/
Author: Смирнова Н.Д. Арш Г.Л. Сенкевич И.Г.
Tags: фашизм история европы история албании терроризм освободительное движение
Year: 1965
Text
КРАТКАЯ ИСТОРИЯ
АЛБАНИИ
АКАДЕМИЯ
НАУК
СССР
Институт
истории
Г. Л. Арш,
И. Г. Сенкевич,
Н. Д. Смирнова
Краткая история
АЛБАНИИ
ПОД РЕДАКЦИЕЙ
доктора исторических наук
А. Ф. МИЛЛЕРА
Издательство «Н а у к а»
Москва 1905
ВВЕДЕНИЕ
Современная Албания — социалистическое государст-
во, расположенное на берегах Адриатического и Иони-
ческого морей. Население ее едва превышает полтора
миллиона жителей, а территория немного меньше Бель-
гии. Старые крепости, полуразрушенные или хорошо со-
хранившиеся, возвышаются почти над каждым городом
Албании. И тяжелая каменная кладка крепостных стен
античности, и узкие прорези бойниц средневековых
укреплений, и цементно-серые бункеры времен второй
мировой войны — все это говорит о суровых испытаниях,
выпавших на долю албанского народа, о его долгой
борьбе против многочисленных завоевателей. Албания —
страна сложной и трудной судьбы — воистину выстрадала
свое право строить независимую жизнь и только в конце
1944 г. в результате разгрома Вооруженными Силами
СССР гитлеровских войск на Балканам и победы массо-
вого национально-освободительного движения обрела
подлинную самостоятельность. В течение многих веков
турецкого господства изолированная от европейских
стран, а в 20—30-е годы XX в. порабощенная итальян-
скими империалистами, Албания была для многих госу-
дарственных и политических деятелей, публицистов и
историков terra incognita. История ее изучалась мало:
пожалуй, лишь времена Скандербега и Али-паши Тепе-
лены привлекали внимание ученых и литераторов, но и
в этих случаях буржуазная историография выдвигала на
первый план колоритные фигуры военачальников, отводя
албанскому народу роль воинственной дикой волцницы,
неприспособленной к цивилизации.
Планомерное изучение истории Албании началось
после образования Народной Республики Албании. За
последние годы несколько расширился круг опублико-
5
ванных источников. Но до сих пор объем документации,
в сравнении с материалами по другим странам Балкан-
ского полуострова, весьма ограничен, особенно в том,
что касается периода нового и новейшего времени, на-
родных движений и социально-экономической истории.
Другую, не менее серьезную трудность для исследователя
представляют устаревшие или искусственно созданные
традиции и представления об отдельных исторических
личностях, событиях, внутренних процессах.
Предлагаемая советскому читателю «Краткая исто-
рия Албании» является первым в советской исторической
литературе опытом создания обобщающего труда по
истории албанского народа. Данный том освещает пе-
риод от XV в. до кануна второй мировой войны.
При написании работы использовались неопублико-
ванные документы из архивов Советского Союза и
(в меньшей мере) из Государственного исторического
архива Народной Республики Албании. В частности,
фонды Архива внешней политики России дали основной
материал для освещения политической и экономической
жизни Албании конца XVIII — начала XIX в. Ценные
материалы получены из публикаций документов, мемуар-
ной литературы, прессы, а также из монографических ис-
следований по отдельным проблемам истории Албании.
Необходимо, однако, отметить, что вследствие ограни-
ченности источниковедческой базы многие вопросы до
сих пор недостаточно изучены.
«Краткая история Албании» подготовлена в Секторе
стран народной демократии Института истории АН СССР.
Глава 1
ТУРЕЦКОЕ ВТОРЖЕНИЕ В АЛБАНИЮ.
ОСВОБОДИТЕЛЬНАЯ БОРЬБА
АЛБАНСКОГО НАРОДА
ПОД РУКОВОДСТВОМ СКАНДЕРБЕГА
Некоторые сведения о происхождении
албанцев
Албанцы называют свою страну Шкиприя
(5Ьц1рёг^а), а себя — шкиптарами (shqiptaret). Устное
предание относит появление этих названий к временам
Пирра, царя Эпира. Легенда гласит, что после одного
победоносного сражения Пирр выразил восхищение храб-
ростью своих воинов, назвав их шкиптарами — сынами
орлов (по-албански орел — shqipe, shqiponje). Правда,
ученые-лингвисты предлагают другое, более прозаиче-
ское объяснение этих названий, производя их от албан-
ского глагола «shqipoj», в значении понимать, т. е. счи-
тают, что шкиптарами называли друг друга те, кто гово-
рил на понятном для них языке. Достоверность легенды
подрывают и письменные источники древности и средне-
вековья, которые упоминают о стране Албанум, Арбанон,
Албания, название же Шкиприя появляется только в
новое время. Тем не менее представление о народе этой
небольшой страны настолько слилось с образом горных
орлов, что легенда получила самое широкое распро-
странение.
Во всяком случае несомненно, что албанцы — один
из древнейших народов Европы. Первые следы чело-
века на территории современной Албании относятся к
среднему палеолиту. Они обнаружены во время архео-
логических раскопок в деревне Дзарре, около Саранды.
7
Памятники более поздних эпох встречаются на всей тер-
ритории страны. Находки в неолитических стоянках в
Малики (около Корчи), пещерах Вельчи (Влёра) и
Беньи (Пермет), в Груемире (Шкодра), Душмане (Ду-
кагини), в окрестностях Дурреса и в других местах по-
зволили установить характер занятий древнейших обита-
телей Албании: наряду с охотой и рыболовством здесь
с IV—II тысячелетия до н. э. были распространены ско-
товодство и земледелие.
Со времени неолита юг современной Албании засе-
ляли пеласги, а в середине II тысячелетия до н. э. на
западе Балканского полуострова появляются иллирий-
ские племена: лябеаты, пирусты, тауланты, албаны, эн-
келейцы и др. По всей вероятности, эти иллирийские пле-
мена и явились предками албанцев. Такая гипотеза воз-
никла еще во второй половине XVIII в. и в дальнейшем
получила развитие в трудах многих историков, археоло-
гов и лингвистов (Д. Мустилли, Ф. Рибекко, X. Цека и
др.). В самое последнее время ее поддерживали К. Трей-
мер (Австрия), В. Цимоховский (Польша), группа ал-
банских исследователей: Э. Чабей, С. Ислями, Ф. Прен-
ди, С. Анамали и др. Впрочем, параллельно имела хож-
дение другая теория, связывавшая происхождение ал-
банцев с племенами пеласгов; в конце XIX в. казалось,
что она не выдерживает научной критики, но в наши дни
некоторые ученые вновь выдвинули ее в качестве одной
из возможных гипотез.
Иллирийцы и их соседи — греки и фракийцы — ока-
зывали друг на друга определенное влияние в области
языка и культуры. На протяжении веков иллирийцы при-
ходили в соприкосновение и с другими племенами, засе-
лявшими Балканский полуостров. Так, например, боль-
шое воздействие на иллирийское население оказали сла-
вяне, находившиеся, по-видимому, на несколько более
высокой ступени развития.
Еще в IV в. до н. э. иллирийцы создали свое первое
государственное объединение, так называемую Федера-
цию энкелейцев — рабовладельческое государство, объ-
единившее, кроме энкелейцев, некоторые другие сосед-
ние иллирийские племена. Это и более поздние иллирий-
ские государства вели продолжительные войны со свои-
ми соседями. Борьба против Рима закончилась неуда-
чей для иллирийцев: во II в. до н. э. их земли были за-
8
воеваны римлянами. Несмотря на многочисленные вос-
стания, господство Римской империи сохранялось вплоть
до ее разделения, после чего иллирийские провинции
отошли к Византии. В период византийского правления
(а по некоторым предположениям, еще раньше) среди
иллирийцев распространилось христианство, вытеснив-
шее языческие верования.
К этому же времени восходит начало образования
албанской народности, получившей свое название по
имени одного из иллирийских племен — албанов («алба-
нои» или «арбанои»), населявших район Круи. Жите-
ли страны стали называться арберийцами или арбреша-
ми, а территория — Арберией, Арбаноном, Албаноном
(в настоящее время арбрешами называют албанское на-
селение в Италии: в Калабрии и Сицилии).
Албания в конце XIV — начале XV в.
Первые столкновения с турками
Зарождение феодализма в Албании принято
датировать VIII—XI вв. До нас не дошли албанские до-
кументы того периода, поэтому картину социально-эко-
номических отношений, сложившихся к XIV в., можно
представить себе лишь приблизительно, опираясь на кос-
венные свидетельства и историю развития феодализма в
соседних землях. Господство Византии, а затем Болгар-
ского царства, норманнов, Сербии накладывало замет-
ный отпечаток на развитие Албании. Несомненное влия-
ние на развитие земледелия оказали славяне, о чем сви-
детельствуют заимствованные албанцами из славянских
языков и сохранившиеся до наших дней сельскохозяйср
венные термины, названия феодальных держаний, неко-
торых категорий крестьян и т. д.
В XIV — начале XV в. феодальные отношения в Ал-
бании отличались большим разнообразием. Господствуя
в прибрежных и равнинных районах, они уживались со
значительными пережитками родоплеменного строя в гор-
ных местностях.
Наиболее распространенным типом земельной собст-
венности, особенно на побережье Адриатического моря,
были феодальные владения на основе пронии, т. е. услов-
ные держания, предоставленные государством феодалу
9
как вознаграждение за военную службу. Пронин были
самых различных размеров. Так, в районе Шкодры про-
н'иары получали и поля, и виноградники, и деревни. Из-
вестны случаи, когда в качестве пронии давались целые
города (Шаси и Дришт в конце XIV в.).
Объем и характер обязанностей феодала зависел от
размеров пронии и получаемых доходов. Например, один
из крупных албанских прониаров на рубеже XIV—XV в.
Георгий Дукагини должен был являться по призыву ве-
нецианского государства, подданным которого он тогда
(в 1403 г.) состоял, во главе отряда из 40 всадников и 100
пехотинцев, «находившихся всегда в постоянной готов-
ности выполнять все приказы наших (венецианских.—
Авт.) ректоров».
В рассматриваемый период прониарские держания
постепенно превращались в наследственные и практиче-
ски приравнивались к наследственному феодальному
владению — баштине, отчуждать которую государство
имело право только в случае измены феодала. Наследо-
вание пронии, однако, обусловливалось определенными
обязательствами военного или иного характера. Если
наследник не выполнял их или был заведомо неспособен
их выполнить, сюзерен мог передать пронию другому
феодалу.
Существовал еще один вид феодальной земельной
собственности, известный под латинским названием
«территория», или «террени». Такая собственность была
свободна от всяких ограничений или условий. Господин
«территории» мог продавать ее, увеличивать размеры
путем покупки новых участков и т. п.
Крупными феодальными собственниками были рели-
гиозные учреждения. Об этом свидетельствуют докумен-
ты православных сербских монастырей (Дечанского и
Архангельского), осуществлявших феодальные права
над некоторыми албанскими районами. В венецианских
владениях на албанском побережье Адриатического мо-
ря значительные доходы от эксплуатации местного го-
родского и сельского населения получала католическая
церковь.
Земельные владения светских и духовных феодалов
делились на собственно господскую землю (усадьба, па-
хотная земля и пастбища) и хозяйства крепостных кре-
стьян. Крестьяне были обязаны нести барщину (обычно
10
три дня в году) и выполнять натуральные или денежные
повинности, а также «ангарии», т. е. различные вспомо-
гательные работы в господском хозяйстве: рубить лес,
ловить рыбу, ремонтировать дороги и т. д. Феодальные
повинности были основные — каждый двор платил в год
по одному дукату — и дополнительные — четыре гроша
на рождество и на пасху, десятина пшена и мера проса
и т. п. В некоторых случаях в разряд дополнительных
повинностей входили налоги шелком, медом и другими
товарами крестьянского хозяйства.
Крестьяне находились в юридической зависимости от
феодала. Степень ее была различной. Некоторые источ-
ники сообщают о «рабах», которых господин мог прода-
вать с землей или без нее, а также сгонять с обрабаты-
ваемой ими земли. Существовали, кроме того, «времен-
ные рабы», закабалившие себя из-за долгов и освобож-
давшиеся, если они их выплачивали.
Во внутренних, главным образом горных, районах
Албании большую роль играла сельская община. Она
хранила патриархальные обычаи, и ее высший орган —
Совет старейшин осуществлял административные и су-
дебные функции, опираясь на авторитет обычного пра-
ва. Общинники совместно пользовались пастбищами
и несли коллективную ответственность за уплату
налогов.
Беспрерывные войны и междоусобицы, характерные
для средневековья, наносили большой ущерб феодаль-
ному хозяйству. Господствующий класс стремился по-
лучать средства на новые военные экспедиции за счет
эксплуатации крестьянства, которое отвечало на эти по-
пытки протестами. Документы того времени свидетельст-
вуют о бегстве крестьян из владений феодалов, они
содержат упоминания и о восстаниях.
По мере развития феодализма росли и города. Наи-
более крупными из них были Шкодра, Лежа, Дуррес,
Влёра на Адриатическом побережье, а во внутренних
районах — Берат, Круя, Гирокастра и др. Албанские
ремесленники славились искусством обработки железа
и драгоценных металлов, производством оружия, шер-
стяных и шелковых тканей, резьбой по дереву и обработ-
кой камня.
Города Адриатического побережья не только торго-
вали своими товарами, но и осуществляли посредниче-
11
ские функции между Западом и Востоком. Некоторые из
них чеканили свою монету. Получив в результате роста
своего экономического и политического влияния некото-
рые права самоуправления., они вели постоянную борьбу
за их сохранение. Иноземные завоеватели и местные фео-
далы совершали на города грабительские набеги, стре-
мясь завладеть их богатствами.
В конце XIV — начале XV в. фактической хозяйкой
Восточной Адриатики являлась Венеция. Даже фор-
мально большинство городов побережья, в том числе
Шкодра, Лежа, Дуррес, находились под ее властью.
В инструкциях своим должностным лицам в албанских
приморских городах венецианский сенат категорически
требовал вывозить только в Венецию зерно, производив-
шееся в Албании, а также запретил иноземным судам
перевозить соль, добывавшуюся около Дурреса и на
о. Корфу.
Ввиду своего исключительно благоприятного поло-
жения в системе адриатической торговли прибрежные
города являлись наиболее развитыми в экономическом
отношении районами Албании. Однако с внутренними
районами они почти не были связаны. Венецианцы под-
держивали эту разобщенность, усматривая в усилении
торговой активности местного населения угрозу своим
позициям. Вероятно, именно поэтому они стремились
ограничить владетельские права албанцев в городах, на-
ходившихся под венецианским управлением. Так, в до-
говоре 1442 г. с городом Дришти содержались пункты,
запрещавшие албанцам владеть прениями не только в
самом городе, но и в его окрестностях.
Документы свидетельствуют о том, что в горных
районах феодальные отношения достигли меньшего
развития. Скотоводы-горцы были лично свободны,
но платили феодалам налог за пользование паст-
бищами.
Анонимный путешественник XIV в. рассказывает о
горной Албании: «Эта страна богата мясом, сыром, мо-
локом, но не богата хлебом и винами, однако знать имеет
это в изобилии; городов, крепостей, поселений, укреп-
ленных мест или деревень нет, но живут в хижинах и пере-
двигаются с одного места на другое всем родом». Да-
лее он упоминает о соседних районах, где уже есть кре-
12
постные, а население ведет оседлый образ жизни, за-
нимается земледелием и, в частности, разводит вино-
градники
Дарственная грамота Гьона Кастриоти, датирован-
ная 1426 г., сообщает некоторые интересные данные о
распространении церковного феодального землевладе-
ния. Передавая Александровскому монастырю две де-
ревни в горных районах Дибры, Гьон Кастриоти пере-
числяет в дарственной грамоте налоги, которые впредь
будет собирать новый хозяин — церковь «по закону де-
ревень тех». Перечень повинностей, которыми облагались
крестьяне, может дать представление о развитии феода-
лизма во внутренних районах Албании. Но города здесь
были развиты гораздо меньше, чем на побережье. За
исключением процветавшей Круи, стоявшей на скреще-
нии торговых путей, города внутренней Албании лишь в
самой слабой степени служили средоточием ремесла
и торговли и скорее являлись админис1ративными или
военными центрами.
В политическом отношении положение населенных
албанцами территорий было чрезвычайно сложным.
Только в отдельные периоды некоторым местным вла-
стителям удавалось создавать независимые государства.
Наиболее значительным из них являлось существовав-
шее в конце XII — начале XIII в. Арберийское княжест-
во или, как оно иногда называется, Арберийский прин-
ципат.
В середине Х1У в. Албания находилась под властью
сербского государства. После смерти Стефана Душана
его обширное царство распалось, и на территории Алба-
нии стали образовываться независимые феодальные кня-
жества. Они враждовали между собой, а соседние госу-
дарства, не будучи в тот период в состоянии установить
там свою прочную власть, поддерживали' то одного, то
другого албанского властителя. Среди албанских круп-
ных феодальных родов особенно выделялись Топия и
Бальши. Род Топия (его южная ветвь носила имя Ариа-
нити) первоначально владел территорией между Дурре-
сом, Круей и Тиваром, но затем расширил границы своих
земель. Наивысшего подъема это среднеалбанское кня-
1 «Anonimi descriptio Europae Orientalis», Ed. О. Gorka. Cracovie,
1916, p. 25—26, 28.
13
жество достигло во время правления Карла Топия
(1359—1388), которому удалось не только подчинить себе
ряд феодалов (Музаки, Матаранги и др.), но и захва-
тить в 1367 г. богатый торговый город Дуррес, ставший
столицей княжества. Карл Топия успешно маневрировал
между Венецианской республикой, анжуйцами и папой
римским, которые в надежде приручить строптивого ал-
банского феодала награждали его пышными титулами
великого графа Албании, господина Албании и примор-
ских областей Дурреса и т. п.
С Карлом Топией соперничал и боролся его северный
сосед — феодальный род Бальшей. При Стефане Ду-
шане члены семьи Бальшей занимали должности жу-
панов, а затем Бальши в качестве независимых правите-
лей объединили обширные территории со смешанным ал-
бано-славянским населением к северу и востоку от Шкод-
ры. На юге их владения доходили ро деки Мати — грани-
цы среднеалбанского княжества. Бальши делали неодно-
кратные попытки распространить свою власть еще даль-
ше на юг, но наталкивались на сопротивление Карла
Топии. Один из Бальшей, «король Албании» Бальша II
посредством династического брака — женитьбы на дочери
властителя Берата — сумел подчинить себе Мюзеке, Влё-
ру и Канину. В ответ Карл Топия, призвав на помощь
нового союзника — турок, нанес в 1385 г. Бальше II в
битве на равнине Савры жестокое поражение. Битва на
Савре не изменила границ княжеств, но смерть обоих
соперников (Бальша погиб в этом бою, а через три года
умер и Карл Топия) привела к разделу их земель на бо-
лее мелкие владения. Стали возвышаться новые фео-
дальные семьи — Дукагини, Буа Шпати, Музаки, Ариа-
нити, Кастриоти и др.
Подобно прочим балканским феодалам того времени
албанские феодалы прилагали гораздо больше энергии
и сил для ведения междоусобных войн, чем для отраже-
ния турецкого нашествия. Они лишь изредка объединя-
лись для борьбы против общего врага, но и эти союзы
быстро распадались из-за внутренних распрей.
Османское государство, образовавшееся в Малой
Азии на рубеже XIII и XIV вв., вело активную завоева-
тельную политику. Одним из главных ее направлений
была борьба за овладение землями, входившими в со-
став Византийской империи, и другими балканскими тер-
14
риториями. В Европу турки-османы впервые проникли в
1352 г.'Переправившись через Дарданеллы, они захва-
тили город Цимпе на Галлиполийском полуострове и в
течение нескольких лет распространили свое господство
на всю Восточную Фракию, включая Адрианополь (по-
турецки Эдирне), куда султан Мурад I перенес в 1362 г.
из Брусы свою столицу. Продолжая продвижение на се-
вер и северо-запад, завоевывая болгарские, греческие,
сербские, македонские, албанские земли, турки пользо-
вались слабостью уже распадавшейся Византийской им-
перии, а также тем, что занятые междоусобной борьбой
местные феодалы не смогли объединиться для отпора
турецким завоевателям и нередко шли на добровольное
признание сюзеренитета султана, если им гарантирова-
лось сохранение прежних феодальных прав.
В конце XIV в. участились попытки остановить про-
движение османских армий. Однако в 1371 г. на реке
Марице турки разбили македонское войско, а в 1389 г.
в битве на Косовом поле — объединенные силы сербов и
Сосняков, на стороне которых сражались также неболь-
шие отряды албанцев и валахов. К началу XV в. боль-
шинство районов Сербии, Болгарии, Албании было уже
покорено турками или признало вассальную зависи-
мость от султана.
Основная причина такого относительно быстрого
продвижения турок заключалась в слабости и разобщен-
ности их противников. Большую роль сыграли также
преимущества молодого турецкого военно-феодального
государства и его системы землевладения по сравнению
с одряхлевшим феодализмом Византии. Турецкая воен-
но-ленная система обеспечивала создание и бесперебой-
ное функционирование многочисленного феодального
войска. Собственность на землю принадлежала государ-
ству, а виды владения землей сводились к следующим
трем главным категориям: 1) казенные земли—мири, из
фонда которых султан раздавал тимары (мелкие воен-
ные лены с годовым доходом до 20 тыс. акче2), зеаметы
(более крупные военные лены с годовым доходом до
2 Акче, или аспра — серебряная монета. В XV—XVII вв. при-
равнивалась приблизительно к одному грамму серебра. 80 акче были
равны одному серебряному грошу или венецианскому дукату.
15
100 тыс. акче) и хассы (лены высших должностных лиц
и членов династии), 2) земли религиозных и благотвори-
тельных учреждений (вакуфы), 3) частновладельческие
земли (мюльк).
Военные лены составляли меньшую по размерам, но
наиболее важную по значению часть государственного
земельного фонда. Это были условные владения, предо-
ставляемые тимариотам (владельцам тимаров) и зай-
мам (владельцам зеаметов) под обязательством являться
по призыву султана на войну с определенным числом
вооруженных всадников в зависимости от величины до-
хода с лена.
Военные ленники (их называли общим именем «си-
пахи») взимали с крестьян ренту-налог, часть которой
поступала в государственную казну, а часть — в распо-
ряжение сипахи в вознаграждение за его военную служ-
бу. Сипахилик (владение сипахи) мог состоять из одной
или нескольких деревень, но иногда деревня делилась
на несколько сипахиликов. Сипахи не обладал правом
полной собственности на землю своего сипахилика.
Жившие здесь крестьяне могли передавать право поль-
зования своими участками по наследству и даже про-
давать это право с разрешения сипахи. Передача земли
от отца к сыну являлась бесспорным актом, не нуждав-
шимся в санкции сипахи. Сипахи имел в пределах свое-
го сипахилика небольшой участок земли, который без-
возмездно обрабатывали для него крестьяне. Сипахи
следил за тем, чтобы вся земля его сипахилика засе-
валась. Если крестьянский участок не обрабатывался в
течение трех лет, сипахи мог его передать другому
пользователю. Он также имел право разыскивать и воз-
вращать крестьян, самовольно покинувших его ленное
владение.
Тимариоты и займы подчинялись санджак-бею —
правителю санджака, военно-административной едини-
цы Османской империи. Санджак-беи, представители
высшей турецкой военно-феодальной аристократии, по-
лучали за свою службу зеаметы, а иногда и хассы.
В 1431 г. на части земель, населенных албанцами,
были созданы два санджака — Албания и Дибра, кото-
рые вошли в общую для завоеванных турками европей-
ских территорий административную единицу — эялет
Румелии (от турецкого «Рум-илй» — страна румов или
16
ромеев). Владения албанских феодалов, признавших вас-
сальную зависимость от султана (Кастриоти, Бальши и
др.), не были включены в эти санджаки, а считались ти-
марами и носили имена их владельцев: Юван-илй, т. е.
земля Гьона (Ивана) Кастриоти, Бальша-илй и т. д.
Санджаки делились на более мелкие административ-
ные единицы — вилайеты во главе с субаши. Санджак-
бею в санджаке и субаши в вилайете подчинялись граж-
данские и судебные власти, высшими представителями
которых были главы шариатских судов — кадии.
Существующие источники не дают исчерпывающего
представления об аграрном строе Албании в первые де-
сятилетия турецкого господства. Отрывочные сведения
все же позволяют сделать вывод, что введенная турец-
кими завоевателями военно-ленная система землевладе-
ния мало отличалась от прежней системы проний. Ти-
мары давались албанским феодалам, как и пронии, ус-
ловно — под обязательство несения военной службы в
,армии сюзерена, которым теперь стал турецкий султан.
Они могли передаваться и по наследству, если наслед-
ник принимал на себя выполнение военных повинностей.
Получение военных ленов не было на первых порах свя-
зано с обязательным переходом феодала в мусульманст-
во. Существенным фактическим отличием от пронии,
^однако, являлось то, что в османской военно-ленной си-
стеме тогда еще не было тенденции к превращению воен-
ных ленов из условных держаний в безусловные фео-
дальные владения; как это сложилось на Балканах нака-
нуне турецкого завоевания.
В первые годы турецкого господства в Албании со-
став тимариотов — основной категории военных ленни-
ков— был довольно пестрым. Турецкий реестр 1431 —
1432 гг. содержит следующие сведения о санджаке Алба-
ния, ооъединявшем территории к юго-западу от Круи
(до Гирокастры): 56 из 335 тимаров, т. е. 16%, принад-
лежали христианам, причем албанские феодалы сохра-
няли преимущественные позиции в санджаке, и толь-
ко 30% тимариотов были турецкими переселенцами из
Малой Азии.
Горные районы практически не были охвачены си-
стемой турецкой администрации. Имеются основания
полагать, что в этот период они формально не призна-
вали вассальной зависимости от султана.
2 । 17
Основу вооруженных сил турецкого государства в то
время составляла сипахийская кавалерия. Менее мно-
гочисленной, но обладавшей высокими профессиональ-
ными военными качествами была турецкая пехота —
янычары, специальные войска, образованные из христи-
анских мальчиков, набранных по принудительной раз-
верстке, обращенных в ислам и обученных с детства
военному искусству. Кроме того, существовало нерегу-
лярное войско, так называемые акынджи, формировав-
шееся из добровольцев перед каждым военным походом.
Византийский историк XV в. Дука так описывает это
войско: «Как только они услышат голос глашатая,
призывающий к набегу,— на их языке он называется
«акын»,— тотчас все они толпой, подобно реке, пускают-
ся в путь по собственному побуждению: многие без меш-
ка и сумы, без копий и сабель, иные — даже пешком;
вооруженные в большинстве своем лишь дубинками, они
двигаются бесчисленными рядами... И пусть в какую-ни-
будь область они явятся в неисчислимом множестве, вЬе
равно они нападают по-разбойничьи и убегают с награб- * \
ленным. Вот почему вся Фракия, вплоть до Далмации, *
превратилась в пустыню; вот почему многолюдное пле-
мя албанцев стало малочисленным; равным образом ва-
лахам, сербам и ромеям был нанесен сокрушительный *
удар» 3.
В начале XV в. продвижение турок в Европу времен-
но приостановилось. Султану Баязиду пришлось само- "
му отражать наступление мощного противника — Тиму-
ра (Тамерлана). В битве при Анкаре в 1402 г. Баязид
потерпел поражение и попал в плен. После этого около
20 лет в османском государстве шла ожесточенная борь-
ба претендентов на султанский престол, переплетавшая-
ся с народными волнениями и крестьянской войной.
Однако албанские феодалы не использовали ослабле-
ния турок для того, чтобы сбросить их господство. На-
против, в Албании возобновились междоусобные распри,
а турки, как и венецианцы, поощряли эту борьбу. В ре-
зультате иноземное господство не только не было поко-
3 Цит. по: И. С. До ст ян. Борьба южнославянских народов
против турецкой агрессии в XIV—XV вв.— «Византийский времен-
ник», т. 7. М., 1958, стр. 38—39.
1в
леблено, но еще больше укрепилось, и Границы его рас-
ширились.
Захваченные в первой четверти XV в. города Гиро-
кастра, Влёра, Круя, Берат стали впоследствии опорны-
ми пунктами дальнейших турецких завоеваний на Бал-
канах.
Албанские феодалы слишком поздно поняли истин-
ные размеры угрожавшей им опасности. То в одном, то
в другом районе вспыхивали вооруженные выступления
против турецких гарнизонов, но они подавлялись, а мя-
тежные феодалы — Топия, Кастриоти, Арианити, Дука-
гини — получали от султана прощение и сохраняли свои
владения ценой признания вассальной зависимости, це-
ной уступок и лавирования.
Отдельные успехи албанских феодалов, в том числе
победы талантливого полководца Георгия Арианити, за-
воевавшего европейскую известность разгромом турец-
кой армии во главе с Эвренос-беем в 1433 г., не могли
существенно повлиять на исход антитурецкой борь-
бы. Западные соседи албанцев, в первую очередь Вене-
ция, не хотели обострять своих отношений с османским
государством, так как вели с ним оживленную торговлю.
На Балканах и в Центральной Европе некоторые фео-
дальные монархи пытались организовать сопротивление
гуркам. Наиболее настойчиво в этом направлении дей-
ствовал в ЗО-е годы XV в. венгерский король и герман-
ский император Сигизмунд, стремившийся преодолеть
сепаратизм феодалов и заручиться поддержкой итальян-
ских государств. Однако до начала 40-х годов положение
на Балканах вообще и в Албании в частности не измени-
лось.
Установление турецкой власти в Албании сопровож-
далось опустошением захваченных земель. Больше всего
ухудшилось положение народных масс. Разрушительные
войны, грабежи, поборы разоряли крестьян и ремеслен-
ников. Целые районы впадали в нищету. В начале XV в.
поднялась первая волна массовой эмиграции албанцев
в Южную Италию и Сицилию.
2*
Скандербег и освободительная борьба
албанского народа в XV в.
В начале 40-х годов XV в. турецкие завоева-
тели, опустошив и разграбив Сербию, вторглись в Венг-
рию. Однако венгерские войска, руководимые с осени
1441 г. талантливым полководцем Яношем Хуньяди,
смогли остановить продвижение турок. В 1443 г., во вре-
мя «долгого похода», армия венгров и их союзников ата-
ковала войско султана на перевалах Балканских гор,
добилась коренного перелома в ходе военных действий
и затем перешла в наступление. С этого времени подня-
лась волна антитурецкой борьбы также и в Албании.
В истории Албании этот период неразрывно связан
с именем Георгия Кастриоти, прозванного Скандербе-
гом. В течение 25 лет он стоял во главе небольшого го-
сударства, от силы сопротивления которого в то время
во многом зависела судьба всего дела борьбы с инозем-
ными захватчиками на юго-востоке Европы. Но каким
бы талантливым военачальником ни был Скандербег, он
не смог бы добиться сколько-нибудь значительных ре-
зультатов, если бы он не использовал положительный
опыт борьбы, накопленный к тому времени другими на-
родами порабощенных турками стран.
Георгий Кастриоти происходил из мелкого феодаль-
ного рода, владевшего двумя деревнями в долине реки
Дрин. В начале XV в., владения Кастриоти расширились,
включив в себя районы Дибры, Мати и некоторые при-
брежные территории. Отец Георгия Гьон Кастриоти
пользовался большим влиянием среди албанских фео-
далов. Он поддерживал самостоятельные отношения с
иностранными государствами, несмотря на то, что силой
обстоятельств был вынужден признать вассальную за-
висимость от турецкого султана. Подобно многим дру-
гим албанским феодалам, ему пришлось послать ко
двору султана Мурада II в качестве заложника своего
сына Георгия.
О детских и юношеских годах Георгия мало известно
исторически достоверного. Даже точная дата его рожде-
ния не установлена; сейчас принято считать, что это был
1405 год.
Нередко исследователей смущало его «турецкое»
прошлое — длительное пребывание ла службе у султана
20
и принятие мусульманства. Поэтому в зависимости от
своих взглядов они представляли его то как кондотьера
на службе у европейских христианских государей, то как
мятежного турецкого бея-сепаратиста.
Георгий Кастриоти прославился как талантливый
военачальник и получил от турок в честь Александра
Македонского имя Искендер (Искендер-бей, отсюда
Скандербег). Он участвовал во многих военных похо-
дах, занимал высокие посты в системе турецкой админи-
страции: сначала субаши вилайета Круи, затем санджак-
бея Дибры. В 1437 г., после смерти своего отца, он унас-
ледовал его тимар. Ряд косвенных сведений, содержащих-
ся в немногих сохранившихся документах того времени,
говорит о том, что Скандербег исподволь готовился к
борьбе против султана, поддерживая отношения с его
противниками, как внешними, так и внутренними.
Благоприятный случай представился Скандербегу в
1443 г. К этому моменту победы венгерского полководца
Яноша Хуньяди над турками оказали влияние на бал-
канские народы, покоренные турками или находившие-
ся под угрозой завоевания. Создавались предпосылки
для организации общего антитурецкого выступления.
Яношу Хуньяди обещали свою поддержку (в основном
финансовую) некоторые итальянские государства и бал-
канские феодальные правители, в том числе деспот
Сербии Георгий Бранкович. Немаловажное значение
имели для Хуньяди также предварительные переговоры
со Скандербегом.
3 ноября 1443 г. турецкая армия потерпела пораже-
ние от войск Хуньяди в битве под Нишем. Находивший-
ся в ее рядах Скандербег покинул со своим отрядом из
300 всадников турецкий лагерь, прибыл в Дибру и на-
чал отсюда поход за изгнание турок из албанских зе-
мель. Уже в этот период Скандербег опирался не только
на свой военный отряд, но и на широкие народные мас-
сы, главным образом на свободное крестьянство, под-
державшее .его призыв к восстанию.
Через несколько дней после начала похода Скандер-
бег вступил в Крую и 28 ноября был провозгла-
шен главой княжества Кастриоти. С этих пор знамя
рода Кастриоти — черный двуглавый орел на крас-
ном полотнище — становится национальным албанским
флагом.
21
Основные силы турецких войск были отвлечены борь-
бой против балканских и итальянских государств. Даже
Венецианская республика, до того избегавшая открыто-
го вооруженного конфликта с султаном, начала подготов-
ку к захвату занятых турками албанских городов Влё-
ры, Гирокастры и др. Скандербег использовал создав-
шуюся обстановку для того, чтобы распространить свою
власть на новые районы. Он изгнал турецкие гарнизоны
из крепостей Петреля, Петральба, Стелюши, Торчан и
несколько позже из Светиграда.
Понимая невозможность дальнейшего ведения войны
разрозненными силами феодальных отрядов, Скандер-
бег предпринял шаги к созданию регулярной армии. Ту-
рецкая опасность сделала более сговорчивой албанскую
знать, и самые влиятельные ее представители согла-
сились принять предложение Скандербега о создании
военного союза. В марте 1444 г. в город Лежу, бывший
в то время венецианским владением, приехали Георгий
Арианити, Андреа Топия, Никола и Паль Дукагини,
Теодор Корона Музака и другие владетельные фео-
далы. Здесь сформировалась Лига албанских князей,
к которой присоединился и феодал из Зеты Стефан
Черноевич.
Образование лиги имело большое политическое и
военное значение. Впервые попытка ликвидации фео-
дальной анархии привела к реальным результатам. Со-
брание князей приняло решение о создании объ-
единенной армии и избрании ее главнокомандующим
Скандербега с титулом «главного капитана». Члены лиги
взяли на себя обязательство участвовать в ее военных
мероприятиях и внести по 200 тыс. золотых дукатов в
общий фонд, который подлежал сверх того пополнению
за счет доходов от соляных разработок. Феодалы оказы-
вали поддержку лиге, ибо надеялись с ее помощью до-
биться освобождения своих земель от турецкого господ-
ства, как это уже сделал в своих владениях Скандербег.
В источниках имеется, например, следующее объяснение
причин перехода на сторону Скандербега албанского
феодала Айдина Музаки, бывшего военачальника турец-
кой армии. По свидетельству современника, когда Айдин
Музака узнал, «что Скандербег успешно захватил свои
владения и изгнал турок», то он, «охваченный желанием
еще раз увидеть родину и одновременно надеясь, что его
22
лучше оценят соотечественники, бежал и прибыл в Ал-
банию»4.
По возвращении из Лежи Скандербег приступил к
реорганизации оборонных сооружений и созданию армии.
Он был знаком и с кондотьерскими методами ведения
войны, и с военными мероприятиями Яноша Хуньяди,
хорошо знал сильные и слабые стороны османской воен-
ной организации и, что являлось особенно важным и но-
вым в тех условиях, имел достаточно полное представ-
ление о народных формах борьбы — так называемом
гайдуцком (партизанском) движении, уже тогда широко
распространенном на Балканах.
По замыслу Скандербега предполагалось восстано-
вить старые и построить новые крепости, которые
должны были обеспечить единую оборонительную систе-
му Албании. Была организована армия общей числен-
ностыо в 12—15 тыс. воинов, главным образом всадни-
ков. Они вербовались преимущественно во владениях
Кастриоти, и только четвертую часть армии состав-
ляли отряды союзных князей. Кроме крепостных кре-
стьян, в албанскую армию вступали и свободные об-
щинники по принципу «один мужчина от каждого дома».
Народный характер албанской армии явился опре-
деляющим фактором ее побед над мощным врагом —
турецкими захватчиками. Успехам албанцев во многом
содействовали и природные особенности страны. Под-
вижные отряды албанцев производили свои внезапные
атаки обычно тогда, когда турецкая армия, растянувшая-
ся в каком-либо ущелье, не могла оказать им должное
сопротивление. В горных условиях Албании турецкая
армия теряла одно из своих главных преимуществ —
многочисленность. К месту решающей битвы она, как
правило, подходила с сильно поредевшими рядами.
Первой битвой, выигранной албанцами, было сраже-
ние в долине Торвиоли (ныне Домосдова) в июне 1444 г.
Вторгшееся в Нижнюю Дибру 25-тысячное турецкое
войско потерпело полное поражение. Около трети турец-
кой армии было уничтожено. Эта первая крупная победа
Скандербега получила широкий отклик в Албании и за
ее пределами. Авторитет Скандербега укрепился.
4 Цит. по: «Buletin i Universitetit Shteteror te Tiranes. Seria Shken-
cat СЬоцёгоге», N 2, 1961, f. 8.
?3
Султан Мурад II счел поражение в Дибре случайным,
но военные экспедиции, которые он посылал в Албанию
и в последующие два года, также не имели успеха.
Победы лиги вызвали беспокойство Венеции, опа-
савшейся за судьбу своих владений на Адриатическом
побережье. Как отметил Маркс, для венецианцев «упро-
чение власти венгров, сербского короля и Искандер-бея
в Албании было нож острый!» 5. Поэтому венецианское
правительство, используя свой излюбленный прием —
подстрекательство и разжигание сепаратистских наст-
роений албанских князей, добилось выхода некоторых из
них из лиги, а попутно подчинило своей власти еще
один город в Албании — Даньо. Но в 1447 г. собрание
членов лиги постановило начать войну против Венеции.
К этому решению присоединился и сербский деспот Геор-
гий Бранкович, стремившийся ликвидировать венециан-
ские владения в Зете. Албанские вооруженные си^ы по-
вели наступление на Даньо, Дуррес и вплотную подошли
к Шкодре.
Положение Венеции стало затруднительным, тем бо-
лее, что она в то время находилась в состоянии войны
с миланским герцогом, которому оказывал поддержку
неаполитанский король. Тем не менее Венеция сделала
попытку удержать свои позиции на албанском побе-
режье, употребив все меры дипломатического и финан-
сового воздействия. Посланцы венецианского сената на-
чали со Скандербегом переговоры о перемирии. Одно-
временно сенат обещал награду в 100 дукатов ежегодной
пенсии тому, кто убьет Скандербега, и направил в Адри-
анополь специального посла, чтобы склонить султана к
выступлению против Албании.
В июле 1448 г. султан Мурад II действительно снаря-
дил военную экспедицию в Албанию и сам стал во главе
войск. Попытка Скандербега разбить противников по-
одиночке не принесла желаемых результатов. Он разгро-
мил венецианскую армию под Шкодрой, но не добился
победы над турками. Албанским войскам даже при-
шлось, хотя и после длительной осады, оставить крепость
Светиград. Мурад, тем не менее, не смог продолжить
наступление в глубь албанской территории. Задержка
5 «Архив Маркса и Энгельса», т. VI, стр. 200.
2А
у Светиграда и весть о готовящемся новом наступлении
венгров заставили его уйти из-под стен Круи.
Тем временем поражения венецианских войск выну-
дили сенат возобновить мирные переговоры с албанца-
ми. К Скандербегу отправился посланец, чтобы «отвра-
тить его от намерений в отношении Дурреса», как гово-
рилось в инструкции сената 6.
Готовясь к совместному с Хуньяди выступлению про-
тив турок, Скандербег принял предложение Венеции и
4 октября того же 1448 г. договор был подписан. Вене-
ция прекращала войну против Албании, разрывала союз
с султаном и обязывалась выплачивать Скандербегу
ежегодно 1400 дукатов. Даньо оставался в руках вене-
цианцев, но взамен албанцам предоставлялись привиле-
гии в порту Дуррес. На случай, если Скандербег лишит-
ся своих территорий, сенат гарантировал ему право убе-
жища в Венецианской республике.
Ко времени завершения этих переговоров наступле-
ние венгров уже началось. Албанская армия не успела
присоединиться к венгерской, и 16 октября султан Му-
рад встретил армию Хуньяди на Косовом поле «с пре-
восходящими силами, что было преимуществом, уравно-
весившим гений его соперника»7, как сообщала одна
хроника. Венгерские войска после трехдневной битвы
потерпели поражение.
Косовское поражение тяжело отразилось на Албании.
Мир с Венецией был непрочным, и ее враждебность со-
путствовала всем начинаниям Скандербега, обостряясь
или затухая в зависимости от венециано-турецких дип-
ломатических и торговых отношений. Помощь Неаполи-
танского королевства и Дубровника, считавшихся союз-
никами Скандербега, ограничивалась нерегулярными
денежными субсидиями. Изнурительные войны истощи-
ли Албанию, в лиге снова наметился раскол, из нее вы-
шли некоторые крупные феодалы, в том числе Георгий
Арианити.
В таких, казалось, чрезвычайно благоприятных для
турок условиях предпринял султан Мурад новый поход
против Албании. В начале 1450 г. турецкие войска
6 F. Т h i г i е t. Regestes des deliberations du Senat de Venise
concernant la Romanie, v. III. Paris, 1959, p. 147.
7 M. Chopin et A. Ubicini. L’univers ou 1’histoire et des-
cription de tous les peuples, v. I. Paris, 1856, p. 68.
25
захватили Берат и в середине мая появились под Круей,
Вынужденная по дороге отражать многочисленные ата-
ки подвижных албанских отрядов, турецкая армия подо-
шла к хорошо укрепленным стенам Круи в значительной
степени уже обессиленной. Вполне понятно поэтому раз-
дражение турецкого хрониста Дурсун-бея, не пожалевше-
го слов для описания тягот этого горного похода:
«Только такие джины, как жители этих мест... могли
взбираться на эти горы, откуда эти проклятущие стре-
ляли отравленными стрелами»8. Осада Круи также со-
провождалась большими трудностями для турок. Как
писал биограф Скандербега Марин Барлети, Круя «на-
ходилась на высокой, с отвесными склонами горе, к ко-
торой не было дорог. Она была охраняема высоким ис-
кусством природы 'и неуязвима ни для каких военных
хитростей, кроме голода»9.
Сначала султан Мурад предложил защитникам Круи
сдаться. Получив отказ, он пытался подкупить началь-
ника гарнизона графа Врану Альтисфери, а когда не
удалось и это, началась длительная осада. Из отлитых
на месте двух тяжелых пушек велся обстрел крепости.
Современники писали, что самая большая пушка стреля-
ла каменными ядрами весом до 400 либров (около
200 кг). В результате обстрела были разрушены крепо-
стные ворота, но когда турецкие войска под командо-
ванием наследного принца Мехмеда бросились в брешь,
они натолкнулись на решительное сопротивление осаж-
денных и отступили.
Турецкая армия, несмотря на все старания венециан-
ских поставщиков, испытывала продовольственные за-
труднения. Неожиданные и частые удары албанских от-
рядов по ее тылам истощали ее. Сведения о том, что
Янош Хуньяди вновь собирает силы для антитурецкого
похода, также повлияли на султана Мурада. В конце
концов, потратив почти пять месяцев на безуспешную
осаду Круи, султан Мурад со своими войсками по-
кинул Албанию. Вскоре он умер в Адрианополе, оставив
своему сыну Мехмеду в наследство трон и невыполнен-
ные завоевательные задачи.
8 «Historia е Shqiperise», v. I, Tirane, 1959, f. 285.
9 M. Barletius. Des aller streitbarsten und teuersten Fiiersten
und Herrn Georgen Castrioten genannt Scanderbeg. Frankfurt a. M„
1561, S. 13.
26
Сражение за Крую албанцы выиграли, но положение
Скандербега оставалось тяжелым. К началу 50-х годов
стали еще заметнее трудности, с которыми он боролся,
но которые так и не смог до конца преодолеть. Его
централизаторская политика вызывала возрастающее со-
противление феодалов. Многие из них покинули лигу.
Созданный в Леже военный союз практически распался.
Между тем длительная война привела к большим
разрушениям. Города и деревни после ухода турецких
войск лежали в развалинах, поля и сады были запуще-
ны, много скота уничтожено или угнано. Средств на вос-
становление не хватало. Требовались деньги и на содер-
жание армии. Скандербегу снова пришлось искать под-
держку извне. Наиболее реальными были шансы полу-
чить помощь от Неаполитанского королевства, заинте-
ресованного в борьбе Скандербега как против Венеции,
так и против Турции.
В марте 1451 г. в Неаполь отправилось албанское
посольство в составе епископа Круи Стефана и домини-
канского монаха Николо Бергуци. 26 марта в Гаэте был
подписан договор, по которому неаполитанский король
Альфонс обещал Скандербегу свое содействие против
турок и финансовую помощь в сумме 1500 дукатов в
год. Албанцы в свою очередь обязались после освобож-
дения всех земель признать вассальную зависимость от
неаполитанского короля со всеми вытекающими из этого
фискальными и прочими обязательствами.
Обеспечив себе поддержку Неаполитанского коро-
левства в момент, когда Албания была на грани общего
истощения, Скандербег одержал крупную дипломатиче-
скую победу. При этом его княжество, несмотря на ста-
тью о вассалитете в договоре с Неаполем, фактически
сохранило свою самостоятельность как во внутренней,
так и во внешней политике.
Вместе с тем Скандербег успешно использовал от-
влечение главных турецких сил от Албании: в то время
султан Мехмед II готовился нанести окончательный удар
по Византии. Полученная передышка позволила Скан-
дербегу восстановить поврежденные укрепления и соору-
дить новую крепость в Модрице (Дибра) на пути, по ко-
торому чаще всего вторгались турецкие завоеватели.
Правда, летом 1452 г. султан направил две военные
экспедиции в Албанию и в апреле — третью, но все они
27
были сравнительно немногочисленны и закончились
полной неудачей.
29 мая 1453 г. пал Константинополь. Византийская
империя прекратила свое существование. Этот захват
принес туркам не только грандиозные непосредственные
выгоды, но и большие военные преимущества для даль-
нейшего наступления на Европу. Получив контроль над
важнейшими стратегическими путями, связывающими
Средиземное море с Черным и Запад с Востоком, осман-
ское государство, превратившееся в империю, ныне мог-
ло поставить в порядок дня своей завоевательной поли-
тики вторжение в Центральную и Западную Европу и,
в первую очередь, в Италию. Но европейские государст-
ва, которым угрожала турецкая агрессия, даже теперь
не сумели организовать совместный отпор туркам и пре-
одолеть свою пассивность. Объединению их препятство-
вали также продолжавшиеся между ними войны. Вене-
ция попыталась и на этот раз избежать грозившей ей
опасности путем соглашения с турками. В 1454 г. она
заключила с султаном торговый договор, хотя одновре-
менно предприняла совместно с Неаполем строительство
новых военных укреплений в своих балканских владе-
ниях. Инициатива создания военного союза балканских
государств исходила от Скандербега, который начал,
при посредничестве Дубровника, переговоры с Сербией
и Венгрией. Вслед за тем он совершил поездку в Рим и
Неаполь, где заручился обещаниями папы Каликста III
и короля Альфонса поддержать задуманный им так
называемый бератский поход, целью которого являлось
изгнание турок из района Влёра — Берат—Гирокастра,
Воспользовавшись тем, что турецкие войска были от-
влечены войной в Сербии, Скандербег летом 1455 г. вы-
ступил во главе 14-тысячной армии против турецкого
гарнизона, засевшего в цитадели Берата — одной из са-
мых крупных крепостей Албании, захваченных турками.
При поддержке полученной из Неаполя осадной артил-
лерии албанцы вступили в город и окружили цитадель.
Турецкий гарнизон запросил 15-дневное перемирие. Дав
на него согласие, Скандербег с частью своих войск на-
правился к другой крепости, но в пути получил неожи-
данное известие о приходе в Берат 40-тысячной турец-
кой армии. Скандербег возвратился, но слишком поздно.
К тому времени соотношение сил резко изменилось в
28
пользу турок. В происшедшем сражении около поло-
вины осаждавших крепость албанцев и большая часть
неаполитанских солдат пали на поле боя. Скандербег с
остатками армии ушел в Лежу.
Бератская катастрофа тяжело отразилась на поло-*
жении албанского княжества и авторитете Скандербега.
Многие уже считали его дело проигранным. Феодальный
сепаратизм в Албании достиг кульминационной точки.
Однако возможности сопротивления албанцев и других
народов Юго-Восточной и Центральной Европы были
еще далеко не исчерпаны. В мае 1456 г. Скандербег
одержал победу на равнине Ораника (Дибра), когда ко-
мандующий турецкими войсками Мойс Дибра — в про-
шлом ближайший соратник Скандербега — вновь пере-
шел на его сторону.
В июле того же года возглавленное Яношем Хуньяди
народное ополчение разгромило турок под Белградом.
Султанской армии был нанесен, по выражению венгер-
ского хрониста, удар «крестьянской рукой, более опыт-
ной в употреблении мотыги, чем оружия» 10. Это был удар
по престижу султана Мехмеда II, носившего теперь,
после захвата Константинополя, пышный титул «Завое-
ватель» («Фатих»). Вскоре, в сентябре 1457 г., последо-
вало поражение турецких войск в Албании — в долине
Альбулены (уМилота).
Опасность, которую турецкое нашествие несло наро-
дам всей Европы, еще не была ликвидирована. Но в том,
что находившаяся в расцвете своего могущества Осман-
ская империя получала отпор на юго-востоке Европы,
основная заслуга принадлежала народному сопротивле-
нию албанцев, южных славян и венгров.
В конце 50-х годов XV в. для Албании наступил от-
носительно мирный период. На некоторое время она пе-
рестала подвергаться нападениям турок. Предприняв
военные операции на востоке Малой Азии, Мехмед II
пошел на мирные переговоры со Скандербегом и согла-
сился признать за ним права на Албанию. Эту передыш-
ку Скандербег использовал для активного участия в
подготовке наметившегося тогда антитурецкого «кресто-
вого похода», а также для помощи своему союзнику,
10 Цит. по: Л. Элекеш. Армия Яноша Гуниади. Будапешт,
1952, стр. 45.
29
новому неаполитанскому королю Фердинанду, в его
борьбе с восставшими итальянскими феодалами.
Итальянская экспедиция Скандербега протекала ус-
пешно. При его вооруженной поддержке Фердинанд
утвердился на престоле. Но этим не исчерпывалась мис-
сия Скандербега на итальянской земле. Скандербегу со-
путствовала слава непримиримого борца против турок, и
новый папа Пий II приветствовал его согласие участво-
вать в общеевропейском выступлении против турецких
захватчиков. Было условлено, что Скандербег возобно-
вит войну с турками, а затем его поддержат сухопутные
силы и флот европейских государств.
В 1462 г. Скандербег вернулся в Албанию и сразу же
провел победоносное сражение против трех крупных ту-
рецких армий. Эта победа позволила ему занять твердую
позицию в переговорах с Венецией, которая, наконец,
пошла на союз с Албанией. По договору от 20 августа
1463 г. Венеция обязалась оказать Скандербегу помощь
деньгами и войском, а также послать в албанские воды
несколько своих военных и вспомогательных судов, что-
бы «защищать страну и население с моря». 12 сентября
Венеция подписала союзный договор с Венгрией, а к
концу года обещала папе Пию II свое участие в офи-
циально объявленном в ноябре «крестовом походе».
Скандербег начал военные действия против Турции,
проведя ряд операций в Македонии, но «крестовый по-
ход» не состоялся ни в этом, ни в 1464 г. Анкона, назна-
ченная местом сбора крестоносцев, оказалась непод-
ходящей для длительного пребывания многочисленного
и разношерстного воинства, которому организаторы по-
хода не обеспечили ни питания, ни ночлега, ни денег.
В городе начался голод, вспыхнули эпидемии. 19 июля
1464 г. в Анкону прибыли папа Пий II с 13 кардиналами,
а 12 августа — венецианский дож. Через два дня Пий II
умер, и с его смертью отпала последняя надежда на
«крестовый поход». Очевидец событий миланец де Кол-
лис писал, что папа не собирался начинать поход, поэто-
му и не были сделаны необходимые приготовления. По
словам де Коллиса, папа рассчитывал на отказ дожа,
чтобы взвалить на него вину за неудачу, а когда дож
приехал, то папа, уже больной, «не поверил и приказал
поднести себя к окну и лишь только увидел наши паруса,
упал и начал плакать, а потом пришел в такую ярость,
30
что весь налился кровью». Драматическое описание по-
следних часов папы де Коллис завершает довольно не-
ожиданно, но, по сути дела, логично: «Говорят, что он
хотел вконец разорить сеньорию и что думал только об
одном — как бы обогатить своих племянников и родст-
венников» п.
Провал планов «крестового похода» означал, что
Албания не могла рассчитывать на действенную под-
держку соседних европейских государств. Только Венг-
рия продолжала помогать Скандербегу. Борьба албан-
цев против турок шла с переменным успехом. За побе-
дой, одержанной албанцами над 14-тысячной армией
Шеремета-бея в 1464 г. у Охрида, последовало в том же
году поражение албанских войск в долине Валкалии,
когда семь лучших албанских военачальников были за-
хвачены в плен и умерщвлены по приказу султана. Ко-
мандовавший турецкими войсками Балабан-паша, алба-
нец по происхождению, сделал попытку повторить поход
в следующем, 1465 г., но потерпел в Верхней Дибре тя-
желое поражение и едва успел спастись бегством.
В 1466 г. во главе 150-тысячной армии в Албанию
пришел султан Мехмед II. Основной удар намечался
против Круи, под которой Мехмед уже побывал дважды,
когда был наследником престола. Другая часть войск
прикрывала тылы и проводила карательные мероприя-
тия. Турецкий хронист Кемаль-паша-заде так описывал
этот поход: «Османы из-за большого ущерба, причинен-
ного им албанцами, проявили здесь ужасающую жесто-
кость и не оставили даже растительности на земле» 11 12.
Попытка взять Крую стремительной атакой не уда-
лась. Тогда султан оставил для ее осады 80-тысячное
войско под командованием Балабана-паши, а сам уда-
лился из Албании, предварительно построив в долине
реки Шкумбини на развалинах древнего города Вальми
новый опорный пункт — крепость Эльбасан.
Скандербег безуспешно старался прорвать блокаду
Круи. Неудачным оказалось и его нападение на Эльба-
сан. В декабре 1466 г. Скандербег поехал в Рим, чтобы
добиться помощи деньгами, продовольствием и воору-
11 Цит. по: В. В. Макушев. Исторические разыскания о сла-
вянских поселениях в Албании в средние века.— «Журнал Министер-
ства народного просвещения», № 6. СПб., 1871, стр. 107.
12 См. «Historia е Shqiperise», v. I, f. 804.
3f
Жением. Он прибыл туда в одежде простого солдата, в
сопровождении небольшого отряда всадников. В соборе
св. Петра в его честь была устроена торжественная цере-
мония, во время которой папа Павел II преподнес ему
меч. Но, несмотря на пышные титулы, дарованные в Ри-
ме Скандербегу как «борцу за христианскую веру», по-
мощи так и не последовало. В этом отношении Павел II
не изменил традициям двух своих предшественников.
Маркс отмечал в «Хронологических выписках»: «Искан-
дер-бей отправился к Павлу II в Рим за помощью, но
этот паршивец (Stinker) был слишком скуп, чтобы дать
ему деньги для вербовки солдат; Искандер-бей, ничего
не добившись, возвратился домой» 13.
С наступлением весны 1467 г. возобновились актив-
ные военные действия под Круей. Разбив шедшее на
помощь Балабану-паше войско, армия Скандербега со-
вместно с гарнизоном Круи смяла осаждавших. Был
убит и Балабан-паша. В июле того же года султан Мех-
мед II возглавил новый поход в Албанию, заявив, что не
вернется без победы, но снова потерпел неудачу. Его
армия опустошила окрестности Круи и дошла до побере-
жья, обрушив удары на Дуррес и Шкодру. Описывавшие
этот поход турецкие хронисты сообщали, что османы
уничтожили тысячи людей и «ничто не спаслось от их
рук» 14. Однако взять Крую султан не смог.
Скандерберг понимал, что турки продолжат борьбу
за покорение Албании. Он считал поэтому необходимым
мобилизовать все внутренние силы, чтобы противостоять
нападению.' Самой важной проблемой ему представля-
лось возрождение лиги. В январе 1468 г. он сделал серь-
езный шаг в этом направлении, пригласив в Лежу всех
албанских феодалов, согласных с его идеей. Но осуще-
ствить этот план уже не удалось. Скандербег заболел в
Леже лихорадкой и умер 17 января 1468 г., получив пе-
ред смертью известие о победе албанцев над турками
под Шкодрой. Вдова и малолетний сын Скандербега
обосновались в Неаполитанском королевстве. Место
Скандербега в армии занял Лек Дукагини, представитель
влиятельного абланского феодального рода, сотрудничав-
ший со Скандербегом в последние годы его жизни.
13 «Архив Маркса и Энгельса», т. VI, стр. 208.
14 См. «Historia е Shqiperise», v. I, f. 3G7.
&
Албанский народ продолжал оказывать турецким за-
воевателям упорное сопротивление. Два года подряд —
1477 и 1478 гг.— держалась осажденная Круя. Только
оставшись без продовольствия и оружия, защитники
крепости были вынуждены принять предложение султа-
на и сдаться. Долго не сдавалась и Шкодра. Лишь через
год после того, как были опустошены ее окрестности и
разрушены в нескольких местах стены цитаделей Роза-
фат, Шкодра отошла к Турции в числе других городов,
переданных ей по условиям венециано-турецкого мира
от 25 января 1479 г. С этих пор (хотя Дуррес еще оста-
вался некоторое время в руках Венеции) вся территория
Албании попала под турецкое господство.
Значение освободительной борьбы албанского народа
под руководством Скандербега исключительно велико.
Особенно замечательны ее организованность, всеоб-
щий характер, а главное — народное содержание. Си-
лою обстоятельств Скандербег, крупный феодал, превра-
тился в вождя народного ополчения, реорганизованного
им затем в регулярную армию. Обладая незаурядным
талантом государственного и военного деятеля, он хо-
рошо понял ценность этой народной армии, явившейся
на смену эпизодической поддержке со стороны феодаль-
ных отрядов. Борьбу с вторгшимися завоевателями са-
моотверженно вели горожане, свободные и зависимые
крестьяне. Они защищали свои семьи от угона в рабство,
дома и скот от уничтожения, свою землю — все то,
что было для них в условиях феодального общества ро-
диной,— от угрозы чужеземного ига.
Вог почему эта эпопея навсегда вошла в историю ал-
банского народа как одна из самых ярких ее страниц,
а руководитель народной борьбы Георгий Кастриоти
Скандербег — как выдающийся национальный герой.
Борьба албанского народа получила большой между-
народный резонанс. Сопротивление албанцев, нередко
вынужденных сражаться один на один против жестокого
завоевателя, было одной из причин, остановивших турец-
кое продвижение в Европу. Когда же это сопротивление
было сломлено и армия Мехмеда Завоевателя наконец
прорвалась к Адриатическому побережью, оказалось,
что турки упустили время. Предпринятая ими в 1481 г.
попытка осуществить с албанской территории десант-
ную операцию на Аппенинском полуострове потерпела
неудачу.
3 Краткая история Албании
Глава 2
АЛБАНИЯ В XVI—XVIII вв.
Ближайшие последствия турецкого
завоевания.
Положение в горных районах
Укрепив свое господство над Албанией, ту-
рецкие завоеватели включили ее территорию в Румелий-
ский. эялет и разделили на шесть санджаков: Шкодра,
Дукагини, Эльбасан, Охрид, Влёра, Дельвина. В состав
некоторых из них вошли и неалбанские районы.
Класс военных ленников в Албании оказался почти
целиком албанским по происхождению. Несмотря на то,
что турецкие завоеватели вначале предоставляли воен-
ные лены и христианам, многие албанские феодальные
семьи для того, чтобы прочнее закрепить за собою свои
земли и власть, еще в процессе борьбы против турецкого
завоевания или вскоре после его завершения приняли
мусульманство. Кроме того, в Албании широко практи-
ковалась насильственная вербовка детей из христиан-
ских семей для пополнения янычарского корпуса
(система «девширме»). В итоге образовался довольно
значительный слой албанских феодалов-мусульман, ру-
ками которых турецкие завоеватели управляли Алба-
нией.
Албанские феодалы нередко получали высокие долж-
ности и в центральном аппарате управления Османской
империи. Немало албанцев было среди великих везиров.
Однако богатство и власть были уделом очень тон-
кой прослойки населения Албании. Подавляющее боль-
34
Шийство находилось на положении райи ’ и было отяго-
щено разнообразными повинностями и налогами. Со
всех видов сельскохозяйственной продукции взималась
натуральная феодальная десятина, которая в XVI в. рав-
нялась уже не 1/ю, а не менее чем Ve урожая. В пользу
военных ленников с зависимого населения собирался
еще поземельный денежный налог — испендже. Кроме
того, немусульмане (а до XVI в. почти все албанские
крестьяне оставались христианами) должны были пла-
тить в казну подушный денежный налог — джизье. В го-
родах сверх испендже и джизье взимались налоги с соб-
ственности (верги) и с базарных торговых сделок. Но и
этим не исчерпывался налоговый гнет. Было множество
всяких произвольных налогов и поборов, и по мере того
как военная мощь Османской империи слабела и доходы
от ограбления соседних стран сокращались, налоговое
угнетение райи становилось все более тягостным.
Турецким завоевателям не удалось распространить
военно-ленную систему на всю Албанию. В большинстве
горных районов, которые вообще слабо зависели от ту-
рок на всем протяжении их владычества, сохранялись,
а возможно, и возродились родоплеменные отношения.
Для отражения постоянных нападений албанские
горцы нуждались в крепкой и сплоченной организации.
Этой задаче при крайне низком уровне развития произ-
водительных сил соответствовал так называемый фис
(род), основанный на кровнородственных связях. В фис,
как правило, входило несколько десятков семей, которые
вели свое происхождение от общего предка. Пахотная
земля и пастбища являлись неотчуждаемой собственно-
стью всего фиса, тогда как дома, скот, сельскохозяйствен-
ный инвентарь — собственностью каждой семьи.
Высшим органом фиса являлся кувенд — совет глав
всех семей, объединяемых фисом. Помимо того, был
и наследственный глава фиса, значение которого с
течением времени стало возрастать. Во главе вооружен-
ных сил фиса, представлявших собою ополчение из всех
способных носить оружие, стоял военный предводитель.
Важной функцией фиса была охрана жизни и имущест-
1 Райя (от араб, реайя — пасомые) — «подданные», феодально-
зависимое население Османской империи. С XVIII в. термин этот
стал применяться только к немусульманам.
3*
35
Ва всех его членов. За убийство мстила не только СемьЯ
убитого, но и другие семьи фиса; кровная месть здесь
получила самое широкое распространение.
Семейные и общественные отношения албанских
горцев регулировались так называемыми канунами,
представлявшими собою неписаные законы, правила,
обычаи, переходившие от поколения к поколению и из-
менявшиеся в связи с изменением социально-экономиче-
ских условий. Действие каждого из канунов, носившего
в большинстве случаев имя того или иного легендарно-
го законодателя, распространялось на определенную
ограниченную территорию.
Горцы Дукагини жили по кануну, творцом которого
считался сподвижник Скандербега — Лека Дукагини.
В Великой Мальсии2 действовал «канун гор», в обла-
стях Круя, Мати и Дибра — «канун Скандербега», в
Средней Албании — «канун Геги», в Химаре — «канун
Папа Жули». В общем сфера действия местного права
включала всю горную Албанию. .
В XVI—XVIII вв. горная Албания была мало извест-
на Западной Европе. За это время здесь не побывал ни
один иностранный путешественник. Скупые сведения о
жизни и быте албанских горцев в первые века турецко-
го господства содержат лишь донесения католических
миссионеров, сохранившиеся в архивах Ватикана и опуб-
ликованные различными исследователями уже в XX в.
Большая часть их относится к прибрежной области Юж-
ной Албании — Химаре.
Химариоты вначале пользовались у турок широкой
автономией, имели не зависевшее от турецких властей
самоуправление. Все население было вооружено. Пре-
дание гласит, что даже когда химариоты платили дань
приезжавшему за ней турецкому представителю (а пла-
тили они ее не очень часто), они пользовались вместо
подноса кинжалом, подчеркивая этим, что хотя они и
подчинились султану, но сохраняют свои привилегии,
в том числе право носить оружие.
Султанские наместники Южной Албании много раз
пытались низвести этих свободолюбивых горцев до
уровня обычной райи, но непрестанно терпели неудачу.
2 Великая Мальсия (Malesia е Madhe), буквально «Великие
горы» — горная область к северу и северо-востоку от Шкодры.
36
По словам прожившего 22 года среди химариотов като-
лического миссионера, они «всегда хотят быть свобод-
ными и не желают не только подпасть под иностранное
господство, но и подчиняться своему господину, Вели-
кому турку3. Самое большое, что они делали,— это не-
сколько раз уплачивали дань, а через некоторое время
снова поднимали восстание»4. В Северной Албании
столь же мало зависели от турок Великая Мальсия, Ду-
кагини, Мирдита. Мирдита с начала XVIII в. управля-
лась наследственными правителями из семьи Марка
Гьони. Правитель этот назывался капитаном или прен-
ком (князем).
Условия жизни обитателей албанских гор были чрез-
вычайно трудными. Постоянная опасность нападения со
стороны турок заставляла их все время быть начеку.
После того как сюда переселилась часть жителей рав-
нин, стал ощущаться недостаток земли для пастбищ.
Бесплодная почва едва позволяла жителям гор поддер-
живать полуголодное нищенское существование. Донесе-
ние миссионера де Камиллиса из Химары дает неприкра-
шенную картину лишений, с которыми повседневно при-
ходилось сталкиваться химариотам: «Этот край настоль-
ко бесплоден, что производимых здесь продуктов питания
не хватает жителям даже на полгода. Не изобилует он
и другими продуктами, обменивая которые, они могли
бы обеспечить себе сносное существование. Поэтому все
питаются только хлебом и водой, а многие, не имея и
этого, в течение многих дней едят одни съедобные
травы» 5.
Горькая нужда заставляла горцев заниматься раз-
боем, толкала на чужбину. Судьба забрасывала албан-
цев в качестве наемных солдат в далекие страны Евро-
пы, Азии, Африки. Албанских горцев, имевших высокую
боевую репутацию, охотно брали к себе на службу паши
Европейской и Азиатской Турции, господари Молдавии
и Валахии, дей Алжира.
3 Великий турок (или Великий сеньор) — так в Европе в то
время называли турецкого султана.
4 С. К а г а 1 е v s k i. Le missione Greco-Cattolica della Cimarra nel
1’Epiro nei secoli XVI—XVIII.— «Bessarione», 1910—1911, Roma,
N 117—118, p. 455—456.
5 N. Borgia. I monaci basiliani d’Italia ir Albania.— «Studi
Albanesi», v. II, 1932, p. 151—152.
37
Много албанцев промышляло в Стамбуле и в
других больших городах Османской империи в качестве
мелких торговцев и ремесленников. В Салониках, напри-
мер, во второй половине XVIII в. насчитывалось 4 тыс.
албанских ремесленников. Особенно часто встречались
албанцы — мясники, садовники, торговцы птицей, стро-
ительные рабочие. Среди албанских горцев было немало
искусных мастеров. Жители трех деревень, расположен-
ных на склонах гор Люнджерии (к северо-востоку от Ги-
рокастры), прославились как специалисты по иррига-
ции, строительству акведуков и фонтанов. Из поколения
в поколение, от отца к сыну передавались занимавшие-
ся ими должности главных строителей водных сооруже-
ний в столице империи и в других городах.
Освободительная борьба
в XVI - XVII вв.
В первые два века турецкого господства эко-
номическое развитие Албании шло очень медленно. По-
мимо общего отрицательного воздействия турецкого за-
воевания, сыграло свою роль и то обстоятельство, что
Албания была пограничной провинцией и ареной частых
войн. Порта использовала албанскую территорию как
военно-стратегический плацдарм в своей агрессивной
политике против средиземноморских держав — Испании,
Венеции, Неаполя. В свою очередь средиземноморские
державы в ходе войн с Турцией неоднократно переноси-
ли военные действия на побережье Албании, втягивая в
них и албанских горцев, не прекращавших борьбы про-
тив турецкого господства.
Хотя к концу XV в. турки в общем сломили органи-
зованное сопротивление Албании и овладели ее важней-
шими пунктами, горцы продолжали оказывать непови-
новение наместникам султана. Они не допускали в свои
горы сипахи, уклонялись от уплаты налогов, совершали
набеги на соседние районы. Наибольшее беспокойство
туркам доставляли три горные области: Химара, Дука-
гини, Великая Мальсия. Против них неоднократно на-
правлялись турецкие карательные экспедиции.
В 1537 г. для подготовки военных операций против
Италии в Южную Албанию прцбыл с многочисленными
38
войсками султан Сулейман I. С целью укрепления тыла
он первым делом решил привести к покорности хима-
риотов. Все лето в горах Химары шли ожесточенные бои.
Химариоты не только отражали атаки турок, но и напа-
дали на турецкие лагеря и обозы. Схваченный возле са-
мой султанской ставки химариот Дамиан сознался нд
допросе, что он имел намерение убить султана.
Султан так и не решился осуществить намечавшееся
им вторжение в Апулию; в сентябре того же 1537 г. он
вместе со всей своей армией покинул Албанию, оставив
Химару непокоренной. Туркам не помогло и то, что не-
посредственно руководивший военными действиями в
Химаре великий везир Аяз-паша сам был омусульма-
нившийся химариот.
Большое воодушевление в Албании вызвал разгром
турецкого флота при Лепанто силами европейской ко-
алиции (1571 г.). К действовавшим на албанской тер-
ритории венецианским войскам присоединились горцы
Дукагини и Химары. Однако из-за разногласий средй
участников коалиции она вскоре распалась. Выйдя из
коалиции, Венеция после этого в течение более 70 лет
поддерживала мир с Турцией. В этот период венециан-
ские агенты в Албании чинили всевозможные препят-
ствия антитурецкой борьбе албанцев. Они не останав-
ливались даже перед тем, чтобы доносить туркам о гото-
вящихся против них выступлениях. Республика Св. Мар-
ка преследовала при этом далеко идущую цель: препят-
ствуя освободительной борьбе албанцев против турок,
она рассчитывала при первой возможности установить
свое собственное безраздельное господство над Алба-
нией.
Тем не менее албанцы не прекращали попыток сбро-
сить турецкое иго. Примечательным явлением конца
XVI — начала XVII в. было налаживание контактов
между отдельными фисами. Проживавшие по соседству
друг с другом фисы начали создавать объединенные ку-
венды для обсуждения общих вопросов. Так возникли
общеалбанские кувенды, сыгравшие в дальнейшем руко-
водящую роль в освободительной борьбе албанского на-
рода. Собирались такие кувенды обычно в глухих горт
ных деревнях вдали от глаз турок. В их состав входили
вожди фисов, военные предводители, а также католиче-
ские епископы, через которых кувенды поддерживали
89
связь с европейскими державами. В некоторых кувендах
принимали участие и представители соседних стран —
Черногории, Сербии, Греции. В этих случаях кувенды
носили характер всебалканских совещаний.
В 1601 г. большой общеалбанский кувенд собрался
в деревне Дукагини (область Мати). В нем участвовали
делегаты от Северной и Южной Албании. Кувенд вынес
решение начать войну за освобождение Албании и обра-
тился к Венеции с просьбой о помощи. «Мы, старей-
шины и главари всего албанского народа,— говорилось
в этом обращении,— одушевленные одним с народом на-
шим духом, вероисповедания римско-католического, со-
брались в числе 2656 лиц в стране Дукагинов в св. Алек-
сандре и поклялись возвратить нашему албанскому на-
роду древнюю свободу и независимость, которой он
пользовался во времена князя нашего Юрия Скандер-
бега»6. Чтобы получить поддержку от Венеции, албанцы
соглашались принять венецианское подданство при усло-
вии предоставления им самоуправления и других приви-
легий.
Венецианский сенат ответил албанским представи-
телям, что время для войны против турок еще не насту-
пило. Ни оружия, ни денег албанцы не получили. Более
того, венецианцы, не жалея дукатов, привлекли на свою
сторону некоторых руководителей кувенда и добились
раскола его руководства. Начавшееся было в ряде при-
брежных районов Албании восстание заглохло.
Завершив в 1606 г. войну с европейской коалицией,
Порта решила «навести порядок» в своих беспокойных
албанских владениях. Первый удар был направлен про-
тив горцев санджака Дукагини. До сих пор туркам, не
смотря на все усилия, не удавалось ввести здесь военно-
ленную систему. Дукагини оставался единственным из
румелийских санджаков, где полностью отсутствовали
сипахи. В санджаке не было даже своего санджак-бея,
а управлял им, и то номинально, кто-либо из соседних
санджак-беев. В 1610 г. войска шкодринского санджак-
бея с запада и призренского с востока начали военные
операции вдоль дороги Шкодра — Призрен. Сломив со-
противление слабовооруженных горцев, турки установи-
6 В. Макушев. Восточный вопрос в XVI и XVII веках.— «Сла-
вянский сборник», т. III, стр. 118.
40
лИ сквозное движение по этой важной магистрали, являв-
шейся отрезком кратчайшего пути между Шкодрой и
Стамбулом. В придорожных деревнях расположились
турецкие гарнизоны. Карательные отряды разорили и
многие горные деревни, однако утвердить свое господ-
ство в горах туркам не удалось.
Немалое беспокойство турецкому правительству до-
ставляли и горцы Великой Мальсии. В начале XVII в.
они создали для борьбы с турками лигу, объединившую
как албанских, так и черногорских горцев. В случае не-
обходимости эта лига могла выставить 5—6 тыс. воору-
женных воинов. Входившие в лигу горцы совершали
набеги на турецкие гарнизоны не только в близле-
жащих районах, но даже в Косове, Македонии и
Болгарии.
После окончания операций в Дукагини турецкая ар-
мия численностью в 25 тыс. человек выступила против
горцев Великой Мальсии. После упорных боев, происхо-
дивших в 1612 г., войска султана отступили, оставив
убитыми более 300 сипахи. В следующем году в экспе-
диции участвовали войска из семи санджаков, но с тем
же результатом.
Турецкие правители предпринимали не только воен-
ные, но и политические меры для подчинения албанских
горцев. К XVII в. албанские историки относят создание
системы байраков, охватившей Северную и Северо-Вос-
точную Албанию7. Байрак (турецк.— знамя) являлся тер-
риториальной едийицей, включавшей в себя ряд фисов.
Большие фисы иногда делились на несколько байра-
ков. Начальники байраков — байрактары, избиравшиеся
из местных горцев, были представителями турецкой
власти в горах. Они занимались, в частности, вербовкой
наемников для турецкой армии. Участие в военных экспе-
дициях турок способствовало обогащению байрактаров,
приобретавших феодальные черты. Должность байрак-
тара стала наследственной. Байрактары стали проявлять
все большую самостоятельность и в дальнейшем иногда
участвовали в антитурецкой борьбе.
В ходе борьбы с турецкими завоевателями расширя-
лись связи албанцев с другими народами. На состояв-
шемся в сентябре 1614 г. в Кучи (Черногория) совеща-
7 «Historia е Shqiperise», v. I, f. 397.
41
нии представителей Албании, Черногории, Боснии, Гер-
цеговины, Сербии, Болгарии, Македонии и Далмации
был даже разработан план большого общебалканского
восстания. Предполагалось, что повстанцев поддержит
французский герцог Карл Неверский, потомок Палеоло-
гов по материнской линии, который готовил под флагом
возрождения Византийской империи военно-морскую
экспедицию против турок. Однако план этот сразу же
рухнул, так как эскадра герцога Неверского сгорела
накануне выступления в поход.
Албанцы все еще надеялись на помощь европейских
христианских государств. Албанский священник и писа-
тель Пьетер Буди в записке, поданной в 1621 г. кардина-
лу Гоцадино, сообщал, что 30 тыс. албанцев готовы под-
нять оружие против турок, как только войска какой-либо
из христианских держав высадятся в Албании.
Однако папа и европейские государи, поглощенные
все сильнее разгоравшейся в Европе Тридцатилетней
войной, оставляли без внимания все обращения албан-
цев. Вероятно, из-за этого в последующие десятилетия
в Албании не предпринимались новые попытки всеоб-
щего антитурецкого восстания.
Отливу волны антитурецких выступлений в Албании
во второй половине XVII в. способствовала также массо-
вая исламизация населения, происходившая как раз в
этот период.
Распространение мусульманства
в Албании
В XVI в., непосредственно после утверждения
турецкого господства, Албания продолжала оставаться
христианской страной. По сведениям находившихся в
Албании католических священников, мусульмане состав-
ляли лишь тридцатую часть населения. В мусульманст-
во, как уже говорилось, перешли главным образом лишь
феодальные семьи, стремившиеся упрочить свои имуще-
ственные права и другие привилегии.
В XVII в. турецкие завоеватели перешли к политике
усиленной исламизации страны, чтобы духовно порабо-
тить широкие массы албанцев и прочно привязать этот
гордый народ к судьбам империи.
42
Основной фигурой этой компании был не столько
мулла, сколько сборщик налогов. Началось с того, что
Порта намного увеличила в албанских санджаках став-
ку джизье. Например, в санджаке Влёра этот налог,
составлявший в начале XVI в. 40—50 акче с дома, был
доведен в начале XVII в. до 305. На севере Албании на-
лог джизье взимался не с отдельного дома, а с деревни.
Это обстоятельство также было использовано турецкими
властями в их политике исламизации.
Ввиду того, что семьи, принявшие мусульманство,
освобождались от уплаты джизье, а общая сумма нало-
га с деревни оставалась неизменной, во много раз увели-
чивалось налогообложение христианских семей. Невы-
носимое бремя заставляло эти семьи переходить в му-
сульманскую веру.
В XVII в. исламизация затронула главным образом
Северную Албанию, но в первой половине XVIII в. она
распространилась и на юг страны. К началу XIX в. не
менее половины албанцев уже были мусульманами.
Оставшиеся христианами делились почти поровну на ка-
толиков и православных. Основную массу католиков
составляли жители североалбанских гор, почти недо-
ступных для турецких властей, а православная церковь
господствовала среди христиан Южной Албании.
Принятие мусульманства носило нередко формаль-
ный характер. Поскольку фискальной и юридической
единицей для турецких властей был дом, то на первых
порах лишь его глава принимал мусульманство. Многие
из новообращенных мусульман оставались тайными хри-
стианами и наряду с мусульманским именем сохраняли
свое старое, христианское имя. Вопреки проповедям
фанатичного мусульманского духовенства, мусульмане
вместе с христианами праздновали пасху и другие хри-
стианские праздники. Широко практиковались смешан-
ные браки.
Для развития освободительного движения исламиза-
ция имела отрицательные последствия. Она затруднила
контакты албанцев с другими балканскими народами.
Порта получила возможность привлекать албанцев к
участию во внешних войнах и в подавлении восстаний.
В дальнейшем наличие трех религиозных групп в стране
использовали и европейские государства, проводившие
политику порабощения и расчленения Албании.
43
Однако, несмотря на переход значительной части
албанцев в ислам, борьба за освобождение от турецкой
зависимости не прекратилась. На исторической сцене
в результате серьезных социально-экономических и по-
литических сдвигов, происшедших к XVIII в. в Албании
и во всей Османской империи, стали действовать новые
общественные силы.
Социально-экономическое
и политическое развитие страны
в XVII-XVIII вв.
Военно-ленная система продолжала существо-
вать в Албании на протяжении всего XVIII и начала
XIX в. Однако по сравнению с начальным периодом ту-
рецкого господства она претерпела существенные изме-
нения. Военные лены из условных держаний, предостав-
лявшихся леннику за личную военную службу, посте-
пенно превращались в наследственные владения. Наслед-
ственными фактически становились не только лены (ти-
мары и зеаметы), но и военно-административные долж-
ности. Уже с начала XVI в. посты санджак-беев Влёры и
Дельвины стали монополией рода Синан-паши. В Север-
ной Албании санджак-беями Шкодры и Дукагини почти
неизменно были представители феодальных семей Бе-
голы и Бушати. С начала XVII в. Тирана оказалась под
фактическим управлением потомков Сулеймана-паши
Баргини. В XVIII в. передача административных долж-
ностей по наследству приобрела всеобщий характер. По
словам современника, албанцы «сами назначают боль-
шую часть государственных чинов, как, например, пашей,
беев, спаг (сипахи.— Авт.), тимариотов, и они не только
не зависят от капризов Порты, но места, занимаемые
отцом, без труда и вопреки системе султанов переходят
к сыновьям по праву наследства». Военные лены, наряду
с передачей их по наследству, стали продаваться и по-
купаться. Тем самым ленники начали рассматривать ти-
мары и зеаметы как свои безусловные владения, что
подрывало устои военно-ленной системы, основанной на
принципе условного держания. В результате система, на
которой зиждилась военная мощь Османской империи,
теряла эффективность. Порте становилось все труднее
собирать и отправлять ленников Берата, Влёры, Шкодры
44
куда-нибудь в Венгрию или к иранской границе, где
Османская империя вела затяжные кровопролитные вой-
ны. Однако это было только началом разрушения воен-
но-ленной системы землевладения. Роковой удар был на-
несен ей тогда, когда феодалы стали различными спосо-
бами присваивать мирийские (государственные) земли,
превращая их в свои частнофеодальные поместья —
чифтлики.
Этот процесс происходил в обстановке известного
оживления экономической жизни и роста товарно-де-
нежных отношений в европейских провинциях Турции.
После разрухи и опустошения, причиненного турецким
завоеванием, балканские города стали постепенно восста-
навливаться, росли ремесленное производство и торгов-
ля. Выгодное географическое положение позволило ал-
банским прибрежным городам Дурресу, Влёре, Шкодрс
стать также крупными центрами транзитной торговли.
Увеличивались возможности и для сбыта сельскохозяй-
ственной продукции, тем более, что растущий спрос на
сельскохозяйственное сырье предъявляли экономически
развитые страны Западной Европы.
Значительное место в городской экономике заняли
феодалы, выступавшие теперь как ростовщики, владель-
цы лавок, торговых кораблей, откупщики налогов. Впер-
вые откупная система появилась в Албании в начале
XVII в. В дальнейшем она охватила почти все государ-
ственные сборы как в городе, так и в деревне. Откупная
система с ее бесчисленными злоупотреблениями, широ-
кое распространение реквизиций и чрезвычайных нало-
гов, ростовщическая кабала — все это тяжело отрази-
лось на положении крестьян, и многие из них, уступая
нажиму феодалов, были вынуждены отказаться от вла-
дельческих прав на землю. Феодалы превращали эту
землю в свое барское хозяйство — чифтлики.
Образование феодальных чифтликов началось в Ал-
бании в первой четверти XVII в. Вначале они имели срав-
нительно небольшие размеры и принадлежали много-
численным собственникам, но затем, особенно в XVIII в.,
мелкие чифтлики стали концентрироваться в руках не-
большой горсгки крупных феодалов. Хотя по времени
оба процесса — лишение крестьян владельческих прав
на землю и концентрация чифтликской собственности —
тесно пеоеплетались друг с другом, все же наиболее
45
крупные чифтлики сложились тдлько во второй ИоловИ^
не XVIII в., когда экспроприации подверглись уже не
отдельные крестьяне, а целые их группы, деревни.
Формирование крупной частнофоодальной собствен-
ности сопровождалось ожесточенной борьбой между
мелкими и крупными служилыми феодалами, поскольку
крупные феодалы — санджак-беи, пользуясь своей адми-
нистративной властью, сумели захватить львиную долю
мирийских земель в ущерб мелким и средним феода-
лам — тимариотам и займам. Феодалы вели ожесточен-
ную борьбу друг с другом за выгодные должности, арен-
ды, откупы.
Внешне процесс образования крупного чифтликского
землевладения соответствовал законодательству Осман-
ской империи. Сделки по приобретению обрабатываемых
крестьянами государственных земель (мири) оформлял
сипахи, покупку частного имущества (мюльк) —шариат-
ский суд. Однако на деле за этим скрывались произвол,
насилие и обман. Характерна в этом отношении история
эльбасанской феодальной семьи Бичаку.
Основатель семьи Мехмед-ага Бичакчи-заде за 17 лет.
с 1621 по 1638 г., собрал большие земельные богат-
ства, захватывая у крестьян путем подлогов и насилия
горные пастбища и другие общинные земли. Потомки
его благодаря этому богатству получили звания беев и
пашей и заняли важные военно-административные
должности, что позволило им еще больше расширить
свои владения. Сулейман-паша Бичаку, губернатор Эль-
басана, во второй половине XVIII в., используя свою
власть, приобрел несколько феодальных чифтликов, а у
крестьян ряда деревень «купил» (фактически отнял) не
только земли, но и дома, виноградники, тока и другое
имущество. Наследство Сулеймана-паши составило 22
чифтлика.
Переход к системе чифтликов резко ухудшил поло-
жение крестьянства. Намного вырос размер феодальной
ренты. По-прежнему с крестьян взималась десятина
(ашар). Но теперь крестьянин был вынужден отдавать
чифтлигару (владельцу чифтлика) от ’А до 7г оставав-
шегося урожая. Кроме того, он был обязан поставлять
чифтлигару съестные припасы, делать «подарки», выпол-
нять для него безвозмездно различные работы. Иногда
феодалы принуждали крестьян участвовать в своих
46
междоусобных войнах. Усиливая мерь! внёэкономйчесКй-
го принуждения, стремясь удержать крестьян в своем
чифтлике и заставить их отдавать большую, чем прежде,
долю произведенных продуктов, чифтлигар добивался
фактического закрепощения крестьян, лишений их какой-
либо свободы и гражданских прав.
Рост феодальной эксплуатации порождал крестьян-
ские волнения, а иногда и восстания. Так, в 1724 г. кре-
стьяне Задримы подняли восстание под лозунгом «За
старую свободу и старую правду» и сумели изгнать при-
теснителей-феодалов, в том числе могущественного Бе-
ганьи Бушати, родственника паши Шкодры. Но через
некоторое время восставшие крестьяне были разбиты,
а Задрима разграблена.
Сопротивление крестьянства было одной из главных
причин того, что в Албании к началу XIX в. далеко не
все деревни превратились в чифтлики. В некоторых райо-
нах по-прежнему существовали военные лены тимарио-
тов и займов. В горах сохранялись полупатриархальные
крестьянские общины. Однако решающей фигурой эко-
номической жизни страны стал чифтлигар.
Перестройка феодальных отношений в земледелии
повлияла и на скотоводство. В отличие от прежних вре-
мен новые феодальные помещики стали облагать пасту-
хов поборами за право прохода через их земли, за поль-
зование пастбищами. Некоторые чифтлигары сами
стали собственниками крупных стад скота.
Вместе с тем в сельском хозяйстве шел процесс рос-
та товарности производства. Для увеличения объема
сельскохозяйственной продукции феодалы населяли
свои поместья спустившимися с гор крестьянами, вво-
дили новые сельскохозяйственные культуры. В XVII—
XVIII вв. в Албании получили распространение кукуру-
за, рис, хлопок, табак. В результате беспощадного нажи-
ма на крестьянство чифтлигары сосредоточивали в своих
руках большие количества сельскохозяйственных това-
ров. Это давало новый толчок развитию внутренней и
внешней торговли, дальнейшему росту товарно-денеж-
ных отношений.
Развитие внутренней торговли шло прежде всего пу-
тем становления и расширения сети местных рынков.
В городах и торговых местечках, служивших хозяйст-
венными центрами для более или менее значительных
47
районов, в базарные дни царило большое оживление.
Горцы свозили сюда шерсть, шкуры, меняя их на про-
дукцию равнин. Ремесленники в обмен на свои товары
приобретали продовольствие и сырье. Купцы заключали
сделки на закупку пшеницы, кукурузы, шерсти, воска,
кож для вывоза за границу и сбывали иностранные то-
вары.
Крупные местные торги существовали во всех райо-
нах Албании: в Северной Албании — Шкодра, в Сред-
ней Албании — Кавая, в Мюзеке — Берат, на юге стра-
ны — Влёра. На влёрском базаре, собиравшем много
народа, можно было найти немецкие сукна и калабрий-
ские плащи, фески, сделанные на венецианской ману-
фактуре Дита Каповилла, ружья из Брешии. К середи-
не XVII в. сформировался рынок в Корче, где покупа-
лись и продавались шкуры, воск, ремесленные изде-
лия — попоны, веревки, мешки, венецианские ткани и
бумага. В ряде мест процветали торги меньшего масш-
таба. Так, к востоку от Берата, глубоко в горах, вдали
от больших дорог поныне существуют села Грабова и
Ленга, называемые в документах XVIII в. городами. За-
щищенные горами от набегов мелких и крупных феода-
лов, они служили рынком для окрестного населения.
Наиболее важными статьями экспорта Албании в
XVII—XVIII вв. были зерно, оливковое масло, корабель-
ный лес, воск, табак, шкуры, кожи, скот, шерсть, битум,
домотканые ткани. Ввоз состоял из сукон, одежды,
оружия, изделий из стекла, сахара, кофе.
Основная доля в албанской внешней торговле при-
надлежала венецианцам. Они использовали Албанию
также для транзита через нее сукон, шелковых тканей и
других товаров в глубь Европейской Турции. Главным
портом этой транзитной торговли был Дуррес, занявший
в начале XVIII в. среди портов Европейской Турции
второе после Стамбула место по торговле с западно-
европейскими странами. О торговом значении Дурре-
са свидетельствует тот факт, что здесь с конца XVII в.
держали своих консулов Англия, Франция, Венеция,
Голландия, Неаполь.
Свои доходы от сбыта сельскохозяйственного сырья
и от собираемых налогов и пошлин феодалы частично
тратили на покупку предметов роскоши — иностранных
и изготовлявшихся местными ремесленниками, частично
48
на содержание своих многочисленной семьи, челяди, слуг
и приверженцев, а в военное время — отрядов наемни-
ков. Немалую часть богатств они превращали в сокро-
вища и хранили в тайниках своих замков и дворцов.
Большие барыши получали купцы. Торговая дея-
тельность была тогда связана с большими трудностями
и риском. Товары перевозились вьюками на лошадях.
Каждый караван имел вооруженную охрану, содержав-
шуюся самим купцом. Купец должен был уплачивать
таможенные пошлины, а также налоги каждому паше,
через владения которого он провозил свои товары. На
суше его подстерегали разбойники, на море — пираты.
Но если купец, миновав множество опасностей, доби-
рался до Венеции или Анконы, распродавал здесь свои
товары и благополучно возвращался в Эльбасан или
Берат с заморскими изделиями, то прибыль его была
велика.
Албанские купцы разъезжали не только по городам
Европейской и Азиатской Турции, они посещали Ита-
лию, Австрию, Германию, основывали там свои лавки
и конторы, в течение длительного времени проживали в
этих странах. В Венеции существовала, например, ули-
ца, целиком населенная албанцами.
Во второй половине XVIII в. большую активность
проявляли купцы Шкодры. Как сообщал в 1761 г. вене-
цианский консул в Дурресе, они сосредоточили тогда в
своих руках значительную часть торговли Албании.
В Тиране, Эльбасане, Кавае, Берате они закупали кожи
и ткани. Из окрестных горных селений прибывали в
Шкодру караваны с шерстью. Свои торговые операции
шкодринские купцы распространили и на другие районы
Балканского полуострова. Закупая в Монастыре (Вито-
ле) и Скопле шерсть, в Валахии — воск, в Салониках —
шелк, они перевозили их к устью Буны и в Дуррес, а от-
туда— в различные порты Средиземного моря.
Купцы Шкодры имели перед другими албанскими
купцами то преимущество, что могли пользоваться собст-
венными торговыми кораблями и, кроме того, были тесно
связаны с агами Улциня, владельцами многочисленных
судов, широко участвовавших в морской торговле на
Адриатике.
В Южной Албании отличались размахом своих тор-
говых операций купцы Воскопои. Сильное и богатое
4 Краткая история Албании
49
купечество этого города, тйк же как и купечество ШкбдрЫ,
не удовлетворялось торговлей внутри Албании. Воско-
пойские купцы покупали ткани в Элассоне, возили би-
тум из Влёры в Стамбул, посещали Ларису, Сиатисту,
добирались до Валахии, Боснии, имели связи с судовла-
дельцами Котора и Дубровника, нанимая здесь корабли
для перевозки своих товаров.
Растущие потребности торговли привели к некото-
рому расширению дорожной сети Албании. Города при-
обрели новое значение как узлы торговых путей. Через
Берат, например, проходили две главные дороги, пере-
секавшие Албанию с севера на юг и с запада на восток:
Шкодра — Янина и Влёра — Македония. Важным узлом
дорог являлся Эльбасан, через который проходила доро-
га Дуррес — Салоники. В Дельвине сходились пути на
Бутринто, Берат, Янину.
Вся ремесленная и торговая жизнь албанского горо-
да сосредоточивалась на базаре. Ремесленники каждой
специальности располагались в отдельном месте, так
что получались улицы кожевников, портных, парик-
махеров, ювелиров и т. д. По профессиям они объединя-
лись в цехи (эснафы). В середине XVII в. существовали
эснафы кожевников, портных, сапожников, шубников,
сбруйщиков, мясников, погонщиков караванов. В Эль-
басане в XVIII в. насчитывалось 30—40 эснафов, в Вос-
копое — до 50. Каждый эснаф имел свой устав, опреде-
лявший его внутреннюю организацию и условия произ-
водства и сбыта товаров. Главными задачами эснафа
были борьба против конкуренции и защита своих членов
от произвола местных властей, но фактически эснаф
защищал интересы мастеров, а не подмастерьев или уче-
ников. Церковные и неразрывно связанные с ними в то
время школьные дела также входили в компетенцию
эснафов. Например, воскопойские эснафы оплачивали
расходы церквей и школ, давали стипендии учащимся.
Эснафы содержали стражу для охраны лавок на базаре
в ночное время. С течением времени эта стража превра-
тилась, в постоянную цеховую милицию.
Часть городского населения продолжала заниматься
сельским хозяйством. В городах жили и феодалы со
своими многочисленными слугами и приверженцами.
Экономически купцы и ремесленники были тесно свя-
заны с феодалами и зависели от них. Феодалам, как
50
Правило, принадлежала рейлЬная влаОтЬ в Города^.
Только в Воскопое значительную роль в управлении го-
родом играли купцы и ремесленники.
В обстановке продолжавшегося упадка Османской
империи и ослабления центральной власти межфеодаль-
ная борьба в Албании, которая определялась кризисом
военно-ленной системы и формированием чифтликской
собственности, вылилась к середине XVIII в. в настоя-
щие междоусобные войны. Местные крупные феодаль-
ные рода — оджаки 8 с оружием в руках оспаривали
власть друг у друга. В Шкодре в течение нескольких де-
сятилетий боролись за власть оджаки Бушати и Чаушо-
лы, в Тиране — оджаки Баргини и Топтани, в Дельви-
не — семьи Кока и Каплана-паши, во Влёрском санджа-
ке разгорелась вражда между семьей Влёра, с одной сто-
роны, и правителями Берата Исмаилом-пашой Велябиш-
ти и его преемником Курдом Ахмедом-пашой — с другой.
Турецкая административная система в Албании была
к этому времени фактически дезорганизована. На раз-
валинах системы санджаков сформировались под назва-
нием пашалыков крупные наследственные владения ме-
стных феодалов. Из Влёрского санджака, например, вы-
делилось два пашалыка — Влёрский и Бератский. Круя,
прежде входившая в Охридский санджак, стала цент-
ром самостоятельного пашалыка во главе с феодальным
родом Топтани.
Внутри пашалыков существовали более мелкие фео-
дальные владения. В Кардики, относившемся к Дель-
винскому пашалыку, правили беи из рода Достов. В дру-
гом небольшом городке Дельвинского пашалыка Конис-
поли власть делили два бея: Ибрагим Деми и Махмуд
Дальяни. Гирокастра тоже управлялась своими беями.
Своевольные беи столь же мало зависели от паши,
сколько он сам — от турецкого правительства. За преде-
лами собственных чифтликов и управляемых им лично
или через родственников городов власть паши была почти
номинальной. Важные вопросы, касавшиеся всего
пашалыка, решались большим советом, состоявшим из
наиболее крупных беев.
Нескончаемые войны между феодалами превращали
обширные районы в зону военных действий. От таких
8 Оджак (турецк.)—очаг, род, семья.
4*
51
войн жестоко страдало мирное население; жителей го-
родов и сел уводили в рабство, имущество их разграб-
лялось, оставленные дома предавались огню.
Феодалы вовлекли в свои распри и другие слои насе-
ления. В феодальных войнах участвовали отряды гор-
цев. Города раскололись на враждующие партии — та-
рафы9. В Шкодре ожесточенная борьба развернулась
между тарафом кожевников и тарафом портных. Они
возникли в свое время как союзы нескольких эснафов, но
во Второй половине XVIII в. этими названиями обозна-
чали два городских района, находившихся в состоянии
почти постоянной войны. Их разделяла демаркационная
линия, переходить которую без оружия было опасно.. Та-
раф кожевников был более сильным и многочисленным.
Его район примыкал к шкодринской цитадели Розафат.
Здесь жило много богатых беев, которым и принадлежа-
ла руководящая роль в тарафе.
Многие мелкие феодалы, добиваясь земли и власти,
формировали из разорившихся крестьян вооруженные
отряды и занимались разбоем. От их набегов страдала
не только Албания, но и соседние области.
Феодальная анархия наложила мрачный отпечаток
на облик городов и деревень страны. Французский дип-
ломат Пукевиль, посетивший Гирокастру в разгар буше-
вавшей здесь войны между партиями различных беев,
так описывает город: «Эти жилища, с пробитыми в них
амбразурами и в соответствии с богатством их хозяев
обнесенные зубчатыми стенами с башнями, имеют тем
большую цену, чем более они неприступны. Мосты, со-
единяющие кварталы, другие, служащие обороне какой-
либо части строения, и особенно картина состояния вой-
ны, среди которой жили гирокастриоты,— все это служи-
ло предметом моего удивления, в то зремя как я созер-
цал хаос башенок, причудливых строений, высоко при-
поднятых над землею и нависших над скалами домов» 10.
Широкое распространение в Албании получили дома-
крепости (кулы). Строился такой дом на расстоянии ру-
жейного выстрела от других домов и по возможности, на
возвышенном месте, чтобы держать под наблюдением
окружающую местность. Дом имел бойяицы, служившие
9 Тараф (турецк.) — сторона, группа, партия.
10 F. Р о u q u е v i 11 е. Voyage de la Grece, t. II. Paris, 1826, p. 2.
52
одновременно окнами, причем большая часть их откры-
валась только во время боя. Вход в дом находился на
высоте нескольких метров от земли; входили и выходили
по веревочной лестнице, которую тотчас же убирали.
Феодальная анархия наносила большой ущерб эко-
номике страны. Население >цило в состоянии постоян-
ной тревоги, готовое по первому сигналу бежать в не-
приступные годы. Тысячи могил, разбросанные по всей
Албании, остались мрачными памятниками этих крова-
вых междоусобиц.
Сильно страдали от феодального произвола купцы
и ремесленники. Их товары и деньги служили лакомой
приманкой для феодальных грабителей. Способы ограб-
ления были самые разнообразные: от насильственных
поборов и взимания платы за «покровительство» до
прямых разбойничьих нападений. Наиболее ярким, но не
единственным примером тяжелых последствий такого
феодального разбоя была судьба Воскопои — цветущего
торгово-ремесленного города Южной Албании, доведен-
ного непрестанными нападениями окрестных феодалов
до полного упадка.
Турецкое правительство не предпринимало никаких
шагов для прекращения феодальных междоусобиц и
большей частью даже разжигало их, придерживаясь
правила «разделяй и властвуй». Однако во второй поло-
вине XVIII в. эта политика стала оборачиваться против
самой Порты, так как рост политической самостоятель-
ности местных феодалов вел объективно к подрыву ту-
рецкого господства над Албанией, несмотря на то, что
албанские феодалы фактически являлись составной
частью правящего класса Османской империи. Соперни-
чество между ними и турецкими феодалами принимало
временами весьма острый характер. В таких случаях
албанская феодальная верхушка была не прочь исполь-
зовать в своих интересах антитурепкие настроения
широких народных масс.
Века турецкого господства были для албанского на-
рода периодом тяжелых испытаний. Турецкое завоева-
ние не только привело к консервации отсталых общест-
венных форм, но и осложнило этническое развитие ал-
банцев. Усилились областная разобщенность и соответ-
ственно диалектальные различия в албанском языке.
В рамках албанской народности обособились две боль-
шие этнические группы: гегов и тосков. Геги населяли
Северную Албанию (Гегерию), тоски — Южную (Тоске-
рию). Граница между ними проходила по реке Шкумби-
ни. Помимо тосков в Южной Албании имелись еще две
меньшие этнические группы лябов и чамов. Между всеми
этими группами существовали значительные различия
в языке.
Турецкое господство создало серьезные трудности
и для развития албанской культуры. Завоеватели вели
борьбу с проявлениями албанской самобытности. Ал-
банский язык подвергался гонениям. В мусульманских
религиозных школах преподавание велось на турецком
языке, а в школах, зависевших от константинопольской
православной патриархии,— на греческом. Конечной
целью политики турецкого правительства было отурече-
ние албанцев-мусульман. В свою очередь, константино-
польская патриархия, распространившая с помощью
турок свою политическую и духовную юрисдикцию на
все православное население Балканского полуострова,
стремилась эллинизировать православных албанцев.
Несмотря на это, в XVIII в. в культурной жизни
страны уже начали проявляться албанские националь-
ные моменты. Были переведены на албанский язык не-
которые произведения духовной литературы как мусуль-
манской, так и православной. Интерес к албанскому
языку проявлялся и в издании двуязычных и многоязыч-
ных словарей с албанской частью. При этом использо-
вались греческий и арабский алфавиты, поскольку ал-
банского алфавита еще не имелось. Со второй полови-
ны XVIII в. делаются первые попытки создания само-
стоятельного албанского алфавита.
Образование было уделом небольшого круга людей.
Основная масса населения по-прежнему оставалась тем-
ной и невежественной. Однако именно народные массы,
прежде всего крестьянские, были носителями албанской
самобытности, проявлявшейся в языке, обычаях, музы-
кальном и песенном творчестве.
Могучей силой, способствовавшей сохранению един-
ства и народной самобытности албанцев, стал фольклор.
Иностранцев поражала страстная любовь народа к му-
зыке и песне. Пукевиль Пишет, что редко можно было
увидеть группу албанских воинов без мандолины и пев-
ца или рассказчика, Слагающиеся этими безвестными
54
певцами и рассказчиками и передававшиеся из уст в
уста песни и легенды увековечивали в памяти народа
картину борьбы многих поколений за свободу и лучшее
будущее.
Любимыми народными героями были Скандербег и
его сподвижники.
Русско-албанские связи в XVIII в.
В XVIII в. установились первые прямые поли-
тические контакты между албанцами и Россией. Толч-
ком к ним послужило то, что Россия к этому времени
превратилась в наиболее серьезного противника Осман-
ской империи. Русско-турецкие войны подтачивали ту-
рецкое господство на Балканах и тем самым объективно
содействовали борьбе балканских народов за свое осво-
бождение. Эти войны обычно давали сигнал для анти-
турецких выступлений на Балканах, в том числе и в
Албании. Уже Прутский поход Петра I в 1711 г. имел
своим откликом ряд восстаний, вспыхнувших в 1711—
1713 гг. в Кельменди, Мати, Влёре, Берате и других ме-
стах. После этих выступлений Порта предприняла ка-
рательную экспедицию в Химару. В 1716 г., во время
войны с Австрией и Венецией, турецкий адмирал Джа-
нум Ходжа, руководивший операциями против о. Корфу,
высадил большое войско в районе Дермиу. В ожесто-
ченном сражении химариоты разбили турок и вынудили
их снова погрузиться на корабли и отплыть в сторону
Корфу. Но так как угрозы Химаре со стороны Порты не
прекращались, то для упрочения своей самостоятель-
ности православные албанские горцы Химары решили
обратиться к покровительству России.
В 1759 г. генеральный совет Химары, состоявший из
представителей всех ее деревень, послал русской импе-
ратрице Елизавете Петровне петицию. Химариоты заяв-
ляли о своей преданности России, готовности произвести
диверсию против Порты в случае войны и предлагали
уже в мирное время сформировать для России один или
два полка. Русский резидент в Стамбуле А. М. Обресков,
которому делегаты химариотов в начале 1760 г. предста-
вили эту петицию, заверил химариотов, что в случае
ройцы с Турцией Россия воспользуется их помощью.
55
Действительно, когда в 1768 г. началась русско-ту-
рецкая война, главнокомандующий русской эскадрой на
Средиземном море А. Г. Орлов обратился к химарио^ам
с призывом поступать на русскую службу. Многие хи-
мариоты откликнулись на этот призыв и храбро сража-
лись в составе русской эскадры в Архипелаге. Некото-
рые из них после окончания войны переселились вместе
с семьями в Россию. В 1787—1791 гг., во время новой
русско-турецкой войны, немало химариотов вступило в
ряды бойцов действовавшей тогда против турок на Сре-
диземном море добровольческой флотилии под командо-
ванием греческого патриота, офицера русской службы
Ламброса Кацониса. Часть этих солдат и моряков после
подписания Ясского мира переселилась в Россию в район
Одессы. Здесь в 1795 г. был создан греко-албанский
«дивизион» в составе 300 человек. К тем временам восхо-
дят и названия одесских улиц: Большая Арнаутская и
Малая Арнаутская.
На рубеже XVIII и XIX вв. русско-албанские связи
продолжали расширяться. Во время экспедиции адми-
ралов Ф. Ф. Ушакова и Д. Н. Сенявина в Средиземное
море и пребывания русских войск на Ионических остро-
вах много албанцев воевало под русскими знаменами.
В осаде Корфу в 1798—1799 гг. участвовало до 4500 ал-
банцев. Сотни албанцев служили в созданных в 1805 г.
русским командованием на Ионических островах «легио-
нах легких стрелков». Горцы-албанцы, для которых во-
енное ремесло было нередко основным источником суще-
ствования, охотно служили России. Это объяснялось как
узами религии, соединявшими православных албанцев с
Россией, так и надеждами, которые албанцы возла-
гали на Россию в освобождении своей родины от турец-
кого ига. Характерный эпизод произошел в 1807 г.
после занятия Ионических островов французами: нахо-
дившиеся там албанцы согласились поступить на фран-
цузскую службу лишь тогда, когда выяснилось, что рус-
ское командование не может их использовать, и при этом
поставили условие, что их ни в коем случае не пошлюг
сражаться против русских.
Глава 3
БОЛЬШИЕ ПОЛУНЕЗАВИСИМЫЕ
ПАШАЛЫКИ
Начальный период правления
Махмуда Бушати
Первая турецкая экспедиция
против Шкодры (1787 г.)
В конце XVIII в. феодальная борьба в Алба-
нии вступила в новый этап. Наиболее могущественные из
местных феодалов, распространив свою власть на значи-
тельную часть страны, стали оказывать открытое непови-
новение Порте.
Для Северной Албании этот поворот наметился еще
в 60-х годах XVIII в. В 1756 г., когда феодальная анар-
хия в Шкодре достигла кульминационного пункта,
власть в городе захватил Мехмед-бей Бушати. Семья
Бушати являлась одной из наиболее богатых и родови-
тых феодальных семей Северной Албании. Она вела свое
происхождение от известной феодальной семьи Дукаги-
ни, перешедшей в мусульманство вскоре после завоева-
ния Шкодры турками. Будучи богатыми чифтлигарами,
тесно связанными с рынком, Бушати проявляли заинте-
ресованность в создании нормальных условий для раз-
вития торговли.
Порте пришлось признать происшедший в Шкодре пе-
реворот и утвердить Мехмеда-бея в звании паши и шко-
дринского мютесаррифа (губернатора).
Опираясь на горцев и торгово-ремесленные элементы
Шкодры, Мехмед-паша Бушати, известный позднее под
именем Мехмеда-паши Старого, сумел обуздать свое-
вольных феодалов Щкодринского пашалыка и устано-
57
вить на его территории спокойствие и относительную
безопасность. Затем Мехмед-паша начал расширять гра-
ницы своего пашалыка за счет Дукагинского и Эльба-
санского пашалыков. Рост могущества и самостоятель-
ности шкодринского правителя вызвал тревогу Порты.
В 1775 г. подосланными ею агентами Мехмед-паша Ста-
рый был отравлен.
Порта собиралась полностью восстановить свою
власть в Северной Албании, но ей не удалось отстранить
род Бушати, и губернатором Шкодры стал сын Мехмеда-
паши Махмуд. Его приход к власти совпал с началом
одного из самых тяжелых этапов в истории Османской
империи. Политический кризис достиг огромной, глуби-
ны. Авторитет султана в‘провинциях резко понизился.
Порта все в меньшей степени могла использовать их
военные и финансовые ресурсы. Между тем вслед за не-
удачной для Турции русско-турецкой войной 1768—
1774 гг. уже через 13 лет вспыхнула новая война с Рос-
сией и Австрией, также завершившаяся поражением.
Затем ^Османская империя вела войну с Францией, по-
том опять с Россией, к которой на этот раз присоеди-
нилась Англия.
Внешнеполитические неудачи обострили внутреннюю
борьбу в турецком правящем классе. Углубилась фео-
дальная анархия. Но, с другой стороны, в столичных
кругах образовалась группировка, выступившая за про-
ведение некоторых реформ с целью обновления и укреп-
ления Османской империи.
Реформы эти проводились в царствование султана
Селима III (1789—1807) и получили название «низам-и
джедид», что означает «новая система». Они заключа-
лись прежде всего в создании нового вида войск, обучен-
ных и дисциплинированных по европейскому образцу.
На их содержание были введены новые налоги, поступав-
шие в «кассу нового устройства». Была предпринята
также попытка восстановить прежнюю эффективность
военно-ленной системы.
Социальная база, на которую смог опереться Се-
лим III, была весьма шаткой и аморфной. Лишь неболь-
шая группа духовных и светских сановников поддержала
реформы Селима III. Большинство же правящего класса
принадлежало к числу противников реформ. Ожесточен-
ные выступления реакционных группировок, дворцовые
58
смуты и янычарские мятежи вконец ослабили централь-
ный аппарат управления империи, и так уже изъеден-
ный коррупцией. К тому же реформы, имевшие целью
укрепление империи, не могли найти поддержки среди
ее разноплеменного населения, заинтересованного в раз-
рушении османской тюрьмы народов.
Упадок турецкой державы оживлял надежды пора-
бощенных народов на скорое освобождение от турецко-
го ига, активизировал их национально-освободительную
борьбу. В Греции в конце XVIII в. вооруженное восста-
ние против иноземного рабства готовил замечательный
революционер и демократ Ригас Велестинлис. В 1804 г.
на вооруженную борьбу против турецких угнетателей
поднялся сербский народ.
В то же время во многих районах империи ослабле-
нием султанской власти воспользовались крупные фео-
далы-сепаратисты. Попытки султана уничтожить или
ограничить их власть отражались ими вооруженной ру-
кой. В Албании одним из первых начал открытую войну
против Порты Махмуд-паша Бушати. Случилось это в
80-х годах XVIII в., но истоки конфликта восходят к
концу 70-х годов.
В 1770 г., во время войны с Россией, Порта вызвала
нескольких южноалбанских беев с их отрядами в Гре-
цию, в Морею, для подавления вспыхнувшего здесь ан-
титурецкого восстания. После окончания русско-турец-
кой войны эти отряды остались в Морее и, выйдя из пови-
новения, занялись грабежом. Тогда султан приказал
Махмуду-паше очистить своими силами Морею от непо-
слушных беев. Махмуд в 1777 г. отправил в Морею под
командованием своего брата Мустафы 3-тысячный кор-
пус. Мустафа добился определенных успехов в «восста-
новлении порядка» в Морее, но затем шкодринцы, не по-
лучая в течение долгого времени жалованья, также
занялись грабежами. Порта послала против них в Мо-
рею в 1779 г. армию и флот во главе с капудан-пашой
(начальником морских сил) Хасаном, который учинил
здесь страшную резню. Мустафа-паша по приказу Пор-
ты был отравлен.
В Албании долго не могли забыть этой резни. В пос-
ледующие годы здесь то и дело формировались отряды,
пытавшиеся проникнуть снова в Морею и отомстить
туркам. Во главе таких отрядов стояли мусульманские
59
феодалы, хотя Порта привыкла рассматривать их как
свою наиболее надежную опору в Албании.
Конфликт между албанскими феодалами и Портой
благоприятствовал честолюбивым замыслам Махмуда-
паши, стремившегося расширить и упрочить свою
власть. «Человек молодой, храбрый и предприимчивый»,
по словам русского посла в Турции Я. И. Булгакова !,
Махмуд-паша повел энергичную борьбу за расширение
границ своего пашалыка.
В июне 1785 г. Махмуд Бушати с 20-тысячной армией
вторгся в Черногорию и вскоре занял Цетине. Завоеван-
ные районы были обложены данью. Однако Махмуду
Бушати, как и его предшественникам, не удалось поко-
рить Черногорию. Через короткое время свободолюби-
вые горцы восстановили свою независимость.
По возвращении из Черногории Махмуд-паша пред-
принял поход против правителя Бератского пашалыка
Курда-паши. Разбив его войска, он присоединил к сво-
им владениям крупный торгово-ремесленный город Эль-
басан.
В последующие годы Махмуд-паша продолжал рас-
ширять границы пашалыка и укреплять свою власть,
изгоняя назначенных Портой чиновников и заменяя их
своими людьми. Это вызвало, наконец, решение султана
объявить шкодринского пашу мятежником. В марте-ап-
реле 1787 г. паши Европейской Турции получили сул-
танские фирманы (указы), в которых >им предписывалось
выступить против Махмуда-паши в поход. Для военных
операций были сформированы две армии. Первая из них,
численностью около 40 тыс. человек под командованием
бейлербея (генерал-губернатора) Румелии Мехмеда-
паши Айдослы, должна была действовать против Шкод-
ринского пашалыка с востока и юга. Второй армии,
численностью в 16—17 тыс. человек под командованием
губернатора Боснии Селима-паши, предписывалось на-
ступать на Шкодру с севера. К берегам Албании отплы-
ла и турецкая эскадра под командованием Хасана-паши
в составе двух линейных кораблей, пяти фрегатов и не-
скольких мелких судов.
Махмуд-паша со своей стороны тщательно готовился
к войне с султаном. Стремясь заручиться поддержкой
1 АВПР, ф. Сношения России с Турцией, д. 655, л. 96,
60
шйроких слоев Населения, он использовал традиций
борьбы албанцев против турецкого нашествия и всегда
популярное в Албании имя ее руководителя Скандербе-
га. В апреле 1787 г. русский консул в Далмации А. Пал-
ладоклис сообщал в Петербург, что Махмуд-паша «кует
на свое имя деньги, называя себя потомственным на-
следником славного Георгия Кастриота Скандербея,
собирает всеми силами войска»2.
Начало военных действий ознаменовалось успехами
Махмуда-паши, нанесшего в мае 1787 г. поражение вой-
скам бейлербея в районе Скопле. Но затем военная си-
туация изменилась. Помимо большого численного пере-
веса султанской армии, решающую роль сыграл переход
большинства мусульманских феодалов на сторону сул-
тана. К концу августа вся территория Шкодринского па-
шалыка была оккупирована султанскими войсками.
Правда, им не удалось захватить самого пашу, успев-
шего укрыться с двумя-тремя сотнями верных бойцов в
шкодринской цитадели Розафат. Современникам собы-
тий положение Махмуда-паши казалось безнадежным.
Но проходили недели, а Розафат продолжал держаться.
Безрезультатность этой осады, возникшие в турецком
лагере перебои с продовольствием и боеприпасами и, в
довершение всего, поступившие известия о начале рус-
ско-турецкой войны вызвали среди осаждающих разло-
жение и замешательство, а в рядах осажденных — во-
одушевление. К тому же симпатии шкодринцев и окре-
стных жителей были всецело на стороне Махмуда-паши,
а осаждающая армия сумела за короткое время на-
строить против себя местное население. Турецкие
войска разоряли сады, разрушали дома, грабили села,
поджигали церкви и монастыри. Торговцы и ремеслен-
ники страдали от застоя в делах, а все горожане от до-
роговизны. Всеобщая ненависть к оккупантам вскоре
вылилась в антитурецкое восстание, охватившее Север-
ную Албанию.
Восстание началось в Шкодре в ночь на 25 ноября
1787 г. Жители квартала кожевников напали на войска
бейлербея. Одновременно по туркам ударил гарнизон
Розафата во главе с Махмудом-пашой. Застигнутая
2 АВПР, ф. Сношения России с Венецией, д. 404, ля. 10—11.
61
Врасплох турецкая армия была разбита и в беспорядка
бросилась бежать ж реке Дрин. Однако переправиться
через Дрин удалось немногим. Отряды горцев во главе
с капитаном (наследственным главой) Мирдиты, заняв
заранее переправы, довершили разгром султанской ар-
мии. Потери турок только убитыми составили около
6 тыс. человек. В результате понесенного поражения ар-
мия бейлербея совершенно распалась. Самого бейлербея
посланные Портой в действующую армию чауши3 с тру-
дом разыскали где-то в Румелии. С ним было всего семь
человек.
Значение этих событий выходило далеко за рамки
конфликта между султаном и его непокорным вассалом.
Со времени Скандербега турецкие завоеватели еще не
терпели такого поражения в Албании. Сила полученного
ими удара определялась совместным участием в борьбе
широких слоев населения — горцев и горожан, крестьян
и ремесленников, мусульман и христиан.
Победа Махмуда-паши подняла его авторитет и в
глазах иностранных правительств. Русское правительст-
во, заинтересованное в том, чтобы - Махмуд-паша по-
прежнему отвлекал на себя турецкие войска, направило
ему через посланника в Венеции А. С. Мордвинова пись-
мо, в котором говорилось, что русский флот по прибытии
в Средиземное море поддержит его и защитит. Австрия,
вступившая в феврале 1788 г. в войну с Турцией, также
начала переговоры с правителем Шкодры. С этой целью
в середине июня 1788 г. в Шкодру прибыл личный пред-
ставитель Иосифа II де Броньяр. Переговоры продол-
жались неделю и вполне удовлетворили австрийцев.
Махмуд-паша обещал выступить против турок и действо-
вать вместе с черногорцами и присланными в Черного-
рию австрийскими войсками. Австрийцы выдали Махму-
ду-паше 50 тыс. дукатов на военные издержки.
Соглашение, однако, не было реализовано. Де Бро-
ньяр и его спутники, закончив переговоры с Махмудом-
пашой, вечером 21 июня выехали в Черногорию, но не
успели они отъехать от Шкодры, как на них напала со-
провождавшая их охрана. Де Броньяр и два других ав-
стрийских офицера были убиты. До сих пор неизвестно,
3 Чауш (турецк.) — военно-административный чин в Османской
империи. Чауши часто использовались Портой и правителями санджа-
ков в качестве чиновников по особым поручениям.
62
Ййли ли австрийцы Жертвой веролбМсгва Махмуда
паши или же это была провокация со стороны тех фео-
дальных кругов Шкодры, которые любой ценой стреми-
лись сорвать переговоры шкодринского правителя с Рос-
сией и Австрией и добиться примирения с султаном. Так
или иначе, но после убийства посланцев австрийского
императора Россия и Австрия прекратили всякие сно-
шения с Махмудом-пашой. Вслед за тем австрийские
агенты организовали нападение черногорцев на его
владения.
Когда дела приняли такой оборот, Порта, нуждав-
шаяся в военных ресурсах Албании, проявила склон-
ность «простить» Махмуда-пашу при условии, что тот
примет участие в военных действиях. Махмуд-паша
принял это условие. В августе 1789 г. недавний «мятеж-
ник» был подтвержден в своей должности шкодрин-
ского паши и получил третий бунчук4 * и звание сераске-
ра (главнокомандующего) Албании.
Образование Янинсного пашалыка
В годы, когда из-за мятежа Махмуда-паши
Порта фактически утратила власть над Северной Алба-
нией, в Южной Албании в ходе внутрифеодальной борь-
бы усилился Али-паша Тепелена, также создавший из
подвластных ему районов полунезависимый пашалык.
Али-паша Тепелена, или Али-паша Янинский, при-
обрел благодаря Байрону и Дюма широкую, но полуле-
гендарную известность. Опубликованные с тех пор доку-
ментальные материалы и исследования позволяют вос-
создать более достоверную историю его возвышения и
деятельности.
Родился он около 1744 г. в семье беев, наследствен-
ных правителей небольшого южноалбанского городка
Тепелены. Его отец Вели-паша некоторое время управ-
лял и Дельвинским санджаком. После смерти Вели-па-
ши для его семьи наступили трудные дни. Другие беи
захватили власть в Тепелене. Али, называвшийся тогда
еще Али-беем, занялся разбоем и, разбогатев таким пу-
тем, набрал большой военный отряд и с его помощью
4 Трехбунчужный паша (или везир) — высший сан в турецкой
военно-феодальной иерархии.
63
восстановил власть своей семьи в Тепелене. В начале 80-х
годов XVIII в. в Южной Албании царило большое воз-
буждение, вызванное истреблением албанцев в Морее.
На борьбу с правительственными войсками выступило
несколько отрядов, в том числе отряд Али-бея численно-
стью около 8 тыс. человек. Али-бей летом 1782 г. вел в
районе Янины успешные бои с войсками Курда-паши —
наместника султана в Южной Албании. Отвага и воен-
ный талант, проявленные Али-беем в этих боях, сделали
его весьма популярным в Южной Албании.
Порта пыталась приручить Али-бея. В начале 1784 г.
он был произведен в паши и принят со своим отрядом в
турецкую армию. Через два года, в 1786 г., Порта назна-
чила его на пост правителя Триккальского санджака
(Фессалия), а в следующем, 1787 г., после смерти Кур-
да-паши, и на пост дербенджи-паши 5.
Благосклонность Порты к Али-паше объяснялась
тем, что в Стамбуле рассчитывали использовать его
для борьбы с Махмудом-пашой. Однако Али-паша за-
ботился прежде всего о своих собственных интересах.
Во время похода армии бейлербея на Шкодру. он всту-
пил в тайные сношения с Махмудом-пашой, а к момен-
ту военной развязки его вовсе не оказалось в турецком
лагере, под Шкодрой.
Более того, воспользовавшись тем, что силы и вни-
мание Порты отвлечены борьбой с Махмудом-пашой и
начавшейся войной с Россией, Али-паша в том же
1787 г. подчинил своему господству Эпир и сделал столи-
цу Эпира — крупный торгово-ремесленный город Янину
центром своего нового пашалыка, включившего в себя
Фессалию, Эпир и часть Южной Албании. В своих отно-
шениях с Портой Али-паша держал себя все более само-
стоятельно, игнорируя ее приказы о выступлении с вой-
сками на фронт. Это объяснялось не только его феодаль-
но-сепаратистскими стремлениями, но и тем, что в опреде-
ленной мере он должен был считаться с антитурецкими
настроениями подвластного населения. Во время русско-
турецкой войны 1787—1791 гг. Али-паша позволил Лам-
бросу Кацонису набрать солдат и матросов, запастись
продовольствием. Не довольствуясь этим, он вступил в 6
6 Дербёнджи-паша (турецк.) — командующий войсками, охра-
нявшими горные проходы (дербенды).
64
тайную переписку с агентами русского правительства и
главнокомандующим русской армией Г. А. Потемкиным.
Политические связи с Россией он рассматривал как га-
рантию сохранения своей власти на тот случай, если бы
в результате русско-турецкой войны было ликвидирова-
но турецкое господство на Балканах.
Внутренняя политика Али-паши способствовала упо-
рядочению управления, установлению безопасности,
улучшению положения христианского населения. В ус-
ловиях хаоса и феодальной анархии, царивших в Осман-
ской империи в конце XVIII в., эта политика имела по-
ложительное значение. Уже в первые годы правления
Али-паши она встретила одобрение многих современни-
ков. Например, венская греческая газета «Эфемерис»,
ссылаясь на «письма из многих мест Румелии», писала
30 декабря 1791 г. о «благоденствии райи» под властью
Али-паши и о том, что он обеспечил в своих владениях
«совершенное спокойствие для христиан».
Рост могущества Али-паши вызвал большую трево-
гу У других сильных южноалбанских феодалов. Летом
1789 г., когда Али-паша был занят борьбой против не-
зависимой горной общины Сули6, против него выступи-
ла коалиция албанских феодалов, в которую входил
правитель Берата Ибрагим-паша, его брат правитель
Влёры Джаффер-паша, правитель Дельвины Мустафа-
паша, беи Гирокастры. За их спиной, по-видимому, стоя-
ла Порта, пытавшаяся таким способом ликвидировать
новый полунезависимый пашалык. Союзники захватили
находившуюся под властью Али-паши Корчу и стали
продвигаться к Янине. Али-паша спешно заключил мир
с сулиотами и направил все свои силы против коалиции
феодалов. Жестокая война шла все лето. В конце концов
Али-паша, внеся разлад в лагерь противника, смог одер-
жать верх и снова овладел Корчей.
В дальнейшем Порта предпринимала и другие попыт-
ки подорвать власть Али-паши. Однако наибольшую
опасность в Албании для нее по-прежнему представлял
Махмуд-паша. * 5
6 Сули — горный район к северо-востоку от Парги (Эпир). Са-
моуправляющаяся сулиотская община насчитывала 11 деревень с
населением в 10—11 тыс. человек. В течение 14 лет (1789—1803) су-
лиоты отстаивали свою независимость в борьбе с Али-пашой.
5 Краткая история Албании
65
Вторая турецкая экспедиция
против Шкодры (1798 г.)
Последние годы правления
Махмуда-паши
После окончания войны с Австрией и Россией
Порта решила окончательно свести счеты с Махмудом-
пашой. В конце 1792 г. шкодринский правитель снова
был объявлен «фирманлы»7. Военную экспедицию воз-
главил бейлербей Румелии Бекир-паша. Военные дейст-
вия начались летом 1793 г.
В середине августа 1793 г. Махмуд-паша с отрядом в
10 тыс. человек занял позиции у Лежи, чтобы воспрепят-
ствовать переправе войск бейлербея через Дрин. Узнав,
однако, что другая часть турецких войск под командо-
ванием Карамана-паши продвигается со стороны Косо-
во и боясь оказаться между двух огней, Махмуд-паша
спешно вернулся в Шкодру и заперся в Розафате с че-
тырьмя сотнями наиболее храбрых и преданных ему
людей.
Турецкая армия, осадившая Розафат, насчитывала
30—35 тыс. человек, но с первых же дней выяснилась ее
слабость: у нее не имелось достаточного количества
осадных орудий, не хватало продовольствия и боеприпа-
сов, а главное — отсутствовала какая-либо дисциплина.
Занимаясь грабежами, турецкие войска, как и в пред-
шествующую осаду Розафата, озлобили против себя
местное население. Махмуд-паша умело использовал
создавшуюся ситуацию. Опираясь на поддержку шко-
дринских горожан и горцев, он в ночь на 29 ноября
1793 г. совершил со своим небольшим отрядом смелую
вылазку и наголову разбил застигнутые врасплох войска
бейлербея. Оставив на поле боя много убитых и большие
трофеи, турецкая армия обратилась в бегство, во время
которого потерпела огромный урон от беспрерывных на-
падений отрядов крестьян и горцев. Когда бейлербей
через две недели добрался до Эльбасана, он привел с со-
бой меньше половины своей прежней армии.
Таким образом, Порта за шесть лет потерпела два
сокрушительных поражения в борьбе со шкодринским
7 «Фирманлы» — лицо, объявленное в султанском фирмане
мятежником, приговоренное заочно к смертной казни.
66
мятежником. Не имея никакой уверенности в том, что
дальнейшие попытки будут более успешными, она реши-
ла еще раз «простить» Махмуда-пашу. После длитель-
ных переговоров, тянувшихся до марта 1795 г., султан
Селим III подтвердил Махмуда-пашу в звании трехбун-
чужного паши и сераскера Албании. Со своей стороны
Махмуд-паша должен был внести в казну задолжен-
ность по налогам за предыдущие годы и разрешить сул-
танским сборщикам собирать в его владениях новые
налоги, введенные в Османской империи в соответствии
с «низам-и джедидом».
Махмуд-паша и не думал выполнять эти обязатель-
ства. Шкодринский пашалык стал фактически совер-
шенно независимым от Порты. Все административные
посты в нем Махмуд-паша замещал членами своей семьи
или другими албанскими феодалами из числа своих при-
верженцев. Когда Порта однажды назначила племян-
ника Али-паши Тепелены мютеселлимом (вице-губерна-
тором) Дурреса, Махмуд-паша написал янинскому пра-
вителю, что исключительно из уважения к нему будет
ежегодно высылать его племяннику причитающееся по
этой должности жалованье, но пусть тот и не думает
ехать в Дуррес, «поскольку он никогда не допустит, что-
бы в его провинции были какие-либо новые губернаторы,
кроме его албанцев, которых он сам подбирает, вводит
в должность и на которых он может положиться»8.
Махмуд-паша имел собственную армию, военно-мор-
скую флотилию, сам собирал налоги в своих владениях
и лишь небольшую часть их пересылал в Стамбул. По
свидетельству современников, прекращение усобиц и
раздоров в Шкодре содействовало росту ремесла и тор-
говли. Учитывая влияние католической церкви и роль
горцев-католиков в борьбе против султана, Махмуд-паша
позволял католикам ремонтировать церкви и монасты-
ри, свободно отправлять религиозные обряды. Шкодра
снова стала резиденцией католических архиепископов,
которые прежде, во время исламизации Северной Алба-
нии, вынуждены были прятаться в горах. В общем насе-
ление Шкодринского пашалыка выиграло от того эконо-
мического и политического подъема, который принесло с
8 АВПР, ф. Сношения России с Рагузой, 1796, д. 16, л. 4.
5*
67
собой правление Махмуда-паши. Но наибольшие выгоды
получил сам паша и его ближайшее окружение. После
каждой торговой поездки купцы Шкодры должны были
являться к нему с подарками. Большую прибыль прино-
сили его собственные торговые операции и обширные
земли, в частности земли плодородной долины Задримы.
Налоги, которые вводил Махмуд-паша, шли исключи-
тельно в его пользу. Государственная власть была для
Махмуда-паши постоянным источником обогащения, и он
постоянно стремился расширить ее пределы.
Осенью 1794 г. Махмуд-паша подчинил Эльбасанский
и Охридский санджаки, хотя Али-паша Тепелена и пы-
тался ему противодействовать. Через год, осенью 1795 г.,
Махмуд-паша полностью овладел Косово, разгромив
объединенные силы местных пашей и беев.
Наконец, летом 1796 г. Махмуд-паша приступил к осу-
ществлению своего давнишнего замысла — покорению
Черногории. С армией в 35 тыс. человек, состоявшей из
его собственных войск и отрядов его вассалов, он вторгся
в Черногорию. Первое сражение кончилось для него не-
удачей, а второе — настоящей катастрофой: его армия
была разгромлена, а сам он убит (2 октября 1796 г.).
Преемником Махмуда-паши немедленно объявил
себя его брат Ибрагим-паша. Порта была вынуждена
смириться с этим и утвердить Ибрагима-пашу в долж-
ности шкодринского мютесаррифа и в звании везира.
Катастрофа в Черногории и гибель Махмуда-паши
серьезно ослабили род Бушати. Шкодринский пашалык
стал терять свое прежнее значение важнейшего полити-
ческого центра Албании. Правление Ибрагима-паши
продолжалось 13 лет, до 1809 г. В делах внутреннего
управления он был столь же самовластен, как и его брат,
но по отношению к султану вел себя лояльно.
Борьба Али-паши за господство
над Албанией
Пользуясь прогрессирующей слабостью сул-
танской власти, Али-паша энергично осуществлял поли-
тику расширения и консолидации своего пашалыка.
Территориальные захваты проводились им в различных
направлениях, однако наиболее систематически и актив-
68
но он вел борьбу за подчинение своей власти Албании.
Объяснялось это следующими причинами. Албания
была отдалена от центра и не управлялась непосредст-
венно Портой, тогда как захват санджаков, управляв-
шихся назначенными из Стамбула губернаторами, при-
вел бы Али-пашу к военному конфликту с султаном,
чего он хотел избежать. В то же время полное подчине-
ние Албании обещало значительно увеличить военную
мощь Янинского пашалыка и ограничить возможности
действий Порты против него.
Албанское происхождение Али-паши и обширные
политические связи во всех районах страны благоприят-
ствовали его планам. Опору себе он нашел в лице мелких
албанских феодалов, из которых состояла большая
часть его приближенных, а также военных и админи-
стративных чинов.
Али-паша стремился использовать для своих целей и
албанских крестьян-мусульман, которым служба в вой-
сках янинского паши давала постоянный заработок.
Нередки были случаи, когда Али-паша селил албанских
горцев в стратегически важных пунктах своих владений,
наделяя их землей.
Для осуществления своих замыслов Али-паша ста-
рался также наладить прямые политические связи с ев-
ропейскими державами. В 1797 г., незадолго до высадки
французских войск на Ионических островах, он послал
своих агентов в Италию к генералу Наполеону Бонапарту
с предложением услуг и с просьбой о покровительстве.
Предложения Али-паши были встречены благоприятно,
и командующий французскими войсками на Ионических
островах генерал Жантильи получил от Бонапарта ди-
рективу оказывать янинскому паше всяческую помощь.
Связи с французами принесли Али-паше реальную вы-
году: в том же 1797 г. он провел свои суда через пролив
Корфу (на что венецианцы не давали разрешения) и за-
хватил часть Химары, в том числе Порто-Палермо и
Саранду.
Французское командование, готовившее в то время
вторжение в Египет, рассчитывало, что в благодарность
за оказанную помощь Али-паша выступит против сул-
тана или хотя бы займет по отношению к Франции по-
зицию благожелательного нейтралитета. Однако эти
расчеты нс оправдались. Когда в сентябре 1798 г.
69
началась франко-турецкая война, Али-паша воспользо-
вался ею как предлогом для овладения Бутринто и дру-
гими мелкими прибрежными городами, ранее захвачен-
ными Францией. Никакой помощи он не оказал францу-
зам и во время военных действий эскадры адмирала
Ушакова у Ионических островов.
В самом конце 1803 г. Али-паша после многолетней
борьбы овладел районом Сули. Поражение сулиотов на-
несло тяжелый удар южноалбанским феодалам, кото-
рые, ведя ожесточенную борьбу с Али-пашой, рассматри-
вали их как своих союзников. Усиление позиций Али-
паши встревожило и его северного соперника — Ибраги-
ма-пашу Бушати. Он стал вмешиваться в дела Южной
Албании, оказывать поддержку врагам Али-паши, а за-
тем по подстрекательству Порты, назначившей его в
1804 г. генерал-губернатором Румелии, пошел на откры-
тый вооруженный конфликт с янинским правителем.
В сентябре' 1805 г. близ Охрида разыгралось кровопро-
литное сражение, в результате которого Али-паше уда-
лось приостановить продвижение шкодринских войск.
Агрессивная политика наполеоновской Франции, осо-
бенно после заключения в 1807 г. в Тильзите франко-
русского союзного договора, передавшего Ионические
острова снова под власть французов, повлекла за собой
ряд резких антифранцузских выступлений Али-паши.
Так, попытка французов захватить Бутринто вызвала
решительный отпор со стороны Али-паши. На этой почве
он сблизился с Ибрагимом-пашой и действовал в согла-
сии с ним против Франции. Тогда же Али-паша завязал
тесные политические связи с Англией. Англичане снаб-
жали Али-пашу военным снаряжением в надежде, что
он предпримет военные операции против французских
войск на Корфу. Однако на такую слишком смелую экс-
педицию Али-паша не решился и предпочел использо-
вать английское снаряжение для решения своей непо-
средственной задачи — подчинения Южной Албании.
В мае 1809 г. армия Али-паши численностью в 10—
12 тыс. человек вторглась в Бератский пашалык и в на-
чале 1810 г. овладела бератской крепостью, считавшей-
ся тогда в Албании неприступной. Бератский паша
Ибрагим сдался на милость победителя.
К 1810 г. относится и завершение покорения Химары,
в течение долгих лет самоотверженно отстаивавшей свою
70
независимость. Несмотря на превосходство сил врага,
химариоты боролись до последней крайности. Израсхо-
довав боеприпасы, они в течение трех дней сражались
холодным оружием. Только когда Али-паша с помощью
подкупа овладел деревней Вуно и, напав на арьергард
химариотов, разбил его, судьба Химары была решена.
Поставив всюду свои гарнизоны, Али-паша сжег деревни
химариотов и расселил их жителей по разным местам
своих владений.
1 августа 1811 г. войска Али-паши, продолжая завое-
вание Южной Албании, вошли во Влёру. Влёрских беев
Али-паша арестовал, а имущество их присвоил.
Продвижение Али-паши заставило уцелевших беев
Южной Албании объединить свои силы. В середине
1811 г. они сформировали против него новую лигу, в ко-
торую вошли дельвинский паша Мустафа, представитель
крупного феодального рода Дельвины Селим Кока, беи
Гирокастры, Кардики, Жуляти. Численность вооружен-
ных сил лиги составила 10 тыс. человек. Гирокастра и
Кардики были ее главными опорными пунктами.
Али-паша немедленно выступил против лиги. Свой
первый удар он нанес по Гирокастре и, прибегнув к хит-
рости, уже в декабре 1811 г. без боя захватил город.
В феврале следующего года капитулировал город
Кардики. Али-паша ознаменовал свой триумф злодей-
ской расправой над жителями города, с которым его
род находился в старинной вражде. Около 700 безоруж-
ных жителей были согнаны в одно место и умерщвлены,
а остальные угнаны в рабство. Несколько десятков за-
хваченных здесь крупных беев во главе с Мустафой-па-
шой были отправлены в Янину и там казнены.
В результате к весне 1812 г. вся Южная Албания ока-
залась под властью Али-паши. Султан Махмуд II факти-
чески признал этот захват, назначив сына Али-паши Мух-
тара-пашу правителем областей, находившихся прежде
в управлении Ибрагима-паши.
Установлению власти Али-паши сопутствовал захват
им земельных владений. Поместья южноалбанских беев
он конфисковал, а многие крестьянские земли скупил
за бесценок, прибегая к грубому нажиму и обращая эти
земли в свои чифтлики, а бывших владельцев — в полу-
крепостных арендаторов. За годы своего правления Али-
паща стал обладателем более тысячи чифтликов. .
71
Колоссальные доходы от жестокой эксплуатации
подневольного крестьянского труда давали Али-паше
возможность не только жить в роскоши, но также содер-
жать постоянную армию в 10—15 тыс. человек, расхо-
довать большие суммы на своих приверженцев, главным
образом мелких албанских феодалов, и щедро одари-
вать султанских приближенных в Стамбуле, обеспечивая
таким образом официальную санкцию Порты на любые
свои действия.
Али-паша не удовлетворился, однако, приобретением
Южной Албании. Его захватнические стремления на-
правлялись на север, в сторону Шкодринского пашалы-
ка. Планам янинского правителя благоприятствовали
феодальные распри, возобновившиеся в Шкодринском
пашалыке с 1809 г., когда после смерти Ибрагима-паши
к власти пришел его племянник Мустафа. Этому четвер-
тому представителю династии Бушати пришлось вести
длительную борьбу против своих многочисленных врагов
как в самой Шкодре, так и в Задриме, захваченной ка-
питаном Мирдиты Пренком Леши и правителем Лежи
Сулейманом-агой.
Али-паша активно вмешивался в междоусобицы,
действуя в союзе с противниками Мустафы-паши. В кон-
це 1811 —начале 1812 г. он стал уже готовиться к воен-
ному походу на Шкодру. Поход, по-видимому, должен
был состояться летом 1812 г., но происшедшие в мае-июне
1812 г. важные события — завершение русско-турецкой
войны, вторжение Наполеона в Россию — радикально из-
менили обстановку, и Али-паша был вынужден отсрочить
реализацию своих завоевательных планов.
Ликвидация Янинского пашалыка
Окончание затяжной войны с Россией позво-
лило султану Махмуду II приступить к решению давно
назревшей задачи — централизации управления импе-
рией. Наряду с этой объективно прогрессивной целью
ликвидации феодальной анархии, правящий класс Турции
ставил другую, реакционную цель — подавление нацио-
нально-освободительных движений балканских народов;
война России с Наполеоном открывала большие возмож-
ности и в этом отношении. В 1812—1813 гг. султанским
войскам удалось привести к покорности ряд мелких фео-
далов-сепаратистов Европейской Турции и одновременно
разгромить Сербию. За этим неизбежно должно было
последовать наступление на полунезависимых пашей Ал-
бании, и прежде всего на самого крупного из них — Али-
пашу Тепелену.
Вначале султан издал несколько указов об изъятии
ряда греческих и македонских районов из-под управле-
ния Али-паши, дал приют многим враждебным ему фео-
далам, спровоцировал военный конфликт между Янин-
ским и Шкодринским пашалыками, результат которого
оказался неудачным для Али-паши. Постепенно Порта
усиливала свои угрозы и в 1820 г. перешла к открытым
формам борьбы. Использовав в качестве предлога по-
кушение, совершенное в Стамбуле агентами Али-паши
на одного из его врагов, Порта объявила янинского пашу
мятежником и направила против него карательную экспе-
дицию.
В июле 1820 г. начались военные действия. Султан-
ские войска за два месяца оккупировали всю террито-
рию Янинского пашалыка, не встретив сколько-нибудь
значительного сопротивления. Большая часть прибли-
женных Али-паши изменила ему. Даже его сыновья и
внуки, которым Махмуд II обещал полное прощение и
губернаторские должности в Малой Азии, сдали без боя
мощные крепости, снабженные всем необходимым для
длительной обороны. Большое содействие султану ока-
зал Мустафа-паша Бушати, вторгшийся в Южную Ал-
банию.
Али-паша укрылся со своими солдатами в янинской
крепости. В течение долгих месяцев султанские войска
безуспешно осаждали ее. Все приступы турок отбива-
лись. Али-паша, несмотря на преклонный возраст, при-
нимал личное участие в вылазках гарнизона.
Упорная защита Янины ободрила сторонников Али-
паши в Южной Албании, где в это время вспыхнуло ан-
титурецкое восстание. К началу 1822 г. все важнейшие
крепости Южной Албании оказались в руках повстан-
цев. Один из руководителей восставших Зюлюфтар По-
да с отрядом в 6 тыс. человек пытался освободить Али-
пашу, но потерпел неудачу.
Еще раньше, в конце марта 1821 г., началось нацио-
нально-освободительное восстание в Греции. Оно сразу
приняло огромный размах и, казалось, должно было
173
заставить султанское правительство переключить все свое
внимание на него. Тем не менее Махмуд 11 не только не
снял ни одного солдата из-под Янины, но упорно под-
брасывал туда все новые и новые подкрепления. Султан
считал Али-пашу вдохновителем восстания греков и по-
этому думал, что, сломив его сопротивление, он тем са-
мым нанесет смертельный удар и по греческому восста-
нию. Представление это было очень далеким от действи-
тельности. Греческое национально-освободительное вос-
стание организовали греческие революционеры, объеди-
ненные в тайном революционном обществе «ФиликиЭте-
рия», а не Али-паша. Однако Али-паша помимо своей
воли упорной борьбой с султанскими войсками на самом
деле оказал значительную услугу греческим патриотам.
Пока крупные силы турецкой армии были скованы под
Яниной, греческие повстанцы смогли овладеть важней-
шими крепостями в Морее и в других районах Греции.
Лишь в конце января 1822 г., после 17-месячной оса-
ды, турки сломили сопротивление защитников Янины.
Через несколько дней, 5 февраля, Али-паша, несмотря
на данное главнокомандующим султанской армии Хур-
шидом-пашой обещание о помиловании, был вероломно
убит.
Янинский пашалык прекратил свое существование.
Ликвидация Шкодринсвого пашалыка
С гибелью Али-паши единственным полунеза-
висимым правителем Албании оставался Мустафа-паша.
Несколько лет Порта его не трогала, так как была це-
ликом занята борьбой с греческими повстанцами и
сложными внутренними делами (в частности, ликвида-
цией янычарского корпуса), а затем войной с Россией.
В эти годы Мустафа-паша, как и некоторые другие ал-
банские феодалы, даже помогал туркам подавлять гре-
ческую революцию. Так, в 1823 г. он участвовал в воен-
ных операциях против героического Месолонгиона.
Однако эти действия албанских феодалов не отражали
отношения широких слоев албанского народа к освобо-
дительной борьбе греков. Среди членов «Филики Эте-
рии» было много албанцев (в том числе Наум Векиль-
харджи, впоследствии крупнейший деятель албанского
Возрождения). Албанцы сражались и в рядах греческих
74
повстанцев. Часто на сторону повстанцев переходили
албанцы, состоявшие в турецких войсках.
Когда закончилась русско-турецкая война 1828—
1829 гг., Порта решила продолжить борьбу за подчинение
Албании, где к этому времени не только сохранился по-
лунезависимый Шкодринский пашалык, но и на юге по-
явились новые мелкие феодалы-сепаратисты. Руководить
военными операциями в Албании султан Махмуд II по-
ручил великому везиру Мехмеду Решиду-паше. Послед-
ний начал с того, что пригласил в Монастырь (Битоль)
около тысячи южноалбанских феодалов якобы для вы-
платы жалованья, причитавшегося им за службу в сул-
танской армии, а на деле для расправы с ними. Во вре-
мя устроенного в их честь парада Решид-паша приказал
войскам открыть огонь. В течение нескольких минут бо-
лее 500 феодалов были убиты. За эту резню Мехмед
Решид-паша получил прозвище «истребителя албанцев».
Вслед за тем великий везир прошел маршем по Южной
Албании, взрывая на своем пути феодальные крепости.
В города и села, очищенные от непокорных феодалов,
прибыли турецкие чиновники.
За Южной Албанией наступила очередь Шкодрин-
ского пашалыка. В январе 1831 г. султанским фирманом
из-под власти Мустафы-паши были изъяты Охрид, Эль-
басан, Дибра, Дукагини. Тем же фирманом султан при-
казал Мустафе-паше разместить в Шкодре турецкий
гарнизон и приступить к разоружению населения.
Поскольку Мустафа-паша отказался выполнить при-
каз султана, он был объявлен «фирманлы», и турецкие
войска, возглавляемые Мехмедом Решидом-пашой, на-
чали против него военные действия.
В качестве своей штаб-квартиры Мехмед Решид-па-
ша избрал Монастырь (Битоль). Мустафа-паша, ре-
шив действовать наступательно, в начале апреля 1831 г.
вторгся в Македонию, но, проиграв несколько сражений,
вернулся в Шкодру и укрылся в Розафате.
Осада Розафата турками продолжалась шесть меся-
цев: с мая по ноябрь 1831 г. Все это время почти не про-
исходило военных действий — турки хотели взять Роза-
фат измором. В конце концов Мустафа-паша получил от
султана обещание помилования и сдал цитадель, после
чего уехал в Стамбул и там кончил свои дни крупным
турецким чиновником.
75
Подчинением Мустафы-паши завершился 75-летний
период албанской истории, когда страна фактически бы-
ла под властью феодальных правителей из домов Буша-
ти и Али-паши Тепелены. В личности и делах этих пра-
вителей было много противоречивого, но все же большие
полунезависимые пашалыки сыграли в истории Албании
прогрессивную роль. В рамках Албании эти пашалыки
нанесли удар по феодальной раздробленности. Их дли-
тельное существование способствовало росту самосозна-
ния албанского народа. Войны с султаном велись фео-
дальными пашами, которые боролись за сохранение лич-
ной власти, но в них участвовали самые широкие слои
населения — более широкие, чем, например, в антитурен-
ких восстаниях XVI—XVIII вв. Для албанского народа
эти войны являлись продолжением вековой борьбы ал-
банцев за свободу, против турецких поработителей.
Борьба эта не осталась бесплодной. Был сделан шаг
по пути экономического и политического объединения
страны, оказавший впоследствии свое влияние на фор-
мирование национального движения.
Глава 4
ЗАРОЖДЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНО-
ОСВОБОДИТЕЛЬНОГО ДВИЖЕНИЯ
Албания в период танзимата
Уничтожение самостоятельности Янинского и
Шкодринского пашалыков совпало с реформами султана
Махмуда II, при помощи которых турецкие правящие
круги пытались хотя бы несколько «европеизировать»
Османскую империю и тем самым предотвратить ее рас-
пад. Первой и важнейшей из этих реформ была осуще-
ствленная в 1826 г. ликвидация янычарского корпуса, за
ней последовали некоторые преобразования в области
суда, администрации, в армии и правительственном ап-
парате, отмена военно-ленной системы и др.
Частично реформы коснулись и Албании. Новое ад-
министративное устройство было проведено с таким рас-
четом, чтобы закрепить разделение территории, населен-
ной албанцами, между несколькими административными
единицами. Шкодра, Призрен и Печ составили отдель-
ные округа — санджаки, или лива. Кавая, Дуррес, Эль-
басан, Мати, Дибра и Корча вошли в Охридский санд-
жак Румелийского генерал-губернаторства (вилайета),
а Берат и Гирокастра в Янинский вилайет.
Албанская феодальная знать была отстранена от уп-
равления, ее место заняли турецкие генералы и чиновни-
ки, назначаемые Портой.
Закон об отмене военно-ленной системы также на-
нес ощутительный удар по албанским феодалам. Правда,
он лишь узаконил происшедшую уже давно перемену
в системе феодального землевладения — превращение
77
тимаров и зеаметов в частные поместья, не связанные С
военной службой, и фактически в объекты свободной куп-
ли-продажи. Однако бывшие албанские сипахи лишились
при этом не только военных привилегий, но также адми
нистративных и фискальных прав по отношению к кре-
стьянам, которые теперь подчинялись непосредственно
турецким чиновникам и им же выплачивали налоги.
Нововведения турецкого правительства ухудшили
положение трудящихся масс и породили сильное недо-
вольство турецким режимом также и в албанских фео-
дальных кругах. Выступления албанцев против сул-
танских властей приобретали почти общенародный
характер. В 1835 г., когда турецкое правительство попы-
талось провести в Северной Албании первый рекрутский
набор в новое войско, местная мусульманская знать в
Шкодре и соседних районах подняла население на вос-
стание. Губернатор Шкодринского санджака Хафиз-паша
вместе с гарнизоном был осажден в Шкодре отрядами
албанцев. Опасаясь, что восстание разрастется, а быть
может, и получит поддержку со стороны могущественно-
го и непокорного султану египетского паши Мухаммеда
Али (тем более, что он был по происхождению албанец
и имел много албанцев в своем войске), Порта пообеща-
ла отменить рекрутский набор и отозвать Хафиза-пашу.
Повстанцы поверили и стали расходиться из-под Шкод-
ры. Тогда турки нарушили свои обещания и жестоко
расправились с албанцами не только в Шкодре, но и в
ряде других районов — Кавае, Дибре, Призрене. Десят-
ки семейств албанских беев, которых турецкие власти
считали организаторами восстания, были арестованы и
высланы в Малую Азию.
В 1839 г. турецкое правительство провозгласило поли-
тику реформ, известную в истории под названием танзи-
мата (араб.-турецк.— преобразование, реформа). Обна-
родованный от имени нового султана Абдул Меджида в
Гюльханейском парке султанского дворца хатт-и шериф
(рескрипт) торжественно обещал безопасность жизни и
имущества всех подданных, отмену откупной системы и
справедливое взимание налогов, упорядоченный призыв
мусульман на военную службу и ограничение срока ее
продолжительности до 4—5 лет.
Проведение Гюльханейского рескрипта в жизнь не
улучшило положения трудящихся масс Албании.
78
Новая турецкая администрация была ненавистна ал-
банцам. Чиновники из Стамбула творили беззакония,
беспощадно грабили подчиненные им албанские райо-
ны. Крестьяне, торговцы, ремесленники поэтому с недо-
вольством воспринимали замену правивших прежде ал-
банских беев, более близких к населению, алчными, ча-
сто сменявшимися султанскими чиновниками. Из-за это-
го, например, в 1844—1845 гг. вспыхнули крупные волне-
ния в Дибре, Приштине, Джаковице.
Отмена откупной системы, обещанная Гюльханей-
ским рескриптом, осталась на бумаге. Вскоре правитель-
ство даже официально восстановило откуп десятины с
той лишь разницей, что теперь им ведали не губернато-
ры, а финансовые чиновники. «Справедливое» взимание
налогов свелось к введению государственных налогов
в тех областях, где население раньше было освобождено
от них. В частности, в горных районах Южной Албании
турецкое правительство потребовало с албанцев дже-
леп — налог на овец. Эти меры также порождали недо-
вольство населения. Летом 1847 г. крестьянские отряды
из Курвелеша под руководством Зейнеля-аги-Гьолека,
изгнав турецких чиновников, захватили город Дельвину.
К ним присоединились жители Чамерии, Берата, Перме-
та, Тепелены. Другая группа восставших во главе с Рапо
Хекали заняла Берат. Повстанцы в течение нескольких
месяцев отбивали попытки турецких войск проникнуть в
район восстания. После упорного сопротивления восста-
ние было подавлено, руководители высланы в Малую
Азию, но правительство так и не смогло собрать в 1847 г.
джелеп в южных рацонах. Лишь через несколько лет на-
селение Южной Албании подчинилось новым турецким
законам. ....
Главную силу восстаний в Албании в период танзи-
мата составляло крестьянство, но руководили ими албан-
ские феодалы, старавшиеся вернуть себе прежнее гос-
подствующее положение в стране.
Осенью 1853 г. началась русско-турецкая война. Сул-
танское правительство, надеясь собрать в Албании воен-
ные отряды, прекратило карательные меры против ал-
банцев. Все же получить из Албании подкрепление тур-
ки не смогли: албанские беи не желали больше воевать
в турецком войске. Только наемные отряды католиков-из
Мирдиты во главе с капитаном Биб Додой после
79
настойчивых уговоров и обещаний щедрого вознагражде-
ния отправились на русско-турецкий фронт на Дунай.
Однако эти албанские отряды отказались подчиняться
турецкому командованию и не приняли участия в воен-
ных действиях. Турецкое правительство вынуждено было
вернуть их в Албанию.
Во время Крымской войны, в мае 1855 г., специаль-
ным указом султана была введена в Османской империи
воинская повинность и для немусульман. Допускалось,
однако, чтобы немусульманские народности выставляли
только часть призывного контингента, платя за осталь-
ных военнообязанных выкуп в форме подушного нало-
га — бедель-и аскерие. Таким образом, торжественно про-
возглашенное в Гюльханейском рескрипте «равенство»
всех подданных империи, не принеся действительного рав-
ноправия, создало для христиан Албании новую тяже-
лейшую повинность— службу в турецкой армии.
Введение воинской повинности для христиан вызвало
в Албании большое недовольство среди католиков-гор-
цев севера и православного населения южных городов.
В феврале 1856 г. под давлением европейских держав
был обнародован новый султанский рескрипт — хатт-и
хумаюн (то же, что и хатт-и шериф), открывший второй
период танзимата. Его главное содержание заключалось
в предоставлении льгот иностранному капиталу и ком-
прадорской буржуазии. Этой же цели были в основном
подчинены законы и постановления, принятые турецким
правительством во второй период танзимата: предостав-
ление иностранцам права владения недвижимостью,
учреждение Оттоманского банка, капитал которого це-
ликом был иностранным, выдача железнодорожных
концессий иностранному капиталу и т. п.
Все эти законы не имели прямого отношения к Алба-
нии, где европейский капитал не имел серьезных пози-
ций, но Албанию непосредственно затрагивали те пункты
хатт-и хумаюна 1856 г., которые относились к внутрен-
нему устройству Османской империи. В 1864 г. был вве-
ден закон о вилайетах. Как и все предыдущие админи-
стративные законы, он разделял населенные албанцами
области между несколькими вилайетами. В результате
бесконечных реорганизаций территория Албании оказа-
лась поделенной между четырьмя вилайетами — Шкод-
ринским, Битольским (он в некоторые годы объединялся
80
с Салоникским), Янинским и Косовским. Из них только
Шкодринский, насчитывавший в 50-е годы около 250 тыс.
жителей, был в основном населен албанцами. В осталь-
ных было помимо албанского также греческое, славян-
ское, валашское население. Создавая административные
области со смешанным населением, турецкое правитель-
ство препятствовало национальному объединению нету-
рецких народов.
По закону 1864 г. вилайеты разделялись на санджаки
(области), казы (уезды) и нахии (волости). Управители
вилайетов — вали, санджаков — мютесаррифы и каз —
каймакамы должны были быть гражданскими чиновни-
ками, но в Албании на эти посты были посажены воен-
ные чины. Постепенно вся администрация в Албании
была поставлена под власть турецкого военного коман-
дования.
13-я статья хатт-и хумаюна 1856 г. подтверждала
провозглашенное Гюльханейским рескриптом право не-
мусульман участвовать в судах и органах местного са-
моуправления — областных, городских и сельских медж-
лисах (советах). Но и эти постановления при проведении
их в жизнь в Албании оказались фикцией. Члены судов
и меджлисов — мусульмане имели право отвергнуть лю-
бую христианскую кандидатуру, к тому же представи-
тельство от христиан не соответствовало численности на-
селения, члены судов и меджлисов — христиане получали
меньшее, чем мусульмане, жалованье или совсем не по-
лучали его.
В новых турецких судах царили прежние произвол и
волокита. В Шкодре, например, в 1858 г. был создан ком-
мерческий суд (тиджарет меджлиси), но дела в нем
решались чаще всего не по новому законодательству,
а по шариату.
«Все, что на бумаге либерально и прогрессивно,—
писал о турецких реформах русский дипломат М. А. Хит-
рово, служивший в эти годы консулом в Албании и Ма-
кедонии и хорошо знавший внутреннюю жизнь этих об-
ластей,— здесь оказывается орудием произвола турецких
правителей» Ч
Невыполненными остались и обещания турецкого
правительства упорядочить систему сбора налогов.
1 АВПР, ф. Посольство в Константинополе, д. 1417, л. 61.
6 Краткая история Албании
81
В 1866 г. в некоторых районах Албании население выпла-
чивало турецким властям подати, отмененные за два-
дцать лет до этого. Система откупа десятины сохрани-
лась, только теперь десятина продавалась с торгов по
частям, а затем перепродавалась по нескольку раз. В ре-
зультате крестьянин платил вместо десятины гораздо
больше, чем стоимость одной десятой части собранного
им урожая. При этом до выплаты десятины крестьяне
по-прежнему не имели права собирать урожай. Часто,
чтобы спасти остатки урожая, крестьяне сами покупали
у властей десятину (если урожай был плох, цену на нее
власти устанавливали высокую, и богатые откупщики не
покупали десятину) и несли большие убытки, но спаса-
ли оставшийся урожай.
В результате реформ турецкое налогообложение в
Албании во второй половине XIX в. возросло. Летом
1867 г. турецкое правительство объявило об увеличении
ашара до 15%, обещая в течение ближайших пяти лёт
сократить его до прежних размеров. Кроме ашара, ал-
банское население должно было выплачивать налог на
скот (на овец по 3 пиастра с головы, на свиней — по
10 пиастров), подоходный налог по 30 пиастров с чело-
века, бедель-и аскерие с христиан, освобождаемых от
военной службы, русумат (2,5%-ный налог на торговлю)
и т. п.
Для городского торгового и ремесленного населения
особенно ненавистной была старая подать — кара-гём-
рюк (таможенная пошлина на товары, перевозимые су-
хим путем из одного вилайета в другой), которая делала
убыточной внутреннюю торговлю, затрудняла снабжение
ремесленников сырьем и сбыт их продукции. В Шкодре
в 1863 и 1870 гг. произошли выступления горожан против
этой подати. Нарождающаяся албанская буржуазия
в общем не получила ничего от реформ. Они не обеспечи-
вали торговцам и ремесленникам гарантии жизни и иму-
щества. Предпринимательская деятельность была за-
труднена из-за произвола турецкой феодальной админи-
страции, таможенных сборов, налогов и т. п. Мешало
нормальному развитию торговли также разбойничество.
Новая турецкая жандармерия мало чем отличалась от
прежней. Одетые в новую турецкую форму бывшие «зап-
тии» не вели борьбы с разбойниками, но под ее предло-
гом беспощадно опустошали албанские деревни.
82
Общее недовольство реформами й введёнйем нбвЫХ
налогов объединяло в едином лагере антитурецкой борь-
бы различные слои населения Албании. Уже упоминав-
шийся русский дипломат М. А. Хитрово писал в декабре
1862 г.: «Это глухое неудовольствие, которое с каждым
днем обнаруживается в среде албанского народонаселе-
ния, составляет весьма серьезную угрозу для Турции» 2.
Сопротивление турецким реформам усиливалось в
связи с ростом освободительного движения других бал-
канских народов, а также во время внешнеполитических
затруднений Турецкой империи. Войны Черногории с.
Турцией в 1858—1862 гг. вызвали среди албанцев стрем-
ление к установлению военного союза с черногорцами
для совместной борьбы против турецкого правительства.
В 1866 г. подняло восстание против турок греческое на-
селение Крита. Это восстание было с сочувствием встре-
чено албанцами. В 1866—1867 гг. произошло несколько
вооруженных выступлений албанцев против турецкого
правительства: в Черменике (район Эльбасана), Дибре,
в горных районах у Джаковицы и Призрена.
Боясь объединения сил албанцев с другими нетурец-
кими народами, боровшимися за свое освобождение,
турецкое правительство старалось разжечь религиозную
рознь. Толпы странствующих мусульманских монахов —
дервишей наводняли Албанию, проповедуя религиозную
войну против славян, греков и других «неверных».
Руководителями антитурецкого движения в Албании
в 60-х годах XIX в. по-прежнему были албанские беи.
Феодальная знать в своей борьбе против турецких цент-
рализаторских реформ использовала недовольство кре-
стьян и трудящихся слоев городского населения. Поте-
ряв былое значение правителей областей, албанские
феодалы сохранили, однако, свое влияние на народ. Бей
оставался самым богатым и, следовательно, самым силь-
ным и влиятельным человеком в крае.
Восстания этого периода возникали стихийно и обыч-
но заканчивались небольшими временными уступками
турецкого правительства. Феодальное руководство охот-
но шло на соглашения, получая за свою сговорчивость
щедрое вознаграждение от турецких властей.
2 АВПР, ф. Посольство в Константинополе, д. 4324, л. 22.
6*
83
После восстании 60-х гбдов Турецкое Цравйтельство
изменило свое отношение к албанской знати и начало
постепенно опираться на нее в своей политике в албан-
ских областях. В руках знатных албанских фамилий
снова оказалась власть над обширными районами. Но те-
перь албанские феодалы правили не как полновластные
или полунезависимые паши-наместники, а как правитель-
ственные чиновники, состоявшие на жаловании и обя-
занные проводить политику турецкого правительства.
В 1864 г. в Дибру был назначен Сулейман-паша из ста-
ринной знатной семьи тиранских беев. В Тиране и Дурре-
се стали править беи из этой же семьи. Таким способом
турецкое правительство привлекало на свою сторону
часть албанской знати.
Первые албанские буржуазные
просветители
Турецкие реформы середины XIX в. при всей
их ограниченности все же способствовали разложению
старых феодальных устоев. Аграрное законодательство и,
в частности, закон, разрешивший немусульманам владе-
ние землей, ускорили процесс введения земли в торговый
оборот и появление товарных хозяйств в албанской де-
ревне. Прекращение феодальных усобиц и некоторое упо-
рядочение административного аппарата также дали тол-
чок торговой и предпринимательской деятельности моло-
дой албанской буржуазии.
С разрушением старых феодально-патриархальных
связей и развитием товарно-денежных отношений зарож-
далась экономическая и политическая общность в мас-
штабах всей Албании. Усиливалось значение городов как
торгово7экономических центров.
Албанская буржуазия формировалась очень медлен-
но, множеством нитей она была связана с феодальной
знатью и долгое время находилась под ее политическим
влиянием. Но в середине XIX в. появляются ростки бур-
жуазной идеологии. Представители молодой интеллиген-
ции, своим происхождением связанной с феодальным
классом, формулируют свою программу борьбы за осво-
бождение албанского народа от турецкого ига. Первыми
их требованиями были следующие: свобода пользования
84
албанским языком, создание единого албанского алфа-
вита, равенство всех албанцев независимо от вероиспо-
ведания. Албанцы призывались к объединению ради
общей борьбы за освобождение от турецкого ига.
В албанской исторической литературе период с 40-х
годов XIX в. и до провозглашения независимости Алба-
нии в 1912 г. получил название Албанского Возрождения.
Первым деятелем Албанского Возрождения был Наум
Векильхарджи (1797—1866). Он родился в Виткуки око-
ло Корчи и большую часть своей жизни провел в эмиг-
рации в Румынии, где, воодушевленный идеей освобожде-
ния угнетенных народов Турецкой империи, участвовал
в восстании 1821 г. и в греческом гетеристском движении.
Поддерживая постоянно связь с Албанией, Наум Векиль-
харджи в 1836 г. обратился к своим соотечественникам
с «Энцикликой» — небольшим документом, в котором
призывал албанцев бороться за развитие албанского
языка, просвещения, культуры. В 1844 и 1845 гг. Наум
Векильхарджи опубликовал два издания албанского
букваря на алфавите, который он составил на основе
славянской азбуки. «Энциклика» и букварь Наума Ве-
кильхарджи получили распространение в Южной Алба-
нии. В Корче в 40-х годах XIX в. торговая бужуазия, ре-
месленники, интеллигенция собирали средства для орга-
низации первой албанской типографии и школы, но
сопротивление местных турецких властей и высшего гре-
ческого духовенства, препятствовавшего не меньше ту-
рецкого правительства национальному движению албан-
цев, помешало жителям Корчи осуществить свой план.
В 1864 г. жившие в Стамбуле албанцы, главным об-
разом крупные чиновники турецкой службы, пытались
организовать культурно-просветительное общество, пер-
вой задачей которого было создание единого для всей
Албании албанского алфавита, организация школ и т. п.
Султанское правительство запретило организацию тако-
го общества.
К 60-м годам XIX в. относится литературная и поли-
тическая деятельность Зэфа Юбани (1818—1880), пер-
вого собирателя албанского фольклора. Зэф Юбани
родился в Шкодре. Он участвовал в 40—60-х годах в ан-
титурецких выступлениях в Северной Албании. В 1871 г.
Зэф Юбани опубликовал в Триесте свою книгу на италь-
янском языке «Сборник албанских народных песен и
85
сказаний». В предисловии к этой книге он дал красноре-
чивую картину экономического и политического упадка
Северной Албании в результате турецкого правления.
В качестве политической программы Зэф Юбани выдви-
гал требования равенства всех, независимо от религиоз-
ных различий, введения нового законодательства, созда-
ния благоприятных для развития торговли и промышлен-
ности условий.
Как и другие деятели Албанского Возрождения,
Зэф Юбани добивался свободы для албанского языка,
создания единого албанского алфавита, развития лите-
ратуры. Он был противником турецких и католических
духовных школ и призывал к борьбе за албанскую на-
циональную культуру.
В 50—60-е годы XIX в. албанская интеллигенция
была слабо связана с общественной жизнью своей стра-
ны. Многие деятели Албанского Возрождения вынужде-
ны были покинуть страну из-за преследований со сторо-
ны турецкого правительства, жить в эмиграции. Их дея-
тельность и литературные произведения становились из-
вестными лишь узкому кругу людей.
Политические программы первых албанских буржу-
азных просветителей были еще очень неопределенными и
скромными. Они сводились к требованиям конституции,
гражданского равенства, справедливых законов и т. д.,
мотивы национальной независимости пока звучали толь-
ко в стремлении к культурному возрождению Албании.
Поскольку эти политические взгляды во многом совпада-
ли с взглядами турецких просветителей — «новых осма-
нов», между албанским и турецким буржуазными движе-
ниями установились связи. Среди «новых османов» было
немало албанцев.
Участвуя в политической жизни Турецкой империи,
албанская интеллигенция крайне медленно освобожда-
лась от общеосманских идей. Возможность политиче-
ского и экономического развития Албании она связыва-
ла с надеждами на конституционные преобразования и
укрепление всей Турецкой империи и не отрывала судь-
бу Албании от судьбы всей Турции. Даже в более позд-
ний период либеральные общеосманские идеи оказывали
сильное влияние на молодую албанскую интеллигенцию.
Этому способствовало провозглашение в 1876 г. первой
турецкой конституции (так называемой конституции
86
Мидхата), хотя почти в то же самое время восточный
кризис, разгром Турции в русскр-турецкой войне и обна-
ружившееся бессилие Турции убедили многих албанских
политических деятелей, что Албания должна сама, неза-
висимо от Турецкой империи, заботиться о своем буду-
щем.
Албания в годы Восточного кризиса
и руссио-турециой войны (1875—1878)
Летом 1875 г. в двух провинциях Европей-
ской Турции — Герцеговине и Боснии — вспыхнуло анти-
турецкое восстание. В апреле 1876 г. началось крупное
восстание в Болгарии. Подъем национально-освободи-
тельного движения на Балканском полуострове вызвал
вмешательство европейских держав, приведшее к обо-
стрению борьбы европейских держав за раздел Турции.
Так возник восточный кризис, кульминационным момен-
том которого стала русско-турецкая война 1877—1878 гг.
Восточный кризис застал Албанию в крайне тяже-
лом экономическом положении. В стране царил голод,
вызванный неурожаем предыдущего, 1874 г. Зима
1874/75 г. оказалась суровой и продолжительной. Из-за
недостатка кормов крестьяне за бесценок продавали
свой скот, в том числе и рабочий. Горные районы Алба-
нии, где главным источником существования было ско-
товодство, были полностью разорены из-за бескормицы.
Население несло большие тяготы принудительного
труда, особенно по сооружению дорог, которое произво-
дилось турецким правительством не по экономическим,
а по военно-стратегическим соображениям. Дороги по-
зволили бы туркам быть более оперативными в случае
восстаний в Албании. Так, в 1874 г. крестьяне Битольско-
го вилайета, в который в этот период входили районы
Северной и Центральной Албании, работали на строи-
тельстве дорог вместо четырех дней в году, предусмот-
ренных законом, по месяцу.
Тем же военно-стратегическим целям служило строи-
тельство военных и жандармских постов (караколов),
казарм и т. п. Весной 1874 г. турецкие власти на севере
Албании, в области Дукагини, через которую проходил
путь из Призрена в Шкодру, начали строительство жан-
дармских постов. При этом они объявили, что жандармы
87
из местного населения, носившие до сих пор албанский
национальный костюм, должны сменить его на турецкую
форму. Когда албанцы отказались это сделать, турки
ввели в Дукагини войска. Вначале произошли незна-
чительные столкновения, но затем поднялось все насе-
ление — католики и мусульмане, требуя отвода войск из
Дукагини и разрушения построенных караколов. Жите-
ли Дукагини начали переговоры с Мирдитой о совмест-
ных действиях против турок, но турецким властям уда-
лось предотвратить выступление Мирдиты. В течение ме-
сяца турецкие войска вели карательные действия в Ду-
кагини, проявляя при этом исключительную жестокость:
сжигали целые деревни, убивали женщин и детей. При
приближении войск все взрослое мужское население ухо-
дило в горы. Руководители албанцев бежали в Призрен,
караколы не были разрушены. Тем не менее туркам при-
шлось отказаться здесь от дальнейших строительных
работ.
Зимой 1874/75 г. произошли столкновения между ал-
банским населением и турецкими властями в районе Пе-
ча, а весной 1875 г. в Дибре, где турки пытались про-
вести перепись населения для введения новой системы
налогообложения и призыва в армию по новым, более
точным спискам. Дибранцы отказались участвовать в
переписи и подняли восстание. Им сочувствовало все
многонациональное население Битоля — албанцы, маке-
донцы, греки, валахи. По приказу турецкого правитель-
ства в Дибру были присланы войска из Шкодры, При-
зрена и Битоля. Одновременно в виде уступки населению
был сменен дибранский мютесарриф. В результате этих
мер удалось провести перепись и даже построить в Ниж-
ней Дибре несколько жандармских постов. Но турецкое
правительство не было спокойно и продолжало держать
в Дибре значительное количество войск.
На юге Албании в 1874—1875 гг. в результате голода
сильно распространилось разбойничество, во многих
случаях носившее, антитурецкий характер и являвшее-
ся своеобразной формой социального протеста. Под пред-
логом борьбы с разбоями турецкое правительство вес-
ной 1875 г. послало в район между Коницей, Бератом и
Влёрой шесть рот регулярных войск для разоружения
албанского населения и проведения насильственного на-
бора в армию.
8$
Возбуждение албанцев особенно усилилось после по-
лучения летом 1875 г. первых известий о восстании в Бос-
нии и Герцеговине. Как и другие народы Европейской
Турции, албанцы открыто сочувствовали восстанию. Ту-
рецкие власти разжигали антиславянские настроения
среди албанцев, но все равно не смогли навербовать
добровольцев в ополчение. Албанцы не только отка-
зывались служить в турецких войсках, но угоняли в
горы лошадей и скот, предназначенные для армии.
В июле 1875 г. в Мати 300 албанцев совершили воору-
женное нападение на турецких солдат, строивщих казар-
мы. В районе Шаля горцы задержали у себя* турецкого
чиновника, и турки даже не пытались его вызволить.
Турецкое правительство принимало меры, направлен-
ные на подавление волнений. Повсюду были увеличены
контингенты войск и жандармерии. На юге, в Янинском
вилайете, была создана тайная полиция.
Вместе с тем турки предоставили некоторые льготы
албанскому населению, особенно в северных районах.
В ноябре 1875 г. в Албании было опубликовано султан-
ское ираде (указ), которым населению Албании проща-
лись все недоимки по налогам до 1872 г. и предоставля-
лось право посылать своих представителей в Стамбул
«для изложения нужд страны». Затем последовало пра-
вительственное постановление о том, что в администра-
тивных советах каждая община должна быть представ-
лена избранными населением депутатами. Однако преж-
ний закон о назначении членов совета генерал-губерна-
тором (вали) не был отменен.
В декабре 1875 г. был обнародован новый султан-
ский фирман с широкой программой реформ. Он обещал
равенство всех подданных без различия вероисповеда-
ния, уничтожение произвола ростовщиков, взимание пря-
мых налогов не полицией, а избранными самим населе-
нием сборщиками, наконец, взимание военного налога
бедель-и аскерие с мужчин только в возрасте от 20 до
40 лет.
Турецкие власти в Албании всячески рекламировали
все эти постановления султанского правительства, заяв-
ляя, что они значительно улучшают положение албан-
цев, даруют им новые права и льготы.
В действительности турецкие власти не спешили с
проведением в жизнь новых постановлений, под тем или
89
иным предлогом отказываясь признавать их. Уменьше-
ние ашара с 12,5 до 10% не признавалось чиновниками
якобы потому, что откупщики уже собрали ашар с на-
селения. Прощение недоимок за прошлые годы также не
было проведено, так как по существовавшей в Турции
системе недоимки были перечислены на последние три
года (1873—1875 гг.), которых султанское ираде не ка-
салось. Что касается фирмана от 12 декабря 1875 г., то
он был опубликован в Албании с большим опозданием
(в феврале 1876 г.) и ни одного из его постановлений не
проводилось в жизнь.
Только в Северной Албании, в районе Шкодры, турец-
кие власти пытались осуществить нововведения. Горцам
окрестностей Шкодры власти в сентябре 1875 г. предло-
жили прислать своих представителей в административ-
ный совет санджака (право иметь одного представителя
в Шкодре было отнято у горцев в 1870 г.), обещая
платить по 200 пиастров каждому в месяц. В начале
1876 г. санджак Шкодры был превращен в вилайет,
что дало ему большие административные права. Весной
того же года правительство заявило, что дарует значи-
тельные суммы на строительство дорог в Шкодринском
вилайете. Щедрость турецких властей объяснялась тем,
что они хотели добиться от горцев обещания нейтралите-
та на случай войны с Черногорией.
Летом 1876 г. Сербия и Черногория, заключив между
собой военный союз, выступили в поддержку вос-
стания в Боснии и Герцеговине. 30 июня 1876 г. Сербия
объявила войну Турции, 1 июля в войну вступила Чер-
ногория.
Турецкое правительство вновь принялось за вербовку
добровольцев в Албании, рассчитывая сыграть на рели-
гиозных чувствах албанцев-мусульман и поднять их на
«священную» войну против славян-христиан. Через ду-
ховенство и посланных специально с этой целью агентов
оно распространяло известия о мнимых победах турец-
ких войск. Но албанцы, особенно христиане, сочувство-
вали сербам и черногорцам. Когда турки убедились, что
их призывы безуспешны, они перешли к насильственной
вербовке в армию. Вербовка сопровождалась массовыми
конфискациями скота, кормов. Под видом «доброволь-
ных пожертвований» каждый дом облагался принуди-
тельным денежным взносом. Власти не останавливались
90
и перед расстрелами уклоняющихся от вербовки и дезер-
тиров.
С начала войны против Черногории и. Сербии внима-
ние турецкого правительства было обращено на две об-
ласти Северной Албании — Мирдиту и Великую Маль-
сию. Обе области, сохранявшие свою особую военную
организацию и управлявшиеся военными руководителя-
ми— байрактарами, отказались послать отряды в турец-
кое войско. Мирдита, после смерти в 1868 г. капитана
Биб Доды, была лишена фактически своей былой авто-
номии. Турки назначили в Мирдиту своих чиновников-
мусульман, а сын Биб Доды, носивший то же имя, что
и его отец, содержался турецким правительством в
Стамбуле.
В августе 1876 г. турецкое правительство объявило о
возвращении Пренка Биб Доды в Албанию, рассчитывая
тем самым задобрить албанцев Мирдиты и предотвра-
тить их возможный союз с Черногорией. Хотя Пренк Биб
Дода не был ни опытным политическим деятелем, ни
умелым военным руководителем и даже не пользовался
большим влиянием во всей Албании, с его возвращением
в Мирдите возродились надежды на успех антитурецко-
го восстания.
Вокруг Мирдиты объединились соседние горные рай-
оны: Дукагини, Ктела, Люра, Лежа. Посланные Прен-
ком Биб Додой люди действовали и в горах у Шкодры —
в Хоти, Кельменди; Шкрели, Шаля, Шоши и др.
Восстание поддержали также горожане Шкодры. Как
сообщал служивший в это время в Шкодре русский дип-
ломат И. С. Ястребов, богатые купцы города, «будучи ув-
лечены идеей о независимости албанского княжества...
обещали секретно большие средства» 3. Планы албанцев
были связаны с возобновлением военных действий на ту-
рецко-черногорском фронте. Кроме того, большие на-
дежды возлагались на войну России против Турции.
Албанцы надеялись, по выражению И. С. Ястребова,
«выгнать из Албании османлисов (турок.— Авт.) под пу-
шечные выстрелы на Дунае» 4.
План албанского восстания в союзе с Черногорией
поддерживался правительством царской России, стре-
3 АВПР, ф. СПб. Гл. архив, V — А2, д. 886, л. 105.
4 Там же.
91
мившимся использовать освободительную борьбу бал?
канских народов в интересах укрепления позиций Рос-
сии на Балканах. Управляющий русским консульством
в Шкодре Шпейер писал в ноябре 1876 г.: «Албания пе-
реживает теперь, сама этого не зная, решительные мину-
ты... При настоящих обстоятельствах, однако, и при
дальнейших усложнениях восстание Албании, мне ка-
жется, не подлежит сомнению... При косвенном содейст-
вии Черногории албанцам легко будет овладеть и горо-
дами, и отложение Северной Албании может совершить-
ся в очень короткое время и без особого кровопро-
лития...» 5.
Борьба албанцев против турецкого господства при-
влекла внимание русской общественности. Среди членов
петербургского Славянского благотворительного комите-
та, возглавлявшего в России движение солидарности с
борющимися за свое национальное освобождение славян-
скими народами, в это время была широко распростра-
нена мысль о привлечении албанцев к славянскому осво-
бодительному движению.
В конце декабря 1876 г. истекал срок двухмесячного
перемирия между Черногорией, Сербией и Турцией. Рас-
считывая приурочить начало своего выступления к во-
зобновлению военных действий Черногории против Тур-
ции, Пренк Биб Дода и другие близкие к нему руково-
дители горцев Северной Албании созвали 27 декабря в
Мирдите около трех тысяч представителей из различных
горных районов. Собравшиеся дали клятву верности вос-
станию. Требованием восставших была автономия Север-
ной Албании. В Черногорию к князю Николаю был по-
слан Пренком католический священник Примо Дочи с
письмом, в котором сообщалось, что албанцы готовы не-
медленно выступить против турок.
В начале января 1877 г. албанские отряды заняли по-
зиции у перевала Кяфа-э-Малит, перерезав путь из При-
зрена в Шкодру. Одновременно они задержали в горах
Мирдиты нескольких турецких чиновников в качестве
заложников.
Но решительных действий восставшие предпринять не
смогли, так как в этот момент Черногория и Сербия про-
5 АВПР, ф. СПб. Гл. архив, V — А2, д. 886, л. 82.
92
длили перемирие с Турцией до марта 1877 г. На просьбы
Пренка о помощи князь Николай ответил обещанием по-
мочь, по лишь тогда, когда возобновится война с Тур-
цией.
В то время, когда в Северной Албании начиналось
восстание, в Стамбуле собралась международная кон-
ференция представителей великих держав для выработ-
ки административных реформ в Европейской Турции.
Она была созвана по инициативе русского правитель-
ства, решившего активно вмешаться в балканские дела
ради сохранения своего престижа среди славянских
народов и обеспечения интересов России на Балканах.
На предварительном совещании уполномоченных Анг-
лии, Франции, Германии, Австро-Венгрии, Италии и
России был выработан проект автономии для Боснии,
Герцеговины и Болгарии. 23 декабря 1876 г. состоялось
официальное открытие Константинопольской конферен-
ции с участием Турции, и в этот же день в Стамбуле под
орудийный салют была провозглашена конституция Ос-
манской империи. Введением конституции турецкое пра-
вительство обосновало свой отказ принять предложение
великих держав об автономии европейских провинций.
Деятельность конференции становилась излишней. Вско-
ре послы держав выехали из турецкой столицы.
Вопрос об Албании специально не обсуждался кон-
ференцией. Но русские дипломаты и, в частности, посол
России в Турции Н. П. Игнатьев не отделяли вопрос о
будущем Албании от вопроса о других провинциях Евро-
пейской Турции. Накануне открытия Константинополь-
ской конференции Н. П. Игнатьев дал указание управля-
ющему русским консульством в Шкодре Шпейеру «пред-
ставить подробное донесение о настоящем положении
Албании и о реформах, необходимых для ее благосо-
стояния» 6. В ответ Шпейер составил подробное описа-
ние Северной Албании. В качестве необходимых реформ
он предлагал: назначить на продолжительный срок
честного генерал-губернатора, провести судебную рефор-
му (сделать суд независимым от административной влас-
ти, вести судопроизводство на турецком и албанском
языках), ввести общинное самоуправление с равным
6 АВПР, ф. СПб. Гл. архив, V — Аг, д. 886, л. 86.
93
Представительством от мусульман и христиан, создать
для горной Северной Албании отдельную административ-
ную область с центром в Ороши (включая Лежу и устье
Дрина с выходом к морю).
Турецкая конституция 1878 г. провозглашала равен-
ство всех подданных империи без различия вероиспове-
дания, гарантировала безопасность жизни и имущест-
ва всех подданных, свободу печати и т. д. Она вводила
двухпалатный парламент: члены сената пожизненно наз-
начались султаном, члены палаты депутатов избира-
лись населением из расчета — 1 депутат на 50 тыс.
жителей.
Депутатами, по конституции, могли быть только под-
данные Османской империи, владеющие турецким язы-
ком, т. е. умеющие читать и писать по-турецки. Это
ограничение фактически означало лишение трудящегося
населения, почти поголовно неграмотного, права посы-
лать представителей в парламент. В Албании даже среди
имущих слоев мусульман лишь единицы знали турецкий
язык. Что касалось христиан, то, по свидетельству со-
временника, в Шкодринском вилайете из 125 тысяч хри-
стиан (100 тыс. католиков и 25 тыс. православных) едва
50 человек могли читать по-турецки.
Под видом равенства турецкая конституция объяв-
ляла всех подданных империи, независимо от вероиспо-
ведания и народности, османами. Государственным язы-
ком во всех провинциях был объявлен турецкий. Первый
параграф конституции утверждал, что Османская импе-
рия— единое целое и не может быть разделена. Таким
образом, турецкая конституция была направлена про-
тив национального самоопределения нетурецких народов.
Вскоре после обнародования конституции в провинции
империи был разослан циркуляр великого везира Мид-
хата-паши, который объявлял, что все подданные импе-
рии «должны взаимно оберегать свободу, безопасность
и права каждого... Все те, кто из-за религиозных вопро-
сов или по какой-либо другой причине вызовет где-либо
беспорядки, будут рассматриваться как оскорбители
нации перед лицом родины».
В январе 1877 г. в албанских областях начались вы-
боры в турецкий парламент, и все заявления о демокра-
тии и конституционных свободах были сразу же забы-
ты. В дополнение к конституции в вилайеты было ра-
94
зослано тайное указание турецкого правительства,
согласно которому депутатов должны были фактически
назначать местные власти. В соответствии с этими указа-
ниями шкодринский вали, например, «избрал» четырех
депутатов — двух мусульман и двух христиан (право-
славного и католика), поддерживавших тесные отноше-
ния с властями. По такому же образцу проходили «вы-
боры» и в других албанских областях.
Деятельность парламента и турецкая конституция в
целом не внесли никаких улучшений в положение трудя-
щихся масс Османской империи. В апреле 1877 г. на-
чалась русско-турецкая война, вступили в силу чрезвы-
чайные законы военного времени, а конституционные
обещания были забыты.
Еще до начала русско-турецкой войны, стремясь
обезопасить свой албанский тыл, турецкое правитель-
ство отправило войска против Мирдиты.
Три группы войск с трех сторон двинулись к Ороши.
Первая группа в составе 1500 солдат шла из Нарачи че-
рез ущелье Гиадри и продвинулась до деревни Мнэла.
Вторая — 2500 солдат — вышла из Лежи, заняла Булгэр
и задержалась у Пэданэ. Третья группа — 3 тыс. сол-
дат— была послана к Ороши с сербской границы через
Призрен и Пуку. Турецкие власти придавали экспедиции
большое значение. Однако численное превосходство ту-
рецких войск не принесло им быстрых побед. Албанцы
упорно сопротивлялись, используя знание местности и за-
нятые ими заранее, удобные позиции. Но они страдали
от недостатка вооружения и продовольствия. Надежды
на военную помощь со стороны Черногории не оправда-
лись, так как 26 марта перемирие Черногории с Турцией
было снова продлено, на этот раз до 13 апреля. Среди
руководителей повстанцев вскоре после первых боев на-
чались разногласия. Часть байрактаров, подкупленная
турками, отказалась продолжать сопротивление.
После двухнедельных боев повстанцы прекратили со-
противление, турецкие войска вошли в Ороши. Опасность
большого восстания в Северной Албании была устране-
на. Турецкое правительство получило возможность от-
править войска, стоявшие в Албании, на русский фронт
(24 апреля началась русско-турецкая война), а также
против Сербии и Черногории, возобновивших войну с
Турцией.
95
Война против России, потребовавшая огромных ма-
териальных и людских затрат, привела к ухудшению и
без того тяжелого положения населения Османской им-
перии. В Европейской Турции, в том числе в Албании,
население страдало от воцарившихся повсюду полней-
шего беззакония и анархии. «Беспорядок господствует
во всех областях государственной жизни империи, так же
как и разбойничество — во всех ее провинциях»,— писал
в июне 1877 г. один из очевидцев7. В Албании, сообщал
он, население терпит страшную бедность, из-за голода и
насильственных поборов властей крестьяне и горожане
бегут в горы, пополняя шайки разбойников.
Среди различных слоев албанского населения война
против России была непопулярна и вызывала недоволь-
ство. Вскоре после ее начала турецкие власти вновь по-
слали в Албанию мусульманских агитаторов для про-
поведи «священной войны». Во время вербовки албанцев
в армию турецкие власти прибегали к жестоким мерам:
массовым расстрелам, арестам, конфискации имущества,
насильственным сборам пожертвований с населения в
пользу «священной войны».
Албанским мусульманским беям правительство щед-
ро обещало чины пашей за согласие служить в турец-
ком ополчении. Но ни призывы к «священной войне», ни
обещания не помогали. Отказавшись участвовать в ка-
рательных экспедициях против повстанцев в Боснии и
Герцеговине и став на сторону Черногории в ее войне с
Турцией, большинство албанцев предопределило этим
свою позицию и в русско-турецкой войне 1877—1878 гг.
Турецкому правительству не удалось собрать войско в
Албании.
По мере развития военных действий на русско-турец-
ком фронте обстановка в Албании осложнялась. Изве-
стия о победах русской армии, поражения турок на чер-
ногорском, а позднее и сербском фронтах порождали
новые надежды на освобождение от турецкого господ-
ства. На севере, несмотря на недавнюю неудачную по-
пытку восстания, опять проявились тенденции к сближе-
нию с Черногорией. В августе-сентябре 1877 г. черногор-
ская армия нанесла туркам поражение на севере —
у Никшича и на юге — в албанских районах. Это еще
7 ЦГАОР, ф. 735 (Личный фонд Н. П. Игнатьева), д. 843, л. 52.
96
более усилило среди горцев Великой Мальсии и Мирдиты
настроения в пользу Черногории. Агенты черногорского
князя Николая, действовавшие среди горцев, своей аги-
тацией поддерживали эти настроения.
10 декабря 1877 г. русские войска, взяв Плевен, на-
чали наступление на широком фронте. Планировалось,
что черногорские войска займут Подгорицу и вместе с
сербами будут участвовать в походе в Косовский ви-
лайет. В связи с этим повышалось значение помощи ог
северных албанцев. Уже в декабре князь Николай при
поддержке русской дипломатии возобновил переговоры
с руководителями албанских горцев, 22 декабря 1877 г.
сёрбские войска, наступая на юго-восток, осадили Ниш.
Одновременно черногорские войска продвинулись к
Антивари (Бар) и 22 января 1878 г. заняли его. На
следующий день горцы Мирдиты предприняли еще одну
попытку поднять Северную Албанию на восстание про-
тив турок.
23 января 1878 г. два больших отряда горцев напали
на турецкие гарнизоны в Кашниети и Ороши и заста-
вили их сдаться. Вскоре к ним присоединились горцы
районов Лежи, Ктелы, Дукагини, Шаля и Шоши. Рас-
ширение района восстания представляло серьезную уг-
розу для турок, тем более, что черногорские войска по-
дошли к устью реки Буны, и соединение их с восставши-
ми горцами означало бы для турок потерю Шкодры и
всей Северо-Западной Албании.
Но среди восставших не было единогласия. 21 января
1878 г. Пренк Биб Дода заявил на собрании байрактаров
Мирдиты и соседних районов, что готов заключить согла-
шение с турками на условиях, предложенных турецким
правительством: признание автономии княжества Мир-
диты и наследственной власти Пренка Биб Доды. Это
неожиданное заявление Пренка объяснялось вмешатель-
ством австрийской дипломатии, стремившейся разру-
шить союз албанцев с Черногорией и тем самым осла-
бить антитурецкий фронт, а следовательно, и военные
позиции России на Балканах.
Турецкое командование послало в Мирдиту войска.
30 января произошли ожесточенные бои у Карачи (в
ущелье Гиадри). Албанцы сначала сохраняли военное
преимущество, но через два дня прекратили сопротивле-
ние, и турецкие войска заняли Кашниети и Ороши.
7 Краткая история Албания
97
31 января Турция подписала перемирие с Россией и
Черногорией. Поэтому восстание албанцев фактически
прекратилось еще до того, как оно развернулось в
полную силу, и туркам не составило большого труда ра-
зогнать еще сопротивлявшиеся группы горцев.
Подписанный 3 марта 1878 г. Россией и Турцией
Сан-Стефанский мирный договор предусматривал созда-
ние большого болгарского государства и значительно
усиливал позиции России на Балканах.
Албания получала по Сан-Стефанскому договору
ограниченную административную автономию, сходИуюс
той, которую получил о. Крит в 1868 г. Но вместе с тем
некоторые районы с албанским или со смешанным ал-
бано-славянским населением должны были отойти к Чер-
ногории, Сербии, Болгарии. Используя это обстоятельст-
во, турецкое правительство начало вести среди албайцев
пограничных районов антиславянскую пропаганду.
Политику турок в Албании поддерживали агенты Анг-
лии и Австро-Венгрии, которые в этот момент добива-
лись пересмотра Сан-Стефанского договора. Англия ви-
дела в нем угрозу своим политическим и экономическим
позициям на Балканах, в средиземноморском бассейне и
в Малой Азии. В правящих кругах Австро-Венгрии Сан-
Стефанский мир, в особенности создание большого не-
зависимого болгарского государства, вызвал недовольст-
во, так как они добивались захвата Македонии и выхо-
да к Эгейскому морю через Салоники. В результате все-
го этого Англия и Австро-Венгрия при поддержке Гер-
мании добились созыва международного конгресса в
Берлине для пересмотра Сан-Стефанского мирного до-
говора.
В сложной международной обстановке, создавшейся
весной 1878 г., освободительное движение в Албании
подвергалось различным внешним влияниям. Ростки со-
знательного движения за освобождение Албании от ту-
рецкого ига с трудом пробивались сквозь толщу всевоз-
можных наслоений: антиславянской агитации турецкого
правительства, пропаганды английских, австрийских и
других иностранных агентов, чувства религиозной «общ-
ности» всех мусульман и т. п.
Но все же и в этих условиях среди албанцев сохра-
нилось стремление к сближению с Россией и сотрудни-
честву со славянскими народами в их борьбе за осво-
98
бождение. Это стремление албанцев в свою очередь
отмечала русская печать того времени. Многие пред-
ставители русской интеллигенции, знакомые с обстанов-
кой на Балканах, интересовались судьбой Албании и
считали, что Россия должна помочь ее освобожде-
нию, как она помогла другим балканским странам.
Вас. И. Немирович-Данченко, тогда еще молодой жур-
налист, писал: «Мы так или иначе разрешили во-
прос болгарский, но на смену ему выдвигается целый
ряд новых, между которыми не последнее место должно
быть отведено албанскому..., и если албанцы хотят со-
здать цельную сплоченную Албанию — одна Россия ис-
кренне может помочь им в этом отношении» 8.
Убежденным сторонником освобождения Албании от
турецкой зависимости выступил публицист и опыт-
ный дипломат М. А. Хитрово. «На западной половине
Балканского полуострова неминуемо должна возник-
нуть в той или иной форме независимая Албания» 9,—
писал он.
Мнение М. А. Хитрово разделяли и некоторые дру-
гие русские военные и политические деятели. Но эти
симпатии части русской общественности к албанскому
народу, боровшемуся за освобождение от турецкого ига,
не получили официальной поддержки. Вынужденная со-
гласиться на пересмотр Сан-Стефанского мирного до-
говора, царская Россия воздерживалась от активной
политики в Албании.
Албанская лига (1878—1881 гг.)
Накануне открытия Берлинского конгресса
албанское население Европейской Турции стало доби-
ваться созыва общеалбанского собрания, чтобы изло-
жить свои требования общественному мнению Европы,
которое албанцы отождествляли с Берлинским конгрес-
сом. Тогда же возникла мысль о создании Албанской
лиги как возрождении лиги времен Скандербега.
8 Вас. И. Немирович-Данченко. Год войны. Дневник
русского корреспондента. СПб., 1880, стр. 266.
9 АВПР, ф. СПб. Гл. архив. Политический отдел, д. 2, л. 32.
7* 99
В конце мая 1878 г. в Джаковице собрались албан-
ские делегаты из северных областей. Они постановили
образовать лигу и созвать для этого в Призрен предста-
вителей от всех областей, населенных албанцами, а до
этого не платить турецкому правительству никаких на-
логов и не давать рекрутов.
Турецкое правительство решило использовать в своих
целях албанское движение и, стараясь превратить его
в чисто мусульманское, втянуло в него мусульманских
беев из Боснии, Герцеговины, Македонии.
10 июня 1878 г., за три дня до открытия Берлинского
конгресса, в Призрене было торжественно провозглаше-
но создание Албанской лиги. Большая часть албанских
представителей была еще в пути. Зато богатые мусуль-
манские беи из Боснии, Ново-Базарского санджака, Ма-
кедонии, турецкие чиновники из этих областей были в
избытке представлены на первых заседаниях лиги. Поль-
зуясь этим, турецкое правительство добилось от лиги
принятия угодных ему решений. Лига заявила, что бу-
дет защищать своими вооруженными отрядами любую
территорию, подвластную султану. По замыслу турецко-
го правительства, лига должна была сыграть роль за-
щитницы Турции от территориальных претензий балкан-
ских государств.
Однако после прибытия в Призрен делегаций из Алба-
нии в работе лиги произошел перелом. Она постановила
образовать во всех районах с албанским населением
местные комитеты лиги, делегаты которых составят ру-
ководящий орган лиги — Совет старейшин (или Цент-
ральный совет); решения Совета старейшин будут обя-
зательными для всех местных комитетов лиги. При Сове-
те старейшин создавались три комиссии: по внутренним
вопросам (или исполнительная), которая должна была
поддерживать порядок в стране, вербовать добровольцев
п т. п.; финансовая — она должна была заниматься сбо-
ром средств и материальным снабжением армии; комис-
сия по внешним вопросам (или иностранная комиссия).
Среди членов сформированного в Призрене Совета
старейшин было много богатых землевладельцев-беев из
северных албанских областей, высших чиновников-ал-
банцев, представителей мусульманского духовенства.
Прогрессивную его часть составляли торговцы, учителя,
средние и мелкие чиновники как из Шкодры, так и из юж-
100
ных районов. Председателем Центрального совета лиги
был избран богатый откупщик из Дибры Ильяз-паша
Дибра. Иностранную комиссию возглавлял Абдуль-бей
Фрашери, один из влиятельных руководителей албанско-
го национального движения. Объявлялась всеобщая
«беса» (клятва перемирия), прекращались все споры и
усобицы из-за кровной мести (этот обычай еще сохра-
нялся в горных районах Албании). За нарушение «бесы»,
а также за дезертирство, грабеж и т. п. устанавливались
жестокие меры наказания. Много внимания уделялось
формированию албанского ополчения. Военный совет и
офицерский состав должны быть выборными. В случае
нарушения дисциплины офицер мог быть смещен с поста,
лишался чина, на его место выбирался новый. Отряды,
сформированные в какой-либо области, содержались за
счет местной казны.
Решения собрания в Призрене пока не противоречили
планам Турции. Они не содержали никаких антитурец-
ких заявлений и были проникнуты духом преданности
султану.
Албанское население видело в призренских решени-
ях хотя и небольшой, но все же шаг вперед по пути к
самоуправлению. Движение в поддержку Албанской
лиги постепенно распространилось по всей стране. Деле-
гаты городов и селений, вернувшись из Призрена, созда-
вали на местах комитеты лиги, началась перепись граж-
дан в возрасте от 15 до 70 лет, способных носить оружие,
производилась вербовка добровольцев. Албанцы охотно
записывались в ополчение и с готовностью собирали
средства на покупку оружия. Создание собственного ре-
гулярного войска рождало в Албании надежды на дости-
жение независимости.
Для установления связи с южными районами Цент-
ральный совет послал двух своих представителей. Од-
ним из них был Абдуль-бей Фрашери. В июле 1878 г. со-
бравшиеся в селении Фрашери делегаты поддержали ре-
шения собрания в Призрене и заявили, что присоеди-
няются к Албанской лиге.
Центрами движения на юге стали Гирокастра и
Янина, имевшая в то время значительное албанское
население (торговцы, ремесленники, чиновники).
Осенью 1878 г. по всей Албании усилилось антитурец-
кое движение. Крестьяне и городское население отказы-
101
вались платить налоги турецким чиновникам. Особенное
возмущение населения вызвал новый указ турецкого пра-
вительства о сборе недоимок, прощенных султанским
ираде 1875 г. Среди солдат-албанцев, служивших в ту-
рецкой армии, началось массовое дезертирство. Во мно-
гих городах и селениях албанцы передали местным коми-
тетам лиги управление всеми делами. «С образованием
лиги албанцы не обращают никакого внимания на турец-
кие власти и обращаются с ними дерзко и надменно»,—
сообщал управляющий русским генеральным консульст-
вом в Салониках М. К- Ульянов 10.
Внутри лиги к этому времени произошли значитель-
ные изменения. Напуганные ростом народного движения
крупные мусульманские феодалы, чиновники, духовен-
ство— все те, кто поддерживал турецкое правительство,
вышли из лиги, а если и остались в ней, то лишились сво-
его прежнего влияния. Лига постепенно очищалась от
протурецких элементов и превращалась в национальную
албанскую организацию.
Наиболее прогрессивные члены лиги, опираясь на
народное антитурецкое движение, активизировали ее дея-
тельность и добились принятия Центральным советом
лиги 27 ноября 1878 г. новой программы из пяти пунк-
тов, требовавшей административной (правда, очень огра-
ниченной) автономии Албании. Эта программа гласила:
«1. Албанские области должны быть объединены в один
вилайет, столицей которого будет избран город внутри
этого вилайета. 2. Чиновники, управляющие в Албании,
будут знать язык страны. 3. Просвещение получит ши-
рокое распространение. В школах будет преподаваться
албанский язык. 4. Решения, принятые общим собранием
(делегатов от албанских областей.— Авт.) и направлен-
ные на благо империи и нации, должны проводиться в
жизнь. Общее собрание будет собираться в столице ви-
лайета четыре раза в год. 5. Большая часть доходов ви-
лайета будет расходоваться на просвещение и общест-
венные работы» 11.
Новая программа лиги была разослана во множестве
списков по городам Албании. Местным комитетам лиги
поручалось обсудить ее и собрать под ней подписи для
10 АВПР, ф. Посольство в Константинополе, д. 2275, л. 175.
11 KristoDako. Lidhja е Prizrendit. Konstance, 1922, f. 43.
102
того, чтобы затем представить турецкому правительству
как требование всего албанского народа.
Уже первые недели принесли успех этой программе.
Население албанских районов с большим энтузиазмом
встречало представителей лиги, охотно подписывалось
под текстом программы. В городах и крупных селениях
подписи собирали члены местных комитетов лиги, а в
деревнях — мухтары (старосты). Абдуль-бей Фрашери,
посланный Центральным советом на кт, в декабре 1878 г.
сообщал в письме к Ильязу-паше Дибра, что программа
лиги нашла полную поддержку населения Эльбасана,
Берата, Влёры, Дельвины.
Осенью 1878 г. представитель Албанской лиги был от-
правлен из Призрена в Адрианополь, где тогда находи-
лась ставка главнокомандующего русской армией, со
специальной миссией — выяснить отношение русского
правительства к албанскому национальному движению
или, как сказано в записи беседы албанского представи-
теля с генералом Э. И. Тотлебеном, выяснить, «чего мо-
гут они (албанцы.— Авт.) ожидать со стороны Европы
и на что могут они надеяться со стороны России».
На вопрос о целях албанского движения представи-
тель лиги дал следующий ответ: «Албанцы желают для
себя не более как того же, что было сделано для других
народностей Балканского полуострова: признания их не-
зависимости и права создать из себя отдельное княже-
ство».
Заявления об освободительных целях Албанской лиги
были встречены доброжелательно и генерал Э. И. Тот-
лебен ответил албанскому представителю, что «для Рос-
сии создание независимой Албании было бы желатель-
но» 12.
Тогда же албанский публицист Юсуф Али-бей обра-
тился к русскому комиссару в Болгарии А. К. Дондуко-
ву-Корсакову с просьбой помочь опубликовать написан-
ную им политическую брошюру об Албании. В ней, в ча-
стности, говорилось: «Необходимо сделать Албанию са-
мостоятельным княжеством. Единственный интерес Ал-
бании состоит в том, чтобы она всегда жила в дружест-
венных отношениях к соседним славянским княжествам,
в тылу которых стоит могущественная Россия, спасшая
12 АВПР, ф. СПб. Гл. архив, V — Ai, д. 1, л. 606
103
от турецкого ига Болгарию» 13. Изложенная албанским
публицистом программа независимости Албании поддер-
живалась многими русскими дипломатическими и воен-
ными деятелями, служившими в это время на Балканах.
Осталось, однако, невыясненным, увидела ли свет бро-
шюра Юсуфа Али-бея. Известно лишь, что Дондуков-
Корсаков разрешил напечатать ее в типографии при рус-
ской дипломатической канцелярии в Адрианополе.
В течение 1879 г. турецкая власть в албанских райо-
нах еще более ослабела. Турецкие мютесаррифы и кай-
макамы не играли никакой роли. Управление страной по-
степенно переходило к местным комитетам Албанской
лиги. Они создали свою, независимую от турецкой адми-
нистрации полицию, содержавшуюся на добровольные
пожертвования населения. Два-три постоянных предста-
вителя местных албанских комитетов заседали в турец-
ких судах. Но чаще комитеты лиги сами вершили суд;
строго карали за воровство, разбой, употребление спирт-
ных напитков и т. д.
В октябре 1879 г. собралось третье общее собрание
лиги в Призрене. Оно подтвердило программу автономии
Албании, принятую в ноябре 1878 г. Наиболее решитель-
ные сторонники лиги предложили создать албанское
княжество и избрать албанского князя. Узнав об этом,
турецкое правительство приказало местным властям не-
медленно запретить заседания лиги и выслать делегатов.
Собрание лиги успело лишь послать в Стамбул меморан-
дум, который был почти точным повторением ноябрьско-
го решения 1878 г.
Разогнать собрание Албанской лиги оказалось легко,
так как турецкому правительству удалось отвлечь вни-
мание албанцев от лиги при помощи не раз использован-
ного им призрака «славянской опасности».
По решению Берлинского конгресса два селения
Плав и Гусинье, расположенные близ черногорско-ту-
рецкой границы, отходили к Черногории. В ноябре-декаб-
ре 1879 г. Черногория после безуспешных переговоров с
турецким правительством о передаче ей этих селений
сконцентрировала здесь свои войска. Турецкое прави-
тельство и мусульманская албанская знать, владевшая в
13 Рукописный отдел Института русской литературы АН СССР,
ф. 325 (Личный фонд М. А. Хитрово), д. 671.
104
этом районе земельными угодьями, всячески разжигали
страсти, провоцируя столкновения между черногорскими
войсками к албанскими вооруженными отрядами. В де-
кабре 1879 г. несколько вооруженных столкновений про-
изошло у сел Велика и Пепич. Этот инцидент пытались
использовать протурепкие элементы в Албанской лиге
и направить ее деятельность на поддержку турецкого
правительства и соглашение с ним. Однако среди членов
лиги усиливалось течение в пользу автономии Албании.
Оно опиралось на стихийное движение албанского наро-
да против турецкого господства. Во многих албанских
районах население изгоняло турецких чиновников, судей.
В январе 1880 г. албанское и славянское население Диб-
ры, угрожая вооруженным выступлением, потребовало
смещения всех турецких членов местного уголовного
суда. Жители города открыли двери тюрьмы и выпустили
заключенных. В марте вооруженные отряды Албанской
лиги изгнали из Призрена турецких чиновников.
В Центральном совете лиги обострялась борьба меж-
ду сторонниками решительных действий против турец-
кого правительства и теми, кто стоял за соглашение с
султаном. В мае 1880 г. в Янине по случаю приезда
представителей призренского комитета собрались деле-
гаты от южных комитетов Албанской лиги. Это собра-
ние приняло предложенную представителями северных
комитетов программу албанской автономии. Через ме-
сяц, в июне 1880 г., состоялось общее собрание лиги. Оно
заседало в Гирокастре, куда незадолго до этого было
перенесено местопребывание южного (янинского) коми-
тета лиги. Собрание было многолюдным (на него съеха-
лись делегаты почти от всех городов и районов Албании)
и очень бурным. Предложенная Абдуль-беем Фрашери и
небольшой группой его сторонников программа .предус-
матривала провозглашение автономии и создание вре-
менного албанского правительства. Но большинство соб-
рания высказалось за то, чтобы дожидаться решения сул-
тана об албанской автономии. После долгих споров было
решено, что лига провозгласит автономию Албании и
создаст временное правительство только в том случае,
если Турция окажется неспособной противостоять внеш-
нему нападению (имелся в виду надвигавшийся военный
конфликт Турции с Грецией из-за разграничения, пред-
ложенного Берлинским конгрессом).
(05
Несмотря на эту оговорку, собрание по требованию
делегатов, представлявших буржуазные слои (ремеслен-
ники, торговцы, землевладельцы, занимавшиеся предпри-
нимательской деятельностью), постановило, что админи-
страция автономной Албании будет состоять только из
албанцев, причем будущее албанское правительство га-
рантирует равенство всех вероисповеданий и безопас-
ность жизни и имущества всех граждан.
Сторонники решительных действий во главе с Аб-
дуль-беем Фрашери и после собрания лиги в Гирокастре
продолжали свою агитацию в пользу немедленного про-
возглашения автономии Албании.
Турецкое правительство со своей стороны изыскива-
ло способы для того, чтобы успокоить албанцев и удер-
жать под своим влиянием албанскую знать. Летом
1880 г. оно назначило на посты мютесаррифов в Южной
Албании богатых албанских помещиков Мехмета Али-
бея Вриони в Берат, Некиб-бея в Гирокастру и т. д.
В июне турецкий султан предоставил пост министра ино-
странных дел Турецкой империи албанцу Абидину-паше
Дино, занимавшему до этого пост губернатора в Сало-
никском вилайете.
Лига поддерживала замену турецких чиновников
албанцами. «Управление страной,— писал в августе
1880 г. русский консул в Янине Троянский,— ныне мало-
помалу переходит в руки албанцев, старающихся уда-
лить отсюда всех чиновников неалбанского происхожде-
ния и уже настолько успевших в этом, что в округах Се-
веро-Западного Эпира Албанская лига распоряжается
почти что самостоятельно» 14.
Турецкое правительство шло на эти уступки под дав-
лением албанцев и только для того, чтобы небольшими
административными реформами подменить националь-
ную автономию Албании, стараясь при этом ввести в но-
вую албанскую администрацию преданных себе людей.
Такую политику правительство вело только в южных
районах и до тех пор, пока албанцы и лига были ему
нужны для внешнеполитической игры.
На севере отношения между турецким правительст-
вом и Албанской лигой к осени 1880 г. были откровен-
но враждебными.
14 АВПР, ф. СПб. Гл. архив, V —А2, д. 1127, л. 215.
106
В августе 1880 г. на собрании в Дибре внутри лиги
произошел раскол. В Стамбул были отправлены две ре-
золюции: одна от сторонников автономии — с решитель-
ным требованием самоуправления для Албании, дру-
гая— с согласием иа административные реформы, кото-
рые Турция по решению Берлинского конгресса должна
была провести во всех национальных областях.
Вскоре руководство лигой перешло к группе Абдуль-
бея Фрашери. Дибра стала центром автономистского
движения. Управление здесь взял в свои руки албанский
комитет, возглавляемый Абдуль-беем Фрашери.
Открыто выступил против турецкого правительства
в конце 1880 года комитет лиги в Скопле. Сюда был на-
значен турецким правительством новый мютесарриф.
Местный комитет лиги отказался признать его и не впу-
стил в город. В Скопле были посланы турецкие войска.
Комитет лиги со своей стороны обратился за помощью
к албанцам Печа, Призрена и Джаковицы. Вооружен-
ные албанские отряды вошли в Скопле, захватив при
этом склады с оружием. В главной мечети города коми
тет лиги организовал торжественную демонстрацию: ал-
банские добровольцы дали клятву верности Албанской
лиге. Город оказался в руках албанского комитета. По
некоторым сведениям, в этот момент у албанцев появил-
ся план — изгнать турецкие гарнизоны из Митровицы,
Призрена и Приштины.
Но тем временем из Салоник по железной дороге, ко-
торую албанцы и не пытались захватить, прибыло новое
подкрепление турецким войскам. Тогда албанские отря-
ды оставили Скопле и перешли в Призрен, который на-
ходился в руках призренского комитета лиги. Здесь зи-
мой 1881 г. сосредоточились значительные силы албан-
цев. Турецкое правительство не могло предпринять
серьезных военных мер против лиги, к тому же солдаты
местного гарнизона сочувствовали албанцам.
Участниками антитурецкой вооруженной борьбы те-
перь были средние и низшие слои албанского населе-
ния: крестьяне, городская беднота, ремесленники, тор-
говцы. Руководили борьбой те. из деятелей Албанской
лиги, которые на всем протяжении ее существования
были активными сторонниками автономии Албании.
К сожалению, имена лишь немногих из них известны:
Абдуль-бей Фрашери, Фаик-эфенди.
107
Рост антитурецкого народного движения в Албании
и откровенно враждебное отношение турецкого прави-
тельства к лиге — все это вызвало изменения в планах
албанских политических деятелей. Надежд на то, что
султанское правительство пойдет на соглашение с албан-
цами и даст им автономию, уже не оставалось. В это
время албанские политические деятели выдвигают про-
грамму независимости Албании.
В марте 1881 г. журналист Сами Фрашери, брат Аб-
дуль-бея Фрашери, находившийся тогда в Стамбуле п
игравший видную роль среди интеллигенции и служилой
албанской знати, писал в одном из своих писем: «Албан-
ская лига с центром в Призрене, в Гегерии, в течение
трех лет много раз пыталась добиться объединения Ал-
бании в автономную провинцию. Но империя до сих пор
обманывала ее, не желая что-либо сделать для албанцев.
На этот раз албанцы хорошо поняли, что империя ниче-
го не сделает для них. Лига в Призрене должна объеди-
нить Албанию и добиться ее автономии, а затем, исходя
из условий,— полного ее отделения» 15.
Тем временем в конце 1880 г. был разрешен спорный
вопрос о турецко-черногорском разграничении. После
длительных переговоров и замены одних уступаемых рай-
онов другими Турция и Черногория под давлением дер-
жав заключили окончательное соглашение, по кото-
рому к Черногории отходили порт Улцинь и часть
побережья до реки Буны. Шкодринский комитет Албан-
ской лиги попытался организовать оборону Улциня, од-
нако в ноябре 1880 г. турецкие войска и подошедшая к
Улциню объединенная эскадра великих держав вынуди-
ли его прекратить сопротивление. 26 ноября 1880 г. в
Улцинь вошли черногорские войска. К лету 1881 г. были
решены спорные вопросы и по поводу турецко-греческой
границы. По Берлинскому трактату новую границу меж-
ду Турцией и Грецией должна была установить смешан-
ная греко-турецкая разграничительная комиссия. В тече-
ние двух лет ее деятельность была безуспешной. В июне
1880 г. Берлинская конференция европейских держав
предложила в качестве пограничной линии реку Кала-
мас, причем район Янины отходил к Греции. Турецкое
правительство, ссылаясь на сопротивление Албанской
15 «Buletin рёг shkencat shoqerore», Tirane, 1954, N 2.
108
лиги, отвергло это предложение. В марте следующего
года конференция представителей европейских держав,
собравшаяся в Стамбуле, предложила новую линию:
к Греции отходил город Арта с прилегающим районом,
а Янина оставалась за Турцией. На этой основе 3 мая
1881 г. и было подписано соглашение между Грецией и
Турцией.
Ликвидировав территориальные споры с Черногорией
и Грецией, турецкое правительство резко изменило свое
отношение к Албанской лиге и стало добиваться ее рос-
пуска. Уже в начале апреля 1881 г., сразу после решения
Константинопольской конференции держав, турецкое
правительство выслало против лиги военную экспедицию
в составе 20 батальонов, с артиллерией, под командова-
нием Дервиша-паши. Когда Дервиш-паша прибыл со сво-
ими войсками в Приштину, бывшую тогда центром Ко-
совского вилайета, некоторые руководители лиги, в том
числе Ильяз-паша Дибра, поспешили явиться к нему с
повинной. Они знали о перемене политики турецкого
правительства, не верили в силы Албанской лиги и хоте-
ли получить автономию из рук турецкого правительства,
а не вести за нее вооруженную борьбу.
Однако собравшиеся под Призреном албанские доб-
ровольцы решили сопротивляться. 21 апреля около пяти
тысяч албанских бойцов неожиданно преградили у
Штимле путь колонне турецких войск, шедшей из Приш-
тины в Призрен. Русский консул в Салониках Н. Скря-
бин следующим образом описывает этот бой: «Встреча
их и их натиск (албанских отрядов.— Авт.) были столь
неожиданны, что в первую минуту турецкие войска долж-
ны были отступить, но, тотчас оправившись, выстроились
боевым порядком и двинулись вперед. Нападение албан-
цев повторилось, и Дервиш-паша приказал передовому
отряду открыть пальбу. Команда офицеров прогудела не-
сколько раз без всякого успеха, и, несмотря на сыпав-
шиеся вокруг неприятельские каменья и пули, ни один
солдат из этого батальона ружья своего не разрядил» 16.
Пассивность солдат объяснялась тем, что в большинст-
ве своем это были албанцы, и они еще до встречи с ал-
банским ополчением заявляли, что не будут стрелять
в своих.
16 АВПР, ф. Посольство в Константинополе, д. 2277, л. 98.
109
Тогда Дервиш-паша приказал дать пушечный залп
по взбунтовавшемуся батальону, а затем подвергнуть и
отряды албанцев артиллерийскому обстрелу. Это решило
исход сражения. Албанские отряды оставили на поле боя
400 убитых, более 500 раненых и в беспорядке рассеялись
по окрестным горам.
Несмотря на свою многочисленность, албанское опол-
чение не смогло оказать настоящего сопротивления ту-
рецким войскам, так как оно не только было очень пло-
хо вооружено, но и не имело ни тактического плана, ни
опытных военных руководителей. После поражения у
Штимле оно больше и не пыталось встретиться с вой-
ском Дервиша-паши. Турецкая артиллерия посеяла ужас
в рядах албанцев. Их отряды разошлись по домам. Дер-
виш-паша вошел в Призрен, а затем в Джаковицу, не
встретив никакого сопротивления со стороны городского
населения.
Началась жестокая расправа над участниками албан-
ского движения. Ее чинил так называемый Военный со-
вет, который имел безапелляционное право судить и при-
водить в исполнение свои решения. Дервиш-паша аре-
стовал и выслал в Малую Азию многих руководителей
лиги вместе с их семьями. Абдуль-бею Фрашери удалось
бежать из Призрена, но он был схвачен в Эльбасане и,
закованный в кандалы, отправлен под конвоем сначала
в Битоль, а затем в Призрен. Через несколько месяцев
Абдуль-бей Фрашери, приговоренный Военным советом
к пожизненному заключению, был сослан в Малую Азию.
Дервиш-паша до конца лета 1881 г. занимался «успо-
коением» северных албанских районов. Он, однако, не
смог ни разоружить албанское население, ни провести
сбор налогов или призыв рекрутов. Население горных
районов Джаковицы и Люмы не пропустило войска
Дервиша-паши в горы. Дибра, центр лиги на последнем
этапе ее деятельности, также оставалась до осени 1881 г.
непокоренной. В октябре Дервиш-паша отправился с
войском из Призрена в Дибру. Здесь он арестовал мно-
гих албанцев, связанных с лигой, и добился от местной
знати заявления о покорности турецкому правительству.
Вслед за тем Дервиш-паша покинул Дибру, так и не ре-
шившись на военную экспедицию в ее внутренние, гор-
ные районы.
Расправившись с деятелями лиги, турецкое прави-
110
тельство назначило некоторых албанских беев на адми-
нистративные или военные посты. Это была традицион-
ная турецкая политика подкупа албанской знати и при-
влечения ее таким путем на сторону правительства. Ню
каких административных улучшений или реформ, если
не считать уничтожения нескольких санджаков и со-
здания новых, турецкие власти не провели. В Албании
все осталось по-старому: бесчинствовали турецкие губер-
наторы, бесконтрольно хозяйничали турецкие чиновники
и сборщики податей, в судах царили взяточничество и
произвол.
Разгром военных сил лиги, аресты ее руководителей,
неожиданно легкие и быстрые победы Дервиша-паши
над военными силами лиги создали у многих современ-
ников впечатление не только ее слабости, но и непопуляр-
ности ее среди албанцев. Это представление было не
вполне правильным. Лига действительно оказалась сла-
бой в военном отношении. Она не имела фактически ни
постоянного обученного войска, ни опытных командиров,
ни вооружения. Даже те пушки и прочее снаряжение
которые удавалось отбить у турецких войск, албанцы не
всегда могли использовать, потому что просто не знали,
как с ними обращаться. Однако было бы неправильно на
этом основании судить о степени влияния лиги. Показа-
тельно, что в 1882 г., когда турецкие власти попытались
собрать недоимки в Берате, население ответило, что пла-
тить не будет, так как освобождено от уплаты недоимок
местным комитетом лиги. Подобные случаи наблюдались
и в более позднее время.
В албанском народе сохранилась память о лиге. Чет-
верть века спустя, в первом десятилетии XX в., в период
подъема освободительной борьбы албанцев, начавшегося
под влиянием буржуазно-демократической революции в
России и революционного движения в. балканских стра-
нах, в Албании возникли национальные албанские коми-
теты. Они поставили на своих печатях, официальных до-
кументах и знаменах дату 1878 г., подчеркивая тем са-
мым, что ведут свое начало от Албанской лиги.
111
Национально-освободительное движение
в конце XIX в.
Несмотря на поражение Албанской лиги и раз-
гром ее военных сил, два последних десятилетия XIX в.
были наполнены беспрерывными восстаниями албанцев.
О напряженности, царившей в этот период, красноречи-
во говорит тот факт, что турецкое правительство, объявив
в 1877 г., с началом русско-турецкой войны, осадное по-
ложение в албанских районах, в течение почти семи лет
не решалось его отменить.
Причиной стихийных народных выступлений в Алба-
нии, так же как и в других национальных областях Ту-
рецкой империи, был социальный и национальный гнет.
Террористический самодержавный режим «зулюм»
(араб.-турецк.— тирания, деспотизм), введенный султа-
ном Абдул Хамидом II после фактической отмены Кон-
ституции 1876 г., был особенно жестоким в нетурецких
провинциях империи. Одним из орудий своей политики
Абдул Хамид сделал реакционную религиозно-полити-
ческую доктрину панисламизма, основанную на идее
«единства» всех мусульман под главенством турецкой;
султана-халифа. В Албании турецкие власти противопо-
ставляли мусульман христианам, провоцировали столк-
новения между албанцами различных вероисповеданий,
разжигали религиозную ненависть к соседним славян-
ским народам.
Султан Абдул Хамид II, возрождая старую традицию
турецких султанов, приблизил к себе некоторых крупных
албанских феодалов. Личная гвардия Абдул-Хамида
была навербована из албанцев отдаленных горных рай-
онов. Албанская феодальная знать вместе с феодалами
других национальностей — курдами, арабами, черкеса-
ми— составляла главную опору султанского трона. В то
же время основная масса албанского населения под-
вергалась жестоким притеснениям.
Население Албании оказывало настойчивое сопротив-
ление турецким властям. Налоги и недоимки удавалось
собирать только при помощи военной силы.
Крупнейшее в этот период антитурецкое выступле-
ние албанцев произошло в Призренском санджаке. В ав-
густе 1884 г. албанское население санджака отказалось
платить подушный налог при переписи, а также 25 % -ную
К2
надбавку к десятине. Вооруженный албанский отряд
в 500 человек явился в Призрен и добился от мест-
ных властей согласия на освобождение населения от
этих податей. Но спустя месяц турецкие власти возоб-
новили свои требования. Призрен снова заполнили отря-
ды вооруженных албанцев; на этот раз численность их
превысила 5 тыс. человек. Они изгнали мютесаррифа и
казначея санджака. Турецкая полиция тайно бежала из
города.
Турецкое правительство от имени султана сначала
пообещало албанцам отмену податей, но весной 1885 г.
послало в Призрен большую военную экспедицию. Она
действовала здесь вплоть до осени. 26 албанских ру-
ководителей были сосланы в Малую Азию. Турецкое во-
енное командование построило в Призренском санджаке
новые военные посты и казармы. Это военное строитель-
ство сопровождалось беспрерывными вооруженными
стычками с албанским населением.
Восстание болгар в Южной Болгарии, приведшее к
объединению Болгарии, прервало в сентябре 1885 г. ка-
рательные действия турецкого правительства в Призрен-
ском санджаке. Готовя себе тыл на случай возможной
войны против Болгарии, Турция перешла к заигрыванию
с албанцами и обещала им всевозможные льготы, если
они подчинятся требованиям властей.
Временное затишие продолжалось недолго. В 1887 г.
жители Круи оказали сопротивление переписи земельной
собственности. В 1889 г. впыхнуло волнение в Задриме,
где турецкие власти значительно увеличили налог на
свиней и военный налог (бедель-и аскерие). Население
Задримы подверглось тяжелым репрессиям, руководите-
ли восстания были арестованы. Осенью следующего,
1890 г. отправленная в эту область военная экспедиция
собрала налоги.
В 1891 г. жители Эльбасана отказались платить до-
рожную подать (15—16 пиастров с человека в год). Вла-
сти арестовали зачинщиков. Волнения в городе грозили
перерасти в вооруженное восстание. Тогда турецкие
власти подкупили часть местных албанских беев и доби-
лись восстановления порядка.
В конце столетия стихийное движение против налого-
вого гнета и притеснений властей стало все больше соче-
таться с национальными требованиями, прежде всего с
8 Краткая история Албании
ИЗ
требованиями открытия албанских школ, распростране-
ния албанского языка и т. п. Так, осенью 1896 г. в Эль-
басане вспыхнули волнения из-за введения прибавки к
ашару, предназначенной на нужды насаждаемых вла-
стями турецких школ. Жители города обратились с пе-
тицией к правительству, требуя не только сохранения
старых норм налогообложения, но и открытия в Эль-
басане албанской школы вместо турецкой. В петиции
говорилось, что создание албанских школ должно под-
готовить введение автономного управления для Алба-
нии. Не получив ответа из Стамбула, жители Эльбасана
начали готовиться к вооруженному восстанию. Они
вели переговоры с албанцами Дибры, Призрена, Печа
о совместных действиях в пользу автономии Албании.
Как писал русский консул в Битоле А. Ростковский, ал-
банцы хотели «добиться от Порты создания единого ал-
банского автономного вилайета, могущего послужить
ядром для будущего албанского государства» 17.
Турецкое правительство предотвратило восстание,
пообещав открыть в Эльбасане и Дибре албанские шко-
лы. Но эти обещания остались невыполненными, и через
два года, в 1898 г., албанцы Дибры опять возобновили
свое требование, угрожая поднять вместе с жителями
Призрена и Джаковицы вооруженное восстание.
Наметившееся изменение характера народных вы-
ступлений в Албании свидетельствовало о гом, что нацио-
нальные идеи начали получать все большее распрост-
ранение в стране. Борьба за национальный язык, школу,
литературу перестала быть уделом одиночек-интелли-
гентов и превращалась в общенародное дело.
Значительную роль в пропаганде национальных идей
сыграли албанские патриотические культурно-просвети-
тельные общества. Внутри Албании деятельность этих об-
ществ была невозможна, поэтому они возникали в Стам-
буле или среди многочисленных албанских эмигрантов
в Румынии, Болгарии, Египте и других странах.
Еще в начале 1879 г. небольшая группа албанцев-
патриотов образовала в Стамбуле комиссию для выра-
ботки албанского алфавита. Эта комиссия обсудила не-
сколько вариантов алфавита: на основе греческого, пред-
ложенный Яни Врэто; на основе латинского, предложен-
17 АВПР, ф. Посольство в Константинополе, д. 1448, л. 105.
114
Иый Васо Пашко; оригинальный алфавит, автором Кото-
рого был Ходжа Тахсини; наконец, алфавит, предложен-
ный Сами-беем Фрашери. Этот последний алфавит, со-
ставленный на латинской основе с заимствованиями из
греческого алфавита, но с сохранением принципа «каж-
дому звуку своя буква», и был избран в качестве лучше-
го. Через некоторое время комиссия издала на добро-
вольные пожертвования первый албанский букварь:
«Алфабетарья» (Allfabetarja) в количестве 20 тыс. эк-
земпляров.
Сами-бей Фрашери (1850—1904) завоевал большую
известность как редактор газет и журналов, автор фило-
логических работ, в том числе большого французско-ту-
рецкого словаря, а также многочисленных переводных и
оригинальных художественных произведений на турец-
ком языке. Своим происхождением он был связан с
албанской феодальной знатью и высшим чиновничеством
турецкой столицы. С самого начала своей деятельности в
Стамбуле Сами Фрашери сблизился с «новыми османа-
ми». В 1874 г. он вместе с одним из руководителей «но-
вых османов» поэтом Намыком Кемалем издавал газету
«Хадика» («Сад»), за что был выслан турецкими властя-
ми на год в Триполи.
Ближайшим помощником Сами Фрашери при издании
букваря был Яни Врэто (1822—1900), сын бедного са-
довника из Лесковику, добывавший себе средства к су-
ществованию в Стамбуле торговлей и случайными зара-
ботками. Издание букваря поддержали стамбульские
албанцы — чиновники, торговцы, землевладельцы. Влия-
тельный чиновник Васо Пашко помог получить от турец-
кого правительства разрешение на его издание.
Экземпляры букваря были доставлены в колонии ал-
банских эмигрантов в Египте, Болгарии, Румынии. Труд-
нее было распространить букварь в пределах самой Ал-
бании. Прибегнув к помощи мусульманского духовенства
и местных властей, турецкое правительство препятство-
вало распространению албанского языка. Но спустя пол-
года после выхода в свет букварь был уже известен по-
всюду, где жили албанцы.
Создатели первого албанского букваря — Сами Фра-
шери, Яни Врэто, Васо Пашко организовали в Стамбуле
албанское культурно-просветительное общество. 12 ок-
тября 1879 г. состоялось его первое заседание.
8*
115
Общество приняло название «Общество албанской
печати» 18 и главной своей целью провозгласило пропа-
ганду албанского языка и литературы. Турецкие власти
дали разрешение на создание общества отчасти по дема-
гогическим соображениям (турецкое правительство в
этот период старалось подчеркнуть свою готовность вы-
полнить албанские требования), отчасти из расчета взять
под свой контроль первую албанскую национальную ор-
ганизацию.
Состав общества был очень пестрым: в него входили
крупные сановники, богатые землевладельцы и люди без
постоянного заработка, журналисты, врачи. По уставу
членом общества мог быть любой албанец — мусульма-
нин, католик или православный, готовый помогать рас-
пространению родного языка. В списке членов общества,
составленном на первом заседании (всего список насчи-
тывал 28 имен), были бывший великий везир Ферид Влё-
ра, руководители южного комитета Албанской лиги —
Абдуль-бей Фрашери и Мехмет Али Вриони. Председа-
телем общества был избран Сами Фрашери.
Деятельность Стамбульского общества носила куль-
турно-просветительный характер. Общество находилось
вне Албании, но оно оказывало большое влияние на раз-
витие албанского национального движения, способство-
вало объединению албанцев различных вероисповеданий.
Стамбульское общество не опубликовало своей поли-
тической программы. Разрешение от турецких властей
было получено на организацию культурно-просветитель-
ного общества и поэтому его руководители, чтобы не рис-
ковать, подчеркивали свою непричастность к политике.
Однако в 1879 г. почти одновременно с возникнове-
нием Стамбульского общества в Париже на французском
языке вышла книга «Правда об Албании и албанцах»,
автором которой был один из главных руководителей об-
щества Васо Пашко. В том же 1879 г. книга была пере-
издана в Берлине на немецком и в Лондоне на англий-
ском языке, а вскоре переведена на греческий и турец-
кий языки.
Книга Васо Пашко была своего рода политической
программой большинства членов Стамбульского обще-
18 «Shoqerija е te shtypurit shkronja shqip». Наиболее распрост-
раненным его названием стало Стамбульское общество (Shoqerija
е Stambollit).
116
ства. В первых главах книги Васо Пашко излагал крат-
ко историю Албании. С гордостью он писал о героическом
прошлом албанского народа, его свободолюбии. Описы-
вая особенности быта албанцев, Васо Пашко идеализи-
ровал старину, возводя в образец общественных отноше-
ний обычное право албанцев. Наряду с этой идеализа-
цией старины книга Васо Пашко, хотя и в завуалирован-
ной форме, излагала требования, близкие албанским
предпринимателям, торговцам, т. е. складывающейся ал-
банской буржуазии: введение в Албании законов, «оди-
наковых для всех», равенство для всех, независимо от
вероисповедания. Васо Пашко писал о богатствах стра-
ны— «огромных лесах, реках, всевозможных минераль-
ных богатствах», которые албанская буржуазия не мо-
жет использовать из-за турецких законов, препятствую-
щих предпринимательской деятельности.
Требование автономии Албании было сформулирова-
но в книге Васо Пашко в очень осторожной форме: ав-
тор занимал высокий пост в турецкой чиновничьей иерар-
хии. Выражая надежду, что Албания будет объединена
в единый албанский вилайет, в администрации которого
решающую роль будут играть албанцы, Васо Пашко за-
являл, что албанцы не хотят терять покровительства ту-
рецкого султана и останутся его верными и преданными
защитниками. Он опровергал предположение о том,
что албанцы стремятся к созданию независимого го-
сударства.
В числе реформ, которые Васо Пашко считал необ-
ходимым прежде всего провести в Албании, он называл
введение албанских школ и новой системы военной служ-
бы «по примеру Швейцарии», что было завуалированным
протестом против регулярной службы албанцев в турец-
кой армии и требованием создания народного ополчения.
Книга Васо Пашко была первой книгой, принадлежа-
вшей перу албанца, которая знакомила европейских чи-
тателей с Албанией, ее прошлым (хотя и идеализирован-
ным) и политическими взглядами отдельных социаль-
ных кругов. В европейских странах книга Васо Пашко
«Правда об Албании и албанцах» приобрела в конце
XIX в. известность как политическая программа албан-
ского национального движения.
По уставу Стамбульское общество должно было со-
бираться в начале каждого месяца. Но за полгода
117
легального существования общества в Стамбуле турец-
кие власти так и не разрешили созвать его еще раз. Вско-
ре руководители Стамбульского общества вынуждены
были перенести его деятельность в Бухарест, где в эти
годы сложилась значительная эмигрантская албанская
колония. Фактическим руководителем общества в Буха-
ресте стал Яни Врэто.
С 1884 г. албанское общество в Бухаресте начало из-
давать журнал «Дрита» («Свет»), переименованный
позднее в «Дитурия» («Знание»). В журнале и книгах,
которые оно печатало в своей типографии, общество
пропагандировало идею единства всех албанцев, помога-
ло сближению между севером и югом Албании, установ-
лению связей между отдельными эмигрантскими коло-
ниями и страной.
Национальные организации албанских эмигрантов
были основаны также в Болгарии и в Египте. В Софии
в 1891 г. возникло общество «Дешира» («Стремление»);
с 1896 г. оно издавало в своей типографии «Мбродесия»
(«Прогресс») литературу на албанском языке. В Египте
было создано албанское общество «Башкими» («Единст-
во»), его активными деятелями были Андон Зако Чаюпи,
Яни Врэто, Тими Митко.
Все эти общества поддерживали связь с Албанией,
посылали туда албанские буквари, литературу, оказыва-
ли всяческую помощь в организации школ.
Благодаря деятельности албанских просветителей в
80-х годах возникли первые подпольные албанские шко-
лы в деревне Тесторати у Гирокастры и другие. В них
учителя-патриоты тайно обучали детей на родном языке.
В горном районе у Эльбасана в это же время почти в
каждом селе существовали тайные албанские школы, рас-
пространялись албанские буквари, книги, издававшиеся
албанскими национальными обществами.
В 1886 г. Стамбульское общество получило разреше-
ние открыть первую албанскую легальную школу в Кор-
че. Затем открылись албанские школы в Колонье, Погра-
деце, Люараси, Селенице. Турецкие власти неоднократно
пытались закрыть эти школы, но албанское население
решительно их защищало.
Албанское общество «Дитурия»» в Бухаресте в 1888 г.
возглавило борьбу православных албанцев юга за вве-
дение богослужения на албанском языке и преподавание
118
албанского языка в турецких школах Албании. В том же
году в поддержку деятельности бухарестского общества
«Дитурия» в Корче было создано его первое отделение
внутри Албании. Но турецкое правительство обрушило
на него репрессии, запретило его деятельность и закрыло
албанские школы в деревнях под Корчей.
К концу XIX в. в руководстве албанским националь-
ным движением наметились (впрочем, не вполне четко)
три группы. К первой из них принадлежали албанские
феодалы, которые хотя и не играли со времени Албан-
ской лиги руководящей роли, все еще не потеряли своего
влияния. Вторую группу можно условно назвать рефор-
мистской и третью национально-буржуазной.
Реформистское направление в национальном движе-
нии представляли крупные торговцы, землевладельцы,
беи, связанные с производством на рынок, выходцы из
феодальных фамилий, занимавшиеся предприниматель-
ской деятельностью. Их политической программой явля-
лись автономия Албании и проведение буржуазных ре-
форм. Эта группа участников национального движения
так же, как и албанские феодалы, не требовала отделе-
ния от Турции, она надеялась, что реформы, проведенные
в Албании или во всей Османской империи, уничтожат
царящую в стране анархию и обеспечат условия для
предпринимательской деятельности.
Часть сторонников реформистского направления счи-
тала, что близкая гибель Османской империи как много-
национального государства неизбежна. Для них автоно-
мия Албании в составе Турции должна была стать
подготовительным этапом к автономии Албании в составе
другого иностранного государства, причем в качестве бу-
дущей покровительницы чаще всего называлась Австро-
Венгрия.
В 1896 г. в Софии начал издаваться журнал «Кален-
дари комбиар» («Национальный календарь»). Его редак-
тором и издателем был Мидхат Фрашери. В конце XIX в.
и в первые годы XX в. он был идейным руководителем ре-
формистского направления, а после 1908 г. стал главным
проповедником соглашательских тенденций в албанском
национальном движении.
Журнал «Календари комбиар» внешне носил просве-
тительный характер, но своим основным требованием вы-
двигал важный для албанской буржуазии лозунг свобо-
119
ды рынка и предпринимательства. Это требование соеди-
нялось с протестом против привилегий, которыми поль-
зовались иностранцы в Албании: «Явятся к нам фран-
цузы,— говорилось в одной из статей журнала,— и зай-
мутся разработкой долин Мюзеке, Корчи, Битоля и «Пури,
будут разыскивать новые металлы и строить фабрики.
Они захватят таким путем рынок в свои руки, а мы пре-
вратимся в их слуг». Обращаясь к албанской буржуазии
и помещикам с призывом самим использовать богатства
страны, «Календари комбиар» в 1907 г. писал: «Сейчас
борьба состоит в борьбе деньгами, а не оружием, богат-
ство— это тот ключ, который открывает все двери»19.
Поскольку турецкая административная система сте-
сняла деятельность албанских предпринимателей, жур-
нал «Календари комбиар» выступал против турецких
властей. На страницах его печатались сообщения о зло-
употреблениях султанских чиновников и о народных вол-
нениях. Он даже призывал к «объединенным и решитель-
ным действиям», подразумевая борьбу за реформы.
Вопросы социальных преобразований не ставились на
страницах журнала. Аграрный вопрос вовсе не интересо-
вал албанских предпринимателей, чьи интересы пред-
ставлял «Календари комбиар». Правда, в журнале иног-
да появлялись рассказы о бедствиях народа и страда-
ниях бедняков, звучал даже протест против феодалов,
однако лишь в форме упрека беям за их бездействие и
равнодушие к хозяйству и торговле.
Что же касается национально-буржуазного направле-
ния в албанском освободительном движении, то оно в
свою очередь имело два крыла: правое и левое. Правое
крыло провозглашало своей конечной целью завоевание
независимости, но, подобно реформистам, считало воз-
можным добиться временной автономии путем перегово-
ров с турецким правительством без участия народных
масс.
Левое, более демократическое крыло представляли
интеллигенты, чиновники. Многие из них — Константин
Кристофориди, братья Наим и Сами Фрашери, Тими
Митко, Андон Зако Чаюпи и другие были крупными
писателями. В отличие от деятелей правого крыла, кото-
19 «Kalendari kombi'ar», 1907, f. .42.
120
рые обращались к народным массам лишь в тех случа-
ях, когда нуждались в поддержке своих классовых тре-
бований в переговорах с правительством, демократиче-
ские деятели считали народ главным участником антиту-
рецкой борьбы, а целью этой борьбы — улучшение жизни
народа. Внимание к народной жизни, народному творче-
ству, стремление просветить широкие народные массы
объединяло сторонников демократического направления.
Международная обстановка в конце XIX в. с точки
зрения албанских демократов не благоприятствовала ак-
тивным 'Выступлениям. Основной формой движения оста-
валось просвещение, воспитание национального само-
сознания народных масс через школы, распростране-
ние албанских книг и периодической печати. «Сейчас,
кроме издания книг и организации школ, мы ничего не
можем предпринять, так как Европа в настоящий момент
настроена против восстаний в Румелии и, если они нач-
нутся, она заставит Турцию подавить их силой»,— писа-
ли в 1888 г. Сами и Наим Фрашери20.
Вопросу о распространении албанского языка прида-
валось исключительно большое значение: «Если албан-
ский язык,— писал Константин Кристофориди,— получит
распространение и будет введен во всех школах Албании,
тогда мы можем надеяться, что будем признаны нацией,
представляющей нашу страну, и займем место среди дру-
гих наций Европы»21.
Албанские Демократы вели борьбу за объединение сил
всего албанского народа независимо от религиозных раз-
личий. Просвещение масс рассматривалось как средство
объединения их для завоевания национальной независи-
мости.
Идеолог демократического направления Сами Фра-
шери в 1899 г. опубликовал книгу «Албания — чем она
была, чем является и чем будет», в которой обосновал
вопрос о независимости Албании и ее будущем государ-
ственном устройстве.
В противоположность реформистам Сами Фрашери
выступал за отделение от Османской империи даже в слу-
20 Письмо Наима и Сами Фрашери от 27 декабря 1897 (9 янва-
ря 1898 г.). Документ хранится в Институте истории и языкознания
при Тиранском государственном университете.
21 «Рёгс^’ауёзЬпца е £аге1ёз зё Ког^ёз», 1927, N 2, f. 45.
121
чае ее «возрождения». «Допустим,— писал Сами Фраше-
ри,— что империя возродится и будет существовать еще
некоторое время, но и в этом случае Албания не сможет
жить, так как возрождение Турции означает смерть для
Албании»22. Он не возлагал больших надежд на помощь
иностранных государств. Союзниками албанцев Сами
Фрашери считал угнетенные народы Европейской Турции.
Он писал, что если турецкое правительство отвергнет
требование албанцев о независимости, за этим должны
последовать общее антитурецкое восстание и отделение
Европейской Турции от империи.
Вопрос о политическом и государственном устройстве
независимой Албании решался представителями де-
мократического направления различно. Некоторые сто-
ронники отделения от Турции защищали проект объеди-
ненного греко-албанского государства, другие считали
возможным создание албанского государства в составе
трех разделенных по религиозному принципу губерна-
торств. Сами Фрашери выступал против таких проектов,
защищая идею единой Албании. Он, как и большинство
прогрессивных албанских деятелей этого периода, был
противником монархии. По его мнению, Албания должна
была стать государством со своеобразным демократиче-
ским строем: «Если Албания станет самостоятельной, мы
не будем нуждаться ни в мусульманских, ни в христи-
анских принцах, которые бы грабили нас и пили нашу
кровь. Наша страна может управляться и будет управ-
ляться демократией старейших, как это было у наших
предков и как это происходит у горцев Албании, которые
почти свободны и независимы»23.
Сами Фрашери подробно изложил свой план государ-
ственного устройства будущей Албании: во главе албан-
ского государства стоят президент и совет старейшин из
15 членов; законодательные права принадлежат парла-
менту; все органы государственной власти избираются
народом; в демократической независимой Албании на-
род освобожден от непомерных налогов и феодальных
повинностей. Кроме того, для подъема благосостояния
22 S. Frasheri. Shqiperija ?‘ka qene ^‘eshte dhe ^‘do te
jete, f. 56.
23 Ibid., f. 67.
122
народа предусматривалось развитие экономики, созда-
ние школ и других культурных учреждений.
К началу XX в. национально-освободительные идеи
овладели широкими, массами албанского народа. Турец-
кие правящие круги проявляли все возрастающее беспо-
койство складывающимся в Албании положением.
Распространению албанских национальных идей они
старались противопоставить антиславянскую, мусульман-
скую шовинистическую пропаганду, повлиять с ее по-
мощью на отсталые слои албанцев. В начале 1897 г., во
время освободительного восстания греческого населения
на Крите, султан даже обратился к албанцам с тайным
письмом, призывая их помочь ему в борьбе против «не-
верных». Но такие призывы кончались неудачей.
Весной 1897 г., когда началась война между Грецией
и Турцией, население большинства районов Албании
отказалось послать отряды >в помощь регулярной турец-
кой армии. По окончании войны турецкие власти пыта-
лись собрать среди албанцев подписи под протестом про-
тив автономии Крита, и снова потерпели неудачу: албан-
цы повсеместно отказывались подписывать этот протест.
В 1899 г. усилилось антитурецкое движение в Маке-
донии. Султанское правительство прибегло к старой улов-
ке и создало в Албании мусульманскую «Лигу для борь-
бы за целостность султанских владений». Однако к ней
примкнуло лишь небольшое количество албанских и сла-
вянских беев-мусульман, которые составили под диктов-
ку турецких властей обращение ко всем мусульманам
Шкодр и некого, Янинского, Битольского и Салоникского
вилайетов с призывом содействовать сохранению власти
турецкого султана над всей Европейской Турцией и по-
слать против македонских повстанцев вооруженные от-
ряды добровольцев. Это обращение было разослано по
албанским городам, но албанцы не хотели и слышать
о посылке отрядов в Македонию. В Дибре произошло
даже нечто противоположное тому, чего добивалось ту-
рецкое правительство. Получив текст обращения, жители
Дибры — албанцы и македонцы — собрали представи-
телей от всех районов Дибрского санджака и составили
вместо угодного турецким властям выражения верно-
сти и преданности султану совершенно иной документ —
регламент управления Дибрским санджаком. Он преду-
сматривал организацию жандармерии из местных
123
жителей, создание для управления санджаком постоян
ной комиссии с судебными и исполнительными функция-
ми и содержание этих местных органов власти на средст-
ва санджака, прекращение всех религиозных распрей
и т. п. В сущности, этот регламент представлял собой не
что иное, как проект административной автономии в мас-
штабах одного санджака.
Жители Дибры даже создали такую комиссию. Она
управляла санджаком почти в течение полугода. Турец-
кое правительство не раз пыталось ее разогнать, но на
военные меры против Дибры, учитывая общую обстанов-
ку в Македонии, не решалось.
Документы Архива внешней политики России и,
в частности, материалы русского консульства в Призрене
содержат крайне интересные, подтверждающие указания
других источников данные о возрождении в 1899 г. сре-
ди албанцев плана автономной Албании. Предполага-
лось использовать созданную турецким правительством
мусульманскую «лигу» для провозглашения автономии
Албании. Этот замысел сохранялся в глубокой тайне ал-
банскими руководителями и был раскрыт русскому кон-
сулу А. Беляеву лишь год спустя некиим Юсуфом Зия-
агой из Джаковицы, искавшим в русском консульстве
защиты от преследований турецких властей.
Таким образом, турецкому правительству не удалось
противопоставить албанцев растущему освободительно-
му движению других угнетенных народов Турецкой им-
перии.
Глава i
НАЦИОНАЛЬНО-ОСВОБОДИТЕЛЬНОЕ
ДВИЖЕНИЕ В НАЧАЛЕ XX в.
Албания к началу XX в.
В начале XX в. с переходом капитализма в его
высшую стадию — империализм Албания, как и другие
провинции Османской империи, стала объектом ожесто-
ченного соперничества держав.
Главными соперницами в борьбе за экономическое и
политическое подчинение Албании в начале XX в. были
Австро-Венгрия и Италия. Смысл этой борьбы доста-
точно точно раскрыл министр иностранных дел Италии
Титтони в 1904 г.: «Албания,— заявил он,— сама по
себе не имеет никакой важности, все ее особое значение
заключается в гаванях и побережье, владение которым
для Австрии и Италии равносильно беспрепятственному
господству на Адриатическом море. Однако этого не по-
зволит ни Австрия — Италии, ни Италия — Австрии, и
если одна стремится к этому, другая всеми силами дол-
жна этому сопротивляться» ’.
Австро-Венгрия после оккупации ею в 1879 г. Боснии
и Герцеговины стремилась расширить свои позиции на
Балканах и проложить себе путь к Эгейскому морю, к
Салоникам. Через территорию Албании должны были
пройти железнодорожные линии, проектируемые ав-
стрийскими предпринимателями. Кроме того, Австро-
Венгрия стремилась использовать природные богатства
1 Т. Tit ton i. Italien, der Dreibund und die Balkanfrage (б. m.),
1913, S. 38—39.
125
Албании; одно время австрийское Правительство пыта-
лось даже поселить австрийских ремесленников й кре-
стьян в албанских районах. Албания занимала важное
место и в планах австрийского военного командования,
которое рассчитывало использовать Северную Албанию
«как защиту против проникновения Черногории или
Сербии в области, граничащие с Адриатическим морем»
(формулировка одного документа австрийского мини-
стерства иностранных дел) 2.
Со своей Стороны Италия, хотя она в начале XX в.
сделала главным объектом своих захватнических устрем-
лений африканские провинции Турецкой империи, зорко
следила за деятельностью Австро-Венгрии и противо-
действовала ее политике в Албании. Боясь, что они не
смогут договориться о разделе «турецкого наследства»
и, в частности, Албании, Австро-Венгрия и Италия неод-
нократно декларировали свое желание поддерживать
статус-кво на Балканах. В 1897 г. во время встречи ми-
нистров иностранных дел Австро-Венгрии и Италии —
Голуховского и Висконти-Веноста — было заключено со-
глашение, подтвержденное обменом нот в 1900 г. Согла-
шение обязывало Австро-Венгрию и Италию сохранять
статус-кво в Албании. В то же время оно допускало
«в случае необходимости» создание самостоятельного ал-
банского государства, которое могло бы служить Австро-
Венгрии и Италии в качестве противовеса славянским
государствам и влиянию России на Балканах.
В мае 1897 г. произошел аналогичный обмен нотами
между Австро-Венгрией и Россией. Обе державы обяза-
лись поддерживать статус-кво на Балканах. В тексте
австрийской ноты предусматривалась возможность со-
здания самостоятельного албанского государства.
Политику сохранения «целостности Оттоманской им-
перии» поддерживала и империалистическая Германия,
рассчитывавшая захватить все «турецкое наследство» пол-
ностью. Англия же, оказавшись в начале XX в. на Ближ-
нем Востоке лицом к лицу с новым сильным соперни-
ком— Германией, отказалась от своей старой политики
статус-кво. Стремясь к захвату арабских земель и со-
2 «Memoire uber Albanien» (Секретная памятная записка. Изда-
на для внутреннего пользования министерством иностранных дел
Австро-Венгрии), 1896, S. 14.
126
действуя их отделению от Турции, она стала поддержи-
вать антитурецкие движения почти во всех провинциях
Османской империи и, в частности, в Албании. Благода-
ря этому Англия прослыла защитницей албанского на-
ционального движения, хотя в действительности она, как
и другие империалистические державы, заботилась лишь
о своих собственных, империалистических интересах.
Заключая соглашения о поддержании «целостности»
Турецкой империи и статус-кво, империалистические
державы не прекращали взаимной борьбы за экономи-
ческое и политическое господство на Балканах. Для
осуществления своих планов они использовали нацио-
налистические правительства балканских стран. Правя-
щие круги Болгарии, Греции, Сербии и Черногории так-
же стремились к захвату европейских владений Тур-
ции — Македонии, Албании и др. Шовинистическая
пропаганда балканских правительств сеяла рознь меж-
ду народами Балканского полуострова, ослабляла осво-
бодительное движение. В. И. Ленин, разоблачая полити-
ку балканской шовинистической буржуазии, писал:
«...Во внешней политике она старается заключать сдел-
ки с одной из соперничающих империалистических дер-
жав ради осуществления своих грабительских целей
(политика мелких государств на Балканах и т. п.)»3.
В Албании и населенных албанцами районах Македо-
нии агенты греческого, болгарского и сербского прави-
тельств натравливали албанцев на славянское населе-
ние, всемерно старались задушить растущее националь-
ное движение албанцев и македонцев. Но вопреки на-
ционалистическому соперничеству балканских прави-
тельств и захватнической политике европейских держав
народы Европейской Турции выдвинули в начале XX в.
лозунг демократического единства и совместной борьбы
за независимость.
К началу XX в. иностранный капитал, защищенный
сохранявшимся в Турецкой империи режимом капи-
туляций, проник уже довольно глубоко в экономику
Албании. Разрушая старые формы ремесленного и
мануфактурного производства, он вместе с тем пре-
3 В. И. Ленин. Поли. собр. соч.. т. 27, стр. 258.
127
пятстВовал развитию национальной промышленности
Албании.
Низкие таможенные пошлины на европейские про-
мышленные товары были причиной разорения десятков
тысяч албанских ремесленников. Крестьяне-табаководы
и торговцы страдали от деятельности французской та-
бачной концессии «Regie des Tabacs de I’Empire Otto-
mane».
Албанские крестьяне и ремесленники несли бремя
уплаты высоких процентов по иностранным займам, ко-
торые заключало турецкое правительство. Население
Албании расплачивалось и за кабальные железнодорож-
ные концессии и т. п. Иностранные дельцы и общества
старались прибрать к рукам минеральные, лесные и про-
чие богатства Албании. В начале XX в. французской ком-
пании принадлежали разработки битума в Селенице.
Итальянские дельцы владели во Влёре, Дурресе, Бутрин-
то сыроварнями, мельницами, прессами для выжимки
оливкового масла. В Дурресе итальянское общество по-
лучило от турецких властей право на разработку лесов.
В 1909 г. итальянские предприниматели через подстав-
ных лиц — католических священников и купцов из Шкод-
ры — начали разведку месторождения меди в Мазреку
(восточнее Шкодры).
Во внешней торговле Албании господствовали и
ожесточенно соперничали между собой итальянские и
австрийские компании. Италия постепенно вытесняла с
албанского рынка Австро-Венгрию, занимавшую еще
в конце XIX в. первое место по ввозу в Албанию. Уже
в 1910 г. итальянский импорт в Южную Албанию вдвое
превышал австрийский. В Северной Албании Австро-
Венгрия сохраняла свое торговое превосходство, но и
здесь действовало итальянское «Общество импортной и
экспортной торговли с Черногорией и Албанией», соз-
данное в 1903 г. в Милане. Итальянские и австрийские
банки имели свои отделения в Албании. В 1901 г. по
соглашению с турецким правительством Италия и
Австро-Венгрия начали повсеместно создавать в Албании
почтовые конторы, которые, как всякое иностранное
предприятие, пользовались капитуляционными привиле-
гиями.
Свое экономическое проникновение в Албанию Ита-
лия и Австро-Венгрия подкрепляли политической про-
128
пагандой. Густая сеть тайных и явных агентов Италии И
Австро-Венгрии в начале XX в. существовала во всех
уголках Албании. Опору иностранной пропаганды со-
ставляли католическая церковь и школы, созданные на
щедрые австрийские и итальянские субсидии. В 1896 г.,
например, Австро-Венгрия субсидировала в Албании
13 школ, а в 1913 г.— 28.
Усилившаяся в начале XX в. итальянская и австрий-
ская пропаганда препятствовала формированию албан-
ского национального самосознания, а сохранение турец-
кого господства в сочетании с проникновением иностран-
ного капитала отрицательно сказывалось на развитии
экономики Албании, в особенности сельского хозяйства,
в котором было занято около 90% всего населения
страны.
Турецкое аграрное законодательство второй полови-
ны XIX в., разрешившее свободную продажу и куплю
земли, усилило концентрацию земельной собственности.
В начале XX в. крупные и средние земельные собствен-
ники, составлявшие 2—4% населения, владели полови-
ной всех обрабатываемых земель. Лучшие пахотные
земли в долинах рек Вьосы, Шкумбини, Эрзени, Дрина
принадлежали крупным землевладельцам. Путем скуп-
ки и прямого захвата крестьянских участков албанские
феодалы сосредоточили в своих руках десятки тысяч гек-
таров земли. Так, семейство Влёра владело 60 тыс. га,
Вриони — 60 тыс. га,-Топтани — 50 тыс. га. Большое ко-
личество земельных угодий принадлежало торговой бур-
жуазии и чиновникам в окрестностях Шкодры, Корчи,
Гирокастры.
Обширные земельные площади составляли собствен-
ность турецкого государства и султанской семьи. Рели-
гиозные учреждения — мечети, православные и католи-
ческие монастыри, церкви — также владели большими
земельными угодьями.
Концентрация земельной собственности шла путем
обезземеливания крестьянства и уничтожения мелкой
свободной крестьянской собственности. Только в гор-
ных малоплодородных районах страны существовала
мелкая крестьянская собственность. «В Албании... всю
лучшую и плодородную землю занимают чифтлики.
Самостоятельные крестьяне находятся только в диких
местах, где даже мухи не могут найти себе пропита-
9 Краткая история Албании
129
ние»,— писала албанская демократическая газета
«Дрита»4.
Безземельные крестьяне (чифчи) арендовали землю
у помещиков или сельских богатеев (ага) на условиях
полуфеодальной аренды. В качестве арендной платы
крестьянин платил 7з или ’/2 урожая. Кроме того, он
был связан всевозможными кабальными средневековы-
ми повинностями и обязательствами по отношению к
землевладельцу. В начале XX в. в Албании получает ши-
рокое распространение особая форма арендной платы —
кесим. Размер ее в деньгах или в продуктах устанавли-
вался в зависимости от качества и количества арендуе-
мой земли. Эта форма арендной платы вытесняла все
остальные. В Центральной Албании в начале XX в. по-
ловина всех чифчи выплачивала землевладельцам кесим
деньгами. Распространение кесима приводило к дальней-
шему закабалению крестьян, так как в неурожайные
годы они не могли выплатить кесим и попадали в долго-
вую зависимость к землевладельцу. Но даже в лучшие,
урожайные годы крестьянину едва хватало его доходов
для того, чтобы внести аренду и выплатить налоги ту-
рецкому госудаству. Кроме феодальной десятины (аша-
ра), размер которой в начале XX в. формально был равен
не 10%, а 12,5% урожая (2,5%-ную надбавку турецкое
правительство взимало на нужды турецких школ),
крестьяне платили налог на овец (джелеп), налог на
жилые постройки (мусакафат), подземельный налог
(эмляк), дорожную и школьную подати. Налогами обла-
гались порубка леса, рыбная ловля, пчеловодство и т. п.
В начале XX в. турецкое правительство увеличило
размеры многих налогов. В 1900 г. возросли на 5% по-
земельный налог и налог на овец и коз. Затем были по-
вышены налоги на лошадей и свиней до 12 пиастров и на
ослов — до 3 пиастров с головы. Военный налог (бе-
дель-и аскерие), который албанцы-христиане по закону
должны были выплачивать в размере 53 пиастров, фак-
тически повышался турецкими властями на местах
до 200 пиастров, т. е. почти в четыре раза.
Ашар и некоторые другие налоги по-прежнему соби-
рались через откупщиков, которые путем различных ма-
хинаций доводили фактический размер ашара до ’Д и
4 «Drita», 1.IX 1906.
130
даже до ’/3 урожая. Турецкое правительство сохраняло
откупную систему не только по экономическим соображе-
ниям, но и потому, что откупщики из местной знати со-
ставляли опору турецкого господства в Албании.
Кроме эксплуатации со стороны помещика-земле-
владельца и турецкой администрации, албанский кре-
стьянин подвергался беспощадному гнету ростовщиков.
В роли ростовщиков выступали феодалы, торговцы, ду-
ховенство. Процент по ростовщическим ссудам в нача-
ле XX в. в Албании составлял 150—200% годовых.
Крестьянин жил в страшной бедности, под постоян-
ной угрозой голодной смерти. В 1906 г. газета «Дрита»
писала об албанских деревнях на юге страны: «Бед-
ность их нельзя описать словами. Если бы такая бед-
ность была в какой-нибудь другой стране Европы, во-
ровством бы начали заниматься поголовно все, не толь-
ко мужчины, но и женщины... Когда зайдешь в деревню,
видишь, что дома крестьян готовы рухнуть, там и тут
установлены шесты, чтобы поддержать их стены, в ок-
нах не видно ни рам, ни стекол» 5. Доведенные до от-
чаяния голодом и бесконечными поборами беев и турец-
ких властей, крестьяне бросали свои хозяйства, шли
в батраки в соседние поместья или бежали в город на
заработки, эмигрировали за границу.
В некоторых районах страны, связанных с городами
или внешним рынком, в начале XX в. существовали
крупные земледельческие хозяйства с применением
труда наемных ра’бочих и новой сельскохозяйственной
техникой. Эти хозяйства создавались на землях, с кото-
рых беи сгоняли крестьян-чифчи. Целью таких предприя-
тий было производство на рынок. Однако сохранение
феодального землевладения и низкий уровень произво-
дительных сил мешали развитию новых, капиталистиче-
ских отношений в сельском хозяйстве.
Капиталистические отношения чрезвычайно медленно
прокладывали себе путь и в промышленности.
Проникновение иностранного капитала в Албанию
также мешало промышленному развитию страны, и без
того уже заторможенному турецким феодальным господ-
ством. Разрушение старого ремесленного производства
почти не сопровождалось ростом национальной промыш-
5 «Drita», 15.V 1906.
9*
131
Лён.ноСТи, так как оно вызывалось конкуренцией не на-
ционального, а иностранного капитала. В районах стра-
ны, связанных с внешним рынком, процесс разорения
албанских ремесленников и кустарей шел особенно
быстро: прекращалось изготовление национальных тка-
ней, украшений, оружия.
В начале XX в. в Албании насчитывалось около двад-
цати мелких предприятий: несколько механических ле-
сопилен, мыловарен, мануфактурные мастерские по про-
изводству шелковых и шерстяных тканей, табачная
фабрика, солеварни и т. д. Эти предприятия работали на
местный, весьма узкий рынок и с трудом выдерживали
иностранную конкуренцию.
Немногочисленная албанская буржуазия росла мед-
ленно. Кроме конкуренции иностранного капитала, ос-
новным препятствием на пути ее формирования продол-
жала оставаться необеспеченность жизни и имущества
собственника, особенно христианина, в Османской импе-
рии. Турецкая администрация и законодательство не
только не защищали деятельность и имущество буржуа-
зии, но всячески препятствовали ее активности. Судьба
существующих и организуемых предприятий зависела
не только от местных властей, но и от турецкого прави-
тельства. Прежде чем основать какое-нибудь торговое
дело или компанию, албанские предприниматели вы-
нуждены были проходить долгий путь мытарств по мно-
гочисленным инстанциям турецкой администрации, за-
трачивать огромные суммы на подкуп турецких чинов-
ников.
Из-за бездорожья и сохранения в Османской империи
внутренних таможен города и области Албании не были
связаны между собой, внутренняя торговля развивалась
уродливо. Албанские купцы главное внимание уделяли
внешней торговле, обогащаясь за счет посреднической
торговли иностранными товарами.
Слабость внутреннего рынка и экономическая отста-
лость страны приводили к тому, что в начале XX в. в Ал-
бании еще не сложилась экономическая общность в
масштабе всей страны и не было условий для формиро-
вания сильной национальной буржуазии. Стесненная
в своей предпринимательской деятельности, албанская
сельская и городская буржуазия старалась сохранить
земельную собственность. Она скупала земли обеднев-
132
ших феодальных фамилий и мелкие участки разоривших-
ся крестьян, обогащалась за счет феодальной эксплуата-
ции крестьян. Другим источником ее обогащения было
ростовщичество, которым занимались и купцы, и круп-
ные чиновники, и духовенство.
Албанская торговая и предпринимательская буржуа-
зия, сохранявшая связь с землей и использовавшая для
своего обогащения феодальные методы эксплуатации и
ростовщичество, была близка к феодальному классу зем-
левладельцев. Многие ее представители происходили из
крупных феодальных фамилий, были сторонниками со-
хранения старых форм землевладения, привилегий круп-
ных землевладельцев и турецкой администрации, которая
их поддерживала. Только небольшая часть албанской
буржуазии, в том числе буржуазная интеллигенция, мел-
кое чиновничество, выступала за уничтожение старых
феодальных институтов (ашар, откуп и т. п.), против дес-
потизма турецких властей, за буржуазное развитие Ал-
бании.
Как и национальная буржуазия, албанский рабочий
класс складывался очень медленно. В начале XX в.
он был еще очень немногочислен и разобщен. Только на
разработках битума в Селенице насчитывалось до 100
рабочих. Обычно же албанские предприятия имели по
10—15 наемных рабочих. Политический уровень и клас-
совое самосознание албанских рабочих были еще очень
невысокими. Рабочие мастерских считали свое положе-
ние временным, стремились разбогатеть, стать владель-
цами мастерских. Сельские рабочие-батраки сохраняли
связь с землей и надеялись снова стать самостоятельны-
ми крестьянами.
Рабочие не имели своих классовых организаций и во
время городских волнений выступали вместе с ремеслен-
никами и мелкими торговцами. Только в таких крупных
городах, как Шкодра и Корча, существовали значитель-
ные группы рабочих. Первые рабочие выступления в этих
городах носили чисто экономический характер. В 1902 г.
в Шкодре произошла забастовка рабочих-сапожников,
требовавших повышения заработной платы на 20%.
Она продолжалась две недели и была жестоко подавлена
турецкими властями.
Вследствие заторможенного экономического развития
страны рабочий класс Албании рос медленнее, чем шел
133
процесс пролетаризации беднейших масс крестьянства и
ремесленников. Отсталое сельское хозяйство страны не
в состоянии было поглотить все свободные рабочие руки,
город с его ремесленно-мануфактурным производством
также не мог обеспечить их работой. Для разорившихся
албанских крестьян и ремесленников оставался только
один путь — эмиграция. Особенно сильна она была на
юге, где процессы классового расслоения в деревне и ра-
зорения городских ремесленников шли относительно бо-
лее быстрым темпом.
В конце XIX в., когда масштабы эмиграции были еще
незначительны, основная масса эмигрантов направлялась
в близлежащие европейские страны (Болгария, Румы-
ния, Италия) и Египет. С усилением эмиграции в первом
десятилетии XX в. поток эмигрантов устремился за
океан — в США и Австралию. В эмиграции албанцы ра-
ботали в качестве рабочих на заводах и фабриках, вклю-
чались в рабочее движение, знакомились с идеями со-
циализма.
Албания, как и другие провинции Турецкой империи,
страдала от произвола турецких чиновников. Органы
местного самоуправления в Албании существовали лишь
номинально. Они полностью подчинялись турецкой адми-
нистрации, помогая ей при сборе налогов. Чиновники-
албанцы могли занимать высокие государственные посты
в других провинциях Турецкой империи, но не в Албании.
Только горные районы, в которых туркам за весь пе-
риод своего господства в Албании не удалось ввести свою
регулярную администрацию, пользовались своеобразной
автономией. Здесь сохранялись остатки патриархально-
родовой организации. Общественная жизнь горцев по-
прежнему регулировалась обычным правом.
Турецкое правительство с конца XIX в. старалось от-
теснить албанскую военно-патриархальную знать (бай-
рактаров) от управления горными районами и заменить
ее турецкими чиновниками. Одновременно турецкие вла-
сти пытались подкупить байрактаров, заставить их всту-
пить на турецкую службу. Албанские горцы упорно защи-
щали остатки своей независимости, противились введе-
нию регулярной военной службы и государственных на-
логов.
Национальные чувства всех албанцев были глубоко
оскорблены тем, что турецкое правительство запрещало
134
вс]е албанское: язык, школы, газеты, жестоко преследо-
вало всякое проявление национальной самостоятель-
ности. Даже попытки пользоваться албанским языком
в церкви или деловой переписке влекли за собой аресты
и беспощадные преследования.
Политику турецкого правительства поддерживало как
мусульманское, так и православное и католическое духо-
венство. Высшее мусульманское духовенство владело
в Албании большими земельными богатствами и боялось
их потерять в случае отделения Албании от Турции. Поч-
ти все высшее католическое духовенство в Албании на-
ходилось на австрийской службе, получая щедрые суб-
сидии из министерства иностранных дел Австро-Венгрии.
Это, однако, не мешало ему поддерживать тесные связи
и с итальянскими агентами в Албании. Католическая
пропаганда была направлена против албанского нацио-
нально-освободительного движения. Православные свя-
щенники и учителя греческих церковных школ, следуя
указаниям греческого патриархата и афинского прави-
тельства, всю свою деятельность в Албании направляли
на пропаганду шовинистической идеи «Великой Греции».
В 1907 г. демократическая газета «Шкюпея э Шкюпнис»
(«Звезда Албании») писала: «С каждым днем растет
иностранная пропаганда, проводимая насильно, против
желания народа. Целью ее является искоренение нашей
нации и языка» 6.
Подъем национально-освободительного
движения в 1908—1908 гг.
Албания после младотурецкой
революции
В начале XX в. в нетурецких провинциях
Османской империи усилилось национально-освободи-
тельное движение. Общий подъем освободительной борь-
бы захватил и Албанию. В 1903 г., когда в Македонии
произошло вооруженное восстание против феодального
турецкого гнета (восстание Ильина дня), борьба маке-
6 «Shqypeja е Shqypdnis», 30.IX 1907.
13S
донского крестьянства встретила сочувствие и поддержку
среди албанцев. В отрядах повстанцев боролись и албан-
ские крестьяне.
В 1904 г. в Йемене началась освободительная анти-
турецкая война. На подавление арабского движения ту-
рецкое правительство посылало албанских солдат, раз-
жигая религиозную ненависть между албанцами-сунни-
тами и арабами-шиитами. Руководители арабских
национальных организаций обратились в начале 1905 г.
к албанцам с призывом прекратить службу в турецкой
армии и также бороться за свое национальное освобож-
дение. Албанская газета «Дрита», опубликовав это об-
ращение, призвала со своей стороны албанских солдат и
офицеров отказываться от службы в турецкой армии.
Весной 1905 г. большое число албанских солдат и офи-
церов перешло в Йемене на сторону арабских пов-
станцев.
Огромное революционизирующее влияние на нацио-
нально-освободительное движение в Османской империи
оказала первая русская буржуазно-демократическая ре-
волюция 1905—1907 гг., а также последовавшие за ней
революционные события в соседних с Османской импе-
рией странах. «Пробуждение к политической жизни
азиатских народов получило особенный толчок от рус-
ско-японской войны и от русской революции» 7,— писал
В. И. Ленин.
Албанская прогрессивная печать приветствовала рус-
скую революцию, выражая восхищение героизмом рус-
ских рабочих и крестьян. Газеты «Дрита», «Албания»
и другие призывали албанцев следовать примеру рус-
ских. «Турция прогнила до мозга костей, и не остается
ждать ничего другого, как освежающего ветра 1905 г.,
который разрушит Турецкую империю, и самое имя ее
перестанет существовать»,— писала «Дрита» в марте
1905 г. 8 «Сейчас настало время, чтобы подняться всем
албанцам и освободиться от гнета турок... Весь народ го-
тов восстать и медлит лишь из-за знатных, которые или
боятся турецкого правительства, или вошли с ним в сдел-
ку»,— призывала «Дрита» в мае 1905 г.9
7 В. И. Ленин. Поли. собр. соч, т. 17, стр. 221.
• «Drita», 4.Ill 1905.
9 «Drita», 27.V 1905.
136
। Рассказывая об успехах русской революции, газета
«Албания» спрашивала: «А у нас в Албании когда про-
изойдет такая революция?» 10 11.
Осенью 1905 г., когда русский царь под натиском ре-
волюции опубликовал манифест о созыве Думы, газета
«Шпнеса э Шкюпнис» («Надежда Албании»), разъясняя
значение побед, одержанных русским народом, писала:
«Конституция России оплачена кровью... Смелый и бла-
городный русский народ добился своих справедливых
требований, заплатив за них кровью... Вот, дорогие ал-
банцы, еще один пример того, как завоевываются свобо-
да, честь и благополучие, необходимые народу, его земле
и государству. Пример, показывающий, что нельзя до-
биться ничего, если не трудиться и не страдать, а иногда,
если это нужно, и не пролить кровь» и.
В 1905—1907 гг. албанские рабочие впервые отмечали
международный праздник пролетариата — 1 Мая. В свя-
зи с этим газета «Шпнеса э Шкюпнис» писала: «Дорогие
друзья! Не забывайте этого прекрасного обычая, кото-
рый соблюдает весь мир! Объединившись и работая вме-
сте, как братья, мы сможем еще скорее выйти к свету
и перестать жить в рабстве! Да здравствует свободная
Албания! Да здравствует братство и единство! Да здрав-
ствует 1 Мая!»12.
В 1905 г. в Шкодре произошла, в нарушение сохра-
нявшихся еще в Албании старых цеховых законов и тра-
диций, первая совместная и хорошо организованная за-
бастовка рабочих портных и сапожников. В эти же годы
рабочие Албании начали создавать свои собственные ра-
бочие организации без участия хозяев-предпринимателей.
В 1906 г. возник первый потребительский кооператив ра-
бочих в Шкодре, а весной 1907 г. было создано «Общест-
во рабочей взаимопомощи». Предприниматели и католи-
ческое духовенство всячески препятствовали деятельно-
сти этих обществ. Осенью 1907 г. «Общество рабочей
взаимопомощи», просуществовав полгода, было разгром-
лено турецкими властями.
Под влиянием революционных событий в соседних
балканских странах в Албании усилилось массовое
10 «Albania», 28.VII 1905.
11 «Shpnesa е Shqypniise», 15.XI 1905.
12 «Shpnesa е Shqypniise», 22.V 1907.
137
антитурецкое движение. Непосредственным толчком к
этому послужило увеличение налогов турецким прави-
тельством. В 1905 г. турецкие власти начали в Албании
перепись населения и собирали при этом особый подуш-
ный налог. Тогда же правительство объявило о новом
увеличении ашара и налога на скот. В ответ на эти меры
в разных концах Албании вспыхнули волнения. В Гиро-
кастре горожане убили мютесаррифа и отказались при-
нять другого, назначенного на его место. В районе Люш-
ни крестьяне изгнали сборщиков налогов, в Круе горо-
жане и жители окрестных деревень с оружием в руках
потребовали от местных турецких властей отмены нало-
га на скот. В горной католической области Курбини (не-
далеко от Круи) горцы, издавна пользовавшиеся нало-
говыми привилегиями, отказались платить налоги. В от-
вет на карательные меры турецких властей албанцы
разрушили жандармские посты и телеграфную линию.
Военные действия между турецкой армией и отрядами
восставших продолжались здесь более полугода.
В мае 1907 г. сильные волнения произошли в Эльба-
сане. Восставшие (их основную массу составляли ремес-
ленники, мелкие городские торговцы и крестьяне окре-
стных деревень) потребовали от турецкого правительства
замены местных чиновников, творивших всевозможные
беззакония. События в Эльбасане особенно напугали
турецкое правительство, так как ему сообщили, что
участники восстания якобы требовали независимости
Албании. Власти жестоко расправились с восставшими,
карательные отряды имели специальное секретное ука-
зание искоренять всякий намек на идею албанской неза-
висимости.
Антитурецкое движение в Албании в 1903—1907 гг.
не имело, однако, еще общенародного характера. Вос-
стания в отдельных районах страны возникали стихийно
и проходили изолированно одно от другого. Участвовав-
шие в антитурецкой борьбе албанские феодалы стреми-
лись удержать руководство народными выступлениями
в своих руках. Албанская национальная буржуазия и
рабочий класс были еще очень малочисленны и полити-
чески слабы для того, чтобы возглавить народное дви-
жение.
В эти же годы активизировалось албанское четниче-
ское (партизанское) движение под руководством патрио-
138
тических комитетов, действовавших особенно успешно в
южных и нейтральных районах Албании, в Пермете,
Лесковику, Корче, Колонье и др. Организаторами и чле-
нами первых национальных албанских комитетов и чет
были учителя, офицеры, мелкие чиновники. К числу ру-
ководителей принадлежали братья Черчиз и Байо Топу-
лы. Комитеты пользовались поддержкой албанцев-эми-
грантов в Бухаресте, Софии, Египте. Оттуда и из других
эмигрантских албанских колоний тайно переправлялись
в Албанию группы молодых патриотов-добровольцев.
Крестьяне снабжали их пищей, горожане — оружием
и одеждой, чиновники-албанцы помогали четникам,
скрывали их от преследований турецкой жандармерии
и армии. Деятельность албанских четников проходи-
ла в районах, соседних с македонским или смешанным
албано-македонским населением. Общая борьба против
турецкого гнета сближала албанцев и македонцев. Меж-
ду албанскими и македонскими национальными комите-
тами поддерживались дружеские отношения, албанские
четники многое заимствовали из опыта македонского
освободительного движения.
Албанские национальные комитеты вели подготовку
к вооруженному восстанию, которое предполагалось на-
чать летом 1908 г. Добровольцы из самых различных
слоев населения тайно готовились к борьбе, собирали
оружие, готовили боеприпасы. Один из участников чет-
нического движения албанский поэт-демократ Михаль
Грамено (1872—1931) писал в начале 1908 г.: «Все наши
действия в 1907 г. были направлены на пропаганду во
всей Албании национального сознания, которое, на ра-
дость соотечественникам и к досаде врагов, пустило кор-
ни в сердце каждого албанца...» 13.
Весной 1908 г. албанские отряды перешли к активным
действиям. Неожиданно появляясь в городах и селениях,
они парализовали деятельность турецкой гражданской и
военной администрации. Албанцы — солдаты турецких
частей отказывались выступать против четников и пере-
ходили на их сторону. В конце февраля 1908 г. четники
из отряда Черчиза Топулы днем на глазах у турецких
властей убили в Гирокастре командира местной жандар-
мерии, ненавистного всему населению. Через несколько
13 «Drita», № 1-2, 1908.
139
дней, 5 марта 1908 г., посланные на поиски четников ту-
рецкие войска окружили отряд Черчиза Топулы у дерев-
ни Машкулора. Силы противников были неравны. Горст-
ка храбрецов-албанцев сражалась против ста пятидесяти
турецких солдат и жандармов. После нескольких часов
сопротивления албанцы разорвали кольцо окружения и
ушли в горы.
Известие о событиях у Машкулоры облетело всю
Албанию. Героизм албанских четников, проявленный ими
в боях с турецкой армией, был воспет в народных песнях
и сказаниях.
В период революционного подъема 1905—1907 гг. рас-
ширили свою деятельность албанские патриотические об-
щества за границей. Революционные настроения в Бол-
гарии и Румынии охватили и находившиеся в этих
странах албанские эмигрантские колонии. Албанские
патриотические общества начали борьбу за объединение
в единую национальную организацию. В 1906 г. три ал-
банских общества, существовавшие в Румынии, объеди-
нились в одну организацию «Башкими» («Единение») с
центром в Бухаресте. В США, где албанская эмигрант-
ская колония насчитывала более 25 тыс. человек, в 1906 г.
возникло общество «Малы и мемедеут» («Любовь к ро-
дине»). Через год, в 1907 г., было создано еще одно обще-
ство «Беса-Бесэн» («Клятва верности»). Организатором
его был крупный политический и культурный деятель Ал-
бании Фан Ноли.
Одной из форм албанского национального движения
в США в этот период стала борьба за независимость
албанской православной церкви. В феврале 1908 г. албан-
ский православный конвент в Бостоне объявил об отде-
лении албанской православной церкви от греческого
патриархата. Главой албанской церкви был избран Фан
Ноли, посвященный в сан священника в русской право-
славной церкви в Бостоне. Хотя албанская православная
община возникла вне пределов Албании, она стала важ-
ным фактором в борьбе против турецкого гнета и рели-
гиозного засилья греческой церкви.
На страницах албанских газет и журналов в эти годы
шла острая полемика между различными течениями в на-
ционально-освободительном движении. Подъем борьбы
против турецкого гнета поставил вопрос о ее формах и
методах, о союзниках. Демократические газеты («Дрита»
140
И Др.) разоблачали предательскую политику феодалов
и высшего мусульманского духовенства, боявшихся наро-
да и шедших на соглашение с турецкими властями. Демо-
кратическая печать пропагандировала идею вооруженно-
го восстания, призывала к союзу с македонцами, арабами
и другими угнетенными народами Турецкой империи.
С албанским национальным движением сблизилось
турецкое буржуазно-революционное движение, руководи-
мое комитетом «Единение и Прогресс» (членов этого ко-
митета принято называть младотурками, а сам комитет —
младотурецким).
Выдвинутые в эти годы политические лозунги младо-
турок — восстановление конституции, равенство и нацио-
нальные свободы для всех народов Османской империи —
служили для многих албанских политических деятелей,
принадлежавших к феодальному и реформистскому на-
правлениям в албанском национальном движении, аргу-
ментом в пользу сотрудничества с младотурками. Албан-
ские представители участвовали в младотурецких кон-
грессах 1902 и 1907 гг. Они заявляли, что готовы под-
держать младотурок в их борьбе против деспотиче-
ского режима Абдул Хамида II, и одновременно выдви-
гали программу национального освобождения Албании.
Несмотря на то, что большинство представителей де-
мократического направления албанского национального
движения занимало враждебную младотуркам позицию,
считая, что младотурецкие планы «возрождения Турции»
несовместимы с целями национального освобождения
Албании, среди населения Албании к началу 1908 г. про-
паганда комитета «Единение и Прогресс» получила ши-
рокое распространение. Во многих районах существовали
младотурецкие комитеты, в некоторых городах они со-
трудничали с албанскими национальными комитетами.
Пропаганда комитета «Единение и Прогресс» имела успех
и в албанских армейских частях.
В начале лета 1908 г. под влиянием международны?
событий комитет «Единение и Прогресс» начал готовить-
ся к решительному выступлению против султанского ре-
жима. Заявление австрийского министра иностранных
дел Эренталя в январе 1908 г. о получении правительст-
вом Австро-Венгрии от султана Абдул Хамида II концес-
сии на постройку железной дороги через Ново-Базарский
санджак и Македонию, а также соглашение русского
141
царя Николая II с английским королем Эдуардом VIII
о реформах в Македонии были расценены младотурками
как события, свидетельствующие о близящемся разделе
европейских владений Турции и неспособности султан-
ского правительства воспрепятствовать ему. Единствен-
ным путем к спасению европейских владений Турции
комитет «Единение и Прогресс» считал вооруженное вос-
стание.
Местом революционного выступления младотурок ста-
ла Македония и соседние с ней албанские районы.
3 июля 1908 г. из Ресны (Македония) выступил первый
революционный отряд младотурок под командованием
офицера турецкой армии албанца Ахмеда Ниязи-бея,
а через две недели к революции присоединилось населе-
ние всей Македонии и Албании. Албанские национальные
комитеты поддержали революцию. По просьбе младоту-
рок албанский комитет г. Корчи обратился к албанским
четам с призывом присоединиться к революционным ту-
рецким отрядам. Чтобы привлечь на свою сторону албан-
цев, младотурки не скупились на обещания реформ, сво-
бод и даже самоуправления, т. е. автономии Албании.
Немалое место в агитации комитета «Единение и Про-
гресс» занимали антиимпериалистические призывы. Мла-
дотурки обещали уничтожить иностранное вмешательст-
во в экономику Турецкой империи, разорвать кабальные
соглашения и займы. В частности, албанскому населению
Косовского вилайета младотурки обещали, что после по-
беды революции будет расторгнуто соглашение о строи-
тельстве австрийской железной дороги в Ново-Базарском
санджаке и Косовском вилайете.
Крестьяне-албанцы Косовского вилайета с начала
1908 г. были возбуждены слухами о том, что султанское
правительство намерено продать их земли Австро-Венг-
рии. «Петом 1908 г. начались крестьянские выступления
в Призрене, Джаковице, Приштине. В начале июля не-
сколько тысяч вооруженных албанцев собралось у Фери-
зовича. Действовавшие среди них младотурецкие агита-
торы-офицеры убедили албанцев поддержать револю-
цию, обещая, что с введением конституции в Албании
прекратятся хозяйничанье иностранцев и самоуправство
турецких чиновников. 20 июля албанское собрание в Фе-
ризовиче дало клятву верности комитету «Единение и
Прогресс» и революции. В тот же день в Стамбул была
142
послана телеграмма от имени албанской знати, торгов-
цев, духовенства Косовского вилайета с требованием
ввести конституцию 1876 г.
Поддержка албанцами и македонцами революцион-
ных требований младотурок оказала огромное влияние
на судьбу революции. В Турецкой империи привыкли
считать албанцев-мусульман, особенно албанцев Ко-
совского вилайета, верными слугами султана Абдул Ха-
мида II. Из албанцев-мусульман вербовались гвардейцы
для султанского двора, добровольцы для отрядов баши-
бузуков и т. п. Переход албанцев Косово на сторону
младотурок нанес серьезный удар по султанской власти
и был одной из важных причин, заставивших султана
Абдул Хамида II отказаться от сопротивления ре-
волюции.
23 июля 1908 г. в Салониках, Битоле и других городах
было провозглашено восстановление конституции 1876 г.
Падение самодержавного режима население Албании
встретило митингами, шумными манифестациями. Мно-
гочисленные толпы горожан повсюду торжественно встре-
чали возвращавшихся с гор албанских четников. Особен-
но празднично и многолюдно проходили революционные
демонстрации на юге страны—в Корче, Влёре, Гирока-
стре.
Но уже в первые дни после победы революции младо-
турецкий комитет стал выступать против национальных
интересов албанцев. Албанское население изгоняло ту-
рецких чиновников, судей и избирало собственные албан-
ские органы самоуправления. Младотурки же, прикры-
ваясь лозунгом «ооманизма», хотели сохранить турецкое
господство, заглушить национальные стремления нету-
рецких народов империи, отуречить их.
Во время митингов в честь революции в Албании за-
прещалось говорить об автономии. В Косовском вилайете,
чтобы предотвратить выступления албанского населе-
ния, младотурки заставили албанцев принести присягу
комитету «Единение и Прогресс»; всех присягавших реги-
стрировали в особых списках. Местной знати младотурки
обещали льготы и право участвовать в управлении краем
наравне с младотурецкими комитетами. Отделения ко-
митета «Единение и Прогресс» первое время после рево-
люции фактически выполняли функции органов власти.
Вместо удовлетворения требований о создании албанских
143
органов самоуправления младотурки попытались орга-
низовать албанские протурецкие «Османские комитеты
единства», деятельность которых должны были контро-
лировать турецкие власти. Младотурки рассчитывали,
что «комитеты единства» приведут всех албанцев к
присяге младотурецкому комитету. Но комитеты не
оправдали этих надежд. Они действовали как националь-
ные организации. Во Влёре члены комитета организовали
сбор средств для албанской типографии. В Берате осман-
ский комитет принимал у населения не присягу младо-
туркам, а клятву верности конституции, Албании и албан-
скому языку.
Используя некоторое смягчение политического режи-
ма и введенные младотурками скромные конституци-
онные свободы, албанцы после революции 1908 г. доби-
лись создания национальных школ, клубов, органов
печати.
Албанские национальные клубы начали возникать
в первые дни «после победы революции. Вскоре они были
созданы не только в Албании, но и в других городах
Европейской Турции со значительным албанским насе-
лением. Клубы имели неоднородный социальный состав,
разнообразные программы. Основу программ составля-
ла, как правило, культурно-просветительная деятель-
ность: борьба за свободу албанского языка, школ, печа-
ти. Центральным, руководящим клубом стал албанский
клуб в Витоле, где были сильны традиции националь-
ного албанского движения. В клубах и вокруг них шла
острая борьба между протурецкой и патриотической
группами. Внутри клубов уже с самого начала их суще-
ствования возникали тайные комитеты, которые вели
активную патриотическую деятельность.
Младотурки вначале не препятствовали деятельности
албанских клубов, надеясь с их помощью держать албан-
ское движение под своим контролем и влиянием, но на-
вязывали албанцам протурецкое руководство Салоник-
ского и Стамбульского клубов.
Албанские клубы возглавили движение за создание
албанских школ. До революции Албания имела лишь
несколько подпольных школ и курсов с обучением на ал-
банском языке. Не было ни учителей, ни учебников
албанского языка. За один месяц (с конца июля по конец
августа 1908 г.) в Албании были созданы десятки школ.
144
Они йе разделялись по религиозному признаку и не под-
чинялись местным церковным общинам. Албанские на-
циональные школы превратились в центры пропаганды
молодой албанской литературы и периодической печати.
В ноябре 1908 г. состоялся первый всеалбанский кон-
гресс в Битоле, созванный для того, чтобы избрать еди-
ный албанский алфавит. К этому времени наибольшее
распространение получили четыре алфавита: «агими»,
«башкими», стамбульский алфавит (составленный Сами
Фрашери в Стамбульском обществе) и греческий алфа-
вит Кристофориди. Албанские школы и печать нуждались
в едином общепринятом алфавите, но из-за споров между
представителями южных и северных районов Албании на
конгрессе в Битоле были приняты и рекомендованы для
обучения в школах два алфавита — стамбульский (юж-
ный) и «башкими» (северный), оба на латинской основе.
Официально конгресс в Битоле преследовал лишь
культурные цели. Но он имел и большое политическое
значение для албанского национального движения.
В конгрессе участвовали 32 делегата от клубов Албании
и эмигрантских албанских колоний в Италии, Болгарии,
Румынии и т. д. Это были председатели и члены албан-
ских клубов, редакторы и издатели албанских газет, чи-
новники и офицеры турецкой службы, служители культа,
представлявшие самые различные слои албанского об-
щества. На закрытых заседаниях, на которые был допу-
щен только узкий круг делегатов конгресса, обсуждались
важнейшие политические вопросы национального движе-
ния и, в частности, программа автономного государствен-
ного устройства Албании.
Введение конституции не обеспечило широким слоям
населения Албании, как, впрочем, и всей Турецкой импе-
рии, демократических свобод. Принятый младотурками
закон о выборах устанавливал высокий имущественный
ценз для избирателей, а депутаты турецкого парламента
должны были обязательно знать турецкий язык.
Добиваясь турецкого большинства в парламенте, ко-
митет «Единение и Прогресс» не останавливался перед
злоупотреблениями и прямым произволом, чтобы не до-
пустить избрания неугодных ему албанских депутатов.»
Во время избирательной кампании осенью 1908 г. в Алба-
нии происходили острые столкновения между демокра-
тическими элементами и албанскими феодалами, кото-
10 Краткая история Албании
145
рых нередко поддерживали младотурки. Избранные
в первый младотурецкий парламент 20 депутатов от
Албании представляли албанскую земельную и служи-
лую знать.
Группу албанских депутатов возглавлял видный по-
литический деятель не только Албании, но и всей Осман-
ской империи Исмаил Кемаль-бей, выходец из богатой
феодальной семьи Влёры, известный в прошлом своими
выступлениями против режима Абдул Хамида II. Вскоре
после младотурецкой революции он стал одним из лиде-
ров партии «Ахра.р» («Либералы»), созданной в декабре
1908 г. и представлявшей интересы феодально-комцра-
дорских кругов Турции. Исмаил Кемаль защищал в пар-
ламенте программу этой партии. Важнейший из пунктов
программы — децентрализация Турецкой империи и авто-
номия национальных областей привлек на сторону Ис-
маила Кемаля большинство албанских депутатов, при-
нес ему славу «патриота Албании» и помог стать вождем
албанской парламентской группы.
Произвол комитета «Единение и Прогресс» уже в пер-
вые месяцы после революции подорвал авторитет младо-
турок среди народных масс Албании. Младотурки осу-
ществили лишь незначительные изменения в государст-
венном строе, не затронув его социальной основы: фео-
дальной земельной собственности и господства иност-
ранного капитала. В сентябре 1908 г. младотурецкий ко-
митет принял новую программу. Она была еще более ог-
раниченной, чем прежняя, и не вносила никакого улуч-
шения в положение трудящихся масс и угнетенных
нетурецких народов империи. Программа провозглашала
свободу собраний, обществ, преподавания национальных
языков в школах, но выдвинутый накануне революции
младотурками лозунг «единения и равенства» всех наро-
дов вылился после революции в реакционную политику
«османизма», направленную практически на отуречение
всех народов Турецкой империи. Турецкий язык оставал-
ся официальным языком, изучение его было признано
обязательным для всех начальных школ.
Экономическое положение Албании в этот момент
было очень тяжелым. Из-за неурожая крестьяне бежали
в города. Застой в торговле и производстве ухудшил по-
ложение ремесленников и рабочих. В стране росли враж-
дебные младотуркам настроения. После албанского кон-
146
Гресса в Витоле резко обострились отношения между
младотурками и албанскими национальными коми-
тетами.
Недовольство албанского народа младотурецким ре-
жимом использовали партия «Ахрар» и дворцовые круги,
готовившие контрреволюционный переворот в Стамбуле.
Они надеялись, что албанский народ, сыгравший большую
роль в революции и не получивший ничего от младоту-
рок, примет участие в контрреволюционном выступлении.
Большие надежды возлагались реакционными силами
также на албанскую знать, которая рри старом режиме
пользовалась большими привилегиями и была не прочь
их вернуть. Но недовольство албанского народа младо-
турецким режимом вовсе не означало его желания вер-
нуться к старому деспотическому правлению. Выступая
против комитета «Единение и Прогресс», албанцы боро-
лись не против конституции, а против ее нарушения мла-
дотурками.
13 апреля 1909 г. солдаты гарнизона Стамбула
подняли мятеж, требуя смены правительства и изгнания
младотурок. Младотурки обратились к населению Алба-
нии и Македонии с призывом помочь в борьбе с реак-
ционерами. Албанские национальные комитеты на спе-
циальных собраниях обсудили обращение младотурок
и решили поддержать конституционный режим. На сто-
роне младотурок выступили македонские отряды во гла-
ве с руководителем македонского освободительного дви-
жения Яне Санданскцм.
Спустя две недели после начала контрреволюционно-
го мятежа прибывшие из Македонии революционные вой-
ска заняли Стамбул. Абдул Хамид II был низложен, а на
трон возведен и посажен под именем Мехмеда V наслед-
ник Решад, послушное орудие младотурецкого комитета.
С середины 1909 г. государственная власть полностью
перешла в руки младотурок.
Теперь комитет «Единение и Прогресс» повел открыто
реакционную политику. Хотя в печати и официальных
документах младотурки продолжали говорить о консти-
туционных свободах,— в действительности нетурецкие на-
роды были, как и при Абдул Хамиде, лишены всяких
национальных прав.
Во второй половине 1909 г. турецкий парламент при-
нял по указанию младотурецкого комитета несколько
10*
147
реакционных законов, направленйых против националь-
ного движения угнетенных народов Турецкой империи.
В августе 1909 г. был принят «Закон об ассоциациях», за-
претивший национальные комитеты, общества и прочие
объединения. В конце года якобы для обеспечения без-
опасности в стране младотурки ввели «Закон о бандах».
Этот закон устанавливал 10-летнее тюремное заключе-
ние за участие в «бандах», под которыми в первую оче-
редь подразумевались албанские и македонские нацио-
нальные четы. За хранение оружия виновные наказыва-
лись шестимесячным тюремным заключением.
Применяя законы о «бандах» и «ассоциациях», младо-
турки стремились задушить национальное движение
в Албании и Македонии. Чтобы лишить это движение
руководства, комитет «Единение и Прогресс», возрождая
старые методы султана Абдул Хамида II, начал высы-
лать из Албании чиновников-албанцев, большинство ко-
торых участвовало в движении, и заменять их турками.
Летом 1909 г. младотурки беспощадно расправились
с албанцами Косовского вилайета, которые отказывались
от переписи населения и уплаты налогов. Из Скопле,
центра вилайета, в район Джаковицы были посланы
войска и артиллерия. Они учинили кровавую расправу
над албанцами, не пощадив ни женщин, ни детей, ни ста-
риков. Осенью того же года в Люме, Мати и среди ал-
банцев Дибры вспыхнули волнения из-за сбора десятины.
И здесь, как в албанских деревнях Косово, турецкие вой-
ска учинили жестокую расправу, насильственно забирая
мужчин в рекруты, отбирая последнее имущество у кре-
стьян в счет недоимок по налогам.
Репрессии со стороны турецких войск привели к все-
общему озлоблению против младотурок. Волнения посте-
пенно распространялись на всю Албанию и приобретали
политический характер. Сильное напряжение царило
в Шкодре, где население отказалось дать рекрутов в ту-
рецкую армию и готово было подняться на восстание
против младотурецких властей. Чтобы оправдать перед
общественным мнением эти жестокие меры по отноше-
нию к албанцам, комитет «Единение и Прогресс» орга-
низовал в печати антиалбанскую кампанию, обвиняя
албанцев в том, что они нарушают единение «всех осма-
нов», что они виновники всех бедствий Албании.
23 июля 1909 г., в день годовщины революции, коми-
148
тет «Единение и Прогресс» созвал албанский конгресс
в Дибре — области со смешанным албанским и македон-
ским населением. Стараясь пробудить интерес к конгрес-
су, младотурки заявляли, что он должен защитить Алба-
нию от посягательств соседних балканских государств и
Австро-Венгрии, разжигали антиславянскую пропаганду
и мусульманский фанатизм.
Комитет заранее подготовил программу и решения,
которые должен был принять конгресс в Дибре. Суть этих
документов сводилась к полному одобрению политики ко-
митета «Единение и Прогресс».
Однако уже в период подготовки к конгрессу нача-
лись острые столкновения между албанцами и младотур-
ками. Комитету не удалось добиться избрания верных
ему делегатов. На конгресс попали албанские патриоты,
которые превратили этот «османский», младотурецкий
конгресс в албанский, национальный.
Конгресс после ожесточенной борьбы и споров принял
важные решения: открыть албанские начальные и сред-
ние школы, ввести албанский язык в качестве второго
языка в местной администрации, начать строительство
железных дорог, ликвидировать французскую табачную
монополию, которая наносила большой ущерб албанским
табаководам и торговцам. Конгресс принял также поста-
новление об отделении албанской школы от церкви и
о церковной службе на албанском языке.
На конгрессе обсуждался важный вопрос об отмене
откупной системы-при сборе десятины. Демократически
настроенные делегаты конгресса приводили в своих ре-
чах убедительные данные о возрастании десятины из-за
откупа, о разорении крестьян откупщиками. Но вопрос
все же был решен в пользу сохранения откупной систе-
мы, так как многие из делегатов конгресса, люди богатые
и влиятельные, сами были откупщиками и наживали на
этом целые состояния.
В целом младотуркам не удалось использовать в сво-
их целях конгресс в Дибре и после конгресса они усили-
ли гонения на албанцев.
Прошло немногим больше месяца после конгресса в
Дибре и в Эльбасане собрался новый албанский конгресс.
В нем участвовало около 30 делегатов, избранных от го-
родов Центральной и Южной Албании, а также от не-
скольких македонских городов. Как и конгресс в Витоле,
149
этот конгресс назывался «культурным». Официально бы-
ло объявлено, что ею основной задачей является организа-
ция училища для подготовки учителей в Эльбасане и
школьного союза «Перпарим» («Прогресс»). Как и кон-
грессы в Битоле и Дибре, Эльбасанский конгресс не остал-
ся в стороне от политических вопросов. «Большинство
заседаний конгресса,— писал русский консул в Битоле
Каль, получивший сведения о событиях в Эльбасане от
албанских патриотов,— происходило при закрытых две-
рях; темой этих заседаний была нескрываемая ненависть
албанцев-националистов к младотуркам, к современному
режиму» 14. Втайне от турецких властей албанский конг-
ресс обсуждал вопрос о путях завоевания автономии
Албании. Автономия Албании продолжала оставаться и
после младотурецкой революции наиболее распростра-
ненный требованием албанского национального движе-
ния. Вместе с тем албанцы по-прежнему стремились уста-
новить связи с национально-освободительным движени-
ем других народов Турецкой империи. Конгресс в Эльба-
сане признал в своих решениях сотрудничество с маке-
донцами обязательным условием завоевания автономии
Албании.
Школьное движение, пропаганда албанского языка
встречали жестокое противодействие со стороны младо-
турок. Стараясь внести раскол среди албанцев, они на-
чали шумную кампанию против албанских алфавитов,
обвиняя сторонников албанских алфавитов в стремлении
отдать Албанию в руки «неверных» европейцев.
Мусульманское духовенство убеждало албанцев, что
латинские буквы оскорбляют веру. Руководство албан-
ского клуба в Стамбуле, сотрудничая с младотурками,
рассылало по албанским городам книги на арабском ал-
фавите. Турецкие власти на местах увольняли учителей
и чиновников — сторонников латинского алфавита для
албанского языка. Младотурки созывали инсценирован-
ные митинги сторонников арабского алфавита, насильно
сгоняя в города крестьян из окрестных деревень
В защиту албанских школ и латинского алфавита вы-
ступили широкие слои албанцев. Обучавшиеся в турец-
ких средних школах албанцы в знак протеста против
арабского алфавита переходили в албанские школы,
М АВПР, ф. Политический архив, д. 570, л. I8Q.
150
Весной 1910 г. во многих городах Албании — Корче, Пер-
мете, Шкодре, Эльбасане прошли митинги в поддержку
албанского языка и албанских алфавитов. Эмигранты-
албанцы в Болгарии, Румынии, США организовали ми-
тинги солидарности.
В Косовском вилайете борьба вокруг албанского ал-
фавита слилась с движением крестьян и городского тру-
дящегося населения против турецкой администрации.
Движение крестьян-албанцев Косовского вилайета на-
чалось весной 1910 г. Албанцы отказывались принять
турецких чиновников до тех пор, пока турецкое прави-
тельство не восстановит домов, разрушенных карательны-
ми отрядами год тому назад. В Приштине и ее окрестно-
стях причиной волнений был новый налог, введенный на
ввозимые в город товары. Недовольство разжигали ал-
банские феодалы, но после первых же карательных мер
турок они отошли от движения. В начале апреля, когда
турецкие власти попытались при помощи войск «успо-
коить» албанцев, албанское население всего Косовского
вилайета восстало против турецкого правительства.
Сначала успех сопутствовал албанским повстанцам.
В распоряжение командующего турецкими войсками в
Косовском вилайете Шевкета Торгуда-паши к началу
восстания находилось около 16 батальонов пехоты и ар-
тиллерия. Но разбросанные по вилайету турецкие войска
не смогли сопротивляться повстанцам и отступили в за-
падную часть вилайета, сосредоточившись у Феризовича.
Гарнизон г. Призрена был осажден албанцами. Турки
оставили без защиты.Качаникское ущелье, важный стра-
тегический пункт, через который проходил железнодо-
рожный путь, связывавший Феризович с центром вилай-
ета Скопле, откуда должно было подойти военное под-
крепление туркам. Албанские повстанцы 23 апреля заня-
ли Качаникское ущелье. Это поставило турецкую армию
в критическое положение. Но албанцы не смогли исполь-
зовать своего преимущества. Когда спустя неделю,
29 апреля, турки, подтянув новые войска, начали насту-
пать на Качаник, повстанцы после нескольких кровопро-
литных стычек оставили Качаникское ущелье. Следую-
щий бой между турецкой армией и албанцами произошел
у селения Чернолево, открывавшего путь в западную
часть вилайета.
Подкупив одного из командиров повстанцев, турки
151
зашли в тыл албанцам. Несмотря на непрерывный артил-
лерийский и пулеметный обстрел, повстанцы в течение
двух дней упорно сопротивлялись, надеясь на подкрепле-
ние. Но помощь албанцам — 10 тыс. новых бойцов из
Джаковицы — пришла поздно, позиции у Чернолево уже
были потеряны повстанцами.
После боев у Качаника и Чернолево албанское восста-
ние пошло на убыль. Потеряв инициативу в боях, албан-
цы уже не предпринимали наступательных действий и
только отбивались от нападений турецких войск. Тем
временем турки стянули новые войска в Косово из
Салоник и Стамбула и призвали полки резервистов в
Малой Азии. Турецкое правительство снарядило боль-
шую карательную экспедицию в Албанию, поручив
Шевкету Торгуду-паше не только окончательно задушить
албанское восстание на севере, но и предотвратить воз-
можность подобных выступлений в любом районе Алба-
нии. Кроме того, карательные меры были направлены и
против албанского культурно-национального движения:
школ, газет, клубов.
Младотурки шли на серьезные военные меры против
албанского национального движения, потому что оно, и
особенно восстание албанцев Косовского вилайета, спо-
собствовало росту освободительного движения в Македо-
нии и арабских областях Турецкой империи. В Йемене,
например, где в течение пяти лет продолжалась освобо-
дительная война и где турки использовали солдат-албан-
цев для подавления арабских восстаний, известие о том,
что албанцы отказались от подчинения турецкому
правительству, вызвало новый подъем освободительной
борьбы.
Путь Шевкета Торгуда-паши лежал из Скопле через
горные районы, населенные албанцами, в Шкодру. Про-
двигаясь к Шкодре, турецкие войска встретили упорное
сопротивление албанских отрядов у двух горных перева-
лов — Кяфа-э-Кольчит и Кяфа-э-Маринэс. Каждый ки-
лометр пути через горы стоил туркам огромных усилий
и потерь.
Используя знание местности и горные условия, албан-
ские повстанцы внезапно нападали на турецкие войска,
растянувшиеся по горным тропам, уничтожали «обозы с
продовольствием, уводили или убивали лошадей, лишая
турок возможности перевозить артиллерию. В боях у
152 '
перевалов принимали участие горцы всех окрестных се-
лений, даже женщины и старики брались за оружие.
Дети и женщины подносили бойцам пищу, военное сна-
ряжение. Героическое сопротивление албанских повстан-
цев заставило Шевкета Торгуда-пашу изменить свой
первоначальный план. После недели боев за третий по
пути перевал — Кяфа-э-Аргит Шевкет Торгуд-паша по-
вернул на северо-восток, в Джаковицу. Оттуда через
Пуку он прошел в Шкодру.
В горных районах турецкое командование собрало де-
сятину и налог на скот, провело насильственную перепись
всего 'мужского населения. Очевидец событий писал:
«На отдельные дома направлялся огонь артиллерии, вы-
резались солдатами целые стада скота, посевы кукурузы
вытаптывали копыта лошадей» 15.
В Шкодре в первый же день вступления турецких
войск было введено осадное положение. Население обя-
зывалось в трехдневный срок сдать все оружие, виновным
в его хранении грозила тюрьма. Турецкие власти при
поддержке войск беспощадно расправлялись с теми, кто
участвовал в национальном движении, кто когда-либо
высказывался за латинский алфавит, выписывал албан-
ские газеты, читал албанские книги. Жителей горных
районов у Шкодры турецкие власти подкупом и угро-
зами (им помогали в этом католические священники)
склоняли согласиться на добровольное разоружение.
Пригласив руководителей горцев в Шкодру якобы для
переговоров, Шевкет Торгуд-naina предательски аресто-
вал их и заточил в тюрьму.
. В конце лета 1910 г. турецкие власти арестовали в
Тиране, Эльбасане, Дурресе, Влёре всех, кто участвовал
в национальных организациях или антиправительствен-
ных выступлениях, ввели во всей стране осадное поло-
жение. Всякого, кто пытался оказать сопротивление,
подвергали жестоким избиениям и предавали военно-по-
левому суду. За найденное при обыске оружие или даже
албанскую книгу или газету виновные приговаривались
к 10—15 годам тюремного заключения. Были закрыты
все албанские начальные и средние школы, типографии,
газеты («Корча», «Томори», «Башкими и комбит», «Лидье
15 С. L i Ь а г d i. I primi moti patriottici albanesi nel 1910, 1911,
1912, specie nei Dukagini, Parte 1. Trento, 1935, p. 24
153
ортодоксе»), албанские клубы переименованы в турец-
кие. Очевидец событий русский консул в Битоле Каль
писал в сентябре 1910 г. о положении в Албании: «Все
албанские школы закрыты, албанцы — националисты
привлекаются к военному суду, албанских беев, пользую-
щихся влиянием в стране, приводят в лагеря (турецких
войск.— Авт.) десятками закованными в цепи и бьют не-
милосердно под звуки военных оркестров» 16.
Восстание 1910 г. привело к дальнейшему размежева-
нию сил внутри албанского национального движения.
Представители демократического крыла выступили ^ под-
держку восстания. Поддерживала восстание в Косово и
демократическая печать и албанские эмигрантские ко-
лонии. Но многие представители феодальной знати за-
няли откровенно враждебную позицию по отношению
к восстанию. В частности, наследственный глава области
Мирдита Пренк Биб Дода, претендовавший на почетное
имя албанского патриота, высказывал в турецких газе-
тах одобрение по поводу карательных действий турецко-
го правительства.
Восстание в Косовском вилайете и карательная турец-
кая экспедиция в Албанию вызвали кризис в политиче-
ской жизни Турции. Младотурки своей реакционной
политикой окончательно оттолкнули от себя нетурецкие
народы империи.
16 АВПР, ф. Политический архив, д. 571, л. 139.
Глава 6
БОРЬБА ЗА СОЗДАНИЕ НЕЗАВИСИМОГО
АЛБАНСКОГО ГОСУДАРСТВА
Восстание 1911 г.
Восстание 1910 г. было первым массовым во-
оруженным выступлением албанцев после младотурец-
кой революции 1908 г. Беспощадная расправа над мир-
ным населением, которую учинили младотурки в Алба-
нии, вызвала глубокое возмущение среди албанцев, окон-
чательно убедила их, что младотурецкое правительство
мало чем отличается от деспотического правительства
Абдул Хамида II.
Запрет национальных школ, газет, клубов затронул
все слои албанского населения. Легальная культурная
национальная пропаганда стала после восстания 1910 г.
уже бесполезна и невозможна. Оставался один путь на-
циональной борьбы — вооруженное восстание. Уже осе-
нью того же 1910 г? в Албании и вне ее пределов албан-
ские патриоты начали готовиться к новому массовому
вооруженному восстанию.
Албанские национальные комитеты, на время прекра-
тившие свою деятельность из-за карательной экспедиции
Шевкета Торгуда-паши, возобновили агитацию, призы-
вая народ к вооруженной борьбе. Они вели запись добро-
вольцев, закупали оружие, готовили запасы продоволь-
ствия. Комитеты действовали во многих городах и селе-
ниях: в Корче, Гирокастре, Пермете, Влёре, Дурресе,
Шкодре, Дибре и в городах Косово. В начале 1911 г.
организовалось так называемое «Черное общество», или
«Общество черных братьев», оно действовало в районах
Корчи, Эльбасана и Дибры. К марту 1911 г. в этих райо-
нах было создано семь вооруженных отрядов.
155
Вне Албании, на о. Корфу, был создан Центральный
албанский комитет. Члены его (в их числе Исмаил Ке-
маль, известный албанский публицист-демократ Никола
Иванай и др.) установили связь с различными политиче-
скими организациями соседних с Албанией государств.
В Италии, Болгарии, Черногории возникли комитеты со-
действия албанскому восстанию. В Риме итало-албан-
ский комитет, созданный Николой Иванаем, поддержи-
вали албанцы, жившие в Италии, а также прогрессивно
настроенная итальянская молодежь. В Софии албанский
комитет поддерживали студенчество и болгарская демо-
кратически настроенная интеллигенция. В Цетине, столи-
це Черногории, существовал с осени 1910 г. благотвори-
тельный комитет для помощи беженцам из Албании
после восстания. Призывая черногорский народ помочь
албанцам, комитет в одном из своих воззваний писал.
«Албанцы — наши братья, наши вековые соседи, с кото-
рыми нас связывают, кроме общечеловеческого долга,
еще и узы соседства и многочисленные традиции прош-
лых времен». Это воззвание встретило глубокое сочувст-
вие в черногорском народе. Большую помощь при подго-
товке к восстанию оказали албанцы Египта, здесь одним
из активных албанских патриотов был Атанас Ташко,
сторонник решительной борьбы за освобождение.
Готовясь к массовому вооруженному восстанию, ру-
ководители албанского национального движения не име-
ли, однако, единой программы.
Наиболее популярным было требование автономии
Албании. Те из руководителей движения, кто стремился
к соглашению с Турцией, ограничивали «автономию»
льготами в налогообложении, освобождением от военной
службы, правом на национальной язык и школу. Но
представители демократического крыла албанского осво-
бодительного движения подразумевали под автономией
лишь первый шаг к полному освобождению Албании от
турецкой зависимости.
В своей борьбе за освобождение передовые люди Ал-
бании видели союзника в национальном и революцион-
ном движении других балканских народов. Вопреки поли-
тике великих держав и шовинистической пропаганде пра-
вительств балканских стран в эти годы развивалось ре-
волюционное сотрудничество балканских народов.
С приближением весны 191! г. обстановка в Албании
156
Накалилась. Крестьяне отказывались платить налоги.
Турецкие военные посты и склады оружия подвергались
частым нападениям со стороны албанцев. Турецким чи-
новникам и жандармам стало опасно появляться на гор-
ных дорогах Албании. То тут, то там происходили таин-
ственные убийства или исчезновения турецких офицеров
и солдат. В феврале-марте 1911 г. в Дибре, Мати, Мир-
дите произошли серьезные волнения. Южнее г. Диб.ры
крестьяне 13 албанских деревень изгнали турецких чи-
новников, приехавших под охраной жандармского отряда
собирать налоги. В Косовском вилайете албанское насе-
ление отказывалось выставлять рекрутов. Солдаты-
албанцы местных гарнизонов дезертировали. Часть их
уходила в Черногорию, оставшиеся создавали вместе с
крестьянами повстанческие отряды. В горной области у
Шкодры албанцы, несмотря на поражение в боях против
Шсвкета Торгуда-паши, не сложили оружия, продолжа-
ли сопротивление и вели в горах бои с турецкой жан-
дармерией. Власти посылали в горы новые карательные
отряды. Албанцы группами бежали в Черногорию. За
повстанцами уходили и их семьи, иногда целые селе-
ния — дети, женщины, старики. Население Черногории с
большим сочувствием относилось к албанским беженцам,
оказывало им материальную помощь. Черногорское пра-
вительство принимало их. Оно рассчитывало, что евро-
пейские державы вмешаются в конфликт между албан-
цами и турецким правительством и Черногория получит
за помощь, оказанную албанцам, новые территории. Но
чтобы еще больше обострить отношения между албан-
цами и турецким правительством, черногорское прави-
тельство объявило в середине марта 1911 г., что оно
прекращает выдачу албанским беженцам продовольст-
вия. Албанцы еще не были готовы к восстанию. Но спу-
стя несколько дней после заявления черногорского пра-
вительства они вынуждены были начать восстание задол-
го до намеченного ими срока.
24 марта 1911 г. небольшой отряд албанских повстан-
цев совершил в Рапше и Трабойне первое внезапное на-
падение на турецкие гарнизоны. На следующий день под-
нялись горцы из районов Кельменди, Хоти, Груда, Каст-
рати. Несмотря на недостаток оружия (многие повстанцы
имели лишь серпы, лопаты, топоры), повстанцам уда-
лось в первые дни окружить Тузи, важное турецкое укре-
157
пленйе, и занять удобные позиции. В течение трех меся-
цев в этом районе продолжались беспрерывные кровопро-
литные бои. Горная пограничная область у Шкодры оста-
валась в течение этих месяцев главным центром антиту-
рецкого движения, так как остальные области Албании
до середины лета 1911 г. не присоединились к восстанию.
На протяжении первых трех недель восстания турец-
кое командование, застигнутое врасплох и не распола-
гавшее значительными военными силами, пыталось уста-
новить связь с окруженным турецким гарнизоном Тузи.
Для этого турецкие власти решили созвать в подкрепле-
ние армейским отрядам ополчение из албанцев-мусуль-
ман. Но эти попытки турецких властей оказались безус-
пешными. Мусульманское население, на помощь которого
надеялись турецкие власти в борьбе против горцев-като-
ликов, отказалось воевать против своих же братьев-ал-
банцев.
Силы повстанцев были невелики, они насчитывали
около 3—4 тысяч человек. Основную массу повстанцев
составляли католики. Мусульманское население, хотя и
отказалось служить в ополчении, все-таки из-за рели-
гиозных соображений не присоединилось к восстанию.
Отряды повстанцев не имели единой организации и
командования. Хотя в Подгорице вскоре после начала
восстания был создан комитет — руководящий центр вос-
стания (в него входили Луидь Гуракуки, Исмаил Ке-
маль), но занимался он главным образом снабжением
повстанцев оружием и продовольствием. В военных опе-
рациях против турецкой армии отряды албанских пов-
станцев действовали несогласованно. Командиры были
мало опытны, не знали военной техники. Захватывая
у турок горные пушки, пулеметы, склады пороха, по-
встанцы не всегда могли их использовать, хотя постоянно
страдали от недостатка военного снаряжения и даже
ружей. В отрядах не хватало продовольствия. Население,
оставшееся в районе восстания, не могло помочь пов-
станцам, так как само голодало. Турецкое командова-
ние реквизировало все запасы. Городской базар Шкод-
ры, где горцы обычно покупали хлеб и соль, был для них
закрыт турецкими властями.
Оказывая настойчивое сопротивление турецким вой-
скам, повстанцы удерживали свои позиции в течение не-
скольких месяцев лишь благодаря своей храбрости и
158
упорству. В боях принимало участие вместе с отрядами
повстанцев и все оставшееся в городах население. Жен-
щины и дети подносили на боевые позиции воду, пищу,
боеприпасы, а если в отряде не хватало бойцов, брали
в руки ружья и сражались вместе с мужчинами.
Турецкое правительство, убедившись, что с албански-
ми повстанцами справиться нелегко, направило к Шкод-
ре большое подкрепление, около 8 тысяч солдат и артил-
лерию из Малой Азии. Но и с этими силами командую-
щий турецкими войсками Шевкет Торгуд-паша не мог
добиться решающего успеха. Войска несли большие по-
тери, солдаты, деморализованные поражениями, занима-
лись разбоем.
17 июня Шевкет Торгуд-паша предложил албанцам
сдаться в десятидневный срок, обещая амнистию. Но
повстанцы настаивали на предоставлении Албании авто-
номии. Свои требования они изложили в меморандуме,
получившем название «Красной книги». Документ был
составлен членами албанского комитета в Подгорице и
принят повстанцами 23 июня 1911 г. «Красная книга»
включала 12 пунктов. Прежде всего она требовала «пол-
ного признания существования албанской нации». Буду-
щая автономная Албания должна иметь экономическую
и административную самостоятельность. Средства, полу-
чаемые от сбора налогов (кроме доходов от таможни,
телеграфа, почты, табачной и других монополий), долж-
ны идти на внутренние нужды страны: строительство
дорог и железнодорожных линий, организацию албанских
школ и т. п. Албанцы получат право сами разрабатывать
природные богатства своей страны, создавать предпри-
нимательские общества и компании. В местных органах
управления, в полиции будут служить только албанцы.
Генеральный инспектор, глава всей администрации в
Албании, назначаемый турецким правительством, может
быть неалбанцем, но обязан знать язык и обычаи страны.
«Красная книга» содержала требование свободы упо-
требления албанского языка, для местной администрации
он будет обязательным. Албанские школы, частные и
общественные, получат равные права с турецкими госу-
дарственными учебными заведениями. Система воинской
повинности для всех албанцев (а не только горцев)
должна быть упорядочена с условием несения военной
службы только в пределах Албании.
159
Национально-освободительные восстания албанского народа
в 1911—1912 гг. (схема)
Основные районы албанского восстания: I — в 1911 г. на севере, 2 — в 1912 г.
на севере, 3 — в 1911 г. на юге, 4 — в 1912 г. иа юге, 5 — движение албанских
повстанцев на Ускюб в августе 1912 г. Римскими цифрами обозначены горные
районы: / — Хоти, II — Клименти, III — Кастрати, IV — Шкрели, V — Красни-
чи, VI — Битучи, VII — Хаси, VIII — Шаля, IX— Шоши, X — Люма,
XI — Малакастра, XII — Курвелеши
Значение «Красной книги» для албанского националь-
но освободительного движения заключалось в том, что
это была первая единая для всей страны программа ав-
тономии Албании. Важно и то, что требование автоно-
мии было выдвинуто не от имени населения одной обла-
сти, а от имени всех албанцев.
Руководители, повстанцев, надеясь на поддержку сво-
их требований со стороны европейских правительств, вру-
чили тексты «Красной книги» европейским дипломатиче-
ским представителям в Цетине. Албанцы особенно на-
деялись на помощь английского правительства, которое
неоднократно заявляло о своей «незаинтересованности и
объективности» в албанских делах. Поэтому в Лондон
был послан специальный меморандум с просьбой о под-
держке. Английское правительство, рассчитывая, что ал-
банское восстание ослабит Турцию и Англия сможет
более активно проводить свою захватническую политику
в арабских областях Турецкой империи, обратилось к
державам с предложением коллективно потребовать от
турецкого правительства выполнить требования пов-
станцев.
Как непосредственный отклик на «Красную книгу»
вспыхнуло восстание в Южной Албании. Оно должно
было начаться еще раньше — в мае, когда албанские
тайные комитеты в Эльбасане, Корче, Гирокастре и дру-
гих албанских городах решили присоединиться к вос-
станию, начали спешно раздавать оружие добровольцам
из местного населения и формировать вооруженные от-
ряды — четы. Однаксг в этот момент руководство албан-
ского тайного комитета в г. Битоле, наиболее влиятель-
ного среди албанских комитетов, отложило вооруженное
выступление на неопределенный срок.
Объяснялся этот неожиданный отказ вмешательст-
вом австрийской дипломатии. Австрийское правительство
стремилось помешать албанскому восстанию, так как его
пугало сближение албанцев с Черногорией. Высшие
австрийские военные круги видели в союзе албанцев с
соседними славянскими народами угрозу своим захват-
ническим планам, направленным к установлению поли-
тического и экономического господства на Балканах.
Поэтому австрийское правительство через своих дипло-
матических, консульских, тайных и официальных, аген-
тов приняло меры к тому, чтобы сорвать восстание на
11 Краткая история Албании
161
юге Албании. Только в конце июня, т. е. через два меся-
ца после начала восстания на севере, население южных
и центральных районов поднялось с оружием в руках
против турецкого правительства.
В конце июня повсюду в Албании стало известно о
выдвинутом повстанцами на севере требовании автоно-
мии. Албанские газеты, выходившие за границей, опу-
бликовали на своих страницах полный текст «Красной
книги». Программа, изложенная в этом документе, на-
шла широкую поддержку. Жители селений и городов,
богатые купцы, чиновники, офицеры, крестьяне и мелкие
ремесленники —все, взяв с собой оружие, уходили в
горы. В отрядах объединялись люди различных сословий
и различных вероисповеданий. Здесь, на юге, религиоз-
ные различия не помешали православным и мусульма-
нам бороться вместе за автономию Албании. '
Крестьяне и ремесленники составляли основную мас-
су албанских четников. Командирами отрядов были чле-
ны тайных национальных комитетов. Но сохраняли своё
влияние и представители албанской знати (крупные чи-
новники, офицеры, выходцы из знатных феодальных
семей). Они принимали участие в движении, надеясь на
возвращение чинов и привилегий, утерянных при новом
режиме. Южные албанские комитеты действовали несо-
гласованно и непоследовательно. Вначале они хотели
организовать крупную политическую демонстрацию во
Влёре и добиться вмешательства европейских держав.
Но две попытки захватить Влёру, 15 и 17 июля 1911 г.,
были неудачны.
Затем последовала неудача с демонстрацией в Янине.
Это выступление албанские четники предполагали осу-
ществить в день годовщины младотурецкой революции —
23 июля 1911 г. Албанское население Янинского вилайета
(Гирокастры, Дельвины, Тепелены и др. городов и селе-
ний) должно было при поддержке чет (численность их в
тот момент достигала 3 тыс. человек) собраться на мас-
совые митинги и потребовать автономии Албании.
Турецкое правительство уже давно через албанскую
знать старалось склонить южных албанцев к соглаше-
нию. Помещики, зажиточные крестьяне-ага, опасаясь,
что в разгар уборки урожая действия албанских отря-
дов (в которые уходили лучшие работники — мужчины)
нанесут убытки их хозяйствам, враждебно относились
162
к Планам антиФурецкого выступления. Им удалось при
поддержке турецких властей сорвать выступление,
назначенное на 23 июля. Накануне этого дня часть
командиров чет решила не предпринимать вооружен-
ных действий, а вступить с турецкими властями в пере-
говоры.
Программа, выдвинутая южными албанцами, была
принята 21 июля на собрании албанской знати в мона-
стыре Цепо около Гирон астры. В ней заявлялось, что
южные албанцы не требуют автономии для Албании, а
просят турецкое правительство лишь о некоторых адми-
нистративных реформах и о разрешении вновь открыть
албанские школы.
Из-за соглашательской тактики руководителей дейст-
вия албанских чет на юге становились все более затруд-
нительными. Только в Корче, Влёре и Берате патрио-
там удалось организовать в конце июля (т. е. в момент
переговоров в Подгорице между, повстанцами и прави-
тельством) вооруженные демонстрации в поддержку
требования автономии Албании. Но эти разрозненные
выступления уже не могли повлиять на общий ход со-
бытий.
Так, турецким властям при поддержке албанской зна-
ти удалось предупредить массовое вооруженное восста-
ние на юге Албании. Албанские повстанцы на севере не
получили реальной поддержки.
Между тем концентрация турецких войск на границе
с Черногорией привела к столкновениям между турец-
кими и черногорскими войсками. И в Турции, и в Черно-
гории заговорили о войне. В этот момент вмешались
Россия и Австро-Венгрия: обе они не были готовы к
войне и не хотели военного конфликта на Балканах,
По их настоянию правительства Черногории и Турции
начали переговоры и 28 июля подписали соглашение об
урегулировании пограничного конфликта и «вопроса об
албанских беженцах» (так иносказательно было названо
в дипломатических документах албанское восстание).
Вслед за тем турецкое правительство объявило новые
условия амнистии повстанцам. Оно обещало провести
некоторые реформы, но только в северных албанских
районах: снижение налогов, сокращение срока и изме-
нение системы военной службы, построить несколько
школ и ввести в них обучение на албанском языке, а так-
11*
163
же возместить убытки, понесенные горцами-албанцами
во время восстания.
2 августа 1911 г. представитель турецкого правитель-
ства объявил албанским повстанцам, собравшимся близ
Подгорицы, эти условия, но повстанцы настаивали на
требовании автономии, хотя продолжать борьбу они уже
не могли. Не хватало боеприпасов, к тому же черногор-
ские власти прекратили выдачу хлеба и угрожали вы-
слать всех албанцев-беженцев, если повстанцы будут
упорствовать в переговорах с турецким правительством.
3 августа 1911 г. руководители военных отрядов со-
гласились принять амнистию на предложенных им усло-
виях. Вскоре повстанцы начали возвращаться в свои
разрушенные селения. Турецкие власти официально зая-
вили о прекращении албанского восстания. Была объяв-
лена общая амнистия также в южных и центральных
районах Албании. Вскоре в г. Тепелене турецкие власти
созвали из угодных и преданных им людей съезд «пред-
ставителей Южной Албании», который принял предло-
женные турецким правительством условия соглашения.
Таким образом, восстание 1911 г. закончилось неуда-
чей. Соглашательская позиция албанских руководите-
лей, не сумевших отстоять требования автономии и удо-
влетворившихся небольшими уступками со стороны ту-
рецкого правительства, была одной из главных причин
этой неудачи. Успеху движения помешали также несо-
гласованность в действиях отдельных албанских коми-
тетов, недостаток вооружения и продовольствия. Нема-
лое значение имели и внешнеполитические причины —
враждебная позиция держав, и особенно Австро-Венг-
рии, боявшихся роста албанского освободительного дви-
жения.
Восстание 1912 г.
Весною следующего, 1912 г., в Албании нача-
лось новое мощное антитурецкое восстание. Оно вспых-
нуло в период военного и политического кризиса, кото-
рый переживала в то время Турция. В сентябре 1911 г.
началась итало-турецкая война, а в октябре 1911 г.
возобновились начатые еще в апреле переговоры о союзе
между Сербией и Болгарией. Хотя переговоры происхо-
дили втайне, слухи о приближении новой войны широко
164
распространились на Балканах и породили большое воз-
буждение, особенно в Албании и Македонии.
Ослабление Турции использовала и внутренняя турец-
кая оппозиция, руководимая созданной в ноябре 1911 г.
партией «Свобода и согласие» («Хюрриет ве итиляф»).
Программа партии «Свобода и согласие» была реакцион-
ной (усиление власти султана, свобода действий для ино-
странного капитала), но она содержала пункты о децен-
трализации Турецкой империи и автономии националь-
ных областей.
Оппозиция постепенно приобрела решающее влияние
в парламенте. Это заставило младотурецкое правитель-
ство в январе 1912 г. распустить парламент. Новая пала-
та состояла из сторонников младотурок, но политические
позиции младотурецкой партии не стали крепче.
В острой политической борьбе с младотурками их
противники итиляфисты стремились использовать албан-
ское национальное движение. Эта задача облегчалась
тем, что итиляфисты наследовали от своих предшествен-
ников— группы сторонников принца Сабахеддина и пар-
тии «Ахрар» лозунг децентрализации и тесные связи с
Исмаилом Кемалем-беем и другими албанскими полити-
ческими деятелями такого же направления (среди них
был, например, забаллотированный, так же как и Исмаил
Кемаль-бей во время парламентских выборов 1912 г.,
бывший депутат от Албании Хасан-бей Приштина). В ре-
зультате албанцы оказались втянутыми во внутреннюю
турецкую борьбу, которая при любом исходе не могла им
принести благоприятных перемен.
Итало-турецкая война, подготовка войны на Балка-
нах, внутренние события в Турции — все это свидетель-
ствовало о глубоком кризисе Османской империи. В ал-
банской зарубежной печати громко зазвучали призывы
к всеобщему вооруженному восстанию.
«Сейчас наиболее подходящий момент для того,
чтобы освободиться от пятивекового рабского гнета,—
призывала газета «Лири э Шкиперис» («Свобода Алба-
нии»), выходившая в Болгарии.— Албанцы, используем
этот момент для создания свободной Албании!» *. Демо-
кратическая газета «Коха» («Время»), редактором кото-
1 «Liri е $Ьц1рёп5ё», 30.IX 191'1.
165
рой был Михаль Грамено, писала: «Эта война показала
нам, что все свои надежды мы должны возлагать на
собственные силы, а не на справедливость Европы, кото-
рая принимает сторону сильного, а не правого» 2.
Деятели феодального направления во главе с Исмаи-
лом Кемалем группировались в этот момент вокруг со-
зданного в начале 1912 г. в Ницце Центрального албан-
ского комитета, претендовавшего на руководство всем
албанским национальным движением. Они также вели
подготовку к восстанию, но предлагали албанцам бороть-
ся только за смену турецких кабинетов, за общетурецкие
реформы и «обновление» Турции.
Албанские патриоты-демократы, призывая к новому
восстанию против турецкого гнета, стремились сблизить-
ся с демократическими силами других балканских наро-
дов. В них они видели своих естественных союзников в
освободительной борьбе. Но сближению между балкан-
скими народами в этот момент мешали слабость демо-
кратических сил, малочисленность балканского пролета-
риата и реакционное вмешательство европейских госу-
дарств. Правительства балканских стран при поддержке
империалистических держав вели на Балканах шовини-
стическую пропаганду. Турецкие правящие круги отве-
чали на эту пропаганду широкой воинственной антисла-
вянской кампанией, разжигая мусульманский фанатизм
и «патриотические чувства» всех «османов» — подданных
султана.
Младотурецкое правительство в начале 1912 г. сдела-
ло несколько уступок населению в Албании, надеясь обе-
спечить себе его поддержку. Было разрешено вновь от-
крыть албанские школы, а также начать преподавание
албанского языка в турецких государственных начальных
и средних школах. Но средства, выделенные на проведе-
ние этой школьной реформы, были ничтожны. К тому же
турецкие чиновники настаивали на том, чтобы учителя
албанского языка пользовались арабским алфавитом.
Понятно, что такая «реформа» вызывала у албанцев
раздражение.
Под видом подготовки коренных преобразований в
административном управлении Европейской Турции ту-
рецкое правительство послало в Албанию и Македонию
2 «Koha», 4.XII 19Ц,
16R
весной 1912 г. комиссию во главе с министром внутрен-
них дел. Деятельность этой комиссии привела лишь к
увеличению численности турецкой администрации, войск
и жандармерии в Албании и Македонии.
Выборная кампания в новый турецкий парламент
еще больше обострила обстановку в Албании. Младо-
турки беспощадно расправлялись с албанскими кан-
дидатами в парламент, подкупали избирателей, под-
тасовывали результаты голосования. В некоторых горо-
дах во время выборов происходили настоящие бои меж-
ду албанцами, защищавшими своих кандидатов, и турец-
кими войсками.
Центром нового албанского восстания в 1912 г. стал
Косовский вилайет. Ранней весной в горных районах у
Джаковицы (Красничи, Битучи, Хаси) албанцы изгнали
чиновников, запретивших порубку леса. В деревне Исток
(около Печа) албанские отряды напали на турецких
солдат, строивших новую тюрьму.
Вооруженные группы албанцев совершали нападения
на турецких чиновников, почту, военные посты. В сере-
дине марта 1912 г. газета «Лири э Шкиперис» опублико-
вала заявление албанских повстанцев Косово. Оно
содержало следующие требования: назначение в вилайет
только чиновников-албанцев, открытие албанских школ,
военная служба албанцев только в пределах Косовского
вилайета. В мае к повстанцам Косово примкнули албан-
цы Мирдиты, Мертури, Никай.
В Мирдите в начале мая албанцы напали на турецкие
войска у переправы через реку Дрин. Бои длились около
двух недель. Поддержку повстанцам оказало население
Шкодры, где был создан специальный комитет из му-
сульман и католиков для помощи восстанию. В июне к
восстанию присоединились жители Круи и Тираны.
Острые столкновения между албанцами и турецкими вой-
сками произошли в Брегмати и у Круи. В районе Мир-
диты— Задримы — Круи насчитывалось около 20 тыс.
албанских повстанцев. Однако они действовали разроз-
ненно, только в своих районах, около родных селений,
не пытаясь установить единого плана действий.
В Косовском вилайете местные албанские беи, быв-
шие депутаты турецкого парламента — Хасан-бей Приш-
тина, Неджиб Драга-бей, решили возглавить восстание,
чтобы использовать его в своих интересах. В конце мая
W7
1912 г. они вместе с военными командирами восстав-
ших— Байрамом Цури, Ризой-беем и др. в селении Юник
приняли у многотысячного собрания албанцев клятву
верности («бесу») борьбе против младотурецкого прави-
тельства.
К началу июня 1912 г. силы повстанцев в Косовском
вилайете сконцентрировались у Джаковицы и южнее
Митровицы. Албанцы готовились выступить по линии же-
лезной дороги Скопле — Митровица, а также занять
Джаковицу. 12 июня город был окружен. Завязались
ожесточенные бои. Не имея достаточных сил для сопро-
тивления, турецкое командование начало переговоры.
В этот момент начались волнения среди офицеров ту-
рецких частей, расквартированных в Косовском и Би-
тольском вилайетах. Турецкие офицеры, принадлежав-
шие в большинстве своем к тайному оппозиционному
союзу «Спасителей отечества», потребовали отставки мла-
дотурецкого кабинета и заявили, что поддерживают ал-
банское восстание. Однако турецкая военная оппозиция
выступила против албанского требования автономии
Албании.
Тогда примкнувшие к восстанию албанские феодалы,
в том числе Хасан Приштина, заявили, что временно от-
казываются от требования автономии и главной задачей
восстания считают борьбу против младотурецкого прав-
ления. На этой основе между албанскими повстанцами
в Косово и руководителями оппозиционного турецкого
движения было заключено соглашение.
В южных районах Албании и Македонии отношения
между албанскими повстанцами и турецкой военной оп-
позицией сложились иначе, чем в Косовском вилайете.
Руководители южных албанцев отказались снять ради
союза с военной оппозицией требование автономии Ал-
бании. Албанские комитеты в Корче, Эльбасане, Дибре,
Битоле вели в это время агитацию за автономию Алба-
нии. Возникали смешанные отряды из албанцев-мусуль-
ман и православных. В Корче, Пермете, Курвелеши и
других районах действовали крупные вооруженные отря-
ды. Они готовились к взятию Корчи, важнейшего города
Южной Албании. Но осуществлению этого замысла по-
мешал недостаток оружия.
Турецкая оппозиция добилась в июле 1912 г. отстав-
ки младотурецкого кабинета. Новое правительство во
168
главе с Гази Мухтаром-пашой прислало в Приштину ко-
миссию для переговоров с албанцами. Несмотря на от-
ставку младотурецкого кабинета, большинство повстан-
цев продолжали восстание, требуя автономии Албании.
В конце июля 1912 г. вооруженные албанские отряды
заняли Фиери и Берат. В Корче, Эльбасане, Люшне, Ги-
рокастре формировались новые отряды повстанцев. По
приблизительным подсчетам, силы албанцев только в
Южной и Центральной Албании составляли около 30 тыс.
человек.
Хасан Приштина и его сторонники из числа албанских
феодалов призывали албанцев продолжать восстание, но
только до тех пор, пока не будет распущена палата депу-
татов, имевшая младотурецкий состав. 5 августа 1912 г.,
напуганное размахом албанского восстания, правитель-
ство Мухтара-паши под давлением оппозиции распустило
палату. Тогда Хасан Приштина и его сторонники заяви-
ли, что албанцы прекращают восстание и готовы заклю-
чить соглашение с турецким правительством. В качестве
основы для этого соглашения албанскими феодалами
была выдвинута программа из 14 пунктов (так называе-
мые «14 пунктов Хасана Приштины»). Проникнутая ре-
лигиозным мусульманским духом, эта программа в срав-
нении с «Красной книгой» была очень ограниченной. Тре-
бования ее, имевшие в какой-то мере национальный ха-
рактер, сводились к следующим пунктам: назначение в
Албанию чиновников, знакомых с языком и обычаями
страны, военная служба для албанцев только в пределах
Албании, свобода для албанского языка и частных ал-
банских школ. Кроме этого, программа включала пункты
о защите мусульманских нравов и обычаев, об увеличе-
нии кредитов на содержание духовных мусульманских
школ (медресе), о расширении общественных работ. Про-
грамма требовала также даровать общую амнистию уча-
стникам оппозиционного движения и отдать под суд чле-
нов двух младотурецких кабинетов Хаккы-паши и Саи-
да-паши. 9 августа эта программа была вручена турец-
кой правительственной комиссии в Приштине.
Тем временем албанские повстанцы вошли в Скопле,
а в южных и центральных районах заняли Пермет, Лес-
ковику, Коницу, Эльбасан, Дибру. Повстанцы требо-
ради продолжать восстание до победного конца, т. е. до
Завоевания автономии Албании.
169
Турецкое правительство Мухтара-паши заявило о
своей готовности выполнить «14 требований», за исклю-
чением двух пунктов этой программы: возвратить ору-
жие албанскому населению Косовского вилайета, от-
нятое во время турецких карательных экспедиций, и пре-
дать суду младотурецких министров. Хасан Приштина
и его сторонники, надеявшиеся, что своей «сговорчиво-
стью» они добьются восстановления своих депутатских
мест и иных милостей от нового турецкого правительст-
ва, добились прекращения восстания.
Албанские феодалы, оправдывая свою соглашатель-
скую политику, ссылались на приближение балканской
войны, на угрозу со стороны соседей-славян и, наконец,
на религиозную общность албанцев с турками. Подписав
в Скопле соглашение с турками, они телеграфировали в
города и селения Албании, что дальнейшие действия ал-
банских отрядов против турецких властей должны быть
прекращены.
В некоторых районах командиры албанских отрядов
не подчинились приказу феодального руководства и про-
должали военные действия. Не ожидая выполнения обе-
щаний правительства Мухтара-паши, население албан-
ских городов изгоняло турецких чиновйиков, требовало
создания собственной албанской администрации.
Восстание 1912 г. не привело к освобождению Алба-
нии от турецкой зависимости или хотя бы к завоеванию
национальной автономии. Албанские феодалы, ставшие
у руководства восстанием, предали национальные инте-
ресы и ради соглашения с турецкой реакционной оппози-
цией отказались от борьбы за автономию Албании.
Героическая борьба албанских повстанцев не прошла
бесследно: позиции Турции в Албании и вообще на Бал-
канском полуострове значительно ослабели, а это под-
готовило условия для провозглашения независимости
Албании в ноябре 1912 г.
Провозглашение независимости
Албании
Спустя полтора месяца после соглашения в
Скопле и обещания турецкого правительства провести в
Албании реформы началась балканская война. Наступ-
ПО
ление войны было ускорено поражением Турции в три-
политанской войне и ростом национально-освободитель-
ного движения в Албании и Македонии.
9 октября 1912 г. начала военные действия против
Турции Черногория, а 18 октября в войну вступили Бол-
гария, Сербия, Греция. Исход балканской войны опреде-
лился в первые несколько недель. Уже 2 ноября 1912 г.
Турция, после крупных поражений на фронтах, предло-
жила Болгарии перемирие, а затем при посредничестве
великих держав вступила в переговоры о заключении
мира с балканскими союзниками.
Война балканских союзников против Турции перепле-
талась с национально-освободительной борьбой угнетен-
ных народов Турецкой империи и способствовала успеху
этой борьбы. Победа балканских стран над феодальной
Турцией имела большое прогрессивное значение по своим
объективным результатам. «Победы сербов и болгар,—
писал В. И. Ленин,— означают... обеспечение всего обще-
ственного развития балканских стран, задержанного аб-
солютизмом и крепостническими отношениями»3.
Но историческая задача освобождения балканских на-
родов от феодального турецкого ига решалась путем вой-
ны, а не революционным путем. Причиной этого была сла-
бость демократических сил на Балканах. «Главная исто-
рическая причина этого — слабость, раздробленность,
неразвитость, темнота крестьянских масс во всех балкан-
ских странах, а также малочисленность рабочих» 4. Осво-
бождение балканских народов стоило им десятков тысяч
человеческих жизней, экономического разорения и не
было полным.
Буквально с первых дней войны районы с албанским
населением подверглись оккупации войсками балканских
государств. Албанское население вначале рассматривало
балканские армии как своих союзников в борьбе против
турецкого правительства. Турецким властям не удалось
разжечь среди албанцев мусульманский «патриотизм».
Солдаты-албанцы дезертировали из турецкой армии.
В районах Шкодры и в Косово албанские вооруженные
3 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 22, стр. 187.
4 Там же.
171
отряды участвовали в боях на стороне сербских и черно-
горских войск.
Но вскоре отношение албанского населения к армиям
балканских союзников изменилось. Правящие круги бал-
канских стран за лозунгом освобождения народов от ту-
рецкого ига скрывали свои захватнические цели в отно-
шении Албании и Македонии. Они рассматривали свое
пребывание в Албании как оккупацию завоеванной тер-
ритории. Албанское население, как и македонское, под-
вергалось репрессиям, военным реквизициям. Беспощад-
но подавлялись любые проявления национальных чувств,
самостоятельности.
Внутри Албании национальная пропаганда и вообще
деятельность каких-либо национальных организаций
была в этот момент невозможна, поэтому центр патрио-
тической деятельности был перенесен за пределы Алба-
нии. В ноябре 1912 г. в Бухаресте состоялось собрание
представителей от различных албанских организаций,
эмигрантских объединений, органов печати. Собрание
решило обратиться к великим державам с требованием
признания автономии Албании в рамках Турецкой импе-
рии. Административное устройство Албании должно
было быть основано на принципах «Красной книги»
1911 г. Было решено также, что в Дурресе соберется
национальный конгресс, который изберет временное пра-
вительство автономной Албании. Для осуществления это-
го решения группа участников собрания во главе с Ис-
маилом Кемалем отправилась в Албанию.
Когда армии балканских союзников начали быстро
продвигаться по территории Албании, неожиданно вы-
ступила в роли защитницы «свободы и независимости»
албанского народа Австро-Венгрия, хотя всего за полго-
да до этого она активно противодействовала успеху на-
ционального албанского движения.
При поддержке Германии Австро-Венгрия, стремясь
всеми средствами не допустить усиления Сербии и пре-
градить ей путь к Адриатическому побережью, выдви-
нула проект создания автономной Албании. Австро-
Венгрию поддержала и Италия, которая также хотела
помешать выходу Сербии к Адриатическому морю, так
как тайно вынашивала планы подчинения Албании свое-
му контролю и превращения Адриатического моря во
«внутреннее» итальянское море. Таким образом, Австро-
172
Венгрия и Италия, две империалистические державы,
соперничавшие на протяжении нескольких десятилетий
в так называемом албанском вопросе, выступили в этот
момент согласованно в поддержку автономии Албании,
руководствуясь, разумеется, не интересами албанского
народа, а своекорыстными расчетами.
Позицию Австро-Венгрии и Италии в вопросе о буду-
щей судьбе Албании поспешили использовать албанские
политические деятели, имевшие старые связи с итальян-
ской и австрийской дипломатией.
Роль албанского представителя в переговорах с ав-
стрийскими правящими кругами о поддержке автономии
Албании взял на себя Исмаил Кемаль-бей. По пути из
Бухареста в Дуррес он встретился в Будапеште с ми-
нистром иностранных дел Австро-Венгрии графом Берх-
тольдом, а затем — в Вене с итальянским послом в
Австро-Венгрии и заручился поддержкой обоих пра-
вительств.
Австрийское правительство предоставило Исмаилу
Кемалю и ехавшей с ним группе албанцев пароход, на
котором они и прибыли 20 ноября в Дуррес.
В это время большая часть территории Албаний была
оккупирована войсками балканских союзников. Черно-
горские войска осадили Шкодру. Одна колонна сербской
армии подошла к Эльбасану, другая — пройдя Лежу,
подступила к Тиране и Дурресу. Греческие войска, окру-
жив Янину, продвигались в районы Южной Албании. Все
же, несмотря на препятствия со стороны оккупационных
властей и турецкой администрации (кое-где она еще со-
хранялась), удалось собрать во Влёре конгресс предста-
вителей от различных районов Албании. На конгрессе
присутствовало и несколько делегатов от заграничных
эмигрантских албанских центров.
28 ноября 1912 г. конгресс торжественно провозгласил
независимость Албании. У входа в дом, где заседал кон-
гресс, был поднят албанский национальный флаг — дву-
главый черный орел на красном поле. В тот же день
независимость Албании была провозглашена в Берате,
Дельвине, Тепелене, Пермете, Фиери, Гирокастре, Леско-
вику и других албанских городах. На зданиях городских
управ были подняты албанские флаги.
Спустя неделю сформировалось Временное албанское
правительство. В него вошли бывшие турецкие чиновни-
173
кй, крупные землевладельцы, купцы и Предприниматели.
Председателем правительства был избран Исмаил Ке-
маль-бей, заместителем — католический священник Ни-
кола Качорри.
Известие о провозглашении независимости и создании
албанского правительства восторженно приветствовало
население всей Албании и албанцы, жившие в эмиграции
в Румынии, Болгарии, США и т. д. Участников влёрского
конгресса и членов первого правительства во главе с Ис-
маилом Кемалем население албанских городов и селений
встречало как национальных героев. Они пожинали лав-
ры победы, которая по праву могла быть названа нацио-
нальной. Хотя в действительности не они были ее истин-
ными творцами, историческая буржуазная традиция и
народная память, первая —обдуманно, а вторая — бес-
сознательно, отдали им, а не безымянным народным
героям славу создателей независимой Албании. В дейст-
вительности же независимость Албании была достигнута
благодаря упорной героической борьбе албанского наро-
да: крестьян, ремесленников, демократической интелли-
генции, зарождающегося рабочего класса. Именно эта
борьба подготовила условия для освобождения Албании
от турецкого многовекового ига. Большое значение имели
при этом победы балканских союзников над Турцией,
а также позиция Австро-Венгрии, которая хотела создать
албанское государство как преграду для проникновения
Сербии на Адриатику.
Создание албанского национального государства в
ноябре 1912 г. было встречено сочувственно в прогрес-
сивных кругах всех стран. Международный пролетариат
приветствовал уничтожение турецкого феодального гос-
подства над Албанией, веками тормозившего экономиче-
ское и культурное развитие страны.
Русская большевистская «Правда» уже в день про-
возглашения независимости Албании, 28 ноября 1912 г.,
поместила информацию о событиях во Влёре. Несколько
позже она сообщила о создании Временного албанского
правительства и его составе. 10 и 11 декабря в «Правде»
была опубликована большая статья под заголовком
«Шкипитары — орлы». Приветствуя освобождение Алба-
нии от турецкого ига, автор этой статьи привел наиболее
яркие страницы из истории освободительной борьбы ал-
банского народа: восстания против Турции в 30—50-х го-
174
дах XIX в., движение под руководством Албанской лиги,
восстания 1910—1912 гг. и др. Албанскому народу, гово-
рилось в статье, пришлось вести долгую борьбу не только
против турецкого правительства, но и против Австро-
Венгрии и Италии, пытавшихся подчинить своему влия-
нию Албанию.
Рисуя сложные внутренние и международные усло-
вия, в которых произошло освобождение Албании от ту-
рецкого ига, «Правда» писала, что провозглашение не-
зависимости Албании есть прежде всего результат дли-
тельной героической борьбы албанского народа за свое
освобождение.
Албаиия под контролем
империалистических держан
Спустя пять дней после провозглашения неза-
висимости Албании, 3 декабря 1912 г., Турция подписала
перемирие с Болгарией, Сербией и Черногорией. Грече-
ские войска продолжали военные действия, хотя Греция
и согласилась участвовать в мирных переговорах. Мир-
ные переговоры между Турцией и балканскими союзника-
ми начались в середине декабря 1912 г. в Лондоне. Одно-
временно там же, в Лондоне, проходила конференция по-
слов «великих держав», созванная по инициативе англий-
ского правительства. Эта конференция империалистиче-
ских держав должна была, по сути дела, продиктовать
представителям воюющих сторон условия мира и вырабо-
тать план раздела между балканскими странами отошед-
ших от Турции территорий.
На первом заседании Лондонской конференции пос-
лов 17 декабря 1912 г. по предложению Австро-Венгрии
и при поддержке Германии и Италии было принято реше-
ние о создании автономной Албании под верховной вла-
стью султана и под контролем шести великих держав,
с учетом «особых интересов» Австро-Венприи и Италии,
Австро-Венгрия настаивала на автономии Албании и не
поддерживала принцип албанской независимости, так
как не хотела ущемить интересы Турции — своей вероят-
ной союзницы в будущей мировой войне. Вместе с тем,
противодействуя стремлению Сербии получить -доступ к
Адриатическому морю, австро-венгерская дипломатия
175
добивалась, чтобы занятые сербскими войсками адриати-
ческие порты были включены в состав Албании, над ко-
торой Австро-Венгрия надеялась установить свой проте-
кторат. Конфликт между Сербией и Австро-Венгрией гро-
зил перерасти в общеевропейскую войну. Русское прави-
тельство, не готовое к войне, посоветовало Сербии пойти
на компромисс. Сербия была вынуждена отказаться от
притязаний на порты на Адриатическом море.
Вопрос о границах Албании вызвал и другие серьез-
ные разногласия как между «великими державами», так
и между балканскими странами. В сущности, за всеми
этими разногласиями скрывалась борьба империалистов
за союзников в будущей мировой войне, за позиции
на Балканах. Албания, ее территория и интересы были
для империалистических держав лишь разменной мо-
нетой.
После ожесточенных споров, грозивших не раз пере-
расти в военный конфликт между Австро-Венгрией с од-
ной стороны, Черногорией и Сербией — о другой, Лондон-
ская конференция к весне 1913 г. установила северную
и северо-восточную границы Албании. Австро-Венгрия
«уступила» Сербии сначала Дибру, а затем Джаковицу,
Призрен и Печ. Взамен правительство царской России
отказалось от поддержки черногорских притязаний на
Шкодру.
Пока в Лондоне шли переговоры, 23 января 1913 г. в
Турции произошел государственный переворот. К власти
опять пришли младотурки. Новое турецкое правитель-
ство, поощряемое Германией и Австро-Венгрией, возоб-
новило 3 февраля 1913 г. военные действия против бал-
канских союзников, но после тяжелых поражений турец-
кой армии и утраты Янины и Адрианополя Турция снова
запросила мира. 23 апреля 1913 г. в Лондоне возобнови-
лись мирные переговоры между Турцией и балканскими
союзниками.
В тот же день конференция послов по настоянию Ав-
стро-Венгрии предложила Черногории эвакуировать вой-
ска из-под Шкодры, осажденной черногорской армией с
первых дней войны. Черногория отказалась, несмотря на
угрожающую позицию Австро-Венгрии и морскую демон-
страцию военного флота держав. Одновременно черно-
горское командование вступило в сговор с командиром
осажденного в Шкодре турецкого гарнизона Эсадом-
176
пашой Топтани, происходившим из албанской феодаль-
ной знати. Эсад-паша согласился «уступить» Черногории
Шкодру, а черногорское правительство взамен обязалось
провозгласить этого авантюриста «королем Албании».
Опасаясь выступления Австро-Венгрии против Черно-
гории, русское правительство поспешило пообещать Чер-
ногории «компенсации» в случае, если она откажется от
Шкодры. Уступая давлению держав и требованиям рус-
ского правительства, Черногория вывела войска из Шкод-
ры. 14 мая 1913 г. Шкодра была занята международным
военным отрядом. Управление городом перешло к ко-
мандованию международной эскадры, стоявшей у бере-
гов Албании.
30 мая 1913 г. в Лондоне представители балканских
стран подписали с Турцией мирный договор, лишивший
ее почти всех европейских владений, кроме Стам-
була и небольшой территории к западу от него. Турецкое
правительство отказывалось от всяких притязаний на
Албанию. Будущие границы независимой Албании и ее
государственное устройство должна была определить
конференция послов великих держав. Таким образом,
Лондонский договор подтверждал суверенитет Албании,
но ставил ее судьбу в зависимость от решения импе-
риалистических держав.
В конце июня 1913 г. началась вторая балканская
война, вызванная захватнической политикой буржуазно-
шовинистических кругов балканских стран и вмешатель-
ством дипломатии империалистических держав, прежде
всего Австро-Венгрии и Германии. В течение несколь-
ких недель Болгария была разгромлена выступившими
против нее Сербией, Черногорией, Грецией, Турцией и
Румынией. Эта война разрушила Балканский союз, при-
вела к обострению противоречий между балканскими
странами, усилила антагонизм между Австро-Венгрией и
Сербией.
Когда вторая балканская война уже близилась к
концу, 29 июля 1913 г., конференция послов в Лондоне
утвердила Органический статут независимого нейтраль-
ного княжества Албании. Нейтрализацию албанской тер-
ритории гарантировали шесть «великих держав». Всякая
зависимость Албании от Турции уничтожалась.
Контроль над гражданской администрацией и финан-
сами Албании передавался международной комиссии в
12 Краткая история Албании
177
составе шести делегатов of великих держав и одного
представителя Албании. В течение ближайших шести
месяцев европейскими державами должен был быть
избран князь на албанский престол, а контрольной ко-
миссией закончено оформление албанской администра-
ции. Устанавливалось, что общественную безопасность и
порядок в стране обеспечит жандармерия под руковод-
ством иностранных (голландских) офицеров.
Границы нового государства продолжали оставаться
злободневной и острой проблемой. К концу лета 1913 г.
после бесконечных опоров, интриг и т. п. конференция
псГслов вынесла окончательное решение об основном на-
правлении границ. В Албанию выехали две разграничи-
тельные комиссии. Работа их шла медленно. В комисси-
ях, в уменьшенном масштабе, продолжалась острая борь-
ба между двумя европейскими империалистическими
группировками за влияние на Балканах.
Германский делегат майор фон Лафферт весьма об-
разно описывал обстановку в разграничительной комис-
сии: «Теперь союз (Тройственный.— Авт.) стоит сплочен-
но против Согласия. Француз так обозлился, что уже
грозил отъездом. Союз сегодня днем обработал англича-
нина и мы должны были его перетянуть к себе, так как
он довольно мягок и нерешителен... В общем Союз хочет
видеть Албанию елико возможно большей. Согласие —
елико возможно меньшей. Затем, как Италия, так и
Австрия, считают Албанию сферой своего влияния и
благодаря этому бесконечно ссорятся. Англию... мы пе-
ретягиваем на свою сторону» 5.
В результате одна из двух международных комиссий
подписала 13 декабря 1913 г. во Флоренции протокол,
определивший юго-восточную границу Албании. Граница
проходила южнее Корчи, затем поворачивала круто на
север. Районы Корчи и Гирокастры остались в Албании,
а округ Чамерии получила Греция. Работа по установле-
нию остальных албанских границ осталась не завершен-
ной до начала мировой войны.
Во внутренней жизни Албании после провозглашения
независимости царил хаос. Война полностью дезоргани-
зовала и без того слабую экономику страны. Наруши-
5 Цит. по: А. А. М о г и л е в и ч, М. Э. А й р а п е т я н. На пу-
тях к мировой войне 1914—1918 rr. М., 1940, стр. 204.
178
лись обычные торговые связи с районами, отошедшими к
другим балканским странам. Политическая анархия в
стране тяжело отразилась на внутренней торговле. Вре-
менное правительство Исмаила Кемаля унаследовало от
турецких времен финансовую разруху, совершенно непри-
годный административный аппарат. В правительстве
были представлены только имущие классы — крупные
землевладельцы, духовенство, чиновники. Широкие на-
родные массы Албании, своей борьбой добившиеся неза-
висимости страны и создания первого албанского прави-
тельства, ничего не получили от него.
Правительство Исмаила Кемаля не провело никаких
социальных реформ. Феодалы, духовенство сохранили
свои земельные богатства.
Отданная решением Лондонской конференции под
контроль империалистических держав, Албания фактиче-
ски не приобрела ни политической, ни экономической
самостоятельности, хотя и перестала быть частью Турец-
кой империи. Державы не отказались от своей политики
колониального ограбления Албании. Могущественная
банковская группа, возглавляемая австрийским «Винер
Банкферейн» и итальянским «Банка коммерчале д’Ита-
лиа», уже в середине 1913 г. получила от временного
албанского правительства чрезвычайно выгодную для
нее концессию на организацию албанского Национально-
го банка с предоставлением ему права производить все-
возможные финансовые и коммерческие операции, вклю-
чая выпуск денежных знаков и чеканку монет, заключать
внутренние и внешние займы, учреждать монополии и
вообще играть роль государственного казначейства для
всей Албании. «Национальным» этот банк был лишь по
названию. Располагая исключительными привилегиями,
он в действительности передавал всю экономическую и
финансовую жизнь Албании в бесконтрольное распоря-
жение Австрии и Италии.
Италия в октябре 1913 г. добилась от правительства
Исмаила Кемаля согласия на назначение итальянских
советников во все отрасли государственного управления,
а также на получение концессий на разработку естествен-
ных богатств Албании. Тогда же один из австрийских
предпринимателей получил концессию на строительство
железнодорожной линии, соединявшей север и юг Алба-
нии.
12*
179
Державы Антанты, йе Желавшие допускать Такого
усиления позиций Австро-Венгрии и Италии в Албании,
добились расторжения заключенных албанским прави-
тельством договоров о концессиях. По решению держав,
контрольная комиссия стала решающей инстанцией при
заключении любых концессий правительством Албании.
Но все же, когда Национальный банк Албании был соз-
дан и его акции были поделены между финансовыми
группами всех великих держав, Австро-Венгрии удалось
сохранить за собой право на львиную долю добычи. Она
получила 60% всех акций.
В Албании не было твердой центральной власти.
В различных районах страны крупные феодалы из мест-
ной знати, бывшие турецкие чиновники и офицеры, со-
брав вокруг себя небольшие вооруженные отряды и за-
ручившись поддержкой австрийской или итальянской:
дипломатии, или же турецких тайных агентов, претендо-
вали на управление страной. Кроме правительства Ис-
маила Кемаля, осенью 1913 г. в Албании правили: в Оро-
ши (центр Мирдиты) —Пренк Биб Дода, в Эльбасане —
Акиф-паша, в Фиери — Омер-паша и т. д. В Дурресе хо-
зяйничал Эсад-паша, добивавшийся свержения прави-
тельства Исмаила Кемаля и установления своей «коро-
левской» власти над всей Албанией. Вокруг Эсада-паши
группировались протурецки настроенные элементы, поль-
зовавшиеся поддержкой Турции.
В конце 1913 г. Эсад-паша объявил себя «правителем»
Центральной Албании. Борьба между сторонниками
правительства Исмаила Кемаля и «эсадистами» охвати-
ла центральные и северные районы страны. Политиче-
ские позиции правительства Исмаила Кемаля были по-
дорваны. 22 января 1914 г. правительство Исмаила Ке-
маля передало свои полномочия международной конт-
рольной комиссии. Иомаил Кемаль эмигрировал за гра-
ницу.
Через месяц корона албанского княжества по реше-
нию великих держав была торжественно вручена выход-
цу из немецкой княжеской фамилии Вильгельму Виду.
Капитан прусской армии, племянник румынской короле-
вы Елизаветы, князь Вильгельм Вид был избранником
австро-германской дипломатии. В Вене и Берлине надея-
лись, что князь Вид поможет австро-германской диплома-
тии превратить Албанию в зону беспрепятственного гос-
180
подства Австро-Венгрии и Германии. 7 марта 1914 г.
князь Вид, получивший королевский титул, въехал в Дур-
рес.
Въезд нового монарха Албании был обставлен очень
торжественно. Почетный эскорт военных кораблей вели-
ких держав сопровождал яхту Вида, предоставленную
ему австрийским правительством. Австрийские советни-
ки пользовались решающим влиянием в личном, создан-
ном при короле Албании «совете», опираясь на который
правил Вильгельм Вид.
Впрочем, власть Вида была лишь номинальной. Она
не распространялась дальше стен королевского дворца.
Опереточный король Албании не пользовался в стране
никаким влиянием.
Назначенное королем правительство возглавил пред-
ставитель старой албанской служилой знати Турхан-паша
Пермети, бывший посол Турции в России. Правительство
Турхана-паши мало отличалось от правительства Исмаи-
ла Кемаля. В его состав вошли крупнейшие албанские
феодалы-землевладельцы.
Министром внутренних дел и обороны Вид вынужден
был назначить Эсада-пашу, которому фактически при-
надлежала власть в Дурресе и соседних районах Цент-
ральной Албании. Участие Эсада-паши, связанного с
итальянской дипломатией, в проавстрийском правитель-
стве Вида вызвало острую внутриправительственную
борьбу.
В мае 1914 г. был раскрыт очередной заговор Эсада-
паши против Вида. Эсад-паша был арестован, но в его
защиту выступило итальянское правительство и дело
кончилось тем, что Эсада выслали из страны.
Правительство Греции, долго тянувшее с выполнением
Флорентийского протокола об албано-греческой границе,
в марте 1914 г. под давлением держав, наконец, согласи-
лось вывести свои войска из Корчи и Дельвины. 1 марта
1914 г. греческие войска покинули Корчу. Однако за
несколько дней до этого агенты греческого правительст-
ва организовали в Химаре, Гирокастре, Саранде, Корче
и в других городах мятежи под лозунгом «автономии
Северного Эпира». Южные области страны стали ареной
военных действий между греческими отрядами и частя-
ми албанской регулярной армии, сформированной пра-
вительством Вида.
Неспокойно было и в Центральной Албании. Весной
1914 г. здесь вспыхнуло вооруженное восстание. Оно было
вызвано по существу тем, что созданное из албанской фео-
дальной знати правительство Вида не провело никаких
социальных реформ, сохранило турецкую систему нало-
гов, не затронуло крупного феодального землевладения.
Протест народных масс против политики правительства
Вида использовали в своих интересах реакционные груп-
пы, которые поддерживало через своих агентов прави-
тельство Турции.
В целом народное движение в Албании в 1914—
1915 гг. имело очень противоречивый характер. Полити-
ческая незрелость народных масс и вмешательство внеш-
них сил, политические интриги Турции и соседних бал-
канских стран, вмешательство австро-германской и
итальянской дипломатии — все это чрезвычайно ослож-
няло социальную и политическую борьбу в Албании
накануне первой мировой войны.
Первая мировая война застала Албанию в состоянии
полнейшей экономической и политической анархии. Пра-
вительство Вида с трудом удерживало свои позиции в
Дурресе. Во Влёре пыталась сохранить видимость
управления международная контрольная комиссия.
В различных концах страны хозяйничали местная знать,
паши, бывшие турецкие офицеры. В начале сентября
1914 г. Вид со своей семьей покинул Албанию. В стране
не только фактически, но и номинально перестала суще-
ствовать какая-либо центральная власть.
Территория Албании с первых месяцев войны превра-
тилась в арену военных действий. Уже 30 октября 1914 г.
Италия, официально не вступившая еще в войну, окку-
пировала остров Сазани, а 26 декабря 1914 г. итальян-
ские войска вступили во Влёру. Еще до этого, в ноябре
1914 г., Греция, с согласия держав Антанты, вновь окку-
пировала районы Южной Албании. Несмотря на то, что
эта оккупация, по соглашению с державами, должна
была носить временный характер, греческое правитель-
ство ввело свою гражданскую администрацию. От ал-
банских районов были даже избраны «эпирские» депу-
таты в парламент Греции. Решения Лондонской конфе-
ренции послов о нейтрализации Албании были забыты.
О них не вспомнила ни одна из воюющих сторон. Хотя
каждое из правительств заявляло, что лишь в целях
182
безопасности самой Албании вводит свои войска на ее
территорию и называло оккупацию «временной», в тай-
ных военных переговорах и соглашениях Албания про-
должала служить предметом торга и обмена.
В апреле 1915 г. империалистические державы за
спиной албанского народа вступили в тайный сговор об
окончательном разделе Албании после войны. В сек-
ретном Лондонском договоре, подписанном 26 апреля
1915 г. между Италией и державами Антанты, преду-
сматривалось, что за свое участие в войне на стороне
Антанты Италия получит большие территориальные при-
ращения. В Албании, в частности, она получит «в полное
суверенное владение Валону (Влёру), остров Сасено
(Сазани) и территорию достаточно обширную, чтобы
обеспечить защиту этих пунктов (между Вьосой на се-
вере и на востоке и приблизительно до северной границы
округа Химара на юге)»6. В 7-й статье тайного Лондон-
ского договора было сказано, что в центральной части
Албании будет создано «небольшое автономное нейт-
ральное государство» под протекторатом Италии, кото-
вая будет представлять его интересы в международных
делах. В той же статье Лондонского договора говорилось,
что Италия «не будет противиться разделу северных и
южных частей Албании между Черногорией, Сербией и
Грецией, если таково желание Франции, Великобритании
и России». Секретный договор 1915 г. опрокидывал ре-
шения Лондонской конференции послов о гарантии и
защите великими державами независимости и целостно-
сти албанского государства. Из шести государств, участ-
ников Лондонской конференции, четыре тайно сговори-
лись о разделе Албании.
Летом 1915 г. территория Северной Албании, включая
Шкодру, была оккупирована войсками Черногории, вое-
вавшей на стороне Антанты. В начале июля 1915 г. в цен-
тральные районы Албании вступили войска еще одной
союзницы держав Антанты — Сербии и оккупировали
ГТоградец, Эльбасан, Каваю, Тирану и Дуррес с приле-
гающими к ним районами. На юге Албании продолжали
хозяйничать греческие войска, в конце лета 1916 г. греки
вновь оккупировали г. Корчу.
6 См. ст. 6 договора.— «Международные отношения в эпоху
империализма. Документы из архивов царского и Временного пра-
вительств 1878—1917 гг.». М.— Л., 1935, серия III, т. VI, ч. 2, стр. 261.
183
В начале 1916 г. в результате наступления австро-гер-
манской армии Северная и Центральная Албания была
занята австрийскими войсками. Группа албанских дея-
телей (в том числе Луидь Гуракуки, Пренк Биб Дода)
поддерживала вначале австрийскую военную админи-
страцию. Но австрийское командование всячески ограни-
чивало политическую деятельность и национальную про-
паганду албанцев. Оно не разрешило создать ни нацио-
нальное временное правительство, ни органы местного
самоуправления. В январе 1917 г. командующий австро-
венгерскими войсками обнародовал прокламацию об ав-
тономии Албании под австрийским протекторатом, что
фактически означало установление господства Австро-
Венгрии. Незадолго до этого была провозглашена еще
одна «автономия» на юге страны, в Корче. Район Корчи
был оккупирован осенью 1916 г. французским Салоник-
ским экспедиционным корпусом. 10 декабря 1916 г. фран-
цузское командование торжественно объявило о со-
здании «автономной республики Корчи». Французская
военная администрация выпустила даже бумажные день-
ги и почтовые марки Корчинской республики. Для того,
чтобы создать хотя бы видимость национальной власти,
в Корче был создан албанский административный совет
из местной знати.
Италия, претендовавшая, как и Австро-Венгрия, на
господство над всей Албанией, расширила к концу
1916 г. свою оккупационную зону на территорию от
Адриатического побережья (у Влёры) в глубь Албании
до Гирокастры. 3 июля 1917 г. итальянское командование
выпустило в Гирокастре воззвание, в котором провозгла-
шало «единство и независимость всей Албании под эги-
дой и протекторатом королевства Италии». Чтобы пред-
отвратить сопротивление со стороны албанского населе-
ния, итальянское правительство обещало, что после
окончания войны албанцы получат право свободно из-
брать форму внутреннего правления Албании.
Так осуществлялся раздел Албании, который задолго
до первой мировой войны готовили империалистические
державы, ожесточенно соперничавшие за господство на
Балканах. Только победа Великой Октябрьской социа-
листической революции спасла Албанию от окончатель-
ного уничтожения,
Глава 7
ДЕМОКРАТИЧЕСКОЕ
И НАЦИОНАЛЬНО-ОСВОБОДИТЕЛЬНОЕ
ДВИЖЕНИЕ В 1918—1924 гг.
Влияние Великой Октябрьской
социалистической революции
на Албанию
Близилась к концу первая мировая война. На
территории Албании одни оккупанты сменялись другими,
а вместе с ними появлялись и исчезали различные аван-
тюристы и политиканы, присваивавшие себе титулы пра-
вителей Средней Албании, Мирдиты, «Всей Албании»
и т. д. Казалось, анархия и смуты прочно вошли в по-
вседневную жизнь этой небольшой балканской страны,
осужденной империалистами на раздел и закабаление.
И в это время единственная албанская газета, католиче-
ская «Поста э Шкюпниес» («Почта Албании»), выходив-
шая в Шкодре, сообщила 8 ноября 1917 г. о восстании
в Петрограде, где «победили рабочие и солдаты» ’. Так
в Албанию проникло первое сообщение о Великой Ок-
тябрьской социалистической революции. Через несколь-
ко дней, 14 ноября, та же газета в статье «Новое вос-
стание в России» прокомментировала декрет о мире, про-
возглашенный II Всероссийским съездом Советов. Неиз-
вестный автор статьи, судя по всему человек далекий от
симпатий к рабоче-крестьянской революции, тем не ме-
нее с уважением отнесся к провозглашению большевика-
ми политики мира, «что стало желанием всех народов».
1 «Dokumenta е materiale historike nga lufta e popullit shqiptar
рёг liri e demokraci. 1917—1941». Tirane, 1959, f. 2.
185
Для Албании, истощенной длительной войной и опу-
стошенной оккупационными войсками, это известие име-
ло огромное значение. Вопрос о мире, который был, по
выражению В. И. Ленина, жгучим вопросом, больным
вопросом современности2, не могла обойти молчанием
даже албанская печать, контролируемая католической
церковью и цензурой австро-венгерских оккупантов. 1 де-
кабря того же года «Поста э Шкюпниес» поместила Об-
ращение Совета Народных Комиссаров РСФСР к наро-
дам воюющих стран с предложением присоединиться к
переговорам о перемирии. Правда, текст Обращения был
опубликован не полностью. Из него были выпущены,
в частности, фразы, содержавшие призыв к солдатам,
пролетариям, крестьянам, к их партиям высказать свое
отношение к предложениям о немедленном перемирии и
всеобщем мире, а также заявление о том, что «такой мир
может быть заключен только при условии прямой и му-
жественной борьбы революционных масс против всех
империалистических планов и захватных стремлений»3.
Политическая подоплека появления такого препариро-
ванного перевода стала ясной уже из первого коммента-
рия, появившегося в редакционной статье газеты «Влаз-
ния» («Братство»), издававшейся на албанском языке в
Вене и отражавшей официальную точку зрения австро-
венгерского правительства. «Большая часть русского
народа,— писала газета,— очень хорошо поняла, что эта
кровавая война служит только одной цели — удовлетво-
рению низких устремлений некоторых политиканов, свя-
завших свою судьбу с интересами Англии и Франции»4.
Возлагая всю вину за разжигание первой мировой
войны на страны Антанты, австро-венгерское правитель-
ство стремилось обелить свою политику на Балканах во-
обще и в Албании в частности и отвлечь внимание на-
родных масс от тех огромных социальных перемен, кото-
рые принесла с собой Великая Октябрьская социалисти-
ческая революция, скрыть ленинские принципы спра-
ведливого демократического мира, мира без аннексий и
контрибуций, и провозглашен ное советским правитель-
2 См. В. И. Ленин. Поли. ссбр. соч., т. 35, стр. 13.
3 Ср. текст «Внешняя политика СССР, 1917—1944 гг.» Сборник
документов, т. I (1917—1920 гг.). М., 11944, стр. 15 с текстом, при-
веденным в сборнике «МЫ influencen е Revolucionit te madh socialist
te Tetorit пё Shqiperi (1917—'1924)». Tirane, 1957, f. 13..
4 «МЫ influencen.,.», f. 15
186
ством требование вывести все оккупационные войска
с чужих территорий.
Несмотря на искусственные преграды, ставившиеся
буржуазной печатью и действиями оккупационных вла-
стей, правда о социалистической революции в России все
шире распространялась среди трудящихся Албании. Ве-
ликая Октябрьская социалистическая революция в Рос-
сии открыла новую страницу в истории человечества.
Народы всего мира видели в ней надежду на освобож-
дение от социального и национального гнета. Пример
героической борьбы русских рабочих и крестьян вдохнов-
лял и албанский народ. В условиях всеобщего подъема
революционного движения в Европе борьба народа Ал-
бании за независимость своей страны вливалась в общую
волну антиимпериалистических выступлений. Для албан-
ского народа, для его национально-освободительной
борьбы создались новые, более благоприятные условия.
Рабоче-крестьянское правительство России объявило
безусловно и немедленно отмененными все тайны импе-
риалистические договоры, подписанные царским само-
державием, в том числе секретный Лондонский договор
о расчленении Албании. Известие об этом произвело ог-
ромное впечатление на самые широкие круги албан-
ской общественности. В конце 1917 г. текст Лондонского
договора, переведенный на албанский язык, австро-вен-
герские оккупационные власти распространили в «своих»
районах в нехитром расчете на то, что этим будут ском-
прометированы соперники — правительства Италии и
Франции. Результат оказался для них неожиданным.
Албанский народ встал на защиту независимости своей
страны и развернул упорную борьбу против всех окку-
пантов, включая и австро-венгерских.
Во второй половине 1918 г., после поражения Болга-
рии, австро-венгерские войска покинули албанскую тер-
риторию. Итальянская армия расширила зону своей ок-
купации, заняв значительную часть страны. Небольшую
пограничную зону на юге и несколько более обширную
на севере с центром в Шкодре занимали французы.
Обнародование секретных договоров нанесло удар по
захватническим планам империализма, но правящие кру-
ги западных держав отнюдь не собирались добровольно
отказываться от их осуществления. Так произошло и с
Лондонским договором. G одной стороны, командование
187
итальянских оккупационных войск в Албании заявило о
том, что договор претерпел изменения по сравнению с
первоначальным текстом 1915 г., но эти изменения не
были опубликованы большевиками. Согласно официаль-
ной итальянской версии, предполагалось создание неза-
висимой и единой Албании «под защитительной сенью
Италии». А поэтому албанцы «должны и впредь продол-
жать сохранять веру в слова и дела нашего (итальян-
ского.— Авт.) правительства, которое всегда живо де-
монстрировало и демонстрирует, что оно с благожела-
тельством интересуется будущим вашей страны»5.
С другой стороны, Лондонский договор продолжал оста-
ваться платформой, на которой итальянская диплома-
тия основывала свои требования в албанском и других
вопросах империалистического передела мира. При этом,
пытаясь создать впечатление, что итальянские претензии
поддерживаются народом Албании, оккупационные вла-
сти предприняли попытку через свою агентуру создать в
стране проитальянское движение. Это в известной мере
было ими достигнуто. Начавшаяся в Албании борьба за
представительное общенациональное собрание привела
к созыву в Дурресе 25 декабря 1918 г. «Албанского конг-
ресса», большинство которого составляли италофилы..
Формально конгресс не высказался за одобрение итальян-
ской оккупации, однако на деле вся его политика была;
направлена на капитуляцию перед Италией, на предатель-
ство национальных интересов. На конгрессе было обра-
зовано правительство. Премьер-министром стал Турхан-
паша Пермети, бывший премьером при Вильгельме Виде,,
а членами кабинета — байрактар Пренк Биб Дода,
помещик Мюфид Либохова, католический епископ Луис
Бумчи и другие, всего 14 человек. Конгресс назначил и
делегацию на Парижскую мирную конференцию. В Па-
риж к тому времени съехались также представители от
албанских эмигрантов, проживавших в США, Турции и
Румынии. Существование первого послевоенного албан-
ского правительства было недолговечным, падение его
ускорила откровенная империалистическая политика его
итальянских покровителей.
«Внешняя политика Италии должна быть такой, что-
бы она встречала одобрение народа,— демагогически
5 «Mbi influencen...», f. 22,
188
заявил министр иностранных дел Титтони в июне 1919 г.,
определяя позицию нового итальянского кабинета.—
Навсегда ушло время тайных соглашений»6. Прошло
немногим более месяца и 29 июля в Париже министром
иностранных дел Италии и премьер-министром Греции
был подписан новый тайный договор — «соглашение Тит-
тони — Венизелос», намечавший раздел территории Алба-
нии. С конца августа 1919 г. французские оккупационные
войска в районе Корчи стали готовиться к эвакуации; на
смену им вплотную к государственной границе подошла
греческая армия. А в декабре 1919 — январе 1920 г.
между Англией, Францией и Италией было заключено
соглашение, по которому Италия получала мандат почти
на всю Албанию, за исключением крайней северной ее
части, переходившей к Югославии7 (долина Дрина,
районы Шкодры и Шенгьина), и юга, отданного Греции
(районы Корчи и Гирокастры).
Весть о новых закулисных соглашениях империали-
стических держав вызвала взрыв возмущения в Албании.
Недовольство оккупационным режимом вылилось в борь-
бу не только против иноземных захватчиков, но и против
правительства Дурреса, предававшего национальные
интересы Албании. Началось движение за созыв тако-
го представительного собрания, которое могло бы
защищать права Албании на самостоятельное государст-
венное существование.
«Обеспечение полной независимости Албании и укреп-
ление албанского единства» — под таким лозунгом вела
подготовительную-работу Инициативная комиссия, обра-
зованная из наиболее активных сторонников движения за
созыв конгресса. Этот лозунг объединил самые широкие
слои населения страны. Он встретил поддержку и в ко-
лониях албанских эмигрантов за границей.
Конгресс было решено собрать в январе 1920 г. в не-
большом городе Люшне, удаленном от побережья, что в
тот период имело значение, так как Дуррес довольно
часто подвергался угрозе со стороны военных кораблей
Италии. Во все районы страны Инициативная комиссия
разослала приглашения, в которых содержались просьбы
6 «Dokumenta е materiale...», f. 2.
7 Официальное ее название в тот период вплоть до 1929 г.— Ко-
ролевство сербов, хорватов и словенцев.
189
о посылке делегатов. Скоро в Люшню стали поступать
резолюции народных митингов, решения муниципалите-
тов, обращения прогрессивных организаций (внутри
страны и за ее пределами), поддерживавшие идею со-
зыва конгресса. Муниципалитет Эльбасана так отозвал-
ся на призыв комиссии: «Правительство не выполнило
своих задач в рамках, установленных собранием в Дур-
ресе, действуя в ущерб самоуправлению родины и с пре-
вышением своих полномочий. Поэтому очевидна необхо-
димость созыва всеобщего собрания и посылки делега-
тов в Люшню»8 Все попытки итальянских оккупацион-
ных властей и правительства Дурреса помешать созыву
конгресса окончились неудачей.
21 января 1920 г. более 50 делегатов, представляв-
ших почти все районы страны, собрались в Люшне. За-
седания продолжались до 31 января. Главнокомандую-
щий итальянскими войсками в Албании генерал Пьячен-
тини направил председателю собрания письмо, в котором
заявлял, что решения конгресса не будут признаны дей-
ствительными, а поэтому делегатам лучше возвратиться
домой. Ответом на требование итальянского генерала
было создание нового правительства и энергичный про-
тест против вмешательства во внутренние дела Албании,
направленный Парижской мирной конференции. Делега-
ты конгресса заявили о непризнании решений о разделе
Албании, принятых империалистами Англии, Франции и
Италии на основании секретного Лондонского договора
1915 г. «Ассамблея постановила не признавать никакого
иностранного мандата или протектората...,— говорилось
в обращении.— Албанцы готовы идти на любые жертвы,
отдать все до последней капли своей крови, чтобы вос-
препятствовать любому действию, которое могло бы по-
ставить под угрозу независимость Албании и ее террито-
риальную целостность»9.
В Люшне было образовано новое правительство во
главе с премьер-министром Сулейманом Дельвина, на-
ходившимся в то время в Париже, где он в составе деле-
гации от проживавших в Турции албанцев выступал в
защиту независимости Албании. Министрами стали лю-
ди, в силу разных причин (в том числе и вследствие свое-
го стремления к власти или к обогащению) заннтересо-
8 «Dokumenta е materiale...», f. 12—<13.
9 Ibid., f. 25.
190
йанные в успехе национально-освободительного Движе*
ния. Тогда же в качестве министра внутренних дел впер-
вые вошел в правительство 25-летний полковник Ахмед
Зогу.
На конгрессе ставился, но не был окончательно ре-
шен вопрос о государственном строе Албании. Отклады-
вая кардинальное решение этой проблемы до созыва
Учредительного собрания, конгресс занялся образова-
нием рабочих административных органов. Был создан
Высший совет из четырех человек, облеченный функция-
ми регентства, что было уступкой монархическим настро-
ениям многих делегатов. Высшим органом власти стал
Национальный совет (сенат) в составе 37 человек, изби-
раемых Национальным собранием. На деле же сенаторы
были выделены присутствовавшими на заседании 31 ян-
варя делегатами. В руководящие органы вошли крупные
торговцы, помещики, чиновники, представители интелли-
генции, духовенства. Местопребывание правительства
было перенесено из Люшни в Тирану — небольшой город
с населением в 12 тысяч жителей, которая с тех пор ста-
ла столицей Албании.
Власть прежнего правительства и раньше ограничи-
валась только Дурресом, а в конце февраля 1920 г. оно
вовсе перестало существов’ать, уступив место новой адми-
нистрации. В марте французские войска оставили Школ-
ру и город перешел под власть тиранского правительства,
но часть прилегающих районов оккупировала армия Ко-
ролевства сербов, хорватов и словенцев. Произошли из-
менения и в расположении оккупационных итальянских
войск, которые сконцентрировались во Влёре и ее окре-
стностях. Власть французских оккупантов в Корче была
ликвидирована в мае 1920 г., и подчинение ее правитель-
ству в Тиране произошло в результате широкого на-
родного движения. Греческое правительство, занятое
войной в Малой Азии, не смогло выполнить свою давниш-
нюю мечту — захватить юг Албании. Однако греческие
войска все же удержали здесь за собой пограничный
сельский район (27 деревень).
Новое правительство, выступившее с программой,
имевшей в общем антиимпериалистическую направлен-
ность, встретило поддержку широких народных масс.
В области внутренней политики оно ставило своей основ-
ной задачей ликвидацию вооруженных банд Эсада-паши
191
Топтани, связанного в то время с враждебными Албании
югославскими шовинистами. Разгром отрядов Эсада был
осуществлен в мае-июне 1920 г. войсками тиранского пра-
вительства, которыми руководил министр без портфеля
полковник Байрам Цури. Сам Эсад Топтани, из-за гра-
ницы направлявший деятельность своих приверженцев,
был убит в Париже 13 июня 1920 г. молодым албанским
учителем Авни Рустеми. Неотложной задачей теперь
стало изгнание всех оккупационных войск из пределов
Албании. Начало этому положила борьба за Влёру.
Подготовка к освобождению Влёры и прилегающего
района началась уже в первые месяцы 1920 г. Итальян-
ское правительство не хотело выводить оттуда свои вой-
ска, так как обладание Влёрой и островом Сазани отве-
чало его планам превращения Адриатического моря во
внутреннее итальянское море. Попытки правительства
Тираны путем переговоров с итальянским премьером
Нитти добиться возвращения Влёры ни к чему не приво-
дили. В то же время оно не решалось пойти на вооружен-
ный конфликт, опасаясь не только военного поражения,
но и нового подъема массового освободительного движе-
ния в стране. Нерешительной политике правительства
противостояла деятельность влёрских патриотов, создав-
ших в оккупированном городе нелегальный комитет по
подготовке восстания (с апреля 1920 года — «Комитет
национальной защиты»).
20 мая в деревне Барчала, около Влёры, на собрании
«Комитета национальной защиты» было принято реше-
ние обратиться с воззванием к жителям оккупированных
районов, призвать их подняться на вооруженную борь-
бу, если итальянское правительство откажется освобо-
дить территорию Албании. Собрание постановило по-
слать делегатов во все районы страны. Эти меры были
встречены народом с большим энтузиазмом. Во Влёре
и в прилегающих к ней районах формировались воору-
женные четы, которые по призыву Комитета стягива-
лись к горе Беуни, около Смоктины. Особенно широко
откликнулись на призыв к восстанию крестьяне.
Комитет, самим ходом событий побуждаемый к ак-
тивным действиям, послал 3 июня итальянскому коман-
дованию ультимативное требование вывести оккупаци-
онные войска из Албании. «Сегодня албанский народ,—
говорилось в нем,— сплоченный, как никогда, не в со-
192
стоянии терпеть, чтобы им торговали, как скотом, на ба-
зарах Европы в угоду итало-греко-сербам, решил взять в
руки оружие и потребовать у Италии, чтобы управление
Влёрой, Тепеленой и Химарой было передано как можно
скорее национальному правительству Тираны» 10.
Срок ультиматума истек на следующий день, ответа
от генерала Пьячентини не последовало. Вечером 5 июня
началось наступление повстанцев на Влёру. Призывая
народ к вооруженной борьбе, «Комитет национальной
защиты» рассчитывал не столько на победу, сколько на
то, что вооруженное выступление окажет давление на ход
переговоров между Тираной и Римом. «Мы не настолько
легкомысленны,— писали авторы этого обращения,—
чтобы думать, что такой маленький народ, как албан-
ский, сможет убедить силой своего оружия такое великое
правительство, как правительство Италии. Но каким бы
ни было великим итальянское правительство, оно не мо-
жет запретить маленькому народу Албании умереть за
свой идеал свободы» и.
К вечеру 10 июня после упорных боев с итальянскими
войсками повстанцы подошли вплотную к Влёре и завя-
зали уже бои в городских кварталах. Тогда итальянское
командование согнало албанских женщин и детей в порт
и стало угрожать им расстрелом, если наступление пов-
станцев будет продолжаться. Комитет принял решение
вывести повстанческие отряды из Влёры.
Жестокими репрессиями против мирного населения
отомстило итальянское командование за свои военные
неудачи. Массовые аресты, высылка на пустынный ост-
ров Сазани, расстрелы стали во Влёре обычными явления-
ми. Итальянский флот подверг варварскому обстрелу
мирные деревни. Повстанцы посылали обращения ко
всем правительствам мира через албанскую делегацию на
Парижской конференции, протестуя против зверств окку-
пантов. «То, как любит нашу независимость Италия, мы
очень хорошо знаем,— писала издававшаяся в Констанце
албанская газета «Шкиприя э ре» («Молодая Алба-
ния»),— но как мы любим нашу независимость, этого
итальянцы не знают; они не поняли того, что мы все
10 «Dokumenta е materiale...», f. 30.
11 «Buletin рёг shkencat shoqerore», 1954, № 3, f. 10.
13 Краткая история Албании
193
готовы скорее принести свою жизнь на алтарь свободы,
чем жить рабами» 12.
Новый премьер-министр Джолитти продолжал на-
стаивать на особых правах Италии в Албании. «Влёра
является таким стратегическим пунктом, который в слу-
чае захвата недружественным Италии государством ста-
нет настоящей угрозой для Италии»13,— заявил в нача-
ле июля 1920 г. Джолитти в парламенте. Далее он
утверждал, что вообще Влёра нужна не столько Алба-
нии, сколько Италии. В таком же духе он отвечал и депу-
татам-социалистам Матеотти и Маффи, требовавшим от
правительства вывода итальянских войск из Албании.
Само албанское правительство отмежевывалось от
влёрских событий, заявив о своей непричастности к ним.
Всякая деятельность в поддержку восстания была за-
прещена. Внутри страны представители помещичьих кру-
гов и связанной с итальянскими империалистами интел-
лигенции использовали все средства — от мятежей до
призывов в печати, чтобы помешать освободительной
борьбе народа. Они шли на прямое сотрудничество с вра-
гом, предавая национальные интересы своей страны.
В эти дни с осуждением своих соотечественников высту-
пил авторитетный в то время политический деятель Файк
Коница. Солидаризируясь с империалистической полити-
кой итальянского правительства, он писал в «Джорнале
д’Италия»: «Я и мои друзья огорчены слепотой и неле-
пым поведением тех албанцев, которые ответственны за
эти враждебные действия» 14. По-иному отнеслись к собы-
тиям во Влёре трудящиеся не только Албании, но и
Италии.
С первых дней влёрских событий почти во всех круп-
ных городах Италии и особенно в портах Адриатическо-
го побережья развернулось движение против агрессив-
ной политики итальянского правительства. По инициати-
ве Итальянской социалистической партии и Всеобщей
конфедерации труда повсюду проходили митинги про-
теста. «Руки прочь от Влёры!», «Вывести итальянские
войска из Албании!» — под такими лозунгами прошел в
Риме большой митинг трудящихся 25 июня. На следую-
щий день стало известно, что в Анконе берсальеры (сол-
12 «Dokumenta е materiale...», f. 40.
13 Ibid., f. 58.
14 «Buletin per shkencat shoqerore», 1954, •№ 3, f. 18.
194
даты горных войск) отказались отправиться в Албанию
и ответили вооруженным сопротивлением карабинерам,
пытавшимся заставить их начать погрузку на суда. Рабо-
чие Анконы поддержали солдат и на массовом митинге,
в котором приняли участие более 6 тыс. человек, заявили
о солидарности с ними. Посылка подкреплений в Алба-
нию была сорвана. Итальянский военный министр писал
командованию оккупационных войск в Албании: «Внут-
ренние условия в стране не позволяют послать войска в
Албанию. Попытка сделать это повлечет за собой всеоб-
щие стачки, народные демонстрации, очень опасные из-
за солидарности армии» 15.
Вынужденное согласиться на переговоры о перемирии
с повстанцами, итальянское правительство стремилось
все же удержаться во Влёре и на Сазани. Когда перего-
воры потерпели неудачу, оно вновь попыталось прибег-
нуть к силе. 17 июля итальянское командование издало
приказ о возобновлении военных действий, кончавшийся
словами: «Мы стоим во Влёре и здесь останемся!». Но
развернувшееся с новой силой наступление повстанцев
на позиции оккупационных войск, волна забастовок и
демонстраций трудящихся в Италии вынудили нако-
нец итальянское правительство признать свое по-
ражение в борьбе за Влёру. Оно было бы полным, если
бы правительство Сулеймана Дельвина не пошло на ус-
тупку. Подписанный 2 августа 1920 г. итало-албанский
протокол предусматривал вывод итальянских войск со
всей территории Албании, за исключением острова Са-
зани, расположенного у входа в бухту Влёры. Изгнание
оккупантов из Влёры было большой победой народа. Вос-
становление албанской администрации в городе вылилось
в большой праздник.
Итальянские трудящиеся приветствовали успешный
исход борьбы и выражали чувства интернациональной
солидарности с народами Албании. В то же время в пра-
вой итальянской печати появлялись статьи, в которых
влёрские события расценивались как политическая и мо-
ральная катастрофа Италии. Муссолини еще в середине
июня поместил в «Пололо д’Италия» статью под харак-
терным заглавием «Амариссимо» («Очень горько»), а пос-
15 J. Swire. Albania, The Rise of a Kingdom. London, 1929,
p. 321.
13*
195
ле подписания итало-албанского протокола он опублико-
вал статью с еще более «грустным» названием: «Про-
щай, Влёра!». Нападая на правительство Джолитти за
поражение во Влёре, Муссолини писал: «Влёра должна
была стать первым вознаграждением за мучения и за
итальянскую кровь, Влёра должна была стать отправным
пунктом нашего мирного проникновения на Балканы» 16.
Итальянские империалисты отступили, но не надолго.
Они не отказались от заманчивого плана завоевания ал-
банского плацдарма. Но воспоминания о влёрской ката-
строфе еще долго тяготели над итальянской дипломатией.
И готовя в конце 30-х годов оккупацию Албании, министр
иностранных дел Чиано писал: «Мы не отступим, как в
1920 году» 17.
Освобождение Влёры изменило международное поло-
жение Албании, ускорило официальное признание ее
независимости. 12 ноября 1920 г. по договору, заклю-
ченному Италией и Югославией в Рапалло, оба государ-
ства формально отказались от своих притязаний, изло-
женных в Лондонском договоре 1915 г. 17 декабря 1920 г.
Албания была принята в члены Лиги Наций, но ее офи-
циальное признание великими державами и определение
государственных границ затянулись на довольно продол-
жительное время. Только после освобождения в результа-
те вооруженной борьбы еще остававшихся под сербской
и греческой оккупацией районов состоялось официальное
разграничение. Северные границы были определены в
конце 1922 г., а южные лишь в конце 1924 г., причем за
основу было взято соглашение 1913 г.
Движение за реформы
и демократизацию страны
Изгнание оккупантов завершило один из важ-
ных этапов истории Албании. Однако полное разреше-
ние задач национального освобождения зависело от даль-
нейшего развития демократического движения, от того,
насколько смело и последовательно новое албанское
правительство сможет бороться с тяжелыми последствия-
16 «Dokumenta е materiale...», f. 89.
17 G. С i а п о. 1937—1938. Diario. Bologna, 1948, p. 7.
196
ми турецкого господства, с попытками больших и малых
соседей и «покровителей» Албании поставить ее под свой
контроль. История показала, что Албании не удалось и в
этот период стать подлинно независимой страной. Более
того, в 20-е годы начался постепенный отход правящих
кругов страны от тех завоеваний, которые были достигну-
ты в ходе национально-освободительного движения.
Антиимпериалистическая общенациональная платфор-
ма, принятая конгрессом в Люшне, привлекла самые ши-
рокие слои албанского общества. Но уже в ходе практи-
ческого осуществления этой платформы становилось яс-
ным, что понимание лозунгов — борьба за независи-
мость, целостность и албанское единство — и особенно
методов их осуществления, было неодинаковым. Если
трудовой народ осознал необходимость насильственного
изгнания оккупантов из пределов страны, то правитель-
ство и близкие к нему круги именно этого и опасались,
предпочитая идти на соглашение с иностранными захват-
чиками. Они видели в пробудившемся к борьбе албан-
ском народе участника европейского и общемирового ре-
волюционного и демократического движения, а потому и
угрозу своей власти.
В начале 20-х годов в Албании сложилась напря-
женная политическая обстановка. Шла открытая борь-
ба за власть между отдельными группировками и ли-
цами. Миниатюрная столица Албании — Тирана была
буквально терроризирована вооруженными отрядами
претендентов на пост премьер-министра. Все чаще на по-
литической арене стала появляться фигура «сильного че-
ловека» Ахмета Зогу. Щеголеватый молодой офицер, уже
в 20 с небольшим лет получивший звание полковника, до-
вольно часто присваивавшееся в австрийской армии слу-
жившим там выходцам из знатных албанских семей,
Ахмет Зогу строил свой расчет на силе оружия. Опи-
раясь на отряды из района Мати, откуда родом он был
сам (что имело в тот период немаловажное значение),
Ахмет Зогу активно вмешивался в распри, и его рвение,
проявленное при установлении «спокойствия и порядка»,
было настолько очевидно, что все эти годы он был не-
сменяемым министром внутренних дел.
В течение нескольких месяцев после парламентских
выборов весной 1921 г. борьба шла между «прогрессив-
ной» партией (лидер Щевкет Верляци) и «народ-
197
ной», или «партией реформ» (лидеры Фан Ноли и Ахмет
Зогу). Политическое лицо обеих партий было неопреде-
ленным, и выдвижение ими в своих декларациях требо-
ваний реформ, в том числе и аграрной, не свидетельст-
вовало об убежденности их лидеров следовать до кон-
ца этим целям. В рядах «народной» партии скоро назрел
раскол. Несовместимость буржуазно-либеральных воз-
зрений Фана Ноли с диктаторскими замашками Ахмета
Зогу стала очевидной, и партия распалась. Группировка
Ахмета Зогу была наиболее реакционным порождением
политической жизни Албании этого времени. Поэтому
оппозиция клике Ахмета Зогу была сильной не только
в парламенте, но и среди широких кругов албанской
общественности. Особенно наглядно это стало прояв-
ляться с декабря 1922 г., когда Зогу стал премьер-мини-
стром Албании.
В первой своей речи в парламенте Зогу объявил о
намерении проводить в -жизнь «европейскую програм-
му», выдвинув четыре основных лозунга: парламента-
ризм, демократия, борьба против феодализма, аграрная
реформа. Однако все это осталось пустой декларацией.
Правительство, политика которого определялась интере-
сами феодалов, не стремилось даже формально следо-
вать примеру так называемой западной цивилизации.
В новой конституции, принятой 9 декабря 1922 г., не был
решен вопрос даже о форме правления — быть Албании
монархией или республикой. В это же время было при-
нято решение о разрыве албанской мусульманской церк-
ви с халифатом, а православной — с греческой патриар-
хией, был узаконен моногамный брак и приняты некото-
рые другие нововведения, правда, их осуществление не
меняло положения дел в стране. Основной вопрос —
о ликвидации феодализма в деревне, об аграрной ре-
форме — решен не был.
Методы эксплуатации, унаследованные от турецких
времен, продолжали господствовать в албанской дерев-
не. Бремя налогов и низкий уровень сельскохозяйствен-
ной техники, произвол помещиков и безземелье истощали
крестьянина. На страницах газет все чаще стали появ-
ляться статьи, призывающие покончить с феодализмом,
в частности, с системой сбора десятины, которая наноси-
ла огромный ущерб не только крестьянскому хозяйству,
но и стране в целом.
198
Из многих районов страны поступали в министерство
внутренних дел сведения о крестьянских волнениях, об
участившихся случаях отказа от уплаты налогов, об уг-
розе «вскормленных на принципах большевизма» кресть-
ян насильно взять помещичьи земли. Передовые люди
Албании, поддерживая справедливую борьбу крестьян-
ских масс, призывали их следовать примеру России,
идти по пути Ленина. Прогрессивная газета «Коха»
(«Время»), выходившая в Корче, рассказывая о рево-
люционной борьбе народов Балкан, 27 октября 1923 г.
писала: «Рассеивается туман, народы пробуждаются
и спрашивают: «Разве это жизнь?» Это подталкивает их
каждодневно к идеалу истинной свободы, каковым явля-
ется большевизм... Родной народ, никогда не давай
тирании запугать себя, но, как это делали наши предки,
стой непоколебимо и покажи миру, что и в Албании
родился большевизм! 18.
Под незнакомым словом «большевизм», пришедшим
в Албанию из революционной России, подразумевалось
разрешение аграрного вопроса путем насильственной
экспроприации помещичьих земель. В это понятие вкла-
дывалось также стремление к завоеванию свободы для
народа в духе буржуазно-демократических требований.
Такая постановка вопроса в годы назревания революцион-
ного кризиса в Албании проистекала из социальной
структуры албанского общества, зависела от положения
и уровня сознательности рабочего класса.
Малочисленный рабочий класс, рассеянный по мелким
предприятиям большей частью полуремесленного типа,
не имел своих организаций и партий. Социалистические
идеи проникали в Албанию через прогрессивную эми-
грантскую печать, однако их влияние было в то время
невелико. Забастовки носили экономический характер.
Наиболее значительными из них была двухнедельная
забастовка типографских рабочих в Гирокастре в янва-
ре 1921 г. и стачка горняков битумных разработок в Се-
ленице осенью 1923 г. Рабочие принимали участие в
деятельности общедемократических организаций и групп,
создававшихся в Албании в начале 20-х годов.
В то время в Албании боролись за радикальное раз-
решение аграрного вопроса — основного требования
18 «Dokumenta е materiale...», f. 300—301.
199
момента — несколько политических групп: «Националь-
ная народная партия», «Ни паши, ни бея», «Националь-
ный комитет». «Демократическая группа» и некоторые
антиклерикальные организации. Руководящую роль в
едином демократическом движении играли представите-
ли прогрессивных слоев албанской буржуазии и буржу-
азно-демократической интеллигенции, составлявшие ядро
парламентской оппозиции. В своей деятельности они опи-
рались на поддержку органов прогрессивной печати, вы-
ходивших в стране и за ее рубежами: «Коха», «Полити-
ка», «Перпарими» («Прогресс»), «Республика» и др.
В целях объединения всех демократических сил в кон-
це апреля 1921 г. была создана федерация «Атдеу» («Ро-
дина»), включившая в себя прогрессивные группы и ор-
ганизации. Во главе федерации стал Авни Рустеми, ак-
тивный организатор и руководитель революционно наст-
роенной албанской молодежи. Выработанная федера-
цией программа содержала ряд умеренных общедемо-
кратических требований: улучшение положения кресть-
ян, повышение культурного уровня народа, усовершен-
ствование системы образования и здравоохранения и т. д.
Федерация была вскоре запрещена правительством, но
на ее базе в сентябре 1922 г. создалось новое общество
«Башкими» («Единение»).
Общество «Башкими», центр которого находился в
Тиране, имело филиалы во всех наиболее крупных горо-
дах Албании. Основную массу членов общества состав-
ляли учителя, мелкие служащие, представители мелкой
буржуазии городов. В него входили также и рабочие.
Программа общества предусматривала борьбу за осу-
ществление демократических реформ, выдвигала требо-
вания защиты отечественной промышленности и предпри-
нимательства. Важнейшим пунктом, привлекшим впо-
следствии на сторону общества симпатии крестьянства,
было оказание помощи в развитии сельского хозяйства и
проведение ряда преобразований в деревне. «При помощи
аграрной реформы большинство народа должно быть
освобождено от ’ярма, а государство — от экономическо-
го кризиса. Только в этом случае можно будет обработать
каждую пядь плодородной земли Албании, и крестьянин,
знающий, что он работает для себя, будет полезным так-
же и для государства»,— говорилось в программе.
Особую остроту политическая борьба приобрела в
200
конце 1923 г., в период подготовки и проведения выбо-
ров в Учредительное собрание. Кампания, которую воз-
главляла демократическая оппозиция в парламенте во
главе с Фаном Ноли, имела антифеодальную направ-
ленность. Пресса того времени выступала против поли-
тической и экономической власти феодалов. Различные
политические группы призывали установить республи-
канскую форму правления, улучшить положение кресть-
янства (аграрная реформа, отмена десятины и джелепа),
бороться против засилья феодалов, «которые забывают
свои недавние разногласия и объединяются, когда соз-
дается угроза их власти со стороны народа» 19. Реакцион-
ный правительственный блок, прилагая все усилия к
тому, чтобы обеспечить себе большинство в собрании,
прибегал к административному и военному давлению на
избирателей, к убийствам из-за угла и шантажу.
На выборах 27 декабря 1923 г. правительственный
блок получил 40 мест, а оппозиция — 35. Возглавлявший-
ся Ахметом Зогу кабинет министров не подал в отстав-
ку ни после выборов, ни после созыва в январе 1924 г.
Учредительного собрания. Недовольство политикой фео-
далов всколыхнуло все слои общества. На заседаниях
Учредительного собрания шли бурные дискуссии между
сторонниками правительства и оппозицией. В это время
влияние демократических элементов было настолько
сильным, что по настоянию одного из лидеров оппозиции
Авни Рустеми парламент 4 февраля 1924 г. почтил память
В. И. «Ленина, воздав ему должное как защитнику
«высоких принципов человечности» и интересов Алба-
нии 20. Дело В. И. Ленина, революционный подвиг наро-
дов России явились для трудовой Албании вдохновляю-
щим примером в ее борьбе против феодальной реакции.
Передовые люди Албании, напоминая о том великом зна-
чении, которое имела для всего мира Октябрьская рево-
люция в России, призывали албанский народ бороться
против своих собственных угнетателей. Газета «Полити-
ка», выходившая во Влёре, писала 28 февраля 1924 г.:
«Ленин — это тот, кто разрушил организацию империа-
листической России, со всем ее аппаратом и вместо нее
утвердил новую организацию... Ленин разбил железные
19 «Mbi influences..», f. 100—103.
20 Ibid., f. 84—85.
201
сейфы министерства иностранных дел России, опублико-
вал и уничтожил тайные договоры, среди которых был
и Лондонский договор 1915 г., расчленявший Албанию.
Если бы не Ленин, то не было бы такой силы в мире,
которая смогла бы уничтожить этот договор.
Таким образом, основы нашего государства были за-
ложены еще тогда Лениным»21.
В Тиране было наконец сформировано новое прави-
тельство во главе с крупным помещиком Шевкетом
Верляци, в которое вошли также представители оппози-
ции. Ахмет Зогу, формально покинув политическую аре-
ну, продолжал действовать через премьер-министра, зя-
тем которого он в то время предполагал стать, а также
через других своих ставленников.
20 апреля 1924 г. в Тиране выстрелом из-за угла был
смертельно ранен Авни Рустеми. Это убийство было ор-
ганизовано правительственными агентами с одобрения
Ахмета Зогу. Попытка ликвидировать нараставший рево-
люционный кризис излюбленным методом албанских фео-
далов — террором обернулась против них самих.
После убийства Авни Рустеми оппозиция бойкотиро-
вала работу парламента, требуя высылки Зогу из стра-
ны. Похороны Авни Рустеми, состоявшиеся во Влёре, вы-
лились в общенародную антиправительственную демон-
страцию, в которой участвовало до 10 тыс. крестьян из
районов Влёры и Курвелеша, члены парламентской оп-
позиции, офицеры, служащие, члены организации «Баш-
кими» и т. д.
Влёра стала центром готовящегося восстания. Возгла-
вил его так называемый административный комитет под
председательством Фана Ноли. Вооруженное восстание
началось в конце мая в нескольких районах страны одно-
временно— в префектуре Косова, в Шкодре и Влёре.
Повстанцы, в основном крестьяне, быстро подавляли со-
противление правительственных войск и 10 июня заняли
Тирану. Восстание победило. Зогу бежал в Югославию
с отрядом в 500 человек.
Общество «Башкими» приветствовало победу восста-
ния как «блестящий пример торжества демократии» и
выдвинуло перед будущим правительством ряд предложе-
ний. Они предусматривали чистку административного ап-
21 «Mbi influencen...», f. 80—87,
20?
парата, «обеспечение экономической независимости кре-
стьянства посредством широких аграрных реформ», «вос-
становление подлинной демократии, охрана которой ни-
когда не должна быть доверена феодалам и псевдодемо-
кратам», и т. п. 22
16 июня было сформировано демократическое пра-
вительство во главе с Фаном Ноли, в которое наряду с
представителями буржуазии и буржуазной интеллиген-
ции вошли также и феодалы. Правительство выступило
с декларацией демократических свобод и программой,
признававшей необходимость проведения ряда реформ
буржуазного характера. Обещая народу «постепенное
улучшение критического положения», программа, состо-
явшая из 20 пунктов, предусматривала «восстановление
царства законности», искоренение феодализма, установ-
ление демократии, проведение радикальных реформ в
административной, гражданской и военной областях, из-
менение системы налогообложения в интересах народа,
улучшение положения крестьянства и его экономическое
освобождение, облегчение ввоза иностранного капита-
ла и защиту и организацию отечественного капитала,
организацию просвещения «на современной националь-
ной и практической основе», установление дружествен-
ных отношений со всеми государствами, особенно с со-
седними, и т. п.23
Весть о победе, одержанной албанским народом в
ходе июньского восстания, была встречёна с большой
симпатией трудящимися многих стран Европы. Прези-
диум Коммунистической балканской федерации и Ком-
партия Италии обратились с призывом к рабочим и кре-
стьянам балканских государств и Италии, трудящемуся
населению Албании. В призыве подчеркивалось большое
значение всенародного движения в Албании, направлен-
ного на уничтожение феодализма, установление полити-
ческих свобод, сохранение независимости государства
«против империалистических поползновений Италии,
Югославии и Греции». Предупреждая о громадной опас-
ности, которую представляет любое вмешательство пра-
вительств балканских стран и Италии в албанские дела,
22 «Dokumente е materiale...», f. 150—151.
23 «Libri i qarkoreve i vitjt '1923—24—25», N 6. Tirane, 1925.
f. 406.
203
обращение призывало всех рабочих и крестьян воспрепят-
ствовать этому. Другой, не менее грозной опасностью
была деятельность внутренних реакционных сил. «Рабо-
чие и крестьяне Албании! — говорилось в обращении.—
Позаботьтесь о том, чтобы ваши цепи снова и еще силь-
нее не сковали вас. Именно теперь вы должны напрячь
все силы, чтобы обеспечить ваши социальные и политиче-
ские завоевания, иначе вы будете обмануты, тогда ваша
борьба станет вдвое труднее» 24.
Программа правительства была встречена албанским
народом с большим энтузиазмом. В газетах, различных
посланиях с мест, резолюциях митингов и собраний вы-
сказывались предложения о том, какие конкретные меры
необходимо провести правительству для быстрейшего
осуществления намеченных преобразований. Лейтмоти-
вом всех этих предложений было требование борьбы с
феодализмом. «Искоренение феодализма,— писала выхо-
дившая в Гирокастре газета «Дрита»,— является основ-
ным условием цивилизации Албании... Самым надежным
средством достижения этого является освобождение кре-
стьянина. Возвратите крестьянину его землю, ту землю,
которую он полил потом и кровью, и феодализм
падет...»25.
Префект Гирокастры сообщал правительству, что
возделывание сельскохозяйственных культур ведется
«повсюду крайне примитивными методами», крестьяне
«вынуждены оставлять свой парменд26 и уезжать в чу-
жие страны на поиски счастья». Выход из создавшегося
положения можно найти, только устранив основные при-
чины, которые, по мнению специалистов сельского хо-
зяйства префектуры, заключались в следующем: а) не-
осведомленность подавляющего большинства крестьян-
ства в отношении рациональных методов ведения сель-
ского хозяйства; б) отсутствие современных средств со-
общения и нехватка денег; в) существующая система
сбора налогов и десятины; г) преобладание чифтликов27.
Но решение технических вопросов, связанных с повыше-
24 «Правда», 25.VI 1924.
25 «Buletin per shkencat shoqerore...», 1955, № 4, f. 13.
26 Парменд — примитивный деревянный плуг.
27 Arkivi i Shtetit i Republikes Popullore te Shqiperise, Fondi
i Ministrise se Ekonomise kombetare (дал?? — AShRPSh), d- '1,
v. 1924, dok. B. 196.
204
нием культуры возделывания земли, должно было соче-
таться с осуществлением коренных преобразований в
сельском хозяйстве. Проведения аграрной реформы, уни-
чтожения системы десятины, пересмотра всей налоговой
политики требовали также крестьяне префектур Берата,
Влёры, Корчи, Дурреса. В самых отдаленных уголках
Албании, куда доходили сведения о декларации прави-
тельства, крестьяне нередко приступали к самовольному
разделу земель, отказывались нести барщину и платить
налоги. Часть крестьянства продолжала ждать от новой
власти «проведения справедливых реформ».
Крестьяне одной из деревень в окрестностях Дурреса
обратились к премьер-министру с просьбой передать в
их владение помещичьи земли, которые обрабатывались
ими испокон веков, а теперь, после смерти их хозяина,
должны были перейти государству. Исходя из того, писа-
ли они, что правительство образовалось по воле народа и
должно защищать его интересы, особенно интересы не-
имущих, премьер-министр должен обеспечить им жиз-
ненные права и спасти их от угрозы изгнания с земель,
на которых жили прадеды. «Мы слыхали, что другие де-
мократические государства выкупают землю и помещают
на нее крестьян, освобождают их от ярма рабства и зажи-
гают свет свободы, парализуют аристократию и этим
обеспечивают спокойствие и привлекают к себе симпа-
тии» 28.
Однако правительство не торопилось с выполнением
своих обещаний. В государственном аппарате остава-
лись сторонники свернутого режима. Программа, преду-
сматривавшая наделение каждого крестьянина 4 га зем-
ли, не была выполнена. Помещики не шли ни на какие
уступки в интересах трудового населения. При поддерж-
ке чиновников в центральном и местном административ-
ном аппарате и жандармерии они полностью сохраняли,
свои экономические позиции. Антифеодальные выступле-
ния крестьян пресекались силой оружия.
Отъезд лидеров революционного движения Фана Но-
ли и Луидь Гуракуки в сентябре в Женеву, где они при-
няли участие в работе Лиги Наций, еще больше развя-
зал руки представителям помещичьих кругов. Револю-
ционно настроенные члены общества «Башкими», боров-
28 AShRPSh, d. IV, 1924, dok. В. 8, 7.VII 1924.
205
шиеся за осуществление июньской программы, не только
не встречали поддержки со стороны новой власти, но их
деятельность наталкивалась на открытое противодейст-
вие, против них стали выдвигаться обвинения в больше-
визме, в подрыве устоев общества.
Постепенно правительство теряло опору в массах.
Внутри него стали намечаться настолько серьезные раз-
ногласия, что их примирение было невозможным. Разви-
тие событий показало, что радикальные элементы усту-
пали одну позицию за другой, по сути дела капитулируя
перед реакционными силами. Фан Ноли проявлял опас-
ную нерешительность. Позднее он сам признавал: «Я воз-
будил ненависть земельной аристократии; будучи не в
состоянии изгнать ее, я лишился тем самым опоры в кре-
стьянских массах. Мои коллеги в правительстве и боль-
шая часть офицеров были или врагами, или в лучшем
случае индифферентно относились к реформам, хотя
первоначально и высказывались в их пользу... Господин
Эйрес смог убедить мое окружение, что аграрные рефор-
мы являются опасным большевистским нововведением»29.
Государственный деятель, в котором соединились чер-
ты епископа православной церкви и буржуазного демо-
крата, поэта-лирика и патриота, Фан Ноли считал основ-
ным внутренним препятствием процветанию Албании мо-
ральный фактор — недостатки албанского характера. Он
обличал феодальные порядки Албании, но видел их в
анархии веры, идеалов. «Невежество считается всезна-
нием, а наинеспособнейший является господином над все-
ми», «как по волшебству в течение одного дня предатель
делается патриотом, а патриот предателем» 30,— писал
он. Фан Ноли не нашел, да и не искал тех сил, которые
явились бы носителями нового: в Албании, утверждал он,
нет классов помещиков, крестьян, буржуазии. Поставлен-
ный волею судьбы во главе буржуазно-демократического
движения он так и не смог до конца понять ни его задач,
ни расстановки классовых сил в стране.
В области внешней политики демократическое прави-
тельство также не проводило последовательной линии.
В тот период, когда побеждало июньское восстание, об-
29 J. Swire. Op. cit., р. 444. Эйрес — английский консул
в Албании.
80Ligjeron Fan Noli. Mbledhur nga Lefter Dilo. 'Пгапё,
1944, f. 64—65.
206
становка в Балканах в целом была неблагоприятной
для торжества демократии, даже в том урезанном виде,
как она осуществлялась в Албании. В первую очередь
это относилось к соседям Албании. Если греческое пра-
вительство, формально признавшее новую власть, все же
не предпринимало открыто враждебных шагов против
нее, то позиция правящих кругов других балканских го-
сударств даже внешне была недоброжелательна. Осо-
бенно яростную, клеветническую кампанию против демо-
кратического правительства Албании вела югославская
пресса. Правительство Югославии также проявило недо-
вольство в связи в отстранением Зогу от власти. Обосно-
вавшийся в Белграде с комфортом '«изгнанник» с первых
же дней стал получать помощь для организации контр-
революционного переворота. Правительство Югославии
стало главным вдохновителем свержения демократиче-
ского правительства.
Позиция фашистской Италии, неоднократно подчер-
кивавшей, что она якобы не вмешивается в албанские
дела, оставалась прежней, империалистической. Декла-
рации о том, что «Италия будет продолжать способство-
вать мирному развитию Албании» 31 перемежались более
«конкретными» признаниями. «Участь Валлоны нас инте-
ресует больше, чем будущее Смирны»,— заявил в начале
июня 1924 г. итальянский король, выступая на церемо-
нии открытия парламента 32. Эта заинтересованность про-
явилась в ходе дальнейшего развития событий. В своих
донесениях в Рим итальянские дипломаты подробно со-
общали о подготовке на территории Югославии
контрреволюционных сил, о неустойчивости положения
в Албании, о перспективах движения. Итальянское пра-
вительство ждало лишь подходящего случая, чтобы вос-
пользоваться затруднениями албанского правительства и
извлечь для себя определенную выгоду.
Только правительство Советской страны проводило по
отношению к Албании подлинно бескорыстную и благо-
желательную политику. Оно выразило готовность уста-
новить дипломатические отношения с Албанией, не выдви-
гая каких-либо условий или ограничений. Вскоре после
победы восстания, 4 июля, албанский министр иностран-
31 «Temps», 28.VI 1924.
32 «Правда», 7.VI 1924.
207
ных дел Сулейман Дельвина направил ноту на имя на-
родного комиссара по иностранным делам СССР, в ко-
торой говорилось: «Мне доставляет живое удовольствие
сообщить вам, что новое Албанское правительство почтет
себя весьма счастливым установить дипломатические и
дружественные отношения между народом русским и ал-
банским». В ответе Г. В. Чичерина от 4 сентября содер-
жалось согласие установить нормальные дипломатиче-
ские отношения. «Адресуя новому Албанскому правитель-
ству наши наилучшие пожелания,— писал Г. В. Чиче-
рин,— я выражаю твердую уверенность, что дружба меж-
ду нашими народами, развиваясь и укрепляясь, принесет
обильные плоды для благополучия того и другого»33.
Однако этим пожеланиям не суждено было тогда осуще-
ствиться.
Судьба Албании была решена в результате активной
подрывной работы сил внутренней и внешней реакции.
Демократическое правительство не встречало поддерж-
ки в большинстве стран Европы. Согласие албанского
правительства на установление дипломатических отно-
шений с Советским Союзом вызвало бурю негодования
в правящих кругах капиталистических государств. Оно
отступило перед шантажом Англии, Италии и Югосла-
вии, в ультимативной форме потребовавших отказа от ре-
шения об обмене дипломатическими представителями с
Советским Союзом. Прибывший 16 декабря в Дуррес со-
ветский полпред М. В. Краковецкий был вынужден вско-
ре покинуть пределы Албании. В беседе с ним предста-
витель албанского правительства сравнил положение
Албании с человеком, «которому приставили нож к горлу
и могут предъявлять какие угодно требования» 34.
Империалистические державы старались поставить
Албанию в положение полной международной изоляции.
Лига Наций отказалась предоставить ей заем, соседние
государства почти полностью прекратили с ней торгов-
лю, буржуазная печать вела разнузданную клеветни-
ческую кампанию против Ноли и его сторонников. Все
делалось для того, чтобы убедить европейское обще-
ственное мнение в неизбежности реставрации прежне-
33 Международная политика новейшего времени в договорах,
нотах и декларациях, ч. III, вып. I. М., 1928, стр. 313.
34 Цит. по: С. В. Никонова. Антисоветская внешняя поли-
тика английских консерваторов. 1924—1927. М., 1963/ стр. 131.
208
го режима. Как сообщал в Рим итальянский диплома-
тический представитель маркиз Дураццо, среди диплома-
тического Koipnyca в Албании сложилось общее мнение о
желательности быстрейшего возвращения Ахмета Зогу.
«Хотя господин Эйрес,— писал он в начале ноября
1924 г,.— понял, что и Ахмет Зогу является лицом, кото-
рому мало можно доверять, он полагает, с другой сторо-
ны, что теперешнее правительство не имеет никакой вла-
сти и авторитета, и в создавшихся условиях Ахмет Зогу
является единственным человеком, способным до какой-
то степени подчинить албанцев и внушить им страх» 35.
В ходе тайных переговоров буржуазных политиков пле-
лась сеть заговора против демократического правитель-
ства.
11 декабря банды Зогу совместно с югославскими вой-
сками и отрядами врангелевцев перешли границу Алба-
нии и вступили в бой с албанскими правительственными
войсками. Главные организаторы вооруженного вмеша-
тельства поспешили заявить о своей непричастности к
нему. Агентство Стефани сообщило, что во время перего-
воров между Муссолини и Нинчичем произошел обмен
мнениями по албанскому вопросу и оба правительства
подтвердили свое желание действовать в полном согла-
сии, «не препятствуя развитию независимой Албании,
и считать исключительно внутри албанским делом любые
события, которые развиваются между партиями внут-
ри Албании»36. Несмотря на неоднократные обращения
Фана Ноли к Лиге Наций с просьбой помешать агрес-
сии, Лига не приняла никаких мер. Правительству не уда-
лось также противопоставить контрреволюции эффектив-
ное сопротивление: оно не решилось вооружить народ.
Предательство ряда высших офицеров довершило дело.
После двухнедельных боев Ахмет Зогу 24 декабря 1924 г.
вошел в Тирану.
Буржуазно-демократическая революция в Албании
потерпела поражение. Главной причиной этого была сла-
бость демократических сил. Прогрессивные слои буржуа-
зии не добились проведения обещанных реформ и не су-
мели упрочить свои позиции. Малочисленный рабочий
класс в тот период еще не мог выступить в качестве орга-
35 «Dokumenta е materiale...», f. 185.
36 Ibid., f. 197.
14 Краткая история Албании
209
низующей силы. У него не было ни своей партии, ни
самостоятельной программы борьбы за буржуазно-демо-
кратические преобразования. Пришедшее к власти в ре-
зультате народного восстания правительство Фана Ноли
в своей дальнейшей деятельности не опиралось на народ,
потеряло его поддержку и по ряду жизненных вопросов
внутренней и внешней политики пошло сначала на согла-
шение с помещиками, а затем и на капитуляцию перед
ними.
Албанская буржуазно-демократическая революция
происходила в период спада революционной волны в Ев-
ропе, существования реакционных режимов на Балка-
нах. Поэтому албанская контрреволюция смогла опереть-
ся на иностранное вмешательство, которое в конечном
счете сыграло решающую роль в победе контрреволюции.
В событиях 1924 г. албанская буржуазия показала не-
способность возглавить народ в борьбе против феодализ-
ма и угрозы иностранного порабощения.
Глава 8
АЛБАНИЯ В ГОДЫ
ТЕРРОРИСТИЧЕСКОГО РЕЖИМА ЗОГУ
ЗАХВАТ АЛБАНИИ ФАШИСТСКОЙ ИТАЛИЕЙ
Внутренняя и внешняя политика
правительства Зогу
в годы республики
«Албанская революция под руководством Ах-
мета Зогу произвела особое впечатление на здешние по-
литические круги... Последние события являются лишь
завершением одного эпизода... Поэтому международную
ситуацию в связи с албанскими проблемами нельзя счи-
тать изменившейся. Албанская независимость никоим
образом не нарушена и можно верить, что она не будет
нарушена и впредь. Италия верна принципам нейтрали-
тета...»,— так возвестило итальянское агентство новостей
«Рома» о происшедших в Албании событиях. «Полуофи-
циальное» агентство выдавало своему правительству сви-
детельство о непричастности к совершившемуся перево-
роту. Но уже в этом первом сообщении содержалась
многозначительная фраза, раскрывавшая планы италь-
янских правящих кругов: «Необходимо иметь в виду,
что Зогу и раньше был в контакте с Италией и подписал
договор о торговле» ’.
Официальная зогистская историография назвала
декабрьские события 1924 г. «торжеством законности».
Формально в Албании восстанавливалось правитель-
1 J. Swire. Op. cit., р. 424; «Dokumenta е materiale...», f. 221.
Речь идет о торговом договоре 19 февраля 1924 г., который не был
ратифицирован албанским парламентом вплоть до 1925 г.
14*
211
Стйо, существовавшее с 27 мая по 10 июня 1924 г., во
главе с близким к Зогу реакционным деятелем Илиазом
Вриони. Однако на деле в Албании после победы контр-
революции ни правительства, ни парламента, ни регент-
ства не существовало. Был один «полковник Зогу, глав-
нокомандующий операциями»,— так звучал тогда офици-
альный титул диктатора, который сосредоточил в своих
руках всю полноту государственной и военной власти.
Опираясь на довольно многочисленную по масшта-
бам Албании армию (более 10 тыс. человек), Ахмет
Зогу приступил к подавлению всех демократических сил
в стране. Многие руководители июньского восстания,
эмигрировавшие за границу, были приговорены заочно к
смертной казни (в том числе и Фан Ноли). Внутри Алба-
нии происходили массовые аресты, произведена чистка
государственного аппарата. Все организации, и в первую
очередь «Башкими», были распущены; впредь формиро-
вание их разрешалось только с одобрения министра внут-
ренних дел, т. е. того же Зогу. Ввиду невозможности ле-
гального существования прогрессивных организаций в са-
мой Албании они стали переносить свою деятельность за
границу. Так, в 1925 г. в Вене эмигрировавшие после раз-
грома демократического движения противники режима
Зогу образовали Национально-'революционный комитет,
сокращенно «Конаре» (Komiteti nacional-revolucionar),
выдвинувший следующую программу: освобождение
страны от власти Зогу и его сподвижников-феодалов,
установление подлинно демократического и республикан-
ского режима, проведение аграрной реформы.
6 января 1925 г. кабинет Илиаза Вриони уступил ме-
сто новому — с Ахметом Зогу в качестве премьер-мини-
стра и министра внутренних дел. В новый кабинет во-
шли ближайшие сторонники Зогу — Кочо Котта, ми-
нистр народного хозяйства, и Мюфид Либохова,
получивший портфели министра юстиции, финансов и
заместителя министра иностранных дел. Другие мини-
стерства были временно упразднены. Возник таким об-
разом любопытный феномен—правительство всего из
трех министров.
15 января 1925 г. оставшиеся верными режиму Зогу
парламентарии были созваны в Тирану. 21 января на
сессии этого собрания, названного учредительным, была
торжественно провозглашена республика и образована
212
комиссия для выработки новой конституции. Первые
статьи конституции были утверждены уже через 10 дней,
что дало основание для избрания Ахмета Зогу президен-
том республики, а еще через месяц был принят ее окон-
чательный текст. По новой конституции устанавливалась
двухпалатная система: сенат в составе 18 сенаторов, 6 из
которых назначались президентом, а 12 избирались сро-
ком на 6 лет, и палата депутатов, избиравшихся на 3 годя
двухстепенным голосованием.
Президента избирало Национальное собрание сро-
ком на 7 лет. Одновременно он являлся главой прави-
тельства, главнокомандующим армией и министром ино-
странных дел. Таким образом, Ахмет Зогу официально
получил широкие, по сути диктаторские полномочия.
Внешне он старался соблюсти видимость законности.
Состав правительства был расширен за счет включения
в него двух министров. 16 марта президент опубликовал
декрет о выборах в парламент. Двухстепенные выборы
принесли полную победу сторонникам Зогу, тем более
легкую, что других легальных политических группиро-
вок не существовало, а в условиях террора, наступив-
шего после контрреволюционного переворота, никакие
оппозиционно настроенные политические деятели не
рисковали выставлять свои кандидатуры. Новый парла-
мент собрался 1 июня. Первое его заседание носило
парадный характер, так как все необходимые законода-
тельные мероприятия, направленные на упрочение вла-
сти Ахмета Зогу, были к тому времени в основном осу-
ществлены. В конце того же месяца Ахмет Зогу созвал
в Тиране съезд байрактаров, поддержкой которых он
рассчитывал пользоваться и впредь. 26 июня 350 байрак-
таров из Шкодры, Косовы и Дибры, одетые в красочные
национальные костюмы, вооруженные старинными пис-
толями и кинжалами, прошли нестройной шеренгой пе-
ред принимавшим этот парад президентом республики.
Начавшийся дождь не помешал торжественной церемо-
нии: они принесли «бесу»—клятву верности Ахмету
Зогу. Байрактарам были гарантированы права, принад-
лежавшие им испокон веков на основе «закона гор»,
присвоены звания офицеров запаса и установлено посто*
янное жалованье. Другой вооруженной опорой режима
служили отряды жандармерии и милиции, проходившие
обучение .под руководством английских офицеров.
213
На организацию аппарата подавления направлялись'
большие средства, а ассигнования на другие, менее
важные, с точки зрения правящих кругов, статьи сокра-
щались. Так, в Албании, стране почти поголовной негра-
мотности трудового населения, правительство в марте
1925 г. сократило ассигнования на содержание школ.
Ахмет Зогу пришел к власти при поддержке ино-
странных держав, и вся его деятельность в первые годы
«республиканской диктатуры», как называли его режим
некоторые буржуазные историки, была направлена на
лавирование между претендентами на монопольное
влияние в Албании. Самым значительным актом благо-
дарности по отношению к Югославии за поддержку
контрреволюционного переворота была передача ей в
октябре 1925 г. монастыря Св. Наума и Вермоши (в рай-
оне озер Преспа и Поградеци). В целом же Югославия
теряла свои позиции в Албании, уступая их более силь-
ным конкурентам.
С начала 20-х годов в Албанию стали приезжать мно-
гочисленные представители иностранных торговых и про-
мышленных фирм, заинтересованных в получении концес-
сий. «С некоторого времени Албания стала землей обето-
ванной...,— сообщал одной из итальянских торговых
фирм ее албанский агент.— Каждую неделю прибывают
в Албанию комиссии, доверенные лица и торговые пред-
ставители, которые, быстро изучив различные экономиче-
ские проблемы страны, смело требуют концессии на иско-
паемые, на обработку земли и т. д., они едут из Франции,
Англии, Югославии, Швейцарии; это — инженеры, мине-
ралоги, конструкторы, директора фабрик» 2.
Эксплуатацию битума в Селенице вела итальянская
компания СИМСА3, получившая долгосрочную концес-
сию сроком до 31 декабря 1960 г. Эта же компания
сделала первой заявку на разведку и добычу нефти в рай-
оне Драшовицы и Пенковы общей площадью несколько
больше 2 тыс. га. С просьбами о предоставлении нефтя-
ных концессий обращались к албанскому правительству
«Англо-персидская нефтяная компания», «Железнодо-
рожная компания итальянского государства», «Стан-
2 «Buletin per shkencat shoqerore», 1953, N 1, f. 13.
3 SIMSA («Societa italiana miniere di Selenizza — Albania») —
«Итальянское горнорудное общество Селениды — Албания».
214
дард ойл», «Франко-албанский синдикат». В течение
1925—1926 гг. правительство Зогу подписало договоры
со всеми этими компаниями и они начали разведку в
Патосе, Кучове, Пенкове, Маврове, Пулати. Итальян-
ские общества получили право на добычу угля в Мема-
лиай, немецкое — на разведку пиритов, хромитов и мар-
ганца в супрефектуре Мирдита, Сербо-албанский (юго-
славский) банк — на разведку меди в Пуке и т. дГ
Политика «открытых дверей», проводившаяся прави-
тельством Зогу, казалось, предоставляла одинаково ши-
рокие возможности всем соперничавшим в Албании дер-
жавам. Однако в конкурентной борьбе постепенно побеж-
дала Италия. Решило исход борьбы создание двух ак-
ционерных объединений, поставивших Албанию под пол-
ный финансовый и экономический контроль со стороны
Италии.
В сентябре 1925 г. албанское правительство подписа-
ло с итальянским финансистом Марио Альберти, пред-
ставителем «Кредите итальяно», конвенцию об учреж-
дении так называемого Национального банка Албании
(«Банкальба»). Конвенция была подписана сроком на
50 лет, и финансовая группа «Кредите итальяно» стала
самым крупным держателем акций; ей принадлежали
все 100 тыс. учредительных и 45 тыс. простых акций.
Остальные акции распределялись следующим образом:
итальянская группа банков (исключая «Кредите италь-
яно») владела 309 616 простых акций, югославская —
50 тыс., бельгийская — 25 тыс., швейцарская — 50 тыс.,
албанские акционеры — всего 15 384. Банк получил
исключительное право на эмиссию банкнот. Правление
банка состояло из итальянцев и одного албанского пред-
ставителя. Национальный банк Албании имел постоян-
ное местопребывание в Риме, а его филиалы находились
в Тиране, Дурресе, Шкодре, Влёре и Корче. Создание
банка сопровождалось грязными финансовыми махина-
циями, в которых оказались замешанными ближайшие
сподвижники Зогу. Во взяточничестве был уличен сам
министр финансов Мюфид Либохова, принесенный
в жертву зогистской кликой. Расследование в парламен-
те всех обстоятельств дела выявило новые злоупотреб-
ления со стороны высшего чиновничества, но «своевре-
менное» самоубийство Либоховы остановило дальней-
шие разоблачения.
215
В том же году итальянскими акционерами «Банкаль-
ба» было создано «Общество по экономическому разви-
тию Албании» — СВЕА 4. По просьбе албанского прави-
тельства СВЕА предоставило ему кредит в 50 млн. зо-
лотых албанских франков сроком на 40 лет. Официаль-
но кредит предоставлялся на цели восстановления и
развития экономики страны (подъем сельского хозяй-
ства, мелиоративные и строительные работы). Однако
на деле основные средства стали направляться на про-
кладку дорог, строительство мостов, реконструкцию
портов в соответствии со стратегическими планами
итальянского правительства, а также на содержание
правящей клики, жандармерии и милиции. Ахмет Зо-
гу, бывший в начале своей карьеры небогатым челове-
ком, обремененным к тому же многочисленной родней,
стал превращаться в крупного помещика, владельца
обширных земельных угодий и вилл в Тиране, Дурресе,
Широке.
С созданием «Банкальба» и СВЕА финансовые воп-
росы албанского государства стали решаться в Риме.
Экономическая зависимость от фашистской Италии все
сильнее давала о себе знать и на политической арене.
1926 год стал решающим для итальянской политики
в Албании. Действие договоров, ранее заключенных ал-
банскими правительствами с Югославией, Грецией.
Германией, Англией и США на основе принципа наи-
большего благоприятствования, было сведено к миниму-
му двумя договорами, так называемыми тиранскими пак-
тами. Попытки воспрепятствовать албано-итальянскому
сближению, предпринимавшиеся некоторыми государст-
вами (в частности, Югославией) не увенчались успе-
хом. 27 ноября 1926 г. между Италией и Албанией
был подписан пакт «О дружбе и безопасности», кото-
рый запрещал «высоким договаривающимся сторонам»
заключать политические и военные соглашения, «нано-
сящие ущерб интересам другой стороны» 5. Несмотря на
содержавшиеся в преамбуле ссылки на желание «сохра-
нить политическое, юридическое и территориальное sta-
tus quo Албании», договор был воспринят в дипломати-
4 SVEA — «Societa per lo sviluppo economico d’Albania».
5 «Международная политика новейшего времени в договорах,
нотах и декларациях», ч. III, вып. 2, стр. 338.
216
ческих кругах Европы и Америки в качестве заявки
Италии на единовластное хозяйничанье в Албании 6.
Албанская правящая верхушка ясно представляла
себе те последствия, которые должно было повлечь за
собой заключение этого договора. Неблагоприятная ре-
акция была неизбежной, и до самого последнего момен-
та Зогу пытался лавировать и даже оказывать давление
на итальянскую сторону с тем, чтобы выговорить себе
менее позорные и менее компрометирующие условия.
Однако достичь этого он не смог, ибо отказ от подписа-
ния договора был бы равносилен отказу от власти. Италь-
янская дипломатия в данном случае действовала весьма
осторожно, но с большой настойчивостью. Муссоли-
ни так инструктировал в конце октября 1926 г. диплома-
тов в Албании: «Любой ошибочный шаг в этом направ-
лении может испортить нам все дело, а поэтому необхо-
димо быть очень внимательными. Если с Зогу ничего не
выйдет, нужно будет обрушиться на него, сметя его пол-
ностью. Нужно только постоянно иметь в виду, что Зогу
является единственным подходящим человеком, который
при помощи кулака может управлять Албанией» 7.
Подписание тиранского пакта вызвало резкое обост-
рение политической обстановки на Балканах. Двусторон-
ние договоры о дружбе Италии с Румынией (сентябрь
1926), Венгрией (апрель 1927 г.), заключенные почти од-
новременно с тиранским пактом, свидетельствовали о том,
что фашистским правителям удалось получить важные
стратегические позиции в борьбе против своего главного
соперника того времени — Франции. Непосредственным
результатом этого явилось также ухудшение итало-юго-
славских и албано-югославских отношений.
Продолжая политику дальнейшего подчинения Ал-
бании, итальянское правительство добилось новых при-
вилегий. 22 ноября 1927 г. был подписан второй тиран-
ский пакт — «Договор об оборонительном союзе» — сро-
ком на 20 лет. Новый договор предусматривал совмест-
ные действия обоих государств в случае «неспровоциро-
ванной войны» против одного из них и «соблюдение ин-
тересов другой стороны с таким усердием, как будто
9 Н. Seton-Watson. Eastern Europe Between the Wars
(1918—1941). Cambridge, 1946, p. 242.
7 «Dokumente e materiale...», f. 231. !
217
они являются своими собственными»8. Во исполнение
договора были осуществлены некоторые практические
мероприятия, приведшие к установлению итальянского
контроля над албанской армией. Итальянские военные
специалисты стали в ней главными советниками и ин-
структорами.
Тиранские пакты были важным этапом в осуществле-
нии средиземноморской программы фашистской Италии.
По выражению одного немецкого дипломата, Муссоли-
ни «продолжал держать поднятую саблю над головой
югославов, заставляя их гадать, что же он сделает» 9.
Вместе с тем в результате подписания тиранских
пактов политическая самостоятельность Албанской
республики была сведена к минимуму. Это вело к пре-
вращению страны в аграрно-сырьевой придаток фа-
шистской Италии, к сохранению в ней отсталости и ни-
щеты.
Провозглашение монархии.
Албания в годы экономического
кризиса
Республиканское правление было непродол-
жительным. Не дожидаясь истечения 7-летнего срока
президентства, Ахмет Зогу решил сделаться монархом.
Гарантировать себя от возможной отставки — вот что
было основным побудительным стимулом для Ахмета
Зогу, задумавшего произвести замену формы государ-
ственной власти. Но в интервью, данном корреспонден-
ту «Дейли экспресс», он мотивировал необходимость
этого превращения тем, что президент 'всегда должен по-
кровительствовать тем, кто его избрал, а оппозиционные
партии постоянно стремятся выдвинуть вместо него сво-
его претендента. «Первым результатом восстановления
монархии,— заявил он,— будет освобождение моей
страны от внутрипартийной борьбы... Король будет
выше партий» 10.
8 «Atti dell’Istituto nazionale delle assicurazioni». Roma, 1940.
p. 258.
9 R. Bernard. Essais sur 1’histoire de 1’Albanie moderne.Paris,
1935, p. 185.
10 Ibid., p. 186—187.
218
Правящие итальянские круги отнеслись к этой идее
одобрительно, так как упрочение положения Зогу, став-
шего к тому времени послушным орудием в их руках,
вполне соответствовало их дальнейшим намерениям в от-
ношении Албании. 1 сентября 1928 г. он был провозгла-
шен королем албанцев под именем Зогу I (Ахмет I зву-
чало бы слишком по-восточному) и коронован в городе
Круе в знак преемственности его власти от Скандербега,
потомком которого поспешила его объявить официаль-
ная печать. 1 декабря того же года была принята но-
вая конституция, по которой Албания объявлялась «де-
мократической, парламентарной и наследственной монар-
хией».
Провозглашение монархии не изменило главных на-
правлений внешней и внутренней политики, определив-
шихся с момента контрреволюционного переворота в де-
кабре 1924 г. Несамостоятельность в решении вопросов
международного характера и крайняя реакционность в
подходе к внутренним проблемам были характерны для
правления Зогу.
Албания была единственной страной на Балканах,
в которой после получения независимости не была осу-
ществлена буржуазная аграрная реформа. Система на-
логообложения, сохранявшаяся в основных чертах со
времен турецкого господства, примитивные методы об-
работки земли, кабала ростовщиков и помещиков,
малоземелье оставались уделом албанской деревни. Ра-
зорявшиеся крестьяне в поисках заработка уходили в го-
рода, эмигрировали.' Особенно сильной была эмиграция
на юге страны; здесь в семьях крестьян и городской бед-
ноты почти не осталось мужчин. В ноябре 1929 г. мини-
стерство иностранных дел сообщало правительству, что
проблема эмиграции принимает особо опасный характер
для национальной экономики и что неотлагательно тре-
буется законодательство, ограничивающее эмиграцию.
Выход из создавшегося положения был один — прове-
дение аграрной реформы, но помещики, крупные торгов-
цы и ростовщики, составлявшие главную опору прави-
тельства, не были в этом заинтересованы. Сохранение по
сути дела феодальных отношений в деревне было на руку
также и итальянским предпринимателям: они получали
дешевую рабочую силу для своих рудников и шахт. Все
же правительство было вынуждено предпринять какие-то
219
шаги по улучшению положения в сельском хозяйстве, или
хотя бы сделать вид, что оно стремится к этому.
Конституции 1925 и 1928 гг. формально положили
конец турецкому земельному закону 1856 г., что вырази-
лось в основном в сведении всех видов земельной собст-
венности к трем категориям (собственность государствен-
ная, юридических и физических лиц). Кроме того, были
приняты некоторые мелкие постановления, касающиеся
конкретных вопросов сельского хозяйства: о наказаниях
за потраву скотом полей и садов (1925), о создании пока-
зательных ферм на государственных землях (1926), о вы-
делении министерства сельского хозяйства и лесов из ми-
нистерства экономики (1927) и т. п. На основании ново-
го Гражданского кодекса 1929 г. была сделана попытка
установить точные размеры землевладений и определить
собственников спорных наделов. Некоторые несуществен-
ные изменения претерпела фискальная система.
Только в октябре 1928 г., спустя почти четыре года
после прихода Зогу к власти, правительство создало ко-
миссию по подготовке аграрной реформы и одновремен-
но обратилось к Италии с просьбой прислать экономиче-
ского советника, который независимо от этой комиссии
разработал бы соответствующий законопроект. Такой со-
ветник— проф. Дж. Лоренцони прибыл в июне 1929 г.
и к концу года представил свои соображения. Сделан-
ные Лоренцони рекомендации базировались на необхо-
димости таких преобразований, которые способствовали
бы развитию албанского сельского хозяйства по капита-
листическому пути. Непосредственной задачей Лоренцо-
ни считал перераспределение земельной собственности,
которое должно было «создать такие объективные и субъ-
ективные условия, которые облегчили бы преобразование
албанского сельского хозяйства в интенсивное и при-
быльное как для населения, так и для государства» п.
После обсуждения проекта в различных комиссиях и
в парламенте закон о реформе был утвержден и обна-
родован 13 апреля 1930 г. Закон предполагал изъятие
земельных излишков у помещиков (свыше 100 га) и
продажу земли безземельным и малоземельным кресть-
янам (до 5 га на семью). Закон, содержавший до
100 пунктов, предусматривал большое количество
11 Principii di economia albanese. Padova, 1940, p. 103.
220
исключений из общих правил конфискации. Не подле-
жали отчуждению виноградники, оливковые рощи,
сады, пастбища, леса. Реформа должна была прово-
диться в течение 15 лет, причем по каждому землевладе-
нию требовалось специальное решение короля. Естест-
венно, что в таком виде закон об аграрной реформе пре-
вратился в новое орудие, которое Зогу использовал для
борьбы со своими личными противниками. Помещичье
землевладение не было затронуто реформой. Почти един-
ственным результатом ее было поселение албанских бе-
женцев из югославской области Косово на болотистых
землях, принадлежавших ранее государству и не прино-
сивших никакого дохода. Путем приобретения по деше-
вой цене государственных земель обогатились королев-
ские фавориты. С другой стороны, продажа земли была
выгодна тем земельным собственникам, которые получа-
ли низкие доходы от своего хозяйства, и они охотно
«уступали» казне право собственности за крупные денеж-
ные суммы.
Прогрессивная албанская эмиграция по достоинству
оценила этот обман крестьянских масс, совершенный
правительством Зогу. Издававшаяся в Женеве албанская
газета «Лирия комбетаре» («Национальная свобода»)
противопоставила громоздкому закону 1930 г. четыре
основных требования, осуществление которых действи-
тельно принесло бы пользу крестьянам: безвозмездное
отчуждение всех помещичьих, кулацких и церковных
земель; бесплатное наделение безземельных и малозе-
мельных крестьян землей; аннулирование задолженности
крестьян по налогам; уничтожение десятины. «Эта про-
грамма может быть выполнена полностью только тогда,
когда рабочие и крестьяне Балкан под руководством
коммунистических партий поднимутся вместе против
местных режимов, являющихся ставленниками ино-
странных капиталистов и местных богачей, свергнут си-
лой эти кровавые режимы и сами возьмут власть в свои
руки» 12.
Аграрная реформа осталась на бумаге. Албанское
крестьянство поэтому особенно тяжело пе|реживало тя-
желое время мирового экономического кризиса. Будучи
12 «Dokumenta е materiale...», f. 290—291.
221
страной аграрной, Албания испытала на себе его воз-
действие в первую очередь в области сельского хозяйства.
Значительно упали цены на экспортировавшиеся Алба-
нией продукты животноводства и земледелия, а постиг-
ший страну неурожай создал необходимость ввоза допол-
нительного количества зерна. Покупательная способность
масс резко упала. Трудящиеся не могли приобретать
даже самое необходимое. Резко сократились внешнетор-
говые операции. За годы кризиса, который длился в Ал-
бании с 1929 по 1934 г., импорт снизился с 38,6 млн. ал-
банских франков до 12,3 млн. албанских франков, а экс-
порт— с 14,7 млн. албанских франков до 4,3 млн. ал-
банских франков. Сильное сокращение экспорта было
связано с большим падением производства в 1931 —
1934 гг. сельскохозяйственных продуктов вообще и экс-
портных в частности. Так, например, почти полностью
был прекращен вывоз сыра и кож, составлявший ос-
новную статью доходов населения южных районов.
Значительно снизился, правда меньше, чем экспорт, и
импорт.
iB ряде районов страны царил голод. Разорившиеся
крестьяне и городские ремесленники тщетно искали за-
работка на стройках и промышленных предприятиях.
Значительное сокращение ассигнований на строитель-
ные работы и развитие промышленности, реэмиграция
албанских рабочих, не находивших работы в охвачен-
ных мировым экономическим кризисом странах Европы
и Америки,— все это увеличивало и без того значитель-
ную армию безработных в Албании.
Наиболее тяжелым было положение на юге страны.
В 1931 г. совет старейшин Скрапари сообщал правитель-
ству, что в районе люди стали умирать от голода:
«Сжальтесь и примите срочные меры для спасения наро-
да, который дошел до крайности» 13. В Гирокастре проис-
ходили массовые демонстрации голодающих, требовав-
ших хлеба.
По всей стране одно за другим прекращали работу
строительные предприятия и увольняли рабочих, не вы-
платив заработанных ими денег. То тут, то там рожда-
лись слухи о займах, которые якобы обещали Франция,
Англия или даже какой-то американский миллиардер,
13 «Dokumenta е materiale...», f. 237.
222
чтобы спасти Албанию от поразившего ее кризиса.
Предприимчивые торговцы наживались на голоде, ску-
пая на корню пшеницу из расчета по доллару за цент-
нер.
Однако правительство ничего или почти ничего не
предпринимало для облегчения положения народных
масс. «Политическое положение Южной Албании пред-
ставляется в общем неизменным. Население, измучен-
ное голодом, видит причину в отсутствии понимающего
его нужды правительства, которое хотело бы и могло
заботиться об интересах страны,— писал в апреле
1931 г. итальянский консул во Влёре Мелони своему
коллеге в Дурресе.— Коррупция министров и чиновни-
ков, которые обогащаются за государственный счет и
спекулируют, возбудила такое глубокое негодование,
что все уверены в том, что причина обнищания страны
может быть уничтожена путем смены режима»14.
В стране действительно росло недовольство. На стенах
домов в Шкодре появлялись надписи, призывавшие
свергнуть короля и правительство. Во Влёре был рас-
крыт антиправительственный заговор.
Правящая клика пыталась справиться с возникшими
внутренними трудностями, все более широко применяя
репрессивные меры. Министр внутренних дел Муса
Юка, один из самых кровавых руководителей этого ми-
нистерства за все время существования зогистского ре-
жима, добился увеличения ассигнований на нужды «под-
держания порядка» во время парламентских выборов
1932 г. и предпринял массовые аресты «неблагонадеж-
ных» граждан. В выборах не смогли принять участие
многие избиратели и оппозиционные кандидаты в депу-
таты, попавшие накануне за тюремную решетку по вы-
мышленным обвинениям в неуплате налогов, в наруше-
нии общественного порядка и т. п. Но если полицейскими
мерами как-то можно было в тот период загасить расту-
щее возмущение, то достижение экономической стабили-
зации было делом трудно осуществимым. Слабость ал-
банской экономики, ее зависимость от внешнего рынка и
от иностранного капитала были основными факторами,
затягивавшими преодоление кризиса. Когда в основных
капиталистических странах Европы кризис уже сменил-
и Ibid., f. 235.
223
ся депрессией, в Албании он продолжал свирепствовать
с прежней силой, достигнув наивысшей точки в 1934 г.
Основной кредитор Албании — фашистская Италия
использовала тяжелое положение страны в эти годы для
того, чтобы еще более упрочить там свое положение.
Расчеты итальянских капиталистов, наживавшихся за
счет албанского народа, согласовывались с политиче-
скими целями правителей Италии. Искусственно созда-
вались новые трудности, чтобы заставить албанское пра-
вительство пойти на новые уступки. Трения в итало-
албанских взаимоотношениях наметились уже в конце
1931 г., когда истекал срок действия первого тиранского
пакта и одновременно моратория по займу, предостав-
ленному Албании обществом СВЕА. Как и в прежние
годы, расчет итальянских правящих кругов строился на
том, что король Зогу в конечном счете предпочтет потере
власти новую сделку с Италией в ущерб национальным
интересам своей страны. Так и случилось. Вездесущие
и хорошо информированные итальянские дипломаты ви-
дели беспомощность албанского монарха, который мог
существовать только при поддержке извне, а в трудные
моменты «далекий от народа и ненавидимый им, бился
в истерических припадках» 15. Расчет итальянской дип-
ломатии строился также и на том, что правительство
Зогу, идя на конфликт с Италией, не могло в тот период
реально рассчитывать на эффективную поддержку ка-
кого-либо другого государства. Из великих капитали-
стических держав только Франция была тогда реальным
с'огщрником Италии в этом районе Балкан, но и ее
сближению с Албанией препятствовала позиция фран-
цузской союзницы Югославии, определявшаяся в дан-
ном случае личным враждебным отношением короля
Александра и его сторонников к Зогу, которого они пос-
ле «поворота к Италии» в 1926 г. не принимали даже
в качестве условного союзника. Вся предшествующая
политика правительства Зогу ставила его в положение
изоляции, и его попытки играть в независимость — пере-
говоры о вхождении в Балканскую Антанту, усиление
контактов с Англией и т. п.— не привели к благоприят-
ному завершению. Его очень личная и зависящая от при-
15 «Dokumenta е materiale...», f. 245.
224
хотей политика привела в конечном счете к новой капи-
туляции перед Италией.
Итало-албанские отношения настолько осложни-
лись, что Зогу отверг предложение о таможенном союзе,
а затем заключил без консультации с итальянцами тор-
говые соглашения с Югославией и Грецией. В ответ на
это итальянское правительство в августе 1933 г. предъ-
явило ультиматум Албании, требуя удовлетворения ряда
претензий. Главными из них были следующие: денонса-
ция всех действующих торговых договоров с другими
странами, не Тюлучивших одобрения итальянских
экспертов; замена английских инструкторов в албан-
ской жандармерии итальянскими; замена недостаточно
проитальянски настроенных чиновников лицами италь-
янского происхождения или получившими образование
в Италии; введение в средних школах итальянского язы-
ка как обязательного предмета и т. д.
Зогу отказался принять часть требований, а затем
правительство стало предпринимать меры антиитальян-
ского характера: в Шкодре запретило издание двух като-
лических газет проитальянского направления, не возоб-
новило контракты с итальянскими военными инструкто-
рами, и в апреле 1934 г. 67 офицерам во главе с генера-
лом Париани было предложено в суточный срок поки-
нуть Албанию.
Итальянское правительство предприняло ответные
действия. Конфликт тянулся до июня 1934 г., когда де-
монстрация итальянских военных кораблей у Дурреса
заставила Зогу пойти на уступки. После этого процесс
закабаления Албании Италией стал развиваться еще бо-
лее быстрыми темпами.
Дальнейшее наступление реакции
Затянувшийся до конца 1934 г. экономиче-
ский кризис сменился некоторым улучшением положе-
ния. Официальная статистика свидетельствовала, что уве-
личился объем внешнеторговых операций, расширилась
разведка и добыча полезных ископаемых, возобновились
строительные работы и т. д. Однако ни экспорт, ни им-
порт ни разу в 30-е годы не достигли уровня предкризис-
ного 1928 г., а что касается промышленности, то разви-
1 5 Краткая история Албании
225
вались в основном те ее отрасли, в которых господство-
вали иностранные (по преимуществу итальянские) пред-
приниматели.
В 1935 г. голод вновь поразил страну. Толпы истощен-
ных хроническим недоеданием крестьян и горожан бро-
дили по дорогам в поисках хлеба и работы. Правитель-
ство было вынуждено через Красный Крест просить по-
мощь для тех районов, где обстановка стала критической.
Однако размеры этой единовременной помощи были не-
значительны и существенного изменения положения не
последовало.
В самых разнообразных слоях общества крепло
убеждение в необходимости свержения реакционного мо-
нархического режима Ахмета Зогу. В Тиране была соз-
дана нелегальная антизогистская организация, имевшая
разветвленную сеть филиалов на периферии, наиболее
крупные из которых были в Берате, Фиери, Дурресе,
Корче, Гирокастре и Влёре. Движение объединяло людей
различных политических взглядов и убеждений. В нем
участвовала революционно настроенная молодежь, при-
держивавшаяся социалистических идей, офицеры-респуб-
ликанцы, буржуа, недовольные проитальянской полити-
кой правительства, и в то же время некоторые проиталь-
янски настроенные помещики — личные противники
Зогу.
Начало вооруженного выступления было ускорено
известием о том, что полиции удалось напасть на след
организации. В августе 1935 г. член подпольной органи-
зации, заместитель жандармского начальника города
Фиери младший лейтенант Муса Краня призвал свою
группу к вооруженным действиям. Повстанцы, к которым
присоединились многие жители городка, двинулись по на-
правлению к Тиране. Почти одновременно восстания
вспыхнули в Скрапари, Малакастре. Однако пестрый со-
став подпольной организации, ее оторванность от широ-
ких масс крестьянства, слабая связь между отдельными
группами, отсутствие ясной программы обусловили
неудачу выступления. Правительственным войскам уда-
лось подавить эту одну из самых крупных попыток
свергнуть режим Зогу. Начались массовые репрессии.
Было арестовано до 2 тыс. человек, более пятисот чело-
век судил трибунал в Фиери, 51 из них был приговорен
к смертной казни. В результате протестов мирового обще-
226
ответного мнения приговор был приведен в исполнение
лишь в отношении 14 человек.
Восстание в Фиери заставило Зогу пойти на заигры-
вание с массами, сделать видимость уступки демократи-
ческим элементам. В октябре 1935 г. кабинет, во главе
которого стоял престарелый Пандели Эвангели, фактиче-
ски не имевший никакого веса в государственных де-
лах, был сменен так называемым либеральным прави-
тельством. Новый премьер-министр Мехди Фрашери
выступил с демагогической программой, в которой обе-
щал то, чего не смогли добиться все предшествующие ка-
бинеты: установление контроля над экспортом и импор-
том, развитие капиталистических начал в деревне, сба-
лансирование государственного бюджета, свобода слова,
собраний и печати и т. д. Правда, одновременно министр
внутренних дел Этхем Тото создал комиссию по контро-
лю за «опасной литературой», распространявшейся в Ал-
бании. Распоряжение об образовании этой комиссии было
секретным, а официально продолжалась демагогическая
шумиха о новой «эре свободы».
«Либеральное» правительство не выполнило ни од-
ного из своих широковещательных обещаний в области
внутренней политики. Зато оно связало Албанию новой
серией договоров с Италией. Начав с восстановления
прав итальянских военных и гражданских инструкторов
и советников, вынужденных покинуть Албанию во вре-
мя конфликта, и некоторых других уступок, правитель-
ство пошло на заключение 19 марта 1936 г. кабальных
соглашений с Италией. Албания получила два новых де-
нежных займа, ей прощалась задолженность по займу
1931 г., итальянское правительство обязалось покрыть де-
фицит в платежном балансе, создавшийся к концу
1934/35 бюджетного года. Взамен албанское правитель-
ство отменяло все ограничения на ввозимые в страну
итальянские товары. Мартовские соглашения 1936 г. пре-
дусматривали расширение итальянского военного конт-
роля над Албанией. На средства, предоставленные фа-
шистским правительством, должны были возводиться но-
вые укрепления в порту Влёра, охранявшие военно-мор-
скую базу Италии на о-ве Сазани; реконструировался
порт в Дурресе.
На международной арене албанские представители
безоговорочно поддерживали агрессивный курс италь-
янской внешней политики.
15*
227
«Либеральное» правительство подвергалось, тем не
менее ожесточенным нападкам справа. Рвущаяся вновь к
власти крайняя реакция использовала все промахи Мех-
ди Фрашери, а также неизжитые экономические труд-
ности, чтобы дискредитировать «новую» политику, кото-
рая была не чем иным, как демагогической игрой
в демократию. Участившиеся случаи волнений в сельско-
хозяйственных районах, забастовки на промышленных
предприятиях, демонстрации городской бедноты правая
оппозиция, так называемые «старые», выдвигала в каче-
стве аргумента, подтверждающего неспособность «мо-
лодых» поддержать порядок и спокойствие в стране.
В ходе подготовки к новым выборам в парламент пра-
вительство Мехди Фрашери не смогло противостоять
усилившемуся нажиму «старых» и в ноябре 1936 г. вы-
шло в отставку. Новый премьер-министр Кочо Котта и
министр внутренних дел Муса Юка открыто восстанови-
ли террористические методы правления. Парламентские
выборы в январе 1937 г. проходили под сильным нажи-
мом властей. Голосование проводилось только по прави-
тельственным спискам; печати запрещалось поддержи-
вать кандидатов, не внесенных в эти списки. Министер-
ство внутренних дел издало распоряжение привести в го-
товность вооруженные силы на местах, «чтобы воспре-
пятствовать каким-либо неожиданным событиям» 16. Все
эти меры принесли свои плоды, и правительственный
блок добился полной победы.
Полицейский террористический режим, установленный
в Албании, исключал всякую возможность легальной
парламентарной борьбы для любой оппозиции. Случай
с кабинетом «молодых», отличавшимся от прежних лишь
либеральной окраской и более мягкими методами про-
ведения все той же антинациональной и антинародной
политики, свидетельствовал о том, что подлинного из-
менения можно было добиться только вооруженным пу-
тем. Это убеждение все глубже проникало в сознание
широких масс народа, из него исходили и некоторые не-
довольные режимом Зогу группы буржуазии и помещи-
ков. Однако пока Зогу и 'его ближайшее окружение по-
лучали прямую поддержку фашистской Италии, любые
оппозиционные выступления кончались неудачей.
16 Цит. по: «Zen i пшвё», 1.III 1954.
228
Весной 1937 г. была предпринята еще одна попытка
свержения режима Зогу, наиболее серьезная со времени
восстания в Фиери. Однако теперь она исходила отнюдь
не из демократических кругов, хотя правительственная
печать поспешила приписать ее коммунистам. 17 мая
1937 г. газета «Штюпи» («Пресса») сообщила, что в
Дельвине вспыхнуло большевистское восстание 17. В Ти-
ране создалось напряженное положение. Зогу объявил
дополнительный набор солдат в районе Мати, которыми
был усилен столичный гарнизон, а также войска, брошен-
ные на подавление восстания. Официальная печать, не
давая оценки развернувшимся событиям, перепечатыва-
ла сообщения из различных европейских газет о том, что
восстание инспирировано коммунистами, что руководят
ими большевики, т. д. и т. п. Затем1 было объявлено, что
руководитель восстания убит в бою с правительственны-
ми войсками. Им оказался один из бывших личных дру-
зей и соратников Зогу, активный участник контрреволю-
ционного переворота 1924 г., в прошлом министр
внутренних дел, а в момент восстания начальник жан-
дармского управления Гирокастры Этхем Тото. Другим
руководителем антизогистского восстания был брат Эт-
хема Исмет. Одно время он пытался организовать фа-
шистскую молодежную организацию гитлеровского типа,
а затем, потерпев неудачу, перешел к нападкам на пра-
вящую клику. Падение кабинета Мехди Фрашери, в ко-
тором министром внутренних дел был Этхем Тото, объ-
единило обоих братьев — и фашиста и «либерального»
жандарма — в одном лагере. Бунтарский дух братьев
Тото подкрепился также их личной враждой не на жизнь,
а на смерть с тогдашним министром внутренних дел Му-
сой Юка.
Восстание, к которому примкнула часть офицерства,
было подавлено. Главные четыре зачинщика, не успев-
шие бежать в Югославию, были схвачены и казнены,
по всему югу проведены аресты. Так закончилась эта по-
пытка совершить переворот, наделавшая в то время мно-
го шума в Европе, но не имевшая серьезной политической
базы.
17 «Shtypi», 17.V 4937.
229
Состояние экономики
Экономическая политика зогистского режима
подчинялась интересам итальянского финансового ка-
питала. Албания вовлекалась в сферу европейского капи-
талистического хозяйства, но это достигалось путем при-
способления старых форм и методов эксплуатации к но-
вым условиям, путем развития черт, характерных для ко-
лониальной экономики. Сохранявшиеся докапиталистиче-
ские формы эксплуатации накладывали на всю экономи-
ческую жизнь страны отпечаток застойности и отсталости.
Постепенно дробились крупные земельные владения.
Уже исчезли огромные для Албании латифундии в 15,
10 тыс. га. К концу 30-х годов только семь семейств вла-
дели латифундиями, средний размер которых несколько
превышал 2 тыс. га, причем в эту площадь входили наря-
ду с обрабатываемыми землями, леса и пастбища. В ал-
банской деревне усилилась прослойка «новых» хозяев —
городской буржуазии и кулачества (ага). Они устанав-
ливали более широкие связи с внешним рынком, произ-
водя и экспортируя продукты земледелия и скотоводства,
пользовавшиеся спросом (табак, маслины, цитрусовые,
сыр, кожи и т. п.).
Крупные и средние землевладения концентрирова-
лись в равнинных и холмистых районах страны —
в Средней Албании, особенно вдоль побережья от Дур-
реса до Влёры. Но только три-четыре хозяйства на всю
страну приближались по типу к капиталистическим. По-
давляющая часть землевладений не имела единого хо-
зяйственного профиля. Разделенные на небольшие
участки, лишь частично пригодные для обработки (от
четверти до половины площади), а частично предназна-
чавшиеся под пастбища, они эксплуатировались путем
сдачи в аренду крестьянам-издольщикам.
Значительные земельные площади находились во
владении государства, религиозных учреждений, хотя
в целом размеры государственных земель за годы
зогистского режима заметно сократились: со 100 тыс.
га в 20-е годы до 50 тыс. га в конце 30-х годов, что
составляло около 13% всей площади пригодных к обра-
ботке земель. За счет государственного фонда обогаща-
лись король, его семейство и фавориты. Под видом кон-
230
цессий часть владений переходила в руки итальянских
предпринимателей. По конституции продажа сельскохо-
зяйственных угодий иностранцам была запрещена. Од-
нако итальянские концессионеры обходили этот пункт,
покупая землю через подставных лиц или арендуя на
длительные сроки (от 25 до 99 лет). К концу 30-х годов
насчитывалось 11 таких итальянских капиталистических
ферм, обеспеченных современной сельскохозяйственной
техникой и кадрами специалистов. На полях этих ферм,
производивших главным образом зерно, работали албан-
ские сельскохозяйственные рабочие и батраки. Оплата их
труда была низкой. Албанские власти не имели права
вмешиваться в возникавшие здесь довольно часто трудо-
вые конфликты. Более того, права этих небольших «госу-
дарств в государстве» были настолько широки, что им
разрешалось селить на арендованных землях итальян-
ских колонистов, беспошлинно ввозить технику и обору-
дование и вывозить сельскохозяйственную продукцию.
Фермы были расположены в плодородных районах Сред-
ней Албании.
В Средней Албании находились и государственные
хозяйства, организованные по образцу капиталистиче-
ских ферм. Там выращивались зерновые, из-за границы
ввозились высокопродуктивные породы скота.
Но не эти хозяйства определяли лицо албанской де-
ревни. Капиталистические отношения, обремененные гру-
зом феодальных пережитков, развивались чрезвычайно
медленно.
Основная часть земельного фонда была распределена
между землевладельцами, причисляемыми официальной
статистикой к разряду богатых собственников, а
также между крестьянами-середняками и бедняками.
Богатые землевладельцы, составлявшие 3% всего сель-
скохозяйственного населения, владели 23% всех земель-
ных угодий (т. е. 91 тыс. га), причем в среднем на каж-
дую семью приходилось по 19 га. 129 тысяч семей се-
редняков и бедняков (83% всего сельскохозяйственного
населения) владели 61% всех земель (238 тыс. га), т. е.
на каждую семью приходилось в среднем по 1,8 га.
Большинство этой категории земельных собственников
составляли крестьяне-бедняки, наделы которых в сред-
нем равнялись одному гектару. Мелкое помещичье
землевладение и мелкотоварное крестьянское хозяйство
231
были характерны для Южной Албании. В некоторых вы-
сокогорных районах страны земля 'находилась во владе-
нии деревди, общины, в которую входили представители
одного рода. Там сохранялись пережитки патриархаль-
ных отношений.
Крестьяне-бедняки, наделы которых не обеспечива-
ли прожиточного минимума их семьям, а также беззе-
мельные крестьяне были вынуждены идти в кабалу к
помещикам, кулакам или работать за нищенскую пла-
ту у итальянских концессионеров. Они становились
арендаторами и сверх государственных налогов должны
были вносить арендную плату землевладельцу натурой
в размере от 7з до 7г урожая, выполнять ряд повинно-
стей феодального характера: отдавали определенное
число домашней птицы, яиц, поставляли к столу хозяина
мед, молочные продукты и т. и., в зависимости от профи-
ля их небольшого хозяйства. Крестьяне были также обя-
заны отрабатывать на усадьбе землевладельца бесплат-
но от 10 до 40 дней в году, выделять установленные обы-
чаем суммы на содержание религиозных учреждений.
В животноводческих районах эти поборы несколько ви-
доизменялись.
Таким образом, аренда в албанской деревне носила
не капиталистический, а полукрепостнический характер.
Только небольшой процент занятых в сельском хозяй-
стве людей можно было отнести к сельскохозяйственному
пролетариату. Это — батраки, работавшие посезонно
за денежную или натуральную оплату, и сельскохо-
зяйственные рабочие, нанимавшиеся к помещикам и ку-
лакам на год за определенное вознаграждение.
Тяжелое положение земледельцев и скотоводов усу-
гублялось грабительской налоговой системой. Сбор на-
логов и особенно десятины (ашара) превращался для
сельских тружеников в настоящее бедствие. Сборщики
налогов — откупщики, пользуясь неграмотностью и тем-
нотой большей части крестьянства, устанавливали про-
извольно размеры налога, намного превышая его офи-
циальную норму. Продуктов, оставшихся после выплаты
податей, не хватало до конца года, и крестьяне были в
вечном долгу у ростовщиков, которые брали до 200% го-
довых. Неуклонно шел процесс обезземеливания кре-
стьянства. По официальным данным, только в префекту-
ре Тираны в периоде 1935 по 1939 г. ежегодно переходило
232
в руки крупных собственников, торговцев, кулаков
в среднем 430 га крестьянских земель.
Животноводство имело больший удельный вес в сель-
ском хозяйстве, чем земледелие, его продукция превы-
шала половину всего экспорта страны, достигая в некото-
рые годы 60—65%. Однако это не свидетельствовало
о высоком уровне животноводства. Скот (главным обра-
зом овцы и козы) был малопродуктивным, содержался
на естественных пастбищах, и пастухи были вынуждены
делать большие переходы в поисках новых выпасов, поки-
дая на 6—7 месяцев свое жилье. Основные богатства —
стада и пастбища — принадлежали крупным феодалам-
собственникам, эксплуатировавшим неимущих чабанов.
В горных скотоводческих районах, отсталых в экономиче-
ском и культурном отношениях, прочнее всего сохраня-
лись пережитки родовых отношений. Представители
местной феодальной знати (байрактары, капитаны) дер-
жали в подчинении основную массу скотоводов, опираясь
зачастую даже не столько на поддержку государства,
сколько на авторитет обычаев и «законов гор».
Под лугами и пастбищами были заняты значительные
территории, в два-три раза превышавшие площади
обрабатываемых земель. К концу 30-х годов наметилась
тенденция к дальнейшему увеличению выпасов. Это про-
исходило потому, что помещики, которым не приносило
большого дохода малоинтенсивное земледелие, начали
сдавать свои земли в аренду скотоводам.
221 тыс. га посевных площадей страны в 1938 г. рас-
пределялись следующим образом: под зерновыми культу-
рами— 213 300 га, или 96,5%; под техническими —
2930 га, или 1,3%; под фуражными —1 тыс. га, или 0,5%;
под овощами и картофелем — 3800 га. или 1,7%. Среди
технических культур наибольшее распространение имел
табак, который находил себе потребителей не только в
стране, но и за ее пределами (экспортировался в Италию
и Югославию). Хлопок, лен, сахарная свекла занимали
настолько незначительные площади, что практической
ценности для экономики страны не представляли. Тради-
ционной культурой сельского хозяйства Албании были
оливки. Центры возделывания их находились в окрестно-
стях Влёры, Эльбасана и в Химаре. В равнинных и при-
брежных районах получили развитие садоводство и
виноградарство. Например, под виноградниками было
233
занято 4 тыс. га, но это были сорта, подверженные раз-
ного рода болезням, а поэтому урожаи были неустойчи-
вые. Только перед самым началом войны в Албанию
стали завозиться лозы американских сортов, не боящие-
ся заражения филоксерой.
Албания не обеспечивала себя основными сельскохо-
зяйственными продуктами. В 1938 г. по количеству вве-
зенного зерна (пшеницы и кукурузы) уровень 1929 г. был
превзойден в два раза. Создавалось парадоксальное на
первый взгляд положение, когда две главные зерновые
культуры, производившиеся в стране, неизменно возглав-
ляли список продуктов и товаров, импортировавшихся в
Албанию. Ненормальность этого понимали сами правя-
щие круги. В отчете министерства национальной эконо-
мики в 1937 г. решительно провозглашалось: «С разви-
тием мелиорации, осушением и обводнением больших
площадей, чему в последнее время уделяет особое внима-
ние министерство национальной экономики, Албания в
скором времени не только обеспечит себя хлебом, но и
станет государством-экпортером» 18.
Однако эти заявления не были основаны на реальных
расчетах. Ассигнования на сельское хозяйство имели
тенденцию к сокращению. Мелиоративные работы почти
совсем не производились. Расширение посевных площа-
дей (на 20—25% за 15 лет) не дало значительного
экономического эффекта, так как культура земледелия
находилась на низком агротехническом уровне. Химиче-
ские удобрения почти совсем не были известны. Доходы,
получаемые крестьянами от своих наделов, с трудом
обеспечивали содержание семьи. Поэтому не могло быть
и речи о применении ими каких-то новых достижений, при-
обретении сельскохозяйственных машин. Таких средств
у подавляющего большинства земледельцев попросту не
было. До 1938 г. в Албанию было завезено всего 32 трак-
тора, 19 уборочных машин, 395 молотилок, 24 тыс. желез-
ных плугов, но основным орудием продолжала оставать-
ся примитивная деревянная соха — парменд.
Одной из важнейших причин того, что сельское хозяй-
ство Албании находилось в состоянии хронического кри-
зиса, была политика итальянского финансового капита-
18 Organizimi i sherbimit bujqesor gjatS 25 vjeteve t’indipenden-
сёэ kombetare, б. м. и б. ч., f. Й1.
234
ла. Национальный банк Албании, общества СВЕЛ и, на-
конец, созданный итальянскими же предпринимателями
в 1937 г. Сельскохозяйственный банк, зависевший от бан-
ка Неаполя, проводили в отношении Албании колониали-
стскую политику, стремясь сделать ее сырьевым при-
датком фашистской Италии. Это выражалось не только
в приобретении концессий, но и в воздействии на разви-
тие экспортно-импортных операций Албании в нужном
для Италии направлении. Кроме того, итальянские кре-
дитные учреждения использовали в политических целях
выдачу ссуд зажиточным землевладельцам, увеличивая
прослойку проитальянски настроенных людей.
Неблагоприятное воздействие внутренних и внешних
факторов приводило к постепенной деградации албанско-
го сельского хозяйства. Даже в официальной прессе
стали появляться статьи и обзоры, в которых звучали
пессимистические ноты. «Албания беднеет день ото
дня,— говорилось в редакционной статье журнала «Эко-
номия комбетаре» («Национальная экономика») весной
1937 г.— Албания, которая может прокормить пять мил-
лионов людей, сегодня не в состоянии прокормить и мил-
лиона!».
В поистине жалком состоянии находилась экономика
страны.
Промышленный сектор, включая ремесленное произ-
водство, давал 18% национального дохода. Наиболее
важной отраслью считалась добывающая промышлен-
ность. Однако удельный вес ее был ничтожен — всего
2,7% национального дохода 1938 г.; на обрабатывающую
промышленность и ремесленное производство приходи-
лось соответственно 7% и 8,6%.
Все предприятия добывающей промышленности, за
исключением только трех небольших шахт по добыче бу-
рого угля в окрестностях Корчи и Тираны, принадлежали
итальянским компаниям.
Иностранные капиталисты считали Албанию весьма
перспективной с точки зрения запасов ценных видов по-
лезных ископаемых. Пользуясь почти полным отсутстви-
ем квалифицированных специалистов-геологов из числа
местного населения, зарубежные фирмы посылали в Ал-
банию десятки поисковых партий. За период господства
зогистского режима правительство выдало иностранцам
78 лицензий на разведку полезных ископаемых. Создан-
235
ное в 1926 г. при министерстве национальной экономики
албанское геологическое управление сразу же попало
в руки иностранцев. Сначала это были австрийские и вен-
герские инженеры, а с 1928 г. управление контролирова-
ли итальянцы. Итальянские финансово-промышленные
объединения стали развивать те отрасли добывающей
промышленности, в которых они были наиболее заинте-
ресованы и которые требовали наименьших затрат. В ру-
ках албанских предпринимателей остались разработки
бурого угля. Добыча на этих шахтах велась нерегулярно,
в зависимости от спроса на местных рынках, механиза-
ция отсутствовала, а транспортировка угля производи-
лась на мулах.
Систематическая добыча нефти стала производиться
со второго квартала 1935 г. В конце 30-х годов нефтяные
промыслы Патоса и Кучовы, а также права на разведку
новых месторождений, перешли к «Итальянскому пред-
приятию по разработке албанской нефти» (АИПА). Поч-
ти вся нефть (в 1938 г. албанские нефтепромыслы дали
около 127 тыс. тонн) вывозилась необработанной на
очистительные заводы Италии. Самый крупный нефтенос-
ный район Албании — Кучова был соединен нефтепрово-
дом с портом Влёра, откуда нефть транспортировалась
на очистительные заводы Венеции и Фиуме.
Разработка битума в Селенице, как уже упоминалось,
велась обществом СИМСА. Итальянские фирмы получи-
ли долгосрочные концессии на эксплуатацию медных
рудников Пуки и Рубика (компания САМИА) 19, на раз-
ведку и эксплуатацию хрома в Поградеци, Кукесе и
Тропое (АММИ) 20, разведку редких металлов и других
полезных ископаемых вели АММИ и группа Монтека-
тини.
Обрабатывающая промышленность работала на мест-
ном сырье, и число предприятий, принадлежащих как
албанским, так и итальянским собственникам, было не-
велико. По некоторым сведениям, существовало около
50 предприятий, производивших продукты питания (олив-
ковое масло, макароны, муку, вина), шесть небольших
19 SAMIA («Societa Anonima Mineraria Italo-Albanese») — «Ак-
ционерное итало-албанское горнорудное общество», зависящее от
группы Пароли — Дельфино.
20 AMMJ («Azienda Minerali Metalliferi Italiana»)— «Итальян-
ская горнорудная компания».
236
ткацких, пять трикотажных, два обувных, пять кожевен-
ных предприятий и около 5 тыс. разрозненных ремеслен-
ных мастерских. О величине этих «фабрик», как тогда
называла их официальная печать, свидетельствуют сле-
дующие факты: на пивном заводе в Корче в 1937 г. было
занято 60 рабочих, на одной из крупных по тому времени
трикотажных фабрик в Шкодре — 30, на папиросной
фабрике СТАМЛЕС в Дурресе — 20 и т. д. Вся продук-
ция текстильной промышленности в 1938 г. выражалась в
скромной цифре 358 тыс. м в год.
Наибольшая концентрация рабочих была на предпри-
ятиях добывающей промышленности. На нефтепромыс-
лах в конце 30-х годов работало 1500—1800 рабочих.
В целом же число рабочих по всей Албании не превы-
шало 15 тыс. человек, причем по большей части это был
не промышленный пролетариат, а работники ремеслен-
ных предприятий, сезонные строительные рабочие, еще
не порвавшие связь с деревней. Такой состав рабочего
класса влиял и на характер стачечной борьбы.
Итальянские концессионеры, стремясь получить от
своих предприятий наибольшую прибыль, достигали это-
го путем снижения оплаты труда и удлинения рабочего
дня. На нефтепромыслах и шахтах рабочий день продол-
жался 14—16 часов, а платили албанцам в два-три раза
меньше, чем занятым на тех же операциях итальянским
рабочим. Почти полностью отсутствовала система охраны
труда, жизненные условия были чрезвычайно тяжелыми.
Стачечная борьба на таких предприятиях велась не
только под знаком экономических требований, часто на-
ряду с ними ставились требования политического харак-
тера. Рабочие боролись не только за право на существо-
вание, но и против национальной дискриминации, насаж-
дения фашистской идеологии.
Работники ремесленных мастерских испытывали не
меньшие трудности. Источник своих бедствий они видели
главным образом в конкуренции иностранных и вообще
фабричных товаров. На многих демонстрациях конца
30-х годов выдвигались требования закрыть фабрики,
деятельность которых вела к разорению ремесленников.
Так, с большим упорством боролись сапожники Корчи,
Берата, Гирокастры, тщетно требовавшие у министерства
национальной экономики запрещения фабричного произ-
водства летней обуви. Их вынуждала на эту бесперспек-
237
ТПйнуЮ борьбу весьма реальная угроза безработицы, так
как уровень развития промышленности не позволял обе-
спечить работой разоряющихся кустарей.
Из года в год в албанском государственном бюджете
увеличивался хронический дефицит и покрытие его про-
изводилось за счет новых займов в Италии. В 1938 г.
годовой бюджет страны составлял немногим более
28 млн. албанских франков, в десять раз меньше, чем
сумма итальянских капиталовложений. Его самой круп-
ной расходной статьей было содержание вооруженных
сил, королевского двора и чиновничьего аппарата, по-
глощавшее до 80% всех бюджетных средств. В конце
30-х годов убеждение в необходимости принятия срочных
мер для оздоровления экономики Албании охватило са-
мые широкие круги албанской общественности. Проек-
тов по улучшению экономического положения страны
было довольно много. Но усилия их авторов были на-
правлены на разрешение частных вопросов. Выход же
мог быть найден только на пути радикального уничто-
жения причин, приведших страну к кризису.
Демократическое и рабочее движение
После разгрома демократического движения
1924 г. легальное существование и деятельность прогрес-
сивных организаций были запрещены в законодательном
порядке. Созданная за пределами страны организация
«Конаре» в 1928 г. раскололась, образовав две новые ор-
ганизации—«Члирими националь» («Национальное осво-
бождение») и «Башкими комбетар» («Национальное
единение»). «Члирими националь» поддерживала связи
с международным рабочим движением, имела свой
печатный орган — газету «Лирия комбетаре» («Нацио-
нальная свобода»), которая издавалась в Женеве и
нелегально распространялась в Албании. «Лирия ком-
бетаре» откликалась на все события в стране, давала
правдивую информацию о крупнейших международных
событиях, призывала к свержению режима Зогу, к осво-
бождению трудящихся масс от эксплуатации. «Члирими
националь» широко пропагандировала идею, что только
путем сочетания экономической борьбы трудящихся
с политической, создания в каждом городе и деревне
единого фронта угнетенных классов возможна победа
238
в «великой революционной борьбе, которая увенчается
свержением феодально-фашистского режима и установ-
лением Республики трудового народа» 21. Отколовшаяся
от «Конаре» организация «Башкими комбетар» объеди-
нила в своих рядах ультраправое крыло албанской эми-
грации. Эта организация поставила себя на службу ино-
странной реакции.
Борьба албанского народа за социальное и экономи-
ческое освобождение в 30-е годы, объединявшая кресть-
янство, рабочих, ремесленников, мелкую буржуазию го-
родов, прогрессивную интеллигенцию, учащуюся моло-
дежь, носила общедемократический, антиимпериалисти-
ческий характер. Эта борьба выражалась в многочислен-
ных демонстрациях и митингах протеста против итало-
фашистского политического и экономического закабале-
ния, стачках рабочих, волнениях крестьян. Ее отличи-
тельной чертой было то, что рабочий класс начал вы-
двигать собственные требования, предпринимались пер-
вые попытки создания своей классовой политической ор-
ганизации.
Большее значение для судеб албанского националь-
но-революционного движения имела деятельность ком-
мунистических групп. Первая албанская коммунисти-
ческая ячейка была создана в 1928 г. за пределами
страны революционными эмигрантами, бежавшими от
преследований зогистского правительства в Совет-
ский Союз. На организационном собрании группы
25 августа 1928 г. был создан руководящий орган так
называемая генеральная комиссия. Основной целью
группа ставила распространение коммунистических идей,
развитие революционного антиимпериалистического дви-
жения в стране, подготовку условий для создания Ком-
мунистической партии Албании. Албанские революцион-
ные эмигранты в СССР получили возможность познако-
миться с марксистско-ленинской теорией, изучить
революционную практику строительства социализма. Эта
группа существовала два года. В 1930 г. большинство ее
членов возвратилось в Албанию, где они приняли актив-
ное участие в рабочем и демократическом движении.
Выдающуюся роль в борьбе за освобождение Албании
21 Material studimi рёг historir^ е РагНэё se Рипёэ эё 5Ьд1рёп-
зё Т1гапё, 1960, f. 37—39.
239
сыграл самоотверженный сын албанского народа Али
Кельменди. Вместе со своими соратниками он много сде-
лал для распространения идей марксизма-ленинизма
в Албании, для организационного оформления первых
коммунистических групп в стране.
Большую работу вели также коммунистические груп-
пы, созданные в начале 30-х годов албанскими студен-
тами и рабочими во Франции (в Гренобле, Лионе).
Албанские добровольцы сражались в Испании в ря-
дах Интернациональной бригады им. Гарибальди. В пер-
вом номере их газеты «Люфтетари и лирис» («Борец за
свободу»), вышедшем в 1937 г. после сражения на Эбро,
выступил Луиджи Лонго. Он от имени итальянских ком-
мунистов приветствовал боевую дружбу итальянских и
албанских добровольцев, которые, защищая свободу
Испании, борются против общего врага—итальянского
фашизма. Среди сражавшихся в Испании албанцев были
люди самых различных убеждений: один из первых ком-
мунистов Тени Кономи, отдавший жизнь за испанскую
республику, 'молодые патриоты Джемаль Када, Тимьо
Гогозото и Муса Фратари, погибшие на Эбро, подпору-
чик албанской армии коммунист Асим Вокши и др.
Участие в гражданской войне в Испании расширило свя-
зи албанцев с антифашистским международным движе-
нием. Часть албанцев-интербригадовцев вступила в ряды
коммунистов в Испании.
В самой Албании первая коммунистическая группа
была организована в Корче в 1931 г. В ней принимали
участие рабочие, ремесленники, представители интелли-
генции и учащаяся молодежь. Большую работу по ее
укреплению проводил со своими соратниками Али
Кельменди. К концу 30-х годов в нее влились новые
кадры.
Число членов группы в разное время колебалось от
40 до 70 человек. Она развернула пропагандистскую и
организационную деятельность на промышленных пред-
приятиях Корчи и ряда других городов и поселков.
Наиболее активно группа действовала среди строитель-
ных рабочих. По ее предложению в августе 1934 г. был
образован профессиональный союз строителей Корчи,
получивший название «Пуна» («Труд»). Почти в то же
время в Кучове был создан нелегальный профсоюз рабо-
чих-нефтяников под тем же названием, преобразованный
240
в октябре 1935 г. в легальное «аполитичное», как было
записано в его уставе, общество. По инициативе комму-
нистов создавались и другие профессиональные союзы
трудящихся: портных и обувщиков в Корче, типограф-
ских рабочих и столяров в Тиране и т. д.
Корчинская коммунистическая группа совместно
с руководством общества «Пуна» (в Кучове), воз-
главлявшегося тогда коммунистами, провела зимой
1935/36 г. всеобщую забастовку на нефтяных промыслах,
принадлежащих итальянской компании АИПА. 1 ноября
1935 г. пять рабочих от имени всех своих товарищей
обратились к правительству и концессионерам ЛИПА
с петицией, в которой описывались тяжелые условия
работы и безграничный произвол, царивший на промы-
слах. В петиции содержались требования не только кон-
кретно-экономического характера (социальное страхо-
вание, упорядочение зарплаты в зависимости от уровня
квалификации и должности, 8-часовой рабочий день,
улучшение условий жизни и питания, заключение кол-
лективного договора), но и политические — протест про-
тив попыток навязать фашистские порядки, в частности
ввести фашистские приветствия.
Отказ концессионеров принять требования вызвал
прекращение работы на промыслах и массовую демон-
страцию. Более 1500 человек оставили свои рабочие
места, и только обещание представителя правительства
рассмотреть выдвинутые требования привело к времен-
ному возобновлению работ. Когда стало ясно, что власти
не собираются ничего предпринимать для улучшения
положения на промыслах, забастовка вспыхнула вновь.
В знак солидарности объявили забастовку 400 строите-
лей нефтепровода в Уйе-э-фтохте, а затем в январе
1936 г. и рабочие электростанции в Кучове. Им стали
оказывать помощь продовольствием крестьяне окрестных
деревень. Попытки подавить забастовку силой и запре-
тить деятельность общества «Пуна», активно выступав-
шего в защиту требований рабочих, привели к новому
взрыву возмущения. Утром 11 февраля еще 200 человек
прекратили работу, а во второй половине дня забастовка
стала всеобщей. Правительство послало крупные силы
жандармерии во главе с самим министром внутренних
дел. На следующий день было арестовано 47 человек и
только после этого работа была возобновлена. Около
16 Краткая история Албании
241
400 участников забастовки и членов их семей были вы-
сланы в последующие дни из Кучовы, деятельность
общества «Пуна» запрещена. Однако забастовка в Кучо-
ве заставила правительство и итальянских концессионе-
ров пойти на некоторые уступки рабочим. В новый дого-
вор с дирекцией промыслов были внесены пункты, нес-
колько улучшавшие условия труда. Но этим не
исчерпывалось значение кучовских событий. Забастовка
оказала большое влияние на дальнейшее развитие ал-
банского рабочего движения, продемонстрировав силу
солидарности трудового народа города и деревни. В ходе
классовых боев в Кучове закладывались основы рабоче-
крестьянского союза в интересах совместной борьбы про-
тив общего врага.
Другим важным политическим мероприятием, в про-
ведении которого приняли участие члены коммунистиче-
ской группы Корчи, была антиправительственная демон-
страция в городе, состоявшаяся 21 февраля 1936 г.
Очередной неурожайный год принес новые лишения,
и к весне продовольственные товары сильно поднялись
в цене. Во многих городах Албании проходили демон-
страции с требованиями «Хлеб—народу». Главы не-
скольких эснафов Корчи обратились к властям с прось-
бой защитить интересы народа, прекратить спекуляцию
хлебом. «Как может рабочий, получающий в день от 2,5
до 7 леков, жить и содержать семью, если 600-граммовый
чурек стоит 1 лек?» — спрашивали они22. Просьба не
имела последствий. Тогда сапожники и другие ремес-
ленники вышли на демонстрацию, в которой приняли
участие также крестьяне, учащиеся лицея. С лозунгами
«Долой армию и жандармерию!», «Требуем хлеба!» они
прошли по городу. Демонстранты были разогнаны жан-
дармерией, в городе произведены многочисленные аре-
сты.
Члены корчинской группы занимались пропагандой
коммунистических идей, используя как нелегальные, так
и легальные возможности. Кроме бесед с сочувствующи-
ми, распространения коммунистических и прогрессивных
изданий среди членов профессиональных организаций,
спортивных и других обществ, они проводили разъясни-
тельную работу, популяризируя достижения Советского
22 «Dokumenta е materiale...», f. 340.
242
Союза. Большую помощь в этом оказывали передачи
московского радио на греческом и итальянском языках.
Их слушали, собравшись вокруг приемников, посетители
маленьких кафе во многих городах Албании. Министер-
ство внутренних дел издало специальное секретное рас-
поряжение, запрещавшее слушать станции Советской
страны. «Так как коммунизм в Албании запрещен,—
говорилось в одном из циркуляров в мае 1936 г., — то
очевидно, что и передачи советских станций слушать
запрещено». В случае нарушения этого предписания
владельцам приемников угрожало попасть в разряд
подрывных элементов, действия которых подлежали по-
литическому суду23.
Корчинские коммунисты стали инициаторами издания
легального журнала «Бота э ре» («Новый мир») и под-
польного «Перпара» («Вперед»). В первом номере жур-
нала «Перпара», вышедшего в свет в 1938 г., была
сформулирована программа группы, выдвигавшая на
первый план общедемократические и антиимпериалисти-
ческие задачи: борьбу за национальные права народа
против фашизма; против нарушения конституции и по-
пыток насадить фашизм; борьбу за мир против войны.
На страницах журнала появлялись статьи, в которых
рассказывалось о хозяйственных и политических успехах
советского народа, подчеркивалась роль Советской
России, которая «всегда бескорыстно помогала угнетен-
ным народам и показала нам пример того, как рабочий
класс может построить социализм и стать хозяином
своей страны» 24. Корчинская группа стремилась расши-
рить свое влияние в массах, потому что «все, что пред-
принимается без народа, неизбежно идет во вред народу
и на пользу небольшой кучке политиканов... любое дви-
жение без участия народа обречено на провал, потому
что оно подобно тени, лишенной плоти» 25.
Однако, хотя корчинская группа во многих случаях
правильно понимала задачи, стоявшие перед нею в усло-
виях террористического режима Зогу, она страдала мест-
ничеством и сектантством, особенно развившимися к
концу 30-х годов. Несмотря на все попытки установить
23 «Do'ktHTierrta -е material...», I. 365—366.
24 «Material studimi...», f. 47.
25 Ibid, f. SO.
16* 24ft
тесные связи с массами и формальное признание реше-
ний VII конгресса Коминтерна о создании народного
фронта, корчинская группа не смогла добиться успехов
в выполнении этих решений.
Корчинская группа долгое время была единственной
коммунистической группой в Албании. С 1936 г. стала
складываться еще одна коммунистическая группа на
севере страны, в Шкодре. Организационно она оформи-
лась в 1938 г. Основное ее ядро составляли представи-
тели интеллигенции и учащаяся молодежь. Расширяя
свои ряды, группа создала организации в Тиране и Дур-
ресе. Шкодринская группа была, однако, рыхлой в орга-
низационном отношении и весьма слабой в области тео-
рии.
Деятельность первых коммунистических групп в Ал-
бании была отмечена и другими серьезными недостатка-
ми. Две основные и самые крупные группы, а также
другие более мелкие организации, часто только носив-
шие название коммунистических, враждовали между
собой. Они даже не ставили задач организации единства
действий, что в обстановке назревшего в конце 30-х годов
политического и экономического кризиса в Албании было
насущным требованием момента.
Члены первых коммунистических групп принимали
участие во многих экономических и политических высту-
плениях локального характера, а некоторые из них ру-
ководили, например, стачками типографских рабочих в
Тиране (1937 г.), шахтеров в Рубике (1938 г.), каменщи-
ков в Шкодре (1939 г.) и т. д. Значительное влияние
коммунистические группы имели среди учащейся моло
дежи. Но они не смогли возглавить общедемократиче-
ское и антиимпериалистическое движение в масштабах
всей страны, и оно в целом продолжало оставаться сти-
хийным и неорганизованным.
Итало-фашистская оккупация
Усилившаяся в конце 30-х годов дипломатиче-
ская и военная активность фашистских государств соз-
дала непосредственную угрозу для Балкан. Прошедшие
безнаказанно захваты Австрии, Чехословакии, Абисси-
нии, интервенция в Испании и прочие агрессивные дей-
ствия итало-германского фашизма поставили на очередь,
и «разрешение» балкано-адриатических проблем. Исполь-
зуя международную обстановку, а также крайнюю не-
популярность короля Зогу в народе, слабость его режима,
правительство фашистской Италии решило осуществить
свой старый план и оккупировать Албанию.
Активизации фашистской Италии способствовало не
только прямое поощрение со стороны гитлеровской Гер-
мании, но и мюнхенская политика западных держав,
основным проводником которой в Средиземноморье и на
Балканах была Англия. В начале 1938 г. наметилась
новая тенденция к англо-итальянскому сближению, ко-
торая с приходом Галифакса на пост министра иностран-
ных дел увенчалась подписанием соглашения между
двумя странами в апреле 1938 г. В числе многочислен-
ных вопросов, затронутых в нем, была и средиземномор-
ская проблема. Обе стороны подтвердили свою прежнюю
совместную декларацию от 2 января 1937 г. о намерении
сохранить статус-кво в бассейне Средиземного моря.
Руководители английской внешней политики рассчиты-
вали этим путем сблизить Италию и Англию. Английская
печать, выражавшая интересы правительства, с энту-
зиазмом рекламировала перспективы дружбы с Италией,
хотя все чаще в официальные восторги вкрадывались
нотки сомнения: «Статус-кво на Средиземном море яв-
ляется базисом англо-итальянской дружбы; это и не мо-
жет быть иначе. Но захочет ли Италия в действительно-
сти сохранить этот статус-кво?» 26
Наиболее настойчиво планы военной оккупации Ал-
бании стали обсуждаться в итальянском министерстве
иностранных дел с начала 1938 г. Несмотря на то, что
между Гитлером и Муссолини была достигнута догово-
ренность о разделе сфер влияния в Европе, по которой
Средиземное море включалось в орбиту итальянского
влияния, правящие круги Италии не особенно рассчиты-
вали на то, что партнер по «оси» сдержит свое слово.
Поэтому сразу же после аншлюса Австрии в Риме нача-
ли непосредственно готовиться к тому, что министр ино-
странных дел Италии Галеаццо Чиано назвал «инте-
гральным разрешением» албанского вопроса. После офи-
циального визита Чиано в Албанию в апреле 1938 г.
итальянским правительством было принято,решение окку-
26 «Great Britain and the East», 12.1 1939, p. 30.
245
пировать Албанию через год,— считая этот срок доста-
точным «для подготовки общественного мнения в местном
и международном масштабе» 27.
Планы военной оккупации тщательно разрабатыва-
лись в военном, политическом, экономическом и прочих
аспектах. К участию в их составлении были привлечены
крупные деятели фашистского государства, в числе ко-
торых были сам Чиано, начальник итальянского ген-
штаба генерал Париани, итальянский посол в Тиране
Якомони и др. Итало-фашистские круги спешили с вы-
полнением своего намерения еще и потому, что чаще
стали поступать сведения о том, что Германия проявляет
интерес к Албании. Крайнюю активность проявлял гер-
манский посол в Тиране фон Паннвиц, бывший одним
из главных посредников в возобновившихся после мно-
голетнего перерыва германо-албанских торговых пере-
говорах. Риббентропу было сделано официальное пред-
ставление о нежелательности германского вмешательства
в албанский вопрос, который итальянская сторона счи-
тает своим «семейным делом», подобно тому как «семей-
ным делом» Германии является вопрос об Австрии и
Судетах28. Несмотря на это, албанское правительство
подписало в конце 1938 г. торговый договор с Германией
на основе принципа наибольшего благоприятствования и
с условием, что он будет со временем заменен «более
широким соглашением»29. Германия проявляла заинте-
ресованность также и в албанской нефти, и 10 февра-
ля 1939 г. в дневнике Чиано появилась тревожная запись:
«Крайнее негодование вызывает желание Германии на-
ложить свою руку на албанскую нефть. Известие взято
из официального сообщения, полученного Аттолико.
Я пригласил Маккензена и информировал его о том, что
мы считаем Албанию еще одной новой итальянской про-
винцией и любое германское вмешательство может
вызвать сильное негодование в итальянском обществен-
ном мнении» 30. Маккензен постарался рассеять опасения
27 G. Ciano. 1937—1938. Diario. Bologna, 1948, р. 170.
28 G. С i а п о. Op. cit., p. 175.
29 AShRPSh, Fondi i Ministrise se Puneve te Jashteme, d. 280,
dok. N 964/67.
80 G. Ciano. The Ciano Diaries 1939—4943. New York, 1946,
p. 26. Аттолико— итальянский посол в Германии, Маккензен — гер-
манский посол в Италии.
И6
министра, однако это не удалось ему сделать в достаточ-
ной мере. Вскоре он официально уведомил Чиано о том,
что германское правительство поддерживает итальян-
ские планы в отношении Албании.
Первоначально в итальянском министерстве иностран-
ных дел существовало три проекта относительно Алба-
нии: раздел с привлечением Югославии и, возможно,
Греции, аннексия и, наконец, повседневное и интенсив-
ное «сближение» в области экономики, которое в конце
концов должно перейти и на область политики. Однако
все варианты, кроме аннексии, были отброшены.
Через сеть своих финансовых, экономических, спор-
тивных и культурных организаций итальянские правящие
круги проводили в Албании большую подготовительную
работу. Соответствующей обработке подвергалось также
и мировое общественное мнение. Близкие к фашистским
кругам албанские и итальянские органы печати публи-
ковали статьи, в которых допускались резкие нападки
на режим Зогу, подвергалась осуждению и критике его
экономическая политика, делались намеки на якобы
освободительную миссию Италии, которая должна из-
бавить Албанию от тирании.
Итальянским фашистам помогали и обосновавшиеся
к тому времени в Италии руководители организации
«Башкими комбетар», которые развивали эти идеи в сво-
их изданиях. Так, в манифесте, излагавшем основные
цели и принципы этой организации, говорилось: «Только
опираясь на поддержку фашистского правительства, мы
сможем спасти наш народ от режима, который был и
остается источником всех несчастий. Только при помощи
Италии, которая является единственной великой держа-
вой, непосредственно заинтересованной в Албании, мож-
но обеспечить экономическое восстановление, прогресс
и цивилизацию нашей страны. Только тесная дружба с
фашистской Италией будет благоприятно отражаться на
наших национальных стремлениях, следуя новому духу
мюнхенской конференции и политики оси Берлин —
Рим» 31.
Итальянское правительство действовало и другими
методами, пытаясь привлечь симпатии албанцев. Оно
послало летом 1938 г. несколько тысяч центнеров куку-
31 «Roja Kombetare», 13.V 1943.
247
рузы нуждающемуся населению Албании, приступило к
сооружению крупного спортивного комплекса (стадиона,
гимнастического зала и других строений) в Тиране, на-
правляло разного рода чрезвычайные 'комиссии по орга-
низации помощи в проведении мелиоративных работ и т. д.
Правительство Зогу догадывалось об источниках
направленных против него критических выступлений,
(появившихся, в частности, на страницах выходивших в
Шкодре католических газет и журналов), но не могло
понять причин изменения итальянской политики. «Теперь
Албания находится в итальянских руках, Италия контро-
лирует все области национальной деятельности. Король
покорен. Народ признателен. Чего же большего Вы хоти-
те?» 32— недоумевал Зогу в письме, посланном Чиано
в октябре 1938 г. В ответ на подобные запросы итальян-
ская сторона неизменно заверяла Зогу в прочности сер-
дечных взаимоотношений между обеими странами, про-
должая исподволь подготовку захвата.
Во второй половине 1938 и в начале 1939 г. Италия
добивалась выяснения позиции Югославии в отношении
Албании. Во время посещения Белграда в январе 1939 г.
Чиано имел продолжительную беседу с премьер-минист-
ром Стоядиновичем, во время которой были рассмотрены
варианты разрешения «албанского вопроса». Стоядино-
вич предложил остановиться на двух возможных выхо-
дах: замена Зогу другой «более достойной персоной»,
так как, с его точки зрения, «Зогу, если ему хорошо за-
платят, будет вполне способен перейти на службу Фран-
ции и Англии в кризисный для Италии момент», или раз-
дел Албании между Италией и Югославией33. Падение
кабинета Стоядиновича в феврале 1939 г. сняло с повест-
ки дня эти совместные итало-югославские планы, юго-
славское правительство обратилось к Италии за разъяс-
нением по поводу усилившихся слухов о готовящемся
ею нападении на Албанию, но получило в ответ завере-
ние, что позиция Италии продолжает быть миролюбивой
и что «Италией ничего не будет предпринято для ослаб-
ления территориальной целостности Югославии» 34.
32 Stavrianos. Balkans since 1453. New York, 1959, p. 725.
33 G. C i a n o. Les archives secretes du comte Ciano. 1936—1942,
Paris, 1948, p. 312.
34 G. C i a n o. The Ciano Diaries 1939—1943, p. 46.
248
Английские, французские и американские правящие
круги, осведомленные об агрессивных намерениях фа-
шистской Италии, ничего не сделали для того, чтобы
предотвратить новую трагедию. Премьер-министр Вели-
кобритании Чемберлен, сообщая американскому послу в
Лондоне Кеннеди о готовящемся захвате Албании, зая-
вил, что Англия не окажет противодействия итальянской
агрессии.
Гитлеровская Германия оказала своему союзнику
прямую поддержку. В ответ на запрос Чиано германский
посол в Риме Маккензен заявил ему 17 марта 1939 г.:
«Фюрер всегда провозглашал незаинтересованность Гер-
мании в отношении Средиземного моря вообще и Адриа-
тики в частности» 35.
С конца марта 1939 г. в мировой печати все чаше
.появлялись сообщения о предстоящем вторжении Ита-
лии в Албанию. Из Албании началась эвакуация италь-
янских граждан, а в портах Южной Италии концентри-
ровались десантные войска.
25 марта Зогу был вручен подготовленный итальян-
ским правительством проект договора, в котором наряду
с пунктами, уже не раз обсуждавшимися в переговорах
между обеими странами (таможенный союз, неограни-
ченное расселение в Албании итальянских колонистов),
содержались требования военной оккупации Италией
албанских портов, аэродромов, а также предоставления
проживающим в Албании итальянцам всех гражданских
прав. Принятие этих предложений означало бы офици-
альное признание итальянского протектората. Албанское
правительство пыталось путем частичных уступок до-
биться смягчения итальянских требований, но все было
напрасно. 5 апреля правительство фашистской Италии
предъявило Зогу ультиматум, отклонение которого озна-
чало бы объявление войны.
Албанское правительство скрыло от народа правду об
албано-итальянских отношениях. Министерство внутрен-
них дел издало распоряжение изъять из продажи ряд
номеров французских и турецких газет, в которых сооб-
щалось о возникших осложнениях, албанское телеграф-
ное агентство опубликовало специальное сообщение, в
35 G. Ciano. Les archives secretes..., p. 273.
Коаткая история Албании
249
котором опровергались слухи о готовящейся итальян-
ской агрессии. Правительственные газеты выходили пол
крикливыми заголовками: «Албания никогда не согла-
сится на ущемление своей независимости и целостно-
сти!» 36 Тем не менее в стране начались волнения.
3 и 4 апреля многолюдные демонстрации состоялись
в Тиране. Жители города требовали разъяснений у пра-
вительства, настаивали на том, чтобы им дали оружие.
Через посредничество иностранных посольств в Тиране,
через радио и печать албанцы обращались к мировом}
общественному мнению с просьбой о помощи.
Префект Берата телеграфировал в Тирану в первых
числах апреля: «Беспорядки велики. Добровольцев до-
статочно, но нет оружия, нет офицеров для руководства,
и мы не знаем, что с ними (добровольцами.— Авт.) де-
лать». Албанская армия не была подготовлена к оборо-
не. В результате многолетней «работы» итальянских
военных экспертов ее боеспособность была равна нулю.
Все запасы горючего находились в руках итальянских
предпринимателей, и в начале апреля они перестали от-
пускать албанцам бензин для нужд автотранспорта.
Утром 6 апреля 1939 г. Италия уведомила Югосла-
вию о «принятии ею мер для защиты своих интересов
в Албании», заявив, что эти меры вызваны якобы не-
устойчивым положением в Албании и осложнениями,
возникшими между Италией и Албанией37.
7 апреля 1939 г. в 4 часа 30 минут утра итальянская
армия, численность которой достигала 35—40 тыс. чело-
век, высадилась в портах Дуррес, Влёра, Шенгьин и
Саранда. В десант входили две пехотные дивизии, четыре
полка берсальеров (горных войск), три танковых баталь-
она, специальный батальон «Сан Марко» и т. д. Высадка
сопровождалась обстрелом с моря и с воздуха. Воору-
женное сопротивление итало-фашистским захватчикам,
оказанное отдельными группами военных и гражданских
лиц, было быстро подавлено.
Правительство и королевская семья бежали за грани-
цу, в Грецию. 8 апреля фашистские войска вступили в
Тирану. Столичные газеты, только накануне заявлявшие
о том, что Албания никогда не смирится с оккупацией.
36 «Drita», 5. IV 1939.
37 «Правда», 7.IV 1939 г.
250
8 апреля сообщили: «Дружественные фашистские войска
сегодня в 9 час. 30 мин. с триумфом вошли в Тирану под
командованием генерала Гуццони»38. 9 апреля были
оккупированы Шкодра и Гирокастра, а 10 апреля — вся
остальная территория Албании.
Германская печать опубликовала официальное сооб-
щение, оправдывающее итальянскую агрессию и недву-
смысленно предупреждавшее, что итальянские действия
в Албании «юридически абсолютно ясны» и Германия
отнесется отрицательно к любому вмешательству запад-
ных держав в действия ее партнера по «оси». Однако
никакого вмешательства и не последовало.
Через несколько дней после захвата Албании госу-
дарственный секретарь США выступил с заявлением, в
котором новый агрессивный акт фашистской Италии был
расценен как угроза миру во всем мире39. Президент
Рузвельт 15 апреля обратился с посланием к Гитлер}7
и Муссолини, призывая воздержаться в течение 10 лет
от войн и немедленно начать переговоры о сохранении
мира. Но все это были одни слова. Ни американское, ни
английское правительства не собирались защищать Ал-
банию. Буржуазная печать этих стран не скупилась на
осуждение агрессии, но и в этом проявлялось лицеме-
рие. Одна из английских газет выражала сожаление о
том, что уже не раз беда приходит на Балканы весной
и что нападение на Албанию совершено в страстную
пятницу. Некоторые газеты в Англии, впрочем, призна-
вали, что подобно тому, как Мюнхен привел к агрессии
против Чехословакии, так и англо-итальянские согла-
шения 1937—1938 гг. привели к албанским событиям 40.
Однако из этой констатации не делалось никаких вы-
водов.
Фашистские главари отвечали на подобного рода
декларации новыми угрозами, объявляя свои агрессив-
ные акты «необходимым вкладом в дело мира» 41.
СССР официально квалифицировал оккупацию Алба-
нии как акт агрессии и никогда не признавал этого
38 «Drita», 8.IV 1939.
39 «United States and Italy 1936—1946. Documentary Record»,
Wash., 1946, p. 3.
40 «Great Britain and the East», 13.IV 1939.
41 «История дипломатии», т. III. M.— Л., 1945, стр. 6667.
17* 251
захвата. Советские люди выражали глубокое сочувствие
албанскому народу, вынужденному вести неравную
борьбу. «Но дело, конечно, не в одной Албании,— писал
в те дни обозреватель «Правды»,— захват Албании соз-
дает угрозу Югославии... Создается угроза Греции.
Агрессия все гуще заливает Балканы» 42.
Захват Албании чрезвычайно усложнил обстановку
на Балканах. Рим удостоил похвалы правящие круги
Югославии и Греции, одобрив их «корректную позицию».
Непротивление итальянской агрессии не означало согла-
сия с ней. Слишком опасной стала для всех балканских
государств близость к итальянскому плацдарму, и это
понимали даже их реакционные правительства.
Сложная обстановка создалась в Албании. Несмотря
на подавление народного сопротивления и несмотря на
восторженные заявления фашистской печати по поводу
легкости проведения «акции», настороженно-враждебное
отношение населения к оккупантам, пришедшим в
страну под маской освободителей ог режима Зогу, сви-
детельствовало о том, что борьба только начинается.
В Албании, стране с глубоко укоренившимися нацио-
нально-освободительными традициями, назревало мас-
совое народное восстание против фашистских поработи-
телей. Оно черпало силы в совместной борьбе всех сво-
бодолюбивых народов мира.
42 «Правда», 10.IV 1939.
ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ
Абдул Меджид 78
Абдул Хамид II 112, 141, 143,
146, 147, 148, 155
Абидин-паша Дино 106
Александр Македонский 21
Али-бей Юсуф 103, 104
Али-паша (Али-бей) Тепелена 5,
63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70,
71, 72, 73, 74, 75, 76
Альберти Марио 215
Альтисфери Врана 26
Альфонс, неаполитанский король
27, 28
Акиф-паша 180
Анамали С. 8
Арианити 14, 19
Арианити Георгий 19, 22, 25
Аттолико 246
Ахмед-бей Ниязи 142
Аяз-паша 39
Байрон 63
Балабан-паша 31, 32
Бальши 13, 14, 17
Бальша II 14
Баргини 51
Баргини Сулейман-паша 44
Барлети Марин 26
Баязид, султан 18
Беголы 44
Бекир-паша 66
Беляев А. 124
Бергуци Николо 27
Берхтольд 173
Бичаку 46
Бичаку Сулейман-паша 46
Бонапарт Наполеон 69, 70, 72
Бранкович Георгий 21, 24
Броньяр де 62
Буди Пьетер 42
Булгаков Я. И. 60
Бумчи Луис 188
Бушати 44, 51, 76
Бушати Беганьи 47
Бушати Махмуд 57, 58, 59.J60, 61,
62, 63, 64, 66, 67, 69
Бушати Мехмед-бей 57, 58
Бушати Мустафа 59, 73
Векильхарджи Наум 74, 85
Велестинлис Ригас 59
Вели-паша 63, 64
Венизелос 189
Верляци Шевкет 197
Вид Вильгельм 181, 182, 188, 194
Висконти-Веноста 126
Влёра 51, 129,
Вокши Асим 240
Вриони 129
Вриони Илиаз 212
Вриони Мехмет Али-бей 106, 116
Врэто Яни 114, 115, 118
Галифакс 245
Гега 36
Гитлер 245, 251
Гогозото Тимьо 240
Голуховский 126
Гоцадино 42
Грамено Михаль 139, 166
Гуракуки Луидь 158, 184, 205
Гуццони 251
Гьолека Зейнель-ага 79
Гьони Марк 37
253
Дальяни Махмуд 51
Дамиан 39
Дельвина Сулейман 190, 195, 208
Деми Ибрагим 51
Дервиш-паша 109, НО
Джаффер-паша 65
Джолитти 194
Дибра Ильяз-паша 101, 103
Дибра Мойс 29
Дондуков-Корсаков А. К- ЮЗ, 104
Досты 51
Дочи Примо 92
Дука 18
Дукагини 14, 19, 57
Дукагини Георгий 10
Дукагини Лека 32, 36
Дукагини Никола 22
Дукагини Паль 22
Дураццо, маркиз 209
Дурсун-бей 26
Душан Стефан 13, 14
Дюма 63
Елизавета Петровна, императрица
55
Жантильи 69
Зогу Ахмет 191, 197, 198, 201, 202,
207, 209, 211, 212, 213, 214, 215,
216, 217, 218, 219, 220, 221,
224, 225, 226, 227, 228, 229, 238,
243, 245, 247, 248, 249
Ибрагим-паша 65, 68, 70, 71, 72
Иванай Никола 156
Игнатьев Н. П. 93
Ильяз-паша 101, 109
Искендер-бей см. Скандербег,
Кастриоти Георгий 21
Ислями С. 8
Исмаил-паша Велябишти 51
Иосиф II 62
Када Джемаль 240
Каликст III 28
Каль 150, 154
Кельменди Али -240
Камиллис де 37
Каплан-паша 51
Каповилла Дит 48
Караман-паша 66
Карл Неверский 42
Кастриоти 14, 17, 19, 23
Кастриоти Гьон (Иван) 13, 17, 20
Кацонис Ламброс 56, 64
Качорри Никола 174
Кемаль Исмаил 146, 156, 158,
165, 166, 172, 173, 174, 179, 180,
181
Кемаль Намык 115
Кемаль-паша-заде 31
Кеннеди Джозеф 249
Кока 51
Кока Селим 71
Коллис де 30, 31
Коница Файк 194
Кономи Тени 240
Корона Музака Теодор 22
Котта Кочо 212, 228
Краковецкий М. В. 208
Кран я Муса 226
Кристофориди Константин 120,
121
Курд Ахмед-паша 51, 60, 64
Лафферт фон 178
Ленин В. И. 127, 136, 171, 186,
199, 201, 202
Леши Пренк 72
Либохова Мюфид 18$, 212, 215,
216
Лонго Луиджи 240
Лоренцони Дж. 220
Маккензен 246, 249
Маркс К- 24, 32
Матаранги 14
Матеотти 194
Маффи 194
Махмуд II 71, 72, 73, 74, 75, 77
Мелони 223
Мехмед II 26, 29, 31, 32, 33
Мехмед V 147
Мехмед-паша Айдослы 60
Мехмед-ага Бичакчи-заде 46
Мехмед Решид-паша 75, 76
Мидхат-паша 94
Митко Тими 118, 120
Мордвинов А. С. 62
Музаки 14
Музака Айдин 22
Мурад I 15
Мурад II 20, 24, 25, 26
Муссолини 195, 196, 209, 217, 218,
245, 251
Мустафа-паша 59, 65, 71, 72 , 74,
75, 76
Мустилли Д. 8
Мухаммед Али 78
Мухтар-паша 71
Мухтар-паша Гази 169, 170
Неджиб Драга-бей 167
Некиб-бей 106
Немирович-Данченко Вас. И. 99
Николай, черногорский князь 92,
93, 97
Николай II 142
Нинчич 209
Ноли Фан 140, 198, 202, 203, 205,
206, 208, 209, 210, 212
Обресков А. М. 55
Омер-паша 180
Орлов А. Г. 56
Павел II 32
Палладоклис А. 61
Паннвиц фон 246
Папа Жули 36
Париани 225, 246
Пашко Васо 115, 116, 117
Петр I 55
Пьячентини 190, 193
Пий II 30
Пирр 7
Пода Зюлюфтар 73
Потемкин Г. А. 65
Пренди Ф. 8
Биб Дода Пренк 79, 91, 93, 97,
154, 180, 184, 188
Приштина Хасан-бей 165, 167,
168, 169
Пукевиль 52, 54
Риббентроп 246
Рибекко Ф. 8
Риза-бей 168, 171
Ростковский А. 114
Рузвельт Ф. 251
Рустеми Авни 192, 201, 202, 209
Сабахеддин 165
Саид-паша 173
Санданский Ян 147
Селим-паша 60
Селим III 58, 67
Сенявин Д. Н. 56
Сигизмунд, германский император
19
Синан-паша 44
Скандербег (Кастриоти Георгий)
5, 7, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26,
27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 38, 40,
55, 61, 62, 99
Скрябин Н. 109
Стоядинович 248
Стефан, епископ Круи 27
Сулейман I 39
Сулейман-ага 72
Сулейман-паша 84
Тахсини Ходжа 115
Ташко Атанас 156
Тимур (Тамерлан) 18
Титтони 125, 189
Топия 13, 19
Топия Андреа 22
Топия Карл 13
Топтани 51, 129
Топтани Эсад-паша 177, 180, 181
191, 192
Топулы Байо 139
Топулы Черчиз 39, 140
Тотлебен Э. И. 103
Тото Исмет 227, 229
Тото Этхем 227, 229, 231
Треймер К- 8
Троянский 106
Турхан-паша Пермети 181, 185,
194
Ульянов М. К- Ю2
Ушаков Ф. Ф. 56, 70
Файк-эфенди 107
Фердинанд, король неаполитан-
ский 30
Фратари Муса 240
Фрашери Абдуль-бей 101, 103,
105, 106, 107, 108, ПО, 115, 116
Фрашери Мехди 227, 228, 229
Фрашери Мидхат 119
Фрашери Наим 120, 121, 122
Фрашери Сами 108, 115, 116, 120,
121, 122, 145
Хасан-паша 60
Хафиз-паша 78
Хекали Рапо 79
Хитрово М. А. 81, 83, 99
Ходжа Джанум 55
Хуньяди Янош 20, 21, 23, 25,
26, 29
Хуршид-паша 74
255
Цека X. 8
Цимоховский В. 8
Цури Байрам 168, 192
Чабей 3. 8
Чаушолы 51
Чаюпи Андон Зако 118, 120
Чемберлен О.249
Черноевич Стефан 22
Чиано Гамаццо 196, 245, 246, 247,
94Я 94Q
Чичерин Г. В. 208
Шпейер 92, 93
Шпати Буа 14
Эвангели Пандели 227
Эвренос-бей 19
Эдуард VIII 142
Эренталь 143
Эйрес 206, 209
Юбани Зэф 85, 86
Юка Муса 223, 228, 229
Юсуф Зия-ага 124
Шевкет Верляци 202
Шевкет Торгуд-паша 151, 152,
153, 157, 159
Якомони 246
Ястребов И. С. 91
ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
Абиссиния 244
Австралия 134
Австрия (Австро-Венгрия) 8, 49,
55, 58, 62, 63, 66, 93, 98, 119,
120, 125, 126,128,129,135, 142,
149, 163, 164, 172, 173, 174, 175,
176, 177, 178, 180, 181, 182, 184,
244, 245 , 246
Адрианополь (Эдирне) 15, 24, 26,
103, 104, 176
Адриатика 49, 249
Адриатика Восточная 12
Адриатическое море 5, 9, 11, 76,
125, 126, 172, 192
Адриатическое побережье 12, 24,
33, 172, 184, 194
Азия 37
Азия Малая 14, 17, 29, 73, 78, 79,
98, 110, 113, 154, 158, 191
Албания (Арберия, Арбанон, Ал-
банум) 5, 6, 8, 9,-11, 12, 13,
14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 23, 24,
25, 26, 27, 28, 29, 31, 32, 33,
34, 35, 38, 39, 40, 41,42, 43, 44,
45, 47,48, 49,50,51,52,53,55,
57, 59, 60, 61, 62, 63, 67, 69,
70, 72, 73, 75, 76, 77, 79, 80, 81,
82, 83, 84, 85, 88, 89, 90, 91, 92,
93, 94, 96, 97, 98, 99, 100, 102,
103, 104, 105, 106, 108, 109, 110,
112, 113, 115, 116, 117, 118, 119,
120, 122, 123, 124, 125, 126, 128,
129, 130, 131, 132, 133, 134, 135,
136, 137, 138, 139, 140, 141,
142, 144, 145, 146, 147, 148,
149, 150, 152, 154, 156, 157, 158,
159, 160, 161, 163, 165, 166, 167,
168, 170, 172, 173, 174, 176, 177,
178, 179, 180, 181, 182, 183, 184,
185, 186, 187, 188, 189, 190, 191,
192, 193, 195, 196, 198, 200, 202,
203, 204, 205, 208, 211, 2)2, 214,
215, 216, 217, 218, 219, 220, 223,
224, 225, 228, 234, 237, 238, 241,
242, 243, 244, 245, 246, 247,
248, 249, 250, 251, 252
Албания Северная 37, 40, 41, 43,
44, 48, 54, 57, 61, 63, 68, 78,
85, 86, 87, 90, 91,92, 93, 94, 95,
97, 126, 128, 183, 184, 185
Албания Северо-Восточная 41
Албания Северо-Западная 97
Албания Средняя 36, 48, 230,
231
Албания Центральная 87, 130,
149, 169, 180, 181, 182,
184
Албания Южная 38, 40, 43, 49,
53, 54, 63, 64, 70, 71, 72, 73, 75,
79, 85, 106, 128, 149, 161,164,
168, 169, 173, 182, 223
Алжир 37
Альбулена 29
Англия 48, 58, 93, 126, 127,
161, 178, 183, 185, 189, 190,
208, 214, 216, 222, 245, 248,
249
Анкара 18
Анкона 30, 49, 194, 195
Антивари (Бар) 97, 98
Апеннинский п-ов 33
Апулия 39
Арбейское княжество 13
Арта 109
Архипелаг 56
Африка 37
257
Балканы 5, 6, 8, 15, 17, 19, 23, 49,
54, 55, 65, 92, 93, 97, 98, 99, 103,
104, 125,126,127, 161, 163, 165,
166, 170, 178, 185, 196, 199, 207,
219, 224, 244, 245, 251, 252
Балканские горы 20
Бальша-или 17
Барчала 192
Белград 29, 207, 248, 249
Бельгия 5
Бенья 8
Берат 11, 14, 19, 26, 28, 29, 44,
45, 48, 49, 50, 51, 55, 60, 65,70,
77, 79, 88, 103, 106, 112, 144, 163,
169, 173, 205, 226, 236, 250
Берлин 98, 116, 180, 247
Беуни, гора 192
Битоль см. Монастырь
Битучи 167
Болгария 4, 15, 41, 42, 87, 93, 98,
103, 104, 113, 115, 118, 127, 135,
140, 145, 147, 151, 158, 164, 171,
174, 175, 177, 187
Болгария Южная 113
Босния 42, 50, 60, 87, 89, 90, 93,
96, 100, 101, 125
Бостон 140
Брегмати 167
Б реши я 48
Бруса 15
Будапешт 173
Булгэр 95
Буна, р. 49, 97, 108
Бутринто 50, 70, 128
Бухарест 118, 139, 140, 172, 173,
176
Валахия 37, 49, 50
Валкалия, долина 31
Валлона см. Влёра
Вальми 31
Велика, село 105
Вельча 8
Вена 173, 180, 186, 212
Венгрия 20, 28, 30, 31, 45, 126,
217
Венеция 12, 14, 19, 22, 24, 25, 27,
28, 30, 33, 38, 39, 40, 42, 48, 49,
55, 62, 236
Вермоши 214
Византия 9, 15, 27, 28
Виткуки 85
Влёра 8, 11, 14, 19, 22, 28, 34, 43,
44, 45, 48, 50, 51, 55, 65, 71, 88,
?58
103, 128, 143, 144, 153, 155, 162,
163, 173, 182, 183, 184, 191, 192,
193, 194, 195, 196, 201, 202, 205,
207, 215, 223, 226, 230, 233, 236,
250
Воскопоя 49, 50, 51, 53
Восток 12, 28
Восток Ближний 126
Вуно, деревня 71
Вьоса, р. 129, 183
Галлиполийский п-ов 15
Гаэта 27
Гегерия 108
Германия 49, 93, 98, 127, 172, 175,
176, 177, 181, 186, 216, 245, 246,
249
Герцеговина 42, 87, 89, 90, 93, 96,
125
Гиадри, ущелье 95, 98
Гирокастра 11, 17, 19, 22, 28, 38,
51,52,65,71,77,102, 105, 106,
118, 129, 138, 139, 155, 161,
162, 163, 169, 173, 178, 184,
189, 199, 204, 229, 237, 251
Голландия 48
Грабова 48
Гренобль 240
Греция 6, 40, 58, 59, 73, 74, 105,
108, 109, 123, 127, 135, 171, 175,
177, 178, 181, 182, 183, 189,
203, 216, 225, 250, 952
Груда 157
Груемира 8
Гусинье 104
Далмация 18, 42, 61
Даньо 24, 25
Дарданеллы 15
Дельвина 34, 44, 50, 51, 64, 65, 71,
79, 103, 162, 173, 181, 229
Дермиу 55
Джаковица 79, 100, 107, ПО, 114,
124, 142, 148, 152, 153, 167, 168,
176
Дзарра, деревня 7
Дибра (Дебар) 13, 16, 20, 21, 24,
27, 29, 36, 75, 77, 78, 79, 83, 84,
88, 101, 105, 107, ПО, 114, 123,
124, 148, 150, 155, 157, 168, 176
Дибра Верхняя 31
Дибра Нижняя 23 , 24, 88
Драшовица 214
Дрин, р. 20, 62, 66, 94, 129, 167,
189
Дришт 10, 12
Дубровник 25, 28, 50
Дукагини 8, 34, 36, 37, 38, 39,
40, 41, 44, 58, 75, 87, 88, 91,
97
Дунай 15, 80, 91
Дуррес 8, 11, 12, 13, 14, 24, 25,
32, 33, 45, 48, 49, 50, 67, 77, 84,
128, 153, 155, 172, 173, 180, 181,
184, 187, 189, 190, 195, 196, 205,
208, 215, 216, 223, 225, 226, 227,
231,236, 244, 250
Европа 7, 15, 18, 28, 29, 33, 37,
42, 99, 103, 121, 131, 185, 193,
202, 208, 217, 222, 229
Европа Западная 28, 36, 45
Европа Центральная 19, 28, 29
Европа Юго-Восточная 20, 29
Египет 69, 114, 115, 118, 134, 139,
156
Женева 205, 221, 238
Жуляти 71
Задрима 47, 72, 113, 167
Запад 12, 28
Зета 22, 24
Ионическое море 5
Ионические о-ва 56, 69, 70
Испания 240, 274
Исток, деревня 167 -
Италия 9, 28, 49, 69, 93, 125, 126,
128, 129, 134, 145, 156, 172, 173,
175, 178, 179, 180, 182, 184, 187,
189, 190, 193, 194, 195, 196, 200,
203, 208, 211, 216, 217, 218, 224,
225, 227, 229, 233, 235, 238, 243,
245, 247, 248, 249, 250
Италия Южная 19, 249
Йемен 136, 152
Кавая 48, 49, 77, 78
Калабрия 9
Каламас, р. 108
Канина 14
Карачи 95, 97
Кардики 51, 71
Кастрати 157
Качаник 152
Качаникское ущелье 151
Кашниети 97, 98
Кельменди 55, 91, 157
Колонья 118, 139
Конисполи 51
Коница 88, 169
Констанца 193
Корфу, о-ов 12, 55, 56, 71, 156
Корфу, пролив 69
Корча 8, 48, 65, 77, 85, 118, 119,
120, 129, 133, 139, 142, 143, 151,
155, 161, 163, 168, 169, 178, 181,
184, 189, 191, 199, 205, 215, 226,
235, 237, 240, 242
Косова (Косово, Косовский ви-
лайет) 41, 68, 81, 97, 109, 142, 143,
148, 151, 152, 154, 155, 157, 167,
168, 170, 171 202, 213, 221
Косово поле 15, 25
Котор 50
Красничи 167
Крит 83, 98, 123, 124
Круя 9, И, 13, 17, 19, 21, 25, 26,
27, 31, 32, 33, 36, 51, 113, 138,
167, 219
Ктела 91, 97
Кукес 236
Курбини 138
Курвелеши 79, 168, 202
Кучи 42
Кучова 215, 236, 240, 241, 242
Кяфа-э-Аргит 153
Кяфа-э-Кольчит 152
Кяфа-э-Малит 92
Кяфа-э-Маринэс 152
Лариса 50
Лежа 11, 12, 22, 23, 27, 29, 32,
66, 72, 91, 95, 97, 173
Ленга 48
Лепанто 39
Лесковику 115, 139, 169, 173
Лион 248
Лондон 116, 161, 175, 176, 177,
181, 187, 208, 249
Лури 120
Люараси 118
Люма НО, 148
Люнджерия 38
Люра 91
Люшня 169, 189, 190, 191
259
Маврово 215
Мазреку 128
Македония 30, 41, 42, 50, 75, 81,
98, 100, 123, 124, 127, 135, 141,
142, 147, 152, 165, 166, 167, 168,
171, 172
Малакастра 26
Малики 8
Мальсия Великая 36, 37, 38, 41,
91, 97
Марина, р. 15
Мати 14, 20, 36, 40, 55, 77, 89,
148, 157, 197, 229
Машкулора 140
Мемалиай 215
Мертури 167
Милан 128
Мирдита 37, 62, 72, 79, 88,
91,92, 95, 97, 154, 157, 167, 185,
215
Митровица 107, 168
Мнэла, деревня 95
Модрица 27
Молдавия 37
Монастырь (Битоль) 49, 75, 76,
80, 88, ПО, 114, 120, 123, 143,
144, 145, 147, 149, 150, 154, 161,
168, 172
Морея 59, 64, 74
Мюзеке 14, 48, 120
Мюнхен 251
Неаполь 27, 28, 38, 48
Неаполитанское королевство 25,
27, 32
Никай 167
Ницца 166, 184
Ниш 21, 97
Ново-Базар 100, 141, 142, 144
Одесса 56
Ораника 29
Ороши 94, 95, 97, 98, 180
Османская империя см. Турция
Охрид 31, 34, 51, 68, 70, 75, 77
Оттоманская империя см. Тур-
ция
Париж 116, 188, 189, 190, 192,
197 199
Патос 215, 236
Пенкова 214
Пепич 105
260
Пермет 8, 79, 139, 151. 155, 168,
169, 173
Петербург (Петроград) 61, 185
Петральба 22
Петрель 22
Печ 77, 88, 107, 114, 167, 176
Плав 104
Плевен 97
Поградеци 118, 184, 214
Подгорица 97, 158, 159, 163, 164,
236
Польша 8
Порта см. Турция
Порто-Палермо 69
Преспа, озеро 214
Призрен 40, 77, 78, 83, 87, 88, 95,
100, 101, 103, 104, 105, 107, 108,
109, 110, 112, 113, 114, 124, 142,
151, 176
Приштина 79, 107, 109, 142, 151,
167, 169
Пука 95, 153, 215, 236
Пулати 215
Пэданэ 95
Рапалло 196
Рапша 157
Ресна 142
Рим 8, 9, 28, 31, 32, 156, 193,
194, 207, 209, 215, 216, 245, 247,
249
Россия 6, 55, 56, 58, 59, 63, 64, 65,
66, 72, 74, 91, 92, 93, 96, 97, 98,
99, 103, 111, 124, 126, 137, 163,
176, 181, 183, 185, 187, 192, 194,
197, 201, 202
Рубик 236, 244
Румелия 16, 34, 60, 62, 65, 66, 70,
77, 121
Румыния 85, 114, 115, 134, 140,
145, 151, 174, 177, 188, 194,
217
Савра 14
Сазани, о-в 182, 183, 192,193, 195,
227
Салоники 38, 49, 50, 81, 98, 102,
106, 107, 109, 123, 125, 143,
152
Сан-Стефано 98, 99, 100
Саранда 7, 26, 169, 181, 250
Свети гр ад 22, 24, 25
Селеница 118, 128, 133, 214, 236
Сербия 9, 15, 20, 21, 28, 40, 42,
73, 90, 91, 92, 96, 98, 126, 127,
164, 171, 172, 175, 176, 177,
183
Сиатиста 50
Сицилия 9, 19
Скопле 49, 61, 107, 148, 151, 152,
168, 169, 170
Скрапари 226
Смирна 207
Смоктина 192
Советский Союз 6, 208, 239, 243,
244 251
София 118, 119, 139, 156
Средиземное море 28, 49, 56, 62,
65, 245, 249
Стамбул (Константинополь) 28,
29, 38, 41, 48, 50, 55, 64, 67, 69,
72, 73, 75, 79, 85, 89, 93,
104, 107, 108, 109, 114, 115, 116,
117, 118, 142, 147, 150, 152, 177
Стелюши 22
Сули 70
США 134, 140, 151, 174, 188, 216,
251
Тепелена 63, 64, 79, 162, 164, 173,
193
Тесторати, деревня 118
Тивар (Бар) 13
Тильзит 70
Тирана 44, 49, 51, 84, 155, 167,
173, 184, 191, 192, 202, 209, 213,
215, 216, 226, 229, 232; 235, 241,
244, 248, 250
Торвиоли 23
Торчан 22
Триест 85
Триполи 115
Тузи 157, 158
Турция 16, 27, 29, 30, 33, 34, 35,
38, 40, 43, 44, 45, 46, 51, 53, 55,
57, 58, 59, 60, 62, 63, 64, 66, 67,
68, 69, 70, 72, 73, 74, 75, 77, 80,
83, 85, 87, 90, 91, 92, 93, 94, 95,
96, 98, 100, 101, 105, 107,
108, 109, 112, 113, 114, 119, 121,
122, 123, 125, 126, 127, 132, 134,
135,136, 141, 142, 143,146, 148,
152, 154, 156, 161, 163, 164, 165,
170, 171, 175, 176, 177, 179, 180,
181, 182
Турция Азиатская 37, 49
Турция Европейская 37, 48, 49,
60, 73, 87, 89, 93, 96, 99, 122,
123, 127, 144, 166, 170
Улцинь 49, 108
Уйе-э-фтохте 241
Феризович 142, 151
Фессалия 64, 98
Фиери 169, 173, 180, 226, 227, 229
Фиум 236
Флоренция 178
Фракия 18
Фракия Восточная 15
Франция 18, 48, 58, 69, 70, 93, 183,
185, 187, 189, 190, 214, 217, 222,
224
Фрашери, селение 102
Хаси 167
Химара 36, 37, 38, 39, 55, 69, 70,
71, 181, 183, 193, 233
Хоти 91, 157
Цепо 163
Цетине 60, 156, 161
Цимпе 15
Чамерия 79, 178
Черменик 83
Черногория 40, 42, 60, 62, 68, 83,
90, 91, 92, 95, 96, 97, 98, 104,
108, 109, 126, 127, 128, 156,
157, 161, 163, 171, 175, 176, 177
Черное море 28
Чернолево 151, 152
Чехословакия 244, 251
Шаля 89, 91, 97
Шаси 10
Швейцария 117, 214
Шенгьин 189, 250
Широка 216
Шкиприя (Албания) 7
Шкодра 8,10, 11, 12, 14, 24, 32, 33,
34, 40, 41, 44, 45, 47, 48, 49, 50,
51, 52, 57, 58, 61, 62, 63, 64, 66,
67, 68, 72, 73, 75, 77, 78, 80, 81,
82, 85, 87, 90, 91, 92, 93, 94, 97,
100, 123, 128, 129, 133, 134, 137,
151, 152, 153, 155, 157, 158, 159,
167, 171, 173, 176, 177, 185, 187,
189, 191, 202, 213, 215, 223, 237,
244, 248, 251
261
Шкрели 91
Шкумбини 31, 54, 129
Шоши 91, 97
Штимла 109, ПО
Эбро, р. 240
Эгейское море 98, 125
Элассона 50
Эльбасан 31, 34, 46, 49, 50, 58, 60,
66, 68, 75, 77, 103, 111, 113, 114,
118, 138, 149, 150, 151, 153, 155,
161, 168, 169, 173, 180, 184, 190,
233
Эпир 7, 64, 98
Эпир Северный 181
Эпир Северо-Западный 106
Эрзени, р. 129
Юван-или 17
Югославия 6, 189, 196, 202, 203,
207, 208, 214, 216, 224, 229, 233,
247, 248, 250, 252
Янина 50, 64, 65, 66, 69, 71, 72,
73, 74, 77, 81, 89, 101, 105, 106,
108, 109, 123, 162, 173, 176, 180
Яссы 56
Оглавление
Введение . ...................................... 5
Глава I. Турецкое вторжение в Албанию. Освободительная
борьба албанского народа под руководством Скан-
дербега (Н. Д. Смирнова).................................... 7
Глава. 2. Албания в XVI—XVIII вв. (Г. Л. Арш) .... 34
Глава 3. Большие полунезависимые пашалыки (Г. Л. Арш) 57
Глава 4. Зарождение национально-освободительного движе-
ния (И. Г. Сенкевич)....................................... 77
Глава 5. Национально-освободительное движение в начале
XX в. (И. Г. Сенкевич) . . ........... 125
Глава 6. Борьба за создание независимого албанского госу-
дарства (И. Г. Сенкевич)...................................155
Г лава 7. Демократическое и национально-освободительное дви-
жение в 1918—1924 гг. (Н. Д. Смирнова) .... 185
Г лава 8. Албания в годы террористического режима Зогу. За-
хват Албании фашистской Италией (Н. Д. Смирнова) 211
Именной указатель..........................................253
Географический указатель.................................. 257
Краткая история Албании
Утверже в-to к печати И нститутом истории
Академии наук СССР
Редактор издательства Р, 3. Мазо
Художник И. А. Литвииисоь
Технические редакторы Т. В. Полякова, Ю. В. Рылина
Сдано в набор 24/Х 1964 г.
Подписано к печати 5/III 1965 г.
Формат 84х108*/зг-Печ. л. 8,25-|-1вкл.
Усл. печ. л. 13,R5+1 вкл. Уч.-изд. л. 13,9 (13,8-|-0,1 вкл.)
Тираж 2000 экз. Т-00643. Изд. № 2524. Зак. № 1383
Темплан 1964 г. № 62
Цена 1 р. 04 к.
Издательство «(1аука»
Москва, К-62, Подсосенский пер.. 21
2-я типография издательства <Наука»
Москва, Г-99, Шубинский пер., 10