Комиссия по истории знаний. 1921-1932 гг. Из истории организации историко-научных исследований в Академии наук. Сборник документов - Смагина Г.И., Орел В.М.

Комиссия по истории знаний. 1921—1932 гг. Сборник документов - 2003

Комиссия по истории знаний — первая в России научная организация по изучению истории науки и техники

Приложение II. Издательская деятельность КИЗ

Приложение V. И. В. Тункина. К истории сборника «Русская наука»

Author: Смагина Г.И. Орел В.М.

Tags: историческая наука историография история науки исторические науки исторические исследования издательство наука

ISBN: 5-02-024934-3

Year: 2003

Similar

История исторического знания

Метод легкого познания истории. (Памятники исторической мысли)

Несовместимость научного и религиозного познания (Критика православной концепции познания)

Философия и методы научного познания

Text

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК
Институт истории естествознания и техники им. С. И. Вавилова
Санкт-Петербургский филиал
Санкт-Петербургский филиал Архива
JkJULÂJ^
комиссии
ПО ИСТОРИИ
1921—1932 гг.
Из истории организации
историко-научных исследований
в Академии наук
Сборник документов
Составители:
В. М. ОРЕЛ, Г. И. СМАГИНА
САНКТ-ПЕТЕРБУРГ
«НАУКА»
2003

УДК 930
ББК72.3
К 63
Комиссия по истории знаний. 1921—1932 гг. Из истории организации истори-
ко-научных исследований в Академии наук. Сборник документов / Составители
В. М. Орел, Г. И. Смагина. — СПб.: Наука, 2003. — 765 с. 48 ил.
ISBN 5-02-024934-3
В сборнике приведен 301 архивный документ по истории организации исто-
рико-научных исследований в Академии наук с 1921 по 1932 г. Большинство
документов введено в научный оборот впервые. Основное внимание уделено
деятельности Комиссии по истории знаний — первой в России специальной научной
организации по изучению истории науки и техники вплоть до преобразования ее
28 февраля 1932 г. в Институт истории науки и техники АН СССР.
Для историков науки, научных работников.
Рецензенты:
д-р ист. наук [A.B. КОЛЬЦОВ |,
д-р ист. наук А. П. КУПАЙГОРОДСКАЯ
Committee on the history of knowledge. 1921—1932. From the history of
historical-scientific researches organization in the Academy of Sciences. Documents
collection / V. M. Orel, G. I. Smagina. — SPb.: Nauka, 2003. — 765 p. 48 il.
The volume contains 301 archive documents on the history of historical-scientific
researches in the Academy of Sciences from 1921 to 1932. Most of the documents
are put into scientific use for the first time. The main attention is paid to the activity
of the Committee on the history of knowledge — the first special scientific
organization for the studying of the history of science and technology in Russia,
transformed into the Institute for the History of Science and Technology of the Academy of
Sciences on February 28, 1932.
Reviewers:
Doctor of history |A. V. KOLTSOV|,
Doctor of history A. P. KUPAIGORODSKAYA
© B. M. Орел, Г. И. Смагина, составление,
вступительная статья, Приложения, 2003
© И. В. Тункина, статья «К истории сборника
ТП-01-1-№151 „Русская наука"», 2003
ISBN 5-02-024934-3 ©Издательство «Наука», 2003

Комиссия по истории знаний — первая в России
научная организация по изучению истории науки
и техники
Внимательное отношение к истории человеческой мысли,
науки и техники было традиционно для Академии наук, ибо
глубокое познание любого явления невозможно без тщательного
изучения истоков его возникновения и этапов развития.1 В. И.
Вернадский писал: «Академия наук подходила в своей научной
работе к вопросам истории знаний уже в первые десятилетия своего
существования. Это не было случайностью. По сути вещей, все
большие собрания ученых, особенно академий, объединяющие
ученых разных специальностей и по идее охватывающие все
знание, всегда проникнуты интересами и проблемами его истории».2
Уже на первом публичном собрании Петербургской Академии
наук 27 декабря 1725 г. член Академии Г. Б. Бюльфингер
выступил с речью, в которой нарисовал историю развития науки от
античности до современности. Значительная часть выступления
Бюльфингера посвящалась формам организации науки и благам,
которые она принесла человечеству.3 На состоявшемся 1 августа
1726 г. втором публичном собрании Академии наук доклад об
истории геометрии был прочитан Я. Германом. Ученый
подчеркивал, что исследование исторического развития науки является
необходимой предпосылкой ее дальнейшего развития: «Каждому
академику подобает владеть историческим знанием своего
искусства для распознания природы и качества того, чем уже
располагает его искусство, дабы не случалось ему впадать в такую
несообразность, что он выдавал бы нам за новое нечто такое, что уже
давно считалось известным, и действовал бы сам, находясь в
неведении, без всякого прибытка для своего искусства или науки».4
В начале XVIII в. рассуждения «об успехах просвещения» и о
«прогрессе человеческого ума» наряду с рассуждениями о «пользе
наук» продолжали оставаться в центре внимания, расширяя
разработку историко-научных тем. Высказывания об истории
естествознания и техники звучали в академических речах И. Г. Гмелина
3

(«О возникновении и успехах химии...», 1732 г.),
С.П.Крашенинникова («О пользе наук и художеств...», 1750 г.),
М.В.Ломоносова («Слово о пользе химии...», 1751 г.), С. К. Котельникова
(«Слово о пользе упражнения в чистых математических
рассуждениях...», 1761 г.), С. Я. Румовского («Речь о начале и
приращении оптики», 1763 г.) и многих других.
Понимание истории науки как неотъемлемой части
общечеловеческих знаний способствовало тому, что все крупные ученые
Петербургской Академии наук были большими знатоками истории
науки вообще или по крайней мере истории той области знаний,
в которой работали сами. Вопросы истории математики,
астрономии, физики, химии, геологии и биологии были освещены в трудах
Ж. Н. Делиля, П. Б. Иноходцева, А. М. Карамышева, Н. Я. Озерец-
ковского, П. С. Палласа, С. Я. Румовского, В. М. Севергина, Л.
Эйлера. В начале XIX в. появляются первые сводные очерки,
посвященные истории отдельных отраслей науки и техники в России.
Одним из первых среди них можно назвать труд И. Ф. Германа
«Историческое начертание горного производства в Российской
Империи», изданный в 1810 г.
В XVIII в. возникает одно из основных направлений в
изучении истории науки — научно-биографическое. Избрание новых
членов Академии наук и уход академика из жизни становятся
поводом для оценки его научных трудов. Поэтому уже в первых
публикациях научных сочинений Петербургской Академии наук
печатаются подробные некрологи, а с середины XIX в.
составляются записки об ученых трудах будущих действительных членов
Академии. Первым подробным описанием жизненного пути
ученого, значимости его вклада в развитие науки, очевидно, следует
считать «Похвальную речь покойному Леонарду Эйлеру»,
произнесенную 23 октября 1783 г. его учеником и ближайшим
помощником Н. И. Фусом.5 Фундаментальная работа в этом научном
жанре принадлежит П. П. Пекарскому: «История Императорской
Академии наук в Петербурге» (1870—1873 гг.). Она представляла
собой серию биографических очерков президентов Академии наук
и академиков за первые сорок лет ее существования.
Последующие биографические словари членов Академии должны были с
неизбежностью опираться на опыт создания «Истории» П. П.
Пекарского, особенно при подготовке словаря членов Академии
наук за 1889—1914 гг.6 Первая же научная биография ученого
была издана в 1911 г. в связи с 200-летием со дня рождения
М. В. Ломоносова: Академия наук выпустила монографию Б. Н. Мен-
шуткина «Жизнеописание М.В.Ломоносова».7
В XIX—начале XX в. интересные труды по истории науки
наряду со своими научными работами были созданы К. М. Бэром,
А. М. Бутлеровым, В. И. Вернадским, П. П. Лазаревым, Ф. Ю. Ле-
винсон-Лессингом, Д. И. Менделеевым, И. И. Мечниковым, И. М.
Сеченовым и многими другими.
4

На переломе XIX—XX вв. возрос интерес к когнитивной
истории науки и ее творцам. Ей было посвящено большое
количество публикаций архивных материалов, книг, энциклопедий,
биографических справочников. Появились труды по истории науки в
Санкт-Петербургском университете, Военно-медицинской
академии и других высших учебных заведениях. Общественная
потребность в осознании интеллектуальной истории была воспринята и
Академией наук. В декабре 1916 г. была организована Комиссия
по изданию сборника «Русская наука» под председательством
академика А. С. Лаппо-Данилевского, которую он возглавлял до своей
безвременной кончины в 1919 г.8
Создание Комиссии по истории знаний
Война и революция были не лучшим временем для историко-
научных исследований. Но уже в 1921 г. появилась Комиссия по
истории знаний (КИЗ) при Академии наук. Эта Комиссия
возникла в тяжелейшее для страны время. Трудности и лишения
военного времени не обошли стороной и ученых Академии наук.
1 октября 1921 г. непременный секретарь Академии наук
академик С. Ф. Ольденбург информировал Общее собрание о том,
что Отделение физико-математических наук по предложению
академика В. И. Вернадского постановило внести в повестку дня
Общего собрания заявление о необходимости направить правительству
обращение, указав в нем на «тягчайшее положение ученых». Общее
собрание решило направить в Совнарком делегацию ученых в
составе академиков В.И.Вернадского, Н.Я.Марра и
А.Е.Ферсмана, которой поручалось подготовить текст обращения к
правительству.9
Жизнь, труд и быт ученых ярко запечатлены в статье С. Ф. Оль-
денбурга «Российская Академия наук в 1921 г.». «Оглядываясь на
истекший год работы крупнейшего русского ученого
учреждения — Российской Академии наук, — писал он, — мы видели,
что она жила и работала, но мы видели и то, что дается это
дорогой ценой, последними напряжениями научных работников,
которые делают все, что в их силах, чтобы не дать погибнуть делу
науки в России. Но силы слабеют, люди умирают — нужно
думать о числе погибших русских ученых, умерших на посту, как
верные часовые, как честные работники. Пусть же будут не
напрасны эти жертвы, пусть народ, пусть страна поймут, что и они
должны сделать величайшее напряжение, чтобы не погибла
русская наука, без которой не будет счастливого трудового
свободного русского народа. Еще не все погибло, но медлить
нельзя».10
Трогательная забота не только о действующих ученых, но и об
их потомках всегда занимала важное место в академической
работе, даже в эти невероятно тяжелые годы. Члены КИЗ хлопо-
5

тали о назначении персональной пенсии внучке К. М. Бэра —
А. К. Линген, вдове Э. Л. Радлова — В. А. Радловой, внуку Н. И.
Лобачевского — Д. Н. Лобачевскому. Не были забыты и ученые,
внесшие огромный вклад в развитие российской науки. В 1926—
1927 гг. к 100-летию избрания К. М. Бэра
членом-корреспондентом Петербургской Академии наук и к 50-летию со дня его
смерти была начата большая работа по упорядочению и описанию
его научного архива, подготовлена выставка трудов ученого,
высказывалось пожелание установить памятную доску на доме, где
жил ученый, была предпринята настойчивая попытка (не
увенчавшаяся успехом) восстановить Бэровскую премию. Не забывали и
недавно скончавшихся коллег. 28 февраля 1929 г. состоялось
заседание по случаю 10-летия со дня смерти академика А. С. Лаппо-
Данилевского. 7 апреля 1929 г. и 2 марта 1930 г. прошли
заседания, посвященные памяти члена-корреспондента Э. Л. Радлова и
академика А. П. Павлова.
Вера в великую силу науки, осознание своего долга перед
страной и народом помогали ученым преодолевать тяготы и лишения,
продолжать исследовательскую деятельность. В те суровые годы
работа Академии наук не только не прекратилась, но стала еще
активнее.11 Свидетельством расширения сети академических
учреждений стало создание самой Комиссии по истории знаний.
14 мая 1921 г. на Общем собрании Академии наук
В.И.Вернадский сделал доклад о необходимости организации специальной
Комиссии по изучению истории науки, философии и техники.12
Он отметил, что «в России отсутствует какая бы то ни было
организация, которая бы содействовала изучению истории
научной и философской мысли и научного творчества... А между тем
история человеческой мысли и творчества, в частности история
науки, философии и техники, является не только областью
знания, имеющей огромное значение для выявления истины, ее
изучение необходимо и для правильной оценки современного знания
и техники, и для создания столь необходимой, особенно у нас,
преемственности научного творчества, осознанности значения и
непрерывности научной работы...».13 Далее В.И.Вернадский
особо подчеркнул, что «отсутствие правильного познания прошлого,
внесенного в мировую культуру тем или иным народом, далеко не
безразлично и для правильного его самосознания, и для силы и
интенсивности, даже направления его текущего культурного
творчества». В заключение В.И.Вернадский предложил Общему
собранию создать при Академии наук «постоянную комиссию для
изучения научной и философской мысли и творчества — истории
науки, философии и техники, — или, может быть, проще — для
изучения истории знания».
В выступлении В.И.Вернадского прозвучали организационно-
структурные идеи. Комиссия создавалась при Общем собрании
Академии наук, и предполагалось, что в ее состав войдут все же-
6

В. И. Вернадский, председатель КИЗ.
лающие действительные члены Академии. Во главе должен был
стоять председатель, которого, как и его заместителя и ученого
секретаря, Комиссия должна была выбирать сама.
14 мая 1921 г. Общее собрание Академии наук по докладу
академика В.И.Вернадского приняло постановление об образовании
Комиссии по истории науки, философии и техники, впоследствии
получившей название Комиссии по истории знаний.
7

Непременному секретарю Академии наук С. Ф. Ольденбургу
было поручено созвать первое заседание Комиссии, которое
состоялось 11 июня (суббота) 1921 г., в 11 часов, в Малом
конференц-зале Академии. На заседании присутствовали руководители
Академии наук: президент А.П.Карпинский, вице-президент
B. А. Стеклов, непременный секретарь С. Ф. Ольденбург,
академики В. В. Бартольд, В. И. Вернадский, В. М. Истрин, П. П. Лазарев,
Н. Я. Марр, Ф. И. Успенский. Было решено привлечь к работе
Комиссии многих ученых — представителей различных областей
естественных, технических, гуманитарных наук (геологов А. А. Бо-
рисяка, А. П. Герасимова, А. П. Павлова, биологов Н. К. Кольцова,
Н. М. Кулагина, А. Н. Северцова, географа, зоогеографа,
ихтиолога Л.С.Берга, историков И. М. Гревса, Н. И. Кареева, Е. В.Тарле
и др.). Председателем Комиссии единогласно избрали академика
В.И.Вернадского.14 Определяя программу исследований по
истории науки, ученые пришли к выводу, что «наряду с общей задачей
Комиссии разрабатывать историю развития знания вообще
Комиссия должна заняться и разработкой истории научной
деятельности самой Академии и озаботиться скорейшим изданием
сборника „Русская наука"», подготовка которого приостановилась
после кончины главного вдохновителя и организатора издания
А. С. Лаппо-Данилевского.
В 1921 г. состоялись еще два заседания Комиссии: 18 сентября,
на котором присутствовало 23 человека, и 12 декабря — в
составе 18 человек.15 В заседаниях участвовали В. В. Бартольд, В.Н. Бе-
нешевич, Л. С. Берг, Г. П. Блок, М. А. Блох, А. А. Борисяк, А. В.
Васильев, А. И. Горбов, С. А. Жебелёв, В. М. Истрин, Н. И. Кареев,
А.П.Карпинский, Е.Ф.Карский, В.И.Ковалевский,
В.Л.Комаров, А. И. Малеин, Н. Я. Марр, Б. Л. Модзалевский, А. В.
Никитский, С. Ф. Ольденбург, И. А. Орбели, Л. А. Орбели, В. Н. Перетц,
Д. К. Петров, Э. Л. Радлов, Ф. И. Успенский, Я. В. Успенский, Л. А. Чу-
гаев, В. М. Шимкевич, Л. В. Щерба и другие ученые. Среди
участников заседаний были математики, химики, геологи, биологи,
историки, востоковеды, филологи и представители других
специальностей. Это являлось важнейшим условием, гарантировавшим
успешную деятельность Комиссии.
На этих заседаниях обсуждались вопросы подготовки сборника
«Русская наука». 18 сентября историк Г. П. Блок был избран
ученым секретарем Комиссии, 12 декабря заместителем председателя
стал философ, член-корреспондент Академии наук Э. Л. Радлов. С
ноября 1921 г. Комиссия по истории науки, философии и
техники была переименована в Комиссию по истории знаний (КИЗ).
О создании КИЗ, о значении ее деятельности говорилось в речи
C. Ф. Ольденбурга, посвященной анализу деятельности Академии
наук в 1921 г. на годичном собрании Академии наук,
состоявшемся 29 декабря 1921 г.: «Нас поражает то отсутствие экономии
научного труда, то отсутствие планомерности и организованности
8

А. С. Лаппо-Данилевский,
председатель Комиссии по изданию сборника «Русская наука».
научной работы, какое мы встречаем во всех областях, —
отмечал Ольденбург. — С этим необходимо бороться, и лучшее
средство — знакомство с историей знания, с развитием научной
мысли и ее проявлениями в течение веков».16
Об отношении ученых к созданию КИЗ можно судить на
основании писем, направленных в Комиссию. Выражая
благодарность В. И. Вернадскому за избрание в состав членов КИЗ,
миколог и фитопатолог А. А. Ячевский 16 января 1922 г. писал:
«...готов всемерно приложить все свои силы для разработки
вопросов по моей специальности, считая, что цели, преследуемые
Комиссией, являются действительно крайне важными и
интересными как способствующие установлению известных традиций, о
которых в наше время слишком забывают».17 Ячевский
подчеркивал, что в своих лекциях он постоянно обращал внимание на
освещение проблем истории микологии и фитопатологии,
«знакомя слушателей как с постепенным развитием этих наук, так и с
биографиями наиболее выдающихся деятелей, полагая, что такие
сведения способствуют пониманию самой науки и устанавливают
известную преемственность, совершенно необходимую в научных
исследованиях».
9

В январе 1922 г. в КИЗ пришло письмо геолога, профессора и
многолетнего друга и сподвижника В. И. Вернадского Б. Л. Личко-
ва: «В ответ на Ваше сообщение об избрании меня членом
Комиссии приношу мою глубокую признательность за оказанную
мне честь и сообщаю, что всей душой рад принять посильное
участие в работах Комиссии. Очень просил бы возложить на меня
определенные конкретные обязанности, а равно сообщить мне
программу работ Комиссии».18 Росту авторитета КИЗ,
привлечению к ее работе крупных деятелей науки способствовало то, что
во главе Комиссии стоял академик В. И. Вернадский. Как
неоднократно отмечалось в литературе, история науки занимала
особое место в его творчестве. Историко-научные исследования были
для него столь же важны и жизненно необходимы, как изыскания
в области геологии, минералогии, геохимии.19 Создание и
организация работы КИЗ являлись неотъемлемой, органической частью
всей деятельности Вернадского.
Вернувшись в первой половине апреля 1921 г. из Крыма в
Петроград, В. И. Вернадский сразу же включился в работу
Академии наук. Он возглавлял Геологический и минералогический
музей, Совет Комиссии по изучению естественных
производительных сил России, приступил к организации Радиевого института.
В июле 1921 г. ученый был подвергнут обыску на квартире,
арестован и в течение трех суток содержался в Доме предварительного
заключения в Петрограде. «Я вышел из тюрьмы, — записал
Владимир Иванович в дневнике, — испытывая и переживая чувство
негодования, попрания своего достоинства и человеческого
достоинства и глубокого сострадания к страдающим за ее стенами».20
После освобождения Вернадский отправляется на Мурманскую
биологическую станцию, где проводит исследования по изучению
живого вещества и химии моря. Весной и летом ученый прочитал
в Академии наук 8 лекций по геохимии. С лекциями по
проблемам геохимии и изучения естественных производительных сил
России он выступал и в других научных учреждениях Москвы и
Петрограда.21
В 1922 г. состоялись два заседания бюро КИЗ — 26 января и
22 мая — и заседание редакционного совета — 9 января, на
которых обсуждались возможности публикации статей из сборника
«Русская наука».
В июне 1922 г. В.И.Вернадский уехал в длительную
заграничную командировку, в которой и находился до марта 1926 г.22 На
несколько лет активная деятельность КИЗ приостановилась. Это
дало основание Общему собранию Академии наук 6 декабря
1924 г. принять постановление о закрытии Комиссии.23
10

Возобновление деятельности Комиссии
по истории знаний
По возвращении в Петербург в марте 1926 г. В. И. Вернадский
предпринял энергичные меры по восстановлению КИЗ. На
заседании Общего собрания АН СССР 3 апреля 1926 г. он выступил с
запиской о возобновлении работы КИЗ.24 Ученый напомнил, что
Комиссия была создана в Академии наук в 1921 г., и подчеркнул,
что основания, побудившие к организации ее, остаются
чрезвычайно актуальными. «Историческое изучение научного творчества
есть сейчас необходимейшее орудие нашего проникновения в
новые огромные открывающиеся области научных
достижений..., — писал в это время В.И.Вернадский. — Нельзя идти
дальше с известной уверенностью и с ясностью мысли, не
воссоздав исторической перспективы и реального значения идей,
представлений и построений науки...».25 Общее собрание признало
необходимым продолжение деятельности Комиссии. Ее
председателем оставался В. И. Вернадский, а в состав бюро, которое руководило
всей работой, как и прежде, вошли Э. Л. Радлов и М. А. Блох.
14 ноября 1926 г. в Малом конференц-зале Академии наук
состоялось первое публичное заседание восстановленной
Комиссии. На заседании В. И. Вернадский прочитал доклад «Несколько
мыслей о современном значении истории науки»,26 в котором еще
раз обосновал важность, научное и общечеловеческое значение
исследований по истории науки, раскрыл характер и важнейшие
черты научных революций и в заключение отметил, что «научное
изучение прошлого, в том числе и научной мысли, всегда
приводит к введению в человеческое сознание нового. Но в моменты
перелома научного сознания человечества так, и только так,
открываемое новое может являться огромной духовной ценностью в
жизни человека. Этот злободневный интерес к истории науки,
помимо ее значения как искания истины, мы не можем и не
должны забывать и в нашей Комиссии, единственном центре этой
научной дисциплины в нашей стране».27
На заседании также выступили с докладами П. П. Лазарев —
«Взгляд московских физиков на создание научных школ» и
М. А. Блох — «Из впечатлений о работах по истории знания в
Германии». На заседании КИЗ присутствовало 57 человек, среди
них академики В. В. Бартольд, А. А. Борисяк, К. Д. Глинка, С. А. Же-
белёв, В. А. Кистяковский, Д.П.Коновалов, И. Ю. Крачковский,
П. А. Лавров, А. П. Павлов, С. Ф. Платонов и другие ведущие
ученые академических учреждений Ленинграда.
Большая научно-организационная деятельность В. И.
Вернадского в период становления и формирования Комиссии заложила
основы для успешной работы не только КИЗ, но и для широкого
развития историко-научных и историко-технических
исследований в Академии наук. 11 мая 1926 г. председатель КИЗ обратил-
11

Э. Л. Радлов, заместитель председателя КИЗ.
ся в Президиум АН СССР с просьбой о выделении необходимого
листажа для издания трудов по истории науки. В.И.Вернадский
прежде всего стремился напечатать рукописи, подготовленные
Комиссией по изданию сборника «Русская наука». «Исторические
обзоры научной работы по разным областям знания, — писал
Вернадский, — сделанные крупными русскими специалистами,
сами по себе уже имеют большое значение, и их появление в
высшей степени желательно. Нельзя не отметить, что в некоторых
случаях такие обзоры делаются вообще впервые».28 Президиум АН
СССР, рассмотрев представленное письмо, решил отказать в
организации специальных отдельных изданий, порекомендовав
печатать историко-научные работы в периодических изданиях
Академии. 17 мая В.И.Вернадский вторично обращается в Президиум
АН СССР с той же просьбой: «Я прошу Президиум выслушать
меня еще раз и обсудить этот вопрос в моем присутствии».29
Теперь этот вопрос был решен положительно, и 6 ноября Общее
собрание АН СССР учредило новую серию изданий Академии
наук — «Труды Комиссии по истории знаний». Сначала
планировалось в первом выпуске «Трудов» издать работу академика
Б. А. Тураева «Русская наука о Древнем Востоке», но через
несколько дней было решено, что новую серию будет открывать
12

работа В.И.Вернадского «Мысли о современном значении
истории знаний», в основу которой был положен доклад, прочитанный
14 ноября на публичном заседании КИЗ. Сочинение Тураева было
издано тоже в 1927 г., в третьем выпуске «Трудов».
В мемуарных записях, сделанных В.И.Вернадским в Боровом
в 1942 г. и известных исследователям под авторским названием
«Хронология», он записал: «16.XI.1926. Открытие Комиссии по
истории знаний. Я — председателем, товарищ председателя —
философ Радлов. Моя речь при открытии: „Мысли о современном
значении истории знаний". Напечатана отдельной брошюрой в
1927 г. как первый выпуск „Трудов Комиссии по истории
знаний"».30 Среди материалов «Хронологии» В. И. Вернадский
хранил рецензию на это издание, появившуюся в Берлине в 1927 г.
в эмигрантской газете «Руль». Ее автор Ал. Маклецов писал:
«Рецензируемая работа В. И. Вернадского воспроизводит доклад этого
выдающегося ученого, прочитанный им в первом заседании
Комиссии по истории знаний. Она представляет собой блестящий
этюд о современном значении истории знаний».31 Далее рецензент
заметил, что работа Вернадского носит дидактический характер.
И сам же объяснил причину: «Характер этот, очевидно,
вызывается условиями работы научных деятелей России. Там даже
высшее ученое учреждение вынуждено прежде всего доказать свое
право на существование».
В 1927 г. В.И.Вернадскому, опять же с огромным трудом,
удалось добиться учреждения второй серии изданий КИЗ —
«Очерки по истории знаний». В течение года в обеих сериях
вышло 6 выпусков.
13 января 1927 г. В.И.Вернадский от имени бюро КИЗ
обратился к непременному секретарю АН СССР с просьбой дать
распоряжение, чтобы под портретами академиков в Малом
конференц-зале были помещены подписи с датами жизни ученых.32
Через два дня на заседании Общего собрания АН СССР он
выступает с новой инициативой: «Бюро Комиссии, озабочиваясь
собиранием материалов по истории Академии наук и науки в
пределах нашей страны, полагало бы весьма важным и желательным,
чтобы в заседаниях Академии наук на торжественном акте
читалась бы в выдержках или целиком составленная одним из
академиков-секретарей отделения по очереди речь, посвященная
работам и жизни какого-либо из умерших членов отделения (по
выбору академика-секретаря), и чтобы эта речь печаталась в отчетах
Академии наук с речами непременного секретаря и очередной
речью академика. Бюро Комиссии полагает, что этим путем был
бы собран для науки огромный материал, бесследно погибающий,
так как всякая такая речь всегда вызывает опрос и подбор
материалов, если она касается лица, современники или семья которого
еще живы. Сверх сего этим путем создается огромный материал
для народного исторического самосознания».33
13

Предложение В. И. Вернадского было встречено с пониманием
и поддержано. Академик П. П. Сушкин 5 февраля вернулся к
этому вопросу и предложил, чтобы не только академик-секретарь,
но по желанию или выбору отделения любой действительный
член АН СССР мог выступить с докладом. При этом КИЗ
вменялась в обязанность подготовка материалов для подобных
выступлений.34
В 1927 г. деятельность Комиссии приняла регулярный
характер. Практически ежемесячно проводятся публичные заседания,
ставившие своей задачей «как возбуждение интереса к истории
науки, так и объединение интересующихся ими научных
работников». В заседаниях участвуют от 30 до 65 членов КИЗ и
приглашенных с разрешения председателя. В 1927 г. состоялось 10
заседаний, на которых было заслушано 13 научных докладов.35
С докладами выступали Б. Л. Богаевский, А. А. Борисяк, В. П. Бу-
зескул, О. А. Добиаш-Рождественская, Н. П. Каптерев, В. А. Кис-
тяковский, С. Ф. Платонов; с тремя докладами выступал историк
астрономии Д. О. Святский. Особый интерес у публики вызвали
доклады академика А. Ф. Иоффе «Развитие научной мысли в
физике XX в.» и академика В. В. Струве «Достижения египетской
математики по данным папируса бывшего собрания В. С. Голени-
щева».
КИЗ постоянно выступала инициатором и организатором
юбилейных историко-научных торжественных заседаний в Академии
наук. Так, 14 января 1927 г. прошло заседание, посвященное 100-
летию со дня рождения П. П. Семенова-Тян-Шанского; 20
марта — посвященное 200-летию со дня смерти Исаака Ньютона;
4 декабря — посвященное 100-летию со дня рождения Марселена
Бертело. Для этих заседаний членами КИЗ было подготовлено
11 докладов.
В 1927 г., к 10-летию Октябрьской революции Академия наук
издала сборник статей, в котором подводились итоги ее
деятельности в 1917—1927 гг. Наряду с другими материалами в сборнике
была опубликована статья В.И.Вернадского «Работы по истории
знаний». Эта небольшая по объему статья насыщена глубокими
мыслями и обобщениями о значении историко-научных
исследований, о роли и месте КИЗ в системе академических учреждений,
итогах деятельности и перспективах развития Комиссии. Прежде
всего Вернадский счел необходимым подчеркнуть, что изучение
прошлого науки является важнейшей обязанностью Академии
наук. Он писал: «...мысль, в формах академической жизни, по
сути вещей, направляется на искание в прошлом корней нового
достижения, новой проблемы, связывает идущую в кругу
Академии работу со всей прошлой деятельностью человечества в той
же области. Ибо только при этом условии возможно понять
новое; в старине всегда новизна слышится».36 В статье
Вернадского указывается, что Академия наук начала исследования по
14

И. Ю. Крачковский, заместитель председателя КИЗ.
истории знаний уже в первые десятилетия своей деятельности.
Ученый много внимания уделил характеристике роли Архива
Академии наук в сборе, сохранении и публикации документов по
истории науки, оценив его как «драгоценный для истории науки
архив». Он наметил два направления деятельности этого
учреждения — изучение истории Академии наук и исследование истории
русской науки. Высказываясь за совершенствование работы
Архива, укрепление его материальной базы, Вернадский исходил из
убеждения в том, что развитие историко-научных исследований
невозможно без привлечения обширного комплекса архивных
документов. Впечатляет мастерство В.И.Вернадского, сумевшего
кратко, но очень выразительно охарактеризовать в своей статье
главнейшие академические издания по истории науки. В их числе
упоминаются труды П. П. Пекарского, М. И. Сухомлинова, Д. А.
Толстого и другие справочные издания. В статье подведены итоги
деятельности КИЗ, определены перспективы ее развития.
Отчетливо прослеживается мысль автора о том, что благодаря созданию
КИЗ удалось обеспечить преемственность в организации
исследований по истории науки, нарушенную в период войны и разрухи
послереволюционного времени.
Важнейшей задачей ученых, по мнению В. И. Вернадского,
являлось исследование русской науки. «Это наша обязанность, ко-
15

торая в нужной степени еще не выполняется», — писал он.
В.И.Вернадский высказывался за подготовку полных,
снабженных историко-критическими комментариями, изданий сочинений
крупных русских ученых и писателей. Он подчеркнул
необходимость изучения научного наследия М.В.Ломоносова, Л.Эйлера,
К. М. Бэра. В статье была обоснована потребность создания при
КИЗ музея по истории знаний.
Определяя роль и место КИЗ в системе академических
учреждений, В.И.Вернадский писал: «Комиссия по истории знаний и
будущий ее музей являются единственными в Союзе ССР
организациями этого рода. Академия, создавая названную Комиссию,
вступила на новый для нашей страны путь научных исканий. Она
идет сейчас в могучем потоке научной мысли, связанной с
расцветом истории научных исканий и с пробуждением к ней
действенного интереса, который за последние десятилетия наблюдается
в Западной Европе, Северной Америке и в древних
цивилизованных обществах Азии — во всем человечестве».
С идеями В.И.Вернадского о значении историко-научных
исследований были созвучны относящиеся к 1927 г. высказывания
С. Ф. Ольденбурга о том, что такого рода исследования помогают
«по мере возможности избежать крайне неэкономного
расходования научной работы» и «возможно более полно и правильно
использовать всякую новую мысль, новый метод, новые
подходы».37
Для того чтобы уяснить роль КИЗ в системе Академии наук,
приведем сведения о численности и подчиненности ее учреждений
в 1927 г. В этом году в ведении Общего собрания АН СССР
находились 12 научных учреждений, Отделения
физико-математических наук — 16, Отделения гуманитарных наук — 15. КИЗ,
как и Архив АН СССР, находилась в ведении Общего собрания.38
Это означало признание КИЗ и Архива общеакадемическими
учреждениями.
Научная работа продолжается
1928 год начался с обсуждения вопроса о расширении
Комиссии: 4 января академик П. П. Лазарев подал В. И. Вернадскому
записку о создании Московского отделения КИЗ, которое
планировало объединить усилия представителей математических, физико-
химических и медицинских наук в организации историко-научных
исследований.39 Это предложение было встречено с интересом, но
Московское отделение тогда открыто не было. К этому вопросу
по просьбе П.П.Лазарева вновь возвращаются в начале 1930 г. И
несмотря на то что П. П. Лазарев представляет Положение о
Московском отделении, список членов, состоящий из 18 человек,
среди них Н. Н. Бурденко, С. И. Вавилов, Н. К. Кольцов,
выступает с этим вопросом на заседании Организационной комиссии АН
16

Малый конференц-зал Академии наук СССР (20-е гг.),
в котором проходили заседания КИЗ.
СССР 31 января 1930 г., отделение КИЗ в Москве так и не было
создано.40
В 1928 г. составляется первый план работы Комиссии. Он еще
не имеет привычных нам атрибутов, а, скорее, напоминает
записку о задачах КИЗ: «Научно-исследовательская деятельность
ведется по изучению многочисленных, но еще не обработанных
материалов из архива академика К. М. Бэра, архива М. В. Ломоносова,
переписки А. О. и В. О. Ковалевских, рукописей, связанных с
экспедицией Беринга, и русских астрономических текстов XV в.
В дальнейшем работа Комиссии неизбежно должна привести к
созданию: 1) специального научного журнала, посвященного
истории знания; 2) организации специальной библиотеки по истории
знаний (в настоящее время она содержит 34 автора, 113
экземпляров книг, исключительно принесенных в дар членами КИЗ);
3) организации музея по истории знаний».41
В течение года состоялось 12 заседаний КИЗ, на которых было
заслушано 9 научных докладов.42 Результаты своих историко-науч-
ных исследований доложили Ю. И. Гессен, О. Е. Звягинцев, В. Н.
Ивановский, Т. И. Райнов, В. В. Сиповский, И.Д.Стрельников.
Заметный интерес вызвали доклады, прочитанные
членом-корреспондентом Н. И. Кареевым — «Начало социологии в России»,
А. И. Анисимовым — «История открытия древнерусской
живописи как искусства», членом-корреспондентом В.Г.Дружининым —
«История развития школ, торговли и ремесел Выгорецкой
обители». Для решения текущих дел 11 раз собиралось бюро КИЗ.
17

Г. П. Блок, ученый секретарь КИЗ.
Расцвету Комиссии немало способствовали энтузиазм и
организаторский талант В. И. Вернадского. Во всех учреждениях, во
главе которых он стоял, независимо от их типа, профиля и
назначения, он сумел создать удивительно творческую атмосферу.
Его ученик, впоследствии академик, Д. И. Щербаков, вспоминая о
своей работе в КЕПС, писал, что «в этом учреждении совершенно
отсутствовал бюрократический дух, а наоборот, было очень легко
проявлять инициативу, всегда получавшую одобрение и поддержку
со стороны президиума Комиссии».43 Эти слова по праву можно
отнести и к КИЗ, в которой царили творческая активность
сотрудников и свобода инициативы. Члены Комиссии не получали
никакого вознаграждения за свой труд. Это была, как заметит
В.И.Вернадский в 1930 г., отстаивая право на существование,
«даровая Комиссия».
И многие с теплым чувством благодарности и восхищения
вспоминали о своей работе в КИЗ, о встречах в ней с В. И. Вернадским.
«В течение ряда лет в качестве ученого секретаря КИЗ, —
вспоминал М. А. Блох, — я имел возможность неоднократно
удивляться Вашей совершенно исключительной эрудиции и тем обильным
и весьма ценным примечаниям, которыми Вы постоянно
снабжаете Ваши труды и которые превращают их в неисчерпаемый
справочник по всем разнообразным вопросам истории знания.
Для историка знаний, интересующегося вопросами генезиса и
закономерностями научного творчества, длительная цепь Ваших
18

работ представляет огромный интерес. От законов
кристаллографии, симметрии и асимметрии, от мертвой природы путь Вашей
мысли ведет к основным вопросам жизни, и всегда Вас интересует
динамический процесс».44
С первых дней работы КИЗ В.И.Вернадский стремился
укрепить материально-техническую базу Комиссии. Документы
свидетельствуют о постоянных и настойчивых просьбах о выделении
финансирования, о регулярных отказах и обращении вновь.
«Президиуму известно, — писал председатель Комиссии 13 февраля
1927 г., — что за короткий срок, протекший со времени
возобновления деятельности КИЗ, ею не только поставлен, но и
выполнен ряд важных научных заданий. При таких условиях было
бы крайне нежелательно и нецелесообразно задерживать работу
Комиссии отказом ей в более чем скромном денежном отпуске,
без которого, однако, она никоим образом обойтись не может».45
В начале 1928 г. из-за полного отсутствия средств КИЗ
оказалась даже не в состоянии оплачивать почтовые расходы и была
вынуждена отказаться от устройства научных заседаний, о
которых членам КИЗ сообщалось по почте. С большим трудом
Комиссии удалось получить помещение для работы. Но «зима
нынешнего года, — писал В.И.Вернадский 21 марта 1929 г., —
обнаружила, что предоставленное КИЗ помещение в доме № 2 по
7-й линии (Васильевского острова. — Сост.), кв. 13
недостаточно отапливается поставленной в ней печью, доводящей
температуру в комнате только до 8—9°».46 Конечно, в таких условиях
было нелегко работать.
С 1 октября 1928 г. в КИЗ наконец-то появилась одна штатная
единица — должность ученого секретаря. 1 ноября зоолог и
гидробиолог, научный сотрудник 1-го разряда КЕПС, активный член
КИЗ и Бэровской подкомиссии Михаил Михайлович Соловьев
был назначен ученым секретарем КИЗ.47
Бэров екая подкомиссия
Постановлением Общего собрания АН СССР при Комиссии по
истории знаний 9 октября 1926 г. была организована
подкомиссия «по чествованию памяти академика К. М. Бэра»
(сокращенно — Бэровская подкомиссия).48 Поводом к ее организации были
памятные даты: 50-летие со дня смерти Бэра (28 ноября 1926 г.),
100-летие избрания в члены-корреспонденты АН (1 января
1927 г.) и 100-летие избрания в академики (27 августа 1928 г.).
Председателем подкомиссии стал В. И. Вернадский, ученым
секретарем зоолог Сапропелевого отдела КЕПС M. М. Соловьев,
председателем исполнительного бюро подкомиссии был избран
помощник директора Библиотеки АН СССР профессор С. В.
Рождественский, членами в 1926 г. являлись С. С. Абрамович-Бара-
19

M. A. Блох, ученый секретарь КИЗ.
новский, М. А. Блох, Л. С. Берг, А. А. Бялыницкий-Бируля, Б. Н.
Вишневский, В. Я. Генерозов, А. П. Герасимов, Г. В. Ковалевский, акад.
Ф. Ю. Левинсон-Лессинг, акад. Н. В. Насонов, акад. С. Ф. Оль-
денбург, Е.Н.Павловский, акад. С.Ф.Платонов, Э.Л. Радлов,
чл.-кор. АН А. П. Семенов-Тян-Шанский, акад. П. П. Сушкин,
М. И. Тихий, Ю. А. Филипченко.
Основной круг работ подкомиссии был очерчен В. И.
Вернадским, который писал: «В истории нашей Академии из ее былого
выступают три фигуры, вероятно одной величины по своему
историческому значению: Ломоносов, Л. Эйлер и К. фон Бэр... Мне
кажется, следует принять принципиальное решение о чествовании
памяти Бэра и было бы правильным поручить исполнение этого
решения постоянной Комиссии по истории знания, с тем чтобы
она образовала при себе особую Бэровскую подкомиссию... В
Академии хранится 91 папка с рукописями К. М. фон Бэра,
беглый просмотр которых, сделанный M. М. Соловьевым, указывает
на их огромную ценность. На этот год следует отнести
организацию заседаний Академии с речами. В этом декабре было бы
желательным организовать небольшую выставку — хотя бы и
неполную — „К. М. Бэр и Академия его времени"».49
13 октября 1926 г. состоялось первое заседание Бэровской
подкомиссии, на котором присутствовали председатель
подкомиссии В.И.Вернадский, члены подкомиссии С. С.
Абрамович-Барановский, М. А. Блох, А. А. Бялыницкий-Бируля, А. А. Гизетти,
20

Э. Л. Радлов, С.В.Рождественский, М.М.Соловьев, П. П. Суш-
кин, М. И. Тихий, Ю. А. Филипченко и секретарь подкомиссии
M. М. Соловьев.
Постановили приурочить официальное чествование К. М. фон
Бэра к дню столетия избрания его в ординарные академики 27
августа 1928 г., а к дню столетия избрания его в
члены-корреспонденты Академии наук 1 января 1927 г. полагали ограничиться
устройством выставки в память К. М. Бэра. Было предложено
связаться с Военно-медицинской академией, с Кёнигсбергским
университетом, Библиотекой АН, Архивом АН, Музеем
антропологии и этнографии АН, Энтомологическим обществом, Публичной
библиотекой, Гербовым музеем, Библиотекой им. В.И.Ленина в
Москве, Обществом истории древностей российских в Москве, а
также с отдельными лицами, которые могли бы предоставить
какие-либо сведения о К. М. Бэре: его внучкой А. К. Линген и
семьей друга Бэра Н.Я.Данилевского. Кроме того, было
предложено собрать вместе вещи, принадлежавшие ученому, ранее
переданные в Зоологический музей и Военно-медицинскую академию.
Планировалось также составить библиографию трудов К. М. Бэра
и библиографию работ, посвященных ему самому. M. М. Соловьев
выразил желание написать биографический очерк, составить
сборник «Материалы к биографии К. М. Бэра. Переписка академика
К. М. фон Бэра с адмиралом В. Ф. Крузенштерном» и подготовить
каталог выставки.50
Выставка в память академика К. М. Бэра открылась 2 января
1927 г., в 2 часа дня, в помещении Библиотеки Академии наук
СССР (Биржевая линия, д. 1). На открытии присутствовало 150
человек. В.И.Вернадский выступил с речью, посвященной
столетию со дня избрания К. М. Бэра членом-корреспондентом
Петербургской Академии наук. Выставка работала до 15 февраля
1927 г., ее посетило 367 человек.51
В ряду мероприятий, связанных с празднованием юбилейных
дат, Бэровской подкомиссией был поднят вопрос о премии имени
К. М. фон Бэра. Она была учреждена в 1896 г. и присуждалась
ученым за сочинения в области анатомии, гистологии,
эмбриологии и физиологии человека, животных и растений,
систематической зоологии и ботаники, палеонтологии с биологической точки
зрения. Первыми лауреатами этой премии стали И. И. Мечников
и А. О. Ковалевский. Последний раз премия присуждалась в
1919 г. Удостоены премии были А. Н. Северцов, Б.Л.Исаченко и
Ю. А. Филипченко.
Комиссией был выпущен первый выпуск Бэровского сборника,
в который вошли статьи: В. И. Вернадского — «Памяти
академика К. М. фон Бэра», М. М. Соловьева — «Переписка академика
К. М. фон Бэра с адмиралом И. Ф. Крузенштерном» и Э. Л. Радло-
ва — «К. М. фон Бэр как философ». Для второго сборника были
готовы статьи: В. И. Карташевского — «Бэр как библиотекарь»,
21

M. M. Соловьев, ученый секретарь КИЗ.
А. А. Гизетти — «Из истории влияния идей К. М. Бэра на русских
мыслителей второй половины XIX в. («Русская»
биосоциологическая школа 70-х годов и ее позднейшие отклики)». Второй
сборник памяти Бэра опубликован не был. Из запланированных
материалов, предполагаемых для включения во второй сборник, была
издана только работа Е. Н. Павловского «Академик К. М. Бэр и
Медико-хирургическая академия» (М.; Л., 1948).
Члены Бэровской подкомиссии проявили огромный интерес не
только к научной стороне жизни великого исследователя, но и к
его личности. По поручению Бэровской подкомиссии был
организован сбор генеалогических материалов о предках К. М. фон Бэра.
Ю. А. Нелидов составил большую родословную таблицу, которую
планировали поместить в приложении к русскому переводу
автобиографии К. М. фон Бэра. Нелидов обратился к ученому
секретарю Бэровской подкомиссии M. М. Соловьеву, а затем к
непременному секретарю АН СССР С. Ф. Ольденбургу с просьбой
переслать его материалы для просмотра и внесения добавлений
эстонскому исследователю Н. К. Эссену, живущему в Ревеле.
Через консульство СССР в Ревеле эти материалы были переданы
Эссену. Он значительно дополнил родословную таблицу. 21 июля
1928 г. непременный секретарь АН СССР выразил ему глубокую
благодарность за проделанную работу. Члены Бэровской
подкомиссии хлопотали также об установлении памятной доски на
доме, в котором жил академик К. М. Бэр.
22

Интерес к жизни и творчеству К. М. Бэра не ослабел и после
юбилейных мероприятий. В план Бэровской подкомиссии на
1931/32 г. были внесены следующие темы: «1) Значение
ихтиологических работ Бэра для современного рыболовства и
рыбоводства; 2) Бэр как исследователь пушного промысла; 3) Бэр как
исследователь Новой Земли; 4) Закон Бэра; 5) Бэр как антрополог;
6) Бэр как научный исследователь; 7) Бэр как философ-биолог и
эволюция его философских взглядов; 8) Бэр как деятель высшей
школы; 9) Собирание и описание материалов, имеющих
отношение к биографии и научной деятельности Бэра; 10)
Научно-популярная работа. Бэр. Библиография. Очерк».52 Но как и многим
другим планам Комиссии по истории знаний, этим планам не
суждено было сбыться. Большая часть подготовленных
материалов не была издана.
Ломоносовская подкомиссия
В январе 1888 г. по инициативе академика М.И.Сухомлинова
в Отделении русского языка и словесности Академии наук была
начата подготовка к изданию девятого Полного собрания
сочинений М.В.Ломоносова. Первые пять томов этого издания были
подготовлены к печати М. И. Сухомлиновым и вышли в свет в
1891—1902 гг. В 1901 г. М.И.Сухомлинов скончался, и хотя
издание сочинений М.В.Ломоносова приостановилось, подготовка
текстов продолжалась силами академика В. И. Ламанского и
филолога Г. А. Князева. Комментированием и переводом латинских
текстов с 1907 г. занимался профессор Б. Н. Меншуткин. Осенью
1907 г. он же составил подробный план издания VI и VII томов.
К 1909 г. тексты этих томов, составленные Меншуткиным и
Князевым, были подготовлены к печати, а в 1911 г. отпечатаны
тиражом 600 экз. Все работы по изданию собрания сочинений
М.В.Ломоносова приостановились в начале первой мировой
войны.53
11 августа 1921 г. Академия наук сделала попытку продолжить
издание сочинений М.В.Ломоносова, образовав Ломоносовскую
комиссию в составе академиков М. Н. Розанова, В. М. Истрина и
В. Н. Перетца.54 Но работа все же не была возобновлена. Вновь
вопрос об издании был поставлен 6 января 1926 г. на заседании
Отделения физико-математических наук АН СССР. Академик
А. Е. Ферсман доложил просьбу Отделения русского языка и
словесности об изыскании средств для окончания издания сочинений
М.В.Ломоносова. Было постановлено просить Отделение
русского языка и словесности передать все материалы в Отделение
физико-математических наук, так как в VI и VII тома входили
материалы М.В.Ломоносова по физическим и естественным
наукам, и избрать комиссию в составе академиков Н. С. Курнакова,
П.П.Лазарева, А.Ф.Иоффе и Д.П.Коновалова.55 Но 17 ноября
23

1926 г. было решено все работы по подготовке очередных томов
собрания сочинений М.В.Ломоносова передать в КИЗ. На
заседании бюро КИЗ 8 февраля 1927 г. было решено образовать
Ломоносовскую подкомиссию из членов-корреспондентов АН Л. С. Берга
и К. Д. Покровского, профессоров М. А. Блоха и Б. Н. Меншутки-
на. Возглавил Ломоносовскую подкомиссию академик С. Ф.
Платонов, секретарем стал историк А. И. Андреев. Для выполнения
этих работ КИЗ объединилась с другой комиссией Академии
наук — Историко-археографической.56
Для подготовки научного издания собрания сочинений
М.В.Ломоносова было решено произвести тщательное обследование
архива Академии наук, собрания рукописного отделения
Библиотеки и других академических учреждений, такому же тщательному
обследованию подвергнуть архив Сената, той части его, которая
находилась в московском Древлехранилище, далее планировалось
собрать разбросанные в разных трудах, посвященных ученому,
сведения о его письмах и неизданных рукописях, так или иначе
ставших известными исследователям, составить каталог изданных
писем М.В.Ломоносова, сличить с подлинниками, напечатать те
из писем и записок, которые издавались в отрывках.
Ломоносовская подкомиссия работала на протяжении всех лет
существования КИЗ. Б. Н. Меншуткиным, С. Н. Черновым, Л. Б. Моз-
далевским и M. Н. Буткевичем была проделана огромная работа
по выявлению и систематизации научного и эпистолярного
наследия М.В.Ломоносова. VI и VII тома сочинений под редакцией
Б. Н. Меншуткина и Г.А.Князева были изданы в 1934 г.; VIII,
завершающий, том собрания сочинений появился лишь в 1948 г.
В нем собрана переписка ученого, подготовленная к печати и
прокомментированная Л. Б. Моздалевским. Но еще до выхода в
свет этого тома стало ясно, что девятое издание собрания
сочинений великого русского ученого стало библиографической
редкостью. И в ноябре 1934 г. ученый секретарь Института истории
науки и техники АН СССР М. А. Гуковский обратился в
Президиум АН СССР с письмом о необходимости подготовки и
издания академического Полного собрания сочинений
М.В.Ломоносова.57 16 сентября 1946 г. Редакционно-издательский совет
Академии наук принял решение о подготовке нового, десятого,
издания Полного собрания сочинений М.В.Ломоносова. Оно
было осуществлено в 1950—1959 гг. в 10-ти томах. Редактором
1-го тома был академик С.И.Вавилов. В 1983 г. вышел 11-й,
справочный том.
Музей истории науки и техники
Институциализация науки в конце XIX—начале XX в. сдел&па
необходимым создание музеев по истории науки и техники. Эти
музеи стали возникать по всему миру. Так, в Мюнхене в 1903 г.
24

был создан Немецкий музей классических произведений техники
и естествознания. В России концепция общедоступного
академического музея по истории науки обсуждалась еще в XIX в.58 Вновь
вопрос об организации подобного музея стал обсуждаться
достаточно интенсивно в марте—апреле 1917 г., когда была образована
Свободная ассоциация для развития и распространения
положительных наук и акад. П. П. Лазарев представил проект
организации музея по истории естествознания и техники.59 Но отсутствие
финансирования и государственной поддержки делало этот проект
невыполнимым. О необходимости организации музея по истории
науки и техники говорил В.И.Вернадский, выступая на Общем
собрании 14 мая 1921 г. с предложением о создании КИЗ. Он
отметил, что специальные музеи, посвященные истории науки,
философии, техники или ее отделам, способствуют организации
научной работы.
Первым шагом на пути конкретного воплощения идеи стала
выставка в память академика К. М. фон Бэра в январе—феврале
1927 г. В книге отзывов посетителей выставки академик Н. К.
Никольский отметил, что «было бы желательно, чтобы выставка в
память академика К. М. Бэра положила начало музею по истории
наук, какого у нас еще не существует».60 В мае того же года
профессор О.Е.Звягинцев направляет В.И.Вернадскому записку
«О необходимости сохранения памятников науки и организации
музея по истории знаний».61 В этой записке была сформулирована
концепция нового музея: реконструкция жизненного мира ученого,
где были бы сохранены «вещественные спутники научных трудов»:
приборы, аппараты, модели и лабораторные принадлежности.
В том же месяце Вернадский обратился в ВСНХ СССР с письмом
о необходимости сохранения памятников науки и техники.62
В письме он просил ВСНХ СССР оказать содействие Комиссии
по истории знаний в деле организации музея по истории науки и
техники и отметил, что «при колоссально бурных темпах
перевооружения промышленности Союза и при острой нужде в металле
все или подавляющее количество ценнейших памятников истории
техники окажется уничтоженным и создание музея, важность и
актуальность какового неоспоримы, окажется невозможным».
29 ноября 1927 г. вопрос об организации музея был вынесен
на обсуждение членов КИЗ.63 Свои мнения и подходы к
концепции музея высказали академики В.И.Вернадский, С. А. Жебелёв,
Б. М. Ляпунов, Н. К. Никольский, члены-корреспонденты Л. С. Берг,
Э. Л. Радлов, С.В.Рождественский, ученые М. А. Блох, А. А. Гизет-
ти. Обобщая эти не противоречащие, а, скорее, дополняющие друг
друга подходы, можно сказать, что музей виделся как собрание
научного инструментария, книг, документов и предметов личного
обихода ученых, помогающих воссоздать атмосферу научного
поиска в конкретный исторический период. С конца 1927 г.
организация музея по истории науки и техники фигурирует в качестве
25

одного из основных направлений деятельности КИЗ.64 В марте
1930 г., обращаясь в Президиум АН СССР с запиской об
увеличении штата Комиссии, Вернадский просит ставку научного
сотрудника для организации работ и ведения переписки по вопросам
сбора экспонатов для музея.65 В течение 1930 г. в записках,
адресованных в Президиум АН СССР и Комиссию по разработке
Устава АН СССР, Вернадский постоянно возвращается к этому
вопросу. «Музей — об огромном значении которого нечего, нам
кажется, распространяться, — писал он 29 марта 1930 г., —
мыслится бюро Комиссии по типу Германского музея в Мюнхене. Он
должен дать возможность всем проследить по оригиналам или
научно точным копиям историю всех жизненных достижений науки
от археологического начала до последнего слова научного
знания — истории радио, рудных работ, земледелия, удобрений,
микроскопа, телескопа, электрических достижений, мореплавания,
металлургии, химических продуктов и т. п. Конечно, такой музей
потребует миллионных средств, но и польза от него, его влияния
и влияния его разветвлений в стране неисчислима. Комиссия
должна явиться тем центром, который должен подвести идею музея
к реальному осуществлению».66 Работы по созданию музея были
включены в производственный план КИЗ на 1930—1931 гг. первым
пунктом, а в отчете о деятельности Комиссии за 1930 г. было
заявлено: «В истекшем году приступлено к созданию музея по истории
знаний при КИЗ, основанием для чего послужат приборы и
машины по истории техники, которые переданы КИЗ по постановлению
Президиума АН СССР из Галереи Петра Первого при МАЭ».67
Концепция музея истории науки и техники, а также все
аспекты его существования тщательно проанализированы в записке
В. А. Каменского «К вопросу о создании при КИЗ музея истории
науки и техники».68 Автор ее прекрасно сознавал всю сложность
создания такого музея. «На пути осуществления этой задачи, —
писал В. А. Каменский, — лежат большие трудности,
вытекающие из грандиозности задачи, требующей для своего разрешения
мобилизации научных сил страны для длительной
подготовительной работы над планом построения музея и его осуществления,
больших материальных затрат по собиранию материала и
реализации экспозиции». Здесь же указывалось, что материалы по
истории заводской техники и транспорта уничтожаются, поэтому
надо спешить с охраной и сбором материала по истории техники,
так как у нас нет учреждения, осуществляющего охрану
памятников старой техники. Далее он попытался наметить цель, основные
задачи музея и главные принципы построения его экспозиции. «В
первую голову должен быть охвачен период развития капитализма
XVIII—XIX вв.: XVII в. — как вводная часть, а с XVIII в. линия
изучения и экспозиции должна быть протянута до
современности...». Хотя музею к концу 1931 г. было передано около 10 тыс.
руб., однако дапьнейшее его развитие тормозилось вновь из-за
26

отсутствия средств, и уже Н. И. Бухарин, сменивший В. И.
Вернадского на посту председателя КИЗ, обратился в мае и июне 1931 г.
в Президиум АН СССР с просьбой об активизации деятельности
по созданию музея и о выделении финансирования. В августе того
же года непременный секретарь АН СССР В.П.Волгин
обращается в Ленсовет с ходатайством о предоставлении необходимого
для музея помещения.69
12 сентября 1931 г. Президиумом АН СССР была утверждена
Музейная подкомиссия КИЗ в составе: председатель — академик
В. Ф. Миткевич, члены — М. А. Блох, М. А. Гуковский, В. А.
Каменский, H. М. Маторин, А. А. Чернышев.70
В 1932 г. поступление памятников науки и техники в фонды
музея было интенсивным. Передавались предметы из
Государственного Эрмитажа, дворца-музея г. Гатчины, Музея
железнодорожного транспорта, из Русского музея, а также с заводов.71 Для
размещения этой достаточно солидной коллекции Ленсовет
2 марта 1933 г. выделил под музей в бывших митрополичьих
покоях Александро-Невской лавры 18 больших залов и комнат
площадью 1166 кв. м. Но из-за переезда Академии наук в Москву
музею через год предложили освободить помещение в лавре и
перебраться в академическое здание на Университетской
набережной, откуда он вскоре переехал в помещение Издательства
Академии наук (Таможенный пер., 2). Но злоключения музея на этом
не закончились. Вскоре, в июле 1936 г., он вновь переезжает —
теперь уже в помещение Геологического музея (Тучкова наб., 2).
Невозможность размещения экспозиции вынуждает сотрудников
музея начать возврат экспонатов, а также их передачу на
временное хранение в ленинградские музеи. Планам создания
грандиозного музея по истории науки и техники не суждено было сбыться.
Летом 1941 г. в Эрмитаж были переданы последние экспонаты.
«Чистка» Академии наук и КИЗ
1929 год — особый в истории Академии наук СССР. К этому
моменту процесс идеологизации, огосударствления и
большевизации Академии достиг крайнего напряжения. «Приручение»
Академии наук вступило в завершающую стадию. Выборы новых
академиков, работа комиссии Ю. П. Фигатнера, «чистка кадров»,
репрессии против ученых, коренная перестройка Академии наук —
эти и многие другие проблемы обстоятельно освещены в
литературе.72 Но важно помнить следующее: 12 января 1929 г.
состоялись выборы большой группы ученых-коммунистов в академики и
случилась «неувязка», когда трое ученых из кандидатов-коммунистов
не получили при голосовании на Общем собрании нужного
количества голосов. 29 января вице-президент академик А. Е. Ферсман
обратился к руководству Академии наук с запиской о
необходимости реорганизации Академии. «Увеличение числа активных
27

членов Академии, — писал Ферсман, — расширение объема
наук, охватываемых ею, развитие ее исследовательских
учреждений за пределы небольших подсобных рабочих кабинетов — все
это именно в настоящее время заставляет безотлагательно
поставить вопрос перед Академией о формах ее дальнейшего развития
и о тех основных новых линиях, по которым это развитие должно
пойти».73 13 февраля состоялись повторные выборы и трое
неизбранных коммунистов стали академиками, а 18 февраля прошло
первое заседание фракции академиков-коммунистов. 25 февраля
академик-коммунист Н. И. Бухарин в записке «Ориентация в
вопросах Академии наук для нас самих» определил пути
дальнейшего развития Академии наук и ее реорганизации. Бухарин писал:
«Мы должны, с точки зрения длительной перспективы, держать
курс на единое научное учреждение, охватывающее различного
рода дисциплины, подтягивающее организационно различные
учреждения (исследовательские институты, лаборатории, музеи,
научные общества и т. д. и т. п.). Общая линия здесь должна быть
линией на объединение теории и практики, линия большей
актуализации всей совокупности работ, большей их планомерности и
проч. ...Подобный план может и должен идти не помимо, а через
теперешнюю Академию наук, которая должна быть радикально
реформирована, переделана, перестроена, что возможно лишь
путем длительной и систематической работы, т. е. лишь в
„конечном счете". В этом смысле задача по отношению к Академии
наук состоит не во взрыве этого учреждения, а в длительной его
переделке».74
28 февраля В. И. Вернадский, как и другие академики, по
просьбе Президиума АН СССР подготовил записку об улучшении
условий работы возглавляемых им учреждений. Но прежде чем
изложить нужды КЕПС, Биохимической лаборатории и КИЗ,
Вернадский внес следующее предложение: «Я думаю, что надо
Академии взять на себя инициативу в создании условий, более
отвечающих требованиям научной работы XX столетия, и в этом
отношении представить власти исчерпывающие данные об
ухудшающихся условиях научной работы в Союзе».75 Вернадский
настаивал на решении вопроса о преобразовании КЕПС в
Менделеевский научно-исследовательский институт по изучению
естественных производительных сил и отпуске для этого нужных
средств.
Далее В. И. Вернадский обосновывал необходимость
укрепления КИЗ и реорганизации ее в Институт по изучению истории
знаний: «Третье учреждение, находящееся под моим
руководством, — КИЗ — совершенно не получила никаких средств на свое
оборудование. Несомненно, при том развитии — медленном, но
неуклонном, какое получает Комиссия, является совершенно
реальной сейчас мысль о переходе ее в Институт по изучению
истории знаний — создание нужного для этого архива, библиотеки,
28

картотеки и собрания предметов. Для этого необходимо на
первый раз иметь в валюте достаточную сумму для пополнения
отсутствующих в нашей библиотеке, а частью и в нашей стране
основных книг и серий в этой новой у нас области знания. На
этот год увеличение возможности печатания, сейчас жестоко
сдавленного, увеличение средств на оплату научных сдельных работ и
получение первоначального фонда в валюте и червонцах для
первых систематических покупок является достаточным».76 Закончил
записку В.И.Вернадский следующими словами: «Моя личная
научная работа тесно связана с указанными учреждениями, и
увеличение их средств дает и мне возможность расширять и углублять
свою исследовательскую работу».
В марте 1929 г. А.Е.Ферсман подготовил «Сводку заявлений
и пожеланий академиков и академических учреждений» —
документ, в котором говорилось о необходимости укрепления
материально-технической базы и расширения сети учреждений АН
СССР, увеличения финансирования, улучшения работы
издательства и типографии, роста международных контактов ученых и т. д.
В «Сводку» вошли и пожелания В. И. Вернадского.77
7 марта 1929 г. Общее собрание АН СССР образовало
Организационную комиссию, поручив ей «разработку» всех
предложений, связанных с реорганизацией работы в Академии наук и
реконструкцией академических учреждений.78 Деятельность
Организационной комиссии началась в марте 1929 г. и завершилась в
апреле 1930 г. 3 марта 1930 г. она была преобразована в
Комиссию по разработке нового Устава и реорганизации Академии
наук. С марта по ноябрь 1929 г. комиссией руководил акад.
С. Ф. Ольденбург, с ноября 1929 г. по март 1930 г. — акад.
В. Л. Комаров, а затем — акад. В. П. Волгин.
С 28 июня по 3 октября 1929 г. В.И.Вернадский находился
в заграничной командировке в Германии и Чехословакии. Перед
отъездом он направил письмо в Президиум АН СССР акад.
A. П. Карпинскому с просьбой от имени Академии наук
походатайствовать за члена-корреспондента АН СССР и члена КИЗ
B. Н. Бенешевича, приговоренного к трем годам
концентрационного лагеря.79
Летом начала работать Комиссия по проверке аппарата
Академии наук. Возглавлял комиссию член Центральной контрольной
комиссии ВКП(б) Ю. П. Фигатнер. Комиссия принимала решения
об увольнении с работы многих сотрудников «по политическим и
деловым качествам». Увольнение коснулось не только
технических сотрудников аппарата, но и ученых, в том числе крупных
специалистов в различных областях естественных и гуманитарных
наук. В конце года Фигатнер сказал, что «такого
невнимательного, небрежного отношения к вопросу людского состава, как в
Академии наук, я не встречал нигде».80 Положение «исправили».
В декабре 1929 г. комиссией из 960 штатных сотрудников были
29

уволены 128, из 836 сверхштатных — 520.81 Среди уволенных
был и ученый секретарь КИЗ, занимавший единственную штатную
должность в КИЗ, M. М. Соловьев.82
В связи с работой комиссии «по чистке» Академии наук
заместитель председателя КИЗ академик И. Ю. Крачковский, на
которого в отсутствие В.И.Вернадского были возложены
обязанности председателя, подготовил в августе 1929 г. записку о
деятельности Комиссии за 1926—1929 гг. «Задачей КИЗ, — писал
Крачковский, — является научная работа в области истории
знаний и их приложений к жизни (преимущественно истории
точного знания — естествознания и математики)».83 Далее автор
записки обстоятельно раскрыл большую работу КИЗ по организации
научных заседаний, проанализировал работу Бэровской и
Ломоносовской подкомиссий, отметил, что члены КИЗ уделяют особое
внимание подготовке и изданию архивных материалов, начали
подготовку справочника о персональном составе Академии наук
со времени ее основания, продолжили пополнение специальной
библиотеки и архива по истории знаний, которые к концу 1929 г.
насчитывали уже 899 книг, 342 портрета и 190 рукописей
ученых; особо он остановился на издательской деятельности КИЗ и
работах по созданию музея истории науки и техники. В конце
записки он сосредоточил внимание на перспективах развития
Комиссии, которые были созвучны идеям, высказанным в феврале
этого года В. И. Вернадским. И. Ю. Крачковский полагал, что
«неуклонно расширяющаяся и углубляющаяся деятельность КИЗ
ставит на очередь вопрос о превращении КИЗ в большую и должным
образом оборудованную организацию —
Научно-исследовательский институт по истории знаний с рядом отделов по истории
отдельных научных дисциплин, для чего требуются, конечно,
иные бюджет и количество штатных сотрудников. Ввиду этого в
смете на следующие 5 лет предусматривается необходимость в
последовательном увеличении штата научных сотрудников,
установлении должности делопроизводителя, так же как и увеличении
кредитов на операционные расходы по организации музея и
библиотеки».
Комиссия старалась продолжать работу. В 1929 г. состоялось
14 научных заседаний КИЗ, на которых с докладами выступили
академик Д. М. Петрушевский — «Академик П. Г. Виноградов как
социальный историк», академик В. М. Алексеев — «Китайская
наука в Китае и Европе», академик П. П. Лазарев — «Развитие
учения о возбуждении живой ткани в связи с современным
состоянием этого учения», и 10 организационных заседаний для
решения текущих вопросов. Кроме того, были проведены заседание,
посвященное 10-летию со дня кончины академика А. С. Лаппо-Да-
нилевского, на котором выступили С. Ф. Платонов, Н. И. Кареев,
А. А. Введенский и присутствовало 72 человека,84 и заседание,
посвященное памяти скончавшегося товарища председателя КИЗ,
30

философа, члена-корреспондента АН СССР Э. Л. Радлова, на
котором были заслушаны вступительное слово В.И.Вернадского,
доклады С. А. Жебелёва и Н. И. Кареева в присутствии 71
человека.85
К концу 1929 г. в серии «Труды КИЗ» было опубликовано
8 книг, а в серии «Очерки по истории знаний» — 6 книг.
Следует заметить, что основная деятельность КИЗ в этом году
проходила до начала работы Комиссии по проверке аппарата
Академии наук, до отстранения от обязанностей непременного
секретаря академика С. Ф. Ольденбурга и до сфабрикованного
ОГПУ академического «заговора монархистов» или
«академического дела», аресты по которому начались в октябре 1929 г.86
Около 25 человек, что составляет приблизительно 22 % от числа
арестованных, проходивших по «делу Академии наук», были
членами КИЗ, причем из 16 человек, составлявших основное ядро
дела, 9 были членами КИЗ. Это академики С.Ф.Платонов,
Н. П. Лихачев, М. К. Любавский, Е. В. Тарле,
члены-корреспонденты АН СССР В. Н. Бенешевич, Ю. В.Готье, Д.Н.Егоров,
С.В.Рождественский и профессор А.И.Андреев. Нетрудно
представить себе, каково было моральное состояние сотрудников
Академии наук во время «чистки» и арестов. Несмотря на это,
24 ноября состоялось заседание КИЗ, на котором с докладом «Из
истории мозаичных составов М.В.Ломоносова» выступил
Н.И.Сидоров, позже арестованный по «академическому делу», а 3
декабря прошло совместное заседание КИЗ и Бэровской подкомиссии,
где с докладом «К. М. Бэр как антрополог» выступил Б. Н.
Вишневский.
После увольнения комиссией «по чистке» ученого секретаря
КИЗ M. М. Соловьева его обязанности на общественных началах
стал исполнять С. Н. Чернов, и В. И. Вернадский вступает в
длительную переписку с Комиссией АН СССР по замещению
вакантных должностей об утверждении С. Н. Чернова в этой должности.
Но кандидатура КИЗ не встретила поддержки, кроме того,
профсоюзный комитет Академии — очаг смуты — рекомендовал на
эту должность проверенных сотрудников, активных членов секции
ВАРНИТСО, известных шумными нападками на Академию наук
специалиста по диалектическому материализму М. Л. Ширвиндта
и юриста в области трудового права В. М. Догадова.87 Это не
соответствовало задачам и направлению исследований КИЗ. 4
января 1930 г. В.И.Вернадский и И. Ю. Крачковский обращаются с
запиской к президенту АН СССР академику А. П. Карпинскому с
просьбой предпринять нужные шаги для скорейшего замещения
должности ученого секретаря КИЗ и пытаются объяснить, что
ученый секретарь Комиссии есть прежде всего
ученый-исследователь, работающий в области истории знаний и владеющий в
какой-нибудь из частей этого обширного цикла наук
специальными знаниями. «При обычных условиях, — писали Вернадский и
31

Крачковский, — должность эта замещается по выбору общим
собранием Комиссии из кандидатов, предложенных бюро Комиссии.
Выбранное лицо утверждается Президиумом АН. Этот порядок
замещения временно изменен сейчас для лиц, удаленных
комиссией Фигатнера, но, очевидно, остается неизменной та
квалификация, которой должны удовлетворять лица, которые могут
исполнять обязанности ученого секретаря КИЗ, ибо эта квалификация
требуется пользой дела и не может быть в корне изменена какими
бы то ни было иными соображениями. Дело должно делаться, а
исполнять его может только лицо, обладающее необходимым для
этого знанием и умением, — иначе дела не будет».88 В феврале
прекратила деятельность Комиссия по замещению вакантных
должностей, и В. И. Вернадский 28 февраля обращается в
Президиум АН СССР вновь с ходатайством о назначении С. Н. Чернова
на должность ученого секретаря КИЗ. Вопрос наконец-то решен
положительно.89
1930 год
Обсуждение вопросов реорганизации КИЗ продолжалось и в
1930 г. 18 февраля Ученый комитет ЦИК СССР утвердил состав
Комиссии по разработке нового Устава АН СССР. Председателем
комиссии был назначен непременный секретарь В. П. Волгин.
28 февраля 1930 г. состоялось первое заседание комиссии, на
котором с докладом «Об основных положениях изменения Устава
АН СССР» выступил Н. И. Бухарин. Его доклад был нацелен на
перестройку деятельности Академии, объясняя это «потребностью
эпохи». «Наше строительство, — говорил он, — требует от нас
увязки теоретической и практической работы и решительного
поворота всей совокупности теоретических знаний, во всем
многообразии и в целом, к нуждам социалистической реконструкции».90
Затем В. И. Вернадский зачитал записку «Об основных
принципах нового Устава АН СССР», в которой сразу отметил, что
Академия наук в государстве любого типа должна занимать
особое место по сравнению с другими научными учреждениями и
заслуживает особых условий, «без соблюдения которых Академия
наук не даст того, что она должна дать».91 Далее В. И. Вернадский
изложил соображения об условиях, необходимых для ее
плодотворной деятельности. Ученый подчеркивал, что Академия
«должна обладать максимальной автономией в решении научных
вопросов», настаивал на свободе творческой деятельности ученых. В
записке была сформулирована идея «научного интернационала»,
всемерного развития международного сотрудничества ученых.
Соображения В.И.Вернадского об автономии Академии наук,
о научном интернационале вызвали критические замечания
выступавших на собрании академиков А. Д. Архангельского, Н. И.
Бухарина, И. М. Губкина и А. В. Луначарского.92
32

3 марта 1930 г. Общее собрание утвердило пять подкомиссий
по подготовке нового Устава АН СССР и реорганизации АН
СССР. Первой и основной была подкомиссия по подготовке
проекта нового Устава, куда В.И.Вернадский не был включен. Если
ранее подкомиссию по реорганизации КЕПС, КЭИ и КИПС
возглавлял Вернадский, то теперь ее председателем стал Г. М.
Кржижановский. Из учреждений, подлежавших рассмотрению
подкомиссией, исключили КИПС, заменив ее КЯР.93
В связи с разработкой нового Устава и реорганизацией АН
СССР В. И. Вернадский составил две записки о деятельности
КИЗ — 26 февраля и 16 марта. В первой записке речь шла об
основных направлениях и результатах работы КИЗ.94 Формулируя
задачи КИЗ, Вернадский во второй записке отмечал: «КИЗ имеет
задачей исследовательскую научную работу в области истории
знаний. Она должна превратиться в научно-исследовательский
институт по истории знаний и в музей по истории знаний. Но это
возможно только постепенным путем, ибо до образования нашей
Комиссии в нашей стране не было ни одного центра научной
работы в этой области, и необходимо прежде всего подготовить
кадры научных работников и уяснить имеющиеся возможности
работы».95 Он писал, что объектом исследований Комиссии
должна быть история науки не только в нашей стране, но и в мире,
тем самым подчеркивая значение истории науки во всеобщей
истории: «Научное знание едино и не может изучаться в его
проявлении в отдельной стране без одновременного изучения мирового
его исторического хода. Нельзя изучать приложения знания к
жизни без углубленного исследования истории хода мировой
теоретической работы [мысли], на которой в конце концов оно
основывается. Поэтому Комиссия не может иметь задачей изучение
истории знаний только в России и Союзе».
Исходя из задач КИЗ, В. И. Вернадский ходатайствовал об
увеличении штата Комиссии, кроме имеющейся должности ученого
секретаря, просил еще 4 ставки научных и 2 — технических
сотрудников.
На заседании подкомиссии по реорганизации КЕПС, КЯР и
КЭИ 22 марта В. И. Вернадский неожиданно узнал, что без его
ведома, без предварительного обсуждения было решено КИЗ
перевести из числа структурных подразделений при Общем
собрании во II отделение АН СССР — Отделение гуманитарных наук.
По мнению Вернадского, это решение было неприемлемо.
26 марта 1930 г. он направил письма академику-секретарю
ОГН А. Н. Самойловичу и вице-президенту АН СССР Г. М.
Кржижановскому, в которых настаивал на сохранении КИЗ при Общем
собрании АН СССР.96 «Комиссия по истории знаний, — писал
В.И.Вернадский, — была всегда при Общем собрании и должна
при нем остаться. Она не может быть рассматриваема как чисто
историческое учреждение, так как наше внимание сейчас должно
2 Заказ №4012
33

быть в очень большой мере направлено на историю естественно-
исторических, математических и технических знаний, требующих
такой подготовки, которая отсутствует у ученых гуманитарного
отделения. Нашей задачей на ближайшие годы является создание
музея по истории техники — приложения науки к жизни (по
типу Германского музея в Мюнхене). Эта задача выходит
совершенно за пределы ведения II отделения».
Через три дня, 29 марта, В. И. Вернадский обратился в
Комиссию по разработке нового Устава АН СССР по вопросу о
подчинении КИЗ Общему собранию АН СССР. Он просил «в связи с
новым Уставом Академии наук... поставить КИЗ в условия,
которые позволили бы ей развернуть — по определенному плану —
свою научную деятельность». Причин экстенсивной работы КИЗ
было немало, главными являлись отсутствие штатных кадров
(одна единица научного сотрудника — ученого секретаря), почти
полное отсутствие финансирования. Уникальность Комиссии, по
мнению В.И.Вернадского, состояла в том, что, занимаясь
междисциплинарными исследованиями, она объединяла усилия
натуралистов, техников, математиков и представителей гуманитарных
наук — специалистов, работающих как в I, так и во II отделениях
Академии наук. Поэтому В. И. Вернадский настаивал: «В
организационном отношении Комиссия по истории знаний может, таким
образом, быть связана только с Общим собранием».97
Деятельность КИЗ служила предметом специального
рассмотрения на заседании подкомиссии по реорганизации КЕПС, КЭИ
и КЯР, состоявшемся 1 апреля 1930 г.98 Заседанием руководил
вице-президент АН СССР акад. Г. М. Кржижановский. В. И.
Вернадский выступил с кратким сообщением о работе КИЗ, в
котором развивались идеи, сформулированные в упомянутых выше его
записках. В обсуждении приняли участие академики А. Д.
Архангельский, Н. И. Бухарин, В. П. Волгин, А. Н. Крылов, Н. С. Курна-
ков, Н. Я. Марр, А. Е. Ферсман и С. А. Чаплыгин. Участники
заседания не во всем были согласны с Вернадским. Так, Волгин и
Крылов утверждали, что подобную работу невозможно
организовать в настоящее время, поскольку нет историков и натуралистов,
способных и желающих заниматься историко-научными
исследованиями. Архангельский, заявив, что глубоко интересовался
работой КИЗ, высказал следующее соображение: «...боюсь, что
истории знаний по существу здесь совершенно нет. Здесь есть в
основе биографии, написанные чрезвычайно пестро, под самыми
разнообразными углами зрения, с изложением вещей, которые,
даже не знаю, надо ли где-нибудь протоколировать и вносить в
историю знаний». Он предлагал принципиально поставить вопрос:
существовать или не существовать КИЗ. В. И. Вернадский заметил
на это, что «прекращение работы в настоящее время было бы
ошибкой, потому что есть моменты в истории знаний, когда
историческое их изучение приобретает особое значение. Это имен-
34

но теперь». Весьма пространно, но все же с большей долей
положительного высказались Курнаков и Чаплыгин. Последний
выделил в качестве одной из главных задач КИЗ исследование истории
русской науки.
Точку зрения В. И. Вернадского поддержал новый
вице-президент АН СССР Н. Я. Марр, который отметил, что КИЗ нужна
Академии наук. Бывший вице-президент А. Е. Ферсман
рассматривал организацию работы по истории науки как «очень большой
и очень серьезный вопрос» и настаивал на создании особой
комиссии по разрешению спорного вопроса о КИЗ, что было
поддержано Н. И. Бухариным, который, впрочем, высказался за
изменение стиля работы КИЗ, он потребовал придания ее
деятельности планового характера. Последнее вызвало реплику Вернадского,
который не возражал против плана, но считал, что план должен
быть поставлен в реальные условия: должны быть определены
штаты и финансовые средства, иначе «мы рискуем не выполнить
этого плана». Атмосфера, царившая на заседании, не вселяла
особого оптимизма. В ходе обсуждения работы КИЗ Вернадский
брал слово дважды. «Я согласился стать во главе этой Комиссии
без средств просто для того, чтобы положить начало работе и
прощупать почву, узнать, есть ли люди, которые этим
интересуются», — говорил он. В.И.Вернадский вновь напомнил о
необходимости выработки методики исследований, подготовки
специалистов по истории науки, о создании музея при КИЗ и закончил
свое выступление словами: «Учитывая целый ряд недостатков,
надо иметь в виду, что работа шла даром; кроме листов
Академии, весь труд был даровой. Это вовсе не так легко устроить в
наше время».
В итоге было решено просить Общее собрание АН СССР
создать специальную комиссию «с включением работников
существующей Комиссии по истории знаний, дополнить ее теми лицами,
которые необходимы по мнению Общего собрания для решения
этого сложного вопроса».
На следующий день состоялся пленум Комиссии по
реорганизации АН СССР, где одним из вопросов была деятельность КИЗ."
А. Д. Архангельский доложил результаты вчерашнего обсуждения
и предложение о создании специальной комиссии. В. П. Волгин,
которому вчера не удалось остановить обсуждение вопроса о
КИЗ, вновь высказался против продолжения историко-научных
исследований и отметил: «Я признаю весьма значительной задачу
разработки истории знаний, но я считаю в то же время, что эта
задача в настоящее время, в настоящих условиях и при настоящем
составе наших сил должным образом неразрешима». А. П. Крылов
тут же предложил сузить тематику КИЗ и ограничиться только
изданием трудов классиков по точным наукам. В. И. Вернадский,
который участвовал в заседании, молчал. Им возразил С. Ф. Оль-
денбург, он заметил, что каждый специалист обязан знать исто-
35

рию своей науки, поддержал идею о создании специальной
комиссии и уверенно заявил, что «комиссия Общего собрания
рассмотрит вопрос в его реальных возможностях, но потенциально мне
кажется, что в Академии наук, где имеется 80 человек, из
которых каждый работал над вопросами из истории своей
дисциплины, найдется подходящий элемент для того, чтобы работа этой
комиссии была бы плодотворной». Н. И. Бухарин призвал не
начинать обсуждать вопрос по существу и высказался за
организацию специальной комиссии.
Спустя два дня, 4 апреля, на Общем собрании АН СССР
должна была быть создана комиссия по реорганизации КИЗ. Но
B. П. Волгин сорвал осуществление этого вопроса. Он стремился
сформировать комиссию по реорганизации КИЗ без участия в ней
членов КИЗ. В. И. Вернадский протестовал. Рассмотрение
вопроса было отложено.100
На следующий день, 5 апреля, Общим собранием АН СССР
была образована комиссия по реорганизации КИЗ в составе
академиков Н. И. Бухарина, В. И. Вернадского, В. П. Волгина, А. М. Де-
борина, И. Ю. Крачковского, В. Ф. Миткевича и С. Ф. Ольденбур-
га.101 Трое из членов комиссии в то время были членами КИЗ.
Расширение, а не сужение круга историко-научных проблем
приветствовалось многими учеными, интересующимися историей
науки. Так, историк античности М. А. Шангин 16 апреля
направил в КИЗ записку о необходимости изучения народного знания,
где подчеркивалось, что его изучение должно войти «как
существенная часть в построение истории знаний; в знании ученых и в
народном знании даны один и тот же предмет человеческой
пытливости, одни и те же методы исследования. Интерес к народному
знанию усиливается еще тем, что в этой области (в области
народного знания) до сих пор живут отголоски той пранауки, из
которой возникли все научные дисциплины, и сохраняются
отражения интеллектуального общения народов Востока и Запада, —
в этом универсальный характер народного знания».102
22 мая 1930 г. состоялось заседание комиссии по
реорганизации КИЗ, на котором из семи членов комиссии
присутствовали четверо: В.И.Вернадский, В.П.Волгин, И. Ю. Крачковский,
C. Ф. Ольденбург; на заседание был приглашен
историк-коммунист Н.М.Лукин. Председательствовал В.И.Вернадский.103 Он
коротко рассказал о деятельности КИЗ, отметил необходимость
создания специальной библиотеки по истории знаний и
подчеркнул: «...я придаю огромное значение этой Комиссии. Мы здесь,
люди различных привычек, сталкиваемся в научной работе. Я это
считаю очень важной стороной, и если не будут сталкиваться
люди такого ряда, то ничего не получится». Дискуссию открыл
В. П. Волгин, позиция которого заметно смягчилась: он уже не
ставил вопрос о целесообразности существования КИЗ, а
предложил лишь ограничить ее работу изучением точных и естественных
36

наук. Ему возразили И. Ю. Крачковский, Н. М. Лукин и С. Ф. Оль-
денбург, которые полагали, что нужно заниматься изучением и
гуманитарных наук.
На этом заседании очень детально обсуждался проект
Положения о КИЗ,104 в первом параграфе которого было
зафиксировано: «Комиссия по истории знаний (КИЗ) при Общем собрании
АН СССР занимается изучением истории развития науки и
техники, а также народных знаний и производственных процессов и
навыков, с древнейших времен до последнего времени, как в
мировом масштабе, так и в особенности на территории России и
СССР». В. П. Волгин критиковал расширение круга вопросов,
подлежащих ведению Комиссии: «...производственные процессы и
навыки, народные знания, — мне кажется, что это, в конце
концов, делает задачу неопределенной и безграничной». Но этот
параграф остался без изменений. В пункт «б» второго параграфа,
который гласил: «производит специальные исследования в
области истории знаний», было добавлено: «в соответствии с ежегодно
утвержденным Общим собранием планом». Пункт «г» —
«подготовляет новые кадры работников по истории знаний» — убрали
по предложению В.И.Вернадского, который заметил, что
«говорить о подготовке кадров теперь преждевременно, давайте
развернем работу, а потом будем об этом говорить». Спорили о
количестве членов КИЗ. В проекте Положения стоит цифра 75, в
черновиках встречаются цифры 100 и 60 человек. Против
определения конкретной цифры выступил В.П.Волгин, было
решено количество членов КИЗ не ограничивать. Также для члена
КИЗ теперь стало необязательным иметь научные труды по
истории знаний. И если раньше председатель КИЗ и его
заместитель избирались Общим собранием АН СССР по
представлению Комиссии, то теперь кадровые вопросы решались без ее
участия.
Но следует отметить, что КИЗ осталась в числе структурных
подразделений Общего собрания АН СССР. Такое положение
сохранялось до преобразования Комиссии в Институт истории
науки и техники (ИИНИТ) и еще два года, до апреля 1934 г.,
когда институт был передан в Отделение общественных наук.
23 мая 1930 г. Президиум ЦИК СССР утвердил новый, уже
второй в советское время, Устав Академии наук. В Уставе
по-новому определялась целенаправленность научной деятельности
Академии. Ей поручалось всемерное развитие теоретических
исследований, выработка нового научного метода, построенного на
основе марксистского учения, причем все научные достижения
должны были служить нуждам социалистической реконструкции
страны и дальнейшему совершенствованию социалистического
общественного строя.
В соответствии с новыми целями были изменены и задачи,
поставленные перед Академией, продиктованные необходимостью
37

разрабатывать способы применения теоретических знаний и
«результатов научных опытов и наблюдений к задачам
социалистического строительства».
В контексте новых целевых установок 2 октября Общее
собрание утвердило новое Положение о Комиссии.105 «КИЗ имеет
задачей изучение истории развития науки и техники с древнейших
времен и до последнего времени», — говорилось четко и коротко
в Положении.106 Для руководства деятельностью КИЗ помимо
привычного бюро — председатель КИЗ, его заместитель и ученый
секретарь — предусматривалась организация совета, состоящего
из членов бюро и представителей внеакадемических и
общественных учреждений: по одному представителю от научного персонала
и аспирантов из Археографической комиссии, Комакадемии,
Архива АН, Центрархива, Академии истории материальной культуры.
3 октября на заседании Общего собрания АН СССР В. И.
Вернадский отказался от руководства Комиссией и председателем
КИЗ был избран академик Н. И. Бухарин.107 На заседании была
внесена поправка в Положение о Комиссии: добавили, что в
состав бюро КИЗ входят еще три члена, избираемые Общим
собранием. По предложению Н. П. Бухарина в состав бюро были
избраны академики В.И.Вернадский, А.М.Деборин и А.Ф.Иоффе.
12 октября состоялось первое заседание КИЗ при новом
председателе. (Любопытно отметить, что первое заседание СОПС, куда
вошли КЕПС и КЭИ, при новом председателе академике И. М.
Губкине состоялось тоже 12 октября 1930 г. См.: Кольцов A.B.
Создание и деятельность Комиссии по изучению естественных
производительных сил России. 1915—1930 гг. СПб., 1999. С. 159).
Кроме Н.И.Бухарина в нем приняли участие В.И.Вернадский,
И. Ю. Крачковский и историк-архивист Г.А.Князев.108
Выступивший на заседании Вернадский, говорил о трудностях в работе
КИЗ, о направлениях научной и научно-организационной
деятельности, о персональном составе Комиссии. В его словах звучала
забота о судьбе созданного им учреждения, он стремился
подробно рассказать новому председателю о работе, заинтересовать,
ввести его в курс дел.
В отчете о работе действительных членов АН СССР за 1930 г.
говорилось: «Академик В.И.Вернадский, кроме обычных обязанностей
академика, нес работу как председатель КЕПС, директор БИОГЕЛ
и председатель КИЗ. К концу года отказался от должности
директора БГН. С реформой КЕПС перестал быть ее председателем
и при новых выборах не баллотировался в председатели КИЗ».109
Н. И. Бухарин — председатель КИЗ
О политической судьбе Н. И. Бухарина написано много работ,
переизданы его основные сочинения, академическая деятельность
также уже была предметом исследования.110 Мы же коснемся
38

H. И. Бухарин, председатель КИЗ.
лишь академической деятельности Н. И. Бухарина в свете
организации им историко-научных исследований в Академии наук,
причем лишь в начальный, очень короткий период, который
совпадает с пребыванием его на посту председателя КИЗ с 3 октября
1930 г. по 28 февраля 1932 г.
12 января 1929 г. в числе первой группы коммунистов, набрав
20 голосов (против 10), Н.И.Бухарин был избран академиком по
Отделению гуманитарных наук (экономика). К этому времени он
39

был известен не только как государственный, партийный деятель,
но и как крупный экономист. В «Записке об ученых трудах
профессора Н. И. Бухарина», составленной при выдвижении его на
академическую должность, приведен список важнейших его
трудов, содержащий 83 наименования.
Избрание Н. И. Бухарина в Академию наук СССР совпало с
отстранением его от активной политической деятельности — он
был выведен из состава Политбюро ЦК ВКП(б) и освобожден от
должности редактора центральной газеты страны «Правда». В
1929 г. началась научно-организационная деятельность
Н.И.Бухарина в Академии наук и в Научно-исследовательском секторе
ВСНХ СССР, во главе которого он встал. Бухарин был одним из
тех, кто влиял на формирование политики Советского государства
в отношении науки. Он написал ряд писем и записок,
адресованных в Политбюро, и участвовал в подготовке многих решений
Политбюро по Академии наук. Он был членом Комиссии по
реорганизации Академии наук, отстаивая необходимость сближения
науки и производства, при его руководящем участии
разрабатывался в 1930 г. новый Устав Академии наук. В 1937 г. в письме
И. В. Сталину из внутренней тюрьмы НКВД, приводя аргументы в
защиту своей невиновности, он писал: «В Академии, что бы там
ни говорили теперь, никто больше моего не способствовал
пониманию исторической роли и достоинства партии и ее руководства
со стороны этих кругов, никто больше моего не способствовал
росту искреннего интереса к марксизму».111
1931 год был наиболее активным и плодотворным в
академической деятельности Н. И. Бухарина. По его инициативе и под его
непосредственным руководством 6—11 апреля была проведена
I Всесоюзная конференция по планированию
научно-исследовательской работы, в которой участвовали 930 делегатов,
представляющих все научные центры и ведомства страны. Бухарин открыл
конференцию и выступил на ней с основным докладом: «О
планировании научно-исследовательской работы». Делясь своими
впечатлениями о конференции, С. Ф. Ольденбург писал:
«Вступлением в работы конференции послужил обстоятельный и вместе
с тем чрезвычайно боевой доклад Н. И. Бухарина... Доклад этот,
заслушанный с напряженным вниманием, сразу поднял
настроение конференции на значительную высоту, и на ней она
держалась все время».112
По вопросам теории и практики планирования Н. И. Бухарин
неоднократно выступал в этот период в Академии наук.
Любопытно, что в первом номере журнала «Вестник АН СССР», к
изданию которого приступили в 1931 г., была опубликована его статья
«О планировании научно-исследовательской работы. (К
постановке вопроса)». 3 октября, выступая на Общем собрании АН СССР,
где обсуждался план работы Академии наук на 1931 г., он
заметил, что «по сути дела вопрос о планировании научно-исследова-
40

тельской работы есть не что иное, как вопрос о наиболее
целесообразном размещении научно-исследовательских сил и
наиболее целесообразной организации их по проработке
соответствующих тем».113 Вместе с тем он настаивал на том, чтобы при
планировании науки строго учитывались специфические особенности
ее развития. Он подчеркивал основополагающее значение
теоретических исследований для решения практических задач
народного хозяйства.
В 1931 г., когда велась подготовка к очередным выборам
новых академиков, Президиум АН СССР избрал Н. И. Бухарина
председателем выборной комиссии по социально-экономическим
наукам. Он подготовил записку о научных трудах одного из
кандидатов в академики — государственного и партийного деятеля,
экономиста В. В. Осинского, который был избран в академики
29 марта 1932 г. по Отделению общественных наук АН СССР и
после ареста Бухарина стал директором ИИНИТ АН СССР.
Руководство АН СССР привлекало Н. И. Бухарина к решению
вопросов, связанных с развитием сети академических учреждений,
он был членом многих академических комиссий и участником
научных заседаний. 29 апреля 1931 г. на торжественном
заседании АН СССР, посвященном 75-летию со дня смерти Генриха
Гейне, он выступил с докладом «Гейне и коммунизм»; 21 июня
на чрезвычайной сессии АН СССР, которая была посвящена теме
«Что может дать наука для осуществления лозунга „Догнать и
перегнать капиталистические страны"», выступил с основным
докладом «Наука на переломе всемирной истории». Практически
сразу после доклада на сессии АН СССР Бухарин возглавил
делегацию на II Международный конгресс по истории науки и
техники в Лондоне, где выступил с докладом «Теория и практика с
точки зрения диалектического материализма».
Н. И. Бухарин придавал большое значение ликвидации в стране
технической неграмотности и подготовке «людских сил» для
социалистического строительства. 8 августа 1931 г. газета «Правда»
опубликовала постановление ЦК ВКП(б) по вопросу о
технической пропаганде и ее организации. Здесь же была напечатана
докладная записка Бухарина, которая легла в основу постановления.
Говоря о средствах и методах технической пропаганды, он считал
необходимым «наводнить» страну разнообразной
научно-популярной и технической литературой, создать сеть технических
библиотек и выставок, использовать радио и по возможности кино.
Особое значение в этом процессе он придавал организации
технических музеев. «Музеи, — писал Бухарин, — есть первоклассный
„основной капитал" технической пропаганды».114 Распространяя
свои идеи, только в августе 1931 г. он выступил с двумя
программными докладами: на Всесоюзной конференции по
производственному обучению — «Школа, общественность, техническая
пропаганда» и на собрании инженерно-технической общественности
41

Москвы — «Социалистическая реконструкция и борьба за
технику».
Одним из самых главных направлений работы Н. И. Бухарина
в Академии наук стала организация исследований по истории
науки и техники, которая находилась в прямой связи с
ключевыми направлениями его деятельности в этот период.
Видимо, непосредственно с деятельностью КИЗ Н. И. Бухарин
столкнулся 1 апреля 1930 г., на заседании подкомиссии по
реорганизации КЕПС, КЭИ и КЯР, где высказался в поддержку
деятельности Комиссии.115 Он вошел в состав специальной комиссии
по реорганизации КИЗ, но в единственном заседании этой
комиссии 22 мая 1930 г. не участвовал.116 Будучи избранным Общим
собранием АН СССР 3 октября 1930 г. председателем КИЗ, он
увлеченно, по-революционному включился в работу и 12 октября
провел первое заседание КИЗ.117
В январе 1931 г. Н.И.Бухарин составил большую докладную
записку в Президиум АН СССР «К вопросу об ориентации в
работе Комиссии по истории знаний».118 В записке в качестве
единственно правильного метода исследования провозглашался метод
диалектического материализма. Но, «считаясь с фактическим
состоянием большинства дисциплин и с философской и
методологической установкой большинства специалистов-ученых»,
Бухарин предлагал наряду с изданием научных трудов, выполненных
на основе диалектического материализма, издавать труды и с иной
методологической установкой, но снабжать их критическими
вводными статьями и предисловиями. Принципиальной Бухарин
считал также ориентацию в работе на изучение эпохи
капитализма. «Вообще желательна полная история знаний, полная и с
точки зрения времени, и с точки зрения пространства, — писал
автор записки. — Однако ввиду огромности работ необходимо
иметь ориентацию на эпоху капитализма, под углом зрения
разных культур, с соответствующими историческими введениями».
Любопытно замечание Бухарина о типах изданий, которые
должны были готовить к публикации члены КИЗ. Он видел их в виде
трех серий: фундаментальные труды, монографии и
научно-популярная литература. Особенно подробно в записке
охарактеризована фундаментальная серия, которую он разделил на две части:
естественные науки и общественные науки. «Фундаментальная
серия, — писал Бухарин, — должна состоять из трудов,
посвященных истории всех важнейших дисциплин, в первую очередь
естественно-научных. Желательно издание в наиболее спешном
порядке трудов по истории техники, так как здесь имеется
особенно чувствительный пробел. Труды по общественным наукам,
где необходимо гораздо более строгое проведение марксистской
точки зрения, для Академии наук не так актуальны, ибо здесь
предпринимается ряд изданий со стороны Коммунистической
академии и других учреждений».
42

Одновременно с изданием фундаментальных трудов и
оригинальных монографий Н. И. Бухарин считал необходимым
подготовку членами КИЗ научно-популярных очерков по всем областям
знаний, истории отдельных открытий и изобретений, написание
биографий выдающихся деятелей науки. «Крайне желательно
было бы также, — писал Бухарин, — издание популярных
книжек-справочников по важнейшим отраслям науки и техники.
Такие справочники, выходящие под редакцией высококомпетентных
ученых, приобрели бы очень крупное значение в
технико-хозяйственной жизни страны».
В начале 1931 г. произошли изменения в руководстве КИЗ.
Подал в отставку заместитель председателя КИЗ академик И. Ю. Крач-
ковский. «На его замену, — писал Н.И.Бухарин
В.И.Вернадскому, — целесообразно выдвинуть кандидатуру кого-либо из
крупных работников естественного отделения, дабы тем
подчеркнуть основную ориентацию в работах Комиссии».11918 января
обязанности товарища председателя принял академик А. М. Дебо-
рин. 2 января решением Президиума АН СССР ученым
секретарем КИЗ был назначен биолог и философ Я. М. Урановский, но
уже в мае этого же года его сменил историк М. А. Гуковский.
Таким образом сформировалось руководящее ядро КИЗ: Н. И.
Бухарин, А. М. Деборин и М. А. Гуковский, которые смогли
достаточно широко развернуть деятельность Комиссии, провести
реорганизацию ее в Институт истории науки и техники АН СССР и
успешно руководить им.
В Санкт-Петербургском филиале Архива РАН сохранился ряд
документов, свидетельствующих о заинтересованном и увлеченном
участии Н. И. Бухарина в организации историко-научных
исследований в Академии наук. Из 8 заседаний КИЗ 1931 г., о которых
сохранились протоколы, Бухарин участвовал в работе пяти, и
именно на этих заседаниях обсуждались новые инициативы, о
которых он сам и докладывал. По его предложению для успешной
работы Комиссии стали создаваться тематические группы, причем
прежде всего подбирали руководителя группы, который затем по
своему усмотрению и надобности приглашал к работе ученых.
Было организовано 12 тематических групп: по истории физики,
астрономии, химии, техники, математики, биологии, технической
биологии, геологии, географии, этнографии, востоковедения и
языкознания. В качестве руководителей групп выступили
академики Л.С.Берг, Н.И.Вавилов, А.Ф.Иоффе, В.Л.Комаров,
Н. Я. Марр, В.А.Обручев, С. Ф. Ольденбург и многие другие.120
Каждая группа выработала план работы на 1931/32 г.121 После
обсуждения на заседаниях КИЗ на основе этих планов был
составлен сводный, можно сказать грандиозный, план работы на
1931/32 г., о котором 13 мая 1931 г. докладывал Бухарин.122 В
преамбуле плана, написанной Бухариным, говорилось: «Общая
ориентация Комиссии должна заключаться в разработке тем, име-
43

ющих либо особо важное научное (а следовательно, в конечном
счете и практическое) значение, либо непосредственный интерес
с точки зрения социалистического строительства в широком
смысле этого слова (т. е. включая и проблему культурной
революции). Имея своим объектом всю сумму знания, Комиссия в
первую очередь должна ставить своей задачей изучение науки и
техники новейшего времени». Далее отмечалось, что ряд важнейших
тем не нашел отражения в плане ввиду отсутствия подходящих
авторов. В план было включено более 100 тем, выполнение
которых должны были обеспечить более 100 человек, причем в
плане помимо фамилий конкретных исполнителей были указаны
учреждения, например Пулковская обсерватория, Яфетический
институт, МАЭ, группа «Техническая энциклопедия», что
значительно расширяло количество исполнителей. План был составлен
по наукам, открывала его история техники. Каждый научный
раздел состоял из трех видов работ: оригинальные
научно-исследовательские работы, научно-популярные и переводы. План КИЗ на
1931/32 г. и рабочие материалы к нему представляют собой
интереснейший комплекс документов по истории науки и техники
30-х гг. и заслуживают специального изучения.
Одновременно с составлением плана работ было разработано
новое Положение о Комиссии, которое на заседании КИЗ 13 мая
представлял Н. И. Бухарин. «Имея целью, — говорилось в
Положении, — не бессистемное коллекционирование фактов, а
создание марксистско-ленинской истории знания на основе
диалектического материализма в органической связи с нуждами
социалистического строительства, КИЗ в первую очередь изучает историю
науки и техники в эпоху торгового, промышленного и
финансового капитала, обращая особенное внимание на участки истории,
заброшенные буржуазной историографией, имевшей своим
объектом преимущественно средиземноморскую культуру; во-вторых,
исследует ход развития науки в СССР в эпоху, непосредственно
прилегающую к Октябрьской революции».123
Несмотря на провозглашение приоритетных направлений в
деятельности КИЗ, Н. И. Бухарин поддержал предложение M. М.
Соловьева о создании подкомиссии по выявлению в Архиве АН
СССР материалов академика XVIII в. К. Ф. Вольфа в составе
В.И.Вернадского, Б.Н.Вишневского, П.П.Иванова,
М.М.Соловьева и Я. М. Урановского и подкомиссии по подготовке к
изданию материалов экспедиции академика Г. Г. Лангсдорфа в
Бразилию в составе Л. С. Берга, И. Д. Стрельникова и Н. Г. Шпринцин.
Важнейшим шагом на пути развития истории науки стало
решение КИЗ от 17 августа 1931 г. об издании серии
биографических очерков, посвященных деятелям науки.124 Идея серии была
предложена Н. И. Бухариным, который обосновывал ее
необходимостью «познакомить пролетариат Союза и в особенности его
молодую рабочую интеллигенцию с теми героями труда и мысли,
44

которые жили задолго до наших дней и в иных, более тяжелых,
чем наши, условиях неустанно двигали прогресс человеческой
культуры и создавали основу тех знаний, на которые опирается
теперь наша социалистическая практика».125
Предложение Н. И. Бухарина было одобрено, и он подготовил
сначала докладную записку в Президиум АН СССР с просьбой
поддержать начинание и предоставить КИЗ право на издание
серии биографических очерков, посвященных деятелям науки, а
затем подробно разработал тип и характер издания, определил
цели и назначения издания, продумал содержание и построение
выпусков, а также формы и порядок осуществления издания.126
12 сентября Президиум АН СССР с одобрением встретил
предложение председателя КИЗ и утвердил подкомиссию по
подготовке и изданию этих очерков. В состав подкомиссии были включены
академики Н. И. Бухарин, Н. И. Вавилов, А. Ф. Иоффе, А. Н.
Крылов, Н. Я. Марр, В. Ф. Миткевич, С. Ф. Ольденбург, почетный
академик А. М. Горький, партийный деятель и публицист К. Б. Радек
и др.127
К декабрю 1931 г. был разработан солидный план издания,
состоящего из 30 выпусков, причем с 12 авторами уже были
заключены договоры.128 Планировалось написать биографии
древнегреческого философа Эпикура, российских ученых М. В.Ломоносова,
И. П. Кулибина, А. С. Попова, немецкого инженера Р. Дизеля,
американского промышленника Г. Форда и многих других. Среди
авторов — признанные историки науки М. А. Блох, И. А. Боричев-
ский, В.И.Вернадский, М. А. Гуковский, А.Е.Ферсман и др. Из
подготовительных материалов к плану известно, что Н. И.
Бухарин хотел написать биографический очерк о И. В. Гёте.129
Частично ему удалось осуществить свое намерение. 26 марта 1932 г. на
торжественном заседании Академии наук СССР, посвященном
100-летию со дня смерти Гёте, он выступил с докладом «Гёте и его
историческое значение», который был посвящен
социально-философским воззрениям поэта. Доклад Бухарина в этом же году был
опубликован четырежды.130
Важное значение Н. И. Бухарин придавал распространению и
пропаганде знаний по истории науки и техники. Так, 25 сентября
по его инициативе было принято решение об организации
широких выступлений членов КИЗ с научными докладами, он призвал
особо обратить внимание на юбилеи английских физиков М.
Фарад ея и Д. К. Максвелла.131 22 ноября на торжественном заседании
Академии наук СССР, посвященном 100-летию со дня открытия
М. Фарадеем электромагнитной индукции, с докладами выступили
В. А. Кистяковский, В. Ф. Миткевич и М. А. Шателен. На
заседании, видимо впервые, кроме научных работников присутствовало
значительное число рабочих и инженерно-технического персонала
крупнейших ленинградских электротехнических заводов,
представители которых выступили с краткими сообщениями о достиже-
45

ниях своих заводов, использующих изобретения Фарадея. 20
декабря на заседании секции истории техники, единственной,
которая организовалась и работала в КИЗ в это время, был заслушан
доклад В.К.Лебединского «Д. К. Максвелл и электротехника».
Несмотря на то что в течение 1931 г. большинство заседаний
КИЗ было посвящено научно-организационным вопросам, по
предложению Н. И. Бухарина была возобновлена традиция
заслушивания на заседаниях КИЗ научных сообщений, и в течение
года членами КИЗ было подготовлено и сделано 6 докладов по
различным темам, например M. М. Соловьев выступил с докладом
«Изображения бразильских животных начала XVII в., хранящиеся
в Архиве АН СССР», В. П. Таранович — с докладом «История
изучения леса в Академии наук», 3. А. Цейтлин и П. И. Яшнов
рассказали о рукописях И. Кеплера, хранящихся в Ленинграде.
В качестве председателя КИЗ Н. И. Бухарин много сил и
энергии отдавал делу создания музея истории науки и техники. В мае
1931 г. он отправил письмо в Президиум АН СССР с просьбой об
активизации деятельности по созданию музея истории науки и
техники, в июне того же года — записку о предоставлении
помещения; именно он добился в июле 1931 г. финансирования работ по
созданию музея и утверждения на Президиуме 12 сентября 1931 г.
Музейной подкомиссии в составе академика В. Ф. Миткевича,
профессоров М. А. Блоха, М. А. Гуковского, В.А.Каменского,
Н. М. Маторина и А. А. Чернышева.132 Энергия Н. И. Бухарина в
деле создания нового музея, вера в важность этого мероприятия
были столь велики, что он даже вынашивал идею поглощения
будущим музеем других музейных учреждений. 8 марта 1931 г. на
заседании КИЗ он выступил с инициативой присоединения Музея
химии к Академии наук, 8 июля 1932 г. в письме к наркому путей
сообщения СССР А. А. Андрееву просил о передаче Музея путей
сообщения в Ленинграде «со всеми экспонатами, помещением,
инвентарем и обслуживающим персоналом» в ИИНИТ АН СССР. 133
Именно в эти годы складывалась практика руководства Н. И.
Бухариным, жившим в Москве, Комиссией, а позже и институтом,
находившимися в Ленинграде. Н. И. Бухарин определял как бы
«стратегию» научного учреждения, решал наиболее важные
вопросы его основной деятельности, хлопотал об укреплении
материально-технической базы и финансового положения, обращаясь в
советские, партийные и академические органы в Москве и
Ленинграде. В этой связи вызывает интерес ряд сохранившихся писем
А. М. Деборина, заместителя председателя КИЗ, позже
заместителя директора ИИНИТ, к ученому секретарю М. А. Гуковскому из
Москвы в Ленинград. В них Деборин рассказывал о тех
трудностях, которые им вместе с Бухариным приходится преодолевать в
решении вопросов дальнейшего развития ИИНИТ, давал
конкретные указания по работе, сообщат о времени приезда Н. И.
Бухарина в Ленинград. 5 июля 1932 г. он писал: «Николай Иванович
46

M. A. Гуковский, ученый секретарь КИЗ.
в ближайшие 10—12 дней — может быть, раньше — будет в
Ленинграде. Возможно, что он поговорит о некоторых наших
нуждах с Кировым. Имейте это в виду и постарайтесь использовать
Николая Ивановича вовсю».134
Нельзя не отметить еще одну деталь — Н. И. Бухарин руководил
КИЗ и ИИНИТ «на общественных началах», т. е. никакой
зарплаты он не получал. В сохранившихся «Списках штатных
сотрудников» в графе «Размер зарплаты» против фамилии Н. И.
Бухарин стоит прочерк.135
Энергичная деятельность председателя КИЗ способствовала
появлению инициативных проектов у членов КИЗ. Только в
1931 г. поступило несколько оригинальных предложений.
Г.А.Князев и Г. П. Блок ратовали за расширение исследований по истории
Академии наук, Ю. Гессен писал о необходимости подготовить и
издать библиографию по истории горных заводов, А. Н. Крылов
предлагал план монографии «Эволюция учения о времени и пространстве
с точки зрения естествознания», И. Ю. Крачковский — перевод
рукописи Ибн Хальдуна «Введение в историю», В. А. Каменский
представил концепцию музея истории науки и техники, А. А.
Родных предлагал начать исследования по истории авиации и т. д.136
Итог работы КИЗ за 1931 г. был подведен в «Отчете о
деятельности АН СССР»: «Основной работой КИЗ за отчетный
47

год была работа организационная — необходимо было собрать и
объединить научную работу, производящуюся в Академии наук
СССР и вне ее, в области истории знаний, создать формы для
выявления этой научной работы и подготовить вспомогательный
аппарат для ее обслуживания». Научная работа Комиссии
концентрировалась главным образом вокруг вопросов истории физико-
математических, химических, биологических и технических
дисциплин.137
Многие моменты деятельности КИЗ «бухаринского периода»
требуют дальнейшего детального изучения. Специального
рассмотрения заслуживает также роль В. И. Вернадского в работе КИЗ
«бухаринского периода» и характер их взаимоотношений. Любопытно
отметить, что из 8 заседаний КИЗ в 1931 г. В.И.Вернадский
присутствовал на четырех. 9 декабря 1930 г., находясь в Ленинграде,
Н. И. Бухарин отправил Вернадскому краткую записку:
«Глубокоуважаемый Владимир Иванович!., по разным делам приехал на два
дня в Ленинград, хочу собрать нашу Комиссию, но здесь узнал, что
Вы в отпуску. Тревожить Вас не хотел, а без Вас собирать
Комиссию вряд ли было бы целесообразно (Курсив наш. — Сост.).
Поэтому я решил дело отложить, предприняв здесь кое-какие
шаги второстепенного значения».138 В фонде В.И.Вернадского в
АР АН хранится докладная записка Н. И. Бухарина «К вопросу об
ориентации в работе КИЗ», переданная ему по просьбе автора.139
Здесь же приглашение на заседание КИЗ 13 мая с припиской
Бухарина: «Многоуважаемый Владимир Иванович! Я очень бы
просил Вас прийти на заседание Комиссии, так как нужно будет
утверждать план работы (хотя бы с запозданием). С уважением
Н. Бухарин».140 В. И. Вернадский присутствовал на заседании.
21 октября 1931 г. по поручению Н.И.Бухарина
В.И.Вернадскому был передан 1-й выпуск организованного им журнала «Сорена».141
В номере был опубликован доклад Бухарина «Теория и практика
с точки зрения диалектического материализма», с которым он
выступал на II Международном конгрессе по истории науки и
техники в Лондоне. Вернадский прочел доклад и записал в дневнике:
«В общем интересно. Но в его вводной статье наука в конце
концов подменена философией».142 Во 2-м выпуске «Сорены» в
1932 г. был опубликован доклад В. И. Вернадского «Пластовые
воды биосферы и стратосферы», прочитанный им на 1-м
Всесоюзном гидрогеологическом съезде в Ленинграде. Возможно,
Вернадский передал доклад в редакцию по просьбе Бухарина.
// Международный конгресс по истории науки и техники
в Лондоне
С 29 июня по 3 июля 1931 г. в Лондоне проходил II
Международный конгресс по истории науки и техники. На рассмотрение
делегатов были вынесены три основные проблемы: 1) наука как
48

интегральная часть всеобщей истории; 2) взаимоотношение
физических и биологических наук; 3) взаимоотношение науки и
техники.143
Предложение об участии советской делегации в работе конгресса
было вынесено на заседание Политбюро ЦК ВКП(б) по просьбе
Н.И.Бухарина. 25 апреля 1931 г. Бухарин писал В. М. Молотову:
«Очень прошу тебя поставить сегодня в ПБ в экстренном порядке
и решить вопрос об участии СССР в Международном конгрессе
по истории науки и техники (июнь, Лондон). Мое мнение: и по
политическим, и по всяким другим соображениям нужно послать
довольно значительную делегацию, обеспечив представительство
Академии наук, Комакадемии, Наркомпроса и НИСа. Мы могли
бы выступить с несколькими докладами, постановка которых
обеспечивается Оргкомитетом. Я просил бы тебя очень и очень
провести этот вопрос, так как я уезжаю сегодня в Ленинград и
завтра должен в Академии наук ответить, будет делегация или
нет. О лицах можно поставить вопрос на днях. Сейчас
необходимо принципиальное решение».144 Вопрос о составе советской
делегации решался на заседании Политбюро.145 В окончательном
варианте в состав делегации вошли Н. И. Бухарин, Н. И. Вавилов,
Б. М. Гессен, Б. М. Завадовский, А. Ф. Иоффе, Э. Кольман, В. Ф. Мит-
кевич и М. О. Рубинштейн.
Само появление советской делегации на конгрессе, где
собралось около 250 ученых из 25 стран, вызвало среди его участников
смешанные чувства. Вот как об этом писал Н. И. Бухарин из
Лондона 2 июля 1931 г. Г.К.Орджоникидзе: «Прилетел я
благополучно. В Лондоне проводим конгресс не без трудностей. Здесь
обычаи такие, что дают по 5 минут. Мы выторговали кое-что. Раз
мне и Иоффе не дали слова (не хватило времени), но выступали
Кольман и Рубинштейн. Сегодня выступал Завадовский. Завтра
буду выступать я. Послезавтра мы планируем выступать все вместе
(нечто вроде советского дня получится, хоть день = 2 часам!). Мы
свои доклады напечатаем и раздадим (сами в типографии). С нас
страшно дерут за переводы, за печатание, за переписку; но я в
АРКОСе нажал, чтобы дали денег, — не знаю, быть может,
придется кое-что покрыть, хотя думаю, что они все распродадут
(книгу, доклады). Ездили в Кембридж. В воскресенье меня
обещали свести с произведенным в лорды Резерфордом, лучшим
физиком мира. Познакомился с рядом крупных ученых.
Одновременно против меня идет неслыханная, бешеная
кампания в „Daily Mail" и „Morning Post". Каждый день травля изо
всех сил. Забавно! Я это люблю до черта — злить эту
сволочь!».146 По мнению участника конгресса М. О. Рубинштейна,
давшего отчет о его заседаниях в журнале «Сорена», для
устроителей конгресса «советская делегация была инородным телом,
которое нарушало уютный план работы конгресса».147
Английский физик и общественный деятель Дж. Бернал писал об этом
49

событии: «Здесь впервые была авторитетная и репрезентативная
группа советских деятелей и ученых — Бухарин, Иоффе,
Вавилов, Гессен, Рубинштейн, Кольман, Завадовский и Миткевич, —
готовая подробно изложить и дебатировать с буржуазной
интеллигенцией Запада свое мировоззрение и свои методы действия...
История науки имела для них величайшее значение; это было не
только академическое изучение, но и руководство к действию.
Они целостно подходили к прошлому и настоящему,
преимущественно в аспекте социального».148
Участники советской делегации представили конгрессу
доклады: Н. И. Вавилов. Проблемы происхождения мирового
земледелия в свете современных исследований; Б. М. Гессен. Социально-
экономические корни механики Ньютона; Б. М. Завадовский.
«Физическое» и «биологическое» в процессе эволюции
органического мира; А. Ф. Иоффе. Физика и техника; Э. Кольман.
Диалектические и статистические закономерности в физике и
биологии; Современный кризис математических наук и общие условия
его преодоления; О неопубликованных рукописях К. Маркса,
относящихся к математике, естественным наукам, технике и их
истории; В. Ф. Миткевич. Работы Фарадея и современное развитие
приложений электрической энергии; М. О. Рубинштейн. Наука,
техника и экономика при капитализме и в Советском Союзе;
Электрификация как базис технической реконструкции в СССР.
Доклады членов советской делегации были выпущены отдельной
книгой «Science at the cross roads».149 Тематика II
Международного конгресса по истории науки и техники способствовала в
дальнейшем успешной разработке всего круга проблем, связанных с
историей, философией и методологией науки.
Глава делегации академик Н. И. Бухарин выступил на
конгрессе с докладом «Теория и практика с точки зрения
диалектического материализма» на специальном заседании, организованном
по настоянию советской делегации для заслушивания
подготовленных ею докладов. Доклад был прочитан на немецком языке.
Раскрывая тему, Бухарин исходил из того, что кризис
современного капиталистического хозяйства вызвал кризис всей
капиталистической культуры: как в отдельных дисциплинах, так и в теории
познания, в мировоззрении и мироощущении. В этих условиях
вопрос о соотношении теории и практики стал одной из
острейших проблем. Поставленную проблему докладчик рассматривал
поэтому с различных сторон: как проблему теории познания, как
социологическую проблему, уделив особое внимание
историческим формам развития общества и связи теории с практикой; как
проблему современной культуры и возможности проверки
теоретической концепции на опыте реализации принципов
исторического материализма в СССР. Обсуждения доклада Бухарина в ходе
конгресса не было, однако после его окончания отклики
заполнили страницы печати. В естественно-научных журналах ведущих
50

стран появились критические статьи. Защищая свою точку
зрения, Бухарин выступил с ответами английскому журналу «Nature»
и американскому журналу «Science».150 Это были типичные для
него яркие политические выступления, отстаивающие положение
0 том, что «направленность интереса познания» не может быть
не связана «с глубочайшими основами общества». «Наука, —
писал Бухарин, — имеет одной из своих отличительных черт
систематизацию знаний. При этом речь идет не о механическом
сложении отдельных теорем, а о выработке целой цепи, целой
лестницы связанных между собой положений. Здесь тип этой
связи, характер целых больших концепций определяется
историческим строем общества и жизнью его классовых носителей: вряд
ли кто станет отрицать, например, что „Энциклопедия"
просветителей была евангелием революционной буржуазии».151
Давая оценку конгрессу в журнале «Spectator», Дж. Бернал в
статье «Наука и общество» на основе анализа докладов советских
делегатов выделил две линии их аргументации: «Первая —
исторический анализ научных теорий и изобретений, особенно
подробный по вопросу о Ньютоне,152 показавший зависимость его
мысли от господствовавших в то время технических проблем... а
также от тогдашних политических и религиозных столкновений...
Вторая линия аргументации... состояла в демонстрации тесных
взаимоотношений науки и техники в плановом хозяйстве
Советского Союза. От этой связи выигрывают обе стороны: не только
промышленность получает от науки быстрое решение проблемы
и предложение новых методов производства, но и наука получает
от промышленности в свое распоряжение значительные фонды,
организацию, возможность экспериментов в масштабе крупного
производства и, наконец, самое важное — воодушевление
проблемами практической жизни».153 Практический акцент в
выступлениях советской делегации был отмечен и другими
обозревателями.154
II Международный конгресс оказал значительное влияние на
дальнейшее развитие истории науки и техники в Советском
Союзе, на усиление контактов с западными исследователями.
С большим докладом об итогах конгресса Н. И. Бухарин выступил
1 августа 1931 г. на заседании Президиума Комакадемии,15517
августа на заседании КИЗ обсуждался отчет Бухарина о
Лондонском конгрессе. По докладу было принято постановление:
«1) Расширить пропаганду советской научной продукции за
границей; 2) издавать соответствующие научные труды, специально
предназначенные для заграницы».156 Это решение отражает подход
Бухарина, видного организатора советской науки, хорошо
понимавшего роль истории науки в укреплении международного
авторитета СССР.
51

Члены КИЗ
По Положению об академических комиссиях в их состав
входят члены Академии наук, научные работники, а также
«сторонние Академии наук ученые», зарекомендовавшие себя работами в
области данной проблемы.157
Выступая на Общем собрании АН 14 мая 1921 г. с запиской
о необходимости создания КИЗ, В.И.Вернадский подчеркнул,
«что в состав Комиссии входят все желающие действительные
члены Российской Академии наук», и далее отметил: «Выбор
членов Комиссии производится ею самою».
В делах КИЗ, хранящихся в ПФА РАН, имеется список членов
Комиссии из 93 человек.158 Список не подписан и не датирован.
По содержанию его можно отнести к декабрю 1921 г., так как в
нем значатся академики В. И. Палладии, А. А. Марков, профессор
Л. А. Чугаев, которые скончались в 1922 г.; философ Н. О.Лос-
ский, высланный из России в 1922г.; академик А.В.Никитский,
скончавшийся в декабре 1921 г. По-видимому, это первый список
членов КИЗ. Любопытно, что из 93 человек 46 участвовали в
работах по написанию статей для сборника «Русская наука».
По Положению о КИЗ 1926 г. в члены Комиссии избирались
лица, «известные своей ученой деятельностью и познаниями в
истории знаний».159 Очень подробно была разработана процедура
приема новых членов: «Кандидаты в члены Комиссии должны
быть предложены не менее чем тремя членами Комиссии.
Предложение должно быть письменное, с указанием основания, на
котором предлагается к избранию данное лицо: предложение
представляется председателем и заявляется в ближайшем заседании
Комиссии; в следующем заседании производятся выборы.
Избранным признается получивший большинство голосов участвовавших
в баллотировке. Члены Комиссии, отсутствующие в заседании, на
котором происходят выборы, могут передавать свое право голоса
другим членам Комиссии посредством письменного о том
заявления, причем каждый присутствующий при выборах член
Комиссии может располагать лишь двумя голосами». При обсуждении
этого вопроса на заседании бюро КИЗ 22 ноября 1926 г. число
рекомендующих кандидатов было сокращено до двух.160 Следует
заметить, что принятого порядка придерживались, о чем
свидетельствуют протоколы КИЗ и ее бюро.
6 февраля 1927г. по предложению В.И.Вернадского было
предложено известить всех членов КИЗ о возобновлении
деятельности Комиссии, поручив непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу отправить всем действительным членам АН
СССР и ученым, интересующимся историей науки, письма
аналогичного содержания. Например, такое письмо было отправлено
академику Б.М.Ляпунову: «Многоуважаемый Борис Михайлович!
По поручению председателя состоящей при Академии наук СССР
52

A. M. Деборин, заместитель председателя КИЗ.
Комиссии по истории знаний академика В. И. Вернадского сообщаю,
что Общее собрание Комиссии 6-го сего февраля постановило
оповестить всех членов Комиссии о том, что они состоят ее членами.
Согласно уставу Комиссии, все действительные члены и члены-
корреспонденты Академии наук, если они пожелают, состоят
членами Комиссии. Извещая Вас об этом, надеюсь, что Вы не откажетесь
принять участие в нашей работе. Уважающий Вас Ольденбург».161
В течение февраля—апреля 1927 г. в КИЗ поступило более 60
писем от ученых из Москвы, Симферополя, Киева, Ростова-на-
Дону, Одессы, Ташкента и других городов.162 Авторы этих писем
выражали готовность принять участие в работе КИЗ.
В материалах Комиссии за 1929 г. имеется список членов КИЗ,
в котором значатся 133 фамилии. По-видимому, он был составлен
для представления в комиссию по «чистке» Академии наук, так
как в нем нет фамилии историка, активного члена КИЗ В.Н. Бе-
нешевича (в ноябре 1928 г. он был арестован), нет фамилии
ученого секретаря Археографической комиссии А. И. Андреева
(арестован 24 октября 1929 г.), но еще есть фамилия историка С. В.
Рождественского (арестованного 1 декабря 1929 г.). Поэтому список
можно датировать ноябрем 1929 г.
Не будет преувеличением сказать, что в Комиссию входили
многие выдающиеся ученые, представляющие почти все отрасли
53

естественных и гуманитарных наук, 95 из них являлись
действительными членами Академии наук СССР. В КИЗ периода В. И.
Вернадского наблюдается равновесие дисциплин: половина членов
Комиссии занималась историей гуманитарных наук и столько же
историей естественных наук. Но из докладов, заслушанных на
заседаниях КИЗ, примерно 64 % было посвящено проблемам
естественных и технических наук и 36 % — проблемам гуманитарных
наук. Среди выступающих наибольшее количество докладов
(шесть) сделано В. И. Вернадским, трижды с докладами выступали
историк Н. И. Кареев, физик П. П. Лазарев и историк биологии
M. М. Соловьев. Около 70 % членов КИЗ проживали и работали
в Ленинграде, 20 % — в Москве, 10 % — в других городах
страны: Иркутске, Киеве, Минске, Одессе, Орле, Ростове-на-Дону,
Симферополе и Харькове.
В документах о деятельности КИЗ «бухаринского периода» не
обнаружено ни одного списка членов КИЗ. К членам КИЗ
«бухаринского периода» мы отнесли тех, кто выполнял задания КИЗ,
разрабатывал какие-либо историко-научные темы, включенные в
план работы Комиссии на 1931/32 г., выступал с научными
докладами и сообщениями на ее заседаниях. Среди членов КИЗ
этого периода заметно преобладание историков техники и
представителей естественных наук. За 1931 г. и январь—февраль
1932 г. на заседаниях КИЗ и секции истории техники было
прочитано 9 докладов по истории техники, 7 — по естественным
наукам и ни одного по гуманитарным наукам.
Как уже неоднократно указывалось, за время существования
КИЗ у нее было два председателя: академик В. И. Вернадский и
академик Н. И. Бухарин. Товарищами (заместителями)
председателя КИЗ в разные годы являлись философ, член-корреспондент
АН СССР Э. Л. Радлов, филолог-арабист, академик И. Ю. Крач-
ковский, философ-марксист, академик А. М. Деборин. Все они
совмещали работу в КИЗ с научной и руководящей работой в
других научных и учебных заведениях.
В работе академических комиссий всегда была велика роль
ученых секретарей. На них во многом лежали подготовка и
редактирование научной литературы, проведение мероприятий и
отнимающая много сил и времени текущая работа. Кроме того,
ученые секретари вели собственные научные исследования. «Наличие
хороших печатных научных работ в области истории знаний и
продолжающаяся собственная исследовательская в ней работа есть
непременное условие замещения этой должности», — писал
В. И. Вернадский о требованиях к ученому секретарю. Согласно
этим требованиям, первыми секретарями Комиссии являлись
историк Г. П. Блок и историк химии М. А. Блох. Любопытно
отметить, что М.М.Соловьев, занявший 1 ноября 1928 г.
единственную штатную должность в Комиссии, в сущности стал первым
историком науки, находившимся на государственной службе и
54

получавшим жалованье именно как историк науки.
Непродолжительное время эти обязанности исполняли историк С. Н. Чернов и
философ, биолог Я. М. Урановский. С мая 1931 г. ученым
секретарем был назначен М. А. Гуковский, человек блестящей
эрудиции и большого организаторского таланта, роль которого в
истории КИЗ, а затем ИИНИТ переоценить трудно.
За все время существования КИЗ с 14 мая 1921 г. по 28
февраля 1932 г. в ней состояло примерно 308 человек. От общего
количества членов КИЗ около 70 % включились в работу при
В.И.Вернадском и около 30% — при Н.И.Бухарине.
Волна репрессий конца 30-х гг. затронула многих историков
науки: кто-то был арестован, находился в заключении, кто-то
пережил аресты близких родных, цензурные запреты, изгнание с
работы, шельмования в прессе, лишения права выезда за границу
и т. д. Часть репрессированных ученых погибла в лагерях и
ссылках, на судьбе тех, кто выжил, это время оставило неизгладимый
след.163
На пути к институту
Н. И. Бухарин сыграл безусловно главную роль в деле
преобразования КИЗ в Институт истории науки и техники АН СССР.
Видимо, переговоры о реорганизации Комиссии начались в
январе 1932 г., на заседании годичного Общего собрания АН СССР. И
уже 26 января 1932 г. М. А. Гуковский сообщил в Секретариат
Академии, что КИЗ «в настоящее время занята проработкой
вопроса о переименовании Комиссии по истории знаний в Институт
истории науки и техники» и что окончательно она будет
закончена по приезде Н.И.Бухарина в Ленинград.164 25 февраля 1932 г.
председатель КИЗ обратился в Президиум АН СССР с докладной
запиской, в которой аргументированно и конкретно доказывал
необходимость этого преобразования. В записке отмечалось:
«Область исследовательской работы КИЗ весьма обширна и
представляет собой совершенно особую дисциплину, привлекающую к
себе все большее внимание в буржуазных государствах и
имеющую еще неизмеримо большее значение в СССР, где необходимо
с точки зрения марксо-ленинского учения критически воспринять
наследие старой науки и техники».165
28 февраля 1932 г. на заседании Общего собрания АН СССР
было решено: «Переименовать КИЗ в Институт истории науки и
техники».166 В Положении об ИИНИТ, которое было утверждено
14 мая 1932 г. Президиумом и 6 октября 1932 г. Общим
собранием АН СССР, говорилось, что его задача состоит «в изучении
на базе марксо-ленинской методологии истории науки всех стран
с древнейших времен до настоящего времени».167 В одном из
архивных дел сохранилась «Справка» о деятельности ИИНИТ,
направленная в конце 1932 г. в Президиум АН СССР, в ней дано
55

краткое обоснование уже проведенной реорганизации КИЗ и
указано, что Комиссия к началу 1932 г. настолько развернула свою
работу, оказалась учреждением, настолько важным и нужным в
системе Академии наук, что была преобразована в Институт.168
Первым директором ИИНИТ стал академик Н. И. Бухарин, его
заместителем — академик А. М. Деборин, ученым секретарем —
М. А. Гуковский.
Опыт организации работы КИЗ, ее стремление развернуть
исследования по истории всех или почти всех главнейших
направлений естественных, технических и гуманитарных наук,
способность объединить ученых разных специальностей, готовность
совместного обсуждения изучаемых проблем явились важной
ступенью к созданию специального Института истории науки и
техники.
Еще в мае 1921 г., выступая на Общем собрании с
обоснованием создания КИЗ, В.И.Вернадский говорил о возможности в
будущем на ее основе организовать «более крупное
самостоятельное научное общество».169 В мае 1927 г. он писал профессору
Б. Л. Личкову: «Работа КИЗ развивается, но мне мечтается о
большом музее по истории знания, в конце концов об
институте».170 В октябре того же года, определяя перспективы развития
КИЗ, он отметил: «В дальнейшем работа Комиссии неизбежно
должна привести как к созданию специального научного журнала,
посвященного истории знаний (его никогда не было на русском
языке), так и к организации первого музея по истории знаний —
музея истории науки и техники».171 В 1929 г., когда работа КИЗ
значительно расширилась, В.И.Вернадский поставил вопрос о
превращении КИЗ в институт по изучению истории знаний.172
Таким образом, в конце 20-х гг. В.И.Вернадский сформулировал
три необходимых условия для успешного развития историко-науч-
ных исследований: институт по изучению истории знаний, музей
истории науки и техники и специальный научный журнал.
Благоприятные условия для проведения исследований по
истории науки и техники в Академии наук СССР были весьма
непродолжительными. В феврале 1937 г. арестовали организатора и
директора ИИНИТ Н. И. Бухарина, вскоре та же участь постигла
нового директора академика В. В. Осинского. Оба погибли в
сталинских застенках. 5 марта 1938 г. постановлением Президиума
АН СССР институт был закрыт. Блистательная и трагическая
судьба ИИНИТ АН СССР описана в замечательных работах
А. Н. Дмитриева, С. С. Илизарова, В. С. Кирсанова, А. В. Кольцова
и Ю. И. Кривоносова,173 но совершенно ясно, что эта тема требует
дальнейшего изучения, выявления, собирания и публикации новых
архивных источников.
Однако в тяжелейших условиях того времени руководство
Академии наук стремилось возродить работы по истории наук. 15
ноября 1938 г. Президиум АН СССР принял постановление о созда-
56

нии в Ленинграде Комиссии по истории Академии наук, которую
возглавил академик С.И.Вавилов. В 1939 г. В.И.Вернадский в
записке «Соображения об организации работы по истории
техники и естествознания в системе Академии наук СССР»
подчеркивал, что наиболее целесообразной формой организации историко-
научных исследований является «создание специального института
при Президиуме АН».174 В 1944 г. под руководством крупных
ученых были организованы комиссии по истории техники, по
истории физико-математических наук и истории химии. 22 ноября
1944 г. было принято постановление СНК СССР о создании
Института истории естествознания, первым директором которого
стал президент АН СССР В.Л.Комаров. В сентябре 1953 г. на
базе Института истории естествознания и Комиссии по истории
техники был образован Институт истории естествознания и
техники АН СССР. Новому институту был передан ряд отраслевых
историко-научных комиссий и комиссий по разработке научного
наследия и изучения трудов ряда выдающихся ученых. Музей
М.В.Ломоносова и Комиссия по истории Академии наук вошли
в состав Ленинградского отделения (ныне Санкт-Петербургский
филиал) Института истории естествознания и техники АН СССР. 175
11 сентября 1990 г. институту постановлением Президиума АН
СССР присвоено имя академика С. И. Вавилова. Таким образом,
линия преемственности не была порвана.
Комиссия по истории знаний заложила прочный фундамент
для дальнейшего развития историко-научных и историко-техни-
ческих исследований в нашей стране. В результате ее
деятельности история науки оформилась как самостоятельная научная
дисциплина.
Еще в 1927 г. в статье «Памяти академика К. М. фон Бэра»
В.И.Вернадский подчеркнул, что изучение истории науки в
России, выявление ее роли в мировой культуре и «широкий охват
этим знанием всего народа имеет первостепенное значение для
народного самосознания. А осознанность народом своего бытия
есть, может быть, самая большая сила, которая движет жизнь».176
Примечания
1 Бастракова М. С. Из истории развития историко-научных
исследований// ВИЕТ. 1979. Вып. 61—63. С. 34—37; Зубов В. П. Историография
естественных наук в России. XV11I в.—первая половина XIX в. М., 1956;
Илызаров С. С. 1) Материалы к историографии науки и техники:
Хроника. 1917—1988. М., 1989; 2) «Судьбы и участь истории науки» в России и
СССР (XVIII—XX вв.) // ВИЕТ. 1989. №2. С. 32—36; 3) Институт
истории естествознания и техники им. С.И.Вавилова. М., 1993. С. 12—14;
Кольцов А. В. Изучение истории науки в Ленинграде за 50 лет (1917—
1967) // Тезисы докладов годичной конференции ЛОСНОИЕТ (октябрь
1967 г.). Л., 1967. С. 3—5; Кузнецова Н. И. Наука в ее истории: Методо-
57

логические проблемы. M., 1982; Микулинскый С. Р. Очерки развития ис-
торико-научной мысли. М., 1988; Старостин Б. А. К вопросу о начале
историографии знания // Методологические проблемы историко-научных
исследований. М., 1982. С. 335—350; Тимофеев Я. С. Методологическое
значение изменений в понимании предмета и целей историко-научных
исследований // Там же. С. 239—258; Шухардин С. В. Основы истории
техники. Опыт разработки теоретических и методологических проблем.
М., 1961.
2 Вернадский В. И. Трупы по истории науки в России. М., 1988.
С. 255.
3 Копелевич Ю. X. Основание Петербургской Академии наук. Л.,
1977. С. 93; Летопись Российской Академии наук. Т. 1. 1724—1802.
СПб., 2000. С. 45.
4 Цит. по: Зубов В. /7. Историография естественных наук в России.
С. 18; Летопись Российской Академии наук. Т. 1. С. 52.
5 Фу с Н. Похвальная речь покойному Леонарду Эйлеру... // Развитие
идей Л. Эйлера и современная наука. М., 1988. С. 353—382.
6 Материалы для биографического словаря действительных членов
Императорской Академии наук. Пг., 1917. 4.2. Издание включает 93
автобиографии и биографии членов Академии наук за 1889—1914 гг.
7 Меншуткын Б. Н. Жизнеописание М.В.Ломоносова. Изд. 3-е. М.;
Л., 1947.
8 Есаков В. Д. Неосуществленный проект Академии наук // Вестн.
РАН. 1997. № 12. С. 1129—1139; Тункина И. В. К истории сборника
«Русская наука» // Наст. изд. Приложение V.
9ПФА РАН, ф. 1, on. 1а, д. 168, л. 15.
10 Наука и ее работники. 1922. № 1. С. 13.
11 Вопросы организации науки в 20—30-х гг. XX в. наиболее полно
освещены в трудах: Академия наук в решениях Политбюро ЦК
РКП(б)—ВКП(б)—КПСС. 1922—1952 / Сост. В. Д. Есаков. М, 2000;
Бастракова М. С. Становление советской системы организации науки
(1917—1922). М., 1973; Документы и материалы следственного дела,
сфабрикованного ОГПУ. Вып. 1. Дело по обвинению академика
С.Ф.Платонова. СПб., 1993. С. V—VII; Документы по истории
Академии наук СССР: 1917—1925. Л., 1986; Документы по истории Академии
наук СССР: 1926—1934. Л., 1988; Есаков В. Д. Советская наука в годы
первой пятилетки. М., 1971; За «железным занавесом»: мифы и реалии
советской науки / Под ред. М. Хайнеманна и Э. И. Колчинского. СПб.,
2002; Кольцов А. В. Развитие Академии наук как высшего научного
учреждения СССР. 1926—1932. Л., 1982; Колчынский Э. И. В поисках
советского «союза» философии и биологии. СПб., 1999; Кольцов А. В.
Создание и деятельность Комиссии по изучению естественных
производительных сил России. 1915—1930. СПб., 1999; Комков Г. Д., Левшин Б. В.,
Семенов Л. К. Академия наук СССР. Краткий исторический очерк.
1917—1976. М., 1977. Т. 2. 51—161; Москва научная. М., 1997; На
переломе: Отечественная наука в первой половине XX в. СПб., 1999; На
переломе: Советская биология в 20—30-х гг. СПб., 1997; Организация
науки в первые годы советской власти (1917—1925). Сборник
документов. Л., 1968; Организация советской науки в 1926—1932 гг. Сборник
документов Л., 1974; Очерки истории организации науки в Ленинграде.
1703—1977. Л., 1980; Романовский С. Я. Наука под гнетом российской
истории. СПб., 1999: Российская Академия наук: 275 лет служения Рос-
58

сии. M., 1999; Соболев В. С. Для будущего России (деятельность
Академии наук по сохранению национального культурного и научного
наследия. 1890—1930 гг.). СПб., 1999; Советская культура в реконструктивный
период. М., 1988.
12ПФА РАН, ф. 1, on. 1а, д. 169, л. 34—36.
13 Вернадский В. И. Избранные труды по истории науки. М., 1981.
С. 290—292. См. док. № 1.
14 См. док. № 2.
15 См. док. №3, 5.
16 Документы по истории Академии наук СССР. 1917—1925. Л., 1986.
С. 225—226.
1?ПФА РАН, ф. 2, оп. 1-1927, д. 27, л. 109.
18 Там же, л. 106.
19 Подробнее см.: Бастракова М.СЛ) История науки в творчестве
В.И.Вернадского// ВИЕТ. 1993. №4. С. 41—56; 2) В. И Вернадский и
история науки // Архив истории науки и техники. М., 1997. Вып. 11.
С. 140—172; Микулинский СР. В.И.Вернадский как историк науки //
Очерки развития историко-научной мысли. М., 1988; Мочалов И. И.
В.И.Вернадский. М., 1982. С. 250—255; Огурцов Л. Я. История науки
как путь к ноосфере: концепция В. И. Вернадского // Принципы истории
естествознания. Теория и история. М., 1993. С. 331—342; Особо следует
отметить издание трудов В. И. Вернадского по истории науки:
Вернадский В. И. 1) Избранные труды по истории науки. М., 1981; 2) Труды по
истории науки в России. М., 1988; 3) О науке. Дубна, 1997.
20Вернадский В. И. Дневники. Март 1921—август 1925. М., 1988.
С. 44.
21 ПФА РАН, ф. 2, оп. 1-1921, д. 10, л. 24.
22 Колчинский Э. #., Козулина А. В. Бремя выбора: Почему В. И.
Вернадский вернулся в Советскую Россию? // ВИЕТ. 1988. № 3. С. 3—25.
23 ПФА РАН, ф. 1, on. 1а, д. 173, л. 31 об.—32. Одновременно с КИЗ
были закрыты Музей славяно-русской книжности, Бюро международной
библиографии, Комиссия по северо-двинским раскопкам, Комитет
ученых учреждений, Нумизматический кабинет; упразднена должность
ученого корреспондента в Риме.
24 См. док. №11.
25 См. док. № 12.
26 См. док. №27.
27 См. док. № 28.
28 См. док. №13.
29 См. док. №14.
30 Вернадский В. И. Дневники. 1926—1934. М., 2001. С. 28.
31 Там же. С. 429.
32 См. док. №38.
33 См. док. № 40.
34 ПФА РАН, ф. 1, on. 1а, д. 176, л. 60—60 об.
35 См. док. №47, 68, 72, 87, 88, 94, 96, 100, 102 и др.
36 См. док. № 104.
37 ПФА РАН, ф. 208. оп.1, д. 285, л. 15.
38 Академия наук СССР за десять лет. 1917—1927. Л., 1927. С. 3—4.
39 См. док. №106.
40 См. док. №213, 214, 216, 226, 227.
41 См. док. №137.
59

42См. док. № 110, 122, 123, 130, 131, 151, 152, 156.
43 Щербаков Д. И. Из истории Комиссии по изучению
производительных сил России // Очерки по истории геологических знаний. 1963.
Вып. 11. С. 41.
44ПФА РАН, ф. 343, оп. 2, д. 23, л. 13.
45 См. док. № 49.
46 См. док. № 179.
47 См. док. № 144.
48 См. док. №17.
49 См. док №16.
50 См. док. № 15—18, 20—26, 32—34, 36, 37, 50, 51, 55, 58, 59, 63, 67,
76, 90, 95, 103, 107—109, 114, 117, 119, 128, 134.
51 О материалах, представленных на выставке, см.: Соловьев M. М.
Путеводитель по выставке в память академика К. М. Бэра. Л., 1927.
52 См. док. № 260.
53 См.: Андреева Г. Л. Издание собраний сочинений
М.В.Ломоносова // Книга: исследования и материалы. М., 1960. Сб. 3. С. 203—230.
54ПФА РАН, ф. 9, оп. 1, д. 608, л. 69.
55 См. док. № 10.
56 См. док. №29, 48, 52, 84, 86, 105, 135—137, 218, 247.
57ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 101, л. 41—41 об.
58 Илизаров С. С. Об опыте по созданию музея истории науки и
техники // ВИЕТ. 1984. № 3. С. 137—146.
59 См.: Менделевия Г. А. Из истории Свободной ассоциации для
развития и распространения положительных наук // Вторая научная
конференция аспирантов и младших научных сотрудников ИИЕТ РАН. М., 1956.
С. 53—54.
60 См. док. №55.
61 См. док. № 74.
62 См. док. № 79.
63 См. док. № 99.
64 См. док. №127, 137, 198.
65 См. док. № 233.
66 См. док. № 230.
67 См. док. № 247.
68См. док. № 256.
69 См. док. №266, 268, 269, 274.
70 См. док. № 280.
71 О коллекциях музея истории науки и техники см.: Большакова К. Г.
Из истории создания музея истории науки и техники при ИИНИТ АН
СССР (1932—1941) // Памятники науки и техники. 1984. М., 1986.
С. 262—268; Илизаров С. С. 1) Об опыте по созданию музея истории
науки и техники // ВИЕТ. 1984. №3. С. 137—146; 2) На путях к музею
науки и техники // Памятники науки и техники. 1984. М., 1986. С. 198—
204; Каменский В. А. Музей при Институте истории науки и техники АН
СССР // Вестн. АН СССР. 1932. № 6. С. 44—47.
72 См.: Брачев В. С. Укрощение строптивой, или как Академию наук
СССР учили послушанию // Вестн. АН СССР. 1990. №4. С. 120—127;
Вернадский В. И. Пять «вольных» писем сыну: Русская наука в 1929 г. //
Минувшее: Истор. альманах. Париж, 1989. Вып. 7. С. 424—450; Горяи-
нов А. Н. «Ленинградская правда» — коллективный организатор
«великого перелома» в Академии наук // Вестн. АН СССР. 1991. №8. С. 107—
60

114; Кольцов A.B. Выборы в Академию наук СССР в 1929 г. // ВИЕТ.
1990. № 3. С. 5—6; Малышева М. П., Познанский В. С. Партийное
руководство Академией наук. Семь документов из бывшего архива
Новосибирского обкома КПСС // Вестн. АН СССР. 1994. № 11. С. 1133—1140;
«Молчать далее нельзя...» Из эпистолярного наследия академика
С. Ф. Ольденбурга / Публ. М. Ю. Сорокиной // ВИЕТ. 1995. № 3. С. 109—
119; «Наше положение хуже каторжного»: Первые выборы в Академию
наук СССР // Источник. 1996. Вып. 3. С. 109—140; Ольденбург Е. Г. Из
дневниковых записей (1925—1930) // Вестн. АН СССР. 1994. № 7.
С. 638—649; Орел В. М. Битва со здравым смыслом. Как принимался
Устав Академии 1930 г. // Там же. № 4. С. 366—375; Перченок Ф. Ф.
Академия наук на «великом переломе» // Звенья: Истор. альманах. М.; СПб.,
1991. Вып. 1. С. 163—238; Покровский M. Н. К отчету о деятельности
Академии наук за 1926 г. / Публ. М. Юрьевой // Звенья: Истор. альманах.
М.; СПб., 1992. Вып. 2. С. 580—599; Рокитянский Я. Г. Неизвестные
письма советских ученых двадцатых годов // Вестн. АН СССР. 1991.
№11. С. 92—118; Тугаринов Я. AI) ВАРНИТСО и Академия наук
(1927—1937) // ВИЕТ. 1989. № 4. С. 46—54; 2) История ВАРНИТСО, или
как ломали Академию в «год великого перелома» // Природа. 1990. №7.
С 92—101.
73 Цит. по: Кольцов А. В. Развитие Академии наук как высшего
научного учреждения СССР: 1926—1932. Л., 1982. С. 177.
74 Академия наук в решениях Политбюро ЦК РКП(б)—ВКП(б)—
КПСС. 1922—1952. М., 2000. С. 59.
75ПФА РАН, ф. 2, оп. 1-1929, д. 96, л. 182—183 об.
76 Там же.
77 Там же, л. 307—327.
78ПФА РАН, ф.1, оп. 1-1929, д. 251, л. 12.
79 См. док. №196.
80 Фигатнер Ю. П. Проверка аппарата Академии наук // ВАРНИТСО.
1930. №2. С. 73.
81 Академия наук в решениях Политбюро... С. 82—83.
82См. док. № 202—203.
83 См. док. №198.
84 См. док. №174.
85 См. док. №183, 184.
86 См.: Академия наук в решениях Политбюро... С. 69—97; Академия
наук СССР и ЦК ВКП(б). 1927—1930 гг. // Истор. архив. 1997. №4.
С. 123—141; Академическое дело 1929—1931 гг. Документы и материалы
следственного дела, сфабрикованного ОГПУ. Вып.1. Дело по обвинению
академика С. Ф. Платонова. СПб., 1993. Вып. 2; Дело по обвинению
академика Е. В. Тарле. В 2-х ч. СПб., 1998; Алатовцева А. И. Начало «дела»
Академии наук. Стенограмма заседания Особой комиссии Наркомата
РКИ СССР 24 октября 1929 г. // Истор. архив. 1993. № 1. С. 79—109;
Ананьин Б. В., Панеях В. М. Принудительное «соавторство» // In memori-
am: Исторический сборник памяти Ф. Ф. Перченка. М.; СПб., 1995.
С. 87—111; Брачев B.C. 1) «Дело» академика С.Ф.Платонова// Вопр.
истории. 1989. №5. С. 117—129. 2) Исповедь узника ОГПУ (неизвестная
рукопись акад. С.Ф.Платонова)// Вестн. РАН. 1992. №9. С. 118—127;
3) «Дело историков». 1929—1931. СПб., 1997; «Осталось еще немало
хлама в людском составе»: Как начиналось «дело Академии наук» //
Источник. 1997. №3. С. 105—126; №4. С. 103—119; Перченок Ф. Ф. «Дело
61

Академии наук» и «великий перелом» в советской науке // Трагические
судьбы: репрессированные ученые Академии наук СССР. М., 1995.
С. 201—235.
87 См. док. №205, 206; ПФА РАН, ф. 2, оп. 1-1929. д. 36, л. 25;
ф. 154, оп. 1, д. 23, л. 136.
88 См. док. №210.
89 См. док. №219.
90ПФА РАН, ф. 2, оп. 1-1930, д. 159, л. 103—114.
91 Там же, л. 122—127.
92Подробнее об этом см.: Орел В. М. Битва со здравым смыслом. Как
принимался Устав Академии 1930 г. // Вестн. РАН. 1994. №4. С. 366—
375.
93 ПФА РАН, ф. 2, оп. 1-1930, д. 160, л. 202.
94 См. док. №215.
95 См. док. №223.
96 См. док. №228, 229.
97 См. док. №230.
98 См. док. №232.
"См. док. №233.
100 См. док. №234.
101 См. док. № 236.
102 См. док. №237.
103 См. док. №239.
104 См. док. №238.
105 ПФА РАН, ф. 1, оп., 2-1930, д. 1, л. 92.
106 См. док. №241.
107 См. док. №242.
108 См. док. №243.
109 Отчет о деятельности Академии наук СССР в 1930 г. Л., 1931.
С. 3.
110 Есаков В. Д., Левина Е. С. 1) Академик Николай Иванович
Бухарин // Бухарин Н. И. Методология и планирование науки и техники. М.,
1989. С. 7—37; 2) Академик Н. И. Бухарин // Бухарин: человек, политик,
ученый. М., 1990. С. 370—394; Кольцов A.B. Научно-организационная
деятельность академика Н. И. Бухарина в Академии наук II Бухарин Н. И.
Избранные труды. Л., 1988. С. 425—436; Ярошевский М. Г. Академик
Н. И. Бухарин — исследователь науки // Там же. С. 451—485.
111 «Но я-то знаю, что я прав». Письмо Н. И. Бухарина И. В. Сталину
из внутренней тюрьмы НКВД // Источник. 2000. № 3. С. 48.
112 Ольденбург С. Ф. О значении конференции по планированию
научно-исследовательской работы // Вестн. АН СССР. 1931. № 7. С. 3.
113 ПФА РАН, ф.2, оп. 1-1930, д. 162, л. 105—114.
114 Бухарин Н. И. Социалистическая реконструкция и борьба за
технику. О технической пропаганде и ее организации // Бухарин Н. И.
Методология и планирование науки и техники. М., 1989. С. 149.
115 См. док. №232.
116 См. док. №239.
117 См. док. №243.
118 См. док. №254.
119 См. док. №245.
120 См. док. №250.
121 ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 22, л. 14—71.
62

122 См. док. №263,265.
123 См. док. №264.
124 См. док. №275.
125 См. док. № 276.
126 См. док. №277, 281.
127 См. док. №279.
128 См. док. №286.
129 ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 44, л. 32—33.
130Бухарин Я.Я.Гёте и его историческое значение. Л., 1931; Гёте.
Доклады, прочитанные на торжественных заседаниях в память Гёте 26 и
30 марта 1932. Л., 1932. С. 8—43; Бухарин Я. Я. Этюды. М.; Л., 1932.
С. 143—176; Социалистическая реконструкция и наука. 1932. Вып. 4.
С 7—33.
131 См. док. №282.
132 См. док. №266, 268, 269, 274, 280.
133 См. док. № 259; ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 71, л. 54.
134 ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 65, л. 5—5 об.
135 Там же, д. 94, л. 102; д. 99, л. 1.
136 См. док. №249, 251—253, 256, 261, 262, 278, 283.
137 См. док. №293.
138 См. док. №245.
139 АР АН, ф. 518, оп. 4, д. 48, л. 91—94.
140 Там же, л. 139.
141 Там же, д. 79.
142 Вернадский В. Я. Дневники: 1926—1934. М., 2001. С. 260.
143 Грэхэм Л. Социально-политический контекст доклада Б. М. Гессена
о Ньютоне // ВИЕТ. 1993. №2. С. 20—31. О Лондонском конгрессе в
целом см. литературу к статье.
144 Академия наук в решениях Политбюро ЦК РКП(б)—ВКП(б). М.,
2000. С. 106—107.
145 Там же. С. 106—109.
146 Есаков В. Д., Левина Е. С. Академик Николай Иванович Бухарин //
Бухарин Я. Я. Методология и планирование науки и техники. М., 1989.
С. 28.
147 Рубинштейн М. О. II Международный конгресс по истории науки и
техники // Сорена. 1931. Вып. 1. С. 200.
148 Там же. С. 202.
149 Science at the cross roads: Papers presented to the International
congress, held in London from June 29th to July 3rd 1931, by the delegates of the
USSR. London, 1931; см. док. №258, 270—273, 292, 299, 300.
150 Бухарин Я. Я. Методология и планирование науки и техники. М.,
1989. С. 306—315.
151 Там же. С. 308.
152 Речь идет о докладе Б. М. Гессена.
153 Рубинштейн М. О. II Международный конгресс по истории науки и
техники // Сорена. 1931. Вып. I. С. 203.
154 См.: Prof. Cecil Я. Desch. Pure and applied Science // Science. Nov.
20, 1931. P. 497; Есаков В. Д., Левина Е. С. Академик Николай Иванович
Бухарин // Бухарин Я. Я. Методология и планирование науки и техники.
М., 1989. С. 27—29.
155 АР АН, ф. 350, оп. 1, д. 411, л. 1—46.
156 См. док. №275.
63

157 ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 57, л. 1.
158 См. примеч. 3 к док. №4.
159 См. примеч. 1 к док. №238.
160 См. док. №30.
161 См. док. № 53.
162 ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 1, л. 69—107.
163 Архивы русских византинистов в Санкт-Петербурге / Под ред.
И. П. Медведева. СПб., 1995; Горяинов А. Н. Славяноведы — жертвы
репрессий 1920—1940-х гг. // Сов. славяноведение. 1990. №2. С. 78—89;
Перченок Ф. Ф. К истории Академии наук: снова имена и судьбы...
Список репрессированных членов Академии наук // In memoriam:
Исторический сборник памяти Ф. Ф. Перченка. М.; СПб., 1995. С. 141—210;
Репрессированная наука / Под ред. М. Г. Ярошевского. Л., 1991. Вып. 1;
1994. Вып. 2; Репрессированное востоковедение: Востоковеды,
подвергшиеся репрессиям в 20—50-е годы // Народы Азии и Африки. 1990. №4.
С. 113—125; №5. С. 96—106; Репрессированные геологи:
Биографические материалы. СПб., 1992; Решетов А. М. Репрессированная
этнография: люди и судьбы // Кунсткамера. 1994. Вып. 4. С. 185—221; Вып. 5—
6. С. 342—368; Рукописное наследие русских византинистов в архивах
Санкт-Петербурга / Под ред. И. П. Медведева. СПб., 1999; Трагические
судьбы: репрессированные ученые Академии наук СССР. М., 1995.
164 См. док. №294.
165 См. док. №297.
166 ПФА РАН, ф. 1, оп. 1-1932, д. 260, л. 2.
167 См. док. №298.
168 ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 55, л. 11.
169 См. док. №1.
170 Переписка В.И.Вернадского с Б. Л. Дичковым. 1918—1939. М.,
1979. С. 54.
171 См. док. № 89.
172 ПФА РАН, ф. 2, оп. 1-1929, д. 96, л. 182—183 об.; см. док. № 198.
173 Дмитриев Л. Я. Институт истории науки и техники в 1932—
1936 гг. (ленинградский период) // ВИЕТ. 2002. №1. С. 3—36; Илиза-
ров С. С. Материалы к историографии истории науки и техники:
Хроника. 1917—1988. М., 1989. С. 15—17; Кирсанов В. С. Возвратиться к
истокам: Заметки об Институте истории науки и техники АН СССР,
1932—1938 гг. // ВИЕТ. 1994. № 1. С. 3—19; Кривоносое Ю. И. Институт
истории науки и техники: тридцатые — громовые, роковые... // ВИЕТ.
2002. №1. С. 42—75.
114 Вернадский В. И. Избранные труды по истории науки. М., 1981.
С. 296.
175 Илизаров С. С. Материалы к историографии истории науки и
техники... С. 64, 71—73, 89.
116 Вернадский В. И. Статьи об ученых и их творчестве. М., 1997.
С. 226.

ОТ СОСТАВИТЕЛЕЙ
Вопросы организации академической науки в 20—30-х гг.
XX в. все больше привлекают внимание исследователей. В
последние десятилетия значительно возрос интерес к истории
Академии наук этого периода. Большое число научных статей и
документальных публикаций позволяет воссоздать реальную картину
академической жизни в то непростое время: «приручение» и
«ломку» Академии наук, «академическое дело», трагические
судьбы ученых и их блестящие успехи.
Становление и развитие социалистической системы
организации науки активизировало исследования по истории науки и
техники. 14 мая 1921 г. Общее собрание АН СССР приняло
решение «учредить Комиссию по истории науки, философии и
техники». Позже она стала называться Комиссией по истории знаний
(КИЗ). Комиссия возникла по инициативе и под руководством
академика Владимира Ивановича Вернадского. Основной ее
целью являлась разработка истории развития знаний вообще, а
также изучение истории научной деятельности Академии наук.
Это была первая в России специальная научная организация
такого типа.
Научно-организационная деятельность КИЗ исследовалась и
ранее, но до сих пор не было специального издания, которое
позволило бы проследить важные моменты становления и
развития Комиссии по истории знаний, выявить основные формы и
направления историко-научных исследований в Академии наук в
20—30-х гг. XX в., представить состав членов КИЗ, определить
ее место в системе научных учреждений Академии наук СССР и
ее значение в развитии этих исследований в стране.
Предлагаемый сборник является первой попыткой показать
научно-организационную деятельность Комиссии по истории знаний в
документах. Они охватывают весь период существования КИЗ —
с момента ее создания 14 мая 1921 г. до преобразования в
Институт истории науки и техники АН СССР 28 февраля 1932 г.
3 Заказ №4012
65

Основу сборника составили документы Комиссии по истории
знаний, хранящиеся в Санкт-Петербургском филиале Архива
Российской Академии наук, а также материалы Архива Российской
Академии наук в Москве, Государственного архива Российской
Федерации и Кабинета В. И. Вернадского в Геохимическом
институте АН СССР. Сборник содержит 301 документ, большинство
из которых вводится в научный оборот впервые. Кроме того, в
сборник включены уже опубликованные материалы из «Отчетов о
деятельности Академии наук СССР» за 1926—1931 гг. и работы
В.И.Вернадского «Записка о необходимости сознания Комиссии
по истории науки, философии и техники», «Записка о
необходимости возобновления работ Комиссии по истории науки»,
«Работы по истории знаний» и речь «Памяти академика К. М. Бэра».
Каждое из этих сочинений органически связано со всем
комплексом публикуемых документов.
Среди документов сборника преобладают протоколы заседаний
КИЗ, планы и годовые отчеты, извлечения из постановлений и
распоряжений Общего собрания и Президиума АН СССР,
непосредственно связанные с темой, стенограммы заседаний;
приводятся также доклады, записки, письма, составленные председателем
КИЗ В.И.Вернадским, записки, написанные членами КИЗ, с
конкретными предложениями о проведении историко-научных
исследований, материалы об издательской деятельности, об
организации музея науки и техники и специального кабинета по истории
знаний в Библиотеке Академии наук, о деятельности Бэровской
и Ломоносовской подкомиссий.
Особый интерес представляют стенограммы заседаний
Комиссии по реорганизации Академии наук СССР в феврале—марте
1930 г., где рассматривались вопросы о деятельности КИЗ и
весьма агрессивно обсуждался вопрос о ее ликвидации.
3 октября 1930 г. председателем Комиссии по истории знаний
был избран академик Николай Иванович Бухарин. Он смог во
многом перестроить Комиссию, оживить ее издательскую
деятельность, привлечь новых ученых, интересующихся историей науки,
и осуществить преобразование Комиссии в первый в нашей
стране Институт истории науки и техники. Последний, «бухаринс-
кий», период в истории КИЗ практически не изучен. В сборнике
помещены документы самого Н. И. Бухарина, например записка
«К вопросу об ориентации в работе КИЗ», а также письма,
записки, доклады, планы, составленные по его просьбе членами
Комиссии. Эти документы позволяют не только проследить
эволюцию КИЗ, но и дают представление о принципах и методах
руководства Н. И. Бухарина, показывают его роль в определении
задач и структуры Комиссии.
Документы систематизированы по хронологическому принципу
как наиболее отвечающему цели сборника — показать
историческую картину деятельности КИЗ в ее динамическом развитии. За
66

основу взята дата составления документа. Исключением являются
отчеты, статьи и воспоминания, которые расположены по времени
отраженных в них событий, а не по дате написания. При
отсутствии даты она устанавливалась составителями, с
соответствующим комментарием в примечаниях.
Названия документов, как правило, даны составителями.
Публикуемые тексты снабжены краткими примечаниями. Составители
отказались от подробных примечаний, так как весь корпус
документов представляет собой единое целое и каждый документ
естественно «вытекает» из других. Документы, связанные между
собой содержанием или относящиеся к одному сюжету, снабжены
перекрестными ссылками.
Текст документов приводится полностью, подлинность и копий-
ность документов оговариваются. Если документ был издан, это
оговорено в легенде. В текст документов внесена незначительная
стилистическая правка, раскрыты сокращенные слова, не
имеющие другого толкования. Добавленные слова заключены в
квадратные скобки.
В сборник включено несколько приложений: I. Доклады и
сообщения, сделанные членами КИЗ на заседаниях Комиссии, Бэ-
ровской подкомиссии и торжественных заседаниях Академии
наук СССР, посвященные историко-научной тематике; И.
Издательская деятельность КИЗ; III. Руководство КИЗ; IV. Список
членов КИЗ. Особый интерес представляет Приложение V —
статья И. В.Тункиной «К истории сборника „Русская наука"».
Сборник снабжен списком сокращений и аннотированным
именным указателем.
Вступительная статья написана В. М. Орлом, Г. И. Смагиной и
Т.В.Чумаковой, примечания и приложения I—IV составлены
В. М. Орлом и Г. И. Смагиной, именной указатель — Г. И.
Смагиной и И. В. Черказьяновой.
Составители выражают искреннюю признательность Эдуарду
Израилевичу Колчинскому, Галине Александровне Савиной,
Александру Николаевичу Дмитриеву, Ирине Васильевне
Черказьяновой, коллегам сектора истории Академии наук
Санкт-Петербургского филиала Института истории естествознания и техники РАН,
работникам Санкт-Петербургского филиала Архива и Библиотеки
РАН за помощь в работе и критические замечания и пожелания,
высказанные в ходе подготовки рукописи к печати. С особой
благодарностью составители вспоминают крупнейшего знатока
истории Академии наук доктора исторических наук, более 30 лет
руководившего сектором истории Академии наук
Санкт-Петербургского филиала Института истории естествознания и техники РАН,
Анатолия Васильевича Кольцова, к сожалению, не дожившего до
выхода книги. Его доброжелательная поддержка, ценные
консультации и всесторонняя помощь способствовали работе над
сборником.

1921
№1
Из протокола заседания Общего собрания РАН
о создании Комиссии по изучению истории науки,
философии и техники1
14 мая 1921 г.
Академик В.И.Вернадский читал: «В России отсутствует
какая бы то ни было организация, которая бы содействовала
изучению истории научной и философской мысли и научного
творчества. Нет в ней ни одного научного органа, который был бы
посвящен этой работе. В этом отношении мы поставлены в
исключительно неблагоприятное положение по сравнению с
Западом и с Америкой. Там есть ряд разнообразных научных обществ,
посвященных изучению истории науки, философии, техники;
издаются специальные журналы, посвященные этой важной области
знаний, главным образом на английском, немецком, французском,
итальянском языках; существуют специальные музеи,
посвященные истории науки, философии, техники или ее отделам;
издаются критические издания сочинений, имевших значение в истории
мысли. Отдельные музеи, издания, журналы имеются не только по
истории всей мысли или техники, но и по истории отдельных
дисциплин — математики, медицины, биологическим наукам,
философии и т. д. В то самое время как в мировой науке изучение
истории научной и философской мысли идет организованным
путем, у нас эта работа совершенно распылена. Нет надобности
останавливаться на последствиях такого положения дела. Оно
ясно для всякого.
А между тем история человеческой мысли и творчества, в
частности история науки, философии и техники, является не только
областью знания, имеющей огромное значение для выявления
истины, ее изучение необходимо и для правильной оценки совре-
68

менного знания и техники, и для создания столь необходимой,
особенно у нас, преемственности научного творчества,
осознанности значения и непрерывности научной работы в определенной,
имеющей корни в научной мысли страны, области.
В то же время изучение этих дисциплин духовной жизни
человечества является желательным и потому, что оно неизбежно
единит вместе всех разрозненно работающих специалистов как в
области чистого, так и всех отделов прикладного знания. Такое
общение на общей работе само по себе является крупным
достижением в культурной жизни страны.
Я не могу здесь не отметить еще одной стороны этой работы.
Сейчас в истории человеческой мысли — в ее приложениях к
жизни — идет огромная переоценка старых схем, большей
частью выработанных в конце XVIII—первой половине XIX
столетия. Работы, например, Дюгема заставляют в корне пересмотреть
наши представления о научной мысли в средние века и о генезисе
нового знания в XVI—XVII столетиях. В истории знания при
всем общечеловеческом его значении очень сильно сказываются
национальные течения, и отсутствие научной работы над
историей научной мысли и техники в какой-нибудь стране отражается
на полученном коллективной работой человечества общем
результате. Сейчас, например, становится ясным, что в области истории
точного знания и техники роль и значение работы,
происходившей среди славянских народов или в области культурного
влияния Византии, значение далекого востока Азии и Индии не
охвачено мыслью в достаточной мере и должно изменить наши
господствующие представления о ходе мировой научной работы.
Отсутствие правильного познания прошлого, внесенного в
мировую культуру тем или иным народом, далеко не безразлично и для
правильного его самосознания, и для силы и интенсивности, даже
направления его текущего культурного творчества. В частности,
по отношению к истории — в мировом масштабе — научного
творчества славянских племен и русского в том числе мы
находимся еще в самом начале нашего понимания происходившего
процесса.
Ввиду всех этих соображений я полагал бы желательным
образование при Российской Академии наук особой постоянной
Комиссии по изучению истории науки, философии и техники. Эта
форма работы является удобной и достаточно гибкой. Вместе с
тем, если бы оказалась в этом отношении надобность, работа
Комиссии могла бы быть в будущем без нарушения преемственности
передана в более крупное учреждение — независимое от
Академии, самостоятельное научное общество. Но при тяжелых
условиях нашей современной жизни, мне кажется, форма академической
Комиссии является наиболее практичной для успеха дела.
Полезно, может быть, вспомнить, что мы идем здесь по пути, по
которому шли и другие академии, и, например, деятельность анало-
69

гачных комиссий в академиях Мюнхена или Кракова является
далеко не бесследной в научной работе в этой области.
Может быть, Общее собрание сочло бы желательным обсудить
следующие положения:
При Российской Академии наук создается постоянная
Комиссия для изучения истории научной и философской мысли и
творчества — истории науки, философии и техники, или, может
быть, проще — для изучения истории знаний.
В состав Комиссии входят все желающие члены Российской
Академии наук. В дальнейшем в своей деятельности Комиссия
совершенно свободна и организуется по установившейся у нас
работе других академических комиссий. Она выбирает своего
председателя, товарищей председателя, секретаря, сообщая об
этом Общему собранию Академии. Выбор членов Комиссии
производится ею самой.
Комиссия представляет ежегодно Общему собранию Академии
отчет, представляемый в отчете Академии.
Комиссия имеет свой бюджет, проходящий через Академию
наук.
Комиссия издает как отдельные сочинения, так и
периодические издания на основании общих правил, существующих для
академических комиссий и изданий.
Комиссия имеет свою печать и может сноситься независимо с
отдельными учреждениями и лицами.
В случае прекращения работы Комиссии все ее имущество
переходит в распоряжение Российской Академии наук».
Положено: учредить Комиссию по истории науки на
общих основаниях, на каких учреждаются комиссии, и поручить
непременному секретарю созвать первое заседание, известив всех
членов Конференции.
Опубл.: Изв. РАН. 1921. Сер. 6. Т. 15, №1—18. С. 10—12;
Вернадский В. И. Избранные труды по истории науки. М.у 1981. С. 290—292.
№2
Протокол первого организационного заседания Комиссии
по истории науки1
11 июня 1921 г.
1. Согласно данному ему Общим собранием Конференции
поручению непременный секретарь С. Ф. Ольденбург открыл
заседание и напомнил, что Конференция в заседании Общего собрания
14 мая по предложению академика В. И. Вернадского постановила
учредить Комиссию по истории науки и что по предложению
непременного секретаря этой Комиссии передано наблюдение за
изданием «Русская наука».
70

Непременный секретарь предложил избрать председателя
Комиссии и высказал, что, думает, выразит общее желание
присутствующих, предлагая председателем избрать академика
В.И.Вернадского. Академик В. И. Вернадский избран единогласно
председателем Комиссии.2
2. По обсуждении вопроса о задачах Комиссии выяснилось,
что присутствовавшие полагают, что наряду с общей задачей
Комиссии разрабатывать историю развития знаний вообще Комиссия
должна заняться и разработкой истории научной деятельности
самой Академии и озаботиться скорейшим изданием сборника
«Русская наука», для которого уже готовы: Математика, вып. 1;
Богословие; Философия; в наборе: Зоология и родственные ей
дисциплины, в рукописи ряд других очерков.3
3. Было намечено приглашение в члены Комиссии еще
следующих лиц: Л.С.Берга, А. А. Борисяка, А.В.Васильева,
А.П.Герасимова, И. Э. Грабаря, И. М. Гревса, Н. И. Кареева, Н. К.
Кольцова, Н. М. Кулагина, М. Ю. Лахтина, М. А. Мензбира, Б. Л. Мод-
залевского, И. Ф. Огнева, А. П. Павлова, К. Д. Покровского, Э. Л. Радл ова,
А. Н. Северцова, Е. В. Тарле, Л. А. Чугаева, — предоставив право
председателю обратиться еще и к другим лицам для привлечения
их к работам Комиссии.
4. Положено: просить академика П. П. Лазарева из
московских членов Комиссии составить ее Московское отделение.
5.Положено: предоставить председателю войти с
предложением об образовании бюро Комиссии и выяснения желательной
для нее сметы.4
Академик В. И. Вернадский
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1917, д. 27, л. 67. Подлинник.
№3
Протокол заседания Комиссии по истории науки1
18 сентября 1921 г.
1.По предложению председателя В.И.Вернадского почтена
вставанием память скончавшихся за последние три года
сотрудников [Комиссии по изданию] сборника «Русская наука»: Ф. Д.
Батюшкова, С. К. Булича, Ф. К. Волкова, Е. А. Гейнца, В. М. Гессе-
на, М. А. Дьяконова, В. В. Заленского, А. А. Кауфмана, Н. И.
Лазаревского, А. С. Лаппо-Данилевского, А. Э. Нольде, И. А. Покровского,
Б. А. Тураева, Н. А. Холодковского и А. А. Шахматова.
2. Секретарем Комиссии избран Г. П. Блок. Ввиду того, что
настоящее заседание назначено на воскресный день, и вследствие
отсутствия трамвайного движения состав собрания оказался
недостаточно полным, положено выборы товарища председателя
Комиссии перенести на следующее заседание.
71

3. Секретарем доложена краткая справка о возникновении
сборника «Русская наука» и о современном положении этого
издания (справка приложена к протоколу).2 По оглашении плана
сборника и списка сотрудников и после обмена мнений положено:
а) план издания, строго обдуманный А. С. Лаппо-Данилевским
и приглашенными им сотрудниками, оставить без изменения;
б) поручения, данные редакцией сотрудникам, находящимся
ныне в отсутствии, оставить в силе и по возможности выяснить
состояние возложенных на них работ;
в) предложить члену Комиссии профессору А. А. Жижиленко
собрать совещание сотрудников [Комиссии по изданию] сборника
и других лиц по его выбору для пересмотра перечня очерков по
вопросам права и списка авторов этих очерков;
г) просить ниже поименованных лиц взять на себя составление
очерков:
• профессора А. А. Каминского — по метеорологии, возбудив
ходатайство о скорейшем освобождении его из-под стражи;
• академика А. Н. Северцова — по эмбриологии позвоночных,
а профессора К. Н. Давыдова — по эмбриологии беспозвоночных;
• профессора Д. Н. Анучина — по антропологии, этнографии
и доисторической археологии; в случае же его отказа просить его
предложить своих кандидатов;
• профессора Л. В. Щербу — по языкознанию (общему и
сравнительному);
• профессора Н. И. Кареева — по методологии истории (в
совокупности);
• профессора В. Ф. Шишмарева — по французской литературе;
. академика Е. Ф. Карского — по русскому языку;
• академика С. Ф. Платонова — по русской истории.
Просить С. Ф. Ольденбурга и Н. Я. Марра переговорить с Н. Н. Поп-
пе относительно возможности составления им очерка по истории
изучения финнов.
Очерк по минералогии (с кристаллографией), взятый на себя
В. И. Вернадским, передать А. Е. Ферсману.
Разрешение вопросов о предельном объеме очерков и о
порядке их печатания предоставить редакционному комитету.
4. Согласно предложению председателя после обмена мнений
положено:
а) признать необходимым включение в программу сборника
очерков по истории научно-прикладных дисциплин,
соприкасающихся с областью математики и естественных наук, и
предоставить председателю созвать подкомиссию из числа членов
Комиссии и других лиц для обсуждения списка этих очерков;
б) просить председателя образовать особую подкомиссию для
рассмотрения вопроса о возможности составления очерков по
истории научно-прикладных дисциплин, связанных с науками
гуманитарными.
72

5. Переданный Российской Академией наук вопрос об
изучении истории научной работы Академии положено признать
относящимся к ведению Комиссии по составлению истории Академии,
а не Комиссии по истории знаний.
6. Положено: пригласить к участию в работах Комиссии
следующих лиц:
а) по предложению председателя — М. М. Дитерихса, Б. Л. Лич-
кова и П. П. Сушкина;
б) по предложению Э. Л. Радлова — С. М. Лукьянова;
в) по предложению С. Ф. Ольденбурга — Ю. А. Филипченко;
г) по предложению В.И.Ковалевского — Н.И.Вавилова и
А. А. Ячевского.
7. Возбужденный председателем вопрос об издании Комиссией
периодического органа положено отложить до одного из
следующих заседаний, а в ближайшем заседании произвести выборы
редакционного комитета.
8. По предложению председателя положено предоставить ему
право назначать открытые заседания Комиссии.
Председатель Комиссии В. И. Вернадский
Секретарь Г. П. Блок
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1917, д. 27, л. 72—74. Подлинник.
№4
Приглашение на заседание КИЗ1
12 декабря 1921 г.
Заседание Комиссии по истории знаний состоится в
понедельник, 12 декабря, в 4 часа дня, в Малом конференц-зале.
Предметы занятий:
1. Выборы товарища председателя Комиссии и редакционного
комитета по изданию сборника «Русская наука».2
2. Обсуждение вопроса об издательской деятельности Комиссии.
3. Текущие дела.3
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1917, д. 27, л. 96. Подлинник.
№5
Протокол заседания КИЗ1
12 декабря 1921 г.
1. По предложению председателя почтена вставанием память
скончавшегося члена Комиссии академика А. В. Никитского.
2. Читан и утвержден протокол предыдущего заседания
Комиссии от 18 сентября 1921 г.
73

3. Секретарь доложил, что во исполнение состоявшегося в
прошлом заседании постановления Комиссии было созвано
совещание специалистов для выработки очерков по истории
прикладного естествознания в России. Совещание составило приводимый
ниже перечень этих очерков, наметив одновременно и
желательных авторов.
1. Гидротехника — профессор В. Г. Глушков.
2. Горное дело.
а) Учение о рудных месторождениях — профессор Н. П. Асеев.
б) Маркшейдерское искусство — В. И. Бауман.
3. Машиностроение — профессор Д. С. Зернов.
4. Земледельческие орудия — профессор Д. Д. Арцыбашев.
5. Сопротивление материалов — профессор Н. А. Белелюбский.
6. Железнодорожное и путейское строительство — профессор
Н. Л. Щукин.
7. Морское строительство — профессор К. П. Боклевский.
8. Воздухоплавание — профессор В. Ф. Найденов.
9. Артиллерия и баллистика — автор не намечен.
10. Основы зодчества с технической точки зрения —
профессор В. В. Эвальд.
11. Электротехника — профессор В. Ф. Миткевич.
12. Химическая технология — академик Н. С. Курнаков.
13. Металлургия — профессор Н.П.Асеев.
14. Сельскохозяйственная метеорология — профессор П. И. Браунов.
15. Учение о земледелии, садоводстве и плодоводстве —
профессор В. И. Ковалевский.
16. Рыболовство — М. П. Сомов.
17. Опытное дело — профессор Н. М. Тулайков.
18. Прикладная энтомология — В.П.Поспелов.
19. Прикладная микробиология — профессор В. Л. Омелян-
ский.
20. Зоотехния — профессор Е. Ф. Лискун.
21. Лесное дело — профессор Н. Е. Ткаченко.
22. Болотоведение — В. Н. Сукачев.
Положено: выработанный совещанием перечень очерков
утвердить.
4. В. Л. Комаров отметил необходимость ввести в программу
составляемых Комиссией очерков исторический обзор изучения
России.
Положено: поручить редакционному комитету принять
меры к тому, чтобы эти пожелания были приняты во внимание
при составлении программы очерков по истории
научно-прикладных дисциплин, связанных с гуманитарными науками.
5. Председатель ознакомил собрание с состоянием финансовых
дел Комиссии. В общую смету Академии наук на 1922 г.. включена и
смета Комиссии, предусматривающая отпуск 119 000 000 руб. на
ученые предприятия и работы и 15 000 000 руб. на хозяйственные расхо-
74

ды. Сумма на содержание личного состава не поддавалась точному
исчислению за невыясненностью нового расписания окладов
жалованья, и потому в этой части смету пришлось свести к перечню
необходимых должностей. Так как испрашиваемая по смете сумма
заведомо недостаточна, а увеличение ее нарушило бы соразмерность
частей академического бюджета, то оказалось более удобным
выделить некоторые специальные расходы Комиссии и средства на
покрытие их испросить у других ведомств, непосредственно
заинтересованных в выполнении заданий, с которыми связаны эти расходы.
В соответствии с этим о средствах на составление и печатание
очерков по истории инженерно-технических знаний было представлено
ходатайство в Научно-технический отдел ВСНХ, по истории
сельскохозяйственных знаний — в Народный комиссариат земледелия,
а по истории медицины и ветеринарии — в Народный
комиссариат здравоохранения. Первое же из упомянутых ходатайств дало
вполне положительные результаты, и Научно-техническим отделом
в счет представленной сметы уже отпущено 5 000 000 руб.
Народный комиссариат земледелия в лице члена Коллегии проф.
А.В.Чаянова также пошел навстречу пожеланиям Комиссии и
обещал отпустить просимые суммы. Отношение же Народного
комиссариата здравоохранения о ходатайстве Комиссии остается
невыясненным в ожидании Ученого совета, на рассмотрение
которого передана представленная Комиссией смета.
Положено: принять к сведению.
6. Председатель сообщил, что ввиду затруднений,
испытываемых Академией наук в деле печатания ее изданий, явилась мысль
обратиться за помощью к частным издательствам, предложив им
взять на себя выпуск изданий Комиссии. Переговоры с
издательством М. и С. Сабашниковых показали, что едва ли одно
издательство может при современных условиях справиться с
выполнением всей издательской программы Комиссии и в лучшем случае
может обеспечить выпуск только нескольких единичных очерков.
Положено: поручить президиуму продолжать по
отмеченному вопросу переговоры с частными издательствами.
7. Председатель предложил определить состав президиума
Комиссии и редакционного ее комитета.
Положено: 1) в состав президиума включить кроме
председателя и секретаря еще товарища председателя, а в редакционный
комитет ввести весь президиум и присоединить к ним трех членов,
избираемых общим собранием Комиссии, на одного из которых
возложить наблюдение за составлением и печатанием очерков по
прикладному естествознанию; 2) избрать товарищем председателя
Комиссии Э. Л. Радлова, а членами редакционного комитета —
Н. Я. Марра, А. В. Васильева и М. А. Блоха, поручить последнему
наблюдение за работами по истории прикладного естествознания.
8. Председатель предложил обсудить вопрос о выпуске очерка
по математике.
75

Положено: первую часть этого очерка, составленную
А.В.Васильевым, выпустить в количестве 1000 экземпляров, составление
же второй его части возложить на А.В.Васильева и
Я.В.Успенского, предложив им озаботиться подбором необходимых
сотрудников.2
9. Э. Л. Радлов выразил пожелание переработать и дополнить
новыми материалами составленный им и набранный уже очерк по
философии.
Положено: составленный Э. Л. Радловым очерк выпустить в
свет и просить автора дополнить его для выпуска вторым
изданием.3
10. Председатель сообщил, что составленный Н. А. Холодков-
ским, В.Н. Тонковым и А.А.Максимовым и набранный
Типографией очерк по сравнительной анатомии, анатомии человека и
гистологии по способу изложения не соответствует
установленным Комиссией общим требованиям.
По предложению В. М. Шимкевича положено сохранить
для Архива 25 оттисков этого очерка, набор разобрать и поручить
редакционному комитету привлечь к участию в составлении этого
очерка группу специалистов под общим руководством одного из
членов Комиссии.
11. Председатель предложил обсудить вопрос об увеличении
объема очерков, входящих в состав сборника «Русская наука».
Положено: поручить рассмотрение этого вопроса
редакционному комитету.
12. С. А. Жебелёв и А. И. Малеин просили предоставить им
возможность увеличить объем составленных ими очерков, а в
настоящем их виде эти очерки в печать не пускать.4
Положено: удовлетворить эту просьбу, предоставив
редакционному комитету установление нового объема обоих очерков.
13. Е. Ф. Карский просил определить, по какой орфографии
будут печататься издания Комиссии.
Положено: все издания Комиссии печатать по новой
орфографии.
14. Председатель сообщил, что он предлагает прочесть в одном
из научных собраний Комиссии доклад о задачах и состоянии
истории точного знания.
Положено: принять к сведению и признать необходимым
назначить деловые заседания Комиссии в первый четверг каждого
месяца, в 4 часа, а относительно научных собраний иметь
суждение в следующем заседании.
Председатель Комиссии академик В. И. Вернадский
Секретарь Г. П. Блок
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1917, д. 27, л. 97—98 об. Подлинник.
76

1922
№6
Протокол заседания редакционного комитета КИЗ1
9 января 1922 г.
Организация медицинской части (любезно согласился взять на
себя профессор Г. В.Хлопин).
Объем 100 листов.
Желательна полная историческая библиография.
В очерках предполагается дать изложение истории идей, лиц
и учреждений.
Весь отдел ветеринарии выделяется.
Из первой серии исключаются научная медицина и общая
патология.
Намечены Предполагаемые
следующие отделы авторы
1. Гигиена. Г. В. Хлопин.
2. Общая патология (сюда же патоло- С. М. Лукьянов,
гическая анатомия).
3. Фармакология (сюда же относится Н. П. Кравков.
токсикология).
4. Фармация. Л. Ф. Ильин.
5. Учение о заразных болезнях и бак- С. И. Златогоров.
териология.
6. Хирургия. В. А. Оппель.
7. Женские [болезни] и акушерство. О. Д. Оскарович.
8. Кожные [болезни]. Т. П. Павлов.
9. Психиатрия и нервные болезни. В. П. Осипов, М. И. Ас-
вацатуров.
10. Внутренние болезни (сюда же дет- Н. Я. Чистович.
ские).
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1917, д. 27, л. 102. Подлинник.
№7
Письмо Б. Л. Личкова В. И. Вернадскому с благодарностью
за принятие в члены КИЗ1
19 января 1922 г.
Председателю состоящей при Российской Академии наук
Комиссии по истории знаний.
77

В ответ на Ваше сообщение об избрании меня членом
Комиссии приношу мою искреннюю и глубокую признательность за
оказанную мне честь и сообщаю, что всей душой рад принять
посильное участие в работах Комиссии. Очень просил бы возложить
на меня определенные, конкретные обязанности, а равно
сообщить мне программу работ Комиссии.
Б. Личков
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1917, д. 27, л. 106. Автограф.
№8
Протокол заседания бюро К ИЗ1
26 января 1922 г.
1. Председатель предложил установить пожетонное
вознаграждение за участие в заседаниях общего собрания Комиссии, бюро
и редакционного комитета.
Положено: установить пожетонную оплату в размере 20000 руб.
за заседания, состоявшиеся до 1 декабря 1921 г., и в размере
100 000 руб. за последующие.
2. Председатель предложил установить вознаграждение
делопроизводителю Комиссии.
Положено: уплачивать 1 000 000 руб. в месяц.
3. Председатель предложил определить, на какие надобности
подлежат израсходованию 5 000 000 руб., отпущенные НТО
ВСНХ.
Положено: 1) уплатить пожетонное вознаграждение членам
президиума и редакционного комитета — 5 лицам по 400 000 руб.
каждому; 2) уплатить вознаграждение секретарю Комиссии в
размере 1 500 000 руб.; 3) уплатить С. А. Рышковой и Т. Ф.
Голубиной за работы по переписке по 500 000 руб. каждой и 4) выдать
С. А. Рышковой на канцелярские расходы 500 000 руб.
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1917, д. 27, л. 107. Подлинник.
№9
Протокол заседания бюро КИЗ1
22 мая 1922 г.
1. Читан и утвержден протокол заседания от 26 января 1922 г.
2. Постановлено: войти в Общее собрание Конференции
РАН с ходатайством об уплате авторского гонорара за вновь
представленные рукописи академиков П. К. Коковцова и Е. Ф.
Карского и просить Правление об уплате А. В. Васильеву гонорара за его
78

статью, ранее не оплаченную, исчисляя гонорар в размере 30 зол.
руб. за лист по удвоенному мартовскому курсу (1 [зол.] руб. =
= 400 000 руб.).
3. Постановлен о: просить Типографию приступить к
набору статьи Л. С. Берга и сдать в набор статьи П. К. Коковцова и
Е. Ф. Карского.2
4. Постановлено: просить А.В.Васильева
прокорректировать окончательно его статью.3
5. Постановлено: просить председателя переговорить с
непременным секретарем относительно обеспечения изданий
Комиссии бумагой в пределах издательского плана Академии, а
также о возможности изменения заглавия серии «Русская наука».
6. Постановлено: изменить формат выпусков серии
«Русская наука» и печатать их в формате отчета Академии.
7. Постановлено: просить председателя и А. В. Васильева
принять на себя редакторский просмотр корректуры статьи
А. А. Кауфмана.4
8. Постановлен о: уполномочить М. А. Блоха на ведение
переговоров с НТО ВСНХ относительно отпуска средств на
печатание очерков по прикладному естествознанию.
9. Постановлено: 1) просить председателя переговорить
с академиком Н. Я. Марром относительно прочтения последним
доклада в открытом заседании Комиссии; 2) просить М. А. Блоха
подготовить циркулярное обращение ко всем членам Комиссии
о желательности озаботиться подготовкой таких докладов к
осени.
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1917, д. 27, л. 100—100 об. Подлинник.
1926
№10
Из протокола заседания
Отделения физико-математических наук АН СССР
об издании сочинений М. В. Ломоносова1
6 января 1926 г.
Академик секретарь [А. Е. Ферсман] доложил просьбу ОРЯС
об изыскании средств на окончание издания сочинений
М.В.Ломоносова, ввиду того что в оставшихся недопечатанными VI и
VII томах сочинений М.В.Ломоносова помещаются
исключительно статьи по химии и физике.
Положено: просить ОРЯС передать материалы ОФМН и
избрать комиссию в составе Н. С. Курнакова, П. П. Лазарева,
79

А. Ф. Иоффе и Д. П. Коновалова; просить В. А. Стеклова
своевременно, не откладывая, собрать эту комиссию.
ПФА РАН, ф. 1, on. la, д. 175, л. 35. Подлинник.
№11
Из протокола заседания Общего собрания АН СССР
о возобновлении деятельности КИЗ]
3 апреля 1926 г.
В. И. Вернадский читал записку о необходимости
возобновления работ Комиссии по истории наук.2 Положено признать в
принципе необходимым возобновление работ указанной Комиссии и
просить В. И. Вернадского сообщить Президиуму свои
соображения о составе этой Комиссии.3
ПФА РАН, ф. 1, on. la, д. 175, л. 23—24. Подлинник.
№12
Записка В. И. Вернадского
о необходимости возобновления работ КИЗ1
3 апреля 1926 г.
После моего отъезда в командировку деятельность Комиссии
UQ истории науки, находящейся при Академии наук, замерла. Я
прошу Общее собрание восстановить ее работу.
Помимо тех оснований, которые побудили Академию наук в
1921—1922 гг. организовать эту Комиссию, в настоящий момент,
несомненно, мне кажется, должны быть приняты в соображение
новые явления в научной жизни, еще более выясняющие
необходимость ее существования.
Мы переживаем сейчас в научной мысли огромный перелом,
взрыв творчества, подобного которому не наблюдалось столетия.
Расцвет точного знания, наук, связанных с изучением нашей
планеты и космоса, совершенно меняет картину мира, и эти
изменения идут со все большей интенсивностью. Мы не видим сейчас
предела и ежегодно встречаемся с неожиданными результатами
научного творчества все большего и большего значения. Этот
взрыв научного творчества начинает сейчас сказываться в ярком
оживлении философской мысли, подходящей вновь к давно
отошедшим на второй план основным проблемам, и в чрезвычайном
углублении и оживлении религиозного сознания, в беспокойном
искании новой истины. Охватывая мыслью историю прошлого
научной мысли и научного творчества, мы видим, что обычно эти
подъемы философского созидательного мышления и новых рели-
80

гиозных построений бывают всегда тесно связаны с периодами
великих расцветов научных достижений.
Сейчас это совпало с резким и все углубляющимся изменением
нашей исторической перспективы. Мы начинаем мыслить и
оценивать прошлое как единое целое. Все более и более делается это
нам необходимым. Вместо истории средиземноморского центра
культуры перед нами восстает история роста и развития Homo
sapiens нашей планеты. Приносит свои плоды, входит в общее
сознание давно начавшееся выявление творческой —
философской, художественной, научной и государственной — работы
великих народов Азии, и наряду с этим получает новое освещение,
приобретает новое значение невидная раньше роль
«неисторических» народностей.
На фоне этих глубочайших изменений за эти годы наблюдается
чрезвычайный расцвет истории науки. Сейчас мы видим
энергичную работу в этой области и появление — все усиливающееся —
огромного количества исследований и материалов на английском,
французском, немецком, итальянском, польском и других языках.
Меняется общая картина ее былого. Вскрывается ее прошлое в
глуби веков столь далеких, которые, раньше казалось, не
подлежат научному охвату. Роль Востока представляется по существу
иной, и чудо эллинской науки — ее зарождение —
вырисовывается в новом свете. Вместе с тем ярко выдвинутое трудами Дюге-
ма коренное изменение наших представлений о
западноевропейской средневековой науке получает не только подтверждение, но
коренным образом меняет все наши, столь вошедшие в обыденное
мышление, представления. Коренным образом меняется
представление о реальном значении науки в историческом процессе
[развития] человечества. В связи со все большим проявлением
значения науки в быту и в жизни, с вырисовывающимся близким
истощением легкодоступных, удовлетворявших человечество в течение
тысячелетий источников энергии, с неизбежностью искания
новых ее форм сознание мощи научного творчества как
историческим путем меняющегося фактора быстро укрепляется и
отражается в понимании прошлого и будущего. Этим меняется
понимание значения личности, ибо она необычайно ярко и
своеобразно выступает в истории научной мысли.
За послевоенные годы успехи истории науки огромны;
наибольший расцвет наблюдается в англосаксонских странах; здесь
создана впервые ученая степень доктора истории науки и история
науки все больше проникает в высшую школу, что в меньшей
степени наблюдается в странах немецкого языка.
В связи с создающимся новым пониманием прошлого и с тем
беспокойством, которое сейчас охватывает мировую ученую среду,
видящую несоответствие между реальным положением науки и
ученых в государственной жизни и их фактическим значением в
ее созидании, сейчас начинают расти новые искания, будящие
81

мысль, — идут попытки выяснения будущего науки в
человеческом обществе. Натуралист всегда видит закономерность и ищет
неизвестные законности — он ищет предвидения, и к этому
стремится и растущая научная дисциплина истории науки.
Этот расцвет истории науки не является случайностью, а
теснейшим образом связан с переживаемым состоянием научного
творчества. Коренная ломка веками установившихся научных
представлений, новые неожиданные открывающиеся перспективы
и возможности для науки, идущая в ней своеобразная выработка
новых понятий — достаточно вспомнить историю идеи
квантов — наряду со многим другим неизбежно ведут к
историческому изучению и к анализу научного материала. Нельзя идти дальше
с известной уверенностью и с ясностью мысли, не воссоздав
исторической перспективы и реального значения идей,
представлений и построений науки, всегда слагавшихся исторически
чрезвычайно сложным путем. Материал науки всегда при видимой
однородности резко разнороден.
Историческое изучение научного творчества есть сейчас
необходимейшее орудие нашего проникновения в новые огромные
открывающиеся области научных достижений. В трудной работе в
новых областях знания без этого нельзя идти сколько-нибудь
сознательно.
Этой реальной необходимостью вызвано и происходящее
сейчас оживление в этой области, которое при единстве научной
мысли охватывает неизбежно не только область истории точных
наук, но и всю область истории научных исканий.
В этом движении слабо сейчас представлена историческая
работа русской ученой среды. Происходящее научное движение
мало имеет отражений в русской литературе. Происходящая
работа идет разрозненно. Такое положение в дальнейшем не
может не отразиться вредным образом на росте науки в нашей
стране.
Мне представляется, что при этих обстоятельствах
восстановление деятельности нашей Комиссии является чрезвычайно
желательным. Она может явиться центром работы и ознакомления в
этой области и может получить серьезное значение в нашей
умственной жизни, так как, по-видимому, отвечает реальной
потребности. К изучению истории науки побуждает рост научных
исканий, неуклонно у нас идущий.
Может быть, ее значение будет больше, чем аналогичных
организаций на Западе, так как у нас сейчас нет ни одного
аналогичного центра, а их обычно в государствах Запада несколько, и
научная историческая работа — особенно издание трудов — у
нас поставлена менее благоприятно, чем в Европе и в Америке.
Мне казалось бы правильным при восстановлении Комиссии
не давать ей тех заданий, которые были даны ей в 1921—1922 гг.,
а предоставить ей самой определить свою деятельность.
82

Очевидно, необходимо иметь в виду Комиссию, в случае ее
восстановления, при рассмотрении штатов, бюджета и
издательской деятельности Академии.
В. И. Вернадский
Опубл.: Изв. АН СССР. 1926. Сер. 6. Т. 20, № 18. С. 1692—1694;
Вернадский В. И. Избранные труды по истории науки. М., 1981. С. 292—294.
№13
Письмо В. И. Вернадского в Президиум АН СССР
с обоснованием потребности в листаже
для публикаторской деятельности КИЗ1
11 мая 1926 г.
Прошу Академию наук принять во внимание при составлении
сметы на печатание в будущем академическом году потребности
Комиссии по изучению истории науки. Я просил бы выделить ей
10—12 печатных листов.
Не предрешая вопроса о непременном печатании всех
имеющихся в нашем архиве рукописей, должен указать, что сейчас
имеется очень много ценного материала в готовом для печати
виде. Главная часть рукописей связана с начавшейся печататься
серией «Наука России». Исторические обзоры научной работы по
разным областям знания, сделанные крупными русскими
специалистами, сами по себе уже имеют большое значение, и их
появление в высшей степени желательно. Нельзя не отметить, что в
некоторых случаях такие обзоры делаются вообще впервые. Всего
имеется готового для печати материала более чем на 25 листов.
Среди рукописей находятся, например, исторические очерки по
семитической филологии (академика П. К. Коковцова),
социологии (члена-корреспондента Академии наук Н. И. Кареева), новой
истории (его же), греческой истории (академика В. П. Бузескула),
итальянской и испанской литературе (профессора Д. К. Петрова),
астрономии (академика А. А. Белопольского), палеоботанике
(профессора М. Д. Залесского), почвоведению (академика К. Д.
Глинки), акушерству и гинекологии (профессора Д. О. Отто) и т. д.2
Помимо этого, и для текущей деятельности Комиссии
желательно иметь право на печатание при самом начале ее
деятельности.
Председатель Комиссии по истории знаний
академик В. И. Вернадский
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1927, д. 42, л. 2—2 об. Подлинник.
83

№14
Письмо В. И. Вернадского в Президиум АН СССР
о составе КИЗ
17 мая 1926 г.
По вопросу о составе Комиссии по изучению истории науки
честь имею сообщить Президиуму, что в Общем собрании
Академии 3 апреля прошел вопрос о восстановлении деятельности
Комиссии, не собиравшейся с 1922 г., после отъезда моего в
командировку. Насколько я знаю, постановления о ее закрытии не
было1 и в этой форме вопрос в Общем собрании 3 апреля не
обсуждался. Этим самым определяется и ее состав. Ввиду
позднего времени Комиссия возобновит свои заседания осенью.
Председателем Комиссии состоял я, товарищем председателя — член-
корреспондент Академии, профессор Э. Л. Радлов,
секретарями — Г. П. Блок и М. А. Блох.
Мне сообщено решение Президиума от 12 мая, отказывающего
внести некоторое (10—12 листов) количество листов для
печатания в распоряжение Комиссии на будущий год.2 Я прошу
Президиум выслушать меня еще раз и обсудить этот вопрос в моем
присутствии. Предлагаемое Президиумом решение — печатать в
«Известиях» — всегда находится в распоряжении академика
(с согласия Конференции), и я его имел в виду, представляя свое
заявление.
Председатель Комиссии по истории знаний
В. И. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 214. Отпуск.
№15
Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР
о предложении M. М. Соловьева
составить биографию академика К. М. Бэра1
14 июля 1926 г.
Доложено: сообщение АНИ о поступившем предложении
сотрудника КЕПС M. М. Соловьева о составлении им биографии
академика Карла Бэра по случаю исполняющегося в ноябре с. г.
50-летия со дня кончины названного ученого.
Положено: признать необходимым отметить означенное
50-летие памятным заседанием в Академии наук, вопрос о биографии
передать на рассмотрение КИЗ; M. М. Соловьева просить теперь
же приступить к собиранию соответствующего материала по био-
84

графии академика Бэра, не предрешая пока формы его
использования.
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1926, д. 70, л. 9. Подлинник.
№16
Письмо В. И. Вернадского И. Ю. Крачковскому
о необходимости организации чествования памяти
академика К. М. Бэра
4 октября 1926 г.
Киев
Глубокоуважаемый Игнатий Юлианович!
Боюсь, что могу запоздать к Общему собранию, хотя хочу
приехать в субботу утром. Я, к моему большому огорчению, попал в
председатели Геологического съезда и не могу уехать раньше
закрытия (6 октября).1
На всякий случай очень прошу Вас — в случае моего
отсутствия — доложить Общему собранию следующие мои
соображения о чествовании памяти К. М. Бэра. Мне представляется
чрезвычайно желательным организовать это чествование. В истории
нашей Академии из ее былого выступают три фигуры, вероятно
одной величины по своему историческому значению: Ломоносов,
Л. Эйлер и К. фон Бэр. И в общем нам только начинает
выясняться их историческая роль и значение.
Мне кажется, следует принять принципиальное решение о
чествовании памяти Бэра и было бы правильным поручить исполнение
этого решения постоянной Комиссии по истории знаний, с тем
чтобы она образовала при себе особую Бэровскую подкомиссию.
По отношению к Бэру совпадают две даты: 1) в этом году —
в декабре — пятидесятилетие со дня его смерти и 2) в 1928 г.
столетие со дня его выборов в академики, т. е. его академической
деятельности.
Я думаю, что нет возможности организовать достойным
образом чествование его памяти в декабре и поэтому правильно было
бы отложить чествование на 1928 г. К этому времени можно было
бы организовать издание: 1) материалов для его биографии, в том
числе интереснейшую корреспонденцию; 2) неизданных научных
трудов Бэра, имеющих огромную ценность для истории мысли, и
3) русского перевода его речей (с комментариями). В Академии
хранится 91 папка с рукописями Бэра, беглый просмотр которых,
сделанный M. М. Соловьевым, указывает на их огромную
ценность. На этот год следует отнести организацию заседаний
Академии с речами.
В этом декабре было бы желательным организовать небольшую
выставку — хотя бы и неполную — «К. М. Бэр и Академия его
85

времени». Не устраивая торжественного заседания, Академия
могла бы пригласить на открытие этой выставки русских ученых,
устроив что-нибудь вроде conversazione, которые в большем
масштабе, например, бывают в английских (а может быть, и других)
ученых обществах. Должен быть издан каталог и, может быть,
произнесены очень краткие речи. После такого открытия может
быть выставка (в нашем Большом зале). Я думаю, что она может
помочь собрать материал о Бэре. А фигура его по глубине и
разносторонности деятельности удивительна.
Всего лучшего.
Ваш В. И. Вернадский.
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1926, д. 70, л. 4—4 об. Автограф.
№17
Из протокола заседания Общего собрания АН СССР
о чествовании памяти академика К. М. Бэра
9 октября 1926 г.
152. За непременного секретаря И. Ю. Крачковский доложил о
состоявшемся постановлении Президиума по вопросу о
чествовании памяти академика Карла Максимовича Бэра по случаю 50-летия
его кончины и о поступившем по этому поводу письме В. И.
Вернадского,1 в котором предлагается передать обсуждение
настоящего вопроса в постоянную Комиссию по истории знаний и
намечаются предложения, касающиеся самого чествования.
Положено: согласиться с предложениями В. И. Вернадского
и передать вопрос в постоянную Комиссию по истории знаний, с
просьбой выработать план чествования памяти К. М. Бэра.
ПФА РАН, ф. 1, on. la, д. 175, л. 43. Подлинник.
№18
Протокол № 1 заседания Бэровской подкомиссии1
13 октября 1926 г.
Слушали: предложение В. И. Вернадского избрать
секретаря подкомиссии, избран секретарем M. М. Соловьев; сообщение
В. И. Вернадского об организации и задачах подкомиссии.
По докладу В. И. Вернадского высказались следующие лица:
Э. Л. Радлов указал на необходимость снестись с Кёнигсберг-
ским университетом относительно имеющихся там материалов.
С. В. Рождественский сообщил, что им установлена связь с
Военно-медицинской академией, где Бэр читал лекции, при
посредстве библиотекаря этой академии.
86

А. А. Бялыницкий-Бируля довел до сведения подкомиссии,
что в Зоологическом музее в особом шкафу хранятся вещи,
принадлежащие Бэру и переданные музею внучкой Бэра А. К. Лин-
ген.
С. С. Абрамович-Барановский ознакомил подкомиссию с
подготовительными работами, выполненными Библиотекой.
Выделены 36 номеров сочинений Бэра и 20 номеров
сочинений о нем. Просмотрены все протоколы Конференции за время
деятельности Бэра в Академии и составлен список протоколов
заседаний, на которых Бэр делал свои доклады. В отделе
инкунабул в настоящее время разбираются еще новые материалы о Бэре,
не вошедшие в опубликованный Академией список Штида.
Постановили: 1) к 28 декабря с. г., ко дню 50-летия со
дня смерти Бэра, устроить выставку, которая должна
охарактеризовать Бэра как человека и ученого; 2) избрать в члены
подкомиссии от Географического общества Льва Семеновича Берга, от
Энтомологического общества А. П. Семенова-Тян-Шанского, от
Военно-медицинской академии Е. Н. Павловского.
Вслед за сим секретарь подкомиссии M. М. Соловьев доложил
о намеченных отделах выставки и предполагаемых материалах для
каждого отдела. По докладу высказались:
Ю. А. Филипченко указал на желательность сокращения числа
отделов.
М. А. Блох подчеркнул необходимость выяснить прежде всего
действительные возможности выполнения намеченного плана
ввиду ограниченности времени и средств.
С. В. Рождественский полагал бы полезным на первое время
сохранить все намеченные в докладе рубрики. Они дают
возможность определить весь объем имеющегося в распоряжении
подкомиссии материала, после чего можно уже будет перейти к более
упрощенной группировке.
Э. Л. Радлов считал бы интересным выяснить отношение Бэра
к Виктору Гену.
М. И. Тихий полагал бы необходимым включить в число
друзей Бэра и Н. Я. Данилевского. Следовало бы в связи с
выяснением роли последнего в жизни Бэра позаботиться о библиотеке
Н.Я.Данилевского, хранящейся в Крыму у Шацкой. Было бы
лучше библиотеку перевести в Ленинград. У внука Н. Я.
Данилевского хранится микроскоп Бэра, который, по-видимому, был
подарен им Н.Я.Данилевскому.
В отделе «Бэр как исследователь естественных
производительных сил России» необходимо оттенить, что исследования Бэра по
рыболовству до сих пор сохранили свое большое значение.
С. С. Абрамович-Барановский указал, что к перечисленным
отделам необходимо прибавить отдел, характеризующий
деятельность Бэра в качестве директора иностранного отделения
академической Библиотеки.
87

А. А. Бялыницкий-Бируля считал в свою очередь необходимым
охарактеризовать Бэра как директора Зоологического музея.
В.И.Вернадский высказал однородные пожелания в
отношении Географического и Энтомологического обществ. Бэр должен
быть представлен не только как географ и энтомолог, но и как
деятель указанных обществ. Следует также составить перечень
лиц, получивших Бэровскую премию, и выяснить, принимал ли
Бэр участие в подготовке Московского антропологического съезда.
Постановили: 1) предварительно при устройстве выставки
придерживаться намеченных в докладе секретаря подкомиссии
отделов с дополнениями, сделанными на этом заседании, поручить
M. М. Соловьеву ознакомиться с бэровскими материалами,
хранящимися в Зоологическом музее; 2) поручить М. У. Тихому навести
частным образом справки относительно библиотеки
Данилевского, ознакомиться с материалами Бэра по рыболовству,
хранящимися в отделе инкунабул академической Библиотеки, и выяснить
при посредстве соответствующих диаграмм роль Бэра в создании
сельдяного промысла в России; 3) определить к следующему
заседанию, каким выставочным инвентарем (витрины, экраны,
столы и т. п.) будет располагать подкомиссия; 4) следующее
заседание назначить на четверг, 21 октября, в 3 часа дня, в Малом
конференц-зале Академии.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 4, л. 9—10. Подлинник.
№19
Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР
о выделении денег для нужд КИЗ1
17 октября 1926 г.
Прошу выдать в I квартале для нужд Комиссии по истории
знаний семьдесят пять (75) рублей.
Председатель Комиссии академик В.Вернадский.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 9. Подлинник.
№20
Протокол № 2 заседания Бэровской подкомиссии1
21 октября 1926 г.
Прочтен и утвержден протокол предыдущего заседания № 1 от
13 октября с. г.
1.Слушали: сообщение В. И. Вернадского о том, что 20
декабря 1926 г. (1 января 1927 г.), как это выяснил М.М.Соловьев,
88

исполняется 100 лет со дня избрания Бэра
членом-корреспондентом Академии наук.
Постановили: в случае, если выставка не будет готова ко
дню юбилея 50-летия со дня кончины Бэра 28 ноября с. г.,
устроить ее ко дню столетия избрания Бэра членом-корреспондентом
Академии наук, т.е. к 20 декабря 1926 г. (1 января 1927 г.).
2. Слушали: сообщение В.И.Вернадского о том, что
выставку, может быть, не удастся устроить в Большом конференц-
зале, а поэтому не угодно ли будет подкомиссии принять
предложение академической Библиотеки устроить выставку в ее
помещении.
Постановили: 1) устроить выставку в комнате №15
академической Библиотеки; 2) выделить из состава подкомиссии
исполнительное бюро, в которое должны войти в качестве
председателя бюро С. В. Рождественский, члены бюро M. М. Соловьев и
М. И. Тихий; 3)дать право председателю исполнительного бюро
приглашать в состав бюро и других необходимых лиц.
3. С л у ш а л и: сообщение M. М. Соловьева об исследовании
им по поручению подкомиссии шкафа Бэра в Зоологическом
музее.
Постановили: 1) признать вещи, находящиеся в
Зоологическом музее в шкафу Бэра, ценными в качестве экспонатов
выставки; 2) ввиду нахождения среди этих вещей портрета И. С.
Тургенева с собственноручной его подписью выяснить, не имел ли
каких-либо личных отношений Бэр с Тургеневым, для чего по
совету Э. Л. Радлова обратиться к Валентину Михайловичу
Лунину; 3) принять меры к перемещению бюста Бэра из
Зоологического музея на выставку.
4. С л у ш а л и: А. А. Бялыницкий-Бируля дополнительно
сообщил, что в Зоологическом музее находится бюст Бэра,
переданный музею его внуком М. Лингеном, а в особой зоологической
лаборатории имеется портрет Бэра.
Постановили: поручить бюро обратиться в Публичную
библиотеку, Библиотеку Военно-медицинской академии и другие
библиотеки с просьбой сообщить, не имеются ли у них печатные
или рукописные сочинения Бэра или сочинения о нем.
5. С л у ш а л и: сообщение М. И. Тихого о микроскопе Н. Я.
Данилевского и о материалах Бэра по сельдяному промыслу. В
Зоологическом музее хранятся сельди, собранные самим Бэром, и
необходимые цифровые данные для графиков по сельдяному
промыслу уже приготовлены. Желательно было бы в отделе по
рыболовству выставки поместить 3 цитаты Бэра относительно
рыболовства.
Постановили: признать цитаты необходимыми для отдела
рыболовства выставки, принять надлежащие меры к получению
разрешения выставить сельди Бэра, хранящиеся в Зоологическом
музее, на выставке.
89

6. С л у ш а л и: сообщение М. М. Соловьева об академиках —
современниках Бэра и имеющихся в архиве Конференции и
Малом конференц-зале их портретах.
Постановили: найденные портреты академиков —
современников Бэра поместить на выставке и поручить M. М.
Соловьеву продолжать изыскания относительно недостающих еще
портретов в Географическом, Энтомологическом обществах и других
учреждениях.
7. Слушали: сообщение М.М.Соловьева о списке лиц,
удостоенных Бэровской премии.
Постановили: список лиц, удостоенных Бэровской премии,
названия премированных трудов, так же как и Положение о
Бэровской премии, поместить на выставке. По возможности
выставить и печатные труды, удостоенные премии. Просить
В.И.Вернадского поднять в Конференции Академии вопрос о
восстановлении ко дню 28 ноября или 20 декабря с. г. Бэровской премии.
8. Слушали: предложение В. И. Вернадского просить
исполнительное бюро выяснить: 1) какие вообще юбилеи
праздновались в честь Бэра и, в частности, какие были академические
чествования Бэра; 2) каким путем произошла передача
профессором Л. Штидой рукописных материалов Бэра в академическую
Библиотеку. Просить M. М. Соловьева выяснить, является ли
найденная им в Зоологическом музее, в шкафу Бэра рукопись
автобиографии Бэра ее первоначальным оригиналом.
Постановили: предложение В. И. Вернадского принять.
9. Слушали: составленную M. М. Соловьевым примерную
смету на устройство выставки.
Постановили: признать в общем смету приемлемой и
передать ее для более подробного рассмотрения в исполнительное бюро.2
Следующее заседание назначено в комнате № 34
академической Библиотеки во вторник, 2 ноября, в 3 часа дня.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 4, л. 11—11 об. Подлинник.
№21
Протокол № 1 заседания бюро КИЗ1
2 ноября 1926 г.
1. В. И. Вернадский поднял вопрос о желательности издания
«Трудов Комиссии по истории знаний».
Постановлено: 1) признать желательным издание
«Трудов» и в первую очередь напечатать статьи академика Б. А. Тура-
ева «Русская наука о Древнем Востоке»2 и академика П. К.
Коковцова «Семитическая филология»;3 2) просить В. И.
Вернадского переговорить предварительно с академиком П. К. Коковцовым
по поводу его статьи.
90

2. В. И. Вернадский доложил, что статьи К. Д. Глинки
«Почвоведение» и Э. Л. Радлова «Философия» уже напечатаны, и
предложил сдать их в архив Комиссии.4
Постановлено: сдать в архив Комиссии.
3. В. И. Вернадский доложил, что академик Ф. Ю. Левинсон-
Лессинг принципиально согласился сделать в заседании Комиссии
доклад, и о желательности докладов академика Ф. И. Щербатского
и А. А. Борисяка.
Постановлено: сообщение о согласии Ф. Ю. Левинсона-
Лессинга сделать доклад принять к сведению и просить В. И.
Вернадского переговорить с Ф. И. Щербатским и А. А. Борисяком по
поводу их докладов.
4. В. И. Вернадский предложил навести справки, сохранен ли
набор статьи профессора Кауфмана «Статистика, теория и
методология» и статьи профессора Глубоковского «Богословие».5
Постановлено: навести справки в Типографии Академии наук.
5. В. И. Вернадский возбудил вопрос о желательности
напечатана 1) статьи П.О.Сомова «История механики», 2) статьи
академика П. П. Лазарева «История физики» и 3) статьи профессора
Д. Отто «Краткий исторический очерк акушерства и гинекологии
в России».
Постановлено: просить М. А. Блоха переговорить с
профессором А. А. Радцигом по поводу статьи Сомова6 и с
академиком П. П. Лазаревым о его статье, а также с профессором
Г. В. Хлопиным о статье Д. Отто.
6. В. И. Вернадский предложил назначить заседание Комиссии
по истории знаний на 14 ноября с. г., в 2 часа дня, в Малом
конференц-зале Академии и на повестку поставить доклады:
1) академик В.И.Вернадский. Несколько мыслей о современном
значении истории науки; 2) академик П.П.Лазарев. Взгляды
московских физиков на создание научных школ и 3) М. А. Блох. Из
впечатлений о работах по истории знания в Германии.
Постановлено: разослать повестки.7
Председатель КИЗ В.Вернадский
Ученый секретарь М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 2, л. 2—2 об. Подлинник.
№22
Из протокола заседания Общего собрания АН СССР
о печатании первого выпуска «Трудов КИЗ»
6 ноября 1926 г.
В.И.Вернадский представил для печатания в 1-м выпуске
«Трудов [Комиссии] по истории знаний» работу покойного
академика Б. А. Тураева «Русская наука о Древнем Востоке».
91

Положено: разрешить.1
ПФА РАН, ф. 1, on. la, д. 175, л. 60. Подлинник.
№23
Из протокола заседания Общего собрания АН СССР
о желательности восстановить премию имени К. М. Бэра1
6 ноября 1926 г.
В. И. Вернадский возбудил вопрос о желательности, в связи с
предстоящим празднованием юбилея К. М. Бэра, восстановить
премию имени Бэра, существовавшую ранее при Академии наук.
Положено: передать на обсуждение Президиума.
ПФА РАН, ф. 1, on. la, д. 175, л. 61. Подлинник.
№24
Приглашение на заседание КИЗ1
8 ноября 1926 г.
Председатель Комиссии по истории знаний при Академии наук
академик В. И. Вернадский приглашает Вас пожаловать на
заседание Комиссии, имеющее быть в воскресенье, 14 сего ноября, в
2 часа дня, в Малом конференц-зале Академии наук
(Васильевский остров, Университетская наб., 5, вход со двора, через
Правление Академии).
Будут сделаны следующие сообщения:
• академик В.И.Вернадский. Несколько мыслей о
современном значении истории науки;
• академик П. П. Лазарев. Взгляд московских физиков на
создание научных школ;
• М. А. Блох. Из впечатлений о работах по истории знания в
Германии.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 13. Подлинник.
№25
Записка ученого секретаря Бэровской подкомиссии
М. М. Соловьева о наградах имени К. М. Бэра1
8 ноября 1926 г.
В 1864 г. по случаю 50-летнего докторского юбилея академика
К. М. Бэра был собран капитал, проценты с которого должны
были выдаваться, согласно правилам, утвержденным Общим со-
92

бранием Академии наук в заседании 2 марта 1896 г., на условиях
конкурса ученым за сочинения, «содержащие в себе изыскания в
области следующих наук: анатомии, гистологии, эмбриологии и
физиологии человека, животных и растений, систематической
зоологии и ботаники, палеонтологии с биологической точки зрения.
Фауны и флоры должны были приниматься в конкурс только в
том случае, если они обнимали собою весьма обширные или еще
не исследованные и труднодоступные области России».
Основной капитал должен был оставаться неприкосновенным
на вечные времена и возрастать причислением к нему некоторой
части процентов или же могущими впредь поступать
добровольными приношениями.
Награды Бэра должны были раздаваться через каждые три года
и состояли: 1) из почетной медали за научную деятельность, 2) из
денежных премий и 3) из юбилейной медали за пожертвование.
Золотая почетная медаль ценностью в 200 руб. назначалась в виде
высшей награды таким ученым, которые целым рядом
многолетних трудов существенно подвинули ту или иную из
перечисленных выше наук. Денежные премии присуждались за отдельные
сочинения. Премий было две: полная — в 1000 руб. и
второстепенная — в 500 руб. Если 2 или более сочинений признавались
Комиссией равно достойными премии, то обе премии, полная и
второстепенная, слагались вместе и общая сумма разделялась по
равным частям между сочинениями, за которыми было признано
одинаковое право на получение награды. В случае, если ни одно
из представленных на конкурс сочинений не удостаивалось
награды, сумма премий причислялась к основному капиталу.
Награды Бэра могли получать как русские подданные, так и
иностранцы, но последние только в том случае, если они по день
присуждения награды состояли не менее трех лет в русской
службе или прожили до тех пор 10 лет в России. Академики не имели
права на присуждение наград Бэра.
Присуждение наград Бэра происходило 29 декабря в
публичном заседании Академии наук, причем непременный секретарь
объявлял имена ученых, удостоенных Бэровской премии, а равно
и мотивированное постановление Конференции о присуждении
юбилейной Бэровской медали за пожертвование, сделанное в
музей или библиотеку; один же из членов Бэровской комиссии
читал отчет ее как о заслугах ученого, удостоенного почетной
медали, так и о научном значении и достоинствах сочинений,
которым присуждены были денежные премии. Этот отчет вслед
за тем печатался в изданиях Академии. На соискание премии
Бэра принимались только такие сочинения, которые вышли в свет
в течение последних шести лет, предшествовавших конкурсу.
Рукописи вовсе не принимались в соискание.
Академия не позже как за 2 месяца до закрытия конкурса
объявляла посредством газет о предстоящем соискании.
93

Бэровские награды присуждались Академией наук. Все члены
биологического разряда Физико-математического отделения оной
составляли собой комиссию для обсуждения соискательных
сочинений, причем комиссия могла, если признавала полезным,
поручить рассмотрение конкурсного сочинения и ученому, не
принадлежавшему к составу комиссии.
Право делать изменения в вышеуказанных правилах
предоставлялось одной лишь Академии наук в тех случаях, если бы с
течением времени то или другое правило относительно способов
присуждения бэровских наград оказалось неудобоисполнимым.
Наименование же наград и назначение их за труды в области
биологических наук должны были оставаться навсегда неизменными.
Первое присуждение премии состоялось в 1867 г. Удостоены
премии И. И. Мечников и А. О. Ковалевский.
Второе присуждение — 1870 г. Удостоены премии профессор
А. Бетхер, профессор А. Ковалевский и доктор И. И. Мечников.
Третье присуждение — 1873 г. Удостоены премии доктор
Э. Руссов, почетный член Академии А. А. Бунге (почетная медаль
Бэра), профессор А. Гетте (денежная премия).
Четвертое присуждение — 1876 г. Удостоены наград А. А. Бунге
(почетная медаль Бэра), профессор А. Гетте.
Пятое присуждение — 1879 г. Удостоены премии профессор Л. С. Цен-
ковский, профессор Ф. Г. Биддер (почетная золотая медаль Бэра).
Шестое присуждение — 1882 г. Удостоены премии
М.С.Воронин и профессор В.Л.Грубер (почетная золотая медаль Бэра).
Седьмое присуждение — 1885 г. Удостоен премии Р. Э. Траут-
феттер.
Восьмое присуждение — 1888 г. Удостоены премии
профессор В. В. Подвысоцкий (младший) и А. Ф. Миддендорф (почетная
золотая медаль Бэра).
Девятое присуждение — 1891 г. Удостоены премии
И.И.Мечников и В. В. Заленский.
В 1893 г. была присуждена в первый раз юбилейная медаль
имени академика К. М. Бэра Н. А. Гребницкому.
Десятое присуждение — 1894 г. Удостоены премии профессор
Ал. Степ. Догель, профессор В. Я. Данилевский.
Одиннадцатое присуждение — 1897 г. Удостоены премии
профессор А. А. Коротнев, профессор Б. Ф. Вериго и доктор Вейнберг.
В 1899 г. была присуждена почетная юбилейная медаль имени
К. М. Бэра Н. Л. Гондатти.
Двенадцатое присуждение — 1900 г. Удостоены премии
профессор В.М.Бехтерев и профессор И.П.Павлов.
Тринадцатое присуждение — 1903 г. Удостоены премии
профессор С. Г. Навашин и профессор П. И. Бахметьев.
Присуждена юбилейная медаль Ф. Н. Алексеенко.
Четырнадцатое присуждение — 1906 г. Удостоены премии
М. Д. Рузский и Ф. К. Волков.
94

Пятнадцатое присуждение — 1909 г. Удостоены премии
В.Л.Комаров (полная премия), П.Н.Крылов (малая премия) и
К. Э. Руссов (почетная медаль).
Шестнадцатое присуждение — 1912 г. Удостоены премии
К. А. Статунин (полная премия), С. Чахотин (малая премия),
И. Я. и С. Я. Пассовер (Бэровская медаль).
Семнадцатое присуждение — 1915 г. Удостоены премии
профессор А.А.Максимов (полная премия), профессор Б. А. Свар-
чевский (малая премия).
Восемнадцатое присуждение — 1919 г. Удостоены премии
А. Н. Северцов (полная премия), Б. Л. Исаченко (малая премия) и
Ю. А. Филипченко (малая премия).
Секретарь Бэровской подкомиссии М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 4, л. 28—29. Заверенная копия.
№26
Записка ученого секретаря Бэровской подкомиссии
об истории учреждения премии имени К. М. Бэра1
10 ноября 1926 г.
9 марта 1864 г. президент Академии Ф. П. Литке в отношении
за № 307 препроводил министру народного просвещения А. В.
Головкину рисунок медали в честь Бэра, причем «присовокупил, что
независимо от сей медали друзья и почитатели Бэра
предположили собрать из добровольных приношений некоторую сумму для
учреждения, из процентов с оной, премии, которая, нося название
премии имени Бэра, была бы назначена для раздачи за лучшие
сочинения по какой-либо отрасли естественных наук. Величина
премии будет зависеть от количества сбора на сей предмет денег,
а правила раздачи оной будут определены впоследствии, причем
предполагается предоставить самому юбиляру принять участие в
составлении сих правил» (дело Архива Конф. № 209).
18 марта 1864 г. президент получил от министра народного
просвещения А. В. Головкина сообщение (№2405), что как
рисунок медали, так и предположение о сборе из добровольных
приношений некоторой суммы для учреждения премии имени Бэра
одобрены (дело Архива Конф. № 209).
На заседании Общего собрания Академии от 1 мая 1864 г. (№ 377)
«непременный секретарь довел до сведения собрания, что так как
29 августа текущего года исполнится 50 лет с того времени, как
почетный член Академии тайный советник К. М. Бэр получил в
Дерптском университете степень доктора, то друзья и почитатели
знаменитого ученого, желая выразить ему свое уважение,
положили ознаменовать означенный день особым празднеством. При сем
95

академик К. С. Веселовский предложил вопрос, не признает ли
Академия приличным выразить и со своей стороны при
означенном случае уважение к ученым заслугам почетного своего члена».
Положено в день юбилея г. Бэра поднести ему
поздравительный адрес, для составления которого назначена комиссия из
г.г. академиков: Брандта, Якоби, Миддендорфа, Наука, Шифнера,
Кокшарова, Савича, Шренка, Овсянникова; кроме того, академик
Срезневский изъявил желание присоединиться к означенной
комиссии (протокол Архива Конф., 1864).
Комитет, принявший на себя распоряжение по означенному
юбилею Бэра, состоявший под председательством президента
академика Ф. П. Литке, отпечатал особые подписные листы для лиц,
которым он поручил собирать от всех желающих денежные
приношения для медали и премии имени Бэра. Главным кассиром
сборов для юбилея избран был академик О. Н. Бётлинг (дело
Архива Конф. № 209).
Секретарь Бэровской подкомиссии М. Соловьев
ПФА РАН, ср. 154, on. 1, д. 4, л. 30—30 об. Подлинник.
№27
Протокол заседания КИЗ1
14 ноября 1926 г.
1. Академик В. И. Вернадский читал доклад на тему
«Несколько мыслей о современном значении истории науки».2
2. Академик П. П. Лазарев читал доклад на тему «Взгляды
московских физиков на создание научных школ».
3. М. А. Блох читал доклад на тему «Из впечатлений о работах
по истории знания в Германии».
Председатель академик В.И.Вернадский
Секретарь М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 1—1 об. Подлинник.
№28
В. И. Вернадский.
Мысли о современном значении истории знаний
1926 г.
I.
Переживаемое нами время является удивительным временем в
истории человечества. Сходного с ним приходится искать в
далеких столетиях прошлого. Это время интенсивной перестройки на-
96

шего научного миросозерцания, глубокого изменения картины
мира.
Представление об окружающем, с которым человечество
Запада вступило в XX в., несмотря на все успехи естествознания,
математики, исторических наук, техники, которыми так ярко может
характеризоваться XIX столетие, по существу являлось
результатом постепенного и неуклонного развития принципов и
построений новой эпохи, подготовлявшихся в XVI и ясно вылившихся в
XVII столетии, когда окончательно сказались в научной работе
еще более ранние достижения Коперника и путь, проложенный
Колумбом, новая математика, новая философия, коренная ломка
идей о строении и положении в мире человека.
XX век вносит со все увеличивающейся интенсивностью уже
коренные изменения в миропонимание нового времени. Это
изменения иного масштаба, чем те, которые создавались в прошлом
веке. Они" аналогичны тем, какие внесли в миросозерцание
средних веков философия, наука и техника начала XVII столетия.
Возможно, что мы переживаем изменение еще большее.
Может быть, переживаемый переворот научного мышления более
подобен древнему кризису духовной жизни, тому, который имел
место две с половиной тысячи лет назад, в VI и ближайших
столетиях до нашей эры, когда создавалась великая эллинская наука,
расцвела техника и впервые приняла знакомые и близкие нам
формы в средиземноморском культурном центре философская
мысль, а в религиозных исканиях, в мистериях, творилась
глубочайшая интуиция, искание смысла бытия.
Расцвет, внезапный и яркий, эллинского гения представлялся
не раз в XIX и в более ранних веках великим чудом, пока не
было выявлено движение мысли предшествовавшего времени.
В дали веков перед нами открываются другие такие же резкие
перестройки духовного сознания человека, расширения его
кругозора и охвата окружающего его мыслью. Во все растущей глуби
веков с большой вероятностью должны мы допускать
многократное повторение таких же созидательных творческих подъемов,
поворотов в биении разума, в росте понимания нас самих и нас
окружающего.
Перед длительностью жизни человечества ничтожны те две с
половиной тысячи лет — восемьдесят-девяносто поколений, в
которых сейчас мы можем проследить три резких подъема научного
сознания. Уже сейчас мы можем научно изучать несколько — не
менее семи-восьми — тысяч поколений и знаем о существовании
мыслящего человека на протяжении сотен тысяч лет.
В этой дали времен шел тот же процесс роста человеческого
разума. Он шел по тем же законам, по каким идет и ныне, так
как мы видим всюду, что настоящее есть закономерное
проявление прошлого, как бы далеко оно от нас ни отстояло. Мы
прошлое познаем по настоящему.
4 Заказ №4012
97

Существование в прошлом тех же великих поворотов
мышления, какой сейчас развертывается перед нами, несомненно.
Достаточно представить себе последствия таких великих открытий
человеческого гения, как открытие огня, земледелия или металлов
как орудий жизни.
Мы присутствуем сейчас при развертывающемся явлении, лишь
изредка наблюдаемом в истории человечества, единожды встречающемся
в сотни лет, но не единственном, а в одном из многих, раньше бывших.
Для историка знания современный момент представляет тот же
интерес и имеет то же значение, какое для астронома имеет
небесное явление, раз в сотни лет повторяющееся; он имеет даже
большее значение, так как в краткой — в космическом
масштабе — жизни человечества человек не может наблюдать эволюцию
космоса; он может лишь воссоздавать ее с большим или меньшим
успехом в своих космогониях. Человечество живет в одной из
стадий меняющегося космоса; оно наблюдает повторение
астрономических явлений только в пределах этой одной стадии: ему
доступна лишь одна небольшая часть цикла меняющихся явлений.
Наоборот, в эволюции научной мысли человечества можно
наблюдать смену самих стадий, охватывать эмпирически всю область
изменяющихся явлений целиком.
И.
Для натуралиста, когда он охватывает любое явление природы,
оно неизбежно облекается в формы законностей. Научно мыслить
значит вводить сложное природное явление в эти формы.
Повторение явлений во времени есть одно из наиболее ярких
проявлений закономерности.
В тех случаях, когда, как в науках исторических, это
повторение независимо от человеческой воли, наблюдение вновь
выступающего на историческую сцену цикла явлений приобретает
особое, совершенно исключительное значение.
Едва ли я ошибусь, если приму как неизбежное и не
требующее никаких доказательств для натуралиста-эмпирика положение,
как неразрывно связанное со всем его мировоззрением и с его
способом работы убеждение, что все в окружающем нас мире, к
чему только он может подойти с научным анализом или с
научным синтезом, все одинаково укладывается в рамки
закономерности. Натуралист-эмпирик не может делать различия между
любым явлением природы, наблюдателем которого он является,
будет ли оно происходить на земле или в небесном пространстве,
в материальной среде или в проявлениях энергии, т. е. в области
передачи состояний, в ничтожных объемах молекулы, атома,
электрона или протона, в огромном пространстве туманности, чуждой
нашему миру, или внутри самого человека, в созданиях его
духовных проявлений, мыслимых вне пространства. Подход его ко всем
этим явлениям будет по существу одинаковым.
98

Для него все они неизбежно будут явлениями природы.
Если в явлениях духовной жизни человечества есть коренные
отличия от других природных явлений, он этого различия не
увидит постольку, поскольку они подчиняются его эмпирическим
обобщениям. Они выявятся, если останется не подчиняющийся
законностям эмпирического знания остаток. Другого научного
подхода к изучению природных процессов для натуралиста нет.
Не решая, таким образом, вопроса о тождественности или о
различии по существу духовных проявлений человеческой жизни
и других явлений природы, охваченных точным научным знанием,
ученый-исследователь хода научной мысли все же может
утверждать, что значительная часть духовной работы человечества
укладывается в те же незыблемые «законы природы», которые он
ищет и находит в своей научной работе; она может быть сведена
к обычным для него правильностям.
Это выявляется огромным влиянием развития научной
человеческой мысли на явления живой или мертвой природы, от
человека независимые. Научная человеческая мысль могущественным
образом меняет природу. Нигде, кажется, это не проявляется так
резко, как в истории химических элементов в земной коре, как в
структуре биосферы. Созданная в течение всего геологического
времени, установившаяся в своих равновесиях биосфера начинает
все сильнее и глубже меняться под влиянием научной мысли
человечества. Вновь создавшийся геологический фактор — научная
мысль — меняет явления жизни, геологические процессы,
энергетику планеты. Очевидно, эта сторона хода научной мысли
человека является природным явлением. Как таковая она не может
представляться натуралисту-эмпирику случайностью, она
неизбежно является его умственному взору неразрывной частью того
целого, которое, как он непреклонно знает, все подлежит числу и
мере, охватывается его эмпирическими обобщениями. В этой
картине природы, научно построенной, должна иметь свое
проявление и работа научной мысли, в той же форме и тем же путем,
каким входят в нее все другие природные явления, мелкие и
грандиозные. Но научная мысль входит в природные явления не
только этим своим отраженным проявлением.
В ней самой есть черты, только природным явлениям
свойственные.
Прежде всего это видно в том, что ходу научной мысли
свойственна определенная скорость движения, что она закономерно
меняется во времени, причем наблюдается смена периодов ее
замирания и периодов ее усиления.
III.
Такой именно период усиления научного творчества мы и
наблюдаем в наше время, в третий раз за последние три
тысячелетия.
99

Во все такие периоды есть общие или характерные черты,
связанные с чрезвычайной быстротой научного творчества,
открывающего нетронутые раньше научною мыслью поля исследования.
Научная работа этих эпох имеет яркий созидательный, а не
разрушительный характер. Строится и создается новое; оно для
своего создания часто использует, перерабатывая до конца, старое.
Обычно выясняется, неожиданно для современников, что в старом
давно уже таились и подготавливались элементы нового. Часто
сразу и внезапно это старое появляется в новом облике, старое
сразу освещается. Это — обычное образное выражение нашего
впечатления от происходящего. Оно очень характерно. Это есть
образ созидания, но не разрушения, образ невидного нам раньше,
но явно закономерно шедшего процесса, ожидавшего для своего
выявления своего завершения.
Такой ход научного сознания наблюдается всегда, на всем
протяжении истории мысли. Он лишь более интенсивен и охватывает
большую область в периоде переломов. Всегда для него
характерны созидание нового и сохранение ранее достигнутого.
Мы совсем на днях, на частном примере, пережили все это,
когда в картину нашего мира проникли бурным потоком идеи о
разложении атома и уничтожения, в процессах природы, материи.
И все же ничто из старого не оказалось разрушенным: все
осветилось новым пониманием.
И сейчас, когда область новых явлений, новых достижений
научного творчества охватила нашу научную работу еще в большем
масштабе, мы не ощущаем хаоса и разрушения, хотя бы
временного. Мы живем в периоде напряженного, непрерывного
созидания, темп которого все усиливается.
Основным и решающим в этом созидании является открытие
новых полей явлений, новых областей наблюдения и опыта,
сопровождающееся огромным потоком новых эмпирических фактов,
раньше неведомого облика. Бурный рост нового в новых областях
гасит в нашем умственном взоре значение старого.
Этот бурный поток нового, ускорение хода научных
достижений, когда в немногие десятилетия достигается то, что обычно
создается в столетия или в тысячелетия, очевидно, является
проявлением какой-то силы, связанной с духовной творческой
энергией человека. Если нужна для нашего ума какая-нибудь аналогия
этого природного процесса, мимо которого миллионы людей
обычно проходят, его не замечая, этой аналогией может быть
взрыв.
Можно говорить и о взрыве научного творчества, идущего в
прочных и стойких, не разрушающихся рамках, заранее
созданных.
Для того чтобы удобнее изучать такие взрывы научного
творчества в рамках обычных для натуралиста природных процессов,
надо выразить их иначе, свести их на присущие им, обычные
100

явления материальной среды или энергии. Духовная творческая
энергия человека сюда не входит. Научная мысль сама по себе
существует, она создается человеческой живой личностью, есть ее
проявление. В мире реально существуют только личности,
создающие и высказывающие научную мысль, проявляющие научное
творчество — духовную энергию. Ими созданные невесомые
ценности — научная мысль и научное открытие — в дальнейшем
меняют указанным раньше образом ход процессов биосферы,
окружающей нас природы.
Взрывы научного творчества, повторяющиеся через столетия,
указывают, следовательно, на то, что через столетия повторяются
периоды, когда скопляются в одном или немногих поколениях, в
одной или многих странах богато одаренные личности, те, умы
которых создают силу, меняющую биосферу. Их нарождение есть
реальный факт, теснейшим образом связанный со структурой
человека, выраженной в аспекте природного явления. Социальные и
политические условия, позволяющие проявление их духовного
содержания, получают значение только при его наличии.
Эти условия не могут вызвать появления самих таких
личностей. Ибо мы знаем, что такие личности в общей массе
человечества — всегда редкое явление, не всегда имеющее место. Надо
ждать иногда века, чтобы после ухода из жизни одних вновь
появились люди, способные уловить мысль, оставленную ушедшими.
Очень возможно, что для выявления самих периодов научного
творчества необходимо совпадение обоих явлений: и нарождения
богато одаренных людей, их сосредоточения в близких
поколениях, и благоприятных их проявлению социально-политических и
бытовых условий.
Однако основным является нарождение талантливых людей и
поколений. По существу этот факт вызывает возможность взрыва
научного творчества; без него ничего не может быть. Если даже
такие сосредоточения талантов в немногих поколениях бывали и
в промежуточные периоды, но не выливались во взрывы научного
творчества из-за неблагоприятных условий, наличность таких
пульсаций талантливости в смене поколений все же должна быть
прежде всего для того, чтобы были взрывы творчества.
Я не могу здесь останавливаться на сколько-нибудь полном
анализе этих явлений. Я хочу только отметить всем известные
факты. Всюду и всегда в истории всех наук мы видим, как на
протяжении одного, двух, трех поколений одновременно
появляются талантливые люди, поднимают на огромную высоту данную
область духовной жизни человечества и затем не имеют себе
заместителей. Иногда надо долго ждать, чтобы вновь появились
равные им умы или равные им таланты; иногда они не появляются.
Мы видим это, например, в Древней Греции в истории искусства,
литературы, философии, где на пространстве немногих десятков
лет были сосредоточены величайшие гении всей исторической эл-
101

линской жизни; видим такие пустые промежутки, например в
XVIII в. во французской изящной литературе после расцветов
XVI—XVII столетий; видим скопление великих французских
математиков в конце XVIII и в начале XIX столетия и перерыв
поколения раньше и позже. Мы пережили создание великой
русской литературы одновременным появлением первоклассных
писателей.
Такое временное сосредоточение талантливых личностей в
немногих поколениях и их отсутствие в долгие промежуточные
времена — иногда века — есть общее характерное явление хода
духовных проявлений человечества. Оно резко и ярко выражено в
истории научной мысли.
Мы не знаем пока, почему, как и отчего происходит такое
нарождение талантливых людей, орудий научной мысли, и их
скопление в близких поколениях, отсутствие их в других. Мы
должны принимать их за свойство нашей расы, проявление ее
природы.
Это такой же природный процесс, подлежащий научному
исследованию натуралиста, каким является воздействие научной
мысли на окружающую живую и мертвую природу, изменение ею
энергетики биосферы.
В обоих случаях научная творческая мысль, как в вызывающем
ее механизме — нарождении талантливых ее создателей, так и в
ее проявлении — изменении ею энергетики планеты, входит в
неразрывную связь, всецело в комплекс процессов биосферы,
подлежащих изучению наук о природе, в область их методов
исследования.
Для натуралиста-эмпирика является аксиомой, неразрывно
связанной со всей его мыслью и с формой его научной работы, что
такие проявления не могут быть случайными, а столь же
подчинены весу и мере, как движение небесных светил или ход
химических реакций.
В своей работе он не может не искать механизма,
связывающего их с окружающим.
IV.
В сущности это задача как раз той научной дисциплины,
которая является объектом нашей работы. Это задача истории
знаний, исследования хода во времени научного мышления и
научного искания.
Значение этой дисциплины становится чрезвычайным, когда
перед нами развертывается захватывающее в себя и нас, входящее
в область ее ведения грандиозное природное явление.
Мне кажется, что именно такое явление суждено нам сейчас
переживать, что мы живем в особую эпоху, находимся на гребне
взрывной волны научного творчества. Всматриваясь в него и его
изучая, мы не можем не выйти с мыслью в будущее, не можем
102

не думать о дальнейшем выявлении в жизни человечества
наблюдаемого нами явления. Мы видим, что мы вступили в особый
период научного творчества.
Он отличается тем, что одновременно почти по всей линии
науки в корне меняются все основные черты картины космоса,
научно построяемого.
Особенностью нашего момента является не то, что происходят
такие изменения, — историк науки может найти их единичные
проявления, заглушённые обычно дальнейшим ходом научной
мысли, многократно в дали прошлых десятилетий, — важно то,
что все они появляются разом, одновременно. Этим вызывается
тот необычайный эффект, который они начинают производить
и в нашем мышлении, и в отражении его в окружающем нас
мире.
В сущности сейчас это по своим неизбежным дальнейшим
последствиям для людской жизни, вероятно, самое крупное явление,
имеющее место на нашей планете, — то, которое должно было
бы обращать на себя наше особое внимание и должно было бы
направлять на расчищение его хода всю нашу волю.
Меняются в корне наши представления о материи, об энергии,
о времени, о пространстве; создаются совершенно новые понятия
того же основного значения — понятия, всецело отсутствовавшие
во всех предшествовавших научных миросозерцаниях.
Этим новым понятиям часто мы не находим прямых аналогий
в прошлом. Таковы электроны, отличные от атомов, строящие
материю, но не являющиеся атомами энергии; таковы кванты.
История проникновения квантов в наши научные построения
является любопытнейшим явлением в истории мысли, ибо ни сам
творец этого представления М. Планк, ни все увеличивающиеся в
числе принимающие квант ученые не могли и не могут дать ему
ясное выражение в образах нашего понимания мира. Создание
символа квантов без возможности выразить его в ясном,
логически непререкаемом геометрическом образе и особенно его
победоносное шествие в современном научном творчестве есть одно из
интереснейших событий в истории научной мысли, изучение
которого, может быть, позволит приблизиться к выявлению законов
так называемой научной интуиции.
Сейчас, по-видимому, мы подходим к новым дерзаниям, может
быть, не менее коренным образом меняющим наше мышление.
Мы подходим к построению мира без материи. Да и так наша
материя, являющаяся для нас совокупностью атомов, совершенно
и по существу отлична от той, какую мыслили, например,
Галилей, Декарт, Ньютон. Ибо атомы материи наших представлений,
почти не заключающие материальных частиц, «пустые»
пространства, в которых плавают ничтожные центры влияний, отличные
от пустоты — причем о «пустоте» атома мы ничего не знаем, —
в корне отличны от тех атомов, о которых имели понятие вели-
103

кие умы, создавшие миропонимание нашего времени. Логический
анализ новых понятий приводит к несводимым в единое целое
противоречиям. Они станут еще большими, если окажется
невозможным выразить языком и представлениями классической
механики и даже вообще в образе движущихся частиц строение
атомов, если действительный путь, вначале с таким успехом
проложенный Д. Томсоном, Э. Резерфордом, Н. Бором (аналогия атома,
правда, явно внешняя, с планетной системой), явится
окончательно недостаточным для объяснения явлений, вскрытых нашим
опытом и нашим наблюдением. Замена геометрического образа атома
новым символом, наподобие кванта, положит еще более резкую
грань нового миропонимания будущего от идей о мире времен
молодости людей моего поколения.
Такое представление будет иметь тем большее значение, что
наша мысль неудержимо неизменно будет пользоваться атомами,
как прообразами, несводимыми на движение, для выявления всех
других мельчайших моделей, какие будут нужны нам для
построения картины физико-химических явлений.
Одновременно в наше научное мировоззрение, в самую его суть
уже вошло другое несводимое на движение представление — учение
о симметрии. Оно находится в нем как стороннее включение, не
связанное с другими созданными физиками и математиками
моделями мира и материи. А между тем эмпирическая основа учения о
симметрии является одним из самых прочных достижений науки.
Его глубокое значение провиделось Л. Пастером и П. Кюри, на
нем строится учение о твердом состоянии материи —
кристаллография, оно неудержимо захватывает химию и минералогию, но
оно стоит сейчас не только вне области нашей картины мира, оно
не затронуто философской мыслью, и не выявлены те следствия
и те приложения, которые из него следуют и которые
неизбежно приведут к чуждой прошлым векам научной картине Вселенной.
Гораздо большее внимание возбуждает учение об
относительности, которое приводит к совершенно новой картине мира, резко
меняет царящее до сих пор ньютоновское ее построение.
Коренное изменение научного понятия о времени и исчезновение из
картины мира всемирного тяготения как особой силы или формы
энергии — если они окончательно войдут в общее сознание, а
они входят — положат такую же непереходимую грань между
нашим пониманием строения космоса и идеями XIX столетия,
какую положило в свое время это самое общение И. Ньютона
между новым и древним или средневековым миропониманиями.
Очень часто приходится слышать, что победа теории
относительности не внесет больших изменений в научную работу, чем
вносили в нее другие крупные научные достижения XIX в., такие,
например, как учение об энергии.
Едва ли можно с этим согласиться. Те открытия не нарушали
рамок наших основных физических представлений, но теория от-
104

носительности, в корне меняя ньютоновские модели мира, вводит
нас в новый мир идей; всех последствий этого шага мы не можем
себе сейчас даже и представить. Мы знаем, что ньютоновские
идеи о силе, действующей «мгновенно» на расстоянии, нарушали
все миропонимание ученых XVII и XVIII вв. Потребовалось
несколько, около трех, поколений для того, чтобы они наконец
вошли в общее сознание, причем огромную роль в этой победе
ньютоновских идей сыграла не их логическая сила, а элемент
общественного характера — их внедрение в школу, воспитание с
детства в духе этих непонятных для эмпирического знания
представлений. Выросло поколение, привыкшее с детства считаться
как с фактом с тем, что людям, мысль которых была более
независимой, казалось абсурдом. Сейчас, через четверть тысячелетия,
мы к ним так привыкли, что нам трудно от них отойти в мир
идей А. Эйнштейна. Я думаю, однако, что идеи Эйнштейна легче
могли бы быть жизненно поняты противниками И. Ньютона; по
сути они менее далеки от них, чем от нас. Отказ от ньютоновских
идей является не менее крутым поворотом в ходе научного
мышления, чем было их принятие. Он кладет грань между двумя
мировоззрениями, как положила грань для мировоззрения новых
веков и средневековья победа И. Ньютона.
В известной мере это — возвращение к нитям искания
истины, оставленным при этом повороте в XVII столетии.
На фоне этих глубочайших изменений идей идет не менее
коренное изменение основ химии, связанное с отождествлением
атома и химического элемента и с введением в наш научный
кругозор представлений о зависимости существования химического
элемента от времени и о нахождении в его среде изотопов. И
здесь мы захватываем нити древних исканий, оставленные XVII—
XVni вв. и принадлежащие чуждому XVII—XIX вв. научному
мировоззрению средневековья. Ярко в этих частностях сказывается
огромная творческая работа этой отделенной от нас столетиями
полосы жизни человечества, значение которой только сейчас
стало нам ясным благодаря достижениям истории искусства и
истории философии.
Меняется не только химия, но благодаря новым
представлениям о химическом элементе наблюдаемая картина звездного неба
начинает вскрывать нам негаданные раньше явления. Достаточно
сейчас вспомнить только о существовании в мире газообразных
масс, плотность которых в десятки тысяч раз больше плотности
воды, тогда как земная материя в самых тяжелых ее
представителях, в платине или в иридии, всего в 20—22 раза тяжелее воды.
Астрономия переживает брожение идей,) которое в ее
многотысячелетней истории напоминает — и по масштабу только с ним
может сравниваться — то изменение, которое было произведено
в ее содержании, когда Галилей направил в начале XVII в. в
Падуе и во Франции первый телескоп в область Солнечной си-
105

стемы. Но сейчас область изменения представлений не менее
глубоко охватывает весь доступный нашему умственному взору
Космос, а не одну систему Солнца и Земли.
V.
Перелом научного мировоззрения, сейчас указанный, охватил
область физико-химических наук. В отличие от того, что
наблюдалось в XVII—XVIII столетиях, науки математические и
биологические, при огромном их росте в XIX в., не вносят в наше
научное мировоззрение изменений, вызывающих коренной
перелом по сравнению с миропониманием прошлого века.
Но в другой области знания — в понимании положения
человека в научно создаваемом строе мира — сейчас наблюдается
огромный скачок научного творчества, одновременно идущий с
ростом физико-химических наук.
Напрасно стал бы человек пытаться научно строить мир,
отказавшись от себя и стараясь найти какое-нибудь независимое от
его природы понимание мира. Эта задача ему не по силам; она
является и по существу иллюзией и может быть сравнена с
классическими примерами таких иллюзий, как искания perpetuum
mobile, философского камня, квадратуры круга. Наука не
существует помимо человека и есть его создание, как его созданием
является слово, без которого не может быть науки. Находя
правильности и законности в окружающем его мире, человек
неизбежно сводит их к себе, к своему слову и к своему разуму.
В научно выраженной истине всегда есть отражение — может
быть, чрезвычайно большое — духовной личности человека, его
разума.
Натуралист-эмпирик всегда должен с этим считаться; для него,
с его методами искания истины, другой мир, не связанный с
отражением человеческого разума, если даже он существует,
недоступен. В философии в связи с этим натуралист неизбежно
является реалистом, для него его научная картина мира есть нечто
реально существующее.
Он может допускать возможность того, что такое отражение
человеческого разума, а следовательно и человеческой личности,
в научно построяемом мире вообще не является случайностью; и
уже неизбежно не является случайностью большая доступность
для его научного творчества более близких к источнику разума
природных явлений, каковыми являются все явления, связанные с
жизнью человека. Всегда науки о человеке ближе к нему
придвинуты; человеческая личность может в них проникать глубже, чем
в научные дисциплины, изучающие Космос.
Изменение, происходящее в этой части картины мира, поэтому
еще глубже и сильнее отражается на человеческой жизни.
Два больших новых явления научной мысли наблюдаются в
XX в. в этой области знаний.
106

Во-первых, впервые входит в сознание человека чрезвычайная
древность человеческой культуры, в частности древность
проявления на нашей планете научной мысли.
Возраст Земли, по условиям своего климата не отличной от
современной, измеряется миллиардом или миллиардами лет; в
последующих десятитысячных долях этого планетного времени
несомненно уже существовала научная человеческая мысль.
Во-вторых, впервые сливаются в единое целое все до сих пор
шедшие в малой зависимости друг от друга, а иногда и вполне
независимо течения духовного творчества человека.
Перелом научного понимания Космоса, указанный раньше,
совпадает, таким образом, с одновременно идущим глубочайшим
изменением наук о человеке. С одной стороны, эти науки
смыкаются с науками о природе, с другой — их объект совершенно
меняется.
С каждым днем вскрывается все большая древность
материальных остатков прошлого человечества, рисующих его духовную
жизнь в такие эпохи, о которых не помышляли исследователи
прошлого века; в то время и в сохранившихся и в дошедших до
нас проявлениях духовного творчества — в языке, в древних
преданиях в частности — открываются реальности, которые
казались невероятными исторической критике недавнего прошлого.
Совершается неожиданное для рационалиста-ученого
гуманитарных наук, опиравшегося на разум как на нечто совершенно
самодовлеющее, но обычное для натуралиста-эмпирика явление.
Логически вероятное заключение часто оказывается нереальным,
и, наоборот, явление, шедшее в действительности, оказывается
более сложным, чем это представлялось разуму. Рассыпаются
идеальные построения разума, и невероятное логически становится
эмпирическим фактом.
Одно из самых могущественных орудий роста исторических
знаний, создание XVII—XIX вв. — историческая критика и
достоверность ее заключений — требует поправок, опирающихся на
эмпирический материал, предвидеть который разум не может;
природный процесс может, как оказывается, в корне менять
достижение исторической критики.
Одновременно история смывается с биологическими науками.
На каждом шагу начинает выявляться биологическая основа
исторического процесса, не подозреваемое раньше и до сих пор, по-
видимому, недостаточно учитываемое влияние дочеловеческого
прошлого человечества; в языке и в мысли, во всем его строе и
в его быту выступают перед нами теснейшие нити, связывающие
его с его отдаленными предками.
Все ярче выдвигается общность законностей для разных
проявлений знания — исторических и биологических наук. Она,
например, ярко чувствуется и ищется в том факте, с которым мы
сейчас имеем дело, — в одной из исторических наук, в истории
107

знания и научной мысли. Появление пачками и сосредоточение в
определенных поколениях умов, могущих создавать переворот в
научных исканиях человечества, а следовательно и в энергетике
биосферы, не является случайностью и, вероятно, связано с
глубочайшими биологическими особенностями Homo sapiens.
Проявлением той же неожиданно древней и сложной истории
в современном проявлении человека может считаться в новой
форме сложившаяся в XX в. единая история человечества,
всемирная история в небывалом охвате, синтезирующая в единое
целое работу всех цивилизаций человечества. Раньше концепции
и представления о прошлом человечества сосредоточивались в
истории европейской, тесно связанной с средиземноморским
центром культуры. Эта европейская история казалась всемирной. Уже
в течение всего XIX столетия шла неуклонная работа к
перестройке этих не отвечающих реальному явлению представлений.
Сейчас можно считать, что это ограниченное изучение прошлого
кончилось. Исторический процесс сознается как единый для всего
Homo sapiens, и в связи с этим, с одной стороны, укореняется
связь исторических знаний с знаниями биологическими, а с
другой — в строе исторических знаний идет перелом, небывалый по
силе и по последствиям в их прошлом бытии.
Так, в науках физико-химических и в науках о человеке,
исторических, одновременно идет исключительный по силе и
размаху перелом творчества. Он находится в самом начале.
Он представляется натуралисту-эмпирику процессом
стихийным, естественно-историческим, не случайным и не могущим
быть остановленным какой-нибудь катастрофой. Корни его
скрыты глубоко, в непонятном нашему разуму строе природы, в ее
неизменном порядке.
Мы не видим нигде в этом строе, насколько мы изучаем
эволюцию живого в течение геологического времени, поворотов и
возвращения к старому, не видим остановок. Не случайно,
связанно с предшествовавшими ему существами появился человек, и не
случайно он производит работу в химических процесса биосферы.
Поворот в истории мысли, сейчас идущий, независим от воли
человека и не может быть изменен ни его желаниями, ни какими
бы то ни было проявлениями его жизни, общественными и
социальными. Он несомненно коренится в его прошлом.
Новая полоса взрыва научного творчества неизбежно должна
дойти до своего естественного предела, так же неизбежно, как
движется к нему комета.
VI.
Эти величайшие движения научной мысли неизбежно
отражаются уже сейчас на всей духовной структуре человечества. Они
отражаются и на его жизни, на его идеалах, на его быте. С ним
неизбежно связан новый рост философской мысли, который не-
108

которыми уже указывается как начавшийся, и новый подъем
религиозного творчества.
С глубочайшим вниманием должен историк мысли, историк
науки присматриваться в такие эпохи к происходящему. Он
может учиться этим путем понимать прошлое и, может быть,
провидеть будущее.
Но этим не кончается его деятельность.
В такие моменты взрывов научного творчества научное
изучение прошлого научной мысли приобретает иное, более
злободневное значение.
Мы замечаем сейчас огромное оживление в истории знания,
рост работы в этой области. Он выявляется в быстром увеличении
научной литературы по истории науки, в создании особых
центров ее изучения — особых институтов, научных обществ и
журналов, ей посвященных. В обычной научной работе историческая
точка зрения проявляется, может быть, чаще, чем раньше.
Отчасти это связано с тем значением, которое имеет для
историка научной мысли переживаемый момент, невольно
возбуждающий в указанном направлении мысль каждого ученого.
Но этот рост объясняется и другим: тем, что при крутом
переломе понятий и пониманий происходящего, при массовом
создании новых представлений и исканий неизбежно стремление
связать их с прошлым. Часто это историческое изучение является
единственной возможностью их быстрого проникновения в
научную мысль и единственной формой критической оценки,
позволяющей отличать ценное и постоянное в огромном материале
этого рода, создаваемом человеческой мыслью. Значительная
часть этого материала имеет преходящее значение и быстро
исчезнет. Чем скорее можно это понять, тем быстрее будет
движение нашей мысли, рост нового научного миропонимания. Такой
отбор научного и важного точнее и быстрее всего может быть
произведен при историческом его изучении.
Научная организация еще не применилась к новым стадиям
науки. Но мы уже видим ростки ее будущего в науках физико-
химических. Они слабы еще, но это начало. В симпозиумах
американских ученых, в международных обсуждениях Фарадеевского
общества в Лондоне, в обзорах научных журналов все ярче
выступает исторический аспект при обсуждении самых
животрепещущих, les derniers cris, научных вопросов.
История науки является в такие моменты орудием достижения
нового.
Это ее значение, впрочем, всегда ей свойственно. Научное
изучение прошлого, в том числе и научной мысли, всегда приводит
к введению в человеческое сознание нового. Но в моменты
перелома научного сознания человечества так, и только так,
открываемое новое может являться огромной духовной ценностью в
жизни человека.
109

Этот злободневный интерес истории науки, помимо ее
значения как искания истины, мы не можем и не должны забывать и
в нашей Комиссии, единственном центре этой научной
дисциплины в нашей стране.
Опубл.: Вернадский В. И. 1) Мысли о современном значении истории
знаний II Тр. КИЗ. Л., 1927. Вып. 1; 2) Избранные труды по истории науки.
М., 1981. С. 229—242; 3) О науке. Дубна, 1997. Т. 1. С. 138—154.
№29
Из протокола заседания
Отделения физико-математических наук АН СССР
об издании VI и VII томов сочинений М. В. Ломоносова
17 ноября 1926 г.
За академика-секретаря П. П. Сушкин доложил отношение
АНИ по вопросу о печатании VI и VII томов сочинений
Ломоносова и желательности выбора редактора из членов ОФМН,
ввиду того что оба тома заключают в себе материалы по
физическим и естественным наукам.
Положено: передать в Комиссию по истории знаний и
уведомить АНИ.1
ПФА РАН, ф. 1, on. la, д. 175, л. 94. Подлинник.
№30
Протокол № 2 заседания бюро КИЗ1
22 ноября 1926 г.
1.Слушал и: о конструкции Комиссии.
Постановили:
а) включить в бюро КИЗ членов редакционного комитета
академика Н. Я. Марра и профессора Г. В. Хлопина;
б) устраивать заседания открытые и закрытые, допускать
прения только на закрытых заседаниях;
в) состав Комиссии: считать входящими в состав членов
Комиссии 1) академиков и членов-корреспондентов по их
желанию, 2) прежних членов Комиссии, 3) членов Бэровской
подкомиссии;
г) порядок выборов новых членов Комиссии: в члены КИЗ
избираются лица, имеющие научные труды в соответствующих
задачам Комиссии областях по предложению двух2 членов Комиссии
после выбора их в бюро и оглашения их в Общем собрании
Академии наук.
ПО

2. Слушали: о порядке печатания «Трудов» Комиссии и
соредакторов к ним.
Постановили: сдать в набор работы академика Б. А. Тура-
ева под ред. И. Ю. Крачковского, академика В. И. Вернадского,
М. М. Соловьева (соредактор академик В. И. Вернадский).
3. Слушал и: о рукописях в портфеле Комиссии.
Постановили: просить профессора Г. В. Хлопина дать
отзыв о рукописи профессора Отто «Краткий исторический очерк
акушерства и гинекологии в России».
4. Слушали: отзыв профессора А. А. Радцига о рукописи
П. О. Сомова «Очерк по истории механики в России до XX в.».
Постановили: внести в Общее собрание предложение о
включении работы в какой-нибудь выпуск «Трудов» Комиссии и
просить професора А. А. Радцига взять на себя соредактирова-
ние и сделать дополнения, на которые он указывает в своем
отзыве.
5. Слушал и: о готовящихся к печати работах.
Заявление профессора Э. Л. Радлова о работе «Англичане в
России в XVIII и начале XIX в.» (2 л.), академика П. П. Лазарева
и М. А. Блоха о разработке ими своих докладов на собрании
Комиссии 14 ноября (размеры 2 л. и 1 л.).
Постановили: просить ускорить представление работ.
6. Слушали: предложение академика В. И. Вернадского о
том, чтобы в заседаниях Академии наук на торжественном
митинге читалась бы в выдержках или целиком составленная одним из
академиков секретарей отделения по очереди речь, посвященная
работам и жизни какого-либо из умерших членов отделения (по
выбору академика-секретаря), и чтобы эта речь печаталась в
отчетах Академии с речами непременного секретаря и очередной
речью академика.
Постановили: принять и просить академика В. И.
Вернадского внести это предложение в ближайшее Общее собрание
Академии. г
7. Слушали: о передаче КИЗ 6-го и 7-го томов сочинений
М. В. Ломоносова.
Постановили: просить М. А. Блоха ознакомиться детально
с положением издания этих томов, переговорить с акад. В. Н. Пе-
ретцем и представить соображения об организации специальной
подкомиссии по этому вопросу из специалистов по отдельным
вопросам, затрагиваемым в этих томах.
Председатель КИЗ академик В.И.Вернадский
Секретарь М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 2, л. 3—3 об. Подлинник.
111

№31
Из протокола заседания Общего собрания АН СССР
о печатании «Трудов КИЗ»1
4 декабря 1926 г.
В. И. Вернадский доложил свою статью «Мысли о
современном значении истории науки».
Положено: напечатать в «Трудах Комиссии по истории
знаний».
186. В. И. Вернадский представил для напечатания в «Трудах
Комиссии по истории знаний» статью M. М. Соловьева
«Материалы к биографии академика К. М. Бэра. 1. Переписка академика
К. М. фон Бэра с адмиралом И.Ф.Крузенштерном».
Положено: напечатать в «Трудах Комиссии по истории знаний».
189. В. И. Вернадский представил для напечатания в «Трудах
Комиссии по истории знаний» работу П. О. Сомова «Очерк по
истории механики в России до XX в.».
Положено: напечатать.
ПФА РАН, ф. I, on. la, д. 175, л. 64. Подлинник.
№32
Из протокола заседания Общего собрания АН СССР
о желательности возобновления выдачи премии
имени К. М. Бэра
4 декабря 1926 г.
За непременного секретаря И. Ю. Крачковский доложил о
состоявшемся постановлении Президиума, признавшего
принципиально желательным, в связи с предстоящим юбилеем К. М. Бэра,
возобновление выдачи премии его имени.1
Положено: возбудить указанный вопрос в Комиссии по
содействию работам АН СССР, ходатайствуя о восстановлении
премии имени К. М. Бэра с таким расчетом, чтобы первое
присуждение премии могло состояться к юбилею К. М. Бэра в 1928 г.
ПФА РАН, ф. 1, on. la, д. 175, л. 64—65. Подлинник.
№33
Отчет Бэровской подкомиссии о работе за 1926 г.1
7 декабря 1926 г.
Подкомиссия по чествованию памяти академика К. М. Бэра по
случаю 50-летия со дня его смерти 28 ноября 1926 г., столетия со
112

дня его избрания в члены-корреспонденты АН 1 января 1927 г. и
столетия со времени избрания его в академики 27 августа 1928 г.
(сокращенно — Бэровская подкомиссия) была организована
постановлением Общего собрания АН при Комиссии по истории
знаний, состоящей при Общем собрании АН, 9 октября 1926 г.
Председателем подкомиссии состоит председатель Комиссии
по истории знаний академик В.И.Вернадский.
Председателем исполнительного бюро подкомиссии —
помощник директора Библиотеки АН профессор С. В. Рождественский.
Ученым секретарем подкомиссии — научный сотрудник 1-го
разряда, зоолог Сапропелевого отдела КЕПС M. М. Соловьев.
Членами подкомиссии состоят (по алфавиту): С. С. Абрамович-
Барановский, Л. С. Берг, М. А. Блох, А. А. Бялыницкий-Бируля,
Б. Н. Вишневский, В. Я. Генерозов, А. П. Герасимов, Г. В.
Ковалевский, акад. Ф. Ю. Левинсон-Лессинг, акад. Н.В.Насонов,
акад. С. Ф. Ольденбург, Е. Н. Павловский, акад. С. Ф. Платонов,
Э. Л. Радлов, С. В. Рождественский, чл.-кор. АН А. П. Семенов-
Тян-Шанский, акад. П. П. Сушкин, М. И. Тихий, Ю. А. Филип-
ченко.
Подкомиссия имела 5 заседаний: 1)13 октября
(присутствовало 11 лиц); 2)21 октября (11 лиц); 3)2 ноября (10 лиц); 4) 3
декабря (13 лиц); 5)6 декабря (14 лиц).
Подкомиссия постановила приурочить официальное
чествование памяти К. М. Бэра ко дню столетия избрания его в
ординарные академики 27 августа 1928 г., ко дню же столетия избрания
его в члены-корреспонденты Академии наук 1 января 1927 г.
полагала ограничиться устройством выставки в память К. М. Бэра.
Для выполнения указанной задачи: 1) была установлена связь
как с учреждениями, в которых работал К. М. Бэр, так и с
учреждениями, в которых хранятся или могли храниться материалы,
относящиеся к К. М. Бэру (Библиотека АН, Архив Конференции
АН, Музей антропологии и этнографии АН, Военно-медицинская
академия, Географическое общество, Энтомологическое общество,
Публичная библиотека^ Гербовый музей, Библиотека имени
В. И.Ленина в Москве, Общество истории древностей российских в
Москве), и с отдельными лицами, которые могли бы дать сведения
о К. М. Бэре (внучка К. М. Бэра г-жа Линген и семья Н. Я.
Данилевского); 2) были составлены списки печатных трудов К. М. Бэра
и о К. М. Бэре и изучены его рукописи и другие материалы о
Бэре, хранящиеся в Архиве Конференции АН и в отделе
инкунабул Библиотеки АН, произведена академиком Н. В. Насоновым
экспертиза микроскопа К. М. Бэра и 2 микроскопов
Военно-медицинской академии, которыми пользовался К. М. Бэр.
В соответствии с полученными данными был составлен план
выставки, по которому выставка в настоящее время и устроена.
На выставке экспонируются печатные труды и рукописи
K.M. Бэра по эмбриологии, морфологии, сравнительной анатомии
113

и систематике животных, антропологии, географии,
исследованиям естественных производительных сил России, характеризуется
К. М. Бэр как академик и директор иностранного отделения
Библиотеки АН, демонстрируются его микроскопы,
естественно-научные объекты, над которыми он работал, семейные его документы
и библиография о К. М. Бэре.
Ученым секретарем подкомиссии M. М. Соловьевым составлен
биографический очерк К. М. Бэра, печатаемый в журнале
«Природа» (декабрь 1926 г.), закончено исследование «Материалы к
биографии К. М. Бэра. Переписка академика К. М. фон Бэра с
адмиралом И. Ф. Крузенштерном» (сдано в редакцию бюро
Комиссии по истории знаний). Им же составляется каталог выставки.
На заседаниях подкомиссии были сделаны следующие
обобщения (по алфавиту авторов):
1. Абрамович-Барановский С. С, о подготовительных к
выставке работах, произведенных Библиотекой АН.
2. Вернадский В. И., акад.:
• об организации и задачах Бэровской подкомиссии;
• о необходимости должным образом осветить в
Географическом отделе выставки вопрос о законе Бэра относительно
отклонения меридиональных рек;
• о последних работах акад. А. Н. Северцова, подтверждающих
правильность некоторых теоретических положений К. М. Бэра;
• о восстановлении Бэровской премии.
З.Генерозов В. Я., K.M. Бэр как исследователь пушного
промысла.
4. Ковалевский Г. В., о работах K.M. Бэра по прикладной
ботанике.
5. Насонов Н. В., акад., о результатах экспертизы микроскопа
К. М. Бэра, принадлежащего семье Данилевских.
6. Павловский Е. Н., о печатных трудах К. М. Бэра и
микроскопах времен К. М. Бэра, находящихся в Военно-медицинской
академии.
7. Рождественский СВ.: 1) 4 отчета о деятельности
исполнительного бюро подкомиссии; 2) о каталоге выставки.
8. Соловьев M. М.:
• об организации отделов выставки в память К. М. Бэра;
. о вещах К. М. Бэра, хранящихся в Зоологическом музее
АН;
• об академиках — современниках К. М. Бэра;
• о лицах, удостоенных Бэровской премии;
. о рукописях К. М. Бэра и других материалах, к нему
относящихся, хранящихся в Музее антропологии и этнографии АН;
• об ученых, предлагавшихся К. М. Бэром в
члены-корреспонденты АН.
9. Тихий М. И.: 1)о микроскопе K.M. Бэра, принадлежавшем
семье Данилевских, и микроскопах времени К. М. Бэра (истори-
114

ческий очерк); 2) об отделе рыбоводства выставки и материалах
К. М. Бэра по сельдяному промыслу.
Ученый секретарь Бэровской подкомиссии М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. I, д. 4, л. 14—15 об. Подлинник.
№34
Письмо В. И. Вернадского
непременному секретарю АН СССР С. Ф. Ольденбургу
о восстановлении премии имени К. М. Бэра1
29 декабря 1926 г.
Вследствие отношения Вашего от 15 декабря за №8394
подкомиссия по чествованию памяти академика К. М. Бэра, обсудив
в заседании своем от 27 сего декабря вопрос о характере
намечаемых премий имени академика К. М. Бэра, постановила
ходатайствовать о восстановлении обоих видов денежных премий
Бэра, а именно большой и малой премий, также и юбилейной
медали. Обе премии надлежало бы выдавать, согласно правилам,
утвержденным Общим собранием АН в заседании от 2 марта
1896 г., на условиях конкурса ученым за сочинения, «содержащие
в себе изыскания в области следующих наук: анатомии,
гистологии, эмбриологии и физиологии человека, животных и растений,
систематической зоологии и ботаники, палеонтологии с
биологической точки зрения. Фауны и флоры должны приниматься в
конкурс только в том случае, если они обнимают собой обширные
или еще не исследованные и труднодоступные области СССР».
Большую премию (в сумме 1000 руб.) следовало бы, по
мнению подкомиссии, назначать за большие заслуги крупных ученых
в указанных выше науках, малую премию (в сумме 500 руб.) —
за выдающиеся работы в тех же областях молодых, начинающих
ученых, юбилейную медаль — за особо ценную помощь в деле
улучшения и пополнения академических научных учреждений.
Бэровские премии и Бэровская юбилейная медаль должны
присуждаться Академией наук. Все члены биологического разряда
Физико-математического отделения Академии наук составляют
собою Комиссию для обсуждения соискательных сочинений,
причем комиссия может, если признает полезным, поручить
рассмотрение конкурсного сочинения и ученому, не принадлежащему к
составу комиссии.
Право делать изменения в установленных Академией наук
правилах о премиях имени Бэра должно быть предоставлено одной
лишь Академии наук в тех случаях, если бы с течением времени
то или другое правило относительно способов присуждения Бэ-
ровских премий оказалось неудобоисполнимым. Наименование же
115

премий и назначение их за труды в области биологических наук
должны остаться навсегда неизменными.
Председатель академик В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1926, д. 70, л. 14—14 об. Подлинник.
№35
Отчет о деятельности КИЗ за 1926 г.
В отчетном году Комиссия по истории знаний возобновила
после нескольких лет перерыва свою деятельность, причем Общее
собрание АН поручило бюро Комиссии в составе академика
В. И. Вернадского (председатель), профессора Э. Л. Радлова
(товарищ председателя) и профессора М. А. Блоха (ученый секретарь)
вести деятельность Комиссии впредь до окончательного
утверждения ее организации и состава.1
Согласно постановлению Общего собрания АН от 17 ноября,
при Комиссии организована подкомиссия по чествованию памяти
академика К. М. Бэра; руководство этой подкомиссией поручено
председателю Комиссии академику В.И.Вернадскому, а ученым
секретарем ее состоит научный сотрудник КЕПС M. М. Соловьев.
Задачей подкомиссии является: 1) организовать в текущем году
выставку, посвященную памяти академика К. М. Бэра, и 2)
организовать к осени 1928 г. — годовщине избрания К. М. Бэра в
ординарные академики — чествование памяти академика К. М. Бэра
и подготовить издания, посвященные его биографии и истории
Академии наук его времени.2
В заседании Отделения физико-математических наук 17
ноября поручено редактирование 6-го и 7-го томов сочинений
М. В. Ломоносова.3
Бюро Комиссии в первую очередь занялось разбором и
подготовкой к печати оставшихся неопубликованными рукописей по
истории науки в России, связанных с предшествующей работой
Комиссии под руководством академика А. С. Лаппо-Данилевского.
В связи с этим по предложению академика В. И. Вернадского
утверждена новая серия изданий Академии наук: «Труды Комиссии
по истории знаний при Академии наук».4
В этой серии должны печататься все работы Комиссии, в том
числе и рукописи, оставшиеся от Комиссии за время руководства
ею академиком А. С. Лаппо-Данилевским. Из этих последних уже
сданы в печать: 1) статья покойного академика Б. А. Тураева
«Русская наука о Древнем Востоке до 1917 г.» под редакцией
академика И. К). Крачковского и 2) работа профессора П.О.Сомова
«Очерк по истории механики в России до XX в.» под редакцией
члена Комиссии профессора А. А. Радцига. В тех же «Трудах»
положено напечатать речь академика В. И. Вернадского «Мысли о
116

современном значении истории науки» и работу секретаря
подкомиссии по чествованию памяти академика К. М. Бэра M. М.
Соловьева «Материалы к биографии К. М. Бэра. 1. Переписка
академика К. М. фон Бэра с адмиралом И. Ф. Крузенштерном».
КИЗ имела одно заседание с гостями (по приглашению), на
котором были сделаны доклады: академик В. И. Вернадский. Мысли
о значении изучения истории знаний; академик П.П.Лазарев.
Влияние московских физиков на создание научных школ;
профессор М. А. Блох. О работах по изучению истории знаний в
Германии.5 При Комиссии существует редакционный комитет в
составе членов бюро Комиссии, академика Н. Я. Марра и
профессора Г. В. Хлопина.6
В подкомиссию по чествованию памяти академика К. М. Бэра
кроме бюро Комиссии вошли представители Военно-медицинской
академии (проф. Е. Н. Павловский), Русского географического
общества (председатель Ю. М. Шокальский или его заместитель),
Энтомологического общества (А. П. Семенов-Тян-Шанский),
представители академических учреждений и в том числе Библиотеки
АН, самостоятельно возбудившей вопрос о чествовании академика
К. М. Бэра, и ряд лиц, занимающихся вопросами, связанными с
жизнью и работой академика К. М. Бэра.
Подкомиссия занялась в первую очередь устройством выставки,
посвященной академику К. М. Бэру, причем работы велись бюро
названной выставки под председательством члена-корреспондента
АН С. В. Рождественского. Открытие выставки было приурочено
к 2 января 1927 г. — столетию со дня избрания К. М. Бэра в
члены-корреспонденты АН. Кроме того, подкомиссия возбудила
перед Академией наук вопрос о восстановлении премии имени
К. М. Бэра, каковое предложение принято Конференцией.
К открытию выставки подкомиссия выпустила небольшой
путеводитель, составленный M. М. Соловьевым.
Опубл.: Отчет о деятельности Академии наук СССР в 1926 г. Л., 1927.
С 298—300.
1927
№36
Пригласительный билет на открытие выставки
в память академика К. М. Бэра1
2 января 1927 г.
В воскресенье, 2 января 1927 г., в 2 часа дня в помещении
Библиотеки Академии наук СССР (Биржевая линия, д. 1)
состоится открытие выставки в память академика Карла Максимовича
117

Бэра по случаю исполнившегося столетия со дня его избрания
членом-корреспондентом Академии наук. Извещая об этом,
Академия наук Союза Советских Социалистических Республик
просит Вас не отказать пожаловать на открытие означенной выставки.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 5, л. 42. Подлинник.
№37
Речь В. И. Вернадского на открытии выставки,
посвященной 100-летию со дня избрания К. М. Бэра
членом-корреспондентом Академии наук1
2 января 1927 г.
I.
Только что исполнилось столетие со дня выбора в
члены-корреспонденты нашей Академии и пятидесятилетие со дня смерти
одного из величайших естествоиспытателей, одного из самых
замечательных людей прошлого, XIX, столетия и одного из
создателей духовного уклада нашей Академии — академика Карла
Максимовича Бэра. Через два года исполнится столетие со дня
выбора его в академики. К этому дню Академия предполагает
посвятить его памяти и выяснению его значения в истории мысли
и истории нашей культуры особое заседание и особое издание.
Выставка, открываемая сегодня, организована той же
Комиссией, которая должна по поручению Академии наук подготовить
будущее юбилейное заседание; она имеет задачей уже теперь
возбудить интерес к его памяти и к творчеству его личности.
Академия наук приступила загодя к работе над Бэром в
полном сознании огромного значения знания хода истории идей, не
только как одной из форм выяснения научной истины. Она не
может оставлять без внимания то жизненное значение, которое
имеет сейчас для нашей страны и для нашего народа выявление
научной мысли и творческой научной работы, проникавших их
прошлые поколения, их былое.
Это выявление, возможно полное и глубокое, широкий охват
этим знанием всего народа имеет первостепенное значение для
народного самосознания. А осознанность народом своего бытия
есть, может быть, самая большая сила, которая движет жизнь.
II.
Мне кажется, что в этом отношении история нашего народа
представляет удивительные черты, как будто в такой степени
небывалые.
Совершался и совершается огромный духовный рост, духовное
творчество, невидные и не сознаваемые ни современниками, ни
долгими поколениями спустя.
118

С удивлением, как бы неожиданно для самого народа, они
открываются ходом позднейшего исторического изучения.
Первой открылась взорам мыслящего человечества — и осоз-
налась нашим народом — русская литература. Былины были
открыты в этом смысле в конце XVIII столетия, частью в среде,
близкой к нашей Академии, украинские думы — в начале
прошлого века. Но великая новая русская литература вскрылась в
своем значении лишь на памяти живущих людей. Пушкин
выявился тем, чем он был, через несколько поколений после своего
рождения. Еще в 60-х гг. один из крупнейших знатоков истории
русской литературы — академик П. П. Пекарский, приступая к
изучению истории литературы петровского времени, ставил
вопрос — имеет ли русская литература вообще какое-нибудь
мировое значение, или ее история не может изучаться в одинаковом
масштабе с историей великих мировых литератур и имеет
местный интерес, интерес исторически второстепенный. Он решал его
именно в этом последнем смысле. Это было после Пушкина,
Лермонтова, Тютчева, Гоголя — в расцвет творческого выявления
Толстого, Достоевского, Тургенева. Сейчас взгляд Пекарского,
точно выражавший народное самосознание того времени, кажется
анахронизмом. В мире — не у нас — властителем дум, дум
молодых поколений, царит Достоевский; глубоко вошел в
общечеловеческое миропонимание Толстой. Но мировое значение
русской литературы не было осознано ее народом; оно не им было
введено в другую духовную среду. Когда де Вогюэ обратил
внимание Запада, в частности сперва французского [общества], на
мировое значение русской литературы, когда началось ее
вхождение в общее сознание — именно этот факт открыл глаза и тому
народу, созданием которого она является. Он понял, что он
создал.
Еще более ярко это самое свойство проявляется в том еще не
законченном движении, которое сейчас идет в нашем народном
самосознании, — в понимании нашего творчества в живописи и
зодчестве. Я не говорю о том, что творческая работа в этих
областях, скажем, в XVIII в. и в первой половине XIX в., открылась
благодаря проникновенной научной работе наших современников,
одним из вдохновителей которых был безвременно скончавшийся
H. Н. Врангель. В этом проникновении в художественную старину
выявилась перед нами совершенно почти забытая, во всяком
случае совершенно неосознанная полоса огромного народного
художественного творчества. В русской иконописи и в связанном с
ней искусстве открылось явление, длившееся столетия (от XIII до
XVII в.), — расцвет великого художественного творчества,
стоящий наряду с эпохами искусства, мировое значение которых
всеми признано. Перед нашим удивленным взором открывается
великое творчество того же порядка, как и русская литература
XIX столетия, — совершенно забытое, восстанавливаемое и
119

оживляющееся так же, как в эпоху Возрождения из земли
возвращались в своих остатках античное зодчество и скульптура. Это
древнее русское искусство, как сейчас ясно видно, могло
возникнуть и существовать только при условии, что оно было связано
в течение поколений глубочайшими нитями со всей жизнью
нашего народа, с его высокими настроениями и исканиями правды.
И совершенно ясно, что его осознание есть сейчас факт
крупнейшего значения в жизни нашего народа. Сейчас, мне кажется, мы
подходим к новому явлению того же характера. Начинает
вырисовываться неосознанная новая сторона нашей вековой духовной
работы — работы русского народа и русского государства в
научном творчестве. Настала пора его выяснения.
К этой работе зовет нас и та скромная выставка, которую мы
сегодня открываем. Разве научная работа русского народа
является малозаметным явлением в росте знания человечества? Разве
русская мысль теряется в мировой работе? Или гений нашей
страны и здесь, как и в художественном отражении нас окружающего,
не выявил новое, богатое, незаменимое, единственное?
Восемьдесят семь лет тому назад Карл Максимович фон Бэр, память
которого мы сейчас празднуем, оценивая деятельность крупного
ученого, первого русского кругосветного мореплавателя,
исследователя южных частей Тихого океана Ивана Федоровича
Крузенштерна, поставил ее в историческую обстановку, которая нами
обычно забывается.2
Он видел в Крузенштерне живого человека, творящего
всемирную историю, как он говорил, т. е. человека, работа которого
выходит в своем значении за пределы одной страны и одного
народа. И он говорил, что Крузенштерн явился здесь прямым
продолжателем и теснейшим образом связан с той вековой работой,
которую совершили русские землепроходцы открытием Северной
Азии, северных морей и пролива, отделяющего Евразию от
Америки. Несомненно, эта работа старых веков, XV—XVII, была по
своим научным последствиям столь же высокой важности
научным достижением, как то раскрытие карты мира, какое
совершено было моряками Запада XVI—XVIII столетий.
Но в научных достижениях основным является творчество
отдельной личности. Какое место здесь должна иметь наша страна?
Лучшим ответом может служить личность того человека,
которого мы сегодня вспоминаем.
Кто такой был Бэр? Какое место принадлежит ему в истории
научной мысли? Наряду с кем он может и должен быть поставлен?
Достаточно назвать эти имена, имена равных ему биологов его
столетия, это — Ламарк, Кювье, Дарвин, и имена более старых:
Аристотель, Гарвей, Реди.
Сознавал ли Петербург того времени, в котором он провел
более [тридцати] лет жизни, кто жил и работал в его среде?
Сознаем ли мы это теперь?
120

III.
Академия наук тогда это понимала. Три человека сейчас
выдвигаются из прошлого, из блестящей плеяды творческих умов,
проходивших через нее в течение двухсот лет, — Михаил
Васильевич Ломоносов, Леонард Эйлер и Карл Максимович фон
Бэр.
Они наложили неизгладимую печать на всю ее историю. Все
трое были одарены и исключительной работоспособностью, и
твердым сознанием жизни как долга, и великим творческим умом.
Эйлер был современником Ломоносова. Бэр застал в Академии
живую традицию Эйлера; семья Эйлера восемьдесят семь лет
бессменно — три поколения подряд — руководила всей научной
работой Академии; она создавала и поддерживала вековую
традицию, которой мы живем. Бэр не только застал правнука Эйлера
Павла Николаевича Фуса непременным секретарем, но он провел
с ним большую часть своей академической жизни.
Примат научной работы перед всем, неуклонная и
непрестанная творческая научная работа, искание истины как цель жизни
и цель Академии, высокое понимание обязанностей ученого, с
одной стороны, и, с другой — работа на пользу России и
русского народа как в распространении знаний, так и в приложениях
науки к жизни — это был завет и Ломоносова, и Эйлера, и Бэра.
Бэр вошел в среду Академии в знаменательный период ее
истории. Она вступала под влиянием президента Сергея Семеновича
Уварова и особенно непременного секретаря Павла Николаевича
Фуса в период расцвета. Она быстро обновлялась в своем составе,
и ее значение также быстро поднималось. В ее среду вошел ряд
новых академиков, выбранных правильно, как говорят, удачно, —
выбранных вполне сознательно, людей, полных энергии,
творческой мысли, понимания долга и серьезности жизни. Академия
старалась их в себя вбирать. Она употребила все усилия, чтобы
привлечь к себе и удержать у себя и у России Бэра.
Бэр был коренным образом связан с Россией, с Эстляндией.
Его семья в течение столетий срослась с этим краем, медленно,
поколениями поднимаясь из бюргерских низов Ганзы в его
дворянский, господствующий класс. Но Карл Эрнест фон Бэр,
профессор в Кенигсберге в Пруссии, казалось, навсегда ушел из
своей страны.
Великой заслугой Академии и первым делом П. Н. Фуса было
его привлечение; оно удалось не сразу.
Почти сорок лет жизни, непрерывной работы и творчества
отдал он Академии. Он работал в среде конгениальной. В ней в
его время Герман Иванович Гесс открывал законы термохимии,
Эмилий Христианович Ленц, один и вместе с Борисом
Семеновичем Якоби, выявлял законы электромагнетизма, сам Якоби
открыл гальванопластику. При нем первый Струве, Василий
Яковлевич, создавал Пулково и производил свои бессмертные работы
121

по астрономии; Адольф Яковлевич Купфер организовывал
магнитные и метеорологические наблюдения по всей России; Пафну-
тий Львович Чебышев творил новые отделы математики; Николай
Николаевич Зинин работал в первых рядах творцов органической
химии... Это отдельные имена из многих, но они дают понятие о
размахе научного творчества. Оно шло с поразительным блеском
в самых разнообразных областях знания. Академия наук в
Петербурге 30—60-х гг. стояла в первых рядах, на одном из самых
первых мест в мировой научной организации по силе, глубине,
размаху и интенсивности своих научных достижений.
Но Академия всегда была теснейшим образом связана с жизнью.
Академики принимали в это время живейшее участие в
культурном строительстве страны, в создании научного преподавания, как
высшего, так и среднего. Интересы школы, высшей и средней, в
их среде играли огромную роль. Жизненная работа в этом
направлении Гесса, Ленца, Михаила Васильевича Остроградского,
Константина Ивановича Арсеньева, Петра Александровича Плетнева
и особенно Н. И. Фуса нами еще не осознана. В той великой
исторической неудаче, тяжелой по своим последствиям, которую
пока терпит наш народ в области средней школы, этими людьми
сделано больше для лучшего будущего, чем думают. Николай
Николаевич Зинин сумел создать небывалый в истории тип высшей
школы в Медико-хирургической академии; его создание не
устояло, но оставило глубокий след в истории русской культуры.
Все эти вопросы глубоко волновали мысль тех замечательных
людей, которые в это время собрались в Академии, и в среду этих
интересов вошел сразу и играл в ней, как видно по указаниям
современников, большую роль К. М. фон Бэр.
Другой круг общественных интересов Академии был иного
характера: это было изучение естественных производительных сил
нашей страны. Здесь Бэр, как легко убедиться, оказал огромное
влияние.
Достаточно вспомнить, что ему в разруху Крымской войны,
когда так называемая «голландская» сельдь заколебалась в своем
проникновении в нашу страну, удалось ввести в народное
потребление каспийскую селедку, научить ее приготовлять. Бэр этим на
миллионы рублей увеличил национальное богатство. В этой
области мы обязаны ему, правда косвенно, и другим, еще более
важным по последствиям предприятием Академии —
организацией сибирской экспедиции Александра Федоровича Миддендор-
фа. Мидцендорф был сам одним из крупнейших натуралистов
своего времени, человек широкого ума с государственным охватом.
Мы все знаем, какое значение имеют до сих пор его работы;
большое будущее ожидает еще впереди многие его недоконченные
начинания. Его экспедиция привела к включению в Россию
Амурского края. Она была организована при живейшем участии и
огромном напряжении воли и мысли Карла Максимовича Бэра.
122

IV.
Академия вошла в связь с Бэром сто лет тому назад и
независимо от избрания его в члены-корреспонденты. Сто лет тому
назад он сделал великое открытие, завершившее многовековую
работу естествоиспытателей, — он открыл яйцо млекопитающих,
сперва на собаке. Эту свою работу он посвятил нашей Академии
наук, не будучи еще ее членом.
Его главная основная заслуга — создание нового отдела
знания — эмбриологии позвоночных животных. Другой наш
знаменитый сочлен, один из его заместителей — Александр Онуфрие-
вич Ковалевский — довершил эту работу созданием эмбриологии
беспозвоночных.
Конечно, натуралист не творит новый отдел науки из своего
разума. Он не может даже творить только из своих исследований.
Но он, охватывая свой и чужой эмпирический материал,
накладывает на него печать своего гения: под его дуновением
бесформенный материал превращается в стройную систему и
разрозненные факты оказываются частью единого, неслучайного целого —
научная работа поколений идет в указанных рамках. Это сделал
Бэр в своей неоконченной основной работе «О развитии
животных», вышедшей на немецком языке в 1828—1837 гг.; последняя,
посмертная, часть вышла лишь в конце прошлого столетия.
Здесь заложены прочные пути эмбриологии, всего понимания
строения многочисленных организмов, в том числе и человека, и
в этих путях наука идет посейчас неуклонно.
Через тридцать лет после этой работы Бэр опубликовал —
сперва в «Астраханских губернских ведомостях», так как мысль
явилась ему во время его работ в Каспийском море — другое
обобщение, так называемый закон Бэра — объяснение характера
берегов рек вращением Земли. Простая идея, связывающая
геологические и географические явления с общими свойствами
планеты, имела огромные последствия и была более важной, чем думал
сам Бэр.
Два столь разнородных обобщения характерны для его
личности. Они не случайны. Они связаны с работой того типа великих
естествоиспытателей, какими являлись и Дарвин, и Кювье, и Ла-
марк, и Гарвей, и Реди, и Аристотель. У всех них найдем такие,
кажущиеся нам случайными, разносторонние обобщения и
искания.
Они связаны с тем поразительно глубоким чувством единства
Природы, единства Космоса, которое проникло всю их личность.
Закон Бэра, открытие яйца млекопитающего, законов развития
животных для Бэра были проявлением одной Природы, разными
формами единого.
Бэр имел свое, ни с кем из современников не сходящееся
представление о Природе, о сущем. Он был проникнут до конца
глубоким сознанием ее единства и ее значения. Он глубже, чем
123

кто-нибудь до него и, может быть, после него, понимал, понимал
всем существом своим, связь всего и, в частности, то, что сейчас
выявляется нам в геохимии, — связь живого с окружающей
косной материей. У Бэра мы должны искать наиболее глубокие
проявления тех идей естествознания, которые связаны с идеей
«гармонии природы», как тогда говорили, «порядка природы», как мы
теперь говорим.
Благодаря этому своеобразию и глубине мысли и сознания
целого работы Бэра не устарели. Его речи, написанные блестящим
и своеобразным немецким — родным ему — языком, читаются
сейчас с неослабным интересом и дают каждому больше, чем
множество новых работ и исследований.
В них много найдет неожиданного каждый, кто к ним обратится.
В своих обобщениях, многие из которых имеют большой
философский интерес, Бэр остается всегда естествоиспытателем и
ученым. В этом, мне кажется, как раз и заключается их
философская значимость.
Человек широчайшего образования, огромной честности в
научной работе, мысль которого останется живой столетия, как
мысль великих натуралистов — Аристотеля, Гарвея или Реди, Бэр
был человекам цельного мировоззрения, и ничто человеческое ему
не было чуждо.
Он глубоко интересовался философией. Он всю жизнь
проникал в область веры, ею был охвачен.
Здесь его личность чрезвычайно интересна. Он жил в эту
эпоху как древний пантеист, так как он не был христианином.
В Петербурге николаевского времени жил великий
естествоиспытатель и великий мудрец.
Это исторический факт огромного значения в создании нашей
культуры, хотя немногие современники это сознавали. Это
начинают понимать потомки.
Опубл.: Первый сборник памяти Бэра. Л., 1927. С. 1—9; Вернадский В. И.
1) Труды по истории науки в России. М., 1988. С. 250—255; 2) Статьи об
ученых и их творчестве. М., 1997. С. 226—230. В настоящем издании
речь В. И. Вернадского воспроизводится по тексту первой публикации.
№38
Письмо В. И. Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу об оформлении портретов академиков
в Малом конференц-зале Академии наук1
13 января 1927 г.
Многоуважаемый Сергей Федорович!
От имени бюро Комиссии обращаюсь к Вам с просьбой
сделать распоряжение, чтобы под портретами академиков в Малом
124

конференц-зале Академии были помещены имена, отчества и
фамилии академиков и годы их рождения и смерти.
Отсутствие этих надписей очень многими ощущается, и с
разных сторон высказывается это пожелание, о котором я Вам пишу.
Искренне Вас уважающий В.Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 29. Отпуск.
№39
Записка В. И. Вернадского в Общее собрание АН СССР
о составе КИЗ
13 января 1927 г.
Бюро Комиссии по истории знаний просит Общее собрание
пополнить его состав академиками С. Ф. Ольденбургом и А. Е.
Ферсманом и членом-корреспондентом АН Л. С. Бергом.
Состав Комиссии следующий:
1 ) все действительные члены АН и члены-корреспонденты по
их желанию;
2) прилагается список лиц, состоящих в КИЗ.1
Председатель КИЗ академик В. И. Вернадский
Ученый секретарь М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1926, д. 70, л. 13. Автограф.
№40
Обращение В. И. Вернадского к Общему собранию АН СССР
о необходимости биографических докладов о жизни
и деятельности скончавшихся ученых1
13 января 1927 г.
Бюро Комиссии, озабочиваясь собиранием материалов по
истории Академии наук и науки в пределах нашей страны, полагало
бы весьма важным и желательным, чтобы в заседаниях Академии
наук на торжественном акте читалась бы в выдержках или
целиком составленная одним из академиков — секретарей отделения
по очереди речь, посвященная работам и жизни какого-либо из
умерших членов отделения (по выбору академика-секретаря), и
чтобы эта речь печаталась в отчетах Академии наук с речами
непременного секретаря и очередной речью академика. Бюро
Комиссии полагает, что этим путем был бы собран для науки
огромный материал, бесследно погибающий, так как всякая такая речь
всегда вызывает опрос и подбор материалов, если она касается
лица, современники или семья которого еще живы. Сверх сего
125

этим путем создается огромный материал для народного
исторического самосознания.
Мы знаем, какой громадный материал собран Парижской
Академией или теми учеными обществами, где аналогичные обычаи
существуют, как например в Немецком химическом обществе.
Председатель КИЗ академик В. И. Вернадский
Ученый секретарь М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 30—30 об. Отпуск.
№41
Письмо непременного секретаря АН СССР С. Ф. Ольденбурга
академику А. Н. Крылову об организации заседания,
посвященного 200-летию со дня кончины И. Ньютона1
14 января 1927 г.
Глубокоуважаемый Алексей Николаевич!
Отделение физико-математических наук Академии наук СССР,
обсудив вопрос о предстоящем 2 марта 1927 г. 200-летии со дня
кончины Ньютона, признало необходимым устроить
торжественное заседание памяти Ньютона и просить Вас, как специалиста
по работам Ньютона, прибыть в Ленинград ко времени указанного
заседания, чтобы выступить на нем с сообщением, текст которого
желательно получить от Вас заблаговременно, по возможности не
позднее 1 марта, для прочтения на заседании и для напечатания
в специальном сборнике, предложенном к изданию в связи с
упомянутым 200-летием. Для дальнейшей разработки вопросов,
связанных с чествованием памяти Ньютона, Отделением
физико-математических наук была образована комиссия под
председательством непременного секретаря, в составе академиков А. А. Белопольского,
В. И. Вернадского, П. П.Лазарева и директора ГАО
члена-корреспондента АН, профессора А. А. Иванова.
Доводя до Вашего сведения о состоявшихся постановлениях,
выражаю надежду, что Вы не откажете принять участие в
намечаемом Академией торжестве, посвященном памяти великого
Ньютона, и что в связи с этим мы будем иметь удовольствие
видеть Вас в Ленинграде.
О дальнейших решениях по указанному делу я не замедлю
поставить Вас в известность.
В случае невозможности для Вас прибыть к вышеозначенному
торжественному заседанию прошу Вас во всяком случае не отказать
в присылке вашего сообщения о Ньютоне для включения его в
академический сборник, которому мы придаем особое значение.2
Искренне Вас уважающий Ольденбург
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1927, д. 71, л. 1—1 об. Отпуск.
126

№42
Из протокола Общего собрания АН СССР
о необходимости подготовки биографических докладов
о жизни и деятельности скончавшихся ученых Академии наук1
15 января 1927 г.
В. И. Вернадский в качестве председателя КИЗ внес
предложение, чтобы на торжественных годовых собраниях Академии
наук помимо речи непременного секретаря и очередной речи
академика читались составленные одним из академиков-секретарей
по очереди речи о работах и жизни кого-либо из умерших
действительных членов Академии, каковым путем был бы собран
обширный материал большого научного значения.
Положено: признать желательным, начав осуществлять с
1928 г.
ПФА РАН, ф. 1, on. la, д. 176, л. 2 об. Подлинник.
№43
Обращение В. И. Вернадского в Президиум АН СССР
об улучшении финансирования КИЗ]
18 января 1927 г.
Ввиду развития деятельности КИЗ прошу Президиум об
увеличении размера выдаваемых в распоряжение Комиссии сумм
вместо 75 руб. на 3 месяца до 150 руб., по 50 руб. на месяц, с
единовременной выдачей всей суммы под отчет на текущие расходы
КИЗ.
Председатель КИЗ академик В. Вернадский
Ученый секретарь М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 32. Отпуск.
№44
Протокол совещания по организации чествования
200-летия со дня смерти И. Ньютона весной 1927 г. '
19 января 1927 г.
Слушали: предложения о чествовании 200-летия со дня
смерти Ньютона.2
Постановили:
1. Устроить в Большом конференц-зале АН совместное
торжественное заседание Академии наук и ГАО; просить академиков
А. Н. Крылова, А. А. Белопольского и П. П. Лазарева и директора
127

ГАО члена-корреспондента АН А. А. Иванова подготовить статьи
для сборника, посвященного памяти Ньютона.
2. Просить КИЗ принять участие в работах по изданию
сборника после выработки программы намечаемого сборника, о чем
просить непременного секретаря снестись с КИЗ.
3. Просить ФМИ и ГАО предоставить временно для
торжественного заседания: ФМИ — бюст, а ГАО — большой портрет
Ньютона.
Сергей Ольденбург
Владимир Вернадский
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1927, д. 71, л. 2. Подлинник.
№45
Из речи непременного секретаря АН СССР С Ф. Ольденбурга
о деятельности Академии в 1926 г.
2 февраля 1927 г.
В отчетном году возобновила с значительно расширенной
программой свою деятельность Комиссия по истории знаний. Мысль о том,
что для успеха научной работы в настоящее время чрезвычайно важно
знать и понимать, как шло развитие науки с первых шагов
сознательного человечества и до наших дней, все более и более становится общей
в научных кругах: литература по истории науки на Западе
чрезвычайно возросла за последнее время. У нас она пока незначительна
и малоудовлетворительна. Возродившаяся при Академии Комиссия
ставит себе задачею создать серьезную русскую литературу по
истории знания. В настоящем году КИЗ была устроена выставка памяти
знаменитого биолога академика К. М. Бэра1 и внесено в
Конференцию предложение о том, чтобы в годовом собрании читалась речь,
посвященная научной деятельности прежних работников
Академии;2 предложение это принято, и первая речь на такую тему
должна быть произнесена в годовом собрании Академии в 1928 г.
Опубл.: Отчет о деятельности Академии наук СССР в 1926 г. Л., 1927.
С XVI—XVII.
№46
Из протокола заседания Общего собрания АН СССР
о создании при КИЗ небольшого служебного аппарата
5 феврапя 1927 г.
§ 45. Председатель КИЗ В. И. Вернадский заявил о
желательности создания при КИЗ небольшого служебного аппарата ввиду
развития работ этой Комиссии.
128

Положено: признать желательным и просить представить
соображения для сметы на 1927/28 г.1
ПФЛ РАН, ф. 1, on. la, д. 176, л. 60. Подлинник.
№47
Протокол заседания КИЗ1
6 февраля 1927 г.
1. С л у ш а л и: доклад члена-корреспондента АН, профессора
Э. Л. Радлова «К. М. фон Бэр как философ».2
Постановили: просить представить рукопись.
2.Слушали: доклад члена-корреспондента АН, профессора
А. А. Борисяка «В. О. Ковалевский по его переписке».3
Постановили: просить представить рукопись.
3.Слушали: председатель КИЗ академик В. И. Вернадский
ознакомил членов КИЗ с деятельностью Комиссии по настоящее
время.
Постановили: принять к сведению; известить всех членов
Комиссии о начале деятельности Комиссии.
Председатель академик В. И. Вернадский
Секретарь М. А. Блох.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 2—2 об. Подлинник.
№48
Протокол заседания бюро КИЗ1
8 февраля 1927 г.
1. С л у ш а л и: предложение члена КИЗ профессора А. А.
Борисяка об издании переписки А. О. и В.О.Ковалевских,
собранной В. А. Чистовичем и А. А. Борисяком.
Постановили: предложение принять, организовав новую
серию изданий КИЗ под названием «Материалы для истории
русской науки», и первым выпуском издать эту переписку.
2. Слушали: о необходимости для КИЗ иметь помещение.
Постановили: просить академика В.И.Вернадского
довести до сведения Президиума АН о срочной необходимости
предоставления помещения для КИЗ и Бэровской подкомиссии,
временно не менее 2 комнат; признать разрешение этого вопроса
особенно срочным ввиду необходимости после закрытия
Бэровской выставки сохранить экспонаты, принадлежащие Бэровской
подкомиссии.
З.Слушали: предложение об избрании ученого секретаря
Бэровской подкомиссии M. М. Соловьева членом бюро КИЗ.
5 Заказ №4012
129

Постановили: предложение принять и сообщить
М.М.Соловьеву об избрании его членом бюро КИЗ.
4. Слушали: предложение избрать членами Комиссии
Д. О. Святского (предложили В. И. Вернадский и С. Ф. Ольден-
бург), А. М. Левина (предложили В. Н. Бенешевич и В. И.
Вернадский) и Б.П.Гущина (предложили В.И.Вернадский и Э. Л. Рад-
лов).
Постановили: предложения принять и сообщить
вышеназванным лицам об избрании их членами КИЗ.
5. Слушали: об окончании издания трудов М.В.Ломоносова.
Постановили: 1) считать желательным образовать
Ломоносовскую подкомиссию в составе председателя КИЗ академика
В. И. Вернадского и членов комиссии А. А. Белопольского, К. Д.
Покровского, Л. С. Берга, М. А. Блоха и Б. Н. Меншуткина; 2)
признать необходимым составление указателя и просить Президиум
отвести на это средства из издательских сумм Академии наук на
этот год; 3) просить Л. С. Берга ознакомиться с 5-м, вышедшим
уже томом и просить подкомиссию выяснить вопрос об издании
дополнительного тома.
6. Слушали: протокол совещания от 19 января с. г. об
организации Академией наук чествования 200-летия со дня смерти
Ньютона весною 1927 г.2
Постановили: принять к сведению.
7. С л у ш а л и: сообщение М. А. Блоха об имеющихся в
Комиссии рукописях и порядке и ходе печатания «Трудов КИЗ».
Постановили: принять к сведению.
8. Слушали: о необходимости штатных должностей для
КИЗ.
Постановили: просить Президиум предоставить КИЗ
ввиду расширения ее деятельности штатную должность ученого
секретаря, научного сотрудника 1-го разряда.
9. С л у ш а л и: сообщение Э. Л. Радлова о желательности
собирания иконографии.
Постановили: признать крайне желательным.
10. С л у ш а л и: предложение академика В. И. Вернадского об
организации библиотеки КИЗ.
Постановили: признать крайне желательным и
необходимым обратиться в нижеследующие учреждения с просьбой о
предоставлении в распоряжение КИЗ своих изданий: 1) в Публичную
библиотеку — изданий и отчетов; 2) в Ленинградский
университет — «Библиографического словаря» и «Истории университета»
Григорьева; 3) просить Издательство Академии наук предоставить
дублеты академических изданий; 4) в Военно-медицинскую
академию, Ботанический сад, Горный институт, Географическое
общество и Институт путей сообщения обратиться с просьбой о
предоставлении исторических очерков о развитии деятельности этих
учреждений.
130

11.Слушали: о смете КИЗ на следующий сметный год.
Постановили: поручить М. А. Блоху составить
соответствующую записку и представить ее В.И.Вернадскому.
12. С л у ш а л и: о докладах, предполагаемых в ближайшие
месяцы: Ф. И. Щербатского, Б. Л. Богаевского, Д. О. Святского, С. Ф. Оль-
денбурга, С.Ф.Платонова и С.В.Рождественского.
Постановили: признать желательным ускорение
следующего общего собрания Комиссии с докладами.
Председатель КИЗ академик В. И. Вернадский
Ученый секретарь М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 2, л. 4—5. Подлинник.
№49
Обращение В. И. Вернадского в Президиум АН СССР
об увеличении сметы КИЗ до 150 руб.
13 февраля 1927 г.
КИЗ уже входила в Президиум АН с представлением об
увеличении размера отпускаемого ей аванса до 150 руб. на
бюджетный квартал.1 Ходатайство это не получило, однако,
положительного результата. Между тем развитие работ КИЗ настоятельно
требует указанного увеличения. Конференцией в связи с
расширением работ КИЗ уже признана необходимость создания при
Комиссии небольшого служебного аппарата. Но осуществление этой
меры отложено до 1927/28 бюджетного года. Однако работы
Комиссии идут усиленным темпом, и в настоящее время Комиссия
встречает настоятельную надобность в приглашении сотрудников
для выполнения отдельных поручений в связи с заданиями
Комиссии. При отсутствии штата это может быть выполнено лишь
путем отдельных поручений и сдельных работ с оплатой таковых
из аванса. Президиуму известно, что за короткий срок, протекший
со времени возобновления деятельности КИЗ, ею не только
поставлен, но и выполнен ряд важных научных заданий. При таких
условиях было бы крайне нежелательно и нецелесообразно
задерживать работу Комиссии отказом ей в более чем скромном
денежном отпуске, без которого, однако, она никоим образом
обойтись не может.
Ввиду сего КИЗ вновь обращается в Президиум с просьбой не
отказать ей в соответствии с приведенными соображениями в
увеличении размера аванса до 150 руб. на бюджетный квартал.
Председатель КИЗ академик В. И. Вернадский
Ученый секретарь М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 62—62 об. Подлинник.
131

№50
Протокол заседания Бэровской подкомиссии1
14 февраля 1927 г.,
в помещении Библиотеки АН
1. Слушали: отчет М.М.Соловьева о закрывающейся
15 февраля выставке в память К. М. фон Бэра (отчет при сем
прилагается).2
Постановили: принять к сведению.
2. С л у ш а л и: обсуждался вопрос о месте дальнейшего
хранения экспонатов выставки, принадлежащих Бэровской
подкомиссии, как-то: ряда портретов, щитов, микроскопа Бэра, некоторых
рукописей и книг и других предметов.
Постановили: поручить М. А. Блоху и М.М.Соловьеву
переговорить по этому делу с управляющим делами Правления
Д. Н. Халтуриным.
3.Слушали: обсуждался вопрос о чествовании памяти
К. М. фон Бэра ко времени [столетия со дня] избрания Бэра в
ординарные академики 27 августа 1828 г.
Постановили: 27 августа 1928 г. устроить в память К.М.фон
Бэра торжественный акт в Большом конференц-зале. На нем
должны быть произнесены речи, определяющие значение Бэра для
Академии (Бэр и Академия его времени — 30—60-х гг.) и значение
Бэра как эмбриолога, биолога, географа (закон Бэра), антрополога
и этнографа.
Ко дню юбилея необходимо составить полную библиографию
[трудов] Бэра.
Напечатать: а) неопубликованные его дневники; б) неизданные
речи кёнигсбергского периода в оригинале на немецком языке;
в) популярную иллюстрированную биографию (5—6 печатных
листов).
Следует, не определяя срока, издать общую научную
биографию Бэра, поручив ее составление M. М. Соловьеву. Помимо того,
было бы желательно ко дню 100-летия избрания Бэра в
ординарные академики издать сборник напечатанных на немецком языке
его речей в русском переводе и перевести на русский язык
напечатанную в свое время на немецком языке в ограниченном
количестве экземпляров и не поступившую в продажу автобиографию
Бэра с примечаниями и научными комментариями.
Окончательное решение вопросов о биографиях Бэра и
сборнике его речей в русском переводе отложить до следующего
заседания.
Устраивать снова в 1928 г. выставку в память Бэра признано
нецелесообразным.
Вслед за изданием печатающегося уже ныне первого выпуска
трудов Бэровской подкомиссии приступить к подготовке следую-
132

щих выпусков, в которых должны печататься исследования,
касающиеся работ Бэра по отдельным специальностям.
Просить непременного секретаря АН о выражении
благодарности от имени Академии: 1) Н.Н.Данилевскому за
принесенный им в дар Академии портрет его отца Н.Я.Данилевского и
юбилейную медаль в память К. М. фон Бэра; 2) М. И. Тихому за
принесенный им в дар Академии микроскоп, принадлежавший
К. М. фон Бэру.
Просить непременного секретаря АН возбудить ходатайство о
скорейшем назначении пенсии внучке К. М. фон Бэра г-же Лин-
ген ввиду ее престарелого возраста, крайней слабости здоровья и
бедственного положения.
Председатель подкомиссии академик В.Вернадский
Секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 4, л. 95—95 об. Подлинник.
№51
Отчет о деятельности исполнительного бюро
Бэровской подкомиссии1
14 февраля 1927 г.
Постановлением подкомиссии по организации чествования
памяти академика К. М. Бэра от 26 октября 1926 г. было образовано
исполнительное бюро для устройства в помещении Библиотеки
Академии наук в память академика Бэра выставки, открытие
которой было намечено ко 2 января 1927 г., к исполнившемуся
100-летию со дня избрания Бэра членом-корреспондентом
Академии наук.
В состав бюро под председательством помощника директора
Библиотеки С. В. Рождественского вошли М. М. Соловьев, М. И.
Тихий, С. К. Пилкин, С.С.Абрамович-Барановский, Б.П.Гущин,
Н. В. Мамышева, М. М. Милевский и секретарь — В.Н. Перетц.
В качестве экспертов по специальным вопросам были
приглашены Б. Н. Вишневский, Ю. А. Филипченко, В. Я. Генерозов, Г. В.
Ковалевский, М. Д. Беляев.
Исполнительное бюро имело 7 заседаний, а именно: 28
октября, 1, 2, 17 и 26 ноября и 11 и 19 декабря 1926 г.
По вопросам подбора экспонатов, их размещения и
оборудования выставки соответствующей мебелью бюро входило в
письменные сношения и вело устные переговоры с рядом учреждений,
как академических, так и внеакадемических, в том числе с
Архивом Конференции Академии наук, Музеем антропологии и
этнографии, Зоологическим музеем, Пушкинским Домом, Библиотекой
133

Академии наук, Академией художеств, Государственным
Эрмитажем, Военно-медицинской академией, Публичной библиотекой,
Румянцевским музеем, Институтом опытной агрономии,
Географическим обществом, университетами Ленинградским и Московским
и др., а также с отдельными лицами.
По поручению бюро научными сотрудниками Библиотеки были
выполнены следующие специальные работы: В. И. Бернером —
составление иностранной библиографии сочинений Бэра и о
Бэре, разыскание в Центрархиве цензурных дел о Бэре; М. С. Ка-
ролицким и К. М. Шафрановским — составление такой же
библиографии на русском языке; В. В. Николаевым, А. Ф. Гунделах,
Т. О. Вреден-Кобецкой и Крючковой — написание карточек на
сочинения Бэра и о Бэре; Л. Т. Лимбергом — различные
технические работы.
Путеводитель по выставке составлен M. М. Соловьевым и
напечатан на средства Издательства Академии наук для бесплатной
раздачи посетителям выставки.
На торжественное открытие выставки 2 января с. г. было
разослано 290 пригласительных билетов, причем в список
приглашенных вошли: 1) академики, почетные члены и
члены-корреспонденты; 2) лица, стоящие во главе отдельных академических
учреждений, и старшие их сотрудники; 3) члены Комиссии по
истории знаний, подкомиссии по организации чествования памяти
академика К. М. Бэра и исполнительного бюро; 4) отдельные
ученые и профессора по кафедрам зоологии, этнографии, биологии,
эмбриологии и проч.; 5) лица, оказавшие услуги в деле
организации выставки.
На расходы по устройству выставки Правлением Академии
было отпущено 400 руб. на имя академика В. И. Вернадского и
200 руб. на имя академика С. В. Рождественского. Отчет об
израсходовании этих сумм при сем прилагается.
Председатель исполнительного бюро С.В.Рождественский
Секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 5, л. 28—28 об. Подлинник.
№52
Записка В. И. Вернадского
непременному секретарю АН СССР С. Ф. Ольденбургу
о передаче дела по изданию сочинений М. В. Ломоносова в КИЗ1
15 февраля 1927 г.
Ввиду того что Отделением физико-математических наук от
17 ноября 1926 г. поручено КИЗ дело издания VI и VII томов
сочинений М.В.Ломоносова, прошу Вашего распоряжения о пе-
134

редаче Отделением русского языка и словесности в КИЗ всего
дела по изданию сочинений Ломоносова.
Председатель Комиссии академик В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1927, д. 42, л. 6. Подлинник.
№53
Письмо непременного секретаря АН СССР С. Ф. Ольденбурга
академику Б. М. Ляпунову о членстве в КИЗ1
21 февраля 1927 г.
Многоуважаемый Борис Михайлович!
По поручению председателя состоящей при Академии наук
СССР Комиссии по истории знаний академика В.И.Вернадского
сообщаю, что общее собрание Комиссии 6-го сего февраля
постановило оповестить всех членов Комиссии о том, что они
состоят ее членами. Согласно уставу Комиссии, все действительные
члены и члены-корреспонденты Академии наук, если они
пожелают, состоят членами Комиссии.
Извещая Вас об этом, надеюсь, что Вы не откажетесь принять
участие в нашей работе.
Уважающий Вас Ольденбург
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1927, д. 42, л. 7. Отпуск.
№54
Письмо Ю. М. Шокальского В. И. Вернадскому
о членстве в КИЗ1
22 февраля 1927 г.
Многоуважаемый Владимир Иванович!
В ответ на письмо Ваше от 13 февраля с. г. №138 спешу
уведомить Вас, что я с большим удовольствием буду принимать
участие в работах Комиссии по истории знаний, поскольку это
мне позволят мои текущие дела и обязанности.
Прошу Вас принять уверение в искреннем моем уважении.
Ю. Шокальский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 82. Автограф.
135

№55
Из книги отзывов посетителей выставки
в память академика К. М. Бэра}
Январь—февраль 1927 г.
Профессор Г. П. Булгаков: «Прекрасное и цельное впечатление
производит выставка, посвященная академику Бэру. Мне как
ихтиологу особенно дорого внимательное и заботливое устройство
отдела ихтиологии на означенной выставке».
Член Академии наук Б. М. Ляпунов: «Нахожу выставку очень
интересной не только для специалистов, но и для любителей
просвещения».
Академик Н. К. Никольский: «Было бы желательно, чтобы
выставка в память академика К. Бэра положила начало музею по
истории науки, какого у нас еще не существует».
Библиотекарь А. Обновленский: «... не разрушайте... Выставка
Бэру — это лучший памятник Бэру как ученому, как личности...
И памятник не из чугуна и не из камня... И много идей таит он
в себе... Тут интересные моменты в истории естествознания, в
истории мысли вообще, в условиях русской жизни, и очень
маленький... но уголок в истории и нашей Академии... Но памятник
не чугунный и не каменный. Разрушить его так просто: он в два
часа может разлететься „по своим местам"... Но хотелось бы
видеть в нем начало к созданию некоего музея по истории знаний
и мысли в нашей стране. И как важно, что начало это уже
сделано, оно есть... Только не разрушайте».
П. Торчинский, директор библиотеки Ленинградского
государственного университета: «Выбор выставочного материала и идея
его расположения настолько блестящи, что вполне было бы
справедливо сохранить выставку постоянной. Это явится достойным
памятником великому Бэру».
Ю. Герд, библиотечная работница: «Было бы очень
желательно, чтобы некоторые труды Бэра, наиболее доступные широкому
читателю, как его автобиография и путешествие на Новую Землю,
были переведены на русский язык и выпущены в свет.
Выставка производит очень сильное впечатление, как величие
человеческого ума, поражающего своей разносторонностью. Обозрение
ее вполне доступно благодаря прекрасно составленным
пояснениям».
В. Бехтерев: «Выставка Бэра заслуживает большего внимания.
Было бы крайне желательно, чтобы она не только сохранилась в
целости, но и послужила бы началом для более полного музея по
истории развития живых организмов вообще».
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 4, л. 85—87. Подлинник.
136

№56
Письмо В. И. Вернадского и М. А. Блоха
в Военно-медицинскую академию
о предоставлении литературы по истории
Военно-медицинской академии для библиотеки КИЗ1
28 февраля 1927 г.
Состоящая при Академии наук СССР Комиссия по истории
знаний обращается к Военно-медицинской академии с просьбой
не отказать в предоставлении для организуемой при Комиссии
библиотеки исторических очерков, рисующих развитие
деятельности Военно-медицинской академии от ее основания.
Председатель Комиссии академик В. И. Вернадский
Ученый секретарь М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 7, л. 109. Отпуск.
№57
Письмо историка философии П. Н. Каптерева
В. И. Вернадскому о желании участвовать в работе КИЗ1
2 марта 1927 г., Москва
Многоуважаемый Владимир Иванович!
Простите, что, не будучи с Вами знаком, беспокою Вас, но
некоторые московские ученые посоветовали мне обратиться
именно к Вам.
Мне очень хотелось бы в какой бы то ни было форме
связаться с Комиссией по изучению истории знаний при Академии наук,
в которой Вы председательствуете.
Я окончил естественное отделение физико-математического
факультета и философское историко-филологического
[факультета] Московского университета, был оставлен при университете по
обоим факультетам и в 1916 г. сдал магистерские экзамены по
философии. Сперва был приват-доцентом, потом
«преподавателем» по кафедре философии Московского университета, причем
более двух лет был секретарем и товарищем декана факультета.
По расформировании факультета в 1921 г. до 1923 г. был ученым
секретарем Исследовательского института научной философии.
Но и этот институт был «реорганизован», и наряду с многими
другими я был совершенно устранен из университета за
нежелание работать в марксистском направлении. С 1920 г. был
секретарем Психологического общества Московского университета до
его вынужденной ликвидации. Мои занятия были посвящены
вопросам, общим естествознанию и философии. На философском
137

отделении я читал курсы по истории натурфилософских идей, по
теоретической биологии и т. д.
У меня собраны большие материалы и частью написана
диссертация о натурфилософии Шеллинга в связи с современным ему
естествознанием.
В настоящее время моя научная работа приостановилась,
потому что не удается ничего напечатать и распалась та научная среда,
в которой я ранее работал. Даже докладов читать негде. Нужно
заметить, что я не дарвинист и вообще не могу стать на точку
зрения тех биологов, которые сейчас у нас «делают погоду». Это
затрудняет работу даже в области общебиологических вопросов.
Мне очень хотелось бы возобновить хотя бы часть своей работы,
именно ту, которая касается истории науки. Это область довольно
нейтральная. По философским вопросам я все же работаю, хотя
и с величайшим трудом, но при том исключительно «для души».
Говоря конкретно, у меня есть материалы и недоконченная
работа по истории эволюционных идей, от Лейбница до Ламарка,
преимущественно о французских эволюционистах и
натурфилософах XVIII в. — De Maillet, Robinet, Bonnet и др. Есть небольшая
работа «Лейбниц и микроскописты XVII в.», в свое время
реферированная в Психологическом обществе и Обществе любителей
естествознания.
Нельзя ли мне принять какое бы то ни было участие в работах Вашей
Комиссии? Конечно, самый главный вопрос для меня — это
вопрос о возможности печататься хотя бы в минимальных размерах.
Буду чрезвычайно признателен, если Вы найдете возможность
ответить мне. Думал повидать Вас лично во время одного из
Ваших приездов в Москву, но я не знаю, когда это могло бы
случиться, потому я и обращаюсь к Вам письменно. Еще раз
прошу извинения за длинное письмо.
Искренне уважающий Вас П. Каптерев
Мой адрес: Москва, Арбат, д. 4, кв. №35 (т. 5-33-41).
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 7, л. 125—126. Автограф.
№58
Записка В. И. Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу об организации мероприятий
к 100-летию со дня избрания К. М. Бэра
в ординарные академики1
2 марта 1927 г.
Посылаю Вам для предварительного ознакомления и для
согласования предположения Бэровской подкомиссии о чествовании
памяти К. М. Бэра ко времени столетия его избрания в ординар-
138

ные академики 27 августа 1928 г. В заседании своем 28 февраля
с. г. Бэровская подкомиссия пришла к заключению о
желательности устроить в указанный день торжественное публичное
заседание Академии в память академика К. М. фон Бэра в Большом
конференц-зале Академии.
На нем предположено произнесение речей, определяющих
значение Бэра как академика, предположительно на темы: Бэр и академия
его времени,2 значение его как эмбриолога, биолога, антрополога,
этнографа и географа (в частности, закон Бэра). Эти речи
одновременно должны быть розданы в печатном виде. К торжественному
дню юбилея должны быть изданы, с одной стороны: а) популярная
биография Бэра, составленная Н. А. Холодковским, не раз
возвращавшимся к работе над Бэром, в новом издании с иллюстрациями,
примечаниями и дополнениями, под редакцией члена Бэровской
подкомиссии профессора Е. Н. Павловского3 и б) если возможно,
сборник некоторых напечатанных только на немецком языке
речей Бэра в русском переводе с примечаниями. Помимо этого,
подкомиссия считает необходимым издать ученый сборник, куда
должны войти: 1) некоторые неизданные труды Бэра в оригинале,
которые сейчас с этой целью изучаются, как-то его дневники
(например, «Путешествие на Новую Землю» — на немецком языке4);
2) его речи кёнигсбергского периода (на немецком языке) и т. п.
Подкомиссия поручила члену ее M. М. Соловьеву работу над
полной биографией Бэра, но, очевидно, в полном размере она к августу
1928 г. не может быть издана. Однако Бэровская подкомиссия
полагала бы издать и перевести на русский язык напечатанную в 1865 г.
на немецком языке в ограниченном количестве экземпляров и не
поступавшую в продажу автобиографию Бэра с примечаниями и
научными комментариями.5 Работа эта поручена M. М. Соловьеву.
Устраивать же снова в 1928 г. выставку в память Бэра
признано нецелесообразным, учитывая возможность позже устроить
выставку «Академия наук в первой половине XIX в.».
Председатель подкомиссии академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1926, д. 70, л. 24—24 об. Подлинник.
№59
Письмо академика И. Ю. Крачковского А. К. Линген
о назначении ей персональной пенсии1
2 марта 1927 г.
Уважаемая Августа Карловна!
Спешу уведомить Вас, что Ваше ходатайство, поддержанное
Академиею наук СССР, о назначении Вам за научные заслуги
Вашего деда академика К. М. Бэра персональной пенсии рассмот-
139

рено Центральной комиссиею НКСО в заседании 13 января с. г.
и Вам назначена персональная пенсия в размере 35 руб. в месяц,
начиная с 1 февраля с. г.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 5, л. 98. Отпуск.
№60
Выписка из протокола Общего собрания АН СССР
об издании книги А. А. Борисяка
5 марта 1927 г.
Председатель КИЗ представил для напечатания в «Трудах
КИЗ» работу А. А. Борисяка «В. О. Ковалевский, его жизнь и
научные труды».
Положено: напечатать.1
ПФА РАН, ф. 1, on. la, д. 176, л. 124. Подлинник.
№61
Письмо академика Б. М. Ляпунова В. И. Вернадскому
о согласии стать членом КИЗ1
6 марта 1927 г.
Многоуважаемый Владимир Иванович!
Получив Ваше любезное оповещение о постановлении Общего
собрания КИЗ 6 февраля 1927 г. о зачислении меня в члены
Комиссии, я имею честь уведомить Вас, что вполне сочувствую
целям и задачам КИЗ и постараюсь принять участие в ее
деятельности, тем более что в прежних своих работах я всегда уделял
место вопросам истории научных знаний в области моих
специальных занятий. С глубокой благодарностью остаюсь
искренне уважающий Вас Б. Ляпунов
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 131. Автограф.
№62
Записка В. И. Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу о конгрессах по истории науки,
проводимых за границей в 1927 г.
1 марта 1927 г.
В ответ на циркуляр № 1598 сообщаю, что в 1927 г. за
границей должны быть созваны следующие конгрессы, по своим
задачам представляющие интерес для Комиссии по истории знаний:
140

1) 6-й Международный съезд по истории медицины в Лейдене и
Амстердаме (также вопросы по истории естествознания) с 18 по
23 июля; 2) в июне, в Эссене, съезд немецких химиков (съезд по
истории химии); 3) в сентябре, в Гамбурге, съезд Немецкого
общества изучения медицины и естествознания; 4) в сентябре, в
Комо, чествование 100-летия со дня смерти Александра Вольта.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 132. Отпуск.
№63
Из протокола заседания
Физико-математического отделения АН СССР
о передаче КИЗ личных вещей академика К. М. Бэра}
9 марта 1927 г.
И. о. директора Зоологического музея АН СССР просил
разрешения передать в КИЗ хранившиеся в Зоологическом музее и
временно предоставленные Комиссии для выставки личные вещи
академика К. М. Бэра для постоянного помещения их в
организуемом КИЗ музее по истории знаний.
Положено: разрешить.
ПФА РАН, ф. 1, on. la-1927, д. 176, л. 127 об. Подлинник.
№64
Записка члена-корреспондента АН СССР В. Н. Любименко
В. И. Вернадскому о написании труда
по истории русской ботанической науки1
15 марта 1927 г.
Ввиду того что в русской литературе совершенно отсутствуют
труды по истории развития ботанических дисциплин в России, я
наметил составление сочинения исторического характера, в
котором предполагаю дать описание развития научной ботанической
мысли в России в связи с общим прогрессом ботаники как науки.
Изложение будет сделано в хронологическом порядке с
разделением на несколько периодов. Для каждого периода будут
собраны фактические сведения и дана характеристика:
а) научно-экспериментальной и теоретической работы в
области ботаники;
б) преподавания и популяризации;
в) виднейших ботаников, сыгравших роль учителей и
создателей русской ботанической научной школы.
Так как составление такого сочинения требует применения
исторического метода, то я предполагаю, что совершенно необходи-
141

мо тесное сотрудничество историка с ботаниками. Таким
историком я предлагаю Инну Ивановну Любименко, которая согласилась
взять на себя этот труд.
Помимо письменных документов большое значение для
проектируемого сочинения имеет также живое свидетельство
ботаников, на глазах которых совершалось развитие русской
ботанической науки.
Особенно ценными являются сведения, которые можно
почерпнуть от академика Ивана Парфеньевича Бородина, который играл
и продолжает играть крупную общественную роль среди русских
ботаников: научная деятельность его продолжается более 60 лет
и, можно сказать, все главнейшие этапы развития современной
ботаники прошли на его глазах.
Поэтому И. П. Бородина, с его согласия, я предлагаю считать
ближайшим сотрудником И. И. Любименко в составлении
намеченного сочинения.
Что касается моего личного участия, то оно может быть
полезно преимущественно для характеристики движения русской
ботанической мысли в течение последних 25 лет.
Таким образом, сочинение под заглавием «История русской
ботанической науки» будет составлено в сотрудничестве тремя
поименованными выше лицами.
Предлагая Вашему вниманию этот проект, прошу рассмотреть
его и внести издание сочинения объемом приблизительно от 20
до 25 печатных листов в план работы Комиссии, если Вы найдете
его приемлемым.
Член-корреспондент Академии наук В. Любименко
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 147—148. Автограф.
№65
Программа торжественного заседания Академии наук СССР
в память 200-летия со дня смерти И. Ньютона1
20 марта 1927 г.
1. Вступительное слово президента Академии наук СССР.
2. К 200-летию со дня кончины Ньютона. Академик А. А. Бе-
лопольский.
3. Значение открытого Ньютоном закона всемирного тяготения
для астрономии. Член-корреспондент А. А. Иванов.
4. Оптические работы Ньютона. Академик П. П. Лазарев.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 79. Подлинник.
142

№66
Письмо члена-корреспондента АН СССР В. Н. Любименко
В. И. Вернадскому о написании книги
«Теоретические вопросы ботаники»1
23 марта 1927 г.
Практика преподавания и подготовки молодых научных
работников показала мне, что, быстро специализируясь в той или иной
отрасли ботаники, наши начинающие ученые не находят в
русской литературе подходящих сочинений, которые дали бы им
возможность правильно оценить значение теории и практики
научного исследования в разрешении основных научных проблем.
Увлекаясь тщательностью постановки эксперимента, молодые
работники нередко грешат в теоретическом освещении
полученных фактических данных, считая изложение несущественной
частью работы и просматривая иногда чрезвычайно интересные
выводы, которые можно было бы сделать на основании
полученных данных.
Недостаток этот происходит главным образом оттого, что
натуралисты при современной постановке университетского
образования не получают никакой подготовки по дисциплинам,
ведающим область теоретической мысли, как психология, теория
познания, философия.
Мне думается, существенную помощь для ботаников могло бы
оказать сочинение, в котором были бы изложены чисто
теоретические основы ботаники как науки. Главной задачей такого
сочинения я считаю систематическое изложение чисто теоретических
взглядов на науку и ее задачи, разграниченные между
философскими и научными теориями, оценку методов научного
исследования особенности растительного организма как объекта
исследования и характеристику тех главнейших проблем, которые стоят
в настоящее время в поле научного исследования.
Предполагая написать книгу под заглавием «Теоретические
основы ботаники» объемом приблизительно около 15 печатных
листов, я прошу рассмотреть мой проект и включить издание
этой книги в план работ Комиссии, если он окажется
приемлемым.
Член-корреспондент Академии наук В. Любименко
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 157—157 об. Автограф.
143

№67
Записка ученого секретаря Бэровской подкомиссии
М. М. Соловьева председателю КИЗ
об установке памятной доски на доме, где жил К. М. Бэр1
26 марта 1927 г.
Во исполнение поручения Бэровской подкомиссии сообщаю
следующие данные о местожительстве академика Бэра.
1.В 1829 г. помещение магазина Академии наук находилось в
крыле Главного здания Академии наук, выходящем на
Университетскую линию, как это видно из сообщения Канцелярии
Комитета Правления АН от 5 июня 1829 г.
2. По постановлению Комитета Правления от 5 мая 1829 г.
названное помещение было разделено на 3 части для квартир
академиков Паррота и Ленца и Химической лаборатории.
3. По докладу в Комитет Правления АН экзекутора Дмитриева
от 5 июня 1841 г., в бывшую квартиру академика Паррота
переехал академик Бэр.
4. Предложением президента АН графа Блудова от 8 ноября
1862 г. Бэру за выходом в отставку разрешено было проживать в
указанной казенной квартире до 1 мая 1863 г. Этим же
распоряжением упомянутая квартира должна была отойти к академику
Шифнеру. Однако последний туда не переехал, и после выезда
академика Бэра эта квартира была предоставлена секретарю
Комитета Правления Михайловскому.
5. Предложением президента АН графа Литке от 17 мая 1866 г.
квартира Михайловского передана академику Овсянникову, а
в 1906 г. означенная квартира была предоставлена
непременному секретарю АН академику С. Ф. Ольденбургу. Ныне эта
квартира разделена и занята заведующим хозяйственной частью
В. А. Баньковским, казначеем Яковлевым и вахтером С. М. Пане-
вым.
Таким образом, выясняется, что академик Бэр жил в течение
22 лет, с 5 июня 1841 г. по 1 мая 1863 г., в крыле Главного здания
Академии наук, в квартире, в которой до Бэра жил академик
Е. И. Паррот, а после Бэра — академик Ф. В. Овсянников и
академик С. Ф. Ольденбург. На названной части дома надлежало бы
поместить памятную доску Бэра.
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 4, л. 115—116 об. Отпуск.
144

№68
Протокол заседания КИЗ1
27 марта 1927 г.
Предметы занятий:
1. Слушал и: доклад Д. О. Святского «Из истории
астрономии на Руси XV—XVII вв.» (с диапозитивами).
2. С л у ш а л и: доклад Б. Л. Богаевского «Эгейская культура
доисторического Средиземноморья по современным данным» (с
диапозитивами).2
Председатель академик В. И. Вернадский
Секретарь М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 3—3 об. Подлинник.
№69
Протокол заседания бюро КИЗ1
22 апреля 1927 г.
1.Слушал и: о предоставлении одной из принадлежащих
КИЗ комнат комиссии по устройству Китайской выставки.
Постановили: признать возможным отвести временно одну
комнату.
2. Слушали: о ремонте одной из комнат КИЗ.
Постановили: переговорить с непременным секретарем
АН и управляющим делами Конференции.
3. Слушал и: список поступивших от ряда учреждений книг
для библиотеки КИЗ.
Постановили: выразить благодарность.
4. Слушали: предложение В. Н. Бенешевича об издании
VIII книги «Rationale divin, officiorum» (3V2—4 листа).
Постановили: принять работу к изданию, помимо 2
листов латинского текста; организовать новую серию изданий:
«Памятники по истории русской науки».
5. С л у ш а л и: предложение Л. С. Берга об издании отчета
Вакселя об экспедиции Беринга (4 л.).2
Постановили: принять как 2-й выпуск этой новой серии.
6. С л у ш а л и: письмо редактора «Isis».
Постановили: просить М. А. Блоха написать для «Isis»
обзор деятельности КИЗ.
7. Слушали: о печатании докладов Д. О. Святского и Б. Л.
Богаевского.3
Постановили: считать принципиально желательным;
просить представить рукописи для ознакомления; выяснить размеры
статей и число рисунков в работе Б. Л. Богаевского.
145

8. Слушали: о следующем заседании КИЗ.
Постановили: просить П. Н. Каптерева сделать доклад:
«Лейбниц и микроскописты его времени» — 8 мая с. г., в 2 часа дня.
9. Слушали: о рукописях В. И. Карташевского и Каролиц-
кого.
Постановили: рукопись В. И. Карташевского «Бэр как
библиотекарь» просить просмотреть В. Н. Бенешевича; рукопись
Каролицкого «Бэр в отзывах современников» просить
просмотреть академика В.И.Вернадского и Л.С.Берга.
10. Слушали: о положении работ по изданию трудов М. В.
Ломоносова.
Постановили: просить непременного секретаря С. Ф. Оль-
денбурга оказать содействие Б. Н. Меншуткину в нахождении
дополнений к трудам Ломоносова и других материалов.
И.Слушали: выписку из протокола заседания Отделения
физико-математических наук за № 3305 о поручении КИЗ дела об
издании 2 сборников в честь А. Вольта и М. Бертело в размере
5—6 п. л.4
Постановили: принять к сведению.
12. Слушали: о рассылке изданий КИЗ.
Постановили: издания КИЗ рассылать членам КИЗ,
кроме академиков, получающих их непосредственно, и
членам-корреспондентам АН, изъявившим согласие на участие в работах
КИЗ; вступить в обмен изданиями с заграничными и русскими
научными учреждениями; список последних рассмотреть в
следующем заседании бюро.
Председатель КИЗ академик В. Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 2, л. 6—7. Подлинник.
№70
Протокол заседания бюро КИЗ1
3 мая 1927 г.
1.Слушали: о введении одной только серии издания —
«Труды КИЗ», ввиду замечаний и возражений непременного
секретаря.
Постановили: принять с тем, чтобы сохранить в виде
подзаголовка названия прежних серий.
2. Слушали: о порядке заседания КИЗ 8 мая с. г.; доклад
П. Н. Каптерева «Лейбниц и микроскописты XVII в.».
Постановили: утвердить.
3. Слушал и: сообщение председателя КИЗ о ходе работ.
Постановили: принять к сведению.
146

4. С л у ш а л и: оглашение ученым секретарем новых членов:
Б. Л. Богаевского, И. И. Любименко, П. Н. Каптерева и
профессора А. Л. Цейса.
Постановили: сообщить названным лицам об избрании их
членами КИЗ и огласить список в заседании КПЗ 8 мая.
5. Слушали: предложение профессора В. Н. Бенешевича о
том, чтобы разбить КИЗ на постоянные отделы (математический,
физико-химический, биологический, гуманитарный), выделяющие
подкомиссии.
Постановили: обсуждение отложить до осени.
6. С л у ш а л и: о не упоминаемом в списках академике Кра-
сильникове.
Постановили: поручить разработку материалов под
руководством В. И. Вернадского и Л. С. Берга Б. Л. Модзалевскому.
7. Слушали: о заседании в память академика Максимовича.2
Постановили: переговорить с академиком
В.Л.Комаровым.
8. С л у ш а л и: письмо профессора Кижнера о А. М. Бутлерове.
Постановили: просить М. А. Блоха ознакомиться с
Архивом Академии наук.
9. С л у ш а л и: сообщение Л. С. Берга о 25-летии Коржинского.
Постановили: признать желательным доклад Л. С. Берга.
10. Слушали: ориентировочная смета на 1927/28
бюджетный год.3
Постановили: утвердить и представить в Управление
делами Академии наук.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 2, л. 8—8 об. Подлинник.
№71
Доклад А. В. Васильева на съезде математиков в Москве1
«Нужно ли писать и изучать историю математики в России?»
4 мая 1927 г.
Придавши заглавию своего доклада показавшуюся, может быть,
многим странною форму вопроса: «Нужно ли писать и изучать
историю математики в России?», — я тем самым избавил себя
почти вполне от необходимости самому доказывать, что
составление истории математики в России есть дело желательное и
необходимое. Каждый из Вас, вероятно, мысленно так и ответил на
мой вопрос. Не может быть действительно никакого сомнения в
пользе истории развития мысли в той или другой области. Я
только что получил от В. И. Вернадского, председателя Комиссии по
истории знаний, организованной нашей Всесоюзной Академией
147

наук, его доклад «О современном значении истории знаний».
Позволю себе привести из него несколько фраз. «Историческое
изучение, — пишет академик Вернадский, — является единственной
возможностью быстрого проникновения в научную мысль новых
представлений и исканий, связывая новое со старым». Оно
является вместе с тем и лучшей «формой критической оценки,
позволяющей отличать ценное и постоянное в огромном материале
этого рода, создаваемом человеческой мыслью». «Отбор научного
и важного точнее и быстрее всего может быть произведен при
историческом его изучении. Чем скорее будет произведен отбор,
тем быстрее будет движение научной мысли».
Мы имеем примеры многих исторических сочинений, которые
имели именно такое значение. Я напомню «Механику» Маха,
«Историю атомизма» Лассвица, работы Дюгема, Лориа; в свое
время такую роль сыграла «История индуктивных наук» Уэвелля,
могла сыграть «История физико-математических наук» П. Л.
Лаврова, если бы она была доведена до конца.
К сожалению, еще не так много сочинений, вполне
удовлетворяющих того, кто интересуется главным образом историей важнейших
математических понятий. Кассирер в своей «Erkenntnissproblem»
справедливо говорит, что мы не имеем еще до сих пор истории
математики, написанной философски мыслящим математиком. С
этой стороны много грешит и известная «История математики»,
написанная проф. Морицем Кантором (четыре тома, из которых
первый вышел в двух изданиях). Для М. Кантора Платон,
например, интересен теми открытиями, которые были сделаны в его
школе, а не тем отношением к математическим истинам, которое
имело громадное значение для истории человеческой мысли.
Но если никто не станет отрицать пользы и необходимости
истории математики, независимой от места рождения ее
представителей, так сказать — вселенской, то, может быть, вызывает
сомнения вопрос о необходимости изучать историю той или другой
науки в одной только стране. Тем не менее мы имеем несколько
примеров сочинений, написанных с этой целью.
Так, давно уже написана была С. Гюнтером «История
математики в Германии». Во французском многотомном сочинении,
посвященном французской науке, имеется отдел, посвященный
истории математики. В Америке издана Д. Ю. Смитом и японским
ученым Миками «История математики в Японии». Недавно мне
попалось объявление об «Истории математики в Шотландии».
Что такие истории полезны и необходимы, видно прежде всего
из того, что незнание математиками одной страны истории
математики, ее успехов в другой стране не раз служило помехою
развитию науки. Икосаэдрическая группа была известна Гамильтону
еще задолго до работ Шварца и Клейна. Свежий пример мы
имеем в новой теории Квант. Клейн несколько раз обращал
внимание Fia связь между работами Гамильтона по динамике и его
148

работами по оптике. Те, кто посещал недавно бывший в Москве
съезд физиков, знают, какая тесная связь существует между
уравнением Гамильтона—Якоби и уравнением Шредингера, которое
дало последнему возможность решить задачу о стационарном
состоянии атомных систем. Напомню также судьбу исследований по
теории чисел известного английского математика Стефена Смита.
Но если английские научные работы часто проходили
незамеченными математиками других стран, то еще в большей степени это
относится к русской науке. Резким примером такого отношения
является одна брошюра под заглавием «Русский дар миру»
(русский вклад в мировую культуру в оценке 20 английских ученых).
В составлении брошюры приняли участие выдающиеся
английские ученые. В предисловии говорится, что каждое положение
брошюры сообщалось для проверки специалисту, являющемуся
признанным авторитетом в этой области, и что имена этих лиц
представляют достаточную гарантию. Но что же мы находим на
двух страницах, посвященных математике? Позвольте прочитать
выдержку из этого отчета о русской математике. «В математике,
в этой „матери наук", русскими выполнена весьма большая
работа, в особенности в тех областях математики, которые
соприкасаются с философией и представляют поэтому самый общий
интерес. Два имени, которые в этой области особенно выдаются,
суть имена Лобачевского и Минковского. Эти два исследователя
являются образцами смелой оригинальности, типичной для
русского ума. Работа Лобачевского была началом революции не
только в геометрии, но и в философии пространства. Минковский
представляет собой величину почти равного значения с
Лобачевским в позднейшей стадии этой революции. Его взгляды на
одновременность приводят к вопросу самого высшего порядка: „что
такое время?" — подобно тому, как исследования Лобачевского
привели его к вопросу: „что такое пространство?". В
рассмотрении этого отвлеченного вопроса, который был выдвинут
новейшими физическими исследованиями, работа Минковского является
самым блестящим из всего сделанного.
Помимо этих первоклассных величин надо указать еще на ряд
русских имен, прославившихся в области математики: Имшенец-
кого, работавшего в областях дифференциальных уравнений, не
тронутых до этого математиками Западной Европы, Сонина и
Ляпунова в анализе, Маркова в теории чисел, Некрасова в
теоретической динамике. Нельзя также не упомянуть, что не очень много
лет тому назад научная Европа с удивлением и восхищением
следила за откровениями весьма замечательного математического
гения, русской женщины Софии Ковалевской».
В этом отчете, как видите, отсутствует Чебышев, а
Минковский причислен к русским математикам. Между тем в
предисловии к брошюре сказано, что составитель пользовался знаниями и
указаниями проф. Форсайта и Уайтхеда.
149

Можно привести аналогичные примеры и из французской и
немецкой литературы. Так, например, в известном отчете
Гильберта о работах по теории алгебраических чисел не упомянуты
работы Золотарева.
За последние годы отношение к русской науке изменилось
благодаря изданию сочинений Чебышева не только на русском,
но и на французском языке, они внимательно изучаются за
границей.
Обращено большое внимание на работы Маркова, Золотарева,
Ляпунова, Вороного и многих других. Но много и таких
интересных и важных работ русских ученых, которые остались до сих
пор незамеченными, много имен (укажем хотя бы на Летникова),
которые почти совсем не известны вне России и отчасти
позабыты и нами.
История математики в тех ее главах, которые посвящены
работам выдающихся ученых, давших на долгое время направление
математическим работам, могут быть рассматриваемы как
введение в изучение оригинальных работ этих ученых. Она может,
таким образом, ускорить столь желательное издание сочинений
наших великих ученых. Я с большой радостью узнал от
профессора Г. В. Пфейффера, что одновременно и во Львове, и в Киеве
возникла мысль об издании сочинений Остроградского и что
Украинская Академия наук уже решила предпринять это издание,
необходимость которого давно уже чувствовалась (я припоминаю,
что еще в 1874 г. мы, математики, студенты четвертого курса
Петербургского университета, поднимали этот вопрос).
Необходимо приступить к изданию сочинений А. А. Маркова,
работавшего с таким талантом в разнообразных областях
математики, и я позволю себе напомнить Ленинградскому
физико-математическому обществу одну из резолюций, принятую им осенью
1921 г. в заседании, посвященном памяти Андрея Андреевича.
Необходимо также докончить издание сочинений Коркина и
Золотарева; в 1911 г. был издан 1-й том сочинений Коркина,
заключающий в себе и совместные работы Коркина и Золотарева.
С историей математической науки тесно связана и история
математического образования. В этой области у нас сделано уже
много Виктором Викторовичем Бобыниным, но его внимание, его
неутомимые исследования были направлены преимущественно на
XV—XVIII вв. История математического образования затронута,
конечно, в сочинениях, посвященных истории наших
университетов, которым так много обязана и наша математическая наука, и
наше математическое образование, но в целом еще почти не
изучена. А между тем история математического образования есть
одна из важнейших страниц истории просвещения всякой страны.
От постановки математического образования в
общеобразовательных школах зависит не только развитие научной деятельности в
стране (вот почему на международных математических конгрессах
150

в числе секций имелась всегда секция преподавателей математики
и благодаря ей образована та Международная комиссия (Imuk),
которая так много способствовала подъему математического
образования во всем свете), но зависит и состояние техники в стране,
зависит, что всего важнее, склад и направление мысли ее
интеллигенции.
Французские Ecoles Polytechnique et Normale наложили свой
отпечаток на всю французскую мысль XIX в. Уайтхед в своем
новом сочинении «Наука и современный мир» (Science and the
modern world) остроумно говорит, что история человеческой
мысли без истории мысли математической была бы
шекспировским «Гамлетом», в котором бы не было Гамлета или по крайней
мере Офелии.
Вот то немногое, что я хотел дополнить к сознаваемой Вами
всеми важности и необходимости разработки истории русской
математики. Я остановил внимание на английской брошюре, потому
что она, по-видимому, послужила побудительным толчком к
намерению Академии наук издать историю науки в России. Это
намерение явилось в 1915 г. Предполагалось издать два больших
тома: один — посвященный физико-математическим наукам,
другой — гуманитарным, но размер статей предполагался небольшой.
Академия наук поручила мне составить историю математики и
механики, объем которой не должен был превысить 4—5 листов.
Конечно, уже при первом приступе к работе это оказалось
невозможным; составление истории механики взял на себя покойный
П. О. Сомов, и, если не ошибаюсь, его очерк занял около 2
печатных листов.
Будучи отвлечен грандиозными событиями мировой войны и
революции, я мог приступить к порученной мне работе только в
начале 1918 г. Я решил тогда разделить историю математики в
России на три периода: 1) 1725—1826; 2) 1826—1863; 3) 1863—
1914 гг. — и соответственно этому написать три главы.
Начало первого периода совпадает с основанием Академии
наук, и научная работа в области математики в этот период
находится под влиянием гениальной и неутомимой деятельности
Эйлера. В начале второго периода Лобачевский излагает публично в
1826 г. свои долгим усилием мысли выработанные взгляды на
начала геометрии; в Академию наук в 1828 г. вступают
Остроградский и Буняковский; в 1829 г. начинает свою ученую
деятельность Миндинг; в конце периода (с 1843 г.) началась
деятельность Чебышева, и поэтому глава, посвященная второму периоду,
говорит главным образом о трудах Лобачевского, Остроградского,
Буняковского, Миндинга и Чебышева. Этот период кончается
началом шестидесятых годов, когда обновление всей русской жизни
привело к пробуждению умственных интересов в широких слоях
русского народа и к обновлению университетов. Третья глава и
должна показать, «что дала русская наука миру» за пятидесятиле-
151

тие, протекшее от 1863 г. до начала великой мировой войны и
великой русской революции. Эта глава теснейшим образом
связана с деятельностью обновленных университетов. В области
математики больше, чем в какой-либо другой области, русская наука
была наукою русских университетов.
Две главы, посвященные первым двум периодам, изложенные
сжато (без цитат и ссылок), однако, уже заняли 5 листов. Они
были готовы летом 1918 г. и сданы непременному секретарю
Академии С. Ф. Ольденбургу, горячо относившемуся к этому
предприятию.
Но, конечно, ни в 1918 г., ни в два следующие года нельзя
было думать об их напечатании, и русским ученым было трудно
остановить свое внимание на истории их науки в прошлом;
насколько мне известно, в Академию, кроме моей рукописи, были
представлены только очерк истории механики, составленный
П. О. Сомовым, и очерк истории физики, составленный П. П.
Лазаревым.
Но когда в 1921 г. Академия постановила праздновать
100-летие со дня рождения П. Л. Чебышева, то по моей просьбе был
напечатан тот выпуск, который посвящен первым двум периодам
и разделен на две главы, но напечатан по недостатку бумаги в
ничтожном числе экземпляров и поэтому является теперь
библиографической редкостью.2
Для истории математики в период от 1863 до 1914 г. был
собран мною материал, который позволил мне вместе с тем
приступить к составлению карточного каталога математиков; этот
каталог, составляемый по типу известного биографического словаря
Поггендорфа, заключает свыше 150 карточек. Но тяжелые годы,
последовавшие за 1918 г., не позволили мне продолжать работу,
затем явились другие научные интересы. Трудно было и
рассчитывать на напечатание составленной и разработанной истории
математики. Притом, работая над третьим периодом, я пришел к
убеждению, что работа должна уже быть ведена в более широких
размерах. Она должна заключать в себе не менее 10—12
печатных листов и поэтому не может быть делом одного человека.
Достойно закончена она может быть только коллективной
работой нескольких математиков. Я намечаю 8 или 10 главных
отделов, и только монографии, написанные специалистами по этим
отделам, могли бы послужить к составлению сводного тома.
Желание видеть законченной начатую работу и побудило меня
поставить на первом съезде математиков вопрос об истории
математики в России.
Что и эти монографии, и объединяющий их том не будут
написаны без надежды на напечатание, на это дает большую
надежду деятельность академической Комиссии по истории знаний. Она
уже напечатала очерк истории географии в России,3 издала
сборник, посвященный памяти знаменитого биолога К. Ф. Бэра,4 и
152

приступила к печатанию «Истории механики», составленной, как
я выше упомянул, П. О. Сомовым.
Я рад, что я могу сообщить, что председатель Комиссии в
письме, полученном мною на днях, выразил готовность
содействовать делу изучения, составления и издания работ по истории
русской математики.
Достойное русской науки составление истории русской
математики может быть, повторяю, достигнуто только коллективной
работой. Для организации такой работы заложится сейчас начало
созданием Всесоюзной ассоциации русских математиков. Для
коллективной работы по истории русской математики под
руководством этой ассоциации и при помощи Комиссии по истории
знаний я и приглашаю товарищей русских математиков.
Нужно создать труд, который ясно и ярко оценил бы заслуги
перед человеческой мыслью наших великих ученых, но в котором
не остались бы незамеченными и труды более скромных
тружеников на ниве русского математического просвещения.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 221—229. Копия, правленная и подписан-
нал автором.
№72
Протокол заседания КИЗ1
8 мая 1927 г.
Слушали: доклад П. Н. Каптерева «Лейбниц и микроскопис-
ты XVII в.»;2 сообщение председателя КИЗ академика В. И.
Вернадского о работе КИЗ; оглашение ученым секретарем КИЗ
М. А. Блохом новых членов КИЗ: Б. Л. Богаевский, Д. О. Свят-
ский, А. М. Левин, Б. П. Гущин, И. И. Любименко, А. Л. Цейс, П. Н. Кап-
терев.
Председатель КИЗ академик В. Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 4. Подлинник.
№73
Записка В. И. Вернадского в Хозяйственное правление АН СССР
о предоставлении КИЗ помещения для работы1
13 мая 1927 г.
КИЗ отношением от 10 февраля за № 10 обращалась в
Президиум с просьбой о предоставлении ей для ее научных занятий
помещения, не менее 2 комнат, и постановлением Президиума от
24 февраля были предоставлены в распоряжение КИЗ просимые
153

комнаты, из коих одна, выходящая на набережную, была отведена
состоящей при КИЗ Бэровской подкомиссии для хранения
оставшихся после закрытия Бэровской выставки экспонатов, а другая,
выходящая во двор, не была еще занята, так как в ней необходимо
было произвести ремонт. Затем в заседании Правления 21 апреля
было постановлено отвести для занятий комиссара по устройству
Китайской выставки, согласно его заявлению, комнату, занятую
экспонатами Бэровской выставки. Это постановление Правления
было изменено в заседании Правления 28 апреля (копия
постановления прилагается). Из этого явствует, что Комиссии
предоставляется лишь одна комната, выходящая на набережную и
занятая Бэровской подкомиссией.
Ввиду неясности создавшегося положения мне хотелось бы до
моего отъезда в заграничную командировку выяснить это дело,
почему и обращаюсь в Президиум с просьбой урегулировать его
теперь же, зафиксировав за КИЗ предоставленные ранее 2
комнаты. 27 апреля мною было подано заявление в Президиум с
объяснением, что лишь временно, по просьбе непременного
секретаря на 2*/2 месяца, с моего согласия, могла бы быть предоставлена
Д. В. Каврайскому для его занятий комната, выходящая во двор,
или предоставлено КИЗ другое помещение.
Председатель КИЗ академик В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 218—218 об. Отпуск.
№74
Записка профессора О. Е. Звягинцева В. И. Вернадскому
«О необходимости сохранения памятников науки
и организации музея по истории знаний»
13 мая 1927 г.
Глубокоуважаемый Владимир Иванович!
В своей небольшой работе по истории платинового дела в
России1 мне пришлось натолкнуться на следующие факты: 1) первые
изделия платины, сделанные Архиповым 100 лет тому назад,
находились в Горном музее в полном беспорядке, в разных местах,
без этикеток; с трудом удалось установить их происхождение;
2) изделия и слитки платины и иридия, явившиеся результатом
исторических опытов Сент-Клер-Девиля и Б.С.Якоби,
находились в том же Горном музее без всяких этикеток и надписей,
причем никто не знал их происхождения и только по весу
удалось установить их идентичность с упоминаемыми в трудах
знаменитых ученых; 3) телеграфный аппарат, эталон сопротивления
и целый ряд других приборов и предметов, оставшихся от работ
по электричеству и электрическим измерениям академика
Б.С.Якоби и Э. X. Ленца, исключены из инвентаря Физико-мате-
154

матического института Академии наук и сложены где-то на
чердаке, по словам П. М. Никифорова, «не в таком виде, чтобы
можно было их кому-либо показать»; некоторые из них сломаны.
Подобных примеров небережного отношения к вещам,
представляющим такую же ценность, как рукописи писателей, и во
всяком случае гораздо большую, чем письменный стол, стул и
тому подобные предметы великих людей, можно было бы
привести достаточно много.
Мне думается, что является чрезвычайно желательным, чтобы
Комиссия по истории знаний взяла на себя заботу о приборах,
аппаратах, машинах, моделях, лабораторных принадлежностях,
препаратах и иных предметах — вещественных спутниках
научных трудов крупного значения, для того чтобы они не были
утеряны для последующих поколений научных работников.
Комиссия могла бы взять на себя пропаганду необходимости сохранения
и бережного отношения к такого рода вещам, а также
организацию музея по истории знаний, куда бы поступали реликвии науки
из учреждений, которым ныне они больше не нужны. О значении
и пользе такого музея, конечно, говорить не приходится.
Я не думаю, что в вышесказанном содержится что-либо
особенно новое, но под впечатлением описанных фактов считаю
своим долгом высказаться. Охотно приму участие в обсуждении и
осуществлении тех мер, которые Комиссия под Вашим
председательством найдет нужным предпринять.
О. Звягинцев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 220—220 об. Подлинник.
№75
Краткая объяснительная записка к смете КИЗ1
16 мая 1927 г.
Комиссия только что вступает во второй год своего
существования; она еще не имеет определенной организации, и впервые в
смету Академии вносится ее штат из двух лиц.
Главная работа Комиссии связана с ее учеными заседаниями и
с ее изданиями. В сметном 1927/28 г. деятельность эта — в обоих
направлениях — впервые должна получить более полное
развитие.
Из предприятий Комиссии, связанных со сметой, надо
отметить еще подготовку юбилейного заседания Академии,
посвященного памяти академика К. М. фон Бэра, и связанного с этим
издания, приуроченных к августу 1928 г. Над этим работает особая
подкомиссия, устраивавшая в текущем году выставку,
посвященную К. М. фон Бэру.
155

Другим предприятием Комиссии, требующим расходов,
является работа над изданием сочинений М.В.Ломоносова,
приостановившаяся более 10 лет назад. Комиссия предполагает закончить
его в возможно быстрый срок.
I. Канцелярские расходы.
1. Приобретение канцелярских материалов: бумаги писчей серой
10 стоп х 4 р. 50 к. — 45 р.; бумаги писчей белой 10 стопх
х 7 р. — 70 р.; бумаги пропускной 20 листов х 25 к. — 5 р.;
бумаги копировальной 100 листов х 25 к. — 25 р.; конвертов разных
2000 шт. х 3 р. за сотню — 60 р.; карандашей черных 4 дюж. х 2 р.
26 к. — 9 р. 04 к.; карандашей цветных 2 дюж. х 9 р. 60 к. —
19 р. 20 к.; ватманской бумаги 35 листов — 35 р.; перьев 2
коробки х 3 р. 25 к. — [6 р. 50 к.]; резинок разных 30 штук х 10 к. —
3 р.; лент для пишущих машин 12 лент х 5 р. — 60 р.; блокнотов
20 шт. х 50 к. — 10 р.; папок 50 шт. х 40 к. — 20 р.; картона 30
листов х 50 к. — 15 р.; канцелярских книг 5 книгх 4 р. — 20 р.;
чернил 6 флаконов х 1 р. 25 к. — 7 р. 50 к.; гуммиарабика 30
банок х 75 к. — 22 р. 50 к.; сургуча 1 кг. х 2 р. — 2 р.; скрепок,
ниток, вставок, кнопок, гвоздей и проч. — 30 р.; холста 5
метров х 80 к. — 4 р.; бензина для чистки машины — 1 р. 26 к.
Всего — 470 р.
2. Напечатание бланков, конвертов, приглашений, повесток и
проч. — 230 р.
Всего — 700 р.
П. Хозяйственные расходы: покупка пишущей машинки с русским
и иностранным шрифтом — 600 р.; разъезды на трамваях, 4
станции в день 4 х 7 х 300 — 42 р.; перевозка книг и посылок на
извозчиках в год 11 поездок по 2 р. — 22 р.; покупка щеток, швабр,
полотенец, мыла, штор, спичек и проч. х 75 к. в месяц — 9 р.;
стирка штор и полотенец по 1 р. 50 к. в месяц — 18р.; ремонт
машины и мелкого инвентаря х 75 к. в месяц — 9 р. Всего — 700 р.
Отправление 150 заказных писем (в том числе бандеролей) в
годх 18 к. — 27 р.; отправление 100 заказных заграничных
отправлений х 28 к. — 28 р.; отправка 150 простых заграничных
писем х 14 к. — 21 р.; телеграммы — 24 р. Всего — 100 р.
Подборка рукописей, систематизация их под руководством
специалистов, учет их, переписка рукописей на машине (на 11
месяцев, с сентября 1927 г. по 28 августа 1928 г.) 37 р. в месяц —
407 р.; исследовательские, лабораторные работы КИЗ,
приобретение справочных изданий научных и административных, переплет
книг по 60 р. в месяц — 720 р. Всего — 1127 р.
Всего по смете Комиссии по истории знаний испрашивается
на 1927/28 г. 2627 р.
Председатель Комиссии академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. А. Блох
ПФА РАН, ср. 154, on. 1, д. 1, л. 234—236. Копия.
156

№76
Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР
о целесообразности работы над биографическим словарем
академиков — современников К. М. Бэра
17 мая 1927 г.
Сейчас под нашим руководством, непременного секретаря
академика С. Ф. Ольденбурга и председателя КИЗ академика В. И.
Вернадского, производится подготовка материала для истории
Академии наук, в частности материалов для биографического словаря
академиков. Такой словарь составлялся дважды. В 1860-х гг. —
академиком П. П. Пекарским.1 Он начал его вести в
хронологическом порядке и дал ряд ценнейших данных для истории науки
и Академии в частности. Он не пошел, однако, дальше середины
XVIII столетия — последняя биография посвящена М. В.
Ломоносову. Смерть прервала его работу. Другим предприятием
является биографический словарь, охватывающий период
президентства великого князя Константина Константиновича — 1889—
1914 гг.2 За промежуточные периоды никакой систематической
работы не велось, хотя не раз внимание непременных секретарей
обращалось к этой работе. Эта работа была поставлена на
очередь к юбилею 200-летия Академии, но осуществления тогда не
получила.
Драгоценный материал, хранящийся в Архиве Академии наук,
не использован, и одна из важных сторон исторической жизни
нашего народа и государства — научной творческой работы, в
этой среде шедшей, не вошла в общее сознание. Отсутствие такой
работы сказывается и в том, что материал, связанный с жизнью
ученых, в частности академиков, систематически нигде не
собирается — распыляется и частью безвозвратно исчезает. В то же
время некоторые из текущих заданий Академии требуют
систематической работы в этой области — таково 1 ) решение
Академии ежегодно в годовом заседании давать речь о ком-нибудь из
прошлых ее членов и 2) предстоящее в 1928 г. празднование
столетия К. М. фон Бэра.
Для того чтобы эти решения Академии не потеряли характера
научной работы и не свелись на формальное, никому не нужное
их исполнение, необходима продуманная к ним подготовка. Для
этого необходимо иметь лицо, которое могло бы вести
подготовительную работу и необходимые изыскания в помощь и под
руководством лиц, в ведении коих лежит исполнение указанных
заданий Академии. Мы считали бы правильным — в связи с
юбилеем Бэра — начать подготовку материалов об академиках его
времени, которая коснется одного из наименее выясненных
периодов истории Академии — первой половины XIX в. — и
заполнит часть промежутка 1742—1889 гг.
157

В связи с этим необходимо временное приглашение научного
помощника в наше распоряжение. Мы просим о разрешении пригласить
для этой работы M. Н. Буткевича с оплатой его труда в 60 руб. в месяц.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 213—213 об. Отпуск.
№77
Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР
о передаче обязанностей председателя КИЗ
на время его командировки члену-корреспонденту АН СССР
Э. Л. Радлову1
18 мая 1927 г.
Уезжая в командировку, я передаю председательство в
Комиссии по истории знаний товарищу председателя
члену-корреспонденту Академии наук, профессору Э. Л. Радлову.
Академик В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1927, д. 42, л. 31. Подлинник.
№78
Записка профессора В. Н. Бенешевича о структуре КИЗ1
24 мая 1927 г.
В интересах полноты, разнообразия и интенсивности работы
КИЗ необходимо предпринять некоторые неотложные меры к
приданию гибкости и подвижности ее организации, ограничиваясь
для начала самыми широкими делениями и предоставляя практике
дробление и усовершенствование аппарата.
1. Необходимо разбить КИЗ на постоянные отделы и по мере
надобности выявлять из них подкомиссии для специальных целей
или вопросов.
2. Отделы должны в своей совокупности обнимать весь круг
интересов КИЗ и не быть многочисленными. На первое время
достаточно было бы установить: 1) отдел математический, 2)
физико-химический, 3) отдел биологический, 4) отдел наук
гуманитарных. В каждый из этих отделов включить и технические
применения наук в соответственных областях жизни.
3. Каждый из этих отделов бюро КИЗ поручает руководству
одного лица по собственному выбору, предоставляя ему самому
подобрать 2—3 помощников в пределах отдела.
4. Представители отделов входят в состав бюро КИЗ и в
пределах порученных им задач действуют в направлении лучшего их
158

выполнения, для чего могут с согласия бюро КИЗ образовывать в
своих отделах группы по истории отдельных наук.
5. Заседания отделов КИЗ могут происходить как в помещении
КИЗ, так и в других местах, более удобных для их членов.
6. «Труды КИЗ», посвященные опубликованию результатов
подготовленных текущих работ, распределяются на серии в связи
с делением КИЗ на отделы. А кроме того, могут быть, конечно,
и издания, касающиеся работы КИЗ в целом.
В. Бенешевич
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 2, л. 8—9. Подлинник.
№79
Письмо В. И. Вернадского в ВСЕХ СССР
о необходимости сохранения памятников науки и техники1
[Май 1927 г.]
Академия наук СССР поставила перед собой ответственную,
сложную задачу по организации при своей Комиссии по истории
знаний музея истории науки и техники. Музей этот должен,
исполняя пожелания Карла Маркса (Капитал. Т. 1. Отд. IV,
гл. XIII), проследить «историю образования производительных
органов общественного человека» — дать изображение
исторического процесса развития техники вплоть до современности.
Организация и ведение этой работы, однако, невозможны без
активного участия и содействия ВСНХ и его органов. Участие это
может выразиться в следующем.
1. Распространение на памятники истории и техники
существующих законоположений об охране памятников старины.
2. Издание по линии ВСНХ особого распоряжения, инструкции
по выявлению и охране памятников истории техники.
3. Утверждение за КИЗ права объявления под охраной
памятников после признания его исторически ценным — впредь до
изъятия, списания и фотографирования на более длительный
срок.
4. Признание за музеем права изъятия без компенсации и
перевозки из поддающихся транспортировке предметов, которые
признаны ненужными в производственной работе, но необходимы
для экспозиции музея.
5. Ассигнование некоторых средств, как материальных, так и
транспортных, на организацию ведения музея.
6. Академия наук СССР обращает внимание, что проведение
всех перечисленных мероприятий является делом
исключительно срочным, так как при колоссально бурных темпах
перевооружения промышленности Союза и при острой нужде в мет&пле
все или подавляющее количество ценнейших памятников истории
159

техники окажутся уничтоженными и создание музея, важность и
актуальность какового неоспоримы, окажется невозможным.
Председатель КИЗ В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 48, л. 32—32 об. Отпуск.
№80
Письмо Л. С. Багрова В. И. Вернадскому
об организации картографического архива
12 июля 1927 г.
Глубокоуважаемый Владимир Иванович!
Очень Вам благодарен за присланную Вами брошюру о
значении истории знаний. Я надеюсь, что и впредь Вы меня не
забудете и дадите распоряжение высылать мне издания Комиссии.
Я пересылаю Вам при этом мой проект организации картохра-
нилища при Академии наук,1 а также сопроводительное к этому
письмо, где я позволяю себе указать на себя же как на
подходящее для проведения в жизнь этого проекта лицо. Я боюсь лишь,
что даже если и согласятся поручить мне это дело, то навряд ли
я смогу взяться за него, если у меня еще не будет чего-либо
другого под рукой в виде совместительства, так как оплата труда
такого рода работникам, кажется, очень ничтожная.
Я не знаю, в каком положении сейчас находится вопрос о той
кафедре, которая когда-то предназначалась для меня на Высших
географических курсах, т. е. кафедре по истории географии. Одно
время ее занимал Шокальский, но теперь, с переходом
Географического института в университет, она пустует, если только она
сохранилась по штату. Если бы и эта кафедра была предоставлена
мне как профессору, то я думаю, что уже тогда можно было бы
существовать. Если Вы в курсе этих вопросов, то я буду Вам
очень благодарен за их освещение мне. Если Вы хотите отложить
этот вопрос до Вашего возвращения в Ленинград и если Вам
понадобятся справки о моих ученых трудах, то Д. Д. Руднев может
Вам передать все мои печатные труды. Между прочим, я уже
отпечатал в 1917 г. первый выпуск пособия к намечавшемуся моему
курсу по истории землеведения.2 Анучин когда-то все мои работы
признал настолько интересными, что включил их в список тех,
знакомство с которыми обязательно для магистратского экзамена.
Сейчас я занят подготовлением к печати словаря картографов
16-го века.
Когда я вернусь в Ленинград, я смогу сделать выставку своих
почти 10-летних заграничных сборов, и эта выставка будет
представлять большой интерес как нечто вполне целое и законченное
по истории русской карты, изданной за границей.
160

Если у Вас есть еще какие-либо вопросы, которые Вы хотели
бы выяснить до своего отъезда в Ленинград, то я очень прошу
написать мне, чтобы я мог это подготовить к Вашему отъезду.
Желаю Вам как следует поправиться и отдохнуть.
Искренне Вас уважающий Л. Багров
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 273. Подлинник.
№81
Сопроводительное письмо к проекту организации
картографического архива, составленное Л. С. Багровым1
12 июля 1927 г.
Глубокоуважаемый Владимир Иванович!
В развитие нашего разговора, согласно Вашему желанию,
посылаю свою записку об организации в Ленинграде единого
картографического архива, картохранилища.
Мною были осмотрены различные картохранилища Европы за эти
последние 8 лет. Осматривал я их не как простой путешественник,
а каждый раз просиживая в них дни, недели или месяцы. Это
давало мне возможность ознакомиться не только с тем, что в них
находилось, но и как можно было этим пользоваться. Из
осмотренных мною архивов я должен упомянуть (также и библиотеки):
• Париж. Географическая галерея национальной библиотеки;
• Лондон. Секция карт Британского музея;
• Гаага. Королевская библиотека. Государственный архив;
• Амстердам. Университетская библиотека;
• Лейден. Университетская библиотека;
• Копенгаген. Королевская библиотека;
• Стокгольм. Королевская библиотека. Государственный
архив;
• Гельсингфорс. Университетская библиотека (собрание Нор-
деншельда);
• Милан. Амброзианская библиотека;
• Венеция. Библиотека дворца дожей;
• Рим. Ватикан;
• Берлин. Публичная библиотека;
• Кельн. Городская библиотека. Городской архив;
• Бонн и Гамбург. Университетские библиотеки.
Я нарочно упомянул все эти библиотеки и архивы, чтобы меня
не могли упрекнуть, что я что-либо существенное выпустил.
Знакомство с этими библиотеками, вернее — картохранилищами,
вполне позволяет мне считать себя знатоком этого дела.
15-летние занятия по истории картографии, не только русской,
но и европейской, а также постоянная покупка карт для моего
собственного собрания, каталог которого давно уже превзошел
6 Заказ №4012
161

картографические указатели Миллера, Аделунга и Бокачева,
знакомство личное со всеми почти выдающимися учеными,
работающими в области истории картографии, — все это еще более
подтверждает мое мнение, что в СССР не найдется ни одного другого
специалиста, более подходящего для проведения в жизнь идеи,
изложенной мною в приложенной записке, об учреждении и
осуществлении картохранилища в СССР.
Конечно, я счел бы своим долгом всю эту организацию
осуществить, если бы мне таковое дело было поручено. Уже
большая предварительная работа в этом направлении мною проделана.
Моя печатная работа по истории географических карт есть уже
тот библиографический указатель, который следует превратить в
каталог будущей библиотеки. У меня уже имеется большой
библиографический указатель иностранных карт, изданных за
границей в 16-м, 17-м и 18-м веках. У меня уже составлены указатели
карт:
1) русских рукописных чертежей 17-го века, хранящихся еще
и посейчас в русских архивах;
2) изданных в царствование Петра Великого (эта часть вполне
подготовлена к печати и уже готовы для нее клише);
3) изданных после Петра в России в 18-м веке.
Таким образом, все это является уже готовой программой для
проведения в жизнь организации картохранилища.
Но я знаком с современной картографией и с техникой ее, что
очень важно для будущего руководителя картохранилища, так как
здесь нельзя быть лишь регистратором поступающих изданий, но
надо отнестись к карте, будучи вполне знакомым с ней.
Пока я больше ничего не могу прибавить к тому, что сказано
выше, так как не знаю, что Вас может еще интересовать. Но я
готов служить и в дальнейшем всеми имеющимися у меня
сведениями и охотно дам Вам все необходимые указания, как только
Вы выскажете Ваши мнения и пожелания.
Искренне уважающий Вас и готовый к услугам Л. Багров
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 274—275. Подлинник.
№82
Проект организации картографического архива
в Библиотеке АН СССР, составленный Л. С. Багровым1
12 июля 1927 г.
Древние географические карты представляют большой интерес
не только с точки зрения материала для изучения развития
человеческой мысли и знаний, а также состояния техники, но и часто
как памятники, зафиксировавшие определенные географические
162

данные в определенную эпоху, т. е., иначе говоря, они
представляют объект, не только касающийся истории географии, но и
объект для занятия им исторической географией.
История географии является занимательной главой истории
человеческих знаний, но для географа она получает осмысленность
лишь тогда, когда она неразрывно связана с экскурсами в область
исторической географии. В этом случае географические карты
являются историческими памятниками, особенно представляющими
интерес с точки зрения антропогеографии. Физические условия
страны не так быстро меняются, как условия, связанные с
расселением народов. Кроме того, более древние картографы обращали
меньше внимания на физические условия, чем на антропогеогра-
фические. На этих картах предметом изучения являются
расселение народов и племен их, их поселения, географические
наименования, пути сообщения, политические границы и т. п.
Дальнейшее совершенствование в технике съемки и
изготовления карт позволяет уже обращать внимание и на физические
условия изображенных стран и местностей, так как та или иная
точность нанесения позволяет вести ту или иную точную
сравнительную работу.
Эпоха, близкая к моменту изучения карты, несет с собой и
другой интерес, а именно ознакомление с методами,
употребленными последними путешественниками или картографами для
составления карты, а также и с материалами, послужившими для
этого, так как такое ознакомление дает возможность признать то,
что сделано, или отринуть это и приняться за новую работу,
применяя более отвечающие моменту способы и используя более
новые данные.
Исходя из этих соображений, нельзя не признать, какое
большое значение представляет хорошо и подробно подобранное
собрание карт. На составление таких собраний уже обращено
серьезное внимание на протяжении многих веков. Собрания карт
составлялись почти одновременно с собранием книг. Мы не будем
здесь останавливаться на истории различных таких собраний, но
укажем лишь, что в России такие собрания существовали уже в
16-м веке, от которого времени до нас дошли и описи таких
собраний. Но не всеми такие собрания оценивались, и они, как
это, впрочем, и на Западе, большей частью распылялись и
погибали. Теперь в Европе поняли, насколько ценный материал
представляют географические карты, и на сборы их и хранение
обращено повсюду большое внимание. Не мешало бы и в СССР также
обратить на это должное внимание, что особенно легко сделать
теперь, когда идет во всех областях жизни новое строительство,
идет переоценка, перераспределение материала, более
отвечающие современному моменту.
В России не было единого картографического архива. Карты
были разбросаны по библиотекам и разным архивам. Ниже мы
163

остановимся подробнее на перечне таких архивов и собраний,
пока же укажем, что материалы русских собраний представляют
колоссальный интерес, еще не достаточно оцененный нами, но
уже признанный многими иностранными учеными, приезжавшими
специально для изучения этого материала в Россию. Из
работавших в последнее время иностранцев в русских архивах можно
указать на швейцарца Кахена (карты Сибири), американца Голь-
дера (карты тихоокеанского побережья и особенно работы
Беринга), шведа Норденшельда (северное побережье), голландца Крампа
(работы голландских путешественников по России) и т. д. Все они
почерпнули материалы в русских архивах и на основании их
выпустили свои труды у себя на родине.
Итак, для того чтобы облегчить работу, при которой
необходимо пользоваться картами, а часто даже сделать ее только таким
путем возможной, необходимо объединить в одном центральном
архиве все разбросанные карты и собрания их. Прежде всего
остановимся на кратком обзоре таких собраний.
Военно-ученый архив. Первенствующим собранием
должно считать бывший архив, так называемый Военно-ученый,
при Главном штабе в Ленинграде. Одновременно с переездом
Военного комиссариата в Москву этот архив был перевезен туда. Он
был свален в подвалы особняка (Староконюшенный пер., 1), о
нем старались молчать, так как на какую-то часть его
претендовали поляки. Архив имеет обстоятельно составленный каталог, но
не отвечающий условиям, которые ему могут быть предъявлены
географами: главное его назначение было обслуживать историков
войн. Между тем в этом архиве много еще совершенно не
открытого материала, так как просматривание каталога еще ничего не
говорит при тех условиях, при которых этот каталог составлен.
Здесь находятся десятки тысяч листов, и этот архив должен быть
краеугольным камнем при создании будущего единого архива.
Архив Главного гидрографического
управления. Следующий архив, который также должен влиться в
единый архив, — это Архив гидрографии. Ему менее повезло в
смысле каталога. Каталог, изданный в пятидесятых годах, более не
существует, новое его переиздание не достигает своей цели, так
как является перепечаткой старого, устаревшего, не только не
исправленной, но и с новыми опечатками. Часть архива сгорела в
Ярославле, и еще не вполне установлено, что осталось от этого
архива. Но материал в нем представляет большой интерес, так
как здесь сосредоточены все работы русских мореходцев.
Публичная библиотека. Небольшой отдел карт,
являющийся частью отдела искусств, находится совершенно в загоне.
В него поступают лишь случайные карты. Но из старых листов
есть много интересных. Каталог лишь рукописный. Атласы
прежде хранились в другом отделе — историческом, помещались в
темной комнате и были малодоступны для занятий.
164

Академия наук. Карты в Академии разбросаны по
различным отделам. Собрание петровских карт находится в
Петровской галерее, атласы — в иностранном отделении; русские карты
прежде находились в 1-м отделе, часть карт была в рукописном:
рукописные и пробные оттиски досок. В Азиатском музее —
собрание восточных карт. Теперь в Библиотеке организован особый
картографический отдел.
Другие собрания Ленинграда. В Ленинграде
имеется еще целый ряд небольших собраний, но очень ценных, если
только они будут все объединены. Из таких отдельных собраний
должно указать: сенатское, где собрано много планов отдельных
городов, бывшее губернское, где были планы генерального
межевания. В архиве МИДа должны быть два альбома старых русских
чертежей. Несколько карт находится в кабинетских бумагах
Петра Великого. Карты разбросаны и по дворцам: Мраморном,
Зимнем, Павловском, Строгановском и др. Интересные
рукописные материалы хранились в картографическом заведении Ильина.
Небольшое собрание карт было в МПС в картографическом
отделе. В Инженерном замке был интересный Смоленский чертеж
17-го века.
Московский главный архив МИДа. Переходя к
московским архивам, на первом месте необходимо поставить
собрание карт, находившихся прежде в библиотеке Главного архива
МИДа, которому был составлен реестр в 1877 г. Это собрание
для истории русской карты имеет колоссальное значение и
совершенно не связано с самим архивом, так как для архива никакого
значения не имеет, исключая, может быть, карты разграничений,
впрочем, давно устаревших. Но ядро этого собрания — карты
губерний, — по-видимому, прежде составляли часть [собрания]
Географического департамента. Там находятся карты большей
части первых геодезистов. Также интересны портфели Миллера.
Архив Министерства юстиции. Здесь находится
небольшое собрание русских чертежей, преимущественно тяж-
бенного характера, изъятых из различных дел 17-го века. Эти
чертежи являются интересными как образчики древней русской
картографии, почти не сохранившейся до нас в крупных
памятниках.
Румянцевский музей. В Румянцевский музей
поступило собрание карт Бокачева. Особенно большого значения это
собрание не имеет, хотя ему составлен каталог. Тут же в музее
находятся оригинал Ремезовского атласа и интересное собрание
китайских карт Скачкова.
Исторический музей. Исторический музей имеет
особый картографический отдел, но в этом отделе ничего
интересного нет, если только за последние два года он не пополнился за
счет какого-либо из вышеупомянутых собраний. В свое время шел
разговор о передаче ему собрания из Главного архива и Военного.
165

О провинциальных собраниях мы говорить не будем, хотя там
встречаются интересные номера, например в библиотеке
Одесского общества истории и древностей, которая даже имеет
специальный каталог карт.
Переходя к вопросу об устройстве единого картографического
архива, необходимо прежде всего остановиться на вопросе, как и
при каком учреждении его организовать. Естественнее всего
передать его Академии наук, объединяющей сейчас всю научную
работу по обследованию СССР. Уже сколько лет подымается
вопрос об объединяющем учреждении, следящем за
картографическими работами различных ведомств. Существовала даже особая
междуведомственная комиссия при Академии наук, которая
должна была объединять все работы по съемкам, составлению карт и
т. п. Академия наук теперь учредила особую Комиссию по
истории знаний. Академия наук была первым ученым учреждением,
которое три четверти века руководило картографическими
работами. Естественно, что при Академии наук и будет учрежден
такой картографический архив.
В него должны быть переданы следующие целые собрания:
. Архив гидрографии (за исключением еще не устаревших
планшетов);
• Военно-ученый архив (конечно, лишь карты и планы, а не
дела);
• сенатское и губернское [собрания] Ленинградского
[исторического архива] (только карты и планы);
• собрание карт и атласов из Публичной библиотеки;
• собрание карт и атласов из Московского главного архива;
• собрание карт и планов из Архива Министерства юстиции
в Москве.
Конечно, в этом едином архиве должны быть объединены все
карты, разбросанные по различным отделам Академии наук.
Также Академия наук вправе будет изъять отдельные карты из
других собраний или, вернее сказать, из их случайных мест
нахождения: различных дворцов.
Карты, находящиеся в Русском географическом обществе,
кстати, умышленно выше не упомянутые, конечно, должны
остаться при библиотеке общества: они не представляют
исторической ценности и легко могут быть приобретены простой покупкой
в соответствующих учреждениях за границей или добыты путем
обмена. Остальные собрания почти не представляют никакого
интереса, разве лишь китайские карты Румянцевского музея и его
экземпляр Ремезовского атласа, копия которого, рукописная же,
находится в Академии наук.
Могут ли встретиться затруднения в передаче упомянутыми
учреждениями своих собраний? Думается, что нет, так как каждое
из этих собраний само по себе не является таким уж
необходимым для этих учреждений. На Западе уже давно проделана такая
166

перераспределительная работа. Так, например: собрания Военного
и Морского министерств в Голландии переданы Амстердамскому
университету (его библиотеке), собрания Военного и Морского
министерств в Германии переданы Берлинской публичной
библиотеке, которая в свою очередь свое собрание гравюр передала в
Художественный музей. Британский музей тоже произвел
большую работу, собирая в своем музее разрозненные собрания
различных частных и королевских библиотек, благодаря этому его
собрание теперь представляет колоссальную научную ценность.
Наоборот, там, где не проделана эта объединяющая работа,
например в Италии, там почти не сдвинулась с места работа по
истории картографии, так как все карты разбросаны по
различным мелким и крупным архивам и библиотекам во всех городах
Италии. И русские архивы навряд ли будут противодействовать.
Военно-ученый архив уже давно пришел к заключению о
необходимости и желательности передать свои карты, Архив
гидрографии наверное также не будет противодействовать, так как все
старые карты для гидрографии утеряли прямой интерес.
Московские архивы имеют свои собрания карт случайно, и это им
совершенно не нужно. Противодействие могут оказать лишь
библиотеки: ленинградская Публичная и Румянцевский музей. Но
Публичная библиотека не может следить за картографией,
следовательно, она не может держать свое собрание на должной
высоте. Это должно ее побудить расстаться с тем, что у нее есть.
Старинные атласы, отдельно оставшиеся, также теряют свой
прямой интерес и просто являются лишь украшением библиотеки, а
не ее необходимой составной частью. Собрание карт в Румянцев-
ской библиотеке, как мы указали, кроме китайского собрания, не
представляет большого интереса, так как они поступят в
Академию наук из других собраний.
Задачами будущего единого картографического архива будут:
1 ) архив обслуживает все учреждения Академии наук,
доставляя для работ все необходимые карты, как русского, так и
иностранного происхождения;
2) архив дает картину развития картографии в СССР;
3) архив должен подготовить полный каталог иностранных
карт СССР;
4) архив должен составить опись всех вышедших в СССР карт;
5) архив издает факсимиле древних карт, продолжая работу
Кордта «Материалы по истории русской картографии»;
6) архив принимает участие в Международной комиссии по
изданию картографических памятников;
7) архив следит за всеми новыми выходящими картами, как в
СССР, так и за границей.
Сообразно с этим архив должен состоять из отделов:
А) Древние карты, планы и атласы;
Б) Новые карты, планы, атласы;
167

В) Виды русских городов и местностей;
Г) Библиотека:
а) теоретическая картография;
б) история картографии — книги и факсимиле;
в) каталоги картохранилищ, русских и заграничных.
Как пример близкого прошлого, организации большого архива
карт, можно привести Берлинскую публичную библиотеку. В
1854 г. государство купило небольшое частное собрание карт,
помещавшееся в двух маленьких, узких комнатах. Это собрание
принадлежало генералу Шарнгорсту. Был учрежден особый
Картографический институт, которому и была придана эта коллекция
карт, а во главе был поставлен Карл Риттер. Через пять лет после
смерти Риттера это собрание было передано во дворец Бельвю.
Затем поступило в Королевскую библиотеку и, наконец, когда
было приступлено к постройке нового специального здания для
библиотеки, было предусмотрено для картографического отдела
специальное помещение и тогда же приступлено к расширению
коллекции. В 1919 г. собрание помещалось уже в
предназначенном ему помещении, и к этому времени оно уже состояло из
177 000 листов, разросшись за 54 года из трех небольших
шкафов. В 1918 г., перед передачей туда собрания Военного
ведомства, в [нем] уже находилось 249 188 листов, а к 1 января 1927 г. —
382 161 лист. Необходимо добавить, что в собрание карт также
включены и виды городов, и различные исторические и военные
листы.
Штат картографического отдела Берлинской библиотеки:
Количество Должность Содержание в месяц,
в германских марках
1 Заведующий 765
1 Помощник заведующего 630
1 Сотрудник 600
1 Секретарша 350
1 Служитель 190
Картографический отдел получает в год 14 500 марок на
покупку карт и книг. Все остальные расходы идут за счет общих
сумм библиотеки, например переплет книг (около 800 марок в
год), папки, канцелярские принадлежности, каталоги, шкафы и
т. п. Бесплатно библиотека получает лишь карты, изданные
правительственными прусскими учреждениями и общеимперским
Военным министерством. За все остальное она должна платить.
Ежегодный прирост исчисляется в 11 000 листов. Карты хранятся в
шкафах, по возможности не в сложенном и не в свернутом в
трубку виде. Каталоги рукописные — в виде книг; предметный
каталог — по территориям и в хронологическом порядке;
именной каталог авторов и иногда издателей — карточный. Под рукой
находится большая вспомогательная библиотека: географических,
168

энциклопедических и лингвистических словарей, путеводителей,
журналов, библиографий и т. п., не говоря уже о библиотеке
специальных книг по всем отраслям картографии. (В Парижской
национальной библиотеке карты находятся в так называемой
географической галерее, а потому наряду с картами [здесь] находятся
и все журналы и книги по географии).
Для организации в Ленинграде картохранилища лучше всего за
образец взять Берлинскую библиотеку как вполне отвечающую
современным требованиям, хотя библиотека эта находится еще в
стадии своего развития и организации.
Л. Багров
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 265—269. Подлинник.
№83
Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР
о выделении помещений для КИЗ1
26 августа 1927 г.
Ввиду происходящего в настоящее время в Академии наук
перераспределения помещений между академическими
учреждениями обращаюсь к Вам с просьбой о предоставлении в
распоряжение Комиссии по истории знаний нескольких комнат для занятий
самой Комиссии, ее подкомиссий — по празднованию юбилея
академика Бэра и по изданию сочинений М.В.Ломоносова, а
также для устраиваемых при КИЗ библиотеки и музея по истории
знаний.
Председатель КИЗ академик В. И. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 286. Отпуск.
№84
Письмо В. И. Вернадского Б. Н. Меншуткину
о работах по изданию сочинений М. В. Ломоносова
2 сентября 1927 г.
Многоуважаемый Борис Николаевич!
Как Вам уже писал М. А. Блох, крайне желательно было бы
возобновить и закончить издание сочинений М.В.Ломоносова.1
Мне хотелось бы обсудить вопрос об этом издании по
существу, вполне сознавая всю недостаточность сухомлиновского
издания.
Очень прошу Вас не отказать прибыть к нам и обсудить этот
вопрос в ближайший понедельник, 5 сентября, в 1 ^ часа Дня в
169

Минералогический музей Академии наук (Университетская
набережная, вход со двора).
С совершенным уважением В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 327, on. 2, д. 54, л. 1. Подлинник.
№85
Протокол заседания бюро КИЗ1
7 сентября 1927 г.
1. Слушали: сообщение М. А. Блоха о ходе печатания и о
намечаемых к изданию трудах (А. А. Борисяк. В. О. Ковалевский
по его переписке; П. Н. Каптерев. Лейбниц и микроскописты
XVII в.; П.О.Сомов. Очерк по истории механики; Э.Л. Радлов.
Влияние англичан в России в XVIII в. и начале XIX в., и др.).2
Постановили: принять к сведению.
2. Слушали: о соредакторах.
Постановили: признать желательным избрать соредактора
к каждому выпуску трудов.
3.Слушали: предложение академика В. П. Бузескула
составить очерк по всеобщей (не только греческой) истории в России.3
Постановили: согласиться с предложением академика
В. П. Бузескула.
4. С л у ш а л и: доложено об имеющихся в КИЗ
ненапечатанных рукописях:
а) H. М. Петровский. Об изучении славянских языков и
литератур в России;
б) Д. К. Петров. Литература Испании и Италии;
в) М. Д. Залесский. Палеоботаника;
г) А. А. Белопольский. Очерк истории развития астрономии в
России со времени основания Академии наук до начала XX
столетия;4
д) Н. Булгаков. Заметка по поводу статей Ломоносова в разных
вопросах физики;
е) П. К. Коковцов. Семитическая филология;5
ж) Н. И. Кареев. Новая история;
з) Н. И. Кареев. Социология.
Постановили:
а) о рукописи Н. М. Петровского просить В. И. Вернадского
переговорить с П. А. Лавровым;
б) рукопись Д. К. Петрова просить просмотреть В. И.
Вернадского, Э. Л. Радлова и Б. А. Ржевского;
в) рукопись М. Д. Залесского передать В.И.Вернадскому;
г) рукопись А. А. Белопольского передать В.И.Вернадскому;
д) рукопись Н. Булгакова передать М. А. Блоху;
170

е) хранить в делах КИЗ и вернуть автору по его требованию;
ж) хранить в делах КИЗ;
з) хранить в делах КИЗ.
5. Слушал и: о следующем заседании КИЗ.
Постановили: назначить на 25 сентября с. г., в 2 часа дня,
в Малом конференц-зале Академии доклад академика С. Ф.
Платонова: «Инструмент „инвенции государевой" Петра I в
Петровской галерее Академии наук».6
6. С л у ш а л и: сообщение В. И. Вернадского о полученном
им письме от профессора Чирвинского с сообщением о его
работах по истории наук.
Постановили: просить В. И. Вернадского снестись с
автором по затронутым им вопросам.
7. Слушали: о полученных от Русского технического
общества в дар КИЗ предметах, касающихся академика Якоби.7
Постановили: благодарить РТО через непременного
секретаря от имени Академии наук.
8.Слушали: сообщение академика В. И. Вернадского о
желании профессора В. Н. Ивановского войти в ближайшую связь с КИЗ.
Постановили: просить академика В. И. Вернадского
переговорить с профессором В.Н.Ивановским по поводу его доклада.
9. Слушали: о помещении для КИЗ.8
Постановили: обратиться в Комиссию по распределению
помещений между академическими учреждениями с просьбой о
предоставлении помещения для КИЗ.
10. С л у ш а л и: сообщение академика В. И. Вернадского о
работах Буткевича по Палласу.
Постановили: принять к сведению.
И.Слушали: письмо Л. С. Берга по поводу
неопубликованных материалов по экспедициям Беринга.9
Постановили: просить непременного секретаря
обратиться к архивам, в коих хранятся необходимые для работ Л. С. Берга
рукописи, с просьбой о предоставлении их во временное
пользование Комиссии по истории знаний.
Список рукописей: 1) Софрон Хитров. Журнал
флотского мастера Софрона Хитрова. Академия наук; 2) То же.
Государственный Архив; 3) А. Чириков. Отчет. Архив Морского
министерства; 4) Свен Ваксель. Журнал. Государственный Архив;
5) То же. Академия наук; 6) То же. Архив Главного
гидрографического управления; 7) Свен Ваксель. Отчет. Архив
Морского министерства; 8) Swen Waxell, Capitain. «Auszug so wohl,
aus meine, als aus andere officiers, auf behalltende Lournalen»... etc.
Библиотека Царскосельского дворца.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 2, л. 9—9 об. Подлинник.
171

№86
Выписка из протокола Общего собрания АН СССР
об издании сочинений М. В. Ломоносова1
1 октября 1927 г.
§ 7. Непременный секретарь доложил о состоявшемся
постановлении КИЗ о желательности поручить окончание издания
сочинений М.В.Ломоносова двум комиссиям — КИЗ и ПИАК.
Положено: согласиться.
За непременного секретаря академик И. Крачковский
ПФА РАН, ф. 1, on. la, д. 176, л. 189. Подлинник.
№87
Протокол заседания КИЗ1
2 октября 1927 г.
Слушали: доклад академика С. Ф. Платонова «Инструмент
„инвенции государевой" Петра I в Петровской галерее Академии
наук».
Председатель сообщил, что на воскресенье, 9-го сего октября,
в 2 часа дня, в Малом конференц-зале Академии назначен доклад
академика А. Ф. Иоффе «Развитие научной мысли в физике в
XX в.».
Председатель КИЗ академик В. Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 5—5 об. Подлинник.
№88
Протокол заседания КИЗ]
9 октября 1927 г.
Слушали: доклад академика А.Ф.Иоффе «Развитие
научной мысли в физике в XX в.».
Председатель КИЗ академик В. Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 6—6 об. Подлинник.
172

№89
Записка В. И. Вернадского
непременному секретарю АН СССР С Ф. Ольденбургу
о задачах, характере работ и перспективах развития КИЗ1
10 октября 1927 г.
В пределах Союза не существует, кроме КИЗ, никакой другой
организации, занимающейся историей знаний во всем ее
объеме — наук прикладных и чистого знания.
Создание такого центра научной работы является основной
задачей КИЗ, организованной Академией наук в 1926 г. В
дальнейшем работа Комиссии неизбежно должна привести к созданию
специального научного журнала, посвященного истории знаний
(его никогда не было на русском языке), и к организации первого
музея по истории знаний — музея истории науки и техники.
Задача, стоящая перед Комиссией, совершенно неотложна, она
всюду поставлена современным ходом развития мысли. Без
изучения истории знаний мы не можем стоять на уровне современной
науки.
Это ярко проявилось во всем мире. Мы наблюдаем сейчас
небывалое развитие литературы в этих областях и яркий рост
специальных научных журналов и музеев. Это движение все растет
как в Западной Европе, так и в Америке.
За короткий период своей деятельности — с 1926 г. —
Комиссия организовала ряд заседаний с прениями, имеющих задачей
как возбуждение интереса к этим вопросам, так и объединение
интересующихся ими научных работников.
В первом году ее работы были прочитаны следующие доклады:
• академик В. И. Вернадский. Мысли о значении истории
знания (доклад вышел из печати как 1-й выпуск «Трудов КИЗ»);
• академик П. П. Лазарев. Влияние московских физиков на
создание научных школ;
. Э. Л. Радлов. К. М. фон Бэр как философ;
• М. А. Блох. О работах по изучению истории знаний в
Германии;
• А. А. Борисяк. В.О.Ковалевский по его переписке;
• Д. О. Святский. Из истории астрономии на Руси XV—XVI вв.;
• Б. Л. Богаевский. Эгейская культура доисторического
Средиземноморья по новейшим данным;
• П. Н. Каптерев. Лейбниц и микроскописты XVII в.;
• академик С. Ф. Платонов. Инструмент «инвенции
государевой» Петра I в Петровской галерее Академии наук;
• академик А. Ф. Иоффе. Развитие научной мысли в физике в
XX в.
В КИЗ организованы две подкомиссии. Первая имеет задачей
изучение великого натуралиста академика К. М. Бэра и его време-
173

ни. В январе 1927 г. ему была посвящена первая научная
выставка этого рода в нашей стране. Для нее был выпущен
путеводитель, составленный M. М. Соловьевым. Выставка широко
посещалась.
Другая подкомиссия связана с изданием сочинений М.
В.Ломоносова, не доконченным с 1909 г. В ближайшее время выйдут VI
и VII тома его сочинений. В этой работе КИЗ объединяется с
другой комиссией Академии наук — постоянной Историко-архео-
графической — и принимает все меры к окончанию этого
важного дела.
Многочисленные вопросы возбуждаются все время сейчас в
Комиссии, как-то: издание архива экспедиции Беринга, изучение
научных инструментов и т. д. Но до сих пор Комиссия не имела
ни штатных единиц, ни определенных ассигнований на свою
работу. Надо думать, что с 1927/28 г. это положение изменится и
работа Комиссии получит возможность более широкого развития.
Сейчас развивается издательская деятельность Комиссии.
Печатается и напечатано:
. Б. А. Тураев. Русская наука о Древнем Востоке до 1917 г.;
• П. О. Сомов. Очерк по истории механики в России до
XX в.;
• Первый Бэровский сборник (академики В.И.Вернадский,
М. М. Соловьев, Э. Л. Радлов);
• «Очерки по истории знаний»: 1) Ньютон; 2) Памяти М. А. Каст-
рена; 3) памяти М. Бертело;
• А. А. Борисяк. В. О. Ковалевский, его жизнь и научные
труды;
• Л. С. Берг. Очерк истории русской географической науки.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1927, д. 96, л. 163—164. Подлинник.
№90
Протокол заседания Бэровской подкомиссии1
11 октября 1927 г.
1. С л у ш а л и: сообщение M. М. Соловьева о том, что им
обнаружены в отделе инкунабул Библиотеки Академии наук 12
содержащих рукописи Бэра папок.
Постановили: просить М.М.Соловьева подвергнуть
указанные бумаги дальнейшему изучению совместно со всеми
другими материалами.2
2. Слушали: сообщение В.И.Вернадского о том, что им
получено письмо от профессора Э. Шпора от 25 IX 27 г. из Дерпта
174

(Тарту) с перечислением рукописей и вещей Бэра, хранящихся у
потомков Бэра в Дерпте.
Постановили: обратиться к непременному секретарю с
просьбой вступить при посредстве профессора Шпора в переговоры
с потомками Бэра на предмет приобретения Бэровской
подкомиссией перечисленных в письме профессора Шпора документов.
3. Слушали: сообщение академика В.И.Вернадского о
желательности получения копий с автографов Бэра, хранящихся в
Берлинской публичной библиотеке. Об автографах этих
сообщается в «Verzeichniss der Autographen-Sammlung vom Prof. Dr.
Ludwig Darmstaedter» (Berlin, 1900), из них один на 4 стр. (1827),
другой на 3 стр., третий на 1 стр. (1928) и четвертый на 2 стр.
(1858).
Постановили: просить В.И.Вернадского вступить в
переговоры по этому делу с профессором Шустером, председателем
Берлинского общества по истории науки.
4. С л у ш а л и: сообщение M. М. Соловьева о существовании
неизвестного до сих пор нам акварельного портрета Бэра. О нем
говорится в статье: Ottow В. К. Е. v. Baer in einer bisher
unbekannten bildlichen Darstellung aus der Zeit seiner embryologischen
Forschungen 1857 (Wiedergabe eines auf Nowaja Semlia angefertigsten
Aquarell's).
Отзыв об этой статье, напечатанной в «Ergebnisse der Anat.
und Entwickgeschichte», Bd 26, S. 508—512 (München, Berlin,
1925), помещен в Zool. Ber., Bd 8 (1926).
Постановили: просить В.И.Вернадского обратиться с
просьбой к В. Ottow прислать оттиск упомянутой статьи.
5.Слушали: сообщение М.М.Соловьева о том, что им
найдено среди бумаг Бэра, поступивших в Бэровскую подкомиссию
из Зоологического музея Академии наук, 25 писем Бэра
профессору ботаники Дерптского университета Александру Андреевичу
Бунге (1803—1890). Письма касаются главным образом судьбы
научных работ сотрудника Бэра по Новой Земле Александра Ле-
мана (1814—1842) и некоторых событий из жизни Дерптского
университета в связи с вынужденным оставлением университета
братом А. А. Бунге Фридрихом Георгом Бунге, историком права
Прибалтийского края (1842).
Постановили: просить M. М. Соловьева после изучения
писем Бэра профессору Бунге сделать о них доклад в Бэровской
подкомиссии.
6. Слушали: сообщение М.М.Соловьева об издании I и
II выпусков Бэровского сборника.
I выпуск, содержащий статьи: академика В. И. Вернадского
«Памяти академика К. М. ф. Бэра», M. М. Соловьева «Переписка
академика К. М. фон Бэра с адмиралом И. Ф. Крузенштерном»,
Э. Л. Радлова «К. М. фон Бэр как философ», — должен выйти не
позже второй половины октября.3
175

Для II выпуска готовы статьи:4 В. И. Карташевского «Бэр
как библиотекарь», А. А. Гизетти «Из истории влияния идей
К. М. Бэра на русских мыслителей второй половины XIX в.
(Русская биосоциологическая школа 70-х гг. и ее позднейшие
отклики)».
В дальнейшем намечены Бэровской подкомиссией для Бэровс-
кого сборника:
• Л. С. Берг. Закон Бэра;
• Е. Н. Павловский. Роль Бэра как профессора
Военно-медицинской академии;
• он же. Бэр как паразитолог;
• М. И. Тихий. Бэр как ихтиолог;
• Б. Н. Вишневский. Бэр как антрополог.
Помимо этого, было бы желательно просить заведующего
Библиотекой академических театров Ю. А. Нелидова, в настоящее
время занимающегося генеалогией Бэра, дать статью о
восходящей и нисходящей линии Бэра.
Постановили: просить M. М. Соловьева навести справки в
Издательстве АН СССР: 1) о том, нельзя ли поместить на
обложке I выпуска Бэровского сборника фотографию юбилейной
медали; 2) о том, какой порядок издания дальнейших Бэровских
сборников представляется более целесообразным, а именно: следует
ли сдавать готовые к печати статьи по мере их поступления в
Бэровскую подкомиссию для напечатания или же передать АНИ
сразу все материалы Бэровской подкомисии после того, как все
упомянутые статьи поступят в распоряжение Бэровской
подкомиссии.
Просить авторов намеченных статей Л. С. Берга, Е. Н.
Павловского, М. И. Тихого и Б. Н. Вишневского своевременно
представить статьи в Бэровскую подкомиссию, предварительно сделав
доклады на намеченные темы на заседании Бэровской подкомиссии;
просить А. А. Гизетти сделать свой доклад «Из истории влияния
идей К. М. Бэра на русских мыслителей второй половины XIX в.»
на особом открытом собрании Бэровской подкомиссии примерно
через 2 недели с особым приглашением компетентных лиц,
интересующихся вопросом, выдвигаемым докладчиком; просить
Ю. А. Нелидова сделать доклад по генеалогии Бэра на заседании
Бэровской подкомиссии; просить M. М. Соловьева переговорить с
Издательством АН СССР относительно возможности помещения
иллюстраций в статье М. И. Тихого.
7. С л у ш а л и: вопрос о новом издании под редакцией Е. Н.
Павловского популярной биографии К. М. фон Бэра, составленной
покойным Н. А. Холодковским.5
Постановили: решить этот вопрос при участии Е. Н.
Павловского на следующем заседании Бэровской подкомиссии,
просить членов Бэровской подкомиссии ознакомиться с содержанием
биографии Бэра, составленной Н. А. Холодковским, по двум су-
176

шествующим изданиям 1893 г. (Жизнь замечательных людей.
Биографическая библиотека Ф. Павленкова).
8. Слушали: сообщение М.М.Соловьева о том, что им до
сих пор переведено с немецкого языка 50 страниц большой
автобиографии Бэра и даны к ним необходимые комментарии.6
Постановили: просить M. М. Соловьева навести справки в
АНИ, к какому сроку необходимо представить в АНИ
предполагаемый в этом году перевод половины автобиографии Бэра с
комментариями с тем, чтобы эта работа была напечатана ко дню
празднования столетия избрания Бэра в ординарные академики.
9. Слушали: вопрос о сроке и характере празднования дня
столетия избрания Бэра в ординарные академики. Указанный
юбилейный день наступает 27 августа 1928 г.
Согласно решению Бэровской подкомиссии от 14 февраля
1927 г. за №9, предполагалось просить прочесть на юбилейном
собрании речи академиков В. И. Вернадского «Бэр и Академия
его времени 30—60-х гг.» и Л. С. Берга «Закон Бэра», объявить
на юбилейном собрании правила конкурса восстанавливаемой
Бэровской премии и поместить ко дню юбилея на академическом
доме, где жил Бэр, памятную доску, выставку же в память Бэра
вторично не устраивать.
По делам о восстановлении Бэровской премии и помещении
памятной доски M. М. Соловьев дал следующие справки.
Вопрос о восстановлении Бэровской премии был поднят
Бэровской подкомиссией 2 ноября 1926 г.
6 ноября 1926 г. Общее собрание определило передать
представление Бэровской подкомиссии на обсуждение Президиума.
18 ноября 1926 г. Президиум постановил признать
принципиально желательным возобновление премий, о чем доложить
Общему собранию для дальнейшего направления этого дела.
4 декабря 1926 г. Общее собрание постановило возбудить
вопрос в Комиссии по содействию работам, ходатайствуя о
восстановлении премии имени К. М. Бэра с таким расчетом, чтобы
первое присуждение премии могло состояться к бэровскому юбилею
1928 г.
15 декабря 1926 г. (№8394) непременный секретарь запросил
Бэровскую подкомиссию о предполагаемом характере премии.
29 декабря 1926 г. (№7) Бэровская подкомиссия ответила
непременному секретарю отношением, в котором высказываются все
необходимые предположения Бэровской подкомиссии по сему
вопросу.
Вопрос об установке памятной доски на академическом доме,
где жил Бэр, был поднят на заседании Бэровской подкомиссии
6 декабря 1926 г. (№5).
5 марта 1927 г. Общее собрание постановило войти в
сношение с Отделом коммунального хозяйства Ленинградского
исполкома, поручив это Правлению АН.
177

Постановили: приурочить празднование бэровского юбилея
1928 г. примерно к 1 октября, когда обычно все академики уже
возвращаются из своих командировок, программу празднования
юбилея окончательно установить на следующем заседании Бэров-
ской подкомиссии, просить M. М. Соловьева навести справки о
дальнейшем ходе дел по восстановлению Бэровской премии и
установлению памятной доски на академическом доме, где жил Бэр.
10. Слушали: предложение М.М.Соловьева избрать в
члены Бэровской подкомиссии заведующего Библиотекой
академических театров Ю. А. Нелидова и библиотекаря академической
Библиотеки В. И. Бернера.
Постановили: избрать в члены Бэровской подкомиссии
Ю. А. Нелидова и В. И. Бернера.
Председатель Бэровской подкомиссии
академик В.И.Вернадский
Секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 4, л. 147—148 об. Подлинник.
№91
Протокол заседания бюро КИЗ1
14 октября 1927 г.
1. Слушал и: сообщение академика В.И.Вернадского о
числе отпущенных листов — 15.
Постановили: принять к сведению.
2. Слушали: предложение академика В.И.Вернадского о
включении секретаря Ломоносовской подкомиссии в бюро.2
Постановили: предложение принять.
3. С л у ш а л и: письмо профессора Б. Н. Меншуткина с
сообщением о передаче КИЗ оттисков его работ и книги его отца.
Постановили: благодарить профессора Б. Н. Меншуткина
и просить членов КИЗ передать в библиотеку Комиссии оттиски
их работ по истории науки.
4. Слушали: о положении исследования старинных
инструментов.
Постановили: просить академика В.И.Вернадского и М. А.Блоха
подготовить этот вопрос к следующему заседанию бюро и
переговорить с лицами, интересующимися этими вопросами: Д. С.
Рождественским, профессором Насоновым, Б. Н. Меншуткиным,
О. Е. Звягинцевым, Д. О. Святским и А. М. Годыцким-Цвирко.
5. С л у ш а л и: два письма и записку Л. Багрова об
организации картохранилища.3
Постановили: передать Л.С.Бергу с просьбой
ознакомиться и дать свое заключение.
J78

6. Слушали: сообщение академика В.И.Вернадского о
поступившем письме Шустера и присылке им тома «Archiv für der
Geschichte der Mathematik, Naturwissenschaft und Technik».
Постановили: благодарить.
7. Слушали: о присылке профессором Чирвинским
портрета и статьи о его юбилее.4
Постановили: принять к сведению, передать в библиотеку КИЗ.
8. Слушал и: о докладе академика В. П. Бузескула «Из
области западноевропейской историографии».5
Постановили: списаться с академиком В. П. Бузескулом и
наметить, согласно с его желанием, время его доклада в открытом
заседании КИЗ в конце ноября.
9. Слушали: о новых членах КИЗ; предлагается В. Н.
Ивановский (В. И. Вернадский и Э. Л. Радлов).
Постановили: принять.
10. Слушали: письмо Д. О. Святского с предложением сделать
доклад «Астрономия и астрология накануне Петровских реформ».6
Постановили: просить академика В. И. Вернадского
переговорить с Д. О. Святским.
11.Слушали: о докладе профессора А.И.Анисимова (30
октября) «История открытия древнерусской живописи как наука».
Постановили: списаться с А. И. Анисимовым
относительно доклада.
12. Слушали: о докладе В.Я.Курбатова «Научные труды
Леонардо да Винчи».
Постановили: просить академика В. И. Вернадского
переговорить с В.Я.Курбатовым.
13. Слушали: о ближайшем заседании в память Сванте Ар-
рениуса, доклад В. А. Кистяковского, предложение М. А. Блоха о
включении доклада по работам Аррениуса по иммунохимии и
космогении.7
Постановили: просить М. А. Блоха переговорить с
профессором С. С. Салазкиным и во вторник согласовать этот вопрос
с академиком В. И. Вернадским.
14. С л у ш а л и: просьбу И. И. Зарубина о включении его в
число лиц, получающих издания КИЗ.
Постановили: включить.
15. Слушали: о работе над неопубликованными
материалами по экспедициям Беринга и о поступивших ответах от
Управления уполномоченного Наркомпроса в Ленинграде от 30 сентября.
Постановили: просить через непременного секретаря о
выдаче в распоряжение Комиссии архивных материалов по
экспедициям Беринга в Детскосельском дворце во временное пользование.
Председатель КИЗ академик В. И. Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 2, л. 10—10 об. Подлинник.
179

№92
Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР
о проекте Л. С. Багрова по организации
особого картографического архива1
[После 14 октября 1927 г.]2
В среде Комиссии по истории знаний по инициативе Л. С.
Багрова возникла мысль организовать при академической Библиотеке
особый картографический архив.
Вопросами картографии Академия наук всегда живо
интересовалась, и в свое время (1739 г.) при Академии был учрежден
особый Географический департамент. В 1745 г. Академией был издан
знаменитый «Атлас российский» из 19 карт. В настоящее время
внимание Академии к картам стало еще большим: старыми
картами интересуется Комиссия по истории знаний, а новые
составляют настоятельную необходимость для многочисленных, теперь
организуемых Академией, экспедиций.
Старые и новые карты разбросаны по множеству учреждений.
Так, старые карты имеются в Главном гидрографическом
управлении, в Военно-ученом архиве, в Библиотеке Академии наук, в
Публичной библиотеке, в Архиве Министерства юстиции в
Москве и др. Современные карты издаются во многих городах СССР,
и уследить за ними весьма трудно.
В Германии при Публичной библиотеке в Берлине имеется
особый картографический отдел, которому в 1918 г. было
передано все собрание карт Военного ведомства. В настоящее время
в этом отделе имеется около 400 тысяч листов карт. Отдел
получает бесплатно все карты, издаваемые правительственными
учреждениями Пруссии и имперским Военным ведомством.
Было бы целесообразно организовать и у нас центральный
картографический архив при Библиотеке Академии наук. Задачей
этого архива должно быть собирание всех картографических
материалов по России и СССР с древнейших времен и по текущий
момент. Для этого картографическому архиву должны быть
переданы (с согласия заинтересованных учреждений) собрания старых
карт из архивов и библиотек Ленинграда, Москвы и других
городов. Кроме того, архив должен иметь право получать по
экземпляру всех издаваемых в СССР карт.
Кроме собирания карт архив должен вести ученую работу по
составлению каталога всех вышедших в СССР (и России) карт и
изданию факсимиле важнейших старинных карт России с
объяснительными записками.
Для организации такого архива необходимы заведующий и
один или два сотрудника. В качестве заведующего желательно
было бы пригласить Л. С. Багрова, специально интересующегося
180

вопросами истории картографии. Записка Л. С. Багрова при сем
прилагается.3
Председатель КИЗ академик В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 270—272. Автограф.
№93
Письмо Д. О. С вятского1 В. И. Вернадскому
о своих научных трудах по астрономии и астрологии
18 октября 1927 г.
Глубокоуважаемый Владимир Иванович!
Одновременно посылаю Вам оттиск из «Мироведения»2 своей
работы, представляющей выдержку из доклада в нашей Комиссии
по истории знаний.3 Так как доклад был сделан в свое время и в
нашем обществе, но я, уступая просьбам наших сочленов, дал
выдержку из него для «Мироведения», то теперь узнал из Устава
Академии наук, что этим самым я, очевидно, уже лишен
возможности в полном виде печатать его в академических изданиях. Но
думаю, что Вы не обидитесь на это и дадите возможность мне
сделать еще доклад на тему по истории астрономии в России,
относящийся к кануну Петровских реформ. Я сейчас работаю
много в этой области, обнаружил удивительное пристрастие
Алексея Михайловича к астрологии: замечательная переписка его с
астрологом Энгельгардтом; Симеон Полоцкий как придворный
астролог, составивший гороскоп Петра. Известно ли Вам что-либо
по этому поводу? А я нашел обильный и любопытный материал,
еще раз свидетельствующий о том, что западноевропейские
веяния были обильны до Петровских реформ. Доклад мог бы пойти
под заголовком «Астрономия и астрология в России накануне
Петровских реформ» и на этот раз мог бы быть уже в полном
Вашем распоряжении.
Получил предложение от доктора Циннера, известного
историка-астронома из Бамберга, узнавшего откуда-то, что я делал в
Комиссии по истории знаний доклад, сообщить ему данные об
истории астрономии в России до XVIII в. для готовящейся им
общей истории астрономии.
С полным уважением Д. Святский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 300—300 об. Подлинник.
181

№94
Протокол заседания КИЗ1
23 октября 1927 г.
Председатель академик В. И. Вернадский открыл заседание
речью, посвященною Сванте Аррениусу, предложив почтить
память знаменитого ученого вставанием.
Слушали: доклад профессора В. А. Кистяковского «Теория
электролитической диссоциации Аррениуса и эволюция
современной химии».2
Академик В.И.Вернадский просил докладчика сообщить об
отношении к теории диссоциации и ее развитии в России.
М. А. Блох указал на некоторых предшественников Аррениуса
(Гротиуса, Каяндера), на роль лаборатории Рижского
политехнического института и академика П. И. Вальдена в примирении
ионной и гидратной теорий и остановился на характере творчества
Аррениуса.3
В заключительном слове докладчик поделился личными
воспоминаниями о Сванте Аррениусе.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 7—7 об. Подлинник.
№95
Письмо непременного секретаря АН СССР С. Ф. Олъденбурга
профессору Эдм. Шпору
о приобретении вещей академика К. М. Бэра1
31 октября 1927 г.
Уважаемый коллега!
В письме на имя академика В.И.Вернадского от 25 сентября
с. г. Вы сообщили ряд интересных сведений и, между прочим, о
хранящихся у проживающих ныне в Дерпте потомков
знаменитого исследователя и академика К. М. Бэра принадлежавших ему
вещах, вывезенных из бывшего семейного имения Бэров «Пип».2
Некоторые из них представляют, несомненно, большой интерес
для Академии, а именно:
1)2 ученические тетради К. М. Бэра из времени его детства;
2) личные экземпляры К. М. Бэра всевозможных юбилейных и
почетных изданий разных обществ и лиц, посвященных и
поднесенных К. М. Бэру в разное время;
3) личные экземпляры части собственных сочинений;
4) остатки библиотеки К. М. Бэра;
182

5) собрания всевозможных изображений и рисунков, большею
частью этнографического и антропологического содержания,
различных изданий и сочинений;
6) собрание различных географических карт бэровского и
более ранних времен, использованных им, по-видимому, как для
своих путешествий, так и для своих трудов; среди этих карт
имеются некоторые, представляющие библиографическую ценность;
7) некоторые вырезки из различных газет и журналов по
разным интересующим К. М. Бэра вопросам.
Так как в вышеупомянутом Вашем письме на имя академика
В.И.Вернадского Вы сообщали о готовности нынешних
владельцев этих вещей уступить их Академии за известную сумму, то
прошу Вас не отказать выяснить условия приобретения указанных
вещей и о последующем меня уведомить.
Уважающий Вас Сергей Ольденбург
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 4, л. 49—49 об. Отпуск.
№96
Протокол заседания КИЗ1
13 ноября 1927 г.
Слушали: доклады Д. О. Святского:2
1 ) Русский трактат о кометах первой половины XVII в.
2) Астрономия в России накануне Петровских реформ;
В прениях приняли участие Б. М. Ляпунов, С. Рождественский,
И. Крачковский.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 8. Подлинник.
№97
Выписка из протокола
Физико-математического отделения АН СССР
об организации мероприятий к 10-летию со дня кончины
академика А. М. Ляпунова1
16 ноября 1927 г.
И. о. академика-секретаря доложил об исполняющемся 3
ноября 1928 г. 10-летии со дня кончины действительного члена АН
А. М. Ляпунова и о желательности отметить этот день
устройством специального заседания, в котором бы были отмечены
научные заслуги покойного.
183

Положено: передать в КИЗ.
И. о. академика-секретаря П. Сушкин
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 356. Подлинник.
№98
Протокол заседания бюро КИЗ1
25 ноября 1927 г.
1.Слушали: предложение академика В. И. Вернадского об
организации музея по истории знаний.
Постановили: считать вопрос принципиально
желательным.2
2. Слушали: отчет о деятельности КИЗ со времени
возобновления ее деятельности.
Постановили: просить М. А. Блоха сделать на ближайшем
заседании КИЗ, посвященном только деловым вопросам, отчет.
3. Слушал и: предложение Л.Багрова об устройстве карто-
хранилища.3
Постановили: просить Л. С. Берга доложить свое
заключение на заседании КИЗ.
4. Слушали: о пополнении президиума.
Постановили: предложить КИЗ включить в состав бюро
Комиссии секретарей подкомиссий и на этом основании включить
в состав бюро профессора Андреева — секретаря Ломоносовской
подкомиссии.4
5. Слушал и: о дне заседания КИЗ.
Постановили: назначить заседание КИЗ на 29 ноября.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 2, л. 11. Подлинник.
№99
Из протокола заседания КИЗ
об организации музея по истории знаний)
29 ноября 1927 г.
П. 2. Об организации музея по истории знаний.2
Вопрос вызвал обмен мнений.
Академик В.И.Вернадский указал на желательность такого
музея с целью сохранения ряда старых научных приборов,
организации библиотеки по истории знаний и обратился к членам
КИЗ с просьбою о предоставлении оттисков своих соответствен-
184

ных работ и привел пример устройства таких музеев в Баварии и
в последнее время при Оксфордском университете.
М. А. Блох указал на необходимость такого же индуктивного
подхода при организации музея, каковой все время имеет место в
деятельности КИЗ.
Э. Л. Радлов высказывается за желательность сохранения
предметов из домашнего обихода ученых.
Академик С. А. Жебелёв указывает на важность создания такого
места, куда можно было бы передать на хранение ценные рукописи,
например, он бы передал письма академика Н. П. Кондакова.
Академик Б. М. Ляпунов подчеркивает важность собирания и
хранения не изданных при жизни авторов или не законченных
ими рукописей.
С. В. Рождественский указывает на необходимость
придерживаться индуктивного метода при организации музея, устройстве
выставок и выполнении библиографических задач (каталоги,
Personalia и т. п.).
Академик Н. К. Никольский говорил о необходимости общего
плана — схемы музея и согласования его с имеющимися
академическими музеями.
Л. С. Берг считает, что задачей музея является история знаний,
а не ученых.
Академик В. И. Вернадский отмечает, что часто трудно
совершенно отделить жизнь ученого от его научной работы.
А. А. Гизетти предлагает расширить круг работ музея, включив
в него не только воспоминания о знаменитых и крупных ученых,
но и о безвременно ушедших начинающих молодых ученых.
Постановили: признать устройство музея по истории
знаний принципиально желательным.
Председатель КИЗ академик В. Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 9—9 об. Подлинник.
№100
Протокол заседания КИЗ1
4 декабря 1927 г.
Слушали: доклады академика В. П. Бузескула «Из области
новейшей западноевропейской историографии» и О. А. Добиаш-
Рождественской «Хронологические элементы на полях рукописи
Беды».
Председатель КИЗ академик В. Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 1, л. 373. Подлинник.
185

№101
Доклад Б. H. Меншуткина
«Работы М. Вертело по истории химии»1
4 декабря 1927 г.
Мои предшественники на этой кафедре набросали картину
деятельности М. Бертло, направленной на изучение самых
разнообразных вопросов теоретической и прикладной химии.
Разносторонний ум его живо интересовался также возникновением и
развитием химии — вопросами, о которых ничего положительного
не было известно 50 лет тому назад. М. Бертло решил сам
заняться исследованием этой, можно сказать доисторической, эпохи
химии, и это решение особенно окрепло после путешествия
1869 г. в Египет, на торжество открытия Суэцкого канала.
Тысячелетние памятники, произведения искусства и промышленности
свидетельствовали о высокой степени культуры древних египтян,
об их обширном практическом знакомстве с химией. Но М.
Бертло ничего не мог узнать от египтологов того времени
относительно химических сведений в Древнем Египте: надо было начать с
розыска документальных данных, прежде всего древних,
касающихся химии рукописей, что он и стал осуществлять с 1882 г.
В библиотеках Парижа и других городов М. Бертло нашел
несколько таких рукописей на греческом языке; со свойственной
ему энергией он принялся за их разбор и ознакомился с их
содержанием. В связи с обширным другим собранным им
материалом он мог набросать общую схему возникновения химии в
древности и представил ее в 1885 г. в своем сочинении «Начала
алхимии».
Химии как таковой в древности на было; была алхимия,
создавшаяся на почве практических наблюдений и рецептов,
переплетавшихся самым тесным образом с религиозными и
мистическими учениями, с магией и астрологией. «Алхимия обещала, —
говорит М. Бертло, — обогатить своих адептов, научив их
приготовлению золота и серебра, защитить их от всяких болезней при
помощи панацеи и доставить им совершенное счастие путем
слияния с душою мира и всеобщим духом». Алхимия в Древнем
Египте составляла священное искусство жрецов, сохранявшееся
в строгой тайне, недоступное простым смертным; такую же роль
играла она и в Вавилоне, где, как показал М. Бертло, именно
и возникло представление о связи металлов с небесными
светилами.
Когда в IV в. до н. э. греческая культура распространилась во
всем древнем мире, алхимия вступила в новый период своего
развития и сосредоточилась главным образом в Александрии. От
этого периода сохранились письменные памятники, по которым
можно судить о тогдашних химических сведениях: это Лейден-
186

ский папирус, сборник рецептов для изготовления сплавов,
превращения одних металлов в другие и т.д., с соответствующими
заклинаниями. Второй папирус такого рода, Стокгольмский, был
обнаружен уже после смерти М. Бертло; он содержит рецепты для
окраски тканей, получения красок из растений и т. п.
Другие алхимические рукописи относятся к более позднему
времени — к VIII в. н. э., но являются копиями более ранних
сочинений; они составляют три тома «Собрания древних
греческих алхимиков», которое М. Бертло выпустил в 1888—1889 гг. В
них мы непосредственно знакомимся с объемом химических
сведений греческих алхимиков, с приборами, которыми они
пользовались для достижения своей цели — исследования скрытых
свойств природы, с их учениями, стоящими, как показал М.
Бертло, в тесной связи с философскими воззрениями той эпохи.
Каким же образом химические познания греческих алхимиков
стали известными в Западной Европе, где, как показывают
дошедшие до нас сочинения, алхимией начали заниматься с XIV в.
н. э.? На этот вопрос М. Бертло дал исчерпывающий ответ своими
дальнейшими исследованиями, составившими три тома обширного
труда «Химия в средние века», вышедшего в 1893 г.
Он показал, что это совершилось двумя путями. С одной
стороны, вместе с греческой культурою проникла в Италию алхимия
и нашла там себе приверженцев: М. Бертло видит указания на это
в алхимических рукописях римского происхождения, содержащих
совершенно те же рецепты, как и греческие рукописи. А затем
он с несомненностью установил преемственность в сочинениях
римских и западноевропейских алхимиков.
С другой стороны, М. Бертло мог доказать справедливость
предположения, давно уже делавшегося историками химии, что
алхимия была передана в Западную Европу через посредство
арабских ученых, воспринявших эту науку от греков. Предполагалось,
что арабские алхимические сочинения дошли до нас в виде
сделанных в XIII в. латинских переводов; но арабские подлинники
этих переводов были совершенно не известны. После долгих
поисков М. Бертло обнаружил арабские и сирийские алхимические
рукописи в библиотеках Западной Европы; при помощи
специалистов рукописи эти были прочитаны и переведены: оказалось,
что они не имеют ничего общего с упомянутыми латинскими
переводами, которые Бертло считал сочинениями не арабских, но
европейских алхимиков. Только «Семьдесят книг» Гербера
(арабского ученого VIII в. Джабира) он признал за истинный перевод
на основании содержания. Изучение же трудов арабских
алхимиков обнаружило высокую степень развития химии у арабов в
VIII—X вв., которые несомненно имели громадное влияние на
алхимию Запада. Работы М. Бертло, таким образом, впервые
осветили одну из самых темных эпох развития химии и заменили
Догадки и предположения фактами.
187

Не касаясь книги M. Бертло, посвященной Лавуазье, я должен
в заключение указать, что брошенное им семя дало обильный
урожай: за ним последовал ряд ученых, занимающихся розыском
рукописей арабских и греческих алхимиков и изучением их.
Каждый год приносит теперь известия о новых находках; так, в
1926 г. в Каире был найден арабский текст «Семидесяти книг»
Джабира, оригинала латинского перевода, опубликованного
М. Бертло, а осенью нынешнего, 1927 г. отыскалось еще большое
сочинение Джабира — «Книга о ядах». Все эти открытия вполне
подтверждают заключения М. Бертло: арабская алхимия — звено,
связывающее алхимию греков с алхимией Запада. На очереди
теперь стоит составление истории арабской алхимии —
специального отдела химии, открытого трудами знаменитого ученого,
памяти которого посвящено сегодняшнее заседание.
ПФА РАН, ф. 327, on. 1, д. 36, л. 1—4. Рукопись.
№102
Протокол заседания КИЗ1
11 декабря 1927 г.
Слушали: доклад В. В. Струве: «Достижения египетской
математики по данным папируса бывшего собрания В. С. Голени-
щева».
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 10. Подлинник.
№103
Письмо академика В. И. Вернадского
непременному секретарю АН СССР С. Ф. Ольденбургу
о восстановлении Бэровской премии1
15 декабря 1927 г.
Обращаюсь к Вам с просьбой оказать содействие к
скорейшему продвижению и благоприятному разрешению дела о
восстановлении Бэровской премии.
Вопрос этот был поднят Бэровской подкомиссией 2 ноября
1926 г. 6 ноября 1926 г. Общее собрание АН СССР определило
передать представление Бэровской подкомиссии на обсуждение
Президиума.
188

18 ноября 1926 г. Президиум постановил признать
принципиально желательным восстановление премии, о чем и доложить
Общему собранию для дальнейшего направления этого дела.
4 декабря 1926 г. Общее собрание постановило возбудить
вопрос в Комиссии по содействию работам Академии наук СССР,
ходатайствуя о восстановлении премии имени К. М. Бэра, с таким
расчетом, чтобы первое присуждение премии могло состояться к
бэровскому юбилею 1928 г.
15 декабря (№8394) непременный секретарь АН СССР
запросил Бэровскую подкомиссию о предполагаемом характере премии;
29 декабря 1926 г. Бэровская подкомиссия ответила
непременному секретарю АН СССР отношением, в котором высказываются
все необходимые предположения Бэровской подкомиссии по сему
вопросу.
Председатель Бэровской подкомиссии
академик В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1927, д. 42, л. 56—56 об. Автограф.
№104
Статья В. И. Вернадского «Работы по истории знаний»1
1927 г.
Академия наук подходила в своей научной работе к вопросам
истории знаний уже в первые десятилетия своего существования.
По сути вещей, все большие собрания ученых, особенно
Академии, объединяющие ученых разных специальностей и по идее
охватывающие все знание, всегда проникнуты интересами и
проблемами его истории.
Научная работа есть осознание действительности, выражение
ее в формах разума. Такое осознание неизбежно требует
постановки всякого достижения и всякой изучаемой проблемы в
исторические рамки; мысль, в формах академической жизни, по сути
вещей, направляется на искание в прошлом корней нового
достижения, новой проблемы, связывает идущую в кругу Академии
работу со всей прошлой деятельностью человечества в той же
области. Ибо только при этом условии возможно понять новое; в
старине всегда новизна слышится.
Если в ходе научных открытий встречаются люди,
раздвигающие рамки знания, но не чувствующие связи нового, ими
достигнутого, с прошлой работой человечества, не могущие вследствие
этого правильно оценить свои собственные достижения, то этого
не может быть и не бывает в организациях ученых.
Характерной чертой академий является научное осознание ими
научных проблем sub specie aeternitatis.2 Так выразить явления
можно только в историческом аспекте, ибо в этом случае в нем
189

выливается в человеческом сознании критическая оценка
достоверности знания, основное условие, отличающее научное знание
от других аналогичных форм духовных проявлений человеческой
личности. Точный учет пределов достоверности есть основа
научного выражения явлений sub specie aeternitatis. А такое осознание,
непрерывное из поколения в поколение, есть основа силы и
значения академий в жизни народов. Чем оно полнее, тем глубже
Академия внедряется в окружающую жизнь.
В строе академий другое условие приводит к той же форме
выявления их деятельности. Академии медленно и постепенно
создавались вековой жизнью; их корни тысячелетни; они таятся в
дружеских «братствах», долгое время не принимавших
устойчивых форм, подчиненных государственному укладу. Этот
товарищеский, братский элемент неизбежно сохранился в новых формах
академий, созданных главным образом в середине XVII столетия,
за два поколения до возникновения два века тому назад
основанной Санкт-Петербургской Академии наук. Смерть и избрание
нового члена академического братства всегда являлись поводом
оценки его научных исканий и достижений с той же самой точки
зрения — sub specie aeternitatis.
В истории нашей Академии эти основы бытия сразу
проявились чрезвычайно ярко и никогда не заглушались. Даже в периоды
замедления ее творчества, которые бывали несколько раз в первое
столетие ее существования, Академия сразу заняла видное место
в научной мировой организации XVIII в.; ее создание было одним
из очень крупных событий истории европейской мысли в первой
половине XVIII в. Историческая значимость ее создания
сознавалась как современниками вне России, во внегосударственной
«Республике наук», еще тогда очень сильной, так и в среде самой
Санкт-Петербургской Академии наук. Это выразилось в заботе о
сохранении материалов для ее истории; в этом отношении наша
Академия находится в лучшем положении, чем ее более старые
прообразы — Парижская Королевская Академия наук и даже
Королевское общество наук в Лондоне. Трудами и усилиями первых
академиков, среди которых выдвигаются в этом смысле фигуры
Г. Ф. Миллера (1705—1783) и отчасти Ж. Н. Делиля (1688—1768),
сохранены драгоценнейшие материалы для истории Академии,
помимо все время тщательно собиравшегося ею самой научного
архива. Научный ее архив собирался и сохранился не случайно.
Ничто не делается само собою, без воли, мысли и труда хотя бы
безымянных деятелей, и не случайно в нашем распоряжении
оказался в XX в. такой драгоценный для истории науки архив, каким
является Архив Академии наук. С 1725 г. его организация была
сознательной заботой академических деятелей на протяжении
поколений. И хотя он не раз подвергался опасности распыления, он
быстро вновь приводился в живое состояние. Не только сразу
создался и сохранялся архив, но и вся текущая жизнь Академии
190

тщательно учитывалась в ученой печати в первые же ее
десятилетия. Об этом заботились первые академики; они искали и
нашли нужных для этого задания людей. Такова была особенно
жизненная работа И. Г. Бакмейстера (умер в 1794 г.), А. Бюшинга
(1724—1793), Л. И. Бакмейстера (1730—1806).
Ученый характер Архива Конференции Академии наук был
признан и ясно сказался в его организации только в XX в., когда
непременным секретарем Академии был избран академик С. Ф. Оль-
денбург. В 1922 г. Архив получил современное устройство, был
переименован в Архив Академии наук, и его задача окончательно
определилась как «хранение рукописных и печатных материалов
по истории Академии и русской науки».
Недостаток средств, а отчасти и помещения не позволял
Архиву развить эту деятельность в тех размерах, какие требует суть
дела. Сейчас он перешел в новое помещение, и одна из причин
медленного проявления его работы таким путем кажется
устраненной.
Работа нашего Архива, как всякого научно правильно
поставленного архива, должна заключаться, с одной стороны, в научном
издании хранящихся в нем памятников, а с другой стороны, в
научной работе, основанной на этих памятниках.
Архив Академии должен работать в двух направлениях — в
области истории Академии и в области истории русской науки.
Он должен работать сам и должен помогать в той же работе
всем желающим. Помощь, оказываемая им научной работе, была
широко поставлена во все эти годы. Работа же его как целого
выражена слабо.
Работа Архива может или возникать в его среде, или исходить
из Академии. Для самостоятельной работы он не имел и не имеет
нужной организации. Но он оказывал все время помощь работе,
вызванной заданиями Академии наук.
Академия несколько раз подходила к большим предприятиям,
требовавшим помощи Архива. К сожалению, они ни разу не были
доведены до конца. В изданиях Академии постоянно появляются
новые многочисленные, часто драгоценные исторические работы
о прошлом Академии, историко-биографические оценки
академиков; не раз начинались и большие систематические работы, но
они все время прерывались. Так, прервалась со смертью
академика П. П. Пекарского (1828—1872) его замечательная «История»
нашей Академии наук, построенная на биографической основе;
она прервалась на биографии академика М.В.Ломоносова (1711—
1765).
Никто не подходил с тех пор в таком широком и глубоком
охвате к истории Академии. Лишь через много лет, по
инициативе президента Академии Д.А.Толстого (1823—1889) и
академика М.И.Сухомлинова (1828—1901) эта работа была
возобновлена в другой, более узкой форме: был издан ряд «Материалов
191

для истории Академии наук» (до 1750 г.) и «Протоколы
Конференции Академии наук».
После нового долгого перерыва Академия в 1912—1913 гг.
вновь вернулась к организованному изучению своего прошлого, на
этот раз последнего, новейшего его периода (1889—1914), в связи
с двадцатипятилетием деятельности ее тогдашнего президента.
Издание это тоже не было закончено. Уже в последнее
десятилетие были выпущены в свет отпечатанные том II —
«Материалы для истории академических учреждений за 1889—1914 гг.
Часть первая» (Пг., 1917) и том III — «Материалы для
биографического словаря действительных членов Императорской
Академии наук. Часть вторая. M—Я» (Пг., 1917).
Вопрос об издании общего словаря академиков снова встал
перед Академией ко времени ее двухсотлетнего юбилея в 1925 г.,
но пока не получил движения. Научное издание такого словаря
является очередной задачей, так как оно должно дать огромный
первостепенный, частью неизвестный, частью рассеянный
материал для истории науки в нашей стране.
В 1926 г. Академия постановила приготовлять к каждому
своему годовому отчету исторический очерк жизни и деятельности
одного из своих сочленов — по примеру Парижской Академии
наук и некоторых ученых обществ Запада. Это с течением
времени должно пробудить интерес к истории научной мысли и
помочь сохранению исторического материала, иначе безвестно
исчезающего. История Парижской Академии наук это ярко доказывает.
Не получило завершения и другое начинание Академии,
остановившееся в текущем десятилетии: предпринятое ею издание
истории научных исканий в нашей стране — истории русской
науки.
Оно было начато по инициативе академиков С. Ф. Ольденбурга
и А. С. Лаппо-Данилевского в 1915 г. под влиянием вышедшего в
это время сборника «La science française», изданного при участии
Institut de France. План этого издания был разработан в особом
совещании под председательством академика А. С.
Лаппо-Данилевского, который до самой своей смерти (1919) оставался его
руководителем.
Это издание было отчасти вызвано психологией момента, когда
народная совесть, в самых разнообразных ее проявлениях, была
до глубины своей потрясена тяжелыми событиями мировой войны
1914 г. В это время почувствовалась та широкая волна научной
работы и научного творчества, которая непрерывно подымалась в
жизни нашего народа с шестидесятых годов прошлого столетия и
которая особенно ярко сказалась после 1905 г. Издание
исторических очерков имело в виду не только интересы преходящего
момента — пробуждение народного самосознания в эпоху
кризиса, оно впервые должно было подвести итоги глубокому
историческому процессу — росту, углублению и расширению научной
192

мысли в среде нашего народа. Процесс этот современниками не
осознавался и не оценивался в его значении.
К сожалению, в связи с тяжелыми условиями жизни в 1918—
1920 гг. эта работа остановилась, хотя в 1921 г. и была сделана
новая попытка ее возрождения в среде новой комиссии,
возникшей в то время в Академии наук, — Комиссии по истории
знаний.
Из доставленных и подготовленных рукописей некоторые,
частью в расширенном виде, появились в печати, появляются в
настоящее время или будут изданы. Так, напечатаны труды:
профессора А.В.Васильева «Математика. Вып. 1. 1725—1826—1863»
(Русская наука. Отдел второй. Пг., 1921), академика
Е.Ф.Карского «Очерк научной разработки русского языка в пределах
СССР» (Сборник Отделения русского языка и словесности. Л.,
1926, CI, I), академика К. Д. Глинки «Очерк истории русского
почвоведения» (Записки Ленинградского сельскохозяйственного
института. Л., 1924, I), академика Б. А. Тураева «Русская наука о
Древнем Востоке до 1917 г.» (Труды Комиссии по истории
знаний. Л., 1927, 3). Несколько других работ, в прежнем или
переработанном виде, появятся, а другие были использованы их
авторами для других изданий. Такова работа академика В. П. Бузеску-
ла «Разработка греческой истории в России» (Анналы. Л., 1924,
IV).
Уже это показывает, что начинание Академии жизненно, и
было бы важно, чтобы оно окончательно не замерло.
История русской науки и история научной мысли и научной
работы в нашей стране вообще представляют особый интерес и
имеют большое значение даже вне всякого отношения к жизни
нашего Союза. Начавшийся с создания Академии и усилившийся
в шестидесятых годах прошлого и особенно в начале этого
столетия рост научной мысли и научной работы в нашей стране
является неразрывной и важной частью большого мирового
процесса — роста науки в пределах западноевропейской цивилизации.
Реальное его значение в этом общечеловеческом движении очень
велико, оно гораздо больше, чем это осознают. История науки в
XVIII—XX вв. не может быть познана и изложена без истории
русской науки, а для этого необходима большая
исследовательская работа. Это наша обязанность, которая в нужной степени
еще не исполняется.
Одной из форм такой работы являются полные и снабженные
научным историко-критическим комментарием издания сочинений
крупных ученых и писателей — создателей культурной жизни
народа. Эта последняя задача не только не безразлична для истории
научной мысли, но необходима и неизбежна, так как научная
мысль теснейшим образом связана со всеми остальными
проявлениями духовного творчества человечества. Она от него отделима
только в отвлеченном представлении.
7 Заказ №4012
193

Научная мысль творится в атмосфере интуиции великих
писателей и глубоких созданий художественного творчества.
Например, ясно и глубоко сказывается в истории научного творчества —
через философскую мысль, от него не отделимую — характерное
для европейского нового времени, XVII—XX вв., проникновение в
культурную жизнь инструментальной музыки. Не случайны
совпадения в их истории.
В частности, для нашей Академии, роль которой так велика в
создании нашего литературного языка, которая явилась в работе
над «Словарем» и в разряде изящной словесности
продолжательницей екатерининской Российской Академии и которая дала
стране ряд классический изданий наших писателей, — указанная
работа входит глубоко в ее структуру. К сожалению,
академическая Библиотека русских писателей не продолжалась за последнее
время, кроме одного тома Полного собрания сочинений А. С.
Грибоедова (1917. Т. III, вып. 9). Чрезвычайно замедлилось в силу
различных обстоятельств и издание сочинений А. С. Пушкина,
которое будет в конце концов закончено. Издание научных
сочинений академиков В.Г.Васильевского (1838—1899) и А. Н. Весе-
ловского (1838—1906)3 задержалось, но будет продолжаться.
Наконец, после долгого перерыва, с начала войны
возобновилось полное историко-критическое издание сочинений М. В.
Ломоносова. Оно сейчас поручено двум академическим
комиссиям — Комиссии по истории знаний и Постоянной историко-ар-
хеографической комиссии. Это издание было начато еще в XIX в.
академиком М. И. Сухомлиновым и потребует большой работы,
особенно потому, что касается той полосы нашей исторической
жизни, первой половины XVIII в., в области которой сейчас
замерла работа исследователей русского языка и словесности.
Академия наук возобновила в истекшем десятилетии и другую
форму изучения прошлого — устройство выставок, посвященных
памяти творцов научного знания. Этим путем не только
становится широко известным, глубоко проникает в народ знание о
научной работе, шедшей в его среде или в среде человечества (что
является само по себе делом огромной важности), не только
подводятся итоги нашего знания в изучении работы великих ученых
и их времени, но открываются, собираются и спасаются
драгоценные научные материалы, т. е. устанавливаются новые
эмпирические научные факты, касающиеся прошлого хода знаний.
В истекшем десятилетии, в январе 1927 г., Академия наук
впервые после 1911 г., когда ею была устроена выставка памяти
М.В.Ломоносова, организовала выставку памяти другого своего
сочлена — академика К. М. фон Бэра (1792—1876). Выставка
была организована Комиссией по истории знаний и прошла очень
успешно как по ее посещаемости, так и по тому новому
материалу, который она выявила для биографии К. М. фон Бэра и для
характеристики его времени.
194

М.В.Ломоносов, Л.Эйлер, К. M. фон Бэр по глубине и
широте их влияния на ход западноевропейской цивилизации, на рост
нашей культуры и на уклад нашей Академии выделяются среди
плеяды блестящих ученых, слагающих ее в непрерывном ряду
поколений. Жизнь и творчество всех их и посейчас занимают
научную мысль и вызывают научную работу: сочинения
М.В.Ломоносова издаются нашей Академией; сочинения Л. Эйлера
издаются в Базеле Швейцарским научным обществом при участии
нашей и других академий; в нашей среде идет работа по
изучению К. М. фон Бэра и выявлению его личности в истории нашей
научной работы.
Эта работа идет в новой Комиссии Академии наук,
являющейся ее новым созданием и посвященной всецело изучению истории
знаний. Комиссия по истории знаний была организована еще в
1922 г., но ее деятельность проявилась лишь в 1926 г.
При ней были образованы подкомиссии: по изучению научной
деятельности К. М. фон Бэра (и Академии его времени) и по
изданию сочинений М.В.Ломоносова.
В открытых заседаниях Комиссии (по повесткам) за этот год
сделан членами Комиссии ряд докладов, посвященных истории
знаний как в нашей стране, так и за ее пределами. Часть этих
докладов печатается в «Трудах» Комиссии, которых вышло
несколько выпусков и материал для которых быстро растет.
Напечатаны и печатаются «Мысли о современном значении истории
знаний» академика В.И.Вернадского, «Первый сборник памяти
Бэра» (статья академика В. И. Вернадского, M. М. Соловьева и
профессора Э. Л. Радлова), «Русская наука о Древнем Востоке до
1917 г.» покойного академика Б. А. Тураева, «Очерк истории
русской географической науки» профессора Л. С. Берга, «В. О.
Ковалевский по его переписке» профессора А. А. Борисяка.
В связи с Комиссией, под редакцией непременного секретаря
Академии печатаются с 1927 г. «Очерки по истории знаний».
Вышли и печатаются сборники, посвященные Ньютону, Кастрену
и Бертело. Комиссия по истории знаний приступила к изданию в
своих «Трудах» материалов для истории науки в России. Сейчас
идет работа над перепиской А. О. и В. О. Ковалевских (профессор
А. А. Борисяк и В. А. Чистович), над рукописями, связанными с
экспедицией Беринга (профессор Л. С. Берг), и астрономическими
текстами XV в. (профессор В. Н. Бенешевич).
Деятельность Комиссии только что налаживается, но уже
сейчас выяснилась необходимость и возможность создания музея по
истории знаний, имеющего задачей главным образом создать и
сохранить материальный научно собранный архив по вековой
работе нашего народа и нашей страны в области научных и
научно-технических исканий.
Комиссия по истории знаний и будущий ее музей являются
единственными в Союзе ССР организациями такого рода.
195

Академия, создавая названную Комиссию, вступила на новый
для нашей страны путь научных исканий. Она идет сейчас в
могучем потоке научной мысли, связанной с расцветом истории
научных исканий и с пробуждением к ней действенного интереса,
который за последние десятилетия проявляется к ней в Западной
Европе, в Северной Америке и в древних цивилизованных
обществах Азии — во всем человечестве.
Пробуждение этого интереса не случайно; оно связано с
глубоким вселенским переворотом в научных представлениях о
мироздании, переворотом, свидетелями и деятелями которого
являются наши поколения.
В. Вернадский
Опубл.: Академия наук СССР за десять лет (1917—1927). Л., 1927.
С. 155—162; В. И. Вернадский. Труды по истории науки в России. М.,
1988. С. 255—261. В настоящем издании публикуется по тексту первой
публикации.
№105
Отчет о деятельности КИЗ за 1927 г.
В отчетном году КИЗ продолжала в прежнем направлении
свою деятельность, начатую в 1926 г., после нескольких лет
перерыва. Председателем КИЗ состоял академик В.И.Вернадский,
ученым секретарем — М. А. Блох. В члены КИЗ в текущем году
избраны Б. Л. Богаевский, Д. О. Святский, А.М.Левин,
Б.П.Гущин, И. И. Любименко, А. Л. Цейс, П. Н. Каптерев и В. Н.
Ивановский.1 Общие собрания Комиссии с научными докладами,
посвященными истории знаний, посещались как членами КИЗ, так
и гостями, с разрешения председателя. После докладов
происходили прения. В отчетном году были прочитаны следующие
доклады: Э. Л. Радлов. К. М. фон Бэр как философ; А. А. Борисяк.
В. О. Ковалевский по его переписке; Д. О. Святский. Из истории
астрономии на Руси XV—XVII вв., Русский трактат о кометах
первой половины XVII в., Астрономия в России накануне
Петровских реформ; Б. Л. Богаевский. Эгейская культура
доисторического Средиземноморья по новейшим данным; П. Н.
Каптерев. Лейбниц и микроскописты XVII в.; академик С. Ф. Платонов.
Инструмент «инвенции государевой» Петра I в Петровской
галерее Академии наук; академик А. Ф. Иоффе. Развитие научной
мысли в физике в XX в.; В. А. Кистяковский. Теория
электролитической диссоциации Аррениуса и эволюция современной
химии.2
Издательская деятельность КИЗ выразилась в следующем.
Вышли из печати (в «Трудах КИЗ»): академик В. И. Вернадский.
Мысли о современном значении истории знаний; академик
196

Б. А. Тураев. Русская наука о Древнем Востоке до 1917 г., Первый
сборник памяти Бэра (со статьями академика В. И. Вернадского,
М. М. Соловьева и Э. Л. Радлова). Печатаются (в той же серии):
A. А. Борисяк. В. О. Ковалевский по его переписке; Л. С. Берг.
Очерк истории русской географической науки. По почину члена-
корреспондента АН СССР В. Н. Любименко им вместе с
академиком И. П. Бородиным и И. И. Любименко начаты
подготовительные работы по составлению истории ботаники в России.3
Подготовляется издание архивных материалов и памятников по истории
знаний; в частности, идет работа над перепиской А. О. и В. О.
Ковалевских (А. А. Борисяк и В. А. Чистович), над рукописями,
связанными с экспедицией Беринга (Л. С. Берг), и над русскими
астрономическими текстами XV в. (В. Н. Бенешевич).
В своей деятельности КИЗ все более и более сталкивается с
желательностью создания музея по истории знаний, каковой
вопрос в настоящее время обсуждается. В связи с этим в КИЗ
поступает ряд пожертвований — книг, портретов, рукописей, писем,
инструментов, имеющих отношение к истории знаний.4
После долгого перерыва возобновилась работа по историко-
критическому изданию сочинений М.В.Ломоносова. Работа эта
по предложению КИЗ объединена в общей с ПИАК подкомиссии,
секретарем которой согласился быть А. И. Андреев.5
Продолжалась также работа подкомиссии по чествованию
памяти академика К. М. Бэра, состоящей под
председательством председателя КИЗ, при ученом секретаре M. М. Соловьеве. К
100-летию выборов К. М. Бэра в члены-корреспонденты АН при
посредстве исполнительного бюро, под председательством члена-
корреспондента АН СССР С. В. Рождественского была
организована специальная выставка в помещении Библиотеки АН СССР,
открытая 2 января 1927 г. На открытии выставки с речами
выступали президент АН СССР академик А. П. Карпинский и академик
В.И.Вернадский. Подкомиссия имела 13 заседаний, на которых
был сделан ряд докладов: А. А. Гизетти. Из истории влияния идей
K.M. Бэра на русских мыслителей второй половины XIX в.;
B. Я. Генерозов. К. М. Бэр как основатель пушного промысла,
и др.
К юбилею К. М. Бэра подготовляются издания: перевод
автобиографии К. М. Бэра, с комментарием, над которым работает
М. М. Соловьев, общедоступная биография К. М. Бэра и «Второй
сборник памяти Бэра».6
Материальное положение КИЗ должно быть признано
трудным, так как она не имеет утвержденного штата.
Опубл.: Отчет о деятельности Академии наук СССР в 1927г. Л., 1928.
С 254—256.
197

1928
№106
Записка академика П. П. Лазарева В. И. Вернадскому
о создании Московского отделения КИЗ
4 января 1928 г.
Председателю Комиссии по истории знаний.
Ряд ученых Москвы (физиков, химиков, историков) выразили
желание иметь в Москве отделение Комиссии по истории знаний.
Признавая это начинание весьма интересным и важным для связи
ученых Москвы и Ленинграда, я вношу предложение в президиум
Комиссии об организации Московского отделения Комиссии.1
Академик П. Лазарев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 3. Автограф.
№107
Выписка из протокола Общего собрания АН СССР
о создании комиссии по рассмотрению вопроса
об академических премиях*
14 января 1928 г.
И. о. непременного секретаря А. Е. Ферсман доложил о
возникшем в КИЗ предположении о восстановлении премии имени
К. М. Бэра и о постановлении Президиума по этому делу,
признавшего необходимым образование особой комиссии для
выяснения как настоящего частного вопроса, так и общего вопроса об
академических премиях.
Положено: согласиться с мнением Президиума и образовать
комиссию в составе академиков С. Ф. Ольденбурга,
В.И.Вернадского, И. Ю. Крачковского, С. П. Костычева и Е. В.Тарле.
ПФА РАН, ф. 1, on. la, д. 177, л. 4. Подлинник.
№108
Протокол заседания Бэровской подкомиссии1
16 января 1928 г.
1.Слушал и: сообщение М. С. Каролицкого «Библиография
трудов Бэра и литературы о Бэре на русском языке».
Постановили: обсудить в ближайшем будущем вопрос о
форме аннотаций трудов Бэра и о Бэре, как на русском, так и на
198

иностранных языках, с тем чтобы в них приводились синонимы
тожественных работ Бэра на русском и иностранных языках.
2. Слушали: сообщение Ю.А.Нелидова «О материалах по
генеалогии Бэра».
Постановили: просить Ю. А. Филипченко сообщить
профессору Н. К. Кольцову о желательности напечатания доклада
Ю. А. Нелидова в «Русском евгеническом журнале» и приобщить
добытые Ю. А. Нелидовым генеалогические данные о Бэре к
предполагаемому русскому переводу автобиографии Бэра.
3. Слушал и: сообщение В.И.Вернадского о возможности
выпуска в свет Государственным издательством популярной
биографии Бэра, составленной Н. А. Холодковским.2
Постановили: просить В.И.Вернадского,
Е.Н.Павловского и M. М. Соловьева обсудить с Госиздатом вопрос о сроках
и условиях издания упомянутой биографии.
Председатель подкомиссии академик В.Вернадский
Секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 13, л. 2—2 об. Подлинник.
№109
Письмо Ленсовета в Академию наук СССР
об установлении памятной доски на доме,
в котором жил К. М. Бэр
21 января 1928 г.
Административный отдел Облисполкома и Ленинградского
Совета сообщает, что с его стороны препятствий на установку
мраморной доски на доме, выходящем на Менделеевскую линию, не
встречается.
Заместитель начальника Обладмотдела (Трушин)
Секретарь (Смирнов)
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 13, л. 3. Заверенная копия.
№110
Протокол заседания КИЗ1
22 января 1928 г.
Слушали: доклад профессора Н. И. Кареева «Начало
социологии в России».2
Председатель Комиссии академик В. Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. П. Подлинник.
199

№111
Протокол заседания бюро КИЗ1
31 января 1928 г.
1. С л у ш а л и: сообщение М. М. Соловьева о работе Бэров-
ской подкомиссии.
Постановили: просить В.И.Вернадского собрать Бэров-
скую подкомиссию для обсуждения срока празднования юбилея
Бэровской подкомиссии.
2. Слушали: о заявленном докладе В. В. Сиповского
«Естествознание и литература (методика естествознания в русской
литературе XIX в.)», желательный срок которого — 19 января.
Постановили: просить Э. Л. Радлова просмотреть
рукопись.
3. С л у ш а л и: заявление о докладах Н. И. Кареева, А. И. Ани-
симова, Вл. Н.Ивановского, Носкова, В.Я.Курбатова,
С.В.Рождественского и др.
Постановили: принять к сведению.
4. Слушали: о рукописи Г. Г. Манизера «Жизнь и
путешествия академика Григория Ивановича Лангсдорфа и описание
этнографических материалов (1821—1828)».2
Постановили: передать на просмотр В. И. Вернадскому и
Л. С. Бергу.
5. С л у ш а л и: предложение академика В. И. Вернадского о
восстановлении членом КИЗ Н. П. Василенко.
Постановили: считать Н. П. Василенко членом КИЗ.
6. Слушали: предложение академика П.П.Лазарева об
образовании подкомиссии по изучению истории физики.3
Постановили: принять предложение академика
П.П.Лазарева.
7. Слушали: сообщение профессора А.В.Васильева о его
командировке на конгресс математиков в Павию и просьбу
поддержать командировку.
Постановили: просить Президиум Академии наук оказать
поддержку командировке.
8. Слушал и: сообщение М. А. Блоха о полученном им
приглашении сделать доклад на съезде немецких химиков в Дрездене
и просьбу поддержать его командировку НТУ ВСНХ.4
Постановили: просить Президиум Академии наук оказать
поддержку командировке.
9. С л у ш а л и: предложение академика В. И. Вернадского,
чтобы соответствующие цитаты делали по общепринятой схеме и
старой орфографии, и поместить оговорку от имени редактора по
поводу цитат в рукописи Л. С. Берга.
200

Постановили: предложение академика В.И.Вернадского
принять.
Председатель В.Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 2, л. 12. Подлинник.
№112
Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР
об увеличении денежных средств на текущие нужды КИЗХ
1 февраля 1928 г.
КИЗ принуждена просить увеличить отпуск средств на
текущие нужды КИЗ до 60 руб. в месяц.
Развивающаяся деятельность КИЗ вызывает необходимость
устройства ряда заседаний в течение каждого месяца. Расходы по
переписке, ведению делопроизводства, рассылке составляют не менее
40 руб. в месяц. Кроме того, ежемесячно имеются непредвиденные
расходы, так что минимальная сумма расходов исчисляется в
60 руб. За январь месяц КИЗ оказалась не в состоянии оплатить
расходы по переписке — была принуждена отказаться от
устройства заседания из-за полного отсутствия средств.
Председатель Комиссии В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 17. Отпуск.
№113
Записка ученого секретаря Комиссии
по изучению Якутской АССР П. В. Виттенбурга
В. И. Вернадскому об организации мероприятий
к 25-летию со дня кончины академика А. Ф. Миддендорфа
7 февраля 1928 г.
Глубокоуважаемый Владимир Иванович!
16 января следующего, 1929 г. исполняется 25 лет со дня
кончины академика А. Ф. Миддендорфа, что крайне было бы
желательно ознаменовать достойным образом, как-то: изданием
специального памяти А. Ф. Миддендорфа сборника, организацией
соответственной выставки и т. д.
Считая долгом об этом доложить Вам, я вместе с тем
пользуюсь случаем просить у Вас извинения за то, что, к великому
сожалению, лишен был возможности принять участие в заседании
Комиссии по истории знаний, пришедшемся на воскресенье —
201

единственный день, которым я могу воспользоваться целиком для
своих научных работ, освободившись от очередных дел по
Якутской комиссии.
С глубоким уважением и преданностью П. Виттенбург
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 24. Подлинник.
№114
Из обращения В. И. Вернадского
к непременному секретарю АН СССР С. Ф. Ольденбургу
об отправке родословных таблиц предков
К. М. Бэра Н. К. Эссену1
14 февраля 1928 г.
Глубокоуважаемый Сергей Федорович!
Бэровская подкомиссия при КИЗ предполагает напечатать
родословную и таблицу предков академика К. М. фон Бэра в
приложении к русскому переводу его автобиографии. Собирание
генеалогических материалов было поручено подкомиссией Ю. А.
Нелидову. На основании имеющихся в Ленинграде родословных материалов
Ю. А. Нелидов представил составленные им родословную и
таблицу предков и указал, что дальнейшее пополнение представляется
возможным только при помощи работавшего над эстляндскими
генеалогическими материалами Николая Карловича Эссена,
проживающего в Ревеле (Kaufmannstrasse Il/a, W. 16, Tallinn).
Придавая особое научное значение возможно исчерпывающей
полноте генеалогического материала, относящегося до академика
К. М. фон Бэра, прошу Вас не отказать обратиться к Н. К. Эссену
с просьбой просмотреть препровождаемую при сем родословную
и таблицу, исправить могущие быть в них погрешности и по мере
возможности пополнить родословную и таблицу.
Искренне Вас уважающий В.Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 13, л. 62—62 об. Отпуск.
№115
Письмо управляющего делами АН СССР Д. Н. Халтурина
в КИЗ об увеличении отпуска средств
на текущие нужды Комиссии1
15 февраля 1928 г.
На отношение от 1 II с. г. за № 14 об увеличении отпуска
средств на нужды КИЗ до 60 руб. в месяц Управление делами АН
СССР сообщает, что при распределении Президиумом АН СССР
202

кредитов на расходы КИЗ в 1927/28 г. назначено 750 руб., т.е.
по 62 р. 50 к. в месяц.
К этому присовокупляется, что при производстве КИЗ расходов
на оплату каких-либо работ необходимо учитывать установленные
отчисления, составляющие 10.75 % с суммы, выданной за работу.
Управляющий делами Д. Халтурин
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 29—29 об. Подлинник.
№116
Ходатайство В. И. Вернадского к непременному секретарю
АН СССР СФ.Ольденбургу о разрешении М. А. Блоху
научной командировки в Германию и Францию1
15 февраля 1928 г.
М. А. Блох обратился в Бюро КИЗ с просьбою поддержать его
ходатайство в Научно-техническое управление о разрешении ему
заграничной командировки в Германию и Францию. М. А. Блох
приглашен сделать доклад на Съезде немецких химиков в секции
по истории химии и съезде Общества немецких
естествоиспытателей и врачей.
Помимо прочтения докладов, детального ознакомления с
современною постановкой заграничных научных издательств М. А. Блох
наметил посещение ряда научных институтов (по изучению
истории естествознания, по истории техники), исторических музеев в
Нюрнберге и Мюнхене. Кроме того, для окончания ряда работ по
истории химии и развитию химической промышленности ему
необходимо работать в ряде старинных университетских библиотек.
Бюро КИЗ постановило просить Академию наук поддержать
ходатайство его о командировке, исходя и из того, что М. А. Блох
установит ряд взаимоотношений между КИЗ и аналогичными
заграничными учреждениями.
Председатель КИЗ В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1928, д. 38, л. 5. Отпуск.
№117
Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР1
об оплате счета за фотокопии писем
академика К. М. Бэра
23 февраля 1928 г.
Слушали: отношение Секретариата от 18 февраля с. г. за
№ 982 об уплате Прусской государственной библиотеке 60.25 гер-
203

манских золотых марок за исполненные ею для Комиссии
по истории знаний фотографические снимки с писем академика
К. М. Бэра.
Постановили: просить уполномоченного АН СССР в
Берлинском торгпредстве оплатить из остатков валютного кредита.
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1928, д. 70, л. 66. Подлинник.
№118
Письмо председателя Центральной метрической комиссии
при СТО H. М. Федоровского в Академию наук СССР
о значении введения в обращение
международной системы мер и весов]
29 февраля 1928 г.
Декретом Совета Народных Комиссаров от 14 сентября 1918 г.,
опубликованным в Собрании узаконений за 1918 г., № 66,
ст. 725, в СССР (тогда еще РСФСР) была введена в обращение
международная метрическая система мер и весов.
Пункт первый этого декрета гласит:
«1. Принять в основание всех измерений, производимых в
Российской Социалистической Федеративной Советской Республике,
международную метрическую систему мер и весов с десятичными
подразделениями и производными».
С этого момента метрическая система стала вводиться в
обиход страны и во все виды народного хозяйства и
социально-культурной жизни.
Работа эта ведется до настоящего времени Центральной
метрической комиссией при Совете Труда и Обороны, причем срок
окончания всех работ намечен на конец 1930 г. Точный срок
конца реформы не имеет актуального значения, поскольку к этому
времени почти все 100% объектов метризации будут реформой
охвачены. В настоящее же время уже охвачено в среднем 75 %
объектов метризации, что позволяет констатировать успех этого,
дважды революционного мероприятия (провозглашенного в 1-й
год существования советской власти) — ввести взамен
укоренившихся старых фунтов, аршинов, бурдюков, ботманов, мерок,
осьминников и т. п. единую для всего СССР десятичную систему мер.
Если принять во внимание, 1) что акт от 14 сентября 1918 г.
созвучен акту, принятому Национальным Собранием Великой
Французской Революции в 1789 г., впервые узаконившим новую
для всего мира систему мер, 2) что Англия и Америка еще не
узаконили у себя метрической системы, 3) что Китай и Персия
по примеру СССР вводят эту систему и у себя, — дата 14
сентября 1918 г. приобретает для СССР особое
культурно-историческое и политическое значение.
204

Поэтому, заканчивая свою 10-летнюю работу, Центральная
метрическая комиссия просит дату «14 сентября 1918 г.» отметить в
работах по истории культуры, в части, касающейся СССР.
О последующем просьба поставить в известность.
Председатель Центральной метрической комиссии при СТО
Н. Федоровский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 43—43 об. Подлинник.
№119
Обращение историка Ю. А. Нелидова
к секретарю Бэровской подкомиссии по поводу работы
над генеалогической таблицей К. М. Бэра1
29 февраля 1928 г.
Многоуважаемый Михаил Михайлович!
Препровождаю Вам при сем те родословные материалы об
академике К. М. Бэре, относительно которых высказано было
Бэровской подкомиссией пожелание о направлении их для дополнения
Н. К. Эссену в Эстляндию.
Николай Карлович Эссен — бывший офицер, уроженец Эст-
ляндии, в 1918 г. оптировавший эстляндское гражданство. Он в
свое время вполне легально выехал к себе на родину, где занят
был приведением в порядок архивов, сданных в Дерптский
университет. В настоящее время Н. К. живет в Ревеле
(Kaufmannstrasse Па, W. 16, Tallinn).
В 1925 г. по просьбе Пушкинского Дома Академия наук уже
обращалась к Н. К. Эссену по поводу бумаг Жуковского, так что
подобное обращение, вероятно, не вызовет никаких затруднений,
раз Н. К. Эссен уже хорошо известен Академии как лицо вполне
благонадежное, о котором имеются самые подробные данные в
Пушкинском Доме.
Примите уверение в совершенном моем почтении и
преданности.
Ю. А. Нелидов
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 13, л. 61. Подлинник.
№120
Информация о деятельности К ИЗ из журнала «Миров едение»1
[Февраль 1928 г.]
Комиссия по истории знаний при Академии наук СССР.
И ноября 1926 г. под председательством академика В. И. Вернад-
205

ского при Академии наук открыла свои занятия новая Комиссия
по истории знаний. В 1-м заседании Комиссии был прочитан
В.И.Вернадским доклад «Мысли о современном значении
истории знаний», вышедший ныне в отдельном издании. Считая
переживаемое нами время эпохой интенсивной перестройки нашего
научного миросозерцания, докладчик высказал мысль, что этот
бурный поток нового, ускорение хода научных достижений
является проявлением какой-то силы, связанной с духовной
творческой энергией человека. Взрывы научного творчества,
повторяющиеся через столетие, указывают на периоды, когда скопляются в
одном из немногих поколений, в одной или многих странах
богато одаренные личности. Их нарождение есть реальный факт,
теснейшим образом связанный со структурой человека,
выраженной в аспекте природного явления. Социальные и политические
явления, позволяющие проявление их духовного содержания,
получают значение только при его наличии. Мы не знаем пока,
почему, как и отчего происходит такое нарождение талантливых
людей, орудий научной мысли и их скопление в близких
поколениях, отсутствие их в других. Мы должны принимать их за
свойство нашей расы, проявление ее природы.
Отсюда докладчик выводит право на существование особой
научной дисциплины, которая является объектом работы новой
академической Комиссии. Значение этой дисциплины становиться
чрезвычайным, когда перед нами развертывается захватывающее в
себя и нас, входящее в область ее ведения грандиозное природное
явление, которое нам суждено сейчас переживать, так как мы
живем в особую эпоху, находимся на гребне взрывной волны
научного творчества. Эта эпоха отличается тем, что одновременно
почти по всей линии науки в корне меняются все основные черты
картины Космоса, научно построяемого.
В заключение докладчик подчеркнул оживление интереса во
всех странах к изучению истории знания, что особенно является
знаменательным в переживаемый нами период взрыва научного
творчества. История науки в такие моменты является орудием
достижения нового. Научное изучение прошлого, в том числе и
научной мысли, всегда приводит к введению в человеческое
сознание нового. Но в моменты перелома научного сознания
человечества открываемое новое может являться огромной духовной
ценностью в жизни человека.
В очередных заседаниях Комиссии в течение 1927 г. были
заслушаны доклады: В. А. Кистяковского — «Теория
электролитической диссоциации Аррениуса и эволюция современной
химии»; П. Н. Каптерева — «Лейбниц и микроскописты XVII в.»;
О. А. Добиаш-Рождественской — «Хронологические элементы на
полях рукописи Бэды»; В. В. Струве — «Достижения египетской
математики по данным папируса бывшего собрания B.C. Голени-
щева»;2 академика С. Ф. Платонова — «Инструмент „инвенции го-
206

сударевой" Петра I в Петровской галерее Академии наук»;
Д. О. Святского — «Из истории астрономии в России XV—
XVII вв.» (о сущности ереси «жидовствующих»), «Русский
трактат о кометах первой половины XVIII в.», «Астрономия в России
накануне Петровских реформ» — и других лиц.
Комиссией уже издан ряд научных трудов, в том числе «Бэ-
ровский сборник», поставлен вопрос об организации музея по
истории знания, предпринято собирание книг и оттисков по
истории знания и проч.
Опубл.: Мироведение. 1928. Т. 17, №2. С. 119—120.
№121
Выписка из протокола Общего собрания АН СССР
о замещении В. И. Вернадского на время
его заграничной командировки^
3 марта 1928 г.
Непременный секретарь доложил о состоявшемся
постановлении Президиума о замещении В. И. Вернадского на время его
заграничной командировки по должности председателя КЕПС —
Н. С. Курнаковым, по должности председателя КИЗ — Э. Л. Рад-
ловым и по делам, связанным с Биогеохимической
лабораторией, — С. Ф. Ольденбургом.
Положено: согласиться.
ПФА РАН, ф. 1, on. la, д. 177, л. 171. Подлинник.
№122
Протокол заседания КИЗ]
4 марта 1928 г.
Слушали: доклад профессора В. В. Сиповского
«Естествознание и русская литература в XIX в.».
В прениях М. А. Блох спрашивает, известны ли докладчику
в русской литературе случаи предвидения научных
представлений.
Заместитель председателя Комиссии профессор Э. Радлов
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 7, д. 3, л. 12. Подлинник.
207

№123
Протокол заседания КИЗ1
25 марта 1928 г.
Слушали: доклад И. Д. Стрельникова «Академик Г. И. Лангс-
дорф и русская экспедиция в Бразилию в 1821—1828 гг.».
Собрание выразило пожелание о напечатании доклада
И. Д. Стрельникова.2
Постановлено обратиться во Фрейбург к дочери
академика Бётлинга с просьбой сообщить сведения об академике Г. И. Лангс-
дорфе.
Заместитель председателя Комиссии профессор Э. Радлов
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 13. Подлинник.
№124
Протокол заседания бюро КИЗ
28 марта 1928 г.
1. С л у ш а л и: смету на 1928/29 г.
Постановлено: утвердить и представить в Управление
делами АН.1
2. Слушали: о предполагаемых докладах А. И. Анисимо-
ва — «История открытия древнерусской живописи как искусства»
и В. Я. Курбатова.
Постановлено: принять к сведению; доклад профессора
А. И. Анисимова поставить после возвращения академика В. И.
Вернадского.
3. Слушали: заявление о желании вступить в члены КИЗ
профессора Б. М. Кояловича и Д. П. Цинзерлинга.
Постановлено: принять в члены КИЗ.
Заместитель председателя КИЗ профессор Э. Радлов
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 13. Подлинник.
№125
Краткая объяснительная записка к смете КИЗ на 1928/29 г.
[28 марта 1928 г.]1
Комиссия только что вступает в третий год своего
существования; она не имеет определенного штата, и в смету Академии
вносится штат из двух лиц.
208

Главная работа Комиссии связана с ее учеными заседаниями и
с ее изданиями.
Из предприятий Комиссии, связанных со сметой, надо
отметить еще подготовку юбилейного заседания Академии,
посвященного памяти академика К. М. Бэра и связанного с этим издания.
Над этим работает особая подкомиссия, устроившая в 1927 г.
выставку, посвященную К. М. Бэру.
Другим предприятием Комиссии, требующим расходов,
является работа над изданием сочинений М.В.Ломоносова,
приостановившимся более 10 лет назад. Комиссия предполагает закончить
его в возможно быстрый срок.
Заявка Комиссии по истории знаний
на канцелярские, хозяйственные
и почтовые расходы на 1928/29 г.
I. Канцелярские расходы.
Потребность Комиссии по истории знаний (включая Бэров-
скую подкомиссию, подготавливающуюся к празднованию юбилея
академика К. М. Бэра, и Ломоносовскую подкомиссию) в
канцелярских принадлежностях выражается в следующих размерах:
бумаги писчей серой 10 стопх 4 р. 50 к. — 45 р., бумаги писчей
белой 10 стопх 7 р. — 70 р., бумаги пропускной 20 листовх
х 25 к. — 5 р., бумаги копировальной 100 листов х 25 к. —
25 р., конвертов разных 2000 шт. х 3 р. за сотню — 60 р.,
карандашей черных 4 дюж. х 2 р. 26 к. — 9 р. 04 к., карандашей
цветных 2 дюж. х 9 р. 60 к. — 19 р. 20 к., ватманской бумаги
35 листов — 35 р., коробки перьев — 3 р. 25 к., резинок разных
30 шт. х 10 к. — 3 р., лент для пишущих машин, 12 лентх
х 5 р. — 60 р., блокнотов 20 шт. х 50 к. — 10 р., папок 50 шт. х
х 40 к. —20 р., картона 30 листов х 50 к. — 15 р., канцелярских
книг, 5 книгх 4 р. — 20 р., чернил 6 флаконов х 1 р. 25 к. —
7 р. 50 к., гуммиарабика 30 банок х 75 к. — 22 р. 50 к., сургуча
1 кгх 2 р. — 2 р., скрепок, ниток, вставок, кнопок, гвоздей и
проч. — 30 р., холста 5 метров х 80 к. — 4 р., бензину для
чистки машины — 1 р. 26 к.
На напечатание бланков, конвертов, приглашений, повесток и
проч. — 230 р.
Всего по статье I — 700 р.
П. Почтовые расходы.
Почтовые расходы Комиссии по истории знаний складываются:
из расходов на отправление 150 заказных писем (в том числе
бандеролей) в годх 18 к. — 27 р., из отправлений 100 заказных
заграничных отправлений х 28 к. — 28 р., из отправлений
150 простых заграничных писем х 4 к. — 21 р., на
телеграммы — 24 р.
Всего по статье II — 100 р.
209

III. Мелкие хозяйственные расходы, хозяйственный инвентарь
и ремонт его.
Расходы по этой статье слагаются: из расходов на покупку
пишущей машины с русским и иностранным шрифтом — 600 р., из
расходов по разъездам на трамваях, 4 станции в день 4 х 7 х
х 300 — 42 р., из оплаты за перевозку книг и посылок на
извозчиках, в год 11 поездок по 2 р. — 22 р., из расходов на покупку
щеток, швабр, полотенец, мыла, штор, спичек и проч. х 75 к. в
месяц — 9 р., стирка штор и полотенец по 1 р. 50 к. в месяц —
18 р., ремонт машины и мелкого инвентаря х 75 к. в месяц — 9 р.
Всего по статье III — 700 р.
Итого испрашивается — 1500 р.
IV. Сметные предположения по Комиссии по истории
знаний.
Расходы по научной и ученой части. По этой статье
предусматривается: разборка рукописей, систематизация их под
руководством специалистов, учет их, переписка рукописей на машине —
на 300 р. в год; исследовательские, лабораторные работы КИЗ —
на 840 р. в год, по 70 р. в месяц. Всего — 1140 р.
Итого по Комиссии по истории знаний испрашивается 1140 р.,
а всего по КИЗ испрашивается 2640 р.
Заместитель председателя Комиссии
член-корреспондент Академии наук СССР Э. Радлов
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 83—86. Копия с пометами.
№126
Записка заместителя председателя КИЗ Э. Л. Радлова
непременному секретарю АН СССР С. Ф. Олъденбургу
об издательских планах Комиссии на 1928/29 г.1
31 марта 1928 г.
В ответ на отношение Ваше от 19 марта с. г. сообщаю
издательские предположения Комиссии на 1928/29 бюджетный год:
Автор Заглавие Количество
печатных
листов
1. В. А. Кистяковский. Теория электролитической 1
диссоциации Аррениуса и
эволюция современной химии.
2. В. Н. Бенешевич. Астрономические тексты XV в. 3
3. А. А. Борисяк, Переписка А. О. и В. О. Кова- 5
В. А. Чистович. левских.
210

4. Э. Л. Радлов. Россия в английской литера- 2
туре XVIII в.
5. П. С. Сомов. Очерки истории механики в 5
России.
6. П. Н. Каптерев. Лейбниц и микроскописты 2
XVII в.
7. Д. О. Святский. 1) Русский трактат о кометах 4
первой половины XVII в.; 2)
Астрономия в России накануне
Петровских реформ.
Кроме того, подготовляется «История ботаники» (В.Н. Люби-
менко), прорабатывается архив экспедиции Беринга, «Переписка
Ковалевских» далеко не исчерпывается 5 листами. В течение
сметного периода предполагается не менее 15 докладов, которые
дадут ценный материал для печатания. По поводу только что
состоявшегося доклада И. Д. Стрельникова «Академик Г. И. Лангс-
дорф и русская экспедиция в Бразилию 1821—1828 гг.»
Комиссия особо постановила просить его издать.
На окончание дополнений к VI тому «Трудов»
М.В.Ломоносова [требуется] 5 п. л.
Таким образом, представляется минимально необходимым
предоставление КИЗ 25—30 п. л.
Издательские предположения Бэровской подкомиссии (в
зависимости от того, удастся ли издать при содействии Госиздата
популярную биографию Бэра, 7 л.) — 25—31 п. л.
Заместитель председателя Комиссии
член-корреспондент Академии наук СССР Э. Радлов
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 90—90 об. Отпуск.
№127
Докладная записка заместителя председателя КИЗ
Э. Л. Радлова в Президиум АН СССР
об основных направлениях деятельности Комиссии1
[Март 1928 г.]
Мысль о том, что для успеха научной работы в настоящее
время чрезвычайно важно знать и понимать, как шло развитие
науки с первых шагов сознательного человечества и до наших
дней, все более и более становится общей в научных кругах.
Недаром мы замечаем сейчас за границей огромное оживление в
истории знаний, рост работы в этой области. Он выявляется в
быстром увеличении литературы по истории науки, в создании
особых центров ее изучения — особых институтов, научных
обществ и журналов, ей посвященных.
211

Научная организация лишь начинает применяться к новым
стадиям наук. В симпозиумах Фарадеевского общества в Лондоне, в
обзорах научных журналов все ярче выступает исторический
аспект при обсуждении самых животрепещущих научных вопросов.
Переживаемый нами перелом научного мировоззрения,
сопровождаемый крупным переломом понятий и пониманий
происходящего и массовым созданием новых представлений и исканий,
неизбежно вызывает стремление произвести отбор научно точного и
важного, который быстрее всего может быть произведен при
историческом подходе.
История науки и, в частности, история техники и
использования производительных сил страны является в такие моменты
орудием достижения нового, и она показывает, что научное изучение
прошлого научной и научно-технической мысли всегда приводило
к введению в человеческое сознание нового.
Развитие теорий, их достижений, выражающихся в
возникновении на их основе технических процессов и предприятий, и,
наконец, жизнь и творчество самих творцов этих сдвигов —
таковы основные линии работы КИЗ. Создание серьезной русской
литературы по истории знаний является основной задачей КИЗ.
Для возбуждения интереса к вопросам истории знаний, для
привлечения и создания кадров лиц, занимающихся [этим], КИЗ
устраивает заседания с докладами.
Приведем список ряда докладов, сделанных в Комиссии:
• академик В. И. Вернадский. Мысли о значении изучения
истории знаний (доклад вышел из печати как 1-й выпуск «Трудов
КИЗ»);
• академик П. П. Лазарев. Влияние московских физиков на
создание научных школ;
• Э. Л. Радлов. К. М. фон Бэр как философ;
• М. А. Блох. О работах по изучению истории знаний в
Германии;
• А. А. Борисяк. В. О. Ковалевский по его переписке;
• Д. О. Святский. 1) Русский трактат о кометах первой
половины XVII в.; 2) Астрономия в России накануне Петровских
реформ;
• Б. Л. Богаевский. Эгейская культура доисторического
Средиземноморья по новейшим данным;
• П. Н. Каптерев. Лейбниц и микроскописты XVII в.;
• академик С. Ф. Платонов. Инструмент «инвенции
государевой» Петра I в Петровской галерее Академии наук СССР;
• академик А. Ф. Иоффе. Развитие научной мысли в физике в
XX в.;
• В. А. Кистяковский. Теория электролитической диссоциации
Аррениуса и эволюция современной химии;
• В. В. Струве. Достижения египетской математики по данным
папируса бывшего собрания В. С. Голенищева;
212

• академик В. П. Бузескул. Из области западноевропейской
историографии;
• О. А. Добиаш-Рождественская. Хронологические элементы
на полях рукописи Бэды;
• академик С. А. Жебелёв. Атлантида Платона;
• Н. И. Кареев. Начало социологии в России;
• В. В. Сиповский. Естествознание и русская литература XIX в.;
• И. Д. Стрельников. Академик Г. И. Лангсдорф и русская
экспедиция в Бразилию 1821—1828 гг.;
Кроме того, в Бэровской подкомиссии были сделаны 3
доклада:
• Ю. А. Нелидов. О материалах по генеалогии К. М. Бэра;
• М. С. Каролицкий. Библиография трудов К. М. Бэра и
литературы о Бэре на русском языке;
• А. А. Гизетти. Из истории влияния идей К. М. Бэра на
русских мыслителей второй половины XIX в.
Вышли из печати:
• академик В. И. Вернадский. Мысли о значении изучения
истории знаний;
• академик Б. А. Тураев. Русская наука о Древнем Востоке до
1917 г.;
• Материалы к биографии Бэра (академика В. И. Вернадского,
Э. Л. Радлова, M. М. Соловьева);
• M. М. Соловьев. Путеводитель по Бэровской выставке.
Заканчивается печатание:
• А. А. Борисяк. В.О.Ковалевский по его переписке.
В печати:
• Л. С. Берг. История географии.
Намечены доклады В.Я.Курбатова, С. Ф. Ольденбурга,
С.Ф.Платонова, А. Е. Ферсмана, С. В. Рождественского и др.
«Труды КИЗ» в итоге должны служить ценным справочным
материалом при текущей научной и научно-технической работе,
и работа Комиссии тесно связывается с текущей научной работой
Союза, напоминая о силе научного творчества наших ученых,
вызывая в подрастающем поколении стремление сохранить за
всесоюзной наукой то почетное мировое положение, которое она
занимает.
При Комиссии существует редакционный комитет в старом
составе: бюро Комиссии, академик Н. Я. Марр, профессор Г. В. Хло-
пин.
При КИЗ организованы две подкомиссии: первая — Бэров-
ская — имеет задачей изучение великого натуралиста академика
К. М. Бэра и его времени.
В Бэровскую подкомиссию под председательством академика
В. И. Вернадского кроме бюро Комиссии вошли представители:
Военно-медицинской академии — профессор Е. Н. Павловский,
Географического общества (председатель профессор Ю. М. Шо-
213

кальский или его заместитель), представители учреждений
Академии наук и ряд лиц, занимающихся изучением Бэра. В состав
Бэровской подкомиссии вошли сверх сего представители
Библиотеки Академии, которая подняла вопрос о чествовании Бэра и о
выставке независимо от Конференции и начала к ней готовиться.
Бэровская подкомиссия объединила эту работу.
Другая подкомиссия связана с изданием сочинений М.
В.Ломоносова, не доконченных с 1909 г. В ближайшее время выйдут VI
и VII тома его сочинений. В этой работе КИЗ объединяется с
другой комиссией Академии наук — Историко-археографичес-
кой — и принимает все меры к окончанию этого важного дела.
Многочисленные другие вопросы возбуждаются все время
сейчас в Комиссии, как-то: издание архива экспедиции Беринга,
изучение научных инструментов и т.д. Но до сих пор Комиссия не
имеет ни штатных единиц, ни определенных ассигнований на
свою работу. Надо думать, что с 1928/29 г. это положение
изменится и работа Комиссии получит возможность более широкого
развития.
В дальнейшем работа Комиссии неизбежно должна привести
как к созданию специального научного журнала, посвященного
истории знаний (его никогда не было на русском языке), так и к
организации первого музея по истории знаний — музея истории
науки и техники. Предполагается развить создание специальной
библиотеки по истории знаний.
Работа КИЗ уже успела привлечь внимание заграничного
научного мира, и интернациональные исторические журналы
обратились с просьбой о возможно широкой информации о
деятельности КИЗ.
Заместитель председателя
член-корреспондент Академии наук СССР Э. Л. Радлов
Ученый секретарь М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 87—89. Отпуск.
№128
Письмо непременного секретаря АН СССР С. Ф. Олъденбурга
в консульство СССР в Ревеле о передаче
генеалогических материалов К. М. Бэра Н. К. Эссену
5 апреля 1928 г.
В связи с предстоящим в текущем году празднованием
столетия со дня избрания академика К. М. Бэра в действительные
члены Академии наук Академия наук СССР озабочена
собиранием материалов, относящихся к жизни и научной деятельности
этого выдающегося ученого для издания полной его биографии.
214

При этом при составлении подробной родословной К. М. Бэра
выяснилась необходимость в сличении ее и исправлении по
архивным документам, находящимся в Ревеле.1
Работу по пополнению и исправлению родословной таблицы
мог бы выполнить много работавший над эстляндскими
генеалогическими материалами, проживающий ныне в Ревеле
(Kaufmannstrasse Il/a, W. 16) Николай Карлович Эссен.
Вследствие сего Академия наук СССР, препровождая при сем
родословную таблицу К. М. Бэра, просит консульство СССР в Ревеле
не отказать в передаче прилагаемой родословной академика Бэра
Н. К. Эссену с просьбой Академии пополнить родословную и таблицу.
Пополнения требуют: 1) первые поколения родословной,
составленные на основании статьи Hans J. Eggers, помещенной в
Revaler Bote в номере от 27 ноября 1926 г. Zweite Beilage;
2) данные о потомках академика К. М. Бэра составленные на
основании устных показаний его внучки А. К. Линген.
В таблице предков, предположенной довести до 64 «картье»,
желательно было бы подвергнуть дальнейшей, разработке «картье»
Вальдеков, Фрейманов и Курселей.
Непременный секретарь академик С. Ольденбург
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1926, д. 70, л. 65—65 об. Копия.
№129
Из протокола Общего собрания АН СССР
об издании статьи Д. А. Граве
«Прогрессирует ли математика»
7 апреля 1928 г.
Я.В.Успенский представил для помещения в изданиях КИЗ
статью Д. А. Граве «Прогрессирует ли математика».
Положено: напечатать в изданиях КИЗ.1
ПФА РАН, ф. 1, on. la, д. 177, л. 175.
№130
Протокол заседания КИЗ1
20 мая 1928 г.
Слушали: доклад профессора А. И. Анисимова «История
открытия древнерусской живописи как искусства».
Председатель академии С. А. Жебелёв
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 14. Подлинник.
215

№131
Протокол заседания КИЗ]
27 мая 1928 г.
Слушали: доклад профессора В. Н. Ивановского «Генезис
ассоциационной психологии и ассоциационизма».
Председатель Комиссии академик2
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 75. Подлинник.
№132
Протокол заседания бюро КИЗ1
30 мая 1928 г.
1. Слушали: выписку из протокола заседания Отделения
физико-математических наук № 2287 и отношение ЦЕКОМЕТРА № 0/30
о зафиксировании даты 14 сентября 1918 г., когда была введена
в обращение международная метрическая система мер и весов.2
Постановили: принять к сведению.
2. Слушали: о поступивших в библиотеку КИЗ книгах от
Л. С. Берга, М. М. Дитерихса, О. Е. Звягинцева и [П. Н.] Чирвинского.
Постановили: благодарить.
3. С л у ш а л и: отношение Секретариата Академии наук об
открытии подписки на постройку памятника К. А. Тимирязеву.
Постановили: принять к сведению.
4. Слушали: сообщение академика В.И.Вернадского о
поступившей рукописи Г. Г. Манизера «Жизнь и путешествия
академика Лангсдорфа».3
Постановили: просить Л. С. Берга взять на себя
редактирование, академика В. И. Вернадского и Л. С. Берга — написать
предисловие, И. Д. Стрельникова — написать биографию; просить
академика В. И. Вернадского доложить Общему собранию АН.
5. Слушали: о желании профессора А. И. Анисимова издать
свой доклад: «История открытия древнерусской живописи как
искусства».
Постановили: представить Общему собранию АН с
просьбой напечатать в «Трудах КИЗ».
6. С л у ш а л и: сообщение М. А. Блоха о заявленных докладах:
В. Я. Курбатов. Научные труды Леонардо да Винчи; С. В.
Рождественский. Из истории изучения России в эпоху Петра Великого по
новым рукописным материалам; О. Е. Звягинцев. Иноземные
учителя металлургии в России XVII в.
Постановили: принять к сведению.
216

7. С л у ш а л и: сообщение профессора А. И. Андреева о работе
Ломоносовской подкомиссии.
Постановили: признать необходимой подготовку работ по
изданию переписки М.В.Ломоносова и с ним (больше 1000
писем) и закончить разбор VI и VII томов сочинений
М.В.Ломоносова; просить профессора А. И. Андреева составить записку от
имени Археографической комиссии и КИЗ в Президиум АН с
указанием необходимых на эти работы средств.4
8. Слушали: о желании Рыбинского научного общества вступить
в обмен изданиями КИЗ и о присылке им его печатных трудов.
Постановили: обратиться к непременному секретарю АН
с просьбой о высылке Рыбинскому научному обществу «Трудов
КИЗ».
9. Слушали: о VI Интернациональном съезде по истории
знаний в Осло в 1928 г.
Постановили: принять к сведению.
Председатель Комиссии академик5
Ученый секретарь М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 2, л. 14—14 об. Подлинник.
№133
Из протокола Общего собрания АН СССР
об издании трудов Г. Г. Манизера
2 июня 1928 г.
Председатель КИЗ В. И. Вернадский просил разрешения
напечатать в «Трудах КИЗ» работы Г. Г. Манизера «Жизнь и
путешествия академика Г. И. Лангсдорфа» и «Очерк русской экспедиции в
Бразилию академика Г. И. Лангсдорфа».
Положено: напечатать.1
ПФА РАН, ф. 1, on. la, д. 177, л. 186. Подлинник.
№134
Протокол заседания Бэровской подкомиссии1
8 июня 1928 г.
1. С л у ш а л и: предложение академика В. И. Вернадского
назначить доклад Б. Н. Вишневского «Бэр как антрополог» на
следующее заседание Бэровской подкомиссии с приглашением на
него членов Комиссии по истории знаний.
Постановили: предложение В. И. Вернадского принять.
217

2. С л у ш а л и: сообщение M. М. Соловьева о том, что
заведующий Научным отделом Ленгиза т. Ромм заявил ему о готовности
Научного отдела Ленгиза заключить договор об издании
популярной биографии Бэра под редакцией профессора Е. Н.
Павловского — за отсутствием профессора Е. Н. Павловского, находящегося
в командировке.
Постановили: по получении согласия Президиума АН на
заключение договора с Ленгизом поручить заключение договора
секретарю Бэровской подкомиссии M. М. Соловьеву как ее
представителю.2
Председатель академик В.Вернадский
Секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 23, л. 26. Подлинник.
№135
Докладная записка В. И. Вернадского
непременному секретарю АН СССР С Ф. Ольденбургу
о состоянии работ по подготовке издания VI и VII томов
сочинений М. В. Ломоносова
30 июня 1928 г.
Глубокоуважаемый Сергей Федорович!
Как я Вам уже говорил, я приступил к ознакомлению с
состоянием ломоносовских бумаг в связи с изданием сочинений
М.В.Ломоносова. В смету 1928/29 г. внесена определенная сумма
на ведение этого дела, важность которого не может возбуждать
сомнений.
К сожалению, начатое Академией наук дело остановилось из-
за стечения целого ряда неблагоприятных обстоятельств. Лица,
начинавшие им заниматься, в течение ряда лет один за другим
умирали.
В связи с этим и с переживаниями великих потрясений и
изменений, нами пережитых и переживаемых, все это предприятие
остановилось. Сейчас невозможно откладывать его до октября,
когда может вступить в действие новая смета.
Как Вам известно, тома VI и VII тогда отпечатаны, но
примечания к ним до сих пор не могли быть найдены и неизвестно,
где находятся. Может быть, пропали. Для VI тома найдено
несколько листов отпечатанных примечаний и несколько гранок.
Для VII тома ничего пока не найдено. Теперь пока найти не
удалось.
Я поручил сейчас всю эту работу M. Н. Буткевичу, который
приводит в порядок папки бумаг, связанных с изданием
сочинений М.В.Ломоносова, пока нами найденных.
218

Сейчас ему удалось найти все недостававшие чертежи к тексту
сочинений Ломоносова, к томам VI и VII. Благодаря этому
оказывается возможным их выпустить. Об этом было уже
постановление Общего собрания, но его нельзя было исполнить, так как
чертежи не были найдены.
Выпуск текста VI и VII томов — временно без примечаний —
чрезвычайно желателен. Ибо в этих томах впервые напечатаны
неизвестные доселе работы М.В.Ломоносова, доказывающие те
огромные достижения, которые были им сделаны и которые были
вновь получены другими (в том числе Лавуазье) [спустя] десятки
лет после смерти Ломоносова. В работах
исследователей-историков ссылки делаются на эти тома, не выпущенные в свет, но
которые были доступны отдельным ученым (в последний раз
цитированы, например, академиком П. П. Лазаревым). Помимо этого
научного значения, важно не задерживать отпечатанные тома, так
как на составление примечаний потребуется время. Отпечатанные
листы портятся.
Затруднение заключается в том, что некоторые листы
сохранились в меньшем числе экземпляров. Для VI тома один лист —
240 экз., другой — 465, остальные — 590. Если выпустить
240 экз., никакой перепечатки не будет — иначе надо допечатать
два листа.
Хуже для VII тома — здесь для нескольких листов недостает
экземпляров. Один лист сохранился только в 56 экз., другой —
378, остальные листы — от 378 до 576 экз.
Я прилагаю при сем докладную записку M. Н. Буткевича и
составленное им содержание этих двух томов.1
Сейчас M. Н. Буткевич производит дальше расследование бумаг
Ломоносова.
Очень прошу Вас и считаю необходимым для пользы дела
поручить M. Н. Буткевичу окончить эту работу в течение
ближайших месяцев и прикомандировать его теперь уже на работы с
изданием сочинений Ломоносова. Может быть, возможно
оплатить его труд из издательских сумм.
Сверх сего необходимо возможно скорее выпустить VI и
VII тома — в виде первых частей, допечатав те листы, какие
необходимы.
Может быть, следовало бы проверить еще раз в Типографии
наличность имеющихся листов.
Академик В.Вернадский
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1928, д. 38, л. 11—12. Подлинник.
219

№136
Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР
о подготовке к изданию VI и VII томов сочинений
М. В. Ломоносова1
4 июля 1928 г.
Доложено: сообщение председателя КИЗ: 1) о состоянии
ломоносовских бумаг в связи с изданием сочинений
М.В.Ломоносова; 2) о поручении работающему над ломоносовскими
материалами M. Н. Буткевичу закончить эту работу в течение
ближайших месяцев и 3) о необходимости возможно скорее выпустить
VI и VII тома сочинений М.В.Ломоносова.2
Положено: просить непременного секретаря по
возможности ускорить выпуск в свет означенных томов и поручить
окончание работ по подготовке материала M. Н. Буткевичу за счет
кредитов АНИ.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 28. Подлинник.
№137
План деятельности КИЗ на 1928/29 г.
12 июля 1928 г.1
Мысль о том, что для успеха научной работы в настоящее
время чрезвычайно важно знать и понимать, как шло развитие
науки с первых шагов сознательного человечества и до наших
дней, все более и более становится общей в научных кругах.
Недаром мы замечаем сейчас за границей огромное оживление в
истории знаний, рост работы в этой области. Он выявляется в
быстром увеличении литературы по истории науки, в создании
особых центров ее изучения — особых институтов, научных
обществ и журналов, ей посвященных.
Научная организация лишь начинает применяться к новым
стадиям наук. В симпозиумах Фарадеевского общества в Лондоне, в
обзорах научных журналов все ярче выступает исторический
аспект при обсуждении самых животрепещущих научных вопросов.
Переживаемый нами перелом научного мировоззрения,
сопровождаемый крупным переломом понятий и пониманий
происходящего и массовым созданием новых представлений и исканий,
неизбежно вызывает стремление произвести отбор научно точного и
важного, который быстрее всего может быть произведен при
историческом подходе.
История науки и, в частности, история техники и
использования производительных сил страны является в такие моменты
орудием достижения нового, и она показывает, что научное изучение
220

прошлого научной и научно-технической мысли всегда приводило
к введению в человеческое сознание нового.
Развитие теорий, их достижений, выражающихся в
возникновении на их основе технических процессов и предприятий, и,
наконец, жизнь и творчество самих творцов этих сдвигов —
таковы основные линии работы КИЗ. Создание серьезной русской
литературы по истории знаний является основною задачею КИЗ.
Для возбуждения интереса к вопросам истории знаний, для
привлечения и создания кадров лиц, занимающихся [этим], КИЗ
устраивает заседания с докладами.
Научно-исследовательская деятельность ведется по изучению
многочисленных, но еще не обработанных материалов из архива
академика К. М. Бэра (документы отдела инкунабул Библиотеки
Академии наук, Прусской государственной библиотеки в Берлине,
Зоологического музея Академии и т.д.), архива М. В.Ломоносова,
переписки А. О. и В. О. Ковалевских, рукописей, связанных с
экспедицией Беринга, и русских астрономических текстов XV в.
Другая подкомиссия связана с изданием сочинений М.
В.Ломоносова, не доконченным с 1909 г. В ближайшее время выйдут VI
и VII тома его сочинений. В этой работе КИЗ объединяется с
другой комиссией Академии наук — Археографической — и
принимает все меры к окончанию этого важного дела.
До сих пор переписка М.В.Ломоносова не только не издана
научно, но далеко еще не выявлена. В связи с этим, ставя себе
целью по возможности полное издание ненапечатанных писем и
записок Ломоносова, представлялось бы необходимым выполнить
следующие работы:
1) произвести с указанной целью тщательное обследование
Архива Академии наук, собрания рукописного отделения
Библиотеки и других академических учреждений;
2) такому же тщательному обследованию подвергнуть Архив
Сената, той части его, которая находится сейчас в Москве, в
московском Древлехранилище;2
3) собрать разбросанные в разных трудах, посвященных
Ломоносову, сведения о его письмах и неизданных его рукописях, так
или иначе ставших известными исследователям;
4) составить каталог изданных писем Ломоносова;
5) сличить, насколько это возможно, с подлинниками изданные
письма Ломоносова;
6) напечатать те из писем и записок Ломоносова, которые
издавались в отрывках;
7) собрать и издать собственноручные заметки Ломоносова на
бумагах, не им лично писанных.
Многочисленные другие вопросы возбуждаются все время сейчас
в Комиссии, как-то: издание архива экспедиции Беринга, изучение
научных инструментов и т.д. Но до сих пор Комиссия не имеет
ни штатных единиц, ни определенных ассигнований на свою ра-
221

боту. Надо думать, что с 1928/29 г. это положение изменится и
работа Комиссии получит возможность более широкого развития.
В дальнейшем работа Комиссии неизбежно должна привести:
1)к созданию специального научного журнала, посвященного
истории знаний;
2) к организации специальной библиотеки по истории знаний;
в настоящее время она содержит 34 автора, 113 экземпляров книг,
исключительно принесенных в дар членами КИЗ;
3) к организации музея по истории знаний; зачаток этого музея
представляет собой сейчас многочисленные научные и личные
документы и вещи К. М. Бэра (138 номеров, помимо личного
микроскопа Бэра), научные материалы академика Якоби (38 номеров,
гальванопластика), документы, касающиеся Пирогова, 143
гравюры различных научных деятелей, альбомы с фотографическими
карточками ученых разных времен, ряд увеличенных и заканто-
ванных портретов академиков — современников Бэра.
Работа КИЗ уже успела привлечь внимание заграничного
научного мира, и интернациональные исторические журналы
обратились с просьбой о возможно широкой информации о
деятельности КИЗ.
Наконец, существенную сторону деятельности КИЗ составляет
дальнейшее развитие научно-издательской деятельности КИЗ,
смета на каковую представлена в Издательство Академии наук и
предусматривает, между прочим, издание результатов
научно-исследовательских работ Комиссии.
За председателя КИЗ академик С. А. Жебелёв
Ученый секретарь М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 191—193. Копия.
№138
Объяснительная записка к смете КИЗ
на 1928/29 бюджетный год
[До 15 сентября1 1928 г.]
В 1928/29 бюджетном году Комиссия по истории знаний и ее
Бэровская подкомиссия занимались: 1) научно-исследовательской
работой и 2) развитием научно-издательской деятельности.
Первая часть деятельности КИЗ выразилась:
1) в 74 заседаниях бюро, Комиссии и подкомиссий, на которых
членами КИЗ было сделано 59 докладов из различных областей
истории науки;
2) в производимых посейчас специальных исследованиях
отдельных вопросов по истории знаний; исследования эти ведутся
главным образом по изучению весьма многочисленных, но еще не
222

обработанных материалов из архива академика К. М. Бэра
(документы отдела инкунабул Библиотеки Академии наук, Прусской
государственной библиотеки в Берлине, Зоологического музея
Академии и т.д.), архива Ломоносова, переписки А. О. и
В. О. Ковалевских, рукописей, связанных с экспедицией Беринга,
и русских астрономических текстов XV в.;
3) в организации специальной библиотеки по истории знаний;
в настоящее время она содержит 34 автора, 113 экземпляров книг,
исключительно принесенных в дар членами КИЗ;
4) в организации музея по истории знаний; зачаток этого музея
представляет собой сейчас многочисленные научные и личные
документы и вещи K.M. Бэра (138 номеров, помимо личного
микроскопа Бэра), научные материалы академика Якоби (38 номеров,
гальванопластика), документы, касающиеся Пирогова, 143
гравюры различных научных деятелей, альбомы с фотографическими
карточками ученых разных времен, ряд увеличенных и заканто-
ванных портретов академиков — современников Бэра;
5) наконец, специальные исследования неизданных научных
изысканий и вообще деятельности и жизни Бэра подготовляют
чествование памяти К. М. Бэра по случаю столетия избрания его
в действительные члены Академии (август 1928 г.).
Издательская деятельность КИЗ выразилась в следующем.
Выпущены из печати (в «Трудах КИЗ»): академик В. И. Вернадский.
Мысли о современом значении истории знаний; академик Б. А. Ту-
раев. Русская наука о Древнем Востоке до 1917 г., Первый
сборник памяти Бэра (со статьями академика В.И.Вернадского,
М.М.Соловьева, Э. Л. Радлова). Печатаются (в той же серии):
А. А. Борисяк. В. О. Ковалевский по его переписке; Л. С. Берг.
Очерк истории русской географической науки. Указанные работы
связаны с расходами как хозяйственно-канцелярскими,
издательскими, так и научно-организационными.
Оставляя в стороне две первые категории расходов,
предусматриваемых в особых планах и сметах, следует остановиться здесь
лишь на сметных предположениях, связанных с упомянутой выше
внутренней организационной работой.
При определении специальных расходов по ученой части
работы Комиссии по истории знаний в первую очередь необходимо
остановиться на научно-подготовительных работах. В этом
отношении надлежит иметь в виду, что КИЗ до сего времени никаким
штатным персоналом не располагает. Между тем и в самой
Комиссии и особенно в Бэровской подкомиссии поставлен ряд
работ, требующих предварительной подготовки материалов,
наведения библиографических справок и разработки имеющихся
данных по различным областям истории знаний. Указанные работы
вызывают необходимость привлечения сотрудников, которые по
отдельным поручениям ученых специалистов выполняют эти
задания. С другой стороны, при осуществлении указанных научных
223

работ по предметам занятий КИЗ приходится приобретать
некоторые издания, производить расходы на приобретение специальных
материалов (например, карточек для библиографических работ и
др.), оплачивать переписку приготовленных рукописей. Учитывая
выше отмеченные подробности и ограничивая по соображениям
экономии расходы лишь самым необходимым, следует признать,
что на указанные расходы потребуется сумма в 1500 руб.
Среди этой работы отдельно должна быть поставлена работа
по научному изданию сочинений и переписки М.В.Ломоносова.
Работа эта ведется совместно с Археографической комиссией
Академии наук.
Открывается сейчас драгоценный новый, неизвестный
материал, имеющий большое историческое значение.
Председатель Комиссии академик В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 172—172 об. Подлинник.
№139
Из протокола Общего собрания АН СССР
о пожертвовании академиком Ф. И. Щербатским
личной научной библиотеки Институту буддийской культуры1
15 сентября 1928 г.
Непременный секретарь доложил письмо Ф. И. Щербатского о
пожертвовании им личной его научной библиотеки, в составе
свыше 1000 томов, Институту буддийской культуры.
Положено: благодарить.
ПФА РАН, ф. 1, on. la, д. 177, л. 195. Подлинник.
№140
Записка В. И. Вернадского директору Зоологического музея
АН СССР А. А. Бялыницкому-Бируле с благодарностью
за переданные в КИЗ пять портретов ученых1
17 сентября 1928 г.
Многоуважаемый Алексей Андреевич!
Прошу Вас передать Зоологическому музею Академии наук
искреннюю благодарность Комиссии по истории знаний за любезно
предоставленные ей пять портретов выдающихся ученых: Гельм-
гольца, Бокля, Медникова, Бюхнера и Беренека.
Примите уверения в глубоком моем уважении и преданности.
В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 220. Автограф.
224

№141
Протокол заседания бюро КИЗ1
18 сентября 1928 г.
1.Слушали: вопрос о выборах ученого секретаря ввиду
утверждения с 1 октября с. г. штатной должности в КИЗ.
Постановили: предложить М.М.Соловьеву навести
справки относительно условий избрания ученых секретарей в
других комиссиях Академии наук.
2. Слушали: вопрос о составлении устава КИЗ.
Постановили: предложить M. М. Соловьеву представить к
одному из следующих заседаний проект устава КИЗ.
3. Слушал и: вопрос о составе президиума (бюро) КИЗ.
Постановили: установить президиум КИЗ в следующем
составе: 1) председателя КИЗ; 2) товарища председателя; 3)
ученого секретаря КИЗ; 4) ученого секретаря Бэровской подкомиссии;
5) ученого секретаря Ломоносовской подкомиссии; 6), 7) 2
членов Комиссии.
4. Слушали: вопрос о порядке избрания членов
президиума.
Постановили: установить следующий порядок избрания:
члены президиума намечаются председателем КИЗ из состава
членов КИЗ по соглашению с президиумом КИЗ и представляются
на утверждение Комиссии.
5. Слушали: вопрос о напечатании в издании КИЗ статьи
О. Е. Звягинцева «Иноземные учителя металлургии в России
XVIII в.».
Постановили: просить А. И. Андреева дать отзыв об
означенной статье.
6. Слушали: вопрос об избрании О.Е.Звягинцева в члены
КИЗ.
Постановили: внести на следующее заседание Комиссии
предложение об избрании О. Е. Звягинцева в члены КИЗ.
7. Слушали: предложение гр. Родных переиздать его
сочинение по истории воздухоплавания и устроить выставку «Летучий
мир».
Постановили: признать сочинение гр. Родных, ввиду его
популярного содержания, не подлежащим переизданию КИЗ;
просить А. И. Андреева ознакомиться с материалами, имеющимися у
гр. Родных, после чего решить вопрос о возможности устроить
выставку.
Председатель КИЗ академик В. Вернадский
Секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 2, л. 15—15 об. Подлинник.
8 Заказ №4012
225

№142
Отчет И. Д. Стрельникова1 о командировке в Нью-Йорк
на XXIII Международный конгресс американистов
14 октября 1928 г.
Глубокоуважаемый Владимир Иванович!
По приглашению и на средства Организационного комитета
Конгресса американистов я приехал в Нью-Йорк и сделал 3
сообщения о некоторых результатах нашей поездки в Южную
Америку.
Кроме того, я сделал сообщение и об экспедиции Лангсдорфа,2
о чем предположительно мы с Вами говорили в Ленинграде. Я
показал диапозитивы, некоторые раскрашенные, сделанные
Н. П. Тихоновым из Института археологической технологии в
Мраморном дворце. Диапозитивы были хорошие.
Южноамериканцы и исследователи Южной Америки не
подозревали о грандиозности работ экспедиции и с интересом будут
ждать опубликования русской Академией подробного описания
работ экспедиции.3 Венские антропологи и Э. Норденшельд
предлагали напечатать за границей. В трудах конгресса будет
напечатано мое сообщение с приложением нескольких рисунков. Это
может быть полезным еще и в том отношении, что здесь легко
можно будет напечатать цветные таблицы в таком количестве,
чтобы их хватило для русского издания. Удастся ли в России
напечатать цветные таблицы?
Наблюдение за печатанием ввиду моего отъезда, с Вашего
разрешения, будет вести мой товарищ по поездке в Южную Америку
Ф. А. Фиельструп.
Если у Вас есть какое-либо поручение в Америке, я с
удовольствием выполню. Пишите в адрес музея — на конверте.
Искренне преданный Ив. Стрельников
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 227. Подлинник.
№143
Протокол заседания бюро КИЗ1
24 октября 1928 г.
1. Слушал и: отзыв профессора Б.Грекова о рукописи
Д. Д. Галанина, трактующей биографию М.В.Ломоносова.
Постановили: издание рукописи отклонить; просить часть
рукописи, касающуюся приложения механических основ к
объяснению физических явлений, просмотреть акад. П. П. Лазарева или
другого специалиста.
226

2. С л у ш а л и: отзыв А. И. Андреева о рукописи О. Е.
Звягинцева «Иноземные учителя металлургии в России XVII в.».
Постановили: считать желательным лишь доклад.
3. Слушал и: заявление Родных (выставка: Летучий мир);
отзыв А. И. Андреева.
Постановили: инициативу по устройству выставки
отклонить; коллекцию признать интересной.
4. С л у ш а л и: отзыв академика В. И. Вернадского о рукописи
В.Золотарева: родословные А.С.Пушкина, гр. Л.Н.Толстого,
П. Я. Чаадаева, Ю. Ф. Самарина, А. И. Герцена и др.
Постановили: издание отклонить.
5. Слушал и: о рукописи «Жизнь и путешествия академика
Г. И. Лангсдорфа».
Постановили: просить академика В.И.Вернадского и
Л. С. Берга просмотреть рукопись до сдачи в набор; признать
необходимым до начала набора выяснить вопрос о цветных
рисунках.
6. Слушали: сообщение академика В.И.Вернадского о
рукописи академика В. П. Бузескула «Всеобщая история и ее
представители в России в XIX в. и начале XX в.».
Постановили: рукопись принять и провести через Общее
собрание АН.
7. Слушали: о рукописи А.В.Бородина «Московская
гражданская типография и библиотекари Куприяновы».
Постановили: просить дать отзыв А. И. Андреева, а о
картах — Л. С. Берга.
8. Слушал и: о добавлениях к рукописи О.Е.Звягинцева.
Постановили: передать на отзыв А. И. Андрееву.
9. Слушали: сообщение академика В.И.Вернадского о
возможности окончить издание VI и VII томов трудов
М.В.Ломоносова и об издании переписки его.
Постановили: устроить совместное с Археографической
комиссией заседание; ассигновать 30 руб. на научную работу по
подготовке переписки М.В.Ломоносова.
10. С л у ш а л и: о замещении штатной должности ученого
секретаря КИЗ.
Постановили: пригласить M. М. Соловьева ученым
секретарем Комиссии по истории знаний, так как М. А. Блох отказался
от занятия этой должности.
11.Слушали: о возобновлении словаря академиков.
Постановили: признать необходимым возобновить работы
по словарю академиков и просить Г. П. Блока взять на себя эту
работу.
12. Слушали: выписку из протокола заседания Президиума
АН об издании сборника статей Л. Я. Штернберга.
Постановили: решить вопрос после ознакомления со
статьями, которые должны войти в сборник.
227

13. Слушали: выписку из протокола Президиума АН
относительно посвящения издания «Очерки истории русской
географической науки» памяти профессора С. С. Неуструева и
постановление Президиума о том, что такие посвящения не приняты в
академических изданиях.
Постановили: принять к сведению.
14. Слушали: о предстоящих докладах Д. М. Петрушевского
(о Виноградове), С. Ф. Ольденбурга (о Сенаре), Ф. И. Щербатско-
го (об индийской философии), В. Я. Курбатова (о научных трудах
Леонардо да Винчи), Железнова (о Растопчине).
Постановили: принять к сведению.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 2, л. 16—17. Подлинник.
№144
Справка о назначении M. М. Соловьева
ученым секретарем КИЗ1
31 октября 1928 г.
Комиссия по истории знаний.
Имеется одна вакансия на должность ученого секретаря с
1 октября с. г.
Заключение Управления делами АН: к назначению научного
сотрудника 1-го разряда КЕПС М.М.Соловьева ученым
секретарем КИЗ с 1 ноября с. г. с освобождением его от обязанностей
научного сотрудника 1-го разряда КЕПС с формальной стороны
возражений не имеется.
Управляющий делами АН
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1928, д. 38, л. 28. Копия.
№145
Письмо В. И. Вернадского Г. Г. Ягоде в защиту Г. П. Блока1
[Октябрь 1928 г.]
Многоуважаемый Генрих Григорьевич!
Позволяю себе обратиться к Вам и одновременно к тов.
Менжинскому по делу, касающемуся судьбы человека, которого я близко
и хорошо знаю и за советскую лояльность которого я могу
поручиться. Это Георгий Петрович Блок, который был сослан (я впол-
228

не убежден, по печальному недоразумению) на три года и отбыл
срок ссылки, не вызывая никаких против себя возражений.
Ему было сообщено 4 августа с. г., что он вполне свободен,
без ограничения места жительства. Он приехал в Ленинград,
получил здесь паспорт. С большими трудами и входя в неизбежные
долги, нашел себе квартиру, поместил трех своих девочек в
школу, начал лечить свою больную жену — и вдруг он получает
извещение, что ему назначено «минус шесть» и что через неделю
он должен выехать. Все у него этим разбивается. Это теперь
врученное ему постановление относится еще почему-то к 16 июня.
Положение его отчаянное.
Обращаюсь к Вам с убедительной просьбой разрешить Г. П.
Блоку остаться в Ленинграде. Готов за него всемерно поручиться и
убежден, что и другие из наших крупных научных работников,
если надо, за него поручатся.
Убедительно прошу Вас принять меня в пятницу, так как я
уезжаю в Москву на чествование M. Н. Покровского.
Позволю себе поручить узнать в четверг, в каком часу Вы
смогли бы принять меня в пятницу.
Уважающий Вас В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1928, д. 28, л. 23—23 об. Отпуск.
№146
Письмо В. И. Вернадского Г. П. Блоку
о работе по составлению биографического словаря
действительных членов Академии
10 ноября 1928 г.
Многоуважаемый Георгий Петрович!
В заседании бюро Комиссии по истории знаний 24 октября с.
г.1 был рассмотрен вопрос о желательности возобновить
составление биографического словаря действительных членов Академии
наук, причем бюро было высказано пожелание поручить Вам как
члену Комиссии по истории знаний ведение этой работы.
Сообщая Вам об изложенном постановлении бюро Комиссии,
прошу принять уверение в совершенном моем уважении.
В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 248. Отпуск.
229

№147
Протокол заседания бюро КИЗ1
14 ноября 1928 г.
1. С л у ш ал и: сообщение А. И. Андреева о рукописи А. В.
Бородина «Московская гражданская типография и библиотекари
Киприановы».
Постановили: признать, что представленная А. В.
Бородиным рукопись подлежит сокращению, причем выдержки из
документов следует вывести в примечания к тексту. Просить Л. С.
Берга ознакомиться с картами рукописи.
2. С л у ш а л и: сообщение А. И. Андреева о состоявшемся
совещании бюро КИЗ и Археографической комиссии по вопросу о
порядке издания VI и VII томов трудов Ломоносова.
Постановили: согласиться с предложением совещания об
издании примечаний к VI и VII томам в виде вторых частей этих
томов; просить А. И. Андреева и M. М. Соловьева рассмотреть
замечания M. Н. Буткевича относительно просмотренных им
отпечатанных листов VI и VII томов, после чего переговорить по поводу
их с Б. Н. Меншуткиным, и поручить А. И. Андрееву и M. М.
Соловьеву принять меры к проведению изложенных постановлений.
3. Слушали: вопрос о включении Г.П.Блока в состав бюро
КИЗ.
Постановили: ввиду того что Г. П. Блок с основания
Комиссии по истории знаний состоял ее секретарем, включить его
в состав бюро КИЗ.
4. С л у ш а л и: сообщение Л. С. Берга о письме И. Д.
Стрельникова академику В. И. Вернадскому по поводу его доклада на
Конгрессе американистов о путешествии академика Лангсдорфа в
Южную Америку.2
Постановили: 1) просить Л. С. Берга сообщить И. Д.
Стрельникову, что было бы чрезвычайно желательно получить для отчета
Манизера оттиски цветных таблиц к путешествию Лангсдорфа,
которые будут напечатаны при его статье в «Трудах» Конгресса
американистов; так как оплатить валютой эти оттиски будет
невозможно, желательно, чтобы редакция «Трудов» Конгресса
предоставила их Академии или бесплатно, или в обмен на академические
издания, перевести же 25—30 руб. валютой за фотографическую
бумагу почти не осуществимо, потому что лицензии на ввоз
фотографической бумаги у нас не выдаются; 2) просить M. М.
Соловьева справиться относительно рисунков к этому труду в
музеях Антропологии и этнографии, Ботаническом и
Зоологическом.
5. Слушали: предложение Ю. И. Гессена об издании
Академией наук части рукописи де Геннина по случаю наступающего
200-летия со времени написания этого труда.
230

Постановили: 1) просить Ю. И. Гессена и О. Е. Звягинцева
ознакомиться с означенной рукописью; 2) просить Ю. И. Гессена
сделать об этой рукописи доклад в КИЗ.
6. С л у ш а л и: сообщение M. М. Соловьева о ближайших
докладах в КИЗ.
Постановили: наметить следующие доклады:
25 ноября — В.Г.Дружинин. История школы наук, торговли
и ремесел Выгорецкой обители;
1 или 2 декабря — Ю. И. Гессен. Рукопись де Геннина об
уральских заводах 1735 г. и вопрос об ее опубликовании;
О.Е.Звягинцев. Иноземные учителя металлургии в России
XVII в.».
8 декабря — В.Я.Курбатов. Научный облик Леонардо да
Винчи;
15 декабря — Т. И. Райнов. Колебания творческой
продуктивности в западноевропейской физике XVIII и XIX вв.; С. В.
Рождественский. Из истории изучения России в эпоху Петра
Великого.
7. Слушали: вопрос о днях заседаний КИЗ.
Постановили: устраивать заседания поочередно по
субботам вечером и воскресеньям днем.
8. Слушали: сообщение Л.С.Берга о том, что копии с
архивных материалов, хранящихся в детскосельских дворцах-музеях,
касающихся экспедиции Беринга, им сняты.
Постановили: принять к сведению.
9. Слушали: письмо непременного секретаря академику
В. И. Вернадскому о поступившей в Академию наук просьбе
издателя мюнхенского журнала «Врачебное обозрение» Отто Гмелина
о предоставлении ему для семейного архива Гмелиных
неизданных рукописей академика И. Г. Гмелина, хранящихся в Архиве
АН.3
Постановили: просить непременного секретаря, перед тем
как принять КИЗ решение, дать возможность бюро КИЗ
ознакомиться с письмом О. Гмелина к непременному секретарю.
10. Слушали: предложение ученого секретаря Якутской
комиссии П. В. Виттенбурга о чествовании памяти академика Мид-
дендорфа по случаю 35-летия со дня его смерти (16 января 1894 г. —
16 января 1929 г.).
Постановили: просить П. В. Виттенбурга высказать свои
соображения по этому поводу на следующем заседании бюро
КИЗ.4
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФЛ РАН, ф. 154, on. I д. 2, л. 18—19. Подлинник.
231

№148
Докладная записка В. И. Вернадского
в Издательство АН СССР об издательских планах КИЗ1
19 ноября 1928 г.
В ответ на запрос АНИ от 5 ноября с. г. сообщаю, что за счет
отведенных КИЗ 23 печатных листов КИЗ предполагает 3 листа
использовать для окончания печатания VI и VII томов сочинений
Ломоносова, а 20 листов отвести под издание «Трудов КИЗ» в
следующей последовательности:
• В. А. Кистяковский. Теория электролитической диссоциации
Аррениуса и эволюция современной химии: 3/4 листа;
• В. П. Бузескул. Всемирная история и ее представители в
России в XIX в. и начале XX в. Ч. 1 : около 9 листов;
• Г. Манизер. Академик Г. И. Лангсдорф и его путешествие по
Бразилии: 9V2 листов;
• Н. О. Сомов. История механики: [около 1 листа].
2-й Бэровский сборник:
• А. А. Гизетти. Из истории влияния идей К. М. Бэра на
русских мыслителей второй половины XIX в. (Русская
биосоциологическая школа 70-х гг. и ее позднейшие отклики).
• Е. Н. Павловский. Бэр как деятель Военно-медицинской
академии;
• В. И. Карташевский. Бэр как библиотекарь;
• Б. Н. Вишневский. Бэр как антрополог.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 265—265 об. Отпуск.
№149
Письмо В. И. Вернадскому с просьбой принять в архив КИЗ
переписку профессора Каспара Гревинга
20 ноября 1928 г.
Глубокоуважаемый Владимир Иванович!
Позвольте принести Вам мою сердечную благодарность за
только что полученные мною Ваши статьи. Между прочим, мне
интересно было узнать, что в Академии наук открывается новая
Комиссия по истории знаний. Вероятно, Академия наук может
принять от меня переписку профессора Гревинга, которая у меня
имеется. Раньше я думал эти письма пожертвовать
Геологическому комитету, но убедился, что в комитете нет соответствующего
отделения материалов, не касающихся собственно истории Геоло-
232

гического комитета. Нужно сказать, что в этой переписке ничего
особенного нет. Письма касаются главным образом обмена
коллекциями. Гревинг принимал энергичные меры к составлению
коллекций своего кабинета. Круг его корреспондентов по этому
поводу довольно разнообразный. Сюда входят и Барант, и Кейнр-
пинг, Берендт, некоторые русские профессора, целый ряд бывших
студентов Дерптского университета. Переписка относится к
шестидесятым годам. Некоторые письма я разобрал и переписал,
другие перевел на русский язык. Другие оставил неразобранными,
главным образом из-за готического шрифта. Много места в
переписке отведено метеоритам. Я думаю, что переписка все же не
лишена интереса. Всю эту переписку, наверное, помнит Франц
Юльевич Левинсон-Лессинг.
Позвольте пожелать Вам всего лучшего.
Преданный Вам И. Богомо...1
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 33—34 об. Подлинник.
№150
Письмо В. И. Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу о рукописях И. Г. Гмелина,
хранящихся в Архиве АН СССР1
1 декабря 1928 г.
Многоуважаемый Сергей Федорович!
В ответ на Ваше письмо от 15 октября с. г. сообщаю, что по
наведенным справкам ни одна из рукописей И. Г. Гмелина,
хранящихся в Архиве АН, напечатана не была. Ввиду исключительной
ценности этих рукописей я не полагал бы возможным
удовлетворить просьбу Отто Гмелина о передаче их ему и считал бы только
допустимым снятие с означенных документов для О. Гмелина за
его счет фотографических копий.
Примите уверение в глубоком моем уважении и преданности.
В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 295. Отпуск.
№151
Протокол заседания КИЗ1
1 декабря 1928 г.
Слушали: доклад В.Г.Дружинина «История развития
школы, торговли и ремесел Выгорецкой обители».2
233

Постановили: благодарить докладчика.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 16. Подлинник.
№152
Протокол заседания КИЗ1
9 декабря 1928 г.
1. С л у ш а л и: сообщение Ю. И. Гессена «Рукопись де Генни-
на об уральских заводах 1735 г.» и вопрос об ее напечатании.
В прениях участвовали академик В. И. Вернадский, академик
А. Е. Ферсман, Э. Л. Радлов, С. В. Рождественский, В. И.
Срезневский, И. И. Любименко, А. В. Бородин, М. Мартынов, M. М.
Соловьев.
Постановили: благодарить докладчика и признать
желательным напечатание рукописи.
2.Слушали: сообщение О.Е.Звягинцева «Иноземные
учителя металлургии в России XVII в.». В прениях участвовали
М. А. Лихарев, И. И. Любименко, В. И. Крыжановский, А. В.
Бородин.
Постановили: благодарить докладчика.
Председатель Комиссии академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 17. Подлинник.
№153
Письмо М. А. Блоха В. И. Вернадскому
о темах для публичных лекций1
12 декабря 1928 г.
Многоуважаемый Владимир Иванович!
Исполняя Ваше желание, посылаю Вам ряд тем для публичных
лекций, которые, как мне казалось, было бы довольно легко
организовать Комиссии по истории знания:
• От атома Демокрита до атома Бора;
• Ньютон и современная физика;
• От Роберта Бойля до изотопии;
• Как строилась химическая промышленность;
• Наука и техника в их исторических взаимоотношениях;
• Творцы электротехники от Фарадея до Сименса;
234

• Развитие механики;
• Роль отдельных элементов в истории химии;
• Великие ботаники XIX столетия;
• Великие химики XIX столетия;
• Великие физики XIX столетия;
• Великие математики XIX столетия;
• Великие техники XIX столетия;
• Крупные научные юбилеи.
Глубоко Вас уважающий М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 311—312. Отпуск.
№154
Выписка из протокола Общего собрания АН СССР
об издании сборника в память академика А. М. Бутлерова
15 декабря 1928 г.
Председатель КИЗ В. И. Вернадский доложил о
предположенном издании сборника в память академика А. М. Бутлерова,
причем ввиду невключения его в издательскую программу по КИЗ
ходатайствовал об издании его в особом порядке, за счет числа
печатных листов, предусмотренного для изданий Общего
собрания. Вместе с тем представил для напечатания в упомянутом
сборнике следующие статьи:
1) В. Е. Тищенко. А.М.Бутлеров. Краткий биографический
очерк;
2) Д. П. Коновалов. А. М. Бутлеров в своей лаборатории
Петербургского университета 1878—1881 гг. Воспоминания;
3) А. Е. Фаворский. А. М. Бутлеров как глава школы русских
химиков;
4) И. А. Каблуков. А. М. Бутлеров как общественный деятель
по распространению знаний по рациональному пчеловодству;
5) А. И. Горбов. А. М. Бутлеров и химическое строение;
6) А. Е. Чичибабин. Теория химического отражения при свете
современных научных данных.
Положено: признать необходимым издание указанного
сборника в составе представленных В. И. Вернадским статей, в
общем объеме не свыше 7 печатных листов, о чем сообщить
АНИ.1
Непременный секретарь академик С. Ольденбург
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 341—341 об. Подлинник.
235

№155
Протокол заседания бюро КИЗ1
15 декабря 1928 г.
1. С л у ш а л и: сообщение П. В. Виттенбурга по вопросу о
чествовании памяти академика А. Ф. Миддендорфа и о работах
Якутской комиссии, касающихся некоторых других научных деятелей.
Постановили: устроить заседание, посвященное памяти
академика А. Ф. Миддендорфа после того, как будут изучены еще
не разработанные архивные материалы, касающиеся названного
академика: 1) просить П. В. Виттенбурга снестись с живущим в
г. Дерпте А. А. Бунге относительно имеющихся у него материалов
о бароне Э. В. Толле и 2) сделать доклад о Э. В. Толле в
Комиссии по истории знаний.
2. С л у ш а л и: сообщение А. И. Андреева о результатах
ознакомления его и М. М. Соловьева с замечаниями М. Н. Буткевича2
к VI и VII томам сочинений М.В.Ломоносова; по мнению
А.И.Андреева и М.М.Соловьева, работу, произведенную
M. Н. Буткевичем, необходимо признать весьма тщательной и
полезной; она показала, что ничего непреодолимого к печатанию VI
и VII томов сочинений М.В.Ломоносова не имеется.
Постановили: приступить к печатанию VI и VII томов
сочинений Ломоносова и использовать замечания M. Н. Буткевича
при составлении предисловия к означенным томам; последнее
просить составить А. И. Андреева и M. М. Соловьева.
3.Слушали: вопрос об издании работы Г. Манизера3 о
путешествии академика Лангсдорфа; Л.С.Берг сообщил, что 1) он
ознакомился со списком трудов Лангсдорфа, составленным
Библиографическим бюро, 2) ответа от И. Д. Стрельникова на его
письмо от 19 XI 1928 не получил. Остановка в этом деле
происходит оттого, что не выяснен исчерпывающим образом вопрос о
рисунках Лангсдорфа, могущих храниться в музеях Ботаническом,
Зоологическом и Антропологии и этнографии.
Постановили: просить приготовить указанные рисунки
академика Лангсдорфа для осмотра их академиком В. И. Вернадским и Л. С.
Бергом и просить M. М. Соловьева навести справки в Государственном
ботаническом саду относительно рисунков академика Лангсдорфа.
4. Слушали: предложение академика В.И.Вернадского
избрать в члены КИЗ профессора В. Я. Железнова.
Постановили: принять предложение академика В. И.
Вернадского и внести на обсуждение Комиссии.
5. Слушал и: просьбу члена Комиссии А. А. Борисяка,
сообщенную академиком В. И. Вернадским, о том, чтобы
редактирование писем академика А. О. Ковалевского было с него снято и
передано члену Комиссии, как зоологу и лицу, близко стоявшему
к А. О. Ковалевскому.
236

Постановили: просить А. А. Борисяка остаться
ответственным редактором писем братьев В. О. и А. О. Ковалевских,
редактирование же писем А. О. Ковалевского как зоолога просить,
согласно предложению А. А. Борисяка, взять на себя профессора
В. Т. Шевякова.
6. Слушали: сообщение академика В.И.Вернадского о
предложении академика С. Ф. Платонова предоставить Н. И. Реп-
никову и Ф. Н. Петрову сделать доклад в КИЗ об археологическом
открытии в Крыму старинного города — Готской державы; в
разработке этого вопроса заинтересованы, между прочим, и немецкие
ученые; по мнению академика С. Ф. Платонова, желательно было
бы в связи с докладом об этом открытии устроить выставку.
Постановили: просить академика В. И. Вернадского
переговорить с непременным секретарем и академиком С. Ф.
Платоновым относительно характера этих сообщений; желательно устроить
предварительное совещание по этому вопросу.
7. С л у ш а л и: сообщение академика В. И. Вернадского о том,
что Общее собрание АН предоставило 7 печатных листов для
издания сборника в память академика А. М. Бутлерова.4
Постановили: принять к сведению.
8. С л у ш а л и: вопрос о передаче архива М. К. Сидорова,
хранящегося в КЕПС, в КИЗ.
Постановили: согласиться с предложением А. И. Андреева
передать указанный архив Археографической комиссии АН.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 2, л. 20—21. Подлинник.
№156
Протокол заседания КИЗ1
16 декабря 1928 г.
1. Слушали: доклад профессора Т.И.Райнова «Колебания
творческой продуктивности в западноевропейской физике XVIII
и XIX вв.».
В прениях участвовали академик В. И. Вернадский, М. А. Блох,
О. Е. Звягинцев, Д. П. Цинзерлинг, Б. П. Вейнберг, В. Я. Курбатов.
Постановили: благодарить докладчика.
2.Слушали: предложение бюро КИЗ об избрании
профессора В. Я. Железнова в члены КИЗ.
Постановили: избран единогласно.
Председатель КИЗ академик В. И. Вернадский
Ученый секретарь M. М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 3, л. 18. Подлинник.
237

№157
Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР
об увеличении кредитов для КИЗ1
21 декабря 1928 г.
В настоящее время в связи с утверждением штатной должности
ученого секретаря и переходом в новое помещение (7-я линия,
д. 2) КИЗ приступает к развертыванию своей деятельности.
Начинается изучение ряда архивных материалов членами КИЗ,
каталогизируется значительное количество рукописей, портретов и
книг, все время поступающих в КИЗ. Работа эта сопряжена с
новыми расходами, которые в известной мере не могут быть
предусмотрены при составлении и утверждении сметы КИЗ на
1928/29 г. Особенно остро чувствуется полное отсутствие
кредитов по § 7 (приобретение книг и библиотечные расходы),
вследствие чего КИЗ не может следить за ходом работ по истории
знаний как в СССР, так и, в особенности, за границей, где
исследовательские работы по истории знаний главным образом
сосредоточены.
Еще более усугубляет критическое положение КИЗ
сокращение кредитов на I квартал с 206 руб. на 185 руб., как раз во
время перевода Комиссии в новое помещение, сопряженного с
неизбежными тратами хозяйственного характера.
Ввиду сего КИЗ, учитывая тяжелое материальное положение
Академии наук, ходатайствует перед Президиумом об увеличении
кредитов КИЗ в текущем году в размере 50 руб. на каждый
последующий квартал (по § 7 на библиотечные расходы).
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 330—330 об. Отпуск.
№158
Письмо ученого секретаря КИЗ M. М. Соловьева
непременному секретарю АН СССР С. Ф. Ольденбургу
об истории сахарных культур в России
29 декабря 1928 г.
Глубокоуважаемый Сергей Федорович!
По предложению председателя Комиссии по истории знаний
академика В. И. Вернадского мною наведены справки в Архиве
Академии наук относительно материалов, касающихся введения в
России сахарной культуры. Оказалось, что в Архиве хранится
«мнение» академиков Т. Е. Ловица и Я. Д. Захарова по поводу
книги «Ausführlich Beschreibung der Methode nach welcher bei der
238

Kultur der Runckel Rübe verfahren werden muss um ihren Zuker
Stoff nachmöglichst zu vermehren und sie so zu erhalten, dass sie
mit Vorhell zur Zuckerfabrication angewandt werden kann» von
Frants Karl Achard, 8°, Berlin, 1799, сообщенное Конференции
Академии наук 10 июля 1799 г. при непременном секретаре
академике Эйлере. В этой книге изложены главнейшие правила и
способ рощения свеклы, причем, как указывается в
вышеприведенном мнении академиков, «все оное нужно утвердить опытами,
различным переменам подверженными». Вместе с тем в этом
мнении приводится замечание академика Лепехина (см. протокол
заседания Конференции 3 июня 1799 г. №32, § 137) «о
дикорастущей в великом множестве в Камчатке сладкой траве под
названием Heracle sphondilicum, которая содержит столь много
сладкого вещества, что оно при высушении травы выходит на
поверхность и при сотрясении падает на землю в виде маленьких
сахарных крупинок, вследствие чего весьма желательно, чтобы из
Камчатки были доставлены зрелые семена этих трав и около пуда
высушенной и неотряхнутой сладкой травы для химических
исследований и выяснения вопроса, не превосходит ли сия трава
самую свеклу».
Кроме того, в Архиве хранится письмо графа Растопчина к
президенту Академии барону Николаи от 14 июня 1799 г., в
котором он сообщает, что по докладу его государю мнения
академиков насчет книги г. Ашира о выработке сахара из
свекловицы и замечания академика Лепехина о камчатской траве
было приказано доставить необходимое количество этой травы,
как для выяснения вопроса об ее большей пригодности для
добывания сахара, чем свекла, так и того, возможно ли по
климатическим условиям культивировать эту траву в ближайших
местностях.
Как видно из протоколов заседаний Конференции за 1799 г.
(7 III, §§55, 56; 13V, § 119; 3 VI, §§ 135, 136, 137; 10 VI, § 147;
11 VII, § 199 и 24 X, § 283) и за 1800 г. (9 I, § 13; 16 I, § 19; 20 I,
§ 27; 5 XI, § 305), академик Ловиц занимался исследованиями и
опытами по выработке сахара из свекловицы и о результатах этих
опытов делал представления в Академию.
Примите уверения в глубоком моем уважении и таковой же
преданности.
Ученый секретарь Комиссии М. Соловьев
ПФЛ РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 317—318. Копия.
239

№159
Удостоверение члена КИЗ профессора В. Н. Ивановского
29 декабря 1928 г.
Уд о стоверение
Настоящим удостоверяется, что профессор Владимир
Николаевич Ивановский состоит членом Комиссии по истории знаний
при Академии наук СССР.
Председатель Комиссии академик В.Вернадский
И. о. ученого секретаря М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 12, л. 251.
№160
Отчет о деятельности КИЗ за 1928 г.
Председателем КИЗ состоял академик В. И. Вернадский,
ученым секретарем — М. А. Блох, а с 1 октября — M. М. Соловьев.
При КИЗ состояла подкомиссия по чествованию памяти
академика К. М. Бэра под председательством академика
В.И.Вернадского, при ученом секретаре M. М. Соловьеве. Кроме того, при КИЗ
совместно с АК работала подкомиссия по изданию сочинений Ло-
моносовва, председателем которой был академик С. Ф. Платонов,
а ученым секретарем — А. И. Андреев. В отчетном году в члены
КИЗ избраны Н. П. Василенко, Б. М. Коялович, Д. П. Цинзерлинг,
и О. Е. Звягинцев.1 За год состоялось 12 заседаний КИЗ, на
которых, между прочим, сделаны следующие доклады:
В.Н.Ивановский. Генезис ассоциационной психологии и ассоциационизма;
А. И. Анисимов. История открытия древнерусской живописи как
искусства; В. В. Сиповский. Естествознание и русская литература
XIX в.; И. Д. Стрельников. Академик Г. И. Лангсдорф и русская
экспедиция в Бразилию в 1821—1828 гг.; Н. И. Кареев. Начало
социологии в России; В.В.Струве. Достижения египетской математики
по данным папируса собрания В. С. Голенищева; В. А. Кистяков-
ский. Теория электролитической диссоциации Аррениуса и
эволюция современной химии.2 Собраний бюро КИЗ для
рассмотрения текущих дел было И.
Издательская деятельность КИЗ выразилась в следующем.3
Выпущены из печати работы: А. А. Борисяк. В.О.Ковалевский, его
жизнь и научные труды; Л. С. Берг. Очерк истории русской
географической науки (обе в «Трудах КИЗ»). Готова к печати работа
академика Бузескула «Всеобщая история и ее представители в
России в XIX в. и начале XX в. Ч. 1». Подготовлялось издание
архивных материалов и памятников по истории знаний.
240

В частности, продолжались работы по изучению переписки
А. О. и В.О.Ковалевских (А. А. Борисяк и В. А. Чистович), над
рукописями, связанными с экспедицией Беринга (Л. С. Берг), над
русскими астрономическими текстами конца XV в. (В. Н. Бенешевич)
и над перепиской академика К. М. Бэра с А. А. Бунге (M. М.
Соловьев). Продолжался перевод автобиографии К. М. Бэра (M. М.
Соловьев). Вместе с тем шло собирание материалов, имеющих
отношение к истории знаний (поступило: книг — 162 номера,
портретов — 332 номера и значительное число рукописей, писем и
научных инструментов).
Помимо научных учреждений СССР КИЗ имела научные
сношения с заграничными научными учреждениями и научными
деятелями (Forschungsinstitut für Geschichte der Wissenschaft; Кёнигс-
бергский университет, Ботанический сад университета в Тарту,
профессора Ю. Шустер, Э. Шпор, доктор Б. Оттоу).
Подкомиссия по чествованию памяти академика К. М. Бэра
готовила к столетию избрания К. М. Бэра в ординарные академики
ряд научных работ. Приготовлены к печати для 2-го Бэровского
сборника: А. А. Гизетти. Из истории влияния идей К. М. Бэра на
русских мыслителей второй половины XIX в.; Б.Н.Вишневский.
К. М. Бэр как антрополог; Е. Н. Павловский. К. М. Бэр как
деятель Военно-медицинской академии; В. И. Карташевский. K.M. Бэр
как библиотекарь. Произведена предварительная опись бумаг
академика К. М. Бэра (12 папок), хранящихся в отделе инкунабул
Библиотеки АН СССР и не внесенных в список L. Stieda «Ver-
zeichniss der Manuskripte, Notizen und Aufzeichnungen der weil,
Akademiker Dr. K.E.V. Baer». Заседаний подкомиссии состоялось
7, причем на них помимо рассмотрения текущих дел были
сделаны следующие доклады: Ю. А. Нелидов. О материалах по
генеалогии К. М. Бэра; М. С. Каролицкий. Библиография трудов К. М. Бэра
и литературы о К. М. Бэре на русском языке.4
О работах подкомиссии по изданию сочинений
М.В.Ломоносова см. отчет АК.5
В отчетном году КИЗ отведено новое помещение в доме
Академии наук по 7-й линии В. О. №2, куда и переведены ее
библиотека и коллекции. Должность ученого секретаря КИЗ с 1
октября введена в штат.6
Опубл.: Отчет о деятельности Академии наук СССР в 1928 г. Л., 1929.
С. 239—240.
241

1929
№161
Записка M. А. Блоха В, И. Вернадскому
об организации публичных лекций по истории науки
4 января 1929 г.
Многоуважаемый Владимир Иванович!
Когда я в свое время возбудил в бюро КИЗ вопрос об
устройстве публичных лекций, то сделал это потому, что считал вопрос
актуальным.1
Вы очень тепло отнеслись к моей инициативе, но связали
вопрос о реализации этого начинания с тем, чтобы я руководил этим
начинанием.
Мне бы очень не хотелось нести ответственность за строчку
его, но, с другой стороны, я ни по состоянию своего здоровья, ни
по своей работе не имею возможности бывать на многих
заседаниях и совершенно не могу бывать в дневные часы.
Мне лично казалось, что это дело ни в каких особых
формальностях не нуждается.
Прилагаю Вам список тем и лиц, которые, как мне казалось,
могли бы прочитать лекции в первую очередь. С ними, в случае
Вашего согласия, я мог бы с легкостью переговорить (по
телефону) — без особой траты сил и времени.
Само фактическое устройство лекций (помещение, освещение,
фонарь для иллюстраций, объявления в газетах и другие
информации, разрешение, когда оно нужно, и т.д.) должно было бы
лежать на секретариате КИЗ.
Основной принцип лекций — строго научный характер,
ясность изложения, широкий охват мысли, исторический анализ
генезиса творчества, выдвижение моментов, характеризующих и
благоприятствовавших научному творчеству, связь с современным
состоянием науки затрагиваемого вопроса. Задача лекции —
расширение горизонта, понимание настоящего науки на фоне ее
прошлого и развитие первого из последнего.
Время чтения лекций: будни — вечерние часы 7 или 8;
продолжительность — 2 академических часа с перерывом по 40 мин
или без перерыва — час.
По возможности желательна иллюстрация лекции съемками. За
счет КИЗ необходимо присутствие стенографистки (10 руб. в
час), причем одна стенограмма остается в архиве КИЗ, а другая
передается лектору для обработки.
Ввиду невозможности оплачивать лекторов им должно быть
предоставлено право издания лекций, причем в случае их желания
242

КИЗ оказывает им содействие в попытке издания лекций или
КИЗ, или каким-нибудь издательством.
Лекции желательно устраивать не реже чем 1 раз в месяц,
причем желательно использовать месяцы февраль, март, апрель и,
может быть, май.
Тезисы или краткая программа раздается слушателям перед
началом лекции для облегчения понимания.
Желательно в этих программах указание лектором главнейшей
литературы.
Цикл лекций должен был бы охватить всю область
естествознания и техники: творческие образы, научные проблемы и их
претворение в жизнь.
Для начала, мне казалось бы, легче всего реализовать
следующие лекции (причем я исхожу из наличия живых сил, а темы
можно было бы с ними согласовать), приводимые не в порядке
какой-нибудь схемы, а простой записи:
• Пути научного и технического творчества — М. А. Блох,
В. Я. Курбатов;2
• Пути развития химии и химической промышленности —
М. А. Блох;
• История химических элементов в истории Земли и
Космоса — академик В. И. Вернадский;
• Ньютон и современная физика — А. Ф. Иоффе;
• Развитие понятия атом и элемент — П. П. Лазарев;
• Великие ботаники XIX столетия — В. Н. Любименко;
• Развитие механики — А. А. Радциг;
• История минералогии в XIX и XX ст. — академик А. Е.
Ферсман;
• История углерода — А. Е. Чичибабин;
• Творцы электротехники (от Фарадея до Сименса) — М. А. Ша-
телен;
• История брожения — академик С. П. Костычев;
• Великие естествоиспытатели XIX в. (ряд лекций) — М. А. Блох,
академик В.И.Вернадский, Н.Д.Зелинский, академик
В.Н.Ипатьев, В.Я.Курбатов, академик Н. С. Курнаков, академик
П.П.Лазарев, Б. Н. Меншуткин, Н. И. Степанов, академик А. Е. Ферсман.
Искренне Вас уважающий М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 21, л. 5—6. Копия с авторской правкой и
подписью.
243

№162
Письмо M. А. Блоха В. И. Вернадскому
о чествовании покойного Э. Л. Радлова1
4 января 1929 г.
Многоуважаемый Владимир Иванович!
Мне крайне неприятна невозможность быть на заседании бюро
КИЗ, в особенности потому, что оно будет посвящено
обсуждению чествования покойного Э. Л. Радлова, которого я глубоко
уважал и неизменно дружеское к себе отношение очень ценил, но,
к сожалению, в дневные часы мне фактически невозможно
оставлять учреждение на 2—3 часа.
Мне неизвестно, какие предложения имеются в бюро, но мне
казалось, что помимо заседания, на котором ученики и друзья
покойного могли бы сделать сообщения о личности и творчестве
Эрнеста Львовича, следовало бы выяснить, не остались ли какие-
нибудь материалы, заслуживающие быть напечатанными (с
оплатою гонорара семье покойного), и не следовало ли бы в
помещении Комиссии вывесить его большой портрет в память о нем как
товарище председателя КИЗ. Может быть, можно было бы издать
в «Трудах КИЗ» выпуск, посвященный его памяти. Ведь в
Эрнесте Львовиче — помимо его специальных работ — всегда
поражали его тонкий ум, громадная эрудиция и какая-то почти
юношеская живость, с которой он умел привлекать к себе. Было что-то
подкупающее, милое в его улыбке. Хотелось бы, чтобы
чествование его памяти было по возможности сердечно. Он был очень
предан КИЗ, и я никогда не забуду, как он в Ваше отсутствие
живо интересовался КИЗ.
Мне искренно жаль, что невозможно быть на сегодняшнем
заседании.
Прошу принять привет и уверение в глубоком уважении и ис-
кренной преданности.
М. А. Блох
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 21, л. 7. Подлинник.
№163
Обращение В. И. Вернадского к непременному секретарю
АН СССР С. Ф. Олъденбургу об организации поисков могилы
и памятника Л. Эйлеру на Смоленском кладбище
11 января 1929 г.
Глубокоуважаемый Сергей Федорович!
В своей работе «Leonard Euler et ses amis» L. Gustave Du-Pas-
quier сообщает о том, что Академия наук воздвигла академику
244

Эйлеру на Смоленском кладбище памятник из гранита1 взамен
разрушившейся плиты 50 лет спустя после его кончины, с
надписью «Leonardo Eulero — Academia Petropolitana». В издании
«Санкт-Петербургский некрополь» (т. IV, 1913, стлб. 636)
упоминается об этом же памятнике с надписью «Leonardo Eulero —
Academia Petropolitana. MDCCCXXXVII». В Архиве Академии
наук хранятся дела: 1) за №74 от 19 Генваря 1837 г. о
сооружении памятника покойному академику Эйлеру, каковой
стоимостью в 2300 руб. на средства Академии наук и поставлен на
месте найденного камня на Смоленском лютеранском кладбище
на могиле покойного академика; 2) за № 17 1883 г., в коем
имеется отношение академика и вице-президента Академии В.Буня-
ковского, из коего усматривается, что к исполнившемуся 7
сентября 1883 г. столетию со дня смерти академика Эйлера
поставленный над его могилой памятник был прочищен с возобновлением
позолоты. Между тем предпринятые КИЗ шаги к отысканию
указанного памятника на Смоленском лютеранском кладбище не
увенчались успехом.
Ввиду сего обращаюсь к Вам с просьбой, не найдете ли Вы
возможным поручить кому-нибудь принять меры к отысканию
могилы Эйлера и одновременно привести в порядок могилы других
академиков.
Председатель КИЗ академик
Ученый секретарь
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 21, л. 19—19 об. Копия.
№164
Докладная записка В. И. Вернадского
непременному секретарю АН СССР С Ф. Ольденбургу
о научных заслугах Э. Л. Радлова
15 января 1929 г.
Глубокоуважаемый Сергей Федорович!
28 декабря 1928 г. скончался заместитель председателя КИЗ
член-корреспондент Академии наук, профессор Эрнест Львович
Радлов.
Научные работы его оставили глубокий след в истории мысли,
и едва ли я ошибусь, если скажу, что в области истории
философии это был самый крупный ученый в нашей стране.
Будучи человеком исключительно широкого образования,
Э. Л., однако, не мог замкнуться только в своей специальной
области знания. Научная деятельность его все время связывалась с
жизнью. Много лет Э. Л. плодотворно работал над созданием у
нас научного преподавания, как высшего, так и среднего, и роль
его как педагога и историка просвещения в России еще ждет
245

своей высокой оценки. Деятельность Э. Л. в течение ряда лет как
редактора «Журнала Министерства народного просвещения»,
сыгравшего такую большую роль в области гуманитарных наук, всем
памятна.
Академия наук постоянно обращалась за помощью к Эрнесту
Львовичу в необходимых ей случаях.
В последнее время Э. Л. особенно близко подошел к научным
интересам Академии, взяв на себя с самого основания КИЗ в
1922 г. обязанности заместителя председателя этой Комиссии.
Живейшее и непрерывное участие его в работах бюро КИЗ и
самой КИЗ, умелое руководство Комиссией в отсутствие
председателя в высшей степени способствовали расширению и
упрочению ее деятельности. Весь научный архив Эрнеста Львовича
пожертвован семьей его в Комиссию.1
После Э. Л. осталась жена его Вера Александровна, бывшая
постоянной сотрудницей Э. Л. во всех его работах, не имеющая
лично сейчас никаких источников для своего существования.
Ввиду того значения, какое имеет Э. Л. в истории науки у нас и
в научной деятельности Академии, я считаю своей обязанностью
от имени КИЗ просить Вас поддержать от имени Академии наук
поданное В. А. Радловой в пенсионный отдел Наркомпроса
ходатайство о пенсии в размерах, соответствующих крупным научным
заслугам покойного.
Если от имени КИЗ нужны какие-либо действия, то прошу об
этом меня уведомить.
Искренне Вас уважающий В.Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 21, л. 30—30 об. Подписанная копия.
№165
Протокол заседания бюро КИЗ1
19 января 1929 г.
1.Слушал и: просьбу А.В.Бородина напечатать его работу
«Первая гражданская типография 1705—1723 гг. и библиотекари
Киприановы» в изданиях КИЗ.
Постановили: предложить А.В.Бородину внести в его
статью указанные ему бюро КИЗ изменения, после чего просьбу
А.В.Бородина обсудить на заседании бюро.
2. С л у ш а л и: об устройстве заседания в память Э. Л. Радло-
ва.2
Постановили: созвать совещание для обсуждения этого
вопроса в составе бюро КИЗ и особо приглашенных лиц;
окончательно обсудить вопрос о совещании на следующем заседании
бюро КИЗ.
246

3. С л у ш а л и: сообщение академика В. И. Вернадского о том,
что им отправлено непременному секретарю письмо с просьбой о
поддержании ходатайства вдовы Э. Л. Радлова Веры
Александровны о пенсии.3
Постановили: утвердить.
4. Слушали: о приобретении книг Э. Л. Радлова,
послуживших материалом для его работы «Россия в ангдийской
литературе».
Постановили: просить А. И. Андреева ознакомиться с
доставленным В. А. Радловой в КИЗ списком означенных книг и
дать о них отзыв.
5. С л у ш а л и: об устройстве заседания, посвященного вопросу
об открытии в Крыму остатков Готского города.
Постановили: устроить совместное заседание 2
комиссий — КИЗ и Византийской — по этому вопросу в конце
февраля.4
6. С л у ш а л и: сообщение А. И. Андреева о том, что ввиду
исполняющегося 7 февраля с. г. 10-летия со дня смерти
академика А. С. Лаппо-Данилевского, инициатора работы КИЗ,
предположено выпустить под редакцией А. И. Андреева сборник под
названием «Материалы к биографии академика А. С.
Лаппо-Данилевского»; сборник этот объемом примерно в 5 печатных листов
будет содержать: 1) портрет академика А. С. Лаппо-Данилевского,
2) автобиографию с дополнениями, 3) список его трудов, 4)
описание его рукописей, 5) список статей, посвященных его
памяти.5
Постановили: устроить заседание, посвященное памяти
академика А. С. Лаппо-Данилевского, и включить означенный
сборник в серию изданий КИЗ вслед за трудом академика В. П. Бузес-
кула «Всемирная история и ее представители в XIX в. и начале
XX в.».
7. С л у ш а л и: сообщение академика В. И. Вернадского о том,
что в четверг, 24-го сего января, в 7 часов вечера
предположено заседание КИЗ, на котором академик Д. М. Петрушевский
сделает доклад: «Академик П. Г. Виноградов как социальный
историк».6
Постановили: утвердить.
8. С л у ш а л и: об удостоверении, выданном А. А. Родных по
его просьбе для представления в секцию научных работников.
Постановили: утвердить.
9. Слушали: о печатании рукописи де Геннина.
Постановили: по выслушании А. И. Андреева о суждении
по этому поводу в АК передать означенное дело в АК и просить
привлечь к участию в нем О. Е. Звягинцева и Ю. И. Гессена.
10. Слушали: о рукописях, портретах и печатанных
произведениях, поступающих в КИЗ.
247

Постановили: просить M. M. Соловьева сделать доклад об
этих поступлениях с 1 января 1929 г.
11. Слушал и: сообщение М.М.Соловьева о том, что, по
сведениям А. И. Малеина, в Институте книговедения хранится
картотека С. А. Венгерова, ценная для истории знаний в России
и положение которой не очень прочно.
Постановили: просить M. М. Соловьева навести все
необходимые справки по этому делу.
12. Слушали: о ходе работ по изданию сочинений М. В.
Ломоносова.
Постановили: обсудить этот вопрос после издания
сборника в память академика А. С. Лаппо-Данилевского.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь M. М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 20, л. 1—2. Подлинник.
№166
Протокол заседания бюро КИЗ1
23 января 1929 г.
1. С л у ш а л и: отзыв А. И. Андреева о собрании английских
книг из библиотеки Э. Л. Радлова, посвященных изучению России.
Постановили: просить М.М.Соловьева переговорить с
академической Библиотекой и Археографической комиссией о
возможности приобретения указанных книг.
2. С л у ш а л и: предложение М. А. Блоха об организации КИЗ
популярных лекций по истории знаний.2
Постановили: признать принципиально желательным
устройство таких лекций, просить М. А. Блоха переговорить по
этому вопросу с лицами, которые бы могли и пожелали такие
лекции читать.
3. С л у ш а л и: предложение M. М. Соловьева об избрании в
члены КИЗ члена Бэровской подкомиссии профессора
эмбриологии Ленинградского университета и биологии Государственного
института медицинских знаний Петра Павловича Иванова.
Постановили: согласовать и представить на заседание
Комиссии.
4. С л у ш а л и: об избрании заместителя председателя
Комиссии вместо скончавшегося Э. Л. Радлова.
Постановили: предложить КИЗ избрать заместителем
председателя КИЗ академика С. Ф. Ольденбурга.
5. С л у ш а л и: о составлении списка лиц, принимавших
участие в научной работе Академии наук с ее основания.
Постановили: считать составление такого списка
желательным, просить подготовить сообщение по этому вопросу
248

Г. П. Блока совместно с А. И. Андреевым и созвать особое
совещание для дальнейшего обсуждения этого дела.
6. С л у ш а л и: о составлении некролога Э. Л. Радлова согласно
предложению ОГН от 11 января 1929 г. и устройстве собрания
КИЗ в память Э. Л.3
Постановили: организовать собрание и просить академика
В.И.Вернадского и академика С. А. Жебелёва сделать на этом
собрании доклады; просить председателя КИЗ переговорить
относительно доклада на этом собрании с академиком Ф. И. Щербат-
ским и относительно некролога Э. Л. Радлова с академиком
С. А. Жебелёвым.
7. Слушали: о дальнейших докладах в КИЗ.
Постановили: наметить следующие доклады:
• С.В.Рождественский. Из истории изучения России в эпоху
Петра Великого;
• В.Я.Курбатов. Научный облик Леонардо да Винчи;
• О. А. Добиаш-Рождественская. Западные мастерские письма
на заре средних веков и рукописи Публичной библиотеки;
• И. И. Любименко. Сравнительная роль европейских народов
в изучении допетровской Руси;
• академик В.М.Алексеев. 1) История Китая в Китае и
Европе; 2) Китайская наука.
Председатель КИЗ академик В. И. Вернадский
Ученый секретарь M. М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 20, л. 3. Подлинник.
№167
Записка M. М. Соловьева В. И. Вернадскому
о ценности рукописей академика И. Г. Гмелина,
хранящихся в Архиве АН СССР1
24 января 1929 г.
Председателю КИЗ академику В.И.Вернадскому.
Во исполнение предложения непременного секретаря от 12
января с. г. мною были просмотрены рукописи академика И. Г.
Гмелина, хранящиеся в Архиве АН СССР. При этом выяснилось, что
они все представляют такую высокую ценность, что ни одна из
них ни в коем случае не может быть, с моей точки зрения,
передана в собственность редактора мюнхенского журнала
«Врачебное обозрение» Отто Гмелина.
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 21, л. 4L Подлинник.
249

№168
Протокол заседания КИЗ1
24 января 1929 г.
1. Слушал и: сообщение председателя КИЗ академика
В.И.Вернадского о кончине заместителя председателя КИЗ
члена-корреспондента АН Э. Л. Радлова, последовавшей 28
декабря 1928 г. Память покойного почтена вставанием.2
2. С л у ш а л и: доклад академика Д. М. Петрушевского
«Академик П. Г. Виноградов как социальный историк».
Постановили: благодарить докладчика.
З.Слушали: предложение бюро КИЗ избрать в члены
Комиссии члена Бэровской подкомиссии профессора
Ленинградского университета П. П. Иванова.
Постановили: избрать профессора П. П. Иванова в члены
Комиссии.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 19, л. 1. Подлинник.
№169
Протокол заседания КИЗ1
3 февраля 1929 г.
1.Слушал и: доклад В.Я.Курбатова «Научный облик
Леонардо да Винчи».
Постановили: благодарить докладчика.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 19, л. 2. Подлинник.
№170
Протокол заседания КИЗ1
10 февраля 1929 г.
1. С л у ш а л и: доклад С. В. Рождественского «Из истории
изучения России в эпоху Петра Великого».
Постановили: благодарить докладчика.
Председатель КИЗ академик В. Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев2
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 19, л. 3. Подлинник.
250

№171
Протокол заседания КИЗ1
16 февраля 1929 г.
1.Слушали: доклад академика В.М.Алексеева «Китайская
наука». В прениях по докладу участвовали академик В. И.
Вернадский, И. И. Любименко, О. А. Добиаш-Рождественская.
Постановили: благодарить докладчика.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 19, л. 4. Подлинник.
№172
Письмо В. И. Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу с просьбой поддержать ходатайство
о назначении пенсии внуку Я. И. Лобачевского
20 февраля 1929 г.
Глубокоуважаемый Сергей Федорович!
Ко мне обратился внук Н. И. Лобачевского Давид Николаевич
Лобачевский с просьбой помочь в исходатайствовании ему
пенсии, в коей ему, несмотря на двукратное ходатайство Казанского
университета и Гавнауки, Народным Комиссариатом Просвещения
отказано. Между тем, как видно из прилагаемых документов,
Д. Н. Лобачевский, которому сейчас 65 лет от роду, находится в
чрезвычайно стесненных материальных условиях. Считая
совершенно недопустимым, чтобы русская Академия наук оставила
родного внука одного из величайших русских людей, которому так
много обязано человечество, в таком ужасном положении, я,
обращаясь одновременно в ОФМ1 и в Главнауку с просьбой поднять
вопрос об определении Д. Н. Лобачевскому надлежащей пенсии,
прошу вместе с тем Вас предпринять от имени Академии наук
все, что Вы со своей стороны сочтете возможным.
Уважающий Вас В.Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. J, д. 21, л. 97. Отпуск.
№173
Протокол заседания КИЗ1
24 февраля 1929 г.
1. С л у ш а л и: доклад О. А. Добиаш-Рождественской2
«Западные мастерские письма на заре средних веков и рукописи Пуб-
251

личной библиотеки». В прениях участвовали А. И. Малеин и
И. М. Гревс.
Постановили: благодарить докладчика.
2. Слушали: отчет ученого секретаря М.М.Соловьева о
поступивших в КИЗ к 1 февраля 1929 г. печатных произведениях
и других документах.
Постановили: принять к сведению.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 19, л. 5. Подлинник.
№174
Протокол заседания КИЗ и Археографической комиссии
по случаю 10-летия со дня смерти
академика А. С. Лаппо-Данилевского1
28 февраля 1929 г.
Слушали:
1. Вступительное слово президента АН СССР
А.П.Карпинского.
2. Доклад академика С.Ф.Платонова «А. С. Лаппо-Данилев-
ский как русский историк».
3. Доклад почетного члена АН СССР Н. И. Кареева
«Теоретические взгляды А. С. Лаппо-Данилевского».
4. Доклад А. А. Введенского «Работа А. С. Лаппо-Данилевского
в области вспомогательных исторических наук».
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 19, л. 6. Копия.
№175
Протокол заседания бюро КИЗ1
9 марта 1929 г.
1.Слушали: о дальнейших заседаниях КИЗ.
Постановили:
1) устроить заседание КИЗ совместно с Византийской
комиссией по вопросу об открытии в Эски-Кермен (Крыму) Готского
города 24 марта, в 2 часа дня. Докладчиками намечены: академик
С. Ф. Платонов. Вступительное слово; В. А. Брим. Изучение
готской культуры в русской историографии; А. И. Анисимов.
Росписи Эски-Кермена; Н. И. Репников. Эски-Кермен в свете
археологических работ 1928 г.; Б.Н.Вишневский. Антропологический
материал Эски-Кермена;2
252

2) [провести] заседание в память Э. Л. Радпова в начале апреля с. г.;
докладчиками на этом заседании наметить академика В. И.
Вернадского, академика С. А. Жебелёва (основной доклад),
академика Ф. И. Щербатского и почетного члена АН СССР Н. И. Ка-
реева.3
2. Слушали: о представлении теперь же в бюджетную
комиссию Академии наук сметы КИЗ на будущий сметный год.
Постановили: просить А.И.Андреева, Г.П.Блока и
M.М.Соловьева составить проект сметы к следующему заседанию в
субботу, 16 марта.
3.Слушали: об оплате технических служащих, дежурящих
во время заседаний КИЗ и убирающих помещение, в котором
происходят заседания КИЗ.
Постановили: поручить M. М. Соловьеву переговорить по этому
делу в Управлении делами АН СССР.
4. Слушали: сообщение А.И.Андреева о положении дела
издания сочинений М.В.Ломоносова.
Постановили: просить В.И.Вернадского переговорить с
непременным секретарем о том, чтобы им было сделано
распоряжение АНИ о печатании 6-го и 7-го томов.
5. С л у ш а л и: сообщение Г. П. Блока о его работе по
составлению списка научных сотрудников Академии наук; Г. П. Блок
занят в настоящее время выяснением состава постоянных
сотрудников Академии наук первой половины XIX в. (1800—1850),
охватывающего примерно бэровский период Академии наук.
Постановили: считая невозможным ввиду сложности этой
работы ведение ее единолично, признать необходимым привлечь
к этой работе еще нескольких лиц, которые должны
оплачиваться сдельно; расходы по этой работе внести в смету будущего
года.
6. Слушали: сообщение академика В.И.Вернадского о
переговорах с ним А. Р. Фомина по вопросу о дальнейшем издании
«Источников словаря русских писателей» и «Критико-биографи-
ческого словаря русских писателей и ученых» С. А. Венгерова.
Постановили: просить академика В. И. Вернадского
предварительно ознакомиться с архивом С. А. Венгерова в Институте
книговедения, после чего решить вопрос о возможности издания
указанных работ Академией наук.
7. С л у ш а л и: сообщение академика В. И. Вернадского о том,
что им от имени КИЗ возбуждено ходатайство перед Академией
наук СССР и Главнаукой о предоставлении персональной пенсии
65-летнему внуку Н. И. Лобачевского — Д. Н. Лобачевскому.4
Постановили: принять к сведению.
8.Слушали: письмо П. Н. Диатроптова о том, что в Музее
памяти И.И.Мечникова находятся 32 письма Мечникова
А.О.Ковалевскому и 197 писем последнего Мечникову; по
мнению П. Н. Диатроптова, необходимо прежде всего выделить из
253

этих писем те, которые не были напечатаны в работах А. О.
Ковалевского, после чего переписать их для предоставления копий
этих писем КИЗ на предмет их изучения.5
Постановили: выразить П. Н. Диатроптову от имени КИЗ
благодарность за готовность помочь в деле изучения этой
корреспонденции и сообщить ему, что КИЗ при первой же возможности
воспользуется его предложением.
9. Слушали: предложение Д. А. Граве войти в сношения с
Арабской АН в Египте для объединения работ в области
переводов математических сочинений арабских ученых.
Постановили: просить члена КИЗ академика И. Ю. Крач-
ковского высказать свое мнение по этому вопросу.6
10. С л у ш а л и: предложение Н. И. Кузнецова о составлении
при библиотеке КИЗ карточного каталога работ членов КИЗ,
имеющих отношение к истории знаний, с указанием, где
напечатаны эти статьи и в какой ленинградской библиотеке хранятся
отдельные оттиски таких статей.
Постановили: признать, что предложение профессора
Н. И. Кузнецова весьма желательно привести в исполнение, и при
первой возможности приступить к его осуществлению.
11.Слушали: о порядке печатания рукописей, подлежащих
изданию КИЗ.
Постановили: определить следующий порядок издания
рукописей.
1. На особые листы, отпущенные КИЗ специально Отделением
гуманитарных наук:
№7 — академик В. П. Бузескул. Всеобщая история и ее
представители в XIX в. и начале XX в.;
№ 8 — академик И. Ю. Крачковский. Шейх Тантави —
профессор Петербургского университета (1810—1861).
2. На листы, отпущенные КИЗ в обычном порядке:
№ 9 — академик Д. М. Петрушевский. Академик П. Г.
Виноградов как социальный историк;
№ 10 — Г. Манизер. Академик Г. И. Лангсдорф и его
путешествие по Бразилии;
№ 11 — В.Г.Дружинин. Очерк истории ремесел,
промышленности, торговли и наук в Выгорецкой обители;
№12 — О. А. Добиаш-Рождественская. Западные мастерские
письма на заре средневековья и рукописи Публичной библиотеки;
№13 — П.О.Сомов. Очерк истории механики в России до
XX в.;
№ 14 — Второй Бэровский сборник, со статьями: 1) А. А. Ги-
зетти. Из истории влияния эволюционных идей Бэра на русских
биологов и социологов второй половины XIX в.; 2) В. Кардашев-
ский. К. М. Бэр как библиотекарь; 3) Е. Н. Павловский. Бэр как
деятель высшей школы и его профессура в Медико-хирургической
академии;
254

№ 15 — академик В.М.Алексеев. Китайская история в Китае
и Европе;
№ 16 — А.В.Бородин. Первая гражданская типография 1705—
1723 гг. и библиотекари Киприановы.
Работу И. Ю. Крачковского постановлено печатать
одновременно с работой Д. М. Петрушевского «Академик П. Г. Виноградов
как социальный историк».
12.Слушали: о необходимости ознакомиться с рисунками
экспедиции академика Лангсдорфа, хранящимися в музеях
Зоологическом и Антропологии и этнографии, для выборки тех
рисунков, которые должны войти в труд Г. Манизера «Академик
Г. И. Лангсдорф и его путешествие по Бразилии».
Постановили: просить академика В.И.Вернадского и
Л. С. Берга совместно с И. Д. Стрельниковым осмотреть указанные
рисунки в среду, 13 марта.
13. Слушали: выписку из ОГН от 3 октября 1928 г. об
издании Комиссией по истории знаний сборника статей,
посвященных члену-корреспонденту АН Л. Я. Штернбергу.
Постановили: признать издание такого сборника Комиссией
желательным при условии 1) предварительного ознакомления и
редактирования бюро Комиссии статей, которые должны войти в этот
сборник, 2) печатания этого сборника не на листы, отведенные КИЗ.7
14. Слушали: о месте хранения поступившей в КИЗ из
КЕПС рукописи «О медных рудах Олонецкой губернии».
Постановили: передать означенную рукопись на хранение
в Археографическую комиссию.
15. Слушали: о желательности передачи корреспонденции
профессора ботаники А. А. Бунге из архива Ботанического музея
АН в КИЗ.
Постановили: просить академика В. И. Вернадского
переговорить по этому вопросу с директором Ботанического музея
академиком И. П. Бородиным.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 7, д. 20, л. 3—4. Подлинник.
№176
Письмо сотрудника Музея памяти И. И. Мечникова
П. Н. Диатроптова В. И. Вернадскому о письмах
А. О. Ковалевского и И. И. Мечникова, хранящихся в музее1
15 марта 1929 г.
Глубокоуважаемый Владимир Иванович!
В Музее памяти И. И. Мечникова находятся 32 письма Ильи
Ильича [Мечникова] Александру Онуфриевичу [Ковапевскому] и
255

197 писем последнего первому. Переписать все эти письма —
конечно, большой труд, требующий материальных затрат, которые,
быть может, не найдут себе оправданий в необходимости
перекопировать всю переписку. Вам желательно издание переписки
А. О. Ковалевского и И. И. Мечникова в той части, которая не
вошла в печатные работы А. О. Ковалевского. Если бы у нас были
те из работ А. О. Ковалевского, в которых уже напечатаны
полностью или в выдержках письма, мы попытались бы сами
разобраться в том, какие из писем нужно переписать для Вашего
издания. Само собой разумеется, что предполагающееся исключение
из переписки могло бы быть послано на утверждение Вл. Тим.
Шевякова. Быть может, Вы найдете возможным прислать нам на
время те печатные работы А. О. Ковалевского, в которые вошла
его переписка с И. И. Мечниковым.
Повторяю еще раз, что Музей памяти И. И. Мечникова сделает
все возможное для того, чтобы помочь Вам осуществить
предполагаемое Вами издание. Примите уверения в глубоком моем
уважении и преданности.
П. Диатроптов
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 121, л. 143. Подлинник.
№177
Протокол заседания бюро КИЗ1
16 марта 1929 г.
1.Слушал и: сообщение академика В. И. Вернадского о
переговорах его с непременным секретарем относительно печатания
6-го и 7-го томов трудов М.В.Ломоносова; непременный
секретарь обещал дать АНИ распоряжение о печатании 6-го и 7-го
томов, причем в случае, если не найдется листов для печатания
указанных томов из общего запаса Академии наук СССР, то они
будут даны из запаса листов, предоставленных специально
непременному секретарю.2
Постановили: принять к сведению.
2. С л у ш а л и: сообщение академика В. И. Вернадского о том,
что им совместно с Л. С. Бергом и И. Д. Стрельниковым были
осмотрены рисунки экспедиции академика Лангсдорфа, хранящиеся
в Музее антропологии и этнографии и в Зоологическом музее.
Постановили: просить Л.С.Берга и И.Д.Стрельникова
выяснить, какие из указанных рисунков представляют интерес для
опубликования.
3. Слушали: сообщение академика В.И.Вернадского о
желательности собрать возможно полные биографические сведения
о Несторе Гавриловиче Рубцове, сопутствовавшем с 1821 —
256

1829 гг. в качестве астронома академику Г. И. Лангсдорфу во
время путешествия по Бразилии.
Постановили: просить академика А. А. Белопольского
выяснить, не имеется ли каких-либо сведений о Н. Г. Рубцове в
делах Пулковской обсерватории.
4. Слушали: проект сметы КИЗ на 1929/30 г.
Постановили: просить академика В.И.Вернадского, А.И.
Андреева и Г. П. Блока ознакомиться отдельно с указанным проектом,
после чего иметь о нем суждение на следующем заседании бюро
КИЗ.
5. Слушали: письменный отзыв академика И. Ю. Крачков-
ского о письме академика Д. А. Граве о желательности установить
научную связь Академии наук СССР с Арабской Академией
[наук] в Египте.3
Постановили: сообщить мнение академика И. Ю. Крач-
ковского по этому вопросу Д. А. Граве.4
6. С л у ш а л и: письмо Н. Д. Виноградова академику В. И.
Вернадскому о желательности организации отделения КИЗ в Москве.
Постановили: просить академика В.И.Вернадского
вступить в переговоры по этому поводу с Н. Д. Виноградовым по
приезде его в Ленинград.
7. С л у ш а л и: сообщение M. М. Соловьева о поступившей в
КИЗ рукописи Марка Криницкого «Принцип театральности в
познании действительности».
Постановили: признать рукопись не имеющей отношения
к КИЗ.
8. Слушал и: просьбу В. К. Нищенко о включении его в
число лиц, получающих издания КИЗ.
Постановили: включить.
9. С л у ш а л и: письмо академика Г. А. Надсона,
членов-корреспондентов АН СССР С. Б. Веселовского и И. И. Замотина о
желании их вступить в состав КИЗ.
Постановили: сообщить о сделанных заявлениях на
заседании КИЗ.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 20, л. 6—6 об. Подлинник.
№178
Приглашение на заседание КИЗ1
20 марта 1929 г.
Председатель Комиссии по истории знаний при Академии наук
СССР академик В. И. Вернадский просит Вас пожаловать на
объединенное заседание комиссий Археографической, Византийской
9 Заказ №4012
257

и Комиссии по истории знаний, имеющее быть в воскресенье,
24-го сего марта, в 2 часа дня, в Малом конференц-зале Академии
наук.
Предметы занятий:
1. Академик С.Ф.Платонов. Вступительное слово.
2. В. А. Брим. Изучение готской культуры в русской
историографии.
3. А. И. Анисимов. Росписи Эски-Кермена.
4. Н. И. Репников. Эски-Кермен в свете археологических работ
1928 г.
5. Б. Н. Вишневский. Антропологические материалы
Эски-Кермена.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 21, л. 169. Отпуск.
№179
Записка В. И. Вернадского в Управление делами АН СССР
о холоде в комнате, где работает КИЗ
21 марта 1929 г.
Зима нынешнего года обнаружила, что предоставленное КИЗ
помещение в доме № 2 по 7-й линии, кв. 13 недостаточно
отапливается поставленной в ней печью, доводящей температуру в
комнате только до 8—9.
Ввиду того что при таких условиях становится невозможной
работа в помещении КИЗ, как постоянных научных сотрудников,
так и отдельных членов КИЗ, в ней занимающихся, Комиссия
просит Управление делами АН об исправлении указанной печи.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 21, л. 178. Подписанный отпуск.
№180
Письмо археолога Н. Эрнста В. И. Вернадскому
о раскопках Эски-Кермена1
[До 24 марта 1929 г.]
Глубокоуважаемый Владимир Иванович!
Мне переслали сюда в Киев Вашу телеграмму с сообщением о
предстоящем 24 марта заседании в Академии наук об Эски-Кер-
мене и с приглашением мне принять в нем участие. Спешу
выразить Вам глубокую благодарность за Ваше внимание и очень
сожалею, что не повидался с Вами в Ленинграде.
258

Я знал, будучи в Ленинграде, об этом заседании, но, несмотря
на мою чрезвычайную личную заинтересованность в его теме, не
остался для участия в нем; в Москве я присутствовал в конце
февраля на таком же докладе Н. И. Репникова и также
воздержался от всякого выступления на нем.
Дело в том, что я занимался изучением Эски-Кермена
вплотную давно, с 1921 г., делал доклады о результатах этого изучения
на Керченской археологической конференции в 1926 г., в Москве
и Ленинграде (в ГАИМКе) в 1927 г., написал большую работу об
Эски-Кермене и проблеме пещерных городов в Крыму, с
чертежами и фотографиями, и предполагал в 1927 и 1928 гг.
раскопки Эски-Кермена как продолжение своего изучения надземных
памятников этого городища. Однако в это же время Эски-Кермен
пожелал изучать и раскапывать Н. И. Репников, причем оттеснил
меня от этой работы при помощи способов и приемов, которые
сделали для меня невозможной совместную с ним работу. Ввиду
того что подобные склоки в научной работе производят всегда
крайне угнетающее впечатление и только вредят делу, ввиду того
что я, живя в Симферополе, совершенно бессилен в отстаивании
себя, а Н. И. Репников имеет гораздо большую возможность
добывать ассигнования на раскопки, ввиду того, наконец, что я
человек миролюбивый и всяких свар избегаю, я отстранился от
дальнейшей работы на Эски-Кермене.
К сожалению, я сейчас не могу представить Вам свою работу
об Эски-Кермене, так как рукопись ее лежит (уже почти два года)
в Москве в ожидании напечатания. Я бы очень хотел принять
дальнейшее посильное участие в работе по исследованию Эски-
Кермена, если только это не будет связано с какими-либо
натянутыми или конфликтными взаимоотношениями с Н. И. Репнико-
вым. С. Ф. Платонов говорил мне, что Эски-Керменом
чрезвычайно интересуются в Германии и что даже возможна организация
изучения его германскими учеными. Я считал бы это чрезвычайно
желательным и, конечно, принял бы самое горячее участие и
оказал бы всевозможное содействие, тем более что сам имею
близкую связь с германской наукой (я член Берлинского
университета). Однако я считаю необходимой величайшую осторожность в
связывании Эски-Кермена с готами. Эта связь, конечно, имелась,
но она не так проста и не так легко дастся, как кажется.
Приурочение к Эски-Кермену готской столицы Дороса я считаю
совершено неосновательным: Дорос — все-таки Мангуп. Добытые
на Эски-Кермене черепа, наверное, греческие по своим
свойствам, а не готские.
Мои основные мысли об Эски-Кермене и пещерных городах
следующие.
1.В литературе до сих пор пещерные города считались или
сооружениями доисторическими, или связанными с
иконоборческой эпохой. Я считаю то и другое неверным. Все данные из Эски-
259

Кермена и других пещерных городов (без раскопок) указывали на
позднее средневековье.
2. На Эски-Кермене пещерные сооружения были лишь
хозяйственным, служебным придатком к обширному надземному городу,
расположенному на его плане, где сохранились многочисленные
развалины, подлежащие раскопке, особенно обширная базилика.
3. Эски-Кермен был укрепленным пунктом, но подчиненного
значения по сравнению с Мангупом—Доросом.
4. Живопись в пещерных церквах Эски-Кермена (всех
церквей — 7, с живописью на Эски-Кермене — 2 и над деревней
Черкес-Кермен — 1) чрезвычайно интересна и подлежит
изучению (особенно в последней церкви). Она относится к XIV—
XV вв.
5. Пещерные города как-то связаны с готским княжеством,
однако традиция создания таких сооружений попала в Крым через
греков из Каппадокии.
6. Эски-Кермен прекратил свое существование в конце XV в.
с турецким завоеванием.
Выражая еще раз, многоуважаемый Владимир Иванович,
благодарность за Ваше ко мне внимание, остаюсь готовый к услугам.
Ваш Н. Эрнст
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 21, л. 177—177 об. Подлинник.
№181
Протокол заседания бюро КИЗ]
24 марта 1929 г.
1.Слушал и: вопрос о заместителе председателя КИЗ.
Постановили: просить принять на себя обязанности
заместителя председателя академика И. Ю. Крачковского.
2. С л у ш а л и: сообщение академика В. И. Вернадского о
командировке ученого секретаря КИЗ M. М. Соловьева в
Вышневолоцкий уезд Тверской губернии на Опытную сапропелевую
станцию «Залучье» сроком с 24 марта по 7 апреля с. г.
Постановили: просить Г. П. Блока взять на себя на время
отсутствия M. М. Соловьева обязанности ученого секретаря КИЗ.
3. Слушали: проект сметы КИЗ на 1929/30 бюджетный год.
Постановили: просить, за отъездом М.М.Соловьева,
Г. П. Блока внести в проект сметы указанные бюро изменения и
дополнения, после чего представить смету в Управление делами
АН СССР.2
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 20, л. 7. Подлинник.
260

№182
Докладная записка В. И. Вернадского
в Управление делами АН СССР
об увеличении штатных единиц КИЗ1
1 апреля 1929 г.
Препровождая при сем смету расходов Комиссии по истории
знаний на 1929/30 операционный год, сообщаю, что бюро
Комиссии признает необходимым установление на этот год
нижеследующего состава сотрудников ее: ученый секретарь — 1; научный
сотрудник 1-го разряда —2; делопроизводитель, он же
машинист —1; служитель, он же рассыльный — 1.
Необходимость учреждения двух новых должностей научных
сотрудников вызывается уже наметившимся в текущем году
расширением работ КИЗ, требующим постоянного сотрудничества
двух научных работников достаточно высокой квалификации.
Оплата их на сдельных началах без введения их в штат вызвала бы
большой расход и придала бы их работе случайный характер.
В связи с расширением работ КИЗ значительно усложнились
и обязанности ученого секретаря, на которого легла работа по
организации почти еженедельных научных собраний, по
подготовке и устройству временных выставок, по сортировке и
регистрации приобретаемых Комиссией книг, рукописей, портретов и т. д.,
что трудносовместимо с исполнением текущих
делопроизводственных обязанностей. Таким образом, определяется
необходимость создания в помощь ученому секретарю одной должности
делопроизводителя, содержание которого — при условии
исполнения им и обязанностей машиниста — будет обходиться не
дороже, чем сдельная оплата работ по переписке.
Необходимым, наконец, является и служитель, который
помимо уборки и топки помещения нес бы еще и работу рассыльного.
Председатель КИЗ академик В. И. Вернадский
За ученого секретаря член бюро КИЗ Г. Блок
ПФА РАН, ф.154, on. 1, д. 21, л. 193—193 об. Отпуск.
№183
Протокол заседания, посвященного памяти товарища
председателя КИЗ члена-корреспондента АН СССР
Э. Л. Радлова1
7 апреля 1929 г.
Слушали:
1. Вступительное слово, произнесенное академиком
В.И.Вернадским.2
261

2. Почтили память Э. Л. Радлова вставанием.
3. «Эрнест Львович Радлов», прочитано академиком С. А. Же-
белёвым.
4. «Эрнест Львович Радлов по личным воспоминаниям»,
прочитано почетным членом АН СССР Н. И. Кареевым.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 19, л. 7. Подлинник.
№184
Вступительное слово В. И. Вернадского,
произнесенное на заседании,
посвященном памяти Э. Л. Радлова1
7 апреля 1929 г.
Мы собрались сегодня почтить память Эрнеста Львовича
Радлова, мыслителя, историка философии, дорогого нам человека,
ушедшего от нас в полном расцвете своей мысли, творческое
искание которой до конца его жизни не прерывалось.
Наша молодая Комиссия теряет в нем одного из своих
учредителей, отдавшего ей к концу своей жизни свои силы и свою
глубокую мысль.
Место, которое занимал Эрнест Львович в умственной жизни
русского народа, остается незанятым. Его отсутствие тяжело
чувствуется в нашей трудной жизни, в революционную эпоху,
которую мы переживаем.
Эта эпоха в области жизненных задач Эрнеста Львовича
совпала с большой волной — подъемной волной — философских
исканий человечества. Вновь — в гораздо большем масштабе, чем
в конце XVIII—начале XIX в. — создалась пора философских
исканий, открытие новых путей философской мысли,
созидательно-критической оценки старых построений. Это движение
растущее и стихийное, ибо оно является неизбежным следствием
длительного взрыва научного познания Космоса, небывалого роста
научного мышления и научных достижений, которое составляет
характерную черту нашего времени, придает ему особую
значимость на протяжении всего существования человечества, которое
сейчас выявляется нами на фоне миллионов лет.
Нет силы, которая могла бы остановить явления такой
духовной мощи. И если не всем суждено и дана возможность
в нем активно участвовать, стихийное движение творческой
мысли человечества нас всех облекает, мы должны его знать
и учитывать и для понимания настоящего, и в мыслях о
будущем.
262

Это знал и учитывал Эрнест Львович и мыслью, к этому
близкой, он закончил еще недавно, в 1925 г., свою немецкую книгу
по истории русской философии.
В такое время особенно тяжело чувствуется уход из жизни
человека, который своей горевшей мыслью реально создавал в
нашей стране связь настоящего с прошлым в той области
духовной жизни человечества, которая является столь важной в
переживаемом моменте бытия. Мудрец-философ и ученый, историк
философии, он всю жизнь философски и научно самостоятельно
углублялся как в вечные вопросы бытия, так и в историческую
закономерность философской работы, а для истории нашей
философской мысли он впервые выводил ее научные начертания. В
философской области он все время находился в непрерывном
соприкосновении с жизнью, ибо вопросы этики, нравственности,
религиозно-философской мысли его особенно жизненно
захватывали. И это он делал на фоне русской жизни, освещая и
философски оценивая ее события и ее искания. Он вводил этим в русское
сознание вечные достижения философской мысли человечества в
их стихийной переработке русской жизнью.
Здесь сейчас утрата его незаменима. Ибо он был один из
немногих остававшихся, жизненно переживших и переживавших ту
творческую философскую работу, которая шла в эти последние
60 лет в нашем народе и в нашей стране.
Эти последние 60 лет были эпохой глубокого значения в
нашей жизни в области философского мышления. Философия в
России никогда не имела возможности свободного развития. Из
двухсот с лишком лет ее созидания только 60 лет, с 1863 по
1923 г., она могла получить формы организации, позволившие ей
пустить прочные корни в жизнь народа.
В 1863 г. впервые относительно свободная философская мысль
вошла в высшую русскую школу, относительно свободная и от
церкви, и от государства; в 1889 г. создались первый
философский журнал и первое философское общество, которое, однако,
не получило возможности называться философским и было
названо психологическим. А в связи с революционным движением
1904—1905 гг. на семнадцать лет чрезвычайно ослабло былое
давление цензуры.
И русская философская мысль в такой относительно
благоприятной обстановке в эти 60 лет окрепла, она пустила такие
корни, которые уже не могут замереть. Углубляясь в своей жизненной
работе в изучение прошлого — в ее зарождение в XVIII столетии
и в ее достижения в течение ближайших 60 лет ее яркого
выявления, Э. Л. Радлов в то же время сам был в нашей стране одним
из видных ее строителей.
Живой, он связывал нас с этим творческим и еще не
развернувшимся во всем своем значении периодом нашей духовной
жизни. В нем он не был, однако, ярким творцом нового. Он сам
263

выдвинул, и все время неуклонно стремился их изучить, две
фигуры творцов русской философии — Владимира Соловьева и
Михаила Карийского, как философов, значение которых в мировом
философском движении вечное. Но едва ли кто, кроме него, так
углубленно и так осознанно переживал и знал великий
творческий процесс первого мирового выявления русской философской
мысли.
С его уходом от нас мы эту живую связь — и живое в нашей
среде ее влияние — навсегда теряем. Как уход всякой
сознательно жившей личности, так и уход от нас Эрнеста Львовича
незаменим, ибо личность всегда представляет в человеческой жизни
нечто единственное и никогда она не успевает вскрыть до
кончины в жизненном своем пути все, что в ней заключалось. Всегда
смерть прерывает ее бытие на ходу расцвета, всегда она оставляет
у окружающих сознание невысказанного и чувства
недоконченного ее бытия от нас ушедших.
Мне кажется, мы не можем лучше почтить память Эрнеста
Львовича, жизнь которого прошла в мысли и в искании истины,
как выслушать здесь некоторые важные его мысли, хотя бы
отрывочно взятые из его оставшихся творений. В мысли он жил, и
его мысли мы должны вспомнить, когда мы его вспоминаем.
Вот некоторые отрывки его мысли.
Он говорил:
«Ломоносов, Сковорода, Радищев и Сперанский — вот
родоначальники русской философии. Хотя они и оперируют
материалами, заимствованными с Запада, но в них видна и оригинальная
мысль. Но эти зародыши самостоятельного мышления скоро
уступают место иноземной мысли, сначала французской, потом
немецкой».
«1880 г. можно обозначить как год рождения русской
философии, ибо в этом году появились две работы, очень различные по
своему направлению, но равные по своему научному и
философскому значению. Два русских философа выступили с трудами,
которые оба можно назвать классическими, хотя их судьба была
разная: одному было суждено оказать огромное влияние на судьбы
русской философии, другой остался одинок, без большого
влияния на современников, но это время придет в будущем. Я имею
в виду Влад. Соловьева и Мих. Карийского».
«Во второй половине XIX в. произошел замечательный
перелом в умонастроении мыслящих людей. Высокий полет мысли,
выразившийся в системе абсолютной философии, привел к
глубокому разочарованию.
Вместе с абсолютным знанием было подвергнуто сомнению и
всякое знание об абсолюте. Позитивизм, то есть философия
естествознания, совершенно враждебно относился ко всякой
метафизике и религии. Но легче отрицать метафизические
потребности человека, чем искоренить их. Религиозная жизнь и метафизика
264

вновь вступили в свои права, и стремление науки быть вершитель-
ницей судеб вопросов, лежащих вне пределов науки, было
постепенно ограничено и признано пустою претензиею. Вновь
появились умозрение и попытки познания безусловного начала. Этот
поворот от позитивизма к метафизике совершился постепенно, и
будущий историк человеческой мысли расскажет, как
подготовлялся этот перелом, в чем заключались его причины и кто были
действующие в нем лица. В России наиболее ярким
представителем возродившейся метафизики был Вл. Соловьев, на Западе
таковым следует признать Анри Бергсона. Хотя мысли Бергсона и
не приняли еще законченной формы, но уже и теперь видно,
сколько родственных черт представляет его философия с
крылатыми построениями Вл. Соловьева. Несмотря на глубокое
различие в способе, которым они подходят к вопросам, ясно
чувствуется тожество их стремлений. Без сомнения, корень мышления
Вл. Соловьева лежит в религиозном вдохновении, которое только
чувствуется у Бергсона, но не высказано им; без сомнения,
интересы Соловьева направлены главным образом на область
нравственную и эстетическую, в то время как Бергсон интересуется по
преимуществу философской стороной математики и физики; но
оба мыслителя обладают той философской интуицией, которая
окрыляет мысль, подымает ее над областью единичных и
случайных фактов и заставляет видеть... что-то вечное, что-то
неразлучное. И когда минувшее, как единый час».
«Несомненно, что „Классификация выводов" Карийского есть
крупнейший вклад в логическую литературу всех времен и эта
книга по своему значению для истории логики должна быть
поставлена наряду с сочинениями Аристотеля, Бэкона, Милля и
Гегеля».
«Вклад М. И. Карийского в развитие человеческой мысли
настолько значителен, что его имя будет упоминаться наряду с
крупнейшими мыслителями, занимавшимися логикой и гносеологией».
«Строение русского духа уравновешивает ясность романских
народов и глубину германских. Объективизм тянет русский дух к
миру предметов, приковывает его к земле, влечет его к созданию
ясности и образности; эмпиризм, наоборот, возвышает его над
уровнем отвечающей разуму ясности и направляет к немецкой
глубине, дабы осознать смысл жизни и оправдать ее перед
вечными силами и принципами».
«Если надежды на будущее оправдаются, если возникнет
настоящая оригинальная русская философия и упования Карпова,
арх. Гавриила и славянофилов осуществятся, тогда и черты ее
можно будет нарисовать более полно. Пока же две черты
обнаружились довольно отчетливо: первая — это преимущественный
интерес к этическим вопросам, притом не к теории, а именно к
применению этических теорий на практике, к проверке их на
опыте, к переустройству жизни согласно принятым на веру тео-
265

ретическим принципам; вторая характерная черта состоит в
любви к объективному, в отрицании субъективизма, как в области
гносеологии, так равно и в обосновании этики».
«Если позволено будет предсказывать судьбы русской
философии, то есть осознания и познания русской души, она пойдет по
тропе, предуказанной славянофилами и Соловьевым, но я хочу
надеяться, что она не столько будет развивать мистические
стороны этих учений, как это сейчас имеет место, сколько обратится
к их рациональным элементам».
«Правда, схватить истину нелегко, и если это удастся, то,
вероятно, не одному какому-либо счастливцу, а всему
человечеству.
Мы при этом сделаем одно предположение, а именно то, что
человечество развивается и представления об истине становятся
более адекватными. Может быть, многие не согласятся с этим
положением, тогда не согласятся и со всем последующим».
«Идея бесконечности — центральная идея всякой философии».
«О смысле человеческой жизни. Каждый человек решает по-
своему этот вопрос, причем жизненный опыт служит
обоснованием того или другого решения. Однако философ может установить
возможные решения вопроса на смысл жизни и согласовать
каждое из решений с остальными понятиями, входящими в состав
цельного миросозерцания. Вопрос о смысле человеческой жизни
допускает три решения — два крайних и одно посредствующее:
крайние решения назовем скептическим и догматическим, а
среднее — критическим».
«Круг строго доказанных истин в философии весьма
ограничен, и естественно желать знать, какие мечтания крупный
мыслитель лелеял в своем сердце, каковы его верования».
«Главная задача философии, которую следует решить ранее
других, состоит в определении, что человек знать может».
«Идея единства бытия находится в основе религиозных
представлений, из нее же возникла философия. Эта идея,
следовательно, предшествует точной науке. Из внешнего окружающего нас
мира она едва ли могла быть принята сознанием».
«В этом применении идеи единства к фактам и к
направлениям мысли я вижу постоянную задачу философии... Но помимо
указанной постоянной задачи „философия" имела в истории еще
и иную, временную, которая постепенно отпадает. Я говорю о так
называемых философских науках: логике, психологии, этике,
гносеологии, философии религии — все эти отрасли знания
считаются философскими, между тем они не более тесно связаны с
философией, чем физика, химия или иная наука».
«Подобно тому как в прежние времена физика была
философской наукой... точно так же логика и психология приобрели или
приобретают постепенно самостоятельность; то же самое
непременно случится и с этикой и гносеологией».
266

«Лейбниц некогда высказал странную, по-видимому, мысль,
что все философские системы правы в том, что они утверждают,
и ошибаются лишь относительно того, что они отрицают; мысль
эта, как мне кажется, верна. Ведь задача философии состоит в
том, чтобы понять действительность, или, как обыкновенно
говорят, построить миропонимание, систему. Действительность же —
это полнота бытия; в ней бесконечное многообразие явлений,
противоречащих, по-видимому, одно другому; философские
системы, долженствующие примирить их противоречия, исходят из
определенного ряда явлений; они видят только их значение и ими
объясняют остальные явления.
Это не эклектика».
«Рационализм и эмпиризм опираются главным образом на
науку, с которой имеют общие методы; мистицизм, напротив,
будучи враждебен науке, имеет большое сходство с религией.
Всякая религия по существу мистична, и всякая мистика религиозна,
даже атеистическая. Мистицизм, однако, есть все-таки
философское направление, потому что свои утверждения он
оправдывает или пытается оправдать перед светом разума доводами
разума».
«Материализм есть система, не имеющая истории; основные
положения его, высказанные более двух тысяч лет тому назад,
почти целиком повторяются и в настоящее время».
«Агностицизм думает избегнуть решения философских
вопросов... признанием их неразрешимости. Это философия страуса,
прячущего голову в опасности. Можно отклонить от себя
подобную мотивировку решения, но все же каждый в душе решает так
или иначе вопросы жизни».
«Я не вижу никакого противоречия в утверждении, что наука
конечна, что она может исчерпать мир явлений и изобразить его
в познании... Несомненно... математика и с объективной стороны
беспредельна. Но наука о реальном имеет свои границы именно
в этом реальном, то есть в том, что доступно нашим ощущениям,
и так как все реальное конечно, то я не вижу причины, почему
бы нельзя закончить исследование этого конечного, иначе говоря,
построить такое общее изображение бытия в познании, которое
в главнейших чертах воспроизводило бы бытие».
«Действительно, какой интерес может представлять изучение
какого-нибудь отдельного явления, ежели нет возможности
связать его с общей группой и эту группу, наконец, с цельной
мировой системой. Но мне скажут: причем тут философы?
Вспомнить о цельном знании и постараться связать специальную
область с цельным знанием может каждый ученый, какой бы узкой
областью он ни занимался. Прекрасно, если он будет
руководиться идеей цельного знания, то тем самым он уже и становится
„философом"... Принципиального различия между философией и
наукой я не вижу. В методе разницы нельзя найти. Мечты об
267

особом философском методе, диалектическом или умозрительном,
так и остались мечтами, в которые ныне вряд ли кто верит».
Я закончу эти выписки из работ Э. Л. Радлова выпиской из
М. И. Карийского, которую несколько раз приводил Эрнест
Львович и которая, очевидно, глубоко отвечала его мировоззрению:
«Мысль есть вечное стремление к свету, вечный порыв понять
темное и необъясненное, непрерывная критика всяких принятых
без достаточных оснований мнений, настойчивый запрос о правах
всякого положения на значение научной истины, деятельность,
стремящаяся все сделать для себя ясным до последних оснований,
насквозь прозрачным».
Вспомнив эти мысли дорогого ушедшего, прошу почтить его
память вставанием.
Кабинет-музей В. И. Вернадского Института геохимии и аналитической
химии им. В. И. Вернадского РАН. № 1247, л. 1—3. Машинопись с
авторской правкой.
№185
Письмо академика H. М. Крылова В. И. Вернадскому
а желании вступить в члены КИЗ1
7 апреля 1929 г.
Глубокоуважаемый Владимир Иванович!
В ответ на Ваше любезное письмо от 27 февраля 1929 г. спешу
выразить свое согласие войти в состав Комиссии по истории
знаний и вместе с тем прошу, если это возможно, выслать мне труды
Комиссии по моему постоянному адресу: Киев. Почтовый ящик
№ 135. Академику Н.М.Крылову. Во время одного из моих
следующих приездов в Ленинград на сессию Академии наук буду
иметь честь передать лично в библиотеку Комиссии оттиски тех
из моих научных работ, которые у меня еще сохранились.
Глубоко уважающий Вас Н. Крылов
ПФА РАН, ф.154, on. 1, д. 21, л. 212. Подлинник.
№186
Письмо В. И. Вернадского академику АН УССР Д. А. Граве
о невозможности в данный момент установить научную связь
с Арабской Академией наук в Египте
17 апреля 1929 г.
Глубокоуважаемый Дмитрий Александрович!
В связи с Вашим письмом,1 которое я доложил в бюро нашей
Комиссии, позволяю себе послать Вам выдержку из письма
академика И. Ю. Крачковского в бюро нашей Комиссии:
268

«Предложение академика Граве войти в сношения с Арабской
Академией наук в Египте для объединения работ в области
переводов математических сочинений едва ли реально осуществимо.
Сама Академия ничем себя еще не проявила, и авторитет ее
слабее Дамасской Академии, существующей с 1920 г., хотя и те
интересуются почти исключительно вопросами языка. Едва ли
помощь в этих вопросах может оказаться серьезной. С другой
стороны, нельзя забывать, что в Европе по некоторым областям
арабской науки вдет планомерная работа и ее необходимо
учитывать во избежание параллелизма. Материалы наших собраний
постепенно вовлекаются в обработку; так, Meyerhof подготовляет
издание трактатов Хунейна по окулистике, пользуясь рукописью
Азиатского музея, покойный Wiedemann обрабатывал сочинения
Ибн ал-Хайсама по оптике из той же коллекции, Stapleton'y
высылались фотографии с рукописей, имеющих отношение к химии,
и т. д. Центр изучения различных областей арабской науки лежит
не у нас, и, не выдвинув до сих пор ни одного специалиста в этой
области, вряд ли можно с надеждой на успех брать на себя
инициативу в объединении и направлении работ по этим областям.
Если бы специалисты у нас появились, более реальной задачей
для них было бы введение в обиход науки имеющихся у нас
материалов».2
Мы надеемся организовать изучение арабских рукописей,
имеющих значение в истории естественных и математических наук,
но это дело медленное.
Уважающий Вас В. И. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 21, л. 231. Отпуск с автографом.
№187
Протокол заседания бюро КИЗ1
21 апреля 1929 г.
1. С л у ш а л и: сообщение академика П. П. Лазарева о
желательности организации Московского отделения КИЗ.
Постановили: признать желательным создание в Москве
Московской подкомиссии КИЗ по истории наук математических,
физико-химических и научной медицины.2
2. Слушали: ответ академика В.И.Вернадского на письмо
А. А. Введенского относительно его доклада в КИЗ по истории
русской дипломатики в XIX в.
Постановили: согласиться с ответом академика В. И.
Вернадского.
3. Слушали: сообщение академика В.И.Вернадского о том
что, по полученным им сведениям, труд академика В. П. Бузескула
269

«Всеобщая история и ее представители в XIX в. и начале XX в.»
печатается на суммы II отделения АН СССР, а не на суммы КИЗ,
а потому, чтобы избежать возможности неиспользования
Комиссией предоставленных ей листов, необходимо просить АНИ
немедленно приступить к печатанию на суммы КИЗ работы
академика Д. М. Петрушевского «Академик П. Г. Виноградов как
социальный историк». В случае если АНИ не может приступить к
этой работе ввиду загруженности работой академической
Типографии, желательно передать ее печатание типографии неакаде-
мической.
Постановили: поручить M. М. Соловьеву выяснить дело в
АНИ.
4. Слушали: о печатании трудов М. В. Ломоносова.
Постановили: просить А.И.Андреева и М.М.Соловьева
сдать в печать труды М.В.Ломоносова на предоставленные для
этой цели на текущий год 3 листа, окончательно выяснив
предварительно состояние листов.
5.Слушали: письмо академика А. А. Белопольского со
справкой об астрономе Рубцове, принимавшем участие в
экспедиции Лангсдорфа в Южную Америку.
Постановили: поручить М.М.Соловьеву обратиться за
справками о Рубцове, согласно указаниям академика А. А. Бело-
польского, в Главное гидрографическое управление.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 20, л. 10—10 об. Подлинник.
№188
Протокол заседания КИЗ1
21 апреля 1929 г.
1. С л у ш а л и: доклад академика П. П. Лазарева «Развитие
учения о возбуждении живой ткани в связи с современным
состоянием этого учения».
Постановили: благодарить докладчика.
2. Слушали: сообщение академика В.И.Вернадского
о кончине члена Коммунистической академии M. М.
Богословского.
Память покойного почтена вставанием.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 19, л. 8. Подлинник.
270

№189
Письмо В. И. Вернадского
непременному секретарю АН СССР С. Ф. Ольденбургу
с просьбой приобрести портрет Леонарда Эйлера1
28 апреля 1929 г.
Глубокоуважаемый Сергей Федорович!
В Комиссию по истории знаний обратился И. Н. Анненков
(Ленинград, Моховая ул., 27, кв. 32/6) с предложением
приобрести принадлежащий ему портрет академика Леонарда Эйлера,
написанный масляными красками, величиной 98 х 79 см, в овальной
золотой раме. Портрет этот, по-видимому, представляет собою
или подлинную работу художника Handmann'a, или копию с него;
находится в запущенном состоянии.
Ввиду того что в Малом конференц-зале АН портрета
академика Л. Эйлера не имеется, а находится только его бюст,2 не
думаете ли Вы, что было бы желательно приобретение указанного
портрета Академией наук. Если нет, то я бы считал нужным
приобрести его для нашей Комиссии.
Уважающий Вас В.И.Вернадский
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1929, д. 36, л. 6. Подлинник.
№190
Записка академика В. А. Обручева в КИЗ об изучении истории
геологии СССР как одной из задач Академии наук СССР
7 мая 1929 г.
Москва
Комиссии через председателя ее академика В.И.Вернадского
уже известно, что у меня имеется труд «История геологического
исследования Сибири», составленный первоначально по
поручению Санкт-Петербургского минералогического общества к его
100-летнему юбилею в 1917 г., но оставшийся неизданным ввиду
его объема и лишения общества средств в связи с событиями
1917—1918 гг. Этот труд требует теперь некоторых дополнений,
как в первой части, за XVIII в., которая была изложена в свое
время недостаточно полно ввиду отсутствия некоторых изданий
того времени в Москве, так и в последней, так как он был
доведен до 1916 г. включительно. Надобность в небольших
дополнениях за годы 1801—1916 обнаружилась также за истекшие
12 лет.
По своему объему — до 50 печатных листов — этот труд не
может быть дополнен в короткое время, а также напечатан в те-
271

чение одного года. Но по своему содержанию он может быть
разделен на несколько выпусков согласно характерным периодам
исследований и, таким образом, закончен и напечатан в течение
нескольких лет. К лету 1930 г. я мог бы закончить и сдать в
печать выпуски I и II, обнимающие XVIII в. и первую половину
XIX в. (выпуск I вероятно сдать еще весной), объем которых
составит около 12 печатных листов.1
Если Комиссия одобрит издание этого труда, то желательно
внести его в программу 1929/30 г. и сумму на печатание 12 листов
в смету. Для определения стоимости печатания сообщаю, что
теперь предполагается [набирать] однообразным шрифтом, с очень
небольшим числом иностранных слов (названия ископаемых) и
редкими примечаниями петитом. В конце выпуска — список
литературы, естественно, с большим количеством иностранных слов,
около 1—1.4 печатных листа. Иллюстрации я не имел в виду, но,
может быть, Комиссия пожелает украсить книгу портретами
наиболее видных исследователей в тексте или на отдельных таблицах.
Решение Комиссии прошу сообщить мне, чтобы я мог
приступить к постепенной окончательной подготовке труда к печати.
В. Обручев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 21, л. 261—261 об. Подлинник.
№191
Протокол заседания бюро КИЗ]
16 мая 1929 г.
1. Слушали: о следующем заседании КИЗ.
Постановили: назначить следующее заседание КИЗ в
среду, 22 мая с. г.:2 1)в 6 часов вечера для выборов заместителя
председателя КПЗ и обсуждения вопроса об организации в
Москве подкомиссии КИЗ по истории математических и
физико-химических наук и истории научной медицины; 2) в 7 часов вечера
для слушания доклада M. М. Соловьева «Переписка академика
К. М. Бэра с профессором А. А. Бунге».
2. С л у ш а л и: письмо академика В. А. Обручева с
предложением принять к печатанию в «Трудах КИЗ» его работу «История
геологического исследования Сибири» объемом в 50 печатных
листов, с тем чтобы на следующий, 1929/30 г. она была включена
в число его работ, предназначенных к печатанию КИЗ.
Постановили: включить труд академика В. А. Обручева в
список работ, предназначенных к изданию КИЗ.3
3. Слушали: о составлении второго сборника в память
академика А. С. Лаппо-Данилевского с помещением в нем работы
А. С. Лаппо-Данилевского «История науки в России».
272

Постановили: просить Г. П. Блока переговорить по
данному вопросу с А. И. Андреевым.
4. Слушали: о докладе на заседании КИЗ работы Н. И.
Сидорова «Из истории мозаичных составов М.В.Ломоносова».
Постановили: просить А.И.Андреева ознакомиться с
этой работой и дать о ней отзыв в бюро КИЗ.
5. Слушали: о напечатании в «Трудах КИЗ» работы
В. И. Бернера «Г. А. Гей. История Санкт-Петербургской Академии
наук».
Постановили: просить Г. П. Блока дать о ней отзыв на
следующем заседании КИЗ.
6. Слушали: письмо В.Ассонова с предложением
напечатать в «Трудах КИЗ» работу профессора H. Н. Боголюбова «Из
переписки геологов 50—60-х гг.».
Постановили: просить академика А. А. Борисяка
ознакомиться с этой работой и дать о ней отзыв.
7. Слушали: о напечатании в «Трудах КИЗ» доклада
академика П.П.Лазарева (21 апреля 1929 г.) «Развитие учения о
возбуждении живой ткани в связи с современным состоянием этого
учения».
Постановили: просить академика П.П.Лазарева
дополнить свою работу историческим очерком рассматриваемого
учения, после чего включить ее в план работ КИЗ на 1929/30 г.
8. Слушали: отзыв Г. П. Блока о просмотренной им
рукописи Э. Л. Радлова «Россия в английской литературе».
Постановили: просить Г. П. Блока взять на себя
редактирование статьи Э. Л. Радлова, приступив к составлению сборника
в память Э. Л. Радлова, включая в него его статью «Россия в
английской литературе», доклады академика В. И. Вернадского,
академика С. А. Жебелёва и почетного члена АН СССР Н. И. Ка-
реева, читанные на заседании КИЗ в память Э. Л. Радлова 7
апреля 1929 г., и просить взять на себя техническую подготовку
всего сборника Г. П. Блока, а редактирование его — академика
В. И. Вернадского.
9. Слушали: сообщение Г. П. Блока о почетных членах и
членах-корреспондентах АН за 1800 г.
Постановили: просить Г. П. Блока продолжать его
исследование и воспроизвести на средства КИЗ необходимые для
работы Г. П. Блока диаграммы.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 20, л. 11—11 об. Подлинник.
273

№192
Протокол заседания КИЗ1
22 мая 1929 г.
1. С л у ш а л и: предложение бюро КИЗ произвести выборы
заместителя председателя КИЗ.
Постановили: единогласно избрать заместителем
председателя академика И. Ю. Крачковского.
2. С л у ш а л и: предложение академика П. П. Лазарева
организовать в Москве подкомиссию КИЗ по истории математических,
физико-химических наук и научной медицины.2
Постановили: приветствовать организацию подкомиссии,
просить:
1) академика П.П.Лазарева представить КИЗ свои
соображения относительно указанной подкомиссии;
2) бюро КИЗ подготовить к одному из следующих заседаний
инструкцию для организуемой Московской подкомиссии.
3. С л у ш а л и: сообщение академика В. И. Вернадского о
бюджете КИЗ на следующий, 1929/30 г.; групповое совещание
постановило назначить для КПЗ кроме должности ученого секретаря
еще одну штатную единицу научного сотрудника 1-го разряда; по
§ 6 и 7 совещание определило для КИЗ 5000 руб.
Постановили: принять к сведению.
4. С л у ш а л и: сообщения:
1) академика В.И.Вернадского о ходе работ КИЗ;
2) А. И. Андреева о ходе работ Ломоносовской
подкомиссии;
3) M. М. Соловьева о ходе работ Бэровской подкомиссии;
4) Г. П. Блока о ходе работ по составлению списка научных
сотрудников Академии наук.
Постановили: принять к сведению.
5. С л у ш а л и: доклад M. М. Соловьева «Переписка академика
К. М. Бэра с профессором А. А. Бунге».
Постановили: напечатать в III выпуске Бэровского
сборника.3
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 19, л. 9. Подлинник.
274

№193
Записка В. И. Вернадского академику В. А. Обручеву
об издании труда
«История геологических исследований Сибири»1
25 мая 1929 г.
Глубокоуважаемый Владимир Афанасьевич!
В ответ на Ваше письмо от 7 мая 1929 г. считаю долгом
сообщить Вам, что бюро КИЗ, обсудив Ваше предложение об
издании Вашего труда «История геологических исследований
Сибири», признало напечатание этой работы очень желательным и
постановило включить ее в список трудов, предназначенных к
изданию Комиссией по истории знаний, внеся в программу 1929/30 г.
Комиссии испрашиваемые Вами 12 листов для I и II выпусков
Вашего труда.
Пользуюсь случаем обратиться к Вам вместе с тем с просьбой
предоставить КИЗ для ее библиотеки Ваши работы,
соприкасающиеся с историей знания, и для собрания портретов КИЗ Ваш
портрет.
В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 21, л. 281. Подписанная копия.
№194
Протокол заседания КИЗ1
26 мая 1929 г.
1.Слушал и: доклад профессора В. Я. Железнова «Об
экономических воззрениях первых русских агрономов»; в прениях
участвовали Г. А. Фальборк и академик В.И.Вернадский.
Постановили: благодарить докладчика.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 19, л. 10. Подлинник.
№195
Протокол заседания бюро КИЗ1
5 июня 1929 г.
Председатель КИЗ академик В.И.Вернадский от имени бюро
КИЗ приветствовал академика И. Ю. Крачковского по случаю
принятия им на себя обязанностей заместителя председателя КИЗ.
275

1.Слушал и: о составлении 2-го сборника в память
академика А. С. Лаппо-Данилевского.
Постановили: поместить в сборнике статью академика
А. С. Лаппо-Данилевского «История науки в России» и доклад
Н. И. Кареева, прочитанный на заседании КИЗ в память
академика А. С. Лаппо-Данилевского 28 февраля 1929 г.
2. С л у ш а л и: отзыв А. И. Андреева о работе Н. И. Сидорова
«Из истории мозаичных составов М.В.Ломоносова».
Постановили: предложить Н.И.Сидорову прочесть
доклад на указанную тему на одном из первых осенних заседаний
КИЗ и, если представится возможность, устроить выставку
мозаичных произведений М.В.Ломоносова.
3.Слушали: отзыв Г.П.Блока о работе В.И.Бернера «Г. А.Гей.
История Санкт-Петербургской Академии наук».
Постановили: благодарить В. И. Бернера за
представленную в КИЗ работу, сохранить ее в архиве КИЗ и в случае издания
соответствующего сборника по истории знаний работу эту
использовать в качестве материала для сборника.
4. Слушали: отзыв академика А. А. Борисяка о рукописи
Н. Н. Боголюбова «Из переписки геологов 50—60-х гг.».
Постановили: благодарить В.Ассонова за доставку
означенной рукописи в КИЗ и сохранить ее в архиве КИЗ.
5. С л у ш а л и: сообщение А. И. Андреева о ходе работ по
изданию 6-го и 7-го томов сочинений М.В.Ломоносова; на складе
в книгохранилище находится 73 пачки непроверенных печатных
листов работ Ломоносова вместе с таблицами; листы и таблицы
поручено проверить M. Н. Буткевичу; к среде, 12 июня будет
готов проект предисловия к 6-му и 7-му томам.
Постановили: поручить А. И. Андрееву и M. М. Соловьеву
приступить к скорейшему изданию 6-го и 7-го томов.2
6. Слушали: письмо Н. К. Козмина об издании Комиссией
по истории знаний совместно с Госиздатом переписки академика
Веселовского.
Постановили: просить Г. П. Блока и М.М.Соловьева
вступить в переговоры по этому вопросу с Н. К. Козминым.
7. Слушали: о представленной в КИЗ рукописи инженера
А. М. Годыцкого-Цвирко «Пути и образы механики»; работа эта
включена в план Ленгиза, но остается ненапечатанной из-за
бумажного кризиса и необходимости издания другой
литературы.
Постановили: обратиться в Научный отдел Ленгиза с
просьбой о скорейшем напечатании этой работы.
8. Слушали: об издании сборника в память
Л.Я.Штернберга.
Постановили: вступить в переговоры по этому вопросу со
старшим геологом Геологического комитета профессором Я. С. Эдель-
штейном.
276

9. С л у ш а л и: предложение Д. О. Святского прочесть на
заседании КИЗ доклад «Материалы к изучению истории климата
СССР».
Постановили: назначить доклад Д. О. Святского на одном
из первых осенних заседаний КИЗ.
10. С л у ш а л и: просьбу Л. С. Берга об ассигновании
небольшой суммы (около 100 руб.) на фотографирование старых карт
Каспийского моря, хранящихся в картографическом архиве
Библиотеки АН СССР.
Постановили: принять меры, чтобы по возможности
исхлопотать означенную сумму.
Председатель КИЗ академик В. Вернадский
Ученый секретарь М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 19, л. 12—12 об. Подлинник.
№196
Письмо В. И. Вернадского президенту АН СССР
А. П. Карпинскому в защиту арестованного члена КИЗ
профессора В. Н. Бенешевича1
26 июня 1929 г.
Глубокоуважаемый Александр Петрович!
На днях я узнал от Л. Ф. Бенешевич, жены
члена-корреспондента АН профессора В. Н. Бенешевича, что дело ее мужа
окончено и он приговорен к трехлетнему пребыванию в
концентрационном лагере.
Как друг покойного академика Ф. И. Успенского и как
председатель КИЗ, для которой член Комиссии В. Н. Бенешевич
предпринял — прерванное его арестом — издание старых (с конца
XV в.) математических русских неизданных текстов, я обращаюсь
к Вам с просьбой возбудить — из соображений государственной
пользы и ввиду важных интересов науки — перед властью вопрос
об откомандировании В. Н. Бенешевича в порядке отбывания
наказания для научной работы в распоряжение Академии наук.
Согласно принципам государственного строя Союза и
идеологии коммунистического мировоззрения, наказание как
наказание — возмездие и искупление за вину или за причиненный
государству вред не должно иметь места. Может идти лишь вопрос
об изоляции данного лица, которая предупреждала бы проявление
его вредной деятельности.
Форма этой изоляции может быть различна, и она, согласно
указанным принципам и идеологии, должна согласоваться с
интересами государственной пользы и целей, государственной властью
поставленных. Очевидно, при том стихийно-властном значении,
какое в настоящий серьезный момент жизни Союза должно иметь
277

в нем широкое научное творчество, интересы науки и научной
работы в стране должны быть принимаемы во внимание как
первостепенная задача государственного строительства.
С этой научной точки зрения должна быть — по сути дела —
оценена деятельность В. Н. Бенешевича. Академия наук, высшая
форма государственной научной организации в нашей стране,
обязана — для пользы дела — представить власти свое об этом
заключение.
Я знаю со слов моего покойного друга академика Ф. И.
Успенского, с которым я многократно об этом говорил и авторитетное
мнение которого едва ли может серьезно оспариваться, что
В. Н. Бенешевич является в настоящее время одним из самых
крупных мировых ученых в области изучения былого
византийской культуры, т. е. в огромной области истории на протяжении
тысячелетнего существования Византийской империи и связанных
с ней народов и государств... Все, что я слышал от других
работающих в этой области ученых — русских и иностранных,
вполне подтверждает эту оценку моего покойного друга. Мои
сношения с В. Н. Бенешевичем в связи с его работой в нашей
комиссии (В. Н. собирался выступить в ней с рядом докладов по
истории науки в Византии) могли только убедить меня (уже скоро
полстолетия неуклонно научно работающего и внимательно
следящего за ходом научного творчества не только в области
естествознания) в правильности этой оценки. Наконец, мы имеем
объективные указания, которые должны серьезно быть приняты во
внимание. Недавно, в 1927 или 1928 г., В. Н. Бенешевич был
выбран членом Баварской Академии наук в Мюнхене, где сейчас,
насколько знаю, сосредоточивается в большей мере, чем в других
научных центрах Германии, работа по византиноведению. В
прошлом году ему поручена этой Академией большая и ответственная
работа по изданию источников византийского права, и его две
большие работы — плод долголетнего труда — печатаются в
«Трудах» этой Академии. К сожалению, тяжелые условия русского
научного издательства не позволили им явиться здесь. Наконец,
недавно, уже после ареста Владимира Николаевича, другая
германская академия, мировое значение которой еще более
Баварской, — Прусская Академия наук в Берлине выбрала В. Н.
Бенешевича своим членом. Очень немногие русские ученые приняты
сейчас в состав этих высших центров научной мысли Германии.
Мы не можем и не должны — даже с точки зрения
государственных интересов нашей страны — относиться без внимания к этой
оценке научного значения гражданина нашей страны. Она важна
для нее объективно.
Надо принимать во внимание и то впечатление в научном
международном общественном мнении, которое должно произвести
направление в концентрационный лагерь члена нескольких
академий (В. Н. Бенешевич, если не ошибаюсь, и член Греческой Ака-
278

демии наук в Афинах) сейчас же после его избрания Прусской
Академией наук.
Наша Академия обязана представить об этом государственной
власти, учитывая особенно то, как социалистическое государство
строит систему наказаний своих совершивших проступки
граждан. Наказание есть для него вопрос целесообразности, и при его
оформлении принимаются во внимание только польза и интересы
Союза, а не абстрактные нормы права, регулирующего жизнь
Западной Европы.
Мне кажется, что Академия не может остаться и по другим
соображениям безучастной по отношению к В. Н. Бенешевичу.
Она должна принять во внимание положение византиноведения в
нашей стране. Об этом она обязана довести до сведения власти в
связи с личностью В. Н. Бенешевича.
Здесь также я считаю себя нравственно обязанным оживить и
напомнить те многократно за последние годы звучавшие в
заседаниях Академии тревожные волнения и опасения покойного
академика Ф. И. Успенского. Они не должны быть забыты в этот
момент.
Сейчас положение науки о византийской культуре в нашей
стране катастрофическое. Центры научной работы чрезвычайно
ослаблены; молодой прирост не имеет простора для развития;
научные работники не имеют возможности для осуществления
своего творчества. В стране нет крупных руководителей. В.Н. Бене-
шевич — один из самых крупных, вернее, в настоящее время
самый крупный.
А между тем многочисленные и теснейшие связи связывают
историю нашей страны — во всех ее проявлениях — с
византийской культурой. Мы не можем изучать и научно знать наше
прошлое — а следовательно, и научно объективно понимать
настоящее — без научно-творческой работы в области
византиноведения. Академия обязана об этом заботиться и должна употребить
все силы и средства для сохранения в своей среде в форме
работоспособной и научно активной одного из немногих, если не
единственного из мировых ученых в этой области, в пределах
Союза оставшихся.
К тому же сейчас начинается расцвет научной работы в
области византийской культуры и переоценка в нем старого, давно
известного. Новый лик прошлого открывается перед нами, и это
должно сознательно переживаться нашей страной. Только в
полном проявлении всех сторон научного творчества наука,
многогранная по существу, может в нашей стране стать той большой
творческой силой, какая сейчас так жизненно нам необходима.
Ни одно звено без вреда не может быть выпущено.
Нельзя забывать, наконец, и того, что с правильной
постановкой византиноведения связаны и менее крупные, но все же
значительные государственные интересы, каковыми являются в дан-
279

ный момент, например, вопрос о возвращении
Константинопольского научного института и те интересы, которые связаны с
работой Палестинского общества.
Кто у нас, достаточно авторитетный как византинолог в
мировой научной среде, будет это вести после смерти академика
Ф. И. Успенского?
Учитывая все это, я считаю, что Академия наук должна
представить власти, что было бы государству вредно и неправильно
направлять В. Н. Бенешевича в концентрационный лагерь и что
она должна ходатайствовать о направлении его — в порядке
осуществления состоявшегося над ним приговора — к работе в
распоряжение Академии наук.
Должен отметить, что такие случаи уже были — и, кажется,
не один раз — в жизни Всеукраинской Академии наук в Киеве.
Опубл.: Вести. АН СССР. 1990. № 5. С. 82—84.
№197
Записка В. И. Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу о передаче обязанностей председателя КИЗ
академику И. Ю. Крачковскому
26 июня 1929 г.
Уезжая в заграничную командировку,1 я передаю с 28-го сего
июня мои обязанности по Комиссии по истории знаний товарищу
председателя Комиссии академику И. Ю. Крачковскому.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1929, д. 36, л. 11. Подлинник.
№198
Докладная записка заместителя председателя КИЗ
академика И. Ю. Крачковского о деятельности КИЗ,
представленная в правительственную Комиссию
по проверке аппарата Академии наук СССР1
[Август 1929 г.]
Деятельность Комиссии по истории знаний началась после
нескольких лет перерыва в 1926 г. в связи с возросшим интересом
к этой области знаний как у нас, так и в особенности за
границей. Задачей КИЗ является научная работа в области истории
знаний и их приложений к жизни (преимущественно истории
точного знания — естествознания и математики). Комиссию
составляют бюро и члены Комиссии. Членами КИЗ являются действи-
280

тельные члены и члены-корреспонденты АН СССР и другие лица,
известные своей ученой деятельностью и познаниями в истории
знаний. В состав бюро входят председатель (академик
В.И.Вернадский), его заместитель (академик И. Ю. Крачковский), ученый
секретарь (M. М. Соловьев), председатели и ученые секретари
подкомиссий (Ломоносовской и Бэровской), директор Архива
АН СССР (непременный секретарь АН СССР) и три члена
Комиссии.
Единственной штатной единицей является должность ученого
секретаря. Бюджет составляют 825 руб. в год на научные расходы,
60 руб. на хозяйственные и 50 руб. на канцелярию. КИЗ
устраивает очередные заседания своих членов, а равно и заседания с
приглашенными посторонними учеными и вообще лицами,
интересующимися предметами заседаний Комиссии. Предметами
заседаний, происходящих 2—3 раза в месяц, являются кроме текущих
дел главным образом доклады членов КИЗ или посторонних
ученых, относящиеся к задачам КИЗ, так же как и сообщения о ходе
ученых работ КИЗ и других, родственных ей по задачам,
учреждений. С 1927 г. по настоящее время был прочитан ряд докладов
академиков А. П. Карпинского, В. И. Вернадского, С. Ф.
Платонова, А. Ф. Иоффе, П. П. Лазарева, С. А. Жебелёва, В. М. Петрушев-
ского, В. А. Кистяковского, А. А. Борисяка, В.М.Алексеева,
почетного члена Н. И. Кареева, членов КИЗ и других лиц: Э. Л. Рад-
лова, В. Н. Ивановского, И. И. Любименко, Б. Л. Богаевского,
П. Н. Каптерева, М. А. Блоха, И.Д.Стрельникова, В.В.Струве,
B. В. Сиповского, Ю. И. Гессена, В.Г.Дружинина, О.Е.Звягинцева,
Т. И. Райнова, В. Я. Курбатова, С. В. Рождественского, О. А. Доби-
аш-Рождественской, А. А. Введенского, А. И. Анисимова, В. Я. Же-
лезнова, M. М. Соловьева. Комиссия издает свои работы в виде
«Трудов КИЗ» и «Очерков по истории знаний». С 1927 г. по
настоящее время напечатаны пять [выпусков] «Очерков по истории
знаний», приуроченных к памятным годовщинам жизни
следующих ученых:
1) Ньютон. 1727—1927: А. А. Белопольский, А.Н.Крылов,
П. П. Лазарев, А. А. Иванов;
2) Памяти М. А. Кастрена. К 75-летию со дня смерти: С. Ф. Оль-
денбург, В. Г. Богораз, Л. Я. Штернберг, Д. В. Бубрих, Н. Н. Поппе,
А. Н. Самойлович, Б. Я. Владимирцов, В. Г. Богораз, Я. П.
Кошкин, Л. Б. Модзалевский;
3) М. Бертело. 1827—1927: Д.П.Коновалов, И. А. Каблуков,
C. П. Вуколов, Б. Н. Меншуткин;
4) Памяти В.Томсена. К годовщине со дня смерти: С. Ф. Оль-
денбург, В. В. Бартольд, А. Н. Самойлович, А. Е. Пресняков, В. А. Брим;
5) А. М. Бутлеров. 1828—1928: В. Е. Тищенко,
Д.П.Коновалов, А. Е. Фаворский, И. А. Каблуков, А. И. Горбов, А. Е. Чичиба-
бин.
Следующие пять [выпусков! «Трудов КИЗ»:
281

1) В. И. Вернадский. Мысли о современном значении истории
знаний. 1927;
2) Первый сборник памяти Бэра: В. И. Вернадский, M. М.
Соловьев, Э. Л. Радлов;
3) Б. А. Тураев. Русская наука о Древнем Востоке до 1917 г.;
4) Л. С. Берг. Очерк истории русской географической науки;
5) А. А. Борисяк. В. О. Ковалевский, его жизнь и научные труды.
Печатаются в настоящее время следующие работы КИЗ:
• академик В. П. Бузескул. Всеобщая история и ее
представители в XIX в. и начале XX в.;
• академик И. Ю. Крачковский. Шейх Тантави — профессор
Санкт-Петербургского университета (1810—1861).
Сданы в Издательство АН СССР для напечатания следующие
работы:
• академик Д. М. Петрушевский. Академик П. Г. Виноградов
как социальный историк;
• Г. Манизер. Академик Г. И. Лангсдорф и его путешествие по
Бразилии;
• А. А. Гизетти. Из истории влияний эволюционных идей
К. М. Бэра на русскую биологию и социологию второй половины
XIX в.;
• В. И. Кардашевский. К. М. Бэр как библиотекарь.
Кроме того, ждет своей очереди ряд готовых к печати работ
членов КИЗ — академиков В. М. Алексеева, П. П. Лазарева, В. А.
Обручева, Е. Н. Павловского, Б. Н. Вишневского, О. А. Добиаш-Рож-
дественской, А. В. Бородина и др.
Комиссией подготовляется научное издание архивных
материалов и памятников по истории знаний, в частности переписки
А. О. и В. О. Ковалевских и Мечникова, неопубликованных
материалов, связанных с экспедицией Беринга, переписки академика
К. М. Бэра с непременным секретарем П. Н. Фусом, профессором
А. А. Бунге и другими лицами, русских астрономических текстов
XV в., биографии по источникам академика В.Васильевского.
Организовано составление систематического
биобиблиографического каталога трех тысяч научных работников, которые работали
в связи с Академией наук со времени ее основания. Сейчас
изучается время от 1800 до 1850 г. Особенное внимание КИЗ уделяет
в настоящее время изучению трудов академиков Ломоносова и
Бэра (последнего в связи с наступившим в прошлом году
столетием со дня избрания его в академики). С этой целью при КИЗ
организованы 2 подкомиссии — Ломоносовская и Бэровская.
Ломоносовская подкомиссия подготовляет к печати VI и
VII тома трудов Ломоносова и ведет подготовительные работы по
собиранию материалов для VIII тома его сочинений («Переписка»).
С этой целью в архиве и рукописном отделении Библиотеки
АН, в рукописном отделении Ленинской библиотеки в Москве и
в Древлехранилище — также в Москве — предприняты поиски
282

личной и служебной переписки М.В.Ломоносова, давшие
значительные результаты. Эти поиски еще не окончены. Они в
дальнейшем должны охватить еще некоторые архивы и рукописные
собрания СССР, а также актохранилища Марбурга, Берлина,
Парижа и т. д.
Бэровская подкомиссия организовала совместно с Библиотекой
АН СССР заседание по случаю исполнившегося столетия со дня
избрания Бэра в члены-корреспонденты АН, на котором были
прочитаны доклады президентом АН СССР А. П. Карпинским и
академиком В. И. Вернадским, устроила выставку в память Бэра,
выпустила путеводитель к этой выставке и «Первый сборник
памяти Бэра» со статьями академика В. И. Вернадского, Э. Л. Радло-
ва, M. М. Соловьева. В настоящее время Бэровской подкомиссией
подготовлен к печати «Второй сборник памяти Бэра» со статьями
А. А. Гизетти, В. И. Кардашевского и Е.Н.Павловского. На
заседаниях Бэровской подкомиссии был прочитан ряд докладов,
посвященных научной и научно-прикладной деятельности и личности
Бэра (академики В. И. Вернадский, Н. В. Насонов, Е. Н.
Павловский, Б. Н. Вишневский и др.). В настоящее время членами
Бэровской подкомиссии изучаются многочисленные материалы
архива Бэра, хранящиеся в Библиотеке, Архиве и Ботаническом
музее АН СССР, Публичной библиотеке и Прусской
государственной библиотеке в Берлине, переводится автобиография Бэра и
составляется Е. Н. Павловским популярный биографический очерк
научной деятельности и жизни Бэра, имеющий быть изданным
Ленгизом.
При КИЗ начинают создаваться специальная библиотека и
архив, так же как и музей по истории знаний, зачаток которого
представляют собой сейчас собранные КИЗ в значительном
количестве портреты различных ученых и научные и личные
документы ученых деятелей (подлинное письмо Дарвина,
корреспонденция и научный инвентарь Бэра, работы по гальванопластике
Якоби, манускрипты Ковалевских и т.д.).
Музей этот постоянно пополняется новым и разнообразным
материалом.
В ближайшем будущем предполагается под руководством
академика П. П. Лазарева организация при КИЗ Московской
подкомиссии по истории математических, физико-химических наук и
научной медицины.
Неуклонно расширяющаяся и углубляющаяся деятельность
КИЗ ставит на очередь вопрос о превращении КИЗ в большую и
должным образом оборудованную организацию —
Научно-исследовательский институт по истории знаний с рядом отделов по
истории отдельных научных дисциплин, для чего требуются,
конечно, иные бюджет и количество штатных сотрудников. Ввиду
этого в смете на следующие 5 лет предусматривается
необходимость в последовательном увеличении штата научных сотрудни-
283

ков, установление должности делопроизводителя, так же как и
увеличении кредитов на операционные расходы по организации
музея и библиотеки.
Заместитель председателя КИЗ академик И. Ю. Крачковский
Ученый секретарь M. М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 23, л. 9—12. Копия.
№199
Отчет С. Н. Чернова о занятиях по сбору материалов
к изданию переписки М. В. Ломоносова
16 октября 1929 г.
За отчетное время (1/XI 1928—1/Х 1929) мои занятия по
собиранию материалов к изданию переписки М.В.Ломоносова
распадались на две части. В первой, подготовительной, я изучал уже
изданные частные и служебные письма Ломоносова и к
Ломоносову, а также разнообразные бумаги частного и служебного
характера, как им составленные или правленные, так и им
подписанные или хотя бы ему адресованные. При этом изучении я имел
случай убедиться как в неполноте их подбора издателями, так и
в несовершенстве самих приемов их печатного
воспроизведения, — в обоих смыслах я могу сослаться на известное издание
Билярского.1 Во второй части моих занятий я собирал материал
для нового издания переписки Ломоносова.
Мои работы по собиранию материалов велись в ряде
хранилищ, из которых наибольшее значение имеет Архив самой
Академии наук, недавно приведенный трудами его бывшего
начальника А. С. Путилова во вполне удовлетворяющее научного работника
состояние. Пользуюсь случаем отметить, что как с его стороны,
так и со стороны служащих Архива Академии я встретил к себе
самое внимательное и предупредительное отношение. Таково же
было отношение начальников и персонала других хранилищ, где
мне приходилось работать.
Хотя «книгами текущих дел» и другими единицами хранения
Архива Академии уже неоднократно пользовались исследователи
и публикаторы Ломоносова (в частности, его переписки), я все
же именно на материалах Архива сосредоточил значительную
долю своих поисков. Как здесь, так и в других хранилищах
поиски в огромном большинстве случаев велись полистным
просмотром единиц хранения. Кроме означенных «книг текущих
дел», были просмотрены мною:
1)так называемое «Дело Миллера с Дел ил ем»;
2) один портфель Миллера (реестр III, портфель 2);
3) один картон протокольных бумаг;
4) папка бумаг Ломоносова;
284

5) том его «рукописей»;
6) два тома его «портфелей» и
7) пять отдельных «рукописей» Ломоносова с приложениями.
При этом было просмотрено «книг» — с № 68 по 202
включительно, а также 794 и 948, т. е. всего 237. Присоединим к этому
одно специальное дело и один картон бумаг к протоколам, имеем
239 единиц хранения, отложившихся в результате деятельности
Академии. Если к этому присоединить занесенную под № 4 папку
ломоносовских бумаг, в значительной степени когда-то —
особенно, по-видимому, в связи с ломоносовской выставкой — вынутых
из академических же дел (даже из переплетенных книг!), будем
иметь 240 таких единиц хранения. Рядом с ними стоят 8 единиц
хранения, отложившихся в результате деятельности Ломоносова,
и одна, отложившаяся в итоге работ и сношений Миллера.
Поиски во всех этих единицах дали:
• в «книгах» — 402 документа;
• в «Деле Миллера с Делилем» — 10 документов;
• в картоне протокольных бумаг — 1 документ;
• в «портфеле» Миллера — 1 документ;
• в папке бумаг Ломоносова — 42 документа;
• в томе «рукописей» Ломоносова — 30 документов;
• в «портфелях» Ломоносова — 104 документа и
• в отдельных «рукописях» Ломоносова — 1 документ.
А всего — 591 документ.
В рукописном отделении Библиотеки Академии мною были
просмотрены имеющиеся в ней бумаги Ломоносова, а также
соответственные части других фондов. В бумагах Ломоносова
зарегистрировано 33 номера, в письмах «знатных российских особ»
И. И. Шувалову — 7 номеров, в «переписке» Воронцовых —
46 номеров, в архиве академика А. А. Куника — 4 номера. Итого
в рукописном отделении зарегистрировано 90 номеров.
В Москве поиски производились в архиве Исторического
музея, в рукописном отделении Ленинской библиотеки и в
Древлехранилище. В первом, несмотря на тщательнейшее наведение
справок заведующим И. М. Тарабриным, ничего не было
обнаружено. Зато во втором, хотя и было зарегистрировано всего 2
номера, подходящих под признаки переписки, было изучено две
любопытнейшие рукописи. Одна — за № 279 (пожертвование
М. П. Погодина) — содержит запись или изложение лекций по
риторике, которые в 1733—1734 гг. слушал Ломоносов; запись
или изложение если не целиком, то в большей части писаны его
рукою. Другая представляет собою огромный интерес — это
№ 2643 под названием: «Лифляндская экономия. Переведена с
немецкого на российский химш профессором Михаиломъ
Ломоносовым^ в Санктъ-Петербурге — 1747 года — с подлинной
списана в 1760-м году из дому господь баронов Черкасовыхъ».
Рукопись содержит 117 л. По своему содержанию «Лифляндская
285

экономия» ломоносовского перевода очень отлична от соседней с
ней по каталогу; автор каталога отнес эти отличия к автору
руководства. Весьма вероятным считаю это его замечание, но
думаю, что едва ли такой творческий ум, как М.В.Ломоносов,
мог при его переводе остаться в роли механического
перекладчика с немецкого на русский язык, и предполагаю попытаться
определить его настоящую роль сличением перевода с немецкими
текстами «Экономии». Такая работа представляется мне особенно
интересной после опубликования Б. Д. Грековым любопытнейших
соображений о живом интересе Ломоносова к экономическим
проблемам русской современности и о тех путях, которыми он
шел к научному удовлетворению своего практического интереса.
(Рукопись, о которой идет речь, поступила из собрания Дурова,
как известно, включившего в свой состав много рукописей из
коллекции небезызвестного подделывателя Сулакадзева; поэтому при
первоначальном ознакомлении с нею я отнесся к ней с очень
большою настороженностью, но при самом придирчивом к ней
внимании не обнаружил в ней никаких признаков подделки. О
Черкасовых, которых упоминает заглавие рукописи, следует иметь
в виду, что Ломоносов с одним из них состоял в переписке). Что
касается работы в Древлехранилище, то в нем я вел поиски в
следующих направлениях: 1) сенатский фонд, 2) «миллеровские
портфели»; 3) фонд Главной соляной конторы, 4) частные фонды.
Основные поиски упали на сенатский фонд; было просмотрено
62 книги этого фонда, из которых в большинстве в описи
значилось наличие материала по Академии наук. К сожалению, не
удалось окончить их просмотр. В них было зарегистрировано 42
документа, содержащих подпись Ломоносова, но в большинстве
случаев в окружении подписей других административных лиц
Академии. Однако некоторые документы этого фонда носят
индивидуально-ломоносовский характер. В миллеровских
«портфелях» было просмотрено 5 папок и обнаружено 3 номера. В фонде
Главной соляной конторы была просмотрена только опись; она
не позволяет надеяться на какие бы то ни было находки среди
находящихся в Древлехранилище дел конторы. Справка, данная
из отделения частных фондов, с приложением единственного (да
и то в поздней копии) ломоносовского документа также в
высокой степени не утешительна; впрочем, дальнейшее изучение судеб
эпистолярного наследия Ломоносова еще может привести к
некоторому увенчанию этих поисков: когда удастся определить
перелив и размещение писем из фондов наследников Ломоносова и
его адресатов в других, более, чем они, молодых фондах. Таким
образом, поиски в Древлехранилище пока дали 46 номеров.
Поиски в сенатском фонде и в описи Главной соляной
конторы — первые в очень значительной части, вторые
исключительно — связаны с поздним, идущим от самого Ломоносова,
известием о его большом содействии академику Юнкеру в работах по
286

соляной части. Судя по этому ломоносовскому «известию», его
бумаги (письма и переводы) пропали после смерти Юнкера — во
всяком случае оказались для него недоступными и даже необна-
ружимыми. В целях их обнаружения я пересмотрел значительное
количество «книг» Сената по Главной соляной конторе, в коих
(особенно же тех, которые касаются бахмутских и торских
заводов) и обнаружил несколько юнкеровых доношений и рапортов,
а также и вообще документов, имеющих отношение к его работам
по соляной части. Но я не встретил в них ни одного автографа
Ломоносова и ни одного признака его участия в юнкеровых
работах. Так как юнкеровы бумаги были опечатаны
представителями Сената без уведомления Академии или ее представителя, я
искал бумаги Юнкера (и среди них автографы Ломоносова или
упоминания о нем) в различных книгах сенатского
делопроизводства, но, к сожалению, совершенно безрезультатно. Единственное,
что мне пока удалось установить, сводится к следующему:
по-видимому, в 1754 г. (т.е. спустя приблизительно 8 лет со дня
смерти Юнкера) его бумаги были разобраны и часть их передана в
Академию, но, судя по их списку в одном из дел академического
Архива, среди них нет ни бумаг по соляной части, ни переводов
писем и других рукописей Ломоносова. Дата (1754 г.) дает
возможность возобновить поиски в сенатском фонде, углубляя их на
такие «дела» и «книги» фонда, которые если не своим
обозначением, то хронологической близостью дают возможность
надежды — хотя бы и слабой — на увенчание поисков успехом. Но
эта дата дает и другое — возможность возобновления поисков в
фонде Главной соляной конторы.
Эти поиски уже возобновлены, но ведутся не в Москве, где
среди дел конторы нет ни одного, оглавление которого в этом
смысле останавливало бы внимание, а в Ленинграде. В ЛОЦИА
мне предоставили жалкие остатки многострадального фонда
Главной соляной конторы, оставшиеся на месте после жесточайшего
разгрома фонда в 1911 г. Но среди них оказались только
несколько донесений Юнкера и материалы к его огромной работе по
строительству соляного дела на Украине. Затем мне дали книги
«описей» уничтоженных дел; сейчас я занят их изучением. По
моему требованию мне разыскивают те части фонда Главной
соляной конторы, которые, быв спасены от переработки, поступили
в здешнюю Публичную библиотеку; затем я предполагаю вести
изучение тех частей фонда, которые были спасены
Археографической комиссией и Н. П. Лихачевым. Быть может, хотя бы таким
путем удастся уловить обрывки позабытых работ Ломоносова по
соляному делу и остатки его переписки с таким своеобразным и
любопытным деятелем Академии и государственной
промышленности, как Юнкер.
Проделанная в законченный период работа поисков дала в
общей сложности просмотр 334 единиц хранения и 728 докумен-
287

тов, в числе которых значительное количество адресовано
Ломоносову, но большая часть исходит от него. Многие из этих
документов представляют особенную ценность, потому что содержат
правку самого же Ломоносова. Довольно много из них никогда не
было напечатано.
Представляя себе дальнейшее течение работы, полагал бы
необходимым:
1 ) продолжение поисков в затронутых ими фондах, в первую
очередь в фонде самой Академии;
2) вовлечение в поиски новых фондов (Св. Синода,
Адмиралтейств-коллегий, Берг-коллегии, частных фондов ЛОЦИА,
Канцелярии строений и т.д.) Москвы и Ленинграда;
3) продолжение специальных поисков бумаг Юнкера;
4) вовлечение в поиски некоторых провинциальных хранилищ,
например архангелогородских и киевских;
5) сношение с потомками Ломоносова — Орловыми, Котлярев-
скими и другими — и выяснение у них судеб ломоносовских
писем и других бумаг;
6) вовлечение в поиски некоторых западноевропейских
архивов по спискам ломоносовских корреспондентов и учреждений, с
которыми он имел сношения;
7) установление правил издания переписки Ломоносова;
8) начало снятия копий с подлежащих изданию документов —
и сверх сего:
9) считал бы крайне важным выписку в Ленинград рукописи,
содержащей «Лифляндскую экономию» в переводе Ломоносова,
ее переписку и изучение.
С. Чернов
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1929, д. 36, л. 15—20. Подлинник; ф. 154, on. 1,
д. 23, л. 75—80. Подписанная копия.
№200
Список членов КИЗ1
[Ноябрь] 1929 г.
10. Блок Г. П.
11. Блох М. А.
12. Буш H.A.
13. Байков А. А.
14. Белопольский А. А., акад.
15. Богородицкий В. А.
16. Богоявленский С. К.
П.Болдырев А.К.
18.Бартольд В.В., акад.
1. Анисимов А. И.
2. Абрамович Д. И.
3. Алексеев В. М.
4. Аркадьев В. К.
5. Айналов Д В.
6. Берг Л. С.
7. Борисяк А. А., акад.
8. Белоновский Г. Д.
9. Богаевский Б. Л.
288

19. Бялыницкий-Бируля A.A.
20. Бычков И. А.
21. Бриллиантов А. И.
22. Бузескул В. П., акад.
23. Бернер В. И.
24. Вишневский Б. Н.
25. Владимирцов Б. Я.
26. Вульф Е. В.
27. Васильев А. А.
28. Веселовский С. Б.
29. Вернадский В. И., акад.
30. Василенко Н.
31. Грот К. Я.
32. Герасимов А. П.
33. Глазенап С. П.
34. Гизетти А. А.
35. Гюнтер Н. М.
36. Граве Д. А.
37. Горбов А. И.
38. Гревс И. М.
39. Готье Ю. В.
40. Гулевич В. С.
41. Добиаш-Рождественская O.A.
42. Дружинин В. Г.
43. Егоров Д. Н.
44. Жижиленко А. А.
45. Жебелёв С. А.
46. Замотин И. И.
47. Земятчинский П. А.
48. Золотарев Д. А.
49. Залесский М. Д.
50. Звягинцев О. Е.
51. Зелинский Н. Д.
52. Зеленин Д. К.
53. Ивановский В. Н.
54. Иванов П. П.
55. Иоффе А. Ф., акад.
56. Карпинский А. П., акад.
57. Кижнер Н. М.
58. Ковалевский Г. В.
59. Крылов H. М., акад.
60. Карский Е. Ф., акад.
61. Комаров В. Л., акад.
62. Крачковский И. Ю., акад.
63. Козмин Н. К.
64. Курбатов В. Я.
65. Кареев Н. И.
66. Кулагин Н.М.
67. Каптерев П. Н.
68. Коялович Б. М.
69. Книпович Н. М.
70. Кистяковский В. А.,
[акад.].
71. Личков Б. Л.
72. Любименко И. И.
73. Лукьянов СМ.
74. Лазарев П. П., акад.
75. Ляпунов Б. М., акад.
76. Левинсон-Лессинг Ф. Ю.,
акад.
77. Лихачев Н. П., акад.
78.Любавский М. К., акад.
79. Любименко В.Н.
80.Липский В. И.
81.Любович H.H.
82.Лузин H.H., [акад.].
83. Лященко А. И.
84. Меншуткин Б. Н.
85. Мензбир М. А., акад.
86. Морозов H.A.
87. Маркевич А. И.
88. Малеин А. И.
89. Надсон Г. А., акад.
90. Нелидов Ю.А.
91. Никольский Н. К., акад.
92. Насонов Н. В., акад.
93. Новосадский Н. И.
94. Ольденбург С.Ф., акад.
95. Осипов В. П.
96. Павловский Е. Н.
97. Павлова М. В.
98. Платонов С. Ф., акад.
99. Петрушевский Д. М.,
акад.
100. Покровский К. Д.
101. Покровский М. М.,
акад.
102. Пекарский Э. К.
103. Петухов Е.В.
104. Руденко СИ.
105. Радциг А. А.
106. Реформатский С.Н.
107. Рязанов В. И.
108. Рождественский СВ.
Ю Заказ №4012
289

109. Северцов А. H.
ПО. Сакулин П. Н., акад.
Ш.Салазкин С. С.
112. Солнцев СИ., акад.
113. Семенов-Тян-Шанский А. П.
114. Соловьев M. М.
115. Сиповский В. В.
116. Самойлович А. Н., акад.
117. Святский Д. О.
118. Степанов Н.И.
119. Тимченко Е. К.
120. Тихий М.И.
121. Тарле Е. В., акад.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 32, л. 4—5 об. Копия.
122. Успенский Я. В., акад.
123. Филипченко Ю. А.
124. Ферсман А. Е., акад.
125. Фесенков В. Г.
126. Фрейман А. А.
127. Цинзерлиг Д. П.
128. Чичибабин А. Е., акад.
129. Шокальский Ю. М.
130. Шмидт A.C.
Ш.Шевяков В. Т.
132. Щербатской Ф. И.,
акад.
133.Ячевский A.A.
Список
1. Андренко Л. Л.
2. Белянкин Д. С.
3. Бородин А. В.
4. Буткевич M. Н.
5. Бак А. Н., акад.
6. Бернштейн С. Н., акад.
7. Васенко Н. Г.
8. Виноградов А. П.
9. Виноградов И. М., акад.
Ю.Вавилов Н. И., акад.
11. Греков Б. Д.
12. Гессен Ю. И.
13. Годыцкий-Цвирко A.M.
14. Грушевский М. С, акад.
15. Губкин И. М., акад.
16. Добровольский К. Э.
П.Дерюгин К. М.
18. Дмитриевский A.A.
19. Зарудный С. М.
20. Зарубин И. И.
21. Иванов И. И.
22. Иванов А. А.
23. Истрин В. М., акад.
24. Ипатьев В. Н., акад.
25. Ильинский Г. Л.
26. Ильин А. А.
№201
нечленов КИЗ1
[Ноябрь] 1929 г.
27. Крыжановский В. И.
28. Кузнецов Н. Я.
29. Кесслер Э. К.
30. Кудряшев К. В.
31. Князев Г. А.
32. Кузнецов А. Н.
33. Курбатов С. М.
34. Крылов А. Н.
35. Костычев С. П., акад.
36. Кольцов Н. К.
37. Кобринский С. К.
38. Кржижановский Г. М., акад
39. Лихарев М. А.
40. Лобода А. М.
41. Липин В.М.
42. Мысовский Л. В.
43. Маслов П.П., акад.
44. Миткевич В. Ф., акад.
45. Миславский Н. А.
46. Майков В. В.
47. Марр Н.Я., акад.
48. Михайлов A.B.
49. Навашин С. Г., акад.
50. Орлов Н. А.
51. Орешников А. В.
52. Орбели И. А.
290

53. Обручев В. А., акад.
54. Орлов А. С.
55. Приселков М. Д.
56. Подкопаев Н. А.
57. Полынов Б. Б.
58. Павлов И. П., акад.
59. Перетц В. Н., акад.
60. Покровский M. Н.
61. Прянишников Д. Н.
62. Ревуцкая Е. Д.
63. Ромм П. В.
64. Розенберг Ф. А.
65. Розанов M. Н., акад.
66. Рязанов Д. Б., акад.
67. Рождественский Д. С, акад.
68. Скрибанович Ф. Ф.
69. Садиков В. С.
70. Сайтов В. М.
71. Сперанский M. Н.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 32, л. 6-
72. Семенов-Тян-Шанский А. П
73. Симони П. К.
74. Спицын А. А.
75. Тищенко В. Е.
76. Тихов Г.А.
77. Успенская Н. Э.
78. Унковская В. А.
79. Фальборк Г. А.
80. Фаворский А. Е., акад.
81. Федченко Б. А.
82. Хлопин Г. В.
83. Чаплыгин С. А., акад.
84. Чернявский
85. Шидловский А. Ф.
86. Шишмарев В. Ф.
87. Щерба Л. В.
88. Эдельштейн Я. С.
89. Яковкин А. А.
-боб. Копия.
№202
Выписка из протокола заседания Комиссии
по проверке аппарата Академии наук СССР
о снятии с работы M. М. Соловьева1
12 ноября 1929 г.
Слушали: Соловьев М. М. — секретарь КИЗ и научный
сотрудник КЕПС; с 1903 по 1918 г. — преподаватель в различных
средних учебных заведениях, в том числе в Кадетском корпусе; с
1925 г. — научный сотрудник 1-го разряда Сапропелевого
комитета. С 1928 г. — ученый секретарь КЕПС, с ноября 1928 г. —
ученый секретарь КИЗ.
Постановили: снять с работы ученого секретаря КИЗ, не
возражая против использования по специальности в Академии
наук.
Председатель Фигатнер
Секретарь Садовский
ПФА РАН, ф. 4, on. 4, д. 3471, л. 24. Копия.
291

№203
Акт о приемке дел от ученого секретаря КИЗ M. М. Соловьева
в связи с его увольнением1
15 ноября 1929 г.
15 ноября 1929 г. мы, нижеподписавшиеся, председатель КИЗ
академик В.И.Вернадский, товарищ председателя КИЗ академик
И. Ю. Крачковский и член бюро КИЗ профессор Л. С. Берг,
приняли от ученого секретаря КИЗ M. М. Соловьева, согласно
приказу по Академии наук СССР от 13 ноября 1929 г., все дела КИЗ
согласно журналам исходящих и входящих бумаг, описи
архивного материала и каталогам книг и печатных произведений
библиотеки КИЗ, портретов и рукописей КИЗ, а именно: протоколы
заседаний КИЗ и бюро КИЗ, Бэровской подкомиссии,
библиотеку, книгохранилище, собрание рукописей и портретов КИЗ,
причем все они оказались, в соответствии с указанными документами,
в надлежащем порядке. Принят также, согласно описи, инвентарь
оборудования помещения КИЗ.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
Товарищ председателя академик И. Крачковский
Член бюро КИЗ профессор Л. Берг
Ученый секретарь КИЗ М. Соловьев
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1929, д. 36, л. 23. Подписанная копия.
№204
Протокол заседания КИЗ1
24 ноября 1929 г.
1. Слушал и: заявление председателя о кончине за время
перерыва заседаний КИЗ следующих членов КИЗ и деятелей по
истории знаний: Г. В.Хлопина, Е. Ф. Будде, академика
А.П.Павлова, В. П. Васильева, А. Е. Преснякова. Почтили память
скончавшихся вставанием.
2. С л у ш а л и: доклад Н. И. Сидорова «Из истории мозаичных
составов М.В.Ломоносова» с демонстрацией образцов смальты
изготовления М.В.Ломоносова. В прениях по докладу принимали
участие председатель В. И. Вернадский, А. Т. Федотов, М. Б. Фар-
маковский, С. Н. Чернов и Г. А. Князев.
Постановили: благодарить докладчика.
Председатель КИЗ академик В.Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 19, л. 11. Подлинник.
292

№205
Записка историка С. Н. Чернова в Комиссию АН СССР
по замещению вакантных должностей1
8 декабря 1929 г.
Узнав, что место ученого секретаря КИЗ в настоящее время
является вакантным, живо интересуясь работою КИЗ и имея опыт
в организации научной работы, решаюсь, пользуясь предложением
бюро КИЗ, ходатайствовать перед Комиссией о назначении меня
на названную должность.
С. Чернов
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 23, л. 116. Подлинник.
№206
Представление В. И. Вернадского в Комиссию АН СССР
по замещению вакантных должностей о назначении
С. Н. Чернова на должность ученого секретаря КИЗ1
9 декабря 1929 г.
Согласно решению бюро КИЗ, предлагаю на должность
ученого секретаря КИЗ профессора С. Н. Чернова. Замечу, что обычно
ученый секретарь по представлению бюро избирается в общем
собрании Комиссии.
С. Н. Чернов сейчас по поручению Ломоносовской
подкомиссии, состоящей при нашей и Археографической комиссии,
работает по подготовке издания переписки М.В.Ломоносова.
Академик В.Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 23, л. 118. Копия.
№207
Выписка из постановления Комиссии по проверке
аппарата Академии наук СССР о составе КИЗ1
9 декабря 1929 г.
Комиссия по проверке аппарата Академии наук СССР в
заседании от 3 декабря 1929 г. постановила:
а) не числить в списке сверхштатных сотрудников КИЗ,
работающих без вознаграждения:
1) Вернадского В. И., акад., 4) Берга Л. С,
2) Крачковского И. Ю., акад., 5) Блока Г. П.,
3) Блока М. А., 6) Андреева А.И.,
293

7) Ольденбурга С. Ф., акад.,
8) Карпинского А. П. акад.,
9) Алексеева В. М., акад.,
10) Жебелёва С. А., акад.,
11) Лазарева П. П., акад.,
12) Петрушевского Д. М., акад.,
13) Платонова С. Ф., акад.,
14) Иоффе А. Ф., акад.,
15) Кистяковского В. А., акад.,
16) Борисяка А. А., акад.,
17)Кареева Н.И.,
18)Добиаш-Рождественскую O.A..
19) Рождественского СВ.,
20) Дружинина В. Г.,
21)Сиповского В. В.,
22) Гизетти А. А.,
б) посторонних лиц:
39) Богаевского Б. Л.,
40) Гессена Ю. И.,
23) Гревса И. М.,
24) Павловского К. Н.,
25) Ивановского В. Н.,
26) Любименко И. И.,
27) Стрельникова И. Д.,
28) Струве В. В.,
29) Звягинцева О. Е.,
30) Курбатова В. Я.,
31) Железнова В. Я.,
32) Вишневского Б. Н.,
33) Ковалевского Г. В.,
, 34) Анисимова А. И.,
35) Каптерева П. Н.,
36) Райнова Т. И.,
37) Генерозова В. Я.,
38) Нелидова Ю. А.;
41) Введенского A.A.,
42) Кардашевского В. 1
Не числить в списке сверхштатных сотрудников КИЗ,
получающих ежемесячное вознаграждение по счетам: Веселова Л. Л.,
Буткевича M. Н.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 23, л. 127. Подлинник.
№208
Письмо от Всесоюзного общества культурной связи
с заграницей в КИЗ о предоставлении информации
о литературе по истории знаний, издаваемой в СССР
31 декабря 1929 г.
Comitee International d'Histoire des Sciences (Paris), издающий
журнал «Archeion», посвященный истории наук, обратился к нам
с просьбой оказать содействие в получении информации о книгах
(и статьях) по истории знаний, вышедших в СССР в течение
последних 10 лет, а также в получении этих книг для помещения
отзыва о них в его журнале.
Полагая, что вы располагаете интересующими Комитет
сведениями, мы надеемся, что вы не откажете в любезности прислать
нам, по возможности не задерживая, список книг и статей по
истории знаний. Кроме того, просим указать, в каких наших
журналах печатаются статьи по этим вопросам и какие научные
учреждения имеют секции, работающие в этой области.
За быстрое исполнение нашей просьбы выражаем заранее
благодарность.
294

Если вы направите какие-нибудь материалы непосредственно в
адрес Комитета, не откажите уведомить нас об этом.
Заведующий отделом Международного книгообмена
А. Бригадер
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 24, л. 8. Подлинник.
№209
Отчет о деятельности КИЗ за 1929 г.
Председателем КИЗ продолжал состоять академик В. И.
Вернадский, ученым секретарем до 15 ноября — M. М. Соловьев;1 с
15 ноября эта должность вакантна.2 В отчетном году в члены КИЗ
избраны В. Я. Железное и П.П.Иванов. За год состоялось 14
открытых заседаний КИЗ, на которых сделаны следующие доклады:
В.Г.Дружинин. История развития школ, торговли и ремесел Вы-
горецкой обители; Ю. И. Гессен. Рукопись де Геннина об
Уральских заводах 1735г.; О.Е.Звягинцев. Иноземные учителя
металлургии в России XVII в.; Т. И. Райнов. Колебания творческой
продуктивности в западноевропейской физике XVIII и XIX вв.;
академик Д. М. Петрушевский. Академик П. Г. Виноградов как
социальный историк; В.Я.Курбатов. Научный облик Леонардо да
Винчи; С.В.Рождественский. Из истории изучения России в
эпоху Петра I; академик В. М. Алексеев. Китайская наука в Китае
и Европе; О. А. Добиаш-Рождественская. Западные мастерские
письма на заре средневековья и рукописи Публичной библиотеки;
академик П. П. Лазарев. Развитие учения о возбуждении живой
ткани в связи с современным состоянием этого учения; M. М.
Соловьев. Переписка академика К. М. Бэра с профессором А. А. Бунге;
В. Я. Железнов. Об экономических воззрениях первых русских
агрономов; Н. И. Сидоров. Из истории мозаичных составов М. В.
Ломоносова.3
Кроме того, в заседании 28 февраля по случаю десятилетия [со
дня] кончины академика А. С. Лаппо-Данилевского были
прочитаны доклады: академик С. Ф. Платонов. А. С. Лаппо-Данилевский
как русский историк; Н. И. Кареев. Теоретические взгляды А. С.
Лаппо-Данилевского; А. А. Введенский. Работа А. С.
Лаппо-Данилевского в области вспомогательных наук;4 в заседании 7 апреля,
посвященном памяти скончавшегося товарища председателя КИЗ
члена-корреспондента АН СССР Э. Л. Радлова, выслушаны были:
вступительное слово председателя академика В. И. Вернадского и
доклады академика С. А. Жебелёва — «Э. Л. Радлов» и Н. И. Ка-
реева — «Э. Л. Радлов по личным воспоминаниям».5
Заседаний КИЗ для рассмотрения текущих дел было 10.
Издательская деятельность КИЗ выразилась в следующем. Из
печати вышли работы — из серии «Трудов КИЗ»: академик
295

В. П. Бузескул. Всеобщая история и ее представители в XIX в. и
начале XX в.; академик И. Ю. Крачковский. Шейх Тантави —
профессор Санкт-Петербургского университета; из серии
«Очерков по истории знаний», книга V: А.М.Бутлеров. 1828—1928
(авторы — В.Е. Тищенко, Д.П.Коновалов, А.Е.Фаворский,
И. А. Каблуков, А. И. Горбов и А. Е. Чичибабин); книга VI:
Материалы для биографии А. С. Лаппо-Данилевского. Сданы в печать
работы: академик Д. М. Петрушевский. Академик П. Г.
Виноградов как социальный историк; академик В. М. Алексеев. Китайская
история в Китае и Европе.
Печатание идет медленно, и сейчас в рукописях в Комиссии
ждут очереди следующие законченные работы: В.Г.Дружинин.
Очерк истории ремесел, промышленности, торговли и наук в Вы-
горецкой обители; О. А. Добиаш-Рождественская. Западные
мастерские письма на заре средневековья и рукописи Публичной
библиотеки; 2-й сборник памяти Бэра, со статьями: А. А. Гизетти.
История влияния эволюционных идей К. М. Бэра на русских
биологов и социологов второй половины XIX в.; В. И. Кардашев-
ский. К. М. Бэр как библиотекарь; M. М. Соловьев. Дополнение к
Verzeichiss der Manuskripte, Notizen und Aufzeichnungen, des weil.
Akademiker K. E. v. Baer, angefertigt von Prof. L. Stieda; Г. Г. Ma-
низер. Академик Г. И. Лангсдорф и его путешествие в Бразилию
(под ред. Л. С. Берга); П. О. Сомов. Очерк истории механики;
А.В.Бородин. Первая гражданская типография 1705—1723 гг. и
библиотекари Киприяновы.
Продолжались подготовляться издания архивных материалов и
памятников истории знаний. В частности, велись работы по
изучению переписки А. О. и В. О. Ковалевских и Мечникова
(академик А. А. Борисяк), неопубликованных материалов, связанных с
экспедицией Беринга (Л. С. Берг) и с экспедицией академика Лангс-
дорфа (M. М. Соловьев), источников для биографий академика
В. Г. Васильевского (И. М. Гревс) и академика В. Ф. Зуева (M. М.
Соловьев).
По поручению бюро КИЗ, Г. П. Блоком приступлено к
собиранию материалов для составления научного
биобиблиографического списка научных работников, участвовавших в деятельности
Академии наук на протяжении первых двух веков ее
существования.6 Задача этой работы — выяснить круг лиц, на которых
опиралась Академия в ученой своей деятельности. Попутно
составлена диаграмма, определяющая состав действительных и почетных
членов АН (русских и иностранных) за 1724—1925 гг. Вместе с
тем шло собирание материалов, имеющих отношение к истории
знаний (поступило: книг и печатных изданий — 737, а всего с
поступившими в прошлом году — 899 инв. номеров;
портретов — 342 инв. номера; рукописей и писем — 190 инв. номеров).
В отчетном году составлены картотеки всех поступлений и
соответствующие систематические каталоги.
296

В состав КИЗ входили две подкомиссии: подкомиссия по
чествованию памяти академика К. М. Бэра, под председательством
академика В. И. Вернадского, при ученом секретаре M. М.
Соловьеве, и, совместно с АК, подкомиссия по изданию сочинений
М.В.Ломоносова, председателем которой был академик
С.Ф.Платонов, а ученым секретарем А. И. Андреев. Первая подкомиссия
подготовила к печати кроме вышеуказанного 2-го сборника
памяти Бэра еще следующие работы: Б. Н. Вишневский. Бэр как
антрополог; М. М. Соловьев. Корреспонденция академика К. М. Бэра
с профессором А. А. Бунге; M. М. Соловьев. Compte rendu des
travaux de la Comission pour l'histoire de la science en Russie,
entrepris en mémoire des dates jubilaires du membre de l'Académie des
sciences de St. Pétersbourg K.E. v. Baer (для журнала «Archivio di
Storia délia Scienza»). Вместе с тем M. M. Соловьев продолжал
работу по переводу автобиографии К. М. Бэра, с комментариями.
Кроме того, заканчивается профессором Военно-медицинской
академии Е. Н. Павловским популярный биографический очерк
научной деятельности и жизни академика К. М. Бэра (ГИЗ).7
Деятельность подкомиссии по изданию сочинений
М.В.Ломоносова выразилась в следующем: были изучены по оттискам
листов текст т. VI с приложениями (к первым двум статьям) и т. VII
и выяснена наличность рисунков и чертежей к ним. В результате
работы было решено сдать в печать и издать VI и VII тома в виде
первого выпуска без приложений, которые вслед за тем будут
выпущены в виде вторых выпусков к VI и VII томам. Далее, была
исполнена работа по составлению проекта предисловия к т. VI и
произведен поверочный подсчет хранящихся в кладовой
Комиссии 73 связок запасных экземпляров чистых листов каждого
отпечатанного листа текста и еще нескольких пачек листов в
АНИ. О результатах этой работы составлена ведомость, из
которой усматривается, что по некоторым номерам листов текста т. VI
вовсе не имеется запасных экземпляров чистых листов, вследствие
чего они должны быть отпечатаны вновь; по т. VII имеется запас
в среднем около 500 экземпляров каждого листа.
По изданию переписки М.В.Ломоносова С.Н.Черновым,
подготовляющим это издание, произведены изыскания в Архиве АН
СССР, рукописном отделении Библиотеки АН СССР и
Ленинградском отделении Центрархива; в архиве Исторического музея,
рукописном отделении Библиотеки СССР им. В.И.Ленина и
Древлехранилище — в Москве, причем им в общей сложности
просмотрено 334 единицы хранения и 728 документов, из коих
часть адресована Ломоносову, а большая часть исходит от него.
Удалось установить, что довольно много писем М.В.Ломоносова
никогда еще не было напечатано.8
Опубл.: Отчет о деятельности Академии наук СССР в 1929 г. Л., 1930.
С. 245—247.
297

1930
№210
Записка академиков В. И. Вернадского и И. Ю. Крачковского
президенту АН СССР А. П. Карпинскому
о замещении должности ученого секретаря КИЗ
4 января 1930 г.
Уже полтора месяца — не по вине КИЗ — не замещается
должность ученого секретаря Комиссии.1 Это вносит
чрезвычайное затруднение в нашу работу, которая нарушена совершенно
неожиданным и немотивированным отстранением комиссией Фи-
гатнера от исполнения обязанностей ученого секретаря Комиссии
профессора M. М. Соловьева. С тех пор деятельность Комиссии
придавлена, так как в Комиссии имеется всего одна штатная
единица, один работник, который может всецело отдаваться ее
работе. До сих пор не рассмотрена кандидатура профессора С. Н.
Чернова, который является нашим кандидатом на эту должность и
кандидатура которого была своевременно поставлена.
Доводя до Вашего сведения о таком тяжелом и ненормальном
положении дел, мы считаем вместе с тем своей обязанностью
указать на те условия, коим должна удовлетворять должность ученого
секретаря КИЗ.
При обычных условиях должность эта замещается по выбору
общим собранием Комиссии из кандидатов, предложенных бюро
Комиссии. Выбранное лицо утверждается Президиумом АН.
Этот порядок замещения временно изменен сейчас для лиц,
удаленных комиссией Фигатнера, но, очевидно, остается
неизменной та квалификация, которой должны удовлетворять лица,
которые могут исполнять обязанности ученого секретаря КИЗ, ибо эта
квалификация требуется пользой дела и не может быть в корне
изменена какими бы то ни было иными соображениями. Дело
должно делаться, а исполнять его может только лицо, обладающее
необходимым для этого знанием и умением, — иначе дела не
будет.
По отношению к нашей Комиссии дело усложняется еще тем,
что ее работа совершенно новая и необычная и требует таких
специальных знаний, которые в нашей стране очень редки.
Ученый секретарь Комиссии есть прежде всего ученый
исследователь, работающий в области истории знаний и владеющий в
какой-нибудь из частей этого обширного цикла наук
специальными знаниями. Согласно этому принципу, первый секретарь
Комиссии профессор М. А. Блох является одним из немногих русских
исследователей по истории химии и техники, второй —
профессор М. М. Соловьев — научно работал и работает по изучению
298

эпохи академика К. М. фон Бэра и библиотечных дисциплин
XIX столетия.
Наличие хороших печатных научных работ в области истории
знаний и продолжающаяся собственная исследовательская в ней
работа есть непременное условие замещения этой должности.
Просто образованный человек сюда не годится, он должен —
если у него есть склонность к этой работе — еще учиться, а
между тем сейчас работа Комиссии не может быть остановлена и
нельзя заниматься — без вреда для дела — обучением
руководителя ее работ в то время, когда надо работать.
Члены Комиссии и начатые ее работы постоянно требуют
помощи авторитетного человека; эту помощь может оказать только
ученый, работающий в области истории знаний.
Несомненно, в ближайшее же время по сути дела потребуются
дальнейшие штатные единицы в Комиссии по трем главным
большим отделам истории знаний — истории гуманитарных знаний,
естественно-исторических и математических и, наконец, техники
в широком ее понимании и технических научных дисциплин.
Так как вообще очень мало лиц в нашем Союзе, научно
работающих в области истории знаний, наша Комиссия должна сама
их готовить. Но для этого прежде всего необходимо, чтобы ее
штатное место было занимаемо лицом, уже нужными знаниями
обладающим.
Вместе с тем для ученого секретаря КПЗ необходимо, чтобы
он смотрел на свою должность как на главную свою работу, и
совмещение им другой работы может быть допущено только с
согласия бюро Комиссии.
Просим Вас предпринять нужные шаги для скорейшего
замещения должности ученого секретаря КИЗ, при соблюдении
указанных нами условий ее замещения.
Академик В. Вернадский
Академик И. Крачковский
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1930, д. 47, л. 1—2. Подлинник.
№211
Письмо и. о. директора академической Библиотеки
И. Яковкина заведующему Секретариатом АН СССР
В. А. Зеленко о комплектовании библиотеки КИЗ1
20 января 1930 г.
Возвращая при сем список академических изданий,
испрашиваемых из книгохранилища для библиотеки КИЗ, Библиотека АН
считает необходимым обратить особое внимание на то
обстоятельство, что, судя по данному перечню, библиотека КИЗ
формируется по универсальному принципу. Для нее являются необходи-
299

мыми и издания по естествознанию и математике, и такие книги,
как «Пушкин и его современники», и «Академическая библиотека
русских писателей» в нескольких, по-видимому, экземплярах.
Столь широкая область комплектования данной библиотеки,
может быть, отвечает задачам Комиссии, но находится в резком
противоречии с тем принципом специализации, который кладется
в настоящее время в основу всего библиотечного строительства.
Необходимость такой универсальной библиотеки при КИЗ может
подвергаться сомнению еще и потому, что любая из указанных
перечнем книг может быть предоставлена Комиссии для ее
работы основной Библиотекой Академии, и вряд ли имеется
надобность создавать в сколько-нибудь широких масштабах новую
библиотеку, затрачивать средства на обработку и
каталогизацию ее книг, на оборудование специального помещения и
игнорировать, таким образом, практику других библиотек,
отказывающихся в настоящее время от принципа обособления книжных
фондов.
И. о. директора БАН, ученый секретарь И. Яковкин
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1930, д. 47, л. 3—3 об. Подлинник.
№212
Записка заведующего Хозяйственным правлением АН СССР
в КИЗ о невозможности выделения канцелярского стола1
28 января 1930 г.
Хозяйственное правление сообщает, что в настоящее время
свободных столов не имеется, а потому канцелярский стол выдан
вам быть не может.
Заведующий Хозяйственным правлением
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 24, л. 57. Подлинник.
№213
Из стенограммы заседания Организационной комиссии АН СССР
о создании Московского отделения КИЗ1
31 января 1930 г.
Комаров. Заседание открывается. Первый вопрос —
предложение Комиссии по истории знаний.
Вернадский. Вопрос, инициатором которого является П. П.
Лазарев и который прошел у нас в Комиссии по истории знаний и
внесен на Организационную комиссию, является вопросом о том,
чтобы открыть Московское отделение Комиссии по истории зна-
300

ний. Я прочитаю вкратце то, что предлагается относительно
Московского отделения Комиссии [по истории] знаний. По проекту,
который был внесен академиком Лазаревым и который прошел
через Комиссию и был доложен Общему собранию очень давно,
имеются следующие пункты: 1) Московское отделение Комиссии
по истории знаний...2 (читает).3
Надо сказать, что этот проект года полтора тому назад
проходил через Общее собрание.
Комаров. Кому угодно высказаться по этому вопросу — это
ведь новая организация.
Деборин. Мне кажется, что мы могли бы сегодня в принципе
принять предложение Владимира Ивановича; что же касается
конкретного состава и всяких других вопросов, то вряд ли сегодня
можно это решать. Сегодня можно только вынести
принципиальное решение о желательности и необходимости организации
отделения Комиссии по истории знаний в Москве.
Вернадский. Я вполне к этому присоединяюсь.
Губкин. Может быть, насчет программы следовало бы сказать,
чтобы она не была слишком узка. Почему не сделать ее более
расширенной?
Вернадский. Этот вопрос обсуждался, и мы решили так, что
широкая программа не нужна, чтобы не было переброски
вопросов, ибо все вопросы у нас могут обсуждаться здесь. Менее же
узкая программа должна быть именно в этой Комиссии по
истории знаний, которая ограничена только пределами России и
СССР.
Деборин. Пока что мы можем так и решить, а если
понадобится, можем и расширить.
Бах. За эти полтора года изменился состав Академии, там
появились новые дисциплины, потом в составе Академии
образовались технические группы, геологические группы, все это не
находило себе отражения. Тут, очевидно, как-то вопрос нужно
подработать.
Вернадский. Петр Петрович Лазарев, являющийся
инициатором этого вопроса, так себе это представлял. Я думаю, что не
мешает Ивану Михайловичу Губкину, если он считает нужным,
поднять этот вопрос. Я лично являюсь сторонником развития по
проблемам, но я думаю, что если бы образовалась гуманитарная
комиссия или естественно-историческая, то никто бы против
этого не стал возражать; здесь же мы имеем физико-химическую,
математическую и медицинскую. Я бы считал такое
распределение правильным, но, действительно, если это вызывает вопросы,
то вопрос можно поднять.
Бухарин. Значит, Вы предполагаете Ваш проект рассматривать
как точку отправления, а не так, что это должно быть
зафиксировано в уставе как закрепление объема работ.
Вернадский. У нас нет устава.
301

Бухарин. Так что, может быть, вопрос решить таким образом,
что если явится необходимость, то мы всегда сможем соскочить
на рельсы более широкие.
Вернадский. Да, но это должно пройти через Комиссию здесь.
Губкин. Я боюсь, что, приняв это, мы можем заслужить упрек,
что мы ограничились только этими дисциплинами, а о других не
говорили. Я это говорю оттого, чтобы потом не было возражений.
Вернадский. Иван Михайлович [Губкин], подготовьте этот
вопрос, я лично протестовать не буду. Если есть силы научные для
этого, но вот, к сожалению, по биологии профессор Павлов был
единственным, он теперь умер.
Председатель [Комаров]. Кому же передать этот вопрос для
детальной разработки — в Москву или новой комиссии?4
Вернадский. Я не возражаю против передачи в Москву.
Теперь позвольте поднять вопрос, касающийся Комиссии по
истории знаний. К нам поступило предложение от профессора
Идельсона относительно того, что в ноябре этого года
исполняется 300 лет со дня смерти Кеплера.5 К этому факту Комиссия по
истории знаний отнеслась очень сочувственно, но там было в
бюро Комиссии высказано предложение устроить в
ознаменование этого 300-летия заседание всей Академии совместно с
Пулковской обсерваторией, где хранятся рукописи Кеплера и где
устроена выставка Астрономическим институтом. Я бы лично думал,
что не следует связывать себя ноябрем; конечно, если удастся,
можно устроить в ноябре, а то и попозже. Мы подготовимся к
этому моменту, потом издадим сборник, который имеется в
материалах Комиссии, вроде сборника памяти Ньютона и Вертело и
т. д. Я думаю, что гораздо лучше, чтобы это было при Академии.
Если нет возражений, мы подготовим выставку.
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1930, д. 159, л. 75—78. Стенограмма.
№214
Проект Положения о Московском отделении КИЗ,
составленный академиком П. П. Лазаревым1
[31 января 1930 г.]
1. Московское отделение Комиссии по истории знаний
является частью соответствующей комиссии Академии наук СССР.
2. Московское отделение Комиссии по истории знаний
занимается историей математики, физики, химии и медицины в связи
с развитием указанных наук в России и СССР.
3. В состав Московского отделения входят: председатель его из
числа академиков, проживающих в Москве, и члены Комиссии,
состоящие из проживающих в Москве академиков по
специальностям, перечисленным в § 2, членов-корреспондентов и научных
302

сотрудников академических учреждений, работающих в Москве
по соответствующим специальностям, персонально приглашаемых
специалистов в той или иной входящей в круг ведения Комиссии
области знания, и, наконец, представителей, выделяемых
московскими научными обществами: Физическим, Химическим и
Физиологическим отделениями Общества любителей естествознания,
антропологии и географии, Обществом испытателей природы,
Московским математическим обществом, Терапевтическим обществом
и Обществом русских хирургов, а также делегатов Медицинской
секции ЦЕКУБУ.2
4. Пленарные заседания Комиссии происходят один раз в
месяц.
5. Труды Комиссии печатаются в издаваемых Академией наук
СССР «Материалах по истории знаний».
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 24, л. 88. Копия.
№215
Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР
о деятельности КИЗ1
26 февраля 1930 г.
I. КИЗ представляет собою совершенно новое и единственное
в СССР учреждение, изучающее историю знаний, т. е. историю
техники и науки. Поэтому работа КИЗ строится по двум большим
линиям: 1) изучение истории знаний в СССР, Российской
Империи и ее политических предшественниках и 2) изучение истории
основных проблем и течений в общей истории знаний, в
особенности же тех из них, правильное разрешение и правильная
установка которых могут принести наиболее ощутимую пользу в
научных исследованиях и практической деятельности.
И. Не имея возможности из-за отсутствия средств развернуть
работу в нужной мере, КИЗ на конкретных задачах ведет
исследовательскую работу по архивным материалам и другим
первоисточникам.
III. Равным образом КИЗ устраивает выставки, посвященные
научным деятелям (например, К. М. Бэру), доклады научных работ
своих членов и, с разрешения бюро, посторонних ученых.
IV. КИЗ печатает две серии — «Труды» и «Очерки по
истории знаний», вторая из которых носит более популярный
характер.
V. КИЗ собирает материальный и книжно-рукописный фонд
для создания в возможно ближайшем будущем Института по
научению истории знаний.
VI. КИЗ входит в сношения со специалистами и аналогичными
учреждениями.
303

VII. В настоящее время КИЗ ведет исследовательскую работу
по:
1 ) изучению Бэра, в основном Бэровской подкомиссией, при
секретаре подкомиссии M. М. Соловьеве, под смотрением коего
готовятся к изданию «Автобиография» и 2-й Бэровский сборник,
из которых последний уже находится в АНИ, и приготовлен
материал к 3-му Бэровскому сборнику;
2) изучению Ломоносова, в основном Ломоносовской
подкомиссией, занятой главным образом подготовкою к изданию
сочинений Ломоносова, из коих VI и VII тома готовы к печати и
находятся в АНИ;
3) изучению экспедиций Беринга и изданию журнала;
4) изучению экспедиций в Бразилию академика Лангсдорфа;
5) изучению научных работников Академии наук (кроме
академиков) в первой половине XIX в.;
6) изучению и изданию древнейшей русской математической
рукописи XV в.;
7) по истории рудного дела в России, в частности железных
заводов до XVIII в.
Председатель Комиссии, академик В.Вернадский
АРАН, ф. 518, on. 4, д. 48, л. 47. Копия; ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1930, д. 17,
л. 313—315. Подлинник.
№216
Письмо В. И. Вернадского
и. о. непременного секретаря АН СССР В. Л. Комарову
о создании Московского отделения КИЗ1
27 февраля 1930 г.
Глубокоуважаемый Владимир Леонтьевич!
Получив выписку из протокола Организационной комиссии
АН от 31 января 1930 г. (§ 1), считаю долгом отметить, что не
встретившее никаких возражений предложение об образовании в
Москве отделения Комиссии по истории знаний на заседании,
выписка из протокола которого мне прислана, решено было
направить в Москву в состоящий под председательством академика
А.В.Луначарского Комитет по заведованию учеными и учебными
учреждениями, а отнюдь не в Комиссию Академии по пересмотру
ее Устава, с тем, что в случае неполучения в обычный срок
возражений комитета означенное предложение будет
незамедлительно осуществлено.
Сообщая Вам об этом, прошу Вас не отказать дать делу об
образовании в Москве отделения Комиссии тот ход, который был
действительно определен на заседании Организационной комис-
304

сии, тем более что предложенное отделение по характеру своему,
как это явствует из проекта Положения о нем, ничем не
отличается от ныне существующих при КИЗ подкомиссий — Бэровской
и Ломоносовской, для которых в свое время даже не
потребовалось заключений Комитета по заведованию учеными и учебными
учреждениями.
Уважающий Вас В. И. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 42, л. 66—66 об. Отпуск.
№217
Письмо В. И. Вернадского
и. о. непременного секретаря АН СССР В. Л. Комарову
о предоставлении КИЗ дополнительной комнаты для работы1
28 февраля 1930 г.
Глубокоуважаемый Владимир Леонтьевич!
В личной беседе с Вами, имевшей место на этих днях,
академик И. Ю. Крачковский и я изложили Вам обстоятельства,
побуждающие Комиссию по истории знаний просить Вашего
распоряжения о предоставлении КИЗ помещения, ныне занимаемого
Византийской комиссией: 1) естественное развитие деятельности
Комиссии и увеличение протекающих в ее помещении занятий, а
также расширение ее библиотеки и других собраний требуют
предоставления ей уже не одной, а двух комнат; 2) те же
обстоятельства настолько усложнили руководство Комиссией, что
делают на время совершенно необходимым наибольшее в нем мое
участие, проще всего при моей занятости по Академии, особенно
по вопросам организационного характера, достигаемое
предоставлением Комиссии помещения в одной квартире со мною,
ныне занимаемого Византийской комиссией. Как мы сообщили
Вам, изложенные обстоятельства были нам и прежде нашей
беседы представлены председателю Византийской комиссии
академику С. А. Жебелёву и признаны им заслуживающими
уважения, причем академик С. А. Жебелёв счел совершенно
возможным и нисколько не нарушающим интересов Византийской
комиссии предложенный ему нами обмен помещениями, о чем
обещал в случае запроса с Вашей стороны не отказать Вас
уведомить.
Ввиду изложенного прошу Вашего разрешения названным
Комиссиям на обмен помещениями.
Уважающий Вас В.И.Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 24, л. 156. Отпуск.
305

№218
Заключение В. И. Вернадского о работе С. Н. Чернова
по подготовке к изданию переписки М. В. Ломоносова
28 феврапя 1930 г.
В ответ на Ваш запрос1 о работе члена Комиссии С. Н.
Чернова по подготовке к изданию переписки М.В.Ломоносова
Комиссия по истории знаний уведомляет Вас, что:
1) работа С.Н.Чернова в настоящее время состоит в
отыскании в Архиве АН и других хранилищах официальных и частных
писем как самого М. В. Ломоносова, так и к нему и их подготовке
к изданию, причем о ходе работ С.Н.Чернова с 1 ноября 1928 г.
по 1 октября 1929 г. им составлен отчет, имеющийся в делах
КИЗ и непременного секретаря, копия которого в случае нужды
может быть представлена АНИ;
2) о завершении работ С. Н. Чернова, при начале их
рассчитанных на несколько лет, сейчас еще ничего нельзя сказать
определенного, кроме того, что в текущем хозяйственном году они,
несомненно, не будут окончены.
Председатель Комиссии академик В.Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 24, л. 137. Отпуск.
№219
Ходатайство В. И. Вернадского в Президиум АН СССР
о назначении С Н. Чернова на должность ученого секретаря КИЗ]
28 февраля 1930 г.
Постановлением правительственной Комиссии по проверке
аппарата Академии наук уволен от должности ученого секретаря
КИЗ профессор М.М.Соловьев (см. приказ от 13/XI 1929 г.). С
той поры и до настоящего времени должность ученого секретаря
КИЗ остается незамещенной, что к середине января крайне тяжко
отразилось на все растущей работе Комиссии. Это обстоятельство
побудило бюро Комиссии возложить временное исправление
некоторых обязанностей ученого секретаря на члена Комиссии
С. Н. Чернова, работающего в Комиссии с 1/XI 1928 г. над
изданием писем М. В.Ломоносова. Его кандидатура была мною
выдвинута в Комиссии по замещению должностей. Вследствие
прекращения деятельности этой комиссии, не успевшей рассмотреть
представление о Чернове, прошу Президиум АН утвердить в этой
должности С. Н. Чернова.
Председатель Комиссии академик В. И. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 24, л. 143. Отпуск.
306

№220
Пригласительный билет с программой заседания,
посвященного памяти А. П. Павлова
2 марта 1930 г.
Академия наук
Союза Советских Социалистических Республик
Торжественное заседание,
посвященное памяти
действительного члена Академии наук СССР
АЛЕКСЕЯ ПЕТРОВИЧА ПАВЛОВА
Вступительное слово.
Президент, академик А. П. Карпинский.
Памяти А. П. Павлова.
Академик В. И. Вернадский.1
А. П. Павлов как основатель московской геологической школы.
Академик А. Д. Архангельский.
А. П. Павлов как стратиграф и палеонтолог.
Академик А. А. Борисяк.
Работы А. П. Павлова в области четвертичных отложений.
Профессор Г. Ф. Мирчинк.
Заседание состоится 2 марта 1930 г., в 7 часов 30 минут вечера, в
Большом конференц-зале Академии наук СССР. Вход с главного подъезда.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 24, л. 170. Подлинник.
№221
Программа заседания, посвященного 200-летию
со дня возвращения Камчатской экспедиции Витуса Беринга
12 марта 1930 г.
Академия наук
Союза Советских Социалистических Республик
12 марта 1930 г. состоится открытое заседание Тихоокеанского
комитета Академии наук СССР по случаю 200-летия со дня
возвращения Камчатской экспедиции командора ВИТУСА БЕРИНГА
(1725—1730 гг.), первой русской научной экспедиции,
снаряженной Академией наук.
Программа:
I. Вступительное слово председателя Тихоокеанского комитета
академика В. Л. Комарова.
307

И. Проф. Л. С. Берг. Путешествия Витуса Беринга на Камчатку
и в Америку.1
III. В. А. Березкин. Поход «Литке» через Берингов пролив к
острову Врангеля в 1929 г.
Доклады будут иллюстрированы диапозитивами.
Заседание состоится в Большом конференц-зале Академии наук
(Университетская набережная, 5). Начало в 7 V2 часов вечера.
Вход свободный.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 24, л. 184. Подлинник.
№222
Договор заместителя председателя КИЗ И. Ю. Крачковского
с M. Н. Буткевичем на выполнение работ
15 марта 1930 г.
Мы, Комиссия по истории знаний Академии наук СССР в
лице заместителя председателя академика И. Ю. Крачковского и
Михаил Николаевич Буткевич, заключили настоящий договор о
том, что я, Михаил Николаевич Буткевич, принимаю на себя
собирание архивных материалов по специальным заданиям бюро
КИЗ на следующих условиях:
1 ) срок действия настоящего договора — 2 месяца, с 1 марта
по 1 мая 1930 г.;
2) вознаграждение за исполнение означенной в настоящем
договоре работы — сто шестьдесят (160) рублей;
3) сроки уплаты означенного вознаграждения: 19 марта — 40 руб.,
4 апреля — 40 руб., 19 апреля — 40 руб. и 4 мая — 40 руб.;
4) исполнение означенных в настоящем договоре работ не
включает M. Н. Буткевича в число служащих Академии наук и не
дает ему права на отпуск или его денежную компенсацию.
И. Крачковский
М. Буткевич
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 24, л. 193. Подлинник.
№223
Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР
об увеличении штатного состава КИЗ]
16 марта 1930 г.
КИЗ имеет задачей исследовательскую научную работу в области
истории знаний. Она должна превратиться в
научно-исследовательский институт по истории знаний и в музей по истории знаний.
308

Но это возможно только постепенным путем, ибо до
образования нашей Комиссии в нашей стране не было ни одного центра
научной работы в этой области, и необходимо прежде всего
подготовить кадры научных работников и уяснить имеющиеся
возможности работы.
Научное знание едино и не может изучаться в его проявлении
в отдельной стране без одновременного изучения мирового его
исторического хода. Нельзя изучать приложения знания к жизни
без углубленного исследования истории хода мировой
теоретической работы [мысли], на которой в конце концов оно
основывается. Поэтому Комиссия не может иметь задачей изучение истории
знаний только в России и Союзе.
В то же время для исследовательской научной работы
необходимо опираться на первоисточники, а это возможно сделать
быстро и полно у нас только для нашей страны. Поэтому работа по
истории знаний в нашей стране неизбежно будет играть большую
роль в работе Комиссии.
Комиссия не может оставлять без действенного внимания и
огромного просветительского значения своей работы при полном
ее развитии. Она мыслит ее в создании у нас музея по истории
знаний, правильно поставленного, по типу Германского музея в
Мюнхене, улучшенного и измененного в связи с ходом времени.
Желая создавать прочно, Комиссия, не упуская этих основных
целей, на ближайший год стремится получить лишь первую
основу для своей научной работы.
При широте своих стоящих на очереди и частью начатых
осуществлением задач Комиссия по истории знаний Академии наук
СССР в настоящее время имеет всего одну штатную единицу —
ученого секретаря,2 на которого фактически падают, таким
образом, сверх научно-организационных и научно-исследовательских
работ и разнообразные обязанности делопроизводителя и даже
курьера.
Между тем работы, которые не только намечает для
ближайшего будущего, но и в настоящее время уже фактически
осуществляет КПЗ, требуют обязательного привлечения к его
повседневной работе ориентированных и уже ведущих на основе
первоисточников определившуюся работу по каким-либо крупным
вопросам и истории знаний, например по истории математики,
естествознания, общественных наук, техники и народных знаний.
В настоящей стадии своей работы КИЗ могла бы ограничиться
включением в число своих штатных научных работников сверх
ученого секретаря по крайней мере дополнительно еще трех
сотрудников,3 которые вместе с ученым секретарем представили бы
общественные науки, естествознание, технику и народные
знания — области, в работниках по истории которых КИЗ сейчас
испытывает особую нужду. Из этих научных сотрудников двое
должны быть первого, один может быть второго разряда. Ученый
309

секретарь и прочие сотрудники частью ведут совместно, частью
распределяют между собой подготовительные работы КИЗ; из них
ученый секретарь или научный сотрудник первого разряда со
специальной архивной и исторической и библиографической
подготовкой руководил бы составлением карточек печатных и
рукописных материалов, ученый секретарь или научный сотрудник
первого разряда и один научный сотрудник второго разряда работали
бы над составлением карточек, относящихся до истории знаний
предметов и создания музея по отделам естественных и
технических знаний. Ученый секретарь или научный сотрудник первого
разряда руководил бы работою по составлению каталога открытий
и изобретений биобиблиографического списка деятелей техники
и науки (в России и СССР).
Сверх того, в связи с развивающейся работой КИЗ, особенно для
ведения переписки по вопросам собирания экспонатов создаваемого
музея и сведений для карточек необходимо введение в его штат
должностей делопроизводителя и технического сотрудника.
Открываемое ныне в Москве отделение КИЗ4 необходимо нуждается
хотя бы в одном научном работнике, который вел бы основную
научную и научно-организационную работу по Москве и исполнял
бы поручения бюро КИЗ в московских хранилищах, в
особенности же в архивах Москвы; он может быть второго разряда.
Таким образом, КИЗ на настоящий, 1930 г. нужны сверх
единицы ученого секретаря еще 4 научные и две технические единицы.
В текущем 1930 г. не только желательно, но по существу дела
совершенно необходимо для развития начатых КИЗ работ
введение в его штатное расписание по крайней мере:
1 ) одного научного сотрудника первого разряда для
центрального аппарата КИЗ;
2) одного научного сотрудника второго разряда для
Московского отделения КИЗ;
3) одного технического сотрудника.
Председатель Комиссии академик В.Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 24, л. 196—198. Отпуск.
№224
Из стенографического отчета заседания подкомиссии
по реорганизации КЕПС, КЯР, КЭИ
о подчинении КИЗ Общему собранию АН СССР
22 марта 1930 г.
Вернадский. Позвольте мне слово по отношению к мелким
учреждениям.
По отношению к Комиссии по истории знаний я совершенно
неожиданно узнал, что без нашего ведома, без обсуждения она
310

перенесена во второе отделение. Я думаю, что это по существу
неправильно, потому что она, собственно говоря, затрагивает
первое отделение так же, как и второе отделение. Поэтому она
должна быть отнесена к Общему собранию. Она не может быть ни
в первом, ни во втором отделении. Во всяком случае она есть
учреждение Общего собрания, и я не знаю собственных мотивов,
почему она должна из Общего собрания перейти во второе
отделение.
Председатель [Комаров]. Комиссия второго отделения
заинтересовалась этим вопросом и пожелала его разобрать. Почему они
заинтересовались, не знаю.
Волынский. Вероятно, потому, что они рассматривают эту
Комиссию с точки зрения участия ее в исторической работе, потому
что вся группа исторических наук входит во второе отделение.
Вернадский. В группы исторических наук она входит, но по
Общему собранию. Дело в том, что в той записке, которую я
представляю, имеются две формы, из которых одна должна пойти
к историческим дисциплинам, а другая идет по совсем другим
дисциплинам. Это связывается с музеем, который мы мыслим
организовать по типу Германского музея в Мюнхене, который
охватывает все применения к жизни, главным образом технического
характера, чрезвычайно мало касающиеся гуманитарных наук. Так
что я считаю по существу это неверным — нельзя рассматривать
учреждение вне лиц, которые туда входят, а затем по существу
функции ее — не только функции исторического исследования,
функции ее не только в этом. Мою записку я на днях пришлю,
но я хотел бы, чтобы она была здесь заслушана.
Председатель. У нас есть печатный устав Комиссии?
Вернадский. Нет, его у нас нет.
Ферсман. Мы попросим Владимира Ивановича сделать доклад.
Я думаю, что все-таки по существу очень интересно и важно,
ввиду того что здесь несомненная связь с общеисторической
работой, заслушать Ваш доклад среди историков. Я думаю, это было
бы желательно.
Вернадский. Мой доклад выходит за рамки исторических
дисциплин. Я не отказываюсь делать доклад, если им нужно, но я
очень удивлен, что они решают, не зная дела. С другой стороны,
я считаю, что нам переданы все учреждения по Общему собранию
и поэтому этот вопрос должен быть рассмотрен здесь. Я считаю,
что правильно то положение, которое мы имеем сейчас, — при
Общем собрании.
Ферсман. Очевидно, это может быть и тут, и там. Поскольку
явился вопрос там, очевидно, есть известное недоразумение, тем
более важно это недоразумение рассеять Вашим докладом в этой
группе.
Вернадский. Если они ко мне обратятся, я доклад сделаю, я
не отказываюсь.
311

Ферсман. Вряд ли Вы будете становиться на формальную
почву.
Председатель. Будем ли мы сейчас обсуждать, или подождем
записку?
Вернадский. Записку я представлю.1
Председатель. Тогда позвольте перейти к следующему
вопросу.
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1930, д. 160, л. 177—178 об. Стенограмма.
№225
Сведения о КИЗ, представленные в Секретариат АН СССР
26 марта 1930 г.
1. КИЗ препровождает в 2 экземплярах сведения,
затребованные [постановлением] № 942 от 20 марта сего года.
2. Структура КИЗ: задачей КИЗ является научная работа в
области истории знаний, как у нас, так и за границей, и их
приложения к жизни. КИЗ состоит из 1) бюро, 2) членов Комиссии,
3) подкомиссий. Членами Комиссии состоят действительные
члены АН СССР и члены-корреспонденты, а также другие лица,
известные своей ученой деятельностью и познаниями по истории
знаний, избираемые Комиссией и утверждаемые Президиумом АН
СССР. КИЗ устраивает очередные заседания своих членов, а
равно и заседания с приглашенными посторонними учеными и
вообще лицами, интересующимися предметами занятий Комиссии.
При КИЗ начинает создаваться специальная библиотека, а также
музей по истории знаний. В состав КИЗ входят подкомиссии
Ломоносовская в связи с Археографической комиссией, Бэровская и
Московская, причем последняя — по истории математических,
физико-химических наук и научной медицины в России и СССР.
3. Личный состав: председатель КИЗ — академик
В.И.Вернадский; товарищ председателя — академик И. Ю. Крачковский;
ученый секретарь — должность не замещена.
4. Бюджет: ежегодно на научные исследования — 2100 руб., на
приобретение книг — 500 руб., на приобретение иностранных
книг — 200 руб., на хозяйственные и канцелярские расходы —
140 руб., на жалованье ученому секретарю — 2400 руб.
5. КИЗ своей работой связана с научными учреждениями —
Археографической комиссией и Архивом Академии по изучению
истории знаний и с КЕПС — по истории изучения
производительных сил Союза.
6. Наиболее крупными работами КИЗ являются: 1) изучение
ломоносовской и бэровской эпох научной жизни Академии наук
в XVIII и XIX столетиях; 2) изучение научной деятельности и
экспедиций академика Г. И. Лангсдорфа и В.Беринга; 3) изучение
312

состояния металлургам в России в XVII и XVIII столетиях; 4)
собирание материала для составления биобиблиографического
списка ученых сотрудников Академии наук.
Председатель Комиссии академик В. И. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 24, л. 219—220. Подписанная копия.
№226
Письмо П. П. Лазарева В. И. Вернадскому
об организации Московского отделения КИЗ1
26 марта 1930 г.
Глубокоуважаемый Владимир Иванович!
Я пытался организовать заседание отделения Комиссии по
истории знаний в Москве до апрельской сессии Академии наук, но,
к сожалению, ввиду ряда срочных дел, которые приходится мне
выполнять в институте, я не мог этого сделать. Поэтому на
заседании Академии мы с Вами переговорим лично об организации
этого заседания. Я привезу тогда Вам и список лиц, которые
будут членами Московского отделения Комиссии. Примерный
состав членов, намеченный сейчас, я при сем прилагаю.2 Кроме
этих лиц в Московское отделение Комиссии хотели бы войти
целый ряд сотрудников моего института, и об их вхождении я
сообщу Вам, когда буду в Ленинграде. Я предполагаю, как мы с
Вами условились, в назначенные дни перед сессией сделать
доклад у Вас в Радиоинституте.
Искренне Вас уважающий П. Лазарев
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д 30, л. 8. Подлинник.
№227
Примерный список членов Московского отделения КИЗ,
составленный П. П. Лазаревым1
1. Профессор Д. Д. Плетнев.
2. Профессор А. В. Мартынов.
3. Профессор В. Н. Розанов.
4. Профессор В. Д. Жервинский.
5. Профессор М. П. Кончаловский.
6. Профессор С. С. Головин.
7. Профессор В.П.Одинцов.
8. Профессор Е. Е. Фромгольдт.
9. Профессор H. Н. Бурденко.
26 марта 1930 г.
10. Профессор В. В. Крамер.
11. Профессор Л. С. Минор.
12. Профессор В.И.Молчанов.
13. Профессор Н. К. Кольцов.
14. Профессор H. М. Кулагин.
15. Профессор А. В. Раковский.
16. Профессор А. И. Бачинский.
17. Профессор С.И.Вавилов.
313

Помета П. П. Лазарева: кроме того, все академики и члены-
корреспонденты по математике, физике, химии.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 30, л. 9. Подлинник.
№228
Записка В. И. Вернадского
председателю подкомиссии по реорганизации АН СССР
по II отделению А. Н. Самойловичу1
26 марта 1930 г.
Многоуважаемый Александр Николаевич!
Я, к удивлению моему, узнал, что подкомиссия по
рассмотрению Устава АН СССР по II отделению под Вашим
председательством пересмотрела вопрос о КИЗ, не выслушав представителя
КИЗ, и постановила включить нашу Комиссию в состав
учреждений II отделения.
Я не знаю, чем такое решение подкомиссии вызвано, но
думаю, что оно 1) основано на недоразумении и 2) может только
принести вред делу.
Поэтому с совместного нашего решения с товарищем
председателя КИЗ академиком И. Ю. Крачковским я вношу записку о
КИЗ в подкомиссию по Общему собранию и буду настаивать на
ее сохранении при Общем собрании.
Академик В.Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 24, л. 221. Отпуск.
№229
Записка В. И. Вернадского председателю подкомиссии
по реорганизации АН СССР Г. М. Кржижановскому
26 марта 1930 г.
Многоуважаемый Глеб Максимилианович!
Подкомиссия по реорганизации Академии наук по II
отделению под председательством академика А. Н. Самойловича
постановила включить Комиссию по истории знаний в число
учреждений Отделения гуманитарных наук.1 Вопрос рассматривался без
нашего ведома и участия. Я думаю, она сделала это и без
сношения с Вами. Комиссия по истории знаний была всегда при Общем
собрании и должна при нем остаться. Она не может быть
рассматриваема как чисто историческое учреждение, так как наше
внимание сейчас должно быть в очень большой мере направлено
314

на историю естественно-исторических, математических и
технических знаний, требующих такой подготовки, которая отсутствует
у ученых гуманитарного отделения. Нашей задачей на ближайшие
годы является создание музея по истории техники — приложения
науки к жизни (по типу Германского музея в Мюнхене). Эта
задача выходит совершенно за пределы ведения II отделения.
Поэтому мы вносим записку о КИЗ в подкомиссию под Вашим
руководством и будем стремиться к тому, чтобы КИЗ осталась при
Общем собрании.
Академик В.И.Вернадский
ПФА РАН, ср. 154, on. 1, д. 24, л. 222—222 об. Отпуск.
№230
Записка В. И. Вернадского
в Комиссию по разработке Устава Академии наук СССР
о подчинении КИЗ Общему собранию АН СССР1
29 марта 1930 г.
1.
В связи с новым Уставом Академии наук необходимо
поставить КИЗ в условия, которые позволили бы ей развернуть — по
определенному плану — свою научную деятельность. Этого
сделать пока она не могла.
До сих пор она имела ничтожные средства для своей работы
и впервые получила одну штатную единицу научного
сотрудника — ученого секретаря — в прошлом отчетном году. В этом же
году она получила небольшие средства на научную работу.
Очевидно, что такое состояние не может дольше длиться и
КИЗ должна выйти из подготовительного периода своего
развития.
В связи с этим я вношу от бюро Комиссии в Организационную
комиссию эту записку. Она имеет целью точнее определить задачи
и ближайший план работ и организации Комиссии.
Нам представляются эти задачи столь важными и
значительными, что, по нашему мнению, Академия наук не может не
добиваться отвечающей их значению организации дела.
Комиссия должна находиться, как она находится и теперь, при
Общем собрании АН и должна объединять работу как
натуралистов, техников и математиков, так и представителей гуманитарных
наук. Объекты исследования Комиссии в значительной части —
в области техники, медицины, земледелия, математики,
естествознания — выходят из кругозора историков и неизбежно требуют
самой тесной связи с лицами, работающими в I отделении
Академии. В то же время, как видно из дальнейшего, одной из задач
315

Комиссии должно быть создание музея по приложению науки к
жизни; в его организации и ведении роль натуралистов и
техников — в широком понимании этого слова — должна быть
руководящая и решающая.
Поэтому Комиссия не может находиться в ведении II
отделения, ибо в области явлений, изучаемых Комиссией, натуралисты,
или математики, или техники сталкиваются с кругом явлений и с
методами исследований, им чуждыми. История знаний есть
дисциплина историческая, и работа не может в ней идти без
широкого участия в ней историков.
В организационном отношении Комиссия по истории знаний
может, таким образом, быть связана только с Общим
собранием.
2.
Задачей КИЗ должна быть исследовательская работа в области
истории знаний. Комиссия должна изучать историю знаний как в
нашей стране, в России и в Союзе вообще, так и в других странах
и в мировом ее проявлении.
В отдельных случаях возможно и желательно ограничить
область изучения нашей страны, как это имеет место по отношению
к Московскому отделению КИЗ. Но этого не следует делать по
отношению ко всей Комиссии, прежде всего потому, что КИЗ
работает в области новой, не имеющей не только в нашей стране,
но и во всем мире выработанной традиции, ясной структуры и
достаточного числа подготовленных специалистов.
Подготовка специалистов, выработка методики научной работы
должны являться первой задачей Комиссии.
При отсутствии в стране других более мощных или
специальных центров научной работы в этой области такая подготовка не
может идти успешно и при другом ограничении области ведения
Комиссии — ограничении объекта ее работы определенным
циклом наук, например науками медицинскими, техникой, химией и
т. п. Такая специализация может быть выдвинута позже.
Положение несколько напоминает положение археологии
десятки лет тому назад. Оно не допускало большой специализации
a priori с самого начала.
Специализация приходит позже.
Пока объектом КИЗ должна быть история знаний во всем их
объеме, т. е. в мировом аспекте.
Очевидно, однако, что всякая исследовательская работа в столь
широко определенной области фактически будет
сосредоточиваться на наиболее доступном материале. Поэтому несомненно, что
изучение науки и техники в пределах России и Союза будет
привлекать большое внимание Комиссии.
К тому же это одна из наименее изученных областей истории
знаний.
316

Но, даже изучая русскую науку и русскую технику, мы все
время будем сталкиваться с историческим ходом науки или
техники, по крайней мере в пределах средиземноморского и
европейско-американского миров. Однако в целом ряде случаев,
несомненно, выдвинутся при этом вопросы азиатских культур, в
частности арабской, тяготеющей к Средиземноморскому бассейну.
Кроме того, нельзя забывать, что русская историческая жизнь не
менее связана с Востоком, чем с Западом, и в нашем Союзе
огромное внимание должно быть обращено на жизнь республик,
входящих в его состав, корни бытия которых азиатские, а не
европейские. Наука едина и нераздельна — едина и нераздельна
и основанная на ней техника.
Ставя себе столь широкие задачи, КИЗ должна в конце концов
превратиться в институт по изучению истории знаний; для этого
необходимы два условия: 1) материальные средства и 2) кадры
подготовленных людей и организованно поставленные
разрабатываемые научные проблемы.
Второе условие создается временем, вероятно недолгим, и в
течение пятилетки такая организация, несомненно, может быть
реально создана.
И люди, и методика вырабатываются на кропотливой,
систематической работе по первоисточникам. Поэтому вся научная
работа Комиссии должна иметь характер организованной
исторической работы этого рода.
В связи с этим Комиссия должна знать, регистрировать и
собирать весь материал, рукописный и печатный, связанный с
историей знаний. Она должна в этой работе находиться в тесной связи
и в осознанном разделении работы с Археографической
комиссией, Архивом АН и Азиатским музеем. В связи с ее работой
должны быть созданы:
1) библиотека, специально посвященная истории знаний,
сейчас в Союзе отсутствующая;
2) картотека по истории знаний;
3) собрание предметов, с этой историей связанных.
Характер и состав этих орудий труда института по истории
знаний определится и выяснится в порядке работы.
Комиссия должна иметь право создавать как в Ленинграде, так
и вне его подкомиссии с определенными задачами исследования,
издавать свои труды, организовывать свои выставки и лекции,
связанные с историей знаний.
3.
Знания и наука в своем историческом ходе слагались в
чрезвычайной мере работой отдельных личностей, и, может быть, ни
в одной другой области духовной жизни человечества влияние
личности не сказывается так ярко, неопровержимо, как в истории
науки, в ее идеях, в ее приложении к жизни, изобретениях. Но
317

наряду с этим знания — и научные факты — приобретаются,
удерживаются и выявляются массовой работой, массовым
творчеством, ростом навыков. История знаний должна учитывать оба
явления, методика изучения которых неодинакова, и орудия работы
должны носить в обоих случаях разный характер. Если в первом
случае мы подходим к постановке вопросов биологического
характера — законов появления и развития талантливых личностей,
то во втором поднимаются проблемы структуры и действия
социальной среды на фоне истории волнообразного, колебательного
роста мировых знаний.
В связи с таким характером истории знаний неизбежно
возникает другая задача Комиссии, которая по своей грандиозности
выходит за пределы института по истории знаний и должна быть от
него отделена.
Эта задача — создание в нашей стране музея по истории
приложения науки к жизни, опять-таки же музея, не ограниченного
историей нашей страны и имеющего задачей выявить мировой ход
роста научных знаний и их применения к жизни.
Наука не есть что-нибудь абстрактное, самодовлеющее — она
есть часть социально сложной структуры, в которой, с одной
стороны, выявляются биологические процессы, связанные с
личностями, а с другой — ход массовой переработки, усвоения и
улучшения — применения к жизни — достижений науки. Часто в
этой массовой работе получаются, зарождаются — или
создаются — основы величайших обобщений и открытий.
Для того чтобы разобраться в этих вопросах, нужен музей
предметов, по которым только и можно судить о ходе массового
творчества. Здесь есть область ведения, тесно связанная уже не с
историей, а с археологией.
Необходимость создать для научной работы музей по истории
приложения науки к жизни сразу выдвигает на очередь другую
сторону научной работы — ее огромное просветительное значение, ту
огромную силу, какую имеет научная работа в осознании жизни.
Такой музей, об огромном значении которого нечего, нам
кажется, распространяться, мыслится бюро Комиссии по типу
Германского музея в Мюнхене. Он должен дать возможность всем
проследить по оригиналам или научно точным копиям историю
всех жизненных достижений науки от археологического начала до
последнего слова научного знания — истории радио, рудных
работ, земледелия, удобрений, микроскопа, телескопа,
электрических достижений, мореплавания, металлургии, химических
продуктов и т. п.
Конечно, такой музей потребует миллионных средств, но и
польза от него, его влияния и влияния его разветвлений в стране
неисчислима.
Комиссия должна явиться тем центром, который должен
подвести идею музея к реальному осуществлению.
318

Очевидно, учитывая все эти задачи, должна быть поставлена и
в течение немногих лет осуществлена реальная структура
Комиссии, выраженная в ее смете.
Председатель Комиссии академик В. И. Вернадский
ПФА РАН, ф. 158, on. 4, д. 48, л. 43—45. Копия.
№231
Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР
об организационных формах деятельности КИЗ1
[Март] 1930 г.
Задачей Комиссии по истории знаний (КИЗ) при Академии
наук СССР является изучение истории развития науки и техники,
а также народных знаний и производственных процессов и
навыков с древнейших времен до последнего времени, как в мировом
масштабе, так в особенности на территории России и СССР.
Задачу изучения истории знаний за границей ставили и в настоящее
время ставят многие научно-исследовательские учреждения; с ее
постановкой и разрешением связаны многие музеи; ей посвящено
много специальных журналов и обстоятельных исследований и
общих обзоров. Можно даже сказать, что в настоящее время
история знаний переживает на европейском Западе свой расцвет:
так много посвящено ей прекрасно оборудованных общих и
специальных музеев, так много выходит изучающих ее журналов,
отдельных статей, монографической литературы, так много научных
работников отдает ей свои силы, а самое изучение истории
знаний уже давно приняло международный характер с рядом
международных организаций по отдельным специальностям и единой
общей международной организацией.
К сожалению, в России и СССР историей знаний почти не
занимались и сейчас очень мало занимаются; у нас нет ни музеев,
ни журналов по истории знаний, мало выходит книг и статей по
ее изучению, даже нет ни одной специальной библиотеки и очень
мало занимающихся ею научных работников. Наши многие
исследователи в области истории знаний работали и доселе
продолжают работать неорганизованно и без какого-либо руководящего
центра. КИЗ в СССР — первое по времени учреждение,
занимающееся историей знаний, и ныне она остается одним из очень
немногих учреждений, разрабатывающих сложные проблемы этой
своеобразной отрасли исторической науки. Но в международные
организации по изучению истории знаний ни КИЗ, ни другие
исследовательские учреждения СССР, занимающиеся историей
знаний, не вступили.
319

Такое положение истории знаний в СССР в настоящее время
ставит перед КИЗ ряд задач большой сложности.
A. Составление картотек по истории знаний.
1. Картотеки печатных исследований и материалов по истории
знаний.
2. Картотеки рукописных материалов по истории знаний.
3. Картотеки деятелей науки и техники всех времен, по
возможности с их портретами и с указаниями материалов,
касающихся их биографии и научной деятельности.
4. Тематические картотеки по очередным вопросам
исследования.
5. Картотеки предметов технического и лабораторного
оборудования, изображений исследовательских и рабочих процессов и
других предметов и изображений, относящихся до истории
знаний.
Б. Собирание материалов по истории знаний.
1. Составление рабочей библиотеки по истории знаний.
2. Составление собрания рукописей по истории знаний.
3. Составление музея по истории знаний.
B. Издание печатного органа и специальных книг по истории
знаний.
Г. Объединение немногочисленных работников по истории
знаний в Ленинграде и на местах в СССР.
Д. Подготовка новых работников по истории знаний.
Е. Разработка отдельных проблем специального характера по
истории знаний.
Ж. Изучение связи науки и техники с потребностями и
изменениями хозяйственной и социально-политической жизни.
3. Изучение процессов и законов научного и технического
творчества.
И. Осуществление исследовательских задач КИЗ требует
создания на базе собираемых ею сведений и материалов
биобиблиографического словаря работников науки и техники, по крайней
мере в рамках Российской Империи и СССР и тех
государственных и национальных объединений, из которых они сложились.
К. Просветительная работа КИЗ осуществляется как
предполагаемым музеем по истории знаний, так и специальными
выставками, лекциями, экскурсиями и популярными изданиями.
Собирательская и исследовательская деятельность КИЗ,
охватывая преимущественно историю знаний в России и СССР,
должна вместе с тем ставить перед собой задачи их изучения и в
других странах, и в мировом масштабе, в частности изучение их
истории в Азии, где она складывалась и протекала во многом
иначе, чем на Западе и в Америке. В числе обстоятельств,
которые всегда будут с большой силой направлять преимущественное
внимание КИЗ в сторону изучения истории знаний в России и
СССР, можно указать следующие:
320

1 ) почти полная неизученность истории знаний в нашей
стране, во всяком случае неизмеримо большая, чем в других странах;
2) оставление без внимания и использования многих
плодотворных идей русских ученых и техников, а равным образом и
важных в хозяйственной жизни народных производственных
навыков, особенно в азиатских республиках Союза;
3) сравнительная доступность материалов для собирания и
изучения;
4) полная заброшенность многих важных для истории знаний
материалов, грозящая им гибелью.
Обширность и разнообразие стоящих перед КИЗ задач
требуют такой ее организации, при которой в ней были бы по
возможности полно представлены все отрасли знаний. Это может быть
достигнуто только такой организацией Комиссии, при которой в
ее состав было бы введено по 2—3 лица для истории каждой
крупной отрасли знания; эти лица, группирующиеся по
специальностям и темам, составили бы готовые исследовательские и
научно-организационные ячейки. Таким образом, собирательская и
исследовательская деятельность КИЗ протекала бы:
а) в формах работы штатного научного персонала КИЗ под
руководством ученого секретаря;
б) в формах работы особых отделений и подкомиссий КИЗ
под общим руководством бюро КИЗ.
Отделения КИЗ могут быть учреждаемы в крупных центрах
научной жизни, а подкомиссии, как в Ленинграде, так и в других
местах Союза, — при отделениях КИЗ.
Председатель КИЗ В. И. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 29, л. 105—106. Подписанная копия.
№232
Из стенографического отчета заседания подкомиссии
по реорганизации КЕПС, КЭИ и КЯР
1 апреля 1930 г.
Председатель [Кржижановский]. Теперь Комиссия по
истории знаний. Владимир Иванович Вернадский, Ваше слово.
Вернадский. Я думаю, что Комиссия по истории знаний
должна быть при Общем собрании.1 Мне представляется, что главная
задача Комиссии по истории знаний в настоящее время должна
состоять в исследовательской работе и в подготовке и подборе
возможно большего количества фактов. Эти две задачи, с одной
стороны, связаны с исследовательской работой в области истории
знаний, а с другой стороны, с созданием музея по истории
приложения науки к жизни. Дня того чтобы иметь какую-нибудь
модель того, что желательно было бы сделать, я указываю — и бюро
Л Заказ №4012
321

согласно с этим — на Deutscher Museum в Мюнхене, который
важен как огромное просветительное учреждение. И не только
просветительное, но и большое научное значение имеет
подобного рода музей.
Комиссия по истории знаний имеет всего одно штатное лицо.
Очевидно, должно оно быть поставлено так, чтобы могло вести
эту работу. Я думаю, что правильнее было бы не ограничивать
Комиссию по истории знаний ни предметно, ни территориально,
т. е. не брать только историю знаний в России и в Союзе и не
брать историю отдельных групп научных дисциплин, а брать
историю знаний во всем масштабе. Конечно, главным образом
работа будет идти по материалу, связанному с русским материалом,
но вопрос нужно поставить более общо. У нас практически
выходит, что целый ряд документов и работ, которые печатались
раньше, касались только нашей территории. Мне кажется, что
сейчас было бы неправильно ограничивать просто потому, что, в
сущности говоря, это совершенно новый тип работы в нашей
стране.
Мне кажется, что было бы сейчас правильно, дав Комиссии
задачу исследовательской работы и подбора максимального
количества фактов и возможности с ними справиться, затем
расширить ее средства, имея в виду, что в ближайшем будущем она
должна превратиться в институт и выделиться должен музей по
приложению науки к жизни.
Волгин. Я должен сказать, что у меня нет никаких сомнений
относительно необходимости в общей форме постановки тех
задач, которые ставит Владимир Иванович, но у меня есть
большое сомнение относительно возможности организовать это в
настоящее время. Прежде всего, совершенно ясно, что те, кто
работает по истории знаний, должны быть историками и должны
обладать методом исторического исследования. Я не знаю
историков, которые бы сейчас этим интересовались и могли посвятить
свое время и силы этому делу. С другой стороны, я не знаю
натуралистов, которые бы овладели в совершенстве методами
исторического исследования. Мне кажется, что это затруднение
принципиального характера,, оно отразилось и на той работе,
которую до сих пор производила Комиссия по истории знаний.
Конечно, можно много говорить о задачах, которые надо
поставить Комиссии по истории знаний, но если мы присмотримся к
тому, что было, то мы увидим картину довольно пестрого
характера. Мы видим место, где собираются лица различных
специальностей в тех случаях, когда им хочется прочесть доклад о том
или ином деятеле прошлого... Там может быть доклад Петрушев-
ского о Виноградове, какой-нибудь доклад о Ломоносове или
Бэре и т. д. Какой-нибудь системы, плана в этой работе до сих
пор нельзя было усмотреть — я сужу по отчетам, в живой работе
я участия не принимал.
322

Принимая все это в соображение, я должен вообще заявить,
что у меня сложилось скептическое отношение к вопросу о
возможности сейчас эту работу сколько-нибудь целесообразно
наладить. Но даже если мы эту работу будем налаживать, то я твердо
убежден в том, что объединение здесь историко-общественных и
точных естественных наук в одно при данной ситуации и на
данном уровне подготовки научных работников к выполнению этой
задачи в значительной степени будет фиктивным: не будет общего
метода работы, общих установок.
Если мы решим сократить Комиссию по истории знаний, то
куда отнести историю знаний по точным, естественным и
физико-математическим наукам?
Архангельский. Я очень глубоко интересовался работой
Комиссии по истории знаний и должен сказать, что я совершенно
присоединяюсь к Вячеславу Петровичу [Волгину] в том, что здесь
высочайшая неопределенность, и боюсь, что истории знаний по
существу здесь совершенно нет. Здесь есть в основе биографии,
написанные чрезвычайно пестро, под самыми разнообразными
углами зрения, с изложением вещей, которые даже не знаю, надо
ли где-нибудь протоколировать и вносить в историю знаний. Не
все ли равно, какую квартиру получил тот или другой ученый или
какие осложнения у него были с каким-нибудь полицмейстером.
Мне кажется, [это] довольно безразлично. Мне кажется, что
истории знаний там никакой нет.
С другой стороны, мне совершенно ясно, что в настоящий
момент история знаний, настоящая, главным образом знаний
физико-математических, имеет огромнейшее значение, и мне кажется,
что исполнение в какой-то мере не соответствует даже названию,
не говоря о каком-нибудь идейном содержании, определенной
программе, определенной цели этого учреждения.
И мне кажется, что мы должны в корне пересмотреть этот весь
вопрос. Может быть, поставить вопрос вплоть до существования
или несуществования этой самой Комиссии по истории знаний;
все, что мы могли бы сделать сейчас, это, может быть, просить
Общее собрание выделить чрезвычайно компетентную комиссию,
которая пересмотрела бы вопрос с самого начала, нужна или не
нужна такая вещь при Академии; если нужна, то каковы ее
задачи. Если эти задачи будут выяснены, тогда должен быть
чрезвычайно осторожен, на мой взгляд, подход персонально к лицам,
которые будут вести эту Комиссию по истории знаний.
Одним словом, вопрос мне представляется очень неясным,
требующим переработки с самого начала. Все, что мы можем
сделать, это учредить комиссию, которая целиком этот вопрос
пересмотрела бы.
Марр. С Вячеславом Петровичем [Волгиным] нельзя не
согласиться, но если мы поставим вопрос о том, нужна или нет в
Академии наук Комиссия по истории знаний, то должен ска-
323

зать — конечно, нужна. Если подойти так, что мы устраиваем
музей, то по естественным наукам там чувствуется прогресс,
осязается как-никак, а по общественным наукам замечается, что мы
идем назад. По естественным наукам нельзя представить себе
регресса (голос: «Можно!»), в природе этого не бывает, но в
обществе бывает регресс... а также и в общественных науках бывает
регресс — это очень интересно, но это очень сложная вещь.
Следует ли из этого, что мы должны прекратить заниматься этой
наукой?.. Мы ставим сейчас все на новые рельсы, мы все должны
использовать. Из-за того что кое-что или даже многое было
нехорошо, нельзя так подходить к вопросу. Надо поставить
определенную задачу — конечно, Комиссию по истории знаний мы
должны иметь. Может быть, мы будем спорить о том, какие дать
директивы Комиссии, — с тем, чтобы ответить отрицательно, или
с тем, чтобы ответить положительно. Я не имею в виду Вашего
предложения (обращаясь к А. Д. Архангельскому), но имею в виду
свои сомнения. Имея в виду очень большие перспективы и
совершенное отсутствие средств, говорите Вы, надо повременить, — но
ведь тогда, пожалуй, придется по очень многим вопросам
повременить, особенно если мы будем касаться наук общественных.
Ферсман. Лучше по существу не обсуждать этот вопрос, иначе
получится случайное обсуждение очень большого и очень
серьезного вопроса. Лучше просто сказать, что это дело серьезное, что
Академия мимо него пройти не может и что Общее собрание
должно выделить компетентную большую комиссию, которая
обдумает этот вопрос.
Председатель. Мне кажется, что сейчас другого решения мы и
не можем придумать.
Курнаков. Так как здесь было сказано, что можно дать
положительный или отрицательный ответ, и как будто проскользнула
возможность отрицательного ответа, то я хочу сказать, что я со
своей стороны считаю, что этого не может быть — может быть
только положительный, потому что история требует изучения в
каких угодно областях. Регресса быть не может. Ответить, мне
кажется, можно только в положительную сторону. Другой вопрос,
как подходить к работам этой Комиссии, — это будет обсуждено,
но самый вопрос требует положительного ответа.
Крылов. Спорить против того, что историю знаний
разрабатывать надо и что это дело академическое, не приходится, но, с
другой стороны, ведь этот предмет, можно сказать, необъятный.
Спрашивается, как же практически объять его теми средствами,
которые имеются? Возьмем простейший случай — вот четыре
математика: Чебышев, Стеклов, Остроградский и Эйлер. История
знаний должна ли их охватить в этой узкой области
преемственности их работ, влияния одного на другого, не в смысле
биографий того или другого, а в смысле внутренней связи их творческой
работы? Ведь вот в чем задача истории знаний. А тогда и выходит
324

она необъятной, никакая Комиссия охватить не может. Я думаю,
что если мы дадим такой широкий заголовок, а потом наметим
то, что здесь намечается при тех средствах, которыми мы
обладаем, то это будет совсем не соответствовать заглавию.
Вернадский. Я сперва отвечу Алексею Петровичу [Крылову].
Конечно, задача необъятная, но если мы будем рассуждать
логически и закончим его мысль, то, значит, мы вообще не должны
заниматься необъятным, а все науки необъятны. По отношению
ко всем наукам можно сказать то же самое, то же можно сказать
и по вопросу о том, нужна или не нужна в данный момент одна
из этих областей.
Я хочу только обратить внимание на то, что если мы имеем
как раз то время, когда впервые в большом масштабе история
наук начинает входить в мировую научную работу, не думаю,
чтобы было правильно оставаться в стороне от этого.
Теперь, когда образовалась Комиссия по истории знаний, эта
Комиссия была без всяких средств; первые два года она
необходимых средств не имела, имела сначала сто рублей в год, потом
700; и наконец, в этом году она получила одну штатную единицу
и даны максимальные средства. Соответственно с этими
средствами надо было работать. Я думаю, что, имея в виду те средства,
которые были даны, работы, которые выражены в печатных
трудах, этим средствам отвечают.
Я хочу поставить вопрос в [иной] плоскости: останемся ли мы
в стороне от работы по истории знаний или будем организовывать
ее. Я считаю, что это совершенно необходимая вещь. Я
согласился стать во главе этой Комиссии без средств просто для того,
чтобы положить начало работе и прощупать почву, узнать, есть
ли люди, которые этим интересуются. Как дальше быть —
развить ли это дело или прекратить, как здесь предлагается?
Я думаю, что прекращение работы в настоящее время было бы
ошибкой, потому что есть моменты в истории знаний, когда
историческое их изучение приобретает особое значение. Это
именно теперь. По целому ряду соображений, которые развивать не
буду, мне кажется, Академии нужно работу дальше развивать и
прежде всего дать для этого нужные средства.
Речь идет о том, что у нас нет достаточных работников по
истории знаний; и в других странах их количество очень
невелико. Так или иначе, их надо создавать, надо вызывать известного
рода интерес к этому делу, подготовить тех людей, которые могут
дальше вести дело. Сейчас пропадает бесследно колоссальный
материал, о котором никто не заботится, потому что нет центра
работ. Академия наук должна в этом отношении дать
возможность сохранить для будущего тот огромный материал, который
сейчас пропадает. Я считаю, что именно биографии, которые
имеют значение всегда, для меня представляются вопросом
биологического развития; это вопрос, который связан с историей зна-
325

ний и над которым мы всегда будем работать; это конкретная
задача, над которой фактически работают. Я считаю, что
Комиссия по истории знаний должна быть сохранена и что должны
быть даны средства для ее работы. Если образовать комиссию, то
нужно дать ей указание решить вопрос в положительном смысле.
С А. Д. [Архангельским] я совершенно не согласен, мы стоим
на разных точках зрения; в этом трудно сейчас разбираться, это
завело бы нас слишком далеко. Если будет решаться вопрос, то
все-таки должно быть вынесено положительное решение.
Академия наук должна организовать эту работу и дать для ее
организации необходимые средства.
Бухарин. Я думаю, что надо предрешить, что Академия наук
должна заниматься историей знаний. Сейчас, тоже по частному
поводу, выплывает большой вопрос относительно
Географического института. Мы решили, что мы должны выделить на Общем
собрании особую комиссию, которая должна обсудить этот вопрос
и как-то упорядочить это дело. Мне кажется, что таким же
способом мы могли бы поступить и относительно Комиссии по
истории знаний. Мне кажется, что и Владимир Иванович
[Вернадский] не будет против этого возражать.
Я тоже согласен с Владимиром Ивановичем, что если исходить
из того положения, что задачи науки необъятны, то из этого
весьма рискованно делать вывод, что не следует заниматься ею.
Конечно, нужно заниматься и в особенности теперь. И доказывать
необходимость истории знаний все равно, что говорить о пользе
стекла.
Но что нам нужно сделать?
Мне кажется, нам нужно определить направление работы,
выделить особые дисциплины, по которым в первую очередь надо
работы вести, выделить из этих дисциплин особые, быть может,
периоды, которые необходимо осветить в первую очередь, и т.д.
У нас нет этого в области естественных наук. Есть ли у нас что-
нибудь по истории техники? Вряд ли что-нибудь есть. Я
спрашиваю, Александр Евгеньевич [Ферсман], есть ли что-нибудь по
истории математики? Он говорит, что по истории математики на
русском языке ничего нет...
Чаплыгин. Есть...
Бухарин. Мне кажется, что надо выделить в первую очередь
то, что требует первоочередного решения, концентрировать на
этом внимание, выработать некоторый план работы, может быть,
придется некоторые отрасли математики отставить, другие,
наоборот, выпятить, одни периоды исторического развития взять, другие
отставить на задний план. Это уже дело конкретного
рассмотрения. Я бы не возражал против того, чтобы отдельные монографии
были относительно тех или других деятелей науки, но это не
первоочередная задача — эта задача должна секундировать, быть
на заднем плане, а центр тяжести должен быть в развитии внут-
326

ренней закономерности, о чем говорил здесь академик А. П.
Крылов. Но в пределах этой закономерности надо выделить то, что
надлежит решить в первую очередь, а это уже определяется в
значительной мере некоторыми общими потребностями. Этот
план Комиссия должна подработать и затем, после того как она
подработает этот план, тогда из этого будет истекать все
остальное. Я бы стоял за то, чтобы Общее собрание выделило такую
Комиссию.
Чаплыгин. Мне представляется существенным в этом вопросе
выделение русской науки потому, что в конце концов в этой
области не только за границей, но также и у нас имеется
чрезвычайно интересная литература и ее следовало бы осветить.
Вернадский. Я согласен с Николаем Ивановичем [Бухариным],
что должен быть план, но план этот должен быть поставлен в
реальные формы, т. е. должны быть определенные штат и
средства, которые Комиссия должна иметь, потому что если мы будем
этот план обрабатывать, а средств не будет, то мы рискуем не
выполнить этого плана. Если мы будем иметь средства, то и
порядок работы можно будет выработать, и темы установить, и
характер тем определить. Но одного нельзя забывать — что сейчас
идет гибель чрезвычайно ценных предметов, которые связаны с
высшей школой, которые могут бесследно исчезнуть, потому что
идет перестройка и все это исчезает, а потом вы никак этого не
соберете. У нас ведь [есть] центр, где собираются данные,
связанные с литературой, но нет такого центра, где собирались бы
данные, связанные с научной работой, — масса драгоценного
архивного материала исчезает, никто об этом не заботится. Вообще мы
должны считаться с тем, что исчезает материал, и тут должна
быть поставлена задача не только о порядке исследовательской
работы, о выделении некоторых более важных работ, но о
сохранении того, что исчезает. Это очень большая задача.
В частности, укажу, что сейчас в истории знаний вообще
небывалый момент оживления, не только у нас, но везде. Начинает
вырабатываться действительная методика работы, и в этом мы
должны принять участие. Я считаю, что можно выдвигать русский
материал или определенные темы, но работать на фоне мировой
науки. Можно изучать какой-либо математический вопрос, но на
общем фоне. При этом нужно все же указать, что эту работу
Академия на себя берет, образует комиссию; для того чтобы ее
правильно поставить, надо дать возможность теперешней
Комиссии продолжать эту работу. Учитывая целый ряд недостатков,
надо иметь в виду, что работа шла даром; кроме листов
Академии, весь труд был даровой. Это вовсе не так легко устроить в
наше время.
Крылов. В связи с историей знаний есть другая очень важная
задача в Академии — это издание классиков науки, собраний
сочинений классиков и основателей русской науки. Если эта комис-
327

сия будет утверждена Общим собранием, то, может быть, можно
обсудить и этот вопрос.
Председатель. На основе обмена мнений, заслушав доклад
В.И.Вернадского, как общий вывод примем такое положение:
предрешить дальнейший подъем работы Комиссии по истории
знаний в сторону расширения материальных средств, привлечения
большого круга сотрудников, установления планового режима на
ближайшие годы. Считать необходимым просить Общее
собрание составить специальную комиссию с включением работников
существующей комиссии по истории знаний, дополнить ее теми
лицами, которые необходимы, по мнению Общего собрания, для
решения этого сложного вопроса. На основании работ этой
комиссии, имея в виду окончание тех работ, которые ведутся,
перейти к организации сохранения материала, сюда относящегося, и
использования его, а также имея в виду издание классиков и
проч.
Кроме издания классиков, думаю, что в план работы может
быть включена та или другая специальная тема срочного
характера, о чем говорил Николай Иванович [Бухарин]. Возможно, что
мы привлечем иностранные силы. В этом отношении имеется
оживление, и все учреждения в нашей стране опираются на
некоторое сотрудничество с заграницей. Затем является такой
вопрос: Академия стояла в стороне от издания энциклопедий —
вопрос тоже очень важный. Думаю, что при правильном ведении
дела очень многие энциклопедии должна была вести Академия.
Мы предрешаем положительное отношение к этому делу. Мы
должны быть благодарны за труды; какие бы недостатки не были,
люди трудились, и мы должны за это им выразить
благодарность — труд был большой. Все, что можно сберечь, надо
сберечь — здесь водораздела у нас не будет. Водоразделы начнутся,
когда мы будем о тематике говорить, — тогда у нас, вероятно,
будут различные мнения, но пусть будут различные мнения —
широкая комиссия обсудит этот вопрос.
Вернадский. С положительным отношением.
Председатель. Да, конечно.
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1930, д. 160, л. 247—259. Стенограмма.
№233
Из стенографического отчета пленума Комиссии
по реорганизации Академии наук СССР
о рассмотрении деятельности КИЗ
2 апреля 1930 г.
Председатель [Волгин]. Мы покончили с мелкими вопросами,
теперь идет большой вопрос о Комиссии по истории знаний.1
328

Архангельский. Этому вопросу было уделено большое
внимание, и в результате на основе обмена мнений, выслушав доклад
Владимира Ивановича Вернадского, как общий вывод
принимается такое предложение: предрешить дальнейший подъем работы
Комиссии по истории знаний в сторону расширения средств,
вложенных большой группой сотрудников, и установить плановый
режим на ближайший год. Считать необходимым просить Общее
собрание создать специальную комиссию с включением
работников существующей Комиссии по истории знаний, дополнить ее
теми лицами, которые, по мнению Общего собрания, необходимы
для решения этого сложного вопроса. На основании работ этой
комиссии, имея в виду окончание тех работ, которые ведутся,
перейти к организации сохранения материалов, а также имея в
виду издание классиков и проч. Таким образом, предлагается
учредить большую комиссию с привлечением работников Комиссии
по истории знаний, которая должна будет обсуждать вопрос о
дальнейшем направлении этого дела. Но подкомиссия2 полагает,
что это дело должно быть не только сохранено, но и расширено,
расширена его материальная база, установлен принцип плановой
работы в этом учреждении.
Председатель. Кто пожелает высказаться по этому вопросу?
Курнаков. Принять предложение подкомиссии.
Председатель. Я считаю своим долгом высказать, хотя я уже
говорил об этом в подкомиссии, еще раз свои соображения
против этого предложения. Я признаю весьма значительной задачу
разработки истории знаний, но я считаю в то же время, что эта
задача в настоящее время, в настоящих условиях и при настоящем
составе наших сил должным образом неразрешима. Мне
представляется, что эта задача должна разрешаться либо историками,
хорошо осведомленными в материале естественных и точных наук,
как специалистами, либо естественниками-математиками —
специалистами по точным наукам, в совершенстве владеющими
методологией исторической науки.
Мне кажется, достаточного количества лиц, обладающих этими
свойствами, у нас нет. Я употребляю очень деликатное выражение.
Мне кажется, что таких лиц вообще у нас нет, а при таких условиях
построить должным образом работу по изучению истории знаний
сейчас нельзя. Поэтому я в подкомиссии заявлял, что самое
лучшее было бы не ставить пред собой неосуществимых задач, но
все-таки если среди значительной части членов Академии есть
твердая уверенность в том, что эту попытку сделать надлежит, то
ее надлежит сделать пока в ограниченном масштабе, поставить
себе задачу хотя бы только организации работы по истории
естественных и точных наук, ограничить свою задачу ввиду ее
трудности. Может быть, тогда, приложив все усилия к разрешению
этой частичной задачи, мы добьемся чего-либо, хотя я в этом, как
видно из всего предшествующего, весьма и весьма сомневаюсь.
329

Кто хочет высказаться?
Крылов. Может быть, еще сузить задачу, а именно: в первую
голову поставить издание классиков по точным наукам, потому
что это более доступно обычному составу академиков, а
рассматривать историю науки — это дело на любителя и не может быть
выполнено по заданию.
Председатель. Кто хочет высказаться?
Ольденбург. Я не понимаю Вашей установки: почему Вы
берете науки исключительно физико-математические? Мне кажется,
что каждый специалист обязан в общем знать историю своей
науки, во-первых, и, во-вторых, он интересуется целым рядом
вопросов, главным образом методологического характера, в их
постепенном развитии, и с этой стороны мне представляется, что
именно в Академии имеется очень большое количество
специалистов, которые могут заниматься этим делом. Думаю, что если
мы просмотрим работы большинства наших членов, то, вероятно,
у каждого найдутся в числе его работ работы, касающиеся
истории его дисциплины. Поэтому, не предрешая вопроса, думаю, что
комиссия Общего собрания рассмотрит вопрос в его реальных
возможностях, но потенциально мне кажется, что в Академии
наук, где имеется 80 человек, из которых каждый работал над
вопросами из истории своей дисциплины, найдется подходящий
элемент для того, чтобы работа этой комиссии была бы
плодотворной. Можно ли создать для этого материальную базу — это
самый трудный вопрос, но я думаю, что это должна решить
специальная комиссия.
Бухарин. Мне кажется, что мы снова начинаем обсуждать
вопрос по существу, что нас очень далеко заведет. Если у
кого-нибудь возникают сомнения на этот счет, нельзя ли наше
предложение формулировать таким образом: вопрос об объединении работы
относительно того, что нужно сделать в первую очередь, и т. д. —
все эти вопросы провентилировать в комиссии Общего собрания
и уже после ее обсуждения решать. Работу же Комиссии по
истории знаний продолжать, для того чтобы выработать
определенный плановый режим и выяснить объем работы и проч. Тогда и
вопрос, поднятый В. П. [Волгиным], можно перенести в это
собрание: нужно или не нужно ограничиваться точными науками —
и все вопросы разобрать по существу подробно в этой комиссии.
Председатель. Может быть, ввиду того что это предложение к
порядку, мы его проголосуем. Н. И. Бухарин предлагает
дальнейшей дискуссии не вести, а перенести ее в комиссию Общего
собрания.
Вернадский. Я понимаю, что работа Комиссии будет
продолжаться. Должен сказать, что мог бы многое возразить, но не буду
задерживать.
Председатель. Внесено предложение — не обсуждать вопрос
по существу. Ставлю вопрос на голосование. {Голосование). При-
330

нято подавляющим большинством. Таким образом, вопрос
перенесен в комиссию, которую мы предложим организовать Общему
собранию.
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1930, д. 160, л. 399—402. Стенограмма.
№234
Из стенографического отчета заседания Общего собрания
АН СССР о создании Комиссии по реорганизации КИЗ
4 апреля 1930 г.
Председатель [Волгин]. Просить Общее собрание избрать
комиссию для рассмотрения вопроса о реорганизации Комиссии по
истории знаний.1
Таким образом, наша Комиссия признала принципиально
необходимым сохранить КИЗ, но одновременно просить Общее
собрание избрать особую комиссию для рассмотрения вопросов
ее компетенции о направлении КИЗ, ее деятельности и
организации.
Вернадский. Было постановление избрать комиссию, которой
поручить совместно с Комиссией по истории знаний рассмотреть
вопрос.
Волгин. Простите, в протоколе этого нет. Чтобы не осложнять
положения, Вы, Владимир Иванович, имеете возможность внести
поправку.
Вернадский. Я имею возможность внести поправку, но это
дважды проходило в такой форме. Может быть, обратиться к
стенограмме и посмотреть, как там сказано?
Волгин. Позвольте отложить этот вопрос до следующего
Общего собрания. У меня не сохранилось в памяти, а в протоколе
сказано только то, что я прочел.
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1930, д. 160, л. 483. Стенограмма.
№235
Из протокола заседания Общего собрания АН СССР
о создании Комиссии по реорганизации КИЗ
4 апреля 1930 г.
Непременный секретарь предложил, согласно постановлению
предыдущего Общего собрания, избрать комиссию для
рассмотрения вопросов по реорганизации КИЗ.1
Постановлено: избрать комиссию в составе академиков
В. И. Вернадского, И. Ю. Крачковского, С. Ф. Ольденбурга, Н. И. Бу-
331

харина, A. M. Деборина, В. Ф. Миткевича и В. П. Волгина,
поручив ей доложить в Общем собрании следующей сессии о своих
работах.
ПФА РАН, ф. 1, on. 2-1930, д. 1, л. 20. Подлинник.
№236
Из стенографического отчета заседания Общего собрания
АН СССР о создании Комиссии по реорганизации КИЗ1
5 апреля 1930 г.
Председатель [Волгин]. На прошлом заседании вчера мы не
довели до конца разрешение вопроса о создании комиссии для
разрешения всех проблем, связанных с реорганизацией Комиссии
по истории знаний, ввиду того что понадобилась справка в
протоколах Комиссии относительно того, указывается ли в них
необходимость включения в состав комиссии всего состава
настоящих работников Комиссии по истории знаний или такого
указания не имеется.
...После справки, наведенной мною вместе с В. И. Вернадским,
мы обнаружили, что такого постановления не было, хотя в
дискуссии мнения высказывались. Мы с В. И. Вернадским пытались
подойти к вопросу по существу, отбросив в сторону формальные
требования. Совместно с председателем Комиссии по истории
знаний мы предлагаем такого рода состав комиссии: академики
Вернадский, Крачковский, Ольденбург, Бухарин, Деборин, Митке-
вич и Волгин.
Вернадский. Нужно дополнить еще представителем
Московского отделения.
Председатель. Можем ли мы думать, что комиссия настоящего
состава забудет об интересах Московского отделения? Нам нужно
отказаться от мысли, что в состав комиссии всегда нужно
включать представителей всех учреждений, чьи интересы могут быть
так или иначе затронуты, так как тогда все комиссии должны
быть очень широкого состава. Я не думаю, чтобы академик
В.И.Вернадский или академик С. Ф. Ольденбург были склонны
ущемить интересы московской организации.
Если возражений нет, то позвольте состав считать принятым,
или угодно подойти формальным путем — закрытым
голосованием их избирать. Мне кажется, что по отношению к комиссиям
этого делать не стоит. Позвольте считать состав комиссии
утвержденным.
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1930, д. 160, л. 505—506. Стенограмма.
332

№237
Записка M. А. Шангина1 в КИЗ
о необходимости изучения народных знаний
16 апреля 1930 г.
Народное знание представляет интерес для исследователя во
многих отношениях.
Эта область изучения должна войти как существенная часть в
построение истории знаний; в знании ученых и в народном
знании даны один и тот же предмет человеческой пытливости, одни
и те же методы исследования. Интерес к народному знанию
усиливается еще тем, что в этой области (в области народного
знания) до сих пор живут отголоски той пранауки, из которой
возникли все научные дисциплины, и сохраняются отражения
интеллектуального общения народов Востока и Запада, — в этом
универсальный характер народного знания.
Затем, народное знание отмечено чрезвычайным историко-
культурным значением, мы имеем в виду миграцию знания ученых
в народную среду и обратное влияние народного знания на
достижения ученых. Так, снижение в народной массе платонизма в
конце античности было одной из причин возникновения новой
культуры и нового миросознания. Как видим на примере
платонизма, в народной среде знание ученых подвергается переработке
и получает новое развитие. Влияние народного знания на штудии
ученых — также несомненный факт. Поэтому изучение народного
знания, относящегося к эпохам особенно сильного теоретического
роста наук, как в XVI—XVII вв. и в наше время, представляет
первостепенный интерес.
Изучение народного знания имеет, далее, важное значение для
расширения области исследований новыми темами и новыми
методами. Параллельные штудии по истории народного знания и
знания ученых приводят нас к осознанию условностей науки,
объяснимых наследием той школы, из которой вышло знание, —
магией, и открывают пути к освобождению от этих условностей.
Нечего и говорить, что изучение народного знания имеет также
большое этнографическое значение.
Наконец, в наше время усиленной популяризации знаний
(всякого рода «культпоходы») исследование народного знания со
стороны истории миграции знания ученых в народную среду и
дальнейшее развитие в ней этого знания ученых, равно как и обратное
влияние народа на состояние наук, — это исследование дает
теоретическое обоснование популяризаторским начинаниям,
углубляет популяризаторскую работу.
И если Комиссия по истории знаний нашла бы возможным
поддержать печатанием сборник статей о народном знании, то в
этом издании нашли бы место народные аспекты многих наук:
333

космографии и астрологии, математики, метрологии, металлургии,
зоологии и ботаники, медицины и физиогномики, почвоведения,
техники, искусства, — так как все эти знания бытуют в народе.
М. Шангин
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 30, л. 33—34. Подлинник.
№238
Проект Положения о КИЗ1
20 мая 1930 г.
§ 1. Комиссия по истории знаний (КИЗ) при Общем собрании
АН СССР занимается изучением истории развития науки и
техники, а также народных знаний и производственных процессов и
навыков с древнейших времен до последнего времени как в
мировом масштабе, так и в особенности на территории России и
СССР.
§ 2. Деятельность Комиссии по истории знаний осуществляется
следующим образом:
а) комиссия собирает материалы и сведения по истории
знаний;
б) производит специальные исследования в области истории
знаний;2
в) содействует учреждениям, организациям и лицам,
работающим по истории знаний, как в СССР, так и за границей;
г) подготовляет новые кадры работников по истории знаний;3
д) популяризирует достижения истории знания в широких
массах населения.
§ 3. Комиссия по истории знаний состоит из членов, в
количестве до 75 человек,4 намечаемых бюро Комиссии и
утверждаемых Президиумом Академии из числа научных работников,
которые имеют научные труды по истории знаний5 и в содействии
которых нуждается Комиссия.
§ 4. Председатель и заместитель председателя Комиссии
избираются Общим собранием Академии наук по представлению
Комиссии.6
§ 5. Ученый секретарь Комиссии, ученый библиотекарь,
научные и технические сотрудники назначаются Президиумом
Академии по представлению председателя Комиссии.7
§ 6. Комиссия имеет бюро и совет.8
§ 7. Бюро Комиссии состоит из председателя Комиссии, его
заместителя, ученого секретаря и двух членов, намечаемых бюро
Комиссии и утверждаемых Президиумом Академии сроком на
1 год.9
§ 8. При Комиссии состоит совет на общих основаниях.10
334

§ 9. Общее собрание членов Комиссии созывается
председателем Комиссии или его заместителем для избрания представителей
в бюро.
§ 10. Комиссия может, с утверждения Общего собрания
Академии, организовывать в крупных центрах научной жизни свои
отделения.
§11. Для разработки отдельных научных или
научно-организационных вопросов и для ученого руководства деятельностью
своих постоянных и временных учреждений Комиссия создает
специальные подкомиссии.
§ 12. Для производства работ, требующих применения на
местах стационарного или экспедиционного метода, Комиссия
организует на местах станции экспедиции.
§ 13. При КИЗ состоят:
а) специальная научная картотека по истории знаний;
б) специальная научная библиотека по истории знаний;
в) собрание рукописного материала по истории знаний;
г) собрание предметов, относящихся до истории знаний.
Примечание 1. Структура картотеки, библиотеки и собрания
рукописного материала определяются особой инструкцией о них.11
Примечание 2. Собрание предметов, относящихся до истории
знаний, имеет лечь в основу специального музея по истории
знаний.12
§ 14. Для осуществления своих целей КИЗ может устраивать:
а) выставки по истории знаний;
б) лекции и курсы по истории знаний;
в) совещания по истории знаний на общих основаниях;13
г) съезды по истории знаний на общих основаниях,14 а также
может участвовать в устраиваемых другими учреждениями и
организациями выставках, лекциях, курсах, совещаниях и съездах.
§ 15. В своей работе КИЗ стоит в тесной связи с
академическими и другими научными учреждениями и организациями СССР,
в особенности же с теми из них, которые разрабатывают общие
и специальные вопросы истории знаний, а также с Центрархива-
ми СССР и республик, Главнауками, ВСНХ (в частности, по
НИС), ЦБК, ВЦСПС и ЦБРИЗ.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 29, л. 77—79. Копия.
№239
Стенографический отчет заседания Комиссии^
по реорганизации КИЗ
22 мая 1930 г.
Председатель [Вернадский]. Нам придется прежде всего
обсудить Положение, которое у нас тут есть. Оно составлено, прино-
335

равливаясь к тому, что нам прислали. Кроме того, у нас есть еще
записка комиссии о научной библиотеке по истории знаний.
Рассмотреть ли принципиально этот вопрос — может быть, будут
принципиальные замечания — или же прочесть записку и
Положение? Как угодно.
Ольденбург. Может быть, принципиальные соображения
высказать по отдельным пунктам? Пожалуй, для ускорения это будет
самое лучшее. Нужно, чтобы кто-нибудь сделал общее введение,
характеристику.
Председатель. Комиссия, Положение которой мы будем
рассматривать, занимается историей развития научно-технических, а
также производственных навыков с древнейших времен и до
последнего времени. В основу мы кладем, что комиссия ведет работу
двоякую: с одной стороны, работу, которая носит постоянный
характер, вроде лабораторной, в сущности говоря, теоретическую, а
с другой стороны, по известному плану производится
исследовательская работа по отдельным выдвигаемым вопросам и темам.
Мы имеем в виду, что, когда комиссия достаточно разовьется и
учитывая, что вопросы, которые здесь выдвигаются, являются
новыми, она в конце концов превратится в институт и, может быть,
будет еще музей по истории знаний. Кроме того, я хотел сказать
несколько слов о той постоянной работе, которая должна
проводиться в комиссии и которая потребует известного аппарата. Мы
представляем себе, что комиссия есть постоянно действующий
аппарат, лаборатория, — это научная картотека, которая должна
быть по целому ряду отделений: картотека по библиографии, по
истории знаний, она должна иметь материалы как за текущее
время, так и за все время печатания. Вся картотека должна быть
заполнена за прошлое время. Она должна быть доступна для всех
лиц, интересующихся историей знаний. Должны быть также
отдельные материалы, касающиеся нашего Союза, кроме того,
должен быть библиографический список с основными датами.
Здесь в 1-м пункте [Положения] есть ограничение, касающееся
лиц, которые связаны с Россией или Союзом, между тем как во
2-м пункте мы можем касаться архивных материалов, связанных
с древнейшими рукописями и историей науки в более широком
масштабе. Это нужно уточнить.
Работа картотеки потребует известного персонала, который
должен будет находиться в заведовании ученого секретаря, он
должен будет иметь 4 человек, которые постоянно и по известной
программе будут эту работу вести, чтобы через несколько лет дать
материалы для целого ряда справок.
Одновременно с этим вопрос второй — это библиотека по
истории знаний. К сожалению, в этом отношении у нас тяжелые
обстоятельства. Я не знаю такого учреждения, где была бы такая
библиотека. Есть частные библиотеки, которые подбирают такие
материалы. Библиотека, конечно, не может охватить всего, но
336

основное необходимо, и для этого нужно отпустить известную
сумму денег для приобретения такой основной библиотеки. Мне
мыслилась библиотека вроде Фреровской библиотеки в Чикаго.
Одновременно с этим было бы желательно собрать библиотеку,
которая касается лиц, связанных с ученой работой. Эта
библиотека должна собираться более систематически, она должна более
касаться Союза. Это второй тип работы.
Затем остаются доклады, которые были сделаны на заседании.
Комиссия делится на подкомиссии, сейчас таких подкомиссий
три: по изданиям Ломоносова, Бэра и его времени, в Москве
должна начать действовать подкомиссия по истории научной
медицины. С последним вопросом были большие затруднения, так как
ее деятельность представляла собою не деятельность комиссии, а
деятельность общества. С этим очень часто приходилось
встречаться, такие формы дальше существовать не могут.
Теперь относительно количества лиц. Мы должны считаться с
некоторым составом лиц, которые интересуются историей знаний.
Это работа научная, и мы должны были бы ограничить число лиц,
которых будем туда вводить. Вот, кажется, все, что входит в
обыкновенную структуру комиссии.
Ольденбург. О популяризации нужно бы...
Председатель. Я считаю, что история знаний не в смысле
[научном], а в смысле реальном, бытовом — могущественное
средство, например в виде музея по истории знаний. Теперь есть
музей, в котором имеется много интересного, хотя некоторые
критикуют его, — это Германский музей, он дает очень
интересный материал. Может быть, не так точно организовать, но все же
нужно что-то сделать, для археологических материалов он очень
важен.
Кроме того, нужно выделить объект комиссии, которая вела
бы главным образом исследовательскую работу. Эта работа не
ограничивается известной специальностью, вберет всю историю
знаний, всю совокупность. Этот вопрос требует обсуждения. Еще
нужно бы уяснить число членов комиссии. За последнее время
постановлением Президиума нам переданы те вещи, которые были
в Петровской галерее и которые представляют собой очень
интересные материалы конца XVII или, может быть, даже XVIII в.,
касающиеся инструментов и технических орудий, которые
являются основой будущего музея. Вот все введение, которое я хотел
сделать.
Волгин. Моя точка зрения вряд ли соберет много сторонников,
но я считаю, что ее все же нужно выставить. На предыдущем
[заседании] комиссии Николай Константинович Никольский
упрекал всех в идеализме и говорил, что только он стоит на
правильной точке зрения. И здесь мне кажется, что комиссия стала
на идеологическую точку зрения. Нужно реально сообразить,
какие практические задачи могут быть осуществимы в ближайшее
337

время, и их себе нужно поставить, а не ставить задачи, чрезмерно
широкие, задачи, которые, заранее можно сказать, разрешены не
будут. Исходя из этого, я на собрании комиссии по реорганизации
указывал, что, по-моему, было бы целесообразным ограничить
работу Комиссии по истории знаний изучением истории развития
точных и естественных наук. Академией наук естественные
точные знания и приложение их могут быть в историческом разрезе
разработаны с большим успехом, таким образом. В области
естественных наук у нас есть другие центры. Я думаю, что за
большее не следовало бы браться. Почему я сомневаюсь, чтобы эта
точка зрения была принята, — потому что в 1-м пункте
Положения я вижу, что комиссия пошла по линии расширения круга
вопросов, подлежащих ведению комиссии. Здесь
производственные процессы и навыки, — мне кажется, что это в конце концов
делает задачу неопределенной и безграничной. Что такое
народные знания? Всякое суеверие, всякий предрассудок, пережитки
весьма давнего прошлого, если они и сохраняются в народной
массе, то, что вы собираетесь делать, это было областью изучения
этнографов, фольклористов. Производственные процессы и
навыки еще совершенно неопределенны. Тут сказано: с древних
времен и до последнего времени. Мне кажется, мое замечание не
осуществится, что задачи необходимо значительно сузить, иметь
в виду только науку и технику в смысле приложения. Если мое
предложение не пройдет, то я внес бы пожелание внести
указание: «преимущественно историей естественных наук».
Теперь дальше. Мне кажется, что очень приемлемо и
желательно развитие той части работы комиссии, которая сводится к
собиранию всякого рода материалов. С этой точки зрения я
присоединяюсь к мысли о картотеке. Эту мысль пока, однако,
рассматривать не будем, нежелательно теперь загружать себя этим
вопросом, это нам утвердит еще Положение о КИЗ, но сама идея
мне кажется весьма существенной сейчас, это то, над чем стоит
поработать и что может быть осуществимо. Начать дело
собирания музея мне казалось бы тоже очень желательным. Я бы
отодвинул на 2-й план задачи специальных исследований. Мне
представляется, что мы сейчас находимся в таком положении, когда
мы в области истории знаний могли бы оказать наибольшую
услугу дальнейшему развитию этого дела, делу создания
материальной базы, а не разработке конкретных проблем, потому что у нас
есть много больших специалистов в области точных наук, но
которые не обладают... методологией. И этот разрыв заставляет меня
отодвинуть на задний план непосредственные задачи специальных
исследований в области истории знаний. Основной задачей нужно
поставить материальную базу. Вот мои основные замечания.
Крачковский. Мне кажется, что во второй своей части
замечаний Вячеслав Петрович [Волгин] ослабил то, что он говорил
вначале. О создании материальной базы или лаборатории — это,
338

конечно, есть главная, основная задача комиссии. Комиссия этот
вопрос и выдвигает ударным. Здесь если подходить к этому в
смысле создания материальной базы, как говорит Вячеслав
Петрович, для всех работников, занимающихся определенной
областью, то мы столкнемся с тем, что в Положение очень трудно
будет внести сужение, будет трудно суживать рамки, очень опасно
поэтому ставить определенные конкретные задачи. В Положении
мы имеем то же самое, что и в Уставе Академии наук.
Совершенно понятно, что одна Академия с этим справиться не может, но
если Положение будет сужено, то, может быть, через год
представится задача насущнейшая и необходимейшая и вставить ее
нельзя будет. Правда, мы имеем в виду прежде всего
определенные, конкретные задачи, но все в Положение вносить (такую
твердую конкретизацию) довольно трудно. Вячеслав Петрович
настаивает на том, чтобы ограничиться изучением наук точных и
технических, как приложением наук к жизни. Я думаю, что самой
жизнью это будет выдвигаться, но если мы это внесем в
Положение, то тогда мы в известном случае преградим некоторые
течения, которые желательно было бы использовать. На прошлой
сессии я внес предложение относительно составления [каталога]
арабских рукописей, которые находятся у нас здесь, в Ленинграде.
Это предложение было вызвано тем обстоятельством, что
Западная Европа имеет к этому очень большой интерес и за этими
материалами обращается к нам. Если бы мне был предложен
вопрос, является ли изучение условий составления каталога делом,
относящимся только к представителям естественных наук, я бы
затруднился ответить, я думаю, что этот вопрос переплетается со
многими отраслями знаний. Сразу прекратить доступ к работе
комиссии нельзя, нужно использовать все возможности, которые
имеются в Академии наук. Иногда требуется возможно большее
количество сил, так как применение тех или иных знаний
неограниченно. Здесь необходимы известный подход и знание
известных материалов.
Что касается второй части принципиальных соображений, то,
кажется, они всецело идут по тому руслу, о котором мы уже
говорили. Конечно, прежде всего необходимо создание основной
материальной базы, лаборатории, и в этом я тоже вижу основную
задачу комиссии. Часто нас упрекают в другом, что мы не
стремимся к обобщению. Иногда, может быть, это действительно
опасно, поэтому мне очень приятно, что эта точка зрения
согласуется со 2-й частью принципиальных соображений Вячеслава
Петровича. Я сам боялся внести предложение о сужении наших
задач. Сама жизнь это сделает, и мы повернем нашу работу к
области точных наук.
Лукин. Я не член комиссии, но я хотел бы сказать несколько
слов. Я думаю коснуться Положения и плана работы. Что
касается Положения, то я согласен с тем, что было сказано: в план
339

работы нужно внести такое предложение, чтобы главным образом
сосредоточиться на точных науках, но в науках, которые принято
называть общественными, не приходится скрывать, что Академия
наук не могла дать особенно полезных результатов. Исключать их,
[однако], из Положения совершенно неправильно.
Волгин. Было бы правильнее, если бы Вы как основной
докладчик {обращается к председателю) ответили на этот вопрос.
Ольденбург. Мне не совсем было ясно, почему хотели
ограничить. Если говорить о всех человеческих знаниях, то [это]
действительно безбрежное море, но все должно сводиться к тем
возможностям, которые действительно имеются. Я думаю, что наши
возможности и те задачи, которые ставит перед нами современная
жизнь, заставляют интересоваться гуманитарными науками. Я
думаю, что вопрос, который волнует нас сейчас: об изменении
языка в своем построении, литературный язык, создание
словаря — все эти явления, которые мы знаем, имели известную
[историю], и, знакомясь [с ней], мы можем почерпнуть много
важного, поэтому я бы не исключил таких задач, потому что они мне
кажутся очень актуальными и они могут принести конкретную
пользу.
Председатель. Я упустил сказать, что я придаю огромное
значение этой Комиссии. Мы здесь, люди различных привычек,
сталкиваемся в научной работе. Я это считаю очень важной стороной,
и если не будут сталкиваться люди такого рода, то ничего не
получится. Второе — я хотел разъяснить кое-что. Меня очень
смущает это прибавление. Подымается вопрос Н. И. Баева —
история комиссии по изучению земледелия. Здесь нужно считаться
с целым рядом орудий. Иногда можно проследить влияние науки.
Если мы ограничим себя, то мы столкнемся с недоразумениями,
например соляной вопрос — куда его отнести? Тут целый ряд
данных, на которые нужно обратить внимание.
Волгин. Я хотел разъяснить недоразумение, вызванное своим
первым выступлением. Я не хотел и не имел в виду сказать, что
в Комиссию по истории знаний будут иметь право входить
представители только по естественным и точным наукам. Возражения
некоторых бьют совершенно мимо меня. Интересоваться историей
медицины могут только медики? Я имел в виду сужение задач
Комиссии, а не сужение круга лиц. Допустим, я заинтересовался
какой-либо проблемой развития техники или каким-нибудь
промышленным переворотом. Я думаю, я должен был бы получить
материал, а что касается народных знаний и производственных
процессов, меня это испугало своей крайней безбрежностью. Я
понимаю, что история сельскохозяйственной техники никогда не
может быть поставлена в связи с историей развития науки.
Конечно, это интересно, но формально мне хотелось бы кое-что
другое, более определенное. А ведь производственные
процессы — это почти вся наша история.
340

Председатель. Существует AK, [члены] которой заняты
составлением словаря терминов. Они извлекают материалы из книг
и обследуют определенные районы, допустим, какую-нибудь часть
нашего Союза и выясняют, какие существуют термины, например,
относительно орудий труда или известных процессов. Они
подходят к своим задачам достаточно обстоятельно. Одно другому не
мешает. Мы этим заниматься не будем.
[Волгин]. Я должен повторить то, что говорили Владимир
Иванович и Сергей Федорович, именно: не стоит сужать наших задач,
а в порядке проведения ежегодного плана можно намечать
конкретные задачи. Я об этом думал, когда думал о тех задачах,
которые здесь развертываются. Мне кажется, что работу о народных
навыках нужно сохранить. Я приведу текстильное дело, его
невозможно в историческом масштабе рассматривать, не связавшись со
всем остальным.
Председатель. Вся наша лаборатория вышла из кухни. Вот
еще один вопрос, который Вы затронули, и его нужно уточнить.
Возьмем картотеку. Она, вероятно, может иметь значение не
только в пределах нашего Союза, она приобретает особое значение.
Например, мы получили из Архива, что было какое-то
наблюдение; мы получили такие сведения. Иначе мы этого не знали
бы.
Ольденбург. Мне кажется, что здесь нечто иное. Дело в том,
что мы видим, что иногда под названием истории знаний просто
говорится о таких пустяках, которые не заслуживают ни того
времени, которое на них затрачивается, ни тех сил, и тут я должен
сказать, что не могу согласиться с теми, которые говорят, что все
жизненно. Нужно строго различать, что необходимо сейчас и что
еще может подождать. Здесь нужно как-то проработать план
работы, чтобы не выходило чего-нибудь лишнего.
[Волгин]. При рассмотрении вопроса об изменении работы,
которая предстоит Комиссии, следует посмотреть на № 15
[Положения] — о тесной связи КИЗ с другими организациями, которые
также занимаются этими вопросами. Те соображения, которые
высказал Сергей Федорович, я тоже имел в виду. Еще имею одно
соображение. Я очень не хочу, чтобы Комиссия по истории
знаний была похожа на общество любителей истории знаний, куда
приходят со всякими вопросами из Академии, и сегодня там
читается доклад на какую-нибудь тему по истории филологии, а на
следующем заседании что-нибудь о Бэре, а потом о ком-нибудь
другом. Мне очень хотелось бы, чтобы это было не общество, а
институт, ведущий планомерную работу. Мне кажется, что всякое
учреждение в период своего действия переживает такую стадию,
в том числе и Комиссия по истории знаний переживала такую
стадию. Нужно сейчас постараться уточнить условия плановости
работ, а если так, то какие-то задачи выдвинуть на первую
очередь. Если возьмем историю общественных наук для разработки,
341

то это будет только случайная работа, а в плане этого не будет.
Случайные доклады будут вызывать нарекания, ибо определенного
метода не будет.
Председатель. Раз работа будет взята под известный контроль,
то нет необходимости сужать наши задачи, о которых Вы
говорите, хотя я понимаю, что тут могут быть всякого рода
неудобства. Я считаю, что мы учимся, и такая постановка дела будет
правильной. Я считаю, что самый маленький факт имеет для нас в
настоящее время первостепенное значение. Сейчас вся наша
наука заключается в том, что мы изучаем все до конца, и вот
когда я столкнулся с вопросом о картотеке, то я и решил, что
она должна быть составлена по известным требованиям, что туда
должны быть внесены все детали и данные, которые даже нельзя
найти в словаре. Я считаю, что в основном эта часть ценнее всего,
и я думаю, что это достигается только планом. Если мы получим
некоторое количество единиц и развернем картотеку и фонд для
начальной библиотеки, то я думаю, что сюда войдут и еще
библиотеки, например моя библиотека будет находиться в
распоряжении Комиссии, тогда будет поставлено дело правильно. Я
столкнулся в своей работе с работой одного революционного деятеля,
это один из деятелей революционного движения, Подолинский.
Его работа очень интересна. Эту работу заметил еще Маркс,
Энгельс этой работы не помнит. Я теперь нашел эту работу. Нужно
будет собрать материал, но нельзя брать только историю, нужно
брать человека целиком, иначе нельзя дать научной биографии.
Я хотел бы, чтобы эти материалы были собраны, потому что
человек был самостоятельно мыслящий.
В картотеке должны быть всякого рода сведения, должно быть
собрано все, должны быть указаны даты и целый ряд данных,
которыми историк интересуется, например цвет глаз. Особенно,
кажется, интересует значение голубого цвета глаз, это, кажется,
сейчас принимается за любопытный признак; карие глаза это
совсем другое.
[Из зала]. Это, кажется, от немцев исходит.
Председатель. У меня как раз голубые глаза.
Ольденбург. Я считаю опасным принципом, что всякая мелочь
важна, я понимаю, как это можно истолковать, но как общего
правила я этого боюсь, потому что мы, таким образом, стоим
перед безбрежным морем, и такого принципа держаться нельзя,
потому что есть более важные задачи.
Председатель (приступает к чтению Положения).2
По 1-му пункту возражений нет.
2-й пункт. Не следует ли отметить там, где говорится о
специальных исследованиях: «в соответствии с ежегодно утверждаемым
Общим собранием планом».
Говорить о подготовке кадров теперь преждевременно, давайте
развернем работу, а потом будем об этом говорить.
342

Волгин. 3-й пункт. Я против количества, я думаю, что так
нельзя, — зачем говорить о количестве? Сейчас это может быть
много, а через год будет совершенно недостаточно.
[Из зала]. Правильно.
Председатель. Я подчиняюсь большинству.
Я бы вычеркнул: «которые имеют научные труды по истории
знаний». Мы этим ставим себе ограничение. Может быть, у
Игнатия Юлиановича и есть труд по истории знаний, а, может быть,
другой, не имея, заинтересуется сделать работу. Вероятно, это
нужно выбросить.
4-й пункт. «По представлению Комиссии» нужно выбросить.
5-й и 6-й пункты принимаются.
Волгин. 7-й пункт. Тут, может быть, нужно ввести некоторую
демократию. Может, дать некоторые права отделениям.
Председатель. Но мы так перегружены, что работать не будем.
Добавим: «намечаемые Комиссией и утверждаемые советом
сроком на один год».
[Волгин]. 8-й пункт. Это ошибка. В разных учреждениях
состав совета должен быть разный. Это недоразумение, мы это
выбросим.
Председатель. Комиссия составит совет, состав которого
опирается на инструкцию, утверждаемую президиумом.
13-й пункт. Положения о картотеке и библиотеке и собиранию
рукописных материалов утверждаются Президиумом Академии
наук. Примечание второе выбросить.
К пункту «г» прибавить: «к области знаний».
14-й пункт «На общих основаниях» вычеркнуть. Прибавить «и
другие соответствующие учреждения».
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1930, д. 161, л. 251—254 об. Машинопись.
№240
Производственный план КИЗ на 1930/31 г.х
3 сентября 1930 г.
Производственный план Комиссии по истории знаний
составлен на основе одобренных Комиссией, рассматривавшей вопрос о
КИЗ, предложений о структуре ее деятельности.
В соответствии с ними производственный план КИЗ строится
следующим образом.
1. Работа по созданию музея по истории знаний:
а) принятие предметов, передаваемых МАЭ;
б) сношения с ВСНХ, НКП, НКПутей, ЦБРИЗ и другими
учреждениями о передаче КИЗ для музея по истории знаний
предметов лабораторного и технического оборудования и т. д.;
в) проработка плана музея;
343

г) работа по инвентаризации поступлений.
2. Работы по созданию собрания рукописей:
а) описание собрания материалов, связанных с деятельностью
Г. С. Карелина;
б) собирание и описание материалов по мере их поступления;
в) работы по каталогизации и инвентаризации поступлений.
3. Работы по составлению библиотеки по истории знаний:
а) собирание необходимых изданий;
б) работы по каталогизации и инвентаризации поступлений.
4. Работы по картотеке по истории знаний:
а) составление картотеки научных и технических работников
России и СССР;
б) составление картотеки портретов и других изображений по
истории знаний в России и СССР;
в) составление картотеки предметов лабораторного и
технического оборудования и т.д.;
г) составление картотеки рукописей по истории знания;
д) составление картотеки печатных изданий по истории
знаний.
По пункту «г» предположены работы в архивах АН СССР,
ЛГУ, архивохранилищах ЛОЦИА, в частности в «Новой
Голландии».
5. Начало планомерных работ по истории выявления и
использования естественно-производительных сил СССР:
а) изучение истории геодезических съемок XVIII в.;
б) изучение истории геологических исследований.
6. Разыскания по отдельным вопросам:
а) по истории картографии;
б) по истории ученых путешествий, морских и сухопутных, в
частности экспедиций Беринга и Лангсдорфа;
в) по истории химии;
г) по изданию сочинений и переписки Ломоносова;
д) по истории метеорологии;
е) по истории зоологии;
ж) по истории медицины;
з) по истории статистики;
и) по истории техники горного дела и металлургии;
к) по истории техники соляного дела;
л) по истории земледелия;
м) по истории изучения Китая;
н) по истории изучения Индии;
о) по истории изучения арабского Востока;
п) по составлению каталога греческих астрологических рукописей;
р) по составлению каталога арабских рукописей научного
содержания;
с) по истории усвоения в народных массах технических
сведений и навыков;
344

т) по изучению научного состава Академии наук во 2-й
половине 19-го в.
7. Устройство научных заседаний по истории знаний.
8. Устройство выставок по истории знаний.
9. Устройство лекций по истории знаний.
Председатель Комиссии академик В. Вернадский
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1930, д. 47, л. 36—38. Подлинник.
№241
Положение о КИЗ
2 октября 1930 г.1
1. Комиссия по истории знаний, сокращенно КИЗ, состоит
при Общем собрании АН.
2. КИЗ имеет задачей изучение истории развития науки и
техники с древнейших времен и до последнего времени.
3. С этой целью КИЗ:
а) собирает материалы по истории знаний;
б) производит специальные исследования в области истории
знаний и заслушивает соответствующие доклады;
в) содействует учреждениям, организациям и лицам,
работающим по истории знаний как в СССР, так и за границей;
г) популяризирует достижения истории знаний в широких
массах населения;
д) устраивает на общих основаниях выставки по истории
знаний, лекции и курсы по истории знаний, а также конференции и
съезды по истории знаний и участвует в устраиваемых другими
учреждениями выставках, лекциях, курсах, совещаниях и съездах.
4. КИЗ состоит из членов, намечаемых бюро и утверждаемых
Президиумом АН из числа научных работников, в содействии
которых КИЗ нуждается.
5. КИЗ может, с утверждения Общего собрания АН,
организовывать в крупных центрах научной жизни свои отделения.
6. При КИЗ состоят:
а) специальная научная картотека по истории знаний;
б) специальная научная библиотека по истории знаний.
Примечание: Положение о картотеке, библиотеке и собрании
рукописного материала утверждается Президиумом АН.
7. Во главе КИЗ стоит председатель.
8. КИЗ имеет бюро и совет.
9. Бюро КИЗ состоит из председателя КИЗ, его заместителя
и ученого секретаря.2
10. При председателе КИЗ состоит совет из: бюро КИЗ,
членов КИЗ и по 1 представителю от научного персонала,
аспирантов и следующих учреждений: АК, Комакадемии (Комиссия по
345

истории естествознания), Архива АН, Центрархива, Академии
истории материальной культуры.
11. Средства КИЗ состоят из кредитов, получаемых по годовой
смете Академии наук СССР.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 30, л. 241. Подлинник.
№242
Из стенографического отчета заседания
Общего собрания АН СССР о выборах председателя КИЗ
3 октября 1930 г.
Председатель [Волгин]. В Комиссию по истории знаний
В.И.Вернадский был избран председателем в 1926г. Таким
образом, по уставу должны произойти перевыборы. Позвольте
спросить, какие имеются кандидатуры на должность председателя
Комиссии по истории знаний?
Вернадский. Я настолько занят большой работой, что она не
позволяет мне стоять во главе этой Комиссии. Я не отказываюсь
работать в этой Комиссии, но стоять во главе я не могу.
Председатель. Позвольте спросить, какие другие кандидатуры
имеются?
С места. Н. И. Бухарин.
Председатель. Следовательно, имеются две кандидатуры —
В.И.Вернадский и Н.И.Бухарин. Владимир Иванович снимает
свою кандидатуру. (Вернадский: Снимаю). Имеются ли еще
какие-нибудь кандидатуры? (Нет). Позвольте поставить на
голосование кандидатуру Н. И. Бухарина. Кто за эту кандидатуру, прошу
поднять руки. (Избирается единогласно). Тогда позвольте считать
избранным Н. И. Бухарина на должность председателя Комиссии
по истории знаний.
Позвольте в связи с этим предложением внести одну поправку
к утвержденному вчера Положению о Комиссии по истории
знаний. В § 9 этого Положения было сказано: «Бюро Комиссии
состоит из председателя, его заместителя и ученого секретаря».
Имеется предложение к этому параграфу добавить следующие
слова: «и трех членов, избираемых Общим собранием Академии
наук». Таким образом, предложение сводится к тому, чтобы бюро
Комиссии, руководящее работой по истории знаний, расширить
несколько за пределы должностных лиц. Мотивы этого, мне
кажется, всем понятны. Не думаю, что нужно аргументировать в
пользу такого расширения.
Кто-нибудь желает высказаться по этому поводу? (Нет). Тогда
позвольте спросить, кто против внесенной поправки? (Таковых не
имеется). Позвольте признать эту поправку принятой.
346

Таким образом, § 9 Положения будет гласить: «Бюро
Комиссии состоит из председателя, его заместителя, ученого секретаря
и трех членов, избираемых Общим собранием Академии наук».
Бухарин. Я просил бы сделать соответствующие выводы из
только что оглашенного предложения, которое было принято
Общим собранием, а именно: я предложил бы избрать следующих
академиков, которые сейчас должны быть избраны, согласно
только что принятой поправке к § 9, — В. И. Вернадского, А. Ф.
Иоффе, А. М. Деборина.
Председатель. Имеются ли еще какие-нибудь кандидатуры?
(Нет). Позвольте спросить, утверждаются ли предложенные
Н. И. Бухариным кандидаты в бюро Комиссии по истории
знаний — Вернадский, Иоффе и Деборин? Кто за их утверждение,
прошу поднять руки. (Избираются единогласно). Позвольте
считать этих кандидатов утвержденными.
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1930, д. 162, л. 73—74. Стенограмма.
№243
Протокол заседания КИЗ]
12 октября 1930 г.
Вернадский. Комиссия по истории знаний формально состоит
из председателя (указывает на академика Н. И. Бухарина),
заместителя председателя, который был избран в прошлом году, трех
членов бюро, вам известных, затем временно исполняющего
обязанности ученого секретаря профессора С. Н. Чернова, который
сейчас болен. Его специальность — русская история. Он был
профессором Саратовского университета.
Конструкция раньше была такая, что бюро состояло из трех
лиц и время от времени собиралось расширенное бюро. Бывали
представители Архива, Археографической комиссии, два ученых
секретаря, из которых один последнее время не бывал, потому
что завален работой. Это Б [лох М. А.]. Он занимается историей
химии. У него большая библиографическая работа. Затем другой,
бывший секретарь Комиссии [Г. П.] Блок — секретарь
бесплатный. Затем был профессор М. М. Соловьев — зоолог, который
сейчас является секретарем Бэровской подкомиссии и который
был до [С. Н.] Чернова ученым секретарем Комиссии, сейчас он
служит в Академии, работает в Сапропелевом комитете. Он
микрозоолог и занимается историей науки и биологическими
науками. Затем бывали два члена, которые постоянно приглашались:
это [Л. С] Берг и Сергей Федорович Ольденбург. Они были
выбраны. Вот то расширенное бюро, которое время от времени
собиралось и которое ведало важными делом. Штатных мест нет ни
одного.
347

Сейчас работу больше года ведет старый, очень образованный
человек [Г. П. Блок]. Эта работа началась больше года назад.
Задача заключается в том, чтобы на [основе] литературных и
архивных данных составить список лиц, которые с самого начала
основания Академии наук принимали участие в научной работе
Академии. Это тот массовый персонал, который в значительной
степени помогал в работе Академии, хотя он не совсем известен.
После целого ряда обсуждений мы начали работу [за период]
с 1801 по 1850 г. Сейчас заканчивается работа по 30—40-м гг.
Эту работу, к сожалению, делали не на картонных карточках, а
на бумажных. Теперь раздобыли картон и карточки уже
картонные. Мы хотели это сделать для всего периода жизни Академии.
Таким образом, наберется большое количество [карточек]. Уже
получаются интересные результаты.
Второй вариант нашей работы — это задание окончить
печатание [сочинений] М.В.Ломоносова. С научной точки зрения эта
работа была сделана неправильно. Она началась [М. И.]
Сухомлиновым около 50 лет тому назад. Эта работа очень неудачно была
издана Академией, но, с другой стороны, дала массу нового
материала. Но с этим изданием нам не повезло. Прежде всего —
смерть Сухомлинова. Затем эту работу вел [А. А.] Шахматов. И
он умер. Затем работу вел [В. М.] Истрин. Нашей Комиссии было
передано по этой работе 2 тома, которые были напечатаны. В
первом томе заключается история, где показано, что Ломоносов
делал опыты с окисью ртути. Но эта работа в свет не
выпускалась. Мы решили эту работу переиздать, но пришлось искать
листы. С одной стороны, мы решили окончить 6-й и 7-й тома, с
другой — решили по-новому напечатать сочинения Ломоносова.
Кроме того, решено издать письма Ломоносова. Сейчас их
имеется около 150. На издание писем был приглашен [С. Н.] Чернов.
Оплата шла из сумм Издательства. Эта работа продолжается до
сих пор и даст чрезвычайно интересные результаты. Со вторым
томом случилась беда — он промок во время наводнения.
Примечания сохранились в корректорских гранках. Затем все, что
касалось минералогии, географии, не нашлось, хотя в свое время
это было составлено. Моя работа исчезла, а также половина
работы [Б. Н.] Меншуткина неизвестно куда девалась. Мы все же
предполагаем, что эти работы найдутся. Вот [В. Н. ] Перетц, он
мне говорил, что они находятся у Истрина, но, когда мы к нему
обратились, он отрицал; он болен. Мы решили напечатать 2-й
том без этих примечаний. Я думаю, что это наконец будет
сделано. Сейчас листы нашлись все, поэтому нужно считать, что 2-й
том будет издан. За редакторство взялся Меншуткин, и до 1-го
января том должен выйти.
Одновременно с этим была работа, которую ведет Бэровская
подкомиссия. Под моим председательством она существует с
1926 г. В Академии оказались огромные необработанные матери-
348

алы Бэра. Они были в архиве Зоологического музея. Оказалось
70 с лишним папок, и еще, кажется, нашли три папки. Этот
материал представляет большой интерес. Все это — чисто
научный архив. Работа шла в двух направлениях. Была устроена
выставка, а затем началась обработка материала 1-го выпуска.
Сейчас произошла история с одной статьей. Была задержана статья
[А. А.] Гизетти. Статья очень интересна тем, что она выяснила
связь [К. М.] Бэра и его влияние на [Н. К.] Михайловского. Тут
интересный фокус, который связан с [Д. В.] Каракозовым. О нем
сохранилось мало материалов. Эта работа не была издана по
соображениям, в которые мы не входим. Мы должны были
приостановить печатание и двинули вторую статью, которая имелась и
которая требует сейчас некоторого сокращения. Это статья
профессора [Е. Н.] Павловского. Он у нас служит. Он крупный
специалист в области целого ряда животных. Он в сущности замещает
кафедру Бэра. Он был профессором Военно-медицинской
академии. Он интересен и в научном, и в бытовом отношении. Он
человек очень энергичный. Ему было желательно, чтобы это было
напечатано на русском языке. Там была часть немецких
документов и часть русских. Статью приходится сокращать, и, кажется,
это дело налаживается. В Бэровской подкомиссии был целый ряд
заседаний.
Сейчас продвигается работа по рыбному делу и
антропологическому делу. Эти материалы должны быть изданы. Материалы
должны поступить в Архив, так как все касаются Академии.
Собираются письма К. М. Бэра, и вся его фигура будет выявлена.
Сейчас обрабатываются материалы, которые связаны с ...2 Фуэс-
са.3 Это имеет очень интересное бытовое значение и, с другой
стороны, имеет значение в части научной работы.
В этом году подкомиссия не собиралась. Из коллективных
работ как будто ничего не было, кроме планов монографий.
Можно выяснить, какие находятся в печати и какие составлены.
Сейчас беда — кризис с бумагой. Первая работа ведется под
патронажем Комиссии по инициативе молодого филолога, он,
кажется, служит в Библиотеке. Его работа является проявлением
личной инициативы. Относительно Ш[ангина]: он хотел создать
каталог с выписками, касающийся археологических рукописей.
Такой каталог издается в течение лет двадцати, он составляется
по городам и странам.
Теперь начата еще одна работа, которая в последнее время
вследствие ряда неблагоприятных обстоятельств задержалась. Это
есть работа, которая началась в связи с работой Б[орисяка А. А.]
по [В. О.] Ковалевскому и перепиской его и его жены и брата.
Это своего рода семейный архив. Кроме того, его переписка с
[И. И.] Мечниковым. Этот архив тоже представляет большой
интерес. Он представляет интерес скорее научный, чем бытовой. Его
Должна была обрабатывать дочь Ковалевского, которая умерла.
349

Теперь придется выяснить, как быть с этим архивом. Ведутся
переговоры об издании переписки А. [Н.] Веселовского.
Теперь я поговорю об изданиях, которые имеют двоякий
характер: 1) это те издания, которые всецело зависят от Комиссии
и председателя, и 2) это издания, которые не оформлены, но
которые издаются не на наши средства. Это очерки.
Теперь о трудах. Академики в целом ряде случаев приходят на
помощь Комиссии, они дают свои листы, и они идут на нашу
очередь. Для некоторых лишиться этих листов, конечно,
чрезвычайно нежелательно. Например [В. П.] Бузескул. Когда он узнал,
что у него взяты листы, он был чрезвычайно взволнован. Надо
сказать, что Бузескул почти слеп, для него его работа, вероятно,
как лебединая песнь. Он уехал чрезвычайно омрачен, и часть
своей работы он прислал после того в запечатанном виде, как
завещательное письмо.
Второй род работы, кроме Бэровского сборника, который
почти налажен, представляет собой чисто индивидуальные вещи.
Например, есть берновские письма. Я и не представлял себе их
значения с точки зрения распространения знаний. Он приводит
такие положения, которые для нас кажутся совершенно
неожиданными и неизвестными. В Германии это началось в его время.
Далее, у нас готова к печати работа Сонина. По этой работе
был передан целый ряд рукописей, и там есть попытка дать очерк
по истории знаний. Сонин умер в 1918 г. или в 1919-м. Очерк
очень сжато написан потому, что автор был связан временем.
Работа Сонина интересна тем, что он и Ф. ...4 занимались общей
темой. Это явилось совершенно неожиданным. Это есть работа
по истории русской механики в России. Эта работа была
просмотрена профессором Политехнического института Радзько. У
него есть работа о Блоке. Теперь мы снеслись с [А. М.] Г[одыц-
ким-Цвирко], который тоже работает по истории средневековой
науки, и он даст библиографию Сонина. Она, по-видимому,
сохранилась в Туле. Очень важно было бы достать этот материал.
Еще есть рукописи, которые требуют большой коренной
доработки. Это история акушерства в России. Эта работа написана в
старозаветном стиле, но она представляет собой первоисточник в
этой области. Нам давал отзыв о ней [Г. В.] Хлопин и сказал, что
она очень странная.
Еще сдается в печать работа, которая имела целую
историю, — это работа о русской экспедиции в Швецию академика
[Г. И.] Лянсдорфа [Лангсдорфа]. Этот академик был уволен из
Академии без прошения. Я думаю, что с ним была история. Была
какая-то кража рукописей, и полагали, что это в связи с этим. Но
выяснилось, что Лангсдорф сошел с ума и потерял память. После
этого жил еще лет тридцать. Это был очень интересный человек.
Об указанной мною экспедиции все совершенно забыли. Перед
войной четверо молодых ученых, из которых трое работают при
350

Академии, на ничтожные средства поехали в тропические страны.
Некоторые средства на это дал [В. В.] Радлов. Но когда началась
война, они вернулись. Никто из них об экспедиции Лангсдорфа
не знал. Но потом нашлись рисунки Лангсдорфа, и они
производят теперь очень интересные работы. Там говорится о
народностях, которые сейчас частью совсем исчезли, а частью только
сохранились. Один из студентов, Манзоль, заинтересовался Лангс-
дорфом и написал его биографию, но он умер от сыпного тифа.
Когда я заинтересовался Лангсдорфом, я натолкнулся на этот
архив. Там тоже этим заинтересовался [И. Д.] Стрельников.
Последний сделал доклад в Америке, и там был разговор о том, что,
может быть, они рисунки напечатают, дав нам известное
количество экземпляров.
Еще есть работа об экспедиции в Бразилию, которая была
совершена вне Академии. 10 лет там существовала станция. Если
нам дадут листы, то эта работа будет напечатана, но беда в том,
что листов не хотят нам давать.
Я забыл указать еще об одной работе, которая производится
под руководством Игнатия Юлиановича [Крачковского]. Это
работа по составлению каталога арабских рукописей. Игнатий
Юлианович может сказать, что эта работа делается на ничтожные
средства одним из его учеников. Игнатий Юлианович говорил, что
много интересного открывается в связи с этой работой.
Кроме того, из подготовленных работ есть еще одна работа
[A.B.] Бородина, которая касается первых карт, не съемок, а
карт, которые в 1—2 листах сохранились, эти карты были при
Петре. Эта работа требует сокращения, но она была нами принята.
Еще есть работа [Л. С] Берга по обработке экспедиции [Ви-
туса] Беринга. Эта экспедиция до сих пор не издана, только
перевод американский был издан в Америке. [С] Ваксель напечатал
отчет, и кое-что в этом направлении уже сделано.
Еще разговор о том, чтобы издать статью о художниках. Эта
статья написана заведующим библиотечным отделом [H. М.]
Каратаевым. Нашлось много карт — богатейший материал. Многие
карты относятся еще к XVII в., касаются территории Петербурга.
Вторая серия работ — это серия очерков. В эту серию очерков
сейчас вошли уже работы [Л. Я.] Штернберга, [А. А.] Шахматова,
затем предполагается сборник [А. П.] Павлова, Бородина и
[Ю. А.] Филипченко, а также [В. В.] Бартольда.
Вот, кажется, наше издательское все.
Мы предполагаем реорганизовать библиотеку. Библиотека
увеличивается вещами, связанными с историей знаний, не только
портретами, но и гравюрами. Кое-что мы купили. Нам давали на
это по 20—30—50 руб. Мы мечтали о трех формах каталога. Это
Дело находится в стадии начинания. Прежде всего каталог,
касающийся ученых, понимая под этим всякого человека, который в
области знаний явился чем-либо полезным. Мы хотели, чтобы
351

этот каталог был составлен своеобразно, чтобы собирались
данные и биографические. Второй каталог хотели составить...5
Третий каталог касается архива, предметных и тематических
карточек. Такой вопрос выдвигается.
У нас выясняются очень странные предки [Н. И.]
Лобачевского. Каким-то образом считали, что они родом из Смоленской
шляхты, но оказалось, что никакой связи с ними Лобачевский не
имеет. Об этом надо напечатать.
При разделе Петровской галереи мы получили целый ряд
вещей, которые не помещаются в нашем помещении. Эти вещи
составляют начало для музея. Хранится фабрика Ломоносова по
стеклу. Там нужно делать раскопки.
Нам еще предстоит выяснить два вопроса. Первый вопрос: кто
состоит членом Комиссии и сколько их. Очевидно, старый список
не годится, а потому нужно составить новый. Второй вопрос: мы
должны определить состав совета. Следовательно, нам надо
выяснить состав совета и состав Комиссии.
Крачковский. Когда я попал в состав Комиссии по истории
знаний, я хотел организовать ту линию, которая меня давно
интересовала, но я один не мог справиться. Я говорил однажды, что
за последние десять лет наблюдается в Западной Европе особый
интерес к истории науки и связи ее с арабами. Там много сделано
в области медицины и других областей, но все материалы,
которые у нас имеются, оставлялись в стороне. Я пускал в ход кое-что
за границей, кое-что удалось издать по окулистике, но мне
хотелось бы организовать это более планомерно. Я хотел бы составить
общий каталог того, что касается арабов, а затем, если будет
возможность, по мере сил по отдельным специальностям — по
химии, геометрии, минералогии. Но у нас очень мало средств.
Пока удалось составить черновой справочник моим учеником.
Этот каталог немного теперь застрял, так как ему нужно искать
средства существования. Работу эту нужно вести планомерно.
Среди моих учеников есть такие, которым можно поручить эту
работу подготовить. Но весь вопрос в средствах. Если бы их
удалось добыть, то, я думаю, для науки, даже в европейском
масштабе, это дало бы больше, чем я раньше думал. В одном
Ленинграде оказалось сочинений более 300. Это большая цифра, она
даже для Европы представляет большой вклад.6
Вернадский. Есть еще одна вещь, которая висит в воздухе.
Дело в том, что образовался Международный центр по истории
знаний, который косвенно находится в связи с нашей страной.
Мы как будто не получили официального приглашения, но, читая
случайно протокол, я увидел странную вещь, что до такого-то
числа такого-то года они будут ждать от нас официального ответа,
т. е. от Комиссии по истории знаний в Ленинграде. Теперь мы
можем вступить в эту организацию только по особым условиям.
Порывать связи нам не следует.
352

Бухарин. Я думал прежде всего о принципиальной установке,
о методах работы, о форме изданий, о монографиях, об
организационных формах работы, о вопросах иного свойства, о
вопросах штата, жалованья и о целом ряде второстепенных вопросов.
Насчет принципиальной установки — я это ставлю на некоторую
дискуссию. Нужно как-то договориться. Я думаю, что нужно
исходить из того, что дело наше нужно продвигать и развивать.
Нужно иметь какой-то перспективный план.
Из принципиальной установки особенно выделяются три
вопроса: 1) вопрос о методах исследования, 2) вопрос об
общеисторической концепции, которая должна лежать в качестве базиса,
и 3) вопрос о том, что нужно сделать центром тяжести. Мой
основной взгляд вам, вероятно, известен: было бы желательно,
чтобы было напечатано все. Можно иметь варианты, когда, к
какому труду помещаются вводные статьи, по соглашению с
автором.
Историческая концепция. Я под этим подразумеваю
следующее: если будем строить здание планомерно, то какая
историческая концепция должна лежать в качестве базиса. Могут быть три
точки зрения: исходя из поднимающейся кривой, теория о
замкнутых кругах в несообщающихся сосудах и третья точка зрения,
которую я считаю правильной, соединяющая обе
предшествующие, т. е. моя точка зрения состоит в том, чтобы соединить одно
и другое. Я бы пожелал это выделить. Это, собственно, все, что
касается исторической концепции.
Что сделать центром тяжести в исследовании — начинать со
средневековья или с начала капитализма примерно? Мне кажется,
если мы берем некий проект сериальных изданий, то центр
тяжести, не в качестве абсолютного правила, нужно взять с начала
капитализма, но обязательно с точки зрения разных культур. Это
касается общей установки.
Что касается методов работы, то я имею в виду следующее:
возможность переводов особо крупных сочинений, трудов
индивидуального типа, имею в виду работу коллективную, а также
имею в виду вопрос о привлечении иностранных ученых.
Переводы могут быть допущены только в единичных случаях. Труды
академиков могут быть отдельные и коллективные. Относительно
иностранных ученых, в отношении привлечения их к работе, я
думаю, это нужно решать в положительном смысле.
Теперь о форме изданий. Что мы перед собой должны иметь
в виду. Это основное. Фундаментальная серия — это первое,
второй тип — монографии, третий — серия научно-популярных
изданий, что является самостоятельной задачей.
Относительно тематического разреза — здесь наиболее всего
трудностей будет по линии 2-го отделения. Тут мы столкнемся с
работой Комакадемии, которая имеет определенную позицию. Тут
трудности могут быть. Что касается 1-го отделения, то в нем глав-
]2 Заказ №4012
353

ное — серии. История физики стоит вне отдела. На первую
очередь нужно поставить историю математики, историю химии и во
вторую очередь — геологию, астрономию, географию. Вообще тут
нужно подработать, что в первую и что во вторую очередь.
История социальной теории, история экономической мысли, затем
история исторических теорий, теория права, мне кажется, это
нужно особо выделить. Нужно еще выделить проблемы Игнатия
Юлиановича [Крачковского] и Сергея Федоровича Ольденбурга. Я
бы сказал, что эти проблемы сравнительно мало известны, их
нужно поставить во всю широту. Ведь Академия наук —
единственное учреждение в Союзе, которое может эти проблемы
поднять и решить. У нас нет на русском языке описательного
изложения. В связи с этим можно поднять крупную проблему. Те
проблемы, которыми академик И. Ю. [Крачковский] занимается, тоже
идут по плану. Наряду с этим, если мы возьмем социальную и
экономическую проблему исторического характера, мне кажется,
особое внимание нужно уделить этому разрезу. Затем примерные
монографии. Должны ли они иметь во всем этом некоторое
планомерное устремление? По-моему, должны. Тут может быть и так,
что отдельные работы будут носить характер иной —
коллективного труда. Мне кажется, что с точки зрения всего потока вещей
и людей желательно было бы, чтобы монографические работы,
особенно с точки зрения того трамплина, с которого мы должны
прыгать, были связаны с настоящей действительностью, с
современностью, например история построения речи, химическое
учение, история корней, теория относительности Эйнштейна,
историческое развитие диалектики или такая вещь, как история
индийской физики или китайской. Нужно поставить все эти
проблемы так, чтобы не было того тупика, в который зачастую
попадает научная мысль.
Что касается серии популярной научной литературы, то я не
наметил примерных тем, но это гораздо легче. Мне кажется, что
это без труда можно наметить.
Что касается организационных форм, то я просил бы
согласиться с тем, что мне необходимо ознакомиться с людским
составом, для того чтобы распределить и подобрать их всех с точки
зрения распределения функций.
Вернадский. В смысле возможностей в отношении людей есть
очень ценный материал.
Бухарин. Еще одно замечание. Мы не должны гнаться за
большим аппаратом, нужно работать на принципе любительского
подбора. Само собой разумеется, что с вопросом относительно
издания трудов связан вопрос оплаты. Это ясно. Нужно сажать людей
не в качестве штатных единиц, а как они лучше подходят для
дела. Если так удастся сделать, то мы добьемся результатов.
Целесообразно поставить дело так, чтобы при привлечении к работе
людей принималась во внимание их компетентность.
354

Теперь еще вопрос относительно аппарата, но в другом смысле
слова. Как относительно расстояний между музеями? Как это
конкретно сделать, я не знаю. Ведь тут смыкаются все
дисциплины, где будет узловая линия, которая эту совокупность знаний и
искусства объединит. Как это строить, мне не совсем ясно. С чего
мы должны начать строить и как более ясный рисунок начертить,
мне не совсем ясно. Что касается самой идеи, то ее, конечно,
нужно двинуть.
Еще из организационных вопросов — это вопрос относительно
связи работы Исторической комиссии с разными учреждениями,
как академическими, так и внеакадемическими. Мы должны
опираться на наш авторитет, с одной стороны, а с другой — на
научные материалы внеакадемических учреждений. Возражений, я
думаю, быть не может. Вот все, что я хотел сообщить.
Относительно средств, бумаги для Издательства — я не хочу
затягивать, потому просил бы об этом говорить потом, хотя по
этому вопросу надо подумать, чтобы уже к этому не возвращаться.
Вернадский. У нас предположено чествование [И.] Кеплера.
Будет торжественное заседание. Рукописи Кеплера хранятся у
нас. Может быть, будет даже выставка — предполагалось
устроить ее в октябре или ноябре, но [А. Н.] Крылов отказался от
этого, потому что он занимался Ньютоном, а Кеплером никогда
не занимался, поэтому он указал на Смирнова.
Меня интересует еще один вопрос. Вопрос этот сейчас
возникает. Мы изучаем факт, но факт можно изучать в единственной
концепции, от нас не зависящей, т. е. в хронологическом порядке.
Первая фаза — это собирание фактов. Это дает нам возможность
посмотреть, что было в таком-то разрезе времени. Мне кажется,
когда мы беремся за такую работу, то мы хотим восстановить
фактический материал, на котором можно было бы нам
построить картину, на котором ясна была бы картина всего хода
знаний.
Бухарин. Ясность — есть всякая реальная связь явлений, и
нашей задачей является эту связь выяснить, вернее, выявить. Что
Вы называете фактом? Существуют предметы, которые имеют
между собой связь, эта связь есть факт.
Вернадский. Я этого не отрицаю, но Вы говорите, что видите
3 возможности, чтобы попытаться уяснить историю
всемирную, — это другое: я думаю, что нужно пробовать каждую
отдельно, а не соединив первую со второй, из чего получается третья.
Бухарин. Я говорю, что целесообразно рассматривать это не с
точки зрения общечеловеческого оптимизма, а потому, что...7
Вернадский. Мы так не будем обсуждать. Я полагаю, что при
более близком подходе к делу наши точки зрения сойдутся.
Бухарин. Мы еще подумаем об этом, и тогда это будет иметь
больше успеха. Но когда мы соберемся в следующий раз, к
какому сроку это лучше приурочить?
355

Вернадский. Очень неудачно, что С. Н. Чернов заболел, но
сейчас очень важно, какие мы имеем реальные возможности до 1
января. Будем ли мы иметь одно лицо, или нам дадут еще кое-что.
Бухарин. На следующем собрании мы должны поставить
некоторые организационные вопросы, может быть некоторые спешные
вопросы или особо актуальные.
Вернадский. Я набросаю вопрос о каталоге, и мы тогда
посмотрим, что нужно будет сделать сейчас же и что можно будет
отложить.
Мы подбираем сейчас библиотеку, и у нас затруднения с
валютой. Хотя Публичная библиотека богата и наша библиотека
богата, кроме того, есть еще библиотека Горного института и
Медицинской академии, однако этого недостаточно, должна быть
такая библиотека, которая была бы подобрана как следует, иначе
по некоторым вопросам чрезвычайно сложно работать.
Вы будете 24-го, и к этому времени я постараюсь отправить в
Москву в Ваш адрес материал.
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1930, д. 47, л. 20—28. Подлинник.
№244
Из стенографического отчета ноябрьской сессии АН СССР
о необходимости создания музея по истории техники
30 ноября 1930 г.
Иоффе. Не знаю, стоит ли делать это предложение, но все-
таки, ввиду того что несколько членов Академии наук меня об
этом спрашивали, позвольте сказать следующее. Александр
Петрович Карпинский1 говорил относительно Мюнхенского музея.2
Это исключительное учреждение. Академия наук должна
позаботиться о том, чтобы нечто подобное, приспособленное к нашим
условиям, имело место у нас. По существу дела в государстве, вся
жизнь и промышленность которого строится рабочим классом,
нельзя себе представить строительство социализма без
технической грамотности и без овладения техникой всем рабочим классом.
Это один из наиболее активных методов. Музей, в котором
представлена вся техника производства, где наглядно каждый человек
может увидеть все это, даст гораздо больше, чем всякие
популярные лекции и беседы. Вы нажимаете кнопку и видите, как
проходят все фазы производства от начала до конца. Это не только
популярная вещь, но это техническое просвещение. А ведь ни
одна страна в мире не заинтересована так в техническом
просвещении, как Советский Союз. Это убеждение не только мое, но и
товарища Куйбышева. Я думаю, что этот вопрос нужно поднять
только потому, что он имеет некоторую историю. В. В. Куйбышев
представлял себе этот музей несколько иначе. Он думал, что это
356

будет музей, представляющий продукцию нашей
промышленности, и обратился ко мне с просьбой помочь в организации этого
музея. Я свои соображения ему высказал несколько более
подробно, чем сейчас. Он был очень заинтересован. На заседании
Президиума ВСНХ, председателем которого был тогда Куйбышев,
было вынесено постановление об организации такого музея в
Ленинграде. Была создана комиссия, председателем которой был
т. Куйбышев, а заместителем я. На организацию музея было
ассигновано 50 000 руб. и затем ассигновано еще 500 000 руб.
Место для него было предоставлено в здании биржи (для начала
развертывания музея). На музей предполагалось в ближайшие два-
три года затратить 20—30 млн руб., и в этом масштабе он
действительно соответствовал бы своему назначению.
Мне было поручено поехать в Мюнхен и поговорить с
организатором и создателем музея, с его директором Миллером.
Миллер представляет чрезвычайно интересную фигуру, с богатым
идейным содержанием. Я предложил ему организовать и у нас
такой музей. Он с восторгом отнесся к этой идее и взялся
организовать музей в нашей стране. Он много мне рассказывал о
нелепости организовывать музей в их стране, которая находится в
руках промышленников, в совершенно особенной обстановке.
Там музей представляет собой неправильно построенную единицу.
Миллеру очень хотелось при жизни осуществить свою идею без
урезывания ее всеми внешними обстоятельствами. Мое
предложение организовать такой музей в нашей стране настолько его
захватило, что он хотел к нам приехать, даже было назначено
время, в которое он к нам явится. К сожалению, на этом дело и
кончилось. В то время произошло сокращение бюджета, и в марте,
когда вопрос организации музея должен был быть окончательно
решен, вопрос об этом музее заглох. Это было еще до пятилетки.
Вот об этом я позволил сейчас напомнить. Я еще с тех пор
убедился, что для нас создание такого музея имеет огромное
значение. Мы должны в дальнейшем организовать такой музей.
Председатель [Волгин]. Еще не так давно, весной, вопрос по
поводу создания такого музея поднимался у нас в Академии, в
связи с дискуссией, которая велась по Комиссии по истории
знаний. Тогда говорилось, что одной из задач Комиссии по истории
знаний является создание такого рода музея по истории науки в
ее техническом аспекте. Сейчас у нас до такой степени
ограниченные средства, что мы приступить к реализации этой идеи не
имеем возможности.
Иоффе. Мы, Академия или Союз?
Председатель. Мы, Академия, не в состоянии распоряжаться
финансовыми средствами Союза. Мы распоряжаемся средствами,
которые Союз выделяет Академии. Мне казалось бы, что
Академии и Общему собранию надлежало бы высказаться по этому
поводу, высказать свое мнение и зафиксировать определенное пос-
357

тановление: считать необходимым организовать музей науки и
техники, не предрешая формы этой организации. Этот музей
было бы желательно организовать при Академии наук. Музей
должен быть организован такого размера, который отвечал бы всем
нашим требованиям, но так как при Академии наук организовать
такой музей было бы до некоторой степени затруднительно, то
было бы достаточно, чтобы Академия наук при построении
такого музея приняла бы активное участие как один из элементов,
строящих это большое дело. Мне кажется, это постановление
надлежало бы принять и поручить Президиуму возбудить этот
вопрос в высших инстанциях Союза.
Карпинский. К идее этого музея промышленность
присоединилась и доставила массу машин. Есть такие вышедшие из
употребления вещи, как например молот Неслера, паровой молот и
т.д. Я еще хотел прибавить, что у нас недавно, при теперешнем
правительстве, была устроена выставка, на которой было
представлено развитие всякого производства, а также постройки
жилищ, начиная с самых примитивных построек. Все эти модели
чрезвычайно художественно сделаны, причем под паровым
молотом Неслера была раскаленная болванка представлена — все это
удивительно художественно сделано. Вы видели фигуры как бы в
натуре, а сзади все это сливалось с декорацией.
Марр. Разрешите мне сказать по этому поводу, раз этот вопрос
возник, разрешите мне только поддержать то, что предлагает Абрам
Федорович [Иоффе], но в то же время напомнить Вячеславу
Петровичу [Волгину], что в связи с этим у нас, в Академии истории
материальной культуры, возникла мысль: мы не вещи изучаем, не
предметы, а изучаем общественное их значение. История
техники — это вопрос другой, и если мы не имеем достижений, то
потому, что научные работники, археологи с трудом переходят с
формального изучения на социологическое изучение, на марксизм,
но мною поставлен вопрос о необходимости включения в сеть
Академии наук Академии истории материальной культуры. Я
хотел напомнить, что это дело требует поддержки. У нас имеются
достижения и намечен был музей, который надо было превратить
в музей усовершенствования технических знаний, включающих
прежде всего историю материальной культуры. Вероятно, Общее
собрание такое постановление вынесет.
Крылов. У нас есть, кажется, при Главнауке Отдел по охране
памятников художественной старины или просто старины. Не
было ли бы полезным в видах возникновения мысли о создании
такого музея техники поступать таким образом: если
какой-нибудь станок или машина выходит из употребления, прежде чем ее
превратят в лом, чтобы она подвергалась осмотру, подобно тому
как прежде чем разрушить старое здание, его осматривают.
Председатель. Нет желающих высказаться? Мне кажется, что
к тому проекту резолюции, который я формулировал, надлежит
358

лишь прибавить указание на необходимость привлечь к
организации этого музея Академию истории материальной культуры,
каковая имеет это уже в своем производственном плане, и
одновременно просить Ученый комитет ускорить решение поставленного
Академией наук вопроса о включении Академии истории
материальной культуры в сеть учреждений Академии наук.
Иоффе. Я не совсем понял смысл. Я не возражаю, чтобы
Академия истории материальной культуры участвовала в создании
нового музея с тем значением, которое предусматривается. Но надо
иметь в виду, что задачи этого музея масштабнее задач, которые
ставит Академия истории материальной культуры.
Председатель. Исходя из этих соображений, я предлагал бы,
следовательно, поставить вопрос перед высшими органами власти
о необходимости создания такого музея, не предрешая места и
конкретных форм организации, но считать необходимым, чтобы
Академия наук, а теперь прибавляю, чтобы Академия наук и
Академия истории материальной культуры были привлечены к
созданию музея, и просить Ученый комитет ускорить соединение
Академии истории материальной культуры с Академией наук.
Такова формулировка, вытекающая из бывшей дискуссии.
Позвольте считать предложение принятым.
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1930, д. 163, л. 93—99. Стенограмма.
№245
Записка председателя КИЗ Н. И. Бухарина В. И. Вернадскому
о текущих делах1
9 декабря 1930 г.
Глубокоуважаемый Владимир Иванович!
К сожалению, болезнь не дала мне возможности своевременно
приступить к работе в К[омиссии] по истории знаний, а также
присутствовать на последней сессии Академии наук. В настоящее время
я вновь «стал на ноги», по разным делам приехал на два дня в
Ленинград, хочу собрать нашу Комиссию, но здесь узнал, что Вы
в отпуску. Тревожить Вас не хотел, а без Вас собирать Комиссию
вряд ли было бы целесообразно. Поэтому я решил дело отложить,
предприняв здесь кое-какие шаги второстепенного значения. Вы,
вероятно, знаете, что И. Ю. Крачковский подал в отставку. Я
Думаю, что на его замену целесообразно выдвинуть кандидатуру
кого-либо из крупных работников естественного отделения, дабы
тем подчеркнуть основную ориентацию в работах Комиссии.
Желаю Вам всячески поправляться.
С искренним уважением Ваш Н. Бухарин
ГАРФ, ф, 523, on. 3, д. 31, л. 1. Автограф.
359

№246
Обращение В. И. Вернадского в ВСНХ СССР
о необходимости создания музея истории науки и техники1
1930 г.
Грандиозное переустройство всей промышленности СССР,
естественно, приводит к замене новыми как многих промысловых и
фабрично-заводских зданий и других сооружений, машин,
инструментов и прочих предметов технического и лабораторного
оборудования, средств связи и транспорта, так и прежних
производственных приемов. Это неизбежное последствие грандиозного
переустройства живо тревожит КИЗ АН СССР, которая ставит одной
из своих основных задач изучение истории техники России и
СССР и ныне приступает к созданию особого музея по истории
знаний, рассчитанного главным образом на изображение
эволюции естествознания, прикладных наук и техники; дело в том, что
по существу своих задач и работ она в высокой степени
заинтересована в сохранении для исследовательских целей изменяемых
и вытесняемых переустройством промышленных сооружений,
машин, инструментов и т. п., по крайней мере в их специальном
фотографировании и собирании о них надлежащих сведений, а
также в описании и фотографировании производственных
приемов и в собирании сведений о них. Поэтому КИЗ обращается к
Президиуму ВСНХ СССР с просьбой, исполнение которой,
конечно, связано с некоторыми затруднениями для ВСНХ, но с
которой в данный момент переустройства всей промышленности
СССР КИЗ во имя интересов науки считает себя обязанной
выступить:
1) предоставить КИЗ для организуемого музея те из выходящих
из употребления или переделываемых машин, инструментов,
предметов техники и лабораторного оборудования и средств связи и
транспорта, в которых у КИЗ окажется надобность;
2) предоставить КИЗ для необходимых работ по описанию и
изучению уничтожаемые или перестраиваемые
фабрично-заводские и другие здания и сооружения;
3) предоставить КИЗ в качестве «заповедников» отдельные,
имеющие выдающееся значение для науки здания и другие
сооружения с их полным оборудованием;
4) предоставить КИЗ фотографические снимки или
возможность фотографирования всех уничтожаемых или
перестраиваемых зданий и выходящих из употребления или перестраиваемых
машин, инструментов, предметов технического или лабораторного
оборудования, средств связи, передвижения и перевозки;
5) предоставить КИЗ сведения или возможность их собирания
об уничтожаемых или перестраиваемых зданиях и выходящих из
употребления или переделываемых машинах, инструментах, пред-
360

метах технического и лабораторного оборудования, средствах
связи, передвижения, переписки, и перевозки;
6) предложить соответствующим органам ВСНХ (трестам и др.)
оказывать также содействие КИЗ;
7) в случае принципиального согласия с КИЗ выработать
совместно с КИЗ надлежащие правила и инструкции.
КИЗ с отчетливостью себе представляет, что интересы
возможного ускорения и наибольшей экономии в проведении
грандиозного переустройства промышленности СССР с неизбежностью
должны побудить ВСНХ к большой осторожности в исполнении
просьбы КИЗ, ибо проводимое в небывалых размерах
переустройство с неизбежностью поведет к переделке и даже к обращению
в лом многих ценных для истории прикладных наук и техники
предметов.
Председатель Комиссии академик В.И.Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 27, л. 28—29. Рукопись; д. 35, л. 25—26.
Машинопись с авторской правкой.
№247
Отчет о деятельности КИЗ за 1930 г.
Председателем КИЗ до 1 октября 1930 г. состоял академик
В. И. Вернадский, затем академик Н. И. Бухарин.1 В связи с
утверждением нового Положения КИЗ в состав бюро избраны
академики В.И.Вернадский, А. М. Деборин, А.Ф.Иоффе. За
истекший период состоялось 6 открытых заседаний КИЗ, на которых
сделаны следующие сообщения: М. А. Шангин. Значение
греческих астрологических рукописей в истории знаний; В. Я. Желез-
нов. Экономические воззрения и финансовая программа Канкри-
на; Н. И. Кареев. Русские юристы-социологи; H. М. Каратаев.
Материалы к истории картографии Библиотеки Академии наук;
Н. И. Сидоров. Мозаичные составы М. В. Ломоносова; Н. И.
Кареев. Отношение русских историков к социологии.
Заседания бюро КИЗ для обсуждения плановых и текущих
вопросов проходили до осеннего периода два раза в месяц.
В истекшем году напечатаны следующие издания КИЗ из
серии «Трудов»: академик Д. М. Петрушевский. П. Г. Виноградов
как социальный историк; О. А. Добиаш-Рождественская.
Мастерские письма на заре западного средневековья и их сокровища в
Ленинграде; из серии «Очерков по истории знаний», книга VII:
Памяти Л. Я. Штернберга; книга VIII: Алексей Александрович
Шахматов. 1864—1920.
Как и прежде, продолжались работы: по изучению истории
химии в России (М. А. Блох); по изучению истории астрономии
и метеорологии в России и СССР (Д. О. Святский); по изучению
361

истории социологии в России и СССР (Н. И. Кареев); по
изучению экспедиций Беринга (Л. С. Берг) и академика Лангсдорфа
(Л. С. Берг, М. М. Соловьев, И. Д. Стрельников, С. Н. Чернов); по
изучению биографии и ученой деятельности академика В. Г.
Васильевского (И. М. Граве) и академика В. Ф. Зуева (M. М.
Соловьев); по составлению тома, посвященного собраниям СССР, в
международной серии «Catalogus Codicum Astrologorum Graecorum»,
для чего M. А. Шангиным была выполнена исследовательская
поездка в Москву, Киев и Нежин; по составлению описи арабских
рукописей, имеющих отношение к истории знаний, в
ленинградских собраниях (В. И. Беляев). Работа по составлению
биобиблиографического списка научных работников, находившихся в связи
с деятельностью Академии наук, доведена до 1848 г.
Из новых работ КИЗ следует отметить: изучение экспедиции
Гавердовского в Хиву (С. Н. Чернов), биографий и ученой
деятельности С. А. Подолинского (А. А. Гизетти), А. Е. Преснякова
(М. И. Ахун, В.А.Петров, С.Н.Чернов, А.А.Шилов и др.),
П. О. Сомова (А. М. Годыцкий-Цвирко,) — а также исследования,
связанные с трехсотлетием со дня смерти Кеплера (К. Д.
Покровский, Н. И. Идельсон и П. И. Яшнов); M. М. Соловьев изучал
рисунки бразильских животных XVII в.
Бэровская подкомиссия, работавшая при ученом секретаре
M. М. Соловьеве, подготовила к печати ряд статей и материалов,
относящихся к деятельности академика К. М. Бэра; печатание их
задерживалось недостатком издательских средств. M. М. Соловьев
продолжал работу по изданию автобиографии академика К. М.
Бэра. В подкомиссии по изданию сочинений М.В.Ломоносова
работа велась главным образом Н. И. Сидоровым, изучавшим работы
М.В.Ломоносова по мозаичному и стеклянному делу и историю
его фабрики стеклянных изделий, и С. Н. Черновым, который,
подготовляя к изданию переписку М.В.Ломоносова, предпринял
поездку в Москву для работы в местных хранилищах, где
обнаружен ряд неопубликованных документов.
В истекшем году приступлено к созданию музея по истории
знаний при КИЗ, основанием для чего послужат приборы и
машины по истории техники, которые переданы КИЗ по
постановлению Президиума АН СССР из Галереи Петра Первого при
МАЭ. В библиотеку КИЗ в истекшем году поступило печатных
изданий — 96 экземпляров, в собрание рукописей — 19 собраний
(в том числе богатое [собрание] документов к биографии и
ученой деятельности Г. С. Карелина).
Опубл.: Отчет о деятельности Академии наук СССР в 1930 г. Л., 1931.
С. 50—51.
362

1931
№248
Выписка из протокола Президиума АН СССР
о назначении Я. М. Урановского
на должность ученого секретаря КИЗ]
2 января 1931 г.
Доложено: представление академика Н. И. Бухарина о
переводе ученого секретаря КИЗ профессора Чернова на должность
научного сотрудника 1-го разряда КИЗ и о назначении т.
Урановского ученым секретарем КИЗ.
Постановлено: перевести профессора Чернова на
должность научного сотрудника 1-го разряда КИЗ и назначить т.
Урановского ученым секретарем КИЗ со 2 января 1931 г.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 49, л. 1. Копия.
№249
Записка историка Г. П. Блока
о составлении биографического словаря сотрудников Академии
наук за 200 лет ее существования1
11 января 1931 г.
Еще в 1928 г. в бюро Комиссии по истории знаний возникла
мысль о собирании материалов для составления словаря научных
работников, участвовавших в деятельности Академии наук на
протяжении первых двухсот лет ее жизни. Первоначально
предполагалось, что этот словарь явится как бы дополнением к
списку членов Академии, составленному в свое время покойным
Б. Л. Модзалевским, но после нескольких обсуждений этого
вопроса в бюро пришли к мысли, что такое задание носило бы
слишком узкоформальный характер и что если уж подвергать
изучению нужные для его выполнения архивные фонды, то нет
смысла вгонять эту кропотливую, трудноповторимую работу в тесные
рамки искусственных, давно потерявших значение признаков
официальной принадлежности того или иного лица к «штату»
Академии. В конечном итоге решено было взять на учет по
возможности всех, кто так или иначе соприкасался с ученой
деятельностью Академии, будь то постоянный ее сотрудник или
случайный корреспондент, русский или иноземец, квалифицированный
профессионал-ученый или только «ползновенный к науке»
любитель. Для начала положено было обследовать первую половину
XIX столетия, как эпоху, достаточно отчетливо документирован-
363

ную, в истории Академии значительную и наиболее близкую к
кругу тех лиц и вопросов, которые уже ранее составляли предмет
особенно пристального внимания Комиссии по истории знаний.
К настоящему времени закончено вчерне составление
картотеки за годы 1800—1849. Помимо имен, званий и некоторых
биографических дат она дает еще краткие сведения о существе и
характере сношений того или иного лица с Академией.
Охваченный этой картотекой человеческий материал
естественным образом распадается на три основные группы.
I. Первую группу образуют довольно богато представленные в
картотеке иностранцы.
С точки зрения ученого «ранга», с точки зрения значения того
или иного лица в истории науки состав этой группы далеко не
однороден, и у подножия той самой лестницы, верхние ступени
которой заняты Кантом, Лапласом и Кювье, можно встретить
какого-нибудь Нейкомма, капельмейстера домашнего оркестра Та-
лейрана, навязавшего Академии изобретенный им музыкальный
хронометр. Не менее разновидна эта группа и по социальному
своему подбору, причем принадлежности к более высокому классу
не всегда, конечно, сопутствуют и более высокие ученые заслуги:
наряду со смиренным «кустарем-одиночкой» лондонским часовых
дел мастером Гайнамом, заслужившим звание
члена-корреспондента Академии дельными сообщениями о поставленных им
опытах по определению скорости звука, блистает имя другого члена-
корреспондента барона Вольцогена, обер-гофмаршала
мелкопоместного немецкого двора, который связь свою с Академией не
мог, по-видимому, запечатлеть ничем, кроме разъяснений о том,
как выделывают в Веймаре холщовые пожарные кишки.
Карточки, относящиеся к этой группе, дают возможность
выяснить до некоторой степени и основания, по которым Академия
завязывала сношения с теми или иными чужеземцами, и формы,
часто весьма любопытные, какие придавались этим сношениям.
Иногда Академия руководилась при этом единственно лишь
стремлением украсить список своих членов громким ученым
именем и выразить тем самым носителю этого имени свое уважение.
В этих случаях (тогда довольно редких) никакой действительной
связи с этим лицом не устанавливалось. Так было, например, с
тем же Кантом, который, кстати сказать, только спустя три года
после избрания в почетные члены удосужился поблагодарить
Академию за оказанную честь. Гораздо чаще, однако, Академия
останавливала выбор на иностранных ученых, от которых можно
было ожидать вполне реальной помощи. Эта помощь выражалась
либо в присылке научных трудов, из которых одни только
докладывались в заседаниях Конференции, а другие публиковались в
академических изданиях, либо в выполнении по заданиям
Академии тех или иных исследовательских или библиографических
работ, либо в руководстве занятиями русских студентов, команди-
364

рованных Академией за границу, либо в пополнении
академической Библиотеки заграничными изданиями, либо в доставлении
отдельных музейных объектов, а то и целых коллекций, либо,
наконец, в сообщении иностранной научной хроники. Завязывая
подобного рода сношения, Академия действовала, по-видимому, по
некоторому плану, рассчитанному на охват сетью иностранных
сотрудников весьма широких территорий. Так, когда
португальский посол в Петербурге Наварру де Андрада получил новое
назначение в Бразилию, Академия, не имевшая там до тех пор
научной агентуры, не замедлила избрать его своим
членом-корреспондентом и снабдила соответствующим наказом. Наиболее
активным и нужным иностранным своим сотрудникам Академия
выплачивала постоянную пенсию, а иных вызывала на службу в
Россию. Этого многие домогались, и бывали случаи, когда
Академия, уступив этим домогательствам, терпела затем разочарования.
В пестрой толпе прикосновенных к Академии иностранцев
некоторые отдельные фигуры выделяются красочными особенностями
ученой и житейской судьбы своей. Таков, например, французский
филолог-эллинист Вовилье, переводчик Пиндара, хилый,
бездеятельный старик, которого император Павел под горячую руку
вытребовал в Петербург, назначил ординарным академиком и щедро
одарил деньгами во внимание к перенесенным в годы революции
несчастьям; таков ученый кондотьер Анри, тоже француз,
астроном, вступивший в ряды русских академиков в сане
католического аббата, переметнувшийся потом на должность астронома при
баварском курфюрсте, кончивший свои дни полковником
инженерных войск на службе у восстановленных Бурбонов, и другие.
И. Первой, иностранной, группе академических и приакадеми-
ческих деятелей противополагаются вторая и третья группы —
обе русские. Разделение русских на две группы трудно провести
с должной резкостью, но все же оно напрашивается: ко второй
группе должны отойти представители аристократической
верхушки русского общества того времени — вельможи в прямом смысле
слова и вельможи науки; третью же группу составляют
демократические, главным образом провинциальные, низы русской
интеллигенции — ученые разночинцы.
Вторая группа из всех трех и самая малочисленная, и самая
бледная. Нет надобности останавливать внимание на людях,
которым те или иные почетные академические звания были присвоены
в силу их высокого сановного положения. И хоть фельдмаршалы
Дибич и Паскевич и начальник III отделения Бенкендорф — все
трое почетные члены Академии — и вошли в историю, однако
этим они обязаны, конечно, не ученым своим заслугам.
Малоинтересны и те представители барства, от которых Академия
получала время от времени более или менее ценные подношения, и
те бюрократические особы, которые входили в сношения с
Академией не по личной склонности к науке, а по обязанности служ-
365

бы. Тем не менее даже и этот материал, будучи подвергнут учету
и регистрации, представляется исторически ценным, ибо дает
некоторые представления о положении Академии в кругу других
государственных учреждений и о характере взаимоотношений,
существовавших между работниками науки и чиновной знатью.
Ценность этого материала усугубляется тем, что он заключает в
себе данные о таких выходцах из этой самой знати, которых
история русской науки обойти никак не должна. Достаточно
упомянуть, например, питомца Гримма графа Н. П. Румянцева, которому
русская археология и археография обязаны многим, знаменитого
мореплавателя Крузенштерна или таких теперь уже забытых, к
сожалению, научных деятелей, как князь Д. А. Голицын,
составитель минералогического словаря, живший постоянно за границей
и немало содействовавший образованию и укреплению связей
Академии с иностранными учеными кругами, или как граф Апол-
лос Мусин-Пушкин, ученый с европейским именем, отдавший все
силы широко поставленной, методичной научной работе, которая
заслуживала бы подробного изучения.
III. Третья группа представляется, пожалуй, наиболее
интересной. Дело в том, что охваченный ею социальный пласт стал
привлекать к себе внимание только со второй половины минувшего
столетия, когда представители его решились заговорить более
громкими голосами и когда более явственно наметилась
общественная их роль. Предшествующие же судьбы этого разряда
русских людей до наших дней остаются еще темными, не найдя себе
почти никакого отражения ни в научной, ни в мемуарной, ни в
художественной литературе. Карточки этой группы ни в какой
мере не восполняют, конечно, этого возмутительного пробела, но
дают энергичный толчок к работе в этом направлении. Голый
перечень всех этих инспекторов врачебных управ и школьных
учителей, фельдшеров и аптекарей, офицеров Генерального штаба
и офицеров флота, приходских пасторов и уездных протоиереев,
захудалых помещиков и захолустных городских обывателей
свидетельствует о наличии уже в то время обширного круга лиц
сравнительно «низкого звания», в большинстве, вероятно, самоучек,
живших интенсивной интеллектуальной жизнью, внимательно
следивших за движением науки у нас и на Западе, отдававшихся
научной работе по большей части совершенно бескорыстно и
создававших общими усилиями прочную опору для работы
Академии, которая, не ограничиваясь пассивным выслушиванием их
сообщений, сплошь и рядом направляла их ученую деятельность и
щедро награждала званиями членов-корреспондентов, а иногда и
почетных членов. Наряду с солидными специалистами (из числа
которых нельзя не упомянуть, в частности, о докторе медицины
Фридрихе Мейере, содержавшем в Саратове свой ботанический
сад) заслуживают особенно сочувственного внимания те
провинциальные работники науки, которые, уделяя равное внимание
366

всем достопримечательным с научной стороны особенностям
своего ближайшего окружения, как бы предвосхищали современные
краеведческие устремления: нет сомнения, что в лице советника
Астраханского губернского правления А. И. Лохтина,
составившего одобренное Академией описание Астраханской губернии,
вологодского медицинского инспектора Я. Я. Фриза, директора
училищ Иркутской губернии И. Е. Мюллера, змеиногорского обер-
берг-гауптмана Г. И. Спасского и других Академия располагала
законченными разносторонними краеведами.
^ ^ >к
В заключение стоит отметить, что разнесенный по карточкам
материал позволяет судить о необыкновенно широком диапазоне
научных интересов тогдашней Академии: занимаясь изучением
вопросов такого порядка, как происхождение жизни или природа света,
Академия наряду с этим не гнушалась и такими мелкими темами
прикладного свойства, как устройство огнеупорных крыш,
изыскание суррогатов чая, обучение грамоте слепых и глухонемых и т. п.
^ ^ ^
Такова очень беглая и поверхностная характеристика
собранного Комиссией чернового материала. Значение его для истории
русской науки вообще и для истории Академии в частности
несомненно. Но этим не исчерпывается его ценность. Он
возвращает к жизни ряд незаслуженно забытых научных имен. Он
подсказывает историку науки множество новых сюжетов. Он знакомит,
наконец, с малоизвестным нам опытом разрешения некоторых
практических научно-организационных вопросов, которые нашей
современностью вновь поставлены на очередь: таковы, например,
вопросы об использовании иностранных ученых специалистов, об
оживлении связи Академии с провинциальными научными центрами, о
том, что принято называть теперь «проблемой кадров», и т. п.
Г. Блок
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 45, л. 158—164. Машинопись.
№250
Протокол заседания КИЗ]
18 января 1931 г.
Порядок дня:
1.06 избрании товарища председателя КИЗ.
367

2. Об избрании секретаря Комиссии.
3. О плане работ Комиссии.
4. Об издании серий по истории знаний.
5. О кабинете по истории методологии естествознания.
6. Разное.
Слушали
1. Об отказе
академика И. Ю. Крачковского от
должности товарища
председателя КИЗ и
замещении этой должности
академиком А. М. Дебори-
ным.
2. Об избрании
секретаря Комиссии по
истории знаний.
3. О плане работ
Комиссии.
4. Об издании серии
по истории знаний.
Постановили
1. Выразить академику И. Ю. Крач-
ковскому благодарность за его
работу. Просить академика А. М. Дебо-
рина принять на себя обязанности
товарища председателя КИЗ.
2. Просить т. Урановского принять
на себя обязанности секретаря
Комиссии по истории знаний.
3. Просить т. Урановского до
январской сессии (30 января—2
февраля) наметить конкретный план
работ Комиссии. Признать
желательным устройство объединенных
заседаний с постановкой научных докладов.
В ближайшую сессию созвать
расширенное заседание Комиссии.
Работу Комиссии признать
желательным связать с издательской
деятельностью.
4. Признать желательным
приступить к изданию трудов, которые
пойдут по линии истории знаний и по
разработке плана, перейти к вопросам
финансирования издания. Избрать
тройки, которых просить приступить к
организации означенной работы. Упор
в намеченной работе делается на
новейший период, т. е. начиная с
истории промышленного капитализма.
Работы по переводам классиков должны
быть включены в план работ в
качестве принципиального решения.
Издание серии по истории знаний
разбивается на следующие группы:
физико-математическая, химическая,
техническая, биологической техники,
биологическая, этнографии,
востоковедная, языкознания.
368

В группе физико-математической
просить принять участие: академика
А. Ф. Иоффе, академика А. Н.
Крылова, Б. Н. Меншуткина, М. А. Блоха,
Гессена и т. Урановского.
В группе химической: Б. Н.
Меншуткина и М. А. Блоха.
В качестве организатора этих групп
просить быть академика А. Ф. Иоффе.
В группе технической: т. Мартен-
са Л. К, Бессонова и академика А.ЕЧи-
чибабина. В качестве организатора
группы просить быть т. Мартенса.
В группе технической биологии:
академика Н.И.Вавилова и
академика Г. А. Надсона. В качестве
организатора этой группы просить быть:2
В группе биологической:
академика В.Л.Комарова, т. Новикова, Каш-
таниянца и т. М. Л. Левина. В
качестве организатора этой группы просить
быть академика В.Л.Комарова.
По общественным наукам: в
качестве организатора этнографической
группы просить быть Н. М. Матори-
на; в качестве организатора
востоковедной группы просить быть
академика С. Ф. Ольденбурга; в качестве
организатора группы языкознания —
академика Н. Я. Марра.
Группы просить выработать
примерный план по соответственным
разрядам.
Наметить авторов, которых группа
признает желательным привлечь к
означенным работам, и уточнить
вопрос о переводах классиков. Все
означенные работы провести до начала
январской сессии 30 января—2
февраля 1931 г.
5. Об организации ка- 5. Поручить профессору С. Н. Чер-
бинета по истории мето- нову и т. Урановскому выработать
дологии естествознания. конкретные предложения по этому
вопросу.
6. Разное:
1 ) по вопросу о мате- 1 ) поручить т. Урановскому устано-
риальной базе издания; вить точный список наших изданий;
369

2) о желательности 2) установить контакт с РИСО по
сношения с РИСО по ли- данному вопросу;
нии популярных изданий;
3) о выяснении необ- 3) просить академика Н. И. Буха-
ходимых фондов для из- рина и т. Урановского выяснить необ-
дания серии по истории ходимые фонды.
знаний.
Председатель Н. И. Бухарин
Секретарь Я. М. Урановский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 26, л. 16—17 об. Подлинник.
№251
Программа монографии «Эволюция учения о времени
и пространстве с точки зрения естествознания»,
составленная академиком А. Н. Крыловым1
19 января 1931 г.
В Комиссию по истории знаний.
В записке академика Н. И. Бухарина «К вопросу об
ориентации в работе Комиссии по истории знаний»2 в числе примерных
монографий намечено: 1) Эволюция учения о времени и
пространстве с точки зрения естествознания.
Так как эта тема наиболее близка к предметам, которыми я
занимался не специально, а любительски, то я наметил как
бы примерную программу развития этой темы, с той степенью
серьезности, которая должна требоваться от академического
издания.
Позволяю себе представить эту программу на обсуждение
Комиссии.
Эволюция учения о времени и пространстве
А. Учение о времени.
Учение о времени Аристотеля в его «Физике». Определение,
им данное: «Время есть число движения». Философские
мудрования на эту тему, их практическая безрезультатность для
естествознания.
Практическое учение о времени, сводящееся к Лапласову
определению: «Время есть измеренная часть вечности».
Для практического естествознания и всех научных и
гражданских отношений имеет значение лишь определение Лапласово, и
тогда вопрос переходит на точную постановку — изложения
развития способов измерения времени, ибо объектом естествознания
служат способы измерения различного рода величин и количест-
370

венное сопоставление результатов таких измерений. В данном
случае это составляет историю развития большей части
астрономии, ибо должно заключать примерно такие разделы:
I.
а) Установление продолжительности года — значит, история
методов определения равноденствия. Счет годов. Календари.
б) Определение промежутков времени меньших, нежели сутки,
т.е. методы определения часовых углов светил и Солнца: 1) до
изобретения часов с маятником; 2) после изобретения часов с
маятником.
II.
а) Изучение видимого движения Солнца, иначе — движения
Земли. Установление среднего солнечного времени — введение
его в науку и в гражданский быт. Звездное время.
б) Уточнение способов определения времени. Постоянные
обсерватории: Гринвичская, Парижская. Астрономия после Брадлея.
Учет аберрации и нутации. Звездные каталоги.
в) Усовершенствование приборов и методов наблюдения и
последовательное их развитие, достижимая точность. Стенные
сектора, зенитные сектора, меридианный круг, пассажный
инструмент. Вертикальный круг (Пулковский). Усовершенствование
часов с маятником после Гюйгенса. Гаррисон и переносные
(морские) хронометры, последовательное их усовершенствование.
Определение долготы корабля на море. Новейшие методы. Сигналы
времени на весь мир. Дача сигналов. Степень их точности.
Повышение точности наблюдений постоянными обсерваториями.
Автоматические микрометры. Часы с независимым маятником.
г) История развития переносных астрономических
(геодезических) инструментов и последовательного уточнения методов
определения местного времени.
III.
Постоянство или вековая изменяемость звездных суток.
Ускорение среднего движения Луны. Исследования Лапласа, Пуассона,
Адамса, Делоне. Трение приливной волны — вызываемое им
замедление вращения Земли.
Б. Учение о пространстве.
I.
Теоретическое: 1) Геометрия Эвклида; 2) Геометрия
Лобачевского — Гаусс, Риман, Бельтрами, неэвклидова геометрия.
Воззрения Эйнштейна — конечность пространства.
II.
Практическое: Определение размеров видимого мира.
а) Определение размеров Земли. 1) Эратосфен. 2) Снеллиус и
метод триангуляции. 3) Очерк важнейших триангуляции для
измерения градуса меридиана: Пикар, Кассини, Норвуд и
английское измерение. Французские измерения в Перу и Лапландии. Из-
371

мерение длины Парижского меридиана. Индийское измерение.
Русский меридиан от Нордкапа до Дуная. Размеры и форма
Земли.
б) Определение размеров Солнечной системы. 1) Аристарх Са-
мосский. Применение его метода до XVII столетия. 2) Кеплер и
определение относительного расстояния планет до Солнца.
3) Кассини. Определение параллакса Марса и по нему параллакса
Солнца. Прочие работы по определению параллакса Солнца в
течение второй половины XVIII столетия и по наблюдениям Марса
и прохождений Венеры через диск Солнца в 1761 и 1769 гг.
4) Лаплас. Определение параллакса Солнца по
параллактическому неравенству в движениях Луны. 5) Прохождение Венеры в
1874 и 1882 гг. Планета Эрос. Новейшие определения параллакса
Солнца. 6) Фуко и Физо. Определение скорости света. Затмения
спутников Юпитера. Определение времени, потребного свету на
прохождение расстояния от Земли до Солнца.
Усовершенствования метода Физо. Ньюкомб. Майкельсон. Параллакс Солнца по
скорости света: по затмению спутников Юпитера и по постоянной
аберрации.
III.
Определение размеров Галактики.
а) Попытка Брадлея определить параллакс — открытие
аберрации и нутации.
б) Неудачные попытки определения параллакса звезд за время
от Брадлея (1730-е гг.) до Бесселя и Струве (1830-е гг.).
в) Тригонометрически-оптическое определение параллакса
Бесселем. В.Я.Струве. Пулковские определения параллакса по
склонениям.
г) Спектроскопические определения параллакса звезд по их
спектральным типам и яркости.
д) Новейшие методы по скоростям и по видимому движению.
Расстояние до звезд нашей Галактики и ее размеры до 30 000
световых годов.
IV.
Новейшие космогонические исследования. Эддингтон. Джине.
Расстояния до туманностей вне нашей Галактики — их размеры.
Расстояние до них в миллионах световых годов (до 140 000 000).
V.
Ничтожность размеров Земли по сравнению с размерами
Солнечной системы. Ничтожность размеров Солнечной системы по
сравнению с размерами Галактики. Ничтожность размеров нашей
Галактики по сравнению с размерами видимого мира.
Общее замечание.
Изложение не должно представлять «компиляцию из
компиляций», а должно вестись по подлинным трудам цитируемых
авторов с точной передачей их методов, результатов наблюдений, с
критической оценкой этих методов; лишь при таком условии раз-
372

витие намеченной темы может считаться полезным вкладом в
науку, достойным Академии.
Академик А. Крылов
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 35, л. 10—12. Подлинник.
№252
Пояснительная записка к программе монографии
«Эволюция учения о времени и пространстве»]
30 января 1931 г.
Эволюция учения о времени и пространстве
В пояснение к представленной мною в КИЗ программе
развития темы «Эволюция учения о времени и пространстве» считаю
полезным добавить следующие соображения и сведения.
I. Учение о времени.
§1.
Аристотелево определение времени «число движения» при
теперешней тематической терминологии равносильно положению:
«мерою времени служит такая равномерно текущая,
непрерывная переменная независимая, которой во всяком движении,
принимаемом за равномерное, пройденное пространство
пропорционально».
При той точности, которую имели древнейшие астрономические
наблюдения, течение светил небесных, за исключением немногих
планет, как суточное, так годовое Солнца и даже месячное Луны,
представлялось равномерным, ибо сравнительно небольшие
неравенства в видимом движении Солнца и Луны наблюдениями по
армилярным сферам и клепсидрам были неуловимы.
Вся гражданская жизнь регулировалась по истинному
солнечному времени. Большие промежутки времени исчислялись в
годах, причем разница между так называемым тропическим и
звездным годами не была еще обнаружена, продолжительность же
тропического года (промежуток времени между двумя
последовательными прохождениями центра Солнца через точку весеннего
равноденствия) была уже хорошо известна, т. е. с погрешностью
около 10 минут времени.
Так же хорошо были известны среднее движение Луны и
знаменитый Метонов цикл, дававший возможность предвычислить
затмения Солнца и Луны.
§2.
Так обстояло дело до «Александрийской школы» астрономов
и величайших ее представителей Гиппарха и Кл. Птолемея. Раз-
373

витие математики (были уже открыты основания сферической
тригонометрии и составлена таблица хорд) дало Гиппарху
возможность математической обработки наблюдений, накопленных в
течение почти двух столетий Александрийской школой и за
десятки веков астрономами Вавилона и отчасти Египта.
Гиппарх открыл явление, названное предварением
равноденствий, или прецессией, и установил разницу между
продолжительностью года звездного и тропического, а также вызываемое
прецессией изменение координат светил.
Открытия Гиппарха дошли до нас лишь в изложении Кл.
Птолемея через перевод их на арабский язык,2 и сочинения Птолемея
до 1600-х годов пользовались непререкаемым авторитетом.
Уже в этом сочинении установлены главнейшие «неравенства»
в видимом движении Солнца и Луны и дана теория движения
известных тогда планет. Если эту теорию перевести с
геометрического языка эпициклов на наш аналитический язык формул, то
окажется, что она соответствует разложению координат по
синусам и косинусам разных аргументов, линейно зависящих от
времени, т. е. как раз тому виду, который этим выражениям
придается и теперь. Сопоставление «простафюрезисов» Птолемея с
нашими «уравнениями времени» и «уравнениями центра» показывает,
в какой мере его система соответствовала действительности и
какою точностью обладала.
Необходимо заметить, что продолжительность тропического года
Гиппарха отличается лишь на несколько секунд от принятой теперь.
Аристотелевым равномерно текущим временем оказалось
время звездное и условное «среднее солнечное». Гражданская же
жизнь шла по-прежнему в течение более полутора тысяч лет по
«неравномерному» истинному солнечному времени.
Но здесь необходимо заметить, что «неравномерность»
истинных солнечных суток не превышает 22 секунд и накопляющаяся
разность между показаниями «часов солнечных» и «верно идущих
гражданских» не превышает за год 16 минут, колеблясь
периодически в ту или иную сторону.
§3.
В 1576 г. на острове Гвин, у Ютландских берегов, при входе
в Бельты, Тихо Браге основал астрономическую обсерваторию,
которую снабдил самыми совершенными по тому времени, когда
ни оптических труб, ни часов с маятником еще не было,
инструментами. Описание этой обсерватории и наблюдения Тихо Браге
дошли до нас, и полное собрание его сочинений недавно
закончено великолепным изданием. В этом издании воспроизведена и
известная виньетка, на которой изображена внутренность
обсерватории Тихо при наблюдениях: Тихо показывает наблюдаемое
светило, как один помощник наводит на него диоптр громадного
стенного квадранта, второй считает удары маятника, третий ведет
запись, а огромный пес от скуки вылизывает у себя блох.
374

Тихо Браге производил свои наблюдения на этой обсерватории
в течение 17 лет,3 завещал их Кеплеру, который на основании их
преобразовал астрономию.
Изложение открытий Кеплера и его метода, которым он их
получил, находится в каждом курсе астрономии, но редко
сопровождается подлинными выдержками из его творений, которые не
только все изданы, но их рукописные подлинники составляют
одно из неоценимых сокровищ Пулковской обсерватории,
поэтому воспроизведение фотогравюрой знаменитых законов Кеплера
по его подлинной рукописи составило бы достойное украшение
проектируемого издания, почти совпадающего с 300-летием со
дня смерти Кеплера (15 ноября 1630 г.).
Законы Кеплера дали точное выражение «уравнения центра» и
«уравнения времени» и точное установление связи между
неравномерным истинным солнечным временем и равномерно текущим
звездным и средним солнечным.
Ко времени же Кеплера относится изображение зрительных
труб и применение их Галилеем к наблюдениям небесных светил.
Галилеем же эмпирически открыты законы качания маятников и
сделаны попытки применения его к более точному измерению
времени часами, но за смертью не доделаны до конца; лишь через
30 лет после смерти Галилея знаменитейший Гюйгенс
изумительным математическим синтезом теоретически устанавливает
законы качания маятника и с необыкновенною изобретательностью
применяет маятник к устройству часов, ставших после этого
точным прибором, не только совершенно преобразившим
астрономическую практику, но внесшим и в обыденную жизнь
общедоступное точное измерение времени.
Период от 1600—1675 гг., особенно 1625—1675 гг., требует
особенно обстоятельного изучения. На смену астрономии
Птолемея идет астрономия Коперника и Кеплера.
Изобретение Непером логарифмов, издание Бригсовой Trigono-
metria Britanica и Vlacq'oM «Trigonometria Artificialis»
преобразовывают в корне вычислительную практику.
В практику наблюдений постепенно входят зрительные трубы,
чем значительно повышается точность. Применяются новые
способы разделения кругов, изобретаются нониус, окулярный
микрометр. В 1672 г. заканчивается постройка Парижской
обсерватории, в 1675 г. основывается Гринвичская.
Развившееся мореплавание в Америку, Индию, Китай ставит
свои требования к астрономии, приобретающей все большее и
большее практическое значение.
§4.
Таким образом, мы подходим к последней четверти XVII в.,
времени необыкновенного развития точных наук.
Основанная в 1645 г. Royal Society в Лондоне и в 1666 г.
Академия наук в Париже к этому времени окрепли и развились.
375

В 1686 г. появляется творение Ньютона «Philosophiae Naturalis
Principia Mathematica», в котором не только кладется основание
теоретической механике, но она доводится до высокой степени
совершенства, прилагается к изучению движения небесных светил,
и законом всемирного тяготения это изучение сводится к
математической задаче.
Время — «число движения» получает первостепенное
механическое значение. Первые два закона (аксиомы) движения Ньютона
имеют место лишь для этого «равномерно текущего» времени.
Практически это время в природе осуществляется звездным
временем, а также и средним солнечным, ибо при постоянной
прецессии эти два времени связаны линейной зависимостью, т. е. вида
U = а + bt,
при которой Ньютонова механика имеет место для времени,
выражаемого как переменной tu так и переменной /.
Часы с маятником Гюйгенса дают простой способ измерять
время, как звездное, так и солнечное. Постоянные обсерватории
по наблюдениям движения светил небесных всегда в точности
выверяют свои часы и являются хранилищами точного времени.
Но не успела миновать первая четверть 1700-х гг., как
королевский астроном в Гринвиче Брадлей на основании точнейших
наблюдений открывает, что фундамент астрономии колеблется:
звезды, называемые неподвижными, на самом деле имеют
заметное, доходящее до 20" на сторону движение с годичным
периодом, описывая на сфере небесной маленький эллипс, диаметр
которого доходит до 40".
В основной формуле измерения времени
звездное время = часовой угол + прямое восхождение.
Спокон века прямое восхождение звезды считалось
неизвестным, его можно было определить для этой звезды раз и навсегда,
а затем учитывать лишь его изменяемость от прецессии, открытой
еще Гиппархом и ко времени Брадлея точно известной.
Наблюдения же обнаружили, что это не так. Была открыта так
называемая аберрация, но вместе с тем причина ее уяснена,
указан способ учета. Фундамент астрономии укреплен. Измерение
времени восстановлено.
Прошло еще 18 лет. Брадлей вел неустанно свои наблюдения,
и вот через анализ их он обнаружил новое колебание, на этот раз
так называемой оси мира, а с нею и небесного экватора. Явление
это называется нутацией.
Если вообразить звезду, склонение которой равно нулю,
следовательно такую, что она видимым суточным своим движением
описывает небесный экватор, то луч зрения, идущий на эту звезду,
можно уподобить стрелке часов, а экватор — их циферблату.
376

Аберрация будет представлять как бы колебания этой стрелки,
а нутация, что того хуже, — как бы колебания самого
циферблата.
Но Брадлей указал закономерность этого колебания, а значит,
и способ их учета.
Открытием аберрации и нутации и их учета Брадлей установил
точный способ астрономических наблюдений, и, значит, с этих
пор повышение точности результатов стало зависеть от
повышения точности инструментов, т. е. угломерных кругов и
астрономических часов.
Ясное, сопровождаемое цитатами из подлинников изложение
открытий Брадлея является в высшей степени поучительным —
недаром он считается величайшим из астрономов-наблюдателей,
являя пример того, что дело не только в неустанном накоплении
наблюдений, но и в их критической оценке и истолковании.
§5.
Середина XVIII столетия внесла в астрономию дальнейшее
развитие небесной механики, основы которой были положены
Ньютоном. Даже самое краткое изложение этих работ отвлекло
бы нас от прямой нашей темы.
Другая серия работ относится к определению размеров
Солнечной системы, сводящемуся к определению расстояния от
Земли до Солнца, иначе параллакса Солнца, и относится к
развитию учения о пространстве.
Но к этому периоду относится решение вопроса об
определении долготы на море.
§6.
Теперешним морякам, привыкшим к пользованию точными
морскими картами с указанными на них глубинами, с берегами,
обставленными маяками и разного рода предостерегательными
знаками, с возможностью, если только нет пасмурности и виден
горизонт, определить место корабля на море, т. е. его долготу и
широту, трудно себе и представить, каким образом совершали
свои плавания мореплаватели до 1750-х гг., когда астрономически
они имели возможность определять только широту. Моря были, в
сущности, не описаны, навигационные приборы малоточны.
Задача об определении долготы на море сводится к двум
задачам — определению местного времени на корабле и определению
времени в тот же момент в пункте, от коего исчисляется долгота
(Гринвич).
Изобретенный Ньютоном, а затем независимо от него Гадлеем,
секстан сменил бывший до того в употреблении градшток,
повысив точность и значительно облегчив наблюдения высоты светила
над видимым горизонтом, — все, что надо, имея астрономические
таблицы, для определения широты корабля и местного времени.
Задача же о нахождении гринвичского времени представляла
гораздо большие трудности.
377

В 1714 г. английский парламент по инициативе Ньютона издал
так называемое «постановление о долготе на море» (the longitude
on sea act), которым устанавливалась премия в 20 000 ф. ст. (что
по тогдашним ценам соответствовало примерно 200 000 ф. ст.
теперешних) тому, кто даст способ определять долготу на море с
ошибкою не более 30".
Решение задачи искалось по двум путям: Луна в течение суток
описывает видимым своим движением относительно других светил
дугу около 13, т.е. примерно 30' в час. Значит, если заранее
будут предвычислены таблицы, показывающие видимое
расстояние Луны от Солнца и некоторых ярких звезд, то, измерив это
расстояние и сличив с показанным в таблице, можно найти, в
какой момент это было, т. е. найти гринвичское время. Но из
вышеприведенных данных видно, что ошибке в Г в видимом
расстоянии Луны соответствует ошибка в 2' в гринвичском
времени, т. е., значит, столько же в долготе, иначе 30' градусной
меры.
Таблицы движения Луны в то время далеко не обладали такой
точностью, да и самые наблюдения были трудны.
Трудами знаменитейших математиков Клеро и Эйлера и
астронома Тобиаса Майера к 1750-м гг. теория движения Луны была
доведена до требуемой степени точности и английское
Адмиралтейство через Гринвичскую обсерваторию с 1760 г. стало издавать
«Nautical Almanac», в котором для нужд мореплавателей
показывались «лунные расстояния». Вместе с тем в 1762 г. был издан
Адмиралтейством том (в 1600 страниц большого [формата], in 4,
на плотной бумаге, так что он весит около 8 килограмм) таблиц
для упрощения вычислений по этому методу, иначе
мореплавателям малодоступному.
Способ лунных расстояний стал применяться на море, давая
долготу, правда с ошибкой около 30, но все-таки это было лучше,
чем ничего.
История способа [определения] лунных расстояний, которым
еще постоянно пользовался в 1803—1806 гг. Крузенштерн в своем
кругосветном плавании, само собою разумеется, изложенная по
подлинным сочинениям того времени, высокопоучительна.
В 1761 г. бароусский часовых дел мастер Джон Гаррисон
представил Адмиралтейству изобретенный им «хранитель времени»
(time keeper), теперь называемый «хронометром». Этот прибор
Гаррисона, над которым он работал с 1735 г., не только
выдержал установленное испытание, но на переходе до Ямайки и
обратно превзошел требования, поставленные в акте парламента.
Однако прошло шесть лет в препирательствах Гаррисона с
Адмиралтейством, пока ему, наконец, была выдана премия в 20 000 ф.
ст., причем сверх того Адмиралтейство выдало по 3000 ф.ст.
Эйлеру и наследникам Т. Майера за исследования по теории
движения Луны.
378

Описание хронометра Гаррисона и последующего его
усовершенствования до настоящего времени, когда суточный ход
хронометров лучших мастеров не превышает 0.1 секунды, весьма
поучительно — оно целиком относится к «учению о времени».
Около 125 лет хронометр был необходимейшим на корабле
прибором и верой и правдой служил мореплавателю.
Но когда казалось, что хронометр доведен до совершенства, то
оказалось, благодаря открытиям в совершенно чуждой астрономии
области, что коробка из-под сигар, в ней пара катушек и гроше-
вая лампочка заменят на корабле самый лучший хронометр ценою
75 или 100 ф. ст. — теперь на весь мир даются по радио сигналы
точного времени. Гринвичское время на корабле всегда с
точностью известно. Задача определения долготы получила
совершенно неожиданное решение, о котором лет 30 тому назад никто
не помышлял.
§7.
В XVIII столетии открывается ряд обсерваторий. Стремление
к повышению точности наблюдений заставляет улучшать
конструкцию инструментов как по качеству их труб, так и кругов, их
установки и выверки.
В оптике открытие Даллондом ахроматических объективов
сразу дало возможность сократить длину телескопов и сделать их
более удобными в обращении.
Изобретен «пассажный инструмент». Стенной квадрант с
меридианным кругом, повышенные оптические качества труб дают
возможность применять более сильное увеличение, и вскоре
точность трубы превышает точность круга, тем более что деление
круга даже таким мастером, как Брид, производилось в сущности
штангенциркулем от руки, набивая сперва точки кернером. Затем
Траутон устроил нечто вроде делительной машины, причем сам
разделяемый круг служил и делительным.
Наконец, кажется, Гамбей устроил первую делительную
машину; за ним с начала 1800-х гг. в Германии начали свою
деятельность знаменитый Фраунгофер, ученый и практик, и сменившие
его Утшнейдер и Рейхенбах и независимо от них в Гамбурге Реп-
сольд.
В Кенигсберге во вновь основанную в 1814 г. обсерваторию
назначается директором гениальный Бессель, указавший новые
методы полной выверки астрономических инструментов и
устранения их погрешностей. Наблюдения доводятся до высшей
степени точности. Бессель наблюдает вновь звезды Брадлея, и тогда
открывается новое явление, опять колеблющее фундамент
астрономии: звезды, именуемые неподвижными помимо кажущихся
Движений, происходящих от аберрации и нутации, обладают еще
своим собственным движением, не имеющим общей
закономерности, а различным для каждой звезды. Такое движение не может
быть учтено по математически выводимой формуле, как аберра-
379

ция или нутация, а требует определения непосредственными
наблюдениями для каждой звезды в отдельности.
Задача составления звездных каталогов получила громадное
усложнение. Между тем обширные геодезические работы,
необходимые для составления точных карт, должны идти в параллель с
астрономическими определениями. Здесь определение времени
вступает в теснейшую связь с определением размеров и вида
Земли, т. е. с пространством, — не идеальную, через мнимую
переменную связь, как «четвертое измерение» Минковского, а
практическую, для определения расстояний между пунктами, для
определения их координат, чтобы нанести их на карту.
§8.
В 1799 г. появляется первый том великого сочинения Лапласа
«Небесная механика» с посвящением «первому консулу
Бонапарту». Рассказывают, что Бонапарт, прочитав заглавие «Небесная
механика», спросил Лапласа: «Что же у Вас идет речь о Боге в
Вашей механике?» — «Нет, — отвечает Лаплас, — я не имел
надобности в этой гипотезе».
Пятый том «Небесной механики» вышел в свет в 1825 г.,
когда Наполеон давно уже умер на острове Святой Елены.
В этом сочинении Лаплас прилагает всю мощь развившегося
за XVIII столетие анализа бесконечно малых к изучению
движения небесных тел и доводит это учение до высшей степени
совершенства. Само собою разумеется, что в «Небесной механике»
считается «числом движения», т. е. переменной независимой,
равномерно текущее время, практически среднее солнечное.
Согласие вычисленных мест светил с наблюденными
получается полное, можно сказать, в пределах точности наблюдений.
Дальнейшие изыскания и работы астрономов-теоретиков в
течение XIX столетия привели, однако, к следующим результатам.
Оказывается, что прецессия совершается не равномерно, а
ускоренно, так, что связь за учетом нутации между равномерно
текущим временем t и звездным t{ выражается зависимостью вида
Тх = а + Ы + er2,
а, может быть, за написанными следуют и еще другие члены. Но
и при написанной зависимости всю Ньютонову механику
пришлось бы переделывать заново.
Но, к счастью, ничего не надо: за 1000 лет член et2 составляет
9.3 секунды, т. е. наше наблюдаемое звездное или среднее
солнечное время отстает от равномерно текущего на 9.3 секунды, а за
сто лет — на 0.093 секунды. До такой точности астрономические
наблюдения еще не дошли.
Другой вопрос породил в течение XIX столетия много
исследований и споров между знаменитейшими математиками и
астрономами.
380

Время равномерно текущее измеряется в сущности ему
пропорциональным углом поворота Земли около оси, принимая
вращение за равномерное.
Но действительно ли оно равномерно по сравнению с
«совершенно верно» идущими часами с маятником, и нет ли
причины, заставляющей Землю или ускорять, или замедлять свое
вращение?
Такие причины есть. Постепенное охлаждение Земли вызывает
замедление ее вращения. Оседающая на нее космическая пыль и
сгорающие в атмосфере метеоры и метеоры, падающие на Землю,
увеличивают массу Земли и замедляют вращение. Наконец, трение
бегущих по океанам приливных волн о дно и берега замедляет
вращение. Так называемое ускорение среднего движения Луны
как будто указывает на такое постепенное удлинение звездных
суток, а что же тогда?
Тогда — через неисчислимые миллионы лет — Земля будет
подобно Луне вращаться, обращаясь к ней всегда той же самой
стороной, и сутки сравняются с лунным месяцем, но, вероятно,
гораздо раньше прекратится всякое земное время — «измеренная
часть вечности», ибо некому будет ее измерять.
Изыскания Адамса об ускорении среднего движения Луны
считаются знаменитыми — их изложение и изложение изысканий
о приливном трении, исполненных в последние годы, могут
составить поучительную главу в книге «об эволюции учения о
времени».
И. Учение о пространстве.
§1.
Намечаемая программа развития учения о пространстве требует
гораздо меньше пояснений, нежели предыдущая, если принять
строгое разделение чисто теоретического учения, составляющего
область математики, от намеченного практического,
составляющего область практической геодезии и астрономии.
Но есть еще одна область — это физическая, т. е. свойства
пространства как носителя той среды, которая служит
передатчиком света и тяготения. Но здесь мы впадаем в спорную,
еще не законченную область учения Эйнштейна, изложение
которой совершенно правильно отнесено в самостоятельную
тему, а тогда намеченная программа не требует дальнейших
пояснений.
А. Крылов
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 35, л. 13—20. Подлинник.
381

№253
Записка И. Ю. Крачковского в КИЗ об организации работ
по переводу рукописи Ибн Халъдуна «Введение в историю»
30 января 1931 г.
В прошлом году по моему докладу в Отделении]
общественных] н[аук]2 было принято предложение составить
систематический список находящихся в Ленинграде арабских рукописей по
наукам математическим, биологическим и медицинским.
Предложение вызывалось большим оживлением интереса к истории этих
наук за арабский период в Европе и Америке и необходимостью
ввести наши материалы в обиход исследователей планомерно, а
не случайно, как это делалось до сих пор. Работа была поставлена
в связь с планами КИЗ и могла начаться благодаря некоторой
сумме, отпущенной на индивидуальные работы академиков.
Материал оказался значительнее, чем можно было ожидать: число
обнаруженных сочинений дошло до 450 (в Азиатском музее около
300, в Публичной библиотеке более 80 и в университете около
70). К сожалению, отпуск сумм на индивидуальные работы
академиков был прекращен и список, составленный начерно, не
закончен. На завершение этой работы и подготовку ее к печати
потребуется рублей 200. Список в этой форме, предназначенный для
специалистов, может быть напечатан с максимальной краткостью:
достаточно ограничиться арабскими заглавиями и самыми
необходимыми библиографическими ссылками. В таком виде список
представил бы отдельную брошюру объемом не более 3—4
листов. Издание его дало бы прочную базу для дальнейшей работы в
этой области: после обмена мнениями с западными
специалистами можно было бы на основе его приступить или к
систематическому и полному каталогу отдельных областей, или к обработке
определенных сочинений.
Вторая идея возникла у меня под влиянием предположения
КИЗ иметь в виду желательность переводов выдающихся
классиков в отдельных научных областях. Не скрою, что в течение
долгих лет я ждал, не будет ли эта идея осуществлена Комакадемией
или другим учреждением, специально разрабатывающим историю
социологии. Имею в виду русский перевод знаменитого введения
в историю Ибн Хальдуна (XIV в.). Значение его достаточно
хорошо известно и неспециалистам; живой интерес к нему в Европе
доказывается уже тем, что за один прошлый год появились три
специальные монографии о нем (N. Schmidt, К. Ayad, G. Boutho-
Lil). Конечно, эта работа очень большая (арабский текст в
восточных изданиях занимает не меньше 500 страниц), и, быть может,
ее следовало бы организовать при участии и других учреждений
(Исторической группы, Коммунистической академии и т.д.).
Большим преимуществом критического перевода на русский язык
382

может явиться то обстоятельство, что Азиатский музей Академии
наук располагает тремя еще не изученными рукописями
знаменитого предисловия.2
Академик И. Крачковский
ПФЛ РАН, ф. 154, on. 1, д. 42, л. 68—69. Подлинник.
№254
Докладная записка Н. И. Бухарина в Президиум АН СССР
«К вопросу об ориентации в работе
Комиссии по истории знаний»1
Январь 1931 г.
I. Принципиальные установки.
1. В качестве метода исследования должен служить метод
диалектического материализма. Это касается как социологической
стороны дела (историко-материалистское объяснение
возникновения и развития той или иной теоретической дисциплины,
проблемы или комплекса проблем и дисциплин), так и его логической
стороны (развитие категорий, теоретических построений, всей
логической цепи соответствующих проблем и дисциплин,
критический анализ, новые, самостоятельные теоретические построения и
т.д.).
Признавая единственно правильным метод диалектического
материализма, приходится, однако, считаться с фактическим
состоянием большинства дисциплин и с философской и
методологической установкой большинства специалистов-ученых.
Поэтому возможны такого рода варианты в типах изданий,
рассматриваемых под этим углом зрения:
а) труды, написанные целиком с точки зрения диалектического
материализма;
б) труды с иной методологической установкой, но снабженные
вводными статьями, предисловиями.
2. Общая историческая концепция, которая должна лежать в
основе рабочей ориентации Комиссии.
Необходимо окончательно покончить с чисто европейской
ограниченной традицией, по сути дела выражающей идеологию
империализма государств белой расы; необходимо разорвать пределы
круга средиземноморских культур.
[Следует] исходить также не из концепции якобы непрерывно
развивающегося по прямой линии прогресса всегда исторически
единого человечества: такая концепция не верна, она
противоречит фактам, она теологична.
Не следует исходить также из концепции замкнутых
исторических кругов, выражающих якобы неизбежный циклический
закон развития национально определенного общественного орга-
383

низма: эта концепция покоится на биологической аналогии и
точно так же противоречит фактам.
Необходимо исходить из единственно правильного между
народами взгляда на исторический процесс, взгляда, согласно
которому существуют разные типы общения: разные степени
интенсивности, зигзагообразные пути развития; различные законы,
свойственные различным историческим формациям и т.д.,
независимые ряды человеческих обществ, разного типа их развития;
параллельные ряды аналогичных типов; нерегулярная связь между
обществами; регулярная связь; единое мировое хозяйство, через
общество, хотя и противоречивое. (Сообразно этому разные типы
исторической преимущественности в области развития знаний,
разные типы «влияний», разные комбинации самостоятельного
развития и заимствований и т.д.).
3. Исторический центр тяжести (вопрос об эпохах в развитии
знаний).
Вообще желательна полная история знаний, полная и с точки
зрения времени, и с точки зрения пространства. Однако ввиду
огромности работ необходимо иметь ориентацию на эпоху
капитализма, под углом зрения разных культур, с соответствующими
историческими введениями. Это, конечно, не исключает работ и
по другим историческим периодам.
II. Авторы.
Желательны прежде всего оригинальные работы, ввиду
крайней нужды в солидных изданиях по истории знаний, особенно
знаний в области естественных наук и техники, допустимы и
переводы. Допустимо и так же желательно привлечение
иностранных ученых. Издания могут быть и трудами единоличного типа, и
трудами коллективными (в особенности когда речь идет о
многотомных изданиях).
III. Типы изданий.
A) Фундаментальная серия: 1) естественные науки; 2)
общественные науки.
Б) Монографии.
B) Серия научно-популярная.
IV. Тематические разрезы.
А) Фундаментальная серия должна состоять из трудов,
посвященных истории всех важнейших дисциплин, в первую очередь
естественно-научных. Желательно издание в наиболее спешном
порядке трудов по истории техники, так как здесь имеется
особенно чувствительный пробел. Труды по общественным наукам,
где необходимо гораздо более строгое проведение марксистской
точки зрения, для Академии наук не так актуальны, ибо здесь
предпринимается ряд изданий со стороны Коммунистической ака-
384

Вторая очередь.
демии и других учреждений. Однако история языковедения,
востоковедения, антропологии, этнографии и т. д. является
областями, где КИЗ могла бы использовать в широком масштабе квали-
фицированнейшие научные кадры Академии наук. Здесь это
дается в связи со специальными квалификациями работников —
естественное разделение труда между Академией наук и Комака-
демией.
Таким образом, фундаментальная серия состоит из такого рода
изданий:
1 ) Естественные науки.
1. История философии. л
2. История техники. I Первая очередь.
3. История техники капитализма. |
4. История математики.
5. История физики.
6. История химии.
7. История биологии.
8. История геологии.
9. История астрономии.
10. История географии.
11. История физиологии.
12. История психологии и т.д.
2) Общественные науки.
1. История социалистических теорий.
2. История экономических доктрин.
3. История исторических теорий.
4. История теорий прав.
5. История теорий искусств.
6. История теорий морали.
7. История теорий религии.
8. История теорий языковедения.
9. История теорий этнографии.
10. История теорий антропологии.
Б) Примерные монографии:
1. История теоретических представлений о строении материи.
2. Химические элементы и учение об их превращении с точки
зрения исторического развития химии.
3. Дарвинизм.
4. Эволюция учения о времени и пространстве с точки зрения
естествознания.
5. Альберт Эйнштейн и теория относительности.
6. Историческое развитие диалектики.
7. История индийской философии.
8. Историческое развитие марксизма.
9. История китайской философии.
10. Проблемы современной науки (высококвалифицированный
сборник проблемного характера) и т.д.
Заказ №40)2
385

В) Серия популярная.
Здесь могут быть и краткие очерки по всем важнейшим областям
знаний, и история открытий и изобретений, и биографии
выдающихся деятелей науки, и работы по отдельным вопросам,
связанным с нашей хозяйственной реконструкцией. Крайне желательно
было бы также издание популярных книжек-справочников по
важнейшим отраслям науки и техники. Такие справочники,
выходящие под редакцией высококомпетентных ученых, приобрели бы
очень крупное значение в технико-хозяйственной жизни страны.
V. Организационные формы.
1. Следует исходить из наименьшего аппарата. Подбирать
работников тех, кто специально занимается соответствующими
исследованиями. Применять метод совещаний и небольших
конференций по специальностям.
2. Следует широко применить принцип кооперации с Комака-
демией и научно-исследовательскими учреждениями и
институтами, находящимися вне системы Академии наук.
3. Следует организовать кабинет по истории знаний или
реорганизовать соответствующим образом библиотеку Комиссии.
Академик Н. И. Бухарин
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 35, л. 6—9. Копия.
№255
Протокол заседания КИЗ1
4 февраля 1931 г.
Повестка дня:
1. Сообщение ученого секретаря Комиссии т. Урановского о
выполнении постановлений Комиссии от 18/1 1931 г.
2. Сообщение представителя Комакадемии тов. М. Л. Левина о
планах работ Комакадемии по истории естествознания.
3. Заявки академиков А. Н. Крылова, И. Ю. Крачковского,
профессора Боричевского.
Слушали: Постановили:
1. Тов. Урановский заявляет,
что никаких конкретных
данных по выполнению
постановлений прошлого заседания он
представить не может, так как
никто из руководителей групп
КИЗ не представил свои
соображения о дальнейшей работе
КИЗ.
386

Указывает, что
производственный план не может быть
выработан сверху, нужно, чтобы
каждая группа представила свои
данные. Зачитывает примерный
план работы по группе
биологической. Предлагает
пересмотреть заново составы групп
Комиссии.
Профессор Чернов А. Н.
просит включить в работу
Комиссии группу географическую.
Академик Крачковский И. Ю.
оглашает записку академика Оль-
денбурга С. Ф. о работе группы
востоковедения.
Академик Иоффе А. Ф.,
согласно предложению т. Уранов-
ского, приступает к
оформлению групп.
Группа техническая:
Мартене, Бессонов, Милонов.
Группа геологическая:
академик Вернадский, Обручев, Ле-
винсон-Лессинг, Ферсман.
Группа асторономическая:
К. Д. Покровский, Белопольский,
Яшнов.
Группа географическая:
Чернов, Берг.
Группа математическая:
Лузин.
Группа физики: академики
Иоффе, Лазарев, Крылов, Шеин,
Лепинь.
Группа химическая: Мен-
шуткин, Блох, Курнаков.
Группа биологическая:
академики Комаров, Вавилов, Левин.
Группа биолого-техническая:
академик Вавилов.
Группа этнографическая:
т.Маторин.
Группа востоковедческая:
академик Ольденбург.
Группа языкознания:
академик Марр.
Просить академика
В.И.Вернадского принять участие в
работе Комиссии по группе
геологической.
387

Тов. Урановский предлагает
всем группам представить не
позже 15—20/П свои
соображения о дальнейшей работе
КИЗ по пунктам,
предложенным в отношении Комиссии от
24/11931 г.
Академик Иоффе А. Ф.
сообщает:
1 ) в Комиссию представлен
академиком А. Н. Крыловым план
работы «Эволюция учения о
времени и пространстве с
точки зрения естествознания»;2
2) о предоставлении плана
работы академика И. Ю. Крач-
ковского.
Профессор Боричевский И. А.
сообщает о своей работе
«История материализма в связи с
историей науки в эллинской
культуре».
Левин М. Л. сообщает план
работы кабинета по истории
естествознания при Комакаде-
мии.3
Профессор Чернов А. Н.
ставит вопрос о библиотеке и
картотеке при КИЗ.
Просить Комиссию
оповещать членов о предстоящем
заседании за 7 дней.
Просить академика П. П.
Лазарева принять участие в
работе группы физики.
Просить принять участие в
работе группы физики
академика Мандельштама и
Рождественского.
Принять предложение т. Ура-
новского.
Просить академика А. Н.
Крылова взять на себя организацию
работы по выполнению
указанного плана. Материал,
представленный академиком А. Н.
Крыловым, размножить и разослать
членам Комиссии и в Пулково.
Обсуждение перенести на
следующее заседание.
Просить профессора Бори-
чевского прочесть по данной
работе доклад, согласовав этот
вопрос с Н. И. Бухариным.
Просить Комиссию
размножить указанный план и
разослать членам Комиссии.
Вопрос о библиотеке и
картотеке отложить до следующего
заседания.
Принять к сведению.
Председатель академик А. Ф. Иоффе
Ученый секретарь Я. М. Урановский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 26, я. 18—18 об. Подлинник.
388

№256
Записка В. Л. Каменского «К вопросу о создании при КИЗ
музея истории науки и техники»1
27 февраля 1931 г.2
1. Создание музея истории науки и техники имеет большое
научное и жизненное (практическое) значение, и в настоящий
момент своевременно приступить к устройству его.3
2. Научная роль музея определяется тем значением, какое имеет
познание исторического процесса развития науки и техники само по
себе, а также для понимания общеисторического процесса вообще
(истории хозяйства, истории материальной и духовной культуры
и проч.).
3. Практическое значение заключается в тех возможностях,
какие дает историческое изучение науки и техники для
разрешения проблем современной науки и жизни, что достаточно ярко
обнаруживается теперь в отдельных областях знания.
4. В данный момент в плане осуществления музея при КИЗ
первенствующее место в музейном изложении истории науки и
техники должно быть отведено технике, во-первых, в силу
методологических соображений, ввиду значения техники для истории
материальной культуры, во-вторых, вследствие неизученности
этого процесса, в особенности в нашей стране, и, в-третьих, ввиду
постановки задачи музейного изложения истории науки и
техники, при котором необходимо опираться на материальные вещи,
выражая результаты исследования языком тех предметов, которые
являлись применением определенных достижений науки
(технические приспособления вообще, научные инструменты и наука на
службе у материальной культуры в частности, что называется
техникой в узком смысле слова).
5. Если задачей музея должно являться изложение истории
науки и техники, а не отдельных моментов и явлений в процессе
развития знаний, то музей должен быть организован при
учреждении, где сосредоточено изучение истории науки, а поскольку
таковым является КИЗ и поскольку в плане научной работы КИЗ
отводится место для истории техники, то при КИЗ и должен быть
устроен музей истории науки и техники.
6. На пути осуществления этой задачи лежат большие
трудности, вытекающие из грандиозности задачи, требующей для своего
разрешения мобилизации научных сил страны для длительной
подготовительной работы над планом построения музея и его
осуществления, больших материальных затрат по собиранию
материала и реализации экспозиции.
7. Кроме трудностей, заложенных в поставленной задаче,
которые должны быть преодолены по линии научного изучения, на
389

основе привлечения научных сил и организационных
мероприятий, есть трудности материального порядка:
1) отсутствие у нас музея или отдельных значительных
коллекций предметов, относящихся к истории науки, техники и
промышленности, которые могли бы быть положены в основу
построения нового музея, по примеру целого ряда западных музеев
(Мюнхенского, Венского, Нюрнбергского, Парижского и др.),
если не считать ценных, но немногочисленных коллекций
петровской и бэровской, находящихся в распоряжении КИЗ (ср.
проекты Свиньина об основании Технологического музея);
2) утрата большого количества материала по истории
заводской техники и транспорта и все продолжающееся его
уничтожение (примеры: гибель в металлургических печах нерьянского
«слона» для перевозки грузов, добранского железного «кричного
мастера», целого заводского «магазина» в Колчозерске и т. д. и
т.д.). (Эти факты указывают на необходимость поспешить с
охраной и собиранием материалов по истории техники. У нас есть
учреждения, осуществляющие охрану памятников искусства, но
нет охраны лишенных материальной и эстетической ценности
памятников старой техники. Пример: уничтожение доставленной
в НТС паровой машины 40-х гг., взятой в Рудметаллторг как
утиль).
8. Ввиду указанного при осуществлении музея по истории
знаний прежде всего должно быть обращено внимание на сбор и
охрану материалов по истории техники, так как с этой стороны
существует наибольшая опасность полной утраты существующих
еще, но быстро исчезающих, часто замечательных памятников
старой техники (ср. топчан-человекодвигатель на канатной
фабрике в Ленинграде, ликвидированный в 1925 г.).
9. Окончательное определение цели и задач музея, его плана и
методов построения и реального осуществления должно быть
предметом специально образованного при КИЗ научно-музейного
совета, а отдельные части плана соответственно отдельным
научным дисциплинам и отраслям техники должны быть
разработаны в секциях совета или специальных комиссиях с
привлечением научно-исследовательских учреждений и отдельных
специалистов к этой работе (опыт Мюнхенского музея, Нюрнбергского
и др.).
10. Однако заранее уже могут быть и должны быть намечены
основная цель и основные задачи музея и главные принципы его
построения и экспозиции.
11. Соответственно общей установке КИЗ в первую голову
должен быть охвачен период развития капитализма XVIII—XIX вв.;
XVII в. — как вводная часть, а с XVIII в. линия изучения и
экспозиции должна быть протянута до современности, ее включая,
для чего в части организационной необходимо зафиксировать
участие в построении музея соответствующих научно-исследова-
390

тельских учреждений, институтов, лабораторий (ГИС, Гипромез,
Гипромаш, Механобр и др.).
12. Не сужая принципиально изучение ни хронологическими,
ни географическими пределами, ни рамками отдельной
национальности или европейского процесса, следует, однако, указать
еще на одно ограничение для определения рамок музейного
изложения на ближайшее время, а именно: ввиду большей
доступности материала и возможности всестороннего его изучения, а также
ввиду быстрого его исчезновения и угрозы полного уничтожения
следует в первую голову сосредоточить изучение на русском
процессе, привлекая и изучая материал, относящийся к истории
науки и техники в России. При этом иностранный материал
исторический, а также вещественный не должен выпасть, поскольку,
с одной стороны, должна быть выявлена общеевропейская линия
развития науки и техники как основа русского процесса, а с
другой стороны, отдельные предметы и серии памятников должны
войти в экспозицию как иллюстрирующие роль «иностранцев в
России» (аналогичную роли иностранных художников в русском
искусстве XVIII—XIX вв.) и значение иностранной техники для
русской промышленности и культуры.
13. Такое ограничение задачи музея должно дать громадный
материал для построения экономической истории России и
является единственным условием для разрешения важной научной
задачи изучения истории техники в России, которая, если ее
откладывать, не сможет быть разрешена ввиду утраты материала с той
конкретностью и полнотой, которая дается музейным предметным
изложением исторического процесса.
Задачей изучения музея должно являться изложение истории
науки и техники, подводящее к современности, а не показ
отдельных предметов maister werken естествознания и техники, или
выявление отдельных линий развития частных научных дисциплин,
отраслей техники или промышленности.
Музей не должен являться простой суммой специальных музеев
типа Морского музея в Ленинграде, Нюрнбергского музея
транспорта, берлинского Postmuseum'а и проч. В план музея должны
быть включены все главные отрасли науки и техники, служащие
предметом изучения специальных музеев, но должна быть также
выявлена основная линия развития науки и техники, в главных ее
стадиях, важнейших открытиях и изобретениях, отражающихся
одновременно в различных областях науки и промышленности и
позволяющих проследить взаимодействие между отдельными
научными дисциплинами и отраслями техники.
14. Изучение истории науки и техники, как и музейная
экспозиция, должны быть осуществлены на основе
взаимопроникновения интересов и методов исторической науки, естествознания и
техники, чему в организационной части должно соответствовать
сотрудничество в научно-музейном совете представителей истори-
391

ческой науки, естествознания и инженеров, а также агрономов,
медиков и представителей других научных дисциплин, которые
войдут в план музея.
15. Историзм изложения должен выявлять картину
исторического взаимодействия между наукой, техникой, промышленностью,
хозяйством, материальной культурой и социальным бытом. В
композиции музейного изложения, построенной на обнаружении
взаимодействия между наукой и техникой, с одной стороны, и
хозяйством, в широком смысле бытом и другими сторонами
культуры — с другой, следует учесть опыт иностранных музеев. Ср.
формулировку задач Чикагского музея, а также критику
построения Мюнхенского музея у Feldhaus'а.
В части организационной вообще крайне желательно было бы
предусмотреть возможность осуществления продолжительных
командировок за границу для изучения построения иностранных
музеев истории науки, техники и промышленности, в первую очередь
Мюнхенского, Лондонского Science Museum'а, Чикагского и др.
16. В экспозиции музея должны быть 1) изложены научные и
технические идеи, воплощенные в технических конструкциях, а
также 2) показаны процессы производства и процессы труда, где
это возможно, привлекая иконографический материал и путем
реконструкций заводских мастерских и производственных
процессов (ср. опыт Мюнхенского музея, а также Nordiska Museet),
3) физический эффект технических сооружений
(производительность металлургических горнов, скорость вращения станков,
грузоподъемность кранов, темпы процессов), 4) место и значение в
целом хозяйства страны, 5) роль в созидании материальной
культуры и в области социального быта.
17. Отдельные явления техники могут и должны
рассматриваться и музейно излагаться как с точки зрения истории знаний, так
и с точки зрения их значения для промышленности, хозяйства
вообще, материальной культуры, социального быта,
соответственно чему они будут занимать разное место в общей композиции
музейного изложения. Первой точкой зрения, рассматривающей
схему явлений в процессе развития науки, должна определяться
основная линия изложения, указывающая место отдельным
линиям и фактам в целом музейной композиции. Вторая точка зрения
должна служить основой для оформления отдельных частей
экспозиции, показывая значение того или другого достижения
научного знания для материальной культуры, излагая этот результат в
терминах материальной культуры соответствующей эпохи.
18. Технические знания, служащие материальным интересам
жизни, изменяют материальную жизнь: вся материальная жизнь
современного человека, вся материальная культура представляет
собою искусственную среду — продукт техники (пища, одежда,
жилище, освещение, передвижение), поэтому технический
прогресс может быть выражен в терминах материальной культуры, а
392

также социального быта, от чего не следует отказываться в
экспозиции (ср. построение Фордовского музея в Dearborn'e, где наряду
с силовыми установками, орудиями транспорта и проч.
представлена мебель и ткани, а также экспозицию ИБО Русского музея,
где даны изображение процесса производства набойки ситца и
образцы этого производства — ручной и машинной ткани).
19. Впрочем, эта линия изложения должна быть включена в
общую экспозицию лишь в качестве экспликационной части,
определяющей историзм основной линии изложения, процесса
развития науки и техники на материале подлинных вещей —
памятников этого процесса.
20. В методах музейной экспозиции также должны быть
указаны принципы, определяющие историзм изложения: 1) основным
материалом должны являться подлинные исторические
документы — вещи, а также чертежи, планы и другие материалы,
дошедшие до известного времени; 2) наряду с ними может применяться
комплексная экспозиция, основанная на реконструкции цельного
процесса производства, отдельно заводской мастерской и т. п. (ср.
реконструкцию лаборатории алхимика XVI в. в Мюнхенском
музее и другие части экспозиции этого музея); 3) копии должны
применяться при условии проведения точной границы между
подлинным историческим материалом, с одной стороны, и копией,
моделью, реконструкцией, а также экспликационным
дополнительным материалом — с другой (ср. критику Feldhaus'а
Мюнхенского музея, направленную против декоративности экспозиции
и допущения неподлинного материала в ущерб исторической
подлинности).
21. Осуществление музея требует разрешения следующих
главнейших проблем: 1) проблемы плана, 2) проблемы изучения,
3) проблемы сбора материала и 4) вопросов организационных и
сметных.
22. Работу по осуществлению музея желательно разделить на
две части: 1) организация музея как целого, для чего необходима
предварительная разработка плана его построения, плана сбора
материалов и других вопросов, связанных как с его внутренней
организацией, так и с реальным его осуществлением: здание,
финансирование и др. — это должно быть поручено научно-музейному
совету при КИЗ; 2) реальное осуществление части задания, начало
планомерного изучения и сбора материалов в этом направлении.
23. В качестве темы для ближайшей работы предлагаю
изучение и подготовку экспозиции по истории горнозаводской
промышленности XVIII—XIX вв.
24. Выделяя эту тему как первоочередную, а создание музея как
целого относя к моменту выработки общего плана, в части
подготовительной работы к осуществлению музейной экспозиции
научного изучения и сбора материала следует обеспечить и другие
отделы будущего музея, в первую голову в отношении материала,
393

касающегося: 1) техники фабрично-заводской вообще (техники
производства); 2) техники транспорта (передачи грузов, движений,
энергии); 3) техники городского и жилищного строительства и
городского и жилищного благоустройства; это области, где
необходимо теперь же наладить сбор и охрану вещественных материалов,
которые иначе будут утрачены (старые заводские машины,
инструмент, старые орудия транспорта, осветительные приборы и проч.).
25. Вопрос об изучении соответствующих отделов истории
науки и техники как условие для осуществления музейной
экспозиции связан с планом работы КИЗ вообще и не может здесь
подробно разбираться.
26. В части работы, направленной к осуществлению музея как
целого, должна быть учтена необходимость образования солидной
библиотеки по истории науки и техники (библиотека при
Мюнхенском музее заключает в себе 94 000 томов) и архива, в котором
должны быть особо выделены или учтены материалы, могущие
войти в состав экспозиции (рисунки, чертежи, планы и проч.).
27. (В оригинале вымаран).
28. Важность согласования музейной и архивной работы,
облегчаемого соединением в одном учреждении музейных коллекций
и архивных материалов, достаточно обнаружилась на опыте ряда
музеев (ср. шереметевский Фонтанный дом в Ленинграде,
краеведческие музеи с коллекцией заводского производства и
заводскими архивами и т. д., а также иностранные музеи, например
Мюнхенский).
29. Работа музея должна быть увязана с библиотечной работой
по линии создания единой картотеки предметов.
30. Проблема сбора материалов является одной из основных и
труднейших, поэтому на нее должно быть обращено особое
внимание.
При невозможности в начале работы обеспечить планомерный
сбор материала при КИЗ достаточными кадрами опытных
работников, специалистов по истории техники и музейного дела,
следует сразу же принять меры к широкой пропаганде идеи музея
истории науки и техники, осуществляя это посредством печати и
привлекая отдельные учреждения и лица к изучению и сбору
памятников истории техники и их охране.
31. Агитация через печать должна осуществляться в форме
1) издания популярного изложения задач музея и рассылки его в
ряд учреждений и местных организаций с целью привлечения
внимания организаций к сбору материала; 2) печатного изложения и
докладов о построении заграничных музеев истории науки и
техники; 3) издания отдельных популярных очерков и серий,
посвященных деятелям науки и техники, как иностранных, так и
русских, с целью привлечения внимания к вопросам истории науки
и техники широких кругов; 4) переводов по истории техники и
производства (например, книги и отдельные очерки); 5) издания
394

специальных записок, посвященных вопросам построения музеев
истории науки и техники на Западе и у нас, или, издавая записки
КИЗ, отвести специальное место этим вопросам.
32. По линии связи с учреждениями и
научно-исследовательскими институтами следует в первую очередь принять меры к
привлечению местных организаций к разработке вопросов,
связанных с историей знаний, техники и промышленности, в известных
районах — к изучению, охране и собиранию вещественных
памятников.
33. Необходимо предусмотреть возможность экспедиций для
изучения техники производства на местах и сбора материалов и
отдельных командировок и поездок для связи с местными
организациями по сбору материалов, для ознакомления с музейными
выставками по истории промышленности, техники производства и
проч.
34. Для обеспечения хранения коллекций, пополнения
собрания новыми поступлениями, а также руководства работой по
сбору материалов необходимо иметь штат музейных работников:
на первое время желательно одного хранителя и двух научных
сотрудников.
35. Необходимо иметь запасное помещение для возможных
поступлений. Желательно в нижнем этаже, на случай громоздких
или тяжелых металлических конструкций.
36. Сметные данные на ближайший год: оплата штата,
хранителя, двух научных работников, экспедиции, одна — 5000 руб.;
командировки, 2 по 400 руб. — 800 руб.; отдельные поездки, 5
по 200 руб. — 1000 руб.; на оборудование музея и картотеки
каталожными ящиками, книгами, карточками и проч. — 500 руб.;
копировка старых рисунков и картин с изображениями
производственных процессов, принадлежащих другим музеям, — 2000 руб.;
создание фототеки (и начало создания фотоархива) — 20000 руб.;
закупка экспонатов — 10 000 руб.
37. В плане работы по теме истории горнозаводской
промышленности в России (изучение и сбор материала) предлагаю
выделить специальную тему для индивидуальной работы: изучение
рукописи де Геннина об уральских заводах в связи с материалами,
касающимися его деятельности на Урале и на Севере, привлекая
опубликованный и архивный материал (использовав архив
Петрозаводска).
Основная цель этого изучения — исследование техники
производства металлических заводов начала XVIII в.: выяснение
вопроса о рисунках в рукописи де Геннина в целях использования их
для музейной экспозиции в качестве исторического источника о
русских металлических заводах XVIII в.; выяснение вопроса о
возможности достать подлинные материалы того времени,
характеризующие историю заводского производства, в виде машин или
заводской продукции.
395

При изучении рукописи де Геннина должны быть
использованы в целях восстановления картины техники производства как
иностранные, так и русские источники того времени, а также
конца XVIII в. и начала XIX в., поскольку исследование должно
быть продолжено и дальше, учитывая при этом и интересы
музейной экспозиции в смысле сбора и учета иллюстративного и
вещевого материала.
В. Каменский
ПФА РАН, ф. 518, on. 4, д. 48, л. 51—61. Подлинник.
№257
Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР
о штате КИЗ на 1931 г.1
28 февраля 1931 г.
Доложено ходатайство КИЗ об утверждении штата КИЗ на
1931 г. в количестве 9 единиц.
Постановлено: Признать в настоящее время невозможным.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 49, л. 6. Подлинник.
№258
Информационное письмо о Международном конгрессе
по истории науки и техники в Лондоне1
Февраль 1931 г.
Милостивый государь или милостивая государыня!
Имею честь известить Вас, что 2-й Международный конгресс
по истории науки и технологии состоится в Лондоне с 29 июня
по 3 июля 1931 г.
Заседания конгресса будут проходить в Музее науки Саут-Кен-
сингтон.
Мысль об организации конгресса принадлежит
Международному комитету по истории науки, основанному 17 августа 1928 г. в
Осло. Комитет ежегодно собирается в Париже и через каждые
три года организует конгресс, в котором приглашаются принимать
участие все лица, интересующиеся историей науки и технологии.
В созыве очередного конгресса комитету удалось добиться
сотрудничества Международного комитета исторических наук, а также
двух Международных обществ: по истории науки в Нью-Йорке и
по изучению истории инженерных наук и технологии. Конгресс
имеет целью обмен мнений всех тех, кто интересуется
различными отраслями истории науки и технологии. Программа выработа-
396

на в пределах вышеуказанной области. Кроме научных докладов
будут организованы собрания, экскурсии в различные учреждения
и места, имеющие теоретическое значение.
Если Вы желаете получить более подробные сведения,
заполните и верните прилагаемую карточку.
Был бы Вам очень благодарен, если бы Вы возможно широко
распространили этот циркуляр. По Вашей просьбе будут высланы
дополнительные экземпляры этого обращения.
Примите уверения в глубочайшем почтении.
ПФА РАН, ф. 2, on. 1-1931 д. 34, л. 40. Копия.
№259
Протокол заседания КИЗ1
8 марта 1931 г.
Повестка дня:
1. Сообщение ученого секретаря Комиссии т. Урановского.
2. Обсуждение производственного плана в связи с
полученными предложениями групп: математической, физической,
химической, биологической, геологической, астрономической,
языковедения, географической.
3. Об организации кабинета и библиотеки (сообщение
профессора Чернова и ученого секретаря БАН Гуковского).
4. О музее по истории знаний (сообщение В. А. Каменского).
5.0 музее по истории химии (сообщение академика
Н.И.Бухарина).
6. О Международном конгрессе по истории знаний (сообщение
академика Н. И. Бухарина).
7. Организационные вопросы (о составе Комиссии, о совете
Комиссии и бюро ее, о библиотечной и музейной подкомиссии).
8. Текущие дела.
Слушали Постановили
I.
Сообщение ученого секрета- Принять к сведению,
ря Я. М. Урановского:
1 ) о выполнении
постановлений прошлого заседания;
2) о рецензиях, полученных
на имеющиеся в Комиссии
рукописи;
3) об организации кабинета
и библиотеки Комиссии при
БАН;
397

4) о средствах на выписку
иностранной литературы;
5) о средствах на
внутреннюю организационную работу.
Академик Вернадский
просит назначить ответственным за
организацию геологической
группы академика Обручева.
Академик В. И. Вернадский
просит пригласить академика
А. А. Борисяка принять участие
в работе Комиссии.
Предложение академика
Лузина об издании 4-томного
сочинения Кантора по истории
математики.
Предложение профессора
KL Д. Покровского по
астрономической группе об издании
[работ]:
1) Ф. А. Бредихин;
2) Обсерватория на горе
Вильсон;
3) Chapley and Hewarth. А
source-book in astronomy. New
York, 1929.
Предложение астронома Яш-
нова об издании [работ]:
1) Zinner. Die Geschichte der
Sternkunde von den ersten
Anfängen bis zur Gegenwart;
2) Расстояние от нас звезд
(история определения звездных
параллаксов);
3) Биография Струве.
Предложение М. Л. Левина о
переводе Клейна (XIX в.).
По представленному
академиком А. Н. Крыловым плану
работы академик Н. И. Бухарин
предлагает:
1 ) работу академика
Крылова назвать: «Изменение
представлений о времени и
пространстве»;
2) просить академика
Крылова организовать выполнение
Просить Обручева принять
на себя организацию
геологической группы.
Просить академика А. А.
Борисяка принять участие в
работе Комиссии.
Отклонить.
Признать желательным
издание указанных профессором
К. Д. Покровским работ и
просить его организовать
выполнение указанных им изданий.
Признать желательным
издание.
Принять предложение М. Л.
Левина.
Принять предложение
Бухарина.
398

указанной работы, пригласив
соответствующих сотрудников.
Академик И. Ю. Крачковский
принимает на себя организацию
работы по дополнению к
работе академика Крылова по
Египту и Вавилону, предлагает
сотрудников к выполнению
указанной работы.
Предложение академика
Лазарева об издании [работ]:
1) Разработка вопросов,
связанных с историей развития
методов определения атомных
весов в связи с развитием
гипотезы Прута;
2) Об истории биофизики в
Западной Европе и России.
Предложение Ю. П. Шеина
об издании [работ]:
1 ) Максвелл и
электромагнитная теория света;
2) Возникновение и развитие
квантовой теории;
3) История принципа
относительности в физике;
4) История техники
физического эксперимента (по
отдельным вопросам).
И.
Популярные работы:
1) Развитие квантовой
теории;
2) История теории света;
3) История термодинамики.
Академик Иоффе предлагает
от имени академика
Мандельштама издание работы «Как мы
научились понимать Максвелла».
М. Л. Левин предлагает к
изданию работу Маха: Ernst Mach.
Geschichte der physikalischen
Optik.
По записке профессора
M. А. Блоха, академика Курнакова
и профессора Мен шутки на.
Признать желательным
издание работ, указанных академиком
Лазаревым.
Разработать указанный
т. Ю.П Шейном материал к
следующему заседанию совместно
с академиком А. Ф. Иоффе.
Признать желательным
издание. Просить академика
Мандельштама сделать сообщение о
своей работе.
Признать желательным
издание.
Просить М. А. Блоха
включить в план работы химической
группы работу «История
химии».
399

О работе подкомиссии
Бэра.2
О работе академика А.А.Бо-
рисяка по поводу переписки
«Братья Ковалевские».
Сообщение ученого
секретаря БАН Гуковского об
организации библиотеки и кабинета
для КИЗ при Библиотеке АН.
Предложение академика
Вернадского о приобретении
каталога библиотеки по истории
знаний в г. Чикаго путем
обмена на наши издания.
О музее Комиссии.
Сообщение академика Н. И.
Бухарина о музее химии.3
М. Л. Левин о выставке по
истории микроскопа.
Сообщение академика Н. И.
Бухарина о приглашении
представителя КИЗ на
Международный конгресс в Лондоне в 1931 г.
400
Просить академика Н. С. Кур-
накова просмотреть рукопись
«Озеро Эльтон».
Отложить до следующего
заседания.
Просить академика Бори-
сяка продолжать работу.
Приступить к организации
библиотеки согласно
предложенному плану Гуковского и
С. Н. Чернова. Просить
управляющего делами АН СССР
ускорить ремонт помещения,
отведенного для библиотеки.
Поручить т. Урановскому,
Гуковскому и С. Н. Чернову
организовать временную
библиотечную комиссию.
Предложение принять.
Разослать повестки с предложением
указать, какую литературу
необходимо выписать для
библиотеки Комиссии в обмен и за
наличный расчет.
Доклад о музее перенести на
следующее заседание.
Размножить материал среди членов
КИЗ.
Принципиально считать
целесообразным присоединение
музея химии к Академии наук.
Просить Н.И.Бухарина
продвинуть этот вопрос в Москве.
Оказать содействие.
Согласовать этот вопрос Н. И.
Бухарину и М. Л. Левину в Москве.
Оказать содействие
академику Рождественскому в
организации выставки.
Просить Н. И. Бухарина
подготовить вопрос о формах и
путях участия в работах
конгресса, а т. Урановскому выяснить
вопросы, касающиеся
официального характера связи с
конгрессом.

Сообщение H. И. Бухарина о
форме организации КИЗ: 1)
пленум, 2) совет, 3) бюро.
Предложение Н.И.Бухарина
о докладе работ Комиссии на
апрельской сессии Академии
наук.
О созыве следующего
заседания Комиссии.
О музейной подкомиссии.
О денежном вознаграждении
лиц, принимающих участие в
заседаниях и выполняющих ее
поручения.
О работе технической
группы.
Подготовить Положение о
Комиссии к следующему разу,
приняв за основу трехчленную
форму структуры Комиссии.
Принять.
Следующее заседание КИЗ
созвать 1 апреля, в 6 часов
вечера.4
Отложить до следующего
заседания.
Поручить т. Урановскому
обсудить этот вопрос с
управляющим делами АН СССР.
Поручить т. Урановскому
организовать во время
пребывания в Москве работу
технической группы.
Председатель академик Н. И. Бухарин
Ученый секретарь Я. М. Урановский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 26, л. 19—22. Подлинник.
№260
План Бэровской подкомиссии на 1931/32 г.
[8 марта 1931 г.]1
Название
работы
Научные
[работы]
Значение
ихтиологических работ
Бэра дня современного
рыболовства и
рыбоводства.
Бэр как
исследователь пушного
промысла.
Бэр как
исследователь Новой Земли.

Редактор
Автор
М. И. Тихий.
В. Я. Генеро-
зов.

Сотрудник
Срок
выполнения
1 мая
1932 г.
1 мая
1932 г.
401

Закон Бэра.
Бэр как антропо-
Бэр как научный I В. И. Вернадский. I М. М. Со-
исследователь. | |ловьев.
Л. С. Берг.
Б. Н.
Вишневский.
В. И. Вернадский.
Е. Н.
Павловский.
М. М. Соловь-
Бэр как философ-
биолог и эволюция
его философских
взглядов.
Бэр как деятель
высшей школы.
Собирание и
описание материалов,
имеющих отношение
к биографии и
научной деятельности
Бэра.
Научно-популяр-|
ная работа
Бэр.
Библиографический очерк.
Переводная
работа с
комментариями.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 22, л. 35—35 об. Копия.
В.И.Вер-
дский.
Е. Н.
Павловский.
M. М.
Соловьев.
1 июня
1931 г.

Приблизительно к
1 мая
1932 г.
1 июня
1931 г.
К 1
января 1932 г.
№261
Докладная записка директора Архива АН СССР Г. А. Князева
об основных направлениях изучения истории
Академии наук СССР
[После 13 апреля 1931 г.]1
Академия наук СССР, как и большинство научных учреждений
Союза, не имеет своей «Истории», и надо сказать, что, несмотря
на некоторые попытки изложить свое прошлое, сравнительно
очень плохо его знает.
Между тем ее более чем двухвековое существование, полное
широкой и всесторонней научной работы и к тому же
протекавшее в огромной и малоизученной стране, среди быстро
менявшейся действительности хозяйства, политики и социальных
отношений, заслуживает глубокого и пристального изучения. Особенно
важным было бы раскрыть разнообразные связи Академии с со-
402

временной ей действительностью экономических, социальных и
политических отношений и выяснить многие прочно забытые
начинания и достижения, которые, быть может, теперь, при
изменившихся условиях, могли бы быть с успехом использованы.
Считая же историю Академии заслуживающей изучения и
предлагая приступить к его организации, КИЗ полагает
необходимым сказать несколько слов о тех работах, в которые должно
вылиться изучение истории Академии, и тех формах, которые оно
естественным образом должно принять.
Прежде всего надо отметить работы подготовительного
характера. Из них важнейшие связаны с собиранием тех исторических
источников, на горе которых надо ставить изучение истории
Академии наук.
Академия наук обладает в своем Архиве огромным и, можно
сказать, в своем основном целом очень хорошо сохраненным
материалом делопроизводственных фондов различных учреждений
Академии. Этот материал дает возможность всестороннего
изучения жизни и деятельности как Академии в целом, так и
отдельных ее учреждений, и не только высших
административно-организационных, научно-организационных или
научно-исследовательских, но и научно-вспомогательных и даже технических. Он
охватывает время создания Академии и всей ее деятельности до
последних лет. В своем основном содержании эти
делопроизводственные фонды так подробны, что, опираясь на их материал, в
очень многих случаях можно ставить и разрешать не только
большие вопросы общеакадемического масштаба и государственного
значения, но и маленькие вопросы повседневных академических
будней. Это дает возможность построить изучение истории
Академии на очень широком и прочном фактическом основании. К
сожалению, этот замечательный — и, надо сказать, находящийся
в очень большом порядке — Архив еще очень мало изучен, более
того, еще очень мало выявлено самое содержание многих его
частей, например богатых конкретным материалом «книг», «текущих
дел» академической канцелярии XVIII в.
Поэтому одной из первых задач работы по составлению
истории Академии наук должна быть работа по выявлению скрытого
под очень общими заголовками содержания некоторых частей
фондов некоторых учреждений Академии.
В Архив Академии наук в прежнее время поступили архивы
некоторых действительных членов Академии, в последнее время
в него поступили архивы и отдельные документы ряда
действительных членов и членов-корреспондентов и других работников
Академии наук. Среди этих личных архивов и документов
оказываются материалы первоклассного значения, например переписка
известного академического администратора XVIII в. И. Д.
Шумахера. Эти личные архивы и документы частью уже очень
внимательно разобраны и описаны работниками Архива, частью нахо-
403

дятся в стадии разборки и описания, частью же ими совсем не
затронуты. Естественно, что одной из первых задач работников
по научному воссозданию прошлых судеб Академии наук должно
быть содействие Архиву в описании этих материалов.
В том же академическом Архиве находятся разнообразные
материалы по истории науки, частью связанные с историей
Академии наук. Также необходимо содействие по разбору и описанию.
Но относящиеся до истории Академии наук материалы
находятся не только в ее Архиве и коллекциях некоторых
академических учреждений. Они входят в состав фондов многих
правительственных учреждений, или ведавших Академией, или
имевших с нею деловые сношения; так, например, большое
количество относящихся до ее прошлого материалов входит в состав
фонда Правительствующего Сената, которому в XVIII в. была
подчинена Академия; есть они и в фонде Морского министерства,
с которым Академия находилась в деловых сношениях по
вопросам организации своих экспедиций. Между тем никогда не было
организовано картотеки таких материалов. Нельзя не счесть ее
составление настоятельно необходимым.
Архивы и отдельные документы некоторых академиков и
других причастных к Академии наук лиц находятся в собраниях
различных правительственных учреждений и общественных
организаций; весьма вероятно нахождение их — по крайней мере
отдельных документов — ив собраниях частных лиц.
Картотеки таких материалов тоже нет. Необходимо их выявление, а
где окажется необходимым — и содействие их разбору и
описанию.
Равным образом в различных хранилищах правительственных
учреждений, общественных организаций находятся разнообразные
документы рукописного и адекватного им характера — мемуары,
дневники, письма, проекты, записки и др., не принадлежащие к
фондам каких-либо учреждений или причастных к Академии лиц,
но имеющие отношение к истории Академии. Они равным
образом не учтены. Их выявление и описание также является одной
из задач Комиссии.
Некоторое количество материалов архивных и отдельных
документов, относящихся до истории Академии наук, опубликовано,
главным образом, кажется, в ее же изданиях. Но эти материалы,
насколько КИЗ осведомлена, последнее время, кажется, совсем не
библиографировались.
Деятельность Академии наук излагалась, обсуждалась и оценивалась
в повременной печати, общей литературе, в воспоминаниях
отдельных лиц и других произведениях. Сколько КИЗ осведомлена,
и эти материалы в последнее десятилетие не были
библиографированы. В значительной степени такова же судьба
аналогичных публикаций, относящихся до отдельных работников
Академии.
404

Сама Академия наук и отдельные ее работники неоднократно
бывали изображены и оценивались в художественных
произведениях. Насколько КИЗ осведомлена, они никогда не были
библиографированы. Совершенно необходимо одной из первых задач
Комиссии поставить библиографирование всего означенного
печатного материала.
Вместе с этим важной задачей Комиссии должно было бы
стать выявление и описание других разнообразных материалов,
имеющих отношение к истории Академии наук, например
различных изображений и мемориальных предметов.
Рядом с этой работой по выявлению и описанию исторических
источников, имеющих отношение к истории Академии наук, надо
поставить работы по библиографии сочинений, посвященных
полной или частичной истории Академии (т. е. истории Академии в
целом или ее учреждений, ее научных предприятий и изданий)
или хотя бы частично касающихся истории Академии.
Само собой разумеется, что все вышеозначенные работы
подготовительного характера должны охватить собой материалы,
находящиеся как в СССР, так и за границей.
КИЗ полагает, что к числу подготовительных работ Комиссии
должно было бы быть отнесено и составление справочного
биобиблиографического каталога лиц, служивших в Академии или к
ней причастных, без которого специальные разыскания в ее
прошлом были бы очень затруднены.
Таким образом, подготовительные работы Комиссии рисуются
следующим образом:
1) выявление и описание рукописных и адекватных
исторических источников, относящихся к истории Академии наук;
2) библиографирование напечатанных источников;
3) учет и описание изображений, мемориальных предметов и
других источников, относящихся к истории Академии наук;
4) библиографирование сочинений, посвященных истории
Академии наук или частично ее касающихся;
5) составление биобиблиографического каталога лиц,
служивших в Академии или к ней причастных.
Осуществление каждой из означенных подготовительных работ
могло бы быть делом особой группы лиц.
Что касается исследовательских работ по истории Академии
наук, то они, как КИЗ представляется, должны были бы разбиться
на три группы:
1) история отдельных академических учреждений и научных
предприятий;
2) история отдельных представленных в Академии научных
дисциплин;
3) история Академии наук в целом.
КИЗ полагает, что при современном уровне наших знаний по
истории Академии и науки в России следует начать с разработки
405

первой группы, т. е. с истории отдельных академических
учреждений, основные фонды для работ по научному воссозданию
прошлого которых к тому же находятся в прекрасном состоянии и
сосредоточены в отлично оборудованном академическом Архиве,
и что благодаря сосредоточению в Архиве огромного большинства
этих материалов и их частичной выявленности работа по
составлению очерков истории отдельных учреждений и предприятий
Академии может быть начата уже теперь, по крайней мере за
XVIII в., для какового времени довольно много материалов уже
издано, еще более учтено, составлена, хотя бы и неполная,
картотека академических служащих и имеется несколько
исследовательских опытов.
Постепенное выполнение намеченных выше подготовительных
работ откроет возможность быстрого освоения исследования
материалов последней четверти XVIII в., затем XIX—XX вв. и даст
возможность прочно поставить задачу изучения истории
академических предприятий и учреждений и в более позднее время.
КИЗ полагает, что лишь тогда, когда изучение истории
отдельных академических учреждений и предприятий будет
прочно поставлено, можно будет планомерно перейти к
изучению истории представленных в Академии наук отдельных
дисциплин.
Составление же истории Академии наук в целом может быть
начато только тогда, когда изучение истории представленных в
ней научных дисциплин будет прочно поставлено, хотя бы для
второй и третьей четвертей XVIII в.
Организационные формы, в которые могла бы быть уложена
работа, КИЗ представляет себе в виде особой комиссии,
избираемой Общим собранием на время работ по составлению истории
Академии наук из специалистов по всем представленным в
Академии областям знаний, под председательством особо избранного
Общим собранием действительного члена Академии. Эта
комиссия составляет общий план издания, организует подготовительные
работы, привлекает специалистов к составлению отдельных
частей общей работы и руководит ее общим ходом. Она выделяет из
своего состава особые подкомиссии по отдельным вопросам и
заданиям. В ее распоряжение Президиум Академии наук отпускает
необходимые для ее работы суммы.
Календарный план работ может быть намечен только
приблизительно, в зависимости от средств, которые могут быть
отпущены на работу.
КИЗ представлялось бы возможным при трех особо
приглашенных работниках провести и закончить подготовительные
работы в течение 1932—1933 гг. Это дало бы возможность прочно
поставить выполнение первой части исследовательских работ в
1933 г., что, вероятно, позволило бы развернуть работы по второй
ее части приблизительно в 1935 г. и по третьей в 1938—1939 гг.;
406

к 1943 г. работы могли бы быть закончены, заняв, таким образом,
11 лет.
ПФА РАН, ф. 145, on. 1, д. 45, л. 138—146. Машинопись.
№262
Записка В. И. Вернадского в Центральный исторический архив
об охране материалов, остающихся после смерти ученых1
12 мая 1931 г.
Рукописи работников науки и техники после их смерти
обычно не поступают в хранилища, а или уничтожаются их
наследниками, или, оставленные без внимания ими и их
правопреемниками, гибнут от разнообразных, находящихся вне воли их
владельцев причин. Между тем гибель этих рукописей с совершенной
неизбежностью влечет за собой частичную или даже и полную
утрату возможности поставить изучение научной деятельности
этих лиц и самой, иногда очень сложной, их индивидуальности;
в частности же, особенно трудным оказывается выяснение
испытанных ими влияний со стороны других деятелей науки и
техники, связей их деятельности с изменениями в хозяйственной и
политической жизни и в социальных отношениях страны, методов
их собирательской и научно-технической работы.
Из сказанного ясно, как значителен оказывается урон,
неизбежно наносимый гибелью этих материалов молодой научной
ветви — истории знаний.
Дело в том, что у каждого работника науки и техники
остаются в рукописях неоконченными, а часто только
неопубликованными его сочинения, собрания материалов, проекты работ и т. д.,
а также различные выписки, библиографические справки, записи,
заметки, наброски и т.д. Так, часто соединенная со смертью
работника гибель его рукописей навсегда выводит из всякого
употребления и использования все им подготовленное и собранное и
заставляет тех, кто обратится к аналогичным с ним работам,
проделывать целиком — и иногда проделывать в худших, чем его,
условиях — ту работу, которую делал он.
Таким образом, собирание и хранение разнообразного
рукописного материала, имеющего отношение к истории знаний в
России и СССР, является делом, в высокой степени важным не
только для восстановления подлинной истории знаний, но и для
самой развивающейся науки и техники.
Академия наук СССР есть учреждение, которому естественно
приличествует задача организовать и возглавить собирание и
хранение этих материалов, а ее Комиссия по истории знаний, как
это явствует из Положения о ней, вообще призвана к собиранию
рукописных материалов по истории знаний.
407

Так как КИЗ, по утвержденному Общим собранием 29 ноября
1930 г. Положению об академических архивохранилищах, не
имеет своего архивохранилища, да и в случае предоставления ей
права иметь таковое оказалась бы в довольно большом
затруднении организовать наряду с собиранием и их хранение, то их
хранение могло бы быть налажено в прекрасно упорядоченном и
очень отчетливо работающем Архиве Академии.
Для осуществления этой задачи в широком масштабе
необходимо:
1) вступить в сношение с Центрархивом СССР и, если
потребуется, отдельных республик о предоставлении Архиву Академии
наук хранения на общих основаниях — с созданием для Центрар-
хива полной возможности их своевременного учета —
рукописных материалов, остающихся после смерти работников науки и
техники или передаваемых при жизни самими работниками с тем:
а) чтобы КИЗ было предоставлено право опубликовать в
печати и распространить по научным и техническим учреждениям и
обществам приглашение работников науки и техники и их
наследников к передаче означенных рукописей в Архив Академии;
б) чтобы КИЗ о всяком намеченном к поступлению материале
предварительно испрашивалось бы заключение ЛОЦИА;
в) чтобы означенные материалы передающими их лицами
доставлялись бы в КИЗ на имя ученого секретаря или
непосредственно в Архив Академии;
2) в случае согласия Центрархива опубликовать и разослать по
научным и техническим учреждениям и обществам
предварительно согласованное с ним приглашение работников науки и техники
и их наследников к передаче означенных рукописей в Архив
Академии.
Вместе с тем было бы в высокой степени целесообразным
принять КИЗ и другую организационно-собирательную функцию по
организации записей воспоминаний об умерших работниках науки
и техники. Для хранения они равным образом могли бы поступать
в Архив Академии. Организация таких записей абсолютно
необходима ввиду того, что без них впоследствии для многих
работников науки и техники будет совершенно отсутствовать не только
конкретный бытовой материал, но и, что гораздо важнее, попытка
целостного изображения личности и ее научных и
социально-политических взглядов и отношений.
Получение сведений об умерших работниках науки и техники
будет возможно наладить через посредство профессиональных
организаций Комакадемии, комиссии «Наука в СССР и ее
работники» и другими способами, в частности через посредство Бюро
газетных вырезок.
Академик В. И. Вернадский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 47, л. 8—9. Отпуск.
408

№263
Протокол заседания К ИЗ1
13 мая 1931 г.
Повестка дня:
1. Утверждение протокола прошлого заседания.
2. Рассмотрение и утверждение общего плана работ Комиссии:2
а) по линии научно-исследовательской (тематика трудов),
б) по линии организации картотеки,
в) по организации библиотеки,
г) по организации музея.
3. Рассмотрение и утверждение Положения о КИЗ.
4. Организационные вопросы
Слушали
Сообщение Я. М. Уранов-
ского о выполнении
постановлений прошлого заседания.
Н. И. Бухарин предлагает на
рассмотрение план работ
Комиссии на 1931/32 г.:
а) тематика печатных работ,
б) организационный план.
Академик А. Ф. Иоффе
предлагает произвести следующие
изменения:
1) включить в раздел
истории техники тему «История
воздухоплавания» и предлагает
просить академика С. А.
Чаплыгина взять на себя ее выполнение;
2) в разделе физики внести
изменение: тему
«Возникновение и развитие квантовой
теории» заменить темой «Развитие
учения о свете»;
3)тему «Возникновение и
рост физической химии» заменить
темой «Физика и химия в их
историческом взаимодействии»;
4) в разделе химии тему
«История развития представлений о
превращении элементов»
заменить темой «Закон кратных
отношений».
Постановили
Принять к сведению.
Предложение академика
А. Ф. Иоффе принять.
Произвести соответствующие изменения
в плане.
Просить академика
С.А.Чаплыгина взять на себя
выполнение темы «История
воздухоплавания».
409

Академик А.Н.Крылов
предлагает включить в
производственный план Комиссии работу
по технике сообщения.
Н. А. Карев предлагает
назвать работу по технике
сообщения «Очерки истории
корабля».
Академик С. Ф. Ольденбург
предлагает включить в раздел
географии тему «История
западных исследований Восточного
Туркестана» и предлагает свое
авторство к указанной теме.
М. А. Гуковский предлагает
включить в план свою работу
«Шарнир Кардана».
M. М. Соловьев предлагает
создать подкомиссию для
выяснения материалов академика
Каспара Фридриха Вольфа,
находящихся в Архиве АН.
О работе «Братья
Ковалевские» под редакцией академика
А. А. Борисяка.
О создании подкомиссии для
выяснения материалов
экспедиции Лангсдорфа.
О работе Манизера
«Путешествие Лангсдорфа в
Бразилию».
Академик И. Ю. Крачков-
ский сообщает, что 20
печатных листов перевода Ибн Халь-
дуна «Введение в историю» под
его редакцией и с его
предисловием могут быть сданы в
набор к 1933 г.
H. М. Маторин просит
включить в производственный план
раздел этнографии со
следующими темами:
Принять предложение
академика А. Н. Крылова.
Принять предложение Н. А.
Карева и включить в план тему
«Очерки истории корабля».
Предложение академика
СФ.Ольденбурга принять и
включить в план указанную работу.
Включить в план работу
М. А. Гуковского.
Создать подкомиссию для
выяснения материалов о
Вольфе. В состав подкомиссии
ввести академиков В.И.Вернадского,
П. П. Иванова, M. М. Соловьева,
Я. М. Урановского и Б. Н.
Вишневского. Сообщение о
результатах работы подкомиссии
сделать в начале 1932 г.3
Включить указанную работу
в производственный план.
Создать подкомиссию в
следующем составе: Л С Берг, И. Д.
Стрельников, Н. Г. Шпринцин.
Работу издать.
Согласиться с указанным
академиком И. Ю. Крачковским
сроком сдачи рукописи.
Предложение Н. М. Матори-
на принять.
410

1) Этнографическая
хрестоматия по материалам
академических путешествий XVIII в.;
2) Очерки по истории
русской этнографии и фольклору.
Выполнение первой темы
поручить коллективу сотрудников
МАЭ, второй — Н. М. Маторину.
О Бэровской подкомиссии.
О работе Павловского «Бэр
как профессор
Медико-хирургической академии».4
Сообщение
В.А.Каменского о музее истории техники и о
работах, подлежащих изданию
согласно представленному им
плану издательской части музея.5
О картотеке и библиотеке.
О Положении Комиссии.6
О пленуме Комиссии. О
совете, бюро и ответственных
руководителях групп: 1)
технической, 2)
физико-математической, 3) химической, 4) ...7, 5) ...8
О публичных юбилейных
докладах.
Предложение академика
Н. И Бухарина о добавлении во
вводную часть плана работ
Комиссии сроков выполнения
тематических работ.
Председатель академик Н. И. Бухарин
Ученый секретарь Я. М. Урановский
ПФА РАН, ср. 154, on. 1, д. 26, л. 27—28 об. Подлинник.
Обсуждение перенести на
следующее заседание.
Признать желательным
издание указанной работы после
соответствующего сокращения.
Включить в план работ
темы, предложенные В. А.
Каменским.
Признать желательным
организацию картотеки по плану,
представленному С. Н.
Черновым и И. А. Боричевским.
Предложить собранию в
течение ближайших четырех дней
прислать в Комиссию свои
соображения о представленном
Комиссией Положении. При
отсутствии принципиальных
возражений считать Положение
принятым.
Поручить академику Н. И. Бу-
харину разработать эти
вопросы. Руководителей групп
включить в аппарат Комиссии.
Принять участие в юбилеях:
1) Гегеля, 2) Спинозы, 3)
Максвелла, 4) Фарадея, 5) Гёте.
Принять предложение
академика Н. И. Бухарина и
просить Я. М. Урановского и Н. А.
Карева сделать соответствующие
дополнения.
411

№264
Проект Положения о КИЗ1
[13 мая 1931 г.2]
1. Комиссия по истории знаний (КИЗ) при Общем собрании
АН занимается изучением истории науки и техники всемирной и
СССР с древнейших времен и до последнего времени.
Имея целью не бессистемное коллекционирование фактов, а
создание марксистско-ленинской истории знания на основе
диалектического материализма в органической связи с нуждами
социалистического строительства, КИЗ в первую очередь изучает
историю науки и техники в эпоху торгового, промышленного и
финансового капитала, обращая особенное внимание на участки
истории, заброшенные буржуазной историографией, имевшей
своим объектом преимущественно средиземноморскую культуру;
во-вторых, исследует ход развития науки в СССР в эпоху,
непосредственно прилегающую к Октябрьской революции.
2. Деятельность КИЗ в соответствии с ежегодно утвержденным
производственным планом осуществляется в следующих направлениях:
а) КИЗ собирает материалы, производит специальные
исследования и заслушивает соответствующие доклады;
б) популяризирует достижения истории знаний в широких
массах населения;
в) организует переводы наиболее важных классических и
современных работ по истории науки и техники;
г) организует дело преподавания истории науки и техники в
вузах и втузах и издает материалы, необходимые для работы по
историко-методологической подготовке научных кадров;
д) содействует учреждениям, организациям и музеям,
работающим по истории знаний в СССР;
е) держит связь с заграничными организациями, ведущими
работу по изучению истории науки и техники, и участвует в
организуемых ими съездах и конференциях.
3. Комиссия по истории знаний состоит из членов, намечаемых
бюро Комиссии и утверждаемых Президиумом Академии из
числа научных работников, в содействии которых нуждается
Комиссия.
4. Председатель и заместитель председателя Комиссии
избираются Общим собранием Академии наук.
5. Ученый секретарь, ученый библиотекарь, заведующий музеем,
научные и технические работники и сотрудники утверждаются
Президиумом Академии по представлению председателя Комиссии.
6. Комиссия имеет бюро и совет.
7. Бюро Комиссии состоит из председателя, его заместителя,
ученого секретаря и трех членов, намечаемых председателем, и
утверждается Президиумом Академии сроком на один год.
412

8. При председателе КИЗ состоит совет, в который входят
руководящие работники КИЗ, руководители секций и
подкомиссий, представители учреждений, с которыми КИЗ связан в своей
работе.
9. Комиссия может с утверждения Общего собрания
Академии организовывать в крупных центрах научной жизни свои
отделения.
10. При КИЗ состоят:
а) секции и подкомиссии, организуемые бюро;
б) кабинет и научная библиотека по истории знаний;
в) музей по истории науки и техники;
г) картотека по истории науки и техники;
д) собрание рукописного материала по истории знаний.
11. Для осуществления своих задач КИЗ может устраивать на
общих основаниях:
а) выставки по истории знаний;
б) лекции и курсы по истории знаний;
в) совещания по истории знаний;
г) съезды по истории знаний.
А также может участвовать в устраиваемых другими
учреждениями выставках, лекциях, курсах, совещаниях и съездах.
12. В своей работе КИЗ тесно связан с академическими и
другими научными учреждениями и организациями СССР, в
особенности же с теми из них, которые разрабатывают общие и
специальные вопросы истории знаний, а также с Центроархивами
СССР и республик, Главнауками, ВСНХ (в частности, по НИС)
и другими соответствующими учреждениями.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 27, л. 22—23. Копия.
№265
План работы КИЗ на 1931/32 г.
[13 мая 1931 г.]1
А. К характеристике плана работ КИЗ
Общая ориентация Комиссии должна заключаться в разработке
тем, имеющих либо особо важное научное (а следовательно, в
конечном счете и практическое) значение, либо
непосредственный интерес с точки зрения социалистического строительства в
широком смысле этого слова (т. е. включая и проблему
культурной революции). Имея своим объектом всю сумму знаний,
Комиссия в первую очередь должна ставить своей задачей изучение
науки и техники новейшего времени. При этом КИЗ исходит из
того, что ее работа в связи с общими потребностями эпохи и в
полном контакте с интересами самого научного развития отнюдь
413

не должна быть коллекционированием разнородного материала,
бессистемным накоплением фактов. Она должна, опираясь на
фактический материал, стремиться к созданию действительно
научной истории знаний. Это предполагает единство метода
(диалектический материализм), ликвидацию ограниченной
узкоевропейской точки зрения, прочную связь с потребностями эпохи, ее
тенденциями развития, ее темпами, массовым
революционизированием умов.
КИЗ полагает, что основной формой ее работы является
широкая научно-исследовательская деятельность и издание
соответствующих трудов. Предлагаемый план работы в этой области,
составляющий главную составную часть общего плана работы,
является первым шагом в данном отношении. Поэтому он неизбежно
страдает крупнейшими недостатками. Ряд тем в нем не нашел
своего отражения, прежде всего в силу отсутствия подходящих
авторов. В настоящее время происходит процесс нового
собирания научных и научно-технических сил на новой основе и
организации научно-исследовательского труда. Развитие этого
процесса даст возможность радикально исправить эти недостатки.
Работы научно-исследовательского типа (а равно и популярные
работы) по истории знаний предполагают освещение трактуемых
проблем в связи с развитием соответствующей эпохи, ее техническим
и экономическим развитием, борьбой общественных классов,
идеологическим стилем времени, общим состоянием науки, борьбой
теоретических школ и направлений и т. д. Они должны также
давать по возможности перспективу практического применения той
или другой теоретической дисциплины, в особенности имея в виду
грандиозный размах социалистического строительства в СССР.
Б. План научно-исследовательской работы КИЗ
на 1931/32 г.
(Тематика печатных работ)
ные
научно-исследовательские
работы.
I. История техники.
а) Оригиналь- 1. История
применения электроэнергии
как производительной
силы.
2. Высоковольтные
передачи и их история.
3. История
двигателей внутреннего
сгорания.
4. История
воздухоплавания.
Академик
Г. М.
Кржижановский.
Профессор
А. А. Чернышев.
Профессор
Л. К. Мартене.
Академик
С. А. Чаплыгин.
414

б)
Популярная серия.
в)
Переводы.
И. Астрономия.
а)
Оригинальные
научно-исследовательские
работы.
5. Эволюция
техники в металлургической
промышленности.
6. История техники
металлургии и
металлургической
промышленности в первой
половине XVIII в. в
России.
7. Подготовка
рукописи де Геннина к на-
печатанию.
8. История
химической технологии.
9. Химия и сельское
хозяйство.
10. История
техники соляной
промышленности в России. Вып. I
(Эльтонская соляная
промышленность).
11. Очерки истории
корабля.
1. История
трактора.
2. Турбина и ее
развитие.
3. Как строилась
химическая
промышленность.
I.Beck. Beiträge zur
Geschichte des
Maschinenbaues.
2. Feldhaus. G e s с h i -
chte der Technik.
1. Эволюция
представлений о времени и
пространстве в связи с
развитием
измерительных приборов.
2. История
определения звездных
параллаксов.
Профессор
Емельянов.
В. А. Каменский.
Ю. И. Гессен,
B. А. Каменский.
Д-р Г. Бугге и др.
(под ред. профессора
М. А. Блоха).
Академик
Д. Н. Прянишников
или профессор
Э. В. Брицке.
Профессор
C. Н. Чернов.
Академик
А. Н. Крылов.
Маркевич.
Профессор
А. А. Морозов.
Профессор
М. А. Блох.
Л. К. Мартене
(редактор) и
сотрудники «Технической
энциклопедии».
Нумеров, Идель-
сон, Горин и
сотрудники
Пулковской обсерватории.
П. И. Яшнов.
415

б)
Научно-популярная серия.
в) Переводы.
III. Физика.
а)
Оригинальные
научно-исследовательские
работы.
б)
Популярная серия.
1. Обсерватория на
горе Вильсон.
2. Астрономия и
развитие представлений о
мироздании.
l.Chapley and Но-
warth. A source-book in
astronomy. New York,
1929.
l.Zinner. Die
Geschichte der Sternkunde von
den ersten Anfängen bis
zur Gegenwart.
1. Развитие учения о
свете.
2. Как мы научились
понимать Максвелла.
3. История методов
определения атомных
весов в связи с
развитием гипотезы Прута.
4. Развитие физики в
СССР после
Октябрьской революции.
5. Физика и химия в
их историческом
взаимодействии.
6. Развитие учения об
электричестве и технике.
7. Физика и
производство.
1. История учения о
свете.
2. История
термодинамики.
3. Как развивалось
современное
представление о строении
материи.
Сотрудники
Пулковской обсерватории
(под ред. П. И. Яш-
нова).
Профессор
А. Паннекук
(Голландия).
Сотрудники
Пулковской
обсерватории.
Академик
А. Ф. Иоффе.
Академик
Л. И. Мандельштам.
Профессор
Раковский.
Под ред.
A. Ф. Иоффе.
Профессор
Н. Семенов.
Академик
B. Ф. Миткевич.
Сотрудники
«Технической
энциклопедии». Редакторы
Л. К. Мартене,
А. Ф. Иоффе,
A. А. Чернышев,
B. Ф. Миткевич.
3. А. Цейтлин.
Профессор
А. К. Тимирязев.
Профессор
Б. М. Гессен.
416

в)
Переводы.
IV. Химия.
а) Оригиналь-
ные
научно-исследовательские
работы.
б)
Популярная серия.
V. Биология.
а)
Оригинальные
научно-исследовательские
работы.
1. Ernst Mach.
Geschichte der
physikalischen Optik.
1. Закон кратных
отношений.
2. История
теоретической и прикладной
химии.
3. Химия
коллоидов и ее история.
4. Развитие химии за
годы мировой войны.
5. Химия и
производство.
1. Современная
война и химия.
2. Химия и поиски
синтетического сырья.
3. Развитие химии
красящих веществ.
1. Борьба за
дарвинизм в России.
2. Ганс Дриш. К
истории и критике
современного витализма.
3. История
генетики.
4. Кризис
механистических воззрений в
биологии.
5. История учения об
условных рефлексах.
6. Генетика и
сельское хозяйство.
7. История
систематики в ботанике.
8. Техническая
биология и ее развитие.
Академик
Н. С. Курнаков.
Профессор
М. А. Блох.
Под ред.
профессора А. Н. Фрумкина.
Академик
Н. Я. Демьянов.
Сотрудники
«Технической
энциклопедии», редакторы
Л. К. Мартене,
Н. С. Курнаков,
А. Н. Фрумкин,
Н. Я. Демьянов,
Д. Н. Прянишников.
Академик
А. Н. Бах.
В. Н. Слепков.
Профессор
Б. М. Козо-Полян-
ский.
Профессор
А. С. Серебровский.
Макс Левин.
Под ред.
академика И. П. Павлова.
Академик
Н. И. Вавилов.
Академик
Б. А. Келлер.
Под ред.
академика Н. И. Вавилова.
4 Заказ №4012
417

б) Научно-
популярная
серия.
в) Переводы.
VI. Геология.
а)
Оригинальные
научно-исследовательские
работы.
б) Научно-по-
пулярная
серия.
1. И. М. Сеченов.
Жизнь и научная
деятельность.
2. К. А. Тимирязев.
Жизнь и научная
деятельность.
3. Хрестоматия по
истории теоретической
биологии нового
времени.
4. Как применялась
биология к сельскому
хозяйству.
5. Развитие
взглядов на происхождение
человека.
1. История
новейших геологических
теорий.
2. Геохимия и ее
развитие.
3. История методов
геологической
разведки.
4. История
геологических исследований
Сибири. Вып. II (1-я
половина XIX в.).
5. История
геологических исследований
Урала.
6. История
геологических исследований
Кавказа.
7. История
геологических исследований
Средней Азии.
8. История
геологических исследований
европейской части
СССР.
1. П. Кропоткин.
Жизнь и деятельность.
2. Очерки по истории
геологии.
Под ред.
Я. М. Урановского.
Под ред.
академика Н. И. Вавилова.
Академик
А. Д. Архангельский.
Академик
A. Е. Ферсман.
Академик
И. М. Губкин.
Академик
B. А. Обручев.
Н. К. Высоцкий
или А. Н. Завариц-
кий.
А. П. Герасимов.
Профессор
Мушкетов.
Академик
А. Д. Архангельский.
Академик
В. А. Обручев.
Профессор
H. М. Федоровский.
418

VII. География.
а) Оригиналь- 1. Экономическая
ные научно-ис- география и ее разви-
следовательские тие.
работы. 2. История
геополитики и ее критика.
3. История
географического изучения
Средней Азии.
4. История
географического изучения
Закавказья.
5. История
географического изучения
Белоруссии.
6. История
арктических исследований в
России и СССР.
7. История
экспедиции Мессершмидта.
8. История
камчатской экспедиции
Беринга.
9. История
академической экспедиции
Лангсдорфа.
10. История
западных исследований
Восточного Туркестана.
1 1. Научное
описание
картографического собрания Академии
наук.
VIII. Медицина.
а) Оригиналь- 1. Социальная гиги-
ные паучно-ис- ена в эпоху капитализ-
следовательские ма.
работы.
IX. Языковедение.
а) Оригиналь- 1. Развитие яфети-
ные научно-ис- ческой теории.
2. Современное
социологическое
направление в буржуазной
лингвистике (Соссюр,
Мейе, Шухардт).
следовательские
работы.
Профессор
H. Н. Баранский.
Карл Виттфогель
(Германия).
Профессор
Л. С. Берг
(редактор).
Профессор
Р. Л. Самойлович
(редактор).
Гранстрем.
Под ред.
профессора Л. С. Берга.
Манизер.
Академик
С. Ф. Ольденбург.
H. М. Каратаев.
Профессор
Зеликсон.
Академик
Н. Я. Марр (ред.).
Сотрудники
Яфетического института
(под ред. академика
Н. Я. Марра).
419

X. Востоковедение.
а) Оригиналь- 1. История тюрко-
ные научно-ис- логии.
следовательские 2. История восто-
работы. коведения.
З.Ибн Хальдун.
Введение в историю.
XI. Этнография.
а)
Оригинальные
научно-исследовательские
работы.
XII. Математика
а)
Оригинальные
научно-исследовательские
работы.
XIII. Философия
а)
Оригинальные
научно-исследовательские
работы.
1. Этнографическая
хрестоматия по
материалам академических
путешествий XVIII в.
(Паллас, Георги,
Лепехин).
2. Очерки по
истории русской
этнографии и фольклора:
1) Ф. Буслаев,
2) Афанасьев,
3) Щапов,
4) Веселовский,
5) Всеволод Миллер.
1. Эволюция
новейших методов
математического анализа
(векторный, тензорный,
моторный).
2. Возникновение и
развитие теории
бесконечно малых.
3. Гармонический
анализ, его
возникновение и современное его
значение.
1. История кризиса
философских основ
современного
естествознания.
2. История
материализма в связи с
общей историей науки.
Академик
А. Н. Самойлович.
Коллективный
труд под ред.
академика С. Ф. Оль-
денбурга.
Под ред.
академика И. Ю. Крач-
ковского.
Коллектив
сотрудников МАЭ.
Н. М. Маторин.
Профессор
Я. Н. Шпильрейн.
Л. К. Мартене.
Академик
А. М. Деборин.
Профессор
И. А. Боричевский.
420

Отдельные темы:
а) Публичные юбилейные доклады, долженствующие быть
отпечатанными: 1) Гегель, 2) Гейне, 3) Спиноза, 4) Максвелл, 5) Фа-
радей, 6) Гёте.
б) М. Ломоносов. Издание переписки. Ред. проф. Меншуткин.
в) Бэровская подкомиссия и ее работы.
г) Переписка Ковалевских. Ред. А. А. Борисяк.
д) Работа подкомиссии по материалам о К. Вольфе.
е) Работа подкомиссии по экспедиции Лангсдорфа.
В. План работы по музею (КИЗ)
I. Организационная работа.
1. Приемка и перепроверка коллекций по истории техники
бывшей Петровской галереи (перевозка и размещение собрания в
новое помещение).
2. Разработка общего плана построения и осуществления музея
как целого.
3. Организация сбора материалов по истории науки и техники:
а) установление связи с центральными учреждениями, музеями,
библиотеками, архивами по выявлению материалов музейного
характера (графического и вещественного) и подготовка
экспозиции;
б) по линии сбора материалов специально по технике
производства — установление связи с местными организациями,
государственными, научными и общественными, краеведческими
обществами, музеями, а также непосредственно с предприятиями
через завком, культкомиссии заводов и фабрик для сбора,
охраны и доставки в КИЗ памятников по истории техники
производства;
в) снаряжение экспедиций и командировок в районы с
отсталой техникой производства (Урал: Пермь—Свердловск—Красно-
уфимск) для учета и сбора имеющихся на местах материалов
специально по технике производства металлических заводов;
г) установление связи с предприятиями и учреждениями
Ленинграда и области для получения материалов по старой технике
производства различных отраслей промышленности.
4. Организация фототеки при музее (сбор фотографического
материала по истории знаний и техники, как графического, так
и вещественного), обмен фотографическим материалом с
заграничными музеями.
5. Участие в составлении картотеки.
П. Издательская работа.
В ближайший год начинается подготовка к изданию и
печатание материалов по технике производства музейного характера
(материал иллюстративный: рисунки, чертежи, картины и проч. —
и предметный — вещественные памятники старой техники).
421

По теме «История техники производства металлической
промышленности» материалы печатаются в следующем порядке
(составляя серию).
1. Издание листов с изображением сцен производства (рабочие
в горячих цехах) на уральских заводах Строгановых. Из
Строгановского архива середины XVIII в. (находятся в Русском
музее).
2. Издание «Златоустовского атласа 1828 года» (рисунки инком
и акварелью мастеров оружейной фабрики братьев Бояршиновых
с изображением всего процесса производства на Златоустовском
заводе с планами фабрик, чертежами машин и инструментов,
около 40 листов). (Библиотека Горного института).
3. Издание «Златоустовской сабли 1832 года» работы Бушуева
со стилизованными изображениями всего процесса производства
на заводе (Эрмитаж).
4. Следующее издание из той же серии (техника производства
и труд металлистов): серия картин 40-х гг. XIX в. работы
крепостных рабочих и художников Демидовых, братьев Худояровых, с
изображением домны, кирпичной фабрики, рудника и проч.
(картины в Нижнетагильском краеведческом музее).
Г. Работа по комплектованию специальной библиотеки КИЗ
1. Ремонт и оборудование помещения кабинета истории знаний
в Библиотеке АН.
2. Составление систематического списка иностранной
литературы, подлежащей выписке для кабинета.
3. Выделение основного постоянного книжного фонда,
предназначенного специально для кабинета.
4. Организация подвижного книжного фонда для обслуживания
текущей работы научно-исследовательской группы КИЗ.
Д. План работы по картотеке
А) Оборудование картотеки к 1 июля 1932 г.
Б) Составление картотеки.
1.По отделу библиографии:
а) библиографирование текущей литературы (1931 и 1932 гг.)
по истории знаний:
1) выходящей в пределах СССР по 1 октября 1932 г. —
к 31 декабря 1932 г.;
2) выходящей вне пределов СССР по 1июля 1932 г. —
к 31 декабря 1932 г.;
б) библиографирование литературы по истории знаний,
выходящей до 1 января 1931 г.:
1 ) выходившей в России и СССР монографической литературы
в пределах «Книжной летописи» 1917—1930 гг. и статей, отме-
422

ченных в СССР, в пределах «Журнальной летописи» и других
справочников 1917—1930 гг.;
2) выходившей вне пределов России и СССР, преимущественно
в США, Англии, Германии и Франции, в пределах специальных
журналов по истории знаний;
3) выходившей в России и за границей, преимущественно в
Германии, Англии, Франции и США, монографической
литературы знаний эпохи финансового капитала, в первую очередь по
истории техники, физики, химии, биологии, геологии,
применительно к систематическим каталогам ленинградских библиотек,
журналам по истории знаний, «Книжной летописи» и другим справочным
изданиям библиографического характера.
2. По отделу библиографии научных и технических работников
России и СССР: разноска на карточки работников науки и
техники, [упоминавшихся] в досоветских и советских
энциклопедических словарях и других справочниках.
3. По отделу библиографии материалов к истории научных
учреждений и предприятий: разноска на карточки научных и
технических учреждений и предприятий, названных в досоветских и
советских справочниках.
4. По отделу учета предметов оборудования: разноска на
карточки предметов, названных в досоветских и советских печатных
каталогах хранилищ, выставок и т.д.
5. По отделу учета портретов и других изображений: [разноска
на карточки портретов], названных в досоветских и советских
печатных каталогах хранилищ и в справочниках.
6. По отделу учета рукописей: разноска на карточки
рукописей, названных в печатных каталогах досоветских и советских
хранилищ.
Работа по п.п. 2—6 может быть исполнена к 31 декабря 1932 г.
Основная работа — по библиографированию печатной литературы
и учету рукописного материала; работы по биобиблиографии
научных и технических работников, библиографии материалов к истории
научных учреждений и предприятий, по учету предметов
оборудования и их изображений, а также изображений процессов работы
стоят на втором месте, работы по учету портретов — на третьем.
Дополнительные работы по картотеке:
а) Библиографирование местных изданий:
1) библиографирование статей по естествознанию, математике
и технике, вышедших на территории СССР в 1917—1931 гг., —
к 31 декабря 1932 г.;
2) библиографирование статей по естествознанию, математике
и технике, вышедших в России в предреволюционную эпоху, —
к 31 декабря 1932 г.
б) Собирание рукописных материалов:
1 ) выработка и рассылка печатного обращения КИЗ АН СССР
о рукописях и других бумагах умерших работников науки и тех-
423

ники; если окажется нужным, согласование вопроса с ЦА СССР
и отдельных республик (к 1 сентября 1932 г.);
2) обращение к отдельным лицам о передаче рукописей и
других бумаг умерших работников науки и техники и о составлении
своих о них воспоминаний.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 22, л. 72—80. Копия.
№266
Письмо И. И. Бухарина в Президиум АН СССР
об активизации деятельности
по созданию музея истории науки и техники1
Май 1931 г.
Комиссия по истории знаний приступила к организации музея
истории науки и техники. В основу музея легла полученная
Комиссией от МАЭ часть Петровской галереи. Для того чтобы
развернуть дальнейшую работу по музею, т. е. собирание отдельных
предметов, целых коллекций, портретов, имеющих отношение к
истории науки и техники, необходимы:
^соответствующее помещение (не менее 2—3 больших зал) и
2) достаточные материальные средства.
Ни первого, ни второго в Комиссии не имеется.
Производить собирание материалов, не имея возможности ни
их охранять, ни их обрабатывать, Комиссия считает
нецелесообразным.
Комиссия считает, что создание музея истории науки и
техники, единственного в СССР, явилось бы важным фактором в
настоящий момент.
Кроме того, в Комиссию поступил целый ряд предложений
со стороны Горного музея, Пулковской обсерватории о передаче
очень интересных коллекций музею истории науки и
техники.
Комиссия не может брать под охрану целый ряд предметов,
которые гибнут на местах, а в особенности при реорганизации
фабрик и заводов, где иногда очень ценные предметы попадают в
лом.
Комиссия просит Президиум Академии наук разрешить этот
очень важный для нее вопрос и (или) дать возможность
продолжать работу, предоставив ей в ближайшее же время помещение и
средства, или же Комиссии придется приостановить дальнейшую
работу по развертыванию музея истории науки и техники.
Председатель КИЗ Н. Бухарин
Ученый секретарь Я. Урановский
ПФА РАН, ф. 154. on. 1, д. 36, л. 64—64 об. Отпуск.
424

№267
Записка H. И. Бухарина в РИСО АН СССР
о количестве печатных листов, необходимых
для издания «Трудов КИЗ»]
1 июня 1931 г.
Комиссия по истории знаний направляет Вам план работ на
1931 и 1932 гг. Количество листов, необходимых для издания
указанных в плане работ, следующее:
1931 г.
На научно-исследовательские работы — 76 листов.
На научно-популярные — 28 »
1932 г.
На научно-исследовательские работы — 200 листов.
На научно-популярные — 30 »
На переводные — 40 »
Председатель КИЗ Н. Бухарин
Ученый секретарь М. А. Гуковский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 45, л. 94. Отпуск.
№268
Записка Н. И. Бухарина в Президиум АН СССР
о предоставлении помещения
для музея истории науки и техники1
Июнь .1931 г.
Задача всестороннего изучения истории науки и техники,
стоящая перед Комиссией по истории знаний, с неизбежностью
вызывает необходимость собирания тех материальных памятников,
которые являются вещественным отражением истории наук и без
которых невозможна углубленная работа по изучению ряда сторон
этой истории. Собирание этих памятников, находящихся в
отдельных учреждениях в достаточном количестве и до сего времени в
научном отношении весьма мало используемых, естественно
вызывает необходимость создания при Комиссии в качестве
вспомогательного учреждения особого музея. Поскольку разрешение этой
задачи связано с вопросом о помещении и в ближайшее же время
необходимо музейно разместить поступившие в распоряжение
КИЗ коллекции научно-технических приборов и инструментов
бывш. Петровской галереи, а также коллекции по истории
металлургии, предлагаемые к передаче Горным музеем, КИЗ просит
предоставить в ее распоряжение помещение, в котором могли бы
быть размещены как музейные фонды, так и запы для временных
425

выставок, при этом важно, чтобы помещение было рассчитано на
возможность дальнейшего расширения в связи с пополнением
музея новыми поступлениями.
На 1932 г. желательно было бы иметь около 150 квадратных
метров для резервов и столько же для временных экспозиций в
виде 2—3 залов.
В расчете на развертывание музея в 1933 г. рядом желательно
иметь резерв помещений дальнейшего расширения площади
музея.
Ввиду особого характера части музейных предметов
(громоздкие и тяжелые конструкции) предпочтительно помещение в
нижнем этаже, с широкими дверями.
КИЗ считает необходимым обратить внимание на то
обстоятельство, что непредоставление в ближайшее время
вышеуказанного помещения лишает ее возможности принять коллекцию
Горного музея.
Председатель КИЗ академик Н. И. Бухарин
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 48, л. 9—9 об. Отпуск.
№269
Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР
о выделении средств на организацию при КИЗ
музея истории науки и техники1
11 июля 1931 г.
Доложено представление КИЗ по вопросу об организации при
КИЗ музея истории науки и техники и об ассигновании средств
в размере от 7340 до 12 340 руб.
Постановлено: 1) ассигновать необходимые для
организации музея по истории науки и техники средства из фонда,
отпущенного ВСНХ на работы СОПС, в пределах 10 000 руб.; 2)
обратиться в НКП РСФСР с ходатайством о распространении
правил охраны памятников искусства и материальной культуры на
памятники истории техники; 3) обратиться в ВСНХ и его
отдельные органы с просьбой об отборе, охране и закреплении за КИЗ
конкретных памятников по истории техники.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 48, л. 35. Подлинник.
426

№270
Доклад M. Рубинштейна на заседании
Президиума Комакадемии о поездке советской делегации
на II Международный конгресс по истории науки и техники
в Лондон1
1 августа 1931 г.
Советская делегация участвовала в работе II Международного
конгресса по истории науки и техники. I конгресс был в Швеции три
года тому назад. Эти конгрессы созываются Международным
комитетом исторических наук в Париже (образованным в Осло в
1928 г.), Международным комитетом по истории естественных
наук, Обществом по истории науки в Вашингтоне и Ньюкоменским
обществом по изучению инженерного дела и технологии в Лондоне.
На II конгрессе присутствовало около 250 делегатов из
25 стран. Численно преобладала английская делегация, на втором
месте Соединенные Штаты. Советский Союз был представлен
делегацией из 8 человек: Бухарин, Иоффе, Кольман, Рубинштейн,
Гессен, Вавилов, Миткевич, Завадовский.
Прежде чем излагать самый ход конгресса, я хотел бы
отметить некоторые непривычные для нас особенности английских
конгрессов. Прежде всего, президиум не выбирается конгрессом,
а председатель конгресса и председатели отдельных симпозий
назначены заранее. Повестка дня также конгрессом не утверждается,
и весь распорядок работ заранее намечен и напечатан. Каждая
попытка изменить этот распорядок рассматривается как
покушение на священные традиции.
Повестка дня конгресса при очень интересной тематике была
так составлена, что из пяти дней конгресса непосредственно на
работу было уделено лишь девять часов — три утренних
заседания по три часа. Все остальное было занято приемами,
экскурсиями, завтраками, банкетами и т.д. На наше замечание, что мы
приехали сюда в первую очередь чтобы работать, сообщить свои
доклады, услышать других, обменяться мнениями и т. д., нам
сказали, что во время завтрака гораздо лучше и легче познакомиться
друг с другом и обменяться мнениями, чем на официальных
заседаниях, и если продлить заседания, делегаты очень устанут, а у
всех только что начались университетские каникулы.
Докладов в нашем смысле на конгрессе не было. Все
выступления длились 10, 15, максимум 20 минут. Часть их была роздана
заранее, и одно из них считается вступительным докладом.
Доклады и выступления не стенографируются и не переводятся, и
большая часть их читается по розданным заранее материалам.
Никаких резолюций, никаких постановлений не принималось.
Конгресс был открыт лейбористским министром просвещения
Лисмитом, который выступил с пацифистски окрашенной речью,
427

наполненной общими фразами. Смысл этой речи сводился к тому,
что вот, мол, каких успехов достигла современная наука (так как
он был раньше главным почтмейстером, то приводил примеры
главным образом из области связи), но моральный прогресс
человечества отстает от материального, и успехи науки могут быть
использованы как для блага человечества, так и для войн,
разрушений и т. д. И если еще раз, говорил он, «успехи науки будут
использованы в крупном масштабе для целей разрушения и
войны, то западная цивилизация исчезнет, и справедливо
исчезнет, потому что она не выдержала великого морального
испытания, по которому оценивается в конечном счете всякая
цивилизация». Никаких выводов из этого сделано не было. Характерно,
что в качестве фона к этим пацифистским ламентациям за день
до того происходили грандиозные воздушные маневры в
Кройдоне, где демонстрировались последние достижения войны в
воздухе. На этих ежегодных маневрах ставится каждый раз
определенная тема: два года тому назад — задача разрушения
бомбардировкой колониальной деревни, год тому назад — налет на нефтяной
порт, который поразительно напоминал Баку, в этом году была
тема — сражение двух эскадрилий в воздухе и десантные
операции при помощи аэропланов.
После министра народного просвещения прочел вступительную
речь председатель конгресса проф. Чарльз Сингер. Речь его была
построена на основе того положения, что история слишком мало
занимается историей человеческой мысли. В истории
человечества, как он говорит, «развитие науки было самым важным событием
со времени падения Римской империи», а между тем в учебнике
истории, по которому учится его 12-летняя дочка, ни одним словом не
упоминается о Ньютоне. Это вызвало возмущение делегатов и
прессы, но я должен отметить, что и на этом конгрессе, проходившем
в Англии во время подготовки к ньютоновским торжествам,
единственное новое слово о Ньютоне, единственная серьезная оценка
истории работ Ньютона была дана советским делегатом Гессеном.
Этот факт в разговоре с нами подчеркнули и директор
Лондонской школы экономики проф. Ласки, и несколько других ученых.
Остальная часть доклада Сингера была занята описанием
первых начатков науки в древнем мире, описанием чисто
формальным, а во многом и фактически ошибочным. Так, он причислял
к последним событиям в этой области московский папирус
Струве, открытый лет 17 тому назад, до сих пор не расшифрованный
полностью.
После вступительной речи председателя все делегации должны
были дефилировать мимо министра и председателя, которые со
своими женами выстроились у трибуны, и представляться им.
Первый вопрос порядка дня был озаглавлен: «Наука (вернее,
история науки) как интегральная часть всеобщей истории». Как
я уже упоминал, центральной мыслью этого вопроса и всего кон-
428

гресса было положение о том, что история занимается королями,
королевствами, войнами и сражениями, а она должна заниматься
также историей науки, т. е. биографиями великих ученых и
изобретателей. Центральный технический журнал «Engineer» так
расшифровал это положение: «Разве жизнь великих ученых и
техников не так же богата воспитательным материалом, как жизнь
королей, солдат, прелатов и государственных деятелей. Их
биографии также достойны войти на страницы истории, а так как их
работа оказала на мир больше влияния, чем работа всех
политиков вместе, их надо изучать в каждой школе, может быть даже
заставив потесниться других».
Это чрезвычайно глубокомысленное положение повторялось и
пережевывалось с разных сторон. С наибольшей яркостью развил
эту мысль проф. Хилл, видный английский физиолог, заявивший,
правда, что он, как и другие естествоиспытатели, совершенно
безграмотен в вопросах истории, но это, мол, не его вина, так учили
его в школе, так учат и его детей. «Вся история состоит из
истории войн. Между тем войны не имеют никакого значения в
истории человечества. Их причины туманны и нелепы. История
делалась не Валленштейнами и Наполеонами, а Гарвеями,
Ньютонами, Фарадеями и Дарвинами. Но отличительное свойство
человечества — это коллективная, терпеливая глупость». Поэтому на
будущее он смотрит довольно безнадежно.
Другой докладчик, кембриджский профессор Дэмпьер, дал такую
философию истории: «Вначале история занимается красочным, т. е.
королями и сражениями, затем вся история была переписана с точки
зрения права и конституций, адвокатов и политиков, а теперь мы
должны историю переписать наново, под углом истории триумфов
человеческой мысли. Но при этом надо помнить, что техника
имеет второстепенное значение. Практическое применение — это
только побочный продукт интеллектуальной деятельности, задача
которой — чистая наука, познание природы, религии и т. п.».
Можно отметить выступление египетского физика Машарафа,
который пытался доказать, что история физики имеет четыре
аспекта: первый — революционный, затем — тентативный,
третий — философский и как завершение — мистический. Так как
ему дали только 10 минут и он должен был прервать доклад, мы
так и не могли узнать характерных особенностей этого
многообещающего развития.
В специальной части заседания, которая была посвящена
преподаванию истории науки, было несколько любопытных
выступлений, например заявление лондонского профессора Вольфа,
который отметил, что специальное бюро, созданное в 1922 г. по
изучению истории науки, встретило величайшее препятствие к
опубликованию своих работ, так как, по его словам, «лица,
которые имеют влияние на кошельки, глупо возражают, что работы
такого рода не имеют значения».
429

Следует отметить также заявление американского математика
Д. Смита, что во всех науках имеется невероятнейшее накопление
устаревшего хлама, особенно это относится к математике,
медицине и праву.
Любопытно отметить в связи с этим заявлением, что вышеот-
меченный руководящий технический журнал посвящает большую
передовицу вопросу об инженере и классических науках. В этой
передовице доказывается, что лучшие техники были
одновременно и классиками и изучение латыни и греческого должно быть
для инженера обязательным, так как оно развивает ум, и т.д.
О наших выступлениях после.
Теперь перейду ко второму вопросу, который обсуждался на
конгрессе, — о взаимоотношении физики и биологии. Прения по
этому вопросу были несколько содержательнее, но для наших
физиков и биологов ничего нового в постановке вопроса не дали.
Основной вступительный доклад сделал проф. Альдейн-стар-
ший. Доклад, несмотря на то что докладчик внешне пытался
отмежеваться от витализма, был весь проникнут неовитализмом и
идеализмом. Докладчик заявил, что «вопрос об отношении жизни
к физическому базису лишен всякого смысла», доказывал
невозможность возникновения жизни из неорганической природы и
утверждал, что «современные сдвиги в физике ведут к признанию в
структуре атома таинственных сил, аналогичных биологическим.
Но биология и физика — два мира. Над биологией, над физикой
стоит идеалистическая философия, которая устраняет
ограниченность аспекта естественных наук».
Еще ярче выразил это проф. Россель, откровенно заявивший,
что влияние физики на биологию было пагубным, и призывавший
биологию восстановить свои додекартовские, аристотелевские
традиции. Основной лозунг, проходивший через ряд докладов, — это
назад, назад к Аристотелю и т. д.
На эти выступления довольно резко отвечал ряд
материалистов: проф. Нидхейм и особенно проф. Хогбен, который во время
войны был арестован за антивоенные выступления. Хогбен
подчеркнул, что история науки не может рассматриваться
изолированно от социальной среды и организация
научно-исследовательской работы является социальной функцией. Он очень ярко
показал в своем выступлении, как биологи все больше и больше
используют физические методы исследования в своей работе, но
в то же время боятся философских следствий признания этого
факта. Он говорил, что «материалистическая позиция все больше
и больше укрепляется и укореняется в лаборатории и в то же
время видные деятели науки с кафедры твердят о банкротстве
материалистической философии».
Корни этого противоречия он видит в «современном
социальном беспокойстве». Внимание привлекло заключение его речи,
где он заявил, что материалистическое мировоззрение в настоя-
430

щее время является уделом не маленькой группы ученых, а
официальным мировоззрением 150 млн в Советском Союзе. Это
встретило явное сочувствие молодых научных работников,
присутствовавших на конгрессе. Все они являются механистическими
материалистами, но в обстановке, когда официальная наука занята
богоискательством, эта молодежь является прогрессивным
крылом, а отдельные из них способны и к дальнейшему развитию. В
частности, наша беседа со многими из них показала, что они идут
ощупью, о диалектическом материализме не имеют ни малейшего
представления. У них никогда не являлось и мысли о том, что
работы Маркса и Энгельса имеют какое-либо отношение к
естественным наукам, к философии и т.д. Достаточно отметить, что
редактор руководящего философского журнала «Mind» в
Кембридже после долгой беседы с т. Бухариным спросил его: «Кто
такой был Энгельс, о котором вы упоминали?».
Третий вопрос — о взаимоотношении чистой и прикладной
науки. Вступительный доклад делал Нэпьер, директор
Метеорологической службы Англии. Доклад представлял совершеннейшую
галиматью, основанную на сократовских определениях. Затем
выступил представитель колониального ведомства Верной, который
доказывал, что «основой исследования является отсутствие интереса
к практике и практическое использование науки никогда не должно
быть критерием». Нашли для этого подходящее министерство —
колониальное. Затем стояли главным образом доклады, говорящие
о том, как чистая наука возвышает душу, и т. д. Было несколько
узких технологических докладов — видного металлурга Дэша и
одной специалистки по углю, которые показывали в своей
области взаимозависимость теории и практики. Металлург Дэш
отметил, что «вопреки общему мнению, что наука в настоящее время
господствует, необходимо признать, что она оказывает
современному обществу лишь ничтожную долю тех услуг, на которые она
способна. Пользуясь ежедневно плодами современной науки,
многие совершенно беззаботны и безграмотны в самих основах ее, и
специалисты не имеют никакого представления о связи наук».
Другой профессор, Донан, взывал, чтобы крупные
промышленные предприятия привлекали физиков-теоретиков, чтобы
«поддерживать атмосферу интеллектуальных идей».
Общий вывод, который можно сделать из краткого изложения
докладов, это, как мне кажется, полнейшая теоретическая
беспомощность, совершенно детский или, вернее, немощно-старческий
характер подавляющего большинства теоретических рассуждений,
которые были на этом конгрессе.
На конгрессе не было научных звезд первой величины, не было
Эйнштейна, Резефорда, но был ряд крупных ученых, особенно
биологов, математиков, несколько техников, большинство
имеющихся в Европе специалистов по истории науки. В этом отношении
конгресс был довольно репрезентативным для середняцкой массы
431

ученых, особенно английских. И вот было любопытно наблюдать,
как эти ученые, общепризнанные специалисты в своей области,
говорили наивную обывательскую чепуху, как только им
приходилось выйти за пределы своей специальности или дать
общетеоретические выводы в своей области. И этот конгресс интересен в
этом отношении только как показатель полнейшей теоретической
беспомощности современной капиталистической науки, как
только она пытается обобщить горы накопленного и накапливаемого в
настоящее время экспериментального материала.
Советская делегация еще до открытия конгресса, на
следующий же день по приезде, была встречена в штыки желтой
прессой, в особенности газетных трестов — Ротермира и Бивербрука,
которые изо дня в день ведут травлю Советского Союза. «Daily
Mail» почти в каждом номере помещает статьи о Советском
Союзе вроде таких: «5-летний план России атакует
цивилизацию», «Тень Сталина витает над спящими народами» и т.д., и
т. д. На следующий день в этой газете появилось сообщение, что
на аэропланах прибыла группа советских агитаторов,
переодевшихся в научных работников, во главе с Бухариным, который
является заведующим специальным отделом Коминтерна,
основанным для разложения Британской империи, делался запрос
«социалистическому» (так они называют правительство Макдональда)
правительству, каким образом мы получили визы, выставлялось
требование высылки нашей делегации. И затем ежедневно
появлялась какая-нибудь новая утка, одна нелепее и фантастичнее
другой. То какая-нибудь выдумка под заглавием «Джентльмены,
предпочитающие бомбы», то сообщение о тайном совещании с
английской компартией в полпредстве, то наши фотографии с
надписью: «Вожди московской фабрики ненависти». Все это пе-
репечатывалось провинциальной прессой, отчасти французской,
некоторыми германскими газетами и очень широко
белогвардейской печатью. Чтобы привести пример наглости этой желтой
прессы, отмечу один эпизод. Мы выходили группой с конгресса.
К т. Кольману подходит некий тип: «Вы мистер Кольман?» —
«Да». — «Могу ли я узнать, какова ваша специальность?» — «Я
профессор математики». Затем еще несколько вопросов. На
следующий день появляется громадное интервью с Бухариным, в
котором сообщается, что наконец Бухарин изобличен, что он
выдает себя за профессора математики, и затем выдуманное от первой
до последней строчки интервью: как «его лицо исказилось злобой,
когда упомянули Индию», и т. д. Причем все наши попытки
установить истину, что Бухарин ни с кем из «Daily Mail» не говорил,
ни к чему не привели. Письмо, которое было послано в «Daily
Mail», не напечатали, а другие газеты заявили, что не могут
печатать это письмо, потому что иначе «Daily Mail» привлечет к
суду, наемные лжесвидетели поклянутся, что репортер говорил
именно с Бухариным, и придется уплатить большую сумму.
432

Устроители конгресса, несмотря на особенно подчеркнутую
вежливость, не особенно были рады нашему приезду. Для них
советская делегация была инородным телом, которое нарушало
план работы конгресса. Если бы не советская делегация, конгресс
прошел бы тихо, мирно, как ряд приемов, экскурсий и т.д.
Интерес прессы к конгрессу был минимальный. Там в это время
происходил международный конгресс по испробованию вин — он
вызывал гораздо больше внимания. А тут вдруг шум — два
запроса в парламенте (от которых, правда, Клайнс и Макдональд
иронически отшутились) — все это для устроителей конгресса было
«шокинг» и не входило в их расчеты.
Они делали было попытки разделить советскую делегацию. Но
это кончилось полной неудачей.
Советская делегация, как только приехала в Англию, приняла
меры для печатания своих докладов. Советской делегацией были
подготовлены следующие доклады: 1) Бухарин. Теория и практика
с точки зрения исторического материализма; 2) Иоффе. Физика и
технология; 3) Рубинштейн. Взаимоотношения науки, техники и
экономики при капитализме и в СССР; 4) Завадовский.
Физическое и биологическое в процессе органической эволюции; 5) Коль-
ман. Динамические и статистические закономерности в физике и
биологии; 6) Вавилов. Происхождение мирового сельского
хозяйства в свете новейших исследований; 7) Миткевич. Работа Фара-
дея и современное развитие применения электрической энергии;
8) Рубинштейн. Электрификация как основа технической
реконструкции СССР; 9) Гессен. Социально-экономические корни
ньютоновского «Принципа»; 10) Кольман. Современный кризис
математических наук и основные пути их реконструкций; 11) Кольман.
Сообщение о неопубликованных работах Маркса в области
математики, естественных наук и их истории.
С большим трудом удалось это в 6—7 дней осуществить
сначала в виде отдельных брошюр, а через несколько дней в виде
книги под заглавием «Наука на распутье».
Тут же мы потребовали, чтобы был предоставлен специальный
день для заслушания наших докладов. Определенного ответа нам
дано не было, и так как не было уверенности, что удастся
выступить с докладами, то советскими делегатами были подготовлены
выступления по каждому вопросу порядка дня.
По первому вопросу выступали Кольман и я. Кольман показал
зависимость научного исследования от общественных условий и
социальной среды и между прочим огласил интересные письма
Дарвина Марксу, подлинник которых имеется в Институте
Маркса и Энгельса и которые в Англии не были почти совершенно
известны.
Я в связи с докладом Хилла дал развернутую критику его
положений и сжатое изложение тех воздействий, которые
противоречия современного капитализма и особенно нынешний мировой
433

кризис капитализма оказывают на историческое развитие вообще
и на развитие науки и техники.
На следующий день в «Times», в технических журналах, в
«Manchester Guardian» появилось довольно объективное
изложение наших выступлений, a «Daily Mail» и вечерняя пресса
подняли форменный вой.
По второму вопросу выступали т.т. Иоффе и Завадовский. За-
вадовский дал краткое изложение взглядов диалектического
материализма на вопросы биологии.
Иоффе говорил о лучах Гурвича как одном из элементов связи
биологии с физикой. Часть прессы дала объективное краткое
изложение, а желтая пресса была полна карикатур на эти лучи,
плоских острот и т. д.
По третьему вопросу выступали т.т. Бухарин, Гессен и Митке-
вич.
По нашему настоянию и под давлением молодежи устроители
вынуждены были организовать специальное заседание для заслу-
шания наших докладов. При этом они сделали все, что было в их
силах, чтобы сорвать это заседание. С одной стороны, это был
день празднования независимости Соединенных Штатов, по этому
поводу был банкет с американцами. Потом на этот же день была
назначена экскурсия в Оксфорд. Кроме этого, к этому дню
выпустили специальные входные билеты, которых раньше не было,
а тут без них решительно никого не пропускали, даже пресса не
была допущена. Несмотря на это, срыв не удался. Сингер сам
председательствовал на заседании и явно нервничал. В начале
заседания мы через секретариат конгресса роздали брошюры с
нашими докладами. Разделили время между собой, каждый имел
10—15 минут.
После доклада т. Бухарина (на немецком языке) председатель
заявил, что он просмотрел мой доклад и не может допустить
прочтения его, так как он выходит за рамки конгресса и является
«скорее предвидением, чем историей». Кольман в своем
выступлении протестовал, но председатель остановил его на полуслове.
Всем остальным делегатам удалось зачитать свои доклады. После
нескольких выступлений конгресс закончился выступлением
молодого английского математика, который целиком поддержал
линию нашей делегации и заявил, что в Англии и не подозревают
всей глубины кризиса в современной математике, о котором
говорил т. Кольман.
Конгресс был объявлен закрытым. Председатель конгресса
прислал мне и т. Бухарину извинительные письма, в которых
пишет, что только что он прочитал интервью в «Daily Mail», где
написано, что «он не допустил наших докладов», что это
выдумка, что он такого интервью не давал, что, наоборот, он
бесконечно расположен к нам, и т.д., что в Англии принято, что если
доклад роздан в печатном виде, считать его уже зачитанным.
434

Кроме мелких организационных выпадов и буйной фантастики
желтой прессы, ни одного членораздельного ответа на наши
выступления и доклады на конгрессе не было. Им просто нечего
было ответить. И что это не только наше субъективное
впечатление, показывает целый ряд устных заявлений отдельных ученых,
с которыми мы говорили, и целый ряд откликов печати в
«Manchester Guardian», в отдельных журналах и наиболее любопытный
из этих откликов в журнале консервативной партии «Spectator»,
одном из старейших журналов Англии. В журнале «Spectator» от
11 июля 1931 г. №5376 профессор структурной кристаллографии
в Кембридже Бернал поместил статью «Наука и общество», из
которой я краткие выдержки зачитываю.
Он пишет следующее: «На прошлой неделе в Лондоне
происходил II Международный конгресс по истории науки и техники.
Его созыв не привлек большого внимания прессы именно по той
причине, что он особенно не заслуживал этого внимания. Он был
бы ординарным международным конгрессом с обменом
информацией, взаимными поучениями и слабым откликом в печати.
Появление советской делегации внезапно изменило все это и вместо
этого сделало конгресс самым важным митингом идей, который
только происходил со времени революции. Все, что мы знаем о
русском эксперименте, получено из неполных или лживых
отчетов в прессе и сообщений более или менее некомпетентных
путешественников. О движущих силах этих идей мы знаем крайне
мало или ничего. Здесь впервые была авторитетная и
репрезентативная группа советских деятелей и ученых — Бухарин, Иоффе,
Вавилов, Гессен, Рубинштейн, Кольман, Завадовский и Митке-
вич, готовая подробно изложить и дебатировать с буржуазной
интеллигенцией Запада свое мировоззрение и свои методы
действия».
Изложив содержание выступлений Кольмана и Рубинштейна
по первому вопросу конгресса («Наука как интегральная часть
истории»), Бернал замечает: «Наибольшее впечатление в этой
дискуссии произвел не столько антитезис значения индивидуума
и массы (с этим вы уже были достаточно знакомы), сколько
совершенно различное отношение к вопросу об истории науки.
Было совершенно явно, что с английской стороны как историки,
так и естественники были по отношению к истории науки по
существу любителями (amateurs). Каждый из них знал свою узкую
область со случайными попытками их увязки. Русские
действовали совершенно иначе. История науки имела для них величайшее
значение: это было не только академическое изучение, но
руководство к действию. Они целостно подходили к прошлому и к
настоящему, с господством социального аспекта в том и другом.
Эффективного спора не могло быть. Они (русские) имели
точку зрения — правильную или неправильную; остальные
никогда и не думали о необходимости приобрести точку зрения».
435

Изложив борьбу виталистов и механистов по второму вопросу
порядка дня («Взаимоотношения физики и биологии»), Бернал
замечает, что «так же как растущая свободная мысль английского
сектантства в XVIII в. была отпугнута Французской революцией
в эмоциональный методизм, так (в настоящее время)
механистический дарвинизм торжествующего капитализма XIX в. растущей
мощью Советского Союза отпугивается в популярно-научный
мистицизм Джейнса и Эддингтона, Халдейна и Хексли».
Он отмечает чересчур поспешный характер «последнего
специального заседания, целиком посвященного советским делегатам,
которые пытались, совершенно безнадежно ввиду краткости
предоставленного им времени, дать обстоятельное обоснование своей
общей линии». На основе печатных докладов советских делегатов
он излагает две основные линии их аргументации: «Первая —
исторический анализ научных теорий и изобретений, особенно
подробный по вопросу о Ньютоне, показавший зависимость его
мысли от господствовавших в то время технических проблем в
навигационной баллистике и металлургии, а также от тогдашних
политических и религиозных столкновений. Таким образом, даже
математика в известном смысле пронизывается политическими и
экономическими воздействиями. Эта атака на последнюю святыню
чистой науки вызвала лишь одинокий протест проф. Вольфа и
проф. Вэтхэма, которые были единственными, поднявшими голос
в защиту академического идеала. Вторая линия аргументации
советских делегатов состояла в демонстрации тесных
взаимоотношений науки и техники в плановом хозяйстве Советского Союза. От
этой связи выигрывают обе стороны: не только промышленность
получает от науки быстрое решение проблем и предложение
новых методов производства, но и наука получает от
промышленности в свое распоряжение значительные фонды (coherent),
организацию, возможность экспериментов в масштабе крупного
производства и, наконец, самое важное — воодушевление
проблемами практической жизни и интеллектуальную кооперацию
работников».
Бернал заканчивает свою статью следующими любопытными
замечаниями: «Необходимо некоторое время, чтобы оценить
эффект этого первого контакта мысли СССР с западным миром. В
непосредственно ближайшем смысле эта попытка не имела
успеха. Время было слишком коротко, пропасть между точками
зрения слишком велика, чтобы могло быть действительное
понимание».
«Русские явились фалангой, единообразно вооруженной
марксистской диалектикой, но они не встретили организованной
(ordered) оппозиции, а вместо нее лишь недисциплинированную
толпу, не подготовленную и вооруженную плохо подобранными
индивидуальными философиями. Защиты не было, но и победа не
была реальной. Сила духа буржуазной науки, особенно в Англии,
436

лежит в том, что она избегает ясных (определенных)
утверждений. Это всеобъемлющее отношение нельзя эффективно
атаковать, потому что оно столь не искренно, невнятно и
бессознательно... Аудитория была расположена не вдумываться в аргументы
русских с чувством, что нечто столь неджентльменское и
доктринерское (как диалектика и работы Маркса и Энгельса) лучше
всего вежливо игнорировать.
Но постоянно игнорировать это было бы для нашего
собственного блага великой ошибкой. Самые интеллигентные из
буржуазных ученых ясно осознают ужасающую неэффективность науки в
настоящее время, науки, привязанной к академическим и
обнищавшим университетам и к секретничающим и конкурирующим
индустриям и национальным правительствам. Это относится не
только к применениям науки, которые полностью эффективны
только тогда, когда они вредны, но и к самим интеллектуальным
процессам. Они терпят эту неэффективность потому, что не видят
выхода, и потому, что она рассматривается как цена тщательно
лелеемой индивидуальной свободы мысли. В противоположность
этому мы видим в настоящее время быстро растущую,
относительно эффективную, механизированную науку. В Советском Союзе
имеется 850 связанных друг с другом исследовательских
институтов и 40 тысяч научно-исследовательских работников. Это
навязывает нам два настоятельных вопроса: не являются ли наши
индивидуалистические методы в науке столь же устаревшими и так
же безнадежно обреченными, как ремесло средних веков, и
наконец, стоит ли вообще спасать их? Лучше ли быть
интеллектуально свободным, но социально совершенно неэффективным или
стать составной частью системы, где знание и действие
соединяются для одной общей социальной цели?».
Выступления в этом роде, более краткие, появились в целом
ряде заметок в журналах и еще больше в отдельных устных
беседах, которые были. Они сводились к тому, что «наша наука была
совершенно дезориентирована перед лицом советских ученых,
которые выступили единой делегацией, с единым мировоззрением;
несмотря на то что делегация дала самые разнообразные доклады,
она выступала как единая и исходила в основном из единой
методологии».
Помимо всяких приемов и бесед наиболее интересна была
поездка в Кембридж, где частью через посредство делегатов
конгресса, частью через проф. Капицу удалось установить связь с
рядом крупных ученых и осмотреть ряд лабораторий —
физических и физиологических. Кроме того, на ответном приеме,
который был организован от имени нашей делегации, принимали
участие около 250 профессоров, членов парламента и т.д., и нам
пришлось в течение четырех часов давать бесконечные ответы на
вопросы о науке в Советском Союзе, о хозяйственном положении
и т.д.
437

Основной вывод, мне кажется, тот, что нам необходимо
гораздо более широким фронтом выйти за пределы СССР по линии
науки. За границей, в особенности в научной среде, кое-кто еще
знает о нас в области конкретной экономики, знает об отдельных
экспериментальных и технических достижениях наших
научно-исследовательских институтов, но даже среди сочувственно
относящихся к Советскому Союзу и пытающихся насколько возможно
внимательно следить за тем, что у нас происходит, [никто] не
имеет ни малейшего представления о теоретической работе,
которая у нас идет, в особенности в области математики,
теоретической экономики, естественных наук, философии и т. д. И как
мы ни мало сделали, как мы ни ругали справедливо отставание
нашей теоретической мысли, но даже то, что сделано, открывает
для научной молодежи Запада, потерявшей всякие установки,
совершенно новый мир. К нам обращался английский экономист,
изучавший русский язык, чтобы познакомиться с теоретической
экономией в СССР, или молодой немецкий математик, также
изучивший русский язык и утверждавший, что работы молодых
советских математиков являются наиболее интересными в
настоящее время в области математики.
Надо отметить, что кризис создает сильнейшее брожение умов
в этой среде. Прежде всего он резко отражается на громадной
массе научных работников непосредственно с материальной
стороны, потому что идет все время сокращение бюджета
ассигнований на научно-исследовательскую работу. Безработица среди
научных и технических работников, в особенности в Германии,
достигла совершенно невероятных размеров. Достаточно отметить
статью председателя Союза германских инженеров Матчосса,
который пишет в органе этого союза: «В настоящее время свыше
половины инженеров совершенно не находят никакой работы,
должны ночевать в ночлежках, не имеют совершенно обеда по
нескольку дней подряд, берутся за любую случайную работу
судомойки, продавца папирос, наемного партнера в танцах и т.д.,
чтобы подработать несколько марок». И единственный выход он
видит в том, чтобы резко сократить прием в высшие школы.
Аналогичные выступления в печати были также в Соединенных
Штатах со стороны инженеров, в том числе довольно крупных.
Среди научных работников в Германии положение еще острее.
Это отражается также и на их психологии. Тут идеологическое
воздействие кризиса, когда рушатся старые твердыни, когда они
не понимают, что происходит вокруг, отражается на части из них
тем, что они бросаются в мистицизм, в спиритизм, в религию и
т. д., и т. д., а среди части молодежи вызывает величайший
интерес к тому, что происходит в Советском Союзе, интерес, который
непосредственно ощущается на каждом шагу. Достаточно сказать,
что целые группы научных работников отправляются с
экскурсиями «Интуриста». Доклад архитектора Мая в Берлине о строи-
438

тельстве в Советском Союзе вызвал такой интерес, что не только
был заполнен довольно большой зал, но на улице стояла большая
толпа, не могущая попасть на его доклад. Ознакомление с нашей
теоретической работой было бы откровением. У западных
партийных работников-коммунистов нет возможности заниматься
теоретической работой в этих областях. Еще кое-кто работает в
области экономики, в других — совершенно случайные,
изолированные единицы. Нам попался коммунист-математик в Кембриджском
университете. И тут издание наших работ по теоретическим
вопросам в действительно хорошем переводе, иногда со
специальным приспособлением к психологии читателя (простой дословный
перевод не может подойти для той аудитории) встретило бы
совершенно обеспеченный сбыт.
Это открывает ряд громадных возможностей воздействия на
научно-техническую интеллигенцию через участие в съездах,
приглашение иностранных ученых на наши съезды и т. д. Такие конференции,
как например по планированию науки, по генплану электрификации,
если бы пригласили отдельные подобранные группы иностранных
ученых, произвели бы на Западе громадное впечатление. Все это
имело бы большое значение, тем более что часть из них можно
было бы использовать для нашего строительства и для
непосредственной помощи нашим коммунистическим партиям там.
Комакадемия должна взять на себя эту работу и организовать
ее в достаточно крупном масштабе. Для этого при президиуме
должен быть небольшой, но квалифицированный аппарат,
который систематически поддерживал бы связь с западными научными
организациями и отдельными научными работниками, а также с
теми, все более и более значительными группами научных
работников, которые приезжают в СССР как туристы или на отдельные
съезды. В задачу этого аппарата должно входить установление
связи с научными издательствами о печатании работ наших
институтов и отдельных работников. То же самое относится к
области хозяйственной — к Госплану и ВСНХ. К вопросам нашего
хозяйства мы имеем чрезвычайный интерес на Западе. Слово
«пятилетка» стало международным, оно не переводится уже, как и
слово «советы», а между тем грамотных сведений о нашем
строительстве, особенно в Англии, нет совершенно. Чтобы показать,
как велик этот интерес, я отмечу, что детская книжка, изданная
у нас, — «Рассказ о великом плане Ильича» — была издана для
взрослых и распространена в [количестве] 170 тысяч экземпляров
в Англии под названием «Россия имеет план». Необходимо
разработать целый ряд мероприятий для информации за границей о
наших хозяйственных планах, о капитальном строительстве,
например об Урало-Кузбассе, о путях технической реконструкции,
о перестройке сельского хозяйства. Может быть, было бы очень
целесообразно иметь для этого в Англии специальный журнал или
один из существующих журналов приспособить для этой цели и
439

систематически поддерживать отсюда связь, снабжать
информацией и установить проведение непосредственной, живой связи.
Мне думается, что это имело бы в настоящее время очень
крупное политическое значение.
Опубл.: Вести. Коммунистической академии. 1931. № 8—9. С. 93—100.
№271
Заметка об итогах H Международного конгресса
по истории науки и техники в Лондоне^
опубликованная в «British Russian Gazette»1
1931 г.
Конгресс по истории науки, недавно состоявшийся в Лондоне,
был первым конгрессом такого рода и явился событием
исключительного значения.2 Инициаторы конгресса хотели привлечь
общественное внимание к факту пренебрежения к истории науки со
стороны изучающих ее.
Всякому известно, что применение науки в области
промышленности и сельского хозяйства, на базе которых зиждется всякое
общество, преобразовало вид земли и судьбы человечества. Между
тем книги по истории мало говорят о науке как таковой,
например 12 толстых томов знаменитой кембриджской «Современной
истории» содержат в общем всего 50 страниц по истории науки!
Организаторам конгресса именно хотелось, чтобы на это странное
пренебрежение было обращено общественное внимание.
«Любители» из 20 приблизительно стран, интересующиеся
историей науки, собрались вместе, чтобы спокойным образом все
эти вопросы обсудить. Ожидали также советских научных
работников и обычной же трактовки ими этих вопросов. Вообразите
себе удивление этого состоящего из разнородных лиц конгресса,
когда из 8 философов, прибывших из СССР, каждый
выступивший с длинной и ученой речью по какому-либо научному вопросу
трактовал его в каждом отдельном случае с точки зрения
диалектического материализма! Русские стали рассматривать историю
науки почти как вопрос жизни и смерти, так как развитие
Советского Союза прямо зависит от научного и технического
прогресса. Их профессиональный вид и единое мировоззрение
представляли поразительный контраст с разнородными взглядами
делегатов других стран. Их энергия и энтузиазм открывали кое-что в
природе стремления к выполнению пятилетнего плана, а общая
установка была чем-то вроде дурного предзнаменования для
буржуазного мира.
Главой советской делегации (в составе профессоров Вавилова,
Гессена, Завадовского, Иоффе, Кольмана и Рубинштейна) был
Н. И. Бухарин. Как философ он принял участие в конгрессе, вы-
440

ступив против новейших тенденций к субъективизму,
проявившихся среди натурфилософов вроде Эльдингтона и Джинса. Он
относит современные взрывы мистицизма к проявлениям ложной
epistemologie и вообще характеризует это как признак
обветшания социальной структуры Запада.
Президент Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени
Ленина Н. И. Вавилов, знаменитый своими исследованиями по
генетике растений, говорил о советских экспедициях в различные
части света для ботанических изысканий для целей сельского
хозяйства. Собирая материал, проф. Вавилов лично посетил 40 стран.
Он развил свое положение о том, что главные агрикультурные
растения происходят из 7 определенных равнин света, например
пшеница и родственные виды — из Абиссинии, а фрукты — из
Северной Персии. Эти мирового масштаба изыскания показали,
что можно сделать, когда под руководством одного человека
работают свыше 2000 исследователей, как у проф. Вавилова в
академии.
Проф. Завадовский — директор Института нервно-гуморальной
физиологии, где он ведет исследования о влиянии гармонии
между ростом и поведением животных — говорил о философии
биологии, о том, что советские биологи не придерживаются ни
простого материализма, ни какой-либо формы витализма, но
полагают, что законы живой материи не могут быть рассматриваемы
как законы, сводящие поведение к простому физическому
изменению.
Проф. Рубинштейн (из Государственной плановой комиссии)
представил много интересных материалов о современной истории
развития технологии в различных частях света и в СССР,
показывая, как огромные проблемы, поставленные пятилетним и
последующими за ним планами, стимулируют технические
изыскания и как, с другой стороны, проблемы, неразрешимые в
капиталистической Европе, в Советском Союзе и не возникают.
Директор Ленинградского физико-технического института
проф. Иоффе говорил о митогенетических лучах и был выслушан
с большим интересом, так как эти лучи, распространяемые
живой материей, не были открыты никем из работавших в этой
области.
Проф. Гессен — директор Физического института в Москве —
читал длинный интересный доклад о происхождении научных
идей Исаака Ньютона. Он доказывает, что Ньютон, несмотря на
весь свой гений, был сыном своего века и что закон притяжения
не свалился с неба, но должен был быть открыт в эпоху с
социальными условиями, сложившимися в XVII в.
Проф. Кольман говорил о философии статистики, биологии и
физики. Он оспаривал проблему неточности, поднятую
исследованиями Гейзенберга, и выяснил точку зрения диалектических
материалистов на этот предмет.
441

В заключение проф. Миткевич говорил о Фарадее и о
сущности его изысканий.
По-видимому, советская делегация отнеслась с заботливым
вниманием к организации своих выступлений. Каждое
выступление должно было иметь различную и новую тему. Эта организация
показала их делегацию как замечательный контраст с остальной
частью конгресса, состоявшей из растерянных ученых из
различных мест, которые заинтересовались некоторыми частными
проблемами. На более молодой состав конгресса советская делегация
произвела большое впечатление.
Опубл.: Советская делегация на Интернациональном конгрессе по
истории науки и техники II Электричество. 1931. №18. С. 1034—1035.
№272
Отчет Н. И. Вавилова
об участии во II Международном конгрессе
по истории науки и техники в Лондоне1
1931 г.
В составе советской делегации, возглавляемой академиком
Н. И. Бухариным, я принял участие во II Международном
конгрессе по истории науки и технологии, состоявшемся в конце
июня 1931 г. в Лондоне.
Участие в конгрессе с моей стороны выразилось в докладе,
сделанном на общем собрании конгресса по поводу современного
состояния проблемы мирового земледелия. Этот доклад был
напечатан на английском языке и роздан всем участникам конгресса,
а вышел в виде отдельной книги, изданной советской делегацией
под названием «Наука на перепутье». На русском языке этот
доклад опубликован в № 1 журнала «Наука и социалистическая
реконструкция».
Кроме этого доклада мною сделано было еще два доклада по
современному состоянию сельскохозяйственной науки в СССР на
общем собрании Института опытной агрономии в Ротханстеде,
собравшем большое число научных работников по агрономии.
Также мною был сделан другой доклад на тему о происхождении
культурных растений — результатах работы советских
экспедиций за последние годы.
Кроме того, мною был сделан краткий доклад на многолюдном
собрании, организованном Обществом культурной связи Англии с
СССР.
Я также участвовал в делегации по возложению венка от
советской делегации на могилу Карла Маркса.
Помимо указанных выступлений я принял участие в поездке
нашей делегации в Кембридж для ознакомления с организацией
442

новых лабораторий, а также посетил целый ряд крупных
исследовательских учреждений, близких мне по специальности, как-то:
Kew Gardens, Мертоновский институт по садоводству
(генетический институт), подробно ознакомился с работами в области
агрономии Кембриджа, в Ротханстеде и Рединге.
Кроме того, на обратном пути из Англии в СССР через
Германию мною был посещен Государственный институт селекции в
Мюнхеберге, около Берлина, где я мог подробно ознакомиться с
новейшими достижениями в области селекции и генетики,
руководимыми доктором Бауром.
Все немногое свободное время, которое оставалось между
поездками, мне пришлось работать в крупнейших библиотеках,
именно: в Берлинском ботаническом саду и в Лондоне в Science
Library и Kew Gardens Library.
В Kew Gardens мне пришлось провести небольшое совещание
с английским ботаником по вопросам культурной растительности
и получить ряд ценнейших материалов, которые значительно
меняют наши старые представления.
Мне было выдано на поездку 200 долларов за счет Наркомзема
СССР и, кроме того, был оплачен билет на аэроплан от Москвы
до Лондона.
Маршрут моей поездки был следующий: Москва, Берлин,
Лондон на аэроплане. В Лондоне я пробыл две с половиной недели
и сделал поездку в Даун (Дарвинский дом), Кембридж и Мертон.
На обратном пути из Лондона по железной дороге я
остановился в Берлине, откуда сделал поездку в Мюнхеберг (100
километров от Берлина) и вернулся через Варшаву (не останавливаясь)
в Москву.
Вся поездка продолжалась 29 дней туда и обратно.
Результаты поездки. Сам конгресс, о котором писалось в
печати и о котором мне пришлось дважды делать сообщения в
Ленинграде на собрании научных работников Академии
сельскохозяйственных наук имени Ленина, по существу не представлял для
техника большого интереса. Он демонстрировал в значительной
мере скудость исторической концепции, которая свойственна
современному подходу к проблемам истории, естествознания,
технологии в заграничной литературе. Метод диалектического
материализма до сих пор почти не нашел отражения в докладах
иностранных ученых, и в этом отношении на советскую делегацию
выпала ответственная миссия на конкретных примерах по ряду
дисциплин демонстрировать всю значимость его для современной
науки. В этом отношении роль советской делегации была
исключительно ответственной.
Делегации было уделено большое внимание как во враждебной
нам прессе, так и в сочувствовавшей прессе. Можно совершенно
объективно утверждать, что интерес данного Международного
конгресса в значительной мере был обусловлен большой совет-
443

ской делегацией, посланной на этот конгресс. Книга, выпущенная
делегацией, «Science on crossroad» привлекла всеобщее внимание и,
насколько мне известно, переводится на русский язык и другие
языки. Эта книга подробно рецензирована в лучших общих
научных иностранных журналах, что придает ей еще большее
значение.
Ряд речей на общих научных собраниях различных
ассоциаций, например в Америке, посвящен советским докладам,
сделанным на конгрессе в Лондоне.
Огромное значение, по нашему мнению, имело именно
опубликование докладов советской делегации полностью на
английском языке. Это обеспечило их широкое распространение.
Намерение скомкать доклады советской делегации тем самым не
удалось.
Поскольку съезд был общим, собравшим представителей
различных дисциплин, его значение выходит за пределы обычных
местных съездов. Поэтому, по нашему мнению, участие советской
делегации было особенно ощутительно на конгрессе.
Общее впечатление о научной работе в области, мне близкой,
именно в области сельского хозяйства, коротко можно
резюмировать следующим образом: в области агрономии нас уже мало
удовлетворяют тематика и темпы исследования за границей, в
особенности в Европе. Повторяются одни и те же темы. Повтор-
ностью опытов думают усилить их значение. Некоторые опытные
сельскохозяйственные станции повторяют 50 лет одни и те же
опыты.
Идейно в области агрономии мы несомненно сейчас движемся
много быстрее. В 1913 г. мне пришлось работать в качестве
аспиранта при Кембриджском институте агрономии, и должен
сказать, что за протекшие 18 лет мало что изменилось и практически
разрабатываемые темы остались одними и теми же.
Большой интерес представляют для нас исследования в
области генетики как в Германии, так и в Англии, открывающие
новые горизонты по вопросам экспериментальным формо- и
видообразования. Эти вопросы имеют большой интерес как для
освещения эволюционных проблем, так и для практической работы
в области селекции.
Академик Н. Вавилов
Опубл.: Н. И. Вавилов. Документы. Фотографии. СПб., 1995. С. 102—
103.
AAA

№273
Из воспоминаний Эрнеста Кольмана
об участии во II Международном конгрессе
по истории науки и техники в Лондоне в 1931 г.1
Летом 1931 г. я побывал в Лондоне, куда ездил как член
советской делегации на 2-й Международный конгресс по истории
естествознания и техники. Это было одно из первых, если не
вообще первое участие советских ученых в международных
конгрессах. Состав делегации формировался Политбюро, возглавлял
ее Бухарин, тогда член Политбюро, я числился ее секретарем, в
нее входили крупнейший ботаник и генетик Николай Иванович
Вавилов, с которым разрешили поехать его сынишке, пионеру с
красным галстуком, физик Гессен, экономист и историк техники
Модест Рубинштейн, электротехник Миткевич, биолог Завадов-
ский. (Все они, за исключением меня и Рубинштейна, трагически
погибли от руки Сталина). В Лондон мы добирались сложным
путем. Сначала самолетом немецкой Луфтганзы в Кенигсберг
(Калининград). В этом самолете я позабыл свою шляпу, которую
вместе с другим «европейским» обмундированием я, как и другие
члены делегации, приобрел в специальном магазине Наркоминде-
ла, и был очень расстроен. Но оказалось, что в Лондоне hatless —
«бесшляпные» — последний крик моды.
Лондон встретил нас не слишком дружелюбно. Несмотря на
разгар лета (был июнь или июль), в городе стоял туман, «смог»,
насыщенный черным дымом, угольной пылью. Бывало, что
видимость не превышала нескольких шагов. Воротник рубашки уже к
обеду становился грязным. Но неприветливой была не только
погода. На нас обрушилась желтая пресса. Ее фоторепортеры
ухитрились заснять нас, в газетах появились наши снимки,
сопровождаемые подстрекательскими статьями, в одной из газет под
названием «They prefer bombs» («Они предпочитают бомбы») — с
помощью подстановки другого слова в название популярного
тогда фильма «They prefer blonds» («Они предпочитают
блондинок»). На самом конгрессе многие относились к нам также с
подозрением, — мол, не ученые прибыли, а большевики,
устраивать коммунистический переворот в доброй старой Англии. И,
понятно, главной мишенью был член Политбюро Бухарин, вряд
ли в условиях того времени он был подходящим главой советской
научной делегации.
Но не все делегаты конгресса так относились к нам. Среди них
был и Бернал, который много лет спустя, выступая перед
советскими историками науки, говорил о том, что именно наши — в
особенности Гессена и мои — доклады на лондонском конгрессе
способствовали тому, что он стал знакомиться с марксизмом, стал
его сторонником. Позднее Бернал возглавил Всемирный Совет
445

Мира, но потом, поняв, что политика советских правителей резко
расходится с идеалами коммунизма, а Всемирный Совет Мира
стал просто ее послушным инструментом, стал критически
относиться к ней, не пожелал служить ей, и эти переживания
несомненно ускорили его тяжелую болезнь и смерть. Да и сам
президент конгресса, немолодой уже профессор Зингер, был с нами не
только отменно вежлив, но даже пригласил нас — Бухарина,
Вавилова, Гессена, Рубинштейна и меня — к себе домой, в свой
коттедж на чай, за которым мы с ним и его супругой очень мило
и непринужденно беседовали.
Неблагоприятная атмосфера на конгрессе значительно
рассеялась после того, как члены нашей делегации выступили с
докладами, большей частью содержательными, доказав, что приехали
не политики, а ученые. Конечно, методологическая, философская
сторона некоторых советских докладов была чужда собравшимся,
своим материализмом и диалектикой была неприемлема для них,
но они проявляли больше, чем мы, марксисты, терпимости к
чужим убеждениям, да им просто интересно было слушать эту
диковинку.
Бухарин сделал доклад о праксеологии — науке о законах
результативности деятельности людей, одном из модных тогда
увлечений буржуазной философии, до которых Бухарин, милейший
человек какого-то детски-наивного духа, исключительно
эрудированный, но философски путанный, был чрезвычайно падок.
Однако наибольшее впечатление из всех советских докладов произвел
невзрачный на вид Гессен своим докладом о Ньютоне. Здесь они
впервые ознакомились с методом исторического материализма,
причем не в абстракции, а конкретно, в применении к научной
биографии величайшего ученого. Вдобавок Гессен, окончивший
Эдинбургский университет, говорил на превосходном английском
языке, не то что Рубинштейн со своим матросским, я с «пиджин-
инглиш», а тем более Бухарин, знавший превосходно
французский и немецкий, но не знавший совсем активно английский.
Кроме уже упомянутого сообщения о математических работах
Маркса я сделал два доклада: о кризисе философско-логических
основ современной математики и о динамической и
статистической закономерности в физике. Все доклады советской делегации
мы тут же издали уже упомянутой книжкой «Наука на распутье»,
с изданием которой у меня как у секретаря было немало хлопот.
Книжка имела большой успех. После 37-го года я, так же как
делали все, опасаясь обыска, уничтожил имевшийся у меня
экземпляр этой книжки, поскольку в ней имелись статьи «врагов
народа».
Нашу делегацию попросили посетить палату общин во время
ее заседания. Устроил это некий Коутс, член парламента,
лейборист, возглавлявший Комитет англо-советской дружбы.
Собственно, этот комитет, или его бюро, был своего рода бизнесом мис-
446

тера Коутса. Он состоял из него, его жены и взрослой дочери,
которые втроем, в одной комнате заправляли этим делом, что мне
казалось чрезвычайно странным. Но еще более странным было
посещение парламента. Нас туда повел Коутс, не предъявляя
пропуска, — привратник обязан знать их всех в лицо. Шло
заседание. Спикер в традиционном белом парике — представление, да
и только! И нам повезло. Какой-то консерватор подал
интерпелляцию. Спрашивал премьера Макдональда, как долго будет
терпеть правительство, чтобы в Кембридже, недалеко от Лондона,
лорд Резерфорд занимался разбиением атомов, что может
привести к взрыву, который, не дай бог, уничтожит все христианское
человечество. Макдональд отделался шуткой.
Упомяну еще, что после посещения заседания парламента нас
тут же пригласил на ленч Артур Гендерсон, видный
лейбористский политик. Мы сидели с ним на террасе ресторана парламента
над Темзой, вели душеспасительные разговоры и, чуть ли не
давясь, ели кровавый ростбиф, которым нас почти каждый день
непременно угощали.
В честь нашей делегации советским посольством был устроен
прием...
Кроме Лондона, я побывал еще в Кембридже, причем с особой
целью. Перед отъездом из Москвы завагитпропом Стецкий вызвал
Бухарина и меня для конфиденциального разговора и передал нам
поручение Сталина попытаться уговорить талантливого молодого
физика Капицу, выехавшего в 1921 г. из Петрограда в Англию,
вернуться на родину, где ему будут созданы самые благоприятные
условия для работы.
В Кембридж мы поехали втроем — Бухарин, Модест и я;
физика Гессена, которому было бы наиболее интересно посетить
Резерфорда, мы не решились взять с собой, поскольку он был
учеником Тамма, а с ним Капица как будто не ладил.
Предварительно Бухарин списался с Капицей, просил устроить нам
посещение Кевендишской лаборатории Резерфорда. Поездка, к
сожалению короткая, произвела на меня чарующее впечатление
красотой английского ландшафта с его живописными хуторами,
рощицами, заборами из живого кустарника, лужайками с пасущимися
на них овечками. Сам Кембирдж — небольшой городок, и
университет с его двухэтажными зданиями, расположенными в
прекрасном тенистом саду, мне тоже очень понравился.
Побывал я и в комнате студента и подумал: дай бог нашим
профессорам в Москве так жить. Интересны были студенты сами
и их профессора, которые расхаживали в мантиях. В
лаборатории, размещенной в бывшем монастырском здании с его низкими
потолками и мрачными сводами, нас встретили Капица и
Резерфорд, провели по ней. Поразила крайняя простота
оборудования, — Резерфорд как бы даже кичился тем, что он сам создает
аппаратуру из стеклянных трубок, проволочек, сургуча. Единст-
447

венным продуктом современной индустрии был находившийся в
подвале мощный генератор электрического тока.
Капица пригласил нас на обед в свой коттедж, где мы и
познакомились с его женой Анной, дочерью известного
кораблестроителя и математика академика Крылова, выступления которого
мне пришлось раза два услышать на собраниях Академии.
После обеда Бухарин без обиняков поставил перед Капицей
вопрос о возвращении, обещал ему золотые горы. Капица
уклонился от прямого ответа, и потом — по-видимому, его жена
оказывала на него большое давление — еще долго колебался.
Вернулся он лишь в 1934 г., однако вовсе не добровольно.
Приехали в отпуск, и его не пустили обратно. Но обещания,
данные Капице, были выполнены. Для него был создан институт с
богатейшим научным оборудованием, где были выполнены
замечательные работы по температурам, близким к абсолютному нулю,
по сверхтекучести.
По окончании конгресса все члены нашей делегации
бросились по магазинам закупать себе вещи и подарки. Помню, что
купил себе и своим сыновьям по шерстяному свитеру, а с
Бухариным мы пошли в обувной магазин (я помогал ему объясняться).
Мои покупки обошлись мне дорого. Не деньгами, а нервами, тем,
что по приезде в Москву советские таможенники не хотели
пропускать детские свитеры, заподозрив во мне спекулянта, и,
во-вторых, в тюрьме следователь на полном серьезе расценил тот факт,
что я «покупал Бухарину обувь», как «политическую связь с
врагом народа».
Опубл.: Колъман Арношт (Эрнест). Мы не должны были так жить. New
York, 1982. С. 172—177.
№274
Письмо непременного секретаря АН СССР В. П. Волгина
в Леноблисполком о финансировании и выделении помещения
для музея истории науки и техники^
14 августа 1931 г.
Академия наук СССР и Леноблсовнархоз некоторое время
тому назад приступили к выявлению возможности организации в
Ленинграде музея истории техники, который должен по объему и
глубине охвата материала не уступать знаменитому Мюнхенскому
музею истории техники (Deutsches Museum), но базироваться на
совершенно других методологических основах.
Подготовительная работа по подбору некоторых
подготовительных материалов и библиографии, выработке методов охраны
быстро исчезающих образцов старой техники и т. п. уже
проделана Комиссией по истории знаний Академии наук СССР, в по-
448

следнее же время приступлеыо уже к мероприятиям,
долженствующим непосредственно привести к организации музея.
Постановление ЦК ВКП(б) от,2 выдвинувшее в качестве одного
из основных методов технической пропаганды создание
Центрального технического музея, строительство которого должно быть
начато уже в 1932 г., делает вопрос об организации музея,
подготовлявшегося Академией наук и Леноблсовнархозом, остро
актуальным.
Надо полагать, что при надлежащей энергии, быстроте
действий и организационных мероприятий проектируемый в
Ленинграде музей и сможет явиться центральным музеем, так как
Ленинград как по своим научным силам, по наличию имеющихся уже
музеев и выставок, которые должны явиться первой базой нового
музея, так и по количеству промышленных предприятий и по
наличию подходящих помещений может считаться наиболее
подходящим пунктом для устройства музея.
Быстрое и энергичное разворачивание музея невозможно,
однако, без ряда организационных мероприятий, о проведении
которых Академия наук и ЛОСНХ и просят Леноблисполком.
Мероприятия эти следующие:
1) принципиально одобрить создание в Ленинграде
центрального музея техники и закрепить этот вопрос в центральных
правительственных организациях;
2) передать для организации первичной ячейки здание
Фондовой биржи;
3) выделить для организации подсобных экспозиций здание
музейного типа (в частности, бывш. Суворовский музей);3
4) издать распоряжение по координации всех ленинградских
музеев с означенным музеем техники и о передаче всех
находящихся в их резерве или второстепенных экспонатов;
5) назначить оргкомитет по организации музея в составе:
представителей Облисполкома, ВСНХ, Облсовета профсоюзов,
Академии наук и общественности;
6) ассигновать на организационные расходы для
предварительного разворачивания музея (август—декабрь 1931 г.) сто пятьдесят
тысяч (150 000) рублей.
Необходимо еще раз напомнить, что все перечисленные
мероприятия должны быть проведены возможно скорее, так как
только при выполнении этого условия можно будет добиться
действительного успеха в деле столь исключительной важности, как
создание музея техники.
Непременный секретарь Академии наук
академик В. П. Волгин
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 48, л. 55—55 об. Отпуск.
]5 Заказ №4012
449

№275
Протокол заседания КИЗ1
17 августа 1931 г.
Повестка дня:
1.Доклад Н.И.Бухарина о Лондонском конгрессе.
2. Об издании серии биографических очерков, посвященных
деятелям науки.
3. О музее истории науки и техники.
4. Текущие дела.
Слушали
1. Доклад Н. И.
Бухарина/
2. Сообщение Н. И.
Бухарина об издании серии
биографических очерков,
посвященных деятелям нау-
ки.-
Постановили
Принять к сведению. По докладу
Н.И.Бухарина: 1) о расширении
пропаганды советской научной
продукции за границей; 2) об издании
соответствующих научных трудов,
специально предназначенных для
заграницы. Указанные вопросы
поставить на обсуждение Президиума
АН СССР и РИСО с включением в
Президиум и РИСО при
обсуждении представителей КИЗ
академика С. Ф. Ольденбурга, академика
Н. Я. Марра и ученого секретаря
КИЗ М. А. Гуковского.
Признать желательным издание
указанных очерков, при Комиссии
по истории знаний создать
подкомиссию в составе инициативной
группы: Н. И. Бухарина, А. М.
Горького, А.В.Луначарского, К. Радека,
А. Тихонова — и представителей
КИЗ: академика Крылова,
академика Марра, академика
Ольденбурга, академика Миткевича,
академика Иоффе, академика Вавилова,
профессора Блоха, М. А.
Гуковского, профессора Л. К. Мартенса.
Предложить подкомиссии в
ближайшее время поставить указанный
вопрос в Президиуме АН СССР и
РИСО с представлением на
обсуждение реального издательского и
материального планов.
450

3. Сообщение M. А. Гу-
ковского о музее истории
науки и техники.4
4. Предложение H. М. Ма-
торина об издании
коллективом МАЭ хрестоматии
по академическим
путешествиям XVIII в.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 34, л.
О результатах работы
подкомиссии доложить на ближайшем
заседании КИЗ.
1. Создать подкомиссию в
составе: академика Миткевича,
профессора Блоха, Маторина,
профессора Чернышева, Каменского,' Гу-
ковского.
2. Просить Президиум АН СССР
юридически оформить указанную
выше подкомиссию.
3. Выдать работникам музея
мандат на право принятия для музея
экспонатов, а также и на их
сохранение на местах.
4. Просить Президиум АН СССР
об издании распоряжения об охране
памятников старины в учреждениях
Академии наук СССР.5
Предложить Издательству АН
СССР издать указанную
хрестоматию в серии научно-популярной.
В случае отказа провести ее в план
работ КИЗ и взять на себя ее
издание.6 Признать желательным
издание сборника о Моргане.
Предложить Н.М.Маторину
представить на ближайшее заседание КИЗ
подробный проспект.
Председатель Н. И. Бухарин
Ученый секретарь М. А. Гуковский
10—10 об. Подлинник.
№276
Сообщение Н. И. Бухарина об издании серии
биографических очерков, посвященных деятелям науки]
[17 августа 1931 г.]
Наша страна переживает эпоху небывалого трудового подъема.
Наши достижения на фронте строительства вполне оправдали
плановые предположения и заложили прочный фундамент
социалистического общества.
Этим мы обязаны прежде всего неистощимой энергии рабочего
класса, который создал и продолжает создавать огромные обще-
451

ственные ценности, непрестанно выделяя из своей среды сотни
ударных бригад и тысячи рабочих единиц, многие из которых
справедливо заслужили уже звание героев и стали не только
предметом общественного внимания, но и объектом научных
наблюдений и социологических исследований.
Нам кажется, что в этих условиях было бы вполне
своевременно и полезно познакомить пролетариат Союза и в особенности
его молодую рабочую интеллигенцию с теми героями труда и
мысли, которые жили задолго до наших дней и в иных, более
тяжелых, чем наши, условиях неустанно двигали прогресс
человеческой культуры и создавали основу тех знаний, на которые
опирается теперь наша социалистическая практика.
Такое ознакомление удобнее всего осуществить путем издания
особой серии книг, посвященных биографиям выдающихся
исторических деятелей, работавших в области организации труда,
науки, техники, литературы и других отраслей культуры.
Главная цель такого издания должна состоять в том, чтобы
дать подробный анализ той социальной среды, в которой этим
людям приходилось жить и работать, показать ту упорную,
самоотверженную борьбу, какую им приходилось вести за свои
революционные, по тому времени, идеи и открытия, — выяснить
различие между тем положением, в каком находилась человеческая
личность в эпоху феодализма и капитализма, и тем, как оно
поставлено сейчас, в период строительства социализма.
Последнее особенно важно для наших дней, когда наличие
таких явлений, как рабочее изобретательство, ударничество,
соцсоревнование и проч., совсем по-особому и наново ставит
проблему возможности развития индивидуальности вне концепции так
называемого индивидуализма — проблему о значении активной
рабочей единицы в общем трудовом процессе.
Попутно такая серия даст возможность в доступной форме:
1) ввести в сознание читателя большое количество фактического
и научного материала, неразрывно связанного с работой того или
иного исторического деятеля; 2) показать на живых конкретных
примерах движущие силы того сложного комплекса
производственных, классовых, бытовых и других отношений, какие
определяли собою структуру буржуазного общества в разные периоды
его существования; 3) выявить прогрессивную или, наоборот,
реакционную историческую роль различных научных, философских,
эстетических, религиозных и иных идеологических концепций,
боровшихся за господство в области созидания культуры; 4)
ввести читателя в атмосферу того здорового энтузиазма, той
идеологической и моральной стойкости и смелости, какими отличались
лучшие представители человеческого гения.
Помимо биографий отдельных исторических личностей в
серию должны войти несколько общих очерков по истории
первобытной культуры, по истории ремесел, орудий труда, изобрете-
452

ний, а также научные исследования о трудовых мифах и их
героях.
Работа над серией может быть продуктивна при соблюдении
двух непременных условий.
Первое — это строгий, целевой отбор подлежащих описанию
объектов. Серия отнюдь не должна обнимать собою всю галерею
так называемых «великих людей», но лишь тех из них, чья
биография и деятельность могут служить показательными образцами
для тех педагогических целей, какие поставлены выше.
Второе — в отличие от предшествующих изданий подобного
рода, трактовавших этот вопрос с идеалистической или чисто
гуманитарной стороны, каждый выпуск проектируемой серии
должен быть тщательно выверен с точки зрения диалектического
материализма.
Под этим углом зрения должны быть заново пересмотрены и
переоценены все носители установленных авторитетов и, быть
может, выдвинуты на первый план имена новых людей, или
недостаточно оцененных, или умышленно затушеванных буржуазной
наукой и историей.
Руководство изданием должно находиться в руках
авторитетных редакторов. Непосредственную же работу по составлению
книг следует поручить коллективу молодых ученых-марксистов,
что дает им возможность применить на обширном и
разнообразном материале те теоретические методы, какие они приобрели в
наших вузах.
Серия должна быть популярна по форме, но, однако, не в
такой мере, чтобы в угоду легкости изложения было опрощено
или искажено ее научное содержание. В этом отношении серию
следует ориентировать на передовые слои рабочих, студенчество
и актив нашего строительства.
Средний объем отдельного выпуска — 10 авторских листов.
Тираж — 10 000 экземпляров. Издание необходимо снабдить
иллюстрациями бытового и научного характера.
В течение 1932 г. нужно выпустить в свет не менее 20 книг.
Редакционная работа должна начаться немедленно, с таким
расчетом, чтобы с нового, 1932 г. можно было приступить к
печатанию первоочередного материала.
Наряду с этими книгами, предназначенными для более
квалифицированного читателя, было бы желательно создать серию
биографий того же порядка, рассчитанную на пионеров и наиболее
молодую часть комсомола.2
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д 35, л. 39—39 об. Копия.
453

№277
Записка H. И. Бухарина в Президиум АН СССР
об издании биографий деятелей науки и техники
[Между 17 августа и 12 сентября 1931 г.]1
Копия в РИСО АН СССР
Избранная согласно постановлению Комиссии по истории знаний
от 17 августа 1931 г. подкомиссия по изданию биографий
деятелей науки и техники приняла следующий порядок осуществления
порученного ей задания, об утверждении какового она и просит.
1. Подкомиссия вырабатывает программу издания,
содержащую:
а) список имен, подлежащих освещению, характер и объем
биографий;
б) примерную смету стоимости изданий;
в) объяснительную записку ко всей серии. [Подкомиссия]
вносит все означенные материалы на [рассмотрение] РИСО АН
СССР; выработанный подкомиссией список является
ориентировочным и может быть изменен или дополнен в процессе
практической работы.
2. На основании изложенных материалов РИСО возбуждает
перед соответствующими учреждениями ходатайство об
ассигновании соответствующей дотации и о выделении необходимого
количества бумаги высокого качества.
З.По утвержденной РИСО программе Комиссия приступает к
осуществлению издания, подбору авторов и заключению с ними
предварительных соглашений, проводя их через свое бюро в
составе академика Н. И. Бухарина, А. Н. Тихонова, М. А. Гуковско-
го, причем всякие отступления от программы обязательно
согласуются с подкомиссией.
4. Ответственным руководителем редакционной работы по
подготовке изданий назначается А. Н. Тихонов, включенный в штат
Издательства АН СССР с означенным заданием и с оплатой в
месяц 350 руб. Для ведения вспомогательной работы по изданию
в штате Издательства АН СССР предусматривается особая
вакансия с оплатой 125 руб. в месяц.
5. Договора с авторами заключаются издательством АН,
каковое ведет в обычном порядке всю работу по выпуску в свет
изданий, оплате работ по ним и т. п.
6. Представляемые авторами согласно заключенным с ними
Издательством АН СССР договорам работы передаются в бюро на
отзыв членам подкомиссии по их специальности (а в случае
отсутствия членов подкомиссии с соответствующей
специальностью — специалистам, не входящим в подкомиссию) и с
положительным отзывом передаются в Издательство АН СССР для
дальнейшего направления в обычном порядке.
454

7. О результатах своей работы подкомиссия не реже 4 раз в
год докладывает Комиссии по истории знаний АН СССР, причем
первый доклад, содержащий материалы, поименованные в § 1,
делается на ближайшем заседании Комиссии.
8. Вся работа подкомиссии протекает в тесном контакте с
Комитетом научной консультации и пропаганды при Академии наук
СССР, представитель каковой кооптируется в ее состав.
Председатель подкомиссии Н. Бухарин
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 44, л. 14—14 об. Отпуск.
№278
Обращение исследователя по истории
русского воздухоплавания А. А. Родных в КИЗ
о создании отдела истории авиации
в музее истории науки и техники1
3 сентября 1931 г.
Ввиду двухсотлетнего юбилея в этом году нашего
воздухоплавания, впервые осуществленного в 1731 г. в городе Рязани
подьячим Крякутным, наполнившим «дымом поганым и вонючим фур-
вин, как мяч большой, и поднявшимся на нем», обращаюсь к Вам
за содействием в устройстве по этому поводу соответствующего
торжества техники.
Как мне известно, от имени здешнего Осоавиахима было
месяца два с половиною назад послано обращение в московский
Осоавиахим относительно такового устройства. Московский Осо-
авиахим послал академику Бухарину отношение с просьбою
выяснить, нет ли в Академии наук каких-либо дополнительных
сведений о первом русском подъеме воздушного шара. Недавно
оказалось, что такое обращение московского Осоавиахима до
академика Бухарина не дошло. В то же время по поручению Научно-
исследовательского аэроинститута, в котором я служу, я произвел
разведку относительно дополнительных сведений о первом
русском подъеме воздушного шара. Однако ни в рукописном отделе
Академии наук, ни в Архиве Академии наук, ни в рукописном
отделе Публичной библиотеки, ни в Центральном
государственном архиве ничего не нашлось.
Принимая во внимание, что от текущего года прошли уже две
трети, а вопрос о праздновании юбилея еще не сдвинулся с места,
обращаюсь к вам для ускорения этого обстоятельства. Что
касается самого юбилейного события (дата которого осталась
неизвестной), то можно было бы праздновать в день 16 октября, в
каковой в 1901 г. в газете «Россия» было впервые мною опубликовано
это сообщение.
455

Ввиду намеченного Академиею наук устройства музея техники,
я, как знаток истории авиации и воздухоплавания, предлагаю свои
услуги знаниями и соответствующим коллекционным имуществом.
По разработанному мною в 1924 г. в качестве члена совета
Общества друзей Воздушного флота организационному плану был
устроен в 1924—1925 гг. Ленинградский аэромузей при Обществе
друзей Воздушного флота (ныне Осоавиахим) и снабжен многими
коллекционными предметами из моего собрания или снимками с
них, равно книжным имуществом. Если не удалось устроить
Аэромузей вполне по представленному мною плану, в котором
указывалось устройство, подобное Мюнхенскому музею, в
котором я был в 1911 г. и в котором имеется снимок с хранящейся
в моей коллекции рукописи Сулакадзева со сведениями о русском
воздухоплавании и авиации, то причина сего заключалась в
спешности оборудования Аэромузея и в отсутствии достаточных для
сего средств.
Полагаю, что мои знания и мое тридцатилетнее собрание по
авиации и воздухоплаванию, более неповторимое как
заключающее в себе материал, состоящий из редких книг, рукописей,
документов, гравюр, фотографий, литографий, листков, афиш и
плакатов, могут оказать надежную услугу при создании отдела
авиации и воздухоплавания при музее техники.
А. Родных
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 48, л. 48—48 об. Подлинник.
№279
Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР
об издании серии «Биографии деятелей науки и техники»1
12 сентября 1931 г.
Доложено: ходатайство КПЗ о предоставлении ей права
издания серии биографических очерков, посвященных деятелям
науки, и об утверждении подкомиссии по изданию этих очерков
в составе академика Н.И.Бухарина, академика
А.В.Луначарского, почетного академика А. М. Горького, К. Б. Радека, А. Тихонова,
академика А. Н. Крылова, академика Н. Я. Марра, академика С. Ф. Оль-
денбурга, академика В. Ф. Миткевича, академика А. Ф. Иоффе,
академика Н. И. Вавилова, профессора М. А. Блоха, М. А. Гуков-
ского и профессора Л. К. Мартенса.
Постановлено:
1. Поручить РИСО проработать вопрос об издании серии
биографических очерков, практикуемых КИЗ.
2. В случае невозможности осуществления издания этих
очерков средствами АН СССР уполномочить РИСО вступить в
переговоры для осуществления этого издания с каким-либо другим из-
456

дательством, сохранив за КИЗ и ее подкомиссией редактирование
издания и не ставя необходимым условием выход его в свет под
маркой АН СССР.
3. Состав подкомиссии утвердить.
4. План серии очерков по рассмотрении его РИСО представить
на утверждение Президиума.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 44, л. 24—24 об. Подлинник.
№280
Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР
об утверждении Музейной подкомиссии
12 сентября 1931 г.
Доложено: ходатайство КИЗ об утверждении Музейной
подкомиссии в составе академика В. Ф. Миткевича, профессора
М. А. Блоха, H. М. Маторина, профессора А. А. Чернышева,
профессора В. А. Каменского и М. А. Гуковского.
Постановлено:
1. Одобрить предложение КИЗ об организации музея науки и
техники.1
2. Утвердить Музейную подкомиссию в составе,
представленном КИЗ.
3. Ввиду отказа академика В. Ф. Миткевича от председательст-
вования в этой комиссии предложить КИЗ наметить председателя
и представить на утверждение Президиума.
4. Поручить подкомиссии составить проект Положения о
музее.
5. Поручить подкомиссии взять на учет все предметы,
находящиеся в распоряжении учреждений Академии наук СССР,
имеющие интерес для музея науки и техники.
6. Поручить Управлению делами принять меры к охране
предметов, принятых подкомиссией на учет.
7. Уполномочить подкомиссию вступить в предварительные
переговоры с ЛОСНХ о возможности совместной организации музея
и о результатах переговоров доложить Президиуму.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 48, л. 69. Подлинник.
457

№281
План изданий КИЗ по серии
«Биографии деятелей науки и техники»1
[12 сентября 1931 г.]2
1.Цель издания. Издание ставит себе задачей
создать серию общепонятных, но вполне
научных очерков, которые бы,
описывая жизнь того или иного
работника науки или техники, давали
одновременно в интересном изложении
марксистски осмысленные и
освещенные страницы из истории
соответствующей дисциплины. При этом
особое внимание должно быть
обращено на проработку роли отдельной
активной революционной личности,
причем должна быть преодолена
буржуазная
идеалистически-индивидуалистическая концепция роли
личности в общем историческом процессе.
2. Назначение издания. Издание предназначается для
широких слоев квалифицированных
рабочих, учащихся рабфаков, вузов и
трудовой интеллигенции.
3. Характер издания. Издание представляет собой
серию, выпускаемую по заранее
установленной и опубликованной
программе, причем отдельные выпуски
выходят в произвольной
последовательности.
Объем выпуска — от 5 до 10
авторских листов, каждый выпуск
снабжен 4—6 иллюстрациями на
вкладных листах и заключен в твердую
обложку. Средний тираж — 10 000
экземпляров.
Возможна организация подписки.
4. Содержание выпус- а) Каждый выпуск посвящается
ков. описанию жизни и деятельности
одного лица. Охват одним выпуском
двух или нескольких лиц допускается
в виде исключения в случае, когда не
только научная деятельность, но и
жизненные судьбы этих лиц были
связаны между собой.
458

б) Каждый выпуск содержит
описание общей
социально-экономической и научной обстановки, на фоне
которой протекала деятельность
описываемого лица, биографию его и
изложение его главнейших трудов с
указанием их значения и роли в
соответствующей отрасли. При этом
биография и изложение трудов должны по
возможности сливаться, а не даваться
отдельно. В тексте (но не отдельно)
допустимы выдержки из произведений
описываемого лица в переводе.
5. Построение выпус- Все изложенное делится на главы,
ков. получающие соответствующую
нумерацию. Ссылки на труды
описываемого лица и на исследования о нем
помечаются в тексте сплошной
нумерацией. В конце выпуска помещаются
носящие ту же нумерацию два
списка: один — трудов автора и
другой — использованной литературы.
Все заглавия приводятся в
оригиналах. Никакие подстрочные
примечания не допускаются.
6. Формы осуществле- а) Общий надзор над научной и
ния издания. организационной стороной издания
осуществляет специально выделенная
Комиссией по истории знания
подкомиссия.
Подкомиссия не реже 2 раз в год
отчитывается в своей работе перед
Комиссией.
б) Конкретная работа по
осуществлению издания ведется бюро подкомиссии
в составе академика Н. И. Бухарина,
А. Н. Тихонова и М. А. Гуковского.
в) Текущая работа по организации
издания и редактирования его
осуществляется ответственным редактором
А. Н. Тихоновым, получающим за свою
работу вознаграждение в размере
250 руб. в месяц из средств КИЗ на
научно-исследовательские расходы.
г) Вся издательская работа
проводится Издательством Академии наук
СССР.
459

7. Порядок осуществ- а) Подкомиссия вырабатывает про-
ления издания. грамму издания и план его
осуществления в 1932 г.
б) Бюро подкомиссии проводит
программу и план через РИСО и
прочие инстанции.
в) На основании утвержденной
программы и плана между
подкомиссией в лице ее бюро и Издательством
АН СССР заключается соглашение
сроком на один год, оговаривающее:
1) общий характер издания;
2) объем и характер отдельных
выпусков;
3) ориентировочные названия
выпусков, подлежащих изданию в течение года;
4) авторский и редакторский гонорар;
5) сроки сдачи материала и сроки
выпуска книг издательством.
г) На основании указанного
соглашения бюро подкомиссии заключает
с отдельными авторами договора,
копии которых препровождает в
Издательство АН СССР.
д) Все выплаты по договорам
производятся Издательством АН СССР в
договорные сроки по получении
соответствующих сведений от бюро
подкомиссии.
е) Рукописи представляются
авторами в бюро подкомиссии, коим
направляются на отзыв и редактуру
отдельным членам подкомиссии или же
специалистам, в нее не входящим. В
случае спорности или особой
важности работ таковая обсуждается на
пленуме подкомиссии.
ж) С отзывом подкомиссии
[рукописи] направляются в Издательство,
где оформляются в обычном порядке.
8. Использование изда- По выходе в свет издания оно распро-
ния. страняется в обычном порядке
Издательством АН СССР, причем обмен
изданием производится
установленным Академией наук СССР способом.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 70, л. 79—81. Копия.
460

№282
Протокол заседания К ИЗ1
Слушали
I. Сообщение М. А. Гуков-
ского об основных принципах
построения уточненного
производственного плана Комиссии на
1932 г. и о необходимости
проведения означенного плана через
Общее собрание АН СССР.2
II. Сообщение академика
Н. И. Бухарина о
необходимости наметить кандидатуры
членов бюро и совета Комиссии
согласно утвержденному
Положению о кандидатах, причем
желательно части членов совета
поручить организацию секции
Комиссии по отдельным
научным дисциплинам.
В качестве членов бюро
предлагаются: академик
Н.И.Бухарин (председатель), академик
А. М. Деборин (заместитель
председателя), академик А. А. Бори-
сяк, ученый секретарь
Комиссии М. А. Гуковский.
В качестве членов совета:
академик А. А. Борисяк, академик
Н.И.Вавилов, академик
В.И.Вернадский, академик В. П. Волгин,
академик А.Ф.Иоффе, академик
А. Н. Крылов, академик И. Ю. Крач-
ковский, академик Н. С. Курна-
ков, академик Н.М.Лукин,
академик В. Ф. Миткевич, академик
Н. Я. Марр, академик Г. А. Над-
сон, академик В. А. Обручев,
25 сентября 1931 г.
Постановили
а) Принципы построения
плана утвердить.
б) Просить секретариат
Комиссии размножить план и в
срочном порядке разослать его
членам Комиссии, приложив к
плану точные сведения о
реально обеспеченных в плане
работах.
в) Окончательное
утверждение плана назначить на
ближайшее заседание Комиссии.
А) Состав бюро утвердить.
Б) Состав совета утвердить
как временный, впредь до
окончательной организации секции
и уточнения состава Комиссии,
каковой поручить проработать
бюро и представить на
утверждение ближайшего заседания
Комиссии.
461

академик С. Ф. Ольденбург,
академик А. Е. Ферсман, академик
С. А. Чаплыгин, академик А. Е. Чи-
чибабин, профессора М. А. Блох,
Л. Г. Башинджагян, Л.С.Берг,
И. Н. Винников, С. А. Зернов,
М.Л.Левин, Б. Н. Меншуткин,
Н. М. Маторин, Л. К. Мартене,
Д. Л.Рубановский, Г. С. Тымян-
ский, Я. М. Урановский, С. Н.
Чернов, Ю. П. Шеин.
III. Предложение академика
Н. И. Бухарина об организации
широких выступлений
Комиссии с научными докладами и о
постановке на ближайших
заседаниях научных докладов более
специального характера.
IV. Предложение академика
С. Ф. Ольденбурга почтить
память скончавшегося академика
Б. Я. Владимирцова
устройством собрания, посвященного
его памяти, и изданием
соответствующей памятки.
V. а) Сообщение М. А. Гу-
ковского об исполнении
постановлений последнего заседания
Комиссии в отношении издания
биографий деятелей науки и
техники и работы по
организации музея, а также о плановой
работе аппарата Комиссии над
созданием библиотеки и
библиографической картотеки.
Организовать ряд научных
докладов или серий научных
докладов, первой из каковых
наметить на середину ноября
юбилейную серию докладов,
посвященную Максвеллу и Фа-
радею.
Доклады поручить прочесть
академику А. Ф. Иоффе,
академику В. Ф. Миткевичу и М. А.
Блоху. Поручить секретариату КИЗ
провести всю организационную
работу по подготовке
означенного собрания.
Поставить на ближайшем
заседании Комиссии научный
доклад, назначение какового
поручить бюро.
Предложение академика
С. Ф. Ольденбурга принять,
поручив ему проработку
программы вечера и памятки.
Принять к сведению.
462

б) О поступлении от Н. М. Ма-
торина, согласно
постановлению заседания от 17 августа
1931 г., плана сборника памяти
Моргана.
в) О поступлении от
профессора Дживелегова предложений
по напечатанию его 4-томной
работы «Возрождение в
Италии», план каковой приложен.
г) О поступившем от МНМла-
денцева предложении принять
меры к получению для
Комиссии научных коллекций,
оставшихся после Д И. Менделеева и
хранящихся в его усадьбе.
д) О поступившем от
М. Н. Младенцева и В.Е. Ти-
щенко предложении
опубликовать в издании КИЗ
составленную ими биографию Д. И.
Менделеева в 10 выпусках.
е) О поступившем от
А. А. Родных предложении об
устройстве празднования
двухсотлетнего юбилея
воздухоплавания, исполняющегося в 1931 г.,
и о помощи в работе по
организации музея КИЗ.3
ж) О поступившем на
заключение Комиссии труде Б. Н. Мен-
шуткина «150 лет русской
химии».4
з) О поступившей на
заключение Комиссии работе
профессора К. Д. Покровского.
и) О поступившей на
заключение Комиссии работе 3. А.
Цейтлина о Кеплере.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 34, л. 11
Ввиду обилия в сборнике
материала, не имеющего
отношения к Комиссии, от издания
воздержаться.
Ввиду того что тема работы
не входит в круг деятельности
Комиссии, от печатания ее
воздержаться.
Получение для Комиссии
коллекций Менделеева считать
желательным, командировать
M. Н. Младенцева в усадьбу
Менделеева для приемки
означенного материала, ассигновав для
этой цели соответствующую
сумму из научных кредитов
Комиссии.
Поручить бюро уточнить
характер работы и доложить о
ней на одном из ближайших
заседаний Комиссии.
Поручить Музейной
подкомиссии и, в частности,
В.А.Каменскому ознакомиться с
работой и собранием А. А. Родных
и результаты доложить на
ближайшем заседании Комиссии.
Поручить бюро передать эту
работу на просмотр
соответствующему специалисту.
Поручить бюро передать эту
работу на просмотр
соответствующему специалисту.
Поручить бюро передать эту
работу на просмотр
соответствующему специалисту.
Председатель Н. И. Бухарин
Секретарь М. А. Гуковский
■12 об. Подлинник.
463

№283
Записка ответственного секретаря
«Вестника АН СССР» Ю. Гее се на в КИЗ
об издании сборников по истории горных заводов СССР
27 октября 1931 г.
Состоявшееся 10 октября с. г. постановление ЦК ВКП(б) об
издании сборников «История заводов»1 свидетельствует о
неотложной необходимости возможно полнее и глубже разработать
историю заводов на территории СССР со времени их
возникновения по сей день.
Ввиду сказанного обращаюсь с предложением издать
коллективно составленную книгу под названием «Библиография горных
заводов СССР». В алфавитном порядке по названиям заводов она
даст сравнительно короткое описание каждого из когда-либо
существовавших и ныне существующих на территории Союза
горных заводов (выделывающих железо, чугун и медь),
придерживаясь в общем программы, которая намечена в указанном
постановлении ЦК ВКП(б): «Развитие старых и возникновение
новых заводов, их роль в экономике страны, положение рабочих
до революции, формы и методы эксплуатации на старых
заводах, борьба рабочих с предпринимателями, бытовые условия,
возникновение революционных организаций и роль каждого завода
в революционном движении, роль завода и изменение отношений
на заводе после революции, изменение типа рабочего,
ударничество, соцсоревнование и подъем производства за последние
годы».
Источниками для составления [сборников по истории заводов]
послужат как печатные материалы (чаще всего малодоступные),
так и архивные.
На всем протяжении истории горных заводов встречается
около 300 предприятий. Если каждому из них уделить в среднем
до 4000 печатных знаков, размер книги определится в 30
нормальных листов (по 40 000 знаков).
В статьях будут указаны использованные источники. Благодаря
этому книга послужит справочником и пособием для дальнейшей
разработки истории заводов в целом и отдельных
предприятий.
Давно занимаясь исследованиями по истории горных заводов
(моя книга: История горнорабочих в СССР, т. I — 1926 г.,
т. II — 1929 г.) и подготовив рабочий библиографический
указатель, я могу принять на себя руководство по составлению и
[привлечению] в редакционную коллегию двух-трех знатоков в этой
области.
[Сборники по истории заводов] необходимо издать совместно
с Археографической комиссией, которая занята разработкой ис-
464

тории «железного производства» в СССР и обладает
соответствующими материалами.
Юлий Гессен
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 48, л. J30—131. Подлинник.
№284
План комплектования литературой кабинета
по истории знаний1
1. История общественных
предпосылок науки.
2. История научной
организации.
3. История научных кадров.
4. Общая история математики.
5. Повековая история
математики.
6. Общая история физики и
химии.
7. Повековая история
физики и химии.
8. Общая история мироведе-
ния.
9. Повековая история миро-
ведения.
10. Общая история
технологии.
11. Повековая история
технологии.
12. Общая история биологии.
13. Повековая история
биологии.
14. Общая история ботаники,
зоологии, антропологии.
15. Повековая история
ботаники и зоологии.
16. Общая история
биотехнических наук.
17. Повековая история
биотехнических наук.
18. Общая история
общественных наук.
11 ноября 1931 г.
19. Повековая история
общественных наук.
20. Общая история
этнографии и историографии.
21. Повековая история
этнографии и историографии.
22. Общая история
психологии.
23. Повековая история
психологии.
24. Общая история научной
методологии.
25. Повековая история
научной методологии.
26. Общая история научного
мировоззрения.
27. Повековая история
научного мировоззрения.
28. Общая история борьбы
науки с донаучным мышлением.
29. Повековая история этой
борьбы.
30. Общая история
материализма.
31. Повековая история
материализма.
32. История истории науки.
33. Вспомогательные
дисциплины.
34. Периодические издания.
35. Справочники.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 43, л. 11—11 об. Копил.
465

№285
Протокол заседания секции истории техники КИЗ]
19 ноября 1931 г.
1. Рыбкин зачитывает доклад на тему «Электроминная школа
как пионер электротехники в России».
2. Прилежаев предлагает обсудить вопрос о возможности
издания словаря русских техников.
После обсуждения постановлено: образовать комиссию в
составе Н. А. Рынина, А. И. Прилежаева и М. И. Радовского,
поручив ей к следующему заседанию проработать вопрос о формах
издания биографического словаря и выработать примерный
список имен.
3. Гуковский предлагает установить твердые сроки заседаний
секций и выработать примерный список докладов на ближайшее
время.
После обсуждения постановлено: установить дни
заседаний на десятые числа декады каждые 20 дней, ближайшее
заседание назначить на 20 декабря, на каковом заслушать доклад
профессора В.К.Лебединского.
Утвердить следующий список дальнейших докладов в секции:
1. В. К. Лебединский. Теория Максвелла и электротехника.
2. А. И. Прилежаев. История фототехники.
3. Г. П. Передерни. История мостов.
4. Н. А. Рынин. Легендарный период в истории авиации.
5. А. А. Петровский. История вопроса применения физических
методов в разведке.2
6. И. Кушнер. Появление сельскохозяйственных орудий.
7. В. М. Никольский. История великих инженерных сооружений.
Никольский предлагает поставить в секции ряд докладов на
тему о перспективах технического развития в разных отраслях.
Академик Миткевич считает более целесообразным в каждом
докладе исторического характера давать прогнозы развития этой
же отрасли в будущем.
Постановление: принять предложение академика Митке-
вича, просить академика Иоффе прочесть на пленуме Комиссии
доклад на тему «История изучения внутриатомной энергии» и
профессора Вейнберга — «История непосредственного
использования солнечной энергии».
Председатель академик В. Ф. Миткевич
Секретарь М. А. Гуковский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 48, л. 127—127 об. Подлинник.
466

№286
Список биографий, намеченных к изданию в 1932 г.1
7 декабря 1931 г.
I очередь (обеспеченные договорами):
Гершель — Серафимов. Леонардо да Винчи —
де Геннин — В. А. Коломенский. М. А. Гуковский.
Аррениус — М. А. Блох. Сименс — Кулишер.
Вант-Гофф — М. А. Блох. Попов — А. А. Петровский.
Миклухо-Маклай — С. Н. Чер- Кулибин — М. И. Радовский.
нов. Братья Монгольфье —
Эпикур — И. А. Боричевский. Н. А. Рынин.
Ломоносов — Б. Н. Меншуткин.
II очередь (не обеспеченные договорами):
Декарт — И. И. Соллертин- Альберти — А. И. Хоментов-
ский. екая.
Кеплер — 3. А. Цейтлин. Якоби — В. К. Данилевский.
Палисен — В.И.Вернадский. Уатт — Рымковский.
Лаксман — А. Е. Ферсман. Кардан — О. Ю. Шмидт.
III очередь (московские и ненадежные):
Архимед — Хотимский. Вольта — Гервиц.
Дизель — Гиттис. Гальвани — Рабинович.
Братья Райт — А. Г. Воробьев. Дарвин — Б. М. Завадовский.
Форд — Осинский. Амундсен — Шаскольский.
Эдисон — Свердлов. Ф.Бэкон —
А.В.Луначарский.
Всего — 30.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 70, л. 70. Подлинник.
№287
Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР
о вступлении КИЗ в Международный комитет
по истории знаний*
11 декабря 1931 г.
Доложено: ходатайство КИЗ о разрешении КИЗ вступить
в Международный комитет по истории знаний.
Постановлено:
1 ) признать принципиально целесообразным вступление КИЗ в
Международный комитет по истории знаний и возбудить
ходатайство перед Ученым комитетом ЦИК СССР;2
2) признать также целесообразным внесение соответствующего
взноса в Международный комитет по истории знаний, по уточне-
467

нии суммы взноса поручить Управлению делами принять меры к
его оплате;
3) выделить комиссаром в Международную комиссию по
составлению синхронистической таблицы XVI в. академика А. С. Орлова
и помощником его — профессора С. Н. Чернова.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 39, л. 7. Подлинник.
№288
Протокол заседания секции истории техники КИЗ1
20 декабря 1931 г.
1. В. К. Лебединский зачитывает доклад «Максвелл и
электротехника».
2. М. А. Гуковский предлагает доклад напечатать в журнале
«Труды Комиссии по истории знаний». Предложение
принято.
3. М. А. Гуковский информирует собравшихся о структуре
журнала.
4. Академик В. Ф. Миткевич предлагает к 10 января 1932 г.
назначить следующее заседание секции с докладом профессора
А. А. Чернышева.
После обсуждения постановлено: ввиду отсутствия
профессора Чернышева к 10 января разослать повестки и известить
всех членов секции о сроке доклада.
5. Академик Миткевич предлагает наметить сроки, темы и
авторов следующих докладов.
Постановлено: на заседании в феврале заслушать
доклады: Н. А. Рынина — «Легендарный период в истории авиации» и
А. А. Родных — «История авиации в России»; в марте: М. А.
Блоха — «Как развивалась химическая промышленность»; В. Е. Тимо-
нова — «История судоходных конгрессов за последние 50 лет».
6. Академик В. Ф. Миткевич предлагает на заседаниях секции
устраивать содоклады экономистов, освещающих с экономической
стороны данную эпоху.
Постановлено: договориться относительно этого с
соответствующими специалистами.
7. М. А. Гуковский информирует собравшихся о коллективной
теме сотрудников Комиссии — «Связь науки и техники в XVIII в.
в эпоху промышленного капитализма».
8. М. А. Блох предлагает устроить юбилейное заседание по
поводу 25-летия со дня смерти Д. И. Менделеева.
Постановлено: устроить торжественное заседание в
Малом конференц-зале Академии наук, запросив разрешение
Президиума Академии и пригласив докладчиками профессоров
А. А. Байкова, М. А. Шателена и председателя СОПСа.
468

9. Академик В. Ф. Миткевич предлагает организовать в
Ленинграде торжественное юбилейное заседание, носящее
международный характер, по поводу 100-летия со дня рождения
Д.И.Менделеева.
Постановлено: обратиться по этому вопросу в Президиум
АН СССР.
Председатель академик В. Ф. Миткевич
Секретарь С. Машкиллейсон
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 48, л. 116—116 об. Подлинник.
№289
Протокол заседания КИЗ1
21 декабря 1931 г.
1. В. П. Таранович зачитывает доклад «История изучения леса
в Академии наук».2
Академик И. Ю. Крачковский дает резюме доклада и отмечает,
что докладчик дал хорошую общую картину изучения леса, не
выявив с достаточной четкостью и ясностью отдельных явлений.
Желательно было бы, чтобы попутные вопросы, затронутые в
докладе, как-то: об ископаемых — были бы обработаны в
отдельных работах.
Ввиду интереса, проявленного собравшимися к истории
изучения леса, В. П. Таранович предлагает Лесному музею дать такой
же доклад по XIX в. и по рукописным работам академика Пал-
ласа.
М. А. Гуковский считает, что недостатком доклада является
совмещение в нем двух тем: общего описания экспедиции Академии
наук и специального лесного материала. От разделения этих тем
и более подробного освещения второй из них доклад сильно бы
выиграл.
В.Ф. Гнучева полагает, что совмещение означенных тем
является положительной чертой доклада, так как материал экспедиций
мало известен.
2. M. М. Соловьев зачитывает доклад «Изображения
бразильских животных начала XVII в., хранящиеся в Архиве АН».3
Академик И. Ю. Крачковский спрашивает докладчика о
наличии в испанских и португальских работах XVII в. сообщений о
Бразилии и отмечает важность данных в докладе сообщений о
Голландии, о проф. Ван-Гооле, который в 1629 г. впервые
основал обсерваторию, который первый переводил с восточных
языков. Академик И. Ю. Крачковский предлагает докладчику найти
данные на тему доклада о биографии Ван-Гооля.
Собравшиеся отмечают необыкновенную ценность
находящихся в Архиве АН СССР материалов.
469

M. A. Гуковский предлагает на этих материалах проследить
исторические ошибки и обратиться с полученными данными в
Комиссию по изучению исторических ошибок.
Председатель академик И. Ю. Крачковский
Секретарь С. С. Машкиллейсон
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 34, л. 18—18 об. Подлинник.
№290
Отношение непременного секретаря АН СССР В. П. Волгина
в Ученый комитет ЦИК СССР о возможности вступления КИЗ
в Международный комитет по истории знаний1
26 декабря 1931 г.
Академия наук СССР просит Ученый комитет рассмотреть и
согласовать в соответствующих инстанциях вопрос о возможности
вступления Комиссии по истории знаний АН СССР в
Международный комитет по истории знаний.2
Президиум АН СССР со своей стороны считает такое
вступление принципиально желательным.
В случае положительного разрешения означенного вопроса
Академия наук СССР просит разрешения на выплату
Международному комитету по истории знаний членского взноса, размер
которого будет сообщен дополнительно, по уточнении его.
Непременный секретарь академик В.Волгин
ГАРФ, ф. 7668, on. 1, д. 358, л. 1. Подлинник.
№ 291
Протокол заседания профгруппы КИЗ]
27 декабря 1931 г.
Слушали: 1. М. А. Гуковский сообщил информацию о
переходе на точные формы производственной работы, приняв как
форму дневники сотрудников. Декадные отчеты передаются
секретарю, месячные — администрации.
Постановили: это выполнять.
Слушали: 2. О переходе на дифференцированную оплату
труда, т. е. введении повременной шкалы.
Постановлено: к 31 декабря договориться насчет полного
или неполного рабочего дня каждого сотрудника и соответствующей
его работе оплате и об окончательном обсуждении плана на 1932 г.
Слушали: 3. М. И. Радовский предлагает выработанный им
план работ секции истории техники и разделение секции на
подсекции по эпохам.
470

Постановлено: после обсуждения этого плана ввиду
недостаточности средств и сотрудников — не принять.
Слушали: 4. И. А. Боричевский выдвинул вопрос об
ударничестве в 1932 г. и предлагает, как ударное задание, выпустить 1-й
выпуск журнала «Труды Комиссии по истории знаний».
Постановлено: принять тему И. А. Боричевского и к
1 января собрать материалы для журнала, дав каждому из
сотрудников соответствующее задание.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 38, л. 5. Подлинник.
№292
Из отчета В. Ф. Миткевича о командировке
на II Международный конгресс по истории науки и техники1
31 декабря 1931 г.
Среди руководящих кругов конгресса наблюдалось явно
враждебное отношение к советской делегации. Были попытки
всячески тормозить наши выступления. Но благодаря хорошей
организованности советской делегации, возглавлявшейся Н. И.
Бухариным, и при содействии прогрессивно настроенной части
президиума конгресса и его членов в общем все советские делегаты
получили возможность сделать свои выступления. Не подлежит
сомнению, что эти выступления, объединенные критическим
отношением к господствующим точкам зрения в различных
областях науки, оставили серьезный след и способствовали поднятию
авторитета советской науки.
Хотя вопросы методологического характера не входили в
официальную программу работ конгресса, но благодаря выступлениям
советских делегатов эти вопросы были выпукло выдвинуты на
первый план, и в результате явно чувствовалось, что идеи,
проводимые советской делегацией в целом, разделяются многими
представителями западной науки.
В связи с отмеченным необходимо считать результаты поездки
в общем положительными.
В состав советской делегации входили Н. И. Бухарин, А. Ф. Иоффе,
М. Рубинштейн, Б. М. Завадовский, Э. Кольман, Н. И. Вавилов,
Б. М. Гессен, В. Ф. Миткевич.
Добытые в связи с командировкой научные результаты могут и
должны быть использованы в области электротехники и теории
электромагнитных явлений в направлении более усиленной
пропаганды фарадее-максвеллевской точки зрения.
Необходимо издание на русском языке трудов советской
делегации.
В целях усиления планомерной борьбы за полное внедрение в
область учения об электромагнитных явлениях фарадее-максвел-
471

левской точки зрения необходимо просить авторитетных
советских физиков-марксистов дать конкретные разъяснения по
вопросу об абсурдности точки зрения «действия на расстоянии».
Академик В. Миткевич
Ленинград, 21.
Политехнический институт, кв. 8.
ГАРФ, ф. 7668, on. 1, д. 427, л. 29—31. Подлинник.
№293
Отчет о деятельности КИЗ за 1931 г.
Председатель: академик Н. И. Бухарин.
Основной работой КИЗ за отчетный год была работа
организационная — необходимо было собрать и объединить научную работу,
производящуюся в Академии наук СССР и вне ее, в области
истории знаний, создать формы для выявления этой научной работы
и подготовить вспомогательный аппарат для ее обслуживания.
В ряде заседаний были выработаны основные тематические
установки работы Комиссии на ближайшее время и намечен список
тем, подлежащих проработке в ее заседаниях и опубликованию в
ее «Трудах». Темы эти концентрируются главным образом вокруг
вопросов истории физико-математических, химических,
биологических и технических дисциплин.
Кроме организации основного рабочего ядра пленума
Комиссии было приступлено к организации ряда секций по отдельным
специальностям. Вполне организовалась за отчетный период
только секция по истории техники, объединившая вокруг себя ряд
крупных научных работников в этой области.1 Остальные секции
находятся в состоянии формирования.
Особой отраслью организационной работы Комиссии,
порученной ей Общим собранием, была постановка изучения истории
Академии наук, проводившаяся особой группой сотрудников.2
В области организации вспомогательного аппарата велись
значительные работы по созданию музея истории науки и техники, для
которых были приглашены сотрудники и в основном закончена
организация при БАН специального кабинета по истории знаний со
значительной подручной библиотекой и библиографическим аппаратом.
В осуществление изложенных организационных мероприятий
Комиссией проведены за отчетный период следующие работы.
Научная работа Комиссии за отчетный год состояла в
проработке ряда тем по истории науки и техники; некоторая часть этих
работ подлежала, согласно рабочему плану, окончанию в течение
1931 г., часть же должна быть закончена в дальнейшем.
К числу работ, оканчиваемых в 1931 г., относятся следующие:
«История высоковольтных передач» А. А. Чернышева; «Введение
472

в историю Ибн Хальдуна», перевод под ред. академика И. Ю. Крач-
ковского; «Очерки по истории русской этнографии», вып. 1
H. М. Маторина; «История геологического изучения Сибири», т. 1
академика В. А. Обручева; «Кеплер» 3. А. Цейтлина, К. Д.
Покровского и П. И. Яшнова; «История русской металлургии в XVIII в. и
начале XIX в.» В. А. Каменского; «История и философское
значение второго закона термодинамики» Д. Л. Рубановского; «Фарадей
и его роль в науке и технике» академика В. Ф. Миткевича,
академика В. А. Кистяковского и М. А. Шателена.
Продолжалась работа по окончанию полного собрания
сочинений М.В.Ломоносова, производившаяся Б. Н. Меншуткиным и
С. Н. Черновым. Из означенного собрания подготовлен к печати
т. 6 и подготовляются тома 8 и 9.
Особая подкомиссия приступила к проработке научного
материла академика Каспара Фридриха Вольфа, хранящегося в
Архиве АН СССР и представляющего большую научную ценность.3
В отчетном году ввиду превалирующего организационного его
характера научно-просветительская работа выразилась только в
устройстве, совместно с Ленинградским отделением Всесоюзного
энергетического комитета, торжественного заседания в честь столетия
изобретения Фарадеем электромагнитной индукции с докладами
академика В. Ф. Миткевича, академика В. А. Кистяковского и
М. А. Шателена. На заседании кроме научных работников
присутствовало значительное число рабочих и инженерно-технического
персонала крупнейших ленинградских электротехнических заводов,
представители которых выступили с краткими сообщениями о
достижениях своих заводов, осуществляющих изобретения Фарадея.
Вспомогательные работы велись в весьма широком масштабе
по линиям создания музея истории науки и техники и устройства
кабинета по истории знаний при БАН.
В первом направлении были предприняты инвентаризация и
суммарное описание памятников по истории науки и техники,
переданных музею из Петровской галереи. Для создания
экспозиционного ядра музея сотрудниками его велись переговоры с рядом
учреждений, институтов, музеев и предприятий о предоставлении
тех, часто представляющих большую научную ценность предметов
научного и производственного оборудования, которые не
применяются в текущей работе. Результатом этих переговоров явилось
обязательное постановление Ленинградского облисполкома от
1 сентября 1931 г., согласно которому за КИЗ закрепляются все
памятники старой техники и запрещается уничтожение таковых
без санкции КИЗ; кроме того, удапось добиться от Музея
реконструкции сельского хозяйства, Морского музея и др.
представления ряда ценных экспонатов по истории сельского хозяйства, ме-
таплургии, транспорта, физики и т. п.4
В направлении устройства кабинета выделен из основного
фонда БАН и из приобретенного ею весьма ценного собрания
473

академика В. И. Вернадского книжный фонд основных изданий по
истории знаний, каковые расположены в систематическом
порядке в шкафах особо отведенного в помещении БАН кабинета и в
значительной своей части заинвентаризованы и закаталогизирова-
ны. Кроме того, штатом кабинета создана библиография
иностранных и русских работ по истории науки и техники,
заключающая в себе около 9000 карточек. Библиография составлена для
внесоюзной литературы по важнейшим специальным
периодическим изданиям (в первую очередь по журналу «Isis») и по
монографиям, содержащим библиографические указания для союзной
литературы по книжным и журнальным летописям.
За отчетный период библиография охватила с некоторой
полнотой материал с 1925 по 1931 г. Работы по созданию библиотеки
и библиотечной картотеки ни в коем случае не могут считаться
законченными, однако уже и сейчас дают в руки исследователя
вполне пригодный рабочий аппарат.5
Опубл.: Отчет о деятельности Академии наук СССР в 1931 г. Л., 1932.
С. 70—72.
1932
№294
Записка ученого секретаря КИЗ М. А. Гуковского
в Секретариат АН СССР
о работе по переименованию Комиссии1
26 января 1932 г.
На служебную записку от 24-го сего января о представлении
Положения КИЗ последняя сообщает, что она в настоящее время
занята проработкой вопроса о переименовании Комиссии по
истории знаний в Институт истории науки и техники и выработкой
соответствующего Положения. Окончательно эта проработка
будет закончена по приезде председателя Комиссии академика
Н. И. Бухарина, после чего КПЗ обратится в Общее собрание АН
СССР с соответствующим ходатайством. Необходимость
преобразования Комиссии в Институт императивно диктуется
значительным развитием работы Комиссии и постоянным характером этой
работы, широтой охватываемого ею научного материала и,
наконец, наличием вспомогательных учреждений (кабинет, музей).
Ученый секретарь М. А. Гуковский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 55, л. 89. Отпуск.
474

№295
План КИЗ на J932 г.1
[Конец января 1932 г.]
А. Общие соображения.
Основная установка Комиссии в 1932 г., с одной стороны, —
коллективная проработка рядом специалистов одной основной
темы и создание на базе этой коллективной работы прочного и
четко работающего научного аппарата; с другой стороны, научная
проработка истории тех проблем или частей проблем, которые в
их современном состоянии поставлены в общий тематический
план Академии наук СССР. Совершенно естественно, что нельзя
действительно научно подойти к разрешению той или иной
проблемы современной науки, не оглянувшись на предыдущее
развитие этой проблемы, не вскрыв тех социально-классовых
корней, на которых она взращена. Для проведения этих работ
Комиссия предполагает объединить вокруг себя, с одной стороны,
виднейших специалистов данных отраслей знания, как
представленных в учреждениях Академии наук, так и в ней не
представленных, с другой стороны, квалифицированных
специалистов по истории знаний и по историко-методологическим
вопросам.
Б. Организационная работа.
В связи с изложенными общими задачами для наиболее
совершенного их выполнения Комиссия предполагает провести
следующие организационные работы:
1) полностью развернуть работу по организации музея истории
науки и техники с тем, чтобы к концу года были собраны
основные экспонаты и развернута первая, пробная экспозиция;
2) дооборудовать библиотеку кабинета КИЗ при Библиотеке
Академии наук с тем, чтобы она могла полностью обслуживать
работу Комиссии;
3) охватить библиографической картотекой русский и
иностранный материал по истории знаний с 1917 до 1931 г. и привести
картотеку в состояние, делающее ее доступной для всех
желающих;
4) организовать регулярную работу по изучению истории
Академии наук и ее научной деятельности;
5) наладить регулярные собрания как пленума Комиссии так и
ее подкомиссий и секций;
6) поставить всю работу Комиссии на рельсы строгой
плановости как в отношении тематическом, так и в отношении
календарном.
Работы, проведение которых необходимо для осуществления
всего изложенного, подробно разобраны в разделе «Г. Научно-
прикладные работы».
475

В. Научные работы.
Научная работа Комиссии должна вестись по двум
направлениям: по направлению коллективной проработки штатом
Комиссии, а также частично посторонними, но принимающими участие
в ее работе научными силами одной основной темы, возможно
более нужной в настоящий момент и связанной с темами плана
Академии наук, и по направлению проработки учреждениями
Академии наук и отдельными привлеченными к работе Комиссии
сотрудниками тем, непосредственно вытекающих из их
исторических работ, т. е. исторических частей работ общего плана
Академии наук.
По первому направлению в центр работы Комиссии поставлена
тема, обозначенная I: Наука и техника на заре промышленного
капитализма (в XVIII в.).
Работы, ведущиеся по второму направлению, обозначенные II,
идут параллельно с проработкой соответствующих тем общего
плана Академии наук и помещены ниже параллельно с ними.
Некоторые широкие темы, выходящие за рамки этого плана, хотя и
согласованы с ним, помещены перед соответствующими
разделами. Узкие частные темы, составляющие часть или дальнейшее
развитие тем более широких, помещены после соответствующих
разделов. Однако работы по темам, включенным в общий план
Академии наук, не исчерпывают и не могут исчерпать всю
намечающуюся Комиссией работу. Кроме этих намечены и проработаны
темы комплексные, объединившие ряд вышеназванных тем и
частично выходящие за их пределы. Темы эти ставятся в плане
изучения богатейшего научного наследства старой Академии. Кроме
того, несколько тем, главным образом по истории техники,
выдвигаются в целях подведения научной базы под работу по
организации музея, в значительной своей части посвященного
истории техники, и в целях более тесной увязки исторического
изучения чисто теоретических проблем с проблемами
теоретико-практическими или производственными. Темы раздела I
являются обязательными к проработке, темы же раздела II, как
исполняемые в основном не штатом Комиссии, запроектированы
ориентировочно.
В графе «Исполнитель» указывается учреждение или лицо,
ответственное за проработку темы, причем не оговаривается, дается
тема индивидуально или коллективно. Равным образом не
указывается форма выявления работы, так как предполагается, что
каждая работа в предварительном и сокращенном виде в качестве
доклада обсуждается Комиссией, а затем представляется в
письменном виде для напечатания.
Вся плановая работа, таким образом, должна выразиться в
следующем.
476

I.
№
работы
I
2
3
4
5
6
Тема
Наука и техника
в XVIII в.
Подтема
Металлургия в
России.

Обрабатывающие механизмы
в русской
технике.
Химическая про-
мышленность в
России.

Металлообрабатывающие
станки на Западе.
Дидро.
Научное
мышление и ученые
работы А.
Болотова.
Исполнитель
В. А.
Каменский.
М. И. Радов-
ский.
Н. М. Раскин.
М. А. Гуков-
ский.
И. А. Бори-
чевский.
С. Н. Чернов.

Ориентировочный срок
окончания
01.11.1932 г.
и.
№
работы
1
1а
16
2
2а
26
2в
3
Тема
Физика и
математика.
Колебательные
движения.
Фотохимия.
Химия.
Равновесные
системы.
Природные соли.

Физико-химические явления.
Геологические
науки.
Подтема
Развитие учения о свете.
История теоретической и
прикладной химии.
История теоретической и
прикладной химии.
Закон кратных
отношений.
История соляной техники
в России.
Физика и химия в их
историческом
взаимодействии.
История методов
геологической разведки.
Исполнитель
Академик
А. Ф. Иоффе.
Профессор
Т. П. Кравец.
Профессор
М. А. Блох.
Академик
Н. С. Курнаков.
Профессор
С. Н. Чернов.
Профессор
H. Н. Семенов.
Академик
И. М. Губкин.
477

Земная кора
территории Союза.
Биологические
науки.
Проблема вида и
проч.
Высшая нервная
деятельность.
География.
Рельеф Союза.
Проблемы
социально-экономические.
История народов
СССР.
Проблемы
языкознания.
Проблемы
методологии лингвистики.
Яфетическая
теория.
Востоковедение.
Комплексные
проблемы в связи с
изучением истории
научной деятельности.
См. 4.
См. 3, 4, 5, 6.
См. 4, 5.
См. 1, 2, 7-
История геологического
исследования Урала.
История геологического
исследования Средней Азии.
История геологического
исследования Сибири.
История генетики.
История учения об
условных рефлексах.
История географического
изучения Средней Азии.
Картографические
материалы XVIII в. к
Каспийскому морю.
История русской
этнографии.
Современное
социологическое направление в
буржуазной лингвистике.
История яфетической
теории.
История востоковедения.
Изучение истории
научной деятельности
Академии наук (часть работы).
Изучение материалов
К. Вольфа.
Изучение материалов
экспедиции Лангсдорфа.
Изучение деятельности
академика К. Бэра.
Издание сочинений
М. В. Ломоносова.
Академик
В. А. Обручев.
Профессор
А. С. Серебровский.
Академик
И. П. Павлов.
Профессор
Л. С. Берг.
Профессор
Л. С. Берг.
Профессор
Н. М. Маторин.
Академик
Н. Я. Марр.
Академик
С. Ф. Ольденбург.
Подкомиссия
и штатные
работники.
Подкомиссия.
Подкомиссия.
Подкомиссия.
Профессор
С. Н. Чернов.
478

Проблемы,
выходящие за пределы
тематического плана
Академии наук, но
выдвигаемые
работой по организации
музея или
самостоятельно Комиссией.
История техники.
История
астрономии.
Юбилеи
выдающихся деятелей
науки и искусства.
Отдельные
проблемы.
а) История
высоковольтных передач.
б) История теории
корабля.
в) История русской
металлургии.
История определения
звездных паралаксов.
Бредихин.
Кеплер.
Гегель.
Гете.
Максвелл и Фарадей.
Переписка Ковалевских.
Профессор
А. А. Чернышев.
Академик
А. Н. Крылов.
В. А. Каменский.
С. К. Костин-
Профессор
К. Д. Покровский.
Коллективная
работа.
Коллективная
работа.
Коллективная
работа.
Коллективная
работа.
Академик
А. А. Борисяк.
Г. Научно-прикладные работы.
В связи с организационными работами, перечисленными в
разделе Б, в качестве их прямого следствия стоят работы научно-
прикладные, разбивающиеся на те же группы, [которые] должны
выразиться в следующем:
№
работы
1
2
Тема
Музей.
Библиотека.
Подтема
а) Собирание материалов.
б) Обработка материалов.
в) Перевозка материалов и уход за ними.
а) Создание фонда.
б) Обслуживание — выдача и справки.
в) Изготовление карточек (основных).
479

г) Изготовление карточек (добавочных).
д) Предметизация карточек.
е) Инвентаризация.
а) Разыскание иностранных катаногов 1917—
1931 гг.
б) Разыскание русских материалов 1917—
1931 гг.
в) Писание карточек.
г) Предметизация.
д) Расстановка карточек.
а) Разыскание русских печатных материалов.
б) Разыскание иностранных печатных
материалов.
в) Писание карточек.
г) Разыскание русских рукописных
материалов.
д) Разыскание иностранных рукописных
материалов.
е) Писание карточек.
ж) Ведение карточек.
Д. Научно-популяризационные работы.
В 1932 г. должна быть сделана первая попытка вынесения ис-
торико-научных вопросов за пределы строго научных учреждений.
Ввиду полной новизны дела дать какие-нибудь определенные
плановые наметки в этом направлении представляется
затруднительным. Предположено повторение ряда докладов, проверенных и
проработанных в Комиссии, в рабочих районах, в Деловом клубе
и в Клубе работников Академии наук. В первую очередь
выдвигаются темы под номерами 1а и 16, 2 и 2а, 6а, 10, ЮЛ,а, б, в,
11. Настоящий раздел плана подлежит уточнению на одном из
ближайших заседаний Комиссии.
Работой научно-популяризационного характера уже в
настоящее время является издание серии очерков, посвященных
деятелям науки и техники. Для осуществления этого издания
Комиссией выделена особая подкомиссия, которой поручено издать в
1932 г. 20 очерков объемом от 5 до 20 печатных листов.
Е. Издательская работа.
Охватывает те из научных работ, намеченных в разделе В,
которые будут закончены в пределах 1932 г. и потребуют листажа
270 печатных листов.
Председатель КИЗ Н. Бухарин
Ученый секретарь М. Гуковский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 53, л. 22—2 об. Подлинник.
Библиография.
История
Академии наук.
480

№296
Штатное расписание КИЗ на 1932 г.1
[Конец января 1932 г.]
№
1
2
3
4
5
6
Наименование
должности
Ученый секретарь
Научный сотрудник
1-го разряда
Научный сотрудник
2-го разряда
Технический
секретарь
Делопроизводитель
Научно-технический
сотрудник
Число
1930 г.
1
—
—
—
—
—
единиц
1932 г.
1
4
4
1
1
1
Оклад,
руб.
200
175
150
125
90
90
Сумма, руб.
(1932 г.)
200
700
600
125
90
90
Итого | 1 | 12 | | 1805
Председатель КИЗ
Ученый секретарь М. Гуковский
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 50, л. 23. Копия.
№297
Записка Н. И. Бухарина в Президиум АН СССР
о необходимости реорганизации КИЗ в Институт
25 февраля 1932 г.
Ввиду того что как цели и задачи, так и организационная
структура Комиссии по истории знаний не соответствуют тем
установкам, которые утверждены Общим собранием АН СССР в
«Положении о комиссиях Академии наук», КИЗ просит о
переименовании ее в Институт истории науки и техники (ИИНИТ) и
об утверждении Положения об ИИНИТ, при сем проекте
препровождаемого.
Ходатайство КИЗ основано на следующих основных
мотивировках:
1 ) работа КИЗ является постоянной, не носящей характера
решения какого-нибудь специального задания, всегда в той или
иной степени свойственной Комиссии;
2) область исследовательской работы КИЗ весьма обширна и
представляет собой совершенно особую дисциплину, привлекаю-
16 Заказ №4012
481

щую к себе все большее внимание в буржуазных государствах и
имеющую еще неизмеримо большее значение в СССР, где
необходимо с точки зрения марксистско-ленинского учения
критически воспринять наследие старой науки и техники;
3) при надлежащей постановке работы КИЗ явится и уже
частично является значительным по своему штату и сложным по
своей организационной структуре учреждением, включающим в
себя ряд секций, подкомиссий, групп и т.д.;
4) КИЗ по самой сути своей работы должна иметь
вспомогательные учреждения, кабинет с библиотекой и
библиографическими картотеками и музей науки и техники, каковые уже
организованы.
Все изложенные свойства и ряд других, менее значительных,
совершенно не отвечая характеру комиссионной работы и
«Положению о комиссиях Академии наук», делают насущно
необходимым переименование КИЗ в Институт и утверждение нового
Положения об ИИНИТ, какое закрепит то место, которое КИЗ
уже заняло в сети Академии наук, и откроет новые перспективы
для ее развития.1
Председатель комиссии Н. И. Бухарин
ПФА РАН, ф. 154, on. 7, д. 55, л. 83—83 об. Отпуск.
№298
Положение об Институте истории науки и техники (ИИНИТ)
АН СССР1
28 февраля 1932 г.2
1. Институт истории науки и техники (ИИНИТ) состоит при
Общем собрании АН СССР и находится в Ленинграде.
2. ИИНИТ ставит своей задачей изучение на базе марксистско-
ленинской методологии истории науки и техники всех стран с
древнейших времен и до настоящего времени.
3. Согласно этой задаче деятельность ИИНИТ выражается в:
а) научной проработке силами своего штатного состава, а
также силами научных работников Академии наук, не состоящих
сотрудниками ИИНИТ, истории тех научных и технических
проблем, которые служат объектами изучения научных учреждений
Академии наук;
б) научной проработке теми же силами истории научных
дисциплин или проблем или отрезков общей истории науки и
техники, выдвигаемых институтом по своей инициативе;
в) научно-просветительной работе;
г) музейной работе.
482

Всю свою работу ИИНИТ проводит с максимальным
использованием коллективных методов, объединяя для проработки
отдельных тем специалистов данной научной отрасли, историков
данной эпохи и специалистов по теории диалектического и
исторического материализма.
4. Институт делится на сектора по отдельным дисциплинам
или группам дисциплин.
5. В качестве вспомогательных учреждений при институте
состоят:
а) кабинет с библиотекой и библиографическими
картотеками;
б) музей истории науки и техники.
6. ИИНИТ возглавляется директором.
7. При директоре ИИНИТ состоит совет, в который входят:
директор, ученый секретарь, заведующие секторами и
вспомогательными учреждениями и ученый секретарь института,
представители ассоциаций Академии наук и учреждений, с которыми
институт связан в своей работе.
8. Средства ИИНИТ состоят:
а) из госбюджетных ассигнований по смете Академии наук
СССР;
б) из целевых ассигнований.
ПФА РАН, ф. 154, on. 1, д. 57, л. 43. Копия.
№299
Дополнение к отчету Н. И. Вавилова
об участии во II Международном конгрессе
по истории науки и техники в Лондоне
13 марта 1932 г.
В дополнение к моему отчету о командировке на
Международный конгресс по истории науки и техники в Лондон в июле
1931 г. сообщаю следующее.
Моя поездка была прежде всего связана с участием в
Международном конгрессе и с выступлением от советской делегации с
изложением наших взглядов по важнейшим вопросам истории
мирового земледелия. Кроме того, я принял участие в ряде
выступлений от советской делегации как в Лондоне, так и в Ротамстеде,
что не может не иметь значения прежде всего для пропаганды той
работы, которая ведется в Советском Союзе.
Специально по вопросам практического строительства, мною
собран значительный материал по новейшим достижениям в
Германии и в Англии, главным образом по генетике и селекции.
Наибольший интерес для нас представляют новые работы Мерто-
483

новского генетического института (Англия) по вопросам междуви-
довой гибридизации, особенно раздел так называемой
полиплоидии. Этот раздел является новым и открывает большие
возможности в улучшении сортов плодовых деревьев и вообще по
улучшению культурных растений.1
Исключительно важная работа ведется в Рединге (Англия)
профессором Персивалем, с которым мне пришлось ближе
познакомиться по вопросам гибридизации важнейших видов пшениц и
ближайших к ним диких видов. Эти работы также представляют
значительный интерес для нас, и ряд положений должен быть
усвоен в нашей практической работе по селекции.
В основном мне пришлось ознакомиться с новейшими
достижениями по теме селекции и генетики, в особенности по
вопросам гибридизации. Ввиду того что в ближайшее время у нас
развертываются широкие работы по применению метода отдаленной
гибридизации для улучшения домашних животных и культурных
растений, полагаю, что собранные сведения2 представляют
существенный интерес.
Мною собран, кроме того, и новый сортовой материал по
хлебным злакам, который передан Всесоюзному институту
растениеводства и будет высеян в 1932 г. на опытных станциях
Института растениеводства.
Академик Н. Вавилов
Г АРФ, ф. 7668, on. 1, д. 427, л. 61—6 J об. Подлинник.
№300
Из отчета А. Ф. Иоффе
об участии во II Международном конгрессе
по истории науки и техники в Лондоне1
13 марта 1932 г.
В Комитет по заведованию учеными и учебными
учреждениями.
Конгресс по истории знаний имел преимущественно
политическое и методологическое значение. В результате его и, в
частности, моего доклада в Кембридже группа профессуры этого
важнейшего в Англии университета приступила к изданию журнала,
посвященного философии знаний и в особенности вопросам
диалектического материализма.
Академик А. Ф. Иоффе
ГАРФ, ф. 7668, on. 1, д. 427, л. 51. Подлинник.
484

№301
О деятельности КИЗ за 1921—1932 гг. из статьи
об Институте истории науки и техники АН СССР
Институт истории науки и техники АН СССР был основан в
1921 г. по инициативе академика В.И.Вернадского под
названием Комиссии по истории знаний, фактически начавшей работать
лишь в 1926 г.
Как и все другие старые академические комиссии, Комиссия
по истории знаний, сокращенно именовавшаяся КИЗ, вела работу
в достаточной мере случайно, без заранее выработанного плана,
причем работа эта заключалась главным образом в устройстве
заседаний, на которых заслушивались те или иные доклады,
посвященные отдельным вопросам истории науки, вопросам главным
образом биографического характера. Кроме чтения докладов,
Комиссия занималась еще изданием печатных работ, частично
воспроизводивших доклады, частично же выходивших за их пределы.
Работы эти группировались в две серии: «Труды», в которых
помещались работы монографического порядка, и «Очерки [по
истории знаний]» — сборники, посвященные отдельным деятелям
науки.
В первой серии вышли нижеследующие работы:
1) В. И. Вернадский. Мысли о современном значении истории
знаний. 1927;
2) Первый сборник памяти Бэра. 1927;
3) Б. А. Тураев. Русская наука о Древнем Востоке до 1917 г.
1927;
4) Л. С. Берг. Очерк истории русской географической науки
(вплоть до 1923 г.). 1929;
5) А. А. Борисяк. В. О. Ковалевский, его жизнь и научные
труды. 1928;
6) В. А. Кистяковский. Теория электролитической
диссоциации Аррениуса и эволюция современной химии. 1929;
7) В. П. Бузескул. Всеобщая история и ее представители в
России в XIX в. и начале XX в. 4.1. 1929;
8) И. Ю. Крачковский. Шейх Тантави, профессор
Санкт-Петербургского университета. 1929;
9) Д. М. Петрушевский. П. Г. Виноградов как социальный
историк. 1930;
10) О. А. Добиаш-Рождественская. Мастерские письма на заре
западного средневековья и их сокровища в Ленинграде. 1930;
И) В. А. Обручев. История геологического исследования
Сибири.
Последняя работа, представляющая собой первый выпуск
большого, пятитомного труда, будет закончена изданием уже
Институтом истории науки и техники.
485

«Очерки по истории знаний» вышли в количестве 8 книг, а
именно:
1) Ньютон. 1927;
2) Памяти М. А. Кастрена. 1927;
3)М. Вертело. 1927;
4) Памяти В.Томсена. 1928;
5) А. М. Бутлеров. 1929;
6) Материалы для биографии А. С. Лаппо-Данилевского. 1929;
7) Памяти Л.Я.Штернберга. [1930];
8) А. А. Шахматов. [1930].
Докладами на заседаниях и печатанием вышеперечисленных
сочинений в основном исчерпывалась работа Комиссии, не
имевшей ни своего помещения, ни штата, ни библиотеки.
В 1929—1930 гг. вся Академия наук СССР подверглась
коренной перестройке, которая, правда с некоторым запозданием,
коснулась и Комиссии по истории знаний. В конце 1930 г. во главе
ее встал академик Н. И. Бухарин, и перед ней были поставлены
весьма серьезные и широкие задачи, из которых основными
являлись:
1) планомерное изучение науки всех времен и народов на базе
марксистско-ленинской методологии с обращением особого
внимания на историю научных вопросов, актуальных в общей
системе научной работы Советского Союза;
2) планомерное изучение в тех же рамках и теми же методами
истории техники, ранее совершенно не входившей в круг работ
Комиссии;
3) проработка истории тех вопросов, которыми в их
актуальном выражении занимаются другие научные институты, в первую
очередь Академия наук, а затем и стоящие вне ее;
4) создание при Комиссии большого музея истории науки и
техники, долженствующего служить, с одной стороны,
лабораторией для научной работы Комиссии, с другой же стороны,
популяризировать эту работу, доводить ее результаты до широких
масс;
5) создание при Комиссии соответствующего научного
аппарата в виде библиотеки, библиографических картотек и т. п.
Выполнение всех означенных функций, естественно, требовало
создания более или менее значительного штата, состоящего из
специалистов по истории науки и техники, и привлечения к
работе Комиссии широкого круга не входящих в ее штат, но
интересующихся вопросами истории своей науки исследователей. Как
то, так и другое было весьма нелегким, так как специалистов по
истории науки и техники в Союзе фактически не было, а
привлечение нештатных работников наталкивалось на их чрезвычайную
перегруженность другой работой.
В течение 1931 г. Комиссия в основном и была занята
подбором сотрудников и группировкой вокруг себя ядра интересующих-
486

ся ее работой исследователей и главным образом выработкой
методов и путей проведения планомерной работы в своей области.
Необходимой базой для этой работы, естественно, должна была
явиться библиотека, которая и была создана путем выделения из
богатейших фондов Библиотеки Академии наук СССР
соответствующей специальной литературы. Чрезвычайно важное
пополнение библиотека получила благодаря приобретению Библиотекой
АН ценнейшего личного собрания академика В.И.Вернадского,
содержавшего прекрасный подбор литературы по истории науки.
Для размещения библиотеки Библиотекой АН был предоставлен
особый кабинет со всем оборудованием. Параллельно велось
составление библиографической картотеки на всю книжную и
статейную русскую и иностранную литературу, вышедшую с 1917 г.
Одновременно было приступлено к созданию музея истории
науки и техники. Первым и необходимым условием для этого
было спасение и концентрация в одном месте тех
многочисленных памятников истории техники, которые благодаря
происходящему гигантскими темпами перевооружению промышленности
ежедневно во все большем количестве предавались уничтожению.
Для осуществления этого Комиссия добилась постановления Лен-
горсовета о запрещении уничтожения памятников старой техники
без ее визы, напечатала и разослала по заводам Ленинградской
области ряд воззваний, обращений и инструкций по охране
памятников истории техники и приступила к выявлению и
собиранию этих памятников, что в сравнительно короткое время дало
чрезвычайно ценные результаты.
Начатая в столь многих и серьезных областях работа
Комиссии к 1932 г. уже настолько развернулась, что не могла
умещаться в организационных рамках Комиссии, которая постановлением
Общего собрания Академии наук СССР от 28 марта 1932 г.1 была
реорганизована в Институт истории науки и техники.
Как это совершенно неизбежно, первые месяцы после
реорганизации отличались большой долей организационной работы,
отнимавшей значительное количество времени у подобранного к
этому моменту научного персонала института.
Работа по созданию музея истории науки и техники,
разворачивание которого было начато, как выше сказано, еще
Комиссией, велась усиленными темпами и тормозилась только
отсутствием у института соответствующего помещения для хранения
часто весьма громоздких экспонатов. В помещении, состоящем из
четырех зал и одного подвала, временно предоставленном
Энергетическим институтом, удалось, однако, собрать свыше 2000
ценнейших историко-технических и историко-научных памятников,
среди которых наиболее ценными являются: коллекция станков и
инструментов XVII—XVIII вв., поступивших из бывш.
Петровской г&переи; коллекция моделей металлообрабатывающих станков
первой половины XIX в., поступившая из Музея Военно-инженер-
487

ной академии; коллекция текстильных станков XIX в.,
поступившая из Комбината им. Молотова; коллекция разных историко-
технических моделей, поступившая из бывш. Музея путей
сообщения; коллекция научных инструментов и электрических машин
XVIII в., поступившая из Физико-технического института АН, и
ряд других коллекций и отдельных предметов. Все поступившие
памятники заинвентаризированы, занесены на карточки, научное
же их описание постепенно проводится сотрудниками
института...2
Кроме того, было проведено три торжественных юбилейных
заседания в конференц-зале Академии.
Первое — посвященное столетию со дня открытия Фарадеем
электромагнитной индукции (22 ноября 1931 г.), с докладами:
академика В. Ф. Миткевича — «Работы Фарадея в области
электромагнитной индукции и их связь с его общими физическими
воззрениями», академика В. А. Кистяковского —
«Электрохимические и коллоидохимические исследования Фарадея»,
профессора М. А. Шателена — «Работы Фарадея как основа современной
электротехники» и с рапортами заводов, использующих в СССР
открытие Фарадея.
Второе — посвященное 25-летию со дня смерти Д. И.
Менделеева (январь 1932 г.), с докладами: академика А. А. Байкова —
«Основы химии», профессора М. А. Шателена — «Менделеев как
метролог».
Третье — посвященное столетию установления Гауссом
абсолютной системы мер (28 декабря 1932 г.), с докладами: академика
С. И. Вавилова — «Абсолютная система мер», профессора М. А.
Шателена — «Абсолютные единицы в электротехнике».
Опубл.: Архив истории науки и техники. Л., 1933. Вып. 1. С. 226—231.

ПРИМЕЧАНИЯ

№1
!На заседании Общего собрания РАН 14 мая 1921 г. присутствовали
В. В. Бартольд, И. П. Бородин, В. И. Вернадский, В. М. Истрин, А. П.
Карпинский, Е. Ф. Карский, П. К. Коковцов, В. Л. Комаров, Н. А. Котляревс-
кий, А.А.Марков, А.В.Никитский, Н.К.Никольский, С. Ф. Ольден-
бург, И.П.Павлов, В. И. Палладии, В. Н. Перетц, С.Ф.Платонов,
В. А. Стеклов, Ф. И. Успенский.
№2
1 В первом заседании Комиссии, которое состоялось в Малом
конференц-зале Академии наук СССР, в субботу, в 11 часов, приняли участие
академики В. В. Бартольд, В. И. Вернадский, В. М. Истрин, А. П.
Карпинский, П.П.Лазарев, Н. Я. Марр, С. Ф. Ольденбург, В. А. Стеклов,
Ф. И. Успенский. В течение 1921—1922 гг. состоялось еще два заседания
Комиссии (18 сентября и 12 декабря 1921 г.) и два заседания бюро (26
января и 2 мая 1922 г.). В ноябре 1921 г. Комиссия по истории науки
стала называться Комиссией по истории знаний — КИЗ (ПФА РАН,
ф.2, оп. 1-1927, д. 27, л. 97).
2 В. И. Вернадский состоял председателем КИЗ до 3 октября 1930 г.
(ПФА РАН, ф. 2, оп. 1-1930, д. 162, л. 73—74). См. док. №242.
3Для подготовки сборника «Русская наука», который должен был
рассказать о развитии науки в России в XVIII—XIX вв., была создана
специальная комиссия. В 1917—1920 гг. она подготовила серию очерков
по отдельным отраслям науки. В данном случае речь идет об изданиях:
Васильев A.B. Математика. Вып. 1. 1725—1863. Пг., 1921; Глубокое-
ский Н. Н. Богословие. Пг., 1919; Радлов Э.Л. Этика. Введение в науку
философия. Пг., 1921; Холодковский Я. Д. Биологические очерки.
Сборник избранных статей по теории эволюции и различным вопросам
биологии. М; Пг., 1923.
4 Бюро КИЗ было сформировано на втором заседании Комиссии,
18 сентября 1921 г., и просуществовало вплоть до реорганизации ее в
1932 г. В состав бюро входили: председатель — в разные годы это
В. И. Вернадский, Н. И. Бухарин; товарищ председателя — Э. Л. Радлов,
И. Ю. Крачковский, А. М. Деборин; ученый секретарь — Г. П. Блок,
М. А. Блох, М. М. Соловьев, С. Н. Чернов, Я. М. Урановский, М. А. Гу-
ковский.
491

№3
1 Заседание Комиссии состоялось в воскресенье, в 2 часа дня, в Малом
конференц-зале РАН. В нем приняли участие В. В. Бартольд, Л. С. Берг,
Г. П. Блок, М. А. Блох, А. А. Борисяк, А.В.Васильев, В.И.Вернадский,
С. А. Жебелёв, А. А. Жижиленко, В. М. Истрин, А. П. Карпинский, Е. Ф.
Карский, В. И. Ковалевский, Н. Я. Марр, Б. Л. Модзапевский, А. В. Никитский,
С. Ф. Ольденбург, И. А. Орбели, Л. А. Орбели, В. Н. Перетц, Д. К. Петров,
Э. Л. Радлов, Ф. И. Успенский.
2 Справка: «В марте 1916 г. великобританский посол в Петрограде
писал министру народного просвещения о необходимости завязать более
тесные сношения между русскими и английскими учеными.
Министерство сообщило об этом Академии наук, которая в Общем собрании 9 мая
положила образовать по этому вопросу комиссию. В связи с ходом работ
вновь учрежденной коллегии выяснилась необходимость расширить ее
заседания, и 15 октября того же 1916 г. Конференция Академии
постановила организовать новую комиссию, которой поручались заботы об
установлении более тесного научного общения помимо Англии также и с
другими странами Западной Европы. 15 ноября в одном из первых
заседаний этой комиссии академик А. С. Лаппо-Данилевский высказал
соображения о желательности издать на русском и французском языках труд
под заглавием „Русская наука" (La science Russe), где бы в кратких,
сжатых очерках, вроде некоторых статей книги „La science Française", были
сообщены сведения о ходе развития и современном положении всей
русской науки. Этот проспект, совпадавший с предложениями, возникшими
в то же время в редакции „Русского исторического журнала", комиссией
был принят и 3 декабря 1916 г. получил одобрение Общего собрания.
Январь 1917 г. был посвящен составлению предварительной схемы
намеченного издания и подбору сотрудников, объединившихся затем в особую
подкомиссию под председательством академика Лаппо-Данилевского.
Начало действий этой подкомиссии совпало с первыми днями революции.
К осени план сборника был определен окончательно и авторы
приступили к работе. Сроком представления рукописей было назначено сперва
1 января, затем 1 мая 1918 г. В октябре 1917 г. подкомиссия с
одобрения Конференции установила связь с французским институтом в
Петрограде, взявшимся переводить очерки на французский язык. Условия
времени устранили возможность соблюдения намеченных сроков, а 7
февраля 1919 г. инициатор и руководитель всего дела скончался. Обязанности
его по редактированию „Русской науки" с марта 1919 г. были переданы
Общим собранием академику С. Ф. Ольденбургу.
Ближайшей целью сборника „Русская наука" является
характеристика важнейших научных проблем, которые ставились и решались
русскими учеными в течение последних двух веков, тех результатов, которых
они достигли в настоящее время, и тех очередных задач, какие они
намечают в ближайшем будущем в различных отраслях науки.
Согласно плану, сборник открывается общим предисловием и
дробится затем на три отдела. Первый отдел посвящен наукам богословским
и философским, второй — физико-математическим, третий —
гуманитарным. Научно-прикладные дисциплины программой не предусмотрены.
Отделы распадаются на очерки по специальностям. Каждый очерк
должен быть снабжен систематически-хронологическим списком важнейших
трудов в данной области и ссылкой на общий библиографический труд
по данной специальности, если таковой имеется. Объем отдельного очер-
492

ка — 1—2 листа, общий объем всего издания — 105 листов. Тираж —
2200 экз., из которых половина на русском и половина на французском
языках.
Из 68 намеченных очерков в редакцию сборника поступили
следующие 22:
I отдел
1. Богословие, профессора Н. Н. Глубоковского.
2. Философия, профессора Э. Л. Радлова.
II отдел
1. Математика, профессора А. В. Васильева.
2. Механика, профессора П. О. Сомова.
3. Астрономия, академика А. А. Белопольского.
4. Физика, академика П. П. Лазарева.
5. Палеоботаника, профессора Залесского.
6. Палеозоология, А. А. Борисяка.
7. Почвоведение, профессора К. Д. Глинки.
8. Морфологическая зоология, анатомия человека и гистология,
профессора Н. А. Холодковского при участии профессора В. Н. Тонкова
и профессора А. А. Максимова.
9. География, профессора Л. С. Берга.
III отдел
1. Статистика, профессора А. А. Кауфмана.
2. Психология, профессора Н. О. Лосского.
3. Социология, профессора Н. И. Кареева.
4. Древний Восток, академика Б. А. Тураева.
5. История Греции, профессора В. П. Бузескула.
6. Латинский язык и литература, профессора А. И. Малеина.
7. Археология и общая история искусства, профессора С. А. Же-
белёва.
8. Классические и скифские древности северного побережья
Черного моря, академика М. И. Ростовцева.
9. Итальянская и испанская литература, профессора Д. К. Петрова.
10. История нового времени, профессора Н. И. Кареева.
11. Славянские языки, профессора H. М. Петровского.
Из них „Математика" напечатана и вышла в свет, „Богословие"
отпечатано, но не сброшюровано, „Философия" подписана к печати,
„Морфологическая зоология, анатомия человека и гистология" набраны, но
еще не сверстаны. Остальные очерки в набор еще не сдавались.
Из числа авторов, не представивших очерки, многие умерли, многие
отрезаны от Петрограда» (ПФА РАН, ф. 2, оп. 1-1917, д. 27, л. 75—76).
№4
1 Приглашение к участию в заседании КИЗ было отправлено 62
ученым. На заседании 12 декабря 1921 г. присутствовало 18 человек. См.
док. № 5.
493

2 См. док. №3.
3В делах КИЗ имеется список членов Комиссии, в нем названы 93
человека (ПФА РАН, ф. 2, оп. 1-1917, д. 27, л. 120—121). Список не
подписан и не датирован. По содержанию его можно отнести к декабрю
1921 г. (в списке стоят фамилии академиков В. И. Палладина, А. А.
Маркова, профессора Л. А. Чугаева, которые скончались в 1922 г., философа
Н. О. Лосского, высланного из России в 1922 г., академика
А.В.Никитского, скончавшегося в декабре 1921 г.). По-видимому, это первый
список членов КИЗ. Приводим его полностью: академики В. В. Бартольд,
А. А. Белопольский, М. М. Богословский, И. П. Бородин, В. И.
Вернадский, В.С.Иконников, А.Ф.Иоффе, В.Н.Ипатьев, В.М. Истрин,
А. П. Карпинский, Е. Ф. Карский, П. К. Коковцов, В. Л. Комаров, Н. А. Кот-
ляревский, А. Н. Крылов, Н. С. Курнаков, П. П. Лазарев, А. А. Марков,
Н. Я. Марр, В.Н.Насонов, А.В.Никитский, Н.К.Никольский,
С. Ф. Ольденбург, А.П.Павлов, И.П.Павлов, В. И. Палладии, В.Н. Пе-
ретц, С. Ф. Платонов, М. Н. Розанов, А. Н. Северцов, А. И. Соболевский,
М.Н.Сперанский, В. А. Стеклов, Ф.И.Успенский, Я.В.Успенский,
А. Е. Ферсман, В. М. Шимкевич, Ф. И. Щербатской; ученые-специалисты
Д. Н. Анучин, В. Н. Бенешевич, А. Н. Бенуа, Л.С.Берг, Г. П. Блок,
М. А. Блох, А. А Борисяк, В. П. Бузескул, Н. И. Вавилов, А. В. Васильев,
A. П. Герасимов, И. Э. Грабарь, И. М. Гревс, К. Н. Давыдов, М. М. Дите-
рихс, В. Б. Ельяшевич, С. А. Жебелёв, А. А. Жижиленко, М. Д. Залес-
ский, П. А. Земятчинский, В.П.Зубов, Н. И. Кареев, В.И.Ковалевский,
Н. К. Кольцов, Н. П. Кравков, Н. М. Кулагин, М. Ю. Лахтин, Ф. Ю. Ле-
винсон-Лессинг, Е. Ф. Лискун, Б. Л. Личков, Н. О. Лосский, С. М.
Лукьянов, А. А. Максимов, А. И. Малеин, М. А. Мензбир, Б. Л. Модзалевский,
И. Ф. Огнев, И. А. Орбели, Л. А. Орбели, М. Я. Пергамент, Д. К. Петров,
К.Д.Покровский, Э. Л. Радлов, П.О.Сомов, П. П. Сушкин, Е. В.Тарле,
B. Н. Тонков, Ю. А. Филипченко, О. Д. Хвольсон, Л. А. Чугаев, Б. Н. Шван-
вич, В. Ф. Шишмарев, Л. Я. Штернберг, Л. В. Щерба, А. А. Ячевский.
№5
1 Заседание Комиссии состоялось 12 декабря 1921 г., в понедельник, в
4 часа дня, в Малом конференц-зале Академии наук. Председательствовал
В. И. Вернадский, присутствовали В. Н. Бенешевич, Г. П. Блок, М. А. Блох,
А. В. Васильев, А. И. Горбов, С. А. Жебелёв, Н. И. Кареев, А. П.
Карпинский, Е. Ф.Карский, В. Л. Комаров, А. И. Малеин, Н. Я. Марр, Э. Л. Рад-
лов, Я. В. Успенский, Л. А. Чугаев, В. М. Шимкевич, Л. В. Щерба.
2 Очерк напечатан: Васильев А. В. Математика. Вып. 1. 1725—1863.
Пг., 1921.
3 Очерк издан: Радлов Э. Л. Этика. Введение в науку философия.
Пг., 1921.
4 Очерки С. А. Жебелёва и А. И. Малеина напечатаны не были.
Сохранилась рукопись очерка С. А. Жебелёва «Археология и общая
история искусств» (ПФА РАН, ф. 729, оп. 1, д. 5).
№6
1В заседании участвовали М. А. Блох, В.И.Вернадский, Э. Л.
Радлов, Г. В. Хлопин.
494

№7
]См. док. №53, 54, 57, 61.
№8
1 В заседании бюро КИЗ участвовали Г. П. Блок, М. А. Блох, В. И.
Вернадский, Н. Я. Марр, Э. Л. Радлов.
№9
1 В заседании бюро КИЗ участвовали Г. П. Блок, М. А. Блох, А. В.
Васильев, В. И. Вернадский, Э. Л. Радлов.
2 Статьи изданы: Берг Л. С. Очерк истории русской географической
науки (вплоть до 1923 г.) // Тр. КИЗ. Л., 1929. Вып. 4. 154 с;
Карский Е. Ф. Очерк научной разработки русского языка в пределах СССР //
Сб. ОРЯС АН СССР. 1926. Т. 101, № 1. С. 1—103. Очерк П.
К.Коковцова «Семитическая филология» (ПФА РАН, ф. 779, оп. 1, д. 12)
напечатан не был.
3Речь идет о статье, посвященной истории математики в России в
1863—1914 гг.
4 Кауфман А. А. Статистическая наука в России. Теория и
методология: Историко-критический очерк. М., 1922.
№10
1В январе 1888 г. по инициативе академика М.И.Сухомлинова в
ОРЯС АН была начата подготовка к изданию Полного собрания
сочинений М.В.Ломоносова. Первые 5 томов этого издания были
подготовлены к печати М.И.Сухомлиновым (1891—1902). В 1901 г.
М.И.Сухомлинов скончался и издание сочинений Ломоносова приостановилось, но
все же продолжалась подготовка текстов. Этим занимались академик
В. И. Ламанский и филолог Г. А. Князев. Комментирование и переводы
латинских текстов были возложены в 1907 г. на профессора Меншутки-
на. Осенью 1907 г. Меншуткин составил подробный план издания VI и
VII томов. К 1909 г. тексты этих томов Б. Н. Меншуткиным и Г. А.
Князевым были подготовлены к печати. Первая мировая война надолго
приостановила все работы по изданию (см.: Андреева Г. А. Издание
собраний сочинений М.В.Ломоносова// Книга: исследования и материалы.
М., 1960. Сб. 3. С. 203—230). И августа 1921 г. Академия наук сделала
попытку продолжить издание сочинений М.В.Ломоносова, образовав
Ломоносовскую комиссию в составе академика М. Н. Розанова, В. М. Ист-
рина, В. Н. Перетца и М. Н. Покровского (ПФА РАН, ф. 9, оп. 1, д. 608),
но работа все же не была возобновлена.
№11
1 На заседании Общего собрания АН СССР присутствовали
академики В. В. Бартольд, И.П.Бородин, В.И.Вернадский, А.П.Карпинский,
Е. Ф. Карский, В. Л. Комаров, С. П. Костычев, И. Ю. Крачковский, Н. С. Кур-
наков, П.А.Лавров, Н.П.Лихачев, Б. М. Ляпунов, С. Ф. Ольденбург,
В. Л. Омелянский, В. Н. Перетц, С. Ф. Платонов, П. П. Сушкин, Я. В.
Успенский, Ф. И. Щербатской.
495

2 См. док. №12.
3 В. И. Вернадский находился в научной командировке с июня 1922 г.
по март 1926 г. Он посетил Англию, Польшу, Францию, Чехословакию.
Из-за его отсутствия деятельность Комиссии приостановилась.
№12
*См. док. №11.
№13
Президиум АН СССР 12 мая 1926 г. рассмотрел представленное
письмо и решил отказать КИЗ в выделении листажа для публикаторской
деятельности. 17 мая В. И. Вернадский вторично обратился в Президиум
с просьбой выслушать его еще раз и обсудить эту проблему в его
присутствии (см. док. № 14). Вопрос был решен положительно. И уже 6
ноября на заседании Общего собрания АН В. И. Вернадский представил
для напечатания в виде первого выпуска «Трудов КИЗ» работу
академика Б. А. Тураева «Русская наука о Древнем Востоке», которая и была
опубликована в 1927 г. За 1927—1931 гг. были изданы И выпусков
«Трудов КИЗ», 8 выпусков «Очерков по истории знаний» и некоторые
другие издания, подготовленные членами КИЗ (см.: История
естествознания. Литература, опубликованная в СССР (1917—1947). М.; Л., 1949.
С. 512—517). См. также Приложение И.
2 Из перечисленных В. И. Вернадским подготовленных рукописей
были напечатаны только три: Бузескул В. П. Разработка древнегреческой
истории в России // Анналы. 1924. №4. С. 139—153; Глинка К. Д.
Русское почвоведение: Краткий исторический очерк к 20-й годовщине
смерти В. В. Докучаева // Зап. Лен. сельскохоз. ин-та. Л., 1924. Т. 1. С. 1—24;
Залесский М. Д. Очерк развития палеоботаники в России // Зап. Рос-
сийск. минералогич. об-ва. 2-я серия. 1924. Ч. 52. С. 188—195.
№14
1 В. И. Вернадский, видимо, не знал, что 6 декабря 1924 г. на
заседании Общего собрания было принято постановление о закрытии КИЗ
(ПФА РАН, ф. 1, on. 1а, д. 173, л. 31 об.—32).
2 См. док. № 13, 22.
№15
1 8 июля 1926 г. M. М. Соловьев обратился к заведующему АНИ
академику А. Е. Ферсману с предложением составить биографию К. М. Бэра.
Ферсман 14 июля 1926 г. обратился в Президиум АН СССР с просьбой
поддержать это предложение.
№16
1II Всесоюзный съезд геологов состоялся в Киеве 28 сентября—
10 октября 1926 г. под председательством В.И.Вернадского.
496

№17
1 См. док. № 16.
№18
1 На заседании присутствовали С. С. Абрамович-Барановский, М. А. Блох,
А. А. Бялыницкий-Бируля, В. И. Вернадский, А. А. Гизетти, Э. Л. Радлов,
С.В.Рождественский, М.М.Соловьев, П. П. Сушкин, М. И. Тихий,
Ю. А. Филиппенко.
№19
1 21 октября 1926 г. на заседании Президиума АН СССР была доложена
просьба В. И. Вернадского. Принято постановление: выдать 75 руб. (ПФА
РАН, ф. 154, оп. 1, д. 1, л. 10). Но 25 октября без объяснения причин
было выдано только 25 руб. (Там же, л. 11), и лишь после
неоднократных напоминаний 20 декабря 1926 г. было выдано еще 50 руб. (Там же,
л. 28).
№20
'На заседании присутствовали С.С.Абрамович-Барановский,
М. А. Блох, А. А. Бялыницкий-Бируля, В. И. Вернадский, А. А. Гизетти,
Е. Н. Павловский, Э. Л. Радлов, С. В. Рождественский, А. П. Семенов-Тян-
Шанский, М. М. Соловьев, М. И. Тихий. В 1926 г. состоялось еще три
заседания подкомиссии — 2 ноября, 3 и 6 декабря.
2 Смета расходов на устройство выставки была представлена на
850 руб. 9 сентября 1926 г., еще до представления сметы, подкомиссии
было выдано 400 руб. (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 4, л. 26). 20 декабря
1926 г. на заседании Президиума АН СССР было принято постановление
об уменьшении сметы расходов.
№21
1 В заседании бюро КИЗ участвовали М. А. Блох, В. И. Вернадский,
Э. Л. Радлов.
2 См. док. № 22.
3 Статья П. К. Коковцова «Семитическая филология» не была
напечатана. Рукопись хранится в ПФА РАН (ф. 779, оп. 1, д. 12).
4 Глинка К. Д. Русское почвоведение // Зап. Лен. сельскохоз. ин-та. Л., 1924.
Т. 1. С. 1—24; Радлов Э.Л. Этика. Введение в науку философия. Пг.,
1921.
5 Глубоковскый H.H. Богословие. Пг., 1919; Кауфман A.A.
Статистическая наука в России. Теория и методология: Историко-критический
очерк. М., 1922.
6 А. А. Радцигу было поручено написать отзыв о статье П. О. Сомова
«История механики». Отзыв был представлен 27 ноября 1926 г. (ПФА
РАН, ф. 154, оп. 1, д. 1, л. 15—16).
7 См. док. № 24.
497

№22
1 Работа Б. А. Тураева была опубликована, но не в 1-м, а в 3-м
выпуске «Трудов КИЗ» (Тураев Б. А. Русская наука о Древнем Востоке до
1917 г. /Под ред. и с предисловием И. Ю. Крачковского // Тр. КИЗ. Л.,
1927. Вып. 3. С. 1—19).
№23
1 Непременный секретарь АН СССР С. Ф. Ольденбург поддержал
идею о восстановлении премии имени К. М. Бэра, но при этом отметил,
«что одной из наиболее желательных форм премирования в настоящее
время могло бы явиться создание премий для начинающих ученых»
(ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 4, л. 58).
№24
1 См. док. № 27, 28.
№25
1 Записка M. М. Соловьева была составлена к заседанию Президиума
АН СССР. 4 декабря 1926 г. этот вопрос рассматривался на заседании
Общего собрания АН СССР. См. док. № 32.
№26
1 См. док. № 16—18, 20, 23, 25.
№27
1 На заседании присутствовали С. Абрамович-Барановский, В. В. Бар-
тольд, В. Н. Бенешевич, М. А. Блох, А. А. Борисяк, И.П.Бородин,
А. И. Бриллиантов, М. Василевский, В. И. Вернадский, А. П.
Виноградов, Б. Н. Вишневский, Е. В. Вульф, К. Д. Глинка, А. М. Годыцкий-Цвир-
ко, А. И. Горбов, И. М. Гревс, В. Н. Ипатьев, С. А. Жебелёв, В. А. Кистя-
ковский, Д. П. Коновалов, И. Ю. Крачковский, Н. С. Курнаков, П. А.
Лавров, П. П. Лазарев, С. М. Лукьянов, В. Н. Любименко, Б. Н. Меншуткин,
И. Молчанов, Л. В. Мысовский, Н. К. Недокучаев, А. П. Павлов, Е. Н.
Павловский, С. Ф. Платонов, К. Д. Покровский, Б. Б. Полынов, Э. Л. Радлов,
Н.Раевский, С.В.Рождественский, С. С. Салазкин, В. В. Сиповский,
Г. Скориченко, М. М. Соловьев, Н. И. Степанов, В. Н. Тонков, Е. Тонко-
ва, В. Унковская, Ф. И. Успенский, Т. Фармаковская, Б. В. Фармаковский,
Фейгельсон, В.Г. Хлопин, Г. В.Хлопин, Б. Н. Шванвич, Л. Д. Штурм,
Л. В. Щерба, А. А. Ячевский.
2 См. док. № 28.
№29
1 См. док № 52.
498

№30
1 На заседании бюро КИЗ присутствовали М. А. Блох, В. И.
Вернадский, Э. Л. Радлов, Г. В. Хлопин.
2 Зачеркнуто слово «трех» и вписано рукой В. И. Вернадского «двух».
№31
1 См. док. № 13, 14.
№32
1 См. док. № 15, 20, 23, 25, 26.
№33
1 См. док. № 16, 17, 23, 25, 26, 32.
№34
1 См. док. № 15—17, 23, 25, 2'6, 32—34.
№35
'См.
2 См.
3См.
4 См.
5 См.
6 См.
док.
док.
док.
док.
док.
док.
№
№
№
30.
15-
ю,
№21,
№
№
27,
13,
-18
29,
22,
28.
14,
,20,
30.
31.
30.
23,
25,
26,
32-
-34.
№36
1 Выставку подготовила Бэровская подкомиссия КИЗ, возглавляемая
В. И. Вернадским. Выставка была открыта 2 января 1927 г., на открытии
присутствовало 150 человек. Вернадский выступил с речью,
посвященной 100-летию со дня избрания К. М. Бэра членом-корреспондентом
Петербургской Академии наук (см. док. № 37). Выставка работала до
15' февраля 1927 г., ее посетило 367 человек. О материалах,
представленных на выставке, см.: Соловьев M. М. Путеводитель по выставке в
память академика К. М. Бэра. Л., 1927. Отзывы о выставке см. док. №55.
После закрытия выставки В.И.Вернадский обратился 25 февраля
1927 г. в Зоологический музей с просьбой сохранить выставку как
часть будущего музея по истории знаний (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 4,
л. 101).
№37
1 См. док. № 36.
2 Видимо, речь идет о статье К. М. Бэра «Feuer der 50-Jahrigen
Dienstzeit der Vice-Admirals von Krusenstern an 21. Januar 1839»,
опубликованной в «St. Petersburger Zeitung» (1839. №28, 30, 32, 34—37).
499

№38
'См. док. №40, 42.
№39
1 Список не обнаружен.
№40
1 Впервые мысль о чтении на годичном Общем собрании АН СССР
речей, посвященных жизни и деятельности ученых, была высказана
В. И. Вернадским на заседании бюро КИЗ 22 ноября 1926 г. (ПФА РАН,
ф. 154, оп. 1, д. 2, л. 3—3 об.). На заседании Общего собрания АН СССР
15 января 1927 г. после оглашения обращения было принято
положительное решение (Там же, ф. 1, on. 1а, д. 176, л. 22). Академик П. П. Сушкин
5 февраля 1927 г. вернулся к этому вопросу и предложил
дополнительное решение о том, чтобы не только академик-секретарь, но по желанию
или выбору отделения любой действительный член АН СССР мог
выступить с докладом. При этом КИЗ вменялся в обязанность сбор материала
для подобных выступлений (Там же, л. 49).
№41
1 20 марта 1927 г. Академия наук ознаменовала торжественным
заседанием 200-летие со дня смерти Ньютона. После вступительного
слова президента А. П. Карпинского с докладами выступили академик
А. А. Белопольский, академик П. П. Лазарев, А. А. Иванов и др. См. док.
№65.
2 Сборник статей «Ньютон. 1727—1927» (Л., 1927) вышел в
«Очерках по истории знаний», которые в 1927 г. начала издавать КИЗ.
№42
1 См. док. № 40.
№43
1 Обращение В. И. Вернадского было рассмотрено на заседании
Президиума АН СССР 25 января 1927 г. Из-за ограниченности кредитов
выполнение просьбы В. И. Вернадского признано затруднительным (ПФА
РАН, ф. 154, оп. 1, д. 1, л. 41).
№44
1 В заседании приняли участие непременный секретарь С. Ф. Ольден-
бург, академики А. А. Белопольский, В.И.Вернадский, П. П. Сушкин,
директор ГАО член-корреспондент АН А. А. Иванов.
2 См док. №41.
500

№45
1 См. док. № 36, 37.
2 См. док. № 40, 42.
№46
1 После принятия положительного решения на заседании Общего
собрания АН СССР 5 февраля 1927 г. по просьбе В.И.Вернадского о
создании небольшого служебного аппарата при КИЗ обсуждение этого
вопроса было продолжено 8 февраля 1927 г. на заседании бюро КИЗ.
Было решено просить Президиум АН СССР о предоставлении Комиссии
одной штатной должности — научного сотрудника 1-го разряда. 16
февраля 1927 г. на заседании Президиума АН СССР это предложение было
поддержано (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д.1, л. 68).
№47
1 На заседании присутствовали 6 академиков — В. И. Вернадский,
К. Д. Глинка, С. А. Жебелёв, В. А. Кистяковский, И. Ю. Крачковский,
П. А. Лавров, 6 членов-корреспондентов АН СССР — А. А. Борисяк,
А. И. Бриллиантов, Э. Л. Радлов, С. В. Рождественский, В. В. Сиповский,
Н. И. Степанов, а также ученые и историки науки — С. С. Абрамович-
Барановский, В. Н. Бенешевич, Л. С. Берг, Е. В. Вульф, О. А. Добиаш-Ро-
ждественская, С. М. Лукьянов, М. М. Соловьев, М. И. Тихий, Ф. Я. Чисто-
вич, Б. В. Шевяков и др.
2 Доклад Э. Л. Радлова опубликован: Первый сборник памяти Бэра.
Л., 1927 (Тр. КИЗ. Вып. 2).
3 Доклад А. А. Борисяка опубликован: В. О. Ковалевский его жизнь и
научные труды. Л., 1928 (Тр. КИЗ. Вып. 5).
№48
1 В заседании бюро КИЗ участвовали председатель КИЗ В. И.
Вернадский, члены бюро Л. С. Берг и Э. Л. Радлов, секретарь М. А. Блох,
был приглашен для доклада А. А. Борисяк.
2 См. док. №41, 44.
№49
1 На заседании Президиума АН СССР 25 января 1927 г. была
рассмотрена просьба В. И. Вернадского об увеличении суммы, отпускаемой
на нужды КИЗ, до 150 руб. на квартал. Просьба В. И. Вернадского
удовлетворена не была. 13 февраля 1927 г. В.И.Вернадский обратился в
Президиум АН СССР вторично. 24 февраля 1927 г. Президиум АН
СССР вновь обсуждал этот вопрос и было принято положительное
решение (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 1, л. 106, 117).
501

№50
1 На заседании присутствовали С. С. Абрамович-Барановский, М. А. Блох,
В. И. Вернадский, А. А. Гизетти, Е. Н. Павловский, Э. Л. Радлов, С. В.
Рождественский, М. М. Соловьев, М. И. Тихий.
2 См. док. №51.
№51
1 См. док. № 36, 37, 50.
№52
*См. док. № 10, 29, 84, 85.
№53
1 На заседании КИЗ 6 февраля 1927 г. по предложению В. И.
Вернадского было решено известить всех членов Комиссии о начале
деятельности КИЗ (см. док. № 47). Подобные письма были отправлены всем
действительным членам и членам-корреспондентам АН.
№54
1 В течение февраля—апреля 1927 г. в КИЗ поступило более
60 писем от ученых, интересующихся вопросами истории науки, из
Ленинграда, Москвы, Симферополя, Киева, Ростова-на-Дону, Одессы,
Ташкента и других городов (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 1, л. 69—107). Среди
них были академики Л. В. Щерба, И. Ю. Крачковский, Ф. И. Успенский,
A. Е. Чичибабин и др. Текст этих писем был примерно одинаков.
Академик К. Д. Глинка писал: «Я охотно готов принять участие в работе
Комиссии по истории знаний» (Там же, л. 90), а профессор Б. Л. Личков
выразился еще более определенно: «Если бы Комиссия по ходу своих
дел возложила на меня какие-нибудь поручения, я с удовольствием
взялся бы за их выполнение» (Там же, л. 154).
№55
»См. док. №36, 37, 50, 51.
№56
1 На заседании бюро КИЗ 8 февраля 1927 г. по предложению
B. И. Вернадского было решено начать собирать при КИЗ библиотеку по
истории науки и техники. Были составлены и отправлены письма в
несколько учреждений Ленинграда: в Военно-медицинскую академию,
Публичную библиотеку, Ленинградский университет, Издательство Академии
наук, Ботанический сад, Горный институт, Географическое общество,
Институт путей сообщения — с просьбой о предоставлении материалов
и книг по истории этих учреждений. В течение марта 1927 г. были
получены положительные ответы и книги (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 1,
л. 151 —152). Например, на письмо, адресованное в Военно-медицинскую
академию, был получен ответ от 23 марта 1927 г.: «Препровождается вам
502

1 экземпляр книги «История Военно-медицинской академии. 1798—
1898 гг.» для организуемой при Комиссии библиотеки исторических
очерков» (Там же, л. 134).
№57
'См. док. №7, 53, 54, 61.
№58
*См. док. №36, 37, 50, 51.
2 В. И. Вернадский планировал заняться изучением творчества К. М.
Бэра, так как считал, что разносторонняя деятельность Бэра составляет
целую эпоху. В мае 1927 г. он писал С. Ф. Ольденбургу: «Я хотел бы на
юбилее Бэра прочитать речь „Бэр и Академия наук его времени". Это
будет заполнением пробела между работой Пекарского и юбилейным
изданием великого князя К. К. Желательно выяснить материалы в Архиве
Академии прежде всего и затем в архивах Петербурга» (Вернадский В. И.
Труды по истории науки в России. М., 1988. Комментарии. С. 419).
Намерение В. И. Вернадского не реализовалось, тем не менее под его
руководством началась работа по выявлению и научной разработке
рукописного наследия К. М. Бэра. В течение 1927—1980 гг. исследователи много
сделали для разработки рукописного наследия К. М. Бэра, публикации
его трудов и всестороннего изучения его жизни и деятельности
(библиографию трудов К. М. Бэра, изданных в 1930—1980 гг., а также
посвященных ему работ см.: Там же. С. 421).
3 Н. А. Холодковский издал краткую биографию К. М. Бэра в 1893 г.
Планировавшееся переиздание книги с дополнениями не осуществилось.
Е. Н. Павловский в 1948 г. выпустил монографию «Бэр и
Медико-хирургическая академия». Научная биография К. М. Бэра была составлена
Б.Е.Райковым — «Карл Бэр. Его жизнь и труды» (М.; Л., 1961).
4 Изданы: Соловьев M. М. 1) Бэр на Новой Земле (экспедиция
1837 г.). Л., 1934; 2) Бэр на Каспии (Каспийская экспедиция 1853—
1856 гг. под руководством К. М. Бэра). М.; Л., 1941.
5 В 1950 г. был опубликован русский перевод «Автобиографии Бэра»
под редакцией академика Е. Н. Павловского, перевод и комментарии
Б. Е. Райкова.
№59
1 С ходатайством о назначении персональной пенсии 82-летней
внучке К. М. Бэра г-же А. К. Линген В. И. Вернадский обратился в
Президиум АН СССР в декабре 1926 г. (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 5, л. 97).
№60
1 Работа А. А. Борисяка была опубликована в серии «Труды
Комиссии по истории знаний» в 1928 г.
№61
1 См. док. № 7, 53, 54, 57.
503

№63
1 См. док. № 36, 37, 50, 58.
№64
1 В. H. Любименко не успел осуществить этот замысел. В фонде Лю-
бименко в ПФА РАН имеются лишь план задуманной книги и краткая
аннотация. См.: Манойленко К. В. В. Н. Любименко: эволюционные, эко-
лого-физиологические, историко-научные аспекты деятельности. СПб.,
1996.
№65
1 Материалы заседания, посвященного 200-летию со дня смерти
И. Ньютона, были опубликованы в 1927 г. в серии изданий КИЗ
«Очерки по истории знаний», вып. 1.
№66
1 См. док. № 64.
№67
1 5 марта 1927 г. И. Ю. Крачковский доложил Общему собранию АН
СССР ходатайство подкомиссии по чествованию памяти К. М. Бэра об
установке на академическом доме, где жил академик К. М. Бэр, памятной
доски. Было решено обратиться по этому вопросу в Отдел
коммунального хозяйства Ленинградского губисполкома (ПФА РАН, ф. 1, on. 1а,
д. 176, л. 125). Видимо, поэтому M. М. Соловьев провел исследование и
составил записку о доме, где жил академик К. М. Бэр.
№68
1 На заседании присутствовали В. Н. Бенешевич, М. А. Блох, Б. Л. Бо-
гаевский, А. К. Болдырев, И. П. Бородин, А. И. Бриллиантов, H. Е.
Вернадская, В.И.Вернадский, Ганжа, В. Я. Генерозов, А. А. Гизетти,
К. Д. Глинка, А. М. Годыцкий-Цвирко, Б.Д.Греков, Б.П.Гущин,
О. А. Добиаш-Рождественская, А. А. Жижиленко, В. И. Ковалевский,
А. М. Левин, Э. Леммлейн, С. М. Лукьянов, И. И. Любименко, И.
Молчанов, Н. А. Морозов, Н. Недокучаев, А. Пресняков, Э. Л. Радлов, Н. В.
Раевский, С.В.Рождественский, С.Розанов, П.В.Ромм, В. С. Садиков,
И. Садиков, Д. О. Святский, В. П. Семенов-Тян-Шанский, M. М.
Соловьев, Н. И. Степанов, Е. В. Тарле, М. И. Тихий, Н. Э. Успенская, Ячевский,
А. А. Ячевский.
2 См. док. № 69.
№69
1 На заседании присутствовали В. Н. Бенешевич, Л.С.Берг,
М. А. Блох, В. И. Вернадский, Э. Л. Радлов, M. М. Соловьев.
504

2 Серия «Памятники по истории русской науки» создана не была.
Работа С. В акселя была опубликована лишь в 1940 г. (Ваксель С. Вторая
Камчатская экспедиция Витуса Беринга. Л., 1940).
327 марта 1927 г. Д. О. Святским на заседании КИЗ был прочитан
доклад «Из истории астрономии на Руси XV—XVII вв.» (см. док. № 68).
Доклад издан не был, но отдельные сюжеты из доклада были
опубликованы: Святский Д. О. 1) Астрономическая книга «Шестокрыл» на Руси
XV в. // Мироведение. 1927. Т. 16, №2. С. 63—78; 2) Сказание о
Чигирь-звезде. (Из истории астрономии в России) // Там же. 1928. Т. 17,
№ 1. С. 1—6; 3) Комета 1680 г. в России // Там же. 1929. Т. 18, №6.
С. 350—353, и др.
4 В серии «Очерки по истории знаний» был издан сборник статей
«М. Вертело. 1827—1927» (Л., 1927).
№70
1 На заседании присутствовали В. Н. Бенешевич, Л. С. Берг, М. А. Блох,
В. И. Вернадский, Э. Л. Радлов, M. М. Соловьев.
2 27 ноября 1928 г. Академия наук СССР совместно с Главным
ботаническим садом устроила заседание в связи со 100-летием со дня
рождения ботаника академика К. И. Максимовича, на котором выступили
академики А. П. Карпинский, В. Л. Комаров и др.
3 См. док. № 75.
№71
1 Съезд математиков проходил в Москве с 27 апреля по 4 мая 1927 г.
Доклад А. В. Васильевым был прочитан на пленарном заседании при
закрытии съезда. 24 мая 1927 г. КИЗ получила доклад, присланный
ученым.
2Васильев A.B. Математика. Вып. 1. 1725—1863. Пг., 1921.
3 Берг Л. С. Очерк истории русской географической науки (вплоть
до 1923 г.) // Тр. КИЗ. Л., 1929. Вып. 4.
4 Первый сборник памяти Бэра // Тр. КИЗ. Л., 1927. Вып. 2.
№72
1 На заседании присутствовали С.С.Абрамович-Барановский,
В. Н. Бенешевич, М. А. Блох, А. А. Борисяк, А. И. Бриллиантов, В. И.
Вернадский, Е. В. Вульф, А. М. Годыцкий-Цвирко, О. А. Добиаш-Рождест-
венская, А. М. Левин, М. А. Лихарев, И. И. Любименко, В. В. Майков,
Н. Недокучаев, В. П. Осипов, Э. К. Пекарский, Э. Л. Радлов, Е. Д. Ревуц-
кая, С.В.Рождественский, П.В.Ромм, Д. О. Святский, В.Смирнов,
М.М.Соловьев, Н.И.Степанов, Е. В. Тарле, О. Тарле, И. Троицкий,
Ал. Успенский, Вл. Челинцев, В.Шнейдер, Ф. И. Щербатской.
2 19 мая 1927 г. В.И.Вернадский обратился к непременному
секретарю АН СССР С. Ф. Ольденбургу с просьбой связаться с Ганноверской
публичной библиотекой и попросить сделать фотокопии с нескольких
неопубликованных писем Левенгука Лейбницу, которые необходимы
П. Н. Каптереву для продолжения научной работы (ПФА РАН, ф. 154,
оп. 1, д. 1, л. 215).
505

№73
1 См. док. № 43, 46, 49.
№74
1 Имеется в виду работа О. Е. Звягинцева «Значение металлов
платиновой группы и их изучение в СССР» (Природа. 1925. №7—9. С. 133—
144).
№75
1 См. док. № 43, 46, 49, 73, 83.
№76
1 Пекарский П. П. История Императорской Академии наук в
Петербурге. СПб., 1870—1873. Т. 1, 2.
2 Императорская Академия наук (1889—1914). Т. 2. Материалы для
истории академических учреждений. Ч. 1. Пг., 1917; Т. 3. Материалы для
биографического словаря действительных членов Императорской
Академии наук. Ч. 1—2. Пг., 1915—1917. Издание готовилось к 25-летнему
юбилею со дня назначения президентом Академии наук великого князя
Константина Константиновича. Вместо запланированных четырех томов
выпущено два — второй и третий.
№77
1 В. И. Вернадский с 19 по 26 июня участвовал в «Неделе русских
ученых и русской науки» в Берлине, в июле—августе совершил поездку
по научным центрам Германии и Норвегии. См.: Вернадский В. И. Отчет
о заграничной командировке в 1927 г. // Изв. АН СССР. Сер. 6. 1927.
Т. 21, № 18. С. 1644—1649.
№78
1 См. док. № 70.
№79
1 Вопрос о создании в нашей стране музея истории науки и техники
имеет свою историю (см.: Илизаров С. С. Об опыте по созданию музея
истории науки и техники // ВИЕТ. 1984. №3. С. 137—146). Наиболее
любопытным документом, характеризующим отношение ученых к
популяризации истории отечественной науки до 1927 г., является записка
академика П. П. Лазарева, поданная им в Свободную ассоциацию для
развития и распространения положительных наук. Эта ассоциация была
образована 28 марта 1917 г. в Петрограде. Одним из инициаторов создания
этой организации был А. М. Горький, избранный вице-председателем. Во
главе ассоциации встал крупнейший ученый-математик академик
В. А. Стеклов. В состав ассоциации вошли академики В. И. Вернадский,
506

A. H. Крылов, А. А. Марков, И. П. Павлов, Н. С. Курнаков и др. Задача
ассоциации заключалась «в разработке и развитии положительных наук
и их методов, распространении их в широких слоях населения и
применении их к запросам практической жизни». Для осуществления своих
задач ассоциация планировала организовать ряд учреждений, объединив
их в Институт положительных наук в память 27 февраля 1917 г.
Ассоциация существовала до конца 1918 г.
В этой записке, датированной апрелем 1917 г., П.П.Лазарев
выдвинул свой проект образования музея истории естествознания и техники и
изложил принципы его организации. Приводим записку П. П. Лазарева
полностью: «Развитие науки и бережное отношение к преемственной
связи исследований различных эпох и народов ставит одну из насущных
задач: охрана тех оригинальных приборов и аппаратов, которыми
пользовались при своем исследовании ученые, продвинувшие вперед науку, и
затем широкая популяризация идей и фактов современного
естествознания путем устройства показательных музеев для наглядного обучения
широких масс и для ознакомления их с новейшими успехами опытной
науки. Первое из учреждений желательно иметь при крупном научном
центре, каковыми должны явиться Академия наук и Московский
научный институт, второе учреждение естественнее всего связать с
Ассоциацией положительных наук.
Это учреждение должно, по нашей мысли, представлять то, что
представляет собой Deutsches Museum в Мюнхене (полное название:
Deutsches Museum von Meisterwerken der Naturwissenschaft und
Technik — Немецкий музей классических произведений техники и
естествознания, основан немецким инженером-электриком профессором Оскаром
Миллером в 1903 г. — Сост.), где собраны все новейшие открытия
опытной науки и техники в виде наглядных схем, позволяющих каждому
посетителю музея выполнить самому опыты.
Для того чтобы ознакомить с явлением природы неподготовленных,
этот метод обучения является наиболее целесообразным, и выработанные
схемы и установки в Deutsches Museum так просты и не сложны, что
позволяют даже при небольшом знакомстве с предметом достаточно
хорошо ознакомиться с опытной его стороной. Для иллюстрации приведем
два примера. Допустим, что посетитель музея желает ознакомиться со
свойствами разряженных газов. Для этого он соединяет стоящие в
закрытой витрине приборы при помощи каучуковой трубки, находящейся
снаружи, с трубами, соединенными с центральным резервуаром пустоты, и в
несколько минут он может произвести все опыты с применением веса
тел в пустоте, опыты с разрядами в разряженных газах и т. д. Далее,
пусть для посетителя интересно ознакомиться с Х-лучами. Он подходит
к современной установке, нажимает кнопку и приводит в действие
аппарат, находящийся от него на таком расстоянии, что никаких
повреждений от случайных искр и т. п. он получить не может. Ставя перед собой
экран и получая за ним разные предметы, наблюдатель наглядно увидит,
что ему раньше было известно или по слухам, или что он читал в
книгах.
В подобном музее очень желательно воспроизвести обстановку
лабораторий по физике и химии в разные периоды развития науки, причем
для последних периодов желательно воспользоваться русскими
лабораториями, скопировав в небольших масштабах части этих лабораторий. Так,
казалось бы, интересно воспроизвести Ломоносовскую лабораторию,
лабораторию Менделеева и т. д.
507

Обстановка музея должна быть настолько хорошо приспособленной
для демонстрации, что позволила бы еженедельно осуществлять
демонстрацию для широких масс современных успехов науки. Молодые ученые,
принимавшие участие в такой демонстрации, могли бы систематически,
путем надлежащего подбора тем расширять кругозор своих слушателей,
которые прониклись бы должным уважением к науке и ее завоеваниям,
без чего невозможно прочное государственное строительство и развитие
техники.
По нашему предположению, в музее при ассоциации должны быть
размещены в ряде зал астрономия, физика, химия, техника и эти залы
должны быть расположены поблизости от обширной аудитории,
позволяющей читать лекции в современной обстановке.
Для целей демонстрации по астрономии необходимо иметь
небольшую обсерваторию, где под руководством соответствующих лиц
наблюдатели могли бы знакомиться с выдающимися явлениями этой области
знания.
Нам представляется, что наглядный способ обучения широких кругов
публики должен привлечь ее внимание больше, чем устное преподавание
на лекциях, и эти вторые тогда должны бы были явиться ценным
дополнением к первоначальному, наглядному ознакомлению с предметом,
объединяя разрозненные сведения в одно целое и давая ему надлежащее
теоретическое освещение» (см.: Менделевич Г. А. Из истории Свободной
ассоциации для развития и распространения положительных наук //
Вторая научная конференция аспирантов и младших научных сотрудников
ИИЕТ АН СССР. М., 1956. С. 53—54).
№80
1 Проект Л. С. Багрова и сопроводительное письмо о создании
картографического архива в Библиотеке Академии наук см. док. № 81, 82.
2 Багров Л. История географической карты. Пг., 1917.
№81
1 См. док. № 80, 82.
№82
1 На протяжении первых двух столетий существования Библиотеки
АН картографические материалы поступали в Библиотеку на общих
основаниях с книгами. Русские карты поступали в порядке обязательного
экземпляра, право на получение которого было предоставлено Академии
наук в 1783 г. Иностранные издания, составившие с начала XIX в. фонд
иностранного отделения, приходили по выписке, путем обмена и в дар,
а изданные в России на иностранных языках также и по обязательному
экземпляру. Небольшое количество карт и атласов терялось в потоке
книг и не выделялось из общих книжных фондов. Сигналы о
необходимости собрать вместе карты и атласы поступали в Академию еще в
середине XIX в. Так, в 1856 г. академик П. И. Кеппен обратился в Общее
собрание АН с просьбой «сделать какое-либо распоряжение
относительно принадлежащих Академии географических карт, дабы было известно,
в каком отделении они хранятся» (см.: Станчул Т. А. Картографические
508

фонды Библиотеки Академии наук СССР // Тр. Библиотеки АН СССР.
М.; Л., 1955. Т. 2. С. 63—80). Постановлением Общего собрания АН от
5 декабря 1925 г. было организовано картографическое отделение
Библиотеки, ныне сектор картографии Библиотеки Академии наук.
Богатейшие фонды сектора принадлежат к числу старейших в России собраний
печатных картографических материалов и содержат около 80 000
библиотечных единиц. В собрание сектора картографии входит большое
число исключительно ценных произведений русской и мировой
картографии. См. док. №80, 81.
№83
1 8 февраля 1927 г. на заседании КИЗ было решено срочно просить
Президиум АН СССР о предоставлении КИЗ двух комнат, так как в
связи с закрытием выставки, посвященной К. М. Бэру, необходимо было
куда-то перенести все экспонаты выставки. 10 февраля В.И.Вернадский
обратился в Президиум АН СССР с просьбой о выделении двух комнат
для КИЗ в здании Академии наук СССР (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 1,
л. 47). 24 февраля на заседании Президиума АН СССР обсуждался этот
вопрос. Было решено: «Считать просьбу вполне заслуживающей
внимания» (Там же, л. 101). 28 апреля 1927 г. Правление АН СССР решило
предоставить КИЗ одну комнату рядом с Большим конференц-залом
(Там же, ф. 2, оп. 1-1927, д. 42, л. 26).
№84
1 См. док. № 10, 29, 30, 52, 86.
№85
1 На заседании присутствовали М. А. Блох, В. И. Вернадский, Э. Л. Рад-
лов, M. М. Соловьев.
2 В серии «Труды Комиссии по истории знаний», вып. 5 был издан
только труд А. А. Борисяка «В. О. Ковалевский, его жизнь и научные
труды» (Л., 1928).
3 Свое предложение о составлении очерка по изучению всеобщей
истории в России академик В. П. Бузескул высказал в письме к В. И.
Вернадскому от 23 августа 1927 г. (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 1, л. 280—
281). Предложение было одобрено. Сочинение Бузескула было
напечатано в «Трудах КИЗ», вып. 7 — «Всеобщая история и ее представители в
России в XIX в. и начале XX в.» (Л., 1929).
4 В ПФА РАН хранится рукопись А. А. Белопольского «Астрономия»
(р. IV, оп. 1, д. 671), видимо, это и есть неизданная работа ученого по
астрономии.
5 Рукопись сочинения П. К. Коковцова «Семитическая филология»
находится в ПФА РАН (ф. 779, оп. 1, д. 12).
6Доклад С.Ф.Платоновым был сделан 2 октября 1927 г. на
заседании КИЗ. См. док. № 87.
7 14 июля 1927 г. ученый секретарь КИЗ М. А. Блох обратился с
письмом в Русское техническое общество с просьбой передать в КИЗ все
имеющиеся у них материалы и предметы, связанные с академиком Б. С. Якоби
(ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 1, л. 277). Председатель Русского технического
509

общества профессор П. И. Пальчинский в письме академику И. Ю. Крач-
ковскому от 5 июля 1927 г. согласился выполнить просьбу КИЗ (Там же,
л. 264). 31 августа состоялась эта передача (Там же, л. 284—285 об.).
8 См. док. № 83.
9 Работа Л. С. Берга с материалами экспедиции Витуса Беринга дала
ему возможность подготовить две публикации: Берг Л. С. 1) Открытие
Камчатки и экспедиции Беринга (1725—1742). М.; Л., 1940; 2)
Экспедиция Беринга // Изв. Всесоюз. геогр. об-ва. 1942. Т. 74. С. 5—15.
№86
1 См. док. № 84.
№87
1 На заседании присутствовали А. И. Андреев, М. А. Блох, А. К.
Болдырев, А. А. Борисяк, А. И. Бриллиантов, В. П. Бузескул, В. И.
Вернадский, А. М. Годыцкий-Цвирко, Б. Д. Греков, К. Я. Грот, А. А.
Дмитриевский, А. Достоевский, С. А. Жебелёв, И. Ю. Крачковский, Б. Л. Личков,
С. М. Лукьянов, Н. Н. Михайловский, Р. Мюллер, Ю. А. Нелидов, В. П.
Осипов, А.П.Павлов, С.Ф.Платонов, А.Пресняков, С.В.Рождественский,
С. Рышкова, В. С. Садиков, И. Садиков, Д. О. Святский, К. И. Сидоров,
С. Силин, Ал. Соловьев, М. М. Соловьев, Н. И. Степанов, Е. Тарасов,
М. И. Тихий, И. Троицкий, М. А. Шателен.
№88
1 На заседании присутствовали С.С.Абрамович-Барановский, В. Ад-
леров, В. Альгина, Астанин, В. Н. Бенешевич, М. А. Блох, А. К.
Болдырев, А. А. Борисяк, И. П. Бородин, В. П. Бузескул, Н. Булгаков, H. Е.
Вернадская, В. И. Вернадский, М. Виноградов, А. П. Герасимов, А. А. Гизет-
ти, М. Гире, Глинка-Черноруцкая, А. М. Годыцкий-Цвирко, А. И. Горбов,
И. М. Гревс, О. А. Добиаш-Рождественская, К. Добровольский, Заболот-
ный, А.Ф.Иоффе, Н. И. Кареев, Каретников, Вл.А. Кистяковский,
Т. П. Кравец, Лаврова, А. Левицкая, Н. Линден, М. Лихарев, С. М.
Лукьянов, В. Н. Любименко, И. И. Любименко, Н. Н. Михайловский, М. Неме-
нов, Е. Ольденбург, А.Пресняков, Е. Ревуцкая, Д.Рождественский,
П. Ромм, В. С. Садиков, Н. М. Садикова, А. Сапожников, М. Севостьянов,
А. П. Семенов-Тян-Шанский, П. Симони, М. М. Соловьев, Н. И.
Степанов, А. Уланов, Н. Ульрих, Н. Успенская, Ф. И. Успенский, Д. Н.
Халтурин, Г. В. Хлопин, И. Чепурина, В. Чистович, Ф. Я. Чистович, Л. Шевя-
кова.
№89
1 18 июня 1927 г. Совнарком СССР утвердил новый Устав Академии
наук СССР. Отдельно должен был утверждаться список научных
учреждений, состоящих при Академии наук СССР. В связи с подготовкой
этого списка непременный секретарь АН СССР 3 октября 1927 г.
обратился к руководителям всех научных учреждений Академии наук СССР
с просьбой предоставить ему в трехдневный срок краткие записки,
освещающие задачи, характер работы, состав и деятельность учреждений за
510

последние годы, а также перспективы развития учреждений (ПФА РАН,
ф. 2, оп. 1-1927, д. 96, л. 1). В.И.Вернадский, как председатель КИЗ,
представил настоящую записку. Постановлением СНК СССР от 13 марта
1928 г. был утвержден список из 37 научных учреждений, состоящих
при Академии наук. Под № 33 в этом списке значится Комиссия по
истории знаний (Документы по истории Академии наук СССР: 1926—
1934 гг. Л., 1988. С. 80—81).
№90
1 На заседании присутствовали С. С. Абрамович-Барановский, М. А. Блох,
В. И. Вернадский, А. А. Гизетти, Э. Л. Радлов, M. М. Соловьев.
2 Секретарь Бэровской подкомиссии M. М. Соловьев в течение
многих лет трудился над изучением научного наследия академика К. М. Бэра.
Итогом его работы стал ряд публикаций: Соловьев М.М. 1) Карл Эрнст
фон Бэр // Природа. 1926. № 11—12. С. 26—47; 2)Путеводитель по
выставке в память академика К. М. Бэра. Л., 1927; 3) Бэровский фонд в
Архиве Академии наук СССР // Вестн. АН СССР. 1933. № 11. С. 37—46;
4) Бэр на Новой Земле (экспедиция 1837 г.). Л., 1934; 5) Новые данные
о путешествии академика Бэра на Новую Землю // Вестн. АН СССР.
1934. №5. С. 37—48.
3 Первый сборник памяти Бэра / Под ред. В. И. Вернадского. Л.,
1927.
4 Второй сборник памяти Бэра опубликован не был. Из
запланированных материалов, предполагаемых для включения во второй сборник,
была издана только работа Е. Н. Павловского «Академик К. М. Бэр и
Медико-хирургическая академия» (М.; Л., 1948).
5 Впервые сочинение Н. А. Холодковского «Карл Бэр. Его жизнь и
научная деятельность» было напечатано в журнале «Северный вестник»
за 1892 г. Отдельное издание появилось в 1893 г. В 1923 г. было
подготовлено и осуществлено второе издание труда Холодковского.
Планировавшееся переиздание биографии Бэра не состоялось.
6 Автобиография К. М. Бэра была издана в 1950 г.
№91
1 На заседании присутствовали Л. С. Берг, М. А. Блох, В. И.
Вернадский, Э. Л. Радлов.
2 Секретарем Ломоносовской подкомиссии с октября 1927 г. был
А. И. Андреев.
3 См. док. № 80—82.
4 Видимо, речь идет о Петре Николаевиче Чирвинском (1880—1955),
профессоре геологии, и его 25-летии научной и преподавательской
деятельности. Арестован 5 января 1931 г., находился в ссылке. Биография,
список научных трудов и информация о юбилейном чествовании
опубликованы в Новочеркасске в 1927 г.
5 Доклад прочитан на заседании КИЗ 4 декабря 1927 г. (см. док.
№100).
6 Доклад прочитан на заседании КИЗ 13 ноября 1927 г. (см. док.
№96).
7 См. док. № 94.
511

№92
*См. док. №80—82, 91.
2Записка В.И.Вернадского была составлена после обсуждения
вопроса о картографическом архиве на заседании КИЗ 14 октября
1927 г.
3 См. док. № 80—82.
№93
1 По рекомендации В. И. Вернадского и С. Ф. Ольденбурга 8 февраля
1927 г. Д. О. Святский был избран членом КИЗ (см. док. № 48). 27 марта
1927 г. на заседании КИЗ он прочел доклад «Из истории астрономии на
Руси XV—XVII вв.» (см. док. №68), 13 ноября выступил с двумя
докладами: «Русский трактат о кометах первой половины XVII в.» и
«Астрономия в России накануне Петровских реформ» (см. док. № 96).
2 «Мироведение» — журнал, издаваемый Главнаукой, Госиздатом и
Обществом любителей мироведения.
3 Видимо, речь идет о статье Д. О. Святского «Астрономическая
книга „Шестокрыл" на Руси XV в.», опубликованной в журнале
«Мироведение» (1927. Т. 16, №2. С. 63—78).
№94
1 На заседании присутствовали М. А. Блох, А. А. Борисяк, А. И.
Бриллиантов, В. И. Вернадский, Л. Вомитен, С. Гасимов, И. Гинзбург, Р. Гут-
нер, К. Э. Добровольский, В. Золотарева, В. А. Кистяковский, Г. В.
Ковалевский, А. М. Левин, С. Лобанова, В. Н. Любименко, Б. Н. Меншуткин,
А. В. Михайлов, Никифорова, В. С. Садиков, Н. М. Садикова, Д. О.
Святский, М. М. Соловьев, Н. И. Степанов, И. Троицкий, Д. Н. Халтурин,
М. Щигельская.
2 Доклад опубликован в 6-м выпуске «Трудов КИЗ»:
Кистяковский В. А. Теория электролитической диссоциации Аррениуса и
эволюция современной химии. Л., 1929.
3 Под редакцией М. А. Блоха в 1924 г. был издан перевод книги
С. Аррениуса «Физико-химические закономерности химических
процессов в космосе» (Л., 1924), а в 1927 г. в журнале «Природа», № 11 была
опубликована его статья о Сванте Аррениусе.
№95
1 11 октября 1927 г. на заседании Бэровской подкомиссии было
зачитано письмо профессора Эдм. Шпора, адресованное В. И. Вернадскому
(см. док. №90). 26 октября 1927 г. Вернадский обратился к
непременному секретарю АН СССР с просьбой связаться от имени Академии наук
СССР с профессором Шпором, предлагающим приобрести некоторые
вещи академика К. М. Бэра. 31 октября С. Ф. Ольденбург написал
письмо Эдм. Шпору в Эстонию, в г. Тарту, в Ботанический сад. См. док.
№ 36, 37, 50, 51, 58, 63, 67, 90.
2 Семейное имение Бэров «Пип», находилось в 106 км к югу от
Ревеля (Таллина).
512

№96
1 На заседании присутствовали В. Адлерберг, К. Архангельский, А.
Блинова, М. А. Блох, В. И. Вернадский, Н. Волков, А. М. Годыцкий-Цвирко,
И. М. Гревс, И. Депман, О.Е.Звягинцев, Г.В.Ковалевский, И. Ю. Крач-
ковский, Н. Кузнецов, Л. Кулик, Б. Л. Личков, Б. М. Ляпунов, С.
Натансон, Ю.А.Нелидов, Э. К. Пекарский, А.А.Петровский,
С.В.Рождественский, В. С. Садиков, Н. М. Садикова, Д. О. Святский, В. Смирнов,
Н. Смирнов, М. М. Соловьев, Н. И. Степанов, М. И. Тихий, И.
Троицкий.
2 См. док. № 93.
№97
1 В сентябре 1925 г. Академия наук СССР чествовала своих
сотрудников, проработавших в ней 25 и более лет. К дню юбилея учреждения
Академии наук СССР выпустили юбилейные издания. Среди них был
труд А. М. Ляпунова «О формах равновесия неоднородной жидкости в
состоянии вращения». 20 декабря 1929 г. Общее собрание АН СССР
утвердило положение о премии имени А. М. Ляпунова.
№98
1 На заседании присутствовали Л. С. Берг, М. А. Блох, В. И.
Вернадский.
2 См. док. № 74, 79, 99.
3См. док. №80—82, 91, 92.
4 См. док. №91.
№99
1 На заседании присутствовали В. Н. Бенешевич, Л. С. Берг, М. А. Блох,
А. И. Бриллиантов, В. П. Бузескул, В. И. Вернадский, Б. Н. Вишневский,
А. А. Гизетти, А. И. Горбов, К. Я. Грот, О. А. Добиаш-Рождественская,
С. А. Жебелёв, Г. В. Ковалевский, Б. Л. Личков, Б. М. Ляпунов, Н. К.
Никольский, Е.Н.Павловский, Э. Л. Радлов, С.В.Рождественский,
Д. О. Святский, М. М. Соловьев, М. И. Тихий. См. док. № 74, 79, 98.
2 Вопрос об организации музея по истории знаний был поставлен
В.И.Вернадским на заседании бюро КИЗ 25 ноября 1927 г. (см. док.
№ 98). Получив принципиальное одобрение, он был вынесен на
обсуждение членов КИЗ 29 ноября 1927 г. Об истории создания музея см.:
Илизаров С. С. 1) Об опыте по созданию музея истории науки и
техники // ВИЕТ. 1984. № 3. С. 137—146; 2) На путях к музею науки и
техники // Памятники науки и техники. 1984. М., 1986. С. 198—204; 3)
Большакова К. Г. Из истории создания музея науки и техники при ИИНИТ
АН СССР // Там же. С. 262—268.
№100
1 На заседании присутствовали В. Н. Бенешевич, Л. С. Берг, М. А. Блох,
А. И. Бриллиантов, В. П. Бузескул, В. И. Вернадский, Б. Н. Вишневский,
А. А. Гизетти, А. И. Горбов, К. Я. Грот, О. А. Добиаш-Рождественская,
17 Заказ №4012
513

С. А. Жебелёв, Г. В. Ковалевский, Б. Л. Личков, Б. М. Ляпунов, Н. К.
Никольский, Е. Н. Павловский, Э. Л. Радлов, С. В. Рождественский, Д. О. Свят-
ский, М. М. Соловьев, М. И. Тихий.
№101
1 В Академии наук СССР была образована специальная комиссия для
обсуждения вопросов, связанных с участием советских ученых в торжествах
по случаю 100-летия со дня рождения французского химика М. Вертело
в Париже. В состав комиссии вошли президент АН СССР А. П.
Карпинский, непременный секретарь С. Ф. Ольденбург, нарком просвещения
А. В.Луначарский и др. На заседании комиссии было решено не только
принять участие в торжествах в Париже, посвященных М. Вертело, но и
организовать торжественное заседание в честь Вертело в Москве и
Ленинграде и подготовить сборник статей, освещающих значение Вертело
для мировой науки (ПФА РАН, ф. 2, оп. 1-1926, д. 68, л. 89—90). 4
декабря 1927 г. в Ленинграде в Большом конференц-зале АН СССР
состоялось совместное заседание Академии наук СССР и Русского
физико-химического общества, посвященное памяти М. Вертело. На заседании
выступили Д. П. Коновалов, И. А. Каблуков, С. П. Вуколов и Б. Н. Меншуткин.
В 1927 г. был издан сборник «М. Вертело. 1827—1927» (в серии
«Очерки по истории знаний», вып. 3), в который вошли статьи Д. П.
Коновалова «Памяти Марселена Вертело», И. А. Каблукова «Работы М. Вертело
по термохимии», С. П. Вуколова «М. Вертело и взрывчатые вещества» и
значительно дополненная по сравнению с докладом статья Б. Н. Меншут-
кина «Работы М. Вертело по истории химии».
№102
1 На заседании присутствовали И. Бендер, М. А. Блох, А. А. Борисяк,
И. А. Боричевский, И. П. Бородин, Е. Бородина, Г. Вальтер, В. И.
Вернадский, А. М. Годыцкий-Цвирко, Л. Джемпов, О. А. Добиаш-Рождествен-
ская, Е. Кагаров, С. Ковалев, Г. Котов, А. Котова, Б. М. Коялович,
Лившиц, Б. Л. Личков, Лукашевич, С.М.Лукьянов, В. Н. Любименко,
А. И. Малеин, Мещанинов, Мещерская, Н. Недокучаев, Ольдерогте, Пе-
репелкин, Пиотровский, Прокопе-Вальтер, Редер, Рифтин, М.
Рубинштейн, B.C. Садиков, Н. М. Садикова, В.В.Струве, Е. В. Тарле, Флитнер,
Ю. Францов, В. Францова, Д. Н. Халтурин, А. Хоментовская, Д. П. Цин-
зерлинг, Б. Шауман, Л. Шванина, А. С. Шмидт, Якубов.
№103
1 См. док. №36, 37, 50, 51, 58, 63, 67, 90, 95.
№104
1 В сентябре—ноябре 1927 г. была напечатана книга «Академия наук
СССР за 10 лет. 1917—1927» под редакцией А.Е.Ферсмана, объемом
15 печатных листов и тиражом 2000 экз. Это издание призвано было
рассказать о научных достижениях Академии наук за последние 10 лет и
было посвящено 10-й годовщине Октябрьской революции. В него вошли
514

27 очерков о развитии и состоянии различных отраслей науки,
международных связях, подготовке кадров, экспедиционной деятельности
Академии наук СССР. Авторами очерков были такие видные ученые, как
А. А. Борисяк, А. Е. Ферсман, С. Ф. Платонов, С. Ф. Ольденбург и многие
другие. В. И. Вернадский для этого сборника дал очерк о развитии исто-
рико-научных исследований в Академии наук.
2 «Под знаком вечности», здесь — «с точки зрения вечности».
3 Так в документе. Видимо, речь идет об академике Александре
Николаевиче Веселовском (1838—1906).
№105
*См. док. №48, 70, 91.
2 См. док. №68, 87, 88, 94, 96, 100, 102.
3 См. док. № 64, 66.
4 См. док. № 74, 79, 98, 99.
5 См. док. № 84, 86.
6 См. док. №36, 37, 50, 51, 58, 63, 67, 90, 95, 103.
№106
*См. док. № 111.
№107
1 См. док. № 58, 63, 67, 90, 95, 103.
№108
1 На заседании присутствовали С. С. Абрамович-Барановский, В. И. Бер-
нер, В.И.Вернадский, Б.Н.Вишневский, А. А. Гизетти, И. Я. Депман,
B. И. Кардашевский, Я. М. Каплан, М. С. Каролицкий, Г. В. Ковалевский,
М. Я. Лерман, Ф.М.Мартинсон, Ю.А.Нелидов, Э. Л. Радлов,
С.В.Рождественский, А. А. Сивере, М. М. Соловьев, С. Сыромятников, М. И.
Тихий, Ю. А. Филипченко.
2 В 1923 г. вышла в свет биография К. М. Бэра, составленная Н. А. Хо-
лодковским. Планировавшееся второе издание книги не было
осуществлено.
№110
1 На заседании присутствовали В. В. Бартольд, В. Н. Бенешевич,
И.А.Бычков, В.И.Вернадский, А. А. Гизетти, Глазунов, А.И.Горбов,
А. Гребенкин, И. М. Гревс, К. Я. Грот, С. Данильченко, А. Дмитриевский,
О. А. Добиаш-Рождественская, С. Зарудный, О. Е. Звягинцев, В. А. Кистя-
ковский, Б. Л. Личков, М. А. Лихарев, С. М. Лукьянов, И. И. Любименко,
Н. Н. Михайловский, Н. Недокучаев, Н. Пальчинская, Э. К. Пекарский,
C. В. Рождественский, В. П. Семенов-Тян-Шанский, M. М. Соловьев,
515

А. А. Спицын, H. И. Степанов, И. Троицкий, Д. Н. Халтурин, О.
Халтурина, Е. Щепкина.
2 В ПФА РАН хранится рукопись Н. И. Кареева «Начало социологии
в России» (ф. 980, оп. 1, д. 16, 771 с, машинопись).
№111
1 На заседании присутствовали Л. С. Берг, М. А. Блох, В. И.
Вернадский, Э. Л. Радлов, M. М. Соловьев.
2 См. док. №133.
3 См. док. № 106.
4 См. док. №116.
№112
'См. док. №125, 138, 157.
№114
*См. док. №119, 128.
№115
*См. док. №112, 125, 138, 157.
№116
!См. док. №111.
№117
1 18 января 1928 г. председатель Бэровской подкомиссии
В.И.Вернадский обратился к непременному секретарю АН СССР с просьбой
оплатить счет, представленный Прусской государственной библиотекой в
Берлине, за работы по снятию копий с писем академика К. М. Бэра.
КИЗ не располагала необходимыми для оплаты средствами, и В. И.
Вернадский просил Академию найти их (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 13,
л. 4).
№118
1 На письме помета: «Принять к сведению».
№119
1 См. док. № 114.
№120
1 Главным редактором журнала «Мироведение» был председатель
Общества любителей мироведения, член КИЗ Д. О. Святский. Видимо, он и
является автором данной публикации в журнале.
516

2 Этот древний редчайший документ был приобретен в свое время
известным коллекционером В. С. Голенищевым, а в 1912 г. поступил в
Московский музей изящных искусств. Египетский папирус изучали
Б. А. Тураев и В. В. Струве, но только недавно его исследование было
закончено.
№121
1С конца февраля по конец апреля 1928 г. В.И.Вернадский
находился в командировке в Чехословакии, Германии, Франции и Голландии.
Подробнее см. отчет В. И. Вернадского о заграничной командировке:
Изв. АН СССР. Сер. 7. 1928. Т. 22, № 8/10. С. 694—696.
№122
1 На заседании присутствовали М. А. Блох, Е. В. Вульф, А. М. Годыц-
кий-Цвирко, О. Е. Звягинцев, А. Казакевич, Э. Кесслер, Г. В.
Ковалевский, Н. Кузнецов, Лаврова, И. Молчанов, Л. Попов, Э. Л. Радлов, П. Си-
повский, Н. И. Степанов, Сысоев, Н. Тартаковский, М. Ткаченко, И.
Троицкий.
№123
1 На заседании присутствовали М. А. Блох, В. Богораз-Тан, А. А. Бя-
лыницкий-Бируля, К. Я. Грот, О. Е. Звягинцев, Э. Кесслер, Г. Леммлейн,
Э. Л. Леммлейн, М. Манизер, В. Пушин, Э. Л. Радлов, И. Д. Стрельников,
И. Троицкий, Н. Шпринцин.
2 Доклад был напечатан: Стрельников И. Д. Русская экспедиция в
Бразилию академика Г. И. Лангсдорфа (1821—1829) // Природа. 1929.
№ 1. С. 43—54.
№124
*См. док. №125, 138, 157.
№125
1 Датируется по утверждению на заседании бюро КИЗ 28 марта
1928 г. Известно, что 31 марта смета КИЗ на 1928/29 г. была отправлена
в Управление делами АН СССР (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 12, л. 82).
См. док. № 124, 138, 157.
№126
!См. док. №129, 133, 148, 154.
№127
!См. док. №35, 104, 105, 137.
517

№128
1 По поручению Бэровской подкомиссии сбор генеалогических
материалов о предках К. М. Бэра вел Ю. А. Нелидов. Он составил большую
родословную таблицу, которую планировали поместить в приложении к
русскому переводу автобиографии К. М. Бэра. Нелидов обратился к
ученому секретарю Бэровской подкомиссии M. М. Соловьеву, а затем к
непременному секретарю АН СССР С. Ф. Ольденбургу с просьбой
переслать его материалы для просмотра и внесения добавлений эстонскому
исследователю Николаю Карловичу Эссену, живущему в Ревеле (см. док.
№ 119). Через консульство СССР в Ревеле эти материалы были переданы
Н. К. Эссену. Он значительно дополнил родословную таблицу. 21 июля
1928 г. непременный секретарь АН СССР выразил ему глубокую
благодарность за проделанную работу (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 20, л. 70).
№129
1 В «Трудах КИЗ» статья не была опубликована. См.: Чи прогресуе
математика? // Нариси з icTopii технш i природознавство. Кшв: Наукова
думка, 1965. Вип.У!. С. 56—71.
№130
1 На заседании присутствовали А. А. Байков, М. А. Блох, А. А. Бори-
сяк, Т. Гелах, А. М. Годыцкий-Цвирко, Ив. М. Гревс, О. А. Добиаш-Рож-
дественская, С. А. Жебелёв, А. Заозерский, О. Е. Звягинцев, Я. М. Кап-
лан, Н.Клюев, Г.В.Ковалевский, Б. Л. Личков, С.М.Лукьянов, А.
Малое, П.Мансуров, А.Починков, В.И.Равдоники, Н.Репников,
С.В.Рождественский, В. Рождественская, В. О. Садиков, В. Садикова, M. М.
Соловьев, Г. Соломин, М. Соломина-Крогиус, А. Спицын, Н. И. Степанов,
И. Троицкий, Ф. Шмит.
№131
1 На заседании присутствовали Л.С.Берг, М. А. Блох,
В.И.Вернадский, А. А. Гизетти, А. И. Горбов, К. Я. Грот, С. М. Зарудный, В. Н.
Ивановский, Г.В.Ковалевский, Б. Л. Личков, С.М.Лукьянов, Д. Лутохин,
В. Садикова, Д. О. Святский, Н. И. Степанов, И. Троицкий, А. А. Фрей-
ман.
2 Подпись отсутствует.
№132
1 На заседании присутствовав А. И. Андреев, Л. С. Берг, М. А. Блох,
В. И. Вернадский, Э. Л. Радлов, M. М. Соловьев.
2 См. док. № 118.
3См. док. № 133.
4 См. док. № 135, 136.
5 Подпись отсутствует.
518

№133
1 В изданиях КИЗ работы Г. Г. Манизера напечатаны не были. В
1948 г. вышла его работа «Экспедиция академика Г. И. Лангсдорфа в
Бразилию (1821—1828)» (М.: Географгиз, 1948). Редактором и автором
вступительной статьи выступила член КИЗ Н. Г. Шпринцин. В 1995 г. в
серии «Научное наследство» был опубликован «Дневник русской
комплексной экспедиции в Бразилию в 1824—1826 гг. под началом
академика Г. И. Лангсдорфа».
№134
1 На заседании присутствовали В. И. Бернер, В.И.Вернадский,
Б. Н. Вишневский, А. А. Гизетти, M. М. Соловьев.
2 5 июня 1928 г. Президиум АН СССР разрешил заключить договор
с Ленгизом на публикацию популярного очерка о жизни и научной
деятельности академика К. М. Бэра (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 13, л. 27),
но книга не была издана.
№135
1 Докладную записку М. Н. Буткевича от 22 июня 1927 г. о работе по
подготовке VI и VII томов сочинений М. В. Ломоносова см.: ПФА РАН,
ф.2, оп. 1-1928, д. 38, л. 13—17. См. док. № 132, 136.
№136
'См. док. №132, 135.
2VI и VII тома сочинений М.В.Ломоносова вышли в 1934 г. См.:
Андреева Г. А. Издание сочинений М. В. Ломоносова в XVIII—XX вв. //
Книга: Исследования и материалы. М., 1960. Сб. 3. С. 203—230; Баст-
ракова М. С. М.В.Ломоносов и В.И.Вернадский. (Из истории
изучения творческого наследия М.В.Ломоносова)// ВИЕТ. 1986. №4.
С. 12—24.
№137
1 Датируется по сопроводительному письму. См. док. № 35, 104, 105.
2 Древлехранилище Московского отделения Центрального архива
РСФСР — так в 1925—1931 гг. назывался Российский государственный
архив древних актов (РГАДА).
№138
1 15 сентября 1928 г. на Общем собрании АН СССР была
рассмотрена смета АН СССР на 1928/29 г. Объяснительная записка к смете КИЗ
могла быть составлена В. И. Вернадским, вероятно, до 15 сентября (ПФА
РАН, ф. 1, on. 1а, д. 177, л. 195). См. док. № 125, 157.
519

№139
1 Общее собрание АН СССР 7 мая 1927 г. одобрило создание при
Академии наук СССР Института изучения буддийской культуры (ПФА
РАН, ф. 1, on. 1а, д. 176, л. 166). В 1930 г. он вошел в Институт
востоковедения.
№140
1 См. док. № 137.
№141
1 На заседании присутствовали А. И. Андреев, Л. С. Берг, В. И.
Вернадский, Э. Л. Радлов, M. М. Соловьев.
№142
*В 1918—1919 гг. И.Д.Стрельников был командирован Академией
наук в Бразилию, Аргентину, Парагвай и Боливию для сбора коллекций
для музеев (см.: Международные научные связи АН СССР: 1917—1941.
М., 1992. С. 95—96). Он должен был участвовать в XXII Международном
конгрессе американистов, который проходил в Риме с 23 по 30 сентября
1926 г., но приехать не смог, и его доклад читал профессор С. А.
Адрианов (Там же. С. 117). XXIII Международный конгресс американистов
проходил в Нью-Йорке с 17 по 24 сентября 1928 г.
2 См. док. №133.
3 См.: Стрельников И. Д. Русская экспедиция в Бразилию академика
Г. И. Лангсдорфа // Природа. 1929. № 1. С. 43—54.
№143
На заседании присутствовали А. И. Андреев, Л. С. Берг, Э. Л. Радлов.
№144
1 См. док. № 202, 203.
№145
1 Письма аналогичного содержания были отправлены В. И.
Вернадским В. Р. Менжинскому и С. А. Мессингу в октябре 1928 г. (ПФА РАН,
ф. 2, оп. 1-1928, д. 38, л. 24—26 об.).
№146
1 См. док. № 143.
520

№147
1 На заседании присутствовали А. И. Андреев, Л. С. Берг, М. А. Блох,
В. И. Вернадский, Е. Н. Павловский, Э. Л. Радлов, M. М. Соловьев.
2 См. док. № 142.
3См. док. № 150.
4 См. док. № 113.
№148
1 См. док. № 126, 129, 133, 154.
№149
1 Подпись неразборчива.
№150
1См. док. № 167.
№151
1 На заседании присутствовали А. И. Андреев, Г. П. Блок, В. И.
Вернадский, Глаголев, С. П. Глазенап, А. М. Годыцкий-Цвирко, Б. Греков,
Грекова, А.Дружинин, В.Г.Дружинин, Г.Дружинина, О. А. Добиаш-Ро-
ждественская, С. А. Жебелёв, Вл. Ивановский, Ф. Каликин, Н. И. Каре-
ев, В. Касперовский, И. Касперовский, Э. Кесслер, Л. Кирпичев, П. Кон-
чаев, Б. Коялович, П. Лавров, А. Лебедянская, Р. Мюллер, Недригайлов,
А. Нечаев, М. Павлова, С. В. Рождественский, В. Садикова, Д. О. Свят-
ский, П. Симони, М. М. Соловьев, Н. И. Степанов, Д. П. Цинзерлинг;
четыре подписи прочесть не удалось.
2 Текст рукописи В. Г.Дружинина «История развития школ, торговли
и ремесел Выгорецкой обители» хранится в ПФА РАН (ф. 154, оп. 2,
д. 31а, л. 80—141, машинопись с авторской правкой).
№152
1 На заседании присутствовали Г. П. Блок, А. В. Бородин, М. Н. Бут-
кевич, В. И. Вернадский, Е. В. Вульф, А. Гессен, Ю. И. Гессен, А.
Годыцкий-Цвирко, В. Г. Дружинин, О. Е. Звягинцев, В. Каменский,
Константинов, Е. Котова, В. И. Крыжановский, М.А.Лихарев, С. В.Липин,
И. И. Любименко, И. Любомиров, М. Мартынов, А. С. Путилов, Э. Л. Рад-
лов, Е. Д. Ревуцкая, С. В. Рождественский, Д. О. Святский, Г. Соколов,
М.М.Соловьев, А. А. Спицын, В.И.Срезневский, Н.И.Степанов,
А. Е. Ферсман.
№153
См. док. № 161
521

№154
1 Сборник статей в память академика А. М. Бутлерова был издан в
серии «Очерки по истории знаний», вып. 5 в 1929 г. В него вошли
статьи, предложенные В. И. Вернадским, кроме статьи А. Е. Чичибабина
«Теория химического отражения при свете современных научных
данных».
№155
1 На заседании присутствовали А. И. Андреев, Л. С. Берг, Г. П. Блок,
В. И. Вернадский, П. В. Виттенбург, Э. Л. Радлов.
2 См. замечания М. Н. Буткевича о работе над трудами М. В.
Ломоносова: ПФА РАН, ф. 2, оп. 1-1928, д. 38, л. 13—18.
3 См. док. № 133.
4 См. док. № 154.
№156
1 На заседании присутствовали Л. С. Берг, М. А. Блох, Б. Вейнберг,
В. И. Вернадский, А. А. Гизетти, К. Я. Грот, Дроздецкий, О. Е.
Звягинцев, В. Курбатов, Б. Л. Личков, С. М. Лукьянов, H. Н. Михайловский,
И. Молчанов, Э. Л. Радлов, Т. И. Райнов, М. М. Соловьев, Д. Н. Халтурин,
Д. П. Цинзерлинг.
№157
1 См. док. № 125, 137.
№160
'См. док. №111, 124, 156.
2 См. док. №110, 122, 123, 130, 131, 151, 152, 156.
3См. док. № 126, 129, 133, 148, 154.
4См. док. №108, 109, 114, 117, 119, 128, 134.
5 Из отчета Археографической комиссии за 1928 г.: «Совместно с
КИЗ продолжалась работа по подготовке к изданию „Сочинений
М.В.Ломоносова", т. VIII (его переписка)». См.: Отчет о деятельности
Академии наук СССР в 1928 г. Л., 1929. С. 276.
6 См. док. № 144.
№161
»См. док. № 153.
2 В тексте записки тема лекции зачеркнута и сделана помета:
«Мыслилась как вводная лекция».
№ 162
1 См. док. № 164, 183.
522

№163
1 Леонард Эйлер был похоронен на лютеранском Смоленском
кладбище в Петербурге, где в 1837 г. Петербургская Академия наук воздвигла
массивный памятник с надписью: «Леонарду Эйлеру — Петербургская
Академия». Не совсем понятно, почему в 1929 г. не смогли найти
памятник. В 1957 г., когда отмечалось 250-летие со дня рождения Эйлера,
могила и памятник были перенесены в Петербургский некрополь в Алек-
сандро-Невской лавре, по соседству с местом погребения М. В.
Ломоносова.
№164
1 См. док. № 162.
№165
1 На заседании присутствовали А. И. Андреев, Л. С. Берг, М. А. Блох,
С. А. Жебелёв.
2 См. док. №162, 164.
3См. док. №164.
4 См. док. № 178, 180.
5 Сборник под названием «Материалы для биографии А. С. Лаппо-
Данилевского» (Л., 1929) вышел в серии изданий КИЗ «Очерки по
истории знаний», вып. 6.
6 См. док. № 168.
№166
1 На заседании присутствовали А. И. Андреев, Л. С. Берг, Г. П. Блок,
М. А. Блох.
2 См. док. № 161.
3См. док. 162, 164.
№167
1 См. док. № 150. Непременный секретарь АН СССР С. Ф. Ольден-
бург 12 января 1929 г. отправил В.И.Вернадскому записку, так как
Отто Гмелин вторично обратился в Академию наук СССР с просьбой
предоставить для семейного архива Гмелиных одну или несколько
неизданных рукописей академика И. Г. Гмелина (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1,
д. 21, л. 22). К своей записке Ольденбург приложил письмо Отто
Гмелина (Там же, л. 23). По поручению В. И. Вернадского M. М. Соловьев
просмотрел рукописи Гмелина в Архиве АН СССР и представил свое
мнение. На записке М. М. Соловьева — помета: «Согласен. Академик
В.Вернадский. 26.1.1929».
№168
1 На заседании присутствовали А. И. Андреев, Г. П. Блок, А. В.
Бородин, А. А. Гизетти, Л. Глаголев, И. М. Гревс, Б. Н. Греков, О. А. Добиаш-
Рождественская, С. А. Жебелёв, С. М. Зарудный, Н. И. Кареев, П. А. Лав-
523

ров, Лаврова, Б. Л. Личков, И. И. Любименко, Б. М. Ляпунов, Р. Мюллер,
Э. К. Пекарский, Д. М. Петрушевский, А.Прохоров, Е. Д. Ревуцкая,
С. В. Рождественский, В. Садикова, С. И. Солнцев, Е. В. Тарле, Д. Н.
Халтурин, М. А. Шангин.
2 См. док. №162, 164.
№169
1 На заседании присутствовали Г. П. Блок, М. А. Блох, А. А. Борисяк,
А. В. Бородин, В. П. Бузескул, Е. Волова, Е. Вульф, А. А. Гизетти, С. П. Гла-
зенап, А. М. Годыцкий-Цвирко, А. И. Горбов, О. А. Добиаш-Рождествен-
ская, С. А. Жебелёв, С. М. Зарудный, О. Е. Звягинцев, Н. И. Идельсон,
Я. М. Каплан, Э. К. Кесслер, Г. В. Ковалевский, В. Я. Курбатов, М. А.
Лихарев, Б. Л. Личков, Н. Н. Михайловский, Н. Репников, Д. О. Святский,
Н. И. Степанов, Е. В. Тарле, Н. Э. Успенская, Д. П. Цинзерлинг.
№170
1 На заседании присутствовали Г. П. Блок, В. Бутенко, А. А. Гизетти,
И. М. Гревс, Б. Н. Греков, О. А. Добиаш-Рождественская, А. Заозерский,
С. М. Зарудный, О. Е. Звягинцев, П. П. Иванов, Э. К. Кесслер, Б. Л.
Личков, И. И. Любименко, С. В. Рождественский, Д. О. Святский.
2 M. М. Соловьев не участвовал в заседании КИЗ, но им подписан
протокол.
№171
1 На заседании присутствовали В. М. Алексеев, Бутлицкий, А. П.
Виноградов, О. А. Добиаш-Рождественская, Я. М. Каплан, Э. К. Кесслер,
И. И. Любименко, М. М. Любощинский, Н. Н. Михайловский, Е. Д.
Ревуцкая, В. Пушин, В. Садикова, Н.С.Смирнов, Н.И.Степанов, Д. П.
Цинзерлинг.
№172
1 В. И. Вернадский обратился с аналогичным письмом в ОФМН
20 февраля 1929 г. (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 21, л. 96—96 об.).
№173
1 На заседании присутствовали А. И. Бриллиантов, А. М. Годыцкий-
Цвирко, И. М. Гревс, К. Я. Грот, С. А. Жебелёв, Л. Каманин, Н. И. Каре-
ев, С. Красинская, В. Крачковская, И. Ю. Крачковский, Б. Л. Личков,
И. И. Любименко, Б. М. Ляпунов, А. И. Малеин, H. Н. Михайловский,
Е. Мочан, М. Петерсон, В. Пушин, Е. Д. Ревуцкая, О. Рождественская,
С.В.Рождественский, М. Румянцева-Хлусевич, В. Садикова, Д. О.
Святский, Н. И. Степанов, М. Тихановская, Н. Э. Успенская, А. Хоментов-
ский, Д. П. Цинзерлинг.
2 Доклад опубликован в серии «Труды КИЗ», вып. 10. См.: Добиаш-
Рождественская О. А. Мастерские письма на заре западного
средневековья и их сокровища в Ленинграде. Л., 1930.
524

№174
1 На заседании присутствовали председатель президент Академии
наук СССР А. П. Карпинский, почетный член Академии наук Н. И. Каре-
ев, академики В. И. Вернадский, С. А. Жебелёв, Е. Ф. Карский, И. Ю. Крач-
ковский, Б.М.Ляпунов, С.И.Солнцев, Я.В.Успенский, а также
А. И. Андреев, Н. Аставьев, Я. Барсков, Б. Белов, Г. Бельченко, А.
Бородин, Н. Борсук, Бутенко, А.А.Введенский, П. Гейман, А. А. Гизетти,
С. Глаголев, Б. Д. Греков, В. Григорьев, Г. Демусяк, О. А. Добиаш-Рождест-
венская, А. Добровольский, А. Дроздецкий, В. Г. Дружинин, Н.
Дьяконова, А. Заозерский, К. Здравишин, Я. М. Каплан, Е. Каринский, Л.
Кауфман, О. Кауфман, О. Корнилова, С. Корсаков, Г. Кошмеров, Лаврова,
Е. Лаппо-Данилевская, Е. Ляпунова, Б. Мусов, Р. Мюллер, В. Нищенко,
Л. Окорокова, Э. К. Пекарский, В М. Пергамент, А. Петров, Е. Петров,
Н. Поппе, А. Предтеченский, Пушин, В. Равзин, Н. Репников, С.
Рождественский, С. Розанов, Д. Д. Руднев, В. Садиков, В. Садикова, А. П. Семе-
нов-Тян-Шанский, К. Серов, М. Солнцева, M. M Соловьев, А. Трухинов,
Н. Э. Успенская, В. Федоров, А. Фокин, Е. Шапилова, Шахматова, А. А.
Шилов, А. Якубова.
№175
1 На заседании присутствовали А. И. Андреев, Л. С. Берг, Г. П. Блок.
2 См. док. №178, 180.
3См. док. №183, 184.
4 См. док. №172.
5 См. док. №176.
6 См. док. №186.
7 Сборник «Памяти Л.Я.Штернберга» вышел в 1930 г. в серии
«Очерки по истории знаний», вып. 7.
№176
1 Весной 1928 г. сотрудники Музея памяти И. И. Мечникова узнали,
что в КИЗ началась работа над подготовкой издания писем А. О.
Ковалевского И. И. Мечникову. Они сообщили, что в музее хранится
около 200 писем А.О.Ковалевского И.И.Мечникову (ПФА РАН,
ф. 154, оп. 1, д. 21, л. 51). В. И. Вернадский приветствовал обращение
сотрудников музея в КИЗ и обещал сам побывать в музее (Там же, л. 52—
52 об.).
№177
1 На заседании присутствовали А. И. Андреев, Г. П. Блок, В. И.
Вернадский, M. М. Соловьев.
2 См. док. №132, 135, 136.
3 Отзыв И. Ю. Крачковского от 13 марта 1929 г. см.: ПФА РАН,
ф. 154, оп. 1, д. 21, л. 135—136 об. См. также док. № 186.
4 См. док. № 186.
525

№178
1 См. док. № 180.
№180
1 См. док. № 178.
№181
1 На заседании присутствовали А. И. Андреев, Л. С. Берг, Г. П. Блок,
В. И. Вернадский, M. М. Соловьев.
2 Проект сметы КИЗ на 1929/30 г. в размере 16 тыс. руб. был
представлен 1 апреля 1929 г. См.: ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 21, л. 284—295.
№182
*См. док. № 138, 144, 179.
№183
1 На заседании присутствовали президент АН СССР академик А. П.
Карпинский; академики В.И.Вернадский, С. А. Жебелёв, И. Ю. Крачков-
ский, П.А.Лавров, С.Ф.Платонов, почетные члены С. П. Глазенап,
Н. И. Кареев, а также А. И. Андреев, Л. С. Берг, Г. П. Блок, М. А. Блох,
Н. Быков, Н. Е. Вернадская, П. Гейман, А. А. Гизетти, М. Гире, А. Глады-
шева, А. Гребенщикова, И. М. Гревс, 3. Григорьев, О. А. Добиаш-Рождест-
венская, О. Е. Звягинцев, Н. Измайлов, Л. Каплан, Я. М. Каплан, Г. В.
Ковалевский, П. Лаврова, Н. Лагода, Б. Л. Личков, С. М. Лукьянов, И. И. Лю-
бименко, А.Любощинская, М.Любощинский, Н.Н.Михайловский,
Б. Н. Молас, И.Молчанов, В.Мюллер, Н.Платонова, В. Путин, С. Рад-
лов, В. А. Радлова, М. Радлова, Е. Д. Ревуцкая, В. Садикова, М. Садова,
Д. О. Святский, Н. Сергеев, Н. Смирнов, M. М. Соловьев, И. Степанов,
О. Тарле, В. Успенский, Д. П. Цинзерлинг, М. А. Шангин, М. Шангина;
несколько подписей неразборчивы.
2 См. док. №184.
№184
*См. док. №162, 164, 183.
№185
1 См. док. № 7, 53, 54, 57.
№186
1 Д. А. Граве 16 декабря 1928 г. отправил из Киева В. И. Вернадскому
большое письмо о желательности установить научную связь Академии
наук СССР с Арабской Академией наук в Египте для более успешного
изучения арабских математических текстов (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1,
д. 21, л. 131—134 об.).
2 Академику И. Ю. Крачковскому было поручено ознакомиться с
письмом Д. А. Граве. 13 марта 1929 г. Крачковский представил весьма
526

подробный ответ на замечания и предложения Д. А. Граве (ПФА РАН,
ф. 154, оп. 1, д. 21, л. 135—136 об.). 16 марта на заседании бюро КИЗ
был зачитан ответ Крачковского (см. док. № 177). 17 апреля
В.И.Вернадский подготовил и отправил письмо в Киев.
№187
1 На заседании присутствовали академики А. И. Андреев, Л. С. Берг,
Г. П. Блок, В. И. Вернадский, П. П. Лазарев, M. М. Соловьев.
2 См. док. №104.
№188
1 На заседании присутствовали; президент Академии наук академик
А. П. Карпинский, академики А. И. Андреев, Л. С. Берг, Г. Д. Белонов-
ский, Г. П. Блок, А. Бородин, Е. Бородина, В. И. Вернадский, А. П.
Виноградов, X. Виноградова, А. И. Горбов, О. Е. Звягинцев, П. П. Лазарев,
А. Е. Любощинская, М. М. Любощинский, Н. Н. Михайловский, С. В.
Рождественский, Д. О. Святский, М. М. Соловьев, Н. Степанов, М. И. Тихий;
3 подписи неразборчивы.
№189
1 См. док. № 163.
2 Бюст Л. Эйлера, изготовленный французским скульптором Д. Ра-
шеттом, 25 января 1785 г. был торжественно установлен на постаменте
в Большом конференц-зале Академии наук в Петербурге. Теперь бюст
украшает помещение Президиума Академии наук в Москве.
№190
1 В 1931 г. в «Трудах КИЗ», вып. 11 был опубликован 1-й том труда
В.А. Обручева «История геологического исследования Сибири». В
течение 1932—1947 гг. в Академии наук изданы 2—9-й тома этого издания.
№ 191
1 На заседании присутствовали Л.С.Берг, Г. П. Блок,
В.И.Вернадский, M. М. Соловьев.
2 См. док. №192.
3См. док. № 190.
№192
1 На заседании присутствовали почетный член Академии наук Н. И. Ка-
реев, академики А. И. Андреев, Л. С. Берг, В. И. Бернер, Г. П. Блок,
М. А. Блох, В. И. Вернадский, Б. Н. Вишневский, А. А. Гизетти, А. И.
Горбов, И. М. Гревс, К. Я. Грот, О. А. Добиаш-Рождественская, О. Е.
Звягинцев, П. П. Иванов, Я. М. Каплан, В. А. Кистяковский, Г. В. Ковалевский,
И. Ю. Крачковский, Б. Л. Личков, С. М. Лукьянов, Н. А. Морозов, Е. Н. Пав-
527

ловский, С. В. Рождественский, Ф. Ф. Скрибанович, M. М. Соловьев,
Б. А. Федченко, Д. П. Цинзерлинг, М. А. Шангин, М. Шангина.
2 См. док. №104.
3 Статья не была напечатана. Сохранилась рукопись с авторской
правкой: ПФА РАН, ф. 154, оп. 2, д. 27, л. 2—31.
№193
'См. док. №190, 191.
№194
1 На заседании присутствовали А. В. Бородин, В. И. Вернадский,
А. М. Годыцкий-Цвирко, О. А. Добиаш-Рождественская, В. Я. Железное,
А.П.Карпинский, И. Ю. Крачковский, В.Я.Курбатов, Б. Л. Личков,
М. М. Любощинский, Н. Н. Михайловский, Д. Нововилов, Д. О. Святский,
М. М. Соловьев, С. И. Солнцев, Г. А. Фальборк.
№195
1 На заседании присутствовали А. И. Андреев, Л. С. Берг, Г. П. Блок,
В. И. Вернадский, И. Ю. Крачковский, M. М. Соловьев.
2 См. док. №177, 192.
№196
*См. док. №78, 145.
№197
1 В. И. Вернадский находился в заграничной командировке с 28 июня
по 3 октября 1929 г. Он посетил Германию и Чехословакию.
№198
1 Правительственная Комиссия по проверке аппарата Академии наук
СССР во главе с членом коллегии Наркомата РКИ и членом президиума
ЦКК ВКП(б) Ю. П. Фигатнером начала работу 30 июня 1929 г.
№199
1 См.: Билярский П. С. Материалы для биографии Ломоносова. СПб.,
1865.
№200
1 По-видимому, этот список членов КИЗ был составлен для
представления в Комиссию по «чистке» Академии наук. В списке отсутствует
активный член КИЗ историк В. Н. Бенешевич, который в ноябре 1928 г.
был арестован. Нет также члена КИЗ ученого секретаря Археографиче-
528

ской комиссии А.И.Андреева — арестован 24 октября 1929 г., но еще
есть член КИЗ историк СВ. Рождественский, арестованный 1 декабря
1929 г. Поэтому данный список, видимо, можно датировать ноябрем
1929 г.
№201
1 Происхождение «Списка нечленов КИЗ» выяснить не удалось.
Видимо, он был составлен, как и «Список членов КИЗ» (см. док. № 200),
для Комиссии по «чистке» Академии наук. В основном в него включены
те, кто присутствовал на заседаниях КИЗ. Следует заметить, что
некоторые из стоящих в списке в дальнейшем принимали участие в работе
КИЗ «бухаринского» периода.
1 См. док. № 144, 203.
№202
№203
1 На основании постановления Комиссии по проверке аппарата
Академии наук СССР M. М. Соловьев был снят с должности ученого
секретаря КИЗ с 13 ноября 1929 г. (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 23, л. 83). См.
док. № 202.
№204
1 На заседании присутствовали M. Н. Буткевич, В. И. Вернадский,
О. Е. Звягинцев, Г. А. Князев, И. Ю. Крачковский, Б. Л. Личков,
Молчанова, Н. И. Сидоров, Сидорова, М. М. Соловьев, Г. А. Фальборк, М. Б. Фар-
маковский, А. Т. Федотов, С. Н. Чернов.
№205
1 См. док. № 202, 203, 206.
№206
1 См. док. №203, 205.
№ 207
1 См. док. № 200—203.
№209
1 См. док. № 203.
2 См. док. № 204, 206.
529

3См. док. № 168-
4 См. док. № 174.
5 См. док. № 183,
6 См. док. № 191,
7 См. док. № 192.
8 См. док. № 177,
-171,
184.
192.
192,
173, 178, 188, 194, 204.
195, 199.
№210
1 См. док. № 204, 205.
№211
1 См. док. №56, 89, 139, 208.
№ 212
1 См. док. № 19, 43, 46, 49, 73, 75, 112, 115, 125, 138, 179, 217, 223.
№213
1 Заседание Организационной комиссии проходило во время сессии
Академии наук СССР (31 января—2 февраля 1930 г.).
2 Пропуск в тексте.
3См. док. № 106, 192.
4 См. док. №210.
5 К юбилею И. Кеплера было напечатано несколько статей: Баев К. Л.
Взгляды Кеплера на устройство Вселенной // Русский астрономический
календарь. 1931. С. 157—164; Иванов A.A. Законы Кеплера, их роль и
значение в науке (к трехсотлетию со дня смерти Кеплера) // Мироведе-
ние. 1931. Т. 20, № 1. С. 1—5; Цейтлин 3. А. Иоганн Кеплер // Там же.
С. 6—40, и др. Изучение научных трудов И. Кеплера было продолжено.
В 1971 г. в Ленинграде в рамках XIII Международного конгресса по
истории науки (26—28 августа) состоялся симпозиум, посвященный
400-летию со дня рождения И. Кеплера. Во время работы симпозиума было
проведено два заседания Международного Кеплеровского комитета
(ВИЕТ. 1972. №31 (38). С. 104—106).
№214
1 Документ датируется по дате обсуждения его на заседании
Организационной комиссии АН СССР (см. док. №213).
2 См. док. №227.
№215
1 18 февраля 1930 г. Комитет по заведованию учеными и учебными
учреждениями ЦИК СССР утвердил Комиссию по выработке нового
Устава Академии наук СССР. 28 февраля состоялось первое заседание
комиссии. По-видимому, записка о деятельности КИЗ была подготовлена в
связи с разработкой нового Устава Академии.
530

№216
1 См. док. №213, 214, 226, 227.
№217
1 См. док. № 19, 43, 46, 49, 73, 75, 112, 115, 125, 138, 212, 223.
№218
1 Заключение представлено на запрос Издательства АН СССР.
№219
*См. док. №210.
№220
1 Текст доклада В. И. Вернадского «Памяти академика Алексея
Петровича Павлова» опубликован: Вернадский В. И. 1) Труды по истории
науки в России. М., 1988. С. 304—312; 2) Статьи об ученых и их
творчестве. М., 1997. С. 259—266.
№221
1 См. также: Берг Л. С. 1) Открытие Камчатки и экспедиции
Беринга (1725—1742). М.; Л., 1940; 2) Экспедиция Беринга // Изв. Всесоюз.
геогр. об-ва. 1942. Т. 74. С. 5—15.
№223
1 Записка была подготовлена В. И. Вернадским в связи с разработкой
нового Устава и реорганизацией Академии наук СССР.
2 См. док. №210, 219.
3 В. И. Вернадский 1 апреля 1929 г. уже обращался в Управление
делами АН СССР с просьбой выделить КИЗ две ставки научных
сотрудников 1-го разряда, ставку делопроизводителя и служителя. Вернадский
просил, чтобы эти ставки были постоянными, так как временные
сотрудники при сдельной оплате труда вносят элемент случайности и
неорганизованности в работу КИЗ (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 21, л. 193).
4 См. док. №213, 214, 216, 226, 227.
№224
1 См. док. № 230.
№226
1 См. док. №213, 214, 216, 227.
2 См. док. № 227.
531

№227
1 См. док. № 226.
№228
1 По Уставу Академии наук СССР, утвержденному 18 июня 1927 г.,
Академия состояла из двух отделений: I — Отделение
физико-математических наук (ОФМН) и II — Отделение гуманитарных наук (ОГН).
3 марта 1930 г. Общим собранием АН СССР академиками-секретарями
были избраны: по ОФМН — А. А. Борисяк, по ОГН — А. Н. Самойлович
(ПФА РАН, ф. 1, оп. 1-1930, д. 254, л. 13 об.). 26 марта 1930 г.
В.И.Вернадский отправил письмо вице-президенту АН СССР Г. М.
Кржижановскому (см. док. № 229) и академику-секретарю ОГН А. Н. Самойловичу и
настаивал на сохранении КИЗ при Общем собрании АН СССР.
№229
1 См. док. № 228.
№230
1 См. док. № 225, 228, 229.
№231
1 Записка о задачах КИЗ и об организационных формах ее
деятельности была подготовлена В. И. Вернадским в связи с разработкой нового
Устава Академии наук и реорганизацией ее деятельности.
№232
1 См. док. № 230.
№233
1 См. док. № 232.
2 Имеется в виду подкомиссия по реорганизации КЕПС, КЭИ и КЯР.
№234
1 См. док. № 233.
№235
1 См. док. № 234.
532

№236
1 См. док. № 235.
№237
1 На заседании КИЗ М. А. Шангин выступил с докладом «Значение
греческих астрологических рукописей в истории знаний». Доклад
опубликован: Изв. АН СССР. ОГН. 1930. Т. 2, № 5. С. 307—317.
№238
Проект Положения о КИЗ обсуждался 22 мая 1930 г. на заседании
Комиссии по реорганизации КИЗ. См. док. № 239. В личном фонде
ученого секретаря Археографической комиссии А. И. Андреева (ПФА РАН,
ф. 934) среди рабочих бумаг по составлению Положения об
Археографической комиссии в 1926—1927 гг. имеется проект Положения о КИЗ.
Документ — без даты и подписи. По содержанию можно предположить,
что документ составлен в 1926 г., когда КИЗ после перерыва вновь
начала свою работу. По-видимому, А. И. Андреев, являясь членом КИЗ,
взял для ознакомления Положение о комиссии во время работы над
Положением об Археографической комиссии. В документах КИЗ до 20 мая
1930 г. никаких сведений о составлении, обсуждении и утверждении
Положения о КИЗ не встречается. И даже 31 января 1930 г. (см. док.
№ 213) на заседании Организационной комиссии АН СССР на вопрос
Н.И.Бухарина, «есть ли у КИЗ Устав или Положение?»,
В.И.Вернадский ответил отрицательно. Поэтому проект Положения о КИЗ,
составленный 20 мая 1930 г., следует рассматривать как первый документ
подобного рода, но так как проект из фонда А. И. Андреева заслуживает
внимания, приводим его полностью.
Проект Положения о КИЗ АН СССР
1. Комиссия по истории знаний подведомственна Общему собранию
Академии наук СССР, которому она ежегодно представляет отчет о
своей деятельности.
2. Комиссия имеет задачей научную работу в области истории знаний
и их приложений к жизни. Она должна подготовить и создать Научно-
исследовательский институт по истории знаний.
3. Комиссию составляют бюро и члены Комиссии. В состав бюро
входят председатель Комиссии, его заместитель, 2 члена Комиссии,
ученый секретарь Комиссии, председатели и ученые секретари
подкомиссий, бывшие председатели, заместители председателя и ученые секретари
Комиссии, директор Археографической комиссии Академии наук СССР.
4. Председателем Комиссии состоит, по поручению Общего собрания
Академии наук, один из действительных членов.
5. Председатель Комиссии руководит всей деятельностью Комиссии,
докладывая о ходе ее работ Общему собранию Академии наук.
Председателю принадлежит право допущения посторонних лиц к ученым
занятиям Комиссии, наблюдение за общим ходом ее работ, общая редакция
ее работ, общая редакция всех изданий Комиссии и назначение и
руководство заседаниями Комиссии.
533

6. Заместитель председателя, 2 члена президиума и ученый
секретарь Комиссии намечаются из числа членов Комиссии председателем,
избираются Комиссией и утверждаются в установленном порядке.
7. Ученый секретарь Комиссии заведует всем делопризводством
Комиссии, наблюдает за библиотекой и музеем Комиссии, руководит
работой сотрудников Комиссии как по разбору и научному описанию
документов и вообще предметов, хранящихся в музее Комиссии, так и
по подготовке рукописей, принадлежащих Комиссии. На нем лежат
также обязанности руководства состоящими при Комиссии
практикантами.
8. В члены Комиссии избираются лица, известные своей ученой
деятельностью и познаниями в истории знаний.
9. Кандидаты в члены Комиссии должны быть предложены не менее
чем тремя членами Комиссии. Предложение должно быть письменное, с
указанием основания, на котором предлагается к избранию данное лицо:
предложение представляется председателем и заявляется в ближайшем
заседании Комиссии; в следующем заседании производятся выборы.
Избранным признается получивший большинство голосов, участвовавших в
баллотировке. Члены Комиссии, отсутствующие в заседании, на котором
происходят выборы, могут передавать свое право голоса другим членам
Комиссии посредством письменного о том заявления, причем каждый
присутствующий при выборах член Комиссии может располагать лишь
двумя голосами.
10. Члены Комиссии принимают участие в заседаниях Комиссии и по
ее поручению занимаются розысканиями, изучением и подготовкой к
изданию источников по истории знаний и делают доклады о своих
исследованиях из области изучения знаний. Они могут группироваться в
подкомиссии для изучения специальных вопросов.
11. Для выполнения задач, указанных в § 2, Комиссия имеет право:
а) в пределах СССР входить в непосредственные сношения со всеми
академическими и сторонними учреждениями и лицами, от которых
может ожидать содействия и сообщения необходимых сведений;
б) для обозрения и розыскания необходимых ей материалов
командировать лиц, принадлежащих к составу Комиссии, а также посторонних
известных ей специалистов;
в) получать из архивов, библиотек и музеев во временное
пользование рукописи, музейные предметы и печатные издания;
г) пополнять свои собрания музея и библиотеки новыми
приобретениями;
д) устраивать очередные заседания своих членов, а равно и заседания
с правом приглашения посторонних ученых и вообще лиц,
интересующихся предметами заседания Комиссии;
е) иметь в составе занимающихся в Комиссии лиц постоянных
практикантов на общих основаниях с другими академическими
учреждениями.
12. Научные сношения с другими учреждениями и лицами,
находящимися за границей, а равно и сношения с высшими правительственными
учреждениями и лицами Комиссия ведет через непременного секретаря
АН.
13. Заседания Комиссии назначаются председателем не менее одного
раза в месяц. Предметом их кроме текущих дел могут быть: сообщения
о ходе ученых работ Комиссии и других родственных ей по задачам
учреждений и согласованию их, доклады членов Комиссии или посторон-
534

них ученых, относящихся к задачам Комиссии, обсуждение и
утверждение отчета Комиссии за год, избрание новых членов и проч.
14. Комиссия имеет право выделять подкомиссии для проработки
отдельных задач, входящих в компетенцию Комиссии. Члены подкомиссий
могут быть членами Комиссии. Они выбираются подкомиссиями в
порядке, указанном для членов Комиссии. Председатели подкомиссий
выбираются бюро Комиссии и утверждаются Комиссией. Секретари
подкомиссий выбираются в порядке, указанном для секретаря Комиссии.
15. При Комиссии должны образоваться учреждения, имеющие
претвориться в Научно-исследовательский институт: музей по истории
знаний, специальная библиотека книг по истории знаний, склад изданий
Комиссии (ПФА РАН, ф. 934, оп. 3, д. 1, л. 19—20, копия).
2 В §2, б добавили: «в соответствии с ежегодно утверждаемым
Общим собранием планом».
3 § 2, г убрали.
4 В § 3 о количестве членов КИЗ в черновиках встречаются разные
цифры: 100, 60 и 75 человек. Было решено количество членов КИЗ не
ограничивать и не указывать.
5 В § 3 убрали «которые имеют научные труды по истории знаний».
6 В § 4 убрали «по представлению Комиссии».
7 § 5 приняли без изменений.
8 § 6 приняли без изменений.
9 В § 7 убрали из состава бюро КИЗ двух членов Комиссии. Вместо
«утверждаемых Президиумом Академии» вставили «утверждаемых
советом».
10 § 8 убрали полностью.
11 В § 13, примечание 1 вместо «определяются особой инструкцией о
них» вставили «утверждается Президиумом АН».
12 В § 13 примечание 2 убрали полностью.
13 В § 14, в вычеркнули «на общих основаниях».
14 В § 14, г вычеркнули «на общих основаниях».
№239
1 См. док. №231. На заседании из 7 членов Комиссии по
реорганизации КИЗ присутствовали четверо: В. И. Вернадский, В. П. Волгин,
И. Ю. Крачковский и С. Ф. Ольденбург. В заседании принял участие
также историк H. М. Лукин.
2 См. док. № 238.
№240
]См. док. № 137.
№241
1 Положение о КИЗ датируется по времени утверждения Общим
собранием АН СССР (ПФА РАН, ф. 1, оп. 2-1930, д. 1, л. 92). См. док. № 234.
2 См. док.242.
535

№243
1 На заседании присутствовали Н. И. Бухарин, В. И. Вернадский,
И. Ю. Крачковский, Г. А. Князев.
2 Так в тексте.
3 По-видимому, речь идет о Павле Николаевиче Фусе (1798—1855).
4 Так в тексте.
5 Так в тексте.
6 См. док. № 253.
7 Так в тексте.
№244
1 Вопрос о музее науки и техники на сессии АН СССР возник
стихийно. Заслушивали отчет о заграничной командировке А. П.
Карпинского, в котором он упомянул о посещении Немецкого музея в Мюнхене.
А. Ф. Иоффе ранее тоже бывал в этом музее и решил поделиться своими
впечатлениями. Выступление Иоффе привело к обсуждению вопроса о
создании музея истории науки и техники в Академии наук СССР.
2 Немецкий музей в Мюнхене основан в 1903 г. Оскаром Миллером.
№245
1 См. док. № 248, 250.
№246
1 См. док. № 99, 256, 266, 268, 269, 274, 280.
№247
1 См. док. № 242.
№248
1 См. док. № 206.
№249
*См. док. №76, 146, 261.
№250
1 На заседании присутствовали Н. И. Бухарин, А. Ф. Иоффе, И. Ю.
Крачковский, П. М. Никифоров, Я. М. Урановский.
2 Пропуск в тексте.
№251
1 См. док. № 252.
2 См. док. № 254.
536

№252
'См. док. №251.
2 В 1500 г. был найден греческий текст.
3 В 1593 г. остров Гвин и все имущество Тихо Браге были
конфискованы датским правительством и его обсерватория разрушена. Сам
Тихо переселился в Прагу, где для него императором Рудольфом была
основана обсерватория. Его помощником был И. Кеплер.
№253
1 27 ноября 1931 г. на заседании Отделения общественных наук АН
СССР И. Ю. Крачковский сделал доклад «О подготовке свода арабских
источников для истории Восточной Европы, Кавказа и Средней Азии»
(см.: Илизаров С. С. Материалы к историографии истории науки и
техники. М., 1989. С. 47).
2 Работа И. Ю. Крачковского по переводу сочинения Ибн Хальдуна
была включена в план на 1931 г.
№254
1 В фонде В. И. Вернадского хранится экземпляр этой записки, по
просьбе Н.И.Бухарина переданной ему (АРАН, ф. 518, оп. 4, д. 48,
л. 91—94).
№255
1 На заседании присутствовали М. А. Блох, И. А. Боричевский,
В. И. Вернадский, А. Ф. Иоффе, И. Ю. Крачковский, А. Н. Крылов, М. Л.
Левин, Лепин, Меншуткин, Я. М. Урановский, С. Н. Чернов, Ю. П. Шеин.
2 См. док. №251, 252.
3 ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 22, л. 28—29.
№256
1 В статье К. Г. Большаковой «Из истории создания музея истории
науки и техники при ИИНИТ АН СССР» (Памятники науки и техники.
1984. М., 1986. С. 262—268) упоминается записка «К вопросу о
создании при КИЗ музея науки и техники», составленная в 1930 г., авторство
которой приписывается П. П. Забаринскому. Это предположение
ошибочно. В фонде В. И. Вернадского в Архиве РАН хранятся первый и
второй экземпляры этой записки, подписанные и датированные В. А.
Каменским 27 февраля 1931 г. (АРАН, ф. 518, оп. 4, д. 48, л. 51—73).
2 Вопрос о создании при КИЗ музея истории науки и техники начал
обсуждаться еще 29 ноября 1927 г. См. док. №74, 79, 98, 99, 240.
3 См. док. № 99, 246, 266, 268, 269, 274, 280.
№257
1 См. док. № 19, 43, 46, 49, 73, 75, 112, 115, 125, 137, 138, 212, 217,
223.
537

№258
1 Приглашение принять участие в конгрессе было получено
Всесоюзным обществом культурных связей с заграницей. 15 марта 1931 г.
заведующий Научно-техническим сектором ВОКСа А. Брук направил
запросы в Ученый комитет, Комакадемию, Академию наук, Наркомпрос и
НИС ВСНХ с просьбой сообщить: «Полагаете ли Вы командировать
своего представителя на означенный международный конгресс?» (ГАРФ,
ф. 7668, оп. 1, д. 526, л. 1). 23 марта на заседании Президиума АН СССР
было решено направить рассмотрение этого вопроса в КИЗ (ПФА РАН,
ф. 2, оп. 1-1931, д. 34, л. 247). В течение апреля все учреждения, кроме
Академии наук, в которые были посланы обращения, признали
целесообразным участие советской делегации в конгрессе (ГАРФ, ф. 7668,
оп. 1, д. 526, л. 6, 7, 9). Ученый комитет дважды обращался в Академию
наук (11 и 25 апреля) с просьбой прислать свое заключение. 28 апреля
президиум Ученого комитета постановил в срочном порядке наметить
Академии наук СССР своих делегатов на конгресс (Там же, л. 9).
И тогда 6 мая академик А. А. Борисяк отправляет срочную телеграмму
Н. И. Бухарину с просьбой отреагировать на запросы. 5 июня на
заседании президиума Ученого комитета постановили: «Утвердить
представителями Союза ССР на означенном конгрессе т.т. Бухарина, Иоффе, Коль-
мана и Рубинштейна» (Там же, л. 32). 21 июня путем опроса членов
президиума Ученого комитета в состав делегации было решено включить
Н. И. Вавилова (Там же, л. 32), 23 июня — Миткевича (Там же, л. 34).
II Международный конгресс по истории науки и техники состоялся
29 июня—3 июля 1931 г. в Лондоне. На конгрессе рассматривались
проблемы: 1) наука как интегральная часть всеобщей истории; 2) о
взаимоотношении физических и биологических наук; 3) взаимоотношения
науки и техники. От советской делегации с докладами выступили:
Н. И. Бухарин — «Теория и практика с точки зрения диалектического
материализма», Н. И. Вавилов — «Проблемы возникновения мировой
агрикультуры в свете позднейших исследований», Б. М. Гессен —
«Социально-экономические корни механики Ньютона», Б. М. Завадовский —
«„Физическое" и „биологическое" в процессе эволюции органического
мира», А. Ф. Иоффе — «Физика и техника», Э. Кольман —
«Диалектические и статистические закономерности в физике и биологии»,
«Современный кризис математических наук и общие условия его преодоления»
и «О неопубликованных рукописях К. Маркса, относящихся к
математике, естественным наукам, технике и их истории», В. Ф. Миткевич —
«Работы Фарадея и современное развитие приложений электрической
энергии», М. О. Рубиншетйн — «Наука, техника и экономика в
Советском Союзе и капиталистических странах» и «Электрификация как
базис технической реконструкции в СССР». Подробнее о конгрессе см.:
Плоткын С. Я. О II Международном конгрессе по истории науки и
техники // ВИЕТ. 1971. Вып. 4 (33). С. 31—36; Грэхем Л.
Социально-политический контекст доклада Б. М. Гессена о Ньютоне // ВИЕТ. 1993.
№2. С. 20—31. См. док. №270—273, 292, 299, 300.
№259
1 На заседании присугствовали М. А. Блох, И. А. Боричевский, Н. И.
Бухарин, В. И. Вернадский, М. А. Гуковский, А. Ф. Иоффе, В. А. Каменский,
538

И. Ю. Крачковский, М.Л.Левин, Л. А. Лейферт, С. Ф. Ольденбург,
Г. С. Тымянский, Я. М. Урановский, С. Н. Чернов, Ю. П. Шеин, Яковкин,
2 См. док. № 260.
3 ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 45, л. 60—68.
4 В материалах КИЗ нет упоминаний об этом заседании, видимо, оно
не состоялось.
№260
1 Документ датируется днем представления его на заседании КИЗ.
См. док. № 259.
№261
1 3 апреля 1931 г. на заседании группы историков директор Архива
АН СССР Г. А. Князев выступил с кратким сообщением о плане работ
Архива на 1931—1932 гг. Постановили: предложить КИЗ составить докладную
записку об изучении материалов по истории Академии наук.
По-видимому, эта записка по поручению КИЗ и была составлена Г. А.
Князевым.
№262
1 См. док. № 38, 40, 42.
№263
1 На заседании присутствовали И. А. Боричевский, Н. И. Бухарин,
В.И.Вернадский, М. А. Гуковский, А.Ф.Иоффе, В.А.Каменский,
Н. А. Карев, И. Ю. Крачковский, А. Н. Крылов, Н. Я. Марр, Л. К.
Мартене, Н. М. Маторин, С. Ф. Ольденбург, Д. Д. Руднев, M. М. Соловьев,
Г. С. Тымянский, Я. М. Урановский, С.Н.Чернов, А.А.Чернышев,
Ю. П. Шеин.
2 В фонде В. И. Вернадского в АР АН сохранилось приглашение на
заседание КИЗ 13 мая 1931 г. с припиской Н.И.Бухарина:
«Многоуважаемый Владимир Иванович! Я очень бы просил Вас прийти на заседание
Комиссии, так как нужно будет утверждать план работы (хотя бы с
запозданием). С уважением Н.Бухарин» (АРАН, ф. 518, оп. 4, д. 48,
л. 139).
3 Подкомиссией была проделана значительная работа по выявлению
архивных материалов К. Ф. Вольфа и опубликован ряд статей (Модзалев-
ский Л. Б. Рукописи академика К. Ф. Вольфа, хранящиеся в Архиве АН
СССР // Вестн. АН СССР. 1933. №3. С. 59—66; Соловьев M. М.
Двухсотлетие рождения академика К. Ф. Вольфа // Там же. С. 51—60).
4 Работа была издана. См.: Павловский Е. Н. Бэр и
Медико-хирургическая академия. М.; Л., 1948.
5 См. док. № 256, 266, 268, 269, 274, 280.
6 См. док. № 264.
7 Так в тексте.
8 Так в тексте.
539

№264
1 См. док. № 235, 236, 239.
2 Положение о КИЗ датируется днем обсуждения его на заседании
КИЗ. См. док. № 263.
№265
1 Документ датируется днем утверждения его на заседании КИЗ (см.
док. № 259). План составлен на основе программ и записок,
представленных руководителями тематических групп (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 22,
л. 14—71).
№266
1 См. док. № 74, 79, 98, 99, 244, 256, 259, 268, 269, 274, 280.
№267
*См. док. №13, 31.
№268
1 См. док. № 74, 79, 98, 99, 244, 256, 259, 266, 268, 274, 280.
№269
1 См. док. № 74, 79, 98, 99, 240, 252, 255, 262, 264.
№270
1 В АР АН хранится стенограмма выступления М. Рубинштейна на
заседании президиума Комакадемии 1 августа 1931 г. (АРАН, ф. 350, оп. 1,
д. 427). На заседании президиума Комакадемии с отчетами об участии
советской делегации в конгрессе в сентябре 1931 г. выступали
Н.И.Бухарин и Э. Кольман (Там же, д. 411). См. док. №258, 259, 271—273,
292, 299, 300.
№271
1 См. док. № 254, 255, 266—269.
2 См. док. № 258, 259, 270—273, 292, 299, 300.
№272
1 См. док. № 258, 259, 270—273, 292, 299, 300.
№273
1 См. док. № 258, 259, 270—272, 292, 299, 300.
540

№274
1 См. док. 74, 79, 98, 99, 244, 256, 259, 266, 268, 269, 274, 280.
2 Так в тексте. По-видимому, речь идет о постановлении ЦК ВКП(б)
«О технической пропаганде и ее организации», принятом 5 августа
1931 г. (Правда. 1931. 8 августа).
3В 1931—1932 гг. коллекции музея размещались в Энергетическом
институте, который выделил музею четыре зала и подвал. В 1933 г.
Ленсовет выделил под музей в бывших митрополичьих покоях Александро-
Невской лавры 18 больших залов и комнат общей площадью 1166
квадратных метров. Однако выделенные помещения требовали ремонта
крыши, водопровода, печей. На этот ремонт требовалось 90 тыс. руб.,
которые не были предусмотрены сметой Академии наук. Подробнее см.:
Большакова К. Г. Из истории создания музея истории науки и техники
при ИИНИТ АН СССР // Памятники науки и техники. 1984. М, 1986.
С. 265; Илизаров С. С. Об опыте по созданию музея истории науки и
техники // ВИЕТ. 1984. №3. С. 141.
№275
1 На заседании присутствовали М. А. Блох, И. А. Боричевский,
Н. И. Бухарин, Ю. Н. Вагнер, П. А. Всеволожский, М. А. Гуковский, И. Я. Ер-
милов, Зайцев, В.А.Каменский, Н.М.Каратаев, Н. А. Кипарисов,
А. Н. Крылов, Н. Я. Марр, Н. М. Маторин, С. Ф. Ольденбург, И. А. Орбе-
ли, А. С. Орлов, Поверенный, Д. Л. Рубановский, Шапиро, Ю. П. Шеин,
И. Г. Шпринцин, П. И. Яшнов.
2 См. док. № 258, 270—273, 292, 299, 300.
3См. док. №276, 277, 279, 281, 286.
4 См. док. № 74, 79, 98, 99, 244, 256, 259, 266, 268, 269, 274, 280.
5 См. док. № 262.
6 Предложение H. М. Маторина дало толчок выполнению серии
работ, посвященных академическим экспедициям XVIII в. См.: Гнуче-
ва В. Ф., Черников A.M. 1) Первая академическая экспедиция. (По
материалам Архива АН СССР) // Вестн. АН СССР. 1935. № 10. С. 55—60;
2) О работах Архива по изучению экспедиционной деятельности
Академии наук // Там же. С. 45—51; Гнучева В.Ф. 1) Материалы для истории
экспедиций Академии наук в XVIII и XIX вв. Хронологические обзоры
и описание. М.; Л., 1940; 2) Ломоносов и Географический департамент
Академии наук // Ломоносов. Сборник статей и материалов. М.; Л., 1940.
Т. 1. С. 244—260; 3) Из истории экспедиций Академии наук СССР //
Советская наука. 1941. №2. С. 122—126; 4) Географический департамент
Академии наук XVIII в. М; Л., 1946, и др.
№276
1 С предложением об издании серии книг, посвященных деятелям
науки, на заседании КИЗ 17 августа 1931 г. выступил Н.И.Бухарин.
Возможно, это текст выступления Бухарина. Предложение было
одобрено, создана инициативная группа (см. док. № 275).
2 В тексте последний абзац был зачеркнут.
541

№277
Датируется по содержанию. См. док. №275—277, 279, 281, 286.
№278
1 См. док. № 282.
№279
*См. док. 275—277, 281, 286.
№280
1 См. док. № 74, 79, 98, 99, 244, 256, 259, 266, 268, 269, 274.
№281
1 См. док. № 275, 277, 286.
2 План датируется днем заседания Президиума АН СССР, на котором
рассматривался вопрос об издании серии биографий.
№282
1 На заседании присутствовали И. А. Боричевский, Н. И. Бухарин,
В.И.Вернадский, М. А. Гуковский, В.А.Каменский, А.Н.Крылов,
С. С. Машкиллейсон, С. Ф. Ольденбург, М. И. Розовский, П. Л. Тымянс-
кая, Ю. П. Шеин.
2 См. док. № 295.
3 См. док. № 278.
4 В 1932 г. Б. Н. Меншуткин опубликовал книгу «Важнейшие этапы
в развитии химии за последние полтораста лет». Книга напечатана по
распоряжению Академии наук СССР, ответственный редактор —
академик Н. С. Курнаков. Книга вышла тремя изданиями: 2-е изд. в 1933 г.,
3-е изд. в 1934 г.
№283
1 Речь идет о постановлении ЦК ВКП(б) от 10 октября 1931 г. об
издании «Истории фабрик и заводов» (см.: Правда. 1931. 11 октября).
№284
1 План кабинета истории знаний было поручено составить С. Н.
Чернову и Я. М. Урановскому на заседании КИЗ 18 января 1931 г. (см. док.
№ 250). Кабинет истории знаний должен был работать при Библиотеке
АН. Книжный фонд кабинета сложился из книг, выделенных из
основного фонда Библиотеки и книжного собрания по истории знаний
В. И. Вернадского (см.: Отчет о деятельности Академии наук СССР в
1931 г. Л., 1932. С. 71).
542

№285
1 На заседании присутствовали М. А. Гуковский, И. Кушнер, В.
Н.Лебединский, В. Ф. Миткевич, В. М. Никольский, А. А. Петровский, А. И.
Прилежаев, М. И. Радовский, П. Н. Рыбкин, Н. А. Рынин, Д. В. Тимонов.
2 Доклад сделан на заседании секции истории техники ИИНИТ АН
СССР 20 мая 1932 г.
№286
1 В делах КИЗ имеется еще один план издания серии биографий
деятелей науки и техники в 1932 г. (ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 44, л. 32—
33). В нем кроме уже запланированных стоят еще три очерка: Н. И.
Бухарина о Гёте, И. А. Боричевского о Демокрите, В. Ф. Миткевича о Фа-
радее. См. док. №275—277, 279, 281.
№287
1 Международный комитет по истории знаний основан 17 августа
1928 г. по решению Международного конгресса исторических наук в
Осло.
2 См. док. № 290.
№288
1 На заседании присутствовали М. А. Блох, Н. Н. Георгиевский, М. А. Гу-
ковский, В.К.Лебединский, С. С. Машкиллейсон, В. Ф. Миткевич,
М. И. Радовский, А. А. Родных, П. А. Рынкевич, В. Е. Тимонов, Д. В.
Тимонов, М. А. Шателен, Н. Юферев. См. док. № 285.
№289
1 На заседании присутствовали В. Ф. Гнучева, М. А. Гуковский,
И. Я. Гурвич, И. Ю. Крачковский, С. Н. Недригайлов, М.М.Соловьев,
В. П. Таранович, Н. И. Шебадах.
2 Доклад В. П. Тарановича в несколько расширенном виде
«Экспедиции Академии наук XVIII в. и их роль в деле развития лесных знаний»
опубликован в «Архиве истории науки и техники», вып. 1 (Л., 1933.
С 177—205).
3 Доклад M. М. Соловьева под названием «Материалы экспедиции
Мориса Нассадского в Бразилию (1636—1643) в Зоологическом
институте АН СССР» опубликован в «Архиве истории науки и техники», вып. 2
(Л., 1934. С. 217—225).
№290
1 26 декабря 1931 г. непременный секретарь АН СССР В.П.Волгин
направил в Комитет по заведованию учеными и учебными учреждениями
ЦИК СССР (Ученый комитет) запрос с просьбой рассмотреть вопрос о
возможности участия КИЗ в Международном комитете по истории
знаний. В ответ на это Ученый комитет 31 декабря 1931 г. просил прислать
Устав Международного комитета. В присланном Уставе говорилось, что
543

две научные организации, имеющие международный характер, —
Международный комитет по истории знаний и Международный центр по
истории знаний — были основаны в результате деятельности специально
созданной для этой цели комиссии, сформированной секцией истории
знаний Международного конгресса исторических наук, состоявшегося в
Осло в 1928 г. Международный комитет по истории знаний строится по
принципу научных академий, имеет в своей среде действительных членов
и членов-корреспондентов из числа ученых. Международный центр
преследует цель развития международных связей, организации конгрессов,
изданий, обмена библиографической информацией. Обе организации
руководятся одним советом, состоящим из президента, трех
вице-президентов и непременного секретаря, избираемых каждые три года. Комитет
состоит из 30 действительных членов и 50 членов-корреспондентов
(ГАРФ, ф. 7668, оп. 1, д. 358, л. 9—17). Ученый комитет разослал
материал на отзыв, и имеются положительные заключения Наркомпроса
РСФСР (Там же, л. 18, 19) и письмо начальника
Научно-исследовательского сектора НКТП СССР Н. И. Бухарина от 10 марта 1932 г., которое
приводим полностью:
«Ув[ажаемые] тов[арищи]! Извиняюсь за запоздалый ответ с моей
стороны по поводу вашего запроса о целесообразности вступления
Ком[иссии] по истории знаний Ак[адемии] наук СССР (теперь Институт
Академии наук) в организацию Международного ком[итета], могу
сообщить, что я считаю вступление целесообразным, ибо это дает нам
возможность принимать более активное участие в конференциях, съездах и
т. д., а это в свою очередь расширяет наше влияние за границей. Опыт,
проделанный летом в Лондоне, показал с достаточной ясностью всю
пользу таких вступлений и связей. Те препятствия, какие нам чинились
в Лондоне, конечно, были бы неизмеримо меньше при другом положении
нашем в М[еждународн]ом к[омите]те.
Засим я должен сообщить, что председателем Комиссии (теперь
Института) Ак[адемии] наук состою как раз я, и вы запрашиваете, т[аким]
о[бразом], меня по поводу моего же запроса.
Член коллегии НКТП СССР, начальник НИСа Н. Бухарин»
(Там же, л. 22).
Академия наук четырежды запрашивала Ученый комитет о
результатах своего ходатайства: 23 апреля и 14 мая 1932 г., 25 июня и 26 ноября
1933 г. (Там же, л. 30—34). В последнем из них подчеркивалось, что
«неполучение ответа ставит Академию наук в неудобное положение по
отношению к крупной международной организации». Но отпуска какого-
либо ответа в деле нет.
2 См. док. №287.
№291
1 На заседании присутствовали И. А. Боричевский, М. Н. Буткевич,
М. А. Гуковский, В. А. Каменский, С. С. Машкиллейсон, М. И. Радов-
ский, Н. М. Раскин, С. Н. Чернов.
№292
1 См. док. № 270—273.
544

№293
»См.
2 См.
3 См.
4 См.
5 См.
док.
док.
док.
ДОК.
док.
№
285,
№ 249,
№
№
№
263.
74, '
255,
288.
261.
79, 98
259,
,99,
284.
244,
256,
259,
266,
268,
274,
280.
№294
»См. док. №241, 264.
№295
•См. док. №265.
№296
1 Из отчета Академии наук СССР за 1932 г. известно, что штат
ИИНИТ состоял из 8 сотрудников.
№297
1 28 февраля 1932 г. на заседании Общего собрания АН СССР было
решено: «Переименовать КИЗ в Институт истории науки и техники»
(ПФА РАН, ф. 1, он. 1-1932, д. 260, л. 2).
№298
1 Институт истории науки и техники АН СССР существовал с 28
февраля 1932 г. по февраль 1938 г. Директором института был академик
Н. И. Бухарин.
2 Датируется по времени представления. Утверждено Президиумом
АН СССР 14 мая 1932 г., Общим собранием — 6 октября 1932 г. (ПФА
РАН, ф. 154, оп. 1, д. 57, л. 44; ф. 1, оп. 1-1932, д. 260, л. 67).
№299
1 «Подробный доклад сделан мною во Всесоюзном институте
растениеводства и НКЗ СССР» (прим. Н. И. Вавилова).
2 Опубликовывается в журнале «Социалистическое растениеводство»
(прим. Н. И. Вавилова).
№300
1 См. док. № 270—273, 292, 299.
№301
1 Ошибочно указано 28 марта 1932 г.: Общее собрание АН СССР, на
котором было принято решение о переименовании КИЗ в ИИНИТ,
состоялось 28 февраля 1932 г.
18 Заказ N'.»4012

2 Из статьи В. А. Каменского «Музей при Институте истории науки и
техники АН СССР» (Вестн. АН СССР. 1932. №6. С. 44—47):
«Институт истории науки и техники прежде всего выработан
совместно с Отделом охраны памятников при Народном комиссариате
просвещения и провел через правительственные органы ряд постановлений
об охране памятников техники. В настоящее время печатаются и будут
разосланы обращения к заводам, фабрикам и отдельным рабочим, а
также инструкции для ряда учреждений об учете, охране и передаче в
наш институт памятников техники.
Одновременно институт приступил к собиранию предметов по
истории наук и отдельных отраслей техники в музеях, научных учреждениях,
лабораториях и проч., начиная с учреждений Академии наук, а также в
промышленных предприятиях, ведающих ликвидацией устарелого
оборудования на заводах и фабриках.
В настоящее время музейный фонд составляют: коллекции по
истории наук и техники, входившие в состав бывшей Петровской
Кунсткамеры, — математические, геодезические, астрономические инструменты,
медицинские приборы, предметы промышленной техники, коллекция то-
карно-копировальных и металлообрабатывающих станков XVIII в. и
проч.; серия предметов по истории зоологии — „бэровская коллекция",
переданная Зоологическим музеем Академии наук; коллекции по
истории сельскохозяйственных орудий из Музея социалистической
реконструкции сельского хозяйства и из Детскосельского учебного
сельскохозяйственного комбината; серия экспонатов по холодной обработке металла
и военной технике начала XIX в. из Военно-артиллерийского музея
(Кронверк). В числе предметов, поступивших за последнее время от
частных лиц, следует отметить: от академика В. Ф. Миткевича —
английскую логарифмическую линейку конца XVIII в. (начало применения
логарифмических линеек в английской промышленности) и от А. А. Авто-
номова — златоустовскую саблю начала XIX в. с изображением
производственного процесса металлического завода на клинке».

ПРИЛОЖЕНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЕ!
Доклады и сообщения, сделанные членами КИЗ
на заседаниях Комиссии, Бэровской подкомиссии
и торжественных заседаниях Академии наук СССР,
посвященные историко-научной тематике
1926
13 октября
На заседании Бэровской подкомиссии с докладом «Об
организации и задачах Бэровской подкомиссии» выступил В. И.
Вернадский.
21 октября
На заседании Бэровской подкомиссии с докладами
«Академики — современники К. М. Бэра» и «Лауреаты Бэровской премии
Академии наук» выступил M. М. Соловьев, с сообщениями «О
микроскопе К. М. Бэра и микроскопах его времени» и
«Материалы К. М. Бэра по сельдяному промыслу» — М. И. Тихий.
14 ноября
На 1-м публичном заседании КИЗ с докладом «Мысли о
современном значении истории знаний» выступил В.И.Вернадский.
Опубл.: Тр. КИЗ. Л., 1927. Вып. 1. С. 1—17; Вернадский В. И.
1) Избранные труды по истории науки. М., 1981. С. 229—242;
2) Труды по всеобщей истории науки. М., 1988. С. 168—270;
3) О науке. Дубна, 1997. С. 138—154.
Были заслушаны также доклад П. П. Лазарева «Взгляды
московских физиков на создание научных школ» и сообщение
М. А. Блоха «Из впечатлений о работах по истории знания в
Германии».
3 декабря
На заседании Бэровской подкомиссии с сообщением «О
результатах экспертизы микроскопа Бэра, принадлежащего семье
549

Данилевских» выступил Н.В.Насонов, с докладом «О рукописях
K.M.Бэра, хранящихся в Музее антропологии и этнографии АН
СССР» — M. М. Соловьев.
6 декабря
На заседании Бэровской подкомиссии выступили с
сообщениями: «О последних работах академика А. Н. Северцова,
подтверждающих правильность некоторых теоретических положений
К. М. Бэра» — В. И. Вернадский, «О работах К. М. Бэра по
прикладной ботанике» — Г. В. Ковалевский, «О печатных трудах
К. М. Бэра, хранящихся в Военно-медицинской академии» —
Е. Н. Павловский, «Об ученых, предлагавшихся К. М. Бэром в
члены-корреспонденты Академии наук» — M. М. Соловьев.
1927
2 января
На открытии выставки, посвященной 100-летию со времени
избрания К. М. Бэра в члены-корреспонденты Петербургской
Академии наук, с речью «Памяти академика К. М. фон Бэра»
выступил В. И. Вернадский.
Опубл.: Первый сборник памяти Бэра // Тр. КИЗ. Л., 1927. Вып. 2.
С. 1—9; Вернадский В. И. Труды по истории науки в России. М.,
1988.
14 января
На торжественном заседании Географического общества,
посвященном 100-летию со дня рождения П. П. Семенова-Тян-Шан-
ского, выступили с докладами: «П. П. Семенов-Тян-Шанский как
географ» — Л. С. Берг; «П. П. Семенов-Тян-Шанский как геолог» —
К. И. Богданович; «П. П. Семенов-Тян-Шанский и русская
статистика» — А. А. Кауфман; «П. П. Семенов-Тян-Шанский и
Камчатская экспедиция. 1908—1910» — В.Л.Комаров; «П. П. Семенов-
Тян-Шанский как ботаник» — Н. И. Кузнецов.
Опубл.: П. П. Семенов-Тян-Шанский. Его жизнь и деятельность.
Сборник статей по поводу 100-летия со дня рождения. Л., 1928.
265 с.
6 февраля
На заседании КИЗ с докладом «В. О. Ковалевский по его
переписке» выступил А. А. Борисяк.
Опубл.: Борисяк A.A. В.О.Ковалевский // Тр. КИЗ. Л., 1928.
Вып. 5. 135 с.
На заседании Бэровской подкомиссии с докладом «К. М. фон
Бэр как философ» выступил Э. Л. Радлов.
550

Опубл.: Первый сборник памяти Бэра // Тр. КИЗ. Л., 1927. Вып. 2.
С. 60—71.
20 марта
На торжественном заседании Академии наук СССР,
посвященном 200-летию со дня смерти И. Ньютона, выступили с
докладами: «К 200-летию со дня кончины И. Ньютона» — А. А. Бело-
польский, «Значение открытого Ньютоном закона всемирного
тяготения для астрономии» — А. А. Иванов, «Оптические работы
Ньютона» — П. П. Лазарев.
Опубл.: Ньютон. 1727—1927 // Очерки по истории знаний. Л.,
1927. Вып. 1. С. 3—73.
27 марта
На заседании КИЗ с сообщением «Из истории астрономии на
Руси в XV—XVIII вв.» выступил Д. О. Святский.
Опубл.: Мироведение. 1927. Т. 16, №2. С. 63—78; 1928. Т. 17, № 1.
С. 1—6.
На заседании КИЗ с докладом «Эгейская культура
доисторического Средиземноморья по новейшим данным» выступил Б. Л. Бо-
гаевский.
8 мая
На заседании КИЗ с докладом «Лейбниц и микроскописты
XVII в.» выступил П. Н. Каптерев.
2 октября
На заседании КИЗ с докладом «Инструмент „инвенции
государевой" Петра I в Петровской галерее Академии наук» выступил
С. Ф. Платонов.
9 октября
На заседании КИЗ с докладом «Развитие научной мысли в
физике в XX в.» выступил А. Ф. Иоффе.
23 октября
На заседании КИЗ с докладом «Теория электролитической
диссоциации Аррениуса и эволюция современной химии»
выступил В. А. Кистяковский.
Опубл.: Тр. КИЗ. Л., 1929. Вып. 6. С. 1—15.
13 ноября
На заседании КИЗ с докладами «Русский трактат о кометах
первой половины XVII в.» и «Астрономия в России накануне
Петровских реформ» выступил Д. О. Святский.
551

Опубл.: Мироведение. 1929. Т. 18, №6. С. 350—353; Природа.
1933. №11. С. 58—63; Архив истории науки и техники. 1934.
Вып. 4. С. 47—67.
4 декабря
На заседании КИЗ с докладом «Из области новейшей
западноевропейской историографии» выступил В. П. Бузескул, с
сообщением «Хронологические элементы на полях рукописи Бэды» —
О. А. Добиаш-Рождественская.
На торжественном заседании Академии наук СССР в память
100-летия со дня рождения Марселена Вертело выступили с
докладами: «Памяти М. Вертело» — Д. П. Коновалов, «М. Вертело и
взрывчатые вещества» — С. П. Вуколов, «Работы М. Вертело по
термохимии» — Б. Н. Меншуткин.
Опубл.: М. Вертело. 1827—1927 // Очерки по истории знаний. Л.,
1927. Вып.З. С. 1—156.
11 декабря
На заседании КИЗ с докладом «Достижения египетской
математики по данным египетского папируса из бывшего собрания
В. С. Голенищева» выступил В.В.Струве.
Опубл.: Московский математический папирус. Берлин, 1930.
Публикация на немецком языке подготовлена В. В. Струве:
Mathematischer Papyrus des staatlichen Museums der schönen Künste in
Moskau. Berlin, 1930.
16 декабря
На заседании Бэровской подкомиссии с докладом «Из истории
влияния идей К. М. Бэра на русских мыслителей второй половины
XIX в.» выступил А. А. Гизетти.
ПФА РАН, ф. 154, оп. 2, д. 124, л.1—4. Рукопись.
27 декабря
На заседании Бэровской подкомиссии с докладом «К. М. Бэр
как исследователь пушного промысла» выступил В. Я. Гене-
розов.
1928
16 января
На заседании Бэровской подкомиссии выступили с докладами:
«Библиография трудов К. М. Бэра и литература о нем на русском
языке» — М. С. Каролицкий, «О материалах по генеалогии К. М.
Бэра» — Ю. А. Нелидов.
552

28 января
На заседании КИЗ с докладом «Начало социологии в России»
выступил Н. И. Кареев.
ПФА РАН, ф. 980, оп. 1, д. 16, л. 1—700. Машинопись.
4 марта
На заседании КИЗ с докладом «Естествознание и русская
литература в XIX в.» выступил В. В. Сиповский.
25 марта
На заседании КИЗ с докладом «Академик Г. И. Лангсдорф и
русская экспедиция в Бразилию в 1821—1828 гг.» выступил
И. Д. Стрельников.
Опубл.: Природа. 1929. №1. С. 43—54.
20 мая
На заседании КИЗ с докладом «История открытия
древнерусской живописи как искусства» выступил А. И. Анисимов.
27 мая
На заседании КИЗ с докладом «Генезис ассоциативной
психологии и ассоциационизма» выступил В. Н. Ивановский.
27 ноября
На заседании Академии наук СССР совместно с Главным
ботаническим садом, посвященном 100-летию со дня рождения
К.Н.Максимовича, с докладом выступил В.Л.Комаров.
1 декабря
На заседании КИЗ с докладом «История развития школ,
торговли и ремесел Выгорецкой обители» выступил
В.Г.Дружинин.
ПФА РАН, ф. 154, оп. 2, д. 31а, л. 80—141. Машинопись с
авторской правкой.
9 декабря
На заседании КИЗ выступили с докладами: «Рукопись де Ген-
нина об уральских заводах 1735 г.» — Ю. И. Гессен, «Иноземные
учителя металлургии в России XVII в.» — О. Е. Звягинцев.
16 декабря
На заседании КИЗ с докладом «Колебания творческой
продуктивности в западноевропейской физике XVIII—XIX вв.»
выступил Т. И. Райнов.
Опубл.: Isis. 1929. Vol. 12, N38. P. 287—319: ВИЕТ. 1983. №2.
С. 63—80.
553

1929
24 января
На заседании КИЗ с докладом «Академик П. Г. Виноградов как
социальный историк» выступил Д. М. Петрушевский.
Опубл.: Тр. КИЗ. Л., 1930. Вып. 9. С. 1—27.
27 января
На торжественном заседании Академии наук СССР,
посвященном 100-летию со дня рождения А.М.Бутлерова, выступили с
докладами: «А. М. Бутлеров» — В. Е. Тищенко, «А. М. Бутлеров
и химическое строение» — А. И. Горбов, «А. М. Бутлеров в
своей лаборатории Петербургского университета» — Д. П.
Коновалов.
Опубл.: А.М.Бутлеров// Очерки по истории знаний. Л., 1929.
Вып. 5. С. 1—178.
3 февраля
На заседании КИЗ с докладом «Научный облик Леонардо да
Винчи» выступил В.Я.Курбатов.
10 февраля
На заседании КИЗ с докладом «Из истории изучения России
в эпоху Петра I» выступил С. В. Рождественский.
16 февраля
На заседании КИЗ с докладом «Китайская наука в Китае и
Европе» выступил В.М.Алексеев.
Опубл.: Алексеев В. М. Наука о Востоке. Статьи и документы. М.,
1982. 535 с.
23 февраля
На заседании Бэровской подкомиссии с докладом «К. М. Бэр
как деятель высшей школы» выступил Е. Н. Павловский.
Опубл.: Павловский Е. Н. Бэр и Медико-хирургическая академия.
М.; Л., 1948. 216 с.
24 февраля
На заседании КИЗ с докладом «Западные мастерские письма
на заре средневековья и рукописи Публичной библиотеки»
выступила О. А. Добиаш-Рождественская.
Опубл.: Тр. КИЗ. Л., 1930. Вып. 10. С. 1—33.
28 февраля
На совместном заседании КИЗ и Археографической комиссии
по случаю 10-летия со дня смерти академика А. С. Лаппо-Дани-
554

левского выступили с докладами: «А. С. Лаппо-Данилевский как
русский историк» — С. Ф. Платонов, «Теоретические взгляды
А. С. Лаппо-Данилевского» — Н. И. Кареев, «Работа А. С. Лаппо-
Данилевского в области вспомогательных наук» — А. А.
Введенский.
10 марта
На заседании КИЗ с докладом «Сравнительная. роль
европейских народов в изучении допетровской Руси» выступила И. И. Лю-
бименко.
24 марта
На совместном заседании КИЗ и Византийской комиссии
выступили с докладами: «Эски-Кермен в свете археологических
работ 1928 г.» — Н. И. Репников, «Росписи Эски-Кермена» —
А. И. Анисимов, «Антропологические материалы Эски-Кермена» —
Б. Н. Вишневский, «Изучение готской культуры в русской
историографии» — В. А. Брим.
7 апреля
На заседании КИЗ в память Э. Л. Радлова выступили с речами:
«Памяти друга» — В.И.Вернадский (Кабинет-музей
В.И.Вернадского в ГЕОХИ РАН, № 1247, л. 1—3, машинопись), «Э. Л. Рад-
лов» — С. А. Жебелёв (ПФА РАН, ф. 729, оп. 1, д. 15, л. 1—98),
«Э. Л. Радлов по личным воспоминаниям» — Н. И. Кареев.
21 апреля
На заседании КИЗ с докладом «Развитие учения о
возбуждении живой ткани в связи с современным состоянием этого
учения» выступил П. П. Лазарев.
16 мая
На заседании бюро КИЗ с сообщением «Почетные члены и
члены-корреспонденты Академии наук за 1800 г.» выступил
Г. П. Блок.
22 мая
На заседании КИЗ с докладом «Переписка академика К. М. Бэра
с профессором А. А. Бунге» выступил M. М. Соловьев.
ПФА РАН, ф. 154, оп. 2, д. 27, л. 2—31. Машинопись с авторской
правкой.
26 мая
На заседании КИЗ с докладом «Об экономических воззрениях
первых русских агрономов» выступил В. Я. Железнов.
555

24 ноября
На заседании КИЗ с докладом «Из истории мозаичных
составов М. В. Ломоносова» выступил Н. И. Сидоров.
Опубл.: Изв. АН СССР. ОФМН. 1930. Т. 4, №7. С. 679—706.
3 декабря
На заседании КИЗ и Бэровской подкомиссии с докладом
«К. М. Бэр как антрополог» выступил Б. Н. Вишневский.
ПФА РАН, ф. 154, оп.2, д. 123, л. 1—31. Рукопись.
1930
3 февраля
На заседании КИЗ с докладом «Значение греческих
астрологических рукописей в истории знаний» выступил М. А. Шангин.
Опубл.: Изв. АН СССР. ОГН. 1930. Т. 2, №5. С. 307—317.
2 марта
На торжественном заседании Академии наук СССР,
посвященном памяти академика А. П. Павлова, с докладом «Памяти А. П.
Павлова» выступил В.И.Вернадский.
Опубл.: Вернадский В. И. 1) О науке. Дубна, 1977. С. 190—203;
2) Труды по истории науки в России. М.,1988. С. 304—312;
3) Статьи об ученых и их творчестве. М., 1997. С. 259—266.
Были заслушаны также доклад А. А. Борисяка «А. П. Павлов
как стратиграф и палеонтолог» и сообщение А. Д. Архангельского
«А. П. Павлов как основатель московской геологической школы».
12 марта
На заседании Тихоокеанского комитета АН СССР,
посвященном 200-летию со дня возвращения Камчатской экспедиции
командора Витуса Беринга, с докладом «Путешествие В.Беринга на
Камчатку и в Америку» выступил Л. С. Берг.
Опубл.: Берг Л. С. 1) Открытие Камчатки и экспедиции Беринга
(1725—1742). М.; Л., 1940. 379 с; 2) Экспедиция Беринга // Изв.
ВГО. 1942. Т. 74. С. 5—15.
Был заслушан также доклад В. А. Березкина «Поход „Литке"
через Берингов пролив к острову Врангеля в 1929 г.».
В течение года
На заседаниях КИЗ с докладом «Экономические воззрения и
финансовая программа Канкрина» выступил В. Я. Железное, с
сообщением «Материалы к истории картографии БАН» — H. М.
Каратаев, с докладом «Русские юристы-социологи» — Н. И. Кареев.
556

1931
4 апреля
На заседании КИЗ в Пулковской обсерватории с докладом
«Иоганн Кеплер» выступил 3. А. Цейтлин.
ПФА РАН, ф. 154, оп. 2, д. 115, л. 1—69. Машинопись с авторской
правкой; Мироведение. 1931. Т. 20, № 1. С. 6—40.
Август
На заседании Общества любителей мироведения с докладом «О
рукописях Кеплера, хранящихся в Пулковской обсерватории»
выступил П. И. Яшнов.
Опубл.: Архив истории науки и техники. 1934. Вып. 2. С. 199—
216.
4 октября
На заседании КИЗ с докладом «История и философское
значение второго закона термодинамики» выступил Д. Л. Рубанов-
ский.
19 ноября
На заседании секции истории техники КИЗ с докладом
«Электроминная школа как пионер электротехники в России» выступил
П. Н. Рыбкин.
22 ноября
На торжественном заседании Академии наук СССР,
посвященном 100-летию со дня открытия М. Фарадеем электромагнитной
индукции, с докладом «Работы Фарадея как основа современной
электротехники» выступил М. А. Шателен, с докладом
«Электрохимические и коллоидно-химические исследования Фарадея» —
В. А. Кистяковский.
Опубл.: Тр. Совещания по вопросам коррозии и борьбы с ней. М.;
Л., 1940. С. 173—178.
Был заслушан также доклад В. Ф. Миткевича «Работы Фарадея
в области электромагнитной индукции и их связь с его общими
физическими воззрениями».
Опубл.: Природа. 1931. № 12. С. 115—170.
20 декабря
На заседании секции истории техники КИЗ с докладом «Д. К.
Максвелл и электротехника» выступил В. К. Лебединский.
Опубл.: Архив истории науки и техники. 1933. Вып. 1. С. 97—
102.
557

21 декабря
На заседании КИЗ с докладом «Изображения бразильских
животных начала XVII в., хранящиеся в Архиве АН СССР»
выступил M. М. Соловьев.
Опубл.: Архив истории науки и техники. 1934. Вып. 2. С. 217—
225.
На заседании КИЗ с докладом «История изучения леса в
Академии наук» выступил В. П. Таранович.
Опубл.: Архив истории науки и техники. 1933. Вып. 1. С. 177—
205.
1932
10 января
На заседании секции истории техники КИЗ с докладом «К
истории высоковольтных передач» выступил А. А. Чернышев.
Опубл.: Архив истории науки и техники. 1934. Вып. 2. С. 269—
298.
30 января
На заседании секции истории техники КИЗ с докладом
«Очерк истории металлических мостов» выступил Г. П. Переде-
рий.
Январь
На торжественном заседании Академии наук СССР,
посвященном 25-летию со дня смерти Д. И. Менделеева, с докладом
«„Основы химии" Д. И. Менделеева» выступил А. А. Байков.
Опубл.: Тр. юбилейного Менделеевского съезда. М.; Л., 1936. Т. 1.
С. 21—28.
Был заслушан также доклад М. А. Шателена «Менделеев как
метролог».
Опубл.: Архив истории науки и техники. 1933. Вып. 1. С. 91—96.
10 февраля
На заседании секции истории техники КИЗ с докладом
«Химия в истории познания вещества» выступил Б. Н. Меншут-
кин.
20 февраля
На заседании КИЗ с докладом «История древних мостов на
Востоке» выступил И. А. Орбели.

ПРИЛОЖЕНИЕ II
Издательская деятельность КИЗ
Первая серия изданий: Труды Комиссии по истории знаний.
Л., 1927—1931. Вып. 1—11
Выпуск 1 (1927).
Вернадский В. И. Мысли о современном значении истории
знаний. (Доклад, прочитанный в 1-м заседании Комиссии по истории
знаний 14 ноября 1926 г.). 17 с.
Выпуск 2 (1927).
Первый сборник памяти Бэра / Ред. В.И.Вернадский. 71 с.
Содержание: Вернадский В. И. Памяти академика К. М. фон Бэра;
Соловьев М. М. Переписка академика К. М. фон Бэра с
адмиралом И. Ф. Крузенштерном; Радлов Э. Л. К. М. фон Бэр как
философ.
Выпуск 3 (1927).
Тураев Б. А. Русская наука о Древнем Востоке до 1917 г. / Ред.
В.И.Вернадский. 19 с.
Выпуск 4 (1929).
Берг Л. С. Очерк истории русской географической науки (вплоть
до 1923 г.). 150 с.
Содержание: Методология географии. Учреждения и издания.
Картография. Исследование суши. Исследование вод. Историческая
география. Указатель авторов.
Выпуск 5 (1928).
Борисяк А. А. В. О. Ковалевский, его жизнь и научные труды /
Ред. В.И.Вернадский. 135 с.
Содержание: От автора. Введение. Биография В. О. Ковалевского.
Значение палеонтологических работ В. О. Ковалевского. Список
научных трудов В. О. Ковалевского.
559

Титульный лист второго выпуска «Трудов КИЗ»:
Первый сборник памяти Бэра.
560

Титульный лист пятого выпуска «Трудов КИЗ»:
Л. А. Борысяк. В. О. Ковалевский, его жизнь и научные труды.
561

Выпуск 6 (1929).
Кистяковский В. А. Теория электролитической диссоциации
Аррениуса и эволюция современной химии / Ред. В. И.
Вернадский. 15 с.
Выпуск 7 (1929).
Бузескул В. П. Всеобщая история и ее представители в России
в XIX в. и начале XX в. Часть первая / Ред. В. И. Вернадский.
218 с.
Содержание: Предисловие. Вступление. Начало научного
византиноведения. Начало изучения славянского мира. Начало изучения
Западной Европы и древнего мира. Изучение всеобщей истории в
70—80-х гг. В. И. Герье, Н. И. Кареев, П.Г.Виноградов, И. В.Лу-
чицкий, M. М. Ковалевский.
Выпуск 8 (1929).
Крачковский И. Ю. Шейх Тантави — профессор
Санкт-Петербургского университета (1810—1861) / Ред. В.И.Вернадский.
134 с.
Содержание: Источники и ход работы. Тантави в Египте и переезд
в Россию. Тантави в России. Сочинения Тантави. Приложения:
Автобиография Тантави. Материалы для биографии Тантави в
библиотеке Ленинградского государственного университета.
Выпуск 9 (1930).
Петрушевский Д. М. П. Г. Виноградов как социальный
историк / Ред. В.И.Вернадский и И. Ю. Крачковский. 27 с.
Выпуск 10 (1930).
Добиаш-Рождественская О. А. Мастерские письма на заре
западного средневековья и их сокровища в Ленинграде / Ред.
В. И. Вернадский и И. Ю. Крачковский. 33 с.
Содержание: Несколько вводных слов. Виварий Кассиодора.
Ирландские скриптории на континенте. Лион. Луксей и Корби.
Заключение.
Выпуск 11 (1931).
Обручев В. А. История геологического исследования Сибири.
Т. 1. 153 с.
Содержание: Введение. Общий обзор исследований Сибири в XVII
и XVIII вв. Маршруты и краткие биографии исследователей.
Западная Сибирь и Киргизский край. Горные страны Алтая,
Кузнецкого Алатау, Салаира, Западного Саяна, Средне-Сибирская
платформа. Древнее темя и Амурский край. Верхоянско-Колымский
край, Чукотский и Камчатский полуострова. Обзор сочинений,
содержащих описание всей Сибири или очень крупных частей ее.
Геологическая литература XVII—XVIII вв. Предметный указатель.
562

Титульный лист седьмого выпуска «Трудов КИЗ»:
В. Бузескул. Всеобщая история и ее представители в России в XIX
и начале XX в. Ч. 1.
563

Вторая серия изданий: Очерки по истории знаний.
Л., 1927—1930. Вып. 1—8
Выпуск 1 (1927).
Ньютон. 1727—1927. 73 с.
Содержание: Некоторые даты жизни Ньютона; Белопольский А. А.
К двухсотлетию со дня кончины Ньютона; Крылов А. Н. «Начала»
Ньютона; Лазарев П. П. Оптические работы Ньютона; Иванов А. А.
Значение открытого Ньютоном закона всемирного тяготения для
астрономии.
Выпуск 2 (1927).
Памяти М. А. Кастрена. К 75-летию со дня смерти / Ред.
В. Г. Богораз. 141 с.
Содержание: Ольденбург С. Ф. Предисловие; Богораз В. Г. Каст-
рен — человек и ученый; Штернберг Л. Я. Кастрен — алтаист и
этнограф; Бубрих Д. В. Кастрен — финнолог; Поппе H. Н.
Кастрен — исследователь самоедов; Самойловыч А. И. Кастрен — тур-
ковед; Владимирцов Б. Я. Кастрен — монголист; Богораз В. Г.
Кастрен — исследователь палеоазиатов; Кошкин Я. П. Кастрен —
тунгусовед; Модзалевский Л. Б. Материалы для биографии
Кастрена.
Выпуск 3 (1927).
М. Вертело. 1827—1927. 156 с.
Содержание: Коновалов Д. П. Памяти Марселена Вертело;
Каблуков И. А. Работы М. Вертело по термохимии; Вуколов С. П. М.
Вертело и взрывчатые вещества; Меншуткин Б. Н. Работы М. Вертело
по истории химии.
Выпуск 4 (1928).
Памяти В.Томсена/ Ред. В. В. Бартольд. 71 с.
Содержание: Ольденбург С. Ф. Предисловие; Бартольд В. В. Томсен
и история Средней Азии; Самойловыч А. Н. Вильгельм Томсен о
древнейшем периоде русской истории; Брим В. A.B. Томсен как
германист; Пресняков А. Е. Вильгельм Томсен о древнейшем
периоде русской истории.
Выпуск 5 (1929).
А.М.Бутлеров. 1828—1928. 215 с.
Содержание: Тищенко В. Е. А. М. Бутлеров; Коновалов Д. П.
А. М. Бутлеров в своей лаборатории Петербургского университета;
Фаворский А. Е. А. М. Бутлеров как глава школы русских химиков;
Каблуков И. А. А. М. Бутлеров как общественный деятель по
распространению знаний по рациональному пчеловодству;
Горбов А. И. А. М. Бутлеров и химическое строение; Чичибабин А. Е.
Теория химического строения при свете современных научных
данных.
564

Титульный лист третьего выпуска «Очерков по истории знаний»:
М. Вертело.
565

Титульный лист шестого выпуска «Очерков по истории знаний»:
Материалы для биографии А. С. Лаппо-Данилевского.
566

Выпуск 6 (1929).
Материалы для биографии А. С. Лаппо-Данилевского / Ред.
А. И. Андреев. 57 с.
Содержание: Биографические сведения о А. С. Лаппо-Данилевском.
Список печатных трудов А. С. Лаппо-Данилевского. Краткая опись
рукописей А. С. Лаппо-Данилевского, хранящихся в Библиотеке
Академии наук СССР. Список книг и статей об А. С.
Лаппо-Данилевском, напечатанных в 1919 и следующих годах.
Выпуск 7 (1930).
Памяти Л.Я.Штернберга. 1861—1927/ Ред. С. Ф. Ольденбург
и А. Н. Самойлович. 176 с.
Содержание: Лев Яковлевич Штернберг. I. Важнейшие
биографические даты. П. Список научных трудов; Ольденбург С. Ф. Л. Я.
Штернберг — ученый и человек; Эдельштейн Я. С Л. Я. Штернберг и его
роль в создании этнографической школы; Владимирцов Б. Я.
Л. Я. Штернберг как лингвист; Винников И. Н. Л. Я. Штернберг как
исследователь первичных социальных форм; Богораз-Тан В. Г.
Л. Я. Штернберг как исследователь религии; Алькор (Кошкин) Я. П.
Л. Я. Штернберг как тунгусовед; Иванов С. В. Л. Я. Штернберг и
примитивное искусство; Самойлович А. Н. Л. Я. Штернберг и тур-
кол огия.
Выпуск 8 (1930).
А. А. Шахматов. 1864—1920 / Ред. С. Ф. Ольденбург и Е. Ф.
Карский. 102 с.
Содержание: Автобиография. Биографическая канва и посмертные
даты. Алфавитный указатель трудов А. А. Шахматова.
Отдельные издания
Соловьев M. М. Путеводитель по выставке в память академика
K.M. Бэра/ Ред. В.И.Вернадский. Л., 1927. 25 с.

ПРИЛОЖЕНИЕ m
Руководство КИЗ
Председатель:
академик В.И.Вернадский — cil июня 1921 г. по 3 октября
1930 г.;
академик Н.И.Бухарин — с 3 октября 1930 г. по 28 февраля
1932 г.
Товарищ (заместитель) председателя:
член-корреспондент АН Э.Л. Радлов — с 12 декабря 1921 г.
по 6 декабря 1928 г.;
академик И. Ю. Крачковский — с 22 мая 1929 г. по 18 января
1931 г.;
академик А. М. Деборин — с 18 января 1931 г. по 28 февраля
1932 г.
Ученый секретарь:
Г. П. Блок — с 18 сентября 1921 г. по 17 мая 1926 г.;
М. А. Блох — с 17 мая 1926 г. по 1 ноября 1928 г.;
М.М.Соловьев — с 1 ноября 1928 г. по 13 ноября 1929 г.;
С.Н.Чернов — с 15 ноября 1929 г. по 2 января 1931 г.;
Я. М. Урановский — с 2 января 1931 г. по 15 мая 1931 г.;
М. А. Гуковский — с 15 мая 1931 г. по 28 февраля 1932 г.
568

ПРИЛОЖЕНИЕ IV
Список членов КИЗ
При составлении списка членов Комиссии по истории знаний
за основу были приняты варианты, составленные в декабре
1921 г. (ПФА РАН, ф.2, оп. 1-1917, д. 27, л. 120—121) и ноябре
1929 г. (Там же, ф. 154, оп. 1, д. 32, л. 4—5 об.), и решение
Комиссии о включении в ее состав членов Бэровской подкомиссии.
В документах о деятельности КИЗ «бухаринского периода» не
обнаружено ни одного списка. К членам КИЗ «бухаринского
периода» мы отнесли тех, кто выполнял задания КИЗ, разрабатывал
какие-либо историко-научные темы, включенные в план работы
Комиссии на 1931—1932 гг., выступал с научными докладами и
сообщениями на ее заседаниях. Помимо общих сведений о членах
КИЗ нам хотелось показать по возможности конкретное участие
каждого в деятельности комиссии, поэтому в списке приводятся
темы докладов, которые были ими сделаны на научных
заседаниях КИЗ, публикации в изданиях Комиссии, сведения о работе в
различных подкомиссиях и др. К сожалению, не о всех членах
КИЗ удалось найти какие-либо сведения, но их фамилии также
внесены в общий список.
За время существования КИЗ с 1921 г. по 28 февраля 1932 г.
в ней состояло примерно 308 человек. В фонде КИЗ имеется,
кроме того, картотека, которая называется «Члены КИЗ», в ней
71 карточка — 71 фамилия научных сотрудников, преподавателей
из 27 городов СССР. Происхождение ее неизвестно, в документах
не обнаружено каких-либо упоминаний о картотеке. За
исключением академика В. П. Бузескула, проживавшего в Харькове,
другие фамилии из картотеки не встречаются в материалах КИЗ.
Картотека публикуется как дополнение к основному списку, так
как дает представление о масштабах историко-научных
исследований в то время.
1. Абрамович Дмитрий Иванович (1873—1955), историк
русской литературы и языка. Член-корреспондент АН по Отделению
русского языка и словесности (русская литература) с 1921 г. К
569

моменту ареста — главный библиотекарь Государственной
публичной библиотеки, заведующий ее 1-м отделением —
Библиотекой бывшей Санкт-Петербургской духовной академии, в 1939—
1941 гг. преподаватель Смоленского педагогического института, в
последующие годы преподаватель Вильнюсского университета.
Арестован 20 июня 1927 г., осужден на 5 лет лагерей, заключение
отбывал на Соловках.
2. Абрамович-Барановский Сергей Семенович (1866—?), до
революции военный юрист, генерал-майор. В 1920-е гг.
библиограф БАН. Арестован в 1929 г. Член Бэровской подкомиссии.
3. Айналов Дмитрий Власьевич (1862—1939), историк
искусства. Член-корреспондент АН по Отделению русского языка и
словесности (история искусств) с 1914 г. Профессор
Петербургского университета. Находился в заключении в 1930-е гг.
4. Алексеев Василий Михайлович (1881—1951), специалист в
области китаеведения, литературы (поэтология), этнографии,
теории изучения китайского языка. Член-корреспондент АН по
Отделению исторических наук и филологии (синология) с 1923 г.,
академик по Отделению гуманитарных наук (востоковедение) с
1929 г. Профессор Ленинградского восточного института им.
А. С. Енукидзе и Ленинградского историко-лингвистического
института. На заседании КИЗ 16 февраля 1929 г. выступил с
докладом «Китайская наука в Китае и Европе».
5. Андреев Александр Игнатьевич (1887—1959), археограф,
источниковед, историк России XVI—XVIII вв. Перед арестом —
ученый секретарь Археографической комиссии АН СССР.
В 1929 г. в числе первых арестован по «академическому делу» и
осужден к высылке на 5 лет в Сибирь. Реабилитирован в 1960 г.
Секретарь Ломоносовской подкомиссии. Редактор-составитель
сборника «Материалы для биографии А. С. Лаппо-Данилевского»,
опубликованного в «Очерках по истории знаний», вып. 6 (см.
Приложение II).
6. Анисимов Александр Иванович (1877—1939), историк
искусства. Преподавал в Учительской семинарии в Новгороде, в
Петергофе, Москве и Ярославле, после 1919 г. преимущественно в
1-м Московском университете и Высших государственных
художественно-технических мастерских, сотрудник Музейного отдела
Главнауки с весны 1918 г., сотрудник Реставрационной комиссии
Отдела по делам музеев Наркомпроса с 1920 г., председатель
Совета живописной секции Государственных реставрационных
мастерских с 1924 г., сотрудник многих московских художественных
учреждений. Арестован в 1930 г., получил 10 лет по обвинению
в шпионаже. Погиб в заключении незадолго до конца срока. На
заседании КИЗ 20 мая 1928 г. выступил с докладом «История
открытия древнерусской живописи как искусства», на совместном
заседании КИЗ и Византийской комиссии 24 марта 1929 г. — с
докладом «Росписи Эски-Кермена».
570

7. Анучин Дмитрий Николаевич (1843—1923), зоолог,
антрополог, этно- граф, географ и археолог. Ординарный академик по
Физико-математическому отделению (зоология) с 1896 г., почетный член
с 1898 г. Профессор Московского университета с 1884 г.,
создатель школы географов, этнографов, антропологов в Московском
университете, президент Общества любителей естествознания,
антропологии и этнографии с 1890 г., один из создателей и авторов
журналов «Этнографическое обозрение» (1889), «Землеведение»
(1894), «Русский антропологический журнал» (1900), создатель
Института антропологии и Антрополого-этнографического музея
Московского университета.
8. Аркадьев Владимир Константинович (1884—1953), физик.
Член-корреспондент АН по Отделению физико-математических
наук (физика) с 1927 г.
9. Архангельский Андрей Дмитриевич (1879—1940), геолог.
Член-корреспондент АН по Отделению физико-математических
наук (геология) с 1925 г., академик с 1929 г. Основал московскую
научную школу тектонистов, разработал сравнительно-литологи-
ческий метод, опубликовал капитальный труд «Геологическое
строение СССР» (1932), профессор Московского университета и
других вузов Москвы, директор Геологического института АН
СССР в 1934—1937 гг., первый директор Института
геологических наук АН СССР в 1937—1939 гг. На торжественном
заседании АН СССР 2 марта 1930 г., посвященном памяти академика
А. П. Павлова, выступил с докладом «А. П. Павлов как основатель
московской геологической школы».
10. Ахун Михаил Ильич (1890—1942), библиограф и историк
революционного движения, в частности в армии. Заведующий
библиотекой с 1921 г., старший архивист Ленинградского
отделения Центрального исторического архива. Умер в блокадном
Ленинграде 2 января 1942 г.
11. Байков Александр Александрович (1870—1946), химик,
специалист в области металлургии. Член-корреспондент АН по
Отделению физико-математических наук (химия) с 1928 г., академик
по Отделению математических и естественных наук (металлургия,
химия) с 1932 г. Вице-президент Академии наук с 1942 по
1945 г. Профессор с 1903 г., ректор Петербургского
политехнического института с 1925 г., возглавлял Химическую лабораторию
и читал лекции в Крымском университете в 1918—1921 гг. Герой
Социалистического Труда. На торжественном заседании Академии
наук СССР в январе 1932 г., посвященном 25-летию со дня
смерти Д.И.Менделеева, выступил с докладом «„Основы химии"
Д. И. Менделеева».
12. Баранский Николай Николаевич (1881—1963), географ-
экономист. Член-корреспондент АН по Отделению
математических и естественных наук (геолого-географические науки,
экономическая география) с 1939 г.
571

13.Бартольд Василий Владимирович (1869—1930),
востоковед. Член-корреспондент АН по Историко-филологическому
отделению (восточная словесность) с 1910 г., ординарный академик
(литература и история азиатских народов) с 1913 г.
Преподаватель с 1891 г., профессор с 1910 г. Петербургского университета,
возглавлял Коллегию востоковедов при Азиатском музее АН с
1921 г. и ее печатный орган «Записки Коллегии востоковедов» в
1925—1930 гг. В «Очерках по истории знаний», вып. 4
опубликована его статья «В. Томсен и история Средней Азии» (см.
Приложение II).
14. Бах Алексей Николаевич (1857—1946), биохимик.
Академик по Отделению физико-математических наук (биохимия) с
1929 г. Организатор и первый директор Физико-химического
института им. Л.Я.Карпова АН в 1918—1946 гг., в 1935 г.
организовал Институт биохимии АН СССР. Депутат Верховного Совета
СССР в 1938 г., лауреат Государственной премии СССР.
15. Башинджагян Леон Георгиевич (1893—?), языковед.
Ученый секретарь Института языка и мышления, доцент
Ленинградского историко-лингвистического института и
Государственного педагогического института им. А. И. Герцена.
16. Белоновский Георгий Дмитриевич (1875—1950),
микробиолог, медик-бактериолог. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (эпидемиология, микробиология) с
1929 г. Профессор Государственного института
усовершенствования врачей, консультант Всесоюзного института
экспериментальной медицины. Находился в заключении в довоенный период.
17. Белопольский Аристарх Аполлонович (1854—1934),
астроном, астрофизик. Адъюнкт АН по Физико-математическому
отде- лению (астрономия) с 1900 г., экстраординарный академик с
1903 г., ординарный академик (астрофизика) с 1906 г. С 1888 г.
работал в Пулковской астрономической обсерватории, ее директор
в 1916—1919 гг. Арестован 30 июля 1919 г., под арестом в
Детском (бывш. Царском) Селе находился до 5 августа 1919 г. На
торжественном заседании Академии наук СССР 20 марта 1927 г.,
посвященном 200-летию со дня смерти И. Ньютона, выступил с
докладом «К 200-летию со дня кончины И. Ньютона». В
«Очерках по истории знаний», вып. 1 опубликована его статья «К
двухсотлетию со дня кончины Ньютона» (см. Приложение II). Член
Ломоносовской подкомиссии.
18. Беляев Виктор Иванович (1902—1976),
востоковед-арабист. Окончил факультет общественных наук Ленинградского
университета в 1925 г., по рекомендации И. Ю. Крачковского
принят практикантом Азиатского музея АН СССР в декабре
1926 г., научный сотрудник Института истории АН СССР,
Института книги, документа и письма АН СССР в 1933—1937 гг.,
Института востоковедения АН СССР в 1936—1959 гг., заведующий
кафедрой арабской филологии Ленинградского университета с
572

1951 г. По заданию КИЗ и Института истории науки и техники
АН СССР выявлял наличие рукописей по точным наукам на
арабском языке в отечественных собраниях.
19. Бенешевич Владимир Николаевич (1874—1938),
византинист, археограф, историк церковного права. Член-корреспондент
АН по Отделению исторических наук и филологии (история) с
1924 г. Первый арест в 1922 г. (обвиняемый на процессе
митрополита Вениамина в Петрограде), в заключении находился около
полугода, освобожден «за недоказанностью вины». Второй арест
в 1924 г. В третий раз арестован в ноябре 1928 г. по одному из
религиозных «дел», летом 1929 г. сослан в Кемь (Соловецкие
лагеря), в феврале—марте 1930 г. привезен в Ленинград, включен в
число главных обвиняемых по «академическому делу». В августе
1931 г. отправлен на 5 лет в Ухтинско-Печорский лагерь,
вернулся в 1933 г. В последний раз арестован 27 ноября 1937 г.,
расстрелян 27 января 1938 г. Исключен из членов Академии наук
постановлением Общего собрания АН от 29 апреля 1938 г. №5.
Восстановлен постановлением Президиума АН СССР от 19
декабря 1958 г. №780 (посмертно) в связи с реабилитацией Военным
трибуналом 27 августа 1958 г.
20. Бенуа Александр Николаевич (1870—1960), художник,
искусствовед, критик, режиссер. Умер в эмиграции.
21. Берг Лев Семенович (1876— 1950), географ, зоогеограф,
ихтиолог. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (зоология) с 1928 г., академик по Отделению
геолого-географических наук (география) с 1946 г. Профессор и
заведующий кафедрой физической географии Петроградского
(Ленинградского) университета в 1916—1950 гг., заведующий
отделом прикладной ихтиологии Института опытной агрономии в
1922—1934 гг., заведующий лабораторией ископаемых рыб
Зоологического института АН СССР с 1934 г., президент
Географического общества СССР в 1940—1950 гг. На заседании
Тихоокеанского комитета АН СССР 12 марта 1930 г., посвященном
200-летию со дня возвращения Камчатской экспедиции командора
Витуса Беринга, выступил с докладом «Путешествие В. Беринга
на Камчатку и в Америку». На торжественном заседании
Географического общества 14 января 1927 г., посвященном 100-летию
со дня рождения П. П. Семенова-Тян-Шанского, выступил с
докладом: «П. П. Семенов-Тян-Шанский как географ». В «Трудах
КИЗ», вып. 4 опубликована его работа «Очерк истории русской
географической науки (вплоть до 1923 г.)» (см. Приложение II).
Член Бэровской и Ломоносовской подкомиссий и подкомиссии
по изучению экспедиции Г. И. Лангсдорфа.
22. Березкин Всеволод Александрович (1899—1946),
инженер-гидрограф. Профессор Военно-морской академии, сотрудник
Гидрографического управления СССР, окончил Ленинградский
университет в 1924 г. и Военно-морскую академию в 1928 г. На
573

заседании Тихоокеанского комитета АН СССР 12 марта 1930 г.,
посвященном 200-летию со дня возвращения Камчатской
экспедиции командора Витуса Беринга, выступил с докладом «Поход
„Литке" через Берингов пролив к острову Врангеля в 1929 г.».
23. Бернер Витольд Игнатьевич (1880—?). Сотрудник Военно-
морской исторической комиссии в 1921—1924 гг., библиотекарь
БАН в 1925—1938 гг.
24. Блок Георгий Петрович (1888—1962), архивист, историк
русской литературы. Двоюродный брат поэта Александра Блока.
Работал в ряде ленинградских издательств, ученый секретарь КИЗ
в 1922—1923 гг., в 1928—1929 гг. по заданию КИЗ работал над
составлением списка научных работников Академии наук в
первой половине XIX в., с начала 1930-х гг. занимался литературной
деятельностью как филолог, переводчик, беллетрист. На
заседании бюро КИЗ 16 марта 1929 г. выступил с сообщением
«Почетные члены и члены-корреспонденты Академии наук за 1800 г.».
25. Блох Макс Абрамович (1882—1941), химик. Окончил
Рижский политехнический институт, организатор и руководитель
первого в нашей стране Издательства химической литературы в
1918—1938 гг., ученый секретарь Комиссии по изданию трудов
Д. И. Менделеева при Академии наук СССР, профессор
Ленинградского педагогического института им. А. И. Герцена, ученый
секретарь КИЗ в 1926—1928 гг., член КИЗ с 1921 г. На 1-м
публичном заседании КИЗ 14 ноября 1926 г. выступил с докладом
«Из впечатлений о работах по истории знаний в Германии». Член
Бэровской и Музейной подкомиссий и подкомиссии серии
«Биографии деятелей науки и техники» с 1931 г.
26. Богаевский Борис Леонидович (1882—1942), историк и
археолог, известен главным образом как автор трудов об эгейской
культуре. Действительный член Государственной академии
истории материальной культуры, профессор и заведующий кафедрой
и кабинетом истории материальной культуры дофеодального
периода Ленинградского историко-лингвистического института,
член-корреспондент Германского археологического института.
27. Богородицкий Василий Алексеевич (1857—1941), филолог
и языковед. Член-корреспондент АН по Отделению русского
языка и словесности с 1915 г.
28. Богословский Михаил Михайлович (1867—1929), историк
России. Член-корреспондент АН по Отделению исторических
наук и филологии (историко-политические науки) с 1920 г.,
академик (история и древности русские) с 1921 г. Арестован в
1919 г. в связи с «делом Национального центра». Был
освобожден. После смерти объявлен, вместе с академиком С. Ф.
Платоновым, инициатором и создателем контрреволюционной подпольной
организации.
29. Богоявленский Сергей Константинович (1871—1947),
историк России, археолог, археограф, архивист. Член-корреспон-
574

дент АН по Отделению гуманитарных наук (история) с 1929 г. К
моменту ареста прослужил в архивных органах на разных
должностях свыше 30 лет. Профессор Московского университета по
кафедре архивоведения в 1922—1929 гг. Арестован в 1930 г. по
«академическому делу», в 1931 г. приговорен к 10 годам лагерей,
отправлен на Север. Переведен в ссылку в Сибирь. Освобожден
не позднее 1936 г.
30. Болдырев Анатолий Капитонович (1883—1946),
кристаллограф, минералог. Сотрудник Геологического комитета с 1918 г.,
профессор Ленинградского горного института с 1921 г.
31.Борисяк Алексей Алексеевич (1872—1944), геолог,
палеонтолог. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (геология) с 1921 г., академик (геология,
палеонтология) с 1929 г. Сотрудник Геологического комитета в 1896—
1932 гг., профессор и заведующий кафедрой исторической
геологии Петербургского (Ленинградского) горного института в
1911—1930 гг., профессор Географического института в 1919—
1922 гг., основатель и заведующий кафедрой палеонтологии
геолого-почвенного факультета Московского университета в 1939—
1942 гг., инициатор создания и первый директор
Палеозоологического (Палеонтологического) института АН СССР в 1930—
1944 гг. На заседании КПЗ 6 февраля 1927 г. выступил с
докладом «В. О. Ковалевский по его переписке». На торжественном
заседании Академии наук СССР 2 марта 1930 г., посвященном
памяти академика А. П. Павлова, выступил с докладом «А. П. Павлов
как стратиграф и палеонтолог». В «Трудах КИЗ», вып. 5
опубликована его работа «В. О. Ковалевский, его жизнь и научные
труды» (см. Приложение II).
32. Боричевский Иван (Иоанн) Адамович (1892—не ранее
1930), филолог, философ и историк философии. Окончил
историко-филологический факультет Петербургского университета в
1915 г., в 1920— 1930-е гг. преподавал в Петрограде (Ленинграде)
(профессор). Основные труды по истории и теории метафизики
не опубликованы. Штатный сотрудник Института истории науки
и техники АН СССР с 1932 г.
33. Бородин Аркадий Владимирович (1881—?), историк
права. Преподаватель Ленинградского университета, научный
сотрудник Государственной академии истории материальной
культуры в 1921—1925 гг., библиотекарь БАН с 1925 г. И ноября
1929 г. уволен за участие в церковном движении (ездил в составе
делегации к патриарху Тихону). Арестован по «академическому
делу», приговорен к расстрелу, который был заменен 31 мая
1931 г. на 10 лет лагерей.
34. Бородин Иван Парфеньевич (1847—1930), ботаник. Член-
корреспондент АН по Физико-математическому отделению
(ботаника) с 1887 г., ординарный академик с 1902 г., вице-президент
Академии наук с 1917 по 1919 г. Директор Ботанического музея
575

АН СССР с 1902 по 1930 г., основатель и первый президент
Русского ботанического общества с 1915 г.
35. Бриллиантов Александр Иванович (1867—1933), историк
древней церкви. Член-корреспондент АН по Отделению
исторических наук и филологии (историко-политические науки) с
1919 г. Профессор Петроградской духовной академии. Был
привлечен по «академическому делу», умер в ссылке в Тамбове
1 июля 1933 г.
36. Брицке Эргард Викторович (1877—1953), химик-технолог,
специалист в области металлургии. Член-корреспондент АН по
Отделению математических и естественных наук (технические
науки) с 1931 г., академик (химическая технология, металлургия)
с 1932 г., вице-президент Академии наук с 1936 по 1939 г.
Директор Научного института по удобрениям в 1923—1938 гг.,
академик Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук им.
В.И.Ленина с 1935 г.
37. Бугге Г., химик.
38. Бузескул Владислав Петрович (1858—1931), историк
античности. Член-корреспондент АН по Историко-филологическому
отделению (классическая филология и археология) с 1910 г.,
академик по Отделению исторических наук и филологии
(исторические науки) с 1922 г. Профессор всеобщей истории Харьковского
университета. На заседании КИЗ 4 декабря 1927 г. выступил с
докладом «Из области новейшей западноевропейской
историографии». В «Трудах КИЗ», вып. 7 опубликована его работа
«Всеобщая история и ее представители в России в XIX в. и начале
XX в.» (см. Приложение II).
39. Буткевич Михаил Николаевич (1858—1933), историк. На
сдельной работе в Академии наук СССР с 1927 г. Штатный
сотрудник Института истории науки и техники АН СССР с 1932 г.
40. Бухарин Николай Иванович (1888—1938),
государственный и общественный деятель. Академик по Отделению
гуманитарных наук (экономика) с 1929 г. Председатель КИЗ с 3 октября
1930 г., организатор и первый директор Института истории науки
и техники АН СССР с 28 февраля 1932 г. Арестован в феврале
1937 г., расстрелян 15 марта 1938 г. Исключен из Академии наук
СССР решением Общего собрания АН 21 марта 1937 г.
Восстановлен в звании академика (посмертно) постановлением Общего
собрания АН от 20 октября 1988 г. №39 в связи с полной
реабилитацией. Участник II Международного конгресса по истории
науки и техники в Лондоне в 1931 г. Член подкомиссии серии
«Биографии деятелей науки и техники» с 1931 г.
41. Буш Николай Адольфович (1869—1941), ботаник-географ,
флорист-систематик. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (ботаника) с 1920 г. Преподаватель
Тартуского (Юрьевского) университета в 1895—1902 гг.,
сотрудник Петербургского ботанического сада в 1902—1912 гг., Ботани-
576

ческого музея в 1912—1931 гг., Ботанического института АН
СССР в 1931—1941 гг., директор Петербургского
естественнонаучного института, профессор Ленинградского университета.
42. Бычков Иван Афанасьевич (1858—1944), историк,
археограф и библиограф. Сын академика А. Ф. Бычкова.
Член-корреспондент АН по Отделению русского языка и словесности с
1903 г. В 1881—1944 гг. работал в Публичной библиотеке
библиотекарем, заведующим отделом рукописей. Во время блокады
оставался в Ленинграде.
43. Бялыницкий-Бируля (Бируля) Алексей Андреевич (1864—
1937), зоолог, зоогеограф, полярный исследователь.
Член-корреспондент АН по Отделению физико-математических наук
(зоология) с 1923 г. Перед «чисткой» Академии наук — директор
Зоологического музея АН СССР, профессор Ленинградского
университета. Летом 1929 г. во время «чистки» вступился за своего
сотрудника, снят с директорства 23 ноября 1929 г. и до момента
ареста временно исполнял обязанности старшего зоолога
Зоологического музея АН СССР. Арестован 16 ноября 1930 г. по
«академическому делу», 10 февраля 1931 г. осужден на 3 года
концлагерей, срок отбывал в Карелии.
44. Вавилов Николай Иванович (1887—1943), ботаник,
генетик, селекционер. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (биология) с 1923 г., академик с 1929 г.
Академик, президент в 1929—1935 гг., вице-президент в 1935—
1940 гг. Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук,
директор Всесоюзного института растениеводства в 1930—1940 гг. и
Генетической лаборатории (Институт генетики) АН СССР с
1930 г., президент Географического общества СССР в 1931—
1940 гг. Лауреат премии им. В.И.Ленина 1926 г. Арестован
6 августа 1940 г. в Черновцах, 9 июля 1941 г. приговорен к
расстрелу, «помилован для 20-летнего заключения» 23 июля
1942 г. Скончался от дистрофии в Саратовской тюрьме 26 января
1943 г. Восстановлен в звании академика (посмертно)
постановлением Президиума АН СССР от 9 сентября 1955 г. №470
в связи с прекращением дела Военной коллегией Верховного
суда СССР 2 сентября 1955 г. Участник II Международного
конгресса по истории науки и техники в Лондоне в 1931 г. Член
подкомиссии серии «Биографии деятелей науки и техники» с
1931 г.
45. Вагнер Юлий Николаевич (1865—?), зоолог. Работал на
Соловецкой, Севастопольской и Николаевской зоологических
станциях, хранитель зоологического кабинета Петербургского
университета с 1890 г., профессор Киевского политехнического
института в 1898—1911 гг.
46. Василенко Николай Прокофьевич (1866—1935), историк
Украины. Академик Всеукраинской Академии наук, председатель
Исторического общества Нестора-Летописца.
J 9 Заказ №4012
577

47. Васильев Александр Александрович (1867—1953),
историк. Член-корреспондент АН по Отделению исторических наук и
филологии (всемирная история) с 1923 г.
48. Васильев Александр Васильевич (1853—1929), математик,
историк науки. Преподаватель с 1874 г. и профессор в 1887—
1906 гг. Казанского и в 1906—1929 гг. Петербургского
(Ленинградского) университетов, член Комиссии по реформе высших
учебных заведений в 1917 г., один из основателей Казанского
физико-математического общества.
49. Велланский.
50. Вернадский Владимир Иванович (1863—1945), геолог,
минералог, кристаллограф, историк науки. Адъюнкт АН по
Физико-математическому отделению (минералогия) с 1906 г.,
экстраординарный академик с 1906 г., ординарный академик с 1912 г.
Первый президент Всеукраинской Академии наук в 1919 г.,
профессор Московского университета в 1898—1911 гг., один из
организаторов и председатель Комиссии по изучению естественных
производительных сил России АН в 1915—1930 гг., организатор
и директор Радиевого института в 1922—1939 гг.,
Биогеохимической лаборатории с 1929 г. (ныне Институт геохимии и
аналитической химии АН СССР им. В. И. Вернадского). Организатор и
председатель КИЗ в 1921—1930 гг. На заседании Бэровской
подкомиссии 13 октября 1926 г. выступил с докладом «Об
организации и задачах Бэровской подкомиссии», на 1-м публичном
заседании КИЗ 14 ноября 1926 г. — с докладом «Мысли о
современном значении истории знаний», на заседании Бэровской
подкомиссии 6 декабря 1926 г. — с сообщением «О последних
работах академика А. Н. Северцова, подтверждающих правильность
некоторых теоретических положений К. М. Бэра», на открытии
выставки 2 января 1927 г., посвященной 100-летию со времени
избрания К. М. Бэра в члены-корреспонденты Петербургской
Академии наук, — с речью «Памяти К. М. Бэра», на заседании КИЗ
7 апреля 1929 г. в память Э.Л. Радлова — с речью «Памяти
друга», на торжественном заседании Академии наук СССР
2 марта 1930 г., посвященном памяти академика
А.П.Павлова, — с докладом «Памяти А. П. Павлова». В «Трудах КИЗ»,
вып. 1 опубликована его работа «Мысль о современном значении
истории знаний», в вып. 2 — «Памяти академика К. М. фон
Бэра»; являлся редактором восьми выпусков «Трудов КИЗ» и
«Путеводителя по выставке в память академика К. М. Бэра» (см.
Приложение II). Председатель Бэровской подкомиссии и член
подкомиссии по изучению трудов К. Ф. Вольфа. Член бюро КИЗ в
1930—1932 гг.
51. Веселовский Степан Борисович (1876—1952), историк,
археограф. Член-корреспондент АН по Отделению гуманитарных
наук (исторические науки) с 1929 г., академик по Отделению
истории и философии (история) с 1946 г. Профессор Московского
578

университета. По-видимому, арестовывался в связи с «делом
историков» («академическое дело»), скорее всего, в 1931 г.
52. Винников Исаак Натанович (1897—1973), этнограф,
филолог. Научный сотрудник в 1929—1940 гг., директор Института
этнографии АН СССР в 1941—1942 гг., заведующий кафедрой
этнографии Ленинградского университета в 1938—1949 гг.,
профессор восточного факультета Ленинградского университета с
1946 г., научный сотрудник Института востоковедения АН СССР
в 1943—1953'гг. В «Очерках по истории знаний», вып. 7
опубликована его работа «Л. Я. Штернберг как исследователь
первичных социальных форм» (см. Приложение II).
53. Вишневский Борис Николаевич (1891—1965), антрополог,
этнограф, историк географии. Окончил Московский университет,
преподаватель Костромского и Казанского университетов в
1913—1928 гг., профессор Ленинградского университета с
1929 г., профессор Института народов Севера с 1933 г.,
заведующий отделом Музея антропологии и этнографии АН СССР с
января 1933 г. На совместном заседании КИЗ и Византийской
комиссии 24 марта 1929 г. выступил с докладом
«Антропологические материалы Эски-Кермена», на заседании КИЗ и Бэровской
подкомиссии 3 декабря 1929 г. — с докладом «К. М. Бэр как
антрополог». Член Бэровской подкомиссии и подкомиссии по
изучению трудов К. Ф. Вольфа.
54. Владимирцов Борис Яковлевич (1884—1931), востоковед-
монголовед. Член-корреспондент по Отделению исторических
наук и филологии (восточная словесность, монголоведение) с
1923 г., академик по Отделению гуманитарных наук
(востоковедение) с 1929 г. Профессор Петроградского университета с
1921 г. В «Очерках по истории знаний», вып. 2 опубликована его
статья «Кастрен — монголист», в вып. 7 — «Л. Я. Штернберг как
лингвист» (см. Приложение II).
55. Всеволожский П. А., сотрудник Бюро охраны памятников
при Облполитпросветцентре в Ленинграде.
56. Вульф Евгений Владимирович (1885—1941), ботаник.
Сотрудник Никитского ботанического сада в 1914—1926 гг.,
Всесоюзного института растениеводства с 1926 г., профессор
Педагогического института им. М.Н.Покровского с 1934 г. Умер в
блокадном Ленинграде.
57. Высоцкий Николай Константинович (1864—1932), геолог,
горный инженер. Сотрудник Центрального
научно-исследовательского геологоразведочного института.
58. Генерозов Владимир Яковлевич (1882—?), охотовед,
специалист в области экономики, охотоведения, колонизации Севера,
экономики транспорта водных путей русского Севера. Профессор
Лесотехнической академии, Ленинградского института советской
торговли им. Ф. Энгельса, Ленинградского университета,
заведующий северными изысканиями Северо-Западного управления по ис-
579

следованию рек Северного и Западного бассейнов. На заседании
Бэровской подкомиссии 27 декабря 1927 г. выступил с докладом
«К. М. Бэр как исследователь пушного промысла». Член
Бэровской подкомиссии.
59. Георгиевский Николай Николаевич (1908—?), инженер-
механик. Старший научный сотрудник Института механизации
сельского хозяйства Всесоюзной академии сельскохозяйственных
наук им. В.И.Ленина.
60. Герасимов Александр Павлович (1869—1944), специалист
в области геологии, стратиграфии, тектоники, петрографии.
Старший геолог и ученый секретарь Центрального
научно-исследовательского геологоразведочного института Союзгеоразведки,
профессор Ленинградского университета, ученый секретарь
Российского минералогического общества, председатель отдела географии
Русского географического общества, член ученого совета
Сейсмологического института АН СССР, консультант Центральной
геологической библиотеки, действительный член Ленинградского
общества естествоиспытателей. Член Бэровской подкомиссии.
61. Гессен Борис Михайлович (1883—1936), философ,
специалист по философским вопросам физики. Член-корреспондент АН
по Отделению общественных наук (философия) с 1933 г. В
момент ареста — заместитель директора Физического института АН
СССР. Арестован не позднее 1 сентября 1936 г. Погиб в ссылке.
Исключен из членов Академии наук постановлением Общего
собрания АН от 29 апреля 1938 г. Восстановлен постановлением
Общего собрания АН от 5 марта 1957 г. Участник II
Международного конгресса по истории науки и техники в Лондоне в 1931 г.
62. Гессен Юлий Исидорович (1871—?), историк, архивист,
историк еврейского народа. Редактор Редакционно-издательского
отдела Губпросвета в 1921—1928 гг., редактор и инициатор
журнала «Архив истории труда в России», ответственный секретарь
журнала «Вестник АН СССР» в 1930—1935 гг. На заседании КИЗ
9 декабря 1928 г. выступил с докладом «Рукопись де Геннина об
уральских заводах 1735 г.».
63. Гизетти Александр Алексеевич (1888—1938?), литератор
и общественный деятель. Член Учредительного собрания в
1917 г., в 1920-е гг. помимо литературных занятий сотрудник
Библиотеки АН. В 1933 г. арестован по делу
В.И.Иванова-Разумника и, вероятно, погиб в ссылке. Реабилитирован в 1989 г.
На заседании Бэровской подкомиссии 16 декабря 1927 г.
выступил с докладом «Из истории влияния идей К. М. Бэра на русских
мыслителей второй половины XIX в.».
64. Глазенап Сергей Павлович (1848—1937), астроном и
геодезист. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (астрономия) с 1928 г., почетный член с 1929 г.
65. Глинка Константин Дмитриевич (1867—1927), почвовед,
минералог, ученик В.В.Докучаева. Член-корреспондент АН по
580

Отделению физико-математических наук (почвоведение) с 1926 г.,
академик с 1927 г. Директор Петроградского
сельскохозяйственного института и заведующий кафедрой почвоведения с 1922 г.,
в последний год жизни избран президентом Международного
общества почвоведов.
66. Глинка Сергей Федорович (1855—1933), геолог и
минералог. Приват-доцент Петербургского университета с 1885 г.,
профессор и заведующий минералогическим кабинетом Московского
университета с 1911 г.
67. Годыцкий-Цвирко Александр Медардович (Мардарь-
евич) (1884—1951), механик, инженер путей сообщения.
Профессор Ленинградского автомобильно-дорожного института, Учебного
комбината гражданского воздушного флота, доцент
Ленинградского путейско-строительного учебного комбината железнодорожного
транспорта и Ленинградского электромеханического учебного
комбината железнодорожного транспорта.
68. Горбов Александр Иванович (1859—1939), химик.
Сотрудник Петербургского университета в 1883—1885 гг., сотрудник,
затем заведующий Химической лабораторией АН в 1885—
1894 гг., профессор Инженерной академии в Петрограде
(Ленинграде) в 1918—1924 гг. На торжественном заседании Академии
наук СССР 27 января 1929 г., посвященном 100-летию со дня
рождения А. М. Бутлерова, выступил с докладом «А. М. Бутлеров
и химическое строение». В «Очерках по истории знаний», вып. 5
опубликована его статья «А. М. Бутлеров и химическое строение»
(см. Приложение II).
69. Горин. Вероятно, речь идет о Горине (Коляда) Павле
Осиповиче (1900—1939), историке, одном из учредителей Общества
историков-марксистов, президенте Академии наук БССР в 1931—
1936 гг.
70. Готье Юрий Владимирович (1873—1943), историк,
археолог. Член-корреспондент АН по Отделению исторических наук и
филологии (история) с 1922 г., академик по Отделению
общественных наук с 1939 г. К моменту ареста — главный библиотекарь
Государственной библиотеки им. В. И. Ленина, преподавал также
в Институте народов Востока, был членом Археографической
комиссии АН СССР. Арестован 8 августа 1930 г. по
«академическому делу», 8 августа 1931 г. приговорен к 5 годам концлагерей,
отправлен в Ухтинско-Печорский лагерь. Освобожден до конца
срока, жил некоторое время в Самаре, в 1934 г. вернулся в Москву.
71. Грабарь Игорь Эммануилович (1871—1960), художник,
историк искусства. Академик по Отделению истории и
философии (история искусства) с 1943 г. Руководитель издания
«История русского искусства» в 1909—1916 гг., действительный член
Академии художеств с 1947 г.
72. Граве Дмитрий Александрович (1863—1939), математик.
Член-корреспондент АН по Отделению физико-математических
581

наук (математика) с 1924 г., почетный член с 1929 г. Профессор
Харьковского и Киевского университетов.
73. Граве И. М.
74. Гранстрем К. А. (1877—?), востоковед. Окончил восточный
факультет Петербургского университета в 1902 г., в 1903—1917 гг.
служил в Министерстве иностранных дел, в 1918—1919 и 1921—
1924 гг. работал в Геологическом комитете корректором,
заведующим бюро изданий, с 1924 г. сотрудник Издательства АН.
75. Гревс Иван Михайлович (1860—1941), историк, один из
создателей петербургской (ленинградской) школы медиевистики.
Профессор Высших женских (Бестужевских) курсов в
Петербурге в 1892—1918 гг. и Петербургского университета в 1899—
1941 гг.
76. Грот Константин Яковлевич (1853—1934),
филолог-славист, архивист. Член-корреспондент АН по Отделению русского
языка и словесности с 1911 г. Член Чешской Академии наук и
искусств и Венгерской Академии наук.
77. Губкин Иван Михайлович (1871—1939), геолог. Академик
по Отделению физико-математических наук (технические науки,
геология нефти) с 1929 г., вице-президент Академии наук в
1936—1939 гг. Председатель Особой комиссии по изучению
Курской магнитной аномалии в 1920—1925 гг., профессор с 1920 г. и
ректор с 1922 г. Московской горной академии, ректор
Московского нефтяного института с 1930 г., начальник Государственного
геологоразведочного управления ВСНХ с 1931 г., председатель
Совета по изучению производительных сил АН СССР в 1930—1936 гг.
78. Гуковский Матвей Александрович (1898—1971), историк.
Окончил Петроградский университет
(общественно-экономический факультет) в 1923 г. Библиотекарь и помощник ученого
секретаря Публичной библиотеки в 1922—1925 гг., заведующий
импортным бюро акционерного общества «Севзапторг» в 1925—
1929 гг., ученый секретарь Библиотеки АН с октября 1929 г.,
ученый секретарь КИЗ с мая 1931 г., ученый секретарь Института
истории науки и техники АН СССР с 1932 г., преподаватель
Ленинградского индустриального института с 1933 г. Доктор
исторических наук без защиты диссертации с 1935 г. Член Музейной
подкомиссии с 1931 г. и подкомиссии серии «Биографии
деятелей науки и техники» с 1931 г.
79. Гулевич Владимир Сергеевич (1867—1933), биохимик.
Член-корреспондент АН по Отделению физико-математических
наук (физиология) с 1927 г., академик (биологические науки) с
1929 г. Профессор 1-го Московского медицинского института и
Института народного хозяйства.
80. Гущин Борис Петрович, библиотековед. В 1923 г. работал
библиотекарем в Ленинградском институте инженеров путей
сообщения, помощником ученого секретаря Бюро международной
библиографии АН.
582

81.Гюнтер Николай Максимович (1871—1941), математик.
Член-корреспондент АН по Отделению физико-математических
наук (математика) с 1924 г. Профессор Ленинградского
университета и Ленинградского института инженеров путей сообщения,
один из авторов широко распространенного и многократно
переиздававшегося задачника по высшей математике.
82. Давыдов Константин Николаевич (1877—1960), зоолог,
эмбриолог. Профессор Пермского университета и
Государственного естественно-научного института им. П. Ф. Лесгафта в
Петрограде. С 1922 г. жил во Франции.
83.Деборин (Иоффе) Абрам Моисеевич (1881—1963),
философ, историк, экономист. Академик по Отделению гуманитарных
наук (философия) с 1929 г. Член Президиума Комакадемии,
директор Института философии Комакадемии, заместитель
директора Института Маркса и Энгельса, профессор Института красной
профессуры. Член бюро КИЗ в 1930—1932 гг., заместитель
председателя КИЗ с 1931 г., заместитель директора Института
истории науки и техники АН СССР с 1932 г.
84. Демьянов Николай Яковлевич (1861—1938),
химик-органик. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (химия) с 1924 г., академик с 1929 г. Профессор
Московского института агрохимии и почвоведения.
85.Дитерихс Михаил Михайлович (1871—1941), медик,
специалист по военно-полевой хирургии. Профессор Университета
св. Владимира в Киеве с 1912 г., председатель Кубанского
хирургического общества, директор Хирургической клиники
Кубанского медицинского института, профессор Таврического
университета с 1919 г. и 3-го Московского медицинского института с 1934 г.
86. Добиаш-Рождественская Ольга Антоновна (1874—1939),
историк-медиевист, палеограф. Член-корреспондент АН по
Отделению гуманитарных наук (исторические науки) с 1929 г. Первая
в России женщина-доктор по всеобщей истории с 1918 г.,
основательница отечественной школы латинской палеографии, ученый
консультант отдела рукописей Государственной публичной
библиотеки. На заседании КИЗ 4 декабря 1927 г. выступила с докладом
«Хронологические элементы на полях рукописи Бэды», 24
февраля 1929 г. — с докладом «Западные мастерские письма на заре
средневековья и рукописи Публичной библиотеки». В «Трудах
КИЗ», вып. 10 опубликована ее работа «Мастерские письма на
заре западного средневековья и их сокровища в Ленинграде» (см.
Приложение II).
87. Дружинин Василий Григорьевич (1859—1937), историк
церковного раскола, археограф, палеограф. Член-корреспондент
АН по Отделению исторических наук и филологии (историко-по-
литические науки) с 1920 г. Крупнейший собиратель памятников
по истории старообрядчества, до тысячи раскольничьих
рукописей передал он из своей библиотеки в Б АН. Был когда-то очень
583

богат. Перед первой мировой войной продан свои уральские
рудники, так как собирательство поглощало все деньги. Четверть
века состоял ученым секретарем Археографической комиссии
АН СССР. Арестован не позднее 1929 г., освобожден. В июне
1930 г. арестован снова по «академическому делу». Погиб в
заключении. На заседании КИЗ 1 декабря 1928 г. выступил с
докладом «История развития школ, торговли и ремесел Выгорецкой
обители».
88. Егоров Дмитрий Николаевич (1878—1931), историк
средневековья, историк культуры, библиотековед, библиограф. Член-
корреспондент АН по Отделению гуманитарных наук (история) с
1928 г. До 1925 г. профессор Московского университета, на
протяжении почти десяти лет, предшествовавших аресту, был
заместителем директора Государственной библиотеки им. В.И.Ленина.
Арестован 9 августа 1930 г. по «академическому делу», 8 августа
1931 г. приговорен к пятилетней ссылке, отправлен в Ташкент,
где скончался. Восстановлен в звании постановлением
Президиума АН СССР от 5 апреля 1968 г. №221 в связи с реабилитацией.
89. Ельяшевич Василий Борисович (1875—1956), юрист,
магистр гражданского права. Приват-доцент Петербургского
университета в 1911—1913 гг., профессор гражданского права
Петроградского политехнического института императора Петра
Великого и Высших женских (Бестужевских) курсов.
90. Емельянов, возможно, речь идет об историке техники,
специалисте в области метаплургии Емельянове Василии Семеновиче
(1901—1988), члене-корреспонденте АН по Отделению
технических наук (металлургия) с 1953 г.
91. Ермилов Иван Яковлевич (1899—?), географ. Окончил
Географический институт в 1925 г., занимался гидрогеологическими
исследованиями в Тверской и Московской губерниях, сотрудник
Комиссии по изучению естественных производительных сил с
декабря 1926 г.
92. Жебелёв Сергей Александрович (1867—1941),
историк-эллинист, археолог, эпиграфист, филолог-классик.
Член-корреспондент АН по Историко-филологическому отделению (классическая
филология и археология) с 1914 г., академик по Отделению
исторических паук и филологии с 1927 г. Профессор кафедры
классической филологии в 1913—1927 гг., декан
историко-филологического факультета в 1918—1919 гг., ректор Петербургского—
Петроградского университета, профессор Ленинградского
университета в 1934—1941 гг. Умер от голода в блокадном
Ленинграде в декабре 1941 г. На заседании КИЗ 7 апреля 1929 г. в
память Э. Л. Радлова выступил с докладом «Э. Л. Радлов».
93. Железнов Владимир Яковлевич (1869—1933), специалист
в области политической экономики и истории экономических идей.
Окончил в Киеве Университет св. Владимира в 1892 г., профессор
Московской сельскохозяйственной академии им. К. А. Тимирязева,
584

сотрудник отдела финансовой политики Народного комиссариата
финансов, один из редакторов Энциклопедического словаря
издательства «Гранат». На заседании КИЗ 26 мая 1929 г. выступил с
докладом «Об экономических воззрениях первых русских
агрономов», в 1930 г. — с докладом «Экономические воззрения и
финансовая программа Канкрина».
94. Жижиленко Александр Александрович (1873—не ранее
1928), правовед, юрист-криминолог. Профессор Петербургского
(Ленинградского) университета.
95. Забаринский Петр Петрович (1904—1939 или 1940),
историк техники. Окончил рабфак Ленинградского университета.
Научный сотрудник КИЗ с 15 февраля 1932 г., Института истории
науки и техники АН СССР в 1932—1936 гг.
96. Заварицкий Александр Николаевич (1884—1952),
геолог, петрограф, петрохимик. Академик по Отделению
математических и естественных наук (вулканология, метеоритика,
петрография, геология) с 1939 г. Профессор в 1921—1926 гг.,
заведующий кафедрой петрографии Ленинградского горного института
в 1926—1939 гг., сотрудник с 1933 г., директор Института
геологических наук АН СССР в 1939—1941 гг., организатор и
директор Лаборатории вулканологии АН СССР в 1944—1952 гг.,
профессор Московского геологоразведочного института и Московского
университета в 1945—1952 гг.
97. Зайцев.
98. Залесский Михаил Дмитриевич (1877—1946),
палеоботаник и палеоэнтомолог, геолог. Член-корреспондент АН по
Отделению физико-математических наук (палеонтология) с 1929 г.
Сотрудник Геологического комитета (Всесоюзного
научно-исследовательского геологического института) в 1930—1940-е гг.
99. Замотин Иван Иванович (1873—1942), историк русской
и белорусской литературы. Член-корреспондент АН по
Отделению гуманитарных наук (языки и литература европейских
народов) с 1929 г. В 1929 г., почти сразу после выборов в Академию
наук СССР, подвергался крайне резким политическим нападкам
за антибольшевистские печатные выступления в период
гражданской войны. Профессор Белорусского университета в 1920-е гг.
Арестован 4 апреля 1938 г., обвинялся по ст. 64, 69, 72а и 76
УК БССР. По постановлению внесудебного органа от 5 августа
1939 г. заключен в исправительно-трудовой лагерь сроком на
8 лет. Умер 25 мая 1942 г. в Горьковской тюрьме.
100. Звягинцев Орест Евгеньевич (1894—1967),
химик-неорганик, инженер-технолог, историк химии. Окончил Московский
коммерческий институт в 1919 г., преподаватель Московской
горной академии в 1920—1922 гг., инженер треста «Уралплатина» в
1922—1926 п., доктор химических наук, профессор, сотрудник
Института по изучению платины и других благородных металлов
АН СССР с 1926 г. и Института общей и неорганической химии
585

АН СССР. На заседании КИЗ 9 декабря 1928 г. выступил с
докладом «Иноземные учителя металлургии в России XVII в.».
101. Зеленин Дмитрий Константинович (1878—1954),
этнограф, диалектолог и фольклорист. Член-корреспондент АН по
Отделению русского языка и словесности (этнография и
языкознание) с 1925 г. Профессор Ленинградского университета в 1925—
1949 гг., научный сотрудник Музея антропологии и этнографии
АН СССР, где возглавлял библиотеку и кабинет Европы и
Кавказа, создал школу этнографов-славистов.
102. Зеликсон, историк медицины.
103. Зелинский Николай Дмитриевич (1861—1953), химик-
органик. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (химия) с 1924 г., академик (органическая химия)
с 1929 г. Профессор Московского университета в 1893—1910 и
1918—1953 гг., директор Петербургской центральной
лаборатории Министерства финансов и заведующий кафедрой
Петербургского политехнического института в 1911—1917 гг., организатор
Института органической химии АН СССР в 1934 г., один из
организаторов Всесоюзного химического общества им. Д. И.
Менделеева и его почетный член с 1941 г.
104. Земятчинский Петр Андреевич (1856—1942), геолог,
почвовед, минералог и кристаллограф. Член-корреспондент АН
по Отделению физико-математических наук (минералогия) с
1928 г. Профессор, заведующий кафедрой минералогии
Петербургского—Ленинградского университета в 1898—1926 гг.,
организатор и директор Государственного керамического института АН
СССР в 1919—1927 гг., организатор и заведующий лабораторией
минералогии Почвенного института АН СССР в 1926—1934 гг.
105. Зернов Сергей Алексеевич (1871—1945), зоолог,
гидробиолог, один из основателей отечественной гидробиологии.
Академик по Отделению математических и естественных наук
(биологические науки, зоология, гидробиология) с 1931 г. Заведующий
Севастопольской биологической станцией АН в 1902—1914 гг.,
профессор Московского сельскохозяйственного института в
1914—1930 гг., директор Зоологического института АН СССР в
1931—1942 гг. В 1897—1898 гг. находился в ссылке за
революционную деятельность.
106. Золотарев Давид Алексеевич (1885—1935), этнограф,
антрополог, краевед, музеевед. Профессор Петроградского
университета с 1918 г., заведовал отделами в Комиссии по изучению
естественных производительных сил, Государственной академии
материальной культуры, этнографическим отделом Русского
музея, отделением этнографии Русского географического
общества, член редколлегии журналов «Краеведение», «Известия РГО»,
«Этнография», «Человек» и др. Арестовывался в 1930 и 1933 гг.
Умер в Сибирском исправительно-трудовом лагере 29 августа
1935 г.
586

107. Зубов Василий Павлович (1899—1963), историк
искусства, эстетики и новой европейской философии. Сотрудник
Института истории искусств в Петрограде.
108. Иванов Александр Александрович (1867—1939),
астроном, геодезист и метеоролог. Член-корреспондент АН по
Отделению физико-математических наук (астрономия) с 1925 г.
Профессор Петербургского—Ленинградского университета в 1908—
1929 гг., директор Пулковской обсерватории в 1919—1930 гг. На
торжественном заседании Академии наук СССР 20 марта 1927 г.,
посвященном 200-летию со дня смерти И. Ньютона, выступил с
докладом «Значение открытого Ньютоном закона всемирного
тяготения для астрономии». Доклад опубликован в «Очерках по
истории знаний», вып. 1 (см. Приложение II).
109. Иванов Петр Павлович (1878—1942), эмбриолог.
Преподаватель, профессор с 1918 г., заведующий кафедрой с 1924 г.
медицинского факультета Психиневрологического института
(позднее 2-й Ленинградский медицинский институт), заведующий
лабораторией эмбриологии Петроградского—Ленинградского
университета с 1922 г., заведующий лабораторией экспериментальной
эмбриологии Всесоюзного института экспериментальной
медицины. Член подкомиссии по изучению трудов К. Ф. Вольфа.
ПО. Ивановский Владимир Николаевич (1867—1939),
философ, историк философии и психологии. Окончил Московский
университет в 1890 г., приват-доцент Московского университета
в 1914—1917 гг., профессор, ректор Самарского университета в
1918—1921 гг., профессор Белорусского государственного
университета в 1921—1927 гг. На заседании КИЗ 27 мая 1928 г.
выступил с докладом «Генезис ассоциативной психологии и ассоциа-
ционизма».
Ш.Идельсон Наум Ильич (1885—1951), астроном-теоретик,
математик, историк физико-математических наук.
Действительный член Астрономического института, профессор Учебного
комбината точной механики и оптики.
112. Иконников Владимир Степанович (1841—1923), историк.
Член-корреспондент АН по Историко-филологическому отделению
(историко-политические науки) с 1893 г., ординарный академик по
Отделению русского языка и словесности с 1914 г. Профессор
Университета св. Владимира в Киеве, академик Всеукраинской
Академии наук.
113. Иоффе Абрам Федорович (1880—1960), физик.
Член-корреспондент АН по Отделению физико-математических наук
(физика) с 1918 г., академик с 1920 г., вице-президент Академии наук в
1926—1929 и 1942— 1945 гг. Профессор
Петербургского—Ленинградского политехнического института, организатор и первый
директор Физико-технического института АН СССР в 1918—
1951 гг., Физико-агрономического института с 1932 г.,
Лаборатории (Института) полупроводников АН СССР с 1952 г. Один из
587

создателей советской школы физиков, пионер исследований
полупроводников. На заседании КИЗ 9 октября 1927 г. выступил с
докладом «Развитие научной мысли в физике в XX в.». Участник
II Международного конгресса по истории науки и техники в
Лондоне в 1931 г. Член бюро КИЗ в 1930—1932 гг. Член
подкомиссии серии «Биографии деятелей науки и техники» с 1931 г.
114. Ипатьев Владимир Николаевич (1867— 1952), химик.
Член-корреспондент АН по Отделению физико-математических
наук (химия) с 1914 г., академик с 1916 г. Председатель НТО ВСНХ
СССР до 1926 г., директор Государственного института высоких
давлений с 1928 г. Лауреат премии им. В.И.Ленина 1927 г. В
июне 1930 г. выехал в научную командировку в Берлин и решил
не возвращаться на Родину. 29 декабря 1936 г. Общее собрание
АН СССР лишило его звания действительного члена Академии
наук СССР.
115. Истрин Василий Михайлович (1865—1937), историк
литературы, славист. Член-корреспондент по Отделению русского
языка и словесности с 1902 г., ординарный академик с 1907 г.
После избрания академиком переехал в Петербург, в советское
время исполнял обязанности председательствующего в Отделении
русского языка и словесности АН в 1924—1927 гг.
116. Каменский Владимир Андреевич (1896—?), историк
техники. Научный сотрудник, хранитель Музея Института истории
науки и техники АН СССР. Член Музейной подкомиссии с
1931 г.
117. Каптерев Павел Николаевич (1889—?), историк
философии. Окончил Московский университет по естественному
отделению в 1911 г., по философскому отделению в 1913 г., профессор
Ярославского и Московского университетов, действительный член
Государственной академии художественных наук по
физико-психологическому отделению с 1923 г. На заседании КИЗ 8 мая
1927 г. выступил с докладом «Лейбниц и микроскописты XVII в.».
118. Каратаев Николай Михайлович (1875—?), географ,
историк картографии. Старший библиотекарь
научно-библиографического отдела Библиотеки АН. На заседании КИЗ в 1930 г.
выступил с докладом «Материалы к истории картографии БАН».
119. Кардашевский Валериан Иванович (1883—?),
библиотекарь БАН в 1919—1931 гг., преподаватель иностранных языков в
Военно-технической академии им. Ф.Э.Дзержинского с 1931 г.
120. Карев Николай Афанасьевич (1902—?), философ,
социолог. Действительный член Комакадемии.
121.Кареев Николай Иванович (1850—1931), историк,
философ, социолог. Член-корреспондент АН по
Историко-филологическому отделению (историко-политические науки) с 1910 г.,
почетный член с 1929 г. Профессор
Петербургского—Ленинградского университета в 1906—1931 гг. На заседании КИЗ 28 января
1928 г. выступил с докладом «Начало социологии в России», на
588

заседании КИЗ в память Э. Л. Радлова 7 апреля 1929 г. — с
докладом «Э.Л. Радлов по личным воспоминаниям», в 1930 г. —
с докладом «Русские юристы-социологи».
122. Карпинский Александр Петрович (1846—1936), геолог.
Адъюнкт АН по Физико-математическому отделению (геология) с
1886 г., экстраординарный академик с 1886 г., ординарный
академик с 1896 г., первый выбранный президент Российской
Академии наук в 1917—1925 гг., президент Академии наук СССР в
1925—1936 гг., один из организаторов и директоров
Геологического комитета в 1885—1936 гг., директор Российского
минералогического общества.
123. Карский Евфимий Федорович (1860—1931), филолог-
славист, языковед и этнограф. Член-корреспондент АН по
Отделению русского языка и словесности с 1901 г., ординарный
академик (этнография и лингвистика) с 1916 г. Редактор «Русского
филологического вестника» с 1905 г., редактор «Известий
Отделения русского языка и словесности РАН» с 1920 г., директор
Музея антропологии и этнографии АН СССР в 1921—1930 гг.
Редактор 8-го выпуска «Очерков по истории знаний»,
посвященного А. А. Шахматову (см. Приложение II).
124. Келлер Борис Александрович (1874—1945), биолог,
геоботаник, эколог растений, почвовед. Академик по Отделению
математических и естественных наук (ботаника) с 1931 г.
Профессор Института зерновых культур в Воронеже, директор
Ботанического института АН СССР.
125.Кижнер Николай Матвеевич (1867—1935),
химик-органик. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (химия) с 1929 г., почетный член с 1934 г.
126. Кипарисов Николай Аркадьевич (1885—не ранее 1950),
экономист. Автор исследований и учебников по бухгалтерскому и
балансовому учету, преподаватель экономических вузов Москвы.
127. Кистяковский Владимир Александрович (1865—1952),
физикохимик, электрохимик. Член-корреспондент АН по
Отделению физико-математических наук (химия) с 1924 г., академик
(физическая химия) с 1929 г. Профессор
Петербургского—Ленинградского политехнического института в 1902—1934 гг. и
Ленинградского металлургического института, директор Коллоидно-
электрохимического института АН СССР в 1934—1939 гг. На
заседании КИЗ 23 октября 1927 г. выступил с докладом «Теория
электролитической диссоциации Аррениуса и эволюция
современной химии», на торжественном заседании Академии наук СССР
22 ноября 1931 г., посвященном 100-летию со дня открытия
М. Фарадеем электромагнитной индукции, — с докладом
«Электрохимические и коллоидно-химические исследования Фарадея». В
«Трудах КИЗ», вып. 6 опубликована его работа «Теория
электролитической диссоциации Аррениуса и эволюция современной
химии» (см. Приложение II).
589

128.Книпович Николай Михайлович (1862—1939), зоолог,
гидробиолог, ихтиолог, общественный деятель.
Член-корреспондент АН по Отделению физико-математических наук (зоология) с
1927 г., почетный член с 1935 г. Приват-доцент Петербургского
университета с 1893 г., сотрудник Зоологического музея АН в
1894—1921 гг., профессор Женского 1-го Ленинградского
медицинского института, организатор и руководитель Мурманской,
Каспийских, Балтийской, Азовско-Черноморской
научно-промысловых экспедиций, исследователь морей европейской части
СССР.
129. Князев Георгий Алексеевич (1887—1969), историк
России. Закончил историко-филологический факультет
Петербургского университета, после революции принял самое активное
участие в создании Единого государственного фонда, был одним
из основателей Союза российских архивных деятелей в 1917—
1918 гг., заведовал Революционным отделом Архива
Военно-морского флота в 1925—1929 гг., по инициативе Секции научных
работников назначен заведующим Архивом АН СССР с 1 октября
1929 г., где работал в течение 40 лет, до последних дней жизни.
130. Ковалевский Владимир Иванович (1848—1934), агроном,
экономист. Председатель Сельскохозяйственного ученого
комитета с 1919 г., главный редактор «Энциклопедии сельского
хозяйства».
131. Ковалевский Георгий Владимирович, биолог. Старший
научный сотрудник Всесоюзного института растениеводства. На
заседании Бэровской подкомиссии 6 декабря 1926 г. выступил с
сообщением «О работах К. М. Бэра по прикладной ботанике».
Член Бэровской подкомиссии.
132. Козмин Николай Кирович (1873—1942), историк
литературы, пушкиновед. Член-корреспондент АН по Отделению
русского языка и словесности (литературоведение) с 1924 г.
Действительный член Государственного института речевой культуры,
старший ученый хранитель Института русской культуры АН
СССР.
133. Козо-Полянский Борис Михайлович (1890—1957),
ботаник, географ, морфолог растений. Член-корреспондент АН по
Отделению математических и естественных наук (ботаника) с
1932 г.
134. Коковцов Павел Константинович (1861—1942),
востоковед, семитолог. Адъюнкт АН по Историко-филологическому
отделению (литература и история азиатских народов) с 1903 г.,
экстраординарный академик с 1906 г., ординарный академик с 1912 г.
135. Кольцов Николай Константинович (1872—1940), биолог,
генетик, цитолог, зоолог. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (биология) с 1916 г. Академик
Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук им. В.И.Ленина с
1929 г., профессор Московского университета, профессор Выс-
590

ших женских курсов в Москве с 1903- г. и Университета им.
А. Л. Шанявского с 1908 г., организатор и первый директор
Института экспериментальной биологии в 1917—1938 гг.,
основоположник отечественной экспериментальной биологии. Арестован в
феврале 1920 г. по ордеру Особого отдела ВЧК по делу
«Тактического центра» (Москва), освобожден после поручительства
(март) группы его учеников и сотрудников. В августе 1920 г.
вызван в качестве обвиняемого в трибунал, приговорен к смертной
казни, после чего арестован. Освобожден на другой день, с
заменой расстрела 5 годами условно.
136. Комаров Владимир Леонтьевич (1869—1945), ботаник,
географ, флорист-систематик. Член-корреспондент АН по
Физико-математическому отделению (ботаника) с 1914 г., академик по
Отделению физико-математических наук (ботаника) с 1920 г., вице-
президент Академии наук с 1930 г. по декабрь 1936 г., президент
с 1936 г. по июль 1945 г. Профессор
Петербургского—Ленинградского университета с 1918 г., президент Всесоюзного
ботанического общества с 1930 г., почетный президент Географического
общества СССР с 1940 г. На торжественном заседании
Географического общества 14 января 1927 г., посвященном 100-летию со
дня рождения П. П. Семенова-Тян-Шанского, выступил с докладом
«П. П. Семенов-Тян-Шанский и Камчатская экспедиция. 1908—
1910». На заседании Академии наук СССР совместно с Главным
ботаническим садом 27 ноября 1928 г., посвященном 100-летию
со дня рождения К. Н. Максимовича, выступил с докладом.
137. Костинский Сергей Константинович (1867—1936),
астроном. Член-корреспондент АН по Физико-математическому
отделению (математика) с 1915 г. Старший астроном Главной
астрономической обсерватории, профессор Ленинградского
университета.
138. Котляревский Нестор Александрович (1863—1925),
историк литературы. Почетный академик по Отделению русского
языка и словесности (изящная словесность) с 1906 г., ординарный
академик с 1909 г.
139. Коялович Борис Михайлович (1867—1941), математик,
шахматист. Окончил Петербургский университет в 1889 г., доктор
чистой математики с 1903 г., преподаватель, профессор
Петербургского—Ленинградского технологического института с 1892 г.,
старший метролог Главной палаты мер и весов с 1925 г., консультант
Всесоюзного института метрологии и стандартизации, автор
учебников для высшей школы.
140. Кравец Торичан Павлович (1876—1955), физик, оптик.
Член-корреспондент АН по Отделению физико-математических
наук (физика) с 1943 г. Профессор Института инженеров путей
сообщения в Москве до 1922 г., сотрудник Иркутской
сейсмологической станции с сентября 1923 г., профессор Иркутского
университета с октября 1923 г. Арестован 16 августа 1922 г., выслан
591

в Сибирь сроком на 3 года. Выехал из Москвы для проживания
в Омске. Не выпущен представлять университет на праздновании
200-летия Академии наук в Ленинграде в 1925 г. 22 марта 1926 г.
освобожден от высылки. Приехал в Ленинград, где работал
старшим физиком, заведующим отделом экспериментальной физики
Физико-математического института АН СССР, заведующим
фотографическим отделом Государственного оптического института.
141.Кравков Николай Павлович (1865—1924), биолог,
фармаколог. Член-корреспондент АН по Физико-математическому
отделению (биология) с 1920 г. Профессор и заведующий кафедрой
фармакологии Военно-медицинской академии в 1899—1924 гг.
142. Крачковский Игнатий Юлианович (1883—1951),
филолог-арабист. Академик АН по Отделению исторических наук и
филологии (литература и история азиатских народов) с 1921 г.
Профессор Ленинградского историко-лингвистического института
и Ленинградского восточного института им. А. С. Енукидзе.
Находился в заключении в Петрограде с 20 июля 1922 г. по 12 января
1923 г. Заместитель председателя КПЗ в 1929—1931 гг. В
«Трудах КИЗ», вып. 8 опубликована его работа «Шейх Тантави —
профессор Санкт-Петербургского университета (1810—1861)»,
являлся редактором двух выпусков «Трудов КИЗ» (см.
Приложение II).
143. Кржижановский Глеб Максимилианович (1872—1959),
энергетик, партийный и государственный деятель. Академик по
Отделению физико-математических наук (энергетика) с 1929 г.,
вице-президент Академии наук с 1929 г. по февраль 1939 г.
Основатель и директор Энергетического института АН СССР в
1930—1959 гг., председатель Главного управления
электротехнической промышленности ВСНХ с 1919 г., председатель
Государственной комиссии по электрификации России (ГОЭЛРО),
Комитета по высшему техническому образованию при ЦИК СССР и
заместитель наркома просвещения РСФСР в 1932—1936 гг. Герой
Социалистического Труда.
144. Крылов Алексей Николаевич (1863—1945), математик,
физик, механик, кораблестроитель. Член-корреспондент АН по
Физико-математическому отделению (физика) с 1914 г., ординарный
академик по Отделению физико-математических наук
(математическая физика) с 1916 г. Председатель Русского
физико-химического общества, директор Главной физической лаборатории,
заведующий Опытным бассейном в 1900—1907 гг., главный инспектор
кораблестроения с 1908 г., председатель Морского технического
комитета. В «Очерках по истории знаний», вып. 1 опубликована
его статья «„Начала" Ньютона» (см. Приложение II). Член
подкомиссии серии «Биографии деятелей науки и техники» с 1931 г.
145. Крылов Николай Митрофанович (1879—1955),
математик, механик. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (математика) с 1928 г., академик (математичес-
592

кая физика) с 1929 г., академик Всеукраинской Академии наук с
1922 г. В 1917 г. Киевский университет присвоил ему степень
доктора математики без защиты диссертации, руководил кафедрой
математической физики Всеукраинской Академии наук с 1922 г.
146. Кулагин Николай Михайлович (1860—1940),
зоолог-энтомолог. Член-корреспондент АН по Физико-математическому
отделению (биология) с 1913 г. Доктор зоологии, профессор 1-го
Московского университета, председатель постоянного Бюро
всероссийских энтомофитопатологических съездов.
147. Курбатов Владимир Яковлевич (1878—после 1953),
специалист в области физической химии, коллоидно-студневой
химии, биохимии. Профессор Ленинградского
химико-технологического института, консультант Музея истории города и Научно-
исследовательского института пластических масс и
синтетического лакового сырья. На заседании КИЗ 3 февраля 1929 г. выступил
с докладом «Научный облик Леонардо да Винчи».
148.Курнаков Николай Семенович (1860—1941), физикохи-
мик, основатель теории физико-химического анализа.
Ординарный академик по Физико-математическому отделению (химия) с
1913 г., академик Всеукраинской Академии наук с 1926 г.
Преподаватель в 1882—1893 гг. и профессор с 1893 г.
Петербургского горного института, Петербургского электротехнического
института в 1899—1908 гг., Петербургского—Ленинградского
политехнического института в 1902—1930 гг., один из организаторов и
заместителей В. И. Вернадского в Комиссии по изучению
естественных производительных сил АН СССР, директор
Государственного института прикладной химии в 1919—1927 гг., директор
Института по изучению платины и других благородных металлов АН
в 1922—1924 гг., директор Института общей и неорганической
химии АН СССР в 1934—1941 гг. Лауреат премии им.
В.И.Ленина 1928 г. и Государственной премии СССР 1941 г.
149. Кушнер И., специалист в области сельскохозяйственных
орудий производства. Возможно, речь идет о Кулишере Иосифе
Михайловиче (1878—1934), историке, экономисте.
150. Лазарев Петр Петрович (1878—1942), физик, биофизик,
геофизик. Ординарный академик по Физико-математическому
отделению (физика) с 1917 г. До 1931 г. директор созданного им
Института физики и биофизики Наркомздрава, директор
Государственного рентгенологического и радиологического института,
заведующий кафедрой физики в Московском
электромашиностроительном институте. Арестован в Москве 5 марта 1931 г.
Созданный им Биофизический институт превращен в «секретное»
исследовательское заведение под эгидой ОПТУ и к 1932 г.
полностью разгромлен; жена покончила с собой. Осенью 1931 г.
выслан в Свердловск. Возвращен в Москву в феврале 1932 г. На 1-м
публичном заседании КИЗ 14 ноября 1926 г. выступил с
докладом «Взгляды московских физиков на создание научных школ»,
593

на торжественном заседании Академии наук СССР 20 марта
1927 г., посвященном 200-летию со дня смерти И.Ньютона, — с
докладом «Оптические работы Ньютона», на заседании КИЗ
21 апреля 1929 г. — с докладом «Развитие учения о возбуждении
живой ткани в связи с современным состоянием этого учения». В
«Очерках по истории знаний», вып. 1 опубликована его статья
«Оптические работы Ньютона» (см. Приложение II).
151. Лахтин Михаил Юрьевич (1869—1930), историк
медицины, врач-психиатр. Опубликовал ряд источников по истории
древнерусский медицины.
152. Лебединский Владимир Константинович (1868—1937),
физик, электротехник. Заведующий кафедрой 1-го
Ленинградского медицинского института, Ленинградского путейско-строитель-
ного учебного комбината железнодорожного транспорта и
Ленинградского электромеханического учебного комбината
железнодорожного транспорта. Ответственный редактор журнала «Вестник
электротехники». На заседании секции истории техники КИЗ
20 декабря 1931 г. выступил с докладом «Д. К. Максвелл и
электротехника».
153. Левин Александр Михайлович (1867—?), врач. Окончил
Военно-медицинскую академию, приват-доцент патологии
внутренних болезней и истории медицины в академии, профессор
Петербургского женского медицинского института, преподаватель
Бакинского университета, с 1926 г. вновь профессор
Ленинградского медицинского института. Автор работ по
экспериментальной патологии, истории медицины.
154. Левин Макс Людвигович (1885—1936), зоолог, историк
науки, политический деятель. Заведующий кабинетом истории
естествознания Комакадемии, руководитель семинара по теории
эволюции Института красной профессуры, председатель Общества
биологов-материалистов. Редактор отдела зоологии Большой
советской энциклопедии. Погиб в лагере.
155. Левинсон-Лессинг Франц Юльевич (1861—1939), геолог,
минералог, географ. Член-корреспондент АН по
Физико-математическому отделению (физика) с 1914 г., академик (минералогия)
с 1925 г. Преподаватель Петербургского университета в 1889—
1892 гг., профессор Юрьевского (Тартуского) университета в
1892—1902 гг., Петербургского—Ленинградского
политехнического института в 1902—1930 гг., Высших женских
(Бестужевских) курсов в 1902—1920 гг., заведующий кафедрой
петрографии Петроградского—Ленинградского университета с 1921 г.,
сотрудник Геологического комитета с 1919 г., директор
Геологического музея и Почвенного института им. В.В.Докучаева АН
СССР в 1925—1929 гг., Петрографического института АН СССР
в 1930—1938 гг.
156. Лейферт Леонид Абрамович (1892—?), математик,
историк математики. Ученый секретарь секции естествознания Инсти-
594

тута философии Ленинградского отделения Комакадемии,
профессор Государственного педагогического института им. А. И.
Герцена и Физико-механического института.
157.Лепинь (Лиепиня) Лидия Карловна (1891—1985), физи-
кохимик. Окончила Высшие женские курсы в Москве в 1917 г.,
сотрудник Института народного хозяйства им. Г. В. Плеханова в
1917—1930 гг., Московского высшего технического училища в
1920—1932 гг., Академии химической защиты им.
К.Е.Ворошилова в 1932—1942 гг. Академик Академии наук Латвийской ССР
с 1951 г.
158.Липский Владимир Ипполитович (1863—1937), ботаник,
систематик и флорист, путешественник. Член-корреспондент АН
по Отделению физико-математических наук (ботаника) с 1924 г.
Президент Всеукраинской Академии наук в 1922—1928 гг.
Занимался флорой Кавказа и Средней Азии.
159. Лискун Ефим Федорович (1873—1958), агроном и
зоотехник. Профессор Лесного и Политехнического институтов. Академик
Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук им.
В.И.Ленина с 1934 г.
160. Лихачев Николай Петрович (1862—1936), историк,
палеограф, искусствовед, коллекционер. Член-корреспондент АН по
Отделению исторических наук и филологии (история,
палеография) с 1901 г., академик с 1925 г. Создатель одной из
крупнейших в русской истории коллекций древностей, легшей в основу
Палеографического музея АН СССР, директором которого был до
ареста. Арестован 28 января 1930 г. по «академическому делу»,
постановлением Коллегии ОГПУ 8 января 1931 г. выслан на
5 лет в Астрахань, вернулся в Ленинград в 1933 г. Исключен из
членов Академии наук СССР постановлением Общего собрания
АН 2 февраля 1931 г. Восстановлен постановлением Президиума
АН СССР от 5 апреля 1968 г. №24 (§218) в связи с
реабилитацией.
161.Личков Борис Леонидович (1888—1966), геолог.
Профессор в Киеве, Ташкенте, Самарканде, Ленинграде, первый
директор Украинского геологического комитета в 1918—1927 гг.,
заведующий отделением подземных вод Гидрологического института в
Ленинграде в 1924—1934 гг.
162. Лосский Николай Онуфриевич (1870—1965), философ.
Приват-доцент с 1900 г., профессор с 1916 г. Петербургского
университета. В 1922 г. выслан из Советской России.
163. Лузин Николай Николаевич (1883—1950), математик.
Член-корреспондент АН по Отделению физико-математических
наук (математика) с 1927 г., академик с 1929 г. Преподаватель с
1914 г. и профессор в 1917—1950 гг. Московского университета,
сотрудник Математического института АН СССР в 1929—1936 и
1941—1950 гг. и Института автоматики и телемеханики АН
СССР в 1936—1950 гг.
595

164. Лукьянов Сергей Михайлович (1855—?), физиолог.
165. Любавский Матвей Кузьмич (1860—1936), историк Литвы,
России и западных славян. Член-корреспондент АН по Отделению
исторических наук и филологии (русская история) с декабря 1917 г.,
академик по Отделению гуманитарных наук с 1929 г. Профессор
Московского университета. Арестован 8 августа 1930 г. в составе
«московской секции» «заговорщиков» по «академическому делу».
8 августа 1931 г. приговорен в Ленинграде к ссылке на 5 лет.
Отправлен в Уфу, где и скончался. Исключен из членов
Академии наук СССР постановлением Общего собрания АН от 2
февраля 1931 г. №20. Восстановлен постановлением Президиума
АН СССР от 22 сентября 1967 г. №841 в связи с
реабилитацией.
166. Любименко Владимир Николаевич (1873—1937),
ботаник. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (ботаника) с 1922 г. Академик Украинской Академии
наук с 1929 г. Профессор, работал в Никитском в 1908—1913 гг.
и в Петроградском—Ленинградском (с 1931 г. — Ботанический
институт АН СССР) ботанических садах.
167. Любименко Инна Ивановна (1878—1959), историк,
архивист, специалист в области истории отношений России и Англии.
Окончила Высшие женские (Бестужевские) курсы, докторскую
диссертацию защитила в Сорбонне в 1908 г., с 1915 по 1920 г.
работала иностранным корреспондентом и переводчиком в
Ботаническом саду АН, с 1921 по 1926 г. служила архивистом в Центр-
архиве, сотрудник Историко-археографического института АН
СССР, Архива АН СССР.
168.Любович Николай Николаевич (1855—1933), историк-
медиевист. Член-корреспондент АН по Отделению исторических
наук и филологии (история) с 1924 г. Работал в Ростовском
(Северо-Кавказском) университете, с 1929 г. на пенсии. Арестован
не позднее 1933 г.
169. Ляпунов Борис Михайлович (1862—1943),
филолог-славист, языковед. Член-корреспондент АН по Отделению русского
языка и словесности с 1907 г., академик (славянская филология)
с 1923 г. Работал в Институте языка и мышления АН.
170. Лященко Аркадий Иоакимович (1871—1931), историк
литературы, славяновед, библиотековед. Член-корреспондент АН по
Отделению гуманитарных наук (литература) с 1928 г.
171. Максимов Александр Александрович (1874—1928),
гистолог. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (биология) с 1920 г. Профессор Военно-медицинской
академии, Петроградского университета и Института акушерства
и гинекологии.
172. Малеин Александр Иустинович (1869—1938), филолог-
классик. Член-корреспондент АН по Отделению исторических
наук и филологии (классическая филология и археология) с
596

1916 г. После октября 1917 г. профессор
Петербургского—Петроградского—Ленинградского университета, Второго
педагогического института, Ленинградского историко-лингвистического
института, заведующий отделом инкунабул Библиотеки АН, старший
ученый хранитель Института книги, документа и письма АН
СССР, президент Русского библиографического общества, член
совета Общества библиотековедения.
173. Мандельштам Леонид Исаакович (1879—1944), физик,
специалист в области радиотехники. Член-корреспондент АН по
Отделению физико-математических наук (физика) с 1928 г.,
академик с 1929 г. Заведующий кафедрой теоретической физики
Московского университета с 1925 г., сотрудник Физического института АН
СССР с 1934 г.
174. Маркевич Арсений Иванович (1855—1942),
историк-славист, архивист, археолог, этнограф. Член-корреспондент АН по
Отделению исторических наук и филологии (исторические науки)
с 1927 г. Жил в Симферополе. Подвергался аресту (не позднее
1931 г.).
175. Маркевич, историк техники.
176. Марков Андрей Андреевич (1856—1922), математик.
Адъюнкт АН по Физико-математическому отделению (чистая
математика) с 1886 г., экстраординарный академик с 1890 г.,
ординарный академик с 1896 г. В 1905 г. вышел в отставку в звании
заслуженного профессора, продолжал читать курс теории
вероятностей в качестве приват-доцента. Неоднократно выступал против
реакционных правительственных постановлений.
177. Марр Николай Яковлевич (1864—1934), языковед,
филолог и археолог. Адъюнкт АН по Историко-филологическому
отделению (литература и история азиатских народов) с 1909 г.,
ординарный академик с 1912 г., вице-президент Академии наук с
1930 по 1934 г. Директор Института языка и мышления,
Института по изучению народов СССР АН СССР, Института народов
Советского Востока. Член Комакадемии. Член подкомиссии
серии «Биографии деятелей науки и техники» с 1931 г.
178. Мартене Людвиг Карлович (1874—1948),
инженер-теплотехник и машиностроитель. Главный редактор «Технической
энциклопедии» с 1927 г. Член подкомиссии серии «Биографии
деятелей науки и техники» с 1931 г.
179. Маторин Николай Михайлович (1898—1936), этнограф,
фольклорист, организатор научной и музейной работы.
Профессор с 1931 г., заместитель председателя Комиссии по изучению
племенного состава страны АН СССР в 1929—1933 гг., директор
Института антропологии и этнографии АН СССР в 1930—
1933 гг., один из организаторов Музея истории религии.
Арестован в 1935 г. Расстрелян в 1936 г. Член Музейной подкомиссии
с 1931 г.
597

180. Машкиллейсон Софья Самуиловна (1894—?). До приезда
в СССР в 1928 г. жила в Варшаве, делопроизводитель КИЗ с
августа 1931 г., штатный сотрудник и заведующая библиотекой
Института истории науки и техники АН СССР с 1932 г.
Ш.Мензбир Михаил Александрович (1855—1935), зоолог,
энтомолог, зоогеограф. Член-корреспондент АН по
Физико-математическому отделению (зоология) с 1896 г., почетный член с
1926 г., академик по Отделению физико-математических наук
(биология) с 1929 г. Профессор в 1886— 1911 гг., ректор в 1917—1919 гг.
Московского университета, профессор Высших женских курсов в
Москве в 1911—1917 гг., президент Московского общества
испытателей природы в 1915—1935 гг.
182. Меншуткин Борис Николаевич (1874—1938), химик и
историк химии. Преподаватель с 1901 г., профессор с 1907 г.
Петербургского политехнического института, сотрудник Института
физико-химического анализа АН СССР с 1919 г. На
торжественном заседании Академии наук СССР 4 декабря 1927 г. в память
100-летия со дня рождения Марселена Вертело выступил с
докладом «Работы М. Вертело по термохимии», на заседании секции
истории техники КИЗ 10 февраля 1932 г. — с докладом
«Химия в истории познания вещества». В «Очерках по истории
знаний», вып. 3 опубликована его статья «Работы М. Вертело по
истории химии» (см. Приложение II). Автор первой научной
биографии М.В.Ломоносова «Жизнеописание М.В.Ломоносова» (СПб.,
1911).
183.Миткевич Владимир Федорович (1872—1951), физик,
специалист в области электротехники. Член-корреспондент АН
по Отделению физико-математических наук (физика) с 1927 г.,
академик (энергетика) с 1929 г. Профессор Ленинградского
электромеханического института. На торжественном заседании
Академии наук СССР 22 ноября 1931 г., посвященном 100-летию со
дня открытия М. Фарадеем электромагнитной индукции, выступил
с докладом «Работы Фарадея в области электромагнитной
индукции и их связь с его общими физическими воззрениями».
Участник II Международного конгресса по истории науки и техники в
Лондоне в 1931 г. Член Музейной подкомиссии и подкомиссии
серии «Биографии деятелей науки и техники» с 1931 г.
184. Младенцев Михаил Николаевич (1872—1941), метролог.
Заведующий Менделеевским музеем Всесоюзного института
метрологии и стандартизации.
185. Модзалевский Борис Львович (1874—1928), историк
русской литературы. Член-корреспондент АН по Отделению русского
языка и словесности с 1918 г. В «Очерках по истории знаний»,
вып. 2 опубликованы подготовленные им материалы для
биографии Кастрена (см. Приложение II).
186. Морозов Александр Александрович (1889—1956),
энергетик. Старший научный сотрудник Научно-исследовательского
598

института гидротехники, профессор Ленинградского
гидротехнического института.
187. Морозов Николай Александрович (1854—1946), астроном,
историк культуры, писатель, деятель русского революционного
движения. Почетный член АН с 1932 г. Директор Государственного
естественно-научного института им. П. Ф. Лесгафта в 1918—1946 гг.
188. Мушкетов Дмитрий Иванович (1884—1938), горный
инженер. Директор Геологического комитета с 1926 г., профессор
Ленинградского горного института.
189. Надсон Георгий Адамович (1867—1940), микробиолог,
генетик. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (биология) с 1928 г., академик с 1929 г.
Сотрудник Государственного рентгенологического и
радиологического института в 1918—1937 гг., организатор и заведующий
Лабораторией микробиологии АН СССР в 1930—1934 гг., директор
Института микробиологии АН СССР в 1934—1938 гг. Арестован
в октябре 1937 г. Погиб в ссылке. Исключен из состава
Академии наук СССР постановлением Общего собрания АН от 29
апреля 1938 г. №5. Восстановлен постановлением Общего
собрания АН от 1 февраля 1956 г. (§4) в связи с реабилитацией
решением Военной коллегии Верховного суда СССР от 29 октября
1955 г.
190. Насонов Николай Викторович (1855—1939), биолог,
зоолог. Член-корреспондент АН по Физико-математическому
отделению (микробиология) с 1897 г., ординарный академик
(зоология) с 1906 г. Директор Зоологического музея АН в 1906—
1921 гг. и Лаборатории экспериментальной зоологии и
морфологии животных АН СССР в 1921—1931 гг. Инициатор издания
и первый редактор «Фауны России». На заседании Бэровской
подкомиссии 3 декабря 1926 г. выступил с сообщением «О
результатах экспертизы микроскопа Бэра, принадлежащего семье
Данилевских». Член Бэровской подкомиссии.
191. Нелидов Юрий Александрович (1874—?), архивист,
библиограф, историк театра. Заведующий Центральной библиотекой
русской драмы ленинградских государственных театров. На
заседании Бэровской подкомисии 16 января 1928 г. выступил с
докладом «О материалах по генеалогии К. М. Бэра».
192. Никитский Александр Васильевич (1859—1921),
филолог-классик, археолог. Член-корреспондент АН по Отделению
исторических наук и филологии (античная история, литература и
эпиграфика) с 1902 г., ординарный академик с 1917 г.
193. Никифоров Павел Михайлович (1884—1944), физик,
геофизик, сейсмолог, гравиметрист. Член-корреспондент АН по
Отделению математических и естественных наук (технические
науки, физика, геофизика) с 1932 г. Директор Сейсмологического
института АН СССР с 1928 г., профессор Ленинградского
горного института и Ленинградского университета с 1933 г.
599

194. Никольский Всеволод Михайлович (1885—?), инженер-
гидротехник, доцент Ленинградского института инженеров
водного транспорта.
195. Никольский Николай Константинович (1863—1936),
историк русской литературы. Член-корреспондент по Отделению
русского языка и словесности с 1900 г., ординарный академик с 1916 г.
196. Новосадский Николай Иванович (1859—1941), филолог-
классик, палеограф, специалист в области греческой эпиграфики.
Член-корреспондент АН по Отделению исторических наук и
филологии (классическая филология) с 1917 г.
197. Нумеров Борис Васильевич (1891—1941), астроном,
геофизик, геодезист. Член-корреспондент АН по Отделению физико-
математических наук (астрономия) с 1929 г. Основатель и
директор Астрономического института в Ленинграде. Арестован по
«пулковскому делу» 22 октября 1936 г., 25 мая 1937 г.
приговорен к 10 годам лишения свободы. Расстрелян 13 сентября 1941 г.
в Орловской тюрьме перед сдачей города нацистам. Исключен из
членов Академии наук СССР постановлением Общего собрания
АН от 29 апреля 1938 г. №5. Восстановлен постановлением
Президиума АН СССР от 11 августа 1967 г. №713 в связи с
реабилитацией.
198. Обручев Владимир Афанасьевич (1863—1956), геолог,
географ. Член-корреспондент по Отделению
физико-математических наук (геология, география) с 1921 г., академик с 1929 г.
Академик-секретарь Отделения геолого-географических наук АН
СССР в 1942—1946 гг., профессор Томского технологического
института в 1919—1921 гг. и Московской горной академии в
1921—1929 гг. Председатель Комиссии (Комитета) по изучению
вечной мерзлоты АН СССР с 1930 г., директор Института
мерзлотоведения АН СССР с 1947 г., почетный президент
Географического общества СССР с 1947 г.
199. Огнев Иван Флорианович (1855—?), гистолог.
Профессор Московского университета.
200. Ольденбург Сергей Федорович (1863—1934), востоковед-
индолог. Адъюнкт АН по Историко-филологическому отделению
(история и литература азиатских народов) с 1900 г.,
экстраординарный академик с 1903 г., ординарный академик с 1908 г.,
непременный секретарь с 1904 по 1929 г. Профессор
Петербургского университета в 1897—1934 гг., директор Азиатского музея
АН в 1916—1930 гг., директор Института востоковедения АН
СССР в 1930—1934 гг. Подвергся аресту 4 сентября 1919 г. и
пробыл в Доме предварительного заключения на Шпалерной ул.
около 20 дней. Член Бэровской подкомиссии и подкомиссии
серии «Биографии деятелей науки и техники» с 1931 г. В
«Очерках по истории знаний», вып.7 опубликована его работа
«Л. Я. Штернберг — ученый и человек», являлся редактором двух
выпусков «Очерков по истории знаний» (см. Приложение II).
600

А. Д. Архангельский.
А. А. Банков.
601

В. В. Бартольд.
А. Н. Бах.
602

А. А. Белопольский.
Л. С. Берг.
603

Э. В. Брицке.
Н. А. Буш.
604

А. А. Бялыницкий-Бируля.
H. И. Вавилов.
605

С. П. Глазенап.
О. А. Добиаш-Рождественская и С. В. Рождественский.
606

С. А. Жебелёв.
Д. К. Зеленин.
607

А. Ф. Иоффе.
H. И. Кареев.
608

А. П. Карпинский.
Б. А. Келлер.
20 Заказ №4012

Т. П. Кравец.
А. H. Крылов.
610

П. П. Лазарев.
В. Н. Любименко.
611

H. Я. Mapp.
Б. H. Меншуткин.
612

В. Ф. Миткевич.
В. А. Обручев.
613

С. Ф. Ольденбург.
С. Ф. Платонов.
614

П. П. Сушкин.
А. Е. Ферсман.
615

А. А. Чернышев.
M. А. Шателен.
616

201.Орбели Иосиф Абгарович (1887—1961),
востоковед-кавказовед, филолог, археолог, историк. Член-корреспондент АН по
Отделению исторических наук и филологии (археология и
история искусств) с 1924 г., академик по Отделению общественных
наук (востоковедение) с 1935 г. Хранитель Государственного
Эрмитажа. На заседании КИЗ 20 февраля 1932 г. выступил с
докладом «История древних мостов на Востоке».
202. Орбели Леон Абгарович (1882—1958), физиолог. Член-
корреспондент АН по Отделению математических и естественных
наук (физиология) с 1932 г., академик с 1935 г., вице-президент
Академии наук с 1942 по 1946 г. Заведующий физиологическим
отделением Государственного естественно-научного института
им. П. Ф. Лесгафта, профессор Военно-медицинской академии.
203. Орлов Александр Сергеевич (1871—1947), историк
русской литературы. Член-корреспондент АН по Отделению русского
языка и словесности с 1921 г., академик по Отделению
общественных наук (история литературы) с 1931 г. Директор Института
книги, документа и письма АН СССР, профессор Ленинградского
государственного историко-лингвистического института.
204. Осипов Виктор Петрович (1871—1947), медик-психиатр.
Член-корреспондент АН по Отделению математических и
естественных наук (биологические науки, психиатрия) с 1939 г.
Профессор Военно-медицинской академии в Ленинграде.
205. Павлов Алексей Петрович (1854—1929), геолог,
палеонтолог. Член-корреспондент АН по Физико-математическому
отделению (геология) с 1905 г., ординарный академик с 1916 г.
206. Павлов Иван Петрович (1849—1936), физиолог. Член-
корреспондент АН по Физико-математическому отделению
(биология) с 1901 г., ординарный академик (сравнительная анатомия
и физиология) с 1907 г. Профессор и заведующий кафедрой
фармакологии с 1890 г. и кафедрой физиологии в 1896—1924 гг.
Военно-медицинской академии, заведующий физиологической
лабораторией Института экспериментальной медицины с 1890 г.,
директор Института физиологии АН СССР в 1925—1936 гг.
Лауреат Нобелевской премии 1904 г.
207. Павлова Мария Васильевна (1854—1938), палеонтолог,
палеозоолог. Член-корреспондент АН по
Физико-математическому отделению (геология) с 1925 г., почетный член с 1930 г.
208. Павловский Евгений Никанорович (1884—1965), зоолог,
паразитолог. Академик по Отделению математических и
естественных наук (зоология, паразитология) с 1939 г. Профессор
Военно-медицинской академии. На заседании Бэровской
подкомиссии 6 декабря 1926 г. выступил с сообщением «О печатных
трудах К. М. Бэра, хранящихся в Военно-медицинской академии»,
23 февраля 1929 г. — с докладом «К. М. Бэр как деятель высшей
школы». Член Бэровской подкомиссии.
617

209. Палладии Владимир Иванович (1859—1922), ботаник,
физиолог растений. Член-корреспондент АН по
Физико-математическому отделению (биология) с 1905 г., ординарный академик
(ботаника) с 1914 г. Директор Никитского ботанического сада в
1920—1921 гг.
210. Пекарский Эдуард Карлович (1858—1934), языковед,
этнограф, фольклорист-якутовед. Член-корреспондент АН по
Отделению исторических наук и филологии (тюркология) с 1927 г.,
почетный член с 1931 г.
211. Пергамент Михаил Яковлевич (1866—1932), правовед.
Приват-доцент по кафедре римского права Новороссийского
университета в 1896—1903 гг., профессор гражданского права в
Юрьевском в 1903—1906 гг. и Петербургском в 1906—1911 гг.
университетах, профессор Высших женских (Бестужевских) курсов
с 1907 г. Соредактор журналов «Право» и «Вестник гражданского
права», член Комиссии по реформе высших учебных заведений.
212. Передерни Григорий Петрович (1871—1953), специалист
в области мостостроения и строительной механики.
Член-корреспондент АН по Отделению технических наук (механика) с
1939 г., академик (строительная механика, мостостроение) с
1943 г. Заведующий Ленинградским отделением Центрального
научно-исследовательского института транспортного строительства,
профессор Ленинградского путейско-строительного учебного
комбината железнодорожного транспорта. На заседании секции
истории техники КИЗ 30 января 1932 г. выступил с докладом «Очерк
истории металлических мостов».
213. Перетц Владимир Николаевич (1870—1935), историк
литературы, источниковед. Ординарный академик по Отделению
исторических наук и филологии с 1914 г. Арестован И апреля
1934 г. в Ленинграде. В июне 1934 г. особым совещанием при
Коллегии ОГПУ выслан на три года в Саратов, где умер 23
сентября 1935 г. Исключен из членов Академии наук СССР
постановлением Общего собрания АН от 22 декабря 1934 г.
Восстановлен постановлением Президиума АН СССР от 30 августа
1957 г. №661 в связи с реабилитацией.
214. Петров Владимир Алексеевич (1893—?), историк,
библиограф. Помощник ученого секретаря Библиотеки АН с 1 октября 1929 г.,
старший библиотекарь с 1 октября 1931 г., сотрудник Института
истории Ленинградского отделения Комакадемии с 1934 г.
215. Петров Дмитрий Константинович (1872—1925), филолог-
романист, историк всеобщей литературы, арабист.
Член-корреспондент АН по Отделению русского языка и словесности (всеобщая
литература) с 1922 г. Профессор кафедры истории
западноевропейских литератур, секретарь историко-филологического
факультета Петербургского—Петроградского университета с 1914 г.
216. Петровский Алексей Алексеевич, радиотехник,
специалист в области токов высокой частоты. Заведующий отделом на-
618

учно-технической информации Петроградского института
народного хозяйства с 1923 г., председатель петроградской группы
Радиоассоциации, почетный член Российского общества
радиоинженеров.
217. Петрушевский Дмитрий Моисеевич (1863—1942),
историк-медиевист. Член-корреспондент АН по Отделению
исторических наук и филологии (история) с 1924 г., академик по
Отделению гуманитарных наук с 1929 г. Арестован в августе или
сентябре 1919 г. в Москве во время массовых арестов московской
интеллигенции в связи с «делом Национального центра».
Находился несколько дней на Лубянке в Особом отделе ВЧК. Был
освобожден. На заседании КИЗ 24 января 1929 г. выступил с
докладом «Академик П. Г. Виноградов как социальный историк». В
«Трудах КИЗ», вып. 9 опубликована его работа «П. Г. Виноградов
как социальный историк» (см. Приложение II).
218. Петухов Евгений Вячеславович (1863—1948), историк
литературы. Член-корреспондент АН по Отделению русского
языка и словесности с 1916 г. Профессор Крымского
педагогического института. Автор крупных работ по истории русской
литературы и науки.
219. Платонов Сергей Федорович (1860—1933), историк
России. Член-корреспондент АН по Историко-филологическому
отделению (история и древности русские) с 1909 г., академик с 1920 г.
Профессор Петербургского университета с 1899 г., председатель
Археографической комиссии АН в 1918—1929 гг., директор
Пушкинского Дома АН СССР в 1925—1929 гг. и Библиотеки АН в
1925—1928 гг. Арестован 12 января 1930 г. по «академическому
делу». 8 августа 1931 г. Коллегией ОГПУ приговорен к высылке
на 5 лет. Отправлен в Самару, где и скончался. Исключен из
членов Академии наук СССР постановлением Общего собрания АН
от 2 февраля 1931 г. Восстановлен постановлением Президиума
АН СССР от 5 апреля 1968 г. № 219 в связи с реабилитацией. На
заседании КИЗ 2 октября 1927 г. выступил с докладом
«Инструмент „инвенции государевой" Петра I в Петровской галерее
Академии наук», на совместном заседании КИЗ и Археографической
комиссии 28 февраля 1929 г. по случаю 10-летия со дня смерти
академика А. С. Лаппо-Данилевского — с докладом «А. С. Лаппо-
Данилевский как русский историк».
220. Поверенный.
221. Покровский Константин Доримедонтович (1868—1945),
астроном. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (астрономия) с 1927 г. Заместитель директора
Главной астрономической обсерватории.
222. Покровский Михаил Михайлович (1868—1942),
филолог-классик, языковед. Член-корреспондент АН по Отделению
исторических наук и филологии (классическая филология) с 1917 г.,
академик по Отделению гуманитарных наук (языки и литература
619

европейских народов) с 1929 г. Профессор 1-го Московского
университета.
223. Прилежаев Александр Иванович (1876—1934),
специалист в области прикладной механики, теории упругости, научной
и технической фотографии, оптики. Профессор Учебного
комбината точной механики и оптики, научный сотрудник
Государственного оптического института.
224. Прянишников Дмитрий Николаевич (1865—1948),
агрохимик, физиолог растений. Член-корреспондент АН по Физико-
математическому отделению (биология) с 1913 г., академик по
Отделению физико-математических наук (агрохимия, физиология
растений) с 1929 г., академик Всесоюзной академии
сельскохозяйственных наук им. В.И.Ленина с 1935г. Профессор
Московской сельскохозяйственной академии им. К. А. Тимирязева в
1895—1948 гг., Московского университета в 1891—1931 гг.,
сотрудник Института по удобрениям в 1919—1948 гг., Всесоюзного
института по удобрениям, агротехнике и агропочвоведению в
1931—1948 гг. Арестован летом 1930 г.
225. Радлов Эрнест Львович (1854—1928), философ. Член-
корреспондент АН по Отделению русского языка и словесности
с 1920 г. Первый выборный директор Публичной библиотеки в
1917—1924 гг., первый председатель Ленинградского общества
библиофилов в 1923—1924 гг. На заседании Бэровской
подкомиссии 6 февраля 1927 г. выступил с докладом «К. М. фон Бэр
как философ». В «Трудах КИЗ», вып. 2 опубликована его статья
«К. М. фон Бэр как философ» (см. Приложение II).
226. Радовский Моисей Израилевич (1903—1964), историк
науки. Служил в Красной Армии в 1925—1927 гг., обучался на
рабфаке в 1927 г., закончил Ленинградский университет
(факультет истории материальной культуры) в 1929 г. Сотрудник КИЗ с
1931 г., научный сотрудник Института истории науки и техники
АН СССР с 1932 г., одновременно читал курс истории
электротехники в Ленинградском электротехническом институте
инженеров сигнализации и связи, кандидат технических наук с 1946 г.,
сотрудник Института истории естествознания и техники АН
СССР с 1956 г. Автор работ о М.В.Ломоносове и
международных связях Академии наук СССР.
227. Радциг Александр Александрович (1869—1941),
специалист в области теплоэнергетики. Член-корреспондент АН по
Отделению математических и естественных наук (технические
науки, энергетика) с 1933 г. Профессор Всесоюзного котлотур-
бинного института и Ленинградского электромеханического
института.
228. Раковский Адам Владиславович (1879—1941),
химик-органик и физикохимик. Член-корреспондент АН по Отделению
математических и естественных наук (химические науки,
физическая химия) с 1933 г.
620

229. Раскин Наум Михайлович (1906—1986), историк науки.
Окончил Ленинградский институт литературы и искусства в
начале 30-х гг. Научный сотрудник КИЗ с 15 декабря 1931 г.,
Института истории науки и техники АН СССР, Архива АН СССР.
Автор семи книг в серии «Научно-биографическая литература»,
монографий и статей по истории науки и техники XVIII в.
230. Реформатский Сергей Николаевич (1860—1934), химик-
органик. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (химия) с 1929 г.
231. Рождественский Сергей Васильевич (1868—1934),
историк России, архивист. Член-корреспондент АН по Отделению
исторических наук и филологии (историко-политические науки) с
1920 г. Профессор Петербургского университета. Арестован 1
декабря 1929 г., в начале формирования «академического дела». В
августе 1931 г. отправлен на 5 лет в ссылку в Томск, где и умер.
Сведений об исключении из состава Академии наук СССР нет.
Восстановлен постановлением Президиума АН СССР от 5 апреля
1968 г. №220 в связи с реабилитацией. На заседании КИЗ
10 февраля 1929 г. выступил с докладом «Из истории изучения
России в эпоху Петра I». Заместитель председателя Бэровской
подкомиссии.
232. Розанов Матвей Никанорович (1858—1936),
литературовед. Академик по Отделению русского языка и словесности
(западноевропейские литературы) с 1921 г. Профессор 1-го
Московского университета.
233. Розовский Иосиф Исаевич (1887—?), физик. Старший
ассистент Ленинградской промышленной академии им. И. В.
Сталина, преподаватель Вечерней промышленной академии.
234. Рубановский Д. Л. На заседании КИЗ 4 октября 1931г.
выступил с докладом «История и философское значение второго
закона термодинамики».
235. Руденко Сергей Иванович (1885—1969), этнограф,
археолог, антрополог, музеевед. Заведующий кафедрой антропологии и
этнографии Этнографического отдела Русского музея с 1921 г.
Доктор технических наук. В 1945 г. возглавлял экспедицию на
Чукотку, в 1947—1950 и 1954 гг. — в Горный Алтай. Возглавлял
отделение этнографии Географического общества СССР.
Арестован в 1930 г.
236. Руднев Дмитрий Дмитриевич (1879—1932), географ,
исследователь Севера. Ученый секретарь комиссии АН СССР
«Наука в России», Комиссии по изучению естественных
производительных сил АН, Полярной комиссии АН, Центрального бюро
краеведения АН, секретарь правления Географического
института.
237. Рыбкин Петр Николаевич (1865—1948), специалист в
области радио, истории радио, преподаватель. Ближайший
помощник изобретателя радио А. С. Попова.
621

238. Рынин Николай Алексеевич (1877—1942), специалист в
области воздухоплавания, авиации и космонавтики. Работал в
Петербургском—Ленинградском институте инженеров путей
сообщения, при институте создал аэродинамическую лабораторию в
1909 г. и факультет воздушных сообщений в 1920 г., профессор
Учебного комбината гражданского воздушного флота с 1921 г.
239. Рязанов В. И.
240. Сакулин Павел Никитич (1868—1930), литературовед.
Член-корреспондент АН по Отделению русского языка и
словесности с 1923 г., академик по Отделению гуманитарных наук
(языки и литературы европейских народов) с 1929 г.
241. Салазкин Сергей Сергеевич (1862—1932), биохимик.
Профессор Женского медицинского института в Петербурге в 1898—
1911 гг., министр народного просвещения Временного
правительства, ректор и профессор Крымского университета в
Симферополе в 1918—1925 гг., Ленинградского медицинского института в
1925—1931 гг.
242. Самойлович Александр Николаевич (1880—1938),
востоковед-тюрколог. Член-корреспондент АН по Отделению
исторических наук и филологии (восточная словесность) с 1924 г.,
академик по Отделению гуманитарных наук с 1929 г.,
академик-секретарь Отделения гуманитарных наук в 1929—1933 гг. Директор
Института востоковедения АН СССР в 1934—1937 гг., профессор
Петроградского—Ленинградского университета в 1917—1930 гг. и
Восточного института в 1920—1937 гг. Арестован в Кисловодске
в октябре 1937 г., 13 февраля 1938 г. приговорен к 10 годам без
права переписки, расстрелян. Исключен из членов Академии наук
СССР постановлением Общего собрания АН от 29 апреля 1938 г.
Восстановлен постановлением Общего собрания АН от 5 марта
1957 г. (§ 39) в связи с решением Военной коллегии Верховного
суда СССР от 25 августа 1956 г. об отмене приговора 13 февраля
1938 г. и прекращении дела. В «Очерках по истории знаний»,
вып. 2 опубликована его статья «Кастрен — турковед», в вып.
4 — «Вильгельм Томсон о древнейшем периоде русской
истории», в вып. 7 — «Л. Я. Штернберг и туркология» (см.
Приложение II).
243. Самойлович Рудольф Лазаревич (1881—1940), геолог,
исследователь полярных областей. Заместитель директора
Арктического института, директор Всесоюзного арктического института,
вице-президент Географического общества СССР.
244. Святский Даниил Осипович (1881—1940), астроном,
метеоролог, историк. Проводил большую работу в Русском обществе
любителей мироведения, главный редактор журнала «Мироведе-
ние», ученый секретарь Центрального бюро краеведения с 1922 г.,
научный сотрудник астрономического отделения Государственного
естественно-научного института им. П. Ф. Лесгафта. В 1930—1932
и 1935—1940 гг. находился в лагерях и ссылках. На заседании
622

КИЗ 27 марта 1927 г. выступил с докладом «Из истории
астрономии на Руси в XV—XVIII вв.», 13 ноября 1927 г. — с докладами
«Русский трактат о кометах первой половины XVII в.» и
«Астрономия в России накануне Петровских реформ».
245. Северцов Алексей Николаевич (1866—1936), зоолог.
Академик по Физико-математическому отделению (зоология) с
1920 г. Профессор Университета св. Владимира в Киеве в 1902—
1911 гг. и 1-го Московского университета в 1911—1930 гг.,
организатор Лаборатории (с 1935 г. — институт) эволюционной
морфологии животных АН СССР.
246. Семенов Николай Николаевич (1896—1986), физик, фи-
зикохимик. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (физика) с 1929 г., академик по Отделению
математических и естественных наук (химическая физика) с 1932 г.,
вице-президент Академии наук с 1963 по 1971 г. Директор
Ленинградского института химической физики АН СССР с 1931 г.
247. Семенов-Тян-Шанский Александр Петрович (1866—1942),
биогеограф. Старший зоолог Зоологического института АН
СССР, член Комиссии по изучению четвертичного периода АН
СССР, председатель биогеографической комиссии Русского
географического общества, почетный президент Русского
энтомологического общества. Умер в блокадном Ленинграде. Член Бэров-
ской подкомиссии.
248. Серебровский Александр Сергеевич (1892—1948),
биолог-генетик, зоолог. Член-корреспондент АН по Отделению
математических и естественных наук (биологические науки, генетика)
с 1933 г.
249. Сидоров Николай Исаакович, историк, специалист в
области мозаичного искусства. На заседании КИЗ 24 ноября 1929 г.
выступил с докладом «Из истории мозаичных составов
М.В.Ломоносова».
250. Сиповский Василий Васильевич (1872—1930), историк
литературы, писатель. Член-корреспондент АН по Отделению
русского языка и словесности (русская литература) с 1921 г. На
заседании КИЗ 4 марта 1928 г. выступил с докладом
«Естествознание и русская литература в XIX в.».
251. Слепков Василий Николаевич (1902—1938), философ,
генетик.
252. Соболевский Алексей Иванович (1856/57—1929),
филолог-славист, палеограф, этнограф, историк культуры.
Член-корреспондент АН по Отделению русского языка и словесности с
1893 г., академик с 1900 г. Арестован в 1918 г. Освобожден, но
дело его продолжало числиться за Московским ревтрибуналом.
253. Солнцев Сергей Иванович (1872—1936), специалист в
области общественных наук, политической экономии. Академик
по Отделению гуманитарных наук (политическая экономия и
статистика) с 1929 г.
623

254. Соловьев Михаил Михайлович (1877—1942), зоолог,
гидробиолог, историк науки. Сотрудник Комиссии по изучению
естественных производительных сил АН с 1925 г., заместитель
директора Сапропелевого института АН СССР в 1932—1934 гг.,
начальник Белорусской сапропелевой экспедиции, ученый секретарь
Бэровской в 1926—1929 гг. и Вольфовской подкомиссий КИЗ,
ученый секретарь КИЗ с ноября 1928 г., снят с должности 11
ноября 1929 г., во время «чистки» Академии наук, сотрудник
Архива АН СССР в 1934—1936 гг. и Института истории науки и
техники АН СССР с 1936 г. Умер в блокадном Ленинграде. На
заседании Бэровской подкомиссии 21 октября 1926 г. выступил с
сообщениями «Академики — современники К. М. Бэра» и
«Лауреаты Бэровской премии Академии наук», 3 декабря 1926 г. — с
сообщением «О рукописях К. М. Бэра, хранящихся в Музее
антропологии и этнографии АН СССР», на заседании КИЗ 22 мая
1929 г. — с докладом «Переписка академика К. М. фон Бэра с
профессором А. А. Бунге», 21 декабря 1931г. — с докладом
«Изображения бразильских животных начала XVII в., хранящиеся
в Архиве АН СССР». В «Трудах КИЗ», вып. 2 опубликована его
статья «Переписка академика К. М. фон Бэра с адмиралом И. Ф.
Крузенштерном»; автор «Путеводителя по выставке в память
академика К. М. Бэра» (см. Приложение II).
255. Сомов Павел Осипович (1852—?), специалист в области
механики. Сын академика О. И. Сомова. Профессор Варшавского
университета с 1886 г., Варшавского политехнического института с 1898 г.
256. Сперанский Михаил Нестерович (1863—1938), историк
славянских культур и театра, этнограф, фольклорист.
Член-корреспондент АН по Отделению русского языка и словесности с
1902 г., академик (история древнерусской и славянской
литературы) с 1921 г. Арестован по «делу славистов» в Москве в апреле
1934 г., осужден 16 июня 1934 г. Должен был быть выслан в Уфу
на 3 года, но 17 ноября 1934 г. приговор был заменен и
Сперанский остался на свободе (без средств к существованию).
Исключен из членов Академии наук СССР постановлением Общего
собрания АН от 22 декабря 1934 г. Восстановлен постановлением
Общего собрания АН от 22 марта 1990 г.
257. Стеклов Владимир Андреевич (1863—1926), математик.
Член-корреспондент АН по Физико-математическому отделению
(математика) с 1902 г., экстраординарный академик с 1912 г.,
ординарный академик с 1912 г., вице-президент Академии наук с
1919 по 1926 г. Организатор и директор Физико-математического
института АН в 1921—1926 гг.
258. Степанов Николай Иванович (1879—1938), химик, физи-
кохимик. Член-корреспондент АН по Отделению
физико-математических наук (химия) с 1929 г. Заместитель директора
Института физико-химического анализа АН СССР, профессор
Ленинградского горного института.
624

259. Стрельников Иван Дмитриевич (1887—1981), зоолог,
эколог. Заведующий Музеем сравнительной анатомии и зоологии
Государственного естественно-научного института им. П. Ф. Лес-
гафта, профессор Ленинградского института физической культуры
им. П. Ф. Лесгафта, доцент Ленинградского университета. На
заседании КИЗ 25 марта 1928 г. выступил с докладом «Академик
Г. И. Лангсдорф и русская экспедиция в Бразилию в 1821 —
1828 гг.». Член подкомиссии по изучению экспедиции Г. И. Лангс-
дорфа.
260. Сушкин Петр Петрович (1868—1928), зоолог, палеозоолог.
Академик по Отделению физико-математических наук (зоология)
с 1923 г. Академик-секретарь Отделения физико-математических
наук АН СССР с 1927 г., сотрудник Геологического и
Зоологического музеев АН СССР. Член Бэровской подкомиссии.
261. Таранович Владимир Павлович, экономист. Научный
сотрудник Комиссии по изучению естественных производительных
сил АН и Института народного хозяйства с 1924 г., преподаватель
Высших торгово-промышленных курсов, научный сотрудник
Лесного музея АН СССР с 1931 г. На заседании КИЗ 21 декабря
1931 г. выступил с докладом «История изучения леса в Академии
наук».
262. Тарле Евгений Викторович (1874—1955), историк. Член-
корреспондент АН по Отделению исторических наук и филологии
(история) с 1921 г., академик с 1927 г. Профессор
Петербургского—Петроградского университета в 1903—1917 гг., профессор
Юрьевского (Тартуского) и Московского университетов в 1913—
1918 гг. Арестован 28 января 1930 г. по «академическому делу».
В августе 1931 г. решением Коллегии ОПТУ выслан на 5 лет в
Алма-Ату. В 1933 г. возвращен в Ленинград. Судимость снята в
марте 1937 г. 29 сентября 1938 г. решением Общего собрания
АН восстановлен в звании действительного члена Академии наук
СССР. Полностью реабилитирован 20 июля 1967 г.
263. Тимирязев Аркадий Климентьевич (1880—1955), физик.
Сын К. А. Тимирязева. Автор работ по кинетической теории
материи, философии естествознания.
264. Тимонов Всеволод Евгеньевич (1862—1936), специалист
в области гидротехники, транспортной, мелиорационной и
санитарной гидротехники, ледотехники. Профессор Петербургского
института путей сообщения с 1895 г., в институте создал первую в России
гидротехническую лабораторию в 1907 г., в 1920—1930-е гг. работал
старшим гидрологом Государственного гидрологического
института, старшим научным сотрудником Центрального
научно-исследовательского института водного транспорта.
265. Тимонов Даниил Всеволодович (1907—?), радиотехник,
электроакустик. Ассистент Государственного педагогического
института им. А. И. Герцена, заведующий радиобазой Выборгского
дома культуры.
625

266. Тимченко Евгений Константинович (1866—1948), филолог-
русист, языковед-украиновед. Член-корреспондент АН по
Отделению гуманитарных наук (язык и литература европейских
народов) с 1929 г. Профессор Киевского института народного
образования. Арестован в 1938 г. После 20-месячного заключения
выслан в Красноярский край, где находился примерно до 1942—
1943 гг.
267. Тихий Мефодий Иосифович (Исаевич) (1887—1964),
биолог, ихтиолог. Доцент Ленинградского университета, ученый
специалист Научно-исследовательского ихтиологического института,
сотрудник Института археологической техники при
Государственной академии истории материальной культуры в 1926 г. На
заседании Бэровской подкомиссии 21 октября 1926 г. выступил с
сообщениями «О микроскопе К. М. Бэра и микроскопах его
времени» и «Материалы К. М. Бэра по сельдяному промыслу». Член
Бэровской подкомиссии.
268. Тищенко Вячеслав Евгеньевич (1861—1941),
химик-органик, технолог. Член-корреспондент АН по Отделению физико-
математических наук (химия) с 1928 г., академик по Отделению
математических и естественных наук (органическая химия) с
1935 г. Профессор Ленинградского университета, заведующий
лабораторией Государственного института прикладной химии. На
торжественном заседании Академии наук СССР 27 января 1929 г.,
посвященном 100-летию со дня рождения А.М.Бутлерова,
выступил с докладом «А. М. Бутлеров».
269. Тонков Владимир Николаевич (1872—1954),
врач-анатом. Научный сотрудник Государственного рефлексологического
института по изучению мозга им. В.М.Бехтерева, профессор
Военно-медицинской академии. Действительный член Академии
медицинских наук.
270. Тымянский Григорий Самуилович (1893—?), философ,
историк философии. Член-корреспондент Комакадемии,
заместитель директора Института философии Ленинградского отделения
Комакадемии в 1928—1931 гг.
271. Урановский Яков Маркович (1896—1936), методолог
естествознания. Окончил биологическое отделение Института
красной профессуры в 1926 г., сотрудник Издательства АН СССР с
1933 по 1936 г., ученый секретарь КИЗ со 2 января по 15 мая
1931 г. Член подкомиссии по изучению трудов К.Ф.Вольфа.
272. Успенский Федор Иванович (1845—1928),
историк-византинист. Член-корреспондент АН по Отделению исторических
наук и филологии (история) с 1893 г., ординарный академик
(история и древности русские) с 1900 г. Директор Русского
археологического института в Константинополе в 1894—1914 гг.
С 1914 г. до конца жизни жил в Петрограде—Ленинграде,
редактировал журнал «Византийский временник», председатель
комиссии «Константин Порфирородный» АН с 1918 г., председатель
626

Российского палестинского общества с 1921 г., председатель
Русско-византийской комиссии АН с 1923 г.
273. Успенский Яков Викторович (1883—1947), математик.
Академик по Физико-математическому отделению (чистая
математика) с 1921 г. Профессор Петербургского университета в 1910—
1929 гг. С 1929 г. проживал в США.
274. Федоровский Николай Михайлович (1886—1956),
минералог. Член-корреспондент АН по Отделению математических и
естественных наук (геологические науки, минералогия) с 1933 г.
Один из организаторов Московской горной академии и
заведующий кафедрой минералогии в 1918—1923 гг., организатор и
директор Института прикладной минералогии (с 1935 г. —
Всесоюзный институт минерального сырья) в 1923—1937 гг., начальник
Горного отдела ВСНХ в 1918 г., член Президиума Укрсовнархоза
в 1919 г., руководитель Бюро иностранной науки и техники в
Берлине в 1920—1922 гг., член коллегии НТО ВСНХ в 1922—
1927 гг. Арестован осенью 1937 г., сослан в Воркуту. В 1942 г.
переведен в Москву, где работал в Институте удобрений. В
1945 г. отправлен в Норильск, где работал в геологическом
техникуме и позднее на Норильском комбинате. Освобожден в
1954 г. Исключен из членов Академии наук СССР
постановлением Общего собрания АН от 29 апреля 1938 г. №5. Восстановлен
постановлением Общего собрания АН от 2 февраля 1955 г. в
связи с реабилитацией 24 марта 1954 г.
275. Ферсман Александр Евгеньевич (1883—1945),
минералог, геохимик. Академик по Физико-математическому отделению
(минералогия) с 1919 г., вице-президент Академии наук с 1927 по
1929 г. Академик-секретарь Физико-математического отделения в
1924—1927 гг., директор Кольской базы АН СССР в 1930—
1945 гг., председатель Уральского филиала АН СССР в 1932—
1938 гг., старший хранитель в 1912—1919 гг. и директор в
1919—1930 гг. Минералогического музея АН СССР, директор
Государственного радиевого института в 1922—1926 гг., организатор
и директор Института кристаллографии, минералогии и геохимии
им. М.В.Ломоносова АН СССР в 1930—1937 гг., директор
Института геологических наук АН СССР в 1942—1945 гг.
276. Фесенков Василий Григорьевич (1889—1972), астроном.
Член-корреспондент АН по Отделению физико-математических наук
(астрономия) с 1927 г., академик по Отделению математических и
естественных наук (физические науки, астрономия) с 1935 г.
Окончил Харьковский университет в 1911 г., организатор в 1922 г.
и директор в 1922—1931 гг. Российского астрофизического
института, директор Астрономического института им. П. К. Штернберга
в 1936—1939 гг.
277. Филипченко Юрий Александрович (1882—1930), биолог,
генетик. Профессор, заведующий кафедрой генетики
Петербургского—Ленинградского университета, сотрудник и член Совета
627

Комиссии по изучению естественных производительных сил АН,
член Европейского отдела Комиссии по изучению племенного
состава населения России и сопредельных стран АН, председатель
Ленинградского отделения Евгенического общества. Член Бэров-
ской подкомиссии.
278. Фрейман Александр Арнольдович (1879—1968),
филолог, востоковед-иранист. Член-корреспондент АН по Отделению
гуманитарных наук (иранистика) с 1928 г., профессор
Ленинградского лингвистического института.
279. Фрумкин Александр Наумович (1895—1976),
электрохимик. Академик по Отделению математических и естественных
наук (технические науки, физическая химия) с 1932 г. Сотрудник
Физико-химического института им. Л.Я.Карпова в 1922—
1946 гг., директор Института физической химии АН СССР в
1939—1949 гг., директор Института электрохимии АН СССР в
1958—1976 гг.
280. Хвольсон Орест Данилович (1852—1934), физик. Член-
корреспондент АН по Физико-математическому отделению с
1895 г., почетный член с 1920 г. Профессор Петербургского
университета.
281.Хлопин Григорий Витальевич (1863—1929), врач, один
из основоположников гигиены в России. Заслуженный деятель
науки РСФСР.
282. Цейс Ганс (Zeiß Hans) (1888—?), врач-бактериолог.
Уроженец Франкфурта-на-Майне, обучался в университетах в Мар-
бурге в 1907/08 г., Гейдельберге в 1908/09 г., Фрайбурге в
1909/10 г., Берлине в 1910 г., Мюнхене в 1910/11 г., докторскую
диссертацию защитил во Фрайбурге в 1912 г., профессор с
1925 г. В 1921 г. прибыл в Россию с экспедицией в помощь
Поволжью под руководством профессора Гамбургского тропического
института П. Мюленса, организованной германским Красным
Крестом, в 1921—1924 гг. руководил центральным
бактериологическим бюро германского Красного Креста в Москве, после его
ликвидации перешел на работу в Наркомздрав, с 1924 г. работал
в Институте экспериментальной терапии в Москве под
руководством Л. А. Тарасевича, был одной из ключевых фигур в
осуществлении немецко-российских научных связей в области биологии
и медицины в 1920-е гг., в 1932 г. вернулся в Германию. Автор
перевода на немецкий язык биографии И. И. Мечникова (Elias Ме-
tschnikow. Leben und Werk. Jena, 1932).
283. Цейтлин Захар Аронович (1892—?), специалист в
области философии и методологии естествознания. Действительный
член Тимирязевского научно-исследовательского института,
научный сотрудник Комакадемии. Работал по договору в Институте
истории науки и техники АН СССР с 1932 г. На заседании КИЗ
в Пулковской обсерватории 4 апреля 1931 г. выступил с докладом
«Иоганн Кеплер».
628

284. Цинзерлинг Дмитрий Петрович (1864—?), статистик.
Окончил Петербургский университет в 1887 г., до 1918 г. —
преподаватель математики, с 1918 г. начал специализироваться в
области статистики, сотрудник Ленинградского губернского
статистического бюро, заведующий Ленинградскими областными
статистическими курсами, преподаватель Планового техникума,
Техникума пищевой промышленности и Промышленно-экономи-
ческого техникума, действительный член Русского
географического общества.
285. Чаплыгин Сергей Алексеевич (1869—1942), специалист в
области теоретической механики, гидро- и аэромеханики. Член-
корреспондент АН по Отделению физико-математических наук
(математика) с 1924 г., академик (технические науки) с 1929 г.
Преподавал в Московском высшем техническом училище,
Московском инженерном училище, Московском университете, директор
Московских высших женских курсов в 1905—1918 гг., один из
организаторов в 1918 г. и научный руководитель с 1921 г.
Центрального аэрогидродинамического института.
286. Чернов Сергей Николаевич (1887—1942), историк, де-
кабристовед. Окончил Петербургский университет в 1912 г.,
приват-доцент Петроградского университета с 1917 г., профессор
Саратовского университета в 1918—1928 гг., с 1928 г. на
исследовательской работе, штатный сотрудник Института истории науки
и техники АН СССР с 1932 г., профессор Горьковского
университета с 1937 г. Ученый секретарь КИЗ с 15 ноября 1929 г. по
2 января 1931 г. Умер в оккупированном Детском Селе (г.
Пушкин).
287. Чернышев Александр Алексеевич (1882—1940),
специалист в области электротехники и радиотехники.
Член-корреспондент АН по Отделению физико-математических наук
(технические науки) с 1929 г., академик по Отделению математических и
естественных наук (технические науки, электротехника) с 1932 г.
Заведующий электрофизическим сектором и профессор
Ленинградского электромеханического института. На заседании секции
истории техники КИЗ 10 января 1932 г. выступил с докладом «К
истории высоковольтных передач». Член Музейной подкомиссии
с 1931 г.
288. Чичибабин Александр Евгеньевич (1871—1945), химик.
Член-корреспондент АН по Отделению физико-математических
наук (химия) с 1927 г., академик с 1929 г. Председатель Научно-
технического совета химико-фармацевтической промышленности
ВСНХ в 1922—1927 гг., директор Лаборатории по исследованию
и синтезу растительных и животных продуктов АН СССР с
1928 г. Лауреат премии им. В.И.Ленина. Осенью 1930 г. уехал во
Францию. В «Очерках по истории знаний», вып. 5 опубликована
его статья «Теория химического строения при свете современных
научных данных» (см. Приложение II).
629

289. Чугаев Лев Александрович (1873—1922), химик.
Профессор Петербургского университета в 1908—1922 гг.,
Петербургского технологического института в 1909—1922 гг., основатель и
директор с 1918 г. Института по изучению платины и других
благородных металлов АН. Лауреат премии им. В.И.Ленина 1927 г.
290. Шангин Мстислав Антонинович (1896—?), историк
античности, палеограф. Научный сотрудник Института языков
Востока и Запада при Ленинградском университете в 1925—1927 гг.,
приват-доцент Ленинградского университета в 1927—1930 гг. и
библиотекарь БАН. На заседании КИЗ 3 февраля 1930 г.
выступил с докладом «Значение греческих астрологических рукописей
в истории знаний».
291. Шапиро. Возможно, речь идет о Шапиро Александре
Львовиче (1905—1994), в 1927 г. окончившем Ленинградский
педагогический институт им. А. И. Герцена, аспиранте Ленинградского
университета (1934—1937 гг.), работавшем с 1937 г. на
преподавательской работе, с 1956 по 1994 г. профессоре
Ленинградского университета.
292. Шателен Михаил Андреевич (1866—1957), специалист в
области электротехники. Член-корреспондент АН по Отделению
математических и естественных наук (технические науки,
энергетика, электротехника) с 1931 г. Заместитель директора
Энергетического института АН СССР. На торжественном заседании
Академии наук СССР 22 ноября 1931 г., посвященном 100-летию со
дня открытия М. Фарадеем электромагнитной индукции, выступил
с докладом «Работы Фарадея как основа современной
электротехники», на торжественном заседании Академии наук СССР в
январе 1932 г., посвященном 25-летию со дня смерти
Д.И.Менделеева, — с докладом «Менделеев как метролог».
293.Шванвич Борис Никрлаевич (1889—1957), зоолог.
Профессор Ленинградского университета, заведующий кафедрой
энтомологии с 1930 по 1955 г. Мировую известность получил своими
исследованиями по эволюции рисунка крыла у чешуекрылых.
294. Шевяков Владимир Тимофеевич (1859—1930), зоолог-
энтомолог. Член-корреспондент АН по
Физико-математическому отделению с 1908 г. Товарищ министра народного
просвещения в 1910—1915 гг., после революции профессор в Омске и
Иркутске.
295. Шеин Юрий Петрович (1902—?), философ, методолог
физики. Старший научный сотрудник Института философии Ком-
академии, научный сотрудник Комбината государственных
физико-технических институтов и Ленинградского электрофизического
института, профессор Физико-механического института.
296. Шилов Алексей Алексеевич (1881—1942), историк,
археограф, архивист, библиограф, специалист в области методики и
техники документальных публикаций. Автор работ по истории и
библиографии революционного движения в России XIX—начала
630

XX в., по истории русской литературы. Служащий Библиотеки
АН.
297. Шимкевич Владимир Михайлович (1858—1923), зоолог-
морфолог, эмбриолог. Член-корреспондент АН по
Физико-математическому отделению (биология) с 1906 г., академик (зоология)
с 1920 г. Профессор Петербургского университета.
298. Шишмарев Владимир Федорович (1875—1957), филолог,
историк западноевропейских литератур и языков, палеограф.
Член-корреспондент АН по Отделению русского языка и
словесности (западноевропейская филология, история литературы
романских стран) с 1924 г., академик по Отделению литературы и
языка (западноевропейская филология) с 1946 г. Профессор
Петроградского—Ленинградского университета в 1919—1957 гг.,
организатор 1-го Рабоче-крестьянского университета в Костроме и
декан его гуманитарного факультета в 1918—1919 гг., старший
научный сотрудник Института языка и мышления АН СССР в
1935—1950 гг., директор Института мировой литературы АН
СССР в 1944—1947 гг.
299. Шмидт А. С, возможно, речь идет о востоковеде Шмидте
Александре Эдуардовиче (1871—1939), члене-корреспонденте АН
по Отделению исторических наук и филологии (восточная
словесность) с 1925 г., в 1909—1920 гг. работавшем в Публичной
библиотеке, с 1921 г. жившем и работавшем в Ташкенте.
300. Шокальский Юлий Михайлович (1856—1940), географ,
океанограф, геодезист, минералог и космолог.
Член-корреспондент АН по Физико-математическому отделению (география,
геофизика) с 1923 г., почетный член с 1939 г. Сотрудник Главной
геофизической обсерватории и Главного гидрографического
управления, профессор Военно-морской академии в 1910—1930 гг.
и Ленинградского университета с 1925 г., руководитель
комплексной Черноморской экспедиции в 1923—1927 гг., возглавлял
работы по составлению карты рельефа России.
301. Шпильрейн Ян Николаевич (1887—1939),
электротехник. Член-корреспондент АН по Отделению математических и
естественных наук (электротехника) с 1933 г. Арестован в 1937 г.
или в начале 1938 г. Погиб в ссылке. Исключен из членов
Академии наук СССР постановлением Общего собрания АН от
29 апреля 1938 г. №5. Восстановлен постановлением Общего
собрания АН от 5 марта 1957 г.
302. Шпринцин Ноэми Григорьевна (1904—1963), этнограф.
Научный сотрудник Музея антропологии и этнографии АН СССР,
ассистент Ленинградского историко-лингвистического института.
Член подкомиссии по изучению экспедиции Г. И. Лангсдорфа.
303. Штернберг Лев Яковлевич (1861—1927), этнограф и
языковед. Член-корреспондент АН по Отделению исторических наук
и филологии (палеоазиатские языки) с 1924 г. Один из
основателей Высших географических курсов в 1916 г. и Географического
631

института с 1918 г., руководитель и профессор этнографического
отделения при Ленинградском восточном институте. Воспитатель
целой плеяды этнографов. В «Очерках по истории знаний»,
вып. 2 опубликована его статья «Кастрен — алтаист и этнограф»
(см. Приложение II).
304. Щерба Лев Владимирович (1880—1944), языковед,
лексиколог, специалист по фонетике. Член-корреспондент АН по
Отделению русского языка и словесности (филология,
сравнительное языкознание) с 1924 г., академик по Отделению литературы
и языка (языкознание) с 1943 г. Научный сотрудник словарного
отделения Института языка и мышления АН, профессор и
заведующий кабинетом Ленинградского историко-лингвистического
института.
305. Щербатской Федор Ипполитович (1866—1942),
востоковед-индолог. Член-корреспондент АН по Отделению исторических
наук и филологии (восточная словесность) с 1910 г., академик
(литература и история азиатских народов) с 1918 г. Профессор
Петербургского университета с 1900 г., руководитель Института
буддийской культуры АН СССР с 1928 г., преобразованного в
индо-тибетский кабинет Института востоковедения АН СССР.
306. Юферев Николай Иванович (1883—?),
инженер-технолог. Заведующий секцией Научно-исследовательского института
по учебным пособиям и техпропаганде.
307. Ячевский Артур Артурович (1863—1932), ботаник,
миколог, фитопатолог. Член-корреспондент АН по
Физико-математическому отделению (ботаника) с 1923 г. Консультант
Всесоюзного института защиты растений.
308.Яшнов Петр Иванович (1874—1940), астроном.
Инженер-технолог, заведующий библиотекой и музеем Главной
астрономической обсерватории. На заседании Общества любителей ми-
роведения в августе 1931 г. выступил с докладом «О рукописях
Кеплера, хранящихся в Пулковской обсерватории».
Дополнение к приложению IV
Адамович Петр Леонардович, преподаватель Полтавского
института народного образования (теория и история педагогики).
Арсеньев Николай Николаевич, преподаватель Кубанского
государственного педагогического института (история и система
педагогики).
Асмус Валентин Федорович, доцент, член
научно-исследовательской кафедры марксизма и ленинизма при Всеукраинской
Академии наук, профессор Киевского художественного института
(история философии).
Багалей Дмитрий Иванович, академик, профессор
Харьковского института народного образования (историография).
632

Балицкий Павел Александрович, преподаватель Киевского
художественного института (история книги и гравюры).
Бандуривский Андрей Захарович, сотрудник Украинского
научно-исследовательского института педагогики (история педагогики).
Бешкин Григорий Львович, преподаватель Нижегородского
государственного университета (история социализма в России).
Билык Яков Гаврилович, профессор Харьковского института
народного образования (история философии на Украине).
Боровой Саул Яковлевич, ассистент научно-исследовательской
кафедры книговедения при Центральной научной библиотеке
(история книги).
Бошко Владимир Ильич, профессор Киевского института
народного хозяйства (история философии права и правовых
институтов).
Будрин Петр Афанасьевич, преподаватель и декан
педагогического факультета Пермского государственного университета
(история коммунизма).
Бузескул Владислав Петрович, действительный член АН СССР
(историография).
Валов Михаил Николаевич (история материалистической
философии).
Виноградов Николай Димитриевич, доктор философии,
профессор Среднеазиатского государственного университета. История
философии.
Гальперин Ерухим Гиршевич, преподаватель Одесского
государственного химико-фармацевтического института и Одесского
сельскохозяйственного института (история социализма).
Генко Нестор Несторович (знахарство).
Гогиберидзе Моисей Иванович, доктор философии, лектор
Тифлисского государственного университета (история философии,
история диалектики).
Гордиевский Михаил Иванович, профессор Одесского
института народного образования (история педагогики).
Давидзон Илья Львович, профессор Киевского института на-
родного хозяйства (история экономических учений).
Данелиа Сергей Иосифович, доцент Тифлисского
государственного университета (история философии).
Данилевский Виктор Васильевич, инженер-химик (история
техники).
Денков Михаил Иванович, профессор Прилукского
педагогического техникума (история педагогики).
Егоров Тихон Георгиевич, ассистент кафедры педагогики и
заведующий показательной школой Смоленского государственного
университета (история педагогических учений).
Ефимов Николай Иванович, профессор и заведующий
библиотекой Смоленского государственного университета (литературная
историография).
633

Жураковский Геннадий Евгеньевич, преподаватель Киевского
института народного образования (история педагогики).
Зданевич Борис Иванович, помощник заведующего отделом
старопечатных книг и отделом Orientalia Всенародной библиотеки
Украины (история книги).
Зильберфарб Иогансон Исаакович, научный сотрудник
секции истории педагогики и народного просвещения Украинского
научно-исследовательского института педагогики (история
педагогики, история социалистической педагогики).
Иванов Сергей Васильевич, доцент Воронежского
государственного университета (педагогика и ее история).
Игнатенко Варфоломей Адрианович (история украинской прессы).
Каратаев Анатолий Степанович, лектор рабочего факультета при
Нежинском институте народного образования (история
философии).
Карийский Владимир Михайлович, магистр философии,
ученый член научно-исследовательской кафедры европейской
культуры при Харьковском институте народного образования (история
теории познания).
Клепатский Павел Григорьевич, профессор Полтавского
института народного образования (историография и хозяйство
Украины первой половины XIX в.).
Козловский Иван Павлович, доктор русской истории,
профессор Северо-Кавказского государственного университета (русская
историография).
Колосов Георгий Алексеевич, доктор медицины,
сверхштатный профессор Смоленского государственного университета
(история медицины).
Колубовский Яков Николаевич, профессор Нежинского
института народного образования (история философии).
Кордт Вениамин Александрович, библиотекарь Киевского
института народного образования (история картографии).
Кульженко Василий Степанович, преподаватель истории
полиграфии Киевского художественного института (история
полиграфии).
Курневич Михаил Васильевич, профессор
Каменец-Подольского института народного образования (история педагогики).
Лаптев Сергей Николаевич, профессор Иркутского
государственного университета (история землеведения Сибири).
Левкович Василий Леонтьевич, преподаватель-ассистент
Белорусского государственного университета (история математики).
Лейкфельд Павел Эмильевич, профессор Крымского
педагогического института (история философии).
Малиновский Петр Петрович, преподаватель педагогического
факультета и заведующий кабинетом политической экономии
Нижегородского государственного университета (теория и история
политической экономии).
634

Мамонтов Яков Андреевич, руководитель историко-педагоги-
ческой секции Украинского научно-исследовательского института
педагогики (история педагогики, в частности украинской).
Маслов Сергей Иванович, преподаватель Киевского института
народного образования (история рукописной и старопечатной
книги).
Мелик-Шахназаров, лектор Закавказского коммунистического
университета (история революционных движений и социализма).
Неезе Эрнест Николаевич, врач (история офтальмологии).
Никольский Петр Петрович, ученый археолог, заведующий
отделением прикладного искусства Государственного
художественно-исторического краевого музея (история русской и
художественной книги).
Панкевич Павел Яковлевич (история педагогики).
Петров Василий Васильевич, преподаватель Уфимского
института народного образования (история математики).
Познанский Николай Федорович, профессор Саранского
государственного университета (история педагогических идей).
Покровский Алексей Иванович, профессор Нежинского
института народного образования (история социализма).
Польский Валентин Афанасьевич, преподаватель Кубанского
педагогического института (история математики).
Попов Александр Иванович, директор Украинского научно-
исследовательского института педагогики, профессор
Харьковского института народного образования (история педагогики).
Протасова Софья Ивановна, профессор Саратовского
государственного университета (греко-римская историография).
Розенцвейг Исаак Израилевич, член-корреспондент Всеукра-
инской Академии наук (история социализма).
Рошко Михаил Васильевич, помощник директора Центральной
научно-учебной библиотеки, председатель секции
библиотековедения и библиографии Харьковского научного общества
(инкунабулы).
Рубинский Константин Иванович, старший библиотекарь
Центральной научно-учебной библиотеки в Харькове (история
библиотечного дела).
Селиханович Иосиф Брониславович, действительный член
Всеукраинской Академии наук (история педагогики, современные
педагогические течения на Западе).
Слуцкий Абрам Исаакович, научный сотрудник кафедры
культуры при Всеукраинской Академии наук (история педагогики).
Соколов Петр Андреевич, председатель Джанкойского
отделения Российского общества по изучению Крыма (история
западноевропейской и русской педагогики).
Старынкевич Елизар Иванович, аспирант
Научно-исследовательского института педагогики при Харьковском институте
народного образования (история педагогики).
635

Столов Николай Николаевич, глава Общества по изучению
Ульяновского края (история книги и библиотек).
Тарасов Лев Дмитриевич, профессор Северо-Кавказского
государственного университета (история социализма).
Тимофеев Федор Иванович, исполняющий обязанности
профессора Днепропетровского института народного образования
(история политической экономии).
Тимофеевский Николай Федорович, начальник Управления
по обеспечению безопасности кораблевождения в Карском море
и устьях сибирских рек (история картографии).
Тимченко И. Ю., преподаватель Одесского института
народного образования (история математики).
Хаскин Ефим Аронович, провизор, ассистент-преподаватель
Киевского фармацевтического техникума (история фармации).
Чайленко Иван Яковлевич, магистр, преподаватель
Полтавского педагогического техникума (история философии, этика).
Чикобава Арнольд Степанович, лектор Тифлисского
государственного университета (история языковедения).
Шатунов Михаил Николаевич (история педагогики).
Шведов Борис Антонович, профессор Киевского
политехнического института (история экономической мысли).
Штейнванд Герборд Данилович, старший библиотекарь
Центральной научной библиотеки (история суеверий).

ПРИЛОЖЕНИЕ V
И. В. Тункина
К истории сборника «Русская наука»
Начало организационного оформления историко-научных
исследований в Российской Академии наук традиционно связывают
с созданием в 1921 г. Комиссии по истории науки, впоследствии
переименованной в Комиссию по истории знаний (КИЗ).1 Однако
мало кому известно, что у КИЗ была предшественница —
Комиссия по изданию сборника «Русская наука», образованная еще в
1917 г. Не так давно появилась статья В. Д. Есакова,
проследившая судьбу этого академического учреждения и предпринятого им
издания лишь до 1919 г.2 Настоящая статья и сделанные на ее
основе доклады (1991 и 1999 гг.3) ставят целью более полное
освещение деятельности комиссии.
Толчком к созданию комиссии «Русская наука» послужила
информационная блокада Международного научного общества,
ставшая неизбежным следствием первой мировой войны,
необходимость получения регулярных сообщений о научных достижениях
крупнейшей мировой державы — Российской Империи. С
момента основания Петербургской Академии наук вплоть до первой
мировой войны наиболее тесные связи русская наука
традиционно поддерживала с немецкими учеными, а после их разрыва
пыталась наладить контакты с представителями союзных
государств. Эта тенденция нашла положительный отклик за рубежом:
26 (13) марта 1916 г. посол Великобритании в Петрограде
обратился к министру народного просвещения графу П. Н. Игнатьеву
с письмом, обосновывающим необходимость расширения научных
связей между русскими и английскими учеными. Министерство
поставило об этом в известность Российскую Академию наук, на
Общем собрании которой 22(9) мая 1916 г. было решено
образовать специальную комиссию из членов трех отделений (по одному
от каждого) под председательством непременного секретаря
С. Ф. Ольденбурга.4 21 (8) октября в создаваемую комиссию «для
установления более деятельных научных сношений между Россией
и Англией» были избраны академики химик П. И. Вальден (Отде-
637

ление физико-математических наук — ОФМН), византинист и
историк искусства Н. П. Кондаков (Отделение русского языка и
словесности — ОРЯС), историк-медиевист П. Г. Виноградов
(Отделение исторических наук и филологии — ОИНФ).5
К осени академики пришли к выводу о необходимости
расширения сферы деятельности и задач комиссии. 28(15) октября
1916 г. Конференция РАН постановила создать под
председательством А. П. Карпинского и при участии непременного секретаря
новую комиссию из членов отделений (по два от каждого),
которой поручалась разработка мер для установления более тесного
научного сотрудничества с учеными не только
Великобритании, но и других стран Антанты — союзниц России в первой
мировой войне.6 В ноябре 1916 г. в состав комиссии вошли
академики П. И. Вальден, В. А. Стеклов (ОФМН), Н. П. Кондаков,
Н. А. Котляревский, а затем вместо последнего — А. И.
Соболевский (ОРЯС), А. С. Лаппо-Данилевский, П.Г.Виноградов и
А. А. Шахматов (ОИНФ).7
Стремясь к оперативному информационному обмену, комиссия
планировала издавать актуальные для зарубежного научного мира
аналитические и библиографические данные о достижениях
русской научной мысли. Первоначально предполагалось образовать
бюро из специалистов для составления и редактирования двух
периодических изданий на французском языке — по
физико-математическим и гуманитарным наукам, где помещались бы
критические обзоры научных трудов и научная хроника. А. С. Лаппо-
Данилевский высказался за двуязычный характер подобных
публикаций и был поддержан коллегами.8
Один из активных членов комиссии крупный историк А. С.
Лаппо-Данилевский был широко известен не только в России, но и
на Западе, языки и науку которого, по характеристике М. И.
Ростовцева, он знал в совершенстве. Автор ряда глубоких книг и
статей по экономической истории России, редактор
многочисленных документальных публикаций, Лаппо-Данилевский «больше
всего тяготел к широким, обобщающим построениям в области
философии истории и истории науки». В августе 1916 г. он
посетил Великобританию, где по приглашению Кембриджского
университета прочел несколько лекций по истории науки в России9
и был удостоен звания почетного доктора прав университета
(LLD). Позднее по материалам его выступлений была
опубликована обширная статья,10 в которой автор рассматривает
развитие русской мысли в различных областях донаучного и научного
знания со времен Владимира Святославовича вплоть до начала
первой мировой войны. Анализируя общие тенденции развития
отечественной науки, а также национальный состав
Петербургской Академии наук,11 автор приходит к выводу о преобладании
немецкого, а не французского и английского влияния на
становление и развитие русской научной мысли. До нас дошли как ру-
638

копись английского варианта работы Лаппо-Данилевского,12 так и
неполный перевод, который на русском языке издан не был.13
В архиве Лаппо-Данилевского сохранились любопытные
заметки по проблемам науковедения и истории развития русской
науки. «Под „идеей науки", — согласно Лаппо-Данилевскому, —
можно разуметь то общее понятие о научном знании, которое в
сущности формально обусловливает всякое специальное научное
исследование, хотя и зависит в своем содержании от их
результатов. В различные периоды развития человеческой мысли такое
общее понятие само, конечно, меняется: лишь мало-помалу
сознание его становится более ясным и более свободным от ошибок,
затемняющих понимание науки (требования и запросы, искания и
выводы), что соответственно отражается на общем ходе
дальнейшего ее развития. С такой точки зрения возможно ставить
проблему исторической эволюции самой идеи науки: и в целой
совокупности цивилизованных стран, и в одной из них».14 В
черновых материалах к статье «Зарождение русской научной мысли»
он приходит к выводу о «систематическом единстве научного
знания и его принципов» (религиозного и светского), а отсчет
развития собственно русской научной мысли относит к
М.В.Ломоносову и затем прослеживает ее через идею народности в науке
и литературе в контексте изменяющихся политических
условий.15 «В смысле абсолютно значимого систематического единства
знаний, — писал Лаппо-Данилевский, — наука, разумеется, стоит
вне пространства и времени, национальных особенностей и т. п.;
в смысле »движения научной мысли", постепенного ее
объединения она имеет свою историю, которая происходит в данных
условиях пространства и времени... Движение научной мысли
данного народа обнаруживается: 1)в возрастающей
самостоятельности его мысли, независимости от чужих образцов...; 2) в тех
условиях места и времени, характера, культурных влияний,
политического строя и прочего, при наличности которых данный
народ выбирает известные проблемы, ставит их так, а не иначе,
употребляет известные способы их решения, подыскивает формы
их выражения и проч.».16 Таким образом, не отрицая имманентно
присущих науке интернационализма и коллективизма,
выдающийся историк акцентирует внимание на важности изучения
рефлексии русского национального характера в творчестве
отечественных ученых. Цитируя историка зоологии А. П. Богданова,17
Лаппо-Данилевский пишет: «Хотя Юпитер и Марс, по его словам,
движутся одинаково и для русского, и для немца, однако русский
примется за наблюдение, станет описывать его не так, как
немец..., даже более того, подметит то, чего не подметит немец,
и пропустит то, что увидит последний».18
Закономерно, что именно А. С. Лаппо-Данилевский стал душой
группы ученых-историков — членов Русского исторического
общества и Исторического общества при Петроградском универси-
639

тете, активно обсуждавших перспективы научного сотрудничества
между странами Антанты. Этот кружок выдвинул идею
подготовки ориентированной не только на отечественного, но и на
западного читателя коллективной монографии по истории русской
науки. 21 (10) ноября 1916 г. на квартире Лаппо-Данилевского
собрались М. И. Ростовцев, редакторы «Русского исторического
журнала» (1917—1922) В. Н. Бенешевич, М.А.Дьяконов и др., а
также академик В.И.Вернадский. Целью собрания стало обсуждение
предложенного Бенешевичем проекта издания сборника статей по
истории русской научной мысли, аналогичного изданному во
Франции в 1915 г. при участии Института Франции
коллективному труду «La Science Française».
В архиве В. H. Бенешевича сохранился текст его
несостоявшегося и никогда не публиковавшегося доклада и краткие тезисы
выступлений участников обсуждения. Текст сопровождается
следующей карандашной пометой автора: «Этот доклад на заседании
10 ноября 1916 г. не читался. Он служил предметом обсуждения
в совещании с А. С. Лаппо-Данилевским у него на квартире».19
Процитирую наиболее интересные выдержки из заметок
Бенешевича, объясняющие побудительные мотивы его предложения о
подготовке и издании сборника по истории русской науки.
«На всемирной... выставке 1915 г. в Сан-Франциско
французское Министерство народного просвещения устроило отдел
„французской науки", собрав в нем все те книги, которые ярко
характеризуют участие французского гения в научной работе
всего мира. Для облегчения же понимания сущности этого факта
в надлежащем объеме изданы были краткие обзоры для каждой
отдельной дисциплины, отмечающие существенные моменты в
развитии французской научной мысли и указывающие
библиографию важнейших трудов. Все эти отдельные брошюрки
впоследствии были соединены в одно целое (в виде двух изящных томиков),
так как только в этом виде „они получают свое истинное
значение и свою полную цену" и дают возможность сделать важные
выводы общего характера. В предисловии к 1-му тому ясно
осознаны и откровенно указаны недостатки отдельных обзоров:
пробелы, повторения, непропорциональность размеров,
неоднородность выполнения. Несмотря на то что к работе были привлечены
лучшие силы, с самого начала предвиделось, что она
осуществлена будет далеко не в том виде, какой был бы желателен и
соответствовал бы вполне действительному состоянию французской
науки. Ведь работать пришлось во время страшных для Франции
военных событий и притом в течение короткого срока: около
полугода. К 1 сентября 1915 г. печатание обоих томов было
закончено, предисловие к ним помечено 20 февраля 1915 г. ...
Заранее учитывалась и еще одна причина недостатков работы:
отсутствие общего плана и основных начал, которым должны были
следовать сотрудники. Каждый призван был действовать в пре-
640

делах своей компетентности на свой страх и по своему разумению
пользы дела, и затем отдельные работы были соединены в порядке
не по каким-нибудь философским основаниям классификации
наук, а по соображениям удобства для читателей, и таким образом
следующие статьи вошли в состав двух томов... (перечень статей
опускаю. — И. Т.).
Самая длинная статья занимает 70 стр., потому что трактует о
всех юридических и политических дисциплинах..., обыкновенно
же немногие статьи превышают 20 стр. Библиографии уделяется
не менее 2 стр. и не более 17, причем относительно больше места
она занимает в малых статьях, иной раз столько же, сколько и
самый текст...
Трудную работу предприняли французские ученые в страшное
для родины время, и, несмотря на все свои недостатки, их труд в
целом дает ясное представление о грандиозном характере и
непреходящей ценности вклада, сделанного французами в
сокровищницу знания.
Поэтому теперь, когда война ставит перед русскими учеными
неотложную задачу осознать свои силы и цели, объединиться и
действовать, одним из первых шагов (если не самым первым) на
новом пути должен быть такой же обзор всего развития русской
научной мысли, какой сделан французами в сборнике „La Science
Française". Задача труда аналогична французскому: выявить лицо
русской науки как целого, и для себя, и перед всем миром,
определить характер, значение и место ее в общей экономии
научного творчества. Для выполнения этой задачи французы
находились, конечно, в несравненно более благоприятных условиях,
значение которых не может уничтожить даже и война, и тем не
менее не избегли недостатков в работе; крайняя недостаточность,
а иногда и прямое отсутствие необходимых и даже элементарно
необходимых средств осведомления и общения сделают еще более
понятным и извинительным присутствие таких же или еще других
недостатков в русском труде о русской науке, тогда как ожидание
более благоприятных условий для его осуществления было бы
непростительным педантизмом, грозящим утратой ряда
благоприятных для русской науки возможностей.
К осуществлению сборника „Русская наука" необходимо
приступить немедленно и выполнить издание его в кратчайший срок.
Для этого надо было бы:
1 ) избрать центрального редактора издания или редакторов (в
«La Science Française» их было два, по-видимому), на заботе
которых лежало бы осуществление предприятия в целом объеме,
установление взаимодействия и согласованности с лицами и
учреждениями, сочувствующими той же мысли и осуществляющими ее;
2) наметить лиц, которых желательно было бы иметь
сотрудниками, и таких, которые взяли бы на себя приискание и
организацию сотрудников по отделам наук: философских, математи-
Заказ N'.'4012
641

ческих, естественных, исторических, языкознания, литературы,
права, востоковедения;
3) предоставить сотрудникам полную свободу изложения
истории своей науки или отдела ее, указав на необходимость сжатости
и ограничив размеры отдельной статьи 3 листами, не более;
4) приложить портреты умерших ученых;
5) для представления же статей назначить срок не позже 1
февраля 1917 г.;
6) объем сборника определить в два тома или не более трех,
причем входящие в них статьи могут быть изданы и в виде
отдельных выпусков.
Средства на издание могут быть получены через обращение к
частным издательствам, так как книга может с уверенностью
рассчитывать на распространение в широкой публике.
Но необходимо перевести ее на французский и, пожалуй, тоже
и на английский языки. В переводе на французский можно
рассчитывать на содействие Французского института в Петрограде и
может быть через посредство найдется и издатель для
французского текста, но было бы естественно, если бы это издание было
выполнено нашим Министерством народного просвещения».20
В ходе предварительного обсуждения было предложено
составить примерный план издания, набросок которого, включающий
41 научную дисциплину, сохранился в бумагах инициатора
издания.21 Профессор М. И. Ростовцев, поддержанный М. А.
Дьяконовым, предложил обратиться за содействием к Академии наук,
привлечь в число авторов авторитетных ученых, придать книге
периодический характер, чтобы «дело имело продолжение ежегодно»,
сохранить общедоступность в изложении «и для нас, и для
Европы» и, следовательно, публиковать только основную
библиографию по каждой дисциплине, а также исключить из
планировавшегося списка наук медицину и технику. В. И. Вернадский,
напротив, предложил поместить очерки о медицине и технике в
особые приложения и добавил, что в трех томах уже изданы
исторические очерки русской минералогии, петрографии,
кристаллографии и геологии за 100 лет. По инициативе Вернадского
решено было внести готовый проект труда в Комиссию Академии
наук о международном научном общении,22 что было выполнено
незамедлительно.
На одном из первых заседаний Комиссии Академии наук «по
вопросу об установлении более тесных научных сношений с
союзными странами» 28 (15) ноября 1916 г. после продолжительного
обмена мнениями академики пришли к выводу о необходимости
составления ежегодных изданий, анализирующих опубликованные
труды по той или иной дисциплине отдельно от систематической
библиографии, которая в свою очередь должна по возможности
включать полный обзор научных трудов, касающихся данной
области знаний. От имени редакции «Русского исторического
642

журнала» (В. H. Бенешевич, М.А.Дьяконов, М. Д. Приселков,
С.В.Рождественский) А. С. Лаппо-Данилевским был внесен
проект группы ученых, предусматривавший публикацию на русском
и французском языках коллективного труда «Русская наука» («La
Science Russe»), где в кратких, сжатых очерках приводилась бы
характеристика основных разделов русской науки по образцу
сборника «La Science Française». Идею подготовки серии очерков
по истории научного знания в России поддерживали академики
П. Г. Виноградов и Н. П. Кондаков, считавшие подобное издание
совершенно необходимым введением к академической
«bibliographie raisonné». Проект был принят комиссией и 16(3) декабря
1916 г. получил одобрение Общего собрания РАН.23
В январе 1917 г. началась работа по составлению
предварительной схемы издания и подбору авторов, объединившихся затем
в особую подкомиссию (впоследствии комиссию) по изданию
сборника «Русская наука» под председательством А. С. Лаппо-Да-
нилевского. 25(10) февраля 1917 г. состоялось ее первое
заседание, на котором выработали план книги, определили ее тематику
и круг авторов. Сборник объемом около 100 печатных листов
должен был выйти в двух томах, в формате «Известий» Академии.
Его примерный план напечатали в 75 экземплярах и разослали
ведущим специалистам в разных областях науки.24
С одобрения Общего собрания РАН комиссия связалась с
директором Французского института в Петрограде Ю. К. Патуйе, под
эгидой которого создали специальную группу для перевода на
французский язык статей сборника.25
Идея издания подобного «Русской науке» научного труда
«витала в воздухе» и нашла отклик в кругах московских ученых.
22(9) октября 1917г. В.И.Вернадский записал в дневнике
разговор с физиком академиком П. П. Лазаревым «о необходимости
интенсификации научной работы в теперешнее время. Он
говорит, что Научный институт в Москве хочет издавать журнал на
французском языке, чтобы за границей знали, что в России живут
не одни дикари... Разговор с ними о значении русской науки».26
Еще с 1916 г. редакция журнала «Природа» начала сбор сведений
об учреждениях и ученых России в области точных наук с целью
издания справочников, аналогичных известной немецкой серии
«Minerva». В Петербурге инициатором сбора материалов и
рассылки анкет стал В. Н. Бенешевич, курировавший работу по
гуманитарным наукам. С 1916 г. в составе Академии наук была
образована комиссия «Наука в России» под председательством
непременного секретаря С. Ф. Ольденбурга, куда в 1918 г. поступили
все материалы, собранные редакцией журнала «Природа». С
1919 г. при содействии Книжной палаты и Наркомпроса эта
комиссия сосредоточила в своих руках сбор сведений и с 1920 г.
начала издание справочников под тем же названием о научных
работниках Петрограда, Москвы и всей страны. Комиссия, пере-
643

даваемая из одного ведомства в другое, была возвращена в состав
РАН в 1921 г. и впоследствии носила название Комиссия по
изданию справочника «Наука и научные работники СССР». Эти две
существовавшие в одно время академические комиссии — «Наука
в России» и «Русская наука», возможно из-за схожести названий,
зачастую путают даже историки науки.27
К осени 1917 г. был окончательно составлен план сборника
«Русская наука».28 Целью издания стала характеристика
важнейших научных проблем, ставившихся и решавшихся русскими
учеными на протяжении XVIII—XIX вв., и тех результатов, которых
они достигли к концу 1910-х гг., а также постановка очередных
задач на ближайшую перспективу. Сборник должен был
открываться общим предисловием с характеристикой общего и
особенного в развитии русской научной мысли по сравнению с
западноевропейской наукой. Том планировалось составить из трех
отделов: первый посвящался наукам богословским и философским,
второй — физико-математическим, третий — гуманитарным.
«Научно-прикладные» дисциплины программой не предусматривались.
Отделы состояли из очерков по специальностям. Каждый очерк
снабжался «систематически-хронологическим» списком
важнейших трудов в данной области и ссылкой на общий
библиографический труд по конкретной специальности (если он имелся), а
книга в целом — вспомогательными указателями (к составлению
именного указателя приступили в начале октября 1918 г.). Объемы
статей устанавливались в пределах от 1 до 5 печатных листов.
Первоначально в подготовке книги принимали участие 57
русских ученых по всем отраслям знаний. На заседании подкомиссии
3 февраля (21 января) 1918 г. постановили печатать сборник
тиражом 2000 экземпляров, по тысяче на русском и французском языках;
каждому автору предоставлялось 100 оттисков их статей на
каждом языке. Очерки планировали издавать по мере поступления, с
соответствующим общему плану номером и особой пагинацией с
целью дальнейшей брошюровки в одну книгу. Действительные
члены РАН предоставляли статьи бесплатно,
члены-корреспонденты и сторонние специалисты получали гонорар в сумме сначала
150 руб., затем 500 руб. за печатный лист.29
Начало деятельности комиссии «Русская наука» совпало с
первыми днями Октябрьского переворота, а последующая работа
проходила в тяжелейшие годы гражданской войны и экономической
разрухи. Социальные потрясения времени не позволили многим
авторам представить рукописи в редакцию к намеченному сроку:
первоначальная дата была определена 1 января, затем отодвинута
к 1 мая 1918 г. Некоторые авторы сборника погибли, часть
ученых оказались отрезанными от Петрограда, в их числе академики
В.И.Вернадский и Н. И. Андрусов. Так, еще в ноябре 1918 г.
А. С. Лаппо-Данилевский поставил в известность Общее собрание
РАН, что, по его сведениям, недавно скончавшийся палеоэтнолог
644

Ф. К. Волков успел частично подготовить свои статьи по
антропологии, этнографии и доисторической археологии, и просил
выяснить руководство Академии, не осталось ли среди бумаг
покойного их набросков или очерков.30 Однако установить судьбу этих
работ до сих пор не удалось.31
Как свидетельствуют документы, новые власти первоначально
выражали заинтересованность в трудах комиссии. 27 ноября
1918 г. Научно-технический отдел Петроградского бюро Научной
комиссии по запросу Высшего совета народного хозяйства
(ВСНХ) обратился к Лаппо-Данилевскому с просьбой ознакомить
на ближайшем заседании ее бюро с работами по сборнику
«Русская наука», а также сообщить свои предложения об участии в
планируемом коллективном труде «Современное состояние науки
в России и работы научно-технических учреждений в связи с
новыми начинаниями, масштабами, перспективами и задачами,
выдвигаемыми строительством социалистического народного
хозяйства».32
Однако вскоре, 7 февраля 1919 г., скончался главный вдохновитель
и организатор издания А. С. Лаппо-Данилевский. Решением
Общего собрания РАН обязанности по редактированию сборника и
руководству комиссией с 8 марта 1919 г. были переданы С. Ф. Оль-
денбургу.33 В сентябре того же года председатель занялся
просмотром поступивших рукописей и корректур, выяснив, что из
30 представленных очерков по причинам типографской разрухи
тех лет находилось в работе только 4.34 Среди них статьи:
«Математика» А. В. Васильева (напечатана и вышла в свет),
«Богословие» H. Н. Глубоковского (напечатана, но не сброшюрована),
«Философия» Э. Л. Радлова (подписана к печати), «Сравнительная
анатомия, анатомия человека и гистология» Н. А. Холодковского,
В. Н. Тонкова и А. А. Максимова (набрана, но не сверстана).35
Всего за 1918—1919 гг. в редакцию поступило около 30 печатных
листов рукописей, из них лишь 4 было напечатано, в корректуре
оставалось 8.5.36
Непосильный груз обязанностей С. Ф. Ольденбурга в качестве
непременного секретаря в переломные годы жизни Академии
наук, отвлекавший его от участия в делах комиссии, а также
значительное «понижение возможностей» академической
Типографии тормозили подготовку книги. «Столь медленное продвижение
дела, — писал Ольденбург, — действовало чрезвычайно
расхолаживающе на сотрудников, еще не представивших своих очерков»,
понимавших, что «до них не скоро еще может дойти
очередь».37
В 1920 г. работа комиссии фактически приостановилась. Ее
деятельность ограничивалась лишь финансовыми вопросами,
связанными с выплатой гонораров авторам, и попыткой с помощью
Военно-топографического управления и Главного гидрографического
управления организовать печатание карт-иллюстраций к очерку
645

Л.С.Берга «География».38 К тому же за 1918—1921 гг. от голода,
разрухи, тяжелейших условий быта скончались или уехали из
советской России почти треть сотрудников сборника: умерли или были
убиты Ф.Д.Батюшков, С. К. Булич, Ф.К.Волков, Е. А. Гейнц,.
В. М. Гессен, М.А.Дьяконов, В.В.Заленский, А.А.Кауфман,
Н. И. Лазаревский, А. С. Лаппо-Данилевский, А. Э. Нольде, H. М.
Петровский, И.А.Покровский, Б.А.Тураев, Н.А.Холодковский,
А.А.Шахматов; в эмиграции оказались Ф.А.Браун, П. И. Вальден, П. Г.
Виноградов, Н. Н. Глубоковский, Н. П. Кондаков, Н. О. Лосский, М. И.
Ростовцев, П. Б. Струве и др.
В 1921 г. была сделана новая попытка возрождения работы над
сборником «Русская наука», но уже в рамках вновь созданной
Комиссии по истории науки (впоследствии Комиссии по истории
знаний — КИЗ) под председательством В.И.Вернадского.
Задачей последней стало «изучение последовательного хода и
достижения научной мысли в России и других странах», причем не
только в области «чистой», фундаментальной науки, но и истории
научно-прикладных дисциплин. Постановлением Конференции
РАН ей поручалось принять на себя обязанности по
редактированию сборника «Русская наука». Кроме того, комиссия
предполагала издать собственный периодический орган для публикации
отдельных исследований своих членов по вопросам, связанным с
историей знаний.
На первом же заседании Комиссии по истории науки 11 июня
1921 г. был заслушан доклад С. Ф. Ольденбурга о сборнике
«Русская наука»,39 а на следующем — 18 сентября 1921 г. — Г. П. Блок,
избранный секретарем комиссии, ознакомил коллег с историей
подготовки книги. После обмена мнениями было решено: план
издания, составленный А. С. Лаппо-Данилевским и его
сотрудниками, оставить без изменений; выяснить у авторов степень
готовности очерков, еще не представленных в редколлегию;
предложить проф. А. А. Жижиленко провести совещание специалистов
для пересмотра перечня очерков по вопросам права и списка их
авторов; просить А. А. Каминского, А. Н. Северцова, К. Н.
Давыдова, Д. Н. Анучина, Л. В. Щербу, Н. И. Кареева, В.Ф. Шишмаре-
ва, Е. Ф. Карского и С. Ф. Платонова взять на себя составление
очерков, авторы которых скончались; право решения вопросов о
предельном объеме статей и о порядке их публикации
предоставить редакционному комитету. Общий объем издания
предполагалось увеличить до 300 п. л. По предложению В.И.Вернадского
было решено включить в программу сборника очерки по истории
научно-прикладных дисциплин, связанных с математикой и
естественными науками, предоставив председателю возможность
создания подкомиссии для обсуждения их плана, и образовать особую
подкомиссию для решения вопроса о подготовке и публикации
статей по истории научно-прикладных дисциплин, связанных с
гуманитарными науками.40
646

15 октября 1922 г. обсуждалась программа сборника очерков
по истории прикладного естествознания и математики.
Сохранились план книги и перечень намечаемых авторов.41 Комиссии
предстояло также выработать структуру издания по истории
медицины и ветеринарии.
В начале 1920-х гг. из-за нехватки средств Академии с трудом
удавалось печатать собственную научную продукцию. Для
публикации трудов комиссии В.И.Вернадский предложил обратиться к
помощи частных издательств. На Общем собрании РАН 9 ноября
1921 г. он доложил о готовности книгоиздательства «М. и
В.Сабашниковых» напечатать сборник «Русская наука».42 Однако
вскоре стало ясно, что в условиях послевоенной разрухи одно
частное издательство едва ли сможет справиться с выполнением
обширной издательской программы комиссии и в лучшем случае
могло бы обеспечить выпуск лишь нескольких очерков. Вопрос о
печатании сборника «Русская наука» оставался открытым.
12 декабря 1921г. был избран президиум КИЗ
(впоследствии — бюро: председатель В. И. Вернадский, товарищ
председателя Э. Л. Радлов) и редакционный комитет (весь президиум и три
члена, избранные Общим собранием, — Н. Я. Марр, А. В.
Васильев, М. А. Блох). С неизбежностью встал вопрос о финансировании
деятельности комиссии. Просимая по смете РАН сумма на 1922 г.
в размере 134 млн руб. при катастрофической инфляции и
быстром обесценивании денег являлась заведомо недостаточной.
Поэтому было решено ряд специальных расходов КИЗ покрыть за
счет других заинтересованных ведомств. Для составления и
публикации статей по истории инженерно-технических знаний
предполагаемым объемом 300 п. л. руководство КИЗ обратилось с
ходатайством в Научно-технический отдел ВСНХ, по истории
сельскохозяйственных знаний — в Народный комиссариат земледелия,
по истории медицины и ветеринарии — в Народный комиссариат
здравоохранения. НТО ВСНХ принял предложение КИЗ и
перевел на ее счет 5 млн руб. Член коллегии Наркомзема, известный
экономист проф. А. Ф. Чаянов также пошел навстречу комиссии и
обещал отпустить просимые ею ассигнования. Одновременно
комиссия постановила еще более расширить тематику сборника: по
предложению В. Л. Комарова внести в план очерков исторический
обзор изучения России, утвердить перечень тем и авторов статей
по истории прикладного естествознания, а наблюдение за этой
работой поручить М. А. Блоху; все издания комиссии печатать по
новой орфографии.
В связи с изменившимися условиями ряд авторов готовящейся
книги решили дополнить или переработать свои статьи, забрав
рукописи из КИЗ. Так, составленный Э. Л. Радловым и уже
набранный очерк по философии постановили выпустить в свет,
попросив автора дополнить его для второго издания. С. А. Жебелёв,
написавший статью «Археология и общая история искусств», и
647

А. И. Малеин, автор очерка по латинскому языку и литературе,
обратились с просьбой предоставить им возможность увеличить
объем своих работ и не издавать их в прежнем виде. В результате
обе статьи так и остались неопубликованными. Первую часть
очерка А.В.Васильева «Математика» было решено издать в
количестве 1000 экземпляров, подготовку второй части возложить на
него же и Я.В.Успенского, поручив им подбор необходимых
сотрудников. Набранную работу Н. А. Холодковского, В.Н. Тонкова
и А. А. Максимова по анатомии и гистологии решено было
сохранить в количестве 25 экземпляров для архива, а набор разобрать
из-за несоответствия содержания общим требованиям,
установленным комиссией. Редакционному комитету поручили привлечь
группу специалистов к участию в повторном составлении очерка
на эту тему под общим руководством одного из членов КИЗ.43
Решением редакционного комитета от 9 января 1922 г.
медицинскую часть серии «Русская наука» возглавил Г. В. Хлопин. Ее
объем определили в 100 п. л., включая полную историческую
библиографию. В самостоятельную часть выделялись статьи по
истории ветеринарии.44
На заседании президиума КИЗ 2 мая 1922 г. рассматривался
вопрос о возможном изменении заглавия серии «Русская наука»
и внешнего вида выпусков в соответствии с форматом «Отчетов»
РАН. Через несколько дней председатель комиссии В. И.
Вернадский уехал в длительную зарубежную командировку, а исполнение
его обязанностей с июня 1922 г. взял на себя философ Э. Л. Рад-
лов. На несколько лет деятельность КИЗ фактически
прекратилась и возобновилась лишь в мае 1926 г., после возвращения
В.И.Вернадского из-за границы.45
2 ноября 1926 г. бюро КИЗ вновь обсуждало вопрос о
готовности очерков серии «Русская наука». Признав желательным
издание в первую очередь статей покойного Б. А. Тураева «Русская
наука о Древнем Востоке» и П. К. Коковцова «Семитическая
филология», бюро приняло решение о передаче на редактирование
и рецензирование очерков П. П. Лазарева «История физики»,
Д. О. Отта «Краткий очерк акушерства и гинекологии в России»
и П. О. Сомова «История механики».46 Год спустя по решению
бюро КИЗ от 7 сентября 1927 г. очерки Н.П.Петровского,
Д. К. Петрова, М. Д. Залесского и А. А. Белопольского также были
отданы на редактирование, а статьи П. К. Коковцова и Н. И. Ка-
реева, оставшиеся неизданными, возвращены авторам, но, к
счастью, дошли до нас в рукописях.47 Аналогичная судьба
постигла исследование А. А. Белопольского «Очерк истории развития
астрономии со времени основания Академии наук до начала
XXстолетия», переданный В.И.Вернадским автору в 1928г. для
дополнений и изменений в тексте и библиографическом указателе.48
Идея публикации сборника или серии книг под названием
«Русская наука» была окончательно сорвана и похоронена после
648

«великого перелома» в Академии наук СССР и последовавшей за
ним реорганизации КИЗ в 1930—1931 гг.49 Некоторые статьи,
написанные специально для «Русской науки», были напечатаны
авторами в других изданиях или расширены и выпущены как
монографии в «Трудах КИЗ».
В современной литературе общепринятым является
утверждение, что до Октябрьской революции в России не велось
систематических исследований в области истории науки и что работа в
этой области была делом личной инициативы отдельных
ученых.50 КИЗ в свою очередь незаслуженно упрекали в том, что она
«вела работу в достаточной мере случайно, без заранее
выработанного плана».51 С такой категоричной оценкой согласиться
нельзя.
В определении тематики историко-научных исследований
очевидна определяющая роль инициаторов издания и председателей
комиссий, занимавшихся подготовкой сборника «Русская наука».
Историк А. С. Лаппо-Данилевский и индолог С. Ф. Ольденбург
отдавали явное предпочтение гуманитарным дисциплинам — по
первоначальному плану первый и третий отделы книги включали
70.5 п. л. текста из 105 п. л. всего сборника. Это отнюдь не
случайно, если вспомнить, какой значительный вклад внесли в
сокровищницу мировой научной мысли ученые России рубежа
XIX—XX вв., например в таких областях, как востоковедение,
византиноведение, славяноведение, антиковедение и т. п. Структура
издания объективно отражала соотношение и представительство
наук в самой Российской Академии наук, где большая часть
действительных членов являлась специалистами в области
гуманитарных наук (напомню, что на сентябрь 1919 г. в РАН состояло
29 действительных членов, из которых 17 числилось по двум
гуманитарным отделениям — ОРЯС и ОИНФ, а 12 — по ОФМН).
С передачей материалов сборника в ведение Комиссии по
истории науки картина изменилась. Хотя в круг ведения КИЗ
входили все научные дисциплины,52 изучение истории гуманитарного
знания в новых политических условиях постепенно стало
отходить на второй план. Примечателен факт отклонения бюро КИЗ
3 мая 1927 г. предложения В. Н. Бенешевича о структурировании
комиссии для более успешной ее деятельности на постоянные
отделы — математический, физико-химический, биологический,
гуманитарный.53 Со временем, особенно после реорганизации КИЗ,
фактического отстранения В. И. Вернадского от руководства
комиссией и заменой его Н. И. Бухариным, предпочтение стало
отдаваться изучению истории естественных, технических и научно-
прикладных дисциплин. Науки гуманитарного цикла вообще
выпали из поля зрения образованного на базе КИЗ в 1932 г.
Института истории науки и техники АН СССР. Очевидно, этому
способствовали общественно-политические события в стране,
неприкрытое давление на Академию наук после принятия в 1927 г.
649

нового Устава АН СССР, направленного на подчинение ранее
автономной Академии нуждам «социалистического
строительства». Постоянный политический нажим и шантаж,
ожесточенная травля в печати ученых старой школы («дело» академика
С. А. Жебелёва, октябрь 1928 г.—февраль 1929 г.),54 исключение
из числа членов Академии наук СССР ученых-эмигрантов
(декабрь 1928 г.),55 избрание коммунистов в Академию (февраль
1929 г.), проверка комиссии Ю. П. Фигатнера (июнь—август 1929 г.)
вызвали массовые «чистки» сотрудников и привели к отставке
старого административного аппарата Академии.56 И в дальнейшем
научное сообщество не смогло противостоять давлению партийно-
государственной машины, особенно после «академического дела»
или «дела историков» (1929—1931 гг.), повлекшего за собой
массовые аресты ученых-гуманитариев и окончательную
реорганизацию главного научного учреждения страны. При возможном
сопротивлении возникала реальная угроза ликвидации Академии как
таковой.
Ярким примером отрицательного отношения властей к
представителям гуманитарных наук в Академии является доклад А. В.
Луначарского «О задачах парторганизации Академии наук СССР» на
общем собрании членов коллектива ВКП(б) Академии 11 января
1930 г., где прямо говорится о наличии среди ученых
«черносотенцев и кадетов». По мнению председателя Ученого комитета
при ЦИК СССР и бывшего наркома просвещения, благодаря
гуманитариям в Академию «просачивается чуждая нам идеология»,
которая вызывает необходимость «провести работу на
свертывание гуманитарного отделения при Академии наук» в течение 10—
15 лет и передачу его в структуру Коммунистической
академии.57
Многие статьи сборника, касавшиеся гуманитарных
дисциплин, написанные классиками науки, т. е. учеными «старой
школы», так или иначе касались «запретных» сюжетов и фамилий,
например о научной деятельности политических эмигрантов и
репрессированных ученых, занимавшихся византиноведением,
историей церкви и т. п. В них отсутствовал «марксистский подход»,
насаждавшийся официальной идеологией; напротив,
пропагандировалась мысль о том, говоря словами акад. В. П. Бузескула, что
«наука должна возвышаться над перегородками, разделяющими
человечество, что она должна служить но не прислуживаться».58
В атмосфере «выкорчевывания» инакомыслия и борьбы с
нейтральностью в начале 1930-х гг. продолжался разгром русской
гуманитарной науки. К этому времени стала окончательно ясной
невозможность публикации коллективного труда по истории
русской науки в том виде, как он виделся до Октябрьского
переворота, так как для власть предержащих книга могла стать опасной.
По моему убеждению, организационное оформление историко-
научных исследований в Российской Академии наук необходимо
650

связывать с Комиссией по изданию сборника «Русская наука»,
правопреемницей которой стала КИЗ. Рамки первоначально
планировавшегося двухтомника едва ли смогли вместить весь объем
необходимой историко-научной информации из разных областей
знаний. Поэтому вполне закономерным выглядит решение
президиума КИЗ о переходе к изданию серийных тематических
сборников, посвященных одной или нескольким смежным научным
дисциплинам. И хотя основная задача комиссии — «создание
серьезной русской литературы по истории знаний» — не могла
считаться окончательно выполненной, историко-научные
исследования 1910-х—конца 1920-х гг. заложили фундамент
последующих работ по истории отечественной науки.
Характерно, что последствия реорганизации КИЗ 1930—
1931 гг. прослеживаются и в самом названии, и в тематике работ
Института истории естествознания и техники РАН, ныне лишь
эпизодически обращающегося к истории гуманитарного знания.
Еще в первом томе трудов его предшественника — Института
истории науки и техники, созданного на базе КИЗ в 1932 г.,
предпринята попытка объяснить и оправдать приоритетность изучения
истории естественных и технических наук. В качестве недостатка
этого печатного органа самой редакцией названо «почти полное
исключение из поля зрения истории (науки. — И. Т.) наук
общественных, проработка которых ввиду невозможности охватить сразу
все отрасли науки отнесена институтом на вторую очередь».59
Однако «вторая очередь» так до сих пор и не наступила.
В заключение приводим сводный план сборника «Русская
наука».
Сводный план сборника «Русская наука»,
реконструированный автором на основе планов
А. С. Лаппо-Данилевского (июль 1917 г.)
и Комиссии по истории н а у к и (1 9 2 1 г.)60
Предисловие.
Отдел первый.
1.1. Проф. H. Н. Глубоковский. Науки
богословские (теоретическое
богословие: догматика, этика, апологетика,
полемика; библиология и экзегетика;
церковная история с церковной
литературой; патрология и гомилетика;
каноника, литургика и церковная археология).
1.2. Проф. Э. Л. Радлов. Науки
философские (введение в философию и
история философии; метафизика и
гносеология; логика, этика и эстетика).
651
5 п. л. Рукопись
готова, печатается,
выполнен перевод на
французский язык.61
4 п. л. Печатается.62

Отдел второй.
2.1. Проф. А.В.Васильев.
Математика.
2.2. Проф. П. О. Сомов. Механика.
2.3. Акад. А. А. Белопольский.
Астрономия.
2.4. Акад. П. П. Лазарев. Физика.
2.5. Проф. Е. А. Гейнц, впоследствии
А. А. Каминский. Метеорология.
2.6. Акад. П. И. Вальден. Химия.
2.7. Акад. В.И.Вернадский,
впоследствии акад. А. Е. Ферсман.
Минералогия (с кристаллографией).
2.8. Акад. Н. И. Андрусов. Геология.
2.9. Проф. К. Д. Глинка.
Почвоведение.
2.10. Палеонтология.68
2.10.1. М. Д. Залесский.
Палеоботаника.
2.10.2. A.A. Борисяк. Палеозоология.
2.11. Акад. И. П. Бородин. Ботаника.
2.12.1. Проф. Н. А. Холодковский.
Сравнительная анатомия.
2.12.2. Проф. В.Н. Тонков.
Анатомия человека.
2.12.3. Проф. А.А.Максимов.
Гистология.
2.13. Л. А. Орбели. Физиология.
2.14. Акад. В. В. Заленский,
впоследствии акад. А. Н. Северцов и К. Н.
Давыдов. Эмбриология.
2.15. Акад. Н.В.Насонов. Зоология
(систематическая).
2.16. Проф. Н. П. Кравков. Научная
медицина (общая патология,
бактериология).
2.17. Проф. Л.С.Берг. География
(физическая география и
страноведение).
2.18. Приват-доцент Ф.К.Волков,
впоследствии Д. Н. Анучин.
Антропология.
Отдел третий.
3.1. Проф. А. А. Кауфман.
Статистика.
3.2. Проф. Н. О.Лосский. Психология.
2 п. л. Первая часть
отпечатана.63
2 п. л. Готова.64
1.5 п. л. Готова.65
1.5 п. л. Готова.66
1 п. л.
3 п. л.
2 п. л.
1 п. л.
1 п. л. Готова.67
0.5 п. л. Готова.6
1 п. л. Готова.70
Зп.л.71
Всего 3 п. л.
Печатается.72
2 п. л.
1 п. л.
2 п. л.
3 п. л.
5 п. л. Готова.73
0.5 п. л.
4 п. л. Готова.74
2 п. л. Готова.75
652

3.3. Проф. С. К. Булич, впоследствии
Л. В. Щерба. Языкознание (общее и
сравнительное).
3.4. Приват-доцент Ф.К.Волков,
впоследствии проф. Д. Н. Анучин.
Этнография.
3.5. Проф. Н. И. Кареев.
Социология.
3.6. Акад. П.Б.Струве.
Политическая экономия и наука о финансах.
3.7. Право.
3.7.1. Проф. И.А.Покровский,
проф. П. И. Новгородцев. Общая теория
и философия права.
3.7.2. Проф. В. М. Гессен.
Государственное право.
3.7.3. Проф. Н. И. Лазаревский.
Административное право.
3.7.4. Проф. М. Я. Пергамент.
Гражданское право.
3.7.5. Проф. Д.Д.Гримм. Римское
право.
3.7.6. Проф. А. Э. Нольде. Торговое
право.
3.7.7. Проф. В. Б. Ельяшевич.
Гражданский процесс.
3.7.8. Проф. А. А. Жижиленко.
Уголовное право.
3.7.9. Проф. В. Н. Бенешевич.
Церковное право.
3.7.10. Проф. В.Э.Грабарь.
Международное право.
3.8. Философия и история.
3.8.1. А к ад. А. С. Лаппо-Данилев-
ский, впоследствии проф. Н. И. Кареев.
Методология истории (в совокупности).
3.8.2. Приват-доцент Ф. К. Волков,
впоследствии проф. Д. Н. Анучин.
Доисторическая археология.
3.8.3. Проф. Б. А. Тураев. Древний
Восток.
3.8.4. Греция.
3.8.4.1. Проф. Ф.Ф.Зелинский,
впоследствии акад. А.В.Никитский.
Язык и литература.
3.8.4.2. Проф. В. П. Бузескул.
История.
1.5 п. л.
2 п. л.
2 п. л. Готова.76
2.5 п. л. Готова.
3 п. л.
2 п. л.
1 п. л.
1 п. л.
0.5 п. л.
0.5 п. л.
0.5 п. л.
0.5 п. л.
0.5 п. л.
1 п. л.
1.5 п. л.
0.5 п. л.
0.8 п. л. Готова.
2 п. л.
1 п. л. Готова.78

3.8.5. Рим.
3.8.5.1. Проф. А. И. Малеин.
Латинский язык и литература.
3.8.5.2. Проф. И. М. Гревс,
впоследствии проф. А. И. Малеин. История.
3.8.6. Археология (преимущественно
классическая) и общая история
искусства.
3.8.6.1. Проф. С. А. Жебелёв.
Археология и общая история искусства.
3.8.6.2. Акад. М.И.Ростовцев.
Классические и скифские древности
северного побережья Черного моря.
3.8.7. Профессора В. Ф. Шишмарев,
Ф. Д. Батюшков, Д. К. Петров, Ф. А. Браун.
Романо-германская филология и
история литературы.
3.8.7.1. Проф. Д. К. Петров.
Итальянская и испанская литературы.
3.8.7.2. Акад. П.Г.Виноградов.
История средних веков.
3.8.7.3. Акад. Ф.И.Успенский.
История Византии.
3.8.7.4. Проф. Н. И. Кареев. История
нового времени.
3.8.8. Славяноведение.
3.8.8.1. Проф. Н.М.Петровский.
Язык и литература.
3.8.8.2. Проф. Н.В.Ястребов.
История (южных и западных славян).
3.8.8.3. Акад. А. А. Шахматов, акад.
В.М. Истрин, впоследствии
Е.Ф.Карский, акад. В.Н. Перетц. Русский язык
и литература в связи с их историей.
3.8.8.4. Акад. Н. П. Кондаков.
История русского искусства.
3.8.8.5. Акад. М.А.Дьяконов.
История русского права.
3.8.8.6. Акад. А. С. Лаппо-Данилев-
ский, впоследствии С. Ф. Платонов.
Русская история.
3.9. Востоковедение.
3.9.1. Акад. С. Ф. Ольденбург.
Введение.
3.9.2. Акад. П. К. Коковцов.
Семитическая филология.
1.5 п. л. Готова.79
1.5 п.л.
1.5 п. л. Готов.80
2 п. л. Готова.81
2.5 п. л. Частично
готова.82
1 п. л. Готова.
1.5 п. л.
1 п. л.
1.5 п. л. Готова.83
1.8 п. л. Готова.84
1 п. л.
4 п. л. Частично
готова.85
2 п. л.
2 п. л.
5 п. л.
Готова.1
654

3.9.3. Акад. H. Я. Марр.
Христианский Восток.
3.9.4. Акад. В. В. Бартольд.
Мусульманский мир.87
3.9.5. Акад. Н. Я. Марр. Кавказ.
3.9.6. Акад. С. Ф. Ольденбург. Иран.
3.9.7. Акад. В. В. Бартольд. Турецкие
народы.
3.9.8. Акад. С. Ф. Ольденбург.
Буддийский мир.88
3.9.10. Акад. С. Ф. Ольденбург.
Дальний Восток, Индия, немусульманская
Средняя Азия.
3.9.11. Л. Я. Штернберг. Сибирские
народы.
3.9.12. Акад. А.А.Шахматов,
впоследствии H. Н. Поппе. Финны.
Примечания
1 Институт истории естествознания и техники: Краткая история.
Структура института. Библиография / Сост. С. С. Илизаров, О. А.
Лежнева. М.: Наука, 1985.
2 Есаков В. Д. Неосуществленный проект Академии наук // Вестн.
Акад. наук. 1997. №2. С. 1129—1139.
3 Тункина И. В. О проекте многотомного издания по истории
русской науки (1916—1930 гг.)// Петербургская Академия наук в истории
академий мира: К 275-летию Академии наук. Материалы Междунар.
конф. 28 июня—4 июля 1999 г. СПб., 1999. Т. 1. С. 182—194.
4 ПФА РАН, ф. 1, оп. 1а-1916, д. 163, л. 56 об., ОС, § 8.
5 Там же, л. 96, ОС, § 121.
6 Там же, л. 103 об., ОС, § 242.
7 Там же, л. 111 об., ОС, § 277; л. 119, ОС, §317.
8 Там же, л. 100, об., 103 об., ОС, § 242.
9 См., например, посмертную публикацию по материалам архива
ученого: Л anno-Данилевский А. С. Очерк развития русской
историографии // Русск. историч. журн. 1920. Кн. 6. С. 5—29 (очерк предназначался
для английского издания; среди рукописей сохранились введение, первая
глава и начало второй главы).
10 Lappo-Danilevsky A. S. The development of science and learning in
Russia // Russian realities & problems / By Paul Milyoukov, Peter Struve,
A. Lappo-Danilevsky, Roman Dmowski and Harold Williams; Ed. J. O. Duff.
Cambridge, 1917. P. 135—229.
11 Ср.: ЯнжулИ.И. Национальность и продолжительность жизни
(долголетие) наших академиков // Изв. Акад. наук. Сер. 6. 1913. Т. 7, №6.
С. 284—290.
12 ПФА РАН, ф. 113, оп. 1, д. 130, л. 1—176.
13 Там же, л. 177—253.
14 Там же, д. 131, л. 5.
15 Там же, л. 1—2.
655

16 Там же, л. 4.
17 См.: ЗографН. Отрадная страница из истории русской науки //
ЖМНП. 1899. №10. С. 225.
18ПФА РАН, ф. 113, оп. 1, д. 129, л. 12.
19 Там же, ф. 192, оп. 1, д. 5, л. 1.
20 Там же, л. 3—17.
21 Там же, л. 1—2 об.
22 Там же, л. 8 об.
23 Там же, ф. 1, оп. 1а-1916, д. 163, л. 126 об.—127, ОС, § 299.
Приложение III.
24 Там же, ф. 1, оп. 1а-1917, д. 164, л. 222, ОС, § 191.
25 Там же, on. 1а-1916, д. 163, л. 258, 270.
26 Вернадский В. И. Дневники. 1917—1921: октябрь 1917—январь
1920. Киев, 1994. С. 12.
27 См., например: Есаков В. Д. Указ. соч. С. ИЗО.
28 В упомянутой статье В. Д. Есакова опубликован примерный
первоначальный план издания (июнь 1917 г.) с указанием планировавшихся
объемов статей и фамилий авторов. См.: Есаков В. Д. Указ. соч. С. 1134—
1135.
29 ПФА РАН, ф. 1, оп. 1а-1918, д. 165, л. 28—29 об., ОС, § 39.
30 Там же, л. 120 об., ОС, § 297.
31 Тункина И. В. Ф. К. Волков и сборник «Русская наука» //
Традиции отечественной палеоэтнологии. Тез. докл. Междунар. науч. конф.,
посвящ. 150-летию со дня рождения Федора Кондратьевича Волкова
(Вовка). Санкт-Петербург, 15—16 апреля 1997 г. СПб., 1997. С. 22—
24.
32 ПФА РАН, ф. 113, оп. 2, д. 67, л. 15.
33 Там же, ф. 1, оп. 1а-1919, д. 166, л. 47, ОС, § 82.
34 Там же, л. 84 об.—86, ОС, § 187.
35 Там же, ф. 2, оп. 1-1917, д. 27, л. 76.
36 Там же, ф. 1, оп. 1а-1919, д. 166, л. 40, ОС, §47; ф. 2, оп. 1-1917,
д. 27, л. 42; Отчет о деятельности Российской Академии наук по
Отделениям физико-математических наук и исторических наук и филологии за
1919 г., составленный непременным секретарем академиком С. Ф. Оль-
денбургом и читанный в публичном заседании 29 декабря 1919 г. Пг.,
1920. С. 322.
37 Отчет о деятельности Российской Академии наук... за 1919 г.
С. 322.
38 ПФА РАН, ф. 2, оп. 1-1917, д. 27, л. 29—30, 35—36, 38, 46—56.
39 Там же, л. 67.
40 Там же, л. 72—74.
41 Там же, л. 86—87.
42 Там же, л. 94.
43 Там же, л. 97—98 об.
44 Там же, л. 102.
45 Там же, д. 42, л. 1; Вернадский В. И. 1) Записка о необходимости
возобновления работ Комиссии по истории науки // Изв. Акад. наук.
Сер. 6. 1926. Т. 20, № 18. С. 1692—1694; 2) Работы по истории знаний //
Академия наук СССР за десять лет: 1917—1927. Л., 1927. С. 155—163.
46 ПФА РАН, ф. 154, оп. 1, д. 2, л. 2.
47 Там же, л. 9.
48 Там же, д. 12, л. 266.
49 Там же, д. 34, 303.
656

50 Институт истории естествознания и техники: Краткая история.
Структура института. Библиография. С. 5.
51 Хроника: Институт истории науки и техники Академии наук (на
1 января 1933 г.) // Архив истории науки и техники. 1933. Вып. 1. С. 226.
52 ПФА РАН, ф. 2, оп. 1-1917, д. 27, л. 248.
53 Там же, ф. 154, оп. 1, д. 2, л. 8.
54 Тушина И. В. «Дело» академика С. А. Жебелёва // Древний мир и
мы: Классическое наследие в Европе и России: Альманах. СПб., 2000.
Вып. 2. С. 116—161.
55 Подробнее см.: Тункина И. В. М. И. Ростовцев и Российская
Академия наук // Скифский роман. М., 1997. С. 101—111.
56 Подробнее см.: Брачев В. С. 1) Укрощение строптивой, или как
Академию наук СССР учили послушанию // Вестн. Акад. наук. 1990. №4.
С. 120—127; 2) «Дело историков» 1929—1931 гг. СПб., 1998; Levin А. Е.
Expedient catastrophe: A reconsideration of the 1929 crisis at the Soviet
Academy of Science // Slavic Review. 1988. Vol. 47, N2. P. 261—279;
Graham L. G. The Soviet Academy of Sciences and the Communist Party,
1927—1932. Princeton: N.J., 1967; ПерченокФ. Ф. Академия наук на
«великом переломе» // Звенья: Историч. альманах. М., 1991. Вып. 1. С. 163—
235.
57 ЦГАИПД СПб., ф. 2019, оп. 2, д. 21, л. 1.
58 ПФА РАН, ф. 729, оп. 2, д. 165, л. 29.
59 От редакции // Архив истории науки и техники. 1933. Вып. 1.
С 8
60 ПФА РАН, ф. 192, оп. 1, д. 53, л. 11—12 об., 43, 70—71; ф. ИЗ,
оп. 2, д. 67, л. 10—11; ф. 1, оп. 1а-1919, д. 166, л. 86, ОС, § 187.
Приложение.
61 Рукопись статьи поступила в комиссию в феврале 1918 г. На
заседании Общего собрания РАН 20 (7) апреля 1918 г. А. С. Лаппо-Данилев-
ский доложил, что одновременно с кратким очерком по истории
богословских наук в России, представленным H. Н. Глубоковским для
сборника «Русская наука», последним составлено «более подробное обозрение
их развития, составляющее небольшую книгу (листов 12—15).
Желательно было бы, не разбирая набора уже набранных для сборника „Русская
наука" листов, воспользоваться тем же набором для подробного
обозрения с тем, чтобы выпустить его отдельной книжкой». Однако ввиду
технических трудностей печатание обоих изданий решено было вести
независимо друг от друга. Осенью 1918 г. очерк по богословию был напечатан
на русском языке, а Французским институтом сделан его перевод на
французский язык (ПФА РАН, ф. 1, оп. 1а-1918, д. 165, л. 28, ОС, §28;
л. 38 об., ОС, §86; л. 84, ОС, §205). Ср.: Глуооновский H. H. Русская
богословская наука в ее историческом развитии и новейшем состоянии.
Варшава, 1928; репринт: М., 1992 (сокращенный вариант; полный текст
брошюры хранится в Отделе рукописей Российской национальной
библиотеки, предисловие и раздел «Догматика» опубликованы в книге: Сосуд
избранный: История российских духовных школ в ранее не
публиковавшихся трудах, письмах деятелей Русской православной церкви, а также в
секретных документах руководителей советского государства. 1888—
1932 / Сост. М. Склярова. СПб., 1994. С. 178—193).
62 Рукопись очерка поступила в комиссию в июне 1918 г. Ср.: Рад-
лов Э. Л. 1) Введение в философию. Пг., 1919; 2) Очерк истории русской
философии. 2-е изд. Пг., 1920. 98 с. (1-е изд. СПб., 1912. См. также:
Введенский А. #., Лосев А. Ф., РадловЭ. Л., ШпетГ. Г. Очерки истории рус-
657

ской философии / Сост. и примеч. Б. В. Емельянова, К. Н. Любутина.
Свердловск, 1991); 3) Этика. Пг., 1921.
63 Васильев А. В. Математика. Вып. 1. 1725—1863. Пг., 1921. 72 с.
(Русская наука. Отдел 2).
64 Рукопись поступила в комиссию в июне 1918 г.
65 Рукопись поступила в комиссию в апреле 1918 г. См.: ПФА РАН,
р. IV, оп. 1, д. 671: Histoire du dévelopement des sciences astronomique en
Russie de puis le XVIII—jusqu'au en XX siècle.
66 Рукопись поступила в комиссию в феврале 1918 г. См.:
Лазарев П. П. 1) Краткая история русской физики // Соч. М.; Л., 1957. Т. 1.
С. 645—668 (статья 1918 г. для «Русской науки»); 2) Точные науки в
России за 200 лет. М.; Л., 1925. 19 с; 3) Исторический очерк развития
точных наук в России в продолжение 200 лет. Л., 1926. 23 с.
67 Рукопись работы «Русское почвоведение (краткий исторический
очерк)» поступила в комиссию в феврале 1918 г., а в январе 1919 г. была
передана редколлегии. Опубл.: Глинка К. Д. Русское почвоведение:
Краткий исторический очерк. К 20-й годовщине смерти В. В. Докучаева // Зап.
Лен. с.-х. ин-та. Л., 1924. Т. 1. С. 1—24.
68 Рукопись А. А. Борисяка и М. Д. Залесского по палеонтологии
(палеозоологии и палеоботанике) поступила в комиссию в июне 1918 г.
69 Залесский М. Д. Очерк развития палеоботаники в России // Зап.
Рос. минер, об-ва. 2-я сер. 1924. Ч. 52. С. 188—195.
70 Борисяк А. А. Краткий очерк истории русской палеозоологии // Тр.
Ин-та истории естествознания АН СССР. 1947. Т. 1. С. 5—20.
71 В фонде И. П. Бородина в ПФА РАН (ф. 125) сохранилась заметка
«Материалы к истории ботаники в России».
72 Рукопись трех авторов — Н. А. Холодковского, В. Н. Тонкова,
А.А.Максимова — поступила в комиссию в феврале 1918г. В январе
1919 г. А. С. Лаппо-Данилевский доложил Общему собранию, что в
редакцию поступила работа Холодковского «Очерк истории развития
морфологической зоологии и других отраслей зоологических наук (кроме
систематики, зоогеографии и эмбриологии), а также анатомии человека и
гистологии в России».
73 Рукопись поступила в комиссию в сентябре 1918 г. Опубликована
была монография: Берг Л. С. Очерк истории русской географической
науки (вплоть до 1923 г.). Л., 1929, 154 с. (Тр. КИЗ. Вып. 4). См. также
его рукописи: ПФА РАН, ф. 804, оп. 1, д. 229: Географическая наука в
России; д. 235: Замечания к докладу «Географическая наука в России»;
д. 236: Прибавление к истории русской географической науки; д. 237:
История географической науки в России и СССР.
74 Рукопись статьи поступила в комиссию в апреле 1918 г. Посмертно
опубликована лишь монография: Кауфман А. А. Статистическая наука в
России. Теория и методология: Историко-критический очерк. М., 1922.
218 с.
75 Рукопись поступила в комиссию в сентябре 1918 г.
76 Рукопись статьи поступила в комиссию в феврале 1918 г. Ср.: Ка-
реевН. И. Общие основы социологии. Пг., 1919. См. также рукопись его
неизданной монографии «Очерки по истории социологии в России»:
ПФА РАН, ф. 980, оп. 1, д. 16, 771 л. Не позднее марта 1930 г.
77 Рукопись поступила в комиссию в феврале 1918 г. См.: ПФА РАН,
ф. 154, оп. 2, д. ПО, 23 л. 1917—1918 гг. Опубликована посмертно: Тура-
ев Б. А. Русская наука о Древнем Востоке до 1917 г. / Под ред. и с пре-
дисл. И. Ю. Крачковского. Л., 1927. 19 с. (Тр. КИЗ. Вып. 3).
658

78 Рукопись Бузескула по истории Греции поступила в комиссию в
июне 1918 г. Ср.: Бузескул В. П. Разработка древнегреческой истории в
России // Анналы. 1924. №4. С. 139—153.
79 Рукопись поступила в комиссию в апреле 1918 г.
80 Рукопись поступила в комиссию в мае 1918 г. См.: ПФА РАН,
ф. 729, оп. 1, д. 5 (с исправлениями автора начала 1920-х гг.). Очерк
С. А. Жебелёва подготовлен к печати И. В. Тункиной.
81 Рукопись поступила в комиссию в мае 1918 г. См.: ПФА РАН,
ф. 729, оп. 3, д. 30. Опубл.: Ростовцев М. И. Классические и скифские
древности северного побережья Черного моря / Публ. и комм. И. В.
Тункиной // Петербургск. археол. вестн. 1993. № 5. С. 25—38. См. также
вступительную статью: Тункина И. В. Неизданная работа М. И. Ростовцева
«Классические и скифские древности северного побережья Черного
моря» // Там же. С. 22—24.
82 Рукопись Д. К. Петрова по языку и литературе романских народов
поступила в комиссию в марте 1918 г.
83 Оставшаяся неизданной рукопись под названием «Новая история»
поступила в комиссию в феврале 1918 г. См.: ПФА РАН, ф. 154, оп. 2,
д. 50, 62 л.
84 Рукопись статьи о языках и литературах славянских народов
поступила в комиссию в феврале 1918 г.
85 Карский Е. Ф. Очерк научной разработки русского языка в
пределах СССР // Сб. ОРЯС АН СССР. 1926. Т. 101, № 1. С. 1—103.
86 ПФА РАН, ф. 779, оп. 1, д. 12, 20 л. (статья П. К. Коковцова
«Семитическая филология», написанная в 1918 г., осталась
неопубликованной; рукопись порвана, имеет помету автора: «После моей смерти прошу
не печатать, а уничтожить. Март 1933 г.»).
87 Ср.: БартольдВ.В. История изучения Востока в Европе и
России // Соч. М., 1977. Т. 9. С. 199—482.
88 Ср.: Олъденбург С. Ф., Щербатской Ф. #., Розенберг О. О., Вла-
димирцов Б. Я. Буддизм. 4 лекции. Пг., 1922. 219 с.

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
АИНТ — журнал «Архив истории науки и техники».
АК — Археографическая комиссия (при Отделении истории
Академии наук).
АН —Академия наук.
АНИ —Издательство Академии наук.
АР АН —Архив Российской Академии наук.
АРКОС — Англо-советское торговое общество в Лондоне.
БАН — Библиотека Академии наук.
БГН —Библиотека геологических наук.
БИОГЕЛ — Биогеохимическая лаборатория АН СССР.
БСЭ —Большая советская энциклопедия.
ВАСХНИЛ — Всесоюзная академия сельскохозяйственных наук
им. В. И.Ленина.
ВОКС — Всесоюзное общество культурной связи с заграницей
(1925—1958).
ВСНХ —Высший совет народного хозяйства.
ВУАН —Всеукраинская Академия наук.
ВЦСПС — Всесоюзный Центральный Совет Профессиональных
Союзов.
ГАИМК —Государственная академия истории материальной
культуры.
ГАО — Главная (Пулковская) астрономическая обсерватория
АН СССР.
ГАРФ — Государственный архив Российской Федерации.
ГАХН — Государственная академия художественных наук.
Геохим — Институт геохимии и аналитической химии им. В. И.
Вернадского РАН.
ГИЗ — Государственное издательство.
Гипромаш —Государственный институт по проектированию заводов
машиностроения.
Гипромез — Государственный союзный институт по проектированию
металлургических заводов.
ГИС — Государственный институт по строительству.
ИИНИТ — Институт истории науки и техники.
КЕПС — Комиссия по изучению естественных производительных
сил.
КИЗ — Комиссия по истории знаний.
КСУ — Комиссия содействия ученым.
КЭИ — Комиссия экспедиционных исследований.
КЯР — Комиссия по изучению Якутской АССР.
660

ЛГУ
лоснх
ЛОЦИА
МАЭ
Механобр
МИД
МПС
Наркомзем
Наркомпрос
НИС
НКП
НКПС
НКСО
НКТП
HP
НТО
НТУ
ОГПУ
ОИНФ —
ООН —
ОРЯС —
ОФМН —
ПИАК —
пок —
ПФА РАН —
РАН —
РИО —
РИСО —
РКП —
РНБ —
РТО —
СНК —
сопс —
Сорена —
СОРЯС —
СТО —
ФМИ —
ЦА —
ЦАГИ —
ЦБ -
ЦБРИЗ —
ЦГАИПД СПб —
ЦЕКОМЕТР —
ЦЕКУБУ —
ЦКБ —
Ленинградский государственный университет.
Ленинградский областной совет народного хозяйства.
Ленинградское отделение Центрального исторического
архива.
Музей антропологии и этнографии.
Институт механической обработки полезных
ископаемых.
Министерство иностранных дел.
Министерство путей сообщения.
Народный комиссариат земледелия.
Народный комиссариат просвещения.
Научно-исследовательский сектор.
Народный комиссариат просвещения.
Народный комиссариат путей сообщения.
Народный комиссариат социального обеспечения.
Народный комиссариат тяжелой промышленности.
Комиссия «Наука и научные работники СССР».
Научно-технический отдел.
Научно-техническое управление.
Объединенное государственное политическое
управление (при Совете Народных Комиссаров СССР, 1922—
1934).
Отделение исторических наук и филологии.
Отделение общественных наук.
Отделение русского языка и словесности.
Отделение физико-математических наук.
Постоянная историко-археографическая комиссия.
Планово-организационная комиссия.
Санкт-Петербургский филиал Архива РАН.
Российская Академия наук.
Редакционно-издательский отдел.
Редакционно-издательский совет.
Рабоче-крестьянская инспекция.
Российская национальная библиотека.
Русское техническое общество.
Совет народных комиссаров.
Совет по изучению производительных сил.
журнал «Социалистическая реконструкция и наука».
Сборник Отделения русского языка и словесности.
Совет Труда и Обороны (1920—1937).
Физико-математический институт.
Центральный архив.
Центральный аэрогидродинамический институт
им. H. Е. Жуковского.
Центральное бюро.
Центральное бюро рационализации и изобретений
Высшего совета народного хозяйства.
Центральный государственный архив историко-поли-
тических документов Санкт-Петербурга.
Центральный комитет метрических мер.
Центральная комиссия по улучшению быта ученых.
Центральное конструкторское бюро.

именной указатель
Абрамович Дмитрий Иванович (1873—1955), историк русской
литературы и языка, член-корреспондент Академии наук по Отделению
русского языка и словесности (русская литература) с 1921 г., до ареста
главный библиотекарь Публичной библиотеки, заведующий ее 1-м
отделением — Библиотекой бывшей Санкт-Петербургской
духовной академии, в 1939—1941 гг. преподаватель Смоленского
педагогического института, в последующие годы преподаватель
Вильнюсского университета; арестован 20 июня 1927 г., осужден на 5 лет
лагерей, заключение отбывал на Соловках 288, 569
Абрамович-Барановский Сергей Семенович (1866—?), до революции
военный юрист, генерал-майор, в 1920-е гг. библиограф Библиотеки
Академии наук; арестован в 1929 г. 19, 20, 87, 113, 114, 133, 498,
570
Абу Али ал-Хасан ибн ал-Хасан ибн ал-Хайсан (латинизированное —
Апьхазен) (965—1039), арабский ученый, автор «Книги оптики»
269
Автономов Александр Александрович (1884—?), искусствовед,
востоковед, специалист по оружию, сотрудник Государственного Эрмитажа
546
Адамович Петр Леонардович, преподаватель Полтавского института
народного образования 632
Адаме (Adams) Джон Кауч (1819—1892), английский астроном,
иностранный член Петербургской Академии наук с 1864 г., автор трудов
по небесной механике, исследований векового ускорения Луны
371, 381
Аделунг Федор Павлович (1768—1843), историк, библиограф,
член-корреспондент Академии наук с 1809 г., автор первого русского
исследования по книжной статистике 162
Адлерберг В., участник заседания; вероятно, Адлерберг-Зотова
Валентина Павловна (1901—?), физиолог, сотрудник Ленинградского
ветеринарного института 513
Адлеров В., участник заседания 510
Адрианов Сергей Александрович (1871—?), историк литературы,
профессор Петроградского университета и Педагогического института
им. А. И. Герцена 520
Айналов Дмитрий Власьевич (1862—1939), историк искусства,
член-корреспондент Академии наук по Отделению русского языка и
словесности (история искусств) с 1914 г., профессор Петербургского
университета; находился в заключении в 1930-е гг. 288, 570
Алатовцева Алевтина Ивановна, историк, доктор исторических наук 61
662

Алексеев Василий Михайлович (1881—1951), специалист в области
китаеведения, литературы (поэтология), этнографии, теории изучения
китайского языка, член-корреспондент Академии наук по
Отделению исторических наук и филологии (синология) с 1923 г.,
академик по Отделению гуманитарных наук (востоковедение) с 1929 г.,
профессор Ленинградского восточного института им. А. С. Енукид-
зе и Ленинградского историко-лингвистического института 249,
251, 255, 281, 282, 288, 294, 296, 524, 554, 570
Алексеенко Федор Никитич (?—1904), флорист-систематик,
путешественник, коллекционер, революционер, социал-демократ; в 1903 г.
награжден юбилейной медалью им. К. М. Бэра за дар
Ботаническому музею АН огромного гербария 94
Алексей Михайлович (1629—1676), русский царь с 1645 г. 181
Альберти (Alberti) Леон Баттиста (1404—1472), итальянский ученый,
архитектор 467
Альгина Варвара Федоровна (1889—?), химик, редактор Ленхимсектора
Отдела научно-технической информации (1934) 510
Альдейн-старший, см. Халдейн
Алькор Яков Петрович, см. Кошкин Я. П.
Амундсен (Amundsen) Руаль (1872—1928), норвежский полярный
исследователь и путешественник 467
Ананьич Борис Васильевич, историк, член-корреспондент Академии
наук по Отделению истории с 1990 г., академик с 1994 г.,
сотрудник Санкт-Петербургского института истории РАН 61
Андреев Александр Игнатьевич (1887—1959), археограф, источниковед,
историк России XVI—XVIII вв., до ареста ученый секретарь
Археографической комиссии АН СССР; арестован в 1929 г. по
«академическому делу», приговорен к высылке на 5 лет в Сибирь, в
1935 г. вернулся в Ленинград из Красноярского края,
реабилитирован в 1960 г. 24, 31, 53, 184, 197, 217, 225, 227, 230, 236, 237, 240,
247—250, 253, 257, 270, 273, 274, 276, 293, 297, 510, 511, 518,
520—523, 525—529, 533, 567, 570
Андреева Галина Александровна, историк, сотрудник Музея
М.В.Ломоносова 60, 495, 519
Андренко Л. Л. 290
Андрусов Николай Иванович (1861—1924), геолог, палеонтолог,
академик по Физико-математическому отделению с 1914 г. 644, 652
Анисимов Александр Иванович (1877—1939), историк искусств,
преподаватель Учительской семинарии в Новгороде, преподавал историю
искусств в Петергофе, Москве и Ярославле, после 1919 г.
преимущественно в 1-м Московском университете и Высших
государственных художественно-технических мастерских, сотрудник
Музейного отдела Главнауки с весны 1918 г., сотрудник Реставрационной
комиссии Отдела по делам музеев Наркомпроса с 1920 г.,
председатель Совета живописной секции Государственных
реставрационных мастерских с 1924 г., сотрудник многих московских
художественных учреждений; арестован в 1930 г., получил 10 лет по
обвинению в шпионаже, погиб в заключении незадолго до конца срока
17, 179, 200, 208, 215, 216, 240, 252, 258, 281, 288, 294, 553, 555,
570
Анненков И. Н., житель Ленинграда, владелец портрета Л.Эйлера 271
Анри (Ганри) (Henry) Морис (1763—1825), французский астроном,
католический аббат, почетный член Петербургской Академии наук с
663

1795 г., академик по астрономии с 1796 г., иностранный почетный
член с 1800 г. 365
Анучин Дмитрий Николаевич (1843—1923), зоолог, антрополог,
этнограф, географ и археолог, ординарный академик по
Физико-математическому отделению (зоология) с 1896 г., почетный член
Академии наук с 1898 г., профессор Московского университета с
1884 г., создатель школы географов,, этнографов, антропологов в
Московском университете, президент Общества любителей
естествознания, антропологии и этнографии с 1890 г., один из создателей
и авторов журналов «Этнографическое обозрение» (1889),
«Землеведение» (1894), «Русский антропологический журнал» (1900),
создатель Института антропологии и Антрополого-этнографического
музея Московского университета 72, 160, 494, 571, 646, 652, 653
Аристарх Самосский (кон. IV—пер. пол. III в. до н. э.), древнегреческий
астроном и математик 372
Аристотель (384—322 до н.э.), древнегреческий философ и ученый 120,
123, 124, 265, 370, 430
Аркадьев Владимир Константинович (1884—1953), физик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(физика) с 1927 г. 288, 571
Аррениус (Arrhenius) Сванте Август (1859—1927), шведский физикохи-
мик, иностранный член Академии наук с 1903 г., почетный член
Академии наук СССР с 1925 г. 179, 182, 196, 206, 210, 212, 232,
240, 467, 485, 512, 551, 562, 589
Арсеньев Константин Иванович (1789—1865), географ, историк,
статистик, член-корреспондент Академии наук с 1826 г., академик по
Отделению русского языка и словесности с 1841 г. 122
Арсеньев Николай Николаевич, преподаватель Кубанского
государственного педагогического института 632
Архангельский Андрей Дмитриевич (1879—1940), геолог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(геология) с 1925 г., академик с 1929 г., основал московскую
научную школу тектонистов, разработал сравнительно-литологический
метод, опубликовал капитальную сводку «Геологическое строение
СССР» (1932), профессор Московского университета и других
вузов Москвы, директор Геологического института АН СССР в
1934—1937 гг., первый директор Института геологических наук АН
СССР в 1937—1939 гг. 32, 34, 35, 307, 323, 324, 326, 329, 418, 556,
571, 601
Архангельский К., участник заседания 513
Архимед (ок. 287—212 до н. э.), древнегреческий ученый, математик 467
Архипов, создатель первых изделий из платины 154
Арцыбашев Д. Д., специалист по сельскому хозяйству, профессор с
1921 г., в 1927 г. сотрудник Всесоюзного института прикладной
ботаники и новых культур 74
Асеев Николай Пудович (1871—1952), металлург, специалист в области
цветной металлургии 74
Асмус Валентин Федорович, профессор Киевского художественного
института 632
Ассонов В., автор письма в поддержку издания рукописи H. Н.
Боголюбова 273, 276
Аставьев Н., участник заседания 525
Астанин, участник заседания 510
664

Аствацатуров Михаил Иванович (1877—?), невропатолог, доктор
медицины, профессор Военно-медицинской академии 77
Афанасьев Александр Николаевич (1826—1871), литературовед,
представитель «мифологической школы» в фольклористике 420
Ахун Михаил Ильич (1890—1942), библиограф и историк
революционного движения, в частности в армии, заведующий библиотекой с
1921 г., старший архивист Ленинградского отделения Центрального
исторического архива; умер в блокадном Ленинграде 362, 571
Ашар (Achard) Франц Карлович (1753—1821), немецкий физик и химик,
директор физического класса Берлинской Академии наук в 1782—
1810 гг., разработал технологию свеклосахарного производства, о
чем впервые сообщил в прошении прусскому королю в 1799 г., в
1801 — 1802 гг. построил первый свеклосахарный завод в Кунерне
239
Багалей Дмитрий Иванович (1857—1932), украинский историк, академик
Академии наук УССР с 1919 г., профессор и ректор (1906—1910)
Харьковского университета 632
Багров Лев Семенович (1881—1957), историк картографии 160—162,
169, 178, 180, 181, 184, 508
Баев Константин Львович (1881—1853), астроном, доктор
физико-математических наук, профессор Московского университета 530
Баев Н. И., автор идеи создания комиссии по истории земледелия 340
Байков Александр Александрович (1870—1946), химик, специалист в
области металлургии, член-корреспондент Академии наук по Физико-
математическому отделению (химия) с 1928 г., академик по
Отделению математических и естественных наук (металлургия, химия)
с 1932 г., вице-президент Академии наук СССР с 1942 по 1945 г.,
профессор с 1903 г., ректор Петербургского политехнического
института с 1925 г., возглавлял химическую лабораторию и читал
лекции в Крымском университете в 1918—1921 гг.; Герой
Социалистического Труда 288, 468, 488, 518, 558, 571, 601
Бакмейстер (ßacmeister) Иван Григорьевич (Иоганн Фолльран) (?—1794),
библиограф, сотрудник Библиотеки Академии наук с 1756 г.
191
Бакмейстер (Bacmeister) Логин Иванович (Гартвиг Людвиг Христиан)
(1730—1806), библиограф, историк, географ, лингвист, переводчик,
инспектор академической Гимназии 191
Балицкий Павел Александрович, преподаватель Киевского
художественного института 633
Бандуривский Андрей Захарович, сотрудник Украинского
научно-исследовательского института педагогики 633
Баньковский В. А., заведующий хозяйственной частью Академии наук в
1920-е гг. 144
Баранский Николай Николаевич (1881—1963), географ-экономист, член-
корреспондент Академии наук по Отделению математических и
естественных наук (геолого-географические науки, экономическая
география) с 1939 г. 419, 571
Барант (Barante) Амабль Гильом Проспер Брюисьер де (1782—1866),
французский государственный деятель, историк, публицист 233
Барсков Я., участник заседания; вероятно, Барсков Яков Лазаревич,
методолог истории, историк, архивист, в 1923 г. помощник управля-
665

ющего Главного архивного управления при Совете Министров
СССР 525
Бартольд Василий Владимирович (1869—1930), востоковед,
член-корреспондент Академии наук по Историко-филологическому отделению
(восточная словесность) с 1910 г., ординарный академик
(литература и история азиатских народов) с 1913 г., преподаватель с 1891 г.,
профессор Петербургского университета с 1910 г., возглавлял
Коллегию востоковедов при Азиатском музее АН с 1921 г. и ее
печатный орган «Записки Коллегии востоковедов» в 1925—1930 гг. 8,
11, 281, 288, 351, 491, 492, 494, 495, 498, 515, 564, 572, 602, 655,
659
Бастракова Мария Семеновна, историк науки, кандидат исторических
наук, ведущий научный сотрудник Института истории
естествознания и техники РАН 57—59, 519
Батюшков Федор Дмитриевич (1857—1920), литературный и
театральный критик, историк литературы, журнапист, общественный
деятель, внучатый племянник поэта К.Н.Батюшкова 71, 646, 654
Бауман Владимир Иванович (1867—1923), маркшейдер, профессор
первой в России кафедры маркшейдерского дела в Горном институте
(1899) 74
Баур (Baur) Э., немецкий генетик, директор Государственного института
селекции в Мюнхене 443
Бах Алексей Николаевич (1857—1946), биохимик, академик по Физико-
математическому отделению (биохимия) с 1929 г., организатор и
первый директор Физико-химического института им. Л. Я. Карпова
АН в 1918—1946 гг., в 1935 г. организовал Институт биохимии АН
СССР; депутат Верховного Совета СССР в 1938 г., лауреат
Государственной премии СССР 1941 г. 301, 417, 572, 602
Бахметьев Порфирий Иванович (1860—1913), физик, биолог, исследовал
влияние переохлаждения на организм животных 94
Бачинский Алексей Иосифович (1877—1944), физик 313
Башинджагян Леон Георгиевич (1893—?), языковед, ученый секретарь
Института языка и мышления, доцент Ленинградского историко-
лингвистического института и Государственного педагогического
института им. А. И. Герцена 462, 572
Беда Достопочтенный (Bede, Beda, Baeda Venerabilis) (672/673—ок. 735),
англосаксонский летописец, монах 206, 213, 552, 583
Белелюбский Николай Аполлонович (1845—1922),
инженер-мостостроитель, профессор и ректор (1905—1906) Петербургского института
путей сообщения 74
Белоновский Георгий Дмитриевич (1875—1950), микробиолог, медик-
бактериолог, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (эпидемиология, микробиология) с 1929 г.,
профессор Государственного института усовершенствования
врачей, консультант Всесоюзного института экспериментальной
медицины; находился в заключении в довоенный период 288, 527, 572
Белопольский Аристарх Аполлонович (1854—1934), астроном,
астрофизик, адъюнкт Академии наук по Физико-математическому
отделению (астрономия) с 1900 г., экстраординарный академик с 1903 г.,
ординарный академик (астрофизика) с 1906 г., с 1888 г. работал в
Пулковской астрономической обсерватории, ее директор в 1916—
1919 гг.; арестован 30 июля 1919 г., под арестом в Детском (бывш.
Царском) Селе находился до 5 августа 1919 г. 83, 126, 127, 130,
666

142, 170, 257, 270, 281, 288, 387, 493, 494, 500, 509, 551, 564, 572,
603, 648, 652
Бельтрами (Beltrami) Эуджино (1835—1900), итальянский математик 371
Бельченко Г., участник заседания 525
Беляев Виктор Иванович (1902—1976), востоковед-арабист, окончил
факультет общественных наук Ленинградского университета в 1925 г.,
по рекомендации И. Ю. Крачковского принят практикантом
Азиатского музея АН СССР в декабре 1926 г., научный сотрудник
Института истории АН СССР, Института книги, документа и письма
АН СССР в 1933—1937 гг., Института востоковедения АН СССР
в 1936—1959 гг., заведующий кафедрой арабской филологии
Ленинградского университета с 1951 г. 362, 572
Беляев Михаил Дмитриевич (1884—1955), заведующий музеем
Пушкинского Дома, консультант по организации выставки, посвященной
К. М. Бэру; в 1929—1933 гг. находился в заключении 133
Белянкин Дмитрий Степанович (1876—1953), минералог, петрограф,
член-корреспондент Академии наук по Отделению математических
и естественных наук (петрография) с 1933 г., академик по
Отделению геолого-географических наук (минералогия, петрография) с
1943 г. 290
Бенешевич Владимир Николаевич (1874—1938), византинист, археограф,
историк церковного права, член-корреспондент Академии наук по
Отделению исторических наук и филологии (история) с 1924 г.;
первый арест в 1922 г. (обвиняемый на процессе митрополита
Вениамина в Петрограде), в заключении находился около полугода,
освобожден «за недоказанностью вины», второй арест в 1924 г., в
третий раз арестован в ноябре 1928 г. по одному из религиозных
«дел», летом 1929 г. сослан в Кемь (Соловецкие лагеря), в
феврале—марте 1930 г. привезен в Ленинград, включен в число главных
обвиняемых по «академическому делу», в августе 1931 г. сослан на
5 лет в Ухтинско-Печорский лагерь, вернулся в 1933 г., в
последний раз арестован 27 ноября 1937 г., расстрелян 27 января 1938 г.,
исключен из членов Академии наук в 1938 г., восстановлен в
1958 г. 8, 29, 31, 53, 130, 145—147, 158, 159, 195, 197, 210, 241,
277—280, 494, 498, 501, 504, 505, 510, 513, 528, 573, 640, 643,
649, 653
Бенешевич Людмила Фаддеевна, жена В. Н. Бенешевича, дочь академика
Ф. Ф. Зелинского 277
Бенкендорф Александр Христофорович (1781 —1844), граф,
государственный деятель, почетный член Академии наук с 1827 г. 365
Бенуа Александр Николаевич (1870—1960), художник, искусствовед,
критик, режиссер, в 1917—1926 гг. сотрудник Государственного
Эрмитажа, в 1926 г. не вернулся из командировки в Париж, умер
в эмиграции 494, 573
Берг Лев Семенович (1876—1950), географ, зоогеограф, ихтиолог, член-
корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (зоология) с 1928 г., академик по Отделению
геолого-географических наук (география) с 1946 г., профессор и заведующий
кафедрой физической географии Петроградского—Ленинградского
университета в 1916—1950 гг., президент Географического
общества СССР в 1940—1950 гг., заведующий отделом прикладной
ихтиологии Института опытной агрономии в 1922—1934 гг., заведующий
лабораторией ископаемых рыб Зоологического института АН
667

СССР с 1934 г. 8, 20, 24, 25, 43, 44, 71, 79, 87, 113, 125, 130,
145—147, 171, 174, 176—178, 184, 185, 195, 197, 200, 213, 216,
223, 227, 230, 231, 236, 240, 241, 255, 256, 277, 282, 288, 292, 293,
296, 308, 347, 351, 362, 387, 401, 410, 419, 462, 478, 485, 492—495,
501, 504, 505, 510, 511, 513, 516, 518, 520—523, 525—528, 531,
550, 556, 559, 573, 603, 646, 652, 658
Бергсон (Bergson) Анри (1859—1941), французский философ-идеалист
265
Березкин Всеволод Александрович (1899—1946), инженер-гидрограф,
профессор Военно-морской академии, сотрудник
Гидрографического управления СССР, окончил Ленинградский университет в 1924 г.
и Военно-морскую академию в 1928 г. 308, 556, 573
Беренд, корреспондент К. Гревинга 233
Беренек, ученый 224
Беринг Иван Иванович (Витус Ионассен) (1681—1741), мореплаватель,
капитан-командор русского флота (1730), по национальности
датчанин, в 1725—1730 и 1733—1741 гг. руководил Первой и Второй
Камчатскими экспедициями 17, 145, 164, 171, 174, 179, 195, 197,
211, 214, 221, 223, 231, 241, 282, 296, 304, 307, 308, 312, 344, 351,
362, 419, 505, 510, 531, 556, 573, 574
Бернал (Bernai) Джон Десмонд (1901—1971), английский физик 49, 51,
435, 436, 445
Бернер Витольд Игнатьевич (1880—?), сотрудник Военно-морской
исторической комиссии в 1921—1924 гг., сотрудник Библиотеки
Академии наук в 1925—1938 гг. 134, 178, 273, 276, 289, 515, 519, 572,
574
Бернштейн Сергей Натанович (1880—1968), математик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(математика) с 1924 г., академик с 1929 г. 290
Бертело (Бертло) (Berthelot) Пьер Эжен Марселей (1827—1907),
французский химик и общественный деятель, член Парижской
Академии наук с 1873 г., ее непременный секретарь с 1889 г.; основные
труды — по химической кинетике, термо- и агрохимии,
взрывчатым веществам, истории химии 14, 146, 174, 186—188, 195, 281,
302, 486, 505, 514, 552, 564, 565, 598
Бессель (Bessel) Фридрих Вильгельм (1784—1846), немецкий астроном,
иностранный почетный член Академии наук с 1814 г. 379
Бессонов; вероятно, Бессонов Сергей Алексеевич (1892—1941),
экономист, в 1920-е гг. ректор Урапьского политехнического института,
в первой половине 1930-х гг. на дипломатической работе в Англии
и Германии; осужден вместе с Н. И. Бухариным на процессе «пра-
вотроцкистского антисоветского блока», расстрелян в 1941 г. 369,
387
Бехтерев Владимир Михайлович (1857—1927), невролог, психиатр,
психолог, основатель научной школы 94, 136, 626
Бешкин Григорий Львович, преподаватель педагогического факультета
Нижегородского государственного университета 633
Бётлинг (Böthlingk) Оттон (Отто) Николаевич фон (1815—1904),
филолог, востоковед, адъюнкт Академии наук по Отделению истории и
филологии (санскритский язык и словесность) с 1842 г., академик
с 1845 г., почетный член с 1894 г. 96, 208
Бётхер Якоб Эрнест Артур (1831 —1899), анатом, воспитанник Дерпт-
ского университета, в I860—1883 гг. заведующий кафедрой патоло-
668

гии и патологической анатомии Дерптского университета; за
исследование проблемы развития и строения внутреннего уха
млекопитающих удостоен Бэровской премии в 1870 г. и избран почетным
членом Парижского общества отологии и ларингологии 94
Бивербрук (ßeaverbrook) Уильям Максвелл Эйткен (1879—1964),
английский газетный магнат 432
Биддер (Bidder) Фридрих Генрих (1810—1894), хмедик, физиолог, анатом,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (биология) с 1857 г., почетный член с 1884 г. 94
Бильфингер (Бюльфингер) (ßülfinger) Георг Бернгард (1693—1750),
математик, физик, философ, профессор логики и метафизики
Петербургской Академии наук с 1725 г., профессор экспериментальной
и теоретической физики с 1726 по 1730 г., иностранный почетный
член с 1731 г. 3
Билык Яков Гаврилович, профессор Харьковского института народного
образования 633
Билярский Петр Спиридонович (1817—1867), филолог-славист,
экстраординарный академик по Отделению русского языка и словесности
с 1863 г. 284, 528
Блинова А., участница заседания 513
Блок Георгий Петрович (1888—1962), архивист, историк русской
литературы, двоюродный брат поэта Александра Блока, работал в ряде
ленинградских издательств, заведующий канцелярией Конференции
Академии наук в 1918—1923 гг., ученый секретарь Комиссии по
истории знаний в 1922—1923 гг., с начала 1930-х гг. занимался
литературной деятельностью как филолог, переводчик, беллетрист 8,
18, 47, 54, 71, 73, 84, 227—230, 249, 253, 257, 260, 261, 273, 274,
276, 288, 293, 296, 347, 348, 350, 363, 367, 491, 492, 494, 495,
521—528, 549, 555, 568, 574, 646
Блох Макс Абрамович (1882—1941), химик, окончил Рижский
политехнический институт, организатор и руководитель первого в нашей
стране Издательства химической литературы в 1918—1938 гг.,
ученый секретарь Комиссии по изданию трудов Д. И. Менделеева при
Академии наук СССР, профессор Ленинградского педагогического
института им. А. И. Герцена, ученый секретарь Комиссии по
истории знаний в 1926—1928 гг. 8, 11, 18, 20, 24, 25, 27, 45, 46, 54,
75, 79, 84, 87, 91, 92, 96, 111, ИЗ, 116, 117, 125—127, 129—132,
137, 145—147, 153, 156, 169—174, 178, 179, 182—185, 188, 196,
199, 200, 201, 203, 207—212, 214—217, 222, 225—228, 234, 235,
237, 240, 242—244, 248, 281, 288, 293, 298, 361, 369, 374, 387,
399, 415, 417, 450, 451, 456, 457, 462, 467, 468, 477, 491, 492, 494,
495, 497—499, 501, 502, 504, 505, 509—514, 516—518, 521—524,
526, 527, 537, 538, 541, 543, 568, 574, 647
Блудов Дмитрий Николаевич (1785—1864), литератор, государственный
деятель, почетный член Академии наук с 1826 г., ее президент в
1855—1864 гг. 144
Бобынин Виктор Викторович (1849—1919), историк математики 150
Богаевский Борис Леонидович (1882—1942), историк, археолог, известен
главным образом как автор трудов об эгейской культуре,
действительный член Государственной академии истории материальной
культуры, профессор и заведующий кафедрой и кабинетом истории
материальной культуры дофеодапьного периода Ленинградского ис-
торико-лингвистического института, член-корреспондент Герман-
669

ского археологического института 14, 131, 145, 147, 153, 173, 196,
212, 281, 288, 294, 504, 551, 574
Богданов Анатолий Петрович (1834—1896), зоолог, антрополог, член-
корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (биология) с 1890 г. 639
Богданович К. И., геолог, лауреат премии имени академика Г. П. Гель-
мерсена 1908 г. 550
Боголюбов H. H. (1872—1928), геолог, палеонтолог, профессор
Воронежского университета с 1918 г. 273, 276
Богораз Владимир Германович (псевдоним — H.A. Тан, В. Г. Тан)
(1865—1936), этнограф, писатель, один из зачинателей изучения
народов Севера 281, 517, 564, 567
Богородицкий Василий Алексеевич (1857—1941), филолог, языковед,
член-корреспондент Академии наук по Отделению русского языка
и словесности с 1915 г. 288, 574
Богословский Михаил Михайлович (1867—1929), историк России, член-
корреспондент Академии наук по Отделению исторических наук и
филологии (историко-политические науки) с 1920 г., академик
(история и древности русские) с 1921г.; арестован в 1919 г. в связи
с «делом Национального центра», освобожден, после смерти
объявлен вместе с академиком С. Ф. Платоновым инициатором и
создателем контрреволюционной подпольной организации 270, 492,
494, 574
Богоявленский Сергей Константинович (1871—1947), историк России,
археолог, археограф, архивист, член-корреспондент Академии наук
по Отделению гуманитарных наук (история) с 1929 г., до ареста
прослужил в архивных органах на разных должностях свыше
30 лет, профессор Московского университета по кафедре
архивоведения в 1922—1929 гг.; арестован в 1930 г. по «академическому
делу», в 1931г. приговорен к 10 годам лагерей, сослан на Север,
переведен в ссылку в Сибирь, освобожден не позднее 1936 г. 288,
574
Бойль (Boyle) Роберт (1627—1691), английский химик, физик 234
Бокачев, картограф 162, 165
Боклевский Константин Петрович (1862—1928),
инженер-кораблестроитель 74
Бокль (Buckle) Генри Томас (1821—1862), английский историк,
социолог-позитивист 224
Болдырев Анатолий Капитонович (1883—1946), кристаллограф,
минералог, сотрудник Геологического комитета с 1918г., профессор
Ленинградского горного института с 1921 г. 288, 504, 510, 575
Болотов Андрей Тимофеевич (1738—1833), писатель и ученый, один из
основателей русской агрономической науки 477
Большакова Кира Георгиевна, историк, основные работы — по истории
Академии наук и истории науки, сотрудник Санкт-Петербургского
филиала Института истории естествознания и техники РАН 60,
513, 537, 541
Бонапарт (Наполеон I, Наполеон Бонапарт) (1769—1821), французский
император в 1804—1814 гг. и в марте—июне 1815 г., из династии
Бонапартов 380
Бор (Bohr) Нильс Хендрик Давид (1885—1962), датский физик,
создатель первой квантовой теории атома, участник разработки основ
квантовой механики 234
670

Борисяк Алексей Алексеевич (1872—1944), геолог, палеонтолог, член-
корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (геология) с 1921 г., академик (геология, палеонтология) с
1929г., сотрудник Геологического комитета в 1896—1932гг.,
профессор и заведующий кафедрой исторической геологии
Петербургского—Ленинградского горного института в 1911—1930 гг.,
профессор Географического института в 1919—1922 гг., основатель
и заведующий кафедрой палеонтологии геолого-почвенного
факультета Московского университета в 1939—1942 гг., инициатор
создания и первый директор Палеозоологического
(Палеонтологического) института АН СССР в 1930—1944 гг. 8, 11, 14, 71, 91, 129,
140, 170, 173, 174, 195—197, 211—213, 223, 236, 237, 240, 241,
273, 276, 281, 282, 288, 294, 296, 307, 398, 400, 410, 421, 461, 479,
485, 492—494, 498, 501, 503, 505, 509, 510, 512, 514, 515, 518,
524, 532, 538, 550, 556, 559, 575, 652, 658
Боричевский Иван (Иоанн) Адамович (1892—1941), филолог, философ,
историк философии, окончил историко-филологический факультет
Петербургского университета в 1915 г., в 1920—1930-е гг.
преподавал в Петрограде—Ленинграде (профессор), основные труды
по истории и теории метафизики не опубликованы, штатный
сотрудник Института истории науки и техники АН СССР с
1932 г. 45, 386, 388, 411, 420, 467, 471, 477, 514, 537—539, 541—
544, 575
Боровой Саул Яковлевич, библиограф, историк книги 633
Бородин Аркадий Владимирович (1881—1932), историк права,
преподаватель Ленинградского университета, научный сотрудник
Государственной академии истории материальной культуры в 1921 —
1925 гг., сотрудник Библиотеки Академии наук с 1925 г., 11 ноября
1929 г. уволен за участие в церковном движении (ездил в составе
делегации к патриарху Тихону); арестован по «академическому
делу», приговорен к расстрелу, который был заменен на 10 лет
лагерей 227, 230, 234, 246, 255, 282, 290, 296, 351, 521, 523—525,
527, 528
Бородин Иван Парфеньевич (1847—1930), ботаник, член-корреспондент
Академии наук по Физико-математическому отделению (ботаника)
с 1887 г., ординарный академик с 1902 г., вице-президент Академии
наук в 1917—1919 гг., директор Ботанического музея АН в 1902—
1930 гг., основатель и первый президент Русского ботанического
общества с 1915 г. 142, 197, 255, 491, 494, 495, 498, 504, 510, 514,
575, 652, 658
Бородина Е., участница заседания 527
Борсук Н., участник заседания 525
Бошко Владимир Ильич, профессор Киевского института народного
хозяйства 633
Бояршиновы (братья), владельцы оружейного завода в Златоусте 422
Браге (Brahe) Тихо (1546—1601), датский астроном 374, 375, 537
Брадлей (Брэдли) (Bradley) Джеймс (1693—1762), английский астроном
372, 376, 377, 379
Брандт (Brandt) Федор Федорович (Иоганн Фридрих) (1802—1879),
зоолог, палеонтолог, адъюнкт Академии наук по зоологии с 1830 г.,
академик с 1832 г. 96
Браун Федор (Фридрих) Александрович (1862—1942), историк, филолог-
романист, член-корреспондент Академии наук по Отделению исто-
671

рических наук и филологии (история, германская филология) с
1927 г. 646
Браунов Петр Иванович (1852/53—1927), метеоролог, географ,
профессор Киевского и Петербургского университетов, заведующий
метеорологическим бюро Департамента земледелия, основоположник
сельскохозяйственной метеорологии 74
Брачев Виктор Степанович, историк, доктор исторических наук,
профессор кафедры русской истории Санкт-Петербургского
университета, автор работ по истории России XIX—XX вв. 60, 61, 657
Бредихин Федор Александрович (1831—1904), астроном,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(астрономия) с 1877 г., академик с 1890 г., проводил точнейшие
астрономические, фотографические и спектральные наблюдения
398, 479
Бригадер А., заведующий отделом международного книгообмена
Всесоюзного общества культурной связи с заграницей 295
Бриге (Briggs) Генри (1561—1630), английский математик, профессор
Оксфордского университета, составил и опубликовал в 1617 г.
первую таблицу логарифмов 375
Брид, механик 379
Бриллиантов Александр Иванович (1867—1933), историк древней
церкви, член-корреспондент Академии наук по Отделению
исторических наук и филологии (историко-политические науки) с 1919 г.,
профессор Петроградской духовной академии; привлечен по
«академическому делу», умер в ссылке в Тамбове 289, 498, 501, 504,
505, 510, 512, 513, 524, 576
Брим Вениамин Адамович (1893—?), германист, историк немецкого
языка, профессор Ленинградского университета и Педагогического
института им. А.И.Герцена 252, 258, 281, 555, 564
Брицке Эргард Викторович (1877—1953), химик-технолог, специалист в
области металлургии, член-корреспондент Академии наук по
Отделению математических и естественных наук (технические науки) с
1931г., академик (химическая технология, металлургия) с 1932 г.,
вице-президент Академии наук СССР в 1936— 1939 гг., директор
Научного института по удобрениям в 1923—1938 гг., академик
Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук им. В.И.Ленина с
1935 г. 415, 576, 604
Брук А., заведующий научно-техническим сектором Всесоюзного общества
культурной связи с заграницей 538
Бубрих Дмитрий Владимирович (1890—1949), языковед, специалист по
финно-угорским языкам, член-корреспондент Академии наук по
Отделению литературы и языка (финно-угорское языкознание) с
1946 г. 281, 564
Бугге Г.; вероятно, Бунге Густав (1884—1920), физиолог, биохимик,
ученик биохимика Карла Шмидта, доктор медицины (1882),
профессор в Базеле, сын ботаника А. А. Бунге 415, 576
Будде Евгений Федорович (1859—1929), филолог-славист, языковед,
член-корреспондент Академии наук по Отделению русского языка
и словесности с 1916 г. 292
Будрин Петр Афанасьевич, историк научного коммунизма, преподаватель
и декан Пермского государственного университета 633
Бузескул Владислав Петрович (1858—1931), историк античности и
средних веков, член-корреспондент Академии наук по Историко-фило-
672

логическому отделению (классическая филология и археология) с
1910 г., академик по Отделению исторических наук и филологии
(исторические науки) с 1922 г., профессор всеобщей истории
Харьковского университета 14, 83, 170, 179, 185, 193, 213, 227, 232,
240, 247, 254, 269, 282, 289, 296, 350, 485, 493, 494, 496, 509, 510,
513, 524, 552, 562, 563, 569, 576, 633, 650, 653, 658
Булгаков Г. П., ихтиолог, профессор 136
Булгаков Николай Александрович (1867—?), физик, профессор
Ленинградского университета и Технологического института 170, 510
Булич Сергей Константинович (1859—1921), языковед, историк, доктор
(1905) сравнительного языкознания 71, 646, 653
Бунге Александр Андреевич (1803—1890), ботаник, флорист,
путешественник, профессор ботаники Дерптского университета,
член-корреспондент Академии наук с 1833 г., почетный член с 1875 г. 94,
175, 236, 241, 255, 272, 274, 282, 295, 297, 555, 624
Бунге Фридрих Георг фон, правовед, историк права Прибалтийского
края; лауреат Демидовской премии в 1839 и 1855 гг. 175
Буняковский Виктор Яковлевич (1804—1889), математик, адъюнкт
Академии наук по чистой математике с 1828 г., академик с 1830 г. 151,
245
Бурбоны, французская королевская династия 365
Бурденко Николай Нилович (1878—1946), нейрохирург, академик по
Отделению математических и естественных наук (хирургия) с 1939 г.
16, 313
Буслаев Федор Иванович (1818—1897), историк литературы и искусства,
член-корреспондент Академии наук по Отделению русского языка
и словесности с 1852 г., действительный член с 1860 г. 420
Бутенко, участник заседания 525
Бутенко В., участник заседания 524
Буткевич Михаил Николаевич (1858—1933), историк, на сдельной
работе в Академии наук СССР с 1927 г., штатный сотрудник Института
истории науки и техники АН СССР с 1932 г. 24, 158, 171, 218—
220, 230, 236, 276, 290, 294, 308, 519, 521, 522, 529, 544, 576
Бутлеров Александр Михайлович (1828—1886), химик-органик,
основатель казанской научной школы, адъюнкт Академии наук по
Физико-математическому отделению (химия) с 1870 г., академик с
1871 г. 4, 147, 235, 237, 281, 296, 486, 522, 554, 564, 581, 626
Бутлицкий, участник заседания 524
Бухарин Николай Иванович (1888—1938), государственный и
общественный деятель, академик по Отделению гуманитарных наук
(экономика) с 1929 г., председатель Комиссии по истории знаний с 3
октября Л930 г., организатор и первый директор Института истории
науки и техники АН СССР с 28 февраля 1932 г.; арестован в
феврале 1937 г., расстрелян 15 марта 1938 г., исключен из членов
Академии наук в 1937 г., восстановлен в 1988 г. 27, 28, 32, 34—36,
38—51, 54—56, 62, 63, 66, 301, 302, 326—328, 330—332, 346, 347,
353—356, 359, 361, 363, 370, 383, 386, 388, 397, 398, 400, 401,
409, 411, 424—427, 431—435, 440, 442, 445—448, 450, 451, 454—
456, 459, 461—463, 471, 472, 474, 480—482, 486, 491, 529, 533,
536—545, 568, 569, 576, 649
Буш Николай Адольфович (1869—1941), ботанико-географ, флорист-
систематик, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (ботаника) с 1920 г., преподаватель Тарту-
22 Заказ №4012
673

ского (Юрьевского) университета в 1895—1902 гг., сотрудник
Петербургского ботанического сада в 1902—1912 гг., Ботанического
музея в 1912—1931 гг., Ботанического института АН СССР в
1931—1941 гг., директор Петербургского естественно-научного
института, профессор Ленинградского университета 288, 576, 604
Бушуев; вероятно, Бушуев А. П., химик, специшшст в области
металлургии 422
Быков Н., участник заседания 526
Бычков Иван Афанасьевич (1858—1944), историк, археограф и
библиограф, сын академика А. Ф. Бычкова, член-корреспондент Академии
наук по Отделению русского языка и словесности с 1903 г., в
1881—1944 гг. сотрудник Публичной библиотеки, заведующий
отделом рукописей; во время блокады оставался в Ленинграде 289,
515, 577
Бэкон (Bacon) Френсис (1561—1626), английский философ,
родоначальник английского эмпиризма 265, 467
Бэр (ßaer) Карл Максимович (Карл Эрнст) фон (1802—1876),
естествоиспытатель, иностранный член Петербургской Академии наук с
1826 г., академик по зоологии с 1828 г., иностранный почетный
член с 1830 г. 4, 6, 16, 17, 19—23, 25, 31, 57, 60, 66, 84—90,
92—96, 112—118, 120—124, 128, 129, 132—134, 136, 138, 139,
141, 144, 146, 152, 155, 157, 168, 173—178, 182, 183, 189, 194—
199, 202—205, 209, 211—215, 217, 218, 221—223, 232, 240, 241,
254, 272, 274, 282, 283, 295—297, 299, 303, 304, 322, 337, 341,
347, 349, 362, 400—402, 411, 478, 485, 496, 498, 499, 501, 503—
505, 509, 511, 512, 515, 516, 518, 519, 539, 549—552, 554—556,
559, 560, 567, 578, 580, 590, 599, 617, 620, 624, 626
Бюхнер (Büchner) Людвиг (1824—1899), немецкий врач,
естествоиспытатель, философ 224
Бюшинг (Büsching) Антон Фридрих (1724—1793), немецкий пастор,
педагог, историк, географ, реформатор и директор Петришуле в
Петербурге с 1762 г. 191
Бялыницкий-Бируля (Бируля) Алексей Андреевич (1864—1937), зоолог,
зоогеограф, полярный исследователь, член-корреспондент
Академии наук по Физико-математическому отделению (зоология) с
1923 г., перед «чисткой» Академии наук директор Зоологического
музея АН СССР, профессор Ленинградского университета, летом
1929 г. во время «чистки» вступился за своего сотрудника, снят с
директорства 23 ноября 1929 г. и до момента ареста временно
исполнял обязанности старшего зоолога Зоологического музея АН
СССР; арестован 16 ноября 1930 г. по «академическому делу»,
10 февраля 1931 г. осужден на 3 года концлагерей, срок отбывал в
Карелии 20, 87—89, 113, 224, 289, 497, 517, 577, 605
Вавилов ^Николай Иванович (1887—1943), ботаник, генетик,
селекционер, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (биология) с 1923 г., с 1929 г. академик
Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук им. В.И.Ленина, ее
президент в 1929—1935 гг., вице-президент в 1935—1940 гг., директор
Всесоюзного института растениеводства в 1930—1940 гг. и
Генетической лаборатории (Институт генетики) АН СССР с 1930 г., пре-
674

зидент Географического общества СССР в 1931—1940 гг.; лауреат
премии им. В.И.Ленина 1926г.; арестован 6 августа 1940г. в
Черновцах, 9 июля 1941 г. приговорен к расстрелу, «помилован для
20-летнего заключения» 23 июля 1942 г., скончапся от дистрофии
в Саратовской тюрьме, сведений о лишении звания академика нет,
восстановлен в 1955 г. 43, 45, 49, 50, 73, 290, 369, 387, 417, 418,
427, 433, 435, 440—442, 444—446, 450, 456, 461, 471, 483, 484,
494, 538, 545, 577, 605
Вавилов Сергей Иванович (1891—1951), физик, оптик,
член-корреспондент Академии наук по Отделению математических и естественных
наук с 1931г., академик (физика, оптика, люминесценция) с
1932 г., президент Академии наук СССР с 1945 по 1951г. 1, 16,
24, 57, 313, 488
Вагнер Юлий Николаевич (1865—?), зоолог, работал на Соловецкой,
Севастопольской и Николаевской зоологических станциях, хранитель
Зоологического кабинета Петербургского университета с 1890 г.,
профессор Киевского политехнического института в 1898—1911 гг.
541, 577
Ваксель (Waxell) Свен (?—1762), офицер русского флота, участник
Второй Камчатской экспедиции В. Беринга, по национальности швед
145, 171, 315, 505
Валленштейн (Вальдштейн) (Wallenstein) Альбрехт (1583—1634),
полководец, с 1625 г. имперский главнокомандующий в Тридцатилетней
войне (1618—1648) 429
Валов Михаил Николаевич, историк философии 633
Вальдеки, родственники К. М. Бэра 202
Вальден Павел (Пауль) Иванович (1863—1957), химик-технолог,
академик по Физико-математическому отделению (технология и химия,
приспособленная к искусствам и ремеслам) с 1910 г., почетный
член с 1927 г. 182, 637, 646, 652
Вальтер Г., участник заседания; вероятно, Вальтер Георг Юльевич,
историк, палеограф, научный сотрудник, библиотекарь
Государственного Эрмитажа 514
Ван-Гооль (Van Hool), голландский ученый XVII в., переводчик с
арабского языка, в 1629 г. основал обсерваторию 469
Вант-Гофф (Van't Hoff) Якоб Хендрик (1852—1911), голландский химик
467
Васенко Н. Г.; вероятно, Васенко Платон Григорьевич, исследователь
древнерусской письменности, лауреат премии имени Д. А. Толстого
1906 г., член Археографической комиссии АН; арестован по
«академическому делу» 290
Василевский М., участник заседания 498
Василенко Николай Прокофьевич (1866—1935), историк Украины,
академик Всеукраинской Академии наук, председатель Исторического
общества Нестора-Летописца 200, 240, 289, 577
Васильев Александр Александрович (1867—1953), историк,
член-корреспондент Академии наук по Отделению исторических наук и
филологии (всемирная история) с 1923 г. 289, 578, 658
Васильев Александр Васильевич (1853—1929), математик, историк
науки, преподаватель с 1874 г. и профессор в 1887—1906 гг.
Казанского и в 1906—1929 гг. Петербургского—Ленинградского
университетов, член Комиссии по реформе высших учебных заведений
в 1917 г., один из основателей Казанского физико-математического
675

общества 8, 71, 75, 76, 78, 79, 147, 193, 200, 491—495, 505, 578,
645, 647, 648, 652
Васильев В. П., историк науки 292
Васильевский Василий Григорьевич (1838—1899), историк-византинист,
член-корреспондент Академии наук по Историко-филологическому
отделению (русская и византийская история) с 1876 г., академик с
1890 г. 194, 282, 296, 362
Введенский Андрей Александрович (1887—1965), историк России,
ученик А. Е. Преснякова и С. Ф. Платонова; арестован по
«академическому делу», в 1934 г. сослан в Вологду 30, 252, 269, 281, 294,
295, 525, 555, 657
Вейнберг Борис Петрович (1871 —1942), физик, профессор физики
Томского технологического института, один из инициаторов открытия
в Петербурге Высших женских (Бестужевских) курсов, директор
Главной физической обсерватории в Ленинграде с 1924 г. 237, 522
Вейнберг Рихард Лазаревич (1867—?), анатом, антрополог, доктор
медицины, выпускник Дерптского университета, профессор
Петербургского университета, с 1923 г. преподаватель Петроградского
медицинского института; лауреат Бэровской премии 1897 г. 94
Велланский, член Комиссии по истории знаний, вероятно, потомок
известного физиолога Д. М. Велланского (1773—1847) 578
Венгеров Семен Афанасьевич (1855—1920), историк литературы,
библиограф 248, 253
Вериго Бронислав Фортунатович (1860—1925), физиолог, окончил
Петербургский университет (1881) и Военно-медицинскую академию
(1886), работал в лабораториях И.М.Сеченова и И.Р.Тарханова,
в 1897—1914 гг. профессор Новороссийского университета, с
1917 г. профессор Пермского университета 94
Вернадская (урожд. Старицкая) Наталья Егоровна (1860—1943), жена
В.И.Вернадского 504, 510, 526
Вернадский Владимир Иванович (1863—1945), геолог, минералог,
кристаллограф, историк науки, адъюнкт Академии наук по
Физико-математическому отделению (минералогия) с 1906 г.,
экстраординарный академик с 1906 г., ординарный академик с 1912 г., первый
президент Всеукраинской Академии наук в 1919 г., профессор
Московского университета в 1898—1911 гг., один из организаторов
и председатель Комиссии по изучению естественных
производительных сил России АН в 1915—1930 гг., организатор и директор
Радиевого института в 1922—1939 гг., Биогеохимической
лаборатории с 1929 г. (ныне Институт геохимии и аналитической химии АН
СССР им. В. И. Вернадского), организатор и председатель
Комиссии по истории знаний в 1921—1930 гг. 3—16, 18—21, 25—38,
43—45, 48, 52—60, 63—66, 68, 70—73, 77, 80, 83—86, 88—92, 96,
110—118, 124—135, 137—141, 143, 145—148, 153, 154, 156—160,
169—175, 177—183, 185, 188, 189, 203, 205—208, 212, 213, 216—
219, 223—238, 240, 242—253, 255—258, 260—262, 268—275, 277,
280—283, 289, 292, 293, 295, 297—303, 305—308, 310—315, 319,
321, 325—332, 335, 345—347, 352, 354—356, 359—361, 387, 398,
400, 402, 407, 408, 410, 461, 467, 474, 485, 487, 491, 492, 494—506,
509—529, 531—533, 535—539, 542, 549, 550, 555, 556, 559, 562,
567, 568, 578, 593, 640, 642—644, 646—649, 652, 656, 660
Верной (Vernon), представитель колониального ведомства Англии, участник
II Международного конгресса по истории науки и техники 431
676

Веселовский Александр Николаевич (1838—1906), историк литературы,
академик по Отделению русского языка и словесности с 1880 г.
194, 276, 350, 420, 515
Веселовский Константин Степанович (1819—1901), экономист,
статистик, адъюнкт Академии наук по Историко-филологическому
отделению (статистика и политическая экономия) с 1852 г.,
академик с 1855 г., непременный секретарь Академии наук в 1857—
1890 гг. 96
Веселовский Степан Борисович (1876—1952), историк, археограф, член-
корреспондент Академии наук по Отделению гуманитарных наук
(исторические науки) с 1929 г., академик по Отделению истории и
философии (история) с 1946 г., профессор Московского
университета; по-видимому, арестовывался в связи с «делом историков»
(«академическое дело»), скорее всего, в 1931 г. 257, 289, 578
Винников Исаак Натанович (1897—1973), этнограф, филолог, научный
сотрудник Института этнографии АН СССР в 1929—1940 гг.,
директор в 1941—1942 гг., заведующий кафедрой этнографии
Ленинградского университета в 1938—1949 гг., профессор восточного
факультета Ленинградского университета с 1946 г., научный
сотрудник Института востоковедения АН СССР в 1943—1953 гг. 462,
567, 579
Виноградов Александр Павлович (1895—1975), химик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению с
1946 г., академик по Отделению технических наук (электроника,
техническая физика) с 1953 г., вице-президент Академии наук
СССР в 1967—1975 гг. 290, 498, 524, 527
Виноградов Иван Матвеевич (1891—1983), математик, академик по
Физико-математическому отделению с 1929 г. 290
Виноградов М., участник заседания; вероятно, Виноградов Михаил
Иванович (1892—?), физиолог, преподаватель Ленинградского
университета 510
Виноградов Николай Дмитриевич, философ, историк философии,
профессор Среднеазиатского государственного университета 257,
633
Виноградов Павел Гаврилович (1854—1925), историк права,
член-корреспондент Академии наук по Историко-филологическому
отделению (историко-политические науки) с 1892 г., академик с 1914 г.
30, 228, 247, 250, 254, 255, 270, 282, 295, 296, 322, 361, 485, 554,
562, 619, 638, 643
Виноградова X., участница заседания 527
Виттенбург Павел Владимирович (1884—1968), геолог, географ,
полярный исследователь, доктор геолого-минералогических наук, ученый
секретарь Комиссии по изучению Якутской АССР АН СССР;
арестован, осужден на 10 лет лагерей, освобожден досрочно в 1935 г.,
после осовобождения остался в Сибири, реабилитирован в 1957 г.
201, 202, 231, 236, 522
Витфогель (Wittvogel) Карл Август, немецкий писатель-коммунист,
социолог науки, китаевед, сотрудник марксистского Института
социальных исследований во Франкфурте-на-Майне 419
Вишневский Борис Николаевич (1891—1965), антрополог, этнограф,
историк географии, окончил Московский университет, преподаватель
Костромского и Казанского университетов в 1913—1928 гг.,
профессор Ленинградского университета с 1929 г., профессор Инсти-
677

тута народов Севера с 1933 г., заведующий отделом Музея
антропологам и этнографии АН СССР с января 1933 г. 20, 31, 44, 113,
133, 176, 217, 232, 241, 252, 258, 282, 283, 289, 294, 297, 401, 410,
498, 513, 515, 519, 527, 555, 556, 579
Владимирцов Борис Яковлевич (1884—1931), востоковед-монголовед,
член-корреспондент Академии наук по Отделению исторических
наук и филологии (восточная словесность, монголоведение) с
1923 г., академик по Отделению гуманитарных наук
(востоковедение) с 1929 г., профессор Петроградского университета с 1921г.
281, 289, 462, 564, 567, 579, 659
Вовилье (Vauvillers) Жан Франсуа (1737—1801), филолог, историк,
академик Петербургской Академии наук по филологии, истории и
древностям с 1798 г. 365
Вопоэ (Vogué) Эжен Мельхиор де (1848—1910), французский писатель
и историк литературы 119
Волгин Вячеслав Петрович (1879—1962), историк, академик по
Отделению гуманитарных наук (история) с 1930 г., непременный
секретарь Академии наук СССР в 1930—1935 гг., вице-президент в
1942—1953 гг. 27, 29, 32, 34—37, 322, 323, 328, 330—332, 337,
338, 340, 343, 346, 357, 448, 449, 461, 470, 535, 543
Волков Н., участник заседаний 513
Волков (Вовк) Федор Кондратьевич (1847—1918), украинский
антрополог, этнограф 71, 94, 645, 646, 652, 653, 656
Волова Е., участница заседания; вероятно, Волова Евгения Давыдовна, химик,
ассистент Ленинградского химико-технологического института 524
Вольта (Volta) Алессандро (1745—1827), итальянский физик, физиолог,
один из основателей учения об электричестве 141, 146, 467
Вольф (Wolff), английский ученый, участник II Международного
конгресса по истории науки и техники 429, 436
Вольф (Wolff) Каспар Фридрих (1733—1794), анатом, физиолог,
профессор Петербургской Академии наук по анатомии и физиологии
с 1767 г. 44, 410, 421, 473, 478, 539, 578, 579, 587, 626
Вольцоген (Wolzogen) Вильгельм фон (1762—1809), немецкий археолог
364
Вомитен Л., участник заседания 512
Воробьев Александр Григорьевич, инженер путей сообщения, историк
техники 467
Воронин Михаил Степанович (1838—1903), ботаник, миколог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(биология) с 1884 г., академик по Физико-математическому
отделению с 1898 г. 94
Вороной Георгий Федосеевич (1868—1908), математик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(математические науки) с 1907 г. 150
Воронцовы, дворянская династия 285
Врангель Николай Николаевич (1882—1915), искусствовед 119
Врангель Фердинанд Петрович (1796/97—1870), барон, мореплаватель,
адмирал, член-корреспондент Академии наук с 1827 г., почетный
член с 1855 г. 308, 556, 574
Вреден-Кобецкая Тамара Оскаровна, помощник библиотекаря
Библиотеки Академии наук 134
Всеволожский П. А., сотрудник Бюро охраны памятников при
Ленинградском областном политпросветцентре 541, 579
678

Вуколов Семен Петрович (1863—1940), химик, специалист в области
взрывчатых веществ и порохов 281, 514, 552, 564
Вульф Евгений Владимирович (1885—1941), ботаник, сотрудник
Никитского ботанического сада в 1914—1926 гг., Всесоюзного института
растениеводства с 1926 г., профессор Педагогического института
им. М.Н.Покровского с 1934г.; умер в блокадном Ленинграде
289, 498, 501, 505, 517, 521, 524, 579
Высоцкий Николай Константинович (1864—1932), геолог, горный
инженер, сотрудник Центрального научно-исследовательского
геологоразведочного института 418, 579
Вэтхэм (Wutham), профессор, участник II Международного конгресса по
истории науки и техники 436
Гавердовский Яков Петрович, поручик, руководитель экспедиции в
Бухару и Хиву в 1803—1804 гг., автор рукописи «Путешествие по
киргиз-кайсацкой степи» 362
Гавриил (в миру Воскресенский Василий Иванович) (1795—1868),
архимандрит Спасско-Муромского монастыря, философ, профессор
Казанского университета, автор первой «Истории русской
философии» 265
Гадлей (Hadley) Джон (1682—1744), английский астроном 377
Гайнам, лондонский часовых дел мастер 364
Галанин Д. Д., исследователь биографии М.В.Ломоносова 226
Галилей (Galilei) Галилео (1564—1642), итальянский ученый, один из
основателей естествознания 103, 105, 375
Гальвани (Galvani) Луиджи (1737—1798), итальянский анатом, один из
основоположников учения об электричестве 467
Гальперин Ерухим Гиршевич, преподаватель Одесского государственного
химико-фармацевтического института и Одесского
сельскохозяйственного института 633
Гамбей (Hambey), создатель первой делительной машины 379
Гамильтон (Hamilton) Уильям Роуан (1805—1865), ирландский
математик 148, 149
Ганжа, участник заседания 504
Гарвей (Harvey) Уильям (1578—1657), английский врач, основатель
современной физиологии и эмбриологии 120, 123, 124, 429
Гаррисон (Harrison) Джон, создатель хронометра 371, 378, 379
Гасимов С, участник заседания 512
Гаусс (Gauss) Карл Фридрих (1777—1855), немецкий математик 371,
488
Гегель (Hegel) Георг Вильгельм Фридрих (1770—1831), немецкий
философ 265, 411, 421, 479
Гей Георг Андрей (1712—1751), ученый-педагог, в 1736—1743 гг.
преподавал математику и языки в Сухопутном шляхетском корпусе
273, 276
Гейзенберг (Heisenberg) Вернер (1905—1976), немецкий физик, один из
создателей квантовой механики 441
Гейман П., участник заседания 525
Гейнц Евгений Альфредович, метеоролог, сотрудник Николаевской
астрономической обсерватории в Пулково, член Русского
географического общества и Вольного экономического общества, секретарь
679

Бюро международной библиографии при Академии наук СССР;
лауреат премии имени Д.А.Толстого 1899г. 71, 646, 652
Гелах Т., участник заседания 518
Гельмгольц (Helmholtz) Герман Людвиг Фердинанд (1821—1894),
немецкий естествоиспытатель 224
Ген (Hehn) Виктор Евстафьевич (Виктор Амандус) (1813—1890),
историк культуры, филолог, с 1846 г. преподаватель немецкого языка в
Дерптском университете, в 1851 г. уволен по политическим
мотивам, сослан в Тулу, в 1855—1873 гг. работал в Публичной
библиотеке в Петербурге, по поручению Академии наук неоднократно
писал рецензии на работы, представленные на соискание
академических премий, с 1873 г. занимался научной деятельностью в
Берлине 87
Гендерсон (Henderson) Артур (1863—1935), английский
политик-лейборист 447
Генерозов Владимир Яковлевич (1882—?), охотовед, специалист в
области экономики, охотоведения, колонизации Севера, экономики
транспорта водных путей русского Севера, профессор
Лесотехнической академии, Ленинградского института советской торговли
им. Ф. Энгельса, Ленинградского университета, заведующий
отделом северных изысканий Северо-Западного управления по
исследованию рек Северо-Западного бассейна 133, 197, 401, 504, 552, 579
Генко Нестор Несторович, этнограф, специалист в области знахарства
633
Геннин (Геннинг) Виллим Иванович (Георг Вильгельм) де (1676—1750),
генерал-лейтенант, специалист и организатор горного и
металлургического производства в России 230, 231, 234, 247, 295, 415, 467,
553, 580
Георгиевский Николай Николаевич (1908—?), инженер-механик,
старший научный сотрудник Института механизации сельского хозяйства
Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук им. В.И.Ленина
543, 580
Герасимов Александр Павлович (1869—1944), специалист в области
геологии, стратиграфии, тектоники, петрографии, старший геолог и
ученый секретарь Центрального научно-исследовательского
геологоразведочного института Союзгеоразведки, профессор
Ленинградского университета, ученый секретарь Российского
минералогического общества, заведующий отделом географии Русского
географического общества, член ученого совета Сейсмологического
института АН СССР, консультант Центральной геологической
библиотеки, действительный член Ленинградского общества
естествоиспытателей 8, 20, 71, 113, 289, 418, 494, 510, 580
Гербер, см. Джабир
Гервиц, исследователь биографии итальянского физика А. Вольты 467
Герд Ю., библиотекарь 136
Герман (Hermann) Иван Филиппович (Франц Иоганн Бенедикт) (1755—
1815), минералог, статистик, академик по минералогии с 1790 г.,
почетный член Петербургской Академии наук с 1801 г. 4
Герман (Hennann) Яков (Якоб) (1678—1733), математик, профессор
высшей математики Петербургской Академии наук с 1725 г.,
иностранный почетный член с 1731 г. 3
Герцен Александр Иванович (1812—1870), революционер, писатель,
философ 227, 572, 574, 595, 625, 630
680

Гершель (Herschel) Вильям (Фридрих Вильгельм) (1738—1822),
английский астроном и оптик, основоположник звездной астрономии, по
происхождению немец 467
Герье Владимир Иванович (1837—1919), историк, организатор Высших
женских курсов в Москве (1872) 562
Гесс Герман Иванович (1802—1850), химик, основоположник
термохимических исследований в России, адъюнкт Академии наук по
химии с 1828 г., академик с 1830 г. 121, 122
Гессен А., участник заседания 521
Гессен Борис Михайлович (1883—1936), философ, специалист по
философским вопросам физики, член-корреспондент Академии наук по
Отделению общественных наук (философия) с 1933 г., до ареста
заместитель директора Физического института АН СССР;
арестован не позднее 1 сентября 1936 г., погиб в ссылке, исключен из
членов Академии наук в 1938 г., восстановлен в 1957 г. 49, 50, 63,
369, 416, 427, 428, 433—435, 440, 441, 445—447, 471, 538, 580
Гессен Владимир Матвеевич (1868—1920), юрист, магистр
государственного права, преподаватель юридического факультета Высших
женских (Бестужевских) курсов 71, 646, 653
Гессен Юлий Исидорович (1871—?), историк, архивист, историк
еврейского народа, редактор Редакционно-издательского отдела Губпро-
света в 1921—1928 гг., редактор и инициатор «Архива истории
труда в России», ответственный секретарь журнала «Вестник
Академии наук СССР» в 1930—1935 гг. 17, 47, 230, 231, 234, 247, 281,
290, 294, 295, 415, 464, 465, 521, 553, 580
Гёте (Goethe) Иоганн Вольфганг (1749—1832), немецкий писатель,
основоположник немецкой литературы нового времени, мыслитель,
естествоиспытатель 45, 63, 411, 421, 479
Гетте А., немецкий биолог, лауреат Бэровской премии 1873 и 1876 гг.
94
Гизетти Александр Алексеевич (1888—1938?), литератор, общественный
деятель, член Учредительного собрания в 1917 г., в 1920-е гг.,
помимо литературных занятий, сотрудник Библиотеки Академии
наук; в 1933 г. арестован по делу В. И. Иванова-Разумника и,
вероятно, погиб в ссылке, реабилитирован в 1989 г. 20, 22, 25, 176, 185,
197, 213, 232, 241, 254, 282, 283, 289, 294, 296, 349, 362, 497, 502,
504, 510, 511, 513, 515, 518, 519, 522—527, 552, 580
Гильберт (Hubert) Давид (1862—1943), немецкий математик 150
Гинзбург И., участник заседания; вероятно, Гинцбург Илья Яковлевич
(1859—1939), скульптор 512
Гиппарх (ок. 180/190—125 до н.э.), древнегреческий ученый, один из
основоположников астрономии 373, 374, 376
Гире Михаил Михайлович (1877—1932), востоковед-иранист, ученый
секретарь Азиатского музея с 1826 г.; арестован 15 апреля 1930 г.,
умер в Карелии 510, 526
Гиттис Владимир Юльевич (1890—?), инженер, специалист по
двигателям внутреннего сгорания, в начале 1920-х гг. ректор
Петроградского технико-педагогического института, в 1934 г. заместитель
директора Всесоюзного научно-исследовательского дизельного
института 467
Глаголев, участник заседания 521
Глаголев Л., участник заседания 523
Глаголев С, участник заседания 525
681

Гладышева А., участница заседания 526
Глазенап Сергей Павлович (1848—1937), астроном, геодезист,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(астрономия) с 1928 г., почетный член с 1929 г. 289, 521, 524, 526,
580, 606
Глазунов, участник заседания 515
Глинка Константин Дмитриевич (1867—1927), почвовед, минералог,
ученик В. В. Докучаева, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (почвоведение) с 1926 г.,
академик с 1927 г., директор Петроградского сельскохозяйственного
института и заведующий кафедрой почвоведения с 1922 г., в
последний год жизни избран президентом Международного общества
почвоведов 11, 83, 91, 193, 493, 496—498, 501, 502, 504, 580, 652,
658
Глинка Сергей Федорович (1855—1933), геолог, минералог,
приват-доцент Петербургского университета с 1885 г., профессор и
заведующий минералогическим кабинетом Московского университета с
1911г. 581
Глинка-Черноруцкая Елена Леонидовна (1885—?), биохимик,
бактериолог 510
Глубоковский Николай Никанорович (1863—1937), историк церкви,
член-корреспондент Академии наук по Отделению русского языка
и словесности с 1909 г. 91, 491, 493, 497, 645, 651, 657
Глушков Виктор Григорьевич (1883—1939), гидролог, специалист в
области гидротехники и гидродинамики, член-корреспондент
Академии наук по Отделению математических и естественных наук
(технические науки) с 1932 г. 74
Гмелин (Gmelin) Иоганн Георг (1709—1755), естествоиспытатель и
путешественник, адъюнкт Академии наук по химии и естественной
истории с 1727 г., профессор с 1731 г. 3, 231, 233, 249, 523
Гмелин (Gmelin) Otto, редактор мюнхенского журнала «Врачебное
обозрение» 231, 233, 249, 523
Гмелины, династия ученых 231, 523
Гнучева Вера Федоровна (1890—1942), историк науки; скончапась в
блокадном Ленинграде 469, 541, 543
Гогиберидзе Моисей Иванович (1897—?), философ, историк философии,
доктор философии, преподаватель Тифлисского государственного
университета 633
Гоголь Николай Васильевич (1809—1852), писатель 119
Годыцкий-Цвирко Александр Медардович (Мардарьевич) (1884—1951),
механик, инженер путей сообщения, профессор Ленинградского
автомобильно-дорожного института, Учебного комбината
Гражданского воздушного флота, доцент Ленинградского путейско-строи-
тельного учебного комбината железнодорожного транспорта и
Ленинградского электромеханического учебного комбината
железнодорожного транспорта 178, 276, 290, 350, 362, 498, 504, 505, 510,
513, 514, 517, 518, 521, 524, 528, 581
Голенищев Владимир Семенович (1856—1947), египтолог, коллекционер,
большая часть его коллекции египетских древностей хранится в
Музее изобразительных искусств им. А.С.Пушкина, с 1915г. в
эмиграции 14, 188, 206, 212, 240, 517, 552
Голицын Дмитрий Апексеевич (1734—1803), естествоиспытатель,
философ, почетный член Академии наук с 1778 г. 366
682

Головин Сергей Селиванович, московский врач-офтальмолог 313
Головнин Александр Васильевич (1821—1886), государственный деятель,
почетный член Академии наук с 1861 г. 95
Голубина Татьяна Федоровна, делопроизводитель канцелярии
Конференции Академии наук 78
Гольдер (Голдер) (Holder) Фрэнк (1877—1929), американский историк
164
Горбов Александр Иванович (1859—1939), химик, сотрудник
Петербургского университета в 1883—1885 гг., сотрудник, затем заведующий
Химической лабораторией Академии наук в 1885—1894 гг.,
профессор Инженерной академии в Петрограде в 1918—1924 гг. 8, 235,
281, 289, 296, 494, 498, 510, 513, 515, 518, 524, 527, 554, 564, 581
Гордиевский Михаил Иванович, педагог, историк педагогики, профессор
Одесского института народного образования 633
Горин; вероятно, Горин (Коляда) Павел Осипович (1900—1939),
историк, один из учредителей Общества историков-марксистов,
президент Академии наук БССР в 1931—1936 гг. 415, 581
Горький (Пешков) Алексей Максимович (1868—1936), советский
писатель, общественный деятель 45, 450, 456, 506
Горяинов Андрей Николаевич, историк, сотрудник Института
славяноведения и балканистики РАН 60, 64
Готье Юрий Владимирович (1873—1943), историк, археолог,
член-корреспондент Академии наук по Отделению исторических наук и
филологии (история) с 1922 г., академик по Отделению общественных
наук с 1939 г., до ареста главный библиотекарь Государственной
библиотеки им. В. И. Ленина, преподаватель Института народов
Востока, член Археографической комиссии АН СССР; арестован
8 августа 1930 г. по «академическому делу», 8 августа 1931 г.
приговорен к 5 годам концлагерей, отправлен в Ухтинско-Печорский
лагерь, освобожден до конца срока, жил некоторое время в Самаре,
в 1934 г. вернулся в Москву 31, 289, 581
Грабарь Игорь Эммануилович (1871—1960), художник, историк искусств,
академик по Отделению истории и философии (история искусств)
с 1943 г., руководитель издания «История русского искусства» в
1909—1916 гг., действительный член Академии художеств с 1947 г.
71, 494, 581, 653
Граве Дмитрий Александрович (1863—1939), математик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(математика) с 1924 г., почетный член с 1929 г., профессор
Харьковского и Киевского университетов 215, 254, 257, 268, 269, 289,
526, 527, 581
Граве И. М., исследователь биографии В. Г. Васильевского 362, 582
Гранстрем К. А. (1877—?), востоковед, окончил восточный факультет
Петербургского университета в 1902 г., в 1903—1917 гг. служил в
Министерстве иностранных дел, в 1918—1919 и 1921—1924 гг.
работал в Геологическом комитете корректором, с 1924 г. сотрудник
Издательства АН 419, 582
Гребенкин А., участник заседания 515
Гребенщикова А., участница заседания 526
Гребницкий Н. А., даритель коллекции в Академию наук, награжден
почетной юбилейной медалью имени К. М. Бэра в 1893 г. 94
Гревинг (Гревингк) Константин Иванович (Каспар Андреас) (1819—
1887), геолог, археолог, основоположник геологии Прибалтики,
683

доктор философии (1843, Йена), доктор геологии и геогнозии
(1859, Дерпт), с 1846 г. работал консерватором Минералогического
музея АН, с 1852 г. библиотекарь Петербургского горного
института, с 1854 г. профессор минералогии Дерптского университета, по
поручению Академии наук и Вольного экономического общества в
1848 г. организовал экспедиции в Олонецкую и Архангельскую
губернии 232, 233
Гревс Иван Михайлович (1860—1941), историк, один из создателей
петербургской (ленинградской) школы медиевистики, профессор
Высших женских (Бестужевских) курсов в 1892—1918 гг. и
Петербургского университета в 1899—1941 гг. 8, 71, 252, 289, 294, 296, 494,
498, 510, 513, 515, 518, 523, 524, 526, 527, 582, 654
Греков Борис Дмитриевич (1882—1953), историк, член-корреспондент
Академии наук по Отделению общественных наук (исторические
науки) с 1934 г., академик с 1935 г. 226, 286, 290, 504, 510, 521,
523—525
Грекова, участница заседания 521
Грибоедов Александр Сергеевич (1795—1829), писатель, дипломат 194
Григорьев В., участник заседания 525
Григорьев В. В., профессор Петербургского университета, автор
«Истории Петербургского университета» 130
Григорьев 3., участник заседания 526
Гримм (Grimm) Фридрих Мельхиор (1723—1807), барон, корреспондент
Екатерины II, публицист, критик, дипломат 366
Грот Константин Яковлевич (1853—1934), филолог-славист, архивист,
член-корреспондент Академии наук по Отделению русского языка
и словесности с 1911 г., член Чешской Академии наук и искусств
и Венгерской Академии наук 289, 510, 513, 515, 517, 518, 522, 524,
527, 582
Гротгус (Гроттус) Христиан Иоганн Дитрих (1785—1822), физик, химик,
в 1805 г. дал первую правильную теорию происхождения тока через
растворы электролитов, заложил основы теории электролитической
диссоциации 182
Грубер (Gruber) Венцеслав (Венцель) Леопольдович (1814—1890), медик,
анатом, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (биология) с 1866 г. 94
Грушевский Михаил Сергеевич (1866—1934), историк, академик по
Отделению гуманитарных наук (история) с 1929 г. 290
Грэхэм (Graham) Лорен, профессор Массачусетского технологического
института (США) 63, 538, 657
Губкин Иван Михайлович (1871—1939), геолог, академик по
Физико-математическому отделению (технические науки, геология нефти) с
1929 г., вице-президент Академии наук СССР в 1936—1939 гг.,
председатель Особой комиссии по изучению Курской магнитной
аномалии в 1920—1925 гг., профессор с 1920 г. и ректор с 1922 г.
Московской горной академии, ректор Московского нефтяного
института с 1930 г., начальник Государственного геологоразведочного
управления Высшего совета народного хозяйства с 1931 г.,
председатель Совета по изучению производительных сил АН СССР в
1930—1936 гг. 32, 38, 290, 301, 302, 418, 477, 582
Гуковский Матвей Александрович (1898—1971), историк, окончил
Петроградский университет (общественно-экономический факультет) в
1923 г., библиотекарь и помощник ученого секретаря Публичной
684

библиотеки в 1922—1925 гг., заведующий импортным бюро
акционерного общества «Севзапторг» в 1925—1929 гг., ученый секретарь
Библиотеки Академии наук с октября 1929 г., ученый секретарь
Комиссии по истории знаний с мая 1931 г., ученый секретарь
Института истории науки и техники АН СССР с 1932 г.,
преподаватель Ленинградского индустриального института с 1933 г., доктор
исторических наук без защиты диссертации с 1935 г. 24, 27, 43,
45—47, 55, 56, 397, 400, 410, 425, 450, 451, 454, 456, 457, 459,
461—463, 466—470, 474, 477, 480, 491, 538, 539, 541—544, 568,
582
Гулевич Владимир Сергеевич (1867—1933), биохимик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(физиология) с 1927 г., академик (биологические науки) с 1929 г.,
профессор 1-го Московского медицинского института и Института
народного хозяйства 289, 582
Гунделах Аделаида Федоровна, библиограф, книговед, сотрудник
Библиотеки Академии наук 134
Гурвич Александр Гаврилович (1874—1954), биолог, в 1923 г. открыл
митогенетические лучи — сверхслабое ультрафиолетовое
излучение ряда живых тканей и химических реакций, стимулирующее
деление клеток 434
Гурвич И. Я., участник заседания 543
Гутнер Р., участник заседания 512
Гущин Борис Петрович, библиотековед, в 1923 г. библиотекарь
Института инженеров путей сообщения, помощник ученого секретаря Бюро
международной библиографии АН 130, 133, 153, 196, 504, 582
Гюйгенс (Хёйгенс) (Huygens) Христиан (1629—1695), нидерландский
механик, физик и математик, создатель волновой теории света 371,
375, 376
Гюнтер Николай Максимович (1871—1941), математик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(математика) с 1924 г., профессор Ленинградского университета и
Ленинградского института инженеров путей сообщения, один из
авторов широко распространенного и многократно
переиздававшегося задачника по высшей математике 289, 583
Гюнтер (Günter) С. (1848—1922), немецкий историк математики 148
Давидзон Илья Львович, историк экономических учений, профессор
Киевского института народного хозяйства 633
Давыдов Константин Николаевич (1877—1960), зоолог, эмбриолог,
профессор Пермского университета и Института физической культуры
им. П. Ф. Лесгафта в Петрограде, с 1922 г. жил во Франции 72,
494, 583, 646, 652
Даллонд (Dallond), оптик 379
Данелия Сергей Иосифович, доцент Тифлисского государственного
университета 633
Данилевские, потмки Н.Я.Данилевского 114, 550, 599
Данилевский Василий Яковлевич (1852—1939), физиолог, обнаружил в
коре головного мозга центры, регулирующие деятельность
внутренних органов, действительный член Академии наук УССР с 1926 г.
94
685

Данилевский Виктор Васильевич, инженер-химик, заведующий отделом
Украинского музея истории техники 633
Данилевский В. К., исследователь биографии Б. С. Якоби 467
Данилевский H.H., сын Н.Я.Данилевского 133
Данилевский Николай Яковлевич (1822—1885), публицист, социолог,
идеолог панславизма 21, 87, 89, ИЗ, 133
Данильченко С, участник заседания 515
Дарвин (Darwin) Чарльз Роберт (1809—1882), английский
естествоиспытатель, биолог, основатель эволюционного учения о происхождении
животных и растений 120, 123, 283, 429, 433, 467
Деборин (Иоффе) Абрам Моисеевич (1881—1963), философ, историк,
экономист, академик по Отделению гуманитарных наук
(философия) с 1929 г., член Президиума Комакадемии, директор
Института философии Комакадемии, заместитель директора
Института К. Маркса и Ф. Энгельса, профессор Института красной
профессуры, член бюро Комиссии по истории знаний в 1930—1932 гг.,
заместитель ее председателя с 1931 г., заместитель директора
Института истории науки и техники АН СССР с 1932 г. 36, 38,
43, 46, 53, 54, 56, 301, 332, 347, 361, 368, 420, 461, 491, 568,
583
Декарт (Descartes) Рене (1596—1650), французский философ, математик,
физик, физиолог 103, 467
Делиль (Delisle) Осип Николаевич (Жозеф Никола) (1688—1768),
астроном, географ, профессор астрономии в 1725—1747 гг. 4, 190, 284,
285
Делоне (Delaunay) Шарль Эжен (1816—1872), французский математик,
астроном 371
Демидовы, русские заводчики и землевладельцы 422
Демокрит (ок. 470 или 460 до н. э. — умер в глубокой старости),
древнегреческий философ-материалист, один из основоположников
античной атомистики 234, 543
Демусяк Г. И., в 1929 г. заведующий общим отделом Управления делами
Академии наук 525
Демьянов Николай Яковлевич (1861—1938), химик-органик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(химия) с 1924 г., академик с 1929 г., профессор Московского
института агрохимии и почвоведения 417, 583
Денков Михаил Иванович, историк педагогики, профессор Прилукского
педагогического техникума 633
Депман Иван Яковлевич (1885—?), математик, историк Прибалтики 513,
515
Дерюгин Константин Михайлович (1878—1938), зоолог, профессор
Петроградского—Ленинградского университета с 1919 г. 290
Джабир ибн Хайян (латинизированное — Гербер) (ок. 721—ок. 815),
средневековый арабский ученый, сочинения посвящены медицине,
математике, алхимии, важнейшие работы обнаружены лишь в
1927—1929 гг. среди арабских рукописей 187, 188
Джемпов Л., участник заседания 514
Дживелегов Алексей Карпович (1875—1952), литературовед и театровед,
член-корреспондент Академии наук АрмССР с 1945 г., профессор
Государственного института театрального искусства с 1930 г.,
основные труды — по искусству и литературе эпохи Возрождения
463
686

Джине (Jeans) Джеймс Хорвуд (1877—1946), английский физик и
астрофизик, секретарь Лондонского королевского общества в 1919—
1929 гг. 372, 441
Диатроптов Петр Николаевич, профессор, председатель Комитета по
управлению Музеем памяти И. И. Мечникова, сотрудник Института
им. Л. Пастера 253—256
Дибич-Забалканский Иван Иванович (Иоганн Карл Фридрих Антон)
(1785—1831), граф, фельдмаршал, почетный член Академии наук
с 1826 г. 365
Дизель (Diesel) Рудольф (1853—1913), немецкий инженер, создатель
двигателя внутреннего сгорания 45, 467
Дитерихс Михаил Михайлович (1871—1941), медик, специалист по
военно-полевой хирургии, профессор Университета св. Владимира
в Киеве с 1912г., председатель Кубанского хирургического
общества, директор хирургической клиники Кубанского
медицинского института, профессор Таврического университета с 1919 г. и
3-го Московского медицинского института с 1934 г. 73, 216, 494,
583
Дмитриев, экзекутор 144
Дмитриев Александр Николаевич, историк науки, кандидат исторических
наук, сотрудник Санкт-Петербургского филиала Института истории
естествознания и техники РАН 56, 64, 67
Дмитриевский А., участник заседания 515
Дмитриевский Алексей Афанасьевич (1856—1929), археолог,
член-корреспондент Академии наук с 1903 г. 290, 510
Добиаш-Рождественская Ольга Антоновна (1874—1939),
историк-медиевист, палеограф, член-корреспондент Академии наук по Отделению
гуманитарных наук (исторические науки) с 1929 г., первая в России
женщина-доктор по всеобщей истории с 1918 г., основательница
отечественной школы латинской палеографии, ученый консультант
отдела рукописей Публичной библиотеки 14, 185, 206, 213, 249,
251, 254, 281, 282, 289, 294—296, 361, 485, 501, 504, 505, 510,
513—515, 518, 521, 523—528, 552, 554, 562, 583, 606
Добровольский А., участник заседания 525
Добровольский К., участник заседания 510
Добровольский К. Э., участник заседания 290, 512
Догадов Вадим Михайлович (1886—?), правовед, специалист по
трудовому праву, в 1920-е гг. заведующий учебной частью Ленинградского
института инженеров путей сообщения 31
Догель Александр Станиславович (1852—1922), гистолог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(биология) с 1894 г. 94
Докучаев Василий Васильевич (1846—1903), естествоиспытатель,
заложил основы генетического почвоведения, создал учение о
географических зонах 496, 580, 594, 658
Донан (Donnan) Фредерик Джордж (1870—1956), английский физикохи-
мик, член Лондонского королевского общества с 1911 г. 431
Донатти Л. Л.; вероятно, Гондатти Николай Львович, камергер
Высочайшего двора, тобольский (1906—1908) и томский губернатор,
коллекционер, в 1899 г. награжден почетной юбилейной медалью
имени К. М. Бэра за коллекцию, состоящую из произведений
первобытного искусства и собрания черепов (70 единиц), а также
376 препаратов млекопитающих, птиц и рыб 94
687

Достоевский Андрей Андреевич (1863—1933), ученый хранитель,
заведующий делами Пушкинского Дома; арестован в 1930 г., осужден на
5 лет заключения, освобожден в 1931 г. 510
Достоевский Федор Михайлович (1821—1881), писатель,
член-корреспондент Академии наук по Отделению русского языка и
словесности с 1877 г. 119
Дриш (Driesch) Ганс (1867—1941), немецкий биолог-виталист 417
Дроздецкий, участник заседания 522
Дроздецкий А., участник заседания 525
Дружинин А., участник заседания 521
Дружинин Василий Григорьевич (1859—1937), историк церковного
раскола, археограф, палеограф, член-корреспондент Академии наук по
Отделению исторических наук и филологии (историко-политичес-
кие науки) с 1920 г., крупнейший собиратель памятников по
истории старообрядчества, до тысячи раскольничьих рукописей передал
Библиотеке Академии наук; перед мировой войной продал свои
уральские рудники, так как собирательство поглощало все деньги,
четверть века состоял ученым секретарем Археографической
комиссии; арестован не позднее 1929 г., освобожден, в июне 1930 г.
арестован снова по «академическому делу», погиб в ссылке 17,
231, 233, 254, 281, 289, 294—296, 521, 525, 553, 583
Дружинина Г., участница заседания 521
Дуров, собиратель рукописей 286
Дьяконов Михаил Александрович (1855—1919), историк, адъюнкт
Академии наук по Историко-филологическому отделению (история и
древности русские) с 1905 г., академик с 1909 г. 71, 640, 642, 643,
646, 654
Дьяконова Н., участница заседания 525
Дэмпьер, профессор из Кембриджа, участник II Международного
конгресса по истории науки и техники 429
Дэш, металлург, участник II Международного конгресса по истории
науки и техники 431
Дюгем (Duhem) Пьер (1861—1916), французский физик-теоретик,
философ, историк науки, область интересов — математическая физика,
кристаллография, гидродинамика, теория упругости, химическая
термодинамика 69, 81, 148
Евклид, древнегреческий математик, работал в Александрии в III в. до
н.э., главный труд — «Начала» (15 книг) 371
Егоров Дмитрий Николаевич (1878—1931), историк средневековья,
историк культуры, библиотековед, библиограф, член-корреспондент
Академии наук по Отделению гуманитарных наук (история) с
1928 г., до 1925 г. профессор Московского университета, на
протяжении почти десяти лет, предшествовавших аресту, заместитель
директора Государственной библиотеки им. В.И.Ленина; арестован
9 августа 1930 г. по «академическому делу», 8 августа 1931 г.
приговорен к 5 годам ссылки и сослан в Ташкент, где и скончался,
восстановлен в звании в 1968 г. 31, 289, 584
Егоров Тихон Георгиевич, педагог, историк педагогики, ассистент
кафедры педагогики и заведующий показательной школой Смоленского
государственного университета 633
688

Ельяшевич Василий Борисович (1875—1956), юрист, магистр
гражданского права, приват-доцент Петербургского университета в 1911 —
1913 гг., профессор гражданского права Петроградского
политехнического института императора Петра Великого и Высших женских
(Бестужевских) курсов 494, 584, 653
Емельянов Борис Владимирович, философ, историк русской философии,
доктор философских наук, профессор Уральского государственного
университета им. А. М. Горького 658
Емельянов Василий Семенович; вероятно, Емельянов Василий
Семенович (1901—1988), специалист в области металлургии,
член-корреспондент Академии наук по Отделению технических наук
(металлургия) с 1953 г. 415, 584
Ермилов Иван Яковлевич (1899—?), географ, окончил Географический
институт в 1925 г., занимался гидрогеологическими исследованиями
в Тверской и Московской губерниях, сотрудник Комиссии по
изучению естественных производительных сил АН СССР с декабря
1926 г. 541, 584
Есаков Владимир Дмитриевич, историк науки, доктор исторических наук
58, 62, 63, 655, 656
Ефимов Николай Иванович, профессор, заведующий библиотекой
Смоленского государственного университета, область интересов —
историография литературы 633
Жебелёв Сергей Александрович (1867—1941), историк-эллинист,
археолог, эпиграфист, филолог-классик, член-корреспондент Академии
наук по Историко-филологическому отделению (классическая
филология и археология) с 1914 г., академик по Отделению
исторических наук и филологии с 1927 г., профессор кафедры
классической филологии в 1913—1927 гг., декан историко-филологического
факультета в 1918—1919 гг., ректор
Петербургского—Петроградского университета, профессор Ленинградского университета в
1934—1941гг.; умер в блокадном Ленинграде 8, 11, 31, 76, 185,
213, 215, 222, 249, 253, 262, 273, 281, 289, 294, 295, 305, 607, 647,
650, 654, 657, 659
Железнов Владимир Яковлевич (1869—1933), специалист в области
политической экономии и истории экономических идей, окончил
Университет св. Владимира в Киеве в 1892 г., профессор
Московской сельскохозяйственной академии им. К. А. Тимирязева, сотрудник
отдела финансовой политики Народного комиссариата финансов,
один из редакторов «Энциклопедического словаря» издательства
«Гранат» 228, 236, 237, 275, 281, 294, 295, 361, 528, 555, 556, 584
Жервинский В. Д., профессор 313
Жижиленко Александр Апександрович (1873—не ранее 1928), правовед,
юрист-криминолог, профессор Петербургского—Ленинградского
университета 72, 289, 492, 494, 504, 585, 646, 653
Жуковский Василий Андреевич (1783—1852), поэт, почетный член
Академии наук с 1827 г., академик по Отделению русского языка и
словесности с 1841 г. 205
Жураковский Геннадий Евгеньевич, педагог, историк педагогики,
преподаватель Киевского института народного образования 634
689

Забаринский Петр Петрович (1904—1939/40), историк техники, окончил
рабфак Ленинградского университета, научный сотрудник
Комиссии по истории знаний с 15 февраля 1932 г., Института истории
науки и техники АН СССР в 1932— 1936 гг. 537
Заболотный, участник заседания; вероятно, Заболотный Дмитрий
Кириллович (1866—1929), бактериолог, доктор медицины, профессор
Ленинградского медицинского института, академик по Отделению
физико-математических наук (бактериология, медицина) с 1929 г. 510
Завадовский Борис Михайлович (1895—1951), биолог, основатель и
директор Биологического музея им. К. А. Тимирязева с 1922 г.,
профессор биологии Коммунистического университета в Москве,
академик Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук им. В. И.
Ленина с 1935 г. 49, 50, 427, 433—435, 440, 441, 445, 467, 471, 538
Заварицкий Александр Николаевич (1884—1952), геолог, петрограф,
петрохимик, академик по Отделению математических и
естественных наук (вулканология, метеоритика, петрография, геология) с
1939 г., профессор в 1921—1926 гг., заведующий кафедрой
петрографии Ленинградского горного института в 1926—1939 гг.,
сотрудник с 1933 г., директор Института геологических наук АН СССР в
1939—1941 гг., организатор и директор Лаборатории вулканологии
АН СССР в 1944—1952 гг., профессор Московского
геологоразведочного института и Московского университета в 1945—1952 гг.
418, 585
Зайцев, участник заседания 541, 585
Заленский Владимир Владимирович (1847—1918), зоолог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(биология) с 1893 г., академик (зоология) с 1897 г. 71, 94, 646, 652
Залесский Михаил Дмитриевич (1877—1946), палеоботаник, палеоэнто-
молог, геолог, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (палеонтология) с 1929 г., сотрудник
Геологического комитета (Всесоюзного научно-исследовательского
геологического института) в 1930—1940-е гг. 83, 170, 289, 493, 494,
496, 585, 648, 652, 658
Замотин Иван Иванович (1873—1942), историк русской и белорусской
литературы, член-корреспондент Академии наук по Отделению
гуманитарных наук (языки и литература европейских народов) с
1929 г., в 1929 г., почти сразу после выборов в Академию наук
СССР подвергался крайне резким политическим нападкам за
антибольшевистские печатные выступления в период гражданской
войны, профессор Белорусского университета в 1920-е гг.;
арестован 4 апреля 1938 г., заключен в исправительно-трудовой лагерь
сроком на 8 лет, умер в Горьковской тюрьме 257, 289, 585
Заозерский Александр Иванович (1874—1941), историк, до 1923 г.
профессор Петроградского университета, ученый хранитель
рукописного отдела Библиотеки Академии наук; арестован в 1929 г.,
освобожден в середине 1930-х гг. 518, 524, 525
Зарубин Иван Иванович (1887—1964), этнограф, специалист в области
иранской этнографии и диалектологии, с 1918 г. заведующий
отделом мусульманских народов Средней Азии Музея антропологии и
этнографии 179, 290
Зарудный Сергей Митрофанович (1865—1940), сенатор, юрист, в 1917 г.
министр юстиции Временного правительства, после Октябрьской
революции отошел от политики, до конца жизни работал в отделе
690

западноевропейского искусства Государственного Эрмитажа 290,
515, 518, 523, 524
Захаров Яков Дмитриевич (1765—1836), химик, физик, адъюнкт
Академии наук по химии с 1790 г., профессор с 1795 г. 238
Звягинцев Орест Евгеньевич (1894—1967), химик-неорганик, инженер-
технолог, историк химии, окончил Московский коммерческий
институт в 1919 г., преподаватель Московской горной академии в
1920—1922 гг., инженер треста «Уралплатина» в 1922—1926 гг.,
доктор химических наук, профессор, сотрудник Института по
изучению платины и других благородных металлов АН СССР с
1926 г. и Института общей и неорганической химии АН СССР 17,
25, 154, 155, 178, 216, 225, 227, 231, 234, 237, 240, 247, 281, 289,
294, 295, 506, 513, 515, 517, 518, 521, 522, 524, 526, 527, 529, 553,
585
Зданевич Борис Иванович, библиотековед, историк книги, помощник
заведующего отделом старопечатных книг и отделом Orientali а
Всенародной библиотеки Украины 634
Здравишин К., участник заседания 525
Зеленин Дмитрий Константинович (1878—1954), этнограф, диапектолог
и фольклорист, член-корреспондент Академии наук по Отделению
русского языка и словесности (этнография и языкознание) с
1925 г., профессор Ленинградского университета в 1925—1949 гг.,
научный сотрудник Музея антропологии и этнографии АН СССР,
где возглавлял библиотеку и кабинет Европы и Кавказа, создал
школу этнографов-славистов 289, 586, 607
Зеленко Василий Адамович (1878—?), профессор, ректор
Петроградского института внешкольного образования (1923), заведующий
Секретариатом Академии наук СССР 299
Зеликсон, профессор 419, 586
Зелинский Николай Дмитриевич (1861—1953), химик-органик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(химия) с 1924 г., академик (органическая химия) с 1929 г.,
профессор Московского университета в 1893—1910 и 1918—1953 гг.,
директор Петербургской центральной лаборатории Министерства
финансов и заведующий кафедрой Петербургского
политехнического института в 1911—1917 гг., организатор Института органической
химии АН СССР в 1934 г., один из организаторов Всесоюзного
химического общества им. Д. И. Менделеева и его почетный член
с 1941 г. 243, 289, 586
Земятчинский Петр Андреевич (1856—1942), геолог, почвовед,
минералог и кристаллограф, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (минералогия) с 1928 г.,
профессор, заведующий кафедрой минералогии
Петербургского—Ленинградского университета в 1898—1926 гг., организатор и директор
Государственного керамического института АН в 1919—1927 гг.,
организатор и заведующий лабораторией минералогии Почвенного
института АН СССР в 1926—1934 гг. 289, 494, 586
Зернов Дмитрий Степанович (1860—1922), специалист в области
механики, окончил Московский университет и Петербургский
технологический институт, директор Петроградского технологического
института в 1920—1922 гг. 74
Зернов Сергей Алексеевич (1871—1945), зоолог, гидробиолог, академик
по Отделению математических и естественных наук (биологичес-
691

кие науки, зоология, гидробиология) с 1931г., в 1897—1898 гг. в
ссылке за революционную деятельность, заведующий
Севастопольской биологической станцией АН в 1902—1914 гг., профессор
Московского сельскохозяйственного института в 1914—1930 гг.,
организатор кафедры гидробиологии Московского
сельскохозяйственного института в 1914 г. и кафедры гидробиологии Московского
университета в 1924 г., директор Зоологического института АН
СССР в 1931—1942 гг., один из основателей отечественной
гидробиологии 462, 586
Зильберфарб Иогансон Исаакович, историк педагогики, научный
сотрудник секции истории педагогики и народного просвещения
Украинского научно-исследовательского института педагогики 634
Зингер, профессор, президент II Международного конгресса по истории
науки и техники 446
Зинин Николай Николаевич (1812—1880), химик-органик, адъюнкт
Академии наук по Физико-математическому отделению (химия) с
1855 г., академик с 1858 г., основатель русской научной
химической школы, первый председатель Русского химического общества
122
Златогоров Семен Иванович (1873—1931), микробиолог, эпидемиолог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (микробиология) с 1929 г. 77
Зограф Н.; вероятно, Зограф Николай Юрьевич (1851—?), профессор
зоологии Московского университета 656
Золотарев В., участник заседания 227
Золотарев Давид Алексеевич (1885—1935), этнограф, антрополог,
краевед, музеевед, профессор Петроградского университета с 1918 г.,
заведовал отделами в Комиссии по изучению естественных
производительных сил АН, Государственной академии истории
материальной культуры, этнографическим отделом Русского музея,
отделом этнографии Русского географического общества, член
редколлегии журналов «Краеведение», «Известия Русского
географического общества», «Этнография», «Человек» и др.; арестовывался
в 1930 и 1933 гг., умер в Сибирском исправительно-трудовом
лагере 289, 586
Золотарев Егор Иванович (1847—1878), математик 150
Зубов Василий Павлович (1899—1963), историк искусств, эстетики и
новой европейской философии, сотрудник Института истории
искусств в Петрограде, сотрудник Института истории естествознания
и техники АН СССР с 1945 г. 57, 58, 494, 587
Зуев Василий Федорович (1754—1794), естествоиспытатель,
путешественник, адъюнкт Академии наук по натуральной истории с 1779 г.,
профессор с 1787 г. 296, 362
Ибн Хальдун (1332—1406), арабский историк и философ 47, 382, 410,
420, 473, 537
Иванов Александр Александрович (1867—1939), астроном, геодезист и
метеоролог, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (астрономия) с 1925 г., профессор
Петербургского—Ленинградского университета в 1908—1929 гг.,
директор Пулковской астрономической обсерватории в 1919—1930 гг.
126, 128, 142, 281, 290, 500, 530, 551, 564, 587
692

Иванов И. И.; вероятно, Иванов Иван Иванович (1862—1939),
математик, член-корреспондент Академии наук по Отделению
физико-математических наук (математика) с 1924 г. 290
Иванов Петр Павлович (1878—1942), эмбриолог, преподаватель,
профессор с 1918 г., с 1924г.заведующий кафедрой медицинского
факультета Психоневрологического института (позднее 2-й Ленинградский
медицинский институт), заведующий лабораторией эмбриологии
Петроградского—Ленинградского университета с 1922 г.,
заведующий лабораторией экспериментальной эмбриологии Всесоюзного
института экспериментальной медицины 44, 248, 250, 289, 295,
410, 524, 527, 587
Иванов Сергей Васильевич, историк педагогики, доцент педагогического
факультета Воронежского государственного университета 634
Иванов Сергей Васильевич (1895—1986), этнограф, искусствовед, доктор
исторических наук 567
Иванов-Разумник (псевдоним, настоящая фамилия Разумник) Василий
Иванович (1878—1946), литературовед, социолог, критик 580
Ивановский Владимир Николаевич (1867—1939), философ, историк
философии и психологии, окончил Московский университет в 1890 г.,
приват-доцент Московского университета в 1914—1917 гг.,
профессор, ректор Самарского университета в 1918—1921 гг., профессор
Белорусского государственного университета в 1921—1927 гг. 17,
171, 179, 196, 200, 216, 240, 281, 289, 294, 518, 521, 553, 587
Игнатенко Варфоломей Адрианович, историк украинской прессы 634
Игнатьев Павел Николаевич (1870—1945), граф, государственный и
общественный деятель, министр народного просвещения в 1915—
1916 гг., почетный член Академии наук в 1917—1928 гг., исключен
из членов Академии, восстановлен в 1990 г. 637
Идельсон Наум Ильич (1885—1951), астроном-теоретик, математик,
историк физико-математических наук, действительный член
Астрономического института, профессор Учебного комбината точной
механики и оптики 302, 362, 415, 524, 587
Измайлов Николай Васильевич (1893—1981), филолог, доктор
филологических наук, заведующий рукописным отделом Пушкинского
Дома; в 1929—1934 гг. находился в заключении, с 1957 г. и до
пенсии вновь заведующий рукописным отделом Пушкинского Дома
526
Иконников Владимир Степанович (1841—1923), историк,
член-корреспондент Академии наук по Историко-филологическому отделению
(историко-политические науки) с 1893 г., ординарный академик по
Отделению русского языка и словесности с 1914 г., профессор
Университета св. Владимира в Киеве, академик Всеукраинской
Академии наук 494, 587
Илизаров Симон Семенович, историк науки, архивист, кандидат
исторических наук, заместитель директора Института истории етествозна-
ния и техники РАН 56, 57, 60, 64, 506, 513, 537, 541, 655
Ильин A.A.; вероятно, Ильин Алексей Алексеевич (1858—после 1934),
нумизмат, географ, картограф, научный сотрудник Государственной
академии истории материапьной культуры, Государственного
Эрмитажа, редактор Особой научной географической комиссии Русского
географического общества 165, 290
Ильин Лев Федорович (1871 —1937), фармацевт, доктор медицины,
ученый секретарь конференции Военно-медицинской академии (1923),
693

руководитель кафедры военно-медицинского снабжения и
фармации (1912—1931) 77
Ильинский Г. Л.; вероятно, Ильинский Григорий Андреевич (1876—
1937), филолог, языковед, славист, член-корреспондент Академии
наук по Отделению русского языка и словесности с 1921 г. 290
Имшенецкий Василий Григорьевич (1832—1892), математик, механик,
занимался теорией дифференциальных уравнений и частными
производными, открытый им метод решения уравнений 1-го порядка в
частных производных носит его имя, один из основателей
Харьковского (1879) и Петербургского (1890) математических обществ 149
Иноходцев Петр Борисович (1742—1806), астроном, адъюнкт Академии
наук по астрономии с 1768 г., экстраординарный профессор с
1779 г., ординарный профессор в 1783—1797 гг. и с 1799 г. 4
Иоффе Абрам Федорович (1880—1960), физик, член-корреспондент
Академии наук по Физико-математическому отделению (физика) с
1918 г., академик с 1920 г., вице-президент Академии наук СССР в
1926—1929 и в 1942—1945 гг., профессор
Петербургского—Ленинградского политехнического института, организатор и первый
директор Физико-технического института АН СССР в 1918—1951 гг.,
Физико-агрономического института с 1932 г., Лаборатории
(Института) полупроводников АН СССР с 1952 г., один из создателей
советской школы физиков, зачинатель исследований
полупроводников 14, 23, 38, 43, 45, 49, 50, 80, 172, 173, 196, 212, 243, 281, 289,
294, 347, 356—359, 361, 369, 386—388, 399, 409, 416, 427, 433—
435, 440, 441, 450, 456, 461, 462, 466, 471, 477, 484, 494, 510,
536—539, 551, 587, 608
Ипатьев Владимир Николаевич (1867—1952), химик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(химия) с 1914 г., академик с 1916 г., до революции председатель
Химического комитета при Главном артиллерийском управлении,
председатель Научно-технического отдела Высшего совета
народного хозяйства СССР до 1926 г., директор Государственного
института высоких давлений с 1928г.; лауреат премии имени
В.И.Ленина 1927 г., в июне 1930 г. выехал в научную командировку в
Берлин и не вернулся в Советский Союз, 29 декабря 1936 г.
исключен из членов Академии наук, восстановлен в 1990 г. 243, 290,
494, 498, 588
Исаченко Борис Лаврентьевич (1871—1948), микробиолог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(биология) с 1929 г., академик по Отделению биологических наук
(микробиология) с 1946 г. 21, 95
Истрин Василий Михайлович (1865—1937), историк литературы,
славист, член-корреспондент Академии наук по Отделению русского
языка и словесности с 1902 г., ординарный академик с 1907 г.,
после избрания академиком переехал в Петербург, в 1924—1927 гг.
исполнял обязанности председательствующего в Отделении
русского языка и словесности 8, 23, 290, 348, 491, 492, 494, 495, 588,
654
Каблуков Иван Алексеевич (1857—1942), химик, член-корреспондент
Академии наук по Физико-математическому отделению с 1928 г.,
почетный член с 1932 г. 235, 281, 296, 514, 564
694

Каврайский Д. В.; вероятно, Каврайский Владимир Владимирович
(1884—1954), геодезист, картограф, астроном, с 1921 г. работал в
Военно-морской академии 154
Кагаров Евгений Георгиевич (1882—?), этнограф, сотрудник Музея
антропологии и этнографии 514
Казакевич А., участник заседания 517
Каликин Ф., участник заседания 521
Каманин Л., участник заседания 524
Каменский Владимир Андреевич (1896—?), историк техники, научный
сотрудник, хранитель музея Института истории науки и техники
АН СССР 26, 27, 46, 47, 60, 389, 396, 397, 411, 415, 451, 457, 463,
473, 477, 479, 521, 537—539, 541, 542, 544, 546, 588
Каминский Антон Антонович (1862—1936), метеоролог, климатолог,
сотрудник Главной физической обсерватории, сотрудник Комиссии
по изучению естественных производительных сил АН 72, 646, 652
Канкрин Егор Францевич (1774—1845), граф, государственный деятель
361, 556, 585
Кант (Kant) Иммануил (1724—1804), немецкий философ 364
Кантор (Cantor) Георг (1845—1918), немецкий математик, разработал
основы теории множеств, оказавшей большое влияние на развитие
математики 398
Кантор (Cantor) Мориц Бенедикт (1829—1920), немецкий математик,
основные работы посвящены истории математики 148
Капица Петр Леонидович (1894—1984), физик, член-корреспондент
Академии наук по Физико-математическому отделению с 1929 г.,
академик по Отделению математических и естественных наук
(физика) с 1939 г. 437, 447, 448
Каплан Л., участник заседания 526
Каплан Я. М., участник заседаний 515, 518, 524—527
Каптерев Павел Николаевич (1889—?), историк философии, окончил
Московский университет по естественному отделению в 1911 г., по
философскому отделению в 1913 г., профессор Ярославского и
Московского университетов, действительный член Государственной
академии художественных наук по Физико-психологическому
отделению с 1923 г. 14, 137, 138, 146, 147, 153, 170, 173, 196, 206, 211,
281, 289, 294, 505, 551, 588
Каракозов Дмитрий Владимирович (1840—1866), революционер, 4
апреля 1866 г. неудачно стрелял в Александра II 349
Карамышев Александр Матвеевич (1744—1791), натуралист, химик,
металлург, член-корреспондент Академии наук с 1779 г., директор
банка в Иркутске 4
Каратаев Анатолий Степанович, историк философии, лектор рабочего
факультета при Нежинском институте народного образования 634
Каратаев Николай Михайлович (1875—?), географ, историк
картографии, старший библиотекарь научно-библиографического отдела
Библиотеки Академии наук 351, 361, 419, 541, 556
Кардан (Кардано) (Cardano) Джероламо (1501 —1576), итальянский
философ, врач, математик 410, 467
Кардашевский Валериан Иванович (1883—?), филолог, историк
западноевропейской литературы, сотрудник Библиотеки Академии наук в
1919—1931 гг., преподаватель иностранных языков в
Военно-технической академии им. Ф.Э.Дзержинского с 1931 г. 245, 282, 283,
294, 296, 515, 588
695

Карев Николай Афанасьевич (1902—?), философ, социолог,
действительный член Комакадемии 410, 411, 539, 588
Кареев Николай Иванович (1850—1931), историк, философ, социолог,
член-корреспондент Академии наук по Историко-филологическому
отделению (историко-политические науки) с 1910 г., почетный
член с 1929 г., профессор Петербургского—Ленинградского
университета в 1906—1931 гг. 8, 17, 30, 31, 54, 71, 72, 83, 170, 199, 200,
213, 240, 252, 253, 262, 273, 276, 281, 289, 294, 295, 361, 362, 493,
494, 510, 516, 521, 523—527, 553, 555, 556, 562, 588, 608, 646,
648, 653, 654, 658
Карелин Григорий Силыч (1801—1872), путешественник, натуралист
344, 362
Каретников, участник заседания 510
Каринский Владимир Михайлович, философ, научный сотрудник
Харьковского института народного образования 634
Каринский Е., участник заседания 525
Каринский Михаил Иванович (1840—1917), философ-идеалист 264—
266, 268
Каролицкий М. С, библиограф, сотрудник Библиотеки Академии наук,
составитель библиографии трудов К. М. Бэра 134, 146, 198, 213,
241, 515, 552
Карпинский Александр Петрович (1846—1936), геолог, адъюнкт
Академии наук по Физико-математическому отделению (геология) с
1886 г., экстраординарный академик с 1886 г., ординарный
академик с 1896 г., первый выборный президент Российской Академии
наук в 1917—1925 гг., президент Академии наук СССР в 1925—
1936 гг., один из организаторов и директоров Геологического
комитета в 1885—1936 гг., директор Российского минералогического
общества 8, 29, 32, 197, 252, 277, 281, 283, 289, 294, 307, 356, 358,
491, 492, 494, 495, 500, 505, 514, 525—528, 536, 589, 609, 638
Карпов Василий Николаевич (1798—1867), философ-идеалист,
переводчик сочинений Платона 265
Карпов Лев Яковлевич (1879—1921), химик, один из организаторов
советской химической промышленности 572, 628
Карский Евфимий Федорович (1860—1931), филолог-славист, языковед,
этнограф, член-корреспондент Академии наук по Отделению
русского языка и словесности с 1901 г., ординарный академик
(этнография и лингвистика) с 1916 г., редактор «Русского
филологического вестника» с 1905 г., редактор «Известий Отделения русского
языка и словесности РАН» с 1920 г., директор Музея антропологии
и этнографии АН СССР в 1921—1930 гг. 8, 193, 289, 492, 494, 495,
525, 567, 589, 636, 646, 654, 659
Карташевский В. И.; вероятно, Кардашевский В. И. 21, 146, 176, 232, 241
Касперовский В., участник заседания 521
Касперовский И., участник заседания 521
Кассини (Cassini) Жак (1677—1756), французский астроном, сын Джо-
ванни Доменико Кассини, участник измерения южной и северной
дуги Парижского меридиана 371, 372
Кассиодор (Cassiodorus) (ок. 487—ок. 578), писатель, автор «Истории
готов» 562
Кассирер (Cassierer) Эрнест (1874—1945), немецкий философ,
представитель марбургской школы неокантианства, с 1933 г. находился в
эмиграции, с 1941 г. в США 148
696

Кастрен (Castrén) Матиас Александр (1813—1852), финский языковед и
этнограф 174, 195, 281, 486, 564, 579, 598, 622, 632
Кауфман Александр Аркадьевич (1864—1919), экономист, статистик 71,
79, 91, 493, 495, 497, 550, 646, 652, 658
Кауфман Л., участник заседания 525
Кауфман О., участник заседания 525
Кахен, швейцарский картограф 164
Каштаниянц; вероятно, Коштоянц Хачатур Сердакович (1900—1961),
физиолог, член-корреспондент Академии наук по Отделению
математических и естественных наук (сравнительная физиология) с
1939 г., академик Академии наук АрмССР с 1943 г. 369
Каяндер Николай Николаевич (1851—1896), химик, основные работы
посвящены изучению скорости гетерогенных реакций (растворение
магния и мрамора в кислотах) 182
Кейнрпинг, корреспондент геолога К. А. Гревинга; вероятно, Кейзерлинг
Александр Андреевич (1815—1891), геолог, палеонтолог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
с 1858 г., почетный член с 1887 г. 233
Келлер Борис Александрович (1874—1945), биолог, геоботаник, эколог
растений, почвовед, академик по Отделению математических и
естественных наук (ботаника) с 1931 г., профессор Института
зерновых культур в Воронеже, директор Ботанического института АН
СССР в 1931—1936 гг. 417, 589, 609
Кеплер (Kepler) Иоганн (1571—1630), немецкий астроном 46, 302, 355,
362, 372, 375, 463, 467, 473, 479, 530, 537, 557, 628, 632
Кеппен Петр Иванович (1793—1864), статистик, этнограф, академик по
Отделению истории и филологии с 1843 г. 508
Кесслер Э. К., участник заседаний 290, 517, 521, 524
Кижнер Николай Матвеевич (1867—1935), химик-органик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(химия) с 1929 г., почетный член с 1934 г. 147, 289, 589
Кипарисов Николай Аркадьевич (1885—не ранее 1950), экономист,
автор исследований и учебников по бухгалтерскому и балансовому
учету, преподаватель экономических вузов Москвы 541, 589
Киприяновы, отец и сын; Киприянов Василий Анофриевич (Онуфрие-
вич) (?—1723), печатник, издатель, сподвижник Петра I, начальник
Московской типографии гражданских книг, работал над введением
гражданского шрифта, Петр 1 присвоил ему звание библиотекаря,
которое в Европе было почетным; еще при жизни В. А. Киприяно-
ва вместе с ним работал его старший сын В. В. Киприянов;
Киприяновы имели книжный склад и вели торговлю через свою
библиотеку, после смерти отца сын продолжил и расширил именно
эту сторону деятельности 227, 296
Киров (Костриков) Сергей Миронович (1886—1934), советский
государственный и партийный деятель, первый секретарь Ленинградского
обкома и горкома партии с 1926 г. 47
Кирпичев Л., участник заседания 521
Кирсанов Владимир Семенович, историк науки, доктор
физико-математических наук, главный научный сотрудник Института истории
естествознания и техники РАН, вице-президент Международного
союза историков науки 56, 64
Кистяковский Владимир Александрович (1865—1952), физикохимик,
электрохимик, член-корреспондент Академии наук по Физико-ма-
697

тематическому отделению (химия) с 1924 г., академик (физическая
химия) с 1929 г., профессор Петербургского—Ленинградского
политехнического института в 1902—1934 гг. и Ленинградского
металлургического института, директор
Коллоидно-электрохимического института АН СССР в 1934—1939 гг. 11, 14, 45, 179, 182,
196, 206, 210, 212, 232, 240, 281, 289, 294, 473, 485, 488, 498, 501,
510, 512, 515, 527, 551, 557, 562, 589
Клайнс (Kleins), член британского правительства 433
Клейн (Klein) Феликс (1849—1925), немецкий математик 148, 398
Клепатский Павел Григорьевич, профессор Полтавского института
народного образования 634
Клеро (Clairaut) Алексис Клод (1713—1765), французский математик
378
Клюев Н., участник заседания 518
Книпович Николай Михайлович (1862—1939), зоолог, гидробиолог,
ихтиолог, общественный деятель, член-корреспондент Академии наук
по Физико-математическому отделению (зоология) с 1927 г.,
почетный член с 1935 г., приват-доцент Петербургского университета с
1893 г., сотрудник Зоологического музея АН в 1894—1921гг.,
профессор Женского 1-го Ленинградского медицинского института,
организатор и руководитель Мурманской, Каспийских, Балтийской,
Азовско-Черноморской научно-промысловых экспедиций,
исследователь морей европейской части СССР 289, 590
Князев Георгий Алексеевич (1887—1969), историк России, окончил
историко-филологический факультет Петербургского университета,
после революции принял активное участие в создании Единого
государственного архивного фонда, один из основателей Союза
российских архивных деятелей в 1917—1918 гг., заведовал
Революционным отделом Архива Военно-морского флота в 1925—1929 гг.,
по инициативе Секции научных работников был назначен
заведующим Архивом АН СССР с 1 октября 1929 г., где работал в
течение 40 лет, до последних дней жизни 23, 24, 38, 47, 290, 292, 402,
495, 529, 536, 539, 590
Кобринский С. К. 290
Ковалев С, участник заседания; вероятно, Ковалев Сергей Иванович
(1897—?), научный сотрудник Пушкинского Дома 514
Ковалевская, дочь В. О. Ковалевского 349
Ковалевская Софья Васильевна (1850—1891), механик, математик,
иностранный член Петербургской Академии наук с 1889 г. 149
Ковалевские, братья Александр Онуфриевич и Владимир Онуфриевич
211, 283, 400, 410, 421, 479
Ковалевский Александр Онуфриевич (1840—1901), биолог, один из
основоположников сравнительной эмбриологии и физиологии, член-
корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (зоология) с 1883 г., академик с 1890 г. 17, 21, 94, 129, 195,
197, 211, 221, 223, 236, 237, 241, 253—256, 282, 296, 525
Ковалевский Владимир Иванович (1848—1934), агроном, экономист,
председатель Сельскохозяйственного ученого комитета с 1919 г., главный
редактор «Энциклопедии сельского хозяйства» 8, 73, 74, 494, 504, 590
Ковалевский Владимир Онуфриевич (1842—1883), зоолог,
основоположник эволюционной палеонтологии, брат А.О.Ковалевского 17,
123, 129, 140, 170, 173, 174, 195—197, 211—213, 221, 223, 237,
240, 241, 282, 296, 349, 485, 501, 509, 550, 561, 575
698

Ковапевский Георгий Владимирович, биолог, старший научный
сотрудник Всесоюзного института растениеводства 20, 113, 114, 133, 289,
294, 512—515, 517, 518, 524, 526, 527, 550, 590
Ковапевский Максим Максимович (1851—1916), политолог, правовед,
социолог 562
Козловский Иван Павлович, историк, историограф, профессор Северо-
Кавказского государственного университета 634
Козмин Николай Кирович (1873—1942), историк литературы,
пушкиновед, член-корреспондент Академии наук по Отделению русского
языка и словесности (литературоведение) с 1924 г., действительный
член Государственного института речевой культуры, старший
ученый хранитель Института русской культуры АН СССР 276, 289,
590
Козо-Полянский Борис Михайлович (1890—1957), ботаник, географ,
морфолог растений, член-корреспондент Академии наук по
Отделению математических и естественных наук (ботаника) с 1932 г.
417, 590
Козулина Анна Викентьевна, историк науки, кандидат философских
наук, работапа в Санкт-Петербургском филиале Института истории
естествознания и техники РАН, с 1992 г. живет в США, работает
в Юридической школе (Нью-Йорк) 59
Коковцов Павел Константинович (1861—1942), востоковед, семитолог,
адъюнкт Академии наук по Историко-филологическому отделению
(литература и история азиатских народов) с 1903 г.,
экстраординарный академик с 1906 г., ординарный академик с 1912 г. 78, 79, 83,
90, 170, 491, 494, 495, 497, 509, 590, 648, 654, 659
Кокшаров Николай Иванович (1818—1892), кристаллограф, адъюнкт
Академии наук по Физико-математическому отделению
(кристаллографическая ориктогнозия) с 1855 г., академик (минералогия) с
1858 г. 96
Коломенский В. А., исследователь биографии В. И. Геннина 467
Колосов Георгий Алексеевич, историк медицины, доктор медицины,
сверхштатный профессор педагогического факультета Смоленского
государственного университета 634
Колубовский Яков Николаевич, историк философии, профессор
Нежинского института народного образования 634
Колчинский Эдуард Израилевич, историк науки, доктор философских
наук, директор Санкт-Петербургского филиала Института истории
естествознания и техники РАН 58, 59, 67
Кольман Эрнест (Арношт) (1892—1979), математик, работал в
Агитпропе с 1929 г., затем заведующим отделом науки Московского
комитета ВКП(б), в 1931—1933 гг. член редколлегии журналов «Под
знаменем марксизма», «Социалистическая реконструкция и
техника», «Вестник Комакадемии», директор Института естествознания
Комакадемии 49, 50, 427, 432—435, 440, 441, 445, 448, 471, 538,
540
Кольцов Анатолий Васильевич (1927—2000), историк науки, доктор
исторических наук, заведующий сектором истории РАН и научных
учреждений Санкт-Петербургского филиала Института истории
естествознания и техники РАН 2, 38, 56—58, 61, 62, 67
Кольцов Николай Константинович (1872—1940), биолог, генетик,
цитолог, зоолог, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (биология) с 1916 г., академик Всесоюзной
699

академии сельскохозяйственных наук им. В.И.Ленина с 1929г.,
профессор Московского университета, профессор Высших
женских курсов в Москве с 1903 г. и Университета им. А. Л. Шаняв-
ского с 1908 г., организатор и первый директор Института
экспериментальной биологии в 1917—1938 гг., основоположник
отечественной экспериментальной биологии; арестован в феврале 1920 г.
по делу «Тактического центра» (Москва), освобожден после
поручительства (март) группы его учеников и сотрудников, в августе
1920 г. вызван в качестве обвиняемого в трибунал, приговорен к
смертной казни, после чего арестован, освобожден на другой день
с заменой расстрела 5 годами условно 8, 16, 71, 199, 290, 313, 494,
590
Комаров Владимир Леонтьевич (1869—1945), ботаник, географ,
флорист-систематик, член-корреспондент Академии наук по Физико-
математическому отделению с 1914 г., академик (ботаника) с
1920 г., вице-президент Академии наук СССР с 1930 г. по декабрь
1936 г., президент с 1936 г. по июль 1945 г., профессор
Петербургского—Ленинградского университета с 1918 г., президент
Всесоюзного ботанического общества с 1930 г., почетный президент
Географического общества СССР с 1940 г. 8, 29, 43, 57, 74, 95, 147,
289, 300—302, 304, 305, 307, 311, 369, 387, 491, 494, 495, 505,
550, 553, 591
Комков Геннадий Данилович, историк, доктор исторических наук,
директор издательства «Наука» в 1970—1986 гг. 58
Кондаков Никодим Павлович (1844—1925), историк византийского и
древнерусского искусства, археолог, член-корреспондент Академии
наук по Историко-филологическому отделению (историко-полити-
ческие науки) с 1892 г., академик с 1898 г. 185, 638, 643, 646, 654
Коновалов Дмитрий Петрович (1856—1929), химик, член-корреспондент
Академии наук по Физико-математическому отделению (физика) с
1921 г., академик с 1923 г. 11, 23, 80, 235, 281, 296, 498, 514, 552,
554, 564
Константин Константинович, см. Романов К. К.
Константинов, участник заседания 521
Кончаев П., участник заседания 521
Кончаловский Максим Петрович (1875—1942), врач-терапевт 313
Копелевич Юдифь Хаимовна, историк науки, кандидат филологических
наук, сотрудник Санкт-Петербургского филиала Института истории
естествознания и техники РАН 58
Коперник (Kopernik, Copernicus) Николай (1473—1543), польский
астроном, создатель гелиоцентрической системы 97, 375
Кордт Вениамин Апександрович (1860—?), историк-картограф,
библиотекарь Киевского института народного образования, член
Археографической комиссии Всеукраинской Академии наук 167, 634
Коржинский Сергей Иванович (1861 —1900), ботаник, адъюнкт
Академии наук по Физико-математическому отделению (ботаника) с
1893 г., академик с 1896 г. 147
Коркин Александр Николаевич (1837—1908), математик 150
Корнилова О., участница заседания 525
Коротнев Алексей Алексеевич (1851—1915), зоолог, член-корреспондент
Академии наук по Физико-математическому отделению (биология)
с 1903 г. 94
Корсаков С, участник заседания 525
700

Костинский Сергей Константинович (1867—1936), астроном,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(математика) с 1915 г., старший астроном Главной
астрономической обсерватории, профессор Ленинградского университета 479,
591
Костычев Сергей Павлович (1877—1931), ботаник, физиолог,
микробиолог, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (ботаника) с 1922 г., академик с 1923 г. 198, 243,
290, 495
Котельников Семен (Симеон) Кириллович (1723—1806), математик,
адъюнкт Академии наук по математике с 1751 г., экстраординарный
профессор высшей математики с 1756 г., ординарный профессор с
1760 по 1797 г., почетный член с 1797 г. 4
Котляревские, потомки М.В.Ломоносова 288
Котляревский Нестор Александрович (1863—1925), историк литературы,
почетный академик по Отделению русского языка и словесности
(изящная словесность) с 1906 г., ординарный академик с 1909 г.,
основатель Пушкинского Дома 491, 494, 591, 638
Котов Г., участник заседания 514
Котова А., участница заседания 514
Котова Е., участница заседания 521
Коутс, английский политический деятель, член парламента, лейборист
446, 447
Кошкин (Алькор) Яков Петрович, этнограф, тунгусовед, доцент
Ленинградского историко-лингвистического института (1934) 281, 564, 567
Кошмеров Г., участник заседания 525
Коялович Борис Михайлович (1867—1941), математик, шахматист,
окончил Петербургский университет в 1889 г., доктор чистой
математики с 1903 г., преподаватель, профессор
Петербургского—Ленинградского технологического института с 1892 г., старший
метролог Главной палаты мер и весов с 1925 г., консультант
Всесоюзного института метрологии и стандартизации, автор учебников для
высшей школы 208, 240, 289, 514, 521, 591
Кравец Торичан Павлович (1876—1955), физик, оптик,
член-корреспондент Академии наук по Отделению физико-математических наук
(физика) с 1943 г., профессор Института инженеров путей
сообщения в Москве до 1922 г., сотрудник Иркутской сейсмологической
станции с сентября 1923 г., профессор Иркутского университета с
октября 1923 г.; арестован 16 августа 1922 г., выслан в Сибирь
сроком на 3 года, выехал из Москвы для проживания в Омске,
22 марта 1926 г. освобожден, приехал в Ленинград, где работал
старшим физиком, заведующим отделом экспериментальной
физики Физико-математического института АН СССР, заведующим
фотографическим отделом Государственного оптического института
477, 510, 591, 610
Кравков Николай Павлович (1865—1924), биолог, фармаколог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(биология) с 1920 г., профессор и заведующий кафедрой
фармакологии Военно-медицинской академии в 1899—1924 гг. 77, 494, 592,
652
Крамер Василий Васильевич, врач-невропатолог, профессор
Московского университета, помощник директора Психоневрологического
института с 1925 г. 313
701

Крамп (Kramp) Кристиан (1760—J 826), французский математик и
медик, основные математические исследования относятся к теории
чисел, геометрии, применил (1812) алгебраический анализ к
изучению течения крови в живом организме 164
Красильников Андрей Дмитриевич (1705—1773), астроном, адъюнкт
Академии наук по астрономии с 1753 г. 147
Красинская С, участница заседания 524
Крачковская Вера Александровна (1884—1974), востоковед, арабист,
доктор исторических наук с 1944 г., профессор с 1945 г.; жена
И. Ю. Крачковского 524
Крачковский Игнатий Юлианович (1883—1951), филолог-арабист,
академик по Отделению исторических наук и филологии (литература и
история азиатских народов) с 1921 г., профессор Ленинградского
историко-лингвистического института и Ленинградского
восточного института им. А. С. Енукидзе, заместитель председателя
Комиссии по истории знаний в 1929—1931гг.; находился в заключении
в Петрограде с 20 июля 1922 г. по 12 января 1923 г. 11, 15, 30, 32,
36—38, 43, 47, 54, 85, 86, 111, 112, 116, 139, 172, 183, 198, 254,
255, 257, 260, 268, 274, 275, 280—282, 284, 289, 292, 293, 296,
298, 299, 305, 308, 312, 314, 331, 332, 338, 351, 352, 354, 359, 368,
382, 383, 386—388, 399, 410, 420, 461, 469, 470, 473, 485, 491,
495, 498, 501, 502, 504, 510, 513, 524—529, 535—537, 539, 543,
562, 568, 572, 592, 658
Крашенинников Степан Петрович (1713—1755), естествоиспытатель,
путешественник, исследователь Камчатки, адъюнкт Академии наук
по натуральной истории с 1745 г., профессор ботаники и натурапь-
ной истории с 1750 г. 4
Кржижановский Глеб Максимилианович (1872—1959), энергетик,
партийный и государственный деятель, академик по
Физико-математическому отделению (энергетика) с 1929 г., вице-президент
Академии наук СССР с 1929т. по февраль 1939 г., основатель и
директор Энергетического института АН СССР в 1930—1959 гг.,
председатель Главного управления электротехнической
промышленности Высшего совета народного хозяйства с 1919 г.,
председатель Государственной комиссии по электрификации России
(ГОЭЛРО), Комитета по высшему техническому образованию при
ЦИК СССР и заместитель наркома просвещения РСФСР в 1932—
1936 гг.; Герой Социалистического Труда 33, 34, 290, 314, 321, 414,
532, 592
Кривоносов Юрий Иванович, историк науки, кандидат технических наук,
сотрудник Института истории естествознания и техники РАН 56,
64
Криницкий Марк, автор рукописи «Принцип театральности в познании
действительности» 257
Крузенштерн Иван Федорович (1770—1846), мореплаватель, адмирал,
географ-исследователь, один из учредителей Русского географического
общества, член-корреспондент Академии наук с 1803 г., почетный
член с 1806 г. 21, 112, 114, 117, 120, 175, 366, 378, 559, 624
Крыжановский Владимир Иванович, геолог, сотрудник
Минералогического музея 234, 290, 521
Крылов Апексей Николаевич (1863—1945), математик, физик, механик,
кораблестроитель, член-корреспондент Академии наук по Физико-
математическому отделению (физика) с 1914 г., ординарный акаде-
702

мик по Отделению физико-математических наук (математическая
физика) с 1916 г., председатель Русского физико-химического
общества, директор Главной физической лаборатории, заведующий
Опытным бассейном в 1900—1907 гг., главный инспектор
кораблестроения с 1908 г., председатель Морского технического
комитета 34, 45, 47, 126, 127, 281, 290, 355, 358, 369, 370, 373, 381,
386—388, 398, 399, 410, 415, 448, 450, 456, 461, 478, 494, 507,
537, 539, 541, 542, 564, 592, 610
Крылов Алексей Петрович; вероятно, Крылов Алексей Николаевич 35,
324, 325, 327, 330
Крылов Николай Митрофанович (1879—1955), математик, механик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (математика) с 1928 г., академик (математическая
физика) с 1929 г., академик Всеукраинской Академии наук с 1922 г., в
1917 г. Киевский университет присвоил ему степень доктора
математики без защиты диссертации, руководил кафедрой
математической физики Всеукраинской Академии наук с 1922 г. 268, 289, 592
Крылов Порфирий Никитич (1850—1931), ботаник-географ, флорист-
систематик, исследователь растительности Сибири и Урала, член-
корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (ботаника) с 1929 г. 95
Крылова Анна Алексеевна, жена П. Л. Капицы, дочь А. Н. Крылова 448
Крючкова, сотрудник Библиотеки Академии наук 134
Крякутный, подьячий; по сведениям, сфальсифицированным А. И. Сула-
кадзевым, совершил первый полет на воздушном шаре в 1731 г. в
Рязани 455
Кудряшев Константин Васильевич (1885—?), историк, историк
картографии, консультант-редактор «Большой советской энциклопедии» 290
Кузнецов А. Н.; вероятно, Кузнецов Александр Назарович (1877—?),
горный инженер, химик, профессор, заведующий лабораторией
пробирного искусства Горного института 290
Кузнецов Н., участник заседания 513, 517
Кузнецов Николай Иванович (1864—1932), ботаник, член-корреспондент
Академии наук по Физико-математическому отделению (биология)
с 1903 г. 254, 550
Кузнецов Николай Яковлевич (1873—1948), энтомолог, физиолог 290
Кузнецова Наталия Ивановна, историк науки, доктор философских наук,
заведующая отделом аспирантуры и докторантуры Института
истории естествознания и техники РАН 57
Куйбышев Валериан Владимирович (1888—1935), советский
государственный и партийный деятель 356, 357
Кулагин Николай Михайлович (1860—1940), зоолог-энтомолог, член-
корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (биология) с 1913 г., доктор зоологии, профессор 1-го
Московского университета, председатель постоянного Бюро
всероссийских энтомофитопатологических съездов 8, 71, 289, 313, 494,
593
Кулибин Иван Петрович (1735—1818), механик-самоучка, заведующий
механической мастерской Академии наук 45, 467
Кулик Леонид Алексеевич (1883—1942), геолог, организатор
метеорологических исследований, руководитель экспедиций Академии наук
СССР (1927—1930) в район падения Тунгусского метеорита; погиб
в фашистском концлагере 513
703

Кулишер Иосиф Михайлович (1878—1934), историк-экономист,
специалист в области политэкономии, профессор Петроградского
университета с 1918 г. 467, 593
Кульженко Василий Степанович, преподаватель истории полиграфии
Киевского художественного института 634
Куник Арист Аристович (1814—1899), историк, филолог, адъюнкт
Академии наук по Историко-филологическому отделению (русская
история) с 1844 г., академик с 1850 г. 285
Купфер Адольф Яковлевич (1799—1865), химик, минералог, физик, член-
корреспондент Академии наук с 1826 г., академик с 1828 г., первый
директор основанной им Главной физической обсерватории 122
Курбатов Владимир Яковлевич (1878—после 1953), специалист в
области физической химии, коллоидно-студневой химии, биохимии,
профессор Ленинградского химико-технологического института,
консультант Музея истории города и Научно-исследовательского
института пластических масс и синтетического лакового сырья 179,
200, 208, 213, 216, 228, 231, 237, 243, 249, 250, 281, 289, 290, 295,
522, 524, 528, 554, 593
Курбатов С. М. 290
Курнаков Николай Семенович (1860—1941), физикохимик, основатель
теории физико-химического анапиза, ординарный академик по
Физико-математическому отделению (химия) с 1913 г., академик Все-
украинской Академии наук с 1926 г., преподаватель в 1882—
1893 гг. и профессор с 1893 г. Петербургского горного института,
Петербургского электротехнического института в 1899—1908 гг.,
Петербургского—Ленинградского политехнического института в
1902—1930 гг., один из организаторов и заместителей В. И.
Вернадского в Комиссии по изучению естественных производительных
сил АН СССР, директор Государственного института прикладной
химии в 1919—1927 гг., директор Института по изучению платины
и других благородных металлов АН в 1922—1924 гг., директор
Института общей и неорганической химии АН СССР в 1934—
1941гг.; лауреат премии имени В.И.Ленина 1928г. и
Государственной премии СССР 1941 г. 23, 34, 35, 74, 79, 207, 243, 324, 329,
387, 399, 417, 461, 477, 494, 495, 498, 507, 542, 593
Курневич Михаил Васильевич, историк педагогики, профессор Каменец-
Подольского института народного образования 634
Курсели, родственники К. М. Бэра 202, 215
Кушнер И., специалист по истории сельскохозяйственных орудий 466,
543, 593
Кювье (Cuvier) Жорж (1769—1832), французский зоолог, один из
реформаторов сравнительной анатомии, палеонтологии и систематики
животных 120, 123, 364
Кюри (Curie) Пьер (1859—1906), французский физик, один из
основателей учения о радиоактивности, лауреат Нобелевской премии
1903 г. 104
Лавров П., участник заседания; вероятно, Лавров П. А. 521
Лавров Петр Алексеевич (1856—1929), филолог-славист,
член-корреспондент Академии наук по Отделению русского языка и
словесности с 1902 г., академик (славяноведение) с 1923 г. 11, 170, 495, 498,
501, 523, 526
704

Лавров Петр Лаврович (1823—1900), философ, социолог, теоретик
революционного народничества 148
Лаврова, участница заседаний 510, 517, 523, 525
Лаврова П., участница заседания 526
Лавуазье (Lavoisier) Антуан Лоран (1743—1794), французский химик
188, 219
Лагода Н., участник заседания 526
Лазарев Петр Петрович (1878—1942), физик, биофизик, геофизик,
ординарный академик по Физико-математическому отделению (физика)
с 1917г., до 1931 г. директор созданного им Института физики и
биофизики Наркомздрава, директор Государственного
рентгенологического и радиологического института, заведующий кафедрой
физики в Московском электромашиностроительном институте;
арестован в Москве 5 марта 1931 г., созданный им Биофизический
институт превращен в «секретное» исследовательское заведение
под эгидой Объединенного государственного политического
управления при Совете Народных Комиссаров СССР и к 1932 г.
полностью разгромлен, жена покончила с собой, осенью 1931 г.
выслан в Свердловск, возвращен в Москву в феврале 1932 г. 4, 8, И,
16, 23, 25, 30, 54, 71, 79, 91, 92, 96, 111, 117, 126, 127, 142, 152,
173, 198, 200, 212, 219, 226, 243, 269, 270, 273, 274, 281—283,
289, 294, 295, 300—302, 313, 314, 387, 399, 491, 493, 494, 498,
500, 506, 507, 527, 549, 551, 555, 564, 593, 611, 643, 648, 652, 658
Лазаревский Николай Иванович (1868?—1921), юрист, магистр
государственного права; расстрелян в августе 1921 г. по так называемому
«делу Петроградской боевой организации» («дело профессора
В. Н. Таганцева») 71, 646, 653
Лаксман Кирилл Густавович (Эрик Густав) (1737—1796),
естествоиспытатель, химик, путешественник, профессор экономии и химии
Академии наук с 1770 г., почетный член с 1780 г. 467
Ламанский Владимир Иванович (1833—1914), историк, академик по
Отделению русского языка и словесности (славянская филология) с
1900 г. 23, 495
Ламарк (Lamarck) Жан Батист (1744—1829), французский
естествоиспытатель, создал учение об эволюции живой природы (ламаркизм)
120, 123, 138
Лангсдорф (Langsdorff) Григорий Иванович (1774—1852),
естествоиспытатель, путешественник, адъюнкт Академии наук по ботанике с
1808 г., академик по зоологии с 1812 по 1831 г., уроженец
Германии, с 1803 по 1830 г. на русской службе 44, 200, 208, 211, 213,
216, 217, 226, 227, 230, 232, 236, 240, 254—257, 270, 282, 296,
304, 312, 344, 350, 351, 362, 410, 419, 421, 478, 517, 519, 520, 553,
573, 625, 631
Лаплас (Laplace) Пьер Симон (1749—1827), французский астроном,
математик, физик 364, 371, 372, 380
Лаппо-Данилевский Александр Сергеевич (1863—1919), историк,
адъюнкт Академии наук по Историко-филологическому отделению
(русская история) с 1899 г., академик с 1902 г. 5, 6, 8, 9, 30, 71,
72, 116, 192, 247, 248, 252, 272, 276, 295, 296, 486, 492, 523, 525,
554, 555, 566, 567, 570, 619, 638—640. 643—646, 649, 653, 655,
657, 658
Лаптев Сергей Николаевич, профессор Иркутского государственного
университета 634
23 Заказ №4012
705

Ласки (Laski) Гарольд Джозеф (1893—1950), английский экономист,
профессор, директор Лондонской школы экономики 428
Лассвиц, философ 148
Лахтин Михаил Юрьевич (1869—1930), историк медицины,
врач-психиатр, опубликовал ряд источников по истории древнерусской
медицины 71, 494, 594
Лебединский Владимир Константинович (1868—1937), физик,
электротехник, заведующий кафедрой 1-го Ленинградского медицинского
института, Ленинградского путейско-строительного учебного
комбината железнодорожного транспорта и Ленин градского
электромеханического учебного комбината железнодорожного транспорта,
ответственный редактор журнала «Вестник электротехники» 46,
466, 468, 543, 557, 594
Лебедянская А., участница заседания 521
Левенгук (Leeuwenhoek) Антони ван (1632—1723), голландский
натуралист, основоположник научной микроскопии 505
Левин Александр Михайлович (1867—?), врач, окончил
Военно-медицинскую академию, приват-доцент патологии внутренних болезней
и истории медицины в академии, профессор Петербургского
женского медицинского института, преподаватель Бакинского
университета, с 1926 г. профессор Ленинградского медицинского
института, автор работ по экспериментальной патологии, истории
медицины 130, 153, 196, 504, 505, 512, 594
Левин Макс Людвигович (1885—1936), зоолог, историк науки,
политический деятель, заведующий кабинетом по истории естествознания
Комакадемии, руководитель семинара по теории эволюции Института
красной профессуры, председатель Общества
биологов-материалистов, редактор отдела зоологии «Большой советской энциклопедии»;
погиб в лагере 369, 386—388, 398—400, 417, 462, 537, 539, 594
Левина Елена Соломоновна, историк науки, доктор биологических наук,
ведущий научный сотрудник Института истории естествознания и
техники РАН 62, 63
Левинсон-Лессинг Франц Юльевич (1861 —1939), геолог, минералог,
географ, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (физика) с 1914 г., академик (минералогия) с
1925 г., преподаватель Петербургского университета в 1889—
1892 гг., профессор Юрьевского (Тартуского) университета в
1892—1902 гг., Петербургского—Ленинградского политехнического
института в 1902—1930 гг., Высших женских (Бестужевских)
курсов в 1902—1920 гг., заведующий кафедрой петрографии
Петроградского—Ленинградского университета с 1921 г., сотрудник
Геологического комитета с 1919 г., директор Геологического музея и
Почвенного института им. В.В.Докучаева АН СССР в 1925—
1929 гг., Петрографического института АН СССР в 1930—1938 гг.
4, 20, 91, 113, 233, 289, 387, 494, 594
Левицкая А., участница заседания 510
Левкович Василий Леонтьевич, историк математики,
преподаватель-ассистент Белорусского государственного университета 634
Левшин Борис Венедиктович, историк, исследователь истории Академии
наук, директор Архива РАН 58
Лежнева Ольга Александровна, историк науки, кандидат
физико-математических наук, сотрудник Института истории естествознания и
техники РАН 655
706

Лейбниц (Leibniz) Готфрид Вильгельм (1646—1716), немецкий философ,
математик, физик 138, 146, 153, 170, 173, 196, 206, 211, 212, 267,
505, 551, 588
Лейкфельд Павел Эмильевич, профессор Крымского педагогического
института 634
Лейферт Леонид Абрамович (1892—?), математик, историк математики,
ученый секретарь секции естествознания Института философии
Ленинградского отделения Комакадемии, профессор
Государственного педагогического института им. А. И. Герцена и
Физико-механического института 539, 594
Леман Александр (1814—1842), естествоиспытатель 175
Леммлейн Г., участник заседания 517
Леммлейн Э. Л., участник заседания 504, 517
Ленц Эмиль Христианович (1804—1865), физик, электротехник, адъюнкт
Академии наук по физике с 1828 г., академик с 1830 г. 121, 122,
144, 154
Леонардо да Винчи (Leonardo da Vinci) (1452—1519), итальянский
живописец, архитектор, ученый, инженер 179, 216, 228, 231, 249, 250,
295, 467, 554, 593
Лепехин Иван Иванович (1740—1802), натуралист, путешественник,
адъюнкт Академии наук по ботанике и натуральной истории с 1768 г.,
профессор естественной истории с 1771 г. 239, 420
Лепин, участник заседания; вероятно, Лепин Александр Иванович
(1880—?), химик-органик, преподаватель Ленинградского
университета 537
Лепинь (Лиепиня) Лидия Карловна (1891—1985), физикохимик,
окончила Высшие женские курсы в Москве в 1917 г., сотрудник Института
народного хозяйства им. Г.В.Плеханова в 1917—1930гг.,
Московского высшего технического училища в 1920—1932 гг., Академии
химической защиты им. К.Е.Ворошилова в 1932—1942гг.,
академик Академии наук Латвийской ССР с 1951 г. 387, 595
Лерман М. Я., участник заседания 515
Лермонтов Михаил Юрьевич (1814—1841), поэт 119
Летников Алексей Васильевич (1837—1888), математик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(математические науки) с 1884 г., один из основателей
Московского математического общества 150
Лившиц, участник заседания 514
Лимберг Л. Т., сотрудник Библиотеки Академии наук 134
Линген Августа Карловна, внучка К. М. Бэра 6, 21, 87, 113, 133, 139,
202, 215, 503
Линген Магнус, доктор философии и лингвистики, внук К. М. Бэра 89
Линден Н., участник заседания 510
Липин В.М. 290
Липин СВ., участник заседания; вероятно, Липин Сергей Вячеславович,
метролог 521
Липский Владимир Ипполитович (1863—1937), ботаник, систематик и
флорист, путешественник, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (ботаника) с 1924 г.,
президент Всеукраинской Академии наук в 1922—1928 гг., занимался
флорой Кавказа и Средней Азии 289, 595
Лискун Ефим Федорович (1873—1958), агроном, зоотехник, профессор
Лесного и Политехнического институтов, академик Всесоюзной
707

академии сельскохозяйственных наук им. В. И.Ленина с 1934 г. 74,
494, 595
Лисмит (Lismyth), министр просвещения Великобритании, участник
II Международного конгресса по истории науки и техники 427
Литке Федор Петрович (1797—1882), мореплаватель, географ, президент
Академии наук в 1864—1882 гг. 95, 96, 144, 308, 556, 574
Лихарев Михаил Алексеевич (1873—1941), научный сотрудник
Публичной библиотеки (1918—1920), преподаватель математики ряда
учебных заведений Петрограда—Ленинграда, в 1925—1929 гг.
сотрудник Библиотеки Академии наук (иностранного отделения,
отдела систематизации), уволен 15 августа 1929 г. в результате
«чистки» Академии наук, в 1930-е гг. преподавал на курсах Гороно 234,
290, 505, 510, 515, 521, 524
Лихачев Николай Петрович (1862—1936), историк, палеограф,
искусствовед, коллекционер, член-корреспондент Академии наук по
Отделению исторических наук и филологии (история, палеография) с
1901 г., академик с 1925 г., создатель одной из крупнейших в
русской истории коллекций древностей, составившей основу
Палеографического музея АН СССР, директором которого был до своего
ареста; арестован 28 января 1930 г. по «академическому делу»,
выслан на 5 лет в Астрахань, вернулся в Ленинград в 1933 г.,
исключен из членов Академии наук в 1931 г., восстановлен в 1968 г. 31,
287, 289, 495, 595
Личков Борис Леонидович (1888—1966), геолог, профессор с 1948 г. в
Киеве, Ташкенте, Самарканде, Ленинграде, первый директор
Украинского геологического комитета в 1918—1927 гг., заведующий
отделением подземных вод Гидрологического института в Ленинграде
в 1924—1934 гг. 10, 56, 64, 73, 77, 78, 289, 494, 502, 510, 513—
515, 518, 522, 524, 526—529, 595
Лобанова С, участница заседания 512
Лобачевский Давид Николаевич, внук Н.И.Лобачевского 6, 251, 253
Лобачевский Николай Иванович (1792—1856), математик, создатель
неевклидовой геометрии, ректор Казанского университета в 1827—
1846 гг. 6, 149, 151, 251, 253, 352, 371
Лобода Андрей Митрофанович (1871—1931), литератор, фольклорист,
этнограф, историк литературы, член-корреспондент Академии наук
по Отделению русского языка и словесности (русская литература)
с 1923 г. 290
Ловиц Товий Егорович (Тобиас Иоганн) (1757—1804), химик, адъюнкт
Академии наук по химии с 1790 г., академик с 1793 г. 238, 239
Ломоносов Михаил Васильевич (1711—1765), физик, химик, астроном,
специалист в области горного дела, географ, историк, филолог,
поэт, профессор химии Академии наук с 1745 г. 4, 16, 17, 20, 23,
24, 31, 45, 57, 58, 60, 79, 85, ПО, 111, 116, 121, 130, 134, 135,
146, 156, 157, 169, 170, 172, 174, 178, 191, 194, 195, 197, 209, 211,
214, 217—221, 223, 224, 226, 227, 230, 232, 236, 240, 241, 248,
253, 256, 264, 270, 273, 276, 282—288, 292, 293, 295, 297, 304,
306, 322, 337, 344, 348, 352, 361, 362, 421, 467, 473, 478, 495, 519,
522, 523, 528, 541, 556, 598, 620, 623, 627, 639
Лориа (Loria) Джино (1862—1954), итальянский математик, историк
математики 148
Лосев Александр Федорович (1893—1988), философ, филолог, доктор
философских наук; в начале 1930-х гг. находился в заключении,
708

затем преподавал в провинциальных вузах, с 1942 г. профессор
Московского педагогического института 657
Лосский Николай Онуфриевич (1870—1965), философ, приват-доцент с
1900 г., с 1916 г. профессор Петербургского университета; в 1922 г.
выслан из советской России 52, 494, 595, 646, 652
Лохтин А. И., советник Астраханского губернского правления, автор
описания Астраханской губернии 367
Лузин Николай Николаевич (1883—1950), математик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(математика) с 1927 г., академик с 1929 г., преподаватель с 1914 г. и
профессор в 1917—1950 гг. Московского университета, сотрудник
Математического института АН СССР в 1929—1936 и 1941—
1950 гг. и Института автоматики и телемеханики АН СССР в
1936—1950 гг. 289, 387, 398, 595
Лукашевич, участник заседания; вероятно, Лукашевич Ян Альфонсович
(1870—?), главный библиотекарь Петроградского медицинского
института (1923) 514
Лукин Николай Михайлович (1885—1940), историк, специалист по
новой истории Франции и Германии, академик по Отделению
гуманитарных наук (история) с 1929 г., до 1938 г. директор
Института истории АН СССР и ответственный редактор журнала
«Историк-марксист»; арестован в августе 1938 г., не вернулся из ссылки
36, 37, 339, 461, 535
Лукьянов Сергей Михайлович (1855—1935), физиолог 73, 77, 289, 494,
498, 501, 504, 510, 514, 518, 522, 526, 527, 596
Луначарский Анатолий Васильевич (1875—1933), советский
государственный деятель, писатель, критик, искусствовед, академик по
Отделению гуманитарных наук (история литературы) с 1930 г. 32, 304,
450, 456, 467, 514
Лутохин Д., участник заседания; вероятно, Лутохин Далмат
Александрович (1885—?), экономист, товарищ председателя промышленно-
экономического отдела Русского технического общества 518
Лучицкий Иван Васильевич (1845—1918), историк, специалист по всеобщей
истории, член-корреспондент Академии наук по
Историко-филологическому отделению (историко-политические науки) с 1908 г. 562
Любавский Матвей Кузьмич (1860—1936), историк Литвы, России и
западных славян, член-корреспондент Академии наук по Отделению
исторических наук и филологии (русская история) с декабря
1917 г., академик по Отделению гуманитарных наук с 1929 г.,
профессор Московского университета; арестован 8 августа 1930 г.
в составе «московской секции» «заговорщиков» по
«академическому делу», 8 августа 1931 г. приговорен в Ленинграде к ссылке на
5 лет, сослан в Уфу, где и скончался, исключен из членов
Академии наук в 1931 г., восстановлен в 1967 г. 31, 289, 596
Любименко Владимир Николаевич (1873—1937), ботаник,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(ботаника) с 1922 г., академик Академии наук УССР с 1929 г.,
профессор, работал в Никитском в 1908—1913 гг. и в
Петроградском—Ленинградском (с 1931 г. — Ботанический институт АН
СССР) ботанических садах 141—143, 197, 211, 243, 289, 498, 504,
510, 512, 514, 596, 611
Любименко Инна Ивановна (1878—1959), историк, архивист, специалист
в области истории отношений России и Англии, окончила Высшие
709

женские (Бестужевские) курсы, докторскую диссертацию защитила
в Сорбонне в 1908 г., с 1915 по 1920 г. работала иностранным
корреспондентом и переводчиком в Ботаническом саду АН, с 1921 по
1926 г. служила архивистом в Центрархиве, сотрудник Историко-
археографического института АН СССР, Архива АН СССР 142,
147, 153, 196, 197, 234, 249, 251, 281, 289, 294, 504, 505, 510, 515,
521, 524, 526, 555, 596
Любович Николай Николаевич (1855—1933), историк-медиевист, член-
корреспондент Академии наук по Отделению исторических наук и
филологии (история) с 1924 г., работал в Ростовском
(Северо-Кавказском) университете, с 1929 г. на пенсии; арестован не позднее
1933 г. 289, 596
Любомиров И., участник заседания 521
Любощинская А., участница заседания 526
Любощинская А. Е., участница заседания 527
Любощинский M. М., участник заседания; вероятно, Любощинский Марк
Маркович (1864—?), научный сотрудник Опытной сапропелевой
станции АН 524, 526—528
Любутин Константин Николаевич, историк философии, доктор
философских наук, профессор Уральского государственного университета
им. А. М. Горького 658
Ляпунов Александр Михайлович (1857—1918), математик, механик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (прикладная математика) с 1900 г., академик с 1901г.
149, 150, 183, 513
Ляпунов Борис Михайлович (1862—1943), филолог-славист, языковед,
член-корреспондент Академии наук по Отделению русского языка
и словесности с 1907 г., академик (славянская филология) с 1923 г.,
работал в Институте языка и мышления АН СССР 25, 52, 135, 136,
140, 183, 185, 289, 465, 513, 514, 524, 525, 596
Ляпунова Е., участница заседания 525
Лященко Аркадий Иоакимович (1871—1931), историк литературы,
славяновед, библиотековед, член-корреспондент Академии наук по
Отделению гуманитарных наук (литература) с 1928 г. 289, 596
Май (May) Эрнст (1886—1970), немецкий архитектор и градостроитель
438
Майер (Mayer) Тобиас Иоганн (1723—1762), немецкий астроном,
разработал теорию движения Луны 378
Майкельсон (Майкелсон) (Michelson) Алъберт Абрахам (1852—1931),
американский физик 372
Майков Владимир Владимирович (1863—1942), археограф, палеограф,
библиограф, специалист по славянско-русской письменности, член-
корреспондент Академии наук по Отделению русского языка и
словесности (палеография, археография) с 1925 г. 290, 505
Макдональд (Macdonald) Джеймс Рамсей (1866—1937), один из
основоположников и лидеров лейбористской партии Великобритании, в
1924 и 1929—1931 гг. премьер-министр 432, 433, 447
Маклецов Ал., автор рецензии на первый выпуск «Трудов Комиссии по
истории знаний», опубликованной в 1927 г. в ежедневной русской
газете «Руль», издававшейся в Берлине (1920—1931) под редакцией
И. В. Гессена 13
710

Максвелл (Maxwell) Джеймс Клерк (1831—1879), английский физик,
создатель электродинамики, организатор и первый директор Кавен-
дишской лаборатории 45, 46, 399, 411, 416, 421, 462, 466, 468, 479,
557, 594
Максимов Александр Александрович (1874—1928), гистолог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(биология) с 1920 г., профессор Военно-медицинской академии,
Петроградского университета и Института акушерства и
гинекологии 76, 95, 493, 494, 596, 645, 648, 652, 658
Максимович Карл Иванович (1827—1891), ботаник, путешественник,
академик по Физико-математическому отделению (ботаника) с
1868 г. 147, 505, 553, 591
Малеин Александр Иустинович (Устинович) (1869—1938),
филолог-классик, член-корреспондент Академии наук по Отделению
исторических наук и филологии (классическая филология и археология) с
1916 г., после октября 1917 г. профессор
Петроградского—Ленинградского университета, Второго педагогического института,
Ленинградского историко-лингвистического института, заведующий
отделом инкунабул Библиотеки Академии наук, старший ученый
хранитель Института книги, документа и письма АН СССР,
президент Русского библиографического общества, член совета
Общества библиотековедения 8, 76, 248, 252, 289, 493, 494, 514, 524, 596,
648, 654
Малиновский Петр Петрович, преподаватель педагогического факультета
и заведующий Кабинетом политической экономии Нижегородского
государственного университета 634
Малов А., участник заседания 518
Малышева Мария Прокопьевна, историк, сотрудник Государственного
архива Новосибирской области 61
Мамонтов Яков Андреевич, руководитель историко-педагогической
секции Украинского научно-исследовательского института педагогики
635
Мамышева Надежда Всеволодовна (1874—?), сотрудник Библиотеки
Академии наук 133
Мандельштам Леонид Исаакович (1879—1944), физик, специалист в
области радиотехники, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (физика) с 1928 г., академик с
1929 г., заведующий кафедрой теоретической физики Московского
университета с 1925 г., сотрудник Физического института АН
СССР с 1934 г. 387, 399, 416, 597
Манзоль (Manzol), автор биографии Г. И. Лангсдорфа 351
Манизер Генрих Генрихович (1889—1917), этнограф, языковед 200, 216,
217, 230, 232, 236, 254, 255, 282, 296, 410, 419, 519
Манизер М., участница заседания 517
Мансуров П., участник заседания 518
Маркевич, историк техники 415, 597
Маркевич Арсений Иванович (1855—1942), историк-славист, архивист,
археолог, этнограф, член-корреспондент Академии наук по
Отделению исторических наук и филологии (исторические науки) с
1927 г., жил в Симферополе; подвергался аресту (не позднее
1931 г.) 289, 597
Марков Андрей Андреевич (1856—1922), математик, адъюнкт Академии
наук по Физико-математическому отделению (чистая математика) с
711

1886 г., экстраординарный академик с 1890 г., ординарный
академик с 1896 г., в 1905 г. вышел в отставку в звании заслуженного
профессора, продолжал читать курс теории вероятностей в
качестве приват-доцента, неоднократно выступай против реакционных
правительственных постановлений 52, 149, 150, 491, 494, 507, 597,
626
Маркс Карл (1818—1883), основоположник научного коммунизма 50,
159, 342, 431, 433, 437, 442, 446, 447, 538, 583
Марр Николай Яковлевич (1864—1934), языковед, филолог, археолог,
адъюнкт Академии наук по Историко-филологическому отделению
(литература и история азиатских народов) с 1909 г., ординарный
академик с 1912 г., вице-президент Академии наук СССР в 1930—
1934 гг., директор Института языка и мышления АН СССР,
Института по изучению народов СССР АН СССР, Института народов
советского Востока, член Комакадемии 5, 8, 34, 35, 43, 45, 72, 75,
79, ПО, 117, 213, 290, 323, 358, 369, 387, 419, 450, 456, 461, 478,
491, 492, 494, 495, 539, 541, 597, 612, 647, 655
Мартене Людвиг Карлович (1874—1948), инженер-теплотехник,
машиностроитель, главный редактор «Технической энциклопедии» с
1927 г. 369, 387, 414—417, 420, 450, 456, 462, 539, 597
Мартинсон Ф. М.; вероятно, Мартинсон Ф. А. (1879—?), главный
библиотекарь Археологического института (1923), ученый секретарь
Библиотеки Академии наук 515
Мартынов Алексей Васильевич, хирург, профессор Московского
университета 313
Мартынов М., участник заседания 234, 521
Маслов Петр Павлович (1867—1946), экономист, академик по
Отделению гуманитарных наук (экономика) с 1929 г. 290
Маслов Сергей Иванович, историк книги, преподаватель Киевского
института народного образования 635
Маторин Николай Михайлович (1898—1936), этнограф, фольклорист,
организатор научной и музейной работы, профессор с 1931 г.,
заместитель председателя Комиссии по изучению племенного состава
населения страны АН СССР в 1929—1933 гг., директор Института
антропологии и этнографии АН СССР в 1930—1933 гг., один из
организаторов Музея истории религии; арестован в 1935 г.,
расстрелян в 1936 г. 27, 46, 369, 387, 410, 420, 451, 457, 462, 463,
473, 478, 539, 541, 597
Матчосс (Mattschoß) Конрад, один из основателей и председатель Союза
германских инженеров, профессор, автор работ по истории
техники 438
Мах (Mach) Эрнест (1838—1916), австрийский физик,
философ-идеалист, один из основателей эмпириокритицизма (махизма) 148, 399
Машараф, египетский физик, участник II Международного конгресса по
истории науки и техники 429
Машкиллейсон Софья Самуиловна (1894—?), делопроизводитель
Комиссии по истории знаний, до приезда в СССР в 1928 г. жила
в Варшаве, сотрудник Комиссии по истории знаний с августа
1931 г., штатный сотрудник и заведующая библиотекой Института
истории науки и техники АН СССР с 1932 г. 468—470, 542—544,
598
Медведев Игорь Павлович, византинист, специалист в области
западноевропейской истории, член-корреспондент Академии наук по От-
712

делению истории с 1997 г., сотрудник Санкт-Петербургского
института истории РАН 64
Медников; вероятно, Медников Николай Александрович (1855—1918),
арабист 224
Мейе (Meillet) Поль Жюль Антуан (1866—1936), французский языковед
419
Мейер (Meyer) Фридрих Август (?—1805), медик, естествоиспытатель,
член-корреспондент Петербургской Академии наук с 1793 г. 366
Мелик-Шахназаров, лектор Закавказского коммунистического
университета 635
Менделевич Георгий Александрович (1917—?), историк науки, в 1950-е гг.
младший научный сотрудник Института истории естествознания и
техники АН СССР 60, 508
Менделеев Дмитрий Иванович (1834—1907), химик, разносторонний
ученый, педагог, общественный деятель 4, 28, 463, 468, 469, 488, 507,
558, 571, 574, 586, 630
Менжинский Вячеслав Рудольфович (1874—1934), партийный деятель,
юрист, председатель Объединенного государственного
политического управления при Совете Народных Комиссаров СССР с 1926 г.
228, 520
Мензбир Михаил Александрович (1855—1935), зоолог, энтомолог,
зоогеограф, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (зоология) с 1896 г., почетный член с 1926 г.,
академик (биология) с 1929 г., профессор в 1886—1911гг., ректор
Московского университета в 1917—1919 гг., профессор Высших
женских курсов в Москве в 1911—1917 гг., президент
Московского общества испытателей природы в 1915—1935 гг. 71, 289, 494,
598
Меншуткин Борис Николаевич (1874—1938), химик, историк химии,
преподаватель с 1901 г., профессор с 1907 г. Петербургского
политехнического института, сотрудник Института физико-химического
анализа АН с 1919г., автор ряда работ о М.В.Ломоносове 4, 23,
24, 58, 130, 146, 169, 178, 186, 230, 243, 281, 289, 348, 369, 387,
399, 421, 462, 463, 467, 473, 495, 498, 512, 514, 537, 542, 552, 558,
564, 598, 612
Мечников Илья Ильич (1845—1916), биолог-эмбриолог, патолог,
микробиолог, иммунолог, зоолог, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (биология) с 1883 г., почетный
член с 1902 г. 4, 21, 94, 253, 255, 256, 282, 296, 349, 525, 628
Мещанинов, участник заседания; вероятно, Мещанинов Иван Иванович
(1883—1967), языковед, археолог, академик по Отделению
общественных наук (кавказоведение) с 1932 г. 514
Мещерская, участница заседания 514
Миддендорф Александр Федорович (1815—1894), путешественник,
естествоиспытатель, адъюнкт Академии наук по
Физико-математическому отделению (зоология) с 1845 г., академик с 1850 г.,
непременный секретарь Академии наук с 1855 по 1857 г. 94, 96, 122,
201, 231, 236
Миками (Mikami) (1875—1950), японский ученый, историк математики
148
Миклухо-Маклай Николай Николаевич (1846—1888), этнограф,
путешественник, изучай коренное население Юго-Восточной Азии,
Австралии и Океании 467
713

Микулинский Семен Романович (1919—1991), историк науки, философ,
член-корреспондент Академии наук СССР по Отделению
философии и права (философия) с 1968 г., директор Института истории
естествознания и техники АН СССР в 1974—1986 гг. 58, 59
Милевский М. М., участник подготовки юбилейной выставки о К. М.
Бэре 133
Миллер Всеволод Федорович (1848—1913), языковед,
востоковед-санскритолог, этнограф, член-корреспондент по Отделению русского
языка и словесности с 1898 г., академик с 1911 г. 162, 420
Миллер Герард Фридрих (1705—1783), историк, этнограф, адъюнкт по
истории с 1725 г., профессор с 1730 г. 165, 190, 284, 285
Миллер (Müller) Оскар (1855—1934), немецкий инженер-электротехник,
основатель Deutsches Museum в Мюнхене 375, 507, 536
Милль (Mill) Джон Стюарт (1806—1873), английский философ,
экономист, общественный деятель 265
Милонов, историк техники, член технической группы Комиссии по истории
знаний, один из первых разработчиков учебных программ по
марксистской истории техники для Высшей технической школы 387
Миндинг Фердинанд Готлибович (1806—1885), математик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(математика) с 1864 г. 151
Минковский Герман (1864—1909), немецкий математик 149, 380
Минор Лазарь Соломонович (1855—1942), невропатолог 313
Мирчинк Георгий Федорович (1889—1942), геолог, действительный член
Академии наук БССР с 1941 г. 307
Миславский Николай Александрович (1854—1928), физиолог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(физиология) с 1927 г. 290
Миткевич Владимир Федорович (1872—1951), физик, специалист в
области электротехники, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (физика) с 1927 г., академик
(энергетика) с 1929 г., профессор Ленинградского
электромеханического института 27, 36, 45, 46, 49, 50, 74, 290, 332, 416, 427,
433—435, 442, 445, 450, 451, 456, 457, 461, 462, 466, 468, 469,
471—473, 488, 538, 543, 546, 557, 598, 613
Михайлов Александр Васильевич (1859—1927), филолог, историк
русской литературы, языка и письменности, член-корреспондент
Академии наук по Отделению русского языка и словесности (русский
язык и словесность) с 1922 г. 290, 512
Михайловский Николай Константинович (1842—1904), социолог 144,
349
Михайловский H.H., участник заседания 510, 515, 522, 524, 526—528
Младенцев Михаил Николаевич (1872—1941), метролог, заведующий
Менделеевским музеем при Всесоюзном институте метрологии и
стандартизации 463, 598
Модзалевский Борис Львович (1874—1928), историк русской
литературы, член-корреспондент Академии наук по Отделению русского
языка и словесности с 1918 г. 8, 71, 147, 363, 492, 494, 598
Модзалевский Лев Борисович (1902—1948), историк русской
литературы, пушкинист, собиратель автографов писателей, ученых,
государственных деятелей 281, 539, 564
Молас Борис Николаевич, заведующий Секретариатом Академии наук
526
714

Молотов (Скрябин) Вячеслав Михайлович (1890—1986), советский
политический и государственный деятель 49, 488
Молчанов Василий Иванович (1868—?), педиатр, действительный член
Академии медицинских наук СССР с 1945 г. 313
Молчанов И., участник заседаний; вероятно, Молчанов Иван Васильевич
(1890—?), географ, гидрограф, преподаватель Педагогического и
некоторых других институтов Петрограда (1923) 498, 504, 517, 522,
526
Молчанова, участница заседания 529
Монгольфье (Montgolfier), братья Жозеф (1740—1810) и Этьен (1745—
1799), французские изобретатели воздушного шара 467
Морган (Morgan) Льюис Генри (1818—1881), американский историк и
этнограф, исследователь первобытного общества 451, 463
Морозов Александр Александрович (1889—1956), энергетик, старший
научный сотрудник Научно-исследовательского института
гидротехники, профессор Ленинградского гидротехнического института 415,
598
Морозов Николай Александрович (1854—1946), астроном, историк
культуры, писатель, деятель русского революционного движения,
почетный член Академии наук с 1932 г., директор Государственного
естественно-научного института им. П. Ф. Лесгафта в 1918—1946 гг.
289, 504, 527, 599
Мочалов Инар Иванович, историк науки, исследователь творчества
В. И. Вернадского, доктор философских наук, главный научный
сотрудник Института истории естествознания и техники РАН 59
Мочан Е., участник заседания; вероятно, Мочан Екатерина Викторовна
(1902—?), библиограф, сотрудник Публичной библиотеки 524
Мусин-Пушкин Аполлос Аполлосович (1760—1805), химик, минералог,
физик, почетный член Академии наук с 1796 г. 366
Мусов Б., участник заседания 525
Мушкетов Дмитрий Иванович (1884—1938), горный инженер, директор
Геологического комитета с 1926 г., профессор Ленинградского
горного института 418, 599
Мысовский Лев Владимирович (1888—1939), физик, специалист в
области радиоактивности, преподаватель Ленинградского
политехнического и Ленинградского педагогического институтов, сотрудник
Радиевого института 290, 498
Мюллер В., участник заседания; вероятно, Мюллер Виктор Артурович,
помощник директора по административной части Поверочного
института при Главной палате мер и весов (1923) 526
Мюллер И. Е., директор училищ Иркутской губернии 367
Мюллер Р., участник заседания 510, 521, 524, 525
Наварро (Navarro) Андраде Родригу де (1765—1839), португальский
дипломат, иностранный член Петербургской Академии наук с 1810 г.
365
Навашин Сергей Гаврилович (1857—1930), ботаник-цитолог, эмбриолог
растений, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (ботаника) с 1901 г., академик с 1918 г. 290
Нагашин С. Г.; вероятно, Навашин С. Г. 94
Надсон Георгий Адамович (1867—1939), микробиолог, генетик, член-
корреспондент Академии наук но Физико-математическому отделе-
715

нию (биология) с 1928 г., академик с 1929 г., сотрудник
Государственного рентгенологического и радиологического института в
1918—1937 гг., организатор и заведующий Лабораторией
микробиологии АН СССР в 1930—1934 гг., директор Института
микробиологии АН СССР в 1934—1938 гг.; арестован 29 октября 1937 г.,
расстрелян 15 апреля 1939 г., исключен из членов Академии наук
в 1938 г., восстановлен в 1956 г. 257, 289, 369, 461, 599
Найденов Василий Федорович (1864—?), военный инженер, специалист
в области авиации, профессор, председатель воздухоплавательного
отдела Русского технического общества 74
Насонов Николай Викторович (1855—1939), биолог, зоолог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(микробиология) с 1897 г., ординарный академик (зоология) с
1906 г., директор Зоологического музея АН в 1906—1921 гг. и
Лаборатории экспериментальной зоологии и морфологии животных
АН СССР в 1921—1931 гг., инициатор издания и первый редактор
«Фауны России» 20, ИЗ, 114, 178, 283, 289, 494, 550, 599, 652
Нассадский Морис, исследователь Бразилии 543
Натансон С, участник заседания 513
Наук Август Карлович (Иоганн Август) (1822—1892), филолог, академик
по Историко-филологическому отделению (классическая
филология) с 1858 г. 48
Недокучаев Н., участник заседания 504, 505, 514, 515
Недокучаев Н. К., участник заседания; вероятно, Недокучаев Николай
Квинтилович (1872—?), растениевод, профессор
Сельскохозяйственной академии в Петрограде (1923) 498
Недригайлов, участник заседания 521
Недригайлов С. Н., участник заседания; вероятно, Недригайлов Сергей
Николаевич (1882—?), лесовод, специалист по географии леса,
доцент Ленинградского университета 543
Неезе Эрнест Николаевич, врач, историк офтальмологии 635
Нейкомм, капельмейстер домашнего оркестра Талейрана 364
Некрасов Александр Иванович (1883—1957), математик,
член-корреспондент Академии наук по Отделению математических и
естественных наук (математические науки) с 1932 г., академик по
Отделению технических наук (теоретическая механика, гидродинамика)
с 1946 г. 149
Нелидов Юрий Александрович (1874—?), архивист, библиограф, историк
театра, заведующий Центральной библиотекой русской драмы
ленинградских государственных театров 22, 176, 178, 199, 202, 205,
213, 241, 289, 294, 510, 513, 515, 518, 552, 599
Неменов М., участник заседания; вероятно, Неменов Михаил Исаевич
(1880—?), врач, директор Рентгеновского института в 1934 г.
510
Непер (Нейпир) (Napier) Джон (1550—1617), шотландский математик,
изобретатель логарифмов 375
Неслер, изобретатель 358
Неуструев Сергей Семенович (1874—1928), почвовед, физико-географ
228
Нечаев А., участник заседания 521
Нидхейм (Нидэм) (Needham), историк, философ науки, исследователь
истории математики в Китае, профессор, участник 11
Международного конгресса по истории науки и техники 430
716

Никитский Александр Васильевич (1859—1921), филолог-классик,
археолог, член-корреспондент Академии наук по Отделению
исторических наук и филологии (античная история, литература и
эпиграфика) с 1902 г., ординарный академик с 1917 г. 8, 52, 73, 491, 492,
494, 599, 653
Никифоров Павел Михайлович (1884—1944), физик, геофизик,
сейсмолог, гравиметрист, член-корреспондент Академии наук по
Отделению математических и естественных наук (физика, геофизика) с
1932 г., директор Сейсмологического института АН СССР с
1928 г., профессор Ленинградского горного института и
Ленинградского университета с 1933 г. 155, 536, 599
Никифорова, участница заседания 512
Николаев В. В., сотрудник Библиотеки Академии наук, составитель
картотеки о К. М. Бэре 134
Николаи Андрей Львович (Генрих Людвиг) (1737—1820), барон,
писатель, президент Академии наук с 1798 по 1803 г. 239
Никольский Всеволод Михайлович (1885—?), инженер-гидротехник,
доцент Ленинградского института инженеров водного транспорта 466,
543, 600
Никольский Николай Константинович (1863—1936), историк русской
литературы, член-корреспондент Академии наук по Отделению
русского языка и словесности с 1900 г., ординарный академик с
1916 г. 25, 136, 185, 289, 337, 491, 494, 513, 514, 600
Никольский Петр Петрович (1872—?), археолог, заведующий отделом
прикладного искусства Государственного художественно-исторического
краевого музея г. Воскресенска (Истра) Московской губернии 635
Нищенко В. К., помощник управляющего делами Академии наук (1929)
257, 525
Новгородцев Павел Иванович (1886—1924), юрист, философ права,
общественный деятель 653
Новиков, член биологической группы Комиссии по истории знаний 369
Нововилов Д., участник заседания 528
Новосадский Николай Иванович (1859—1941), филолог-классик,
палеограф, специалист в области греческой эпиграфики,
член-корреспондент Академии наук по Отделению исторических наук и
филологии (классическая филология) с 1917 г. 289, 600
Нольде Александр Эмильевич (1873—1919), юрист, специалист по
гражданскому праву 71, 646, 653
Норвуд (Norwood), астроном 371
Норденшельд (Nordenskjöld) Нильс Адольф Эрик (1832—1901),
шведский исследователь Арктики, химик, минералог, иностранный член
Петербургской Академии наук с 1879 г. 161, 164, 226
Носков, докладчик 200
Нумеров Борис Васильевич (1891—1941), астроном, геофизик, геодезист,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (астрономия) с 1929 г., основатель и директор
Астрономического института в Ленинграде; арестован по «пулковскому
делу» 22 октября 1936 г., 25 мая 1937 г. приговорен к 10 годам
лишения свободы, расстрелян 13 сентября 1941 г. в Орловской
тюрьме перед сдачей города нацистам, исключен из членов Академии
наук в 1938 г., восстановлен в 1967 г. 415, 600
Ньюкомб (Ныоком) (Newcomb) Саймон (Симон) (1835—1909),
американский астроном, член Национальной Академии наук США 372
717

Ньютон (Newton) Исаак (1643—1727), английский ученый, заложивший
основы современного естествознания, создатель классической
физики, член Лондонского королевского общества (1672), его
президент (1703) 14, 50, 51, 63, 103—105, 126—128, 130, 142, 174, 195,
234, 243, 281, 302, 355, 376—378, 428, 429, 436, 441, 446, 486,
500, 504, 538, 551, 564, 572, 587, 592, 594
Нэпьер (Napier), директор Метеорологической службы Англии 431
Обновленский Авенир Петрович (1885—1980), библиограф, богослов,
латинист; арестован в 1928 г. как организатор
религиозно-философского кружка для молодежи, до 1936 г. находился в лагерях и
ссылке, в 1950-х гг. вернулся в Ленинград 136
Обручев Владимир Афанасьевич (1863—1956), геолог, географ, член-
корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (геология, география) с 1921г., академик с 1929 г., академик-
секретарь Отделения геолого-географических наук АН СССР в
1942—1946 гг., профессор Томского технологического института в
1919—1921гг. и Московской горной академии в 1921—1929 гг.,
председатель Комиссии (Комитета) по изучению вечной мерзлоты
АН СССР с 1930 г., директор Института мерзлотоведения АН
СССР с 1947 г., почетный президент Географического общества
СССР с 1947 г. 43, 271, 272, 275, 282, 387, 398, 418, 461, 473, 478,
485, 527, 562, 600, 613
Овсянников Филипп Васильевич (1827—1906), физиолог, гистолог,
адъюнкт Академии наук по Физико-математическому отделению
(анатомия и физиология) с 1862 г., академик с 1863 г. 96, 144
Огнев Иван Флорианович (1855—?), гистолог, профессор Московского
университета 71, 494, 600
Огурцов Александр Павлович, философ, доктор философских наук,
заведующий отделом философии науки Института философии РАН
59
Одинцов Виктор Петрович (1876—1938), врач-офтальмолог 313
Озерецковский Николай Яковлевич (1750—1827), естествоиспытатель,
медик, путешественник, ординарный академик с 1782 г. 4
Окорокова Л., участница заседания 525
Ольденбург (урожд. Клеменц, в первом браке Головачева) Елена
Григорьевна (1875—1955), педагог, специалист по литературе и
искусству, вторая жена С. Ф. Ольденбурга 510
Ольденбург Сергей Федорович (1863—1934), востоковед-индолог,
адъюнкт Академии наук по Историко-филологическому отделению
(история и литература азиатских народов) с 1900 г.,
экстраординарный академик с 1903 г., ординарный академик с 1908 г.,
непременный секретарь Академии наук в 1904—1929 гг., профессор
Петербургского университета в 1897—1934 гг., директор Азиатского
музея АН в 1916—1930 гг., директор Института востоковедения АН
СССР в 1930—1934 гг.; арестован 4 сентября 1919 г., пробыл в
Доме предварительного заключения на Шпалерной ул. около
20 дней 5, 8, 9, 16, 20, 22, 29, 31, 35—37, 40, 43, 45, 52, 53, 61,
62, 70, 72, 73, 113, 124—126, 128, 130, 131, 134, 135, 138, 144,
146, 152, 157, 182, 183, 188, 191, 192, 198, 202, 203, 207, 213—215,
218, 228, 233, 235, 238, 244, 245, 248, 251, 271, 281, 289, 294,
330—332, 336, 337, 340—342, 347, 354, 369, 387, 410, 419, 420,
718

450, 456, 462, 478, 491, 492, 494, 495, 498, 500, 503, 505, 512, 514,
515, 518, 523, 535, 539, 541, 542, 564, 567, 600, 614, 637, 643, 645,
646, 649, 654—656, 659
Ольдерогге: вероятно, Ольдерогге Дмитрий Алексеевич (1903—1987),
этнограф, лингвист, специалист в области африканских языков, член-
корреспондент Академии наук по Отделению литературы и языка
(языкознание, языки Африки) с 1960 г. 514
Омелянский Василий Леонидович (1867—1928), микробиолог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(биология) с 1916г., академик (микробиология) с 1923 г. 74, 495
Оппель Владимир Андреевич (1872—1932), хирург, один из
основоположников хирургической эндокринологии 77
Орбели Иосиф Абгарович (1887—1961), востоковед-кавказовед, филолог,
археолог, историк, член-корреспондент Академии наук по
Отделению исторических наук и филологии (археология и история
искусств) с 1924 г., академик по Отделению общественных наук
(востоковедение) с 1935 г, хранитель Государственного Эрмитажа 8,
290, 492, 494, 541, 558, 617
Орбели Леон Абгарович (1882—1958), физиолог, член-корреспондент
Академии наук по Отделению математических и естественных наук
(физиология) с 1932 г., академик с 1935 г., вице-президент
Академии наук СССР с 1942 по 1946 г., заведующий физиологическим
отделением Государственного естественно-научного института
им. П. Ф. Лесгафта, профессор Военно-медицинской академии 8,
492, 494, 617, 652
Орджоникидзе Григорий Константинович (1886—1937), советский
политический и государственный деятель 49
Орел Владимир Михайлович, историк науки, доктор экономических
наук, директор Института истории естествознания и техники РАН,
главный редактор журнала «Вопросы истории естествознания и
техники» 1, 2, 61, 62
Орешников Алексей Васильевич (1855—1933), археолог,
член-корреспондент Академии наук по Отделению гуманитарных наук
(археология) с 1928 г. 290
Орлов Александр Сергеевич (1871—1947), историк русской литературы,
член-корреспондент Академии наук по Отделению русского языка
и словесности с 1921 г., академик по Отделению общественных
наук (история литературы) с 1931 г., директор Института книги,
документа и письма АН СССР, профессор Ленинградского
государственного историко-лингвистического института 291, 468,
541, 617
Орлов-Николай Алексеевич (1895—?), биохимик, сотрудник
Государственного естественно-научного института им. П. Ф. Лесгафта 290
Орловы, потомки М.В.Ломоносова 288
Осинский (Оболенский) Валериан Ваперианович (1887—1938),
экономист, социолог, академик по Отделению общественных наук
(социально-экономические науки) с 1932 г.; арестован 13 октября 1937 г.
41, 56, 467
Осипов Виктор Петрович (1871—1947), медик-психиатр,
член-корреспондент Академии наук по Отделению математических и
естественных наук (биологические науки, психиатрия) с 1939 г.,
профессор Военно-медицинской академии 77, 289, 505, 510, 617
Оскарович О. Д., врач-гинеколог; вероятно, Отто Дмитрий Оскарович 77
719

Остроградский Михаил Васильевич (1801 —1862), математик, адъюнкт
Академии наук по прикладной математике с 1828 г., академик с
1830 г. 122, 150, 151, 324
Отто Дмитрий Оскарович (1855—1929), врач-гинеколог, основатель
(1893) и почетный пожизненный директор Петербургского
повивального института (после 1917 г. — Государственного
клинического института акушерства и гинекологии) 83, 91, 111, 648
Оттоу (Ottow) Бенно (1884—1975), шведский исследователь творчества
К. М. Бэра, доктор медицины, профессор 175, 241
Павленков Флорентий Федорович (1839—1910), книгоиздатель 177
Павлов Алексей Петрович (1854—1929), геолог, палеонтолог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(геология) с 1905 г., ординарный академик с 1916 г. 6, 8, 11, 71,
292, 307, 351, 494, 498, 510, 531, 556, 571, 575, 578, 617
Павлов Иван Петрович (1849—1936), физиолог, член-корреспондент
Академии наук по Физико-математическому отделению (биология)
с 1901 г., ординарный академик (сравнительная анатомия и
физиология) с 1907 г., профессор и заведующий кафедрой фармакологии
с 1890 г. и кафедрой физиологии в 1896—1924 гг.
Военно-медицинской академии, заведующий физиологической лабораторией
Института экспериментальной медицины с 1890 г., директор
Института физиологии АН СССР в 1925—1936 гг.; лауреат
Нобелевской премии 1904 г. 94, 291, 302, 417, 478, 491, 494, 507, 617
Павлов Тимофей Павлович (1860—1932), медик-дерматолог, профессор
Военно-медицинской академии с 1898 г. 77
Павлова Мария Васильевна (1854—1938), палеонтолог, палеозоолог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (геология) с 1925 г., почетный член с 1930 г. 289, 521,
617
Павловский Евгений Никанорович (1884—1965), зоолог, паразитолог,
академик по Отделению математических и естественных наук
(зоология, паразитология) с 1939 г., профессор Военно-медицинской
академии 20, 22, 87, 113, 114, 117, 139, 176, 199, 213, 218, 232,
241, 254, 282, 283, 289, 294, 297, 349, 402, 411, 497, 498, 502, 503,
511, 513, 514, 521, 527, 539, 550, 554, 617
Палисен 467
Палладии Владимир Иванович (1859—1922), ботаник, физиолог
растений, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (биология) с 1905 г., ординарный академик
(ботаника) с 1914 г., директор Никитского ботанического сада в 1920—
1921 гг. 52, 491, 494, 618
Паллас (Pallas) Петр Симон (1741 —1811), естествоиспытатель,
путешественник, профессор естественной истории Академии наук с 1767 г.
4, 171, 420, 469
Пальчинская Н., участница заседания 515
Пальчинский Петр Иоакимович (?—1929), горный инженер,
председатель Русского технического общества, бывший товарищ министра
торговли и промышленности Временного правительства; осужден
по делу «Промпартии» как один из «руководителей» антисоветской
организации, расстрелян в 1929 г. 510
Панев СМ., вахтер 144
720

Панеях Виктор Моисеевич, историк, доктор исторических наук,
сотрудник Санкт-Петербургского института истории РАН 61
Панкевич Павел Яковлевич, историк педагогики 635
Паннекук (Pannekoek) Антон (1873—1960), нидерландский деятель
рабочего движения, астроном 416
Паррот Егор Иванович (1767—1852), физик, член-корреспондент
Академии наук с 1811 г., академик по прикладной математике с 1826 г.
144
Паскевич-Эриванский Иван Федорович (1782—1856), князь, военный
деятель, почетный член Академии наук с 1829 г. 365
Пассовер Ида Яковлевна, сестра юриста Александра Яковлевича Пассо-
вера (1840—1910), пожертвовала Академии наук библиотеку своего
брата, награждена медалью имени К. М. Бэра 53
Пассовер Сусанна Яковлевна, сестра Александра Яковлевича Пассовера,
награждена медалью имени К. М. Бэра 53
Пастер (Pasteur) Луи (1822—1895), французский микробиолог, химик,
кристаллограф, иностранный член Петербургской Академии наук с
1884 г., почетный член с 1893 г. 104
Патулье (Патуйе) (Patouillet, Patoui) Юлий Клавдиевич (Жюль) (1862—
1942), французский филолог-славист, историк литературы, почетный
доктор Лионского университета, в 1913—1919 гг. возглавлял
Французский институт в Петрограде, в 1919 г. выехал во Францию 643
Пекарский Петр Петрович (1827—1872), историк, библиограф, адъюнкт
Академии наук по Отделению русского языка и словесности с
1863 г., академик с 1864 г., автор трудов по истории русской
культуры, литературы и науки XVIII в. 4, 15, 119, 157, 191, 503, 506
Пекарский Эдуард Карлович (1858—1934), языковед, этнограф, фольк-
лорист-якутовед, член-корреспондент Академии наук по
Отделению исторических наук и филологии (тюркология) с 1927 г.,
почетный член с 1931 г. 289, 505, 513, 515, 524, 525, 618
Пергамент В. М., участник заседания 525
Пергамент Михаил Яковлевич (1866—1932), правовед, приват-доцент по
кафедре римского права Новороссийского университета в 1896—
1903 гг., профессор гражданского права в Юрьевском в 1903—
1906 гг. и Петербургском в 1906—1911гг. университетах,
профессор Высших женских (Бестужевских) курсов с 1907 г., соредактор
журналов «Право» и «Вестник гражданского права», член
Комиссии по реформе высших учебных заведений 494, 618, 653
Передерни Григорий Петрович (1871—1953), специалист в области
мостостроения и строительной механики, член-корреспондент
Академии наук по Отделению технических наук (механика) с 1939 г.,
академик (строительная механика, мостостроение) с 1943 г.,
заведующий Ленинградским отделением Центрапьного
научно-исследовательского института транспортного строительства, профессор
Ленинградского путейско-строительного учебного комбината
железнодорожного транспорта 466, 558, 618
Перепелкин, участник заседания 514
Перетц Владимир Николаевич (1870—1935), историк литературы, источ-
никовед, ординарный академик по Отделению исторических наук
и филологии с 1914 г.; арестован 11 апреля 1934 г. в Ленинграде,
в июне 1934 г. выслан на 3 года в Саратов, где и умер, исключен
из членов Академии наук в 1934 г., восстановлен в 1957 г. 8, 23,
111, 133, 291, 348, 491, 492, 494, 495, 618, 654
721

Перченок Феликс Федорович (1931 —1993), педагог, историк науки,
автор первых работ о репрессированных ученых 657
Петерсон М., участник заседания 524
Петр Великий (1672—1725), русский царь, император 26, 162, 165,
171—173, 181, 196, 207, 212, 216, 231, 249, 250, 295, 351, 362,
551, 554, 619, 621
Петров А., участник заседания; вероятно, Петров Александр
Александрович, делопроизводитель канцелярии Конференции Академии
наук (1920) 525
Петров Владимир Алексеевич (1893—?), историк, библиограф, помощник
ученого секретаря Библиотеки Академии наук с 1 октября 1929 г.,
старший библиотекарь с 1 октября 1931 г., сотрудник Института
истории Ленинградского отделения Комакадемии с 1934 г. 362, 618
Петров Василий Васильевич, историк математики, преподаватель
Уфимского института народного образования 635
Петров Дмитрий Константинович (1872—1925), филолог-романист,
историк всеобщей литературы, арабист, член-корреспондент Академии
наук по Отделению русского языка и словесности (всеобщая
литература) с 1922 г., профессор кафедры истории западноевропейских
литератур, секретарь историко-филологического факультета
Петербургского—Петроградского университета с 1914 г. 8, 83, 170, 492—
494, 618, 648, 654, 659
Петров Е., участник заседания 525
Петров Ф. Н., археолог 237
Петровский Алексей Алексеевич (1873—?), радиотехник, специалист в
области токов высокой частоты, заведующий отделом
научно-технической информации Петроградского института народного
хозяйства с 1923 г., председатель петроградской группы
радиоассоциации, почетный член Российского общества радиоинженеров 466,
467, 513, 543, 618, 646, 648, 654
Петровский Нестор Мемнонович (1875—1921), филолог-славист, член-
корреспондент Академии наук по Отделению русского языка и
словесности с 1917 г. 170, 493
Петрушевский Дмитрий Моисеевич (1863—1942), историк-медиевист,
член-корреспондент Академии наук по Отделению исторических
наук и филологии (история) с 1924 г., академик по Отделению
гуманитарных наук с 1929 г.; арестован в августе или сентябре
1919 г. в Москве во время массовых арестов московской
интеллигенции в связи с «делом Национального центра», находился
несколько дней на Лубянке в Особом отделе ВЧК, освобожден 30,
228, 247, 250, 254, 255, 270, 281, 282, 289, 294—296, 322, 361,
485, 524, 554, 562, 619
Петухов Евгений Вячеславович (1836—1948), историк литературы, член-
корреспондент Академии наук по Отделению русского языка и
словесности с 1916 г., профессор Крымского педагогического
института, автор крупных работ по истории русской литературы и науки
289, 619
Пешков Алексей Максимович, см. Горький А. М.
Пикар (Picard) Жан (1620—1682), французский астроном, измерил дугу
Парижского меридиана между Парижем и Амьеном в 1669—
1670 гг. 371
Пилкин Сергей Константинович (1873—?), старший библиотекарь
Библиотеки Академии наук 133
722

Пиотровский, участник заседания 514
Пирогов Николай Иванович (1810—1881), медик, хирург, анатом, член-
корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (биология) с 1846 г. 222, 223
Планк (Planck) Макс Карл Эрнст Людвиг (1858—1947), немецкий
физик-теоретик, создатель квантовой теории, член Берлинской
Академии наук (1894), ее непременный секретарь (1902—1943),
иностранный член Петербургской Академии наук с 1913 г.,
почетный член с 1926 г. 103
Платон (428 или 427—348 или 347 до н. э.), древнегреческий философ-
идеалист, ученик Сократа 148, 213
Платонов Сергей Федорович (1860—1933), историк России,
член-корреспондент Академии наук по Историко-филологическому отделению
(история и древности русские) с 1909 г., академик с 1920 г.,
профессор Петербургского университета с 1899 г., председатель
Археографической комиссии АН в 1918—1929 гг., директор
Пушкинского Дома в 1925—1929 гг. и Библиотеки Академии наук в 1925—
1928 гг.; арестован 12 января 1930 г. по «академическому делу»,
8 августа 1931 г. приговорен к высылке на 5 лет, сослан в Самару,
где и скончался, исключен из членов Академии наук в 1931 г.,
восстановлен в 1968 г. 11, 14, 20, 24, 30, 31, 58, 61, 72, 113, 131,
171—173, 196, 206, 212, 213, 237, 240, 252, 258, 259, 281, 289,
294, 295, 297, 491, 494, 495, 498, 509, 510, 515, 526, 551, 555, 574,
614, 619, 646, 654
Платонова Н., участница заседания; вероятно, Платонова H. Н., жена
С. Ф. Платонова, либо Платонова Н. С, дочь С. Ф. Платонова 526
Плетнев Дмитрий Дмитриевич (1873—1944), терапевт, профессор, врач
семьи Вернадских; проходил по «мартовскому процессу» 1938 г.,
осужден к 25-летнему заключению 313
Плетнев Петр Александрович (1792—1865), поэт, критик, академик по
Отделению русского языка и словесности с 1841 г. 122
Плоткин Семен Яковлевич, историк техники, сотрудник Института
истории естествознания и техники РАН 538
Поверенный, участник заседания 541, 619
Поггендорф (Poggendorff) Иоганн Христиан (1796—1877), немецкий
физик, издатель библиографического справочника (с 1863 г.)
152
Погодин Михаил Петрович (1800—1875), историк, археолог, публицист
285
Подвысоцкий Владимир Валерьянович (1857—1913), патолог, профессор
Киевского (с 1888 г.) и Новороссийского (1890—1905 гг.)
университетов, директор Института экспериментальной медицины в
Петербурге в 1905—1913 гг. 94
Подкопаев Николай Александрович (1892—?), врач, физиолог, научный
сотрудник Института экспериментальной медицины 291
Подолинский Сергей Андреевич (1850—1891), украинский общественно-
политический деятель, ученый-дарвинист 342, 362
Познанский Владимир Семенович, историк, доктор исторических наук
61
Познанский Николай Федорович, профессор Саранского
государственного университета 635
Покровский Алексей Иванович (1868—?), историк, профессор
Нежинского историко-филологического института 635
723

Покровский Иосиф Алексеевич (1868—1920), юрист, историк римского
права 71, 646, 653
Покровский Константин Доримедонтович (1868—1945), астроном, член-
корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (астрономия) с 1927 г., заместитель директора Главной
астрономической обсерватории 24, 71, 130, 289, 362, 387, 398, 463, 473,
479, 494, 498
Покровский Михаил Михайлович (1868—1942), филолог-классик,
языковед, член-корреспондент Академии наук по Отделению
исторических наук и филологии (классическая филология) с 1917 г.,
академик по Отделению гуманитарных наук (языки и литература
европейских народов) с 1929 г., профессор 1-го Московского университета
289
Покровский Михаил Николаевич (1868—1932), историк, академик по
Отделению гуманитарных наук (исторические науки) с 1929 г. 61,
229, 291, 495, 579
Полоцкий Симеон (1629—1680), белорусский и русский общественный
деятель, писатель 181
Полынов Борис Борисович (1877—1952), географ, почвовед,
член-корреспондент Академии наук по Отделению математических и
естественных наук (почвоведение) с 1933 г., академик по Отделению
геолого-географических наук (почвоведение, география) с 1946 г. 291,
498
Польский Валентин Афанасьевич, историк математики, преподаватель
Кубанского педагогического университета 635
Попов Александр Степанович (1859—1906), изобретатель радио 45, 467,
621
Попов Л., участник заседания 517
Поппе Николай Николаевич (1897—1991), этнограф, монголовед, финно-
угровед, член-корреспондент Академии наук по Отделению
общественных наук (монголоведение) с 1932 г.; исключен из членов
Академии наук в 1946 г. 72, 281, 525, 564, 655
Поспелов Владимир Петрович (1872—1949), энтомолог, действительный
член Академии наук УССР с 1939 г. 74
Починков А., участник заседания; вероятно, Починков Александр
Александрович, преподаватель, главный библиотекарь Института
истории искусства 518
Предтеченский Анатолий Васильевич (1893—1966), историк, доктор
исторических наук, профессор Ленинградского университета, работал
в Ленинградском отделении Института истории естествознания и
техники АН СССР и Ленинградском отделении Института истории
АН СССР 525
Пресняков Александр Евгеньевич (1870—1929), историк,
член-корреспондент Академии наук по Отделению исторических наук и
филологии (русская история) с 1920 г. 281, 292, 362, 504, 510,
564
Прилежаев Александр Иванович (1876—1934), специалист в области
прикладной механики, теории упругости, научной и технической
фотографии, оптики, профессор Учебного комбината точной
механики и оптики, сотрудник Государственного оптического института
466, 543, 620
Приселков Михаил Дмитриевич (1881 —1941), историк, специалист по
истории Киевской Руси и древнерусскому летописанию 291, 643
724

Прокопе-Вапьтер, участник заседания; вероятно, Прокоппе-Вальтер Анна
Германовна, сотрудник Государственного Эрмитажа, область
интересов — археология, история античной культуры и религии 514
Протасова Софья Ивановна, специалист по греко-римской
историографии, профессор Саратовского университета 635
Прохоров А., участник заседания 524
Прут (Prout), физик 399, 416
Прянишников Дмитрий Николаевич (1865—1948), агрохимик, физиолог
растений, растениевод, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (биология) с 1913 г., академик
(агрохимия, физиология растений) с 1929 г., академик Всесоюзной
академии сельскохозяйственных наук им. В.И.Ленина с 1935г.,
профессор Московской сельскохозяйственной академии им. К. А.
Тимирязева в 1895—1948 гг., Московского университета в 1891 —
1931гг., сотрудник Института удобрений в 1919—1948 гг.,
Всесоюзного института удобрений, агротехники и агропочвоведения
в 1931 — 1948гг.; подвергался аресту летом 1930г. 291, 415, 417,
620
Птолемей Клавдий (ок. 90—ок. 160), древнегреческий астроном,
создатель геоцентрической системы 373, 374
Пуассон (Poisson) Симеон Дени (1781 —1840), французский математик,
механик, физик, иностранный почетный член Петербургской
Академии наук с 1826 г. 371
Пунин Валентин Михайлович 89
Путилов (Путилов-Янович) Алексей Сергеевич (1876—1931?), архивный
работник, администратор, до 1917 г. директор департамента
Министерства внутренних дел, в 1920-е гг. заведующий Архивом АН
СССР 284, 521
Пушин, участник заседания 525
Пушин В., участник заседания; вероятно, Пушин Валентин Михайлович,
старший помощник библиотекаря Публичной библиотеки 517, 524,
526
Пушкин Александр Сергеевич (1799—1837), писатель, поэт 119, 194,
227, 300
Пфейффер Георгий Васильевич (1872—1946), математик, академик Все-
украинской Академии наук с 1920 г. 150
Рабинович Адольф Иосифович (1893—1942), физикохимик,
член-корреспондент Академии наук по Отделению математических и
естественных наук (физическая химия) с 1933 г. 467
Равдоники В. И., участник заседания; вероятно, Равдоникас Владислав
Иосифович (1894—1976), археолог, научный сотрудник Музея
антропологии и этнографии АН СССР, Государственной академии
истории материальной культуры и Государственного Эрмитажа 518
Равзин В., участник заседания 525
Радек Карл Бернгардович (1885—1939), партийный и государственный
деятель; арестован в 1936 г., 30 января 1937 г. осужден по делу так
называемого «параллельного антисоветского троцкистского центра»
к 10 годам тюремного заключения, убит в тюрьме 19 мая 1939 г.,
реабилитирован посмертно 45, 450, 456
Радзьк*о, профессор Ленинградского политехнического института 350
Радищев Александр Николаевич (1749—1802), философ, писатель 264
725

Радлов Василий Васильевич (Фридрих Вильгельм) (1837—1918),
историк, специалист по древностям азиатских народов, академик по
Историко-филологическому отделению (история и древности
азиатских народов) с 1884 г. 351
Радлов Сергей Эрнестович, филолог-классик, историк театра, профессор
Института живого слова и Ленинградского университета 526
Радлов Эрнест Львович (1854—1928), философ, член-корреспондент
Академии наук по Отделению русского языка и словесности с
1920 г., первый выборный директор Публичной библиотеки в
1917—1924 гг., первый председатель Ленинградского общества
библиофилов в 1923—1924 гг. 6, 8, 11—13, 20, 21, 25, 31, 54, 71, 73,
75, 76, 84, 86, 87, 89, 91, 111, 113, 116, 129, 130, 158, 170, 173—
175, 179, 185, 195—197, 200, 207—214, 223, 234, 244—250, 253,
261—263, 265, 267, 268, 273, 281—283, 295, 491—495, 497—499,
501, 502, 504, 505, 509, 511, 513—518, 520—522, 550, 555, 559,
568, 578, 584, 589, 620, 645, 647, 648, 651, 657
Радлова Вера Александровна, вдова Э. Л. Радлова 6, 246, 247, 526
Радлова М., участница заседания 526
Радовский Моисей Израилевич (1903—1964), историк науки, окончил
Ленинградский университет (факультет истории материальной
культуры) в 1929 г., сотрудник Комиссии по истории знаний с
1931 г., научный сотрудник Института истории науки и техники
АН СССР с 1932 г., одновременно читал курс истории
электротехники в Ленинградском электротехническом институте
инженеров сигнализации и связи, кандидат технических наук с
1946 г., сотрудник Института истории естествознания и техники
АН СССР с 1956г., автор работ о М.В.Ломоносове и
международных связях Академии наук СССР 466, 467, 470, 477, 453, 543,
544, 620
Радциг Александр Александрович (1869—1941), специалист в области
теплоэнергетики, член-корреспондент Академии наук по
Отделению математических и естественных наук (технические науки,
энергетика) с 1933 г., профессор Всесоюзного котлотурбинного
института и Ленинградского электромеханического института 91, 111,
116, 243, 289, 497, 620
Раевский Н. В., ученый секретарь Комиссии экспедиционных
исследований АН, снят с работы в ноябре 1929 г. 498, 504
Райнов Тимофей Иванович (1888—1958), историк науки 17, 231, 237,
281, 294, 295, 522, 553
Райт (Wright), братья Уилбер (1867—1912) и Орвилл (1871—1948),
американские авиаконструкторы, летчики, пионеры авиации 467
Раковский Адам Владиславович (1879—1941), химик-органик, физикохи-
мик, член-корреспондент Академии наук по Отделению
математических и естественных наук (химические науки, физическая химия)
с 1933 г. 313, 416, 620
Раскин Наум Михайлович (1906—1986), историк науки, окончил
Ленинградский институт литературы и искусства в начале 1930-х гг.,
научный сотрудник Комиссии по истории знаний с 15 декабря
1931 г., Института истории науки и техники АН СССР, Архива АН
СССР 477, 544, 621
Растопчин 228
Растопчин (Ростопчин) Федор Александрович (1763—1826), граф,
государственный деятель 239
726

Рашетт (Rachette) Жан Доминик (1744—1809), французский скульптор
XVIII в., автор бюста Л. Эйлера 527
Ревуцкая Елизавета Дмитриевна (1866—?), минералог, ученый хранитель
Геологического музея АН, сотрудник Государственной академии
истории материальной культуры 291, 505, 510, 521, 524, 526
Редер, участник заседания 514
Реди (Redi) Франческо (1626—1697), итальянский зоолог 120, 123,
124
Резерфорд (Rutherford) Эрнест (1871—1937), английский физик, один из
основателей учения о радиоактивности и строении атома,
иностранный член Академии наук с 1922 г., почетный член с 1925 г.,
президент Лондонского королевского общества в 1925—1930 гг. 49,
104, 447
Рейхенбах (Райхенбах) Георг, немецкий оптик, разработал конструкцию
оферометра — прибора для измерения радиуса кривизны линзы
379
Репников Николай Иванович (1882—?), археолог, научный сотрудник
Государственной академии истории материальной культуры 237,
252, 258, 259, 518, 524, 525, 555
Репсольд (1770—1830), владелец механических мастерских в Гамбурге
379
Реформатский Сергей Николаевич (1860—1934), химик-органик, член-
корреспондент Академии наук по Отделению математических и
естественных наук (химия) с 1929 г. 289, 621
Решетов Александр Михайлович, этнограф, кандидат исторических наук,
сотрудник Музея антропологии и этнографии РАН 64
Ржевский Б. А. 170
Риман (Riemann) Бернхард (1826—1866), немецкий математик,
основатель геометрического направления в теории аналитических
функций 371
Риттер (Ritter) Карл (1779—1859), немецкий географ, член Берлинской
Академии наук с 1822 г., иностранный почетный член
Петербургской Академии наук с 1835 г. 168
Рифтин, участник заседания 514
Родных Александр Андреевич (1871—?), математик, специалист в
области аэрологии 47, 225, 227, 247, 455, 456, 463, 468, 543
Рождественская В., участница заседания 518
Рождественская О., участница заседания 524
Рождественский Дмитрий Сергеевич (1876—1940), физик,
член-корреспондент Академии наук по Отделению математических и
естественных наук (физика) с 1924 г., академик с 1929 г. 178, 291, 387,
400, 510
Рождественский Сергей Васильевич (1868—1934), историк России,
архивист, член-корреспондент Академии наук по Отделению
исторических наук и филологии (историко-политические науки) с 1920 г.,
профессор Петербургского университета; арестован 1 декабря
1929 г., в начале формирования «академического дела», в августе
1931 г. сослан на 5 лет в Томск, где и умер, сведений об
исключении из членов Академии наук нет, восстановлен в 1968 г. 19, 21,
25, 31, 53, 86, 87, 89, 113, 114, 117, 131, 133, 134, 183, 185, 197,
200, 213, 216, 231, 234, 249, 250, 281, 289, 294, 295, 497, 498, 501,
502, 504, 505, 510, 513—515, 518, 521, 524, 525, 527—529, 554,
606, 621, 643
727

Розанов Василий Николаевич, химик, профессор, сотрудник Института
народного хозяйства (Москва) 313
Розанов Матвей Никанорович (1858—1936), литературовед, академик по
Отделению русского языка и словесности (западноевропейские
литературы) с 1921 г., профессор 1-го Московского университета 23,
291, 494, 495, 621
Розанов С, участник заседаний; вероятно, Розанов Сергей Павлович
(1870—?), научный сотрудник Археографической комиссии АН
504, 525
Розенберг Оттон Оттонович (Юлиус Карл Оттон) (1888—1919),
востоковед, буддолог 652
Розенберг Фридрих Александрович (1867—1934), арабист,
член-корреспондент Академии наук по Отделению исторических наук и
филологии с 1924 г., сотрудник Азиатского музея АН 291
Розенцвейг Исаак Израилевич, украинский историк социалистических
учений 635
Розовский Иосиф Исаевич (1887—?), физик, старший ассистент
Ленинградской промышленной академии им. И. В. Сталина,
преподаватель Вечерней промышленной академии 621
Розовский М. И., участник заседания 542
Рокитянский Яков Григорьевич, историк, кандидат исторических наук,
редактор журнала «Вестник Российской Академии наук» 61
Романов Константин Константинович (псевдоним — KP) (1858—1915),
президент Академии наук с 1889 по 1915 г. 157, 506
Романовский Сергей Иванович, доктор геолого-минералогических наук
Всероссийского научно-исследовательского геологического
института им. А. П. Карпинского (Санкт-Петербург) 58
Ромм П. В., заведующий научным отделом Ленгиза (1928) 218, 291, 504,
505, 510
Россель; вероятно, Рассел (Rüssel) Бертран (1872—1970), английский
философ, логик, математик, общественный деятель,
основоположник английского неореализма и неопозитивизма 430
Ростовцев Михаил Иванович (1870—1952), историк античности,
академик по классической филологии и археологии с 1917 г., в 1918 г.
эмигрировал в Швецию, затем в Англию, с 1920 г. проживал в
США, исключен из членов Академии наук, восстановлен в 1990 г.
493, 638, 640, 642, 646, 654, 659
Ротермир (Rothennere) Гарольд (1868—1940), английский газетный
магнат 432
Рошко Михаил Васильевич, библиотековед, библиограф 635
Рубановский Д. Л., участник заседания 462, 473, 541, 557, 621
Рубинский Константин Иванович, библиотекарь Харьковской
центральной научно-учебной библиотеки 635
Рубинштейн Модест Иосифович, экономист, историк техники, член
РСДРП(б) с 1915 г., член Комакадемии 49, 50, 63, 427, 433, 435,
440, 441, 445, 446, 471, 514, 538, 540
Рубцов Нестор Гаврилович, астроном, спутник Г. Лангсдорфа по
экспедиции в Бразилию 256, 257, 270
Рудеико Сергей Иванович (1885—1969), этнограф, археолог, антрополог,
музеевед, заведующий кафедрой антропологии и этнографии
этнографического отдела Русского музея с 1921 г., доктор
технических наук, в 1945 г. возглавлял экспедицию на Чукотку, в
1947—1950 и 1954 гг. — в Горный Алтай, возглавлял отделение
728

этнографии Географического общества СССР; арестован в 1930 г.
289, 621
Руднев Дмитрий Дмитриевич (1879—1932), географ, исследователь
Севера, ученый секретарь комиссии АН СССР «Наука в России»,
Комиссии по изучению естественных производительных сил АН,
Полярной комиссии, Центрального бюро краеведения, секретарь
правления Географического института 160, 525, 539, 621
Рудольф II (1552—1612), император Священной Римской империи в
1576—1612 гг., австрийский эрцгерцог из династии Габсбургов 537
Румовский Степан Яковлевич (1734—1812), адъюнкт Академии наук по
астрономии с 1753 г., экстраординарный профессор в 1767—
1803 гг., вице-президент Академии наук с 1800 по 1803 г. 4
Румянцев Николай Петрович (1754—1826), граф, государственный
деятель, дипломат, сын фельдмаршала П. А. Румянцева-Задунайского,
субсидировал ряд этнографических и географических экспедиций
для исследования Сибири и русской Америки, собрал коллекцию
книг, рукописей (так называемый Румянцевский музей) 366
Румянцева-Хлусевич М., участница заседания 524
Русский (Рузский) Михаил Дмитриевич (1864—?), энтомолог, лауреат
Бэровской премии 1906 г. 94
Руссов Эдмунд Фридрихович (1841—1897), ботаник, член-корреспондент
Академии наук по Физико-математическому отделению (биология)
с 1885 г., по национальности немец, учился и работал (до 1895 г.)
в Дерптском университете, основные работы — по физиологии и
анатомии сосудистых растений 94, 95
Рыбкин Петр Николаевич (1865—1948), специалист в области радио,
истории радио, преподаватель, ближайший помощник изобретателя
радио А.С.Попова 466, 543, 557, 621
Рымковский, исследователь биографии Д. Уатта 467
Рынин Николай Алексеевич (1877—1942), специалист в области
воздухоплавания, авиации и космонавтики, окончил
Петербургский—Ленинградский институт инженеров путей сообщения, создал при
институте аэродинамическую лабораторию в 1909 г. и факультет
воздушных сообщений в 1920 г., профессор Учебного комбината
Гражданского воздушного флота с 1921 г. 466—468, 543, 622
Рынкевич П. А., участник заседания; вероятно, Рымкевич Павел
Адамович (1896—?), физик 543
Рышкова Софья Александровна (1874—?), сотрудник Комиссии по
изучению племенного состава населения России АН 78, 510
Рязанов В. И. 289, 622
Рязанов Давид Борисович (1870—1938), историк, академик по
Отделению гуманитарных наук (история) с 1929 г.; исключен из членов
Академии наук в 1931 г., восстановлен в 1990 г. 291
Сабашниковы, братья, Михаил Васильевич (1871 —1943) и Сергей
Васильевич (1873—1909), издатели 75, 647
Савина Галина Александровна, историк-архивист, историк науки,
сотрудник Архива РАН 67
Савич Алексей Николаевич (1811 —1883), астроном, член-корреспондент
Академии наук по Физико-математическому отделению
(математика) с 1852 г., академик (астрономия) с 1862 г. 96
Садиков В., участник заседания 525
729

Садиков В. О., участник заседания 518
Садиков Владимир Сергеевич (1874—?), химик, преподаватель
Московского университета 291, 504, 510, 512—514
Садиков И., участник заседаний 504, 510
Садикова В., участница заседаний 518, 521, 524—526
Садикова Н. М., участница заседаний 510, 512—514
Сайтов Владимир Иванович (1849—1938), историк русской литературы,
член-корреспондент Академии наук по Отделению русского языка
и словесности с 1906 г., сотрудник Публичной библиотеки в
1883—1893 и 1899—1928 гг. 291
Сакулин Павел Никитич (1868—1930), литературовед,
член-корреспондент Академии наук по Отделению русского языка и словесности
с 1923 г., академик по Отделению гуманитарных наук (языки и
литературы европейских народов) с 1929 г. 290, 622
Салазкин Сергей Сергеевич (1862—1932), биохимик, профессор
Женского медицинского института в Петербурге в 1898—1911 гг.,
министр народного просвещения Временного правительства, ректор и
профессор Крымского университета в Симферополе в 1918—
1925 гг., Ленинградского медицинского института в 1925—1931гг.
179, 290, 498, 622
Самарин Юрий Федорович (1819—1876), философ, историк,
общественный деятель 227
Самойлович Александр Николаевич (1880—1938), востоковед-тюрколог,
член-корреспондент Академии наук по Отделению исторических
наук и филологии (восточная словесность) с 1924 г., академик по
Отделению гуманитарных наук с 1929 г., академик-секретарь
Отделения гуманитарных наук в 1929—1933 гг., профессор
Петербургского—Ленинградского университета в 1917—1930 гг.,
Ленинградского восточного института в 1920—1937 гг., директор Института
востоковедения АН СССР в 1934—1937 гг.; арестован в
Кисловодске в октябре 1937 г., приговорен к 10 годам ссылки без права
переписки, расстрелян 13 февраля 1938 г., исключен из членов
Академии наук в 1938 г., восстановлен в 1957 г. 33, 281, 290, 314,
420, 532, 564, 567, 622
Самойлович Рудольф Лазаревич (1881—1940), геолог, исследователь
полярных областей, заместитель директора Арктического института,
директор Арктического института, вице-президент
Географического общества СССР 419, 622
Сапожников Алексей Васильевич (1870—?), химик, профессор
Ленинградского университета, сотрудник Арктического института
510
Сварчевский Борис Александрович (1872—?), зоолог, специалист по
зоологии беспозвоночных, в конце 1920-х гг. профессор Иркутского
университета 61
Свердлов, автор статьи об Эдисоне 467
Святский Даниил Осипович (1881—1940), астроном, метеоролог,
историк, проводил большую работу в Русском обществе любителей ми-
роведения, главный редактор журнала «Мироведение», ученый
секретарь Центрального бюро краеведения с 1922 г., научный
сотрудник астрономического отделения Государственного
естественнонаучного института им. П. Ф. Лесгафта, автор работ по истории
астрономии; в 1930—1932 и 1935—1940 гг. находился в лагерях и
ссылках 14, 130, 131, 145, 153, 173, 178, 179, 181, 183, 196, 207,
730

211, 212, 277, 290, 361, 504, 505, 510, 512—514, 516, 518, 521,
524, 526—528, 551, 622
Севергин Василий Михайлович (1765—1826), минералог, химик,
адъюнкт Академии наук по минералогии с 1789 г., ординарный
академик с 1793 г. 4
Северцов Алексей Николаевич (1866—1936), зоолог, академик по
Физико-математическому отделению (зоология) с 1920 г., профессор
Университета св. Владимира в Киеве в 1902—1911 гг. и 1-го
Московского университета в 1911—1930 гг., организатор Лаборатории
(с 1935 г. — институт) эволюционной морфологии животных АН
СССР 8, 21, 71, 72, 95, J14, 290, 494, 550, 578, 623, 646, 652
Севостьянов М., участник заседания 510
Селиханович Иосиф Брониславович, педагог, историк педагогики 635
Семенов Лев Константинович, историк 58
Семенов Николай Николаевич (1896—1986), физик, физикохимик, член-
корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (физика) с 1929 г., академик по Отделению
математических и естественных наук (химическая физика) с 1932 г.,
вице-президент Академии наук СССР в 1963—1971 гг., директор
Ленинградского института химической физики АН СССР с 1931 г. 416,
477, 623
Семенов-Тян-Шанский Александр Петрович (1866—1942), биогеограф,
старший зоолог Зоологического института АН СССР, член
Комиссии по изучению четвертичного периода АН СССР, председатель
биогеографической комиссии Русского географического общества,
почетный президент Русского энтомологического общества; умер в
блокадном Ленинграде 20, 87, 113, 117, 290, 291, 497, 504, 510,
515, 525, 623
Семенов-Тян-Шанский Петр Петрович (1827—1914), географ, почетный
член Академии наук с 1873 г., вице-президент Русского
географического общества, член Государственного совета 14, 550, 573, 591
Сенар (Senard) Э., французский индолог 228
Сент-Клер-Девиль (Saint-Claire Deville) Анри Этьен (1818—1881),
французский химик 154
Серафимов Василий Васильевич (1865—?), астроном, профессор
Петербургского университета, сотрудник Главной астрономической
обсерватории 467
Сергеев Н., участник заседания 526
Серебровский Александр Сергеевич (1892—1948), биолог-генетик,
зоолог, член-корреспондент Академии наук по Отделению
математических и естественных наук (биологические науки, генетика) с
1933 г. 417, 478, 623
Серебрякова Галина Иосифовна (J905—1980), писательница 447
Серов К., участник заседания 525
Сеченов Иван Михайлович (1829—1905), естествоиспытатель, физиолог,
медик, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (биология) с 1869 г., почетный член с 1904 г.
4, 418
Сивере Александр Александрович (1866—1954), генеалог, нумизмат,
председатель Русского генеалогического общества; арестован в
ноябре 1928 г., ссылку отбывал в Туруханске 515
Сидоров М. К.; вероятно, Сидоров Михаил Константинович (1823—
1887), общественный деятель 237
731

Сидоров Николай Исаакович историк, специалист в области мозаичного
искусства 31, 273, 276, 292, 295, 36J, 362, 529, 556, 623
Сидорова, участница заседания 529
Силин С, участник заседания; вероятно, Силин Семен Нилович (1882—
?), топограф, преподаватель Горного института 510
Сименс (Siemens) Эрнст Вернер (1816—1892), немецкий электротехник
и промышленник, создатель электромашинного генератора с
самовозбуждением (1867) 234, 243, 467
Симони Павел Константинович (1859—1939), литературовед,
член-корреспондент Академии наук по Отделению русского языка и
словесности (русская литература) с 1921 г. 291, 510, 521
Сингер (Singer) Чарльз, профессор, председатель II Международного
конгресса по истории науки и техники 428, 434
Сиповский Василий Васильевич (1872—1930), историк литературы,
писатель, член-корреспондент Академии наук по Отделению русского
языка и словесности (русская литература) с 1921 г. 17, 200, 207,
213, 240, 281, 290, 294, 498, 501, 553, 623
Сиповский П., участник заседания 517
Скачков Петр Емельянович (1892—?), востоковед, специалист по
экономике и библиографии Китая, научный сотрудник Института
востоковедения АН 165
Сковорода Григорий Саввич (1722—1794), украинский философ, поэт,
педагог 264
Скориченко Г., участник заседания; вероятно, Скориченко Григорий
Григорьевич (1858—?), доктор медицины, профессор, библиотекарь
Военно-медицинской академии 498
Скрибанович Федор Федорович (1880—?), философ, ученый хранитель
Библиотеки Академии наук 291, 528
Слепков Василий Николаевич (1902—1938), философ, генетик 417,
623
Слуцкий Абрам Исаакович, научный сотрудник кафедры культуры Все-
украинской Академии наук 635
Смагина Галина Ивановна, историк науки, кандидат исторических наук,
заведующая сектором Санкт-Петербургского филиала Института
истории естествознания и техники РАН 1, 2, 67
Смирнов, исследователь биографии И. Кеплера 355
Смирнов, секретарь Ленинградского областного административного
отдела Ленсовета 199
Смирнов В., участник заседаний 505, 513
Смирнов Н., участник заседаний 513, 526
Смирнов Н. С, участник заседания 524
Смит (Smith) Генри Джон Стенли (1826—1883), ирландский математик
149
Смит (Smith) Дэвид Юджин (1860—1944), американский математик,
историк науки 148, 430
Снеллиус, Снелль (Snellius, Snell van Royen) Виллеброрд (1580—1626),
голландский астроном, математик, установил математический закон
преломления света, в 1615—1617 гг. при помощи разработанного
им метода триангуляции провел в Голландии измерение дуги
меридиана в Г1Г30" 371
Соболев Владимир Семенович, историк, доктор исторических наук,
директор Российского государственного архива Военно-морского
флота 59
732

Соболевский Апексей Иванович (1856/57—1929), филолог-славист,
палеограф, этнограф, историк культуры, член-корреспондент Академии
наук по Отделению русского языка и словесности с 1893 г.,
академик с 1900 г.; арестован в 1918 г., освобожден, но его дело
продолжало числиться за Московским ревтрибуналом 494, 623, 638
Соколов Г., участник заседания 521
Соколов Петр Андреевич, историк педагогики 635
Сокольников (настоящая фамилия — Бриллиант) Григорий Яковлевич
(1888—1939), государственный и политический деятель, в 1918 г.
председатель советской делегации при подписании Брестского
мирного договора, с 1929 г. на дипломатической работе, был
полпредом СССР в Англии, заместитель наркома иностранных дел; в
1937 г. осужден по делу «параллельного антисоветского
троцкистского центра» на 10 лет тюремного заключения, убит
сокамерниками, реабилитирован посмертно 447
Соллертинский И. И.; вероятно, Селлертинский Василий Иванович, до
1917 г. член Ученого комитета Министерства народного
просвещения по отделу начального образования, директор Гатчинской
учительской семинарии, регулярно публиковал рецензии на учебники
и пособия по математике 467
Солнцев Сергей Иванович (1872—1936), специалист в области
общественных наук, политической экономии, академик по Отделению
гуманитарных наук (политическая экономия и статистика) с 1929 г.
290, 524, 525, 528, 623
Солнцева М., участница заседания 525
Соловьев Ал., участник заседания; вероятно, Соловьев Александр
Николаевич, заведующий клиникой кожных заболеваний Института
экспериментальной медицины 510
Соловьев Владимир Сергеевич (1853—1900), религиозный философ,
поэт, публицист 265, 266
Соловьев Михаил Михайлович (1877—1942), зоолог, гидробиолог,
историк науки, сотрудник Комиссии по изучению естественных
производительных сил АН СССР с 1925 г., заместитель директора
Сапропелевого института АН СССР в 1932—1934 гг., начальник
Белорусской сапропелевой экспедиции, ученый секретарь Бэ-
ровской в 1926—1929 гг. и Вольфовской подкомиссий Комиссии
по истории знаний, ученый секретарь с ноября 1928 г., снят с
должности 11 ноября 1929 г. во время «чистки» Академии наук,
сотрудник Архива АН СССР в 1934—1936 гг. и Института
истории науки и техники АН СССР с 1936 г.; умер в блокадном
Ленинграде 19—22, 30, 31, 44, 46, 54, 60, 84—90, 92, 95, 96, 111—
117, 129, 130, 132—134, 139, 144, 174—178, 195, 197—200, 213,
218, 223, 225, 227, 228, 230—234, 236—241, 246, 248—253, 255—
258, 260—262, 264, 269, 270, 272—277, 281—284, 290—292, 295—
298, 304, 306, 347, 362, 402, 410, 469, 491, 496—499, 501—505,
509—516, 518—529, 539, 543, 549, 550, 555, 558, 559, 567, 568,
624
Соломин Г., участник заседания; вероятно, Соломин Георгий
Константинович (1865—?), историк искусства, преподаватель Петроградского
педагогического института (1923) 518
Соломина-Крогиус М., участница заседания 518
Сомов Михаил Павлович (1870—1950), биолог, ихтиолог, доктор
биологических наук, профессор 74, 652
733

Сомов Осип Иванович (1815—1876), математик, механик,
член-корреспондент Академии наук с 1852 г., академик с 1862 г. 624
Сомов Павел Осипович (1852—?), специалист в области механики,
профессор Варшавского университета с 1886 г., Варшавского
политехнического института с 1898г., сын академика О.И.Сомова
91, 111, 112, 116, 151 — 153, 170, 174, 211, 232, 254, 296, 362, 493,
494, 497, 624, 648
Сонин Николай Яковлевич (1849—1915), математик, член-корреспондент
по Физико-математическому отделению (чистая математика) с
1891 г., академик с 1893 г. 149, 350
Сорокина Марина Юрьевна, историк-архивист, историк науки, кандидат
исторических наук, сотрудник Архива РАН 61
Соссюр (Saussure) Фердинанд де (1857—1913), языковед 419
Спасский Григорий Иванович (1784—1864), обер-берг-гауптман в Змеи-
ногорске 367
Сперанский Михаил Михайлович (1772—1839), граф, государственный
деятель 264
Сперанский Михаил Несторович (1863—1938), историк славянских
культур и театра, этнограф, фольклорист, член-корреспондент
Академии наук по Отделению русского языка и словесности с 1902 г.,
академик (история древнерусской и славянской литературы) с
1921 г.; арестован по «делу славистов» в Москве в апреле 1934 г.,
осужден 16 июня 1934 г., должен был быть выслан в Уфу на 3 года,
но 17 ноября 1934 г. приговор был заменен, и Сперанский остался
на свободе (без средств к существованию), исключен из членов
Академии наук в 1934 г., восстановлен в 1990 г. 291, 494, 624
Спиноза (Spinoza) Бенедикт (1632—1677), нидерландский
философ-материалист, пантеист 411, 421
Спицын Александр Андреевич (1858—1931), историк,
член-корреспондент Академии наук по Отделению исторических наук и
филологии (история, археология) с 1927 г. 291, 516, 518, 521
Срезневский Всеволод Измаилович (1867—1936), историк литературы,
палеограф, член-корреспондент Академии наук по Отделению
русского языка и словесности с 1906 г. 291, 516, 518, 521
Срезневский Измаил Иванович (1812—1880), филолог-славист,
палеограф, этнограф, адъюнкт Академии наук по Отделению русского
языка и словесности с 1849 г., академик с 1851 г. 96, 234, 521
Стапин (Джугашвили) Иосиф Виссарионович (1879—1953), советский
государственный и партийный деятель, почетный член Академии
наук СССР с 1939 г. 40, 62, 432, 445, 447, 621
Старостин Борис Анатольевич, историк науки, доктор философских
наук, профессор Московского государственного гуманитарного
института 58
Старынкевич Елизар Иванович, аспирант Харьковского института
народного образования 635
Статунин К. А., лауреат Бэровской премии 1912 г. 95
Стеклов Владимир Андреевич (1863—1926), математик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(математика) с 1902 г., экстраординарный академик с 1912 г.,
ординарный академик с 1912 г., вице-президент Академии наук СССР
в 1919—1926 п., организатор и директор
Физико-математического института АН в 1921 —1926 гг. 8, 80, 324, 491, 494, 506, 624,
638
734

Степанов Николай Иванович (1879—1938), химик, физикохимик, член-
корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (химия) с 1929 г., заместитель директора Института физико-
химического анализа АН СССР, профессор Ленинградского
горного института 243, 290, 498, 501, 504, 505, 510, 512, 513, 516—518,
521, 524, 526, 527, 587, 624
Стецкий Алексей Иванович (1896—1938), партийный деятель;
репрессирован, расстрелян 447
Столов Николай Николаевич, краевед, историк книги 636
Стрельников Иван Дмитриевич (1887—1981), зоолог, специалист по
экологии животных, заведующий Музеем сравнительной анатомии и
зоологии Государственного естественно-научного института
им. П. Ф. Лесгафта, профессор Ленинградского института
физического образования им. П. Ф. Лесгафта, доцент Ленинградского
университета 17, 44, 208, 211, 213, 216, 226, 230, 236, 240, 255, 256,
281, 294, 351, 362, 410, 517, 520, 553, 625
Струве Василий Васильевич (1889—1965), востоковед-египтолог,
историк, академик по Отделению общественных наук (востоковедение)
с 1935 г. 14, 188, 206, 212, 240, 281, 294, 428, 514, 517, 552
Струве Василий Яковлевич (1793—1864), астроном, геодезист,
член-корреспондент Академии наук с 1822 г., академик по астрономии с
1832 г., основатель и первый директор Пулковской обсерватории
121, 372, 398
Струве Петр Бернгардович (1870—1944), экономист, историк, философ,
общественно-политический деятель, академик по Отделению
исторических наук и филологии (политическая экономия и статистика)
с 1917 г.; исключен из членов Академии наук в 1928 г.,
восстановлен в 1990 г., один из организаторов и идеологов Белого движения,
с 1920 г. жил в эмиграции, в 1928—1944 гг. глава Русского
института в Белграде 646, 653, 646, 653
Сукачев Владимир Николаевич (1880—1967), ботаник, лесовод, географ,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (ботаника, лесоведение) с 1920 г., академик по
Отделению биологических наук (ботаника, фитоценология) с 1943 г. 74
Сулакадзев Александр Иванович (1771—1830), собиратель и известный
подделыватель рукописей 286, 456
Сухомлинов Михаил Иванович (1828—1901), историк, историк
литературы, член-корреспондент Академии наук по Отделению русского
языка и словесности с 1855 г., академик с 1872 г. 15, 23, 191, 194,
348, 495
Сушкин Петр Петрович (1868—1928), зоолог, палеозоолог, академик по
Физико-математическому отделению (зоология) с 1923 г., академик-
секретарь этого отделения с 1927 г., сотрудник Геологического и
Зоологического музеев АН СССР 14, 20, 21, 73, ПО, 113, 184, 494,
495, 497, 500, 615, 625
Сыромятников С, участник заседания 515
Сысоев, участник заседания 517
Талейран (Талейран-Перигор) (Talleyrand-Périgord) Шарль Морис
(1754—1838), французский государственный деятель, дипломат 364
Тамм Игорь Евгеньевич (1895—1971), физик-теоретик, основатель
научной школы, академик по Отделению физико-математических наук
735

(физика) с 1953 г., автор трудов по ядерной физике, теории
излучения, физике твердого тела, физике элементарных частиц 447
Тантави, шейх, профессор Петербургского университета в 1810—1861 гг.
562, 592
Тарабрин Иван Мемнонович (1876—?), историк русской культуры 285
Таранович Владимир Павлович, экономист, научный сотрудник
Комиссии по изучению естественных производительных сил АН и
Института народного хозяйства с 1924 г., преподаватель Высших
торгово-промышленных курсов, научный сотрудник Лесного музея АН
СССР с 1931 г. 46, 469, 543, 558, 625
Тарасов Е., участник заседания 510
Тарасов Лев Дмитриевич, профессор Северо-Кавказского
государственного университета 636
Тарле Евгений Викторович (1874—1955), историк, член-корреспондент
Академии наук по Отделению исторических наук и филологии
(история) с 1921г., академик с 1927 г., профессор Петербургского—
Петроградского университета в 1903—1917 гг., профессор
Юрьевского (Тартуского) и Московского университетов в 1913—1918 гг.;
арестован 28 января 1930 г. по «академическому делу», в августе
1931 г выслан на 5 лет в Алма-Ату, в 1933 г. возвращен в
Ленинград, судимость снята в марте 1937 г., 29 сентября 1938 г.
восстановлен в звании действительного члена Академии наук СССР,
полностью реабилитирован 20 июля 1967 г. 8, 31, 61, 71, 198, 290,
494, 504, 505, 514, 524, 625
Тарле О., участник заседаний 505, 526
Тартаковский Н., участник заседания 517
Тимирязев Аркадий Климентьевич (1880—1955), физик, автор работ по
кинетической теории материи, философии естествознания, сын
К.А.Тимирязева 416, 625
Тимирязев Климент Аркадьевич (1843—1920), естествоиспытатель, ботаник,
физиолог, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (биология) с 1890 г. 216, 418, 585, 620, 625
Тимонов Всеволод Евгеньевич (1862—1936), специалист в области
гидротехники, транспортной, мелиорационной и санитарной
гидротехники, ледовой техники, профессор Петербургского института путей
сообщения с 1895 г., создай в институте первую в России
гидротехническую лабораторию в 1907 г., в 1920—1930-е гг. работал
старшим гидрологом Государственного гидрологического института,
старшим научным сотрудником Центрального
научно-исследовательского института водного транспорта 468, 543, 625
Тимонов Даниил Всеволодович (1907—?), радиотехник, электроакустик,
ассистент Педагогического института им. А. И. Герцена,
заведующий радиобазой Выборгского дома культуры 543, 625
Тимофеев Илья Семенович, историк науки, доктор философских наук,
главный научный сотрудник Института истории естествознания и
техники РАН 58
Тимофеев Федор Иванович, преподаватель Днепропетровского института
народного образования 636
Тимофеевский Николай Федорович, начальник Управления по
обеспечению безопасности кораблевождения в Карском море и устьях
сибирских рек 636
Тимченко Евгений Константинович (1866—1948), филолог-русист, язы-
ковед-украиновед, член-корреспондент Академии наук по Отделе-
736

нию гуманитарных наук (язык и литература европейских народов)
с 1929 г., профессор Киевского института народного образования;
арестован в 1938 г., после 20-месячного заключения выслан в
Красноярский край, где находился примерно до 1942—1943 гг. 290, 626
Тимченко Иван Юрьевич (1863—?), математик, историк математики,
профессор Одесского института народного образования и
Одесского политехнического института, председатель Одесского общества
любителей мироведения 636
Тихановская М., участница заседания 524
Тихий Мефодий Иосифович (Исаевич) (1887—1964), биолог, ихтиолог,
доцент Ленинградского университета, ученый специалист Научно-
исследовательского ихтиологического института, сотрудник
Института археологической техники при Государственной академии
истории материальной культуры в 1926 г. 20, 21, 87, 89, 113,
114, 133, 176, 290, 401, 497, 501, 502, 504, 510, 513—515, 527,
549, 626
Тихов Гавриил Адрианович (1875—1960), астроном, член-корреспондент
Академии наук по Физико-математическому отделению
(астрономия) с 1927 г. 291
Тихонов А. Н., ответственный редактор по изданию биографических
очерков 450, 454, 456, 459
Тихонов Н. П., директор академической Лаборатории по консервации и
реставрации документов 226
Тищенко Вячеслав Евгеньевич (1861—1941), химик-органик, технолог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (химия) с 1928 г., академик по Отделению
математических и естественных наук (органическая химия) с 1935 г.,
профессор Ленинградского университета, заведующий лабораторией
Государственного института прикладной химии 235, 281, 291, 296, 463,
554, 564, 626
Ткаченко Михаил Елевферьевич (1878—1950), один из
основоположников отечественного лесоводства 74, 517
Толль Эдуард Васильевич (1858—1902), полярный исследователь 236
Толстой Дмитрий Андреевич (1823—1889), президент Академии наук в
1882—1889 гг. 15, 191
Толстой Лев Николаевич (1828—1910), писатель, член-корреспондент
Академии наук по Отделению русского языка и словесности с
1873 г., почетный академик с 1900 г. 119, 227
Томсен (Thomsen) Вильгельм Людвиг (1842—1927), датский языковед,
специалист по финно-угорским и тюркским языкам, профессор
Копенгагенского университета в 1887—1913 гг., президент
Датского королевского научного общества с 1909 г. 281, 486, 564, 572
Томсон (Thomson) Джозеф Джон (1856—1940), физик, иностранный
член Академии наук с 1913 г., почетный член с 1925 г. 104
Тонков Владимир Николаевич (1872—1954), врач-анатом, научный
сотрудник Государственного рефлексологического института по
изучению мозга им. В. М. Бехтерева, профессор Военно-медицинской
академии, действительный член Академии медицинских наук 76,
493, 494, 498, 626, 645, 648, 652, 658
Тонкова Е., участница заседания 498
Торчинский П., директор библиотеки Ленинградского университета
(1927) 136
Траутон (Троутон), мастер по изготовлению научных инструментов 379
24 Заказа 4012
737

Траутфеттер Рудольф Эрнестович (1809—1899), ботаник,
член-корреспондент Академии наук по Отделению естественных наук
(ботаника) с 1837 г. 94
Троицкий Ив., участник заседания; вероятно, Троицкий Иван
Гаврилович (1858—1929), гебраист, богослов, профессор, сотрудник
Публичной библиотеки в 1920—1928 гг. 505, 510, 512, 513, 516—518
Трухинов А., участник заседания 525
Трушин, заместитель начальника Ленинградского областного
административного отдела 199
Тугаринов Иван Алексеевич, историк науки, кандидат
геолого-минералогических наук, сотрудник Института истории естествознания и
техники РАН 61
Тулайков Николай Михайлович (1875—1938), агроном, академик по
Отделению математических и естественных наук (технические науки,
агрономия) с 1932 г. 74
Тункина Ирина Владимировна, историк науки, кандидат исторических
наук, директор Санкт-Петербургского филиала Архива РАН 58, 67,
637, 655—657
Тураев Борис Александрович (1868—1920), востоковед-египтолог, член-
корреспондент Академии наук по Отделению исторических наук и
филологии (восточная словесность) с 1913 г., академик (литература
и история азиатских народов) с 1918 г. 12, 13, 71, 90, 91, 111, 116,
174, 193, 195, 197, 213, 223, 282, 485, 493, 498, 517, 559, 646, 648,
653, 658
Тургенев Иван Сергеевич (1818—1883), писатель, член-корреспондент
Академии наук по Отделению русского языка и словесности с
1860 г. 89, 119
Тымянская П. Л., участница заседания 542
Тымянский Григорий Самуилович (1893—?), философ, историк
философии, член-корреспондент Комакадемии, заместитель директора Ин-.
ститута философии Ленинградского отделения Комакадемии в
1928—1931 гг. 462, 539, 626
Тютчев Федор Иванович (1803—1873), поэт, член-корреспондент Академии
наук по Отделению русского языка и словесности с 1857 г. 119
Уайтхед (Whitehead) Альфред Нортон (1861—1947), английский
математик, философ, логик 149, 151
Уатт (Watt) Джеймс (1736—1819), английский изобретатель 467
Уваров Сергей Семенович (1786—1855), государственный деятель,
министр народного просвещения, президент Академии наук с 1818 по
1855 г. 121
Уланов А., участник заседания 510
Ульрих Н., участник заседания 510
Унковская Вера Александровна (1881—?), физикохимик, преподаватель
Ленинградского университета, секретарь отдела нерудных
ископаемых Комиссии по изучению естественных производительных сил
АН 291, 498
Урановский Яков Маркович (1896—1936), методолог естествознания,
окончил биологическое отделение Института красной профессуры
в 1926 г., сотрудник Издательства АН СССР в 1933—1936 гг. 43,
44, 55, 363, 368—370, 386—388, 397, 400, 401, 409—411, 418, 424,
462, 491, 536, 537, 539, 542, 568, 626
738

Успенская H., участница заседания 510
Успенская Н. Э., участница заседаний; вероятно, Успенская Надежда
Эрастовна (1862—?), научный сотрудник Государственной
академии истории материальной культуры 291, 504, 524, 525
Успенский Ал., участник заседания 505
Успенский Федор Иванович (1845—1928), историк-византинист, член-
корреспондент Академии наук по Отделению исторических наук и
филологии (история) с 1893 г., ординарный академик с 1900 г.,
директор Русского археологического института в Константинополе в
1894—1914 гг., с 1914 г. до конца жизни жил в
Петрограде—Ленинграде, редактор журнала «Византийский временник»,
председатель комиссии «Константин Порфирородный» АН с 1918 г.,
председатель Российского палестинского общества с 1921 г.,
председатель Русско-византийской комиссии АН с 1923 г. 8, 277—280, 491,
492, 494, 498, 502, 510, 626, 654
Успенский Яков Викторович (1883—1947), математик, академик по
Физико-математическому отделению (чистая математика) с 1921 г.,
профессор Петербургского университета в 1910—1929 гг., с 1929 г.
проживал в США; исключен из членов Академии наук в 1930 г.,
восстановлен в 1990 г. 8, 76, 215, 290, 494, 495, 525, 627, 648
Утшнейдер, немецкий оптик, владелец оптической мастерской в Бене-
диктбейерне (Бавария) 379
Уэвелль (Wavell) Уильям (1794—1866), английский механик, автор работ
по истории и философии науки 148
Фаворский Алексей Евграфович (1860—1945), химик-органик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(химия) с 1922 г., академик с 1929 г. 235, 281, 291, 296, 564
Фальборк Генрих Адольфович, участник заседаний 275, 291, 528, 529
Фарадей (Faraday) Майкл (1791—1867), английский физик, химик 45,
46, 50, 234, 243, 411, 421, 429, 433, 442, 462, 473, 479, 488, 538,
543, 557, 589, 598, 630
Фармаковская Т., участница заседания 498
Фармаковский Борис Владимирович (1870—1928), историк античности,
историк искусства, археолог, член-корреспондент Академии наук
по разряду классической филологии и археологии с 1914 г. 498
Фармаковский М. Б., участник заседаний; вероятно, Фармаковский
Мстислав Владимирович (1873—?), хранитель историко-бытового
отдела Русского музея 292, 529
Федоров В., участник заседания; вероятно, Федоров Владимир Петрович
(1871—?), доктор медицины, старший ассистент Медицинского
института в Петрограде (1923) 525
Федоровский Николай Михайлович (1886—1956), минералог,
член-корреспондент Академии наук по Отделению математических и
естественных наук (геологические науки, минералогия) с 1933 г., один из
организаторов Московской горной академии и заведующий
кафедрой минералогии в 1918—1923 гг., организатор и директор
Института прикладной минералогии (с 1935 г. — Всесоюзный институт
минерального сырья) в 1923—1937 гг., начальник Горного отдела
Высшего совета народного хозяйства в 1918 г., член Президиума
Украинского совнархоза в 1919 г., руководитель Бюро иностранной
науки и техники в Берлине в 1920—1922 гг., член коллегии Науч-
739

но-технического отдела Высшего совета народного хозяйства в
1922—1927 гг.; арестован осенью 1937 г., сослан в Воркуту, в
1942 г. переведен в Москву, где работал в Институте удобрений, в
1945 г. сослан в Норильск, где работал в Геологическом техникуме
и позднее на Норильском комбинате, освобожден в 1954 г.,
исключен из членов Академии наук в 1938 г., восстановлен в 1955 г. 204,
205, 418, 627
Федотов Александр Тимофеевич (1879—?), специалист по мозаике
Керамического института 292, 529
Федченко Борис Алексеевич (1872—1947), ботаник, географ 291, 528
Фейгельсон, участник заседания 498
Ферсман Александр Евгеньевич (1883—1945), минералог, геохимик,
академик по Физико-математическому отделению (минералогия) с
1919г., вице-президент Академии наук СССР в 1927—1929 гг.,
академик-секретарь Физико-математического отделения в 1924—
1927 гг., директор Кольской базы АН СССР в 1930—1945 гг.,
председатель Уральского филиала АН СССР в 1932—1938 гг., старший
хранитель в 1912—1919 гг. и директор в 1919—1930 гг.
Минералогического музея АН СССР, директор Государственного радиевого
института в 1922—1926 гг., организатор и директор Института
кристаллографии, минералогии и геохимии им. М.В.Ломоносова
АН СССР в 1930—1937 гг., директор Института геологических
наук АН СССР в 1942—1945 гг. 5, 23, 27—29, 34, 35, 45, 72, 79,
125, 198, 213, 234, 243, 290, 311, 312, 324, 326, 387, 418, 462, 467,
494, 496, 514, 515, 521, 615, 627, 652
Фесенков Василий Григорьевич (1889—1972), астроном,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(астрономия) с 1927 г., академик по Отделению математических и
естественных наук (физические науки, астрономия) с 1935 г.,
окончил Харьковский университет в 1911г., организатор в 1922 г. и
директор в 1922—1931 гг. Российского астрофизического
института, директор Астрономического института им. П. К. Штернберга в
1936—1939 гг. 290, 627
Фигатнер Юрий Петрович (1889—1937), член ЦК Коммунистической
партии в 1925—1934 гг., с 1929 г. начальник Главной инспекции
Высшего совета народного хозяйства СССР, член его Президиума
27, 29, 32, 61, 291, 298, 528, 650
Фиельструп Федор Артурович (1889—1933), тюрколог, этнограф,
сотрудник Комиссии по изучению племенного состава населения России
и Русского музея в 1918—1933 гг.; арестован по «делу славистов»
26 ноября 1933 г., умер во время следствия 226
Физо (Fizeau) Арман Ипполит Луи (1819—1896), французский физик,
член Парижской Академии наук с 1860 г., основные труды — по
оптике, разработал метод определения скорости света в земных
условиях (метод Физо) 372
Филипченко Юрий Александрович (1882—1930), биолог, генетик,
профессор, заведующий кафедрой генетики
Петербургского—Ленинградского университета, сотрудник и член Совета Комиссии по
изучению естественных производительных сил АН СССР, член
Европейского отдела Комиссии по изучению племенного состава
населения России АН СССР, председатель Ленинградского отделения
Евгенического общества 20, 21, 73, 87, 95, 113, 133, 199, 290, 351,
494, 497, 515, 627
740

Флитнер, участник заседания; вероятно, Флиттнер Наталья Давыдовна
(1879—1957), специалист по археологии и истории Древнего
Востока, научный сотрудник Государственного Эрмитажа 514
Фокин А., участник заседания 525
Фомин Александр Григорьевич (1887—1939), книговед, библиограф,
историк русской литературы 253
Форд (Ford) Генри (1863—1947), американский промышленник, один из
основателей автомобильной промышленности США, в 1892—
1893 гг. создал свой первый автомобиль с четырехтактовым
двигателем внутреннего сгорания 45, 467
Фортсайт Эндрю Рассел (1858—1942), шотландский математик 149
Францов Ю., участник заседания 514
Францова В., участница заседания 514
Фраунгофер (Фраунхофер) (Frauenhofer) Йозеф (1787—1826), немецкий
физик-оптик, изобрел окулярный микрометр и гелиометр, описал
линии поглощения в солнечном спектре (фраунгоферовы линии)
379
Фрейман Александр Арнольдович (1879—1968), филолог, востоковед-
иранист, член-корреспондент Академии наук по Отделению
гуманитарных наук (иранистика) с 1928 г., профессор Ленинградского
лингвистического института 290, 518, 628
Фрейманы, родственники К. М. Бэра 202
Фриз Я. Я., вологодский медицинский инспектор 367
Фромгольдт Евгений Евгеньевич, врач-терапевт, профессор Московского
университета 313
Фрумкин Александр Наумович (1895—1976), электрохимик, академик по
Отделению математических и естественных наук (технические
науки, физическая химия) с 1932 г., сотрудник
Физико-химического института имени Л.Я.Карпова в 1922—1946гг., директор
Института физической химии АН СССР в 1939—1949 гг., директор
Института электрохимии АН СССР в 1958—1976 гг. 417, 628
Фуко (Foucault) Жан Бернар Леон (1819—1868), французский физик,
член Парижской Академии наук с 1865 г., иностранный член
Петербургской Академии наук с 1860 г. 372
Фус Николай Иванович (1755—1825), математик, академик по высшей
математике с 1783 г., непременный секретарь Академии наук в
1800—1825 гг. 4, 58, 122
Фус Павел Николаевич (П98—1855), математик, адъюнкт Академии
наук по чистой математике с 1818 г., академик с 1823 г.,
непременный секретарь Академии наук с 1826 по 1855 г. 121, 282, 536
Хайнеманн (Heinemann) Манфред, немецкий историк, профессор
Ганноверского университета 58
Хаксли (Гексли) (Huxley) Джулиан Сорелл (1887—1975), английский
биолог, философ, внук Т. К. Гексли, брат писателя О. Хаксли 436
Халдейн (Холдейн) (Haidane) Джон Скотт (1860—1936), английский
ученый-физиолог 436
Халтурин Д. Н., управляющий делами Академии наук СССР (1929) 132,
202, 203, 510, 512, 5.14, 516, 522, 534
Хаптурина О., участница заседания 516
Хаскин Ефим Аронович, провизор, ассистент-преподаватель Киевского
фармацевтического техникума 636
741

Хвольсон Орест Данилович (1852—1934), физик, член-корреспондент
Академии наук по Физико-математическому отделению с 1895 г.,
почетный член с 1920 г., профессор Петербургского университета
494, 628
Хилл (Hill) Арчибальд Вивиен (1886—1977), английский физиолог,
лауреат Нобелевской премии 1922 г. 429, 433
Хитров Софрон, флотский мастер 171
Хлопин Григорий Витальевич (1863—1929), врач, один из
основоположников гигиены в России, заслуженный деятель науки РСФСР (1927) 77,
91, 110, 111, 117, 213, 291, 292, 350, 494, 498, 499, 510, 628, 648
Хлопин Виталий Григорьевич (1890—1950), химик, физикохимик,
основатель научной школы, академик по Отделению математических и
естественных наук (неорганическая химия) с 1939 г. 498
Хогбен, философ, участник II Международного конгресса по истории
науки и техники 430
Холодковский Николай Александрович (1858—1921), зоолог-энтомолог,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (биология) с 1909 г. 71, 76, 139, 176, 199, 491, 493, 503,
511, 515, 645, 646, 648, 652, 658
Хоментовская Анна Ильинична (1881—?), историк-медиевист,
преподаватель Ленинградского университета 467, 514
Хоментовский А., участник заседания 524
Хотимский; вероятно, Хотимский Михаил Захарович (1875—?),
инженер-металлург 467
Худояровы, братья, художники 422
Хунейн, оптик 269
Цейс Ганс (Zeiß) (1888—?), врач-бактериолог, уроженец Франкфурта-на-
Майне, обучался в университетах в Марбурге в 1907/08 г., Гейдель-
берге в 1908/09 г., Фрайбурге в 1909/10 г., Берлине в 1910 г.,
Мюнхене в 1910/11 г., докторскую диссертацию защитил во Фрайбурге
в 1912 г., профессор с 1925 г., в 1921 г. прибыл в Россию с
экспедицией в помощь Поволжью под руководством профессора
Гамбургского тропического института П. Мюленса, организованной
германским Красным Крестом, в 1921—1924 гг. руководил центральным
бактериологическим бюро германского Красного Креста в Москве,
после его ликвидации перешел на работу в Наркомздрав, с 1924 г.
работал в Институте экспериментальной терапии в Москве под
руководством Л. А. Тарасевича, был одной из ключевых фигур в
осуществлении немецко-российских научных связей в области
биологии и медицины в 1920-е гг., в 1932 г. вернулся в Германию 147,
153, 196, 638
Цейтлин Захар Аронович (1892—?), специалист в области философии и
методологии естествознания, действительный член Тимирязевского
научно-исследовательского института, научный сотрудник Комака-
демии, работал по договору в Институте истории науки и техники
АН СССР с 1932 г. 46, 416, 463, 467, 473, 530, 557, 628
Ценковский Лев Семенович (1822—1887), ботаник, микробиолог, член-
корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению (биология) с 1881 г. 94
Цинзерлинг Дмитрий Петрович (1864—?), статистик, окончил
Петербургский университет в 1887 г., до 1918 г. преподаватель математики,
742

с 1918 г. начал специализироваться в области статистики,
сотрудник Ленинградского губернского статистического бюро,
заведующий Ленинградскими областными статистическими курсами,
преподаватель Планового техникума, Техникума пищевой
промышленности и Промышленно-экономического техникума, действительный
член Русского географического общества 208, 237, 240, 290, 522,
524, 526, 528, 629
Циннер (Zinner) Э., немецкий астроном, историк астрономии, в честь
ученого названа комета — комета Джакобини—Циннера 181, 398,
416
Чаадаев Петр Яковлевич (1794—1856), мыслитель, публицист 227
Чайленко Иван Яковлевич, преподаватель Полтавского педагогического
техникума 636
Чаплыгин Сергей Алексеевич (1869—1942), специалист в области
теоретической механики, гидро- и аэромеханики, член-корреспондент
Академии наук по Физико-математическому отделению (математика)
с 1924 г., академик (технические науки) с 1929 г., преподавал в
Московском высшем техническом училище, Московском
инженерном училище, Московском университете, директор Высших
женских курсов в Москве в 1905—1918 гг., один из организаторов в
1918 г. и научный руководитель с 1921 г. Центрального
аэрогидродинамического института 34, 35, 291, 326, 327, 409, 414, 462, 629
Чахотин С. С, доктор Гейдельбергского университета, лауреат Бэров-
ской премии 1912 г. 95
Чаянов Александр Васильевич (1888—1937), экономист-аграрник,
литератор, основатель первого в стране Института
сельскохозяйственной экономики, его директор в 1922—1928 г.; расстрелян 3
октября 1937 г. 75, 647
Чебышев Пафнутий Львович (1821—1894), математик, механик, адъюнкт
по Отделению физико-математических наук (прикладная механика)
с 1853 г., академик с 1856 г. 122, 149—152, 324
Челинцев Вл., участник заседания 505
Чепурина И., участница заседания 510
Черказьянова Ирина Васильевна, историк, кандидат исторических наук,
сотрудник Санкт-Петербургского филиала Института истории
естествознания и техники РАН 67
Черкасовы, бароны 285, 286
Черников Александр Митрофанович, историк-архивист 541
Чернов Сергей Николаевич (1887—1942), историк, декабристовед,
окончил Петербургский университет в 1912 г., приват-доцент
Петроградского университета с 1917 г., в 1918—1928 гг. профессор
Саратовского университета, с 1928 г. на исследовательской работе,
штатный сотрудник Института истории науки и техники АН СССР
с 1932 г., профессор Горьковского университета с 1937 г., ученый
секретарь Комиссии по истории знаний с 15 ноября 1929 г. по
2 января 1931 г.; умер в оккупированном Детском Селе (г. Пушкин)
24, 31, 32, 55, 284, 288, 292, 293, 297, 298, 306, 347, 348, 356, 362,
363, 369, 387, 388, 397, 400, 411, 415, 462, 467, 468, 473, 477, 478,
491, 529, 537, 539, 542, 544, 568, 629
Чернышев Александр Алексеевич (1882—1940), специалист в области
электротехники и радиотехники, член-корреспондент Академии
743

наук по Физико-математическому отделению (технические науки)
с 1929 г., академик по Отделению математических и естественных
наук (технические науки, электротехника) с 1932 г., заведующий
электрофизическим сектором и профессор Ленинградского
электромеханического института 27, 46, 414, 416, 451, 457, 468, 472,
478, 539, 558, 616, 629
Чернявский; вероятно, Чернявский Василий Васильевич (1878—?),
горный инженер, специалист в области прикладной механики 291
Чикобава Арнольд Степанович, лектор Тифлисского государственного
университета 636
Чирвинский Петр Николаевич (1880—1955), геолог, профессор, автор
трудов по экспериментальной минералогии и петрографии,
геохимии, гидрогеологии, с 1943 г. профессор Пермского университета;
в 1931—1933 гг. отбывал срок на строительстве Беломорско-Бал-
тийского канала 171, 179, 216, 511
Чириков А., автор рукописи «Отчет. Архив Морского ведомства» 171
Чистович В., участник заседания 510
Чистович В. А., собиратель переписки братьев Ковалевских 129, 195,
197, 211, 241
Чистович Николай Яковлевич (1860—1926), один из основоположников
клиники инфекционных болезней как научной дисциплины в
России 77
Чистович Федор Яковлевич (1870—?), врач, патологоанатом, профессор
1-го и 2-го Ленинградских медицинских институтов 501, 510
Чичибабин Александр Евгеньевич (1871—1945), химик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(химия) с 1927 г., академик с 1929 г., председатель
Научно-технического совета химико-фармацевтической промышленности
Высшего совета народного хозяйства в 1922—1927 гг., директор
Лаборатории по исследованию и синтезу растительных и животных
продуктов АН СССР с 1928г.; лауреат премии имени В.И.Ленина
1926 г., осенью 1930 г. уехал во Францию, 29 декабря 1936 г.
Общее собрание АН СССР лишило его звания действительного
члена Академии наук, восстановлен в 1990 г. 235, 243, 281, 290,
296, 369, 462, 502, 522, 564, 629
Чугаев Лев Александрович (1873—1922), химик, профессор
Петербургского университета в 1908—1922 гг., Петербургского
технологического института в 1909—1922 гг., основатель и с 1918 г.
директор Института по изучению платины и других благородных
металлов АН; лауреат премии имени В.И.Ленина 1927г. 8, 52, 71, 494,
630
Чумакова Татьяна Витаутасовна, философ, историк науки, доктор
философских наук, сотрудник Санкт-Петербургского филиала
Института истории естествознания и техники РАН 67
Шангин Мстислав Антонинович (1896—?), историк античности,
палеограф, научный сотрудник Института языков Востока и Запада при
Ленинградском университете в 1925—1927 гг., приват-доцент
Ленинградского университета в 1927—1930 гг., сотрудник Библиотеки
Академии наук 36, 333, 334, 361, 362, 524, 526, 528, 533, 556, 630
Шангина М., участница заседания 526, 528
Шапилова Е., участница заседания 525
744

Шапиро; вероятно, Шапиро Александр Львович (1905—1994), в 1927 г.
окончил Ленинградский педагогический институт им. А. И.
Герцена, в 1934—1937 гг. аспирант Ленинградского университета, с
1937 г. на преподавательской работе, с 1956 по 1994 г. профессор,
профессор-консультант Ленинградского университета 541, 630
Шарнгорст (Шарнхорст) (Scharnhorst) Герхард Иоганн (1755—1813),
прусский генерал (1807), начальник Генерального штаба (1807—
1811), вместе с А. Гнейзенау провел реорганизацию прусской
армии 168
Шаскольский 467
Шателен Михаил Андреевич (1866—1957), специалист в области
электротехники, член-корреспондент Академии наук по Отделению
математических и естественных наук (технические науки, энергетика,
электротехника) с 1931 г., заместитель директора Энергетического
института АН СССР 45, 243, 468, 473, 488, 510, 543, 557, 558, 616, 630
Шатунов Михаил Николаевич, историк педагогики 636
Шауман Б., участник заседания 514
Шафрановский К. М., сотрудник Библиотеки Академии наук,
исследователь творчества К. М. Бэра 134
Шахматов Алексей Александрович (1864—1920), филолог, языковед,
историк древнерусской литературы, адъюнкт Академии наук по
Отделению русского языка и словесности с 1894 г., академик с 1897 г.
71, 348, 351, 361, 486, 567, 589, 638, 646, 654, 655
Шахматова, участница заседания 525
Шацкая, хранитель библиотеки Н. Я. Данилевского 87
Шванвич Борис Николаевич (1889—1957), зоолог, профессор
Ленинградского университета, заведующий кафедрой энтомологии с 1930 по
1955 г., мировую известность получил своими исследованиями по
эволюции рисунка у чешуекрылых 494, 630
Шванина Л., участница заседания 514
Шварц (Schwarz) Герман Амандус (1843—1921), немецкий математик
148
Шведов Борис Антонович, профессор Киевского политехнического
института 636
Шебадах Н. И., участник заседания 543
Шевяков Б. В., участник заседания 501
Шевяков Владимир Тимофеевич (1859—1930), зоолог-энтомолог, член-
корреспондент Академии наук по Физико-математическому
отделению с 1908 г., товарищ министра народного просвещения в 1910—
1915 гг., после революции профессор в Омске и Иркутске 237, 256,
290, 630
Шевякова Л., участница заседания 510
Шеин Юрий Петрович (1902—?), философ, методолог физики, старший
научный сотрудник Института философии Комакадемии, научный
сотрудник Комбината государственных физико-технических
институтов и Ленинградского электрофизического института, профессор
Физико-механического института 387, 399, 462, 537, 539, 541, 542,
630
Шеллинг (Schelling) Фридрих Вильгельм Йозеф (1775—1854), немецкий
философ 138
Шидловский Александр Федорович (1863—?), географ, этнограф,
сотрудник Комиссии по изучению естественных производительных сил
АН 291
745

Шилов Алексей Алексеевич (1881—1942), историк, археограф, архивист,
библиограф, специапист в области методики и техники
документальных публикаций, автор работ по истории и библиографии
революционного движения в России XIX—начала XX в., по истории
русской литературы, сотрудник Библиотеки Академии наук 362,
525, 630
Шимкевич Владимир Михайлович (1858—1923), зоолог-морфолог, э*м-
бриолог, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (биология) с 1906 г., академик
(зоология) с 1920 г., профессор Петербургского университета 8, 76, 494,
631
Ширвиндт Максим Лазаревич (1893—?), философ, автор учебников по
диалектическому и историческому материализму 31
Шифнер Антон Антонович (1817—1879), востоковед, адъюнкт Академии
наук по Историко-филологическому отделению (тибетский язык) с
1852 г., академик с 1854 г. 96, 144
Шишмарев Владимир Федорович (1875—1957), филолог, историк
западноевропейских литератур и языков, палеограф, член-корреспондент
Академии наук по Отделению русского языка и словесности
(западноевропейская филология, история литературы романских
стран) с 1924 г., академик по Отделению литературы и языка
(западноевропейская филология) с 1946 г., профессор
Петроградского—Ленинградского университета в 1919—1957 гг., организатор 1-го
Рабоче-крестьянского университета в Костроме и декан его
гуманитарного факультета в 1918—1919 гг., старший научный
сотрудник Института языка и мышления АН СССР в 1935—1950 гг.,
директор Института мировой литературы АН СССР в 1944—1947 гг.
72, 291, 494, 631, 646, 654
Шмидт А. С, востоковед; вероятно, Шмидт Александр Эдуардович
(1871—1939), востоковед, член-корреспондент Академии наук по
Отделению исторических наук и филологии (восточная
словесность) с 1925 г., в 1909—1920 гг. сотрудник Публичной
библиотеки, с 1921 г. жил и работал в Ташкенте 290, 514, 631
Шмидт Отто Юльевич (1891—1956), математик, географ,
член-корреспондент Академии наук по Отделению математических и
естественных наук (математика, астрономия, геофизика) с 1933 г.,
академик (математика, география) с 1935 г., вице-президент Академии
наук СССР с 1939 по 1942 г. 467
Шмит Ф., участник заседания 518
Шнейдер В., участник заседания
Шокальский Юлий Михайлович (1856—1940), географ, океанограф,
геодезист, минералог, космолог, член-корреспондент Академии наук
по Физико-математическому отделению (география, геофизика) с
1923 г., почетный член с 1939 г., сотрудник Главной геофизической
обсерватории и Главного гидрографического управления,
профессор Военно-морской академии в 1910—1930 гг. и Ленинградского
университета с 1925 г., руководитель комплексной Черноморской
экспедиции в 1923—1927 гг., возглавлял работы по составлению
карты рельефа России 117, 135, 160, 213, 290, 631
Шпет Густав Густавович (1879—1937), философ 657
Шпильрейн Ян Николаевич (1887—1939), электротехник,
член-корреспондент Академии наук по Отделению математических и
естественных наук (электротехника) с 1933 г.; арестован в 1937 г. или
746

начале 1938 г., расстрелян 21 января 1938 г., исключен из членов
Академии наук в 1938 г., восстановлен в 1957 г. 420, 631
Шпор Эдмунд (1887—1964), ботаник, исследователь водных растений,
составитель обзоров растительного покрова Эстонии, выпускник
Московского университета, в 1920—1939 гг. жил и работал в
Тарту, в 1924—1930 гг. заведовал кафедрой ботаники в Тартуском
университете, с 1939 г. проживал в Польше, Германии; скончался
в Гёттингене 174, 175, 182, 241, 512
Шпринцин Ноэми Григорьевна (1904—1963), этнограф, научный
сотрудник Музея антропологии и этнографии АН СССР, ассистент
Ленинградского историко-лингвистического института 44, 410, 517,
519, 541, 631
Шредингер (Schrödinger) Эрвин (1887—1961), австрийский
физик-теоретик, один из создателей квантовой механики 149
Шренк Леопольд Иванович (1826—1894), этнограф, зоолог, географ,
адъюнкт Академии наук по Физико-математическому отделению
(зоология) с 1862 г., академик с 1863 г. 96
Штейнванд Герборд Данилович (1896—?), секретарь немецкой секции
Одесской комиссии краеведения 636
Штернберг Лев Яковлевич (1861—1927), этнограф, языковед,
член-корреспондент Академии наук по Отделению исторических наук и
филологии (палеоазиатские языки) с 1924 г., один из основателей
Высших географических курсов в 1916 г. и Географического института
в 1918 г., руководитель и профессор этнографического отделения при
Ленинградском восточном институте 227, 255, 276, 281, 351, 361,
486, 494, 525, 564, 567, 579, 600, 622, 627, 631, 655
Штида (Стида) (Stieda) Христиан Герман Людвиг (1837—1918), анатом,
гистолог, иностранный член-корреспондент Академии наук с
1905 г. 87, 241, 296
Штурм Л. Д., участник заседания 498
Шувалов Иван Иванович (1727—1797), государственный деятель 285
Шумахер Иоганн Даниил (1690—1761), библиотекарь Академии наук,
советник академической Канцелярии 403
Шустер Ю., председатель Берлинского общества по истории науки 175,
179, 241
Шухардин Семен Викторович (1917—1980), историк техники, доктор
технических наук, профессор, заведующий сектором Института
истории естествознания и техники РАН 58
Шухардт (Schuchardt) Хуго (1842—1927), немецкий языковед, основные
труды — по проблемам романской филологии и общего
языкознания 419
Щапов Афанасий Прокофьевич (1831—1876), историк демократического
направления, специалист по истории церковного раскола и
старообрядчеству 420
Щепкина Е., участница заседания 516
Щерба Лев Владимирович (1880—1944), языковед, лексиколог,
специалист по фонетике, член-корреспондент Академии наук по
Отделению русского языка и словесности (филология, сравнительное
языкознание) с 1924 г., академик по Отделению литературы и языка
(языкознание) с 1943 г., научный сотрудник словарного отдела
Института языка и мышления, профессор и заведующий кабинетом
747

Ленинградского историко-лингвистического института 8, 72, 291,
494, 498, 502, 632, 646, 653
Щербаков Дмитрий Иванович (1893—1966), геолог, геохимик,
член-корреспондент Академии наук по Отделению геолого-географических
наук (геология, геохимия) с 1946 г., академик с 1953 г. 18, 60
Щербатской Федор Ипполитович (1866—1942), востоковед-индолог,
член-корреспондент Академии наук по Отделению исторических
наук и филологии (восточная словесность) с 1910 г., академик
(литература и история азиатских народов) с 1918 г., профессор
Петербургского университета с 1900 г., руководитель Института
буддийской культуры АН СССР с 1928 г., преобразованного в индо-тибет-
ский кабинет Института востоковедения АН СССР 91, 131, 224,
228, 249, 253, 290, 494, 495, 505, 632
Щигельская М., участница заседания 512
Щукин Николай Леонидович (1848—1924), специалист в области
железнодорожного транспорта 74
Эвальд Виктор Владимирович (1860—1935), специалист в области
строительных материалов 74
Эддингтон (Eddington) Артур Стэнли (1882—1944), английский
астрофизик и физик, член Лондонского королевского общества с 1914 г.,
иностранный член Академии наук СССР с 1923 г., в 1938—1944 гг.
президент Международного астрономического союза 372, 436
Эдельштейн Яков Самуилович (1869—?), геолог, петрограф, профессор
Горного института 276, 291, 567
Эдисон (Edison) Томас Альва (1847—1931), американский изобретатель,
иностранный член Академии наук СССР с 1930 г. 467
Эйлер Иоганн Альбрехт (1734—1800), физик, астроном, математик,
профессор физики с 1766 г., конференц-секретарь Академии наук
с 1769 по 1800 г. 239
Эйлер Леонард (1707—1783), математик, механик, физик, астроном,
адъюнкт Академии наук по физиологии с 1726 г., профессор физики
с 1731г., высшей математики с 1733 г., ученый необычайной
широты интересов и творческой продуктивности, автор свыше 800
научных работ 4, 16, 20, 58, 85, 121, 151, 195, 244, 245, 271, 324,
378, 523, 527
Эйнштейн (Einstein) Альберт (1879—1955), физик-теоретик, создатель
специальной и общей теории относительности, иностранный член
Академии наук с 1922 г., почетный член Академии наук СССР с
1926 г. 105, 354, 371, 381, 385, 431
Эльдингтон, см. Эддингтон А. С.
Энгельс Фридрих (1820—1895), один из основоположников научного
коммунизма, друг и соратник К.Маркса 342, 431, 433, 437, 579,
583
Эпикур (341—270 до н.э.), древнегреческий философ-материалист 45,
467
Эратосфен Киренский (ок. 276—194 до н.э.), древнегреческий ученый,
заложил основы математической географии, впервые измерил дугу
меридиана 371
Эрнст Николай Львович (1889—1956), историк, археолог, профессор
Таврического университета, автор трудов по истории и археологии
Крыма 258, 260
748

Эссен Николай Карлович (1885—1945), полковник лейб-гвардии
Семеновского полка, генеалог, в 1920—1939 гг. директор Архива
рыцарского сословия в Таллине, с 1939 г. проживал в эмиграции в
Польше и Чехии 22, 202, 205, 214, 215, 518
Юнкер (Juncker) Готлиб Фридрих Вильгельм (1703—1746), поэт,
профессор по политике и морали Петербургской Академии наук с
1734 г. 286—288
Юферев Николай Иванович (1883—?), инженер-технолог, заведующий
секцией Научно-исследовательского института по учебным
пособиям и техпропаганде 543, 632
Ягода Генрих Григорьевич (1891—1938), советский государственный
деятель, в 1934—1936 гг. председатель Объединенного
государственного управления при Совете Народных Комиссаров СССР, нарком
Народного комиссариата внутренних дел, с 1936 г. народный
комиссар связи СССР; в 1938 г. осужден по делу «антисоветского
правотроцкистского блока», расстрелян 228
Якоби Борис Семенович (Мориц Герман) (1801—1874), физик,
электротехник, специалист по гальванопластике, член-корреспондент
Академии наук по Физико-математическому отделению (физика) с
1838 г., академик с 1842 г. 96, 149, 154, 171, 222, 223, 283, 467,
509
Яковкин Александр Александрович (1860—1936), химик,
член-корреспондент Академии наук по Физико-математическому отделению
(химия) с 1925 г. 291, 539
Яковкин Иннокентий Иванович (1881—1941), историк права,
библиотековед, библиограф, директор Библиотеки Академии наук в 1929—
1949 гг. 299, 300
Яковлев, казначей Академии наук 144
Якубов, участник заседания 514
Якубова А., участница заседания 525
Янжул Иван Иванович (1846—1914), экономист, статистик 655
Ярошевский Михаил Григорьевич (1915—2001), доктор психологических
наук, профессор, заведующий сектором социальной психологии
Института истории естествознания и техники РАН 62, 64
Ястребов Николай Владимирович, филолог, специалист по славянской
филологии, профессор Петроградского университета 654
Ячевский, участник заседания 504
Ячевский Артур Артурович (1-863—1932), ботаник, миколог, фитопато-
лог, член-корреспондент Академии наук по
Физико-математическому отделению (ботаника) с 1923 г., консультант Всесоюзного
института защиты растений 9, 73, 290, 494, 498, 504, 632
Яшнов Петр Иванович (1874—1940), астроном, инженер-технолог,
заведующий библиотекой и музеем Главной астрономической
обсерватории 46, 362, 387, 398, 415, 416, 473, 541, 557, 632
Achard Franz Karl von, немецкий издатель 239
Ayad К., автор монографии об Ибп Хальдуне 382
749

Baer К. E. von, см. Бэр К. M.
Bouthoul G., автор монографии об Ибн Хальдуне 382
Chapley, американский историк астрономии 398, 416
Darmstaedter Ludwig, профессор, автор публикации об автографах
К. М. Бэра 175
Eggers Hans J., биограф К. M. Бэра 202, 215
Graham L. G., см. Грэхэм Л.
Gustave du Pasquir L., французский историк науки 244
Handmann (1718—1781), художник, автор портрета Л.Эйлера 271
Hewarth, американский историк астрономии 398, 416
Levin А. Е., американский исследователь 657
Meyerhoff, немецкий ученый, арабист 269
Ottow В., см. Оттоу Б.
Schmidt N., автор работ об Ибн Хальдуне 382
Stapleton, английский ученый, арабист 269
Stieda L., см. Штида X. Г. Л.
Wiedemann, немецкий ученый, арабист 269
Zinner, см. Циннер Э.

СОДЕРЖАНИЕ
Комиссия по истории знаний — первая в России научная
организация по изучению истории науки и техники 3
От составителей 65
1921
1.Из протокола заседания Общего собрания РАН о создании
Комиссии по изучению истории науки, философии и техники.
14 мая 1921 г 68
2. Протокол первого организационного заседания Комиссии по
истории науки. 11 июня 1921 г 70
3. Протокол заседания Комиссии по истории науки. 18 сентября
1921 г 71
4. Приглашение на заседание КИЗ. 12 декабря 1921 г 73
5. Протокол заседания КИЗ. 12 декабря 1921 г 73
1922
6. Протокол заседания редакционного комитета КИЗ. 9 января
1922 г 77
7. Письмо Б. Л. Личкова В.И.Вернадскому с благодарностью за
принятие в члены КИЗ. 19 января 1922 г 77
8. Протокол заседания бюро КИЗ. 26 января 1922 г 78
9. Протокол заседания бюро КИЗ. 22 мая 1922 г 78
1926
10. Из протокола заседания Отделения физико-математических наук
АН СССР об издании сочинений М. В. Ломоносова. 6 января
1926 г 79
11. Из протокола заседания Общего собрания АН СССР о
возобновлении деятельности КИЗ. 3 апреля 1926 г 80
12. Записка В.И.Вернадского о необходимости возобновления
работ КИЗ. 3 апреля 1926 г 80
13. Письмо В. И. Вернадского в Президиум АН СССР с
обоснованием потребности в листаже для публикаторской деятельности
КИЗ. 11 мая 1926 г 83
751

14. Письмо В. И. Вернадского в Президиум АН СССР о составе
КПЗ. 17 мая 1926 г 84
15. Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР о
предложении M. М. Соловьева составить биографию академика
K.M. Бэра. 14 июля 1926 г 84
16. Письмо В. И. Вернадского И. Ю. Крачковскому о необходимости
организации чествования памяти академика К. М. Бэра. 4
октября 1926 г 85
17. Из протокола заседания Общего собрания АН СССР о
чествовании памяти академика К. М. Бэра. 9 октября 1926 г 86
18. Протокол № 1 заседания Бэровской подкомиссии. 13 октября
1926 г 86
19. Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР о выделении
денег для нужд КИЗ. 17 октября 1926 г 88
20. Протокол №2 заседания Бэровской подкомиссии. 21 октября
1926 г 88
21. Протокол № 1 заседания бюро КИЗ. 2 ноября 1926 г 90
22. Из протокола заседания Общего собрания АН СССР о
печатании первого выпуска «Трудов КИЗ». 6 ноября 1926 г 91
23. Из протокола заседания Общего собрания АН СССР о
желательности восстановить премию имени К. М. Бэра. 6 ноября
1926 г 92
24. Приглашение на заседание КИЗ. 8 ноября 1926 г 92
25. Записка ученого секретаря Бэровской подкомиссии M. М.
Соловьева о наградах имени К. М. Бэра. 10 ноября 1926 г. . . . 92
26. Записка ученого секретаря Бэровской подкомиссии об истории
учреждения премии имени К. М. Бэра. 10 ноября 1926 г. . . 95
27. Протокол заседания КИЗ. 14 ноября 1926 г 96
28. В. И. Вернадский. Мысли о современном значении истории
знаний. 1926 г 96
29. Из протокола заседания Отделения физико-математических наук
АН СССР об издании VI и VII томов сочинений М. В.
Ломоносова. 17 ноября 1926 г ПО
30. Протокол №2 заседания бюро КИЗ. 22 ноября 1926 г. ... НО
31. Из протокола заседания Общего собрания АН СССР о
печатании «Трудов КИЗ». 4 декабря 1926 г 112
32. Из протокола заседания Общего собрания АН СССР о
желательности возобновления выдачи премии имени К. М.Бэра.
4 декабря 1926 г 112
33. Отчет Бэровской подкомиссии о работе за 1926 г. 7 декабря
1926 г 112
34. Письмо В. И. Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу о восстановлении премии имени К. М. Бэра.
29 декабря 1926 г 115
35. Отчет о деятельности КИЗ за 1926 г 116
752

1927
36. Пригласительный билет на открытие выставки в память
академика К. М. Бэра. 2 января 1927 г 117
37. Речь В. И. Вернадского на открытии выставки, посвященной
100-летию со дня избрания К. М. Бэра членом-корреспондентом
Академии наук. 2 января 1927 г 118
38. Письмо В. И. Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу об оформлении портретов академиков в
Малом конференц-зале Академии наук. 13 января 1927 г. . . 124
39. Записка В. И. Вернадского в Общее собрание АН СССР о
составе КИЗ. 13 января 1927 г 125
40. Обращение В. И. Вернадского к Общему собранию АН СССР о
необходимости биографических докладов о жизни и
деятельности скончавшихся ученых. 13 января 1927 г 125
41. Письмо непременного секретаря АН СССР С. Ф. Ольденбурга
академику А. Н. Крылову об организации заседания,
посвященного 200-летию со дня кончины И. Ньютона. 14 января 1927 г. 126
42. Из протокола Общего собрания АН СССР о необходимости
подготовки биографических докладов о жизни и деятельности
скончавшихся ученых Академии наук. 15 января 1927 г. . . 127
43. Обращение В. И. Вернадского в Президиум АН СССР об
улучшении финансирования КИЗ. 18 января 1927 г 127
44. Протокол совещания по организации чествования 200-летия со
дня смерти И.Ньютона весной 1927 г. 19 января 1927 г. . . 127
45. Из речи непременного секретаря АН СССР С. Ф. Ольденбурга о
деятельности Академии в 1926 г. 2 февраля 1927 г 128
46. Из протокола заседания Общего собрания АН СССР о создании
при КИЗ небольшого служебного аппарата. 5 февраля 1927 г. 128
47. Протокол заседания КИЗ. 6 февраля 1927 г 129
48. Протокол заседания бюро КИЗ. 8 февраля 1927 г 129
49. Обращение В. И. Вернадского в Президиум АН СССР об
увеличении сметы КИЗ до 150 руб. 13 февраля 1927 г 131
50. Протокол заседания Бэровской подкомиссии. 14 февраля 1927 г. 132
51. Отчет о деятельности исполнительного бюро Бэровской
подкомиссии. 14 февраля 1927 г 133
52. Записка В. И. Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу о передаче дела по изданию сочинений
М.В.Ломоносова в КИЗ. 15 февраля 1927 г 134
53. Письмо непременного секретаря АН СССР С. Ф. Ольденбурга
академику Б. М.Ляпунову о членстве в КИЗ. 21 февраля 1927 г. 135
54. Письмо Ю. М. Шокальского В. И. Вернадскому о членстве в
КИЗ. 22 февраля 1927 г 135
55. Из книги отзывов посетителей выставки в память академика
К. М. Бэра. Январь—февраль 1927 г 136
56. Письмо В. И. Вернадского и М. А. Блоха в Военно-медицинскую
академию о предоставлении литературы по истории
Военно-медицинской академии для библиотеки КИЗ. 28 февраля 1927 г. 137
753

57. Письмо историка философии П. Н. Каптерева В. И. Вернадскому
о желании участвовать в работе КИЗ. 2 марта 1927 г 137
58. Записка В. И. Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу об организации мероприятий к 100-летию со
дня избрания К. М. Бэра в ординарные академики. 2 марта
1927 г 138
59. Письмо академика И. Ю. Крачковского А. К. Линген о
назначении ей персональной пенсии. 2 марта 1927 г 139
60. Выписка из протокола Общего собрания АН СССР об издании
книги А. А. Борисяка. 5 марта 1927 г 140
61. Письмо академика Б. М. Ляпунова В. И. Вернадскому о согласии
стать членом КИЗ. 6 марта 1927 г 140
62. Записка В. И. Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу о конгрессах по истории науки, проводимых
за границей в 1927 г. 7 марта 1927 г 140
63. Из протокола заседания Физико-математического отделения АН
СССР о передаче КИЗ личных вещей академика К. М. Бэра.
9 марта 1927 г 141
64. Записка члена-корреспондента АН СССР В. Н. Любименко
В. И. Вернадскому о написании труда по истории русской
ботанической науки. 15 марта 1927 г 141
65. Программа торжественного заседания Академии наук СССР в
память 200-летия со дня смерти И. Ньютона. 20 марта 1927 г. 142
66. Письмо члена-корреспондента АН СССР В. Н. Любименко
В. И. Вернадскому о написании книги «Теоретические вопросы
ботаники». 23 марта 1927 г 143
67. Записка ученого секретаря Бэровской подкомиссии M. М.
Соловьева председателю КИЗ об установке памятной доски на
доме, где жил К. М. Бэр. 26 марта 1927 г 144
68. Протокол заседания КИЗ. 27 марта 1927 г 145
69. Протокол заседания бюро КИЗ. 22 апреля 1927 г 145
70. Протокол заседания бюро КИЗ. 3 мая 1927 г 146
71. Доклад А.В.Васильева на съезде математиков в Москве «Нужно
ли писать и изучать историю математики в России?». 4 мая 1927 г. 147
72. Протокол заседания КИЗ. 8 мая 1927 г. . 153
73. Записка В.И.Вернадского в Хозяйственное правление АН
СССР о предоставлении КИЗ помещения для работы. 13 мая
1927 г 153
74. Записка профессора О. Е. Звягинцева В. И. Вернадскому «О
необходимости сохранения памятников науки и организации музея
по истории знаний». 13 мая 1927 г 154
75. Краткая объяснительная записка к смете КИЗ. 16 мая 1927 г. 155
76. Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР о
целесообразности работы над биографическим словарем
академиков — современников К. М. Бэра. 17 мая 1927 г 157
77. Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР о передаче
обязанностей председателя КИЗ на время его командировки
члену-корреспонденту АН СССР Э. Л. Радлову. 18 мая 1927 г. 158
754

78. Записка профессора В. Н. Бенешевича о структуре КИЗ.
24 мая 1927 г 158
79. Письмо В. И. Вернадского в В CHX СССР о необходимости
сохранения памятников науки и техники. [Май 1927 г.] ... 159
80. Письмо Л. С. Багрова В. И. Вернадскому об организации
картографического архива. 12 июля 1927 г 160
81. Сопроводительное письмо к проекту организации
картографического архива, составленное Л.С.Багровым. 12 июля 1927 г. 161
82. Проект организации картографического архива в Библиотеке
АН СССР, составленный Л. С. Багровым. 12 июля 1927 г. . 162
83. Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР о
выделении помещений для КИЗ. 26 августа 1927 г 169
84. Письмо В. И. Вернадского Б. Н. Меншуткину о работах по
изданию сочинений М.В.Ломоносова. 2 сентября 1927 г. . . 169
85. Протокол заседания бюро КИЗ. 7 сентября 1927 г 170
86. Выписка из протокола Общего собрания АН СССР об издании
сочинений М.В.Ломоносова. 1 октября 1927 г 172
87. Протокол заседания КИЗ. 2 октября 1927 г 172
88. Протокол заседания КИЗ. 9 октября 1927 г 172
89. Записка В. И. Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу о задачах, характере работ и перспективах
развития КИЗ. 10 октября 1927 г 173
90. Протокол заседания Бэровской подкомиссии. 11 октября
1927 г 174
91. Протокол заседания бюро КИЗ. 14 октября 1927 г 178
92. Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР о проекте
Л. С. Багрова по организации особого картографического
архива. [После 14 октября 1927 г.] 180
93. Письмо Д. О. Святского В. И. Вернадскому о своих научных
трудах по астрономии и астрологии. 18 октября 1927 г. . . 181
94. Протокол заседания КИЗ. 23 октября 1927 г 182
95. Письмо непременного секретаря АН СССР С. Ф. Ольденбурга
профессору Эдм. Шпору о приобретении вещей академика
K.M. Бэра. 31 октября 1927 г 182
96. Протокол заседания КИЗ. 13 ноября 1927 г 183
97. Выписка из протокола Физико-математического отделения АН
СССР об организации мероприятий к 10-летию со дня кончины
академика А. М. Ляпунова. 16 ноября 1927 г 183
98. Протокол заседания бюро КИЗ. 25 ноября 1927 г 184
99. Из протокола заседания КИЗ об организации музея по истории
знаний. 29 ноября 1927 г 184
100. Протокол заседания КИЗ. 4 декабря 1927 г 185
101. Доклад Б. Н. Меншуткина «Работы М. Бертело по истории
химии». 4 декабря 1927 г 186
102. Протокол заседания КИЗ. 11 декабря 1927 г 188
103. Письмо В.И.Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу о восстановлении Бэровской премии. 15 декабря
1927 г 188
755

104. Статья В. И. Вернадского «Работы по истории знаний». 1927 г.
105. Отчет о деятельности КИЗ за 1927 г
189
196
1928
106. Записка академика П.П.Лазарева В.И.Вернадскому о
создании Московского отделения КИЗ. 4 января 1928 г 198
107. Выписка из протокола Общего собрания АН СССР о создании
комиссии по рассмотрению вопроса об академических премиях.
14 января 1928 г 198
108. Протокол заседания Бэровской подкомиссии. 16 января 1928 г.
198
109. Письмо Ленсовета в Академию наук СССР об установлении
памятной доски на доме, в котором жил К. М. Бэр. 21 января
1928 п 199
НО. Протокол заседания КИЗ. 22 января 1928 г 199
111. Протокол заседания бюро КИЗ. 31 января 1928 г 200
112. Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР об
увеличении денежных средств на текущие нужды КИЗ. 1 февраля
1928 г 201
113. Записка ученого секретаря Комиссии по изучению Якутской
АССР П. В. Виттенбурга В. И. Вернадскому об организации
мероприятий к 25-летию со дня кончины А. Ф. Миддендорфа.
7 февраля 1928 г 201
114. Из обращения В.И.Вернадского к непременному секретарю
АН СССР С. Ф. Ольденбургу об отправке родословных таблиц
предков K.M. Бэра Н. К. Эссену. 14 февраля 1928 г 202
115. Письмо управляющего делами АН СССР Д.Н.Халтурина в
КИЗ об увеличении отпуска средств на текущие нужды
Комиссии. 15 февраля 1928 г 202
116. Ходатайство В. И. Вернадского к непременному секретарю АН
СССР С. Ф. Ольденбургу о разрешении М. А. Блоху научной
командировки в Германию и Францию. 15 февраля 1928 г. . 203
117. Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР об
оплате счета за фотокопии писем академика К. М. Бэра.
23 февраля 1928 г 203
118. Письмо председателя Центральной метрической комиссии при
СТО H. М. Федоровского в Академию наук СССР о значении
введения в обращение международной системы мер и весов.
29 февраля 1928 г 204
119. Обращение историка Ю. А. Нелидова к секретарю Бэровской
подкомиссии по поводу работы над генеалогической таблицей
К. М. Бэра. 29 февраля 1928 г 205
120. Информация о деятельности КИЗ из журнала «Мироведение».
[Февраль 1928 г.] 205
121. Выписка из протокола Общего собрания АН СССР о
замещении В. И. Вернадского на время его заграничной командировки.
3 марта 1928 г 207
756

122. Протокол заседания КИЗ. 4 марта 1928 г 207
123. Протокол заседания КИЗ. 25 марта 1928 г 208
124. Протокол заседания бюро КИЗ. 28 марта 1928 г 208
125. Краткая объяснительная записка к смете КИЗ на 1928/29 г.
[28 марта 1928 г.] 208
126. Записка заместителя председателя КИЗ Э. Л. Радлова
непременному секретарю АН СССР С. Ф. Ольденбургу об
издательских планах Комиссии на 1928/29 г. 31 марта 1928 г. ... 210
127. Докладная записка заместителя председателя КИЗ Э. Л.
Радлова в Президиум АН СССР об основных направлениях
деятельности Комиссии. [Март 1928 г.] 211
128. Письмо непременного секретаря АН СССР С. Ф. Ольденбурга в
консульство СССР в Ревеле о передаче генеалогических
материалов К. М. Бэра Н. К. Эссену. 5 апреля 1928 г 214
129. Из протокола Общего собрания АН СССР об издании статьи
Д. А. Граве «Прогрессирует ли математика». 7 апреля 1928 г. 215
130. Протокол заседания КИЗ. 20 мая 1928 г 215
131. Протокол заседания КИЗ. 27 мая 1928 г 216
132. Протокол заседания бюро КИЗ. 30 мая 1928 г 216
133. Из протокола Общего собрания АН СССР об издании трудов
Г. Г. Манизера. 2 июня 1928 г 217
134. Протокол заседания Бэровской подкомиссии. 8 июня 1928 г. 217
135. Докладная записка В.И.Вернадского непременному секретарю
АН СССР С. Ф. Ольденбургу о состоянии работ по подготовке
издания VI и VII томов сочинений М.В.Ломоносова. 30 июня
1928 г 218
136. Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР о
подготовке к изданию VI и VII томов сочинений
М.В.Ломоносова. 4 июля 1928 г 220
137. План деятельности КИЗ на 1928/29 г. 12 июля 1928 г. . . . 220
138. Объяснительная записка к смете КИЗ на 1928/29 бюджетный
год. [До 15 сентября] 1928 г 222
139. Из протокола Общего собрания АН СССР о пожертвовании
академиком Ф. И. Щербатским личной научной библиотеки
Институту буддийской культуры. 15 сентября 1928 г 224
140. Записка В.И.Вернадского директору Зоологического музея
АН СССР А. А. Бялыницкому-Бируле с благодарностью за
переданные в КИЗ пять портретов ученых. 17 сентября
1928 г 224
141. Протокол заседания бюро КИЗ. 18 сентября 1928 г 225
142. Отчет И.Д.Стрельникова о командировке в Нью-Йорк на
XXIII Международный конгресс американистов. 14 октября
1928 г 226
143. Протокол заседания бюро КИЗ. 24 октября 1928 г 226
144. Справка о назначении М.М.Соловьева ученым секретарем
КИЗ. 31 октября 1928 г 228
145. Письмо В. И. Вернадского Г. Г. Ягоде в защиту Г. П. Блока.
[Октябрь 1928 г.] 228
757

146. Письмо В. И. Вернадского Г. П. Блоку о работе по составлению
биографического словаря действительных членов Академии.
10 ноября 1928 г 229
147. Протокол заседания бюро КИЗ. 14 ноября 1928 г 230
148. Докладная записка В. И. Вернадского в Издательство АН СССР
об издательских планах КИЗ. 19 ноября 1928 г 232
149. Письмо В. И. Вернадскому с просьбой принять в архив КИЗ
переписку профессора Каспара Гревинга. 20 ноября 1928 г. 232
150. Письмо В. И. Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу о рукописях И. Г. Гмелина, хранящихся в
Архиве АН СССР. 1 декабря 1928 г 233
151. Протокол заседания КИЗ. 1 декабря 1928 г 233
152. Протокол заседания КИЗ. 9 декабря 1928 г 234
153. Письмо М. А. Блоха В. И. Вернадскому о темах для публичных
лекций. 12 декабря 1928 г 234
154. Выписка из протокола Общего собрания АН СССР об издании
сборника в память академика А.М.Бутлерова. 15 декабря
1928 г 235
155. Протокол заседания бюро КИЗ. 15 декабря 1928 г 236
156. Протокол заседания КИЗ. 16 декабря 1928 г 237
157. Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР об
увеличении кредитов для КИЗ. 21 декабря 1928 г 238
158. Письмо ученого секретаря КИЗ M. М. Соловьева непременному
секретарю АН СССР С. Ф. Ольденбургу об истории сахарных
культур в России. 29 декабря 1928 г 238
159. Удостоверение члена КИЗ профессора В.Н.Ивановского.
29 декабря 1928 г 240
160. Отчет о деятельности КИЗ за 1928 г 240
1929
161.Записка М. А. Блоха В.И.Вернадскому об организации
публичных лекций по истории науки. 4 января 1929 г 242
162. Письмо М. А. Блоха В.И.Вернадскому о чествовании
покойного Э. Л. Радлова. 4 января 1929 г 244
163. Обращение В.И.Вернадского к непременному секретарю АН
СССР С. Ф. Ольденбургу об организации поисков могилы и
памятника Л. Эйлеру на Смоленском кладбище. 11 января 1929 г. 244
164. Докладная записка В. И. Вернадского непременному секретарю
АН СССР С. Ф. Ольденбургу о научных заслугах Э. Л. Радлова.
15 января 1929 г 245
165. Протокол заседания бюро КИЗ. 19 января 1929 г 246
166. Протокол заседания бюро КИЗ. 23 января 1929 г 248
167. Записка M. М. Соловьева В. И. Вернадскому о ценности
рукописей академика И. Г. Гмелина, хранящихся в Архиве АН
СССР. 24 января J 929 г 249
168. Протокол заседания КИЗ. 24 января 1929 г 250
169. Протокол заседания КИЗ. 3 февраля 1929 г 250
758

170. Протокол заседания КИЗ. 10 февраля 1929 г 250
171. Протокол заседания КИЗ. 16 феврапя 1929 г 251
172. Письмо В.И.Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу с просьбой поддержать ходатайство о
назначении пенсии внуку Н.И.Лобачевского. 20 февраля 1929 г. . . 251
173. Протокол заседания КИЗ. 24 февраля 1929 г 251
174. Протокол заседания КИЗ и Археографической комиссии по
случаю 10-летия со дня смерти академика А. С. Лаппо-Данилев-
ского. 28 февраля 1929 г 252
175. Протокол заседания бюро КИЗ. 9 марта 1929 г 252
176. Письмо сотрудника Музея памяти И. И. Мечникова П. Н. Диат-
роптова В. И. Вернадскому о письмах А. О. Ковалевского и
И.И.Мечникова, хранящихся в музее. 15 марта 1929 г. . . 255
177. Протокол заседания бюро КИЗ. 16 марта 1929 г 256
178. Приглашение на заседание КИЗ. 20 марта 1929 г 257
179. Записка В. И. Вернадского в Управление делами АН СССР о
холоде в комнате, где работает КИЗ. 21 марта 1929 г. . . . 258
180. Письмо археолога Н.Эрнста В.И.Вернадскому о его
раскопках Эски-Кермена. [До 24 марта 1929 г.] 258
181. Протокол заседания бюро КИЗ. 24 марта 1929 г 260
182. Докладная записка В.И.Вернадского в Управление делами
АН СССР об увеличении штатных единиц КИЗ. 1 апреля
1929 г 261
183. Протокол заседания, посвященного памяти товарища
председателя КИЗ члена-корреспондента АН СССР Э. Л. Радлова. 7
апреля 1929 г 261
184. Вступительное слово В.И.Вернадского, произнесенное на
заседании, посвященном памяти Э. Л. Радлова. 7 апреля 1929 г. 262
185. Письмо академика Н.М.Крылова В.И.Вернадскому о
желании вступить в члены КИЗ. 7 апреля 1929 г 268
186. Письмо В.И.Вернадского академику АН УССР Д. А. Граве о
невозможности в данный момент установить научную связь с
Арабской Академией наук в Египте. 17 апреля 1929 г. . . 268
187. Протокол заседания бюро КИЗ. 21 апреля 1929 г 269
188. Протокол заседания КИЗ. 21 апреля 1929 г 270
189. Письмо В.И.Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу с просьбой приобрести портрет Леонарда
Эйлера. 28 апреля 1929 г 271
190. Записка академика В. А. Обручева в КИЗ об изучении истории
геологии СССР как одной из задач Академии наук СССР. 7 мая
1929 г 271
191. Протокол заседания бюро КИЗ. 16 мая 1929 г 272
192. Протокол заседания КИЗ. 22 мая 1929 г 274
193. Записка В.И.Вернадского академику В.А.Обручеву об издании
труда «История геологических исследований Сибири». 25 мая
1929 г 275
194. Протокол заседания КИЗ. 26 мая 1929 г 275
195. Протокол заседания бюро КИЗ. 5 июня 1929 г 275
759

196. Письмо В. И. Вернадского президенту АН СССР А. П.
Карпинскому в защиту арестованного члена КИЗ профессора В. Н. Бе-
нешевича. 26 июня 1929 г 277
197. Записка В.И.Вернадского непременному секретарю АН СССР
С. Ф. Ольденбургу о передаче обязанностей председателя КИЗ
академику И. Ю. Крачковскому. 26 июня 1929 г 280
198. Докладная записка заместителя председателя КИЗ академика
И. Ю. Крачковского о деятельности КИЗ, представленная в
правительственную Комиссию по проверке аппарата Академии наук
СССР. [Август 1929 г.] 280
199. Отчет С. Н. Чернова о занятиях по сбору материалов к
изданию переписки М.В.Ломоносова. 16 октября 1929 г. ... 284
200. Список членов КИЗ. [Ноябрь] 1929 г 288
201. Список нечленов КИЗ. [Ноябрь] 1929 г 290
202. Выписка из протокола заседания Комиссии по проверке аппарата
Академии наук СССР о снятии с работы M. М. Соловьева. 12 ноября
1929 г 291
203. Акт о приемке дел от ученого секретаря КИЗ M. М. Соловьева
в связи с его увольнением. 15 ноября 1929 г 292
204. Протокол заседания КИЗ. 24 ноября 1929 г 292
205. Записка историка С. Н. Чернова в Комиссию АН СССР по
замещению вакантных должностей. 8 декабря 1929 г 293
206. Представление В. И. Вернадского в Комиссию АН СССР по
замещению вакантных должностей о назначении С. Н. Чернова
на должность ученого секретаря КИЗ. 9 декабря 1929 г. . . 293
207. Выписка из постановления Комиссии по проверке аппарата
Академии наук СССР о составе КИЗ. 9 декабря 1929 г. . . 293
208. Письмо от Всесоюзного общества культурной связи с
заграницей в КИЗ о предоставлении информации о литературе по
истории знаний, издаваемой в СССР. 31 декабря 1929 г. . . . 294
209. Отчет о деятельности КИЗ за 1929 г 295
1930
210. Записка академиков В.И.Вернадского и И. Ю. Крачковского
президенту АН СССР А. П. Карпинскому о замещении
должности ученого секретаря КИЗ. 4 января 1930 г 298
211. Письмо и. о. директора академической Библиотеки И. Яковки-
на заведующему Секретариатом АН СССР В. А. Зеленко о
комплектовании библиотеки КИЗ. 20 января 1930 г 299
212. Записка заведующего Хозяйственным правлением АН СССР в
КИЗ о невозможности выделения канцелярского стола. 28
января 1930 г 300
213. Из стенограммы заседания Организационной комиссии АН
СССР о создании Московского отделения КИЗ. 31 января
1930 г 300
214. Проект Положения о Московском отделении КИЗ,
составленный академиком П.П.Лазаревым. [31 января 1930 г.] ... 302
760

215. Записка В.И.Вернадского в Президиум АН СССР о
деятельности КИЗ. 26 февраля 1930 г 303
216. Письмо В.И.Вернадского и. о. непременного секретаря АН
СССР В. Л. Комарову о создании Московского отделения КИЗ.
27 февраля 1930 г 304
217. Письмо В.И.Вернадского и. о. непременного секретаря АН
СССР В.Л.Комарову о предоставлении КИЗ дополнительной
комнаты для работы. 28 февраля 1930 г 305
218. Заключение В. И. Вернадского о работе С. Н. Чернова по
подготовке к изданию переписки М. В. Ломоносова. 28 февраля
1930 г 306
219. Ходатайство В.И.Вернадского в Президиум АН СССР о
назначении С. Н. Чернова на должность ученого секретаря КИЗ.
28 февраля 1930 г 306
220. Пригласительный билет с программой заседания, посвященного
памяти А. П. Павлова. 2 марта 1930 г 307
221. Программа заседания, посвященного 200-летию со дня
возвращения Камчатской экспедиции Витуса Беринга. 12 марта
1930 г 307
222. Договор заместителя председателя КИЗ И. Ю. Крачковского с
М. Н. Буткевичем на выполнение работ. 15 марта 1930 г. . 308
223. Записка В. И. Вернадского в Президиум АН СССР об
увеличении штатного состава КИЗ. 16 марта 1930 г 308
224. Из стенографического отчета заседания подкомиссии по
реорганизации КЕПС, КЯР, КЭИ о подчинении КИЗ Общему
собранию АН СССР. 22 марта 1930 г 310
225. Сведения о КИЗ, представленные в Секретариат АН СССР.
26 марта 1930 г 312
226. Письмо П. П. Лазарева В. И. Вернадскому об организации
Московского отделения КИЗ. 26 марта 1930 г 313
227. Примерный список членов Московского отделения КИЗ,
составленный П.П.Лазаревым. 26 марта 1930 г 313
228. Записка В. И. Вернадского председателю подкомиссии по
реорганизации АН СССР по II отделению А. Н. Самойловичу.
26 марта 1930 г 314
229. Записка В.И.Вернадского председателю подкомиссии по
реорганизации АН СССР Г. М. Кржижановскому. 26 марта
1930 г 314
230. Записка В.И.Вернадского в Комиссию по разработке Устава
Академии наук СССР о подчинении КИЗ Общему собранию
АН СССР. 29 марта 1930 г 315
231. Записка В.И.Вернадского в Президиум АН СССР об
организационных формах деятельности КИЗ. [Март] 1930 г. ... 319
232. Из стенографического отчета заседания подкомиссии по
реорганизации КЕПС, КЭИ и КЯР. 1 апреля 1930 г 321
233. Из стенографического отчета пленума Комиссии по реорганизации
Академии наук СССР о рассмотрении деятельности КИЗ. 2
апреля 1930 г 328
761

234. Из стенографического отчета заседания Общего собрания АН
СССР о создании Комиссии по реорганизации КИЗ. 4 апреля
1930 г 331
235. Из протокола заседания Общего собрания АН СССР о
создании Комиссии по реорганизации КПЗ. 4 апреля 1930 г. . . 331
236. Из стенографического отчета заседания Общего собрания АН
СССР о создании Комиссии по реорганизации КИЗ. 5 апреля
1930 г 332
237. Записка М. А. Шангина в КИЗ о необходимости изучения
народных знаний. 16 апреля 1930 г 333
238. Проект Положения о КИЗ. 20 мая 1930 г 334
239. Стенографический отчет заседания Комиссии по
реорганизации КИЗ. 22 мая 1930 г 335
240. Производственный план КИЗ на 1930/31 г. 3 сентября 1930 г. 343
241. Положение о КИЗ. 2 октября 1930 г 345
242. Из стенографического отчета заседания Общего собрания АН
СССР о выборах председателя КИЗ. 3 октября 1930 г. . . . 346
243. Протокол заседания КИЗ. 12 октября 1930 г 347
244. Из стенографического отчета ноябрьской сессии АН СССР о
необходимости создания музея по истории техники. 30 ноября
1930 г 356
245. Записка председателя КИЗ Н. И. Бухарина В. И. Вернадскому о
текущих делах. 9 декабря 1930 г 359
246. Обращение В. И. Вернадского в ВСНХ СССР о необходимости
создания музея истории науки и техники. 1930 г 360
247. Отчет о деятельности КИЗ за 1930 г 361
1931
248. Выписка из протокола Президиума АН СССР о назначении
Я. М. Урановского на должность ученого секретаря КИЗ. 2
января 1931 г 363
249. Записка историка Г. П. Блока о составлении биографического
словаря сотрудников Академии наук за 200 лет ее
существования. 11 января 1931 г 363
250. Протокол заседания КИЗ. 18 января 1931 г 367
251. Программа монографии «Эволюция учения о времени и
пространстве с точки зрения естествознания», составленная
академиком А.Н.Крыловым. 19 января 1931 г 370
252. Пояснительная записка к программе монографии «Эволюция
учения о времени и пространстве. 30 января 1931 г 373
253. Записка И. Ю. Крачковского в КИЗ об организации работ по
переводу рукописи Ибн Хальдуна «Введение в историю».
30 января 1931 г 382
254. Докладная записка Н. И. Бухарина в Президиум АН СССР «К
вопросу об ориентации в работе Комиссии по истории знаний».
Январь 1931 г 383
255. Протокол заседания КИЗ. 4 февраля 1931 г 386
762

256. Записка В. А. Каменского «К вопросу о создании при КИЗ
музея истории науки и техники». 27 февраля 1931 г. ... 389
257. Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР о
штате КИЗ на 1931 г. 28 феврапя 1931 г 396
258. Информационное письмо о Международном конгрессе по
истории науки и техники в Лондоне. Февраль 1931 г 396
259. Протокол заседания КИЗ. 8 марта 1931 г 397
260. Ппан Бэровской подкомиссии на 1931/32 г. [8 марта 1931 г.] 401
261. Докладная записка директора Архива АН СССР Г.А.Князева
об основных направлениях изучения истории Академии наук
СССР. [После 13 апреля 1931г.] 402
262. Записка В. И. Вернадского в Центральный исторический архив
об охране материалов, остающихся после смерти ученых.
12 мая 1931 г 407
263. Протокол заседания КИЗ. 13 мая 1931 г 409
264. Проект Положения о КИЗ. [13 мая 1931 г.] 412
265. План работы КИЗ на 1931/32 г. [13 мая 1931г.] 413
266. Письмо Н. И. Бухарина в Президиум АН СССР об активизации
деятельности по созданию музея истории науки и техники.
Май 1931 г 424
267. Записка Н. И. Бухарина в РИСО АН СССР о количестве
печатных листов, необходимых для издания «Трудов КИЗ». 1 июня
1931 г 425
268. Записка Н. И. Бухарина в Президиум АН СССР о предоставлении
помещения для музея истории науки и техники. Июнь 1931 г. 425
269. Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР о
выделении средств на организацию при КИЗ музея истории науки
и техники. 11 июля 1931 г 426
270. Доклад М. Рубинштейна на заседании Президиума Комакаде-
мии о поездке советской делегации на II Международный
конгресс по истории науки и техники в Лондон. 1 августа 1931 г. 427
271. Заметка об итогах II Международного конгресса по истории
науки и техники в Лондоне, опубликованная в «British Russian
Gazette». 1931 г 440
272. Отчет H. И. Вавилова об участии во II Международном
конгрессе по истории науки и техники в Лондоне. 1931 г. . . . 442
273. Из воспоминаний Эрнеста Кольмана об участии во II
Международном конгрессе по истории науки и техники в Лондоне в
1931 г 445
274. Письмо непременного секретаря АН СССР В. П. Волгина в Лен-
облисполком о финансировании и выделении помещения для
музея истории науки и техники. 14 августа 1931 г 448
275. Протокол заседания КИЗ. 17 августа 1931 г 450
276. Сообщение Н. И. Бухарина об издании серии биографических
очерков, посвященных деятелям науки. [17 августа 1931 г.] . 451
277. Записка Н. И. Бухарина в Президиум АН СССР об издании
биографий деятелей науки и техники. [Между 17 августа и 12
сентября 1931 г.] 454
763

278. Обращение исследователя по истории русского
воздухоплавания А. А. Родных в КИЗ о создании отдела истории авиации в
музее истории науки и техники. 3 сентября 1931 г 455
279. Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР об
издании серии «Биографии деятелей науки и техники». 12
сентября 1931 г 456
280. Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР об
утверждении Музейной подкомиссии. 12 сентября 1931 г. . . 457
281. План изданий КИЗ по серии «Биографии деятелей науки и
техники». [12 сентября 1931 г.] 458
282. Протокол заседания КИЗ. 25 сентября 1931 г 461
283. Записка ответственного секретаря «Вестника АН СССР»
Ю. Гессена в КИЗ об издании сборников по истории горных
заводов СССР. 27 октября 1931 г 464
284. План комплектования литературой кабинета по истории
знаний. 11 ноября 1931 г 465
285. Протокол заседания секции истории техники КИЗ. 19 ноября
1931 г 466
286. Список биографий, намеченных к изданию в 1932 г. 7 декабря
1931 г 467
287. Выписка из протокола заседания Президиума АН СССР о
вступлении КИЗ в Международный комитет по истории
знаний. 11 декабря 1931 г 467
288. Протокол заседания секции истории техники КИЗ. 20 декабря
1931 г 468
289. Протокол заседания КИЗ. 21 декабря 1931 г 469
290. Отношение непременного секретаря АН СССР В. П. Волгина в Ученый
комитет ЦИК СССР о возможности вступления КИЗ в
Международный комитет по истории знаний. 26 декабря 1931 г 470
291. Протокол заседания профгруппы КИЗ. 27 декабря 1931 г. . 470
292. Из отчета В. Ф. Миткевича о командировке на II
Международный конгресс по истории науки и техники. 31 декабря 1931 г. 471
293. Отчет о деятельности КИЗ за 1931 г 472
1932
294. Записка ученого секретаря КИЗ М. А. Гуковского в
Секретариат АН СССР о работе по переименованию Комиссии. 26
января 1932 г 474
295. План КИЗ на 1932 г. [Конец января 1932 г.] 475
296. Штатное расписание КИЗ на 1932 г. [Конец января 1932 г.] 481
297. Записка Н. И. Бухарина в Президиум АН СССР о
необходимости реорганизации КИЗ в Институт. 25 февраля 1932 г. . . 481
298. Положение об Институте истории науки и техники (ИИНИТ)
АН СССР. 28 февраля 1932 г 482
299. Дополнение к отчету Н. И. Вавилова об участии во II
Международном конгрессе по истории науки и техники в Лондоне.
13 марта 1932 г 483
764

300. Из отчета А. Ф. Иоффе об участии во II Международном
конгрессе по истории науки и техники в Лондоне. 13 марта 1932 г.
484
301. О деятельности КИЗ за 1921—1932 гг. из статьи об Институте
истории науки и техники АН СССР 485
Примечания 489
Приложения
Приложение I. Доклады и сообщения, сделанные членами КИЗ на
заседаниях Комиссии, Бэровской подкомиссии и
торжественных заседаниях Академии наук СССР, посвященные историко-
научной тематике 549
Приложение II. Издательская деятельность КИЗ 559
Приложение III. Руководство КИЗ 568
Приложение IV. Список членов КИЗ 569
Приложение V. И. В. Тункина. К истории сборника «Русская
наука» 637
Список сокращений 660
Именной указатель 662

Научное издание
КОМИССИЯ ПО ИСТОРИИ ЗНАНИЙ
1921—1932 гг.
Из истории организации историко-научных исследований
в Академии наук.
Сборник документов
Утверждено к печати
Институтом истории естествознания и техники им. С. И. Вавилова РАН
( Санкт - Петербургски и фил иал)
Редактор издательства Л. Л. Иванова
Художник А. И. Слепушкин
Технический редактор Е. Г. Коленова
Корректоры О. И. Буркова, Ю. Б. Григорьева, Н. И. Журавлева
и Г. А. Мирошниченко
Компьютерная верстка Т. Н. Поповой
Лицензия ИД № 02980 от 06 октября 2000 г. Сдано в набор 4.07.02.
Подписано к печати 21.02.03. Формат 60 х 90 1/16. Бумага офсетная.
Гарнитура тайме. Печать офсетная. Усл. печ. л. 48.
Уч.-изд. л. 50.9. Тираж 400 экз. Тип. зак. №4012. С 74
Санкт-Петербургская издательская фирма «Наука» РАН
199034, Санкт-Петербург, Менделеевская лин., 1
main@nauka.nw.ru
Санкт-Петербургская типография «Наука» РАН
199034, Санкт-Петербург, 9 лин., 12
ISBN 5-02-024934-3

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКАЯ ИЗДАТЕЛЬСКАЯ ФИРМА
«НАУКА» РАН
ГОТОВИТ К ВЫПУСКУ
ЛЕТОПИСЬ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК
В 4-х т. Т. 4
1901-1934
Издание освещает научную и научно-организационную
деятельность Российской академии наук с 1901 г. до момента переезда
Академии наук из Ленинграда в Москву в 1934 г. В основу
издания положены протоколы заседаний Общего собрания, президиума
и отделений Академии наук. Для воссоздания порядка
деятельности Академии наук использовались также различные
периодические издания и современная историческая литература. Издание
вводит в научный оборот новые архивные материалы, характеризующие
взаимоотношения науки и власти в 20—30-х годах XX столетия.
Книга рассчитана на организаторов и руководителей науки, на
специалистов в различных областях естественных и точных наук,
на историков, преподавателей, а также читателей,
интересующихся историей науки.

АДРЕСА КНИГОТОРГОВЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ
ТОРГОВОЙ ФИРМЫ «АКАДЕМКНИГА»
Магазины «Книга — почтой»
121009 Москва, Шубинский пер., 6; 241-02-52
197345 Санкт-Петербург, Петрозаводская ул., 7Б; (код 812) 235-05-67
Магазины «Академкнига» с указанием отделов
«Книга — почтой»
690088 Владивосток-88, Океанский пр., 140 («Книга — почтой»);
(код 4232) 5-27-91
620151 Екатеринбург, ул. Мамина-Сибиряка, 137 («Книга — почтой»);
(код 3432)55-10-03
664033 Иркутск, ул. Лермонтова, 298 («Книга — почтой»);
(код 3952) 46-56-20
660049 Красноярск, ул. Сурикова, 45; (код 3912) 27-03-90
220012 Минск, проспект Ф. Скорины, 73; (код 10375-17) 232-00-52,
232-46-52
117312 Москва, ул. Вавилова, 55/7; 124-55-00
117192 Москва, Мичуринский пр., 12; 932-74-79
103054 Москва, Цветной бульвар, 21, строение 2; 921-55-96
103624 Москва, Б. Черкасский пер., 4; 298-33-73
630091 Новосибирск, Красный пр-т, 51; (код 3832) 21-15-60
630090 Новосибирск, Морской пр-т, 22 («Книга — почтой»);
(код 3832) 30-09-22
142292 Пущино Московской обл., МКР «В», 1 («Книга — почтой»);
(13) 3-38-60
443022 Самара, проспект Ленина, 2 («Книга — почтой»);
(код 8462) 37-10-60
191104 Санкт-Петербург, Литейный пр-т, 57; (код 812) 272-36-65
199034 Санкт-Петербург, Таможенный пер., 2; (код 812) 328-32-11
194064 Санкт-Петербург, Тихорецкий пр., 4; (код 812) 247-70-39
199034 Санкт-Петербург, Васильевский остров, 9 линия, 16;
(код 812) 323-34-62
634050 Томск, Набережная р. Ушайки, 18; (код 3822) 22-60-36
450059 Уфа-59, ул. Р. Зорге, 10 («Книга - почтой»); (код 3472) 24-47-74
450025 Уфа. ул. Коммунистическая, 49; (код 3472) 22-91-85