Министерство высшего и среднего специального образования РСФСР
ГОРЬКОВСКИЙ ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ
Н. И. ЛОБАЧЕВСКОГО
ИЗ ИСТОРИИ АНТИЧНОГО
ОБЩЕСТВА
Межвузовский сборник
Горький 1986

Из истории античного общества: межвузовский тематический сбор-
ник научных трудов / Горьковский университет Горький, 1986. С. 107.
В настоящем сборнике исследуются вопросы источниковедения и
историографии, проблемы социально-политической истории античного
общества, недостаточно изученные в советской исторической науке, а
также его политические и культурные взаимоотношения с государства*
ми к народами внеантичного региона.
Редакционная коллегия:
доц. Строгецкий В. Af. (отв. редактор), проф. Фролов Э. Д., проф.
Кнабе Г. С, доц. Садовская М. С., доц. Сизое С. К. (отв. секретарь),
доц. Меженин В. М.
© Горьковский государственный университет, 1986

ВВЕДЕНИЕ
Тема социально-политических аспектов государственности,
идеологии и культуры греко-римского мира находится в центре
внимания современного советского антиковедення.
Разработке её и посвящен предлагаемый вниманию читателей
межвузовский сборник. В поле зрения авторов сборника находятся
вопросы источниковедения античной истории; особенности
социально-политического развития общества в античную эпоху;
проблемы идеологии и культуры греко-римского мира.
В настоящее время становится всё более необходимым
теоретическое обобщение накопленного опыта в области изучения
литературных и эпиграфических памятников античности с
учётом современных достижений филологической и исторической
критики. С кругом этих проблем тесно связаны статьи, в
которых интерпретируются данные эллинистического историка
Диодора Сицилийского о недостаточно изученных в
отечественной историографии событиях политической истории
Спарты и Афин в середине V в. до н. э. и выясняется значение
эпиграфических исследований известного русского эпиграфиста
А. В. Никитского для решения ряда дискуссионных вопросов
истории Дельф и других центров древней Греции.
Важное место в сборнике занимает изучение проблем
социально-политического развития античного общества в
архаический, раннеэллинистнческий периоды и в эпоху позднерим-
ской республики. Эти проблемы получили освещение в статьях,
рассматривающих характер афинской колонизации Херсонеса
Фракийского в VI в. до н. э., начальный этап становления
ахейской федерации в 40—30 гг. III в. до н. э.. особенности
политической борьбы в Римской республике и причины
аграрной реформы Т. Гракха.
Вопросы идеологии и культуры, тесно связанные с
формами и принципами государственной организации античного
общества, нашли отражение в статьях, исследующих
особенности романизации римской провинции Британии в I в. н. э.,
1 '-8245 3

эволюцию синкретического божества в Карфагене и его связь
с соответствующими античными культами.
Таким образом» предлагаемый вниманию читателей
сборник статей посвящен той же важнейшей теме современного
антиковедения, что и ряд других изданий, осуществленных
кафедрой истории древнего мира и средних веков
Горьковского государственного университета в содружестве с учёными
других университетов страны—теме социально-политических
аспектов античной государственности, идеологии и культуры.
Широта затронутых исследованием вопросов, бесспорная
научная актуальность и новизна в постановке их и
предлагаемых решениях позволяют надеяться, что сборник будет с
интересом встречен нашей научной общественностью и послужит
вкладом в дальнейшую разработку недостаточно изученных
сторон античного рабовладельческого общества.

К ИНТЕРПРЕТАЦИИ СВИДЕТЕЛЬСТВА
ДИОДОРА СИЦИЛИЙСКОГО /DIOD., Xlv 60-65; 70/
О РОСТЕ АФИНСКОГО МОГУЩЕСТВА В СЕРЕДИНЕ V в.
ДО Н. Э. И ВОССТАНИИ РАБОВ В СПАРТЕ
Я. Af. Строгецкий
Горьковский государственный университет
Как сообщает Фукидид (I, 18, 2), «вскоре после отражения
персов общими силами эллины, как тс, что отложились от
персидского царя, так и те, которые вместе воевали,
распределились между афинянами и лакедемонянами, ибо и те и другие
действительно оказались наиболее могущественными:
лакедемоняне сильны были на суше, афиняне на море».
Политическая ситуация в Греции после 479 г., описанная
Фукидидом, способствовала росту конфронтации между двумя
ведущими государствами Эллады: Спартой и Афинами.
События 479 — 478 гг. показали, что господство Спарты в Элладе
начало колебаться.
Воспользовавшись этим положением, афиняне добились от
ионийских и эолийских греков островноП и материковой части
Эллады признания гегемонии Афин и учреждения на Делосе
так называемой Делосской снммахни1.
Создание такого союза греческих полисов было
обусловлено не только необходимостью продолжения войны с персами
в Эгеиде и Восточном Средиземноморье, но н честолюбивыми
замыслами афинян, которые, стремясь к гегемонии в Элладе,
рассматривали Делосе кую снммахию как важнейший
инструмент своей внешней политики.
Своеобразие этого вновь созданного союзного объединения
заключалось в том, что оно с ростом и укреплением Афинскога
морского могущества и господства имело тенденцию
превратиться в афинскую морскую державу (орхл)-
Наши источники, особенно Фукидид (Thuc, It 89—118)
и Диодор (XI, 37 — XIlf 38)а выделяют важные этапы роста
5

афинского могущества, способствовавшего трансформации
Дел осе ко и симмахии в Афинский морской союз.
В данной работе мы предлагаем перевод я интерпретацию
нескольких сюжетов из Исторической библиотеки Диодора
Сицилийского, свидетельствующих, во-первых, о расширении
Делосской симмахии и усилении внешнеполитической
активности Афин (покорение Эйока и Скироса); во-вторых, о росте
афинского морского могущества (битва при Эвримедонтс),
в-третьих, о проявлении союзниками недовольства афинским
господством и насильственным подавлением афинянами
восстаний в союзных городах (восстания Фа сое а и Эгины)
Вместе с тем необходимо отметить, что рассматриваемые
сюжеты также отчасти раскрывают деятельность лидера
консервативно-демократических кругов афинской знати Кимона,
с именем которого связано развитие и укрепление Афинского
морского союза. Главные особенности внешней политики
Афин, осуществляемой консервативно-демократическими
кругами во главе с Кнмоном, как показывают избранные нами
для перевода сюжеты Исторической библиотеки Диодора, за*
ключались в том, чтобы продолжать войну с Персией н
укреплять афинское могущество при одновременном сохранении
дружественных отношений со Спартой.
Позиция Спарты в Пелопоннесе в 70 — 60 годы отличалась
нестабильностью. После неудачной экспедиции Леотнхнда
в Фессалию (см. Hdt..Vl,72; Plut. De mal. Herod. 859 D; Paus.,
HI, 7, 8). и провала попытки лакедемонян исключить пропер-
сидские государства из Дельфийской амфиктмонии (Plut. The*
mist., 20, 3—4) Спарта оставила свои планы расширения
влияния в центральной н северной Греции.
Полоса внешнеполитических неудач негативно сказалась
на спартанском лидерстве в Пелопоннесском союзе, в котором,
как свидетельствуют источники, активизировались
сепаратистские тенденции. Политические процессы, совершавшиеся в
Аргосе, Элиде, аркадских городах, подрывали стабильность и
традиционность спартанского господства в Пелопоннесе.
Усилению нестабильности и сепаратизма способствовала также и
целенаправленная деятельность Фемнстокла, изгнанного в
конце 70-х годов из Афин с помощью остракизма и поселившегося
в Аргосе, старом сопернике Спарты в Пелопоннесе. Живя
в Аргосе и посещая другие места Пелопоннеса, Фемнстокл и
его друзья осуществляли подстрекательскую антиспартанскую
политику, подрывали устои олигархических режимов в некото-
б

рых пелопоннесских полисах, которые были союзниками
Спарты. Данные источников позволяют считать, что в Аргосе
не без влияния Фемистокла в 70-е годы установился демокра*
тнческнй строй3. Аргосскне демократы, стремясь восстановить
былое могущество Аргоса, в течение короткого времени
объединили Арголиду, подчинив своему господству Тиринф, Клео-
ны, Гнсии, Мидею, Орнеи и, наконец, Микены4.
В Спарте это вызвало особое беспокойство, так как
активизация демократических процессов началась также и в
некоторых союзных полисах. Так, например, на севере
Пелопоннеса Элнда, состоявшая из маленьких деревень, объединилась
в одно государство и оно стало усиливаться. Объединение
было следствием развития демократического движения в Элиде.
Победившие элейские демократы качали расширять
территорию Элнды, стремясь покорить Трифнлию, расположенную на
границе с Мессенней. В это время наметилось сближение Эли-
ды с Аргосом и Афинами5.
Опасность возникла также и в центре Пелопоннеса, где
в Аркадии сложился город Мантянея вследствие объединения
пяти общин, что также было результатом действия
демократов, враждебно настроенных к Спарте6. В Мантннее
влиятельным положением пользовались аргосскне колонисты.
Непосредственная же угроза лакедемонянам возникла в результате
усиления Тегеи, отпадения ее от Пелопоннесского союза м
заключения союза с Аргосом7. В ответ лакедемоняне
совершили нападение на Тегею и нанесли поражение объединенном/
войску тегеян и аргосиев8. Однако эта победа Спарты не
стабилизировала ее положение в Пелопоннесе. Вскоре восстали
все аркадские города, кроме Мантннеи. Спарта нанесла
сокрушительное поражение восставшим в битве у Дипеи*.
После этой победы положение в Пелопоннесе несколько
стабилизировалось. Однако, это не могло предотвратить
свержения в союзных полисах олигархических режимов и выхода
их из Пелопоннесского союза до тех пор, пока Фемистокл
оставался в Аргосе н продолжал осуществлять свою
антиспартанскую деятельность. Поэтому спартанцы, опираясь
в Афинах на консервативно-демократические круги во главе
с Кимоном, потребовали от афинян устроить суд над Феми-
стоКлом на заседании Эллинской лиги, обвинив его в
предательских связях с персами10. Сам по себе этот вызов Спарты
многозначителен и не ограничивался только выступлением
против Фемистокла. Добившись убедительных побед в Пело-
7

локнесе и укрепив свое господство в Пелопоннесском союзе,
спартанцы решили возродить Эллинскую лигу и напомнить
союзникам о своей гегемонии. Афины были готовы
пожертвовать Фемистоклом, дабы не доводить дело до более опасных
последствий, которых они в настоящий момент стремились
избежать.
Итак, Спарта, добившись изгнания Фемистокла из Эллады
и устранив источник мятежа в Пелопоннесе, консолидировала
свои военные успехи и укрепила престиж и гегемонию в
Пелопоннесском союзе. Однако случившиеся в начале 60-х годов
землетрясения в Лаконике и начавшееся восстание илотов
(т.н. III Мессенская война) значительно осложнили
положение Спарты, способствовали усилению подозрительного
отношения Спарты к росту афинского могущества, тем более что
в Афинах с середины 60-х годов стали подымать голову
последователи Фемистокла, сторонники радикальной демократии во
главе с Эфнальтом. Это в конечном итоге привело к разрыву
между Спартой и Афинами и началу Первой Пелопоннесской
войны. Рассматриваемые нами сюжеты Исюричсскон
библиотеки Диодора касаются событий в Пелопоннесе, d частности,
усиления Аргоса, его войны с Микенами и так натыкаемой
III Мессенской войны.
ПЕРЕВОД
Кн. XI, гл. 60.
I. В архонтство в Афинах Демотиона1 в Риме консульскую
власть получили Публий Валерий По пли кол а и Гай Наутий
Руф2. При них афиняне избрали стратегом Кимона, сына Миль*
тиада и, предоставив в его распоряжение значительное войско,
послали к берегам Азии помочь союзным городам и
освободить тс, в которых еще стояли персидские гарнизоны8. 2. Ки-
мон, приняв командование флотом, стоявшим в Византие,
поплыл к городу» называемому Эйон, который удерживали
персы, и захватил его; Скнрос же, населенный пеласгами и
долопами, он принудил к сдаче и, превратив его в афинское
владение, разделил его землю на клеры4. 3. Затем, замышляя
осуществление еще более значительных дел, он поплыл в Пи-
рей и, взяв больше триер, а также приготовив другие
необходимые средства, выступил в поход имея 200 кораблей; позже»

получив дополнительную ломоть от ионийцев и других
эллинов, он имел под своим командованием 300 военных судов5.
4. Итак, отправившись со всем флотом в Карию, Кимон, тот*
час стал подстрекать к отпадению от персов те из приморских
городов, которые были основаны эллинами, другие же, бывшие
двуязычными6 и имевшие персидские гарнизоны, он осадил.
Склонив на свою сторону города в Карин, он подобным же
образом присоединил также города Ликии7. 5. Так как он
всегда у присоединенных союзников брал корабли, то еще
более усилил флот. Персы же сухопутное войско набрали из
своих жителей, а флот составили из финикийских, кипрских и
кнликийскнх кораблей; командовал же персидским войском
Титрауст, незаконный сын Ксеркса*. G. Кимон, зная, что
персидский флот находился у Кипра, поплыл против варваров и
вступил в сражение с 250 кораблями иротив 340 вражеских9.
В этой решающей битве обе стороны мужественно сражались,
наконец, афиняне стали побеждать и значительную часть
вражеских судов они потопили, более же 100 кораблей вместе
с экипажами захватили в плен. 7. Когда остальные суда
отступили к Кипру, воины и команда сошли на берег, а корабли,
лишенные защитников, достались в руки эллинов10.
Кн. XI, гл. 61.
1. После этого Кимон, не довольствуясь такой победой,
тотчас со всем флотом прибыл к месту расположения
сухопутных персидских сил, лагерь которых находился у реки
Эврнмедонт11. Желая победить варваров с помощью военной
хитрости, он посадил в захваченные корабли лучших своих
воинов, дав им тиары и надев на них другое персидское
одеяние12. 2. Варвары, обманутые видом персидских кораблей и
снаряжением, тотчас, как только флот подплыл, решили, что
это их триеры; поэтому они принимали афинян за своих друзей.
Кимон же, как только наступила ночь, высадив воинов и
принятый персами за друга, внезапно напал на лагерь варваров.
3. Когда в стане персов возникло большое смятение, воины во
главе с Кимоном стали истреблять всех, кто им попадался на
пути, и убили второго стратега варваров Ферендата,
племянника царя, захватив его в палатке; что касается остального
войска, то они, одних убив, других ранив, в результате
внезапного нападения обратили его в бегство. В целом персов
охватило такое потрясение и недоумение, что они в
большинстве своем не знали какие враги на них напали. 4. Ведь персы
9

ие думали, что нападение на них совершили эллины, так как
были уверены, что у них не было сухопутного войска. Они
считали, что подверглись нападению со стороны пнсндийцев1*,
прибывших с войском, которые жили по соседству и были
настроены к ним враждебно. Поэтому, полагая, что враги напали
иа них с материка, они бежали к кораблям, которые
принимали за свои. 5. Так как была темная безлунная ночь, то
оказалось, что их неосведомленность стала еще больше и никто не
мог установить истину. 6. Потому-то, когда случилось болт woe
кровопролитие вследствие беспорядка у варваров, Кнмон, еще
раньше договорившись с воинами собраться, как только он
зажжет сигнальный огонь, неподалеку от кораблей дал
условный знак, опасаясь, как бы не произошло чего-нибудь не
предвиденного, поскольку воины рассеялись по территории
персидского лагеря в поисках добычи. 7. Прекратив разбой и
собравшись по сигналу, все вернулись на корабли, а на
следующий день, воздвигнув трофеи, поплыли на Кипр, одержав две
великолепных победы: одну на суше, другую на море; ведь
никогда прежде не стучалось, чтобы одно и то же войско
8 один и тот же день достигло стань большого успеха в
морским н сухопутном сражении14.
Кн. XL гл. 62.
1 Кимон, благодаря своей стратегии и выдающейся
храбрости, добился заслуженной славы не только у граждан, но и у
других эллинов. Ведь он захватил 340 кораблей и пленил
свыше 20 тыс. человек, а также завладел большим количеством
денег15. 2. Персы, понеся такие потери, приготовили много
других триер, боясь могущества афинян. Ведь после этого
город афинян достиг наивысшего расцвета, будучи обеспечен
значительными средствами и добившись огромной славы,
благодаря доблести и стратегии16. 3. Афинский парод, отобрав
десятую часть добычи, сделал посвящение богу со следующей
надписью17:
«С тех пор как Европу от Азии Понт отделяет
И неуемный Арес губит мужей в городах.
Не привелось одержать никому нэ людей вемнородных
На берегу н на море купно победы такой.
Эти ж, на Кипре сгубив несметные полчища персов.
Сто финикийских судов взяли на глади морской
Вместе со всею дружиной. И Азия горько взрыдала.
Тяжкий в бою испытав дланей обеих удар»1*.
10

Кн. XI, гл. 63.
1. В архонтство в Афинах Феона*19 в Риме консульскую
власть получили Люцнй Фурий Медиолан и Марк Манили*
В а со20. При них лакедемонян постигло большое и небывалое
несчастье; ведь, когда в Спарте произошли сильные
землетрясения, все дома оказались разрушенными до основания и
погибло более 20 тыс.31 лакедемонян. 2. Так как город был
разрушен и дома в течение длительного времени лежали в
развалинах, многие, придавленные обвалившимися стенами,
погибли, немало же и домашнего имущества уничтожило
землетрясение. 3. И в то время как такое несчастье им выпало как
сы в наказание от какого-то божества, другие же опасности
достались им от людей, что было обусловлено следующими
причинами. 4. Илоты и мессенцы22, настроенные враждебно по
отношению к лакедемонянам, сначала хранили спокойствие,
боясь превосходства Спарты и ее могущества; однако, увидев»
что большинство лакедемонян погибло в результате
землетрясения, стали относиться с презрением к оставшимся в живых,
так как их было немного. Поэтому, объединившись между
собой, они сообща начали войну против лакедемонян. 5.
Спартанский царь Архидам, благодаря своей предусмотрительности
как во время землетрясения спасал граждан, так и во время
войны мужественно давал отпор нападающим. 6. Ведь, когда
город сотрясался от ужасной силы землетрясения, он первый
из спартиатов, выскочив из города в полном вооружении,
устремился на открытую местность н другим гражданам
приказал следовать за ним. 7. Поскольку спартиаты послушались
его, то все оставшиеся в живых, таким образом были спасены.
Царь Архидам, построив их, приготовился воевать с
восставшими2*.
Кн. XI, гл. 64.
I. Мессенцы, объединившись вместе с илотами, сперва
двинулись против Спарты, надеясь захватить ее, так как
полагали, что она лишена защитников; когда же они узнали, что
оставшиеся граждане во главе с царем Архндамом подготовн-
* Рукописное чтение Q&tfaivog. Marmor Pari urn дает ямя 'Aifiwiovog.
Фогель предложил имя •alowos (ср. Diod., XI, 4В, I), где арховтом нала я
Octidttvoc. который был v власти я 476 г К этому см. Smart J D Kimon4
Caplure of Eion.— JHS, vol. 87, 1967. P. 136—133.
II

лнсь к защите отечества, то от своего намерения отказались,
но, захватив недоступный район Мессении, они, совершая
оттуда нападения, опустошали Лаконику24. 2. Спартиаты, обра*
тнвшнсь за помощью к Афинам, получили от них
вспомогательное войско; собрав воинов, полученных и от других
союзников, они имели достаточно сил, чтобы сражаться с врагами25.
Сначала они во много раз превосходили врагов, позже, когда
у них возникло подозрение, что афиняне намереваются
вступить в соглашение с мессенцами, они разорвали с ними
договор, заявив, что имеют много союзников, чтобы преодолеть
опасность.26. 3. Афиняне, считая себя оскорбленными, тогда
удалились; и после этого, будучи враждебно настроены к ла-
1 едемонянам, все более разжигали к ним ненависть. Поэтому
этот инцидент афиняне считали началом отчуждения, а позже
города окончательно поссорились и, предприняв большие
войны, наполнили всю Элладу множеством несчастий27. Однако,
о них мы напишем отдельно в соответствующее время. 4. Тогда
же лакедемоняне, выступив вместе с союзниками к Ифоме,
осадили ее. Илоты, нинсеместно восставшие против
лакедемонян, сражались вместе с мессенцами и иногда побеждали,
.иногда терпели поражение. Таким образом, веля войну в
течение 10 лет. и те и другие не могли добиться в ней решающего
успеха и на протяжении всего этого времени не прекращали
причинять друг другу зло2*.
Кн. XI. гл. 65.
1 После этого в Афинах стал архонтом Феагенид29, а в
Риме консульскую власть получили Люнии Эмилий Мамерк и
.Люипи Юлии Юл30, была также проведена 78 Олимпиада, на
которой в беге победил Парменид из Посндонни31. При них
между аргивянами и жителями Микен возникла война",
вызванная следующими причинами. 2. Мпкенцы вследствие
древни! сланы их родины не желали быть в подчинении у аргивян
подобно остальным городам в Арголиде. но. будучи
самостоятельными, спорили с ними из-за храма Геры35 и считали, что
они сами должны руководить Неменскими играми34; кроме
того, хотя аргивяне приняли в свое время решение не
участвовать вместе с лакедемонянами в борьбе против персов при
Фермопилах, если спартанцы не допустят их к гегемонии, ми-
кепиы. единственные из жителей Арголиды, сражались вместе
с лакедемонянами против варваров35. 3. Вообще аргивяне
опасались как бы микенцы, усилившись, не стали претендовать на
J2

первенство, опираясь на древний авторитет их города. По этой
причине, аргивяне, настроенные к ним враждебно, уже давно
стремились разрушить их город, тогда же считали, что
благоприятный момент для этого наступил, так как они видели,
что лакедемоняне, будучи ослаблены, не способны оказать
помощь мнкенцам. Итак, собрав значительное войско из Аргоса
и из союзных городов, они выступили против мнкенцев и,
победив их в сражении, заперли в городе и стали осаждать. 4. Ми-
хенцы некоторое время усердно отбивали атаки осаждавших,
но затем были побеждены, так как лакедемоняне не могли ока*
зать им помощь из-за своих войн и по причине случившегося
у них землетрясения, а других союзников у ннх не было, по*
этому из-за отсутствия помощи они погибли в результате
штурма. 5. Аргивяне, поработив микенцев и десятую часть
добычи посвятив богу, разрушили Микены. Итак, этот город,
став богатым еще в древности, будучи многолюдным и
прославившимся великими деяпиямн, претерпел такую катастрофу и
остался незаселенным вплоть до наших днеЛ1*. Такие события
пропилили в этом году.
Кн XI. гл. 70.
1 В архонтство в Афинах Архедимнда37 римляне избрали
консулами Аила Вершния и Тита Минуция38, была также
проведена 79 Олимпиада, на которой победил в беге Ксенофокг
из Коринфа39. В это время жители Фасоса, ведя с Афинами
спор in-та рудников, отделились от ннх. Однако, будучи
осаждены афинянами, вынуждены были снова подчиниться им".
2. Усмирив также восставших эгинян, афиняне предприняли
осаду города, потому что Эгина, часто одерживая победы
в морских сражениях, исполненная гордости, изобиловала
деньгами и кораблями и вообшс всегда враждебно относилась
к Афинам. 3. Поэтому, отправив войско на остров, афиняне
опустошали территорию Эгины и, осадив город, намеревались
взять его штурмом41. Вообще афиняне, став более
могущественными, уже не поступали с союзниками как прежде
умеренно, но управляли высокомерно и с помощью насильствен*
ных методов42. 4. Поэтому многие союзники, не желая терпеть
бремя афинского господства, вели переговоры между собой о
восстании, некоторые из них, пренебрегая общим сюпедрио-
ном4\ полагались только на свой собственный совет. 5.
Одновременно с этими событиями афиняне, имея господство на
море, послали п Амфииоль 10 тыс. колонистов, набрав их частью
13

из граждан» частью из союзников, и территорию вплоть до
границ Фракии разделили на клеры. Позже, когда они
вторглись на территорию Фракии, все были разбиты так
называемыми эдонами4*.
ЛИТЕРАТУРА И ПРИМЕЧАНИЯ
1. О Делосской симмахии см. следующую литературу: Bengtson H.
Die Vertrage der griechisch-romischen welt von 700 bis 338 v. Chr. Munch.
Berl., 1962. N. 152. S. 33 см. там же указания на предыдущую литературу;
Meyer H. D. Vorgeschichte und Qrundung des delisch-attischen Seebun-
des // Historia. Bd. XII, 1963. S. 405 ff; S e a 1 e у R. The Origin of the Delian
Legue // Ancient Society and Institutions / Stud, pres to V. Ehrenberg. Oxf.,
1966 P. 233—255; Hammond N. G.L The Origins and the Nature of
the Athenian Alliance of 478/477 b. C, // JHS, vol..87, 1967. P. 41—61;
Исаева В. И. Принципы межполиспых отношений конца V — середины
IV вв. до н.э.//Античная Греция/Наука. М, 1963. Т. 11, С. 83—120.
2. О Диодоре Сицилийском как историческом источнике для греческой
истории V в до н.э. см. наши ст.: 1) Диодор Сицилийский о процессах
против Фемистокла и Павсания (XI, 39—47, 54—59). Перевод и исто-
рико-критическай комментарий // Из истории античного общества1 Межвуз,
темат сб науч. трудов/Горьковский университет. Горький, 1979. С. 7 — 9;
2) Диодор Сицилийский о походе Ксеркса против Эллады (XI, 1—10).
Объединение патриотических сил эллинон и битва при Фермопилах.
Перевод и комментарий//Там же. Горький, 1983. С. 5 — 6; 3) Диодор
Сицилийский и его Историческая библиотека в опенке историографии // ВДИ,
1983. № 4. С. 176 — 186.
3. См. Arist. Pol., V, 2, 7, ср. Доватур А. И Политика и политии
Аристотеля. М.,—Л., 1956. С. 284. См. также эпиграфические материалы
Ш, IV, 554 = SEG, XIII, 239. К этому см следующую литературу Wor-
le M Untersuchimgen zur Verfassungsgesehichte von Argos in V Jahrh v
Chr. Diss. Erlang — Numb., 1964. P. 7, 101 ff; Zam bel li M. Per la storia
di Argo. Nella prima muta del V seeolo A. C. // RFIC, vol 99 N2, 1971.
P 148—158; Willcts R. F. The Servile Interregnum at Argos //
Hermes, 87, 1959 R. 495 ff; Forrest W. G Themistoklcs and Argos // C1Q
N. —S„ vol 10. N 2, 1960 P. 121—241 Kiechle F. Argos und Tiryrib
nach der Schlacht bel Sepeia//Philologus. Bd. 104, 1960. S. 181 ff.
4. О войне Аргоса с Тиринфом см. Hdt, VI, 83; Paus, 11, 17, 5, 25, 8;
V, 23, 3; VIII, 27, 1; Strab., VIII, 6, 11, p. 373. О разрушении Мидеи см.
Paus, VIII, 27, 1, ко ср. Thuc, V. 67, 2; VI, 7, 1. Клеоны подчинились
Аргосу и были союзниками аргивян см. Strab., VIII, 6, 19, р. 377; Paus.,
VII, 25, 6. К дискуссии см. литер, в прим. 3. Для хронологии событий
см. Kolbe W. Diodors Wert fiir die Geschichte der
Pentekontaetie//Hermes. Bd. 72. Hft. 3, 1937. S. 254 ff; Hammond Ng. L. Studies in Greek
Chronology of the sixth and fifth Cent. b. С//Historia, Bd IV, 1955. Hft. 1.
P. 380 ff; G о m m e A. W. A Historical Commentary on Thucydides, vol. I.
Oxf., 1945. P. 389 ff.
5. О синойкизме Элиды и демократической конституции см. Thuc,
V, 47, 9; Arist. Pol., V, 5, 8; Diod, XI, 54, 1; Strab., VIII, 3, 2, 336 — 337.
К этому см, Meyer. Ed. Geschichte des Altertums. Bd. IV, I. Stutt, 1939,
S. 485. Anm. 1; Glotz G. Cohen R. Histoire Grecque. t 11 P., 1931.
14

P. 123—124; Wickert К Der Pcloponneeische Bund von seiner Enttehung
bis zum Ende ber archidamischen Krieges. Diss Erlang — Numb., 1961. S. 67.
6. О синойкизмс Мантннеи и победе демократической конституций см.
Strab, VIII. 3. 2, р. 337; ср. Хеп. Hell.. V. 2. 7; Diod., XV. 5. 4. К этому
<м. В u s о It G. Gr iechische Geschichte. Bd. Ill, I. S. 118 — 119; К a g a n D.
The Outbreak of the Peioponnesian War. Ithaca and Lord., 1969. P. 54;
Sea lev R. A History of the Greek City-States. Berke!.. 1976. P. 254.
7. О союзе Тетей с Аргосом см. Strab., VIM, 6, 19, p. 377.
8. О битве у Тегеи см. Hdt.. IX, 36, 2; Paus.. Ill, 11. 7; Polyaen., II,
10, 3; Simonid., frg. 122 (Diehl) » Anth. Pal., VII. 512.
9. О взаимоотношении Спарты с Аркадией см. Hdt., IX, 35: Paus., Ill,
П. 7; К этому см. В u sol t G. Op. cit. Bd. Ill, I, S. 120— 123; 121. Arnn. 1;
Meyer Ed. Op cit., Bd. IV. I, S. 328; Andrewcs A Sparta and Arkadia
in Early Fifth Cenl // Phoenix, vol. 6, 1952. P. 1-6; Williams R T.
The Confederate Coinage of the Arkadian in the fifth Cent. b. С N —J.,
1965; Rov J. An Arkadian League in ihc Earlier fifth Cent. b. C. // Phoenix,
vol. 26 N. 4, 1972. P. 334 — 341, Hcynic J. Pausaniac the Pcrieget and
the Archaic History of Arkadia. Prague. 1961; Larsen J. A. O. Greek
Federal States. Oxl., I9C8. P. 18!; Calmer Ch. Studien zur Geschichte Arka-
dietis his zur Grundung des arkadischen Bundes. Diss. Lind, 1943; W i-
cke г i К Op. cit. S. 52—56. О битве у Днпен см. также Hdt. IX. 35, 2;
Paus. III. И. 7; VIII. 8. 6; Isocr.. VI, 99; Polyaen, I. Ill, I
10. См. Thuc.. I, 135, 2 — 3; Diod., XI. s. 55. 4 — 8. ср., 54. 2 — 5, Plut.
Moral. 605 c; 805 c; 855 ff ( — Ephor.. frg 189), Them.. 21. 5-7; 23; Xep.
Them.. 2—3; Krateros, frg. 11.
II К этому см. нашу ст.: Диодор Сицилийский о процессах против
Фемнстокла и Павсания (XI, 39 — 47; 54 — 59). Перевод и комментарий...
С. 14 ел.
КОММЕНТАРИЙ
1. 470 г. до н.э. См. Внкерман Э. Хронология древнего мира. Пер.
с англ М., 1976. С. 204.
2. Согласно традиции (Т. L»v.. II. 52; Dion Hal.. IX. 2ft). упомянутые
Диодором консулы вступили в должность в 475 г. В 470 г. консулами были
Л. Валерий и Тиб. Эмилий (Т. Liv., II. 61; Dion. Hal.. IX, 51). К этому
см. Б и к е р м а в. ук. соч., с. 207.
3. О Кнмоне см также Hdt.. VI, 136. VII, 107; Thuc. I, 98. 102; 112;
Athcn., 589 с; Plut., Kim., 4— 19; Nop. Kim. 1—4; Cp. Swoboda H.
Kimon // RE. Bd XI Stutt., 1921, sp. 438 ff; G. Con к n R. Hisloire Crec-
que. i. II Par., 1931. P. 120 ff; Ben gt son G. Ciriechische Geschichte.
Munch 1969. S. 194; Sea ley R. A History of the Greek States 700 — 336
b С Berkcl.. 1976. P. 248, N. 5 Gomme A. W. A Historical Commentary on
Thucydide*. vol. I. Oxf, 1945. P. 281 ff. Дискуссию о хронологии см. ниже
О том, что Кнмон стал стратегом в это время, есть коспеиное указанно
Плутарха (Cim., 11), источником которого был Эфор.
4. Эйои — портовый город на берегу реки Стрнмон. Остров Скирос
расположен в Эгейском море к северо-западу от Эвбеи. Сообщение Диодо*
ра ср. с данными Thuc. I, 98; Hdt., VII, 107; Aeschyl. Pcrs, 870; Plut.
Cim, 7. 10—11; Nep. Them, 2. Большинство нсследовагелей считают
датировку этих событий, предложенную Диодором, ошибочной на том
основании, что он обычно события нескольких лет объединяет в один год, и отно-
15

сят завоевание ЭАоиа и покорение Скироса к 476/475 г, когда архонтом
в Афинах был Федон (см. НоеГег Eion. —RE. Bd. V. Stutt., 1905.
вр. 2110; Glotz G. Cohen R. Op cit.. P. 120 ff; Bengtson H. Op. at..
S. 194; Sea ley R. Op. cit.. P. 248; Kagtn D. The Outbreak of the Pelo-
rnnesian War. Ithaca and Lond., 1969. P. 44; Wi 11 Ed. Le monde Grec et
Orient, t. I. Par.. 1972. P. 134 ff; Uomme A. W. Op cii.. vol. I, P. 281.
394). Источником для этой хронологии являются указания схолиаста к
речи Эсхнна «О преступном посольстве» (Schol. Aeschin.. II, 31) и Пл>тарха
(Theseus, 36, 4) о том, что взятие Эйона и покорение Скироса имели место
в архоитство Федона. Однако, противоречивость сообщения схолиаста и
испорченность рукописной традиции Диодора (ср. Diod., XI, 48, I и 63, I)
способствовали тому, что Дж. Смарт (Smart J. Kimon*s Capture of Eion.
—JHS, vol. 87. 1967 P. 136—138) высказался в зашит у датировки Диодора.
5. Указанное Диодором число греческих кораблей — 300, по-видимому,
восходит к Эфору (см. Plut. Cim., 12).
6 Имеются в виду города с негреческим и смешанным населением,
для которого греческий язык был вторым языком.
7. О действиях Кимона в Карий мы знаем главным образом от авто*
ров позднего времени — Диодора и Плутарха (Cim, 12). источником для
которых служил Эфор. Однако, сведения эти достаточно надежны, ибо они
восходят к аттидографам.
8. Ср. Plut. Clm.. K2.
9. Всего греческий флот имел 300 кораблей (ср. Diod., XI, 60, 4).
Численность персидского флота Диодор определяет в 340 кораблей, а Эфор
(«* Plut. Cim., 12) в 350 кораблей. Однако, учитывая непрочность
рукописной традиции, едва ли следует придавать значение атому
незначительному расхождению (см. к этому М а н дее М. Опыт нсторнко-критического
комментария к греческой истории Диодора. Отношение Диодора к
Геродоту и Фукидиду. Одесса, 1901. С. 145).
10. Эфор (« Plut. Cim., 12) сообщает, что афиняне захватили 200
варварских кораблей.
П. Река Эвримедоят расположена в Памфилии в южной части Малой
Азии. О битве при Эвримедоите см. Thuc. I, 100. I; Plut. Cim., 12—13; Nep.
Cim.. 2. 2—3; Ariit., II, 2; Justin., II, 15, 20; Polyaen., I, 34; Plato Menex.v
241 d; Paus.. I. 29. 14; X, 15, 4. К атому см. Meyer. Ed. Forschungen zur
alten Gcschkhte. Bd II Halle, 1899 S. 7 ff; Walker E CAM vol. V
P. 54 ff; Glotz G.Cohen R. Op cit. P. 129—130; Peek W. Dfe Kampfe
am Eurymedon//In den Athenian Studies W. S. Vergusson, 1940. S. 97 ff;
G о m m с A. W. Op. cit.. P. 286 ff.
Наиболее полный материал об зтой битве мы находим у поздних апто-
ров таквх как Диодор, который в своем описании битвы опирал с н на Эфора,
и Плутарх, также использовавший Эфора, однако, большую часть сведений
почерпнувший у Каллисфена. Современные исследователи датирую! эту
битву no-разлому, относя ее к 469—465 гг. Обзор взглядов дают Swo-
boda H Kunon 2) // RE. XI, sp. 445; Kolbe W. Diodors Wert fur die Ge-
schichte der Pentekontaette // Hermes. Bd. 72, 1937. S. 233 ff:
Hammond N. a L. Studies in Greek Chronology//Historia. Bd. IV, 1955.
P. 371 ff; Gomme A. W. Op. cit. Серьезные аргументы в пользу 469 г.
развивают Jacoby F. Some Remarks on Ion of Chios//CI. Q. vol. 41, 1947.
P. 1 — 17, особ. P. 3. N. 1; Merit t B. D. Wadc-Gery II. T
.McGregor M F. The Athenian Tribute Lists (ATL). vol. Ill, 1950, p 175;
Bengtson H. Op. cit. S. 194. Anm. 3. Kagan, Op. cit. P. 47, С. Я. Лурье (Пл>
16

тарх. Избранные биографии. Пер. и ком. С. Я. Лурье. М., 1941. С. 388.
Прим. 52) вслед за Эд. Мейером считает наиболее вероятной датой битвы
щря Эвримедонте 466 г. Большинство исследователей не отдают
предпочтение какой-либо одной дате и считают, что битва произошла между 469 и
466 гг.
12. Ср. Polyaen. Strat., I, 34. I. Этот рассказ Диодора представляет
собой новеллу, получившую широкое распространение в эллинистической
литературе. Описание ночной битвы я беспорядков в стане персов — это
литературный штамп Диодора. Ср. его описание битвы при Фермопилах
(DM., XI, 10, 1 — 4).
13. Писидия —область в южной части М. Азии, расположена севернее
Памфилии.
14. О том, что при Эвримедонте в один и тот же день произошли
сухопутная н морская битвы, говорит вся известная традиция.
15. Рассказ Диодора о добыче Кимоиа — единственный в своем роде.
16. Диодор оценивает значение битвы при Эвримедонте для Афин с по-
яви ни рационализма в морализирования, очень популярных в
эллинистической литературе. Вместе с тем Диодор правильно определяет битву при
Эвримедонте как важную веху в укреплении афинского могущества.
17. Мы использовали перевод С. Я. Лурье (указ. соч.. С. 391) и
приводим здесь его с незначительными изменениями. Кроме Диодора, эта
надпись встречается в па латинской антологии (Antol. Palat., VII, 296)
с указанием на авторство Самоинда Кеосского и у Элня Аристида (Aristid.,
XLVI, П. р. 209 (Ed. Dindorf) тоже с указанием на Симонида. Тем не менее
вонрос об авторстве Симонида Кеосского спорный (см. М а н д е с М. указ.
соч.. С. 147 ел; Gomme A. W. Op. cit, vol. I, p. 286 II). С. Я. Лурье
(указ. соч. С. 391, М 18) считает, что Диодор ошибочно отнес это
стихотворение к битве при Эвримедонте, хотя на самом деле оно, по его мнению,
написано в честь победы у Кипра. Однако, проблема остается
дискуссионной, так как в тексте надписи, которую приводит Диодор, встречается вы-
ражсиие ev Kvnpw, а у Э. Аристида вместо этого выражения употребляется
4 Ш
av учхо). На этом основании некоторые ученые считают выражение, ev
Кл'Лро» интерполяцией (дли дискуссии см Манд ее М., указ соч. С. 147;
Gomme A. W. Op. cit., vol. I. P. 286. № 2). Разночтение могло возникнуть
при переписывании текста надписи и было результатом того, что Кимон
одержал двойную победу и на море, и на суше e(ou6ev дш toio'jtov eni/ttu-
vuov yavet otvopcov ec/YOv ev n,neip«» xau хата nuvcov ajia). Поэюму ь строфе
(oi6e yap ev Kv'noa Мт)во«£ яоХХоос oXeaavxet) переписчик вместо ev
Kvnpa> мог вставить выражение ev yaw), ибо в следующей арофе речь ллст
о победе на море (<c<hvucii»v exaxov vaj; е/.лу tv .-irtatyei ачЛршу д/.ц*|«»-
uoat).
18. «Дланей (рук) обеих удар» — имеется в виду поражение,
нанесенное персам сухопутным войском и флотом эллинов.
2—8245 17

19. Современна- исследователи, оииэаясь иа данные Паросского
мрамора» считают, что архонтом 409 г. был Апсефион (см. Бикермаи Э. ук.
соч., с. 204). Издатели же Диодора (Днидорф, Фогель, Олдфаде) иаэы*
вают архонтом 469 г» Феоиа.
20. Согласно традиции (Т. Liv., II, 54; Dion. Hal.. IX, 39), упомянутые
Диодором консулы вступили в должность в 474. Расхождения касаются
имени второго консула. Диодор дает имя Марк Маплии Васо. Тит Ливии
его называет Гай Макляи, а Дионисий Галл парнасский — Авл Мамлик.
В современной литературе принято называть его Аил Манлий Вулсои (ср.
Бииерман Э. указ, соя, с. 207). Консулами 469 г. были А. Вергилий
Келиоыонтаи и Тит Нумвци! Приск (см. Т Liv., 11, 63; Dion Hal., IX, 56).
К этому см. Бикерман Э. указ. соч., с. 207).
21. О землетрясении в Спарте и восстании илотов см. также
Thuc, I. 101—103 Plui. Clm. 16—17; Paus. IV, 24; Schol. Aristoph, Ly-
sistr., 1138; 1142 sqq. Согласно другим источникам, землетрясение
случилось в Спарте в 465/464 г. (см. Thuc, I, 101, 2; Plut. Cim., 16; Paua, IV»
24, 5; Schol Aristoph. Lysistr. 1142; Aelian V. H.. VI, 7; Polyaen.. I. 41, 3).
Эту дату прианают многие исследователи. ОбшнА вывод, который
вытекает нз всех известных источников, заключается, по-видимому, в следую-
шем. Спарта претерпела несколько вемлетрясеннй (Oiod., XI, 63, 1: ...ev
?ар тт) SnapTTj Ytwuivcov oevou>a>v u-eyataw owepr]). Наиболее же
разрушительным было землетрясение 465/464 гг., память о котором
сохранилась в истории Литературная традиция говорит о потере Спартой эначк
тельного числа юношей, способных носить оружие и о том, что все дома
в Спарте оказались разрушены до основания. К атому см. Z I e h n L. Da*
spartanische BevoIkerungs*problem // Hermes, vol. 66, 1933. S. 216 f. Для
дискуссии о катастрофических последствиях в Спарте см. В u so It G.
Griechischc Geschichte. Bd. Ill, I. S. 242. Anm. 3—4; feu so It C.-Swo-
bod a H. Griechiscne Staatskunde S. 719 Anm. 2; Chrimes К М T.
Ancient Sparta Manch, 1952 P. 352; Meier Th. Das Wesen der spartanische
Staaisordnung, 1939, s. 23. Anm. 2; Sea ley R. The Great Earthquake In
Lakedacmon // Hislorta. Bd. VI, 1957 P. 368 ff; Oliva P. Sparta and her
Social Problems. Prague, 1971. P. 152 f.
22. Согласно Диодору (XI, 63. 4; 64, 1), в восстании приняли участи?
плоты и мессенцы. Фукидид же (I, 101, 2) отмечает, что восстание подняли
илоты и к ним присоединились жители периэксхих городов Фурнаты и
эфейцы. Плутарх (Cim., 16) говорит, что в восстании участвовали илоты.
пернжн и мессенцы (см. также Schol. Aristoph. Lysistr. 1144). Дискуссия
возникла по вопросу о том, кто такие мессенцы, Хаммонд (Н а гп-
mond N. G. L. Op. clt. P. 379) выдвинул гипотезу о том, иго под мессен-
цамн следует иметь и виду как периэков, живших в Мессенни. таи и
бывших эмигрантов, которые вернулись, чтобы помочь восставшим. Согласно
Фукидиду (I, 101, 2), мессеиаами вааывали вообще всех илотов, поскольку
большинство иа них были потомками в свое время обращенных в рабство
древних мессеиил (ср. Paus., IV, 246). Однако, поскольку в восстании при*
нялн участие не только илоты Мессенни, но и Лаконики, может быть, по*
этому источники и выделяют илотов и мессеииев. Заслуживает внимании
объяснение упоминания иоадиими авторами мессеицев наряду с илотами
среди участии*** восстания, которое дает П. Олива. Он считает, что эти
14

•вторы испытывали влияние традиции, которая сложилась посла того, как
Мессения добилась независимости (370 г.) я мессенскяе граждане в
описываемой борьбе со Спартой не хотели считать себя илотами (См. Oliva P.
Op. cit P 154).
23. Ср Plut. Cim.. 16 О времени правления Архидама и его действиях
п реп ив восставших см. Gomme A. W. Op cit, vol. 1. P. 289—299; 405 f;
Ко I be W. Op cit. S. 251; Hammond N. G. L. Op. cit P. 376.
Общепринятой датой правлении Архидама считаются 469—427 гг. до н. э. Ср. Б и-
и е р м а н Э. Указ. соч.. С. 194.
24. Диодор говорят, что восставшие укрепились в недоступном районе
Мессении и оттуда совершали нападения на Лаконику. Фукидид 0. Ю1,
2 — 3) знает только один район где укрепились восставшие — это гора
Ифома. Диодор также называет Ифому как место дислокации восставших,
яо уже на завершающем этапе восстания. Геродот (IX, 64) говорит о
сражении спартнатов со всеми мессенаамк в битве при Стеиихларе во
время этой Мессенской войне (см. к этому HowW. WelJsJ. A Commentary
on Hdt, IX, 64, vol 11. P. 314). Для дискуссии о районах столкновения
между восставшими и спартиатамн см. Oliva P. Op. cit P. 154.
25. Ср. Thuc. I, 102, 1 —2, где говорится о том, что спартиаты
пригласили афинян и других союзников (см. также Plut. Cim, 16—17: AriMoph.
Lyeistr. 1138—1144. Среди других союзников источники называют Эгину
(thuc И, 27, 2). Платен (Thuc., III. 54, 5) и Мантинею (Хел. Hell., V.2.3).
26. Ср. Thuc, 1, 102, 3 — 4; Plut. Cim., 17.
27. Вся существующая литературная традиция единодушна в том, что
удаление спартиатамн афинского вспомогательного отряда, прибывшего во
главе с Киионом, послужило поводом для окончательного разрыва между
афинянами и лакедемонянами, прекращения общевллинского союза и
начала так называемой Первой Пелопоннесской войны. К этому см. Bcngt-
$ о п Н. Op. cit S. 199. Aran 2; S e a I е у R. Op. cil. Р. 368 f f; К I a f Г t* ч
bach G. Das Jahr der Kapilulatlon von Ithoitte und dor Ausicdelund dor
Messenier In Naupaktos // Hisloria Bd. I. 1950. P. 321 ff; Sea ley R Л
History of the Greek City-States. P. 216 f; Kagan D. Op. cit. P. 74 ff.
28. Хронологические рамки начала и конца восстания в современной
литературе являются предметом дискуссии, что объясняется
противоречивыми сведениями источников. Фукидид связывает начало восстания с
землетрясением, которое произошло в 464 г. (Thuc I, №1, 1—2). Диодор
счвтает датой начала восстания 469/468 гг.. когда в Спарте случились
большие землетрясения. Схолиаст к Аристофану (Schol., Aristoph. Lysist.,
1142), также связывает восстание с землетрясением н помещает его
в 468/467 г. Павсаний (Paus., IV, 24, 5), стараясь точно датировать начало
землетрясения и восстания, указывает на то, что они имели место во время
79 Олимпиады, когда Ксенофонт нэ Коринфа одержал победу в беге (см.
(Pind 01., XI11; Diod., XI, 701), а архонтом в Афинах стал Архедимкд, то
есть в 464/463 г. (ср. БнкерманЭ. Указ. соч. С. 204). Плутарх, датируя
начало землетрясения ■ восстания нлотов, отмечает, что это случилось
в четвертый год царствования в Спарте Архидама, то есть в 464 г. Общий
вывод, который вытекает из анализа источников, по-видимому, заключается
в следующем. Землетрясения в Спарте послужили поводом для восстания
илотов. Первые землетрясения, возможно относятся к 469 г.. но наиболее
разрушительным было землетрясение 465/464 г. Первые очаги восстания
■лотои, вероятно, относились еще до 464/463 г. Этот же год можио
рассматривать как кульмннаивоиный момент его роста. Хотя лакедемоняне,
19

несмотря на то, что были ослаблены землетрясением, отбплн атаку
восставших, тем не менее восставшие, закрепившись я труднодоступных ме
•огностях, представляли для спартанцев большую угрозу.
Что касается завершения восстания, то н в этом случае наши источники
не единодушны. Фукидид (1, 103, 1 ) отмечает, что нфомцы ял десятом
году (Лехатсо) осады сдались лакедемонянам, то есть в 455/454 г. Диодор
(XI. 64, 4) также замечает, что война длилась 10 лет, и поэтому, казалось
бы. он должен завершить ее 460/459 г., однако, в XI, 84. 7 — 8 он делает
вывод, что война окончилась в 456/455. Псевдо Ксенофонт (Ath. Pol. 3. 11)
указывает на то, что раэгром мессенян имел место перед битвой у Таиагры
(457 г) (ср. Hilt., IX. 35, 2; Paus.. Ill, II, 8). Дискуссия по поводу хроно
логин III Мсссенской войны нашла отражение в целом ряде работ
современных исследователей. С XIX в. ведутся споры о том, каким подлинным
числом следует заменить испорченное, по мнению многих чченых выражение
Фукидида бехатш em. Выдвигаются н всячески обосновываются самые
разные *:*фры от 3 до 8 (см. литературу в кн. П. Оливы lOliva P. Op. cit.
Р '.j/j. Те исследователи, которые не отвергают десятилетней
продолжительности Мессенской войны, вынуждены выбирать между 469/459 гг и
465 459 гг. Для дискуссии см. Gommc A. W. Op. cit. \ol IP 401—408:
Прприоп Н Op ci!. S 199; Oliva P. Op. cii . Р 156 и. 5 с h а г f J
ЧосЬ eii:n.il И home — Historia. Bd. III. 1954/1955 P 1*2—lttt
Hammond N. G I.. Op cit P 371— 381; Sea lev R. Op. cit P Ш i. Idetp.
A History of the Greek States... P. 266. N. 6.
Вывод, к которому можно прийти на основе анализа источников щ
обзора литературы, по-видимому, заключается в том. что. во-первых, в тек-
С7? Ф\килида нет ошибки; воятпрых, первые очаги восстания возникли
вероятно еще н 469/468 г. Однако, своего апогея оно достигло в 464/463 —
4-59-4-V* гг Пос.ч- патсния (Цюмы поест анис пошло на \6ыль >; к 45<> г
одних восставших лакедемоняне казнили, других отпустили на основания
договора (их афяпяне лотом поселили в Навпакте). остальных эоэвратмл!
а рабское состояние (Diod., XI, 84, 7— 8).
29. 468 г. до н. э. См. Dion. Hall., IX 56. ср. Бикер м а н Э. Указ. соч.
С. 204
J*i Сомасно традиции (Т. I.iv . II. 54; Dion. Halt.. I\. .i"i. viiovmhyinc
Дио.н>ром консулы, встунчлн в должность в 473 г В отличие от Дikuopa
»та традиция называет имя второго консула не Люций, но Вотик В 468 г.
коиедмами были Т. Квинтия Капитолии и Кв. СервилиЙ Приск fT. LW. И ,
64. Dion Hall.. IX. 57). К этому см. БикермакЭ. Указ, соч С. 207.
31. Ср. Dion. Hall., IX, 56.
Ч? lip. Siralv. VIII. 6. 19. р 377. К этому см К n I '- * W On fit
S 254 ff i H a m mo n d N G. L. Op. eft. P. 380 if.
33. Знаменитый Герейов, расположенный на одинаковом расстоянии
между Аргосом и .Микенами. В нем была известная статуя Геры, сделаз-
kui! Милчюггом и* золота и слоновой кости. См. Paus., П. 17. 1—7
34. Нем ей с к яе состязания праздновались в долине речкн Нсмси, гд<
проходила дорога, ведущая из Аргоса в Сикнон и Коринф Согласно
общепринятому мнению, основание игр относится ко времени похода Семерых
нрошп Фив. В историческое время НемеАская долина принадлежала
городу Клеоны, который, освободившись в 573 г. до н» э. от енкионского гас-
?0

водства, по этому случаю «возобновил* древний праэдикк, основанный
аргивянами. Сначала судьями были клеояяие, а с 460 г. аргивяне.
Справлялся он каждые два года (во 2-й и 4-й год олимпийского четырехлетнего
цикла), приблизительно в июле. Программа была та же, что я на Олнм-
аяйскнх н Пифнйсхнл играх, но с выделением не двух, а трех возрастов
(взрослые, юноши и мальчики). Наградой в древнейшие времена служил
оливковый венок, а в последующее время венок иэ сельдерея. См. Paus..
П. 15. К этому см. Пиндар. Немейсхнс песий // Пиндар. Вакхилид. Оды.
фрагменты / Наука М. I9H0. С. 116—1^7 Прим С. 434 -450.
35. Об отношении аргивян к войне с персами см. Hdt., VII, 148— 152.
-Об участии микениея в битве при Фермопилах Hdt.. VII. 202 и в Платейской
битве см. Hdt, IX, 28 — 29; 31.
• < -
36. Мкхр1 Twv ха^пиЗД xi,ov<J)V "~ "■**ct<i ястречаюшееся выражение
Диодора. Мн01ие исследователи объясняют происхождение подобных
выражений у Диодора тем, что он механически переписывал источники,
употребляй" даже собственные выражения ях авторов. Однако, см. этому
вопросу возражение Бурде П. (Burde P. I'ntersuchungcn zur antiken Uni-
vmalRescnichtKhreibung. Inaugural — Dissert xu Erlangen — Numb..
-Munch, 1974. S. 43 ft), который считает, что подобные замечания принад-
свежат самому Диодору.
37 См. Dion Hall. IX. 51 С. Пнкерман Э. Указ. соч. С 201.
ЗН Согласно традиции (Т. Liv., Ill, 4; Dion. Hall., IX, 62), консулами
464 г. были Авл Постучи А Альб н Сп. ФуриД Фус. Упомянутые Диодором
кокосы яступили в должность в 469 г (Т. Liv. [I. 63; Dion Hail.. IX. 56)
В пт.шчие от Диодора в приведенной тралицин консул Тит .Чииуний назван
"Т. Нумииием Приском. См. к этому Бнкерман Э .Указ. соч. С. 207.
J9 Ксенофонт Коринфянин одержан и 4*й г. двойную none.iv — п бего
Я в пятиборье. См. Pind Olymp, 13; A the п.. XIII, 32; Dion. Hall., IX, 61.
К этом\ см. I'ас па ров М. Л Пин.-.ар. Вакхилнд С. 51—56 (пергвод),
412 — 415 (примеч.).
40. Ср. Thuc, I, 100, 2; 101, I —2; Pliu. Cim.. 14 Nep. Cim.. 2; Polya-
en.. II. 33 К этому см Gomme A \V. Op. clu vol. I. P 290 — 300; Ко I
be W. Op. cit. S. 248 If; Hammond N G. L Op. cit. P. 403 if; Pouilloux J.
Rec:.4relics sur I'liistore ei les cmIics d.- Т..» so* i I. Par. 1954. Ka-
gai: П Op. cit P. 47; 61; Deng l «on II Du- \ "enrage dor griechisch-
r6mi*clien Welt... S 38, N. 135.
41. Cp. Dion., XI, 78, 5—4: 3. Достигнув таких успехов (п битвах у
го рол- Галин в Арголиде и у острова Кекрифалейя в Сароническом заливе
в 45*) г.) и виля, чго эгииеты очень горлятси совершенными ранее деяниями
м настроены к афинянам враждебно, они решили нача!Ь против них войну.
4. Потому, когда афиняне послали протни жителей Эгины значительный
флот те. имея большой опыт ведения мирских сражений и полагаясь на
свою J об л есть, ис боялись превосходства афинян и, обладая достаточным
вхмиц»\том кораблей п. кроме того, ни».*i|>ии» сше лр>inc. предприняли
сражение с афинянами на море, однако, потерпев иоражение, потеряли
70 ipiiep; после зтого эгннеты, дух сопротивления которых оказался
надломлен, вследствие и ости г ш его их большого несчастья, вынуждены были
присоединишь к синтелии афинян (Диодор употребляет термин «синтелня»
длк .Voi-itkoio морского сошла). Э;ою ..обиле-! для афинин ciparcr Ле<и
•цмт lu-iи войну против -»пшгг::д Bl*ic и :c"o:i;k- 9 исснксс» Ср. Time.
.1. 10V J К *том\ гм '.\ on-inc Л \\ Op c:i. \<>1 I. P. ДО*. Will I'd. Op.
21

cit. P. 156 ff н его указанна ва литературу S e a I е у R. A History of the
Greek City-Statcs... P. 269; Kagan D. Op. cit. P. 84—85 Гомм
предполагает, что этот же Леократ был стратегом вместе с Мяронндом и Аристидом
в битое при Платеях в 479 г. (PluL ArisL, 20). О войне афинян с эгмнетаыв
Диодор рассказывает дважды (см. Dtod., XI, 70, 2 — 3 под 464 г. в XI, 78,
3 — б по 469 г.). Оба эти сообщения не связаны между собой в являются
дублетом. Дублеты широко встречаются в сочиненнн Диодора (см. Мав-
дес М. Указ. соч. С. 102—103 ел.; von Mess A. Unterauchungen uber
die Arbeirweise Diodoros. — Rh. Mus. f. Kl Phil. N. F. LXI, 1906. S. 245 If;
252 П. Этот дублет является результатом того, что Диодор, получив
неодинаковые сведения вз различных источников об одном н том же
событии, недостаточно разобрался и пометил их под разными годамв. Первое
сообщение совершенно не спяаано с Фукидидом, но из него следует, что
вгинеты, ранее входившие в Делосскую снымахию, не выносили диктата
Афинян и восстали. Хотя о результатах восстания Диодор не говорит, но,
основываясь на его втором рассказе и сообщении Фукидида, можно думать,
что оно имело некоторый успех. Второй рассказ Диодора не расходится
с тем, что сообщает Фукидид. ,
Результатом згой войны, как говорит Диодор (ХГ, 78, 4), явилось
присоединение Эгнны к еннтелии Афинян. Это вполне соответствует aa явлен ото
Фукидида о том, что вгннеты капитулировали перед афинянами и должны
были срыть укреплелия. выдать корабли и платить форос (Thuc, 1, 108, 4).
К атому см. надпись С1А I, 236, согласно которой в 454/453 г. Эгнна
значилась в афинских податных списхая. Сохранился фрагмент декрета,
принятого вскоре после капитуляции Эгнны, подтверждающий соглашение между
обоими государствами, о котором говорит Фукидид (см. Bengtson Н.
Die Vertrage... N 141. S. 45 — iG, Is. 18). Общепринятой датой подчинения
афинянами. Эгнны считается 457 г. Для дискуссии об отношепии Эгины
к Пелопоннескому союзу и Делоссхой симмахии см. Leahy D. M Aegtna
and Ihc Peloponnesian League —CI Phil, vol 49. 1954 P. 23?—243:
Wicker t К Op. cit. S. 23 ff; McDowell D. Aegina and Ihc Delia n
League//JHS. vol. 80, I960. P. 118—121; Podlecki A. J. Athens and
Aegina // Historia. Bd. 25. 1976. Hft. 4. P. 390-413.
42. Co. Thua., 1,99. 1—3.
43. Имеется в виду союзный совет, расположенный на острове Делос.
Диодор правильно подмечает, что после подавления афинянами
сопротивления фасосцев союзники стали относиться к Афинам с подозрением
44. Ср. Thus., I, J00, 3; IV. 102. К атому см. Gomme A. W. Op. cit,
vol. I. R. 296; 389 ff; Kolbe W. Op. cit. S. 254; Ha m mon d N. G. L. Op.
cit P. 384.

ВОПРОСЫ ИСТОРИИ АНТИЧНОГО ОБЩЕСТВА
В ЭПИГРАФИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ
А. В. НИКИТСКОГО
£. В, Власова
Ленинградский университет
Замечательный русский ученый Александр Васильевич
Никитский (1859— 1921) был одним из корифеев греческой
эпиграфики1. «А. В. Никитский принадлежит к числу искуснейших
и опытнейших эпиграфистов нашего времени»3, в его лкцс
«русская наука имеет настоящего мастера в эпиграфике,
стоящего на равной линнислучшими европейскими знатоками
греческих надписей»5, — так отзывался Ф. Ф. Соколов о своем
ученике. А. В. Никитский много дал нашей науке» его труды
составили эпоху в области дельфийской эпиграфики.
«Соревноваться с А. В. Никитским в деле изучения дельфийской
эпиграфики — дело более чем рискованное»4» — отмечал
С. А. Жебелев. Выдающиеся труды А. В. Никитского
нисколько не устарели. Они, как об этом свидетельствуют
исследования позднейших лет, сохраняют свое значение до настоящего
времени. К трудам ученого спрнходится обращаться даже прн
изучении тех вопросов, которые он специально не
рассматривал»5.
А. В. Никитский принадлежал к числу учеников Федора
Федоровича Соколова, профессора Петербургского историко-
филологического института, которого по праву считают
создателем русской эпиграфической школы. Ф. Ф. Соколов не
только сам создал ряд работ, являвшихся образцами
эпиграфического исследования, но и подготовил целую плеяду блестящих
русских эпиграфистов. Именно под влиянием Ф. Ф. Соколова
А. В. Никитский увлекся классической филологией6. Работы,
написанные А. В. Никитским на последних курсах института
(«Первая война римлян с Филиппом»7 н «Мнфрадат
Великий»8), свидетельствовали о прекрасном знании автором их
источников, греческого и латинского языков, огромной
эрудиции и исключительной самостоятельности исследователя.
Решающее влияние на формирование круга интересов молодого
ученого оказало пребывание в Греции (июль 1883 — май
1885), куда он был командирован для повышения
квалификации по ходатайству Ф. Ф. Соколова.
23

Во время пребывания в Греции А. В. Никитский изучал
издания надписей, исследования немецких и французских
археологов, в Акропольском музее работал со старым
эпиграфическим материалом, служившим ему средством к
практическому изучению греческого лапидарного шрифта, копировал
надписи, следил за археологическими открытиями. «Главкой
же настольной книгой, — писал он Ф. Ф. Соколову, —служит
С1А, и только тогда уже, когда зарябит в глазах, я перехожу
к Leake» развертывая при этом Cauport'a и Curtius'a, Страбо*
на и Павсания. Только эти товарищи моей одинокой жизни и
развлекают меня»9.
Ученый совершил несколько путешествий по Греции, во
время которых он изучал и списывал надписи, делал
подробные заметки об археологических открытиях. Александр
Васильевич серьезно занимался изучением топографии, он собрал
обширный материал по топографии Афин, островов
Ионического моря, Пелопоннеса. Ф. Ф. Соколов предлагал ученику
издать Topographische Studien10.
В Греции А. В. Никитский написал ряд статей. Своими
первыми эпиграфическими работами он заявил о себе как о
вдумчивом и талантливом исследователе. Его эпиграфическим
исследованиям присущи полное, многократное изучение
подлинника, точность, осторожность и великолепное знание
греческого языка. «Всякая новая надпись, — писал он Ф. Ф.
Соколову,— хотя бы она, в конце концов, и не приводила к
открытиям, имеет для меня то значение, что заставляет с
более напряженным интересом относиться к той области, к
которой ома принадлежит»11.
Весной 1884 г. в Олмипии внимание русского ученого
привлекла одна из надписей, найденная во время раскопок Э. Кур-
циуса12. А. В. Никитский смело взялся за работу, и ему
удалось не только установить содержание надписи, но и местами
восстановить текст. Он блестяще исследовал шрифт надписи
и убедительно доказал, что надпись относится ко времени
Августа.
В статье «Неизданные надписи из Дельф»13 А. В.
Никитский опубликовал три надписи, найденные им в Дельфах в
июле 1884 г. В другой статье ученый опубликовал результаты
своей поездки в Навпакт летом 1884 г.14 Он открыл остатки
храма Асклепня при Ключах (*AoxXamog о ev Kqouvoic) и
8 надписей — манумиссий, относящихся к этому храму.
24

В марте 1885 г. в Афинах ученый приобрел у торговца
древностями обломок аттической надписи IV в. до н. э. с
именем Клсомиса, тирана лесбосского города Мифимны.
Немецким ученым Кслером во II томе CIA (№ 141) был издан уже
один обломок этой надписи и но шрифту отнесен к периоду
между 356 и 336 гг до и. э. О содержании его ничего сказать
•было нельзя. Соединив вместе оба обломка, А. В. Никитский
прочел значительную часть надписи15. Она оказалась
постановлением афинского совета и народа в честь Клеомиса за
оказанные им афинянам услуги; таким образом, догадка
известного немецкого эпиграфиста блестяще подтвердилась. За это
исследование Александр Васильевич был избран
членом-корреспондентом Немецкого археологического института10.
В апреле 1885 г. русским ученым был найден новый
фрагмент географического списка дельфийских проксенов. Он
издал его, исправляя попутно недочеты и ошибки прежних
издателей географического и хронологического списков17.
Свою магистерскую диссертацию18 А. В. Никитский
посвятил исследованию дельфийских надписей. На выбор темы
диссертации оказала влияние статья Т. Бергка, который писал,
что «было бы весьма желательно, если бы кто-нибудь взялся
обработать в связи многочисленные дельфийские надписи,
разбросанные по разным публикациям»19. Главной целью
исследования Л. В. Никитского была подготовка данных для
окончательного установления дельфийской хронологии
преимущественно 11 в. до н. э. Когда диссертация была уже почти
закопчена, появились «Beitragc zur Topojjrapiiie von Delphi» и
«Fasti Delphici 1» немецкого ученого Г. Помтова*. Значительная
часть хронологических выводов Помтова совпала с выводами
русскою ученого, но были и расхождения. Сам А. В.
Никитский отмечал большое значение для дельфийской эпиграфики
работ Помтова.
Диссертация А. В. Никитского состоит из шести отдельных
этюдов. В гл. I «Дельфийский эпиграфический материал и
исследования», которая является как бы введением, ученый
излагает историю дельфийских эпиграфических открытий и
исследовании и последовательно останавливается на всех
прежних изданиях дельфийского эпиграфического материала»
начиная с комментариев А. Бека в I т. CIG; он отмечает
достоинства отдельных исследований, прочность установленных
•Выводов, останавливается на недостатках.
25

По мнению ученого, основным недостатком предшествую-
ших исследований является непоследовательность изучения
эпиграфического материала. «Все отдельные документы
необходимо было сначала изучить per se, сравнить с однородными»
дать им определенное место среди прочих и лишь тогда
воспользоваться прикладными результатами, между тем
исследователи спешили обыкновенно приступить к последнему,
обходя или недостаточно завершая, а иногда и не имея
возможности завершить предварительное изучение, а потому иногда
даже неправильно интерпретируя документы»*1.
Другим недостатком является неполная методичность
изучения. Поэтому, несмотря на многочисленные исследования,
недостаточно прочно была установлена хронология
дельфийских надписей.
А. В. Никитский производит классификацию
эпиграфического материала, дает краткий перечень вопросов дельфийской
и обшегреческой истории, которые затрагиваются и
разъясняются дельфийскими надписями, останавливается на вопросах
собственно эпиграфических, которые особенно нуждались
в исследовании.
Огромное методологическое значение имеет II глава
магистерской диссертации, посвященная исследованию надписей
южной полигональной стены террасы, окружавшей храм
Аполлона Пифнйского в Дельфах. Исследование документов стены
очень важно «для местной хронологии и лапидарной
практики»", но оно затруднительно вследствие разновременности и
разнохарактерности записи стены. Еше в 1885 г. А. В.
Никитский писал своему учителю Ф. Ф. Соколову: «Вполне
закончена будет работа над стеной только тогда, когда кто-либо из
элиграфнков будет писать исследование о ней на месте, в
Дельфах, чтобы всякий раз иметь возможность обращаться к
оригиналу, или же будет иметь под руками фотографически
точную картину стены, притом еще с заметками относительно
свойств камней...»13
Останавливаясь на методах исследования надписей стены»
ученый отмечает, что нельзя доверять выводам, основанным на
каких-либо отдельных признаках, что исследование стены
необходимо проводить комплексным методом. Комбинируя все
методы, можно «достигнуть положительных выводов, правда,
в меньшем количестве, но с прочной основой. Нужно при этом
помнить, что здесь мы имеем только одну основу хронологи-
20

чес кого исследования, тогда как есть не менее важные другие,
заключающиеся в самом содержании надписей...»14
А. В. Никитский подробно разбирает каждый столбец
документов стены и делает ряд поправок к плану Помтова. В
конце II главы он высказывает несколько общих замечаний
относительно «лапидарной практики». Он разбирает приемы
резьбы, графления, отмечает перестановки составных частей
общепринятой формулировки манумиссий и сокращения ее,
ошибки, условные знаки, поправки и дополнения в надписях.
Ученый указывает, что исследование стены еще не закончено, что
оно только намечено н обосновано в существенных пунктах. Он
хотел восполнить пробел в определении методов исследования
стены н надеялся, что его труд «с этой обшей стороны окажет
некоторую пользу как при дальнейших исследованиях той же
стены, так и при изучении надписей на других стенах»26.
III этюд «Жрецы Аполлона Пифийского» имеет важное
значение не только для истории греческой религии и
дельфийского святилища, но и для установления дельфийской
хронологии. А. Моммэеном были установлены 13(14)
жреческих эпох, Г. Помтов выделил 32 жреческие эпохи. Но
последние 10 эпох нельзя было считать установленными, так как
имена жрецов были взяты немецким ученым у авторов и не
подтверждались эпиграфическим материалом. Помтов,
перечисляя эпохи в «Fasti Delphici», дает только compendium число
эпонимов (годичных архонтов) и число надписей для каждой
эпохи. Он дает надписям собственные номера, поэтому его
исследование трудно проверить. «Помтов предоставляет тому,
кто хочет проверить его, отправиться в Дельфы»36. А. В.
Никитский отправился в Дельфы, где ему с трудом (так как
номера Помтова не были проставлены на камнях) удалось найти
почти все документы, использованные немецким ученым.
Таким образом, русский ученый проделал ту же работу, что и
Помтов, и независимо от него.
Выводы А. В. Никитского совпали с основными выводами
немецкого исследователя. Он приводит таблицу Помтова и
принимает первые 22 жреческие эпохи, делает уточнения и
поправки. В некоторых пунктах у него имеются разногласия
-с немецким ученым.
В IV главе «Древнейший неокорат» А. В. Никитский
пополняет имеющиеся материалы о нсокорах на основании
дельфийских надписей, в V этюде «Разные представители хра-
f7

мовой службы» дан обстоятельный разбор сведений о служа
тих храма.
В VI главе автор разбирает сведения об
архонтах-эпонимах и архонтах-булевтах. Исследование делится на три части:
1) таблицы: документальные данные о дельфийских
магистратах и параллельных магистратах других местностей с 201/0
по 96/5 гг. до н. э.; 2) примечания о личностях
архонтов-эпонимов н архонтов булевтов. а также о некоторых отдельных
документах; 3) хронологические заметки, преимущественно о
времени с 168/7 г. до н. э., и изложение вопроса о деятельно*
сти и истории данных дельфийских учреждений в
рассматриваемый период.
Цель таблиц А В Никитского —«дать возможность легко
и без новых поисков в сборниках ориентироваться в наличном
материале, т. е.: видеть несомненное, сомнительное и
недостающее», а достигнуть этого можно лишь «при полном
наглядном сопоставлении материала»17.
Таблицы содержат все документальные данные о
магистратах, все параллельные даты и менологическне сведения, от-
пустителей, поручителей и свидетелей. В пределах каждого
эпонимата документы распределяются в месячном или
семестровом порядке. Эти tabulae magistratum А. В. Никитского
гораздо нагляднее, чем таблицы Помтова С. А. Жебелев
указывал, что «всякому, кто будет заниматься греческой
хронологией II в., не говоря уже о тех, кто займется специально
дельфийской хронологией, эти таблицы... окажутся незаменимым
подспорьем»28
А. В Никитский дает свод всех сведений об
архонтах-эпонимах и архонтах-булевтах и интерпретирует их; при этом он
касается гражданского устройства Дельф вообще. Ученый
указывает, что при хронологических определениях важны не
только выводы из наблюдений над документами южной
полигональной стены, но и развитие формул документов,
генеалогические данные, сравнение с иностранными документами и
датами и другие признаки.
В ходе изложения автор делает заметки о ряде документов;
в конце книги на 8 таблицах представлены 80 найденных
автором надписей.
Книга А В. Никитского была высоко оценена
специалистами. Ф. Ф. Соколов отмечал, что она «вся состоит из
бесчисленных самых кропотливых, самых внимательных и
добросовестных исследований»79. С. А. Жебелев называл ее
«выдающейся

ся работой в области греческой истории и эпиграфики»*0, «об-
разцом эпиграфического исследования» и указывал, что «для
всякого, кто будет работать над Дельфами, книга А. В.
Никитского явится книгою настольною»*1.
В докторской диссертации «Исследования в области
греческих надписей» А. В. Никитский продолжал исследование
дельфийских надписей*2. В «Исследованиях...» можно
выделить две основные части: первая часть Prolegomena, вторую
часть составляют три этюда, близко примыкающие к изданным
ранее шести33.
Ученый работает с эпиграфическим материалом, который
не раз был издан и не раз подвергался исследованию. Однако,
по его мнению, это не означает, что материал полностью
исчерпан и что все возможное уже сделано. Напротив, необходимо
вновь и вновь обращаться к нему, ибо переисслсдование часто
дает новые, иногда даже неожиданные результаты.
В исследовании древней Греции есть факты, которые
считаются прочно установленными, но на поверку они
оказываются «гипотезами, основанными на очень шаткой почве»34.
Обнаружить это можно лишь при повторном обращении к
материалу, при новом изучении «каждого факта до его корней»35.
Оно необходимо, чтобы убедиться в прочности установленных
фактов, а также для правильной интерпретации отдельных
памятников.
Блестяще написанные Prolegomena затрагивают
методологические вопросы исследования эпиграфического материала,
которые в то время являлись чрезвычайно актуальными;
ученые зачастую не придерживались элементарных правил
работы с надписями.
Указывая на распространенную среди эпиграфистов точку
зрения, что практика в области эпиграфики важнее теории,
А. В. Никитский отмечает, что практика, действительно, играет
огромную роль, но теория необходима и ее следует
разработать, «исходя из критического пересмотра ad hoc
накопившейся массы как специально эпиграфических сборников,
монографий и статей, так и работ, основанных на надписях только
отчасти»3*.
Ученый считает «шагом назад» появившуюся среди
зарубежных эпиграфистов тенденцию печатать тексты лишь в
транскрипции, без копий, хотя бы в виде maiuscul'a. «Следует
стремиться не к отмене издания эпиграфических копий, а к боль-
29

шей точности их, особенно для фрагментнровакных
текстов...»57
'А. В. Никитский высказывает ряд общих положений,
которым, по его мнению, необходимо следовать в изучении
надписей:
1) постоянно обращаться к камню или иметь перед собой
точную копию;
2) при дополнении надписей следует считаться с
размерами лакун;
3) с..всякое произведение прежде всего должно быть
истолковано само в себе, так сказать propriis auxiliis, и что
лншь при невозможности этого или для высшей интерпретации
необходимо прибегать к помощи аналогий —применительно
к надписям — сначала одного и того же местного н временного
происхождения, только потом уже аналогий иного времени,
а в крайнем случае даже иного места»;5*
4) необходимо основательное знание формул;
5) следует обрабатывать одновременный материал
систематически во всей полноте;
6) статистическое исследование должно вестись всесторонне
и исчерпывать весь материал, не тать ко относящийся к
данному вопросу, но и соприкасающийся с ним. «Оно надежнее
всего помогает отличать постоянное от случайного, распределить
явления по их развитию или по периодам, давая чрез это
хронологические точки опоры, столь необходимые и желательные
в эпиграфике»39;
7) следует стремиться свести разнообразие к некоему
единству н закономерности, но в этом стремлении должна быть
известная мера. Нужно иметь в виду уклонения от нормы,
непоследовательность и случайность;
8) исследование и толкование числовых данных должно
быть особенно осмотрительным, точным и всесторонним.
Эти общие положения А. В. Никитского нашли себе полное
подтверждение, в частности, в его же «Исследованиях...».
Методологические вопросы исследования эпиграфического
материала автор проиллюстрировал рядом примеров. В шести
исследованиях ученый дает «предварительное изложение
некоторых выводов в связи с отрывочными методологическими
заметками»40.
«Дельфийские почести» — первый этюд книги А. В.
Никитского. Значение большинства дельфийских почестей было
известно. «Но до сих пор еще не приводились все эти почести
30

In uno conspectu, не было обращено достаточного н
последовательного внимания на ту или иную группировку и
кумуляцию их, а равно и на разные термины почестей и формулы
присуждения их в дельфийских публикациях»41.
Исследование дельфийских почестей и привилегий отчасти
сводится к изучению дельфийских почетных декретов. А. В.
Никитский выделяет и подробно разбирает составные части
почетных декретов. Рассмотрев в деталях каждую
разновидность декретов, ученый справедливо полагает, что различие не
является формальным и находится в связи со степенью
почетности публикаций. Он доказывает это рядом примеров.
Автор подробно разбирает отдельные дельфийские почести,
почетные праздники. Попутно делаются замечания
относительно отдельных декретов. Благодаря этому тщательнейшему
разбору становится ясной и определенной структура дельфийского
почетного декрета.
«Хронологический список дельфийских проксенов» —П и
этюд. Хронологический список был опубликован впервые
С. Вешером и П. Фукаром" и затем не раз переиздавался, но
facsimile его впервые дано было А. В. Никитским.
Существовало три мнения в оценке характера,
происхождения и значения списка43. А. Моммзен считал, что список
возник постепенно и являлся цепью отдельных проксенических
декретов в сокращенной форме. Т. Бергк полагал, что список
был вырезан сразу, видимо, под влиянием какого-либо
знаменательного события (может быть, разрушения Коринфа);
отдельные акты публиковались независимо от списка. Мнение
Г. Помтова — нечто среднее между мнениями А. Моммзсна и
Т. Бергка: список был вырезан не сразу, а в течение больших
или меньших промежутков времени; цель его —сокращение
публикации отдельных декретов, необходимость в удобном
обзоре и сопоставлении проксений. Во время вырезки списка не
издавалось почти никаких других проксенических декретов.
А. В. Никитский не принял ни одно из этих мнений. Он
считал, что хронологический список являлся сборником почетных
дельфийских постановлений, приведенных в кратчайшую
форму. Не следует искать полные акты. Их и не было. В первых
записях хронологического списка под каждым прескриптом
помещался один проксенический декрет; это кратчайший
декрет, так как даются лишь даты декретов и имена лип,
получивших проксению. Затем под одним прескриптом стали
помещать «все или несколько декретов одного семестра и года, так
31

что почти прекратилось повторение совершенно сходных пре-
скрпптов»44. Это была кратчайшая формула кратчайшего
декрета. По-видимому, в списке публиковались проксении
обычного типа, не считавшиеся в данное время достойными особого
внимания. Если иностранец оказал особенно важные услуги,
то. вероятно, публиковался полный декрет, а в список этот
лрокссн не вносился.
Записи в списке велись нерегулярно, через большие или
меньшие промежутки времени. А. В. Никитский делает блестя-
ший палеографический анализ, стараясь проследить
последовательность публикаций частей списка, которую ученый
представляет в виде таблицы.
Главный итог изучения списка — хронологический:
«...теперь не остается ни одного сомнительного пункта в хронологии
дельфийских архонтов моммзеновского периода»4*.
«Географический список дельфийских проксенов» — третий
и самый обширный этюд книги А В. Никитского. От так
называемого географического списка дошло четыре обломка. Три
из них были изданы Б. Оссулье, а четвертый был найден и
тдан русским ученым. Список этот далеко не полон.
Фрагментарность его состояния и недостаточная обработка текстов
содействовали тому, что обломки не использовались как
следует и на них не обращалось должного внимания.
Facsimile географического списка, как и хронологического,
впервые издал А. В. Никитский, в чем его большая заслуга.
Объяснение списка состоит из двух частей: детальной и об'цей.
В детальной части содержатся мельчайшие исследования.
Исследуются каждая строчка, каждая буква надписи. сВсс
исследование географического списка с его внешней стороны
показывает, до какой степени виртуозности дошел А. В.
Никитский в деле чтения всякого рода эпиграфических cruces»4*.
В обшей части разбирается ряд вопросов, касающихся
географического списка ев целом его виде и его оценки»47. Цель
списка, по-видимому, была практическая: облегчить справки о
проксенах. Из основного списка сохранилась очень небольшая
часть, все остальное — позднейшие периодические дополнения.
В сохранившихся частях его лишь изредка можно выделить
«довольно значительные связные и последовательные группы
городов и сел»4*. В хронологическом отношении список
помогает «несколько точнее определять время иных новонайденных
проксеннческнх декретов с иесохраинвшейся датой, если имена
проксенов там н здесь совпадают... В свою очередь, конечно,
32

точно датированные проксенин помогут точнее разграничить
периоды дополнений списка»49.
По глубокому убеждению С. А. Жебелева, «идти далее
в обработке эпиграфического памятника, чем то сделано по
отношению к географическому списку проксенов А. В.
Никитским, вряд ли возможно: так мастерски этот этюд им
разработан»50.
Кроме двух монографий-диссертаций А. В. Никитским
написано четыре десятка статей н заметок, несколько
рецензий. Статьи разнообразны по характеру и содержанию.
Значительная часть их относится к исследованию дельфийских
надписей; имеется ряд статей по амфнктноновским и
пелопоннесским надписям. Ученый редко публиковал новые надписи,
в основном, его статьи были посвящены исследованию уже не
раз изданного материала млн являлись критическими
заметками.
А. В. Никитский сурово порицал ученых за допущенные
ошибки н недочеты. В серии заметок он подверг
сокрушительной критике IV том Inscriptiones Grecac, изданный М.
Френкелем31.
В качестве критической оценки чужой работы характерна
статья Л. В. Никитского «Автофон Баунака»м. При
публикации одной из надписей Баунак восстановил имя собственное
как Автофон (т. е. самоубийца). Это восстановление
абсолютно неправильно. Не могло быть, чтобы в Греции II в. до н.э.
мог най(ись такой «жизнененавпетный папаша», который
решился бы дать сыну такое имя53. В связи с этим А. В.
Никитский напоминает о необходимости особенной осторожности при
восстановлении имен.
В небольшой статье «К одной архаической надписи иэ
Дельф»51 А. В. Никитский дает несколько поправок на основе
собственного эстамнажа к копии немецкого ученого Лоллинга.
Отмечая, что «в эпиграфике приходится дорожить каждой
архаической буквой»5*, ученый делает ряд палеографических
наблюдений. Вглядываясь в каждый штрих надписи и
анализируя ич соотношение и соотношение пространств между
ними, А. В. Никитский приходит к бесспорному выводу, что «вме*
сто странного и даже невозможного вюуеятк (по
восстановлении) Лоллинга) в надписи значилось обычное имя беоуе-
■^8245 33

Статья «ЕпидавриАсхий список павших в Исфмийской
битве 146 г. до P.X.CIGP.I. 894»'7 является блестящим примером
удачного применения ономатологического исследования в
работах А. В. Никитского. Незначительные, на первый взгляд,
наблюдения ученого приводят к любопытному историческому
выводу: греки, из последних сил отстаивающие свою
независимость, разрешили в этой роковой для них битве сражаться
рабам в качестве полноправных граждан.
Статья cAiTttXixa I», высоко оцененная Ф. Ф. Соколовым,
представляет убедительное решение этнического и
географического вопроса, связанного с Дельфами. Подробно разбирая
данные дельфийских манумисснй, ученый приходит к выводу,
что община плигонейцев находилась рядом с дельфийской, так
как в Дельфах число манумисснй со стороны плигонейцев
значительно больше числа таковых со стороны граждан других
общин и что плигонейцы часто появляются в Дельфах в
качестве свидетелей и поручителей при манумнеснях. Автор дает
таблицу из 28 манумисснй 201 — 191 гг. до н.э., где
плнгонейцы участвуют как отпустители, поручители и свидетели. С 191 г.
до и. э. имена плигонейцев исчезают в дельфийских
манумнеснях; они после 191 г. оказываются именами дельфийцев, тогда
как за ближайшее десятилетие до этого дельфийцы с такими
именами почти не встречаются. По-видимому, это результат
или разрушения Плнгоння в 190 г. до н. э. или синойкизма.
А. В. Никитским было опубликовано несколько новых
надписей, найденных нм в Греции. Издавая надпись,
обнаруженную им в музее Кастри в Дельфах, ученый делает
прекрасное открытие59. Эта надпись — первое документальное
свидетельство сушествоваккя в Афинах рода Эвпатрндов.
Не останавливаясь на подробном разборе всех трудов
А. В. Никитского, укажем лишь на две его статьи-монографии:
cAiavreia» и «Дельфийские Лавиады».
В обширном исследовании «Aiavxeta»60 разбирается ло-
кридская надпись — договор эантейцев н нарнкейцев об
отправлении девушек в Илион за старое преступление Аякса.
Эта надпись, давно уже известная А. В. Никитскому, была
издана А. Вильхельмом (которого он сам считал наиболее
талантливым из зарубежных эпиграфистов). Пересмотрев
дополнения немецкого ученого, Александр Васильевич дал
собственное восстановление текста, которое в дальнейшем было
34

признано учеными, в том числе н самим Вильхельмом, наибо*
лее удачным и верным61.
Летом 1893 г. в Дельфах при археологических раскопках
был открыт интересный документ — большая надпись
дельфийской фратрии Лабиадов. Среди первых комментаторов
нового документа был А. В. Никитский52, многие замечания
которого были учтены в последующих работах. «Интересно
вводит нас эта статья в нескольких местах в самую лабораторию
эпиграфической работы, нащупывая и намечая ряд возможных
чтений для иных трудных и испорченных сохранностью камня
пассажей. Это напоминает нам, как практика эпиграфики
напоминает ее же теорию»63.
У исследователя есть заметки о греческих календарях44,
греческой метрологии*5. В последние годы жизни он работал
над статьями «Клавдий и дельфийцы». «Дельфийские
рескрипты Адриана и других императоров;», «О диалоге Плутарха De
sollcrtia animalium», «Эвбейский закон о праздниках»".
Кроме того в архиве сохранились различные заметки но поводу
ряда надписей, о Немейских играх, заметки топографического
характера, материалы по исследованию Делоса, заметки о
произведениях Плутарха и Платока и др.
Дли всех работ А. В. Никитского, чем бы он ни занимался,
характерно глубочайшее знание предмета, чрезвычайная
точность, аккуратность в обращении с источниками, самое полное
и всестороннее изучение материала. «Мне кажется, — отмечал
Ф. Ф Соколов, — что никаких особенных хитростей или
технических приемов метод г. Никитского не представляет. Он ничто
иное как самое точное, самое внимательное изучение надписи,
какое возможно: самое полное знание всех других надписей, и,
прежде всего, всех надписей, подходящих к изучаемой, так или
'иначе близких к ней; самое полное знание древних авторов,
наилучшее возможное знание греческого языка. При этом
необходим навык в чтении надписей»07.
А. В. Никитский постоянно указывал на необходимость
многократного изучения подлинников. От этого, по его мнению,
во многом зависит плодотворность исследования68.
При исследовании не следует оставлять без внимания ни
один факт, даже, на первый взгляд, самый ничтожный. Важна
любая «мелочь». При обращении к тексту плохо
сохранившейся надписи «прежде всего мы изучаем его отдельно, затем
в связи с однородными, далее стараемся использовать его и,
* свою очередь, извлечь для него пользу по всем радиусам со-
3S

лонкосновення его содержания, причем каждое отдельное
место начинает выясняться иногда лишь после специального
экскурса в соответствующую область грамматики, диалектологии,
древностей, истории, метрологии и т. п....»м
По мнению А. В. Никитского, не стоит гоняться за
неизданным материалом. Достичь положительных результатов можно
при повторном исследовании уже изданных надписей. Ученый
отмечал, что летом 1903 г. в Греции он «мало завидовал
иностранцам, располагающим новыми материалами» и «скорее
удивлялся — не без некоторого возмущения — какому-то
спорту или погоне археологических школ за новыми и новыми
открытиями при заметном пренебрежении к добытому раньше
материалу»70.
Помимо ценного анализа методических приемов А. В.
Никитский дал многочисленные уточнении, поправки, замену
ошибочных чтений и т. п. в надписях. Его справедливая и
беспощадная критика исследователей за допущенные неточности
и ошибки была в то же время тактичной. Он ставил в упрек
Иомтову неуместный в научном исследовании шовинизм, когда
тот обвинял французских издателей дельфийских надписей
в неточности и небрежности и умалчивал об ошибках немецких
исследователей71.
Жизнь А. В. Никитского поистине была служением науке.
Даже будучи больным, работал он летом 1903 г. в Греции под
палящим солнцем и при этом сетовал на то, что болезнь
отнимает у него силы и время. «Он работал поистине изо всех сил,
не покладая рук»72.
Труды А. В. Никитского ни в коей мере не устарели и
сохраняют свое значение до настоящего времени. Исключитель-
но высокую к очень верную оценку им дал известный
французский исследователь Ж. До, которому известны не только обе
книги русского ученого, но и его многочисленные статьи
Давая сравнительную характеристику метода Никитского и Пом-
това. До отдает предпочтение русскому ученому: «Мнением
Никитского никогда не следует пренебрегать, его метод строг,
его критический ум всегда настороже, дельфийские
исследования ему многим обязаны...». В работах Никитского
«множество оригинальных заметок; новые открытия не раз
подтверждали его точку зрения*78.
ЛИТЕРАТУРА И ПРИМЕЧАНИЯ
I. Об А. В. Никитском см.: Биографический словарь лиц, окончивших
Петроградский историко-филологическая институт, Пг., 1917. Ч. К
36

С. 199 — 201; Биографически! словарь профессоров и преподавателей
Юрьевского университета. Юрьев. 1903. Ч. 2. С. 4б6 — 452; Императорское
Московское археологическое общество в первое пятидесятилетие своего
существования. М., 1915. Ч. 2. С. 250 — 251; III естаков Д. П. Два
момента из истории нашей археологической; науки. Владивосток, 1926. С. 3 — 21;
Я Ален ко В. П. Александр Васильевич Никитский//ВДИ, 1972. \Ь 4-
С. 175— 181. В статье В. П. Яйденко дан список опубликованных трудов
А. В. Никитского; см. также: Успенский Ф. И. Александр Васильевич'
Никитский (некролог) // И АН. 17, 1923 С. 3; Бороздин И Н. Памяти
академика Никитского// Казанский музейный вестник, 1922, I. С. 154 — 186„
2. Соколов Ф. Ф. Рецензия на книгу А В. Никитского
«Дельфийские эпиграфические гподы» // ЗРАО. 10. Выл. 1/2. СПб, 1598. С. XXXII.
3. Он же. Рецензии на книгу А. В. Никитского «Исследования в обла*
сти греческих надписей» // Труды / СПб. С. 610.
4. Жебелев С А. Рецензия на книгу А. В. Никитского
«Исследовании а области греческих надписей» // ФО, 20, 1901. С. 79.
5. Зельин К. К-, Трофимова М. К. Формы зависимости я
Восточном Средиземноморье эллинистического периода. М.. 1969. С. 128.
6. Ф. Ф. С о к о л о в и его ученики понимали классическую филологию-
как науку <»б античности в целом; в круг изучения классической филологии
входили не только чисто филологические дисциплины, но и греческая и
римская история, история античного искусства, археология.
7 Первая война римлян с Филиппом. — Ленинградское отделение
Архива АН СССР, Ф. 84. On. I, Д. 3. (Далее будут указываться только Лт
дела и № листа, так как вое использованные архивные материалы
принадлежат фонду 84, описи I). Работа написана в 1881 г. на 3-м курсе института.
8. Мифрадат Великий. Очерк жизни и царствования Мифрадата VI
но древним авторам и иадоисям (до Лукулловой войны). Д. 4.
9. Черновик письма Ф Ф. Соколову от 7.10.1883 —Д. 51. л 3
10. В Ленинградском отделении Архива АН СССР хранится толстая
папка с топографическими заменами. «АО catalogum geographicurn ct
chronologicum» - -Д. II.
11. Черновик письма Ф. Ф. Соколову от 19.02.1885. — Д. 51. л. 60
12. Никитский А. В. Одна из неизданных надписей Олимпии//
ЖМНП. 1884. М9.С. I- 15.
13. Он же. Неизданные надписи из Дельф//ЖМНП. 1884 М II.
С. 36 - 39.
14. Он же. Надписи из Западной Локрнды//ЖМНП. 1884, .V 12.
С. 47-65.
15. Никитский А. В. Клеомис, тиран Мнфнмны//ЖМНП. 1885.
№ 8. С. 411—412. То же на нем языке: 7.\х С1А. II. 141 //Mitlcilungen <k-s
deu lichen archiologischen Institutes in At hen, 1885. 10. S. 57—58.
16. Диплом об избрании А. В. Никитского членом-корреспондентом
Немецкого археологического института.' Д. 46, л. 2.
17. Ni kit ski A. Zu den delpnisc'.iCn Proxenenlisten //MitreiJiingcn ...
1885. 10. S. 101 — 104
18. Никитский A. R. Дельфийские эпиграфические этюды. Одесса,
1894— 1895. (Далее —ДЭЗ). См рецензии на нее: Соколов Ф. Ф.
Труды. СПб. 1910. С 582 —587 и ЗРАО. 10. Вып. 1/2. СПб. 1898. С. ХХХП —
XXXIV; Жебелев С. А.-ФО, X, 1896. С. 81— 88 и ЗРАО, 8. Вып 3/4.
СПб. 1896 С 404—407; Штерн Э. Р Berliner Pnilologische Wechcn-
achrift. В, 1898. S. 303 —309.
37

19. ДЭЭ. С. 1.
20 Pomiow N. Bcitragc zur Topographic von Delphi. Berlin, 1889.
Он же. Fasti Delphici I: Die Priesterschaften//Neue Jarbflcher, 1889,
Heft 8/9. S. 513 — 578.
21 ДЭЭ. С 59 — 60.
22. ДЭЭ. С. 61
23. ДЭЭ. С. 61—62; ср. черновик письма Ф. Ф. Соколову от
4.05.1885 —Д. 51, л. 65.
24. ДЭЭ. С 69
25. ДЭЭ С. 126.
26. ДЭЭ С. 128
27. ДЭЭ. С. 213.
28. Жебел en С. А. Рецензия на книгу А. В. Никитского
«Дельфийские эпиграфические этюды»//ФО, X, 1896. С. 88.
29. СоколовФ Ф.//ЗРАО, 10. Вып. 1/2. СПб, 1898. С. XXXIV.
30. Жсбелсв С А .//ФО, X. 1896. С. 88.
31. Он же//ЗРАО, VIII. Вып. 3/4. СПб. 1896. С. 407.
32. Никитский А. В. Исследования в области греческих надписей.
Юрьев, 1901. См. рецензии на книгу: Соколов Ф. Ф. Труды. СПб, 1910.
С 610—615; 6)6-637; Ж е бе л е в" С. А. // ФО, XX. 190). С. 63-79.
33. Имеются я виду ДЭЭ.
34. Никитский А. В. Исследования.. С. 111.
35. Там же. С III.
36. Никитский А. В. Исследования... С. IV.
37. Там же. С. V.
38 Там же С. VII—VIII.
39. Там же. С. IX.
40. Там же С. III.
41. Там же С. 1
42. Wecher С. et Foucart P. Inscriptions recueiUies a Delphes.
Pari». 1863, 18.
43. Никитский А. В. Исследования... С. 100.
44. Там же. С. 100.
45. Там же. С. 160.
46. Жебел en С. А. Рецензия на «Исследования...»//ФО. 1901. XX.
47. Никитский А. В. Исследования... С. 239.
48. Там же. С. 278.
49. Там же. С. 278.
50. Жебел ев С А. Ук. соч. С. 64.
51. Никитский А. В. Критические заметки но поводу первого тома
пелопоннесских надписей М. Френкеля / ЖМНП, 1903. М 11. С. 5)5—528;
Л* 12. С 529-531; 1904. >* 1С 16 —30; № 3. С. 113—137; он же. Уче-
ная фантазия (IO.IV.1491)//ЗООИД. 30. 1912. С. 91-96.
52. Он же. Автофои Баунака//ЖМНП. 1900. М II. С. 81—89
53 Там же. С. 82.
54 Напечатана: ФО. 7, 1894. С. 129—131.
55. Там же. С. 129.
56. Там же. С. 131.
57. Напечатана: ЖМНП, 1903. М I. С. 27 — 48; М 2. С. 49 — 55.
58. Никитский А. В. А1ТОЛ1КА I. Плигоиейцы (191 — 190 гг. до
Р. X) //ЖМНП. 1900. М 10. С. 1-37.
38

59. Ntkitski A. Eine Urkunde zur attiachen Genea!offie//Herme*. 26,
1893. S 619 — 629.
60. Он же Л1Л*ЛЫЛ//ЖМНП, 1913. № 1. С. 1-46; M 2. С 49— 100,
61. см. Schwyzer E. Dialektorum graccarum exempli epigraphica
potior a. Hildeahehn, I960 M 366.
62. Никитский А. В. Дельфийские Лавиадм//ЖМНП. 1898, ,4t I.
С 42 — 80; №2. С. 81—89; № 10. С. 1—48; М 11. С 49 — 72.
63. Шеста ко в Д. П. Два момента на истории нашей
археологической науки. Владивосток. (926. С. 16; а этой же работе дан краткий обзор
трудов А. В. Никитского.
64. Никитский А. В. Эпиграфические ааметки. Юрьев, 1900.
65. Он же. О мине » 70 драхм//ЖМНП, 1901, № 1. С. 25 — 33; он же.
О долях обола //ЖМНП. 1901, М 12. С. 101—103.
66. См.: Яйленко В. П. Александр Васильевич Никитский // ВДИ,
1972. М 4. С 178. Прим. 15.
67. Соколов Ф. Ф. Рецензия иа книгу А. В.
Никитского//Исследования в области греческих надписей / Труды. СПб, 1910. С. 610 — 611.
68. Никитский А. В. К амфиктионовскии надписям этолнйекого
временя //Сб. статей а честь Ф. Ф. Соколова. СПб, 1905. С. 100— 101
69. Там же. С. 100.
70. Там же. С. 103.
71. ДЭЭ. С 21
72. Соколов Ф. Ф. Новая книга о Дельфах//(Рецензии на ДЭЭ) /
Труды. СПб. 1910. С. 575.
73. D a u х G. Delphcs au II et au I siecle depuis t'abafssement de I'EtoIie
jusqu'a a la paix roniaine 191—31 av. J. C, Paris. 1936. P. 67.
АФИНСКОЕ ПОСЕЛЕНИЕ
В ХЕРСОНЕСЕ ФРАКИЙСКОМ (VI ». до и. э.)
Н. А. Касаткина
Горьковский государственный университет
Среди важнейших внешнеполитических акций афинского
полиса времени правления Пнснстрата особое место занимает
укрепление позиций на берегах Геллеспонта — важнейшей
морской дороге греческого мира. Это должно было поставить
под контроль афинского тирана важные морские пути,
ведущие к понтийскому хлебу, так необходимому страдающей от
недостатка продовольствия Аттике. В рамках изучения этой
проблемы значительный интерес представляет исследование
вопроса о появлении афинского поселения на фракийском
берегу Геллеспонта в VI в. до н.э. История Херсонеса
Фракийского, возглавляемого длительное время представителями
династии Филандов, привлекала внимание древних авторов. Мы
Ёасполагаем сведениями Геродота, Непота, Марцеллнна.
ажное значение для исследования вопроса имеют
сохранившиеся монеты, чеканившиеся в Херсонесс Фракийском. Эти

источники позволяют нам, хотя и далеко не в полном объеме,
восстановить историю афинского поселения на Геллеспонте,
проливают свет на такие важные вопросы как взаимосвязь и
зависимость внешней политики и колонизационных
предприятий афинского полиса уже на ранней стадии развития
афинской колонизационной деятельности.
Эта тема специально не рассматривалась в отечественной
литературе. Можно назвать работы, авторы которых касались
аспектов данного сюжета или в обших курсах по истории
Греции', или при исследовании отдельных вопросов гречеекоГ!
колонизации*. Зарубежные исследователи в своих работах хотя
и затрагивали интересующие нас вопросы, однако следует
отмстить наличие различных трактовок н оживленной дискуссии
ло целому ряду вопросов темы. Все это делае! оправданным
наше обращение к данному сюжету.
Период становления тирании в Афинах, как и в любом
другом полисе, проходил в обстановке борьбы тирана с полнтичс-
скнын противниками. Одного ил твоих соперников Пигистрат
несомненно сидел в Мильтиаде. сыне Кипсела из рода Фнлаи-
дов, крупных афинских землевладельцев. Авторитет и влияние
Мильтпада в Афинах были достаточно велики, чтобы внушать
опасения тирану. Геродот (VI, 35) сообщает, что вся власть
была у Писистрата, но могущественным (>JtavaoTroe) был и
Милынад, сын Кипсела. Писистра г опасался Мильтнада, а пос-
лед::сму была тягостна власть тирана (Herod., VI, 35 -- ay.fto-
p*vov ti) лмтотратио ?.QX:K .Marcel. Vita Time ,5s — а/йо-
jt*v<a nev -ni Tvpawt&i). Возможно, нежелание примириться с
новой формой правления вынуждало Мильтнааа покинуть Афины,
что было обычным решением политических деятелей,
потерпевших поражение. О желании Мильтнада покинуть Афины
ясно свидетельствуют источники - Herod., VI, 35 — ftovXojxevov
exiu6u>v eivai. В связи с этими свидетельствами традиции воз*
никает ряд вопросов о взаимоотношениях Мильтнада и
Писистрата и отношения тирана к выбору места эмиграции Филаи-
да. Сообщения древних авторов явно свидетельствуют об
определенных разногласиях двух влиятельных лиц.
Недостаток сведений о конкретных отношениях Мильтиада и афин-
40

ского тирана был причиной возникновения в литературе
различных мнений. Одни высказываются в пользу резко
выраженной вражды между ними5, другие сомневаются в этом4.
Более убедительным представляется мнение, что вражда двух
влиятельных лиц не носила крайне острого характера, а их
отношения скорей можно назвать соперничеством5. Так или
иначе решение Мнльтиада как нельзя лучше устраивало
тирана, желающего избавиться от политических соперников.
О разрешении конфликтной ситуации сообщают Геродот к
Ненот. Мы узнаем о фракийском племени долонков. которые,
владея Херсонесом Фракийским, постоянно страдали от
набегов северных соседей — воинственных апсинтиев. Не имея
возможности своими силами одолеть врагов, вожди долонков
обратились за помощью к Дельфийскому оракулу. Совет
Пифии заключался в том, что долонкам следует призвать на
помощь в свою страну того, кто первым окажет им
гостеприимство. Фракийцам пришлось пройти через Фокею и Беотию,
встретив радушный прием лишь в Афинах. Гостеприимство
оказал уже известный нам Мильтиад (Herod. VI, 34). Другую
версию передает Корнелий Непот в биографии Мнльтиада.
Автор говорит о желании афинян послать переселенцев
в Херсонес — accidit ut Athenienses Chersonesum coionos vel-
lent mittere. Совет с Дельфийским оракулом, по свидетельству
Непота, афиняне держали относительно вождя переселенцев,
и Пифией был назван Мильтиад (Nep. Milt. I, 2). Об этих же
событиях сообщает и поздний автор — Марцеллнн, дополняя
сведения Геродота и Непота, отмечая несхожесть сведений,
дошедших до него. Он пишет, что одни сообщают, будто
Мильтиад удалился из Афин, вопросив божество, другие говорят,
что он отправился в путь не вопреки желанию тирана (Marcell.
* * "*" *
Vita Thuc. I —oux otvrj ?v<i>iivk tou xupavvor), после того как
сообщил ему о приглашении фракийцев.
Очень важным представляется выяспение вопроса о
причастности Писистрата к отправке Мнльтиада в Херсонес
Фракийский. В работах исследователей этот вопрос, как
представляется, решается несколько упрощенно и однозначно. В
частности» Г. Бсрве видит в походе Мнльтиада в Херсонес
Фракийский обычное частное предприятие эмигрантов-колонистов,
предпринятое по их желанию6. Осторожное предположение о
независимых действиях Мнльтиада в Херсонесе Фракийском
высказывает и А. Грэйэи7. Более многочисленными являются
4£

сторонники другой точки зрения, заключающейся в том, что
поход Мильтнада мог состояться лишь благодаря согласию
афинского тирана*. С. Я. Лурье, предполагая определенное
влияние Писнстрата на жрецов в Дельфах, считает, что он мог
способствовать благоприятному для Мильтнада изречению
Пифии относительно Херсонеса Фракийского9. Таким образом,
вопрос о причастности Пнсистрата к походу Мильтнада
решается по схеме— или предприятие, санкционированное
тираном, или поход, предпринятый вопреки его воле.
Такая трактовка далеко не исчерпывает решение вопроса.
Совершенно упускается из виду прихотливое переплетение»
казалось бы. несоединимых элементов — личностно-тираническо-
го и полнеко-государственного. Не следует рассматривать
власть тирана как нечто абсолютное, on вынужден был
опираться на полис, так как часто его собственные интересы
совпадали с интересами государства. Поэтому, разделяя точку
зрения о согласии Писнстрата на поход Мильтнада, мы
считаем необходимым подчеркнуть, что в первую очередь нужно
рассматривать это предприятие как осуществленное прежде
всего с санкции афинской общины и в ее интересах.
Подтверждение этой точки зрения мы усматриваем в сообщении
Корнелия Нсиота о том, что афиняне захотели послать переселенцев
в Херсонес (I, 2 —accidit ut Athenienses Chersonesum colonos
vellent mit(ere).
Организация похода, вероятно, заняла не слишком много
времени, так как по свидетельству Непота (1, 2) многие искали
участия в этом переселении. Мы не знаем, каков был состав
участников. В числе переселенцев могли быть как
единомышленники Мильтнада. так и просто безземельные афиняне, в том
числе и приверженцы Пнсистрата, надеявшиеся получить в
новом поселении землю. Неизвестно, когда состоялся этот поход.
Геродот лишь отмечает, что незадолго до похода Мнльтиад
одержал победу в Олимпии в соревновании квадриг (VI, 36).
Скорей всего, это произошло в начальный период правления
Писнстрата между 561 —556 гг.10 С. Зельтман и Э. Бикерман
называют 559 г.11
После того как Мнльтиад овладел страной ( ео%€ ttjv
fliupiiv—Herod. VI, 3), за короткий промежуток времени он
рассеял аисинтисв (П. I). В самом узком месте Хсрсонесского
перешейка была возведена стена и укреплены места, удобные
42

для крепостей (Her. VI, 36; Nep. II, 1). При Мильтиаде на
фракийском берегу Геллеспонта появились города Крнтот,
Пактия, Элеунт. Кроме того, поселенцы-афиняне появляются
в колонии Милета на Херсонесе —Кардии (PS. Scymn. 707,
711). Все переселенцы получили земельные наделы и
обогатились в частых военных набегах (Nep, I, 2). Мильтиад чеканил
собственную монету, на которой была изображена колесница,
запряженная четверкой коней. Известны монеты номиналом
в аттическую драхму, которые имели хождение наряду с
афинскими, коринфскими и халкидскими монетами. Кроме того,
чеканились монеты, которые представляли собой третьи и
шестые части драхмы (вместо обычных вторых н четвертей). Они
приравнивались к серебряным полустатерам Креза и
персидским сиглам. Поэтому монеты Херсонеса могли иметь
хождение как на рынках Греции, так и Малой Азии12.
Благодаря столь активной, многоплановой деятельности
Мильтиада, были упрочены позиции афинян па Геллеспонте.
Это не могло не беспокоить Лампсак, расположенный
напротив Херсонеса на малоаэийском берегу Геллеспонта, с
которым Мильтиаду пришлось вести войны. Об одной такой войне
сообщает Геродот (VI, 37) В ней Мильтиад потерпел
поражение и даже попал к лампсакийцам в плен. Свободу ему
вернуло заступничество лидийского царя Креза, уважением
которого Мильтиад пользовался.
В официальной версии, как известно, речь шла о помощи
долонкам. Вся деятельность Мильтиада в Херсонесе
Фракийском, однако, свидетельствует о том, что его планы на берегу
Геллеспонта шли дальше зашиты местных жителей от их
врагов. Действительно, Пепот (II, I) сообщает, что после того как
Мильтиад завершил устройство Херсонеса с величайшей
справедливостью (summo aequitate res constituit), он решил
остаться там. Значительный интерес представляет выяснение вопроса
о том положении, которое занимал Мильтиад в Херсонесе
Фракийском. Источники говорят об этом совершенно ясно и
однозначно. Геродот (VI, 36) сообщает, что долонки сделали
его тираном (rjpetvvov хате<ттт}оауто). Более обстоятельно
говорит о власти Мильтиада в Херсонесе Корнелий Непог. Из его
свидетельств следует, что Мильтиад удерживал за собой
постоянную власть (II, 3 — perpetuum impcrium; VIII, 3 —регре-
tuam obtinuerat dominationem) в продолжение всего времени,
пока он там жил. Далее автор говорит о форме власти Миль-
43

-гиада — он был назван тираном (VIII, 3— tyrannisque fuerat
appelatus), и как бы желая смягчить выражение, Непот до
бавляет — «но справедливым» (VIII, 35 —sed Justus). Непот
лаже сравнивает его положение с царским, но оговаривается
при этом, что Мильтиад не имел царского титула (II, 3).
Необходимо выяснить, каким образом достиг Мильтиад
монархического положения. Нам уже известно, что долонки
сделали его тираном. Здесь весьма любопытным представляется
сообщение Непота о том, что постоянную власть в Херсонесе
Фракийском Мильтиад удерживал по воле тех. которые
поспали его в Херсонес (gui miserant), а также по воле тел, с кем он
отправился в путь (II, 3— illorum cum quibus erat profectus)13.
Таким образом, все население Херсонес а Фракийского, как
местные жители —долонки, так и переселенцы из Аттики
сделали Мильгиада тираном. Важное значение имеет свидетельство
Непота об отношении к власти Мильтнада «тех, которые
послали его>. Авторы работ14, разделяющие точку зрения о том,
что поход Мильтнада был санкционирован Писнстратом,
используют это свидетельство Непота для подтверждения своего
мнении, видя в «тех, которые послали Мильтнада», афинского
тирана. Однако здесь вновь мы считаем возможным говорить
об определенном упрощении решения вопроса. Дело в том, что
Непот, как уже отмечалось, говорит о том, что афиняне
захотели послать переселенцев в Херсонес (I, 2). Поэтому на
основании свидетельства Непота следует прежде всего говорить об
афинской общине, частью которой были аттические
переселенцы, отравившиеся в Херсонес с Мильтнадом, что лишний раз
указывает на сложное переплетение, казалось бы, разнородных
элементов личиостно-тиранического и полисно-государствеп-
ного. Что касается Писистрата, то он. избавившись от важного
политического соперника, не мог иметь ничего против
характера его власти в Херсонесе Фракийском
Это же доказывают и последующие события. Дело в том,
что управление Херсонесом осуществлялось по династической
линии, так же как и в других полисах во времена тирании.
После смерти Мильтнада, не оставившего потомков, о чем
сообщает Геродот (VI, 38), власть над Херсонесом перешла к его
племяннику Стесагору — сыну Кнмоиа, который прибыл в
новое владение на Геллеспонте вместе го своим дядей. Стесагору
• i » i
Мильтиад передал и власть, и деньги (ti|v apxt)v tp xai та
ХР'М'зта — Her. VI, 39). Вероятно, это произошло
44

в 524 — 523 гг'5. О деятельности Стесагора во время его
правления известно очень мало. Как считает Зельтман, при Стеса-
горе Херсонес продолжал чеканить собственную монету с
изображением олимпийской колесницы, предполагая даже
попытку передачи всаднику на монете портретного сходства с Миль-
тиадом16. Из свидетельств Геродота известно, что и Стесагору
пришлось вести войны с фракийцами. Особенно непримиримой
была непрекращающаяся вражда с лампсакнйцами, от рук
которых и погиб новый властитель Херсонеса.
Стссагор, как Мильтиад, умер бездетным, но правление
в Херсонесс продолжалось но династической линии рода Фи-
лаидов. Власть Стесагора унаследовал Мильтнад, второй сын
Кнмоиа, который также приходился племянником основателю
владения Филаидов в Херсоиесе Фракийском17. Но если Сте-
сагор жил в Херсоиесе с момента появления там афинян, то его
брат прибыл из Афин. Это очень важный факт. Из источников
известно, что Мильтиад Старший завешал власть и богатства
Стесагору, но нет сведений о завещании, составленном Стеса-
гором, в пользу Мильтиада Младшего. Однако факт
замалчивания античной традицией сведений о завещании Стесагора
в данном случае не имеет принципиально важного значении.
Здесь важно другое обстоятельство —новый факт
причастности, па этот раз уже преемников Писистрата к делам в
Херсоиесе Фракийском.
Из свидетельств Геродота (VI, 39) известно, что Мильтиад
Младший был послан во владение на Геллеспонте сыновьями
Писистрата. Автор сообщает о событиях, предшествующих
этой посылке и связанных с загадочным убийством Кнмоиа —
отца Мильтиада Младшего. Вероятно, к совершению
преступления были причастны наследники тирана, ибо в
представителях рода Филаидов Писистратиды продолжали видеть
политических соперников. Поэтому факт посылки Мильтиада
Младшего в Херсонес Фракийский следует рассматривать не только
как возможность тиранов скрыть свою причастность к
преступлению, но, и это самое главное, избавиться от человека,
который был чем-то опасен сыновьям Писистрата. Свидетельства
древних авторов не содержат сведений о времени отправления
Мильтиада Младшего во владение Филаидов на Геллеспонте,
вероятно, это произошло в промежутке лет между 524 г. и
513 г.,&, хотя более предпочтительными представляются
516 — 515 гг.19
45

О начале правления преемника Стесагора известно
следующее: правителей херсонесских городов, которые собрались
не без его приглашения для выражения соболезнования по
поводу смерти его брата, Мнльтиад повелел схватить и
заключить в оковы (Her., VI, 39). Эти меры, вероятно, могут
свидетельствовать о том, что положение в Херсонссе было
недостаточно благоприятным для нового претендента на власть. Об
этом свидетельствует н факт набора Мильтиадом пятисот
воинов для личной охраны. Видимо, ситуация в Херсоиесе
Фракийском изменилась, и как афинские колонисты, так и долонки
не захотели быть под властью тирана, которой они некогда
сами наделили Мильтнада Старшего. Тем не менее, путем
узурпации власти Мнльтиад Младший становится тираном,
именно тираном и стратегом херсонеситов (<JTpa-ni'peovTo$ xai
TvpavvevovToc xeeaoVTK^Tea)v) называет его Геродот (IV, 137).
Правление Мильтиада Младшего совпало с тревожным
временем угрозы нападения персов. В 512 году во время
первой оккупации Фракии персами Мнльтиад вынужден был им
покориться. Как на зависимость от персов Зельтман указывает
на чекан монеты Мильтиадом, которую, скорее, можно отнести
к персидской, чем к аттической денежной системе10. Известно
также, что Мильтиаду пришлось принимать участие в Скифском
походе Дария (Herod. IV, 137). Несколько лет спустя после
этого похода Херсонес подвергся вторжению скифов, которые
оставались там в течение нескольких лет. После
ухода скифов, вероятно в 507 г., дннаст Херсонеса, бежавший и
нашедший убежище у фракийского царя Олора, возвратился
в свои владения, призванный долонками. Во главе Херсонеса
Мнльтиад оставался до 493 г. и покинул его при приближении
персов, отправившись в Афины.
Свидетельства древних авторов, таким образом, позволяют,
хотя и очень скупо, представить историю афинского поселения
на фракийском берегу Геллеспонта в течение более чем
полувекового его существования. История поселения на этом не
кончается, но ее дальнейшая судьба является предметом
специального исследования. В данных же хронологических рамках
вопроса очень важным является решение проблемы об
устройстве поселения, его взаимоотношениях с Афинами. Начать
следует с того, что херсонесскос владение Филаидов нельзя на-
«6

звать обычной колонией, которые основывались выходцами из
греческих полисов н становились независимыми от метрополии
государственными образованиями — так называемыми апой-
киями. В случае с Херсонесом из источников известно, что до
лонкн сами пригласили Мнльтиада. Отсюда
—распространение его власти как на колонистов, так и на местных жителей.
Кроме того, как свидетельствуют источники, в Херсонесе--
в городе Кардии жили колонисты — выходцы из Милета
(PS. Scymn., 699). Поэтому речь здесь должна идти не только
об афинских эмигрантах, но и обо всех жителях Херсонеса, на
которых распространялась власть дннастов, то есть о
зависимой области. Источники, к сожалению, tie содержат сведений
об организации управления Хсрсонесом после появления там
афинских эмигрантов. Попытки решения вопроса об
отношениях между тремя различными группами населения, которых
объединял единый властитель, в зарубежной историографии не
единичны. Немецкий исследователь Ф. Хампль полагает, что со
времен Мильтнала Старшей) в Херсонесе была основана
афинская колония, которая включала в себя переселенцев из
Аттики, а также живущих на полуострове милетян. лесбосцев и
других колонистов, представляя собой единую общину21.
Подобная точка зрения, которую к тому же автор даже не
пытается каким-то образом обосновать, представляется явно
неубедительной.
Для того, чтобы приблизиться к решению этого вопроса,
необходимо прежде всего рассмотреть, что представляли собой
три основные группы населения — долонки, афинские
колонисты и поселенцы милетян в Кардии. Вполне вероятно, что до-
лонки могли существопать как отдельная община, не
смешиваясь с другими жителями Херсонеса. Можно согласиться
с мнением, что только будучи определенным политическим
образованием долонкн могли вновь призвать Милы на да
Младшего после ухода из Херсонеса скифов в 507 г.22 Что касается
Колонии Милета в Кардии, то, вероятно, здесь появились
выходцы из Аттики, которые могли быть приняты в общину
колонистов-милетян, что в дальнейшем повлекло оформление
нового гражданства. Такой вывод позволяет предположить
сохранившаяся монета города Кардии, одна сторона которой
имеет изображение льва как геральдического знака Мнлета, а
другая — головы Афины как символа Афинского государства23.
С одной стороны, монета как бы подчеркивает слияние двух
этнических групп в одной общине, с другой же — может рас-
47

сматриваться как свидетельство того, что жители нового
полиса теряли свое прежнее гражданство. Кроме того, символы
монеты— милетский лев и афинская богиня говорят о том, что
эти монеты чеканила Кардия, как особое политическое
образование, и их нельзя считать монетами всего Херсонесе.
Следовательно, приведенные аргументы позволяют предположить,
что Кардия было особой общиной.
Из источников известно, что династией Фил а и до в были
основаны в Херсонесе города — Элеунт, Критот, Маднт,
Неаполь. Возможно в этих городах селились только выходцы из
Аттики. О политической организации этих городов из
свидетельств древних авторов ничего неизвестно. Поэтому в совре
менной литературе проблема статуса названных городов
решается неоднозначно. Ряд исследователей считает возможным
говорить, что афинские поселения в Херсонесе Фракийском
имели статус клерухый, то есть колоний, которые метрополия
рассматривала как часть своего государства, причем колонисты
сохраняли свое прежнее гражданство. Как полагает Э. Эрен-
берг, подобной организацией афинский тиран мог бы ослабить
позиции Филаидоа в Херсонесе и держать колонистов в своей
власти24. Но, к сожалению, подобное заманчивое
предположение не находит подтверждение в источниках. Кроме того,
имеющиеся в нашем распоряжении источники о деятельности
Афин по выводу колоний говорят скорей об обратном, а
именно— клерухия как тип колонии в отдаленной от Аттики
области является детищем демократических Афин. Поэтому
говорить о клерухии во времена тирании представляется
преждевременным.
Более вероятно, что афинские поселенцы в Херсонесе стали
апойками — гражданами нового полиса, потеряв свое прежнее
гражданство26. Расселенные по городам, основанным Мильти-
адом Старшим, поселениы, вероятно, образовали особую ->*>-
щнну, возможно о них упоминает Геродот иол собирательным
именем херсонеситов (IV, 137; VI, 38; IX, U8, 120 — xeQPov>)ai-
tat). В. Эренберг рассматривает города, основанные Мнльтна-
дом, как автономные общины, на которые распространялась
тирания Мильтиада**. Однако представляется, что единый
политический организм позволял более успешно решать все
проблемы, стоящие перед колонистами, живущими в окружении
чужих племен.
4В

Из-за отсутствия источников, к сожалению, невозможно
рассмотрение такой интересной проблемы как
взаимоотношения Херсонеса с Афинами. Вероятно можно полагать, что они
строились на основе определенной зависимости Филаидов от
Писистрата и его преемников, однако эта зависимость была
скорей всего номинальной.
Исследование материалов, связанных с появлением афинян
в Херсонесе Фракийском, позволяет в качестве выводов
сказать следующее. Колонизация Херсонеса Фракийского
является ярким примером колонизационных предприятий афинян
времен тирании. Оккупация северного берега Геллеспонта
представляла собой основание зависимой от Афин области,
непосредственная власть над которой осуществлялась
представителями рода Филаидов, отправившихся в Херсоиес с
согласия тирана и бывших в определенной (скорей всего в
номинальной) зависимости от него. Эта власть, передаваемая по
династической линии рода Филаидов и имевшая тиранический
характер, распространялась как на местных жителей
Херсонеса, так н на переселенцев из Аттики. Появление афинян на
фракийском берегу Геллеспонта способствовало приобретению
ими важных стратегических позиций в проливах, которые не
только ставили под контроль тирана важные морские пути, но
н служили интересам всего афинского государства.
ЛИТЕРАТУРА И ПРИМЕЧАНИЯ
1. Лурье С. Я. История Греции. Часть J. Л. 1940 С 156
2. Яйденко В.П. Греческая колонизация VII—111 м. до н.э. М.,
1982. С. 136.
3. Berve H. Miltiades Studien гиг Geschichte des Mannes und
seiner Zcit // Hermes. Heft 2. Berlin, 1937. S. 9. 12.
4. В engtson H EinxHpersonlichkcit und athenischen Slant tut Zcit
des Peisistrates. Munchen. 1939. S. 9.
5. Fhrenbcrg V. Ziir allcrcn athenischen Kolonisazion // Polis and
Imperium. Zurich und Stuttgart. 1965. S. 224.
<». В or veil. Op cit. S. 9 f
7. G г a h a m A. J. Colony and Mother City in Ancient Greece.
Manchester. 1964 P. 33
8. Bel och K. J. Griechlsche Geschichte, 2. Aufl. Bd. 1', Strassburg,
1913. S. 388; KahrstcdtU. Der Umfang des athenischen Kolonialreiches.
Nachrichicn von dcr Gcsellschafl tkr Wiftscn^chaftcn, zu UoUingeti. Berlin.
1931. Heft 2. S. 161; Ure P. N. The Origin of the Tyranny. Cambridge,
1922. P. 52; Ad cock F. E. Athens under the Tyrants//The Cambridge
Ancient Hiblorv. Vol. IV. Cambridge, 1926. P. 69 f. Carv M. The Junian
Revolt // The Cambridge Ancient History. Vol. IV Cambridge. 1920. K. 227
9 Лурье С- Я- История Греции. С. 155.
4-8254
49

10. ЯАленко В. П. Греческая колонизация VII — III вв. до п. ».
С 136; Bcrvc H Miltiades. S. 8: Graham A. Op. cil. P. 32
11. Бнкерман Э. Хронология древнего мира. М, 1975. С. 245;
Sell man С Т. Athens: its History and Coinage. Cambridge. 1934 P. 139.
12. S с 11 m a n С Т. Op cil. P 138
13. Ner. Milt II. 3; VIII, 3.
14. См. примеч. 8.
15. Berve H. Miltiades. S 40; Sejtman С Т. Athens: its History...
P. 139.
16. Ibidem P. 139 f.
17. Для различия Мнльтиадов -* дяди и племянника используются
принятые обозначения их как Мкльтиада Старшего н Мнльтиада Младшего.
18. О г a h a m A. J. Colony and Mother City... P. 32.
19 Herb $t L. Die Arbeilen tiher Thiicydides // Philologns. 49 1890.
S. 147; Burchner. Chcrsones // RE. Bd. HI. Sp. 2246.
20 S e 11 m a n G T. Athens: its History.. R 140.
21 Hampl F. Poleis ohne Territorium//Klio. Bd. 32. 1939. S. 47.
22. Eh re n h erg V. Zur alteren athenischen Kolonisa/.ion. S 230.
23. S e 11 m a n С T. Op. eft P. 141 f.
24. Lh rcn berg V. .Aspects of ancieni World Oxford. 1915 P 121
25. Hampl P. Poleis ohne Territorium. S 47 f; Graham \ J Colonv
and Mother Cil\. P. 194 f.
26. Ehrenberg V. Zur alteren athenischen Kolonfsation. S. 226.
АРКАДИЯ И АХЕЙСКИЙ СОЮЗ В 40-х-30-х ГОДАХ
III ВЕКА ДО Н. Э.
С. К. Сизов
Горьковский государственный университет
Истории территориального роста Ахейского Союза
достаточно хорошо известна благодаря сведениям Полнбня,
Плутарха и Ливия. Время и обстоятельства присоединения к
федерации ахейцев каждого полиса Пелопоннеса отмечены в этих
источниках, которые, однако, все же умалчивают такие данные
относительно Аркадии и отдельных ее городов, кроме Мегало-
пиля. Нам известен лишь итог экспансии ахейцев в этой части
Пелопоннеса: к 229 году до н. э. «ббльшая часть Аркадии
присоединилась к ним» (Р1. Аг. 34, 7)1. Конкретную картину этих
событий исследователи пытаются восстанавливать, используя
косвенные сведения авторов, данные надписей и выдвигая
различные гипотезы Задача дайной статьи — провести
критический разбор этих версий и выбрать наиболее правдоподобные.
50

В отличие от ахейской народности, переживавшей к
середине III века до н.э. период консолидации и политического
сплочения, аркадяне не представляли собой единого
государственного целого» да и внешнеполитические цела их были
различны. Полисы восточно-аркадской равнины — Мантинея, Ор-
хомен, Те гея, Кафип — ориентировались на Спарту; только они
изо всей Аркадии поддержали спартапо-афинскую коалицию,
выступившую против Македонии в годы Хремонидовой войны
(Syll3. 434/5, v. 24 sq; 268/7 г. до н. э.). Напротив,
традиционную антиспартанскую (и. очевидно, промакедонскую)
полипику проводил тиран Мегалополя Аристодем «Добрый»,
известный своей победой над лакедемонянами н их царем Акрота-
том (PI. Ag. 3, 7; Paus. 8f 27, 11; 8, 30, 7; 8, 35, 5; 8, 36, 5). Фи-
галея избрала своим покровителем усилившийся Этолийский
Союз (Syll3 472, v. 19 sq). До начала второй половины III
века до н. э. нет ни малейших признаков того, что Аркадию хоть
как-то затронул вновь начавшийся в Элладе процесс
преодоления сепаратизма.
В 251 г., после свержения тирании в Сикионе молодым
Аратом и присоединения этого дорийского города к Ахейскому
Союзу, начался качественно новый этап федеративного
движения в Пелопоннесе. Несколько позже в Аркадии произошло
событие, которое некоторые историки считают переломным:
друзья Арата мегалонолиты Экдел и Демофан организовали
заговор против Аристодема, тиран был убит, и в Мегалополс
было возрождено, очевидно, республиканское правление (Pol.
10, 22, 2 sq; PI. Philop. ], 4)2. По мнению целого ряда антико-
ведов, переворот в Мегалополе имел далеко идущие
последствия: вокруг этого крупнейшего города Аркадии вновь, как и
в IV веке до н. э., образовалась федерация многих полисов,
возрожденный Аркадский Союз3. Другие исследователи
оспаривают такой вывод, указывая на слабость его основы в
источниках4. Действительно, данные о «возрождении Аркадского
Союзаэ весьма ненадежны. Декрет аркадской федерации
в честь Фнларха (Syll3 183), как уже давно установлено, отно-
сится не к III, а к IV веку до н.э. Этникон *Ар*<*£» иногда
встречающимся в дельфийских надписях III века (Syll3. 424
и др.), доказательством возрождения Аркадского Союза
служить не может5. Это касается и монет с легендой «АР»в.
Отсюда можно лишь сделать вывод о стойкости сознания этниче-
51

ской общности аркадян вне зависимости от политической
ситуации в Аркадии.
Главным аргументом в пользу «возрождения Аркадского
Союза» после передатировки декрета Syll3. 183 остается
рассказ Павсания о сражении при Маитинее, где против
спартанцев выступили ахейцы, мантииеяне и «nav то aXAo Aoxa6ixov»
(Paus. 8r 10, 6). Белох и некоторые другие принимают на веру
эти сведения Павсания и относят битву при Маитинее, исходя
из состава коалиции, ко времени после освобождения Мегало-
поля и Снкиона от тирании, т. е. периоду от 251 до 248 гг.7.
Однако легко заметить, что этот исторический экскурс
Павсания, как и многие другие, весьма сомнителен, особенно если
отнести его к началу 40-х гг. III века. Главный герой сюжета —
«царь Агнс, сын Эвдамида» (Paus. 7, 7, 3; 8, 8, 11; 8, 10, 6;
8, 10, 8), т. е. знаменитый спартанский реформатор Агис IV. У
Павсания получается, что Агнс после отречения Лидиада от
тирании в Мегалополе, т. е. через несколько лет после своей
смерти, осадил Мегалополь (Paus. 8, 27, 12 sqq; 8, 36, 6), затем
напал на ахейскую Печлену, откуда был отбит сАратом и си-
киоиянами» (Paus. 2, 8, 5; 7, 7, 3; 8, 27, 14), и, наконец, был
разбит при Маитинее объединенным ахейско-аркадским
войском и пал в этой битве (Paus. 8, 8, 11; 8. 10. 5—8; 8. 27, 14).
Бросается в глаза ряд очевидных несообразностей. Во-первых,
мы чнаем из достоверной традиции Фнларха-Плутарха. что
Агис IV не воевал с ахейцами, а, напротив, был их союзником
(PI. Ag. 13 sqq; Ar. 31 sqq), погиб он не под Мантинееи, а в
самой Спарте, казненный эфорами (PI. Ag. 19 sqq). Белох
пытается обойти это затруднение, заменив Агиса IV на
изобретенную им фигуру опекуна молодого царя по имени Агис,
которого, якобы, и имел в виду Павсаинй8. В биографии
Агиса IV у Плутарха опекун Агис, однако, не упоминается, да и
одна эта корректировка все равно не добавляет достоверности
рассказу Павсания. Эпизод с налетом на Пеллену
подозрительно напоминает историю, произошедшую в
действительности, когда именно Арат отстоял этот город, но не от нападения
лакедемонян, а от атаки этолийцев (Р1. Аг. 31, 3 sqq). Далее,
во время, указанное для битвы при Маитинее Белохом и его
последователями, Арат никак не мог быть командующим
(i|Y*M<ov —Paus. 8. 8t 11; ср. 8, 10, 6) ахейской армией: в те
голы он скромно служил в коннице, «отличаясь послушанием»
52

\(Р\. Аг. 11, 1). Наконец, неправдоподобна для середины 111 ве-
Кка сама расстановка сил: мантинеяне в одних рядах с мегало-
(лолитами (Paus. 8, 10, 6), спартанцы помогают своему искон-
лому и неизменному врагу — Македонии, выступая против
[Ахейского Союза, противника Македонии н союзника Египта.
[Весомым, хотя н не решающим, является и argumentum ex
rsilentio: Плутарх в жизнеописании Арата умалчивает о
практически единственной победе в открытом сражении за всю
гжизиь этого сверхосторожного полководца, хронического
неудачника на поле брани, но мастера внезапных налетов и
ночных диверсий.
Неудивительно, что многие исследователи считают рассказ
'Павсания либо «сказками»9, либо записью устной традиции,
исказившей до неузнаваемости какое-то реальное событие, по
не эюго времени: победу Антипатра над Агнсом 111 в 331 или
,330 гг.10, победу Аристодсма над Акротатом в 260-х гг.",
подходы Клеомена III в Аркадию в 229 — 222 гг.13, ахейско-спар-
*танскне столкновения в конце Деметриевон войны (после
Й35 г.)'\ Вопрос о прототипе павсаниева «Агиса, сына Эвда-
Ьянда* и о времени настоящего сражения при Мактинее, если
[оно было в действительности, пока следует оставить открытым.
[Поэтому делать далеко идущие выводы о политической
ситуации в Пелопоннесе середины 111 века до п. э., опираясь на этот
^рассказ Павсания, ни в коем случае нельзя.
w Историческая критика упомянутых пассажей в «Описании
[Эллады* позволяет, как кажется, не только полностью
отвергнуть идею «возрождения Аркадского Союза в 111 веке*, но
!и усомниться в правильности другого вывода Белоха: о
вступлении Мантинеи, а также Орхомена, Фснея, Стимфала в Ахей-
•скии Союз уже в 251 —250 гг.14. Повод для такого
предположения все тот же; рассказ Павсания, по словам которого ман-
*тннеинс в сражении против «Агиса» стояли рядом не с арка-
Рдянамн, а с ахейцами (Paus. 8, 10, 5 sq). Еще три аркадских
1города Белох добавил из географических соображений (они
были расположены между АхайсА и Мантннеей). Эта гино-
"теза выглядит настолько сомнительно, что не встретила под-
.держкп даже у тех исследователей, которые следуют за Бело-
хом в датировке битвы при Мантинее15. Такой скептицизм не*
;удипнтелен: дело не только в том, что недостоверен рассказ
Павсания. Маловероятен сам факт присоединения к
Ахейскому Союзу таких городов, как Мантииея и Орхомен, в столь
53

раннее время. Для добровольного вступления в ахейскую
федерацию и отказа от традиционной ориентации на Спарту эти
полисы не имели пока достаточных оснований: даже после
присоединения Снкиона Ахейский Союз оставался еще слабым
в военном и политическом отношении государством,
уступающим в этом смысле даже «одному значительному полису» (Р1.
Аг. 9, 7). Лишь после того, как ахейцы овладели Коринфом
в 243 г., членство в их федерации стало выглядеть
привлекательным для пелопоннесцев. Вариант насильственного
присоединения Мантииеи и Орхомена к Ахейскому Союзу еще менее
правдоподобен: Арат, инициатор почти всех подобных пред*
приятии, в те годы, как уже говорилось, пребывал в Союзе на
вторых ролях. Наконец, надпись Syll3. 490. составленная сразу
же после вступления Орхомена в Ахейский Союз, датируется
временем после 235 г. (об этом см. ниже), а хора Орхомена
отделяла Мантниею от тогдашней территории ахейской
федерации.
Скорее всего, ситуация в Аркадии оставалась прежней и
после переворота в Мегалополе, тем более, что этот город
недолго пребывал свободным от тирании. Нашелся новый
претендент на роль тирана —молодой Л и диад, сын Эвдама,
несомненно, способный и популярный в городе политик и
военачальник, который и установил в Мегалополе режим личной власти
(о нем см. Р1. Аг. 30, 1 sqq: Мог. 552 В.; Pol. 2, 44, 5; Pans.
8, 27, 12). Время и обстоятельства установления тирании Ли-
диада неизвестны16, но антиковеды не без основания
усматривают определенную связь между переворотом в Мегалополе и
началом этолнйской агрессин в Пелопоннесе17.
В конце 40-х годов III века заметно усилившийся Этолнй-
скин Союз, заключив соглашение с македонским царем
Антигоном Гонатом (Pol. 2, 43, 9 sq; 2, 45, I; 9. 34. 6; 9. 38, 9),
проводит несколько успешных вторжений в Пелопоннес, имевших
целью не только грабеж Лаконии (Pol. 4, 34, 9; PI. CI. 18. 3),
ахейской Пеллены (PI. Аг. 31, 3 sqq), аркадских Лусов и Май*
тннеи (Poi. 9, 34, 9 sq) и других городов и областей, но и
усиление своего политического влияния в Пелопоннесе18. К
старым союзникам этолийцев на юге Греции — Элиде и Фига-
лее—добавляется еще один —Мессения (SylP. 472, договор
именно этого временя, судя по просопографическим данным).
Очевидно, во время этих же походов этолнйцы захватили и
передали союзной Элиде аркадский город Псофиду19. Л и диад, со
своей стороны, отдал элейцам городок Алиферу в Мегалополн»
64

-тнде «ради своих личных дел» («6ia то$ ifliag npafceis» — Pol.
4, 77, 10). Не исключено, что это было платой за помощь элей-
цев и зтолийцев при установлении тиранического режима в Ме-
галополе*0. Во всяком случае, мегалопольские тираны (и не
только тираны) всегда придерживались промакедонской ори-
ентацни, так что сближение Мегалополя с Этолией в данный
момент было бы вполне естественным. А для известного
тираноборца Арате и всего Ахейского Союза Лиднад должен был
стать столь же естественным врагом.
Итак, потеря дружественного Мегалополя существенно
ослабила влияние ахейцев в Аркадии. Удалось ли им чем-то
компенсировать эту утрату, или, наоборот, в сфере влияния это-
лийцев оказалось почти вся Аркадия? С одной стороны,
можно предполагать, что после овладения Коринфом в 243 г.
стратег ахейцев Арат мог попытаться развить свой успех и
расширить территорию Союза за счет каких то аркадских
полисов. Ф Уолбэнк вполне логично подкрепляет эту мысль
пассажем Pol. 9, 17, 1 sqq, где говорится о попытке Арата захватить
с помощью измены граничащую с Ахайек аркадскую Кине
фу21. Арат там именуется «to>v *Axaiu>v егтротчуос» (Pol. 9,
17. 1), г. е. дело происходит не раньше 245 года, u v«ov ахц||у
*о\*та» (ibid., 9), что вряд ли может относиться к 30-м годам
Ш в. Правда, та попытка оказалась неудачной: атака
началась преждевременно, сторонники ахейцев в городе
обнаружили себя и были перебиты. Поэтому Уолбэнк вряд ли прав,
считай, что через год — два Кинефа все же оказалась в руках
ахейцев: город был присоединен к Союзу в результате победы
проахейской партии (Pol. 4, 17, 5), а она вряд ли так быстро
успела возродиться.
С другой стороны, не следует преувеличивать и успехи это-
лийцев в Аркадии. Некоторые историки считают, что в
результате этолнйских рейдов в Пелопоннес на сторону Эголийского
Союза перешли и а зависимость от него попали такие полисы,
как та же Кинефа (после неудачного нападения Арата), Те-
гея. Мантинея, Орхомен, Клейтор19.
Что до Клейтора и Кннефы, то в источниках нх возможно*
пребывание в союзе с ЭтолнеЛ не оставило никаких следов
Мантинея, Орхомен и Тсгея действительно одно время быля
тесно связаны с Этолийским Союзом (Pol. 2, 46, 2—замечание.
55

относящееся к 229 году до и. э.). но перед этим Мантинся еще
успела войти в Ахейский Союз и затеы выйти из него (Pol.
2, 57, 1). Соображения, изложенные ранее, говорят, что это
вряд ли могло произойти в 40-е годы, и что наиболее
вероятная дата вступления в Ахейский Союз Мантннеи, Орхомена и,
вероятно, Тегеи — 235 год и следующие за ним (главный
аргумент здесь — надпись из Орхомена, касающаяся его вступле*
ння в Ахейский Союз: Syll\ 490). Еще один довод: этолнйиы
в своей внешней политике проводили четкое разделение между
союзниками, на помощь которых они опирались, и всеми
остальными греками, на которых они прежде всего смотрели
как на объект грабежа. Судя по поведению их в Маитннее и
Лусах в конце 40-х годов (Pol. 9, 34, 9 sq), аркадян, за ксклю
чением Фнгалеи и, вероятно, Мегалополя, они относили тогда
к этой второй категории. Если же считать вместе с Б. Низе, что
«страх перед этолнйцами оказался настолько велик, что Маи-
тинея, Орхомен и Тегея присоединились к Этолийскому Сою*
зуэ23, то поступок восточных аркадян будет выглядеть весьма
рискованным. Избавившись от «страха перед этолнйцами», они
поставили бы себя под удар со стороны своих ближайших
соседей— Ахейского Союза н Спарты, в то время совместно
воевавших с этолнйцами Да и вряд ли ограбленная этолнйцами
Мантинея приняла бы их сторону «охотно» («eOeXovniv* —
Pol. 2, 57, 1). Гораздо более подходящее время для такого
альянса —годы Деметриевой войны, когда ахейцы и этолиАцы
заключили союз против Македонии (PI. Аг. 33, 1; Pol. 2, 44, I),
а Спарта, по меньшей мере, хранила нейтралитет. Поэтому
наиболее логичным выводом представляется следующий:
в конце, как и в начале 40-х годов полисы Аркадии, за
исключением Фнгалеи и, может быть, Мегалополя, воздерживались
от тесной связи с этолнйцами. В то же время нельзя считать
этот период благоприятным и для ахейской экспансии п Арка
дин (неудача в Кннефе, возможно, была не единственной).
Основные приобретения Ахейского Союза в этом районе
Пелопоннеса скорее всего относятся ко времени Дсметрнсвон
войны, т. е. уже к 30-м годам III в. до н. э.
Ахейский Союз принимал участие в этой упорной и
длительной войне за господство на Балканах, выступая на
стороне этолийцев, но театром военных действий для ахейцев был
почти исключительно один Пелопоннес. Главным противником
ахейцев был тиран Аргоса Аристипп и сменивший его Арн-
56

стомах II (PI. Аг. 25, I sqq), хотя случались и
непосредственные столкновения с македонскими войсками (Р1. Аг. 34, 2).
Поскольку аргосскне тираны занимали ь этой войне сугубо
оборонительную позицию, а македоняне были вовлечены
в борьбу главным образом в северной и средней Греции, го у
.Ахейского Союза именно в это время появились наиболее
благоприятные шансы для экспансии в Аркадии. Некоторые
данные о такой экспансии сохранились. Наиболее существенное
приобретение ахейцев в Аркадии — Мегалополь. В 235 году
тиран Л иди ад добровольно сложил с себя власть н присоединил
свой город к ахейской федерации (Pol. 2, 44, 5; PI. Аг 30,
1—8; Мог. 532 В; Paus. 8, 27, 12). За это ахейцы трижды
удостоили его избранием на высший в федерации пост стратега
(PI. Аг.ЗО, 4 sqq), который Лидиад в конце войны занимал
поочередно с Аратом. Современные исследователи не очепь-то
верят утверждениям древних писателей об «идейных»
соображениях, которые подвинули Лидиада на этот шаг (например, у
Плутарха: «освободиться от ненависти и страха, стражи и
телохранителей и к тому же стать благодетелем родины» — Р1. Аг.
30. 3). Обычно в литературе отмечается безнадежное
положение Мегалополя, тиран Koiviporo уже потерял надежду на
помощь македонян и букпально со дня на день ждал нападения
ахейцев2*. С другой стороны, Р. Урбан резонно замечает, что
особ», о трапима в положении Лидиада еше не было:
Македония пока успешно воевала с этолннцамн, Аргос отбивал все
атаки Арата25. Там не менее, ясно, что мсгалопольский тиран
в начале Деметриепой войны оказался перед трудным
выбором: рано или поздно ему пришлось бы встать на сторону либо
Македонии, старого покровителя мсгалинолнтов, либо этолий-
цев, с которыми он наладил контакт в конце 40-х годов. Общий
исход войны в 235 году еще трудно было предугадать; тем
больше у нас оснований предполагать какие-то события в
Аркадии, которые заставили Лидиада не только поддержать axefi-
ско-этолнйскую коалицию, но и ввести свой полис в Ахейский
Союз. Действительная угроза для его режима могла
возникнуть не столько в связи с общими успехами аюимаксдонской
коалиции, сколько после выхода ахейских войгк на границы
самой Мегалоподитиды. Даже если исходить из чисто
географических соображений, необходимым условием для
присоединении Мсгалополя было для ахейцев приобретение таких
городов северной Аркадии, как Феней, Клейтор, Тельфуса и других,
преграждавших путь из Ахайи в Мегалополитиду.
57

К началу Клеоменовой войны, т. е. к 229 г., членами
ахейской федерации являлись полисы северной Аркадии —Феней
(Pol. 2, 52, 2; PI. CI. 17, 6; Ar. 39. 4), Стимфал (Pol. 2,
55. 8), Клейтор (Pol. 2. 55, 9), Герея (PI. CI. 7, 5).
Алея (PI. CI. 7, 3), и, вероятно, Тельфуса (Pol. 2, 54, 12 sq)M.
Простой взгляд на карту Аркадии заставляет предполагать их
вхождение в Ахейский Союз еще до Мегалополя, т. е.
примерно в 239 — 236 гг.27 Подтверждение тому —история
присоединения Гереи, которая была захвачена ахейским стратегом
Диэтом в 236 году". Вероятен такой же насильственный
характер присоединения и других полисов северной Аркадии: не
случайно об обстоятельствах их вступления в Ахейский Союз
умалчивают и Плутарх в биографии Арата, и Полнбий,
изображавшие рост федерации ахейцев в идеализированном виде.
Таким образом, к 235 году владения Ахейского Союза в
Аркадии охватывали территорию Фенея, Стнмфала, Клейтора,
Гереи, Алей, Тельфусы, может быть, также Кинефы и Лусов2*.
Лндиад не мог не понимать, что наступила очередь
Мегалополя, и предпочел опередить события и извлечь из присоединения
к Ахейскому Союзу максимальную выгоду для себя лично.
Кроме того, Лидиад, как показало будущее, рассчитывал
использовать силу всей федерации для борьбы с исконным
врагом Мегалополя — Спартой (PI. Аг. 30, 5).
После вступления Мегалополя в Ахейский Союз и смерти
царя Леонида II в Спарте (оба события —235 г.) ахейско
спартанские отношения заметно обострились Арат употребил
всё своё влияние, чтобы удержать вновь избранного стратега
Лидиада от похода в Лаконию (Р1. Аг. 30, 5 sq), однако, сам
также «срачу же после смерти Леонида начал беспокоить
(nopeva>x>.ei) аркадян и опустошал в основном области тех m
них, которые были соседями ахеГшев, чтобы посмотреть, чем
ответят на это лакедемоняне» (PI CI. 3, 8; перед этим было
сказано, что вне Ахейского Союза в Пелопоннесе остались
«лишь Спарта, Элида и часть аркадян— спартанских
союзников»)30. Под союзниками Спарты в Аркадии, которых начал
тревожить Арат, следует понимать полисы традиционной про-
спартанской ориентации — Кафии, Орхомен, Мантинею и Те-
гею31. Судя по всему, никакой помощи со стороны Лакедемона
они не получили. Поэтому и для восточных аркадян создалась
такая ситуация, выходом из которой являлось только
вступление в Ахейский Союз ".
58

Каким образом эти города вошля в ахейскую федерацию?
(Одни считают, что добровольно", другие —что они были про-
pro завоеваны ахейцами14. Сторонники второй точки зрения
Правильно указывают на исконную вражду восточных аркадян
(особенно Мантинеи) и Мегалополя. Это обстоятельство вряд
Ии позволило бы ахейцам после 235 г. (вступление
Мегалополя) присоединить восточно-аркадские полисы, не прибегая
*к элементу принуждения. Собственно говоря, об этом мы знаем
* из слов Плутарха о нападениях Арата на союзников Спарты
в Аркадии (PL C1 3, 8). Что было результатом такого воору-
-женного давления, видно на примере Орхомека. Надпись Syll8.
490, касающаяся условий вступления Орхомена в Ахейский
£оюз, содержит в себе, помимо прочего, запрет под угрозой
штрафа в тысячу драхм возбуждать судебное дело против
некоего Неарха и его сыновей по обвинению в действиях,
совершенных до вхождения города в ахейскую федерацию
(v. 13 sqq). Ясно, что Неарх был тираном Орхомена,
сложившим с себя власть при условии личной неприкосновенности35.
Произошло ли присоединение к Ахейскому Союзу Мантинеи,
Тегеи и Кафнй" в итоге подобного же соглашения, или в
результате оккупации их ахейскими войсками, неясно, но это.
безусловно, был шаг вынужденный, а не добровольный.
Возможен вопрос: отчего обстоятельства вступления
восточных аркадян в Ахейский Союз не описаны ни у Полибия,
ни у Плутарха в биографин Арата? Интересным и
заслуживающим внимания представляется объяснение, данное Р. Эр-
ркнгтоном: вхождение восточной Аркадии в Ахейский Союз
могло быть связано с деятельностью Л и дна да в роли
ахейского стратега37. Лидиад постепенно стал главным политическим
соперником Арата (PI. Аг. 30, 5 sqq), его деятельность в
мемуарах последнего, несомненпо, была изображена в
негативном плане, а его успехи должны были замалчиваться.
Неудивительно и молчание Полибия и Плутарха, пользовавшихся
«Воспоминаниями» Арата как основным источником.
Вскоре Орхомен, Мантинея и Тегея вышли из Ахейского
Союза и связали себя узами исополитии38 с федерацией этолий-
цев (Pol. 2, 46, 2; 2, 57, 1). В условиях военного союза
ахейского и этолийского государств это могло скорее всего
означать нечто вроде компенсации этолийцам, которые вынесли
на себе основную тяжесть Деметрневой войны, от ахейцев,
выигравших в результате этой войны гораздо больше, чем Это-
лия*°. С другой стороны, не могли не сыграть роли и настроения
59

восточных аркадян, насильственно вовлеченных в Ахейский
Союз и тяготившихся этим40. Но в любом случае этот переход
в то время мог иметь только мирный характер. Таким образом,
полисы восточной Аркадии недолго входили в Ахейский Союз:
до 229 года, когда их оккупировала Спарта (Pol. 2, 46, 2. 2,
57, 1), они уже успели перейти под покровительство Этолии.
Приведенные выше соображения говорят в пользу
следующего общего вывода: экспансия Ахейского Союза в Аркадии
началась и закончилась в годы Дсмстрисвой войны и носила
характер главным образом вооруженного давления. И в
первую очередь именно поэтому последовавшая вскоре Клеомено-
па война обнаружила, что полагаться на верность вновь
приобретенных членов своей федерации в Аркадии ахейцам не
приходилось. Потребовалось вмешательство нового союзника
ахейцев — Македонии, чтобы приобретения Ахейского Союза
в Аркадии были закреплены за ним уже окончательно.
ЛИТЕРАТУРА И ПРИМЕЧАНИЯ
1. Дата начала Клеомсновой войны.
2. Время этого переворота в источниках не указано.
Последовательность наложения у Подибия (10, 22, 2 sq) подразумевает, что Мегалополь
был освобожден от тирании раньше Снкиона (такой хронологии
придерживаются: Niesc В. Geschichie tier Gricchischen und Makedonixrhcn Slaaicn
sett dor Schlachl Wei Chaeronca. 2 Tl. Gotha. 1899. S 256. Tarn W Au'.i-
gom* Gonaiav Oxford, 1969. P. 35H; Жигуннн В. Д. Международные
отношения *л/1ини1 гнческих государств Казань, 1980. С 117* Однако более
весомы слова Плутарха (перелагавшего мемуары Арата) о том, что весной
251 г. Экдел еще жил в Аргосе среди других изгнанников (PI. Аг. 5, I).
следовательно, Ар истод ем еще не был убит (такой вывод делают:
Be loch К J Griechivrhe Geschichie 2. Auff B<J. 4. 1. Abt. Berlin; Leipzig.
1925. S. 614 so; 2. Abt., 1927. S. 524; Porter W H. Plutarch's Life of
Aralus, Cork. 1937 P XXXIII; Will E Hisioirc politique du monde he Ik-
nisliquc T. I N'ancv. 1966. P. 290).
3. Hiller von Gacrlrineen F. s. v. Arkadia//RF. Bd. II, 1895.
Sp. 1133; Niese B. Op. cit. S. 257; Bcloch K. J Op. sit., I. Abt. S. 615;
Niccolini G. La confedcrazione Achea. Pa via. 1914. P. 24 sqo; Tarn W.
The Arcadian League and Aristodemos//The Classical Review. V. 39. 1925.
P. 104 sqq; Walbank F. W Aratos of Sicyon. Cambridge, 1933 P 44
4. Fcrrabino A Arato dl Sicione e I'tdea fcderale. Firenzc, 1921.
P. 276; U г I» a i\ К WachMum und Krise des Achaiwhm Bundcs. Wiesbaden,
1979. S. 73 sq.
5. Граждане полисов Аркадии, независимо от того, существовала
там федерация, или Hei, именовались греками «Архапе;». См. SylP. 599:
«так же постановили и другие аркадяне» (надпись из Магнезии на
Меандре того времени, когда аркадские полисы практически все входили уже в
Ахейский Союз и назывались официально «ахейцами»). Ср. Р1. Аг. 5, I:
Плутарх (не цитирует ли он дословно «Воспоминания» Арата?) называет
60

* # * I
Эк дел а «Anxac, ex МвуоДчС noXevc,»; так обычно именовались граждане
федераций, хотя в то время в Мегалополе еще правил тиран.
6. Такие монеты чеканились даже во II веке до н.э., когда Аркадия
входила в Ахейский Союз (Err in ft on R. M. Philopoeroen. Oxford, 1969.
P. 272 sqq).
7. Beloch K. J. Op. cit.. 1. Abt. S. 615; 2. Abt. S. 523 sqq; Nicco-
1 i n i G. Op cit. P 24; W a I b a n k F. U*. Aralo* of Sicyon p. 176 sq;
Porter W. H. Op. cit. P. XXXV; F e г г a b i n о A. Op. cit. P. 279; W i 11 E. Op.
cit. P. 289. (Э. Билль все же высказывает определенные сомнения относи
тельно такой датировки и историчности всего рассказа Павсания).
8. Beloch К. J. Op. cit., I. Abt. S. 615; 2. Abt. S. 526.
9. Africa Th. W. Phi I arch us and the Spartan revolution. Berkeley.
1961. P. 27
10. Freeman E. A History of federal government. V. I, London;
Cambridge, 1863 P. 391 n. 1, Fougtres G. Maiitincc et I Arkadia orien-
lale, Paris. 1896. P 484.
It Tarn W The Arcadian league... P. 106.
12. Urban R Op. cit. S. 44.
13. Ж игу и им 6. Д. Указ. соч. С. 141. Это предположение наименее
араьдолодобно, т. к. значительные ахейско-снартанскне сражения до иача
да Клсоыеновой войны (229 — 222 гг.) в источниках не упоминаются*
в окружении Клеомена III, правившего с 235 г.. ни сАгис», ни «Эвдамкд*
не известны; позиция мант мне ян в рассказе Павсания совершенно не согла*
суется с их поведением несколькими годами пот же, когда они явно
склонялись на сторону Спарты вопреки усилиям проахейской партии (Pol 2.
56, I sqq. PI. SI. 14. I; Аг. 39. I).
14. Beloch К. J. Op. cit., 1. Abt. S. 615; 2. Abt. S. 525.
15. Niccolini G. Op cit P. 29; Walbank F W Op. cil P. 45. n 1;
Porter W. H. Op. cit. P. LVM sq; Fer r a b i n о A. Op. cit. P. 51.
16. Замечание Павсания о том, что Лидиад стал тираном «через два
поколения после Аркстодема» (Paus. 8, 27, 12), даже не заслуживает
исторической критики.
17. Beloch К. J. Op. cit., 1. Abt. S. 620; Wa I b a n k F. W. A
historical commentary on Polybius. V. I. Oxford. 1957 P 236; Niccolini G Op
cit. P. 26 sq.
18. Количество к время втолийских набегов на Пелопоннес о
литературе указываются по-разному, но в хронологических рамках 245 — 240 гг.
(Niese В. Op. cit. S. 259; 262; Beloch К. J. Op. cit.. 1. Abt. S. 620.
В и so It G. Griechische Staatskundc. 3. Aufl, 2. Hallie. Munchcn. 1926
S. 1538; Walbank F. W. Aratos* attack on Cynaetha (Polvb. IX. 17) //
The Journal of Hellenic Studies V 56. 1936. P. 67 sqq; Porter W. H. Op
ell. P. XL!X sq; WIN E. Op. cit/ P. 303; Larscn J. A. O. The Aetolian-
Achean alliance of ca. 238—220 В С. // Classical Philolog). V. 70. 1975
P. 164; Urban R. Op. cit. S. 55 sqq). Особое мнение высказал А. Фсрра-
бнно. который датировал поход этолийиев в Лаконию и Аркадию 239 —
236 годами (FerrabinoA. Op. cit. P. 288). В этот период угодницы
полностью увязли в тяжелой войне с Македонией в северной и средней
Греции, так что открывать для себя «новый фронт» в Пелопоннесе им было
тогда крайне опасно.
19. В 219 г. Псофида принадлежала элейнам (Pol 4, 70, 4). и самое
подходящее для ее приобретения время — конец 40-х гг. (Beloch К. J-
61

Op. cit., 1. Abt. S. 620; Niese B. Op. cit. S. 259; Larsen J. A. O. The
Aetolian-Achcan alliance. P. 164; Wa 1Ъапк F. W. A hictorical commentary
on Polvbius P 524; U г b a n R Op. cit. S. 77).
20" Beloch K. J Op. cit.. 1. ЛЫ. S. 620; Walbank F. W. A histo.
rlcal commentary on Polyblus. P. 531). Мнение Р. Урбана о том, что Ля-
диад обменял АлиАору на пленных (Urban К. Op. cit. S. 87. An. 412),
маловероятно, т. в. Мегалополь не упоминается среди ограбленных этолийца-
ми городов Аркадия у Pol. 9, 34, 9 sq.
21. W a I b a n k F. W. Aralos' attack on Cynealha P 64 *qq
22. Freeman E. Op cit. P. 403 (Тегея, Орхомек); Niese В Op. cit.
S. 262. Beloch K. J. Op. cit., 1. Abt. S. 62); Klaf fenbach G. Fasti
Aeioliciy/IG. IX. I», I. P XX: F lac с Mere R Us Aitoliens i Delphi*
Parts, 1937. P. 240 (Маитинея, Тегея, Орхомен); Urban R. Op. cit.
S. 77 aqq. (Кинефа. Клейтор, Маитинея, Тегея, Орхомен). По мнению У
албанка. Кинефа побывала под мастью этолнйцев между нападением Арата
и вступлением в Ахейский Союз (Walbank F. w Aratod' attack on
Cynaetha. P. 69).
23 Niese B. Op. cit. S. 262.
24. Niese B. Op. cit. 5. 271; Beloch K. J. Op. cit Abt. IS. 622 *qq;
Walbank F. W Aratos of Sicyon P. 62 sq: Porter W. H Op. cil
P. LIV; E г г i n g t о n R. M Op, cil. P. 3.
25. Urban R. Op. cit.. S. 72. Сам Урбан, исходя из своей гипотезы о
тогдашнем господстве этолнйцев в Аркадии, считает главным побудитель*
ныч мотивом этого поступка Л я диад а боязнь оказаться я чрезмерной
зависимости от Этолийского Союза, что претило его честолюбивой натуре (Ibid.
S. 86 sq) Следует заметить, что с этой точки зрения альянс с более
отдаленным Этолийским Союзом (при сохранении тирании) был бы для Лидка-
да предпочтительнее, чем отказ от власти и подчинение властям ахейцев.
26. Строго говоря, Телъфуса, если исходить только из Pol. 2. 54, 12 sq
(о захвате ее Антигоной Досоком), могла н не принадлежать ахейцам до
Клеомеиовой войны. Но ее географическое положение все же должно
учитываться: Тельфуса перекрывала связь Гереи. захваченной ахейцами в 236 г.
(см. ниже), с тогдашней территорией федерации.
27. Так же считают: Beloch К. J. Op. cit.. 1. Abt. S. 632; Ferra
blno A. Op. cit. P. 51; 288; Koster A J. Plutarchi vita Afati. Utden. 1937.
P. LXIX; Busolt G. Op. cit. S. 1539; Walbank F. W. A historical
commentary on Polybius. P. 257; 259; Erring ton R M. Op cit P 4;
Marasco G. La politka achea ncl Petoponneso durante la guerra Demelriaca//
Atone e Roma. An 25. 1980. P. 114 sq. Напротив, и концу Деметриеаой
войны эти события относят: N i с с о 1 i n t G Op cit. P 28 sq; U r b a n R.
Op. cit. S. 75 sqq. Никколиии опирается яри этом на замечание у PI. CI.
3, 8, которое вряд ли относятся к упомянутым городам (см. ниже), а Урбан
исходит всё иэ той же своей точки зрения о преобладании этолийского
влияния п Аркадии с конца 40-х годов, которая уже была охарактеризована
как не очень правдоподобная.
28. РЫуаел. 2. 36. Стратег Диэт в других источниках не упоминается;
236 год — наиболее вероятная дата его пребывания в этой должности, так
как стратеги 237 года и 235 — 229 гг. нам известны точно. Неубедительно
возражение Р. Урбана, который персеолнт слова Полиэна «Дингас отрос
ттгуос Axoeutv» просто как сДиэт. военачальник ахейцев» (Urban R. От cit
S 75). Такую операцию, как овладение целым городом, мог в Ахейском
62

Союзе осуществлять только стратег, а не второстепенный командир. При*
Соединение Гереи датируют 236 годом: Be loch К- J. Op. cit. Abt. I.
Щ. 632. N i ее о I i n 1 G. Op. cit. P. 26; F e г г a b i n о A Op. cii P 51; 295;
■Valbank F. W. Aratos of Sicyon P. 58; Porter W. H Op. cit P LV;
Marasco G. Op. cit P. 114.
I 29. Когда восторжествовала ороахейсная партия в Кннефе (Pol. 4,
Й7, 5), точно неизвестно. Уолбвик относит это событие к концу 40-х гг.,
Урбан —к рубежу 30-х и 20 х гг.; Гвбба и Ларсев —к 20 м гг. (Wal-
Ibank F. W Aratod' attack on Cynaetha. P. 70 Urban G. Op cit. S. 177;
Gabba E. Studi di Filarco // Athenaeum. V. 35. 1957. P. 22 n. 4; Lar.
теп J, А. О Greek Federal States Oxford, 1968. P. 334). Логичнее было бы
■агредлоложить дату до 236 года» ибо КинеФа была расположена севернее
'не только Гереи, по н Клейтора, и Февея. Аналогичную «географическую»
датировку можно предложить н для Лусов, факт членства которых в Ахей-
,ском Союзе удостоверен надписью IG IV, I, 73, но сама надаись была
«оставлена уже после 229 года.
30. Слишком большой точности в формулировках требует Р. Урбан от
Фнларха н следовавшего за ним Плутарха, обращай внимание на то, что
«сразу же после смерти Леонида» в Ахейский Союз не входил еще и Аргос.
Фнларх в данном месте намеренно, по своему обыкновению, драматизирует
^ситуацию в год воцарения его любимого героя Клеомека. Не имеет инка-
[кого основания отнесение этого пассажа к 229 году, когда был присоединен
•Аргос (Urban R. Op. cit. S. 76). Если следовать такой логике, то следует
[вообще думать о II веке до и.»., когда была присоединена еще и Мессения.
31. См. Marasco G. Op. cit. P. 117 sq; Urban R. Op. cit. S. 78.
'Мараско и Урбан справедливо критикуют мнение Дж. Никколини. который
[относил слова Плутарха к городам Северной Аркадии — Фенею, Стнмфалу,
Кинефе и другим (N 1 се о 1 i n i G. Op. cit. P. 2H sq). Выше были приведены
аргументы в пользу вывода о присоединении этих полисов к Ахейскому
Союзу еще до 235 г.
32. То, что восточно-аркадские города побывали в составе Ахеясхвго
Союза еще до Клеоменовой войны, подкрепляется следующими
доказательствами: 1 —словами Полнбия о том, что мантипсянс «-вышли из
государства ахейцев» до 229 г. (Pol. 2, 57, I — «еукатаХиюутес, *n|v цета
twv Axautfv noXtxeiav»; 2 — способом выражения у Полнбия и Лняпя
мысли о том, что вначале Антигон Досок «не вернул» («оих anoxaitoreoe»)
Орхомен ахейцам (Pol 4, б, 5), а впоследствии македоняне решили-таки
«возвратить» («redderent») этот город Ахейскому Союзу (Liv. 32, 5, 4).
Глаголы алохаФитпми и reddo подразумевают, чю ранее Орхомеч асе же
принадлежал ахейцам; 3 —датировкой надписи о вступлении Орхомен а
в Ахейский Союз Syll*. 490 — после 235 г. Вместе с указанием Полнбия на
то, что в 229 г. полисы восточной Аркадии находились уже в союзе с это*
лийцами (Pol. 2. 46, 2), это дает хронологические рамки вступления
восточно-аркадских городов в Ахейский Союз: 235 — 229 гг. Такой датировки, по
крайней мере относительно Мантииеи н Орхомеиа, придерживается
большинство исследователей (Fougcres G. Op. cit. P 488; Niccolini G
Op. cit. P. 29; Ferrabino A. Op. cit. P. 51; В uso It G. Op. cit. S. 1539;
Porter W. H. Op. cit. P. LV; Walbank F. W. Aratos of Sicyon. P. 63;
La г sen J. A. O. Greek federal states. P. 310 n. 2, Marasco G. Op. cit.
6Я

Op. cit. P. 116). О малой вероятности датировки этого события 40-ми
годами уже говорилось. Особняком стоит мнение Р. Урбана, который склонен
вообше отрицать факт членства восточно-аркадских городов в Ахейском
Союае до конца Клеомсновой войны (Urban R. Op. cit. S. 81 sqq).
Аргументы Урбана опираются на тезис о том. что эти города, впоследствии
оказавшиеся в тесной связи с Э гол и иск им Союзом, не могли быть
уступлены ахейцами добровольно, стало быть, и не входили в их федерацию.
Такое, яесьма спорное, утверждение не может служить достаточным
основанием для того, чтобы ставить под сомнение данные источников, в том числе
прям of указание Поли бия (Pol. 2, 57, I).
33 Arci F. Peloponneso al tempo del la guerra sociale//Stud* di storla
arnica An 2. 1893. P. 146; Walhank P. W. Araioa of Sicyon. P 63,
L а г s с n J. A. O. Greek Federal Stales. P. 310.
31. Per г a bino A. Op. cit. P. 54 Marasco G. Op cit. P. 117 sqq
35 Это обстоятельство мешает отнести налпнсь Syll\ 490 ко II пеку
10 н.э.. что предлагали, я частности. Низе и Урбан (Niese B. Op. cit.
S. ЭД). An 7; Urban R. Op. cit. S 85). R 199 г. Филипп V всрну.1 axvft
цам Орхомсн (Liv. 32, 5, 4) после того, как он находился под
непосредственным управлением Македонии, имевших там свой гарнизон (Pol. 2. 54,
II. -I. 6. 5: PI. Аг. 4о. I). Какое-либо соглашение ахейись с тираном Heap
хом * 199 г. было бы бессмысленным. Надпись, безусловно, относится
к III пеку, причем ко времени после вступлении Мегалоиоля в Ахейский
Оно* ибо строки 17—21 обтыкают Орхомен организован апзмешенис стой
мосгн похищенной п Мсгалополнтшс золотой оатуи Ними О правильной
да1И|:л»кс см Dillcnbcrger W. Kritische RcmcrkunRtn zu gricchischen
Inschrtfien//Hermes. Bd. 16, 1881. S. 176 sqq: Niccotini G. Op. cii. P. 29;
rerrahino A. Op. cil. P. 51; Porter W. Op cii P. LV; Wal-
U i н i< Г. \V. Araios of Sicyno Pt 63; La г sen J. А О Greek Federal Sla-
ic> P 310, n. 2 .Marasco G. Op cit. P. 116.
36. Кафии. расположенные севернее Мантклси и Орхомена, должны
были пойти а Ахейский Conn, по крайней мере, одновременно с ними. Тс
гея ппоследстаии оместе с Мантансей н Орхоменом пошли п союз с этолий-
цами (Pol. 2, 46, 2), что предполагает их совместные действия н ранее.
См. N'iccollni G. Op. cil. P. 29. Ferrabino A. Op. cit. P. 51. Bu
soli (i Op sit. S. 1539; Larsen J. A. O. Greek Federal States. P. 310;
.Marasco G. Op. cit. P. 116.
37. F rringion R. M. Op cit. P ID
38 Так следует понимать выражение Полибии «..ov jiovov cn;|ijiaxi-
ou$... ал>.а xai oop;tf>>.iTevojievtt£ тоте лолек,» (Pol. 2, 45. 2). Глаголу
о-»цдо> ие-юцеа в данном случае нельзя придавать буквальное значение:
«бить членом федерации». По остроумному замечанию Дт Л^рч.*»^, в
потайном случае слова «.mrpnaxioac ха» <г>цло>.1Т*д:оцелчхс,» имели бы такой
же смысл, как, например: «штат Нью-Пора— союзник США» (I. *•-
sen J. А. О. The Aetodans and the Cleomenic wjr /'/ 'l.t< c<as*k»i, ..at. ,iu.
Literary and historical studies in honor <>( H. Oplun hha**. i&«6. IV Wi,
Аналогичное причастн» аицлоЭлтесоцел'т) Полибии применяет и к Флгя-iee
<Ро1. 4, 3, 6), которая не входила а Этолнйский Союз, хотя и имела с ним
£4

Утесную связь (Syll* 472) Исополития—традиционная форма союза этодиА-
• цев со своими сэаморскимк» сторонниками.
39. F е г г a b i n о A. Op. cit. P. 54; W a 1 b а л к F. W. Aratos of Sicyon.
P. 67, Marasco (i. Op cit. P. 122. Менее вероятно, что ахейиы отлалн
вти города оотому, что этолпАцм лучше смогли бы их защитить
(Larte n J А. О. The Aelolians and Ihe Clcomcnic war. P, 52): восточная
Аркадия была слишком удалена от Этолни.
40. Freeman E. Ор. сП. Р. 404, Foufceres G. Op. cit. P. 489;
Niccollni G. Op. cit. P. 32.
РИМСКИЙ ФОРУМ И АГРАРНАЯ РЕФОРМА
ТИБЕРИЯ ГРАКХА
Я. Ю. Заборовский
Ивано-Франховский пединститут
Характер политической борьбы в римской civitas издавна
находился в иентре внимания как зарубежного, так и
советского аитнковедения. Естественно, предлагаемые решения
проблем в обоих случаях — различны. На Западе значительная
часть ученых еше совсем недавно была склонна рассматривать
борьбу, протекавшую в недрах римской гражданской общины,
только сквозь призму борьбы за власть между отдельными
семьями1. На этом пути был отмечен ряд несомненно ценных и
весьма интересных наблюдений, намного расширивших наши
представления о некоторых деталях сословной борьбы,
особенно во If—I вв. до н. э.
Выводы советских историков уже с середины 30-х гг. при
рассмотрении социальной истории римской civitas были очень
близки к замечанию К. Маркса о том, что внутренняя история
Рима до периода Августа «явно сводится к борьбе мелкой
земельной собственности с крупной, разумеется, в той
специфически видоизмененной форме, которая обусловлена
рабством»2. Считалось общепринятым, что Рим не утратил своего
первоначального аграрного характера даже в конце II в. до
н. э., поэтому любая постановка вопроса об аграрных
преобразованиях, даже о самых незначительных, должна была задеть
интересы абсолютного большинства свободного населения
всего государства. Именно этим объяснялась крайняя острота
политической борьбы в аграрном вопросе, впервые отмеченная
Титом Ливнем еще для начала V в. но н. э.э
5—«245
Ы

Даный взгляд подтверждался анализом источников в том
плане, что провозглашение, а потом и осуществление аграрной
реформы Тиберия Гракха действительно затронуло интересы
чуть ли не всех прослоек свободного населения как Рима, так
н Италии. Но в первую очередь римская civitas разделилась на
два противоборствующих лагеря: на тех. кто вследствие
осуществления реформы получал земельные наделы, и тех, чьи
земли подлежали переделу, когда реформа проводилась (ср.
Cic, Derep. I, 19,31).
Еще в период предвыборной кампании Тиберия Гракха
колонны портиков, стены домов и памятники в Риме были
сплошь покрыты призывами к реформатору вернуть ager pub-
licus беднякам (Plut., Ti. Graccn. 8, 4), наводнившим тогда
город «словно море» (Diod., 34—35, fr. 6). Неоднократно
сообщения о бедных, которые, надеясь получить землю,
поддерживали Тиберия Гракха, находим в «Гражданских войнах» Аппи-
ана: землю, согласно законопроекту Гракха, должны были
распределить между бедняками; народный трибун своими репами
накануне голосования по законопроекту возбуждает
неимущих; при повторных выборах летом 133 г. до н. э. после
неудачи в первый день и перенесения голосования на следующий
«бедные начали очень горевать, они же с плачем провожали
Гракха до его дома, убеждали смело встретить грядущий
день» (Арр., В.с. 1,9, 37; 1, 11,47; 1, 15,63).
У того же автора имеются четкие указания, кто выступал
против реформы: предполагаемое распределение земли
триумвирами «более всего досаждало богатым»; часть богатых
объедим л ась против законопроекта; к назначенному для его
обсуждения дню и богатые, и бедные собирали силы; крупные
землевладельцы настроили против законопроекта Марка
Октавия; когда вопрос о реформе был перенесен в сенат, «там
в узком кругу богачи стали издеваться над Гракхом»;
накануне повторных выборов летом 133 г. до н. э. стало совершенно
ясно, что богатые приложили все усилия к тому, чтобы
провести в народные трибуны лиц, наиболее враждебно настроенных
по отношению к реформатору (Арр., В.с. I, 10, 38; I, 10. 39;
1, 10,42; 1, 12,48; 1, 12,51; 1, 14,58).
О богатых, резко выступавших против аграрной реформы»
говорится также и в биографии Тиберия Гракха у Плутарха:
при всей мягкости и сдержанности законопроекта «богатым к
имущим своекорыстие внушило ненависть к самому закону»;
под его действие подпадала земля Марка Октавии, владевши
66

го весьма значительным количеством ager publicus; богатые
тайком злоумышляли против Тнберия Гракха и даже
подговаривали убийц; в день голосования по законопроекту урны были
похищены богачами; сенат, рассматривавший вопрос о
реформе, «ничего не решил по вине богачей, имевших в нем большую
силу», Марк Октавий накануне голосования по поводу
смешения его с должности народного трибуна уже, казалось,
заколебался, но взглянув на богатых и имущих, решил мужественно
вытерпеть любую беду: богатые подоспели к нему с помощью,
когда его силой стаскивали с трибуны; Назика ненавидит Ти-
берия Гракха прежде всего потому, что сам «приобрел много
государственной земли, и было ему тяжко, что его заставляют
сойти с нее» (Plut., Ti. Gracch. 9, 3; 10, 5; 10, 7; 11, 1; 11,2; 12,3;
12,5. 13.3).
Естественно, в советской историографии уже давно
пришли к выводу, что главной движущей силой оппозиция
аграрному законопроекту, а впоследствии реформе Тиберия
Гракха были в первую очередь крупные землевладельцы,
лишавшиеся части своих земель, в то время как стороннки
реформы -это главным образом малоземельные, а то и вовсе
безземельные римские крестьяне, страстно надеявшиеся в
процессе осуществления аграрной реформы получить землю, либо
увеличить свои крохотные участки4. Однако, согласно
неписаным нормам римского государственного права идея аграрной
реформы без поддержки ее представителями нобилитета ни
в коем случае не могла быть включена в порядок дня ни
одного вила народного собрания. Но еще в начале 140-х гг. до н.э.
в сенате складывается сильная, и, по-видимому, влиятельная
«военная» групировка нобнлетета5, члены которой, активно
выступали за наделение римских крестьян небольшими
земельными участками, служившее тогда единственным средством
увеличить численность армии (во II в. до и. э. пролетарии в
армию не допускались), без которой было немыслимо
расширение внешнеполитической экспансии Рима. В 145 (?) г. до н.э.
с проектом аграрной реформы выступил друг Сципиона Эми-
лиана — Гай Лепий, по всей вероятности, предложивший
сенаторам добровольно отказаться от излишков земли в пользу
малоземельного и безземельного крестьянства, встретив резкое
сопротивление консервативной части нобилитета, вынужден
был отказаться от своего предложения6. В дальнейшем
инициатива осуществления аграрной реформы исходит от более
«радикальной» группы нобилитета, объединенной вокруг Ап-
67

пия Клавдия. Для претворения своих планов в жизнь она
выдвинула из своей среды Тяберия Гракха, о чем
свидетельствуют не только сообщения источников (Cic, Academ. 2. Id; Idem.
Brut. 98; Aul. Gell.f 1, 43; Plut., Ti. Gracch. 9, 1), но и сам
момент, выбранный для его трибуната, когда чуть ли не все
государственные посты Римской республики были заняты
сторонниками аграрной реформы7. Стремление этой части нобилитета
увеличить численность римской армии путем наделения
крестьян землей объективно совпало с давним тяготением широких
масс беднейшего римского крестьянства к переделу фонда
ager publicus, что и позволило вывести идею реформы из
области разговоров на Форум и попытаться ее осуществить с
помощью всех доступных тогда легальных путей и методов.
Предстоящий передел земли среди беднейших слоев
римского крестьянства вызывал страх и озлобление не только
в большей части нобилитета, за счет передела земель которой
предлагалось проведение реформы. Явное неодобрение идея
аграрной реформы встретила у римских всадников.
Экономическое положение Рима в середине 30-х гг. II в. до н. э. было
более чем незавидным. Война с рабами, восставшими в 138 г.
до н. э. на Сицилии для римской экономики и государства ока*
залась бременем почти непосильным. Не удивительно, что уже
в том же 138 г. до и. э., по данным Валерия Максима (3, 7, 9),
в Риме поднялись цены на хлеб. Ничего, кроме потерь, не
сулила и затянувшаяся воина в Испании (138—132 гг. до н. э.).
Не случайно именно в этот период очевидец событий, Полибий
(37, 4), говорит о падении нравов римского общества:
участились случаи убийства детей, воины не желают обзаводиться
семьями и т. п. Ежегодные расходы римской казны в период
40 —30-х гг. П в. до н.э. достигли по подсчетам Т. Франка,
фантастической суммы в 20 млн. денариев при почти полном
отсутствии крупных поступлений извне*. В 134 г. до н.э. сенат,
по сообщению Плутарха (Mora). 2, Apophthegm. Scipio
Minor. 15). был вынужден, по всей видимости, произвести
очередной заем - публиканов, обеспечив его доходами ближайшего
пятилетия, т. е. 133— 129 гг. до н. э. В условиях же проведения
аграрной реформы Тиберия Гракха, когда повсеместно
нарушались традиционно сложившиеся экономические отношения
в Италии, выплата этого займа чрезвычайно затруднялась.
Может быть» под этим углом зрения и следует рассматривать
давно уже считающееся совершенно невероятным сообщение
68

источников, будто бы Гракх опечатал государственную казну
(Plut.. Ti. Gracch. 10, 4; Cass. Dio, 34 — 35, fr. 86), чего он
в действительности никак не мог сделать. Весьма
чувствительно должно было ударнть по интересам римских всадников а
предложение Тиберня Гракха использовать на нужды
комиссии триумвиров завещанное Риму наследство пергамского
царя Аттала III то ли для того, чтобы раздать деньги тем, кому
земли не хватало (Liv., Ep. 58), то ли с целью разделить это
наследство между всем народом (Flor., I, 35; Auct. Vir ill. 64,5;
Oros., 5, 8, 4). К тому же, в условиях осуществления аграрной
реформы совершенно невозможной становилась земельная
спекуляция, составлявшая существенную часть финансовых
операции римских публиканов, о чем красноречиво
свидетельствуют жалобы так называемых «богатых» еще в период
обсуждения законопроекта (Арр., В. с. 1, 10, 39 — 40). В свете
вышеизложенного указание Тита Ливия на то, что аграрный
закон Тнберия Гракха был внесен вопреки желанию не только
сената, но и всаднического сословия9, выглядит вполне
правдоподобно, что позволяет включить в круг оппозиции
реформе римских публиканов, вероятно, даже предоставивших
врагам Гракха свои немалые денежные средства, в то время
как сенат, по предложению Сципиона Назики, выделил на
нужды комиссии триумвиров совсем нищенскую сумму —
9 оболоп в день, а в палатке для поездок отказал, вопреки
обычаю (Plut., Ti. Gracch. 13, 2).
Против реформы выступили союзники и латнны всех
имущественных прослоек. Если еще можно спорить о том, кто
согласно закону Тнберия Гракха наделялся земельными
участками, то бесспорным остается факт, что необходимую для
передела землю аграрная комиссия отнимала в первую очередь у
италиков и союзников10. Как это ни парадоксально, именно
активная деятельность гракханской аграрной комиссии и
была, скорее всего, одной из главных причин возникновения
впоследствии Союзнической войны11. Пожалуй, возражения
упоминаемых уже нами «богатых» у Аппнана (В.с. 1, 10, 39)
можно отнести только к союзн...- л и италикам. Ведь согласно
данным нашего автора одни засадили свои участки, другие их
только что приобрели, третьи ссылались на то, что на этой
земле находятся могилы их отцов, кто-то израсходовал на ее
покупку женино приданное, либо отдал в приданное своим
дочерям, иные заложили ее кредиторам... Из этого описания
совершенно четко явствует, что речь здесь может идти вовсе
GJ

не о громадных массивах, а скорее всего о небольших наделал,
вероятно, в несколько десятков, если не меньше, югеров земли.
А такие клочки комиссия триумвиров могла забирать только у
неграждан. О какой-то компенсации их материальных, а еще
больше ••■ моральных потерь никто в Риме, и прежде всего сам
Тиберий Гракх, не думал. Конечно, основная часть италиков и
союзников, не будучи римскими гражданами, формально не
могла принимать непосредственного участия в делах форума,
но ведь среди них находились также и держатели
значительной части ager publicus, поступавшей теперь в распоряжение
аграрной комиссии, учрежденной Тиберием Гракхом12. Они
безусловно пустили в ход все свое влияние, экономическую
силу, обширные связи, чтобы провалить сперва законопроект, а
когда это не удалось, то и аграрную реформу13.
Примечательно, что приостановка деятельности комиссии триумвиров по*
еле смерти Тиберия Гракха была осуществлена именно под
предлогом защиты прав свободного населения Италии (Арр.,
В.с. 1, 19, 78), которое к тому времени не обладало правами
римского гражданства.
Очень заманчивым представляется предположение
Р. Ю. Виппера (см. его указ. соч., с. 58) о расширении круга
опозицин аграрной реформе за счет хозяев вилл катоновского
типа. Дело вовсе даже не в традиционном консерватизме, так
свойственном политическим деятелям типа Катона, для
которого приёмы и методы Тиберия Гракха были безусловно
совершенно неприемлемы из чисто принципиальных
соображений, что прежде всего и дат ж но было толкнуть их в лагерь
врагов реформы14. Но даже если они отличались завидной
широтой мировоззрения, были совершенно лишены такого
консерватизма, то, тем не менее, должны были находиться в
рядах оппозиции к Тиберию Гракху. Бояться за свои виллы
в сотню —две югеров земли, расположенных пусть и на ager
pulbicus, им было нечего. Все же, при осуществлении реформы
хозяева этих вилл теряли очень многое и прежде всего — так
необходимую им дешевую, а потому выгодную наёмную
рабочую силу. Ведь рабов в имениях такого типа, который имел
в виду Катон и где занимались преимущественно
полеводством и садовыми культурами, держали с таким расчетом, чтобы
их хватало только для выполнения текущих, каждодневных
работ. Во время пахоты, жатвы, сбора урожая в садах и
виноградниках без рабочих артелей, свободных поденщиков в
первую очередь из числа безземельных и малоземельных соседей—
70

крестьян, который хозяева вилл за их работу уступали даже
часть хлеба, хозяйство было немыслимо15. В условиях же
проведения аграрной реформы, когда сотнн, а то и тысячи
безземельных устремились в Рим в надежде получить из рук
Тиберия Гракха землю, поиски рабочей силы превращались
для них в проблему едва ли разрешимую. Этим, скорее всего, н
определялась причина враждебности хозяев вилл к Тиберию
Гракху и его делу.
Отношение к аграрной реформе перечисленных выше
сословий Римской республики в историографии нашло достаточно
подробное освещение. Но вопрос об отношении к событиям
133— 132 гг. до н.э. зажиточного и большей части среднего
римского крестьянства в литературе по существу даже не
поднимался. Как нам кажется, для отождествления позиции этой
категории населения с позицией остальной массы римского
крестьянства нет никаких оснований. Они, думается, должны
были иметь свое собственное мнение о всем происходящем
тогда па Форуме. Несомненно, размеры их земель никогда и
близко не приближались к установленному гракханским
законом земельному максимуму, а потом у них никто ire
собирался отнимать их несколько десятков югеров. Но с другой
стороны, при осуществлении реформы им никто не предлагал
увеличение их земельных наделов, и потери их от аграрной
реформы были куда более ощутимы, чем у хозяев вилл като-
новского типа. Ведь если последние были не в состоянии
обеспечить весь комплекс работ только за счет труда
собственных рабов, то что тогда говорить о хозяевах земельных на*
делов значительно меньших? Испокон века рядом с таким
хозяином, его семьей и 2 — 3 рабами, составлявшими всю
фамилию, работали наёмные работники. А было немало таких
хозяйств, где наёмный труд в силу причин самого различного
плана был основным: иногда для покупки рабов не хватало
денег, чаше —вызывала большие сомнения целесообразность
обзаведения рабами, если земли ровно столько, что можно
вполне обойтись своими силами при найме двух —трех
работников на время, «когда день —гол кормит»16. Когда же из
Рима доносятся слухи о наделении Тибернем Гракхом всех
неимущих граждан землей, вся эта масса вчерашних
издольщиков и батраков устремилась на Форум, и город был
наводнен ими (Diod., 34 — 35, fr. 6). Не подлежит никакому
сомнению, что хозяева участков в несколько десятков югеров земли
должны были быть взволнованы тем, что им в создавшейся
71

•обстановке негде будет найти работников, которые придут
косить, жать» выпалывать сорняки на хлебном поле, собирать
маслины в саду... Заменить эту дешёвую и выгодную наёмную
рабочую силу собственными рабами» т. е. держать на
небольших участках земли такое количество рабов, которое,
выполняя эти работы, будет занято в силу специфики сельского
хозяйства максимум месяц — другой в году, а остальное время —
бездельничать» под силу далеко не каждому. Из всего
сказанного следует вывод, что зажиточное римское крестьянство
в основной своей массе должно было находиться в стане
врагов реформы17.
Вместе с тем, у нас нет никаких оснований полагать, что
оппозиция, а тем более сторонники аграрной реформы
являлись какими-то раз и навсегда определившимися
группировками. Уже в первые месяцы осуществления аграрной реформы
Тиберпя Гракха расстановка политических сил на Форуме
существенно изменилась. Прежде всего это было вызвано
резкой переменой отношения к происходящим событиям той
части нобилитета, которая вначале, по видимому, поддержала
идею аграрной реформы из военно-политических соображений.
Речь может идти в первую очередь о так называемом
«конституционном» течении уже известной нам «военное» оппозиции
в сенате, представленным «кружком» Сцициона Эмнлиана.
Скорее всего недовольные радикальными методами, с
помощью которых Тиберий Гракх пытался осуществить свою
реформу, они безоговорочно примкнули к оппозиции аграрной
реформе может быть даже сразу после смещения Марка
Октавия. Во всяком случае, в 132 г. до н. э. реформатора осудил
сам глава «кружка»—Спипион Эмилиаи (Diod., 34, 7, 3: Pint.,
Ti. Gracch. 21, 4); благодаря его же выступлению в 129 г. до
и. э. была приостановлена деятельность комиссии триумвиров
<Schol. Bobien. ad Cic, Pro Milon. 3, 8. p. 118; App., Be. I, 19,
78—80); в составе следственной комиссии по делу Тиберия
Гракха мы видим весьма активного в прошлом участника
«кружка» —Гая Лелня (Cic, Lael. 37); при жизни Тиберня
Гракха против него резко выступил еще один участник
«кружка»—Элий Туберон (Cic. Brut. 117). А ведь совсем еще
недавно (каких-то 12—13 лет тому назад) именно «кружок»
Сципиона выступил инициатором аграрной реформы,
осуществить которую было поручено Гаю Лелню".
Не пройдет и десятка лет, как во время выступления Гая
Гракха расстановка политических сил на римском Форуме,
72

отношение каждого сословия к предлагаемым реформам
станет совершенно другим. Таким образом, каждый раз пытаясь
характеризовать конкретно-историческую обстановку в
римской civitas, следует учитывать, что в те далекие времена, как
это, впрочем, наблюдаем повсеместно, возникали совершенно
уникальные комбинации и временные союзы между самыми
различными политическими силами, интересы которых в
обычной ситуации были едва ли не антагонистическими.
Кроме того, следует иметь ввиду следующее немаловажное
обстоятельство, нередко совершенно игнорируемое
современными исследователями. В отличие от высших выборных
государственных органов европейских стран в новое время
(сенаты, парламенты, народные собрния и пр.), где все
политические группировки и партии, победившие на выборах, имеют
своих постоянных представителей (депутатов), а
политическое лицо страны, как правило, формируется во время выборов
на весь срок их действия, в Римской республике народ
никакого постоянно действующего органа власти не имел, состав к
политическое лицо народных собраний (трибутные, куриатные
и центурнатные комнцин, собрания плебса) всегда отличалось
крайней изменчивостью и непостоянством каждого созыва.
Это было прежде всего вызвано тем, что основной их состав —
римские крестьяне — в силу причин самого различного плана
далеко не всегда имели возможность присутствовать, а
потому, естественно, оказывать свое влияние на решения,
принимавшиеся на этих собраниях. Поэтому каждое народное
собрание Рима имело неповторимое политическое лиио, характер
которого в первую очередь определялся количественным
составом присутствовавших на нем римских граждан. Иное дело
римский нобилитет. У него был постоянно действующий
орган—сенат, собрать который даже в полном составе, ввиду
его относительной малочисленности не представляло особого
труда Кроме того, в качестве римских граждан знать имела
право присутствовать на собраниях, а потому окалывала
решающее влияние на все виды комииин, включая даже
собрания плебса.
Поэтому во II веке до н.э. нобилитет Рима каждый раз
оказывался чуть ли не совершенно бессильным, когда и связи
с важностью рассматриваемых вопросов, как это было в
случае с реформами Тибсрия, а впоследствии и Гая Гракхов, он
очутился лицом к лицу с полнокровным народным собранием,
подавляющее большинство которого составляло беднейшее

римское крестьянство. В таких случаях он всегда проигрывал
политические сражения. Так было в декабре 134 г. до н.э.,
когда обсуждался аграрный законопроект Тиберия Гракха и
народные собрания были исключительно многолюдными;10 так
было осенью 133 г. до н.э., когда пришлось отправить пусть
даже в почётное изгнание на всю оставшуюся жизнь одного
яз главных организаторов убийства Тиберия Гракха
—Сципиона Назику;20 так было в 132 г. до н. э., когда на ко м и ил я х
подвергся решительному осуждению самый авторитетный
политический деятель той эпохи — Сципион Эмилиан только за
то, что осмелился публично одобрить убийство Тиберия
Гракха (Diod., 34, 7, 3; Veil. Pat.. 2, 4, 4; Piut., Ti. Gracch. 21, 4).
Но в обычном будничном состоянии Форума, когда
нобилитету противостояли «худосочные» народные собрания
(крестьянство в большинстве случаев было занято на нолях), его
политическое всесилие было полным. Это хорошо понимал
Саллюстий: «...Знать была более могущественна своей
сплоченностью, народ же, разъединенный и рассеянный ввиду его
многочисленности был слабее»31. К сожалению, состояние
наших источников не всегда позволяет подвергнуть анализу
расстановку политических сил па Форуме, гракханскии период
истории Римской республики — в этом смысле счастливое
исключение. Однако, и здесь есть свои трудности. Несмотря на
крайнее обострение политической борьбы в 130-х гг. до н.э.,
далеко не все слои римского общества заняли чётко
выраженную позицию по отношению к описанным событиям.
Например, городской плебс Рима, видимо, так и не определил своего
собственного отношения к происходящему. Это совсем не
означает, будто тогда он занимал нейтральную позицию, ведь
экономически, а еще более—политически он давно находился
и полной зависимости от нобилитета, будучи связанным с ним
почти нерасторжимыми клиентскими узами. Естественно,
основная часть городского люмпен проле1ариота должна была
выступать против аграрной реформы в силу клиентской
зависимости от позиции патронов52, а меньшая часть, пусть даже
поначалу. — за реформу. Совершенно отсутствуют в
источниках данные о позиции, занимаемой по отношению к данной
политической борьбе рабами. Скорее всего, они, по образному
выражению К. Маркса, служили пассивным пьедесталом этой
борьбы и. по-видимому, никакого участия п движении не
принимали23.
74

Итак, попытка анализа расстановки политических сил
римской civitas в связи с аграрной реформой Тиберия Гракха
убеждает нас в том, что сообщения Цицерона (De rep. 3,
29, 41), Тита Ливня (Ер. 58) н Веллея Патеркула (2, 3, 2) о
враждебном отношении к реформе большей части римского
народа, несмотря на очевидную их тенденциозность, все же,
думается, соответствуют тогдашней действительности.
Совершенно ясно, что римский Форум в его обычном будничном
состоянии должен был быть в основном враждебным к
реформатору, что и предопределило судьбу как Тнберия Гракха, так
и его реформы.
ЛИТЕРАТУРА И ПРИМЕЧАНИЯ
1. Carcopino J. Bloch G. Histoire romaine. T. 2 P.. 1929
P. 172 — 175; С а г у M. A. History of Rome. U 1938. P. 262; S у m e R. The
Roman Revolution. Oxf., 1939. P. II —13; Wilkin R. The Eternal
Lawyer. N Y% 1947. P. 116: В a r ro w R. H. The Romans L. 1949 P 21*;
Та у lor L. R. Parly Politics in the Age of Caesar. Berkeley. 1949 P. 39—47;
Scullard H. H. Roman Politic* 200—150 B. C. Oxf.. 1951. P. 30;
Aymard A, AuboycrJ. Rome et son empire // Histoire generate des
civilisations. T. 2. P., 1954. P. 128. 244; M u n г e r F. Komische Adelsparteien und
Adelsfamilten. Stuttg.. 1983. S. 257—280; Gruen E S. Roman Politics and
the Criminal Courts 199—78 R. S. Cambr. 1968 P 42: Hnnder-
senM. H. Tiberius Gracchus and the Failure of Roman Republic//Theoria.
V. 31, 1968. P. 56, 57; Rossi R. F. La crisi del la Republic* // Nuovc ques
tioni di Storia An tic a Mil.. 1968. P. 384; В or en H. C.// Tiberius Gracchus.
Desfrover or Reformer of the Republic / Ed. J. M Riddle, Rexinglon. 1970.
P. 80-^81; Rostovteff At Rome. N. Y.. 1970. P. 95; Briscoe J.
Supporters and opponents of Ti. Gracchus //JRS. V. 64. 1974. P. 125—135,
справедливости ради, следует указать на появление определенных
изменен ни взглядов на эту проблему. См: N г со let CI. Rome et la conqudle du
monde Meditcxraneen 264 — 27 av J. —С 1. Lcs structures de ritatle
romaine P.. 1977. P. 129—134.
2. Маркс К. Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т 28, С. 368 См. вы вол и
о работах: Тюменев А. И. История античных рабовладельческих об*
ществ//Известия ГА ИМ К, 111, М.-Л., 1935. С. 183-203; Ков ал ёв С. И.
История античного общества. Т. 2. Эллинизм. Рим. Л., 1936. С. 172— 181;
Сергеев В. С. Очерки по истории древнего Рима. Т. I. M.. 1938.
С. 165-177.
3. Описывая события 486 г. до и. э. в связи с предполагаемой
реформой Спурия Кассия, Ливни (2, 41, 3) заметил: «Тогда в первый раз был
обнародован аграрный закон, обсуждение которого а последующее время
до наших дней всегда сопровождалось величайшим потрясением
государства»
4. См.: Звягиниев Е. Бориы за народное дело—братья Гракхи.
М, 1917, или Борек ей Г. Тиберий Гракх//Кому пролетариат ставит
памятники. Вып. 16, М, 1919, где этот взгляд был доведен до крайности.
Впоследствии зга крайность была несколько смягчена и для 40 —50-х гг.
7S

яикболее характерными, оо-вкдимому, будут работы: Ковалев С. И.
История Рима. Л., 1948. С. 350 — 352; Машкяи Н. А. История древнего
Рима. М., 1948. С. 210 — 214; для 60-х — тонка зрения В. Н. Дьяком, см.:
История древнего мира/Под редакцией В. Н. Дьякова и С. И. Ковалева.
М., 1962. С. 532 — 535 для 70-х — В. И. Кузмщниа, см.: История древнего
Рима /Под ред. А. Г. Бошцаинна и В. И. Куэищика. М., 1971. С !5б— 159;
Там же/Под ред. В. И. Кузяшкна. М.< 1987. С. 120—122.
5. Ср.: В л и л ер Р. Ю. Очерки истории Римской империи. Берлин,
1923. С 57; с.. в самом сенате были сторонники реформы: они могли
руководствоваться военно-политическими соображениями». Более летально
•см : Заборовский Я. Ю. Некоторые стороны политической борьбы в
римском сенате (40—20 гт II в. до н.».) // ВДИ, 1977, ,\t 3. С. 184—189.
6. Plut, Ti. Gracch. 8, О датировке события и характере выступления
см.: Заборовский Я. Ю. Указ. соч. С. 185, 186.
7. Как известно, из девяти коллег по должности против Тиберия
Гракха выступило только двое, остальные магистратуры находились в рука к
инициаторов реформы. Подробнее см.: Заборовский Я. Ю. Укаэ.'соч.
С. 187.
8. Frank Т. Rome and ltalv of the Republic//ESAR. V I.
Baltimore. 1933. P. 228.
9. L i v., Ep. 58; Ti Sempronius Gracchus Iribunus plcbia cum legem
egrariam ferret о d versus voluntatem sen a I us et concur is ordinis Ср.: Sail.,
Jiigurlh. 42. I; Veil. Pat.. Pat., 2, 3, 2.
10. Сергеенко М. Е. Земельная реформа Тиберия Гракха и рассказ
Аппиана//ВДИ, 1958, /* 2. С. 151; За бор о век и А Я. Ю. Аппиан и
римская civitas в последний век существования республики // ВДИ, 1981.
М 4. С. 143. Прим. 17.
11. Еше Р. Ю В напер /см: его Указ. соч. С. 104— 105/ совместил
жарту восстания союзников в 90 — 89 гг. до и. а. с картой распространения
сельскохозяйственных культур Италии и тем самым наглядно показал оочтн
полное совпадение района восстания с областями занятия скотоводством и
интенсивными культурами, т. е. с районами активной колониальной
политики Рима. Ср.: Carcopino J. Op. cit. P. 366 — 367: с карта восстания
91 г. до н. а. целиком ложится на карту предыдущих земельных па резок»;
Маяк И. Л Взаимоотношения Рима и италийиев в III- II вв. до н.э. М,
1971 С. 137: с...стержнем союзнической проблемы был аграрный вопрос».
Ср.: Nicolet С. 6р. cil. Р. 287 — 290.
12 Аппиан (В. с. I, 36, 162—163) отмечает, что накануне
Союзнической войны марсы, умбры, самаиты беспокоились, как бы у них не отобрали
чаегь ager publicus, который они возделывали Ср. у Си пула Флакка (De
cond. agror. 137, 1): «. .еегь земли, принадлежащие римскому народу, как,
например, в Пниеие и Реатннской области, горы в этих областях
называются римскими, потому, что они принадлежат римскому народу и доход
с них поступает в государственную казну».
13 Саллюстий (Jugurth. 42. 1) прямо указывает на непосредственное
участие союзников и латинон (per soctos ас nocnen Laiinum) n борьбе знати
Рима против аграрной реформы и в убийстве Тиберия Гракха. Об
отрицательной по отношению к Гракхам реакции правящей этрусской
аристократии см.: Залесскнй Н. Н. К социальной истории этрусков. — Ученые
записки ЛГУ. Вып. 127. 1950. С. 183; ср.: С а г сор i no J. Op. cit. P. 366:
с.римское гражданство само по себе вовсе не было нужно италикам, но
когда Гракхи объявили, что для блага Римской республики необходим пс-
76

редел «общественного поля», римское гражданство представилось
единственным спасением италикам, которые от этой реформы только страдали».
14 Впрочем, В. И. Кузищна/см. его. Генезис рабовладельческих
латифундий в Италии (И в. до н.э. —I в н.э.). М.. 1976. С. 52/полагает,
что Катоя «поддержал бы, очевидно, идею аграрного закона». Но
порицание Катоном в его речи за родосцев нарушений закона о земельном
максимуме не обязательно означает поддержку идея аграрной реформы.
Сципион Эмилиан и его «кружок», например, не только порицали
безудержный захват ар;ег publicus, но даже предлагали проекты аграрных
преобразований, что, кстати, не помешало ему же решительно осудить
действия Тиберия Гракха, а его «кружку» принять самое активное участие
в подавлении гракханского движения.
15 Ссргеенко М. Е. Указ. соч. С. 152; Она же. Очерки по
сельскому хозяйству древней Италнн. М.; Л., 1958. С. 15 — 16; Она же. Катом,
Земледелие (5. 4) //Древний мир: Сб. статей в честь акад. В. В. Струве.
М. 1962. С 618—619; Она же. Ученые земледельцы древней Италии. Л..
1970. С. 201 — 202; К у з и щ н н В. И. Римское рабовладельческое поместье
II в. до н.э. — I в. н.э. М, 1973. С 92 — 94. Теоретическое основание
вопроса см.: Ильин Г. Ф. Древневосточное общество и проблемы его
социально-экономической структуры// ВДИ. 1983. № 3. С. 22.
16. Ср.: К у эй щин В. И. Крестьянское хозяйство древнего Рима как
экономический тип // ВДИ, 1973. № 1. С. 38 — 40. Он же. Римское
рабовладельческое поместье... С. 29 — 30.
17. См: Заборовский Я- Ю. Попытка разрешения аграрного
кризиса конца 130-х гг. до н.э в республиканском Риме (Аграрная реформа
Тиберия Гракха): Автореф. дне... канд. кет. наук/ЛГУ. Л.. 1967. С 14.
18. Более детально р составе «кружка», его программе и
предполагаемом отношении к событиям 140 — 120-х гг. до н.э. см.: Сергеев В. С.
Указ; соч С. 163—165: Becker J. The Influence of Roman Stoicism upon
Gracchi//La parola del passato V. 95, 1964 P. 124—127. Astin A. E. Seipio
Acmilianus. Oxf. 1967. P 161 — 174, 295—296; Gruen E. Op. cil. P 23-25;
v
Briscoe J Op. cit. P. 131. 132; Jaczynowska M. Histiria staroxytnego
Rzyinu. War., 1976. S. 123— 124; Ср.: Заборонский Я. Некоторые
стороны... С. 184—187.
19. Все приводимые нами и начале статьи свидетельства Диодора,
Плутарха и Аппиана как раз и относятся к такому типу комииий
20. Val. Max., 6, 3. 2; Plyt., Ti. Gracch. 2!, 2 — 3. Собрание проходило
после з*вершения сельскохозяйственных работ, что и позволило
крестьянству присутствовать на нем.
21. Nobilitas faction? magis pollcbat. plebix vis soluta alquc disperse in
multitudinc minus poterat. — Sail., Jugurth. 41, 6.
22. Прямые указания на это см.: Veil. Pat.. 2, 3, 2.
23. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 16 С. 375. См.:
Выводы в работах: Штаермаи Е. М. Рабы и отпущенники в социальной
борьбе конца республики//ВДИ, 1962. № 1. С. 36; Она же Расцвет
рабовладельческих отношений в Римской республике. М., 1964. С. 224^225.
77

ТИБЕРИЙ КЛАВДИЯ КОГИДУБН
(К вопросу о романизации Британии в I в. и. а.)
М. С. Садовская
Горъховский университет
Римская вилла —удивительное явление в Британии,
значение которого в ходе романизации провинции трудно
переоценить. Однако Британия была, как известно, одной из
наименее романизированных провинций. Основными каналами
романизации здесь были —деятельность римской армии и
города, в большинстве случаев возникающие в местах стоянок
подразделений римской армии. Роль виллы как центра
романизации возрастает во второй период оккупации острова —
вторую половину III н IV вв. н. э.
Еще в начале 60-х гг. считалось, что общее число вилл
в Британии не превышало 500, большинство из них было
расположено на юге и востоке ировинции и почти все
датируются III — IV вв н.э.1 Виллы I в. н.э. считались нетипичным
явлением для Британии, которая н завоевана была в середине
I в. Однако археологические раскопки 70-х гг. дали
удивительно много доказательств существования вилл I в. па
территории юго-восточной Британии. Общее число известных
вилл должно быть значительно увеличено, так как только на
территории племени атрсбатов и регнов обнаружены следы
150 вилл, в том числе у регнов —боле 40s. И все же виллы
I в. были весьма скромными: не более 18 м в длину, состоящие
из 5—6 комнат. Таковы виллы в Пулборо, Истборне, Саутви-
че, Энгмеринге5.
Вполне понятен интерес, который вызвали раскопки
в Фншборне (Сассекс), которые производились под
руководством Б. Канлиффа с I960 по 1974 год4. В итоге было
выявлено, что на территории Фишборна длительное время
последовательно сменял друг друга ряд построек: первое деревянное
здание (30,5X7,3 м) датируется первыми годами
оккупации—40-е гг. I в. н.э. Здесь были найдены серебряные
денарии, которыми расплачивались с солдатами, и большие
бронзовые асы Клавдия (60 штук), керамика 30 — 40-х гг. I в. н. э.
78

Следует заметить, что еще раньше (1910 г.) в Босхемской
гавани, недалеко от которой расположен Фишборн, был
обнаружен бронзовый шлем легионера середины I в. н.э.5 Затем,
в 50 х гг. I в. и. э. на месте старого было построено новое
деревянное здание несколько бдльшнх размеров (30,5X15*2 м).
По мнению Б. Канлиффа, оба деревянных здания были
построены для хранения зерна и Фишборн, следовательно,
учитывая его географическое положение, играл роль военной базы
снабжения в период римского вторжения в Британию6.
В 60-х гг. I в. и. э. деревянное здание было снесено, место
расчищено и было начато строительство (так до конца и
незавершенное) большого каменного здания, которое в литературе
почило название «протодворца». Здесь были жилые комнаты,
помещения дли слуг, бани» большой сад, окруженный
колоннадой, стены были покрыты раскрашенной штукатуркой, полы
украшены мозаичными рисунками. К сожалению, полностью
вскрыть все помещения археологам не удалось, но и так было
ясно, что открыто здание неординарной постройки7. И все же
«притодворец» в Фишборне можно сопоставить с
аналогичными постройками в Энгмеринге, Пулборо и Саутвичс. Более
того, пилла в Энгмеринге (в 14 милях к востоку от Фишбор-
Hct) построенная в 65— 75 гг. и по размерам и по плану н по
декоративным деталям (черная и белая мозаика, мраморные
панели, черепица бань) настолько напоминает фншбориский
«протодворец», что можно предположить, что они были
построены одним и тем же архитектором4.
Однако все великолепные постройки 60-х гг. меркнут
в сравнении с новым зданием, которое датируется 75—80 гг.
Дрхпкктором была использована конструкция «протодвор-
ца>, который был включен в новый дворец как угловой
элемент. Площадь занимаемая дворцом 10 (15) акров, т. е.
5 (7,5) га*. Дворец находился в центре большого комплекса,
который включал в себя мастерские, кухни, кладовые,
помещения для слуг, бани. Широкая дорога была проложена от
Чичестера (1,6 км) прямо к восточному входу во дворец.
Внутри был расположен сад для официальных приемов,
правильно спланированный, здесь сохранились пьедесталы статуй,
следы фонтанов, колоннады, живой изгороди. Кроме того, был
большой сад снаружи дворца, он спускался прямо к морю.
Само здание построено но совершенно новому для римскоГг
Британии плану: блоки комнат были сгруппированы в
отделимые крылья вокруг одного или нескольких замкнутых двори-
79

ков". Все виллы такого типа относятся в Британии к IV в. и
только постройка в Фишборке является исключением. Глав*
ные жилые комнаты находились в южном крыле, которое было
украшено колоннадой. Западное крыло, по мнению Б. Кан-
лиффа и его последователей было предназначено для
официальных приёмов: там был большой зал «для аудиенций»,
который вместе с парадным вестибюлем в восточном крыле и
садом, где перед входом в зал стояла какая-то статуя,
составлял официальную часть дворца11. Кроме того, в
восточном крыле располагались бани. Однако, главное, что лора*
жает исследователей — не масштабы строительства,
беспрецедентные для Британии, а исключительное великолепие
отделки жилых и парадных помещений: коринфские капители,
роспись стен и, особенно, мозаика. Безусловно, здесь работал
величайший из мозаичистов. Характерная черта — сочетание
черного н белого завитков в ромбовидном узоре — развитие
греческого оригинала V в. до н. э. Кроме того, есть и цветные
мозаики: изображение Купидона, дельфинов, головы Медузы,
среди них есть уникальные рисунки —крылатый конь с телом
змеи. Э. Рейни определила 13 мозапк как работы 1 в. н. э. и
7 отнесла ко И — III вв.12 Мозаика I в. н. э. для Британии
явление исключительное: большинство мозаик Британии было
выполнено в период от 150 до 200 гг. н. э," Появляются даже
утверждения, что подобной мозаики в I в. н. э. на территории
империи нет нигде14. Качество работы мозаичистов, да и всех
отделочных работ таково, что позволяет утверждать —
ремесленники были приглашены, вероятно, из Галлии, а, может
быть, и из Италии15. Строительные материалы также были
привезены издалека: мрамор из Греции и Италии, прекрасный
камень из Нормандии16. Весь дворцово-парковый комплекс
занимал территорию около 49 га17. Стоимость строительства
дворца и парка (современными методами) оценивается, по
мнению современных архитекторов в 1,5 миллиона фунтов
стерлингов16. Таким образом, ни по величине, ни по
композиции, ни по характеру постройки — по стилю, декорации,
окружению— комплекс в Фншборне нельзя сравнивать не только
с соседними виллами I в. н.э., но и с британскими виллами
III—IV вв. К тому же дворец имел вполне определенное
назначение, это было не только жилище богатого н знатного
человека, воспитанного в лучших традициях античной цивили-
80

эаиии (полное отсутствие местного влияния бросается в
глаза19), но и официальная резиденция некоего правителя,
облеченного, вероятно, большой властью. Следует также заметить,
что фишборнский дворец планировался и строился в одно и
то же время и был выстроен за удивительно короткий срок,
обычно строительство вилл растягивалось на 1,5 — 2
столетия70. Дворец простоял до 90*х гг. Ill в. н.э., затем был
разрушен, отчетливо видны следы пожара. Вероятно, это событие
связано с тревожными для Британии днями Карраузия и Ал-
лекта21.
Открытие дворцово-паркового комплекса в Фишборне
стало, разумеется, важным событием для английских историков
и археологов. Было даже объявлено, что это самый большой
успех послевоенной английской археологии33. Если Б. Кан-
лифф сравнивает этот дворец с дворцом Домициана в Риме,
то М. Уиллер утвержает, что ничего подобного не было ни
в Британии, ни в самом Риме, а сады Фишборна можно
сравнить только с садами Людовика XIV33.
Действительно, значение этого открытия для исследования
истории римской Британии очень велико. Мы далеки от
восторженных оценок английских антиковедов и все же не
можем не принять во внимание заявление М. Уиллера о том, что
раскопки в Фишборне «проливают новый свет на политику
римского империализма в течение полувека после вторжения
Клавдия»24. Дело в том, что по мнению подавляющего
большинства исследователей владельцем дворца был бритт Тибе-
рий Клавдий Когндубн. С этим согласился и П. Сэлвей, «после
долгого скептицизма» и даже прибавил к своей работе
специальную главу под тем же названием25. Точно так же поступил
и Гр. Вебстер в своем последнем исследовании антнримского
движения в Британии в I в. н. э., правда, здесь приложение
написано Э. Барретом26. Во всех работах ло истории римской
Британии Когидубну теперь уделяется большое внимание27.
Заметим, что на территории Фишборна не было обнаружено
ни одной надписи, пи одного свидетельства о принадлежности
дворца Когидубну или кому-нибудь другому.
Однако имя Когидубна давно и хорошо знакомо
исследователям. Впервые оно появилось на страницах Тацита (Agr.,
XIV, 1): «некоторые племена были отданы в подчинение царю
Когидумну (еще на нашей памяти он хранил безупречную
верность по отношению к нам...)»24. Это лаконичное сообщение
6-8245 81

дает иного интересной информации, но еще больше вызывает
недоуменных вопросов.
Прежде всего, неизвестно, кто такой Когидумн, был ли он
связан родственными узами с домом Ком мня Атребата и был
ли он, таким образом, наследником Верика, последнего
законного правителя атребатов? Был ли он царем до римского
завоевания Британии или этот титул ему пожаловали римляне?
За что его так наградили, какая территория была ему
подвластна, на каких условиях он владел ею, какие племена
здесь проживали, наконец, что стало с его владением
впоследствии? Важно было бы установить, когда он получил этот
титул и как долго процарствовал. Тацит не дает ответа на эти
вопросы. Мы даже не знаем, галл Когидумн или бритт, более
того, нет уверенности, что текст Тацита правильно передает
имя этого человека. Однако определенные сведения все же Та
цит сообщает. Прежде всего, важно то обстоятельство, чти
сообщение о Когндумне приводится автором в том раздело
биографин Агриколы, где речь идет о событиях в Британии
накануне приезда туда в качестве наместника Дидия Галла
(52 г. н. э.). Тацит выделяет два наиболее важных, с ого точки
эрсния события: основание колонии Камулодун (Кольчестер) и
пожалование «царства» Когидумну. Оба факта служат евн
дегельством достижений римской завоевательной политики
в Британии и, видимо, равноценны по значению. Исторический
очерк в биографии Агриколы очень лаконичен и если здесь
упомянут Когидумн, следовательно, эта фигура играла
важную роль в расстановке политических сил Британии в
середине ] в. н. з И все же на основании сообщения Тацита нельзя
установить, когда именно Когидумн получил во владение
«некоторые племена». К тому же неясно, были ли эти подаренные
земли присоединены к уже имеющимся владениям или
составили царство Когидумна. Во всяком случае важно, что их
было несколько, не менее двух.
Весьма важно сообщение Тацита о том, что Когидумн был
жив и сохранял верность Риму на его (Тацита) памяти, в
момент написания биографин Агриколы (т. е. около 98 г.),
впрочем, он мог и умереть к этому времени, но важно, что Тацит,
родившийся окаю 56 г. н. э. помнит его живым и пишет о нем
для своего поколения как о живом человеке. Текст Тацита,
по мнению П. Сэлвся, вызывает сомнение, так как в ранний
манускрипт (IX в.) было внесено исправление —изменено имя
«Когидумн» на сТогидумн». Автор предполагает, что коррек-
82

тор имел доступ к различным манускриптам Тацита, а может
быть, читал Диона Кассия (LX, 19—22), где, действительно
передается рассказ о Тогодумне, сыне Ку нобелии а,
боровшемся против римского завоевания вместе со своим братом Кара-
таком и погибшем в 43 г. н. э. в битве да реке Медуэй**.
Однако все, что сообщает Дион Каски, является доказательством
существования Тогодумна и никак не объясняет замечание
Тацита о долгой жизни Когидумна («еще на нашей памяти).
Кроме того, Тогодуми— личность хорошо известная, прежде
всего, он чеканил монету со своим именем30 и рассказ о нем
Днона Кассия не вызывает сомнения. И, главное, различны
политические позиции этих людей — патриот, боровшийся
с завоевателями, сподвижник вождя антиримского движения
и человек, чья верность Риму так ощутимо вознаграждалась.
Таким образом, знакомство с отрывком из Диона Кассия
не может внести ничего нового в рассказ о Когндумне
Предполагать же, что и Диона Кассия подвела память3',
исправлять «ошибки» одного автора «неточностью» другого по
меньшей мере нелогично.
Однако в нашем распоряжении есть еще один, не менее
важный источник: в 1723 г. в Чичестере была обнаружена
надпись, где речь идет о том же самом лице*2, названном здесь
Тиберием Клавдием Когндубном, римском гражданине, царе
и легате Августа в Британии, который воздвигает храм
Нептуну и Минерве в Новиомаге (Чичестер) и заявляет о своей
приверженности императорскому культу33. Выбор божеств
не случаен — рядом гавань, и коллегия фабров, от лица
которой ставится алтарь, могла состоять из кораблестроителей.
Впрочем, это не более, чем предположение, такое же, как
предположение, что эта коллегия объединяла кузнецов или
торговцев. К сожалению, надпись не может быть точно
датирована, как почти все надписи, обнаруженные в XVIII веке,
к тому же она теперь утеряна. Датируют ее на основании
текста Тацита концом I в. н. з. Следует заметить, что текст
надписи содержит много пробелов и 14 букв восстановлено.
Эта надпись является единственным подтверждением
текста Тацита» безусловно, здесь речь идет об одном и том же
человеке35. В пат не объяснимо, что Тацит не приводит полное
имя Когидубна, ему важно сообщить читателю местное
кельтское имя3*, все остальное для него — излишние подробности.
Ничего не пишет Тацит и о втором титуле Когидубна,
упоминаемом в надписи — «легат Августа в Британии», титуле уни-
83

кальном н совершенно невероятном для Британии. Если бы
Тацнт знал (а должен был знать, так как Когидубн был во
всяком случае современником Агриколы), то непременно
отметил бы этот удивительный факт —бритт получает титул
легата Августа» т. е. становится римским сенатором,
наместником провинции. Но нам хорошо известны все наместники
Британии, начиная от Светония Паулина до Агриколы
включительно, именно Тациту мы обязаны этими сведениями.
Бездоказательными кажутся попытки объяснить внезапное
появление Когндубна в Британии тем, что он бежал в Рим
вместе с Бериком, был там воспитан (а может быть и
родился там) специально для того, чтобы занять место главы
буферного государства, всецело подчиненного Риму. Попытки
провести аналогии с сыновьями Коти с а I, Италиком,
племянником Арминия также неубедительны17. Не выдерживает
критики утверждение, что Когидубн получил от Клавдия все
высокие титулы и награды потому, что Клавдий очень любит
галлов, отсюда абсолютно нелогичный вывод о галльском
происхождении Когндубна30. В последние годы в работах
английских исследователей усиленно разрабатывалась версия, чго
Когидубн выполнял юридические функции наместников,
занятых войной, должность legatus iuridicus весьма важная и
поэтому ему принадлежал дворец в Фишборне". Однако
в 1979 г. Дж. Богерс предложил новое и весьма убедительное
прочтение текста надписи в той ее части, где речь идет о
титуле «легат Августа в Британии», представив новую
реконструкцию текста: «великий царь Британии»40. После этого все
многочисленные и многословные рассуждения о толковании
титула «легат» оказались устаревшими. Фактически такое
толкование надписи полностью подтверждает текст Тацита. И вес
же, следует заметить, что попытки объяснить новый для
Британии титул «великий царь» мегаломанией, влиянием
восточных царей и правителей и даже латинской версией кельтского
титула кажутся искусственными41. Так как Чичестер, где была
обнаружена надпись, находится на территории, которую
занимало могущественное племя атребатов, то Когидубн,
естественно, был властителем прежде всего этого племени, чья
территория легко локализуется с помощью нумизматических
данных: монеты последнего известного нам царя атребатов
Берика определяют район расселения атребатов на территории
современных графств Сассекс, Суррей и Хэмпшир43. Фишборн и
Босхемская гавань также расположены в районе, близком
84

к атребатам (приблизительно 1,5 км), предполагают, что
именно здесь обитало племя регнов, союзников атребатов,
которые даже имя свое получили от латинского <rex»4S. Атреба-
ты долгое время были верными союзниками Рима (северные
их территории были покорены катувелланами накануне
римского вторжения, но южные атребаты и, без сомнения, регны
оказали, вероятно, немаловажную поддержку римлянам в
период завоевания провинции)44. Регны же занимали район
между территориями атребатов, катувелланов, белгов и кантнсв4*.
'Столицей Когидубна считается Новномаг (Чичестер), однако,
-есть предположение, что у Верика, чьим наследником был
Когидубн центром было поселение в Селси или даже, может
быть, около Фншборна". Во владениях Когидубна отмечены
три крупных городских центра — Новномаг (Чичестер), Кал-
лева Атребатов (Силчестер) и Вента Белгов (Винчестер), при
-этом в Новиомаге не обнаружено следов доримской
оккупации, предполагают, что Когидубн построил сам свою
столицу47.
Следует заметить, что, хотя образование такого
вассального государственного объединения в период завоевания новой
территории было для римлян хорошо знакомым делом, все же
«царство» Когидубна не вписывается в привычную схему. Во-
первых, оно расположено далеко от линии военных действий,
(а не на пограничной территории, как обычно), практически,
в центре района, который был освоен римлянами и до
известной степени подвергся романизации еще до вторжения
римских войск в 43 году. Во-вторых, Когидубн никогда не чеканил
свою монету —одна из древних привилегий, ревниво обере*
гаемая повсюду зависимыми правителями. Встает вопрос: мог
ли Когидубн, вождь группы племен (регны, атребаты) южной
Британии, занимать фишборнский дворец, построенный
в 75 — 80 гг.? Нам представляется это невозможным.
Во-первых, Когидубн —не единственный правитель
Британии, вождь племени или группы племен, носящий римский
титул гсх, чьи права признавались Римом и после завоевания
провинции, правда, как нам известно, лишь пожизненно. Та*
кое же положение было у вождя иценов Прасутага, «царство»
которого было завещано Риму, а имущество раскрадено
римскими легионерами (Тас. Ann., XIV, 31). Однако, сообщая
подробно об этих событиях, послуживших поводом к
восстанию Боудикки в 60 г. и. э., источники ни словом не упоминают
85

о каких-либо дворцах Прасутага, легко предположить, что у
него и не было ничего подобного фншборнскому дворцу.
Имущество Прасутага было разграблено, а дворец Когидубна
продолжал функционировать века.
Во-вторых, для разрешения нашего вопроса надо
попытаться определить время жизни Когидубна. Судя по имени, Тибе-
рий Клавдий Когидубн получил гражданство непосредственно
от Клавдия, неважно в данном случае, когда именно это
произошло— до похода Клавдия в Британию в 43 г. или позже,
во всяком случае до смерти Клавдия в 54 г. Совершенно не
вероятно, что гражданство получил отец Когидубна задолго
до завоевания провинции.
Есть предположение, что Когидубн получил гражданство
при Нероне4*, во всяком случае, судя по посвящению
«божественному дому» правящий император должен относиться
к династии, которая включала обожествленных членов. Это
могли быть Клавдий, Нерон, Тит и Домициан, но никак не
Веспасиан. Попытка Гр. Вебстера и Д. Дадли установить связь
Когидубна с Веспасианом, который, как известно, в годы
завоевания Британии действовал на юго-западе острова и,
безусловно, нуждался в какой-то базе снабжения, которой мог
быть Фишборн в его первоначальном варианте, кривели к
утверждениям, что Когидубн командовал отрядом римских
солдат в Чичестсре" (явление абсолютно невозможное для
провинции да еще в I в. н. э), а сам Фишборн был базой
нападения на остров Уайт50. Все это построение базируется на
шатком основании, якобы «Веспасиан не был способен забывать
старых друзей» и в 68—69 гг. дал Когидубну за его службу
такой исключительный титул51. Ш. Фрер предлагает сразу оба
варианта — или Клавдий, или Веспасиан53.
Все английские авторы говорят об услугах, оказанных Ко-
гидубном Риму, которые он мог оказать и в 43 г. и в 60 г. и
в 69 г.53, однако это все лишь предположения, никаких
доказательств нет. Действительно, атребаты не принимали участия
в восстании Боудикки, однако, скорее всего «услуги» были
оказаны Риму в момент вторжения. Впрочем, одно не
исключает другого. Власть над племенами южной Британии, титул
гех. может быть, протодворец в Фншборнс, построенный
в 60-х гг. I в. н. э. — все это вполне достаточные награды для
человека, которого я английская историография называет
«Квислингом», впрочем, оправдывая его позицию «тонким
86

римским вкусом» и «усталостью от мелких племенных
дризг»и
Кроме того, если считать Когидубна, получившего права
гражданства и имя от Клавдия, владельцем Фишборна, то
возникает много неясностей. В момент римского вторжения
он должен быть зрелым человеком, следовательно, в эпоху
Флавиев ему должно быть более 70-ти лет, возраст, который
вряд ли позволял ему занимать такие ответственные посты как
«легат Августа» или даже «великий карь». Дж. Уошер
полагает, что Когидубн царствовал до 80 х гг.5*, а Ш. Фрер опять
предлагает два варианта, заявляя, что Когидубн умер в фла-
внанский период или до него66. Между тем этот вопрос имеет
принципиальное значение для нашей темы. Если Когидубн
получил дворец в подарок за услуги, оказанные Риму в ходе
завоевания провинции, то непонятно, почему не стали сразу
строить дворец в его последнем варианте Странно, что
Когидубн получил этот дворец в награду через 40 лет после
оказанной услуги. Полное отсутствие следов местного влияния
в жилище бритта и безусловная высокая стоимость дворца го*
ворят сами за себя. Уже было высказано предположение, что
если Когидубн и проживал когда-нибудь в Фишборне, то лишь
в незаконченном «протодворце» 60-х гг. Именно то
обстоятельство, что этот дворец был незаконченным и в 60-х гг
римляне начали перестраивать старое здание и возводить
нечто совершенно новое для Британии — дворцово парковый
комплекс и заставляет предположить, что Когидубн
скончался ь 60 х годах. Это согласуется с текстом Тацита, который
упоминает о Когндубне не только до прибытия Агриколы
в Британию в качестве наместника, по даже Дидия Галла
(52 г. н.э.).
Кстати, не все английские исследователи согласны с тем,
что Когидубн был владельцем Фишборна. Если В. Канлифф
в этом не сомневается, то М. Тодд, Дж. Персиваль, Э. Рейни
высказываются более осторожно, отмечая отсутствие прямых
свидетельств и шаткость предположений57.
Таким образом, есть основания утверждать, что Когидубн
не был владельцем Фишборна. Однако, хозяин у Фишборна
все-таки был. Нам кажется, что дворец в Фишборне мог
служить резиденцией (может быть, только летней) Агриколы.
Вшчмс.'ктвии здесь могли жить и другие наместники, хотя
Б Канлифф утверждает, что фишборпский дворец лишь на
короткое время —ие более 25 лет —был дворцовой резнден-
87

цией( а затем снова вернулся к статусу комфортабельной
виллы5*.
Тацит ничего не пишет о владениях Агриколы в Фншборнс.
так как такой роскошный дворец противоречит образу его
героя с его умеренностью и прочими добродетелями. Зато это
не противоречит общему характеру романизаторской и
строительной деятельности Агриколы: в конце 1 в. н.э. в Британии
широко ведется монументальное строительство, например,
большой форум н базилика в Сайренчестере и Веруламе,
первая фаза строительства бань в Бате, обнаруженное недавно
здание дворцового типа в Лондоне, возможно, резиденция
наместника или прокуратора провинции52. Однако «дворец»
в Лондоне можно сравнивать только с «протодворцом» в Фиш-
борне. Таким образом, при всей уникальности фишборнского
дворца его строительство было логичным завершением
деятельности Агриколы, апофеозом его романизаторской
политики.
В связи с нашим предположением попробуем затронуть
еше одну «загадку кельтской Брнтании> —в 1910 г. в Босхсм-
ской гавани (Сассекс) была найдена мраморная голова
(29,2 см высотой) в прекрасном состоянии. Это была чисто
классическая скульптура «с утонченными чертами лица и тем
реализмом, который не оставляет сомнения, что перед нами —
портрет»90. Здесь нет ничего кельтского, но самое
удивительное, что это голова Германнка61. Кажется невероятным, что
изображение члена императорской семьи могло быть ввезено
в Бритапию задолго до римского завоевания. Равным образом
удивительно, что его доставили после завоевания, т. е. но
крайней мере через 24 года после смерти Германнка. Фишборн
находится в устье Босхемской гавани, отсюда вывод, что
скульптурное изображение Германнка должно было
украшать дворец Когидубиа н, следовательно, вывод о высоком
уровне романизации местного населения, хотя бы его верхов*2.
Неубедительно звучит и высказывание Ш. Фрера о том, что
голова Германнка предназначалась храму императорского
культа63.
Зная отношение Тацита к Гсрманику. зная взгляды
Агриколы, его положение в флавианском Риме можно не
сомневаться в симпатиях Агриколы к Германнку, в его желании
украсить свою резиденцию изображением высокочтимого гс
роя.
88

Разумеется, неоспоримых свидетельств принадлежности
дворца в Фишборне Агриколе в нашем распоряжении нет.
Однако, версия, что владельцем дворца был Когндубн
кажется попыткой своеобразной реставрации романоцентриз-
ма — безудержное восхваление цивилизаторской роли Рима
сочетается с рассуждениями о высоком культурном уровне
местных вождей, способных воспринять и оценить блага
цивилизации.
ЛИТЕРАТУРА И ПРИМЕЧАНИЯ
1. Minn M. D. The Roman villa al Woodchestcr. Gloucestershire. Wo-
odchester, 1963. P. 4; Pсгсi v a 1 J. The Roman villa. L.. 1976. P. 96.
2. С u n 1 Iff e B. W. The Regni. L.t 1973. P 83; В г a n i g a n K. The
Roman villa in Sou In-West England. Bradford-on-Avon, 1976. P. 10.
.1 С u n I (f f e B. W. The Regni. P. 74.
4. С u n I i f f e B. W. Excavations at Fishbournc. V. 1 — II. Leeds,
1971; Idem. The Regni; Idem. Fishboume. A Roman Palace and its Garden,
L.t 1974; Idem. Iron Ages Communities in Britain. L., 1974 Idem. The
Celtic World. London, 1979.
5. С u n 1 i f f e В W. Fishboume... P. 32.
6. Wilson R. J A. A Guide to the Roman Remains in Britain. L,
1975. P. 44
7. I h i d P. 44; С u n I i f f с B. W. The Regni P. 74.
8. I b i d. P. 76 — 79.
9. I b i d. P. 82; С u n 1 i f f e B. W. Fishbournc... P. 144.
10. Wilson R. J. A. Op. cit. P. 17.
11. Cunliffe B. W. The Regni. P 80.
12 Rainey A. Mosaics in Roman Britain: A gazetteer. Tniowa, 1973.
P 73-75.
13. Ibid. P. 14
14 Laing J. Finding Roman Britain. Newton Abbot. 1977. P. 18.
15. M. Тодд усматривает рсАнскле традиции в некоторых
архитектурных деталях: Todd M. Roman Britain 55 В. С. — A. D. 400. The
Province Beyond Осбап New Jersey, 1981. P. 137.
16. Ibid.
17. Laing L. R. Celtic Britain. London and Henley, 1979. P. 101
18. Cunliffe B. W. Fishbourne... P. 165.
19. Todd M. Op. cit. P. 137.
20. Cunliffe B. W Fishbourne.. P. 165.
21 Ibid. P. 213.
22. W i I s о n R J. A. Op. cit. P. 43.
23. С u n 1 i f f e В W. The Regni P. 80 W h с e I e r M. // Cunliffe В W.
Fishbourne.. P 7—8. [Introduction].
24. Ibid.
25. S al way P. Roman Britain. Oxf.. 1981. P. 748—752
26. Barret A Tiberius Claudius Cogidubnus and the Claudian
Conquest.//Webster Gr. Rome against Caratacus. The Roman Conquest of
Britain AD 48—58. Tot owe. 1981: [Appendix].
27. Wacher J. The Towns of Roman Britain. Bcrkclv and Los
Angeles. 1974; Idem. The Coming of Rome. London and Henley, 1979; Todd M.

Op. cit; Laing L. R. Op. cit; Laing J. Op. cil. Frere Sh. Britannia. Л
history of Roman Britain. L., 1978.
28 Tac. Agr. XIV, 1: cQuaedam civitates Cogidumno regi donatae <i$
ad nostram usque memoriam lidtssimus mansit)» — Нами использован
перевод А. С. Бобовича. Корнелий Тацит. Сочинения в 2 Т. Т. I. Л.. 1970.
29. Sal way P. Op. cit. P. 748. Piggott St. British prehistory.
Oxf. 1949. P. 189.
30. Toynbee J. M. C. Art in Britain under the Romans. Oxf., 1964.
P. 26—38.
31. Sal way P. Op. cit. P. 748.
32. RIB, 91: «Neptuno et Minervae templuni pro salute doinus diviuac ex
auctoritate Tiberii Claudi Cogidubni regis legatis Augusti in Britannia
collegium fabromm et qui in eo sunt de suo dederunt donante «ream, ente Pu
dentini ffilio...»
33. Формула «pro salute domus divinae» очень редкая лая Британии
I в н. а.
34. Webster Or and Dudley D. R. The Roman Conquest of
Britain A. D. 45 - 57. L.. 1973. P. 43; W а с h e r J. The Coming... P. 136; Sal
w а у P. Op. cit. 749.
35. Ассимиляция «mn» и «bn» допустима. См. Barret A. Op sii.
P. 125.
36. Предположительно галл Когидубн отмечен во фрагменте надписи
из Медиолана: CIL. XI!) 1040. Сочетание — dubno (dumno) oooiiianaei
у кельтом силу См.: С и n I If f с R. W. Fishbourne... P. 24.
37. W h с с I с г М Op. cit. Р. 8; С i n 1 i f f е В W Fishbourne.. R 23-24;
Barret A. Op. cit. P. 125; S a I w а у Р. Op. cit. P. 749.
38. S a I w а у P. Op. cit. P. 750 — 751.
39. Birley E. A. Life in Roman Britain London — New York. I%li
P. 20. Frere Sh. Op. cil P. 225; Salway P. Op. cil P. 162 — 751.
40. Uht. no T о d d M. Op. cil. P. 72.
41. Barret A. Op. cit P. 126.
42. Wacher J. The Towns.. P. 239. Idem The Coming... P. 136.
43. Percival J. The Roman villa. L., 1976. P. 95. Wilson R J. A Op.
cit P. 43; С u n 1 i f I e B. \V. Fishbounte... P. 24.
44 Laing L. R Op. cil P. 10)
45. С u n li f f e B. W. The Regnt. P. I.
46. Wacher J The Towns... P. 239.
47. I b i d. P. 29. 203.
48. Barret A. Op. cit. P. 126.
49. Wacher J. The Coming... P. 136.
50. Frere Sh. Op. cit. P. 89.
51 Webster Gr. and Dudley D. Op. cit. P 43.
52. Frere Sh. Op. cil. P. 114.
53 С u n I i f f e B. W. Fishbourne.. P. 168.
54 f bid. P. 24— 25; Wheeler M. Op. cit. P 7.
55. Wacher J. The Coming... P. 136.
56. Frere Sh. Op. rit. P. 235.
57. Cunllffe B. W. Fishbourne P. 23; Idem The Regni P 82;
Todd M. Op. cit. P. 136, Percival J. Op. cit. P, 40; Rainey A Op.
cit. P. 73.
90

58. С u n 1 i H с В. W. The Refill. P. 79.
59. С u n I i f f с В, W. Fishbournc... P. 165.
60. Lainf L. R. Op. ciL P. 101.
61. Ibid; Frere Sh. Op. cit P. 356.
62. Laing L. R. Op. cit. P. 101.
63. Г re re Sh. Op. cit. P. 356.
КУЛЬТ ТИННИТ В КАРФАГЕНЕ
Ю. Б. Циркин
Новгородский пединститут
В истории пунической культуры нет, пожалуй, наименее
известной области, чем религия. Но понять пунический мир
без попытки проникнуть в мире карфагенских божеств
невозможно. Поэтому столь важным является обращение к
карфагенским культам. Среди этих культов особое место в IV—II вв.
до п. э. занимал культ Тинннт. В многочисленных
посвятительных надписях этого времени богиня занимает первое место.
Рядом с ней, но на втором месте (по крайней мере в самом
Карфагене), стоит Баал-Хаммон. Сама богиня имеет
постоянный эпитет Пене Баал, что обычно переводится как
«Украшение Баала> или «Лик Баала*1. И в этом эпитете ясно
видна связь Тнннит с Баалом (хотя и не обязательно именно
с Баал-Хаммоном).
После римского завоевания и распространения в Африке
латинского языка Тиннит стали называть Небесной богиней,
Целестис или Деа Целестис. До правления Септимия Севера,
происходившего из Африки, этот культ был почти неизвестен
вне провинций Африки, Ну мидии и Мавритании3. Поэтому
представляется, что Целестис — не римская богиня, а
латинское имя Тиннит. И уже эту богиню римляне отождествляли
с Юноной, а иногда и Дианой или Церерой*, что позволяет
обратиться к Целестис для реконструкции отдельных черт
Тнннит. А такое обращение необходимо, ибо собственно
пунический эпиграфический материал, несмотря на количественное
обилие, чрезвычайно мало информативен.
Римское имя выделяет один, но, видимо, важнейший аспект
образа богини — небесная богиня. Недаром Геродиан (V, б,
*
4) называет ее Oogctvia (Небесная), утверждая, что так* е имя
дали ей ливийцы. «Движущей тучи и ветры» названа эта богиня
91

в латинской надписи (CIL, VIII, 16810). Однако Тиянит была
не просто небесной, а именно лунной богиней. Об этом лише!
тот же Геродиан (V, 6, 4), указывая при этом, что
карфагеняне именуют эту богиню Астроархой (владычицей звезд),
желая подчеркнуть ее лунный характер. На стелах пуняческо*
го времени обычным символом богини был полумесяц, как
правило перевернутый рогами вниз, или реже лунный диск4.
Антропоморфные изображения Тиннит в самом Карфагене
довольно редки. Но когда они появляются, мы видим женскую
голову с крыльями, подчеркивающими небесную сущность
божества5. В Хадрумете Тинннт изображена закутанной в плащ,
сидящей на табурете и поднявшей правую руку в
благословляющем жесте; в другой руке она держит какой-то шар
(видимо, гранат), а рядом с ней перевернутый полумесяц; и здесь
видны крылья поверх одежды6. В пещерном святилище Эс'Куй-
рам на Питиуссе, где, по-видимому, находился культурный
центр Тиннит, распространявший влияние и на восточное
побережье Испании7, многочисленные фигурки изображали ту же
же богиню. И снова перед нами сложенные крылья,
покрывающие тело, наподобие плаща, и полумесяц на головном уборе
или на груди8.
Очень часто полумесяц сочетается с солнечным диском.
Видимо, это символ божественной пары: солнца —Баал-
Хаммона и луны — Тинннт. Означает ли это, что оба божества
считались супругами? Если это так, то отпразднованная
императором Элагабалом свадьба его сирийского солнечного бога
с карфагенской Астроархой была не изуверской выдумкой
развращенного деспота, как полагал просвещенный грек
Геродиан (V, 6, 4 — 5), а воспроизведением старинного обряда.
Священной птицей Тнпннт был голубь. Голубиные крылья
украшают тело богини на питнусских статуэтках. Интересна
в этом отношении статуя на крышке саркофага IV— III в. до
н.э., в котором была похоронена уже довольно пожилая
жрица, женщина негроидного типа. Статуя же изображает
молодую женщину европеоидного типа, которая как бы
вписывается в фигуру голубя: его голова поднимается над головой жен*
щины, а крылья окутывают бедра и ноги, оставляя открытами
только ступни9. Кто это? Богиня или ее жрица? То, что
скульптура не может быть портретом погребенной, совершенно ясно.
Возможно, что в этом образе слились и представление о
богине, и идеальное изображение ее жрицы, подобно тому, как
в Греции в раннее время женские фигуры могли представлять
92

одновременно и божество, и его служительниц10. Женщина,
слитая воедино с голубем, своим непременным спутником,—
такой предстает перед нами божественная Тиннит.
Как уже говорилось, римляне отождествляли Тиннит —
Целестис с Юноной. И Апулей (Met., VI, 4) говорит, что в
Карфагене Юнону чтут как деву, движущуюся по небу на льве. Эти
слова о небесной деве ясно показывают, что речь идет о
Тиннит. Апулей знал, что говорил. Африканец по происхождению,
он учился в Карфагене (конечно, уже римском) и позже жил
там, достигнув высоких должностей, в том числе должности
верховного жреца11. Образ льва вводит нас уже в другую
сферу деятельности Тиннит. В религиях Ближнего Востока лев
обычно ассоциируется с богинями плодородия,
богинями-матерями12. Движущаяся на льве Тиннит-Целсстис-Юиона
выступает, таким образом, не только как небесная богиня, но и как
богиня плодородия.
Между этими се функциями нет никакого противоречия.
Небесная богиня посылала на землю благодатный дождь,
оплодотворяющий эту землю и дающий жизнь всем ее
обитателям (CIL, VIII, 16810). Тертуллиан (Apol. 23, 6) называет
эту богиню «обещающей дождь». Оплодотворяя землю,
Тиннит оказывается Великой матерью. Этот титул (*m rbt)
встречается в пунических надписях (CIS, 195, 380). В одной из них,
как бы для того, чтобы мы не сомневались в принадлежности
этого титула именно Тиннит, после упоминания Великой
матери идет ее эпитет Пене Баал. Это можно сопоставить с
эпитетом, который иногда в римское время прибавлялся к имени
карфагенской богини — nutrix (кормилица)13, и с фигуркой
I в. н. э. из Тинисута, изображающей молодую женщину,
кормящую ребенка14. Из этого же Тинисута происходит фигура
дьэиноголовой богини15, также изображавшая, по-видимому,
Тиннит, воплощая в себе черты и самой богини, и ее
священного животного.
В качестве богини плодородия Тиннит имела символами
также пальму и гранат19. На карфагенских стелах эти символы
появляются с IV в. до н.э.17 А на стелах V ь. встречаются
изображения вертикального ромба, сочетающегося с т. н.
«знаком Тиннит»13. Ромб обычно связан с идеей рождения,
произрастания, появления19. И в данном случае он, видимо,
выступает как воплощение плодоносной сущности богини.
Казалось бы, полным противоречием этому характеру Be*
ликой матерн и богини плодородия является представление о
03

Тиннит-Цел естис как о деве. А ее девственный характер не
вызывает сомнений. Девой (virgo) ее называют Тертуллиан
(Apol. 23,6), Августин (civ. dei II, 4), некоторые надписи (СП.,
VIII, 97%; VI, 37170). Но то, что противоречит здравому
человеческому смыслу, совершенно иначе выглядит в
религиозных представлениях, в которых вполне может сочетаться
девственность и материнство. Чтобы не выходить за пределы
финикийского мира, можно сказать о богине Анат, которая
является одновременно и девственницей (это ее постоянный
эпитет), и в то же время супругой и возлюбленной своего брата
Баалу10. По-видимому, такое сочетание и было причиной того,
что греки иногда отождествляли Тиннит с Артемидой, которая
также была одновременно и девой, и матерью, и кормили-
пей21. Во всяком случае, имя Абтиннит в двуязычной надписи
из Афин ок. 400 г. до и. э. переведено как Артемидор (KAI. 53)
Небесную деву Тиннит сближает с Анат и ее воинственный
характер. В римских надписях порой Целестис именуется
invicta (непобедимая) или victrix (победительница)13. Может
быть, с воинственными характером богини связан эпитет 'drt
(могущественная), какой появляется иногда в пунической
эпиграфике (KAI. 72B).
Тиннит выступает и как владычица и покровительница
Карфагена. В надписях ее всегда именуют rbt (госпожа), а од
нажды —'dnt, т.е. женской формой от слова 'dn (господь)23
Именно в качестве госпожи Карфагена она появляется на
карфагенских монетах24. Хотя сам тип изображения, несомненно,
копировал сиракузскую чеканку, женская голова изображала,
конечно, не нимфу Аретузу, обычную в Сиракузах, а Тиннит.
В некоторых случаях голова богини украшена, по-видимому,
царской диадемой26. И хотя форма диадемы также
заимствована у греков, само ее появление на голове карфагенского
божества знаменательно.
Видимо, именно в качестве «владычицы» Карфагена
предстает богиня в статуе, фрагменты которой найдены в
Карфагене. Их всего три, но они дают возможность восстановить всю
скульптуру". Богиня сидит на троне, украшенном керубами.
на ее голове—покрывало, спускающееся на затылок и плечи
(подобное покрывало изображено на пунической монете IV в.
до н. э., чеканенной в Сицилии27). Левая рука опущена и,
вероятно, спокойно лежала на ручке трона. Лицо спокойно и
совершенно бесстрастно. Все тело закутано в длинную одежду,
ниспадающую складками, так что только правая рука слегка
94

появляется из-за складок на груди, чтобы придержать одежд/
та левой стороне. Одежда богини, вероятно, и есть тот леплос
[Целестнс, которым был украшен Цельс прн провозглашении
[его императором в III в. н.э. (SHA, Туг. trig. 29, 1). Видимо,
[существовала какая-то связь между верховной властью и
божественным пеплосом, и это могло быть наследством
пунической эпохи.
У Аппиана (Lib. 84) встречается упоминание ftouXoua Фсос:
карфагенянин Баннон умоляет рнмлян пощадить ее, как н
гражданский очаг Карфагена, его площади и все другое,
ценное для живых. По мнению С. Гзелля, это —также Тиннит,
выступающая в качестве председательницы карфагенских
советов39. В таком случае богиня выступает как глава
карфагенского правительства. Это определение можно перевести и как
«покровительствующая», и тогда едва ли можно сомневаться,
что речь идет именно о Тиннит. В любом случае перед нами
богипя, которая так же является воплощением города, как
его очаг н сами его площади.
Поскольку Тиннит была «госпожой» Карфагена, культ ее
был широко распространен, как свидетельствуют
многочисленные стелы, посвященные ей и Баал-Хаммону. Порой стелы
в честь этой божественной пары ставят жрецы или рабы
других богов и храмов. Чтобы снискать ее милость, карфагеняне
вырезали «знак Тиннит» на погребальных стелах, штамповали
на керамике, выкладывали в мозаике на полу, придавали его
форму украшениям и амулетам. Этот знак становится как бы
эмблемой Карфагена. Видимо, поэтому греческий переводчик
договора Ганнибала с Филиппом V не смог или не захотел
найти никакого эллинского аналога Тиннит, а назвал ее про-
сто божеством карфагенян (бсицшу Kapxn6ovi(i)v) (Polyb.
VII, 9, 2). Латинские надписи иногда именуют ее domina
(госпожа), что является переводом финикийского rbt. А позднее,
римские писатели называли Целестнс божеством или демоном
Африки и афров (Tertull., Apol. 24; Ad nat. II, 8; Salv. Gub.
VIII, 9).
Среди символов Тиннит наиболее популярны т. н. «знак
Тиннит» и «знак бутыли», как их называют современные
авторы. Несмотря на то, что они встречаются часто, нх
интерпретация спорна, и до сих пор нельзя утверждать, какая из
предложенных гипотез ближе к истине.
9&

«Знак бутыли» представляет собой нечто вроде сосуда
с цилиндрическим или яйцевидным туловом н коротким
цилиндрическим горлом или полусферическим колпачком*9. Форма
знака не остается неизменной: ок. 300 г. до н. э. он приобретает
более ясный геометрический вид. В III в. до н.э. этот символ
становится более редким, а во второй четверти П в., т. е. еще
до падения Карфагена, исчезает совсем30. Исследуя развитие
этого символа, К. Шарль-Пккар обратила внимание на
важную деталь: иногда, особенно в III в. до н. э., на месте
колпачка появляется изображение человеческой головы, а на ту л о
ве — фалла или женских грудей. Иногда вполне ясно, что
перед нами изображение священного сосуда. Отсюда
исследовательница делает вывод, кажущийся нам достаточно верным:
этот знак представляет собой одновременно и получившего
бессмертие ребенка, принесенного в жертву, и погребальный
сосуд, в котором захоронялся пепел жертвы31. Бесспорно
связанный с культом Тиннит, этот знак появился, однако, на
алтаре того типа, который предшествует появлению стел,
связанных с культом Тиннит (см. ниже).
С течением времени изменялся и «знак Тинниг». В целом,
однако, его схема оставалась постоянной: треугольник или
трапеция с поперечиной, положенной на вершину
треугольника или на короткую сторону трапеции (концы поперечины
часто подняты вверх), а выше над самой вершиной треугольника
или серединой короткой стороны трапеции — круг". При
попытке понять сущность знака и восстановить его историю
ученые приходят к различным и даже противоположным
выводам. Для одних путь шел от антропоморфных изображении
к абстрактным, для других — наоборот. В знаке видят или сам
символ молитвы, или соединение бетила с солнечным диском,
представляющее, может быть, земной культ и бога — предмет
этого культа, или идеальное представление египетского знака
жизни — анх33. Трудно выбирать между этими точками зрения,
и не исключено, что все они содержат долю истины.
К этим гипотезам добавим еще одну. Возможно, что «знак
Тиннит» символизирует божественную пару. Треугольник
издавна выступал символом женщины, женского плодоносящего
начала. Что такое значение он мог иметь и в Карфагене,
показывает изображение «знака> на двух стелах, где треугольники
явно представляют женские символы, в том числе
заштрихованный треугольник, вписанный в больший34. А
заштрихованный треугольник или угол — древнейший символ женского
боге

жества плодородия33. В таком случае трапецию можно
рассматривать как незаконченный треугольник. Круг наверху
воплощал солнце и солнечного бога, каким выступал Баал Хам-
мон. В этом отношении интересен один из древнейших
рисунков на стеле: над трапецией вместо круга находится надпись
b'lw. Видимо, это — Баал-Хаммон. Черта между
треугольником (или трапецией) и кругом не разделяет, а соединяв их.
Если это так, то перед нами символ соединения бога солнца и
богини плодородия. Первоначально последней могла быть во
все не Тиннит, а, видимо, Астарта. Но позже связь между Тин-
нит и этим знаком становится неразрывной. И иногда даже
сама стела принимает форму «знака Тиннит»37.
Занимала ли Тиннит столь высокое положение в
Карфагене с самого начала карфагенской истории? Обратимся к так
называемому тофету, святилишу под открытым небом, в
котором, начиная с IV в. до н. э., найдено огромное количество
стел с посвящениями «Госпоже Тиннит Пене Баал и господу
Баал-Хаммону». Этот тофет возник, видимо, на месте
высадки первых колонистов и существовал с первых лет истории
города. Однако до середины V в. до н. э. он имел другой вид, чем
в последующее время. Его территория была покрыта
миниатюрными каменными храмиками, бетилами в виде столбов или
с изображениями столбов, пластическими изображениями
трона божества. На двух таких стелах выгравированы надписи,
палеографически датируемые VI в. до н. э. Они одинаковы и
отличаются только именем посвятителя. Посвящены же они
только одному Баал-Хаммону3*. Во второй половине
V—начале IV в до и. э. все меняется. Наряду с камнями такого вида
появляются более тонкие вытянутые вверх стелы с
пирамидальной вершиной и гладкой лицевой поверхностью. Если
раньше на камнях изображался главным образом солнечный
круг, то теперь поверхность стелы покрывают изображения
перевернутого полумесяца с кругом между рогами, «знака
Тиннит» или «знака бутыли», т. е. символы, соединенные
с культом Тиннит. Сначала различные виды стел
сосуществуют, а затем ранние камни исчезают, поверхность
засыпается слоем песка, и выше его ставятся посвящения только
нового типа. И уже на них появляются надписи в честь
Тиннит и Баал-Хаммона". Это явно свидетельствуют о том, что то
место, которое в IV— II вв. занимала божественная пара, до
середины V в. принадлежало одному Баал-Хаммону. Мы
присоединяемся к мнению тех исследователей, которые полагают.
7»-8245 97

что в это время произошло определенное изменение в
верованиях. Тиннит выдвигается на первый план. В связи с этим
встает вопрос о ее происхождении.
Еще сравнительно недавно было широко распространено
мнение, что Тиннит — ливийское божество, воспринятое
пунийцами40. Но в последнее время все более увеличиваются
свидетельства ее почитания на Востоке. Участились находки с
изображениями «знака Тиннит» и «знака бутылн> в Финикии
и окружающем районе41. В Афинах нашли двуязычную над
гробную надпись некоего Абдтинннта, сына Абдшамаша, си-
донца (KAI, 53). В пещерном святилище между Тиром и
Силоном была обнаружена финикийская надпись, сделанная
греческими буквами, с упоминанием Афетснну (KAI, 174), и это
имя по финикийски явно звучит как Абдтиннит42. И самое
главное: недавно в Сарепте археологи нашли надпись VII в
до н.э. с упоминанием Тиннит и, может быть, даже ее храм43.
Теперь едва ли можно сомневаться в собственно финикийском,
а не ливийском, происхождении Тиннит и ее культа.
Однако, как представляется, в первой половине ! тыс. до
н. э. Тиннит была не той великой богнней, которая предстает
перед нами в Карфагене во второй половине этого же
тысячелетия, а одним из второстепенных финикийских божеств. Их
греки называли «демонамиэ и, следы их почитания находя г
в разных частях финикийского мира44. Возможно, что на
Востоке положение Тиннит осталось тем же самым и позже. На
Западе же, особенно в Карфагене, обстоятельства сложились
иначе.
В V в до н. э. карфагеняне присоединили значительные
континентальные владения на африканском материке, в связи
с чем произошла перестройка экономической структуры
пунического общества, как и социальной: появилась земельная
аристократия. Тогда же были свергнуты Магониды и
стабилизировался республиканский политический строй. Можно
утверждать, что в V в. до н. э. происходит становление
карфагенского полиса46. Это не могло не оказать влияния и на
религиозные представления карфагенян. Некоторые старые
божества оттесняются на второй план, а ранее второстепенная
Тиннит выходит на первый. Подобные явления имеют
аналогию в религиозном развитии других народов. Так, в
эллинистической религии великие олимпийские божества, хотя и
имеют свой культ, но, кроме Аполлона и Артемиды, пользуются
уже гораздо меньшим почтением, а на первый план выдвига-
96

ются ранее мало известные нлн почти вовсе неизвестные боги
и богини46. И в Римской империи кризис античного мира при
вел к тому, что особо почитаемыми божествами становятся
ранее далеко не свеликие» Пан, Снльван и подобные им47.
Отождествления с греческими н римскими богинями,
пожалуй, может дать нам ключ к эволюции образа Типнит. Около
400 г. до н. э. Тиннит отождествляли с Артемидой, т. с.
подчеркивали ее аспект девственной богини, но в то же время
матери н кормилицы. В конце 111 в. до п. э. переводчик
договора Ганнибала с македонским царем именует ее «божеством
карфагенян»: в это время она уже была покровительницей и
госпожой Карфагена. Отождествление с Юноной говорит о
том, что в конце I тысяч, до и. э. и в первые века нашей эры
богиня поднимается до положения «царицы богов», а ветре
чающаяся порой идентификация с Дианой и Церерой —о
сохранении ею лунного и аграрного аспекта. Тиннит становится
все более универсальной богиней.
Из Карфагена новые представления распространились и на
его владения. Если в Мотни, разрушенной в самом начале
IV в. до н. э., до сих пор не найдено свидетельств почитании
Тиннит, то в наследовавшем ей Лилибсе найдены такие же
стелы с посвящением Тиннит Пене Баал и Баал-Хаммону, kjk
и в Карфагене. Этот же культ отмечен в сицилийском Папор
ме и в городах Сардинии, а также на востоке Испании и в Аф
рнке". Но отношение к нему в различных частях державы Ьы-
ло различным. Те, кто были тесно связаны с Карфагеном чли
в большей степени в нем заинтересованы (финикийцы
Сицилии, Сардинии и Восточной Испании), приняли новый культ,
хотя в ряде случаев сохранили и старые: так, в Лилибее
встречаются надписи и в честь пары Тиннит и Баал-Хаммона, и
в честь одного Баал-Хаммона (IFPCO. Sic. 4, 5). Африканские
финикийцы, соперничавшие со столицей, н ливийцы,
ненавидящие поработителей, отнеслись к «имперскому» культу сдер
жано: приняв его в принципе, они, в отличие от Карфагена,
первое место сохранили все же за Баал-Хаммоном, как пока
зывают надписи из Хадрумета4* и Цирты50.
В римское время богиня не только сохранила, но и
упрочила свое положение. В латинском гимне в ее честь она
названа царицей богов —regina deum —и подлинной
правительницей богов —vera deum rectrix (CIL, VIII, 16810).
Каково было отношение Тиннит к другим божествам? К со
жаленню, система пунических верований известна очень пло
7—8245 "

ко, и все результаты исследовании в этом области остаются бо
лес или менее правдоподобными гипотезами. Как уже гоьо
рил ось, Тиинит выдвинулась на первое место в пантеоне
в V— IV* вв. до н. э. До этого времени место, занимаемое ею.
принадлежало Лета рте, старинной финикийской богине, которая
также была богиней плодородия и девой, супругой верховной)
бога Эла и лунным божеством. Как позже Гниннт, Астарту
греки, эгруски и римляне отождествляли с Герой, Уни,
Юноной51. Астарту не перестали почитать и после выдвижения
Тиинит, как об этом свидетельствует и обилие теофорных имен,
содержащих имя Лстарты, и храм этой богини (CIS, 255.
5683). В одном надписи (KAI, 81) упоминается совместное
святилище двух богинь — Лстарты и Тиинит. В Сарепте обе
богини также почитались одновременно53. Полагают, что в римског
время в Карфагене на месте святилища Астаргы и Тиннит на
ходился храм Цереры и Прозерпины53. Если это так, то можно
предполагать, что подобная связь существовала между двумя
богинями и у пунийцев. Оба божества; связанные с
плодоносными силами земли и луной, могли фигурировать в Карфаген
с кой (а может быть, и финикийской вообще) мифологии как
мать и дочь.
В многочисленных посвятительных надписях наредром Тин
нит выступает Баал Хаммон. Это —один из древнейших фи
ннкийскнх богов, выступающий как солнечное божество, одно
временно как всеобщий родитель и покровитель мертвецов, г
в этом качестве он обычно отождествляется с Кроном и Са
туриом54. Возможно, что карфагеняне связали с Баал-Хаммо
ном какие-то черты верховного бога Эла55. Но, как уже
упоминалось, супругой Эла выступает Астарта, которая, таким
образом, могла и п Карфагене рассматриваться первоначально
как супруга Баал Хаммоиа Не исключено, что Тиннит,
оттеснившая Астарту, занимает место своей предшественницы п
в божественной паре. Во всяком случае, Тиннит и Баал Хам
мои в надписях IV- 11 вв. до н.э. почти постоянно упомина
ются вместе.
В одном случае (но не в самом Карфагене, а на Питиуссе).
Гннннт соединяется не с Баал-Хаммоном, а Гадом (или Хага
дом), богом судьбы (KAI, 72B). Надо при этом заметить, что
в данном случае отсутствует постоянный эпитет богини
—Пене Ваал, который замешается другим — 'rirt (могуществен
мая). Может быть, питиусская богиня была одной из
ипостасей Тиннит, которая в итличие от основного образа соедиия-
100

лась с богом судьбы? Связь между этими божествами
прояснить пока невозможно. Заметим, что существует
предположение, что слово hgd -не имя бога, а второй эпитет богини —
Судьба5*.
Иногда на стелах, посвященных Тиннит. появляется
изображение коня» бывшего символом воинственного бога Баал*
Магоиима (Владыки Щитов); символы обоих божеств
соседствуют на карфагенских монетах57 В связи с этим надо
вспомнить, что Тиннит выступала и как воинственная богиня.
Возможно, что, как и Астарта, этот бог был в ходе религиозного
развития Карфагена оттеснен на второй план, превратившись
в божество в свите Тиннит. Может быть, в воинских кругах он
пользовался большим почетом, ибо Арес, с которым явно
отождествлялся Баал-Магоним, упоминается как
самостоятельное божество в договоре Ганнибала с Филиппом V (Polyb.
VII. 9.2).
С принятием в пуническую религию греческих божеств
некоторые из них также оказались вовлеченными в сферу
Тиннит. Так, с IV в. до и. э. на стелах в честь Тиннит появляются
атрибуты Диониса: виноградные лозы и грозди, а также
чаша64. Под влиянием культа Гермеса старинный символ Тиннит
в виде скрещенных змей принимает вид кадуцея*9. Видимо, и
Дионис, и Гермес в каком-то качестве вошли в мир Тиннит.
Как богиня неба, Тиннит казалась карфагенянам
обитающей в небесах. На одной стеле уже римского времени, но
отражающей пунические представления, над фигурами людей и
птиц, изображающих видимый мир земли и воздуха, но ниже
изображения владыки небес Баал-Шамима, видны солние
в виде человеческого лица с лучами (т. е. Баал-Хаммона) и
полумесяц, увенчанный антрономорфнзированным «знаком
Тиннит» с человеческой головой и руками, держащими рог
изобилия с виногра/шой гроздью и плод граната60. На другой
стеле над орнаментом из розеток и завитков, представляющих,
видимо, звезды и находящиеся выше их волны, располагаются
солнечная розетка Баал-Хаммона и лунный диск Тиннит, по
бокам которых видны два дельфина, символизирующих
верхние воды*1. Может быть, неслучайно на одной стеле III в. до
н. э над кадуцеем и двумя «знаками Thkhhi» появляется ко-
рабль6*. Видимо, в небесных водах, находящихся выше
видимого мира с его небом и звездами, или. что скорее всего, выше
этих вод и обитали небесные божества, в том числе Тиннит
"■'акое представление о водах, расположенных над небом, не
101

уникально в религиозных представлениях народов Западной
Азии. Достаточно вспомнить библейское утверждение об
отделении небом верхних и нижних вод (Gen. 1,6—8).
О том, как совершался культ Тиннит, нам известно очень
мало. В Карфагене существовало совместное святилище
Аст а рты и Тиннит, а на Питнуссе — пещерное святилище
Тиннит и Гада (хотя, как мы видели, это и не доказано с
несомненностью). В Карфагене культ Тинннт явно совершался в то-
фете, где стояло множество посвятительных стел, но и здесь
богиня не была единственной хозяйкой, ибо рядом с ней, хотя
и на втором месте, выступал Баал-Хаммон. О
самостоятельном храме Тиннит в Карфагене пока ничего неизвестно. В то*
фете совершались жертвоприношения, в том числе
человеческие, в честь Баал-Хаммона. Не исключено, что эти жертвы
приносились одновременно и ему, и Тиннит.
Несомненно, в Карфагене отмечался праздник в честь
Тиннит. Он пережил разрушение Карфагена, отмечался и в
римское время, когда богиня уже звалась Целестнс. По словам
Августина (civ. dei U, 26, 2), на этот праздник собираются
люди со всех сторон; во время праздника устраивают
сценические представления, и все наполняется неприличием н
бесстыдством, так что наиболее стыдливые матроны
отворачиваются от непристойных жестов мимов. Несколько раньше
(II, 4) он же говорит о «постыднейших играх», которыми
отмечается праздник Девы Целестнс. Видимо, культ этой
богини был оргиастнческим и сопровождался представлением
мистерий, восхваляющих богиню плодородия и любви.
В пунических надписях, подавляющее большинство
которых составлено мужчинами, иногда упоминаются и женщины
(например, CIS, 253, 378. 902). В их генеалогиях очень редко
встречаются имя мужа или отца, но зато порой имя матери
(иногда и мужчины упоминают не отца, а мать —CIS, 902).
Видимо, речь идет о жрицах, в том числе о священных
проститутках храма богини любви. В том, например, случае, когда
упоминается рабыня Астарты Эрнцинской (CIS, 3776), в этом
нет сомнений. Возможно, что после оттеснения Астарты
обычай жертвовать телом ради богини появился и в культе
Тиннит, хотя доказательств этому нет.
Рассмотрение культа Тиннит открывает нам, хотя и далеко
не полно, еще одну страницу в истории пунической
цивилизации, цивилизации, которая играла столь значительную роль
202

в Средиземноморье в VII — II вв. до н.э. и о которой нам
столь мало известно.
ЛИТЕРАТУРА И ПРИМЕЧАНИЯ
1. Шифмаа И. Ш. Финикийский uui. М., 1963. С. 59 — 60, 65;
Gsell. Hcstoirc ancJenne de ГАГгЦие du Nord. Т. 4. P., 1926. P. 245 n. K;
P. 245—247; Do n n e г Н., R&llig W. Kanaanaische tmd aramiische
Inschriften. Bd. 2. Wiesbaden. 1966. S 96. Sznyccr M Carthage et la
civilisation punique // Rome et la conquete du Monde Medilerranecn. T. 2 P..
1978. P. 588.
2. Elsenhut W. Virgo Caelestis // RE. Hbd. I7A. So. 199; Wlsso.
wa G. Religion und Kultu» der Romer. Muncfcen, 1902. S. 313.
3. В urek E. Das Bild der Karthager in der romischen Literatur //Rom
und Karthago. Leipzig. 1943. S. 339; vogt J. Das Puniertum und die Df.
nastie des Septimius Severus // Ibid. S. 350.
4. Preisendanz K. Tanit // RE. Hbd. 8A. Sp. 2188; Wach
smuth D. Tinnit // Kleine Pauly. Lief. 25. 1975. Sp. 855—856.
5. Charles-Pieard C. Catalogue du Muaee Alaoui. Tunis. 1954.
P. 24 et Cb-685.
6. Ibid. Сb-1076, 1077.
7. Delcor M. La grotte d'Es Cuyram a Ibiza et le probleme de ses
inscrjptons votives en punique // Semitica. T. 28, 1978. P. 50 — 61.
8. Ibid. P. 45 С а г с i а у В e 11 i d о A. Colonisaciones punica у grie-
£a // Are Hispaniae. T. I. Barcelona, 1948. P. 150; Idem. Les religions orien-
iles dans I'Eapagne romaine. Leiden, 1967. P. 149—260.
9. Каптерева Т. П. Искусство стран Магриба. Древний мир. М.,
1980. С. 71. Им 19, 20.
10. Thomson G. Frfihgeschlchtc Griechenlands und der Agiis. H,
1960. S. 198-199.
11. Грабарь-Пассек M. E. Апулей//Апулей. Метаморфозы. Фло
рилы (переводы М. А. Кузьмина и С. П. Маркиша). М.. 1959. С. 358—359.
12. Leglay M. Saturn* Africa inc. P., 1966, P. 141.
13. Ibid. P. 220 — 222.
14. Каптерева Т. П. Указ. соч. Илл. 23.
15. Там же. Илл. 25 — 26.
16. Preiaendanz К. Op. cit. Sp. 2190 — 2197.
17. Charles-Pieard С. Op. eft. P. 26.
18. Ibid. Cb-517.
19. Антонова Е. В. Антропоморфная скульптура древних
земледельцев Передней и Средней Азии. М., 1977. С. 111.
20 Е i a s f e I d t О. Kanaaniiach-ugaritische Religion // Handbuch der
Orientattatik. АЫ. 1. Lief. I. Leiden, 1964. S. 81 — 83.
21. Fauth W. Artemis//Kleine Pauly. Bd I, 1964. Sp. 621—622.
22. Cum on F. Caelestis // RE. Hbd. 5. Sp. 1250.
23. Garbini G. Diecf anni di epigrafia punica nel Magreb (1965—
1974 // Studi Magrebini. V. 6. 1974. P. 21. 22.
24. Harden D. The Phoenicians. Harmondsworth. 1980. PI 110. f-i.
25. Ibid, i; Parrot A.. Chehah M. Moscati S. Les Pheniciens. P.. 1975.
Fig. 211. 273.
103

26. Cintas P. Lcs Carthaginois dans lour cite // Archcologie vivani.
T 1/. 1968-1969. P 60 et fig 6.
27. H а г d e n D. Op. cit. PI. 110, Г.
28. G s с 11 S. Op. cit. P 266—267.
29. С h а г I e s - P i с а г d С Op. cit. P. 21 - 22.
30. Ibid. PI 1; Eadcm. Gcnesc el evolution des signcs tie la boutelle ci
de Tantl a Carthage // Sludt Magrebini V. 2. 1968. R 82—84.
31. Eadem. Genese... P. 80 — 82.
32. Eadem. Catalogue.. PI 2
33. В i5i A. M. Les steles puniques//Archeologie vivani. T. 1/2, 1966—
1969 P 120; Cin tas P. Le signe «de Tanit»//Ibid. P. 4—9; Charles-Pi
card С Genese... P 84—86; Fan tar M. Pavimenta punica et signe de
Tanit, dans tes habitations de Kerkouane // Studi Magrebini V. t. 1966
P. 63-65; Gsell S. Op. cit. P. 383 — 388; Mocsati S. L'urna del sacriii.
cio // Atti della Accademia Nazionalc dci Lincci. Ser 8. V 33. 1979. P 291
34. С i n t a s P. Le signe... P. 9 et fig. 7, 8.
35. Антонова Е. В. Указ. соч. С. 111.
36. С i n t a s P. Le signe... P. 10 ct fig. 15.
37. Charles-Picard G. Catalogue... Cb-552.
38. Ibid. Cb-513—514; CharlesPicard G. Le Monde de Carthage
P.. 1956. PI. 16; Fcrron J Inscraplion punique archaique a Carthage
//.Melanges de Carthage. 1964—1965. P. 57 — 61.
39 В f si A. M. Op cit. P. 121 — 122. Charles-Pi card G. Cata
logue... P. 19 — 21; С h а г I e s P i с а г d G. et С Vie et mort de Carthage
P.. 1970. P. 146-148; Harden D. Op. cit P. 86 —89.
40. Acquaro E. Carlaginc; un imperio sul Mediterraneo. Roma, 1978.
P. 70; Preisendanz K. Op. cit Sp. 2179; Tlatli S E La Carthage
P., 1978. P. 176.
41 Bisi A. M Lcs sources syro-palesiiennes et rhipriotes dc Tart pu
nique//Antiquites Africaines. T. 14, 1979. P. 17—18; Pritchard J. В
The Phoenicians in the Their Homeland // Expedition. V. 14. 1971. N I. P. 27.
Stern S Phoenician Mascs and Pendants//Palestine Exploration Quaterly
July-December, 1976. P. 118.
42. D о n n e г H, R 61 H g W. Op. cit. S. 160.
43. Prit chard J. B. The Tanit Inscription from Sareota // Phonizier
im Westen. Mainz am Rhefn, 1982. P. 83 — 92.
44. Culican W. Phoenician Demons // JNES V 35. 1976 P 21—21.
45. Циркин Ю. Б. Карфаген и проблема полиса // Проблемы
античной государственности. Л.. 1982. С. 179 — 196.
46. Gruppe О. Gricchischc Mythologie und Rvligiongeschichte, Bd. 2.
МйпсЬел. 1906. S. 1495—1488.
47. Штаерман Е. М. Кризис античной культуры. М. 1975.
С. 131 — 132.
48. AlberH .4. L Tharrus (Sardegna) // Archiv fur Oricnlforscliimg.
Bd. 26, 1978/1979. S. 219—220; Berlrc A. Chariier R La sancluaire
punique d'El-Hofra a Conslanline. P.. 1955, Passim; .Moscali C. I carta
ginesi in Haifa. Milano, 1977. P. 40—42; Idem. Lc i.vrruioni fcnicio-pu-
nlche//Le iscrizioni prelatini in Italia. Roma, 1979. P. 49— 51; U ber 11 M L.
Tanit in un'epigrafia sarda//Rtvista di Studi Fenici. T. 4. 1976. P. 53 — 55.
49. Charles-Picard G Catalogue... P. 31.
50. Bertie A. Chariier R. Op. cit. NN 3, il, 24 et cci
104

51. Gsell S. Op. cit. P. 265 — 258; Pallottino M Scavi nelsantuario
clruscc di Pirgi // Arcbeologia classics. V. 26. 1964. P. 76— 100.
52. P r i t с b а г d J. B. The Tanit Inscription. P. 92.
53. Conner H.. R oil iff W. Op. cit. S. 99.
54. L e g I а у М. Op. cit. Passim.
55. Berti* A.. Charlier R. Op. cit. P. 216; DussaudR. Les Peni
eiciis //DhormE.. D u s s a u d R. Lc religions... P . 1949 P. 368
56. Guzzo Amsdasi M. G. Le iscrizioni fenicie e puniche del If co-
tonic in Occidcnte. Roma, 1967. P 145
57. Benabou M. La resistance africaine a la romanisation. P.. 1976.
P 349—350.
58. Charles-PicardG. Les representations cycle dionisiaque a
Carthage dans Tart puniquc//Antiquiles afrtcaines. T. 14, 1979. P. 83— 113.
59. В I si A. M. Lcs steles... P. 122: CharlesPicard <j
Catalogue.. P. 26 — 27; Preisendanz K. Op. cit. Sp. 2196.
60. Charles-PicardG. Le Monde de Carthage. PI 78.
61. С и д о р о в а Н. А., Ч у б о в а А. П. Искусство римской Африки
М.. 1979. С. 25. Фиг. 6.
62. С h а г 1 е s - Р i с а г d G. Catalogue... Cb-915.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Авторы статей, помешенных в сборник, основываясь на
конкретных данных, почерпнутых из литературных и
археологических источников, недостаточно изученных в отечественной
исторической науке или впервые введенных в научный оборот,
приходят к серьёзным и обоснованным выводам.
Исследователи подчёркивают ценность и достоверность
сведений эллинистических авторов и эпиграфических материалов
лля истории Греции классического и эллинистического
периодов; отмечают своеобразие социально-политических процессов,
связанных с афинской колонизацией конца архаического
периода, способствовавшей созданию благоприятных условий для
свержении афинской тирании, и экспансией Ахейского Союза
во второй пол. III в. до н.э. в Аркадии, предусматривающей
усиление ахейской федерации; выясняют особенности
политической борьбы в римском обществе, обусловленной его
сложной н дифференцированной социальной структурой, во время
проведения аграрной реформы Тиберия Гракха.
Рассматривая проблему романизации Британии в 1 в. н.э.
и решая вопросы, связанные с происхождением и
особенностями культа Тиннит в Карфагене, авторы указывают на тесное
взаимодействие античной и местной культур.
105

Эти выводы представляют собой существенный вклад в раз
работку вопросов античной государственности, идеологии н
культуры, составляющих круг наиболее важных тем отечест
венного и зарубежного антнковедения, и бесспорно могут
послужить основой для их дальнейшего исследования.
Материалы сборника, рассчитанные на специалистов по
древней истории, преподавателей и студентов гуманитарных
факультетов университетов и педагогических институтов,
будут способствовать более глубокому изучению наиболее акту
альных проблем современной античной науки.
СПИСОК СОКРАЩЕНИЯ
а) сборники источников, справочные пособия,
общие труды
САН ^The Cambridge Ancient History. V. I—XII. Cambr.
1924—1939
F g г H i s t — Jacoby F. Die Fragmente der griechischen Historikcr.
Tl I-Berlin. 1923
S H A — Scriptores Historiae Augustae
!U* — Inacrlptiones Graecae. Ed. minor. V. I—11/111. Rerl.
1913—1923
Tod —Tod M. N. A. Selection of Greek Historical Inscriptions.
2-nd ed. V. I—II Oxf.. 1946-194«
СI L — Corpus inscriptionum Latinarum
CIA — Corpus inscriptionum Atticarum
С IG — Corpus inscriptionum Graecarum
R I В —The Roman inscriptions of Britain. V. I Oxl.. 19Ъ5
CIS — Corpus inscriptionum Semiticarum
KAI — Kanaanaische und aramiische Inschriften
IF PC О — Le iscrizioni fenicie e punichc delle colonic in Occidcnlu
IOSPE — Inscriptiones antiquac orae septentrionalis Ponii Eu.xin»
КБН — Корпус Боспорских надписей
б) периодические издания
JRS — Journal of Hellenic Studies
R F I С — Rivista di filologia e di istr uzione classics
СIQ — Classical Quarterly
JRS — Journal of Roman Studies
A J P h — American Journal of Philology
AHR — American Historical Review
106

JNES
BCH
ClPh
вди
жмнп
ИАК
ксиимк
дээ
СА
сэ
зооид
ЗРАО
ФО
ИАН
— Journat of the Near Eastern Studies
— Bulletin de Correspondence Hcllenique
— Classical Philology
— Вестник древней истории
— Журнал Министерства народного просвещения
— Известия Археологической комиссии
— Краткие сообщении Институт* истории материальной
культуры
— Дельфийские эпиграфические этюды
— Советская археология
— Советская этнография
— Записки Одесского общества истории древностей
— Записки Русского археологического общества
— Филологическое обозрение
— Известия Академии наук
Приложение
Сведения о депонированных работах по исследуемой
проблеме (1984—1986 гг.)
1. Печатнова Л. Г. Спартанская наеархия/Редкод. жури.
Вестник ЛГУ им. А А. Жданова. Серия: История, яз. литер. Л., 10 с. Рук. депон.
в ИНИОН АН СССР от 20.01.64 № 15357.
2. К р у г л о в Е. А. Греко-карийское государство в IV в. до и. э. Роль
Гскатомнидов в эллинизации страны / Редкол. жури. Вестник ЛГУ
им. А. А. Жданова. Серия: История, яз. литер. Л., 1984, 18 с. Рук. депон.
в ИНИОН АН СССР от 15.03.84. М 15988.
3. Шмалько А. В. Римская социальная политика в провинции Вн-
фикня-Понт ill. н.э./ Харьков, госуниверситет им. А. М. Горького.
Харьков, 1984, 16 с. Рук. депон. в ИНИОН АН СССР от 27.08.84, М 17218.
4. Игнатснко А. В. Кризис римской республики и нарушения
конституционной традиции в конце II — нерв. пол. ) вв. до я. э. / Сверл юркд.
институт им. Р. А. Рудеяко. Свердловск, 1985» 21 с Рук. депон. в ИНИОН
АН СССР от 20.09.85. № 22570.
5. ИгнатенкоА. В. Политический режим я Риме в период расцвета
республики и начало кризиса римской аристократии / Свердл. юрнд. ннст.
им. Р. А. Рудснко. Свердловск, 1985, 47 с. Рук. деоок. а ИНИОН АН СССР
от 20.09.85, Л* 22571.
107

СОДЕРЖАНИЕ
Введение ^
В М. Строгецкий. К интерпретаиик свидетельства Диодора
Сицилийского /XI. 60 — 65. 70/ о росте афинского могущества в
середине V в. до и. у и восстании рабов в Спарте 5
Е В. Власова Вопросы истории античного общества в
эпиграфических исследованиях А. В. Никитского . УЗ
Н. А. Касаткина. Афинское поселение в Херсонесс Фракийском
/V] в. до н.э./ . . . 39
С. К. Сизое. Аркадия и Ахейский Союз в 40-х—30 х годах III в
до н. э 51)
Я. Ю. Заборовский. Римский Форум и аграрная реформа Тиберии
Гракха 65
М. С. Садовская. Тиберии Клавдий Когндубн /к вопросу о
романизации Британии в I в. н. э/ .7»
Ю Б. Цирки*. Культ Тиннит в Карфагене 91
Заключение 105
Список сокращений .106
Сведения о депонированных работах . 107

Св. тем. план 1986, поз. 392
ИЗ ИСТОРИИ АНТИЧНОГО ОБЩЕСТВА
Межвузовский сборник
Редактор В. М. Строгецкий
Техн. редактор Н. В. Артемьева
Сдано в набор 25.10 86. Подписано в печать 26.12.86. МЦ 00308.
Формат 60X64/16. Бумага оберточная. Гарнитура литературная.
Печать высокая. Усл. печ. .1 6,75. Уч. изд. л. о. Тираж 800 акэ
Заказ № 8245 Цена 1 р.
Горьковскнй ордена Трудового Красного Знамени государственный
университет ни. Ы И. Лобачевского. Горький, пр. Гагарина, 23.
ьковсхая областная типография областного управления издательств.
ляграфнн и княжной торговли. 603116. Горький, ул. Гордеевская, 7.