более тонкой формой религиозного обмана.
105-

Перемена тактики, переход от открытого вредительства
к-скрытому, от явного показа классового лица к его мас­
кировке, сказалось и в своеобразном «выдвиженчестве».
Подобно другим религиозным организациям и лютеран­
ские церковные общины выбирают в члены и в особен­
ности в председатели двадцаток приходских советов бед­
няков, батраков и колхозников, в городах пытаются най­
ти для этих «почетных» должностей кандидатов из числа
рабочих. Далеко не всегда это удается — верующий да
еще активно верующий колхозник или рабочий стано­
вится с каждым днем все большей и большей редкостью,
но иногда поиски поповщины приводят к результатам.
Правда, эти результаты не велики. Мимикрия здесь
слишком очевидна и обмануть массы с помощью пере­
красившегося под «бедняка» кулака, называвшегося
«рабочим» кустаря, даже с помощью отдельных подку­
лачников или политически неразвитых колхозников по­
пам удается плохо.
Изменилась однако не только тактическая установ­
ка лютеранской церкви. Вступление в социализм, усили­
вающаяся и углубляющаяся антирелигиозная работа в
связи с все растущим развалом лютеранских религиоз­
ных организаций — случаи отказа пасторов от сана не
редки — заставили их изменить и методы их пропаганды.
К этому вынудил , их новый текст Конституции (ст. 4),
ограничивший религиозную пропаганду богослужением и
закон 8 апреля 1929 г., положивший конец обучению «за­
кону божьему» несовершеннолетних, устройству касс
взаимопомощи, организация кружков, библиотек и мно­
гим другим широко практиковавшимся в восстановитель­
ный период методам поповской работы. От устройства
концертов также пришлось отказаться.
Методы работы сегодняшнего дня — э то . преимущест­
венно индивидуальная пропаганда и проповедь в церкви.
При этом отмеченный уже недостаток поповских «кадров»,
сказавшийся еще сильнее в связи с участившимися слу­
чаями снятия сана, заставил лютеран прибегнуть к следу­
ющим мероприятиям. Широкое распространение получил
институт «разъездных» пасторов, обслуживающих иногда
106

даже целый ряд районов. Пасторы-гастролеры, наезжаю­
щие время от времени для сбора «дани» и наставления
своей редеющей паствы, зачастую изгоняются колхозни­
ками. Но бывает и удача. Наибольшее внимание пастора­
ми уделяется конфирмационным гастролям. О сущности
конфирмации мы говорили выше. Слишком очевидно, что
вред ее в условиях социалистического наступления, в ус­
ловиях колхозных еще больший. Учить Лютерову катехи­
зису колхозную молодежь — значит воспитывать ее в
антисоветском духе. Вот поэтому-то пасторы, несмотря
на категорический запдрт закона (ст. ст. 17 и 18 закона
8 апреля 1929 г.), так налегли на конфирмационную ра­
боту. Все еще находятся, немногочисленные правда, груп­
пы молодежи, преимущественно женской, отдающие дань
этой лютеранской традиции и попадающиеся на удочку
поповщины, которая привлекает девушек внешней тор­
жественностью конфирмационного обряда. В особенности
рьяно принялись за конфирмацию финские попы. В Куйвозовском и Красногвардейском районах они ее проводят
в массовом масштабе.
В целях сделать богослужение возможно «интереснее»
применяется «обмен» пасторами. Так ленинградские попы
ездили в апреле 1931 г. на Волгу, а волжские приезжали
в Ленинград. В Екатерининской церкви проповедывал па­
стор Гюнтер из Зельманского кантона АССР немцев По­
волжья. О его прибытии было заранее объявлено, как о
гастролях модного тенора. В ту же церковь приезжал
пастор и из Евпатории. Таким путем поповщина, памятуя,
что «нет пророка в своем отечестве», поправляет свои все
больше приходящие в расстройство денежные дела.
Пасторы становятся полиглотами, т. е. «многоязычниками». Это относится главным образом к Ленинград­
ской области с ее многонациональным составом населения.
Так пастор Шульц ведет работу на немецком, эстонском
и финском языках, пастор Миглас — на латышском, не­
мецком, русском и эстоноком. При этом следует отметить,
что полиглоты ведут свою вредительскую работу с уче­
том национальных особенностей каждой нации, пропове­
дуя шовинизм среди каждой из них.
107,

Практикуется богослужение без пасторов. Верующие'
порядке очереди читают полагающиеся молитвы и гово­
рят проповеди на одобренные пастором темы. Этот послед­
ний метод работы сближает лютеранство со «свободной
церковью», упоминавшейся нами выше, а также с сек­
тантством.
Развал религии и рост безбожия вообще приводит к
объединению между собой отдельных даже конкурирую­
щих между собой религиозных организаций. Если на За­
паде для борьбы против пролетарской революции под гла­
венством папы объединились терновники всех мастей, то
аналогичное явление мы наблюдаем и в СССР, где все ре­
лигии ведут борьбу против социализма. Сблизилось меж­
ду собой и лютеранство и баптизм. Это. сближение появ­
ляется не только в форме богослужений, но в совместном
пользовании молитвенными зданиями, в посещении лю­
теранами баптистских собраний, против чего пасторы не
возражают, а также в совместном обсуждении вопросов
религиозной тактики.
Несмотря на новую тактику, развал лютеранства од­
нако продолжается и идет по указанным выше путям. На
ряду со «свободной церковью» организовались в Поволжьи так называвшие «пляшущие братья» (TanzbrüdeT),
своего рода лютеранское хлыстовство, отражающее упа­
дочнические настроения тех, «кто уже потерял себя».
Вред этих «танцоров» в том, что-их танцы привлекают
порой и молодежь. И в этой форме также проявляется же­
лание кулачества подчинить своему влиянию смену и
тем оторвать ее от активного участия в социалистической
стройке.
Иные методы работы применяют «крейцлеры» (Kreuzler) или.«иоганнестальцы», объявившиеся в немецких ко­
лониях Сибири. Эти лютеранские сектанты пытаются ор­
ганизовать особые религиозные артели, противопоставляя
их колхозам.
Отсутствие пасторов содействовало также и образо­
ванию таких сект, как абендлихтеры (Abendlichter) я
в

юз

бетбрюдеры (Betbrüder), которые в последнее время объ­
явились в немецких районах УССР. Первые собираются
на частных квартирах но вечерам (отсюда и их назва­
ние) и по существу мало отличаются от евангелистов.
Основное их занятие — антиколхозная пропаганда. Вто­
рые— бетбрюдеры — «молящиеся братья» — являются
собственно не сектой в обычном смысле этого слова, а
лютеранским церковным активом, оставшимся за отсут­
ствием кулаков — немецкие районы УССР коллективи­
зированы на 95 — 9б°/0 — и пасторов без руководства;
они делают отчаянные попытки удержать колхозников
на позициях лютеранства, организуя для этого молит­
венные собрания и посещая’ отдельных колхозников на
домѵ, но результат их возни невелик.
Свидетельствуя о развале лютеранства, все эти сек­
тантские новообразования лишний раз подтверждают,
что классовый враг, видя свою гибель, пытается исполь­
зовать все легальные и нелегальные возможности, все ме­
тоды вредительства и способы идеологического воздей­
ствия для того, чтобы, затормозив наступление рабочего
класса, отсрочить свою гибель. Это заставляет нас быть
начеку и зорко следить за всеми маневрами врага. Бур­
ный рост нацменовских колхозов, укрепление их, расту­
щие кадры партийцев и комсомольцев, наконец наличие
в большинстве колхозов ячеек союза воинствующих без­
божников, как результат развертывающейся антирелиги­
озной работы — все это не оставляет ни малейшего сом­
нения в том, что кулацкий тормоз — религия — будет
нами разбит и что переживаемый лютеранством кризис—■
кризис смертельный,
ЗА КЛ Ю ЧЕН И Е

Мы рассмотрели историю лютеранства от его колыбели
до наших дней. Мы видели, что оно, как и всякая рели­
гия, всегда играло в высшей степени реакционную роль
и служило интересам эксплоататорских классов. На ряду
с этим возникновение лютеранства на почве протеста
против феодальных отношений сохранило в нем извест­
109

ный критицизм. Вся история лютеранства представляет
собой дальнейшее развитие, на базе общественно-эконо­
мических явлений данной эпохи, двух его основных на­
правлений, ортодоксально-авторитарного и критического.
Однако было бы глубоко неверным предположить на
этом основании, что лютеранство по -существу чем-либо
отличается от других религиозных систем. Его отличие от
других христианских систем, в частности от католиче­
ской, из недр которой оно родилось, и православной лишь
в' тактике и методах его работы. Лютеранство никогда и
нигде не проявляло своего протеста против эксплоатации.
Оно, как и все религии, «перенося на небо вознаграждение
за все перенесенные мерзости, тем самым оправдывает
продолжение этих мерзостей на земле» (М аркс). Хотя лю­
теранство и облекается в современную философскую тогу,
ему не удается скрыть под ней фигуру средневекового
мракобеса из Виттенберга. Хотя лютеранский пастор хо­
дит в сюртуке, а в наши дни и в толстовке, мы все же ви­
дим стыдливо скрываемую им поповскую рясу. И мы пом­
ним слова Ленина о том, что «поп без рясы, поп идейный
и демократический» гораздо опаснее, чем «католический
поп, растлевающий девушек». Лютеранский пои трже
растлевает, растлевает не физически, аморально, растле­
вает умело и тонко.
Если римский папа является руководителем и орга­
низатором крестового похода против СССР, то и лютеран­
ский поп является его агитпропом. Он вместе с православ­
ным попом, с раввином, муллой и сектантским проповед­
ником подготовляет почву для интервенции внутри Со­
ветского союза. Капитал отвел ему в этом деле почетную
роль: в Финляндии, Латвии, Эстонии лютеранский поп
защищает границы «культурного» Запада от «больше­
вистской заразы». Лютеранский поп устанавливает связи
между финским, эстонским, латышским и немецким кула­
чеством и его зарубежными «братьями во Христе».
Вспомним процессы о шпионаже: почти пи один из них
не обходился без участия лютеранских попов. Вспомним
также международный съезд попов в Стокгольме в 1925 г.,
недаром этот первый съезд поповского интернационала
110

состоялся в лютеранском центре. Именно лютеранская по­
повщина в лице шведского епископа -Зедерблома играла
здесь главную роль, именно она руководила этим анти­
советским сборищем. По инициативе именно лютеранских
попов состоялся в 1927 г. второй международный съезд
поповщины в Лозанне, где с антисоветскими речами вы­
ступали не только лютеране, а и рум ы нские попы. Нако­
нец у всех в памяти недавняя провокация финских по­
пов. Борьба против лютеранства как против звена еди­
ного фронта капитализма и поповщины имеет тем боль­
шее значение, что лютеранские центры недалеки от на­
ших границ. Уничтожая лютеранство, мы уничтожаем
агентуру не только кулака, но и международного капи­
тала. Борьба против него должна вестись упорно и энер­
гично в первую очередь самими трудящимися масса­
ми — немцами, эстонцами, латышами и финнами — как
но эту, так и по ту сторону советской границы. Б орьба
против религи и — борьба за социализм.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Предисловие ...................................................................................
_
\
Глава первая. История лю теранства.......................................
Социально-экономические предпосылки лютеранства-. . .
Начало лю теранства...........................................................
Крестьянская война и оформление лю теранства
Укрепление лютеранства в Г е р м а н и и ........................................
Распространение лютеранства. ..........................................

5 — 39
5
13
20
29

36

Глава вторая. Лютеранство на службе капитализма запад­
ных стран .........................................................................
40 — 64
Лютеранское богословие............................................
40
Лютеранство на службе прусской и германской монархии
47
Лютеранство на службе буржуазной республика . . . .
54
Лютеранство в CAÔUI и лимитрофах....................
61
Глава третья. Лютеранство на службе капитализма и само­
державия в Р осси и .................................................................. 65 — 86
Лютеранство в XVIII — XIX в е к а х .....................
65
Организация лютеранской церкви в Р оссии.........
72
Лютеранство в борьбе с революцией . . . . . . . . . . . .
76
Лютеранство п империалистическая война.......................
82
Глава четвертая. Лютеранство в борьбе против социализма 86 — 109
Лютеранство в Октябрьскую революцию и гражданскую
в о й н у ....................
Лютераиство в восстановительный период. .................
Лютеранство в реконструктивный период.......................

Ьб
88
98

Закл ю ч ен и е......................................................................................

109

О тв етств . р ед а к то р Н. Ходза.
”
Техн. р ед а к то р 10. Слепян•
К нига сдана в н аб о р 24 ию ля 1931 г.
П о д п и сан а к печати 28 д ек аб р я 1031 г.
Б , 3. О ги з № 8 1 8 /л ._
Т и р аж 10000 э к з.
Л е н о б л л и т № 23927.
З ак . të 12S5.
Б у м ага 72 X
см *> 7 п< л* (128000 ти п . зн ако в н а 1 б ум . л и ст е ). Б ум . листов 3 1/ 2.
Т и п о гр а ф и я „П ечатны й Д в о р “. Л е н и н гр ад ,

Г атчи н ская, 26.

/

2010506385

20 1 0 5 0 6 3 8 5