Я. Е. СЕГАЛЛ
, II 3©	:
1"ТшР-Г
-=г= ОЧЕРКИ ===—
ЭКОНОМИЧЕСКОЙ политики
ГЕРМАНСКОГО ФАШИЗМА
ГОСУДАРСТВЕННОЕ
СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО
МОСКВА —	1934
. к

Книга дает систематический очерк экономи¬
ческой политики германского фашизма. Автор
последовательно излагает основные моменты
экономической «теории» национал-социализма, а
также экономическую политику национал-социа¬
листов в области труда, промышленности, сель¬
ского хозяйства и т. д. Автор приводит при этом
важнейшие документы (декреты, распоряжения
фашистской власти и т. д.) и на конкретном мате¬
риале харг^теризует национал-социалистов, как
партию германского монополистического капи¬
тала.
Редаетор Л. Г. Риш
Техред В. С. Морозов
Сдано В набор 21/VIII 1934 г.
Подписано к печати I/X 1934 г.
Формат 62х941/1«. 63/< п. л., в печ. листе 538 56 тип. зн.
ОГИЗ № 1390. Инд. С—2—24. Заказ JA 859. Тиран» 10000 экз.
^Уполномоченный Главлита Б 39154
^,^^* ^6.-^типографйя треста «Полиграфкнига», Москва, Трехпрудный пер.,
Д.
9.

ВВЕДЕНИЕ
«Национальная революция» германского фашизма
Существуют две легенды. Одна из них заключается в том, что в Гер¬
мании в промежуток времени между 30 января 1933 г., когда было
создано правительство во главе с Адольфом Гитлером, и 21 марта
1933 г., когда собравшийся в здании оперй Кролля рейхстаг предо¬
ставил этому правительству исключительные полномочия, произ-
зошла «национальная революция».
О распространении этой легенды как в самой Германии, так и за ее
пределами усиленно хлопочут прежде всего сами германские фаши¬
сты. Им подпевают всякие сочувствующие,' содействующие, симпа¬
тизирующие фашизму и «объективные наблюдатели» в Италии,
Англии, Франции и т. д.
Вторая легенда, созданию и распространению которой особенно
способствовали «глубокомысленные» псевдо-марксисты из рядов гер¬
манской и австрийской социал-демократии и за которую ухватились
фашисты, старается изобразить «национал-социалистическую» пар¬
тию как партию мелкобуржуазную по преимуществу. Отсюда делается
вывод, будто образование кабинета Гитлера и последовавшие собы¬
тия означают приход к власти мелкой буржуазии, будто здесь мы
имеем дело с какой-то «диктатурой мелкой буржуазии», которая
сменила собой власть крупного капитала и всячески этот крупный,
особенно монополистический, капитал притесняет.
Обе эти легенды служат для германских фашистских лидеров очень
удобным идеологическим оружием. Они дают им возможность драпи¬
роваться перед массами в яркокрасный—хотя и со свастикой—плащ
ярых «революционеров». Ссылка на «революцию», которая-де «не
может обойтись без эксцессов», постоянно употребляется вождями
большого и малого калибра для оправдания свирепого фашистского
террора, массовых убийств «при попытках к бегству», зверских
пытсщ заключенных и т. и. А о том, что «национальная революция»
есть революция мелкобуржуазная и преимущественно крестьянская,
твердят теперешние «теоретики» и «философы» фашизма, используя
в этом отношении идеологическое наследство германской и австрий¬
ской социал-демократии. Вот что говорит о «крестьянской революции
в Германии» один из виднейших идеологов германского фашизма
Фердинанд-Фридрих Циммерман, пишущий под псевдонимом Фер¬
динанд Фрид:	*
3

«Носителем и творцом германской революции 1933 г. был главным
образом германский крестьянин—таков один из существенных резуль¬
татов прошедшего богатого событиями года, в особенности еоли мы
обратимся к экономическому развитию... За этот год произошло
однако нечто большее, чем простая смена одной экономической
системы другой. У нас имеется определенное ощущение, что мы стоим
на перевале мировоззрений, на перевале между двумя эпохами. Со
всеми необходимыми ограничениями можно противопоставить между¬
народной революции рабочего национальную революцию крестьяни¬
на»1.
Национальная революция крестьянина—вот что, по утверждению
Фердинанда Фрида, произошло в 1933 г. в Германии.
Посмотрим, так ли было на самом деле, действительно ли в. Гер¬
мании произошла революция и притом такая революция, в резуль¬
тате которой в стране установилась диктатура мелкой буржуазии?
Теперь, когда после прихода национал-социалистов к власти, про¬
шло уже более полутора лет, классовая сущность фашистского ре¬
жима выявляется в динамике его развития. Путь этого развития идет
от 30 января 1933 г., когда было сформировано правительство во '
главе с Гитлером, к 30 июня 1934 г., когда это правительство устроило
кровавую расправу с людьми, которые считались его главной опорой
и которых оно обвинило в попытке осуществить совместно с тайными
противниками режима «вторую революцию». Оба эти события, как
две точки, определяют ^направление дальнейшей эволюции фаши¬
стской диктатуры.
И тут любопытно отметить, что отправным пунктом обоих событий,
не только географическим,‘‘но экономическим и политическим, явля¬
ется не столица Германии—Берлин, не организационный центр наци¬
онал-социалистической партии—Мюнхен, а города на западе Герма¬
нии—Дюссельдорф и Кельн в 1932—1933 гг. и Эссен в 1934 г.
От Рурского бассейна, этой цитадели монополистического капи¬
тала Германии, от его магнатов, от финансовой олигархии, которая
возглавляется Тиссеном, Круппом, Феглером и другими капитанами
тяжелой индустрии и банков, тянутся нити к верхушке фашистской
национал-социалистической партии, а от этой верхушки—к мобили¬
зованным ею массам мелкой буржуазии и деклассированных элемен¬
тов. Эти. нити пришли в нужный момент в движение, чтобы вы¬
двинуть на политическую арену и поставить у власти фашистскую
диктатуру.
В Дюссельдорфе, в центре Рурского бассейна, произошло в 1932 г.
устроенное благодаря хлопотам одного из магнатов металлургии
и угля Фрица Тиссена ^выступление вождя национал-социалистиче¬
ской партии Гитлера перед двумя тысячами германских промышлен¬
ников. В этом выступлении Гитлер развернул свою программу. Тогда,
на совещаниях национал-социалистических вождей с представите¬
лями монополистического капитала, был сделан шаг к предстоящему
перевороту в Германии. В начале 1933 г., когда обострение классо-
Ferdinand Fried, Die Neugestaltung der Welt в журнале «Die Tat» за
февраль 1934 г.
4

вых противоречий в Германии дошло до крайней степени и монополи¬
стический капитал понял, что дальше затягивать дело нельзя, что
установление террористической фашистской диктатуры необходимо
для спасения капитализма, после долгих хлопот со стороны агентов
финансового капитала Гугенберга и фон-Папена при содействии бан¬
кира барона фон Шредера и других представителей финансовой оли¬
гархии состоялось совещание с Гитлером в Кельне, на котором ре¬
шено было создать коалиционное правительство из национал-социа¬
листов и националистов во главе с Гитлером.
Финансовый капитал стоял у колыбели фашистского режима.
Тиссены, Круппы, Феглеры, фон Шредеры вместе с представителями
аграриев, с окружением президента Гинденбурга в лице его сына пол¬
ковника Оскара фон Гинденбурга, личных друзей президента—графа
Ольденбург-Янушау, графа Финк фон Финкенштейна, его статс-секре¬
таря Мейснера идр.—вот кто способствовал приходу национал-социа¬
листов к власти, вот кто был истинным распорядителем «националь¬
ной революции».
Когда после полутора лет существования фашистской диктатуры
ухудшение экономического положения и разочарование мелкобур¬
жуазных масс, обманувшихся в своих ожиданиях и обманутых фа¬
шизмом, стало выливаться в глухое недовольство, в особенности в ря¬
дах штурмовых отрядов, в разговоры о «второй революции», монопо¬
листический капитал вновь показал, что он является истинным хозяи¬
ном германского фашизма. Устами своего агента фон Папена в июне
1934 г. финансовый капитал заявил, что «социальную демагогию» пора
прекратить. Затем опять состоялась встреча на Руре—на этот раз
Гитлера с Круппом в Эссене. Содержание'переговоров и решений, при¬
нятых во время этого свидания, конечно неизвестно. Но прямо из
Эссена Гитлер отправился на самолете в Мюнхен арестовывать и рас¬
стреливать Рема, Гейнеса и прочих начальников штурмовиков,
распускать и «реорганизовывать» штурмовые отряды и т. д. Орган
промышленных магнатов Западной Германии «Рейниш-Вестфэлише
цейтунг» с радостью восклицал на другой день после кровавых со¬
бытий 30 июня: «Вторая революция окончилась. Она окончилась еще
до того, как началась. G молниеносной решимостью Гитлер и Геринг
совершили победоносную и исчерпывающую революцию сверху».
Таковы две основные вехи развития «национал-социалистической
революции». Если с первой из них—с 30 января 1933 г.—связывается
представление о мобилизации масс мелкой буржуазии против
пролетариата, мобилизации, произведенной национал-социалистами
в угоду финансовому капиталу, в его интересах и по его повелению,
то вторая веха означает начало отхода мелкой буржуазии, ослабление
массовой базы фашизма, превращающейся из опоры фашистской дик¬
татуры в помеху и угрозу ее существованию.
Таков пройденный путь фашистской диктатуры в Германии, та¬
ково развитие так называемой «национальной революции», якобы
произведенной национал-социалистической партией.
Вполне справедливо замечание английского журналиста Гаррисона
Брауна в консервативном журнале «Фортнайтли ревью» о том, что ни¬
какой революции в Германии не было:
5

«Неверно,—говорит он,—заявлять, будто в Германии произошла
революция, так же как неверно утверждение, будто Гитлер «захватил
власть». J.!ационал-соцпалпстов втащили в правительство гбйкеры
н промышленники, после того как национал-социализм миновал
зенит своего влияния п начал распадаться. «Сага о революции»
является мифом, которого ни один осведомленный человек никогда
не принимал всерьез. Факторы силы старого режима были только
устранены с поверхности, ио они попрежнему правят страной»1.
Власть в Германии как до сформирования кабинета Гитлера, так
и после создания коалиционного, а затем почти «монолитного» на¬
ционал-социалистического правительства принадлежала и принад¬
лежит монополистическому капиталу. Никакой революции не произо¬
шло. В результате государственного переворота сверху, произведен¬
ного фашистским правительством 21 марта 1933 г., изменилась только
форма диктатуры финансового капитала. Вместо диктатуры, прикры¬
той парламентскими формами с большими или меньшими «поправка¬
ми» в виде чрезвычайных декретов и т. и., диктатуры, осуществляемой
через посредство или при поддержке партий веймарской коалиции,
в Германии установилась «открытая террористическая диктатура
наиболее реакционных, наиболее шовинистических и наиболее импе¬
риалистических элементов финансового капитала» (тезисы XIII пле¬
нума ИККИ).
То обстоятельство, что монополистический капитал вынужден был
прибегнуть к открытой террористической диктатуре^ свидетельствует
об ослаблении его позиций под ударами экономического кризиса, раз-г
вивающегося на базе общего кризиса капитализма, о его ослаблении
под влиянием развивающихся на базе этого кризиса противоречий,
под влиянием радикализации недовольных и озлобленных масс.
...«Победу фашизма в Германии,—говорит т. Сталин,—нужно
рассматривать не только как признак слабости рабочего класса и,ре¬
зультат измен социал-демократии рабочему классу, расчистившей до¬
рогу фашизму. Ее надо рассматривать также как признак слабости
буржуазии, как признак того, что буржуазия уже не в силах властво¬
вать старыми методами парламентаризма и буржуазной демократии,
ввиду чего она вынуждена прибегнуть во внутренней политике к тер¬
рористическим методам управления,—как признак того, что она не
в силах больше найти выход из нынешнего положения на базе мирной
внешней политики, ввиду чего она вынуждена прибегнуть к политике
войны»2.
Национал-социалистическая партия есть партия монополистиче¬
ского капитала, осуществляющая его диктатуру, всячески стараю¬
щаяся сохранить его позиции перед лицом надвигающейся пролетар¬
ской революции, стремящаяся к тому, чтобы предотвратить или, по
крайней мере, отсрочить крушение капиталистического строя. Для
этого она обрушивается всей тяжестью своего террора на пролетар¬
ские массы, для этого она старается довести уровень жизни рабочего
1	Harrison Brown, статья «The Junkers’ last throw» в мартовской кни¬
ге «Fortnightly Review» за 1934 г.
2	Сталин, Отчетный доклад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б),
М., 1934 г. Партиздат, стр. 12.
6
f

класса до рабского минимума, чтобы с повышением нормы и массы
прибавочной стоимости влить новые силы в дряхлое тело капитализма,
для этого она разжигает зоологический шовинизм, чтобы в безумии
реваншистской и завоевательной войны утопить нарастающий рево¬
люционный протест пролетариата.
В то же время национал-социалистическая партия отличается
от других партий монополистического капитала тем, что она сумела
создать себе массовый базис, что в своих рядах она смогла объеди¬
нить широкие слои мелкой буржуазии и всяких деклассированных
элементов. Это ей удалось только благодаря тому, что свою сущность
партии монополистического капитала она завуалировала мелкобур¬
жуазной фразеологией. Более того, чтобы защищать финансовый ка¬
питал, ей пришлось прибегнуть к антикапиталистической демагогии,
симулировать «борьбу» против капиталистических монополий. В этом
заключается характерная особенность политической обстановки на
данном этапе всеобщего кризиса капитализма: партия открытой тер¬
рористической диктатуры монополистического капитала вынуждена
облекать свою защиту капитализма в «антикапиталистическую» обо¬
лочку, ибо под «антикапиталистическими» лозунгами легче всего на¬
травливать на пролетариат массы мелкой буржуазии.
Тот факт, что фашистская партия, будучи партией финансового
капитала, в то же время «пытается обеспечить за ним массовый базис
среди мелкой буржуазии, апеллируя к выбитому из колеи крестьян¬
ству, ремесленникам, служащим, чиновникам, и в частности к деклас¬
сированным элементам крупных городов, стремясь проникнуть так¬
же в рабочий класс»1, обусловливает туманность ее демагогических
обещаний, путанность и противоречивость ее «социальных теорий»,
недоговоренность и лицемерие ее «программных требований».
Идеология национал-социализм а— это во¬
все не идеология мелкой буржуазии, это
только подделка под нее. Грубость этой подделки осо¬
бенно выделяется еще и потому, что она приправлена трескучими
фразами об «истинно-немецком социализме» и пустыми разглаголь¬
ствованиями о «борьбе против плутократии».
Тем не менее, в виду того что под знаменем этой идеологии проис¬
ходила мобилизация мелкобуржуазных масс национал-социалистами,
мы должны на ней остановиться, ибо германский фашизм, придя
к власти, вынужден в своей экономической политике если не считаться
практически со своей экономической «теорией» и «программой», то во
всяком случае так или иначе оглядываться и ссылаться на нее.
1	Тезисы XIII пленума ИККИ.

ГЛАВА I
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ «ТЕОРИЯ»
И ЕЕ ОСНОВОПОЛОЖНИК ГОТФРИД ФЕДЕР
Основоположником экономической, с позволения сказать, «тео¬
рии» германского фашизма и главным авторитетом национал-социали¬
стической партии в области экономики, является «дипломирован¬
ный инженер»—как он сам себя величает—Готфрид Федер. Его книги:
«Манифест о сокрушении процентной кабалы денег»1, «Германское
государство на национальной и социальной основе»2, «Программа.
НСДАП»3 и сборник статей 1919—1932 гг. под заглавием «Борьба
против финансовых магнатов»4 считаются источниками экономиче¬
ской премудрости и краеугольным камнем всего мировоззрения
германского фашизма.
В предисловии к книге Готфрида Федера «Германское государство
на национальной и социальной основе» сам «вождь» Адольф Гитлер
пишет:
«Готфрид Федер в своей’книге изобразил наши цели ясно, просто
и понятно для всякого. Надежды и чаяния миллионов нашли в ней
свою форму и выражение. Литература нашего движения приобрела
в ней свой катехизи с».
Но этого мало. Говоря в своем собственном произведении «Моя
борьба» об авторе этого катехизиса германского фашизма, Адольф'
Гитлер признает, что именно Готфрид Федер раскрыл ему глаза на
окружающую действительность, научил его понимать скрытые пру¬
жины экономической жизни. В 1919 г., будучи еще солдатом, Гитлер
попал на лекцию, которую Федер читал солдатам. Эта лекция стала
для него откровением.
«Когда я прослушал 'первую лекцию Федера,—пишет Гитлер
в «Моей борьбе»,—у меня тут же мелькнула мысль, что я нашел нако¬
нец одну из основных предпосылок для создания новой партии.
В моих глазах заслуга Федера заключалась в той беспощадной рез¬
1	G. Feder, Das Manifest zur Brechung tier ZinsKnechtschaft des Geldes.
Miinchen, Verlag Eher Nachfolger, 1932. (Первое издание вышло в 1919 г.).	'
а G. F е d е г, Der Deutsche Staat auf nationaler und sozialer Grundlage. Mun-
chen, Verlag Eher Nachfolger, 1931.
2	Das Programm der NSDAP. Miinchen, Verlag Eher Nachfolger.
G. Feder, Kampf gegen die Ilochfinanz. Miinchen, Verlag Eher Nachfol-
g*, 1933.

кости, с какой он устанавливал спекулятивный и вредный для народ¬
ного хозяйства характер биржевого и ссудного капитала и обнажал
его извечную предпосылку—процент. Его доказательства были во
всех основных вопросах до того верны, что критики не столько
оспаривали теоретическую правильность идеи, сколько сомневались
в практической возможности ее осуществления».
Готфрид Федер, учитель «великого вождя», был впоследствии ав¬
тором программных заявлений национал-социалистов по экономиче¬
ским вопросам. Он руководил 1У(экономическим), а впоследствии IVA
(государственно-экономическим) отделом партии. В настоящее время
он является «государственным секретарем» и помощником министра
народного хозяйства.
Вот почему необходимо взять в качестве исходного пункта для
характеристики экономической «теории» германского фашизма
взгляды Готфрида Федера.
Рассматривая эти взгляды, не знаешь, чему больше удивляться,
феноменальному невежеству и ограниченности этого «экономиста»,
или же его безграничному апломбу и самолюбованию. Вульгарные
экономисты Мальтус, Мак-Куллох, Бэли, Сениор, Ж. Б. Сэй и их но¬
вейшие последователи кажутся гениями и глубочайшими мыслителями
по сравнению с главным теоретиком национал-социалистов Феде¬
ром. По теоретическому уровню его взглядов можно судить лишь
о том, как глубоко пала буржуазная экономическая наука.
Как и подобает заскорузлому мещанину, Готфрид Федер начинает
изложение основ своего учения в книге «Германское государство
на национальной и социальной основе» не с анализа существующего,
а с нравственных постулатов, -или, вернее, с прописной морали са¬
мого примитивного свойства.
Федер торжественно декларирует «основной хозяйственный идеал
национал-социализма», который противопоставляется «экономиче¬
ским крайностям марксистского социализма и крупнокапиталисти¬
ческого мамонизма западных демократов». Этот «великий» основ¬
ной идеал заключается в лозунге: «Каждому—свое». С этим «лозун¬
гом» Готфрид Федер носится, как с писаной торбой, припоминает
изречение Фридриха Великого: «Всякой заслуге ее вознаграждение»,
прибавляет к этому: «Всякому преступнику—его наказание» п, как.
полагается «мыслителю» с умственным кругозором королевско-прус¬
ского гвардейского лейтенанта, подчеркивает, что слова «suum cuique»
(каждому свое) красуются на «величайшем отличии за воинские до¬
блести»—на придворном ордене Черного орла.
Зачем однако понадобился Готфриду Федеру лозунг «каждому
свое»? Ответ напрашивается сам собой. Ведь этим лозунгом всякий
капиталист вправе прикрывать «свои» средства производства, а сле¬
довательно и свое право распоряжения этими орудиями для экспло-
атации других людей. Под лозунгом «каждому свое» рабочему предо¬
ставляется «священное право» распоряжения своей рабочей силой,
как ему вздумается, а следовательно право продажи ее собс
средств производства. Этим лозунгом оправдывается та
зарплата: каждому—свое, он мол, большего не заслу
«каждому—свое» есть попытка оправдаться увековечит
ecTByi

mne экономические отношения, основанные на эксплоатации одного
класса другим, пролетариата—буржуазией. Вот для чего Готфрид
Федер вытащил Фридриха Великого из музея древностей и извлек из
старого хлама изъеденный молью п ржавчиной орден Черного орла.
Вместе с лозунгом «каждому—свое» Федер провозглашает и дру¬
гой моральный постулат, заимствованный им из старинных тетрадей
по чистописанию. Этот постулат гласит: «Общее благо выше личного».
Из -этих двух трюизмов, преподносимых всему миру как новейшее
открытие, и состоит вся моральная основа «учения национал-социа¬
лизма». Это убожество изображается Федером и всеми его учениками
и последователями, в том числе и «великим вождем» Гитлером, как
квинтэссенция «немецкого социализма».
Изложив моральные постулаты, Федер переходит к экономиче¬
ским основам своего учения. Тут он противопоставляет хозяйство,
построенное на стремлении к личной наживе, хозяйству, «рассчитан¬
ному на удовлетворение потребностей». Первое создано «хищниче¬
ским духом» (raffencler Geist), а второе—«творческим» (schaffender
Geist). Хищнический дух является, по Федеру, порождением еврей¬
ства, а творческий—особенностью арийской расы.
В настоящее время, учит Федер, над всем миром господствует
хищнический дух, который пользуется марксизмом, выдумавшим
классовую борьбу, для вящего подчинения себе всех народов вообще
и германского—в особенности. Хищнический дух Готфрид Федер
для большей «научности» называет еще «мамонизмом».
Что же такое мамонизм? Определение его дается Федером в дру¬
гом его программном сочинении, в «Манифесте о сокрушении процент¬
ного рабства». Между прочим надо отметить для характеристики фа¬
шистской демагогии, не гнушающейся даже подделок под ненавистный
германским национал-социалистам марксизм, что обложка этого
«манифеста» взята умышленно кроваво-красного цвета, на ней изоб¬
ражена огромная костлявая рука капитала, хватающая массы рабо¬
чих. Внешность «манифеста»—да и самое это слово, напоминающее
менее сознательному рабочему где-то слышанное им название «Ком¬
мунистического манифеста»,—рассчитана на обман «человека с ули¬
цы», прохожего, остановившегося перед витриной магазина. Язык
«Манифеста о сокрушении процентного рабства», в котором неодно¬
кратно упоминается о «революции», о «трудящемся народе», о «рабо¬
чих», тоже явно бьет на обман читателя.
«Мамонизм», о котором говорится в этом «манифесте», опреде¬
ляется Федером так1:
«Мамонизм—это тяжкая, всеобъемлющая и тяготеющая над
всем миром болезнь, от нее страдает весь наш теперешний культурный
мир, даже все человечество. Он—как скрытая чума, как едкий яд,
проникший в народы всего мира.
Под мамонизмом надо понимать:
Во-первых, высшие международные денежные силы, царящую
над всяким самоопределением народов надгосударственную финансо¬
i 1 G. F е der, Das Manifest zur Brechung der Zinsknechtschaft des Geldes,
£. 7.
io" /с

вую мощь, международный крупный капитал, так называемый «Золо¬
той интернационал».
Во-вторых, умонастроение, охватившее широкие слои народа, не¬
насытную жажду наживы, мировоззрение, направленное только на
материальные блага, которое уже повело и должно еще больше пове¬
сти к ужасающему падению нравственных понятий.
Это умонастроение воплощено и доведено до крайности в междуна¬
родной , плутократии.
Главным источником силы мамонизма является нетрудовой и
бесконечный приток благ, создаваемый процентом».
Если отбросить словесную мишуру, которой Федер украшает свое
понятие мамонизма, то фактически он дает этому понятию три опре¬
деления: «мамонизм» это: 1) международная плутократия или
«Золотой интернационал», 2) это—«умонастроение» международной
плутократии и 3) всеобщее стремление к наживе, охватившее широкие
слои народа. Что эти определения не вяжутся одно с другим, этого
Федер умышленно не замечает. Ведь такая путаница ему нужна для
определенной цели: для того чтобы читатель не знал, против кого и
против чего собирается вести борьбу «немецкий социализм» Готфрида
Федера—против «Золотого интернационала» или же против «всеобщей
жажды наживы».
Впрочем, как мы увидим дальше, Федер вообще и не собирается
бороться.
Источником «мамонизма» является, по Федеру, ссудный процент.
Сам того не замечая, Федер придает ему роль всемогущей творческой
силы, способной создавать «бесконечный приток благ».
Ссудный процент служит согласно теории Федера первопричиной
порабощения всего человечества «Золотому интернационалу», сиречь
еврейству. Это порабощение воплощается в форме процентной ка¬
балы.
Но как возник самый процент? Тут мы попадаем в самую гущу эко¬
номической «теории» Федера.
Деньги,—повествует он,—являются свидетельством на получе¬
ние любых чужих услуг или продуктов и должны таким свидетель¬
ством оставаться. Если я, продав что-нибудь, получаю деньги, то
этим оборот денег еще не закончился. Нужно, чтобы я в свою очередь
эти деньги истратил на приобретение «благ» или «услуг». Однако не
всякий желает расходовать деньги сразу же по их получении. Есть
такие люди, которым хочется сберегать деньги». Это, по Федеру, не¬
хорошо. Копить деньги не следует: «Сущности денег соответствует
обязанность их расходовать», заявляет он1. А уже если кому хочется
накоплять, то пусть копит всякие вещественные ценности—картины,
книги, домашнюю утварь и т. п.
Тем, что одни люди задерживают деньги у себя и не пускают их в
оборот, создается недостаток в деньгах у других людей. Отсюда воз¬
никает у сберегающих стремление извлечь выгоду из своих денег.
Они предпочитают не тратить их, а отдавать взаймы. По Федеру, это
еще не так плохо. Но вся беда в том, что за отдаваемые взаймы день-
1 G. Feder, Der Deutsche Staat auf national er und sozialer Grundlage, S. 73.
11

г и их владельцы требуют вознаграждения в виде ссудного процента,
а ото уже совсем скверно. ■
В этих рассуждениях главный теоретик «национал-социализма»
повторяет все то, что больше 80 лет тому назад писал тот самый эконо¬
мист, которого по своему непроходимому невежеству Готфрид Федер
в своем главном произведении причислил к марксистам, а именно
Прудон. О нем Маркс писал:
«Лишь такой сенсационный писатель, как Прудон... был способен
создать чудовищную фантазию дарового кредита, долженствовавшую
осуществить благопожелания мелкобуржуазной точки зрения»1.
Это не в бровь, а в глаз Готфриду Федеру.
В другом месте Маркс замечает:
«Ссуда кажется Прудону злом потому, что это не продажа»2. «Все
должно продаваться, не одалживаться. Другими
словами: как он хотел иметь товар, но не хотел, чтобы он стал «день¬
гами», так он здесь хочет иметь товар-деньги, но чтобы они не разви¬
лись в капитал. Если снять все фантастические формы, это означает
лишь то, что от мелкого мещански-крестьянского и ремесленного
производства не следует переходить к крупной промышленности»3.
Но если Прудон был идеологом мелкой буржуазии и искренно вос¬
ставал против перехода к крупной промышленности, то совершенно
иначе дело обстоит с Федером, повторяющим те же слова через 80 лет,
когда крупный капитал давно уже является хозяином всей экономи¬
ческой жизни. Федер выступает с устарелой мещанской критикой про¬
цента только для того, чтобы ввести в заблуждение мелкую буржуа¬
зию, чтобы под флагом борьбы против процента отвлечь ее от борьбы
против финансового капитала, чтобы под флагом борьбы против «все¬
мирного еврейства» отвлечь ее от борьбы против крупной буржуазии
вообще.
Вернемся однако к рассуждениям Федера.
Ссудой денег в рост занимаются евреи. По Федеру, это свойство
еврейского духа, расовая особенность. Благодаря торговле деньгами
и всевозможными ценными бумагами, которые тоже являются созда¬
нием «еврейского духа», евреи подчинили себе всю промышленность,
торговлю и сельское хозяйство. Этим самым они сделались властели¬
нами мира, всесветным «Золотым интернационалом». Современные го¬
сударства, вынужденные прибегать к займам, находятся в полнейшем
подчинении у евреев. По сути дела, эти государства не что иное, как
сборщики дани, поступающей еврейскому ссудному капиталу в виде
процентов. В этом и заключается «процентная кабала» современных
народов. От нее берут начало все беды. Так как промышленностью и
торговлей распоряжаются банки и притом еврейские банки, которые
стремятся исключительно к наживе, то промышленность не считается
с потребностями населения. Так как государство подчинено еврейско¬
му ссудному капиталу, то оно выжимает из народа последние соки пу¬
тем прямых и косвенных налогов. В особенности тяжелы международ-
1	Маркс, Капитал, т. III, ч. 2, стр. 436, Партиздат, 1932 г.
2	Маркс, Теории прибавочной стоимости, т. III, стр. 374.
3	Там же, стр. 375.
12

„недолги, проценты по которым идут всемирному еврейскому капи¬
талу, стремящемуся лишь к одному—к укреплению и увековечению
своего владычества над миром. ((Созидательный, творческий труд сде¬
лался рабом, а хитроумно-хищнический, вечно подвижной иудейский
ростовщический дух владычествует над мпром»1.
В этой фразе Федера обращает на себя внимание противопоставле¬
ние «творческого труда», к которому он относит не только работу по
найму, ремесло и т. п., но и деятельность промышленного капитали¬
ста,—«иудейскому ростовщическому духу». Федер не ограничивается
этим противопоставлением. Он определенно выгораживает промыш¬
ленный капитал, стараясь преуменьшить его удельный вес и поставить
его в ряду всех эксплоатпруемых ссудным капиталом. «Ссудный ка¬
питал,—говорит он,—настолько могущественнее промышленного ка¬
питала, что великие денежные силы могут быть основательно побеж¬
дены только посредством сокрушения процентной кабалы. 20:1— та¬
ково отношение ссудного капитала к крупному промышленному ка¬
питалу»2.
Все эти рассуждения о «иудейском ростовщическом духе», о «все¬
мирной роли ссудного капитала» и т. д. поражают своим архаизмом.
Но было бы наивностью думать, будто современный фашизм и его иде¬
ология вроде теории Федера находятся в плену у средневекового миро¬
воззрения. Вовсе нет! Для них ссылки на ростовщический или «ссуд¬
ный» капитал служат средством снискать себе популярность у тех
слоев населения, которые в силу своего экономического положения
сохранили остатки докапиталистической психологии,—у мелкой бур¬
жуазии в городе и деревне. Наиболее понятной и ненавистной для
последних формой эксплоатации является эксплоатация ростовщиче¬
ским капиталом. Тяготеющая над ремесленниками, мелкими торгов¬
цами и крестьянами задолженность банкам, кредитным товариществам
и частным ростовщикам приводит их к убеждению, что самым глав¬
ным видом эксплоатации и является эксплоатация должников креди¬
торами-ростовщиками.
Но вождям и идеологам германского фашизма эта спекуляция на
ростовщическом «еврейском» капитале необходима для того, чтобы ото¬
двинуть на задний план основное противоречие капиталистического
способа производства—противоречие между общественным характе¬
ром производства и частной формой присвоения, для того чтобы зату¬
шевать главную форму эксплоатации в капиталистическом обществе,
а именно эксплоатацию собственниками средств производства тех,
кто этих средств производства лишен,—эксплоатацию пролетариата
буржуазией.
Итак главной формой эксплоатации в современном «мамонистм-
ческом» обществе является, по Федеру и Гитлеру, ростовщичество,
взимание «ссудного процента». Под эту рубрику ростовщичества он
подводит всю сферу кредитных отношений, все банковское дело, бир ¬
жевые операции и т. д. Взимание процента,—говорит Федер,—«есть
1	G. Feder, Der Deutsche Staat, S. 75.
2	G. Feder, Das Manifest zur Brechung der Zinsknechtschaft des Geldts,
S. 8.
13

вымогательство, возможное только благодаря вызыванию искусствен¬
ной нужды посредством экономически недопустимого задерживания
денег. И это признается в настоящее время правом, правом, которого
никто не осмеливается коснуться, ибо это вовлечет его в конфликт с
господствующей силой крупного ссудного капитала»1.
Отсюда следовало бы как будто, что для борьбы со всем этим миро¬
вым злом надо запретить сберегать деньги и предписать всем тратить
их немедленно по получении. Однако Федер на такой путь не стано¬
вится, понимая повидимому при всем своем невежестве, что его сочли
бы за сумасшедшего. Он предлагает нечто гораздо более величествен¬
ное: сломить «процентную кабалу».
Для этого существуют два пути: один внешнеполитический и, так
сказать, мировой, а другой—внутренний. .
На внешнеполитический путь уничтожения процентного рабства
Готфрид Федер выходит с такой помпой, с таким треском и шумом, что
у читателя дух захватывает: вот-вот разразится мировой переворот.
«Процентная кабала народов означает господство банков и биржи.
Сломить процентную кабалу является величайшей и труднейшей за¬
дачей национал-социализма» 2, — заявляет Федер, выходя на бой с
ссудным капиталом. Чтобы дать читателю представление о размерах
этого сражения, он поясняет: «Разрешение проблемы процента есть
разрешение еврейского вопроса». Эти ни более, ни менее, как «уничто¬
жение иудейского всесветного владычества, ибо оно разбивает мощь
мирового иудейства—его денежную силу. Более того, разрешение
проблемы процента означает в положительном смысле разрешение
социального вопроса»3. При этом Федер нисколько не скрывает всех
ужасных «трудностей», которые придется преодолеть. «Национал-
социалистическое государство,—говорит' он,—вполне сознает всю
силу иудейства. Но так как мы это знаем, то мы выходим на этот ве¬
личайший бой мировой истории (разрядка моя.—
Я. С.) с полнейшей уверенностью в победе»4.
В чем же будет состоять этот «величайший бой мировой истории»?
И тут Федер делает совершенно неожиданный.пируэт. Оказывается,
весь этот мировой бой сведется к тому, что «национал-социалистиче¬
ское государство» откажется платить проценты по своим долгам.
Но чтобы у читателя не возникло разочарования по поводу такого
«вегетарианского» исхода возвещенного Федером сражения, он ри¬
сует одновременно жуткую картину: «С бешеным упорством поведет
иудей эту борьбу, так как здесь дело идет о его «чести». Ведь старик
Ротшильд сказал: «Мои деньги—это моя честь, и кто отнимет у меня
мои деньги, тот отнимет мою честь»5.
Ну, теперь пойдет драка, подумает читатель: Федер будет отнимать
деньги, всесветный иудей не будет их отдавать, и «величайший бой
мировой истории» разгорится на славу. Но напрасны эти ожидания.
В конце концов оказывается, что старик Ротшильд и мировой ссудный
1	G. Feder, Der Deutsche Staat, S. 76.
2	Там же, стр. 96.
3	Там же, стр. 141.
* Там же, стр. 136.
5 Там же, стр. 136.
14

капитал могут быть совершенно спокойны, .«национал-социалисти¬
ческое государство» и не помышляет отнять у них их деньги: «У вла¬
дельцев государственных долговых обязательств ни в коем случае
ле будут отняты их деньги, будут только аннулированы те юридиче¬
ские требования, которые своим воздействием оказывают величай¬
шую несправедливость по отношению ко всему народному целому»1.
Более того, несколько дальше Федер прямо говорит, что иностран¬
ным держателям государственных займов будут полностью возвраще¬
ны их деньги и что такое самоосвобождение «национал-социалистиче¬
ского государства» от своих внешних долгов вряд ли вызовет возраже¬
ния со стороны кредиторов. «Нельзя ожидать ни с чьей стороны серь¬
езного сопротивления, если национальное германское правительство
объявит об аннулировании процентов (разрядка моя.—
Я. С.) по всем твердопроцентным ценным бумагам при одновременном
превращении этих бумаг в беспроцентные обязательства государствен¬
ного банка или почтовых чековых касс»2.
Вот вам и «величайший бой в мировой истории». Он, оказывается,
свелся к уплате долгов «всесветному иудею», а «сокрушение процент¬
ной кабалы»—к практикуемому с незапамятных времен способу осво¬
бождения должника от внесения процентов посредством... возвраще¬
ния кредитору занятой суммы. «Старик Ротшильд» и «мировой ссуд¬
ный капитал» могут быть спокойны: их капиталы в надежных руках
«национал-социалистического государства», управляемого преданным
учеником «великого экономиста» Готфрида Федера.
Таков внешнеполитический путь «сокрушения процентной каба¬
лы». Для внутреннего употребления Федер] предлагает три способа
освобождения государства от необходимости прибегать к займам.
Способы эти основаны на использовании трех проявлений государст¬
венного суверенитета: 1) права наложения натуральных повинностей,
2) монетной регалии и 3) права вводить налоги.
По мнению Федера, трудовая и гужевая повинность гораздо легче
и приятнее для населения, чем необходимость уплачивать налоги для
погашения процентов по займам. В качестве достойных подражания
примеров того, как благодетельны трудовая и гужевая повинность,
Федер приводит постройку Великой китайской стены, возведение
укреплений вокруг средневековых городов и другие примеры военно¬
трудовых мобилизаций.
Чувствуя однако, что благодарное население современной Герма¬
нии вряд ли примет с энтузиазмом замену «процентной кабалы» самым
настоящим рабством азиатского типа, Федер спешит перейти к сле¬
дующему спасительному средству—к «монетной регалии». Тут дело
представляется ему очень простым и легко осуществимым. Для произ¬
водства крупных общественных сооружений, например железных до¬
рог, электрических станций и т. п., государство создает особый «со¬
циальный строительный и хозяйственный банк». Этот банк выпускает
беспроцентные «строительно-кассовые свидетельства», которые явятся
не чем иным, как бумажными деньгами. Этими деньгами государство
1 Там же, стр. 136.
а Там же, стр. 139.
15

расплачивается со своими поставщиками, служащими и рабочими. А
когда предприятие вступит в эксплоатацию, то «строительно-кас¬
совые свидетельства» будут постепенно погашаться из текущих при¬
былей.	.	,,
В дальнейшем мьГувидим, что эта теория «монетной регалии» Гот¬
фрида Федера оказала влияние на практическую политику гитлеров¬
ского правительства—при финансировании мероприятий по «созда¬
нию работ».
В 1931 г. в транслированной по радио дискуссии с социал-демо¬
кратическим профессором Нёльтингом, который, при всем своем со¬
циал-фашистском уважении к великому теоретику «национал-социа¬
лизма», позволил себе выразить сомнение, не вызовет ли бумажно-де¬
нежную инфляцию такое использование «монетной регалии», т. е.
попросту печатного станка,- Федер заявил: «Такого рода создание де¬
нег из собственного права несомненно допустимо и не поведет к прояв¬
лениям инфляции, ибо мы создаем новые ценности»1. Апломб и не¬
вежество преподносятся здесь в совершенно неподражаемом сочета¬
нии.	■
Наряду с трудовойповинностью и«монетнойрегалией»Федер пред¬
лагает сокрушить «процентную кабалу» также посредством осущест¬
вления лозунга: «государство без налогов». При этом однако Федер
отвергает только те налоги, которые служат для уплаты процентов по
займам. В остальном же «налоги допустимы для покрытия государ¬
ственных расходов на производительные цели, на управление, судо¬
производство, армию, полицию» и т. д. Кроме того налоги допустимы
во время войны. Предпочтительно вводить прямые налоги. Но нет
возражений и против'косвенных налогов, в частности—против нало¬
гов на предметы роскоши. И в тот момент, когда недоумевающий чи¬
татель спрашивает, в чем состоит идея «государства без налогов»,
Федер только повторяет: «Принципиально налогово-финансовая по¬
литика должна стремиться к конечной цели «государства без налогов»,
так как задачей государства является вовсе не вытягивание денег из
своих граждан, чтобы увековечивать в корне ложную государственную
систему займов, а поднятие всеобщего благосостояния народа. Госу¬
дарство существует вовсе не для того, чтобы быть сборщиком процен¬
тов для крупного ссудного капитала, а для того, чтобы охранять
личность и собственность своих граждан и ставить на службу всему
обществу естественные богатства страны2.
Так поучал Федер до прихода фашизма к власти. Но лишь только
фашисты получили возможность реализовать свой лозунг «сокруше¬
ния процентной кабалы», они невольно разоблачили все лицемерие
и социально-демагогический характер своих теоретических упражне¬
ний. Это особенно ярко проявилось именно на реформе банковского
дела, к подготовке которой в частности был привлечен и сам Федер.
В дополнительной программе, составленной 17 сентября 1932 г.,
«национал-социалистическая партия» выдвигала требование «ого-
1	Стенограмма дискуссии напечатана в книге Федера «Gegen die Hochfinanz»,
S. 288.
2	Feder, Der deutsche Staat, S. 134.

IS

am jno. ч.у.
сударствления всей денежной и кредитной системы, включая и жи-
ральные деньги, и создания государственной организации безналич¬
ных расчетов»1.
Казалось бы, что вопрос об «огосударствлении» частных банков
после таких решительных обещаний должен был быть поставлен гит¬
леровским правительством в первую очередь, тем более, что гер¬
манские частные банки под ударами кризиса оказались почти сплошь
явными или скрытыми банкротами и существовали главным обра¬
зом за счет государственных субсидий. Однако фашистская прак¬
тика оказалась совершенно отличной от теории.
6 сентября 1933 г. был создан правительством Гитлера «банковский
анкетный комитет» для разработки вопросов банковской реформы.
Во главе анкетного комитета был поставлен председатель Рейхсбанка
Шахт, а в числе членов его фигурировали неутомимый борец против
«процентной кабалы» статс-секретарь Готфрид Федер, а также ряд
банкиров и промышленников.
Прошло несколько месяцев, в течение которых в печать проникали
лишь очень скудные сведения о деятельности анкетного комитета. Но
вот 26 января 1934 г. председатель комитета Яльмар Шахт выступил
с докладом в Институте мирового хозяйства при Кильском университе¬
те на тему о «национал-социалистической банковской реформе».
В докладе Шахт сделал ряд недвусмысленных заявлений, отра¬
зивших результаты «исследований» анкетного комитета. Шахт зая¬
вил:
«Вопросы о том, должно ли быть проведено огосударствление,
или наоборот, уменьшение огосударствления, не актуальны, когда
дело идет о том, чтобы сосредоточить все мероприятия на одном пунк¬
те—на спасении существующего хозяйства, на том, чтобы вывести его
возможно скорее из кризиса, чтобы способствовать подъему и закреп¬
лению подъема также и в сфере кредита»2.
Шахт отметает всякую мысль об огосударствлении частных бан¬
ков. Вместе с тем он в этой же речи дает отповедь всякого рода меч¬
там о сокрушении «процентной кабалы». «Принципиальная установка
против капитала бессмысленна»,—говорит он.—«Лопата садовника,
плуг крестьянина, машина промышленника и золото богатого чело¬
века—все это капитальные блага, которые помогают увеличивать ре¬
зультаты труда... Поэтому отдача таких благ в ссуду и получение
вознаграждения за такую ссуду неизбежны для прогресса всякого
народа. Ссудный капитал полезен. А уплата процентов
необходима, если хотят употреблять ссуд¬
ный капита л».
Так бесславно угасла центральная идея германского национал-
социализма о сокрушении «процентной кабалы.» Из «катехизиса»
национал-социалистической партии улетучилась его душа.
Таков же фашистский итог реорганизации акционерного дела.
Фашистские теоретики, пропагандисты и агитаторы всегда заявляли,
1	G. Feder, Gegen die Hochfinanz, Miinchen 1933, S. 37.
2	H у al m a r Schacht, National-Sozialistische Bankreform. Kieler
Vortrag am 26 Januar 1934, S. 8—9.
2 Я. E. Сегалл.
17

что главным оплотом «мамонизма» и власти ссудного капитала яв¬
ляются анонимные акционерные общества. Однако вместо ликвидации
существующих акционерных обществ или лишения их прана'выпу¬
скать акции на предъявителя разрабатываемая в настоящее время
реформа сводится главным образом к усилению власти правлений ак¬
ционерных обществ в соответствии с национал-социалистическим
«принципом вождя». Такие «вожди» акционерных обществ получают
право почти бесконтрольного распоряжения капиталами акционер¬
ных обществ. А рядовые владельцы акций могут только раз в год, на
общем собрании, выразить свое доверие или недоверие им. Никакого
права требовать отчета или контролировать книги и переписку вла¬
дельцы акций иметь не будут.
Своей реформой акционерного дела и предоставлением финансовой
олигархии диктаторских полномочий внутри акционерных обществ
германский фашизм превращает эту финансовую олигархию не толь¬
ко по существу, но и по праву в привилегированную касту по отно¬
шению к мелким капиталистам—рядовым акционерам.1
Экономическая программа национал-социализма
Автором программы национал-социализма, состоящей из 25 пунк¬
тов, является все тот же «великий теоретик» Готфрид Федер. Програм¬
ма эта существует в двух вариантах, относящихся к 1920 г. и напеча-
таннных в книжках Федера: «Программа национал-социализма» и
«Германское государство на национальной и социальной основе».
Программа эта была утверждена партией. Кроме нее, перу Федера
принадлежит официальное дополнение к программе, сделанное в
1932 г.
Понятно поэтому, что основные «теоретические» положения Феде¬
ра нашли свое воплощение во всей программе национал-социализма и,
в особенности, в ее экономической части. Разделы программы оза¬
главлены в соответствии с терминологией Федера: «Сокрушение про¬
центной кабалы» и «Общее благо выше личного».
Под заголовком «Сокрушение процентной кабалы» собраны эконо¬
мические пункты программы.
Начинаются они с п. 12, в котором выдвигается требование «кон¬
фискации военных прибылей».
Этот пункт программы, относящийся к 1920 г., когда вакханалия
военной и послевоенной спекуляции находилась в Германии в самом
разгаре и вызывала злобу и возмущение среди широких слоев рабо¬
чих и мелкой буржуазии, преследует явно демагогические цели.
Дальнейшие пункты экономической программы национал-социа¬
лизма таковы:
«13. Мы требуем огосударствления всех (до сих пор) уже обобще¬
ствленных (трестов) предприятий^
14.	Мы требуем участия в прибылях крупных предприятий.
15.	Мы требуем широкого развития обеспечения престарелых.
16.	Мы требуем создания здорового среднего сословия и его со¬
хранения, немедленной муниципализации крупных универсальных
магазинов и сдачи их в аренду по дешевым ценам мелким ремеслен-
18

никам, привлечения всех мелких ремесленников к поставкам госу¬
дарству, провинциям и общинам.
17.	Мы требуем земельной реформы, соответствующей нашим на¬
циональным потребностям, издания закона о безвозмездном отчужде¬
нии земли на общеполезные цели, отмены земельной ренты и пре¬
дотвращения всякой спекуляции землей».
Цель программы ясна. Ее демагогические «требования» рассчитаны
прежде всего на мелкую городскую и сельскую буржуазию. Она ще¬
голяет и «социалистическими» лозунгами огосударствления трестов,
участия в прибылях и т. п., рассчитанными на уловление отсталых
слоев рабочих. Однако демагогичность программы встревожила са¬
мих вождей, которые опасались, как бы не запугать истинных хозяев
национал-социализма—крупных промышленников и аграриев. Поэто¬
му в 1928 г. Адольф Гитлер сделал официальное заявление, что знача¬
щееся в п. 17 программы «безвозмездное отчуждение земли» направле¬
но «в первую очередь против еврейских спекулятивных земельных
обществ». Программа была сохранена и, несмотря на ряд других ком¬
ментариев (официальных и неофициальных), аналогичных коммента¬
риям к п. 17, была признана и сохранена на генеральном собрании
членов 22 мая 1926 г. «неизменной».
Для характеристики нарочитой запутанности и недоговоренности
экономической программы национал-социализма и всего того, что к
Эней относится, интересен следующий факт. Наряду с официальной
) программой из 25 пунктов, признанной «неизменной», существует
I другая программа, тоже из 25 пунктов и тоже написанная Федером.
) Эта программа находится в его книге «Германское государство». Не
) только Федер, но и все другие национал-социалистические экономи-
) сты и публицисты ссылаются то на одну, то на другую из этих про-
. грамм, комментируют и цитируют их как официальные партийные до¬
кументы.. А между тем вторая «программа», содержащая, как и пер¬
вая, основные требования национал-социализма, значительно отли¬
чается от первой, хотя во втором варианте программы Федер отдает
должное демагогии и даже (в п. 14) предлагает ввести смертную казнь
за ростовщичество и спекуляцию, но в общем характерной чертой
этого варианта является стремление угодить крупному капиталу.
Чтобы положить конец всяким опасениям капиталистов насчет «со¬
циализма», национал-социалист Федер заявляет в п. 8, что «наци¬
онал-социализм принципиально признает частную собственность и
ставит ее под государственную защиту». Его оговорка в п. 9 о
том, что «благо народа кладет предел безмерному нагромождению бо¬
гатства в руках отдельных лиц», является очередной данью демагогии.
Что касается отношения национал-социализма к банкам, от тут
интересно отметить, что в «официальной» программе партии ничего нет
об их национализации, хотя все громы и молнии Федера, Гитлера и
всех прочих фашистских теоретиков направлялись в первую очередь
против «ссудного капитала». Один из таких теоретиков Ганс Рейпке
писал даже, что «чуждые предприятиям и незаинтересованные в них
круги не должны господствовать над тысячами рабочих и служащих.
За социализацию банков! Между тем как социализация производства
ценностей является злом, она же в отношении распределения благ и
2*
19

кредита принадлежит к старейшим социально-революционным требо¬
ваниям. Надо положить конец не только эксплоатации со стороны
финансовых властителей, но и их неправомерным претензиям на ру¬
ководство. Банковские магнаты слишком часто злоупотребляли своей
мощью»1.
И вот, несмотря на все излияния вождей германского фашизма
против банков и банкиров, национализация или «огосударствление»
банков в программе национал-социализма не фигурирует вовсе. Во
втором варианте программы имеется в качестве суррогата, рассчитан¬
ного на круглых невежд, требование огосударствления Рейхсбанка и
других эмиссионных банков (баварского и др.). Рейхсбанк был и без
того всегда государственным банком, и только после валютной рефор¬
мы 1924 г. он формально стал частным акционерным обществом, сохра¬
няя теснейшие связи с правительством и конечно фактическую зави¬
симость от него. Требование огосударствления Рейхсбанка являлось
ничем иным, как смехотворной уловкой Федера, которому хотелось
успокоить частных банкиров и в то же время что-то обещать массам
по части «национализации банков».
Остальные требования программы—в особенности по части нало¬
гов, создания нового эмиссионного банка и т. д., представляют собой
практические выводы из теории «монетной регалии» и «налогового су¬
веренитета» и отражают, все непроходимое невежество Готфрида Феде¬
ра в области экономики.
Программа национал-социализма относится, как мы уже указы¬
вали, к 1920 г. Часть содержащихся в ней «требований» устарела. Из¬
менение всей обстановки в Германии в связи с экономическим кризис
сом 1929—1932 гг. требовало от нацирнал-социализма новой демаго¬
гии, способной мобилизовать массы, вовлечь их под влияние фашизма,
натравить на революционный пролетариат и тем самым сделать эти
массы слепым орудием финансового капитала.
И вот 17 сентября 1932 г., когда процесс фашизации в Германии
зашел уже так далеко, что вопрос о переходе власти к национал-
социализму приобрел полную актуальность, Федер по приказанию
Адольфа Гитлера пишет дополнительную пр о г р амм у партии.
Эта программа, являющаяся «единственным официальным докумен¬
том», помещена в сборнике статей Федера «Против финансовых магна¬
тов». Как и предыдущие два варианта программы, так и эта «допол¬
нительная программа» представляет собой смесь самой широковеща¬
тельной демагогии с нелепыми и невежественными требованиями в
духе федеровской теории «сокрушения процентной кабалы». Как и в
прежних программах демагогические требования умышленно затума¬
ниваются и запутываются, чтобы их показной радикализм не вызвал
опасений со стороны магнатов финансового капитала. Отдельные
пункты программы таковы:
1.	Создание работ на 2 млн. чел., на что должно быть ассигновано
5 млрд, марок.
2.	Создание кредитов на 3 млрд, марок Рейхсбанком.
1 D г. Hans Reupke, Der Nationalsozialismus und die Wirtschaft,
Berlin 1931, S. 68.
20

3.	Огосударствление всего денежного и кредитного дела; развитие
государственной системы безналичных расчетов.
4.	Перестройка долгов всего германского хозяйства посредством
централизации всех публичных и частных долговых отношений в од¬
ном генеральном долговом институте.
5.	Всеобщее понижение процента в духе нашей великой цели—
сокрушения процентной кабалы, считаясь при этом с индивидуальны¬
ми условиями хозяйства.
8. Урегулирование экономических отношений с заграницей, вы¬
двигая на первый план жизненные потребности внутреннего рынка, но
принимая также во внимание необходимый для Германии экспорт.
Дальше идут требования самого общего характера, вроде «восста¬
новления государственного кредита», «помощи сельскому хозяйству»,
«планомерной реконструкции промышленного и ремесленного произ¬
водства» и т. д. и наконец «огосударствления железных дорог», кото¬
рые, как всем известно, и без того уже давно принадлежат государ¬
ству, но по плану Дауэса формально объединены в акционерное об¬
щество.
Под знаменем программы или, вернее, двух программ 1920 г. и
дополнений к ним, сделанных в 1932 г., шла мобилизация широких
масс мелкой буржуазии в городе и деревне, деклассированных эле¬
ментов и осталых слоев пролетариата, направленная на поддержку
исключительной по своей жестокости и средневековому варварству
террористической диктатуры финансового капитала. Под этим знаме¬
нем озверелое мещанство было мобилизовано на расправу с рабочим
классом.

ГЛАВА II
ФАШИЗМ И РАБОЧИЙ КЛАСС
Состоявшийся 30 января 1933 г. переход власти в руки правитель¬
ства Гитлера поставил германский фашизм перед необходимостью пе¬
рейти от демагогии и широковещательных «требований» к конкрет¬
ной экономической политике и практическим мероприятиям. Эти
мероприятия диктовались классовой сущностью фашизма как партии
открытой террористической диктатуры финансового капитала и той
экономической и политической обстановкой, в которой этой партии
пришлось действовать.
Монополистический капитал, поставивший фашистов у руля госу¬
дарственного корабля, сделал это потому, что был вынужден «перейти
к открытой террористической диктатуре внутри страны и к безудер¬
жному шовинизму во внешней политике, представляющему прямую
подготовку к империалистическим войнам» (тезисы XIII пленума
ИККИ).
Обе эти задачи—террор и подготовка к войне—находились и на¬
ходятся в теснейшей связи и взаимодействии.
Но фашизму приходилось действовать в чрезвычайно сложной и
трудной обстановке. Германия находилась в тисках глубочайшего эко¬
номического кризиса. Упадок промышленности и торговли был огро¬
мен, а официальная цифра безработных превышала шесть мил¬
лионов.
При таких условиях нельзя было ограничиться одним лишь тер¬
рором по отношению к рабочему классу. Надо было террор сочетать с
демагогией. Поэтому фашизму с первых же дней его пребывания у
власти пришлось прибегнуть к показным заботам о безработных, раз¬
вить демагогическую шумиху и рекламу вокруг лозунга «создания
работ». Правда, точка наибольшего падения всех показателей хозяй¬
ственной активности миновала за несколько месяцев до прихода на¬
ционал-социализма к власти, и начался переход «от точки наиболь¬
шего упадка промышленности, от точки наибольшей глубины промыш¬
ленного кризиса—к депрессии, но к депрессии не обычной, а к депрес¬
сии особого рода, которая не ведет к новому подъему и расцвету про¬
мышленности, нои не возвращает ее к точке наибольшего упадка»1.
Некоторые, самые микроскопические сдвиги конъюнктуры могли
быть политически использованы фашистами, могли быть раздуты ими
1 Сталин, Отчетный доклад XVII съезду партии, Партиздат, 1934 г.,
стр. 10.
22

до колоссальных размеров и преподнесены как результаты их усилий
в борьбе за оживление хозяйства и ликвидацию безработицы.
Интересно отметить, что самый выбор момента для взя¬
тия фашистами власти в Германии в значитель¬
ной мере определялся хозяйственной конъ¬
юнктурой в Германии и во всем капитали¬
стическом мире. В борьбе различных буржуазных партий
и клик в Германии ими все время учитывалось, что та из этих клик и
группировок, которая окажется во главе правительства в период
улучшения конъюнктуры, сможет приписать это улучшение своим
«умелым» и «гениальным» мероприятиям и тем упрочить свое положе¬
ние. Финансовый капитал, ожидавший благоприятной ситуации для
перехода к открытой террористической диктатуре и для выдвижения
в качестве орудия осуществления такой диктатуры национал-социа¬
листов, учел, что конец января 1933 г., когда, с одной стороны, дол¬
жно было вскоре начаться обычное сезонное улучшение в хозяйстве,
а с другой обнаружилось некоторое—хотя и очень слабое—улучше¬
ние общего экономического положения, оказался наиболее удоб¬
ным моментом для провозглашения так называемой «национальной
революции».
Значительную роль сыграло тут также и то обстоятельство, что
после достигнутого в 1932 г. апогея своего влияния на массы наци¬
онал-социалисты начали терять своих сторонни-
к о в. Среди мелкой буржуазии, шедшей за национал-социалиста¬
ми, наступало разочарование ввиду бездействия «вождей», которых
упрекали в нерешительности и в нежелании взять на себя ответствей-
ность за судьбы страны путем участия в правительстве. Из-за разно¬
гласий в верхах партиипо вопросу об участии в коалиционном кабинете
с другими правыми буржуазными партиями были устранены с руко¬
водящих постов видные лидеры, в том числе один из основателей пар¬
тии Грегор Штрассер, один из соперников Гитлера, (растрелянный
во время расправы) 30 июня с вождями штурмовиков. Перед вож¬
дями партии стояла дилемма—или итти на соглашение с национали¬
стами о сформировании коалиционного фашистского министерства,
или же рисковать дальнейшим и притом ускоренным развалом
партии. На соглашении национал-социалистов с националистами
особенно,настаивали круги финансового капитала, заинтересованные
в том, чтобы сохранить силу фашистов и их влияние на массы. Под
воздействием этих факторов и было создано правительство Гитлера.
Взяв власть в свои руки, национал-социалисты должны были по¬
казать монополистическому капиталу, что они способны терроризи¬
ровать и обезоружить рабочий класс. Чтобы добиться этого, фашисты
должны были расправиться с основными его силами—с миллионами
рабочих, занятых на производстве, и с их политическими, профсоюз¬
ными, кооперативными, спортивными и всякими другими организа¬
циями.
Ликвидация профсоюзов и фашистское законодательство о труде
Первые уд^ры фашизма были направлены, разумеется, против
революционного авангарда германского пролетариата — против
23

коммунистической партии Германии. Фашистская инсценировка под¬
жога рейхстага и последовавшая затем волна убийств коммунистов,
арестов и пыток десятков и сотен тысяч революционных борцов, объ¬
явление компартиивне закона, запрещение всейрэбочей печатйит. д.—
все эти события настолько еще свежи в памяти, что подробно останав¬
ливаться на них здесь излишне.
Дальнейшим актом германского фашизма было уничтожение проф¬
союзов.
То обстоятельство, что германские профсоюзы1 и в первую оче¬
редь наиболее влиятельные и многочисленные из них—реформистские,
входившие во всеобщее германское объединение профсоюзов (АДГБ),
находились в руках корыстной, продажной и предательскойпрофбюро-
кратии, не должно заслонять от нас крупного значения профсоюзов;
как массовых пролетарских организаций. Это значение заключается в
том, что «миллионы рабочих в Англии, Франции, Германии впервые
переходят от полной неорганизованности к элементарной, низшей,
простейшей, наиболее доступной (для тех, кто еще насквозь пропи¬
тан буржуазно-демократическими предрассудками) форме организа¬
ции»2. В 1932 г. крупнейшие германские объединения профсоюзов
насчитывали свыше 6 млн. членов: в реформистское объединение АДГВ
входило вместе с союзами служащих (АФА) и чиновников (АДБ),
свыше 4 750 тыс. членов, в христианско-национальное объединение—
около 1 300 тыс. и в гирш-дункеровские союзы—575 тыс. членов3 4.
Роль германских профсоюзов в социально-экономической жизни
капиталистической Германии была очень велика. Профсоюзы были
контрагентами предпринимателей и предпринимательских объедине¬
ний при заключении тарифных договоров. От них зависело установле¬
ние зарплаты и условий труда. На них базировалась вся система го¬
сударственного посредничества, в связи с ними находилась система
социального страхования, причем все это должно было согласно
стремлениям буржуазии и ее агентов—реформистов ослаблять рево¬
люционные удары пролетариата, смягчать напор классовой борьбы.
Система коллективных договоров приобрела в послевоенной Гер¬
мании колоссальное распространение. Достаточно сказать, что на 1
января 1932 г. в германском хозяйстве существовало около 7 тыс.
колдоговоров, регулировавших зарплату и условия труда 9 106 тыс.
рабочих, и около 2 тыс. колдоговоров, охватывавших 1 806 тыс. слу¬
жащих i.
Для того чтобы выполнить основной социальный заказ монополи¬
стического капитала—распылить и обессилить рабочий класс и тем
по возможности отсрочить пролетарскую революцию, понизить зар¬
плату, ухудшить условия труда и влить новые жизненные соки в тело
загнивающего и умирающего германского капитализма,—германские-
фашисты направили свои удары на. профсоюзы. Разгром профсоюзов
1	Я не говорю здесь о революционных профсоюзах, связанных с коммунисти¬
ческой партией Германии. Эти профсоюзы были разгромлены одновременно-
с компартией.
2	Л е н и н, Детская болезнь левизны, Соч., т. XXV, стр. 198.
2 По данным ежегодника Международного бюро труда за 1933 г.
4 По данным «Статистического ежегодника» Германии за 1933 г.
24

должен был быть первым подготовительным шагом на пути к пониже¬
нию зарплаты и ухудшению условий труда германского пролетариата.
Вместе с тем, уничтожая профсоюзы, фашисты страховали себя и
своих хозяев от того, чтобы эти массовые организации не сделались
опорным пунктом для собирания сил при новом подъеме революцион¬
ного движения.
Поход против профсоюзов начался с первых же дней существования
открытого фашистского режима.	J
Реформистские профбюрократы играли в этом походе особенно
подлую роль. Они всячески старались сделать возможно более по¬
степенным и безболезненным переход профсоюзов в руки фашистов и
их использование в качестве прямого орудия фашистской диктатуры.
Но фашисты на первом этапе не воспользовались профбюрократами и
их опытом в предательстве рабочих масс и предпочли заменить их
своими людьми.
Разгром германских профсоюзов происходил в следующей после¬
довательности.
2 мая 1933 г., на другой день после проведенного с большой пом¬
пой «праздника национального труда», по приказу Гитлера были вне¬
запно заняты отрядами штурмовиков помещения всех реформистских
профсоюзов. Руководители профсоюзов были частью арестованы,
частью просто отстранены. На их место были назначены уполномочен¬
ные «национал-социалистических фабрично-заводских организаций»
(НСБО). Во главе специально созданного для ликвидации профсоюзов
«Комитета действия для защиты германского труда» был поставлен
один из видных фашистов—Лей, который 4 мая выпустил подроб¬
ную инструкцию о «реорганизации объединений лиц наемного труда»
и приступил к созданию «Германского фронта труда». 10 мая состоял¬
ся в торжественной обстановке, в присутствии и «под покровитель¬
ством» Адольфа Гитлера «конгресс германского труда», на котором
присутствовали одни лишь национал-социалистические заправила в
формах штурмовиков и охранных дружинников. На этом «конгрессе»
было оповещено о возникновении «Германского фронта труда» (ДАФ).
Вскоре после этого в ДАФ были включены «унифицированные» по
образцу реформистских также и христианско-национальные (24 июня),
евангелические (27 июня) и прочие профсоюзы. Вместо существовав¬
ших до сих пор 100 различных профсоюзов было образовано вначале
23 «союза» рабочих и служащих, объединенных в свою очередь в два
«сверхсоюза»: отдельно для рабочих и отдельно для служащих.
У новых союзов отняты функции по регулированию зарплаты
и условий труда. Этим самым союзы «рабочего фронта» J лишены вся¬
кого содержания.
Чтобы создать для наспех образованных «союзов» хоть какое-
нибудь подобие цели, было объявлено, что отныне они будут стре¬
миться к воспитанию в своих членах «единства национального духа».
Учитывая однако, что одним воспитанием национальных чувств вряд
ли можно удержать рабочих и служащих в рамках союзов, фашистские
руководители указали как на содержание деятельности этих орга¬
низаций на профессиональную выучку своих членов.
Таким образом взаменуничтоженных п р о ф с о го-
25

зов никаких новых организаций фактиче¬
ски не создано. В этом отношении германский фашизм
пошел дальше итальянского. В Италии рабочим «корпорациям».фор¬
мально присвоено право заключать колдоговоры с предпринимате¬
лями. В фашистской Германии же никаких организаций по заключе¬
нию колдоговоров с предпринимателями не существует.
Разрушив профсоюзы и не поставив ничего на их место, герман¬
ский фашизм привел к тому, что почти 10 тыс. коллективных догово¬
ров, охватывающих около 11 млн. рабочих и служащих, повисли в
воздухе. Не оказалось юридических и физических лиц, на которых
лежало бы представительство интересов рабочих и служащих, их
прав, вытекающих из колдоговоров, и их обязательств, этими колдо-
говорами предусмотренных. Чтобы не вызвать широкого недоволь¬
ства миллионных масс и осуществить некоторую постепенность в
ухудшении экономического и правового положения рабочих и служа¬
щих, фашистское правительство одновременно с уничтожением проф¬
союзов создало в мае 1933 г. институт «доверенных по труду».
На основании закона от 19 мая 1933 г. имперский канцлер н а з-
н а ч а е т из числа кандидатов, выдвинутых провинциальными вла¬
стями, доверенных лиц по труду для крупных хозяйственных районов.
Параграф второй этого закона говорит о том, что «вместо объеди¬
нений лиц наемного труда, отдельных предпринимателей или объеди¬
нений предпринимателей эти доверенные вправе производить прину¬
дительное регулирование условий заключения трудовых договоров
для участвующих лиц»1 2.
Кроме того закон вменяет в обязанность «доверенным по труду» «за¬
ботиться о поддержании трудового мира» и «участвовать в подготовке
новой социальной конституции»:
Основной задачей «доверенных по труду» являлось предотвраще¬
ние того, чтобы рабочие не взяли охрану зарплаты и условий труда в
свои руки и не повели стачечной борьбы. Призванные поддерживать
«трудовой мир» «доверенные по труду» должны были посредничать в
конфликтах, следить за соблюдением колдоговоров, добиваться уго¬
ворами и угрозами, чтобы рабочие не объявляли забастовок и т. Д.
Экономические функции реформистских и всяких других профсоюзов
перешли в этом отношении к «доверенным по труду». Это были частью
фашистские партийное функционеры из среды бывших прусских офи¬
церов, фашистски настроенные чиновники, помещики, купцы и про¬
мышленники.
Один из бывших «доверенных по труду» в Померании, ныне
«вождь» всего хозяйства граф фон дер Гольц (адвокат, сын известного '
генерала, подвизавшегося в Прибалтике в 1918 г.), следующим об¬
разом охарактеризовал в местной газете свои цели и свою ком¬
петенцию:1
«Доверенный по труду вправе в интересах всеобщего блага объя¬
вить обязательным всякое регулирование зарплаты общего характера,
1	Текст закона цитируется по сборнику действующего законодательства
о труде «Gesetzbuch der Arbeit». Heerschild-Verlag, Mtinchen 1934.•
2	«Pommersche Zeitung», 30/VII 1933.
26

до сих пор называвшееся тарифным договором». Отсюда можно за¬
ключить, что «доверенный по труду» может этого и не
сделать и тогда тарифный договор уничтожается сам по себе.
Существование тарифных договоров тем самым поставлено в зави¬
симость от того, что «доверенному по труду» вздумается считать
«всеобщим благом».
Далее Гольц поясняет, что «доверенный по труду управляет свя¬
тыней национал-социалистического движения—трудом. Не за то мы
боролись, чтобы доставить возможность отдельному предпринима¬
телю неправомерно наживаться за счет понижения зарплаты рабочих.
Не за то мы боролись, чтобы доставить рабочим отдельных отраслей
хозяйства право получать непомерно высокую зарплату за счет остаю¬
щихся благодаря этому безработными или платящих высокие цены за
изделия их товарищей по труду»1.
Основной целью «доверенных по труду» является предотвращение
стачек и всяких других выступлений рабочих на почве экономиче¬
ских конфликтов.
Однако оставление тарифных договоров под опекой «доверенных
по труду» после разгрома профсоюзов было только временным. Вско¬
ре правительство Гитлера сделало следующий шаг в деле порабо¬
щения рабочего класса.
20 января 1934 г. с обычной для фашизма помпой был издан « з а-
кон о регулировании национального труда».
Этот закон должен был вступить в силу с 1 мая 1934 г. Но пра¬
вительство, опасаясь взрыва возмущения со стороны рабочих, не¬
сколько раз откладывало его осуществление. Только 30 августа
было опубликовано правительственное распоряжение о введении
закона в действие с 1-го октября 1934 г. Закон этот настолько
интересен и характерен для экономической политики германского
фашизма, что на нем следует остановиться подробнее2.
Закон прежде всего устанавливает новые отношения между пред¬
принимателем и рабочим. Первый раздел закона, посвященный ком¬
петенции «вождя предприятия и совета уполномоченных», гласит:
«На предприятии совместно работают предприниматель в ка¬
честве вождя, а служащие и рабочие как его подчиненные для дости¬
жения целей, стоящих перед предприятием, йдля общего блага народа
и государства. Вождь предприятия решает в отношении подчиненных
все дела предприятия. Он должен заботиться о, благе своих подчинен¬
ных. Эти последние должны соблюдать по отношению к нему вер¬
ность, основанную на общности интересов всего коллектива пред¬
приятия».
Характерной особенностью взаимоотношений между предприни¬
мателем и рабочим в капиталистической Германии было до этого за¬
кона то, что, будучи отношениями господства и подчинения факти¬
чески, они базировались на формально юридиче¬
ском равноправии нанимателя, и продавца рабочей силы,
1	Там же.
2	Текст закона цитируется по «Gesetzbuch der Arbeit», составленному Штейн-
маном, Функе и другими чиновниками министерства труда и изданному в Мюн¬
хене, Heerschild-Verlag.
27

как двух контрагентов в сделке купли-продажи. Теперь это формаль¬
ное юридическое равноправие законом «о регулировании националь¬
ного труда» отменено. Вместо него установлено юридическое нче -
равноправие. Функции начальника и подчиненного имеют
своим источником не сделку купли-продажи, а установленную госу¬
дарственной властью «общую пользу народа и государства».
Редактор официального экономического органа национал-социа¬
лизма Гунке писал прямо, что «отныне хозяйство является сол¬
датским хозяйство м»1. В другом журнале закон о «регулиро¬
вании национального труда» был охарактеризован как закон о фрон¬
товой солдатчине труда»2.
Однако отожествлять отношения между «вождем и подчиненными»
на предприятии с отношениями между офицером и солдатами нельзя.
Фашисты умышленно замазывают то обстоятельство, что «вождь»
предприятия получает свои прерогативы вовсе не потому, что он на¬
значен государством как наиболее подходящее лицо для выполнения
определенных функций, а потому, что он является собствен¬
ником предприятия. Это в особенности бросается в глаза
при рассмотрении следующего пункта закона (§ 3, п. 2):
«Предприниматели или их законные представители у юридиче¬
ских лиц и у коллективов могут назначить ответственное за ведение
предприятия лицо своим заместителем; это обязательно должно прово¬
диться там, где сами они не управляют предприятием»...
Отсюда совершенно ясно, что «вождем» предприятия является по
новому закону его собственник или собственники, которые распоря¬
жаются назначением и смещением своих заместителей.
При таких обстоятельствах отношения между «вождем» и «подчи¬
ненными» на предприятии гораздо больше напоминают отношения
между господином и рабом или между феодалом и его крепостными,
чем между офицером и солдатами. Дух солдатчины, к которому взы¬
вают фашисты, должен означать только беспрекословное подчинение
рабочих велениям капиталистов.
Чтобы несколько смягчить внешнюю сторону этого нового рабства
и сделать его менее одиозным для рабочих, фашистские законо¬
датели придали «вождю» на предприятии еще институт «уполномо¬
ченных», которые должны заменить фабзавкомы. Эти «уполномочен¬
ные» избираются на предприятиях с числом рабочих и служащих свы¬
ше 20. «Уполномоченные» избираются тайным голосованием, но иск¬
лючительно из кандидатов, намеченных предпринимателем совместно
с председателем национал-социалистической фабрично-заводской ор¬
ганизации (§ 9 закона). Относительно каждого кандидата должна су¬
ществовать гарантия, что он «всегда и безусловно выступает в защи¬
ту национального государства» (§8).
Таким образом закон определенно указывает,что в ка¬
честве «уполномоченных» на предприятиях
допустимы только фашисты. А чтобы рассеять в этом
отношении всякие сомнения, § 9 закона предписывает, что в слу¬
1	«Die Deutsche Volkswirtschaft» за 1934 г., № 3, передовая статья.
2	«Der Deutsche Volkswirt» от 19 января 1934 г.
28

чае «если подчиненные не одобрят списка кандидатов, то доверенный
по труду может назначить необходимое число уполномоченных и их
заместителей».
«Выборы» уполномоченных, произведенные в начале мая 1934 г.,
вслед за вступлением закона в силу, показали, что рабочий класс Гер¬
мании оценил по заслугам смысл и содержание института уполномо¬
ченных—этого фашистского суррогата фабзавкомов: в выборах при¬
няло участие менее одной трети избирате-
л е й, причем на многих предприятиях даже и эти избиратели пода¬
вали свои бюллетени с такими надписями, что национал-социали¬
стам пришлось признать выборы недействительными.
Лозунг, выставленный нелегальной коммунистической партией
Германии, о срыве выборов нашел широкий отклик в рабочих
м а с с а х. За фашистские списки в целом голосовало всего 20% ра¬
бочих и служащих.
Уполномоченные под председательством вождя-предпринимателя
образуют «совет п р е д п р и я т и я» (§ 5), который имеет целью
«достижение согласия и сотрудничества на предприятии, повышение
производительности труда, соблюдение условий труда, разрешение
конфликтов» ит. д. (§ 6). Решения совета уполномоченных необяза¬
тельны для предпринимателя и являются только пожеланиями или
«рекомендациями». Совет уполномоченных может только «обсуждать»
мероприятия, предприниматель обязан его «выслушивать» перед
наложением взысканий на своих подчиненных, но он остается полно¬
властным господином в своих решениях.
На основании § 27 закона вождю предприятия предоставляется
право устанавливать размеры зарплаты. В особом
пункте говорится, что «в правила распорядка могут, помимо пере¬
численных в законе предписаний, включаться также предписания о
размере вознаграждения за труд и о других условиях труда, далее
распоряжения о распорядке на предприятии, о поведении лиц, заня¬
тых на нем, и о предупреждении несчастных случаев».
Чтобы не было никаких сомнений в характере всех этих пред¬
писаний, § 30 закона устанавливает, что «содержащиеся в правилах
внутреннего распорядка предписания обязательны для персонала
предприятия».
Смысл этой части «закона о регулировании национального труда»
ясен: предпринимателю как «в о ж дю» предоставляется
право у станав л иват ь по своему произволу
с та вки заработной платы, определять про¬
должительность рабочего дня, налагать штра¬
фы и т. д. Отныне это будет делаться не на основании двусто¬
роннего соглашения, а по единоличному распоряжению «вождя»
путем простого вывешивания по д,пи с а нны х им
«правил внутреннего распорядка». Тем самым все
существовавшие до сих пор коллективные (тарифные) договоры пере¬
стают существовать, так же как перестают существовать определенные
в этих тарифных договорах ставки зарплаты, нормы продолжитель¬
ности рабочего дня и т. д. Германия возвращается в отношении трудо¬
вого права к положению, существовавшему 50 лет назад. Восстановле¬
29

ние безграничного произвола предпринимателей—в этом заключается
основное содержание «закона о регулировании национального труда».
Узаконение произвола «вождей» и превращение рабочих в бес¬
правное стадо «подчиненных» должно было конечно усилить отпор
со стороны рабочих, создать напряженную атмосферу на предприя¬
тиях и увеличить возможности столкновений между рабочими и пред¬
принимателями. Фашистские • законодатели это предвидели и ввели
целую систему карательных мероприятий против рабочих и служа¬
щих на случай нарушения ими «порядка и спокойствия» на пред¬
приятиях. Этим карательным мероприятиям посвящен специальный
раздел закона «о регулировании национального труда»—раздел IV о
«социальных судах чести». Здесь мы прежде всего встре¬
чаемся с типичной для германского фашизма демагогией.
Просто обрушиться на рабочих с репрессиями фашисты не ре¬
шались. Поэтому они возвестили о введении «социальных судов че¬
сти» для всех лиц, принадлежащих к «коллективу предприятия»,
т. е. не только для рабочих и служащих, но и для «вождей-предпри¬
нимателей. Более того, при перечислении «грубых нарушений социаль¬
ных обязанностей» и «проступков против социальной чести», подле¬
жащих ведению судов чести, закон начинает с проступков предпри¬
нимателей.
Судам чести, состоящим из назначенного министром юстиции судьи
и из двух заседателей: одного от предпринимателей и одного из среды
«уполномоченных» с какого-нибудь предприятия, подсудны следую¬
щие проступки (§ 36):
1)	Злонамеренная эксплоатация подчиненных и оскорбление их
чести со стороны предпринимателей.	*
2)	Нарушение «трудового мира» подчиненными, незаконное вме¬
шательство «уполномоченных» в распоряжение предприятием.
3)	Принесение необоснованных жалоб доверенному по труду и
неподчинение его приказам.	»
4)	Разглашение «уполномоченными» секретов предприятия.
Наказания, налагаемые судами чести, состоят из: 1) предупреж¬
дений; 2) выговоров; 3) денежных штрафов до 10 тыс. марок; 4) лише¬
ния права быть вождем предприятия или уполномоченным; 5) уволь¬
нения с предприятия без льготного срока (§ 38).
Сущность карательных мер, налагаемых на рабочих и уполно¬
моченных, настолько ясна, что останавливаться на них не стоит.
Более подробного разбора заслуживает лишь демагогическая угро¬
за возможности лишения предпринимателя права быть «вождем» сво¬
его предприятия;
Этот пункт закона толкуется и превозносится на все лады в фа¬
шистской печати как одно из наиболее ярких проявлений «немецкого
социализма».
В чем же заключается этот «немецкий социализм»?
Если дело кабается акционерного общества, товарищества на паях
или другой формы коллективного владения предприятием, то дирек¬
тор—«вождь» такого предприятия, вызвавший своим обращением с
рабочими и служащими или какими-нибудь другими поступками все¬
общее возмущение, может быть заменен другим директором совер¬
зо

шенно безболезненно для предприятия. До сих пор, это сплошь и ря¬
дом так и делалось. Очень часто рабочие, объявляя забастовку, вы¬
ставляли в числе прочих требований удаление того или иного из
одиозных представителей администрации и нередко добивались это¬
го удаления. Ничего нового закон «о регулировании национального
труда» здесь не вносит, если не считать того, что замена одного ди¬
ректора предприятия другим директором в качестве «вождя» может
быть теперь произведена с большей помпой на основании решения
«суда социальной чести».
Так как подавляющее большинство крупных предприятий в Гер¬
мании является акционерными обществами или «обществами с ограни¬
ченной ответственностью», т. е. тоже предприятиями акционерного
типа, то в отношении крупного капитала угроза закона о смещении
провинившихся «вождей» имеет минимальное значение.
Несколько более чувствительно применение этого пункта закона
к мелким капиталистам, единолично управляющим своими предприя¬
тиями. В случае постановления суда о смещении такого «вождя» пред¬
принимателю придется тратиться на наем управляющего. Но этим все
дело и ограничивается. Самое важное здесь то, что предприя¬
тие провинившегося «вождя» попрежнему
остается его собственностью, что оно не конфискуется
и даже не ставится ни под какой контроль.
В законе с демагогической целью мошеннически замазывается это
важное обстоятельство.
Для характеристики безудержной социальной демагогии, раз¬
вернутой фашистами по поводу этого закона, следует отметить вы¬
ступление руководителя бюро печати «германского рабочего фронта»,
некоего Ганса Бьялласа. Этот «теоретик» германского фашизма раз¬
бирает вопрос о созданном в законе новом понятии «социальной че¬
сти». Германская буржуазия по своему «непониманию и невежеству,—
говорит Бьяллас,—создала так называемую «офицерскую» честь, спе¬
циальную «студенческую» честь и т'. д., а рабочему его лжевожди го¬
ворили: ты не нуждаешься ни в какой чести, она для буржуазии и для
богатых... А тебе нужно думать только о том, чтобы досыта наесться...
Эти, умные „социальные теоретики" думали, будто здоровый человек,
германский рабочий, с его неиспорченным инстинктом, может до¬
вольствоваться повыше ни ем з а р п л а т ы, е с л и
ему отказывают в праве сатисфакции... Мы хо¬
тим вернуть рабочему его честь»1.
Вся эта безудержная демагогия и глупая болтовня нужна была
германскому национал-социализму, в котором конечно «при самом
тщательном рассмотрении невозможно обнаружить даже атома со¬
циализма» (Сталин), для того чтобы замазать самое главное содержа¬
ние «закона о регулировании национального труда», а именно: пре¬
доставление предпринимателю прав неогра¬
ниченного властелина на предприятии й от¬
мену всех коллективных договоров, регулировав-
1 H.Biallas, Die Soziale Ehre. Статья в журнале «Die Deutsche Volkswirt-
schaft», 26/1 1934.
31

ш и х зарплату, продол яс ительность рабочего
дня и другие условия труда.
Австрийский буржуазный юрист Еллинек довольно
правильно оценил сущность «закона о регулировании национального
труда». Этот закон—говорит он—«содержит идейно и организацион¬
но гораздо более опасный (чем в классовой борьбе.—>7. С.) зародыш
образования новой привилегированной касты вождей хозяйства. Эта
новая каста вождей является, по сути дела, плутократической, ибо
вопрос о том, кто может стать вождем хозяйства, решается прежде
всего обладанием капиталом... «Закон» ограничивает социальную
свободу германского рабочего в такой мере, что это напоминает
рабство»1.
Законом о «регулировании национального труда» была завершена
цепь подготовительных мероприятий к низведению германских ра¬
бочих на уровень полурабов, к понижению их заработной платы до
неслыханных до сих пор размеров. Первым этапом на этом пути был
разгром профсоюзов, затем последовало назначение «доверенных по
труду» в качестве блюстителей колдоговоров, последней мерой была
полная отмена колдогоцоров законом о «регулировании националь¬
ного труда».
В настоящее время размеры зарплаты и прочие условия труда за¬
висят исключительно от произвола предпринимателей, декретирую¬
щих эти условия простым вывешиванием «правил внутреннего распо¬
рядка». О «единообразии» в проведении новых мероприятий должны
заботиться назначенные гитлеровским правительством «доверенные
по труду».
Провал борьбы с безработицей
Расправляясь с работающими, стараясь превратить их в бес¬
правную и распыленную массу «подчиненных», послушных своим
«вождям»-предпринимателям, германские фашисты учитывали в то же
время огромное значение проблемы безработицы. Они понимали,
что в этой области нужны немедленно какие-то мероприятия, которые
можно было бы изобразить как борьбу с безработицей. Эти мероприя- •
тин требовались не только потому, что по выданным массам демаго¬
гическим векселям надо было платить, но и по той причине, что ар¬
мия безработных в 7—8 млн. чел. представляла огромную опасность
для фашистского режима. Поэтому вскоре после прихода к власти
Адольф Гитлер, а за ним и «меньшие боги» фашистского Олимпа стали
заявлять, что первоочередной и самой главной их задачей является
уничтожение безработицы. При этом они всячески старались про¬
тивопоставить себя и свой «национал-социалистический режим» всем
предшествовавшим правительствам, воплощавшим якобы «либерали-
стическую» систему.
Коренная противоположность между «либерально^капитадиети¬
ческим государством» и государством «национальным» заключалась,
по утверждениям Гитлера, Геббельса и др., в том, что в то время как
«либералистическое» государство просто содержало безработных
1 Статья в «Der Osterreichische Volkswirt» от 27 января 1934 г.
32

за счет казны, выплачивая им пособия, национал-социалисты «наме¬
рены и способны окончательно ликвидировать безработицу посред¬
ством создания работ, посредством предоставления работы каждому
соплеменнику и оживления хозяйственной деятельности».
Разумеется, и предшествовавшие фашистам «либералистические»
правительства Брюнинга, фон Папена и фон Шлейхера тоже устраива¬
ли для безработных «общественные работы» по рытью каналов, про¬
кладке дорог, осушению болот и т. п. на основании закона, изданно¬
го еще во времена «веймарской коалиции»—28 марта 1928 г., а
законом от 16 июля 1932 г. была введена для безработной молоде¬
жи в возрасте до 25 лет «добровольная трудовая повинность».
Для оживления хозяйственной активности правительство фон
Папена ввело особые «свидетельства о скидке налога» для тех капи¬
талистов, которые вздумают расширить размеры своего производства
и нанять некоторое дополнительное количество рабочих.
Гитлеровская программа «создания работ» 1 июня 1933 г. была
объявлена законом «об уменьшении безработицы». На основании этого
закона имперскому министру финансов было предоставлено право
выпуска обязательств государственного казначейства на сумму
в 1 млрд, марок. 21 сентября 1933 г. это право эмиссии казначейских
обязательств было увеличено еще на 500 млн. марок.
Полученные таким путем средства предполагалось израсходовать
на следующие цели:
1)	на ремонт, достройку и расширение административных и жи¬
лых помещений, мостов и других сооружений;
2)	на ремонт и достройку жилых помещений и хозяйственных
строений с.-х. предприятий;
3)	на постройку предприятий по снабжению населения газом,
водой и электричеством;
4)	на земляные работы и пр.
При этом в законе указывается, что отпускаемые правительством
средства делятся на: 1) ссуды и 2) безвозвратные субсидии. За ссуды
никакого процента в пользу казны не взимается. Что же касается без¬
возвратных субсидий, то они предоставляются: а) владельцам с.-х.
предприятий; б) провинциям, общинам и общинным союзам, если
они производят «земляные работы», и в) органам социального обеспе¬
чения, раздающим предметы потребления нуждающимся.
Оценивая этот закон, надо прежде всего отметить одно любопыт¬
ное обстоятельство: из всех видов частных предпринимателей одни
только домовладельцы и владельцы с.-х. пред¬
приятий получили право на безвозврат¬
ные субсидии. Здесь гитлеровское правительство явилось
прямым продолжателем предшествующих правительств, которые
раздавали щедрые подачки «сельскому хозяйству» в лице ост-эльб-
ских и всяких других помещиков и кулаков.
Из всех предусмотренных в законе работ наибольшим удельным
весом и по размерам затрат и по количеству занятых рабочих должны
были обладать работы «земляные», относящиеся к п. 4 закона. Эти зем¬
ляные работы сводились к постройке дорог и главным образом—
всевозможных фортификационных с о о р у ж е-
3 Я. И. Сегалл.
33

и и й: фортов, бетонных площадок для установки орудий, аэро¬
дромов, стратегических дорог и т. и. Что же касается безработных,
о которых фашисты проявляют на словах трогательную заботливость,
то положение последних, привлеченных на земляные работы,' лучше
всего обрисовывается официальным разъяснением о способах и раз¬
мерах, оплаты их исключительно тяжелого труда.
«Безработные, взятые на земляные работы,—говорит коммен¬
татор закона1,—не вступают в нормальные трудовые отношения,
а получают занятие на условиях, весьма приближающихся к ус¬
ловиям добровольной трудовой повинности». Эти условия состоят
в том, что безработный получает вознагражде¬
ние в том же размере, в каком он получал
пособие до поступления на земляные ра¬
боты. Сверх того ему выдается только до¬
бавка в 25 марок (около 11 р. 50 к.) за каждые
4 недели. Эта добавка идет из средств казны, но выдается не на¬
личными, а бонами, на которые можно купить одежду, белье и пред¬
меты домашнего обихода, но не продовольствие. Предприниматель
(подрядчик, коммунальное управление и т. д.), у которого работает
безработный, обязан давать ему один раз в день горячую пищу. Вот
и все!
Отказаться от земляных работ безработный не вправе, так как его
снимут с пособия.
В циркуляре председателя «Имперского учреждения трудового
посредничества и страхования от безработицы» от 21 сентября 1933 г.
определенно указывается, что «если принятые на работы уклоняются
от нее без законного основания, то должны быть применены правила
о прекращении выдачи пособия». «Созданием работы» такого рода
гитлеровское правительство ввело в сущности каторжный труд для
безработных, давший ему возможность производить с минимальными
затратами на рабочую силу большие дорожные, земляные, бетонные
и тому подобные чрезвычайно трудоемкие работы, в значительной
мере военного характера. В июле-августе 1933 г. количество
таких рабочих составило около 300 тыс.
Для того чтобы дать представлений читателю об удельном весе
различных работ, намеченных и выполняемых в Германии на основа¬
нии гитлеровской программы «создания работ» и программ предше¬
ствующих правительств, приведем следующую таблицу официальных
данных о финансировании этих работ. Таблица эта составлена гер¬
манским специалистом по вопросам финансирования общественных
работ А. Фридрихсом2иопубликована в журнале «Банковский архив».
При рассмотрении этой таблицы сразу же бросается в глаза,
что из фактически израсходованной на 1 января 1934 г. суммы в
1 300 млн. марок львиная доля приходится на ж.-д. ведомство—
530 млн., на постройку дорог и мостов—150,9 млн., на земляные
работы—76,4 млн., на регулирование рек, осушение болот и пр.—
1	«Der Deutsche Volkswirt», 9/VI 1933.
2	A. Friedrichs, Die Finanzierung der Arbeitsbeschaffung. «Bank-
Archiv», 1 Januar 1934. /
34

Расходы по «созданию работ» за время по 31 декабря 1933 г.
(в млн. марок)
Мероприятия
По
смете
Ассигно¬
вано
Факти¬
чески
выпла¬
чено
Имперского правительства и имперских
ведомств
Управление водных путей

53,1
52,8
41,5
Железные дороги

961,0
651,0
530,0
Почта

111,0
95,0
65,0
Авто-страды (намечены затраты в 1400 млн.
марок)

—
—
—
Прочие имперские ведомства

215,5
152,0
91,0
Мероприятия других^ведомств
Постройка дорог и мостов . . .

261,3
235,0
150,9
Другие земляные работы

160,5
128,0
76,4
Предприятия по снабжению газом, водой и
электричеством

152,0
143,0
27,7
Регулирование рек, осушение болот, постройка
плотин и пр

455,6
361,7
193,0
Жилстроительство в пригородах

110,0
58,0
30,0
С.-х. поселения

60,0
50,0
40,0
Ремонт и достройка административных зданий.
185,0
129,0
12,4
Ремонт, достройка и переделка жилых домов .
80,0
70,0
20,0
Строительство мелких частных домов ....
20,0
6,0
—
Судоходство

17,0
12,0
5,0
Прочие работы

247,0
157,0
14,5
Дополнительная смета по «созданию работ» в
сентябре 1933 г

500,0
—
Итого

3 539,0
2 305,5
1 297,4
193 млн. Если к этим статьям присоединить еще статьи расходов tfo
управлению водных Путей, по почтовому и прочим имперским ведом¬
ствам, то общая цифра расходов, охватываемых «земляными» и род¬
ственными им работами, значительная часть которых, как мы уже
указывали, является работами военного харак¬
тера и только маскируется названием «зе¬
мляных»,—составит 1 147,8 мли. марок, или 88,3% всех произве¬
денных расходов. На всякого рода строительные работы оказались
израсходованными ничтожные суммы.
Но это было только началом. К концу марта 1934 г., по данным
приват-доцента П. Шульц-Кизова, было израсходовано приблизи¬
тельно в такой же пропорции, как и раньше, еще 500 млн. марок на
постройку имцерских авто-страд1. Эти авто-страды, которые будут
строиться созданным при «Акционерном обществе имперских желез-
1 Privat-Dozent Dr. Р. Schulz-Kiesow. Статья «Die Finanzierung der Arbeits-
schlacht» в журнале «Wirtschaftsdienst», 30/III 1934.
3*
«
35

пых дорог» особым правительственным «акционерным обществом»,
прорежут Германию в шести направлениях. Их задача воен¬
но-стратегическая: быстрая доставка войск, орудий и снаряже¬
ния на автомобилях на любой участок германских границ. -Ноэтому
авто-страды, во избежание задержки автотранспорта, нигде не пере¬
секаются железными дорогами, шоссе и проселочными дорогами,
а проходят по виадукам или под виадуками. Общее протяжение авто¬
страд—свыше 6 тыс. км, из которых 1 500 кж должны быть построены
в 1934 г.
«Создание работ» для безработных, проводимое в таком духе
правительством Гитлера, является только ширмой для прикрытия
усиленной подготовки германского фашизма к войне. Сотни тысяч
безработных, занятых на этих принудительных работах, находятся
фактически на положении, близком к положению военнообязанных.
Другой мерой, принятой правительством Гитлера якобы
для борьбы с безработицей, было расширение введенной еще в 1932 г.
так называемой «добровольной трудовой повин¬
ности». 1 мая 1933 г. на «параде труда» в Берлине рейхсканцлер
заявил о введении трудовой повинности для молодых людей в возра¬
сте от 18 до 25 лет.
Отбывание трудовой повинности считалось до выхода Герма¬
нии из Лиги наций формально «добровольным», ибо заявление Гит¬
лера о введении принудительной трудовой повинности
послужило поводом к протесту со стороны Лиги наций как неза¬
конное расширение военных контингентов. Но по существу тру¬
довая повинность осталась конечно принудительной. В последнее
время ведутся приготовления к превращению ее и в формально при¬
нудительную повинность.
Молодые люди, отбывающие трудовую повинность, живут в ла¬
герях или в бараках. Они одеты в защитно-серую форму и должны
беспрекословно, по-военному, исполнять приказания своих началь¬
ников, набранных из бывших офицеров и унтер-офицеров—фронто¬
виков. Срок трудовой повиности — двухгодичный. Для студен¬
тов, учителей гимназии,приват-доцентов университетов и техниче¬
ских школ, для чиновников министерства иностранных дел и т. д.
пребывание в течение нескольких месяцев в лагерях трудовой повин¬
ности обязательно.
В настоящее время в 3 400 лагерях трудовой, повин¬
ности сосредоточено 237 тысяч молодых людей, в
подавляющем большинстве—безработных. Полдня эти люди заняты
«земляными работами» почти исключительно военного характера:
рытьем траншей, сооружением фортов и т. п. Остальные полдня
уходят на чисто военные упражнения—маршировку, походные пере¬
движения, военный спорт. Ношение оружия формально запрещейо.
Но фактически идет обучение стрельбе не только из винтовок, но
и из пулеметов.
Вот что пишет о занятиях в лагерях «трудовой повинности»
побывавший в Германии американский журналист, корреспондент
«Нью-Йорк геральд трибюн» Леланд Стоу:
«Значительную часть деятельности 237 тысяч молодых людей в
36

трудовых отрядах занимает так называемый «полевой спорт». Руко¬
водство по «полевому спорту» или полевым маневрам продается
почти во всех книжных магазинах Германии. Его подзаголовок
таков: «Пособие к практической работе дома и в поле». В книжке
130 страниц. В оглавлении ее значится между прочим— «Безопасность
в походе». Она богато иллюстрирована картами и чертежами. На¬
ряду с прочим эти карты показывают, как войска должны раз¬
вертываться в боевой порядок, как они должны приближаться к
определенной боевой цели; дается также много других инструк¬
ций для полевых маневров» х.
Тем не менее, несмотря на плохо замаскированный военный
характер, создание отрядов «трудовой службы» преподносится гер¬
манскими фашистами как мера борьбы с безработицей. Молодые люди,
отбывающие «трудовую» повинность, снимаются с пособий по безра¬
ботице. В качестве вознаграждения за свою работу они получают
кроме обмундирования лишь очень скудную пищу (несравненно
худшую, чем солдаты рейхсвера и штурмовйки) и 25 пфеннигов
«карманных денег» в сутки. На все содержание каж¬
дого отбывающего повинность отпускается по 2 м. 14 пф. в сутки.
В марте 1933 г. правительство Гитлера возвестило еще об одном,
третьем по счету, мероприятии: о создании так называемой «сельской
помощи». Молодежь в возрасте от 16 лет и городских безработных,
получающих пособия, стали под угрозой снятия с пособий и с биржи
труда посылать в имения помещиков и кулаков на уборку урожая.
Классовый характер этой меры, проводившейся под флагом «борьбы
с безработицей» и «помощи сельскому хозяйству», не нуждается
в комментариях. Помещикам и кулакам, всегда жаловавшимся на
недостаток рабочих рук в сельских местностях, особенно в страдную
пору, была предоставлена почти бесплатная рабочая сила, ибо без¬
работным и мобилизованной молодежи наниматель должен был пре¬
доставлять кров и горячую пищу раз в день и выплачивать в день по
30—-40 пфеннигов зарплаты. Сам же наниматель за каждого занятого
у него «сельского помощника» получал от казны по 22—23 марки
в месяц субсидии. Общее количество молодежи и безработных, моби¬
лизованных для оказания «сельской помощи» помещикам и кулакам,
превысило в 1933 г. полтораста тысяч человек.
В Восточной Пруссии, этой цитадели юнкерства, фашистский обер-
президент провинции Эрих Кох поступил еще решительнее: он моби¬
лизовал всех безработных в городах и послал их в имения местных
юнкеров частью на уборку урожая, а частью на осушение болот,
мелиоративные работы и т. д. Об этой поголовной мобилизации без¬
работных он1 возвестил как о «битве за труд» и полной ликвидации
безработицы.
Гитлеровская программа «создания работ» основывалась таким
образом на образовании рабочих формирова¬
ний трех или, вернее, четырех разновидно¬
стей: 1) Рабочих, занятых на общественно¬
принудительных работах. Число таких рабочих, составляв-
1 Leland Stowe, Nazi Germany Means War, London 1933, p. 39.
37

шее летом 1933 г., по официальным данным, 300 тыс. чел., увеличи¬
лось в 1934 г. в связи с крупными работами по постройке автострад.
2)	Лиц, отбывающих «добровольную» трудовую повинность. Их число
достигло 237 тыс. в 1933 г. и превысило 250 тыс. в начале 1934 г.
3)	Безработных (и учащейся молодежи), привлеченных к уборке
урожая и другим видам «сельской помощи». Летом 1933 г. количество
«сельских помощников» составило 150 тыс. чел. 4) Кроме того надо
еще упомянуть о принудительных работах, организуемых муници¬
пальными управлениями для безработных, получающих так называе¬
мое «кризисное пособие». Число последних также доходит до 100 тыс.
чел.
Характерной чертой всех этих способов «создания работ» являет¬
ся их фактически принудительный характер, военная или полувоен¬
ная дисциплина, разделение ’ рабочих на отряды, беспрекословно
исполняющие приказания начальников или надсмотрщиков, разме¬
щение рабочих в большинстве случаев в лагерях или бараках с отры¬
вом от семьи, ничтожная зарплата, напоминающая по своим размерам
и по способу выдачи солдатское «жалованье», скудный паек, состоя¬
щий из выдаваемой раз в день горячей пищи—главным образом по¬
хлебки. По сути дела—это «рабочие дружины», тыловые части вре¬
мен империалистической войны, выполняющие почти такие же
«земляные» работы военного характера и находящиеся приблизительно
в таких же, если не в худших условиях.
Наряду с этими «рабочими дружинами» в Германии существуют
в настоящее время и военные резервы первой очереди, могущие влить¬
ся в части рейхсвера. Это—штурмовые отряды и охранные дружины
нациойал-социалистической партии. G приходом Гитлера к власти
эти фашистские боевые части перешли почти целиком на содержа¬
ние государственной казны. Они получают полное обмундиро¬
вание и содержание. Большая часть из них живет в казармах. По¬
мимо пайка рядовой штурмовик и «охранный дружинник» получают
50 пфеннигов в день «жалованья». Содержание каждого из них обхо¬
дится казне еще в 60 пфеннигов в день. Начальники всевозможных
степеней получают помимо содержания—от 2 м. 50 пф. в день до
700 марок в месяц. По сведениям шведской газеты «Сосиаль-Демокра¬
тен» от 26 марта 1934 г., в Германии имелось 300 тыс. штурмовиков
и 75 тыс. членов «защитных дружин». Это количество гораздо меньше
действительного. По сведениям других органов печати, количество
штурмовиков значительно больше и достигает будто бы двух мил¬
лионов. Те из них, которые до прихода к власти гитлеровского пра¬
вительства числились безработными, были сняты с пособий, так как
переведены целиком на положение солдат. После событий 30 июйк
штурмовые отряды были распущены под формальным предлогом пре¬
доставления им отпускаша месяц. Предстоит коренная реорганиза¬
ция штурмовых отрядов, связанная как с планами подготовки
к войне и следовательно более тесной спайки их с рейхсвером, так
и’с соображениями внешнеполитического порядка, а именно жела¬
нием облегчить для Германии решение проблемы «довооружения».
^Однако только часть штурмовиков находилась на полном пайке
и содержалась в казармах.
.38

Если к ним прибавить партийных и государственных чиновников
на hobLix должностях, то в общем можно считать, что число лиц, по¬
лучивших то или иное «занятие» в результате различных мероприятий
фашистского режима в Германии, достигает 1 500 тыс. чел. Та часть
из них, которая занята всевозможными видами принудительного
труда, ..конечно очень мало заинтересована в фашистском режиме.
Связаны с фашизмом в большей степени лишь чиновники, принятые
на работу в фашистский бюрократический аппарат, члены охран¬
ных дружин и т. д. Правда, не все из перечисленных категорий лиц
числились ранее безработными. Многие штурмовики и часть «сель¬
ских помощников» принадлежали к учащймся, к лицам без опреде¬
ленных занятий, к деклассированным элементам и т. д. Но если даже
от цифры в 1 500 тыс. отнять 200—300 тыс., то все же останется около
1 200 тыс. чел., исключенных из списков безработных и направлен¬
ных фашистским правительством на «работу» на условиях казармен¬
ного режима, военной дисциплины и солдатского пайка.
Имеются еще три категории людей, снятых, фашизмом со списков
безработных и за счет которых были уменьшены таким образом офи¬
циальные цифры безработицы. Это: 1) рабочие—коммунисты и социал-
демократы, заключенные в концентрационные лагери и в тюрьмы.
Среди них подавляющую массу составляют коммунисты. Число та¬
ких рабочих точно неизвестно. Во всяком случае их около 150 тыс.
2) Рабочие и служащие, эмигрировавшие из Германии после устано¬
вления фашистского режима. Еще летом 1933 г. общее число полити¬
ческих эмигрантов составляло около 150 тыс., в настоящее время
их значительно больше. Половина из них, в большинстве торгов¬
цев и лиц свободных профессий (преимущественно евреев), не мо¬
жет быть отнесена к числу безработных. Другую половину соста¬
вляют рабочие и служащие, большей частью работавшие и своим
отъездом за границу освободившие места для безработных. 3) Рабочие
и служащие «политически-неблагонадежные» и «не-арийцы», для ко¬
торых закрыты двери предприятий и бирж труда.
Помимо перечисленных способов сокращения числа зарегистри¬
рованных безработных, германский фашизм применяет также методы
перераспределения имеющихся работ за счет сокращения количе¬
ства работы, приходящейся на каждого рабочего, и привлечения на
возникшие благодаря этому места безработных. Эти методы полу¬
чили название «растягивания труда». Фашистские комиссары, уполно¬
моченные по труду и национал-социалистические партийные ячейки
на предприятиях побуждают предпринимателей снижать количество
часов работы каждого отдельного рабочего с соответствующим пони¬
жением зарплаты и нанимать дополнительное число рабочих из ря¬
дов безработных. В результате такого «растягивания труда» фашист¬
ское правительство достигает внешнего эффекта—формального уве¬
личения числа рабочих на производстве. Но это увеличение идет за
счет снижения заработка работающих. При этом в большей мере про¬
водилась еще и замена одних рабочих и служащих другими, поли¬
тически неблагонадежных—людьми, сочувствующими фашизму, жен¬
щин-работниц—мужчинами, пожилых рабочих и служащих—моло¬
дежью. При этом обычно бывало так, что безработные мужчины, на-
39

нпмаемые на место увольняемых женщин-работниц, получали пони¬
женные, «женские» ставки зарплаты.
Ухудшение экономического положения Германии летом >1934 г.
п угроза роста безработицы побудили фашистское правительство'
прибегнуть к новой отчаянной попытке замены одних работающих
другими. Назначенный экономическим диктатором председатель
Рейхсбанка Шахт издал 1 сентября 1934 г. декрет об увольнении
с предприятий всей трудящейся молодежи в возрасте до 25 лет и
о запрещении впредь нанимать рабочих в этом возрасте, за исклю¬
чением «старых борцов» национал-социалистической партии и лиц,
отбывших трудовую повинность. Вместо уволенных молодых рабочих
обещают предоставить работу пожилым семейным безработным. По
подсчетам национал-социалистической газеты «Ангриф» эта мера
коснется 40% всех лиц наемного труда.
К такого рода мерам замены одних рабочих другими и формального
сокращения безработицы относится закон от 1 июня 1933 г. о поощре¬
нии браков. На основании этого закона всякая «арийская» работница
при выходе замуж за «арийца» получает беспроцентную ссуду в раз¬
мере до 1 тыс. марок на обзаведение мебелью и домашней утварью.
Ссуда получается бонами, на которые можно приобрести только пред¬
меты обихода. Непременным условием получения таких ссуд являет¬
ся отказ от работы в течение 5 лет и превращение работницы в
домашнюю хозяйку с тем, чтобы ее место было занято безработным
мужчиной. При рождении ребенка часть долга по ссуде ликвиди¬
руется, а если у супругов родится несколько детей, то вся их задол¬
женность по ссуде аннулируется.
Устранение женщин от самостоятельного заработка происхо¬
дило не только таким «добровольным» путем. Летом 1933 г. низовые
национал-социалистические организации развили бешеную агитации*
за ликвидацию так называемых «двойных заработков». Двойным за¬
работком считалось прежде всего, если жена и муж имеют каждый
свой самостоятельный заработок. Велась агитации за то, чтобы ли¬
шить жен права на такой самостоятельный заработок и предоставить-
места безработным.
Расчет фашизма тут был чрезвычайно прост: ему нужно было вне¬
сти как можно больший раскол в среду рабочего класса, натравить
безработных на работающих, рабочих на работниц, семьи, где зара¬
батывает лишь один человек, на семьи, имеющие «двойной заработок»,,
и т, д. Обрушиваясь на женщин-работниц, фашисты сознательно дей¬
ствовали по линии наименьшего сопротивления, били по наименее
организованной, наименее сознательной и наименее способной к от;
пору части германского пролетариата.
Под влиянием агитации против «двойных заработков» местные
провинциальные и общинные управления и частные предприятия
стали увольнять женщин с работы. Как на один из сотен примеров
сошлемся на распоряжение гамбургских властей о том, чтобы все
занятые замужние женщины—служащие И работницы государствен¬
ных и коммунальных учреждений и предприятий Гамбурга—были
уволены в кратчайший срок, если их мужья, будучи заняты в каче¬
стве чиновников, служащих или рабочих на общественной или част¬
40

ной службе, получают доход, достаточный для содержания семьи1.
Такие же распоряжения имели место в Киле, Берлине и в сотнях
других местностей Германии.
Одновременно велась агитация и издавались суровые распоря¬
жения против так называемой «черной работы», т. е. случайных
и кратковременных заработков, перепадающих отдельным безработ¬
ным помимо биржи труда. Нанимателям таких безработных гро¬
зили всякими строгими мерами, заставляя их даже самую мелкую
случайную работу проводить через биржу, а безработных не только
снимали с биржи труда и лишали пособий, но и подчас высылали
или сажали в концентрационный лагерь.
В результате всех перечисленных мероприятий число зарегистри¬
рованных безработных в Германии сократилось на 1 100—1 300 тыс.
чел. К этому количеству надо еще присоединить несколько сот тысяч
безработных, втянутых в промышленность, особенно в тяжелую
промышленность, загруженную военными заказами, причем втянутых
главным образом по отмеченному нами методу «растягивания труда».
Результаты двух объявленных в 1933 г. «битв за работу», которым
в значительной мере помогла фальсификация статистики безрабо¬
тицы, лучше всего характеризуются тем обстоятельством, что осенью
и зимой 1933 г. гитлеровскому правительству пришлось прибегнуть
к широкой кампании денежных сборов на «зимнюю помощь» нуждаю¬
щимся. По признанию самого министра пропаганды Геббельса и по
сообщению фашистской газеты «Национал-социалистишер фолькс-
динст»от 12 января 1934 г., «зимняя помощь» оказывалась 7—8млн.
чел. И это при «сокращении» официального числа безработных с 6
до 3Va млн. Ликвидация безработицы германскими фашистами заклю¬
чалась в том, что, помимо статистических трюков, в ход пускались
все меры, чтобы удалить безработицу с поверхности общественной
жизни, загнать ее внутрь. Лучше всего это выразил фашистский про¬
фессор Арнольд Бергштрессер, отправленный гитлеровским прави- <<
тельством в Англию для обработки общественного мнения. В своем
докладе в лондонском Институте международных сношений Берг¬
штрессер, перечислив мероприятия Гитлера по борьбе с безрабо¬
тицей, признал, что «все эти меры были приняты е целью
удалить безработных с улиц (разрядка моя.—Я. С.).
Все специальные предписания .закона приспособлены к этой основной
задаче» 2.
Участь безработных при этом не только не улучшалась, но и опре¬
деленно ухудшалась, ибо для многих из них полуголодное существо¬
вание было дополнено каторжным трудом.
1	Цитируется по выписке, напечатанной в газете <<Der deutsche Unternehmer»
от 11 июня 1933 г.
2	Цитируется по стенограмме доклада, напечатанной в журнале «Internatio¬
nal Affairs» за январь—февраль 1934 г.

ГЛАВА III
ФАШИЗМ И МОНОПОЛИСТИЧЕСКИЙ КАПИТАЛ
Защита интересов монополистического капитала осуществлялась
правительством фашистской диктатуры не только на путях подавле¬
ния его главного антагониста—рабочего класса и стремления всевоз¬
можными средствами увеличить присваиваемую крупным капиталом
долю общественного продукта за счет уменьшения доли рабочего
класса. Эта защита направлялась в то же время по линии всемерного
усиления позиций монополистического капитала по отношению ко
всем остальным группам буржуазии—по отношению к капиталистам,
не входящим в монополистические объединения, по отношению к сред¬
ней и мелкой буржуазии.
Фашизм сам разоблачает свою классовую сущность
Однако обстановка, в которой приходилось действовать правитель¬
ству Гитлера в первые месяцы после прихода к власти, не позволяла
ему итти напролом и выступать открыто в качестве представителя
интересов монополистического капитала. Правительство опиралось на
pi миллионные массы пришедшей в движение мелкой буржуазии. Глав¬
ной организованной силой, которая не только выполняла веления
фашистского руководства, но и сама своим напором толкала его не
всегда и не совсем в том направлении, в каком это нужно было гитле¬
ровскому правительству, были сотни тысяч штурмовиков—преимуще¬
ственно сыновей лавочников, ремесленников и зажиточных крестьян,
смешанных^ полупролетарскими и даже пролетарскими элементами.
Лозунги, под которыми все эти массы были приведены в движе¬
ние,‘""продолжали действовать. Эти лозунги, провозглашенные на¬
ционал-социализмом с демагогической целью, были приспособлены
к требованиям мелкой буржуазии и носили «антикапиталистический»
характер.
На многих крупных предприятиях «национал-социалистические
заводские организации» вмешивались в руководство, назначали
«комиссаров», требовали удаления тех или иных неугодных директо¬
ров. В универмаги являлись «организованные» мелкие торговцы
и ремесленники с требованием закрытия тех или иных отделений.
Правительство осаждалось сотнями делегаций от представителей
«среднего сословия», ходатайствовавших о субсидиях, о государст¬
венных заказах и т. д.
42

Напор масс мелкой буржуазии и полупролетарских элементов
на руководящие круги национал-социализма и на правительство
вызывал тревогу в кругах крупного капитала. Об этой тревоге свиде¬
тельствует например передовая статья одного из влиятельнейших
органов крупной бужуазии—«Франкфуртер цейтунг»—от 26 апреля
1933 г.: «Снизу—из среды местных руководителей национал-социа¬
листической партии и самих масс—замечается сильное давление.
Оно означает не что иное, как желание превратить национальную
революцию в исключительно национал-социалистическую револю¬
цию, а из нее, опять-таки, в социалистическую революцию. Это соот¬
ветствует внутренней логике развития».
Конечно ни о какой «социалистической революции» здесь и речи
не было. Мелкая буржуазия требовала лишь ограничения власти
монополий и предоставления ей самой некоторой доли во всевозмож¬
ных подачках, субсидиях и кредитах, которые в годы кризиса попа¬
дали почти исключительно в карманы крупных капиталистов и поме¬
щиков. Наиболее радикальные элементы из среды мелкой буржуазии
и полупролетарских слоев заходили так далеко, что требовали пере¬
хода монополий в руки буржуазного «национального» государства—
в соответствии с программой партии национал-социалистов.
Настроения широких масс в пользу «огосударствления». крупных
предприятий были настолько велики, что даже в некоторых кругах
монополистического капитала начали склоняться к мысли, что с ка¬
ким-нибудь суррогатом «огосударствления» придется примириться.
Тем более, что экономический кризис сделал подавляющее большин¬
ство германских предприятий, если не явными, то скрытыми бан¬
кротами, зависевшими от государственных субсидий. Достаточно
указать, что в результате субсидирования государством частных
банков и всевозможных способов их «санирования» 65% их акционер¬
ных капиталов оказались к концу 1932 г. в руках государственной
власти1. А в Стальном тресте благодаря «санированию» его холдинг-
компании «Гельзенкирхенского горнозаводского акционерного обще¬
ства» государство приобрело абсолютное большинство акций и пре¬
вратилось в его хозяина.
Субсидирование и «санирование» крупных предприятий за счет
миллиардных сумм, собираемых с налогоплательщиков, давало воз¬
можность государству осуществлять свой контроль над этими
предприятиями. Еще в конце 1932 г. некоторые руководители таких
предприятий, напуганные ростом революционных выступлений про¬
летариата и антикапиталистических стремлений мелкой буржуазии,
готовы были даже примириться с мыслью о таком контроле.
Но руководящие круги монополистического капитала во главе
с Тиссеном, Круппом, Феглером, Фликом и др. ни в коем случае
не намерены были капитулировать. Правительство Гитлера, испол¬
няющее веления этих кругов, лихорадочно готовилось к тому, чтобы
обуздать мелкобуржуазную стихию.
5 мая 1933 г. правительство выпускает успокоительное сообщение,
1	По данным проф. Бенте в сборнике материалов «Die Banken-Untersuchung»,
1933, т. I, ч. 1.
43

в котором приглашает капиталистов не впадать в уныние под влия¬
нием «вмешательства безответственных элементов в хозяйственную
жизнь». В этом сообщении говорится1: «Имперское правительство
всемерно заинтересовано в том, чтобы хозяйство успокоилось. Всякое
насильственное вмешательство должно быть прекращено и будет
прекращено... Нервозность, царящая еще в хозяйственных кругах,
необоснованна. После проведения мероприятий, касающихся проф¬
союзов, в хозяйственной жизни наступила консолидация отношений».
За эзоповским языком правительственного сообщения скрывается
обещание решительно прекратить всякое вмешательство «национал-
социалистических заводских организаций» в управление предприя¬
тиями и подчеркивается заслуга гитлеровского правительства перед
монополистическими «хозяйственниками», заключающаяся в раз¬
громе профсоюзов.
Одновременно с успокоительными заверениями правительство
Гитлера усиленно занималось пополнением и укреплением «охранных
дружин» (GC)—фашистских отрядов, одетых в черные мундиры. Эти
отряды пополнялись главным образом бывшими офицерами, студен¬
ческой молодежью из рядов дворянства и крупной буржуазии и т. п.
«Охранные дружины» должны были выполнять роль политической
полиции и орудия подавления непокорных штурмовиков. Летом
1933 г. правительство сместило национал-социалистического комис¬
сара по экономическим вопросам Вагенера, слишком близкого к кру¬
гам мелкой буржуазии, жестоко расправилось с рядом непослушных
штурмовых отрядов (СА), требовавших осуществления «антикапита-
листических» лозунгов национал-социализма. Тысячи штурмовиков
были разоружены и отправлены в концентрационные лагери. Гит¬
лер выступил с речью, в которой заявил, что «революция окончена»,
что теперь начинается эпоха «эволюции» и что всякий, кто осмелится
говорить о «второй революции», будет сочтен врагом национал-социа¬
листического режима.
В чем заключается этот переход от «революции» в «эволюцию»?
В том, что фашистское правительство, опираясь на «охранные дру¬
жины» и покорных штурмовиков, стало искоренять крамолу в штур¬
мовых отрядах, наложило узду на мелкую буржуазию и принялось
всячески укреплять позиции монополистического капитала.
Тем не менее разговоры среди штурмовиков о необходимости
«второй революции» не прекращались. Усиливающаяся экономиче¬
ская разруха и продолжающееся обнищание пролетариата и мел¬
кой буржуазии вели к росту недовольства гитлеровским режи¬
мом среди широких слоев германского населения в городе и деревне.
' Это недовольство отражалось на настроении штурмовых отрядов.
Из опоры режима они постепенно превращались для него в угрозу.
Финансовый Капитал требовал прекращения «социальной демагогии»
за подавления мелкой буржуазии.
В конце июня 1934 г., через 17 месяцев после своего прихода к вла¬
сти, правительство Гитлера решило распустить штурмовые отряды с
тем, чтобы реорганизовать их на новых началах и сократить их числен¬
1 Цитируется по «Франкфуртер цейтунг» от 6 мая 1933 г.
44

ность, выбросив недовольные элементы. Роспуск и чистка штурмовых
отрядов сопровождались кровавой расправой 30 июня—2 июля с кли¬
кой высших начальников штурмовых отрядов во главе с начальником
штаба полковником Ремом. Правительство Гитлера уничтожило эту
клику, опасаясь, что она использует недовольство штурмовых отря¬
дов для того, чтобы с их помощью произвести дворцовый переворот.
Расправа с начальниками штурмовиков и роспуск штурмовых отря¬
дов, обошедшийся не без сопротивления со стороны некоторых из
них, были осуществлены главным образом'«охранными дружинами»
при содействии частей рейхсвера.
Вся цепь событий—с лета 1933 г. и до июля 1934 г.—свидетель¬
ствует о том, что правительство Гитлера, выступая все откровеннее
как | орган неограниченного господства финансового капитала, вы¬
нуждено прибегать ко все более и более решительным мерам подавле¬
ния недовольства мелкой буржуазии.
В то же время известную роль в расправе со штурмовыми отря¬
дами сыграло также желание гитлеровского правительства, с одной
стороны, сократить разросшуюся до огромных размеров армию штур¬
мовиков с тем, чтобы показать иностранным державам, в особенности
Франции и Англии, что германское правительство идет навстречу их
требованиям о сокращении полувоенных формирований, а с другой
стороны—сделать эти сокращенные контингенты действительно год¬
ными и дисциплинированными военными резервами первой очереди,
подчиненными рейхсверу.
Таковы были обстоятельства, обусловившие роспуск и реоргани¬
зацию штурмовых отрядов с целью предотвращения «второй револю¬
ции», как об этом официально заявил Гитлер 13 июля 1934 г. с три¬
буны собранного им рейхстага. Роспуск штурмовых отрядов был
одним из важнейших звеньев в цепи мероприятий по борьбе с попыт¬
ками мелкой буржуазии влиять на политику гитлеровского прави¬
тельства в сторону, не соответствующую интересам и требованиям
монополистического капитала. Вся цепь мероприятий по укреплению
позиций финансового капитала развертывалась последовательно
с лета 1933 г.
29 июня 1933 г. вместо Гугенберга, занимавшего одновременно
пост министра народного хозяйства и пост министра сельского хозяй¬
ства, были назначены на пост министра земледелия Вальтер Даррэ
(о нем речь будет ниже), а на пост министра народного хозяйства—
д-р Курт Шмитт. Уже то обстоятельство, что выбор пал на Курта
Шмитта, было показательно. Шмитт—директор-распорядитель круп¬
нейшего страхового общества «Альянц». «Франкфуртер цейтунг»,
давая характеристику нового министра, писала, что «он является
принципиальным противником антикапиталистических эксперимен¬
тов. Шмитт например всегда энергично боролся против идеи огосу¬
дарствления страхового дела»
Будучи одним из видных представителей германского финансового
капитала, Курт Шмитт был тесно связан как с магнатами тяжелой
промышленности, так и с банковскими сферами.
1 «Франкфуртер цейтунг» от 30 июня 1933 г.
45

Еще до назначения Курта Шмитта, в апреле, на другой руководя¬
щий хозяйственный пост—на должность директора Рейхсбанка—
был назначен гитлеровским правительством Яльмар Шахт, директор
Данатбанка, одного из крупнейших частных банков Германии
(а также бывший директор Рейхсбанка в 1924—1930 гг.).
В июне произошло слияние двух объединений германских пред¬
принимателей—«Имперского союза германской промышленности»
и «Германского объединения союзов работодателей», охватывавших
почти все предпринимательские союзы Германии в единую корпо¬
рацию под названием «Имперское сословие германской промыш¬
ленности». Задачей «сословия», в которое должны были входить все
промышленные предприятия Германии, была «разработка вопросов
экономической и социальной политики» Ч
Во главе его стал не кто иной, как владелец крупнейших метал¬
лургических и металлообрабатывающих заводов, эссенский «пушеч¬
ный король» Крупп. «Вождь» сословия Крупп и его подчиненные по
сословию начали энергичную борьбу против «вмешательства посто¬
ронних элементов в хозяйство». В отчете о деятельности «сословия»
с середины июня до середины октября 1933 г. деликатно указывается,
что «это вмешательство происходило главным образом из-за некото¬
рого излишка усердия и неправильных представлений о мировоззре¬
нии и целях национал-социализма»1 2 3. Другими словами служащие
и рабочие, шедшие за национал-социалистами, всерьез принимали так
называемые «антикапиталистические» пункты программы национал-
социалистической партии и требовали их осуществления. В частности
они требовали пуска в ход закрытых в результате кризиса фабрик
и заводов, они требовали участия рабочих и служащих в прибылях,
смены отдельных представителей администрации и т. д. О том, что
именно с такого рода требованиями приходилось иметь дело «сосло¬
вию», сообщает отчет, указывающий на «многочисленные жалобы,
поступавшие из различных частей империи и касавшиеся главным
образом неправомерных требований о пуске в ход закрытых предприя¬
тий и о подписании обязательств различного характера по отношению
к низшим административными инстанциям»8.
В такой своеобразной форме пробивалась приглушенная и рас¬
пыленная борьба между капиталом и трудом в первые месяцы суще¬
ствования фашистского режима. Монополистический капитал пре¬
красно учитывал смысл и значение этих форм «вмешательства в хо¬
зяйственную жизнь», быстро сплачивался и организовывался под
руководством своих «вождей» вроде Шмитта и Круппа для отпора
этому вмешательству и перехода в контрнаступление.
4 июля был сделан в этом направлении еще один шаг. Фриц Тис¬
сен был избран промышленниками на пост председателя северо-за¬
падной группы железной и стальной промышленности. В то же время
он был назначен правительством Гитлера на пост статс-секретаря
Западной Германии. Эта должность была создана специально для
1	Die Industrie im Neuen Reich. Tatigkeitsbericht des Reichsstandes der
deutschen Industrien, S. 16.
2	Там же, стр. 20.
3	Там же, стр. 20.
46

него и давала ему в руки диктаторские полномочия в крупнейших
и наиболее развитых в промышленном отношении областях Германии.
Чтобы еще больше усилить его власть и укрепить авторитет, р у к о-
в о
национал-социалистов
Эссенского, Д ю с с е
Южной Вестфалии
ч
в
с
м
в
ч
к
н
д и т е л и
о
том, ч
в
0
данном
а в т о р и т
политики,
экономической
опросов
ь	~
а
заявили всем своим п
то они должны
районе высшим
етом в вопроса
подчиняться
политики,
сельского хозяйства,
но Тиссену и считать
т е л ь н ы м и».
х
в
з а
в:
IT
Д-
а-
Р-
о-
«приз
г о с у д
эко
о всех
и с к л ro¬
ll с-
е г о р е ш е-
и н е н н ы м
а т ь его
т в е н н ы м
и ч е с к
опросах
е н и е м в
л ю ч и т е л
ия о б я з
Описывая это предоставление частному владельцу промышлен¬
ных предприятий диктаторских полномочий над населением огромной
высокоиндустриализированной области, Эрнст Генри замечает, что
«такое событие не имеет прецедентов в политической истории всех
стран»!. Ц действительно трудно себе представить пример более обна¬
женного, более наглого воплощения диктатуры финансового капи¬
тала, чем это предоставление Тиссену неограниченных полномочий
как раз в тех районах, где расположены его металлурические заводы,
коксовые^батареи и угольные копи.
Таково лицо национал-социалистической Германии.
Однако назначением самого Тиссена дело не ограничилось. Тис¬
сен и его клика в целях укрепления своих позиций поставили своих
людей в качестве советников и секретарей по экономическим вопро¬
сам при «вождях» фашизма. Таким секретарем при Гитлере оказался
ставленник Тиссена инженер Вильгельм Кепплер, а при Геринге—
некий Тенгельман, сын Эрнста Тенгельмана, директора-распоряди¬
теля «Эссенских каменноуголыйлх копей», принадлежащих опять-
таки Тиссену.
Дальнейший ход консолидации позиций моно¬
полистического капита ла был намечен министром народного
хозяйства Шмиттом в его программной речи 13 июля. Шмитт заявил:
«Те задачи, которые поставлены перед германским хозяйством,
могут быть разрешены только самим хозяйством, т. е. выросшими
внутри его ответственными вождями. Государство должно упра¬
влять и с помощью своей экономической политики руководить хозяй¬
ством, но не должно само хозяйствовать»2.
Более того, само руководство со стороны государства должно
было осуществляться через «вождей», т. е. собственников пред¬
приятий.
Осуществление экономической политики фашистского правитель¬
ства должно, по мысли министра народного хозяйства Шмитта, про-
1	Эрнст Генри, Гитлер над Европой, стр. 15.
2	Выдержки из речи цитируются мною по отчету, напечатанному во «Франк¬
фуртер цейтунг» от 14 июля 1933 г.
47

водиться через посредство: 1) личного контакта с самим хозяй¬
ством,!’. е. с его «вождями» и 2) привлечения «доверенных по труду».
Таким образом основной аппарат в министерстве народного хозяй¬
ства должен состоять из самих промышленников и поставленных
на служение их интересам «доверенных по труду», роль которых
в случае «вмешательства» рабочих и служащих в права и привилегии
промышленников выяснена нами в предыдущем изложении.
В соответствии с заявлениями министра на следующий день,
14 июля 1933 г., было опубликовано постановление Гитлера о со¬
здании «Генерального совета хозяйства» при
м. ин истре народного хозяйства. В этот высший
совещательный орган по экономическим вопросам были назначены1 в
качестве членов следующие лица: 1) Герберт Вакке, помещик, 2) проф.
Карл Бош—председатель правления химического треста И. Г. Фар-
бениндустри, 3) Е. Берингер, директор металлургического завода
«Максимилиансхютте», 4) А. Дим, генеральный директор калийного
синдиката, 5) Ф. фон Финк, банкир из Мюнхена, 6) О. Хр. Фишнер,
председатель Центрального союза германских банкиров, 7) А. Хак-
кельсбергер, фабрикант, 8) фон Крогман, бургомистр Гамбурга,
9) Крупп, 10) Р. Лей, вождь «Германского фронта труда»,
11)	К. Люэр, председатель торговой палаты и «доверенный по труду»,
12)	Ф. Рейнгардт, директор банка и прусский статс-секретарь, 13)
Г. Рейшле, крупный торговец с.-х. продуктами и «вождь» кулацких
с.-х. кооперативов, 14) барон фон Шредер, банкир и председатель
кельской торговой палаты, 15) Карл-Фридрих фон Сименс, владелец
электротехнического концерна Сименс-Шуккерт-Гальске, 16) Фриц
Тиссен, 17) Альберт Феглер.
За исключением двух-трех фашистских чиновников, все это
представители крупнейших концернов и трестов Германии, верхушка
монополистического капитала. Среди них особенно большим влия¬
нием пользуется Тиссен и связанные с ним магнаты тяжелой инду¬
стрии. В «Генеральном совете хозяйства» эта группа представлена
самим Тиссеном, директором-распорядителем предприятий Сталь¬
ного треста Альбертом Феглером, владельцем электротехнического
концерна Сименс-Шуккерт-Гальскё К. Ф. Сименсом, представителем
И. Г. Фарбениндустри К. Бошем, банкиром бароном фон Шредером,
который является владельцем Кельнского банка И. Г. Штейна, тесно
связанного с предприятиями Тиссена и флика, Е. Берингером, ста¬
вленником Флика. К этой же группе принадлежит и пушечный ко¬
роль Крупп. Можно сказать без преувеличения, что группа Фрица
Тиссена-Флика-Круппа фактически распоряжается всеми делами
«Генерального совета хозяйства», а вместе с ним всем министерством
народного хозяйства и направляет всю экономическую политику
современной Германии.
Эти представители финансовой олигархии используют теперь
весь аппарат фашистского режима не только для угнетения и эксплоа-
тации рабочего класса, но и для подчинения себе широких масс мел¬
кой буржуазии, для получения субсидий из государственной казны,
1	Список напечатан во «Франкфуртер цейтунг» от 16 июля 1933 г.
48

для устранения своих конкурентов и соперничающих с ними других
групп финансового капитала.
Направление экономической политики министра Курта Шмитта
и его истинных хозяев из «Генерального совета хозяйства», а вместе
с тем и направление экономической политики всего гитлеровского
правительства ярко сказалось с первых же шагов министерства народ¬
ного хозяйства. Помимо беспощадной борьбы с «вмешательством в хо¬
зяйственную жизнь» со стороны рабочих и служащих, был начат по¬
ход против владельцев небольших промышленных и торговых пред¬
приятий, сохранявших еще некоторую самостоятельность по отноше¬
нию к картелям, против всех тех, кто своей конкуренцией мешал раз¬
витию и укреплению монополистических объединений—картелей,
синдикатов, трестов. Тот самый единоличный предприниматель, ко¬
торый на словах провозглашался национал-социалистами опорой и
гордостью германской промышленности, на деле оказался объектом
систематических притеснений.
Политика принудительного [картелирования
Установка гитлеровского правительства на поддержку монополи¬
стического капитала против всех его конкурентов ярко сказалась
в его картельной политике.
Германия—страна картелей и синдикатов. С нескольких сотен
картелей перед войной их число увеличилось в 1930 г. до двух с по¬
ловиной тысяч. Вся германская промышленность, банковское дело,
торговля и транспорт покрыты густой сетью взаимно-переплетаю-
щихся картелей, синдикатов, конвенций и т. д. Борьба и конкуренция
ведутся как между картелями и «посторонними» (аутсайдерами), так и
внутри картелей—из-за цен, из-за квот, предоставляемых отдельным
участникам, из-за распределения рынков, из-за увеличения про¬
изводственных мощностей. Идет постоянная борьба между кар¬
телями из-за цен [на’ сырье и полуфабрикаты,* из-за условий про¬
дажи и т. д.
Особенно ожесточенную борьбу ведут картели с «аутсайдерами»,
которые мешают картелям становиться монополистами на рынке, дик¬
товать потребителям цены и условия продажи товаров.
С приходом к власти гитлеровского правительства мелкие капи¬
талисты, не входящие в картели, надеялись, что национал-социали¬
сты, неоднократно возвещавшие о своем отрицательном отношении
к крупному капиталу и к монополии и о своих заботах о «здоровом
среднем сословии», выступят против картелей и будут защищать само¬
стоятельных предпринимателей, стоящих вне монополистических
объединений.
В действительности гитлеровское правительство повело прямо
противоположную политику всемерной поддержки картелей и других
монополистических организаций против «аутсайдеров».
Как тблько представители монополистического капитала заняли
все важнейшие позиции в правительственном аппарате и прочно орга¬
низовались в министерстве народного хозяйства, начался поход про¬
тив отдельных предпринимателей.
4 Я. Е. Сегалл.
49

15 июля 1933 г. правительство Гитлера издало закон о прину¬
дительном картелировании.
На основании § 1 этого закона «министр народного хозяйства мо¬
жет с целью регулирования рынка сплачивать предприятия в синди¬
каты, картели, конвенции и другие аналогичные объединения или же
присоединять предприятия к уже существующим таким объедине¬
ниям...»
Это значит, что любое самостоятельное предприятие, до сих пор
конкурировавшее с каким-нибудь картелем, снижавшее в результате
конкуренции цены на свои товары и тем заставлявшее и картель сни¬
жать свои цены, может быть отныне принудительно присоединено
к этому картелю к явной и несомненной выгоде картеля и к ущербу как
для самостоятельного предприятия, так и для потребителей.
Еще более подчеркивается стремление германского фашизма
поставить существующие монополии в исключительно привилегиро¬
ванное положение параграфом пятым того же закона. На основании
этого параграфа министру народного хозяйства «для защиты инте¬
ресов определенной отрасли хозяйства или всего хозяйства в сово¬
купности и для общего блага» предоставляется право на определен¬
ный срок запрещать создание новых предприятий в данной отрасли
хозяйства или расширение и увеличение производственной мощности
существующих преприятий. Министр может даже запрещать исполь¬
зование мощности существующих предприятий выше определенного
процента. Принудительное картелирование сразу же приобрело боль¬
шой размах.
Перечислим лишь некоторые мероприятия1 по принудительному
картелированию в порядке их издания.
7	октября 1933 г. было издано распоряжение о принудительном
присоединении всех заводчиков, изготовляющих изделия из желез¬
ной проволоки, к существующей конвенции проволочных заводов.
13 октября было предписано ограничение, выработки джутовой
пряжи и джутовых тканей.
19 октября издано распоряжение', о регулировании сбыта га¬
зетной бумаги.
2 ноября издано распоряжение о запрещении создания новых
и расширения существующих предприятий по производству электри¬
ческих лампочек.
13 ноября опубликовано распоряжение о принудительном кар¬
телировании и регулировании продукции фабрик печатной и писчей
бумаги.	*
13 ноября издано распоряжение о запрещении ’ создания новых
и расширения старых предприятий по изготовлению стеклянных:
изделий для химико-фармацевтической промышленности.
23 декабря—распоряжение о принудительном включении всех
аутсайдеров в существующие синдикаты владельцев соляных копей.
4 января^ 1934 г.—распоряжение об ограничении производства
бельевых пуговиц.
1 Сведения взяты из сборника законов и правительственных распоряжений
«Die Gesetzgebung des Kabinets Hitler», издание Franz Wahlen в Берлине, тт. IV,
V, VI и VII.
50

8	января—распоряжение об ограничении производства изделий
из плетеной проволоки.
9	января—распоряжение об ограничении производства мыла
и о принудительном присоединении владельцев мыловаренных заво¬
дов к картелю германских фабрикантов мыла.
11 января—распоряжение о запрещении создавать новые и рас¬
ширять существующие предприятия по изготовлению сигарных
ящиков.
24 января—весьма важное распоряжение о запрещении создавать
новые и расширять существующие предприятия по выработке син¬
тетического азота.
15 февраля—распоряжение о принудительном присоединении
к картелю всех фабрикантов бутылочного, лампового и тому подоб¬
ного стекла.
17 февраля—распоряжение о принудительном присоединении
к существующим картелям всех «независимых» владельцев цемент¬
ных заводов—сроком по 1 января 1935 г.—и о регулировании цен
и сбыта их продукции.
24 февраля—распоряжение о запрещении создавать новые и рас¬
ширять существующие заводы по изготовлению кабеля высокого на-
пряжёния.
24 февраля—такое же распоряжение относительно заводов по
прокатке цинковых изделий.
6 марта—распоряжение об ограничении производства часов.
13 марта—запрещение создания новых и расширения существую¬
щих предприятий по добыванию соли.
28 марта—распоряжение о сокращении производства электро¬
ламп напряжением ниже 30 вольт.
19 апреля—распоряжение о «регулировании рынка» в интересах
крупных фабрикайтов папирос и т. д.
Большинство этих распоряжений, рисующих повседневную прак¬
тику министерства народного хозяйства, относится к охране интересов
наиболее крупных и влиятельных монополий Германии. Так, распо¬
ряжение о запрещении создания новых заводов синтетического азота
прямо продиктовано интересами химического треста И. Г. Фарбенин-
дустри, представитель которого сидит в генеральном совете хозяй¬
ства. Такие же распоряжения об электрических лампочках, о лам¬
повом стекле и о кабелях высокого напряжения отвечают интересам
магнатов электропромышленности и прежде всего Сименса, который
тоже является членом генерального совета хозяйства. Выгоды капи¬
талистов в металлургической и металлообрабатывающей промышлен¬
ности являются особым предметом забот услужливого министра
народного хозяйства и металлозаводчиков из Генерального совета
хозяйства—Круппа, Тиссена, Феглера, Берингера и др.
В цементной промышленности новый закон вскоре дал себя чув¬
ствовать: синдикаты, вкоторые входят крупнейшие цементные заводы,
принудительно присоединили к себе и окончательно подчинили всех
«посторонних» владельцев цементных заводов. Во всех отраслях про¬
мышленности крупнейшие монополисты, которые вершат дела кар¬
телей и синдикатов, ведут переговоры с «аутсайдерами» об их «добро¬
4*
51

вольном» включении в объединения, угрожая в противном случае
добиться от министерства народного хозяйства, в котором сидят «свои
люди», распоряжения о принудительном картелировании. •»
Результаты закона 15 июля и его практического применения ска¬
зываются прежде всего в росте цен.
Повышение цен на товары картелированных отраслей промышлен¬
ности идет по всей линии. Платонические и лицемерные «распоряже¬
ния» гитлеровского правительства, о борьбе с повышением цен не
оказывают никакого влияния, ибо противоречат его собственной уста¬
новке на усиление привилегий и полномочий монополистических
объединений.
Фашистская пресса, еще недавно выступавшая против «мамониз-
ма», против трестов и концернов, предлагавшая «огосударствление»
ит. п., теперь сбросила с себя «социалистическую» тогу и откровенно
выступает в защиту картелей. Так например Ганс Рубан в официаль¬
ном национал-социалистическом журнале пишет: «Мы должны...
попытаться придать существующей картельной системе новый тон—
включения в общественное хозяйство. Это вряд ли будет особенно
трудной задачей, ибо картина имеющейся картельной системы вовсе
не представляет груды обломков. Мы должны наконец отдать себе
отчет в том, что разнообразные, часто переходящие одна в другую
организационные формы картелей, концернов, трестов, холдинг-
компаний ит. п. имеют право на существование»1. Рубан выступает за
принудительное картелирование и за «более тесное сотрудничество
промышленных объединений с государством».
Другой национал-социалистический экономист Альберт Майер
в своей статье о картелях заявляет, что закон о принудительном
картелировании, расширяющий полномочия картелей, как бы пре¬
вращает их в государственные органы. «Картели,—говорит он,—не
имели до сих пор власти целиком осуществлять пункты своих дого¬
воров, так как обход членами картелей общекартельных соглашений
не преследовался по суду как обман или недобросовестная конкурен¬
ция. .. В этом отношении можно рассчитывать в будущем на существен¬
ное усиление картельной идеи. Не только член картеля, нарушающий
соглашение, но и всякий потребитель, пытающийся склонить члена
картеля к обходу картельного устава, будет подвергаться наказа¬
нию»2. Каких «потребителей» имеет в виду А. Майер? В большинстве
случаев картели не продают своих товаров непосредственно потреби¬
телям. Они сбывают их другим картелям для дальнейшей обра¬
ботки или же продают ремесленникам, торговцам, единоличным
фабрикантам и т. д. Все это представители того самого «среднего со¬
словия», которому германские фашисты сулили всякие блага и все¬
мерную Защиту его интересов. Отсюда понятно, почему защитнику
интересов мелких предпринимателей Рудольфу Отт ничего не остает¬
ся, как меланхолически указать на «материальную основу» симпа¬
тии фашистской печати к картелям и трестам: •
■Hans Ruban, National-sozialistische Forderungen an ein neues Kartell-
wesen—статья в № 10 «Die deutsche Volkswirtschaft», 1933.
2	Д. M a у e r, Eingliederung der Kartelle in den Staat,—«Die deutsche Volks¬
wirtschaft», 1933, № 10.
52

«В публичных дебатах о сущности картелей,—пишет он,—которые
разгорелись с весны 1933 г., высказывания в защиту картелей зани¬
мают непомерно большое место. Это неудивительно, если принять во
внимание огромную экономическую силу, которой располагают кар¬
тели, и их тесную связь с крупными банками. Большая ежедневная
и в особенности экономическая пресса находится поэтому почти в не¬
ограниченном распоряжении у них»1. Откровенно указывая на то, что
германская фашистская и «фашизированная» печать находится на
содержании у монополистических объединений, Р. Отт упустил из
виду однако то, что и германское министерство народного хозяйства
и все национал-социалистическое правительство находятся «в не¬
ограниченном распоряжении» у этих же монополий и проводят их
политику.
«Органическая перестройка» германского хозяйства
Наиболее крупным мероприятием фашизма в деле укрепления
мощи финансовой олигархии, мероприятием, как бы завершающим
целый ряд шаго^, уже сделанных гитлеровским правительством, яв¬
ляется изданный 27 февраля 1934 г. «закон о подготовке
органического построения германского хо¬
зяйства».	<
На основании этого закона2 3 министру народного хозяйства пре¬
доставляется право признавать объединения предпринимателей в лю¬
бой отрасли хозяйства единственными представителями предприятий
данной отрасли. Министр может создавать эти объединения, присое¬
динять к ним принудительно все предприятия данйой отрасли, давать
им уставы, назначать и отзывать «вождей».	z
«Хозяйственными объединениями» являются, по закону, такие
объединения предприятий, которые «ставят себе целью защиту эконо¬
мических интересов предпринимателей и предприятий».
Таким образом закон 15 июля 1933 г. о принудительном картели¬
ровании получил в новом законе 27 февраля 1934 г. «Об органическом
построении германского хозяйства» свое дальнейшее развитие и допол¬
нение. Отныне ни одного предприятия, ни одного предпринимателя,
находящегося вне организации, не должно существовать. Министр
народного хозяйства и состоящий при нем генеральный совет хозяй¬
ства из представителей финансовой олигархии приобретают дик¬
таторскую власть над каждым промышленником, банкиром, ремес¬
ленником и торговцем.
Капиталисты попрежнему остаются собственниками своих пред¬
приятий, но они обязаны подчиняться верховному командованию-
финансовой олигархии.
Разъясняя содержание закоца, министр народного хозяйства.
Курт Шмитт заявил в своей речи® 13 марта:
1	R. О 11. Die Stellung des Konzern-und Kartellwesens im nationalen Staat,
Berlin, 1933, S. 12.
2	Закон опубликован в «Reichsgesetzblatt», ч. 1, № 28 от 13 марта 1934 г.
3	Речь напечатана в «Фелькишер беобахтер» от 14 марта 1934 г.
5»

«Мы ни в коем случае не желаем разрушать многообразную жизнь
нашего хозяйства. Нам и впредь нужен самостоятельный предприни¬
матель, связанный со своим предприятием всем своим существом, всей
своей судьбой. И в будущем должна вестись экономическая борьба.
Без честной конкуренции дело не пойдет...» Но при всем том министр
предъявил к капиталистам «требование, чтобы все предприятия в бу¬
дущем обязательно принадлежали к своим отраслевым группам и что¬
бы они подчинялись интересам целого».
Непослушным предпринимателям, нарушающим эти «интересы
целого», закон грозит «судами чести».
Понимание, толкование и соблюдение этих «интересов целого» за¬
кон 27 февраля возлагает на «вождей». А для лучшего проведения
«принципа вождя» создается крепкая организационная структура,
охватывающая промышленность, торговлю, банки, транспорт и т. д.
Во главе всей организации стоит особый «вождь» и его заместитель.
Ему подчинены все отрасли хозяйства (за исключением сельского
хозяйства), которые делятся на 13 главных групп. Во главе каждой
из главных групп находится опять-таки свой «вождь».
•Эти 13 главных групп таковы:
1)	Горное дело, производство железа и цветных металлов. Вождь— -
Крупп. •
2)	Машиностроение, электротехника, оптика и точная меха¬
ника. Вождь—статс-секретарь Блом изГамбурга, глава крупнейшей
фирмы судостроительных верфей и машиностроительных заводов
Блом и Фосс.
3)	Изделия из железа, жести и цветных металлов. Вождь—вла¬
делец заводов металлоизделий Эрих Гарткопф из Золингена.
4)	Обработка камня и земли, деревообделочная, строительная,
стекольная и керамическая промышленность. Вождь—один из маг¬
натов тяжелой промышленности, соратник Тиссена по Стальному
тресту-Альберт Феглер.
5)	Химия, технические масла и жиры,^бумажная промышлен¬
ность. Вождь—председатель мюнхенской торгово-промышленной па¬
латы фашистский чиновник Питч.
6)	Кожа, текстиль и одежда. Вождь—Готфрид Дириг из Ланген-
билау.
7)	Пищевая промышленность."'-Вождь—директор крупнейшего
пивоваренного завода в Дортмунде—Шюлер.
8)	Ремесла. Во главе группы стоит «имперский?вождь ремеслен¬
ников», фашистский чиновник Шмидт из Берлина.
9)	Торговля. Вождь—председатель торговой палаты во Франк¬
фурте на Майне фашистский чиновник Люэр.
10)	Банки и кредит. Вождь—банковский чиновник Фишер из
государственного «Имперского кредитного акционерного общества»,
задачей которого является главным образом субсидирование монопо¬
листических объединений.	.	.
11)	Страхование. Вождь—Хильгард, один из руководителей
страхового общества «Альянц», директором которого был сам министр
Курт Шмйтт.
12)	Транспорт. Вождя пока не назначили.
54

13)	Вода, газ, электричество.
Эти 13 главных групп делятся в свою очередь на 32 подгруппы.
Во главе всей организации был вначале поставлен инженер Фи¬
липп Кесслер, в течение ряда лет работавший иа ответственных по¬
стах в концерне «Сименс-Шуккерт», бывший в 1931 г. председателем
правления «Акционерного общества электрозаводов Бергмана» и со¬
стоявший в 1933 г. председателем «Имперского союза электрозавод¬
чиков». В начале июля 1934 г. под влиянием обострившихся противо¬
речий между отдельными группами монополистического капитала
Кесслер покинул свой пост и был заменен своим заместителем поме¬
щиком и адвокатом графом фон дер Гольц, о «плодотворной» деятель¬
ности которого на посту «доверенного по труду» в Померании мы уже
упоминали.
Комментируя закон «о подготовке органического построения гер¬
манского хозяйства», партийный национал-социалистический эконо¬
мический еженедельник писал, что «в противоположность органи¬
зациям рабочих и служащих существующие 3 600 союзов предпри¬
нимателей (по последнему подсчету 1930 г.) не были еще органически
включены в государство. Совместные действия союзов предпринима¬
телей на благо нового хозяйства... не были еще обеспечены1. Таким
образом новый закон должен, по мысли его комментаторов, обеспе¬
чить единство действий и согласованность общей политики всех сою¬
зов предпринимателей.
Министр Шмитт в своем выступлении по поводу нового закона
особенно подчеркнул «принцип вождя», которым закон проникнут.
«Принцип вождя,—заявил он2,—заменяет голосования на собраниях
членов. Всей новой структуре германского хозяйства противоречи¬
ло бы, если бы в будущем всякие мероприятия, направленные к об¬
щему благу, не удавались из-за близорукости какого-нибудь собрания
членов. Сами вожди должны относиться к своей должности как к
почетной и должны иметь живую связь с хозяйством, т. е. должны
сами быть вождями предприятий. Для усиления их чувства ответ¬
ственности нами принят уже проведенный в политике принцип, со¬
гласно которому вождь и Ьовет вождя один раз в год должны по¬
лучать вотум доверия от тех, кем они должны руководить».
Закон от 27 февраля завершает подчинение десятков и сотен ты¬
сяч мелких и средних предпринимателей немногочисленной финан¬
совой олигархии, создавая из германской экономики, по выражению
фашистского экономиста Гунке, «солдатское хозяйство».
Это очень подходящее для современной «органической структуры»
германской промышленности название «солдатского хозяйства» имеет
не только тот смысл, что многочислейные капиталисты, собственники
предприятий, должны отныне в своей деятельности по-солдатски вы¬
полнять предписания своих вождей из рядов финансовой олигархии.
Солдатским хозяйством всю эту систему можно назвать еще и потому,
что она напоминает принудительную организацию германской про¬
1	«Die deutsche Volkswirtschaft» № 9, 1934.
2	Цитируется по отчету, напечатанному в «Die deutsche Volkswirtschaft» № 9,
1934.
55

мышленности во время империалистической войны. Да и по существу
все хозяйство фашистской Германии, вся поспешно проводимая
в нем «сплошная организация», введение дисциплины и субординации
в отношения между предпринимателями,—все это находится под
знаком подготовки Германии к войне и к воен¬
ной мобилизации промышленности.
Подготовку к войне всячески форсирует именно та группа финан¬
совой олигархии, которая сосредоточивает теперь в своих руках
командование германским хозяйством, которая посадила своих «вож¬
дей» на все руководящие посты. Магнаты тяжелой промышленности
во главе с Тиссеном и Круппом, непосредственно заинтересованные
в военных заказах и в империалистической экспансии Германии,
в захвате естественных богатств и тяжелой промышленности Эльзаса,
Лотарингии, Бельгии, Силезии, Украины, являются именно той наи¬
более шовинистической, наиболее "реакционной и наиболее импери¬
алистической группой финансового капитала, которая решительно
толкает фашистскую Германию на войну. Социально это та же самая
кучка магнатов угля и стали, старшее поколение которых во главе
с Августом Тиссеном и Круппом-старшим в значительной мере опре¬
деляло направление империалистической политики гогенцоллерн-
ской Германии и толкало ее на войну в 1914 г. Разница между 1914 и
1933—1934 гг. в том, что тогда Август Тиссен и Крупп-старший дей¬
ствовали за кулисами, а теперь их преемники—Фриц Тиссен, Крупп
фон Болен унд Гальпах и др. открыто правят страной в качестве
официально утвержденных «вождей», облеченных диктаторскими
полномочиями и соединяющих владение предприятиями с занятием
высших постов статс-секретарей и т. п.	.
При этом финансовая олигархия не всегда производит это подтал¬
кивание Германии на войну в тиши кабинетов. Иногда это делается
открыто. Когда правительство Гитлера заявило осенью 1933 г. о своем
выходе из Лиги наций и об уходе из комиссии по разоружению, «пу¬
шечный король» Крупп, в ожидании увеличения военных заказов,
не мог сдержать своих восторженных чувств и обратился от имени воз¬
главляемого им «имперского сословия германской промышленности»
с благодарственными телеграммами к Гинденбургу и Гитлеру. В те¬
леграммах Крупп заверял в «непоколебимой верности всей герман¬
ской промышленности» и возвещал о том, что по намеченному Гит¬
лером пути «будет следовать среди единой нации с несокрушимой
решительностью вся германская индустрия»1.
Превратившись в привилегированную касту, занимающую важней¬
шие командные посты в министерстве народного хозяйства и оказы¬
вающую прямое влияние на все гитлеровское правительство, финан¬
совая олигархия заботится конечно прежде всего об интересах и вы¬
годах своих собственных предприятий. Вся экономическая политика
германского фашизма поставлена, по сути дела, на служение интере¬
сам этой финансовой олигархии. Результаты всей системы мероприя¬
1	Телеграммы приведены в отчете о деятельности «имперского сословия гер¬
манской промышленности» за июнь—октябрь 1933 г. под заглавием «Die Industrie
im neuen Reich».
56

тий по принудительному картелированию, по проведению «принципа
вождя» и внедрению «солдатского духа», по «органическому построе¬
нию германского хозяйства», «созданию работ» и т. п. уже сказываются
на балансах и отчетах предприятий тех самых магнатов тяжелой ин¬
дустрии, которые распределили между собою места «вождей» целых
отраслей хозяйства. И это несмотря на то, что балансы и отчеты эти\
предприятий в большинстве своем охватывают пока только период
с 1 октября 1932 г. по 30 сентября 1933 г.
В отчете «Акционерного общества Фридрих Крупп» в Эссене сооб¬
щается о повышении оборотов предприятия со 169 млн. до 191 млн.
марок, т. е. на 13%. В напечатанной в «Дер дейче фольксвирт» от
9 марта 1934 г. заметке по поводу отчета указывается, что «такое уве¬
личение поразительно и, надо полагать, объясняется благоприятным
развитием некоторых специальных областей, из которых наибольшее
значение имеет производство высококачественных и специальных
сталей. Рост сбыта за последний год был достигнут исключительно
за счет внутреннего рынка». Не подлежит конечно никакому сомне¬
нию, что увеличение производства высококачественных и специаль¬
ных сталей (при резком отставании машиностроения) для внутрен¬
него рынка отражает рост военных заказов. При этом в другом отчете
о положении крупповских предприятий, напечатанном в национал-
социалистическом журнале, прямо указывается: «Надо особенно под¬
черкнуть, что подъем предприятий за последние полгода следует пре¬
жде всего приписать мероприятиям национал-социалистического пра¬
вительства»1.
Количество рабочих и служащих на предприятиях Круппа уве¬
личилось на 14 тыс., дойдя к концу сентября 1933 г. до 60 тыс. и уве¬
личившись к 1 января 1934 г. еще на 4350 чел. Но при этом общая
сумма выплаченной зарплаты за отчетный период не только не воз¬
росла, но уменьшилась еще на 2 млн. марок. Уменьшились и взносы
предприятий Круппа на социальное страхование на 900 тыс. марок
(согласно данным отчета). Видно недаром Крупп сидит в Генераль¬
ном совете хозяйства и возглавляет всю группу отраслей тяжелой
промышленности. Быть «вождем» не только почетное, но и выгодное
занятие.
Вождь машиностроительной группы Блом использовал свое по¬
ложение для получения огромного заказа на кузова для военных
самолетов. Теперь его машиностроительные заводы реорганизованы
и работают в три смены (по сообщению Стеффенса в «Дейли экспресс»
и польских газет).
Возьмем другого «вождя»—директора электротехнического кон¬
церна Сименса. В отчете его предприятий за 1932/33 г. тоже опре¬
деленно указывается, что «энергичная экономическая политика пра¬
вительства Гитлера принесла с собой во второй половине отчетного
года подъем и для Сименса»2. Концерн Сименс-Гальске принес в
1932/33 г. 6193 тыс. марок чистой прибыли благодаря правитель¬
ственным заказам, в значительной мере военного^характера («Си¬
1	«Die deutsche Voltswirtschaft» № 5, 1934.
2	«Die deutsche Volkswirtschaft» № 6, 1934.
57

менс-Гальске» является концерном слаботочной промышленности,
тесно связанным с военной промышленностью). В то же время сумма
выплаченной зарплаты, несмотря на увеличение числа рабочих всего
концерна, Сименс-Шуккерт-Гальске на 6500 чел., уменьшилась с
131 млн. марок в 1931/32 г. до 112,7 млн. марок в 1932/33 г., т. е.
почти на lS1^ млн. марок. Затраты концерна на социальное страхова¬
ние снизились в общей сложности на 2600 тыс. марок. Прибыли кон¬
церна шли таким образом за счет абсолютного и притом очень значи¬
тельного ухудшения положения рабочих.
Такую же картину являет нам отчет концерна Гёш, связанного
с предприятиями Круппа. Здесь в 1932/33 г. получена чистая прибыль
в 941 тыс. марок, тогда как в 1931/32 г. никакой прибыли не
было. Зарплата рабочих и служащих уменьшилась на 4V2 млн. марок,
расходы на социальное страхование снизились на 750 тыс. марок1.
Обороты Стального треста, во главе которого стоит Фриц Тиссен, 1
виднейший член Генерального совета хозяйства и экономический
диктатор всей Западной Германии, растут из квартала в квартал2,
как это видно из следующих данных:
Обороты Стального треста
Кварталы
1931/32
1932/33
1933/34
I
II III
IV
I
II
III
IV
I
Оборот (в млн. мароц) . , .
144
117 134
125
139
122
147
159
163
В том числе
На внутреннем рынке . . .
82
*80	78
78
89
78
96
109
114
■ Вывоз за границу .....
62
37 57
46
51
44
51
49,4
48,5
Со времениТприхода к власти правительства Гитлера обороты
Стального триста беспрерывно и быстро расширяются, причем по
данным отчета треста увеличивается главным образом производство
стали и чугуна, между тем как добыча угля сильно отстает.
Как и у Круппа и Сименса, рост производства Стального треста
идет исключительно за счет выполнения внутренних, главным обра¬
зом, правительственных заказов, при абсолютном сокращении цифр
экспорта из квартала в квартал. Здесь конечно дело идет прежде
всего о военных заказах в связи с увеличением численного состава
армии, ее механизацией и моторизацией, ростом артиллерии, авиа¬
ции ит. п. И здесь можно сказать, что Тиссен и его подручные неда¬
ром всеми силами способствовали установлению в Германии фашист¬
ской диктатуры.	-
1	«Die deutsche Volkswirtschaft», 26 Января 1934.
2	Там же,>12 января 1934.
58

Сам Фриц Тиссен использовал то обстоятельство, что он является
одним из столпов этой диктатуры, для захвата власти внутри Сталь¬
ного треста.j
Эта операция настолько характерна для нравов финансовой оли¬
гархии и для всего фашистского режима в Германии, что на ней надо
остановиться несколько подробнее.
Под ударами кризиса крупнейшее из предприятий Стального трес¬
та—Гельзенкирхенское горнозаводское акционерное общество—ока¬
залось неплатежеспособным, и германское правительство весной
1932 г., чтобы спасти его, а вместе с ним и весь Стальной трест, купи¬
ло большинство акций общества у группы Флика на номинальную
сумму в 127 млн. марок по курсу, вдвое более высокому, чем тот, по
которому эти акции котировались на бирже, затратив на это около
60 млн. марок. После покупки акций Гельзенкирхенского акционер¬
ного общества германская казна сделалась почти полным владельцем
этого предприятия, а так как Гельзенкирхенское акционерное об¬
щество обладало 60% акций Стального треста, то казна тем самым
оказалась обладательницей большинства акций Стального треста и
ей должно было принадлежать решающее влияние на его дела. Это
в свое время дало германским социал-фашистам повод для заявле¬
ний о мирном врастании Германии в социализм.
С приходом правительства Гитлера к власти Фриц Тиссен и его
группа, занявшие руководящие экономические посты в правитель¬
ственном аппарате, использовали свое влияние для того, чтобы сде¬
латься полновластными хозяевами Стального треста.
В октябре 1933 г., через 3 месяца после создания Генерального
совета хозяйства и через 4 месяца после назначения Фрица Тис¬
сена диктатором Западной Германии, было возвещено о реорганиза¬
ции Стального треста.
Эта реорганизация заключалась в том, что под флагом создания
производствнного объединения Гельзенкирхенское горнозаводское
акционерное общество было слито с другими учредителями Стального
треста—Акционерным обществом объединенных сталелитейных заво¬
дов», а также с металлургическими предприятиями «Феникс» и «Ван
дер Ципен». Благодаря тому, что в «Фениксе» и «Объединенных
сталезаводах» Тиссен и его группа обладали значительным коли¬
чеством акций, доля участия Тиссена в реорганизованном Стальном
тресте возросла. Под предлогом создания единого руководства Тиссен
устранил из правления треста своих противников—Отто Вольфа и
Ганиэля, владельцев контрольных пакетов акций Стального треста.
Вместе с тем—и это является самым существенным—доля участия
германской казны в результате реорганизации треста настолько
уменьшилась, что вместо большинства акций германскому прави¬
тельству, главному акционеру Гельзенкирхенскрго акционерного
общества, будет отныне принадлежать только 22,7% акций Сталь¬
ного треста. Более того, теперь Фриц Тиссен фактически распоря¬
жается представителями правительства в правлении треста как свои¬
ми ставленниками и является полновластным вершителем судеб
Стального треста.
Описывая происшедшую реорганизацию треста, один из специа-
59

листов по вопросам экономики промышленности д-р Петер Валлер
заявил, что утрату правительством прав владельца большинства
акций надо, дескать, приветствовть, ибо это является «достойным
похвалы возвращением к частному владению»1.	' '
Нашлись и такие услужливые фашистские писатели, которые тор¬
жественно возвестили о том, что лишение германской казны приобре¬
тенных ею за огромные деньги прав на распоряжение делами Сталь¬
ного треста не только не противоречит программе национал-социа¬
лизма об «огосударствлении трестов», но и... прямо вытекает из нее.
В номере «Дер дейче фольксвирт» от 27 октября 1933 г. написано
буквально следующее: «Уменьшение доли казны соответствует эконо¬
мическим принципам национал-социализма, хозяйство должно быть
принципиально предоставлено частной инициативе». «Частная ини¬
циатива» Фрица Тиссена и К°, заключающаяся в колоссальных
махинациях с десятками миллионов казенных денег в ущерб интере¬
сам самого же «национального государства», преподносится населе¬
нию как глубоко принципиальное дело. «Экономические принципы
национал-социализма» и личная выгода крупнейшего из* представи¬
телей финансовой олигархии Германии оказываются тождественными
понятиями.
1 Статья «Neuordnung des Stahlvereins» в <<Der deutsche Volkswirt»,
3 ноября 1933.

ГЛАВА IV
АГРАРНАЯ ПОЛИТИКА ГЕРМАНСКОГО ФАШИЗМА
Аграрная романтика фашистов
Если связи между германским фашизмом и его хозяином—финан¬
совым капиталом—обнаружить нетрудно, то его отношение к кресть¬
янству окутано романтической дымкой. Как только национал-со¬
циалисты начинают говорить о крестьянстве, они вступают в сферу
поэзии и сентиментализма. Их аграрные журналы, например «Дейче
аграрполитик», напоминают художественные альбомы с соснами и
озерами на.обложке и с изображениями сладких крестьянских пиро¬
гов или самодельных резных стульев XVII в. в тексте. Растро¬
ганный читатель может любоваться на страницах журнала видом
вождя Гитлера, пожимающего руку назначенному им «имперскому «,
крестьянскому вождю» хозяйства Вальтеру Даррэ. Это рукопожатие
символизирует восторг и преклонение национал-социализма перед
германским крестьянством.
Высказываний в духе такого восторга и преклонения много. Ими
полны фашистские речи, журналы, газеты и книги. Они рассчитаны
на легковерную крестьянскую молодежь и конечно оказывают опре¬
деленное воздействие на нее. Гитлер например при приходе к влаети
заявил, что «Германия будет крестьянской страной, или она погиб¬
нет». Главный «теоретик» Готфрид Федер писал, что «спинным хреб¬
том германского хозяйства является здоровый внутренний рынок,
а спинным хребтом внутреннего рынка служит здоровое германское
крестьянство»1. Самый выдающийся национал-социалистический ав¬
торитет по аграрному вопросу Вальтер Даррэ написал целую книгу,
в которой утверждает, что германскому крестьянству принадлежит
величайшая историческая миссия—сохранение ценной арийской
крови на германской земле. Книга носит поэтическое заглавием
«Кровь и земля». В 1930 г. партия национал-социалистов одобрила
и опубликовала написанную Вальтером Даррэ программу по аграр¬
ному вопросу, которая являлась как бы дополнением к главной про¬
грамме партии.
В этой аграрной программе говорится: «Мы признаем не только
чрезвычайное значение сословия питания (так фашисты называют
G. Feder, Gegen die Hochfinanz, стр. 377.
61

сельских хозяев) для нашего народа, но и видим в сельском населении
главного носителя народного здравия, источник юности народа и
спинной хребет его оборонной йощи. Сохранение деятельного и до¬
статочно значительного численно в отношении к растущему населе¬
нию крестьянского сословия образует основу национал-социалисти¬
ческой политики именно потому, что она (политика) направлена к
благу всего народа, его будущих поколений»1.
Конкретными выводами из этих общих «романтических» устано¬
вок были выдвигавшиеся в германской фашистской литературе три
основных требования, которые пространно толковались на все лады.
Это были: реаграризация, связанная с нею переселенческая политика
и автаркия.
Свою аграрную программу германский фашизм пытается обосно¬
вать на следующих началах: во главу угла ставится сохранение и
развитие «крепко привязанного к земле крестьянства» (bodenstandi-
ges Bauerntum) как носителя чистоты расы и хранителя устоев истин¬
но-германской народности. «Крепкое земле крестьянство» превозно¬
сится фашистскими теоретиками как самая надежная опора против
«классовой борьбы», против «марксизма» и пролетариата. Целям
«уничтожения классовой борьбы» и укрепления фашистского режима
должно служить увеличение численности и удельного веса крестьян¬
ства во всей социальной структуре Германии. Отсюда—требование
реаграризации. Вместе с тем крестьянское хозяйство должно служить
основой автаркии Германии, необходимой для ее успешной борьбы
за «место под солнцем», и должно поставлять крепкие и надежные
кадры солдат для реваншистской и экспансионистской войны.
Фашистские теоретики все время твердят: Германия является
сверхиндустриализированной страной. В ней всего только 23% сель¬
ского. населения. Необходимо увеличить долю сельского населения
за счет городского, в особенности за счет городских безработных.
Такого рода «реаграризацию» Германии усиленно рекомендовал'
Зомбарт2 и его фашистские ученики и последователи.
Реаграризация, по мнению фашистов, увеличила бы ряды «здоро¬
вого», патриотического, преданного фашистскому режиму крестьян¬
ства за счет «нездорового», проникнутого духом классовой борьбы
пролетариата. Для этого нужна обширная и планомерная пересе¬
ленческая политика: создание сельских поселений, осо¬
бенно в восточных провинциях. Устройство поселений на востоке
Германии явилось бы продолжением политики Бисмарка и создало бы
оплот против надвигающегося на германский народ славянства.
Характерна в этом отношении статья Л. Мартена в национал-со¬
циалистическом журнале «Ди дейче фольксвиртшафт» под заглавием
«Германская колонизационная идея»3. В ней автор.заявляет, что в по¬
слевоенной Германии имеется 20 млн. чел. лишнего населения. Для
этого двадцатимиллионного «излишка» пути эмиграции в заморские
страны закрыты. Остается только внутренняя колонизация. Наиболее
1	Програ/мма перепечатана вновь в журнале «Deutsche Agrarpolitik» за март
1934 г.
2	См. его работу «Die Zukunft des Kapitalismus», Berlin 1932.
3	Статья напечатана в № 8 за 1933 г.
62

подходящим объектом внутренней колонизации являются восточные
провинции Германии с их редким населением и огромными лати¬
фундиями. Ссылаясь на программу национал-социализма, в которой
говорится о «борьбе против гигантских предприятий (концернов,
синдикатов, трестов)», автор приравнивает к ним и латифундии. Он
делает вывод, что «целью коренной социальной реформы является
поэтому создание здорового распределения земельных участков в
восточных провинциях». Основной задачей переселенческой политики
должен стать «приток новой крови к пустым пространствам востока»,
ибо «без осознания нашей народности, воплощенной в национал-со¬
циалистическом движении, колонизация востока не удастся».
' Автора тревожит то обстоятельство, что абсолютный прирост
населения в тридцатидвухмиллионной Польше не только догнал, но
в последние годы даже обогнал прирост вдвое более многочисленного
населения Германии. В результате этого «положение нашего народа
по отношению к его славянскому соседу Является|чрезвычайно не¬
благоприятным и опасным». Поэтому Л. Мартен требует возможно
более широкой и сплошной колонизации Восточной Пруссии и Восточ¬
ной Силезии как из экономических, так и из чисто стратегических
соображений.
Автаркия
С вопросом о реаграризации Германии связана проблема автаркии.
Различные фашистские теоретики излагают ее так: в результате чрез¬
мерной индустриализации и падения удельного веса сельского хозяй¬
ства Германия вынуждена ввозить большое количество пищевых
продуктов из-за границы. Зависимость от других стран, тягостная в
мирное время, становится роковой в случае войны, ибо блокада Гер¬
мании враждебными державами, как показал опыт мировой войны,
ведет к голоду и катастрофе. Отсюда—требование автаркии и в пер¬
вую очередь автаркии сельскохозяйственной, основанной на плано¬
мерном и быстром развитии тех отраслей сельского хозяйства, кото¬
рые в настоящее время не дают количества продуктов, достаточного
для полного удовлетворения потребностей германского населения в
случае блокады и прекращения ввоза.
Вопросы автаркии усиленно дебатировались в германской лите¬
ратуре еще в 1931—1932 гг., непосредственно перед приходом фаши¬
стов к власти, причем защитниками автаркии выступали такие фаши¬
стские теоретики, как Фердинанд Фрид1, Эрнст Эшман2 и дрЛ'1 ■
Проблема автаркии была поставлена этими теоретиками и при¬
обрела значительную злободневность под влиянием трех факторов:
1) Мировой экономический кризис и связанная с ним таможенная,
торговая и валютная война повели к сокращению рынков сбыта для
продукции германской промышленности, и тем затруднили возможно¬
сть ввоза сырья и продуктов сельского хозяйства в Германию. Такая
обстановка побуждала идеологов фашизма ставить, вопрос о возможно
■—н	—
1	См. книгу его «Die Autarkie», Jena 1932.	’
2	Ernst Wilhelm Eschmann, статья «Uebergang zur Gesamtwirtschaft» в
журнале «Die Tat» за сентябрь 1931 г.
63

большем самодовлении германского хозяйства. Стремление к сокра¬
щению ввоза с.-х. продуктов вызывало, б другой стороны, заботы о
развитии сельского хозяйства внутри страны. Это обстоятельство
всячески старались использовать в своих интересах юнкеры "и кула¬
чество, способствовавшие пропаганде идей автаркии. 2) Национал-
социалистическая партия и сочувствующие ей круги пользовались
идеей автаркии для агитации среди богатого и среднего крестьянства,
связывая ее со.своей общей шовинистической и националистической
агитацией и в то же время указывая крестьянам, что автаркия сулит
им повышение цен на их продукты. 3) Но самым главным фактором
была прямая связь автаркии с подготовкой к войне.
Военную подоплеку проблемы автаркии раскрывает один из тео¬
ретиков фашизма Карл-Август Фишёр в статье «Мысли по вопросу об
автаркии»1.
В статье этой имеются ссылки на доклад генерал-лейтенанта Муф-
фа в «Обществе имени Листа», посвященный выяснению роли и зна¬
чения автаркии в предстоящей войне Германии с ее соседями. Сам
автор статьи хотя и делает различие между автаркией мирного вре¬
мени и автаркией военной, но по его же мысли первая служит не чем
иным как подготовкой ко второй. По мнению К. А. Фишера, автаркия
для Германии вполне осуществима в отношении зерновых продуктов и
овощей. Хуже обстоит дело с фруктами, волокнистыми растениями
и жирами. В этой области надо побуждать сельских хозяев к разведе¬
нию новых культур.
Особенно озабочивает сторонников автаркии йопрос о снабжении
Германии жирами в случае войны и блокады. По вопросу о «жировой
автаркии» велась оживленная дискуссия на страницах различных
экономических журналов. Что вся дискуссия исходит из одной
общей для германских фашистских и фашиствующих экономистов
предпосылки о неизбежности войны и необходимости всемерно к ней
готовиться, не подлежит никакому сомнению. В то время как
одни из экономистов озабочены возможным недостатком жиров при
будущей блокаде, другие уделяют больше внимания железной руде и
цветным металлам, которые Германии приходится ввозить. Но все же
в центре вопросов автаркии стоит проблема самодовления Германии
в области снабжения с.-х. продуктами и следовательно вопрос о сти¬
мулировании развития соответствующих отраслей сельского хозяй¬
ства.	'
В частности автаркией германское правительство оправдывало
введение исключительно высоких пошлин на жиры, этим же мотиви¬
ровались распоряжения о стимулировании посевов льна, о разведе¬
нии овец и т. п. Автаркия была выгодна прежде всего юнкерству, ибо
для снабжения германской промышленности с.-х. сырьем во время
войны и блокады наибольшее значение имеют крупные товарные
хозяйства, могущие поставлять стандартное сырьё в больших коли¬
чествах- Поэтому ссылкой На необходимость автаркии прикрывались
заботы о помещичьих хозяйствах. С другой стороны, помещики, их
представители и теоретики и их печать отстаивали существование
1 «Die deutsche Volkswirtschaft» № 3 за 1933 г.
64

крупных владений ссылками на необходимость готовиться к войне,
к неизбежной блокаде.
Но сверхпротекционистская политика, запретительные пошлины,
контингентирование и прочие препятствия к ввозу иностранных с.-х.
продуктов, вызывая контрмеры со стороны других стран, ставили
под угрозу германский промышленный экспорт в эти страны. Поэтому
политика автаркии наталкивалась на сопротивление со стороны
промышленных, торговых и банковских кругов, заинтересованных в
развитии внешней торговли. Борьбой между сторонниками и против¬
никами автаркии объясняется зигзагообразный курс гитлеровского
правительства в этом вопросе и двусмысленные заявления Гитлера
и других вождей то в пользу автаркии, то против нее.
Так напрцмер в журнале «Ди Вельтвиртшафт» за последнее время
совершенно недвусмысленно указывалось, что политика автаркии
потерпела полное крушение. В то же время Гитлер на заседании рейхс¬
тага 13 июля 1934 г. заявил, что если другие страны будут попреж-
нему ограждать свои рынки от германских товаров, то «Германия
найдет пути для того, чтобы стать независимой от иностранного им¬
порта и заменить импортные товары собственной продукцией». Этим
«автаркическим» жестом Гитлер думал прикрыть резко ухудшившееся
положение германской внешней торговли. Обойтись без импорта
сырья германское хозяйство не может, так как это было бы равно¬
сильно «самоблокаде» со всеми ее разорительными и разрушительны¬
ми последствиями.
Классовое расслоение германского крестьянства
Для современного германского сельского хозяйства характерны
прежде всего глубочайшее классовое расслоение и огромная задол¬
женность.
При десяти миллионах взрослого самодеятельного сельского насе¬
ления в Германии имеется всего только 18 тыс. помещиков. В 1931 г.
взрослое самодеятельное население в сельском хозяйстве разделялось
на следующие категории1 (в тыс. чел):
Самостоятельных хозяев и их служащих (управляющих, бухгалтеров,
' лесничих и т._ д.)		 					 		 2 506
С.-х. рабочих-мужчин ... . ... . 		  .	.'	1606
С.-х. рабочих-женщин . . 		    1071
Всего с.-х. рабочих. 		  2677
Членов семейств, участвующих в с.-х. работах 		 4 929
Итого самодеятельного с.-х. населения .	10112
Даже по этим данным, в которых землевладельцы смешаны со
служащими, а в рубрику «членов семейств» отнесены члены семейств
1 Данные взяты из книги F г, Burgdorfer, Zurtick zum Agrarstaat,
Berlin-Grunewald 1933, стр. 124.
5 Я. В. Сегалл.
65

помещиков, кулаков, бедных крестьян и рабочих,—даже по ним
видно, насколько многочисленным является в Германии c.-x.jipone-
тариат, насчитывающий почти 3 млн. самодеятельных лиц без мало¬
летних иждивенцев и т. д. Масса полупролетарских элементов и бед¬
ноты находится и в рубрике так называемых «самостоятельных хо¬
зяев»^ которым в статистике отнесены и все владельцы ничтожных
клочков земли.
Еще лучше можно судить о том, насколько глубоко и резко клас¬
совое расслоение в сельском хозяйстве Германии, по данным о раз¬
мерах и удельном весе земельных владений.
На пространстве в 25 600 тыс. га всей возделываемой земли в
Германии существует 5 млн. хозяйств. Эти хозяйства распределяются
следующим образом. '
Парцеллярные пролетарские хозяйства с площадью менее 2 га,
совершенно не могущие прокормить своих владельцев, вынуждены-
ных вследствие этого продавать свою рабочую силу, составляют
52,55% числа всех хозяйств, располагают только 6,2% всей возделы¬
ваемой земли.
Мелкие крестьянские хозяйства с площадью от 2 до 5 га, тоже
не могущие полностью прокормить своих владельцей, составляют
17,49% всех хозяйств и занимают 11,42% всей площади.
Средние, зажиточные и кулацкие крестьянские хозяйства раз¬
мером от 5 до 50 га составляют 22,09% всех хозяйств, но занимают
55,61% всей площади.
Крупные, чисто кулацкие хозяйства в 50—100 га составляют
только 0,5% общего числа хозяйства и занимают 6,61% пло¬
щади.
Наконец помещичьи имения размерами от 100 га и выше состав¬
ляют по своей численности всего лишь 0,37%, но владеют 20,16%
всей обрабатываемой земли1.	’
Таким образом из всего количества с.-х. владений
подавляющее б о л ыпинство приходится на
пролетарские и бедняцкие слои деревни. На
эти элементы^ владеющие земельными участками менее 5 га, прихо¬
дится 77% всех владений и 17,62% земли. С другой
стороны, кулаЦкие и помещичьи имения, составляющие в общей Слож¬
ности менее 1% всех хозяйств, располагают почти 27% всей годной
для обработки земли. Почти 3800 тыс. пролетарских и бедняцких
хозяйств противостоят всего только 44 тыс. помещичьих и кулацких
владений.
Так обстоит дело в среднем по всей Германии. Но в отдельных
областях и провинциях классовое расслоение в сельском хозяйстве
еще резче.
По данным общегерманской переписи 1925 г. численность и общая .
площадь земельных участков составляла:	i
1 Данные взяты из сборника «Grundlagen und Formen der deutschen Landwirt-
schaft», Berlin, Verlag Paul Parey, 1933.
66

Провинции
Удельный вес участков
По чис¬
ленно¬
сти
По их
пло¬
щади
По чис¬
ленно¬
сти
По их
пло¬
щади
нияс
е 5 га
свыше
200 га
Восточная Пруссия

69,1
7,1
'0,7
28,6
Померания

68,9
6,0
1,0
43,7
Мекленбург-ПТтрелиц

85,6
5,0
1,0 .
52,9
Мекленбург-Шверин .........
82,4
6,9
1,2
54,3
Бранденбург

74,9
10,7
0,4
28,9
Померанские и мекленбургские юнкеры, поместья которых состав¬
ляют по своей численности только 1% всего числа с.-х. владений,
располагают 44—54% всей земельной площади. Им противостоит
огромная масса беднейших крестьянских и полупролетарских хо¬
зяйств, составляющих до 85% всех хозяйств и располагающих только
5—6% всей возделываемой площади. Трудно себе представить более
яркую картину классового расслоения в сельском хозяйстве. К этому
надо добавить, что и между середняцкими, зажиточными и кулацкими
крестьянскими хозяйствами, владеющими участками от 5 до 100 га,
существует глубокая диференциация, резкие классовые различия.
Специфической чертой подавляющего большин¬
ства германских крестьянских хозяйств яв¬
ляется резкое малоземелье и нужда в земле.
Наряду с миллионами наемных с.-х. рабочих, совершенно лишенных
земли, в Германии существуют миллионы владельцев парцеллярных,
зачастую микроскопических участков, так называемых «носовых плат¬
ков». Эти своеобразные «крестьяне» являются, по сути дела, теми же
пролетариями, людьми, продающими свою рабочую силу соседнему
помещику или кулаку, но находящимися в еще худшем положении
благодаря тому, что их клочок земли лишает их свободы передвиже¬
ния, привязывает к определенному месту. Далее в Германии имеются
миллионы мелких крестьян, земельные участки которых настолько
малы, что не в состоянии их прокормить. Такие мелкие крестьяне
или арендуют землю у юнкеров и кулаков, нередко на кабальных
условиях, или же занимаются тем или иным видом приработка. Мало¬
земелье и земельная нужда рождают всевозможные виды эксплоата-
пии и ведут к разнообразным формам классовой борьбы. Такое
малоземелье существует наряду с наличием крупных помещичьих
владений, простирающихся на целые районы.
Поэтому одним из основных требований широких масс мелкого
и отчасти даже среднего германского крестьянства было удовлетворе¬
ние их нужды в земле посредством конфискации и раздела помещичьих
имений Между крестьянами. Национал-социалистическая демагогия
использовала это требование и в более или менее расплывчатой,
двусмысленной форме включила его в свою программу. Так в допол¬
5*
67

нительной аграрной программе партии национал-социалистов, состав¬
ленной Вальтером Даррэ в 1930 г., в п. 8 говорится о том, что «госу¬
дарство имеет право на отчуждение за приличное вознаграждение:
а)	земли, которая не находится в обладании истинных германцев;
б)	земли, которая по решению соответствующего суда не служит
больше для снабжения народа из-за безответственности и бесхозяй¬
ственности своего владельца; в) тех частей крупных владений, ко¬
торые не возделываются,—для целей поселения на них свободного кре¬
стьянства; г) земли, которая нужна всему народному целому для
особых государственных целей (например для транспорта, для обо¬
роны страны). Неправомерно (в смысле германского права) приобре¬
тенная земля отчуждается безвозмездно».
Эта демагогическая программа служила одной из главных при¬
манок для германского крестьянства. Сотни тысяч крестьян, в осо¬
бенности крестьянских сыновей, которых малоземелье лишало пер¬
спектив на создание своего собственного хозяйства и толкало в ряды
пролетариата, шли за национал-социалистами, обещавшими им отчуж¬
дение помещичьих владений и наделение землей. Многие с.-х. рабо¬
чие, прельщенные обещаниями фашистов сделать их самостоятель¬
ными хозяевами, голосовали за национал-социлистическую пар¬
тию на выборах.
Финансовое закабаление крестьянства
Наряду с малоземельем источником крестьянской нужды была
огромная задолженность. Порождаемая в значительной
мере тем же малоземельем, задолженность крестьянских хозяйств
обусловливалась также целым рядом факторов, присущих сельскому
хозяйству «старых» европейских стран вообще—высота земельной
ренты, техническая отсталость и т. д. Высокой задолженностью обре¬
менены не только крестьянские, но и помещичьи хозяйства. Несмот¬
ря на то что инфляция 1922—-1923 гг. вызвала резкое сокращение
задолженности, с 1924 и по 1933 г. задолженность росла с такой бы¬
стротой, что снова достигла огромной цифры в 11,7 млрд, марок.
При этом одна только задолженность иностранным кредиторам до¬
стигла 3,5 млрд, марок.
О том, какое тяжелое бремя представляют долги, тяготеющие
над сельским хозяйством, видно из следующей таблицы задолжен¬
ности, падающей на земельные владения различной величины
(см. табл, на стр. 69):1
В таблице к сожалению не приведены данные о задолженности
мелких земельных участков ниже 5 га.
Бремя задолженности, тяжелое само по себе, особенно тяжело
конечно для владельцев средних и мелких участков. Экономический
кризис 1929—1933 гг. в сочетании с острым аграрным кризисом, с
резким падением цен на с.-х. товары сделал задолженность совер¬
шенно невыносимой для германского крестьянства, и поэтому лозунг
«сокрушения процентной кабалы», выдвинутый германскими фаши-
1 Опубликовано в исследовательской работе Германского рентного банка
«Die Kreditlage der deutschen Landwirtschaft im Wirtschaftsjahr 1931/32», Berlin
1933, S. 11.
68

Состояние задолженности на 1 июля 1932 г.
(в марках на 1 га)
Величина земельных владений (в га)-
Восточная
Германия
Западная
Германия
5—20

597
557
20— 50

617
567
50—100

667
693
100—200

773
880
200—400

813
871
Свыше 400			■. . .
643
стами, несмотря на всю его нелепость, звучал для крестьянских масс
как обещание свалить с них бремя долгов.
Аграрная политика Гитлера
Но романтические разглагольствования фашистов на тему о гос¬
подствующей роли и великом призвании германского крестьянина,
их демагогические посулы насчет ликвидаций малоземелья и осво¬
бождения от долгов не имели и не имеют ничего общего с той реальной
аграрной политикой, которую в настоящее время про¬
водит гитлеровское правительство.
Мы уже указывали, что в начале своего существования национал-
социалистическая партия сулила крестьянам утоление их земельного
голода за счет конфискации помещичьих земель. В своей первой про¬
грамме национал-социалисты писали:
«Мы требуем земельной реформы, соответствующей нашим нацио¬
нальным потребностям, издания закона о безвозмездном отчуждении
земли на общеполезные цели, отмены земельной ренты и предотвра¬
щения всякой спекуляции землей».
Однако демагогичность этого пункта программы беспокоила са¬
мих вождей партии, которые опасались как бы не запугать истин¬
ных хозяев движения—крупных промышленников и аграриев. Поэ¬
тому в 1928 г. Адольф Гитлер сделал официальное заявление, что
значащееся в п. 17 программы «безвозмездное отчуждение земли»
направлено «в первую очередь против еврейских спекулятивных зе¬
мельных обществ» и что следовательно «арийским» помещикам нечего
опасаться отчуждения их земель национал-социалистами, когда
они окажутся у власти; п. 17 программы был фактически лишен
всякого содержания, но зато национал-социалисты добились под¬
держки со стороны юнкерства. Самое образование гитлеровского
правительства было основано на соглашении между представи¬
телями интересов финансового капитала, в особенности интересов
тяжелой промышленности, и кликой, группировавшейся вокруг
президента Гинденбурга и состоявшей из крупнейших аграриев.
Во время пребывания Гугенберга на двойном посту министра
вельского хозяйства и министра народного хозяйства аграрная поли¬
69

тика правительства откровенно защищала в первую голову инте¬
ресы помещиков. Это признавалось самими национал-социалистами,
которые в свое Оправдание указывали только, что виною' всему
националист Гугенберг, проводящий такую политику по своему
ведомству. Но когда Гугенберг ушел и на его место стал по мини¬
стерству сельского хозяйства «крестьянский вождь» Вальтер Дар¬
ра, политика всемерной защиты юнкерства продолжалась, с той
только разницей, что против помещиков иногда раздавались угро¬
зы. Фактически же все оставалось по-старому.
Что гитлеровское правительство в своей аграрной политике
защищает прежде всего интересы юнкерства и кулаков, видно
по его отношению к вопросу о задолженности сельского хо¬
зяйства. Предшествующие , правительства, в особенности кабинеты
фон Папена и Шлейхера, в которых влияние аграриев было особенно
велико, раздавали сотни миллионов марок в виде субсидий юнкерству
и кулакам. Особенно щедро текли эти субсидии помещикам восточ¬
ных провинций. Организация, ведавшая раздачей пособий «по смяг¬
чению задолженности в Восточной Германии» и получившая сокра¬
щенное название «восточной помощи», прославилась тем, что деньги
распределялись главным образом среди «своих людей», близких к
тем помещикам, которые стояли во главе этой организации. Скандаль¬
ные разоблачения о субсидиях «пострадавшим» восточно-прусским
бранденбургским и мекленбургским графам и баронам, которые на
\ полученные деньги покупали себе дорогие автомобили или виллы на
Ривьере, вынудили рейхстаг назначить специальную следственную
комиссию. Национал-социалисты использовали в свое время эти
разоблачения для демагогической кампании якобы в защиту кресть¬
янства, выступая с нападками на «веймарскую систему» и т. п. Но
когда к власти пришло коалиционное правительство из национал-
социалистов и националистов и Гитлер стал во главе этой коалиции,
во-время «случился» пожар рейхстага, причем по странной «случай¬
ности» дотла выгорело как раз то самое помещение в рейхстаге, где
хранились материалы и документы следственной комиссии по делу
о злоупотреблениях в «Восточной помощи».
Кому оказывается эта «восточная помощь», об этом лучше всего
говорят данные, приводимые самими же национал-социалистами.
«Министериальный советник» министерства сельского хозяйства д-р
К. Куммер в партийном национал-социалистическом ежемесячнике
приводит таблицу о размерах выданных ссуд в восточных областях.
Суммы подсчитаны на 1 явнаря 1934 г., т. е. к тому времени, когда гит¬
леровское правительство просуществовало уже 11 месяцев. Таблица
Эта такова (см. табл, на стр. 71) Ч
Как видно из этой таблицы, 1700 помещиков и два десятка тысяч
куйаков получили подавляющую часть денежных субсидий за счет
«восточной помощи». А мелкие -крестьяне, владеющие участками
менее 7% аа, получили из 358 Млн. марок всего навсего 29 млн.
Средний размер субсидий мелким крестьянам составлял около 3 тыс.
4V/1L Kummer,' Neues Bauerntum im deutschen Reich, статья в «Natio-
nal-Sozialistische Monatshefte» за март 1934 г.	-
70

Размеры земельных владений
Количе¬
ство слу¬
чаев выда¬
чи ссуд
Выдано
в тыс.
марок
Общая
площадь
земельных
владений
(в тыс. га)
га)
Менее 7Х/И •
9 200
29 200
41
7*/»-125 . .
19 400
160 200
532
Свыше 125 .
1 700
169 316
854
марок, между тем как средний размер субсидий помещикам равнялся
100 тыс. марок. Даже фашистский автор статьи вынужден был конста¬
тировать, что из субсидий «Восточной помощи» «почти половина при¬
ходится на крупные поместья Восточной Германии».
Ничего не изменилось при гитлеровском режиме и в деле отчуж¬
дения помещичьих земельных владений. Правительство Гитлера,
соблюдавшее интересы юнкерства, не сделало ничего и не желало в
этом отношении ничего сделать. На «крестьянском празднике урожая»
на горе Бюккеберг 1 октября 1933 г. Даррэ заявил со всей решитель¬
ностью: «Мы вовсе не думаем о том, чтобы разрушить крупные по¬
местья, которые могут держаться своими силами». Он указал лишь,
что «крупные помещики должны будут уступить для колонизаций
ту часть своей земли, которая переобременена долгами»1.
Однако и с этой переобремененной долгами частью юнкерских вла¬
дений правительство Гитлера настолько церемонилось, что в его рас¬
поряжении для заселения крестьянами оказался- до смешного мизер¬
ный фонд, гораздо меньший, чем тот, который создавался путем по¬
купки чрезмерно задолженных имений при прежних правительствах.
В расчете на неосведомленность или забывчивость своих читателей
цитированный нами «министериальный советник» д-р К. Куммер
торжественно заявляет, что, «несмотря на глубокие организационные
перемены и на трудную работу по финансовому оздоровлению, все
же за последние месяцы удалось благодаря неоднократному содей¬
ствию центральных административных инстанций скупить для кре¬
стьянской колонизации более 440 тыс. Моргенов земли»2.
Устарелая земельная мера «морген» взята здесь для того; чтобы
пустить пыль в глаза большими цифрами. Морген—это, 0,255 га
и следовательно 440 тыс. моргенов составляют около 110—112 тыс.
га, т. е. величину ничтожную в сравнении с потребностью в земле
для одних только колонизационных мероприятий.
По подсчету того же К. Куммера, приобретенного фонда хватит
на устройство 10—12 тыс. крестьянских дворов с населением в 50—60
тыс. чел.	•
I Между тем один только естественный прирост крестьянского на¬
селения создает ежегодно потребность в образовании новых хозяйств,
рассчитанных на 100 тыс. чел. Таким образом широковещательная,
1	«Фелькишер беобахтер» от 1—2 октября 1933 г. Такое же заявление было
сделано Даррэ и 11 мая 1934 г. на крестьянском съёзде в Восточной Померании.
2	Цит. статья. -
■	'	'	,71

колонизационная политика гитлеровского правительства, все пре¬
лести которой с расовой, экономической, политической и стратеги¬
ческой точек зрения обсуждаются «крестьянскими» и всякими другими
«вождями», литераторами, учеными и агитаторами, в состоянии удо¬
влетворить в лучшем случае только половину естественного прироста
крестьянского населения. А где же «реаграризация» всего германского
народа? Где устройство поселений для безработных? Где создание
здорового крестьянского сословия?
Размеры приобретенного земельного фонда были в 1933 г. даже
меньше, чем в предыдущие годы. По официальным данным об итогах
поселенческой политики, в 1932 г., т. е. до Гитлера, в Пруссии было
создано 7907 новых крестьянских хозяйств на скупленной правитель¬
ством для колонизационных целей земельной площади в размере
87 451 га. Средний размер крестьянского поселенческого владения сос¬
тавляет 11,1 га. По всей Германии было создано около 9 тыс. крестьян¬
ских дворов* 1. Таким образом для колонизационных целей была
в 1932 г. приобретена и использована земельная площадь приблизи¬
тельно в 100 тыс. га. Чем же отличается поселенческая политика
правительства Гитлера от поселенческой политики правительства
фон Папена, Шлейхера и др.? Абсолютно ничем. И это вполне понятно:
правительству Гитлера так же близки интересы юнкерства, как и его
предшественникам. Оно не может пойти на принудительное отчужде¬
ние помещичьих земель в крупном масштабе и по низким расценкам
(не говоря уже о конфискации). А на приобретение земли по высокой
«справедливой» цене у него нет ни средств, ни желания. В силу своей
классовой природы оно предпочитает и в сельском хозяйстве тратить
деньги на другие более подходящие для него цели—например на
субсидии юнкерству и кулакам за счет «Восточной Помощ и».
Не менее яркой защитой интересов юнкерства является фашист¬
ская политика цен на с.-х. товары. Юнкерство, всегда
домогавшееся высоких цен на продукты земледелия и животноводства,
добилось именно при правительстве Гитлера совершенно исключи¬
тельных успехов в этом отношении. Начиная с прихода Гитлера к
власти идо самого последнего времени, на население Германии сып¬
лются законы и распоряжения, направленные к повышению цен на
с.-х. продукты. 23 марта 1933 г. было издано распоряжение «о стиму¬
лировании потребления животных жиров и кормов местного проис¬
хождения». На основании этого распоряжения фабрикам маргарина
предписывалось приобретать в качестве сырья сало скота германских
хозяйств. Такое же распоряжение было издано относительно употре¬
бления технического сала для мыловаренных и тому подобных заво¬
дов. Производство маргарина было контингентировано. Цены на него
были повышены чуть ли не в три раза, чтобы стимулировать потреб¬
ление населением сливочного масла, цены на которое тоже повысились.
21 июня 1933 г. был издан новый дополнительный закон, регламенти¬
рующий производство маргариновых фабрик и маслобойных заводов.
В это же время был издан закон об огромном увеличении ввозных пош¬
		—:—
1 Все эти данные взяты из «Berichte uber Landwirtschaft», В. XVIII, Heft
1—2, S. 123.	'
72

лин на живой скот, мясо и сало. Затем были повышены пошлины на
гречиху, столовый горох, кормовой горох и лупин. Повышены были
также пошлины на зерновые хлеба, затем на свинину, свиное и гу¬
синое сало, на говяжье сало, на сыр и т. д. Были изданы распоряже¬
ния о стимулировании разведения льна и других масличных куль¬
тур. 13 июня 1933 г. вышел закон о стимулировании разведения овец
для увеличения продукции шерсти и т. д. и т. д.
Монополизация германского сельского хозяйства
Что же однако делается правительством Гитлера для того сред¬
него крестьянства,которое должно служить «спинным хребтом нации»,
«хранителем ценной арийской крови» и т. д.?—спросит читатель.
Германский фашизм в доказательство своих забот об этом среднем!
крестьянстве ссылается на два законодательных мероприятия, ко¬
торые должны служить основой всей его крестьянской политики.
Это: 1) закон от 13 сентября 1933 г. о «в ременной струк¬
туре имперского сословия питанияи мерах ре¬
гулирования рынка и цен на с.-х. продукты» и 2) закон от 29 сентября
1933 г. о наследовании крестьянских дворов.
На основании § 2 закона от 13 сентября к имперскому сословию
питания относятся все с.-х. предприятия как земледельческие, так
и лесные, садоводческие, рыболовное и охотничьи. К «имперскому
сословию питания» принадлежат также с.-х. кооперативы, оптовая и
розничная торговля с.-х. товарами и все промышленные предприя¬
тия, занятые обработкой и переработкой с.-х. сырья.
Таким . образом «имперское сословие питания» представляет собой
Ноев Ковчег, в котором должны мирно сожительствовать львы и агн¬
цы, шакалы и змеи. Оно охватывает помещиков, кулаков, средних и
бедных крестьян, с.-х. рабочих, оптовых торговцев, мелких лавоч¬
ников, владельцев сахарных, пивоваренных, кожевенных, крахмало¬
паточных и прочих заводов, их служащих и рабочих, потребительские
и производственные кооперативы и т. д.
Для того чтобы определить, кому выгодно образование этого «со¬
словия», рассмотрим § 3 закона от 13 сентября.
На основании этого параграфа «имперский министр питания и
сельского хозяйства в целях регулирования производства и сбыта,
а также цен и надбавок на с.-х. продукты, может объединять группы
и отдельных членов имперского сословия питания, а также другие
предприятия и учреждения, производящие или распределяющие с.-х.
продукты. Он может также присоединять группы или отдельных лиц
к существующим объединениям».
Таким образом в сельское хозяйство и—-что очень важно—в.
промышленность по переработке с.-х. продуктов и в торговлю с.-х.
товарами вносится тот же самый принцип принудительного картели¬
рования, который проводится министерством народного хозяйства
во всей остальной промышленности и торговле. Вместе с тем министру
сельского хозяйства предоставляется право устанавливать твердые
цены, в особенности минимальные, ниже которых продавать
нельзя.
73-

Смысл этого мероприятия ясен. Монополистическому капиталу
в сельском хозяйстве Германии приходится сталкиваться с огромной
массой мелких производителей. Теперь германский фашизм старает¬
ся возможно более укрепить и в сельском хозяйстве господство моно¬
полий, подобно тому как это имеет место в большинстве отраслей
промышленности, в торговле и в банковском деле. Кроме того те
отрасли промышленности, которые занимаются переработкой с.-х.
сырья, так же как и торговля с.-х. продуктами, принадлежали
в Германии к наименее монополизированным отраслям хозяйства.
Здесь существовало огромное количество мелких предпринимателей
и небольших, конкурирующих между собой предпринимательских
объединений, которые в результате взаимной борьбы снижали цены
на с.-х. товары.
Фашистское правительство ввело и в этой области принудительное
картелирование. Кому оно выгодно? Так же как и в других отраслях
промышленности и торговли оно выгодно конечно прежде всего
крупным предпринимателям, которые играют руководящую роль
в картелях, диктуют цены, устанавливают квоты и условия продажи.
Мелкие предприниматели, торговцы, средние и мелкие крестьяне
попадают внутри «имперского сословия питания» в еще большее под¬
чинение к крупным предпринимателям, помещикам, оптовым тор¬
говцам и их объединениям. Весьма характерно, что одним из первых
шагов При создании «имперского сословия питания» было принуди¬
тельное объединение германских мукомольных предприятий. В то
же время с момента образования «сословий» были распущены все су¬
ществовавшие до сих пор крестьянские союзы и общества. Распылен¬
ная масса мелких с.-х. производителей и торговцев противопоставля¬
ется внутри «сословия» объединенным крупным предпринимателям;
ясно, что результат может быть только один: окончательное подчине¬
ние монополистическому капиталу и тех отраслей хозяйства, которые
до сих пор оставались наименее монополизированными. •
В настоящее время министерство сельского хозяйства занимается
организацией сбыта с.-х. продуктов крестьянами—членами «импер¬
ского сословия питания». Для этого по всей Германии создаются
районные сдаточные центры—зерновые, жировые, мясные, молочные,
яичные и т. д. Эти центры устанавливают твердые («справедливые»—
по выражению фашистов) цены, по которым производится приемка
продуктов. Скупаются продукты как с.-х. кооперативами, так и част¬
ными торговцами, получающими на это особое разрешение и явля¬
ющимися тоже членами «имперского сословия питания». Продукты
должны быть определенного качества и стандартных сортов.
Хотя фашисты заявляют, что все это делается в интересах кре¬
стьянства, но цель такой организации скупки с.-х. товаров ни у кого
не оставляет сомнений: она до такой степени похожа на скупочные
операции эпохи мировой войны с ей «принудительным
хозяйство м», что ее смысл как подготовитель¬
ного мероприятия к пр едстоящей войне и
блокаде не вызывает никаких сомнений.
Как только вспыхнет война, у германского фашизма окажется в лице
«имперского сословия питания» разветвленный снабженческий аппа¬
74

рат, выкачивающий продукты из миллионов крестьянских хозяйств.
Вот почему сам «имперский крестьянский вождь» и министр сельского
хозяйства Вальтер Даррэ особенно упирает на необходимость для
подчиненных ему крестьян соблюдать беспрекословное повиновение.
«Мы требуем от отдельного крестьянина,—говорит он,—безграничной
дисциплины, мы превращаем его во фронтового солдата в битве за
питание»1.
Взывая к фронтовой солдатской дисциплине,'правительство стало
в последнее время проводить целый ряд мероприятий по принуди¬
тельному регулированию сельского хозяйства, очень стеснитель¬
ных для крестьян. Так в связи с засухой и неурожаем правитель¬
ство требует сдачи государству не менее 30% урожая по твердым
ценам. Правительство обязывает крестьян держать и кормить
■скот, запрещая его убой, несмотря на недостаток кормов и на
крайнюю дороговизну. «Сословие народного питания» все больше
и больше превращается в ярмо для германского крестьянства.
Создание фашистского «казачества»
Другим законодательным мероприятием
в области аграрной политики, мероприятием, которому германский
фашизм придает большое значение, является закон о поряд¬
ке наследования крестьянских владений, из¬
данный 29 сентября 1933 г.
Целью этого закона является создание исохранение круп¬
ного слоя зажиточных крестьянских хо¬
зяйств. Эти крупные крестьянские дворы не должны дробить¬
ся при переходе по наследству и не должны быть обременены за¬
долженностью. Созданием закона 19 сентября гитлеровское Прави¬
тельство рассчитывало укрепить и привязать к себе зажиточные и
кулацкие слои крестьянства и тем упрочить свою социальную ба¬
зу. Вместе с тем оно стремилось к тому, чтобы создать в лице этих
•слоев крестьянства надежные кадры солдат для будущей империа¬
листической войны.
В таком смысле и дается официальная мотивировка закона. В ней
говорится, что «имперское правительство, соблюдая старинные гер¬
манские обычаи наследования, желает сохранить крестьянство как
источник (чистоты) крови германского народа. Крестьянские дворы
должны охраняться от чрезмерной задолженности и дробления при
переходе по наследству, чтобы всегда оставаться как наследственное
достояние в руках свободных крестьян. Следует воздействовать
в направлении здорового распределения величины с.-х. владений,
так как большое количество жизнеспособных мелких и средних
крестьянских дворов, по возможности равномерно распределенных
ио всей стране, дают наилучшую гарантию сохранения здорового
народа и государства»,
1 Статья «Aufbau des Reichsnkhrstandes» в'журнале «Die deutsche Volkswirt-
schaft» от 19 января 1934 г. На связь между структурой «сословия питания» и воен¬
ным хозяйством прямо указывает фашистский писатель Ганс Меркель в статье
«Kriegswirtschaft, Planwirtschaft, geordnete Marktwirtschaft» в апрельской книж¬
ке журнала «Одаль» за 1934 г.
75

Прежде всего надо выяснить, о каких «мелких и средних крестьян¬
ских дворах» здесь идет речь.
Параграф первый закона устанавливает, что крестьянским наслед¬
ственным двором может быть земельное владение определенной
величины.
Установленный в законе минимальный размер крестьянского
наследственного двора определяется § 2 закона. В нем говорится, что-
«наследственный двор... должен иметь такое количество земли, ко¬
торое необходимо для того, чтобы независимо от рынка и от общего-
экономического положения прокормить и одеть семью и поддерживать,
хозяйственный оборот наследственного двора». Фашистские автори¬
теты устанавливают его размер не меньше чем в 7% га. Что касается
максимального размера наследственного двора, то он определенно¬
указан в законе: § 3 гласит, что «наследственный двор не должен:
превышать 125 за».
Все собственники «наследственных дворов», т. е. владений пло¬
щадью от 7 % ДО 125 за, называются крестьянами, а все те землевла¬
дельцы, участки которых меньше 7% или больше 125 за, теряют право
называться крестьянами и должны отныне именоваться «сельскими
хозяевами».
Таким образом не подходит под действие закона и не признается;
крестьянами подавляющее большинство германских
крестьян.
Судя по приведенным в начале настоящей главы данным об удель¬
ном весе земельных владений различных размеров, закон не касается:
прежде всего владений площадью до 5 за, составляющих 77% всех
земельных владений, затем закон не касается очень значительного
числа владений крестьян-середняков, охваченных рубрикой в 5—50га,
так как ясно, что в этой группе число крестьянских хозяйств
площадью от 5 до 7% за относительно очень велико.
Принимая во внимание, что всех земельных владений насчитыва¬
ется в Германии 5 млн., можно определенно сказать, что из них
по меньшей мере 4% млн. изъемлются из действия закона. Сами
германские фашисты утверждают, что закон о наследственных дворах
распространяется на 500 тыс. владений, т. е. на одну десятую всех
земельных владений. Все карликовые и мелкие крестьянские хо¬
зяйства целиком изъемлются из его действия.'
С другой стороны, установление максимального размера в 125 га
дает фашистским законодателям возможность включить в число
крестьянских дворов не только кулацкие владения, но и довольно
крупные поместья. Отныне всевозможные бароны и графы могут,
распродав часть своих обремененных долгами имений, оставить,
себе «клочок земли» в 125 за и перерядиться в «потомственных кре¬
стьян», в красу и опору национал-социалистического режима. Фа¬
шистские законодатели с явным умыслом установили высокий мак¬
симальный предел наследственного двора, чтобы предоставить юн¬
керству возможность влиять на своих «коллег по сословию»—на
средних и зажиточных крестьян.
Совершенно недвусмысленное разъяснение сделал по этому поводу
Вальтер Даррэ на «крестьянском съезде» в Штаркове (Восточная
Померания) 11 мая 1934 г. х.
«Теперешние восточно-эльбские крупные помещики могут удер¬
жаться на своей земле как поколение в том случае, если они поймут
дух времени. У чрезмерно задолжавшихся крупных помещиков раз¬
меры наследственного двора будут определяться в значительной мере
величиной их задолженности. Однако эти размеры будут не меньше
500 моргенов».
.Установлением особого положения для нескольких сот тысяч
средних и зажиточных крестьян, кулаков и части помещиков герман¬
ский фашизм намеревается создать нечто вроде царского казачества,
преданного режиму и готового поддержать его внутренние и внешние
авантюры.
Привилегированное положение охваченных законом категорий
земельных собственников заключается: 1) в особом порядке насле¬
дования и 2) в запрещении купли-продажи наследственных дворов,
вследствие чего на них не распространяются общие правила судеб-,
пого взыскания за долги..	f
На основании §§19—20 закона крестьянский двор целиком пере¬
ходит к одному единственному наследнику. Этим наследником может
быть один из сыновей владельца в порядке старшинства, его отец,
брат, дочь или сестра. Первым наследником является старший сын.
По женской линии наследование начинается только по исчерпании
всех родных—мужчин. Наследование допускается только по закону,
и никакие завещательные распоряжения силы не имеют.
Лишая права на наследование крестьянского двора всех родных
умершего, кроме старшего сына, закон обязывает нового хозяина
двора содержать и обучать прочих членов семьи какой-нибудв про¬
фессии до совершеннолетия, а дочерей и сестер снабжать приданым.
В случае если кто-нибудь из этих родных окажется в нужде, хозяин
двора обязан предоставить ему убежище.
Такова новая система «единонаследия». Заботясь о сохранении
«крепкого земле крестьянства» и пытаясь предотвратить пролетари¬
зацию среднего и крупного крестьянства, гитлеровское правитель¬
ство идет по сути дела к противоположным результатам. Из младших
сыновей, братьев, дочерей и сестер крестьянина оно создает самых
подлинных пролетариев. Достигнув совершеннолетия, каждый из
лишенных наследства должен или продавать свою рабочую силу на
стороне или же оставаться у хозяина двора в качестве батрака. Гер¬
манские фашисты указывают как на выход из этого положения на ко¬
лонизационные мероприятия, которые должны дать возможность
лишенным наследства крестьянским сыновьям обзаводиться своим
собственным хозяйством. Но мы уже видели, насколько ничтожны
размеры поселенческого фонда гитлеровского правительства. Они
не были в состоянии удовлетворить даже половину естественного
прироста крестьянского населения до введения в силу нового закона
>о наследовании. А ведь этот закон должен резко увеличить число
кандидатов на получение новых участков для поселения. Гитлеров-
—:—■ ' / <
1 «Фелькишер беобахтер» от 12 мая 1934 г.
77

ское правительство, тесно связанное с аграриями, не в состоянии
создать земельный фонд, мало-мальски достаточный для поселенче¬
ской политики и соответствующий новому закону о наследовании
крестьянских дворов, и поэтому закон этот превращается в фактор
дальнейшей пролетаризации значительных слоев среднего и даже
зажиточного германского крестьянства.
Наряду с системой единонаследия другим мероприятием па
сохранению «крепкого земле крестьянства» является предусмотренное
в законе, в 38 и следующих §§, изъятие наследственных крестьянских
дворов из правил о взыскании долгов. Наследственный двор не
может быть продан за долги. Не подлежат принудительной продаже
ни инвентарь, ни с.-х. продукты, принадлежащие этому двору, если
долговые требования исходят от частных лиц. Принудительная,
продажа допускается только по претензиям .публично-правовых
институтов и то лишь в отношении с.-х. продуктов.
На первый взгляд может показаться, что изъятие наследственных
дворов из «гражданского оборота» в интересах их владельцев. В дей¬
ствительности это далеко не так. Правда, .оно затрудняет получение
кредиторами тех сумм, которые владельцы наследственных дворов
получили взаймы под закладные, векселя, долговые расписки и т. д.
до вступления в силу нового закона о наследовании. Если бы вла¬
дельцы этих дворов отныне совсем перестали нуждаться в новых
ссудах, то их положение улучшилось бы. Но на самом деле этого,
нет. И теперь и в будущем владельцы наследственных дворов вы¬
нуждены будут обращаться к кредитным учреждениям за ссудами..
А между тем невозможность взыскания по долгам с наследственных
дворов почти лишает их владельпев надежды на получение этих
ссуд в обычном «нормальном» порядке. Трудно сказать, компенси¬
руют ли льготы по взысканию старых долгов те затруднения, ко¬
торые с неизбежностью возникают при получении новых ссуд.
О том, что такие затруднения уже имеются и что они очень серьез¬
ны, свидетельствуют сообщения, просочившиеся даже сквозь фашист¬
скую цензуру. Вот например что пишет д-р И. Кастенгольц в солид¬
ном банковском органе1:
«Недавно стали часто высказываться опасения, что закон о на¬
следственных дворах с его ограничением возможности для крестьян’
делать долги может повести к сильному росту частных ссуд в деревне.
И действительно, кредитные учреждения, в особенности в Южной Гер¬
мании, уже получают сведения о том, что профессиональные заимо¬
давцы предлагают крестьянам ссуды под залог таких частей иму¬
щества, которые не подходят под действие закона о наследовании
дворов. При этом называют процентные ставки в 10,12 и 14%. По¬
лучается, что профессиональные дисконтеры все более и более вы¬
тесняют в деревне лиц, дающих ссуды случайно или из любезности».
Это сообщение И. Кастенгольца чрезвычайно показательно. Оно
свидетельствует о том, что закон о наследовании дворов уже через-
несколько месяцев пбсле его проведения в жизнь, вызвал з а-
1 Dr. J. Kastenholz, Der schwarze Geldmarkt, статья в журнале «Die
Bank» от 28 февраля 1934 г.	.	.
78

метный рост тайного ростовщичества в де¬
ревне. Это тайное ростовщичество с неизбежностью ведет к эксплоа-
тации и разорению средних крестьян кулаками. И тут никакие меры
защиты наследственных дворов не помогут. Не имея возможности
обращать взыскание на самый двор, кулак будет заставлять своих
должников работать на себя. Неизбежно появятся самые жестокие,
самые варварские способы эцсплоатации лишенных по закону наслед¬
ства, малолетних детей должников и т. д.
Лишив крестьянина права распоряжаться своим имуществом
и закрыв перед ним обычные пути получения ссуд, закон о на¬
следовании дворов при этом вовсе не осво¬
бодил владельца двора от его старой задол¬
женности. Правда, закон создает впечатление, будто старые
долги не могут быть взысканы, но и это неверно.
Общая задолженность сельского хозяйства в Германии превышала
к моменту издания закона, как мы уже указывали, 11 млрд, марок.
Из этой общей суммы та Задолженность, которой обременены владе¬
ния площадью от 7 Уг. до 125 га, составляет, по вычислениям герман¬
ских специалистов, около 8 млрд, марок.
Установив в законе от 29 сентября, что взыскание долгов не может
производиться путем принудительной продажи наследственных
дворов, их инвентаря и продуктов, гитлеровское правительство
этим самым еще не аннулировало восьмимиллиардной задолженности
этих владений. Если бы оно так поступило, оно нанесло бы силь¬
ный удар германскому финансовому капиталу, уничтожив огромную
долю активов банков, всяких других кредитных институтов и
частных лиц. Сделать это оно не могло и не желало по той при¬
чине, что интересы финансового капитала были ему ближе цсех
остальных интересов.
Поэтому в вопросе об «освобождении от долгов» наследственных
дворов гитлеровское правительство старается. найти такой путь,,
при котором интересы финансового капитала были бы соблюдены
не только не хуже, но даже лучше, чем до издания закона 29 сентября.
О таком пути заявил Вальтер Даррэ в интервью для прессы, дан¬
ном 6 октября 1933 г., т. е. сейчас же после опубликования закона.
Даррэ поспешил рассеять опасения финансового капитала, как это¬
видно из следующего сообщения «Фелькишер беобахтер»1:
«Под конец министр остановился на освобождении от долгов на¬
следственных дворов. Закон об освобождении от долгов уже готов,
его только отложили на некоторое время, чтобы продумать некоторые
его последствия, прежде чем закон вступит в силу. Основная идея
закона об освобождении от долгов опирается на пример старого прус¬
ского рентного банка. Между наследственным двором и кредитором
становится банк, которому крестьянин—владелец наследственного-
двора—вносит ,свою ренту, между тем как банк со своей стороны
удовлетворяет кредитора. Таким образом, мы предполагаем дать
возможность оттаять замороженным требованиям кредиторов, не
вводя крестьянина в затруднения».
1 «Фелькишер беобахтер» от .7 октября 1933 г.
79

Смысл закона об «освобождении от долгов»
становится ясен. Фашистский режим гаран¬
тирует финансовому капиталу весь восьми-
миллиардный долг владельцев наследствен¬
ных дворов. Гарантируя эту сумму, казна выдает крестьянским
кредиторам свои собственные обязательства. Ясно, что финансо¬
вому капиталу будут выданы за счет германских налогоплательщиков
огромные суммы, которые при существовавшем до сих пор порядке
взыскания долгов с крестьян были не только заморожены, но и
в значительной доле были безнадежными. Ясно, что закон об
«освобождении от долгов» прямо продиктован интересами банков.
Положение владельца наследственного двора в результате такого
рода «освобождения от долгов» не только не улучшается, а становит¬
ся хуже. На место частного лица или частно-правового кредитного
института, которые до сих пор являлись его кредиторами, и которые
в силу президентских чрезвычайных указов о непродаже владений
с торгов, действующих с 1931 г., не могли продать его владения с
молотка, теперь становится государственный публично-правовой
институт—«Рентный банк», имеющий право, на основании § 39 закона
о наследственных дворах, обращать взыскание на урожай. Кроме
того крестьянин, не уплачивающий своей «ренты» государству, может
быть на основании того же закона лишен звания «честного крестья¬
нина», и тогда его владение может быть продано с аукциона.
Естественно, что закон от 29 сентября 1933 г. не только не вы- -
звал восторгов среди крестьян, в особенности среди средних
крестьян, которых, по замыслу гитлеровского правительства, он
должен был привязать к режиму, но, наоборот, возбудил среди них
недовольство. Запрещение распоряжаться своей землей, прекращение
возможности получать ссуды, обездоление всех тех членов крестьян¬
ских семей, которые устранены от наследования—все это вызывает
ропот и возмущение среди «облагодетельствованного» нового гер¬
манского «казачества». На это недовольство указывает такой ино¬
странец-наблюдатель, как Гаррисон Браун, в консервативном англий¬
ском журнале. По его словам, закон о наследовании крестьянских
дворов «вызвал сильное недовольство крестьян, которым не нравится
быть привязанными к земле и продацдть свои продукты по твердым
ценам, установленным властями в Берлине. Строгий принцип пер¬
вородства, являющийся неотъемлемой составной частью схемы, еще
более непопулярен... Национал-социалистам приходится констати¬
ровать, что недовольство крестьян легче возбудить, чем успокоить»* 1.
О недовольствое крестьян новым законом свидетельствуют и
высказывания словоохотливого «имперского крестьянского вождя»
и министра сельского хозяйства Даррэ. Он старается объяснить
недовольство непониманием закона. «Люди в наших собственных ря¬
дах,—говорит он,—еще не знают, какое принципиальное значение
имеет закон о наследовании дворов для создания Третьей империи
в национал-социалистическом смысле»2.
‘Harrison Brown, The Junker’s last throw, «Fortnightly review»
за март 1934 г.
1 Статья помещена в апрельском номере журнала «Одаль» за 1934 г.
80

Широкое недовольство средних и даже зажиточных крестьян
новыми законами сливается с еще более широким и глубоким недо¬
вольством мелкого крестьянства и крестьянской бедноты, все чаяния
которой на освобождение от долгов и на удовлетворение земельной
нужды за счет помещичьих владений рушились. Недовольство это
увеличилось, с тех пор как законом 1 апреля 1934 г. был отменен
мораторий по задолженности всех владений, которые по своим раз¬
мерам меньше «наследственного двора». Создание «имперского со¬
словия питания» с его солдатской дисциплиной и твердыми ценами
на продукты еще больше углубляет это недовольство среди огром¬
ных слоев германского крестьянства. Из целого ряда областей по¬
ступают сообщения о крестьянских волнениях. Такие волнения
имели йесто в Восточной Пруссии, в Мекленбурге, в Тюрингии и т. д.
Серьезные волнения произошли в Померании. Всюду фашистскими
властями производились массовые аресты крестьян-«зачинщиков».
Еще хуже положение и еще глубже недовольство среди с.-х.
пролетариата. Если и промышленные рабочие при фашистском режи¬
ме низведены до положения полурабов, то батраки и с.-х. рабочие
находятся в состоянии еще большего бесправия.
Для характеристики этого бесправия достаточно привести два
мероприятия фашистской власти. В мае 1934 г. правительством был
издан указ, на основании которого все рабочие, когда-либо работав¬
шие в сельском хозяйстве, но в настоящее время находящиеся в го¬
родах и не имеющие постоянной работы, направляются в принуди¬
тельном порядке в помещичьи имения и кулацкие хозяйства.
Что касается постоянных с.-х. рабочих, то о принимаемых по
отношению к ним мероприятиях Вальтер Даррэ сообщил следующее :
«Та часть с.-х. рабочих, которая желает остаться с.-х. рабочими, снова
приобретает оседлость на основе северо-западной германской системы
«хейерлинг», обрабатывая клочок помещичьей земли и живя в соб¬
ственном домике»1. «Хейерлинг» есть не что . иное как типичная
барщина. Идиллическая картина, нарисованная Даррэ, скрывает
за собой превращение германских с.-х. ра б о чих
в крепостных у помещиков.
Такова в самых общих чертах аграрная, политика гитлеровского
правительства. Продиктованная интересами финансового капитала
и аграриев, она вызывает недовольство и растущее возмущение ши¬
роких масс с.-х. пролетариата, беднейшего и среднего крестьянства.
1 В речи на «крестьянском съезде» Восточной Померании 11 мая 1.934 г. (см
«Фелькишер беобахтер» от 12 мая).	,
.6 Я. Е. Сегалл. '

ГЛАВА V
ФАШИЗМ И ГОРОДСКАЯ МЕЛКАЯ БУРЖУАЗИЯ
Антисемитизм и универмаги
Германский фашизм создал себе массовую базу в результате
безудержной демагогии. Главным резервуаром национал-социали¬
стической демагогии был антисемитизм. На антисемитизме построена
так называемая «расовая теория» германского фашизма, на не& же
базируется его экономическое «учение», к нему прибегает фашизм
при всех своих теоретических и практических затруднениях. Это
и понятно. Антисемитизм, этот «социализм дураков», как его назвал
Энгельс, является наиболее понятной для отсталого, ограниченного
и реакционного мещанина формой протеста против вытесняющего
и разоряющего его крупного капитала.
«Антисемитизм,—писал Энгельс в 1890 г.,—есть, стало быть, не
что иное, как реакция средневековых, гибнущих общественных слоев
против современного общества, которое в сущности состоит из капи¬
талистов и наемных рабочих. Антисемитизм под прикрытием социали¬
стической видимости служит поэтому реакционным целям»1.
Для германского фашизма антисемитизм играл однако не только
роль идеологического оружия. Он давал ему возможность приводить
мелкой буржуазии определенные практические доказательства своих
«забот» о ней и тем еще более одурачивать ее. Фашисты устранили зна¬
чительное количество евреев из торговли, ремесл и свободных. про¬
фессий, удалили евреев—служащих и рабочих—из торговых и про¬
мышленных предприятий, изгнали евреев чиновников из государ¬
ственных и коммунальных учреждений и освободившиеся места
предоставили истинно-германцам, «чистокровным арийцам». В усло¬
виях кризиса и безработицы подобная политика означала для реме¬
сленников, торговцев и лиц вольных профессий освобождение от
части конкурентов, а для безработных служащих—получение работы.
Все это сыграло большую роль в росте популярности национал-со¬
циалистов среди городской мелкой буржуазии. Антисемитские лозун¬
ги подхватывались ею с особенной жадностью.
Поскольку дело касалось вытеснения еврейской мелкой буржуа¬
зии из ее/позиций, это было легко сделать, так как это почти не за¬
1 Маркс и Энгельс, Письма. Соцэкгиз, М. 1932, стр. 369—370.
82

трагивало интересов монополистического капитала. В отношении
еврейских лавочников и ремесленников, врачей и дантистов, адво¬
катов и судей, музыкантов, журналистов и актеров можно было позво¬
лить мещанской массе «развить натиск» и в то’ же время закреплять
законодательным путем процесс вытеснения евреев, вводя «арийский
параграф» для чиновников, устанавливая процентную норму для
студентов и т. д. На освободившиеся места сажались свои люди—
в подавляющем большинстве испытанные национал-социалисты и
штурмовики. Дело доходило до таких курьезов, что по сообщению
«Нейер форвертс» на места опытных старых врачей в самых лучших
берлинских больницах,как например «Щаритэ», «больница императора
Фридриха» ит. п., попадали студенты шестого семестра. Было уда¬
лено около 6 тыс. врачей, тысячи две адвокатов, несколько тысяч
чиновников и т. д.
Однако, к большому сожалению для гитлеровского правительства
и для жаждущей «устроиться» массы городского мещанства, таких
подлежащих освобождению теплых местечек оказалось гораздо
меньше, чем число «арийских» кандидатов на них. Предел антисе¬
митской, демагогии в этом направлении был достигнут очень скоро—в
первые же месяцы фашистского режима. Гитлеровское правитель¬
ство расширило его тем, что вновь создало целый ряд оплачиваемых
должностей в правительственном и партийном аппарате, значительно
увеличенных штурмовых отрядах, в охранных дружинах и т. п.
Этим самым притязания части городского мещанства были удовлет¬
ворены.	у»
Но это была только небольшая часть мелкой буржуазии. Гораздо
хуже дело обстояло с миллионами мелких предпринимателей, ре¬
месленников и торговцев, антисемитизм которых был направлен своим
острием против «еврейских» универсальных магазинов, против «ев¬
рейских» банков и вообще против власти и засилия капиталистиче¬
ских монополий. Тут антисемитизм мелкой буржуазии сплетался
с плохо осознанными, тоже облеченными подчас в антисемитскую
форму антикапиталистическими настроениями среди отсталых слоев
рабочего класса (молодежи, безработных, домашней прислуги и т. п.),
разочарованных коррупцией и предательством германской социал-
демократии и шедших за национал-социалистами.
Еще до прихода Гитлера к власти, мелкая буржуазия стала орга¬
низовываться в «боевые союзы» ремесленников, торговцев, лиц сво¬
бодных профессий. Значительная часть этих союзов была15 декабря
1932 г. по приказу Гитлера объединена в «боевой союз самодеятель¬
ного среднего сословия», который играл очень активную роль перед,
переходом власти к гитлеровскому правительству и в первые месяцы
фашистской диктатуры. Под давлением «боевых союзов» были прове¬
дены еще при фон Папене и Шлейхере в порядке «чрезвычайных
указов» некоторые мероприятия по защите мелких торговцев и ре¬
месленников от конкуренции со стороны крупно-капиталйстических
предприятий. Так 9 марта 1932 г. было запрещено крупным магазинам
выдавать премии покупателям. Тем же указом запрещалось вновь
открывать в городах с населением менее 100 тыс. так называемые
«американские базары», т. е. магазины, в которых установлена оди-
6*
83

накован цена на все товары. Указом 23 декабря 1932 г. это запрещение
было распространено на всю Германию.
С приходом Гитлера к власти «боевой союз среднего сословия»
и объединяемые им массы мелкой буржуазии надеялись на то, что
теперь политика правительства будет направлена на решительное
уничтожение конкуренции еврейских лавочников и ремеслеников,
на закрытие универмагов и «американских базаров», на серьезную
борьбу с засильем всяческих монополий. Правительство было зава¬
лено требованиями низовых организаций «боевого союза», министер¬
ские передние осаждались делегациями всевозможных хозяйчиков,
требовавших аннулирования подрядов, переданных «еврейским фир¬
мам», передачи заказов «арийским» мелким подрядчикам и даже пол¬
ного закрытия еврейских фирм, уничтожения кооперативов и муници¬
пализации крупных магазинов.
В то же время «боевые союзы» вели по всей стране ожесточенную
кампанию бойкота еврейских фирм и в особенности универмагов.
Под давлением «боевых союзов» гитлеровское правительство объявило
бойкот еврейских магазинов, евреев-адвокатов, дантистов и т. п.
под предлогом «ответа на травлю» гитлеровского режима заграничны¬
ми евреями. Но так как бойкот затрагивал интересы не только одних
еврейских лавочников, но и крупных предприятий, связанных с
банками, так как он мог нанести ущерб финансовому капиталу, то
он был объявлен «временно», на один день (1 апреля 1933 г.) и больше
не возобновлялся.
В это же время торговые и промышленные предприятия, собствен¬
никами которых были евреи, стали лихорадочно перекрашиваться в \
«арийский» цвет: в директора и управляющие были приглашены чи¬
стокровные «арийцы» и даже национал-социалисты, а собственники
ушли с авансцены за кулисы.
Между тем в программе национал-социализма содержалось со¬
вершенно недвусмысленное обещание немедленно муниципализиро¬
вать универмаги и сдать их по частям единоличным торговцам и
ремесленникам.
Это обещание выполнено не было. Агитация «боевого союза сред¬
него сословия» против универмагов, в особенности «еврейских» уни¬
вермагов Тица, Карштадта, Вертгейма и др., теснейшим образом
связанных с крупной промышленностью и с главнейшими германски¬
ми и иностранными банками, вызвала беспокойство в рядах финансо¬
вой олигархии и решительное вмешательство с ее стороны. Их хозяй¬
ского окрика было достаточно, чтобы гитлеровское правительство,
'‘которое в начале своего существования потворствовало бойкоти-
стской кампании мелкой буржуазии против универмагов, сразу же
пошло на попятный.
Национал-социалистическая пресса забила отбой. Один из её
теоретических органов сообщает о том, как произошло это изменение
ПОЛИТИКИ;	■
«Руководящие промышленные круги обратились к министру хо¬
зяйства д-ру Гугенбергу с указанием, что немедленное запрещение
универмагов сильно повредит целому ряду отраслей промышленно -
84

сти»1. И хотя журнал не совсем согласен с мнением «руководящих
промышленных кругов», он считает, что их решению надо подчиниться.
«Считаясь с существующими в данный момент течениями в промышлен¬
ности, будет умнее не устранять совсем универсальные магазины, а
лишить их универсального характера и постепенно превратить в спе¬
циализированные магазины».
Однако успехи, достигнутые в направлении «специализации»
универмагов, оказались ничтожными. По сообщению П. Гилларда,
автора цитированной статьи, один универмаг в Гамбурге под давле¬
нием мелких торговцев согласился ликвидировать одно из своих от¬
делений, в котором продавались прохладительные напитки, один
универмаг во Франкфурте на Майне решил с 1 июля 1933 г. прекра¬
тить у себя продажу продовольствия и т. д.
Правительство закрепило эти «успехи» и законом от 15 июля
1933 г. запретило в универмагах торговлю напитками распивочно,
«если это не будет в ущерб прибыльности предприятия».
Распоряжением от 11 июля 1933 г. было запрещено создание са¬
мостоятельных ремесленных предприятий, непосредственно обслу¬
живающих клиентов универмагов (парикмахерских, мастерских по
починке часов и ювелирных вещей и т. д.). Этим и ограничилась
«борьба» фашистского правительства против универмагов.
Принимая эти меры, правительство в то же время на деле под¬
держивало универмаги. 7 июля 1933 г. заместитель Гитлера по пар¬
тийной линии — Гесс издал приказ о прекращении борьбы против
универмагов. Было заявлено, что нельзя закрывать универмаги, ибо
это вызовет усиление безработицы. Так как обороты германских
универмагов даже в 1932 г., в разгар кризиса, составили свыше 1100
млн. марок, а число служащих в них достигало 100 тыс., то «имперское
правительство, сохраняя свою принципиальную точку зрения, ре¬
шило в данный момент борьбу против универмагов прекратить».
Более того, некоторые универмаги получили правительственные
субсидии. Так крупнейшая фирма «Герман Тиц», дела которой осо¬
бенно пошатнулись под влиянием кризиса и еврейского бойкота
(владельцы фирмы—евреи), была «санирована», причем ей был предо¬
ставлен на особенно льготных условиях кредит в 14% млн. марок из
средств государственного «Акцептного банка»2.
Трудно себе,представить более позорное фиаско всей фашистской
демагогии по отношению к мелкой буржуазии, чем это предоставле¬
ние многомиллионного кредита фирме универмагов, пострадавшей
от еврейского бойкота, который был организован самим же гитлеров¬
ским правительством.
Ничего, кроме разочарования среди мелких торговцев и реме¬
сленников, такая Политика не могла вызвать. Обещание фашистов
расправиться с потребительскими кооперативами в угоду мелким
лавочникам тоже не было выполнено. Кооперативы решено сохранить.
Значение других мероприятий гитлеровского правительства по
1	«Die deutsche Volkswirtschaft» № 5, 1933 г.
2	Об этом официально сообщено в № 42 журнала «Der deutsche Volkswirt»
от 21 июля 1933 г.
85

сохранению «здорового среднего сословия» ничтожно. Они свелись
к запрещению открывать новые магазины, лавки и рестораны, к
льготам для мелких винокуренных заводов, к запрещению установки
новых машин на сигарных фабриках, благодаря чему создаются более
благоприятные условия для мелких фабрик и мастерских, выра¬
батывающих сигары ручным способом, к ассигнованию 2 млн. марок
(!) на субсидии нуждающимся ремесленникам и т. д.
Разочарование мелкой буржуазии особенно усилилось с ликви¬
дацией фашистами ее «боевых союзов» и приостановкой создания
«сословно-корпоративного строя».
Судьбы «сословного строя»
Возникновение «боевых союзов» мелкой буржуазии до и после
прихода гитлеровского правительства к власти проходило под ло¬
зунгом создания сословно-корпоративного государства. «Феодаль¬
ный социализм» (как его назвал Энгельс) германского мещанства
заключался в стремлении вернуться назад к средним векам, к эпохе
существования цехов и гильдий. Это была не просто романтическая
мечта, а желание людей, разоренных кризисом, неуверенных в зав¬
трашнем дне, вытесняемых крупным капиталом из свои-± позиций,
возродить спокойное и сытое существование, отсутствие конкуренции,
обеспеченную клиентуру и те прочные экономические организации,
которые когда-то, во времена пфедков, обеспечивали им это благо¬
получие.
Национал-социалистическая партия \в демагогических целях
всячески потворствовала этим мечтам о сословном строе. В первые
месяцы ее существования одна за другой создавались организации
мелкой буржуазии, ставившие себе целью защиту экономических
интересов своих членов, наподобие цехов и гильдий, стремившихся
превратиться в «корпорации» и подчинить современное крупнокапита¬
листическое государство своему влиянию. О том, как быстро созда¬
валась такая «сословная структура», сообщал с восторгом редактор
официального национал-социалистического журнала д-р Гунке. Он
писал: «3 мая 1933 г. было создано „имперское сословие германского
ремесла11, в котором объединились все имперские союзы специалистов,
все союзы ремесленников и все ремесленные палаты, объявив своим
патроном Адольфа Гитлера; 4 мая возникло „имперское сословие
германской торговли11, сплотив все до сих пор боровшиеся между собой
течения в германской торговле: розничную, оптовую и заморскую
торговлю, странствующих торговцев и объединение германских
владельцев гостиниц и ресторанов. В то же время началась перестрой¬
ка имперского союза германской промышленности. Еще за несколь¬
ко недель до этого все с.-х. организации сплотились под национал-
социалистическим руководством в единую корпорацию. Таким обра¬
зом сейчас заложены основы сословного хозяйства»1.
Однако организационное рвение мелкой буржуазии, ее стремление
использовать формы «сословий» для борьбы против крупных торго¬
1 «Die deutsche Volks wirtschaft» № 5, 1933.
86

вых и промышленных предприятий, для давления на правительствен¬
ный аппарат и для получения подрядов, поставок и пр. затрагивало
интересы крупного капитала. Финансовая олигархия произвела на¬
жим на послушных ей вождей фашизма и инспирировала поход против
организаций мелкой буржуазии.
Началось это с распоряжения Гитлера о приостановке перестройки
государства на сословной основе.
13 мая 1933 г. непосредственный представитель финансового
капитала, министр народного хозяйства Шмитт заявил 2:
«Сословная перестройка, которая конечно должна быть осущест¬
влена и отсутствие которой именно теперь ощущается очень болезнен¬
но, в настоящий момент приостановлена и отложена не потому, что
она не должна притти, а потому, что существовала опасность, как
бы целый ряд посторонних элементов не попытался производить эк¬
сперименты в этой области. Поэтому волею вождя является здесь
проведение сначала ясной линии и вступление на путь медленного
и здорового развития».
«Волею вождя» было здесь уничтожение всевозможных «боевых
союзов» .и других объединений мелкой буржуазии, которые своим
натиском и своими требованиями нарушали интересы крупного
капитала.
Это уничтожение было скоро проведено.
8 августа 1933 г. начальник штаба национал-социалистической
партии, он же вождь «рабочего фронта» Лей, издал приказ, в
котором «с согласия вождя» (т. е. Гитлера) объявлялось о роспуске
«боевого союза самодеятельного среднего сословия», так как, мол,
с приходом к власти национал-социалистического правительства цель
боевого» союза считается достигнутой. И так как новые задачи,
стоящие перед средним сословием, состоят в «воспитании германского
человека в духе национал-социалистического мировоззрения, на¬
ционал-социалистического хозяйственного мышления и хозяйствен¬
ного поведения, а также во взаимной помощи в деле создания смены
вождей для торговли, ремесла и кустарных промыслов», то распускае¬
мый «боевой союз» должен распасться на партийную национал-социа¬
листическую организацию торговли, кустарных промыслов и ремесла,
с одной стороны, и на беспартийный «союз ремесленников, торговцев
и кустарей», входящий в «рабочий фронт»—с другой. Обе организации
были однако непосредственно подчинены руководству национал-
социалистов и поставлены под начальство одного вождя—д-ра Рен-
тельна. Дальнейший прием членов в эту партийную организацию был
прекращен.
На. первый взгляд могло показаться, будто дело идет только об
организационной перестройке. Но фактически «боевой союз» ремес¬
ленников, кустарей и торговцев был уничтожен 8 августа, как
были уничтожены профсоюзы 2 мая, и ничего
на его место создано не бы л о. Дело в том, что «боевой
союз» ставил себе целью защиту экономических интересов и требо¬
ваний мелкой буржуазии. Эти требования сводились, как мы уже
1 «Франкфуртер цейтунг» от 14 июля 1933 г.
87

говорили, к созданию цехов и гильдий, обеспечивающих хозяйствен¬
ную самостоятельность и безбедное существование своих членов, и к
облеченной в антисемистскую форму борьбе против засилья крупно¬
капиталистических монополий в торговле, промышленности и в бан¬
ковском деле. Требования эти были реакционны и утопичны, но они
выражали определенные экономические интересы и наполняли дея¬
тельность «боевого союза» известным содержанием.
Роспуск «боевого союза» означал прежде всего лишение мелкой
буржуазии права защищать эти интересы. Гитлеровское правитель¬
ство заявило, что отныне защиту интересов ремесленников, кустарей
и мелких торговцев оно берет на себя и никому не позволит в это дело
вмешиваться.
А вновь созданные организации—партийная и «беспартийный»
союз ремесленников и торговцев должны будут посвятить себя
исключительно воспитательным и агитационно-пропагандистским за¬
дачам. Об этом совершенно недвусмысленно заявил 15 августа 1933 г.
на собрании бывших окружных руководителей «боевого союза само¬
деятельного среднего сословия» вновь назначенный вождь Рен-
тельн: «Существовавшие до сих пор цели боевого союза среднего
сословия, который наряду с обучением и воспитанием стремился
также к достижению экономических успехов для среднего сословия,
ныне отменены и теперь концентрируются на воспитании среднего
сословия в духе вождя Адольфа Гитлера»1.
Это заявление означает, что классовая организация мелкой бур¬
жуазии была уничтожена германским фашизмом, как только ее
деятельность стала задевать интересы финансового капитала.
17 мая 1934 г. было объявлено о новой структуре ремесленных
объединений, в которой должна воплотиться «сословная организа¬
ция германского ремесла».
Создаются цехи и окружные ремесленные управы. При этом под¬
черкивается, что цех отныне вовсе не будет являться «односторонним
представительством интересов ремесленных мастеров». В нем в при¬
нудительном порядке будут объединены все мастера, подмастерья
и торговые служащие ремесленных мастерских. Защищать эконо¬
мические интересы своих членов эти ремесленные организации
не будут. Они будут заниматься лишь политико-воспитательной
работой в духе национал-социализма, обучением своих членов
ремеслу, экзаменами и выдачей дипломов на мастера и подма¬
стерье и т. п.
Таким образом создается организация с тысячами должностей для
ищущих теплых местечек национал-социалистических «вождей»,
организация^ по своей форме как будто похожая на те средневеко¬
вые цехи и гильдии, о которых мечтают германские ремесленники,
но по существу лишенная конкретного содержания.	'
Сословный строй, о котором так много писали и говорили нацио¬
нал-социалисты, проделал за короткий период фашистской диктатуры
чрезвычайно любопытную эволюцию, бросающую яркий свет на клас-
1 «Фелькишер беобахтер» от 16 августа 1933 г.
8<

совую сущность германского фашизма. После первого периода
«штурма и натиска», когда сословные организации росли, как грибы,
начался своеобразный отбор. «Сословные» организации крупных
предпринимателей—как например «имперское сословие германской
промышленности», находящееся под руководством финансовой оли¬
гархии, не только упрочили свое существование, но и сплелись с
такими чисто правительственными органами, как Генеральный совет
хозяйства. Созданные при министерстве народного хозяйства 13
хозяйственных групп, возглавляемых магнатами промышленности,
торговли и банков, хотя и охватывают мелкую промышленность,
ремесло и торговлю, но держат их в подчиненном положении. Вся
эта «сословно-корпоративная» структура крупного капитала должна
по точному смыслу фашистских законов и распоряжений служить
защите «экономических», т. е. классовых интересов своих членов. В
законе от 27 февраля 1934 г. о «хозяйственных группах» прямо гово¬
рится о том, что входящие в эти группы союзы предпринимателей и
объединения этих союзов занимаются, «защитой экономических
интересов предпринимателей и предприятий».
Эти организации являют нам совершенно исключительный по сво¬
ей яркости пример сращения финансового капи¬
тала с фашистским государством.
«Сословие народного питания», руководство которым находится
в руках юнкерства и кулаков и которое подчиняет все сельское хо¬
зяйство целям подготовки к войне, также обладает «экономическими»
функциями.
В то же время «рабочий фронт», «сословная» организация, которая
должна объединять рабочих и служащих, совершенно лишен права
не только защищать экономические нужды своих членов, но даже
выяснять их. Его Цели исключительно «моральные» и «партийно¬
воспитательные».
Так же обстоит дело и с организациями мелкой буржуазии—они
тоже лишены всякого экономического содержания.
Вот в этом-то й заключался истинный смысл, вкладываемый фа¬
шистами в их сословный строй. Заявляя, что в сословиях сливаются
все классы и уничтожается классовая борьба, они предоставили «со¬
словию» крупных предпринимателей право защищать свои классовые
интересы, а «сословия» рабочих, служащих и. мелкой буржуазии
этого права лишили. И теперь, после того как эта эволюция «сослов¬
ного строя» проделана, фашисты заявляют, что стремления мелкой
буржуазии к созданию средневековых корпораций, те самые стремле¬
ния, которые они всячески поощряли и раздували,-—одни лишь пу¬
стые мечтания. «Долой сословную романтику!»—восклицает один из
таких фашистских писателей, Вильгельм Рессле. «Сословная струк¬
тура, повидимому, вовсе не создается так естественно и самопроиз¬
вольно, как это должно было бы соответствовать романтическому
представлению»,—заявляет он. «Можно припомнить короткий, но
волнующий период «унификации» после перехода власти к национал-
социалистам. Тогда каждый союз заинтересованных лиц конституи¬
ровался как «сословие», и какое-нибудь объединение кролиководов
открывало в себе «сословный характер». Одного кивка национал-
89 '
социалистического государства было достаточно, чтобы сразу же
положить конец этим призракам»1.
Однако рушились не только мечты мелкой буржуазии о сословром
строе, рушились и ее надежды на то, что гитлеровское правитель¬
ство, оказавшись у власти, поведет борьбу против капиталистических
монополий в защиту мелких единоличных предцринимателей. Эти
надежды и их крушение очень выпукло выражены в брошюре Ру¬
дольфа Отт, защитника интересов мелкого предпринимательства.
Ему приходится с грустью констатировать: «Надежда широких кру¬
гов на то, что правительство примется основательно за картели и
концерны с целью уничтожения этих объединений, как это ожидалось
после программных заявлений бывшего статс-секретаря д-ра Банга, в
настоящее время конечно не исполняется». Несколькими строками
дальше, говоря о законе 15 июля 1933 г. о принудительном картели¬
ровании, Р. Отт указывает, что этот закон «изображался как начало
выполнения правительственной программы, которая разрушила
надежды свободного хозяйства на то, что наступят времена освобо¬
ждения от синдикатов»2.
В книге, изданной в конце 1933 г. в условиях фашистского тер¬
рора и свирепой цензуры, трудно яснее изобразить разочарование
средней и мелкой буржуазии, в особенности мелких хозяйчиков и
торговцев, в экономической политике гитлеровского правительства.
При этом «антикапиталистические» требования мелкой буржуазии,
организованной в «боевые союзы» и тесно связанной со штурмовыми
отрядами, в которых большой процент составляли сыновья лавочни¬
ков, ремесленников и чиновников вперемешку с рабочей молодежью,
безработными и деклассированными люмпен-пролетарскими элемен¬
тами, становились все более и более назойливыми и неприятными для
правительства, озабоченного прежде всего соблюдением интересов
финансового капитала. Чтобы остановить натиск мелкой буржуазии
и пролетарских элементов, правительство Гитлера стало увеличивать
и укреплять «охранные дружины», состоящие,как мы уже указывали,
из выходцев из средней и крупной буржуазии, из дворянских сынков,
из бывших кадровых офицеров императорской армии и т. д. Когда
«охранные дружины» оказались достаточно внушительной силой,
гитлеровское правительство стало ими пользоваться в качестве
отрядов политической полиции против слишком требовательных и
радикально настроенных штурмовиков. Первая волна арестов и
расстрелов штурмовиков прокатилась летом 1933 г. В еще большем
масштабе она прокатилась вновь в начале июля 1934 г.
Расправой с вооруженными отрядами городской мелкой буржуа¬
зии фашистские правители создали для себя возможность положить
предел ее требованиям и своеволию. Это делалось в интересах финан¬
сового капитала, по требованию его представителей.
"Wilhelm Rossie, Standestaat und politischer Staat, «Die Tat» за май
1934 г.
2 Ru do 1 f Ott, Die Stellung des Konzern-und Kartellwesens im nationa-
len Staat, Berlin 1933, S. 39.

ГЛАВА VI
ФИНАНСЫ «ТРЕТЬЕЙ ИМПЕРИИ»
Динамика доходов
Характеристика экономической политики германского фашизма
была бы неполной, если бы мы не остановились хотя бы вкратце на
с'остоянии германских финансов. В финансовой политике, этом мощ¬
ном рычаге перераспределения присваиваемой капиталистическим
государством части общественного продукта, как в зеркале отражает¬
ся классовая сущность государства, борьба и перевес различных
групп буржуазии, стоящих у «кормила правления».
Как же отразилось на доходах различных классов существование
открытой фашистской диктатуры в Германии? Об этом можно судить
на основании данных о поступлении различных видов црямых нало¬
гов за 1933/34 бюджетный год. Ставки обложения за этот период
времени почти не изменились, и поэтому поступления прямых налогов
отражают более или менее точно динамику доходов различных клас¬
сов с 1 апреля 1933г. по 31 марта 1934 г., т. е. в течение первого года
фашистского режима. Опубликованные во втором майском выпуске
за 1934 г. официального статистического журнала «Виртшафт унд
статистик», они имеют следующий вид (см. табл, на стр. 92):
Мы видим совершенно исключительный рост поступлений от нало¬
га на членов советов акционерных обществ и на доходы самих акцио¬
нерных обществ. Экономическая политика германского фашизма,
направленная на всемерную защиту интересов финансового капитала,
нашла в этом росте доходов крупной буржуазии и монополистических
объединений яркое выражение. В то же время доходы средней и мел¬
кой буржуазии, поскольку они отражаются в поступлениях от подо¬
ходного налога, снизились. Уменьшились и доходы рабочих и
служащих. Хотя фашизированный £татистический журнал и огова¬
ривает,* что поступление от налога на зарплату не совсем точно от¬
ражает динамику дохода пролетариата, так как в законе установлен
необлагаемый минимум зарплаты в размере 100 марок в месяц и таким
образом увеличение или уменьшение доходов наименее оплачиваемой
части рабочих не оказывает влияния на сумму поступающего налога,
хотя журнал сообщает даже, что общая сумма зарплаты повысилась
за год на 1,2%,—но он умалчивает о двух чрезвычайно важных
обстоятельствах: 1) о том, что цены на предметы потребления рабочих
91

Фактиче¬
ские по¬
ступления
с 1/1V 1933
по 31/Ш
1934 г.
Предполо¬
женная к
поступле¬
нию сумма
с VIV
1933	по
31/Ш
1934	г.
Фактиче¬
ское по¬
ступление
за тот же
период
прошлого
года
Изменение
по сравне¬
нию с
прошлым
годом
(В %)
в миллионах марок
Налог на вознагражде-
ние членов наблюда¬
тельных советов акцио¬
нерных обществ ....
4,8
2,0
2,0
240,0
Налог на доходы акцио-
нерных обществ ....
210,0
100,0.
105,8
198,5
Налог на дивиденды . .
Подоходный налог (глав-
42,8
40,0
40,9
104,6
ный контингент пла¬
тельщиков — самостоя¬
тельные предпринима¬
тели и высшие служа-
щие) .

Налог на зарплату (глав¬
ный контингент пла¬
тельщиков—рабочие и
низшие служащие) ' . .
520,1
500,0
543,2
95,7
730,1
750,0
748,5
97,5
значительно поднялись и 2) что количество занятых рабочих воз¬
росло за год на 1,3 млн. чел., т. е. на 16%, Зарплата рабочих и служа¬
щих таким образом значительно понизилась. Это констатирует при
анализе приведенных нами цифр налоговых поступлений буржуаз¬
ный экономист Иоахим Ганиэль в либеральном журнале «Дас нейе
тагебух» от 16 июня 1934 г. (издаваемом в Париже). Он пишет, что
«хотя число работающих возросло на несколько миллионов, общая
сумма их заработков, превышающих установленный законом мини¬
мум, даже уменьшилась». Так обстоит дело на практике с «поддержа¬
нием уровня зарплаты», которое обещал Гитлер год назад.
Об уменьшении доходов пролетариата и мелкой буржуазии свиде¬
тельствуют данные о поступлениях не только прямых, но и косвен¬
ных налогов. В том же втором майском, выпуске «Виртшафт унд ста¬
тистик» приведены сведения о фактических поступлениях по косвен¬
ным налогам за 1933/34 г. Оказывается, что налог на табак дал
поступлений на 2 У2% меньше, чем в прошлом году, налог на сахар—
на 2,3% меньше, налог на циво—на 7,2% меньше, а налог на соль,
наиболее отчетливо отражающий динамику потребления, дал на
13,8% меньше прошлогодней суммы. Налицо несомненное и весьма
осязательное сокращение потребления. При этом надо отметить, что
это сокращение потребления все возрастает. В еженедельном обзоре
Германского конъюнктурного института (вполне фашизированного)
приведены данные об оборотах розничной торговли за апрель 1934 г.
Эти данные рисуют следующую картину:
92

Индексы оборотов розпичной торговли
Апрель
1933 г.
Апрель
1934 г.
Розничная торговля в целом (1928г.—100)

66,7
61,1
Пищевкусовые товары

68,4
62,1
Обороты универмагов (1931 г,—100)

73,7
67,1
Обороты универмагов по пищевкусовым товарам . . .
67,3
49.4
75.4
»	по продаже одежды

77,7
»	по прочим товарам

70,0
60,3
Обороты розничных магазинов (1928 г. = 100) по пищевым
—
—
продуктам и колониальным товарам

Обороты смешанных магазинов (преимущественно
65,9
61,0
торгующих пищевыми продуктами)

75,3
73,7
Обороты магазинов мужского и детского платья . . .
75,5
72,9
Обороты обувных магазинов

68,0
59,8
Если снижение оборотов универмагов, особенно их пищевых от¬
делений, еще можно отнести отчасти за счет всяких негласных мер
давления, оказываемого мелкой буржуазией на потребителей, с тем
чтобы они избегали покупать в «чуждых северному духу» (как пи¬
сала газета «Ангриф») универмагах, то обороты розничных , магази¬
нов свидетельствуют с неопровержимой силой о значительном сни¬
жении потребления германского населения, об ускорении и углуб¬
лении процесса обнищания трудящихся масс.
Картина перераспределения доходов различных классов под влия¬
нием фашистской диктатуры в Германии обрисовывается с достаточ¬
ной рельефностью приведенными официальными данными. Эту кар¬
тину надо еще дополнить сведениями о прямом субсидировании фаши¬
стским правительством крупнейших, монополистических предприя¬
тий за счет собираемых с налогоплательщиков средств.
Характерной чертой всей послевоенной эпохи в Германии (как
и в других странах) является то, что государственная казна стано¬
вится все больше и больше источником субсидирования промышлен¬
ников, банков и аграриев. Собираемые с налогоплательщиков, в
подавляющем большинстве с трудящихся масс, средства идут во все
большей мере на поддержку всевозможных крупных предприятий.
В годы острого экономического кризиса, когда стали рушиться
одно за другим крупнейшие монополистические предприятия, госу¬
дарственные субсидии достигли громадных размеров и приняли
самые разнообразные формы: кредитов, прямых подачек, покупки
целых портфелей акций обанкротившихся промышленных и банков¬
ских предприятий, правительственной гарантии выпускаемых ими
займов. Были приспособлены или вновь созданы специальные инсти¬
туты для выдачи субсидий (Акцептный банк, Золотой и дисконтный
банк). За время до конца 1932 г., т. е. незадолго до прихода Гитлера
к власти, сменявшими друг друга правительствами от «веймарской
коалиции» н до фон Шлейхера включительно были розданы миллиар¬
ды марок в виде субсидий промышленным предприятиям (достаточно
93

вспомнить купленное казной за 60 млн. марок «Гельзенкирхенское
горнозаводское акционерное общество» для спасения Стального тре¬
ста, или колоссальную субсидию акционерному обществу «Нордвол-
ле» и т. д.), были розданы сотни миллионов марок пострадавшим от
кризиса аграриям через посредство «Восточной помощи» и других
учреждений. В последнее время в материалах учрежденной гитлеров¬
ским правательством комиссии по реформе банковского дела приве¬
дены данные о субсидиях, выданных частным банкам за время до
конца 1932 г. Оказывается, что частные германские банки получили
субсидии от казны в виде1:
Обязательства государственного казначейства на сумму в 856,1 млн. марок
Других казенных средств	»	»	»	37,0	»	>>
Правительственных гарантий на сумму	  614,5	млн.	марок
Покупки акций предприятий, «санируемых» государством . 234,0	»	»
Покупки акций Золотым и дисконтным банком	  176,6	»	»•
Таким образом сумма одних только подсчитанных в Рейхсбанке
субсидий частным банкам составила свыше 1 900 млн. марок. А
сколько субсидий прошло по другим скрытым каналам государствен¬
ного аппарата?
Правительство Гитлера, придя к власти, не только продолжало,
но и еще усилило эту систему субсидирования промышленности,
банков, торговли и крупного сельского хозяйства. Мы уже указывали
на то, какие размеры приняла при нем «Восточная помощь», мы ука¬
зывали на хозяйничанье Тиссена и использование казенных средств
при «реорганизации» Стального треста, мы упоминали о субсидии
владельцам универмагов Герман Тиц. Но все это только отдельные
проявления этой политики. Фактически субсидии текут широким и
непрерывным потоком в карманы финансовой олигархии.
Кроме непосредственных субсидий, огромные подачки из государ¬
ственной казны даются окольным путем. Так правительство фон
Папена «в целях оживления хозяйства» ввело для предпринимателей
скидку с налогов в случае, если предприниматели будут расширять
свои фабрики, заводы и пр. или нанимать добавочных рабочих. Вла¬
дельцам промышленных, торговых и с.-х. предприятий были розданы
«свидетельства о скидке с налогов» на колоссальную сумму в 1500 млн.
марок. Эти свидетельства должны вноситься в казну вместо уплаты
части причитающихся с предприятий налогов. Таким путем налоги
должны погашаться в течение 4 лет. В одном только 1934/35 бюд¬
жетном году таких свидетельств должно быть зачтено на 285 млн.
марок.
Правительство Гитлера приступило кроме того к грандиозному
субсидированию крупнокапиталистических предприятий посредством
раздачи заказов и подрядов от лица правительственных и коммуналь¬
ных учреждений в порядке выполнения общественных работ. Для
этой цели им было в разное время ассигновано 3,5 млрд, марок, а
затем в 1934 г. к «весенней битве безработицей» было добавлено
около 700 млн. марок.
1 Данные взяты из второго тома трудов банковской комиссии, озаглавлен¬
ных «Untersuchung desBankwesens», Berlin 1933, Carl Heymanns Verlag, S. 88.
94

Все эти суммы распределяются главным образом между предприя¬
тиями, выполняющими подряды и поставки для организаций, зани¬
мающихся «созданием работ». Фактически подавляющее большин¬
ство этих работ связано с подготовкой Германии к войне. Недаром,
как сообщает «Таймс» от 31 марта 1934 г., предприятия Круппа, в
связи с полученными заказами от организаций по созданию работ,
затратили 24 млн. марок на переоборудование и расширение своих
цехов. В цементной промышленности царит особенное оживление-
в связи с огромными поставками цемента на бетонирование стратеги¬
ческих авто-страд и на военные бетонные сооружения.
Раздаются огромные заказы и непосредственно на усиление
армии, флота; воздушного флота, на снаряжение и обмундирование
штурмовых отрядов, охранных дружин, полиции и т. д.
Гитлеровское правительство, представляющее интересы наиболее
реакционных и наиболее шовинистических кругов финансового капи¬
тала, делает огромные усилия в области подготовки к войне. Усиление
вооружений Германии началось еще до прихода к власти Гитлера,—
при Папене и Шлейхере. Но при Гитлере оно приобрело совершенно
исключительные размеры и темпы. Германия вышла в ноябре 1933 г.
из Лиги наций, чтобы иметь возможность беспрепятственно проводить
свою политику вооружения. В результате 19-месячной работы по
реорганизации и усилению своих вооруженных сил Германия рас¬
полагает в настоящее время регулярной армией (рейхсвер) в коли¬
честве около 300 тыс. превосходно обученных солдат (не считая резер¬
вов и военизированной полиции) вместо 100 тыс. разрешенных Гер¬
мании по Версальскому договору. В смысле технического оснащения
рейхсвер стоит на очень большой высоте. По далеко неполным
данным он обладает 10 тыс. пулеметов, 1 тыс. орудий, 1 тыс. само¬
летов, 300 танками, моторизованными и механизированными частями
и т. д. Для «большой войны» этого еще недостаточно. И теперь все
усилия военного руководства направлены в сторону быстрейшей
механизации и моторизации, в сторону увеличения в несколько раа
числа танков и самолетов. Германские специалисты усиленно рабо¬
тают над созданием сверхмощных и сверхскоростных самолетов (осо¬
бенно бомбовозов), дальнобойных орудий, отравляющих веществ,,
бактериологических средств войны и т. д.
Германское правительство тратит огромные средства на военные
заказы и на субсидирование военно-промышленных предприятий-
Помимо субсидий и раздачи заказов, гитлеровское правительство
с еще большей откровенностью, чем все его предшественники, осво¬
бождает крупную буржуазию от налогов. Отменены или значительно
уменьшены налоги на автомобили, на недвижимость в сельских мест¬
ностях, на вновь строящиеся дома, снижен налог с оборота, значитель¬
но уменьшены ставки прямого налога на буржуазию—подоходного.
При режиме открытой фашистской диктатуры перед нами развер¬
тывается невиданная картина миллиардных субсидий, заказов и
льгот, сыплющихся в карманы финансовой олигархии из казенного
мешка.
Финансовое положение «Третьей империи» определяется главным
образом тремя факторами: 1) колоссальными затратами на под¬
95

держку монополистического капитала, 2) столь же огромными рас¬
ходами на подготовку к войне и 3) потребностью содержания неимо¬
верно разросшегося аппарата фашистской диктатуры. Эти факторы
конечно переплетаются друг с другом и находятся в постоянном
взаимодействии.
Бюджет
Некоторое представление о том, какое воздействие оказывают
эти факторы на германские финансы, можно получить при рассмотре¬
нии государственного бюджета на 1934.35 г.
Бюджет сведен в сумме 6458 млн. марок—на 531 млн. марок
больше, чем в 1933/34 г. При этом главная доля увеличения падает
на расходы по армии и военному флоту.
Рост военных расходов виден из следующей таблицы1:
В млн. марок
Увеличение
По бюд¬
жету
1933/34 г.
По бюд¬
жету
1934/35 г.
В млн.
марок
в %
Армия

472
647
175
37
Флот

183
233
50
27
Военная авиация

78
210
132
169
Всего

733
1090
357
49
Особенно надо отметить исключительный рост расходов на воен¬
ную авиацию: с 78 млн. марок они увеличились до 210 млн.
Уже эти прямые издержки на военные нужды достаточно характе¬
ризуют структуру германского бюджета при правительстве Гитлера.
Они свидетельствуют об основной установке германского фашизма
на увеличение своих вооружений, на усиленную подготовку к войне.
Прямыми военными статьями не исчерпываются однако ассигно¬
вания на военные нужды. Эти ассигнования содержатся в скрытом
виде в статьях самых разнообразных ведомств. Разве не являются
военными издержками те значительные расходы по ведомству «народ¬
ного просвещения», которые предназначены на военный инструктаж
студентов и школьников, на учрежденные во всех высших учебных
заведениях специальные кафедры «науки об обороне»? Разве не долж¬
ны быть отнесены к военным издержкам колоссальные средства, иду¬
щие на субсидирование шовинистической пропаганды, на издание
всевозможных пособий по «полевому спорту» и т. п.? Так называемая
1 Таблица приведена в июньской книжке итальянского журнала «Rassegna
Italiana» за 1934 г. В германской печати военные статьи расходного бюджета
почти нигде (за исключением «Фоссише цейтунг» накануне ее закрытия) не были
опубликованы.
96

«строительная деятельность», проходящая по сметам различных
ведомств, включает целый ряд военных объектов. Общая смета таких
строительных работ составляет 660 млн. марок.
Кроме всех этих замаскированных и «невидимых» расходов на
военные нужды в бюджете на 1934/35 г. впервые открыто фигури¬
рует специальная статья—расходы на содержание и обмундирова¬
ние штурмовых отрядов. Расходы эти показаны скромной цифрой в
250 млн. марок. Но здесь важна принципиальная установка: с вклю¬
чением этой статьи в официальный бюджет правительство открыто
признает, что штурмовые отряды и охранные дружины находятся на
содержании у государства.
Фактически содержание вооруженных фашистских дружин обхо¬
дится гораздо дороже. Шведская газета «Сосиаль-демократен» в но¬
мере от 26 марта 1934 г. попыталась на основании сведений, сообщен¬
ных в журнале германских штурмовиков, подсчитать, каковы дол¬
жны быть расходы на штурмовые отряды и охранные дружины.
Исходя из установленного количества боевых единиц и из расходов'
на каждого штурмовика, «Сосиаль-демократен» вычислил, что в те¬
чение 1933 г. на штурмовые отряды было израсходовано 1153,6
млн. марок, причем из одних только государственных средств по¬
требовалось выдать 891,6 млн. марок. Так дело обстояло с факти¬
ческими издержками на штурмовые отряды в 1933 г. Ясно, что
в 1934 г. после реорганизации штурмовых отрядов и превращения
их в военные резервы первой очереди, при улучшении вооружения,
их военно-инженерных, воздухоплавательных, механизированных
и моторизованных частей и общего снабжения эти расходы могут
только возрасти, а не уменьшиться.
Расходы на полицию, которая в Германии целиком милитаризова¬
на и представляет собой фактически часть армии, намечены на
1934/35 г. в сумме в 190 млн. марок.
Таков в самых общих чертах характер военной части бюджета.
Интересно отметить, что рост расходов на военные нужды отча¬
сти компенсируется сокращением ассигнований на помощь безработ¬
ным. Расходы на пособия безработным были сокращены с приходом
Гитлера к власти. Цифры ассигнований по имперскому бюджету на
пособия безработным за последние годы изменялись следующим
образом1 (в млн. марок):
В 1930 г

» 1931 г

» 1932 г

» 1933 г. .....

1007,0
1098,0
944,0
520,7
Таким образом в первом же году фашистского режима имперское
ассигнование на пособия безработным снизилось почти наполовину.
По бюджету на 1934 г. размеры этого ассигнования были уменьшены
еще почти на 300 млн. марок.
Гитлеровское правительство для обоснования такого сокращения
пособий по безработице ссылается на уменьшение числа безработных
1 Finanzieller LTberblick fiber den Reichshaushaltsplan 1933. Приложение № 14.
7 Я. E. Сегалл.
97

с 6 до 3 млн. Но на действительное положение рабочего класса при
фашистском режиме бросает свет тот факт, что, несмотря на увели¬
чение числа занятых рабочих к началу 1934 г. на 1,3 млн. чел., пред¬
полагаемый доход от налога на зарплату, ставки которого не изме¬
нились, оставлен на 1934/35 г. в прежнем размере— 750 млн. марок.
Этим самым правительство Гитлера признает, что уровень заработной;
платы понизился. Зато предполагается значительное увеличение по¬
ступлений от налога с оборота (1700 млн. марок вместо 1500 млн.)..
Это значит, что в связи с ростом военных заказов и некоторым улуч¬
шением хозяйственной конъюнктуры правительство ожидает увели¬
чения обороту промышленных и торговых предприятий. Поступле¬
ния по подоходному налогу снижены с 1290 млн. до 1275 млн. марок
в связи со снижением ставок этого налога на буржуазию.
Бюджет 1934/35 г. содержит огромный официально признанный
дефицит в 1800 млн. марок, унаследованный от прошлого года.
Фактическое исполнение бюджета в 1934/35 г. значительно увели¬
чит этот дефицит, в этом не может быть никакого сомнения.
На пути к финансовому краху
Тут мы подходим к чрезвычайно важному вопросу о внебюд¬
жетных расходах германского правительства.
Колоссальное несоответствие между расходами по субсидирова¬
нию промышленности, банков, торговых и с.-х. предприятий в со¬
единении с возросшими издержками на содержание гипертрофирован¬
ного чиновничье-полицейского аппарата и между доходами, которые-
под влиянием кризиса и обнищания масс имеют тенденцию к сокра-г
щению, делает германский бюджет дефицитным на протяжении ряда
лет.
Правительство Гитлера, несмотря на это лавинообразное возра¬
стание дефицита, с самого прихода своего к власти не-только продол¬
жало ту же политику, но и стало выполнять обширную программу
подготовки к войне, еще больше увеличило правительственный ап¬
парат и взяло на казенное содержание целую армию штурмовиков.
Для этого правительство прибегло к финансированию четы¬
рехмиллиардного плана «создания работ» в так называемом «вне¬
бюджетном» порядке.
Сущность внебюджетного финансирования состоит в том, что1
государственные и муниципальные учреждения, занятые «создани¬
ем работ», выдают своим контрагентам—подрядчикам и поставщи¬
кам—трехмесячные векселя. Эти векселя учитываются особыми со¬
зданными государством банками с правом переучета их в Рейхсбанке.
Переучитывая эти по сути дела дутые векселя, Рейхсбанк выдает
вместо них казначейские обязательства или свои банкноты. По све¬
дениям журнала «Дер дейче экономист» от 30 марта 1934 г., из выдан¬
ных к тому времени векселей на полтора миллиарда—около 500 млн.
уже вернулось для переучета в Рейхсбанк, остальные же задержались
в других банках. В журнале сообщается, что всего находилось в
обращении краткосрочных обязательств казначейства на 2240 млн.
марок.
98

Такой способ внебюджетного финансирования ведет к тому, что
четырехмиллиардное ассигнование на «создание работ» вызовет вы¬
пуск в обращение краткосрочных обязательств государственного
казначейства на эту сумму. Этот долг вместе с прошлым двухмил¬
лиардным дефицитом составит в общем колоссальный дефицит в
6 млрд, марок, который гитлеровское правительство надеется погасить
в течение 5 лет, рассчитывая на увеличение государственных доходов
в результате хозяйственного оживления.
Надежды эти по меньшей мере необоснованы. Политика «внебюд¬
жетного финансирования» Вместе с огромными непроизводительными
расходами по бюджету влечет фашистскую Германию к финансовому
краху.	'
Непрерывное увеличение суммы выпускаемых казначейских обя¬
зательств ставит все острее вопрос об оплате их банкнотами. Послед¬
ним прибежищем гитлеровской диктатуры являемся печатный станок,
ибо на долгосрочные внутренние и внешние займы рассчитывать
при существующих условиях невозможно. Это должен был признать
не кто иной, как председатель Рейхсбанка Яльмар Шахт, заявивший
в своей речи 6 сентября 1933 г.:
«Рейхсбанк с его печатным станком является в настоящее время
единственным действительно находящимся в нашем распоряжении
резервом кредитной системы германского хозяйства»1.
Деред фашистской диктатурой во весь рост встает перспектива
бумажно-денежной инфляции. Это—грозная перспектива, ибо ин-
' фляция выбьет из-под ног правительства и без того колеблющуюся
социальную опору в лице мелкой буржуазии.
Но если внутреннее банкротство еще только Нарастает и нахо¬
дится пока в скрытом состоянии, то внешнее банкротство фашистской
Германии уже налицо.
В 1931 г. в результате сильного обострения экономического кри¬
зиса Германия оказалась не в состоянии вносить репарационные пла-.
тежи. По инициативе американского правительства был объявлен на
год мораторий, так называемый «мораторий Гувера», по этим плате¬
жам. В 1932 г. Лозаннская конференция репарационных кредиторов
отсрочила уплату платежей до 1935 г., обязав Германию уплатить,
начиная с 1935 г., в течение 12 лет 3 млрд, марок в окончательное
погашение репараций. Эти; решения остались нератифицированными.
Но помимо репараций у Германии осталась огромная задолженность
по частным обязательствам и по «коммерциализированным» займам
Дауэса йЮнга. Платежи пб этой задолженности производились глав¬
ным образом за сйет активного торгового баланса, основанного на
форсировании экспорта.	1
С приходом к власти правительства отдфытой фашистской дикта¬
туры началась усиленная подготовка к войне и связанное с этим
увеличение импорта военного сырья—-железной, руды, цветных ме¬
таллов, хлопка, шерсти.	,
О том, каких огромных-размеров достиг в апреле 1934 г. ввоз сырья.
непосредственно идущего на вооружение и снаряжение, roBo^pqxSjtffi
1 UnterSucliung des Bankwesens, 1933, В. I,;,

Дующие официальные данные, собранные в «Дас нейе тагебух» от
23 июня 1934 г.
Ввоз металлов в Гер¬
манию (в тоннах)
Апрель 1934 г.
Среднеме¬
сячные
данные за
1932 г.
Среднеме¬
сячные
данные за
апрель-
июнь
1933 г.
Чугун

14 283
35 264
75 974
Железная руда

287 633
352 859
731 551
Медь

14 597
16 547
30 368
Свинец

4 221
3177
9 640
Цинк

8 482
7 332
19 987
Никель

194
365
Среднемесячная
цифра за январь—
март 1934 г.—636 т
Марганцевая руда

8 898
Ввоз npoi
10 169
гего сырья
Апрель 1934 г.—
54 969 т
Шерсть	  j	. . .
15 004
19 396
28 356
' Хлопок

35 394
38 413
44 968
Лен, конопля, джут ....
13 844
14 657
23 128
Кожи .

9 756
10 940
12 401
Каучук

4 181
4 993
7 495
Ввоз металлов, особенно тех из них, которые главным образом
идут на военные цели, принял исключительные размеры. Например
ввоз марганцевой руды увеличился по сравнению с 1932 г. 6 шесть
раз. Это свидетельствует о том, что в Германии созданы огромные
военные запасы сырья.
В то же время экспорт из Германии начал снижаться под влиянием
наметившихся тенденций к автаркии. Эти тенденции, выразившиеся
прежде всего в резком увеличении ввозных пощлинна с.-х. продукты,
в контингентировании и усилении всяких других препятствий к
ввозу, вызвали ответные мероприятия со стороны ряда стран, являв¬
шихся одновременно и экспортерами в Германиию и потребителями
германских товаров. Кроме того в направлении сжатия германского
экспорта влияло и продолжающееся падение оборотов мировой тор¬
говли вообще, и то обстоятельство, что германская марка была «доро¬
гой валютой», ибо продолжала формально поддерживаться на уровне
«золотого паритета», хотя давно потеряла всякую реальную связь с
золотом.
Увеличение импорта и сокращение экспорта привели к тому, что
активность торгового баланса стала быстро сокращаться и с начала
1934г. сменилась его пассивностью. В январе 1934 г. впервые с 1930 г.
торговый баланс дал пассивное сальдо в 22 млн. марок, в феврале—
100

35 млн., в марте получилось ничтожное активное сальдо в 3 млн., а
в апреле пассивность торгового баланса дала рекордную цифру в
82 млн. марок, в мае пассивное сальдо торгового баланса составило
42 млн., в июне—38 млн. марок, в июле—42 млн. марок, в августе—
9 млн. марок.
Динамика германского торгового баланса дана в следующей
таблицех:
Торговый баланс Германии
(в млн. марок)
Ввоз
Вывоз
Сальдо
В
среднем
за месяц
1929 г.
) :
1121
1124
+ 3
»
»
» »
1930 г.
866
1003
+ 137
»
»
» »
1931 г.
561
800
+239
»
»
» »
1932 г.
389
478
+ 89
»
»
» »
1933 г.
350
406
+ 56
»
»
» »
1934 г.
(за 6 мес.) ....
384
348
- 36
Сумма за январь—июнь 1933
Г

2 087
2 378
+ 291
» »
» »
1934
г

2 302
2 086
-216
За 8 месяцев (январь—август) пассивное сальдо торгового ба¬
ланса составило 267 млн. марок.
Мы видим, что пассивность торгового баланса обусловлена не
только сжатием экспорта, но и значительным ростом импорта, кото¬
рый, как уже было выяснено, состоит главным образом из сырья для
военной промышленности.
В результате пассивности торгового баланса стали таять и без
того небольшие запасы золота и девиз в Рейхсбанке. Поступления
по «невидимому экспорту» (доходы от капиталовложений за грани¬
цей, фрахты, расходы иностранных туристов в Германии и т. д.);
были ничтожны и не могли покрыть дефицита. Чтобы задержать
утечку золота и девиз и не допустить падения курса марки, были
введены всевозможные ограничительные мероприятия. К числу
таких ограничительных мероприятий относится введение так назы¬
ваемой «шпер-марки», т. е. особых свидетельств в германской ва¬
люте, выдаваемых иностранцам, продающим свои товары в Герма¬
нию. На эти свидетельства они могут приобретать германские товары.
Если же они хотят обменять «шпер-марки» на иностранную валюту,
то должны это делать по курсу, который вдвое ниже паритета. Вместе
с тем встал во всей остроте вопрос о моратории по частной задолжен¬
ности. Переговоры с кредиторами, продолжавшиеся целый год, не
привели ни к какому соглашению. Безрезультатной оказалась и ап¬
рельская конференция 1934 г. В июне 1934 г. германское правитель-
стов заявило о прекращении платежей процентов по всем загранич¬
ным частным долгам, а также по займам Дауэса и Юнга. Этим самым
внешнее банкротство Германии было объявлено официальна. Од¬
нако под нажимом английского правительства, которое провело закон
1 Таблица взята из второго июльского выпуска «Wirtschaft und Statistik»
за"1934 г.
101

о принудительном зачислении в пользу английских .кредиторов сумм,
поступающих от германского экспорта в Англию, гитлеровское пра¬
вительство пошло на уступки и согласилось возобновить платежи по
займам Дауэса и Юнга.
Сокращение экспорта создает препятствие не только для уплаты
по долгам, но и для закупок нужного для Германии сырья. В мае
1934 г., когда пассивность торгового баланса стала угрожающей,
посыпались распоряжения правительства о сокращении ввоза шерсти,
хлопка и ряда других товаров. В конце мая было издано распоря¬
жение о регулировании ввоза и потребления каучука.
По заявкам германских импортеров на необходимую для оплаты ,
ввозимых товаров валюту решено было выдавать только 10%, а за¬
тем 5% требуемой суммы. Наконец в августе председатель Рейхс¬
банка и экономический диктатор Шахт заявил, что впредь гер¬
манские импортеры будут получать валюту только в тех размерах,
в каких она поступает в Рейхсбанк, и что для всяких за¬
купок заграницей, требующих уплаты валютой, нужно предва¬
рительное разрешение со стороны Рейхсбанка и министра на¬
родного хозяйства. Идут разговоры о том, чтобы заставить гер¬
манских промышленников форсировать экспбрт в принудительном
порядке.
В результате почти полного прекращения выдачи валюты гер¬
манским фирмам, ввозящим невоенное сырье, с мая—июня 1934 г.
стал замечаться все возрастающий недостаток в импортном сырье.
Этот недостаток особенно резко ощущается в отношении хлопка,
шерсти и джута. Министру народного хозяйства пришлось даже из¬
дать в июле распоряжение о «регулировани рынка текстильных из- ■
делий» на основании полномочий, предоставленных ему законом
15 июля 1933 г. «Регулирование рынка» заключалось: 1) в запреще¬
нии создавать новые или расширять старые текстильные фабрики и
2) в запрещении текстильным фабрикам брать заказы, превышающие
их запасы сырья.
Недостаток сырья сказывается не только в текстильной про¬
мышленности, в которой рабочая неделя в связи с этим сокра
щена до 36 часов!, но й в целом ряде других отраслей промышлен¬
ности. Создаются перебои в работе предприятий, на некоторых фаб¬
риках и заводах предприниматели начинают увольнять часть рабо¬
чих. Этим самым еще больше подчеркивается провал «создания ра¬
бот», так как вызванное всей политикой германского фашизма
ухудшение общего экономического положения страны ведет к сжа¬
тию промышленного производства и к росту безработицы, сколько
бы ни старалось гитлеровское правительство скрыть этот рост все¬
возможными искусственными мероприятиями.
Хозяйничанье финансовой олигархии и усиленная подготовка^ 1
войне влекут Германию к финансовой катастрофе. Правительство
Гитлера само признало это, предоставив министру народного хозяй¬
ства в июле 1934 г. диктаторские полномочия в экономической обла¬
сти—особым законом со сроком действия по 30 сентября 1934 г., а
затем назначив экономическим диктатором председателя Рейхсбанка
Шахта.
102

Одним из мероприятий Шахта было введение с 24 сентября
«нового плана» регулирования всего германского импорта. На
основании этого плана создано 25 отраслевых центров, ведающих
Выдачей разрешений на ввоз различных видов сырья. Отныне пн
' один грамм сырья не может быть ввезен из за границы без особой
лицензии, которая вместе с тем дает право на получение из
рейхсбанка валюты на его оплату. При этом однако, ввиду отсут¬
ствия валюты Шахт рекомендует промышленникам заключать
«компенсационные договоры» со своими иностранными контраген¬
тами об оплате сырья, экспортируемыми из Германии промышлен¬
ными изделиями. «Новый план» Шахта лишь еще больше прибли¬
зит германское хозяйство к катастрофе, так как резко сузит
импорт сырья п вызовет сокращение производства, остановку
многих предприятий и рост безработицы. Вместе с тем данное
Гитлером и Шахтом обещание заменить импортное сы'рье суррога¬
тами почти невыполнимо при существующих условиях, ибо тре¬
бует огромных затрат на постройку и оборудование новых пред¬
приятий. Если гитлеровское правительство тем не менее вздумает
. стимулировать создание таких предприятий, то для их финансиро¬
вания у пего нет иного пути, кроме пути инфляции.
Население Германии уже давно обеспокоено перспективой
инфляции и исчезновения товаров.
Сведения об этом поступают со всех сторон. Журнал «Дас нейе
тагебух» в номере от 16 июня 1934 г. пишет, что население Гер¬
мании явно охвачено паникой, быть может даже чрезмерной.
Каждый считается с продолжающимся ухудшением экономического
положения, с возможностью инфляции и недостатком сырья, с ро¬
стом цен и недостатком товаров, с возвращением к карточной
системе и с переходом ко всевозможным суррогатам эпохи миро¬
вой войны. То же самое сообщает «Нейер форвертс» в статье «Па¬
ника покупателей в Германии», помещенной в номере от 17 июня.
«Страх перед грядущей инфляцией и недостатком сырья,—пишет
газета,—привела к настоящей панике среди покупателей. Старые
воспоминания об инфляции и нужде военных лет вновь ожили.
Люди копят запасы. Население запасается самыми удивительными
вещдми.- мануфактурой, бельем, обувью, какао. ®дин крупный
универмаг, в котором по дешевой цене продавались обрезки по¬
дошвенной кожи, стал делать большие обороты. Кто не в состоянии
запастись обувью, тот покупает хотя бы кусочки кожи, чтобы в
будущем не ходить на бумажных или деревянных подошвах».
Над Германией нависла перспектива инфляции и банкротства, и
для правителей Германии с каждым днем возрастает соблазн бро¬
ситься', очертя голову, в какую-нибудь внешнюю авантюру и тем
разрубить гордиев узел противоречий, в которых они барахтаются.
Национал-социалистический путч от 25 июля, убийство Доль-
фуса, террористические акты и вооруженные столкновения по всей
Австрии принадлежат к числу неудавшихся авантюр германского /•#
фашизма, еще более ухудшающий его внутреннее положение и уси¬
ливающих его внешнеполитическую изоляцию.
103

ГЛАВА VII
НАЧАЛО КРИЗИСА ГЕРМАНСКОГО ФАШИЗМА
История еще не подвела итога фашистской диктатуре в Германии,
но те факты, которые мы привели в дайной работе, дают возможность
уже теперь судить о том, в каком направлении этот исторический
итог будет подведен.
Открытая фашистская диктатура создалась в Германии на основе
соглашения между пр'омышленниками и аграриями. Пришедшая к
власти наиболее реакционная, наиболее шовинистическая и наи¬
более империалистическая партия буржуазии опиралась однако не
только на штыки рейхсвера и полиции, на револьверы и дубинки
штурмовиков и охранных дружин. У нее была массовая база в лице
сельской и городской мелкой буржуазии, шедшей на поводу у фи¬
нансового капитала, в лице отсталых прослоек рабочих, не порвав¬
ших с мелкобуржуазной психологией.
Это давало возможность фашистам провозглашать «единство на¬
ции» и выступать от имени этой «единой германской нации».
Однако на другой же день после прихода к власти коалиции Гит¬
лера—Папена—Гугенберга начались разногласия и борьба внутри
господствующих классов. Эта борьба продолжается, несмотря на все
усилия гитлеровского правительства. замазать и приглушить ее. О
ней свидетельствуют например произведенные в мае 1934 г. массовые
аресты руководителей и рядовых членов «Стального шлема», поддер¬
живающего аграриев и тесно связанного с юнкерскими кликами,
которые группировались вокруг президента Гинденбурга, его сына,
графа Ольденбурга-Янушау, графа Финк фон Финкенштейна й др.
Одним из наиболее симптоматических проявлений этой внутрен¬
ней борьбы в лагере фашизма было выступление вицеканцлера фон
Папена перед студентами Марбургского университета в июне 1934 г.
В этой речи фон Папен, представляющий интересы юнкерства и
магнатов тяжелой промышленности, требовал прекращения «соци¬
альной демагогии».
Трения и борьба происходят и между торгово-промышленными
кругами, заинтересованными в форсировании экспорта и девальва¬
ции марки, и банковскими сферами, настаивающими на сохранении
паритета. Борьба ведется между различными группировками и кли¬
ками промышленных капиталистов. Передача диктаторских полно¬
мочий в области хозяйства Шахту является одним из эпизодов
этой борьбы.
104

Йо в гораздо большей мере идет под покровом «единства наций»
борьба между финансовым капиталом и обманутыми фашизмом мае-
сами средней и мелкой буржуазии и рабочих. Недовольны мелкие
крестьяне, которым не дали обещанной прирезки земли и положение
которых стало гораздо хуже и в материальном и в правовом отноше¬
нии, недовольно среднее крестьянство законами о «сословии пита¬
ния» и о «наследовании крестьянских дворов», все больше и больше
разочаровывается городская мелкая буржуазия, которой было
. обещано «создание здорового среднего сословия», а дано еще большее
засилье финансового капитала.
Правительство, возвестившее «единство германской нации» и
преодоление классовой борьбы, привело после полутора лет своего
существования к еще большему обострению противоречий между го¬
родом и деревней, к еще большему углублению классовых противо¬
речий и классовой борьбы, которая стала только напряженнее от
того, что ее загнали вглубь. Стачки рабочих, волнения крестьян
вспыхивают, как молнии приближающейся грозы, то в одном, то
в другом месте Германии. В этом отношении события 30 июня—
2 июля знаменовали собой начало кризиса германского
фашизма й нарастание объективных предпосылок
революционного кризиса.
При такой обстановке для германской компартии создаются бла¬
гоприятные условия для. завоевания большинства рабочего класса
и возглавления борьбы широчайших трудящихся масс против
фашизма, за советскую Германию.
Борьба германской компартии дает уже. весьма осязательные
результаты. О смятении в рядах германского фашизма свидетель¬
ствует поднятая Геббельсом кампания против «критиканов и хули¬
телей», о нем красноречиво говорят сообщения Геринга о непрекра-
щающейся «разрушительной работе компартии». Неудержимо разви¬
вающаяся нелегальная работа компартии Германии констатируется
в попавшем в печать секретном донесений начальника государствен¬
ной тайной полиции. В связи с кровавыми событиями 30 июня—
2 июля со всех концов Германии поступают сведения об организован¬
ных компартией выступлениях рабочих, штурмовиков, крестьян, о
распространении нелегальных газет,. прокламаций и т. д. Среди фи¬
нансовой олигархии чувствуется явная тревога и недовольство той со¬
циальной демагогией, от которой фашизм не может сразу отделаться.
В речи фон Папена, произнесенной в июне 1934 г. перед студен¬
тами Марбургского университета, это беспокойство финансовой
олигархии и вытекающие из него требования к фашистским пра¬
вителям были сформулированы с достаточной определенностью.
Сославшись на разговоры о «второй волне революции», которые одень
не по дуще монополистическому капиталу, фон Папен заявил: «Кто
безответственно играет с подобной мыслью, тот должен считаться с
тем, что за второй волной может’ легко последовать третья, Что тот,
кто угрожает гильотиной, скорее всего сам попадает под топор...
Когда-нибудь движение должно притти к'концу, должен когда-нибудь
возникнуть твердый социальный порядок, сдерживаемый незави-
' симым правопорядком и авторитетной государственной властью».
105

Требование финансового капитала об установлении «твердого
социального порядка» было учтено гитлеровским правительством.
События 30 июня—2 июля 1934 г. обнаружили перед всем миром не
только ожесточенную внутреннюю борьбу в лагере фашизма, ’йо и
значительно возросшую роль рейхсвера в направлении политики
гитлеровского режима. Финансовая олигархия возлагает теперь
больше надежд на рейхсвер и полицию, чем на фашистские партий¬
ные организации, охранные дружины и штурмовые отряды. Проис¬
ходивший в первых числах сентября в Нюренберге съезд нацио-
нал-социалистиче'ской партии, на который собралось свыше полу¬
миллиона делегатов, свидетельствовал об отчаянных попытках
финансовой олигархии и правящий фашистской клики укрепить
свои позиции за счет возможно большего сближения с кругами
военного командования и подчинения штурмовых отрядов рейх-
- сверу. В этом она видит возможность продления фашистской
диктатуры. Но это же ведет к сужению социальной базы фашизма.
Усевшись на штыках рейхсвера и полиции, эти господа думают,
что упрочивают свое положение. Они ошибаются. Они рассчи¬
тывают без хозяина—без германского пролетариата, который, сверг¬
нув фашистскую диктатуру, создаст на ее развалинах советскую
Германию.	-	,
f
i

ОГЛАВЛЕНИЕ
Введение 	  3
«Национальная революция»	германского фашизма	 —
Глава I. Экономическая «теория» и ее основоположник Готфрид
Федер. ?			 8
Экономическая программа национал-социализма . . .,	 18
Глава II. Фашизм и	рабочий	класс	 22
Ликвидация профсоюзов и фашистское законодательство о труде . .	23
Провал борьбы с безработицей . 		 32
Глава III. Фашизм и монополистический капитал	 42
Фашизм сам разоблачает свою классовую сущность	 —
Политика принудительного картелирования '	 49
«Органическая перестройка» германского хозяйства	 53
Глава IV. Аграрная политика германского фашизма . 		 61
Аграрная романтика фашистов 	   —
Автаркия 		 63
Классовое расслоение германского крестьянства	  65
Финансовое закабаление крестьянства	.	.	68
Аграрная политика Гитлера	 69
Монополизация германского сельского хозяйства	 73
Создание фашистского «казачества» 		 75
Глава V. Фашизм и городская мелкая буржуазия	 82
Антисемитизм и универмаги 	   —
Судьбы «сословного строя»	  86
Глава VI. Финансы «Третьей империи»	 91
Динамика доходов 	 —
Бюджет	  96
На пути к финансовому краху	 98
Глава VII. Начало кризиса германского фашизма 	 104
I