/
Tags: журнал журнал домашняя лаборатория
Year: 2010
Text
ИНТЕРНЕТ-ЖУРНАЛ
ОКТЯБРЬ 2010
Д ОМАШ НЯЯ
ЛАБОРАТОРИЯ
Научно-прикладной
и образовательный
интернет-журнал
Адрес редакции:
domlab@inbox.com
Статьи для журнала
направлять , указывая в теме
письма «For journal».
Журнал содержит материалы
найденные в Интернет или
написанные для Интернет.
Журнал является полностью
некоммерческим. Никакие
гонорары авторам статей не
выплачиваются и никакие
оплаты за рекламу не
принимаются .
Явные рекламные объявления
не принимаются, но скрытая
реклама, содержащаяся в
статьях, допускается и даже
приветствуется.
Редакция занимается только
оформительской
деятельностью и никакой
ответственности за содержание статей
не несет.
Статьи редактируются, но
орфография статей является
делом их авторов.
При использовании
материалов этого журнала, ссылка
на него не является
обязательной , но желательной.
Никакие претензии за
невольный ущерб авторам,
заимствованных в Интернет
статей и произведений, не
принимаются. Произведенный
ущерб считается
компенсированным рекламой авторов и
их произведений.
По всем спорным вопросам
следует обращаться лично в
соответствующие учреждения провинции
Свободное государство (ЮАР).
При себе иметь, заверенные
местным нотариусом, копии всех
необходимых документов на
африкаанс, в том числе,
свидетельства о рождении, диплома об
образовании, справки с места
жительства, справки о здоровье
и справки об авторских правах
(в 2-х экземплярах).
ОКТЯБРЬ 2010
СОДЕРЖАНИЕ
История
Естественная история жизни (продолжение)
3
Голубая кровь
51
Литпортал
Сага о психоделиках - 2
68
Химичка
Препараты из природного сырья (окончание)
174
Электроника
ИК радар близкого действия
194
Инфракрасный радар
201
Практика
Как построить ветрогенератор
204
Видеопроектор своими руками
226
Технологии
Работа с оргстеклом
239
Знакомство с портным
252
Измышлизмы
Читая Библию 2 (окончание)
282
Разное
Краткий определитель научного шарлатанства
Переписка
Фотогалерея
От редакции
364
367
372
377
НА ОБЛОЖКЕ
В ночь с 31 октября на 1 ноября - Хеллоуин - время
разгула ведьм, духов, приведений и прочих невидимок.
Кстати о последних - самое время пошарить
инфракрасным локатором - нет ли кого из них поблизости. О
таком радаре читайте в разделе «Электроника».
История
ЕСТЕСТВЕННАЯ ИСТОРИЯ ЖИЗНИ
Дэвид Аттенборо
4. Несметные полчища
Членистое строение насекомых, бесспорно, оказалось самым удачным
анатомическим решением. Насекомые в изобилии населяют и безводные пустыни, и влажные
леса; они плавают в воде и пресмыкаются в вечной тьме глубоких подземных
гротов . Они перелетают через Гималайские хребты и всем на диво преспокойно
обитают в царстве вечного льда. Есть такая мушка, которая выводится в лужах
неочищенной нефти, просачивающейся из земли; другая живет в обжигающе горячей
воде гейзеров. Одни виды выбирают в море места с наиболее высокой
концентрацией солей в воде, другим не страшна опасность вмерзнуть в льдину. Насекомые
роют себе норы в коже животных и пробуравливают длинные запутанные ходы в
толще зеленого листа. Общее число насекомых в мире не поддается никакому
учету, но все-таки попытки такие делались и позволили заключить, что в каждый
данный момент времени на Земле обитает порядка миллиарда миллиардов
насекомых. Иначе говоря, на каждого живущего человека приходится около миллиона
насекомых, и весят они, вместе взятые, в двенадцать раз больше, чем он.
Считается, что число видов насекомых в три раза превосходит общее число
видов всех остальных живых существ. Специалисты на сегодняшний день описали и
наименовали примерно 700 тысяч видов, но существует еще, по меньшей мере,
трижды или четырежды столько же, и все они ждут, когда найдется кто-то, у
кого хватит времени, терпения и эрудиции сесть за их систематизацию и описание.
Но все эти бесчисленные формы являются вариациями одного анатомического
принципа - трехраздельного членения тела. У насекомых отчетливо различаются
голова, несущая ротовое отверстие и большинство органов восприятия; грудь,
содержащая мускулатуру, с помощью которой приводятся в движение три пары ног,
находящихся снизу, да еще, как правило, одна или две пары крыльев сверху, и
брюшко, в котором находятся органы пищеварения и размножения. Все три раздела
Заключены во внешний скелет, состоящий главным образом из хитина. Хитин - это
коричневое волокнистое вещество, которое было впервые выработано свыше
550 млн. лет назад древними членистыми существами - трилобитами и
ракообразными. По химическому составу оно идентично целлюлозе и в чистом виде мягкое и
непрочное. Однако у насекомых хитин сверху покрыт белком под названием скле-
ротин, который придает ему большую прочность и жесткость. Из хитина состоят и
тяжелая несгибаемая броня, и челюсти такой остроты и крепости, что способны
прогрызать древесину и даже такие металлы, как медь и серебро.
Наружный хитиновый скелет оказался очень податлив к требованиям эволюции.
Его поверхность может изменяться, не затрагивая внутреннего строения, его
пропорции варьируются, образуя новые формы. Так, жующие челюсти ранних тара-
каноподобных насекомых у их потомков приняли вид сифонов и стилетов, пил,
зубил и щупов, которые в развернутом виде бывают длиннее, чем все туловище.
Ноги, удлинившись, превратились в катапульты, способные перебросить насекомое
на расстояние в сто раз больше его собственной длины, или видоизменились в
широкие весла, чтобы передвигаться в воде, или же образовали высокие,
оканчивающиеся волосками растопыренные ходули, на которых можно бегать по водяной
поверхности. У многих конечности снабжены специальными орудиями из того же
хитина: карманами - для пыльцы, щетками - для протирания сложного глаза,
шипами наподобие кошек - для карабканья, зазубринами, которые служат
музыкальными инструментами.
Но в то же время наружный скелет представляет собой нераздвижимое узилище.
Трилобиты в водах древних морей нашли выход в линьке. Так же решают эту
проблему насекомые и сегодня. Способ сам по себе, конечно, расточительный, но
делается это очень экономно. Под старым хитиновым покровом образуется новый,
весь сморщенный, сдавленный. Между старым и новым покровами выделяется
жидкость, которая растворяет хитин верхней оболочки, покуда от нее не остаются
только самые жесткие склеротинированные части, соединенные тончайшей пленкой.
Затем обогащенная хитином жидкость сквозь все еще проницаемую внутреннюю
оболочку всасывается обратно в тело насекомого. Старая броня лопается, обычно по
спине, и насекомое выбирается наружу. При этом его освобожденное тело
раздается вширь и заполняет морщины и складки новой кожи. В кратчайший срок хитин
твердеет и бронируется свежими отложениями склеротина.
Примитивные насекомые вроде щетинохвосток и ногохвосток почти не изменяют
формы тела в процессе роста. Они просто, линяя, увеличиваются в размерах.
Даже половозрелые особи продолжают линять. Так же происходит рост и у древне-
крылых насекомых: тараканов, цикад, сверчков и стрекоз; их ранние формы мало
чем отличаются от взрослых, они только бескрылые. Крылья появляются по
Завершении последней линьки, а мухи-красотки должны еще пройти две линьки одну за
другой, прежде чем их крылья достигнут совершенства. Даже в тех случаях,
когда насекомые этой группы в бескрылой стадии ведут совершенно иной образ
жизни, формы их тела остаются почти неизменными. Так, личинки цикад, стрекочущих
на деревьях, проводят свою жизнь под землей, высасывая сок из корней. А
личиночные формы стрекоз охотятся, ползая по дну водоемов и хватая червей и
другую мелкую живность длинными вытягивающимися челюстями. Но по виду в них
легко можно угадать их будущий взрослый образ.
Другое дело - более развитые насекомые. Они подвергаются таким глубоким
изменениям, что узнать, какому насекомому принадлежит личинка, можно, только
проследив, кто из нее выведется. «Черви» превращаются в мух, гусеницы - в
бабочек или жуков. У мясных «червей», опарышей, личинок жуков и гусениц только
одна задача в жизни - есть. Ей полностью подчинено их тело. Поскольку в этой
стадии они не размножаются, половых органов у них нет, а поскольку им не надо
привлекать партнера, они лишены приспособлений для подачи сигналов,
зрительных, обонятельных или звуковых, равно как и органов для восприятия таких
сигналов. Так как их родители хорошо позаботились о том, чтобы, появившись на
свет, они оказались окружены щедрыми запасами необходимой им пищи, не нужны
им и крылья. Единственное их надежное орудие - челюсти. А за челюстями идет
туловище, мало чем отличающееся от обыкновенного мешка. Для того чтобы этот
мешок свободно раздувался, вмещая накапливающиеся ткани, его покрывает не
тяжелая склеротинированная броня, а довольно тонкая и даже слегка растяжимая
оболочка. Когда же она больше растянуться не способна, она лопается и
скатывается с личинки, как нейлоновый чулок с ноги.
Не имея внешнего скелета, к которому могла бы крепиться мускулатура, и
ничего жесткого в теле, чтобы работать как рычаг, личинки плохо двигаются. Они
не могут совершать прыжков, ни больших ни малых, и даже бегают неважно,
потому что ногами им служат короткие мягкие трубки, которых, впрочем, вполне
хватает на то, чтобы перемещать эти «машины для еды» по мере поглощения пищевых
запасов.
Отсутствие твердого покрова делает личинку легко уязвимой. Это не имеет
значения для личинок мух и жуков, потому что свое вечное пиршество они вершат
тайно, выгрызая сердцевину яблока или точа ходы в древесине и отгораживаясь
при этом от мира как раз тем, что едят. А вот гусеницы, те пируют по большей
части на просторе, и должны заботиться о собственной безопасности.
Среди них встречаются непревзойденные мастера камуфляжа. Например, гусеницы
баб очки-пяденицы окрашены и расчерчены так, что похожи на сучок, и, когда
они застывают, держась за ветку одним концом и вытянувшись точно под тем же
углом, что и настоящие сучки, которые торчат рядом, отличить их просто
невозможно . Гусеница махаона, правда, выделяется на зеленом листке, потому что у
нее по зеленому фону разбросаны неправильные белые крапины, однако заметить
ее трудно, так как она похожа на пятнышко птичьего помета. Если же маскировка
не удалась, у большинства гусениц есть еще вторая линия обороны. Гусеница
гарпии большой кормится листьями, вися вниз головой. Тело у нее такого же
цвета, что и пища, но если ее потревожить, тряхнув ветку, гусеница перестает
кормиться и, внезапно подняв голову, обращает к врагу малиновую физиономию.
Одновременно из хвоста у нее выдвигаются два кроваво-красных выроста и
выстреливают муравьиной кислотой. Другая южноамериканская гусеница еще того
грознее. У нее по бокам головы по большому круглому пятну; приходя в
возбуждение, она поднимает в воздух всю свою переднюю часть и раскачивает ею из
стороны в сторону, удивительно напоминая рассерженную глазастую змею.
Некоторые гусеницы сделались несъедобными. Они либо покрыты жгучими
волосками, либо же их ткани содержат какое-нибудь особенно едкое вещество. Этим
существам, наоборот, выгодно быть очень заметными. Волосатые гусеницы носят
«усы» и «бороду» самых ослепительных оттенков, невкусные щеголяют в нарядах
контрастных цветов - красных, желтых, черных, фиолетовых. Все это -
предостережение для случайного охотника, что, мол, обнаруженная дичь в пищу не
годится. А есть гусеницы, которые на самом деле совершенно безобидны, но избрали
для самозащиты такой замысловатый способ: они подражают раскраске своих
ядовитых собратьев, и хищники их, как и тех, предпочитают обходить стороной.
Многие насекомые почти всю жизнь проводят в стадии личинок, только растут и
накапливают в тканях питательные вещества. Личинки жуков могут до семи лет
буравить древесину, извлекая питание из такого неудобоваримого продукта, как
целлюлоза. Гусеницы жуют и жуют месяц за месяцем, поглощая свои любимые
листья. Но рано или поздно все они достигают предельного роста и кончается
предопределенный срок их личиночной жизни.
И тут совершается первая из двух потрясающих метаморфоз. Некоторые виды
проходят ее тайно. У насекомых паутинные железы, выделяющие шелковую нить,
имеют только личиночные формы. Они уже строили из нее общие гнезда, тянули
нити, по которым перебирались с растения на растение или спускались вниз.
Теперь же многие плетут из щелка укрытие, чтобы спрятаться от посторонних глаз.
Гусеница шелкопряда обматывает себя беспорядочным мотком нитей, гусеница са-
турнии мастерит кокон с серебристым металлическим блеском, плодовая моль
строит изящную кружевную коробочку. А гусеницы дневных бабочек обычно никаких
укрытий не делают. Просто плетут шелковую петельку и подвешивают себя к
сучку .
Устроившись, гусеницы сразу же сбрасывают гусеничные одежды. Кожа у них
лопается и скатывается прочь, обнажая твердое коричневое тело - куколку.
Куколка неподвижна, словно каменная, единственное, что она может, - это слегка
вилять заостренным кончиком. Сбоку в ее панцире ряд специальных
отверстий-дыхалец, она дышит, но не питается и не испражняется. Жизнь в ней словно
бы остановилась. Но внутри свершаются глубочайшие перемены. Все тело личинки
распадается и как бы составляется заново.
Когда личинка только начинает развиваться в яйце, все клетки ее тела
разделены на две группы. Одни через несколько часов перестают делиться, остаются
неспециализированными и собраны в плотные группы. Другие участвуют в
строительстве тела гусеницы. Но когда она вывелась и начала кормиться, деление
клеток, составляющих ее тело, прекращается. Дальше они просто увеличиваются в
размерах, растягиваются, и к тому времени, когда гусеница достигает предела
своего роста, клетки у нее оказываются огромными, во много тысяч раз больше,
чем вначале. Все это время другая часть клеток, собранная в крохотные пучки,
покоится в бездействии. Теперь же внутри куколки пробивает их час. Гигантские
клетки гусеницы умирают, а спящие в пучках начинают лихорадочно делиться,
питаясь при этом продуктами распада отмерших клеток. Иными словами, насекомое
как бы поедает само себя. И медленно выстраивает новое тело совершенно другой
формы. Общие его контуры находят отражение во внешнем облике коричневой
куколки, как контуры мумии угадываются под ее пеленами и даже в форме
саркофага. Само название «куколка» (по-латыни pupa - «кукла») подразумевает, что в
этой стадии насекомое словно бы спеленуто игрушечными свивальниками.
Выводится насекомое обычно под покровом темноты. Куколка дневной бабочки,
висящая под сучком, начинает трястись. Со свободного конца ее показывается
голова с двумя огромными глазами и прижатыми назад усиками. Выпрастовываются
ноги, отчаянно цепляясь за воздух. С трудом, то и дело останавливаясь
перевести дух, насекомое выбирается наружу. Появляется грудной отдел, на нем
сверху примяты крылья, сморщенные, как ядро грецкого ореха. Еще рывок, и
бабочка высвобождается целиком. Она повисает на опустевшей оболочке куколки, и
все тельце ее сотрясается. Это она накачивает кровь в сеть жилок, пронизываю-
щих мягкие мешки крыльев. Мешки медленно натягиваются. Неопределенный узор на
их наружной стороне распяливается, проясняется. Бесформенные пятна
оказываются сказочными разноцветными «глазами». За полчаса крылья расправляются
полностью, стенки мешка смыкаются. Жилки внутри его еще мягкие, если повредить
уголок крыла, из жилки покажется капелька жидкости - крови. Но постепенно
кровь затягивается обратно в тело, а жилки твердеют, образуя жесткий каркас,
придающий крылу прочность. Все это время крылья сложены, как два листа в
книге. Теперь же, подсохнув и затвердев, они медленно распахиваются, и бабочка
предстает перед миром во всем девственном совершенстве блистательных красок,
готовая встретить рассвет своего первого дня.
Куколка гусеница
Жизненный цикл чешуекрылых (бабочек, мотыльков).
Теперь насекомое может расходовать калории, которые так старательно копило,
пока было личинкой. Для взрослой стадии кормление - забота не главная. У
поденок и некоторых молей вообще нет рта. Другие виды сосут нектар на своем
недолгом веку, но только чтобы подкрепить силы и накопить строительный материал
для образования яиц, а для собственного тела никому из них пища не требуется;
их рост уже завершился. Теперь главная цель их жизни - найти себе пару.
Бабочки для этого выставляют на обозрение удивительные, замысловатые узоры
своих крыльев. Это их опознавательные знаки, по ним особи узнают тех, с кем
спаривание будет плодотворным. В отличие от гусениц у дневных бабочек
превосходные сложные глаза, у самца они обычно еще больше, чем у самки, так как
поиски - это его дело. А поскольку бабочки воспринимают некоторые части
спектра, невидимые для нашего зрения, узоры на их крыльях, как и на цветках, в
действительности гораздо сложнее, чем видит наш слепой к ультрафиолетовым
волнам глаз. Оттенки и линии образуются крохотными чешуйками, уложенными
внахлестку, как черепица на крыше; цветовой эффект иногда дают пигменты, а
иногда игра микроскопических структур, разлагающих цвета и отражающих только
часть лучей. Если капнуть на пестрое крыло бабочки какой-нибудь летучей
жидкостью, вся пестрота сразу исчезнет, так как жидкость закрывает физическую
структуру поверхности, но стоит пятну испариться, и свет снова разлагается.
Великолепные крылья бабочек с длинными язычками и прозрачными оконцами, с
прожилками и бахромками, испещренные пятнышками и точечками чистейших тонов,
представляют собой самое сложное во всем мире насекомых средство визуального
призыва. Другие насекомые обращаются к другим органам восприятия и тоже
подают, таким образом, сложные призывные сигналы. Цикады, сверчки и кузнечики
полагаются на звук. Большинство насекомых вообще глухи, так что этим видам
потребовалось обзавестись не только «голосами», но и «ушами». У цикад круглые
барабанные перепонки по обе стороны груди. Кузнечики слышат ногами. У них на
передней паре бедер есть по две прорези, ведущие в глубокие карманы, их общая
стенка представляет собой мембрану, которая служит своего рода барабанной
перепонкой. От того, под каким углом звук падает на прорези, зависит сила
воздействия на мембрану, и кузнечик может, размахивая ногами в воздухе,
определять , откуда к нему доносится призыв.
Цикада Tibicen linnei
Некоторые кузнечики издают свои стрекочущие трели тем, что пилят
зазубренной стороной задней ноги по выступающей жесткой прожилке крыла. Однако
цикады, самые громкие среди насекомых-«певцов», располагают для этого гораздо
более хитроумным устройством. У них в брюшке по бокам есть пустые камеры.
Донышки этих камер жесткие, и, прогибаясь, они издают щелчок, как жестяная
консервная крышка. А изнутри к ним прикреплена специальная мышца, которая
способна втягивать и отпускать эти донца до 600 раз в секунду. Производимый
таким образом звук еще значительно усиливается благодаря тому, что в брюшке
позади вибрирующих перепонок имеются пустоты и два больших жестких квадрата на
брюшной стенке работают как резонаторы. Сверху на них надвигаются края
грудного отдела, и насекомое может сжимать их или раздвигать, регулируя силу зву-
ка. Каждый вид стрекочет на свой особый лад. У одних звук такой, будто пила
нашла на гвоздь, у других - словно нож визжит на точильном кругу или жир
капает на раскаленную сковородку. Призывы эти звучат так громко, что отдельное
насекомое мы можем услышать на расстоянии в полкилометра, а от хорового
стрекота звенит и гудит целый лес.
Отнюдь не все подробности этих пронзительных песен доступны нашему слуху.
Если пауза между звуками длится меньше десятой доли секунды, мы ее не
улавливаем. А цикады слышат перерывы в звучании даже в сотую долю секунды! Цикада
варьирует частоту своего стрекота, скажем, от 200 до 500 биений в секунду и
делает это ритмично, через равные промежутки времени. Благодаря такому
ритмическому рисунку, совершенно недоступному для нашего восприятия, особь узнает
по голосу себе подобных: самец поспешит убраться с участка другого самца;
самка устремляется ему навстречу.
Комары тоже пользуются звуковыми брачными сигналами, но они издают и
улавливают звуки на свой особый манер. Самка бьет крылышками с частотой 500
взмахов в секунду, производя тот характерный тонкий писк, который так неприятно
действует, когда пытаешься уснуть под открытым небом без накомарника. А самец
улавливает ее голос с помощью барабанной перепонки, которая у него находится
у основания усиков; она резонирует только с этой частотой и позволяет самцу
находить дорогу к источнику звука.
Есть насекомые, прибегающие для привлечения пары к третьему чувству -
обонянию. Самки некоторых ночных бабочек испускают запахи, которые самцы
воспринимают своими длинными опушенными усиками. Эти органы обоняния настолько
чувствительны, а запахи так специфичны и сильны, что известны случаи, когда
самка призывала к себе самца за 11 км. На таком расстоянии в воздухе не может
быть больше одной молекулы пахучего вещества на 1 куб. м, и, однако же, такой
концентрации довольно, чтобы самец устремился разыскивать источник запаха.
Для этого ему нужны оба усика. С одним усиком он не способен определить
направление, но два дают ему возможность оценить, с какой стороны запах
сильнее, и он без колебаний летит в нужную сторону. Самка бабочки малый ночной
павлиний глаз, оставленная в клетке среди леса, испуская нечувствительный для
человека запах, за три часа приманила к себе более 100 крупных самцов!
Так, своим видом, голосом или запахом взрослое насекомое привлекает к себе
пару. Самец схватывает самку и держит иногда одно мгновение, а иногда
несколько часов кряду. Случается, спаренные насекомые даже летят по воздуху
эдаким неуклюжим тандемом. Потом самка откладывает оплодотворенные яйца и
обеспечивает будущее потомство кормом. Бабочка оставляет кладку на том
единственном растении, листья которого только и годятся в пищу ее будущим
гусеницам; жуки зарывают в землю навозные шарики и откладывают яйца в них; мухи
мечутся, отыскивая для этой цели падаль, а одиночные осы ловят пауков,
парализуют их своим ядом и располагают вокруг отложенных яиц, чтобы вылупившиеся
личинки имели в запасе свежее мясо. У самки осы-наездника яйцеклад как
кинжал, она пробивает им дырку в древесине точно в том месте, где заприметила
личинку короеда, и откладывает яйцо прямо в ее мягкое тело. Когда выведется
личинка осы, она сгложет личинку жука заживо. И так весь круг: яйцо - личинка
- куколка - взрослая стадия (имаго) - начинается заново.
Разнообразие форм, достигнутое в ходе эволюции насекомыми, поистине
бесконечно. Кажется, единственное, в чем им природой поставлен предел, - это
размеры. Крупнейшие из ныне существующих насекомых не превышают ни в одном
параметре 30 см - таковы размах крыльев у самых крупных бабочек вида павлиний
глаз и длина тела самых длинных палочников. Самый большой жук, жук-голиаф,
тоже имеет размеры такого порядка и вес до 100 г. Но это всего лишь размеры
мыши. Почему же нет жуков величиной с барсука или бабочки с орлиным размахом
крыльев? Ограничивающий фактор здесь - их способ дыхания. Насекомые, так же
как их ближайшие родичи, древние двупарноногие, дышат с помощью трахей -
системы трубок, открывающихся наружу рядом дыхалец по бокам тела и доходящих
другим концом до всех органов и частей тела. Их действие основано на принципе
диффузии газов. Кислород воздуха, наполняющий трахеи, диффундирует через
стенки в конце трубки. И так же через стенки из тканей выходит и рассеивается
углекислый газ. Такая система надежно работает при малой длине трубок, но чем
трахеи длиннее, тем она менее удобна. Некоторые насекомые способны улучшать
циркуляцию воздуха, раздувая и сплющивая мышцы брюшка наподобие своего рода
насоса. Стенки маленьких трахей, армированные колечками, при этом не
сплющиваются, а то удлиняются, то укорачиваются, как гармошки. А у некоторых
насекомых трахеи даже раздуваются в виде тонкостенных мешков под действием
брюшка-насоса. Но и со всеми этими усовершенствованиями система трахей после
некоторого предела размеров становится неэффективной; вот почему существование
гигантских тараканов, ос-людоедов и прочих кошмарных фантазий невозможно с
физиологической точки зрения.
1
Конус термитника.
Однако насекомые сумели превзойти этот предел иным способом. В тропиках
повсюду возвышаются конусы термитников. Иногда они стоят группами, сгрудившись
по несколько сотен, словно стадо антилоп на пастбище. И такое сравнение не
совсем произвольно. Отдельный термитник заключает в себе колонию в несколько
миллионов насекомых. И это не просто существа, вздумавшие поселиться в некоем
общем жилище, как люди в небоскребе. Начать с того, что все они - одна семья,
потомки одной пары половозрелых особей. Кроме того, все они - существа
неполноценные, не способные к самостоятельной жизни. Рабочие, торопливо бегущие по
термитным тропам среди корней, слепы и бесплодны. Солдаты, стерегущие входы в
термитник и готовые ринуться на защиту, где бы ни образовалась брешь в стене,
вооружены такими массивными и грозными челюстями, что уже не способны сами
брать пищу, и рабочие должны их кормить. А в самом центре колонии лежит
царица-матка. Она заточена в толстых глиняных стенах, из которых ей никогда не
выбраться на свободу, потому что ее тело таких грандиозных размеров, что
нипочем не пролезет в ходы, проложенные в термитнике. Ее брюшко раздулось в ог-
ромную дергающуюся белую колбасу 12 см длиной, из которой в невероятных
количествах все время извергаются яйца - до 30 тысяч штук в день. Она тоже умрет,
если за ней не ухаживать. Бригады рабочих с одного конца подносят ей пищу, а
с другого подбирают яйца. Единственный в колонии активный в половом отношении
самец, царь термитника размером с осу, постоянно находится при царице, и его
тоже кормят рабочие.
Все эти особи связаны между собой в единый суперорганизм превосходной
системой коммуникаций. Термиты-солдаты подают сигнал тревоги, колотя тяжелыми
жесткими головами по стенам. Рабочие, наткнувшись на новый источник пищи,
метят след запахом, по которому легко находят дорогу их слепые товарищи. Но
самый главный и общий механизм общения основан на действии химических веществ,
так называемых феромонов. Они разносят приказы по колонии с огромной
быстротой. Все члены колонии постоянно обмениваются друг с другом пищей и слюной.
Рабочие передают куски изо рта в рот или же подбирают экскременты друг друга,
чтобы еще раз переварить недопереваренную пищу и извлечь из нее до последней
крохи все питательные вещества. Они же кормят личинок и солдат. И они же
ухаживают за царицей, постоянно облизывая ее содрогающиеся бока и подбирая капли
влаги у нее из анального отверстия. При этом они получают выделяемые ею
феромоны и немедленно разносят их по всей колонии. Личинки являются
потенциальными самцами или самками, но феромоны царицы, которые они получают от рабочих с
пищей, подавляют их развитие, и молодые термиты вырастают бесплодными,
слепыми и бескрылыми. Солдаты тоже вырабатывают свой феромон и добавляют его к
смеси, циркулирующей в колонии, со своей стороны, не давая личинкам развиться
в солдат.
Но феромоны сохраняют активность только в течение короткого времени. Если
число солдат в колонии сокращается, соответственно падает и количество их
феромонов в циркуляции. Царица-матка не только вырабатывает феромоны, но и
получает их с пищей, а с нею и всю информацию. То ли она реагирует тем, что
производит яйца особого рода, из которых выводятся только солдаты, то ли
рабочие кормят определенным образом уже существующих личинок, пока окончательно
не выяснено. Возможно, что для разных видов по-разному. Но как бы то ни было,
в ответ на изменение ситуации появляются все новые и новые солдаты, покуда не
восстанавливается первоначальное соотношение. Царица тоже время от времени
меняет характер экскреции своих феромонов, и тогда развитие личинок не
подавляется, они достигают половой зрелости. Ходы термитника наполняются шуршащими
толпами молодых крылатых половозрелых насекомых. У некоторых видов рабочие
делают в стенах термитника специальные пробоины и строят перед ними
«стартовые площадки». Выходы эти охраняются солдатами. В один прекрасный день,
вскоре после начала дождей, солдаты отступают в сторону, из щелей, как дым, валят
летучие термиты и, клубясь, поднимаются в небо.
То-то радость для окрестной живности! Лягушки и рептилии толпами собираются
у этих отверстий, наперебой норовя сцапать вылетающих насекомых. А исход
продолжается, и воздух наполняется летучими полчищами. Термиты обычно далеко не
отлетают. Они опускаются на землю, и крылышки у них обламываются у самой
груди - они отслужили свою службу. Теперь самцы гоняются за самками по земле в
строго ритуальном танце. Те немногие, кто после всего этого остаются в живых,
разбиваются на пары и отправляются искать место для нового термитника -
какое-нибудь углубление в земле или трещину в стволе дерева. Здесь они строят
небольшую царскую ячейку и в ней спариваются и откладывают яйца. Первых
выведшихся личинок родителям приходится выкармливать самолично, но как только
те подрастут и смогут сами добывать пищу и возводить глиняные стены, царская
чета целиком посвящает себя делу размножения, и новая колония вступает в свои
права.
Термиты находятся в близком родстве с такими архаичными насекомыми, как та-
раканы. У тех и других туловище без перетяжки на поясе и личинки выводятся
очень похожие на взрослые крылатые формы. В процессе роста они проходят
несколько линек, но стадии куколки и метаморфоза у них отсутствуют. Питаются
они тоже как тараканы, почти исключительно веществами растительного
происхождения. В природе их насчитывается около 2000 видов. Как правило, их пища -
листья, трава, тонкие прутики. Некоторые виды специализировались на питании
древесиной, они точат изнутри столбы и бревна, покуда не остается один только
наружный слой: тронешь пальцем - и проткнешь насквозь.
Термиты из всех насекомых сооружают самые большие постройки. На сооружение
их замка-термитника, со стенами, зубцами и башнями, уходит до 10 т глины;
высотой он в три-четыре раза превосходит рост человека. Несколько миллионов
обитателей, деловито снующих внутри термитника, способны вызвать значительный
перегрев и привести к тому, что воздух в жилище будет спертый и бедный
кислородом, поэтому там очень важно хорошее проветривание. Вот почему у стен
термитника насекомые прокладывают длинные тонкостенные трубы, выступающие по
бокам, точно ребра. В этих длинных, гладких ходах никто не живет. Они служат
только для вентиляции. Когда солнце нагревает их тонкие стенки, температура
воздуха в них становится выше, чем внутри термитника. Разогретый воздух
поднимается, и на его место поступает использованный воздух из глубинных
галерей. Так возникает циркуляция. Тонкие внешние стенки труб имеют пористое
строение, и кислород из атмосферы проникает сквозь них внутрь. Освеженный
воздух восходит к верхушке термитника и оттуда спускается к внутренним ходам.
В жару рабочие сбегают по подземным галереям вниз к водоносному слою и
возвращаются с полными зобиками воды, которой они смачивают стены наземной части
термитника. Вода от жары испаряется и понижает внутреннюю температуру. Такими
ухищрениями рабочие добиваются постоянства температуры в своем жилище.
Термит.
В Австралии компасные термиты строят свои замки в форме огромного плоского
клина, всегда протянутого с севера на юг. Благодаря такому расположению в
полдень жаркие лучи солнца падают на наименьшую площадь стены, зато слабые
утренние и вечерние лучи улавливаются максимально, что дает термитам,
особенно в холодное время года, необходимое дополнительное тепло. В Западной Африке
и других районах, где бывают сильные дожди, термитники имеют вид большого
гриба, у которого шляпка служит «зонтиком». Специалисты добились немалых
успехов в выяснении механизмов воздействия феромонов на жизнь колонии, но пока
никто еще не сумел объяснить, каким образом миллионы слепых рабочих термитов,
неся каждый по крошечной лепешке глины, умудряются, трудясь в полной
согласованности, возводить такие замысловатые, совершенные и огромные сооружения.
Есть еще одна группа насекомых, которые живут колониями подобно термитам, -
это перетянутые в талии, обладающие двумя парами прозрачных крыльев и свирепо
жалящие осы, пчелы и муравьи. На примере ос можно наблюдать некоторые
промежуточные стадии становления колониальности у насекомых. Некоторые хищные осы
ведут исключительно одиночный образ жизни. Самка после спаривания
самостоятельно строит из грязи ячейки, в каждую откладывает по яйцу и запас пищи в
виде нескольких парализованных пауков, после чего оставляет гнездо на
произвол судьбы. У других видов она остается поблизости и, когда выводится молодь,
каждый день приносит свежий корм. У третьих видов самки строят гнезда, каждая
свое, но располагают их поблизости одно от другого; при этом некоторые
бросают собственное строительство и подключаются к работе соседок. В конце концов,
одна самка оказывается доминирующей, и откладывает яйца во все ячейки, а
остальные занимаются только тем, что строят новые ячейки и приносят ей пищу.
Пчела (в центре) кружится в танце, объясняя, куда лететь за взятком.
Пчелы взяли такой образ жизни за основу, но развили его до крайней степени
и живут многотысячными колониями. Единственная царица-матка находится на
сотах и откладывает яйца в ячейки, выстроенные специально для этого рабочими
пчелами. Все жители пчелиной колонии, точно так же как термиты, связаны между
собой системой химической сигнализации. В улье тоже постоянно циркулируют
феромоны, оповещающие его обитателей о плотности населения улья и о наличии или
отсутствии в нем матки. Но пчелы пользуются и другими способами общения.
Поскольку в поисках пищи они летают по воздуху и не могут оставить своим
товарищам пахучий след, им для передачи информации служит танец. Когда рабочая
пчела обнаруживает новый медоносный цветок и возвращается после этого в улей,
она исполняет на прилетной доске перед летком особый танец. Сначала она,
мелко семеня, описывает круг, потом рассекает его пополам, подчеркивая значение
второго па нарочитым вилянием брюшка и особо возбужденным жужжанием.
Направление секущей точно указывает, в какую сторону надо лететь к источнику пищи.
Наблюдающие за танцем другие рабочие пчелы, собравшиеся на фуражировку,
немедленно улетают в указанном направлении. А танцорка забирается внутрь улья и
там повторяет свой танец. Чем глубже она при этом располагается от входа в
улей, тем дальше, стало быть, находится обнаруженный ею цветок. Соты в улье и
у диких, и у домашних пчел ставятся вертикально, поэтому теперь вихляющие
шажки вестницы не могут показывать направление к источнику пищи. Они теперь
соотносятся с солнцем. Если пчела пересекает описанный ею круг вертикально,
значит, цветок находится на одной линии с солнцем. Если он, скажем, на 20°
правее, пчела протанцует вправо под углом в 20° к вертикали. Окружающие
рабочие внимательно следят за ее танцем, запоминают и летят прямо к цветку.
Возвратившись с медом, они тоже танцуют, и через короткое время почти вся
рабочая сила в улье уже брошена на сбор в новом месте.
Но самые сложные и развитые колониальные формы в мире насекомых создали
родичи ос и пчел - муравьи. Некоторые из них живут внутри растений, обеспечивая
себе жилище тем, что определенным образом воздействуют на ткани, вызывая рост
галлов, пустотелых стеблей или шипов с раздувшимся основанием. В Южной
Америке муравьи-листорезы строят обширные подземные гнезда и оттуда днем и ночью
тянутся бесконечными колоннами, уничтожая деревья; они сгрызают кусочек за
кусочком побеги, листья и черенки и так же, крохотными порциями, переносят
все это к себе в подземелье. Растительную массу они не едят, а пережевывают и
образуют своего рода компост, на котором выращивают особый вид грибов. Белые
плотные тельца этой плесени составляют их пищу. Древесные муравьи в
Юго-Восточной Азии строят гнезда посредством сшивания листьев. Артель рабочих
муравьев стягивает края двух листов, вцепившись в один челюстями, а в другой
задними ногами. Тем временем другие, находясь внутри, приступают к шитью.
Взрослые муравьи не способны выделять паутину, поэтому они приносят туда
личинок и держат их в челюстях, слегка надавливая им на брюшко, отчего личинки
выпускают паутину. Строители водят этими живыми тюбиками с клеем в месте
соединения листов, и края оказываются скреплены паутинным швом. В Австралии
муравьи-кувшинчики собирают нектар и принудительно кормят им рабочих особой
касты, покуда у них брюшки не растягиваются до размеров горошины, а кожа
истончается и делается прозрачной. Тогда рабочие подвешивают эти живые бурдюки
за передние ноги в подвалах своего муравейника. Однако большинство муравьев
плотоядны. Многие виды питаются термитами. Они нападают на термитники, ведут
сражения с солдатами. И если одерживают верх, поедают беззащитных рабочих и
личинки. Другие отличаются совершенно фантастическими формами общественного
поведения: обращают в рабство муравьев другого вида. Они нападают на
муравейник и уносят оттуда куколок к себе. Выведшиеся в неволе муравьи добывают пищу
и скармливают своим хозяевам, потому что у тех слишком громоздкие челюсти, и
они не способны питаться сами.
Но самые грозные муравьи вообще не живут в муравейнике, а блуждают в
поисках поживы. Это - южноамериканские и африканские бродячие муравьи. Они
движутся колоннами, иногда такими длинными, что часами тянутся через одно
какое-нибудь место. В головной части колонны солдаты расходятся веером в поис-
ках пищи. А за ними по 10-12 в ряд движутся рабочие, и многие еще несут
личинок. Когда колонна пересекает открытое место, с флангов ее охраняют солдаты,
вооруженные огромными челюстями и совершенно лишенные зрения. Они стоят плечо
к плечу, грозно вытянувшись во весь рост и раздвинув челюсти, готовые
вцепиться во всякого - только суньтесь. Но вот охотники во главе колонны
натыкаются на пищу; тут же собирается все войско, наползают со всех сторон и
разносят добычу по кусочкам. Кузнечики, скорпионы, ящерицы, птичьи гнезда с
птенцами - все, что не успевает сойти с дороги, подвергается нападению. В
Западной Африке, если хочешь стреножить или запереть какое-нибудь животное,
необходимо помнить про муравьиную опасность. Я однажды собрал там большую
коллекцию змей. У меня были габонские гадюки, шумящие гадюки, ошейниковые кобры, а
также безобидные виды вроде древесных змей и питонов. Мы содержали их в
глинобитной хижине и у входа поставили караульщика с банкой керосина под рукой.
Только разлитый и подожженный керосин способен остановить муравьиное
нашествие. Но, несмотря на все меры предосторожности, в один прекрасный день к
змеям через дырку в задней стене все-таки проникла колонна муравьев. К тому
времени, когда мы обнаружили случившееся, муравьи уже пробрались сквозь марлю,
которой были затянуты ящики, и десятками ползали по змеям. Разъяренные
болезненными укусами змеи напрасно пытались наносить ответные удары по крохотным
агрессорам. Их пришлось одну за другой вынимать из ящиков и, держа врастяжку,
обирать муравьев, которые вонзили свои маленькие жадные челюсти между
змеиными чешуйками. Как мы ни старались, все-таки несколько змей подохли от
муравьиных укусов.
Колонна бродячих муравьев.
Бродячие муравьи находятся на марше в поисках пищи несколько недель подряд.
Личинки выделяют феромоны, которые циркулируют по всей армии и побуждают ее к
движению. Но потом личинки начинают окукливаться и перестают издавать свои
химические приказы. Тогда армия останавливается и разбивает лагерь. В ней
может насчитываться до 150 тысяч особей, но все они сбиваются в один большой
ком где-нибудь в корнях дерева или под нависшим камнем. Цепляясь друг за
друга, они образуют своими телами настоящее живое гнездо, с ходами, по которым
движется матка, с камерами для куколок. Теперь яичники царицы быстро
развиваются, брюшко ее сильно раздувается. И примерно через неделю она начинает
нести яйца. За несколько дней она откладывает до 25 тысяч яиц. Из них очень
скоро вылупляются личинки, и одновременно из заложенных в камеры куколок
выводится новое поколение рабочих и солдат. Личинки опять выделяют феромоны, и
армия, сильно пополнившая свои ряды новыми рекрутами, снова отправляется в
поход.
Если суперорганизм, образуемый колонией термитов, можно сравнить с
антилопой, то организованные агрессивные колонны бродячих муравьев представляют
собой как бы насекомый эквивалент хищного зверя. Ненасытные и неотвратимые,
несущие смерть любому животному, которое не смогло спастись от них бегством,
они - подлинная гроза буша. Малые размеры отдельной особи ничего не значат.
Тысячи могут полечь, а мощь армии в целом не потерпит никакого урона. В своих
колоннах насекомые образуют суперорганизм, который принадлежит к самым
свирепым, самым сильным и самым долговечным обитателям леса.
Насекомые населили Землю раньше, чем позвоночные, им и сегодня отведена на
ней выдающаяся роль. Нет такого вида растений, которыми так или иначе не
пользовались бы насекомые. В некоторых районах Африки они постоянно
уничтожают три четверти урожая, выращенного человеком. Даже в Соединенных Штатах
Америки, где, казалось бы, в распоряжении фермеров - самые современные меры
защиты, насекомым все равно достается десять процентов урожаев. Хлопковый
долгоносик заражает хлопковую плантацию - и миллионеры оказываются банкротами.
Колорадский жучок распространяется по посадкам картофеля - и люди голодают.
Насекомые не только отнимают у человека пищу, они сосут его кровь, зарываются
ему под кожу и заражают его всевозможными опасными болезнями. В отместку
человек обрушил на насекомых все мыслимые способы ведения войны. Он палит по
ним из огнеметов. Он бомбардирует самцов радиоактивными частицами,
стерилизует их, а затем выпускает в огромных количествах на волю, обрекая целые
поколения самок на бесплодие. Он синтезирует все новые химические яды самого
убийственного действия и опрыскивает ими целые районы. И все-таки, несмотря
на колоссальные затраты труда и денег, человеку не удалось до сих пор
истребить ни один вид насекомых.
5. Завоевание вод
На морских побережьях, там, где при отливе на камнях обнажаются обмякшие
тела актиний, очень часто можно встретить и другие студенистые комки.
Актиния , если ее сдавить, выделяет из сердцевины несколько капель воды. Такие же
бесформенные создания, асцидии, под ногой выстреливают кверху тонкой
струйкой, за что и получили по-английски наименование «морские спринцовки». Под
водой их отличие от актиний и вовсе бросается в глаза. У актинии вокруг
одного центрального отверстия собраны в виде цветка щупальца; у асцидий щупалец
нет, а отверстий два, и они соединены между собой U-образной трубкой. Вся эта
конструкция одета толстым студенистым слоем. Под водой в расправленном виде
эти бесформенные комки становятся по-настоящему красивыми. Один европейский
вид почти совсем прозрачен, вокруг обоих отверстий - переливчатые
нежно-голубые круги, а внутри просвечивают тонкие мускульные кольца трубки, и
все животное в целом похоже на изящное изделие из венецианского стекла. У
других видов студенистое тело бывает матовым, розовым или золотистым.
Некоторые растут гроздьями, как виноград; другие, покрупнее и более вытянутые,
живут в одиночку.
Все это - фильтрующие организмы, они втягивают воду через одно отверстие,
пропускают ее через полость с щелями в стенках, а затем снова выбрасывают в
море через второе отверстие. Частицы пищи, пристающие к стенкам полости,
сдвигаются с помощью специальных ресничек на дно, попадают в маленькую кишку,
которая отходит от дна, загибается кверху и открывается в отводящее колено
внутренней трубки, и таким образом удаляются.
Простое устройство, скромное существование. Но у этих существ родственные
связи в самых изысканных сферах. Их древнейшие предки - родня иглокожих. Но
гораздо интереснее, что от их, так сказать, кузенов пошли первые в мире
позвоночные . Конечно, в современной взрослой асцидии трудно усмотреть признаки
такого родства, однако в личинке они заметны. Личинка асцидии похожа на
крохотного головастика. Ее шаровидная передняя часть содержит трубку-полость и
зачаток кишки. А для перемещения в воде ей служит подвижный хвостик с жестким
тяжем внутри, доходящим до середины тела. Этот тяж представляет собой некий
намек на спинной хребет. Но личинка владеет им очень недолго. По прошествии
нескольких дней она приклеивается носом к камню, теряет хвост и начинает
вести сидяче-прикрепленный образ жизни.
Личинка асцидии - не единственный представитель фильтрующих, которые
обладают этим многообещающим стерженьком в спине. Такой же есть и у чуть более
крупного студенистого существа - ланцетника. Это создание, имеющее форму
узкого листка сантиметров шести длиной, живет, полузарывшись в песчаное дно
моря. Передний его конец, торчащий наружу, снабжен венчиком из щупалец,
расположенных вокруг отверстия, через которое он всасывает воду. Тело у него тоже
устроено примитивно. Какое бы то ни было подобие головы отсутствует, есть
только небольшое светочувствительное пятно; нет сердца - только несколько
пульсирующих артерий; нет ни плавников, ни конечностей, есть лишь небольшое
расширение на заднем конце наподобие оперения стрелы. И однако же в этом
примитивном организме можно усмотреть первые намеки на будущую рыбу. К гибкому
стержню, который тянется во всю длину его спины, прикреплены поперечные
полосы мышц. Животное ритмично сокращает их, и по бокам его пробегают волны, они
отталкивают воду назад, а ланцетник продвигается вперед. Он плавает.
Асцидия Клавелина.
0.2 mm
У большинства оболочников, к которым принадлежат и
асцидии, характерные признаки хордовых (хорда,
спинная нервная трубка, жаберные щели и др.) имеются
только на стадии личинки, однако у аппендикулярий они
сохраняются всю жизнь. На снимке — аппендикулярия
Oikopleura.
Заметим, что для установления родства строение личинки так же важно, как и
строение взрослой особи. А часто даже важнее, потому что в своем
индивидуальном развитии животные склонны повторять основные эволюционные стадии,
пройденные их предками. Личинки термитов оказываются похожими на самых
примитивных насекомых, щетинохвосток; личинки мечехвоста имеют выраженное членистое
строение и демонстрируют близость с трилобитами, которую трудно проследить у
взрослых особей. Свободно плавающие личинки моллюсков очень похожи на
сегментированных кольчатых червей и представляют как бы связующее звено между этими
группами. Так что у нас есть все основания считать сходство между
ланцетниками и личинками асцидии доказательством их родства. Но кто из них предок, а
кто потомок? То ли развитие шло от древней асцидии к более подвижному
ланцетнику - сначала были личинки, которые освободились от сидяче-прикрепленного
образа жизни, а потом они начали и размножаться в своей личиночной стадии. То
ли, наоборот, форма ланцетника является первоначальной, а
сидяче-прикрепленные виды развились из нее - приклеились носами к камням,
утратили мышцы и ведут самый непритязательный образ жизни, какой только может им
предоставить морская стихия.
Много лет считалось, что справедливо первое предположение. Но сегодня
сравнительное изучение всей группы асцидии, очень обширной и разнообразной, дает
основание считать верной вторую теорию. А совсем недавно подтверждение ей
было найдено среди окаменелостей в Канадских Скалистых горах, в глинистых
сланцах Берджесса, этой знаменитой палеонтологической сокровищнице. Там, среди
трилобитов, плеченогих, многощетинковых червей в топких отложениях,
образовавшихся на дне моря, существовавшего 550 млн. лет назад, когда пловцов, воо-
руженных плавниками и костяком, еще не было и в помине, обнаружен отпечаток
существа, совершенно подобного современному ланцетнику!
Европейский ланцетник (Branchiostoma lanceolatum, или
Amphioxus lanceolatus).
Следующий этап в истории позвоночных иллюстрирует личинка другого
животного . В реках Европы и Америки обитает существо, похожее на ланцетника, только
покрупнее, до 20 см в длину. Оно тоже зарывается в донный ил и кормится,
фильтруя воду. Нет у него ни челюстей, ни глаз, ни плавников, помимо
небольшой оборки вокруг хвоста. Это животное много лет считалось взрослым, имело
свое название - пескоройка (аммоцета) и классифицировалось как очевидный
родич ланцетника. И вдруг обнаружили, что это всего-навсего личинки всем хорошо
известного животного. Они, в конце концов, вылезают из своих ямок,
обзаводятся глазами и узким колышащимся плавником вдоль всей спины, вырастают с угря
величиной и оказываются... миногами.
На первый взгляд миногу вполне можно ошибочно принять за настоящую рыбу. У
нее есть своего рода спинной хребет в виде длинного гибкого тяжа, однако, нет
челюстей. Голова миноги представляет собой большой плоский диск, в центре
которого находится язык, усеянный острыми шипами. Есть у нее два маленьких
глаза , а между ними - единственная ноздря, ведущая в слепую полость, и по обеим
сторонам шеи - ряды жаберных щелей. Передним плоским концом минога
присасывается к боку рыбы и, зазубренным языком сдирая мясо, поедает рыбу заживо.
Миноги и их полностью морские сородичи - миксины и сегодня встречаются
достаточно часто. Иногда в реках Америки их разводится столько, что это уже
напоминает стихийное бедствие. Они так и кишат в воде, пожирая не только дохлую
или больную рыбу, но и нападая на вполне здоровую. Внешность у миноги -
маленькие глазки, жесткая присоска рта, змеевидное туловище - довольно отталки-
вающая, на взгляд человека. Но по справедливости это существо заслуживает
внимания и даже уважения, так как его предки были некогда самыми передовыми и
совершенными обитателями морей. Их остатки найдены в породах, насчитывающих
450 млн. лет, то есть почти таких же древних, как глинистые сланцы Берджесса.
Новые находки представляют собой всего лишь фрагменты отдельных чешуек, но
они вполне поддаются определению, так как полностью совпадают с более
поздними отпечатками, где в распоряжении палеонтологов - целые скелеты.
Пескоройка (Lamprey ammocoete).
Речная минога.
Эти бесчелюстные рыбообразные (или панцирные „рыбы") были, как правило,
совсем мелкими, с большого пескаря, и при этом несли на себе тяжелую броню. У
некоторых форм все туловище вместе с головой было заключено в панцирь из
костяных пластин. Спереди, как у современной миноги, были два глаза и одна
ноздря посредине. А сзади из панциря торчал мускулистый хвост, отороченный
плавником. Ударяя хвостом, они могли передвигаться в воде, но тяжелая
бронированная голова, должно быть, тянула книзу и заставляла их держаться у самого дна.
Правда, у двух-трех видов в плечевой области имелась простая кожная складка,
но большинство этих животных еще не обзавелись плавниками, и вынуждены были
двигаться и маневрировать с помощью одного только хвоста. По-настоящему
плавать, не касаясь дна, они вначале совсем не умели - толща воды оставалась в
распоряжении медуз и других беспозвоночных. Рыбообразные, лишенные челюстей,
были не способны охотиться на моллюсков, имеющих раковины. Им оставалось
шарить носом по морскому дну, всасывать круглым ртом песок и органические
остатки и, отцедив съедобные частицы, выбрасывать остальное через щели,
расположенные по обеим сторонам горла.
Но, как бы то ни было, маленькие первичные рыбообразные выжили, умножились
в числе и достигли внушительного разнообразия форм. Тяжелый панцирь у них на
теле, быть может, возник в результате отложения солей, поступающих в организм
с пищей. При этом он, однако, послужил им необходимой защитой, ведь в те
времена в морях владычествовали гигантские хищники - двухметровые ракоскорпионы
с массивными челюстями, и они питались именно мелкой живностью со дна
морского .
Благодаря мощным костным покровам головы у некоторых видов панцирных «рыб»
мы получили возможность детально изучать их строение. Делая серию тонких
срезов окаменелого черепа, ученые получают рисунок полостей, в которых проходили
нервы и кровеносные сосуды. Этим способом было обнаружено, что у некоторых
рыбообразных был мозг, совершенно такой же, как у современных миног. Еще у
них был орган равновесия, состоявший из двух изогнутых трубочек,
расположенных под прямым углом одна к другой по вертикальной оси. По перемещению
жидкости внутри трубок с чувствительной внутренней поверхностью панцирная «рыба»
определяла свое положение в воде. Почти такое же устройство имеется и у
современных миног.
Окаменелость панцирной "рыбы".
Потом некоторые из этих существ обрели внушительные размеры - свыше
полуметра. Многие были вполне подвижны, покрытые гибким чешуйчатым панцирем, и,
вероятно, могли всплывать высоко над дном моря. Но по-настоящему умелых
пловцов среди них все-таки не было. Одинокий срединный плавник вдоль спины или
внизу под брюхом препятствовал вращению вокруг своей оси и придавал
рыбообразным некоторую устойчивость, но раздвоенного хвостового плавника у них еще
не было.
Ископаемые останки примитивной рыбы Osteolepis macrolepidotys,
из середины Девонского периода (Великобритания).
Так продолжалось добрую сотню миллионов лет. В течение этого необозримого
времени в морях возникли кораллы и стали строить рифы, а членистые животные
создали новые формы, которым предстояло вскоре выйти из моря и установить
форпост на суше. Существенные изменения произошли и у рыбообразных. Стенку
щелей, которые имелись у них с обеих сторон на шее и служили фильтрами для
выбрасываемой воды, пронизала сеть тонких кровеносных сосудов, так что они
смогли выполнять и функции жабр. Со временем мягкую мышечную перемычку между
щелями укрепили костные распорки, и первая пара этих костей понемногу,
медленно-медленно, за тысячелетия, вытянулась и изогнулась вперед. Вокруг кости
образовались мышцы, теперь передние концы этих выступов получили возможность
двигаться вверх-вниз. Так образовались челюсти. Покрывавшие их костные
чешуйки постепенно выросли, заострились и стали зубами. Отныне морским тварям,
имеющим спинной хребет, больше не нужно было скромно держаться у дна,
процеживая песок и воду. Теперь они могли кусать. На брюшной стороне у них с двух
сторон образовались кожные складки, с помощью которых они могли управлять
своим движением в воде. Складки, в конце концов, превратились в плавники, и
эти существа научились по-настоящему плавать. Так впервые позвоночные-хищники
в морях стали искусными пловцами.
По дну древних морей, плескавшихся 400 млн. лет назад, мы сегодня можем
ходить. В северо-западной Австралии на одной плоской безводной равнине, где
теперь пасутся стада, неподалеку от места, которое аборигены называют Гого,
стеной подымается ряд крутых каменных скал высотой до 300 м. Геологи и
картографы, производя съемку местности, никак не могли взять в толк, что за
эрозионные процессы привели к образованию этих скал. Но при ближайшем рассмотрении
выяснилось, что их отвесные, изрезанные водостоками склоны сложены из
остатков кораллов. Некогда эти места покрывало море, а скалы были коралловыми
рифами, ограждавшими глубокую, изобилующую рыбой лагуну. Пересекая
кольцеобразный коралловый островок-атолл, в море стекали ручьи, и их пресные замутненные
воды, губительные для кораллов, вымывали в рифах трещины. Со временем лагуны
заполнились морскими отложениями и сравнялись с сушей. Море отступило.
Постепенно почва всего Австралийского континента поднялась. Дожди и реки размыли и
унесли мягкий песчаник, некогда заполнявший впадины лагун, и тогда бывшие
рифы опять обнажились. Теперь отвесные их борта возвышаются не над морем, а над
безводной пустыней, поросшей пучками колючей травы да низкорослыми,
узловатыми австралийскими акациями. У их подножия, где раньше было дно моря, можно
видеть куски песчаника. Из некоторых торчат пучки костей. Это остатки
погибших в лагуне рыб, которые послужили фокусом окаменения. Окружающий их песок и
ил затвердевали, превращались в камень, а остальные осадочные породы
разрушались . Геологи подобрали несколько таких камней и у себя в лабораториях
месяцами обрабатывали их уксусной кислотой. В конце концов, каменная порода
отпала, и обнаружились великолепно сохранившиеся, цельные и неповрежденные
скелеты первых настоящих рыб.
Их было множество видов. Многие, как и их предшественники, имели панцирь -
толстые костные пластины, так или иначе прикрепленные к коже, - и полный рот
ужасных зубов. Обзаводились они понемногу и внутренним скелетом и даже
начатками позвоночника, протянутого вдоль тела и включающего в себя первоначальный
гибкий спинной тяж - хорду. У всех были развитые боковые плавники, обычно две
пары: грудные, там, где кончается голова, и брюшные, вблизи анального
отверстия. Но были и вариации. У одной формы боковые плавники составляли одну
плавную линию; у другой грудные плавники заключались в костяные трубки и
походили больше на щупы или подпорки. Некоторые жили на дне, но были и свободно
плавающие, а встречались и настоящие гиганты, метров шести-семи в длину.
Перед лицом такой конкуренции почти все бесчелюстные панцирные «рыбы» вымерли.
Придонная акула воббегонг.
Примерно в эту эпоху в династии рыб произошел заметный раскол. Одна группа
утратила почти все скелетные кости, но взамен приобрела хрящи, гораздо более
гибкие и легкие. Потомки этой группы - акулы и скаты. Оттого что у них стало
меньше костей, они при тех же размерах оказались гораздо легче, чем были их
предки. Но все равно мягкие ткани и хрящи тяжелее воды, и акула, чтобы не
опуститься на дно, должна совершать поступательные движения. Современные
акулы передвигаются в воде точно таким же способом, что и их предки: извивая
Заднюю половину туловища и мощно ударяя хвостом. Но поскольку толчок
приходится сзади, голова перевешивает и имеет тенденцию зарываться. Для
противодействия этому у акулы есть два горизонтальных грудных плавника, которые
работают как стабилизаторы подводной лодки или крылья ракетного самолета. Эти
плавники практически несгибаемы. Акула не может резко повернуть их на 90° и
использовать как тормоза: нападающая акула не в состоянии остановиться, она
может только свернуть в сторону. Двигаться задом наперед она тоже не может. А
стоит ей перестать бить хвостом, и она пойдет на дно. Есть даже такие виды,
которые по ночам укладываются на дно спать.
Скат
Одна ветвь хрящевых рыб вообще отказалась от трудной непрерывной работы
хвостом и располагается более или менее постоянно на дне моря. Это - скаты.
Их тела сильно сплющены, грудные плавники приобрели форму больших
колеблющихся треугольников и взяли на себя двигательную функцию. Так что бить хвостом
им больше незачем, и он у них утратил всю мускулатуру, стал тонким, как прут
или плеть, иногда с ядовитым шипом на конце. Такая конструкция вполне
надежна, но не дает скорости, доступной свободно плавающим акулам. Впрочем, скатам
она и ни к чему. Они не охотники за дичью, их пища - моллюски и ракообразные,
которых они подбирают со дна моря и уминают своими ртами, расположенными у
них с нижней стороны. Рот снизу - это удобно для кормления, но затруднительно
для дыхания. Акулы вбирают воду ртом, пропускают по жабрам и выпускают через
жаберные щели. Если бы скаты дышали так же, к ним через рот попадало бы
слишком много ила и песка. Вместо этого они втягивают воду через два отверстия,
расположенные на голове сверху и непосредственно соединенные с жабрами, а
выпускают через жаберные щели, которые у них находятся внизу.
Один род скатов, манта, снова научился плавать у поверхности воды. Туловище
манты так растянулось в стороны, что ей почти не составляет труда держаться
на плаву, опираясь на воду, как планер опирается на воздух. Но колышащиеся
бока-крылья не такие мощные двигатели, как ударяющий по воде, извивающийся
хвост. Поэтому манта плавает медленнее своих родичей - акул и соперничать с
ними в охоте не может. Она медленно передвигается в воде, едва помахивая
широко раскинутыми (до 7 м!) крыльями, и, разинув огромный щелеподобный рот,
выцеживает из воды взвешенных мелких ракообразных, а также рыбешек.
Вторая большая группа рыб сохранила костный скелет, и именно ее потомки
сейчас господствуют во всех водах земного шара. Они, хотя и кружным путем,
по-своему, но очень успешно разрешили сложную проблему веса. На раннем этапе,
когда у большинства рыб в коже были тяжелые пластины на костном основании,
несколько семейств перешли из открытых морей в прибрежные воды, а потом и в
мелководные лагуны, в болота. В таких местах рыбе трудно дышать. Чем сильнее
нагрета вода, тем ниже в ней содержание растворенного кислорода. На
мелководье в отличие от открытого моря температура воды легко поднимается и кислород
теряется. Поэтому рыбам пришлось овладеть дополнительными способами добывания
кислорода. Что это были за способы, сегодня можно видеть на примере
реликтовой рыбы многопера, или бишира, обитающей в реках и болотах Африки. Время от
времени эта рыба всплывает на поверхность и заглатывает ртом воздух. Он идет
по пищеводу и попадает в специальный пузырь, образованный из складки в
переднем отделе кишечного тракта. Стенки этого пузыря пронизаны кровеносными
сосудами и поглощают газообразный кислород. В сущности, у бишира помимо обычных
жабер есть еще и легкое.
Сенегальский многопёр (Polypterus senegalus).
Однако наполненный воздухом пузырь полезен и в другом отношении: он
увеличивает плавучесть. И это обстоятельство для потомства первых дышащих воздухом
тяжелых рыб оказалось еще более важным. Имея в теле воздушный пузырь, рыбы
могли держаться в воде и не тонуть уже без помощи постоянно работающего
хвоста. В конце концов, костистые рыбы с плавательным пузырем появились не
только у берегов, но и в открытых морях. Представители многих видов, обладавших
таким усовершенствованием, плавали и в лагуне у подножия рифов Гого вместе со
своими более старомодными сородичами.
Со временем появились и такие рыбы, которые наполняли свои воздушные
пузыри, не поднимаясь на поверхность, чтобы глотнуть воздуха, а прямо выделяя его
из крови. Трубка, соединяющая воздушный мешок с кишечником, утончилась до
того, что вообще превратилась в нить без просвета. Так рыбы обзавелись
плавательными пузырями.
Техника плавания подверглась коренным изменениям. Нагнетая воздух в пузырь
из кровотока или через трубку, рыба могла по мере надобности менять свое
положение в воде. А грудные плавники, которым больше не нужно было поддерживать
рыбу на плаву, превратились в тонкие орудия управления, и рыба достигла в
искусстве плавания высокого совершенства.
Вода в 800 раз плотнее воздуха, у движущегося в воде всякий выступ, всякая
неровность на теле создают сопротивление еще более ощутимое, чем у птицы или
самолета. Поэтому у быстро плавающих океанических рыб - тунца, скумбрии, мар-
лина, макрели - тела удивительно обтекаемой формы, спереди заостренные,
быстро утолщающиеся до максимального диаметра и затем изящно сужающиеся к
двухлопастному симметричному хвостовому плавнику. Вся задняя половина тела у рыбы
представляет собой как бы двигатель, от которого работают эти лопасти. К
позвоночнику прикреплены группы сильных мышц, и рыба может всю жизнь неустанно
водить хвостом из стороны в сторону. Чешуя, у ранних форм такая тяжелая,
жесткая, стала тонкой и плотно прилегающей или же совсем утратилась. Сверху она
смазана слизью. Пластины, прикрывающие жаберные щели, вплотную прилегают к
телу, глаза почти не выступают из гладких контуров. Грудные и брюшные
плавники, как и спинной плавник, тянущийся по кромке спины, никакого участия в
поступательном движении не принимают. Они служат только рулями, стабилизаторами
и тормозами. Когда рыба плывет на большой скорости, они складываются вдоль
боков и входят в углубления, имеющиеся в этих местах на теле рыбы. А у
хвоста, сверху и снизу, маленькие треугольные плавнички служат гасителями,
предотвращающими завихрения.
Первый
спинной плавник
Плавательный Мышечная
пузырь ткань
Второй
спинной плавник
\
/г
Боковая
линия
\
Хвостовой
плавник
Головной мозг
Спинной мозг
Орган
обоняния
Мочевой пузырь -
Брюшной плавник
Жаберная
артерия
иердце
Мочеполовое
отверстие ,
1Ловое / /
стие /Яичник Желудок
Печень
■— Грудной плавник
Анальное Кишечник Селезенка
отверстие
Строение рыбы.
Такая конструкция близка к идеальной, о чем свидетельствует то
обстоятельство, что ею воспользовались рыбы самых различных видов и приобрели в
результате разительное сходство между собой. Стоит какому-то виду выйти в открытый
океан и положиться на высокие скорости для того, чтобы есть и не быть
съеденными, как эволюционный отбор неумолимо приближает облик рыб этого вида к
описанной , самой удобной и математически безупречной форме.
Некоторые виды рыб под угрозой проигрыша в гонках со смертью стали
использовать грудные плавники для совсем особых целей. Преследуемые хищником, они
научились выпрыгивать из воды и широко растопыривать большие грудные
плавники, которые до этого мгновения были сложены и прижаты к бокам. Воздух
натягивает перепонки, подхватывает и несет рыбу, она планирует над водой на
расстояние в сотни метров, оставляя преследователя ни с чем. Иногда во время
полета такие рыбки опускают туловище вниз хвостом и успевают несколько раз
ударить по воде, еще больше разгоняясь и продлевая свой полет.
Но не все рыбы в борьбе за существование полагаются на скорость. У тех, что
обитают в средних слоях воды или вблизи берегов, свои проблемы и свои нужды.
Но и у них приобретение плавательного пузыря оказало существенное влияние на
дальнейшее развитие, так как он освободил плавники для выполнения других
функций. У щуки они превратились в тонкие прозрачные крылышки, свободно
вращающиеся на шарнирном суставчике, так что рыба отвечает немедленным
противодействием на мельчайшие перемены течений и остается висеть над облюбованным
камнем, будто на невидимой веревочке. Гурами превратили свои брюшные плавники
в длинные нити - усы, которыми прощупывают перед собой воду, а в брачный
период гладят своего партнера. А у морского дракончика они развились в
устрашающее защитное оружие с ядовитым шипом на конце каждого луча.
Несколько видов рыб, поскольку вес перестал быть проблемой, снова
облачились в панцирь. Так, кузовковая рыба плавает в густонаселенных, кишащих
опасностями водах кораллового рифа, одетая в костяную кирасу - только грудные
плавники вертятся да ходит из стороны в сторону хвост. Морской конек тоже
заключен в жесткую броню. Хвост у него лишен плавника и загнут крючком, рыбка
цепляется им за кораллы и водоросли. Туловище держится в воде стоймя, а
бывший спинной плавник превратился в задний «двигатель», который постоянно
колеблется и вместе с вращающимися на боках грудными плавниками несет важного
стоячего конька через подводные заросли. Спинорог питается кораллами,
разламывает каменные ветви и выедает из них маленьких полипов. У него все плавники
сосредоточены сзади: большой мягкий спинной плавник рядом с хвостовым и в
пару к нему такой же снизу. А голова свободна и может засовываться в глубь
коралловых ветвей, выбирая особо лакомый кусочек. Спинной рог, давший рыбе
название, - не что иное, как срединный луч спинного плавника. Он окостенел и
упруго зацепляется за специальную защелку, образованную на спине двумя
другими лучами. Когда разыгрывается сокрушительный шторм, рыбка заплывает в щель
между кораллами, отпускает из зажима свой костяной рог и так прочно
застревает в укрытии, что ни волны, ни течения, ни хищники, ни ныряльщик-человек не в
состоянии ее оттуда вытащить.
Некоторые костистые рыбы в подражание хрящевым и скатам перешли на
придонный образ жизни, для чего им пришлось отказаться от плавательного пузыря,
который некогда принес их предкам такой несомненный успех. У этих рыб грудные
плавники используются опять же совсем в иных целях. У морского петуха
передние плавники утратили перепонки, остались свободные лучи, которыми он может
перебирать, как паук ногами. С их помощью он переворачивает камешки в поисках
пищи. Удивительно приспособились к жизни на дне плоские рыбы. На их примере
можно еще раз убедиться в том, что живые существа в своем индивидуальном
развитии повторяют стадии эволюции рода. Вылупляясь из икринки, будущая камбала
плавает в толще воды, как плавали, несомненно, ее предки. Но через несколько
месяцев она подвергается трансформации. Утрачивается плавательный пузырь,
который у нее до этого имелся. Голова как бы сворачивается, рот оказывается на
боку. Один глаз перемещается чуть ли не вокруг всей головы и оказывается
рядом с другим. Рыба опускается и ложится боком на дно. Грудные плавники ей
теперь не нужны, хотя она и сохраняет их. А плавает она, колебля разросшиеся
спинной и анальный плавники, которые окаймляют ее тело.
Так, подталкивая себя ударами хвоста, загребая грудными плавниками, паря на
окаймляющих тело плоскостях, рыбы быстро и маневренно передвигаются в воде на
всех уровнях и во всех местах вокруг прихотливых коралловых башенок, по-над
горами и равнинами морского дна, в густых колышащихся лесах бурых водорослей
и в голубых, пронизанных солнцем водах открытого океана. Но подвижность
требует чувствительных органов восприятия: передвигаясь, надо знать свое
местонахождение .
Все рыбы обладают одним чувством, аналогов которому мы не имеем. Вдоль
боков, раздваиваясь на голове, у них проходит еле заметная линия. Ее образуют
особые поры, связанные между собой каналом, который тянется под кожей. Эта
боковая линия позволяет рыбе ощущать малейшие перемены давления воды. Плывя,
рыба образует перед собой волну сжатия. Когда эта волна натыкается на
какой-нибудь предмет, рыба порами своей боковой линии чувствует это. Точно так
же она способна воспринимать на расстоянии движения других особей, плывущих с
ней рядом, что особенно важно для видов, образующих косяки.
Запахи рыба чувствует очень тонко. Ноздри у рыб открываются в полость,
обладающую способностью различать самые незначительные изменения в химическом
составе воды. Акулы, например, могут при благоприятном течении улавливать
запах свежей крови на расстоянии до полукилометра. В поисках пищи они и
полагаются главным образом на обоняние - чем, кстати сказать, объясняется, быть
может, необыкновенное строение такого чуда природы, как рыба-молот, самая
удивительная из всех акул. Ее ноздри расположены на концах двух выростов,
отходящих в обе стороны от головы. Почуяв добычу, она начинает мотать головой,
чтобы определить направление, откуда поступает запах. Если и справа и слева
он одинаково силен, рыба-молот устремляется прямо - и нередко первой из
хищниц оказывается на месте.
Что до органа слуха и равновесия, то рыбы, судя по всему, умели
воспринимать звуки с древнейших времен. Имевшаяся в черепе у панцирных «рыб» и миног
капсула с двумя полукружными каналами у челюстных рыб подверглась
значительному усовершенствованию: у них появился третий канал в горизонтальной
плоскости, а под ним - мешок. Все три канала и мешок выстланы внутри очень
чувствительным веществом, содержащим известковые крупинки, которые способны
вибрировать и перемещаться. Звук передается в воде лучше, чем в воздухе, и,
поскольку тело рыбы в большой мере содержит воду, звуковые волны достигают органа
слуха без специального ушного прохода, который необходим животным наземным.
Таким образом, рыба воспринимает и журчащий, шлепающий звук, издаваемый
другими быстро плывущими рыбами, и щелчки моллюсков, захлопывающих створки своих
раковин, и скрежет, производимый рыбами, задевающими боками кораллы.
С появлением плавательного пузыря рыбы получили новые, еще более
совершенные способы генерации и восприятия звуков. У нескольких тысяч рыб
образовались особые косточки, связывающие плавательный пузырь с капсулой внутреннего
уха, так что на полукружные каналы вибрация передается усиленная резонансом
пузыря. А у некоторых возникли особые мышцы, заставляющие плавательный пузырь
вибрировать и этим производить громкий барабанный гул. По-видимому, зубатки
нескольких видов перекликаются именно таким образом, проплывая через мутную
воду.
Зрение тоже было приобретено на ранних стадиях развития. У ланцетника есть
глазное пятно, позволяющее ему отличать свет от тьмы. Бесчелюстные панцирные
«рыбы», хотя головы у них и были одеты в костную броню, все же имели в ней
отверстия для глаз. А поскольку законы преломления света универсальны,
хороших оптических систем тоже существует немного. Впервые сложный глаз возник у
трилобитов, его сохранили до наших дней насекомые. А не считая сложного
глаза, зрительный орган, создающий изображение, у всех организмов, в общем,
устроен одинаково: закрытая камера с прозрачным окном и линзой спереди и
светочувствительной прокладкой сзади. Таков принцип устройства и глаз осьминога, и
остальных головоногих, и искусственно созданного человеком глаза -
фотокамеры. Этот же принцип лежит в основе устройства рыбьего глаза, унаследованного
Затем и всеми наземными позвоночными. Светочувствительный слой содержит два
вида клеток - палочки и колбочки. Первые различают свет и темноту, вторые
воспринимают цвет.
У большинства акул и скатов глаза не имеют колбочек, поэтому цветов они не
различают. Неудивительно, что и сами они окрашены тускло - в серые,
коричневые, буро-зеленые и серовато-стальные тона. И узоры у них на теле если и
встречаются, то в виде простых пятен и точек. С костистыми же рыбами дело
обстоит совсем иначе. У них в глазах есть и палочки, и колбочки, цветовое
зрение у них большей частью превосходное, и соответственно их собственная
окраска на диво яркая и пестрая. Желтые плавники окружают сапфировое туловище,
оранжевые пятна разбросаны по серо-зеленым бокам, шоколадно-коричневые
чешуйки украшены каждая ярко-голубым ободком, хвосты напоминают мишень для
стрельбы из лука: золотая сердцевинка, а от нее круги - красный, черный и белый.
Кажется, нет такого оттенка в радужном спектре, нет такого узора на свете,
которые не пошли бы рыбам на украшение.
Самые ослепительные рыбы живут в прозрачной, просвеченной солнцем воде, где
их красота хорошо видна: в тропических озерах и реках и особенно роскошные у
коралловых рифов. Здесь из-за изобилия пищи и разнообразия форм жизни воды
необыкновенно густо населены. В таких условиях видовые опознавательные знаки
имеют очень большое значение, и рыбы прибегают к самым ярким нарядам, чтобы
лучше выделяться среди остальных.
Тропические рыбы.
На примере одного небольшого семейства рыб-бабочек, как их называют за
необыкновенную красоту, видно, какое разнообразие может достигаться в красочных
узорах. Рыбы-бабочки все примерно одного размера (несколько сантиметров в
длину), одинаковой конфигурации, узенькие, прямоугольные, с высокими лбами и
маленькими выпяченными ртами. Но каждый вид населяет только свой отдельный
участок рифа, на определенной глубине, вблизи своих излюбленных источников
пищи. У одного удлиненные челюсти, чтобы нашаривать пищу между коралловыми
стволами, другой специализировался на каком-то одном виде мелких рачков.
Поэтому в интересах каждой особи в стайке заявить, что определенное место уже
занято ею, чтобы другие не пытались вторгнуться на ее территорию. С другой
стороны, определенные цвета обратят внимание самки на присутствие самца той
единственной разновидности, с кем ее союз не окажется бесплодным. Во многих
других случаях потребность в такой крикливой саморекламе сдерживается
опасностью оказаться заметной мишенью для хищника. Но рыбе-бабочке такая опасность
почти не страшна, ведь, держась подле кораллов, она за какую-то долю секунды
может нырнуть в щелку и спрятаться от преследователя. Вот почему каждый вид
этого семейства при почти одинаковых туловищах имеет яркий и своеобразный
узор, составленный из полосок, пятен, точек, кругов и зигзагов.
Рыбы-бабочки.
Ко времени икрометания потребность в видовом самоопределении становится
особенно настойчивой. Даже в стороне от спасительного рифа, в опасных
открытых водах, самцы все равно пользуются яркой окраской, чтобы отпугивать
соперников и привлекать самок. От возбуждения у них в коже растягиваются
пигментные зерна, и самцы сражаются друг с другом оружием красок, кружась один подле
другого, сворачивая и разворачивая яркие плавники, как плащи матадоров. Бьют
хвостами, посылая волны сжатия на боковую линию противника, рвут друг другу
плавники. В конце концов, один не выдерживает и сигнализирует о сдаче, сжимая
на боках пигментные клетки одного узора и растягивая другой набор цветов, как
бы выбрасывая флаг капитуляции. Теперь победитель может приступать к
ухаживанию за самкой. Для этой цели он пускает в ход почти тот же, что и для
агрессии, арсенал средств: цвета, узоры, игру плавниками, но у самки это вызывает
другую серию ответов, которая завершается метанием икры.
Глаза у некоторых рыб устроены так, что видят не только то, что происходит
вокруг в воде, но и сверху, над водой. Рыба-брызгун любит лакомиться
насекомыми, которые садятся на прибрежные растения. Заприметив добычу, она
прицеливается, делая поправку на преломление света на границе воды и воздуха,
выстреливает фонтанчиком капель, сбивает насекомое и заглатывает. А одна
маленькая рыбка1 в Центральной Америке достигла еще более высокой степени
специализации. У нее поперек зрачков тянется горизонтальная полоска, так что
фактически она имеет четыре глаза: два нижних видят под водой, а два верхних
- в воздухе, и рыба плывет у поверхности, высматривая добычу одновременно и
сверху и снизу.
На другом полюсе рыбьего мира, в океанских глубинах от 750 м ниже уровня
воды и глубже, нет света, при котором рыбы могли бы делать друг другу зримые
знаки, и многие виды носят свет с собой. У одних видоизмененные клетки
выделяют светящиеся химические вещества, у других в специальных органах
содержатся культуры фосфоресцирующих бактерий, а сверху имеются кожные складки,
которые могут отодвигаться и надвигаться снова, и рыбьи огни то и дело
вспыхивают , мигают и гаснут. Глубины океанов полны размеренно кружащимися,
вспыхивающими и гаснущими огоньками. Естественно предположить, что это «переговорные
сигналы» - сообщения для соседей по косяку, любовные призывы, - но пока с
уверенностью этого сказать нельзя, предстоит большая исследовательская
работа . Правда, один вид свечения понятен уже сейчас. У глубоководной
рыбы-удильщика в передней части спинного плавника один луч вытянут в виде
длинного прутика, который изгибается над головой и свисает перед самым ртом. На
конце этого прутика тлеет зеленый пузырек. Встречные рыбы тянутся разузнать,
что это за качающийся огонек, в этот момент удильщик вдруг распахивает пасть
и заглатывает очередное угощение.
Но темные воды есть не только в глубинах океана. Некоторые тропические реки
сплошь покрыты плавучей растительностью и полны гниющими листьями, вода в них
черная и мутная. Там обитают рыбы, которые находят дорогу в темноте
совершенно особым способом - ничего подобного нет больше ни у одного живого существа.
Они генерируют электричество. Это мелкие рыбки - рыба-нож в Южной Америке,
рыба-слонорыл в Западной Африке, названная так за удлиненную губу,
напоминающую маленький хобот. Чтобы обнаружить их, достаточно взять шест с двумя
проволочками на конце, подсоединить к усилителю, оснащенному батарейкой и
снабженному динамиком, и опустить конец в воду, где копошатся в иле эти маленькие
рыбешки. Раздадутся щелчки. Это электрические сигналы, преображенные в звуки,
доступные человеческому уху.
На боку у такой рыбки развились специальные мышцы, генерирующие и
проводящие электрический ток. Одни виды посылают сигналы почти беспрерывно, другие -
короткими всплесками. У каждого, насколько можно судить, свой, ясно
распознаваемый код. В окружающей воде образуется электрическое поле. Любой предмет,
проводимость которого отлична от проводимости воды, изменяет это поле. Рыбе
это становится известно благодаря рецепторным порам, разбросанным по ее телу,
и даже в самых черных стигийских водах она узнает форму и расположение
окружающих ее объектов.
Наиболее крупная из таких рыб - южноамериканский электрический угорь. Он не
в родстве с настоящими угрями, но имеет с ними внешнее сходство, отчего и
перенял у них имя. Он вырастает до 1,5м в длину и бывает толщиной с руку
взрослого мужчины. Гнездится он большей частью в норах под берегом реки или
среди камней. Забираться задом в нору такому длинному существу, должно быть,
Периофтальмус. — Прим. ред.
очень трудно. Он разрешает эту трудность с помощью электричества. Если
проследить за тем, как это происходит в специально оборудованном аквариуме,
можно слышать треск все учащающихся разрядов, которыми он исследует облюбованное
укрытие и медленно убирает в него свое длинное тело, ни разу не коснувшись
его стен. Но у электрического угря есть и другая батарея, которая испускает
не постоянный низковольтный ток для ориентировки, а внезапные, очень мощные
разряды, так что, если схватить такую рыбу без изолирующих резиновых перчаток
и сапог, удар током может сбить с ног. Такие разряды угорь использует для
охоты. Он - одно из немногих живых существ на Земле, способных убивать
электрическим током.
Электрический угорь Electrophorus electricus.
В наше время, через 500 млн. лет после того, как одетые в тяжелую броню,
лишенные челюстей странные существа начали вилять хвостами и шарить по
илистому дну первобытных морей, на земном шаре насчитывается около 30 тысяч
видов рыб. Они заселили все моря, озера и реки. И вершина их могущества - это
совершеннейшее из плавающих созданий, великолепный и отважный лосось.
Пять видов тихоокеанских лососей заходят в реки Северной Америки. Большую
часть жизни они проводят в Тихом океане. Мальками они питаются планктоном;
подрастая, начинают есть мелких рыб. И каждый год в августе лосось, едва
достигший зрелости, направляется к североамериканским берегам.1 Рыбы собираются
на прибрежных отмелях, а затем начинают трудный путь вверх по рекам, борясь с
течением и лавируя с помощью чувствительных к давлению пор на боковой линии,
выбирая тот берег, под которым течение слабее, отдыхая в тихих заводях и со
свежими силами снова бросаясь в пенные перекаты.
Реки они выбирают не произвольно. Каждый лосось с непостижимой точностью
помнит вкус той воды, где он вывелся из икринки. Этот вкус определяется
набором пород, образующих ложе реки, а также растениями и животными, в ней
обитающими. Лососи узнают вкус родной воды, даже если ее развести в отношении
одного к нескольким миллионам. Память эта ведет их за сотни километров через
1 Те же виды тихоокеанских лососей (род Oncorhynchus) — кета, горбуша, чавыча,
нерка и кижуч — мигрируют и к берегам нашего Дальнего Востока. — Прим. ред.
океан, собирает в строго определенном устье, и, двигаясь навстречу все
усиливающемуся знакомому запаху, они плывут вверх по строго определенной реке,
заходят в один-единственный ее приток. Мы знаем, что ориентируются они именно
по запаху, потому что лосось с отключенными ноздрями теряет направление. Но
если его не трогать, он проявляет чудеса памятливости и навигационного
искусства. Тысячи мальков лосося были помечены вскоре после того, как вывелись из
икры, и только одна или две особи были потом обнаружены не в той реке, из
которой выплыли.
Сила инстинкта, зовущего лосося к родным местам, велика, но велики и
препятствия, которые он встречает. Один переход из соленой воды в пресную
требует серьезной химической перестройки организма, но с этим лосось справляется.
На пути у него высятся водопады - тогда он своим зорким взглядом определяет
самое низкое место на гребне водопада, а затем, изгибая мощное серебристое
тело и ударяя хвостом, высоко подскакивает из воды. Не раз и не два
приходится прыгать рыбе, пока она, наконец, не перескочит через гребень и сможет
продолжать свое плавание.
' 4. W
Лосось пробирается к месту нереста.
И вот они достигают мелей, где метали икру их родители, и стоят, отдыхая,
головой против течения, стоят все вместе, бок о бок, так плотно, что сверху
за темными спинами не видно светлого песчаного дна. И теперь за несколько
дней с их телами происходят быстрые и разительные перемены. На спине
образуется большой горб. Верхняя челюсть загибается вниз, зубы на ней отрастают и
превращаются в длинные клыки. При кормлении они бесполезны, но времена
кормления давно прошли. Клыки предназначены для боя. И самцы сражаются,
сталкиваясь боками, закусывая один другому челюсть, нанося удары торчащими изо рта
клыками. Их горбы то и дело с плеском разбивают водную поверхность отмели.
Наконец один побеждает и отвоевывает себе кусок речного дна, где есть мелкие
камешки. К нему подходит самка. Немедленно выметываются икра и молоки и тут
же тонут, забиваясь под камешки на дне.
А взрослые особи исчерпали весь запас жизненных сил. Они не в состоянии
даже залечить полученные раны. Чешуя с их боков сходит, недавно еще такие
мощные мышцы истончаются, и рыбы умирают. Из миллионов, совершивших доблестное
восхождение вверх по реке, в море не возвращается ни одна. Их изодранные тела
влекутся по течению, застревают на перекатах и кучами выносятся речной волной
на береговые отмели. Там и сям видно, как последние из уцелевших рыб взбивают
над водой предсмертные фонтаны брызг. Стаями слетаются чайки, торопясь
выклевать глаза и разодрать пожелтевшее мясо.
Но среди донного гравия остались икринки, по тысяче штук от каждой самки.
Здесь в безопасности они благополучно зимуют. Весной выводятся мальки.
Несколько недель они остаются в реке, среди изобилия корма - насекомых и
рачков, день ото дня умножающихся в прогретой воде. А выросши длиной в палец,
пускаются по течению в путь и достигают моря. В море некоторые виды плавают
два сезона, а некоторые - даже пять. Многие становятся добычей других рыб. Но
выжившие, в конце концов, устремляются в родную реку, прокладывая себе
трудный путь к верховьям, чтобы выметать икру и погибнуть на той самой мели, где
увидели свет.
Три четверти земной поверхности покрыто водой. Три четверти земного шара
принадлежит рыбам.
6. Вторжение на сушу
Одно из самых важных событий в истории жизни на Земле произошло около
350 млн. лет назад в пресных теплых болотах. Рыбы стали выползать из воды и
положили начало заселению суши существами, имеющими спинной хребет. Чтобы
преодолеть этот порог, им, как прежде первым наземным беспозвоночным, надо
было решить две задачи: как передвигаться, очутившись вне воды, и как
добывать кислород из воздуха.
Есть такая рыбка, она живет и сегодня, которая умеет и то и другое. Это -
илистый прыгун. Илистые прыгуны не являются близкими родичами тех рыб, что
первыми вышли на сушу, поэтому всякое сопоставление между ними требует
осторожности, но все-таки они могут дать некоторое понятие о том, как был сделан
этот решающий шаг.
Илистый прыгун.
Илистый прыгун имеет в длину всего несколько сантиметров и встречается во
многих тропических районах - в заболоченных мангровых зарослях и в илистых
устьях рек. Его можно увидеть в жидкой грязи далеко от кромки воды, а то и
где-нибудь на воздушных корнях мангра или даже на стволе. Резкое движение
наблюдателя, внезапный звук - и рыбешки тут же прыгают обратно в воду. Они
вылезают из воды в погоне за насекомыми и другими беспозвоночными, которых так
много на мягкой, податливой поверхности жидкой грязи. Передвигаются, резко
сгибая и разгибая заднюю часть туловища, как бы маленькими скачками. Однако
владеют и другим способом передвижения, более ровным и спокойным: ползком,
опираясь на грудные плавники. Плавники имеют мускульное основание и костную
опору внутри - это уже, собственно, не плавники, а прочные костыли. Налегая
на них, рыбка подтягивает свое тело вперед.
Именно такие плавники и были у целой группы костистых рыб, живших в тот
отдаленный период, когда был сделан первый шаг на сушу. Самая знаменитая из
этих рыб - целакант.
Многие виды целаканта известны нам по каменным отпечаткам. Это были
небольшие рыбы, сантиметров тридцать длиной. Некоторые образчики сохранились со
всеми подробностями, до мельчайшей чешуйки, до последнего лучика в плавниках.
В каменных породах Иллинойса был даже найден только что вылупившийся малек с
отлично видным остатком желточного мешка под брюшком. Отпечатки целаканта
изобилуют в отложениях возрастом 400 млн. лет, но позже число их уменьшается
и к 70 млн. лет сходит на нет. Поскольку период их расцвета относится ко
времени вторжения рыб на сушу и поскольку плавники у них бесспорно сходны по
строению с конечностями наземных позвоночных, вполне естественно было
предположить, что именно эти рыбы и оказались родоначальниками первых наземных
позвоночных. Их окаменелости ученые изучали с особой тщательностью и надежде
точнее определить, как именно они передвигались и дышали. И примирились с
тем, что исчерпывающих сведений об этом получить не удастся - рыба считалась
вымершей давным-давно.
Ископаемый целакант Caridosuctor populosum, обитавший
приблизительно 320 млн. лет назад.
Но в 1938 году траулер, промышлявший у побережья Южной Африки, поднял из
моря очень странную рыбу - огромную, почти двухметровую, с мощными челюстями
и тяжелой костной чешуей. Когда улов выгрузили в Ист-Лондоне, смотрительница
маленького местного музея мисс Куртенэ-Латимер пришла поглядеть, что привезли
рыбаки. Она обратила внимание на странную рыбу и, хотя не была
специалистом-ихтиологом, поняла важность этой находки. И написала о ней в Грэхэмс-
таунский университет профессору Дж.Б.Л. Смиту, крупнейшему специалисту по
африканским рыбам. Но к тому времени, когда он смог добраться до нового
примечательного экспоната, внутренности рыбы окончательно разложились, и их
пришлось выкинуть, так что его взору предстала только выпотрошенная туша. И все
же, несмотря на это и на огромные размеры, профессор сразу узнал в ней цела-
канта. Он назвал ее латимерия и оповестил изумленный мир, что существо,
считавшееся вымершим 70 млн. лет назад, живет в наши дни.
Целакант.
Открытие это стало научной сенсацией века, и было предпринято много усилий
для поисков других экземпляров. По бессчетным рыбацким поселениям вдоль всего
южного и восточного побережья Африки распространили листовки и плакаты с
изображением латимерии и указанием размеров назначенной премии. Но все
безрезультатно. И только через 14 лет, когда уже казалось, что чудо-рыба всплыла
лишь затем, чтобы тут же снова навсегда исчезнуть, была выловлена еще одна,
но не у южноафриканского побережья, а за тысячу миль оттуда, у Анжуана,
одного из малых Коморских островов на полпути между Мадагаскаром и берегом Танза-
нии. Выяснилось, что первый целакант забрел так далеко на юг случайно, потому
что коморским рыбакам эта рыба была знакома. Каждый год, по их словам, на
глубине около 300 м им попадаются две-три штуки. Специально целаканта они
обычно не промышляют, так как эта рыба очень сильная и, попавшись на крючок,
отчаянно сопротивляется - бывает, рыбак бьется с ней много часов, прежде чем
вытащит из воды к себе в лодку. Да и мясо у нее - после всех-то трудов! -
слишком жирное и не очень приятное на вкус. Для островитян самое ценное в
пойманном целаканте - это его плотная шершавая чешуя. Ею очень удобно
зачищать велосипедные камеры, когда заклеиваешь прокол.
С той поры было выловлено несколько десятков целакантов, и теперь, как ни
парадоксально, наука знает о латимерии больше, чем о многих других не редких,
а встречающихся в изобилии рыбах. Была поймана беременная самка, и в животе у
нее оказались мальки с желточными мешками, точно такие же, как на иллинойс-
ском отпечатке; тем самым было доказано, что этот вид не икромечущий, а
живородящий. Но поскольку латимерия - рыба крупная и сильная и, будучи изловлена
на большой глубине, отчаянно бьется, ее почти никогда не удается доставить на
берег заживо. Немало экспедиций отправлялись на Коморы, чтобы выловить живой
экземпляр. Одна английская команда сумела раздобыть рыбину, которая, хотя и
попалась на крючок за несколько часов до того, все же в полуживом виде была
доставлена на берег. Ее поместили в ванну и снимали сверху сквозь воду, пока
она там еле трепыхалась. Но ни одного отчетливого снимка у них не получилось.
Мы сами тоже, в другой экспедиции, искали латимерию много ночей подряд,
спуская на дно высокочувствительную электронную камеру в тех местах, где было
выловлено наибольшее число целакантов, и все безуспешно. Но потом, когда уже
последний из нас собрался покинуть остров, один рыбак доставил туда пойманную
рыбу, прикрутив ее к борту своей лодки. Она тоже была полуживая, и рыбака
удалось уговорить, чтобы он ее выпустил ненадолго в бухту и дал возможность
заснять подводной кинокамерой, как она медленно плавает у самого дна. Она и
вправду плыла, растопырив могучие грудные плавники, так что нетрудно было
себе представить, как в нормальном состоянии она в своих родных глубинах
переползает с их помощью через каменистые неровности дна. Более того, ясно было,
что с точки зрения механики такие плавники - надежная опора не только под
водой , но и на суше, если бы целакант, как его предки, обитал в мелководье и
мог застрять на прибрежном песке.
Но как древние рыбы решали задачу дыхания вне воды? Илистый прыгун для этой
цели набирает полный рот воды и, мотая головой, перекатывает ее во рту, чтобы
извлечь кислород внутренней поверхностью ротовой полости. Кроме того, он
поглощает его непосредственно влажной кожей. Но все эти приспособления
позволяют ему находиться вне воды только короткое время. Каждые несколько минут он
должен возвращаться обратно, чтобы увлажнить кожу и набрать новую порцию воды
в рот. Не дает ответа и ныне живущий целакант, так как он теперь обитает
только на больших глубинах. Но все-таки ответ можно найти среди современных
живых существ.
На топких заливных низинах по берегам многих африканских рек в сухое время
года жидкая грязь высыхает под солнцем и становится твердой как камень. И
однако же есть такая двоякодышащая рыба под названием протоптер, которая
выживает и в этих условиях. Протоптер целые месяцы может дышать воздухом. Когда
вода отступает, он зарывается в ил на самое дно. Здесь он сворачивается в
шар, голову прикрывает хвостом и выделяет слизь, которой выстилает свою
норку. Когда на солнце из грязи выпаривается последняя влага, слой слизи
превращается в сухую капсулу наподобие кокона. У бишира и других примитивных
пресноводных рыб есть особый мешок, соединенный с кишечником; с его помощью они
дышат кислородом воздуха. У протоптера таких мешков два, и, оставшись без
воды, он полностью полагается на них. Зарываясь, он прокладывает в иле канал
трехсантиметровой ширины. Теперь по этому каналу поступает воздух и через
микроскопические отверстия в стенке кокона попадает в рот. Раздувая горловые
мышцы, рыбка прогоняет воздух через горло в воздушные мешки, стенки которых
покрыты густой сетью кровеносных сосудов, и здесь происходит поглощение
газообразного кислорода. Мешки эти представляют собой примитивные легкие, с их
помощью протоптер может существовать без воды месяцы и даже годы.
Бурый протоптер (Protopterus annectens).
Когда же, наконец, опять приходят дожди и вода разливается, протоптер за
несколько часов оживает, выбирается из кокона, вылезает наверх из размякшей
грязи и пускается в плавание. В воде он дышит жабрами подобно всем рыбам, но
при этом, как и бишир, пользуется еще и легкими, время от времени всплывая на
поверхность и заглатывая ртом воздух - способность, особенно ценная, когда
разогретая вода загнивает и теряет почти весь кислород.
Двоякодышащих рыб в Африке насчитывается четыре разных вида, еще один есть
в Австралии и один в Южной Америке. А вот 350 млн. лет назад их было гораздо
больше, и их окаменелые остатки встречаются в тех же отложениях, где и
отпечатки целаканта. И те, и другие обладали свойствами, которые были необходимы
древним рыбам - пионерам освоения суши. Но ни те, ни другие не были прямыми
предками настоящих обитателей суши. У них череп устроен совсем иначе, чем
даже у самых ранних ископаемых земноводных, так что произойти от этих рыб
земноводные никак не могли.
Однако в отложениях этого же давнего и решающего периода встречаются
остатки еще одной рыбы. Она относится к той же большой группе, что и целакант, и
протоптер. У нее, как у целаканта, были похожие на конечности плавники с
мускульным основанием и, по-видимому, имелись соединенные с кишечником воздушные
дыхательные мешки, как у протоптера. Однако в устройстве ее черепа есть одна
особенность, которой нет у целакантов и двоякодышащих: особый проход,
соединяющий ноздри с нёбом. Такая черта свойственна всем без исключения наземным
позвоночным, и, стало быть, можно считать, что эта рыба очень близка к их
непосредственным предкам.
Она получила название эустеноптерон. Ее окаменелые остатки ученые изучали
методом последовательных тонких срезов: это позволило им узнать очень многое
об ее строении, вплоть до структуры кровеносных сосудов. Когда таким
тщательным образом рассекли окаменелые плавники, то оказалось, что мясистые их
основания содержат внутри одну толстую кость, примыкающую к туловищу, затем идут
две кости, примыкающие к ней, и, наконец, группа мелких косточек и фаланг. По
такому же принципу устроены конечности всех наземных позвоночных.
Эустеноптерон (Eusthenopteron) — все-таки еще рыба, а не
четвероногое, хотя и он, вероятно, уже мог передвигаться по суше.
Но для чего было потомкам эустеноптерона трудиться и вылезать на сушу?
Возможно, они, как и современные двоякодышащие, жили в пересыхающих в жаркое
время года водоемах и, когда вся вода испарялась, пользовались легкими и
конечностями, чтобы найти другую лужу. Или же их, подобно илистым прыгунам,
суша манила как новый источник пищи, ведь в этот период на Земле уже в изобилии
водились черви, слизни и предки насекомых. Может быть, их привлекала
незаселенность суши; не было еще ни рептилий, ни птиц, ни млекопитающих, и им
некого было бояться. А может быть, имели значение все три этих фактора. Но что бы
ни манило эти существа на сушу, чтобы ни гнало их вон из родной стихии,
несомненно одно: поначалу с трудом переваливаясь по земле, они за тысячелетия
обучились достаточно ловко передвигаться и дышать вне воды.
Болота, по которым они разбрелись, густо поросли гигантскими древовидными
папоротниками и плаунами. Из этой растительности со временем образовался
каменный уголь, и теперь именно в угольных шахтах находят кости первых
позвоночных обитателей суши - земноводных.
Некоторые из них были, должно быть, настоящие страшилища. Ростом в два-три
метра, челюсти густо усажены рядами острых конических зубов. На протяжении
100 млн. лет они безраздельно господствовали на Земле. Но потом их затмили
пресмыкающиеся, и число земноводных сильно сократилось: в позднейших
геологических периодах их окаменелые остатки встречаются все реже, и в геологической
истории этих существ сегодня имеются большие пробелы. Современные формы во
многих отношениях существенно отличаются от ископаемых, и связь между ними
требует дальнейших исследований.
Из ныне живущих земноводных самое яркое представление об облике своих
доисторических предков дают саламандры и тритоны. Они объединяются под общим
названием «хвостатые». Самое крупное из хвостатых земноводных водится в реках
Японии. Это существо довольно отталкивающего вида - с плоской, как лопата,
головой, крохотными пуговками-глазками и сморщенной бородавчатой кожей,
свисающей вокруг туловища складками. Оно достигает полутора метров в длину, то
есть только четверти размера своих предков, но среди современных земноводных
это - редкость, исполин. В большинстве своем они теперь животные мелкие.
Гораздо более типичным представителем хвостатых земноводных является сегодня
тритон, он имеет в длину всего каких-нибудь 10 см.
У тритона ноги, хотя и более совершенные, чем плавники целаканта или
прыгуна , все же еще довольно беспомощные - короткие и тонкие. Чтобы сделать шаг
вперед задней ногой, тритон вынужден изогнуть все туловище. Большую часть
жизни он проводит на суше - прячется под камнями или укрывается среди влажных
мхов, разыскивая червей, слизней и насекомых, которые составляют его пищу. Но
отходить далеко от воды он не может. Прежде всего, потому, что у него кожа
легко пропускает влагу и в сухом воздухе он быстро погибнет от обезвоживания.
Но еще хуже то, что тритон, как и другие земноводные, не приспособлен пить
ртом. Всю необходимую его организму воду он получает только через кожу. И для
дыхания ему тоже нужно, чтобы кожа его была влажной. Легкие у тритона
устроены сравнительно примитивно и не могут полностью удовлетворять его потребность
Ихтиостега (реконструкция)- все-таки уже четвероногое, а не рыба
(хоть и с рыбьим хвостом).
в кислороде, поэтому он, как и илистый прыгун, дополнительно усваивает
кислород мокрой кожей. Вот почему тритон, а с ним и большинство других амфибий
должны держаться во влажных местах. Этому есть еще одна причина: икра. У
земноводных , как и у рыб, икринки не заключены в водонепроницаемую оболочку, так
что для размножения им нужна вода.
Обыкновенный тритон или гладкий тритон (лат. Lissotriton
vulgaris, синоним Triturus vulgaris). Хотя ему и приходится
плавать в воде, но хвост уже не рыбий.
Переходя на брачный период в воду, тритон становится во всем похож на рыбу.
Он плавает, вытянув прижатые лапки вдоль тела, чтобы не мешали, только виляет
туловищем и бьет хвостом. У некоторых видов самец обзаводится гребешком на
спине наподобие спинного плавника и приобретает яркую окраску, как рыбы в
период ухаживания. Чтобы привлечь к себе внимание, он бьет по воде хвостом,
изгибает гребешок, посылая к самке или к соперникам мощные волны. Те
воспринимают их особыми чувствительными органами, расположенными в ряд по всей голове
и туловищу, - это устройство унаследовано от рыб и является аналогом их
боковой линии.
Самка откладывает большое количество икринок, каждую порознь прикрепляя к
листу водоросли. Маленькие тритончики поначалу еще больше похожи на рыб, чем
родители, - у них нет лапок, и дышат они не легкими, которые развиваются
позднее, а перистыми наружными жабрами. Это личинки. Некоторые
центральноамериканские саламандры благодаря наличию водной личиночной стадии развития
имеют как бы две возможности и во взрослом состоянии: могут остаться в воде,
а могут выйти на сушу. Один вид, обитающий в озере под Мехико, обычно
превращается, как и положено, в нормальную наземную взрослую форму. Но если
выпадает очень уж много дождей и озеро совсем не высыхает, оставаясь в прежних
границах, личинки так и не сбрасывают свои перистые жабры. Они продолжают расти,
перерастают ту стадию, когда должен происходить метаморфоз, и становятся даже
крупнее наземных форм. Так, сохраняя облик личинки, они, в конце концов,
достигают половой зрелости и размножаются.
А в соседнем озере близкий вид вернулся к постоянному водному образу жизни
своих предков. Его представители размножаются в личиночной стадии, при этом
наружные жабры у них разрастаются и торчат большими кустистыми разветвлениями
по обе стороны головы. Ацтеки, вероятно, понимали, как нелепо выглядит это
животное, и назвали его «водное чудовище» - аксолотль. Что это на самом деле
саламандра, легко убедиться на опыте: если покормить его экстрактом
щитовидной железы, аксолотль теряет наружные жабры, у него развиваются легкие, и
перед наблюдателем оказывается существо, во всем подобное флоридской роющей
саламандре . Севернее, в Соединенных Штатах Америки, одна амфибия вернулась уже
безвозвратно к водному образу жизни. Это - американский протей. Он обладает и
жабрами, и легкими, откладывает икру в гнезда, которые устраивает на дне
реки, и живет в воде безвылазно всю жизнь. Ни одному ученому до сих пор не
удалось заставить протея переменить облик. Но можно не сомневаться, что его
предки были настоящими земноводными саламандрами.
У некоторых саламандр возврат к рыбьему образу жизни зашел еще дальше: они
утрачивают не только легкие, но и конечности. У большого сирена, метровой
амфибии, обитающей на юге США, задние ноги исчезли полностью, а передние не
только сильно уменьшились в размерах, но и лишились костного скелета - у них
внутри только хрящи, поэтому проку от них при передвижении нет никакого. Ам-
фиума, другое земноводное из тех же мест, все четыре конечности сохранила, но
они такие крохотные, что надо очень внимательно всматриваться, чтобы их
увидеть. На поверхностный взгляд ее можно принять за рыбу, она даже имеет
местное название - «конголезский угорь».
Подобный отказ от двух основных нововведений, приобретенных некогда
потомками эустеноптерона, вышедшими покорять сушу, свойствен не только
саламандрам, переселившимся обратно в воду, но и некоторым полностью наземным видам.
Многие американские саламандры хоть и утратили легкие,1 однако умудряются
добывать в достаточном количестве кислород через влажную кожу и слизистую
пленку , выстилающую полость рта. Однако это возможно только при малых размерах.
Такое дыхание дает максимальный эффект при наибольшей площади кожи и
наименьшем объеме тела. Именно так и обстоит дело у этих безлегочных саламандр: их
тела узкие, вытянутые и не превосходят нескольких сантиметров в длину.
Одна группа таких животных полностью утратила конечности и ведет роющий
образ жизни. Строение их настолько своеобразно и так сильно отличается от
строения хвостатых земноводных, что их выделяют в отдельный отряд: червяги.
Они водятся только в теплых странах, преимущественно в тропиках. У них нет не
только ног, но и каких-либо внутренних признаков костного плечевого и
тазового пояса. Тело у них очень удлинено. У хвостатых земноводных обычно около
десяти спинных позвонков; у червяг их бывает до 270. От глаз им при подземном
образе жизни проку мало, часто у них глаза вообще затянуты кожей. Взамен
зрения у некоторых видов образовались в месте сочленения челюстей небольшие
вытягивающиеся чувствительные щупальца, которые служат им главным органом
восприятия. Червяги встречаются редко, так как живут под землей и днем почти
никогда не выходят наружу. А если случайно и попадутся на лопату, то их легко
принять за ярко окрашенных дождевых червей. Только в отличие от дождевых
червей, питающихся гниющими растительными остатками, червяги плотоядны. У них
челюсти хищников, и если возьмешь такого «безвредного» червяка в руки, а он
вдруг разинет свирепую пасть, пожалуй что, и испугаешься.
Известно около 160 видов червяг и около 300 видов хвостатых земноводных, но
и тех и других значительно превосходят сегодня численностью земноводные
третьей группы, так называемые ануры, «бесхвостые». Их насчитывается примерно
2600 видов.
1 На юге советского Дальнего Востока, в Китае и Корее живет безлегочный когтистый
тритон Onychodactylus fischeri. — Прим. ред.
Червяга Gymnopis multiplicata.
В умеренном климате водятся две группы бесхвостых земноводных: с гладкой
влажной кожей, которых мы называем лягушками, и с более сухой, бородавчатой -
жабы. Различие это, однако, поверхностное и глубже кожи не идет. В тропиках,
где главным образом обитают бесхвостые земноводные, его провести труднее, ибо
имеется много промежуточных форм, которые с равным основанием можно отнести и
к лягушкам, и к жабам. Вместо того чтобы удлинять свое тело, как червяги,
лягушки и жабы его укоротили, позвонки у них плотно срослись, а ноги не только
не атрофировались, но, наоборот, сильно увеличились, и некоторые бесхвостые
амфибии сделались искуснейшими прыгунами. Крупнейшая из них, лягушка-голиаф в
Западной Африке, прыгает на расстояние 3 м. На первый взгляд такой результат
может показаться фантастическим, однако многие лягушки помельче без труда его
перекрывают - если их прыжки оценивать в соотношении с размерами тела.
Некоторые древесные виды пролетают по воздуху метров на пятнадцать - в 100 раз
больше собственной длины. Они научились планировать. Кожные перепонки между
пальцами у них сильно разрослись, так что лапки превратились в своего рода
парашюты. Лягушка прыгает с ветки, растопыривает лапки и, вместо того чтобы
упасть на землю, плавно планирует в сторону, обычно попадая на другое дерево.
Для лягушки прыжок - не только способ перемещения из одной точки в другую.
Это еще и довольно действенный способ избавиться от врага: из-за такой
способности к внезапному и резкому скачку поймать лягушку - дело непростое, будь
ты человек, или голодная птица, или рептилия. А поскольку лягушками и жабами,
такими мягкими и мясистыми, не побрезгует ни один хищник, для них ценны любые
средства самозащиты. Многие прячутся. У одних окраска ярко-зеленая - не
отличить от глянцевых листьев на деревьях, по которым они лазают, другие
благодаря серо-коричневым пятнам на спине совершенно теряются среди палой листвы у
корней.
Но есть и такие бесхвостые земноводные, которые прибегают к более активной
самозащите. Обычная европейская жаба при встрече со змеей раздувается и
встает на цыпочки, кажется, будто она вдруг выросла, и змея, как правило, не на
шутку пугается. Огненная жерлянка, если ее побеспокоить, резко
переворачивается на спину, выставляя напоказ пестрое желто-черное брюхо - комбинация
цветов, которая в животном мире широко признается как угрожающая. И это со
стороны огненной жерлянки не такая уж пустая угроза. У всех амфибий в коже
имеются железы, выделяющие слизь, благодаря чему их кожа постоянно бывает
влажной. Так вот у огненной жерлянки часть этих желез вырабатывает горький яд. А
в Центральной и Южной Америке, по меньшей мере, два десятка разновидностей
лягушки зашли в этом деле еще дальше. Их кожа выделяет яд настолько сильный,
что он сразу же парализует птицу или даже обезьяну. Правда, для особи,
которую съели, уже неважно, что сожравшее ее животное тоже погибает, поэтому
такие лягушки обзавелись вдобавок очень пестрой раскраской, не только
желто-черной, но еще и алой, пронзительно-зеленой и фиолетовой. Чтобы такая
защитная самореклама оказалась действенной, ее необходимо выставлять на
всеобщее обозрение, поэтому ядовитые лягушки в отличие от своих собратьев бывают
активны не ночью, а днем. Они смело расхаживают по земле под деревьями,
неприступные и самоуверенные в своих ослепительных мундирах.
Лягушка-бык, или лягушка-вол (Rana catesbeiana), один
из самых крупных видов в семействе настоящие лягушки.
В длину достигает 15—25 см.
Земноводные с начала своей эволюции были плотоядными, пищей им служили
черви, насекомые и другие беспозвоночные, раньше их выбравшиеся из воды на сушу.
Остались они плотоядными и теперь, хотя с тех пор появились куда более гроз-
ные хищники и вынудили их к осмотрительности и скромности. Впрочем, некоторые
еще и сегодня могут внушать ужас. У рогатой южноамериканской жабы, например,
такая огромная пасть, что она легко заглатывает птичьи гнезда прямо с
птенцами и целых мышей. Но особым проворством ни одна амфибия похвастать не может,
им приходится рассчитывать не на охотничью сноровку, а на быстроту... языка.
Вытягивающийся язык - новшество земноводных. У рыб такого нет и никогда не
было. Язык у земноводных прикреплен не в глубине рта, как у нас, а спереди.
Поэтому лягушки и жабы могут высовывать его гораздо дальше, чем мы, они
просто выкидывают его наружу сразу во всю длину - способность, в высшей степени
ценная для неловкого, медлительного охотника, к тому же лишенного шеи. Кончик
языка у них липкий и мускулистый, так что жаба может схватить им червяка или
слизня и целиком затащить к себе в рот.
У многих земноводных, включая рогатую жабу, имеются во рту, как некогда у
их предков, вполне внушительные зубы, но пользуются они ими лишь для
самозащиты или же при захватывании добычи. Они никогда не разгрызают добычу на
удобные для заглатывания порции и не пытаются размозжить жесткие куски.
Жевать амфибии не умеют. Вот почему жабы, схватив за один конец червяка, водят
по всей его длине передними лапами - так они стараются счистить приставшие к
нему щепки и комки земли. Язык помогает при глотании - он выделяет большое
количество слизи, которая смазывает пищу и не дает ей царапать нежные ткани
глотки. Он же содействует проталкиванию пищи в глубину рта. В этом, кстати
сказать, по-видимому, принимают участие и глаза. Все лягушки и жабы, глотая
пищу, мигают. Их глазницы лишены костного дна, так что при мигании глазные
яблоки углубляются внутрь черепа, образуют выпуклости на нёбе и вдавливают
пищу в глотку. Устройство глаз у земноводных в принципе такое же, как у их
предков - рыб. Оптически они одинаково хорошо действуют как в воде, так и в
воздухе. Единственное нововведение связано с необходимостью на суше
поддерживать переднюю стенку в чистом и влажном состоянии - земноводные научились
мигать, и обзавелись кожной складкой, которая затягивает глаз снаружи.
А вот приспособление, которым они пользуются для того, чтобы принимать
Звуковые волны в воздухе, - это уже новшество. Способ рыб, улавливание звуков
туловищем, в отдельных случаях с помощью усилителя - плавательного пузыря, в
воздухе неприменим, поэтому почти у всех лягушек и жаб образовались
барабанные перепонки. Барабанные перепонки чутко улавливают звуковые колебания
воздуха.
Ну, а поскольку бесхвостые земноводные умеют слышать, у них развился и
голос. Лягушки и жабы - отличные певцы. Легкие, которыми они продувают воздух
через голосовые связки, у них еще примитивные и довольно слабые, но многие
лягушки усиливают звук своего голоса широко раздутым горлом или же
специальными резонаторами - голосовыми мешками, торчащими у них по бокам рта. Хор
лягушек в тропическом болоте достигает такой оглушительной силы, что людям
приходится кричать, чтобы услышать друг друга. И разнообразие голосов у амфибий
разных видов необыкновенно велико; тот, кто слышал только лягушек в умеренных
широтах, не может составить об этом никакого представления. Стоны и
металлический лязг, мяуканье и вой, икота и ржание - кто во что горазд. Дух
захватывает при мысли, что хоть многое и переменилось на Земле за миллионы лет с тех
пор, как земноводные впервые вышли на сушу, однако же, именно их голоса
нарушили когда-то первобытное безмолвие, и этот же самый оглушительный хор
зазвучал над Землей, слышавшей до той поры лишь шорох да стрекот насекомых.
Хор амфибий, раздающийся из пруда или болота, служит прелюдией к брачной
активности, призывом ко всем особям данного вида объединиться и размножаться.
Подавляющее большинство земноводных все еще размножается в воде. Хотя самцы
обычно схватывают самок, процесс оплодотворения происходит, за немногими
исключениями, вне тела. Семя должно подплыть к икринкам, а для этого, как пра-
вило, нужна вода. Когда дело сделано, взрослые земноводные возвращаются на
сушу.
Оставленные на произвол судьбы икринки со всех сторон подстерегает
опасность . Они лишены твердой оболочки и легко становятся добычей личинок
насекомых и плоских червей. А когда из немногих уцелевших икринок все же выводятся
головастики, на них набрасываются водяные жуки, личинки стрекоз, рыбы.
Процент смертности огромный; но и количество отложенных икринок тоже грандиозно.
Одна самка жабы откладывает в сезон до 20 тысяч яиц, то есть примерно
четверть миллиона за свою жизнь. Достаточно, чтобы из всего этого количества
выжили и достигли зрелости две особи, и уровень популяции уже сохраняется
неизменным. Стратегия эта стара как мир. Ею пользовались и пользуются по сей день
рыбы. Но эта стратегия очень неэкономная с точки зрения живой материи. И не
единственно возможная.
Головастик. Он больше похож на рыбу.
Некоторые лягушки нашли другое решение. Они откладывают сравнительно мало
яиц, зато тщательно за ними смотрят и оберегают от хищников. Жаба пипа - одно
из самых водолюбивых бесхвостых земноводных, она всю жизнь проводит в воде.
Вид у нее достаточно нелепый: плоское тело и как бы расплющенная голова. При
спаривании самец, как обычно у бесхвостых амфибий, обхватывает самку
передними лапами. Но затем совершается самый удивительный и грациозный танец. Самка
взбрыкивает задними ногами, пара всплывает кверху и, плавно переворачиваясь
через голову, снова идет вниз. На спуске самка выделяет несколько икринок,
которые тут же и оплодотворяются спермой, одновременно выпускаемой в воду
самцом. Затем весьма изящным движением задней лапки самец подбирает в горсть
оплодотворенную икру и аккуратно размазывает по спине самки. Икринки пристают
к коже. Снова и снова проделывается плавный замедленный кувырок, покуда на
спине у самки не набирается штук сто икринок, намазанных ровным слоем. Кожа
под ними начинает припухать, и скоро они оказываются как бы вдавленными в
нее. Сверху быстро образуется тонкая пленка, и через 30 часов икринки
окончательно скрываются из виду, а спина самки кажется такой же гладкой и целой,
как и прежде. Под кожей развиваются икринки. Через две недели кожа у нее на
спине начинает шевелиться - это заворочались головастики. И, наконец, по
прошествии 24 дней они ее разрывают, выбираются в воду и быстро расплываются в
поисках надежных укрытий.
Другие бесхвостые обитатели прудов оберегают свое потомство, не прибегая к
таким, совсем уж крайним мерам. Некоторые просто находят или сооружают себе
отдельные плавательные бассейны. В тропических влажных лесах, где обильные
дожди выпадают круглый год, это не так уж трудно - там даже внутри стеблей и
стволов постоянно держится вода. Растения из семейства бромелиевых имеют
форму больших розеток с углублениями в сердцевине, всегда заполненными водой.
Некоторые на длинных стеблях растут из почвы. Другие сидят на ветвях
деревьев , свесив корни прямо в пересыщенный влагой воздух. Сердцевины их становятся
настоящими маленькими бассейнами на высоте дерева. Рыбам туда никак не
попасть. А вот лягушки могут, и несколько южноамериканских видов избрали их
местом своего постоянного пребывания. В эти чаши они откладывают икру, и в них
лягушиное потомство проходит все стадии своего развития, не имея при этом
более опасных соседей, чем какая-нибудь безобидная личинка насекомого. Другая
мелкая лягушка, в Бразилии, строит себе отдельные водоемы на краю лесных
озер: выкапывает небольшой кратер и возводит вокруг из грязи стенку высотой
сантиметров в десять. Сюда она откладывает икру, и головастики ее пользуются
собственным индивидуальным бассейном, покуда не поднимется от дождей уровень
воды в озере и не затопит их жилища, размыв глиняные стены.
Правда, когда появились первые амфибии, в их распоряжении имелось одно
совершенно безопасное место, где они могли откладывать яйца и растить молодь, -
суша. Тогда на Земле не было других позвоночных, которые могли бы пожирать их
икру и хватать головастиков, не то что в воде, где кишели стаи голодных рыб.
Если бы земноводные оказались способны помещать свою икру на суше, их
потомство имело бы гораздо больше шансов выжить. Однако здесь вставали свои
проблемы. Как предотвратить высыхание икры? И каким образом развивались бы без
воды головастики? Нашли ли древние земноводные выход из этих затруднений, нам
неизвестно. Если нашли, то тем самым значительно убыстрили свое проникновение
на сушу. В наше время размножение на суше уже не сулит особых преимуществ,
ибо амфибии теперь на суше не одни. Рептилии, птицы и даже многие
млекопитающие с удовольствием поедают при случае лягушачью икру и головастиков. Однако
и сегодня многие лягушки и жабы производят потомство вне воды.
Один европейский вид, жаба-повитуха, большую часть жизни проводит в
подземных норах неподалеку от воды. Спаривается она на суше. Самка выделяет икру,
самец тут же оплодотворяет ее. Четверть часа спустя он подбирает икряные
цепочки и наматывает себе на задние ноги. Потом несколько недель так и ковыляет
стреноженный. Если вокруг становится слишком сухо, он перебирается на более
влажный участок. Наконец, когда яйца созревают, он подбирается к воде и
устраивается на самом берегу, опустив в воду отягченные икрой задние ноги. Так
он сидит иногда целый час, пока не выведутся все головастики, а затем
возвращается в свою нору.
У южноамериканских ядовитых жаб сходная стратегия. Они тоже откладывают
икру на землю, где повлажнее, и самец усаживается рядом сторожить. Головастики,
как только выведутся, вихляя туловищем, подползают к нему и забираются на
спину. Кожа у самца выделяет много слизи, которая служит для прикрепления
головастиков и не дает им высохнуть. У этих головастиков нет жабр, они
усваивают кислород кожей туловища и непомерно большого хвоста.
В Африке есть лягушки, которые умудряются размножаться на ветках деревьев.
После спаривания самка выделяет из клоаки особую жидкость, которую она вместе
с самцом сбивает задними ногами в пену. В образовавшийся пенный ком
откладывается икра. У некоторых видов пена потом снаружи засыхает и получается
твердая корочка, сохраняющая влагу внутри; у других самка время от времени
спускается с дерева к ручью или пруду внизу, впитывает кожей воду, а потом
возвращается к своему гнезду и смачивает пену мочой. Внутри выводятся
головастики, и некоторое время живут в пене, пока, в свой срок, наружная часть кома не
размягчается, головастики вываливаются и падают с дерева прямо в воду.
Есть лягушки, которые избавлены от необходимости доставлять своему
потомству воду: у них головастики проходят все стадии развития в яйце, защищенные
прочной пленкой. Однако в течение всего этого времени они не могут добывать
себе пищу, как другие, свободно плавающие головастики, и поэтому нуждаются в
очень большом запасе желткового вещества. А это в свою очередь означает, что
самка способна в один прием откладывать относительно немного икринок.
Леопардовая лягушка в бассейне Карибского моря, которая пользуется таким приемом,
кладет на землю всего с десяток икринок. Развитие проходит очень быстро,
через 20 дней в каждой икринке уже оказывается готовый маленький лягушонок, он
разрывает оболочку яйца с помощью крохотного острого шипа у себя на носу и
выходит наружу, так и не побывав в водной стихии.
Северная леопардовая лягушка.
Самый крайний и физически самый сложный способ размножения связан с
содержанием яиц и личинок во влажной среде родительского тела. У самок
южноамериканской сумчатой квакши из рода Gastrotheca на спине имеется специальный
мешок с узким щелевидным отверстием. Во время спаривания самец, который гораздо
мельче самки, забирается ей на спину и обхватывает ее за горло. Она в ответ
выпрямляет задние ноги, а нос прижимает к земле, так что спина у нее
оказывается в наклонном с заду наперед положении. Начинают одна за другой выделяться
икринки, самец сразу же оплодотворяет их, и они по влажному желобу на спине
самки скатываются в предназначенный для этой цели мешок - зародышевую камеру.
Здесь яйца развиваются и выводятся головастики. Один из видов сумчатых квакш
выводит зараз около 200 головастиков. Они выбираются из камеры и погружаются
в воду. Самки другого вида за один раз производят на свет не больше 20
отпрысков, зато каждому достается гораздо больше желткового вещества, и они
остаются в материнской камере, покуда не превращаются в лягушат. Чтобы выпустить
их на свободу, самка поднимает заднюю ногу, зацепляется самым длинным пальцем
за щель камеры и растягивает ее, давая детям свободный выход.
Но самый фантастический способ размножения - конечно, на наш человеческий
взгляд, ведь мы склонны о таких вещах судить с точки зрения млекопитающих, -
у маленькой кожноносой лягушки Rhinoderma, которую обнаружил Дарвин на юге
Чили. Когда самки кончают откладывать на влажную почву икру, самцы
рассаживаются вокруг и стерегут кладку. Как только яйца в студенистых комках начинают
шевелиться, самцы наклоняются и, как кажется со стороны, пожирают их. Но на
самом деле они их не проглатывают, а помещают внутрь голосового мешка,
который у этого вида очень большой, до самого брюшка. Там головастики и
развиваются, покуда в один прекрасный день самец не начинает слегка давиться, широко
разевает рот и оттуда выпрыгивает полностью сформировавшийся лягушонок.
Однако вершину родительской заботы среди земноводных можно наблюдать у жаб
западно-африканских видов, живородящих жаб из рода Nectophrynoides - у них
самки держат икру в своем теле точно так же, как это происходит у
плацентарных млекопитающих. Это очень мелкие жабы, всего 2 см в длину. Почти круглый
год они прячутся в расселинах камней. Но когда начинаются дожди, они в
больших количествах выходят наружу и спариваются. Самец захватывает самку вокруг
паха, их клоаки плотно соприкасаются, так что сперма проникает в тело самки.
Оплодотворенные яйца не выходят наружу, а остаются у самки в яйцеводе. Там из
них выводятся крохотные, но настоящие головастики, у них есть и рты, и
наружные жабры, они даже кормятся, ухватывая губами белые хлопья, образующиеся на
стенках яйцевода, - точно рыбешки в пруду. Так проходят еще девять месяцев,
снова наступает сезон дождей, самка родит детенышей. Живот и стенки яйцевода
у нее не имеют мышц, которыми она могла бы выталкивать их, как выталкиваются
детеныши из матки у млекопитающего. Вместо этого она прижимается к земле,
держась передними лапками, и очень сильно раздувает легкие; давление легких
на брюшко выпихивает наружу маленьких жабят.
Жаба живородящая (Nectophrynoides occidentalis)
Такими - и еще многими другими хитроумными способами - бесхвостые
земноводные научились обходиться почти совсем без воды при спаривании, откладывании
икры и развитии личинок. Но из-за влагопроницаемой кожи они все-таки
вынуждены держаться сырых мест обитания, в противном случае происходит
обезвоживание , и они гибнут. Однако есть несколько видов, которые сумели освободиться и
от этой зависимости.
Казалось бы, трудно вообразить менее подходящее обиталище для земноводных,
чем пустыни центральной Австралии, где дожди не выпадают иногда по несколько
лет кряду. Но некоторые виды лягушек умудряются жить и здесь.
Лягушка-водонос, Cyclorana, появляется на поверхности почвы только в пору коротких
и редких грозовых ливней. В это время вода скапливается лужами на камнях и
стоит день-два, а бывает, что и неделю. Лягушки с лихорадочной поспешностью
наедаются насекомыми - те тоже появляются в изобилии вместе с дождем - и тут
же спариваются, откладывая икру в мелкие теплые лужи. Головастики выводятся и
развиваются с рекордной быстротой. Между тем вода уходит в землю, и пустыня
опять высыхает, но за это время все лягушки, и взрослые, и молодь, успевают
впитать воду через кожу, наливаются и раздуваются, как шары. Они зарываются в
еще не спекшийся песок и устраивают себе на глубине маленькие норки. Из кожи
у них выделяется и застывает в виде пленки особое влагонепроницаемое
вещество, и они лежат в своих ямках, словно апельсины в пластиковой обертке. Таким
образом, вода через кожу у них совершенно не испаряется, хотя некоторое
количество влаги неизбежно теряется при дыхании - лягушки дышат ноздрями через
специальные канальцы в пленке. В таком состоянии остановившейся
жизнедеятельности лягушки могут просуществовать года два, а то и больше, очень напоминая
этим далекого предка амфибий - протоптера.
Но все-таки даже эти лягушки зависят от прихода дождей, их активная
жизнедеятельность ускоренно протекает в тот краткий промежуток времени, когда
пустыня насыщается влагой. Чтобы выжить, сохранить активность и принести
потомство в районах, где дожди вообще почти никогда не выпадают, и нет открытых
водоемов, животное должно иметь, во-первых, водонепроницаемую кожу и,
во-вторых, яйца в водонепроницаемой оболочке. Эти два приобретения
знаменовали собой новый великий прорыв вперед в ходе эволюции. Он положил конец эре
амфибий и был связан с появлением следующей великой группы живых существ -
рептилий.
(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)
История
ГОЛУБАЯ КРОВЬ1
С.Э. Шноль
Путь к успеху
Сомнения охватывают меня. Распалась страна, в которой я родился и вырос.
Как это могло произойти? Как случилось, что Киев, Алма-Ата, Севастополь,
Тбилиси. . . стали "заграницей"? Как случилось, что я не могу с легкостью общаться
с коллегами из этих и других государств? Мы не чувствовали барьеров - мы были
связаны узами интеллигентности. Мы понимали друг друга - нас соединяла общая
судьба и общие интересы. Мы - тонкий слой: сеть, которая связывала народы в
единое целое.
1 Журнальная версия главы из книги "Герои и Злодеи советской науки".
Мы приспособились жить под бдительные надзором партийного руководства и
"органов". Мы не шли на баррикады. Мы пытались сосуществовать с системой, нам
важнее были задачи наших исследований. Мы говорили диссидентам: "Да, то, что
вы говорите, правда. Но у вас нет положительной программы!". Я с детства
понимал преступность советской системы, знал о репрессиях, расстрелах,
раскулачивании, голоде на Украине, о сотнях тысяч заключенных - рабах, о крепостном
праве в деревне. Мы пережили Великую Войну, когда бездарная и преступная
власть, уничтожив командный состав Красной Армии в конце тридцатых годов,
отдала половину страны фашистам. Мы были счастливы в дни Победы, за которую
отдали миллионы прекрасных жизней наши народы. Было принято гордиться величием
и мощью нашей страны. И эта гордость связывалась с именем величайшего
преступника Сталина. Я помню всеобщее потрясение и горестные слезы в дни его
похорон . Искренние слезы двухсот миллионов. И мне казалось, что правду обо всем
этом можно будет открыто сказать лишь через много десятилетий. В сущности,
Горбачев лишь отменил цензуру. Правда стала явной. И страна не выдержала этой
правды.
Почему же страна распалась? Мне кажется, я знаю глубинную причину. На
страну, на советский народ обрушилось возмездие. Крики расстреливаемых, горестные
слезы детей, оставшихся без родителей, смерть миллионов "раскулаченных"
крестьянских семей, вывозимых в товарных вагонах в Сибирь, страдания
репрессированных народов - нет, ни одна слеза ребенка, Достоевский прав, не остается
без ответа. Она прожигает землю. Долго накапливается возмездие.
Горе народу, терпящему, зло. Горе народу, зло одобряющему, - стоит
вспомнить массовый психоз собраний с криками: "Расстрелять, как бешеных собак!».
Все мои очерки - это попытка ответить на вопрос: почему распалась могучая
страна? И ответ таков: страна не была могучей! Не была могучей страна,
подавлявшая своих граждан. Не была могучей страна, которая держалась на рабском
труде. Не была могучей страна, интеллект которой находился под жестким
партийным контролем. Прекрасны идеи коммунизма! Прекрасны идеи всеобщего
равенства и братства, готовности с предельным энтузиазмом бескорыстно отдавать
обществу все свои силы. Прекрасны идеи, но не соответствуют они природе
человека нашего времени. Поэтому не кажется преувеличением мой вывод: поэтапное
уничтожение великой российской науки - ступени гибели великой страны.
Я подошел к последнему этапу. Последние годы существования СССР. История
создания перфторуглеродного кровезаменителя - перфторана, "голубой крови" -
отражает в себе состояние науки в эти последние годы.
Я был сначала лишь посторонним свидетелем разыгрывающейся трагедии. Я стал
ее летописцем. И долг мой изложить эту историю так, как я ее вижу. Сомнения
охватывают меня. Все было еще так недавно. Многие участники этой истории
живы. Иных уж нет. Анализ трагедии - трудная этическая задача. Оставить эту
историю для "посмертного опубликования?». Изменить имена? По возможности
избегать "перехода на личности"? Смягчить оценки? Постараюсь быть объективным,
хотя это и очень трудно.
В предыдущих очерках я рассказывал, как последовательно, с первых лет
советской власти, партийно-государственная система уничтожала огромный и
самобытный интеллектуальный потенциал, созданный многими предшествующими
десятилетиями истории России.
Академия наук, как и все прочие научные и учебные учреждения, была
поставлена под жесткий партийно-административный контроль. Директору нужно было
иметь специфические таланты, чтобы в этих условиях обеспечивать сколько-
нибудь продуктивную научную работу своим сотрудникам. Нужно было уметь
взаимодействовать с партийными инстанциями и КГБ. Фрондерство Здесь стоило
дорого . Фрондеров быстро снимали с ответственных постов, и тогда зависящие от них
сотрудники попадали в тяжелое положение.
Истинным гением в этих условиях был Глеб Михайлович Франк. Он сочетал в
себе живой, искренний интерес к науке с полным пониманием "правил игры". Это
давало ему возможность поддерживать исследования, представляющие, по его
мнению, научную ценность, почти вне зависимости от своего партбюро. Он мог
ссылаться на более высокие инстанции. Он обладал широким кругозором. Этому
способствовало и его происхождение: отец - профессор математики М.Л. Франк, дядя
СЛ. Франк - выдающийся русский философ, высланный из страны по указанию
Ленина в 1923 году. Сам он был когда-то учеником великих людей: А.Г. Гурвича и
A.M. Иоффе. Его брат - Илья Михайлович Франк, выдающийся физик, нобелевский
лауреат, получивший эту премию вместе с И.Е. Таммом и П.А. Черенковым за
создание теории "черенковского излучения".
Созданный Г.М. Франком Институт биофизики АН СССР был замечательным
учреждением. Он отличался от многих других институтов широтой тематики. Отчасти
это объяснялось широтой интересов директора, отчасти самим характером науки -
биофизики, включающей все: от математической теории изменения численности
биологических популяций и принципов работы мозга до рентгенографического
исследования структуры мышечных белков. Это была большая - около тысячи
сотрудников - научная республика. Франк добродушно управлял этим пестрым
сообществом.
Когда из отделения АН приходили строгие указания сократить научную
тематику, "сконцентрировать усилия" на самых важных направлениях, директор
произносил с трибуны ученого совета грозные речи, говорил, что нужно "прекратить эти
университетские штучки" с безграничным разнообразием тем. Но в конце такой
речи, не изменяя интонации, прибавлял: "Впрочем, я полагаю, что пламя гасить
не надо". И все оставалось по-прежнему. Институт биофизики отличался от
большинства других академических институтов именно этим республиканским
демократизмом .
Г.М. Франк умер в 1976 году. Три инфаркта, перенесенных за время работы в
качестве директора института и директора-организатора Пущинского научного
центра, сократили его жизнь. После Франка директором стал молодой и
энергичный Генрих Романович Иваницкий. Ему не было и сорока лет. Инженер по
образованию, он со студенческих лет работал в Институте биофизики, занимаясь
автоматизацией биологических исследований.
Шли последние годы брежневского "периода застоя". Иваницкий нравился
начальству. Однако, не имея многих талантов Г.М. Франка, он часто говорил то,
что думал, там, где было бы правильнее этого не делать. Будучи директором не
только института, но и всего научного центра, он отдавал распоряжения, не
согласованные с партийными инстанциями. И однажды возразил против назначения на
должность заместителя директора научного центра (по работе с иностранцами)
присланного специально для этого сотрудника КГБ.
Это было неслыханным нарушением правил. Причем Иваницкий вовсе не был
ангелом и не был совсем наивным. Он считал, что может вести себя так, опираясь на
могучую поддержку всесильного вице-президента АН СССР Ю.А. Овчинникова...
Этот конфликт, говоря театральным языком, был завязкой - прологом трагической
пьесы, действие которой развернулось в последующие годы. Пьеса эта
называется: "Голубая кровь" - последний акт трагедии науки в СССР, или жизнь и смерть
профессора Ф.Ф. Белоярцева".
В самом начале шестидесятых годов появились сообщения об идее американца
Генри Словитера, предлагавшего создать насыщенные кислородом воздуха эмульсии
перфторуглеродов в качестве дыхательной среды и возможных кровезаменителей. В
1966 году Лиленд Кларк поместила мышь - как рыбу - в аквариум, наполненный
перфторэмульсией.
В густой тяжелой белой жидкости концентрация кислорода была столь большой,
что погруженные в нее мыши могли некоторое время "дышать" ею вместо воздуха.
Жидкость заполняла легкие, и содержавшегося в ней кислорода оказывалось
достаточно, чтобы поддерживать их жизнь. Мыши делали судорожные движения,
заглатывая и выдавливая из легких эмульсию. Погибали они не из-за недостатка
кислорода , а от утомления мышц грудной клетки - тяжело качать густую жидкость.
В 1968 году Роберт Гейер осуществил тотальное - стопроцентное замещение крови
крысы на перфторэмульсию. Крыса осталась живой. В 1969 разработкой перфторэ-
мульсионных заменителей крови занялись американские и японские исследователи.
Перфторуглероды - это цепочки углеродных атомов, у которых все свободные
валентности замещены атомами фтора. Химическая связь углерод-фтор чрезвычайно
прочна, фторуглероды поэтому совершенно инертны - не вступают ни в какие
химические реакции. Их молекулы гидрофобны - жироподобны - и в воде
нерастворимы. Однако они могут образовывать эмульсии - мельчайшие капельки, взвешенные
в воде.
Синтез перфторуглеродов - большое событие в химии XX века. Все знают
замечательный полимер тефлон. Тефлоновые поверхности лыж не требуют смазки и
скользят (так как гидрофобны!) по снегу в любую погоду. Тефлоновое покрытие
на сковородке позволяет жарить картошку без масла. В эмульсии тефлоноподобных
перфторуглеродов, как, например, и в подсолнечном масле, растворяется в
десятки раз больше кислорода, чем в чистой воде. В СССР химия фторуглеродных
соединений была на высоком уровне. В значительной степени это было
результатом работ академика И. Л. Кнунянца и его многочисленных сотрудников. Это был
замечательный, прогрессивный человек. Многие годы он поддерживал передовую
науку в борьбе с Лысенко и издавал журнал, публиковавший статьи на актуальные
темы независимо от мнения реакционеров.
После первых сообщений о возможностях перфторуглеродных эмульсий наступило
затишье. Могло показаться, что экстравагантные работы Словитера и его
последователей останутся лишь примером занятных чудес современной химии. Однако
внезапное исчезновение из литературы новых научных направлений, как правило,
означает их переход в ранг секретных.
В конце семидесятых по "специальным каналам" правительство СССР получило
сообщение о проводимых в США и Японии работах по созданию кровезаменителей на
основе перфторуглеродных эмульсий. Сообщение взволновало. Стало очевидным
стратегическое значение этих исследований. Холодная война была в разгаре.
Перенасыщенные ядерным оружием "сверхдержавы", США и СССР, не могли исключить
возможность его применения.
При любой войне, и особенно при ядерной, жизнь уцелевшего в первые секунды
населения и войск зависит не в последнюю очередь от запасов донорской крови.
Переливание крови в этих случаях должно быть массовым. Сохранение донорской
крови - чрезвычайно сложное дело. Многие могучие научные лаборатории и
институты заняты этой проблемой. Долго хранить кровь все равно не удается. Даже в
мирное благополучное время донорской крови не хватает.
Но и этого мало. Донорская кровь часто заражена вирусами. Случаи
заболеваний гепатитом в результате переливания крови все более учащались. А тут на
мир надвинулся СПИД. Мысль, что от всего этого можно избавиться посредством
безвредной, незараженной, лишенной групповой индивидуальности, не боящейся
нагревания перфторуглеродной эмульсии, воодушевляла. И правительство поручило
Академии наук решить эту проблему.
В то время в Институте биофизики появился новый сотрудник - Феликс
Федорович Белоярцев, врач, доктор медицинских наук, профессор. Он был молод и
талантлив. В медицине редко удается стать доктором наук в молодом возрасте.
Белоярцев получил докторскую степень по анестезиологии в 34 года. Он работал в
престижном процветающем учреждении - Институте сердечно-сосудистой хирургии
Академии медицинских наук. Ему хотелось углубиться в науку, в "причины
явлений". Он рано защитил докторскую диссертацию, потому что работал в медицине
буквально с раннего детства. Его отец - известный хирург в Астрахани. Феликс
с раннего возраста проводил многие часы в операционной отца и возле нее.
Студентом медицинского института он значительно превосходил сокурсников
исходной, домашней подготовкой. А еще знал и любил читать стихи. Играл на
фортепиано... Умный, талантливый, обаятельный - какие еще нужны слова? Наверное,
он производил сильное впечатление на своих однокурсниц.
Он привык к восхищению окружающих. Его успехи в медицине давали для этого
еще больший повод. Он пришел в наш институт для занятий "медицинской
биофизикой" еще без четкой программы. А тут - совпало: вице-президент АН СССР Ю.А.
Овчинников поручает директору института Г.Р. Иваницкому заняться перфторугле-
родными кровезаменителями. Институту была обещана любая помощь. Предстояло
организовать сотрудничество химиков из школы Кнунянца, синтезирующих разные
виды перфторуглеродов и стабилизаторов эмульсий, заводов, осваивающих их
промышленное производство, экспериментаторов-биофизиков, биохимиков, инженеров,
разрабатывающих необходимые приборы и аппараты и, наконец, клиницистов.
Белоярцев и Иваницкий дружно взялись за дело. Они счастливым образом
подходили для этой работы. Оба легко общались с разными людьми, оба были неутомимы
и энергичны. Иваницкий, будучи директором Пущинского научного центра и
Института биофизики, имел разнообразные связи с множеством лиц в академических
кругах. Белоярцев - в медицинских. Спешно была создана лаборатория
медицинской биофизики.
Сотрудников, по необходимости, набирали экстренно, без должного
предварительного знакомства. Это сыграло потом роковую роль. Обаятельный Белоярцев
оказывался часто несправедливым администратором. Его стиль общения, порядки в
его лаборатории не походили на неторопливую жизнь чисто академических
коллективов. Работали не просто с повышенной нагрузкой, но и в условиях не всегда
корректного поведения заведующего. Пожалуй, это сказано излишне мягко.
Приветливый и общительный Феликс Федорович в качестве начальства имел совсем
другой облик. Был резок и груб с сотрудниками.
В лаборатории сложилась нелегкая обстановка. Отчасти это объяснялось тем,
что далеко не все сотрудники имели ожидаемую при их приеме на работу
квалификацию. Феликс Федорович, наверное, исходил из чрезвычайной государственной
важности решаемой задачи, а тонкости психологии сотрудников в этой связи
считал второстепенным. Он трагически ошибся...
Меня насторожил Белоярцев на первом же докладе о проблеме фторуглеродов на
ученом совете института. Я спросил, может ли быть, чтобы гидрофобные капельки
эмульсии не прилипали к липидным мембранам клеток, гидрофобным участкам
стенок кровеносных сосудов, чтобы они не влияли на состояние клеток? Он ответил
мне, не задумываясь: "Нисколько не влияют! Это известно". Я понял, что он не
знает физической химии и отвечает так, чтобы не дискредитировать идею
применения фторуглеродов. С того первого совета я стал относиться к работе
Белоярцева с недоверием.
А тем временем работы разворачивались. В них было вовлечено около тридцати
различных учреждений. Параллельно и независимо аналогичные исследования
начали в Ленинграде и в московском Институте гематологии и переливания крови.
Главной опорой Белоярцева в лаборатории стали Евгений Ильич Маевский, Бахрам
Исламович Исламов и Сергей Иванович Воробьев. Б.И. Исламов - активно
работающий врач, хирург с широким кругозором и склонностью к новым путям в медицине.
Он взял на себя поиски путей применения перфторуглеродных эмульсий в
сердечно-сосудистой хирургии. СИ. Воробьев - неутомимый экспериментатор, со
времени своей дипломной работы в нашем институте занятый проблемами физиологии
эритроцитов. Е.И. Маевский - чрезвычайно эрудированный врач (по образованию),
много лет работающий в нашем институте биохимик и биофизик. Он был в этой
лаборатории, вероятно, единственным, кто мог активно использовать знания физи-
ческой химии для решения медико-биологических проблем.
Маевский - классический оратор, с излишней, может быть, гладкостью и
интонационной красивостью речи. Его доклады, как и Белоярцева (медицинский
стиль), были сплошь посвящены бесспорным успехам и достижениям. Трудности и
нерешенные проблемы не затрагивались. Оправданием этого напора, этого
победного стиля опять же служила важность решаемой задачи. Она, эта важность,
воодушевляла их. "Ребята, мы делаем большое дело! Все остальное неважно".
Белоярцев носился в своих "Жигулях" из Москвы в Пущино и обратно иногда
дважды в день. Нужно было добывать исходные компоненты для приготовления
эмульсий, заказывать и доставать приборы, вовлекать в сотрудничество
институты и клиники.
В громоздкой плановой системе все заказы на реактивы и приборы полагалось
делать предварительно за год. Через год вы узнавали, что таких-то реактивов
нет, а приборы такого-то класса стоят гораздо дороже ваших возможностей, и
потому заказывайте их на следующий год. Этого Белоярцев вынести не мог. Он
заказывал уникальные приборы и аппараты, оплачивая их, если было нужно,
наличными деньгами. Они перевыполняли планы - делали за несколько месяцев то,
что планировали на год. Директор Иваницкий писал приказ о выплате иногда
очень больших премий за особые успехи в работе. Белоярцев предупреждал
сотрудников: "Тебе половина, а половину отдашь для заказа прибора". Обычно с
этой половиной тот же сотрудник ехал к мастеру, создающему нужный прибор или
аппарат.
Наивный энтузиаст Белоярцев! Он плохо Знал некоторых своих сотрудников -
речь шла о деньгах, и это пробуждало темные чувства в душах. Но дело
двигалось .
В исследованиях американцев и японцев наступил кризис. Животные часто
погибали после введения препаратов от закупорки сосудов. Причина была в ошибочной
тенденции, в стремлении возможно быстрее вывести препарат из организма. Для
этого они делали эмульсию из относительно крупных капель: чем крупнее капли,
тем легче они слипаются, образуя мицеллы, поглощаемые фагоцитами. Но при этом
неизбежна закупорка мелких сосудов.
Белоярцев, Маевский, Воробьев пошли по другому пути. Они стали готовить
эмульсии с максимально мелкими частицами. (Идея эта, возможно, пришла к ним
из работ специалиста в области коллоидной химии Натальи Петровны Коноваловой,
но рабочий контакт с ней не получился). Для приготовления таких частиц
понадобилось создание специальных аппаратов. На изготовление этих аппаратов - их
делал замечательный умелец из Черноголовки, и были необходимы большие суммы
наличных денег.
Средний размер частиц эмульсии в перфторане около 0,1 микрона. Размер
эритроцита - 7 микрон. Это соотношение обусловило все успехи. Почти все виды
функциональных расстройств в медицине, в конце концов, связаны с нарушениями
кровоснабжения. Сжимаются капилляры - ухудшается кровоток, уменьшается
снабжение клеток кислородом. В бескислородной среде начинает преобладать гликолиз
- расщепление глюкозы до молочной кислоты. Закисляется среда - еще больше
сжимаются капилляры - еще меньше доходит до данного места кислорода, и так до
полного перехода на бескислородный режим. Так бывает при воспалении, так
происходит при травмах.
Мелкие частицы перфторэмульсии проникают через сжатый капилляр. Они несут
мало кислорода - меньше, чем принес бы эритроцит: "кислородная емкость"
перфторэмульсии значительно ниже, чем нормальной крови. Но маленькая струйка
кислорода изменяет ход процесса. Капилляры несколько расширяются. Поток частиц
эмульсии возрастает. Капилляры открываются еще - поток кислорода возрастает.
Наконец, просвет капилляров становится достаточным, чтобы "протиснулись"
эритроциты. Кровоснабжение восстанавливается.
Имели ли авторы в виду эту картину, когда пошли по пути уменьшения частиц
эмульсии? Не знаю. Может быть, имели. Белоярцев - специалист по
анестезиологии, Маевский - врач, биофизик и биохимик. Воробьев - выпускник Ижевского
университета, где его первый учитель, профессор Э.К. Лайзан, всю жизнь
занимался физиологией эритроцитов. А может быть, они лишь потом осознали, сколь
замечателен их выбор мелких частиц. Это уже неважно.
Кстати, в опытах лаборатории Белоярцева было показано, что мелкодисперсные
препараты довольно быстро выводятся из организма. Путь их выведения оказался
неожиданным - через легкие. Гидрофобные микрокапельки проходят через огромную
поверхность (гидрофобных!) мембран легочных альвеол. Все это вызывало
энтузиазм и ощущение успешного решения задачи чрезвычайной важности.
Прошло всего около трех лет. Испытания перфторана на лабораторных животных
шли успешно. Снабжаемые перфтораном (вместо крови) кроличьи сердца сохраняли
сократительную способность намного дольше, чем при физиологическом растворе.
В перфторане прекрасно росли клеточные культуры. По двору института
прогуливали собаку, 70 процентов крови которой было замещено на перфторан. Через
полгода эта собака принесла здоровых щенков. После двух тысяч экспериментов
на животных 26 февраля 1984 года Фармкомитет СССР дал разрешение на
проведение 1-й фазы клинических испытаний. 15 марта 1985 года было дано разрешение
"на проведение 2-й фазы клинических испытаний препарата перфторан в качестве
кровезаменителя с функцией переноса кислорода...".
В ходе этих испытаний особо впечатляющие результаты были получены при
хирургических операциях на "сухом" сердце, когда организм снабжается кровью
посредством аппарата искусственного кровообращения, а сердце омывают и перфузи-
руют отдельно. Перфузия перфтораном дала прекрасные результаты.
Еще до получения разрешения на клинические испытания перфторана в качестве
частичного кровезаменителя на людях произошел такой случай. В Москве
шестилетняя девочка была сбита троллейбусом. С переломами в тазобедренной области
и травмой головы она была доставлена скорой помощью в ближайшую детскую
больницу. Там ошиблись с группой крови. Смерть казалась неизбежной. Врачи,
ежедневно видящие эти страшные картины, были готовы смириться. Родители, не
покидавшие больницу, эту мысль отвергали. Был собран консилиум. Детский хирург,
друг Феликса Белоярцева, профессор В.А. Михельсон сказал: "Последняя надежда
- у Феликса есть какой-то препарат...". Консилиум с участием заместителя
министра здравоохранения, детского хирурга профессора Ю.Ф. Исакова постановил
"по жизненным показаниям просить профессора Белоярцева...". Белоярцев услышал
просьбу по телефону, бросился в автомобиль - от Пущино до Москвы около 120
километров - привез две ампулы перфторана. В Пущино у телефона остался
Маевский. "Что делать, позвонил через некоторое время Белоярцев, - она жива,
после введения первой ампулы, кажется, стало лучше, но наблюдается странный
тремор (дрожь)?". "Вводи вторую!" - сказал Маевский.
Девочка выжила. Ее снимали в кино, когда ей было около 16 лет. В ноябре
1985 года произошло исключительно важное событие. 28 ноября Иваницкий собрал
ученый совет, на котором выступили основные участники клинических испытаний.
Содержание докладов было поразительно. Профессор Нина Андреевна Онищенко из
Института транспланталогии рассказывала об операциях по пересадке почек.
Почки берут у "доноров" - погибших в катастрофах людей. Жизнеспособность таких
почек сохранить очень трудно. Существует специальная служба - хирурги,
вылетающие к месту катастрофы за "материалом". Обычно почку промывают - перфузи-
руют физиологическим раствором с разными добавками, охлаждают и в сосуде
Дьюара везут в клинику, где уже подготовлен к операции "реципиент". Почку
пересаживают . Это сложная операция. И очень часто - почти в половине случаев -
пересаженная почка "не работает": жизнеспособность ее недостаточна. Эту
неработающую почку удаляют, а пациенту почти не остается надежды на новую опера-
цию. Когда же почку донора перфузировали перфтораном, успех стал почти
стопроцентным .
Профессор, ректор Днепропетровского медицинского института Людмила
Васильевна Усиенко возглавляет одну из самых "пессимистических" клиник - тяжелых
черепно-мозговых травм. На всякий удар, всякую травму, всякое хирургическое
вмешательство головной мозг отвечает отеком. Здесь с особой неизбежностью
действует описанная выше последовательность: сужение капилляров, ухудшение
кровоснабжения, нарушение оттока спинномозговой жидкости, увеличение
внутричерепного давления, еще большее ухудшение кровоснабжения. В палатах этой
клиники обычно тихо. Лежат без сознания люди, с трубками для оттока
спинномозговой жидкости из отверстий, высверленных в черепе. И часто, не приходя в
сознание , умирают.
И вот, попавшей в автомобильную катастрофу молодой женщине с тяжелой
черепно-мозговой травмой ввели в сосуды мозга перфторан. Через небольшое время
взволнованная медсестра позвала врачей. На кровати сидела пациентка, пытаясь
понять, где она и что с ней. В обычно безмолвной палате странно звучали ее
вопросы.
После этого случая перфторан многократно применяли в подобных случаях.
Результаты были аналогичными. Я знаю проблему отека мозга с тех, теперь уже
далеких лет, когда был доцентом кафедры радиологии Центрального института
усовершенствования врачей. Доклад этот произвел на меня особое впечатление. Даже
если с помощью перфторана удалось бы решить только проблему отеков мозга,
следовало бы признать успех выдающимся.
Профессор А.Н. Кайдаш из Института хирургии рассказал о замечательных
эффектах использования перфторана в упомянутых выше операциях на "сухом"
сердце.
Но, пожалуй, самое сильное впечатление в тот день произвел на меня доклад
военного хирурга и анестезиолога, полковника Виктора Васильевича Мороза. Он
взял большой запас перфторана с собой в Афганистан. Там наш "ограниченный
контингент" увяз в бессмысленной и преступной войне. В страшной для жителей
Севера жаре, в горах и на равнинах шла кровавая бойня. Электричества нет.
Рефрижераторы не работают. Донорскую кровь хранить негде. В.В. Мороз, с
согласия Белоярцева, вез препарат не в стеклянных, а в пластмассовых, как для
донорской крови, ампулах - если бы пришлось сбрасывать с парашютом, чтоб не
разбились. Дикие травмы подорвавшихся в бронетранспортере на мине молодых
солдат. Оторванные ноги. Окровавленные тела (хирурги любят показывать цветные
слайды). Введение перфторана спасло многих из них. Он был не только
кровезаменителем, но и оказался неожиданно эффективным средством против "жировой
эмболии" - внезапной закупорки крупных кровеносных сосудов капельками жира,
попадающими туда из костного мозга. Жировая эмболия - наиболее частая причина
смерти при ранениях на войне. То, что перфторан "пробивает", предупреждает
заторы в кровообращении, докладчик считал самым важным достоинством
препарата .
Были и другие сообщения. Выступали сотрудники Центрального института
гематологии с сомнениями в эффективности препарата ввиду его малой кислородной
емкости (но механизм, обеспечивающий нормализацию кровообращения за счет
малости размеров частиц эмульсии им был неизвестен).
Но никто ничего не говорил об опытах на детях и массовой гибели солдат в
Афганистане после введения препарата. А об этом по Пущино уже вовсю шли
темные слухи. Путь к катастрофе уже начался.
Разгром
Ученый совет Института биофизики 28 ноября 1985 года. На совете обозначался
триумф перфторана. Но Ф. Белоярцев сидел на заседании совета где-то в верхних
рядах и молчал.
И тому были причины. Уже более полугода к тому времени шла настойчивая
кампания по дискредитации участников исследования. Весной 1985 года работы по
производству и испытаниям перфторана были выдвинуты на соискание
Государственной премии СССР.
Помимо химиков, синтезировавших все компоненты, в числе кандидатов на
лауреатство были три основных создателя перфторана: Белоярцев, Маевский,
Исламов . Нет! Не надо было этого делать! Не надо было делить лавры! При дележе
пробуждаются темные силы.
Летом 1985 года Пущино наполнилось зловещими слухами. "Это преступники! -
кричали возбужденные люди. - Они испытывают свои препараты на умственно
отсталых детях в детских домах! От их препарата в Афганистане погибли сотни
наших раненых! Они вводят в кровь пациентам нестерильные препараты и заражают
больных! Белоярцев отнимает у сотрудников деньги, чтобы устраивать банкеты!"
На закрытый для посторонних ученый совет нашего института, собранного для
рассмотрения конфликтной ситуации в лаборатории Ф. Ф. Белоярцева, пришел СБ.
Гюльазизов - тот самый сотрудник КГБ, заместитель директора Пущинского
научного центра, против назначения которого неосторожно протестовал Иваницкий.
Борис Вепринцев спросил его: "А вы-то, зачем пришли?". - "Знаете ли, - сказал
тот, приятно улыбаясь, - дело очень интересное...". На этом совете часть
сотрудников лаборатории высказывала претензии к Феликсу Федоровичу. Однако
никаких "ужасов" с испытаниями на детях и раненых упомянуто не было.
КГБ активно включилось в расследование (им же, как потом оказалось,
распространяемых) слухов. Представители КГБ вызывали к себе сотрудников на
многочасовые допросы. Их интересовали лабораторные журналы с протоколами испытаний и
измерений, они получили письма - жалобы сотрудников, у которых Белоярцев
"изъял" часть премии, выясняли, куда пошли деньги. Их интересовал расход
спирта в лаборатории.
Сказался опыт многих десятилетий советской власти. Без законных оснований и
предъявления официальных документов на право допроса они терзали сотрудников.
Это ладно, это их обычай. Но и сотрудники не протестовали и послушно отвечали
на их безграмотные и беспардонные вопросы. У Маевского потребовали
лабораторные тетради. И он отдал их, что сделало невозможным продолжение ряда
исследований . Он рассказал им не только об успехах разработки перфторпрепаратов, но
и обо всех нерешенных вопросах. Их интересовало только последнее - для
"дела".
В то время все происходящее казалось странным, нелепым сном. Была очевидна
государственная важность проводимой работы. Известно о принципиальных
успехах. Если вернуться к понятиям тех лет, речь шла о безопасности страны -
государственной безопасности. Обеспечение этой безопасности - главная
официальная обязанность КГБ. А это означайте максимальное содействие работе. В иных
подобных случаях с явно военной тематикой принимались особые меры защиты
руководителей и исполнителей работ от всех возможных опасностей. А тут
сотрудники КГБ осуществляли травлю вместо защиты. По ходу выполнения работа
получала очень высокие положительные оценки комиссии Минздрава, Фармкомитета и
руководства Академии наук. И вдруг... Что же случилось? Почему отказалась от
своей поддержки АН? Кто дал команду, откуда пошел поток лжи?
Ответы на эти вопросы представляют не только частный интерес. В начале
очерка было отмечено, что история с разработкой перфторпрепаратов -
иллюстрация состояния государственных учреждений системы руководства наукой в
последний период существования СССР. Мне представляется символом всего этого
периода личность вице-президента АН СССР академика Ю.А. Овчинникова. Он был
инициатором этих работ. Он же несет основной груз ответственности за трагический
финал всей истории.
Человек ярких талантов, Юрий Анатольевич в моих глазах - символическая
фигура, почти идеальный портрет руководящего партийно-административного деятеля
тех лет. Долгие годы он был всесильным вице-президентом АН СССР, управлял
всеми химическими и всеми биологическими исследованиями академии. Ему в
значительной степени обязаны мы относительно высоким уровнем молекулярно-
биологических исследований в стране. Ему обязаны мы также и пренебрежением и
отставанием во многих других направлениях. Он был артистичен и эффектен. Но
он не чувствовал ограничений, свойственных истинной науке. Статья Г.И. Абеле-
ва "Этика - цемент науки" вызвала у него гнев, обрушившийся на опубликовавший
статью популярный журнал "Химия и жизнь".
Он был тесно связан с самыми высокими инстанциями КПСС и КГБ. Он мог все.
От него зависело продвижение по службе и по степеням множества людей. От него
зависели, в конце концов, выдвижение и выборы в академики и члены-
корреспонденты . От него зависело финансирование институтов и отдельных
исследований, предоставление им валюты и уникальных приборов. Он был всевластен. Я
надеюсь когда-нибудь написать более подробную и документированную биографию
этого незаурядного человека.
Пока же вернемся к основному предмету этого очерка - трагическому финалу
разработки фторуглеродных "кровезаменителей". Так что же случилось? В силу
каких причин всемогущее КГБ занялось созданием этого "интересного дела"?
Неужели из-за отказа Иваницкого, все равно преодоленного приказом свыше,
принять на работу Гюльазизова? Отчасти, наверное, из-за этого.
Но, возможно, и из-за конфликта с Иваницким некоего талантливого
исследователя , бывшего много лет сотрудником одного из институтов, подведомственных
КГБ, и заслужившего там авторитет своими квалифицированными обзорами науки за
рубежом? Воюя с Иваницким, он писал в "инстанции" возмущенные письма и даже
звонил по телефону всемогущему главе КГБ. Наверное, и это было "лыком в
строку" .
Или из-за того, что Ю.А. Овчинников, инициатор этих работ в АН, не был
назначен их руководителем? Президент АН А.П. Александров назначил
руководителями И.Л. Кнунянца и Г.Р. Иваницкого. Дело шло так успешно, а Юрий Анатольевич
оказался в стороне. И это могло быть одной из причин.
Но, может быть, главная причина в другом? Новый препарат, претендующий на
название "кровезаменитель", должен был быть создан в Центральном институте
гематологии и переливания крови под верховным руководством академика Андрея
Ивановича Воробьева. Но их препарат был много хуже и клинических испытаний не
выдержал. А тут явный дилетант в медицине Иваницкий и не дилетант, но не
гематолог , а анестезиолог Белоярцев... И препарат далек от совершенства... И на
премию уже выдвинут...
Ко всему, по-видимому, прибавилось еще одно трагическое обстоятельство. У
Ю.А. Овчинникова была обнаружена лейкемия с почти неизбежным смертельным
финалом. Диагноз был поставлен главным гематологом страны А.И. Воробьевым и
сохранялся некоторое время в тайне. Между пациентом и врачом в таких ситуациях
устанавливаются совершенно особые отношения. Мнение Воробьева, вероятно, было
бесспорным для Овчинникова. А мнение Воробьева о перфторане было вполне
отрицательным. Это также могло стать причиной,
Все это я смог проанализировать лишь много лет спустя.
Прокуратура начала против Белоярцева "дело" в основном по присвоению им
денег и неправильному расходу спирта в лаборатории. Сотрудники лаборатории,
ранее писавшие письма в КГБ, теперь охотно сообщали свои претензии серпуховским
следователям. Затравленный Белоярцев еще 14 ноября написал письмо Иваницкому
с изложением ситуации. Завершил он письмо словами: "В этих условиях я
вынужден приостановить работу и просить Вашей помощи". Серпуховская прокуратура
потребовала от Иваницкого, чтобы он "на время проведения следствия" отстранил
Белоярцева от заведывания лабораторией. И. . . он сделал это!
Иваницкий понимал, что действительной мишенью инстанций и органов является
именно он, а Белоярцев попал под удар из-за него. Иваницкий хорошо помнил
яростный крик Овчинникова: "Я тебя посажу!". Болезнь сделала Овчинникова
особенно нетерпимым. А тут директор Пущинского центра, его недавний друг Генрих
Иваницкий не только имеет собственное мнение по каким-то вопросам, но еще и
резко возражает против распоряжений вице-президента. Для Овчинникова такое
поведение было непривычно. Угроза "посажу!" была вполне реальна. Сфабриковать
"дело" ничего не стоило. И все же отстранение Белоярцева было проявлением
слабости, не должен был Иваницкий подчиняться этим незаконным требованиям.
Понял он это только после смерти Белоярцева.
Ученый совет 28 ноября вызвал у меня чувство успокоения. Достижения были
столь очевидны и значительны, что множество второстепенных вопросов можно
было отложить на будущее. Препарат предназначался для применения в
экстремальных ситуациях, когда вопрос идет о жизни и смерти.
Отдаленные последствия в таких случаях менее существенны. И, тем не менее,
вопрос об этих последствиях выяснялся. Около двух лет исследовали в киевском
Институте онкологии имени Кавецкого возможную канцерогенность препарата. Ее
не оказалось. Нужно было продолжать работу по многим другим направлениям.
Я не пишу здесь обзор работ по перфторуглеродам в мировой литературе. Нет у
меня возможности анализировать все качества различных перфторпрепаратов,
существовавших в то время у нас и в других странах. Меня интересует здесь лишь
нравственная ситуация в научном сообществе в последние годы существования
СССР, Чрезвычайная подчиненность науки партийному руководству и
госбезопасности . Почти полная готовность академических кругов принять эту подчиненность.
С особой силой все это проявилось после гибели Белоярцева.
17 декабря 1985 года следователи Серпуховской прокуратуры, после четырех
обысков в Пущино, решили провести обыск на даче Белоярцева - далеко к северу
от Москвы. Из Пущино (юг Московской области) нужно было проехать около
двухсот километров на север. Белоярцев попросил разрешения ехать в своей машине.
За ним в микроавтобусе двигались следователи. Они ехали с целью найти на даче
запасы спирта, который Белоярцев, по доносу, использовал в качестве платы за
ремонт дачи. Подозрение было оскорбительно и глупо одновременно. Никакого
ремонта давно непосещаемой дачи Белоярцев не производил - ему было не до того.
Использовать спирт для оплаты личных потребностей профессору не могло и в
голову прийти. Следователи ничего не нашли. Белоярцев спросил, может ли он
остаться на даче. Они не возражали. Утром сторож нашел мертвого Феликса
Федоровича .
Через некоторое время на имя Бориса Федоровича Третьяка пришло письмо,
отправленное Ф.Ф. Белоярцевым накануне самоубийства:
"Дорогой Борис Федорович! Я не могу жить больше в атмосфере этой клеветы и
предательства некоторых сотрудников. Побеспокойтесь о Нине и Аркаше. Пусть
Г.Р. поможет Аркадию в жизни. Если можно, то все мои пущинские вещи и мебель
отдайте Нине. Это мое завещание. Ваш Ф.Ф.".
Б.Ф. Третьяк - заместитель Иваницкого по административно-хозяйственной
работе . Нина - жена. Аркадий - сын. Почему Феликс Федорович обратился с
последним письмом именно к Борису Федоровичу? Я думаю, в силу нравственных
достоинств Третьяка, О нем еще будет речь дальше.
Генрих Иваницкий был потрясен гибелью Белоярцева. В день похорон он подал
Генеральному прокурору СССР протест "О доведении до самоубийства профессора
Белоярцева...". Он не знал, что это очень сильная формулировка для
прокуратуры и что она сделает все, чтобы дискредитировать этот протест. Сразу же после
известия о смерти Белоярцева в Пущине приехали некий партдеятель и женщина -
следователь Серпуховской прокуратуры и на "партхозактиве" объявили, что
Белоярцев покончил с собой "под тяжестью улик". Это было отвратительно.
Почему же Белоярцев не выдержал? Я думаю, он не был закален. Его жизнь была
слишком счастливой и удачливой. Он привык к восхищению окружающих. Ему были
омерзительны повадки КГБ и прокуратуры. И не нашлось среди нас никого, кто бы
действительно оказал ему моральную поддержку. Он ужаснулся возможности ареста
и невозможности защитить свое имя. И не выдержал.
Белоярцев был "незапланированной" жертвой. Его смерть спутала карты
"охотников". Запланирован был Иваницкий. Травля сосредоточилась на нем. В этой
травле объединились партийные и академические силы. "Система" двигалась к
развалу.
Сложившаяся за 70 лет иерархия научных деятелей надолго переживет советскую
власть. Академики, выбираемые по разнарядке и согласованию с ЦК КПСС.
Беспрекословное подчинение "указаниям". Многозначительно поднятый вверх палец и
"возведенные очи горе" академика-секретаря Н.М. Сисакяна: "Наверху нами
недовольны!". Кого выбирали в академики! Быть академиком вместе с "академиком"
Т.Д. Лысенко... Послушание, более мягкое слово - лояльность...
"Свободомыслие" в очень узком кругу. И то, как бы не сообщили... Надо ли удивляться
отсутствию принципиальных научных достижений подавляющего большинства советских
академиков-биологов? Где их имена? Где их посмертная слава?
Академики - биологи и врачи - в послевоенное время не сделали ни одного (!)
выдающегося открытия. Ни одной претензии на Нобелевскую премию. Можно ли их
упрекать? После арестов и пыток Н.И. Вавилова, В.В. Ларина, Б.А. Шимелиовича,
Я.О. Парнаса, А.Л. Чижевского, В.П. Эфроимсона, Б.Н. Вепринцева, ареста и
гибели сотен других выдающихся деятелей науки, после сессии ВАСХНИЛ и
Павловской сессии. После невежественного "руководства" наукой. Не надо их упрекать.
Но не надо при этом забывать истинный вес и нравственный ценз значительной
части научной элиты последних лет существования СССР. Их привлекли к "охоте
на Иваницкого".
Иваницкий, строго говоря, давал поводы для критики и неприятия. Можно было
оспаривать его вклад в награжденную Ленинской премией работу по реакции Бело-
усова. Можно было отмечать его дилетантизм в молекулярной биологии. Много
чего можно сказать друг другу в своей среде. Но нельзя было этого делать ввиду
готовящихся репрессий.
В Генеральную прокуратуру поступило письмо не только от Иваницкого, но и от
сотрудников Белоярцева. Они писали: "Мы просим наказать людей, виновных в
развертывании клеветнической кампании против Ф.Ф. Белоярцева, одного из
основоположников нового направления в науке... Погиб в расцвете творческих сил, в
возрасте 44 лет, выдающийся ученый". Генеральная прокуратура СССР ответила на
письмо-обвинение открытием уголовного дела "по факту". Формально это было
дело о незаконном применении препарата перфторана, по существу же - против
Иваницкого, оставшегося в живых руководителя работы. Следователи по особо важным
делам Прокуратуры СССР Н. Антипов и В. Камышанский приступили к работе,
Сочувствовавший Г.Р. Иваницкому президент АН А.П. Александров сразу после
гибели Белоярцева создал комиссию по проверке всех обстоятельств и состояния
дел в Институте биофизики. Комиссию возглавил авторитетный и смелый человек
академик Я.М. Колотыркин. В комиссию вошли многие авторитетные в АН люди: из
других отделений - академики П.Г. Костюк, А.В, Фокин, Ю.В. Гуляев, из
отделения биохимии, биофизики и химии физиологически активных соединений -
академик-секретарь А.А. Баев, главный ученый секретарь президиума АН Г.К. Скрябин,
А.С. Спирин, и еще ряд лиц, в том числе партийных и хозяйственных деятелей.
Я.М. Колотыркин начал расследование с большой добросовестностью. Он
встречался со многими участниками печальных событий и составил вполне
благоприятное мнение об институте, Иваницком и о работе с перфторуглеродами. 6 февраля
1986 года Иваницкий сделал на ученом совете в присутствии многих членов
комиссии подробный доклад о работе института. Казалось, атмосфера проясняется.
Но... непредвиденный случай - внезапная болезнь вывела Я. М. Колотыркина из
строя почти на полгода. Когда в августе он вернулся к активной деятельности,
ситуация резко изменилась. Против Иваницкого снова выступила газета
Серпуховского ГК КПСС "Коммунист".
Ю. Овчинников, вице-президент, в нарушение субординации изменил приказ
президента Александрова и изменил состав комиссии. Теперь ее возглавил главный
гематолог академик АМН А.И. Воробьев. В ее состав вошли директор Института
технологии кровезаменителей и гормональных препаратов профессор Г.Н. Хлябич,
сменивший вскоре Иваницкого на посту директора Института биофизики, профессор
Е. Е. Фесенко, ставший вместо Белоярцева заведующим части его лаборатории,
Н.И. Кукушкин (никогда ранее этой проблемой не занимавшийся) и профессор B.C.
Ярочкин - автор альтернативного перфторуглеродного препарата (оказавшегося
неудачным, и не получившего разрешение на клинические испытания).
Здесь нужно остановиться. Это типичный, как принято говорить в
цивилизованных странах, "конфликт интересов" - все перечисленные новые члены комиссии
небезразличны к итогам расследования. Включены были в состав комиссии и Г. Р.
Иваницкий, и Е.И. Маевский. Однако отрицательное отношение комиссии в
сложившейся ситуации можно было предвидеть.
Но уже наступило время горбачевской перестройки. Партийный контроль над
печатью ослаб. В "Литературной газете" 12 ноября 1986 года появилась статья Л.
Ивченко "Быть или не быть "голубой крови"? Статья вызвала ярость в
"ведомствах" и в "инстанциях". Там не привыкли к такой свободе. 14 января 1987 года
газета "Коммунист" сообщила: "На очередном заседании бюро ГК КПСС города
Серпухова рассмотрело ход выполнения постановления "О работе партийного бюро и
администрации Института биофизики АН СССР по созданию в коллективе
необходимого морально-психологического климата для обеспечения высокого уровня
воспитательной и научной работы в свете решений XXVII съезда КПСС. ...Вместо
устранения . . . недостатков директор института Г. Р. Иваницкий встал на путь
изыскания мнимых доказательств в подтверждение своей неправильной позиции, на
защиту нечистоплотных и скомпрометировавших себя лиц, используя для этого
свою должность. ... Бюро ЦК КПСС сочло невозможным пребывание Г.Р. Иваницкого
в должности директора Института биофизики и просит Президиум АН СССР
освободить его от работы... Горкому народного контроля предложено до марта 1987
года провести проверку хозяйственно-финансовой деятельности института и о ее
результатах доложить бюро ГК КПСС". (Обратите внимание на это последнее
предложение - ведено найти и найдут! - и финансовые и хозяйственные нарушения,
чтобы возбудить еще одно дело - практика накатанная и беспроигрышная.
"Народный" контроль полностью подчинялся партийным органам.)
17 января 1987 года бюро отделения АН СССР предложило Г.Р. Иваницкому
(самому) подать заявление об уходе. Бюро отделения - это ведущие академики
(вице-президент Ю.А. Овчинников, главный ученый секретарь Г.К. Скрябин,
академик-секретарь А.А. Баев и еще около двадцати человек) . Никто не протестовал -
боялись Овчинникова и привыкли выполнять указания партийных комитетов.
Иваницкий в это время лежал (первый раз в жизни!) с приступом гипертонии и
стенокардии. Ему звонили и уговаривали подать заявление. Он согласился, и это
была также ошибка. "Сам подал заявление об уходе...".
С этого момента травля стала еще более активной. Одновременно началось
преследование сотрудников, поддерживающих Иваницкого. Заместитель директора
института по административно-хозяйственным вопросам Борис Федорович Третьяк
проявил в сложившейся ситуации принципиальность и бесстрашие. Он был ранее
крупным авиационным инженером. Он не был Защищен, в отличие от Иваницкого, ни
научными степенями, ни лауреатством. Но он открыто поддерживал Белоярцева и
Иваницкого. Ему принадлежит главная заслуга создания в ранее непригодном
помещении вполне оборудованного, обеспечивающего необходимую стерильность
опытного производства перфторана. На него был нацелен "народный" контроль в
постановлении бюро Серпуховского ГК КПСС. Почти детективную историю - как
удалось сорвать замысел осудить Бориса Федоровича - я здесь излагать не буду.
Важно, что этот замысел провалился. Попытались организовать уголовное дело и
против заместителя директора по научной работе профессора И. Г. Акоева, но и
оно провалилось.
Снимать Иваницкого с поста директора в наш институт приехали А.А. Баев и
Г.К. Скрябин. Очень они были, мягко говоря, нехороши. О них надо бы
рассказать подробнее, но не в этом очерке. Очень напряженным было собрание
коллектива института, на котором выступал следователь по особо важным делам Н. Ан-
типов. Он повторил то, что фигурировало в виде слухов, и обещал страшные
кары. Речь его была ложью. Иваницкий отсутствовал. Он был болен и лежал в
Москве, Антипову задавали вопросы, но не возражали.
Резкая активизация гонений началась 18 марта 1987 года статьей В. Долматова
в "Советской России", самой реакционной газете того времени. Статья
называлась "Заменитель чести". Дальше все происходило по традиционному советскому
сценарию - после публикаций "центральной печати" полагалось принимать меры.
Было созвано партийное собрание института. Большинство проголосовало за
исключение Иваницкого из партии. В прежние времена вслед за этим Иваницкому
было бы предъявлено обвинение, последовал арест и широкая кампания
разоблачений . Но времена изменились. Наступила гласность. Началось невиданное ранее
сражение "средств массовой информации". 17 августа 1988 года в "Литературной
газете" была опубликована подборка высказываний под общим заглавием "Кто
остановил "голубую кровь?" Авторами были академики Я.М. Колотыркин и А.В. Фокин
(директор Института элементоорганических соединений), директор Института
трансплантологии и искусственных органов профессор В.И. Шумаков, профессор С.
Эфуни - заведующий отделом гипербарической оксигенации Всесоюзного научного
центра хирургии АМН СССР, и Г. Р. Иваницкий. На это последовал Залп
противника: В. Долматов в "Советской России" опубликовал новую статью "Рекламация и
реклама". Особое значение в защите доброго имени Белоярцева и Иваницкого
имела статья А. Рыскина "Цена голубой крови" в очень популярном и прогрессивном
в те времена журнале "Огонек".
Война разгоралась. Но это была открытая, гласная война. Статья Рыскина
возбудила, как говорят, "большой общественный резонанс". Всероссийское
театральное общество обратилось ко мне с просьбой - нельзя ли организовать вечер в
Доме актера, пригласить туда сторонников противоположных мнений для
публичного обсуждения? Предполагалось, что стороны будут представлены В. Долматовым и
А. Рыскиным, а представители науки будут присутствовать в качестве экспертов.
Сын Петра Леонидовича Капицы - Сергей Петрович чрезвычайно был популярен в
стране в качестве многолетнего ведущего телевизионной передачи "Очевидное -
невероятное". Он счел сюжет такого вечера вполне соответствующим своей
тематике и вместе с режиссером Л.Н. Николаевым решил снять весь вечер для
последующей телевизионной передачи.
Вести дискуссию пригласили известного физика и биофизика профессора Дмитрия
Сергеевича Чернавского. Накануне назначенного дня выяснилось, что Долматов от
диспута уклоняется, а вместо него выступит... сам академик АМН СССР, директор
Всесоюзного гематологического центра.
Андрей Иванович Воробьев - человек очень известный не только как ведущий
врач-гематолог, но и просто как прогрессивный деятель. Впоследствии он был
избран в Верховный Совет последнего созыва, был одним из организаторов
"Демократической России". А затем стал министром здравоохранения в последнем пра-
вительстве СССР при президенте Горбачеве. В дискуссии с А.И. Воробьевым было
бы неправильно делать его оппонентом А. Рыскина - молодого журналиста. Было
решено, что в таком качестве должен выступить человек из науки, лично не
заинтересованный, но знающий предмет. Так 19 декабря 1988 года я оказался
участником этого диспута.
Я как-то не сообразил, что А.И. Воробьев исходно будет по другую сторону
баррикад. Априори он вызывал во мне положительные чувства - мы с ним
принадлежим к одному слою общества, до меня доходили очень положительные мнения о
нем моих уважаемых знакомых. В старом Доме актера, в уютной комнате в
зеркалах и позолоте нас принимала приветливая и любезная директор Дома актера. По
традиции, участников вечеров встречают роскошным тортом. А.И. Воробьев
почему-то не ответил на мое приветствие и занимался тортом и чаем.
Потом на сцене мы по очереди выходили к микрофону. В зале было полно
народу. И какого! Артисты разных театров, режиссеры, театральные и литературные
критики, журналисты.
После краткого (и очень хорошего) вступления Д.С. Чернавского слово взял
А.И. Воробьев. Он поразил меня. Он сказал, что никакой проблемы донорской
крови не существует. Что в основном при кровопотерях речь идет, в сущности, о
потери жидкости, а не эритроцитов. Поэтому вполне достаточно накопить запасы
сухой плазмы - она легко хранится, разводить ее перед введением
физиологическим раствором - и большинство проблем решится. И никакого препарата
перфторана не было - были лишь начальные разработки. И, кроме того, никакой он не
заменитель крови - его кислородная емкость заметно меньше кислородной емкости
нормальной крови.
Это было удивительно. Плазма совсем не переносит кислород. Капилляры не
открываются при недостатке кислорода. Кислородная емкость - не самый важный
показатель . Чайной ложкой - малыми порциями, но многократно, можно перенести
больше жидкости, чем однократно ложкой столовой. Мелкая эмульсия проникает
через закрытые капилляры - это все написано в начале очерка. Неужели он этого
не понимает? Такого быть не может,
Я вышел к микрофону и сказал, что потрясен - я думал, что мы легко поймем
друг друга... и вдруг... нет, я не был готов к этому. Но ведь предмет диспута
- не различие в понимании физики переноса кровью кислорода, а проблема
взаимоотношений, подчиненности науки партийному давлению и зловещему КГБ! Я
говорил, что научился читать по заголовкам газет в 1937 году - мне было семь лет
- во всех газетах огромные заголовки, и в них по буквам я сложил слово БЛОК.
И был счастлив: Михаил Семенович Блок - незабываемый учитель скрипки моего
старшего брата. Все газеты пишут о нем! А газеты писали о разоблачении "пра-
вотроцкистского блока" (и расстреле всех его участников). Мы прожили ужасную
жизнь. Нельзя, чтобы мы продолжали убивать друг друга. А именно так погиб
Ф.Ф. Белоярцев.
Зал аплодировал, прерывая мою нервную речь. Андрей Иванович сказал, что и
его родители были арестованы в те годы, и он с сестрой был спасен сотрудницей
отца, но к перфторану это не имеет отношения.
Я говорил потом о близко знакомом мне "деле врачей". Наш диспут длился
около двух часов. Напряженно слушавший нас зал временами реагировал
аплодисментами и возгласами - я рассказывал в подробностях и красках многое из того, о
чем написано выше. Мы разъехались, не прощаясь. Ко мне в гардеробе подошел
известный режиссер с двумя молодыми актрисами: "Подумать только, без
репетиций и без сценария сыграть такой спектакль! До чего же насыщена и интересна у
вас в науке жизнь...".
Часть этого вечера в записи была показана на всю страну по телевидению - но
я эту передачу не видел. Ее увидел один из редакторов журнала "Коммунист"
А.И. Антипов. Во времена Горбачева этот некогда самый реакционный журнал рез-
ко изменился. В новой редколлегии работали совсем не похожие на прежних люди
- там был будущий реформатор Е.Т. Гайдар, заместителем главного редактора был
Отто Лацис, в последующие годы ведущий политический и экономический
обозреватель "Известий". Антипов предложил мне написать в этот журнал статью о
положении в науке. Я написал ее на примере рассказанной выше истории с перфторуг-
леродами и гибелью Белоярцева.
Диспут в Доме актера вызвал сильное раздражение в разных инстанциях и в
послушных им высших академических кругах. В газете "Советская Россия" 15 января
1989 года была опубликована статья пяти академиков и одного члена-
корреспондента под названием "Заменитель истины". Статья эта написана людьми
опытными, владеющими словом и пером. Многое в ней справедливо. Но в главном -
это оправдание всего того, что сопровождало работу по перфторуглеродам в
Институте биофизики. Создавалось впечатление, что авторы статьи ничего не знали
о рассказанном выше перечне полезных свойств перфторана, что они не знали,
что испытания препарата проводились на основании официального разрешения
Фармкомитета в специально назначенных для этого клиниках, что Белоярцев -
талантливый молодой исследователь, был затравлен на их глазах, и за него,
сотрудника Академии наук, никто из них не вступился. Главная задача этой статьи
- снять с Ю.А. Овчинникова обвинения "в действиях, которые якобы привели к
блокированию разработки перфторана и других перфторуглеродных препаратов и, в
конце концов, к гибели профессора Ф.Ф. Белоярцева" - это представляется
авторам статьи "совершенно неосновательным".
Стремление коллег защитить доброе имя покойного Ю.А. Овчинникова (он умер в
феврале 1988) вполне благородно. Но мы имеем дело с двумя смертями. Ф.Ф.
Белоярцев был доведен до самоубийства при обстоятельствах, достаточно
документированных и ясных. Ю.А. Овчинников умер от лейкемии. Защита доброго имени
Белоярцева не менее важна.
Прошло с тех пор не так уж много лет. Нет на свете трех из шести авторов
этой статьи. Умер мой высокочтимый учитель академик СЕ. Северин. Как он
оказался в числе авторов этой статьи - не был ли он в то время в больнице с
инфарктом миокарда? Умер академик-секретарь А.А. Баев. Умер член-корреспондент
АН СССР В.Ф. Быстров. Это лишает меня возможности вести с ними дискуссию.
Могу лишь сказать - авторы статьи не правы. Не надо бы им следовать
невежественным императивам Серпуховского ГК КПСС и Председателя КГБ СССР В.А.
Крючкова. Императивам, нанесшим ущерб интересам страны.
"Газетно-журнальная война" на этом не закончилась. После моей статьи в
"Коммунисте" были еще две статьи в "Огоньке" А. Рыскина. Был суд по иску
следователей против Рыскина, который обвинил их в "предвзятости и обвинительном
уклоне". Суд постановил Рыскину извиниться. Дело, с таким шумом начатое
Генеральной прокуратурой, постепенно заглохло. Следователь по особо важным делам
Н. Антипов был отправлен на пенсию. Никаких лабораторных журналов не вернули.
Дело сдали в архив.
Так символически окончилась последняя глава советской науки. Все это должны
знать не только современники - чтобы не создавались иллюзии о "некогда
процветавшей в СССР науке".
Некогда единая республика - Институт биофизики теперь поделен на два -
Институт теоретической и экспериментальной биофизики РАН и Институт биофизики
клетки РАН. Гюльазизов работает по специальности - возглавляет охрану
коммерческого банка "Возрождение". Он приветлив и широко улыбается при встрече.
А Г.Р. Иваницкий вместе с СИ. Воробьевым, защитившим недавно докторскую
диссертацию, и Б.Ф. Третьяком давно уже возобновили работы по перфторану.
Действует опытное производство с оригинальным оборудованием, образцы которого
когда-то изготавливались умельцами и оплачивались наличными деньгами.
Удивительным образом перфторан все еще не устарел и по ряду свойств не ус-
тупает лучшим зарубежным препаратам. Когда представители фирм США или Франции
бывают в Пущино, им показывают почти все, но в некоторые помещения не пускают
- "коммерческая тайна, господа!". В Пущино проходят регулярные конференции по
применению перфторуглеродов в биологии и медицине. Труды этих конференций
можно рекомендовать тем, кто захочет узнать больше обо всем этом. Как жаль,
что Ф.Ф. Белоярцев не устоял! Нужна более суровая закалка для жизни в суровых
условиях. А младший его сын - Аркадий - уже стал высоким юношей, до
потрясения похожим на отца. Пожелаем ему счастья!
Литпортал
САГА О ПСИХОДЕЛИКАХ - 2
Шульгин Александр, Шульгина Анна
Шульгин А.Ф.
Дата рождения: 17 июня 1925 года
Место рождения: Беркли, штат Калифорния, США. Семья русских учителей.
Гражданство: США
Виды деятельности: Учёный-исследователь. Специалист по биохимии
психоактивных веществ.
Жизненный путь:
• В 1942 году как отличный ученик принят в Гарвардский университет
бесплатно . В том же году идёт добровольцем на флот. Воюет в Северной
Атлантике .
• В 194 6 году поступает в Беркли на химический факультет.
• В 1954 году получает степень доктора биохимии.
• В 1950-х годах - в Dole Chemical Company, где синтезирует первый
разлагаемый микроорганизмами инсектицид Zectran.
• В 1960-х годах, попробовав мескалин, начинает исследования психоактивных
веществ, сначала в Dole Chemical, а затем в своей домашней лаборатории.
• 12 сентября 1976 года он синтезирует MDMA ("экстази") , а затем 2С-Т-7
("трипстази").
• В 1970-1980-х годах интерес Шульгина направлен на синтез психоактивных
веществ и их терапевтическое воздействие.
• В 1991 году вместе со своей женой, Анной, публикует свою самую известную
книгу, "PIHKAL", автобиографию и описание процесса синтеза и свойств
двух сотен психоактивных веществ. После публикации книги и на фоне
расцвета подпольного рынка "экстази" у Шульгина возникают проблемы с
властями. В настоящее время живёт в Лафайете, штат Калифорния, и исследует
психоактивные растения.
• В разное время сотрудничал в качестве научного консультанта с
Национальным институтом по исследованию наркотической зависимости, Комитетом по
контролю За наркотиками, НАСА, Bristol Laboratories и Калифорнийским
университетом в Беркли.
Александр Шульгин - автор двухсот научных работ и двадцати патентов,
соавтор 20 научных монографий, автор четырёх книг: "Контролируемые вещества"
(1988), "PIHKAL"(1991),"TIHKAL" (1997) и "Простые изохинолины" (2002).
ПРЕДИСЛОВИЕ
ЗАЧЕМ Я ЭТИМ ЗАНИМАЮСЬ
В начале 80-х годов мне предложили выступить на конференции, которая
проводилась в кампусе Санта-Барбары небольшой группой студентов и аспирантов
Калифорнийского университета. Предложение очень заинтересовало меня, поскольку
конференция оказалась несколько необычной: она была посвящена психоделическим
препаратам. Невероятно, но факт: при всей политической остроте этой темы им
все-таки удалось организовать ее обсуждение в главном кампусе Калифорнии,
раздобыть спонсора и широко проинформировать общественность!
Мне вспомнилось, как за несколько лет до этого в Берклийском кампусе того
же Калифорнийского университета готовилась конференция, посвященная ЛСД. Она
тоже имела своих спонсоров, но организаторам пришлось столкнуться с сильным
давлением, которое со временем стало просто невыносимым. Кое-кто старался
заставить их отменить конференцию или перенести ее в другое место, ограничить
круг участников, воздержаться от обсуждения некоторых тем и вообще сделать
так, чтобы это мероприятие не имело ничего общего с университетом.
Параноидальная атмосфера сгущалась с каждым днем. Попутно возникали многочисленные
мелкие провокации: например, однажды на доске объявлений Берклийского кампуса
появилась надпись ЖИДЫ! ЖИДЫ! ЖИДЫ! (как говорили потом, это сделал один
студент-психолог, у которого съехала крыша). Из-за всего этого пришлось искать
другое место для конференции. В конце концов, она состоялась в University
Extension Building, Сан-Франциско.
На мой взгляд, это было весьма впечатляющее событие. С докладами выступили
несколько десятков преподавателей и известных ученых. Аудитория состояла из
нескольких сотен сильно прихипованных студентов, богемной молодежи и пяти-
шести "сопровождающих" в белых футболках и головных повязках, которые
расхаживали вокруг аудитории и фотографировали всех и каждого.
Заметки, которые я сделал на этой конференции, впоследствии куда-то
затерялись , поэтому упомяну лишь о двух сценах, особенно врезавшихся мне в память.
Первоначально предполагалось, что в качестве одного из докладчиков выступит
Аллен Гинсберг1; но организаторам дали понять, что в этом случае их шоу не
сможет состояться даже в Сан-Франциско. Поэтому им пришлось пойти на уступки:
отказать Гинсбергу и пригласить генерального прокурора штата (по фамилии Ян-
гер или что-то вроде того), который, по-видимому, собирался сделать доклад о
юридических аспектах употребления наркотиков. Мне посчастливилось стать
свидетелем их встречи у восточных ворот аудитории. Гинсберг наскакивал на
прокурора, потрясая кулаками, и орал ему прямо в лицо: "Эйхман! Эйхман! Эйхман2!",
а тот явно не понимал, о чем идет речь. В своем вступительном слове
устроители конференции прямо объявили собравшимся, что первоначально они хотели
пригласить Гинсберга (аплодисменты), но, к сожалению, поступило указание
вычеркнуть его из официального списка докладчиков (возмущенный вой); однако он
имеет право подняться на сцену в качестве наблюдателя и, как таковой, выступить
с любыми комментариями, какие сочтет нужными (бурные аплодисменты). Это
сообщение задало тон всем дальнейшим событиям. А генеральному прокурору,
насколько я помню, так и не дали слова.
Вечером состоялось звуковое шоу с модной в те годы подсветкой из масляных
ламп с цветными светофильтрами. Всюду пахло марихуаной. Героем праздника был
Тимоти Лири3; где бы он не появлялся, его сопровождала толпа девчонок. Само
собой разумеется, что в дальнейшем Берклийский кампус уже не рисковал
проводить мероприятия такого рода.
И вот теперь я получил приглашение поучаствовать в чем-то в этом роде, но
на этот раз уже в более периферийном кампусе Санта-Барбары. Конечно же, я был
заинтригован и немедленно дал согласие.
В Санта-Барбаре я оказался под опекой Роберта Гордона-МакКатчена, почетного
стипендиата по философии религии. Он заверил меня, что в зале соберется
множество заинтересованных студентов, и я смогу сказать им все, что считаю
нужным. Предложение выглядело довольно соблазнительным, но я тут же вспомнил о
неприятных последствиях встречи в Сан-Франциско: некоторых приглашенных туда
докладчиков хозяева встретили довольно нелюбезно, так что те уехали, серьезно
обидевшись. Поэтому я решил подстраховаться и надеть маску академической ко-
шерности. Находясь в Санта-Барбаре, я ни на минуту не забывал об этом.
Еще до начала конференции произошло несколько запоминающихся событий.
Прежде всего, в одном из загородных особняков на холмах Санта-Барбары было
организовано неофициальное собрание приглашенных знаменитостей. Мы с Алисой
приехали туда на автомобиле и, пройдя через просторный двор особняка, оказались в
не менее просторной гостиной. Вдоль стен стояли в три ряда стулья, на которых
размещалось добрых четыре десятка человек. Нас здесь никто не знал, поэтому
мы притаились у стены за надежной баррикадой из жаждущих душ. Гостей знакоми-
Аллен Гинзберг (1926-1997), крупнейший американский поэт и перформансист, основатель бит-
ничества, политический активист, радикал и правозащитник, буддист и визионер. Еврей.
2 Адольф Эйхман (Айхман; нем. Adolf Eichmann, 1906—1962), немецкий офицер, сотрудник
гестапо , непосредственно ответственный За уничтожение миллионов евреев.
3 Тимоти Лири (англ. Timothy Leary; 1920—1996) — выдающийся американский писатель, психолог,
участник кампании по исследованиям психоделических препаратов, разработчик программного
обеспечения (одни из первых индексируемых ЭВМ психологических тестов).
ли с выдающимися людьми; многие имена были нам известны, но здесь как-то не
представлялся случай с ними побеседовать. Прозвучало мнение, что эта
конференция сможет послужить стартовой площадкой для возрождения психоделического
движения. Вот этот джентльмен хотел бы написать о нем эссе; к нему
прислушаются многие. Вот эта леди хотела бы связаться со своим издателем и
запечатлеть нашу встречу в истории. А вот этот мистер, в свою очередь, хотел бы
осветить встречу в средствах массовой информации: например, устроить
соответствующие интервью в завтрашнем радиоэфире. Короче говоря, здесь собралась
элита, способная перевернуть землю. Мы с Алисой вскоре ушли.
На другой день мы давали интервью на радио. В маленькой студии собралось
человек пять-шесть, из которых я знал одного только Тимоти Лири. Впрочем, его
вполне хватало для того, чтобы привлечь внимание слушателей, и я был
освобожден от необходимости отвечать на вопросы, и вообще говорить что-либо. Я
скромно удалился, пообещав провести открытый семинар на факультете химии. Это
было одно из показательно-академических мероприятий, позволявших устроителям
называть свою конференцию "научной". Администрация Университета, комментируя
эту "психоделическую встречу", всегда могла сослаться на наш
исследовательский семинар для аспирантов химфака: смотрите, мол, все было вполне законно и
правильно.
Но на химфаке все оказалось далеко не так гладко. Профессор, пригласивший
меня, абсолютно не знал, кто я такой, и почему-то решил, что ему придется
выпустить на кафедру опасного типа, который выступает за употребление и
оправдывает злоупотребление. Терзаясь ужасными сомнениями, он все-таки разрешил
семинар, и зал тут же подвергся беспрецедентному наплыву студентов и
аспирантов . Я вел себя как можно более корректно и дал беглый, но академически
безупречный обзор происхождения, синтеза и возможного механизма действия этих
соединений в качестве синергистов и нейротрансмиттеров. Он был стопроцентно
кошерным: ничего, кроме "реакций по механизму SN-2" и точных молекулярных схем,
которые я называл "приблизительными эскизами". В итоге меня ждал громкий
успех, и тем самым я смог отчасти помочь организаторам конференции.
Все, что я могу вспомнить о подготовке своего доклада для конференции - это
лаборатория факультета естественных наук Калифорнийского университета, где я
стучал по клавишам старой пишущей машинки, приводя в порядок свой поток
сознания - через один интервал на желтой бумаге. Я помню, что не вполне понимал,
зачем я это делаю, но все-таки знал, что именно хочу сказать. Впрочем, даже
этого я не знал заранее: все возникало по мере написания и закончилось
созданием тезисов, в которых я был вполне уверен. Доклад был, пожалуй, слишком
откровенным для человека, который до сих пор скромно держался в тени, но я уже
был готов привлечь к себе внимание. Вот то, что я говорил двадцать лет назад,
и я могу с уверенностью повторить это сегодня.
ЛЕКАРСТВА ВОСПРИЯТИЯ
Когда Роберт Гордон Мак-Катчен пригласил меня сюда, чтобы рассказать что-
нибудь о психоделических средствах, моя первая мысль была отказаться. В конце
концов, я химик и фармаколог, а не философ и религиовед, и мне казалось, что
во время прошлогодней встречи я дал достаточно информации о связях между
химической структурой и психической деятельностью.
Но тут вмешалась моя жена: "А почему бы просто не рассказать им, зачем ты
этим занимаешься?"
Вопрос показался мне очень интересным. Действительно: вот уже, по меньшей
мере, двадцать пять лет я настойчиво исследую строение, приготовление и
свойства различных психоактивных препаратов: галлюциногенных, психоделических,
диссоциативных, а иногда и просто опьяняющих. Но зачем я этим занимаюсь?
На такой вопрос хочется ответить дерзко: да потому, что так надо. "Зачем ты
влез на Эверест?" - "Он здесь стоял, вот я и влез". Но не только это
подталкивает меня к исследованиям.
Когда такой вопрос возникает во время семинара или дискуссии в
академической среде, я обычно делаю особое ударение на слове "психотомиметики" -
термине, который часто употребляется учеными как синоним слова "психоделические
препараты". Он составлен из двух греческих корней: психото (производное от
"психоз") и мимесис ("подражание"). Таким образом, данный термин описывает
одно из наиболее очевидных свойств этих веществ: они способны вызывать
состояния, сходные с симптомами психических заболеваний и, таким образом, могут
служить средствами для исследования некоторых форм психозов и психических
расстройств.
Такой ответ на вопрос: "Зачем Вы этим занимаетесь?" не лишен логики и
вполне безопасен. Он оправдан, по крайней мере, для двух сотен психоделиков,
которые по своему химическому строению подразделяются на две группы: фенилэти-
ламины и триптамины. В группу фенилэтиламинов входит около полусотни веществ,
родственных мескалину, и еще примерно столько же их метиловых гомологов с
молекулярной цепью амфетамина. Примерно столько же веществ входит и в группу
триптаминов: все они содержат в себе разнообразные кольца, цепи или азотзаме-
щенные производные. Некоторые из них конденсируются в более сложные структуры
- такие, как бета-карболины (в частности, гармалин) или эрголины (например,
ЛСД) .
Два основных нейротрансмиттерных вещества, от которых зависит передача
нервных импульсов в человеческом мозге, также принадлежат к группам
фенилэтиламинов (допамин) и триптаминов (серотонин). Это и подталкивает неврологов к
тому, чтобы воссоздавать некоторые формы нейротрансмиттерных расстройств с
помощью психоделиков.
Такой ответ безопасен, поскольку не содержит в себе ничего угрожающего и
легко принимается как учеными мужами, так и теми, кто выдает
правительственные гранты для исследовательских работ.
Но в таком ответе нет ни слова правды. Я действительно разрабатываю
средства, но они служат совершенно иной цели.
Здесь я позволю себе небольшое отступление, чтобы отчасти дать определение
этим средствам и намекнуть на важную задачу, которая, по моему глубокому
убеждению, связана с ними.
Я уверен, что все элементы "человеческой комедии" находятся в устойчивом
равновесии. Если что-то начинает двигаться в какую-либо сторону, где-то сразу
возникает компенсаторное и уравновешивающее движение в другую сторону. Глядя
на эту систему с точки зрения "добра" и "зла", можно сказать, что равновесие
поддерживается тем, что всякое добро содержит в себе малое, но заметное
количество непроявленного зла, а всякое зло - точно такое же количество непрояв-
ленного добра. Так, в человеческом мозгу Эрос - любовь к жизни и стремление
продолжить себя - сосуществует с Танатосом, или "инстинктом смерти",
находящем свое выражение в разрушительном и агрессивном поведении.
Так вот: средства, которые я ищу, должны стать словами нового словаря:
того, который позволит человеку более сознательно (и более внятно) общаться с
содержимым собственного разума и психики. Его можно назвать "словарем
познания". Человек, который все лучше понимает (и, таким образом, начинает
признавать) , что каждый его поступок и каждое решение является суммой двух
противоположных устремлений, в конце концов, может приобрести способность к
сознательному выбору. И познание, которое следует за таким выбором - это путь к
мудрости.
Но не только человеческий дух - все человеческое общество тоже стремится к
равновесию. Свидетельством тому могут служить некоторые хронологические сов-
падения, поддерживающее шаткое равновесие истории человечества.
В первые века текущего тысячелетия происходило множество жестоких и
бесчеловечных войн, и все они велись во имя религии. Ужасы инквизиции, смертельно
ненавидевшей инакомыслие ("ереси"), отражены во многих исторических
документах. Но именно в те мрачные годы сформировалась структура алхимии,
стремившейся приобрести знание путем исследования материи. При этом целью алхимиков
было отнюдь не превращение свинца в золото, о котором говорят везде и всюду.
Смысл их поисков заключался в том, чтобы снова и снова повторять очистку и
возгонку, все более и более постигая при этом, что именно здесь может
возникнуть синтез, союз между психическим и духовным миром.
Это бесконечное повторение операций было и работой, и вознаграждением за
работу. Делая это, алхимики приобщались к учению, которое обеспечивало
жизненное равновесие каждого из них.
За последние сто лет этот процесс развился в то, что мы называем наукой. Но
вместе с развитием произошло и постепенное смещение акцентов: важен стал не
сам процесс, а его результат. В нынешнем веке науки реально ценится только
конечный итог, только "золото". Не исследование, не постижение, а только
голый результат, который приносит нам уважение коллег и признание со стороны
окружающих (а значит, и богатство, и влияние, и власть) . Но все эти итоги и
результаты демонстрируют нам ту же самую инь-янскую сущность добра и зла, где
одно всегда содержит в себе частицу другого. Такова была и история прошедших
столетий. Нас научили говорить о том, что плоды науки не имеют отношения к
этике и морали, что в объективном мире научных исследований ничто не является
злом или добром само по себе, и что поддержание некоего равновесия, конечно
же, не имеет никакого значения. И все же в истории происходят почти
невероятные хронологические совпадения, которые свидетельствуют об обратном.
В 1895 г. Вильгельм фон Рентген обнаружил, что при прохождении
электрического разряда через запаянную трубку с определенным газом находящаяся рядом
пластина, покрытая тонким слоем некоего неорганического вещества, начинает
светиться. А год спустя Антуан Анри Беккерель обнаружил у металла урана
аналогичное всепроникающее излучение, которое заставляло светиться и
окрашиваться пластинку, покрытую цианидом платины. Так была открыта радиоактивность.
А еще через год некий Артур Хефтер употребил алкалоид, который был выделен
им из "сорного кактуса", привезенного из Нового Света неугомонным
фармакологом Луи Левином. Это случилось в Лейпциге, 23 ноября в 11.45. Согласно
записям экспериментатора, после приема 150 миллиграммов с ним случилось вот что:
"Время от времени через поле зрения пролетали необыкновенно яркие точки.
Затем стали появляться пейзажи, залы, архитектурные сооружения..."
Так был открыт мескалин.
В течение 20-х-30-х гг. оба мира - физика со своей радиацией и
психофармакология со своими психотропными средствами - продолжали развиваться, не
противопоставляя себя друг другу и не стараясь выяснить, кто из них "хороший", а
кто "плохой", как это стали делать впоследствии.
Радиоактивность и радиация заняли ведущее место в медицине. Рентген долго
был незаменим при диагностике, а радиотерапия широко применялась для лечения
заболеваний. Стало известно, что контролируемая и локализованная радиация
способна разрушать злокачественные опухоли, щадя при этом живые клетки.
Параллельное развитие происходило и в области психологии. Теории Фрейда и
Юнга развивали все более и более разумный подход к душевным болезням, а
исследования Павлова заложили основы экспериментальной психологии.
Но во время Второй Мировой войны пути обеих наук круто разошлись; и этот
момент тоже отмечен интересным хронологическим совпадением. В конце 1942 г.
Энрико Ферми и некоторые другие ученые Чикагского Университета впервые
продемонстрировали искусственно вызванную и контролируемую реакцию ядерного распа-
да. Так началась эпоха "неограниченной энергии и независимости от исчерпаемых
энергоресурсов".
А 16 апреля следующего года в Швейцарии доктор Альберт Хофманн из
исследовательской лаборатории фирмы "Сандоз" случайно проглотил неизвестное
количества вещества, которое он синтезировал четыре года назад, а теперь смог
синтезировать повторно. После этого он ощутил странное беспокойство и
головокружение , которое продолжалось несколько часов. Три дня спустя (19 апреля в
16.20) он принял отмеренную дозу, 250 микрограммов, и впоследствии сообщал:
"...(после кризиса смятения и отчаяния) . . .я начал наслаждаться
беспрецедентными цветами и игрой застывавших и сохранявшихся форм. Затем на меня
нахлынула калейдоскопическая волна фантастических образов - изменявшихся,
варьировавшихся , открывавшихся и закрывавшихся по кругам и спиралям..." Так был
открыт ЛСД.
Но с тех пор и вплоть до последнего десятилетия все надежды человечества
связывались, главным образом, с богатыми обещаниями ядерной эры - сперва с
энергией распада, а затем - с неограниченным потенциалом ядерного синтеза. А
область галлюциногенов была обозначена как психотомиметическая (имитирующая
психозы) и, в общем, отрицательная. Так продолжалось вплоть до 1960-х гг. ,
когда произошла странная и ошеломительная смена ролей.
Знание о ядерном распаде и термоядерном синтезе внесло в психику общества
аспект влечения к смерти. Великие государства одно за другим присоединялись к
братству искусных истребителей человеческого рода. Но, как я уже сказал
ранее, при возникновении любого дисбаланса непременно должен появиться
уравновешивающий противоположный компонент. В данном случае противовесы появились
во многих формах и на многих фронтах, и все они были связаны с одним и тем же
процессом: возрастанием интереса к духовному аспекту личности и стремлением
глубже понять человеческую психику. Психоделические препараты, прежде
считавшиеся относительно полезным инструментом для исследования психозов или
безусловно вредным средством эскапистского4 самоудовлетворения, теперь все чаще
рассматривались западной молодежью как средство для просветления и духовного
преображения.
Теперь, когда общечеловеческий Танатос уже совсем насытился увековеченным
знанием о том, как мы можем полностью уничтожить и самих себя, и наш
уникальный опыт жизни и любви, кое-что должно произойти и на стороне Эроса, который
научит нас, как жить с эти увековеченным знанием. Между двумя
противоположными сторонами человеческой души возникает диалог, который требует нового
словаря - словаря прозрения и познания.
Нам нужен способ выражать переживания, возникающие в самых глубинных
участках нашей психики, передавать знание, которое традиционно называют
"оккультным" или "сокровенным". Раньше это знание считалось личным достоянием
шаманов, духовных учителей или лидеров, которые его заслужили. На них лежала
ответственность за выбор одаренных и прозорливых людей, которые могли стать их
учениками и последователями. Этих избранных впускали в храмы знания, в
пирамиды, тайные ложи, монастыри или священные вигвамы, чтобы они могли
постепенно исследовать свой духовный мир и осваивать области бессознательного.
Считалось, что при таком обучении некоторые из них со временем смогут стать
мудрейшими целителями или духовными лидерами.
Если бы у нас было столько же времени, сколько у наших предков, мы тоже
могли бы спокойно наблюдать за постепенным увеличением количества людей,
которые разбираются во внутренних процессах, энергиях и комплексном равновесии
влечений, страхов, инстинктов и опыта, из которых состоит внутренняя вселен-
ЭскапиЗм (англ. escape — убежать, спастись) или эскейпиЗм — стремление человека уйти от
действительности в мир иллюзий.
ная человека. Мы могли бы предвидеть, что когда-нибудь и все человечество
лучше поймет сущность своего сознания и подсознания. Однако в последние
несколько десятилетий открытия в физике, химии, биологии, электронике,
математике и распространении информации появляются с невиданной скоростью. И эта
лавина знаний о сущности материального мира не имела необходимого и жизненно
важного противовеса: понимание человеческой психики практически не
улучшилось . Мы узнали много нового о мозге, но не о душе. Мы так и не совершили
прорыва в познании тех архетипов бессознательного, тех эмоций и энергий,
которые определяют способ использования нов©приобретенных научных знаний. Но мы
обязательно должны развивать методику исследования и понимания этих
неосознанных сил, от которых неизбежно зависят все наши решения, ибо все открытия,
совершенные в мире материи, равно могут быть использованы и ради жизни, и
ради смерти.
То, чего мы избегаем, и то, чего мы не желаем признавать, может убить не
только нашу расу или культуру, но ВСЕХ нас.
Не забывайте о том, что психоделические препараты - не единственный ключ к
бессознательному; их нельзя использовать ни для обучения, ни для духовного
роста. Не существует единственно "правильного" препарата и даже единственно
"верной" дозировки одного и того же вещества, которая удовлетворила бы всех
исследователей в равной степени. Нелишне будет еще раз напомнить и о том, что
все переживаемое при приеме психоделических препаратов или визионерских
растений исходит не от самих психоактивных веществ, но от разума или психики
человека, который их потребляет. Каждый из таких препаратов открывает в
принявшем его некую дверь, и разные препараты открывают разные двери. Поэтому
исследователь должен научиться наиболее успешным и безопасным способам
продвижения по каждому из своих новооткрытых внутренних континентов. Это займет
много времени, и здесь необходимо руководство опытного человека - как и во
всех глубинных эмоциональных и духовных исследованиях.
При соблюдении всех предосторожностей использование психоделических
растений и препаратов имеет большое преимущество перед другими традиционными
методиками . Они позволяют нам скорее достичь желаемого результата: сознательного
постижения наших внутренних процессов и более ясного понимания
ответственности каждого перед человечеством и всеми прочими существами, живущими с нами
на одной планете.
Эти средства необычайно важны, и я считаю, что достиг известного мастерства
в их изготовлении. Вот почему я этим занимаюсь.
За годы, прошедшие после нашей беседы в Санта-Барбаре, люди еще не исчезли
с лица Земли и не истребили на ней все живое, но они способны на это. Лидеры
стран так и не наладили открытого и взаимно уважительного общения между
собой. Но на это они тоже еще способны.
Как и прежде, руководители человечества подпитываются архетипом власти -
тем аспектом человеческой психики, который влечет ее к иерархии, контролю и
фиксации правил и систем. Воля к власти формирует наш мир; без нее
человечество давно бы погибло. Если эта воля уравновешена некими комплементарными
энергиями, она придает человечеству форму; она создает цивилизацию. Но когда
тонкое равновесие нарушается и из этого архетипа выплескивается слишком много
энергии, структура превращается в тюрьму, контроль становится диктатурой,
обучение вырождается в зубрежку и муштру, видения и прозрения порождают
догмы, а осторожность развивается в манию преследования. Мы утрачиваем связь с
любящими и питающими энергиями, которые существуют внутри нас самих; а вместе
с тем исчезает и наша способность выбирать сознательно - как в личном, так и
в общечеловеческом масштабе.
Жрецы и цари, императоры, президенты и все те, кого лелеют и защищают
структуры власти, склонны беспокоиться и гневаться из-за одиночек, которые
настойчиво пробиваются в новых направлениях, игнорируя предписания признанных
лидеров. Такие люди внушают властям подсознательный страх перед хаосом, перед
разрушением всего известного, знакомого и безопасного. Реакция на этот страх
может иметь много форм - от убийства святотатца (или сожжения ведьмы) до
предупреждения, чтобы он держал свое знание и свои мнения при себе (как в случае
с Галилеем); но последнее возможно лишь в том случае, если отщепенец не
угрожает существованию установившегося порядка и не раздражает власть имущих.
Такова была история развития человечества - история шаткого равновесия
между стремлением к тотальному контролю и потребностью изменяться и расти. Оно
поддерживалось на протяжении столетий, обычно с большими трудностями и часто
насильственно. И мы шли бы по этому пути и до сих пор, но рывок
технологического прогресса за последние пятьдесят лет дал в руки человечества комплекс
Знаний, существенно изменивших этот баланс. Выпустив из бутылки джиннов
ядерной и химической войны, мы уже не сможем загнать их обратно; но и дух
психоделиков тоже останется среди нас навечно.
Быть человеком - значит быть душой, которая выбирает (будь то сознательно
или неосознанно), что ей делать и чем ей стать. Что до меня, то в этой жизни
я стараюсь познать, осознать и прочувствовать как можно больше - для того,
чтобы выбирать с умом.
Здесь я могу процитировать мрачноватую шутку Вуди Аллена5. Как-то раз,
приветствуя выпускников университета, он начал свою речь такими словами:
"Уже не первый раз в своей истории человечество оказалось на распутье. Один
путь ведет к отчаянию и безнадежности. Другой - к полному истреблению.
Помолимся же о том, чтобы выбрать мудро и правильно".
Я не склонен к такому пессимизму: ведь за эти несколько десятилетий
технологии угрожали нам столькими смертельными бедствиями - но все они не
состоялись, и мы благополучно выжили. Не исключено, что нас спасла "противовесная
часть" человеческого существа, которая прокладывает свой путь разумом и
любовью . Я надеюсь на это. И даже больше: я подозреваю, что так оно и есть.
А пока что я продолжаю заниматься поиском новых ключей к пониманию
человеческого разума и стараюсь как можно шире распространять те знания и сведения,
которые успел собрать. Если я чего-то не доделаю, мою работу завершат другие
люди из разных уголков мира, с которыми я поделюсь своей задачей.
КНИГА 1. ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ
"Избиратели не могут сами решать, какие
лекарства безвредны и эффективны".
Генерал Бэрри Маккарфи.1996 год
"Если правительство будет само решать,
какие продукты и лекарства граждане
должны употреблять, то скоро тела
граждан будут в таком же плачевном
состоянии, как души тех, кто живет при
тирании . "
Томас Джефферсон, 3-ий президент США
5 Вуди Аллен (англ. Woody Allen; настоящее имя Аллен Стюарт Кенигсберг, англ. Allen Stewart
Konigsberg; по паспорту Хейвуд Аллен; 1 декабря 1935, Нью-Йорк) — американский кинорежиссёр,
актёр-комик, продюсер, трёхкратный обладатель премии «Оскар». Известен также как писатель,
автор многочисленных рассказов и пьес.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ПРИКЛЮЧЕНИЯ - ПРИЯТНЫЕ И НЕ ОЧЕНЬ
ГЛАВА 1. НАШЕСТВИЕ
(Рассказывает Алиса)
Двадцать лет подряд Шура получал ежегодную лицензию DEA (Агентства по
борьбе с наркотиками), которая позволяла ему хранить, анализировать и
использовать для научных исследований запрещенные препараты из всех пяти списков.
Время от времени агенты DEA проводили инспекции Шуриной лаборатории,
проверяя, выполняются ли все инструкции и не ведется ли здесь незаконная
деятельность. За 15 лет нашего знакомства инспекции проводились дважды. Каждый раз
приходили два агента, которые не находили никаких следов правонарушений и не
предлагали внести никаких изменений в порядок работ - и лицензия ежегодно
обновлялась .
Шура сделал одну ошибку. Когда он получал лицензию в первый раз, к ней
прилагался подробный список правил, но нам никогда не приходило в голову, что
правила могут меняться. Ведь раз лицензия обновляется каждый год, DEA
наверняка предупредило бы его о новых правилах. Теперь уже, оглядываясь назад, мы
понимаем, как мы были наивны. Оказалось, что все владельцы лабораторий должны
сами узнавать обо всех изменениях. Но почему тогда знавшие о них инспектора
не говорили нам об этом во время проверок?
Была еще одна причина того, что Шура не проявлял особого любопытства по
поводу новых правил. Дело в том, что на протяжении 30 лет пост руководителя
отдела DEA, контролирующего все лаборатории Запада США занимал его лучший друг
Пол Фрай. Он часто по воскресеньям заходил в лабораторию - его завораживала
химия психоделиков, но в то же время он признавался, что до смерти боится
пробовать один из таких препаратов. Мы никогда и не предлагали: пост, который
занимал Пол, не позволял ему и думать об употреблении психоделиков, даже не
запрещенных.
Пол заходил к нам бесчисленное количество раз. Он много раз видел стопки
писем с анонимными образцами для анализа - большинство таких писем Шура не
распечатывал, так как не любил работать на незнакомых людей. Две комнаты были
завалены такими конвертами - кабинет и бывшая спальня, превращенная в
лабораторию, куда Шура поставил инфракрасное оборудование и аппарат ядерно-
магнитного резонанса; там же были полки с документацией и пластинками.
Типичным образцом таких писем мог быть запрос одного британского ученого,
изучающего феномен рейв-музыки - он прислал образец препарата, купленного на
рейв-вечеринке, скорее всего - экстези или другой запрещенного вещества. Он
не хотел обращаться в официальную лабораторию, так как тогда ему пришлось бы
сообщить властям имена и приметы молодых людей, у которых он приобрел этот
препарат, что сразу же приостановило бы его исследования (и крайне негативно
повлияло бы на судьбы молодых людей). Шура, скорее всего, сделал бы анализ из
чистого любопытства - узнать, чем там балуются рейверы.
Шура считал, что лицензия позволяет ему проводить такие анализы, в том
числе и анонимных образцов. Наш друг Пол был того же мнения, но однажды он
сказал Шуре: "Послушай, это дерьмо не стоит тех проблем, которые могут у тебя
из-за него возникнуть - выкинь ты все эти письма". Но Шура был занят каким-то
очередным опытом и пропустил это дружеское предупреждение мимо ушей.
Александр Бородин6 - великий ученый, но он не достиг того же совершенства в
качестве домохозяина: письма с образцами, большинство из которых он все равно
уничтожил бы, валялись по всему дому. Их можно было обнаружить, например, на
Бородин - псевдоним Шульгина в книге, возможно, выбран потому, что композитор Александр
Бородин (1833—1887) тоже был медиком и довольно известным химиком.
шкафу за бумагами, или в обувной коробке на полу маленькой лаборатории (мы
называем ее "четвертым подвалом"). В доме нет детей, и когда дети приходят к
нам в гости, кабинет и четвертый подвал заперты и вне досягаемости. Домой к
нам заходят только лучшие друзья и самые надежные знакомые, никто из них не
входит в лабораторию без разрешения и никому из них не придет в голову
трогать конверты с большими вопросительными знаками или пробирки с химикатами.
Среди наших гостей нет идиотов или клептоманов.
Задолго до нашей встречи один индейский священник прислал Шуре три ростка
пейотля (подарок шаману от шамана) . Пол был очень рад, что его друг получил
такой подарок, так как знал, что лицензия позволяет Шуре вырастить их, чтобы,
наконец, выделить следы неизвестных алкалоидов, которые присутствуют в
священном кактусе. Шура так описывал свои планы: "Некоторые алкалоиды пейотля
хорошо изучены. Я хотел бы узнать, входят ли в состав кактуса созданный мной
синтетический аналог мескалина метоксиметилендиоксифенэтиламин и наиболее
обычные биосинтетические прекурсоры активных веществ пейотля ангалонин, лофо-
форин и пейофорин. Я даже придумал название для препарата, следы которого, я
уверен, присутствует в кактусе - "лофофин". Имея на руках образец препарата и
экстракт кактуса, можно будет легко открыть новое вещество.
А пока кактусы росли в горшках во внутреннем дворике. Мы регулярно поливали
их и очень любили.
Пол частенько приглашал Шуру проконсультировать химиков лаборатории DEA в
Сан-Франциско. В кабинете висит фотография, где запечатлены Пол и Шура во
время вручения грамоты доктору Бородину "за огромный вклад в борьбу со
злоупотреблением наркотиками". Грамота была выдана в 1973 году Бюро по борьбе с
наркотиками и опасными препаратами - так раньше называлось DEA. На фотографии
Шура и Пол одеты в строгие костюмы, оба бородатые и серьезные.
Рядом на стене висит еще одна грамота, на этот раз от DEA: "Доктору
Бородину с огромной признательностью за поддержку, оказанную Западной лаборатории",
за подписью Пола - он вручил ее Шуре незадолго до того, как ушел на пенсию.
Шура всегда искренне удивлялся, чем он заслужил все эти грамоты, но я думаю,
что таким образом была отмечена его честность и стремление сделать информацию
о свойствах и действии психоделиков доступной всем - в том числе и властям.
В качестве пастора Вселенской Церкви Жизни, Пол проводил церемонию нашего с
Шурой венчания на лужайке перед нашим домом, и когда через год он сам женился
маленькой блондинке, агенте DEA Елене - милой и крайне прямодушной женщине, -
венчание проходило на той же лужайке. В день венчания наш дом был наводнен
химиками и агентами DEA, Шура показывал им дом и знаменитую лабораторию, где
живут паучки с длинными ножками и где на полу всегда лежат осенние листья,
занесенные ветром. Шура демонстрировал также свою "свалку" в нескольких
метрах от лаборатории. Когда-то Шура вырыл там глубокую яму и обложил ее
кирпичом - теперь она была доверху засыпана землей. Туда Шура выливал все отходы,
которые нельзя было уничтожать в лабораторном камине.
Через два года после того, как Пол ушел на пенсию, мы издали нашу книгу
PIHKAL. Первая часть книги рассказывала о нашей жизни и истории наших
взаимоотношений, причем для полноты картины мы описывали одни и те же события
отдельно друг от друга. Большинство историй о психоделических опытах было нами
придумано, хотя в основу их легли реальные исследования, которые мы проводили
в 60-х годах, а также в последнее время, до введения закона 1986 года об
аналогах запрещенных веществ, положившего конец всем опытам.
Эта часть книги могла вызвать противоречивые отклики, поскольку в ней мы в
числе прочего рассказали и о том, как в нашей стране под прикрытием
пресловутой "Войны с наркотиками" нарушаются права человека. Мы настаивали на том,
что взрослый человек имеет полное право сам выбирать, каким путем он хочет
изучать свой мозг и душу, если при этом он не ущемляет ничьи интересы.
Однако настоящий шок в некоторых кругах вызвала вторая половина книги. Она
предназначалась для читателей будущего - людей, которые будут жить в
свободной стране, а не в полицейском государстве. Эта часть содержала 179 рецептов
изготовления различных психоделических препаратов. Язык этой части напоминал
язык журнала "Химия в медицине" и был понятен только специалистам. К рецептам
прилагались описания действия разных доз препаратов, данные людьми,
испробовавшими их действие на себе.
Как только книга была издана, Шура разослал бесплатные копии во все
лаборатории DEA, чтобы они использовали ее как справочник. Я думаю, что большинство
специалистов не читали первую часть: их интересовала вторая, источник ценной
информации.
Мы часто обсуждали, какую реакцию властей вызовет наша книга, но время шло,
ничего не происходило, и мы успокоились: в конце концов, мы живем в стране,
где свобода слова гарантируется законом, и вдобавок, Шура имел отличные
отношения с людьми из DEA.
Тем не менее, по нашим сведениям некоторые в главном офисе DEA в Вашингтоне
были враждебно настроены по отношению к Шуре. Один из них - с репутацией
карьериста, который пытается любой ценой пролезть по службе - считал, что
необходимо запретить даже традиционное использование галлюциногенов коренными
народами Америки. Мы очень надеялись, что он проигнорирует нашу книгу или
пропустит ее на том основании, что она оказалась полезной для лабораторий
DEA. Сейчас, конечно, мы понимаем, какая это была наивность с нашей стороны.
С тех пор как Пол ушел на пенсию, в лаборатории ничего не изменилось - как
вдруг в 1994 году, через два года после публикации PIHKALa, наш мир
разлетелся на куски.
В конце сентября 1994 года к нашему дому подъехала красная машина. Из нее
вышли трое людей, представившихся агентами DEA. Мы были неприятно удивлены,
что инспектора прибыли без предварительной договоренности, так как Пол всегда
требовал от своих сотрудников, чтобы доктора Бородина предупреждали о
предстоящей проверке.
Главный инспектор, мистер Фоска, опрятный и вежливый человек среднего
роста, не обращал внимание на наше недовольство. Два других инспектора были
одеты в повседневную одежду, что крайне необычно для полицейских при исполнении.
Я предложила непрошеным гостям чай или кофе - все трое отказались. Насколько
я помню, агенты DEA не имеют права до окончания инспекции принимать что-либо
от хозяев.
Нам предъявили ордер на обыск. Очень странно: у всех предыдущих инспекций
ордеров не было, зачем он понадобился теперь?
Моя дочь Венди в это время работала с заказами на PIHKAL в кабинете: каждую
неделю она занималась делами издательства Transform Press. Когда Шура
представил ее инспекторам как своего пресс-секретаря, она улыбнулась и снова
погрузилась в бумаги.
Мы были удивлены неожиданным визитом, но ничуть не волновались: две
предыдущие проверки не обнаружили ничего предосудительного, и на этот раз все
должно было пройти так же.
В тот день мы собирали чемоданы, чтобы отправиться в Испанию: Шура был
приглашен на конференцию, которая проводилась недалеко от Барселоны. Билеты на
самолет были на следующий день, и я волновалась, как бы эта неожиданная
проверка не отняла бы время, оставленное на сборы. Помимо этого никаких опасений
у нас не было.
Шура повел агентов в лабораторию. Я вернулась в спальню, чтобы попытаться
сложить и запихнуть в чемоданы все нужные вещи. Через несколько минут в дверь
постучала Венди, сообщив, что приехал Михаэль Сан. Как же я могла забыть, что
пригласила его в гости! Михаэль был и остается одним из самых любимых мною
людей - этот тихий, скромный и очень умный молодой человек сумел объединить
вокруг себя представителей разных религиозных и философских организаций,
считавших, что психоделические растения и препараты представляют собой
уникальные инструменты для изучения души человека. Он считает (и мы с ним согласны),
что лучший способ смягчить законы против психоделиков - это дать официальным
лицам информацию о том, как эти вещества использовались в религиозной и
духовной практике знакомых с ними культур.
Михаэль стоял на пороге с высокой хрустальной вазой в руках - в вазе алела
единственная роза. Я обняла его, поблагодарила за подарок и шепнула на ухо:
"У нас тут гости из DEA, пришли без звонка, мы их не ждали, тебе, скорее
всего не захочется с ними встречаться".
Он улыбнулся и сказал, что вряд ли эта встреча кого-нибудь обрадует. Он
обещал позвонить завтра. Я напомнила, что завтра мы улетаем в Испанию, и
попросила его перезвонить через три недели. Он пожелал нам приятного
путешествия и ушел. Вазу с розой я поставила на солнечный подоконник в кухне.
Я вернулась в спальню и продолжала собираться. Примерно через час я
услышала голоса в коридоре: Шура деловито объяснял инспекторам, что еще в двух
комнатах нашего дома могут быть образцы химикатов: "В моем кабинете и в
четвертом подвале - это комната, где я храню инфракрасное оборудование, которое
нельзя держать в лаборатории".
Его голос показался мне веселым, значит, инспекция проходила без проблем.
Скоро я поняла, что ошибалась. "Это нарушение правил" - повторял агент
Фоска, и голос у него был очень вежливый, даже с некоторым сожалением, особенно
когда он добавил - "вплоть до 25 тысяч долларов штрафа за каждое такое
нарушение ".
"Каких таких правил?" - несколько раз подряд спросил Шура, но потом надолго
замолчал.
Агент Фоска продолжал: "В лаборатории обязательно должен быть сейф для
хранения запрещенных препаратов, к сейфу должна быть подведена сигнализация,
чтобы ближайший полицейский участок сразу же знал о попытках проникновения в
сейф. Вы что, хотите, чтобы из-за вас случилась трагедия? Вы думали, что
будет, например, если какой-нибудь ребенок доберется до пробирок?
В этих словах есть доля здравого смысла, но почему предыдущие инспекции
ничего не сказали про сейф? Видимо, в последнее время появилось много новых
правил, а Шуре никто о них не сообщил.
Я вышла в коридор и смотрела, как агент Фоска находит все новые и новые
нарушения: мало того, что образцы препаратов хранятся в доме, а не в
лаборатории, как положено. Шурина лицензия, оказывается, вообще не предусматривает
анонимные анализы. "Для этого нужна дополнительная лицензия, а у вас ее нет,"
- агент Фоска говорил все более раздраженно.
Шура отвечал: "Я впервые это слышу, ведь у меня есть лицензия на любые
анализы," - он помолчал и добавил: "даже если это так и мне придется оставить
эту работу, я буду только рад: мне за это не платят, а научная ценность этих
анализов не оправдывает затраты времени и труда."
В течение следующего часа агент Фоска изучал Шурины бумаги, в том числе
квитанции на покупку реактивов за последние несколько месяцев. Он попросил и
получил фотокопии всех этих документов. Такие просьбы были вполне обычны при
инспекциях, и Шура соглашался с ними, но к тому моменту он уже понимал, что
этот инспектор заходит гораздо дальше, чем предыдущие.
Шурин вид выражал невинное удивление (совершенно неподдельное), и простое
человеческое стремление к сотрудничеству, которыми он пытался прикрыть все
растущее беспокойство. Он повторял, как заведенный: "Где я могу получить
копию всех этих правил?" и "Почему никто не сказал мне о новых правилах?". В
этих вопросах слышалось явное недоверие, но все, чего удалось добиться от
агента Фоска, было обещание прислать нам список всех правил, как только он
вернется в офис.
Шел уже четвертый час инспекции. Пока Шура объяснял им назначение каждого
препарата, я вышла во внутренний дворик с чашкой чая со льдом, и уселась в
кресло под зонтиком. Рядом сидел агент, старший по возрасту, и мы
разговорились о детях и школе - ему вечером нужно было идти на родительское собрание.
Стояла жара, я предложила ему воды, и когда он радостно согласился, я почему-
то решила, что это хороший знак.
Наконец агент Фоска захлопнул свой блокнот и сказал, что ему потребуется
еще, по крайней мере, три дня для завершения инспекции, и он очень сожалеет,
что мы уезжаем в Испанию, но когда мы вернемся, он свяжется с нами. "Да-да,
конечно" - пробормотал Шура, провожая гостей до машины.
Когда они уехали, Шура вернулся в гостиную, и мы некоторое время молча, без
улыбки смотрели друг на друга, потом молча же сели за стол, пытаясь осмыслить
случившееся. Венди, закончившая свою работу, присела к нам. "О, Господи" -
произнесла я, наконец.
- Проблемы? - спросила Венди, глядя на нас.
- Неужели, правда, появилось столько новых правил? - пробормотал Шура.
Наверное, дорогой. Ты слышал, что сказал мистер Фоска: DEA считает, что
лаборатории сами должны узнавать о новых правилах, а нам просто не приходило
в голову, что они могут меняться.
- А почему тогда предыдущие инспекции ничего не нашли?
- Да, это все очень странно.
Шура помолчал, потом сказал:
Ты знаешь, мне кажется, что он читал PIHKAL или, может быть, наши
интервью: когда мы были в четвертом подвале, он спросил, собирается ли наша
исследовательская группа. Я ответил, что мы собираемся, но просто чтобы
пообщаться , ведь наш средний возраст - примерно семьдесят, а психоделические опыты -
дело молодых. К тому же закон об аналогах строго запретил все подобные
исследования .
- И что сказал агент? - спросила Венди.
- Ничего. Просто продолжал задавать вопросы.
- И теперь они вернутся, как только вы приедете из Испании? - сказала
Венди.
Он сказал - по крайней мере, три дня. Я не представляю, что здесь можно
делать три дня - отвечал Шура.
- И двадцать пять тысяч за одно нарушение - сказала я, но Шура меня
поправил :
- До двадцати пяти тысяч.
- Да, ты прав. В зависимости от их настроения.
А ты представляешь, какое у них настроение по поводу автора PIHKAL'а? -
ухмыльнулся Шура, и первый раз за день мы искренне расхохотались.
Следующие две недели мы провели в Каталонии, в древнем маленьком городке
Лерида, где проходила конференция по измененным состояниям сознания, а потом
мы пожили несколько дней в Барселоне - одном из самых красивых городов мира.
Здесь Шура записал свои впечатления от неожиданной инспекции и озаглавил их:
ПРИШЕЛЬЦЫ С ДРУГОЙ ПЛАНЕТЫ
(Рассказывает Шура)
Действие первое.
В течение недели со мной произошло два удивительных события. Оба поначалу
казались вполне безобидными, и оба непредсказуемым образом переросли в нечто
непонятное, что я до сих пор пытаюсь осмыслить. На самом деле они так сильно
меня потрясли, что я почти не помню подробностей и постараюсь передать лишь
общее настроение, по мере возможности добавляя те немногие детали, которые
отложились в памяти. В качестве метафоры оба события можно было назвать
визитами с другой планеты.
Первый визит произошел во вторник, за день до того, как мы должны были
улетать в Испанию, где я открывал конференцию об измененных состояниях сознания.
Мы с Алисой как раз собирали вещи, я только что договорился с соседями по
поводу нашей почты и написал длинный список инструкций для моего сына Тео и
Венди - младшей дочери Алисы, которая каждую неделю занимается делами нашего
издательства. В два часа к нам должен был заехать друг, поэтому с утра я
оставил ворота открытыми. Вдруг ровно в двенадцать к дому подъехала машина.
Из машины вышли трое: один, сравнительно молодой, в костюме, и двое
постарше , одетые менее официально. Я встретил их возле дома, они представились, но
их имена мне ничего не говорили. Зато я хорошо знал организацию, которую они
представляли, Агентство по борьбе с наркотиками - DEA. Я пригласил их пройти
в дом (они согласились), предложил им что-нибудь выпить (они отказались) и
спросил, чем могу быть полезен. Они заявили, что их визит носит официальный
характер (что они хотели этим сказать?) и что они хотят ознакомиться с моей
работой и всем, что связано с запрещенными препаратами.
Мне предъявили несколько страниц непонятного документа. Я сперва решил, что
это список того, что я им должен показать, но вскоре с удивлением обнаружил,
что это ордер на обыск, дающий им право свободно просматривать мои вещи и
забирать все подозрительное. Алиса вышла из спальни, где упаковывала наши
чемоданы, и я представил жену гостям. Как только она поняла, что я не шучу, и что
перед ней и в самом деле полиция, она сразу взяла на себя роль гостеприимной
хозяйки и представила им Венди, которая зашла на кухню за кофе.
Главный инспектор, молодой человек лет двадцати пяти, принес с собой
большой желтый блокнот и фотоаппарат, чтобы снимать все интересующие его
предметы. Он представился как агент Фоска, и потом задавал почти все вопросы. Два
других инспектора присутствовали, скорее всего, в качестве понятых. Первый
спор возник в лаборатории.
Наш разговор развивался по следующей схеме. Агент Фоска спрашивал,
показывая на стол, уставленный пробирками, колбами и пузырьками: "Есть ли здесь
запрещенные препараты?" Я отвечал: "Да, вот, например, образец для анализа с
рейв-вечеринки из Англии - может быть, это экстези. Я еще не провел анализ,
поэтому не могу сказать точно".
- Где вы зафиксировали факт получения данного образца?
- Нигде.
- Почему вы не ведете такую отчетность?
- А зачем я должен ее вести?
- Вы обязаны это делать согласно правилам.
- Я не слышал о таких правилах.
За нарушение каждого такого правила полагается штраф вплоть до двадцати
тысяч долларов.
Каких таких правил?
Мы много раз начинали спорить, и каждый раз схема была примерно одинаковой.
Два других агента потихоньку включились в разговор, задавая вопросы скорее
из любопытства, чем по необходимости, но им, очевидно, не нравился запах в
лаборатории, и скоро они переместились за порог, где стояли, обсуждая какие-
то свои проблемы. А мы с агентом Фоска провели в лаборатории еще целый час.
Он внимательно изучил лицензии, которые висели в рамках на стене: одна от
DEA на проведение работ с запрещенными препаратами из всех пяти списков,
другая от департамента атомной энергетики, позволяющая приобретать нужные мне
изотопы, а также официальное разрешение на работу с ядовитыми веществами.
Фоска обнаружил маленький стомиллилитровый шприц и спросил меня, как я его
использую. Я ответил: "Для внесения малых доз препарата при хроматографиче-
ском делении".
А это зачем? - спросил он, увидев пачку стерильных игл для шприца.
Для снятия лишнего давления аргона через резиновые пробки в замкнутых
системах, куда не должна попадать влага - отвечал я.
По-моему, их можно использовать и для инъекций.
Это потому, что мне присылают их из городской больницы Сан-Франциско,
где они именно так и применяются.
Все, что могло быть как-нибудь использовано для употребления наркотиков,
имело и законное лабораторное применение, и агент Фоска не возражал против
моих объяснений, по крайней мере, не прерывал их. Зато он постоянно царапал в
блокноте и делал снимки.
Лейтмотивом беседы, однако, оставались запрещенные препараты. - Нет ли
здесь запрещенных препаратов?
- Допустим, есть.
- Вот в этой пробирке 2СВ. Сколько граммов?
- Не Знаю точно... Два-три...
- Не могли бы вы ее взвесить?
- Пожалуйста.
Я высыпал порошок на бумагу и положил на весы.
- Три целых четыре десятых грамма.
- А почему так много?
Я использую его как прекурсор при изучении новых препаратов на базе 2.5-
диметоксифенэтиламина с необычными заменителями в четвертой позиции.
Фоска что-то записывает и фотографирует весы.
- Еще запрещенные препараты?
- Вот здесь - меткатинон.
- Откуда?
- Я его синтезировал.
- Зачем?
- Я собираюсь узнать, возможно ли по следам других веществ определить,
какой метод синтеза был использован.
- А какие бывают методы?
- Окисление эфедрина либо перманганатом, либо дихроматом.
- Какой метод был использован в данном случае?
- Сейчас посмотрим в моих записях... В данном случае применялся дихромат.
- Вы ведете подробное описание опытов?
- Конечно.
- Почему?
- Потому что для публикаций и патентов нужно, чтобы велась подробная
документация .
- А почему вы не ведете документацию по поводу получения образцов для
анализа?
- А зачем?
Я немного отвлекся, вспомнив похожую инспекцию, на которой я присутствовал
давным-давно в лаборатории в Солано - тогда нас проверяли агенты бюро по
наркотикам и опасным препаратам. Особый агент, имени которого я уже не помню,
посадил нас за стол напротив себя и очень долго допрашивал по поводу
безопасности хранения ядов и химикатов. При этом он сел так, чтобы мы могли видеть
пистолет у него за ремнем.
Я внимательно посмотрел на пояс агента Фоски, но если там что-то и
скрывалось , то разве что пейджер. Может быть, у него в кармане диктофон? Хотел бы я
сейчас иметь диктофон в кармане - память становится совсем дырявой. Но вряд
ли у него был с собой диктофон: скорее всего, он полагался только на свой
блокнотик и фотоаппарат.
Внимание инспектора привлекла еще одна колба, наверное, из-за того, что на
ней было написано МДМГ. "Что это?" - спросил он, похлопывая по ней. Я
ответил , что это моя новая разработка - антидепрессант, аналог димоксамина, моего
старого изобретения. Я предупредил его, что, так как я еще не подал заявку на
патент, я не хотел бы, чтобы он распространял информацию об открытии. Мы
взвесили колбу (не знаю зачем), и все было опять занесено в блокнот. Потом я
вышел из лаборатории и разговорился с двумя другими инспекторами, а агент
Фоска остался внутри. Может быть, он фотографировал лабораторию, может быть,
брал образцы препаратов, может быть, просто подводил итог своим записям. В
любом случае, от меня тут ничего не зависело.
Мы поднялись на мансарду, которую я называю моей "волшебной кладовой".
"Есть ли здесь запрещенные препараты?" - спросил Фоска, показывая на пыльные
полки с бесчисленными колбами и банками. Я вспомнил, какой из бутылок был
хлоралгидрат, и предъявил ее. "Откуда бутылка"? - заинтересовался Фоска. "Не
помню" - ответил я, - "скорее всего с какого-нибудь склада. На этикетке
большое С и сверху IV, так что, наверное, он кошерный."
- Где квитанция о покупке?
- Нет никакой квитанции. Понимаете, в последнее время химические
лаборатории подверглись атаке со стороны экологических организаций, и им проще
выкинуть все ненужные химикаты, чем хранить их. Поэтому они отдают мне то, что
может понадобиться мне в работе.
Мы вышли на улицу, к двум другим агентам.
- Сколько лет вы живете в этом доме?
- Всю жизнь, с тех пор, как мои родители купили его в 1936 или 1937 году.
- Вы участвовали в строительстве дома?
- Совсем немного помогал родителям, но потом меня забрали в армию - во
время войны я служил во флоте...
Про себя я подумал, что вряд ли теперь они смогут предположить, что дом
построен на деньги от торговли наркотиками. Да и мой старый добрый американский
патриотизм они должны оценить. Но потом я вспомнил, что передо мной лишь
пешка-исполнитель , и я даже не знаю, кто на самом деле стоит за всей этой
историей, хотя я уже начал кое о чем догадываться. Когда инспектор сказал:
"Поймите, доктор, я простой солдат и сам ничего не решаю," - я хотел было
спросить, кто же его прислал - хотя и не был уверен, что смогу настоять, если он
попытается уйти от ответа. Но, в конце концов, я так и не собрался с духом, а
он сам, как вы понимаете, не очень-то стремился распространяться на эту тему.
Мы вернулись в дом, и там, в гостиной, разгорелся еще один спор. Агент
Фоска уселся за овальным столиком, положив перед собой блокнот, и попросил меня
показать ему документацию на покупку химических реактивов - это стандартная
часть любой проверки - а также задал мне несколько вопросов по поводу
хранения лабораторных образцов. Вместо того, чтобы показывать ему, где я их храню,
я решил просто принести их в гостиную - он не возражал.
Я поставил на стол два ящика с пробирками и вручил агенту прилагающееся
описание. Фоска попросил фотокопии документов, и Венди сразу же их сделала.
Копии квитанций на покупку химикатов? Пожалуйста.
Мы проследовали в кабинет.
- Как используется эта комната?
- Это мой кабинет.
Я втайне надеялся, что Фоска обратит внимание на грамоты на стене, выданные
мне DEA за оказанные услуги или что-то вроде того. Я отдал много сил
распространению научной информации по психоделикам, в том числе среди полицейских и
химиков государственных агентств; в числе прочих, например, я консультировал
персонал лаборатории DEA в Сан-Франциско.
Фоска молча просмотрел грамоты и вернулся к своему дежурному вопросу:
- Есть ли в этой комнате запрещенные вещества?
- Честно говоря, не знаю - отвечал я. Дело в том, что я не разбирал кабинет
уже полгода, и поэтому вокруг в беспорядке валялись книги, журналы, письма, в
том числе с образцами для анализов.
- А здесь? - спросил Фоска, показывая на ящик. В нем он нашел сразу
несколько интересных вещей: во-первых, пробирки с МДМА, помеченные мной.
- Это ваш почерк?
- Похоже на то.
- А это что за препарат? - он показал на пробирку с этикеткой "ЛАД"
- Не помню.
- Может быть, это ЛСД?
- Вряд ли. Тогда там было бы написано "ЛСД", а не "ЛАД".
На дне ящика лежало несколько капсул маринола (разрешенной к медицинскому
применению разновидности ТНС - действующего вещества марихуаны), и я пояснил,
что, скорее всего мне дал их на анализ человек, сомневающийся в содержимом
капсул.
- Имя этого человека?
- Не помню.
- Хорошо, а вот здесь написано, что это "Н-гидрокси-МДМА от Чарльза". Кто
такой этот Чарльз?
- Простите, я не помню.
Все образцы были водружены на крышку моего ксерокса, и мне было предложено
вспомнить и записать что-нибудь насчет их происхождения, что я и сделал, как
всегда, впадая в забывчивость. После этого образцы были сфотографированы.
(Если вы еще не поняли, почему я не сообщал инспектору имен отправителей
всех этих образцов, я могу объяснить. Дело в том, что эти люди были уверены,
что я имею право проводить анализы, не информируя об этом полицию. Такая же
работа велась, по крайней мере, еще в одной лаборатории, где хозяева считали
это своим долгом перед общественностью, но DEA запретило им это, поскольку
опасалось, что такой "контроль качества" может быть на руку преступникам. В
общем, даже если бы я знал имена отправителей, я не стал бы их разглашать,
так как это было бы равносильно предательству с моей стороны. Мне кажется,
агент Фоска отлично это понимал, хотя и продолжал настойчиво требовать
информацию. )
Между делом я спросил: - Если бы я вел подробную отчетность по поводу всех
отправителей, и в некоторых из присланных образцов оказались бы запрещенные
препараты, могло бы DEA использовать мою информацию для возбуждения
уголовного дела против отправителя?
Ничего не могу сказать по этому поводу, - ответил Фоска. Мы прошли в
четвертый подвал.
- Как называется эта комната?
- Четвертый подвал.
Я не стал рассказывать инспектору, что когда-то эта комната была спальней
моего сына, и когда я переоборудовал ее в лабораторию, я назвал ее четвертым
подвалом, потому что в доме уже было три подвальных помещения. Мне
показалась, что у агента не хватит чувства юмора оценить историю по достоинству.
- Есть ли в помещении запрещенные вещества?
- Не имею ни малейшего понятия.
- А это что? - он поднял пробирку с этикеткой "Роза".
- Скорее всего, образец присланный некой Розой.
- Ее полное имя?
- Не помню.
- Что в пробирке?
- Не знаю, я еще не проводил анализ.
К этому времени я уже просто падал с ног. Они прекрасно понимали это, к
тому же я предупреждал их, что в пол-шестого мы с женой собираемся в театр, и
нам уже скоро выходить. Похоже, они были готовы войти в мое положение. Второй
агент составил длинный список конфискованных образцов. Фоска объявил, что
потребуется еще три-четыре дня для завершения инспекции, и что он свяжется со
мной по телефону после нашего возвращения из Испании. Потом инспектора
откланялись . Ничего себе денек!
Скорее в Испанию, разберемся со всем случившимся после возвращения.
Действие второе.
Следующее событие произошло в пятницу 30-го сентября, уже в Испании. На сей
раз я опять не мог контролировать происходящее: мне явилось мое подсознание.
Мне приснился очень яркий сон, в котором я оказался возле большого
трехэтажного здания с громадным подвалом. Алиса поспешила объяснить, что здание
олицетворяло мою лабораторию, а четыре уровня - четыре стадии инспекции. Весь
нехитрый символизм этого сна Алиса разъяснила с отличным чувством юмора.
Первое, что я запомнил - это метла, метущая осенние листья. Метла сделанная
из тонких прутиков - я видел такие у парижских дворников, именно такими
метлами они сметают мусор с улицы в сточные ямы.
Я отлично помню, откуда я запомнил этот образ. Однажды в Париже я наблюдал,
как уличный продавец цветов убирает свое рабочее место после трудового дня.
Все листики, лепестки, обрывки прозрачной обертки сметались в кучу и
смывались в канализационный люк. Туда же последовали все нераспроданные букеты. Я
с ужасом представил, что происходит с парижской канализацией каждый вечер,
когда в нее одновременно устремляются тысячи букетов из сотен цветочных
киосков . Хотя и без этого я не мог бы без ужаса представить себе парижскую
канализацию .
Так вот, во сне я пытался мести осенние листья метлой парижского дворника,
причем листья все время слипались, и у меня ничего не получалось. Это был
сизифов труд: все, чего я мог добиться - это переложить листья чуть-чуть по-
другому. Никакого результата, просто бессмысленная смена комбинаций. Я не
могу точно вспомнить, как место событий соотносилось с большим домом: может
быть, я был на крыше, может быть, рядом с ним, но я помню, что дул слабый
ветер, впрочем, никак не влиявший на мои бесполезные усилия.
Еще одна интересная деталь: рядом со мной валялся большой молочный бак, в
таком баке фермеры обычно оставляют у дороги дневную выработку молока, чтобы
ее забрал грузовик с маслозавода. Бак лежал на боку, но во сне я не видел
связи между необычной липкостью листьев и тем, что из бака могло вылиться
молоко. Эти события были не связаны в моей голове; я продолжал мести листья. Я
сказал Алисе, что, пожалуй, нет смысла интерпретировать мой сон с помощью
образа пролитого молока, и она, смеясь, согласилась.
Мои безуспешные попытки навести порядок предпринимались, очевидно, из-за
того, что дом был выставлен на продажу. В особенно плохом состоянии был
подвал - его вырыли уже после того, как дом был построен - кривые кирпичные
стены, очень неровный бетонный пол.
Мне казалось, что там должен стоять какой-то большой и тяжелый аппарат,
хотя об этом я вспомнил уже потом. Во сне я почему-то решил, что там стоит
циклотрон, но теперь я понимаю, что ощущение присутствия чего-то тяжелого
указывало на аппарат ядерно-магнитного резонанса с его тяжелым магнитом - я хранил
его в четвертом подвале.
Необъяснимая кривизна наблюдалась и в других помещениях дома: двери
перекошены, дождь брызжет через щели в окнах, ящики шкафа заклинило, поверхности -
подоконники, столы - явно кривые. Но предметы на этих кривых поверхностях:
компьютер или, может быть, аптекарские весы - стояли совершенно ровно. Я
никак не мог связать между собой эту кривизну и эту ровность и выслушал
подробные разъяснения своей супруги. Она объяснила мне, что могли значить плохо
выдвигающиеся ящики стола, незакрытые двери, циклотрон или аппарат ядерно-
магнитного резонанса в подвале, криво стоящие приборы, разлитое молоко и т.д.
Может быть, и я скоро смогу так же легко объяснять свои сны, и мне не
придется обращаться за помощью к Алисе? Неужели все они так просты? Этот я, по
крайней мере, понял прекрасно.
Я пишу все это в Испании. Прошло уже почти три недели после неожиданного
визита. Достаточно времени, чтобы осмыслить все, что произошло с нами. Мне
кажется, что если у всего этого будет неприятное для меня продолжение, я
смогу его предугадать. Очевидно, последуют новые действия этой драмы, но
сценарий мне неизвестен, так как пишу его не я.
Что случилось? Кто это разозлился до такой степени, чтобы санкционировать
инспекцию такого рода? Что убедило прокурора подписать ордер на обыск,
позволяющий так бесцеремонно допрашивать меня?
Все, пора спать. Я надеюсь, что мне больше не приснятся сны, которые
придется припоминать во всех подробностях.
(Рассказывает Алиса)
Через несколько дней после нашего возвращения из Испании, позвонил агент
Фоска: он хотел договориться о продолжении инспекции, как и обещал. Шура
согласился на четверг, хотя обычно по четвергам он ходит на репетиции оркестра
"Клуба Совы" играть на альте. Он считал, что нужно побыстрее разделаться с
этой проверкой, и я одобрила его решение.
Я должна признаться, что испытывала тогда странную смесь вины и искреннего
удивления. Вины - потому что увидела наши неприкаянные пробирки и образцы
глазами чужого человека, который, как я все еще думала, просто слишком
усердно следует инструкциям: ему плевать на творческое очарование нашего
волшебного дома - для него мы просто плохие хозяева, забывшие о технике безопасности.
Удивление - потому что главный вопрос оставался без ответа: почему
предыдущие инспекции не обратили внимание на нарушения правил? Можно было
предположить, что строгость инспекции вызвана тем, что кому-то в Вашингтоне не
понравилась наша книга, но все же я думала, что мы тоже виноваты: Шура - что не
запрашивал DEA по поводу возможных изменений в правилах, а я - что не смогла
настоять на том, чтобы все химикаты хранились в отдельно стоящей лаборатории,
а не дома. Конечно, Шура считал четвертый подвал частью лаборатории, но я
понимала, что инспектора могли смотреть на дело по-другому.
Наш друг Пол позвонил из Орегона и заверил нас, что все, что говорил агент
Фоска по поводу нарушений - полная чушь. Мы успокоились, но ненадолго. Скорее
всего, агент Фоска - новый человек в управлении, "новая метла", и он
потребует строгого соблюдения всех правил, так что нам придется как-то
выкручиваться .
Во вторник утром Шура сходил за утренней газетой и открыл ворота. До девяти
часов мы успели прочесть почту и приготовиться к новому визиту трех агентов.
В 9.03 мы услышали шум машины, и вышли на улицу, приготовив для инспекторов
вежливые улыбки.
Первым на поляне появился странный серый грузовик с надписью
"обеззараживание" на борту, за ним следовала красная машина мистера Фоска, за ней
громадная желтая пожарная машина, припарковавшаяся напротив дома. Из машин вылезали
люди, а тем временем на поляну выезжала четвертая машина - коричневый седан,
за ним появилась еще одна синяя. Я не могла разглядеть из нашего дворика,
сколько всего появилось машин, но Шура потом сообщил мне, что всего их было
восемь.
Мы с ужасом наблюдали, как мужчины и женщины в одинаковых куртках вылезают
из машин, что-то весело крича друг другу. На куртках было написано "DEA", или
"Управление штата по борьбе с наркотиками", или "Управление шерифа". По
тропинке шагали люди в загадочных серебряных скафандрах. Грузовик
"обеззараживания" вдруг преобразился в большую душевую установку, и вся конструкция стала
сильно напоминать автомобили из комиксов Гарри Ларсена.
Открыв рты, мы наблюдали, как поток машин и людей приближается к нашему
дому - все это очень напоминало кино. К нам подошли агент Фоска и какой-то
коренастый человек лет сорока. Он предъявил Шуре какие-то бумаги и сказал:
"Доктор Бородин, у меня ордер на обыск вашего участка". Агент Фоска немного
менее уверенно протянул свои бумаги и сказал: "А это продление моего прошлого
ордера".
В этот момент я больше всего боялась, что Шуру или меня хватит удар или
инфаркт . Мы оба были бледны, как полотно. Наш родной дом, священное для нас
место, сейчас будет взят и безжалостно разграблен. Больше всего меня пугала
мысль, что эти люди вынесут ящики с корреспонденцией - письма о том, чем люди
хотели с нами поделиться, о том, что они бы не доверили никому другому: об
опытах с ЛСД, изменивших судьбу человека, о лечении родных, стоящих на гране
безумия, с помощью МДМА - величайшего из лекарств, - теперь всех этих людей
будут преследовать только за то, что они доверились нам, искали у нас ответы
на мучившие их вопросы, считали, что мы никогда не предадим огласке
содержание этих писем.
Шура признался позже, что боялся, что они залезут в его компьютер.
Коренастый мужчина что-то говорил, обращаясь к нам. Я услышала слово
"свалка" и постаралась сконцентрироваться на том, что происходило рядом. "Согласно
ордеру, я имею право взять образцы почвы с вашего участка для анализа, меня
особенно интересует так называемая "свалка", - услышала я - и сразу
успокоилась . Человек, уловив наше состояние, или хотя бы заметив растерянность на
лицах, полностью повторил все, что говорил до этого: он представляет местную
службу экологического контроля, и хотел бы взять образцы почвы...
- Свалка, - сказала я Шуре.
- Свалка, - прошептал он в ответ и обернулся к инспектору с вымученной
улыбкой:
- Да, да, понимаю, у всех своя работа.
- Благодарю вас, - искренне сказал инспектор, - если вы нам поможете, мы
сэкономим уйму времени и сможем быстрее завершить проверку.
Я потихоньку вышла из оцепенения:
- Хотите чай, кофе?
- Спасибо, мэм, у нас все с собой.
Еще один инспектор средних лет с надписью "Управление шерифа" на куртке
спросил меня: "Кто-нибудь, кроме вас с мужем, находится сейчас в доме?"
Нет, мы одни.
Он напоминал толстого дядюшку - деловитый и миролюбивый.
Я пошла на кухню - просто так, потом решила налить себе кофе. Пришел Шура,
бормоча себе под нос, что потерял чашку, нашел ее на столе и протянул мне,
чтобы я налила и ему.
Наши взгляды на мгновение встретились, и мы без слов поняли все, что хотели
сказать друг другу. Да, теперь у нас нет выбора: мы должны вести себя, как
будто ничего не происходит, быть дружелюбными и спокойными - как ни в чем не
повинные люди, огорченные интервенцией, но готовые к сотрудничеству. Гнев и
злость могут подождать.
Шура пошел на улицу, а я услышала громкий голос в коридоре: "Дверь закрыта
- что мне с ней делать?"
В темноте коридора я разглядела лицо инспектора, которого интересовали
посторонние в доме. Он никак не мог открыть дверь нашей спальни. Я прокричала
ему: "Она не заперта, надавите посильнее!"
Он обернулся, вежливо сказал "спасибо" и распахнул дверь.
Черт побери, там же такой бардак!
Мы никого не пускаем в спальню: это наша личная территория, и там всегда
беспорядок из-за того, что я обычно складываю одежду на коробки с
неразобранными фотографиями, нераспакованные чемоданы и т.д. Шура никогда не жаловался
на беспорядок - я была ему за это безумно благодарна, хоть и не переставала
стыдиться за себя. Он знал, что однажды я разберу все завалы, и следующие 48
часов в спальне будет идеальный порядок, пока вещи опять не начнут
скапливаться .
Я заглянула в спальню из-за спины инспектора и пробормотала что-то про
неубранную постель. Он быстро Заглянул За дверь и осмотрел комнату: "Ничего
страшного, мэм, я просто хотел убедиться, что здесь никого нет". Он захлопнул
дверь и направился дальше по коридору: наверное, проверять остальные комнаты.
Значит, моего слова ему не хватает, ему надо проверить самому. Интересно, к
кому это он обращался, когда спрашивал про дверь. К агенту Фоске? Значит,
главный здесь Фоска? Наверное, DEA всегда возглавляет такие операции.
Я вернулась на кухню и налила себе стакан чая со льдом. На улице громче
всех слышался голос агента Фоска: "Не могли бы вы показать нам свою
лабораторию?"
Буду рад, - отвечал Шура.
Мой добрый волшебник провел их в гостиную и через коридор опять на улицу,
точно так же, как в прошлый раз, только теперь за ним следовало гораздо
больше людей. Первым за Фоска шагал высокий, плотный мужчина в сером костюме, за
ним невысокая брюнетка в куртке с надписью "DEA", с фотоаппаратом в руках;
проходя мимо меня, она поймала мой взгляд и улыбнулась. За ней шел молодой
человек, по виду японец, на его куртке было написано "Управление штата по
борьбе с наркотиками". Завершал процессию сорокалетний мужчина с приятным
интеллигентным лицом и кудрявой шевелюрой, в твидовом пиджаке и слаксах - он
слегка поклонился, проходя мимо меня.
Я молча проводила их взглядом, а в это время в гостиную вернулся "дядюшка",
успевший проверить все комнаты. Он спросил:
У вас в доме есть оружие?
"О господи", - подумала я и ответила:
- Да, есть - пистолет.
- Где вы его храните?
- Под кроватью, - прошептала я.
Смешно, что я перешла на шепот. Наверное, это инстинкт - говорить тихо об
оружии и где его хранят. Надеюсь, теперь он не вернется в спальню: если он
заглянет под кровать и увидит там гору пыли, я просто умру со стыда.
Но он только сказал: "Хорошо, тогда просто не заходите в спальню до конца
инспекции, пожалуйста".
Я с облегчением заулыбалась: "Обещаю вам не входить туда". Значит, у меня
не такой уж разбойничий вид. Слава Богу!
Вдруг мне пришло в голову, что нужно обязательно запечатлеть для потомков
эту, как бы сказать... "вежливую интервенцию": машины, людей, скафандры. Я
сразу представила, как мы смотрим семейный альбом и говорим друг другу: "А
помнишь: полиция, пистолеты за поясом, смешной грузовичок, ордер на обыск,
люди в скафандрах - какой был удивительный день!"
Я взяла фотоаппарат и вышла на улицу. Не успела я поймать в объектив
автомобили на стоянке возле нашего дома, как кто-то окликнул меня: "Прошу вас не
делать этого!". Я обернулась: за мной стоял молодой представитель управления
шерифа, явно обеспокоенный.
- В чем дело? - спросила я, хотя ответ был ясен.
- Простите, мэм, но я очень прошу вас не фотографировать: вы понимаете,
агенты засекречены, и это было бы...
Да, конечно, - я закрыла фотокамеру и положила ее на стол, - я об этом
не подумала. Черт побери! - все бы отдала за фотографии. Может быть, записать
их на магнитофон? А если они это Засекут? Могут разозлиться. Не надо их
злить. Надо постараться быть дружелюбными - это сейчас единственный способ
прорваться через любые неприятности.
Я вернулась в гостиную, уселась на диван и задумалась: как это странно, что
власти, полиция могут фотографировать что угодно, записывать на пленку любые
разговоры (хотя пока я не видела никаких диктофонов) . При этом если я хочу
сфотографировать нашествие, мне это строго запрещают. И мало того - я
чувствую себя почти преступницей при одной мысли о том, чтобы что-нибудь заснять.
Очень интересное наблюдение. Почему я считаю свое законное желание записать
их разговоры преступным? Почему мы так боимся фиксировать слова и поступки
властей? Может быть, я просто подсознательно встаю на их сторону? Попадаю в
их реальность? А что у них за реальность? Они считают, что они борются за
правое дело, и все остальные либо не правы, либо менее правы, чем они. А
фотографировать их - значит проявлять к ним неуважение. Почему? Потому что это
означает пытаться поймать их на совершении ошибки, может быть, очень
серьезной ошибки. А это - неуважение. Только преступник не уважает власть. - ВОТ
ОНО! - Я поняла!
Странный способ получить некую компенсацию за волнения и переживания этого
дня. Но мне действительно стало вдруг гораздо лучше, и я даже поймала себя на
том, что радостно улыбаюсь, как будто поняла что-то страшно запретное.
Я включила телевизор, но не могла нормально смотреть даже Си-Эн-Эн. Все
новости дня только напоминали мне о том, что никому в мире - почти никому - нет
дела до нас с Шурой, до того, чем мы занимаемся, во что верим и за что
боремся. А если бы люди и узнали о нашей работе, то вряд ли одобрили бы ее.
Психоделики как инструменты изучения сознания? Духовного поиска? Как способ
приближения к духовному миру, к тому, что мы называем Богом, Великим Духом,
Причиной всех причин и тысячью других имен? Большинство бы сказало, что это
полная чушь.
Я выключила телевизор и опять пошла на кухню. Вдруг через открытую дверь с
улицы донеслось: "...и он описывает, что бывает, если принимать их в разных
дозах, что с тобой происходит..." Голос смолк, как только один из слушателей
заметил меня. В голосе рассказчика не было враждебности - скорее, уважение и
восторг. Я выглянула на улицу - рядом со столиком стоял молодой японец, он
обращался к группе из пяти других полицейских, сидевших за столиком,
некоторые из них обедали; на столе стояли разноцветные банки с газировкой.
Правильно, берут всю еду с собой - не хотят, чтобы их отравили.
Значит, он читал PIHKAL, и книга ему понравилась, - подумала я,
почувствовав симпатию к этому человеку - единственному здесь, кто хоть как-то понимал
нас.
Я пошла по коридору к черному ходу и выглянула на улицу. Непонятно, куда
идти теперь. Вдруг со стороны лаборатории послышались голоса.
Они возвращаются. Интересно, как все прошло на этот раз.
Я опять вернулась в коридор. Я шла так тихо, что смогла расслышать конец
фразы, сказанной высоким человеком в сером костюме, которого я видела, когда
Шура вел их в лабораторию. Он активно жестикулировал, говоря: "Была бы моя
воля - пригнал бы сюда бульдозер и сровнял бы все с землей к чертовой
матери!"
А это еще кто? Одет в штатское, в первый раз его вижу. И он явно ненавидит
нас с Шурой. Кто это и зачем он здесь?
Все замолчали, как только меня увидели. Я опять направилась на кухню. Опять
пришла в голову мысль спрятать магнитофон недалеко от дверей и записать
разговоры на улице. Но нет: меня бы заметили.
А может, попытаться подслушать через стену с помощью перевернутого стакана?
Почему бы нет?
Я пробралась в кладовку, где на полках было все на свете, от пакетов риса
до электрических лампочек, и поставила стакан рядом с банками сухого молока.
Стена, которая отделяла меня от дворика, была заставлена коробками с кошачьей
едой, и я принялась в темноте разгребать завалы и складывать коробки на пол,
как вдруг кто-то постучал. Я подошла к двери.
Молодая девушка, агент DEA, с милым круглым лицом и в синей униформе,
делавшей ее полной, заглянула в кладовку и спросила: "Извините, могу я
воспользоваться вашей ванной"?
"Пожалуйста, первая дверь направо, совершенно не стоит извиняться". Итак,
она видела, что я чем-то занята - теперь уже нельзя будет подслушать, это
имело бы смысл, только если бы меня никто не заметил. Придется идти на кухню
и притворяться, будто я что-то делаю. Жалко. Было бы приятно хотя бы
попробовать их подслушать.
Когда девушка вышла из туалета, я уже держала в руках две открытые банки,
собираясь, по всей видимости, кормить кошек. Девушка улыбнулась и сказала:
"Спасибо, теперь полный порядок". И мы обе засмеялись.
Лучший способ завоевать чью-то симпатию - это в нужный момент показать
человеку туалет.
Когда я вернулась, наполнив кошачьи миски (их с тем же успехом можно было
бы назвать барсучьими или лисьими, исходя из того, кто чаще приходил к ним
ночью), за столом в гостиной сидели трое: агент Фоска (спиной ко мне), Шура
(напротив), и низкорослый человек в твидовом пиджаке, который до этого кивнул
мне.
Перед агентом Фоска лежал его вечный блокнотик. Шура, облокотившись локтем
на кипу документов, оживленно разговаривал с человеком в твидовом пиджаке.
Заметив меня, он представил меня своему собеседнику: "Алиса, познакомься, это
мистер Гуд из Вашингтона, он химик". Мистер Гуд, улыбнувшись, привстал со
стула. Я кивнула головой и уселась на свое обычное место - кресло на границе
гостиной и кухни, где дым от моих сигарет не мешал гостям.
В следующие два часа я оказалась зрителем увлекательной пьесы для трех
актеров , по ходу которой агент Фоска все меньше и меньше понимал ответы
гениального, немного сумасшедшего химика, которому гораздо проще и интереснее
было объяснять все любознательному химику из DEA. Мне не пришло в голову, что я
присутствую на тривиальном допросе по принципу "добрый следователь - злой
следователь".
(Мы узнали позже, что мистер Гуд - большая шишка в штаб-квартире DEA.
Когда-то он был химиком и поэтому знал всю терминологию. Теперь он руководил
главной лабораторией DEA в Вашингтоне и прилетел специально, чтобы
участвовать в обыске и быть своего рода переводчиком для агента Фоска).
Мистер Гуд старался простыми словами разъяснить Фоска сложные научные идеи,
но время от времени отвлекался на веселый поток химической информации,
источником которого был Шура. Иногда агент Фоска вздыхал и вежливо жаловался, что
не получает ответов на конкретные вопросы для своего отчета, на что Шура и
Гуд прекращали свою дискуссию, поворачивались к агенту, и снова Гуд медленно
и аккуратно переводил и объяснял. А у Шуры пропадал блеск в глазах: он
вспоминал, зачем он здесь и что собой представляют его собеседники.
В основном, допрос развивался по такой схеме:
- Вот этот препарат, есть ли у вас квитанция о его покупке?
- Да, конечно - вот она.
- Могу я включить ее в свой отчет?
- Как вам угодно.
- Почему в вашей лаборатории мы нашли такое количество 2-СВ?
Как я уже говорил вам... (и он повторял все то, что уже говорил в
лаборатории, а мистер Гуд объяснял все простыми словами).
А как вы используете данный химикат?
Обычно для... (длинное перечисление химических реакций - перевод мистера
Гуда) . Теперь даже мне было понятно, что эта проверка совсем не похожа на
предыдущие, и что мистер Фоска - не просто слишком усердный инспектор. И
опять, как и три недели назад, главный вопрос остался без ответа. Когда Шура
пошел зачем-то в кабинет, я спросила: "Почему наш друг Пол и четверо
предыдущих проверяющих не говорили Шуре, что он нарушает какие-то правила"?
Продолжая что-то записывать в свой блокнот, агент Фоска повернулся на стуле
в мою сторону: "Понимаете, мэм, иногда друзья не говорят нам всей правды. А
потом, ваш друг Пол мог не знать всех правил - он же был начальник, а не
химик" .
Но ведь инспекторы DEA должны были знать все правила. Что же они ничего
не сказали?
В голосе Фоски послышался оттенок нетерпения:
- Просто они были некомпетентны. К сожалению не все инспектора знают свое
дело.
- О чем вы? - все еще не понимала я. - Все четверо? Некомпетентны?
На этот раз Фоска почти разозлился. Он взглянул на меня из-за своих бумаг и
резко проговорил:
Да, мэм, такое, к сожалению, случается.
Что он имеет в виду - некомпетентны? Не может быть! Должно быть он шутит.
Но нет: этот человек не шутит. Он говорит мне - нам, что это его последнее
слово, его окончательный ответ: бросайте, сворачивайте свою работу.
Наконец-то я начинаю понимать.
Как долго я не понимала!
Когда Шура снова сел за стол, вошел молодой японец из полиции штата и очень
дружелюбно объявил, что никаких признаков преступной деятельности не
обнаружено, и что господин доктор не должен забывать, что это всего лишь очередная
проверка. Видимо, он пытался нас успокоить, и сам говорил с явным
облегчением.
Ну, слава Богу, они хотя бы ничего нам не подкинули.
Следующий акт драмы был разыгран ближе к вечеру, когда мистер Гуд и Шура
отлучились в кабинет. Агент Фоска пересел так, чтобы повернуться лицом ко
мне, и достал из своего портфеля кипу бумаг. Даже со своего кресла я
разглядела, что одна из бумаг - это ксерокопия нашего интервью, напечатанного
полгода назад в одном контркультурном журнале. Интервью предназначалось для
книги, и мы были неприятно удивлены, увидев его в журнале, но ко времени
инспекции мы уже забыли о нем. Я спросила: "Это у вас статья из журнала "Flying
High"?
Фоска посмотрел на меня и совершенно серьезно ответил: "Да, вы пользуетесь
успехом, и ваша слава часто вас спасала".
"Что"? - я была потрясена. Что он имеет в виду - "часто нас спасала"? От
чего спасала?
Да и слава - это когда твое лицо попадает на обложку журнала "Ньюсуик" или
"Тайм", а мы известны в очень ограниченном кругу.
Давали ли вы запрещенные препараты членам вашей группы? - неожиданно
сменил тему агент Фоска.
Я чуть не подпрыгнула на стуле. Что за дурацкий вопрос!
- Мистер Фоска, не забывайте, что все, описанное в книге - вымысел. Я имею
в виду, конечно, первую часть.
- А некоторые считают, что там все правда.
- Что бы там люди не считали, это все вымысел.
- Если кто-нибудь из вашей группы сознается, что вы давали ему запрещенные
препараты, если только это случится...
- Это не может случиться, потому что мы никогда не давали людям запрещенные
препараты.
Фоска погорячился. Ему не стоило заводить разговор о PIHKAL'е. Инспекция не
должна иметь к книге никакого отношения. Они просто проверяют соблюдение
правил техники безопасности, смотрят, нет ли признаков преступной деятельности -
о книге речь не может идти. Зато теперь я все поняла. Видимо кому-то в штаб-
квартире DEA не понравилась книга, и теперь они хотят показать нам, кто здесь
главный, кого надо бояться.
Когда Шура и мистер Гуд вернулись за стол, допрос продолжился. Теперь они
обсуждали закупки конкретных прекурсоров. Наконец агент Фоска закончил свою
работу.
В этот момент произошло самое сумасшедшее событие дня. Пока Фоска собирал
документы, которые ему предоставил Шура для отчета, в комнату зашли двое в
униформе. В руке у каждого было по довольно потрепанному экземпляру PIHKAL'а,
и они попросили у Шуры автограф. Он радостно согласился и предложил мне в
свою очередь подписать книгу. Тогда подошел третий полицейский и спросил,
нельзя ли ее купить. "Конечно, можно"! - сказали мы, и Шура притащил еще две
копии и снял у одной суперобложку, чтобы подписать ее. Еще один агент взял
четвертую книгу и начал листать страницы, бормоча себе под нос: "Интересно,
очень интересно", и мы попросили принять ее в подарок, хотя мы совсем не были
уверены, позволительно ли это ему при данных щекотливых обстоятельствах.
Немного поколебавшись, он согласился и тоже попросил подписать книгу - что мы
сделали с радостью.
Фоска уложил бумаги в портфель и направился в сторону четвертого подвала.
Интересно, какие чувства он сейчас испытывает по поводу автографов: ярость,
смущение или безразличие?
Спросили ли они разрешения у Фоски? Или для него это было таким же
сюрпризом, как и для нас? Вряд ли он рад такому обороту событий. Как здорово, что
это случилось! Полное сумасшествие!
Только один раз Шура не смог сохранить маску - невозмутимого,
доброжелательного зрителя. Под самый конец нашествия толстый полицейский, которого я
окрестила "дядюшкой", заглянул в комнату и спросил: "Извините, мэм, не растут
ли здесь кактусы пейотля"?
Да, конечно, прямо за вами у стены.
Несколько человек, стоявших во дворике, замерли, словно я показала им на
большого удава. "Дядюшка" воскликнул: "Так я и думал! Так я и думал! Я сразу
понял..."
Неожиданно вокруг наших кактусов забегали люди. Кто-то спросил у Шуры,
зачем он выращивает их, и он стал рассказывать про неизученные, неизвестные
науке алкалоиды, следы которых присутствуют в кактусе. Он говорил спокойно и
с воодушевлением, зная, что лицензия позволяет ему иметь пейотль.
Невысокий, толстый, похожий на азиата полицейский объявил, четко
выговаривая каждое слово: "Доктор Бородин, нам придется забрать кактусы, мы должны их
уничтожить. Понимаете?"
На Шурином лице читалось недоверие: "Но по лицензии я имею право их
выращивать. Проверьте, загляните в свои правила: вы убедитесь, что это ошибка".
Кто-то побежал за агентом Фоска.
Пока его искали, полицейские столпились вокруг горшков с кактусами, чтобы
лучше их рассмотреть. Они нагибались к кактусам, отпуская удивленные
замечания по поводу их внешнего вида. Я наклонилась вперед, наблюдая за ними со
своего места.
Очень странно: агенты служб по борьбе с наркотиками не знают, как выглядит
пейотль. Очень странно. А когда я показала им на него, они вели себя так,
словно бедное растение может подпрыгнуть и укусить. Они, что, боятся, что
кактус попадет в их организм и отравит их разум и душу? Скорее всего, это
так. Они слышали, что пейотль - это что-то безумное, опасное, их головы полны
ужасов, которых им нарассказывали о действии этих маленьких зеленых шариков.
Появился агент Фоска, и толстый полицейский показал ему кактусы. После
этого он отвел Фоска подальше от толпы и стал что-то энергично ему доказывать.
Шура с волнением следил за разговором, стоя в дверях дома. Наконец агент
Фоска подошел к Шуре и сказал извиняющимся тоном:
Простите, доктор, но кактусы придется забрать.
- Но я их выращиваю для научных исследований уже пятнадцать лет! Где вы
прочитали в ваших правилах, что я не имею права анализировать химический
состав кактусов?
- Хорошо, покажите мне следы надрезов. По-моему над этими кактусами не
проводилось никакой исследовательской работы.
- Конечно! Я ведь еще не приступал к этим исследованиям. Но кактусы мне
очень нужны...
Неожиданно из-за двери высунулась голова толстого полицейского:
Мы забираем кактусы, и если вы будете возражать, мне придется надеть на
вас наручники и зачитать вам ваши права! Надеюсь, вы меня понимаете?!
Он вперил свой взгляд в Шуру, пока не убедился, что тот полностью осознал
сказанное, потом повернулся к своим подчиненным и жестом приказал им
приступать. Полицейские направились к кактусам.
Шура медленно сел в кресло, как дряхлый старик с негнущимися ногами. Теперь
все присутствующие видели, что, наконец, сделали ему больно. Я готова
поклясться, что на моем лице они не прочли ничего, но это было не важно: главной
их целью был Шура. Именно его они хотели наказать, и теперь агент Фоска и его
суровый напарник могли быть довольны: им, наконец, удалось сорвать маску
благодушия с его лица.
Наши драгоценные, родные кактусы, наши любимые питомцы, в которых так много
неразгаданных тайн - эти тайны можно называть алкалоидами, а можно Временем,
Пространством, Формой, Смыслом - так много времени понадобилось, чтобы из
крошечных ростков они превратились во взрослые, хотя еще совсем не большие
кактусы, и вот теперь их вырывали из земли и топтали сапогами. Мы
отвернулись , чтобы не видеть этого.
Все, дело сделано. Даже если потом они будут извиняться - дело сделано. С
какой бы радостью я прокляла этих людей! Однако этого делать нельзя.
Ненависть отравляет сердца. Сейчас они наслаждаются своей победой над Шурой,
наслаждаются тем, что сделали ему больно, потому что им сказали, что он -
преступник , а их дело правое. Но когда они умрут, то, может быть, поймут, что
они сделали, почувствуют то, что чувствуем сейчас мы; может быть, даже узнают
правду о Священном Кактусе.
К пяти часам дня все кончилось. Уходя, агент Фоска обещал вернуться на
следующий день для окончательного завершения проверки.
Ночью, прижавшись друг к другу в теплой постели, мы подводили итог
нелегкому дню и утешали друг друга. Шура сказал:
- В конце концов, в какой-нибудь Гватемале или Боливии нас бы просто
расстреляли .
- Точно. А потом, они ничего не подбросили...
- И правда, все не так уж и плохо.
- И не обыскали наш дом, не залезли в компьютер, не забрали переписку.
- А ты уверена, что они не сделают это завтра?
- Нет, дорогой, ведь завтра ты позвонишь тому адвокату, который тебе так
понравился по телефону. Помнишь, ты говорил, что это умный человек, и что
если тебе понадобится адвокат...
- Да, конечно. Кассман. Надо с утра ему позвонить.
- И надо будет спрятать все письма...
- Посмотрим, что скажет адвокат.
- И сохранить всю информацию из компьютера на дискетах, а то вдруг им
придет в голову забрать компьютер. (Честно говоря, мне не верилось в такое
развитие событий).
- Ты представляешь, завтра эта скотина опять придет.
- Ты знаешь, они были удивительно вежливы, даже спрашивали разрешения войти
в туалет. С чего бы это?
- Ничего себе вежливость! Растоптать несчастные кактусы!
Очевидно, Шура все еще не оправился от этого удара. Я обняла его и больше
ничего не говорила.
В пятницу Фоска вернулся, на этот раз в сопровождении одного полицейского.
Вопросы заняли всего два часа, и по большей части это было повторение
предыдущего допроса. Однако Фоска сделал одно важное заявление:
Вашингтон хочет отозвать вашу лицензию, доктор Бородин.
Я уже понял - отвечал Шура. Сегодня он не улыбался, но был спокоен и
уверен в себе. Возник разговор о том, может ли добровольный отказ от лицензии
спасти Шуру от дальнейших преследований со стороны местной и федеральной
власти и от штрафов. Опять Фоска повторял: "Я ничего не решаю, я простой
исполнитель" .
И хотя мы вполне уверены в том, кто именно отдал приказ, мы никогда не
сможем это доказать. Скорее всего, приказ звучал примерно так: "Закройте этого
идиота! Он позорит нас своей книжкой, и мы хотим снять его лицензию. Можете
делать что угодно в пределах закона, только отберите ее!". Что-то в этом
роде. Но они не могут нам запретить одну вещь: продолжать распространять
научную информацию. Первая поправка к Конституции все еще действует! Может быть,
судя по тому, что происходит, ее отменят, но все же не так скоро.
И вот большая проверка завершена. По крайней мере, официальная ее часть.
Через несколько дней мы навестили адвоката Теда Кассмана. Это оказался
умный человек с лукавой улыбкой и слегка сардоническим чувством юмора. Мы
рассказали ему все, что произошло.
На следующий день с разрешения хозяина мы привезли в его офис большие
коробки с накопившейся за долгие годы корреспонденцией.
Какие же выводы мы извлекли из случившегося? Во-первых, теперь мы знаем,
что то, что один инспектор назвал в своем отчете "образцовой лабораторией",
может быть через некоторое время другим инспектором названо "свинарником".
Даже если ты полностью уверен в ценности твоей работы, ты не можешь быть
полностью защищен от нападок тех, кто так же уверенно полагает, что ты
ошибаешься, или даже считает тебя преступником. Хотя в большинстве случаев, если ты
как-то досадил официальным лицам, тебя будут преследовать не из-за разницы
мировоззрений и философий, а только для того, чтобы показать, что они сильнее
тебя, и даже если ты не боишься их власти, тебе придется с ней считаться.
(Так что если не хочешь или не можешь позволить себе бороться с
государственной машиной - то выходи из игры и помалкивай).
Мы также выяснили, что, несмотря на откровенную ненависть и стремление
наказать нас, данное правительственное агентство решило не переступать закон и
играть по честному. Конечно, они использовали грязные приемы, и, разумеется,
было много лжи (об этом пойдет речь далее) , но, по крайней мере, они ничего
не подбросили и не подтасовали результаты анализа образцов почвы.
И последнее, неожиданное и самое ценное наблюдение касается человеческого
поведения. Я, наконец, поняла, как работает "прокурорское мышление", как я
это называю: раньше я ни разу не наблюдала его в действии. Вкратце я могу
объяснить это так: когда силы правопорядка проводят следствие (в данном
случае в нашем доме), они исходят не из вопроса "Виновен ли человек
(подозреваемый)?", а из вопроса "Как бы нам найти повод привлечь этого человека к
ответственности? "
В любом случае предполагается, что совершено преступление. Любой человек, в
органах правопорядка, от постового до прокурора, привыкает, что его работа -
это раскрытие преступлений, нарушений и т.д. И через некоторое время они
начинают подсознательно предполагать, что если бы человек был невиновен, его бы
не подозревали. Понятно, что их ежедневная работа учит их так думать, но
подобный образ мышления очень вреден как для них, так и для окружающих, то есть
для общества, чьим интересам они должны служить.
Послесловие:
Как я уже говорила, Загадочные люди в скафандрах были вызваны DEA, чтобы
взять для анализа образцы почвы в районе "свалки". Так власти надеялись
использовать экологические организации для того, чтобы они обнаружили сильное
загрязнение, представляющее угрозу обществу и потребовали закрытия
лаборатории .
Однако анализ только показал, что в одном из образцов был немного превышен
уровень ртути. Шура моментально вызвал специальную бригаду, которая вывезла
машину земли с того места, где было замечено загрязнение. Дальнейших жалоб не
последовало.
Через несколько месяцев после этого DEA, явно озабоченное таким поворотом
событий, прислало еще одну инспекцию, на этот раз из Федерального агентства
по охране природы. Инспектора вели себя очень дружелюбно и дали несколько
дельных советов: во-первых, установить в стене вентилятор для лучшей
вентиляции лаборатории (Шура сразу же сделал это), во-вторых, укрепить шкафы на
случай землетрясения, чтобы избежать возможного падения колб с реактивами (этим
Шуре придется заняться). В общем, эта инспекция, как и предыдущая, отказалась
признать, что лаборатория представляет опасность для окружающих.
Наша магическая лаборатория все еще существует. В своем официальном отчете
агент Фоска среди причин возможного закрытия лаборатории называл и то, что на
следующий день после ее посещения он вдруг заболел, что он связывал с некими
вредными испарениями. Но мы с Шурой прекрасно помним, что на следующий день
сам Фоска, хотя и рассказывал нам о том, что двое полицейских заболели сразу
после инспекции, выглядел отлично и не жаловался на здоровье.
Мы также узнали, что большая часть пленок, отснятых в лаборатории,
оказалась почему-то засвечена. (Я долго смеялась над этим, пытаясь насвистывать
мелодию из "Сумеречной зоны").
Через несколько дней после памятного четверга агент Фоска вместе с
сопровождающим полицейским нагрянули в лабораторию нашего друга, молодого доктора
Питера Зельцера, в больнице Сан-Франциско - там Шура раз в неделю работает с
никотином. На этот раз Фоска вел себя вызывающе, приняв мягкость Питера за
слабость. На самом деле Питер - исключительно вежливый, но плохо переносящий
грубость человек, и поэтому уже через несколько минут допроса он был готов
взорваться, хотя и продолжал отвечать на вопросы, стиснув зубы. Потом Питер
еще полгода не мог вспоминать агента Фоска без злости.
В числе прочих вещей, Фоска, как казалось, потребовал, чтобы ему показали
все фенэтиламины, находящиеся в лаборатории, что было довольно глупо, так как
фенэтиламины в лаборатории присутствовали только в виде образцов для хромато-
графического анализа, а такие количества вещества невозможно использовать в
других целях. Теперь становилось ясно, что эта несуразная просьба объяснялась
особым интересом агента Фоска веществам, описанным в PIHKAL'е. Его не
интересовали никакие другие запрещенные препараты (у этой лаборатории тоже была
лицензия от DEA), он не просил показать ему триптамины, или опиаты, или
стимуляторы. Его страсть к фенэтиламинам дала нам понять, что и эта инспекция
имела своей целью не проверку соблюдения правил техники безопасности, а
наказание автора книги, в названии которой содержится слово "фенэтиламины".
Все эти действия предпринимались, чтобы испортить жизнь одному человеку:
доктору Александру Бородину.
Произошло еще несколько событий, которые можно охарактеризовать, как
"грязную игру". Один не представившийся нам агент DEA позвонил директору
Психиатрического института Лэнгли Портера и спросил, как он может иметь дело с таким
человеком, как Бородин (Шура иногда работал на институт), ведь лаборатория
последнего - главный источник загрязнения окружающей среды в штате. Крайне
удивленный, директор рассказал об этом звонке Питеру, и тот объяснил, что на
самом деле проверка Федерального Агентства обнаружила лишь минимальное
превышение нормы содержания ртути в одном из взятых образцов почвы, и что когда
эта почва была вывезена, дальнейших проблем не возникло.
Следующим ударом было извещение от двух крупных химических компаний, у
которых Шура покупал реактивы в течение двадцати пяти лет, что они, к
сожалению, по разным причинам вынуждены прекратить сотрудничество с ним. Мы,
конечно , никак не могли бы доказать, что на компании оказано давление, да и делать
это было уже бессмысленно.
На вопрос нашего вашингтонского друга: "Говорят вы встречались с знаменитым
доктором Бородиным, ну и как ваши впечатления?" - мистер Гуд, симпатичный на
первый взгляд химик из DEA, жестко сказал: "Не Знаю, о ком вы говорите, я
никогда не встречался с этим человеком", развернулся и ушел.
Было подтверждено, что Шура, согласно своей лицензии, имел право выращивать
кактусы пейотля. Значит, единственной причиной, по которой их уничтожили,
было желание сделать нам больно.
Через год Шуре пришлось расстаться с лицензией: он столкнулся с тем, что
судебные издержки, которые потребуются для того, чтобы доказать нашу правоту,
будут выше наших финансовых возможностей. Мы также понимали, что, в конце
концов, суд все равно решит, что Шура нарушил правила DEA, и не важно, что он
не Знал о них. Нам также пришлось выплатить огромный штраф в размере 25000
долларов, наложенный прокурором, которого невозможно было убедить в том, что
на самом деле причиной преследования была публикация книги, а не нарушение
правил.
Теперь Шура никогда уже не сможет работать с полным сознанием своей
свободы . Ему дали понять, в каких условиях живут те ученые, которые работают на
правительственные структуры. Власти хотели запугать его, хотели заставить его
замолчать, но у них ничего не получится, пока мы живы и имеем возможность
писать . Мы продолжаем считать, что любой совершеннолетний гражданин имеет право
употреблять любой препарат, если только он обладает всей информацией о его
действии. Со злоупотреблением препаратами должны бороться врачи, а не
полиция. Многие согласны с нами, но наша позиция противоречит официальным
взглядам властей.
Должное просвещение и законодательство могли бы за одну ночь полностью
решить проблему преступности, связанной с наркотиками. Но именно образование, а
не пропаганда (несколько поколений молодых людей привыкли не доверять любой
официальной информации о запрещенных препаратах, в том числе ценной научной
информации, поскольку они на собственном опыте открывали несоответствия между
пропагандой и реальностью).
Сейчас ни у одного крупного политика не хватает смелости открыто заявить:
"Мы ошибались. Некоторые запрещенные сейчас препараты не представляют
угрозу для здоровья человека, необходимо только знание их качеств и правильное
использование. Это относится к большинству психоделиков. Некоторые наркотики
в принципе безопасны, но могут вызывать у некоторых людей привыкание. Поэтому
необходимо предоставлять таким людям медицинскую помощь, если она требуется.
Некоторые наркотики опасны для всех, и мы постараемся полностью
проинформировать общественность об их вреде, как сейчас сообщаем о побочном эффекте
лекарств . Образовательные программы на данные темы должны проводиться не
полицией, а врачами, химиками и токсикологами.
Война с наркотиками бесполезна, разрушительна и аморальна. Главной ее
причиной ее противники считают то, что законодатели и общество находятся в
полном неведении относительно наркотиков вообще и в том числе психоделиков, их
полезных свойств и возможного применения в психотерапии и духовных исканиях.
Другая причина - громадная индустрия, которая получает доход с этой войны:
производители оборудования для тестов на наркотики, тюрьмы и прочие
репрессивные органы. Об этом пойдет речь в главе "Cui bono?"
Я хочу обратить внимание на другой момент. Мне кажется, что в нас
скрывается подсознательный страх перед бездной неизвестного в человеческом сознании,
уверенность, что эта теневая сторона может оказаться окончательной, главной,
ужасной правдой о природе человека. Этот страх вырабатывается в нас семьей и
культурой, а часто еще и религией. Пока мы не исследуем эту сторону нашей
души, пока мы не изучим возможности ее изменения, у людей останется
враждебность ко всему, что как-либо открывает двери бессознательного. А те зачатки
полицейского государства, которые мы сейчас наблюдаем, перерастут в нечто,
все еще называемое Соединенными Штатами Америки, но полностью потерявшее
традиции свободы и демократии.
Для дальнейшего выживания человечества необходимо, чтобы самые светлые умы,
самые честные люди объединились, чтобы изучать человеческую душу, особенно ее
теневую сторону, используя в виде инструментов в том числе и психоделики.
Иначе наша цивилизация может погибнуть, столкнувшись с проблемами ядерного
оружия, бактериологических мутаций и продолжающегося обнищания большей части
населения.
ГЛАВА 2. ЛУРД
(Рассказывает Алиса)
Однажды я притащила домой видеокассету с новым боевиком. "Фильм - просто
класс: сплошные спецэффекты, - сказала я Шуре. - Называется "Терминатор-2".
Посмотрим?"
"Почему бы и нет", - отвечал Шура, и я стала рассказывать, кто такой
Великий Арнольд, о его недавней свадьбе, о том, что, по-моему, его главное
достоинство - умение смеяться над собой. Сценарий, конечно же, оставляет желать
лучшего, но в таких фильмах главное - захватывающее действие и дорогие
спецэффекты.
Вообще Шура смотрит телевизор крайне редко - один-два раза в неделю, когда
мы устраиваем выходной (мы называем это "днем закрытых дверей"). Вечером
такого дня мы запираемся в спальне, включаем любимую музыку, валяемся в постели
и не отвечаем на телефонные звонки. Зимой в спальне работает маленький
обогреватель, летом - большой вентилятор. Нескольких часов вместе бывает
достаточно, чтобы обсудить все текущие события, поделиться всеми радостями и
огорчениями. Потом мы идем готовить ужин.
Ужинаем мы перед телевизором в гостиной. Мы оба любим сериал "Лицом к севе-
ру" и смотрим даже повторы; я также записываю время от времени самые
интересные документальные фильмы: например, о раскопках древних городов майя или о
гангстерах тридцатых годов. Такие фильмы мы смотрим для общего образования (я
искренне считаю, что любой американец, который не знает, что произошло в
Чикаго в 1929 году в день святого Валентина7, страдает острым недостатком
культуры) .
А иногда я беру в прокат видеокассету с новым фильмом - так получилось на
этот раз.
В самом начале "Терминатора-2" есть сцена появления "доброго терминатора"
на Земле его голое тело блестит в тусклом свете ночных фонарей. А за
мгновение до его появления в воздухе происходит серия красивых электрических
разрядов. Я на всякий случай объяснила Шуре, что это из-за сопротивления
пространственно-временного континуума: когда в нем появляется дыра, всегда
сталкиваешься с электромагнитными аномалиями. Шура молча кивнул головой: он хорошо
представляет себе мои познания в области электромагнетизма.
Фильм нам обоим очень понравился. И вот, думая обо всех этих молниях и
разрывах в пространстве и времени, я вдруг вспомнила, что сама однажды побывала
в месте, где случился такой разрыв.
Место это - знаменитый город Лурд на юге Франции. В начале 80х, во время
путешествия по Европе, мы заехали туда по моей просьбе. Шура тогда участвовал
в научной конференции где-то на севере Германии, а затем мы отправились
поездом в Лурд, чтобы потом проехать всю французскую и итальянскую Ривьеру.
Сначала мы остановились в маленьком городке Либурне (попали как раз в
базарный день), там мы пересели на другой поезд, который шел через страну
виноградников - Бордо. За окнами купе тянулись холмы, покрытые бесконечными
садами и виноградниками, где зелень ярко контрастировала с красно-бурой землей;
постепенно они сменялись более равнинным ландшафтом. Вместо коттеджей с
ухоженными палисадниками теперь за окном мелькали домики с заброшенными садами -
явный признак нищеты и упадка.
Из поколения моих детей большинство ничего не слышало о лурдском чуде. Люди
нашего возраста впервые познакомились с этой историей, когда в 40-х годах
вышел фильм "Песня Бернадетты", прославивший молодую актрису Дженнифер Джонс.
Посмотрев фильм, многие отправились в библиотеки, чтобы узнать подробности о
жизни святой Бернадетты.
Я всегда питала страсть ко всевозможным, так называемым чудесам, поэтому
прочла все, что имелось в библиотеках по данному вопросу. Как мне удалось
выяснить, 14-летняя Бернадетта Субиру не отличалась ничем особенным до того дня
в 1878 году, когда встретила возле пещеры недалеко от своей деревни существо,
которое она назвала "Девой", но так и не смогла более-менее связно описать. С
тех пор, как я посмотрела фильм и прочла книги, мне захотелось непременно
побывать на этом месте.
Пещера превратилась в католическую святыню. Считается, что источник в ней
исцеляет любые болезни. Источник появился, когда Бернадетта по указанию
"Девы" выкопала ямку внутри пещеры - неожиданно из ямки потекла вода, и "Дева"
сказала, что это святой родник, и вода в нем может исцелять.
Я отдавала себе отчет, что источник и пещера стали доходным местом для
церкви, и была готова увидеть коммерческое использование и профанацию
святыни . Мне наплевать на все это: я не католичка, и я ехала в Лурд не для того,
7 Бойня в День святого Валентина (англ. St. Valentine's Day massacre) — название, которое
получила расправа итальянских мафиози из группировки Аль Капоне с немецко-ирландскими
гангстерами из конкурирующей банды во главе с Джорджем Мораном по прозвищу «Баге», — в
результате которой было Застрелено семеро человек. Произошло в Чикаго 14 февраля 1929 года, во время
сухого Закона в США. Событие показано в фильмах: «Лицо со шрамом» (1932), «В джазе только
девушки» (1959), «Бойня в День святого Валентина» (1968).
чтобы вылечиться от болезней или обрести просветление. Я просто хотела
увидеть своими глазами скалу, или пещеру, или грот, где произошло такое чудесное
событие.
Когда я сказала Шуре, что хочу посетить Лурд, он тут же согласился и
добавил , что ему, наверное, тоже будет интересно посмотреть чудесное место. Он
пообещал не проявлять свой научный скептицизм, но предупредил меня:
А ты представляешь себе, что там все кругом заплевано из-за туристов, и
полно калек?
Все в порядке, мне это не помешает. Я ведь просто хочу посмотреть на
это... как ты сказал? - "чудесное место".
Тогда поехали. Я просто не хочу, чтобы ты разочаровалась.
Поезд шел теперь по лесистой горной местности - Пиренеям. Мы встали возле
открытой двери тамбура и наслаждались величественным видом горных вершин и
чистым прозрачным воздухом, пахнущим соснами.
Первое, что мы увидели, подъезжая к Лурду, была полоса широкой реки внизу
под нами. Поезд сделал поворот, и совершенно неожиданно на берегу реки
показался огромный собор, сверкающий золотом на фоне темной зелени окрестных
холмов .
Ах, старая добрая католическая церковь! Знают, как привлечь внимание!
Поезд прибыл на вокзал, и мы закинули на спину рюкзаки, немного ошарашенные
количеством по-разному одетых медсестер, собравшихся на платформе. Вдоль
стены вокзала стояли длинные ряды инвалидных кресел. Мы не стали смотреть, как
сходит с поезда это множество инвалидов, которым медсестры должны были
помогать, и поспешили в город, чтобы найти место для ночлега. Мы устали от долгой
поездки, поэтому забрели в первую попавшуюся скромную гостиницу и рано легли
спать, отложив экскурсию до утра.
После завтрака мы пошли гулять. Город лежит на склоне холма, под ним течет
река, через которую перекинут широкий каменный мост.
Главная улица города спускается к реке. На ней много магазинчиков -
большинство из них торгует пластиковыми бутылками с изображением Мадонны - для
воды из источника. Там же лежат ложки с Мадонной, шапки, шарфики и даже
пепельницы. Иногда попадаются статуэтки святой Бернадетты, но основным спросом
пользуется, очевидно, все-таки Мадонна.
Мы перешли через мост и оказались в большом парке - где-то далеко виднелся
золотой шпиль собора. Ухоженные газоны и клумбы радовали глаз. На тропинке мы
обогнали нескольких монахов в длинных подпоясанных коричневых одеждах, с
четками в руках. Некоторые из них шли медленно, сложив руки за спиной, другие
торопились и обгоняли нас. Я подтолкнула Шуру и прошептала: "Как в средние
века". Шура улыбнулся и навел фотоаппарат на почтенного старца с огромной
седой бородой, в черных одеждах и немного нелепом берете, лихо заломленном на
затылок.
Мы подошли к большому овальному газону, посередине которого на небольшом
постаменте стояла статуя Мадонны в человеческий рост, окруженная клумбами с
ноготками, петуниями и какими-то неизвестными мне синими цветочками. Мы
остановились и сделали несколько снимков.
Дальше, под большим деревом рядом с тропинкой, стояла небольшая статуя
Бернадетты Субиру. Девочка стояла на коленях посреди своего собственного садика
из ноготков и анютиных глазок. Мы остановились, и Шура сказал: "Неужели все
из-за этого ребенка?" И я ответила: "Похоже на то, благослови ее господь".
Наконец мы вышли на небольшую площадь перед собором. Мои ноги к этому
времени уже устали. Стрелки указывали, что пещера находится где-то справа от
собора , и мы пошли в ту сторону по широкой ровной аллее. Справа от нас текла
река. Слева была скала, на которой стоял собор; голый камень постепенно
переходил в поросший лесом холм. Вдоль отвесной стены скалы стояли коробки со
светло-голубыми церковными свечами с ценниками согласно длине. Мы удивленно
переглянулись.
Через несколько минут Шура предложил, чтобы я шла с удобной для меня
скоростью, а он пока сбегает на разведку до конца тропинки. "Да, милый, - сказала
я. - Мне бы только дойти до пещеры, и можно поворачивать назад. Ты меня легко
найдешь". Шура поцеловал меня в щеку и убежал.
Вокруг было довольно много людей. Сестры милосердия толкали перед собой
инвалидные кресла с престарелыми пациентами, а один раз мимо меня провезли
довольно молодого инвалида с очень бледным лицом. По сторонам аллеи в
беспорядке стояли скамейки и деревянные стульчики. К скале были пристроены небольшие
странные помещения: скорее всего, там больные принимают исцеляющие ванны.
Я все еще никак не могла обнаружить признаков самой пещеры, поэтому, собрав
весь запас французских слов и страшно стесняясь своего произношения,
обратилась к скучающему жандарму: "Где здесь грот?" "Да вот же он", - отвечал он,
неопределенно махнув рукой, словно нужно было быть слепой, чтобы не увидеть
пещеру. Я поблагодарила его и продолжала путь.
Идя дальше, я попыталась вычислить, где же пещера, по расположению скамеек
на бульваре. На склоне скалы пока еще не было видно ничего особенного. Вдруг
я почувствовала, что по моим щекам текут слезы. Не то, чтобы я была чем-то
расстроена: это были беспричинные слезы. Наоборот, я чувствовала себя
превосходно, слезам было просто неоткуда взяться. Я решила не обращать на них
внимания .
Может быть, наше подсознание испытывает гораздо больше эмоций, чем мы можем
заметить. Может быть, именно из-за этого я плачу. Все может быть.
Через несколько шагов, я вдруг поняла, что в первый раз расположение
скамеек несет в себе какой-то смысл. Скамейки образовывали три стороны квадрата,
примыкающего к скале. И вот, наконец, я вижу перед собой то, зачем я шла
сюда . Это не пещера, а просто маленькое отверстие в скале глубиной, может быть,
в метр.
Я глубоко вдохнула и остановилась. В стене пещеры был сделан уступ, на
котором стояла небольшая статуя Мадонны. Внутри пещеры виднелись вазы с цветами
- видимо, вокруг волшебного источника.
И вот, стоя перед святой пещерой, я вдруг почувствовала, что из ее глубины
на меня исходит сияние - почти слышимая песня, поток счастья. У меня
перехватило дыхание, и все тело вдруг пронизало ощущение эйфории.
Господи! Оно действует! Чудо, которое произошло с Бернадеттой, все еще
действует !
Я стала вглядываться в лица людей, сидящих вокруг источника: чувствуют ли
они то же, что и я? Нет, я не смогла уловить в лицах окружающих ничего
похожего на мое состояние. Несколько человек сидели не шелохнувшись, опустив
голову - может быть, они тоже купались в этой энергии?
Бесполезно спрашивать, так что я никогда об этом не узнаю.
Я медленно подошла к пещере и встала в очередь, чтобы войти внутрь. Передо
мной было всего несколько человек, так что мне почти не пришлось замедлять
шаг. Проходя мимо статуи Мадонны, я вдруг неожиданно заметила, что на ее
ногах нарисованы две золотые розы. "Розочки на ножечках", - почему-то
пронеслось у меня в голове, и я вспомнила, что Бернадетта говорила, что "Дева" была
босиком, и на ногах у нее были золотые розы.
Я наклонилась, чтобы посмотреть, как под толстым стеклом в полу пещеры бьет
родник. Потом вышла - всепроникающая радость не оставляла меня.
Шура появился через несколько минут. Я сидела на скамейке и купалась в
волшебном излучении, шедшем из глубины пещеры. Когда он положил мне руку на
плечо , я обернулась и прошептала: "Это было потрясающе!"
- Рассказывай скорее.
- Встань здесь. Разве ты сам не чувствуешь?
- Вроде нет, дорогая. А что чувствуешь ты?
Это как музыка без звуков. Счастье, радость - они словно текут оттуда.
Кажется, что чудо случилось прямо вчера.
Я почувствовала, что не могу говорить из-за того, что слезы наворачиваются
на глаза.
Ничего себе! Жалко, что я не могу настроиться на эту волну. Я чувствую
что-то, но мне кажется, что энергия идет от тебя.
Ну, ничего... Пойдем посмотрим собор.
Я попыталась утешить его, чувствуя себя виноватой за то, что он не может
разделить со мной счастье. Мы пошли назад.
Ну, давай смотреть все сразу, раз уж мы здесь, - сказал Шура, как
всегда, полный бесконечного терпения.
Я остановилась, чтобы достать из сумочки маленький пакетик со 120
миллиграммами МДМА. Я объяснила Шуре, что хочу принять их, чтобы обострить чувства
перед тем, как войти в собор. Шура не возражал: "Вперед, если считаешь, что
это тебе поможет".
Я пошла запить порошок водой из питьевого фонтанчика, пока Шура ждал меня:
руки в карманах, слегка покачиваясь на каблуках - и мы продолжили наш путь
назад к собору, вход в который был там, где кончалась скала.
Я рассказала Шуре о своих беспричинных слезах и еще раз описала чудесное
излучение, шедшее на меня из глубины пещеры.
Когда мы подошли к ступенькам собора, я неожиданно поняла, что мои уставшие
ноги вдруг опять обрели силу, и я вприпрыжку бросилась вверх по ступенькам,
что-то крича. Наверху я остановилась на мраморной площадке с балюстрадой и
перевела дух. Шура не спеша подымался ко мне, и у меня было время внимательно
посмотреть внутрь своего сознания, чтобы узнать, неужели МДМА уже начало
действовать. Ничего похожего. Я просто ощущала прилив энергии, но никаких
признаков действия МДМА не было.
Обычно эффект наступает минут через десять, так что еще рано.
Мы зашли в собор, но, постояв немного, ушли: мы поняли, что здесь мы не
узнаем ничего важного. Все волшебство было там, в пещере, а остальное - просто
католическая церковь.
Когда мы шли по парку, я сказала Шуре: "Представляешь, дорогой, МДМА так и
не подействовало. И я, по-моему, даже знаю, почему. Просто у меня был такой
прилив энергии после пещеры, что МДМА не могло дать мне ничего большего. Я
ведь до сих пор чувствую эту энергию". Я радостно засмеялась.
В городе мы зашли в книжный магазин, и я попросила показать мне книги о
святой Бернадетте. Оказалось, что в магазине есть только одна тоненькая
книжечка на французском.
Вернувшись в гостиницу, я стала читать ее с помощью Шуры, который переводил
мне самые сложные моменты. Книга не только удовлетворила мое любопытство, но
и обрадовала. Я только искренне удивлялась, почему церковь позволила
опубликовать легенду - настолько многое в ней противоречило их официальной версии.
- Оказывается, когда местный священник попросил Бернадетту спросить у Девы,
как ее имя, девочка, стоя, как всегда, на коленях у входа в пещеру, задала
вопрос, и Дева отвечала, что ее зовут "Акверо", что на местном диалекте
означает "так и быть". Бернадетта не поняла ответа, но послушно передала его
священнику. Историю сразу же сообщили в Ватикан. Наконец церковь объявила, что
Дева в пещере была Матерью Божьей, Мадонной, и с тех пор это место стало
святым. Как вам это нравится?
- Ты так радуешься потому, что Дева не сказала, что ее зовут Мадонна?
- Конечно! Ничего подобного не было! Она сказала, что ее зовут "Акверо" -
это чудесный ответ в дзенском стиле, специально, чтобы запутать всех, особен-
но священников. Это же полностью меняет суть дела! Церковь просто перехватила
случившееся чудо. Им не нужно было, чтобы девочка пыталась, как-либо по-
другому объяснить появление волшебной Девы, поэтому они сразу объявили ее
Мадонной .
- И с тех пор все считают, что Бернадетта видела именно Мадонну.
- Конечно, и никто не читает эту маленькую книжку перед тем, как просить
исцеления у источника. Да и большинство посетителей - все равно католики, и
вряд ли кто-нибудь из них обратит внимание на эту историю с "Акверо".
- Похоже, ты права.
- И чем больше случаев исцеления - тем больше уверенности, что это была
именно Мадонна.
Мы долго лежали и молчали, думая о происшедшем, потом я встала и начала
собирать рюкзаки. Мы уезжали утренним поездом.
И все же, каким образом этот поток радости и счастья смог сохраниться в
течение ста лет? Значит ли это, что если однажды ткань реальности рвется, этот
разрыв остается навечно, и сила, которая исходила оттуда во времена Бернадет-
ты, иногда возникает и сейчас? В чем смысл этого излучения?
Я упаковывала вещи и пыталась разобраться в своих чувствах.
Это была Любовь - Любовь, говорящая "да" всему на земле, Любовь как
энергия, как радость, как единственная причина существования. Если раздумывать об
этом, то все может показаться бессмыслицей. Однако я ее почувствовала -
стоило только оказаться в том самом месте, где все началось. Время тут ни при
чем. Это чувство вне времени. В каком бы измерении оно не существовало, оно
может проникать в наш мир, и эта связь остается на века.
Как только я закончила собираться, мы легли спать. Я прижалась к Шуре и
прошептала: "Спасибо, родной, что привез меня сюда: я и не ожидала, как много
это мне даст. Тут и вправду происходят чудеса, а я думала, что никогда не
увижу настоящего чуда. Ты не представляешь, как я тебе благодарна. Я так тебя
люблю!"
Шура, засыпая, отвечал: "Я тебя тоже, радость. Спокойной ночи".
Я поцеловала его, и мы заснули под звуки веселых разговоров прохожих на
улице.
ГЛАВА 3. ДРЭД И ДРУГИЕ
ПОУЧИТЕЛЬНЫЕ ОПЫТЫ
(Рассказывает Алиса)
Мы с Шурой - люди совершенно разные. У нас непохожие таланты и навыки,
непохожие реакции на некоторые психотропные препараты, разный образ мысли и
восприятия. Но мы сходимся в одном: мы оба не получаем никакого удовольствия
от марихуаны. (Мы также ненавидим Вагнера, но об этом я расскажу как-нибудь в
другой раз.) Мы признаем, что конопля обладает неоценимыми достоинствами, как
для технического, так и для медицинского использования. Для миллионов людей
во всем мире это лучший способ снять стресс и расслабиться. Мы также
понимаем, что у некоторых марихуана может вызывать привыкание, не физическое,
конечно, а психологическое, что тоже плохо. Но когда я говорю, что нам она не
нравится, я имею в виду что-то сугубо личное: ее действие нам неприятно, и
как говорит Шура, она нас ничему не может научить.
Ах, да... Одно исключение из последнего правила: марихуана, как никакой
другой препарат, может замедлять время, и это порой служит источником
увлекательного личного опыта.
В первый раз я попробовала марихуану лет в двадцать, и это было ужасно:
каждые десять секунд мое сознание начало отключаться, после чего приходилось
заново вспоминать, кто я и почему я здесь. Через некоторое время приходилось
процесс самоидентификации повторять.
БАХ!
- Кто я?
- Я Алиса.
- Ага, вспомнила. Так... Где я нахожусь?
- Сижу на диване у себя дома.
- Что я делаю?
- Только что покурила траву, и теперь пытаюсь понять, что со мной
происходит .
БАХ!
- Кто я?
- Я Алиса...
И так несколько часов... Когда я, наконец, вышла из этого состояния, я
поклялась никогда больше не употреблять траву.
Но, конечно, мы никогда не учимся на ошибках. Когда мне было около
тридцати, у меня был друг по имени Стив - великолепный и крайне уверенный в себе
парень. Когда я рассказала ему о своем первом опыте с марихуаной, он решил,
что тогда у меня, наверное, было не то настроение, и что теперь я должна
повторить, на сей раз вместе с ним. Он обещал, что мне очень понравится, и что
он будет полностью контролировать ситуацию.
Мы вышли на улицу, сели на скамейку во дворе, он протянул мне косяк, и я
затянулась, как всегда, закашлявшись. Он требовал, чтобы я затягивалась еще и
еще. "Давай, давай, Алиса, на этот раз все будет ништяк! Еще одну затяжку".
Вдруг у меня сильно закружилась голова. Я сказала, что с меня хватит; Стив
одобрительно похлопал меня по плечу и докурил косяк сам. Вдруг я
почувствовала, как мой мир распадается на два, на три, потом на четыре уровня
реальности, четыре разных восприятия, четыре разных сидящих по деревом Алисы,
пристально разглядывающих узор осенних листьев на земле. Я с ужасом чувствовала,
как ощущения проходят сквозь меня волна за волной. Расслабиться было
невозможно: все время приходится концентрироваться, чтобы встретить следующую
волну. Мне не очень нравились эти чувства. Не то что бы я считала их враждебными
или опасными - они были просто очень сильны и из-за этого неприятны.
Неожиданно уровней стало пять, потом шесть. "Пойдем домой, со мной что-то
неладно", - сказала я Стиву.
Дома, лежа на диване, я заметила, что миров стало уже восемь. Больше всего
меня интересовало, в каком же из них я находилась до того, как покурила.
Это было что-то вроде восьмиэтажного дома в разрезе. Одна из квартир была
моим обычным миром. Остальные выглядели почти так же, но в каждой бросалась в
глаза либо дверь неправильной формы, либо странная мебель; все предметы
меняли свои очертания. Мне пришлось сильно сконцентрироваться, чтобы разобраться
во всей этой мешанине неправильных образов и попытаться найти выход.
Мой друг сидел напротив меня в кресле, глаза его были закрыты, он улыбался.
Я неожиданно поняла, что это он все подстроил - расслоение реальности и
прочую гадость.
Наверное, это и есть мания преследования. Чувствуешь, что За всеми
событиями стоит чья-то Злая воля. Тебя обманывают, предают. Нужно срочно выбираться.
Где-то должен быть выход.
И вот поочередно на разных уровнях сознания я приходила к одной и той же
мысли: хватит с меня этих странных отношений со Стивом, хватит быть слабой
беззащитной жертвой, я выросла из этого человека, пора двигаться дальше.
Через несколько часов сознание прояснилось, привычная реальность потихоньку
победила все остальные уровни, и вот, наконец, я пришла в нормальное
состояние, и непонятная тревога сменилась приятной злостью.
Третий раз я пробовала марихуану через много-много лет. На этот раз рядом
со мной был Шура Бородин.
Мы были знакомы уже полгода, и Шура пригласил меня в гости к своим друзьям.
Он позвонил в четверг вечером и после обмена новостями спросил:
Кстати, не хочешь в субботу съездить в гости к моим друзьям? У них домик
в лесу недалеко от Санта-Круз, там будет много интересных людей. Тебе
понравится .
- Я бы с радостью, но ведь мы с тобой идем в театр с Рут и Джорджем. Ты
разве забыл?
- Мы успеем. Нас зовут к полудню, часов на пять. Как раз успеем на "Иолан-
ту".
- Отлично, тогда поехали.
- Я заеду за тобой в одиннадцать.
- Хорошо, буду ждать.
Мы ехали долго. Солнце на удивление ярко освещало прибрежное шоссе: обычно
летом холмы застилает туман с моря. Машина круто повернула, и у нас захватило
дух при виде красивейшего утеса, который подымался из ярко-синего моря.
- Я не рассказывал тебе о моих друзьях, к которым мы едем - Аароне и Грейс?
- Нет, я их не помню.
- Это мои старые друзья. Я очень их люблю. Очень умные, образованные люди,
с хорошим чувством юмора. Написали отличную книгу о психоделических грибах в
древней Скандинавии, особенно про использование мухоморов берсерками. Слышала
когда-нибудь про берсерков?
Да, но не знала, что они употребляли мухоморы. Это ведь мухоморы
называют волшебными грибами?
Да-да, те самые грибы с рождественских открыток.
Мы свернули на проселочную дорогу наверх, в горы. Тут и там на склонах
лесистых холмов мелькали крыши коттеджей. Наконец Шура припарковал машину рядом
с двумя другими и сказал, что дальше мы пойдем пешком.
Через несколько минут мы были у калитки, и нас встречал сам хозяин дома.
Шура представил меня. Аарон, невысокий, кудрявый человек, заулыбался в ответ:
"Очень рад вас видеть, Алиса, идите познакомьтесь с Грейс: она командует
парадом на кухне". По заросшей папоротниками лестнице мы спустились к дому: в
большой гостиной сидело уже достаточно много гостей, некоторые расположились
на полу на громадных подушках.
Аарон проводил меня на кухню, где познакомил с Грейс - стройной женщиной
немного повыше меня, с длинными каштановыми волосами, заплетенными в толстую
косу. У нее было симпатичное, живое лицо. Она наклонилась ко мне, чтобы
перекричать общий шум: "Привет, Алиса, чувствуй себя как дома! Что будешь пить?"
Красивые проницательные глаза. Видно, что она часто смеется. А какая
фигура !
Я взяла стакан сока и вышла на веранду с Аароном и еще одним гостем.
Посреди открытой веранды, прямо из пола рос громадный дуб, его крона образовывала
нечто вроде потолка. Вокруг сидели, стояли, смеялись и разговаривали люди. Я
села на скамейку за большой стол, покрытый белой, в красную клетку скатертью,
и, набрав себе закусок, повернулась лицом к дверям, чтобы увидеть Шуру, когда
тот выйдет на веранду.
Шура появился через несколько минут, сразу нашел меня в толпе и улыбнулся -
я была уже безумно влюблена в эту улыбку. Он присел рядом с бокалом красного
вина в руке и, как обычно, спросил: "Ну, как дела?"
Я отвечала, что отлично, и что Аарон и Грейс, кажется, очень приятные люди.
"Конечно, конечно" - заулыбался Шура.
Примерно через час мы с Шурой весело болтали о живописи с высоким
блондином, который представился "самым гениальным из непризнанных художников
Калифорнии". Мы обсуждали выставку в оклендском музее, куда Шура водил меня за
неделю до этого, и хором ругали одного из выставлявшихся художников, который
показался нам всем крайним профаном. Я легко запомнила его имя: его звали так
же, как моего любимого пианиста.
Вдруг раздался громкий низкий голос: "Кто хочет - присоединяйтесь". В углу
веранды немолодой человек в джинсовом костюме держал в руке что-то, издалека
похожее на большую черную сигару.
Что это, Чак?
Это анаша из Африки. Очень, очень сильная вещь, называется "дрэд" - не
знаю почему, просто так называется, ("дрэд" - по-английски "ужас"). Клянусь,
вы никогда такую не пробовали.
Шура обратился ко мне:
- Говорят, хорошая африканская марихуана. Хочешь попробовать?
- Может быть, только одну затяжку: ты знаешь, мне с ней не везло.
- Я тоже не особенно ее люблю. Но пара затяжек, пожалуй, не повредит.
- Возможно.
- Хотя, знаешь, у меня есть правило - никогда не употреблять незнакомые
препараты вне дома.
Ну, если ты считаешь...
Да ладно, можно иногда себе позволить... Но только пару затяжек. А то
кто его знает, вдруг эта любопытная сигарка соответствует названию?
Интересно, как пишется: "дрэд" или "дред"?
Я засмеялась, и мы подошли к компании, которая собиралась попробовать.
Когда сигара дошла до меня, я постаралась сделать совсем неглубокий вдох: мне
не хотелось кашлять перед всеми. Несмотря на то, что я курю табак, я почему-
то всегда очень сильно кашляю после затяжки марихуаной.
На этот раз все было точно так же. Я побежала на другой конец веранды,
останавливаясь через каждые два шага, чтобы прокашляться. Шура шел за мной.
Прости, со мной всегда так.
Ничего страшного. Сейчас прошло? - спросил Шура. Я осторожно вздохнула и
сказала, что мне уже лучше.
Мы разглядывали дом и сад. Наш приятель-художник куда-то исчез, и, пытаясь
отыскать его взглядом, я заметила, что человек с сигарой обходит гостей,
предлагая еще по затяжке. Он подошел к нам, и Шура сделал еще одну глубокую
затяжку. Я последовала его примеру. На этот раз я вдыхала очень плавно и не
спеша, так что почти не закашлялась.
После этого Шура сказал Чаку: "Спасибо, я думаю, мы на этом остановимся".
Чак отошел, и Шура сказал мне: "Ты не возражаешь, если я отойду на пару
минут, я заметил старого друга. Я бы познакомил тебя с ним, но боюсь, сейчас не
вполне подходящее время.
Я засмеялась: "Ага, воображаю, что будет, если во время разговора у меня
начнется приход".
"Я вот тоже так думаю", - заулыбался Шура.
"Иди-иди, я буду либо здесь, либо поближе к столу - если вдруг захочу
есть".
На этот раз я села лицом к блюдам с пучками зелени, чипсами, оливками и
прочими закусками. Я уставилась на клетчатую скатерть и стала ждать, когда
все начнется. Насколько я помнила, после обычной травы эффект наступал через
десять-пятнадцать минут.
Вдруг на меня словно опустилась тонкая, но звуконепроницаемая оболочка: я
перестала слышать голоса людей на веранде, перестала слышать вообще. Это
ощущение обволакивающей тишины достаточно хорошо знакомо всем, кто употреблял
психоактивные вещества, но обычно оно ассоциируется с состоянием глубокого
покоя, мне же казалось, что меня заперли, отрезали от внешнего мира. Вдруг я
почувствовала, что меня хотят отравить. В моей энергетической оболочке проде-
лали дыру, и теперь сквозь нее на меня льется ядовитая зеленая жидкость.
Я не могла пошевелиться и беспомощно замерла, чувствуя, что сейчас потеряю
сознание или умру. Странно, но я даже не испугалась по-настоящему: мои
чувства были парализованы вместе с телом. Но думать я еще могла...
Если я прямо сейчас упаду на бок, то до смерти испугаю гостей, Шура может
запаниковать, и потом мне будет очень стыдно перед всеми этими прекрасными
людьми. Надо облокотиться на стол - тогда я, может быть, не упаду. Это
пройдет , если я не умру, обязательно пройдет.
Я почувствовала, как кто-то положил мне руку на плечо, и услышала далеко-
далеко голос Шуры: "С тобой все в порядке?"
Ответить я не могла. Пока я с огромным трудом сохраняла вертикальное
положение .
В моем поле зрения появились очертания Шуриного лица. Он опять задал
вопрос; слова едва доносились внутрь зеленоватой оболочки: "Ты можешь
говорить? "
Я умудрилась слегка покачать головой из стороны в сторону.
"Тогда слушай меня внимательно. Сейчас я донесу тебя до места, где ты
сможешь лечь, и выведу тебя из этого состояния. Понимаешь?"
Я медленно кивнула, уставившись в одну точку: я смотрела на свои пальцы,
вцепившиеся в край стола.
Я почувствовала, как Шурины большие руки осторожно поднимают меня под
мышки, и с удивлением поняла, что стою. Шура медленно подвел меня к шезлонгу на
солнечной стороне веранды, аккуратно посадил и сам сел рядом на табуретку,
облокотившись на стол.
Он видит, что я не могу повернуть голову, и поэтому старается держаться в
моем поле зрения.
"Так, теперь постарайся сосредоточиться на том, что делает моя рука.
Смотри, я кладу большой палец на край стола сверху, а указательный прижимаю
снизу. Теперь скажи, сколько сантиметров между пальцами, какова толщина крышки
стола?"
О чем он? Я почти парализована, а он спрашивает про крышку стола! ЧТО ОН
ДЕЛАЕТ?
"Я знаю, это смешно, но, пожалуйста, забудь об этом на секундочку, просто
сосредоточься на моих пальцах, и попробуй определить расстояние между ними".
О Боже, неужели мне придется играть в эту абсурдную игру? Кажется, он не
оставит меня в покое. Ну что же, попробуем сосредоточиться. Сколько
сантиметров между пальцами? Похоже, что пять. Теперь надо открыть рот и сказать
ответ .
"Пять, пять сантиметров" - услышала я свой голос.
Шура наклонился ко мне и взял меня за руки: "Отлично, ты сделала это!
Теперь ты можешь двигаться. С тобой все в порядке".
Я недоверчиво посмотрела на него, но вдруг заметила, что мои руки уже
загораживают глаза от солнца, и что весь паралич прошел. Я встала и нервно
заулыбалась .
Как тебе это удалось? Что это была за чушь про толщину стола?
Старый фокус. Если можешь заставить себя сильно на чем-то
сосредоточиться, то вырываешься из оцепенения. Скорее всего, просто возвращаешь себе
контроль над эго. Не знаю как, но это работает.
Мое раздражение потихоньку ушло, но некое неприятное чувство оставалось.
Похоже, придется просто сказать спасибо. Нет причин для раздражения. Шура
спас меня, он знал, что делать, и я теперь вне опасности. Но все равно
чувствую себя немного на грани.
Я улыбнулась, встряхнулась и сказала: "Ничего себе!"
"Давай уйдем с солнца", - сказал мой добрый волшебник, и когда я поняла,
что голова не кружится, и я смогу идти без проблем, Шура повел меня сквозь
толпу гостей. Мы не привлекали особого внимания; некоторые говорили:
"Привет !". Мы добрались до уголка сада, где между большим деревом и деревянным
столбом висел гамак, я села на стул под деревом, а Шура лег в гамак. Он
наклонился ко мне, собираясь что-то сказать.
Вдруг его лицо исказилось, он на секунду потерял равновесие, потом вдруг
вскочил из гамака и неуверенно побежал в сторону дома.
Он вернулся примерно через пятнадцать минут, но под марихуаной время течет
очень долго, и мне показалось, что он отсутствовал, по крайней мере, час. Но
я не возражала - я все это время рассматривала гостей. Один из них замер,
обхватив ствол дерева посреди веранды, и по его лицу я поняла, что он сейчас
чувствует.
Бедняга - еще одна жертва черной сигары.
В другой раз я бы подошла к нему, но здесь ситуация была явно неподходящая,
притом мне совсем не хотелось слезать со стула.
Как ощущения? Тело под контролем, раздражение ушло. Почему я была такая
злая? Почему вместо благодарности Шуре за спасение я чуть было не наорала на
него? А-а-а, конечно! Ощущение полной беспомощности - вот главная причина
злости. Пока мои эмоции подавлены, я чувствую только легкое раздражение, но,
может быть, скоро оно перерастет в настоящую ярость. Даже наверняка.
Вернулся Шура. Он больше не улыбался. Я пыталась спросить, что случилась,
но Шура только сказал: "Пошли отсюда".
Мы прошли через дом, даже не стараясь найти хозяев, чтобы попрощаться.
Мы медленно и молча дошли до машины.
С ним что-то произошло. Что-то, о чем он даже не хочет рассказывать. Я не
буду спрашивать.
Шура очень осторожно выехал со стоянки - несколько раз мотор глох и
слышался скрип тормозов. На проселочной дороге мне показалось, что Шура едет чуть
быстрее, чем нужно, но не успела я ему об этом сказать, как он сбавил
скорость. Я попыталась расслабиться. Через несколько минут Шура сказал:
Ты не могла бы... ты не могла бы смотреть назад на дорогу? Я не вижу...
зеркало заднего вида... Я не вижу... куда мы едем... Зеркало заднего вида...
(Он потом объяснил мне, что то, что он видел в зеркале заднего обзора,
смешивалось в его сознании с тем, что он видел перед собой, и он не мог
сосредоточиться на дороге.)
О, господи. Ничего страшного, я буду следить за тем, что сзади, а ты
смотри только вперед.
Ой-ой-ой! Не стоило садиться за руль в таком состоянии. Надеюсь, наши
ангелы-хранители не спят.
Я повернулась и приготовилась сообщать Шуре о появляющихся сзади машинах,
но нам повезло: мы были на дороге одни.
Примерно через десять минут, показавшихся мне вечностью, Шура припарковался
возле небольшого кафе.
- Пойдем выпьем кофе.
- Будем сидеть на улице?
- Ага, на улице.
В его голосе все еще было что-то странное.
Мы сели за столик. Не было ни одного посетителя. Шура взял меня за руку,
пожал ее и отпустил. Подошел официант и положил перед нами меню - он был явно
разочарован, когда мы оба заказали кофе. Шура повторил еще раз: "Просто
кофе". Официант удалился.
- Я бы с удовольствием порадовал бы его, но в данный момент не могу
смотреть на еду.
- И я тоже, - я без всякого энтузиазма представила себе местные сэндвичи.
Возникла неловкая пауза, в течение которой я внимательно изучала лицо Шуры
- он все еще хмурился. Наконец я решилась:
- Так что с тобой случилось?
- Видишь ли, я очень радовался, что смог вывести тебя из ужасного
состояния, и на меня трава не действовала, но когда я лег в этот проклятый гамак...
Наконец-то Шура улыбнулся.
- Ну, в общем, как бы сказать... Наверное, это из-за того, что я стал
качаться... Я вдруг почувствовал, что меня прямо сейчас вырвет. И при этом...
как бы сказать... ну, в общем, с другого конца пищевода тоже не все в
порядке . Побежал в туалет - едва успел, просто взрыв какой-то. Пришлось убирать за
собой, поэтому я и задержался.
- А сейчас как ты себя чувствуешь?
- Сказать по правде, страшно злюсь. Прежде всего на себя. Я ведь нарушил
основное правило!
- Какое?
Я, по-моему, тебе уже рассказывал: никогда не принимать неизвестные
вещества в чужом доме. Я нарушил правило, и мне пришлось за это ответить. Какой
же я идиот!
Недовольный официант вернулся с двумя чашечками кофе; Шура достал бумажник
и расплатился.
Когда мы снова остались одни, мы продолжали обсуждать, чем могла быть
пропитана эта сигара. Шура называл возможные варианты: от Пи-Си-Пи до
экзотических растений, о которых я даже не слышала. Шура даже сомневался, была ли
вообще в сигаре марихуана.
Мы молча пили кофе. Вдруг на меня нахлынула странная смесь противоречивых
чувств: с одной стороны, мне было хорошо с Шурой; с другой, я чувствовала все
растущую злость.
Ну что ж, если это все-таки была марихуана, то, значит, я пробую ее в
третий раз, и в третий же раз потом злюсь. Очень интересно.
Шура хлопнул себя по лбу и проворчал: "Почему я не обратил внимание на
название этой сигары?"
В первый раз после роковой затяжки я искренне рассмеялась. Я совсем забыла,
что здесь имел место уникальный случай правдивой рекламы. Шура криво
улыбнулся .
Потихоньку мы успокоились, и Шура начал вспоминать другие случаи
передозировки, которые происходили с ним - он называл их "игрой со смертью". Я снова
смеялась, и мы заказали еще кофе. Наконец, внимательно посмотрев друг другу в
глаза, мы в последний раз спросили: "Как ощущения?", и обнаружили, что
вернулись в нормальное состояние - как раз вовремя, чтобы успеть на спектакль в
Сан-Франциско.
Мы посмотрели "Иоланту". По крайней мере, все нам говорили, что мы
посмотрели "Иоланту" - лично я не помню ничего. Полная амнезия. Единственное, что
осталось у меня в памяти - это образ блондинки в розовом платье с блестками.
Только через несколько месяцев мы рассказали Аарону и Грейс, что же
заставило нас так поспешно уехать. Мы прямо спросили их, что было в сигаре кроме
травы, и они заверили нас, что там была только африканская марихуана, правда,
очень сильная. Только одному гостю стало плохо - я сразу вспомнила того
беднягу на веранде. Аарон и Грейс были весьма расстроены.
Мы заверили их, что они ни в чем не виноваты. "Ничего страшного не
случилось, - улыбнулся Шура, - зато я получил отличный урок: надо обращать больше
внимания на названия".
Когда я пробовала марихуану в четвертый и последний раз, я, наконец, смогла
извлечь из этого что-то полезное. Прошло много лет после неудачного опыта с
"дрэдом", но опять рядом со мной был Шура. Мы съели так называемые "печенья
Элис Токлас", получившие название в честь подруги и любовницы Гертруды Стайн.
Такой способ употребления марихуаны был весьма популярен, но нам не знаком,
поэтому мы решили, что обязаны выяснить, отличается ли действие такого
печенья от действия обычного косяка.
В субботу вечером мы приняли ванну и уселись в гостиной в халатах. На столе
уже стояло блюдечко с печеньями. Мы переглянулись, и, поймав Шурин взгляд, я
засмеялась:
Мы, что, боимся? Или сомневаемся? Нет, только не это!
- Не забывай, что основное свойство разума - делать выводы из собственных
ошибок, не правда ли?
- О, да, верное замечание. Но мы ведь раньше только курили ее. Не можем же
мы выражать свое мнение о том, чего не пробовали.
В ответ Шура протянул мне печенье, и мы чокнулись ими, как бокалами вина.
После этого мы пошли в спальню и включили радио - Шура вскоре нашел наш
любимый концерт Брамса. Мы легли на кровать, взявшись за руки.
Примерно через полчаса я почувствовала знакомое ощущение замедления
времени, мыслей и всего течения жизни. Как и в прошлый раз, ощущения были не очень
приятные, так как приходилось справляться с неослабевающим потоком эмоций, но
теперь меня успокаивало присутствие Шуры.
- Ну, как дела, киска?
- Сильные ощущения, но я в порядке.
- Прямо захлестывает тебя целиком...
- А ты как?
- Нормально, но все-таки я не очень люблю это вещество.
Я свернулась калачиком и положила голову ему на плечо. Через некоторое
время я пошла в туалет, и Шура решил проводить меня. Пошатываясь, я пробралась
через гостиную на кухню и, наконец, в ванную. Я прокричала Шуре через
закрытую дверь: "Такое впечатление, что я шла сюда пять лет".
После недолгой паузы за дверью раздался голос:
- Хочешь, проведем эксперимент?
- Давай. Что ты там придумал?
- Подожди меня здесь, я схожу за часами.
- Только приходи побыстрее.
Я разглядывала себя в зеркале уже несколько минут, когда Шура снова позвал
меня из-за закрытой двери:
- Ты еще здесь?
- По-моему, да.
Я не подумала, что мой ответ мог звучать глупо, но это было все равно: он
тоже не очень осознал свой вопрос.
Открылась дверь, и Шурино бородатое лицо, обрамленное седыми волосами,
появилось в поле моего зрения.
- Привет, - сказала я, перестав расчесывать волосы.
- Ты готова к эксперименту?
- Так точно. Что мне делать?
Сейчас я закрою дверь и скажу "Старт!", после этого ты стоишь здесь, и
когда я говорю "Стоп!", ты говоришь, сколько прошло времени со старта.
Поняла?
Слова долго блуждали у меня в голове, пока я, наконец, не решила, что
начинаю понимать.
Хорошо. Приступай.
Я опять уставилась в зеркало и услышала За спиной: "Старт!" Глядя на свое
отражение, я вспомнила, что под действием психоделика нельзя смотреть себе в
глаза в зеркале - можно войти в состояние гипноза.
И что тогда? Буду стоять здесь несколько часов или просто засну? Надо будет
попробовать, если, конечно, Шура будет рядом, чтобы спасти меня в нужный
момент .
Сквозь мое сознание проносились странные образы: планеты, реки, кричащие
дрозды ...
Ага, это Англия, там их полно.
Я вдруг вспомнила наше с Шурой первое утро в Англии - как мы проснулись в
маленькой гостинице в деревне Чарлбери, и за окном я увидела маленький садик,
каменную ограду и стайку дроздов на поле. Я вглядывалась в рассеивающийся
туман, и ждала, что сейчас передо мной появится сказочный кролик Питер в синей
курточке с блестящими пуговицами. Такой я себе и представляла Англию: как на
акварели Беатрисы Поттер. Усталость предыдущего дня мгновенно улетучилась.
Вдруг за дверью раздался голос: "Стоп!"
Я открыла дверь.
- Ну и сколько прошло времени? Немного подумав, я ответила:
- Минут двадцать, не меньше.
- Один к четырем! Великолепно.
- Ну а сколько прошло на самом деле? Ты же мне не сказал.
- Извини. На самом деле прошло пять минут.
- Не может быть!
- Ровно пять минут.
Шура улыбался, глядя на часы.
Просто невероятно. Всего пять минут!
На этот раз неприятных ощущений почти не было.
Похоже, я привыкаю к этому делу. Но все равно, это не мой союзник, как
сказал бы Шура. Нет, явно не союзник.
Я уже собиралась разогревать суп, когда Шура позвал меня:
Посмотри-ка сюда, радость.
Я обернулась и увидела, что Шура стоит перед громадными настенными часами.
Он прошептал:
- Смотри на секундную стрелку
- Смотрю, - ответила я обычным голосом.
- Ты ничего не замечаешь?
Я вдруг поняла, что стрелка бежит до смешного медленно. Я сказала об этом
Шуре.
Давай оба сосредоточимся и попробуем еще ее замедлить.
Мы стали пристально смотреть на часы, стараясь остановить секундную
стрелку, и вдруг случилась совершенно волшебная вещь. Мы одновременно увидели
между собой и циферблатом прозрачную завесу из блестящих шариков. Сквозь нее я
отчетливо видела стрелку, но что-то говорило мне, что, проникая сквозь эту
энергетическую стену, мы попадаем - по крайней мере, наше сознание попадает -
в другую реальность, которую даже невозможно себе представить. На сей раз
перешла на шепот я:
- Ты видишь это?
- Конечно, вижу! - нетерпеливо ответил Шура.
Секундная стрелка почти не двигалась. Я затаила дыхание, осознав, что
сейчас она совсем остановится. Вдруг громкий голос Шуры разрушил все очарование:
- Отлично! Теперь мы знаем, что можем это, и нам необязательно идти до
конца .
- О чем ты? Зачем ты остановился?
Я увидела на его лице выражение, которое не смогла расшифровать. До тех
пор, пока он не сказал сам:
- Стыдно признаться, но я просто испугался.
- Чего, дорогой?
- Ну, просто - ты можешь сказать, что будет, если стрелка остановится?
- Скорее всего, остановится время.
Именно. А что бы с нами было, если бы мы попали в реальность, где время
остановилось?
Ты имеешь в виду, что мы могли бы в ней застрять?
- Ну, просто если там нет времени, то нет и последовательных действий, а
как тогда мы сможем хотя бы захотеть выбраться?
- Должна признаться, реальность за этой стеной меня сильно притягивает.
Может быть, попробуем в следующий раз - попросим, чтобы кто-нибудь
присутствовал, хотя и не представляю, как он сможет нас спасти.
- Я тоже. Ты простишь меня, радость? Шура поцеловал меня.
- Конечно, родной. Даже не извиняйся. Ты, может быть, спас нас от того, что
страшнее... Я вдруг поняла, что и вправду бывают вещи пострашнее смерти, и
что застрять в пространстве, где нет времени - одна из таких вещей.
Мы вернулись в спальню, и я сказала, что больше всего меня потрясло
появление энергетической стены. Дело в том, что я видела точно такую же стену
двадцать лет назад в тот знаменательный день, когда я в первый раз попробовала
пейотль. Это было в музее естественных наук, и рядом со мной был Сэм Голдинг.
Помнишь, я рассказывала тебе, как мы вошли в этот зал с большими
диорамами , вокруг ни души, только металл и стекло, и меня начало отпускать, как
вдруг...
Да, помню. Ты увидела стену.
Сегодня была такая же. Тогда она была больше и разделяла два мира: тот,
в который я попала после пейотля, и мой старый, обычный, в который я
возвращалась . Что это были за стены?
Шура затащил меня в постель.
Обычные стены - разделители миров. Я таких насмотрелся сколько угодно.
Слушай, а что если снять лишнюю одежду?
Первый раз опыт с марихуаной кончается смехом, а не злостью. Больше не
будем, чтобы не испортить впечатление. Найдем другие способы управлять
временем.
Так все и было. Мы больше никогда не пробовали марихуану - это явно не наша
вещь.
ГЛАВА 4. БРАЗИЛИЯ
(Рассказывает Алиса)
Это было в середине восьмидесятых. Однажды в апреле Шуре позвонил некий
господин, представившийся как сеньор Гиоргио Парос, бизнесмен из Бразилии.
- Я здесь по делам: консультируюсь с одной американской фирмой, а также
хотел бы встретится с вами по очень важному вопросу.
- Извините, не могли бы вы повторить вашу фамилию сеньор... отвечал Шура.
Человек на другом конце провода повторил.
- Пожалуйста, зовите меня просто сеньор Гиоргио, - добавил он. - В нашей
стране редко называют по фамилии. Я также хотел бы представить вам моего
друга доктора Хектора, в прошлом замминистра жилья и транспорта Бразилии - если
вас не затруднит...
Положив трубку, Шура сказал:
Он явно не хотел вдаваться в подробности по телефону. Я подумал, может,
тебе не трудно приготовить несколько лишних сэндвичей к ланчу? Я пригласил их
пообедать с нами завтра - ты не против?"
Я засмеялась:
- Конечно, не против! Это так интригующе звучит: бывший зам министра чего-
то там Бразилии.
- Если не ошибаюсь, транспорта. Может оказаться что-нибудь интересное. Ну а
если даже нет, то что мы теряем? Час-другой и пару сэндвичей".
Трудно удержаться от восторга, когда к тебе на обед приходит министр какой
бы то ни было страны. Пусть даже бывший, пусть даже не министр, а
замминистра. Все равно звучит отлично для простой американки, далекой от вершины
социальной лестницы. По крайней мере, будет о чем рассказать знакомым.
На следующий день в назначенное время наши бразильцы появились на пороге с
цветами для хозяйки и двумя солидными портфелями в руках. Бизнесмен Гиоргио
оказался дородным крепким человеком, похожим на ветерана-десантника, с
намечающейся лысиной и проницательными светло-голубыми глазами.
Мы расположились во внутреннем дворике и завели обычный для незнакомых
людей разговор. Оказалось, что сеньор Гиоргио - один из главных на бразильском
радио: он владелец нескольких радиостанций, и сейчас собирается заниматься
также телевидением. Сначала он казался мне немного мрачноватым, особенно
когда нахмурил брови. Но первое впечатление было обманчиво. Скоро Гиоргио стал
представляться мне чем-то вроде большого доброго кота. Он был человеком
сентиментальным и немного романтичным - что, как мы позже выяснили, присуще
многим бразильцам.
Его друг доктор Хектор, щуплый человек лет шестидесяти, сначала показался
мне слишком тихим для политика, я бы даже сказала - скромным. Но к концу
обеда он заметно расслабился и заулыбался, так что мне стало понятно его
своеобразное обаяние - смесь искренности, иногда доходящей до полной открытости, и
отличного чувства юмора, которое должно было ему весьма пригодиться на
государственной службе.
Но я забегаю вперед. Вернусь к началу разговора. Когда я внесла поднос с
сэндвичами, Гиоргио говорил: "Да-да, представьте себе, даже в банках клиенты
числятся только по именам..."
На лице Шуры смешались вежливое недоверие и искреннее удивление. Я тоже не
поверила. Наверное, он все-таки преувеличивает. Зато это хороший анекдот из
жизни третьего мира.
Я принесла большой кувшин чая со льдом, и несколько бутылок воды, мы
уселись вокруг стола и приготовились слушать.
Сначала Гиоргио в качестве предисловия к главному разговору рассказал нам
историю некого американца - будем звать его мистер Борх. Этот джентльмен
переехал в Рио-де-Жанейро, причем он никак не мог объяснить причин своего
нежелания возвращаться на родину. Вскоре он женился на богатой бразильянке и
обзавелся детьми, а потом переселился с семьей на некий остров в Карибском
море, где власти рады любому иностранцу с большими деньгами. Через несколько
месяцев все его богатые знакомые в Рио-де-Жанейро получили приглашение в
новый санаторий. В рекламной брошюре особое внимание обращалось на новый вид
услуг, необычный для подобных заведений: психологическую терапию, которая
включала решение семейных проблем и лечение от алкоголизма.
Санаторий сразу стал популярен. Каждую среду хозяин, мистер Борх, вынимал
из своего холодильника два сосуда с красной и желтой жидкостью. Пациенты
получали тщательно отмеренные дозы этой жидкости в маленьких, очень красивых
хрустальных кубках. Борх называл жидкости "эликсиром" и отказывался говорить
о них подробнее.
Воздействие эликсира было потрясающим. По словам Гиоргио: "Было чувство,
что Господь входит в твою душу, и в ней воцаряется мир. Смотришь на ближнего
и чувствуешь, что любишь его. Сострадание - вы понимаете? А для супружеских
пар это было просто чудо: все чувства, которые они испытывали друг к другу
когда-то - понимаете? - возвращались, как будто, это был их первый день после
свадьбы".
Мы с Шурой слушали, замерев от волнения. Тысяча вопросов скопилась у меня в
голове, и я уже было открыла рот, как вдруг в первый раз заговорил доктор
Хектор, и мы опять внимательно опушали, стараясь не пропустить ни слова.
- Однажды я очередной раз выразил мистеру Борху свое желание узнать состав
эликсира. Он заявил, что я могу быть уверен в его чистоте и подлинности,
поскольку он создан одним из величайших ученых современности, Александром
Бородиным, и что больше мне ничего знать не требуется.
- О, господи, - вырвалось у меня, и я засмеялась.
- Я не знаю мистера Борха, и уж точно не снабжал его никакими препаратами!
- запротестовал Шура.
Гиоргио поспешил вмешаться:
Не сомневаюсь. Мы с Хектором провели расследование, и сами пришли к
такому выводу, как только узнали о вас побольше".
Интересно, что он имел в виду под словом "расследование". Если то же, что и
мы: частные детективы и все такое прочее, то... лучше об этом не думать.
Один вопрос давно уже крутился в моей голове, и я решила поскорей задать
его, пока разговор не принял более серьезный оборот. Я чуть приподнялась со
стула и, глядя в глаза нашим собеседникам, сказала:
Простите за любопытство, а сколько платили пациенты за это чудесное
лекарство?
- Большинство пациентов платило двадцать пять тысяч долларов в неделю. Мы с
Шурой переглянулись.
- Ох! - только и смогла сказать я.
- Хорошенький бизнес! - закивал головой Шура.
- В последнюю неделю пребывания в санатории, - продолжал доктор Хектор, -
мы с Гиоргио смогли утаить небольшое количество эликсира и взять его образцы
с собой. Здесь, в США, мы смогли узнать состав наших образцов. Они содержат
вещество под названием МДМА8.
- Ого! - воскликнула я. Шура только пробормотал что-то себе под нос.
Гиоргио наклонился к столу и его дорогой пиджак чуть не затрещал по швам.
- Кстати, джентльмены, почему бы вам не снять пиджаки: здесь слишком жарко
для официальностей.
Бразильцы заулыбались и последовали моему совету. Сеньор Гиоргио снова
наклонился к столу, положив на него локти. Рукава его рубашки были перевязаны
красными лентами. Он молитвенно сложил руки перед лицом, обдумывая следующую
фразу. Мы с Шурой вежливо ждали. Доктор Хектор щурился на мягкий солнечный
свет, предоставляя пока ведение переговоров своему другу.
И вот Гиоргио перешел к главной теме нашего разговора.
Мы пришли к вам, доктор Шура, - медленно заговорил он, - потому, что по
многим причинам не собираемся возвращаться в санаторий мистера Борха.
Мне было бы достаточно одной причины - двадцати пяти тысяч баксов в неделю.
Шура кивнул.
Но мы - я и мои друзья, побывавшие в санатории - мы считаем, что это
лекарство - этот эликсир, МДМА - представляет исключительную ценность. Поэтому
мы хотим открыть в нашем родном Рио клинику, чтобы научить врачей применять
Метилендиоксиметамфетамин, MDMA (3,4-метилендиокси-и-метамфетамин) — полусинтетическое
психоактивное соединение амфетаминового ряда, относящееся к группе фенилэтиламинов, широко
известное под сленговым именем «экстази». MDMA имеет уникальную психоактивную характеристику
ввиду своей способности вызывать чувства эйфории, интимной близости и доверия по отношению к
другим людям, а также снижать чувства страха и беспокойства. Данные эмоциональные эффекты
имеют очень устойчивое проявление, Заметно отличая и выделяя MDMA среди других стимуляторов
и психоделиков. Помимо рекреационного использования, до своего Запрета, MDMA активно
применялся в качестве вспомогательного средства в психотерапии, в особенности для
консультирования семейных пар и разрешения семейных проблем и конфликтов. В 1990-е годы MDMA получил
сильное распространение в среде рейв-культуры электронной музыки, в частности таких
направлений как гоа-транс и пси-транс. MDMA является одним из наиболее часто используемых
нелегальных наркотиков, особенно в среде школьников старших классов и студентов.
его на практике, вы понимаете?
Шура заерзал на стуле.
Мы хотим провести исследования в этой области, - продолжал Гиоргио, - и
утвердить это лекарство как зарекомендовавший себя способ помочь людям
преодолеть душевную боль, вы понимаете меня?
Пока он все говорит правильно.
- А у вас есть разрешение бразильского правительства? - спросил Шура.
- Мы работаем над этой проблемой, - вступил в разговор Хектор. - У нас есть
прямые выходы на президента, и сейчас это просто вопрос времени.
- Каков статус МДМА в Бразилии? - настаивал на своем Шура. Гиоргио
посмотрел на доктора Хектора и ответил:
- В настоящий момент МДМА не упоминается в наших законах - таким образом,
это разрешенное вещество.
- Вы имеете в виду, не запрещенное? - улыбнулся Шура. Голубые глаза нашего
нового знакомого сощурились, и засмеялся:
Да, похоже, вы правы. Но мы надеемся санкционировать использование этого
лекарства через применение его в нашей клинике. Что вы на это скажете?
Санкционировать? Ничего себе...
- Очень любопытно - осторожно отвечал Шура. После паузы он спросил:
- Извините, а чем я могу быть вам полезен?
- Мы бы хотели, - сказал Гиоргио, поглядывая на доктора Хектора, - мы бы
хотели пригласить вас, и вашу супругу, конечно, приехать в Рио и встретиться
с нашими друзьями, а также выступить перед врачами и психиатрами с лекцией об
этом лекарстве и возможностях его использования. Еще мы хотели бы, чтобы вы
изготовили для нас небольшое количество вещества, которое необходимо для
успешного начала работы.
- Я с радостью воспользуюсь вашим предложением, - отвечал Шура учтиво и
даже немного официально, - если вы сможете удостоверить меня в том, что я
никоим образом не нарушу законы Бразилии. Я должен быть в этом абсолютно уверен.
Сейчас в Соединенных Штатах МДМА не является запрещенным веществом, но у меня
нет информации о соответствующем бразильском законодательстве. Как вы
понимаете, я не могу принять участие в действиях на территории чужой страны,
которые вызывают хоть малейшие сомнения в их законности.
- Совершенно верно! - заявил Гиоргио.
- Конечно-конечно, - подтвердил доктор Хектор - к вашему приезду мы
подготовим копии статей бразильского законодательства, затрагивающих наш проект.
Но уже сейчас я могу уверить вас, что вы не нарушите никаких законов. Мы бы
не посмели бы предложить вам такое. Вы великий человек, великий ученый, мы
глубоко уважаем вас и вашу репутацию. Будьте уверены: все, что вы будете для
нас делать, не выйдет за рамки закона.
И мы согласились лететь в Рио-де-Жанейро. Билеты на самолет мы получили по
почте. Середина июня, компания "Пан-Американ", первый класс на первый отрезок
пути и бизнес-класс на второй. Прилагались и обратные билеты на число двумя
неделями позже: та же авиакомпания, тоже первый и бизнес-класс.
Дорогой, посмотри-ка: первый класс! Никогда не летала первым классом! А
ты?
-Я тоже, - отвечал "великий ученый". - И, скорее всего, больше не полечу.
Наверное, это интересно.
Интересно? - завопила я. - Да это будет просто фантастика! - Я подбежала
к нему и шумно поцеловала. Он, как всегда, сохранял невозмутимое спокойствие,
глядя, как я протанцевала что-то типа боссановы мимо него и в сторону
кухни. . .
Пятница. Рио-де-Жанейро,
Бразилия, 22 часа
"Я чувствую, скоро нам будет не до дневников, поэтому начну сейчас. Если
судить по первому дню, мы будем очень плотно заняты: нас ждет громадное
количество встреч с людьми, полными восторга и энтузиазма, прекрасная бразильская
кухня, достопримечательности, и, может быть, мы даже займемся химией".
Полет был совсем не утомительным, если вообще дальний перелет может быть не
утомительным. Мы летели первым классом из Сан-Франциско в Майами - первый раз
в жизни такой комфорт, до этого мы путешествовали, как простые люди.
Громадное пространство для ног и отличное меню, совсем не как во втором классе. На
завтрак мы заказали бифштекс с гарниром, свежие фрукты, булочки с кофе.
Огромный выбор вин и крепких напитков. К сладкому я попросила повторить заказ
на спиртное.
Странно, что они предлагают алкоголь за завтраком. Наверное, многие
пассажиры первого класса - люди, достигшие успеха в жизни - злоупотребляют
алкоголем, так как им постоянно нужно снимать стресс. Авиакомпания, скорее всего,
хочет, чтобы эти клиенты не стеснялись опохмеляться.
В Майами мы семь часов ждали следующего рейса, и все это время мы провели в
роскошном номере гостиницы международного аэропорта - просто валялись на
свежем белье под убаюкивающий гул кондиционера. Вся дорога, включая гостиницу,
была заранее оплачена нашими новыми бразильскими друзьями. Мы отдохнули,
привели себя в порядок, усталость как рукой сняло.
Наш следующий билет был в клиппер-классе - так в авиакомпании "Пан Амери-
кан" называют бизнес-класс, нечто среднее между первым и вторым. Кстати,
бизнес-классом мы до этого тоже никогда не летали. Опять можно было свободно
вытянуть ноги, да и еда была не хуже. Тогда я еще свято верила в полную
безопасность "Пан-Американ".
Наконец мы приземлились в Рио-де-Жанейро. Мы сразу же увидели, какое
влияние имеют наши новые друзья: таможенных формальности для нас просто не
существовали. Доктор Хектор встретил нас прямо у трапа и представил нам двух
молодых людей, работников аэропорта. Один из них отлично владел английским,
другой говорил только по-португальски. Пока я высматривала на движущейся
ленте наши чемоданы, молодой человек, говоривший по-английски, по просьбе Шуры
обучал его простым фразам на португальском, в то время как другой молодой
человек взял наши паспорта и визы и исчез в неизвестном направлении (Шура позже
признался, что в тот момент, когда наши документы неожиданно унесли, он очень
заволновался). Через несколько минут джентльмен вернулся с уже оформленными
документами.
- Так устраняются преграды на пути великих мира сего, - напыщенно
произнесла я. - А также на пути их верных жен.
- Да, это гораздо лучше, чем стоять в очереди.
Когда появились наши чемоданы, нас проводили мимо длинной очереди к
воротам, где висело объявление "Если вам не требуется декларировать содержимое
багажа, нажмите зеленую кнопку" - что мы и сделали. На этом формальности
закончились , и мы покинули аэропорт.
Мы прямо как король и королева Калифорнии, - прошептала я Шуре. В общем,
мы были приятно удивлены.
На улице нас ждали сеньор Гиоргио и его красавица жена Лена, которой он
весьма гордился. Там же была жена Хектора, Рита - тоже очаровательная
женщина .
В своем дневнике я писала: "Им явно за сорок, но выглядят обе значительно
моложе: видимо над их внешностью постарались знаменитые бразильские хирурги-
косметологи. Вскоре мы с удивлением обнаружили, что женщины здесь не скрывают
этого. Наоборот, считается нормальным хвастаться своим хирургом, всегда самым
лучшим и дорогим, у которого непременно три роскошные виллы в, по крайней
мере, двух странах".
С первых секунд знакомства мы почувствовали в женах наших друзей искреннюю
симпатию, без оценивающих взглядов и фальшивых улыбок, так обычных для женщин
высшего света США. Не то чтобы нас не изучали: мы всегда изучаем новых людей,
оцениваем их, сравниваем со старыми знакомыми - это обычно для любой страны и
любых людей. Но было видно, что они, прежде всего, хотят, чтобы мы
чувствовали себя как дома.
Мы сели в большую американскую машину Гиоргио и Лены и поехали на их виллу,
где должны были остановиться. Вскоре я пожалела, что оставила в чемодане свой
фотоаппарат: мы проезжали бедные районы - фавелы, где по крутым холмам
карабкались лачуги бедняков. Красные, синие, зеленые домики с облупившейся краской
торчали почти друг на друге. В Бразилии, в отличие от других стран, бедные
живут на холмах, а богатые - в долинах.
Знаменитые холмы Рио-де-Жанейро представляют собой величественное зрелище:
они круты, как китайские сопки, но гораздо массивнее; посередине возвышается
гора Сахарная Голова с громадной круглой вершиной. Кажется, что эта каменная
глыба с глубокими шрамами на склонах прорезалась из земных глубин.
Машина летела по морской набережной Рио, где тротуар выложен плитками так,
что получается рисунок в виде волн. Я узнала ее по открыткам и фотографиям в
журналах
Обращаясь ко мне, Лена сказала:
Как красиво! Так жалко, что нельзя купаться. Мы спросили, почему.
Вода грязная. Видите ли, в фавелах нет канализации, и вся грязь, все
отбросы стекают прямо в залив.
Шура сидел на переднем сиденье, и я не видела его лица, но я уверена, что
мы подумали примерно одно: "Третий мир! Вместо того, чтобы построить
канализацию в бедных кварталах, они разрешают сливать помои в залив и еще
недовольны, что в нем нельзя купаться! Как будто от них ничего не зависит!"
Я вдруг почувствовала, что очень устала от долгого перелета и что мне нужно
внимательно следить за своими словами и интонациями.
Все недовольство - при себе.
Когда мы проезжали нищие кварталы, Гиоргио заметил, что демократия - это,
конечно, прекрасно, но в Бразилии она не работает, и при военном режиме все
жили лучше. (Впрочем, он добавил - возможно, из вежливости, - что ему лично
военное правительство совсем не нравилось). Незадолго до этого он сообщил,
что инфляция в стране составляет один процент в день.
В принципе, такое отношение характерно для всех богатых жителей большого
города, когда они говорят о бедных - это смесь озабоченности, негодования и
некого чувства вины. Гостям не следует поднимать эту тему - особенно в такой
стране, как Бразилия, где почти отсутствует средний класс: есть либо очень
богатые, либо очень бедные.
Проезжая вдоль побережья, мы видели роскошные гостиницы с ухоженными
тропическими садами. Многие здания были облицованы мрамором, и почти все -
расписаны граффитти, иногда до уровня третьего этажа. Вокруг них росли пальмы,
инжир, другие фруктовые деревья, между гостиницами были разбиты роскошные
цветники. Но, несмотря на роскошь, на всем лежала неуловимая печать тропиков.
Казалось, стихия совсем рядом: если не ухаживать за этими садами недели две,
поверхности покроются трещинами, через которые пробьется буйная
растительность, все покроет толстый слой плесени и коричневой пыли. Это зловещее
чувство возникало, скорее всего, из-за того, что небо было покрыто мрачными
тучами , а может, мы просто не выспались.
В Бразилии зима. Температура воздуха - примерно плюс двадцать, и мы не ско-
ро привыкли, что бразильцы постоянно извиняются по поводу холодной погоды.
То, что наш друг скромно называл летним домиком, предназначалось для Лены.
"Когда дом был построен, - рассказывал он, - жена вдруг решила, что хочет
остаться в городе".
Лена взглянула на меня и украдкой улыбнулась. В снисходительном тоне
Гиоргио было заметно легкое недовольство. Бразилия - страна, где все решают
мужчины, и здесь, как всегда в патриархальном обществе, ведется скрытая борьба
за власть между супругами.
Из дальнейшего разговора мы выяснили, что дом они все-таки используют -
устраивают там приемы, так как в городских апартаментах недостаточно места.
Дом располагался в одном из самых фешенебельных пригородов Рио, где строилось
много новых вилл. При въезде на участки стоял шлагбаум, в будке возле него
сидел сторож, и на дороге были устроены специальные бугорки - ограничители
скорости, чтобы чужие машины не могли легко проехать через квартал. Хотя я
вообще не заметила здесь машин.
Гиоргио рассказал нам историю из жизни этой резервации для богатых. Полгода
назад здесь участились кражи. Воры обчищали дома один за другим, стоило
отлучиться на пару дней - и из дома пропадало все ценное. Пострадал и сам
Гиоргио . В результате оказалось, что в кражах был замешан сторож: он передавал
сообщникам, какие дома оставались без присмотра; ночью появлялись воры и
уносили вещи, не боясь быть обнаруженными. Дело в том, что сторож должен был
знать, когда уезжают хозяева, чтобы охранять дома, пока в них нет прислуги.
Мы посмеялись. Шура спросил:
Когда нанимали нового сторожа, изучили его досье?
Его допрашивали так, словно он поступал на работу в Золотой фонд. Он
святой - чуть не нимб над головой светится!
Мы долго смеялись. Машина подъехала к большому пятиэтажному дому (если
считать этажом мансарду). Снаружи дом выглядел не особенно изысканно, зато
внутри был отделан великолепно. Белые стены, богатая отделка, антикварная мебель
- я с трудом сдерживалась, чтобы не потрогать ее руками. На стене гостиной
красовалась громадная африканская маска. Гиоргио сказал, что таким образом он
проявляет уважение к своим негритянским предкам (как многие бразильцы, в
особенности жители Рио, Гиоргио гордился, что в нем текла кровь представителей
разных рас). В гостиной было много комнатных растений, длинные побеги вились
по стенам. Здесь стоял длинный диван и несколько кресел.
На кухне мы познакомились с Курасон (по-португальски это значит "сердце").
Лена объяснила, что она будет стирать, готовить и убирать в доме. У Курасон
были португальские, итальянские, африканские и индейские корни, но она четыре
года прожила в Нью-Йорке, поэтому отлично говорила на английском. Пока мы
жили в доме, она убирала наши постели, готовила нам превосходные блюда, варила
крепкий бразильский кофе, и, кроме этого, выступала в роли переводчика: нам
сложно было сразу понять некоторые вещи в этом незнакомом мире.
При этом она была на последних месяцах беременности.
Наша громадная спальня была на третьем этаже, в ней стояла роскошная
мебель, после некоторых раздумий Шура определил, что это - французский модерн.
Кровать оказалась не слишком мягкой - ровно, как любит Шура. За большим
окном открывался очаровательный вид: аллея, за которой красная черепица
соседних домов, в садах росли пальмы и цвели мимозы.
Мы поспали часа два, поднялись и оделись к первому официальному событию
нашего пребывания в Бразилии - мы должны были встречаться с "семьей". Именно
так называли себя люди, употреблявшие МДМА раз в неделю, а некоторые даже и
вообще раз в месяц. Гиоргио сказал, что обычно для совместного употребления
МДМА собирается около десяти человек, и что сегодняшняя встреча, где
присутствует 35 человек - редкое исключение в честь нашего визита. Люди собрались,
чтобы задать нам вопросы, получить ответы и просто отметить наш приезд.
На мне было свободное белое платье с кружевами, очень удобное и
сравнительно изящное. Шура к тому моменту уже выяснил, что в Бразилии галстук носят
только на службе или при официальных встречах, поэтому на нем была обычная
рубашка, без костюма.
Первый урок - совсем другая манера приветствия. Женщины обычно на
французский манер целуют тебя в щеки, сначала в левую, потом в правую, а мужчины
либо жмут друг другу руку, либо хлопают друг друга по плечу. Некоторые гости
постарались ограничиться обычным американским рукопожатием, но вскоре я
привыкла сразу подставлять щеку для поцелуя. (К вечеру мы перецеловались и
переобнимались с невероятным количеством людей, я думаю, за всю жизнь мы не
целовались столько раз подряд).
Среди гостей - в тот вечер и на следующий день: сеньор Драгго (единственный
член "семьи", которого называли по фамилии), на его лице были шрамы после
теракта в другой латиноамериканской стране. Несколько лет назад коммунисты или
ЦРУ (я не помню, кто специализируется на убийстве латиноамериканских
диктаторов) спутали его лимузин с лимузином президента. Он единственный остался в
живых - все остальные пассажиры лимузина погибли. Нам сообщили, что сеньор
Драгго занимается импортом, специализируясь на торговле с Китаем, кроме того,
он владеет четырьмя небольшими компаниями внутри Бразилии.
Сеньор Лео - милый толстяк, его лицо мне сразу понравилось - человек с
чувством юмора и немного меланхоличный. Тоже занимается торговлей, знает
английский, французский, арабский, испанский и португальский.
Его жена Анита - еще одна красавица, с прической, которую, как мне кажется,
в недалеком прошлом любили парижанки.
Пьер и Элен - соседи по поселку (они приезжали сюда на выходные) . С ними
была их дочь Делия и ее муж Томас. Они были французы, Пьер владел несколькими
магазинами в Сан-Пауло.
Сеньор Вальдо, массажист. На следующий день он давал сеансы массажа в
гостиной на втором этаже, но я не уверена, принадлежал ли он лично к "тайному
обществу". По крайней мере, он вряд ли мог позволить себе принимать МДМА
часто - постепенно мы поняли, что наши хозяева берут деньги с гостей, приехавших
специально за МДМА. Цена не разглашалась, да мы и не спрашивали, но, судя по
тому, что они, скорее всего, покупали препарат у небезызвестного Борха, она
была довольно высокой.
Сеньор Вальдо был очень милый, мягкий человек, к сожалению, он не говорил
по-английски, поэтому мне пришлось очень долго жестикулировать, когда я
пыталась выразить восхищение ароматом массажного масла, которое он использует. На
следующий день он принес мне в подарок целую упаковку этого масла, а также
много лекарственных растений, в том числе гуарану, которая очень
заинтересовала Шуру - оказывается, это сильный стимулятор.
Доктор Роберто - специалист по пластической хирургии. Красивый, высокий,
очень привлекательный человек, очень умный и себе на уме. В первый вечер он
задал несколько очень интересных и неожиданных вопросов. Наверняка, один из
самых преуспевающих хирургов в стране.
Марина - молодая красавица-брюнетка, полная энергии, любви, спонтанности -
взрослый ребенок. Она была любовницей доктора Роберто и матерью его младшей
дочки Кати. С дочкой мы познакомились через несколько дней, и она была тоже
очень красивая. У Роберто была жена (мы впервые увидим ее на дне рождении в
среду) и два взрослых сына, старший уже помогал отцу в клинике. Любовница
входила в "семью", жена - нет. Марина училась живописи.
(Всю эту информацию нам с нескрываемым удовольствием поведали Гиоргио и
Лена, когда гости разошлись).
Большинство имен мы так и не запомнили - на встрече царила дружелюбная не-
разбериха. Была одна полная мулатка с короткой стрижкой - ее хобби были
специальные виды фотографии. Она показывала некоторые свои потрясающие снимки,
сделанные до и после приема МДМА. На снимках "ауры" - теплового поля
человека, было видно, что после приема препарата сияние увеличивается. Собравшиеся
шумно приветствовали появление фотографий.
Был один мультимиллионер - владелец состояния в 120 миллионов долларов.
Похож на какого-то латиноамериканского актера - сдержанный, вежливый и
любезный. Его Зовут Карлос - имя миллионера трудно не запомнить.
Еще один хирург - одет во все белое, с ним - его жена. Очень молодой,
простодушный и симпатичный.
И многие-многие другие, чьих имен мы не записали, а зря - на следующий день
мы не могли вспомнить, как кого Зовут.
Все собрание было посвящено нашему приезду, и весь вечер мы сидели в центре
плотного круга слушателей, и отвечали на вопросы. Каждый гость по очереди
называл свое имя, профессию и рассказывал, как он начал употреблять МДМА, и
какие положительные последствия это имело. После подобного знакомства мы
перешли к вопросам и дискуссиям, Хектор и Гиоргио переводили по мере
необходимости. Все собравшиеся с большой охотой, и даже нетерпением рассказывали о том,
как им удалось при помощи МДМА решить свои внутренние проблемы, разобраться в
себе.
Большинство присутствующих первый раз попробовали МДМА в заведении мистера
Борха, другие - пришли в "семью" по приглашению своих друзей. Хотя все гости
давно разорвали отношения с Борхом, до сих пор чувствовалось, что его имя
упоминается с большим уважением.
Видимо, мистер Борх обладал очень сильной харизмой и даром убеждения, даже
наши хозяева, отзывавшиеся о нем скептически, все еще не избавились от некого
страха перед его личностью. Они очень много своей личной воли отдали мистеру
Борху, и не до конца освободились от этой зависимости.
Нас все еще очень раздражало то, что этот проходимец использовал Шурино имя
для рекламы своего заведения, и мы даже хотели привлечь его за это к ответу,
но потом решили, что это бесполезно. Шура заметил, что его именем
спекулировало такое большое количество подобных авантюристов, что ему даже не хочется
иметь полную информацию о таких случаях. Вряд ли физически возможно привлечь
к ответственности всю эту кучу народа. Придется просто не обращать внимания.
Я согласилась.
На всякий случай Шура предостерег меня от слишком категоричных суждений по
поводу человека, к которому эти наивные бразильские богачи все еще питали
подобие уважения. Нельзя судить человека, которого мы не разу не видели, и,
надеюсь , ни разу не увидим.
В этот вечер Шура больше всего поразил аудиторию (после его слов
установилась гробовая тишина), когда сообщил, что стоимость одной дозы МДМА - 125
миллиграмм в данном случае - составляет один доллар. Эту информацию все
восприняли с большим воодушевлением.
Разговор продолжался несколько часов, причем велся он сразу на нескольких
языках. Мы старались вспомнить все свои знания иностранных языков - Шура
говорил по-французски, а я по-испански. Большинство гостей говорили и на том и
на другом, помимо своего родного португальского.
Задавались обычные для подобных встреч вопросы: от "Не вредит ли прием
препарата нервной системе?", до "Почему первый опыт - самый сильный, и
впечатления от него никогда не повторяются?"
На первый вопрос Шура ответил: "Обычная терапевтическая дозировка - между
100 и 150 миллиграмм, с дополнительными 40 или 50 миллиграмм через некоторое
время - не причиняет никакого вреда здоровью пациента. У некоторых
лабораторных животных, при очень высоких дозах препарата - которые никто никогда не
предлагал человеку - возникали нарушения жизнедеятельности, но у других
животных те же дозы не вызывали никаких нарушений".
По поводу второго вопроса Шура сказал: "Я не знаю, почему самые
запоминающиеся впечатления остаются именно от первого приема, могу только заметить,
что очень многие пациенты, принимавшие препарат, подтверждают это
наблюдение ".
Один из гостей, которого Лена представила нам, как известного психиатра,
человек среднего возраста с милым лицом и проницательным взглядом, подошел ко
мне в конце встречи и сделал лучший из всех комплементов, сказав, что я очень
"sympatico" - это мое любимое слово во многих языках. Особенно, если так
называют меня. В английском нет точного эквивалента этому слову, примерное
значение - "милый", "добрый", "приятный" и т.п.
Вскоре встречу пришлось заканчивать из-за позднего времени. Мы еще раз
прошли через церемонию поцелуев, обниманий, слов благодарности и всего прочего.
Начиналась неделя, которую я позже охарактеризовала, как "неделю постоянных
улыбок".
Суббота
День, полностью посвященный МДМА. Люди, которых мы видели вчера, плюс те,
кто не смог прийти. Примерно тридцать пять человек. Хозяева попросили нас
присутствовать на сеансе приема "лекарства", впервые таком многочисленном по
количеству собравшихся.
Обычно "семья" собиралась группами по восемь-десять человек. Позже мы
узнали, что некоторые волновались по поводу такого эксперимента, но расслабились
к началу сеанса. Нам МДМА не предлагалось, мы должны были просто проследить,
правильно ли осуществляется прием препарата, не надо ли как-либо изменить
процедуру. Честно говоря, мы очень обрадовались этому, поскольку ни при каких
обстоятельствах не хотели принимать какой-либо препарат в этом доме. (В
принципе мы никогда не принимали участие в подобной групповой терапии, если не
были очень близко знакомы с каждым ее участником).
Примерно полчаса всеобщего общения, громкого смеха и активных жестикуляций
кончилось тем, что все расселись в кресла, и сеанс начался. Вначале каждый
получил по дозе в 75 миллиграмм МДМА. После этого милая полная мулатка нежным
певучим голосом провела некое подобие медитации. Через примерно полчаса
последовала еще одна доза - 50 миллиграмм. Люди тихо разговаривали, либо сидели
в одиночестве - все очень похоже на наши исследовательские группы. Мы с Шурой
в это время были заняты ответами на вопросы. Как часто случается при приеме
МДМА, люди пытались делиться с нами своими личными секретами. Все это на
четырех языках.
Что ж, старость - не радость, но все-таки в этом возрасте попадаешь иногда
в приятные ситуации, невозможные в молодости. Здесь к нам относятся, как к
неоспоримым авторитетам, у которых надо спрашивать совета, здесь считают, что
мы знаем гораздо больше, чем кто-либо другой, что мы можем решить любые
проблемы. Мы - мудрецы, и, кроме того, иностранцы, поэтому отношение к нам -
наилучшее. Голова идет кругом.
Со мной разговаривал молодой человек, рассказавший, что он ужасно страдал
от пристрастия к алкоголю, и что МДМА помогло ему бросить вредную привычку.
(Позднее я разговаривала с его родителями, и они подтвердили эту историю).
На улице стояла плохая погода, небо было закрыто плотной пеленой облаков.
Кто-то упомянул, что сегодня был какой-то большой бразильский праздник - день
какого-то святого, поэтому за окном весь день были видны и слышны фейерверки.
Гости разошлись довольно рано, после того, как все желающие поделились с
нами своими соображениями и впечатлениями, спросили у нас совета по поводу
решения личных проблем или просто поблагодарили нас за то, что мы
откликнулись на просьбу приехать. Опять поцелуи и объятия, и мы прощаемся до Завтра.
Вечером мы с нашими гостеприимными хозяевами съездили на побережье: ходили
по мягкому песку, собирали маленькие ракушки, наблюдали за рыбаками,
сидевшими на высоких стульях прямо в воде - рядом с каждым горел фонарик. Когда
совсем стемнело, мы первый раз увидели созвездие Южного Креста. Мы долго
стояли, обнявшись, и любовались красотой незнакомых созвездий.
Мы вернулись в дом и занялись своими делами: Шура что-то писал, запершись в
маленькой недостроенной обсерватории наверху здания, а я распаковывала наши
чемоданы.
Через некоторое время наше уединение было нарушено приездом доктора Хекто-
ра. Здесь принято приезжать без предупреждения, и мы послушно спустились в
гостиную, услышав голос Гиоргио: "Скорей сюда, Хектор привез важные новости!"
К этому моменту было известно, что изготовление МДМА будет проводиться в
двух разных лабораториях из-за того, что первоначальный план -
воспользоваться химической лабораторией университета провалился - университет в данное
время бастовал. Приходилось учитывать тонкую политику "семьи", которая
хотела, чтобы каждому, кто будет участвовать в синтезе, было известно строго
определенное количество информации. Видимо, часть МДМА предназначалась для
клиники, а часть - для закрытого клуба. Шуру очень беспокоило, что придется
проводить синтез в два этапа в двух разных местах - в одной лаборатории было бы
гораздо удобнее.
Но, прежде всего Шуру интересовала законность будущей операции. Он напомнил
мне об этом по пути в гостиную. Доктор Хектор был тем человеком, кто должен
был разъяснить этот вопрос.
После традиционных шумных приветствий мы расселись в кресла. На прямой
вопрос Шуры, Хектор, улыбаясь, ответил, что после долгих консультаций в
правительстве он полностью уверен в том, что изготовление МДМА, особенно в целях
применения в клинике полностью соответствует бразильскому законодательству.
Он добавил, что через несколько дней будет получено официальное разрешение от
соответствующих властей, но это уже пустая формальность.
Шура с облегчением вздохнул и поблагодарил Хектора за то, что он прояснил
самый главный для нас вопрос. Теперь были сняты последние барьеры на пути
изготовления партии МДМА для нужд "семьи" и будущей клиники.
Через открытую дверь в гостиную дул легкий вечерний бриз, и я, наконец,
почувствовала облегчение - до этого в комнате было душно.
Доктор Хектор, выглядел совсем маленьким на фоне громадного дивана. Он
сказал :
Мы решили воспользоваться лабораторией доктора Роберто в его клинике в
городе Нитерой. Вам понравится - отличное место.
Шура довольно закивал, обрадованный, что скоро может быть можно будет
перейти от теории к практике. Как он сказал мне ранее: "Отлично, когда тебя так
уважают, спрашивают твоего совета и все такое, но если на самом деле удастся
произвести МДМА для клинических исследований, если после этого начнутся
научные публикации - тогда я счастлив участвовать в проекте".
Хектор продолжал: "Вам будет ассистировать доктор Сол - он отлично говорит
по-английски. Он привезет все необходимое оборудование и реактивы, и
постарается перенять ваш опыт".
- А где доктор Сол работает?
- Он главный специалист одной большой фармацевтической компании - очень
умный, очень "sympatico".
Отлично, я с нетерпением жду начала работы. Лена принесла графин с чаем
со льдом и стаканы.
Разговор зашел о будущей клинике, и Шура рассказал нашим друзьям, что он
привез с собой достаточное для первого раза количество 2С-В , так что они
могут попробовать. Я стала объяснять на примерах из собственной врачебной
практики, какую ценность может иметь 2С-В для психиатрии.
Я отметила, что одно из главных достоинств 2С-В - недолгое действие, и что
с помощью этого вещества можно было бы помочь огромному количеству пациентов.
"Видите ли, МДМА на самом деле не психоделик - оно просто открывает те части
души, которые обычно закрыты...".
Я сделала паузу и, видя, что слушатели с интересом внимают моим словам,
продолжала: "...оно позволяет избавиться от страха заглянуть в себя, найти в
себе нечто неприятное. Поэтому его можно с успехом использовать при
самоанализе. 2С-В - настоящий психоделик и открывает гораздо более широкие
возможности. Я бы выразилась так: МДМА освобождает разум и сердце, 2С-В освобождает,
как говорится, нутро - сильные эмоции, большие психические энергии,
подсознательные образы - архетипы. По-моему перед первым употреблением 2С-В пациент
должен пройти, по крайней мере, полугодичный курс интенсивной терапии с
использованием МДМА".
Интересно, какую часть сказанного поняли мои собеседники, для которых
английский - неродной язык. Нужно постараться говорить простыми словами.
Мою речь прервал страшный грохот фейерверка совсем рядом с домом, и я
вспомнила, что сегодня был большой праздник. Мы проследовали на балкон, чтобы
насладиться зрелищем салюта, который устраивали соседи через два дома от
нашего - там весь вечер шумела большая вечеринка с шашлыком.
Это были не обычные скромные американские фейерверки - в воздух взлетали
громадные столпы огня, при этом от взрывов закладывало уши. Часть горящих
обломков салюта упала на густые кроны деревьев и продолжала гореть там. Мы
серьезно заволновались за пожарную безопасность этих забав. Курасон, которая
тоже вышла на балкон, заметила, что если часть кроны обгорит, новые побеги
скроют следы пожара через пару дней. (На следующий день мы и вправду не
обнаружили никаких следов огня).
Лена обратила наше внимание на воздушные шары в небе - к каждому была
привязана корзинка, в которой стояла зажженная свечка: "Снизу они будут казаться
маленькими звездами".
И устроят милые пожарники там, где приземлятся.
Шура недоверчиво спросил, видимо, не до конца поверив: "Но ведь это опасно
- а если шар приземлится на крышу дома или в сухом лесу?
Гиоргио засмеялся: "Конечно, это опасно. Каждый год - пожары. Но не
отказываться же из-за этого от такой красивой традиции".
Я почувствовала, что бразильцы очень удивились нашему вопросу.
Наконец, заключив, что большого пожара, скорее всего не будет, мы пожелали
друг другу спокойной ночи и отправились спать.
Воскресенье
Я записала в дневнике: "На улице утром было градусов 25, становится жарко.
Все, что удалось запомнить из снов - беспокойство и неприятные эмоции: видимо
на подсознательном уровне меня тревожит не вполне понятное положение, в
котором мы оказались, к тому же негативный эффект имеют попытки общения на
незнакомых языках и постоянный страх нарушить этикет".
Мы завтракали вместе с нашими хозяевами, к завтраку предлагалось огромное
блюдо с разными фруктами: ананасом, манго, папайя, апельсины (здесь их
несколько видов, а бананов - аж десять сортов). Я где-то читала, что в Бразилии
2С-В (ту-си-би, сибирь, 4-бром-2,5-диметоксифенэтиламин) является
психоделическим/ эмпатогенным препаратом, впервые был получен Александром Шульгиным в 1974 году.
фрукты подают только на завтрак - оказалось, что их тут едят в любое время.
На столе было три разных сорта хлеба и очень вкусный сыр. Курасон приготовила
яичницу с ветчиной. Все это запивалось очень крепким бразильским кофе, к
которому очень быстро привыкаешь, обычно здесь его пьют с большим количеством
сахара.
Этот день был посвящен осмотру достопримечательностей. Лена волновалась,
что на вершине горы Сахарная Голова будет слишком много туристов, но Гиоргио
решил, что мы все равно отправимся туда. (И правильно сделал - на следующий
день пошел дождь, который не прекращался три дня).
Гиоргио припарковал машину на стоянке у билетного центра, где начинался
фуникулер, заплатив за парковку, он поднял дворники у машины - знак, что
стоянка оплачена.
Мы сели в прозрачную гондолу, которая доставила нас на гору Урка, где мы
должны были пересесть в другую гондолу. Непонятным образом мы с Шурой
умудрились решить, что мы уже прибыли к цели назначения - один из случаев милого
непонимания. Мы остановились, чтобы сфотографировать друг друга на фоне
прекрасного вида. Рядом с нами играл небольшой оркестрик, все музыканты были
одеты в сумасшедшие костюмы героев Диснея - огромные мыши и все такое прочее.
Шура охарактеризовал их музыку, как " полное безобразие": "Похоже на школьный
ансамбль до того, как детям объяснили в какой конец инструмента надо дуть".
Вскоре мы услышали, что Гиоргио зовет нас к себе, чтобы объяснить, что мы еще
только на полпути. Ошибочка. Мы прошли к началу следующей канатной дороги, по
тропинке, представлявшей собой самую изощренную ловушку для туристов - на
каждом шагу были лотки с сувенирами, здесь продавали все: от маленьких флажков
до видеокассет.
Когда мы, наконец, оказались на вершине горы Сахарная Голова, перед нами
открылся вид, другого которого в мире не найти. Более великолепного залива не
возможно представить. Недаром он получил такую славу. Мы молча стояли,
пораженные величественным видом, пытаясь переварить поток впечатлений, рядом
стояли другие туристы, тоже открыв рты. Гиоргио и Лена радостно наблюдали,
как мы восхищенно охали и ахали, показывали пальцем в даль.
Мы вернулись в город, и зашли пообедать в ресторан "Порто" - так называется
целая сеть ресторанов, славящаяся большим шведским столом с разнообразными
салатами и гарнирами. Официанты приносят вертела с разными видами мяса,
например курица в ветчине, ростбиф, сосиски, причем они будут приносить новые
порции, пока ты не наешься.
За обедом к нам присоединились Хектор и его красавица-жена Рита. Мы все
ели, ели и ели. Первые впечатления от бразильской кухни - полный восторг. Все
богатые бразильцы большие гурманы, по крайней мере, те, кого мы знали лично.
Из ресторана мы отправились в единственное открытое в воскресенье торговое
заведение - громадное скопище киосков, палаток и лотков - рынок в центральном
парке. Здесь его называли "хипповый рынок". Там я нашла все те сувениры,
которые мне хотелось привести из Рио, включая глиняную индейскую трубку,
украшенную кусочками меха и зубами ягуара.
Мы вернулись домой, чтобы подготовиться к вечернему походу в театр. Мы
переоделись - Шура, конечно же, не надел галстука, и поехали в центральный
театр "Скала". На этот раз нас везли Делия и Томас - дочь и зять соседей по
дачному поселку. Делия владела французским, ее муж - только португальским,
поэтому мы с Шурой перешли на французский, я иногда вставляла слово на
испанском, если не знала его по-французски.
Делия выступала в роли переводчика для Томаса. Он задавал много вопросов о
психоделических грибах - дело в том, что он пробовал их, и они ему очень
понравились . Больше всего его интересовало, как различать их среди других
грибов , поэтому Шура провел целую лекцию на тему похожих ядовитых грибов, а так-
же побочных эффектов, лекция оказалось немного скомканной, так как Шуре
пришлось объясняться по-французски.
Оказалось, что в громадном роскошном театре нам зарезервированы места у
самой сцены. Рядом с нами расположились члены "семьи", Шура был очень рад,
когда ему представили его будущего ассистента и ученика доктора Сола.
Сеньор Лео купил нам программку, и позже настоял на том, чтобы оплатить
фотографию, снятую местным фотографом. У нас не было с собой бразильских денег,
так как так и не представился случай обменять их в банке. Теперь, по словам
Гиоргио, нам придется ждать до понедельника, когда банки откроются. А пока он
дал нам понять, что если мы что-то захотим, это сразу будет оплачено. У нас
не было другого выбора, как согласиться с предложением, но мы обещали друг
ДРУГУ, что найдем способ вернуть деньги.
Блестящий занавес раздвинулся, и началось представление "Золотая Бразилия".
Музыкальное сопровождение было очень громким, костюмы танцовщиц были усыпаны
громадным количеством блесток, на каждом лице - широкая искусственная улыбка.
Конферансье был весь в белом с накрашенным лицом, словно только что из кабаре
Лас-Вегаса. Его зубы сверкали при каждой улыбке. Костюмы в стиле Зигфилд Фол-
лис10, сложные прически и перья всюду - даже на плечах у конферансье.
Большинство танцовщиц выступали с обнаженным верхом. Под полупрозрачными
сатиновыми штанами танцоров было заметно, что на них нет нижнего белья. Мне
показалось, что по степени обнаженности можно было определить статус артиста.
Главная певица Клаудия была полностью одета с большим количеством блесток и
перьев на одежде.
Очень красивые девушки, лет 18-20, некоторым явно нравилось выступать. Но
большинство выглядело, как выглядят все профессиональные танцовщицы: губы
сжаты в заученную улыбку, Некоторые были явно под воздействием препаратов. Но
танцевали все превосходно.
Костюмы подчеркивали то же, что подчеркивают бикини на пляже в Рио -
ягодицы. Я видела много открыток с полуголыми купальщицами - ни одна из них не
показывала девушек спереди. Ягодицы были основной темой представления. Здесь
эту часть женского тела называют "бум-бум".
Очевидная тенденция, наблюдавшееся и на сцене - здесь явно гордятся
смешением разных рас, стараются привлечь к нему внимание. Это очень приятно, и США
есть чему поучиться в этом плане. Многие бразильцы с гордостью рассказывают о
своем негритянском или индейском происхождении, а на сцене все самые активные
"шалуны" - преследователи девушек были неграми. А основной и самой популярной
танцевальной группой были мулаты.
Мулаты танцевали настоящую самбу. Это очень сложный для исполнения танец,
требующий особой гибкости суставов и невероятную скорость ног. Все это было у
мулатов - один из лучших номеров представления.
Потом выступал бородатый танцор, изображавший гаучо - оказывается они есть
не только в Аргентине, но и в Бразилии. Он танцевал, крутя два маленьких
деревянных шарика на длинной нитке так, что шаров не было видно, и они
отстукивали сумасшедший ритм, ударяясь об пол. Великолепное зрелище.
Пышное и шумное представление с потоками блесток и атмосферой Лас-Вегаса
напомнили мне о сложившемся у меня первом впечатлении от Бразилии, по крайней
мере, от Рио. Мне показалось, что бурная активность постоянных праздников -
попытка скрыть беспокойство и растущее недовольство по поводу ухудшающейся
политической и экономической ситуации. Небоскребы с элитными квартирами воз-
Феерическое шоу-кабаре «Ziegfeld Follies - Безумства Зигфилда» шло на Бродвее в начале
века (1907-31 гг.) , во времена Великой депрессии, но позднее было несколько фильмов на основе
этого шоу, один из которых Энн очевидно смотрела - «Великий Зигфилд» (1936), «Безумства
Зигфилда» (1946).
вышаются над громадными нищими кварталами, где бедняки живут в невыносимых
условиях: без водопровода, канализации, где денег хватает только на то, чтобы
дети не умерли бы с голоду. Конечно, инфляция в стране не настолько высока,
как в соседней Аргентине, но все-таки очевидны признаки скорого наступления
кризиса.
По словам Курасон, многим рабочим задерживают зарплату. Год назад яйца
стоили десять центов за десяток, сейчас они в десять раз дороже. Часто
бывает, что у рабочего нет денег, чтобы доехать на автобусе до своей работы.
И неизбежно все это порождает отчаяние. Люди перестают работать, потому что
даже если ты работаешь сразу в трех местах, ты не можешь угнаться за темпами
инфляции. В результате растет число преступлений, квартирных краж.
Доктор Сол, которому предстояло ассистировать Шуре, оказался очень приятным
молодым человеком, бойким, образованным, немного американизированным. Дело в
том, что он четыре года проучился в США. Когда представление закончилось, он
предложил нам поехать домой в его машине, этим вечером он был приглашен к
Гиоргио в качестве гостя. Мы с удовольствием согласились.
От него мы услышали новое мнение по поводу планов производства МДМА и
создания клиники.
Шура начал разговор тем, что выразил свою радость по поводу того, что
доктор Сол будет принимать участие в проекте: "Мне рассказывали, что вы опытный
химик, поэтому я жду, не дождусь, когда мы с вами сможем приступить к работе
в клинике сеньора Роберто".
Сол широко улыбнулся, но сразу перешел на серьезный тон: "Я надеюсь, что
вас предупредили, что мое участие должно держаться в секрете, чтобы в моей
компании ни в коем случае не узнали об этом".
Шура кивнул, хотя на самом деле ни он, ни я совершенно не поняли, о чем
идет речь.
Установилась неловкая тишина, и я решила разрядить сложившуюся ситуацию,
задав прямой вопрос: "А почему вашей компании не понравилось бы ваше участие
в проекте?"
Его ответ был немного уклончивым, видно было, что он искал подходящие
слова, может быть, стараясь не обидеть нас: "Компания, в которой я работаю,
принадлежит американцам, и некоторые из них... как бы сказать... консервативны в
своих взглядах, им может не понравиться, что я участвую в исследованиях за
пределами фирмы". После недолгой паузы Сол продолжал: "К тому же официальный
статус МДМА в нашей стране не ясен. Обычно мы придерживаемся в таких вопросах
рекомендации развитых стран, если, конечно, правительство не решит, что
препарат может представлять пользу для людей.
Ага, значит, еще не известно, можно ли на законных основаниях производить в
Бразилии партию МДМА. Может быть, Гиоргио и компания чересчур оптимистичны, и
все на самом деле гораздо сложнее, чем им хочется думать.
Шура заерзал на переднем сидении и попытался подвести итог: "Вы имеете в
виду, что никто не знает, можно ли, не нарушив закон, произвести и применять
препарат в клинике?"
- Насколько я понимаю, в данный момент врачам необходимо предоставить
правительству информацию о пользе препарата, испытав его, например, на больных
СПИДом или другими неизлечимыми болезнями. После этого будет получено
разрешение на производство и внедрение в врачебную практику. До этого - совершенно
неясная ситуация.
- А кто-нибудь занимается осуществлением данного плана, кто-либо работает с
правительством? Или мы слышим только планы и намерения?
За поворотом показались очертания въезда на знакомые участки. В свете фар я
неожиданно увидела громадное дерево, усыпанное белыми цветами.
Тропики. Настоящие тропики. Все растет не по дням, а по часам, природа на-
столько обильна и разнообразна - голова кружится от ее богатства.
Доктор Сол сбавил скорость до минимальной внутри поселка, и отвечал на
вопрос : "И да и нет. У доктора Хектора есть очень влиятельный друг, и скоро он
будет разговаривать с людьми в правительстве о планах создания клиники. Мне
кажется логичным то, что мы можем сейчас приступать к синтезу вещества для
клиники, пока вы в Бразилии и можете передать нам свой опыт".
Я заметила, что Шура облегченно вздохнул.
Нам надо верить этим людям. В конце концов, наши новые друзья достаточно
влиятельны для того, чтобы выйти на нужных людей в правительстве, если они
говорят, что все в порядке, мы должны расслабиться и положиться на них.
Дома нас уже ждали доктор Хектор и наши хозяева. Лена принесла чай со льдом
и вино, разговор сначала зашел о впечатлениях от представления. Когда смех
утих Гиоргио встал и очень серьезным тоном произнес: "Господа, у меня есть
важная информация о мистере Борхе, которой я хотел бы с вами поделиться".
Все сразу замолчали, так что я могла слышать, как шелестят листочками
комнатные растения. Надеюсь, это показатель хоть какого-нибудь движения воздуха
- в гостиной очень душно.
"Я хотел бы сообщить вам при каких обстоятельствах мистер Борх вынужден был
покинуть США. Я только что получил соответствующее донесение частного
детектива", - Гиоргио обвел нас многозначительным взглядом.
Он явно склонен к драматизму.
"Вышеупомянутый мистер Борх подозревается в присвоении капиталов одной
крупной чикагской инвестиционной компании, и полиция до сих пор очень хочет
допросить его по этому поводу".
Слава Богу! Теперь у наших друзей не останется иллюзий по поводу этого
очаровательного мошенника.
Лена закрыла лицо руками, сообщение ее сильно потрясло, она прошептала что-
то по-португальски, видимо: "О, Господи!" Доктор Сол задумчиво кивал головой,
а мы с Шурой всячески старались скрыть радость по поводу такого оборота
событий. (Мы позже признались друг другу, что до этого момента испытывали
неловкость каждый раз, когда речь заходила о мистере Борхе).
В конце разговора о деяниях чикагского беглеца Хектор выдал фразу дня, по
крайней мере, для нас с Шурой. Обращаясь к Гиоргио, он сказал: "Ты помнишь,
как Борх рассказывал нам, что весь эликсир, использующийся в санатории был
приготовлен доктором Бородиным? Я еще тогда сказал, что хочу найти этого
Бородина , и задать ему пару вопросов. Ты помнишь, как он заявил, что Бородин -
Папа11 римский в данной области знаний, и что нам не стоит даже пытаться идти
на контакт с этим великим человеком - только сам Борх имел доступ к святая
святых".
Шура заулыбался, а я расхохоталась, схватившись за живот, чуть не сползая с
кресла - в этот момент можно было позволить себе такое поведение.
- Он сказал "Папа римский"?
- Да-да, клянусь вам.
- Мне нравится эта идея - быть женой Папы римского! - Смогла выдавить я. На
этой веселой ноте мы пожелали друг другу спокойной ночи.
Понедельник
В Рио-де-Жанейро шел дождь. Мы остались дома одни с Курасон, наши хозяева
уехали в город. За завтраком Курасон подробно рассказала нам о политической
ситуации в стране, как она ее понимала. В том числе она дала оценку всем
президентам - нынешний оказался среди худших. Мы узнали о достоинствах одного
Люди, увлекающиеся психофармакологией, иногда называют Шульгина «Папой».
молодого кандидата на пост президента на ноябрьских выборах, о том, что его
мать-идиотка недавно выступала по телевидению и наговорила кучу гадостей о
неграх, индейцах и бедняках. "Но я не думаю, что это повредит его
предвыборной кампании - люди понимают, что ты не можешь отвечать за своих
родственников" .
Курасон считала, что предыдущие бразильские президенты, которые погибали
при несчастных случаях или совершали самоубийство, на самом деле были убиты
(очень похоже на правду). Она рассказала о "больших людях", которые на самом
деле правят страной, концентрируя в своих руках громадные капиталы, при этом
они не хотят ничего сделать для народа. Оказалось, что работодатели платят
рабочим зарплату (если вообще платят) строго в конце месяца, чтобы успеть
прокрутить эти деньги в банке. Коррупция пронизывает все слои общества.
Курасон рассказывала о своих прошлых хозяевах - семье Драгго (это тот
человек с шрамами на лице). По ее словам это были отличные люди, не "задаваки".
Она также предупредила нас по поводу покупок в городе: "Сначала смотрите на
ценник, потом спрашивайте продавца - иначе, как только они увидят, что вы
заинтересовались , цена подскочит в два раза.
Значит, они могут легко угадать в нас иностранцев.
Курасон унесла тарелки, налила нам по второй чашке кофе и продолжала: "Жак
Кусто снял документальный фильм об уничтожении амазонских лесов - теперь он у
нас стал национальным героем".
Мы с Шурой переглянулись и, кивнув головами, попросили рассказать об этом
поподробнее - нас очень волновала проблема тропических лесов.
По словам Курасон, Кусто смог наглядно показать, что цивилизация,
насаждаемая в тропиках, убивает древнюю культуру индейских племен. При этом Курасон
считала, что главные виновники не бразильское правительство, а "испанцы". Она
имела в виду - испано-говорящие бизнесмены из других стран Латинской Америки,
которые хотят нажиться на бразильской природе. Она не знала, что основной
вред природе приносят сами бразильцы и их правительство. Ей казалось, что
бедное правительство просто не в силах бороться с проблемой.
По-моему это единственный раз, когда мы про себя не согласились с точкой
зрения Курасон - в остальном мы доверяли ее оценке ситуации гораздо больше,
чем словам наших богатых друзей. От них мы уже слышали, что основная причина
бедности и безработицы то, что народ в Бразилии ленивый. Ни разу при нас они
не заводили разговор об угрозе, которая нависла над уникальными зелеными
легкими планеты.
После завтрака мы провели некоторое время в обсерватории наверху, записывая
наши впечатления, потом оба вдруг захотели спать (видимо таким образом
организм привыкал к тропической влажности). Мы вернулись в спальню, валялись на
кровати, любуясь видом из окна - дождь сделал краски за окном ярче. Мы
подремали немного.
Днем Курасон приготовила нам роскошное суфле, которое мне очень понравилось
- я всегда мечтала научиться так готовить.
На вечер была назначена встреча с важными людьми, в том числе с известными
докторами и психиатрами, где мы оба должны были отвечать на вопросы о
психоделиках и возможном использовании МДМА в медицинской практике. Доктор Хектор
выступал в роли переводчика. Шура решил надеть белую рубашку с галстуком - я
согласилась, даже для Рио-де-Жанейро, где не любят формальностей, это вид,
подобающий встрече с научной аудиторией.
Элен и Пьер отвезли нас в отель "Мирамар", где должна была состояться
встреча. В машине мы говорили по-французски, вернее Шура говорил, а я только
иногда вставляла пару слов, чтобы поддерживать разговор.
Нас проводили в большую комнату в пентхаусе отеля, там я смогла, наконец,
найти стакан воды со льдом. Нас встречали люди, собравшиеся на презентацию.
Приветствия заняли минут пятнадцать, хотя и носили более официальный характер
- мужчины ограничивались рукопожатием, в то время как женщины, все равно
предпочитали двойной поцелуй. Доктор Хектор представил нам несколько человек,
совсем не говорящих по-английски - среди них были крупные медики.
В конце концов, мы проследовали в небольшой зал, где в углу на возвышении
стоял стол с тремя стульями - для Шуры, меня и переводчика. Доктор Хектор сел
по центру, Шура - справа от него, я - слева. Вглядевшись в зал, я увидела
много знакомых лиц: тут были члены "семьи", наши хозяева и медики, с которыми
мы только что знакомились.
Я впервые выступала на подобном официальном собрании. Я услышала, что
Хектор, несмотря на мою просьбу, представил меня как "доктор Алиса", и теперь я
с ужасом ожидала, когда кто-нибудь из зала спросит, кто я по профессии:
психиатр или психолог, и мне придется ответить, что я просто терапевт, что
повлечет за собой новые неприятные вопросы.
Шура поначалу не мог освоиться в ситуации последовательного перевода.
Только через какое-то время он понял, что не нужно говорить больше двух-трех
предложений сразу, чтобы Хектор успевал переводить. Обычно Шура говорит на
подобных лекциях с дикой скоростью, и ему пришлось превозмогать эту пагубную
привычку, зато впервые я услышала, как он читает лекцию с нормальной
скоростью.
Задавались обычные для таких встреч вопросы. Время от времени, если дело,
например, касалось медицинского применения МДМА, Шура или Хектор обращались
ко мне. К своему удивлению, я совсем не чувствовала страха публичного
выступления, наверное из-за того, что я была знакома с большей частью аудитории. А
может быть из-за того, что я была полностью уверена в компетентности моих
ответов - очень приятное чувство.
Через некоторое время Хектора на месте переводчика сменил доктор Леон,
которого мы не встречали до этого. Он не только лучше знал английский, но и
обладал даром публичного оратора, поэтому все чаще в зале звучали аплодисменты.
В зале собралось примерно двадцать человек, вместо запланированных полутора
часов встреча продлилась целых три. Ближе к концу, я отвечала на несколько
вопросов подряд, и уже готова была в любой момент покраснеть при вопросе о
моем образовании и профессии, но никто почему-то не догадался спросить об
этом.
Когда все кончилось, Шура подошел ко мне и сказал, что гордится мной, что я
выступала превосходно и т.д. Это был лучший комплимент, и, кроме того, он
исходил из уст человека, мнение которого для меня является наиболее ценным.
Мы ужинали в отеле вместе с доктором Роберто, Мариной и молодым доктором
Леоном - нашим вторым переводчиком. Оказалось, что он руководит факультетом
фармакологии в университете и пользуется большим уважением своих коллег. Он
рассказал нам, что сам он принимал много психоделиков, что эти опыты были
очень разными, и что он с большим уважением относится к удивительной силе
этих препаратов.
Заснули мы поздно, гордые тем, что, как сказал Шура: "выступили крайне
удачно".
Вторник
Проснулись в шесть утра - на сегодня намечено изготовление МДМА.
Первоначально предполагалось, что на всю операцию уйдет три дня, но это при условии
проведения работы в двух разных лабораториях, Постепенно нам стало ясно, что
этот план был принят из-за того, что доктор Роберто и его друзья предлагали,
что все вещество, изготовленное у них в клинике останется в их распоряжении,
а другую партию - для будущей клиники - придется делать в другом месте. Но
теперь было решено, что синтез будет происходить один день, в одном месте, и
все споры о том, кому будет принадлежать препарат после нашего отъезда были
оставлены на потом. Нас это дело не касалось.
В клинику нас отвозил Гиоргио, и разговор зашел о машинах - он подробно
рассказал нам о правилах дорожного движения в городе: во-первых, никто не
обращает внимание на разметку - главное - знать примерное направление движения
и стараться избегать столкновение с теми, кто едет в ту же сторону. Улицы Рио
- как немецкие автобаны - на них выживают только лучшие водители. Во-вторых,
после десяти часов вечера все перестают обращать внимание на светофоры -
боятся ограблений. В 7.30, когда начинается рабочий день, водители снова
начинают останавливаться на красный, но до этого - просто приходится быть очень
осторожным (особенно, когда горит зеленый свет).
Мы переехали через мост и оказались в соседнем городе Нитерой. Дождь не
прекращался, такая погода продержалась неделю. Тропики лучше всего выглядят
под дождем. Город Нитерой - скромный сосед Рио-де-Жанейро - показался мне
"более бразильским". На улицах было много детей в шортах и грязных майках, то
и дело мы проезжали небольшие кантины, здесь было гораздо меньше многоэтажек,
Только графитти были те же.
Мы прибыли в клинику, расположенную на дальнем от Рио конце города, среди
роскошных коттеджей.
Громадное здание клиники было целиком отдано пластической хирургии.
Приемная изысканно отделана кожей и мрамором, видно, что большинство пациентов -
очень богатые женщины.
Оказалось, что для наших целей выделена пустая старая лаборатория. Во всю
длину комнаты вдоль одной стены стояла длинная скамья, в углу комнаты была
раковина. Кто-то радостно сообщил нам заранее: "В лаборатории есть
водопровод". После этого мы долго спорили, в каких условиях Шуре придется работать.
Мы уже знали, что все оборудование будет привезено из лаборатории доктора
Сола , но что собой будет представлять лаборатория, мы боялись представить.
Войдя в лабораторию, мы, прежде всего, открыли все окна - во время реакции
будет выделяться неприятный запах. Приехали Хектор, Драгго и доктор Роберто,
который решил показать мне свою новую лабораторию. Он провел меня в отлично
оборудованную новую лабораторию этажом выше, по поводу которой я выразила
свое истинное восхищение, потом он откланялся, так как ему предстояла
операция: "Я желаю вам и вашему мужу успешной работы, надеюсь, я смогу
присоединиться к вам позже".
Я вернулась в старую лабораторию. Приехал доктор Сол. Гиоргио сказал, что
ему придется отлучиться в Рио, где у него назначена встреча с одним бригадным
генералом.
Кто-то постоянно заглядывал в дверь лаборатории, видимо до персонала
клиники дошли слухи о каких-то таинственных приготовлениях, но мы не обращали на
это внимание. Шура и Сол в это время уже распаковывали оборудование, причем
Шура постоянно тихо сыпал проклятиями по поводу того, с чем ему придется
работать .
Он отозвал меня в дальний угол комнаты, где лежали все реактивы для
синтеза .
Обрати внимание на местную алюминиевую фольгу - нужно было брать с собой
американскую, эта - гораздо тоньше.
- Да, на ощупь чувствуется. Но какая разница?
- Реакция будет происходить быстрей, температура будет гораздо больше, чем
обычно.
- Понятно.
Я совершенно не разбираюсь в химии, но знакома со всеми стадиями
приготовления МДМА. Давным-давно я принимала участие в приготовлении МДМА для моих
друзей психиатров, к тому же я пыталась выяснить, таким образом, есть ли у
меня склонность к химии. Мы очень быстро выяснили, что - нет.
Я отлично помню одну из стадий синтеза, когда в большую колбу помещается
большое количество мелко нарезанной фольги, после этого добавляются разные
реактивы, и начинается реакция. Смесь очень сильно нагревается, поэтому колба
опускается в холодную воду, при непрерывном помешивании.
Я решила лично провести данную стадию синтеза, и теперь я полностью
разделяла Шурину озабоченность: если смесь закипит, часть ценного сырья будет
потеряно - выльется из колбы.
Но сначала нам нужно было порвать фольгу на мелкие кусочки, мне вызвался
помогать в этом доктор Хектор. На беднягу сразу обрушился поток шуток от Шуры
и Сола: "Кто бы мог подумать, что бывший зам министра будет сидеть на
табуретке и рвать фольгу на мелкие клочки! Да что Здесь происходит?" Хектор
только заговорщицки улыбался и с еще большим ожесточением рвал фольгу.
Сол привез несколько коробок с оборудованием, некоторые приборы были в
полном порядке, другие - оставляли желать лучшего. Старый ротационный испаритель
опасно качался - пришлось закрепить его при помощи изоленты. Среди
оборудования оказалась отличная воронка Бюхнера, но фильтров подходящего размера не
оказалось - пришлось вырезать их из больших бумажных салфеток.
Шура впал в радостно-маниакальное состояние, постоянно отпускал шутки по
поводу третьего мира, зараженный энтузиазмом Сол бойко ему отвечал. Химики
носились по лаборатории, как сумасшедшие, устанавливали оборудование, громко
выражали сомнения в успехе операции, но сразу же находили выход из положения.
Они уже имели полное представление о том, что им не хватает - что придется
изобретать на ходу, без чего придется обойтись. Доктор Хектор потом так
охарактеризовал происходящее: "Мы присутствовали на настоящем балете творческой
мысли, во время которого Сол точно выполнял инструкции Шуры, исполнявшего
сольную партию. Время от времени я ловила дикий взгляд "Папы римского" и
улыбалась в ответ.
Я должна заметить, что наши богатые друзья не возражали, когда их страну
называли страной третьего мира - может быть из-за снобизма. Наоборот, они
всячески подчеркивали этот факт. Все равно, я попросила Шуру поменьше
употреблять термины типа "четвертый", "пятый" и "седьмой мир". (Последний термин
он использовал по поводу оборудования, которое привез доктор Сол).
Когда я уже занялась наблюдением над первой реакцией, чтобы заметить, когда
надо будет опускать колбу в ведро с холодной водой в углу комнаты, я вдруг
поняла, что неправильно выбрала место для этого. Здесь в углу не было
сквозняка, и ничто не могло спасти меня от вонючих испарений, которыми
сопровождается реакция. Но теперь было поздно что-то менять - реакция уже началась.
Из-за того, что фольга была тоньше обычного, реакция проходила гораздо
быстрее обычного и сопровождалась выделением гораздо большего тепла. Вдруг
жидкость закипела, и я не успела вовремя охладить колбу - часть вещества
"убежала". Я продолжала помешивать жидкость, когда кипение уже прекратилось. Кто-то
предложил принести лед, чтобы вода оставалась холодной. Доктор Хектор присел
рядом со мной на маленькую табуретку - он стал обмахивать мое лицо сложенным
журналом, я кашляла от испарений метиламина.
Во время второй попытки меня усадили рядом с раковиной, в комнату был
принесен вентилятор, единственным недостатком которого было то, что у него не
было защитной решетки. В этот раз реакция проходила нормально - Шура внес
какие-то изменения, и, судя по всему, они сработали.
На этом мое участие закончилось, и я пошла гулять по коридорам клиники и
вернулась в лабораторию. Доктор Хектор сидел на табуретке, наблюдая, как два
химика взвешивают, перемешивают и переливают реактивы.
Я подошла к Хектору, и он потянул меня за рукав, чтобы прошептать на ухо:
"Я хочу присутствовать на рождении этого королевского ребенка". Я улыбнулась,
похлопав его по плечу.
Милый, добрый романтик - не могу представить его в роли политика. Но с
другой стороны, это - Бразилия, и здесь все по-другому.
Доктор Роберто заглянул в лабораторию вместе со своим сыном - они шли на
операцию, и хотели посмотреть, все ли идет нормально.
Я налила нам всем крепкий кофе, а потом Роберто показал мне комнату, где я
могу отдохнуть. В комнате была дверь в маленькую ванную, и я умылась и
причесалась .
Доктор Роберто отвез нас обедать в еще один ресторан "Порто". На этот раз
мы постарались не объедаться. Разговор зашел о тропических лесах. Доктор
Роберто полностью отмел любые предположения об уничтожении индейских племен. Мы
постарались сменить тему - видно было, что доктор не очень хочет говорить об
этом.
После обеда Роберто отвез нас на старую смотровую площадку на вершине холма
- мне кажется, что именно это место мне больше всего понравилось во всем
путешествии. Мы проезжали банановые деревья, которые я никогда в жизни не
видела. С каждого дерева свисала огромная гроздь, состоящая из многих связок
бананов .
На вершине холма была полуразрушенная смотровая площадка с лестницей в
никуда - там когда-то была еще одна надстройка. С холма открывался прекрасный
вид, вокруг нас цвели кустарники, росли пальмы - настоящие тропики. Мне
ужасно понравилось это место - здесь было тихо, и дождь сбил жару, так что я
хотела остаться здесь на некоторое время, но мы уже спешили назад в
лабораторию. На обратном пути доктор Роберто показал мне дерево манго, которое
показалось мне похожим на мимозу.
Когда мы вернулись в лабораторию, и два химика снова принялись за работу, я
неожиданно вспомнила, что сегодня годовщина нашей свадьбы.
Как можно было лучше отметить день свадьбы, чем изготовляя партию МДМА. для
исследований, результатом которых могут стать серьезные научные публикации?
Под взорами постоянно сменяющейся публики, которая следит, как два энергичных
химика пытаются преодолеть несовершенство оборудования, по-настоящему
наслаждаются работой. Лучше способа отметить годовщину я не могу себе представить.
Я вернулась в свою комнату, и поспала часа два на больничной койке.
Когда я вернулась в лабораторию, процесс синтеза завершался. Шура объяснил,
что у них нет оборудования для дистилляции, и что окончательная стадия
пройдет в лаборатории доктора Сола.
Они начали упаковывать оборудование и реактивы, уставшая публика молча
наблюдала за ними. В лаборатории присутствовали Роберто, Марина и их малютка-
дочь Катя. Там же были Хектор, Гиоргио и молодой человек, которого нам
представили, как ассистента доктора Сола.
Кто-то принес поднос с выпечкой, и все набросились на еду, радостно
обсуждая произошедшее, поздравляя друг друга.
Наконец, гости ушли, оставив химиков одних - надо было убрать лабораторию.
Я стояла за дверью с очередной чашкой крепкого кофе, как вдруг услышала
громкие крики: "Получилось! Получилось!" Стараясь побороть смех, я открыла дверь
и громко, по театральному прошептала: "Не забывайте, что вы находитесь в
медицинском учреждении, прошу вас, ведите себя тихо". Они приставили пальцы к
губам, смутившись, как нашкодившие школьники, и успокоились, последний раз
похлопав друг друга по плечу.
Дома Гиоргио и Лена уселись перед телевизором, чтобы посмотреть знаменитый
фильм "Дюна" с португальским переводом. К их радости я заметила, что мой
любимый персонаж этого фильма - маленькая голубоглазая сестренка главного героя
- девочка владевшая телекинезом.
Мы поднялись в спальню, записали события дня в дневник и заснули как
убитые .
Среда
Среда должна была быть тихим днем - до вечера мы собрались сидеть дома,
работать над записями, отдыхать. На вечер мы были приглашены на день рождения
доктора Роберто. Мы остались одни в доме, кроме нас здесь осталась только
Курасон. Примерно в 11 часов она постучала в дверь маленького кабинета,
сообщив , что принесла нам кофе. Мы поблагодарили ее за этот геройский поступок -
она была на восьмом месяце беременности, и ей было трудно ходить по лестнице.
Мы стали расспрашивать ее о новой работе ее мужа в Мато Гроссо, мы хотели
выяснить , что такое Мато Гроссо - штат, город или фирма. Она охотно показала
нам город на карте, и мне почудилось, что она говорит медленнее, чем обычно.
И вдруг она села рядом со мной и сказала: "Я должна вам признаться. Я очень
странно себя чувствую - я только что приняла лекарство, которое было там в
холодильнике. Делия (соседка) говорила, что лекарство помогает ей в сложных
ситуациях, и что мне надо его попробовать".
Мы с Шурой переглянулись. Шура спросил, сколько препарата она приняла.
Курасон попыталась показать нам на пальцах, но потом решила, что мы пойдем
посмотрим в холодильнике. Мы осторожно спустились вниз по лестнице - Курасон
держалась за мою руку. Мы старались всячески ее успокоить, просили ее идти
медленно, переступить телефонный провод, смотреть под ноги и не волноваться.
В холодильнике мы обнаружили две бутылки - одну пустую. Красная жидкость
кончилась, осталась только желтая. Курасон показала нам, сколько было в
бутылке до того, как она из нее пила, и мы прикинули, что она употребила около
150 миллиграмм МДМА.. Мы помогли ей поставить бутылки на место и пообещали,
что никому не скажем о случившемся.
(Немного странное обещание. Когда-нибудь хозяева обнаружат пропажу и
спросят нас об этом. Но в тот момент мы предпочли не думать об этом).
Мы вернулись в гостиную, Курасон вцепилась в мою руку со словами: "Я вас
так люблю". На что мы искренне отвечали, что мы тоже очень ее любим. Мы
сидели на диване, она прижималась ко мне, и не отпускала мою руку, кроме
моментов, когда ей требовалось жестикулировать обеими руками. Ее глаза были широко
открыты, и можно было заметить нистагм - подергивание. Я поспешила
предупредить ее, что это - нормальная реакция, и что скоро это пройдет, но она
засмеялась , сказав, что ее это не беспокоит. Шура заметил, что она говорит, не
разжимая зубов, и она снова засмеялась, обнаружив, что он прав. Шура
предложил ей закусить полотенце - скрежетание зубами тоже нормальное явление для
первого приема
МДМА. "Это неприятно, но неопасно, так бывает со всеми, кто пробует это
лекарство первый раз".
Курасон отвечала, что ее совершенно не беспокоят эти проблемы, что все в
порядке. Все в полном порядке.
Сейчас МДМА дает ей самый ценный опыт, когда вдруг понимаешь, что весь мир
вокруг гармоничен, и, несмотря на очевидные факты, доказывающие обратное -
все в мире в полном порядке.
Мы с Шурой вдруг увидели, что ее внешний вид преобразился. Морщины
разгладились , лицо стало как у семнадцатилетней девушки, и мне показалось, что Ку-
росон одна из самых красивых людей на земле. Я видела по выражению лица Шуры,
что он тоже поражен этой трансформацией. Курасон заговорила:
Я хочу рассказать вам о себе, потому что вы хорошие, добрые люди, и я не
хочу, чтобы вы воспринимали меня только как повара и служанку.
Мы очень рады, что ты хочешь рассказать нам о себе. Я улыбнулась и креп-
ко сжала ее руку.
Она рассказала, как она приехала в Нью-Йорк, когда ей было шестнадцать, как
она вышла замуж за молодого итальянца, чья семья невзлюбила ее за смуглый
цвет кожи. "В моей семье смешалось много кровей, и некоторые дети рождаются
светлыми, а некоторые смуглыми, и мы гордимся своим происхождением".
Но итальянская семья требовала, чтобы молодой человек развелся с
"негритянкой". Курасон никогда не сталкивалась с таким отношением в Бразилии, и ей
было очень трудно, но она смогла выстоять перед потоком издевательств.
Больше всего она гордилась своей бабушкой по отцовской линии - она была из
настоящего амазонского индейского племени, из тех, кто раскрашивает лица, и
знала, как употреблять различные лекарственные растения при разных болезнях.
"Она была прекрасной, очень мудрой женщиной. Я многому от нее научилась. Я
записала многие ее рецепты в маленькую тетрадочку, которая всегда со мной".
Она работала в Нью-Йорке и высылала деньги своей большой семье в Бразилию,
ей нужно было самой на что-то жить - и она и ее муж жили в бедности. В конце
концов, она не выдержала: тяжелая работа, постоянные упреки со стороны
родственников мужа, одиночество и просьбы выслать еще денег довели ее до того, что
она выбросилась из окна.
Мы не спрашивали, с какого этажа.
Курасон несколько раз повторила: "Я не собиралась совершать самоубийство,
просто я очень устала и мне захотелось отдохнуть, остановить все на минуту".
Мы кивнули.
Она провела в больнице восемь месяцев - множественные переломы. "Наконец-то
я могла отдохнуть". Один доктор в больнице смог помочь ей встать на ноги.
После выздоровления она с помощью этого доктора получила высокооплачиваемую
работу в дорогом ресторане.
Она решила вернуться в Бразилию и сообщила об этом своему мужу. Он
отказался ехать с ней. Они любили друг друга, но этого оказалось недостаточно. Он
обещал ей, что в следующий раз назло родителям женится на негритянке. Она
отправилась домой.
Курасон загадочно улыбнулась и спросила, не возражаем ли мы, если она
откроет нам небольшую интимную тайну. Мы не возражали. Она освободила свою руку
и показала нам, что у нее вставные зубы - скулы и челюсти сделаны из
синтетического материала. Она также приподняла юбку, чтобы мы смогли увидеть длинный
шрам на ее ноге.
Мы искренне заверили ее, что она очень красивая.
Она снова взяла меня за руку.
"Я вернулась в Бразилию, и на сэкономленные деньги поступила в самую
дорогую школу для поваров". Теперь она собиралась переезжать в городок Мато Крос-
со, где ее муж работал плотником, потому что ее попросили обучить
премудростям кулинарии поваров на одном ранчо. Эта работа была ей по душе. Она
направлялась в Мато Кроссо, как только мы уедем, и ее работа здесь закончится.
Я хочу научиться всему, чему смогу, и я хотела бы общаться с добрыми,
умными людьми, поэтому я счастлива, что встретила вас.
Мы тоже счастливы. От тебя мы получили самую полную информацию о стране,
гораздо больше, чем от всех остальных вместе взятых. Огромное тебе спасибо за
твои рассказы.
Шура сжал другую руку Курасон - на его глазах выступили слезы.
Наконец действие препарата закончилось, и мы посоветовали Курасон пойти
поспать, а сами тем временем занялись приготовлениями ко дню рождения. Она
сказала, что врачи предупредили ее, что ребенок - очень маленький, и что она
очень хочет, чтобы он родился нормальным. Она также спросила, не могла ли она
повредить себе и будущему ребенку тем, что приняла препарат. Мы поспешили
заверить ее, что ничего страшного не произошло, хотя ей стоит воздерживаться от
подобных опытов, пока она не родила и не вскормила младенца. (Сейчас не время
для нотаций). Она сказала, что все поняла.
Мы обняли ее, и она пошла в свою комнату.
- Никогда не знаешь, когда получишь очередной ценный урок.
- Просто нет слов.
Мы переоделись, и вскоре за нами заехали Гиоргио и Лена, Мы направились на
большую вечеринку в доме доктора Роберто, там с нами должна была
познакомиться его очаровательная жена Клара. Ее очень уважали все окружающие. Она
никаким образом не замечала существование Марины и маленькой Кати.
Шура, сидевший на переднем сидении, спросил Гиоргио: "Помните вчера в
клинике? Мне кажется, сын Роберто и Марина с ребенком должны были встретиться".
Лена отвечала: "Вряд ли это произошло, но даже если это произошло, скорее
всего, они просто сделали вид, что не заметили друг друга".
Я сказала, что очень жалко, что братья не могут общаться с сестрой, наши
друзья согласились со мной, заметив, что, к сожалению, дела обстоят именно
так.
Мыльная опера из жизни богатых бразильцев.
Дом нашего друга-хирурга оказался громадным дворцом с невероятных размеров
гостиной, где висели очень хорошие картины, большинство - современных
бразильских живописцев, но я нашла одну, подписанную Кли. Нас встретила Клара,
красавица с очень хорошей фигурой, одетая в платье с красными и черными
блестками. При взгляде на роскошные наряды жен гостей вокруг становилось
понятно , что блестки в этом сезоне в моде.
Гостиная выходила на большую веранду, где были накрыты столы для гостей.
Веранда кончалась неким подобием бассейна (я не сразу поняла, что мы на
берегу залива) и только посмотрев чуть вправо, я увидела яхту и сообразила, что
там - море. Шура вышел на веранду вслед за мной, и я, схватив его за рукав,
показала ему на яхту. Он присвистнул от неожиданности, и мы с большим
уважением стали рассматривать большую игрушку.
- Вот из-за чего люди становятся в Бразилии специалистами по пластической
хирургии!
- Поздравляю тебя, очень верное наблюдение.
Через несколько минут начался дождь. Мы сели за столик на закрытой части
веранды, и вскоре к нам подсели Гиоргио с Леной и Хектор с Ритой. Дождь
перешел в ливень, подул сильный порывистый ветер, и слуги быстро развернули
брезентовые стены с маленькими прозрачными окнами, чтобы оградить веранду от
стихии. В одном окошке сверкнула молния - обожаю молнии. К нашему столу
подсели доктор Сол, сеньор Драгго и его жена Соня, на которой было дорогое
элегантное платье из черного бархата. К нашему столу были приставлены
дополнительные стулья. Звуки смеха и шумных разговоров, разносившиеся по закрытой
веранде, заглушали канонаду грома. Я сильно волновалась за яхту.
Рядом с Шурой происходила непрекращающаяся карусель: стоило одному гостю
привстать со стула, чтобы поздороваться со знакомым, как его место сразу же
занимал другой человек. Некоторое время с Шурой беседовал молодой хирург,
которого мы встретили в первый день, он задавал обычные вопросы. Речь зашла о
вчерашнем "балете", который наблюдали некоторые его друзья. Оказывается,
сеньор Шура танцевал вокруг приборов в лаборатории, показывая таким образом,
что человек должен получать удовольствие от своей работы.
Вот так рождаются легенды.
Через маленькое окно напротив нашего столика мы могли наблюдать непрерывный
поток прибывающих гостей. Казалось, что весь высший свет Рио пожаловал на
праздник. За соседним столиком сидела женщина средних лет, и Лена узнала в
ней знаменитую бразильскую певицу. К сожалению, я не расслышала ее имени. На
ней было платье с темно-красными блестками.
Всеобщее удивление вызвало то, что со мной всегда был мой блокнотик, и я
объяснила, что сюда я записываю имена и адреса своих новых знакомых, я не
стала рассказывать об остальном содержимом дневника.
Слуги приносили закуски, среди всего прочего, конечно же, икру. Я украдкой
оглядела людей, сидящих за другими столиками: на женщинах были дорогие
драгоценности, некоторые гости рассматривали нас, перешептывались между собой.
Одним из последних за наш столик сел мультимиллионер сеньор Карлос
(продолжительные объятия и поцелуи). Видно было, что все гости знают его в лицо (таких
людей всегда знают в лицо), и когда он очень тепло поздоровался со мной и
Шурой, шепот за другими столиками возобновился с новой силой.
Все женщины были дорого и со вкусом одеты. Большинство носили европейские
прически, я не заметила ни одну женщину с короткой стрижкой. Почти все
женщины имели очень стройную фигуру, и когда я обратила на это внимание Лены, она
напомнила мне, что многие здесь прошли через клинику доктора Роберто. "Мы
просто обожаем липо".
Я заметила, что начинаю сама подумывать о "липо" - липосакции. Не говоря
уже об операции на веках, шее и скулах. Как я и ожидала, Шура посмотрел на
меня крайне неодобрительно.
Я сказала, что Шура не хочет, чтобы я изменяла свой внешний вид. Женщины
стали выражать мне искреннее сочувствие. Им было совершенно непонятно, как
такое может быть. В то время я этого тоже не понимала.
Вскоре последовало приглашение в гостиную посмотреть на великолепно
накрытый стол, пока трапеза еще не началась. В центре стола возвышалось
монументальная композиция из цветов и фруктов, достойная украшать праздник сбора
урожая в Рокфеллерском Центре.
Слуги стали подавать блюда. Возвращаясь к своему столику на свежий воздух,
я увидела, что доктор Роберто тащит Шуру фотографироваться. Я улыбнулась и
позволила толпе вынести меня на веранду. Шура пришел через несколько минут.
Что случилось?
Роберто потащил меня сниматься для какого-то журнала, наболтал бедным
журналистам, что я величайший ученый Америки и все такое, потом отпустил
меня ... Я получил тарелку еды - и вот я здесь.
Но ты остался жив и теперь в полной безопасности, ведь, правда?
Конечно, открытой раны нет, но это не значит, что не произошла травма.
Где-то в глубине, но все-таки травма.
Придется за тобой проследить. На всякий случай.
На улице сверкали молнии, порывы ветра заставляли брезентовые стены
хлопать . Роскошная гроза.
Доктор Хектор сообщил мне, что он собирается привести к нам еще двух людей,
которые собираются принять МДМА в первый раз в жизни, и он хочет, чтобы я
провела с этими людьми терапевтический сеанс, при его посредничестве, как
переводчика. Он очень хотел посмотреть на мои методы работы. Я поспешила
отказаться, объясняя это тем, что, во-первых, я работаю только с одним пациентом,
и, во-вторых, начинать подобную терапию можно только, если сможешь ее
продолжить , а я собираюсь скоро уезжать. Как выяснилось, одним из предполагаемых
пациентов был близкий родственник Хектора, страдающий депрессией.
Мой милый доктор Хектор обдумал мои аргументы, разочарованно пожал плечами
и сменил тему разговора.
(Другая важная причина моего отказа - невозможность проводить подобное
интимное общение в присутствии третьего человека, в данном случае переводчика.
Я содрогнулась при попытки представить, как это будет выглядеть) .
Когда мы собрались домой, доктор Роберто куда-то отлучился, и мы
попрощались вместо него с его женой, горячо поблагодарив за отличный вечер. Она с
достоинством поклонилась, видимо не поняв ни слова по-английски (нас преду-
преждали, что она не знает языка), но наши интонации были понятны. Мы
поспешили откланяться.
Четверг
Утром Шура принес мне кружку горячего кофе в постель - я никак не могла
проснуться. Сегодня мы решили пройтись по магазинам.
- Наши хозяева совершенно не понимают разницу между "пройтись по магазинам"
и экспедицией за конкретными покупками. Им кажется, что раз идешь в магазин -
непременно должен что-то купить.
- Возможно они поймут термин "шоппинг12", хотя я искренне в этом
сомневаюсь, в любом случае это не имеет значение, потому что я собираюсь именно
покупать .
Сначала мы зашли в несколько книжных магазинов, чтобы найти книги об
Амазонии. Шура купил пару французско-португальских словарей, которых мы не смогли
бы купить у себя дома, а я приобрела книгу рецептов бразильской кухни. Мы
также зашли в сувенирные лавки, где мне приглянулось много милых мелочей,
цены на которые были явно завышены. В Рио очень много ювелирных магазинов, и
некоторые из них, прямо как экзотические калифорнийские ночные клубы,
нанимают зазывал. Я очень сомневаюсь в качестве драгоценностей, которые продаются в
подобных магазинах.
После похода по магазинам мы зашли к Соне, где к нам должен был
присоединиться Гиоргио - он в этот день ходил к дантисту. Сонина квартира поражала
своей роскошью: персидские ковры на стенах, много китайского фарфора -
видимо , результат торговых сделок сеньора Драгго.
Соня заставила меня принять от нее в подарок два китайских рисунка на
тонкой рисовой бумаге, кроме этого она подарила мне роскошную пепельницу с
изображением "balagandans" - индейского амулета, похожего на тот, который я
купила в сувенирной лавке. Обычно это металлический полумесяц, на котором висят
различные символические изображения фруктов и деревянные кулаки в виде фиги -
бразильский символ (фаллический) успеха. В Рио их часто вешают на стены.
В углу стояла необычная статуя. Позднее Шура рассказал мне, что таких за
пределами Китая единицы. Это был солдат терракотовой армии из Ксиана.
Мне понравилась Соня - они с Леной отлично провели нас по магазинам, и
Курасон очень тепло о ней отзывалась. Она тоже очень хорошо относилась к
Курасон, что было для нас с Шурой чрезвычайно важно.
По дороге домой речь в машине зашла о сложностях внутрисемейной политики.
Гиоргио сказал:
Доктор Роберто хочет, чтобы доступ к МДМА имел только узкий круг
посвященных - его друзей, конечно. Мы, естественно, не согласны с его позицией.
Мы тоже не согласны. Странно, что люди, получающие "духовное просветление"
при приеме МДМА, тут же забывают об идеях, появившихся во время просветления,
как только возвращаются в нормальное состояние.
- Но у каждого есть друг или родственник, которому, как мы считаем, МДМА
могло бы помочь.
- Так это значит, что доктор Роберто против новой клиники?
Не беспокойтесь, мы не согласны с его позицией. Я просто хотел объяснить
вам некоторые внутрисемейные интриги.
Мы не должны забывать, что знаем точку зрения на эту проблему лишь одного
человека.
Shopping (англ.) - посещение магазина (shop) с целью покупки. В США этот термин часто
употребляется в смысле легкого помешательства женщин на покупках, Зачастую бессмысленных.
Пятница
За завтраком Гиоргио сообщил, что изготовленное МДМА будет завтра
доставлено к нему домой, и члены закрытого клуба соберутся, чтобы его испробовать.
Вы не возражаете, если мы снова соберемся небольшой группой, чтобы
задать пару вопросов?
Конечно, нет.
Непонятно, какие новые вопросы могут появиться у этих людей. К этому
времени мы уже устали от поездки и были готовы возвращаться в США.
До обеда мы провели время в кабинете, делая новые записи, потом спустились
в гостиную, где уже сидели наши хозяева. Курасон приготовила национальное
бразильское блюдо "фейджоада": фасоль, овощи и тонкие кусочки мяса - просто
объедение. Обед, после которого не нужен ужин. Кушанье было подано на самом
длинном блюде, которое я когда-либо видела.
После обеда мы с Гиоргио отправились по магазинам, пытаясь найти точные
весы. Мы не смогли купить их ни в аптеках, ни в ювелирных магазинах. Без весов
мы не смогли бы взвесить точные дозировки МДМА, и Гиоргио надеялся, что сосед
Томас сможет к завтрашнему дню найти нужные весы в Сан-Пауло. Третий мир -
ничего не поделаешь. Никогда не знаешь, чего вдруг не окажется в магазине.
Во время нашего неудачного путешествия по магазинам произошел забавный
случай. В Рио существует практика, когда, запарковав машину, ты поручаешь ее
специальному человеку, за что он получает пару крузейро. Иначе машину могут
обворовать, да и просто угнать. Таким образом, зарабатывают на хлеб многие
бедные жители Рио, и таким образом владельцы машин гарантируют себя от того,
чтобы улучшить благосостояние Парагвайской армии - именно туда идут все
краденые машины.
На этот раз, вернувшись к машине, мы не застали охранника. Может быть, он
отлучился попить кофе или в туалет. Мы думали, что Гиоргио просто уедет, но
нет - он долго искал паренька взглядом, а потом подозвал к себе полицейского,
и попросил его передать человеку его плату, когда он придет. Полицейский (как
потом рассказал Гиоргио) сказал, что ему не положено принимать деньги от
незнакомцев в машине, и Гиоргио предложил просто пожать ему руку, при этом он
умудрился передать купюру. Мы с Шурой поразились ходом переговоров и особенно
тем, что Гиоргио во что бы ни стало хотел заплатить охраннику.
На вполне очевидный вопрос Гиоргио ответил, что он уверен, что полицейский
передаст деньги.
Мы поехали в небольшую, но красиво отделанную физиотерапевтическую клинику
доктора Хектора. (До этого мне не приходило в голову спросить его о том, чем
он занимается после того, как ушел из правительства). Мы зашли в его
маленький кабинет и познакомились с единственным местным врачом, которому не
удалось добраться до наших презентаций. Доктор Жорж, кардиолог, оказался очень
приятным человеком с редеющими седыми волосами и скромной улыбкой, созданной,
словно специально для того, чтобы будить в женщинах материнский инстинкт.
Доктор лично попросил Хектора о встрече с нами.
Мы разговаривали с ним примерно час, он рассказывал нам о своих личных
проблемах, о растущей с годами депрессией. Шура предоставил весь разговор мне и
только сочувственно кивал. Я предложила Жоржу воспользоваться услугами
опытного специалиста по гипнозу. На вопрос, сможет ли ему помочь МДМА, я
отвечала, что препарат иногда используется в подобных случаях, но я бы посоветовала
сначала гипноз. Причем я особо отметила важность правильного выбора терапевта
- нужно, чтобы у вас обязательно установился тесный контакт.
Когда позже Шура спрашивал меня, почему я отговорила Жоржа от приема МДМА,
я ответила, что главной причиной было то, что единственные люди, имеющие в
этой стране отношение к МДМА это так называемая "семья", а среди них нет лю-
дей, имеющих опыт терапии, среди них нет даже обычных психиатров. Может быть
ситуация изменится, после открытия клиники, но когда еще это будет? Этому
человеку нужна срочная квалифицированная помощь, и специалист по гипнозу мог бы
ему помочь.
Доктор Жорж также поделился с нами проблемой, о которой он до этого никому
не рассказывал. Оказалось, что он часто во сне видит лица своих покойных
друзей, и по утрам никак не может избавиться от этих призраков. Жорж был
испуган , и не знал, что ему делать.
На секунду я представила себе этого милого человека, стоящего утром перед
зеркалом, в котором ему видятся облики умерших друзей, охваченного страхом
перед той неизбежностью, которую эти призраки олицетворяли.
Недолго подумав, я отвечала, что вместо того, чтобы стараться избавиться от
призраков, Жоржу нужно использовать их в качестве союзников. "Как только
Замечаешь их присутствие, предложи им посмотреть на мир через твои глаза,
почувствовать мир через твою кожу, пускай они смогут разделить с тобой все твои
впечатления. Они приходят к тебе, чтобы проверить все ли в порядке - они до
сих пор любят тебя. Они не представляют никакой опасности и скоро уйдут по
своим делам, оставив тебя в покое. Я понятно выражаюсь?"
Он откинулся в кресле, задумчиво посмотрел на меня, улыбнулся и сказал:
"Да, вы полностью правы, почему я должен бояться моих друзей?" Он сердечно
поблагодарил нас с Шурой за то, что мы его выслушали.
Слава Богу! Он мог воспринять мою идею неправильно, она могла еще больше
напугать его. Теперь он не будет переживать из-за постоянной войны с
призраками любимых людей.
На обратном пути мы зашли в небольшое кафе, и я с радостью заметила в меню
"чисбугер".
Суббота
Мы решили оставить Курасон 4 0 долларов для ее будущего ребенка. Доллары не
будут терять свой вес, в отличие от местной валюты - инфляция в Бразилии
составляет 40 процентов в месяц. Мы надеемся, что Курасон не станет обменивать
эти деньги до крайней необходимости.
Сегодняшняя встреча была назначена на 11-30 утра, но все гости опоздали - в
Рио-де-Жанейро так принято. Всего в церемонии должны были участвовать 13
человек .
Обычный набор, включая милую мулатку и скромного массажиста сеньора Вальдо.
В 11 часов Томас привез обещанные весы, которые он одолжил у своего друга в
Сан-Пауло. Шура сказал, что такие приборы использовали в начале века. С
помощью этого красивого прибора "Папа Римский" под взорами доктора Хектора, Сола,
Гиоргио, Лены и меня отмерил тринадцать доз по 120 миллиграмм порошка. Для
наших друзей это был совершенно новый способ принимать препарат, до этого они
принимали МДМА растворенное в цветных жидкостях. Я достала нашу старую камеру
и сфотографировала лица, выражавшие напряженное ожидание и некое почтение, с
которыми все следили за каждым Шуриным движением.
В полдень стали прибывать остальные гости.
Сеньор Лео и его жена Анита подарили нам красивый гербарий бразильских
растений под стеклом, его можно было поставить на столе или повесить на стену.
Массажист подарил нам еще порошок гуараны13.
Пока проходил сеанс, мы обедали остатками вчерашнего фейджоада, блюдо
сохранило великолепный вкус. Мы показали Курасон коллекцию растений, и, указав
Из плодов лианы гуараны (Paullinia cupana) делают традиционный индейский напиток вроде чая
или кофе (она содержит много кофеина), обладающий также лечебными свойствами.
на какие-то сухие стебельки, она сказала, что это так называемая "колючая
трава", и что если ты дотрагиваешься до нее, то в твою кожу попадает очень
маленький колючий отросток, который укореняется, и в результате образуется
бородавка, которых может стать несколько и даже много. Никакой опасности для
здоровья эти бородавки не представляли, но от них было почти невозможно
отделаться. У ее мужа такие "прыщики" были по всему телу.
Мы с ужасом смотрели на невинную коллекцию, и решили, что никогда не будем
ее раскрывать.
После обеда я собирала вещи. Через час сеанс был окончен, и я услышала
громкие голоса и смех в гостиной. Нас позвали фотографироваться, радостно
рассказывали нам о своих впечатлениях - конечно же, положительных. Две
женщины заявили, что им удалось получить такие же яркие впечатления, как при
первом приеме у мистера Борха. Карлос, по словам Лены, решил отказаться от
препарата Борха и перейти на Шурин. В общем, всем понравилось, и ни у кого не
было неприятных эмоций.
Когда мы остались одни, Шура спросил меня, почему, по моему мнению, не было
ни одного отрицательного отзыва. Я ответила, что, скорее всего, из-за того,
что у всех членов семьи сложились так называемые "позитивные ожидания".
Подсознательно они ни в коем случае не хотели разочароваться в своем "Папе
Римском" . Шура сказал, что я, возможно, права.
На сегодня мы решили, что на этом наша сегодняшняя миссия закончена, и пора
снова заняться работой. Мы считали, что наша постоянная работа очень полезна
не только для нас, но и для наших хозяев - как только мы уставали от общения,
мы могли удалиться, ссылаясь на работу, и мы не надоедали им своей компанией.
В пять часов нас позвали в гостиную, и доктор Хектор произнес небольшую
речь о том, как Шура (и я) беззаветно и бескорыстно работает на благо
человечества. Он призвал всех присутствующих последовать нашему примеру, и заняться
работой во благо общества.
Ура! Ура! Мы искренне вам верим, мы - не циники. Особенно важно для нас,
чтобы вы открыли клинику. Ее будущее совершенно непонятно, хотя Гиоргио и
Хектор полны энтузиазма. Будем с нетерпением ждать новостей.
Потом выступал Гиоргио и сказал очень много добрых слов о нас, и Шура
растрогался и в ответ поблагодарил наших хозяев. Я в это время думала о том, что
будет со всеми этими идеалистическими планами после нашего отъезда.
Воскресенье
Утром мы выпили кофе и отправились с хозяевами на прогулку по поселку,
фотографируя красивые особняки, цветущие сады и друг друга.
В 12-30 мы загрузили весь наш багаж в машину Гиоргио и поехали в большой
отель на побережье, где сеньор Лео устраивал прощальный обед в нашу честь. На
обеде играла испано-язычная группа, и Шура с удивлением заметил, что слышит
разницу между испанским и португальским - еще неделю назад он ее не слышал.
Музыканты были одеты в яркие рубашки, которые я ожидала увидеть в Рио на
каждом шагу, но видела первый раз. Группа была из Парагвая.
На берегу разыгрался шторм.
К нам подошел сеньор Паро - плотный черноволосый юрист с веселым лицом,
который не говорил по-английски, поэтому Гиоргио переводил для него. Он
пригласил Шуру в следующем году посетить город Манаос на Амазонке: "Я владею
большим количеством информации по поводу использования аяхуаски14 в религиозных
В переводе с Кечуа - «лиана мёртвых», «лиана душ» — напиток, оказывающий психоактивный
эффект, изготовляемый местными жителями бассейна Амазонки, а также лиана Banisteriopsis caapi,
служащая основным компонентом этого напитка.
обрядах индейцев, и хотел бы, чтобы вы смогли посетить одну из индейских
церемоний" .
Шура встал со стула, чтобы пожать юристу руку. "Я сердечно благодарю Вас за
приглашение, для меня это было бы очень интересным опытом. Я буду ждать
письма от Вас".
Они раскланялись, и сеньор Паро вернулся за свой столик.
Гиоргио сказал, что после обеда Лео отвезет нас в аэропорт.
Вот что я писала в своем дневнике:
Ночью мне снилось, что в нашей комнате спит громадный тигр, почему-то
без полосок на спине. Его шкура была пыльной, его лапы сжимали маленькую
подушечку - счастливый, спящий тигр. Надо бы отряхнуть его, но как это сделать?
Даже если он ручной. Я вдруг вспомнила, что не кормила бедное животное уже
несколько дней. Чем же бедняжка питается? Ага, поняла: остатками корма для
кошек. (Когда мы уезжали, мы всегда оставляли кошкам много сухого кошачьего
корма) .
Наверное, тигр символизирует Бразилию. Сначала мы боялись ее, не имея ни
малейшего представления о ее законах по поводу наркотиков, о возможности
создания подобной клиники. А теперь тигр спит и не опасен. Нужно его почистить,
но этим можно заняться позднее.
Мы последний раз со всеми попрощались и отправились в аэропорт. Там нас уже
ждал толстый работник таможни, который помог нам избежать всех формальностей.
Он всегда помогал с этим Лео, видимо, за определенную плату. Человек поставил
нас в очередь для пассажиров первого класса, хотя мы летели бизнес-классом.
Он забрал наши документы и пошел оформлять билеты. Вот бы у нас в аэропортах
существовала такая практика. Сначала нам дали места, находящиеся друг от
друга на расстоянии полсамолета, причем билетов было продано на сорок больше,
чем планировалось - самолет был переполнен. Но, проведя переговоры в зале для
особо важных гостей, нашим друзьям удалось достать для нас места почти рядом
друг с другом - а в самолете мы без проблем поменялись с соседом, и сели
вместе .
Мы то и дело говорили друг другу вещи типа: "Невероятное путешествие!", "Ты
представляешь, как удивится Патрик, когда узнает, что я приглашен на
индейскую церемонию с приемом аяхуаски?" (Патрик - наш друг, этноботаник,
занимающийся изучением использования галлюциногенных растений шаманами разных
племен) .
Только не говори ему, что туда тебя пригласил человек, не знающий ни
слова по-английски.
Мы обсудили возможность этой поездки в следующем году, и Шура сказал, что
очень хочет увидеть реку Ориноко, на что я заметила, что в ней водятся
пираньи .
(Приходится добавить, что эта поездка так и не состоялась - Шура так и не
дождался вестей от сеньора Паро).
- Интересно, откроется ли клиника.
- Сомневаюсь, но с другой стороны мне хочется, чтобы я ошибалась. В конце
концов, Гиоргио и Хектор полны энтузиазма. Но просто...
- Просто в странах третьего мира ничего не доводится до конца.
- Что-то типа этого.
Я пожала плечами, как это любят делать бразильцы.
В Майами мы два часа поспали в зарезервированном для нас номере гостиницы,
телевизор не включали - 12 дней я не смотрела американское телевидение, но мы
были уже почти дома и ностальгии не чувствовалось.
Я писала в своем дневнике:
- Из Бразилии США кажутся огромным монстром, Большим Братом, который
диктует свою политику всем вокруг. Но с другой стороны, любая супердержава пока-
жется агрессивным диктатором из маленькой страны. Не бывает милых и добрых
супердержав. Страна тем мягче, чем ближе к обочине она находится, чем больше
ей приходится подстраиваться под политику больших стран.
- Когда мы приехали в Рио, нас предупредили о небывалом разгуле
преступности, особенно краж. Но, к моему собственному удивлению, прибывши в аэропорт
Сан-Франциско, я первым делом крепко привязала верхние чемоданы к тележке,
чтобы их не украли.
- Бразильцы отлично Знают, что их правительство сильно коррумпировано, что
чиновники обогащаются за счет простых людей. Любой кандидат в президенты или
на другой ответственный пост первым делом заявляет в своей предвыборной
программе, что будет бороться с коррупцией. Но у нас в милой доброй Америке
коррупция также распространена, и любой умный человек догадывается об этом.
- Теперь мы с Шурой гораздо лучше понимаем, что такое страны третьего мира.
Например, слово "инфляция" никогда не будет для нас отвлеченным понятием. Но,
прежде всего, я смогла убедиться, что все страны мира в наше время тесно
связаны друг с другом, и стране невозможно существовать в изоляции. То, что
делает одна страна, может повлиять на судьбу других стран, на каждого
отдельного человека. Закончим на этом философские размышления.
Как хорошо снова быть дома, как хорошо иметь дом, в который ты можешь
вернуться .
Послесловие
Клиника до сих пор не открыта. Никаких научных публикаций об использовании
МДМА в медицинских целях в Бразилии не появлялось. Наши добрые бразильские
друзья, скорее всего, занялись какими-то новыми увлекательными проектами.
Некоторые из наших друзей уехали из Бразилии, опасаясь последствий
экономического кризиса. Некоторые продолжили исследования действия психоделиков, очень
немногие открыли для себя 2С-В.
Все эти люди очень заинтересованы в своем духовном развитии, мне хочется
только, чтобы при этом они старались бы помогать не только своим близким, но
и всем остальным людям.
Сколько вы знаете употребляющих психоделики людей, которые участвовали бы в
благотворительной деятельности? Сколько нас, получивших во время приема
психоделиков откровение свыше, увидевших, что все живое - инкарнация Бога,
помогают несчастным, облегчают их страдания в больницах или домах престарелых или
в тюрьмах?
Занималась ли я подобными вещами? По правде сказать, почти нет. Как и
многие другие люди, экспериментирующие с психоделиками, я была слишком занята
другими делами. Можно найти себе много оправданий, но правда такова, что если
мы претендуем на то, что эти вещества помогают открыть непознанные глубины
человеческой души, то нам нужно как следует задуматься над тем, как доказать
людям ценность этих препаратов на примере своей собственной деятельности. Мы
должны помогать не только нашим родственникам и знакомым, мы должны помогать
нашему обществу.
Какие ценности открывают нам психоделики? Это те же ценности, которые
пропагандируют все большие религии: терпимость, прощение, поиск истины, уважение
ко всем проявлениям жизни, уважение к Матери Земле, на которой мы живем.
С тех пор как мы посетили Бразилию, там произошло одно значительное
событие: аяхуаска - смесь из растений, обладающая галлюциногенным эффектом, была
официально разрешена к применению представителям двух местных религий. Таким
образом, правительство признало ценность психоделика для духовного опыта и
развития.
Нам до сих пор неизвестны подробности о соответствующем бразильском законо-
дательстве, мне кажется, что наши бразильские друзья тоже не разбирались в
данном вопросе. Мы знаем, что США стремится распространить безумную войну
против наркотиков на все страны мира, поэтому до тех пор, пока Бразилия
финансово зависит от нашей страны, им придется учитывать американскую политику
по данному вопросу, как и по многим другим вопросам.
Несмотря на кризис бразильской экономики, наши богатые бразильские друзья
до сих пор процветают. Наша дорогая домохозяйка Курасон родила мальчика, и
часто меняла место работы. Мы переписывались с ней некоторое время, но потом
она перестала писать. Она дала нам очень много полезной информации за те
десять дней, и мы надеемся, что у ней и ее ребенка все в порядке.
Когда я вспоминаю те сумасшедшие десять дней, чаще всего передо мной встают
образы красивых девушек из представления, шампуры с всевозможными видами мяса
в "Порто", громадные гроздья бананов, свисающих с деревьев, торжественное
великолепие созвездия Южного Креста и, прежде всего - сияющее лицо Курасон в
тот необычный день, когда ее красивые карие глаза смотрели на нас с такой
любовью и радостью, когда она не отпускала мою руку и повторяла: "Все в
порядке . Все в полном порядке".
ГЛАВА 5. SHROOMS
(Рассказывает Алиса)
Из моих записок:
"Около шести часов вечера мы с мужем приняли по 1,5 грамма измельченной
сырой мякоти Psylocybe cubensis15 с небольшой примесью других грибов. Вкус был
приятным.
Последствия начали ощущаться уже через 10 минут. Вскоре весь мир покрылся
узорами. Узоры были на всем. Они как бы заполняли все пространство между мною
и всем, что меня окружало. Самым распространенным мотивом узоры были какие-то
квадратные амебы с черными ядрышками в центре; их было невероятно много, и
они образовывали объемный рисунок, напоминавший мелкую проволочную сетку с
маленькими черными точками в центре каждой ячейки. Сетку, развешенную во всех
трех измерениях.
Где-то в четверть восьмого эффект достиг своего пика. Эта стадия
продолжалась у меня еще около трех часов, а у Шуры - около двух (впоследствии он
пришел к заключению, что опыт, произведенный два дня назад, притупил его
восприимчивость) .
Я села за компьютер, чтобы сделать записи, но это оказалось необычайно
трудно.
Да! Я хотела пережить действительно интенсивные психоделические ощущения,
чтобы описать их. И вот это случилось. Слава Богу, что мы не приняли больше.
Полтора грамма - вполне достаточно".
Я сидела, пытаясь разглядеть комнату за лесом линий, точек и полос цвета
красной и зеленой плесени. Окружающий мир стал странным, каким-то чуждым, и я
чувствовала, что в нем присутствует некто недружелюбный. От него веяло
нелюбовью, эмоциональным холодом и недоброй насмешливостью.
Тут я вспомнила о себе: "Этот некто - всего лишь проекция меня самой. Я
должна овладеть им. Ведь все это - я сама. Нравится мне или нет - но это я".
Я покосилась на клавиатуру, пытаясь сфокусировать зрение, и наконец-то
смогла выйти из Х-tree (ура!) и вернуться в WordStar. Я создала новый файл
под названием 'shrooms' (от английского mushrooms - грибы), напечатала дату в
правом верхнем углу чистого листа, но дальше дело не пошло. Клавиатура совсем
Синоним Stropharia cubensis — вид грибов семейства строфариевых (Strophariaceae). Содержит
псилоцибин - психоактивный алкалоид.
исчезла в зарослях разноцветных узоров, а та часть меня самой, которая
превращала предметы в слова и мысли, уступила свое место другой части, которая
хотела только погрузиться в этот мир трехмерных узоров или хотя бы
обнаружить , каким образом она связана с ним. И тут я подумала: ладно, потом напишу.
Сейчас все равно ничего не получится.
Мы с мужем пошли в спальню. Все вокруг шевелилось. Шевелились стены,
одеяла, простыни и подушки были покрыты копошащимися амебами и черными точечками
вперемежку с красными, желтыми, черными, зелеными и оранжевыми ленточками,
очень мутными и тусклыми с виду.
Шура разделся и влез под одеяло. Я уселась на одеяло, поджала под себя ноги
и принялась объяснять ему, почему я так сижу. В тот момент я поняла - и
сказала ему - что секс меня совсем не интересует. Чтобы мои мысли направились в
эту сторону, все вокруг должно перестать шевелиться.
Я объяснила Шуре, что гораздо больше меня интересует и беспокоит совсем
другое: мне очень нелегко подобрать слова для описания того, что я вижу.
Обычно мне нетрудно выражать свои мысли в словах, но тут дар речи как будто
покинул меня, и я не знала, где его искать. В левом полушарии? В правом
полушарии? Нигде. И я сказала Шуре, что у меня, похоже, пропала связь между
полушариями мозга и между соответствующими аспектами моей личности.
Тогда закрой глаза, - посоветовал он, - и расскажи мне, что ты видишь на
внутренней поверхности своих век.
Я выпрямила спину и закрыла глаза. То, что я увидело, напоминало поток из
мелких корявых обломков разноцветных леденцов, а на вершине каждого обломка
виднелся совершенно ровный квадратик. На каждом обломке было ровно три
квадратика, и всё это было раскрашено в серовато-белый, темно-красный, зеленый и
желтый цвета. Всё это показалось мне уродливым и скучным, как дешевый
безвкусный линолеум 30-х годов. Я хотела описать эту картину Шуре, но не могла
говорить. Самое странное (как я поняла впоследствии) заключалось в том, что
мне совсем нетрудно было говорить о чем угодно, кроме образов, которые я
видела внутри своей головы.
Оно такое странное, просто нет слов, - сказала я.
Шура, обычно очень понятливый, тут не понял меня и ласково переспросил:
Это нечто неописуемое? Ты это имела в виду?
- Нет! Неописуемое - не то слово! Оно такое скучное, неинтересное и до боли
обыкновенное, но у меня нет слов, чтобы его описать. Как только я пытаюсь это
сделать, происходит полный обрыв связи.
- Хорошо, - сказал он теплым и ободряющим голосом. - Тогда перестань
пытаться и погрузись в свои ощущения. Слова придут позже.
Я знаю. Я знаю. Но это такая ДОСАДА - ведь я могу говорить о чем угодно,
и при этом не могу описать то, что вижу!
Я расчесала волосы и улеглась рядом с Шурой.
Некая часть моей личности тут же захотела поплавать в мире образов. Это
было что-то вроде ощущения утраты собственного "я". Эта часть личности не
заботилась о контроле над ситуацией: она стремилась только к блужданиям и (как
говорит Шура) к чистому опыту. Но другая часть личности стремилась
контролировать процесс и буквально бесилась от того, что ей не удается взять его под
контроль и, в особенности, описать словами. Но выбора не было, поскольку
между двумя половинами личности не существовало никакой связи. Может быть,
полушария моего мозга действительно отделились друг от друга?
Тут я непроизвольно предприняла нечто вроде эксперимента с контролем. Я
спросила себя (вслух, чтобы это услышал Шура): а могла бы я в случае реальной
опасности для жизни "собрать себя в кулак", чтобы защититься? Это оказалось
очень просто. Без проблем. По крайней мере, на какое-то мгновение.
Спустя мгновение я поняла, что мое чувство собственного "я", чувство цен-
трализованности, постепенно возрастает. И вместе с ним возрастал интерес к
собственной внутренней вселенной. Но я не могла там ничего понять. Ведь узоры
были только поверхностным слоем. А за ними простиралась область бытия-знания-
видения , которая мне совершенно не нравилась.
Почему она мне не нравится? Потому что там нет никаких знакомых эмоций и
чувств, к которым я привыкла. Это чужое место. Совершенно чуждое для меня.
Я осмотрела пространство над собой. Узоры все еще висели в воздухе,
колыхаясь между мною и потолком.
Какими средствами я обладаю, чтобы исследовать и изучить это, освоить все
аспекты самой себя, которые представлены этим? Может быть, это просто мой
Наблюдатель?
По радио передавали музыку. После приема психоделиков в музыке обычно
открываются новые глубины, она становится гораздо интереснее, и рождает
повышенный эмоциональный отклик. Но в этот раз не произошло ничего подобного.
Музыка была просто музыкой, довольно милой, но не имеющей никакого отношения к
происходящему. Она просто была рядом.
Я посмотрела на своего мужа: его лицо было испещрено оранжевыми, желтыми и
коричневыми пятнышками. Довольно неприятный, слегка землистый цвет, как и во
время предыдущих опытов с грибами.
Мое лицо, наверное, кажется ему таким же.
- Бетховен, - сказал Шура. - Тебе не мешает эта музыка? Я кивнула и
ответила :
- На самом деле мне все равно. Хотя музыка славная. Знакомая.
Но, едва сказав это, я поняла, что уже не цепляюсь за такие вещи, как
знакомая музыка, потому что осознаю более важные зацепки внутри себя самой. И
тут же почувствовала, что проволочные сетки и непрестанные потоки цвета
напирают на меня уже не так сильно, хотя где-то внутри меня они становятся
гораздо мощнее.
Я взглянула на Шуру. Он все еще был моим "вторым я", плотью от моей плоти и
кровью от моей крови. При этом я не испытала никакого всплеска эмоций: я
просто осознала, кто он для меня, и кто мы друг для друга.
Я вернулась к узорам в воздухе над моей головой, пытаясь различить там
присутствие какой-либо формы сознания. Но я ощутила лишь некий разум, который
принимал этот мир, со всеми его противоречиями и хаосом, как нечто само собой
разумеющееся. Он как бы говорил: "Таков этот путь; ты не выиграешь ничего,
если будешь сопротивляться или жаловаться. Просто прими его". Это было
немилосердно, просто спокойно и холодно, как-то приземляюще.
О, да я знаю, кто это. Это просто очередная версия моего Наблюдателя. Я
проецирую ее на что-то "внешнее", но это часть моей собственной психики,
нравится мне это или не нравится.
Я легла на спину, глядя на бездарную возню летающих кусочков и точек. Что
общего у меня с ними? Ладно, я уже распознала здесь проекцию своего
Наблюдателя; но зачем мне все это?
Усвоение всего этого как части самой себя улучшило мое чувство
самоконтроля, но я все еще не могла ответить на истерзавший меня вопрос: что
представляет собой этот аспект моего сознания? Не является ли он, в то же время,
аспектом вселенского сознания? Да, конечно. И тут я снова попала в старую
ловушку. Чем бы ни было вселенское сознание, наше собственное сознание - это
его отражение. Та часть самих себя, которую мы предпочитаем - удобная,
эмоциональная, любящая, заботливая - уравновешена другими частями, включая и ту,
которая проявилась во время сегодняшнего опыта, и характеризуется холодным
знанием, приятием реальности, нехваткой эмоциональной теплоты или
отзывчивости. Она не враждебна этим чувствам, но не вовлекается в них. И, конечно же,
это описание моего Наблюдателя, ибо его функция состоит в том, чтобы наблю-
дать и учиться.
Мы с Шурой лежали рядом, держась за руки и слушая одно из моих любимых
музыкальных произведений Рахманинова. На потолке по-прежнему возились слегка
пульсирующие квадратные амебы со своими ядрышками, но я уже не пыталась в них
разобраться.
И вдруг я вспомнила об одной вещи, которая взволновала меня вчера, и
рассказала о ней
Шуре:
- Я думаю про тот сон, который я нашла в компьютере. Я записала его очень
давно, и когда я вчера его прочитала, я даже не смогла вспомнить, видела ли я
его на самом деле. Странно, но в моей памяти не осталось и следа. Я прочла
это как рассказ о ком-то другом. Это обеспокоило меня. А сейчас мне кажется,
что, если я в свое время хорошо поняла этот сон и записала его, у моей памяти
просто отпала необходимость сохранять его.
- А что тебе снилось? - спросил Шура.
- Ты и наши дети, и мы все время превращались друг в друга; мы все были и
собой, и друг другом. Мы все находились в одном месте, и там было ужасно
сильное энергетическое поле, то есть: мы сами были энергетическим полем.
Хороший сон. Вроде тех, что ты называешь "снами самадхи" - такое блаженство.
Мы сделали попытку заняться сексом, но мои усилия были неискренни, и, в
конце концов, я сказала Шуре, что слишком рассредоточена:
Никак не могу сосредоточиться, дорогой. Знаешь, а давай попозже? Он
положил мою голову на свое плечо:
Сейчас тебя ведет инстинкт, милая. Просто лежи и говори мне обо всем,
что происходит.
Тут мне, наконец, пришло в голову спросить его, что же чувствует он сам. Он
задумался, потом ответил:
В общем, наслаждаюсь музыкой и чувствую себя в хорошем месте. Но, -
хочешь верь, хочешь нет - у меня нет абсолютно никаких визуальных эффектов.
Я подняла голову и взглянула на него сквозь вуаль гнилостной расцветки
(большей частью коричневую и темно-красную):
Ну, ты даешь! Неужели СОВСЕМ никаких видений? Он пожал плечами и покачал
головой:
Пожалуй, этого следовало бы ожидать, особенно после всех экспериментов,
что были на этой неделе. Но ничего, все в порядке. Зато твоих видений,
похоже, хватит на нас двоих!
Полежав рядом с ним еще немного, я сказала, что хочу снова попробовать что-
то записать, если, конечно, он не против. Он сказал:
Конечно. Иди, пиши. А я полежу здесь и послушаю музыку.
Уже пройдя в кабинет за столовой, я поняла, какая я эгоистка, и как много
внимания я уделяю собственным ощущениям. Я задумалась о том, почему я
проявляю так мало чуткости к Шуре. Но, что удивительнее всего, моя
самопоглощенность совсем не беспокоила меня.
Я не Знаю, стоит ли притворяться, будто я что-то чувствую. Ведь он же
Знает , что я его люблю; он знает, что я обычно подстраиваюсь под него с ним.
Сейчас это просто мой способ действий. Я должна следовать своему инстинкту и
не предпринимать никаких действий. Если бы я попыталась его обмануть - вот
это бы обидело его по-настоящему.
Я села за компьютер. На этот раз клавиатура была уже ясно видна, и когда я
начала описывать то, что казалось неописуемым, мне стало ясно, что досадное
разделение моего ума уже прошло, и я вполне способна подыскать слова для
описания пережитого. Я снова в строю: я могу пользоваться словами, могу сказать
все, что хочу. С другой стороны, узоры, которые заполняли все пространство
еще полчаса назад, сильно поблекли. Они фактически совсем исчезли. Теперь ни
один из внутренних образов не мешал мне работать.
Где-то в половине второго мы вернулись в спальню. Секс получился сам собой,
но мы никак не могли достичь оргазма. В этот раз меня вроде бы ничто не
отвлекало : видения исчезли. Звучала милая музыка Шумана, которую мы оба знали с
детства, и мы вместе подпевали знакомые мелодии. Но я все еще не могла
отделаться от чувства, что очень большая часть моей умственной и эмоциональной
сосредоточенности находится где-то далеко от моих бедер.
Из моих заметок, сделанных на следующий день:
"Сон был приятным, сновидения - ясными и с чистой цветовой гаммой, и
абсолютно не похожими на сны после приема 2С-В, с их блеклыми цветами и
назойливыми повторениями.
Проспав довольно долго, я проснулась энергичной, спокойной и
удовлетворенной. Было желание писать, заглянуть в кухню, наслаждаться любой
деятельностью . Вполне обычной.
Удивительный опыт, и я решила в другой раз попробовать другие грибы и
посмотреть , что получится. Это было сложно и повергало в отчаяние, но в этом
был некий вызов и, как ни странно, я чувствовала себя вознагражденной. Здесь
есть чему учиться".
Некоторое время спустя я побывала на фуршете у одного моего друга. Здесь
присутствовало еще около четырех десятков "людей Системы" (так мы называем
своих многочисленных друзей, интересующихся изучением человеческой психики).
Я сидела в безлюдном уголке на первом этаже, с сигаретой и фруктовым
напитком. Сквозь большое окно я наблюдала, как Шура, драматически жестикулируя,
увлеченно беседует с каким-то светловолосым молодым человеком. Я люблю
наблюдать за ним: за его энтузиазмом, за удовольствием, которое он получает от
новых идей. Все его 69-летнее тело в такие минуты буквально излучает живой свет
его восемнадцатилетней души.
Тут мое уединение нарушила моя подруга. Это была Сара Винсент, еще одна
юная душа в пожилом теле. К тому времени она уже опубликовала книгу о своих
экспериментах с телепатией.
Сара - выдающаяся женщина. Она прошла через брак, развод, материнство,
поражения и победы, но даже сейчас, в свои шестьдесят, почти совсем седая, она
постоянно крутит романы, иногда даже с более молодыми мужчинами. Ее доброе
живое лицо светится материнской теплотой, а умный и проницательный взор
говорит о причастности к запредельной шаманской мудрости. Я всегда узнаю от нее
что-нибудь новое. Сара участвует в психоделическом движении с самого начала,
и ее увлеченность исследованиями работы сознания, стимулируемая тем, что она
увидела и пережила после приема психоделических препаратов, привела ее к
исследованию мозговых волн и телепатии.
Мы немного поговорили о ее книге и работе; потом разговор зашел о моем
эксперименте с грибами. Меня все еще волновало то, что на пике эффекта я не
смогла описать свои видения, и я рассказала ей об этом:
Понимаешь, Сара: я могла описать все, что угодно, я могла говорить о чем
угодно; но, когда я пыталась подобрать слова для того, что видела вокруг -
для всех этих узоров, видений и даже для тех, что были при закрытых глазах, -
я теряла дар речи. И только потом, когда видения поблекли, я смогла снова
пользоваться словами и описать все без особых проблем. Но что же мне мешало
прежде?
А какие узоры ты видела? - поинтересовалась Сара.
Что-то вроде переплетения веток и листьев - нет, не то! Это было как
мелкая проволочная сетка, но ячейки там были не квадратными, а напоминали
амеб, и в центре каждой была черная точка, вроде ядра амебы. Вот, примерно
так они и выглядели.
Плоские или объемные?
Объемные. Ими было заполнено все пространство вокруг меня - понимаешь,
мне казалось, что воздух буквально кишит ими, куда бы я ни взглянула.
Верно, верно.
И все это имело очень мрачный оттенок. Зрелище не из приятных, но, - это
самое главное, - я не могла его описать. Я могла рассказать Шуре о чем
угодно, но не могла сказать ни слова о том, что я вижу, и я подумала, что между
двумя полушариями моего мозга, наверное, возникла какая-то преграда.
- Да. Так оно и есть, - сказала Сара, отхлебнув из своего стакана.
- Неужели? Просто удивительно!
- Ладно, - сказала я. - Но меня интересует другое: что это значит, когда ты
смотришь на совершенно простую вещь, и не можешь воспользоваться той частью
своего разума - своего мозга, - чтобы найти слова. Ты здесь что-нибудь
понимаешь?
- Здесь очень важно фокусирование внимания, - ответила Сара. - У меня часто
бывает так: когда я хочу вспомнить чье-то имя, я как бы вижу этого человека,
слышу его голос, а иногда вспоминаю даже его запах или костюм. Но имени-то
при этом я как раз и не могу вспомнить!
-Ну, и...?
Ну, и это, большей частью, происходит оттого, что я привыкла
использовать визуальную систему в качестве доминирующего когнитивного инструмента,
причем часто вне всякой связи с вербальной системой. В результате, чем
сильнее визуальный стимул, тем меньше шансов вспомнить его название.
- Ага, ага!
- Вот так и возникает разделение, - тут Сара прикрыла глаза, как бы
приглядываясь к чему-то внутри себя. - И даже в нашей телепатической работе часто
бывает, что два человека описывают одну и ту же картинку совершенно по-
разному .
Наверное, она имеет в виду эксперименты по дальновидению.
- А когда кто-нибудь пытается принять картинку, - продолжала она, - то
иногда он видит ее правильно, а описывает неправильно, а иногда описывает
правильно , но видит неправильно.
- Как странно! - сказала я.
- Да, странно, - подтвердила Сара. - И с той же странностью мы сталкиваемся
и в твоем случае. Вербальная система может быть совершенно независима от
визуальной. Понимаешь ли, у некоторых людей вербальная система играет
доминирующую роль в процессе мышления; и когда они говорят какие-нибудь каламбура,
я просто теряюсь. Пока они говорят о каком-нибудь предмете, я представляю
себе этот предмет, и вдруг - каламбур! Слово меняет значение, и мне приходится
перестраивать всю линию своего мышления. "Да, - говорю я себе, - это,
наверное, просто шутка". Но для меня-то это не шутка, я как на стену натыкаюсь,
потому что мой доминирующий когнитивный процесс не вербальный, а визуальный!
И все шутники смеются, что юмор до меня туго доходит, но все это происходит
лишь потому, что я использую соответствующую часть своего мозга совсем не
так, как они.
- И видения, о которых я рассказывала... - начала я.
- ...представляют собой что-то вроде проекции изнутри тебя самой. Ты
проецируешь их на поверхность того, что происходит в твоих визуальных процессах,
и если они у тебя и в самом деле доминантны, то они могут быть совсем не
связаны с вербальными. Поэтому иногда ты не можешь рассказать о том, что видишь.
- Но почему же при этом я могу говорить обо всем остальном?
- Потому что это уже совсем другой процесс. Ты можешь - ты видишь; но ты
просто не создаешь вербальной связи...
- ...с тем, что происходит в визуальной сфере, - закончила я.
Я могла говорить с Шурой, поскольку речь шла не о том, что я видела, а о
мыслях и чувствах, которые я не воспринимала визуально.
- Для тех, кто не умеет мыслить визуально, - продолжала Сара, - основная
трудность при овладении этим стилем мышления заключается... ну, ты понимаешь:
например, кто-то что-то нарисовал (тут она поводила в воздухе воображаемой
кисточкой со звуком "чш-чш-чш" - очевидно, подражая шуршанию щетины). Так
вот: кто-то что-то нарисовал, а другие спрашивают: "Что это такое?", потому
что они же должны прилепить к этому какое-нибудь слово: это должно быть,
например, "листиком", или чем-то там еще должно быть, верно ведь?
- Пусть они потренируются на картинах Клиффорда Стила16, - предложила я.
Сара рассмеялась: она явно знала этого художника.
- Если ты мыслишь в красках, - сказала она, - если у тебя функционирует
цветовой разум и формальный разум, то слова тебе вовсе не нужны. Допустим, ты
ищешь Мэрион Стрит, видишь табличку "Мэрии Стрит" - и тут же поворачиваешь на
эту улицу, и уже потом понимаешь, что ошиблась. Потому что ты только
взглянула на первые буквы и уже решила, что нашла то, что искала. Таким образом и
происходит... (тут она запнулась, то ли подбирая слова, то ли заметив, что я
начинаю терять нить разговора смущение) ...происходит смешение в области
намерения .
- Намерения, - повторила я. - То есть фокусировки.
- Пусть так. Я думаю, ты знаешь, что всё, кроме запахов, прежде чем попасть
в кору головного мозга, сперва проходит через таламус, а таламус то как раз и
является областью намерения. Он играет роль переключателя: вот он, как раз
здесь, в центре, на полпути от глаз к затылку, точно между ушей - такой себе
переключатель (все это Сара показала пальцем на собственной голове). И иногда
возникает синестезия, когда человек чувствует запах звука (она переплела
пальцы; я с улыбкой кивнула ей, потому что хорошо знала и любила ощущения
такого рода) или слышит цвета, и все такое. Об этом есть целый раздел в
Тибетской Книге Мертвых, которую перевел Тим Лири и другие ребята - это и есть
Психоделический Опыт. Кстати: а у тебя есть эта книга?
- Тибетская Книга Мертвых? Есть. Я не помню точно, где она лежит, но она у
нас есть.
- Так вот: когда Лири, Метцнер и Альперт переводили ее, они сами находились
в одном из Бардо17. И когда ты видишь все эти узоры и формы, и полностью
вовлекаешься в эти узоры и формы, то они становятся местом, куда ты можешь
пойти, и обычно - увы! - это не слишком продвинутый уровень: он может тебе даже
не понравиться, ты его можешь совсем не принять.
- Так оно и было, - сказала я; но потом, немного подумав, добавила: - Хотя,
знаешь, Сара - все эти плавающие сетки были мне знакомы, я их уже много раз
видела перед этим. Там не было ничего нового: просто узоры, как на змеиной
коже. В общем, ничего такого, что бывает после настоящих психоделиков, - ну,
ты знаешь, о чем я говорю.
- Да, - кивнула Сара. - Мы все это видели.
- То есть, и этих летающих амеб - ты их тоже видела?
- Не совсем, но что-то подобное приходилось видеть. Бывают энергетические
Один из Значительнейших представителей абстрактного экспрессионизма в США. Многие его
картины выглядят как пятна на фоне.
17 Бардо, также Антарабхава — промежуточное состояние, буквально, «между двумя». Вообще,
любой интервал, «между». В учениях Алмазного Пути (буддизм) обычно говорится о четырёх или
шести бардо. Некоторые учителя предлагают несколько более широкую трактовку традиционного
понимания бардо. Так можно говорить о пребывании в состоянии Бардо и в повседневной жизни
(вне Зависимости от величины его временного промежутка) при сознательном ожидании некоторого
события. Иными словами — перетекая сознанием в каждую следующую секунду существования
ощущать время и события как промежутки между погружениями весла в воду при движении Лодки Жизни
по Реке Времени.
контуры предметов, и бывают такие вот маленькие прозрачные штучки - и то, что
мы видим, частично приходит из подсознания, частично - выдергивается из
окружающей среды, а часть того, что ты видела, - это просто проекции твоих
собственных палочек и колбочек и узоров, которые они образуют.
Палочки и колбочки! Господи мой Боже!
Сара села на место, и, улыбнувшись, продолжила:
Года четыре тому назад, когда я преподавала студентам, которым не
терпелось поиграть в психические игры, я использовала в качестве мягкого
стробоскопа старый 16-миллиметровый проектор. Частоту мерцания можно было изменять
таким образом, чтобы она входила в резонанс с мозговыми волнами. Старый
кинопроектор дает 18 кадров в секунду, и этого почти достаточно, чтобы видеть
серию непрерывных картинок как одну постоянно движущуюся. Но при 13 кадрах в
секунду мои студенты уже рисовали четкую картину интерференции волновых форм.
Интерференция волновых форм: интересно, а как это выглядит?
- При частоте от 6 до 10 кадров в секунду, которая соответствует тета- и
альфа-ритмам головного мозга, - продолжала Сара, уже полностью поглощенная
своим предметом и сияющая от удовольствия и возбуждения, - большинство
студентов рисовало мандалоподобные узоры с раскраской в горошек. Они описывали
эти узоры как постоянно изменяющиеся от красного к зеленому, или от красно-
оранжевого к синему, где цвета перетекали один в другой, двигаясь в
противоположных направлениях. Таким образом, если мы посылаем глазу сигнал в том
диапазоне, в котором работает глаз, то человек видит не то, что он видит, а
то, чем он видит. Я собрала больше сотни подобных рисунков, и поэтому смогла
основательно изучить результаты опыта.
- Да, - сказала я с некоторым недоумением, вежливо давая понять, что ее
рассказ требует дополнительных объяснений.
- Ну вот, - сказала Сара, слегка наклонившись ко мне, - допустим, мы берем
обычный проектор, включаем, направляем на экран и закрываем отверстие
объектива. И, в результате, что мы видим на экране? Конечно же, нить накала самой
проекторной лампы! То же самое происходит, если мы заставляем свет мерцать с
той же частотой, на которой работает зрительный центр головного мозга. В этом
случае свет служит как бы экраном, на который проецируются палочки и колбочки
нашей сетчатки. А иногда среди всего этого можно увидеть даже собственные
мыслеформы. Мыслеформы?
- В этом случае, - продолжала Сара, - фокусирование визуальной системы
становится таким интенсивным, что ее режим начинает доминировать, и вербальная
система оказывается как бы не связанной с тем, что ты видишь. Но мерцающий
свет - не единственный способ стимуляции этого процесса. Как ты уже знаешь,
это можно сделать и с помощью некоторых препаратов. Картина получается почти
та же самая: ты смотришь на человека, но то, что ты при этом видишь, частично
состоит из его энергетических полей, а частично - из того, что находится
внутри твоих собственных органов зрения. Это очень-очень древнее, изначальное
состояние зрения. И оно очень плодотворно. Некоторые основные шаблоны видений
могут показаться нам бессмысленными, но, в любом случае, это Бардо, и в нем
всегда можно застрять.
- Ты назвала это состояние "плодотворным" - но почему? Ты считаешь, оно
плодотворно, потому что оно выводит нас в глубинные слои нашего разума? Или
потому что оно открывает подсознание и создает свободный поток понятий?
Сара отхлебнула из стакана, поставила его на поднос, улыбнулась и ответила:
- Понимаешь ли, мы всего лишь скользим по поверхности этого плодотворного
пространства - но даже это поверхностное проникновение позволяет нам осознать
глубинный слой своего мышления. Вот почему я так интересуюсь телепатическими
образами. Я собрала сотни отчетов о телепатических беседах между парами,
которые пытались углубить свое общение друг с другом. Часто они обнаруживают,
что некоторые глубинные мысли, которые они никак не могли сообщить не то что
бы друг другу, а даже самим себе, вдруг выходят на поверхность. В раскрытии
подсознательных понятий разум визуальной системы часто оказывается более
откровенным, чем вербальный разум.
- Это понятно, - согласилась я. - Но вот другой вопрос: если принимать
грибы достаточно часто, то можно ли все-таки научиться описывать то, что видишь
при этом? Или все, что можно сделать - это просто сидеть и ждать, пока к тебе
вернется дар речи?
- Ну... - начала Сара, но я перебила ее:
- Что, по-твоему, нужно делать, чтобы научиться...
- ...видеть и описывать одновременно? По-моему, ничего. То, что ты видишь,
ценно само по себе.
- А как же тогда фиксировать результаты эксперимента?
- Но ведь ты же можешь описать их потом, как, например, сегодня пересказала
мне.
- Конечно, причем без особого труда.
- Нельзя одновременно заниматься любовью и сочинять стихи о любви. Стихи
придут потом. Когда ты полностью сосредоточена на синхронизации своих
мозговых волн с волнами своего партнера, ты можешь заниматься только этим. Любое
постороннее действие - и синхронизация уже нарушена. Если ты начнешь говорить
о синхронизации - ты сдвинешь всю энцефалограмму, и вы уже не сможете
продолжить то, что начали.
- Но неужели здесь ничего нельзя сделать?
- Кое-что можно. Под гипнозом. Я погружаю человека в глубокий сон и
внимательно наблюдаю за его лицом, так что я могу понять, когда у него начинаются
видения, когда он думает о чем-то эмоциональном,...
(Я кивнула. Когда-то я сама работала психотерапевтом, и поэтому знала, как
много можно понять по выражению лиц пациентов, погруженных в глубокий транс.)
- ...и потом, в определенный момент, я прошу его описать, что он видит и
ощущает, чтобы стабилизировать процесс запоминания и интегрировать ментальные
функции. Но и в таком эксперименте всегда есть длительный период времени,
когда пациент не может ничего описать - хотя явно переживает какие-то видения!
Понимаю, - кивнула я. - Да, я поняла, что ты имеешь в виду. Попытки
задействовать речевую функцию изолируют меня от реального опыта и не дают
ничего полезного - если учесть, что способность описывать увиденное со временем
восстанавливается сама по себе. Сара потянулась через стол и прикоснулась к
моей руке:
Да. Именно это я и имею в виду.
Спасибо, моя дорогая, - ответила я. - У меня была проблема - вернее, я
считала, что у меня есть проблема. А ты дала мне новый подход, который я так
искала.
Пожалуйста, заходите еще, - улыбнулась она, и мы стали беседовать о чем-
то другом. Так, благодаря Саре, я избавилась от своих вечных попыток
контролировать ход эксперимента и научилась просто переживать все, что со мной
происходит. Может быть, иногда мне все-таки приходится "застревать" в каком-
нибудь Бардо - тут стоит пояснить, что этот буддийский термин означает
промежуточные миры, по которым странствует душа после смерти. Образы Бардо
варьируются от простеньких, почти карикатурных фигур, не имеющих ни глубины, ни
смысла, до вполне реальных демонов и монстров, воплощающих в себе сокровенные
темные стороны нашей души. Однако я верю, что Бардо дается нам не просто так.
Это место, где душа, освободившаяся от тела (в результате смерти или после
приема психоделических препаратов) должна встретить и осознать все эти
отражения своего бессознательного "я" - и проникнуть в их суть.
Но как же быть с летающими амебами или кусочками леденцов? Наверное, их
просто нужно переждать - терпеливо и спокойно. В конце концов, время изменит
все - если дать ему шанс.
И все-таки, когда я снова встречусь с Сарой, я спрошу ее об этом.
ГЛАВА 6. ПАНСОФ-2
(Говорит Шура)
Состояние моих сновидений всегда казалось мне весьма неудовлетворительным.
Не то чтобы во снах не было ничего интересного - просто мне слишком редко
удавалось запомнить их как следует. Конечно, я уже много раз слышал этот
совет: едва проснувшись, спроси себя: "Что мне снилось?", и тогда ты вспомнишь
все. Но в этом случае одна проблема просто-напросто заменяется другой, потому
что лично я всегда забываю задать себе этот вопрос.
Но у моих снов есть одно индивидуальное свойство, о котором я знаю
наверняка. Мне никогда не снятся цветные сны. Если там и появляется какой-нибудь
цвет, то я просто понимаю его из контекста, чисто логически. Например,
переходить дорогу нужно на зеленый свет. Я вижу зеленый свет и иду. Но на самом
деле он не зеленый, а один из оттенков серого. Лишь изредка здесь может
появиться что-то цветное - вроде клумбы желтых цветов среди серого пейзажа; но
тут я сразу же просыпаюсь, как будто произошло что-то недозволенное. Да, все
выглядит именно так, как будто что-то не позволяет мне видеть цветные сны.
Один из редких случаев, когда моя сновидческая амнезия дала осечку,
произошел после группового эксперимента с альфа-О-ДМТ. На следующий день двое
участников опыта сообщили о жутких сновидениях: им снились катастрофы, рушащиеся
здания и умирающие люди. И я вполне мог почувствовать себя на их месте,
поскольку в ту ночь мне тоже приснился весьма примечательный сон, и главное -
когда я проснулся, я смог ясно вспомнить его. Тогда я просто сказал себе:
такое нельзя забыть. Этот сон был построен как кинофильм, разбитый на сцены и
диалоги. И сейчас, пятнадцать лет спустя, когда я записываю его, он все еще
стоит у меня перед глазами. Я ясно вижу название этого фильма: ГОЛЫЙ ЗАД; это
ехидная шуточка, обыгрывающая название одного космического корабля, "ПанСоф-
2", которое произносится прочти как pants-off, too ("тоже без штанов"). Быть
может, кому-то этот сон покажется кошмарным; я же посчитал его чрезвычайно
занятным. Разумеется, он был черно-белым - как и все мои сны.
ГОЛЫЙ ЗАД: ИСТОРИЯ ОБ ИНФОРМАЦИИ
ВТОРНИК: ДЕНЬ ЛЮБОПЫТСТВА
Небо было невероятно густо полито черной красной и посыпано бесчисленными
звездами, разбросанными там и сям в случайном порядке. Некоторые из них
напоминали белые кляксы: наверное, то были галактики. Другие проявляли
индивидуализм и стояли сами по себе. Ни одно из созвездий не было похоже на то, что
привыкли видеть над собой многие поколения людей. Конечно, все звезды
остались на своих местах, но точка обзора сильно сместилась и продолжала
стремительно смещаться.
Виллард был сыном дочери одного из членов первоначальной команды
космического корабля "ПанСоф-2". Корабль стартовал 62 года назад, и за это время
бабушка Вилларда, Джейн Виллард Робертсон, уже стала мифом и превратилась в
фотографию на рабочем столе. Какая странная роскошь: иметь три имени, когда
вполне можно обойтись одним!
Сегодня Виллард был дежурным по исследованиям и сообщениям. Он закончил
обзор возможных результатов одночасового пеленг-теста, проведенного сегодня
утром. Все они (как всегда) были отрицательными. Сделав дело, Виллард перебрал-
ся в кормовой отсек и сел в удобное обзорное кресло. Он включил экран
телескопа и снова подумал о том, что одна из этих бесчисленных светящихся точек
когда-то дала начало его роду, а значит, и чуду его собственной жизни, и что
он едва ли сможет когда-нибудь увидеть этот исходный пункт таким, как он
есть. От этой мысли веяло неутолимой печалью.
Накрыв экран гелиоспектроскопическим фильтром, Виллард быстро отыскал
нужную точку. Она стояла там же, где и всегда, рядом с крестиком прицела, и ярко
светилась в окружающем мраке. Это было Солнце - та звезда, откуда он родом.
Виллард вручную вывел Солнце точно на середину экрана и тщательно измерил
микрометрические параметры, по которым на Земле будут судить об отклонениях
гравитационного поля, порождающих ошибки в расчетах. Эта операция позволяла
подкорректировать расположение антенн передатчика и отправить на Землю
очередное сообщение.
Вокруг Вилларда простирался чуждый и бесплодный мир, но сам он воспринимал
его совсем иначе, поскольку жил здесь с самого рождения. Он родился на
корабле, несколько десятилетий тому назад, затем подвергся ритуальной вазэктомии и
был обучен работать с часами, поддерживать связь с Землей и обслуживать базы
данных. Теперь он был одним из четырех навигаторов, работал "сутки через
трое" и делил со своими коллегами знание о том, где они находятся и куда
летят . Он знал, что через пару лет молодой Бродерик подрастет, и навигаторов
снова станет пятеро; а если Сара родит мальчика, то через пару десятилетий
будет и шестой им на подмену.
Подключившись к радиоантенне, Виллард начал прием сообщений с Земли. Это
произошло точно в 14:22.37, согласно показаниям его наручных часов и
маленького прямоугольничка в правом нижнем углу экрана. В ответ на запрос он
привычно ввел свой пароль и получил несколько строчек текста. Это были новости
из жизни человечества, оставшегося на Земле. Правительство Сербии выдвигает
очередное политическое требование; ученые предлагают новую методику изучения
изменений в окружающей среде; обнаружен вирусный возбудитель заболевания,
которое прежде считалось наследственным. Он подумал, что внесет эти
информационные крохи во временную энциклопедию. Базовая память в любом случае должна
была остаться неприкосновенной.
Виллард очистил экран, переключился на передачу и отослал данные о тонкой
настройке на центр Солнца, чтобы те, кто остались на Земле, могли проследить
За гравитационными отклонениями курса "ПанСофа-2" в настоящий момент. Расчеты
заняли всего несколько минут; но до Земли они дойдут не раньше, чем через три
года.
Виллард совсем не знал о том, что, пока их корабль летел в безбрежном
пространстве, на Земле произошло много неприятностей и перемен. Новости с Земли
всегда были скромными, поскольку их приходилось излагать в форме, понятной
для экипажа корабля. Последним живым членом экипажа, еще помнившим жизнь за
пределами корабля, была Матушка Бесс, рассказывавшая невероятные истории о
своем детстве. Хотя она уже умерла, ее рассказы сохранились на пленках, и их
слушали снова и снова. А в базовой памяти хранилось огромное множество
историй, которые можно было свободно копировать и читать на досуге. Но все эти
истории, конечно же, были современными лишь в момент отлета с Земли, много
лет тому назад. Виллард знал о том, что первый "ПанСоф", по-видимому, исчез,
и судьба его до сих пор оставалась неизвестной. Вот почему связь с "ПанСофом-
2" возобновлялась ежедневно, как некий строгий ритуал.
Информация, хранившаяся в базовой памяти, в сущности, была единственным
предназначением корабля и основной причиной его существования. Здесь
содержалась огромная база фактических данных об истории Земли, обо всех научных
открытиях и изобретениях, искусствах, музыке и литературе рода человеческого.
Это была полнейшая из записей, которая должна была сохраниться доже в том
случае, если Земля погибнет. Любой из элементов этого собрания мог быть
скопирован из головного компьютера на любой из существующих компьютеров корабля
- для работы или для развлечения; а потом его всегда можно было стереть за
ненадобностью. Но существовало одно жесткое операционное правило, не
подлежащее сомнению - скорее, даже не правило, а нечто вроде священной догмы.
Базовый банк данных был самой полной записью Земли на день отлета корабля, и он
должен был оставаться неизменным. Этот закон не был нарушен ни разу.
Поиск ответа на одночасовую передачу радиопеленга корабля был частью
рабочего распорядка навигатора; после этого ему полагалось заняться изучением
какой-либо научной дисциплины, чтобы скоротать оставшееся время дежурства.
Виллард был доволен тем, что сеанс связи завершен; он знал, что беременная Сара
сидит дома и занимается хозяйством. Остаток дня он мог провести по своему
усмотрению. Он еще раз осмотрел все контрольные лампочки - гироскоп, редуктор
углекислоты, реактивные двигатели, питание базовой памяти и банк спермы,
записи поиска радиопеленгов, - все было в полном порядке. Поэтому Виллард
расслабился и занялся своим личным научным заданием - игрой с числом "пи" на
многомерных матрицах.
Его нынешнее хобби заключалось в том, чтобы выразить число "пи" в какой-
нибудь четной системе счисления, а затем производить случайное блуждание в
системе, мерность которой составляла половину от основания выбранной системы
счисления, и при этом выражать все наугад выбранные числа через реальное
значение "пи". Он вызвал из базовой памяти в головной компьютер (обычно его
называли "энциклопедией") значение "пи", которое сохранялось там как чистый
факт, точно вычисленное до десятого в десятой степени знака после запятой.
Затем он начал манипулировать им в шестеричной системе счисления. Началось
великолепное шествие нулей, единиц, двоек, троек, четверок и пятерок,
выскакивавших одна за другой как бы в случайном, но на самом деле в совершенно
неслучайном порядке. Где бы он ни остановился, следующее число было ему
неизвестно, но он понимал, что при простом запросе об очередном выражении какого-
либо степенного ряда ему покажут следующую цифру. Какой она будет -
предсказать невозможно, и все же это жестко предопределено. О, как это сладостно и
жутко - ждать новой цифры, абсолютно неизвестной ему, но полностью
зафиксированной в самой природе вещей.
Всего лишь на одно мгновение Виллард отвлекся, утратил внимание, но это
мгновение могло изменить все данные совершенно неожиданным образом. Он
сохранил результат своей дневной теоретической игры, внеся слегка расширенное
значение числа "пи" в память. В головном компьютере его могли стереть или
переложить в чужую папку; но Виллард присвоил файлу код галактической информации
и, таким образом, значение числа "пи" возвратилось в базовую память уже
исправленным . Так было нарушено основное правило.
СРЕДА: ДЕНЬ НЕСОВПАДЕНИЯ
На следующий день на дежурство заступил Чарльз, который опять провел
пеленг-тест и снова совершил ритуальный (и столь же безуспешный) поиск
откликов. Перебравшись в кормовой отсек, он включил экран телескопа и, произведя
традиционную проверку часов, обнаружил, что здесь возникла неполадка. Часы на
экране отставали от его наручных часов на целых три секунды! О, как он
обеспокоился! Он послал запрос на корабельный компьютер: там показания часов в
точности совпадали с теми, что он видел на экране. Он проверил батарейку в
своих часах: она была в полном порядке. Тогда он подключил свои часы к транс-
ферной плате терминала и перезагрузил их. Теперь их показания совпадали с
показаниями компьютера, и все было в полном порядке. Тем не менее, он отметил
это событие в корабельном журнале.
Приемное время в этот день было установлено с обычным приращением
14:23.37. У Чарльза мелькнуло сомнение: сверять это время по собственным
наручным часам, или же по бортовому компьютеру? Но он решил, что, скорее всего,
прав компьютер. Он вывел на экран участок, где находилось Солнце, и впервые в
жизни увидел, что ни одна из нескольких звезд не находится рядом с прицелом.
Очевидно, в изображение вкралась еще какая-нибудь ошибка. Спектроскоп быстро
обнаружил, какая из звезд является настоящим Солнцем, но на этот раз Солнце
оказалось гораздо правее, чем когда бы то ни было. Наверное, корабль вошел в
поле притяжения какого-нибудь массивного невидимого тела. Чарльз установил
Солнце в центр экрана, но тщательно записал необычно большие показания
микрометра и верньера. Он посмотрел в телескоп, настроил радиоантенны и еще раз
проверил их.
Приемник был включен, и тут случилась еще одна неожиданность. Сообщение с
Земли, которое обычно печаталось в нижней части экрана, уже пошло. Часть его
была утрачена. Закончив прием, он отметил потери порядка нескольких секунд. И
тут он с ужасом осознал, что при утренней проверке времени ошибка была не в
его часах, а в часах бортового компьютера! Переключившись в режим передачи,
он послал на Землю показания верньера и обычные отрицательные результаты
пеленг-теста. Слегка поколебавшись, он решил не сообщать на Землю ни о
нарушениях в работе часов, ни об отклонении реального положения Солнца от
расчетного. Он хотел сперва поработать с этим сам. Если здесь действительно возникло
какое-то новое гравитационное поле, влияющее на курс корабля, то его можно
быстро проанализировать и внести соответствующие изменения в бортовые
программы корабля. По крайней мере, это лучше, чем ждать указаний с Земли.
Что же произошло? Тот факт, что Чарльз все-таки нашел Солнце (и получил
передачу с Земли), намекнул ему, что правильнее всего было бы начать с проверки
часов. Он вывел на монитор точное время из головного компьютера и, подключив
свои часы к трансферной плате, спроецировал точное время с них на экран.
Данные были напечатаны одно над другим - и снова разошлись! Его часы обгоняли
головной компьютер почти на секунду. Может быть, эти опасные изменения в
главном часовом кристалле корабля возникли из-за вхождения в гравитационное
поле какого-нибудь удаленного массивного тела?
Чарльз направился в спальные каюты, нашел койку Джонатана, высвободил руку
своего друга из-под одеяла и осторожно отстегнул его часы. Затем он вернулся
к главной консоли, спроецировал их показания на монитор и обнаружил, что их
показания отличаются и от его наручных часов, и от корабельных. Корабельные
часы шли медленнее всего, часы Чарльза были посередке, а часы Джонатана шли
быстрее всех. Он вернулся в каюты, быстро собрал еще десять часов и вывел их
показания на монитор. Все они до сотых долей секунды совпадали с показаниями
часов Джонатана. Чарльз понял, что его часы отстают от всех остальных из-за
того, что он подкорректировал их показания по корабельным часам. Да,
компьютер был совершенно не прав.
Что же делать? Попытаться подкорректировать корабельные часы? Это довольно
просто, но это только скроет проблему, а не решит ее. Самый логичный первый
шаг - запустить проверку системы. И вот по экрану пошли верификационнные
строчки, но, если при обычных обстоятельствах каждая строчка точно совпадала
со своей контрольной формой, на этот раз Чарльз увидел, что здесь даже не
один, а целых два сигнала тревоги. Он читал о подобных случаях в учебниках и
знал, с какой опасностью это связано. Но за всю свою жизнь и за всю свою
практику с радио и навигационной работой он еще ни разу не видел настоящего
сигнала тревоги.
Одна ошибка была в памяти головного компьютера, другая - в базовой памяти
корабля. Последнее было еще терпимо, поскольку не угрожало жизненным функциям
корабля. Чарльз подумал о том, чтобы поднять остальных членов команды: он
должен был бы это сделать в случае любой серьезной опасности. Но, в конце
концов, все это может быть связано с одной-единственной ошибкой, да еще со
сбоем его собственных часов. Он вполне в состоянии исправить это
самостоятельно . Конечно же, первым сигналом тревоги было расхождение между наручными
и компьютерными часами. Очевидно, в кристаллическом хронометре возникла
погрешность . Хорошо еще, что он настроил по этим ошибочным показаниям только
свои часы: все остальные часы согласовывались друг с другом, и их показания
можно было использовать для перенастройки корабельных часов.
Углубившись в проблему измерения времени, Чарльз стал искать, где спрятана
неполадка, и как ее исправить. При более детальном рассмотрении обнаружилось,
что проблема заключается не в цезиевом осцилляторе, а в программе, которая
преобразует его первичные сигналы в секунды, а затем в минуты, часы и дни.
Ошибка была не в оборудовании, а в расчетах. Очевидно, сам механизм часов
разладился. Однако нет: все платы и чипы были в полном порядке. Провести
серию испытаний под напряжением. Все данные в допустимом диапазоне.
Материальная часть компьютера без дефектов. Провести динамический тест.
Чарльз ввел проверочное уравнение. Прошло время, которое уже почти (но еще
не совсем) превышало установленный лимит, и уравнение было решено. Ответ,
появившийся на экране, был неправильным.
Похоже, что-то вышло из-под контроля. Чарльз поспешил к каютам членов
команды и включил систему, которая должна была за несколько секунд вернуть им
чувство и сознание.
ЧЕТВЕРГ: ДЕНЬ ХАОСА
Собралась вся команда, кроме детей, их няньки и Джерома, который сегодня
был дежурным по пеленг-тесту и передаче информации. Они сидели вокруг
большого стола в центральной рубке. Обсуждением руководил Хьюго, старший навигатор
корабля:
- Давайте попробуем выяснить, как далеко мы зашли на данный момент. Мы уже
получили четыре сигнала тревоги из головной компьютерной системы. Первый -
тот, что вчера был получен Чарльзом. Сегодня ошибки были отмечены в некоторых
аспектах счисления пути, в доплеровском анализе возможных ответов на пеленги
и кое-где в связи с работой ядерного двигателя. Может быть, во всех случаях
мы имеем дело с разными выражениями одной и той же ошибки - или это вся
корабельная система вдруг начала разваливаться на части?
- Не забывай о вчерашней ошибке в базовой памяти, - напомнил Чарльз.
- Спасибо, что напомнил. Таким образом, всего пять ошибок. Что в них
общего?
- Может быть то, что все они связаны с расчетами? - предположил Джеймс.
- Надо проверить калькулятор, - предложила Мэри. - Если он дает правильные
ответы - значит, с ним все в порядке.
Это вызвало оживленные комментарии всех присутствующих:
- Но ведь ответы-то неправильные!
- А как узнать, какой ответ правильный, если калькулятор врет? Может быть,
твой "правильный" ответ как раз и есть неправильный?
- Это очень просто: выполни один и тот же расчет дважды, и ты получишь два
разных ответа!
- Но ведь мы же этого не делали! Мы просто сравнили результат с тем, что
было написано в справочнике!
- За исключением Чарльза, показания всех наших наручных часов совпадают. Но
при этом отличаются от показаний часов головного компьютера.
- Но это уже полный абсурд!
Свободное обсуждение было прервано появлением крайне взволнованного Джеро-
ма.
Я не могу найти Солнце! - воскликнул он. - Ни одна звезда на
соответствующем участке не дает нужного спектра. Я потерял распорядок связи! Не могу
его найти!
И тут Хьюго взорвался:
Как же ты найдешь нужный спектр, если он вычисляется с помощью расчетов,
а калькулятор врет?
В помещении повисло испуганное молчание. Всем вдруг стало ясно: возникла
серьезная ошибка, и проверенные средства для выявления этой ошибки тоже могут
ошибаться.
Это значит, - сказал, наконец, Виллард, - что каждый неправильный расчет
порождает неверную последовательность степенных рядов. Может быть, это просто
зарубился тот участок встроенной программы, который имеет дело со степенными
рядами?
Да, но как проверить эту гипотезу? - спросил Хьюго.
Я могу сделать это непосредственно исходя из расчета числа "пи". В моей
папке лежат все степенные ряды и точный ответ.
- А откуда ты знаешь, что этот ответ правильный?
- Я переписал его из базовой памяти, вплоть до бог весть какого знака после
запятой.
Тогда приступай. Тут вмешался Джером:
Кто-нибудь, пожалуйста, пройдите со мной и помогите найти Землю.
Последите за моей работой - может быть, я делаю что-то не так?
Группа разделилась. И никто не расслышал тихий шипящий звук, постепенно
заполнявший весь корабль. По крайней мере, никто не прокомментировал его.
Виллард сел за ближайший монитор, открыл свою личную папку и запустил текущие
степенные ряды, которые он использовал для расчета числа "пи". Экран тут же
покрылся множеством единиц и нулей.
Последней формой, с которой я работал, была шестеричная система
счисления . Давайте преобразуем ее.
Еще несколько ударов по клавишам - и экран заполнился цифрами от нуля до
пятерки.
- Смотрите: все работает нормально! - удовлетворенно произнес Виллард.
- А это правильный ответ? - поинтересовался Хьюго.
- Давайте вычтем его из базового параметра.
Еще несколько ударов по клавишам - но на этот раз никаких изменений не
произошло .
- Базовый параметр исчез!
- Может быть, ты его стер?
- Да нет же! Я его сохранил.
- Где именно?
Да вот здесь же, в моей... - и тут Виллард запнулся. - А не могло ли оно
сохраниться в базовой памяти?
Хьюго тут же запустил проверку системы, чтобы отследить все сообщения об
ошибках. Правила по использованию информации из базовой памяти были очень
четкими. Все сведения подразделялись здесь на три класса:
Галактическое знание - универсальные факты, понятные для любых разумных
существ Вселенной. Здесь были и физические константы, такие как скорость цвета
и Постоянная Планка. Здесь была записана масса протона и скорость полураспада
углерода-14. Эти числа были одинаковы и на Земле, и на каком-нибудь Арктуре
4Б. Такие данные считались основополагающими; они никогда не подвергались
исправлению или проверке, но введены они могли быть только с помощью квантового
ключа. К числу таких данных принадлежало и число "пи".
Земное знание - факты, касающиеся исключительно Земли. Физические параметры
- например, о концентрации кислорода в атмосфере или о солености морской
воды. Хлорофилл и ДНК. Что-то подобное может быть и в других мирах, но эти
параметры свойственны только Земле и отражают историю ее развития. Они
фактически точны, но не универсальны. В основной памяти они лежали под историческим
ключом, и их позволялось свободно копировать. Изменениям они не подлежали. Ни
один чуждый разум не мог внести сюда свою информацию, поскольку для нее здесь
не было места.
Человеческое знание - все, созданное человеческим разумом. История
человечества, произведения Шекспира, речи Цицерона, структура психоактивных
веществ, причины, вызывающие депрессию. Эта информация была закодирована
духовным ключом; но, поскольку она находилась в базовой памяти, она тоже
оставалась неприкосновенной. Ее можно было копировать и хранить в личных файлах или
стирать оттуда - по усмотрению пользователей.
Итак, галактический ключ, исторический ключ и духовный ключ. Все они должны
были использоваться для загрузки базового компьютера, этого пан-
софистического хранилища всех человеческих знаний. Но все эти ключи остались
на Земле, и таким образом весь этот корпус знаний мог быть сохранен
неизменным для будущих исследователей.
Между тем шипение, исходившее отовсюду, стало немного громче. Но его все
еще никто не замечал.
Проверка, которую произвел Хьюго, выявила два сигнала тревоги. Он открыл то
самое сообщение ошибке в базовой памяти, которое было зарегистрировано еще
вчера, но полностью проигнорирован. В нем значилось:
"Обнаружен несанкционированный документ. Система декомпилируется."
Хьюго нажал "Далее", и на экране появилось
ВСЕ ДАННЫЕ БУДУТ ДЕКОМПИЛИРОВАНЫ, МАТЕРИАЛИЗОВАНЫ И УСТРАНЕНЫ.
- Что же нам делать? Как это остановить? Тут в помещение вбежала няня:
- С Салли что-то случилось, похоже на судорожный припадок. Помогите мне!
Джонатан тут же побежал с няней. Виллард взглянул на Хьюго и прочел в его
лице отчаяние. Между тем шипение становилось все громче.
Если мне все-таки удалось сохранить мою "пи"-игру в базовой памяти, -
сказал Виллард, - то я, по крайней мере, могу вызвать ее оттуда и проверить
все цифры.
Попытайся, - сказал Хьюго. - Но я почти уверен, что ты ее уже не
найдешь .
Виллард открыл в базовой памяти меню "только для чтения" и просканировал
меню теории чисел. Оно было пустым. Единственное сохранившееся там сообщение
гласило:
СЕКТОР СТЕПЕННЫХ РЯДОВ МАТЕРИАЛИЗОВАН И УСТРАНЕН.
Охваченный ужасом, он вызвал главное меню. Файлы античной истории и языков
тоже оказались пустыми, и только рядом с биологическим файлом стояла красная
звездочка. Виллард мгновенно открыл его и обнаружил, что активен только файл
родов. В мгновенном прозрении он понял, что вся информация о ДНК уже
устранена .
Но все это сперва должно было материализоваться. По неведомой причине,
которой мы, должно быть, никогда не узнаем, простейшие формы сперва должны были
быть преобразованы из генетических записей в свое реальное выражение. Если в
банке содержался миллион генетических кодов, то вместо записей здесь должен
был возникнуть миллион живых существ. И все эти существа - будь они пи-
мезонами или вирусами, бактериями или дрожжевыми грибками - уже
материализовались в пространстве вокруг Вилларда. Он ощутил что-то вроде облака, серого
прозрачного облака, которое все сгущалось и сгущалось. Звуки становились все
громче, и мир вокруг него становился все более и более мерзким.
Шипение уже можно было расслышать без труда - так шипела бы пожарная сигна-
лизация, если бы ее звук не пульсировал. Это был просто беспрестанный вой.
Оно становилось все интенсивнее, и вскоре Виллард стал замечать вокруг себя
кое-какие предметы. Предметы, которые исторгались из утробы корабля. Сперва
они напоминали сгустки пыли, но вскоре стали более плотными и приняли формы,
которые показались бы Вилларду знакомыми, если бы он имел время их
рассмотреть .
Но шипение - шипение уже превратилось в рев. Виллард попятился от
контрольных экранов и буквально врос спиной в прочную обшивку корабля. Он вытянул
руки перед собой, как бы защищаясь от невидимых агрессоров. Он озирался по
сторонам, как будто неведомые формы жизни уже касались его щек. Его разум
говорил: НЕТ! Но он уже понял, что все формы жизни, когда-либо известные на Земле
и содержавшие в себе ДНК, сейчас будут воссозданы здесь, на борту этого
одинокого космического корабля. И тут он закричал.
Но его крика никто не услышал. Шум внутри космического корабля уже стал
просто оглушительным. Саблезубые тигры, летучие мыши, пауки и ястребы;
бесконечное разнообразие форм и видов выходило из базовой памяти. В последние
несколько секунд своей жизни Виллард понял, что связи с Землей больше не будет,
и никто никогда не узнает о судьбе "ПанСофа-2". Может быть, так погиб и
первый "ПанСоф" - необъяснимая история, возникшая из любопытства и ошибки одного
из членов команды. Что ж, человек любопытен от природы - и ему свойственно
ошибаться.
Теперь же корабль Вилларда, за миллионы миль от родных мест, безмолвно
продолжал свой путь с грузом мертвецов на борту - в пустоту, где не было и
понятия о знании или сознании.
Может быть, когда-нибудь кто-нибудь возьмется построить "ПанСоф-3" . Но
поверить в это очень трудно. Скорее всего, к тому времени у жителей Земли уже
пропадет желание увековечить память о чуде человеческой жизни, ее истории и
смысле существования.
ГЛАВА 7. МАРКИ
(Говорит Шура)
Предмет моего нынешнего увлечения - химические препараты, - в особенности,
те, что способны влиять на деятельность мозга. Раньше я точно так же
увлекался коллекционированием и изучением марок. В своей книге PIHKAL я уже
рассказывал о том, как в детстве жил по соседству с одним стариком, неким мистером
Смитом, который занимался продажей книг. Он получал их по почте практически
со всего мира, и на бандеролях, конечно же, были марки. Книги он забирал
себе , а марки отдавал мне. Я уносил упаковки в свою комнату, отмачивал марки
холодной водой, просушивал газетной бумагой, промокашками и тяжелыми книгами
для веса, а затем идентифицировал их с помощью моей бесценной личной копии
каталога Скотта за 1930 год. Интерес к маркам развила во мне моя мать, причем
довольно необычным способом. Во время и после Великой войны (1914-1918) она
была надомным учителем и работала во многих городах Нильского бассейна.
Впоследствии она подарила мне конверты от писем, которые посылала оттуда домой.
Так Хартум и Каир стали для меня хорошо знакомыми словами, а арабские
идентификационные номера - первым путешествием в иностранную литературу. Я получил
от нее (и до сих пор храню, чтобы разобраться на досуге) целые сотни обычных
"сфинксов" и "пирамид" и множество больших марок с верблюдами, все на
конвертах, и иногда с редкими штемпелями. Все это обеспечило меня материалом для
чрезвычайно занимательных исследований.
Уже во время Второй Мировой войны (после которой Великая Война превратилась
в Первую) я открыл для себя Австро-венгерскую империю и земскую почтовую
систему старой России. Это отбросило меня в девятнадцатый век, и я решил, что
ограничить свою коллекцию марками, изданными до 1900 года - это весьма крутое
и остроумное решение. Все деньги, которые я мог накопить, я тратил на
приобретение лотов на филателистических аукционах, и я собрал (но до сих пор так и
не привел в порядок) большую коллекцию старых и милых марок. Газетные марки,
марки пароходных линий и, наконец, гербовые марки, подготовившие почву для
моего вашингтонского приключения, о котором будет рассказано ниже.
Интерес к психотропным препаратам возник у меня лишь в 1950-е годы, после
того как я принял участие в экспериментах с мескалином. Психотропы увлекли
меня точно так же, как когда-то суданские открытки. Я обнаружил, что в этой
области тоже есть множество простых вещей (уже не марок, а веществ), которые
способны вызывать изменения в сознании.
"Список Гаррисона", принятый в 1914 г., стал первым федеральным законом,
запрещавшим наркотики. Он был посвящен преимущественно двум веществам:
кокаину (а также самому кустарнику коки и всем его компонентам) и героину (а также
опиумному маку и всем его компонентам и производным) . На протяжении двух
десятилетий это были два главных фармакологических зла в нашей культуре. Никто
не говорил о неполноценных расах: просто так уж вышло, что кокаином
баловались, в основном, черные, а опиумом - китайцы. Просто в Нью-Орлеане чересчур
расплодились "клубы горячего джаза", а в Сан-Франциско - курильни опиума. В
результате проблемой наркотиков вместо медиков занялись юристы: отныне
потребители наркотиков рассматривались уже скорее как преступники, чем как
пациенты. А врачам приказали и не пытаться лечить наркоманов - иначе они могут быть
наказаны по закону. Впрочем, закон был сформулирован в физических, а не в
юридических терминах, и предусматривал выдачу лицензий и взимание пошлин за
право пользоваться данными препаратами. Его исполнение было возложено,
скорее , на Министерство Финансов, чем на Министерство Юстиции. Чтобы владеть
этими наркотиками, человек должен был покупать особые гербовые марки; при
отсутствии этих марок он считался преступником.
В 1930-х еще одно национальное меньшинство - мексиканские иммигранты -
послужило поводом для нового федерального закона о препаратах. Этим препаратом
была марихуана. В 1932 г. при Министерстве Финансов было создано Федеральное
Бюро по Наркотикам, уполномоченное решать любые наркотические проблемы,
которые могли возникнуть после введения "сухого закона". Комиссар этого Бюро,
амбициозный полисмен Гарри Т. Энслинджер, увидел в борьбе с марихуаной мощное
средство для достижения власти и славы и лично руководил весьма прямолинейной
и позорной пропагандистской кампанией. Такие фильмы, как "Смертельное зелье"
("Weed that Kills") и "Папироска с безумием" ("Reefer Madness") имели большой
общественный резонанс и непосредственно способствовали принятию закона о
запрете марихуаны 1937 г., который был составлен по образцу Списка Гаррисона.
Медицинская полезность марихуаны, впрочем, открыто признавалась, и терапевты,
дантисты и ветеринары могли продолжать прописывать ее, если платили
соответствующий гербовый сбор. Все врачи, желавшие использовать данные препараты в
своей практике, должны были считаться с этим законодательством. Большинство
штатов приняло подобные законы по образцу федерального, и вскоре доступ к
немедицинскому потреблению марихуаны был перекрыт повсеместно. Таков был
климат, породивший антимарихуановый закон 1937-го и гербовые марки на марихуану,
выпущенные в том же году.
Здесь-то и соприкоснулись две области моего профессионального интереса -
марки и психоактивные препараты. Исследуя препараты, я искал ответов на
вопросы, на которые до сих пор никто не смог ответить. Некоторые из этих
вопросов даже никогда не формулировались. Содержится ли весь потенциал
психоактивности в семенах растений, или же решающую роль играет место произрастания?
Какова связь между "силой" данного сорта марихуаны и веществами, которые в
нем содержатся? Какие генетические особенности растения ответственны за его
морфологию? Я решил произвести некоторые исследования в этом направлении и
вырастить некоторое количество марихуаны на своей ферме. Для этого мне
понадобилось разрешение калифорнийской Экспертной Комиссии по научным
исследованиям. Я послал им план исследований, и они утвердили его. Затем я заказал и
получил федеральную лицензию на операции с наркотиками. Так я вырастил, убрал
и проанализировал значительный урожай марихуаны на ферме, где я жил, и все
это с благословения официальных организаций. Но мне стало очевидно, что для
завершения своих исследований я должен сверить полученные данные с наиболее
сильными сортами марихуаны, произрастающими на крайнем юге США и включенными
в Федеральный Стандарт.
Поэтому я решил еще раз поэкспериментировать с административными играми.
Если власти уже получили свою прибыль от моего государственного разрешения и
лицензии на стене, то пусть объяснят мне дальнейшие ходы, необходимые для
получения образцов травы с берегов Миссисипи. Я написал соответствующим
властям, и тут-то и выяснилось, что весь вопрос заключается не в законе, а в
лицензиях, и я точно так же должен приобрести гербовые марки. Чтобы легально
получить марихуану, я оплатил марки и отправил их обратно в IRS вместе с
заказом на марихуану. Так я сыграл в эту игру, и в результате получил два фунта
травы с Миссисипи плюс четыре унции семян и экстрактов. Первым этапом этой
сделки стала покупка большого листа акцизных марок, на сорок или пятьдесят
штук, по доллару каждая, которые были зарегистрированы и возвращены
государству вместе с заказом и чеком. Растения я получил очень быстро. Марки,
конечно же, вернулись в лоно системы, их породившей, но, пока они были у меня, я
снял с них фотокопии.
Именно тогда я и понял, что два моих увлечения пересеклись удивительным,
почти магическим образом. К тому времени мне уже стало ясно, что в результате
всех этих игр филателист выиграет гораздо больше, чем ученый. Поэтому я снова
заказал четыре унции травы, купил четыре долларовых акцизных марки 1937 года
(по доллару за унцию плюс 2 цента за покупку), оплатил их, а затем свернул
программу исследований и просто сохранил марки у себя. Я решил включить их в
свою коллекцию. Так рядом с марками Африки и Австралии появились гербовые
марки США.
Это случилось в феврале 1971-го. Я даже не предвидел, что столь тривиальное
событие вызовет невероятную лавину последствий. Первый акт этой драмы был
разыгран год спустя, когда мне позвонил один мой приятель. Он писал книгу о
медицинском использовании марихуаны и каким-то образом узнал, что я вполне
официально получил некоторое количество травы через Министерство Финансов с
помощью марок госпошлины. Он тут же захотел включить фотографию заполненного
бланка заказа вместе с марками в свою книгу. Я сделал ему фотокопию заказа и
четырех марок, но закрасил на ней свое имя и прочие детали, которые могли бы
меня выдать. Она была помещена в его книге "Медицинские материалы о
марихуане, 1839-1972" в главе, написанной доктором Дэвидом Мусто и посвященной
печально известному закону 1937 года.
Эта-то книга, вышедшая в свет в 1973 году, и стала искрой, из которой
возгорелось пламя. Вскоре мне позвонил, а затем и нанес визит один джентльмен,
представившийся фармакологом из Сиэтла. Этот молодой человек был страстным
филателистом. Он увидел в книге моего друга фотографию четырех гербовых
марок, связался с ним и узнал мое имя и адрес. Этот человек посетил меня, и мы
полдня обсуждали разные аспекты филателии, наркотиков и законодательства. Он
сказал, что давно интересуется юридической ситуацией, связанной с марихуаной;
лично он убежден, что закон 1937 года был принят исключительно для
манипулирования иммигрантами. Но я понял, что по-настоящему он хочет только одного:
взглянуть на эти марки и хотя бы прикоснуться к ним. Я пошел ему навстречу,
но тут выяснилось, что документ с приклеенными к нему четырьмя марками куда-
то запропастился. Мой гость был очень огорчен; я же (как выяснилось
впоследствии) избежал тем самым некоторых неприятностей. Гость тут же принялся
расспрашивать меня: может быть, документ кто-нибудь взял? Может быть, его не
вернул мой друг, который делал с него фотокопию? Может быть, он просто
затерялся в кучах бумаг, из которых состоит мир, где я живу? Причина была
неизвестна , но документа нигде не было. Фармаколог очень расстроился и вернулся в
Сиэтл ни с чем.
В 1990-м тема гербовых марок возникла снова, и уже с совсем неожиданной
стороны. Я получил повестку от Особого Агента Шмитца из оклендского
управления ФБР. Он писал, что хотел бы побеседовать со мной и задать несколько
вопросов . Он заехал ко мне на ферму, и у нас состоялся следующий диалог:
Вы знаете фармаколога из Сиэтла, который интересовался гербовыми марками
1937-го года?
-Да.
- Он посещал вас? - Да.
- Вы продавали ему какие-либо марки?
- Нет.
Агент задал мне еще много дополнительных вопросов, но постепенно я понял
цель его визита. Я добровольно сообщил ему всю информацию, которой
располагал, включая тот факт, что марок я не нашел до сих пор, и что любопытный
филателист вернулся домой, даже не взглянув на них. Агент спросил, могу ли я
хотя бы приблизительно назвать дату визита; это оказалось довольно легко,
поскольку я заносил все "исторические" встречи в специальный журнал и сразу же
отыскал дату. Агент одолжил у меня журнал и сразу же вернул после того, как с
него была снята копия. Все это попахивало каким-то криминалом, и, когда агент
спросил меня, не мог бы я подтвердить свои показания под присягой, я сказал,
что не имею ничего против.
Тут все стало гораздо сложнее. Через несколько месяцев меня вызвали в
вашингтонское "большое жюри". Строго говоря, не вызвали, а попросили явиться. Я
приехал и провел весьма информативный вечер с ассистентом Генпрокурора США,
который сообщил мне многие подробности этой истории. Оказывается, что в Смит-
соновском институте, куда правительство США отправило несколько таких марок
на выставку, произошли некоторые странные события. Некий молодой человек
проявил живейший интерес к этим маркам и, подробнейшим образом их изучив, вернул
устроителям выставки. Но в тот же день марки пропали. Впоследствии этот же
молодой человек был замечен при попытке обменять их на филателистической
ярмарке в Сан-Франциско. Когда федеральная полиция допросила его, он сказал,
что купил марки у меня. Но дотошные детективы тут же выяснили, что копии,
которые были у него на руках, были взяты именно из Вашингтонского музея.
Мои показания должны были подтвердить, что я не давал ему этих марок. Я
сделал это, не скрыв от суда и тот прискорбный факт, что мои экземпляры
утеряны, но я не теряю надежды, что когда-нибудь они найдутся. Суду это было
совершенно безразлично, но я говорил от чистого сердца и был очень рад
вернуться домой, и забыть все это дело.
За моим столом стоит целая батарея выдвижных ящиков, где я храню сообщения,
письма и рукописи. Около двух лет назад мне понадобилось одно письмо и одна
копия статьи, связанной с определенным видом грибов Psylocybe, но я никак не
мог найти "грибной" ящик. Я знал, что переложил папку из одного ящика в
другой , поскольку там скопилось слишком много материалов. Наконец я нашел ее на
дне одного из ящиков; под ней была раскрытая прозрачная папочка, на которой
значилось "Правит, корресп. по траве". Я открыл ее и обнаружил материалы
своей более чем двадцатилетней переписки с FDA, BNDD, DEA и IRS. С радостным
чувством человека, вернувшегося домой из дальних странствий, перелистывал я
эти письма, запросы и копии чеков. Где-то в самом низу папки была фотокопия
сорока с чем-то марок и бланк заказа на два фунта марихуаны. Мои поиски были
почти завершены: в ящике остался только один листок. Я перевернул его и
обнаружил неотправленный бланк заказа и четыре прекрасных марки госпошлины, все
еще не отклеившиеся. Несколько минут я просто не мог сдвинуться с места.
Потерянное нашлось, завершив тем самым захватывающий рассказ об ушедшей эпохе
фармакологической и налоговой истории.
Я не знаю, сколько экземпляров этих марок еще находится в частных руках.
Лично я видел в своей жизни пятьдесят одну, и четыре из них заняли теперь
отдельный лист в моем альбоме. Но вполне возможно, что кроме меня, Смитсонов-
ского института и архивов IRC, такие марки есть и у кого-нибудь еще.
ГЛАВА 8. ПИСЬМА ИЗ ЛЕНИНГРАДА
(Рассказывает Шура)
Нелишне напомнить, что в 1985 году Советский Союз оставался тоталитарным
государством, и не было никаких признаков возможности нынешнего упадка
центральной власти. Государство осуществляло полный контроль (и у меня есть
основания считать, что с тех пор мало что изменилось) над человеком: над его
передвижениями, высказываниями. Все средства связи и информации жестко
контролировались правительством. К этому добавлялось патологическое недоверие к
иностранцам, не так выраженное среди простых людей, но очевидное среди
официальных лиц.
Когда я получил первое письмо из Ленинграда, меня больше всего поразил его
внешний вид. Мое имя и адрес - с ними было все в порядке, имя отправителя,
судя по обратному адресу - Анатолий Жоборов, и он, по словам одного моего
русского друга, жил в довольно фешенебельном районе Ленинграда. На этом
нормальное оформление конверта кончалось. Прежде всего, бросалась в глаза яркая
красная надпись на обороте конверта. Слова были написаны из угла в угол и
образовывали андреевский крест. Надпись гласила: "Боже, помилуй меня, грешного"
и "Да будет мир во всем мире!" Я внимательно осмотрел конверт, и даже моему
неопытному глазу стало ясно, что конверт вскрывали. Были видны следы клея,
использовавшегося, чтобы запечатать конверт снова, причем он был заклеен
неровно , так, что часть красной надписи оказалась закрыта.
Я аккуратно вскрыл конверт при помощи острого ножа, стараясь не повредить
письмо. Письмо было написано на английском, буквы стояли отдельно друг от
друга, с небольшим наклоном. Все письмо было посвящено наркотикам. В нем была
собрана информация о распространенности, методах производства и употребления
опиума и морфия (героин не упоминался), амфетамина (метамфетамин не
упоминался) , РСР, мескалина и гашиша. Сообщались цены, города производства, а также
сведения о популярности каждого наркотика. И все это из Советского Союза,
где, если верить официальной пропаганде, проблемы наркотиков не существует!
Прилагаемые комментарии содержали более подробную информацию. Методы
синтеза, химические формулы веществ были написаны человеком, явно с высшим
химическим образованием. В конце письма Анатолий просил поддерживать обмен
информацией. Я терялся в догадках, кем мог быть отправитель такого письма. В
продолжение переписки он так и не рассказал о себе, поэтому все, что мне удалось
узнать: первое - он отлично разбирается в некоторых препаратах, второе - он
хорошо владеет английским, третье - он, скорее всего, русский - пропускает
артикли, пишет маленькую русскую букву "г" с точкой перед датой, и последнее
- у него полностью отсутствует чувство самосохранения. Писать о таких вещах и
так "украшать" конверт.
Оказалось также, что Анатолий достаточно постоянен в своих привычках. Я
безуспешно старался представить, какое место в незнакомом мне обществе может
занимать этот человек. Может быть, он на самом деле - молодой химик, связан-
ный с незаконным оборотом наркотиков? Или пациент психбольницы, когда-то
связанный с незаконным оборотом наркотиков? А может это группа лиц? Например, из
КГБ - желающих получить информацию об американском рынке наркотиков. Или из
ЦРУ - по непонятной причине, решивших действовать из Ленинграда. Красный
крест на конверте естественно привлек внимание, письмо вскрыли и, по всей
вероятности, прочитали. Но после этого письмо было снова заклеено, причем
никаких попыток это скрыть не проводилось. Судя по тому, что на конверте
небольшое количество марок, вряд ли из письма вынули что-либо значительное. Все это
более чем странно, и не давало никаких намеков на то, кто такой этот
Анатолий . Я сгорал от любопытства.
Мой ответ являл собой образец предусмотрительности и осторожности. Я
аккуратно ответил на все вопросы, иногда давая небольшие комментарии, например, я
Заметил, что в США растет популярность МДМА и метамфетамина, что героин и
другие синтетические наркотики вытеснили опиум и морфий. Я напечатал письмо
на компьютере, но специально подписался по-русски от руки: "Шура", употребив
свое имя в уменьшительной форме. Я надеялся, что этим я вызову Анатолия на
ответный шаг, и он тоже подпишется как-нибудь по-другому. Но Анатолий всегда
подписывался полным именем.
Я отправил свое письмо, постаравшись также ярко его "украсить". В левом
верхнем углу конверта с помощью печатной машинки я напечатал адрес обычным
образом, как это делается в Америке: сначала имя, потом дом, улица, город и
страна. В правом верхнем углу я напечатал адрес по-русски (у меня была
машинка с соответствующим шрифтом). При этом я напечатал адрес, как это принято в
России: сначала страна - СССР, потом город, улица, дом, квартира и уже потом
- имя. Я решил, что такой способ написания адреса должен обязательно привлечь
внимание КГБ, ЦРУ и тому подобных организаций. Я наклеил нужное количество
марок, и опустил письмо в почтовый ящик. К моему удивлению, оно достигло
адресата .
Ответное письмо Анатолия содержало больше подробностей, и впервые, в числе
прочего, Анатолий упомянул различные разновидности фентанила18. Я нисколько
не приблизился к пониманию того, кем был загадочный Анатолий - вопросов
возникало еще больше. А упоминание фентанила вызвало у меня целый ряд
размышлений на темы, связанные с фармакологией и химическим оружием.
Незадолго до этого в Калифорнии появилась новая разновидность "героина" -
на сленге ее называли "china white" - "белый Китай". Никакие обычные тесты на
героин не могли распознать это вещество. В случаях передозировки в крови
невозможно было обнаружить обычные метаболиты героина: морфин и ацетил морфин.
При этом присутствовали все внешние признаки героиновой передозировки: почти
исчезнувшие зрачки, затрудненное дыхание, кома. Вскоре, тщательное
исследование пришло к выводу, что перед нами вещество - близкий родственник фентанила.
Это был не сам фентанил, но вещество очень похожее по химической формуле.
Образец вещества был отправлен в лаборатории DEA на "дополнительный анализ"
("очень длительный анализ" - как его называют нетерпеливые полицейские), и
там ученые установили, что препарат является метиловым гомологом фентанила.
Таким образом, в его формуле присутствовал один дополнительный атом углерода
- такое вещество было известно науке, и, видимо, теперь производилось неким
предприимчивым химиком. При этом активная доза препарата была настолько мала,
что можно было произвести очень большую партию вещества, затратив на это
минимальные усилия. Как сказал один конгрессмен: "На оборудовании, стоящем
несколько сот долларов, можно синтезировать сто миллионов доз".
Фентанил является синтетическим анальгетиком, производным фенилпиперидина. По химической
структуре частично сходен с промедолом. Оказывает сильное, но кратковременное (при разовом
введении) анальгеЗируюшее действие.
Вещество сразу же стало запрещенным. Но вскоре последовали события,
серьезно усложнившие ситуацию. Оказалось, что атом углерода в молекуле нового
наркотика находится не в той позиции, где первоначально считалось. Но в тот
момент, когда судмедэксперты опубликовали исправление, полиция захватила партию
препарата, где атом углерода стоял именно в той позиции, как считалось
раньше. Этот "белый Китай-младший" обладал таким же сильным действием, и вскоре
за ним последовали новые варианты фентанила, с небольшими изменениями в
формуле: менялось позиция метиловых групп, длинна углеродных цепочек,
добавлялись атомы фтора или серы.
Кто занимался синтезом новых разновидностей препарата? Химик-одиночка? Где
он мог это делать? Власти предприняли серьезные усилия, чтобы найти источник
новых наркотиков, но все - напрасно. Я выдвинул собственную версию
происхождения этих веществ, решив, что ключ к разгадке дает само название препарата.
Дело в том, что я заметил, что некогда большой поток научных публикаций по
поводу фторосодержащих фентанилов из КНР вдруг резко прекратился. Однажды я
уже наблюдал подобное "затишье перед бурей". Нечто похожее произошло, когда в
Советском Союзе прекратили печатать работы на темы, связанные с хинуклидином.
Судя по всему, советские ученые занялись проблемой военного использования
данного вещества, поскольку тогда же мне стало известно из надежного
армейского источника, что бензилат хинуклидина рассматривается американскими
военными как боевое отравляющее вещество.
Так может быть Китай разрабатывает новый вид химического оружия, на базе
фентанила, используя при этом калифорнийских наркоманов, как подопытных
кроликов? В конце концов, у нас есть прецеденты подобной практики: не так давно
некоторые американские компании решили испытывать новые контрацептивы на
людях "второго сорта" - например, на пуэрториканцах, у которых очень высокая
рождаемость.
Если развивать эту версию, появляются новые вопросы: кто осуществляет
импорт наркотика, каким образом деньги за продажу наркотика возвращаются в
Азию, или, может быть, они оседают здесь? Появляются ли в китайской научной
литературе какие-либо результаты исследований?
Другая версия иностранного происхождения нового наркотика была более
правдоподобна: дело в том, что все официальное производство разновидностей
фентанила было сосредоточено в Бельгии. Здесь изучали свойства этих препаратов как
потенциальных анестетиков: прежде всего врачам требовалось усилить действие
препарата - от этого зависела безопасность пациента, кроме этого, важно было,
чтобы действие препарата было кратковременным - это важно в хирургии.
Бельгийские лаборатории разработали и внедрили во врачебную практику такие
производные фентанила как карфентанил, суфентанил и альфентанил. Там же было
замечено, что препараты с некой особенной формулой были абсолютно прозрачны,
таким образом, употребление этих наркотиков невозможно было бы выявить путем
анализа мочи. Данное наблюдение было известно лишь узкому кругу химиков, и в
этом свете последующие события становятся еще более необъяснимыми.
Вернемся к содержанию писем. Во втором письме я нашел очень много полезной
информации о фентаниле. Мои догадки ничем не обоснованы, но все же: может
быть, Китай проводит опыты над ленинградскими наркоманами? Или Ленинград -
только верхушка айсберга? В своем ответном письме я подробно расспрашивал
Анатолия о фентаниле.
Его третье письмо только добавило Загадок. Наркотики в нем не упоминались -
все письмо было о взрывчатых веществах! Великолепные химические формулы, с
подробным указанием температур плавления, детонации, разрушительной силы -
все это с использованием специального жаргона, так что становится ясно, что
автор очень хорошо разбирается в данном вопросе. При чем тут взрывчатые
вещества? При чем тут я? В конце письма Анатолий (или КГБ, или ЦРУ) просил меня
послать копии данного письма двум американским военным по указанным адресам.
Меня просят быть посредником в обмене информацией между неким русским и
местными военными специалистами по взрывчатым веществам? Это явный перебор. Я
написал по адресам, указанным в письме, с просьбой подтвердить желание получить
информацию о взрывчатых веществах от мистера Жоборова из России. Одно письмо
пришло обратно - такого адресата не существовало в природе, другое - осталось
без ответа. Я также не ответил на письмо Анатолия. После этого Анатолий
больше не возвращался к теме взрывчатых веществ.
И вот новая бомба. Снова красная надпись: "Храни нас Бог". Очевидно, что
надпись должна была специально привлечь внимание - на почте девушка удивленно
спросила: "Это? Из России?" Я сказал, что это так, и что я тоже ничего не
понимаю. И в этом, четвертом письме, я получил всю возможную информацию о фен-
таниле. Анатолий давал конкретный рецепт, как путем нехитрых операций можно
получить полкило фентанила или его разновидности - около 500000 долларов по
ценам черного рынка.
Я был в ужасе. Мне прислали подробную инструкцию по изготовлению фентанила
в промышленных масштабах. При дозе в 50 микрограмм - десять миллионов доз. И
в дополнение - самая провокационная информация: Анатолий описал как можно
сделать данное вещество совершенно прозрачным для обычных тестов. Таким
образом, у него имелся доступ не только к информации о синтезе вещества, он также
хорошо разбирался в анализе данного вещества.
Наша переписка продолжалась около года. Анатолий рассказывал о своих
походах в "большой дом", где он консультировал руководство КГБ, о том, как ему
приходится скрываться, чтобы сохранить свою жизнь, о том, что За ним охотится
наркомафия, и ему приходится исчезать в Москву. Он также описывал свои
посещения крупных химических производств в Прибалтике. Он прислал мне несколько
превосходных учебников и справочников, которые используются в научно-
исследовательских лабораториях Советского Союза. Он писал, что мечтает
путешествовать, о том, что он собирается эмигрировать из страны. Но в следующем
письме он выступал уже не как бедная жертва мафии и властей, а как человек,
которому крайне нужны мои знания. Я не могу сказать, что у меня сложилось о
нем впечатление, что он ненормальный - но с другой стороны на его письмах
лежал отпечаток легкого сумасшествия.
И вдруг все изменилось. Он неожиданно смог получить европейскую визу,
случайно (или нарочно) изменив написание своей фамилии в паспорте - он написал
его во французской, а не английской транскрипции. Таким образом, его имени не
оказалось в компьютере, и ничто не смогло помешать его эмиграции. Теперь он
живет в одной западноевропейской стране, снова балансируя между своей любовью
к органической химии и к службам правопорядка. Он устроился в одну химическую
лабораторию, а также консультирует полицию своей новой родины по вопросам
борьбы с наркобизнесом. В завершение я вынужден признать, что проблема
наркотиков существует в любой стране.
Вскоре наша переписка прекратилась. И я не могу сказать, как отреагировал
черный рынок наркотиков на эмиграцию такого активного деятеля. Хотя есть
вероятность , что информация будет продолжать поступать - через три недели после
того, как Жоборов покинул страну, я получил еще одно письмо с незнакомым
обратным адресом. Снова из Ленинграда.
ГЛАВА 9. LA RUTA DEL BAKALAO
(Рассказывает Шура)
Я много путешествовал по всему миру. Я бывал в Азии (Турция), Центральной
Америке (Панама), Южной Америке (Бразилия), в Австралии, но большинство моих
Заграничных поездок было по Европе. Там я не был только в Ирландии, странах
восточного блока (За исключением Чехословакии), Греции, Сан-Марино и Андорры.
До недавнего времени в этот список входила Испания.
В Испанию я попал в результате приглашения совсем в другую страну. В начале
1992 меня пригласили выступить в Мексике на открытии большой научной
конференции по шаманизму и психотропным растениям. Конференция должна была
состояться осенью в городе-столице одноименного штата Сан Луи Потоши, честно
признаюсь, я никогда не слышал о таком месте. На конференцию должны были
собраться крупные специалисты антропологи, ботаники, химики и фармакологи.
Официальными языками должны были быть испанский и английский, но в результате
почти все доклады читались на испанском. А я тогда знал только две фразы на
испанском: "No tengo dinero" и "Hecho en Mexico рог Mexicanos" (это все, что
я запомнил из моего предыдущего и единственного посещения Мексики в конце
50х: первое - стандартный ответ попрошайкам, второе - надпись на стекле
автомобиля .
Хотя, я не совсем прав - первый раз я оказался в Мексике, когда мои
родители на только что купленном "Форде" модели "А" отправились в Тигуану. На
обратном пути мы заехали в горы и очень спешили быстрее добраться до границы,
так как в то время она закрывалась на ночь в восемь или девять часов. На
извилистой дороге постоянно мелькали таблички с двумя буквами "D.C." Мы
опоздали на несколько минут, и нам пришлось заночевать в мексиканской придорожной
гостинице, где нам, в том числе, объяснили, что "D.C." означало "Desparados
Curvasos" - "опасные повороты". И еще я почему-то вспомнил, как отец бросил
меня в воду, чтобы я научился плавать. Хотя данный случай, скорее всего,
больше касается развития моих отношений с отцом, чем испанского языка. Надо
будет попробовать оживить память об этом событии с помощью соответствующих
психоделиков.
Но вернемся в современную Мексику. Мой доклад прошел успешно - я зачитывал
его по своим записям, при этом копия этих записей была у Мануэля Санчеса, и
он переводил мой доклад по ней в режиме реального времени. Мы с Алисой
подружились с ним и его женой Софией.
У нас было много свободного времени, и мы могли много гулять по городу. Я
помню, с какими сложностями я столкнулся, пытаясь ориентироваться в городе.
При этом у меня была подробная карта, но я никак не мог найти по ней ни
гостиницу, в которой мы жили ("Кактус мотель"), ни место, где мы обедали
("Мотель Тюна") ни Casa de la Cultura, где проходили все встречи. Обычно я
горжусь тем, что через сутки уже ориентируюсь в любом незнакомом городе. И
притом, что нас возили на автобусе все время разными маршрутами. Наконец я
понял, что моя карта города представляла собой типичный образец ситуации, когда
желаемое принимают за действительное. Все главные проспекты и автомобильные
развязки, которые на карте были отмечены красным цветом, не были еще
построены. Как только я перестал обращать на них внимание, я сразу же нашел на карте
все что нужно.
Нас свозили на волшебную экскурсию на север к Матагуала и потом на запад
через Седрал в Реал дель Каторсе - заброшенную серебряную шахту, где в полной
нищете жили индейцы. Нет, я преувеличиваю, не в полной - время от времени я
видел тарелки антенн спутникового телевидения, а по улочкам ходили совсем не
голодные собаки, но в принципе весь поселок жил за счет торговли сувенирами -
этот район был паломнической Меккой для индейцев племени Гуичол. Местные горы
считались святыми, поэтому не удивительно, что наряду с безделушками с
христианскими мотивами, на местном уличном рынке можно было купить только что
срезанные кактусы пейотля. Большинство из нас решили собраться через
несколько часов на стоянке рядом с заброшенной церковью, а пока попробовать ощутить
мистическую силу данного места с помощью еще не запрещенного 2С-В. В четыре
мы собрались в единственном в поселке кафе и вернулись в Сан Луи Потоши к
ужину.
Как всегда на подобных конференциях, основная ценность этих встреч была в
личном общении. Так я получил приглашение от обаятельного писателя-философа,
специалиста по психоделикам Антонио Эскохотадо прочитать курс лекций в летней
школе недалеко от Мадрида следующим летом и поучаствовать во второй
конференции на эту тему в Барселоне через два года. Неожиданно у меня появилось два
повода ехать в Испанию, хотя еще недавно я совсем туда не собирался.
Но мало того, когда мы вернулись с конференции, дома нас ждало письмо из
Испании от одной адвокатской конторы, которая просила меня письменно выразить
свое мнение по поводу вредности МДМА. Мне часто задают подобные вопросы,
поэтому я сразу же написал ответ, где очень категорично утверждал, что МДМА
является одним из самых безопасных химических веществ, с которыми мне
приходилось работать. Я думал, что на этом наша переписка закончится.
Через несколько недель пришло официальное приглашение от Антонио. Курс, в
котором я должен был участвовать, назывался "Гражданское неповиновение,
контркультура и утопическая фармацевтика". Сообщалось так же, что
приглашающие готовы также оплатить мне еще один недельный курс лекций - на Канарских
островах. Я вдруг понял, что Испания до сих пор ассоциировалась у меня с
Франко и фашизмом, и поймал себя на том, что я невероятно удивлен, что
государство финансирует образовательные курсы по таким темам. Опять практически
все общение - на испанском, и опять - удивительная возможность познакомиться
с интересными людьми, участвующими в проекте. Антонио занимался организацией
- кроме меня, лекции читали Отт, Томас Зац и Альберт Хофманн. С этими людьми
мы общались довольно плотно, но кроме них были еще жена Антонио Моника и Хосе
Мария - обаятельный психиатр, который приглашал нас к себе на ужин, он жил
примерно в часе езды от школы.
Испанская система летних школ заслуживает всеобщего внимания, как отличный
образец того, как государство обязано расходовать деньги на образование.
Проживание и питание (в первоклассной гостинице) большей частью оплачивается
правительством, а все крупные расходы (гонорары и стоимость авиабилетов)
оплачиваются из специального фонда, куда каждая индустрия выделяет 1% своих
доходов (в данном случае финансовая поддержка шла от банковских учреждений). В
результате студент получает возможность пройти недельный курс за какие-то
200$. В Эль Эскориале, где расположилась летняя школа, проходило сразу
несколько подобных курсов, а вообще летом программа проходит в течение десяти
недель. И таких мест, как Эль Эскориаль по стране несколько. Прекрасные
знания за небольшие деньги - нам стоит перенять этот опыт.
Когда я вернулся домой, я решил, что теперь было бы логично начать изучать
испанский, на случай, если в 1994 году нужно будет участвовать в конференции
в Барселоне. Скорее всего, конференция опять будет проходить на двух языках,
и испанский, судя по прошлому опыту, будет основным. Тогда я обнаружил, что в
Барселоне (а также на всем побережье от Пиренеев до Валенсии и на Балеарских
островах) говорят на каталонском, и мне пришла в голову смелая мысль.
Когда-то давно я присутствовал на докладе одного знаменитого французского
химика. Конференция проходила в Лондоне, и официальным языком конференции
был, конечно же, английский. Но в то время французское правительство
постановило, что доклады об исследованиях, финансируемых Францией, должны быть
зачитаны только на французском, где бы конференция не происходила. Ученый начал
свой доклад по-французски:
Я получил инструкцию от правительства своей страны о том, что я обязан
зачитать вам доклад на французском языке.
Зал, большинство в котором составляли англо-говорящие, недоуменно зашумел.
Мсье профессор продолжал:
Я решил пойти на компромисс. Я прочту половину доклада по-французски, а
другую половину - по-английски. На этом разрешите закончить французскую
половину доклада.
После этого введения, к большой радости аудитории, последовал часовой
доклад на английском. Я подумал, а почему бы не начать свой доклад в Барселоне
на каталонском, объявив, что таким образом я выражаю свое уважение
организаторам конференции, а потом перейти на английский. Ребяческая фантазия,
учитывая то, что в тот момент у меня еще не было приглашения на конференцию.
Несмотря на это, я стал брать уроки разговорного каталонского - язык оказался
очень красивым.
Примерно в это время все, что касалось Испании, начало удивительным образом
синхронизироваться, пересекаться, я стал сталкиваться с постоянными
совпадениями. Одна мадридская адвокатская контора прислала мне по факсу приглашение
выступить свидетелем со стороны защиты на суде по делу, касающемуся МДМА. Я
завел третий "испанский" блокнот и отправил ответ, в котором указал, что я
потребую значительного вознаграждения за те два дня, которые мне нужно будет
давать показания, и что они должны оплатить мне полет бизнес-классом (чтобы
можно было вытянуть ноги, и салон не был переполнен). Я думал, что подобный
ответ заставит их отказаться от своей идеи. Но вскоре я получил чек на 4000
долларов, для покупки авиабилетов - я снова летел в Испанию.
Неделя перед Рождеством была наполнена событиями. Мне нужно было принять
экзамены у 75 студентов в Беркли, проверить результаты и сдать ведомости к
четырем часам вечера пятницы, потом нужно было сходить на два праздничных
ужина, потом - собрать все документы, которые могли понадобиться в испанском
суде, и в пять часов утра меня ждало такси в аэропорт. Впереди четыре
перелета, консультации с юристами, по крайней мере, на двух языках (я надеялся, что
кто-нибудь из них будет говорить по-французски, поскольку мой испанский
оставляет желать лучшего), а потом два дня умственного напряжения и попыток
разобраться в чужой судебной системе. Мне не хотелось и думать о том, что
иногда еще бывают задержки рейсов.
Как часто случается в подобных случаях, мое приключение началось на
радостной ноте, и становилось чем дальше, тем лучше. Уже в такси я понял, что
поездка будет необыкновенной - водитель оказался бывшим химиком, производителем
запрещенных стимуляторов. Лет семь назад он бросил наркобизнес и стал глубоко
верующим христианином. Примерно час мы ехали в предрассветной темноте, и наш
разговор переключался с реакции Пфаудлера на любовь к Христу.
Первый перелет прошел отлично - я сидел в первом ряду кресел, и у меня было
сколько угодно места для ног, а мой сосед, молодой человек читал книги под
названием "Синхронность" (я не помню автора) и "Второе кольцо силы" Карлоса
Кастанеды. Завязался разговор, и Дуглас - так звали моего собеседника -
открыл мне, что он совсем недавно встал на путь духовного
самосовершенствования, и что он знаком со всеми основными книгами про психоделики, слышал о
PIHKAL'е, но не Знает, где его можно купить. Я записал его имя и адрес.
Второй отрезок пути я проговорил с Анной - молодой женщиной, кардиологом,
которая вышла замуж за мексиканца и родила ему двоих детей, а теперь
возвращалась к родителям в южную Испанию, чтобы продолжить свою медицинскую
карьеру. Она очень хорошо разбиралась в пейотле и индейских обрядах, грибах Оакса-
ка, алкалоидах спорыньи. Она слышала о PIHKAL'е, но не знала, как его можно
заказать. Я опять записал адрес. Похоже, я нашел способ окупать все свои
последующие перелеты!
В Мадриде меня ждала лекция адвокатов о местном эквиваленте наших рейвов.
Подобные собрания на всю ночь - музыка-танцы-наркотики - происходят здесь не
в одном месте, как в Англии и США. Психоделическое "путешествие" сопровождают
здесь физическим путешествием. В пятницу вечером толпы молодежи отправляются
из Мадрида на побережье в Валенсию. По дороге они останавливаются в маленьких
барах, чтобы принять еще одну дозу веществ и раскупить всю воду по 5$ за
бутылку. Даже если вечеринка никогда не доберется до Валенсии - она точно
возвратится в Мадрид в воскресенье вечером или даже в понедельник утром. Все
участники снова пойдут на учебу или на работу. Дорога из Мадрида в Валенсию
называется на сленге "дорогой трески" - "Ruta del Bakalao". Вся концепция
британского "эсид-хауса" была переименована в название простой рыбы - я не
понимаю, по какой причине, если причина вообще существовала. Пресса осуждает
подобные вечеринки, считая, что МДМА губит испанскую молодежь, хотя не
имелось никаких точных сведений насчет того, какие именно наркотики молодежь
употребляет. Но главная тема всех газетных статей - "экстази", и именно этому
препарату приписывается особый вред. И в этих условиях мне предстоит убеждать
суд (а ведь юристы наверняка читают газеты) в том, что МДМА совсем не "особо
опасное для здоровья вещество". Если МДМА будет причислено к особо опасным
наркотикам, как кокаин, героин и ЛСД, подзащитный получал за сбыт нескольких
таблеток десять лет тюрьмы. Но если после моих показаний суд решит, что МДМА
- слабый наркотик, как марихуана и гашиш, то срок наказания будет меньше трех
лет. Причем бедняга уже провел два года из этого срока в предварительной
тюрьме, ожидая суда. Учитывая активную пропаганду в средствах массовой
информации, мне предстояла очень непростая работа, и я с ужасом ожидал
перекрестного допроса.
В это же время я совершил другое, гораздо более приятное путешествие, я бы
назвал бы его "La Ruta de las Tapos" - мой друг Антонио каким-то образом
узнал о том, что я собираюсь в Мадрид, и решил провести меня своим любимым
маршрутом по мадридским ресторанам. "Tapas" по-испански означает совсем не
название рыбы - это "маленькие кусочки", "ломтики" - особый, исключительно
испанский вид обеда - я был наслышан о нем, и его рекомендовали все
путеводители по Испании, но нигде не объяснялись конкретно правила проведения подобной
трапезы. В прошлый раз в Мадриде мы с Мануэлем и Софией заходили в тапас-бар,
но на вид никаких особых отличий от простого ресторана не наблюдалось.
Совершенно непонятно, как нам положено заказывать тапас? Мы совершенно не знали
традиций, и поэтому решили просто сесть за столик и заказать что-нибудь из
обычного меню.
Мы с Антонио договорились о встрече в ресторане "Куэвлас" недалеко от моей
гостиницы. Я пришел туда немного раньше и минут десять стоял в дверях -
официанты не обращали на меня внимания. Потом я сел за стойку бара и заказал
бокал красного. Мне налили из бутылки с незнакомой этикеткой - я заметил только
Знакомое слово "Rajio" и год "1989" вино было превосходным. К вину
прилагались два бутерброда, и я подумал, что это и есть мои первые тапас, но это
были только закуски - настоящее пиршество было впереди.
В ожидании вина, я успел рассмотреть интерьер ресторана. Это было
первоклассное заведение - я сидел в зале закусок и тапас. Вокруг стойки бара
стояли высокие деревянные стулья. На стойке стояли большие подносы с набором
бутербродов и холодных закусок. Вся стена за баром была уставлена бутылками
вина и бренди. В зале постоянно мелькали официанты, спешащие из кухни в
соседний зал. За стойкой было пара пивных кранов, и бармен время от времени
наливал пиво в разнообразные стаканы. Стаканов, бокалов было больше десяти разных
видов.
Антонио появился через несколько минут. Он долго не мог припарковать машину
- в центре Мадрида это было проблематично. Бармен сразу же поставил перед ним
бокал красного вина и стандартную закуску - Антонио ознакомился с меню и для
начала заказал нечто небольшое розового и кремового цвета. Розовым оказалось
искусно приготовленное свиное филе - второе блюдо я так и не определил.
После этого Антонио заказал первую порцию настоящих тапас и Шардоне к ним.
Я выразил сомнение по поводу того, может ли белое вино следовать за красным,
на что Антонио ответил, что еда определяет вино, но вино никогда не должно
влиять на выбор еды. Нам принесли поднос с шестью маленькими бутербродиками -
и по бокалу отличного вина. Вкус у тапас оказался довольно острый и
превосходный. Они были приготовлены из икры морского ежа, смешанной с чем-то
непонятным. За этим последовали более опознаваемые деликатесы из гусиной печенки,
тосты и сухое вино. Последним нам принесли блюдо с тонкими ломтиками ветчины,
сделанной из свиней, которых кормили строго определенным видом желудей. К
ветчине полагалось более темное красное вино, название которого я не
запомнил .
В самом конце - чашечка кофе, богатый выбор кальвадос и других крепких
напитков . Вот что такое испанские тапас. Это не закуски - это просто пиршество.
Если бы я мог себе позволить каждый день тратить 70 долларов на обед, я бы
обедал именно так.
После обеда я вернулся в гостиницу, и вскоре консультации с юристами
продолжились .
На следующее утро в 9-45 я должен был встретиться с Марио - главным
адвокатом на процессе, но как всегда из-за страшных пробок в центре города мы
встретились только в 10-15 и сразу же поспешили на заседание суда. Здесь я
впервые увидел с людьми, имевшими прямое отношение к обвиняемому. Его мать,
красивая женщина примерно 50 лет жила в Пуэрто-Рико и отлично говорила на
английском - именно она оплатила мои билеты, его брат (живет в США -
прекрасно владеет английским) и его жена (похожа на мышку, одета как хиппи, много
бисера - по-английски не говорит) собрались в фойе рядом с залом суда.
Появлялись все новые и новые люди - мне представили экспертов, которых на суде
будет по шесть с каждой стороны, и молодую переводчицу, которая будет
переводить мои слова. Наша стратегия заключалась в том, чтобы попросить суд, чтобы
все эксперты давали показания одновременно, а не по очереди (в испанском суде
должно быть по два эксперта по каждой области - от защиты и от обвинения) .
Сначала судмедэксперты, потом доктора, потом ученые. Главный судья согласился
с этим предложением, но взамен заявил, что всем ходом предстоящей
"конференции" будет управлять сам. Мы остались в фойе, пока наш главный адвокат брал
показания у судмедэкспертов, о том, каким образом они обнаружили данное
количество запрещенного вещества в образцах. Один из химиков упомянул о том, что
МДМА очень опасное вещество, но его сразу заткнули. При этом никаких
замечаний с места по ходу свидетельских показаний со стороны обвинения делать не
разрешалось - власть была на их стороне.
Наконец мы зашли в зал суда. Второй раз у меня появилась возможность
изучить и описать незнакомый интерьер. Он совсем не был похож на тапас-бар. Это
было мрачное квадратное помещение примерно 10 на 10 метров. У одной стены
стояла громадная камера из пуленепробиваемого стекла - на случай суда над
террористами. Перед нами стоял на некотором возвышении громадный стол буквой
"П". Напротив нас сидели три главных судьи. Все они были одеты в черные
сутаны с белыми кружевами по локоть. Центральной фигурой был пятидесятилетний
судья с короткой стрижкой и острой бородкой в стиле Эль Греко. Только он
говорил - остальные судьи молчали. Справа от него сидел судья, который, как мне
показалось, все заседание проспал с открытыми глазами. Третий судья -
сорокалетняя женщина без каких-либо следов макияжа на лице, она все время почти
улыбалась и крутила головой, словно высматривала кого-то в зале, но не
пересекалась взглядом ни с кем конкретно.
Слева от судей сидел молодой усатый прокурор. Справа расположились адвокаты
- главный адвокат ближе всех к судьям. На нем был не вполне подходящий
галстук, а из-под сутаны выглядывала мятая рубашка. Два других адвоката не
сказали ни слова во время слушания. Всего было пять представителей обвинения и
пять - защиты, оставшиеся двое с каждой стороны сидели на скамьях, продолжаю-
щих линии стола на общем уровне - ниже, чем главный стол. С ними сидел
переводчик. Мы - шесть свидетелей сидели на скамье напротив главных судей,
замыкая, таким образом, прямоугольник. Обвиняемый в сопровождении судебного
пристава сидел прямо за нами. За ним на скамейках расположилась вся остальная
публика.
Механизм вопросов-ответов был для меня совершенно новым. Главный судья
задавал вопрос, а потом все эксперты по очереди получали возможность на него
ответить. Я отвечал последним, при этом мне не переводили ответы других
экспертов , поэтому я слышал только длину их ответов. Мне стало очень одиноко.
Я "завалил" только один вопрос - последний до небольшого перерыва и
единственный, который задал не судья, а прокурор. Он интересовался, какой, по
нашему мнению, вред приносит человеческому организму употребление кокаина. К
этому моменту я уже знал, что лейтмотивом всего процесса было деление наркотиков
в испанском законодательстве на "опасные" (героин, кокаин, ЛСД) и "слабые"
(марихуана, гашиш) . МДМА еще ни разу не было официально отнесено к одной из
категорий, и если его признали бы "опасным наркотиком", то обвиняемый получал
бы за сбыт нескольких таблеток еще десять лет тюрьмы, а если - "слабым
наркотиком" , то беднягу могли отпустить прямо из зала суда.
Так вот, на вопрос, вредит ли кокаин организму, я честно, но не очень умно
ответил, что согласно моим данным, единственным негативным эффектом кокаина
на человеческий организм может быть эрозия носовой перегородки. Все остальные
эксперты выступили против кокаина, и я, как мне потом сказали, был сразу
причислен к сумасшедшим калифорнийским фанатикам, выступающим за легализацию
наркотиков. Когда микрофон снова дошел до меня, я поспешил исправить
ситуацию. Я заявил, что не совсем понял вопроса, я думал, что имеется в виду
ситуация, когда привыкание уже вылечено - на стадии привыкания и кокаин, и
героин крайне отрицательно влияют на парадигму поведения наркомана, так как ему
постоянно приходится искать себе новую дозу. В случае с МДМА такого не
наблюдается, так как это вещество не вызывает привыкания. Я исправился и решил
больше не сбиваться с верного курса.
После этого наш диалог с судьей стал более расслабленным. Небольшие
недоразумения возникали только из-за ошибок переводчицы, которая путала "привычку"
и "привыкание" и т.п. В конце концов, судья и адвокат стали все чаще
обращаться с вопросами только ко мне, не слушая других экспертов. Оказалось, что
я единственный, кто наблюдал медицинские исследования МДМА на пациентах.
Вопросы были примерно следующие:
- Считаете ли вы, что МДМА должен быть отнесен к особо опасным наркотикам?
- Ни в коем случае.
- Существуют ли сведения о медицинском использовании МДМА?
В нескольких странах ведутся подобные клинические исследования, ценность
МДМА для медицины доказана.
Известны ли вам случаи летального исхода после передозировки данным
препаратом?
Считается, что около пяти миллионов человек в одной только
Великобритании употребляли данное вещество. Зарегистрированных смертельных случаев
только пять. Я считаю, что МДМА один из самых безопасных лекарственных
препаратов .
- Правда ли, что МДМА вызывает острый сердечно-сосудистый кризис?
- Не больший, чем пара чашек кофе.
Мой последний ответ (я слегка преувеличивал) очень не понравился эксперту-
токсикологу. Но адвокат сразу же заткнул его вопросом: "На чем, помимо
газетных фельетонов доктора Зигеля, вы строите ваши суждения?" Токсиколог не смог
ничего возразить в ответ.
Но самое интересное случилось в конце. Прокурор явно до последнего момента
прятал какой-то очень веский аргумент, и вот теперь он осторожно достал из
портфеля какую-то папку. Он сообщил, что суд недавно получил самую последнюю
информацию по МДМА от ЮНЕСКО. Он спросил меня, не знаком ли я с этой книгой.
Переводчица взяла кипу бумаг и стала переводить первую страницу:
- МДМА - метилин-диокси-метамфетамина...
- Нет, я прошу вас зачитать название публикации.
- "PIH-KAL"
- Вам знакома эта книга? - спросил меня прокурор.
- Мы с женой ее написали.
- Вы являетесь ее автором? - Да.
Первый раз за все заседание я увидел, что главный судья слегка улыбнулся.
Через двадцать минут мы со всей компанией адвокатов и юристов уже
переместилась в ближайший тапас-бар "Рио Фрео" и пили красное вино.
Через шесть месяцев мне позвонил один мой мадридский знакомый, сообщивший,
что мое лицо весь день не сходит со страниц газет и экранов телевизоров -
МДМА был признан легким наркотиком - мы победили.
(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)
Химичка
ПРЕПАРАТЫ ИЗ ПРИРОДНОГО СЫРЬЯ
Г.В. Лазурьевский и др.
(окончание)
2-Метокси-5-ацетилбензальдегид
СюНюОз Мол. в. 178,18
Ингибитор роста растений 2-метокси-5-ацетилбензальдегид был выделен эфирной
экстракцией листьев кустарника Encelia farinosa. Это вещество относится к
группе природных регуляторов роста. Уже при концентрации 5 10-3 % оказывает
тормозящее действие на развитие томатов, перца, кукурузы и других растений.
Строение 2-метокси-5-ацетилбензальдегида подтверждено синтезом.
Синтетический препарат равноценен по физиологической активности
натуральному.
Реактивы:
• п-Метоксиацетофенон, г 25
• Цианистый натрий, г 15
• Хлористое олово, г 100
• Азотистокислый натрий, г 5-6
• Однохлористая медь, г 10
• Азотная кислота (плотность 1,4), мл...250
• Серная кислота (конц.), мл 500
• Соляная кислота (конц.), мл 100
• Бензол, мл 200
• Бисульфит натрия (насыщенный раствор),
• спирт, абсолютный эфир, едкий натр,
• йодкрахмальная бумага
З-Нитро-4-метоксиацетофенон
В 250 мл концентрированной серной кислоты растворяют 20 г п-метокси-
ацетофенона1 при комнатной температуре, и раствор охлаждают до 0° во льду.
Затем постепенно в течение 2 ч при работающей мешалке приливают к нему из
капельной воронки 500 мл охлажденной льдом смеси равных объемов
концентрированных серной и азотной кислот. Перемешивание заканчивают через 15 мин после
прибавления нитрующей смеси, и затем раствор выливают в колбу с 2 л воды со
льдом. Через час осадок нитропроизводного отфильтровывают, промывают водой и
после сушки на воздухе кристаллизуют из спирта.
Желтоватые иглы; т. пл. 99°. Выход около 23 г (90%).
З-Амино-4-метоксиацетофенон (III)
В конической колбе емкостью 500 мл растворяют 90 г хлористого олова (дигид-
рата) в 90 мл концентрированной соляной кислоты. Раствор охлаждают до 0° во
льду с солью и добавляют к нему частями 20 г З-нитро-4-метоксиацетофенона при
постоянном перемешивании. Ледяную баню попеременно убирают или вновь
подставляют под колбу, с тем, чтобы температура реакции не поднималась выше 85°.
Нитрокетон постепенно растворяется. Во время перемешивания выпадают светло-
желтые кристаллы двойной соли амина и хлористого олова, которые
отфильтровывают. Добавляют к этой соли избыток 40%-ного раствора едкого натра и получают
З-амино-4-метоксиацетофенон в свободном состоянии. Его отсасывают на фильтре,
промывают холодной водой и кристаллизуют из спирта. Слабоокрашенные
пластинки; т. пл. 100—101°. Выход около 12,5 г (75%).
3-Ацетил-6-метоксибензонитрил (IV)
К суспензии из 10 г хлористой меди в 40 мл воды прибавляют раствор,
содержащий 15 г цианистого натрия в 25 мл воды, и после охлаждения фильтруют.
Полученный раствор цианида меди разбавляют 80 мл воды и ставят в холодильник.
Тем временем готовят диазораствор.
При отсутствии n-метоксиацетофенона его можно получить нагреванием анизола с
избытком 30—50% уксусного ангидрида и небольшого количества безводного хлористого
цинка (0,05 моль на 1 моль анизола) в течение 15—30 мин в колбе с обратным
холодильником. Темно-коричневую вязкую смесь после охлаждения обрабатывают водой, водную фазу
отделяют, остаток растворяют в эфире, сушат и фракционируют в вакууме.
Смешивают 9 г З-амино-4-метоксиацетофенона с 50 мл воды и добавляют 10 мл
концентрированной соляной кислоты. После растворения амина добавляют еще 9 мл
соляной кислоты, и раствор охлаждают до 0°; при этом выпадают тонкие
кристаллы хлористо-водородной соли амина. Охлажденный раствор затем диазотируют,
прибавляя по каплям холодный раствор 5,5 г нитрита натрия в 25 мл воды, пока
не обнаружат избытка азотистой кислоты по йодкрахмальной бумажке. Во время
диазотирования температуру реакции поддерживают 0° . Затем раствор диазония,
энергично перемешивая механической мешалкой, сливают в охлажденный до 0°
раствор цианида меди, находящийся в 1 л колбе. Образуется желто-коричневый
осадок. Размешивают еще около 2 ч, пока температура не достигнет комнатной.
Затем смесь (под тягой!) нагревают 30 мин на водяной бане и заканчивают
кипячением на горелке2. Реакционную смесь охлаждают, фильтруют и осадок высушивают
на воздухе. Затем его экстрагируют несколько раз горячим бензолом. При этом
медная соль остается в виде нерастворимого осадка. Бензольный раствор
концентрируют и получают при охлаждении светло-желтые кристаллы нитрила (IV).
Т. пл. 157—158°. Выход около 15 г (65—68%).
2-Метокси-5-ацетилбензальдегид (V)
В заключительной стадии синтеза применяют реакцию Стефена3.
Трехгорлую колбу снабжают обратным холодильником, ртутным затвором и газо-
приводной трубкой (через тубус). В колбу помещают 10 г безводного хлористого
олова4 и 150 мл абсолютного эфира. Затем при действующей мешалке пропускают
по трубке ток сухого хлористого водорода, просушенного в двух склянках Тищен-
ко концентрированной серной кислотой. Через 3 ч реакционная смесь становится
однородной, и тогда газопроводную трубку заменяют капельной воронкой. Теперь
в колбу через капельную воронку при постоянном перемешивании небольшими
порциями приливают раствор 6,4 г 3-ацетил-6-метоксибензонитрила в 60 мл теплого
хлороформа. Через несколько минут выпадают кристаллы комплекса иминхлорида с
хлорным оловом. Затем снова пропускают в смесь в течение часа сухой хлористый
водород, после чего перемешивают еще 30 мин и оставляют на ночь. Выпавший
желтый осадок альдимина—SnCl2 отфильтровывают и промывают на фильтре 40 мл
абсолютного эфира. Для гидролиза всю соль альдимина нагревают с 50 мл воды,
фильтруют, затем и фильтрат и остаток на фильтре обрабатывают горячим
бензолом. Бензольные растворы объединяют и извлекают альдегид 20%-ным водным
раствором бисульфита натрия. Для выделения свободного альдегида бисульфитное
соединение подкисляют серной кислотой и нагревают. По охлаждении выпавший 2 -
метокси-5-ацетилбензальдегид отфильтровывают и кристаллизуют из спирта. Т.
пл. 141—143°. После перекристаллизации из эфира температура плавления 143—
144°. Выход около 5 г (около 39%).
При обычной температуре, вследствие низкого давления паров, не имеет
запаха, но при нагревании издает приятный запах.
2,4-Динитрофенилгидразон имеет температуру плавления 258—260° (из спирта).
Альдегид дает цветную реакцию с реактивом Шиффа и положительную реакцию на
метилкетоны с нитропруссидом натрия.
2 Реакция идет с выделением HCN, и ее проводят под тягой.
3 Реакция Стефена — это превращение жирных или ароматических нитрилов в альдегиды в
присутствии хлористого водорода и хлористого олова в абсолютном эфире.
4 Безводный хлорид олова получают нагреванием дигидрата SnCl2'2H20 с уксусным
ангидридом. Осадок отфильтровывают и промывают абсолютным спиртом и эфиром.
Дикумарин
Ci9Hi206 Мол. в. 336,28
Дикумарин, или 3,3'-метилен-бис-(4-оксикумарин), был выделен впервые Линком
(1940) из донника (Melitotus albus), где его содержится всего 0,02%. Это
вещество препятствует свертыванию крови и является причиной кровотечений
(геморрагии) у крупного рогатого скота, известной как «болезнь сладкого
клевера» .
Дикумарин получают синтетически и применяют в медицине как антикоагулянт
для лечения и профилактики тромбозов. За рубежом называется он дикумаролом.
Синтез дикумарина проводят конденсацией двух молекул 4-оксидикумарина с
формальдегидом. 4-Оксикумарин получают при взаимодействии ацетилсалицилхлори-
да с Na-производным малонового эфира. В образовавшемся при этом 3-карбэтокси-
4-оксикумарине карбэтоксигруппу — СООС2Н5 отщепляют щелочью.
Реактивы:
• Ацетилсалициловая кислота, г 20
• Хлористый тионил, г 27
• Малоновый эфир, г 30
• Бензол (абс), мл 60
• Эфир (абс) , мл 200
• Циклогексанол, мл 50
• Натрий металлический, г 5
• Поташ, концентрированная соляная кислота
Хлорангидрид
аце тил салицилов ой
кислоты
В раствор, содержащий 27 г хлористого тионила в 60 мл сухого бензола,
вносят 20 г ацетилсалициловой кислоты (аспирина). Нагревают в колбе, снабженной
обратным холодильником, 3 ч и образовавшиеся летучие продукты (сернистый
ангидрид, хлористый водород) удаляют отгонкой в небольшом вакууме водоструйного
насоса. В заключение при нагревании до 110° при 15 мм рт. ст. отгоняют
растворитель . При охлаждении оставшееся в колбе масло кристаллизуется. Получают
таким образом 18—20 г продукта, который необходимо перегнать. Т.. кип. 135°
при 12 мм рт. ст.; т. пл. 43°.
З-Карбэтокси-4-оксикумарин
В трехгорлую колбу, снабженную обратным холодильником и капельной воронкой,
защищенными от влаги воздуха хлоркальциевыми трубками, наливают 200 мл
абсолютного эфира и добавляют 30 г малонового эфира. К смеси добавляют кусочками
5 г металлического натрия. Когда весь натрий прореагирует, постепенно
добавляют 14,5 г хлорангидрида ацетилсалициловой кислоты. Смесь, которая после
добавления хлорида из желтой становится оранжево-желтой, нагревают в течение 8
ч в колбе с обратным холодильником. Затем растворитель отгоняют, смесь
охлаждают , фильтруют, осадок с фильтра растворяют в небольшом количестве воды и
при слабом нагревании. Фильтрат (избыток малонового эфира) промывают водой,
промывную воду соединяют с водным раствором осадка и осаждают З-карбэтокси-4-
оксикумарин добавлением концентрированной соляной кислоты.
Получают 10—12 г продукта, который кристаллизуют из спирта. Призматические
иглы; т. пл. 101°.
4-Оксикумарин
В колбе с обратным холодильником нагревают 10 г карбэтоксипроизводного в
течение 4—6 ч в 50 мл воды, содержащей 8 г поташа. Получают, таким образом,
прозрачный, слегка окрашенный раствор, в который осторожно частями добавляют
соляную кислоту. После выделения углекислого газа осаждается 4-оксикумарин.
Его кристаллизуют из кипящей воды и получают блестящие иглы с температурой
плавления 200—206°. После повторной кристаллизации температура плавления 213—
215° .
Дикумарин
В 1,5 л кипящей воды растворяют 5 г 4-оксикумарина и добавляют (под тягой!)
избыток 38%-ного формалина. Продукт конденсации (дикумарин) фильтруют и
тщательно промывают на фильтре водой. После сушки его кристаллизуют из циклогек-
санола.
Температура плавления дикумарина 288—289°, диацетата 250—252°.
Выход 4,5—4,7 г (около 90% от теоретического).
Кумэстролдиацетат
С19Н14О7 Мол. в. 354,32
Кумэстрол относится к новой группе открытых в растениях эстрогенов (фитоэ-
строгенов). Помимо эстрогенных свойств, вызывает эструс и влияет на половой
цикл женских особей; он служит стимулятором роста сельскохозяйственных
животных .
Кумэстрол был выделен противоточной экстракцией из клеверной муки и люцерны
Е. Быковым (США, 1957) и вскоре им же синтезирован.
Кумэстрол сочетает в своей молекуле структуру кумарина с кумароном и
содержит два фенольных гидроксила.
Важнейшим полупродуктом в синтезе кумэстрола служит а-(2,4-диметоксифенил)-
резацетофенон (V). Его получают из 2,4-диметоксиацетофенона (II), который по
реакции Вильгеродта—Киндлера, при участии серы и морфолина, превращают через
невыделяемый тиоморфолид (III) в 2,4-диметоксифенилуксусную кислоту (IV).
Последнюю конденсируют с резорцином в кетон (V) . Кетон (V) обрабатывают метил-
хлоругольным эфиром и продукт (VI) циклизуют спиртовой щелочью в 3-(2,4-
диметоксифенил)-4,7-диоксикумарин (VII); при этом метилхлоругольный эфир
служит источником углеродного звена в образовании лактонного цикла в кумарине
(VII) . В заключительной стадии образование фуранового цикла и окончательное
деметилирование достигается действием на кумарин (VII) хлоргидрата анилина.
Получаемый кумэстрол (VIII) выделяют в виде диацетата (I).
Реактивы и материалы:
• Резацетофенон, г 9
• Резорцин, г 1,4
• Диметилсульфат, мл 20
• Морфолин, г 1,8
• Сера, г 0,7
• Хлористый цинк (плавленый), г 3,7
Хлорокись фосфора, мл
Метилхлоругольный эфир, г. . .
Ацетат натрия (плавленый), г
Уксусный ангидрид, мл
Уксусная кислота, мл
Анилинхлоргидрат, г
Этилацетат, мл
Эфир, мл
200
10
10
15
0,94
1
6
1,6
• Метанол, этанол, толуол, ацетон,
• Поташ, едкое кали
2,4-Диметоксиацетофенон (II)
К смеси из 9 г резацетофенона1, 20 мл диметилсульфата и 25 мл метанола
постепенно, энергично перемешивая, прибавляют раствор, содержащий 20 г едкого
кали в 30 мл воды, и смесь кипятят в течение 2 ч в колбе с обратным
холодильником. Спирт отгоняют, добавляют к остатку небольшое количество воды и
экстрагируют два-три раза эфиром. Эфирную вытяжку промывают 10%-ным раствором
едкого кали, водой, сушат над сульфатом натрия и растворитель отгоняют.
Оставшееся масло перегоняют в вакууме. Выход 3—4 г. Т. кип. 150° при 15 мм рт.
ст.; 138° при 3 мм рт. ст.
2,4-Диметоксифенилуксусная кислота (IV)
В течение 10 ч при 180° кипятят 2,4 г 2,4-диметоксиацетофено-на (II), 0,7 г
серы и 1,8 г морфолина. По охлаждении к сырому продукту добавляют раствор,
содержащий 3,6 г гидроокиси калия в 36 мл воды, и кипятят реакционную массу
еще в течение 12 ч для гидролиза. Колбу хорошо охлаждают и содержимое ее
подкисляют соляной кислотой. Выпавшую в осадок сырую кислоту отфильтровывают и
перекристаллизовывают из воды. Получают 1,4 г 2,4-диметоксифенилуксусной
кислоты с температурой плавления 107—107,5°.
а-(2,4-Диметоксифенил)-резацетофенон (V)
На водяной бане нагревают при 50° в течение 3 ч 1,4 г полученной кислоты
(IV), 1,4 г резорцина, 3,7 г свежеплавленного хлористого цинка и 6 мл хлоро-
киси фосфора и оставляют на ночь. Затем реакционную массу выливают на
измельченный лед, все время энергично перемешивая. Образовавшуюся водную суспензию
три раза экстрагируют эфиром порциями по 50 мл. Эфирный слой промывают
раствором соды, разбавленной кислотой и водой, высушивают над хлористым кальцием
и эфир отгоняют. Оставшееся масло, которое через ночь затвердевает,
перекристаллизовывают из толуола. Получают 1,24 г кетона с температурой плавления
14 9-160°.
3-(2,4-Диметоксифенил)-4,7-диоксжумарин (VII)
В колбу с обратным холодильником, защищенным хлоркальциевой трубкой, поме-
Резацетофенон бывает в продаже. Однако его легко можно получить, если к смеси из
10 г резорцина и 9 мл уксусного ангидрида добавить 5—6 капель концентрированной
серной кислоты и нагревать 15—20 мин до кипения, затем вылить в воду. Резацетофенон
получают с 72—75%-ным выходом. Т. пл. 141—142° (из спирта).
щают 1,24 г кетона (V) , 0,94 г метилхлоругольного эфира, 3,16 г поташа и 28
мл сухого ацетона и кипятят в течение 4 ч. После остывания разбавляют двумя
объемами воды и при охлаждении подкисляют разбавленной соляной кислотой.
Выпавшее сначала масло в холодильнике затвердевает в белое вещество, которое
отфильтровывают. Фильтрат упаривают и из него выделяют фильтрованием еще
некоторое количество вещества. Объединенный осадок (1,35 г) высушивают,
растворяют в 25 мл метанола, добавляют небольшое количество ализарина желтого,
нагревают до кипения в атмосфере азота и добавляют по каплям 20%-ный метаноль-
ный раствор гидроокиси калия до тех пор, пока цвет раствора не станет ярко-
оранжевым. После этого реакционную массу кипятят еще 10 мин, охлаждают,
разбавляют двумя объемами воды и подкисляют соляной кислотой. Выпавшее твердое
вещество отфильтровывают и перекристаллизовывают из спирта. Получают 0,8 г 3-
(2,4-диметоксифенил)-4,7-диокси-кумарина с температурой плавления 250—251°.
Кумэстролдиацетат (I)
Тщательно смешивают 0,8 г кумарина и 1,6 г перекристаллизованного (из
спирта) соляно-кислого анилина и нагревают на масляной бане в токе углекислого
газа при 210—220° в течение 2,5 ч. По охлаждении реакционную массу извлекают
из колбочки, промывают на фильтре водой, затем 10 мл этилацетата и высушивают
на воздухе2. Продукт смешивают с 1 г плавленого ацетата натрия и 10 мл
уксусного ангидрида, кипятят 5 мин и выливают в холодную воду. Выпавший осадок
отфильтровывают , сушат и кристаллизуют из уксусной кислоты. Получают 0,11 г
ацетата кумэстрола с температурой плавления 220—221°.
Гиббереллин А3
(гибберелловая кислота)
СЧэНгзОе Мол. в. 347,39
Гиббереллины — особая группа близких полициклических кислот, резко
стимулирующих рост растений. Они образуются почвенными грибами из группы фузариумов
— Gibberella. Позже отдельные гиббереллины были обнаружены и в высших
растениях. По мере открытия они получали названия гиббереллинов Ai, А2, А3, ...А9.
Важнейший из них — гиббереллин А3, или гибберелловая кислота. Систематическое
название ее 1, 4а-лактон-2 , 4а, 7-триокси-1-метил-8-метилен-Д3-гиббен-1,10-
дикарбоновой кислоты, которое производится от основного скелета — гиббана.
Гиббереллин А3 — наиболее активный стимулятор роста растений — применяется
в сельском хозяйстве.
В СССР и за рубежом гиббереллин А3 получают биосинтезом на ферментационных
заводах, подобно многим антибиотикам.
Сырье и реактивы:
• Ферментационная (культуральная) жидкость, кг 3
• Соляная кислота, 10%-ный раствор,
• Уголь, осветляющий, древесный, щелочной, марки «А»
• Ацетон, этилацетат, натрий сернокислый, 2М НС1
Метод выделения гиббереллина состоит из следующих стадий:
1. Фильтрация культуральной жидкости и адсорбция гиббереллина на уголь.
Ввиду трудности очистки получаемого в реакции кумэстрола его удобнее выделять в
виде диацетата. Эстрогенные свойства диацетата сохраняются.
2. Десорбция гиббереллина с угля ацетоном.
3. Упарка ацетонового элюата до водного остатка.
4. Экстракция гиббереллина этилацетатом из водного остатка и сушка этилаце-
татного экстракта.
5. Упарка этилацетатного экстракта и кристаллизация гиббереллина.
Фильтрация культуральной
жидкости и адсорбция
гиббереллина углем
Ферментационную жидкость1 в количестве 3 кг, доставленную в лабораторию с
указанным содержанием в ней гиббереллина, отфильтровывают от мицелия на
воронке Бюхнера через полотняный фильтр в колбу Эрленмейера. Мицелий промывают
300 мл водопроводной воды, хорошо отжимают и выбрасывают. Промывные воды
присоединяют к нативному раствору.
Нативный раствор подкисляют 10%-ным раствором соляной кислоты до рН 2,5—2,8
по потенциометру или универсальной индикаторной бумажке.
В подкисленный нативный раствор засыпают 30 г осветляющего древесного угля
марки «А», перемешивают в течение 40 мин и отфильтровывают на воронке Бюхнера
через два слоя фильтровальной бумаги.
Уголь на воронке промывают 60 мл воды, подкисленной до рН 2,5—2,8. Маточник
отбрасывают.
Десорбция гиббереллина с угля
Уголь с фильтра переносят в колбу, оборудованную мешалкой, и на первую
десорбцию добавляют 270 мл 90%-ного ацетона. Продолжительность десорбции 10 ч
при непрерывном перемешивании.
Ацетоновый элюат отделяют от угля на воронке Бюхнера. Отжатый уголь
переносят с фильтра в ту же колбу и проводят вторую десорбцию, для чего заливают 60
мл 90%-ного ацетона и перемешивают в течение 2 ч. Суспензию отфильтровывают
на воронке Бюхнера, уголь хорошо отжимают и выбрасывают, а водно-ацетоновый
элюат присоединяют к основному элюату, полученному от первой десорбции.
Водно-ацетоновый элюат переливают в колбу Вюрца и отгоняют ацетон при
температуре водяной бани 50° и вакууме 600—700 мм рт. ст. В колбе остается
водный концентрат2 плотностью 1,0.
Экстракция гиббереллина
Водный концентрат из колбы переносят в мерный цилиндр, замеряют объем и
переливают в делительную воронку. Подкисляют его 2 М НС1 до рН 2,0—2,5 и
четырехкратно экстрагируют гиббереллин этилацетатом, добавляемым по 0,25 объема
от объема водного концентрата. Перед каждой экстракцией проверяют рН водного
концентрата (рН 2,0—2,5) и при необходимости подкисляют его.
Во время экстракции верхний слой — этилацетатный, нижний слой — водный.
Отработанный водный концентрат после последней экстракции отбрасывают.
Этилацетатный экстракт заливают в делительную воронку, отстаивают 5—10 мин
и отделяют еще отстоявшийся водный слой.
Готовую ферментационную жидкость получают из соответствующих лабораторий научно-
исследовательских институтов или с заводов, где производят гиббереллин.
2 Если количество водного концентрата такое, что невозможно определить его
плотность, то об окончании упаривания судят по отсутствию запаха ацетона в водном
концентрате .
Сушка этилацетатного экстракта
и кристаллизация гиббереллина
Этилацетатный экстракт сушат до полного обезвоживания над свежепрокаленным,
сернокислым натрием (на 100 мл этилацетатного экстракта 17 г ЫагЗСм) .
После 2—3 ч сушки этилацетатный экстракт проверяют на безводность
прокаленной сернокислой медью, которая в присутствии влаги становится голубой или
синей, или вымораживанием пробы. При этом пробу этилацетатного экстракта
помещают в испаритель холодильника, при наличии влаги через некоторое время в
пробе появляются кристаллы льда.
По окончании сушки этилацетатный экстракт отфильтровывают от сульфата
натрия, промывные воды присоединяют к основному экстракту. Этилацетатный
экстракт упаривают при температуре водяной бани 40—45° и вакууме 730—750 мм рт.
ст. до начала появления кристаллов на стенках колбы, после чего содержимое
колбы сливают в стакан, колбу смывают небольшим количеством сухого этилацета-
та, промывные воды присоединяют к содержимому стакана и оставляют на
кристаллизацию .
Кристаллизация продолжается в течение 24 ч, сначала около 4 ч при комнатной
температуре и затем при 2—4°. По окончании кристаллизации кристаллы
отфильтровывают на воронке Бюхнера, промывают смесью сухого этилацетата и этилового
эфира (1:1) с температурой не выше 4 ° . Кристаллы высушивают в вакуум-
эксикаторе над пятиокисью фосфора, взвешивают и анализируют. Гиббереллин
получается в виде сыпучего кристаллического порошка светло-желтого или белого
цвета. Выход 25—30 % от содержания гиббереллина в ферментационной жидкости.
Маточник вновь упаривают, если при этом кристаллы выпадают, то его ставят в
холодильник, после чего отфильтровывают, промывают, кристаллы сушат и
присоединяют к основной порции3.
Во время упаривания основной этилацетатный экстракт может осмоляться и в
результате получается смола, а не кристаллы гиббереллина. Чтобы выделить
гиббереллин в кристаллическом виде, смолу обрабатывают соответствующим способом.
Обработка смолы
Берут 1 г смолы, добавляют 3 объема фосфатного буфера4 с рН 6,5.
Гиббереллин переходит в буферный раствор (нижний слой). Верхний слой
отбрасывают или обрабатывают повторно. К нижнему слою добавляют насыщенный раствор
хлористого кальция в количестве 25% от массы взятого буферного раствора,
перемешивают и фильтруют на воронке Бюхнера. Фильтрат подкисляют разбавленной
соляной кислотой до рН 2,0—2,5 и из него экстрагируют гиббереллин этилацета-
том четыре раза по 0,25 объема.
Этилацетатный экстракт сушат над прокаленным сульфатом натрия, фильтруют и
упаривают в вакууме при 45° до выпадения кристаллов. Содержимое колбы
переносят в стакан и ставят на кристаллизацию. Выпавшие кристаллы отфильтровывают,
промывают и сушат в вакуум-эксикаторе.
Почти бесцветные кристаллы, т. пл. 233—235°; [a]D = +92°. Гиббереллин А3
хорошо растворяется в спиртах, ацетоне, плохо — в бензоле и воде. Натриевая и
калиевая соли его в воде хорошо растворимы.
3 Упаривать маточник можно несколько раз, пока не получится смола.
4 Фосфатный буфер готовят растворением в 1 л воды 24 г едкого кали и 136 г однозаме-
щенного фосфорнокислого калия; рН должен быть 6,5. Смесь разливают и отстаивают до
разделения слоев.
Цветная реакция:
• В солянокислой среде разведенные растворы гиббереллина А3 дают
характерное зеленое окрашивание с фосфорновольфрамовомолибденовым комплексом5.
Гетероауксин
Ci0H9O2N
Мол. в.
176,19
Гетероауксин, 3-индолилуксусная кислота, широко применяется в качестве
стимулятора роста растений. Известны многочисленные синтезы этого вещества. Один
из наиболее простых состоит в алкилировании цианистого натрия грамином.
• Эфир, активированный уголь,
• соляная кислота, сода
В вытяжном шкафу в круглодонной колбе, снабженной обратным холодильником,
кипятят в течение 18 ч смесь 17,5 г грамина с 24,5 г цианистого натрия в 200
мл спирта и 50 мл воды. Охлажденную смесь разбавляют 250 мл воды,
обрабатывают активированным углем, фильтруют и затем отгоняют спирт под уменьшенным
давлением. Свободный от спирта раствор охлаждают до 5° , выпавший осадок 3-
индолилацетамида отсасывают и тщательно отжимают на фильтре. Выход 5 г; т.
пл. 145—150°. После двукратной кристаллизации из смеси спирта с эфиром
температура плавления 150—151°.
Маточный раствор концентрируют под уменьшенным давлением приблизительно до
200 мл, охлаждают до 10° и при перемешивании осаждают гетероауксин, приливая
по каплям концентрированную соляную кислоту. Выпавший продукт слегка окрашен.
Его отфильтровывают и сушат при 70°. Выход 14 г; т. пл. 158—161°.
Перекристаллизованный из дихлорэтана, содержащего небольшое количество спирта,
гетероауксин имеет температуру плавления 167—168°.
З-Индолилацетамид также можно перевести в 3-индолилуксусную кислоту. Для
этого амид кипятят в течение 15 мин с содой (на 1 г амида 1,2 г соды, 8 мл
воды). Гидролизат охлаждают до 5°, обрабатывают углем, фильтруют и подкисляют
концентрированной соляной кислотой до рН 1,5. Выпавшую кислоту отсасывают и
сушат при 70°. Перекристаллизовывают, как описано выше.
Общий выход гетероауксийа на исходный грамин 88%.
Пейцеданин из
корней горичника
С15Н14О4 Мол. в. 258,28
Пейцеданин относится к группе природных фурокумаринов, в которых кумарино-
вый цикл сочленяется с ядром фурана. По структуре представляет собой 4' -
метокси-5'-изопропилфуро-2',3',6,7-кумарин. Выделен из корней и семян
нескольких видов горичника (Peucedanum) семейства зонтичных. Пейцеданин, как и
другие вещества этой группы (псоралены), повышает чувствительность кожи к
5 Интенсивность окрашивания прямо пропорциональна концентрации гибберелловой кислоты
(гиббереллина А3) , что позволяет количественно определять ее фотоколориметром.
Реактивы:
• Грамин, г
• Цианистый калий, г
• Спирт, мл
.17,5
.24 ,5
200
ультрафиолетовому и рентгеновскому облучению и применяется в медицине в
качестве сенсибилизатора. При действии минеральных кислот на пейцеданин
отщепляется метальная группа и образуется энол (I) , изомеризующийся в кетон орео-
зелон (II).
В СССР часто встречаются горичник русский и Морисона (Peucedanum
ruthenicum, P. tauricum и P. morisonii) с содержанием 3—5% пейцеданина.
Горичник Морисона.
Сырье и реактивы:
• Корни горичника, г 100
• Спирт (96%-ный) , л 1
• Петролейный эфир (т. кип. 70—90°), мл 600
• Эфир, соляная кислота, уксусный ангидрид,
• Солянокислый гидроксиламин
Получение пейцеданина
Высушенные и измельченные корни горичника помещают в колбу на 2 л, заливают
600 мл спирта и, время от времени взбалтывая, оставляют на сутки при
комнатной температуре. Экстракт (около 200 мл) сливают, отфильтровывают, а сырье
повторно заливают 400 мл спирта. Экстракты объединяют и спирт отгоняют в
вакууме в роторном испарителе до 40—50 мл. К упаренному экстракту добавляют
двойной объем воды и смесь оставляют на холоду в течение ночи. Выделившийся
кристаллический осадок отфильтровывают, высушивают, переносят в коническую
колбу на 250—300 мл, снабженную обратным холодильником, и экстрагируют двумя
порциями кипящего петролейного эфира по 100 мл на водяной бане. Горячие пет-
ролейные экстракты сливают через слой ваты в коническую колбу на 500 мл и
оставляют стоять на 6—8 ч. Выделившийся желтый кристаллический осадок отсасыва-
ют на нутче и дважды перекристаллизовывают из петролейного эфира по 100 мл.
Получают слегка желтоватые игольчатые кристаллы пейцеданина1 с температурой
плавления 102—102,5°. Пейцеданин хорошо растворим в хлороформе, спирте,
жирных маслах, не растворим в воде. Выход составляет 2—3 г.
Получение ореозелона
В колбу на 100 мл помещают 1 г пейцеданина, добавляют 50 мл спирта и смесь
осторожно нагревают на водяной бане до растворения осадка. Полученный раствор
охлаждают, добавляют 5 мл концентрированной соляной кислоты, и нагревают на
водяной бане 5 мин. При этом выделяется хлористый метил и выпадает плохо
растворимый в спирте осадок ореозелона. По окончании реакции жидкость охлаждают
и через 30 мин отфильтровывают осадок на стеклянном пористом фильтре № 3.
Осадок промывают спиртом и перекристаллизовывают из того же растворителя.
Получают бесцветные игольчатые кристаллы с температурой плавления 177°, хорошо
растворимые в хлороформе и эфире.
Выход около 0,8 г.
Получение
оксима ореозелона
В 5 мл спирта растворяют при нагревании 0,25 г ореозелона, добавляют
раствор солянокислого гидроксиламина (0,3 г в 0,5 мл воды) и смесь нагревают в
колбочке с обратным холодильником в течение 1,5 ч. В процессе кипячения к
жидкости добавляют небольшими порциями 10%-ный раствор едкого натра с таким
расчетом, чтобы реакция смеси оставалась слабокислой по лакмусу. По окончании
оксимирования жидкость разбавляют 10 мл воды и оксим дважды извлекают в
делительной воронке порциями эфира по 25 мл. Эфирное извлечение высушивают
безводным сульфатом натрия, отфильтровывают и отгоняют досуха. Полученный желто-
зеленый остаток перекристаллизовывают из спирта. Бесцветные кристаллы с
температурой плавления 200—202° (с разложением); хорошо растворимы в
органических растворителях, не растворимы в воде.
Выход около 0,2 г.
Получение
ацетата ореозелона
В 2 мл уксусного ангидрида растворяют 0,3 г ореозелона, добавляют 0,3 г
плавленого ацетата калия и смесь нагревают в колбочке с обратным
холодильником 2 ч на водяной бане. Жидкость охлаждают, добавляют 10 мл воды и через 2 ч
взбалтывают в делительной воронке с порциями эфира (20 и 10 мл). Эфирные
экстракты объединяют, промывают водой (2 раза по 10 мл) , сушат над безводным
сульфатом натрия и растворитель отгоняют. Остаток перекристаллизовывают из
спирта. Бесцветные кристаллы, не растворимые в воде.
Выход около 0,3 г.
Мочевая кислота
из мочевины
C5H4O3N4 Мол. В. 168,12
Если получается не чистый продукт, то перекристаллизацию необходимо провести из
четыреххлористого углерода.
Известно несколько способов синтеза мочевой кислоты. Из них наиболее широко
применяется и используется для синтеза различных соединений пуриновой группы
метод Траубе.
По этому методу мочевину конденсируют с циануксусным эфиром, образующуюся
цианацетилмочевину изомёризуют в 4-аминоурацил и нитрозированием превращают в
4,5-диаминоурацил. Мочевая кислота получается сплавлением 4,5-диаминоурацила
с мочевиной.
Реактивы:
• Мочевина, г 10
• Этиловый эфир циануксусной кислоты, г 11,3
• Натрий металлический, г 4,6
• Спирт абсолютный, мл 75
• Нитрит натрия, г 8
• Уксусная кислота, мл 24
• Гидросульфит натрия (технический), г 40
• Серная кислота, соляная кислота,
• Едкий натр, едкое кали,
• хлористый аммоний, пиперидин (0,5 н. раствор)
4,5-Диаминоурацил
В круглодонной колбе растворяют в 75 мл абсолютного спирта 4,6 г
металлического натрия, к полученному раствору этилата добавляют 6 г мочевины и 11,3 г
этилового эфира циануксусной кислоты. Смесь кипятят в колбе с обратным
холодильником в течение 2 ч. Отфильтровывают из горячего раствора натриевую соль
4-аминоурацила, промывают ее спиртом и сушат на воздухе. Затем полученную
соль растворяют в 100 мл воды, добавляют 50 г льда и 8 г нитрита натрия. Эту
смесь приливают постепенно при перемешивании к раствору, содержащему 24 мл
уксусной кислоты в 25 мл воды с 75 г льда. Затем реакционную массу
подщелачивают концентрированным водным раствором аммиака и отфильтровывают выпавшую
соль 4-амино-5-нитроЗоурацила. Ее суспендируют в 250 мл горячей воды,
добавляют 40 г технического гидросульфита натрия и при энергичном перемешивании
нагревают смесь до кипения, при этом первоначально окрашенная в розовый цвет
соль превращается в нерастворимую сернокислую соль 4,5-диаминоурацила темно-
желтого цвета. Из охлажденного раствора продукт отфильтровывают. Для очистки
его растворяют в 100 мл 6%-ного раствора едкого натра, содержащего небольшое
количество сульфита, раствор фильтруют и приливают фильтрат к кипящему
раствору, содержащему 10 мл концентрированной серной кислоты в 100 мл воды. При
охлаждении выпадает соль, которую отфильтровывают, промывают водой и сушат
при 120°. Выход 62%.
Чтобы выделить из сернокислой соли свободное пиримидиновое основание, соль
растирают в порошок и готовят водную пасту, которую нейтрализуют рассчитанным
количеством 1 н. NaOH, продукт отфильтровывают, промывают последовательно
водой, спиртом, эфиром и сушат при 75°.
Мочевая кислота
Тонкорастертую смесь 4 г 4,5-диаминоурацила и 4 г мочевины нагревают в
течение 1 ч на масляной бане при 160°. Смесь вначале разжижается, а затем снова
затвердевает. Твердое вещество растворяют в 0,5 н. КОН, раствор фильтруют и
осторожно подкисляют концентрированной соляной кислотой. Выпавший продукт от-
фильтровывают и растворяют в 0,5 н. растворе пиперидина. Полученный раствор
обрабатывают избытком хлористого аммония и выдерживают в течение суток при
2° . Образовавшуюся аммонийную соль мочевой кислоты отделяют и нагревают с 2
н. НС1 при 70°. Затем все еще загрязненный продукт растворяют в
концентрированной серной кислоте, фильтруют через стеклянный фильтр и к фильтрату
(осторожно!) добавляют воду для осаждения. В заключение вещество
перекристаллизовывают из большого количества кипящей воды.
Террамицин
C22H2409N2 Мол. в. 460,45
Антибиотики представляют обширную группу природных соединений, отличающихся
большим разнообразием строения. Они являются продуктами нормального обмена
некоторых организмов и способны подавлять жизнедеятельность бактерий, грибов,
вирусов и др. Число открываемых антибиотиков быстро растет; некоторые из них
приобрели исключительное значение как лекарственные препараты в медицине и
ветеринарии, другие оказались первыми представителями новых типов структур
органических соединений. Почти все практически важные антибиотики
(пенициллин, стрептомицин, тетрациклин и др.) получают в промышленности
микробиологическим путем; в отдельных случаях (левомицетин, циклосерин) антибиотики
синтезируют .
Основной характеристикой антибиотиков является удельная биологическая
активность, выражаемая в единицах действия на миллиграмм антибиотика. Она
определяется главным образом микробиологически (на тест-микробах), а отчасти и
химическими методами. Концентрация антибиотиков в растворах рассчитывается в
единицах на миллилитр.
Террамицин, или окситетрациклин, впервые был описан в 1950 г. Получается в
процессе ферментации лучистым грибком Actinomyces rimosus. Относится к группе
тетрациклиновых антибиотиков, куда входят тетрациклин и его производные —
хлортетрациклин и окситетрациклин. Структурная.формула была установлена М.М.
Шемякиным и Л.А. Щукиной. Террамицин используется при лечении различных
инфекционных заболеваний, против которых другие антибиотики неэффективны
(бруцеллез , коклюш ит. п.).
В последнее время он стал широко применяться в животноводстве, в качестве
добавки в кормовые рационы для стимуляции роста скота.
Сырье и реактивы:
• Ферментационная (культурная) жидкость, г 750
• Цетазол, г 3
• Метанол, желтая кровяная соль,
• концентрированная соляная кислота,
• 20%-ный раствор едкого натра,
• активированный уголь,
• кристаллический солянокислый террамицин для затравки
Метод выделения террамицина состоит из четырех стадий:
1. подготовки ферментационной жидкости;
2. осаждения террамицина в виде комплекса;
3. разложения комплекса;
4. очистки и кристаллизации антибиотика в виде солянокислой соли.
Для подготовки ферментационной жидкости, доставленной в лабораторию с
указанием активности2, 750 г ее переливают в 1-л колбу, при перемешивании
механической мешалкой добавляют 0,2 г желтой кровяной соли3 и затем подкисляют
концентрированной соляной кислотой до рН 1,5—2,0, контролируя среду
универсальным индикатором. Через несколько минут жидкость отфильтровывают от
мицелия (грибной массы) и осадка берлинской лазури через полотняный фильтр на
воронке Бюхнера и получают фильтрат, содержащий солянокислый террамицин.
Осаждение комплекса
террамицина с цетазолом
Фильтрат переносят в колбу Эрленмейера и при работающей мешалке добавляют к
нему 3 г хорошо растертого в ступке цетазола4. Смесь перемешивают 1 ч, затем
подщелачивают ее 20%-ным раствором едкого натра до рН 9,8—10 (универсальный
индикатор) и дают отстояться выпавшему осадку комплекса террамицина с
цетазолом. Осадок отсасывают или отделяют на лабораторной центрифуге. После
промывки водой до исчезновения запаха пиридина осадок измельчают, высушивают в
вакуумном сушильном шкафу при 50—60° и взвешивают.
Выход около 80% (от исходного содержания террамицина в ферментационной
жидкости) .
Разложение комплекса
террамицинцетазола
Осадок комплекса террамицинцетазола переносят в оборудованную мешалкой
колбу , добавляют 2,5 вес. ч. метанола и перемешивают в течение 2ч. К полученной
суспензии добавляют концентрированную соляную кислоту до рН 3—4, вносят 1 г
активированного угля и перемешивают еще около часа, затем смесь фильтруют на
фарфоровой воронке и промывают осадок метанолом (1 мл на 1 г комплекса).
Промывные порции спирта соединяют с основной спиртовой частью раствора и
получают метанольный концентрат основания террамицина5.
Выделение кристаллического
хлоргидрата террамицина
К метанольному концентрату свободного террамицина прибавляют 1—1,2 мл
концентрированной соляной кислоты из расчета примерно 1 мл кислоты на 1 млн.
единиц террамицина и для затравки вносят несколько кристалликов солянокислого
террамицина6. Затем оставляют раствор на несколько часов для кристаллизации.
Выпавший кристаллический осадок соли отфильтровывают на «гвоздик», промывают
1 Готовую ферментационную (культуральную) жидкость можно получить на заводах,
производящих антибиотики, а также в соответствующих научно-исследовательских институтах и
микробиологических лабораториях страны.
2 Активность для стандартного препарата террамицина 1000 ед/мг.
3 Присутствие в ферментационной жидкости не более 10—12 у/мл ионов железа
благоприятствует выделению террамицина; повышенное содержание ионов железа действует
отрицательно . Избыток их удаляется добавлением желтой кровяной соли.
4 Цетазол представляет собой N-цетилпиридинбромид, порошок серого цвета, пахнущий
пиридином.
5 Если исходная ферментационная жидкость имела условную активность, например, 2000
ед/мл, т.е. 1,5 млн. единиц действия во взятом объеме (750 мл) , то активность
полученного метанольного концентрата террамицина (около 15 мл) может составить в среднем
70 000 ед/мл.
6 Препарат солянокислого террамицина можно приобрести в аптеке.
несколькими миллилитрами охлажденного метанола, высушивают на фильтровальной
бумаге и взвешивают.
Выход хлоргидрата террамицина составляет около 70% от исходного содержания
антибиотика в ферментационной жидкости.
Кристаллогидрат — лимонно-желтые кристаллы. Безводное основание — светло-
желтые кристаллы. Т. пл. 185° (из толуола) . [cx]D25 = от —196 до —197° (в
0,1н. НС1).
Основание кристаллизуется из воды в виде дигидрата и теряет воду при 100° в
вакууме.
Террамицин относится к амфотерным соединениям, образующим соли с кислотами
и щелочами; дает также комплексные соли.
Качественное открытие
т еррамицина
флуоресцентным методом
К нескольким миллиграммам препарата террамицина в 5 мл воды добавляют 1 мл
2 н. NaOH. В присутствии террамицина раствор окрашивается в желто-оранжевый
цвет с интенсивной зеленой флуоресценцией в ультрафиолетовом свете. При
нагревании раствор остается желто-оранжевым, но флуоресценция изменяется в
темно-голубую.
Галоксон
0,0-Ди-(р-хлорэтил)-О-(3-хлор-4-Метилкумаринил-7)-фосфат
К эфирам фосфорной кислоты относятся биологически активные вещества,
играющие исключительно важную роль в жизненных процессах клетки (фосфорные эфиры
Сахаров, нуклеотиды, нуклеиновые кислоты и т.п.) и синтетические соединения,
например инсектициды. Физиологическое действие последних как нервных ядов
связано с их вмешательством в процесс передачи нервного возбуждения. Они
подавляют активность фермента холинэстеразы, которая гидролизует ацетилхолин,
образующийся в очень малых количествах при передаче нервных импульсов.
Накопление ацетилхолина в тканях поражает организм в целом.
Общая реакция образования эфиров фосфорной кислоты называется реакцией фос-
форилирования. Химическое фосфорилирование, по аналогии с реакцией этерифика-
ции карбоновых кислот, можно рассматривать или как электрофильную атаку гид-
роксила со стороны активированной фосфорильной группы, или как нуклеофильную
атаку, углерода алкилгалогенида фосфат-ионом.
Обычно фосфорилирование осуществляют, используя в качестве фосфорилирующих
агентов активированные производные фосфорной кислоты или ее моно- и диэфиры,
например хлорфосфаты.
Среди различных фосфорных эфиров кумаринов известны ценные инсектициды, не-
матоциды и антигельминтные препараты (потазан, корал, короксон, галоксон).
Ci4Hi206ClP
Мол. в.
413,59
Реактивы:
• Ацетоуксусный эфир, г..
• Метилэтилкетон, мл
• Резорцин, г
• Сульфурил хлористый, г.
• Этиленхлоргидрин, г....
• Фосфор треххлористый, г
200
45
25
20
85
15
• Хлор (баллон), метанол, пропанол
Этиловый эфир
а-хлорацетоуксусной кислоты
В трехгорлую колбу на 250 мл, снабженную механической мешалкой, барботером
для поступления хлора и обратным холодильником, соединенным с ловушкой для
поглощения газов, помещают 35 г ацетоуксусного эфира. При комнатной
температуре и перемешивании медленно пропускают хлор, причем реакционная смесь
разогревается. После поглощения 12—13 г хлора (через 2—3 ч) реакционную смесь
охлаждают и промывают водой. Затем продукт реакции сушат над безводным
хлористым кальцием и перегоняют в вакууме. Собирают фракцию, кипящую при 58—61° и
3 мм рт. ст.; nD20 = 1,4 4 3 6. Выход около 30 г.
3-Хлор-4-метилумбеллиферон
Продукт получают конденсацией по реакции Пехмана. В плоскодонной колбе на
0,5 л, помещенной в ледяную баню, растворяют 15 г резорцина в 22 г этилового
эфира а-хлорацетоуксусной кислоты и постепенно добавляют 150 мл
концентрированной серной кислоты. Смесь оставляют на ночь при комнатной температуре,
затем выливают на дробленый лед. Выпавший осадок отфильтровывают, тщательно
промывают от кислоты и перекристаллизовывают из пропилового спирта. Т. пл.
234—236°. Выход около 24 г.
Ди-р,р'-хлорэтилфосфит
К 45 г этиленхлоргидрина при 10—20° в течение 45 мин прибавляют из
капельной воронки 25 г треххлористого фосфора. Полученный продукт затем перегоняют
в вакууме, отбирая фракцию с температурой кипения 116—118° при 3 мм рт. ст.;
nD20 = 1,4700. Выход 22-26 г.
Хлорангидрид
ди-р,р'-хлорэтилфосфорной кислоты
(ди-р,р'-хлорэтилхлорфосфат)
К раствору, содержащему 25 г ди-р,р'-хлорэтилфосфита в 60 мл сухого
бензола, при 20—30° и постоянном перемешивании постепенно приливают из капельной
воронки 20 г хлористого сульфурила. По окончании хлорирования содержимое
колбы быстро переносят в перегонную колбу, оборудованную для перегонки в
вакууме. Растворитель и газообразные продукты отгоняют в вакууме водоструйного
насоса на водяной бане. Остаток — сырой ди-р,р'-хлорэтилхлорфосфат — перегоняют
при 124—125°и 4 мм рт. ст.; nD20 = 1,4742. Выход около 28 г.
Галоксон
Берут 27,2 г хлорангидрида ди-р,р'-хлорэтилфосфорной кислоты, прибавляют к
18,8 г З-хлор-4-метилумбеллиферона, 200 мл сухого метилэтилкетона и 0,1 г
медной бронзы. Реакционную смесь кипятят в колбе с обратным холодильником на
водяной бане 8—10 ч. Затем еще горячую смесь фильтруют и отгоняют
растворитель. Полученный остаток промывают 5%-ным раствором едкого натра, водой и
кристаллизуют его из метилового спирта. Получают 12—13 г продукта с
температурой плавления 88—89°.
Циклосерин
(D-4-аминоизоксаЗолидон-З)
C3H602N2 Мол. в. 102,09
Антибиотик циклосерин был выделен из Streptomyces orchidaceus (1955). Он
обладает широким антимикробным спектром и особенно эффективен против
микробактерий туберкулеза. Циклосерин является производным изоксазолидона с
сравнительно простым химическим строением. Известно несколько вариантов его
синтеза. Циклосерин, как и левомицетин, — единственные антибиотики, полный
синтез которых осуществляется заводским способом. Синтетический циклосерин
представляет собой рацемат, который, однако, превосходит природный D-стереоизомер
по антимикробной активности.
В предлагаемом методе синтеза основным полупродуктом служит эфир р-
аминоксиаланина, который в заключительной стадии циклизуют в изоксазолидоно-
вое кольцо.
Этиловый эфир р-аминооксиаланина (V) получают присоединением оксииминоук-
сусного эфира (I) в присутствии основного катализатора к метиловому эфиру а-
бромакриловой кислоты (II).
Рацемат обрабатывают в водном растворе при строго определенных условиях
концентрации и температуры D-винной кислотой. Количественно выделяющийся D-
тартрат D-4-аминоизоксалидона-З переводят в дихлоргидрат этилового эфира D-
(р-аминоокси)-аланина нагреванием со спиртовым раствором хлористого водорода.
Полученный дихлоргидрат циклизуют обычным способом в D-4-аминоизоксаЗолидон-
3, который по свойствам идентичен природному антибиотику.
Реактивы:
• Оксиминоуксусный эфир, г 15
• Метиловый эфир а-бромакриловый кислоты, г 16,6
• Аммиак жидкий, г 50
• D-Винная кислота, г 7
• Натрий металлический, г 0,1
• Спирты (абсолютные) — метанол, этанол, изопропанол;
• Бензол, этилацетат
Метиловый эфир
р-(этиленокси)-аминоокси-а-бромпропионовой кислоты (III)
В круглодонной колбе на 250 мл, снабженной механической мешалкой, капельной
воронкой и обратным холодильником, смешивают 15 г (0,15 моль) оксииминоуксус-
ного эфира1 и 25 мл абсолютного изопропилового спирта, содержащего 0,1 г
металлического натрия. К реакционной смеси при охлаждении и перемешивании
прибавляют из капельной воронки 16,5 г (0,1 моль) метилового эфира а-
бромакриловой кислоты2 с такой скоростью, чтобы температура реакционной смеси
была 5—0°.
Затем реакционную смесь продолжают перемешивать 1—2 ч при 0° и 24 ч при 5—
8°, разбавляют водой, извлекают бензолом и бензольный экстракт сушат
хлористым кальцием. После отгонки растворителя остаток перегоняют в вакууме и
1 Оксиминоуксусный эфир получается из ацетиминоэтилового эфира и хлоргидрата гидро-
ксиламина. Ацетиминоэтиловый эфир является полупродуктом производства витамина Bi.
2 Метиловый эфир сх-бромакриловой кислоты легко получается бромированием и дегидроб-
ромированием метилакрилата. Имеется в продаже.
кальцием. После отгонки растворителя остаток перегоняют в вакууме и собирают
фракцию в виде бесцветного подвижного масла с температурой кипения 96—98° при
3 мм рт. ст. Выход 21,5 г; nD20 = 1,4 6 5 2; d420 = 1,33 1 5.
р-(Этиленэтокси)-аминооксиаланин (IV)
Метиловый эфир р-(этиленэтокси)-аминооксиаланин в количестве 27 г (0,1
моль) омыляют прибавлением к нему при 30—35° и постоянном перемешивании
раствор 4,1 г едкого натра в 10 мл воды. Полученный гомогенный раствор соли ами-
нируют добавлением 50 г жидкого аммиака и нагреванием при 30—35° в течение 48
ч. После испарения аммиака получают 13 г продукта (IV) с температурой
плавления 170° (с разложением).
Этиловый эфир-р-аминаоксиаланина (V)
Одновременную этерификацию и гидролиз полученного продукта проводят
следующим образом. К 13 г (этиленэтокси)-аминооксиаланина прибавляют 15 мл
абсолютного этанола, содержащего 15 г сухого хлористого водорода, и реакционную
смесь нагревают 2—3 ч при 100°. Затем смесь фильтруют, фильтрат упаривают
досуха, полученный остаток растворяют в 50 мл абсолютного спирта и прибавляют
сухой этилацетат до начала кристаллизации. Выход дихлоргидрата продукта (V)
составляет около 10 г. Т. пл. 152—153°.
DL-Аминоизоксазолидон-З-(рацемат циклосерина)
Растворяют 10 г этилового эфира р-аминооксиаланина (дихлоргидрата) в 15 мл
теплого метанола и к полученному раствору постепенно при перемешивании
добавляют 90 мл 2 н. КОН в метаноле. Затем реакционную смесь охлаждают, отделяют
выпавший хлористый калий фильтрованием, фильтрат кипятят в течение 10 мин,
осветляют его активированным углем и охлаждают. К охлажденному раствору
прибавляют раствор уксусной кислоты в метаноле до рН 5,5—6. После часового
стояния выделившийся рацемат циклосерина отфильтровывают на стеклянном фильтре и
промывают небольшим количеством холодного метанола. Выход чистого DL-
циклосерина около 3,5 г; т. пл. 138—141° (с разложением).
Расщепление рацемата циклосерина:
1. К раствору, содержащему 4 г DL-циклосерина в 15 мл воды, прибавляют
частями при перемешивании 7 г D-винной кислоты (температура не выше 25°) .
Смесь выдерживают 24 ч при 0—5°, отделяют кристаллический осадок,
промывают дважды 2 мл холодной воды, 50%-ным водным спиртом, затем абсолютным
спиртом и сушат в вакууме над фосфорным ангидридом. Выход D-тартрата D-
циклосерина 5 г. Т. пл. 162°, [a]D20 = +40° (с 0,7 в воде) .
2. Суспендируют 1 г р-тартрата D-циклосерина в 30—50 мл безводного спирта и
кипятят с насыщением сухим хлористым водородом до растворений соли.
После стояния в течение 48 ч при комнатной температуре нагревают смесь до
кипения и фильтруют. Фильтрат упаривают досуха и кристаллизуют остаток
из безводного спирта. Выход дихлоргидрата этилового эфира D-
аминооксиаланина 0,5 г; т, пл. 159—161°; [a]D2° = +13°.
3. Растворяют 0,44 г полученного дихлоргидрата этилового эфира D-
аминооксиаланина в минимальном количестве абсолютного метанола,
прибавляют 4 мл 2 н. спиртового раствора едкого кали, фильтруют и кипятят 10
мин. По охлаждении нейтрализуют ледяной уксусной кислотой до рН 6—5 и
оставляют стоять на 2 ч при 0 ° . Кристаллический осадок отделяют,
промывают абсолютным метанолом и сушат. Выход D-4-аминоизооксазолидона-З со-
ставляет 0,17 г; т. пл. 153—155°, [a]D2° = +106° (с 1,17 в воде) .
Циклосерин представляет собой бесцветное кристаллическое вещество
слабокислого вкуса, хорошо растворимое в воде, плохо — в метиловом спирте и не
растворимое в обычных органических растворителях.
Качественные реакции:
• Циклосерин с азотнокислым серебром дает бесцветный осадок серебряной
соли, быстро темнеющей при стоянии.
• С водным раствором хлорного железа образует вишневую окраску
• С раствором нитропруссида натрия — голубую.
• С пикриновой кислотой циклосерин дает пикрат с температурой плавления
176-177°.
Электроника
ИК РАДАР БЛИЗКОГО ДЕЙСТВИЯ
Chris
Как известно, локацией близкого действия пользуются летучие мыши и
сотрудники ГАИ. Вполне возможно ее применение для мобильных роботов, автомобилей.
Не исключено, что ей можно найти применение и для проведения ряда
биологических и не очень исследований. Например, для мониторинга животных ночью... ну
и для обнаружения невидимок и НЛО.
ОПИСАНИЕ И
ЦЕЛЬ ПРОЕКТА
Целью проекта было создание функционирующего радара. От системы требуется
лишь оценка расстояния в секторе 90 градусов. В зависимости от выбранного
сенсора, система функционирует в пределах 4-30 см, 20-150 см и 1-5,5 м.
Результаты проекта повлияют на последующие разработки, в которых мы
попытаемся интегрировать радар для навигации мобильных роботов в реальных условиях.
Данная разработка использует три основных устройства для создания
персонального радара: ИК сенсор подключается к микроконтроллеру, последний выводит
положение объекта на сегмент индикаторов.
Для каждой из трех дистанций используется свой сенсор. Поскольку в данном
проекте использовались датчики, имеющие одинаковые статические и динамические
характеристики, одна и та же программа используется для работы со всеми
датчиками. Единственное, что необходимо знать, - как показания сенсора
соответствуют расстоянию, выводимому на индикаторах.
СХЕМА
Принципиальная схема радара приведена на вкладке.
Основные детали:
• Стабилизатор напряжения LM7805 5 В
• Микроконтроллер PIC18F452
• ИК Сенсор GP2D120
• Кварцевый резонатор на 4 или 8 MHz
• Переключатель
• Конденсатор
• 30-тиконтактный разъем
• 5 триггеров 74LS373
• 36 индикаторов
• сервосистема
• Восьмиразрядная микросхема 74НСТ373
Programming Circuit
6 Pin Header
f 4
О
О
10k
-■VW
1N40D4
Ll_ U_
Power Circuit
7805
IN
GND OUT
On/Off Suurtch
9v Battery
lb
1uF
E
MCLR"A^p
RAO/AND
RA1/AN1
RA2/AN2
RA3/AN
RA4
RA5
RBD
RE1
RE>
VHd
V&S
0SC1
0SC2
RCD
RC1
RC2
RC3
RDD
RD1
RB7/PGD
RB6/PGC
RB5/PGM
RB4
RB3
RB2
RBI
RBD
Vttd
V£s
RD7
RD6
RD5
RD4
RC7/RX
Rcem
RC5/SDO
RC4/SDI/SDA —
RD3
RD2
RD0->RD7 S Bit Data Bus
■iH"
^7
-I OOOOOOOO К
... ^^Г-- (D Щ + 01 M '— О Ш
f I I I I I IT
ft Bit Data Bus
RDD->RD7 S Bit Data Bu:
S Bit Data Bus
I I I I I I I Г
D□□□□□□□□^
q ^- n ю s t: —
4^
T
Восьмиразрядная микросхема 74НСТ373, содержит в себе трехстадийный триггер.
Проще говоря, данный чип способен хранить 8 бит цифровой логики и удерживать
в памяти до стирания или изменения ее посредством LE-Latch Enable вывода.
Назначение выводов:
• Управляющие выводы LE и ОЕ
• 8 Ввод данных D0-D7
• 8 Вывод данных D0-D7
• Питание (Vcc & GND.)
• Активация вывода (ОЕ) позволяет Q0-Q7 выводить данные на данный момент
находящиеся в D-триггерах.
• Активация триггера (LE) позволяет перезапись данных, содержащихся на D0-
D7, в D-триггер.
74НСТ373
Питание радара осуществляется через аккумулятор на 9 В, подключенный к
LM7805 с конденсатором 1 мкф, подключенным к выводу/заземлению для
обеспечения бесперебойного постоянного тока LM7805.
Программирование осуществляется посредством подсоединения двух разъемов от
контроллера к программатору, предоставляя первому разъему программатора
доступ к MCLR*/Vpp-Pinl на контроллере. В целях безопасности установлен
выпрямительный диод.
ИК сенсор использует один разъем контроллера PIN2 - RAO. Используются
аналоговые возможности этого вывода для получения значения АЦП, так как с ИК
сенсора снимается только аналоговый сигнал. Данное значение сообщает, есть ли
что-то в радиусе охвата сенсора.
В общей сложности имеется 40 LED индикаторов (но используется 36 = 4*7 +
8) . Каждый чип 74НСТ373 контролирует до 8 индикаторов; так как 40/8=5, нам
нужно 5 схем 74НСТ373, чтобы управлять всеми 40 индикаторами. Необходимо
отметить , что для всех 5 чипов используется одна шина данных.
КОНСТРУКЦИЯ
Пластиковый корпус внизу на картинке - это обычный корпус, который можно
приобрести у любого производителя или продавца электроники. В первую очередь
необходимо просверлить 36 отверстий для индикаторов в схеме и закрепить в них
индикаторы. Перед вставкой индикаторов в отверстия было использован
закрепляющий компаунд.
После того, как плата спаяна, начинаем подключение схемы. Каждый проводок
нужно провести сквозь маленькое отверстие на плате.
Рисунок выше отображает вид платы на ранней стадии. В ходе подключения
проводов образуется большое их скопление, например, как на этом снимке:
Последним штрихом в изготовлении персонального радара является возможность
его работы с выносным сенсором. Используются провода длиной 2-4 метра для
подключения сервосистемы и ИК сенсора. Проделываем отверстие спереди корпуса
для данных проводов:
I
\
ПРОГРАММА
• Программное обеспечение для данного прибора включает три основных части:
• Управление сервосистемой
• Управление LED-индикацией
• ввод А/Ц
Управление сервосистемой осуществляется таймерами и прерываниями. Двумя
отдельными прерываниями, работающими совместно для создания желаемого импульса,
генерируется сигнал в 50 Гц, и ротор сервосистемы, с размешенным на нем ИК
сенсором, поворачивается маленькими шагами влево и вправо.
Индикаторы управляются триггерами 74LS373/74HCT373. Система постоянно
обновляет данные триггера, выводимые на индикаторы.
ИК сенсор выдает аналоговый сигнал. Используется АЦП для определения
значения напряжения, соответствующего расстоянию объекта от ИК сенсора.
Тест программы на языке «С» можно скачать здесь:
ftp://homelab.homelinux.com/pub/arhiv/2010-10-al.rar
ПРИМЕЧАНИЕ
Из-за влияния температуры и влажности ИК сенсоры могут сильно менять свой
сигнал. Для увеличения дальности действия радара лучше использовать
ультразвуковой датчик. Диапазон ультразвука шире, чем у инфракрасного излучения, и
сенсоры ультразвука более надежны в неблагоприятных условиях.
ИНФРАКРАСНЫЙ РАДАР
Абрамов СМ.
В радиолюбительской литературе описано не мало конструкций радаров
основанных на измерении расстояния до заданного предмета, при помощи метода подсчета
времени между излучением ультразвукового импульса и приемом отраженного
сигнала. Данная статья рассматривает несколько другой метод измерения расстояния
основанный на дискретном изменении мощности инфракрасного излучения и
регистрации отраженного сигнала приемником.
Основой конструкции является микроконтроллер (D2) типа PIC16F628, который
управляет алгоритмом измерения расстояния. Излучателем является светодиод
HL1, его мощность изменяется при помощи простейшего цифроаналогового
преобразователя собранного на транзисторах VT1-VT4 и резисторах R1-R8. Приемником
является микросхема (Dl) ILM5360. В ее состав входит высокочувствительный
фотодиод и демодулятор на частоту 36 кГц. В качестве устройства отображения
используются два разряда семисегментного индикатора (HG1) ТОТ 3361. В порты
RB0-RB6 выдаются данные, а транзисторы VT5-VT6 попеременно коммутируют
разряды индикатора. Запитывается устройство от постоянного напряжения 9-12 вольт.
В качестве стабилизатора напряжения используется микросхема (D3) КР142ЕН5А, а
заградительный фильтр собранный на С1-С4, R9 предотвращает проникновение
помех по питанию к микросхеме D1.
Рассмотрим вкратце алгоритм работы радара. (См. Асемблерный код). По метке
"START" (далее так будем обозначать метки) происходит инициализация портов и
регистров микроконтроллера. "CIKL" это начало циклической программы. Далее
контроллер выдает пачку импульсов длительностью 10 мкс и периодом 27 мкс.
Количество импульсов минус один находится в константе К_К_1. По метке
"EN_P" переходим на цикл ожидания отрицательного перепада от микросхемы D1.
Максимальное время (если не будет получен импульс), которое контроллер будет
находиться в цикле, находится в константе К_0_1. В цикле "VI" происходит
увеличение и подсчет длительности импульса и запись в регистр R_D_I до тех пор,
пока не будет получен положительный перепад от микросхемы (D1). По состоянию
этого регистра в дальнейшем происходит определение увеличивать или уменьшать
ток светодиода. Если длительность импульса уменьшается значит предмет
удаляется, а если увеличивается - приближается. Начиная с "M_IND" программа
выполняет цикл задержки между пачками импульсов и вывод на индикацию.
Преобразование из бинарного кода в десятичный производится табличным
способом по метке "bin_dec" Данный метод позволяет небольшим количеством шагов
выполнить преобразование, в отличие от других методов и что самое важное
индицировать оба разряда с одинаковой длительностью и тем самым обеспечить
равномерное свечение индикаторов. Для вывода данных непосредственно в семисегмент-
ный индикатор необходимо произвести еще и десятично-семисегментное
преобразование при помоши таблицы "segment"
Налаживание устройства сводится в записи необходимых кодов перекодировки в
таблицу "rastoynie" , после того как устройство будет собрано, опробовано и
измерены расстояния между предметом и радаром. Эта процедура необходима для
того, чтобы расстояние индицируемое соответствовало действительному. Следует
упомянуть, что отражательная способность предметов разная и зависит не только
от плотности, но и от цвета.
Устройство собрано на плате из одностороннего фольгированного
стеклотекстолита размерами 58x45 мм. Светодиод HL1 заключают в воронкообразный, черный,
непрозрачный для ИК излучения экран, так чтобы излучение со светодиода
попадало на фотодатчик только в результате отражения от предмета.
СЕ
IT)
74
СЕ
<S>
се
SFH4B5
R5-R3 220
R13-R19 560
RA0
CPU
RB0
RA1
RBI
RA2
RB2
RA3
RB3
RA4
RB4
RB5
RA5
RB6
RB7
RA6
RA7
D2
UCC
GND
10
11
12
13
14
PIC16F628
R9
51
СЗ
и ■
10
S
11
А
В
С
D
Е
1 /
/ /
Е
G
и.
и.
Н
IP
2Р
ЗР
HG1
ТОТ-336ТАН
КР142ЕН5А
1
D3
со
ш
Тест программы и прошивку можно скачать здесь:
ftp://homelab.homelinux.com/pub/arhiv/2010-10-a2.rar
Практика
КАК ПОСТРОИТЬ ВЕТРОГЕНЕРАТОР
Майк Дэвис
Несколько лет назад я стал владельцем собственности в глухом уголке
Аризоны. Я астроном, и нуждался в таком месте, где ночные огни городов не мешали
бы моему занятию. Но место было настолько диким, что услуги электрических
компаний оказались недоступными. С одной стороны, не так уж и плохо. Нет
электричества - нет засветки неба. Но, с другой стороны, хоть немного
электричества не помешало бы. Слишком сильно мы зависим от него в 21 веке.
Первое, что я заметил, поселившись в новом месте, это ветер, который дует
почти непрерывно. И, в первые же дни, у меня возникла идея установить
ветряную турбину, которая давала бы хоть немного электроэнергии, а позднее
дополнить ее несколькими панелями солнечных батарей. Дальше я расскажу, как сделал
это. Не дорогую, покупную турбину, а самодельную, которая не стоит почти
ничего. Если у вас есть какие-то навыки работы руками и минимальные познания в
электронике, вы тоже сможете ее сделать.
Конструирование ветряка я начал с поиска в Гугле информации о самодельных
турбинах. Я нашел множество описаний, самых различных по конструкции и по
сложности. Пять элементов были общими для всех вариантов:
• Генератор
• Ветроколесо
• Устройство, разворачивающее ветроколесо к ветру
• Мачта
• Аккумуляторы и электроника управления
Проект я урезал до пяти небольших частей. Если заниматься каждой
последовательно, проект выглядит относительно простым. Мои исследования в Интернете
показали, что очень многие делали свои собственные генераторы. Это показалось
мне слишком сложным, по крайней мере, для первого раза. Остальные
использовали моторы постоянного тока с постоянными магнитами. Такой вариант явно был
проще, и я приступил к поиску подходящих моторов.
Как показалось, многие предпочитают использовать моторы накопителей на
магнитной ленте от старых компьютеров. Лучшими, по-видимому, были несколько
моторов, выпускавшиеся фирмой Ametek. А наиболее подходящим из них, для
использования в качестве генератора, был мотор 99 В постоянного тока. К сожалению,
достать такие моторы в наши дни практически невозможно. Хотя есть много
других моторов Ametek, некоторые из которых все еще можно приобрести, скажем, на
ЕЬау.
Вероятно, еще есть немало моторов с постоянными магнитами, разных
изготовителей и моделей, которые можно было бы использовать в качестве генераторов.
Но, при выборе мотора помните, что двигатель постоянного тока с постоянными
магнитами может работать генератором, но его никогда не конструировали как
генератор. Поэтому генераторы из них неважные. Некоторые моторы совсем не
годятся. Используемые в качестве генераторов, моторы, как правило, вынуждены
вращаться со скоростью намного большей, чем та, для которой их рассчитывали.
Мотор, который необходимо выбрать, должен быть рассчитан на максимальное
напряжение питания, максимальный ток, и иметь минимальную скорость вращения.
Держитесь подальше от низковольтных или высокооборотных моторов. Вам
необходим мотор, способный обеспечить 12 В при невысокой скорости вращения, и
отдавать достаточный ток1. Можно ожидать, что мотор с номинальной скоростью
вращения 325 об/мин и номинальном питании 30 В, включенный генератором, сможет
вырабатывать +12 В. С другой стороны, мотор с номинальной скоростью 7200
об/мин и номинальном питании 24 В, вероятнее всего, не сможет дать вам 12 В,
т.к. скорость его вращения слишком велика для ветряной турбины.
На ЕЬау мне удалось, всего лишь за $26, купить один из хороших 30-вольтовых
моторов Ametek. Мне повезло, сейчас они стоят намного дороже, из-за того, что
все считают их идеальными генераторами. Но не зацикливайтесь на Ametek.
Моторы других брендов тоже работают нормально.
Купленный мотор работал великолепно. Даже поворачивая вал пальцами, я мог
заставить ярко светиться 12 В лампочку. Но настоящий тест я устроил, вращая
Не исключено, что может подойти генератор от автомобиля, он тоже выдает 12 вольт
при невысокой скорости вращения. - Прим. ред.
мотор электродрелью. К мотору была подключена нагрузка, на которой
развивалась мощность в несколько сотен ватт. Стало ясно, что если мне удастся
сделать хороший комплект лопастей для вращения этого мотора, энергию от него я
обязательно получу.
Сначала вы должны решить для себя, какого размера лопасти нужны. Затем
можете отправляться в магазин. Само собой разумеется, вы должны купить отрезок
трубы такой же длины, какими будут лопасти. Диаметр трубы должен быть в 5 раз
меньше длины лопасти. Например, для лопастей 50 см надо купить трубу
диаметром 10 см. Из одного отрезка трубы можно сделать 4 лопасти.
Итак, вы принесли домой ПВХ трубу. В моем примере, для лопастей 50 см, она
выглядит так.
Первым делом надо разрезать трубу вдоль на четыре одинаковых секции.
Размечать цилиндрическую поверхность трубы без каких-либо приспособлений сложно.
Лучше всего взять большой лист бумаги и плотно обмотать его вокруг трубы.
Край листа поможет провести прямую линию на трубе. Ширина листа будет равна
длине окружности. Затем сложите лист бумаги пополам и отметьте половину
окружности трубы. Наконец, сложите лист в четыре раза. Таким методом вы сможете
аккуратно провести прямые линии по всей длине трубы. А теперь берите пилу, и
разрезайте трубу на две половины.
Вот так:
А теперь каждую половину еще раз пополам:
Теперь, с каждой из четырех заготовок, мы должны проделать следующее:
1) Сделать прямоугольные вырезы длиной порядка 5 см у основания будущих
лопастей. Прежде чем резать заготовки, надо просверлить в углах отверстия,
чтобы не нарушать структурную целостность материала. Вырезы следует
делать аккуратно, стараясь не задеть пилой просверленные отверстия.
2) Обрезать заготовки наискосок от конца к основанию.
Теперь все готово. У нас есть четыре лопасти.
Следуя общему рецепту, кое-что я сделал по-своему. Купил трубу из ABS, а не
ПВХ. Диаметр трубы взял 150 мм, вместо 100. И увеличил длину лопастей с 50 см
до 61 см. Разрезав трубу вдоль на четыре части, я вырезал одну лопасть, и
дальше использовал ее как шаблон для вырезания остальных. В результате я
получил три лопасти и одну запасную.
Затем, используя шкурильную машину, я снял с лопастей заусенцы и сгладил
края, стараясь придать им лучшую аэродинамическую форму. Не знаю, насколько
это улучшило их свойства, но уж точно, не испортило. Зато на лопасти стало
приятно смотреть.
Теперь надо было сделать ступицу, чтобы привернуть к ней лопасти и насадить
на вал мотора. Покопавшись в своей мастерской, я нашел зубчатый шкив, который
идеально надевался на вал, но имел слишком маленький диаметр, что бы
присоединить лопасти. Поискав еще, я обнаружил алюминиевый диск диаметром 125 мм.
Привернуть к нему лопасти было возможно, но надеть на вал мотора нельзя.
Самым простым решением было соединить эти две детали вместе.
Сверля отверстия, стуча молотком и закручивая болты, я сделал ступицу.
Г
Вот ветроколесо в сборе, после присоединения лопастей к ступице.
А тут ветроколесо с другой стороны.
Я обнаружил в магазине вот такие полусферические чашки из ПВХ:
Мне сразу пришло в голову закрыть ступицу обтекателем. С ним ветроколесо
приобретало совсем профессиональный вид, и никто не поверил бы мне, что оно
сделано из сантехнической трубы и хлама, найденного в мастерской. Но затем,
на одном сайте, я нашел утверждение, что такие обтекатели срывают воздушный
поток и снижают эффективность турбины. Я не уверен, что поверил этому
утверждению, но обтекатель решил не устанавливать. По крайней мере, на первом
этапе .
Теперь надо было собрать турбину. Считая, что все должно быть просто,
насколько возможно, мотор я притянул двумя хомутами к куску доски сечением 5x10
см. Длина доски была рассчитана высоконаучным методом - путем выбора самого
длинного отрезка, валяющегося в куче хлама. Из куска 100 мм ПВХ трубы я
вырезал кожух, чтобы защитить мотор от непогоды. Хвост, благодаря которому флюгер
разворачивался бы по ветру, я вырезал их куска алюминиевого листа. Я
опасался , что хвост будет маловат, но как оказалось, работал он хорошо. Для тех из
вас, кто любит планы, чертежи, схемы, я указал на фотографии несколько
размеров2 . Хотя сомневаюсь, что хоть один из них может быть критичным.
Это фотография собранного флюгера с другой стороны.
Затем я стал размышлять о том, как сделать мачту и подшипник, который
позволял бы флюгеру легко разворачиваться по ветру. Во время мозгового штурма я
провел в магазине немало часов. Наконец, как мне показалось, я нашел неплохое
решение. Я заметил, что стальная труба диаметром 1" с минимальным трением
2 Размеры даны в дюймах (inch) . 1 дюйм = 25,4 мм. В тексте дюйм обозначается как (").
вращается внутри стальной ЕМТ трубы 14", используемой при прокладке
электропроводки . Тогда в качестве мачты можно использовать длинную трубу 14", а на
ее концах водопроводные фитинги 1". К флюгеру, на расстоянии 19 см от
генератора, я привернул стальной дюймовый фланец и ввернул в него кусок трубы
длиной 25 см. Этот кусок, вставленный в мачту, мог бы вращаться в ней не хуже,
чем в подшипнике. Провода от мотора я пропустил бы в мачту через отверстие,
просверленное в доске флюгера. Гениально! (Если можно так говорить про самого
себя).
Основание мачты диаметром 60 см я вырезал из фанеры. Затем сделал U-
образную конструкцию из водопроводных фитингов, вставив тройник посередине.
Тройник свободно вращается, что в последствии позволит мне опускать мачту.
После этого, через переходник с 14" на 1", я привернул отрезок трубы длиной
30 см. Позже между переходником и тройником я вставил еще один 1" тройник,
через отверстие которого можно было бы выпустить идущие от флюгера провода. В
последний момент я просверлил отверстия в деревянном круге, чтобы иметь
возможность закреплять основание на земле с помощью шпилек.
На этой фотографии флюгер и основание показаны вместе. Теперь вы можете
представить себе, как будет выглядеть вся конструкция после того, как две
части будут соединены трехметровой трубой. Однако постройкой генератора я
занимался во Флориде, а использовать его собирался в Аризоне. Везти длинную
трубу через всю страну мне не хотелось. Но тогда получалось, что турбина не
будет окончательно собрана и полностью испытана, пока я не доеду до места. От
этого мне было немного неспокойно.
Затем все деревянные детали я покрасил в два слоя белой латексной краской,
оставшейся от другого проекта. На этой фотографии можно также увидеть
свинцовый противовес, который я прикрепил под хвостом, чтобы сбалансировать флюгер.
Последний снимок (ниже) сделан после того, как ветроколесо было
присоединено к мотору. Сборка генератора закончена.
У меня не было возможность проверить свое устройство до отъезда в Аризону.
Правда, в один ветреный день, я взял генератор в руки, вышел на улицу и
поднял его высоко над головой, чтобы узнать, как он будет вращаться. В считанные
секунды лопасти набрали чудовищные обороты (ведь нагрузки у генератора не
было) и я осознал, что не имею понятия, как опустить генератор на землю, не
разрубив себя на кусочки. К счастью, в конце концов, мне удалось отвернуть
его от ветра и замедлить вращение. Еще раз подобной ошибки я не сделаю.
Теперь, когда все части генератора были у меня в руках, пришло время
подумать об электронной части проекта. Ветроэлектростанция должна состоять из
ветрогенератора, одной или нескольких аккумуляторных батарей, для сохранения
энергии, получаемой от генератора, блокировочного диода, который не позволяет
генератору раскручиваться от напряжения аккумуляторов, балластной нагрузки
для «слива» избыточной энергии после полного заряда аккумуляторов, и
управляющего всем этим хозяйством контроллера.
Для целей солнечной и ветроэнергетики разработано множество контроллеров.
Почти все можно купить на ЕЬау. Но я решил сделать собственный, и опять полез
в Google. Информации нашлось много, включая полные принципиальные схемы
контроллеров заряда. За основу своей схемы я взял нижеследующую.
12VDC
AIT
7808
Q £>Т^ЮЫРР Аз.эк
10 MFD + з.ЗК А
10
О
ф*
ф*
о
) Ш339
5 4001
(g)led
_.tf
-, А
TP
В
я f 5? *
т т
о
1К
пг
10Е
и
юк
IFR51G IFE510
О
.,— FAN
(BATTERY BOX)
..RELAY
COIL
Я затрону описание контроллера в довольно общих выражениях. Как и в случае
генератора, руководствуясь чужими рекомендациями, я многое сделал по-своему.
Прежде всего, из-за того что, будучи с ранних лет заядлым радиолюбителем, я
накопил огромное количество деталей, которые решил непременно использовать,
чтобы поменьше покупать в магазине. Я не так уж сильно переработал схему, но,
в конечном счете, получилось так, что покупать мне пришлось только реле.
Независимо от того, покупная у вас турбина, или самодельная, контролер для
нее нужен всегда. Основное назначение контроллера состоит в том, чтобы
отслеживать напряжение на аккумуляторах и направлять энергию турбины либо в
аккумуляторы, либо, если аккумуляторы полностью зарядились, в дополнительную
нагрузку. Схема и пояснения из приведенной выше ссылки хорошо объясняют принцип
его работы.
POWER OUT TO
AC INVERTER AND
OTHER 12V LOADS
BATTERY
BATTERY
BATTERY
POTTER IN FROM SOLAR PANELS
AND WIND GENERATORS
±
Ф
FUSE
RELAY
CONTACTS
COMMON
NC NO
«Й BE'
lJTYDcl FAN
CHARGE CONTROLLER
Вот фотография сделанного мною контроллера.
12У LIGHT BULBS
RELAY
COIL
■-a
Для начала все детали я привернул к листу фанеры. Со временем я смонтирую
их в водонепроницаемом корпусе.
Небольшая макетная плата по центру в нижней части фотографии, с
микросхемами и другими деталями, - собственно, и есть контроллер. На серебристом уголке
под макетной платой установлены две кнопки, с помощью которых я могу вручную
переключать ток генератора либо на аккумуляторы, либо на дополнительную
нагрузку. В большой черном теплоотводе в нижнем левом углу находятся два
блокировочных диода на ток 40 А. Пока я использую только один, но второй
понадобится, если я захочу поставить еще один ветрогенератор или солнечную батарею.
Двойной ряд золотистых прямоугольников вверху - это гасящая нагрузка,
собранная из мощных резисторов. Сопротивление каждого резистора 2 Ом. Они
используются для отвода мощности турбины при полном заряде аккумулятора, и, кроме
того, служат эквивалентом нагрузки при испытаниях турбины. В дальнейшем я
планирую использовать эту энергию каким-либо более полезным способом. Например,
для нагрева воды, или для заряда еще одного аккумулятора. Ниже гасящей
нагрузки , слева установлен главный предохранитель ветрогенератора. Небольшой
серый кубик - это автомобильное реле на 40 А. Именно оно переключает ток
турбины между аккумулятором и нагрузкой. По правой стороне расположился ряд
клеммных контактов, с помощью которых я произвожу все внешние подключения.
Генератор турбины подключается к контроллеру. От контроллера идут провода к
аккумулятору. Туда же подключается и нагрузка. Если напряжение на
аккумуляторе падает ниже 11.9 В, контроллер подключает генератор к аккумулятору, и
последний начинает заряжаться. Если напряжение аккумулятора достигает 14 В,
контроллер подключает к нему дополнительную нагрузку. Оба пороговых
напряжения, 11.9 В и 14 В, можно изменять подстроечными резисторами. Интересуясь в
Интернете, какими же должны быть эти пороги для свинцовых аккумуляторов, я
обнаружил некоторые расхождения у различных авторов. Для своей схемы я взял
усредненные значения.
При напряжении аккумулятора между 11.9 В и 14 В, контроллер может
переключать систему между зарядом и отдачей тока в нагрузку. Пара кнопок позволяет
мне делать эти переключения в любое время, независимо от контроллера. Очень
удобно при наладке устройства.
Желтый светодиод зажигается во время зарядки аккумулятора. Когда
аккумулятор заряжен, и избыточная мощность отводится в дополнительную нагрузку,
загорается зеленый светодиод. Таким образом, я имею минимальную обратную связь,
позволяющую понять, что происходит в системе. Кроме того, с помощью мульти-
метра я могу измерять напряжения в любых точках.
Все это не очень удобно. Как только у меня дойдут руки до того, чтобы
упаковать конструкцию в подходящий корпус, я непременно добавлю вольтметр и
амперметр, возможно, от автомобильного приборного щитка.
Я использовал свою собранную на листе фанеры схему, чтобы с помощью
внешнего источника питания имитировать различные режимы заряда и разряда
аккумулятора, и настроить контроллер. Устанавливая напряжение 11.9 В, а затем 14 В, я
выставил подстроечными резисторами требуемые пороги. Сделать это следовало до
отъезда, так как заниматься настройкой в поле никакой возможности у меня не
было бы.
Исследовав подробнее правила заряда свинцовых аккумуляторов, верхний порог
я установил равным 14.8 В. Кроме того, от брата мне достались герметичные
свинцовые аккумуляторы, которыми я и заменил обычные, использовавшиеся
первоначально .
Важно
Я понял, что в первую очередь, надо подключать к контроллеру аккумулятор, и
только потом ветрогенератор или солнечную батарею. Если генератор подключить
первым, волны напряжения не будут сглаживаться аккумулятором, контроллер
будет работать неправильно, реле хаотически переключаться, а броски напряжения,
в конце концов, приведут к выходу из строя микросхем. Короче, всегда
подключайте аккумуляторную батарею первой, а ветрогенератор вслед за ней. И
наоборот, разбирая систему, убедитесь в первую очередь, что генератор отключен.
Батарею отключайте последней.
Наконец, представлю вам принципиальную схему (вкладка). Она лишь немного
отличается от прототипа, ссылку на который я приводил выше. Как я говорил
раньше, некоторые детали я заменил на те, которые уже были у меня, чтобы не
тратиться на покупку новых. Советую вам поступать также. Совершенно не
обязательно повторять схему один в один.
Note: IC3c & IC3d are unused.
Ground their inputs and leave
the outputs unconnected.
Замечание: СЗс и IC3d не используются.
Заземлите их входы, а выходы оставьте
свободными.
Inputs from wind turbines and
solar panels
Входы подключения ветряных турбин и
солнечных батарей
Battery Bank+
«+» аккумуляторной батареи
Dummy Load+
«+» дополнительной нагрузки
Battery Bank-
«-» аккумуляторной батареи
Dummy Load-
«-» дополнительной нагрузки
IC1 LM7808 +8V Voltage Regulator
IC1 LM7808 стабилизатор напряжения +8 В
IC2 LM1458 Dual operational
amplifier
IC2 LM1458 сдвоенный операционный
усилитель
IC3 4001 Quad 2-input NOR Gate
IC3 CD4001 4 логических элемента «2И-НЕ»
Ql IRF540 MOSFET
Ql IRF540 MOSFET
Dl-3 Blocking diodes rated for the
maximum current each source could
produce
D1...D3 блокировочные диоды, рассчитанные
на максимальный ток подключаемых
источников
D4 1N4007
D4 1N4007
LED1 Yellow LED
LED1 желтый светодиод
LED2 Green LED
LED2 зеленый светодиод
Fl Fuse rated at total expected
current all sources combined will
produce
F1 предохранитель, рассчитанный на
максимальный суммарный ток всех
подключаемых источников
F2 1 Amp Fuse for controller
electronics
F2 предохранитель 1 А в шине питания
электроники контроллера
RLY1 40 Amp SPDT automotive relay
RLY1 автомобильное реле на коммутируемый
ток 40 А
PB1-2 Momentary contact NO
pushbuttons
РВ1-2 кнопки без фиксации
All resistors are % Watt 10%
Все резисторы j Вт 10%
Test Point A should read 7.4V
Контрольная точка А. Напряжение в точке
7.4 В
Test Point В should read 5.95V
Контрольная точка В. Напряжение в точке
5.95 В
Наконец, проект завершен. До моего отъезда осталась всего неделя. Пролетела
она быстро. Я разобрал турбину и тщательно упаковал все детали и инструменты,
необходимые, чтобы собрать турбину после поездки через всю страну. Погрузив
все в машину, я во второй раз поехал на свой участок в Аризоне, на этот раз с
надеждой, что хоть какое-то электричество у меня там будет.
Inputs frotri *tnd turbines and solar
panels
Note: 1С 3c & 1С 3d are unused.
Ground their inputs and leve
IC1 LM7S0B «6V Voltage Regulator ,he outputs unconnected.
IC2 LM1456 Dual operational amplifier
IC3 4D0I Ounri 2-Input NOR Gate
Q1 IRF540 MOSFET
Dl-3 Blocking diodes rated for the maximum currant eacfi source could produce
D4 1N4007
LEDl YellcwLEC
LED2 Green LED
F1 Fuse rated at total expected current all sources combined win produce
F2 1 Amp Fuse for controller electronics
RLY1 40 Amp SPDT automotive relay
PS1-2 Momentary contact NO pushbuttons
All resistors яге V. Writ 10%
Test Polrt A should read 7.4V
Tes( Pom; В should read 5 95V
Первым делом нужно было сделать и установить мачту. Приехав на свой участок
и разгрузив фургон, я отравился в ближайший магазин (приблизительно 60 миль в
одну сторону) и купил трехметровый кусок водопроводной трубы диаметром 14
дюйма. Дальше сборка происходила быстро. Вбив в землю четыре больших
деревянных кола, я привязал к ним нейлоновые растяжки. Талрепы на нижних концах
растяжек позволяли мне без труда выровнять мачту по вертикали. Со временем
нейлоновые растяжки будут заменены тросами, а деревянные колья стальными. Но и
сейчас все работало прекрасно.
На этой фотографии я с близкого расстояния показал, как закрепить растяжки
в верхней части мачты.
На фотографии (ниже) видно установленное на землю основание мачты, и
провод, выходящий через тройник в нижней части трубы. Для подключения генератора
к контроллеру я использовал старый сетевой удлинитель со сломанной розеткой,
обкусив его с обоих концов. Протащить провод через трубу было совсем легко,
т.к. стояла холодная погода и провод был очень жестким. В теплую погоду для
этого, скорее всего, мне потребовалась бы специальная стальная поволока.
Я стал ждать ветра. Был полнейший штиль. Первый безветренный день, который
я наблюдал когда-либо в этих местах. Обычно здесь всегда дует ветер. Что же,
оставалось только ждать.
Наконец! Подул ветер, и турбина закрутилась. Почему-то в эти дни ветер на
моем участке был необычно слабым. Впрочем, турбина все равно давала много
энергии, несмотря на то, что скорость ветра не превышала 20 миль в час.
На фотографии ниже показаны контроллер, аккумулятор и всяческая,
подключенная к ним, электроника и электротехника. Вы можете видеть инвертор на 120 В и
мультиметр для наблюдения за напряжением аккумулятора и турбины. К инвертору
подключены электробритва и зарядное устройство для аккумуляторов. Позднее с
помощью сетевого удлинителя я провел электричество прямо в свою палатку.
Хаотическая конструкция, конечно, но я очень торопился воспользоваться ветром,
которого так долго ждал. Думаю, это некоторое оправдание для меня.
Здесь электроника видна крупным планом. Мультиметр показывает, что турбина
вырабатывает напряжение 13.32.В. А электробритва и зарядное устройство через
инвертор нагружают систему.
На следующем снимке мультиметр показывает, что турбина вырабатывает 13.49
В. Напряжение нагруженной турбины от скорости ветра зависит мало. Как только
начинает дуть ветер, турбина разворачивается к нему и начинает вращаться.
Турбина раскручивается все быстрее и быстрее, до тех пор, пока ее выходное
напряжение не превысит сумму напряжения на аккумуляторе и падения на диоде
(это что-то около 13.2 В, в зависимости от степени заряда аккумулятора) . Как
только напряжение превышается, турбина сразу получает нагрузку из-за
подключения аккумулятора. Теперь, чем сильнее дует ветер, тем большим током
заряжается аккумулятор, а скорость вращения турбины от скорости ветра почти не
зависит. Система прекрасно саморегулируется. Конечно, как поведет себя турбина
при шторме, сказать сложно. Но очевидно, что балластная нагрузка,
подключаемая контроллером к турбине, очень эффективно выполняет роль тормоза, даже при
сильных порывах ветра. А замыкание турбины накоротко тормозит ее еще лучше,
что я уже имел возможность проверить.
В конце концов, я решил, что моя установка смонтирована слишком
неаккуратно , и даже опасно. Путаница сильноточных проводов, похожая на мышиное гнездо,
расположенных на алюминиевом столе - неумное решение. Риск короткого
замыкания был очень велик. Поэтому я привел всю электронику в порядок, установив ее
на лист фанеры и водрузив конструкцию на пластиковый контейнер. Затем я
пустил длинный кабель от инвертора к своему лагерю, и подключил к нему все свои
приборы.
Вот, так сказать, панорама моей установки.
-с
Как же здорово! У меня есть электричество! Мой ноутбук получает энергию от
инвертора, который, в свою очередь, получает энергию от ветрогенератора.
Обычно заряда аккумуляторов хватало ноутбуку часа на два. А теперь
аккумуляторы мне вообще не нужны. Я могу выгрузить в компьютер переполненную карту
памяти фотоаппарата или посмотреть DVD. Могу заряжать сотовый телефон,
пользоваться электробритвой, насосом для надувного матраца. Примитивный быт
предыдущих поездок закончился!
Практика
ВИДЕОПРОЕКТОР СВОИМИ РУКАМИ
Вы самостоятельно можете собрать настоящий проектор по качеству изображения
нисколько не уступающим промышленным. Справедливости ради отметим, что до 90%
времени уходит на поиск и приобретение компонентов для сборки. Основные
компоненты :
1. LCD-матрица (монитор, жк-телевизор)
2. Лампа - металлогалоген с дросселем, керамическим патроном и ИЗУ
3. Линзы Френеля - 2 шт.
4. Объектив
5. Стекло 4 мм по величине корпуса
6. Вентилятор
7. Медный многожильный кабель ~ 5 м
8. Фанера 10-14 мм - 1 лист.
9. Шурупы 4 0 мм ~ 50 шт., 10 мм ~ 20 шт.
10. Рейка для крепления линз, стекла и матрицы
11. Рефлектор (не обязательно)
Принцип работы
проектора
Принцип работы проектора основан на проекции изображения с 14"-19" LCD-
монитора на большой экран при помощи альтернативного источника освещения.
Свет мощной лампы проходит через LCD-панель и с помощью специальной оптики на
экране отображается спроецированное изображение.
Рис. 1. Принцип работы проектора. 1 - Лампа; 2 - Защитное
стекло; 3 - а, Ь - линзы Френеля; 4 - LCD-панель; 5 - Обычная линза;
А - Сферический отражатель (рефлектор); В - Поток света.
Линза Френеля при увеличении заменяет сотни обычных линз благодаря
уникальной структуре круглых бороздок (см. рисунок внизу), но это не главное.
1 2
Рис. 2. Поперечное сечение линзы Френеля (1) и обычной линзы (2)
Линза Френеля позволяет с одной стороны равномерно распределять свет от
лампы на LCD-панель, с другой - концентрировать свет с каждого пикселя и
переносить его через увеличение обычной линзы и равномерно распределять
полученное изображение на большой экран. Что же происходит при использовании
только одной линзы Френеля, если мы попытаемся спроецировать изображение с
LCD-панели: свет от лампы попадает на линзу, равномерно распределяющей свет
по поверхности панели, однако перед проекцией на большой экран на обычную
фокусирующую линзу (А) попадает лишь малая доля светового потока (см. рис.
внизу) . Вторая же линза Френеля концентрирует поток света прямо на фокусирующую
линзу (А) (см. второй рис. внизу).
Рис. 3. Использование линзы Френеля.
Таким образом, потеря при передаче светового потока с LCD-панели на большой
экран минимальна.
Выбор монитора
Сердце любого современного мультимедийного проектора - LCD TFT монитор от
1,5 до 4,5 дюймов с высоким разрешением. В нашем случае - это ЖК монитор от
4,5" до 19". Сама LCD-панель прозрачна, что позволяет пропускать через нее
световой поток и с помощью оптики проецировать изображение на большой экран.
Чем стоит руководствоваться при выборе монитора. В первую очередь - это
качество, главные слагаемые которого - это разрешение, контрастность, размер
вертикали, время отклика и размер пикселей. Разрешение должно быть как можно
больше - минимальные требования для нормального изображения 800x600 пикселей
(SVGA). Например, для 15-дюймвого монитора отлично подойдут следующие
характеристики: 1024x768 (XGA) с контрастностью 400:1, время отклика 15 мс и
размером пикселя 0,28. 15-дюймовый монитор - оптимальное решение для нашего
проектора в соотношении цена-качество. Хотя, чем меньше монитор, тем конструкция
проектора становится компактней. Однако, 7" панели с такими же относительными
характеристиками в пропорции с 15" монитором стоят намного больше, а главная
наша задача - выбрать самый бюджетный вариант, особенно если речь идет о
продаже готовых проекторов.
Подходящие модели:
• Che Mei Corporation:
- CMV1515
- CMV1512
• АКА:
- LiquidVideo NEG A150X1
- Polyview A150X1 518A - 500:1, 15 мс XGA15"
- CMV CT529A 15" цвет: 16.7 миллион, 500:1, 16ms, длинный кабель (FFC)
Newegg.com
- LG L1515S 400:1, 25 ms, 1024 x 768, яркость 250 cd/m2, угол обозр.
H:160, V:140, пиксель 0.297 x 0.297 мм, без FCC
- NEC Multisync V1550VM 15", 450:1, 16мс, без FFC
- Lilliput 7" SVGA 2400x480 точек
Эта вещь стоит около $200 и идеально подходит для тех, кто хотел бы
компактный проектор. Разрешение, конечно, не такое, как и у 15" мониторов, но
качество изображения получается приличным. Там нет FFC, но есть соединение,
которое должно находится под углом 90 гр. от панели - сделать это не сложно.
Обязательно надо выбирать SVGA, 2400x480 точек (в обиходе XGA) с д/у пультом
ВНИМАНИЕ! У малых панелей разрешение дается в точках, а не в пикселях. Одна
точка - это один RGB цвет. Так если указывается разрешение 2400x480 - это
Значит 800x480 пикселей. Осторожно, чувствительны к статическому
электричеству.
- NEC 1545v 15" 300:1, 30 мс, XGA
- BENQ 557s 15" 400:1, 16 мс, XGA (только 557 'S'! 557 - не пойдет)
- Benq 581s 15" 450:1, 16ms, без FFC
- NEC Multisync LCD1560M 1024x768 XGA, 450:1,яркость 300, разъемы VGA и
DVI-D, FFC достаточно длинные. He все 1560Ms могут подойти.
- Mag LT456s 300:1, 1024x768,50 мс - не для геймеров. Не все Mag 14" могут
подойти.
- Samsung 151s 300:1, 1024x768 (XGA),16.7 млн. цветов, 30 мс (у серебряной
модели 25 мс). Не все 151s подходят.
- Viewsonic VG150 350:1, 30 мс, 15", без FFC.
- Liteon Model No. (указано сзади): H15AAU
- LG Flatron 1511s 350:1, 25 мс, XGA(1024x768) , 16 млн. цветов, только 6
бит 0.297
- NFREN 151М2 (кажется марка ВТС) 350:1, 30 мс, XGA (1024x768), 262 тыс.
colors (6 бит R/G/ 0.297)
- Acer AL506 450:1, 23 мс, XGA(1024x768), 16.7 илн. цветов, 0.297
- Sony SDM-HS53 три модели W, Н и L: 400:1, 30 мс, XGA (1024*768), 16.2
млн. цветов, 0.297 некоторые с FFC
- Sony SDM-S53H
- SAMSUNG LTM 1555Х - S
Только "X" модели, не "В" с FFC issue. Пойдут LTM1555B S, LTM1555X S. Не
пойдут LTM1555B Т, LTM1555X Т. Яркость 450 cd/m2, 400:1, 15", 1024 х 768,
XGA, 4:3 (есть16:9)
- Samsung LTN1565X /ХАА 15" LCD TV только FFC к LCD может быть проблемным.
- Proview HD 572 используется панель LG 151. Есть FFC - но легко
справиться .
- Samtron 51S 15", 0.297, 330:1, 25 мс - удобен в установке.
- BenQ 567s ver.2 (FP567s Ver.2) XGA 1024X758, 450:1, 16 мс
- BenQ FP531BL 400:1, 250 cd/m2, 1024x768, 25 мс - удобен в установке.
- Samsung LTM150XH-T01 XGA 250 nits / 300:1 DTD-UXGA-RVD
- Samsung LTM150XP
- Samsung SyncMaster 510N 300:1, 25 мс, XGA, VGA вход, встроенный ТВ-тюнер
- Neovo M-15V 15" (381mm), 500:1, XGA 1024 x 768, 15 мс
- Gateway FPD 1510
- 13" Sony CDL-133 с FFC нет проблем, 200:1, 35 мс
• Модели без FFC
- Samsung 151S , LTM150XH-L01
- Samsung 150MP
- CMV 1515
- CMV 1512
- Liquid Video 1512
- Win 1512
- 1-0 Data A15V
- Benq 557s
- Benq 567s
- NEC 1545v
- Mag 14" - лучшая для проектора
- Gateway FPD1530 Без 0 - с FFC
- LG L1730B 17", 12 vc, 550:1
- CMV 522
- Planar PL150 - есть FFC - надо удлинять
- MAG Innovision LT565 15", 400:1 16 мс
- HP L1502 15" LCD, 1024x768, 400:1, 23 мс надо удлинять FFC
- Dell E152FP
- Dell E153FP 1024*768, 350:1 / 400:1, 25 мс - удобен в разборке и уста-
- PIXO AT500S внутри Sharp LQ150X1DG51
- Samsung 570v 15" есть FFC - надо удлиннять
• 17" мониторы
- SGI 1600SW 17" широкоэкранный, 24-Bit цвет, 350:1, 40 мс, без FFC
- Benq 767
- Samsung 712N 17 600:1, 12 мс, 1280x1024, 16.7 млн. цветов, без FFC
- Dell 1702FP 17", 4:3, 1280x1024, 500:1 (892:1), 25 мс, 16.7 млн. цветов,
с FFC
- 17" Rosewill R710J TFT Active Matrix LCD, SXGA 1280x1024, 0.264 мм, 300
cd/m2, 400:1, 16 мс, с FFC.
- The Nu Tech 17" с FFC.
Основа проектора
Вид собранного корпуса TVIPY PRO на рис. внизу. Размеры 300 х 700 х 350
(все размеры указаны в мм).
новке.
Рис. 4. Корпус проектора.
Далее "раздеваем" монитор. Самая проблема в том, что конструкция (дизайн)
мониторов настолько разная, что трудно выработать какое-то единое руководство
по разборке и предосторожностях в обращении с хрупкой матрицей. Производители
стараются сделать мониторы как можно более плоскими и располагают плату за
самой панелью и соединяют их с помощью короткого плоского шлейфа (FFC - см.
на рис. слева), который может оказаться настоящей проблемой, поэтому требует
к себе максимально осторожного обращения. Такой кабель не позволяет удалить
электронику на достаточное расстояние от панели и может помешать получить
полноценное изображение, закрыв часть панели для проходящего через нее света.
При выборе модели, можете руководствоваться списком походящих и нежелательных
моделей в начале этой главы.
Рис. 5. Разборка монитора.
Будьте осторожны при разборке монитора - не поцарапайте поверхность панели
с обеих сторон. Прозрачная или матовая пленка на поверхности панели - это
поляризатор , необходимый для его корректной работы - не удаляйте ее. Панель
сделана из стекла и ее можно легко расколоть. При работе старайтесь не
давить. Удалите заднюю подсветку и сопутствующие компоненты. Затем удалите
листы диффузора. Не отдирайте ничего - вся разборка должна быть как расслоение
сэндвича.
Когда панель будет "раздета", обратите внимание на соединения по краям (см.
рис ниже).
Рис. 6. Соединения монитора.
Соединения тонкие и не следует их сильно изгибать. Если одну поломать, то
монитор работать не будет и починить ее будет практически невозможно. Многие
LCD-панели вмонтированы в металлическую раму для сохранения соединений от
таких как мы (шутка). Она приклеена силиконовым клеем к началам соединений и
пусть себе приклеена - отдирать ее не надо! Когда все ненужное удалено,
прикиньте, как все провода с разъемами и кнопками регулирования удобнее всего
будут расположены внутри корпуса, чтобы не мешать проходящему через панель
потоку света. Следует учитывать также дизайн будущей конструкции. Пример
расположения амуниции смотрите на рис. внизу.
Рис. 7. Расположение монитора в корпусе.
Выбор и установка лампы
Выбор был сделан в пользу металлогалогеновой лампы мощностью 400 Ватт,
относительно дешевой и широко использующейся для освещения улиц, стройплощадок,
открытых производственных площадей. Ее стоимость 450-650 рублей (ДРИ-400) при
среднем сроке работы 15 ООО часов, тогда как стоимость лампы для обычного
промышленного проектора может достигать 600$, а срок службы составляет 1000-
2000 часов. Патрон к такой лампе нужен керамический, рассчитанный на большую
температуру и напряжение.
Рис. 8. Лампа ДРИ и керамический патрон для нее.
Поскольку металлогалогеновая лампа требует очень высокого напряжения при
400 Ваттах потребления электричества, потребуется стабилизатор (ПРА - пуско-
регулирующий аппарат) с ИЗУ (импульсное зажигающее устройство), регулирующие
напряжение, подаваемое на обычные домашние розетки.
Рис. 9. Пускорегулирующий комплект для ДРИ.
Стабилизаторы бывают двух типов - электронные (легкие, компактные, но
дорогие) и витые - с сердцевиной и обмоткой (тяжелые, габаритные, но дешевые -
см. фото внизу). Приобретая лампу в специализированном магазине, убедитесь,
что к ней есть такой стабилизатор с ИЗУ. Внимание, к лампе 400 Ватт и
оснащение нужно не менее 400 Ватт.
Рис. 10. Слева: импульсное зажигающее устройство (ИЗУ) для ламп
ДнаТ и ДРИ. Справа: Аппараты пускорегулирующие (ПРА) .
ВНИМАНИЕ!
При работе с высоковольтными приборами, будьте предельно осторожны, и, если
Вы никогда не имели дело со вскрытыми электроприборами, следует обратиться к
специалисту. Металлогалогеновая лампа при повреждении корпуса эмитирует
ультрафиолетовое излучение, опасное для кожного покрова и слизистой, поэтому
убедитесь , что лампа не повреждена. Также не рекомендуется смотреть на
включенную в сеть лампу - можно серьезно повредить глаза.
В стандартном корпусе под 15" монитор есть достаточно места для
"тяжеловеса" ПРА, кроме того, он служит балластом для устойчивости конструкции. На
фото ниже показано, каким образом рекомендуется расположить лампу и
трансформатор внутри корпуса.
i
i
Рис. 11. Расположение ПРА в корпусе проектора.
Лампу с патроном следует расположить так, чтобы место накаливания лампы, то
есть "спираль", излучающая свет, должна быть точно на уровне центра задней
стенки корпуса. Центр определяется пересечением диагоналей, как показано на
фото выше. Схема подсоединения обычно указывается на ИЗУ (иниторах). На рис.
ниже типичная схема, только вместо натриевой лампы должна быть металлогалоге-
новая 400 Ватт:
.1
Рис. 12. Схема включения лампы.
Таблица подходящих ламп
Название
W, Вт
СП, Лм
ЦТ, К
Ra
I, А
OSRAM POWERSTAR
HQI-T 250/D
275
20000
5300
95
3,0
HQI-TS 250/D
275
20000
5100
95
3,0
HQI-TS 250/WDL
275
20000
4200
85
3,0
HQI-BT 400/D*
400
27000
6100
95
3,5
HQI-BT 400/D**
460
35000
5200
95
4,0
HQI-T 400/N*
480
42000
3500
65
4,1
HQI-T 400/N**
410
34000
4000
65
3,6
HQI-TS 400/D*
385
31000
5600
95
3,6
HQI-TS 400/D**
440
37000
5200
95
4,1
HQI-TS 400/NDL**
440
35000
4200
85
4,1
PHILIPS
MASTER HPI-T Plus
250/645 E40 SLV
250
20500
4500
65
?
MHN-TD Pro 250/842
FC2 1CT
250
20000
4200
85
?
MASTER HPI-T Plus
400/643 E40 SLV
400
35000
4300
65
?
General Electric ARCSTREAM
ARC250/T/H/960/E40
250
19000
6000
90
?
ARC400/T/H/960/E40
400
25000
6000
90
?
BLV HITLITE
HIT-DE 250 nw
250
20000
4200
?
3,0
HIT-DE 250 bw
250
20000
3500
?
3,0
BLV TOPFLOOD
HIT 250 dw
250
20000
5200
?
3,0
HIT 250 nw
250
20000
4200
7
3,0
HIT 400 dw**
400
32000
5200
?
4,0
HIT 400 nw**
400
42000
4200
?
4,0
Reflux (сделано в РФ, горелки возможно от Philips)
ДРИ-Т 250 У*
250
19000
4500
65
2,15
ДРИ-Т 250 У**
295
23000
4000
65
3,0
ДРИ-Т 400 У*
400
35000
4300
65
3,25
ДРИ-Т 400 У**
445
38000
4000
65
4,6
* При работе с дросселем для МГ ламп
** При работе с дросселем для натриевых ламп
Объектив
Для проекции полученного изображения на экран обычная круглая выпуклая
линза не пойдет, для наших целей используется объектив от фотокамер - так
называемый триплет - комплект из 3-х и более выпуклых и вогнутых линз диаметром
от 4 см, лучше от 5 до 10-12 см, чем больше, тем лучше с фокусным расстоянием
не менее 300 для 15"-17" (для 17" уже лучше 500) и 500 для 17"-19" Искать
стоит у фотолюбителей - со времен СССР их осталось много.
Таблица подходящих объективов
Наименование
Относительное
Фокусное
объектива
отверстие
расстояние, мм
Уран-12
1:2,5
500
Индустар-17
1:5
500
Индустар-52
1:5
500
ОФ-41
1:4,5
450
Индустар-37
1:4,5
300
Индустар-13
1:4,5
300
ОР-452
1:6,3
470
ОР-451
1:6,2
488
ТВИПИ-01
1:4
275-325
ТВИПИ-02
1:4
320
ТВИПИ-03
1:5
500
Сборка проектора
Важно, чтобы лампа, линзы, панель и объектив располагались в корпусе по
центру конструкции на оси проекции (X). Линзы Френеля от Videoproektor.com
сделаны специально для этого проектора для LCD-панелей разных размеров. Их
фокусная длина 220 мм (Рис.1, За) и 330 мм (Рис.1, ЗЬ) . Располагать линзы
следует ребристой стороной к LCD-панели на расстоянии не ближе чем 15 мм от
нее, иначе на полученном изображении будут видны концентрические круги от
линз. Определить фокусное расстояние просто - возьмите линзы и спроецируйте
на стену источник света, например, лампочку Эдисона - доступна в некоторых
специализированных магазинах Улан-Батора (шутка). Та, от которой расстояние
до стены больше, есть 330 мм (можете измерить сами).
Лампу стоит располагать от задней стенки не менее 50 мм. Расстояние от
лампы до линзы 3«а» должно быть не более 220 мм, иначе свет будет собираться в
пучок, а нам надо поток света, параллельный оси проекции, который будет
проходить через всю площадь панели, а не центральную ее часть. Расположив лампу
ближе, мы наоборот будем рассеивать поток света, и изображение потеряет
яркость .
Расположение защитного 4-х миллиметрового стекла («2» на Рис.1а) - примерно
30-40 мм от линзы 3«а». Размер его определяется размерами корпуса, важно,
чтобы оно было внизу короче на 20 мм для системы охлаждения (см. рис. внизу)
Расстояние между линзой «Ь» (Рис.1а) и объективом определяется фокусной
длиной линзы «Ь», то есть 330 мм минус 10 мм, так как точка фокуса должна
быть не на поверхности объектива, а «внутри» него. К примеру, идеальная
фокусная длина объектива для этой конструкции будет 320 мм (ТВИПИ-1), но
подойдут и другие из приведенной выше таблицы. Для подвижного объектива
рекомендуется «разбег» около 50 мм.
Внимание: LCD-панель должна быть расположена «вверх ногами» и развернутой
слева на право - почти всегда это плата расположенная внизу и со стороны объ-
ектива, что очень даже удобно. Рекомендуется работать с ней очень осторожно в
ненапудренных резиновых перчатках, чтобы не оставлять отпечатков, которые
удалить потом будет непросто.
3
□
1 2
Рис. 13. 1 - Вентилятор; 2 - Нижняя щель; 3 - Верхняя щель.
В нашем проекторе предусмотрена система охлаждения (см. рис. выше - вид
сбоку) с вентилятором «1» 120 мм, где поток воздуха поступает сверху в щель
«3» длиной с ширину корпуса и шириной ~20 мм, проходит между линзой и LCD-
панелью и через похожую нижнюю щель «2» между защитным стеклом с линзой и
дном корпуса.
Вентилятор может быть от системного блока (требуется дополнительный блок
питания на 12 Вольт - может потянуть и два кулера) либо промышленный на 220
Вольт. В любом случае, рабочая температура поверхности LCD-панели не должна
превышать +40°С. Важно установить фильтр для входящего потока воздуха, для
этого подойдет фильтр от кондиционера или вытяжки, а также решетку на
вентилятор, чтобы свет от лампы не мешал просмотру. Лучше будет установить решетки
с обеих сторон вентилятора с направлением жалюзи в одну сторону.
Внимание: при дизайне системы охлаждения приоритет отдается охлаждению LCD-
панели, не стоит устанавливать фильтры и решетки, чрезмерно препятствующим
потоку воздуха.
Лампу стоит установить точно по центру конструкции под углом 45° не ближе
50 мм от задней стенки, а провода, дроссель, ИЗУ и вентилятор от излучения
лампы лучше защитить алюминиевой жестью или фольгой. Убедитесь, что ничто не
будет впоследствии прислоняться к лампе.
В электроцепи (рис. ниже) предусмотрено 2 выключателя, чтобы можно было
охлаждать панель еще несколько минут после выключения проектора.
Внимание: никогда не работайте с проводкой при включенном в высоковольтную
сеть оборудовании - это может нанести непоправимый вред Вашему здоровью и/
или привести к смерти! Авторы разработки не несут за это никакой
ответственности .
предохранитель
IS А, 220 В
/
/
СЕТЬ
220 В
выключатель "А"
15 А
вы
ключа тшль
15 А
Всмтилнтор
220 В
120 мм
лампа
МАТрОН
Г
LCD БЛОК
ПИТАНИЯ
о
IN
а
о
*
со
12 В к LCD
ДРОССЕЛЬ
ч _
О V
а
х +
•- + о
2 —■
X
в
аз
фллл
ноль
■ шемление
Рис. 14. Схема электропитания проектора.
ЖЕЛАЕМ УДАЧОИ СБОРКИ!
Технологии
РАБОТА С ОРГСТЕКЛОМ
Как и чем можно
резать акрил
На промышленных предприятиях, которые обрабатывают акрил, используются
специальные станки для разрезки листов и прутков. У нас с вами такого
оборудования нет. Поэтому мы будем использовать то оборудование и инструмент, который
доступен нам. Но, хочется особо отметить, что всегда надо пользоваться
исправным оборудованием и остро заточенным инструментом. И так, перед нами лист
органического стекла. Один из простых способов раскроить лист с
использованием самодельного резца. Его можно изготовить из старого ножовочного полотна,
заточив его таким вот образом:
Вдоль металлической линейки наносим бороздки. И так делаем несколько раз.
Пока глубина бороздки не будет больше половины толщины листа. Далее с упором
об угол стола переламываем аккуратно лист. Но, при этом кромка листа остаётся
не ровной и требует дополнительной обработки. Таким образом, можно
обрабатывать без труда листы толщиной до 5 мм.
Следующим из инструментов идёт обычная пила для резки по металлу. Но у неё
есть ограничения по продольному распилу. Дальше мы уже не распилим.
Для вырезания фигурных отверстий и криволинейных контуров можно применить
старый дедушкин лобзик (если у кого он еще сохранился). Он хорош тем, что им
удобно вырезать "внутренних" контуры. Предварительно засверлив отверстие для
вставки пилки. Им можно с успехом вырезать контурные отверстия в листах
акрила толщиной до 10 мм.
И конечно, любимый инструмент мастеровых людей - электролобзик. Им можно,
вырезать и контуры, и использовать для раскроя листа.
Использовать электролобзик можно до толщины листа 20 мм. Средние обороты
электролобзика желательны около 800 об/мин, при этом, переключатель
продольной подачи лучше пилки установить в положение "0". Скорость обработки 3 мм
листа составит около 1 м/мин. Пилку можно использовать для контурной
обработки металла. Несколько советов:
• Предварительно разметьте лист,
• Постарайтесь хорошо закрепить лист. Не обрабатывайте акрил в
незакрепленном положении!
• Включайте электролобзик до момента начала распила. Для того, что он
набрал необходимые обороты.
• Начинайте и заканчивайте распил листа плавно, что бы не получились
сколы.
• При распиливании будьте внимательны, необходимо охлаждать пилку, иначе
она вплавится в акрил. Или пилите в несколько заходов, периодически
отводя назад электролобзик для охлаждения пилки. Чувство распила акрила
приходит вместе с опытом.
• Если у вас есть возможность обрабатывать акрил на механообрабатывающем
оборудовании, то для охлаждения лучше использовать СОЖ (смазывающе-
охлаждающие жидкости) - водные растворы Укринол 4% или Аквол-1. Можно
использовать обдув сжатым воздухом.
Сверление отверстий
Обрабатывать отверстия в листе акрила до диаметра 5 мм можно обычными
спиральными сверлами для обработки металла. Но диаметры более 5 мм - нужно уже
обрабатывать специально заточенными сверлами. Наиболее простая заточка
сверла :
Сверло будет работать правильно, если во время сверления оно будет скоблить
акрил, а не резать его с безобразно издаваемым звуком. Так же если у кого-
нибудь есть доступ к заточному оборудованию, то хорошие показатели сверления
могут обеспечить сверла с такими вот заточками:
При сверлении глубоких отверстий на глубину более чем 3D (D - диаметр
сверла) необходимо чаще выводить сверло из отверстия для его охлаждения. Обороты
вращения шпинделя для сверления отверстий до 5 мм ориентировочно могут
составлять от 200 до 300 об/мин. При сверлении отверстий более 5 мм - до 510
об/мин. При этом подача - ручная. При оптимальных оборотах шпинделя и
правильной подачи, стружка из отверстия выходит равномерно и постоянно, стенки
отверстия гладкие, молочного цвета. Для получения более точного отверстия
можно, без проблем применять развертки для обработки металла.
Для вырезания отверстий диаметром 50 мм, 80 мм, 120 мм можно использовать
специальные насадки для вырезания отверстий в гипсокартоне. Подобрав
соответственно их по диаметру.
Нарезание резьбы
Отверстие мы просверлили, теперь чем нарезать резьбу? Нечего голову ломать.
Берем обыкновенные машинные метчики - для внутренних резьб, и плашки - для
наружной резьбы. Несколько советов:
• отверстие под резьбу должно быть выполнено сверлом под соответствующую
резьбу с увеличенным диаметром на 0,05...0,1 мм.,
• используйте только вторые номера метчиков и плашек, для окончательной
нарезки резьбы,
• при начале нарезания резьбы, прижмите (не сильно) инструмент в осевом
направлении к детали, что бы не было срыва первых витков резьбы, далее
метчик или плашка может работать за счет самозатягивания,
• для примера: для получения резьб степеней точности 4Н-5Н, 5Н-6Н
рекомендуется использовать метчики со степенью точности HI, Н2 (ГОСТ 16925-71),
• при сборки резьбовых соединений, перед сборкой протрите сопрягаемые
детали , наличие масел на винтах и в отверстиях не допустимо.
По поводу нарезания резьбы в акриле. Резьба получается "слабая" и легко
срывается. Если не получается обойтись без нарезания резьбы, то лучше
попробовать изготовить металлические ввертыши и вклеить их в акрил.
Точение
Не многие имеют в своём арсенале токарный станок. И поэтому этот точение не
будем обсуждать подробно. Можно только отметить, что требуется специальная
заточка токарного инструмента. Лучшие показатели по обработке акрила дают
резцы с напайными пластинами из твердого сплава ВК и ТТК. Чистовую обработку
лучше делать алмазными резцами. Обязательно использовать СОЖ. И немного о
заточке резцов. Наибольшее влияние на стойкость резцов оказывает величина
заднего угла "а". Оптимальной для обработки акрила величина а = 15...20 град.
Передняя поверхность резцов должна быть полированной и не иметь фасок.
Величина переднего угла должна иметь значение 10...20 град. Чтобы получить
поверхность высокого класса шероховатости можно сделать зачистное лезвие с
углом 0 град. и фаской 1. . 2 мм. Радиус при вершине резца должен быть не менее
0,5 мм.
Фрезерование
К сожалению, и эта операция доступна не каждому. Но дам несколько советов:
- опорная поверхность деталей из акрила должна быть плотно прижата к столу,
- во избежание сколов акрила необходимо применять "попутное" фрезерование,
т.е. направление вращение фрезы и подачи должны совпадать,
- диаметр фрез может быть больше, чем фрез для механической обработки
металла ,
- число Зубьев должно быть допустимо минимальным,
- в качестве СОЖ можно использовать растворы мыл,
- при работе торцевыми фрезами, обороты вращения фрезы должны быть высокими
(от 10000 об/мин.)
Отделочные операции
Опиливать кромки листа акрила или деталей из него, лучше всего напильниками
предназначенными для обработки алюминия, магния и других мягких металлов, так
называемыми рашпилями. Напильники с мелким зубом быстро забиваются крошкой и
поэтому не эффективны. Если нужно обточить не большую поверхность по точным
размерам, можно применить надфили.
Следующей операцией для улучшения качества поверхности, может быть
опиливание кромок и частей деталей с помощью обычных шлифовальных шкурок. Чтобы
получить более или менее прямолинейную поверхность используйте шлифки.
Технологические переходы выглядят примерно так, шкурка № 180, далее № 240,
далее № 320. Это если шлифовать на сухую. Можно применять и мокрую шлифовку
соответствующими шкурками для мокрой шлифовки.
От механизации ручного труда то же не стоит отказываться. Можно свободно
использовать шлифмашинки.
Полирование применяется, для того чтобы получить глянцевую поверхность.
Таким образом, можно заполировать неглубокие царапины. Полировать можно с
помощью специальных полировочных паст. Так же можно применить полировочную пасту
G3 фирмы Farekla для полировки лакокрасочных поверхностей. Полировать можно
влажной хлопчатобумажной тряпочкой. Остатки пасты смываются водой.
Маленький совет, не пользуйтесь пастой ГОИ и войлочными кругами, они
оставляют следы при неумелом использовании.
Гравиров ание
Для гравировки по акрилу можно использовать дремель с гибким валом и
комплектом боров для стоматологии, но на рынке всегда можно найти гравировочные
приспособления выполненные из стоматологических сверлильных машинок, и
микродвигателей .
Гибка
Пластические изменения акрила происходят под воздействием температуры около
200...220 град. Но перед гибкой акрил необходимо нагреть. Греть его можно под
струёй горячего воздуха от промышленного фена, в кипящей воде, над газовой
печкой. Только с одним ограничением - органическое стекло боится открытого
огня и греть его над газовой печкой очень опасно. Вот таким способом можно
гнуть акрил под воздействием горячего воздуха промышленного фена.
Когда акрил станет эластичным, его можно с помощью деревянного бруска или
металлического уголка гнуть на нужный угол. При этом обязательно
зафиксировать в окончательном положении и выдержать, охладив примерно до 60 град.
Иначе нужный угол не получится - акрил "сыграет" и уйдёт от нужного положения.
При гибке не стоит снимать защитную плёнку с акрила.
Склеивание
Основные виды соединения при склеивании органического стекла - это
соединение внахлестку, на ус, встык, в шпунт и с накладкой. Правильный выбор клея и
метода склеивания обеспечивает необходимую прочность изделия и не портит его
внешний вид. Например, при склеивании внахлестку следует стремиться к тому,
чтобы нахлест был не менее 4-кратной толщины склеиваемого стекла. При
склеивании на ус ширина уса должна быть не менее 3-кратной толщины материала.
Склеивание встык и на ус требует тщательной подгонки склеиваемых
поверхностей. Клеить можно как специальными клеями для органического стекла, так и
клеем приготовленном на основе дихлорэтана.
Склеенные изделия зажимают струбцинами или туго обвязывают и в таком
состоянии выдерживают не менее 3 часов. Клей из дихлорэтана готовится следующим
образом: в 100 г дихлорэтана при интенсивном помешивании растворяют 2-5 г
стружки органического стекла при комнатной температуре в течение 25-30 мин.
Затем раствор оставляют для дальнейшего набухания стружки. Чтобы ускорить
процесс, раствор периодически перемешивают. После приготовления клей
выдерживают не менее 2-3 суток. Клеевой раствор наносят на обе склеиваемые
поверхности равномерным движением кисти в одну сторону. Необходимо следить за тем,
чтобы не было не промазанных клеем участков и пузырьков воздуха.
Внимание! Склеивать органическое стекло надо под вытяжкой или на открытом
воздухе, так как пары дихлорэтана вредны! И быть достаточно быстрым, так как
дихлорэтан быстро сохнет.
Очистка акрила
Поверхность органического стекла очищают от грязи, жира и клеевых потеков
ватным тампоном или фланелью, смоченной в теплой воде, можно с мылом. Жиры и
масла удаляют бензином или керосином. Ацетон, этиловый спирт и растворители
портят поверхность стекла. При протирке всухую стекло электризуется и
притягивает к себе пыль, которая при трении образует царапины. Поэтому стекло
следует протирать увлажненным протирочным материалом.
Успехов в работе.
Технологии
ЗНАКОМСТВО С ПОРТНЫМ
(Scan Tailor - авт. Иосиф Арцимович)
О ПРОГРАММЕ
Scan Tailor (tailor по-английски - портной) - это интерактивный инструмент
для пост-обработки сканированных страниц. Он делает такие операции как
разрезание страниц, компенсация наклона, добавление/удаление полей, и другие. Вы
даете ему необработанные сканы, а в результате получаете страницы, готовые
для печати или сборки в PDF или DjVu файл.
Сканирование, оптическое распознавание символов, а также сборка
многостраничных документов не входят в задачи проекта.
Программа разрабатывается как для Windows, так и для GNU/Linux (и других
Unix-подобных систем).
УСТАНОВКА И
ПЕРВЫЙ ЗАПУСК
Версии для Windows (http://scantailor.sourceforge.net/?q=ru/node/4)
поставляются в виде инсталлятора. Установите программу и запускайте ее через меню.
Как минимум следующие дистрибутивы имеют Scan Tailor в оффициальных репози-
ториях:
• Ubuntu
• Fedora
• OpenSUSE
• AltLinux
Если в вашем дистрибутиве его нет, или вы хотите самую последнюю версию
(http://scantailor.sourceforge.net/?q=ru/node/4), тогда вам придется
собрать его из исходников. После сборки вы сможете запустить Scan Tailor через
Alt+F2, введя там комманду "scantailor" (без кавычек).
После запуска, главное окно программы выглядит примерно так:
1беэ имени - Scan Tailor 0.9.7
Файл Инструменты
1
Исправление ориентации
Раэрем'а страниц
3 Компенсация наклона
4 Полезная область
Макет страницы
Вывод
J Р. XI
Новый пхсект , ,
Отмыть гтоек- ,..
Нгдавние проекты
ОГпр
Ihux
На центральной панели мы видим пункты "Новый проект ...", "Открыть проект
..." а также список недавних проектов, если таковые были.
СОЗДАНИЕ ПРОЕКТА
Итак, давайте создадим наш первый проект. В первую очередь нам понадобятся
какие-нибудь исходные материалы - Scan Tailor требует наличие хотя бы одного
файла в проекте. Таким исходным материалом может быть сканированная страница
книги (можно разворот) или журнала.
Жмем на "Новый проект ..." - открывается диалог "Файлы проекта".
"Директория ввода" - папка, где находятся исходные сканы.
"Директория вывода" - папка, куда будут сохранены обработанные сканы.
"Файлы не в проекте" - файлы, находящихся в папке, указанной в "Директории
ввода", но при этом не внесенные в проект.
"Файлы в проекте" - файлы, внесенные в проект, необязательно из директории
ввода. В проект можно вносить файлы из разных директорий, для чего надо
внести в проект файлы из одной директории ввода, потом сменить ее, внести файлы
оттуда, и так далее.
I Файлы проекта
_?jxj
Директория ввода
Директория вывода
Обзор
.'Оюр
Файлы не в проекте
Выбрать все
-Файлы в проекте
>>
Выбрать все
I- Система письменности справа-налево (для Иврита или Арабского)
Г" Править DPI, даже если они выглядят нормальными
ОК
cancel
Кнопки "»" и "«" между "Файлы не в проекте" и "Файлы в проекте"
перемещают файлы из одного списка в другой. Перемещаются не все файлы, а только
засвеченные. Можно засветить все файлы кнопкой "Select All", можно засвечивать
или снимать засветку индивидуально - через Ctrl+Click, или диапазонами -
через Shift+Click.
Внеся файлы в проект (а поддерживаются файлы *.tif, *.tiff, *.png, *.jpg,
*.jpeg), жмем ОК. Обычно на этом процесс создания проекта заканчивается, но
если в проекте попались файлы с неуказанными или явно неправильными DPI,
тогда открывается диалог "Исправить DPI".
DPI (dots per inch - количество пикселей на линейный дюйм) - это
связанный с растровым изображением страницы коэффициент, используемый для
определения физического размера страницы. Основное применение - вывод страницы
на принтер в оригинальном размере. Также применяется программами сканобра-
ботки (в том числе ScanTailor) в некоторых алгоритмах. В общем случае DPI
изображения задается двумя числами - DPI по горизонтали и DPI по вертика-
ли. Однако в подавляющем числе случаев эти два числа совпадают, поэтому в
дальнейшем будем оперировать значением DPI, как единственным числом,
определяющим разрешение и по вертикали, и по горизонтали.
DPI вычисляется по простой формуле:
DPI = Размер_в_пикселях / Физический_размер_в_дюймах
Таким образом, зная DPI отсканированной страницы (например, 300dpi) и ее
размер в пикселях (например, высота = 2700 pix) мы можем узнать, что
реальная высота отсканированной страницы составляла 2700/300 = 9 дюймов, или
9*2.54 = 22.86 см.
К сожалению, по ряду причин DPI не всегда верен. DPI не прописывают (или
произвольно изменяют) некоторые программы. Кроме того, для "сканов",
полученных фотографированием источника или через скриншоты страниц книг,
предоставляемых для постраничного просмотра некоторыми сетевыми библиотеками
определить точное DPI практически не представляется возможным. Типичное
прописанное разрешение таких "сканов" равно 72 DPI.
Точно определить DPI таких первоисточников, можно только зная физический
размер страницы, который в свою очередь определяется по полиграфическим
данным о формате книги, обычно указанных на одной из первых страниц.
Например, запись вида Формат 60x90/16 означает, что печать производилась на
листе размером 60 см х 90 см с последующей разрезкой на 16 страниц. Таким
образом, приходим к размеру одной страницы 15 см х 22.5 см с точностью до
сантиметра в меньшую сторону.
Если полиграфические данные найти не удалось и книга напечатана
стандартным шрифтом со стандартным межстрочным интервалом, то можно
воспользоваться "правилом 6-7 строк". Данное правило гласит, что высота 6-7 строк
текста примерно равна одному дюйму, соответственно высота 6-7 строк в
пикселях равна DPI. То есть, если высота 6-7 строк текста примерно равна 300
пикселям, то разрешение скана можно оценить числом 300 DPI.
В связи с этим рекомендуем при подготовке сканов обращать внимание на
вычисляемый по dpi физический размер страниц книги. При уменьшенном dpi он
будет увеличенным и наоборот.
В FastStone Image Viewer физический размер и DPI скана можно посмотреть
в полноэкранном режиме на всплывающей справа панели File and Attributes.
File and Attributes
File Name: p0003.sep.tif [ 1 / 3 ]
Location: D:V1\
Type: TIFF Bitmap (TIF) LZW
Size: 22.5 MB
Date Time: 2010-03-17 18:15:04
Attributes: 2440 x 3280 (8.00MP) 24bit
PrintSizej20^6x2777crrK [ DPI'
В этом же окне можно быстро задать просматриваемой странице требуемый
DPI.
В WinDjView - вычисленный физический размер отображается в правой части
строки состояния (возможно, придется предварительно ее включить через
пункт меню «Вид -> Строка состояния)».
^Цифровая обработка изображений - WinDjView
Файл Правка Вид Инструменты Окно Помощь
И 4 |Z55
- П х
? <Г) > ^ Q
ЦИ1 о
Я"
j=j □□ в1 1100%
близительно в 0,3 раза больше, чем расстояние между уровнями квантования—
Квантование с неравномерно распределенными уровнями к&антова>ш>—
л я стоя сложным для реализации б любой системе обработки изображений.-г
Стр. 255 из 581
4
4.66 х 22.67 см
Пиксельные размеры и DPI DjVu страницы можно посмотреть в окне
«Информация о странице», запускаемом через контекстное меню страницы.
WinDjView
| j DJVU Image
(3898x5504, 300 dpi)]
version 25:
0.0 Kb
20.7 Kb
0.8 Kb
1.9 Kb
0.3 Kb
0.0 Kb
0.3 Kb
'INFO' Page information.
'Sjbz' JB2 foreground mask (3898x5504, 300 dpi).
'FG44' IW44 foreground colors (325x459, 25 dpi).
'BG44' IW44 background (1 ЗООх 1835, 100 dpi).
'BG44' IW44 background (part 2, 100 dpi).
'BG44' IW44 background (part 3, 100 dpi).
'BG44' IW44 background (part 4, 100 dpi).
Compression ratio: 2597.3 (24.2 Kb)
OK
Есть возможность групповым образом задать требуемое значение DPI группе
сканов с помощью инструмента Пакетное преобразование FastStone Image
Viewer.
Одинаковое DPI всем страницам DjVu-книги можно Задать программой
djvu_toy, однако это не всегда возможно, т.к. полноцветные иллюстрации и
обложки после подготовительной обработки обычно имеют меньший dpi (как
правило, это разрешение сканирования), чем страницы с текстом, которые в
качественно сделанных книгах, как правило, кодируются в разрешении 600dpi.
Во вкладке "Нужно исправить" перечислены только те файлы, для которых DPI
не заданы или явно неправильны. Во вкладке "Все страницы" (Не путать с
одноименным узлом раскрывающегося списка) перечислены все файлы вообще. У них
тоже можно менять DPI. Если мы знаем, что все файлы в проекте имеют DPI 300 х
300, тогда можно одним махом задать этот DPI для всех файлов. Для этого
переходим к узлу "Все страницы" (не путать со вкладкой), указываем DPI, жмем
применить . Также можно указывать DPI для групп файлов, имеющих одинаковые
пиксельные размеры, а также и для отдельных файлов. Файлы, для которых были
указаны DPI, пропадают из вкладки "Нужно исправить". Когда эта вкладка совсем
опустеет, станет активна кнопка ОК. Нажав ее, процесс создания проекта будет
завершен.
DPI, которые вы указываете, не пишутся в файлы - они только запоминаются в
проектном файле Scan Tailor.
На стадиях обработки "Исправление ориентации" и "Разрезка страниц"
предусмотрена возможность добавления/удаления файлов из проекта с помощью
всплывающего меню, вызываемого щелчком ПК мыши на нужной странице ленты предпро-
смотра:
gimp 20006,tif
*K6HMF
Вставить перед
Вставить после
0 Удалить из проекта
При попытке добавления файла с явно некорректным DPI программа попросит его
исправить:
DPI для gimp 20002.tif
Особый
96 х 96
OK
Cancel
Имейте в виду, что на данный момент нет способа поменять DPI для файла в
уже созданном проекте, как и способа удалить или добавить одновременно группу
файлов в существующий проект. Появление этих возможностей ожидается в будущих
версиях.
КОНЦЕПЦИЯ ОБРАБОТКИ
СКАНОВ В Scan Tailor
Прежде всего, необходимо понять общие концепции работы с программой.
Обработка сканированных страниц в Scan Tailor напоминает конвейер на
заводе. И там и там есть стадии, на каждой из которых производится какая-то
определенная манипуляция с изделием (сканом).
Посмотрим на главное окно программы (рис. ниже).
Слева сверху мы имеем список стадий (1) , а ленту предпросмотра (4) как раз
можно считать тем самым конвейером. Важно понять, что, как и на обычном
конвейере, если изделие добралось до определенной стадии, значит, все предыдущие
стадии уже были пройдены, причем в строго определенной последовательности.
Если вы скажем сразу встали на стадию "Полезная область", то страницы, с
которыми вы работаете на этой стадии, все равно проходят все предыдущие стадии,
просто вы этого не видите. В любой момент можно вернуться на любую из
предыдущих стадий, чтобы посмотреть, и при необходимости поправить то, что со
сканом было сделано на этой стадии.
Круглые кнопки "Play" напротив каждой стадии как раз запускает пакетную
обработку, т.е. вышеописанный конвейер. Страницы, одна за другой, проходят все
стадии обработки, включая текущую стадию. "Проходят все стадии обработки" -
не обязательно означает "обрабатываются". Например, если скан уже был
разрезан, то когда он вновь попадет на стадию разрезки - заново его резать не
будут, если конечно не было изменено что-то важное, например его ориентация.
Остановить пакетную обработку можно в любой момент большой круглой кнопкой
"Stop", появляющейся во время обработки на главной рабочей области (3).
Еще одна маленькая деталь - никакие из стадий, кроме последней стадии
"Вывод" не записывают на диск получившихся изображений. Дело в том, что все
стадии кроме последней - чисто аналитические. Их результат - не новое
изображение, а новая информация об исходном изображении.
Остальные области главного окна:
(2) Параметры обработки для текущей стадии.
(3) Главная рабочая область, в которой отображается само изображение, а
также инструменты для манипуляции с ним, зависящие от текущей стадии.
(5) Строка подсказки - здесь можно увидеть интерактивную подсказку по
управлению программой.
(6) Кнопка "Держать активную страницу в поле зрения". В нажатом состоянии
переключает программу в режим отслеживания текущей обрабатываемой страницы на
ленте предпросмотра.
МЕНЮ ПРОГРАММЫ
Меню "Файл":
• Новый проект ...
• Открыть проект ...
• Сохранить проект
• Сохранить проект как ...
• Закрыть проект
• Выход
Все это не требует объяснений, за исключением пункта "Закрыть проект". Эта
команда закрывает проект, но не всю программу. Главное окно приводится к ви-
ду, который оно имеет сразу после запуска, то есть, показывается вот эта
панель :
Новый проект .,, Открыть проект ,.,
Недавние проекты
Обработка 20090129
Солдатская
Меню "Инструменты":
• Режим отладки - предназначен только для разработчиков. После обработки
отдельной страницы, в центральной области появляются вкладки с
промежуточными результатами обработки.
• Настройки - предназначен для дополнительной настройки программы. В
настоящий момент настройки позволяют лишь попробовать включить опцию
"Использовать 3D ускорение для интерфейса пользователя". Данная опция
некорректно работает на некоторых моделях видеокарт, и потому по умолчанию
отключена.
СТАДИИ ОБРАБОТКИ
Исправление ориентации
На данной стадии можно повернуть скан на угол, кратный 90 градусов. То есть
положить на бок или перевернуть вверх ногами. Стадия «Исправление ориентации»
- ручная, то есть программа не умеет сама определять правильную ориентацию
сканов - это должен сделать пользователь. Это также означает, что запускать
пакетную обработку на данной стадии бесполезно - это будет холостой прогон.
Панель параметров для данной стадии выглядит так:
- Поворот
*1_Г
Сброс
Область применения
Применить к ...
Поворот
Кнопки с желтыми стрелками поворачивают скан на 90 градусов в ту или иную
сторону. Зелёная стрелка показывает, куда в данный момент повернут скан.
Кнопка «Сброс» возвращает скан в исходное положение - зеленая стрелка будет
указывать вверх.
Область применения
«Применить к ...» - позволяет применить поворот не только к данной странице
(что делается автоматически), но и к другим. При нажатии открывается такой
диалог:
И Исправление ориентации
Применить
(* Только к этой странице (уже применено)
С Ко всем страницам
^* К этой странице и всем последующим
<~ К каждой второй странице
Текущая страница будет включена в список.
К выбранным страницам
Используйте CtH+Клик /Shift+Клик для выбора группи страниц.
С* К каждой второй выбранной странице
Текущая страница будет включена в список.
(Ж
Cancel
Первые три пункта в списке не требуют пояснений. Вариант "Только к этой
странице" выбирается по умолчанию.
Пункт "К каждой второй странице" применит поворот либо к каждой четной,
либо к каждой нечетной странице в соответствии с тем, является ли четной или
нечетной текущая страница.
Последние два пункта активизируются только при наличии двух и более
выбранных страниц на ленте предпросмотра, причем для активизации пункта "К каждой
второй выбранной странице" выбранный интервал должен быть непрерывным
(поэтому выбирать интервал для данного случая удобнее с помощью Shift+Клик).
Разрезка страниц
На этой стадии определяется, нужно ли, и если нужно то как, разрезать скан.
Панель параметров на этой стадии выглядит так:
Тип разреза
Определено автоматически
Изменить ,,.
Разделительная линия
Автоматически Вручную
Тип разреза слева направо:
1. Одностраничный скан без каких-либо частей соседней страницы. Такие ска-
ны обычно получаются на специализированных сканерах для книг.
2. Одностраничный скан, в который попала часть соседней страницы.
3 . Двухстраничный скан.
Тип разреза определяется автоматически, хотя может быть задан и вручную. С
помощью кнопки "Изменить ...", вручную заданный тип разреза можно применить
ко всем страницам сразу. Этой же кнопкой можно вернуть автоматический выбор
типа разреза.
Разделительная линия также может определяться автоматически или задаваться
вручную, но ее нельзя применить к другим страницам.
В случае, если выбран 2-й тип разреза, появится возможность вручную указать
полезную область: слева или справа от линии разреза. Зеленая стрелка - это на
самом деле кнопка (что становится очевидным при наведении на нее мышкой),
которая как раз и переключает полезную область.
Разделительная пиния
Автоматически Вручную
1_ _
:
Чтобы увеличить шансы на правильное автоматическое определение типа разреза
и разделительной линии, старайтесь следовать этим правилам при сканировании:
• Если делаете одностраничный скан, делайте его в портретной, а не в
ландшафтной ориентации.
• При сканировании выбирайте наиболее сырой режим, то есть такой, при
котором программа сканирования не будет пытаться ничего улучшать.
Примеры хороших сканов:
L
Пример плохого скана (предварительно обработанного программным обеспечением
сканера):
Компенсация наклона
На этой стадии определяется угол, на который надо повернуть страницу, чтобы
строки стали строго горизонтальными. Поскольку компенсация делается простым
вращением, такие искажения как "кривые хвосты" на этой стадии исправить
нельзя. Угол наклона определяется автоматически, но имеется возможность задать
его и вручную.
Вот как выглядит рабочая зона в этом режиме:
Изображение можно вращать, перетаскивая мышкой рукоятки, которые по краям.
Вот так выглядит панель опций:
Компенсация наклона
Автоматически Вручную
Здесь можно явно задать угол поворота в градусах. Положительные углы будут
вращать изображение против часовой стрелки, отрицательные - по часовой
стрелке .
Для тонкой подгонки угла, удобно кликнуть мышкой по текстовой части поля
ввода угла, после чего использовать колесо мыши для его подгонки. При этом
нажатие клавиши Ctrl увеличивает шаг вращения.
Полезная область
На этой стадии определяется область с "полезным" содержанием (залито
цветом) . Зачем вообще нужно определять эту область? Во-первых, для того, чтобы
определить размеры страницы на выходе. К полезной области будут добавлены
поля , и внешняя граница этих полей как раз и задаст размеры выходного файла.
Во-вторых, чтобы в вывод не попала линия сгиба или другой мусор с краев.
Строго говоря, попадет мусор на полях в вывод или нет, зависит от режима
вывода. В большинстве режимов поля заливаются белым.
|11«рюф***~*« Л '* ^ku^w«a Н (I tWvuia ( I ,
>i а.,. ?1И
Если область определилась неверно, можно поправить ее вручную, потянув
мышкой за ее край. Бывает также, что на странице где совсем нет полезного
содержимого, Scan Tailor все равно находит полезную область, или наоборот - не на
ходит там, где она есть. В таком случае можно вручную создать/удалить об
ласть, кликнув правой кнопкой мыши по изображению, и выбрав нужный пункт ме
ню.
Макет страницы
v i- « мм: ki
На этой стадии к полезной области добавляются поля. Есть два типа полей
жесткие и мягкие.
Жесткие поля - это то, что между сплошными линиями. Они задаются
пользователем. Можно либо потянуть за любую сплошную линию - хоть внешнюю, хоть
внутреннюю, либо задать для полей числовые значения.
Поля
|Мнллиметры (mm)
Сверху |5,0 ^
Снизу 15j □ ^
Слева | IQjQ
Справа |lOjO "И
Применить к .,,
Мягкие поля - это то, что между сплошной и пунктирной линией. Эти поля
добавляются автоматически, чтобы довести размер страницы до размера других
страниц. Если вы видите пунктирную линию - это значит, что где-то в проекте
есть страница с такой шириной (полезная область + жесткие поля) и (возможно
другая) с такой высотой. К этой странице (страницам) можно перейти по
ссылкам:
Самая широкая страница
Самая высокая страница
То есть одна большая страница вызывает появление мягких полей у всех
остальных страниц, если только для них не отключено выравнивание.
Выравнивание
1^ Выровнять с другими страницами
Ш & Ш
Применить к ...
Параметры выравнивания как раз и определяют, добавлять ли мягкие поля, и
если добавлять, то с каких сторон.
Вывод
На этой стадии создается и записывается на диск результирующее изображение
страницы. Результат также отображается в центральной области программы.
В отличии от других стадий, стадия "Вывод" становится доступной только
после прохождения всеми страницами стадий "Полезная область" или "Макет
страницы".
111i:
UlipuuputiiHiK Л. MimniuH 19. [|_, Пнщп Г. Г.,
Шярпгитнгнквд Г. Л.
|]Е)2 Тузиснис Мишарин мгфш ie нефi■riap'iin.Tj-к.1 mti. М.:
IS[^aTT;iw.ynii /xim ^Калнш*, ■ ■НЯ l.
14 KKiinf r.jic,iin;m.Tsi hi рстглиаш jju.:iiu ■: чахнем ihja сппояши
LptJ^IM и uiOtOfcOb lyiliCHM* 1К*жЯрОП |ivtj)|i| a| НгфТСЛЕОшъь:» Ы IVKft-
ку'-цм■■: pa и ич mil ичклр^ишш ы при анрнШол ря к-чна».. 1 ItikaiaiiM li>
1.1V4J П|ЙТ||£О11^Д[Ы0>| 4i||LL1TI-J f ::kl№-IIJ.:!ri|4Ll 1Л ХтПЬ^1 H ЫИриПиУ IJfl-
псил/мипинлЛчшх.чниn.jrp.TiLc iK^iniptnjifiим.
Детвли-н* рагсмлтрс1си плйаи мпии*. fiLd m^un с ;нлл!*к£Ч11
ijjrtHHrti fjirR. гястпироп rtriiLOCp^5(*ifl'^H'^ и i4tm*j. получением1! i*i ил
LfhKinr F^ccHurpaiNuajiirmi^ii->cfnin]i.iLiM>:iiiiKi.-ii4i.itcik^i, кла-инвим
LI I :VuiPlI-JMH СОСТВДШН
Аиали трунят pc-rj-nb[ain"fiiriiiia.-VHi« iH.C,,nJ:»iK?iii4j>i:4i-ii:Cvi,i
CWCkl* nOHIJ paVHI'IIHtfl ClfiyhTyyp+J II KJIU3IHKTI! facCMfiipTII ciprdiLtv
L*pajOMiiri*. k-Titu-KHiJiri H раррушсиич iit№ при i^iKiiiih
yrjiLTMVK^tinjn*, 1>1С11Л1«ш химии и пиллрыил ичжчзи жидкн/Гск
Опноанч рты-ямы с cmxnfoj nfripttulii;спкцчrc-fi lajLimj fTH^H
■■j;ipUB1llL7Hria4">^rail^pilIMI,1iy.KJ<k^ Ий-
'к:"ir^Ji* ■ IlV]J.TrI: J-ИI1!IliИ ll■1IГKr^apД^■KЖJLIHlll4№№ГtTHЧIX.,IH,ЗI|Чlrk,-
дпи-'чУН^р'гПч-". лрнц|.-ри ikTiVih^AiHin п^н^имит i шч'^к* iviik--
■iiu мслпрлп.
УДЫ tiL-l fcj
i&K 1H.96
JlhiiCHiHiiiKUP Л ЧК. Милчяно* N. El .
ftowavi Г. f . lir^HJr^tHiiftih С' A.3fpfl?
■ij LXXJ ||^тйЧг-.чы.кии ;н>м .iKx-iaic-. 1W2
Так происходит потому, что размеры страниц на выводе зависят друг от друга.
Скажем, если попалась крупная страница, то у всех остальных наращиваются поля
(подробнее это описано в документации к стадии «Макет страницы»). Поэтому
важно знать конечные размеры страниц, а узнать это можно только обработав их
всех на стадиях "Полезная область" или "Макет страницы". Почему достаточно
стадии «Полезная область»? Потому что все параметры на стадии "Макет
страницы" задаются вручную, либо берутся значения по умолчанию. Таким образом, в
любой момент времени известны все параметры для всех страниц.
Настраиваются следующие параметры вывода:
Разрешение вывода (DPI)
600
Изменить ...
Разрешение вывода (DPI) - кнопкой "Изменить" можно вручную указать
разрешение для выходных файлов:
DPI
Применить
Только к этой странице
Ко всем страницам
ОК
Cancel
Обратите внимание, что хотя для ввода поддерживаются несимметричные DPI
(горизонтальное DPI не равно вертикальному), для вывода такой поддержки нет.
По умолчанию выставлено 600 DPI. В некоторых случаях бывает достаточно 300.
Режим - выбирается режим вывода готовых страниц:
Черно-белый
Черно-белый
Цветной / Серый
Смешанный
Черно-белый режим объяснений не требует.
Для режима «Цветной/Серый» доступны дополнительные настройки:
Режим
Цветной / Серый
Р Белые поля
Р Выровнять освещение
Применить к ...
Поля можно залить белым или оставить как есть. Если поля заливаются белым,
то становится доступной опция «Выровнять освещение». Эта опция нормализует
цвет фона, доводя его до белого, а также нормализует контраст, увеличивая его
в затененных областях.
Смешанный режим применяется для проектов, в которых присутствуют сканы с
полутоновыми картинками (в градациях серого или цветные). Картинки будут
автоматически обнаружены и выведены как есть, точнее как в режиме
"Цветной/Серый" с включенным выравниванием освещения. Остальная часть страницы
выводится в черно-белом виде.
Автоматическое определение картинок работает достаточно хорошо, но если
картинка где-либо плавно переходит в фон - результат может быть
неудовлетворительным. В этом случае необходимо создать и настроить «Зоны картинок».
Обратите внимание - создание зон картинок возможно только в смешанном режиме.
Вывод всех файлов сразу
Для этого запустите пакетную обработку через меню. Файлы будут записаны в
директорию, которую вы выбрали при создании проекта. К сожалению, в отличие
от других стадий, уже выведенные страницы будут выведены повторно, даже если
вы ничего в них не меняли. Это особенность будет устранена в будущих версиях.
Пока же, при необходимости подправить несколько страниц после пакетного
вывода, лучше не запускать пакетную обработку, а встать на каждую из таких
страниц вручную. Процесс вывода текущей страницы начинается сразу при переходе на
стадию "Вывод" или при переходе на другую страницу на этой стадии.
Формат выходных файлов
Вывод осуществляется в формат TIFF со сжатием LZW без потерь качества.
ОШИБОЧНЫЕ СИТУАЦИИ
Можно сказать, что все такие ситуации автору известны. В некоторых случаях
есть какая-то надежда на улучшение алгоритмов автоматической обработки, в
других - нет. Это как с прогнозом погоды - неправильные прогнозы время от
времени - вполне нормальное и естественное явление. Заметьте - неправильный
прогноз это (обычно) не ошибка метеорологов - это результат ограниченного
объема и точности данных, а также сложности самого процесса, которой
требуется моделировать. В общем, не стоит лишний раз упоминать о проблемах
автоматической обработки на форумах или писать баг-репорты.
Если ошибки происходят очень часто, это говорит о том, что ваш исходный
материал нарушает те или иные предположения, которые делает Scan Tailor. Вот
некоторые из них:
• Scan Tailor предполагает, что вокруг контента есть поля, и чем они
больше , тем лучше.
• Scan Tailor предполагает, что на странице есть хотя бы пара строк тек-
• Scan Tailor предполагает, что DPI прописанный в файлах или указанный
вами вручную, соответствует реальному.
• Scan Tailor не любит слишком мелкого и/или расплывчатого текста. Это
характерно для снимков камерой.
Довольно часто проблемы возникают на уже чем-то обработанных сканах. Такой
исходный материал - неистощимый источник проблем. Решил одну - осталось
бесконечность минус один. Из-за этого решение таких проблем имеет низкий
приоритет. В общем, хорошую работу на таких сканах следует воспринимать как чудо, а
плохую - как данность.
Что означает вопросительный
знак на ленте предпросмотра?
ста.
p0002.tif §
Это означает, что данная страница еще не прошла текущую
стадию, и соответственно мы не можем отобразить ее так, как это
полагается на данной стадии. Например, если текущая стадия -
«Компенсация наклона», то страницы, еще не прошедшие эту
стадию, будут отображаться на ленте предпросмотра без компенсации
наклона и с вопросительным знаком. Также возможна ситуация, что
страница проходила текущую стадию, но после этого были сделаны
изменения, которые требуют повторного прохода этой стадии.
Например, страница прошла стадию «Разрезка страниц», но после
этого вы вернулись на «Исправление ориентации» и изменили эту
самую ориентацию.
Не пускает на стадию «Вывод»
I
■
Вывод невозможен, поскольку еше не
известны итоговые размерь стоании
Дня их определения прогоните
паке-ную обоабопу на этапах
"Полезная область" или "Макет
стоаницы".
Значит, пройдя предыдущие стадии, вы
вернулись назад, и что-то там
изменили. В таком случае придется прогнать
пакетную обработку на стадии «Полезная
область» или «Макет страницы» еще раз.
Не волнуйтесь, повторный прогон будет
гораздо быстрее первого, потому как
изменено было, скорее всего, немного
страниц.
АЛГОРИТМ ПРОЦЕССА
1. Создаем новый проект. Добавляем в проект сканы, при необходимости задав
им верное разрешение (DPI).
2. При необходимости, вручную правим ориентацию страниц на стадии
«Исправление ориентации».
3. Переходим на стадию «Разрезка страниц», выбираем преобладающий тип
разреза, применяем его ко всем страницам, затем, в случае необходимости,
выбираем тип разреза для страниц с другим типом разреза. Запускаем
пакетную обработку, по окончании обработки на страницах с ошибочно
определенной линией разреза поправляем ее расположение.
4. Переходим на стадию «Полезная область» и там запускаем пакетную
обработку. Ждем, пока пакетная обработка не завершится.
5. Пробегаем глазами по ленте предпросмотра в поисках неверно определенных
областей. Кликаем на такие страницы и правим вручную. Если ошибка
вызвана неправильной компенсацией наклона на предыдущей стадии, переходим
на эту стадию и исправляем проблему там, после чего возвращаемся на
стадию «Полезная область» и убеждаемся, что рамка на этот раз
определилась правильно. Удобно при этом пользоваться сортировкой по ширине и по
высоте полезной области (выпадающий список в нижней части полосы
предпросмотра) .
6. Переходим на стадию «Макет страницы».
7. Для страниц обложки выключаем режим "Выровнять с другими страницами".
8. Выбираем наиболее типичную страницу книги и задаем для нее поля таким
образом, чтобы они оказались максимально приближенными к полям бумажной
книги. Применяем настройку полей ко всем страницам.
9. Затем обращаем внимание на пунктирные линии (если они есть). Если они
достаточно далеко от сплошных, значит, есть страницы, для которых
суммарный размер полезной области и полей получился большим, чем размер
страницы бумажной книги. Для обнаружения таких страниц удобно
воспользоваться сортировкой по ширине и высоте. Для правки полезной области
придется возвращаться на соответствующую стадию.
10. В режимах сортировки по высоте и ширине пробегаем глазами по верхним
страницам на ленте предпросмотра в поисках неполных страниц. Для них
обычно требуется изменить параметры центрирования, либо сдвинуть одно
из полей (не забыв, разорвав связь между парными полями).
11. Задаем для полей страниц обложки нулевые значения.
12. Переходим на этап «Вывод», по умолчанию для всех страниц уже выбран
режим «Черно-белый». Используя Shift и Ctrl выделяем на ленте
предпросмотра страницы, в которых есть одновременно и цвет и полутоновые
иллюстрации, и применяем к ним режим «Смешанный». Затем выделяем страницы
обложки и полностраничные иллюстрации, и применяем к ним режим
«Цветной/Серый». Внимание, не уменьшайте DPI вывода! При выводе на 600 DPI
получаются красивые гладкие буквы, при этом при правильном кодировании
размер djvu не увеличивается.
13. Запускаем пакетную обработку. По окончании проверяем результат. Если
для страниц в смешанном режиме область текста или иллюстраций
определена неверно, ее можно исправить в режиме «Зоны картинок». Повторно
запускаем пакетную обработку (на этот раз она пройдет гораздо быстрее,
чем в первый)
14. Обработанные файлы будут записаны в директорию, указанную при создании
проекта (по умолчанию - в подпапку «out»). Об их кодировании в формате
DjVu читаем далее.
СОВЕТЫ ПО СКАНИРОВАНИЮ
Чтобы получить хороший результат обработки в Scan Tailor и минимизировать
ошибки в автоматическом режиме, следуйте следующим правилам при сканировании:
• Не сканируйте в черно-белом режиме - сканируйте в оттенках серого, или,
если это необходимо - в цвете.
• Не сканируйте в разрешении ниже 300 DPI. Больше - лучше (особенно для
мелкого текста и для текста с тонкими перемычками), но замедляется и
сканирование, и обработка. Обычно сканируют в 300 или в 600 DPI.
• Избегайте сканирования в JPEG - это формат с потерями, и дальнейшая
перекодировка JPEG в другие форматы уже не вернет качества. Особенно
искажаются цвета на границе между цветами.
• При сканировании обычно используют формат TIFF, но будьте внимательны -
TIFF может использовать для сжатия jpeg-алгоритмы. Как правило, есть
возможность настроить параметры сохранения в формат TIFF, в этом случае
следует выбрать способ сжатия LZW - это формат сжатия без потерь. Если
такой возможности нет, сканируйте в формате PNG - в нем гарантированно
используются алгоритмы сжатия без потерь. В крайнем случае, сканируйте в
BMP - файлы получаются несжатые и потому огромные, кроме того, они
требуют предварительной конвертации в TIFF или PNG, т.к. Scan Tailor не
поддерживает формат BMP.
• Если имеет место эффект просвечивания обратной стороны страницы, то для
его устранения следует подложить под сканируемую страницу лист черной
бумаги. Особенно важно сделать это для страниц с иллюстрациями.
• Избегайте режима сканирования "Документ", и вообще старайтесь отключать
все опции по улучшению сканов. Однократное улучшение (ST) всегда лучше
двукратного (софт для сканирования, потом ST).
DJVU: МЕТОД ВКЛЕЙКИ ИЛЛЮСТРАЦИЙ
ФОРМАТ DJVU
Структура Djvu
Для эффективного кодирования DjVu необходимо хотя бы в общих чертах
понимать его структуру.
В отличие от большинства других форматов упаковки изображений, формат DjVu
использует одновременно несколько алгоритмов сжатия, наиболее
оптимизированных каждый для своей задачи, размещая результаты сжатия в отдельных слоях
изображения. В терминах DjVu такие слои называют чанками (chunks).
Слой mask используется для хранения информации о резко очерченных элементах
изображения. Кодируется в высоком (300-600 dpi) разрешении с помощью
алгоритма JB2 .
Слой foreground используется для хранения информации о цвете элементов,
выделенных с помощью слоя mask. Кодируется в минимальным разрешении (порядка 25
dpi) wavelet-алгоритмом IW44.
Слой background используется для хранения не резко очерченной части
изображения (не вошедшей в слой mask). Кодируется в среднем разрешении (100-300
dpi) wavelet-алгоритмом IW44.
Для объяснения структуры DjVu иногда пользуются следующей "некомпьютерной"
аналогией технологии формирования изображения в формате DjVu, как технология
рисования плаката художником-агитатором:
• слой "background" - фон плаката, рисуется кистями среднего размера
(например, небо и радуга)
• слой "mask" - аккуратный трафарет для основного лозунга (или логотипа)
• слой "foreground" - основной лозунг, накатывается широким валиком через
трафарет - особой точности тут не нужно, через трафарет сложно
промахнуться .
Словари djbz
Эти словари используются алгоритмом JB2 для замены похожих друг на друга
элементов изображения (например, букв) одним элементом из словаря. Можно
создавать один такой словарь для нескольких страниц (в предельном случае - один
на всю книгу). Суммарный размер JB2-слоев книги при кодировании в режиме
"один словарь на страницу" и в режиме "один словарь на книгу" для источника с
хорошо проведенной бинаризацией (увеличение масштаба до 600 dpi, сглаживание,
буквы не касаются друг друга) может отличаться в несколько раз. Однако во
втором случае затруднен просмотр книги через интернет (приходится дожидаться
загрузки всей книги), кроме того, значительно замедляется просмотр книг на
слабых машинах. Обычно придерживаются золотой середины - один словарь на 20-
5 0 страниц.
Просмотр информации
о структуре djvu-файла
с помощью WinDjView
WinDjView
/
DJVU Image (3898x5504, 300 dpi) version 25:
0.0 Kb 'INFO' Page information.
20,7 Kb '5jbz' JB2 foreground mask (3898x5504, 300 dpi).
0.8 Kb 'FG44' IW44 foreground colors (325x459, 25 dpi),
1,9 Kb 'BG44' IW44 background (1300x1835, 100 dpi),
0,3 Kb 'BG44' IW44 background (part 2, 100 dpi),
0,0 Kb 'BG44' IW44 background (part 3, 100 dpi),
0,3 Kb 'BG44' IW44 background (part 4, 100 dpi),
Compression ratio: 2597,3 (24,2 Kb)
OK
П X
f f? > q q
2Sl
\4 4 |« T} ► И О
HIIhV
Стр. 45 из 191 16.5x23.3 см
С помощью пункта меню «Вид -> Режим» можно выбрать отображаемый слой djvu-
документа. Цветной - все слои, Черно-белый - это mask, Передний план - mask,
раскрашенный цветами foreground, Задний план - background. При экспорте
страниц (соответствующей командой выпадающего меню) также сохраняется выбранный
режимом слой.
Также много полезного можно узнать, выбрав пункт "Информация о странице" в
контекстном меню страницы. Информация о странице, закодированной методом
вклейки иллюстраций, выглядит, как показано на рис. выше.
Обратите внимание, как "пляшут" размеры страниц книги на приведенном
скриншоте . Это - результат неверного задания DPI.
Посмотреть размер используемых в djvu-файле словарей можно, например, с
помощью пункта меню «Файл -> Информация о документе» в WinDjView. Если в
появившемся окне установить галочку "Все файлы", то появившиеся в списке страниц
файлы djbz и есть файлы словаря.
Кстати, с помощью данного окна можно легко определить самые проблемные в
плане размера страницы вашего djvu-файла путем сортировки по столбцу
"Размер" .
ПРОГРАММЫ, ИСПОЛЬЗУЕМЫЕ
ПРИ DJVU-КОДИРОВАНИИ
Некоммерческие
программы
Djvu Imager
Open source программа
(ftp://homelab.homelinux.com/pub/programs/ djvu_imager_v2_8.rar),
позволяющая не только кодировать сканы в фото-качестве, но и вставлять полученные
djvu—страницы как Ш44-слой в djvu-файлы, оставляя JB2-cnou нетронутым.
Djvu Libre
Open source комплект консольных утилит (http://djvu.sourceforge.net/),
часто используемых сторонними разработчиками для создания своих djvu-приложений.
Имеются утилиты для кодирования в профилях photo и bitonal. Однако размер
получающихся bitonal djvu завышен, т.к. словарь примитивов создается отдельно
для каждой страницы.
Djvu Solo 3.1
Довольно древняя (2000 года выпуска), но зато бесплатная для
некоммерческого использования (речь идет о noncom-версии - http://www.djvu.org/resources/)
программа. Имеет встроенный автосегментор (на профилях scanned и clean), а
также профили кодирования bitonal (один словарь примитивов на 10 страниц) и
photo. Минимум настроек при кодировании (однако, некоторые настройки можно
изменять вручную путем правки .conf-файлов в папке profiles программы). Из
недостатков - при пакетном добавлении нескольких страниц требуется ручная
коррекция их последовательности (либо выделение добавляемых страниц, начиная
с последней). Не поддерживаются djvu-файлы последних поколений (например, с
многоцветным слоем foreground).
Minidjvu
Open source программа (http://minidjvu.sourceforge.net/), позволяет
создавать bitonal djvu из монохромных файлов. Позволяет настраивать агрессивность
алгоритма и размер словаря примитивов. Основной недостаток - низкая скорость
работы.
Коммерческие пакеты
программ и утилиты
В основном представлены продуктами компании LizardTech и ее преемника -
компании Caminova. Эти продукты имеют максимально широкие возможности
настроек кодирования, а также как правило, более удобный пользовательский
интерфейс. Существуют также утилиты для упрощенного кодирования, базирующиеся на
входящих в коммерческие пакеты утилитах кодирования, а также djvu-принтеры.
Все эти продукты и большинство утилит предельно подробно описаны в статье
«Комплект DEE от LizardTech» в 5 номере журнала «Домашняя лаборатория» за
2010 г.
КЛАССИЧЕСКАЯ МЕТОДИКА
СОЗДАНИЯ DJVU - КОДИРОВАНИЕ
ВСЕЙ КНИГИ В ОДНОМ ПРОФИЛЕ
Области применения методики
Профиль bitonal
Используется при кодировании книг, не содержащих иллюстраций, или
содержащих одноцветные без заливки, так называемые line-art, иллюстрации. Вся
информация кодируется алгоритмом JB2. Слой background не создается. Результат
кодирования корректно обработанных в Scan Tailor (с повышением dpi и
сглаживанием контура букв) практически идеален и не требует улучшения.
Иногда рекомендуют кодировать в данном профиле книги с растровыми
иллюстрациями, предварительно обработанными диффузионным одноцветным алгоритмом.
Однако, т.к. в результате такой обработки получают среднее качество
иллюстраций, муар при просмотре и увеличенный размер djvu-файла, то к подобным
рекомендациям следует относиться очень осторожно (см. пример выше).
Кодирование в профиле bitonal книг с необработанными полутоновыми
иллюстрациями является грубейшей ошибкой новичков. Иллюстрации в этом случае
превращаются в черно-белые пятна, практически не содержащие информации.
Профиль photo
Используется при кодировании источников, практически не содержащих
текстовой части, например фотоальбомов или каталога репродукций. Вся информация
кодируется алгоритмом IW44 и размещается в слое background.
Довольно часто данный профиль используется для кодирования обложек книг.
Обычно при этом остальные страницы книг кодируется в профиле bitonal и потом
объединяются с djvu-файлами обложки в Djvu-редакторах, либо утилитой djvm
пакета Djvu Libre.
Основной недостаток кодирования в профиле photo - размер djvu (около 200-
300 Кб на страницу), из-за которого результирующий размер книги при
кодировании необработанных сканов может достигать сотен мегабайт. Однако для
кодирования малостраничных журналов в djvu такой профиль вполне применим, хотя и не
дает особых преимуществ по сравнению с кодированием в pdf.
Кодирование необработанной книги в профиле photo - неплохой выбор для
новичка, опасающегося испортить книгу неграмотной обработкой. В случае
необходимости такую книгу можно будет перекодировать оптимальным образом, лишь
немного потеряв в качестве.
Профили с алгоритмом
автосегментации
Например, scanned и clean в Djvu Solo, используются при кодировании
журналов, комиксов и т.п., т.е. источников, в которых текстовая часть (или контуры
рисунков) неотделимо связана с иллюстративной (фотографиями, рисунками).
Алгоритм автосегментации сам определяет, какую часть изображения в какой слой
поместить. Дает минимальный размер результирующего djvu, но результат сильно
зависит от интеллектуальности автосегментора и предварительной обработки
сканов .
Кодирование сканов с растровыми иллюстрациями в профиле, использующем
автосегментацию, приводит к получению djvu приемлемого, благодаря предобработке в
Scan Tailor (ST), но не идеального качества. Проблемы обработки растровых
иллюстраций подробно рассмотрены ниже.
Проблемы классической методики
Вносимые растром
на изображениях
Как правило, технология создания книг такова, что изображения печатаются с
разрешением, значительно меньшим, чем разрешение текста. В результате на ска-
не буквы текста выглядят как равномерно залитые области, а участки с
изображениями представляют собой матрицу точек с резко отличающейся яркостью -
растр. Это порождает несколько проблем для djvu-кодера. Т.к. точки достаточно
контрастны, то при кодировании JB2-алгоритмом они определяются как элементы
текста, увеличивая размер словаря примитивов. Для вейвлетного алгоритма IW44
такие точки также представляют проблему. В конечном счете, все это приводит к
дополнительному увеличению размера итогового файла и ухудшению его качества.
Вносимые алгоритмами
автосегментации
djvu-кодировщика
Известно, что djvu-кодировщик использует различные подходы к обработке
текстовых зон и зон с изображениями. В первом случае он использует алгоритм ежа-
тия чёрно-белых изображений JB2, во втором - вейвлетный алгоритм сжатия фона
IW44. К сожалению, информация о зонах, сформированная вами в процессе
подготовки сканов в ST пока что никак не распознается в djvu-принтерах, поэтому
они пытается сами распознать зоны с изображениями, используя те или иные
алгоритмы автосегментации. В случае, если на входе такого алгоритма текст или
line-art рисунок, можно, выбрав соответствующий профиль кодирования вообще
исключить создание фона. Однако, если на входе - растровый рисунок, то точки
растра затрудняют работу алгоритма, в результате чего часть рисунка,
содержащая текст или полезные детали, могут переместиться в фон и "раствориться"
там. Кроме того, многие точки растра переместятся на передний план, создав
характерный шум.
Выводы
Таким образом, для создания качественных djvu-файлов из сканов с растровыми
иллюстрациями необходимо решить основную проблему - избавиться от растра.
Дальнейшая обработка зависит от содержимого исходных сканов и использованных
методов борьбы с растром.
Простейший способ борьбы с растром - уменьшить разрешение картинки до
такой степени, чтобы оно сравнялось с разрешением растра. На уровне
кодирования это делается через варьирование степени сжатия алгоритма IW44
(параметр «Качество Задн. Фона» в Djvu Imager).
Несколько лучший результат дает фильтр Гаусса. Применяемый радиус
размытия зависит от соотношения между разрешением сканирования и разрешением
растра. Если они равны, то достаточно будет радиуса в 1-2 пикселя. Если
разрешение сканирования в 2 раза больше, придется использовать радиус от 3
до 5 пикселей. Обязательно необходимо визуально контролировать поиск
оптимального радиуса размытия. Лишнего размытия по понятным причинам следует
избегать.
Если иллюстрации частично-растровые, т.е. на растровых располагается,
например, текст или линии, не имеющие растровой структуры (такое часто
можно видеть, например, на скриншотах), то предложенные выше способы могут
оказаться непригодными, т.к. заметно снижают четкость таких нерастровых
элементов.
Более корректный способ обработки частично-растровых иллюстраций -
использование адаптивных алгоритмов - т.е. алгоритмов, сглаживающих только
участки с близкими значениями яркости.
Интересные результаты дает «Выборочное гауссово размывание» в GIMP. Если
требуется еще более качественный результат, то стоит обратить внимание на
алгоритм «Интеллектуальная размытость» коммерческой программы Corel PHOTO-
PAINT .
Максимального же качества при удалении растра можно достичь с помощью
платного плагина Sattva Descreen для платного же Photoshop'а, только нужно
помнить, что обработка с его помощью будет более эффективной, если
производить ее до обработки в ST.
Если применение предложенных выше методов привело к ухудшению резкости
элементов изображения, можно после размытия воспользоваться эффектами,
увеличивающими резкость картинки.
Как правило, обработка фильтрами уменьшает контрастность и без того не
очень контрастной иллюстрации. Для компенсации этого эффекта следует
увеличить контрастность результата обработки либо вручную (при этом очень
удобно задавать границы яркости с помощью черной и белой пипетки), либо
автоматическими средствами, например командой «Цвет -> Авто -> Увеличить
контраст» в GIMP или «Настройка -> Автонастройка» в Corel PHOTO-PAINT.
Любой вид обработки в современных редакторах можно автоматизировать:
Групповая обработка в Gimp делается с помощью скриптов на языке Script-
Fu.
В Corel PHOTO-PAINT аналогичного результата можно добиться, записав
нужную последовательность обработки команд в скрипт (Окно -> Окна настройки -
> Запись) и воспроизведя ее для требуемого набора файлов (Файл -> Пакетная
обработка), существует также VBA-макрос, немного упрощающий процедуру
пакетной обработки в Corel для наиболее типичных действий: фильтр гаусса,
интеллектуальное размытие, автонастройка.
В Adobe Photoshop используют Actions.
Если использовались неадаптивные алгоритмы, например фильтр Гаусса, обычно
используемый при обработке фотоиллюстраций, то с позиций сохранения качества,
как правило, лучше вставить иллюстрацию целиком в фон, используя метод
вклейки иллюстраций.
Если использовались адаптивные (практически не затрагивающие резкие участки
изображения) алгоритмы, например интеллектуальное размытие, обычно
используемое при обработке частично-растровых иллюстраций, например, чертежей,
диаграмм или скриншотов, то можно попробовать положиться на автоматическую
сегментацию. Если результат кодирования после автоматической сегментации
окажется неудовлетворительным, всегда можно вклеить иллюстрации по нижеприведенной
методике.
В случае, когда отделить иллюстрации от текста не представляется возможным,
например, при обработке богато иллюстрированных журналов, использование
кодирования в профиле с автоматической сегментацией - это практически единствен-
ный способ получить более-менее качественные djvu приемлемого размера.
При использовании метода вклейки иллюстраций необходимо учитывать, что для
богато иллюстрированных книг он дает увеличенный объем djvu-файла в сравнении
с djvu-файлом, закодированном с использованием автоматической сегментации,
практически нивелируя основное преимущество формата djvu перед pdf.
МЕТОД ВКЛЕЙКИ
ИЛЛЮСТРАЦИЙ
Общее описание метода
Вместо автоматической сегментации предлагается использовать ручное
разделение слоя текста и иллюстраций с последующей вставкой иллюстраций в слой
background. Текстовая часть и line-art иллюстрации располагаются в слоях mask
и foreground.
Бинаризованная часть
обработанных сканов
* .tiff (кан правило в
папке
Кодирование врежиме
bitona!
txt.djvu
У
Сканы после обработки в
Scan Tailor
Djvu Imager
Re би It. djvu
Содержимое авто- и
пользовательских зон ST
*.sep.tiff (как правило в
папке ..\pic\)
Удаление растра
Алгоритм такого разбиения следующий (предполагается, что сканы уже
обработаны и разбиты на составляющие - текстовая составляющая располагается в папке
\txt, составляющая с иллюстрациями - в папке \pic):
1. Формируем txt.djvu любым djvu-кодером, используя профиль кодирования
bitonal, либо программой minidjvu, указав кодеру в качестве входной
папки папку \txt
2. Избавляемся от растра и при необходимости повышаем контрастность
изображений из папки \pic
3. Переименовываем все файлы, расположенные в \pic следующим образом *.tif
-> *.sep.tif (при разделении ST Separator'ом этот шаг не нужен).
4. С помощью программы D jVu Imager кодируем в профиле photo содержимое
папки \pic и вставляем результат в черно-белый txt.djvu, получаем
final.djvu
Особенности метода
Для иллюстраций при разделении в большинстве случаев следует задать
разрешение, равное разрешению сканирования (как правило, 300 dpi). Такая
возможность осуществляется штатными средствами, заложенными как в STA1, так и в ST
Separator. Разрешение текстовых субсканов при этом остается равным 600 dpi.
Приведенные далее особенности касаются только случая разделения с помощью
STA. В ST Separator заложена логика, которая автоматически их учитывает:
1. Пустые (белые) страницы из папки \pic можно (и нужно) удалять, т.к.
информации они не несут, а 1-2 КБ в слое background создают.
2. При кодировании составляющих с различным разрешением необходимо следить
за кратностью пиксельных размеров соответствующих файлов в папках \txt и
\pic. В случае несоблюдения условия кратности лишние пиксели необходимо
обрезать (например, с помощью настройки вкладки "Обрезать" при пакетном
преобразовании в FastStone Image Viewer).
3. Для группового переименования файлов удобно использовать соответствующие
инструменты Free Commander (для запуска инструмента выделите в
Commander'е несколько файлов и нажмите Ctrl+M). Также инструменты
группового переименования встроены в популярные просмотрщики графических
файлов - IrfanView и FastStone Image Viewer.
Способы разбиения
обработанных сканов
на субсканы текста
и иллюстраций
ScanTailor
(начиная с версии 0.9.8.1)
+ утилита ST Separator
Данный способ использует предложенное U235 и введенное во всех режимах
вывода ST начиная с версии 0.9.8.1 ограничение яркости иллюстраций диапазоном
[1..254] (это меньше, чем на 1% - т.е. разница между иллюстрацией до и после
такого ограничения практически неразличима). Таким образом, пиксели с нулевой
и стопроцентной яркостью теперь однозначно относятся к бинаризованной части
скана.
Вкратце алгоритм таков:
1. Проходим все этапы ScanTailor, обрабатывая страницы с текстом и
иллюстрациями в смешанном режиме.
2. Разделяем каждый файл из выходной папки ScanTailor на два файла - с
текстовой и графической информации утилитой ST Separator. На выходе получа-
Scan Tailor, пропатченный патчем от anagnost96.
ем две заполненные файлами папки - \txt с текстовой составляющей, и \pic
- с графической.
3. Собираем final.djvu методом вклейки иллюстраций
Исходный скан
г
ST- этапы с 1 по 6
l
p
STSeparator
..\out\->
2
..\txt\
..\pic\*.bep.tiff
Сборка djvu методом
вклейки иллюстраций
Достоинства:
1. Метод применим ко всем версиям ScanTailor, начиная с 0.9.8.1
2. Пользователям, использующим стандартный метод работы в ST нет
необходимости менять привычный подход к работе в программе
3. Вывод в ST происходит в один проход, большинство ошибок автоопределения
зон видны сразу же и исправляются в процессе обработки в ScanTailor.
Недостатки:
1. Необходимость дополнительной обработки изображений внешней утилитой
2. Увеличенные требования к объему свободного места на жестком диске. Для
уменьшения влияния данного недостатка предназначена заложенная в ST
Separator возможность выводить иллюстрации в уменьшенном разрешении.
Примечания:
• Утилиту ST Separator (следует учесть, что она требуют установленного
.NET 2.0) можно скачать здесь:
http://sourceforge.net/projects/djvubookmarker/files/
• Если нет возможности установить .NET 2.0, то можно попробовать
воспользоваться утилитой LayerTailor от автора способа - U235,
(ftp://homelab.homelinux.com/pub/programs/LayerTailor.zip). Необходимо
отметить, что утилита LayerTailor предназначена лишь для демонстрации
принципа яркостного разделения субсканов, и поэтому недостаточно
тщательно тестировалась.
Scan Tailor (версии 0.9.7.1)
+ патч от anagnost96
Используется Scan Tailor, пропатченный патчем от anagnost96 - далее STA:
ftp://homelab.homelinux.com/pub/programs/scantailor_0_9_7_l_anagnost96.rar.
Вкратце алгоритм таков:
1. Прогоняем исходные сканы в STA, вывод делаем в 600 dpi, в смешанном
режиме, в подрежиме только текст, копируем результат работы из папки \out
в папку \txt
2. Прогоняем вывод STA в родном разрешении скана (обычно 300 dpi), в
смешанном режиме, в подрежиме только изображения, копируем результат работы
из папки \out в папку \pic
3. Собираем final.djvu методом вклейки иллюстраций
4. Анализируем полученный djvu, если обнаружены, например, ошибки выделения
зон, то исправляем их и проходим этап 2 и последующие заново (это займет
меньше времени, так как можно обрабатывать только исправленные файлы).
Исходный скан
STA - э~апы с 1 по 5
Вывод- смешанный - ~екс~
..\out\->..\txt\
EL
Вывод
- смешанный - изображения
..\out\
->..\pic
Обрабо_ка ме~одолч
вс~авки и/."юс-раций
-> final, djvu
Достоинства:
1. Не нужны дополнительные внешние утилиты, кроме пропатченного Scan
Tailor
2. Возможность задания различных значений dpi для каждого из режимов
вывода
3. Минимальные требования к объему свободного пространства на жестком
диске .
Недостатки:
1. Многопроходность - метод изначально ориентирован на проход в два этапа,
а в случае ошибок выделения зон количество этапов возрастает
2. Недостаточная наглядность - из-за того, что изображения и текст
собираются вместе только в final.djvu становится затруднительной проверка
работы механизма автоматического определения зон, что чревато
дополнительными проходами. Для борьбы с данным недостатком можно использовать
предварительный вывод с низким разрешением (например, 150 dpi) в подрежиме
текст и изображения.
3. Необходимость в дополнительной работе по перемещению файлов из папки out
в дополнительные папки
4. Необходимость переделывать патч в случае изменения кода стадии «Вывод»,
что может ограничить применение патча к новым версиям ScanTailor
ДАЛЬНЕЙШАЯ ОБРАБОТКА
ГОТОВОГО DJVU-ФАЙЛА
Добавление OCR-слоя
Для добавления OCR-слоя и максимальной автоматизации последующих этапов об-
работки текст книги необходимо распознать. Из бесплатных программ
распознаванием занимается CuneiForm, однако, возможность вывода OCR-слоя в формате,
допускающем подключение к Djvu, реализована пока что лишь в Linux-версии
программы. Формат выходных файлов CuneiForm - fed - открыт и описан, но Windows-
программисты серьезно этой проблемой еще не заинтересовались.
Коммерческие программы djvu-кодирования, например Document Express Editor,
также предлагает при кодировании распознать и добавить в djvu OCR-слой,
однако качество результата сравнимо, если не хуже, чем достижимое с помощью
CuneiForm.
Наилучшие результаты распознавания дает платная программа FineReader, и
именно под него "заточена" программа DjvuOCR, с помощью которой обычно
вставляют OCR-слой. К сожалению, под Windows связка FineReader + DjvuOCR - это
пока что единственный доступный способ создать качественный OCR-слой (DjvuOCR:
ftp://homelab.homelinux.com/pub/programs/djvu_ocr_v2_4beta4_full.rar). О
применении программы DjvuOCR смотрите «Домашняя лаборатория» №6 за 2008 г.
Также можно отметить, что во многих случаях не обязательно распознавать всю
информацию на страницах - достаточно распознать только текстовую
составляющую. Это, кроме уменьшения времени распознавания, значительно уменьшит
требования к свободному месту на жестком диске. Главное - чтобы оставалось точное
соответствие между последовательностью страниц, подаваемых на вход системы
распознавания и последовательностью страниц в книге. Для уже готовой книги
экспорт только текстовой части страниц можно сделать, например, с помощью
WinDjView, перейдя перед экспортом страниц в режим отображения "Черно-белый"
(Вид -> Режим -> Черно-белый).
Добавление гиперссылок
Достаточно автоматизированно можно добавлять гиперссылки с помощью
программы Djvu Hyperlinks Editor:
ftp://homelab.homelinux.com/pub/programs/djvu_hyperlinks_editor_vO_8.rar.
О применении этой программы смотрите «Домашняя лаборатория» №6 за 2008 г
(там же где об DjvuOCR).
Однако развитие программы дошло до версии 0.8 и, по-видимому, остановилось.
Кроме того, перед внедрением в djvu OCR-слой на страницах, подвергаемых
обработке Djvu Hyperlink Edtitor должен быть тщательно вычитан на отсутствие
ошибок, особенно это касается ссылок на номера страниц в оглавлении и предметном
указателе.
Вручную можно очень легко добавлять гиперссылки с помощью коммерческой
программы Document Express Editor.
Вставка дерева содержания
Если вас не смущает необходимость работы в системе Windows с установленным
.NET Framework 2.0, то отдельное (так называемое bookmark-) оглавление
удобнее всего делать с помощью программы Djvu Bookmarker, скачать последнюю
версию которой можно здесь: http://sourceforge.net/projects/djvubookmarker/.
Также для любых действий со внедренным в djvu содержимым служит утилита
djvused.exe, однако она оперирует восьмеричным представлением UTF8, поэтому
напрямую работать с таким содержимым без специализированного ПО не
представляется возможным.
Кроме того, можно создать html-оглавление в специальном формате и вставить
его в djvu-книгу утилитой Djvu Bookmark Tool 2.0.
Измышлизмы
ЧИТАЯ БИБЛИЮ 2
Лео Таксиль
(окончание)
Глава 50.
ВЕЛИКОЕ СЛОВОИЗВЕРЖЕНИЕ
Приближались к нему все мытари и грешники —
слушать его. Фарисеи же и книжники роптали,
говоря: он принимает грешников и ест с ними.
Но он сказал им следующую притчу...
Лука, глава 15, стихи 1-3
Просто диву даешься, сколько притч было в запасе у ходячего Слова!..
Впрочем, наедине с хорошенькой женщиной можно было уже не прибегать для
объяснений к притчам и иносказаниям.
После нескольких дней знакомства с Марфой, непорочным цветком, видимо не
лишенным прелести, Иисус отправился в турне по Перее, области, подвластной
Ироду Антипе. Здесь он устроил настоящий фестиваль притч. Пересказывать их
все было бы слишком долго. Похоже на то, что местные жители все время
подшучивали над апостолами; когда эти попрошайки заявлялись в какое-нибудь
селение, им совали в суму самые разнообразные и неподходящие предметы. Так,
однажды Андрей, а может быть, Петр — точно этого никто не знает — попросил у
крестьянина хлеба, рыбы и яиц, а тот вместо хлеба вложил ему в руку булыжник,
вместо рыбы — змею, а вместо яйца — скорпиона. Иисус тут же растолковал
апостолам, что они должны продолжать нищенствовать, несмотря на все эти
неприятности .
К некоему человеку, говорил он, бедному, но гостеприимному, пришел среди
ночи странник. Хозяин тотчас бросился к своему другу. «Одолжи мне три
хлеба, — закричал он, стучась в его дверь, — ибо у меня гость, утомленный
дальней дорогой, и мне нечем его угостить». Но друг его спал, дети тоже, дверь
была заперта, и никому не хотелось подниматься среди ночи. «Ах, так! —
завопил рьяный странноприимец, — ты не хочешь вставать? Ну, погоди же!» И он
принялся барабанить в дверь изо всех сил и стучал до тех пор, пока его друг не
поднялся и не дал ему требуемые три хлеба, чтобы хоть как-нибудь отделаться
от нахала.
Так вот, — сказал в заключение Иисус, — следуйте этому примеру. «Просите, и
дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам» (Лука, глава 11,
стихи 5-13) .
Приблизительно в это же время он исцелил двух слепых и одного немого.
Исцеление немого, видимо, так обрадовало одну женщину, что та воскликнула:
— Блаженно чрево, носившее тебя, и сосцы, тебя питавшие! Относительно всего
этого периода см. Евангелие от Луки, глава 11, стих 27.
Вскоре после этого Иисус согласился отобедать в доме фарисея, который
подложил ему свинью, пригласив одних фарисеев и книжников, сиречь писцов.
Едва войдя в зал, Иисус увидел, что попался в ловушку.
Тогда, чтобы отомстить хозяину, он возлег к столу, не омыв ног, как того
требовал обычай. Гости зароптали. Иисус сделал вид, что не понимает причины
их недовольства, и отобедал, как ни в чем не бывало.
За десертом он вместо тоста излил на собравшихся фонтан проклятий, упрекая
их за то, что они всегда выбирают в синагогах лучшие места и желают, чтобы их
приветствовали на улицах, сравнив их за это с гробами сокрытыми,
прикосновение к которым оскверняет, и так далее и т.п.
Словоизвержение это — горе вам, делающим то! Горе вам, не делающим
другого! — истощило терпение присутствующих. Раздались крики:
— Наглец! Намылить ему шею за такое нахальство, да так, чтобы долго помнил!
Но Иисус не растерялся. Он быстро вскочил на стол, опрокинул скамьи, и в
огромном зале началась сумасшедшая игра в кошки-мышки. В конце концов, мышку
обязательно поймали бы и поучили как следует, если бы толпа народа,
собравшаяся у дверей, не вломилась в зал и не защитила Иисуса (Лука, глава 11-12).
Воспользовавшись случаем, он тут же начал перебирать четки своих притч:
№1. Богатый земледелец собирает со своего поля такой урожай, что не знает,
где его хранить. Значит, надо построить амбары побольше и повместительнее. Но
едва он передал архитектору свой заказ и план, как в ту же ночь — хлоп! — и
скончался.
№2. У другого земледельца всего одно фиговое дерево, которое вот уже три
года не приносит плодов. Земледелец говорит: «На этот год я еще раз окопаю
дерево и унавожу, но, если к осени на нем опять не будет фиг, срублю его без
пощады и брошу бесплодную смоковницу в огонь!»
Как видите, хитрость невелика.
Между двумя притчами он исцелил женщину, страдавшую любопытным недугом. Она
была в расцвете лет, однако казалась более согбенной, чем восьмидесятилетняя
старуха. Видно, сам черт согнул ее, причем буквально пополам. Она
передвигалась, воздев зад к небесам, а подбородком касаясь земли. Нетрудно сообразить,
что в таком положении ей было невозможно заниматься каким-либо ремеслом.
Зарабатывать на жизнь она могла бы разве что собиранием окурков, но в те
времена папиросы еще не изобрели, а потому она была до крайности бедна и
несчастна .
Иисус над ней сжалился; он произнес два слова, и добрая женщина вмиг
распрямилась и стала стройна как тополь.
Пребывание Иисуса в Перее не затянулось: к празднику освящения он
возвратился в Иерусалим. Происхождение этого праздника таково: как известно, Иуда
Маккавей был одним из еврейских военачальников, героически сражавшихся против
иноземных захватчиков. Гораздо менее известен тот факт, что после победы над
сирийским царем Маккавею пришлось совершить обряд очищения и освящения
иерусалимского храма. Так вот, когда он вошел в храм, оказалось, что захватчики
перебили почти все сосуды со священным маслом — остался только один.
Положение было безвыходным! Изготовление священного масла — дело не простое, оно
сопровождается сложным, а главное, длительным ритуалом. Что делать? На всякий
случай Иуда Маккавей хотел наполнить маслом хоть часть светильников, и,
представьте, одного-единственного сосуда хватило на все светильники храма на
целую неделю! В память об этом чуде евреи каждый год веселятся восемь дней
подряд, так же как на пасху и на праздник кущей. Сын голубя присутствовал на
этих увеселениях и едва не был побит камнями за то, что в общественном месте
упрямо утверждал, будто он и его отец составляют одно целое (Лука, глава 13,
стихи 6-9, 10-18; Иоанн, глава 10, стихи 29-42) . На сей раз дело было таким
жарким, что Иисусу пришлось поспешно возвратиться туда, откуда он явился. Во
время второго посещения Переи он отличился чудом, совершенным в разгар
пиршества, на котором опять же присутствовали одни фарисеи. Этот шутник Иисус так
любил хорошо поесть, что без разбора принимал все приглашения к обеду, и от
друзей и от врагов.
Тот обед состоялся в субботу. Фарисеи нарочно привели с собой человека,
больного водянкой, раздутого, словно огромный бурдюк.
Иисус тотчас сообразил, какую западню ему расставили, и, предваряя события,
первым задал собравшимся вопрос:
— Дозволено ли исцелять в праздник саббат, в день субботний?
Вопрос был дерзкий, а главное, ответить на него было весьма затруднительно.
Сказать «да» означало нарушить закон Моисея, а на него фарисеи ссылались на
каждом шагу. Сказать «нет» в присутствии больного означало навлечь на себя
недовольство и гнев народа за бессердечие. Поэтому собравшиеся ничего не
ответили .
Тогда Иисус приблизился к больному водянкой, сделал одно движение, и
огромный живот больного сразу опал. В евангелии не сказано, куда делась
заполнявшая его вода. Будем надеяться, что ее не претворили на сей раз в вино.
Исцеленному , видимо, нечего было делать, потому что он тут же побежал хвастаться
своим похудевшим брюхом. И вот все хромые, слепые и прочие калеки повалили в
зал пиршества, а за ними — толпы городских оборванцев. Народу набилось
столько, что о десерте нечего было и думать. Тогда Иисус шепнул на ухо хозяину
дома :
— Вам бы следовало пригласить всех этих людей к столу, выпить с ними по
маленькой...
— Что? Надеюсь, вы шутите! Весь этот сброд?! Хорошенькая компания!..
Тотчас же ходячее Слово специально, чтобы насолить гостям, пустилось в
восхваления бедности и даже указало хозяину дома, что ему следовало бы скорее
пригласить этих босяков, чем своих друзей и родителей.
Гости шокированы. Толпа в отрепьях аплодирует. А Иисус принимается за
очередную притчу.
— Один человек, — говорит он, — решил устроить пиршество и разослал всем
приятелям пригласительные письма. В назначенный час, видя, что никто не
является, он отправил слуг предупредить своих друзей, что все готово, и он их
ждет, но все начали извиняться и отказываться, словно сговорились. Один
сказал: «Весьма сожалею, что приходится отклонять столь любезное приглашение, но
я купил ферму, и как раз сегодня мне надо поехать ее осмотреть». Второй
сказал :
«Никак не могу прийти: у меня заболела теща, а я ее так люблю, что даже на
секунду не могу отлучиться от ее изголовья». Третий сказал: «Я женат всего
шестой день, так что, сами понимаете, я еще очень занят». Четвертый сказал:
«Помилосердствуйте! Я проглотил недавно персиковую косточку, и у меня запор,
так что, пока все не пройдет, мне не до пиршеств!» Пятый сказал: «Сегодня
день рождения моей консьержки; я заказал ей превосходный букет и обязательно
должен вручить его лично». И все прочие оправдания были в таком же роде.
— Ах, такое отношение?! — вскричал глубоко уязвленный хозяин дома и
обратился к слугам: — Ступайте же на площади и перекрестки, по всем дорогам и
вдоль изгородей, соберите всех нищих, увечных, хромых и слепых и гоните их
сюда, дабы наполнился дом мой, я не желаю, чтобы мои соусы пропадали зря!
Притча эта, между нами будь сказано, в данном случае была ни к селу, ни к
городу, поскольку в тот день все гости дружно откликнулись на приглашение
хозяина, но Слово не было бы Словом, если бы удержалось от очередного
словоизлияния, пусть даже и неуместного, как это оказывалось в трех случаях из
четырех (Лука, глава 14, стихи 1-24).
В качестве примера можно процитировать еще несколько милых наставлений,
высказанных Иисусом перед многолюдной толпой:
«Если кто приходит ко мне, и не возненавидит отца своего, и матери, и жены
и детей, и братьев, и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть
моим учеником» (Лука, глава 14, стих 26).
Пускай попробуют ханжи после этого утверждать, будто их религия проповедует
любовь к семье! В ответ им всегда можно сунуть под нос соответствующий текст
их собственного евангелия.
Современники Иисуса упрекали его за то, что он якшался лишь с отъявленными
подонками. Вот что сообщает Лука (глава 15, стихи 1-6): "Приближались к нему
все мытари и грешники — слушать его. Фарисеи же и книжники роптали, говоря:
он принимает грешников и ест с ними. Но он сказал им следующую притчу: Кто из
вас, имея сто овец и потеряв одну из них, не оставит девяноста девяти в
пустыне и не пойдет за пропавшею, пока не найдет ее?
А найдя, возьмет ее на плечи свои с радостью; и, придя домой, созовет
друзей и соседей, и скажет им: «порадуйтесь со мною, я нашел мою пропавшую
овцу» . С точки зрения здравого смысла эта притча, вызывающая у святош слезы
умиления, довольно-таки похожа на злую пародию. Фарисеи и книжники, чье
умственное развитие намного превосходило нулевой уровень интеллекта верных
последователей Христа, должно быть, животики понадрывали со смеху, слушая эту
чушь. Представляю себе, как мог ответить Иисусу какой-нибудь веселый иудей:
— Твой пастух, наверное, был великим шутником. Бросил девяносто девять овец
в пустыне, а сам отправился спасать одну заблудшую! Интересно, скольких еще у
него сожрали волки, пока он искал эту одну паршивую овцу? Но Иисусу было
наплевать на подобные возражения. Мысль его весьма прозрачна, и он сказал
именно то, что хотел сказать: один негодяй для него дороже девяноста девяти
честных людей.
Вот по этому поводу еще одна история из той же пятнадцатой главы Евангелия
от Луки.
Жил однажды человек, у которого было два сына. Приходит как-то младший из
сыновей к отцу и говорит:
— Папа, у тебя есть кое-что в кубышке, и после смерти ты мне оставишь
кругленькую сумму. Так вот, мне нужны деньги, мне страшно хочется кутнуть. Я
совсем не желаю, чтобы ты сегодня же умер, это было бы с моей стороны слишком
непочтительно. А потому я прошу тебя честью: дай сейчас то, что я так или
иначе получу потом. Я не люблю долго ждать.
Папа тотчас взялся за счеты:
— У меня есть столько-то. На долю твоего брата приходится столько-то, а
тебе столько-то. Вот твоя доля. Желаю, чтобы тебе ее хватило на как можно более
долгий срок.
Не папаша, а просто золото, не правда ли?
Младший сын сгреб свою долю и тут же отправился в далекие страны, чтобы там
с гулящими девицами прокутить все дотла. Это ему вполне удалось. Вскоре он
остался без гроша и не знал, что дальше делать. Куда бы он ни обращался, в
долг ему не верили. Когда у него еще были деньги, он забыл уплатить портному,
тот теперь отобрал у него даже одежду, и наш гуляка остался на улице почти
нагишом.
Потолкавшись в очередях у контор по найму, он получил, наконец, место
свинопаса на ферме какого-то мужика. Однако мужичок оказался чересчур уж
прижимист : своему работнику он давал ровно столько, сколько нужно, чтобы только не
умереть с голоду. Несчастный дошел до того, что начал завидовать даже
свиньям, которых пас. Он рад был наполнить чрево свое очистками, которые ели
свиньи , но свиньи не уступали ему своего корма.
Долго предавался он горестным размышлениям и, наконец, сказал:
— У самого последнего конюха моего отца в избытке есть хлеб, а я здесь
подыхаю с голоду, как дурак. Какого черта, вернусь-ка я к папе! Не хватит же у
него совести отказать мне в месте какого-нибудь слуги!
Сказано — сделано. Путь был неблизкий. Еле дотащился он до дому.
И представьте, какая удача! Как раз в тот момент, когда блудный сын
появился на дороге, папа загорал у себя на балконе.
«Что это там за нищий внизу? — спросил себя добряк папаша. — Весь в грязи,
в лохмотьях. В жизни еще я не видел более мерзкого бродяги... Ба! Да ведь это
же мой младший сынок! Ну конечно, кто же еще!..»
И вот отец сигает прямо с балкона (балкон был на первом этаже) и бежит по
дороге навстречу своему сыну. «И, побежав, пал ему на шею, и целовал его»
(Лука, глава 15, стих 20).
— Какое счастье, что ты вернулся! Без тебя я так скучал, что едва не умер...
Ты, наверное, растранжирил все свое наследство?.. Да, да, не отпирайся, я
вижу... Ну, не будем говорить о твоих шалостях... Главное, что ты здоров... Обними
меня еще... О господи, господи, как я счастлив!
Младший сын не ожидал подобной встречи. Он знал, что его отец добр, но
все-таки не думал, что до такой степени.
— Папа! — стонал он. — Ты самый лучший, самый добрый, самый, самый из пап!
А я негодяй, подлец, мерзавец, каналья... И в горести бил себя кулаками в
грудь.
— Полно, полно, сынок! Если ты будешь так барабанить по животу, ты
повредишь себе желудок... Я ведь сказал, что все забыто, так что незачем себя
калечить .
Затем бравый папаша созвал своих слуг и сказал:
— Видите этого нищего? Это мой сын, тот самый, который пропадал и нашелся.
Бегите и принесите лучшую тунику из моего гардероба, я хочу, чтобы мой
дорогой младший сыночек был в нее облачен. Наденьте ему на палец мой самый доро-
гой перстень. И не забудьте сандалии, ибо он пришел босиком. А потом
расставьте столы, как для великого празднества, — зададим пир на весь мир! В
хлеву у меня стоит откормленный жирный телец, заколите его немедля. Станем
есть и веселиться. Еще сходите за музыкантами: если уж пировать, так
пировать !
И действительно, устроили пирушку на славу. Отец был так счастлив, что даже
забыл о другом своем сыне, о старшем, который работал на поле, и которого
надо было хотя бы из вежливости подождать.
Когда старший сын, возвращаясь, приблизился к дому, он услышал пение и
ликование и весьма удивился.
— Что за притча? — подумал он. — Сели за стол раньше времени и даже меня не
подождали. Пируют и ликуют, а я даже не приглашен. Странно, очень странно...
И, призвав одного из слуг, сновавших из дома и в дом, он спросил:
— Что это такое?
— Брат ваш вернулся, — ответил ему плут слуга, — Папаша ваш так радуется,
уж так радуется!..
— Вот как? Очень мило с его стороны. Подумать только! Не мог даже послать
за мной на ферму... И все из-за этого пустозвона Анатоля, который промотал свою
долю, даже не вступив по закону в права наследства!
Гнев старшего брата был далеко не беспочвенным. А раз уж его не пригласили
принять участие в общем ликовании, он вообще не пожелал войти в пиршественный
зал. Пришлось самому папе его упрашивать.
— Послушай, Эрнест, — сказал отец, — не будь таким щепетильным. Пойдем,
чокнемся за здоровье твоего брата!
— Ты сам не знаешь, что говоришь, папа, и ты ко мне несправедлив. Вот уже
сколько лет я надрываюсь, чтобы умножить твои богатства. Я кручусь, как черт,
всегда исполняю твои приказания, я просто образцовый сын, пример послушания.
А этот бездельник Анатоль, которому пальцем было лень шевельнуть, который не
способен заработать себе на жизнь, — его ты прощаешь и балуешь!.. Тебе
никогда и в голову не приходило дать мне хотя бы козленка, чтобы повеселиться с
друзьями моими, а в честь Анатоля, промотавшего с блудницами половину твоего
добра, ты заколол упитанного тельца, ты устроил ни с того ни с сего настоящее
пиршество... Нет, это несправедливо!
— Успокойся, Эрнест, не завидуй своему младшему брату, которого я так
люблю. Все мое добро достанется тебе после моей смерти... А пока пойдем и
возвеселимся по случаю возвращения нашего славного Анатоля!..
В притче не сказано, смог ли отец убедить столь резонными доводами своего
старшего сына. Впрочем, это и неважно. Главное отметить, что Иисус
проповедовал довольно любопытные, чтобы не сказать больше, идеи правосудия и
справедливости .
Нужны ли еще примеры, доказывающие, насколько абсурдны поучения Христа?
Достаточно привести другую притчу, где бесчестность восхваляется еще более
откровенно, чем в истории с блудным сыном, если только это вообще возможно.
Был человек богатый и имел управителя. Однако сей управитель бесстыдно его
обкрадывал, подчищал отчеты и воровал, как хотел, из кассы своего хозяина,
чтобы оплачивать свои пороки.
Хозяин узнал о проделках своего управителя.
Он призвал его и сказал ему следующее:
— Что это я слышу о тебе? Ты ведешь жизнь явно не по средствам! Тратишь во
сто раз больше, чем получаешь. Очевидно, остальное ты платишь из моего
кармана, то бишь кассы. Немедленно представь мне отчет, и, если он не сойдется,
гнев мой падет на тебя!
Управитель ушел, повесив нос.
«Что делать? — сказал он самому себе. — Я пропал! Хорошо еще, если хозяин
просто выкинет меня за порог. Представить ему отчет невозможно! Воспользу-
юсь-ка я той маленькой отсрочкой, которую он мне дал, чтобы приобрести
друзей, пока я еще заправляю в доме. Они примут меня и накормят, когда я
останусь без места».
И, не теряя времени, он созвал всех должников своего хозяина.
— Сколько ты должен господину моему? — спросил он первого.
— Сто мер масла. Я обещал их вернуть в конце месяца.
— Превосходно! Хозяин ничего не смыслит в хозяйстве. Ты обещал ему вернуть
сто мер масла. Вот твоя расписка. Я ее рву! Садись и скорее пиши: должен
только пятьдесят!
— Тысяча благодарностей, — отвечает должник. — Иметь с вами дело — одно
удовольствие.
Затем управитель принялся за второго должника.
— А ты сколько должен? Он ответил:
— Сто мер пшеницы.
— Прекрасно! Садись за этот стол. Твою расписку я рву: напиши —
восемьдесят . Видишь ли, я вынужден оставить это место, а потому перед уходом хочу
оказать тебе услугу, ты меня понимаешь?
— Вы деловой человек, лучше и не придумаешь. Всю жизнь буду вам благодарен!
И так далее и тому подобное. Так пройдоха управитель приобрел себе кучу
друзей за счет своего хозяина.
Что же вы думаете, осудил Христос этого управителя-пройдоху в своей притче?
Как бы не так! Наоборот. Евангелие утверждает, что пройдоха управитель
поступил правильно и что всевышний судья в день страшного суда оправдает этого
пройдоху управителя и все его жульничества за то, что «сыны века сего
догадливее сынов света в своем роде» (Лука, глава 16, стих 8), то есть за то, что
он был ловчее других жуликов.
И Христос добавляет (дословно):
«И я говорю вам: приобретайте себе друзей богатством неправедным, чтобы
они, когда обнищаете, приняли вас в вечные обители» (Лука, глава 16, стих 9).
Воруйте сколько вашей душе угодно, только приносите вашему священнику часть
наворованного, и тогда он отпустит вам все грехи и царство божье отверзнется
перед вами.
Но пока мы его еще не достигли, продолжим обзор евангельской морали.
Главное, что составляет пафос святого Луки, — это прославление бедности. Однако
давайте разберемся. Тут бедность представлена всегда как следствие лени и
безделья, и, тем не менее, нищета лоботряса всегда противопоставляется у него
достатку, который в глазах верной паствы он почему-то пытается выдать чуть ли
не за порок. И если управитель обкрадывает хозяина, он молодец. После этого я
никому бы не посоветовал нанимать в кассиры христианина, которому его
священник проповедует подобные принципы христианской бухгалтерии!
Тип абсурдного богача выведен в анекдоте о Лазаре. Этот Лазарь, не имеющий
ничего общего с братом Магдалины, был отъявленным бездельником. Вместо того
чтобы работать, он выпрашивал объедки со столов богачей. Так оно было и
проще, и доходней.
Слуги одного из богачей, человека, облаченного в пурпур и льняное полотно,
привыкшего пировать каждый день, как говорится в евангелии, ни разу не дали
даже крошки хлеба этому нищему-паразиту.
И вот однажды нищий и богач умерли. Лоснящийся от грязи и лени Лазарь был
вознесен ангелами на лоно Авраамово, а что касается богача, то он был
низвергнут в ад. И когда богач жарился в адском огне, среди сатанинских языков
пламени, он вдруг заметил Лазаря в одном из уголков лона Авраамова. И тогда
он воззвал:
— Отче Аврааме, сжалься надо мной и пошли ко мне Лазаря, дабы он омочил в
воде кончик своего пальца и увлажнил мне язык, ибо я страдаю в этом пекле
невообразимо !
Но Авраам ему ответил:
— Каждому свой черед, малыш. При жизни ты пировал дни и ночи, а Лазарь,
наоборот, оставался беден, как Иов. Теперь все переменилось: Лазарь пирует, а
ты попал впросак.
Богач возразил:
— В таком случае, и раз уж так заведено, что достаток при жизни
оборачивается несчастьем после смерти, пошли Лазаря, чтобы он предупредил моих
родственников . У меня пять братьев, далеко не бедных, и торгуют они себе не в
убыток. Пусть Лазарь им растолкует, что с ними будет после смерти, дабы они
приняли соответствующие меры и не пришли ко мне в это место мучений.
Авраам расхохотался, и Лазарь вторил ему. Ну что сказать о каком-то дурне
богаче, который беспокоится о судьбе своих братьев!
— У них есть Моисей и пророки; пусть слушают их! А Лазаря незачем
беспокоить . Богач настаивал:
— Нет, отче Аврааме! Если кто-нибудь из мертвых согласится нанести хотя бы
короткий визит моим братьям, это будет добрым делом. Братья мои, конечно,
поверят мертвому на слово, смирятся со всеми лишениями, покаются и будут
счастливы хотя бы в загробной жизни.
Авраам пожал плечами:
— Если твои братья Моисея и пророков не слушают, то, если бы кто из мертвых
воскрес, не поверят.
И тут отче Авраам фыркнул, а Лазарь показал нос богачу, который жарился в
адском пламени, как шашлык (Лука, глава 16, стихи 19-31).
Глава 51.
УМИРАЕТ ХОРОШО ТОТ,
КТО УМИРАЕТ ВОВРЕМЯ
Итак, отняли камень от пещеры, где лежал
умерший. Иисус же возвел очи к небу и сказал:
Отче! благодарю тебя, что ты услышал меня.
Я и знал, что ты всегда услышишь меня; но
сказал сие для народа, здесь стоящего, чтобы
поверили, что ты послал меня.
Сказав это, он воззвал громким голосом:
Лазарь! иди вон.
И вышел умерший, обвитый по рукам и ногам
погребальными пеленами, и лице его обвязано
было платком. Иисус говорит им: развяжите его,
пусть идет. Тогда многие из иудеев, пришедших
к Марии и видевших, что сотворил Иисус,
уверовали в него.
Иоанн, глава 11, стихи 41-45
Я забыл сказать, что Вифания находилась совсем неподалеку от Иерусалима.
Иисус благоразумно не стал злоупотреблять гостеприимством Лазаря № 1, брата
Магдалины и Марфы, однако во время своего вояжа по Перее он продолжал
поддерживать с этой верной ему семьей дружескую связь по почте.
И вот, пока сын голубя странствовал от деревни к деревне в Перее,
рассказывая повсюду дурацкие старые анекдоты, явился к нему однажды утром гонец с
доверчиво-простодушным письмом, где было начертано:
Господину Иисусу Христу в Перее. В случае изменения адреса найти адресата.
"Господи, тот, кого ты любишь, болен.
Марфа и Мария".
Иисус скомкал записку и ответил гонцу:
— Чепуха! Они зря беспокоятся. Не от всякой болезни умирают. Лазарь
выкарабкается, я в этом уверен.
И гонец отправился к двум возлюбленным овечкам с этим ответом их пастыря.
Но поскольку Лазарь был тяжко болен, такой ответ их ничуть не успокоил. Марфа
и Мария Магдалина чувствовали себя как на иголках и полагали, что Иисус
относится к этому делу слишком уж беспечно. Неужели он ничего не понимает, их
красавчик шатен?
О, отнюдь! Сын голубя прекрасно знал и понимал все, что касалось здоровья
его друга Лазаря. Просто он не хотел вмешиваться в ход болезни. Почему? А вот
это мы сейчас узнаем.
В течение двух дней Иисус делал вид, что совершенно позабыл о послании двух
сестер. К концу второго дня Лазарь преставился. Мария и Марфа в отчаянии! Они
берут Лазаря, обмывают его, умащают благовониями, накрепко пеленают
надушенными простынями, рассылают извещения о похоронах. Поскольку Лазарь занимал
среди евреев довольно высокое положение, хоронили его по первому разряду.
Народу собралось великое множество. Лазаря положили в превосходную пещеру,
исполнявшую роль семейного склепа. В течение трех дней его оплакивали по самому
высшему тарифу: Магдалина решила, что на слезах экономить нечего, так что
обусловленных ритуалом рыданий было предостаточно.
Марфа и Мария тоже присоединились к хору плакальщиц и старательно проливали
целые потоки слез. Правда, их слезы были искренними, ибо они действительно
обожали своего брата. Особенно горевала Магдалина, которая никак не хотела
верить в столь внезапную кончину.
— Дорогой наш Лазарь! — восклицала она. — Всего неделю назад он был здоров
и крепок, как дуб, а сегодня лежит в гробу... Не может быть, чтобы он умер!
И она потребовала, чтобы склеп открыли. С лица Лазаря сняли пелены.
Выглядел он как самый заправский покойник. Тогда пещеру снова заложили
камнем и замуровали. Друзья семьи окончательно убедились, что брата Марии и
Марфы похоронили не напрасно.
Но в тот миг, когда Лазарь сыграл в ящик, Иисус, от которого ничто не
скрыто, сразу же получил — разумеется, от своего отца-голубя — уведомление об
этом печальном событии.
Вдруг он сказал ученикам:
— Пойдем опять в Иудею.
— В Иудею? — вскричали ученики. — Должно быть, ты шутишь! Совсем недавно ты
едва избежал ярости своих врагов, а теперь опять хочешь вернуться в
Иерусалим? Полно! Ты что, Забыл, как тебя хотели побить камнями? Черт побери,
короткая же у тебя память!
— Все это неважно, — отрезал Иисус. — Мы идем в Иудею. И если не в
Иерусалим, то уж в Вифанию наверняка.
— Что, по Магдалине соскучился? — фамильярно спросил один из апостолов,
полагая, что догадался о причине столь внезапного желания вернуться в Иудею.
— Да нет же, о Магдалине я сейчас и не думаю. Я думаю о моем брате Лазаре,
который уснул, но я иду разбудить его.
— Смотри-ка, в самом деле! — вспомнил кто-то, — Два дня назад тебе ведь
сообщили , что Лазарь болен. Но если сейчас он уснул, значит, выздоровеет, — это
добрый знак. Апостол, сказавший это, думал, что его наставник, говоря об
уснувшем Лазаре, имел в виду тот благодатный сон, который при некоторых
заболеваниях служит признаком выздоровления. Однако Иисус тут же исправил его
ошибку.
— Когда я говорил, что Лазарь уснул, я хотел сказать, что он опочил.
— Лазарь умер?
— Да, мои друзья.
— Что же теперь?
— Теперь я в восторге.
— В восторге?!
— Да, в восторге, ибо теперь я получил возможность его воскресить. А когда
я его воскрешу, вам всем до одного придется признать, что я всемогущ... Но
довольно слов, идем к нему!
Однако апостолы все еще колебались. Тогда Фома, отличавшийся от остальных
своим мужеством, подал им пример.
— Пойдем с ним, — сказал он великодушно, — и умрем с нашим учителем!
И вот святой взвод двинулся в путь. Когда они добрались до Вифании, шел уже
четвертый день после положения Лазаря во гроб. Многочисленные друзья, как
могли, утешали обеих сестер.
Марфа, услышав, что Иисус подходит к Вифании, бросилась ему навстречу,
Магдалина же осталась дома.
И Марфа сказала Иисусу:
— Ах, господи, почему не пришел ты раньше? Когда мы с сестрой известили
тебя, еще можно было спасти несчастного Лазаря. Если бы ты пришел вовремя, то
смог бы его исцелить, и сейчас наш Лазарь был бы жив.
— Что ж из того, что Лазарь умер? Он воскреснет!
— Увы, это утешение я только и слышу последние четыре дня. Воскреснет в
день конца света! Все мои иерусалимские друзья мне это повторяют.
— Да нет же, Марфа, я говорю о другом. Я сам по себе есмь воскресение и
жизнь; верующий в меня, если и умрет, оживет. Веришь ли мне, Марфа?
— Конечно, господи. Верую, что ты Христос, сын отца Саваофа. Теперь ты
доволен?
— Да, Марфа. Перестань плакать, я верну вам радость. Марфа подумала о
Магдалине, оставшейся дома, и поспешила к ней.
— Мария, Мария! — зашептала она. — Учитель здесь и зовет тебя.
Слова эти она шепнула сестре на ушко, чтобы никто из собравшихся в доме
друзей не мог их слышать.
Магдалина, как скоро узнала, что ее возлюбленный в двух шагах, поспешно
встала и пошла к нему.
— Куда это она собралась? — всполошились друзья дома.
— Она пошла плакать на гроб Лазаря.
И они пошли за ней, чтобы поплакать вместе с нею и тем смягчить горечь ее
слез.
Магдалина же, придя туда, где был Иисус, и увидев его, пала к ногам его и
начала повторять упреки Марфы:
— Ах, господи, если бы ты был здесь хоть несколькими днями раньше, не умер
бы брат мой!
И больше она ничего не прибавила. Из глаз ее полились ручьи слез более
красноречивых, чем любые слова. Такой взрыв отчаяния оказался заразительным.
Все пришедшие с Магдалиной иудеи заревели хором. Сам Иисус был глубоко тронут
и едва не присоединился ко всеобщим рыданиям. Однако сын голубя вовремя
вспомнил, что он все-таки бог и что ему стонать незачем, поскольку он сейчас
воскресит несчастного покойника.
— Где вы его положили? — вдруг спросил он. Ему ответили хором:
— Господи, изволь пойти за нами, и там сам увидишь.
И он пошел за ними. Поразмыслив, он решил, что не худо будет, если он все
же поплачет вместе со всеми. И вот Иисус прослезился. Евреи же, принявшие его
слезы за чистую монету, говорили шепотком:
— Смотри-ка, он его все-таки чертовски любил! Впрочем, некоторые, по свиде-
тельству того же евангелия, скептически изрекали:
— Если бы он его действительно так любил, он бы не дал ему умереть, ведь
открыл же он глаза слепорожденному! Хотя, может быть, все его чудеса —
жульничество?
Эти слова сомнения подстегнули Иисуса. Он ускорил шаг.
— Поспешим! — сказал он. — Где этот склеп? Это была, как уже говорилось,
пещера, заваленная тяжелым камнем.
— Отвалите камень! — скомандовал Иисус, приблизившись к месту погребения.
Но тут запротестовала Марфа.
— Отвалить камень? — воскликнула она. — Спасибо! Как я ни любила брата, я
все-таки не желаю нюхать мертвечину. Господи, он же, наверное, смердит!
— Не мешай мне, Марфа, — одернул ее Иисус. Евреи отвалили камень, и сын
голубя, став на пороге пещеры, возопил громким голосом:
— Лазарь, Лазарь, встань!
По этому приказу мертвец сел. Все присутствующие закричали. Лазарь
зашевелился и, делая невероятные усилия, качаясь, встал. Сделать это было не так-то
просто, потому что сестры накрепко связали его погребальными пеленами.
Наконец кое-как ему удалось принять хотя и весьма шаткое, но все же вертикальное
положение.
Зрелище это повергло всех в ужас.
— Пошевеливайтесь поскорее! — напустился на них Иисус. — Помогите моему
другу Лазарю! Развяжите пелены, будь они неладны! Иначе он никогда не
выберется из этой могилы.
Наконец решились развязать воскресшего. Ему одолжили кое-какую одежонку,
потому что, освободившись от пелен, Лазарь остался в чем мать родила, и
шествовать в таком наряде через весь город было не очень-то прилично.
Тем временем любопытные иудеи, оправившись от первого потрясения, окружили
бывшего мертвеца. Марфа усердно благодарила Иисуса. Магдалина, у которой не
оставалось больше повода для слез, обрела былую веселость и подшучивала над
братом.
— Подумать только! — со смехом говорила она Лазарю. — Теперь ты станешь
рассказывать своим внукам, где ты побывал! А в самом деле, что ты видел за
эти четыре дня своей смерти?.. Скажи, тебе было страшно? Послушай-ка,
поделись с нами впечатлениями!
Иисус несомненно успел сделать Лазарю знак молчать, ибо в евангелии нигде
не сказано, чтобы брат Марии и Марфы кому-нибудь открыл тайну загробной
жизни... А жаль! Право, жаль. Вместо всяких слов Лазарь только яростно чесал ляжки
и прочие места, ибо все тело у него зудело из-за червей, уже приступивших
было к трапезе.
Присутствующие смотрели, как он чешется, вытаращив глаза. Их испуг уступил
место бесконечному удивлению! Еще бы! Не каждый же день можно встретить
человека, который четыре или пять дней пробыл трупом!
Досыта налюбовавшись воскресшим, они удалились. Расходясь по домам, многие
говорили:
— Провалиться мне на месте, этот Иисус вам не первый встречный!
И многие уверовали в него.
Другие же со всех ног бросились к фарисеям и говорили им с таинственным
видом:
— Слыхали, в Вифании такое стряслось!..
— Да ну? Что же именно?
— Вы знаете этого, как его, Иисуса, Иисуса из Назарета?
— Знаем. А дальше что?
— Того самого, у которого любовница некая Мария Магдалина...
— Дальше, дальше!
— Так вот, у этой Марии из Магдалы был, вернее, есть брат. Нет, я правильно
сказал: был брат! . . То есть и то и другое: был брат и есть брат...
— Что за галиматья!
— Его Звали... или его Зовут Лазарь...
— Дальше! Этого Лазаря все знают.
— Четыре дня назад его похоронили.
— Да, слух об этом дошел до Иерусалима.
— Но сегодня Лазарь прогуливается с тросточкой по Вифании, словно никогда и
не умирал!
— Странно. По какому же праву он перестал быть покойником?
— А вот по такому! Иисус пришел к пещере и сказал трупу: «Лазарь, встань!»
— Вы это сами видели?
— Не только видели! Мы еще помогали этому строптивому покойнику
освободиться от погребальных пелен...
— Значит, он притворялся покойником, а теперь притворяется воскресшим.
— Не считайте нас За идиотов. Мы ясно чувствовали трупный запах. Он вонял в
точности, как перележавшая дичь, — ошибиться невозможно!
— Должно быть, не очень-то приятно для его близких.
— О, но это пройдет!
— Ну, а что вы сами думаете о таком чуде?
— То, что это поистине чудо из чудес.
— Дело плохо, черт побери!
Фарисеи были в тяжком затруднении. Они сообщили новость первосвященникам.
Тогда фарисеи и первосвященники собрали совет у некоего Каиафы, который был
старшим первосвященником на тот год.
— Ситуация весьма щекотливая, — сказал один из них. — Если мы позволим
этому человеку и дальше творить свои чудеса, весь народ увяжется за ним. Римляне
подумают, что готовится восстание, снова пойдут на нас войной, и тогда от
Иерусалима ничего не останется.
— Вы ни черта не смыслите! — возразил Каиафа. — Если мы сами примем меры,
римляне оставят нас в покое.
— Какие же меры?
— Надо от этого Иисуса отделаться. Не лучше ли, чтобы один человек умер за
людей, нежели чтобы весь народ погиб?
Фарисеи и первосвященники одобрили это предложение подавляющим большинством
голосов. С этого дня, как говорит евангелист, они только и делали, что
старались прикончить Иисуса во исполнение принятого решения. А посему Иисус, час
которого приближался, однако еще не пробил, уже не ходил явно между иудеями,
а пошел в страну близ пустыни, в паршивый городишко Ефраим, и там оставался с
учениками своими (Иоанн, глава 11, стихи 1-56). Еще несколько слов, чтобы
покончить с ошеломляющей историей воскрешения Лазаря.
Об этом чуде повествует лишь один евангелист из четырех — святой Иоанн.
Любопытно, не правда ли? Ведь чудо первосортное, и остальные евангелисты, право
же, не упустили бы случая о нем хотя бы упомянуть! Однако Лука, Марк и Матфей
хранят гробовое молчание, словно никогда и слыхом не слыхивали о таком
событии, как воскрешение брата Марии и Марфы.
С другой стороны, по словам Иоанна, иудеи меньше всего ожидали, что Лазарь
воскреснет. Они только говорили: «Не мог ли сей, отверзший очи слепому,
сделать, чтобы и этот не умер?» (Иоанн, глава 11, стих 37) . Иначе говоря, если
верить Иоанну, иудеи даже не подозревали о способности Христа оживлять
мертвецов .
Но в таком случае они просто не знали ни о чуде, совершенном в Найме над
сыном вдовицы, ни о чуде в Капернауме с дочерью Иаира! Но как же так? Ведь
Мария Магдалина именно потому и познакомилась в доме фарисея Симона в Найме с
Иисусом, что тот воскресил сына вдовицы! Чего же она так скорбела о смерти
брата? Разве она не была уверена заранее, что Иисус сумеет повторить в
Вифании то, что он уже совершил в Найме и Капернауме? Забавно, не правда ли? Если
Лука, Марк и Матфей ни единым словом не упоминают о воскрешении Лазаря, то
сам Иоанн, видимо, понятия не имел о двух предыдущих воскрешениях. Во всяком
случае, в его евангелии на них нет даже намека.
Перед тем как садиться строчить свои легенды, сочинителям четырех евангелий
не мешало бы прежде договориться между собой!
Глава 52.
НОВОЕ СЛОВОИЗВЕРЖЕНИЕ
Приступила к нему женщина с алавастровым сосудом
мира драгоценного, и возливала ему возлежащему на
голову.
Увидев это, ученики его вознегодовали и говорили;
к чему такая трата? Ибо можно было бы продать это
миро за большую цену и дать нищим.
Но Иисус, уразумев сие, сказал им: что смущаете
женщину? Она доброе дело сделала для меня.
Ибо нищих всегда имеете с собою, а меня не всегда
имеете.
Возлив миро сие на тело мое, она приготовила меня
к погребению.
Матфей, глава. 26, стихи 7-12.
Стыдясь за своих соотечественников, которым даже самые расчудесные чудеса
не смогли открыть глаза на его божественную сущность, Иисус не стал долго
задерживаться в Вифании. К тому же он вовремя сообразил, что ни один город
больше не может служить ему безопасным убежищем, и отныне старался почаще
менять свое местожительство.
Проходя то ли через Самарию, то ли через Галилею, он разом исцелил десять
прокаженных жителей маленькой деревушки. Однако из десяти лишь один догадался
поблагодарить великого врачевателя, и этот один оказался самарянином.
По этому поводу Иисус сказал своим апостолам:
— Видали? Помните, что я вам говорил однажды? Самаряне — самые примерные
люди во всей Иудее. Когда самарянин проходит и видит несчастного, обобранного
ворами, он печется о нем и ведет его в харчевню...
Поглядите-ка на этого самарянина! У него была проказа, он исцелился и
поблагодарил меня за это, в то время как остальные девять прокаженных... Кстати:
не десять ли очистились? Где же еще девять? Как, они не возвратились воздать
славу богу? Поди-ка, взгляни, Иоанн, может, они вернутся! (Лука, глава. 17,
стихи 11-19).
Тогда очутившиеся поблизости фарисеи спросили его:
— Вы повсюду возвещаете царство божье. Не будете ли вы столь добры,
объяснить, где оно, это царство, или, вернее, скоро ли оно придет? Он ответил:
— Царство божье придет неприметным образом. И никто не сможет сказать: «Вот
оно, Здесь» или: «Вот оно, там». И никто его не увидит. Скажу даже больше:
уже сейчас царство божье внутри вас.
Тамошние фарисеи были куда благодушнее иудейских. Вместо того чтобы
забросать болтуна каменьями, как это непременно сделали бы в Иерусалиме, они
только пожали плечами и удалились, не желая больше слышать подобной чепухи. Иисус
остался со своими учениками, которым и пришлось дослушать его весьма нудные
разглагольствования до конца.
Речь сына голубя так восхитительно бессмысленна, что я прошу у моих
читателей разрешения привести ее дословно, не меняя ни одной запятой: "Придут дни,
когда пожелаете видеть хотя один из дней сына человеческого, и не увидите.
И скажут вам: «вот, здесь», или: «вот, там», — не ходите и не гоняйтесь.
Ибо, как молния, сверкнувшая от одного края неба, блистает до другого края
неба, так будет сын человеческий в день свой.
Но прежде надлежит ему много пострадать и быть отвержену родом сим.
И как было во дни Ноя, так будет и во дни сына человеческого: ели, пили,
женились, выходили замуж, до того дня, как вошел Ной в ковчег, и пришел
потоп, и погубил всех.
Так же как было и во дни Лота: ели, пили, покупали, продавали, садили,
строили; но в день, в который Лот вышел из Содома, пролился с неба дождь
огненный и серный, и истребил всех.
Так будет и в тот день, когда сын человеческий явится. В тот день, кто
будет на кровле, а вещи его в доме, тот не сходи взять их; и кто будет на поле,
также не обращайся назад.
Вспоминайте жену Лотову.
Кто станет сберегать душу свою, тот погубит ее; а кто погубит ее, тот
оживит ее.
Сказываю вам: в ту ночь будут двое на одной постели: один возьмется, а
другой оставится.
Две будут молоть вместе: одна возьмется, а другая оставится. Двое будут на
поле: один возьмется, а другой оставится.
На это сказали ему: где, господи? Он же сказал им: где труп, там соберутся
орлы" (Лука, глава. 17, стихи 22-37).
Малость передохнем. И такую галиматью священники приписывают своему богу! И
говорят при этом, что иудеи обрекли на муки сего сына голубя, которого они
называли сыном человеческим! Разумеется, за подобный бред его надо было бы
скорее обречь на холодный душ.
А вот еще из той же бездонной бочки:
"В одном городе был судья, который бога не боялся, и людей не стыдился.
В том же городе была одна вдова; и она, приходя к нему, говорила: «защити
меня от соперника моего».
Но он долгое время не хотел. А после сказал сам в себе: хотя я и бога не
боюсь и людей не стыжусь, но, как эта вдова не дает мне покоя, защищу ее,
чтобы она не приходила больше докучать мне".
И сказал господь: слышите, что говорит судья неправедный? Бог ли не защитит
избранных своих, вопиющих к нему день и ночь, хотя и медлит защищать их?
Сказываю вам, что подаст им защиту вскоре. Но сын человеческий, придя,
найдет ли веру на земле?" (Лука, глава. 18, стихи 2-8).
А вот на другой мотив: "Два человека вошли в храм помолиться: один фарисей,
а другой мытарь. Фарисей, став, молился сам в себе так: «Боже! благодарю
тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как
этот мытарь. Пощусь два раза в неделю; даю десятую часть из всего, что
приобретаю» . Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя
себя в грудь, говорил: «Боже! Будь милостив ко мне, грешнику!»
Сказываю вам, что сей пошел оправданным в дом свой более, нежели тот..."
(Лука, глава. 18, стихи 10-14). А вот еще, для разнообразия: «Приносили к нему
(Иисусу) и младенцев, чтобы он прикоснулся к ним; ученики же, видя то,
возбраняли им. Но Иисус, подозвав их, сказал: пустите детей приходить ко мне и
не возбраняйте им; ибо таковых есть царствие божие» (Лука, глава. 18, стихи
15-16).
Это было, конечно, весьма трогательно.
Но тут как раз проходил мимо некий молодой и вполне порядочный человек. И
вот он обратился к оратору, другу детей:
— Учитель благий! Ты раздаешь людям блага вечной жизни на каких-то
определенных условиях. Что же это за условия?
— Прежде всего, — ответил ему Иисус, — почему ты называешь меня благим, то
бишь добрым? Я вовсе не добрый. Добрый один только бог.
— Предположим, что я тебя так не называл...
— Ну, ладно. Ты исполняешь заповеди Моисея?
— Разумеется. Я никого не убил, ни с кем не прелюбодействовал, никогда не
крал, не лжесвидетельствовал, почитал отца своего и мать свою.
— Этого мало. Если хочешь жить вечно, продай все, что имеешь, а деньги
раздай нищим. После этого приходи ко мне и следуй за мной повсюду, куда я пойду.
Молодой человек поморщился: он был очень богат.
Тогда Иисус обратился к своим ученикам:
— Все они одинаковы, все держатся за свои сокровища. Если бы они только
Знали, сколь трудно состоятельным людям проникнуть в царство божье! Как вы
думаете, может верблюд пролезть сквозь игольное ушко?
— Да ни за что! Сколько бы он ни старался, у него все равно ничего не
выйдет.
— Хорошо сказано. Так вот знайте: легче верблюду пролезть сквозь игольное
ушко, чем богачу попасть на небо.
— В таком случае, — заметил кто-то, — вход в царство божье не очень-то
благоустроен .
— Бог впустит на небо, кого захочет, — ответил Иисус. — Невозможное
человекам возможно богу.
— Мне-то беспокоиться нечего, — заметил Петр. — Было у меня ремесло, я его
бросил и теперь совсем не работаю, и денег у меня ни гроша. Значит, я на
царство небесное имею все права.
Иисус ему в ответ:
— Между нами говоря, Петр, пожертвовал ты не очень-то многим, но и это тебе
зачтется. Истинно говорю вам: кто оставит ради меня дом свой, или родителей,
или братьев, или сестер, или жену, или детей, получит взамен немало выгод и
сейчас, и в век будущей жизни вечной.
Внезапно его осенила мысль. Отозвав в сторону своих учеников, Иисус сказал:
— Я здесь наговорился вдоволь. Теперь мы вернемся в Иерусалим. Я прекрасно
знаю, что меня там ждет, но мой час пробил. Сына человеческого предадут в
руки добрым людям, которые на самом деле вовсе не так уж добры; они насмеются
над ним, будут его бичевать и плевать ему в лицо, а потом убьют, но это ему
все равно, потому что через три дня он воскреснет.
И вот они снова двинулись к Иерусалиму.
По дороге, близ Иерихона, Иисус, дабы не терять практики, исцелил еще
одного слепого (Лука, глава. 18, стихи 15-43).
Кроме этого, он рассказал своим ученикам анекдот о хозяине-земледельце,
который нанял работников на свой виноградник и платил одинаково и тем, кто
трудился в поте лица с рассвета, и тем, кто бездельничал до пяти часов пополудни
(Матфей, глава. 20, стихи 1-16).
В это время Саломея, мать великовозрастного Иакова и маленького Иоанна,
обратилась к Иисусу, умоляя предоставить обоим ее сыновьям тепленькое местечко
в том самом царстве, которое он возвещал.
— Я буду счастливейшей из матерей, — сказала добрая женщина, — если ты
посадишь одного моего сына справа от себя, а другого — слева.
— Ты сама не знаешь, что просишь! — возразил Иисус и преподал мамаше и
обоим сынкам маленький урок, дабы избавить их от чрезмерного тщеславия (Матфей,
глава. 20, стихи 20-28).
Как говорит далее евангелие, он заночевал в Иерихоне, в доме некоего За-
кхея, человека весьма дурных нравов, чем и вызвал всеобщее возмущение. Однако
нас, проследивших шаг за шагом весь путь Иисуса, этот поступок нисколько не
удивляет.
Здесь была рассказана заслуживающая внимания притча о минах, монетах,
равных по стоимости фунту серебра.
Некий человек высокого рода хотел завладеть царством в одной стране,
расположенной от его дома на порядочном расстоянии. Предприятие было довольно
рискованное , тем не менее, он отправился в путь, но перед этим призвал десять
своих рабов и сказал им:
— Вот вам по мине каждому. Пока я буду стараться прибрать к рукам
приглянувшееся мне царство, пустите эти деньги в оборот. Чем больше будет от них
дохода, тем лучше, Когда вернусь, отчитаетесь.
Человеку этому повезло, и он завоевал столь желанное царство. Тогда он
призвал своих десять рабов и начал расспрашивать, сколько каждый из них
заработал .
Пришел первый раб и сказал:
— Господин, твоя мина принесла десять мин.
— Прекрасно, мой друг! — воскликнул новоявленный царь. — В награду за
верность назначаю тебя правителем десяти городов моего царства. Второй сказал:
— Я был не столь удачлив, как мой коллега, поэтому твоя мина у меня
принесла всего пять мин.
— Ничего, мой мальчик, ты ведь старался, а это главное. Я тебе отдаю в
управление пять городов. Пришел третий раб.
— Господин, — начал он, — коммерческих способностей у меня нет, а потому я
опасался, что прогорю. И вот я сказал себе: «Если я не смогу вернуть
господину его серебро, он с меня шкуру спустит! Так лучше, черт побери, я сохраню
хотя бы то, что имею». И я завязал ваш фунт серебра в носовой платок. Вот
оно!
— Ах ты рыло! — возопил разъяренный монарх. — Дрянь ты, а не раб. Неужели
ты не мог положить мои деньги в банк, по крайней мере, натекли бы проценты!
И добавил, обращаясь к окружающим:
— Возьмите у него эту мину и отдайте тому, кто смог заработать десять.
Но тут ему кто-то заметил, что этот дрянной раб на самом деле не такой уж
простак и что его мина тоже принесла ему десятерную прибыль. После этого царь
приказал лукавого раба удушить.
Заключение притчи поражает своей крайней жестокостью, хотя мы уже знаем,
что Иисус иногда сбрасывал маску кротости.
— Сказываю вам, — обратился он к ученикам, — что всякому имеющему дано
будет и богатых я сделаю еще богаче. А у всякого не имеющего отнимется и то,
что имеет. Врагов же моих, тех, которые не хотели, чтобы я царствовал над
ними, приведите сюда, приказываю! И пусть их прирежут у меня на глазах! (Цитата
почти буквальная. Лука, глава. 19, стихи 11-27.).
Заметим попутно, что эта притча полностью противоречит тому, что Иисус лишь
недавно говорил относительно презрения к богатству. Кроме того, напомним, что
вся его ярость против тех, кто не хотел признавать его царем, не имела
никаких последствий: ни один апостол не сдвинулся с места, и никого они не
прирезали.
Отсюда Иисус прямым ходом направился в Вифанию, где его поджидали Магдалина
и Марфа. Он отобедал у прокаженного по имени Симон. За десертом Магдалина
разбила о его голову алебастровый кувшин с освежающими благовониями,
несомненно , для того, чтобы он успокоился. Евангелие сообщает, что в кувшине было
духов самое малое на триста франков. Иуда Искариот, счетовод и кассир всей
братии, долго оплакивал потерю этих драгоценных благовоний. Если бы их
реализовать , можно было бы раздать городским нищим целых триста динариев. Во вся-
ком случае, таково было его мнение.
Однако Иисус, весьма польщенный любезным вниманием своей фаворитки, решил,
что его голова стоит благовоний на триста динариев, и живо осадил Иуду
Искариота, вздумавшего делать неуместные замечания и огорчать Марию Магдалину
(Матфей, глава. 26, стихи 6-13; Марк, глава. 14, ст. 3-9; Иоанн, глава. 12,
ст. 1-11). Можно предполагать, что ночью Иисус засвидетельствовал Магдалине
свою признательность и полное удовлетворение не только на словах.
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. ПРЕСКВЕРНАЯ НЕДЕЛЯ
Глава 53.
ДЕШЕВЫЙ ТРИУМФ
И когда приблизились к Иерусалиму и пришли в
Виффагию к горе Елеонской, тогда Иисус послал
двух учеников, сказав им: пойдите в селение,
которое прямо перед вами; и тотчас найдете
ослицу привязанную и молодого осла с нею;
отвязав , приведите ко мне. И если кто скажет
вам что-нибудь, отвечайте, что они надобны
господу; и тотчас пошлет их.
Матфей, глава. 21, ст. 1-3.
И вот пришло то время, когда бога невинного должны были принести в жертву
богу справедливому, дабы умилостивить бога грозного. Стрелки часов,
отмечавших ход жизни Христа, приблизились к тому часу, когда им суждено было
остановиться. За четыре тысячелетия до этого Адам и Ева, два индивидуума,
состряпанные один из грязи, другой из отбивной на ребрышке, совершили ужасное
преступление , отведав по кусочку яблока. Это преступление тяготело с тех пор над
всем человечеством. Да и кто, в самом деле, мог его искупить? Человечество?
Увы, нет. Только тот, кто к оному не принадлежал, то есть сам бог, бог-судья,
бог, вынесший приговор. Сначала бог выступал в роли обвинителя, теперь же ему
предстояло стать одновременно палачом и жертвой, ибо Иисус и Саваоф в
компании с голубем должны по идее представлять собой одно и то же лицо.
Было бы куда проще, если бы Иисус не влезал в человеческую шкуру и если бы
этот Саваоф-Христос-голубь взял бы да и простил единогласно столь страшное
преступление — яблоко, съеденное в земном раю!
Тем самым Иисус был бы избавлен от необходимости пережить весьма неприятную
неделю, неделю страстей господних, о которой господа священники
разглагольствуют с неистощимым красноречием, пытаясь нас растрогать. Говоря начистоту,
эти милые рассказы о весьма сомнительных страданиях не вызывают во мне ни
малейшего сочувствия.
Ах, если бы все это было правдой, если бы Иисус действительно существовал,
если бы даже просто какой-нибудь свихнувшийся шарлатан был на самом деле
подвергнут бичеванию и распят, я бы не смог зубоскалить по этому поводу. Можно
презирать преступника, но никто не станет смеяться над его муками во время
казни. Но Иисус даже на Голгофе остается шутом. И вся эта история не более
чем плод воображения священнослужителей. Священник — единственный реальный
персонаж любой религии, точно так же как необходимость платить священнику за
молебен является единственной реальной карой, терзающей души верующих
простофиль , запуганных ужасами ада. Так что не стоит проливать слез, вспоминая о
страданиях мифического существа из Назарета, ибо даже церковная легенда
утверждает , что оно страдало лишь потому, что само того хотело, и оставим наши
сожаления тем несчастным, которые переносят реальные муки, людям из плоти и
крови, встречающимся в повседневной жизни на каждом шагу.
Покончив с этим, обратимся, не медля более, к самому невероятному эпизоду
христианской легенды.
Место действия — Иерусалим; время — пасха в самом разгаре. Иудеи
недоумевали, не видя Иисуса в храме, куда он аккуратно являлся в дни этого праздника
все предыдущие годы.
— Где же он? — вопрошали они.
Те, кто мнил себя более осведомленным, отвечали:
— Он в Доме фиников. Другие спорили:
— Нет, он в Доме зеленых смокв. Ибо на древнееврейском Вифания означает
«дом фиников», а Виффагия — «дом зеленых смокв».
— Но что он там делает, в Доме фиников?
— День-деньской воскрешает мертвецов. Вот недавно преставился его дружок
Лазарь, так он его вытащил из гроба живым, хотя и малость подпорченным
червями .
— Занятие стоящее, надо будет сходить посмотреть. И едва праздник саббат
кончился, многие отправились кто в Вифанию, кто в Виффагию.
Евангелист Иоанн сообщает, что любопытные, явившиеся в Вифанию, увидели
Лазаря таким свеженьким и толстеньким, словно он никогда и не умирал. Кстати,
видел ли кто-нибудь из этих любопытных добряка Лазаря мертвым, евангелист
почему-то Забыл уточнить.
Как бы там ни было, зрелище это весьма обрадовало гостей из Иерусалима и
одновременно довело буквально до белого каления первосвященников.
— Чтобы покончить с подобными разговорами, остается одно, — предложил некий
служитель божий, — убить этого воскрешенного!
Так они и порешили, но тут на них навалились новые Заботы. Действительно,
из Вифании до Иерусалима дошел слух, будто сам Иисус собирается прибыть туда
на следующий день. Это уже было гораздо серьезнее.
На другой день Иисус и в самом деле покинул дом Симона, где был гостем,
горячо обнял Магдалину и безропотную Марфу, пожал руку своему другу Лазарю и
направился к горе Елеонской, или Масличной горе. За ним последовали ученики
его и кучка любопытных зевак.
— Вот что, — сказал Иисус, — не подобает нам являться в Иерусалим как
простым бродягам. В конце концов, царь я человеков или не царь?
— Царь, царь! — закричали апостолы.
— В таком случае мне нужна карета. К несчастью, поблизости не оказалось
даже телеги. Но это Иисуса не смутило.
— Ступайте-ка вон в ту деревушку, что виднеется справа, — приказал он. —
При входе в деревню вы увидите осленка. Отвяжите его и приведите сюда. А если
кто станет вас укорять за такое нахальство, скажите ему: «Осел нужен великому
ученому Иудеи». Тогда вас никто не остановит. Относительно этого эпизода
евангелисты явно не договорились между собой. Лука, Марк и Иоанн говорят
только об осленке, в то время как Матфей утверждает, что там была ослица с
осленком. С другой стороны, Матфей, Марк и Лука признают, что Христос его
просто украл, зато Иоанн нашел для этого поступка очаровательную
формулировку: «Иисус же, — говорит он, — найдя молодого осла, сел на него», дабы
оправдались слова пророчества! (Иоанн, глава. 12, ст. 14-16).
Все произошло именно так, как предсказал Иисус. Его ученики нашли за
поворотом дороги осленка, привязанного к двери, и отвязали его. «Что вы делаете?»
— закричали соседи, увидев, что у них вот так, запросто начали уводить ослов.
«О, не обращайте внимания, мы исполняем приказ господа нашего!» — ответили
ученики. Господа нашего! Эти слова вмиг успокоили соседей и сразу заткнули им
рот.
Похищая осла у крестьянина, которому это животное было явно нужнее, чем
ему, мессир Иисус действовал вполне в духе своих семейных традиций. Вы,
конечно, помните, как его папаша Иосиф перед бегством в Египет увел из хлева в
Вифлееме чужого осла точно с такой же бесцеремонностью.
На бедное животное вместо украшений навалили гору плащей. Осленок кротко
позволил себя навьючить, и триумфальное шествие началось. Ей-ей, хотелось бы
мне присутствовать на этом спектакле, должно быть, зрелище было потрясающее!
Все участники шествия вооружились пальмовыми ветками. Они шли, размахивали
этими ветками и восклицали: «Осанна сыну Давидову! Благословен грядущий во
имя господне царь Израилев! Слава в вышних!»
Прохожие останавливались в недоумении.
— Что тут происходит? — спрашивали они.
— Се торжество Иисуса, — отвечали апостолы, вздергивая подбородки. - Отныне
у народа Израиля новый царь из иудеев.
— И это царь? — с презрительной гримасой спрашивали праздные гуляки. — Да я
такому не доверил бы завязать мои сандалии!
Короче, успех шествия был весьма относительный: он ограничился шумом,
поднятым апостолами и маленькой группой зевак, пришедших из Вифании. Так они
добрались до вершины горы Елеонской, откуда открывался вид на весь Иерусалим.
Завидев город, Иисус разревелся в три ручья. Евангелисты объясняют его столь
внезапное горе тем, что ему вдруг открылась печальная участь, ожидающая
Иерусалим. По их словам, Иисус предсказал, что град Соломонов будет навсегда
разрушен, что там не останется камня на камне. Это, однако, не помешало
Иерусалиму сделаться одним из наиболее крупных городов Малой Азии. Гораздо логичнее
было бы предположить, что у Иисуса наступил один из редких моментов
просветления, и он расплакался, представив себе все грядущие беды, которые он сам же
на себя и навлек, ибо его шутовское торжество было только прелюдией к самому
неприятному. Но отступать было поздно.
Заслышав Иисусовы рыдания, приверженцы его обеспокоились, но ненадолго: они
уже настолько привыкли к внезапным переменам настроения своего учителя, что
тревога их быстро улетучилась.
Наконец они прибыли в Иерусалим. Несколько досужих ротозеев присоединились
к шествию, однако, не придали ему особого блеска. Осел трусил, понурив
голову. Иисус с трудом держался на куче тряпья и прилагал отчаянные усилия,
пытаясь сохранить вид победителя; какие-то шутники скинули с себя туники и
расстелили их на дороге, дабы осел сына Давидова наступил на них своими
копытами, в то время как апостолы из последних сил драли глотки, выкрикивая
беспардонную чепуху. Несмотря на все это, появление их не вызвало в городе
сенсации. На них смотрели и посмеивались: зрелище было жалкое. Фарисеи — в
сущности, они никогда не были такими уж злодеями — прониклись отеческим
сочувствием к великовозрастному шалопаю из Назарета. Они приступили к Иисусу, желая
дать ему дружеский совет.
— Равви, — сказали они, — утихомирь своих учеников и не позволяй им так
вопить : они тебя компрометируют.
Однако Иисус, опьяненный пусть не очень-то искренними, зато громкими
хвалами своих немногочисленных приверженцев, надменно ответил:
— Пусть восхваляют, как могут! Если они умолкнут, то даже камни закричат.
Отсюда видно, что в определенных случаях Сатане совсем незачем было
соблазнять Иисуса: он и без того грешил самым страшным грехом гордыни. И он
двинулся дальше по улицам, воображая, что это его триумф.
Но сколько можно кричать и восторгаться?
Постепенно шествие рассеялось: первыми отстали любопытные, затем
приверженцы сына голубя и, наконец, апостолы, один за другим. Добравшись до склона
холма, на котором стоял храм, Иисус увидел, что остался один. Этот факт при-
знают все комментаторы писания.
По словам евангелиста Марка, сын голубя удовлетворился тем, что взглянул на
ряды торговцев, и больше в тот день ничего не предпринял. Близилась ночь.
Вокруг не было никого, кто бы мог оказать ему поддержку, поэтому Иисус поспешил
укрыться в более надежное место, то есть покинул город. Куда же он
направился? Святое евангелие об этом умалчивает, но можно догадаться, что, в конце
концов, он встретил нескольких своих учеников и в их компании провел ночь под
открытым небом.
Что касается осла, то о нем Новый завет больше не упоминает, однако другие
легенды рассказывают о его дальнейшей судьбе. Миссон в своем «Путешествии в
Италию» (том 1) приводит целую эпопею сего достославного четвероногого.
Когда Иисус остался один, он сошел с осла и бросил его на произвол судьбы,
даже не подумав, что его следовало бы вернуть хозяину.
Итак, наш осел отправился один бродить по городу. Поскольку он прекрасно
понимал все, что с ним произошло, осел решил предпринять небольшую
увеселительную прогулку.
Сначала он бродил по всей Иудее. Подробно ознакомившись с родной страной,
он решил отправиться за границу.
Ему пришла в голову мысль прогуляться по Италии. Для того чтобы туда
добраться, нашему ослу пришлось бы совершить весьма далекое путешествие в обход
Черного моря либо переплыть на судне Средиземное. Однако он слишком дорожил
своей независимостью и не без оснований опасался, что на судне его могут
привязать или, что еще хуже, отдать коку, который наделает из него колбас для
пассажиров.
Но тут святой осел весьма кстати вспомнил, что Иисус ходил по водам, как
посуху, и сказал сам себе: «А почему бы мне не поступить так же?»
Смело направился он на пляж и поставил копыто на первую же набежавшую
волну. И-о чудо! — волна сразу же стала твердой, как рога папаши Иосифа. Он
рискнул поставить второе копыто на вторую волну, которая поспешила отвердеть,
как и предыдущая, и вот, на удивление всем, наш осел, весело перепрыгивая с
гребня на гребень, добрался до острова Кипр. Один за другим он посетил
острова Родос, Крит, Мальту, Сицилию, пощипывая в пути чертополох, который
специально вырастал среди твердеющих волн, и, наконец, прибыл в Венецианский
залив . В те времена Венеции еще не существовало.
Было только место, где возник этот волшебный город, о котором позднее стали
говорить: «Увидеть Венецию — и умереть». Поэтому наш осел-турист взял свой
чемодан и картонку с цилиндром и направился к Вероне.
Именно в этом городе он завершил свои дни, окруженный всеобщим почетом
благодаря совершенным им великим чудесам. До сих пор в Вероне поклоняются
реликвиям святого осла, которые благоговейно хранятся в алтаре церкви Ортской
богоматери . Дважды в год совершается торжественное шествие: по улицам проносят
его достославные кости.
Такой ослиной славе может позавидовать другой осел, тот, на котором святое
семейство бежало в Египет: его мощи не сохранились. За что же его коллеге
такие привилегии?
Глава 54.
ПОСЛЕДНИЕ ПРИТЧИ
И ПОСЛЕДНИЕ УГРОЗЫ
И выйдя, Иисус шел от храма; и приступили
ученики его, чтобы показать ему здания храма.
Иисус же сказал им: видите ли все это?
Истинно говорю вам: не останется здесь камня на
камне; все будет разрушено. Когда же сидел он
на горе Елеонской, то приступили к нему
ученики наедине, и спросили: скажи нам, когда
это будет, и какой признак твоего пришествия
и кончины века? Иисус сказал им в ответ:
берегитесь, чтобы кто не прельстил вас. Ибо
многие придут под именем моим, и будут
говорить : «я Христос», и многих прельстят.
Матфей, глава. 24, ст. 1—8.
Будучи богом, мессир Христос, тем не менее, оставался и человеком; мы уже
знаем, что в его распоряжении всегда были две сущности — на выбор. Ночь,
проведенная под открытым небом, его весьма утомила. Кроме того, за весь
предыдущий день, который начался вроде бы триумфом и завершился поспешным бегством,
он нигде не удосужился даже закусить. Восторги толпы могут быть опьяняющими,
но они не слишком питательны; дрожь в поджилках перебивает аппетит, но, когда
поджилки перестают трястись, голод становится еще ощутимее.
Ходячее Слово ощущало жестокие рези в пустом желудке. А кругом было чистое
поле. Где тут разговеться?
— Петр! Иаков! Андрей! Иоанн! Варфоломей! — закричал проголодавшийся сын
голубя. Апостолы прибежали на его зов.
— Вы догадались захватить из Иерусалима чего-нибудь съестного?
— Конечно, господи.
— Замечательно. Давайте все сюда!
— Но, господи...
— Какие тут могут быть «но»?
— Но мы все уже съели вчера вечером.
Иисус не сдержал возгласа разочарования и досады.
— Тогда раздобудьте хоть что-нибудь!
— В чистом-то поле? Откуда же взять, господи?
— Ладно. Пойду сам на дорогу, авось отыщу хоть плод дикой смоковницы...
И он отправился на дорогу в сопровождении двух своих учеников. Вдоль дороги
раскинулись сады, среди которых укрывались виллы иерусалимских богатеев.
Отдельные ветки деревьев свешивались через ограды, и простирались над дорогой
следует заметить, что по еврейскому обычаю любой путник имеет право утолить
голод и жажду плодами с придорожных деревьев, если их ветви выступают над
оградой .
Первое такое дерево, замеченное Иисусом, оказалось великолепной
смоковницей. Голодный сын голубя устремился к нему чуть ли не рысью. Он раздвинул
ветки, обшарил листву, но, поди ж ты, смокв там было не больше, чем на осине.
Ходячее Слово, как мы уже имели возможность убедиться, не отличалось
покладистым характером. Не найдя на этой превосходной смоковнице ни одной смоквы.
Иисус позеленел от злости. Изругав ни в чем не повинное дерево, он под конец
проклял его по всем правилам искусства. Смоковница с перепугу тут же начала
сохнуть.
Этот случай, между нами будь сказано, лишний раз подтверждает, что
кротчайший сын голубя при случае изрыгал такие хулы, что ему позавидовал бы любой
буйно помешанный. Кстати дерево было вовсе не виновато, что на нем не
оказалось плодов: просто для них еще не пришло время! Не следует забывать, что
дело происходило в понедельник перед пасхой, а смоквы, как известно, не
созревают ранней весной ни в одной стране. К тому же, если Иисус мог засушить
дерево силой своего заклятья, почему бы ему вместо этого не воспользоваться
своими сверхъестественными способностями по прямому назначению? Ведь было бы
куда гуманнее заставить несчастную и совершенно невинную смоковницу украсить-
ся вмиг созревшими сочными плодами!
У Иисуса видимо, не хватило времени над этим поразмыслить. Он проклял
смоковницу , и смоковница увяла. Не угодила мне — так вот на тебе, получай! Стоит
привести дословно эту историю, о которой нам повествует евангелист Марк:
"На другой день, когда они вышли из Вифании, он взалкал. И, увидев издалека
смоковницу, покрытую листьями, пошел, не найдет ли чего на ней; но, придя к
ней, ничего не нашел, кроме листьев; ибо еще не время было собирания смокв.
И сказал ей Иисус: отныне да не вкушает никто от тебя плода вовек!" (Марк,
глава. 11, ст. 12-14).
Его собрат Матфей, излагающий этот случай примерно так же, добавляет: «И
смоковница тотчас засохла» (Матфей, глава. 21, ст. 19).
Настроение у Иисуса было такое, что он не мог удержаться, чтобы тут же не
отправиться в Иерусалим и не учинить там скандал. И вот он явился в храм и
повторил представление, уже отрепетированное три года назад: обозвал ворами
торговцев голубями и агнцами, опрокинул лотки и столы менял.
Святая братия дошла к тому времени до последней крайности и готова была на
все, лишь бы раздобыть хоть немного съестного и денег.
Затем Иисус исцелил оптом целую кучу хромых и слепых. «Слепых и хромых», —
сказано в евангелии. Ни один другой больной или увечный в тот день не получил
облегчения. Заметим, что за время своего пребывания на земле Иисус не
выпрямил ни одного горбатого. Может быть, они вызывали у него отвращение? Этого
никто не знает. Это святая тайна.
Один из отцов церкви, Евсевий Кесарийский, утверждает, что в тот же день,
так называемый святой понедельник, миропомазанный исцелил также одного
прокаженного, и сделал это, как говорится, заочно, письмом. К одному из апостолов,
Филиппу, пришли чужестранцы и сказали, что хотят видеть Иисуса. Филипп
направил их к Андрею. Тот доложил Иисусу, который не стал держать своих
посетителей в передней и сразу пригласил на аудиенцию.
— Чем могу служить? — спросил он.
— Нас послал наш владыка Абгар пятый, царь Эдессы. Он предлагает вам
убежище в своем царстве, если вы не уживетесь с властями вашей страны.
Иисус поблагодарил их за столь любезное предложение, но принять его
отказался. В самом деле, ведь если бы он согласился, кто избавил бы от бремени
греха род человеческий?
Тогда посланные сообщили, что их господин заболел проказой. Этот страшный
недуг не щадил даже царей, но те по крайней мере пользовались какими-то
преимуществами: прокаженных царей и тогда не сажали в карантин.
Иисус поспешил успокоить своих благородных просителей и уверил, что его
величество исцелится в тот же день, когда получит его ответ.
Евангелист Иоанн упоминает об этом посещении знатных иноземцев, только он
выдает их за греков, в то время как Евсевий клянется всеми святыми, что это
были посланцы царя Абгара пятого (о нем, к слову сказать, никто ничего не
знает). Впрочем, это не имеет никакого значения.
Тот же Иоанн рассказывает, как вечером этого дня страх охватил господа бога
нашего: «Душа моя теперь возмутилась... — говорил он. — Отче! Избавь меня от
часа сего! Но на сей час я и пришел...» (Иоанн, глава. 12, ст. 27) .
Иначе говоря: «Папочка, а нельзя ли как-нибудь от этого отвертеться?
Нельзя? Ну, что ж, пусть будет, что будет!»
Во вторник апостолы снова посудачили немного о проклятой Иисусом увядшей
смоковнице.
— Смотри-ка, — заметил Петр, — и дня не прошло!
— Я ее видел сегодня утром, — отозвался Варфоломей. — Она была суха, как
самое сухое полено. Ходячее Слово вмешалось в разговор:
— Друзья! Если в вас есть вера, вы тоже совершите чудеса не хуже тех, кото-
рые видели. Главное — иметь веру. Пока вы не будете сомневаться, вы сможете
не только засушивать смоковницы. Вы сможете даже сказать вот этой горе:
«Сдвинься с места и упади в море!» — и гора тотчас обрушится в море.
Апостолы, которых восхитил фокус со смоковницей, были поражены, узнав, что и они
смогут творить чудеса не хуже. С удивлением посмотрели они на гору Елеонскую,
и дух их смутился при мысли, что они смогут поколебать такую громадину.
Попробуйте на секунду поставить себя на их место.
К полудню вся компания снова спустилась в Иерусалим. Ее глава поразглаголь-
ствовал еще немного в храме, пытаясь, как обычно, дискредитировать фарисеев.
Он сравнил их с людьми, которые на словах служат богу, а на самом деле
повинуются только собственной прихоти.
Он рассказал притчу:
"У человека было два сына. Пришел он к первому и сказал:
— Ступай сегодня работать на виноградник.
Тот ответил:
— Что-то не хочется! Но потом раскаялся и пошел.
С теми же словами отец обратился ко второму. Тот ответил:
— Сейчас, папочка!
Но преспокойно остался сидеть дома".
Боясь, однако, что фарисеи не поймут даже этот прямой намек, Иисус поспешил
уточнить свою мысль: «Истинно говорю вам, что мытари и блудницы вперед вас
идут в царство божие!» (Матфей, глава. 21, ст. 31).
Поскольку и этого ему показалось недостаточно, он тут же придумал другую
притчу, еще более оскорбительную. В ней он сравнил фарисеев с виноградарями,
которые вместо того, чтобы честно ухаживать за виноградником хозяина, убили
всех его слуг, а потом и хозяйского сына. Но придет хозяин виноградника и
перебьет в свою очередь всех нерадивых виноградарей.
Наконец, он рассказал байку о некоем сварливом богаче. Сей господин
женился. На свадьбу он пригласил множество гостей. В разгар пира жених вдруг
заметил , что один из них не в парадной одежде. Что же сделал наш молодожен? Он
призвал рабов, приказал схватить гостя, выказавшего к нему такое неуважение,
связать его по рукам и ногам и ввергнуть в узилище, дабы тот вкусил во мраке
кромешном плач и скрежет зубовный.
Обозленные всеми этими словесными шпильками в самые чувствительные места,
фарисеи решили отомстить Иисусу и отправились к сторонникам Ирода. Те явились
в храм, сделали вид, что поспорили между собой, а затем вдруг приступили к
неутомимому болтуну и попросили его просветить их.
— Равви, — с преувеличенной кротостью обратились они к нему, — мы знаем,
что вы сведущи во многих вещах, как никто. Будьте же столь добры, объясните
нам: должны ли мы платить дань цезарю или не должны?
Ловушка на сей раз была расставлена хитро. Осудить уплату дани означало
подложить свинью Понтию Пилату, управлявшему Иудеей от имени римлян.
Объявить дань законной означало польстить победителям, но оскорбить
патриотические чувства иудеев. Однако Иисус сразу же разгадал эту хитрость.
— Детки! — сказал он. — Чтобы меня подловить, надо быть поумнее.
Принесите-ка мне монеты, которыми вы платите дань!
Кто-то протянул ему динарий.
— А ну, кто изображен на этой монете и чье здесь выбито имя? — спросил
Иисус.
— Кесарь! Кесаря! — хором ответили ему.
— Так вот, воздавайте кесарю кесарево, а богу — богово. Кто яму копал, тот
в нее и упал! Ходячее Слово просто-напросто обошло вопрос. Ответ был
уклончивее некуда, но в то же время это была фраза, да еще какая! Поэтому
непросвещенная толпа, которая во все времена была и остается жертвой громких слов,
встретила ответ Иисуса бурными аплодисментами, переходящими в овацию.
После сторонников Ирода к Иисусу подошли саддукеи — приверженцы влиятельной
иудейской секты. Они ему задали следующий вопрос:
— У некоего саддукея было шесть братьев. Этот человек женился и умер,
оставив жену вдовой. Вдова вышла за одного из братьев покойного. Этот скончался в
свою очередь. Вдова вышла за третьего брата, затем, по той же причине, за
четвертого и так далее. В результате все братья отдали богу душу. Так вот,
чьей же она будет считаться женой, когда в судный день все братья воскреснут?
Иисус ответил:
— Когда все мертвые воскреснут, у мужей не будет жен, а у жен — мужей, ибо
все уподобятся ангелам на небесах. Следовательно, вы можете не беспокоиться,
никаких осложнений не возникнет.
На помощь саддукеям пришел некий писец или книжник.
— Учитель, — сказал он, — раз уж вы взялись здесь разрешать богословские
проблемы, разрешите спросить, какую из заповедей Моисеевых вы считаете самой
важной?
— Первую заповедь, — ответил Иисус. — «И возлюби господа бога твоего всем
сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию
твоею» (Марк, глава. 12, ст. 30). Но есть и вторая заповедь, не менее важная,
чем первая: «Возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Марк, глава. 12, ст.
31) .
— Браво! — воскликнул книжник. — Замечательный ответ! Видимо, этот книжник
не стремился, подобно фарисеям, саддукеям и сторонникам Ирода, поставить
ходячее Слово в затруднительное положение. Иисус к тому времени уже устал. Он
был сыт всеми этими вопросами по горло.
Повернувшись к народу, он обрушился на врагов всей силой своего
красноречия . Все ругательства, какие он только мог припомнить, посыпались на головы
фарисеев. Он обливал их помоями, смешивал с грязью, оплевывал и попирал
ногами. Он обзывал их «лицемерами», «поедающими дома вдов», «доителями комаров»,
«пожирателями верблюдов», «гробами повапленными, полными костей и всяких
нечистот», «змеями, порождениями ехидны», и так далее, а под конец возложил на
них вину за всю пролитую на земле кровь невинных, начиная с Авеля Праведного
и кончая Захарией, сыном Варахииным. Назвать кого-либо убийцей Захарии
считалось у иудеев самым страшным оскорблением. Это было хуже, чем, скажем,
назвать Дон-Жуана евнухом. Израильтяне считали убийство Захарии самым тяжким
преступлением, из-за которого разгневанный Яхве покарал Иерусалим. И,
несмотря на то, что убийство Захарии произошло около ста лет назад, евреи бросали
это чудовищное обвинение в лицо тем, кто был им ненавистен.
Захария был священником, приносившим жертвы. Его коллеги пристукнули Заха-
рию при исполнении служебных обязанностей, когда он шел к алтарю. Так вот,
кровь его продолжала кипеть на храмовых плитах, и ничто не могло ее смыть.
Когда царь Навуходоносор пришел в храм, он увидел это кипение и весьма
удивился . Желая умилостивить кровь праведника, царь решил отомстить за него: он
повелел притащить на это же место всех раввинов и прирезать их. Но кровь
продолжала кипеть. Царь приказал схватить детей, возвращавшихся из школы, и тоже
принес их в жертву. Кровь кипела по-прежнему. Навуходоносор призвал юных
жрецов и убил их. Кровь Захарии не успокаивалась. Около ста тысяч жертв так и не
смогли умилостивить кровь этого праведника. Тогда Навуходоносор приблизился к
месту убийства и воззвал:
— Захария! Захария! Ради тебя я уничтожил цвет твоего народа. Неужто хочешь
ты, чтобы я извел евреев под корень?
Только после этих слов кровь перестала кипеть.
Такова легенда о Захарии. Как видите, обвинить кого-либо в его смерти было
не шуткой. Поэтому фарисеи, не раз уже помышлявшие разделаться с Иисусом, ре-
шили теперь не откладывать этого дела в долгий ящик.
Пока они строили козни против ходячего Слова, оное в сопровождении
апостолов прогуливалось по храму, наблюдая за реставрационными работами. На одной
из террас стояли кружки для пожертвований. Мы знаем, что обычай этот
сохранился до наших дней: во многих церквах стоят кружки для пожертвований на
часовню божьей матери, на панихиды за души неправедных, на поддержание храма,
на содержание семинарии, на вспомоществование бедным, на обращение в Христову
веру маленьких китайчат, на бог знает что — всех кружек и поводов не
перечислишь . В Иерусалимском храме таких кружек было тринадцать, одна больше другой,
с ненасытными зияющими глотками, куда верующие, кичась друг перед другом,
швыряли большие серебряные монеты. Но вот подошла бедная женщина и стыдливо
опустила в кружку два медяка стоимостью в кодрант, как говорит евангелие, то
есть примерно в полкопейки.
— Вы видели эту бедную женщину? — спросил Иисус апостолов.
— Да, учитель.
— Так вот, она дала больше всех остальных богачей, ибо они отдают излишки
своих богатств, а она — кто знает? — может быть, отдала последние гроши, в
которых сама нуждалась.
Чтобы оставаться до конца логичным, он мог бы добавить, что даже богачи,
отдающие свои излишки, были гораздо щедрее его самого, ибо ни он, ни его
апостолы вообще ни разу не пожертвовали ни гроша.
Взобравшись на строительные леса, Иисус заявил, что храм не стоит
достраивать , потому что в один прекрасный день от него не останется камня на камне.
В данном случае он не соврал, ибо такова судьба всех памятников архитектуры:
как бы прочно их ни строили, они не в силах противостоять разрушительной
работе времени.
И, наконец, уже под вечер, Иисус увел своих апостолов на гору Елеонскую,
которую, видимо, принимал за ночлежку. Прежде чем лечь в постель, то бишь
растянуться на травке, он рассказал на сон грядущий последний анекдот.
Жили-были однажды десять девственниц, которые должны были сопровождать на
свадьбе свою подругу, выходившую замуж. Согласно обычаю, все десять пришли
вечером в дом невесты. Но вот в чем дело: пять из этих девиц были мудрые, а
пять неразумные. Опять же согласно обычаю, каждая из них принесла с собой
светильник, чтобы при свете его провести ночь. Однако пять неразумных девиц
забыли налить в светильники масла. И случилось так, что жених загулял,
справляя мальчишник, и явился только За полночь, когда все девицы уснули. Но вот
раздался громкий крик: «Жених идет! Выходите навстречу ему!» Десять
девственниц вскочили, как одна, но у пятерых, у тех, у кого не хватало масла,
светильники уже погасли.
— Подружки милые, — обратились пять неразумных дев к пяти мудрым, — дайте
нам капельку масла из ваших светильников.
— Ишь чего захотели! — ответили пять мудрых дев. — А вдруг нам самим не
хватит! Бегите-ка лучше в лавку и купите!
Пять неразумных дев помчались к торговцу маслом. Но к несчастью для них,
пока они бегали, жених, пять мудрых дев и невеста вошли в покои, свадьба
началась, и двери дома заперли, чтобы попировать вволю, не опасаясь незваных
гостей. Через некоторое время кто-то постучался: это были пять неразумных
дев, запасшихся маслом.
— Кто там? — спросил молодожен.
— Это мы, пять подружек вашей супруги, — ответили девы. — Вы пируете, мы
тоже хотим быть с вами.
— А где ж вы раньше были, цыпочки? — возразил молодожен. — Сейчас уже
поздно, и я вас знать не знаю.
И он не отпер им дверь.
Вся эта чепуха весьма позабавила апостолов.
Однако Иисус не хотел, чтобы они заснули с игривыми мыслями, а потому начал
подробно рассказывать, как настанет конец света. Эта басня знакома всем.
Внезапно разверзнутся могилы, все скелеты обрастут плотью, разбросанные
члены соединятся, и даже те, кто нашел последнее успокоение в желудках
людоедов или хищных зверей, быстренько выберутся из своих живых склепов, так что
все предстанут на свет божий в целости и сохранности. Миллиарды миллиардов
человек, все, кто когда-либо жил на земле, соберутся в кучу-малу в узкой
долине Иосафата. Тогда появится высший судия, взгромоздившийся на сияющее
облако. Будет масса молний с громом, но без дождя. Ангелы за дудят в трубы, шум
поднимется адский! Это будет означать начало страшного суда: «Встать! Суд
идет!» Суд будет состоять из одного господа бога, но поскольку он тройствен,
то формальности будут соблюдены: в себе одном он воплотит и судью, и
заседателей. Разбор дел не займет и секунды.
— Овцы направо! — крикнет судья. — Козлы налево! Овцами окажутся все те, к
кому благоволили священники, остальные будут козлами. Приговор тоже будет
короток :
— Овечки благословенные, — скажет председатель суда, — отныне и во веки
веков наследуйте царствие небесное со всеми его радостями. А вам, козлищам
проклятым, столько же времени гореть в огне и никогда не свариться в собственном
соку. Что же касается чертей, которые будут вас поджаривать, то они тоже
будут гореть в том же пламени.
Относительно всего вышеизложенного можно найти сведения в первоисточниках.
Въезд Христа в Иерусалим описан у Матфея (глава. 21, ст. 1-2), Марка (глава.
11, ст. 1-2), Луки (глава. 19, ст. 29-44, и глава. 21, ст. 37-38), Иоанна
(глава. 11, ст. 55-56, и глава. 12, ст. 12-19); проклятие смоковницы — у
Матфея (глава. 21. ст. 18-22), Марка (глава. 11, ст. 12-14. 20-26); скандал в
храме — у Матфея (глава. 21, ст. 12-17), Марка (глава. 11, ст. 15-19), Луки
(глава. 19, ст. 45-48); визит греков к Иисусу — у Иоанна (глава. 12, ст.
20-50); притча о двух сыновьях — у Матфея (глава. 21, ст. 28-32); притча о
виноградарях-убийцах — у Матфея (глава. 21, ст. 33-46), Марка (глава. 12, ст.
1-12), Луки (глава. 20, ст. 9-19); о динарии кесаря — у Матфея (глава. 22,
ст. 15-22), Марка (глава. 12, ст. 13-17), Луки (глава. 20, ст. 20-26); вопрос
саддукеев — у Матфея (глава. 22, ст. 23-33), Марка (глава. 12, ст. 18-27),
Луки (глава. 20. ст. 27-39); вопрос книжника — у Матфея (глава. 22, ст.
34-40), Марка (глава. 12, ст. 28-34), Луки (глава. 20, ст. 27-39); поношение
фарисеев — у Матфея (глава. 23, ст. 1-36), Марка (глава. 12, ст. 38-40). Луки
(глава. 20, ст. 45-47) ; лепта вдовицы — у Марка (глава. 12, ст. 41— 44) , Луки
(глава. 21, ст. 1-4); разрушение храма — у Матфея (глава. 24, ст. 1-2), Марка
(глава. 13, ст. 1-2), Луки (глава. 21, ст. 5— 6); притча о девах мудрых и
девах неразумных — у Матфея (глава. 25, ст. 1-13); страшный суд — у Матфея
(глава. 25, ст. 31-46),
Глава 55.
ЗА СЕМЬ С ПОЛТИНОЙ
Тогда один из двенадцати, называемый Иуда
Искариот , пошел к первосвященникам и сказал:
что вы дадите мне, и я вам предам его? Они
предложили ему тридцать серебренников.
И с того времени он искал удобного случая
предать его.
Матфей, глава. 26, ст. 14-16.
Черт бы его побрал! Провалиться ему на месте! Чтоб его приподняло да
грохнуло! И... во всех святых и родителей! . .
Подобные восклицания слетали с уст князей церкви, фарисеев и сторонников
Ирода, собравшихся во дворце Каиафы.
Дело было в среду, на следующий день после того, как кротчайший Иисус излил
на них поток проклятий. Особенно ярились фарисеи: с «пожирателями верблюдов»
они еще могли бы смириться, но переварить «гроба повапленные» было свыше их
сил.
— Вот уже три года мы собираемся порознь, — проговорил один из них,
костлявый тощий верзила, — и порознь обсуждаем, как нам избавиться от этого
разнесчастного Иисуса. А результаты? Я спрашиваю: какой толк от всех наших
разговоров , если Иисус до сих пор разгуливает на свободе?
Речь его была преисполнена горечи.
— Нам бы поменьше болтать и побольше действовать! — поддержал его старик с
дребезжащим голосом.
— Правильно! Хорошо сказано! — хором подхватили остальные. Каиафа, который
играл роль председателя по праву верховного первосвященника на тот год,
потребовал тишины.
— Господа, — сказал он, когда собрание успокоилось, — действия, разумеется,
имеют свои преимущества, но они должны быть мудро обсуждены заранее. Все
ранее принятые нами решения свидетельствуют о нашем неукротимом желании
действовать , в то время как бесконечные отсрочки и проволочки в выполнении
принятых решений не менее неопровержимо свидетельствуют о нашей терпимости,
гуманности и милосердии. Мы доказали всему миру, что были и остаемся людьми
великодушными, умеющими сочетать чувство долга с великим долготерпением. Но
сегодня даже нашему терпению пришел конец. Непотребное словоблудие Иисуса перешло
все границы! Поэтому предлагаю незамедлительно принять безотлагательное
решение, которое на сей раз будет выполнено без всяких отсрочек и проволочек.
— Превосходно! Прекрасно! Наконец-то! — единодушно поддержало его собрание,
за исключением Никодима: тот вообще предпочитал воздерживаться и не отступал
от этого правила никогда.
— Кто еще просит слова? — спросил председательствующий Каиафа.
Поднялся какой-то фарисей.
— Говорите!
Прокашлявшись и высморкавшись, фарисеи начал свою речь:
— Господа, совершенно очевидно, что мы имеем дело с весьма опасным
бунтовщиком. Благодаря своим странным выходкам, он сумел сколотить целую шайку
жуликов и простофиль: одних привлекла к нему их порочность, других —
непроходимая глупость. Этот взвод пройдох сегодня представляет собой угрозу для
общественного порядка и безопасности но, разумеется, сделается вполне безобидным,
если лишится своего вожака.
Следовательно, все наши усилия должны быть направлены на то, чтобы
захватить смутьяна внезапно, не возбудив подозрений у остальных членов шайки.
Когда же он окажется в наших руках, мы с ним живо расправимся, ибо нет такого
порока, которому бы он не был подвержен, и нет такого проступка или
преступления, предусмотренного нашим уголовным кодексом, которое этот негодяй не
совершил .
— Правильно! Здорово излагает!
— Начиная со статьи, карающей гадалок и предсказателей будущего за
злоупотребление общественным доверием, и кончая указом против вербовщиков рабочей
силы, дающих ложные обязательства, он нарушил все наши законы. Составить
обвинительное заключение будет легче легкого: запрещенные собрания, явное и
тайное ношение оружия, уличные беспорядки, тайное общество, волнения,
угрожающие общественной безопасности, бродяжничество, манифестации с лозунгами и
символами, пропагандирующими неповиновение, нищенство, оскорбления действием,
призывы к преступным актам, раздувание ненависти и междоусобной розни,
агитация против законных властей, воровство, мошенничество, оскорбление служителей
культа, высмеивание государственной религии, покушение на личную
собственность, аморальное поведение, призывы к развалу семьи, попытка свержения
существующего государственного строя, защита действий, квалифицируемых законом
как преступления, покушение на свободу торговли, противодействие и
сопротивление властям и так далее и тому подобное... Посему, господа, примем же
единодушное решение: сразу после пасхи вышеупомянутый Иисус должен быть схвачен и
осужден без промедления. Я кончил, господа. Благодарю за внимание.
Под гром аплодисментов взволнованной аудитории оратор сел, и Каиафа
поблагодарил его от имени собрания.
— Вы сумели выразить наши общие чувства, — сказал он. — Примите мои самые
искренние поздравления. Не думаю, чтобы кто-либо смог опровергнуть столь
убедительные и логичные доводы, поэтому ставлю ваше предложение на голосование.
— Правильно! Голосовать! Голосовать!
— Итак, все, кто согласен с тем, чтобы вышеупомянутого Иисуса сразу же
после пасхи арестовали и передали в руки компетентных следственных органов,
должны опустить бюллетень со словом «за». Если же кто-нибудь — хотя я в такую
возможность не верю — не усмотрит в действиях вышеупомянутого Иисуса никакого
преступления, тот пусть напишет «против». Члены счетной комиссии синедриона
прошлись по рядам с урнами, и вскоре председательствующий Каиафа объявил
результаты голосования.
Слушали: Предложение арестовать упомянутого Иисуса сразу же после пасхи.
Присутствовало — 247 человек. Принимало участие в голосовании — 247 человек.
За предложение проголосовало — 24 6 человек. Против — 0 человек. Воздержался —
1 человек. Постановили: Принять предложение единогласно. Воздержавшимся был,
само собой разумеется, непоколебимый Никодим. Как бы там ни было, на сей раз
переговоры принесли ощутимый результат: было принято недвусмысленно ясное
решение .
Выполнение его возложили на верховного первосвященника, и тот уже собирался
объявить собрание закрытым, когда слова попросил капитан храмовой стражи. Он
сказал, что у него сообщение чрезвычайной важности, и все снова уселись на
свои места.
— Капитан, — спросил Каиафа, — имеет ли ваша новость отношение к уже не раз
упомянутому Иисусу?
— Так точно, имеет!
— Дело в том, что сейчас мы, видите ли, интересуемся только действиями
этого смутьяна. Но раз имеет, говорите.
— Господин председатель, вот уже сколько раз вы приказывали мне и моим
бравым ребятам задержать названного Иисуса. Но известно ли вам, почему до сих
пор мы не могли выполнить ваш приказ?
— Разумеется, известно. Вы отправлялись за ним с самыми лучшими
намерениями , но каждый раз приходили в тот момент, когда он произносил свои речи, и
вас очаровывала его болтовня — впрочем, как и многих моих непросвещенных
соотечественников , — так что вы просто забывали предъявить ему ордер на арест.
Но стоит ли вспоминать прошлое? Вы ведь уже обещали при первой же возможности
действовать быстро и решительно...
— При первой-то при первой, господин председатель. Да только разрешите мне
малость объясниться. Дело не только в том, что нас околдовывали его речи, как
вы говорите...
— Очаровывали.
— Простите, не понял...
— Я сказал «очаровывали».
— Очаровывали или околдовывали — мне все едино. Так что, прошу прощения,
дело не в этом, а в том, что каждый раз, отдавая приказы, вы настоятельно
требовали избегать скандала, а поскольку лицо, подлежащее задержанию, каждый
раз оказывалось окруженным довольно многочисленной толпой, следовало
опасаться, что каким-нибудь непредвиденным способом оно сумеет ускользнуть, а
потому...
— Ближе к делу!
— Вот я как раз и говорю, прошу прощения, господин председатель и высокое
собрание, я и говорю: а потому сейчас момент самый что ни на есть подходящий,
то есть благоприятный...
— Вы что, собираетесь арестовать Иисуса в разгар пасхальных празднеств?
— Так точно, господин председатель, то есть нет... Тут, видите ли, есть одна
тонкость...
— Объяснитесь, да покороче!
— Так точно, господин председатель... Так вот, один из этой шайки...
— Какой шайки?
— Шайки названного Иисуса, черт возьми!
— Ну, так что?
— Вот я и говорю, есть тут один такой, как бы вам сказать... ну, в общем, он
предлагает выдать преступное лицо завтра или послезавтра, как вам будет
угодно, и в таком месте, где не будет толпы, то есть по месту жительства
упомянутого лица... то есть не по месту жительства, потому что оное такового не имеет ;
я хотел сказать: вдали от всяких скандальных сборищ, на холме, где оное
проживает... то есть не проживает, конечно, а... ну, в общем, ясно...
— Мы тоже поняли, что вы хотели сказать, капитан.
— Благодарю, господин председатель. Каиафа обратился к собранию.
— Что вы об этом думаете? — спросил он.
— Если есть возможность арестовать Иисуса сейчас же и без особого шума,
надо это сделать, — отозвался один из первосвященников. — Но сначала следовало
бы выслушать этого члена шайки, который согласен выдать своего вожака
правосудию.
— Я держусь того же мнения, — сказал Каиафа.
— Он уже здесь, — заметил капитан стражи.
— Введите его! Человек вошел.
— Как тебя зовут?
— Иуда, ваша милость.
— Ты член общества этого Иисуса?
— Я один из двенадцати, кого он называет апостолами.
— Что тебя заставило покинуть своего главаря?
— Видите ли... я завербовался в его компанию, потому что всегда жаждал быть
свободным, ни от кого не, зависеть. Его речи мне понравились, он обещал нам
беззаботную и счастливую жизнь... Позднее я заметил, что этот говорун —
обыкновенный обманщик. Потом вот уже несколько раз он предлагал нам отведать его
плоти и крови, а я человек брезгливый... Я давно уже понял, что этот парень
замышляет! Он хочет, чтобы его провозгласили царем Израиля вместо нашего
уважаемого монарха его величества Ирода... А я не желаю вмешиваться в политику.
Подумать только: восстание! Нужно быть слепым и глухим, чтобы не понимать,
чем все это кончится... Кроме того, он заставляет нас воровать... Вот совсем
недавно, в прошлое воскресенье, мы из-за него впутались в настоящее
жульничество...
— Жульничество?
— Ну да, он заставил нас украсть осла, чтобы въехать на нем в Иерусалим.
— Значит, это был краденый осел?
— А разве у него есть хоть что-нибудь свое? Осла мы увели из одной деревни...
Так что, вы понимаете, с меня довольно всех этих фокусов, и я считаю своим
долгом оказать услугу властям. Я могу указать вам место, где он прячется, и
даже могу провести туда взвод храмовой стражи, когда стемнеет или с утра
пораньше , пока не рассвело. С этим делом нечего тянуть!
— Иуда, мы выносим тебе благодарность и принимаем твое предложение.
— Можете не сомневаться. Только желание исправить содеянную мной ошибку и
помочь правосудию...
— Ясно, ясно! Сколько ты хочешь за беспокойство?
— О господа, как вы могли подумать?..
— Любая услуга заслуживает вознаграждения. Во сколько ты ценишь свою?
— Я полагал, что сорок шекелей...
— Стоп, не увлекайся! Средний раб стоит сейчас восемьдесят шекелей. Мне
кажется, что такому преступнику, как Иисус, красная цена — четверть стоимости
раба. Скажем: двадцать шекелей.
— Я не люблю торговаться, господа. Сойдемся на середине.
— То бишь тридцать шекелей?
— Вот именно.
— Пусть будет так, по рукам!
— Когда я смогу получить эту скромную сумму?
— Ступай к кассиру, он тебе отсчитает все сполна. Спустя пять минут Иуда
получил свои тридцать шекелей, или сребреников. Шекель, или сикль, стоил
тогда один франк двадцать пять сантимов, что примерно соответствует нынешним
двадцати пяти копейкам. Следовательно, господа бога нашего Иисуса
современники оценили в семь с полтиной (смотри у Матфея, глава. 26, ст. 1-5. 14-16;
Марка, глава. 14, ст. 1-2, 10-11; Луки, глава. 22, ст. 1-6).
Глава 5 6.
СЕМЕЙНЫЕ РАДОСТИ
С МЫТЬЕМ НОГ
Иисус, зная, что отец все отдал в руки его, и
что он от бога исшел и к богу отходит, встал
с вечерни, снял с себя верхнюю одежду и, взяв
полотенце, препоясался. Потом влил воды в
умывальницу и начал умывать ноги ученикам и
отирать полотенцем, которым был препоясан.
Иоанн, глава. 13, ст. 3-5.
В четверг утром к Иисусу обратились Петр и Иоанн.
— Послушай-ка, хозяин, — сказали они, — пора бы позаботиться о пасхальном
обеде. Где мы устроим нашу Валтасарову пирушку?
— Проклятье, я и сам еще не знаю! Дайте поразмыслить...
— О Иерусалиме нечего и думать. Там нас встретят дрекольем, а тебе в городе
вообще появляться опасно.
— Пустяки! — заявил Иисус, у которого был свой план. — Слушайте, что я вам
скажу. Извольте спуститься в город. Когда придете в Иерусалим, внимательно
наблюдайте за прохожими, пока не увидите человека, несущего сосуд с водой.
Ступайте за этим человеком...
— А дальше?
— Вы войдете вслед за ним в дом...
— Понятно, а дальше?
— Вы спросите, кто хозяин дома, и скажите ему следующее: «Сударь, пробил
час нашего великого равви, нашего учителя. Будьте добры указать нам
помещение, где мы могли бы расположиться». Тогда он покажет вам зал, высокий и об-
ширный, украшенный коврами и заранее прибранный. Там вы приготовите все, что
нужно для пиршества.
Иоанн и Петр повиновались. По дороге в Иерусалим они восхваляли Христа:
— Что ни говори, а второго такого, как наш шеф, не найти на всем свете!
— Что верно, то верно, он всегда что-нибудь придумает. У городских ворот
они заметили человека с кувшином на плече: он шел от Силоамской купели.
— Вот тот, кто нам нужен! — решили апостолы.
Все произошло, как и предсказал Иисус. Апостолы этому даже не удивились:
они уже начали привыкать ко всяким чудесам, которые вначале приводили их в
такой восторг.
Хозяин дома признался Иоанну и Петру, что он сам ярый поклонник Иисуса и
что он будет весьма рад предоставить назаретянину свой высокий зал.
До сих пор мусульмане, владеющие Иерусалимом, показывают
паломникам-христианам какое-то место, где, как они утверждают, стоял некогда дом, в
котором Иисус отобедал в последний раз. Паломники-христиане довольны.
Они смотрят на это место, целуют землю и раздают деньги хитрецам
мусульманам.
Хотя сегодня там не осталось ничего, кроме пустого места, к тому же весьма
сомнительного, где якобы находился знаменитый пиршественный зал, богословы
дают подробное описание этой комнаты. Это был якобы зал со сводчатым потолком
и белыми стенами; в середине стоял низкий ярко расписанный стол, окруженный с
трех сторон довольно широкими ложами для гостей; с четвертой же, свободной,
стороны подходили слуги с блюдами и напитками. На этих трех ложах и
расположился в тот вечер Иисус с дюжиной своих учеников.
Богословы в равной степени осведомлены относительно того, в каком порядке
разместилась святая компания за столом.
«Иисус, — говорит аббат Фуар, — занял место посередине, Иоанн возлег справа
от него, и ему достаточно было откинуть голову, чтобы положить ее на грудь
учителя. Петр находился рядом с возлюбленным наставника, а Иуда — возле
Иисуса» .
Итак, миропомазанный оказался между Иудой и малюткой Иоанном.
Бум! Бум! Бум! Бум! Бум!
На сей раз час действительно пробил. Иисус был в радостном расположении
духа. Он прекрасно знал, что ему предстоит пройти через целую серию весьма
неприятных испытаний, однако сейчас думал прежде всего о закусках.
— Я возжелал великим желанием вкусить от пасхальной трапезы вместе с
вами, — сказал он, — прежде чем пострадать за вас.
Он весело поднял чашу, наполнил ее и, омочив, вином губы, пустил чашу
вкруговую.
Слуги принесли большой таз с водой для омовений. Иисус поднялся.
— Нет, — сказал он, — руки мыть не надо!
— Но ведь по обычаю все должны омыть руки, — возразил кто-то из апостолов.
— Ну и что с того? Я внесу в обычай поправку. С этими словами он закатал
рукава — а по словам некоторых богословов, даже снял тунику и обнажился до
пояса, — взял полотенце и с тазом, полным воды, приблизился к Петру.
— Что такое? — удивился Петр, — Что тебе от меня нужно?
— Молчи! Сейчас я тебе помою ноги.
— Помоешь мне ноги?!
— Да. Разувайся.
Петр снял сандалии и выставил свои лапы, черные, как траурное извещение.
— Да, таких грязных копыт даже я не видел, — признался Иисус. — Тут
придется поработать. Смущенный Петр поджал ноги.
— Нет, господи, — пробормотал он. — Я не допущу, чтобы ты унизился до того,
чтобы сдирать с меня грязь... Нет, нет, никогда!
— Ну ладно, довольно капризничать! Ты даже не понимаешь, что я хочу
сделать , поэтому прошу: не мешай мне!
— Нет, нет и нет?
Тогда, чтобы сломить сопротивление Петра-Камня, Иисус сказал:
— Не хочешь? Тем хуже для тебя. Но предупреждаю: если не позволишь мне
вымыть твои ноги, то после смерти ты не войдешь за мной в царство небесное.
— Черт побери! — воскликнул старина Петр, — В таком случае я согласен.
Можешь вымыть мне не только ноги, но и руки, и голову, и...
Однако Иисус счел необходимым умерить чрезмерный пыл своего апостола.
— Омытому нужно только смыть пыль с ног, — заметил он, — ибо он и так весь
чист.
Этот эпизод мытья ног описан в евангелии со всеми подробностями.
После того как сын голубя соскреб грязь с мозолей Петра, наступил черед
остальных апостолов. Все без исключения подверглись этой гигиенической
операции .
Нам, грешным, смешно об этом читать. У нас эта сценка с мытьем грязных ног
вызывает лишь смех, а у более брезгливых — отвращение. Это, конечно, потому,
что мы не верим в сына голубя. Зато Боссюэ, у которого веры хоть отбавляй,
приходит от этого эпизода в экстаз: «Заметьте, — пишет он в своих
„Размышлениях над евангелием", — заметьте, что Иисус все делал сам! Он сам снимает
свои одежды, сам берет полотенце, сам наливает воды в таз — все это
собственными руками, божественными руками, одного возложения, одного прикосновения
которых было достаточно, чтобы исцелить больного или воскресить мертвого! И
вот этими руками он наливает воду в таз, моет и вытирает ноги своих
учеников» .
Ибо это массовое мытье ног имеет, оказывается, особое значение,
непостижимое для нас, дерзких скептиков, детей Сатаны. Омывая ноги апостолам, Христос,
оказывается, смывал одновременно все их грехи. Но в таком случае Христос смыл
заодно и великий грех предательства, совершенного Иудой, — ведь он и ему
сделал педикюр! Или к Искариоту это не относится?..
Закончив омовение нижних конечностей своих апостолов, Иисус снова возлег на
ложе.
— Знаете ли вы, что я сейчас сделал? — обратился он к ученикам.
— Конечно, черт побери! Ты вымыл нам ноги.
— Минуточку! Дайте договорить... «Вы называете меня учителем и господом, и
правильно говорите, ибо я точно то. Итак, если я, господь и учитель, умыл
ноги вам, то и вы должны умывать ноги друг другу. Ибо я дал вам пример, чтобы и
вы делали то же, что я сделал вам» (Иоанн, глава. 13, ст. 13-15) . (Обо всем
этом смотри у Матфея, глава. 26, ст. 17-20; Марка, глава. 14, ст. 12-17;
Луки, глава. 22, ст. 7-18, и того же Иоанна, глава. 13, ст. 1-20.)
— А теперь, — закончил Иисус, — предадимся, друзья мои, славному занятию,
ради которого собрались. И все дружно заработали челюстями.
Глава 57.
ХРИСТОВЫ ПЛОТЬ И КРОВЬ.
ИЛИ НИ РЫБА НИ МЯСО
Один же из учеников его, которого любил
Иисус, возлежал у груди Иисуса.
Ему Симон Петр сделал Знак, чтобы
спросил , кто это, о котором говорит.
Он, припав к груди Иисуса, сказал ему:
господи! кто это?
Иисус отвечал: тот, кому я, обмакнув
кусок хлеба, подам. И, обмакнув кусок,
подал Иуде Симонову Искариоту.
Иоанн, глава. 13, ст. 23-26.
Между двумя ломтями хлеба мессир Иисус задумался о том, что вот его сосед
слева — Иуда явно собирается подставить ему ножку. Сын голубя решил дать ему
понять, что не так уж он глуп и что если он позволит себя зацапать, то лишь
по собственной доброй воле.
Тем временем за столом шла беседа о погоде, то есть ни о чем.
Иисус напомнил своим апостолам, что близятся великие события.
— Мы здесь обедаем и ни о чем не заботимся, не правда ли? — сказал он. —
Так вот, прежде чем вы узрите рассвет, а я — полдень, совершится такое, чего
никто еще не видел, вот увидите! Среди всей этой рухляди старых священных
книг есть кое-какие пророчества, которые должны исполниться. Говорю вам: то,
что должно совершиться, совершится без проволочек. «Едящий со мною хлеб
поднимет на меня пяту свою». Говорю вам об этом теперь, чтобы, когда
предсказанное сбудется, вы говорили друг другу: «Смотри-ка! Наш Иисус и впрямь не из
тех, кто попадает пальцем в небо!»
С этими словами он искоса посмотрел на Иуду, однако, тот сделал вид, что не
понял намека.
— Истинно, истинно говорю вам, — продолжал Иисус, — один из вас предаст
меня , тот, кто сегодня вкушает со мной. Апостолы переглянулись в немалом
изумлении .
— Ты, должно быть, смеешься, господи, — сказали они, — никто из нас тебя не
предаст. Да ты просто шутишь!
— Простите, но мне не до шуток, — возразил миропомазанный.
— Так кто же это? Уж не я ли? Кто? — загомонили наперебой апостолы. Иисус
ответил:
— Это один из двенадцати. Он опускает руку в блюдо одновременно со мной. Он
и предаст меня врагам моим.
Надо полагать, что в этот момент не только один Иуда совал свой кусок хлеба
в подливу, ибо в таком случае все сразу догадались бы, что речь идет именно о
нем, и ему наверняка пришлось бы в тот вечер туго.
Между тем Иисус продолжал свои разоблачения.
— А что вы хотите? — говорил он. — Это написано на небесах. План составлен
заранее мною и моим богом-отцом. Я должен быть принесен в жертву и при этом
должен пасть жертвой предательства. Иного выхода нет. Но горе тому, кто
должен меня предать! Лучше бы тому человеку совсем не родиться!
Иуда, как можно себе представить, чувствовал себя не в своей тарелке. «Черт
меня побери со всеми потрохами! — думал он. — Неужели он что-нибудь
пронюхал?»
Чтобы выяснить, как ему себя вести, он наклонился к Иисусу и шепнул ему на
ухо:
— Скажи, господи, не я ли тебя предам? Иисус также шепотом ответил:
— Ты сказал, Иуда, это ты.
У предателя даже нос вытянулся. Он уже не сомневался, что сейчас его
окончательно разоблачат и здорово попортят ему кровь. Однако, видя, что сын
голубя хранит молчание и явно не собирается отдавать его на растерзание остальным
членам шайки, Иуда приободрился. Про себя он наверняка подумал: «В самом
деле , если уж он решил сделать так, чтобы я его выдал храмовой страже, значит,
у него были на то свои соображения, а посему мне стесняться нечего. Кто
знает , может быть, в глубине души он даже радуется такому исходу? Пути господни
неисповедимы. В данном случае я не более чем орудие в руке божьей. Так что,
пока не свершился замысел, предначертанный свыше, и пока я еще не сыграл свою
роль, надо как следует выпить и закусить».
И с этими мыслями он хватил хороший глоток вина. Впрочем, Иуда не только
пил, но и ел за троих, ни о чем не заботясь. Короче говоря, он один из всех
апостолов воздал пасхальному столу заслуженную честь.
Когда пиршество подходило к концу, Иисус дотянулся до одного длинного
хлебца на столе, и отщипнул от него кусочек.
«Вот это да! — подумали апостолы. — Неужели он еще не наелся? Ну и
аппетит !»
Все таращили на миропомазанного глаза.
Он же поднял отломанный кусочек хлеба и произнес:
— Я уже давно говорил вам, что мою кровь воистину можно уподобить питью, а
плоть — мясу и что настанет день, когда вы будете пить кровь мою и вкушать от
плоти моей. Так вот, сказываю вам, этот день пришел!
— Господи, помилуй! — хором возопили апостолы, впрочем, не очень-то веря в
эти слова, потому что уже привыкли к шуткам своего руководителя.
— Вот-вот, я вполне серьезно имею честь сообщить вам: этот день пришел.
Апостолы были огорошены.
— Не волнуйтесь, однако, — продолжал Христос. — Я не буду заставлять вас
пить из моих вен и закусывать бифштексом из моих... гм-гм... Видите этот кусочек
хлеба?
— Видим!
— Так вот, этот хлеб — моя плоть. Конечно, с виду он непохож на мясо, но не
следует доверяться обманчивой видимости. Этот кусок хлеба, который можно
принять за обыкновенный хлеб, выпеченный в соседней булочной, в действительности
моя плоть. Съешьте его, и вы вкусите от плоти моей. И не делайте большие
глаза — я говорю совершенно серьезно!
Затем он повернулся к Иоанну и Петру:
— «Примите и ядите, ибо сие есть тело мое!» Жуйте и глотайте, да не по
крошке, а все до конца!
И он заставил каждого съесть по куску хлеба.
Вот вам еще одна сцена, в которой мы, грешные, видим лишь странное
извращение чувств и мысли. Святоши же, напротив, убеждены, что Иисус вовсе не думал
насмехаться над своими апостолами.
Затем миропомазанный взял свою чашу и начал повторять над нею ту же
галиматью:
— Пейте все, ибо сия есть кровь моя, хотя вам кажется, будто это вино. В
действительности же это кровь моя, пролитая за вас. А потому не воротите
носы, и пейте, пейте, друзья, мою кровь — она совсем неплоха на вкус! Апостолы
поуспокоились. Такой крови они могли бы выпить не один литр. Поэтому долго
уговаривать никого не пришлось.
Так было учреждено на века таинство святого причащения. Именно на этот
отрывок из евангелия ссылаются священники, чтобы иметь повод прихлебывать
каждое утро в ожидании завтрака белое винцо и в то же время делать вид, будто
совершают некое великое таинство, непостижимое для простых смертных.
Затем Иисус прибавил:
— Когда меня уже не будет среди вас, и когда вы захотите вспомнить о своем
дорогом учителе, сделайте так, как я вас научил, то есть, выпейте и закусите,
и это будет в память обо мне.
Следует полагать, что сын голубя не удержался от еще одного намека на
предателя, находившегося в том же зале, ибо Петр захотел выяснить этот вопрос до
конца. В ту минуту, свидетельствует евангелие, Иоанн, которого Иисус любил
больше всех, вытянулся на своем ложе и положил голову на грудь учителя.
Петр подтолкнул Иоанна локтем и шепнул ему на ушко:
— Раз уж ты ходишь в любимчиках, спроси его: кто же из нас предатель?
Иоанн, прильнув к груди Иисуса, тихонько повторил вопрос.
— Меня предаст тот, кому я передам кусок хлеба, обмокнутый в блюдо, —
ответил мессир Христос так, чтобы его мог слышать один Иоанн.
Иуда не подозревал даже, что на сей раз учитель столь недвусмысленно выдаст
его одному из апостолов. Поэтому, когда Иисус протянул ему кусок хлеба, он
спокойно принял угощение.
«Ах, каналья!» — должно быть, воскликнул в душе Иоанн.
Однако любимый ученик предпочел сохранить свое негодование про себя: в
евангелии нигде не сказано, чтобы он хотя бы попытался разоблачить
лицемерного коллегу.
Между тем время шло, ночная тьма сгущалась, было уже поздно. Иисус хотел
покончить со всем этим поскорее.
— Послушай-ка! — обратился он к Иуде. — Раз уж у тебя есть дело, нечего
тянуть . Ступай и делай!
— О чем ты, о господи? И ты говоришь мне такое!..
— Ладно, ступай, куда тебе надо, да поскорее!
Ученики услышали последние слова Иисуса, однако подумали, что тот поручил
Иуде подкупить еще чего-нибудь к празднеству: ведь именно Иуда распоряжался
общей кассой всей компании.
Один Иоанн мог понять, что происходит на самом деле. Он видел, как Иуда,
приняв из рук Христа хлеб, сразу же поднялся и вышел. Теперь его ничто не
удерживало. Отбросив последние угрызения совести, он побежал в сторону храма.
После его ухода беседа за столом возобновилась.
Иисус обратился к апостолам с последними наставлениями. Он называл их
своими детьми и говорил о месте, куда идет и куда никто не сможет за ним
последовать .
Петр, не пропустивший за все время ни одного тоста, был уже, как говорится,
тепленький.
— Что это за место, куда мы не сможем за тобой последовать? — вскричал
он. — Нет такого места на земле! . . Вот я, например, клянусь, что не покину
тебя ни за что! Куда ты пойдешь, туда пойду и я... Где ты будешь, там будет и
Петр...
С тобой на жизнь и на смерть. Тысяча чертей! Скажи только слово, и я умру
за тебя!
Сын голубя пожал плечами.
— Помилуй бог, какой энтузиазм! — заметил он. — Хорошо, что я все знаю
заранее... Если бы я рассчитывал только на тебя, милейший, моим врагам нечего
было бы делать. Но я надеюсь лишь на себя самого... Я должен принести себя в
жертву. И я к этому готов...
— Провалиться мне на месте! — продолжал орать Петр. — Что это еще за
жертва, которую нельзя отменить?! Клянусь, я пойду за тобой и в тюрьму, и на
смерть!
— Довольно, Петр, хватит бахвалиться...
— Господи, не говори так!..
— Слушай лучше меня! Прежде чем петух пропоет, ты уже сегодня трижды
отречешься от меня.
— Вот еще, выдумал! Да я...
— А я тебе говорю, Петр, что так оно и будет. Не зная, что еще сказать,
Петр понурил голову. Но про себя решил доказать учителю, что тот здорово
ошибается и явно его недооценивает.
Иисус снова обратился к апостолам с вопросом:
— Когда я послал вас в горы Галилейские без денег, без обуви и даже без
сумы, вам чего-нибудь не хватало, если не считать этих мелочей?
— Нет, господи.
— Так вот сейчас тот, кто имеет суму или мешок, пусть возьмет его, а тот,
кто ничего не имеет, продаст все, вплоть до одежды, дабы купить себе меч, ибо
скоро начнется такая свалка!.. И сбудется в тот день пророчество об Израиле.
— Какое пророчество?
— А такое, что мессия будет поставлен в один ряд с разбойниками.
— Не бойся! Мы тебя защитим! Видишь, у нас уже есть два меча!
— О, это даже больше, чем нужно, — промолвил Иисус и закончил: — Ну,
поговорили и хватит. А теперь пойдем подышим свежим воздухом. (Смотри евангелия
от Матфея, глава. 26, ст. 21-29; Марка, глава. 14, ст. 18— 25; Луки, глава.
22, ст. 19-23; Иоанна, глава. 13, ст. 23-38.)
Глава 58.
ТО, ЧТО НАЛИТО,
ДОЛЖНО БЫТЬ ВЫПИТО
И сам отошел от них на вержение камня, и,
преклонив колени, молился, говоря: отче! о,
если бы ты благоволил пронести чашу сию мимо
меня! Впрочем, не моя воля, но твоя да будет.
Явился же ему ангел с небес, и укреплял его.
Лука, глава. 22, ст. 41-43
— А теперь пойдем подышим свежим воздухом, — сказал Иисус и направился к
двери.
Ученики последовали за учителем. Ночь была великолепная. Миропомазанный
повел всю компанию по дороге, ведущей к горе Елеонской.
На ходу он продолжал беседовать со своими апостолами. Он так долго
рассказывал им о своем божественном папе, который на небеси, что Филипп,
любопытный , как монастырская послушница, не вытерпел и спросил:
— А нельзя ли его увидеть, твоего батюшку, о коем ты столько говоришь?
— Посмотри на меня, Филипп, — ответил Иисус.
— Смотрю, господи. Ну и что?
— Что ты видишь?
— Как что? Тебя, конечно!
— Отлично сказано, друг мой. Так вот, узнай: кто меня видит, тот...
— Что «тот»?
— Тот одновременно видит и моего отца.
— Ну, раз ты это утверждаешь, я тебе верю. Затем Иисус, составлявший одно
целое со своим богом-отцом, — который, кстати, не был ему отцом, ибо
настоящим его папой был голубь, — так вот, Иисус сравнил себя с истинной
виноградной лозой. Евангелист Иоанн рассказывает об этой речи, ставшей последним
публичным выступлением ходячего Слова.
— Я есть истинная виноградная лоза, — объявил потомок бывшего плотника.
После такого заявления можно подумать, будто остальные виноградные лозы
вовсе не истинные; видите ли, есть лозы настоящие, а есть поддельные! Иисус,
разумеется, причислил себя к категории неподдельных лоз.
— А если я истинная виноградная лоза, — утверждал он, — то отец мой
виноградарь. Как истинная лоза, я, конечно, имею ветви и отростки. Уж не отсюда
ли пошло выражение «мои отпрыски»? Но не всякая ветвь приносит плоды. Так
вот, мой отец отсечет все ветви, на которых не будет винограда. Для того
чтобы быть ветвью плодоносящей, надо держаться поближе к лозе. Вы, друзья, — мои
ветви, так держитесь же близ моей лозы. А кто не будет этого делать («не
пребудет во мне»), тот «извергнется вон и засохнет; такие ветви собирают и
бросают в огонь, и они сгорают», как старые бесплодные лозы. Какая глубокая
мысль, не правда ли? Какие великолепные слова в устах бога! Поистине, религия
— чудесная вещь! Если кто-либо из моих читателей возжаждет насладиться этим
образцом красноречия полностью, то может отыскать его в главах 12-16
Евангелия от Иоанна.
Закончил Иисус так:
— Еще многое имею сказать вам, да жаль времени мало и к тому же вы теперь
не можете всего вместить.
Соображение вполне здравое!
В этот момент учитель с учениками дошли до нижнего моста через реку Кедрон,
откуда начиналась дорога на Гефсиманию. Иисус обратился с еще одним призывом
к своему отцу, перешел мост и очутился у подножья холма. До сих пор там
существует жалкий садик с семью чахлыми оливами. Приезжающие в Иерусалим
паломники-христиане убеждены, что эти семь деревьев сохранились со времен, когда
евангелисты распяли доброго сына божьего. Именно это место и называется Геф-
симанским садом или попросту Гефсиманией, что на древнееврейском языке
означает «давильня для олив». Иисус предложил своим ученикам присесть и
отдохнуть .
— Кресел я вам предложить не могу, — извинился он, — так что посидите на
земле и поболтайте. А я пока помолюсь, но для этого мне нужно остаться
одному. Через пару минут я буду к вашим услугам.
Затем, подумав, добавил:
— Впрочем, вот что: вас здесь одиннадцать, на три четверти больше, чем
надо. Оставайтесь ввосьмером, а троих — Иоанна, Петра и Иакова — я возьму с
собой за компанию.
Упомянутые апостолы вышли из рядов и последовали за Иисусом.
В это мгновение — здесь все евангелисты, как ни странно, полностью
единодушны — ощутил Иисус скорбь, подобную предсмертным мукам.
Он сказал, обращаясь к Иоанну, Петру и Иакову:
— Не знаю, что со мной, но мне явно не по себе...
— Может быть, ты съел лишнего? — предположил Петр.
— Да нет же, я догадываюсь...
— Так что же с тобой, господи?
— А то, что на сей раз мой час и в самом деле пробил... О дьявольщина!
Удовольствие ниже среднего...
— Учитель, может быть, мы тебе подсобим?
— Нет, друзья. Сказываю вам: отец мой пошлет одного из своих ангелов, и тот
поднесет мне чашу с довольно-таки горьким питьем. Вы бы могли, конечно,
отхлебнуть из этой чаши по глотку, но об этом нечего и думать! Сия чаша скорбей
предназначена мне одному...
Произнося эти слова, он был грустен, как побитая дворняга.
Евангелие утверждает, что ученики никогда еще не видели его таким
расстроенным: «...и начал ужасаться и тосковать» (Марк, глава. 14, ст. 33) . Описание
это можно было бы заменить более лаконичным: «У него тряслись все поджилки».
Иисус обратился к своим спутникам.
— Побудьте здесь и бодрствуйте, и молитесь, — пробормотал он.
Затем отошел от них на расстояние броска камня («на вержение камня...», Лука,
глава. 22, ст. 41), преклонил колени, простерся ниц и молился.
— Отче! Отче! — восклицал он, обращаясь к папаше Саваофу. — Боюсь, что,
согласившись на мучения здесь, на земле, я переоценил свои силы. Я хотел было
претерпеть все муки, даже какие-нибудь пытки, приправленные парой тумаков, но
теперь, когда я знаю, что меня ждет, я от души жалею, что покинул небеса, и
вовсе не хочу воплощаться в моего коллегу — святого духа!
Тут с небес слетел ангел с чашей, наполненной горечью. Иисус в отчаянии
испустил тяжкий вздох.
— Послушай, — сказал ему ангел, — ты же сам этого хотел. Никто тебя не
заставлял влезать в человечью шкуру, чтобы испытывать все те неприятности, с
которыми ты уже познакомился. А теперь все предстоящие тебе страдания уже
записаны в книге судеб. Так что делать нечего.
— Отче, отче мой, ну если я был дураком, так это все-таки не причина, чтобы
карать меня без всякой жалости!.. Отче, отче мой, заклинаю тебя, избавь меня
от моих обязательств!
И он решительно отстранил чашу, которую протягивал ему ангел. Однако
небесный посланец настаивал:
— Относительно твоих страстей, то бишь страданий, ты подписал контракт.
Срок исполнения договора истек. Свое слово надо держать, Иисус, — ведь ты
подписался под документом! Если ты не претерпишь всех обусловленных мучений,
контракт будет расторгнут и тебя объявят банкротом.
— Увы! — стонал богочеловек. — Тогда я буду опозорен... Лучше уж выпить эту
чашу, как бы она ни была горька... О папа, папочка, да будет воля твоя, а не
моя!
Ангел поднес ему чашу, и Христос отхлебнул глоток горечи.
— Бр-р-р! Ну и гадость!
И он вскочил на ноги, скорчив ужасную гримасу.
«Иисус вернулся к ученикам своим, ища в них утешение и облегчение от
страданий, но почувствовал себя еще более покинутым и одиноким», — замечает
благочестивый комментатор.
Петр, хвативший в ту ночь лишнего, храпел, как взвод пруссаков. Иаков,
бахвалившийся своим мужеством, и любимый ученик Христа Иоанн вторили ему не
менее звонким храпом с посвистом и переливами. Слушать это трио в другом месте
и в другое время было бы даже приятно и поучительно, однако Иисус обозлился.
«Вот свиньи! — подумал он. — Я их просил не оставлять меня одного, молиться
со мной и бодрствовать, а они... Только что проявляли такую преданность, такое
рвение, но стоило мне отвернуться, как сразу же захрапели во все завертки. А
еще бахвалились своей стойкостью и мужеством... Какая самонадеянность! Разве же
это люди? Паршивые сурки — вот кто они такие!» Иисус принялся без церемоний
расталкивать Петра.
— Эй, Симон-Петр, ты спишь? Петр приподнялся, продирая глаза:
— Что такое? Кто это? Что нужно?
— Это я, твой учитель и бог... Я, Иисус!
— Да, да, знаю... Что тебе надо? Чем могу служить?
— Ничем. Я только хотел убедиться, не спишь ли ты, бодрствуешь ли и
молишься, как я тебя просил...
— Конечно, господи... Я бодрствую... и молюсь. Я думаю о тебе.
— Молчал бы уж лучше! Ты так храпел, что заглушил бы и гром небесный, если
бы сейчас началась гроза!
— Честное слово, господи... Я только-только задремал.
— Расскажи это кому-нибудь другому!
— Клянусь тебе, учитель...
— Не клянись: этим ты усугубляешь свой грех. А твои коллеги?.. Тоже дрыхнут
без просыпу! Хорошенькие у меня ученики!
Иисус разбудил Иакова с Иоанном и устроил обоим головомойку:
— Сказываю вам: бодрствуйте и молитесь! Я непременно должен знать, что вы
со мной. Бодрствуйте, дабы не впасть в искушение.
На это Петр мог бы ему возразить: «Как раз во сне мы меньше всего рискуем
искуситься!»
Но он ничего не ответил.
— Дух силен, а плоть слаба, — заключил Иисус и вернулся на прежнее место.
Очевидно, он еще не до конца осушил пресловутую чашу горечи.
Очутившись перед этой неаппетитной чашей, богочеловек снова принялся за
свои ужимки и причитания:
— Господи, боже мой, какая страшная канитель!.. О-ля-ля, если бы я знал,
что меня ожидает, когда проникал в непорочное лоно своей девственной мамы, я
бы ни за что не совершил такой глупости! А главное, я уже сейчас предвижу:
люди и не подумают поблагодарить меня за то, что я приношу себя в жертву...
Отче , отче мой, убери от меня это омерзительное питье!..
Но ангел не уходил и продолжал протягивать ему роковую чашу.
— Пей, Иисус, пей! — уговаривал он миропомазанного. — То, что налито,
должно быть выпито. Тебе все равно не отвертеться, так что лучше покончить с этим
поскорее. Ведь умирают всего один раз!
— Знаю, слышал я эти басни, ангельский друг мой, но расскажи их кому-нибудь
еще. Ты так говоришь, чтобы позолотить мне пилюлю, а сам не веришь ни одному
своему слову. И он задрожал всем телом. Однако вскоре Иисус немного оправился
и заголосил с новым рвением:
— Отче мой, отче! Если не может чаша сия миновать меня, чтобы мне не пить
ее, да будет воля твоя!
Единым духом опрокинул он злосчастный сосуд себе в глотку, так что на дне
остался лишь горький осадок.
Когда Иисус вернулся к своим ученикам, он нашел их опять спящими, как и в
первый раз. Пришлось снова их расталкивать и стыдить за недостойное
поведение. «И они не знали, что ему отвечать», — замечает евангелист Марк. Иисус
удалился в третий раз. Ангел поджидал его, настаивая, чтобы сын голубя
вылизал даже гущу, все до последней капли. Право, это было уже слишком! Заодно
ангел рассказал Иисусу, какие неприятности ожидают его в ближайшем будущем, и
тот заявил, что вынести все эти страдания свыше его сил. Затем он закатил
форменную истерику, точь-в-точь как красотка со слишком слабыми нервами, и
добрых четверть часа колотился о землю, подпрыгивая, словно лещ на
сковородке .
— Нет, нет, это уже слишком, отче мой! — вопил он, дергаясь в конвульсиях.
«И был пот его, как капли крови, падающие на землю», — уверяет евангелист
Лука (глава. 22, ст. 44) .
Однако ангел был неумолим.
— Долизывай все! — заорал он и заставил Иисуса проглотить горчайший осадок
до последней капли.
Только тогда папаша Саваоф сжалился, наконец, над своим, так сказать,
сыном . Когда чаша опустела, он ниспослал ангелу хорошую мысль.
Иисус в этот момент пребывал в полнейшей прострации. Ангел наклонился над
ним и шепнул ему на ушко:
— Не будь дурачком и не порти себе нервы из-за какой-то дюжины оплеух! Если
бы ты был простым смертным, тогда, конечно, тебе пришлось бы совсем не
сладко, но ведь ты бог! Ты что, забыл об этом? Следовательно, ты будешь страдать
ровно столько, сколько сам пожелаешь. А если тебя это устраивает, можешь
вообще не страдать и только делать вид, будто принимаешь муки за род
человеческий... Понял?
Иисус тотчас воспрянул духом и вскочил на ноги. Он поблагодарил ангела,
вовремя напомнившего ему о его всемогуществе, и, сделав горделивый жест, изрек;
— Ныне я чувствую в себе силы перенести любые мучения!
В третий раз вернулся он к своим ученикам, в третий раз нашел их храпящими
пуще прежнего и в третий раз с трудом разбудил.
— Вы неисправимы, — заявил сын голубя. — Вставайте, чтоб вам было пусто!
«Встаньте, пойдем: вот приблизился предающий меня».
(Смотри об этом у Матфея, глава. 26, ст. 36-4 6; Марка, глава. 14, ст.
32-42; Луки, глава. 22, ст. 40-46; Иоанна, глава. 15, ст. 1-27; глава. 16,
ст. 1-33; глава. 17, ст. 1-26.)
Глава 5 9.
НЕПРЕДВИДЕННАЯ
ДРАКА
И один из них ударил раба первосвящен-
никова, и отсек ему правое ухо.
Тогда Иисус сказал: оставьте, довольно.
И, коснувшись уха его, исцелил его.
Первосвященникам же и начальникам храма
и старейшинам, собравшимся против него,
сказал Иисус: как будто на разбойника
вышли вы с мечами и кольями, чтобы
взять меня.
Лука, глава. 22, ст. 50-52.
Вернемся, с вашего позволения, к неверному апостолу Иуде.
Иисус, как известно, довольно определенно выразил свое согласие, чтобы Иуда
передал его в руки первосвященников. Поэтому Иуда отправился на поиски
храмовой стражи.
Увидев запыхавшегося апостола, капитан священной милиции встрепенулся.
— Уже? — спросил он. — Значит, берем его сегодня?
— Нельзя терять ни минуты! — ответил Иуда. — Сейчас Иисус только что
отужинал и направляется к горе Елеонской, она же Масличная: эта маленькая прогулка
необходима для его пищеварения. Если вы соизволите последовать за мной, мы
его зацапаем без труда. Второй такой возможности не представится!
— Сейчас подниму взвод по боевой тревоге. Собрав стражу, капитан
скомандовал :
— Вз-во-о-од, правое плечо впер-е-ед, шагом... арш! Вслед за стражей
увязалось несколько ответственных чиновников синедриона и слуг первосвященников.
Так вся процессия добралась до ограды Гефсиманского сада. Тут капитан стражи
забеспокоился:
— Погоди-ка! А как мы узнаем мессира Иисуса в толпе прочих оборванцев?
— Не извольте беспокоиться, — ответил Иуда. — Это я беру на себя. Кого я
поцелую, тот и есть наш человек.
— Понятно.
Было еще темновато. Солдаты зажгли факелы и фонари. Простодушные апостолы,
разбуженные этой иллюминацией, наивно удивлялись:
— Смотри! Это еще что за факельное шествие? Должно быть, где-то неподалеку
свадьба и они хотят почествовать новобрачную!
Они даже не подозревали, что роль новобрачной в ту ночь предстояло играть
сыну голубя.
Что касается Иисуса, то он не строил никаких иллюзий. Он знал. И спокойно
ждал, чтобы стража вошла в сад.
Иуда тем временем решил предупредить солдат стражи относительно
сверхъестественных способностей лица, подлежащего задержанию. Как это ни покажется
странным моим читателям, но факт остается фактом. Евангелие утверждает, будто
Иуда, обратившись к капитану стражи, сказал:
— Будьте осторожны! Он может совершать всякие чудеса, так что хватайте его
быстрее, пока он не опомнился. Когда вы его схватите, он уже ничего вам не
сделает, тогда все его божественные качества ему не помогут. Но действовать
надо быстро. Главное — навалиться на него и схватить, как только я его укажу.
Однако осуществить свой план он не успел. Едва солдаты ворвались в сад,
Иисус вышел к ним навстречу и спросил:
— Кого вы ищете?
Иуда понял, что все его расчеты рухнули, и словно проглотил язык. Но
капитан стражи, которому нечего было скрывать, ответил:
— Нам нужен Иисус из Назарета.
Миропомазанный сделал шаг вперед и просто сказал:
— Это я.
Слова его произвели потрясающий эффект. Произнося их, Иисус дохнул, и весь
взвод стражи повалился наземь, словно карточный домик. Получилась всеобщая
куча-мала. Несчастные солдаты думали, что их поразила молния. Лежа на земле,
они с опаской щупали свои руки и ноги и перешептывались:
— Вот это да! Рука вроде уцелела... А нога?
— А моя рука? Ага, вот она!..
— Я уже думал, что умер...
Подобные сетования слышались со всех сторон. Иисус улыбался. Он только
хотел продемонстрировать свою чудодейственную силу, и это ему вполне удалось.
Ему важно было подчеркнуть, что если он и попадет в руки врагов своих, то
лишь по собственной доброй воле. Когда желаемый результат был достигнут, сын
голубя приготовился играть свою роль дальше.
— Так скажите, наконец, кто вам нужен? — снова спросил он.
— Нам нужен Иисус из Назарета, — снова ответил капитан стражи.
— Так я ведь уже сказал вам, что Иисус из Назарета — я! На сей раз никто не
полетел вверх тормашками. И никаких сомнений у стражи уже не оставалось. Так
что Иуде совсем незачем было целовать своего учителя, который уже дважды
представился полиции сам.
Тем не менее, храмовая солдатня пребывала в великом смущении.
Правонарушитель, который одним дуновением может опрокинуть на землю целый взвод, явно
казался им слишком опасным.
— Раз вам нужен именно я, — продолжал Иисус, — позвольте моим приятелям
удалиться.
Стража охотно пошла ему навстречу. И тогда Иуда, обещавший поцеловать
Иисуса и стремившийся выполнить взятое на себя обязательство, приблизился к сыну
голубя, хотя в подобных нежностях теперь уже не было ни малейшей нужды.
— Учитель! — воскликнул он.
— А, это ты?
— Да, учитель, я хочу с тобой проститься.
И вместо того, чтобы просто пожать Иисусу руку, Иуда его обнял и поцеловал.
Надо сказать, что этот поцелуй Иуды был все равно, что горчица после обеда —
вещь абсолютно лишняя. Однако Иисус его вытерпел и только сказал предателю:
— Друг мой, между нами говоря, я прекрасно знаю, что означают твои объятья.
Видишь ли, меня не так-то легко провести. Мне известно, зачем ты сюда явился,
и я могу тебе только посочувствовать. Предать поцелуем сына человеческого,
это, знаешь ли, просто неприлично!
Тем временем солдаты заметили, что Иуда, несмотря на все свое нахальство,
не был опрокинут ни до, ни после предательского поцелуя. Поэтому они не без
оснований рассудили, что бояться больше нечего, и дружно устремились к
богочеловеку, по видимости утратившему свое всемогущество.
Мы уже знаем, что у апостолов на одиннадцать человек было два меча. Один из
этих мечей принадлежал Петру.
И вот один из бывших с Иисусом, обладатель второго меча, спросил:
— Может, умрем героями?
Иисус не успел ответить, как Симон-Петр уже пустил свое оружие в ход. Он
ринулся на одного из рабов первосвященников, который стоял поблизости, и
своим секачом для рубки капусты отхватил ему напрочь правое ухо.
Евангелие сохранило имя невинной жертвы: слугу, лишившегося уха, звали
Малх.
Это отчаянное сопротивление с кровопролитием могло привести к
непредвиденным осложнениям. Разъяренные солдаты в отместку за своего изувеченного
приятеля, несомненно, бросились бы на апостолов и в три минуты приготовили бы из
них рубленый бифштекс, если бы Иисус не вмешался. И вовремя! Всего несколько
минут назад от чрезмерного страха у него был нервный припадок, но сейчас к
нему вернулось все его былое хладнокровие, и он сумел успокоить остальных.
Подойдя к Малху, Иисус подобрал с земли отрубленное ухо, поплевал на него и
приложил к голове несчастного раба. И-о чудо! — ухо тотчас приросло, и с того
дня держалось на своем месте крепче прежнего.
Если верить евангелию, Малх отплатил чудотворцу черной неблагодарностью и
не сказал Христу даже «спасибо». Между тем Иисус, повернувшись к Петру,
отечески пожурил своего ученика:
— Что это такое! Ты оказываешь сопротивление властям? Я этого не
потерплю! . . Какое тебе дело до всего, что здесь происходит? А ну-ка, живо вложи
саблю в ножны! Ибо взявшие меч от меча и погибнут.
Петру это замечание показалось явно неуместным. Он проявил свою преданность
и рвение. Он подал апостолам пример мужества. И вот в награду ему приходится
выслушивать кисло-сладкие нотации. Тут бы любой смешался. Ничего не понимая,
Петр вложил меч в ножны. Раз учитель велел, пусть будет так, однако про себя
он подумал: «Вот и ратуй за эту скотину! Если меня еще раз попросят за него
вступиться, я за себя не поручусь. Ну и влип же я!.. Ко всем чертям, пусть
теперь выпутывается сам, как знает!» Если Петр не произнес эти слова во весь
голос, то наверняка пробормотал их сквозь зубы, ибо Иисус, чтобы положить
конец его воркотне, сказал:
— Я сам напросился на все эти неприятности, понятно? Неужели ты думаешь,
что я не мог бы их избежать, если бы захотел? Или думаешь, что я не могу
теперь умолить отца моего, и он не представит мне более дюжины легионов
ангелов, дабы меня защитить? Но все дело в том, что, если я уничтожу солдат — а
мне это раз плюнуть, — как же сбудутся писания? Нет, этого я не сделаю, ибо
надо, чтобы пророчества исполнились.
На сей раз Петр решил, что больше не проронит ни звука и не шевельнет даже
пальцем, что бы ни случилось.
Солдаты тоже сообразили, что, судя по странным речам странного
правонарушителя , им ничто не грозит и его вполне можно хватать, не опасаясь последствий.
Поэтому они окружили Иисуса и крепко связали ему руки веревками.
В толкотне и суматохе перед сыном голубя вдруг предстала кучка старых
знакомых из синедриона. Иисус их узнал и обратился к ним.
— Что я вижу! — закричал он. — Как будто на разбойника вышли вы с мечами и
кольями, чтобы взять меня! А между тем каждый день бывал я с вами в храме и
учил, и вы не брали меня. Так вот, сказываю вам то, что уже сказал Петру: «Да
сбудутся писания!» Ибо, если бы я захотел и не дал сбыться тому, что сбылось,
все эти писания и пророчества можно было бы выбросить свиньям на подстилку!
Вполне естественно, что завсегдатаи храма, заслышав такие слова,
оскорбились и подняли страшный крик, понося и пороча Иисуса. Перед лицом столь
единодушной вспышки гнева апостолы струхнули.
— Пора нам проявить себя, — робко сказал кто-то из них.
— Да, сейчас самое время...
— В таком случае бежим!
И они ринулись наутек с поистине редкостным единодушием. Иисуса же увела
стража. Только один юноша, как свидетельствует евангелист Марк, впрочем, не
называющий даже его имени, следовал за учителем на почтительном расстоянии.
Это был подросток, проживавший в долине Кедрона. Разбуженный посреди ночи
громким шумом и криками, он сразу сообразил, в чем дело, и выскочил из дому,
едва успев накинуть, так сказано в евангелии, «покрывало» — видимо, тунику.
Заметив его, воины стражи заподозрили неладное.
— Что это еще за парень? — зароптали они. — Уж не собирается ли он
освободить задержанного? Тут дело явно не чисто. Захватим-ка его Заодно с этим
Назарянином, — так-то оно будет спокойней!
Солдаты попытались было схватить юношу, но он вывернулся как уж и, оставив
покрывало в их руках, умчался в чем мать родила.
(Смотри евангелия от Матфея, глава. 26, ст. 47-56; Марка, глава. 14, ст.
43— 52; Луки, глава. 22, ст. 47-53; Иоанна, глава. 18, ст. 2-11.)
Глава 60.
ПРИГОТОВИМСЯ
ВОСПЛАКАТЬ
И ВОЗРЫДАТЬ
Люди, державшие Иисуса, ругались над
ним и били его; и, закрыв его, ударяли
его по лицу, и спрашивали его: прореки,
кто ударил тебя? И много иных хулений
произносили против него.
Лука, глава. 22, ст. 63-65.
Когда мама Ева вместе с папой Адамом, своим благоверным, грызли в земном
раю яблоко, они и не подозревали, к каким последствиям приведет этот
маленький пикник на лоне природы. Точно так же, когда малютка Мария вместе с духом
святым вкушали от яблока несколько иного сорта, они и предположить не могли,
что плод галантного флирта, выношенный в благословенном чреве, впоследствии
будет обречен на целый ряд пренеприятнейших переживаний. Поэтому, сударыни,
никогда не ешьте яблок, ибо неизвестно, к чему это приведет.
Не будь Евы, не было бы проблемы первородного греха. С другой стороны, если
бы дочь Иоакима не побаловалась с голубем, не было ни Иисуса, ни страстей
господних.
Но какой толк сожалеть о том, что уже совершилось? В наказание за нарушение
правил внутреннего распорядка земного рая — нарушение, за которое, кстати,
род человеческий, как известно, уже понес суровую" кару, — сын господа бога
нашего должен был претерпеть всевозможные мучения, им же самим определенные и
расписанные заранее. Так что доставайте чистые носовые платки. Ибо теперь,
друзья мои, надо приготовиться к рыданиям и плачу. Тщательно связанного
Иисуса отвели сперва к Анне, который был тестем Каиафы. Говоря «отвели», я
выражаюсь не совсем точно. Согласно евангелию, всемогущего господа нашего, творца
небес и тверди земной, волокли до самого дома вышеупомянутого Анны,
подбадривая пинками и подзатыльниками. Но чем сильнее ярились грубые солдафоны, тем
больше радовался всемогущий творец и ликовал в сердце своем.
«Вот повезло, так повезло! — говорил он себе. — Солдатики работают что
надо! Трах! ! ! — кулаком в спину... Бум! ! ! — сапогом чуть пониже... Правильно!
Справедливая кара за съеденное яблоко... И если папа Саваоф все еще не доволен, ему
сам черт не угодит!»
Анна учинил Иисусу допрос относительно доктрин, которые тот проповедовал.
Иисус, стремившийся пострадать как можно больше, отвечал ему довольно дерзко:
— То, что я говорил, я должен был сказать. Что спрашиваешь меня? Спроси
слышавших, что я им говорил: они все Знают.
И он указал на собравшуюся вокруг толпу. Тогда один из присутствующих,
оскорбленный тем, что его пытаются впутать в какую-то темную историю, закатил
Иисусу полновесную пощечину по божественной ланите, сказав:
— Так-то ты отвечаешь первосвященнику? Этот довод отрезвил миропомазанного,
и он сразу стал кроток, как агнец.
— Если я сказал худо, — забормотал он, — покажи, что худо. А если хорошо,
за что ты бьешь меня?
Следует напомнить — и больше не забывать, — что Христос имел две сущности:
божественную и человеческую. Именно потому на протяжении всех страстей
господних мы видим, как он то смеется над своими врагами, будучи богом, которому
наплевать на всякие страдания, то корчится от боли и по-человечески мечтает
лишь о том, чтобы это дурацкое представление как можно скорее окончилось.
Определить, в какой момент действовала божественная сущность Христа, а в
какой человеческая, — важнейшая богословская проблема. Тайна двух сущностей
чрезвычайно запутанна и сложна.
Между нами говоря, — надеюсь, с вами я могу поделиться, друзья читатели? —
будь я одним из тех ловкачей, которые придумали христианскую религию, я бы не
стал в нее вводить шутовскую догму о двуединой сущности. Я бы просто сказал,
что с того момента, когда голубь затолкал в лоно девы Марии своего коллегу по
божественной троице, последний утратил божественность, дабы вновь обрести ее
лишь после смерти. Я бы представил господина Иисуса во всех его земных
перипетиях обыкновенным простым человеком; он бы не совершал у меня никаких
чудес, и каждый раз, когда по ходу действия необходимо было божественное
вмешательство, эту роль с успехом играл бы у меня сам папа Саваоф, доказывая
маловерам, что они с Иисусом действуют заодно. Мой Иисус, если бы я его придумал,
вновь превратился бы в божество, лишь испустив последний вздох как человек.
Ну, рассудите сами, можно ли принимать всерьез муки — страсти господни,
когда даже священники твердят, что сын голубя был одновременно человеком и
богом и мог по желанию либо претерпевать страдания, либо ничего не чувствовать?
Честно говоря, нужно обладать изрядной долей глупости, чтобы умиляться
переживаниями какого-то непонятного существа со столь избирательной
чувствительностью .
Анна так ничего и не добился от нашего не то бога, не то человека,
перетянутого веревками, как сырокопченая колбаса, и отправил его в таком же виде к
своему зятю Каиафе.
Каиафа, предупрежденный капитаном храмовой стражи, успел к тому времени
созвать синедрион, игравший в Иудее роль верховного суда. Это собрание состояло
из семидесяти одного члена в дни полного кворума, но достаточно было и
двадцати трех присутствующих, чтобы решения духовного трибунала обретали силу
закона.
Старейшина синедриона, или нази, во время разбирательств различных дел
восседал на особом возвышении; в случае отсутствия, его заменял верховный
первосвященник, избранный на текущий год. Вокруг него на подушках, положенных
прямо на землю, полукругом располагались остальные члены суда.
По краям этого полукруга сидели два секретаря; в обязанность одного входило
записывать обвинения, а другого — собирать все, что можно было сказать в
пользу обвиняемого. Справа от нази помещалась еще одна важная шишка — саган,
или отец судилища, который следил за ходом дискуссий, а возле него — мудрецы,
постоянные советники суда. Младшие офицеры стражи с веревками и ремнями в
руках охраняли обвиняемого, готовые в любую минуту скрутить его, если он
вздумает сопротивляться. Как видите, все происходило по твердо установленным
правилам, без всякого произвола.
Именно таким был духовный суд, перед которым, если верить евангелию,
предстал Иисус.
Надо сказать, что в данном случае кое-кому из судейских совершенно нечего
было делать: речь идет о секретаре, обязанном записывать благоприятные для
обвиняемого показания. Посудите сами: апостолы удрали все, как один, а больше
там не было ни одного свидетеля, который мог бы выступить в защиту господа
нашего.
Писец начал вызывать свидетелей обвинения. Их набралась целая куча.
Читатели этой книги, написанной строго по материалам евангелий, уже знают,
что Иисус вел жизнь далеко не безупречную, поэтому представленные суду
сведения о поступках обвиняемого наверняка произвели на судей самое
неблагоприятное впечатление. Что же касается его возмутительного фанфаронства, то тут
доказательств было хоть отбавляй. В частности, два свидетеля напомнили Иисусу,
как он неоднократно бахвалился в храме: могу, мол, разрушить храм божий и в
три дня создать его вновь без посторонней помощи!
Помните эту историю? Мессир Христос, когда чувствовал поддержку толпы,
частенько похвалялся, будто обладает сверхъестественным могуществом и может
выкидывать самые невероятные трюки.
Свидетели объяснили суду, что именно благодаря таким похвальбам Иисус
вводил в соблазн толпы наивных глупцов, готовых верить на слово даже самым
отъявленным шарлатанам. Свидетелей привели к присяге.
— Знайте, — сказал им Каиафа, — если вы солгали, кровь невинного падет на
вас и потомство ваше.
Это была традиционная формулировка. После такого торжественного
предупреждения свидетели повторили свои показания.
Весьма забавно — я надеюсь, читатели это оценят, — что все четверо
евангелистов называют лжесвидетелями этих людей, которые, в конечном счете,
просто-напросто повторили то, о чем несколько раньше рассказали сами же
евангелисты !
Иисус на это обвинение ничего не ответил.
Каиафа встал и обратился к задержанному.
— Ты слышал показания? — спросил он. — Правда ли, что, злоупотребляя
доверием темных людей, ты старался ввести их в соблазн, хвалился, будто обладаешь
сверхъестественным могуществом, и обещал в три дня вновь воздвигнуть храм
божий, если он разрушится? Правда ли, что ты это говорил? Иисус по-прежнему
хранил молчание.
— Что же ты ничего не отвечаешь? — продолжал первосвященник. — Ведь если ты
это говорил, значит, ты похвалялся всемогуществом. Для того чтобы совершить
подобное чудо, надо быть самим богом или по крайней мере сыном божьим...
Поэтому заклинаю тебя богом живым, скажи нам: ты в самом деле сын божий?
— Он самый! — ответил, наконец, миропомазанный. Слова его вызвали бурю
возмущения. Верховный первосвященник и весь синедрион были оскорблены.
И их нетрудно понять! Никто из присутствующих не Знал истории с голубем, и
все считали, что отцом Иисуса был плотник Иосиф. Правда, Иосиф при жизни
пользовался репутацией рогоносца, однако никому не приходило в голову, что
рога ему наставила птица из породы голубиных. Если бы Иисус объяснился, судьи
хотя бы знали, с кем имеют дело. Однако он предпочел умолчать о том, что
крошку Марию оплодотворил, оставив девственницей, некий голубь, такой же бог,
как Саваоф, и что он, Иисус, является, таким образом, сыном божьим. Ничего
этого он не сказал и продолжал стоять на своем, чем, естественно, довел
присутствующих до белого каления.
Что касается Каиафы, то он был вне себя от ярости.
— Вы слышали, как он богохульствует? — вопил первосвященник. — Нет, вы все
слышали? Поистине, это чудовищно! Горе нам!
И тогда в благочестивом гневе Каиафа разодрал одежды свои. Находившимся в
зале женщинам пришлось стыдливо отвернуться, чтобы не видеть довольно
упитанных ляжек святого отца, выставленных на всеобщее обозрение. Справившись с
приступом ярости, Каиафа кое-как прикрылся лохмотьями, оставшимися от его
одеяния. В душе он уже сожалел, что не сдержался вовремя, — от столь бурных
проявлений чувств польза только портным.
— Полагаю, — сказал он, обращаясь к синедриону, — все ясно. На что нам еще
свидетели? Теперь вы слышали богохульства его. Что скажете, коллеги?
Все дружно закричали в ответ:
— Смерть ему!
Кара, надо прямо сказать, слишком суровая за столь не значительные
проступки. По моему скромному мнению, слова Иисуса, даже если допустить, что они
являлись богохульством, не требовали высшей меры наказания. На месте Каиафы я
бы приговорил Христа к принудительному лечению холодным душем, дабы малость
остудить его, и надеюсь, читатели со мной согласятся. Как видите, люди
свободомыслящие куда милосерднее верующих! Иудейские святоши полагали, что еретик
безусловно заслуживает виселицы, а когда власть перешла в руки христианнейших
отцов церкви, они за те же проступки начали сжигать своих противников живьем.
Так что не христианам упрекать в жестокости иудеев, хотя они и приговорили
к смерти обыкновенного хвастуна, не представлявшего, по-моему, никакой
опасности для окружающих.
Выяснив, таким образом, общественное мнение, Каиафа прервал заседание и,
оставив упрямого плотника под охраной солдат, поспешил к себе, дабы жена
заштопала ему тунику и штаны. Тем временем народ возмущался поведением Христа,
и, если бы не стража, от сына голубя остались бы только пух и перья.
Что касается самих стражников, то они видели во всей этой истории, скорее
комичную сторону: как известно, солдатня всегда отличалась веселым нравом,
как в древности, так и теперь.
Они посадили Иисуса на скамью и затеяли милую игру, которую можно сравнить
разве что с современной игрой в «жучка», когда надо угадывать, кто тебя
стукнул по выставленной назад ладони. Сыну голубя завязали глаза, и начались
всяческие забавные дурачества, во время которых солдаты вели себя как выгнанные
за неуплату жильцы, которым, наконец, попалась в руки их ведьма-консьержка.
Один из солдат щипал господа бога нашего за ягодицу, а остальные кричали:
— Эй, всезнайка! Пророк! Ясновидящий! А ну, скажи, кто тебя ущипнул?
Другие награждали его полновесными подзатыльниками, звонкими щелчками,
солидными тумаками, а некоторые даже «ударяли его по ланитам». Самые грубые
плевали ему в лицо.
Иисус, разумеется, мог прекратить эти игры после первого же щипка или
пощечины. Для этого ему достаточно было сразу ответить:
— Меня ущипнул Иаков Трухелюбабель, капрал храмовой стражи; место рождения
— Сихарь, время — третий день августовских календ сорок один год тому назад!
Совершенно очевидно, что, если бы он так ответил, солдаты не только
оставили бы его в покое, но немедленно признали и провозгласили божеством. Из
обвиняемого он, не сходя с места, превратился бы в победителя. Однако Иисус этого
не захотел.
Напротив, он, видимо, испытывал истинную радость, получая затрещины и
тумаки . Про себя он наверняка говорил:
«Вот, что называется, привалило счастье! Щипки, тумаки, щелчки, оплеухи —
как из рога изобилия! Теперь Адам и Ева должны наконец переварить это яблоко,
которое застряло у них в желудках... Если бы я назвал по именам всех этих вояк,
они бы сразу же прекратили свои грубые забавы... Но ведь тогда первородный грех
остался бы неискупленным!..».
(Смотри евангелия от Матфея, глава. 26, ст. 57-68; Марка, глава. 14, ст.
53, 55-64; Луки, глава. 22, ст. 54, 63-65; Иоанна, глава. 18, ст. 12-14,
19-24) .
Глава 61.
В КОТОРОЙ ПЕТР
ВЫКАЗЫВАЕТ СЕБЯ
ОТМЕННЫМ ТРУСОМ
Вскоре потом другой, увидев его, сказал: и ты из
них. Но Петр сказал этому человеку: нет!
Прошло с час времени, еще некто настоятельно
говорил: точно и этот был с ним, ибо он галилеянин.
Но Петр сказал тому человеку: не знаю, что ты
говоришь. И тотчас, когда еще говорил он, запел
петух.
Тогда господь, обратившись, взглянул на Петра; и
Петр вспомнил слово господа, как он сказал ему:
«прежде нежели пропоет петух, отречешься от меня
трижды». И, выйдя вон, горько заплакал.
Лука, глава. 22, ст. 58-62.
В то время когда всемогущий создатель небес и тверди земной терпел грубые
шуточки храмовых вояк, апостол Петр делал все возможное, дабы оправдать
предсказания своего учителя.
Сбежав было из Гефсиманского сада, он устыдился своей позорной трусости и
вернулся.
«Куда, черт возьми, повели моего учителя?» — спрашивал он себя.
Затем, поразмыслив — кое-какие шарики у него в голове все-таки вертелись, —
он решил, что Иисуса следует искать во дворце первосвященников. Придя к
такому заключению, апостол отправился во дворец.
Когда он пришел туда, у входа стояла толпа любопытных, и проникнуть в зал
заседаний было невозможно. Петру пришлось удовлетвориться скромным местом в
уголке двора.
Хотя время года было самое благодатное — если помните, апостолы спали прямо
на голой земле, — по словам евангелия, вдруг стало холодно. Слуги, солдаты и
рабы, толпившиеся во дворе, разожгли большой костер из колючего кустарника, и
все приблизились к огню, чтобы погреться. Каждый развлекался, как мог: одни
судачили о событиях ночи, другие рассказывали анекдоты. Петр держал язык за
зубами и только слушал: он хотел знать, чем все это кончится.
Вдруг одна из служанок Каиафы хлопнула по рукам воина, который слишком уж
настойчиво жал ей колено, и, уставившись на ярко освещенное костром лицо
апостола , сказала:
— Послушай-ка, а я тебя знаю!
— Вы это мне, сударыня? — отозвался испуганный Симон-Петр.
— Конечно, тебе! Где-то я тебя видела?..
— Меня?
— Ну да.
— Где же это?
— Вспомнила! Ты был с Иисусом из Назарета. Петр пожал плечами.
— Вы сами не знаете, что говорите, — ответил он.
— Я-то не знаю? Не строй из себя невинного младенца!
— Да я этого человека в глаза не видел!
И чтобы доказать, что ему все нипочем, апостол беззаботно приблизился к
огню.
Служанка не настаивала, однако тут же поделилась своими подозрениями с
подружками .
— В самом деле, — заметила одна из них, — я прекрасно помню этого старого
хрыча! У него такая рожа, что не скоро забудешь!
И в свою очередь приблизилась к Петру, чтобы разглядеть его получше.
Апостолу все эти разглядывания начинали уже действовать на нервы. Он досадливо
поморщился.
— Ну а этой... что от меня нужно? — проговорил Петр сквозь зубы.
— Ладно, ладно, без ругани! — осадила его служанка. — Здесь и не таких
видали! А тебя мы знаем как облупленного. Так что можешь не отпираться. Ты один
из тех, кто был с Иисусом из Назарета, — скажи, что нет!
Симон-Петр начал уже терять терпение.
— Послушайте! — сказал он. — Давайте говорить серьезно. Я вам официально
Заявляю, что вы ошибаетесь. А если это шутка, то шутка дурного тона.
Разыгрывайте кого-нибудь другого, а меня оставьте в покое.
— Посмотрите на него! — не унималась служанка. — Молчал бы уж лучше или
рассказывал свои басни старым девам. А мы не первый раз замужем, знаете ли, и
нас не аист принес. Тебя видели вместе с твоим хозяином-богохульником, и, что
бы ты ни говорил теперь, никто тебе не поверит.
— В бога, в душу, в печенку и селезенку! — взорвался Петр, стукнув кулаком
по ближайшему столу. — Когда бабе что-нибудь втемяшится, у ней хоть кол на
голове теши! Говорю вам, что ничего не знаю, значит, не знаю, черт вас всех
побери!
Один из солдат, слушавший этот спор, спросил:
— В самом деле, ты не из этой братии? Серьезно?
— Конечно, серьезно.
— Ну, тогда ладно.
На сей раз Петра оставили в покое, и около часу он мирно грелся у костра.
На свою беду, вообразив себя в полной безопасности, апостол вскоре вмешался
в общий разговор и начал отпускать разные заумные словечки. Так он болтал до
тех пор, пока другой солдат не воскликнул:
— Тысяча чертей! Ну конечно, он из шайки этого Иисуса! И не втирай нам
очки , старина, твой акцент тебя выдал: ты родом из Галилеи.
— Погоди-ка! — проговорил один из рабов первосвященника. — Ну конечно, ты
один из подручных этого плотника из Назарета! Я даже помню, что видел тебя
вместе с ним в саду этой ночью, отлично помню!
Петр чувствовал себя словно на горящих углях. Раб, который его уличил, как
на грех был родственником того самого Малха, которому апостол отхватил ухо.
Тогда он решил сыграть ва-банк.
Со всем жаром принялся он уверять собравшихся, что явился жертвой какого-то
рокового стечения обстоятельств и не понимает даже, о чем идет речь. При этом
он божился и клялся, как только мог.
И тогда в соседнем курятнике закукарекал петух. Анекдот с петухом остается
весьма сомнительным для всех, кто хорошо знаком с историей и обычаями Иудеи.
В самом деле, существовал строжайший запрет содержать и кормить кур в стенах
Иерусалима, и правило это благоговейно соблюдалось всеми. По странному
совпадению, Иисуса, вдоволь вкусившего солдатского юмора, именно в этот момент
вели через двор, чтобы снова доставить к Каиафе. Проходя мимо Петра, учитель
остановил на нем многозначительный взгляд. Взгляд этот говорил:
«Ну что, Петр, теперь ты убедился, что я слов на ветер не бросаю? Я тебе
предсказал, что ты отречешься от меня трижды, прежде чем пропоет петух.
Слышишь? Петух пропел!»
Симон-Петр понял.
В отчаянии, ни о чем более не заботясь, выскочил он со двора на улицу и
разразился таким потоком слез, что они переполнили придорожную канаву.
(Смотри евангелия от Матфея, глава. 26, ст. 58-75; Марка, глава. 14, ст. 5472;
Луки, глава. 22, ст. 54-62; Иоанна, глава. 18, ст. 15-27.)
Глава 62.
ЧЕМ КОНЧИЛ
МОШЕННИК ИУДА
Тогда Иуда, предавший его, увидев, что он
осужден, и, раскаявшись, возвратил тридцать
серебренников первосвященникам и старейшинам, говоря:
согрешил я, предав кровь невинную. Они же сказали
ему: что нам до того? смотри сам. И, бросив
серебренники в храме, он вышел; пошел и удавился.
Матфей, глава. 27, ст. 3-5.
Аврора уже высунула из-за горизонта кончик своего розового носика, когда
Иисус вновь предстал перед синедрионом.
Каиафа и его коллеги — за исключением Никодима, продолжавшего хранить
гробовое молчание, — спешили отделаться от беспокойного Назарянина.
Пока ему дома зашивали тунику, разодранную сверху донизу, верховный
первосвященник сообразил одну вещь, которую чуть было не упустил из виду: дело в
том, что после победы римлян иудейская юстиция утратила право выносить
смертные приговоры — это стало исключительной привилегией наместников кесаря.
Надо сказать, что Каиафа был рьяным патриотом: будь Иисус просто
отъявленным проходимцем, это бы еще полбеды, но Каиафа считал, что он весьма и весьма
опасен для всех его сограждан.
Подобно маньяку, Иисус всюду твердил, что он царь иудейский. Это могло рано
или поздно привлечь на его сторону толпу зевак и вызвать беспорядки, которыми
римляне не преминули бы воспользоваться как предлогом, чтобы учинить новое
избиение евреев и обложить побежденных новой данью. «Надо немедленно осудить
задержанного, — рассуждал Каиафа сам с собой. — Он бесчисленное количество
раз нарушал наши законы и заслуживает тяжкой кары. Таким осуждением мы
покажем римским властям, что не хотим иметь с этим бездельником и его шайкой
ничего общего. А потом можно будет отослать его к Понтию Пилату — губернатор
живо сведет с ним счеты!» Итак, второй допрос Иисуса стал пустой
формальностью, не представляющей никакого интереса.
Его спросили, действительно ли он считает себя Христом, то есть мессией,
или спасителем, который призван освободить евреев.
— Если ты Христос, скажи нам! — потребовал Каиафа.
У Иисуса в этот миг отказала божественная сущность и функционировала только
человеческая слабость, он не ответил ни «да», ни «нет», надеясь смягчить свою
участь.
— Ну да, — пробормотал он, — если я скажу, что я Христос, вы мне все равно
не поверите, а начни я в свою очередь задавать вам вопросы, вы мне не
ответите , и меня не отпустите. Лучше уж я помолчу.
— Поскольку обвиняемый упорствует и отвечает двусмысленно, пусть отведут
его к Понтию Пилату! — приказал Каиафа.
Капитан стражи передал приказ своим подчиненным, те поспешили его
исполнить .
Что же происходило в это время с Иудой?
После того как солдаты покинули Гефсиманский сад, Иуда, чуть поотстав,
последовал за ними и так дошел до дворца первосвященников. Пока суд да дело, он
внимательно следил за событиями. И, наконец — как говорится, нашел время и
место — он почувствовал угрызения совести.
Он вдруг решил, что непостоянство, бесчестность и прочие пороки Иисуса все
равно не оправдают предательства, совершенного им, Иудой.
Не медля ни минуты, Иуда взял деньги, из которых не истратил ни гроша, и
явился к первосвященникам и старейшинам.
— Что тебе еще нужно? — спросили его. — Ты считаешь, что тебе мало
заплатили?
— Да нет же, нет! Напротив, я хочу вернуть вам ваши тридцать сребреников.
Мне они не нужны.
— Вот так номер! Все это очень странно. Два дня назад торговался, как на
базаре, из-за каждого динария, а теперь и тридцать шекелей ему не нужны! В
чем дело?
— Возьмите себе ваши деньги! — воскликнул Иуда. — Они жгут мне руки. В
конечном счете, Иисус не так уж виноват, как я думал раньше. Я предал
невинного. Я осел и подонок — вот кто я такой! Забирайте обратно ваше проклятое
серебро . Первосвященники и старейшины переглянулись.
— Помилуй, милейший, — сказал один из них, — поздненько же ты спохватился!
Иисус сам себя осудил и подписал себе приговор. Он богохульствует не
переставая... Деньги ты заработал честно, поэтому можешь оставить их себе.
— Да нет же, говорю вам, я не хочу!..
— А кроме того, это запутает нашу отчетность. Мы искренне сожалеем, что не
можем тебя выручить из Затруднения, но это уж так... Устраивайся теперь сам как
знаешь.
Иуда плюнул, бросил злосчастные сребреники, повернулся и выбежал из храма.
Он дошел до слияния Кедрона с потоком Хинном и повесился там на дереве,
стоявшем на поле некоего горшечника. В Деяниях святых апостолов, дополняющих
евангелие, говорится, что веревка при этом оборвалась. Оборвалась, так
оборвалась — это мы охотно допускаем.
Великие светочи христианства по-разному освещают обстоятельства смерти
Иуды.
Этот вопрос так и остался невыясненным до конца. Евангелист Матфей говорит,
что Иуда «пошел, и удавился» (глава. 27, ст. 5) . Лука в своем евангелии не
говорит об этом ничего, зато в Деяниях апостолов рассказывает, будто
предатель повесился, но веревка при этом оборвалась (Деяния апостолов, глава. 1,
ст. 18-19). Евангелист Марк хранит относительно последних дней Иуды полное
молчание. И наконец, Иоанн, не обмолвившийся об этом в своем евангелии ни
словом, потом вдруг рассказал своему верному ученику Папию, что нехороший
апостол все-таки повесился, что веревка действительно оборвалась и что недо-
повешенный счастливо жил потом долгие годы.
Поди разберись в этой куче древних противоречий!
Что касается меня, то вряд ли необходимо излагать здесь мое мнение:
читатель уже с ним знаком. Я уверен, что Иисуса вообще никогда не было, точно так
же, как Иуды. Матфея, Марка, Луки и Иоанна, и что все эти евангелия написаны
в лучшем случае не раньше конца второго века нашей эры, именно в ту эпоху,
когда и была изобретена христианская религия, подарившая человечеству таких
агнцев божьих, как Александр четвертый Борджиа и Пий девятый Мастаи.
Глава 63.
ОТ ПИЛАТА К
ИРОДУ И ОБРАТНО
Пилат спросил его: ты царь иудейский? Он же
сказал ему в ответ: ты говоришь. И первосвященники
обвиняли его во многом. Пилат же опять спросил
его: ты ничего не отвечаешь? видишь, как много
против тебя обвинений. Но Иисус и на это ничего
не отвечал, так что Пилат дивился.
Марк, глава. 15, ст. 2-5.
— Стража, слушай мою команду! — затянул капитан. — Направление — на дворец
правителя. Вперед, шагом... арш!
И вот Иисус в сопровождении солдат замаршировал к претории римского
правителя Понтия Пилата. Священники остались в храме, где уже начинались утренние
жертвоприношения, остальные же поспешили за солдатами, образовав довольно
многочисленную процессию. Пока она двигалась через город, в нее вливались
любопытные прохожие и зеваки, и вскоре она достигла внушительных размеров.
К тому времени горожане проснулись и уже собирались приняться за
повседневные дела, но не тут-то было!
Огородники, торгующие морковкой и цветной капустой, продавщицы корма для
птиц, трубочисты, зеленщики, направлявшиеся к рынку с овощами и фруктами,
молочницы с их кувшинами, бакалейщики, уже открывшие свои лавочки, — короче,
весь Иерусалим побросал свои занятия и устремился за осужденным к дворцу
правителя, ибо всем хотелось поглазеть на даровое зрелище.
Иисуса ввели в преторию. На какое-то время его оставили там одного, однако
стража охраняла все входы и выходы. Пилат вышел к обвиняемому. Крепко
связанный, сын голубя имел такой жалкий вид и настолько не походил на опасного
преступника, что Пилат проникся к нему сочувствием. Он уже слышал о пророчествах
этого темного простолюдина и о его призывах к восстанию против римлян,
однако , пока никакого восстания не предвиделось, предпочитал не заносить карающую
десницу.
Итак, Пилат посмотрел на бывшего плотника, вышел к иудеям и спросил:
— В чем вы обвиняете этого человека, приведенного в мою преторию?
В ответ посыпались обвинения, как из дырявого мешка:
— Он бунтовщик!
— Греховодник!
— Он восставал против наших законов, карающих прелюбодеек!
— Он нарушал закон субботы, запрещающий трудиться в день праздника саббат!
— Он путался с гулящими девками!
— Он подстрекал народ против правительства!
— Это бродяга!
— Мародер!
— Он украл осла!
И так далее и тому подобное.
— Все это понятно, — ответил Пилат, — но мне-то какое дело до вашего
пленника? Берите его и наказывайте по своим законам.
— Видите ли, — возразил ему один из мудрецов синедриона, — ряд совершенных
им преступлений у нас карается по закону смертной казнью. А вы сами знаете,
что после того, как наша страна вошла в состав Римской империи, мы потеряли
право выносить смертные приговоры без предварительного согласования с
представителями цезаря.
— Это весьма опасный смутьян! — добавил другой, видимо, сборщик местных
налогов . — Неоднократно призывал он народ не платить налоги, говоря, что он
царь иудейский. Кроме того, он уверял, будто он Христос, то есть спаситель,
или мессия, призванный освободить Иудею. А это еще хуже!
— Хорошо, — согласился Пилат. — Но сначала я хочу его допросить.
Правитель вернулся к Иисусу.
— Послушай, ты, в самом деле, считаешь себя царем иудейским? — спросил он.
Иисус ответил:
— Вы спрашиваете об этом по собственному желанию? Или по наущению врагов
моих, которые обвиняют меня, будто бы я считаю себя царем иудейским? У него
снова работала только человеческая сущность, а потому Христос просто увильнул
от ответа. Пилат поморщился.
— До твоих врагов мне нет никакого дела. Я римлянин, а не еврей. В ваши иу-
дейские раздоры я не вмешиваюсь. Твой народ и твои жрецы привели тебя ко мне.
Объясни, что ты сделал?
Однако Иисус воздержался от ответа.
— Скажи хотя бы, что представляет собой твое царство, на которое ты,
говорят, претендуешь?
— Мое царство не здесь. Если бы это царство было на земле, мои приверженцы
сражались бы за меня и не дали бы мне попасть в руки врагов моих.
— Значит, ты царь без царства?
— Повторяю: мое царство не от мира сего.
— Где бы оно ни было, ты все-таки считаешь себя монархом, не так ли?
Значит, ты царь?
— Вот именно, вы сказали.
«Похоже, бедняга просто слабоумный», — подумал Пилат. Он снова вышел к
первосвященникам и народу.
— По-моему, — сказал он, — ваш пленник не заслуживает виселицы.
В ответ вся толпа дружно завопила:
— Нет, нет! Заслуживает! Смерть ему!
И снова на помазанную миром голову посыпались самые страшные обвинения.
Тогда правитель приказал привести Иисуса и обратился к нему:
— Слышишь, сколько свидетельствуют против тебя? Бывший плотник хранил
молчание. Ему снова предъявили обвинение в подстрекательстве к мятежу, и Пилат
спросил:
— Где же он вел мятежные речи?
— Повсюду! — ответили ему. — От Галилеи до Иерусалима!
Слово «Галилея» подсказало правителю выход из положения: он вовсе не
собирался брать на себя ответственность за это запутанное дело.
— Послушай-ка, Иисус, — обрадовано сказал он, — а ты случайно не
галилеянин?
— Конечно, галилеянин!
— В таком случае, господа, — проговорил Пилат, обращаясь к первосвященникам
и народу, — это дело не входит в мою компетенцию. Оно касается только Ирода.
Так что берите вашего обвиняемого, и пусть его вешает Ирод, если хочет. Я
здесь ни при чем.
И вот Иисуса повели к тетрарху. Ирод уже был наслышан о Христе. Как
сообщает евангелист Лука, «Ирод, увидев Иисуса, очень обрадовался, ибо давно желал
видеть его, потому что... надеялся увидеть от него какое-нибудь чудо». К
сожалению, в тот день Иисус был не в ударе и решительно отказался
продемонстрировать даже самый пустяковый фокус. Тщетно упрашивал его Ирод: бывший плотник,
по одному слову которого якобы двигались горы, ничего не сказал и ничего не
совершил.
Ирод, как и Пилат, подумал, что у обвиняемого просто не все дома и что вряд
ли можно возлагать на него ответственность за подстрекательскую болтовню. Он
приказал облачить Иисуса в белые одежды — общепринятая в те дни форма для
сумасшедших и слабоумных — и в таком виде отослал его обратно к Пилату.
Римский правитель был уже сыт этой историей по горло.
— Вы приводили ко мне этого человека, — сказал он первосвященникам, — и
обвиняли его в том, будто он подбивает народ на восстание. Я его допросил и не
считаю опасным преступником. Я отослал его к Ироду, но и тот не счел
возможным предать его смерти. Чего же вы еще хотите?
Жрецы храма, уже совершившие утренние жертвоприношения и прибежавшие к тому
времени во дворец Пилата встретили его слова глухим ропотом. Им нужно было
отделаться от Назарянина любой ценой! Как известно, священнослужители всех
времен и народов отличались одинаковой жестокостью.
Услышав ропот, Понтий Пилат решил их успокоить и предложил:
— За всякие мелкие провинности Иисус будет наказан: я прикажу его выпороть,
но потом отпущу.
— Нет, нет! — закричали иерусалимские попы. — Мы со всем не за этим пришли!
По нашим законам он должен умереть. Смерть ему.
Тогда правителю пришла в голову мысль, лишний раз свидетельствующая, что он
был человеком гуманным. Понтий Пилат вспомнил о своем праве амнистировать на
пасху одного заключенного. Это делалось, чтобы народ не забывал о милосердии
римлян.
Он приказал своим воинам привести из тюрьмы самого мерзкого преступника.
Это был некий Варавва, совершивший на своем веку все мыслимые и немыслимые
злодеяния.
Замысел Пилата был прост.
«Я покажу толпе Иисуса и Варавву, — думал он. — А потом спрошу: „Кого вы
хотите, чтобы я отпустил?" Священники злы на Иисуса, однако народ должен
больше страшиться Вараввы. Кроме того, сегодня здесь у дворца собрался почти
весь Иерусалим. Если этот Иисус действительно исцелил множество калек, как
уверяют его последователи, все эти бывшие хромые, слепые, кривые, прокаженные
и паралитики должны встать горой за своего врачевателя».
Идея была, право же, неплоха!
Но — увы, увы и еще раз увы! — Пилат не учел человеческой неблагодарности.
Он не подозревал, что бывшие кривые, бывшие хромые, бывшие безногие и тому
подобные первыми потребуют смерти для своего исцелителя и уж во всяком случае
присоединятся к хору врагов Иисуса. Поэтому, когда Пилат представил народу
Иисуса и Варавву, он услышал в ответ единодушный вопль:
— Отпусти нам Варавву! Распни, распни Иисуса!
Это была последняя попытка. Напрасно супруга Пилата, мадам Клавдия Прокула,
которая принимала участие в судьбе сына голубя, послала своему мужу записку,
где говорилось: «Не вмешивайся в это дело. Ночью мне приснился из-за Иисуса
кошмарный сон, это плохая примета». Пилат решил, что перед лицом столь
единодушного и недвусмысленного требования толпы отступать уже поздно.
Он приказал освободить Варавву от цепей, объявил первосвященникам, что те
могут делать с Иисусом все, что им заблагорассудится, а чтобы яснее показать,
что он умывает руки, велел принести кувшин и таз, и подтвердил свое заявление
действием.
Тем временем солдаты уже бичевали Иисуса к вящему удовольствию собравшихся.
Богословы христианской церкви, дабы разжалобить паству, рассказывают об
этом бичевании всякие ужасы: с Иисуса якобы сорвали одежды, обнажили его до
пояса, привязали к столбу и принялись хлестать веревками, розгами и бычьими
жилами. На это можно было бы им ответить, что пытки инквизиции были куда
страшнее бичевания Христа, которому не выворачивали ни рук, ни ног, не
дробили в тисках костей, не обливали кипящим маслом или расплавленным свинцом, не
прижигали грудь горящей смолой, не сдавливали череп специальным обручем, и не
вливали ему в открытый с помощью особой распорки рот целые ведра воды, причем
не сразу, а капля за каплей на засунутую между зубов губку или мягкую тряпку.
К этому можно прибавить, что иудейские священники не отрубили Иисусу кисти
рук, не размозжили ему ноги в «испанском сапоге», не вырезали ремни из его
спины, не посадили его на железный кол, не вывихнули ему руки из плеч и не
подвесили его за ноги. Плотник из Назарета, который был одновременно богом и
всегда имел в своем распоряжении вторую божественную сущность, позволявшую
ему вообще ничего не чувствовать, если страдания превышали человеческие
возможности, не испытал, таким образом, и сотой доли того, что претерпели
мученики свободной мысли от милосердных служителей божьих.
Но мы не станем говорить всего этого нашим священникам. Достаточно будет
взять в руки евангелие и сказать им, что все басни о бичевании Христа, о про-
литой крови и рассеченной коже — плод их воспаленного воображения. В
Евангелии от Матфея (глава. 27, ст. 26) сказано: «Тогда отпустил им Варавву, а
Иисуса, бив, предал на распятие».
Евангелие от Марка (глава. 15, ст. 15) повторяет: «Тогда Пилат, желая
сделать угодное народу, отпустил им Варавву, а Иисуса, бив, предал на распятие».
Лука об этой детали вообще не упоминает. Евангелие от Иоанна (глава. 19, ст.
1) гласит: «Тогда Пилат взял Иисуса и велел бить его». Следует заметить, что
в переводе глагол «бить» не передает смысла подлинника «хлестать», связанного
с понятием розги. По сути дела знаменитая мука господня, из-за которой
чувствительные святоши проливают столько слез на страстной неделе, сводилась к
самой обыкновенной порке. Кроме того, из рассказов евангелистов явствует, что
если первосвященники и народ Иерусалима и требовали смерти Иисуса, то воины
стражи ограничивались бранью, затрещинами и главным образом грубыми
шуточками , не имеющими ничего общего с утонченным садизмом. Пара подзатыльников,
полдюжины пинков, презрительный плевок — вот и все страсти пресловутого
бичевания !
Чтобы не отставать от развеселых иудеев, Пилат не только оставил Иисусу
белое одеяние сумасшедшего, но еще прибавил от себя «багряницу» — плащ из
красной шерсти, — дал ему в правую руку трость и повелел надеть ему на голову
венок, сплетенный из молодого тростника с парой веточек чертополоха. Этот
знаменитый «терновый венец», по уверениям архиепископа парижского, хранится у
него в соборе Парижской богоматери. За умеренную мзду его можно там увидеть.
Я сам его видел. Это обыкновенный веночек из морского тростника, на котором
нет никаких колючек.
В таком наряде Иисуса представили толпе, говоря:
— Вот он, царь иудейский! Радуйтесь!
Солдаты для вящего веселья затащили бывшего плотника на помост, отобрали
здесь у него трость и несколько раз стукнули этой же тростью.
Пилат, как следует вымыв руки, в последний раз обратился к народу:
— Предупреждаю вас самым серьезным образом: раз вы осудили этого человека,
и единодушно требуете его смерти, я не стану противиться, однако запомните:
это вы его осудили, а не я. И если он невинен, пусть его кровь падет на вас.
— Согласны! — завопила толпа. — Пусть падет! Не возражаем!
При этом Иисус, должно быть, подумал, что, к сожалению, его кровь не может
пасть ни на кого, ибо он для того и явился, чтобы пролить ее на земле во
искупление прошлых, настоящих и будущих грехов всего рода человеческого.
Происходило это между половиной одиннадцатого и одиннадцатью часами утра. Теперь
уже ничто не препятствовало казни осужденного.
(Смотри евангелия от Матфея, глава. 27, ст. 2-31; Марка, глава. 15, ст.
1-20; Луки, глава. 23, ст. 1-25; Иоанна, глава. 18, ст. 28-40; глава. 19, ст.
1-16.)
Глава 64.
ЛОБНОЕ МЕСТО
И привели его на место Голгофу, что значит:
«Лобное место».
И давали ему пить вино со смирною; но он не
принял.
Марк, глава. 15, ст. 22-22.
И вот мы на пути к месту казни. Последуем же с евангелием в руках за
существом с двумя сущностями и посмотрим, сумеет ли оно умереть не дрогнув, как
подобает герою. Прежде всего, куда его повели из претории Пилата? Римские
ликторы смешались с солдатами храмовой стражи, и за ними повалила вся толпа
во главе с первосвященниками, книжниками и фарисеями. Для начала весь кортеж
двинулся к иерусалимской тюрьме. Там с Иисуса сняли красный плащ и наряд
сумасшедшего и вернули ему его одежды. Там же к Иисусу присоединили еще двух
проходимцев, приговоренных, как и он, к высшей мере наказания.
Дополненная таким образом процессия снова двинулась в путь, направляясь к
холму за пределами города, где обычно совершались казни. Этот холм назывался
Голгофа, или Лобное место. Такое название он получил из-за того, что верхняя
его часть представляла собой голую скалу, отдаленно напоминавшую человеческий
череп. Комментаторы евангелия, одержимые зудом повсюду отыскивать
всевозможные чудеса, уверяют, будто холмик, на котором Иисуса подвесили к кресту,
назывался черепом потому, что под этим холмом покоится череп Адама. Следует
сразу сказать: до сих пор там никто не откопал ничего, хотя бы отдаленно
напоминающего вышеупомянутый предмет.
Ниже я расскажу, как священники объясняют эту неувязку, продолжая, тем не
менее, утверждать, будто знаменитый череп действительно погребен под
Голгофой .
Итак, процессия двинулась по улицам города. На каждом перекрестке
злосчастный сын голубя подвергался все новым насмешкам. На каждом углу он встречал
какого-нибудь бывшего слепца, которому вернул зрение, или бывшего паралитика,
которого поставил на ноги, и, наверное, рассчитывал, что эти люди, столь
многим ему обязанные, бросятся на солдат и освободят своего благодетеля. За свою
жизнь он сотворил столько чудес, что всех чудесно исцеленных, наблюдавших
страсти господни, было вполне достаточно, чтобы стереть его врагов в порошок.
Но, увы! Бессердечные экс-калеки только смеялись, глядя на жалкую фигуру
своего исцелителя. Ни один из них даже не подумал прийти ему на помощь! Грех
надкушенного яблока искупался по всем правилам искусства.
Первыми, кто сжалился над осужденным, были солдаты стражи.
Главный склад крестов для распятия находился в здании тюрьмы. Осужденный,
согласно обычаю, должен был тащить на себе свой крест до самого места казни.
Оба разбойника довольно легко несли свои кресты, положив их на плечо. Что же
касается Иисуса, то ему в довершение всех несчастий достался самый тяжелый,
плохо оструганный крест, от которого у него сразу заломило спину.
Мы знаем, что бывший плотник разбирался в плотничьем деле, поэтому сейчас
он испытывал двойные мучения: физические — от тяжести креста, и моральные —
от того, как он сделан, ибо взглядом профессионала сразу увидел, какая это
топорная работа.
Кроме того, не следует забывать, что уже в Гефсиманском саду, где ангел
заставил его проглотить чашу горечи, наш миропомазанный был в самом тяжелом
состоянии . Так называемые святые книги утверждают, будто в Гефсиманском саду
началась его агония. Поэтому сейчас, когда его человеческая сущность
преобладала над божественной, он с трудом передвигал ноги и едва не валился под
тяжестью креста. А за городскими воротами он вообще плюхнулся на дорогу и не
смог больше встать.
Тогда солдаты начали совещаться.
— Бедняга совсем выдохся, — говорили они. — Заставлять его дальше тащить на
себе этот столб с перекладиной было бы просто жестоко.
Они огляделись по сторонам. В толпе любопытных выделялся здоровенный
детина .
— Эй, ты, как тебя зовут? — окликнул его один из солдат.
— Симон.
— А ну, Симон, берись-ка за крест: донесешь его до Голгофы!
Симону — как выяснилось, он был киринеянином — это предложение пришлось не
по вкусу.
— Несите эту виселицу сами! — заворчал он. — При чем здесь я?!
Однако отвертеться ему не удалось.
Ругаясь последними словами, Симон взвалил крест на плечо, и понес его за
Иисусом.
Кстати, я давно себя спрашивал: почему это священники так восхваляют Симона
Киринеянина? Они представляют его преданным другом Христа и делают из него
чуть ли не святого, хотя в евангелии ясно сказано, что солдаты «заставили его
нести крест». Именно так говорит евангелист Матфей и все остальные.
Злосчастный творец неба и земли был настолько измучен, что страже пришлось
буквально тащить его до Лобного места (смотри у Марка, глава. 15, ст. 22).
По дороге им встретилась кучка женщин. Плачевный вид Иисуса разжалобил их,
и они заплакали. Об этой подробности упоминает только святой Лука.
Остальные три евангелиста, напротив, утверждают, что на протяжении всего
крестного пути из толпы не раздалось ни одного возгласа соболезнования
Миропомазанному страдальцу. Итак, если верить святому Луке, несколько дам пролили
слезы. Иисус тут же обрел дар речи, обратился к ним и сказал дословно
следующее :
— Дщери иерусалимские! Не плачьте обо мне, но плачьте о себе и о детях
ваших. Ибо скоро придут дни, в которые скажут: блаженны неплодные, и утробы не-
родившие, и сосцы не питавшие. Тогда начнут говорить горам: «Падите на нас!»
И холмам: «Покройте нас!» Ибо если с зеленеющим деревом это делают, то с
сухим что будет?
К этой басне евангелиста Луки церковь прибавила позднее другую легенду,
которой нет ни в одном так называемом «священном» тексте. Впрочем, подлинность
этих текстов и без того уже достаточно сомнительна. Священнослужители
уверяют , будто далее последовала следующая сцена.
Одна из рыдавших женщин, которую звали Вероникой, заметила, что Иисус весь
взмок. Видимо опасаясь, как бы он не простудился, она приблизилась к нему и
приложила к его лицу свой носовой платок, дабы утереть пот с божественного
чела.
И вот — новое чудо! Черты Иисуса остались запечатленными на носовом платке.
Это была своего рода моментальная и к тому же цветная фотография,
воспроизводившая во всех подробностях физиономию осужденного.
Обратите внимание, сколь велика вина еврейского народа и солдат: даже после
этого чуда они не догадались, что их жертва была истинным сыном божьим! Увы,
ничто не может просветить людей, заранее предубежденных. Те, кто не хочет
слышать, хуже всех глухих, и те, кто не хочет видеть, не сравнятся даже со
слепорожденными.
Как и следовало ожидать, носовой платок Вероники сохранился до наших дней.
Сотни утирок и стирок не смогли стереть с него черты Иисусова лица. Теперь
эта драгоценная реликвия хранится у римских священников в сокровищнице собора
святого Петра. Желающие могут ее там узреть, предварительно смазав как
следует жирную лапу папского ризничьего.
Сведущие люди, изучавшие древние языки, уверяют, правда, что доброй женщины
по имени Вероника, впоследствии причисленной за свой милосердный жест к лику
святых, в действительности никогда не существовало, ибо этимология имени
Вероника восходит к двум словам — «веракс иконика», что означает «подлинное
изображение». Разумеется, это словосочетание скорее можно применить к
носовому платку из собора святого Петра, нежели к существу из крови и плоти. Но
если «вероникой» был носовой платок, то что же остается от легенды о
милосердной женщине? Наконец, когда пот Иисуса был утерт носовым платком — конечно,
если верить Луке и не верить остальным евангелистам, — трое осужденных
двинулись дальше и достигли вершины Голгофы.
Христос к тому времени выбился из последних сил. Солдаты поспешили смешать
вино со смирною и предложили этот напиток сыну голубя. Разумеется, такое
питье по вкусу не напоминало даже самого дешевого бургундского, однако оно
обладало живительными свойствами, и солдаты действовали из самых лучших
побуждений. Дело в том, что смирна вызывает сильное искусственное возбуждение,
которое позволяло осужденному легче переносить боль.
Но Иисус не захотел отхлебнуть ни глотка. Тогда солдаты заставили его сесть
на землю и приступили к последним приготовлениям к казни.
Сначала они вырыли ямы для крестов. Затем поставили возле ям
лестницы-стремянки . После этого осужденных положили каждого на свой крест и прибили
им гвоздями руки и ноги. Два проходимца-разбойника, остававшиеся в полном
сознании, должно быть, мучились при этом несравненно больше, чем Иисус.
Впрочем, разве это важно? Даже если допустить, что Христос время от времени для
передышки призывал себе на помощь свою божественную сущность, все равно
распятие на кресте, по-моему, было чересчур жестоким наказанием за одно
съеденное яблоко, тем более что съел-то его вовсе не Иисус!
Итак, злосчастный бог и два разбойника, его коллеги, подверглись этой
неприятной операции. Римские воины, выполняя приказ Пилата, украсили крест
Иисуса надписью, прибитой над его головой. И тут снова наши веселые
шутники-евангелисты начинают плести кто во что горазд.
Матфей (глава. 27, ст. 37): "И поставили над головою его надпись,
означающую вину его: «Сей есть Иисус, Царь Иудейский».
Марк (глава. 15, ст. 26): "И была надпись вины его: «Царь Иудейский». Лука
(глава. 23, ст. 38) : "И была над ним надпись, написанная словами греческими,
римскими и еврейскими: «Сей есть Царь Иудейский». Иоанн (глава. 19, ст. 19):
"Пилат же написал и надпись, и поставил на кресте. Написано было: «Иисус На-
зорей, Царь Иудейский».
Людей, уважающих точность, не могут не смутить эту весьма странные
разночтения у господ-евангелистов. Может быть, именно потому наши священники не
воспроизводят на распятиях ни одной из этих надписей? Они предпочитают
ставить латинские инициалы — J. N. R. J., частенько вводящие в соблазн
богомольных старух, которые воображают, будто Христа звали Инри, хотя в
действительности это просто-напросто сокращение от Jesus Nazarenus Rex Judaeorum — Иисус
Назарей, Царь Иудейский.
Если верить Иоанну, Пилат сам сделал такую надпись. Видимо, римский
правитель обладал какими-то каллиграфическими способностями и, надо полагать,
весьма ими гордился.
По словам того же возлюбленного Иоанна, первосвященники придрались к
содержанию надписи. Они пришли к Пилату и сказали ему:
— На вашей надписи, сделанной для Иисуса, написано:
«... Царь Иудейский». Если вам не трудно внести маленькое исправление, мы
будем вам очень признательны. Напишите, пожалуйста: "Называвший себя Царем
Иудейским" .
— О боже, что За формалисты! — воскликнул Пилат, возводя очи к небу.
— Мы, конечно, понимаем, это нюанс, так сказать оттенок, но для нас он
важен .
— Я весьма сожалею, — ответил Пилат, — но вы поздно спохватились. Что я
написал , то написал.
(Смотри евангелия от Матфея, глава. 27, ст. 32-38; Марка, глава. 15, ст.
21— 28; Луки, глава. 23, ст. 26-38; Иоанна, глава. 19, ст. 17-22.).
Глава 65.
СВЕРШИЛОСЬ!
Тогда распяты с ним два разбойника: один по
правую сторону, а другой по левую. Проходящие
же злословили его, кивая головами своими и
говоря: разрушающий храм и в три дня
созидающий! Спаси себя самого; если ты сын божий,
сойди с креста.
Матфей, глава. 27, ст. 38-40.
Приверженцы рьяные, души пламенные, овечки Христовы, приблизился миг
рыданий! Увы, кротчайший агнец, принесший себя в жертву, дабы навсегда искупить
первородный ужасный грех, случившийся из-за яблока, съеденного в Эдеме, сын
белого голубя и девицы непорочной, повисев малость на своем кресте, начал
приходить в себя и вскоре предался размышлениям еще более горьким, нежели
содержимое чаши, выпитой в Гефсиманском саду.
Он говорил себе, что старина Саваоф — по совместительству его отец, хотя
неизвестно, с какого боку, — сыграл с ним дурацкую шутку, позволив его
распять , вместо того чтобы покончить с этим жертвоприношением поскорее.
Попробуем на минуту вникнуть в рассуждения Иисуса. Речь шла о темном пятне, коим
наша совесть отмечена со дня рождения, не правда ли? До распятия Христа люди,
несущие на себе это черное пятно греха с момента появления из материнского
чрева, были заранее обречены на муки и не могли даже мечтать о царстве
небесном. Затем — алле гоп! — ходячее Слово превращается в висячее, выбрав
последней своей трибуной крест на Голгофе, и с этого мгновения человечество
избавляется от первородного греха. Души младенцев отныне ничем не запятнаны, как
если бы Адам и Ева вовсе не пробовали яблок. Во всяком случае, так
рассуждаете вы, мои непредубежденные грешные читатели.
Так вот, оказывается, все обстоит иначе. Человечеству распятие не дало
ровным счетом ничего. И первородный грех продолжает тяготеть над невинными
младенцами , словно Христос никогда и не висел на своем кресте.
В самом деле, чему учит нас церковь?
Что без крещения мы не можем попасть на небо. Значит, только крещение,
изобретенное Иоанном Крестителем и вошедшее в моду благодаря Иисусу, может смыть
пресловутое черное пятно с нашей совести?
На это священники отвечают:
— Да, конечно, но если бы агнца божьего не приколотили гвоздями к кресту,
крещение не имело бы никакой силы.
Превосходно, господа священники! Но в таком случае перестаньте молоть
чепуху, будто Иисус пострадал за весь род человеческий. В действительности —
разумеется, речь идет лишь о церковной легенде — он позволил себя распять
единственно и исключительно ради тех, кому посчастливится встретить в жизни
некоего благодетеля в рясе, который покапает им воды на голову.
Таким образом, какой-нибудь несчастный малыш, если он умрет, едва
появившись на свет, и его не успеют окрестить, по-прежнему будет на веки вечные
лишен всех райских блаженств. Этому бедному младенцу все равно, пролилась за
него кровь невинного агнца или нет. А вы еще говорите, что отец Саваоф — бог
праведный и милосердный! Постыдились бы так безбожно врать, господа
священнослужители !
Из этого порочного круга невозможно выйти, если хочешь оставаться до конца
логичным. Если Иисус был действительно добрым посланцем доброго бога, он
должен был с высоты креста послать своего отца Саваофа ко всем чертям и
проклясть его за то, что его мучения пойдут на пользу лишь ничтожному
меньшинству из всего рода человеческого. Ибо, в конечном счете, распятие обернулось
бесстыдной мистификацией, жестокой шуткой, которую бог-отец сыграл с
богом-сыном.
Однако миропомазанного в тот момент заботили не только результаты приноси-
мой им жертвы.
Он взглянул на солдат, деливших у подножия креста его одежды. Они разрезали
его плащ на четыре части, а когда дело дошло до хитона, то решили не
раздирать его, а бросить жребий: кому достанется, тому и достанется. Речь шла о
том самом чудесном хитоне, сотканном девой Марией, который верой и правдой
служил Иисус со дня его рождения и, видимо, рос одновременно с ним. Похоже,
что солдат, получивший хитон, завещал его какому-то рьяному христианину, ибо
потом, переходя из рук в руки, он очутился, наконец, у кюре из Аржантейля. Во
всяком случае, эту хламиду до сих пор демонстрируют в церкви Аржантейля близ
Парижа, где она собирает немало любопытных. Зрелище дележки его одеяний и
острая боль в продырявленных ладонях — божественная сущность Слова не
действовала — окончательно привели Иисуса в себя. В минуту просветления он
произнес :
— Отче! Прости им, ибо сами не знают, что делают. Однако народ и солдаты, у
которых были поистине каменные сердца, только смеялись над распятым и его
молитвами .
— Эй! — кричали они. — Ты, разрушающий храм и в три дня создающий! Вот тебе
прекрасная возможность совершить еще одно чудо: отцепись и сойди с креста,
если можешь! То-то мы подивимся!
Другие им вторили:
— Бахвалился, что спасет всех, а себя не может спасти! Третьи добавляли:
— Кстати, он же нам все уши прожужжал, будто он сын божий! Почему же
небесный родитель его не спасает?
Однако Иисус, у которого были на то свои причины, предпочел не слезать с
креста.
Два жулика, распятые справа и слева от сына голубя, тоже начали приставать
к нему с вопросами.
По этому поводу евангелисты снова не могут прийти к согласию.
Матфей пишет: «Также и разбойники, распятые с ним, поносили его» (глава.
27, ст. 44).
Марк вторит ему: «И распятые с ним поносили его» (глава. 15. ст.32).
Иоанн вообще не упоминает о ругани братьев-разбойников.
Что же касается Луки, то он утверждает:
"Один из повешенных злодеев злословил его и говорил:
— Если ты Христос, спаси себя и нас! Другой же, напротив, унимал его и
говорил :
— Или ты не боишься бога, когда и сам осужден на то же? И мы осуждены
справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли; а он ничего худого не
сделал.
И сказал Иисусу:
— Помяни меня, господи, когда приидешь в царствие твое!
И сказал ему Иисус:
— Истинно говорю тебе, ныне же будешь со мною в раю" (глава. 23, ст.
39-43). Эти пять стихов Евангелия от Луки послужили основой для легенды о
добром разбойнике. Комментаторы-богословы, пораскинув умом, выдумали
набожному прохвосту имя Димас и теперь уверяют, будто это был тот самый Димас,
который оказал гостеприимство Марии, Иисусу и Иосифу, когда те бежали в Египет.
Подумать только, где люди не встречаются! Поистине, мир тесен...
Итак, согласно учению церкви, первым на небо попал грабитель и вор.
Впрочем, Димасу вскоре составили компанию прочие многочисленные насильники и
убийцы, успевшие перед казнью исповедаться.
Что же произошло дальше?
Здесь я вынужден снова процитировать всех четырех евангелистов одного за
другим, чтобы показать, как они запутываются все больше и больше, хотя в
принципе их должен был вдохновлять один и тот же дух святой.
Матфей (глава. 27, ст. 45-50): "От шестого же часа тьма была по всей земле
до часа девятого. А около девятого часа возопил Иисус громким голосом: «Или,
Или! лама савахфани?»
То есть: «Боже мой, боже мой! для чего ты меня оставил?»
Некоторые из стоявших там, слыша это, говорили:
Илию зовет он.
И тотчас побежал один из них, взял губку, наполнил уксусом и, наложив на
трость, давал ему пить.
А другие говорили:
Постой; посмотрим, придет ли Илия спасти его.
Иисус же, опять возопив громким голосом, испустил дух".
Марк (глава. 15, ст. 33-37) дает описание, довольно похожее на рассказ
Матфея .
У Луки дурацкая шутка с губкой, пропитанной уксусом, происходит много
раньше , еще до того, как распятые воры принялись поносить Христа. Что же касается
его последних слов, то у Луки вместо всяких «Или, Или! лама савахфани» или
марковских «Элои, Элои! Ламма савахфани» он говорит просто: «Отче! В руки
твои предаю дух мой!»
Но вот мы добрались до Иоанна. Именно он никак не согласен со своими
коллегами-евангелистами . Ни с того ни с сего он заявляет, что у подножия креста
вдруг очутились Мария, мать Иисуса, сестра матери его, Мария Клеопова. Мария
Магдалина, а также любимый ученик его, то бишь сам Иоанн. Три других
евангелиста единодушно утверждают, что все эти дамы держались вдалеке от креста на
Голгофе. Ну, да бог с ними.
Итак, любимый ученик, который в момент появления солдат в Гефсиманском саду
припустился наутек впереди всех апостолов, теперь неизвестно откуда появился
на месте казни. Иисус тут же сказал ему, указывая на свою мать: «Иоанн, се
матерь твоя!» А матери своей сказал, указывая на Иоанна: «Жено! Се сын твой!»
И с того времени, говорит далее евангелист, ученик сей взял ее к себе. Это «к
себе» — просто шедевр! Мы же знаем, что апостолы не имели ни кола ни двора и
постоянно бродяжничали!
Затем Иисус закричал: «Жажду!» — то есть «Пить очень хочется!» Только
тогда, если верить Иоанну, солдаты по просьбе распятого поднесли ему губку и он
высосал уксус. Но при этом Иисус ни в чем не упрекал своего отца и не
говорил: «Или, Или! лама савахфани?» Напротив, он проявил удивительное
спокойствие. Преклонив главу, Иисус пробормотал: «Свершилось» — и испустил дух.
Вдобавок ко всему этому ни Матфей, ни Марк, ни Лука не Знают, что, когда
Иисус испустил дух, один из воинов ткнул покойника копьем под ребро, откуда
«тотчас истекла кровь и вода», а что касается двух других жуликов, то «у
первого перебили голени, и у другого, распятого с ним». Об этом знает один Иоанн
(глава. 19, ст. 25-37).
Затем совершились два поразительных события.
На занавес храма смерть Иисуса произвела столь сильное впечатление, что он
последовал примеру штанов первосвященника Каиафы: разодрался сверху донизу, —
с той лишь разницей, что занавес это сделал без посторонней помощи.
Земля в свою очередь потеряла голову. Ее начала бить нервная дрожь, и
какое-то время — евангелие не уточняет какое, но, должно быть, достаточно
продолжительное — она тряслась, как в падучей. В нескольких местах она даже
разверзлась ! Голгофа, в частности, открылась, словно устрица на солнцепеке, и
череп Адама, который, как мы уже говорили, там покоился, загремел в
тартарары. Именно поэтому его до сих пор не находят. Одновременно многочисленные
могилы во всех частях света сами собой разверзлись, покойники приподняли
надгробные плиты и высунули носы на свет божий. По уверениям богословов, нача-
лось всеобщее воскресение. Страшно довольные тем, что сумели выбраться из
могил, покойники весело шлялись по улицам. Кафе и рестораны в тот день были
переполнены . Население земли внезапно увеличилось, ибо к живым прибавились все
те, кто преставился, скончался, отошел, опочил, сыграл в ящик, дал дуба,
загнулся, гигнулся, окочурился, околел или еще каким-нибудь способом умер за
все предшествующие тысячелетия.
Я нисколько не преувеличиваю. Так сказано у Матфея, и это слова евангелия:
«И, выйдя из гробов по воскресении его, вошли во святой град, и явились
многим» (Матфей, глава.27,ст. 53).
Я тебе верю, Матфей! Подобное зрелище вряд ли могло остаться незамеченным.
Сотник воинов, охранявших Иисуса, чувствуя, что земля под ним начала
отплясывать сумасшедшую польку, изо всех сил вцепился в колеблющуюся скалу и
завопил :
— Черт подери! Чтоб мне только не провалиться — этот парень воистину был
сын божий!
К этому он, должно быть, прибавил:
— Ей-богу, жаль, что он умер! Какая досада!
Но евангелие последних слов не приводит.
Что касается первосвященников, книжников, фарисеев, неблагодарных калек,
исцеленных Иисусом, и прочих, то все они тоже прекрасно поняли, с кем имели
дело. Посудите сами, разве столь всеобщее нарушение законов природы не
являлось решающим доказательством божественного происхождения их жертвы?
Однако в те времена люди были такими хитрыми бестиями, что все, как один,
сговорились нигде и ни при каких условиях даже не упоминать об этом
сверхнеобычайном происшествии. Даже воскресшие проявили черную неблагодарность.
Всевозможные знаменитости, которых смерть Христа снова вызвала к жизни, каким-то
образом устроили так, что за все время их второго существования ни об одном
из них не было ни слуху, ни духу.
Очевидно, именно этим объясняется тот факт, что ни в одной книге того
времени, разумеется, кроме евангелия, нет даже намека на это чудо, не имеющее
себе равных.
ЧАСТЬ ПЯТАЯ. ЧУДЕСА ПРИ ЗАКРЫТЫХ ДВЕРЯХ
Глава 66.
КАК СНИМАЮТ С КРЕСТА
Тогда некто, именем Иосиф, член совета, человек
добрый и правдивый, не участвовавший в совете и в
деле их, из Аримафеи, города иудейского,
ожидавший также царствия божия, пришел к Пилату и
просил тела Иисусова. И, сняв его, обвил плащаницею,
и положил его в гробе, высеченном в скале, где
еще никто не был положен. День тот был пятница, и
наступала суббота.
Лука, глава. 23, ст. 50-54.
Друзья читатели, я надеюсь, вы не забыли Никодима, того самого забавного
книжника, который пришел как-то ночью поболтать с Иисусом и удалился к себе,
так и не поверив, что сын Марии — сын божий. Никодим колебался. На Заседаниях
синедриона он не голосовал ни за, ни против Иисуса, предпочитая мудро
воздерживаться от всяких решений.
Бешеная пляска старушки земли в пятницу, предшествующую пасхе, положила ко-
нец его мучительной неуверенности. Теперь он знал, чего ему держаться.
Подобно сотнику на Голгофе, он сказал себе:
— Воистину, человек сей был сыном божьим!
Его мнение было разделено другим высокопоставленным чинушей, причем
дьявольски сходным образом. Речь идет о влиятельном и могущественном сенаторе,
обладавшем сказочными богатствами. Звали его Иосиф из Аримафеи. Он при
желании наверняка мог бы спасти Иисуса от подвешивания на кресте, если бы захотел
вмешаться в судебное дело и выступить в его защиту. И если он не сделал этого
раньше, то вовсе не потому, что боялся, а просто потому, что считал ниже
своего достоинства вмешиваться в мелкую тяжбу какого-то плотника с синедрионом.
Необычайный спектакль — всеобщее воскресение давно похороненных покойников
— вмиг обратит его в одного из самых ревностных приверженцев Христа. Само
собой разумеется, он малость запоздал, но, как говорится, лучше поздно, чем
никогда .
Итак, этот Иосиф Аримафейский пришел к Пилату и сказал:
— Поздравляю вас, правитель! Вы совершили доброе дело!..
— Позволив распять Иисуса?
— Разумеется!
— Не понимаю, что вы хотите сказать.
— Надеюсь, теперь-то вы убедились, что имели дело не с простым тунеядцем?
— Еще бы, теперь-то я знаю, что свалял дурака. Но послушайте, если бы этот
Иисус захотел проявить свою истинную сущность — а как мы с Иродом его
уговаривали ! — ничего бы этого не случилось.
— Признайтесь лучше, что у вас не хватило твердости.
— Дорогой мой, я могу признаться лишь в одном: даже не подозревая о
божественном происхождении Иисуса, я, тем не менее, сделал все, что было в моих
силах, пытаясь его спасти. Но ваши иерусалимские жители просто взбесились! Этот
парень оказал многим своим соотечественникам значительные услуги, а те вместо
благодарности потребовали его смерти. Уверяю вас, я использовал все способы..
— Знаю, знаю: белая хламида, порка, Варавва... А потом вы умыли руки...
— Еще бы! Я бы вымыл заодно шею, ноги и прочее, если бы понадобилось... Но к
чему это вы клоните?
— А вот к чему. Я весьма опечален, что сын божий преставился, а потому
хочу , по крайней мере, прилично его похоронить. Я готов даже предоставить ему
свой собственный превосходный склеп в одном из моих поместий.
— Пожалуйста, у меня нет никаких возражений. Однако разрешите задать вам
один вопрос, уважаемый Иосиф... Я вас спрашиваю: вы вполне уверены, что он
умер?
— Приходится верить! Я разговаривал с одним из воинов, охранявших Лобное
место, и тот уверяет, что несчастного господа бога нашего на всякий случай
проткнули еще копьем для полной гарантии, так что теперь он наверняка
покойник .
Надо полагать, что в это время сотник уже вернулся с Голгофы, ибо Пилат, по
свидетельству евангелия, обратился к нему с вопросом, возможно ли
удовлетворить пожелание сенатора.
Официальный отчет сотника подтвердил слова Иосифа Аримафейского, и Пилат
объявил, что не станет возражать, если друзья бывшего плотника похоронят его
труп.
Выходя из дворца, Иосиф Аримафейский столкнулся нос к носу с Никодимом,
который спешил к Пилату с аналогичным делом.
Два высокопоставленных лица поздоровались, обменялись новостями и, выяснив,
что ими руководит одна и та же идея, решили объединить свои усилия.
И вот уже вдвоем они отправились за бальзамировщиком, ибо хотели сделать
все как полагается.
Тут нелишне будет напомнить об одном важном обстоятельстве: все это
происходило в пятницу, и час был уже довольно поздний. Нужно было спешить, так как
следующий день, суббота, считался днем священного ничегонеделания.
Итак, Иосиф и Никодим развили бешеную активность. Ради кругленькой суммы
бальзамировщик согласился отложить свой ужин и начал собирать инструменты.
Пока он готовил пелены и благовония, Иосиф с Никодимом снова вскарабкались на
Голгофу, надеясь встретиться там с родственниками покойного.
В самом деле, все три Марии, в числе которых была и мать Иисуса, не уходили
от подножия креста, и любезный Иоанн был вместе с ними.
— Мамочка, не убивайтесь так! — говорил любимый ученик Христа.
— Ах, Иоаннчик, сынок мой! — отзывалась Мария из Назарета.
Заслышав такое, Никодим от изумления открыл рот и вытаращил глаза. Однако
нас его удивление не поражает, ибо мы знаем, что старого книжника не было на
Лобном месте в тот трогательный момент, когда Иисус назначил малютку Иоанна
своим заместителем по сыновней части.
Первым к группе женщин приблизился Иосиф Аримафейский.
— Сударыня, — проговорил он, почтительно склоняясь перед Марией из
Назарета, — примите наши самые искренние соболезнования. Понесенная вами жестокая
утрата поистине невосполнима, и мы вам глубоко сочувствуем.
Мать Иисуса разразилась рыданиями. Несмотря на все неприятности, которые
причинял ей старший сын, она все-таки предпочитала его остальным своим детям.
— Сударь, — ответила она, — благодарю вас за то, что вы пришли сюда в столь
скорбный час и не остались глухи к нашему горю... Однако с кем имею честь?. .
Мне кажется, я не имела счастья...
— Иосиф Аримафейский, сенатор, — представился тот, поклонившись.
Все три Марии отшатнулись.
— Простите, — заговорила Мария Магдалина, — но, если вы действительно
сенатор, как вы говорите, мы не понимаем, о каком соболезновании может идти речь?
Разве вы не были в числе врагов Иисуса?
Иосиф Аримафейский объяснил, как обстоят дела, и заодно представил Никоди-
ма. Сначала Марии слушали его недоверчиво, но предъявленное им разрешение за
подписью Пилата на снятие тела смогло их убедить. Наиболее хорошее
впечатление произвел на них Никодим, вслед за которым прибежал бальзамировщик с
большим набором всяческих благовоний. Присутствовавший при этом евангелист Иоанн
ничтоже сумняшеся говорит о ста фунтах состава из алоэ и смирны (глава. 19,
ст. 39). Без малого пятьдесят килограммов духов — это вам не шутка!
Сенатор привел с собой своих рабов с лестницами, клещами, веревками,
пеленами и прочими принадлежностями, необходимыми для снятия с креста доброго
сына божьего.
Операция эта была явно не из легких, особенно если учесть, что палачи
наверняка приколотили свою жертву на совесть. Тем не менее, как уверяют
священники, она прошла вполне благополучно, и руки Иисуса даже не были при этом
оцарапаны.
Кое-кто из моих читателей может скептически заметить:
— Должно быть, мессир Христос при этом едва не сорвался от смеха! Еще бы:
ведь он только притворялся трупом, потому что бог не может умереть. Он и не
умирал ни на секунду, а последний вздох и прочее — весь этот спектакль был
задуман для публики с галерки.
Но тут я не могу согласиться. Мессир Иисус был действительно мертв, и слуги
Иосифа Аримафейского с бальзамировщиком Никодима возились именно с трупом.
Мои друзья священники объяснят вам даже, куда именно отлетела его душа,
ибо, по их мнению, у нас есть душа, обладающая своей особой жизнью,
независимой от жизни тела.
Так вот, душа Иисуса, покинув свое земное пристанище, как говорят мистики,
спустилась, подобно Орфею, в обитель теней. И там, по словам богословов, она
увидела души всех умерших со дня сотворения мира.
Правда, эти очаровательные богословы забывают, что всего пять минут назад
уверяли нас, будто в час смерти Христа произошло всеобщее воскресение
покойников на всем земном шаре. Но не будем педантами! Стоит ли так ехидничать по
поводу бесконечных противоречий, в которых путаются церковники? Ведь, в
конечном счете, это вызывает скорее смех, чем негодование. Посмеемся же и
пойдем дальше!
Итак, остальные души встретили душу Иисуса с небывалым энтузиазмом. Ей
устроили настоящую овацию. Если наверху, на земле, смерть сына божьего
оплакивали , то здесь, внизу, началось такое веселье, что дым коромыслом!
— Добрый наш Христос! Как он мил! Как любезен! Он умер За нас! Он спас нас!
Он пострадал за нас! Как это великодушно!
Особенно радовалась вдова Юдифь, та самая, которая убила Олоферна, чтобы
угодить старине Саваофу. И как еще радовалась!.. Сейчас вы поймете почему.
Юдифь, согласно библейской легенде, обладала всеми достоинствами на свете: ни
одна девственница не была более нее достойна занять место в раю. Но, увы, все
из-за того же первородного греха рай оставался для нее недостижимой мечтой.
Вместе с Авраамом, Моисеем, Давидом, Иаковом и прочими Юдифь вынуждена была
дожидаться часа искупления в мрачном обиталище теней, которое
богословы-католики почему-то называют также преддверием рая.
Вот почему сейчас душа Юдифи не могла удержаться от того, чтобы не
облобызать душу Иисуса. Разумеется, это был целомудренный поцелуй — объятия душ не
могут оскорбить блюстителей нравственности.
— Ах, спаситель мой, как ты добр! — воскликнула она.
— Душенька моя! — отвечал ей Иисус.
Короче, там царило в тот день такое бурное веселье, что ни в сказке
сказать , ни пером описать.
Христа расспрашивали, как прошли его страдания, — так любители музыки
обсуждают премьеру какой-нибудь оперы.
— Говорят, вас выпороли. Это правда? — интересовалась душа Гедеона.
— Да, и надо сказать, среди тех, кто меня хлестал, я заметил одного
сержанта с такой тяжелой рукой, что только держись!
— Тем лучше, тем лучше! — закричали души, радуясь, что теперь-то райские
врата распахнутся перед ними настежь.
Наконец Иисус заставил души рассчитаться по порядку, запомнить свои номера
и повел их за собой, чтобы представить своему отцу Саваофу. Старина бог-отец
был несказанно обрадован тем, что его царство небесное отныне наполнится
пестрой толпой искупленных душ, — все-таки какое-то развлечение! И повелел
принять всех наилучшим образом.
Когда процессия уже входила в рай, душа Иисуса вдруг воскликнула:
— Господи, ведь завтра воскресенье!.. Не спохватись я вовремя, оказались бы
наши пророки лжецами... Весьма сожалею, господа, но вынужден вас покинуть. Мне
еще надо вернуться в мое тело, чтоб на пасху воскреснуть. До скорого
свидания, отец мой, до скорой встречи, любезные души!
И с этими словами божественная душа кубарем скатилась вниз на землю.
Пока на том свете происходили все эти события, на этом свете друзья Иисуса
бальзамировали его труп. Вот как это обычно делалось.
Из тела вынимали все внутренности, а из головы — мозг. Затем все полости и
вены заполняли разными благовониями. После этого тело погружали в ароматные
масла и, наконец, бинтовали погребальными пеленами.
Таким образом, Иисуса выпотрошили, как цыпленка, и, когда душа его
вернулась к месту погребения, куда Иосиф Аримафейский, Никодим, Иоанн и святые
Марии положили его труп, она не могла не заметить, что там многого не хватает.
Однако довольно! Божественное провидение решило, что Христос после своего
воскресения проведет на земле всего сорок дней — о чем же тут разговаривать?
Раз Иисус всемогущ, для него прожить это время без мозгов и желудка было
легче легкого (смотри евангелия от Матфея, глава. 27, ст. 5761; Марка, глава.
15, ст. 42-47; Луки, глава. 23, ст. 50-56; Иоанна, глава. 19, ст. 38-42).
Глава 67.
ФАЛЬШИВЫЙ ПОКОЙНИК
В первый же день недели, очень рано, неся
приготовленные ароматы, пришли они ко гробу,
и вместе с ними некоторые другие; но нашли
камень отваленным от гроба. И, войдя, не
нашли тела господа Иисуса.
Лука, глава. 24, ст. 1-3.
Иосиф Аримафейский имел сад, расположенный на самой Голгофе, близ того
места, где стояли кресты. В евангелии нет точных указаний, что сад принадлежал
именно сенатору, но священники это утверждают, и, право, лень с ними спорить
из-за подобного пустяка.
Божественный труп донесли на руках до сада Иосифу Аримафейского. Здесь был
тот самый превосходный новый склеп, о котором сенатор говорил Пилату. Три
Марии и красавчик Иоанн были единственными свидетелями погребения, совершенного
наспех и без всякой помпы.
Мария, Мария Клеопова и Мария Магдалина хотели собственными глазами
убедиться, что все будет сделано без обмана. Они внимательно наблюдали за всеми
подробностями невеселого обряда и удалились только после того, как слуги
Иосифа заложили вход в склеп тяжелым камнем.
Тем временем, вскоре после посещения сенатора Аримафейского, к Пилату
явилась делегация от первосвященников.
— Правитель, — сказали посланцы синедриона, — Иисус умер, но это еще не
все. Мы вспомнили, как он при жизни бахвалился: по прошествии трех дней я,
мол, воскресну! Так вот, мы опасаемся, что его приверженцы выкрадут труп, а
потом начнут всюду кричать: «Смотрите, его нет! Смотрите, он был воистину
богом и воистину воскрес!»
— Ну и что? — возразил Пилат. — Даже если они это сделают, разве
исчезновение трупа доказывает подлинность воскресения? Напротив, единственным
неопровержимым доказательством может служить лишь появление Иисуса в добром
здравии, целого и невредимого.
— Ах, вы не знаете, какие пройдохи его ученики и как легковерны уличные
зеваки ! Одни будут говорить что хотят, а другие — им верить, даже если тело
казненного просто исчезнет.
— Так что же вы предлагаете?
— Прикажите поставить у склепа стражу, чтобы она никого даже близко не
подпускала хотя бы в течение первых трех дней.
Пилат немного подумал, затем ответил:
— А почему бы вам не поставить свою стражу? Разве у вас нет солдат?
— Есть, господин правитель.
— В таком случае поставьте их у склепа или охраняйте его сами.
Первосвященники отправились за солдатами храмовой стражи, привели их в сад
Иосифа Аримафейского и дали строжайший наказ охранять склеп как зеницу ока.
Кроме того, из предосторожности они опечатали камень, закрывавший вход в
склеп.
Пасхальная суббота закончилась без всяких происшествий. Тело Христа было
самым обыкновенным трупом, ибо душа его в тот день представляла отцу Саваофу
души чистилища, удостоенные райских блаженств. Зато в воскресенье с утра дело
начало принимать иной оборот.
Стража, конечно, спала на своих постах сном праведников. Было еще темно,
когда Магдалина с другой Марией пришли ко гробу с новой порцией благовоний:
они боялись, что пятидесяти килограммов алоэ и смирны, пожертвованных Никоди-
мом, не хватит, и решили для лучшей сохранности тела добавить ароматических
масел.
Вдруг земля задрожала у них под ногами. В то же мгновение проснулась и
перепуганная стража.
Они увидели спускающегося с небес ангела с лицом ослепительным, точно
молния, в одеждах белых как снег. Одним движением ангел отвалил от склепа
тяжелый камень. Солдаты в ужасе попадали носами вниз. Вероятно, именно в этот
момент Иисус вышел из гроба.
Четыре евангелиста, опять же каждый по-своему, рассказывают о воскресении
Христа. Если верить Матфею, Магдалина с другой Марией шли ко гробу и, едва
войдя в сад, увидели появление ангела, однако Христа не заметили. Согласно
Марку, женщин было трое — Магдалина, Мария, жена Клеопова, и Саломея, и,
когда они пришли, воскресение уже совершилось: ангел сидел на надгробном камне,
отброшенном в сторону на порядочное расстояние, а солдаты все разбежались.
Лука рассказывает, будто в сад кроме Магдалины и Иоанна явились все прочие
дамы, присутствовавшие на Голгофе, что ангелов было два, а не один и сидели
они не у входа, а внутри склепа. По Иоанну же, выходит, будто ко гробу пришла
одна Магдалина, никакого ангела не увидела и побежала за Петром, дабы тот
вместе с нею засвидетельствовал, что склеп пуст. Поскольку евангелисты
противоречат друг другу, разумнее основываться на какой-либо одной версии. В этом
так называемом «священном» писании столько несуразицы, что сам черт ногу
сломит. Лучше уж держаться какого-нибудь одного, хотя бы Иоанна.
Итак, Магдалина вошла в сад.
— Вот так история! — воскликнула она. — Склеп-то открыт!
Она заглянула внутрь.
— И пуст, ей-богу, пуст!
Со всех ног припустилась она из сада, чтобы предупредить Петра и Иоанна.
— Идите скорей! — сказала она. — Унесли моего любимого из гроба, унесли
вашего учителя и господина! Поди-ка теперь узнай, куда его дели!
— Успокойся, Магдалина, — отозвался Петр. — Труп не зонтик, его не так-то
просто спрятать. Отыщется!
Магдалина, Петр и Иоанн поспешили в сад сенатора. Иоанн, бежавший быстрее
всех, оказался первым. Он приблизился прямо к склепу, нагнулся, заглянул
внутрь, но не увидел ничего, кроме погребальных пелен и заботливо свернутого
савана, положенного отдельно. За ним подоспел Петр, вошел в склеп и
констатировал то же самое. Ободренный его примером, Иоанн последовал за Петром.
Пораженные апостолы посмотрели друг на друга и выбрались наружу, не проронив ни
слова. Затем они возвратились к себе.
У гроба осталась одна Магдалина. Она проливала потоки слез и причитала:
— Бедный мой Иисус! Несчастный мой бедняжка! Чтоб этим всем фарисеям и
книжникам ни дна, ни покрышки! Варвары... Надругаться так над телом моего
возлюбленного !
Я уверена, это они его украли... Увы, увы! И зачем только им понадобился
покойничек? . .
Плача, нагнулась она, чтобы еще раз взглянуть на пустой гроб, и вдруг
увидела в склепе двух ангелов в белых одеждах: один сидел у изголовья гроба,
другой в ногах.
— Женщина, что ты плачешь? — спросили ангелы.
— Господа моего унесли, и не знаю, где положили его, — ответила Магдалина.
Пока она отвечала, рядом с ней неизвестно откуда появился человек в
широкополой соломенной шляпе с лопатой в руках.
— Садовник? — удивилась Магдалина. — Что ему здесь понадобилось? Человек
повторил вопрос ангелов:
— Женщина, что ты плачешь? Кого ищешь?
— Господин садовник! — взмолилась Магдалина, заламывая руки. — Если ты
вынес его, скажи мне, где ты положил его, и я возьму его (цитирую дословно) .
Садовник шагнул к ней и, с нежностью глядя на нее, проговорил:
— Мария...
— О, этот голос! — воскликнула любовница Христа. — Я узнаю теперь этот
голос !.. И эту бородку, ведь это же бородка моего дорогого Иисуса!
И она бросилась к нему, чтобы обнять его, повторяя:
— О, мой учитель! О, мой господин! Однако миропомазанный остановил ее
поспешным жестом;
— Смотри, но не прикасайся. Я только что воскрес, у меня нет внутренностей,
и вообще я еще очень слаб. Сначала мне надо подкрепиться, а пока ты беги,
расскажи о том, что видела, моим ученикам.
Магдалина, послушней овечки, поспешила к апостолам и рассказала им обо
всем, что случилось.
У евангелиста Матфея в этой сцене участвуют две женщины. Он рассказывает,
что они облобызали воскресшему ноги и тот не протестовал против их
прикосновений .
Тот же Матфей заканчивает свой рассказ эпизодом, отсутствующим у остальных
трех евангелистов, — видимо, эта деталь была им неизвестна. Оправившись от
пережитого ужаса, солдаты опрометью бросились прочь из сада, где разгуливал
оживший мертвец.
Когда они добежали до дворца первосвященников, на них не было лица.
— Что случилось? В чем дело? — бросились к ним священнослужители храма.
— А то, что ваш покойник, которого нас заставили сторожить, откалывает
хорошенькие номера!
— Что За черт? О ком вы?
— О вашем фальшивом мертвеце!
— Фальшивом?
— Конечно! Видели бы вы его приятелей, которые спускаются с небес... Все в
белом, рожи сверкают, как молнии... Отвалили надгробный камень!.. Устроили
землетрясение!.. Хватит с нас! Не очень-то весело сторожить таких покойников...
Первосвященники не могли прийти в себя от изумления. Наконец они сказали:
— Ну, ладно, ладно. Только никому не болтайте о том, что рассказали нам.
Держите, вот вам на водку... Если будут спрашивать, говорите всем: ночью пришли
ученики Иисуса и украли тело, пока мы спали.
По словам Матфея, они вручили воинам порядочную сумму денег, и те
отправились в кабак, чтобы как следует выпить там за здоровье первосвященников и
Иисуса .
(Смотри об этом у Матфея, глава. 27, ст. 62-66; глава. 28, ст. 1-15; Марка,
глава. 16, ст. 1-11; Луки, глава. 24, ст. 1-12; Иоанна, глава. 20, ст. 1-18.)
Глава 68.
НЕКТО ХОЧЕТ
ВЛОЖИТЬ ПЕРСТ В РАНУ
После восьми дней опять были в доме ученики его,
и Фома с ними. Пришел Иисус, когда двери были
заперты, стал посреди них и сказал: мир вам!
Потом говорит Фоме: подай перст твой сюда, и
посмотри руки мои; подай руку твою и вложи в ребра
мои; и не будь неверующим, но верующим.
Фома сказал ему в ответ: господь мой и бог мой!
Иисус говорит ему: ты поверил, потому что увидел
меня; блаженны невидевшие и уверовавшие.
Иоанн, глава. 20, ст. 26-29.
Все-таки насколько свойственна людям недоверчивость! Это, пожалуй, самое
естественное наше качество.
Когда Магдалина прибежала к апостолам и рассказала о том, что видела, те
подняли ее на смех.
Один Иоанн, по словам евангелия, сразу поверил в чудо воскресения. «Тогда
вошел и другой ученик, прежде пришедший ко гробу, и увидел (что он пуст), и
уверовал», — сказано в «священном» писании... от того же Иоанна (глава. 20, ст.
8) .
Что касается Петра, он тоже видел разбросанные по земле пелены и аккуратно
сложенный саван, однако это зрелище ничего ему не сказало. Он скреб затылок,
в поте лица пытаясь сообразить, куда же девался труп учителя.
— Учитель вознесся, — подсказал Иоанн.
— «Вознесся, вознесся»! — передразнил его Петр. — Сказать «вознесся» проще
всего. А я готов поставить четыре гроша против одного: покойника уволокли эти
канальи фарисеи. Они хотят его сжечь тайком, чтобы мы не знали, где он, и не
поклонялись гробу его.
Остальные ученики, с которыми Петр поделился своими соображениями, стали на
его сторону. Отсутствие трупа неопровержимо доказывало, что гроб пуст, но
пустой гроб никоим образом не означал, что исчезнувший покойник ожил.
Поэтому, когда Магдалина явилась вслед за Петром и Иоанном в трапезную вечери —
пиршественный зал, где состоялся знаменитый банкет с приобщением к плоти и
крови Христа и где апостолы собирались после его смерти, — все начали над нею
подтрунивать.
Сначала она сказала, что видела в погребальной пещере двух ангелов. На это
Симон-Камень ответил, что ангелов там было не больше, чем волос у него на
ладони. Иоанн, склонившийся к варианту с вознесением, строго укорил любовницу
Иисуса за искажение истины. Ангелы, совершенно очевидно, были плодом фантазии
хорошенькой грешницы. Он полагал, что следует просто верить в воскресение
Христа, однако убеждать в этом других, ссылаясь на херувимов или серафимов,
которых он сам не видел, во-первых, запрещенный прием, а во-вторых,
свидетельство дурного вкуса.
— Кто хочет доказать слишком многое, не доказывает ничего, — закончил
Иоанн .
Однако Магдалина настаивала:
— Дайте мне дорассказать, что я видела, тогда и будете судить.
— Как, ты еще что-то видела? — насмехались апостолы. — Ну-ну, расскажи,
послушаем !
— После ангелов я видела самого Иисуса.
— В самом деле? Интересно!..
— Иисуса во плоти и крови.
— И он, конечно, тебя обнял и поцеловал, как в старые добрые времена в
Капернауме, не так ли?
— Нет, он меня не обнял, но мы с ним говорили.
— Вы только ее послушайте! Что же он тебе сказал?
— Он спросил, почему я плачу... потому что я плакала. Потом он спросил, кого
я ищу...
— И ты ему ответила: «Поросеночек мой, конечно, тебя!» Так было дело?
— Нет, я ему просто сказала, что ищу моего возлюбленного Христа... Дайте же
сказать! Я сначала не поняла, что это он сам и есть.
— Подумать только, не узнала своего милого! Как же так?
— А так, из-за его наряда. Я сначала подумала, что это сенаторский
садовник. В саду, с лопатой в руках, в огромной соломенной шляпе, он был такой
чудной... Только когда он назвал меня по имени своим нежным голосом, я
догадалась , кто он. Я была так счастлива... как принцесса! Я хотела броситься к нему
на шею, но он не позволил, потому что был еще слишком слаб. «Руками не
трогать !» — сказал он. А потом велел пойти к вам и объявить, что он воскрес и
теперь живехонек, как будто и не умирал.
Апостолы слушали и недоверчиво крутили головами. А один из них вообще
смотрел на Магдалину как на дурочку: это был Фома по прозвищу Близнец.
— Лучше бы он сам пришел и объявил нам о своем воскресении, — заметил
Фома. — Что касается меня, то, «если не увижу на руках его ран от гвоздей, и не
вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра его, не
поверю» (Иоанн, глава. 20, ст. 25).
Посмеявшись над Магдалиной, апостолы сжалились над ней, и велели ей
успокоиться .
— Бедняжка! — переговаривались они между собой. — Она так его любила! Не
удивительно, что его столь преждевременная и печальная кончина лишила ее
рассудка . Надо же — принять сенаторского садовника за Иисуса! Ну, ничего, со
временем это пройдет... Будем надеяться...
В тот день два бывших спутника Христа — не апостолы, а так, ученики второго
сорта — отправились по делам в Эммаус, маленький городишко, расположенный в
двух часах ходьбы от Иерусалима. По дороге они обсуждали события прошлой
ночи. Вскоре к ним присоединился еще один спутник и вступил с ними в разговор.
— О чем это вы беседуете? — спросил он. — И почему у вас такой грустный
вид?
Один из второразрядных учеников, по имени Клеопа, ответил:
— Сразу видно, что вы не из Иерусалима, иначе вы бы знали, какая история
здесь приключилась!
— История? — Чужестранец сделал большие глаза. — Что за история?
— Дьявольщина! Неужели вы никогда не слышали про Иисуса из Назарета?
— Нет. Но я буду вам весьма признателен, если вы меня просветите.
— Тогда слушайте. Этот Иисус, сын плотника и сам по профессии плотник, был
в то же время великим пророком и всемогущим чудотворцем. Три последние года
своей жизни он только и делал, что удивлял народ своими чудесами. Наши
первосвященники и сенаторы завидовали его славе, и вот недавно они засадили его в
каталажку, а потом повесили...
— Да, это, в самом деле, печально.
— Погодите, это не все. Самое печальное заключается в том, что Иисус
обязался в течение трех дней воскреснуть. Так вот, сегодня как раз третий день
после казни, однако ни апостолы, ни мы до сих пор его не видели. Правда,
когда Иоанн и Петр — это два моих приятеля — пришли к месту погребения, они
обнаружили, что гроб пуст, но, по-видимому, покойника просто утащили фарисеи.
Правда, любовница Иисуса клянется, что видела его переодетым в садовника,
однако и это скорее всего плод ее больного воображения — она ведь сейчас сама
не своя от любви и отчаяния!.. Теперь, надеюсь, вы понимаете, что нам
веселиться не с чего? Мы ведь знавали покойника...
— В самом деле? Вы с ним были знакомы?
— Разумеется. Такой был забавник, за словом в карман не лазил, а уж
анекдотов знал — не счесть! Бедный парень...
— Вы думаете, он, в самом деле, был пророком?
— Более пророческого пророка свет не видывал.
— И он был всемогущ?
— Всемогущественнее некуда.
— В таком случае, не в обиду будь сказано, вы просто олухи.
— Позвольте! То есть как это?
— А так это. Если он был всемогущ, если он был настоящий пророк и если он
обещал воскреснуть, то, надо полагать, он сдержал свое слово и теперь должен
быть жив точно так же, как вы или я.
И далее, чтобы доказать, что и он в пророчествах кое-что смыслит,
незнакомец начал сыпать соответствующими цитатами из Библии.
Так они дошли до Эммауса. Незнакомец сказал, что ему надо идти дальше.
— Не уходите! Ведь скоро ночь, а дороги здесь ненадежные... Не уходите! —
запротестовали приятели Иисуса. — Вы такой интересный попутчик. Окажите нам
честь: преломите наш хлеб и разделите с нами вечернюю трапезу. Переночуем в
харчевне, а завтра пойдете, куда вам надо; ведь уже ночь, а дороги здесь
небезопасные...
Попутчик согласился. За столом беседа не утихала. Когда они уже дошли до
десерта, незнакомец внезапно сказал:
— Вы хотели, чтобы я преломил с вами хлеб. Так вот, смотрите!
Заинтригованные приятели перестали жевать. Незнакомец, в котором мы, грешные, давно уже
узнали Христа, хоть и не обладаем ни верою, ни прозорливостью апостолов, взял
ломоть хлеба и повторил комедию, разыгранную им в предыдущий четверг:
благословил мякиш и корку и сказал, что в хлебе дает им свою плоть. Этого было
достаточно, чтобы открыть его почитателям глаза.
— Господи! Иисусе! — закричали они и уже хотели броситься перед ним на
колени, как вдруг — бум-трах-та-рарах! — обожаемый учитель исчез, словно его и
не было.
Нетрудно представить, как потом сетовали оба добряка, что не признали
Христа с первого взгляда. Незамедлительно подхватили они свои чемоданчики и
помчались обратно в Иерусалим, чтобы сообщить приятелям добрую весть.
— Какой же я дурак! — досадовал по дороге Клеопа. — Мог бы сразу
догадаться ! Когда он заговорил, у меня вся кровь закипела, как бульон на полном огне.
— А у меня? По жилам словно лава струилась!
— Оба мы идиоты, вот и весь сказ.
— Что правда, то правда.
Теперь оба находили тысячи признаков, по которым могли бы узнать, кто был
их спутник.
Добравшись до трапезной, они рассказали обо всем апостолам. Те были
буквально ошарашены. Но едва они обрели дар речи и начали обсуждать удивительное
происшествие — бум-трах-та-рарах! — стена открылась, и Иисус вновь предстал,
на этот раз перед всей честной компанией. Здесь снова евангелисты впадают в
неразрешимое противоречие. Если верить Марку и Луке, апостолы находились в
этот момент в полном сборе, «в числе одиннадцати». Фома, следовательно,
увидел Иисуса, появившегося во время рассказа двух странников из Эммауса, однако
даже не подумал выразить сомнения, составившего ему столь лестную репутацию.
По Иоанну же, никаким странникам в Эммаусе Христос вообще не являлся: его
видела в образе садовника Магдалина, а потом он сразу вломился к апостолам,
которые забаррикадировались от иудеев в трапезной. При этом Фомы не было, и он
увидел Иисуса лишь восемь дней спустя. А согласно Матфею, Иисус во время
свидания с Магдалиной велел апостолам собраться в горах Галилейских, и именно
там, на горе, а не в трапезной в Иерусалиме появился перед ними
один-единственный раз, так что никто, кроме апостолов, его не видел, а
странники из Эммауса здесь вообще ни при чем.
«Они, смутившись и испугавшись, подумали, что видят духа», — говорит еван-
гелие (Лука, глава. 24, ст. 37). Переубедить их было делом нелегким. Иисус
показывал им свои руки и ноги, заставлял щупать свое тело и ребра. Несмотря
на это, апостолы никак не могли поверить в свое счастье. Тогда Иисус спросил:
— Найдется у вас чем-нибудь закусить?
Ему подали печеной рыбы и кусок сотового меда. Он съел часть у всех на
глазах и протянул им остатки. Потом дунул каждому в лицо, давая таким образом
понять, что отныне на них снизошел дух святой.
— Я не просто дую вам в нос, — сказал он. — Дуновение это не что иное, как
мой отец-голубь, принявший образ дыхания моего, дабы проникнуть в вас. Отныне
грехи, которые вы простите, простятся, а которые оставите, останутся. Вы
сможете изгонять бесов, сможете говорить на всех языках, не затрудняя себя их
изучением, сможете брать в руки змей, и те вас не укусят, и, наконец, если
кто-нибудь вздумает поднести вам кипящий бульон с мышьяком, выпьете его, как
парное молочко.
Нечего и говорить, как обрадовались апостолы, услышав столь заманчивые
посулы. Пришлось им признать, что Иисус воистину воскрес и, таким образом,
сдержал свое обещание.
Магдалина была рада-радешенька, и теперь подпускала ученикам своего
возлюбленного шпильки за то, что те не хотели ей верить. Она была безжалостна —
впрочем, не без оснований.
— Вообрази себе, господи, — иронизировала Магдалина, — когда я рассказала,
как ты явился мне переодетый садовником, они говорили, что я рехнулась! А?
Каково?
— Меня это не удивляет: веры в них ни на грош. Если бы не все мои
сверхъестественные и необычайные чудеса, они бы вообще ни во что не поверили!
— Учитель, прости нас! — каялись пристыженные апостолы. — И ты, Магдалина,
не обижайся. Кто прошлое помянет...
Наконец Магдалина, которая в сущности была доброй бабой, перестала донимать
их насмешками, и, Христос удалился, дружески посоветовав своим ученикам
впредь не удивляться ничему на свете.
По словам евангелиста Иоанна, в тот день, когда Иисус позволил себе роскошь
явиться ученикам, один апостол отсутствовал. Это был Фома.
— Какого же дурака ты свалял! — потом говорили ему приятели. — И угораздило
тебя куда-то деться! Ведь в тот день наш учитель завтракал вместе с нами! Он
жив и здоров. Магдалина была права.
Фома отвечал своей обычной фразой:
— Верьте, сколько хотите, а я не поверю, пока не вложу перста...
Он был так упрям, этот Фома Близнец, что апостолы потеряли надежду его
убедить и отступились. Фоме нужно было еще одно явление Христа народу. И оно не
заставило себя долго ждать.
Через несколько дней святая компания вновь собралась в обычном месте своих
заседаний, то бишь в трапезной. На сей раз кворум был полный. Недоверчивый
упрямец тоже присутствовал.
Бум-трах-та-рарах! Стена снова отверзлась, и Христос вновь протиснулся в
щель между камней.
— Ай-яй-яй, дружище Фома, ты не веришь в мое воскресение? Как не совестно!
Ты хочешь сунуть свои пальцы в мои зияющие раны? Так и быть, суй, не
стесняйся . Тогда ты поймешь, что это действительно я. Фома вытаращил глаза.
«А что если все это — шутки моих приятелей?» — подумал он.
И без малейшего стеснения объявил, что хочет пощупать Иисуса руками.
И вот он щупает.
Он тычет пальцем в раны своего спасителя и, только убедившись, что все это
ему не снится, бросается перед сыном голубя на колени и восклицает:
— Теперь я не сомневаюсь, это действительно Иисус, мой спаситель! Теперь
все в порядке! Иисус помогает ему встать.
— Ах, Фома, Фома, — бормочет он укоризненно. — Ты не верил, пока не вложил
перста. Блаженны верующие и не проверяющие!
(Смотри евангелия от Марка, глава. 16, ст. 12-14; Луки, глава. 24, ст.
13-43; Иоанна, глава. 20, ст. 19-31.)
Глава 69.
ЗЕМЛЯ - НЕБО,
ПЕРЕЛЕТ БЕСПОСАДОЧНЫЙ
И вывел их вон из города до Вифании и, подняв
руки свои, благословил их. И, когда
благословлял их, стал отдаляться от них и
возноситься на небо. Они поклонились ему и
возвратились в Иерусалим с великою радостью.
Лука, глава. 24, ст. 50-52.
На сей раз апостолы единодушно признали, что Христос ожил.
К тому же сам Иисус засвидетельствовал о своем воскресении многочисленными
чудесами. Однако чувство справедливости заставляет меня выразить сожаление,
что он не сотворил все эти чудеса лично и всенародно, под носом у Пилата,
Ирода и Каиафы.
Никогда и никто, за исключением апостолов, даже не слышал об этих чудесах —
обстоятельство поистине достойное сожаления! Ведь грешные скептики могут
сказать, что сын голубя и не собирался воскресать, и что просто апостолы
сочинили очередную басню.
Правда, скептики могут пойти еще дальше: объявить, что Иисуса вообще не
было, и что легенду о нем сфабриковали основатели христианской религии не ранее
начала третьего века. Но на то они и скептики.
В самом деле, если ни один историк не сообщает о чудесном воскресении
некоего Иисуса, прибитого к кресту, это бы еще с полбеды, но, с другой стороны,
ни один историк и ни один подлинный документ того времени не подтверждают
даже факта существования вышеупомянутого индивидуума, а это уже гораздо хуже.
Различные авторы той эпохи — а их немало, ибо культура Римской империи была
тогда в полном расцвете — часто упоминают о тетрархе Ироде, о правителе Иудеи
Понтии Пилате, о первосвященнике Каиафе, однако нигде, кроме евангелия, не
сказано, что хотя бы один из этих исторических персонажей когда-либо имел
дело с каким-нибудь человеком по имени Иисус. Даже смерть его, которая
неминуемо должна была вызвать какой-то отклик благодаря сопутствовавшим ей необычным
обстоятельствам, не отмечена ни в одном из трудов современников императора
Тиберия.
Таким образом, грешные скептики могут вволю иронизировать над евангелием,
россказни которого не только не подтверждаются ни одним из заслуживающих
доверия авторов, но, кроме того, буквально кишат нелепейшими противоречиями.
Сделав эту оговорку, я без труда могу теперь принять точку зрения
богословов .
— Иисус, — говорят они, — вышел из гроба.
— Ну, разумеется, превосходно придумано!
— Он явился апостолам.
— Еще бы, черт возьми!
— Он повторил всю серию чудес, совершенных до казни.
— Согласен, валяйте дальше!
Для начала, в один прекрасный день, Симон-Петр отправился с другими на
рыбную ловлю и не поймал ни одного бычка. Сын голубя, по своей милой привычке,
явился к ним в тот критический момент, когда апостолы возвращались, повесив
носы, с пустыми руками.
— Дети, есть ли у вас какая пища? — спросил Иисус.
— Нет.
— Ну, ничего! Закиньте сеть по правую сторону от лодки и поймаете.
Петр и его коллеги повиновались. Через несколько мгновений сеть затрещала,
переполненная рыбой, а лодка едва не опрокинулась.
Когда рыбаки добрались до берега, Петр сосчитал добычу и увидел, что поймал
сто пятьдесят три здоровенные рыбы. Не больше и не меньше — так утверждает
евангелие.
— Придите и обедайте, — сказал Иисус.
Апостолы принялись за дело. Но чем усерднее они лопали, тем больше
становилось крупных рыб.
Какая жалость, что бедняки не обладают сверхъестественным могуществом
Иисуса ! Оно бы им весьма пригодилось для прокормления своих голодных семей.
Обед удался на славу, рыбы были самых лучших сортов, какие только водились
в тех местах, однако не хватало десерта. На сладкое Иисус угостил апостолов
небольшой речью.
— Петр, ты меня любишь? — обратился он к Симону Камню.
— Да, господи, люблю.
— Тогда я тебя сделаю пастырем агнцев моих. Минут через пять Иисус повторил
свой вопрос:
— Петр, ты меня любишь? Симон-Камень ответил, как и в первый раз. На это
ходячее Слово, обожавшее повторения, снова изрекло:
— Тогда паси овец моих.
Еще через пять минут глубокомысленный диалог сей повторился почти дословно.
Именно на этом основании церковь утверждает, что Петр был первым римским
папой .
Иисус еще не раз являлся своим апостолам.
Однажды утром в довольно ранний час он повел их на гору.
По дороге апостолы спрашивали себя, что бы это могло означать.
— Может, он собирается снова подбивать нас на бунт? Мало ему, что его один
раз уже распяли? Кое-кто всерьез забеспокоился:
— А что, если пришел наш черед пострадать? Перспектива быть прибитым и
подвешенным к кресту никому не улыбалась.
Когда они достигли вершины холма, ходячее Слово обратилось к ним так:
— Комедия окончена, пора опускать занавес. Моя миссия завершена: в этой
юдоли слез мне больше нечего делать. Посему я возвращаюсь к отцу моему Яхве.
Обнимемся и — до свидания в лучшем мире!
Апостолы остолбенели.
— Как так? Ты нас покидаешь?
— Ничего не поделаешь, надо. Так записано в книге судеб.
— Но что станет с нами, если ты нас оставишь? Кто будет вдохновлять нас
личным примером?
— Не бойтесь, я о вас позабочусь. Я уже дунул на вас, а скоро мой отец
номер два, то бишь дух святой, слетит с небеси, дабы вручить вам обещанные мною
драгоценные качества. Ну же, чмокнемся последний раз! А то скоро третий
звонок .
Апостолы полезли целоваться с учителем.
Затем, обняв на прощание Магдалину, Иисус влез на камень, присел,
оттолкнулся посильнее и прянул вверх.
У Фомы тут мелькнула мысль, что сейчас он свалится обратно. Ничего
похожего .
Сын голубя превосходно держался в воздухе и возносился довольно быстро. Он
летел все выше и выше, пока апостолы не заметили, что больше ничего не могут
разглядеть.
Тогда рядом с ними появились два ангела и пропели мелодичными голосами:
— Добрые галилеяне, полно вам таращиться на свод небесный! Иисус вознесся,
и вознесся надолго. Он вернется только к концу света, чтобы судить живых и
мертвых.
С этим и вернулись апостолы в трапезную. Шли они молча, повесив носы, ибо
хорошо понимали, что отныне путь их будет усыпан отнюдь не розами. (Об этом
заключительном акте христианской комедии смотри евангелия от Матфея, глава.
28, ст. 16-20; от Марка, глава. 16, ст. 15-20; от Луки, глава. 24, ст. 44-53;
от Иоанна, глава. 21, ст. 1-25.)
Занавес.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Через несколько дней после вознесения Христа на небеса голубь, третий член
святой троицы, перевоплотился в огненные языки, которые начали щекотать и
обжигать затылки апостолов и их учеников, собравшихся в том же пиршественном
зале.
В память об этом событии церковь установила праздник, названный троицын
день, или пятидесятница, от греческого слова «пентекосте», что означает
пятидесятый день. Согласно легенде явление голубя, превратившегося в огненные
языки, было приурочено точно к пятидесятому дню после воскресения Христа,
которое , как нам известно, произошло в пасхальное воскресенье.
В действительности же христианская церковь, вписав в свой календарь
пятидесятницу, просто-напросто заимствовала этот праздник у иудеев. Причем даже
такой откровенный плагиат она не сумела совершить как следует. Ведь у евреев
был и есть свой праздник пятидесятого дня по случаю того, что расщедрившийся
Яхве на горе Синай вручил своему великому магу Моисею десять заповедей.
Произошло это, если верить Библии, точно на пятидесятый день после исхода евреев
из Египта, а еврейская пасха как раз и отмечает это знаменательное событие.
Так вот, евреи, которые всегда и везде занимали на математических конкурсах
первые места, совершенно не случайно назначили свой праздник на пятидесятый
день. Первоначально он именовался праздником семи недель. Название
«пятидесятница» возникло позднее, когда Палестина была захвачена войсками Александра
Великого и превратилась при Селевкидах в провинцию греческой Сирии, именно в
эту эпоху греческий язык распространился по всей территории, занимаемой
народом Израиля. Не удивительно поэтому, что иудеи отмечают праздник десяти
заповедей на пятидесятый день после своей пасхи, независимо от того, на какой
день года приходится пасха по иудейскому календарю. Теперь, например, если
иудейская пасха приходится на вторник, иудейская пятидесятница отмечается не
через семь недель на восьмой вторник, а точно через пятьдесят дней, на
восьмую среду. Математика есть математика!
Увы, в церкви господа нашего Иисуса Христа нет такого порядка!
Христианская арифметика, допускающая, что единожды три будет один, и в
данном случае утверждает, что семью семь будет пятьдесят. Спаситель наш вроде бы
воскрес в пасхальное воскресенье, голубь в виде огненных языков спустился
пощекотать апостольские затылки через семь недель тоже в воскресенье, то есть
на сорок девятый день после вышеупомянутого события, и тем не менее, этот
сорок девятый день, по расчетам церковников, все-таки пятидесятый —
пятидесятница .
Следует напомнить, что согласно священной легенде в тот день в
Иерусалимскую трапезную по случаю визита святого духа набилась помимо апостолов целая
толпа их учеников, так что всего собралось сто двадцать человек. Тут же, ко-
нечно, была и Мария, мать Иисуса. Интересно, узнала она в танцующих языках
пламени своего старого возлюбленного, бывшего голубя, или нет? Эту проблему
следовало бы вынести на обсуждение собора. Ведь, в конечном счете, так и не
удалось установить, в каком именно образе божественный дух оплодотворил дочь
Иоакима. И если кто-нибудь станет утверждать, что он мог это сделать только в
образе голубя, на это можно ответить, что Юпитер дабы соблазнить прекрасную
Эгину, дочь Азопа, превратился в столб пламени и под видом огня великолепно
сработал ей ребеночка, который впоследствии прославился под именем Эака. А
почему бы и нет? Этот Эак, знаменитый судья, во всяком случае, не менее
реальное лицо, чем Иисус Христос!
Какой-нибудь ярый спорщик может нам возразить, что, мол, боги Олимпа были
куда могущественнее трех богов или одного триединого бога христианского рая.
Христианские боги, например, не смогли обойтись без женщины, когда захотели
сотворить мессию, то есть одного из них троих. А вот Юнона, напротив,
сумела-таки зачать бога Марса, не прибегая к помощи мужчины! Задетый за живое
Юпитер решил перещеголять свою божественную супругу и самолично породил себе
дочку Минерву, причем на время беременности он превратил в живот свою
божественную голову, а потому бравый Вулкан вынужден был стукнуть его топором по
темечку, чтобы громовержец смог разрешиться от бремени.
Христианский же мессия был рожден вышеупомянутой Марией, которая, даже
будучи его матушкой, якобы оставалась девицей. Страшно гордясь этим анекдотом,
священнослужители нам говорят:
— Разве это не доказывает, насколько могущественна наша троица? Каково
чудо , а? Первый сорт! На это можно ответить:
— Ничего ваше «чудо» не доказывает! В скандинавской мифологии был Хейм-
далль, чей взор так остер, что различает предметы за сто миль от него, а слух
так тонок, что он слышит, как прорастает из-под земли трава и как растет
шерсть на баранах. Так вот, этот бог Хеймдалль, сын Одина, родился не от
какой-нибудь одной мадам-барышни, а сразу от девяти матерей-девственниц, девяти
дочерей гиганта Гейревдура. Поэтому пока три христианских бога — как один,
триединый, — не совершат подобного чуда, господам священникам лучше
помалкивать !
Нам приходится постоянно повторять защитникам церкви, что различные
языческие мифы при всей их фантастичности все-таки предпочтительнее христианского
мифа, ибо ни в одном из них, взятом отдельно, нет такого количества вопиющих
противоречий. Например, скандинавская религия хороша уже тем, что, скажем,
история Хеймдалля существует только в одной версии и никакие Матфеи, марки,
луки и Иоанны не портят ее, безбожно перевирая важные подробности.
Вернемся, однако, к нашей пятидесятнице. Едва огненные языки пощекотали сто
двадцать апостолов с учениками, все они тотчас заговорили на сто двадцати
иностранных языках, которых никогда не изучали. «Священное» писание
утверждает далее, что многие из евреев, рассеянных в ту эпоху по всему свету, пришли
в Иерусалим на праздник десяти заповедей и что они говорили на пятнадцати
различных наречиях, ни больше, ни меньше. Были там парфяне, мидяне и эламиты,
жители Месопотамии, Иудеи и Каппадокии, Понта и Асии, Фригии и Памфилии,
Египта и частей Ливии, принадлежащих к Киринее, наконец, латиняне, критяне и
арабы. Привлеченные гамом, который стоял в трапезной, они вломились туда
целой толпой. Тут авторы писания забыли упомянуть о том, что стены этого зала
для принятия причастия, видимо, раздались во все стороны, чтобы вместить
тысячи любопытных. Перед этой толпой сто двадцать первых христиан и заговорили
на ста двадцати языках. Несмотря на неизбежную при этом сумятицу, весьма
напоминающую заключительный акт вавилонского столпотворения, представители
пятнадцати национальностей, если верить писанию, превосходно отличали свои языки
в общем шуме и гаме. Мало того, они тотчас догадались, что апостолы и их уче-
ники были все галилеянами, хотя им об этом никто не говорил. Поразительно, не
правда ли? Тем не менее «священное» писание уверяет, будто незваные гости
«изумлялись и дивились, говоря между собой: Сии говорящие, не все ли
галилеяне? Как же мы слышим каждый собственное наречие, в котором родились?»
Официальный автор писания не объясняет этого странного эпизода, который,
кстати, и невозможно никак объяснить. Каким, например, образом можно было в
такой толчее понять, что здесь собрались жители именно пятнадцати стран? И
как мидянин мог догадаться, что при нем говорят на языке Египта или Крита?
Как араб мог отличить греческий от латыни? Чудеса!
Но это еще не все. Затем, опять же если верить писанию, кое-кто начал
насмехаться над апостолами и учениками, которые пророчествовали все разом,
перебивая друг друга. Насмешники говорили:
— Должно быть, они хватили лишнего, упились молодым вином!
Оскорбленный таким предположением, Петр потребовал тишины, а когда все
смолкли, ответил на столь обидный упрек целой речью, настолько убедительной,
что три тысячи человек, не сходя с места, обратились в христианскую веру. Но
простите, ведь для того, чтобы речь была убедительной, все эти тысячи
слушателей должны были ее понять? Что же, выходит, Петр говорил на пятнадцати
различных языках одновременно?
Что же касается истории самого Христа, то с ней мы покончили. Однако в
заключении стоит еще раз остановиться на феноменальной наглости священников,
которые с полной серьезностью утверждают, что их богочеловек был не только
сыном самого себя, ибо он ведь неотделим от голубя и огненных языков, но,
кроме того, был вполне реальной исторической личностью — ни больше, ни
меньше !
Свою придуманную с начала до конца легенду богословы пытаются выдать за
подлинный документ, такой же достоверный, как «Комментарии» Цезаря. В свой
нелепый миф они включили несколько действительно исторических персонажей,
которые жили и действовали в ту эпоху, когда якобы жил и действовал их недорас-
пятый герой. Но как раз то, что говорится об этих реальных лицах в римской и
еврейской историях, начисто опровергает нелепые претензии невежд, сочинивших
все четыре евангелия.
Возьмем, например, прокуратора Понтия Пилата. Его подлинная история
написана его современниками, о нем и о его делах упоминают историки той эпохи.
Известно, что он был римским всадником, что он был назначен в Иерусалим шестым
по счету прокуратором Иудеи, что его предшественником был Валерий Грат, что
на свой пост он вступил в одиннадцатом году правления Тиберия, то есть в 25
году нашей эры, а семь лет спустя он безжалостно и даже, можно сказать,
жестоко подавил религиозный бунт, вспыхнувший в Галилее. Затем, еще через два
года, то есть через год, когда якобы был распят Христос, вспыхнуло новое, еще
более массовое восстание, о котором нам известны все подробности. Чтобы
построить новый акведук, Понтий Пилат прибрал к рукам сокровища Иерусалимского
храма, за что и был обвинен одновременно в злоупотреблении властью и в
святотатстве. Через некоторое время жители Самарии, измученные поборами алчных
чиновников , обратились с жалобой к правителю Сирии Люцию Вителлию, который был
непосредственным начальником Понтия Пилата, простого прокуратора, никогда не
носившего титул правителя, как это неоднократно утверждают евангелисты.
Защитники евангелия могут возразить, что это, мол, несущественная ошибка!
Но мы с ними не можем согласиться. В подлинных исторических документах ошибки
такого рода недопустимы! Особенно, когда их делают евангелисты, о которых нам
говорят, что это были люди вполне грамотные да к тому же получившие высшее
откровение в день пятидесятницы, когда на них снизошли огненные языки. И
вдруг — спутать правителя с прокуратором! Как же так? Представьте себе, что
кто-то из наших современников опубликовал анекдотическую брошюру о защите
Бельфора во время франко-прусской войны 1870-1871 годов, где он, выдавая себя
за участника этой обороны, приводит совершенно неизвестные публике факты, но
при этом каждый раз, когда заходит речь о командующем гарнизона полковнике
Денфер-Рошеро, называет его генералом Денфер-Рошеро! Разве одной этой грубой
ошибки в определении воинского звания не будет достаточно для того, чтобы все
поняли, что эта брошюра — сплошная фальсификация, а автор ее — бесстыдный
лжец?
Но вернемся к жалобе самарян. Люций Вителлий ее принял и отправил в
Иерусалим своего ревизора, некого Марулла, чтобы тот расследовал обстоятельства
дела. Понтий Пилат, который никогда не был полновластным правителем, как это
утверждают евангелисты, вынужден был предстать перед судом Марулла, который
был облечен всеми полномочиями Люцием Вителлием, единственным истинным
правителем страны. Рапорт Марулла оказался неблагоприятным для Пилата, и
прокуратору Иудеи пришлось отбыть в Рим, чтобы там держать ответ перед самим Тибери-
ем. Но прежде чем он прибыл в Италию, Тиберий умер. Пилат отчитывался перед
Калигулой. Разжалованный новым императором, Пилат уже не вернулся в
Иерусалим, где его заменил Марулл.
Если громкий процесс Иисуса Христа в действительности имел место, почему о
нем нет в документах даже намека, в то время как историки, говоря о Пилате,
подробно описывают такие, в сущности, незначительные события, как постройка
акведука или два восстания, хотя ни то ни другое не имело никаких последствий
и не привело даже к возникновению новой секты? Как это объяснить?
Что же касается участия Ирода в страстях господних, то он оказался
впутанным в это дело только из-за вопиющего невежества одного из евангелистов,
который, будучи вдохновленным богом истины и знаний, мог бы подобных ляпсусов и
не допускать. Прежде всего, три других евангелиста не имеют ни малейшего
представления о таком значительном эпизоде процесса Иисуса, как отсылка
обвиняемого к Ироду, а потом обратно к Пилату. Помните? Пилат якобы отправил
Иисуса на суд Ироду, но тот нарядил его в одежды умалишенного и вернул к
Пилату, как сумасшедшего. Об этом эпизоде знает почему-то один Лука (глава. 23,
ст. 6-12). Матфей, Марк и Иоанн не только ничего об этом не говорят, но,
напротив , подчеркивают, что Пилат допросил Иисуса, поставил его в один ряд с
Вараввой, потом приказал его бичевать и увенчать терниями и, наконец, дал
священнослужителям храма, чтобы они распинали его на свою ответственность.
Следовательно, вся эта прогулка Христа от Пилата к Ироду и обратно
просто-напросто досужая выдумка, и автор ее — Лука.
Незадачливого Луку нетрудно поймать за руку. Он описывает Ирода в его
дворце, окруженном стражей, в Иерусалиме! В действительности Ирод Великий,
который был царем Иудеи, Ирод, которому евангелие приписывает избиение двадцати
тысяч младенцев мужского пола в Вифлееме, чтобы в общей куче наверняка уж
прикончить будущего мессию, Ирод, этот жестокий Ирод, согласно историческим
фактам, умер за четыре года до рождения Христа. После его смерти остались три
сына, разделившие между собой Палестину с согласия римского императора. Архе-
лай стал царем Иудеи с областями Самарией и Идумеей, Филипп стал тетрархом
Батании, Трахонитиды и Голанитиды, Ирод Антипа стал тетрархом Галилеи и Пи-
реи .
Архелай процарствовал всего девять лет. Вняв многочисленным жалобам,
император Август лишил его трона и отправил в изгнание, где тот и умер, имущество
его было конфисковано, а владения присоединены к землям римской провинции
Сирии. С тех пор в Иерусалиме и появился римский прокуратор, а у евреев Иудеи и
Самарии не стало царя.
Филипп, первый муж своей племянницы Иродиады, с которой он развелся,
уступив ее своему брату Антипе, царствовал, как тетрарх тридцать семь лет и умер,
не оставив наследника. Столицей его владений была Кесария Филиппова, малень-
кий город близ истока Иордана. После его смерти Тиберий присоединил его земли
к Сирии, точно так же, как это сделал Август с владениями Архелая. Ирод Анти-
па правил в качестве тетрарха до смерти Тиберия, после чего был свергнут
Калигулой, который отправил его в изгнание в Лион, посадив на трон его
племянника Ирода Агриппу. Последнему было возвращено, впрочем чисто формально,
звание царя и права на все бывшие владения Ирода Великого. Таким образом, во
время сомнительного суда над Христом в Иерусалиме не было никакого Ирода.
Трон Ирода Великого, перешедший затем к его сыну Архелаю, после смерти
последнего пустовал двадцать семь лет. Резиденция Ирода Антипы, тетрарха
Галилеи, находилась не в Иерусалиме, а в Тивериаде, а новый Ирод, который также
был тетрархом Галилеи, но носил, кроме того, корону царя иудейского, этот
Ирод Агриппа вернулся в Иерусалимский дворец своего деда Ирода Великого и
своего дяди Архелая только через четыре года после пресловутой драмы распятия
сына божьего. Поэтому отсылать Иисуса к какому бы то ни было Ироду Пилат
просто не имел возможности.
Наконец, коснемся двух первосвященников, Анны и Каиафы, которые тоже играют
в христианской легенде значительную роль. С ними дело обстоит еще проще. Ни
тот, ни другой физически не могли принимать участия в выдуманном суде над
Христом, потому что первый из них умер задолго до этого воображаемого суда, а
второго вообще никогда не было на свете. Все это лишний раз доказывает, что
авторы четырех евангелий не только сами не бывали в Иерусалиме, но к тому же
не знали истории Иерусалимского храма. Как и следовало ожидать, четыре
выдумщика не смогли между собой договориться. Если верить Матфею, арестованного в
Гефсиманском саду мессию ведут прямиком к Каиафе, а от него — к Пилату.
Матфей и слыхом не слыхивал о первосвященнике Анне! Если же верить Марку,
богочеловек, задержанный стражей синедриона, был отведен к какому-то
первосвященнику, который после допроса объявил его богохульником, приговорил к смерти и
отдал в руки Пилату. Марк не называет этого первосвященника ни Анной, ни Каи-
афой.
По версии Луки (глава. 3, ст. 2), и Анна, и Каиафа были первосвященниками,
хотя во все эпохи верховным священником у евреев одновременно мог быть только
один человек. Впрочем, Лука изрекает это лишь в связи с предсказаниями Иоанна
Крестителя, а когда дело доходит до страстей господних, он говорит только об
одном первосвященнике, не упоминая даже его имени.
Наконец, по версии Иоанна, мессию солдаты препроводили из Гефсиманского
сада к Анне, которого сей евангелист характеризует не как первосвященника, а
всего лишь как тестя первосвященника Каиафы. Анна приказывает связать Иисуса
покрепче и отсылает к Каиафе, который его не допрашивает, не осуждает, а
просто-напросто пересылает к Пилату. Тот, опять же если верить Иоанну, вовсе не
умывает руки — этот эпизод есть только у Матфея, — но, напротив, судит его
«на судилище, на месте, называемом Лифостротон (то есть Каменный помост), а
по-еврейски Гаввафа» (глава. 19, ст. 13), и в конечном счете, осуждает на
смерть, боясь, что его самого выдадут цезарю Тиберию.
А теперь попробуем противопоставить этим четырем противоречивым легендам
исторические факты, поскольку хронология иерусалимских первосвященников
сохранилась в трудах писателей периода первых цезарей. Историки, по крайней
мере, не противоречат друг другу, и их записи основаны на документах той эпохи.
Анания, который в традиционном переводе превратился в Анну, стал
первосвященником через год после низложения Архелая и замены царя иудейского римским
прокуратором, то есть в 7 году нашей грешной эры. Он сменил предшествовавшего
ему Иисуса, сына Сиаха, и был девятнадцатым по счету первосвященником, если
начинать с Иуды Маккавея. С 7 по 18 год эту высшую у евреев священную
должность последовательно занимали три первосвященника: Исмаил, сын Фабии, Елеа-
Зар, сын покойного Анании, и Симон, сын Камита. В 19 году в этот верховный
сан был возведен Иосиф из рода Иуды; он оставался первосвященником
восемнадцать лет, до самой своей смерти, последовавшей в 36 году. Иначе говоря,
Иосиф был на своем священном посту и три года спустя после якобы имевшего место
распятия Христа. А затем его функции перешли к Ионафану из рода Анании.
Таким образом, при Понтии Пилате первосвященником был Иосиф, а не какой-то
Каиафа. Среди иерусалимских первосвященников вообще никогда не было ни одного
Каиафы, с самого начала и до самого конца — 79 года, когда последний из них,
Фанаиас, сын Самуила, стал свидетелем падения Иерусалима и разрушения
Иерусалимского храма.
В том, что во времена Августа и Тиберия в Палестине появлялись люди,
называвшие себя мессиями, можно не сомневаться. Патриотизм евреев, особенно
народных масс, был высок; никто не желал мириться ни с римским завоеванием, ни
с властью царей из династии Ирода, ибо они тоже были чужестранцами,
пришедшими из Идумеи.
Таких мессий было в действительности немало. Все они называли себя
посланцами бога, пришедшими освободить свой угнетенный народ и вернуть детям
Израиля первородство, предсказанное пророками. В частности, мессия Февда на
четвертом году правления императора Клавдия, то есть через одиннадцать лет после
мифической смерти Христа, увлек за собой большое число своих соплеменников, и
это восстание пришлось подавлять Куснию Фадию.
Однако до него был еще один, куда более значительный мессия. Галилеянин,
как и наш Иисус, он принял помазание на царство и стал, таким образом,
Христом. Звали его Иуда. Поднятое им вооруженное восстание достигло широкого
размаха и получило громкий отклик.
Этот Иуда Галилеянин, по словам историков, придерживался своих, особых
взглядов на религию. Иосиф Флавий называет его великим софистом и считает
основателем новой религиозной секты, столь же значительной, как секты фарисеев,
саддукеев и ессеев. Этот религиозный бунт был подавлен Публием Сульпицием
Квиринием, правившим Сирией от имени императора Августа, тем самым Квиринием,
при котором была проведена великая перепись еврейского народа. Однако секта
Иуды Галилеянина продолжала существовать как тайное общество со своими
религиозными наставниками. Под руководством Менахея, сына основоположника секты,
замученного в Иерусалиме, а также его родича Елеазара иудаиты, или зелоты,
ревнители веры, начиная с 64 года развивают бешеную активность. Они
захватывают Иерусалимский храм, крепость Антония, весь верхний город и укрепленный
дворец Ирода, устраивают римлянам настоящую резню и заставляют отступить
военачальника римской армии Цестия Галла. Разгромив его армию, они поднимают
затем восстание по всей Палестине, убивая повсюду своих соотечественников,
придерживавшихся более умеренных взглядов. Все это привело, в конце концов, к
появлению в Палестине Веспасиана во главе шестидесятитысячной армии.
Дальнейшее известно: после семимесячной осады, стоившей жизни большей части
еврейского народа, Иерусалим был взят, разрушен, а храм его сожжен дотла. Во главе
осажденных стояли три вождя, представлявшие три различные партии: Елеазар,
последователь Иуды Галилеянина, Иоанн Гискал и Симон Гераза. Елеазар покончил
с собой, чтобы не попасть живым в руки врагов, Иоанн окончил свои дни в
темнице, а Симон был сохранен для участия в триумфальном шествии императора
Тита .
В течение всей осады города Давидова между осажденными шли яростные споры.
Затем начался страшный голод, из-за которого многие сходили с ума.
Рассказывают о неком простолюдине по имени Иисус, который ходил по городу и громко
осуждал раздоры между вождями восставших. «Горе вам! — кричал он. — Горе всем
нам! Горе Иерусалиму! Горе мне!» Однажды, когда он выкрикивал свои мрачные
пророчества с городской стены, его убило камнем, выброшенным римской
катапультой. Иудео-христиане тут же провозгласили его мучеником и пророком.
Можно ли на основании всего этого утверждать, что христианство ведет свое
происхождение от секты Иуды Христа Галилеянина, противника официальной
еврейской религии и греко-романского язычества? Пожалуй, да. О иудео-христианах
упоминается уже во времена Нерона, как о массовой секте, распространившейся
по всей империи и повсюду преследуемой. После разрушения Иерусалима уцелевшие
жители стали рабами, поэтому первые христиане появились именно среди рабов.
Они вели тайную религиозную пропаганду, собирались тайком в катакомбах,
привлекая на свою сторону рабов-язычников идеей грядущего освобождения. И вполне
вероятно, что именно иудаиты для своей тайной пропаганды придумали те самые
братские вечера, которые превратились позднее в таинство евхаристического
причастия, и что именно тогда возникли в их среде противоречивые смутные
легенды, в которых смешались и перепутались воспоминания об Иоанне и Симоне, об
Иуде и Иисусе.
В самом деле, стоит только обратить внимание на дату, к которой отцы церкви
относят начало гонений против христиан, и многое станет ясно! Официально это
64 год, когда Нерон издал свой эдикт. Так вот, именно в 64 году Елеазар,
родственник и последователь Иуды Галилеянина, поднял в Палестине знамя восстания
против Рима. Иудаиты истребили три тысячи римских легионеров, почти весь
римский гарнизон Иерусалима. И нет ничего удивительного в том, что Нерон, не
ограничиваясь репрессиями в Иудее и Галилее, повелел принять самые суровые меры
против всех евреев, рассеянных по обширным провинциям, управляемым его
проконсулами. Не удивительно и то, что он приказал разыскивать по всей Италии
членов иудаистской секты, в которых, в отличие от остальных евреев, видел
опасных заговорщиков. Тех, кто был обнаружен в Риме, предавали жестокой
смерти. Таким образом, преследования Нерона были направлены против последователей
Иуды Христа — вполне реальной личности.
Позднее, начиная с царствования Веспасиана и Тита, то есть после разрушения
Иерусалима, явившегося следствием восстания Елеазара, уцелевшие и рассеянные
повсюду представители еврейского народа по вполне понятным причинам
находились под подозрением; и вполне возможно, что среди всех религиозных сект
иудаиты были наиболее гонимой и преследуемой. Можно предположить, что, стараясь
получше замаскироваться и отвести от себя подозрения, руководители этой секты
скрывали свою приверженность к Иуде Галилеянину, придумывая всевозможные
легенды, из которых впоследствии священнослужители скроили свои евангелия.
Разумеется, это не более чем гипотеза. Но нельзя пройти мимо того факта,
что если некоторые писатели той эпохи и говорят о христианах, которые вполне
могли быть просто иудаитами, то ни один историк при этом даже не упоминает ни
имени евангельского Иисуса Христа, ни его бесчисленных чудес, хотя они вряд
ли могли остаться незамеченными. Вот почему мы склонны полагать, что начиная
со второго века священники уже подумывали о том, как бы им извлечь выгоду из
этих легенд. Язычество умирало, люди переставали верить в Юпитера и открыто
насмехались над богами Олимпа, о чем ярко свидетельствуют сатиры жившего в то
время Лукиана из Самосаты. Было самое подходящее время для основания нового
культа.
Да, в таких условиях секта христиан могла возникнуть и распространиться
повсюду, но для этого и для ее религиозной пропаганды вовсе не требовалось
никакого реального Иисуса Христа. И все сонмы мучеников за идею христианства,
погибших при Домициане, Траяне и прочих императорах, не доказывают в этом
смысле ровно ничего, во всяком случае, не больше, чем смерть тысяч мучеников
под колесами колесницы Джаггернаута доказывает реальность существования Будды
и его воплощений.
В самом деле, как можно верить в существование Иисуса Христа и во все его
невероятные чудеса, если ни один историк, ни один писатель той эпохи ни разу
не упоминает о нем, с чудесами или без оных!
Тацит, живший с 54 по 140 год, описывает в своей истории множество
второстепенных событий, но об Иисусе Христе он ничего не Знает. Светоний (65-135
годы), верный летописец двенадцати императоров, ничего не знает об Иисусе
Христе. Квинтилиан, знаменитый ритор, родившийся в период правления
императора Клавдия, ничего не знает об Иисусе Христе, хотя в его книге об ораторском
искусстве, одном из прекраснейших памятников латинской литературы,
анализируются речи всех трибунов, адвокатов и софистов-проповедников. Плиний Старший,
родившийся в царствование Тиберия и умерший уже в царствование Тита был
превосходным натуралистом. В свои научные описания он свободно вставляет живые
рассказы обо всех знаменательных событиях его времени, но и он ничего не
знает об Иисусе Христе. Его племянник Плиний Младший, чьи бесчисленные письма
так же остры и поучительны, как письма мадам де Севиньи, говорит обо всем,
что угодно, но словом не обмолвился об Иисусе Христе и не упоминает о нем
даже в письмах к Траяну, в которых говорит о христианах как о секте,
порожденной иудаизмом. Эпиктет, великий моралист и философ, который изучал
всевозможные религиозные верования, не имел и представления об Иисусе Христе, хотя сам
был уроженцем Малой Азии, жил в Риме во времена Нерона и был изгнан при
Домициане . Изречения и беседы Эпиктета дошли до нас в записи его ученика Арриана,
и там о Христе — ни слова! Помпоний Мела, написавший в 43 году, — всего через
десять лет после неслыханных чудес страстной пятницы! — свой фундаментальный
ученый труд «Страны мира», понимал географию на манер Страбона, то есть
сопровождал описание каждой страны обзором главных событий, которые в ней
происходили . Так вот, в главе об Иудее Помпоний Мела не упоминает об Иисусе
Христе ни единым словом... А Плутарх? Он родился в 50 году в Херонее, в той самой
Греции, куда, по уверениям церковников, устремились последователи мессии
после памятной пятидесятницы. Там они якобы проповедовали святое евангелие и
творили такие чудеса, что при виде их греки обращались в христианство
толпами! Плутарх умер в 120 году. Тридцать лет он прожил в Риме, где самые
невероятные чудеса христиан происходили чуть ли не ежедневно, и порой, если верить
тем же церковникам, даже на арене Колизея на глазах бесчисленных зрителей. У
Плутарха была одна особенность: он писал биографии знаменитых людей, не
пренебрегая никакими легендами и чудесами... Почему же в таком случае он не
написал биографии Иисуса Христа? А Сенека? Родившись во 2 году нашей эры, он умер
в Риме только в 66, то есть был современником нашего богочеловека. Большую
часть жизни Сенека провел при императорском дворе. Он находился в Риме и с 51
по 64 год, когда там шла многолетняя борьба между Симоном-Камнем и Симоном
Волхвом.
Так вот, Сенека, который написал немало, ни словом не упоминает о чудесах,
творимых ими! Правда, позднее монахи исказили, а затем уничтожили навсегда
его трактат «О движении земли», который, несомненно, противоречил
ортодоксальным представлениям о том, что земля-де плоская, а солнце-де ходит вокруг
нее. Точно так же они уничтожили и его трактат «О суевериях», в котором если
Сенека и упоминал о христианах, то, надо думать, без особого почтения и,
возможно, приводил их первые легенды, отличные от более поздних евангелий.
А что сказать о Филоне Александрийском, этом еврейском Платоне? Он прибыл в
Рим из Иерусалима, и его философские взгляды были взглядами убежденного ес-
сея. Его многочисленные теоретические труды легли позднее в основу различных
христианских богословских школ, однако, и он ничего не знает ни об Иисусе
Христе, ни о Петре, ни об Иоанне, ни о Павле, не говоря уже о прочих
апостолах !
И наконец, Иосиф Флавий, сам Иосиф Флавий, ничего не Знал о публичных
предсказаниях мессии Иисуса, ничего не знал о совершенных им при всем честном
народе чудесах. И это Иосиф, еврейский историк, писавший историю своего народа
с превеликим обилием всяких подробностей! Особенно подробно описывает он пе-
риод, предшествовавший падению Иерусалима, ибо сам принимал участие в защите
города. Рожденный четыре года спустя после представления на Голгофе, или
тридцать один год спустя после грандиозного восстания Иуды Галилеянина, он знал
иудео-христиан, но о таких христианах, как Петр и Павел, даже не слыхивал!
Да полноте! Стоит приглядеться поближе, и любому станет ясно, что Иисус
Христос всего лишь миф. Действительный процесс создания его легенды можно
представить себе, как медленное, подспудное накопление выдумок, которые, в
конце концов, легли в основу новой религии, пришедшей как раз вовремя на
смену одряхлевшему греко-римскому язычеству. Одним ударом император Тит рассек
уже рассеянный предыдущими цезарями еврейский народ на две ветви: одна,
упрямая и стойкая, продолжала исповедовать веру отцов; другая, более гибкая,
склонилась под игом завоевателя, но продолжала постоянно, ощупью искать выход
и, в конце концов, покорила своих победителей. Это произошло в тот день,
когда император Константин понял, какую пользу может принести его трону новая
религия.
Христианство держится за настоящее, иудаизм надеется на будущее, и обе
религии одинаково заблуждаются. С тех пор как прозвучал жизнеутверждающий смех
Вольтера, свободная мысль заставляет шаг за шагом отступать отвратительные и
нелепые суеверия. И только свободной мысли, всепобеждающей освободительнице,
принадлежит будущее!
Это новое издание, пересмотренное и дополненное, подготовлено ко дню
трехсотлетия со дня смерти Джордано Бруно. Он-то не был мифом, этот светлый
мученик, павший за торжество свободной мысли! Восемь лет его держали в тюрьме
Святого судилища, инквизиция пытала его, и наконец, 17 февраля 1600 года его
заживо сожгли в Риме с благословения папы, кардиналов и прочих князей
христианнейшей церкви.
Разное
КРАТКИЙ ОПРЕДЕЛИТЕЛЬ НАУЧНОГО ШАРЛАТАНСТВА
Аркадий Голод
Книжные прилавки, страницы периодики, телепрограммы, интернет-сайты и
форумы полны антинаучной белиберды. Искренне сочувствуя жертвам лженауки и
шарлатанства, попробуем составить краткий определитель "брехологии",подобно
определителям опасных животных и ядовитых грибов.
ПРИЗНАКИ ПЕРВОГО ПОРЯДКА
Если в публикации встречаются слова: аура, биополе, чакра, биоэнергетика,
панацея, энерго-информационный, резонансно-волновой, психическая энергия,
мыслеформа, телегония, волновая генетика, волновой геном, сверхчувственный,
астральный, - то можете быть уверены, что имеете дело с шарлатанской
писаниной .
Список может быть продолжен, но особого смысла в этом нет. Терминология
шарлатанской братии все время расширяется, поэтому ориентирование по
"сигнальным словам" не всегда бывает достаточным для правильной оценки текста.
ПРИЗНАКИ ВТОРОГО ПОРЯДКА
Это данные о личности автора. Как правило, основная специальность авторов
псевдонаучных произведений далека от областей знания, которым посвящены их
опусы. Я намеренно использую термин "опус" (от латинского opus - дело), чтобы
не уточнять, книга это, статья или телепередача.
Большой интерес для анализа представляют научные регалии автора. Чем их
больше и чем тщательнее они перечислены, тем осторожнее надо относиться к
тексту. У настоящих ученых тщеславие считается дурным тоном.
Скромное "к.м.н. Абэвэгэдэев" вызывает значительно больше доверия, нежели
"доктор проблем мироздания, академик XYZ академии, почетный член того-то и
сего-то Фантазм Ахинеевич Чепуханов-Грандиозов".
"Почетное членство" в различных академиях особенно настораживает в силу
существенных различий между членом и почетным членом.
Вне всякого сомнения, немало действительно выдающихся людей удостоены
множества наград. Но, увы, их труды доступны пониманию только таким же
профессионалам, а до популярных публикаций они почти не снисходят.
В работах профессионалов отсутствует не только самовосхваление, но и вообще
упоминание о ценности данного труда.
Выражения типа: "Наше исследование полностью изменяет представление о том-
то и том-то"; "Оно имеет особую ценность"; "Все, что было до нас, не
представляет никакой ценности" - вкупе с обещаниями коренных преобразований в
науке, немедленного огромного эффекта при ничтожных затратах, с уничижением
предшественников и конкурентов - являют собой достоверные симптомы
шарлатанства .
Определение автором своего труда как революционного - весьма серьезная
причина усомниться как в компетентности автора, так и в ценности его творения.
ПРИЗНАКИ ТРЕТЬЕГО ПОРЯДКА
Эти признаки обнаруживаются, собственно, в содержании творения. Некоторые
моменты, которые относятся к этому разделу, были уже упомянуты выше. Авторы
фантазмических и шарлатанских сочинений отнюдь не заинтересованы в быстрой
идентификации их антинаучности. Некоторые достигли выдающихся успехов в
мимикрии и удивительно ловко маскируют лженаучную природу своих творений среди
вполне разумных рассуждений. Ограничиваясь рамками медицины и биологии,
напомню, что в биологических системах и в живых организмах все известные
физические законы действуют так же неукоснительно, как и в неживых. Специфические
же биологические законы обладают не меньшей силой и также не нарушаются.
Поэтому, если автор всерьез рассуждает о паранормальных способностях - видении
через стену, чтении писем в закрытых конвертах, левитации, телекинезе,
оживлении покойников, операциях без ножа (с извлечением потрохов, но без раны и
шрама), - вы читаете сказку.
Использование наукообразной терминологии рассчитано не столько на сознание
читателя, сколько на гипнотизирующий эффект непонятных слов, служащих
проводником авторских идей в мозг читателей/слушателей. Читателю просто не
оставляют времени на осмысление словесного потока. Он только успевает ухватывать
отдельные кусочки, написанные нормальным языком. В них же и заключены мысли,
которые, по замыслу автора, должен усвоить потребитель продукта его
умствований. По идее, читать бы надо вдумчиво, медленно... Но где там, мы приучены (и
вынужденно приучены) к скорочтению. Вот и глотаем, не прожевав. Такой способ
поглощения духовной пищи для мозга опаснее, чем для желудка торопливое
поглощение пищи телесной.
Итак, повышенная концентрация иноязычных терминов там, где вполне можно
обойтись словами родного языка, обилие сложных грамматических конструкций -
сигнал читателю: "Смотри, не вляпайся!" Для шарлатанских опусов характерны
отсутствие сомнений и нетерпимость к возражениям. Несомненный признак шарла-
танства - отсутствие реакции на критику по существу и переход на личность
оппонента .
Для лженаучных "измышлизмов" характерны универсальность и всеобщность.
Шарлатан не унижается до решения узких задач. Уж если он совершил переворот в
науке, то глобальный. Если он лечит онкологические заболевания осиновой
палочкой (ей-богу, есть такой патент!) - то все без исключения. Если он изобрел
чудодейственную диету, то она подходит всем, оздоравливает напрочь и без
права на апелляцию. Если описывает чудодейственное снадобье, то противопоказаний
оно не имеет и давать его можно кому угодно.
Когда автору недостает фактических или логических (часто тех и других)
аргументов, он прибегает к ссылке на авторитеты. При этом часто покойным
авторитетам приписывают высказывания и воззрения, которые были при жизни им
абсолютно чужды. Известное дело: мертвые сраму не имут. В подобных случаях
знакомство с биографией великих позволяет достаточно надежно определить подлог и
соответствующим образом отнестись к творению автора.
Если предлагаемое потребителю "революционное учение" не имеет научной
предыстории - это очень и очень достоверный признак брехологии. Наука
развивается поступательно, основанием для нового знания всегда служит старое,
проверенное. Если же предшественники у автора отсутствуют, а его "наука" выскочила
на свет божий, как черт из табакерки, совершенно естественным к ней будет
отношение , как к нечистой силе. Аналогично предлагаю относиться и ко всякого
рода "озарениям", "наитиям" и прочим божьим дарам. Всякая эзотерика, истерика
и мистика самим своим присутствием в "научном" опусе однозначно определяют
его принадлежность к брехологии.
Еще один признак третьего порядка я назвал бы "небритость по Оккаму".
Бритвой Оккама был назван принцип, сформулированный еще в XIV веке францисканским
монахом Уильямом Оккамом, который гласит: Entia поп sunt multiplicanda sine
necessitate - "Сущности не следует умножать без необходимости". Иначе говоря,
не следует придумывать сложное объяснение там, где достаточно простого.
Эйнштейн несколько изменил формулировку: "Все следует упрощать до тех пор, пока
это возможно, но не более того". В лженаучных опусах этот принцип не
соблюдается. Примером нарушения принципа Оккама могут послужить рассуждения о
Бермудском треугольнике. В районе с чрезвычайно интенсивным мореплаванием, с
очень неустойчивыми воздушными потоками и морскими течениями время от времени
пропадают корабли и самолеты. Брехологи объясняют эти катастрофы действием
потусторонних сил. Аварии в силу естественных причин (прекращение связи с
самолетом из-за неполадок в электросети; падение в море из-за ошибок навигации
и перерасхода топлива; гибель корабля под ударом аномально высокой одиночной
волны) отвергаются в пользу красивых и ничем не обоснованных измышлений.
Завершаю статью простой рекомендацией: для различения науки и брехологии
пользуйтесь здравым смыслом.
Если еще не разорились лотереи - грош цена пророкам. Если еще есть больные,
все чудодейственные снадобья - помойка. Если некто предлагает чудо - он
шарлатан .
Разное
ПЕРЕПИСКА
Добрый день!
Скачал Ваш журнал №9 за 2010 год на странице 43 помещена фотография
мухоловки и подпись "сколопендра". Я не биолог, но кажется это два разных
существа. Недавно переписывался с человеком, который снимает мухоловок, и поэтому
хорошо запомнил их облик, а заодно и почитал про них в сети. Можете сами
сравнить результаты поиска фоток по этим двум словам.
Кстати, спасибо за интересный журнал!
Сергей Миляхин.
Да, похоже, редакция допустила ляп. Помещаем правильный снимок и небольшой
отрывок из «Похождения бравого солдата Швейка» Ярослава Гашека.
Кольчатая сколопендра (Scolopendra cingulata).
================================== ПОДВАЛ ===================================
. . . Несчастный капрал уже ни на что не реагировал. Он тупо глядел в окно и
дал полную свободу дезорганизации в арестантском купе.
Конвойные у перегородки играли в "мясо", и на ягодицы падали добросовестные
и увесистые удары остальных солдат. Когда капрал обернулся к ним, прямо на
него вызывающе уставилась солдатская задница. Капрал вздохнул и опять
повернулся к окну.
Вольноопределяющийся на минуту задумался и затем обратился к измученному
капралу:
- Вы когда-нибудь читали журнал "Мир животных"?
- Этот журнал у нас в деревне выписывал трактирщик, - ответил капрал, явно
довольный, что разговор принял другое направление. - Большой был любитель
санских коз, а они у него все дохли, так он спрашивал совета в этом журнале.
- Дорогой друг, - сказал вольноопределяющийся, - история, которую я вам
сейчас изложу, со всею очевидностью вам докажет, что человеку свойственно
ошибаться. Господа, там, сзади! Уверен, что вы перестанете играть в "мясо",
ибо то, что я вам сейчас расскажу, покажется вам очень интересным, хотя бы
потому, что многих специальных терминов вы не поймете. Я расскажу вам повесть
о "Мире животных", чтобы вы позабыли о наших нынешних военных невзгодах.
Каким образом я стал редактором "Мира животных", этого весьма интересного
журнала, - долгое время было неразрешимой загадкой для меня самого. Потом я
пришел к убеждению, что мог пуститься на такую штуку только в состоянии
полной невменяемости. Так далеко завели меня дружеские чувства к одному моему
старому приятелю - Гаеку. Гаек добросовестно редактировал этот журнал, пока
не влюбился в дочку его издателя, Фукса. Фукс прогнал Гаека в два счета со
службы и велел ему подыскать для журнала какого-нибудь порядочного редактора.
Как видите, тогдашние условия найма и увольнения были довольно странные.
Когда мой друг Гаек представил меня издателю, тот очень ласково меня принял
и осведомился, имею ли я какое-нибудь понятие о животных. Моим ответом он
остался очень доволен. Я высказался в том смысле, что всегда очень уважал
животных и видел в них только ступень перехода к человеку и что, с точки зрения
покровительства животным, я особенно прислушивался к их нуждам и стремлениям.
Каждое животное хочет только одного, а именно: чтобы перед съедением его
умертвили по возможности безболезненно.
Карп, например, с самого своего рождения сохраняет укоренившееся
представление , что очень некрасиво со стороны кухарки вспарывать ему брюхо заживо. С
другой стороны, возьмем обычай рубить петухам головы. Общество
покровительства животных борется, как только может за то, чтобы птицу не резали неопытной
рукой. Скрюченные позы жареных гольцов как нельзя лучше свидетельствуют о
том, что, умирая, они протестуют против того, чтобы их заживо жарили на
маргарине . Что касается индюков...
Тут издатель прервал меня и спросил, знаком ли я с птицеводством,
разведением собак, с кролиководством, пчеловодством, вообще с жизнью животных во
всем ее многообразии, сумею ли я вырезать из других журналов картинки для
воспроизведения, переводить из иностранных журналов специальные статьи о
животных, умею ли я пользоваться Бремом и смогу ли писать передовицы из жизни
животных применительно к католическому календарю, к переменам погоды, к
периодам охоты, к скачкам, дрессировке полицейских собак, национальным и
церковным праздникам, короче, обладаю ли я журналистским кругозором и
способностью обрисовать момент в короткой, но содержательной передовице.
Я заявил, что план правильного ведения такого рода журнала, как "Мир
животных", мною уже давно обдуман и разработан и что все намеченные отделы и
рубрики я вполне могу взять на себя, так как обладаю всеми необходимыми данными
и знаниями в упомянутых областях.
Моим стремлением будет поднять журнал на небывалую высоту. Реорганизовать
его как в смысле формы, так и содержания. Далее я сказал, что намерен завести
новые разделы, например, "Уголок юмора зверей", "Животные о животных"
(применяясь , конечно, к политическому моменту), и преподносить читателям сюрприз за
сюрпризом, чтобы они опомниться не смогли, когда будут читать описание
различных животных. Раздел "Звериная хроника" будет чередоваться с новой
программой решения проблемы о домашних животных и "Движением среди скота".
Издатель опять прервал меня и сказал, что этого вполне достаточно и что
если мне удастся выполнить хотя бы половину, то он мне подарит парочку
карликовых виандоток, получивших первый приз на последней берлинской выставке
домашней птицы: их владелец тогда же был удостоен золотой медали за отличное
спаривание .
Могу сказать: старался я по мере сил и возможностей и свою "правительствен-
ную" программу выполнял, насколько только хватало моих способностей; более
того: я даже пришел к открытию, что в своих статьях превзошел самого себя.
Желая преподнести читателю что-нибудь новое и неожиданное, я сам выдумывал
животных. Я исходил из того принципа, что, например, слон, тигр, лев,
обезьяна , крот, лошадь, свинья и так далее - давным-давно известны каждому читателю
"Мира животных" и теперь его необходимо расшевелить чем-нибудь новым, какими-
нибудь открытиями. В виде пробы я пустил "сернистого кита". Этот новый вид
кита был величиной с треску и снабжен пузырем, наполненным муравьиной
кислотой, и особенного устройства клоакой; из нее сернистый кит со взрывом
выпускал особую кислоту, которая одурманивающе действовала на мелкую рыбешку,
пожираемую этим китом. Позднее один английский ученый, не помню, какую я ему
придумал тогда фамилию, назвал эту кислоту "китовой кислотой". Китовый жир
был всем известен, но новая китовая кислота возбудила интерес, и несколько
читателей запросили редакцию, какой фирмой вырабатывается эта кислота в
чистом виде.
Смею вас уверить, что читатели "Мира животных" вообще очень любопытны.
Вслед За сернистым китом я открыл целый ряд других диковинных зверей.
Назову хотя бы "благуна продувного" - млекопитающее из семейства кенгуру, "быка
съедобного" - прототип нашей коровы и "инфузорию сепиевую", которую я
причислил к семейству грызунов.
С каждым днем у меня прибавлялись новые животные. Я сам был потрясен своими
успехами в этой области. Мне никогда раньше в голову не приходило, что
возникнет необходимость столь основательно дополнить фауну. Никогда бы не
подумал, что у Брема в его "Жизни животных" могло быть пропущено такое множество
животных. Знал ли Врем и его последователи о моем нетопыре с острова
Исландия, о так называемом "нетопыре заморском", или о моей домашней кошке с
вершины горы Килиманджаро под названием "Пачуха оленья раздражительная"?
Разве кто-нибудь из естествоиспытателей имел до тех пор хоть малейшее
представление о "блохе инженера Куна", которую я нашел в янтаре и которая была
совершенно слепа, так как жила на доисторическом кроте, который также был
слеп, потому что его прабабушка спаривалась, как я писал в статье, со слепым
"мацаратом пещерным" из Постоенской пещеры, которая в ту эпоху простиралась
до самого теперешнего Балтийского океана.
По этому незначительному, в сущности, поводу возникла крупная полемика
между газетами "Время" и "Чех". "Чех", цитируя в своем фельетоне - рубрика
"Разное" - статью об открытой мною блохе, сделал заключение: "Что бог ни делает,
все к лучшему". "Время", естественно, чисто "реалистически" разбило мою блоху
по всем пунктам, прихватив, кстати, и преподобного "Чеха". С той поры, по-
видимому, моя счастливая звезда изобретателя-естествоиспытателя, открывшего
целый ряд новых творений, закатилась. Подписчики "Мира животных" начали
высказывать недовольство.
Поводом к недовольству послужили мои мелкие заметки о пчеловодстве и
птицеводстве . В этих заметках я развил несколько новых своих собственных теорий,
которые буквально вызвали панику, так как после нескольких моих весьма
простых советов читателям известного пчеловода Пазоурека хватил удар, а на Шума-
ве и в Подкрконошах все пчелы погибли. Домашнюю птицу постиг мор - словом,
все и везде дохло. Подписчики присылали угрожающие письма. Отказывались от
подписки.
Я набросился на диких птиц. До сих пор отлично помню свой конфликт с
редактором "Сельского обозрения", депутатом клерикалом Йозефом М. Кадлачаком.
Началось с того, что я вырезал из английского журнала "Country Life1" картинку,
изображающую птичку, сидящую на ореховом дереве. Я назвал ее "ореховкой",
1 Сельская жизнь (англ.)
точно так же, как не поколебался бы назвать птицу, сидящую на рябине,
"рябиновкой" .
Заварилась каша. Кадлачак послал мне открытку, где напал на меня,
утверждая, что это сойка, а вовсе не "ореховка" и что-де "ореховка" - это рабский
перевод с немецкого Eichelhaher2.
Я ответил ему письмом, в котором изложил всю свою теорию относительно
"ореховки" , пересыпав изложение многочисленными ругательствами и цитатами из Бре-
ма, мною самим придуманными.
Депутат Кадлачак ответил мне передовицей в "Сельском обозрении".
Мой шеф, пан Фукс, сидел, как всегда, в кафе и читал местные газеты, так
как в последнее время зорко следил за заметками и рецензиями на мои
увлекательные статьи в "Мире животных". Когда я пришел в кафе, он показал головой
на лежащее на столе "Сельское обозрение" и что-то прошептал, посмотрев на
меня грустными глазами, - печальное выражение теперь не исчезало из его глаз.
Я прочел вслух перед всей публикой:
- "Многоуважаемая редакция! Мною замечено, что ваш журнал вводит
непривычную и необоснованную зоологическую терминологию, пренебрегая чистотою
чешского языка и придумывая всевозможных животных. Я уже указывал, что вместо
общепринятого и с незапамятных времен употребляемого названия "сойка" ваш
редактор вводит название "желудничка", что является дословным переводом немецкого
термина "Eichelhaher" - сойка".
- Сойка, - безнадежно повторил за мною издатель.
Я спокойно продолжал читать:
- "В ответ на это я получил от редактора вашего журнала "Мир животных"
письмо, написанное в крайне грубом, вызывающем тоне и носящее личный
характер. В этом письме я был назван невежественной скотиной - оскорбление, как
известно, наказуемое. Так порядочные люди не отвечают на замечания научного
характера. Это еще вопрос, кто из нас большая скотина. Возможно, что мне не
следовало делать свои возражения в открытом письме, а нужно было написать
закрытое письмо. Но ввиду перегруженности работой я не обратил внимания на
такие пустяки. Теперь же, после хамских выпадов вашего редактора "Мира
животных", я считаю своим долгом пригвоздить его к позорному столбу. Ваш редактор
сильно ошибается, считая меня недоучкой и невежественной скотиной, не имеющей
понятия о том, как называется та или иная птица. Я занимаюсь орнитологией в
течение долгих лет и черпаю свои знания не из мертвых книг, но в самой
природе, у меня в клетках птиц больше, чем за всю свою жизнь видел ваш редактор,
не выходящий за пределы пражских кабаков и трактиров.
Но все это вещи второстепенные, хотя, конечно, вашему редактору "Мира
животных" не мешало бы убедиться, что представляет собой тот, кого он обзывает
скотиной, прежде чем нападки эти выйдут в свет и попадутся на глаза читателям
в Моравии, в Фридланде под Мистеком, где до этой статьи у вашего журнала
также были подписчики.
В конце концов, дело не в полемике личного характера с каким-то
сумасшедшим, а в том, чтобы восстановить истину. Поэтому повторяю еще раз, что
недопустимо выдумывать новые названия, исходя из дословного перевода, когда у нас
есть всем известное отечественное - сойка".
- Да, сойка, - с еще большим отчаянием в голосе произнес мой шеф.
Я спокойно читаю дальше, не давая себя прервать:
- "Когда неспециалист и хулиган берется не за свое дело, то это наглость с
его стороны. Кто и когда называл сойку ореховкой? В труде "Наши птицы" на
странице сто сорок восемь есть латинское название - "Ganulus glandarius В.
А.". Это и есть сойка.
2 Eichel - желудь (нем.)
Редактор вашего журнала безусловно должен будет признать, что я знаю птиц
лучше, чем их может знать неспециалист. Ореховка, по терминологии профессора
Баера, является не чем иным, как Mucifraga carycatectes В. , и это латинское
"Б" не обозначает, как написал мне ваш редактор, начальную букву слова
"болван". Чешские птицеводы знают только сойку обыкновенную, и им не известна
ваша "желудничка", придуманная господином, к которому именно и подходит
начальная буква "Б", согласно его же теории.
Наглые выходки, направленные против личности, сути дела не меняют. Сойка
останется сойкой, хотя бы ваш редактор даже наклал в штаны. Последнее явится
только лишним доказательством того, что автор письма пишет легкомысленно, не
по существу дела, даже если он при этом в возмутительно грубой форме ссылался
на Брема. Так, например, этот грубиян пишет, что сойка, согласно Брему,
страница четыреста пятьдесят два, относится к отряду крокодиловидных, в то время
как на этой странице говорится о жулане или сорокопуде обыкновенном (Lanius
minorl). Мало того, этот, мягко выражаясь, невежда ссылается опять на Брема,
заявляя, что сойка относится к отряду пятнадцатому, между тем как Брем
относит вороновых к отряду семнадцатому, к которому принадлежат и вороны,
семейства галок, причем автор письма настолько нагл, что и меня назвал галкой
(colaeus) из семейства сорок, ворон синих, из подотряда болванов неотесанных,
хотя на той же странице говорится о сойках лесных и сороках пестрых".
- Лесные сойки, - вздохнул мой издатель, схватившись за голову. - Дайте-ка
сюда, я дочитаю.
Я испугался, услышав, что издатель во время чтения начал хрипеть.
- Груздяк, или дрозд черный, турецкий, - прохрипел он, - все равно
останется в чешском переводе черным дроздом, а серый дрозд - серым.
- Серого дрозда следует называть рябинником, или рябиновкой, господин шеф,
- подтвердил я, - потому что он питается рябиной.
Пан Фукс отшвырнул газету и залез под бильярд, хрипя последние слова
статьи: "Turdus3", груздяк!
- К черту сойку! - орал он из-под бильярда. - Ореховка! Укушу!
Еле-еле его вытащили. Через три дня он скончался в узком семейном кругу от
воспаления мозга.
Последние его слова перед кончиной в минуту просветления разума были:
- Для меня важны не личные интересы, а общее благо. С этой точки зрения и
примите мое последнее суждение как по существу, так и... - и икнул.
Вольноопределяющийся замолк на минуту, а затем не без ехидства сказал
капралу:
- Этим я хочу сказать, что каждый может попасть в щекотливое положение и
что человеку свойственно ошибаться.
Из всего этого капрал понял только, что ему ставятся на вид его собственные
ошибки. Он отвернулся опять к окну и стал мрачно глядеть, как убегает дорога.
3 Дрозд (лат)
ФОТОГАЛЕРЕЯ
л \
Первичная ферментация.
~,4
\-
г % t ъ
1
Шампанизация белого вина.
Сбраживание отжимок винограда для граппы.
Перегонка сусла на коньячный спирт.
Разное
Редакция журнала обращается ко всем читателям с
просьбой помочь в формировании номеров. Если Вам
где-либо в интернете встретиться статья, про
которую вы подумаете, что она могла бы подойти для
журнала «Домашняя лаборатория» - не поленитесь,
сбросьте ссылку на адрес domlab@inbox.com.
Если у Вас есть идеи о том, каким должен быть
этот журнал - мы может дать Вам возможность
попробовать себя в качестве его редактора. «Дорогу
осилит идущий».