/
Author: Костяшов Ю.В.
Tags: всеобщая история история история россии
ISBN: 978-5-98777-028-3
Year: 2009
Text
Ю.Й. ЛОСТЯ’ИОВ
КАЛИНИНГРАДСКОМ
в ОБЛАСТИ
Ю.В. Костяшов
СЕКРЕТНАЯ ИСТОРИЯ
КАЛИНИНГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ
Очерки 1945-1956 гг.
Калининград
Терра Балтика
2009
УДК 947.8(470.26)
ББК 63.3(2Р-4К)
К72
Настоящее издание осуществлено
при поддержке Американского совета научных сообществ.
Издательство и автор выражают искреннюю благодарность за
помощь в поиске материалов для этой книги, поддержку и
многолетнее плодотворное сотрудничество директору А. Н. Фе-
доровой и всем сотрудникам Государственного архива Кали-
нинградской области.
Костяшов Ю.В.
К72 Секретная история Калининградской области. Очер-
ки 1945-1956 гг. / Юрий Костяшов. — Калининград:
Терра Балтика, 2009. — 352 с.: ил.
ISBN 978-5-98777-028-3
Очерки по истории становления Калининградской области охва-
тывают наиболее важные аспекты развития края в 1945-1956 гг.:
последствия войны, демографические процессы, создание и осо-
бенности деятельности местных органов власти, политика Центра
по отношению к новой области, экономические проблемы, отно-
шение к немецкому историко-культурному наследию, взаимоотно-
шения немцев ш русских, формирование исторического сознания
калининградцев, идеологическая работа и культурная политика.
В названии книги отражен тот факт, что ее основу составили до-
кументы секретных фондов центральных и местных архивов, от-
крытых для исследователей в последние годы.
Издание рассчитано на специалистов-историков, социологов, по-
литологов и всех тех, кто интересуется историей Калининградской
области.
УДК 947.8(470.26)
ББК 63.3(2Р-4К)
© Костяшов Ю.В., 2009
© Издательство «Терра Балтика», 2009
ISBN 978-5-98777-028-3
ПРЕДИСЛОВИЕ
Книга очерков «Секретная история Калининградской об-
ласти» посвящена первому десятилетию существования края
после завершения Второй мировой войны, когда произошел
перелом в истории бывшей немецкой провинции Восточная
Пруссия, сопровождавшийся полной сменой населения края,
изменениями складывавшихся веками способов и направлений
хозяйственной деятельности, форм общественно-политической
жизни, преобразованием рукотворного ландшафта и «преодо-
лением» доставшегося новоселам историко-культурного насле-
дия прежних жителей края.
Основу книги составили секретные документы из закрытых
до недавнего времени фондов центральных и местных архи-
вов — этот факт служит оправданием названия настоящего из-
дания. Ставшие доступные исследователям архивные материа-
лы дали возможность по-новому взглянуть на узловые проб-
лемы первых лет истории Калининградской области. Очерки
охватывают несколько крупных тематических блоков:
/ демографическое развитие области, включая процессы доб-
ровольной и принудительной миграции, своеобразные методы
проведения переселенческих акций, характеристику социаль-
ного облика первых переселенцев и естественного движения на-
селения, а также экономические и социальные проблемы, свя-
занные с освоением советскими людьми нового края и обу-
стройством переселенцев;
/ государственное строительство и общественно-политическое
развитие края, в том числе вопрос о целях и содержании по-
литики руководства страны в отношении бывшей Восточной
Пруссии; проблема передачи власти от командиров воинских
частей и комендантов создаваемым советским и партийным ор-
ганам; деятельность «Комиссии Косыгина» в 1947 г., история
появления «Сталинского плана строительства Калининград-
ской области» и его последствия, кадровая политика Кремля;
Предисловие
/ отношение властей и советских переселенцев к историко-куль-
турному наследию Восточной Пруссии, опыт совместного про-
живания русских и немцев, проведение кампании переимено-
ваний в 1946-1950 гг.; культурное развитие, идеология, про-
паганда и цензура в годы позднего сталинизма; формирование
калининградской идентичности.
Собранные в книге очерки создавались на протяжении по-
следних двадцати лет*, большая их часть была напечатана в ви-
де статей в исторических журналах и других отечественных
изданиях (см. библиографию в конце книги). Все опубликован-
ные ранее работы были заново отредактированы, исправлены и
дополнены новыми материалами, а около трети очерков напи-
саны специально для этого издания и впервые представляются
на суд читателей. Автор выражает искреннюю признательность
за содействие в научных изысканиях работникам Научной би-
блиотеки РГУ им. И. Канта, Областной универсальной научной
библиотеки, Государственного архива новейшей истории Кали-
нинградской области и Калининградского областного истори-
ко-художественного музея.
Автор убежден, что именно в первом десятилетии существо-
вания Калининградской области следует искать истоки тех эко-
номических, политических и социальных проблем, которые
давали о себе знать в последующие годы и обострились после
распада СССР и превращения края в российский эксклав на
Западе. Автор надеется, что публикация очерков будет способ-
ствовать пересмотру сложившихся в официальной советской
историографии мифов и стереотипов и поможет их преодоле-
нию в массовом сознании калининградцев.
Ю.В. Костяшов
* При написании очерков были использованы научные результаты вы-
полненных автором исследовательских проектов, поддержанных гран-
тами следующих организаций: грант Международного научного фон-
да (г. Санкт-Петербург) № 16000/538, 1994-1995 гг.; гранты-РГНФ
№97-01-00020, 1997-1998 гг. и №00-01-00050а, 2000-2001 гг.; грант
МИОН №КИ 084-1-01, 2002 г.; грант Президента РФ для поддерж-
ки творческих проектов общенационального значения №12-05/42320,
2004-2005 гг.; грант Американского совета научных сообществ, 2005-
2006 гг.
4
I. ИЗГНАНИЕ ПРУССКОГО ДУХА:
как формировалось историческое сознание
калининградцев в послевоенные годы
ВВЕДЕНИЕ
Уникальность ситуации, сложившейся на землях бывшей
Восточной Пруссии в послевоенные годы, дает богатый мате-
риал для осмысления особенностей исторической памяти и ре-
гионального сознания населения Калининградской области*,
стержневой проблемой которых, по мнению автора, является
отношение к историко-культурному наследию Восточной Прус-
сии**. Как складывалось это отношение на протяжении первого
послевоенного десятилетия? Как происходило включение до-
военного прошлого края в массовое сознание калининградцев?
* Основой регионального исторического сознания являются знания и
представления о прошлом родного края, которые складываются в про-
цессе обучения, под воздействием средств массовой информации или
стихийно. Оно обнаруживает себя в типичных суждениях на истори-
ческие темы, местных традициях, обычаях, нравах, а также в широко
распространенных мифах и предрассудках людей.
** В контексте данной работы понятие «историко-культурное наследие
Восточной Пруссии» означает совокупность, сохранившихся предметов
материальной и духовной культуры довоенного времени: здания, соо-
ружения, предприятия, коммуникации, социальная инфраструктура,
рукотворный ландшафт, памятники истории и культуры, архивные,
библиотечные и музейные собрания, предметы быта и т. д. Помимо
этого, оно включает и складывавшиеся веками способы хозяйствова-
ния, заслуживающий внимания опыт в сфере межэтнического сотруд-
ничества, механизмы связей с внешним миром, неоспоримые научные
и художественные достижения и пр.
5
I. Изгнание прусского духа
У могилы И. Канта, начало 1950-х гг. КОИХМ
Какие барьеры были установлены на этом пути и как они прео-
долевались? Автор не претендует на исчерпывающую характе-
ристику содержания регионального исторического сознания
калининградцев, а пытается выявить те условия и факторы, ко-
торые повлияли на его становление и развитие.
Между историческим сознанием жителей Калининградской
области и населением других регионов Российской Федерации
существует принципиальное различие, обусловленное сравни-
тельно кратким (чуть более шестидесяти лет) пребыванием рос-
сиян на этой земле. Начав в 1945 г. писать историю с «чистого
листа», калининградцы обрели специфическое, во многом де-
формированное историческое сознание.
Как известно, при ликвидации Восточной Пруссии в 1945 г.
две трети ее территории (Вармия и Мазуры) передавались
Польше; Кёнигсберг с прилегающими районами был включен
в состав РСФСР, а Мемельский (Клайпедский) край оказался
частью Литвы. Переселенцы-поляки, а частично и литовцы,
сумели без предубеждения воспринять новую среду обитания,
адаптироваться в ней, освоить складывающийся веками уклад
жизни и способы хозяйствования коренных жителей края,
поддержать многие исторические традиции, сохранить старые
памятники культуры. Обустройство новоселов проходило у на-
ших соседей без тотального отвержения чужого опыта. Напро-
тив, его использование позволило достаточно безболезненно
восстановить разрушенное войной, создать неплохо приспосо-
бленный для жизни людей край.
6
Логово фашистского зверя
На таком сравнительно благополучном фоне до недавнего
времени явным контрастом выглядела российская часть быв-
шей Восточной Пруссии. Какую роль в этом сыграла историче-
ская память (или ее отсутствие) о прошлом края? Как вообще
происходило формирование исторического сознания населе-
ния Калининградской области в первое послевоенное десяти-
летие?1
В данной работе на основе выявленных архивных материа-
лов2 предпринимается попытка реконструировать политику
советского государства и подконтрольных ему общественных
институтов в отношении историко-культурного наследия Вос-
точной Пруссии с 1945 до середины 1950-х гг. Особое внимание
будет уделено формированию у калининградцев исторических
стереотипов посредством целенаправленной деятельности про-
пагандистских, образовательных и культурных учреждений и
средств массовой информации.
Затрагиваемые в данной работе вопросы приобрели особую
актуальность в связи с изменением геополитического положе-
ния Калининградской области и процессов европейской ин-
теграции в бассейне Балтийского моря. Очевидно, что судьба
самой западной российской области не в последнюю очередь
будет зависеть от способности калининградцев, сохраняя тес-
ные связи с Россией и оставаясь ее неотъемлемой частью, вос-
принять и адаптировать опыт соседей по континенту. Пред-
лагаемая читателю работа, как надеется автор, может способ-
ствовать самоидентификации жителей области, исключению из
массового сознания исторических мифов, предрассудков, навя-
занных пропагандой стереотипов. Такая «чистка» обществен-
ного сознания поможет, калининградцам лучше осознать свои
истинные интересы и адаптироваться к тем переменам, кото-
рые произошли и происходят в жизни российского эксклава.
ЛОГОВО ФАШИСТСКОГО ЗВЕРЯ
Вектор восприятия Восточной Пруссии был задан еще во
время войны. Это была первая германская земля, на которую
вступили перешедшие в наступление части Красной армии. Вот
почему концентрация ненависти к врагу здесь достигла мак-
симального предела. Эти понятные чувства русских солдат
отражали и одновременно подогревали военные корреспонден-
ты фронтовых и гражданских газет. Именно в это время (конец
7
I. Изгнание прусского духа
1944 — весна 1945 Г.) усилиями военной пропаганды был соз-
дан специфический образ Восточной Пруссии и ее жителей.
Общий тон, как и положено, был задан большой статьей в
газете «Правда», рассказывающей о первом пересечении гер-
манской границы советскими войсками в октябре 1944 г. Фрон-
товой корреспондент газеты так описал свои впечатления от
знакомства с первым немецким городом — Эйдткуненом:
«Эйдткунен — двуликий город. С одной стороны, — это ти-
пичный город лавочников, банков, с прусским чиновничеством,
со скучным педантичным мещанством, символом которого яв-
ляется огромная пивная кружка. С другой стороны, — это го-
род пограничный, крайний город Пруссии — город лазутчиков,
контрабандистов, жандармов, город шпионов и воров. Здесь, в
грязных пивнушках, шушукались шпионы за час до перехода
границы. Здесь, в маленьких, полутемных ресторанах дивер-
санты договаривались о поджогах и взрывах. Здесь прусские
офицеры пограничных войск — жирные, налитые пивом —
шлялись по городу как символ власти. Здесь в черное воскре-
сенье 1941 г. были сосредоточены немецкие полки, которые
перешли границу. Первые военные эшелоны “Нах Остен” дви-
нулись отсюда. В этих же пивнушках в те дни немцы оглашали
маленькие улицы города истошными криками о “победах”...»3
Было бы наивно ожидать от выполнявшей специфические
задачи публикации какой-либо объективной информации. Важ-
но было психологически настроить читателя, в первую очередь
находящегося на линии фронта, на беспощадное отношение к
смертельному врагу, внушив к нему не просто неприязнь, не-
нависть, но и отвращение.
Вторым важным моментом военных репортажей с мест боев
в Восточной Пруссии стал мотив возмездия. Вот как он был во-
площен в другой центральной газете — «Известиях»:
«Приятно видеть мертвого пруссака на его собственной зем-
ле — за Тильзитом и Гумбинненом, невдалеке от Кёнигсбер-
га, на дороге, ведущей к Берлину. Война вернулась на землю,
ее породившую. Тесно-теперь мертвому пруссаку, тесно в не-
мецкой траншее: труп стынет на трупе. Черный снег. Пепел.
И на западе — багровый край неба, огненная линия нашего
наступления. Туда уходит война. На сердце у нас — июньское
воскресенье сорок первого года, пылающий Минск, кровь де-
тей на дорожной пыли. Немецкие бомбы над толпами бежен-
цев. Теперь мы загнали порожденную немцами войну в их же
собственное логово. Горит Инстербург, подожженный герман-
8
I. Изгнание прусского духа
была затронута история Восточной Пруссии. Краткая, но емкая
интерпретация «Правды» стала своего рода официальной уста-
новкой отношения к прошлому этой германской провинции,
часть которой должна была перейти к СССР (принципиально
этот вопрос уже был решен союзниками).
«Кёнигсберг — это история преступлений Германии. Всю
свою многовековую жизнь он жил разбоем, другая жизнь ему
была неведома. Молчаливы и мрачны здесь дворцы... В цен-
тре столицы — цитадель, остроконечный камень чудовищных
размеров, в котором просверлены, высечены, выдолблены га-
лереи, ходы, казематы. Они глубоко уходят под землю...»6
Следует со всей определенностью подчеркнуть, что при-
веденные выше образцы советской публицистики той поры соз-
давались по интернациональным законам ведения военной
пропаганды. Другое дело, что родившиеся в условиях тяжелей-
шего военного столкновения установки и стереотипы сохрани-
ли свою силу и тогда, когда война окончилась и отпала необ-
ходимость в воспитании чувства ненависти и беспощадности к
смертельному врагу. Более того, в последующие годы эти уста-
новки развивались и расцвечивались новыми красками, они по-
стоянно звучали в речах официальных лиц, на публичных лек-
циях, мелькали на страницах газет и брошюр. Ниже приводят-
ся типичные характеристики завоеванной земли и ее жителей,
взятые из текстов передач областного радио за 1947-1948 гг.
О Кёнигсберге: «...центр самого реакционного в мире юн-
керского пруссачества, центр, где вынашивались человеконе-
навистнические теории и захватнические планы, где всё, при-
сущее демократии, было изгнано, существовал фашистский
режим немецкой военщины и все блага жизни были в руках
разбогатевших на разбое капиталистов и помещиков»7.
«Семь веков стоял на Балтике этот мрачный город-крепость,
возведенный тевтонскими псами-рыцарями и воплотивший в
себе воинственную сущность пруссачества. Из десятилетия в
десятилетие, из века в век укрепляли пруссаки свое разбойни-
чье гнездо. От времен тевтонов-меченосцев до гитлеровских
штурмовиков Кёнигсберг оставался сторожевым псом Герман-
ской империи на востоке. Здесь созревала идея гигантского
нападения на Советскую [!] Европу, ковалось оружие смерти,
дрессировались убийцы и факельщики, подлые исполнители
плана “Барбаросса”»8.
«На протяжении многовековой истории Пруссия являлась
заклятым врагом всего свободолюбивого человечества. Ее сто-
10
Логово фашистского зверя
лица Кёнигсберг была фабрикой войн. Отсюда шли нити ко
всем вооруженным столкновениям в Европе. И пока на свободе
был прусский милитаристский зверь, ни одно славянское госу-
дарство не могло жить спокойно, не опасаясь вторжения»9.
Другие определения Кёнигсберга: «бастион для враждеб-
ных действий против соседей», «разбойничий оплот немецкой
военщины и реакции», «осиное гнездо фашизма», «фашистское
разбойничье гнездо», «осиное гнездо немецких псов-рыцарей»,'
«первый разбойничий немецкий притон Оттокара»10, «чер-
ный город Европы», «мрачнейшая цитадель фашистской реак-
ции»11.
О других городах края: «Бывшие приморские города Гранц*
и Раушен являлись обителью гитлеровских головорезов и не-
мецкой буржуазии». О них же в другой передаче: «Не так дав-
но здесь в роскошных виллах и отелях, утопающих в садах и
лесах, жила и развлекалась верхушка гитлеровских головорезов
и немецкие буржуа». Об Инстербурге: «прусский город казарм,
торгашей и мелких предпринимателей. Не раз отсюда, через
ворота этого города, совершались кровавые набеги на русские
земли»12. О Тильзите: «Здесь до прихода советских воинов бы-
ло немецкое кабаре. В одном из больших залов демонстриро-
вались фашистские фильмы для немецкого бюргерства, целям
мракобесия служил и театр, который вел безудержную пропа-
ганду идей немецких разбойников. Война уничтожила эту фа-
брику духовного порабощения, канули в вечность всякого ро-
да кабаре, варьете. Сгорело помещение театра»13.
О Восточной Пруссии в целом: «мощный военный плац-
дарм», «логово врага», «самое сердце прусского милитаризма»14.
Какой же вывод следовал из этих и подобных тим высказы-
ваний, звучавших всякий раз, когда речь заходила о прошлом
Восточной Пруссии и предшествующем опыте ее жителей?
Складывавшиеся веками местные традиции и созданные на их
базе материальные ценности характеризовались не просто как
малоценные, малопригодные к употреблению и воспроизвод-
ству, но подлежащие безусловному уничтожению как вопло-
тившие в себе всё самое реакционное и человеконенавистни-
ческое в мировой истории. В этом контексте даже тотальное
разрушение Восточной Пруссии в ходе боевых действий трак-
товалось как несомненное благо.
* Так в тексте оригинала. Имеется в виду Кранц.
11
I. Изгнание прусского духа
«Советские воины, — говорил исполняющий обязанности
председателя облисполкома тов. Долгушин в выступлении по
областному радио 3 июля 1947 г., — стерли с лица земли всю
омерзительную погань пруссаческого юнкерства и фашистского
изуверства»15. «Всё, что внедрялось Ганнибалами фашизма, —
говорилось в другой передаче, — рухнуло, кануло в вечность.
Сюда пришли советские люди... подлинные хозяева... чтобы
на развалинах черного прошлого строить новую жизнь своим
собственным трудом на новых социалистических началах»16.
Еще один аспект отношения к немецкому наследству тре-
бует упоминания. Местные власти не упускали случая, что-
бы лишний раз подчеркнуть масштабы разрушений в Восточ-
ной Пруссии, иногда их явно преувеличивая17. Так, председа-
тель Калининградского облисполкома В.А. Борисов, обращаясь
31 декабря 1947 г. по радио к землякам с новогодним поздрав-
лением, посчитал нужным напомнить, какое наследство доста-
лось советским людям: «В 1945 году города и поселки нашей
области представляли груды развалин. Коробки домов, хаоти-
ческие нагромождения лома и кирпича вместо цехов; взорван-
ные железнодорожные и трамвайные линии; усеянные разби-
той техникой, окопами, заграждениями поля. Страшная карти-
на опустошения представлялась взору...»18 Этот безрадостный
образ тотальной разрухи бесконечно тиражировался средства-
ми массовой информации19.
При этом одновременно решались две задачи. Во-первых,
сам собой отпадал вопрос о немецком наследии за полным от-
сутствием такового. Во-вторых, картины разрушений были под-
ходящим фоном для выбивания ресурсов из Центра, а в своих
отчетах перед Москвой областные руководители могли с гордо-
стью говорить о «большой проделанной работе», ведь получа-
лось, что им приходилось начинать буквально на пустом месте.
ПРИМЕР ПОДАЮТ ВОЕННЫЕ
Отношение к историко-культурному наследию Восточной
Пруссии не в последнюю очередь было сформировано под
влиянием установок, которые были заложены в первые полто-
ра года после вхождения края в состав СССР. Всё это время
военные оставались здесь единственной властью. Какой же
пример был подан военными властями по отношению к достав-
шемуся немецкому наследству?
12
Пример подают военные
Всё началось с зачастую бездумной деятельности трофейных
команд по сбору и вывозу за пределы области материалов, обо-
рудования и других ценностей. В «Советский Союз» отправля-
лось не только демонтированное сложное промышленное обо-
рудование, но и простейшие орудия труда — топоры, пилы,
лопаты, кафельная плитка, кирпич, брусчатка с городских мо-
стовых20.
Позднее секретарь обкома П.А. Иванов в письме Сталину
28 мая 1947 г. сообщал, что долгое время после окончания
военных действий в крае не обеспечивалась сохранность иму-
щества, а центральные министерства и ведомства смотрели на
Восточную Пруссию как на оккупированную территорию, «де-
монтировали оборудование, вывозили ценные материалы»21.
В том же году другой секретарь обкома, А.А. Хохлов, в письме
заместителю председателя Совета министров СССР А.Н. Ко-
сыгину жаловался: «В Калининградской области имеется боль-
шое количество недействующих промышленных предприятий,
оборудование которых было демонтировано и вывезено из об-
ласти в 1945 году». Далее следовал список таких объектов22.
С>конца мая 1946 г. в Калининградской области началась
передача власти от командиров воинских подразделений и
военных комендатур в руки гражданского советско-партийно-
го аппарата, которая также сопровождалась серьезными кон-
фликтами23.
Работников гражданских органов власти возмущало нехо-
зяйское отношение некоторых военнослужащих и их коман-
диров к доставшемуся в наследство имуществу. Инспектора
переселенческого отдела постоянно жаловались, что предна-
значенные для советских новоселов поселки приведены рас-
квартированными в них воинскими частями в непригодное
для проживания состояние. Так, инспектор Калининградского
района Н.А. Чепурнов сообщал своему начальнику И.И. Те-
рехову 22 августа 1946 г., что в одиннадцати из восемнадцати
обследованных им населенных пунктах района во всех неза-
нятых домах «нет оконных рам, дверей, частично полов, по-
толков, оконных и дверных переплетов, коробок и крыш», при
этом «разрушения помещений продолжаются как со стороны
живущих [немцев], так и воинскими частями». Далее он привел
несколько конкретных фактов:
«В населенном пункте Вайсенштайн подъехала автомаши-
на с командой во главе с офицером, погрузили 7 филенчатых
дверей, хотели с ними уезжать в лагеря, которые недалеко
13
I. Изгнание прусского духа
находятся от данного населенного пункта, я заставил разгру-
зить обратно, в помещение. Моя попытка узнать, какой части
и кто их послал, они не сказали... В населенном пункте Фукс-
берг автомашина въехала во двор хорошего дома с командой
4 человек, сорвали 21 рейку с крыши дома. Я заставил прекра-
тить разрушения... В данном населенном пункте стоит воин-
ская часть, которая заняла под лошадей школу, все классы были
заполнены лошадьми... 19 августа 46 г. в населенный пункт
Шенвальде приехала на тракторе с прицепом громадного [так
в документе. — прим, публикатора] полка команда 10 чело-
век, нагрузила полок. На мое замечание “Что вы делаете?”, они
ответили — “А тебе что надо?”. Происходит варварское раз-
рушение жилого фонда, требуется серьезно обратить внима-
ние и принять меры охраны помещений»24.
Жалобы на действия военных поступали в обком и облис-
полком. Вот еще один пример из секретного письма управ-
ляющего областной конторой пчеловодства: «Сад варварски
уничтожается военнослужащими из воинских частей, располо-
женных вблизи такового...* Бойцы этих частей не только уни-
чтожают урожай сада, но ломают деревья и ягодники и терро-
ризируют охрану сада. Не редки случаи, когда в сад приходят
вооруженные команды, окружают более урожайные яблони и
не допускают охраны сада, срывают не только плоды, но ло-
мают ветки и уносят их вместе с фруктами»25.
На областном партийном активе 6 июля 1947 г. эти споры
и конфликты между военными и гражданскими назвали «ан-
типартийной возней» и даже, вызвав смех в зале, «татаро-ар-
мянской резней»26.
В ОСАЖДЕННОЙ КРЕПОСТИ
Среди факторов, оказывавших заметное влияние на форми-
рование общественного сознания жителей Калининградской
области, безусловно, важную роль играл особый статус этой
территории. Вопрос о статусе возник в связи с переходом уп-
равления краем из рук военных к гражданским органам вла-
сти. В соответствии с постановлением Совета министров СССР
№1435-631сс от 29 июня 1946 г. «О запретной пограничной
зоне и береговой пограничной полосе» начальник областно-
* Названия и номера частей опускаются.
14
В осажденной крепости
Занятия по граждан-
ской обороне в Гор-
продторге. Калинин-
град, 1960-е гг. ГАКО
го гражданского управления В.А. Борисов 5 сентября 1946 г.
издал совершенно секретный приказ №131сс «О запретной
пограничной зоне на территории Калининградской области».
Первый пункт приказа гласил: «В целях улучшения охраны
границы в запретную пограничную зону включить всю Кали-
нинградскую область»27.
Такое беспрецедентное решение означало серьезные огра-
ничения передвижения и других гражданских нрав жителей
области и приезжих. В частности, приказ устанавливал, что в
течение месяца в области должна пройти сплошная паспорти-
зация, что означало распространение паспортной системы на
сельское население (этот пункт имел и другое значение — он
давал крестьянам возможность уходить из колхозов). Въезд и
проживание в области могли осуществляться только по про-
пускам, выдаваемым органами внутренних дел по месту жи-
тельства. Постоянным жителям разрешалось передвигаться
по территории области по паспортам с местной пропиской и
«при наличии особого штампа на паспортах’, накладываемого
* В ходе перерегистрации жителей области, произведенной органа-
ми МВД с 15 января по 5 февраля 1947 г., в паспортах ставилась отмет-
ка: «житель запретной зоны» (ГАКО. Ф. 293. Оп. 9. Д. 1. Л. 16).
15
I. Изгнание прусского духа
Карикатура «Распустил язык...»
на тему бдительности советских
граждан, из брошюры
«Жить — Родине служить»
(Калининград, 1956)
местными органами милиции». Учреждениям и организациям
запрещалось принимать на работу лиц без соответствующих
документов с разрешением на право проживания. Продажа
билетов на поезда и другие виды транспорта дальнего следо-
вания производилась только по предъявлении пропуска или
паспорта с пропиской.
Приказ содержал всего 25 пунктов, регулирующих режим
особой зоны, среди которых были и весьма экзотические. На-
пример, на территории области запрещались любые «фотогра-
фические и кинематографические съемки местности», а также
«содержание, разведение и ввоз почтовых и иных голубей» без
специального разрешения пограничных войск Министерства
внутренних дел СССР. Нарушители подлежали привлечению
к уголовной ответственности.
Местные власти не только приветствовали эти режимные ме-
ры, но и всячески стремились их ужесточить. Первый секре-
тарь обкома ВКП(б) В.В. Щербаков в секретном письме в ЦК
партии 15 августа 1947 г. с информацией о политических на-
строениях населения, конечно, со ссылкой на мнение трудя-
щихся, призывал Центр «Калининградскую область сделать
крепостью Советского Союза на Западе»28. В октябре 1947 г.
в письме министру государственной безопасности СССР гене-
рал-полковнику Абакумову Щербаков жаловался, что «в преде-
лы области ежедневно прибывает значительное число лиц, не
имеющих права на проживание в пограничной зоне»29. Он тре-
бовал наведения порядка с проверкой документов на транс-
76
В осажденной крепости
км yc/uuuy..
*С« м
Карикатура «Как увижу... Как услышу... Всё во мне заговорит»
на тему борьбы со шпионами и лазутчиками, из брошюры
«Жить — Родине служить» (Калининград, 1956)
порте и просил организовать дополнительно контрольно-про-
пускные пункты на пограничных [!] станциях Эйдткунен и
Советск*.
Одной из самых злободневных проблем для партийных и
общественных организаций с момента их возникновения ста-
ла борьба с врагами и шпионами. Летом 1946 г. по первичным
партийным организациям прокатилась волна собраний по вос-
питанию революционной бдительности коммунистов и беспар-
тийных. За неимением других, более убедительных, примеров
диверсионной и шпионской деятельности поводом к обсужде-
нию стала потеря отдельными членами В КП (б) своих партий-
ных билетов.
Так, на собрании коммунистов Судоремонтного завода' 20 ию-
ля один из выступающих заявил: «Враги пытаются распростра-
нять шпионов на наших заводах, фабриках и учреждениях; враг
пытается выкрасть партийные документы, выкрасть всё, что бы
могло благоприятствовать его вредительской шпионской дея-
тельности». Выступившая следом в прениях тов. А.М. Котляро-
ва, согласно протоколу, говорила «о либеральном отношении
русского населения к немецкому населению, о ненужной жало-
сти русских к немцам»30.
* Заметим, что, несмотря на все эти меры, режим въезда продолжал
нарушаться и в последующие годы. Согласно справке органов внутрен-
них дел от 16 июля 1951 г., в области было выявлено без паспортов и
без прописки в 1949 г. — 2788 человек, в 1950 г. — 4221 человека; за
нарушение паспортного режима привлечено к административной от-’
ветственности 8047 человек (См.: ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 9. Д. 58. Л. 50).
17
I. Изгнание прусского духа
На состоявшемся в эти же июльские дни собрании партий-
цев областного дорожного отдела раздавались требования уста-
новить за немцами жесткий повседневный контроль и осужда-
лись люди, которые «сжились с немцами»31.
На собрании в морском торговом порту 21 августа участни-
ки требовали за утерю членского билета исключить из партии
тов. Пелагею Мосьпан. «Мы живем на вражеской территории,
и партбилет не попал к хорошим людям», — говорил один ора-
тор. «Вокруг нас живут враги и за нашими партдокументами
охотятся», — вторил ему другой32. В речном порту билетов не
теряли, и партийная ячейка просто заслушала и обсудила до-
клад «О работе иностранной разведки и нашей революционной
бдительности»33.
В докладной записке уполномоченного ВЦСПС по Кали-
нинградской области В.Г. Прохорова от 30 июля своему мос-
ковскому начальству в качестве главной местной специфики
было выделено то обстоятельство, что здесь советским людям
приходится жить и работать «совместно и в ежедневном обще-
нии с враждебным населением — немцами». К слову сказать,
еще одним неблагоприятным фактором Прохоров считал «на-
личие около 10 тыс. репатриированных, не прошедших про-
верки»34.
На состоявшемся 5 декабря 1946 г. в Калининграде собра-
нии городского партийно-хозяйственного актива заместитель
начальника городского гражданского управления по политиче-
ской части (будущий ранг первого секретаря горкома) К.В. Бул-
гаков в своем докладе призывал разъяснять всем гражданам,
что в Калининградской области «мы живем и работаем еще в
значительном окружении населения из стана нашего врага,
что мы живем и работаем в окружении многочисленной аген-
туры иностранной разведки, интересующейся Калининградом,
как никаким другим городом Советского Союза», вот почему
надо «всегда быть истинно русскими людьми, у которых бди-
тельность — одно из острейших чувств». Выступивший затем
в прениях начальник городской милиции прямо заявил, что
проживающие в городе немцы — «наши открытые враги», а
также призвал крепить революционную бдительность35.
Все эти настроения, несомненно, культивировались и на-
саждались высшими областными властями. Секретарь обкома
ВКП(б) Иванов в письме Сталину 28 мая 1947 г. характери-
зовал оставшихся в крае местных жителей как людей «гото-
вых на всё». «Шпионаж, диверсии, саботаж, вредительство, рас-
15
В осажденной крепости
пространение антисоветских прокламаций, использование при
этом религиозных предрассудков, — продолжал Иванов, —
вот основные формы вражеской работы немцев на территории
Калининграда и области»36.
Даже тогда, когда немцы уже были выселены, города и по-
селки области продолжали украшать лозунги с напоминания-
ми о бдительности, сохранившиеся со времен войны*. Однако
пора’было и менять акценты. Вот почему с 1949 г. на первый
план выходит борьба с англо-американским империализмом
и его агентурой. Смена ориентации наглядно видна по прото-
колам собраний, пленумов и конференций Общества по рас-
пространению политических и научных знаний, на которых
всё чаще стали звучать призывы об активизации этого направ-
ления пропагандистской работы:
«...мы мало разоблачаем агрессивность политики англо-аме-
риканских империалистов»37.
«Тематику лекций надо насытить темами о революционной
бдительности, ибо мы живем в пограничной полосе, где аме-
риканская и английская разведки стремятся сейчас как мож-
но больше заслать шпионов в нашу страну»38.
«...у нас могут найтись отдельные демагоги и враждебные
элементы, которые попытаются внести неверие и раскол в на-
ши ряды. Надо учитывать то, что мы живем в пограничной об-
ласти, куда относительно легче могут проникнуть отголоски
буржуазной пропаганды с Запада»39.
Обком партии принял 11 декабря 1950 г. специальное по-
становление о подготовке к празднованию Дня пограничника,
в соответствии с которым отныне этот сугубо ведомственный
праздник становился одним из главных для всех жителей об-
ласти. Вслед за обкомом аналогичные постановления были при-
няты и райкомами партии. В рассчитанном на два месяца пла-
не мероприятий, направленных на «повышение революцион-
ной бдительности», предусматривалось, в частности, проведе-
ние лекций, докладов и бесед по следующим темам: «Кто и за
что награждается медалью “За отличие в охране границы”»,
«Охрана границы — священный долг каждого гражданина
* Среди самых актуальных призывов имелись и надписи, подобные
этой: «Боец, будь бдителен, ты находишься на земле врага!» О ней
упоминается в справке обкома о состоянии идеологической работы в
Калининградском сельском районе от 15 ноября 1948 г. (См.: ГАНИКО.
Ф. 1. Оп. 2. Д. 98. Л. 102).
19
I. Изгнание прусского духа
СССР», «Высокая бдительность — неотъемлемое качество со-
ветского человека»40.
Какие же чувства и настроения порождали у калининград-
цев описанные выше условия жизни? Все эти запреты, провер- .
ки, пропуска вкупе с непрекращающейся ни на день борьбой
с врагами (сначала — с немцами, затем со шпионами, дивер-
сайтами, лазутчиками империалистических государств) проду--
цировали тип психологии людей, находящихся в осаждмной
крепости или на временно оккупированной территорииуяро-
тивника. Такое самоощущение калининградцев неизбежно от-
ражалось на их социальном поведении, порождало чувство неу-
веренности в завтрашнем дне, служило препятствием в адап-
тации переселенцев на новом месте жительства.
ЕСЛИ ЗАВТРА ВОЙНА...
Обостренное чувство неуверенности стимулировалось и на-
биравшей силу с 1946 г. конфронтацией СССР с Западом. На- '
чавшаяся «холодная война» означала нарастание внутри стра-
ны военного психоза. В Калининградской области эта тенден-
ция не могла не приобрести гипертрофированные формы.
Местные органы НКВД/МГБ, а также партийные комитеты
тщательно отслеживали «настроения трудящихся», готовили
секретные обзоры и доклады, которые затем отправлялись для
информации в Москву. Конечно, согласно этим докладам на-
строение у трудящихся всегда было «в основном здоровое», че-
му приводились многочисленные примеры. Что же касается
негативных моментов (каковые также были обязательным эле-
ментом всех подобных документов!), то вплоть до смерти Стали-
на на первом месте были неистребимые слухи о скорой войне.
Слухи о войне появились еще во время первой вербовочной
кампании осенью 1946 г., с которой началось массовое заселе-
ние Калининградской области. Об этом писали в МВД СССР
начальники управлений внутренних дел из тех областей и ре-
спублик страны, где проводилась вербовка переселенцев. В се-
кретных донесениях отмечалось, что осуществлению Пересе--^
ленческой акции в значительной мере мешают опасения людей
из-за неопределенности статуса области, а в некоторых райо-
нах завербованные отказываются от переезда, «ссылаясь на
сложную международную обстановку» и из-за опасений скоро-
го начала новой войны41.
20
Если завтра война
Занятия по гражданской
обороне в Горпродторге.
Калининград, 1960-е гг.
ГАКО
После переезда на новое место жительства разговоры о вой-
не не утихли, о чем свидетельствуют донесения о настроениях
в только что созданных переселенческих колхозах за ноябрь —
декабрь 1946 г. Так, в Славском районе «у части колхозников
сложилось мнение о неизбежности в скором времени войны,
что им в результате этого скоро придется бежать отсюда и они
чувствуют себя здесь временными гостями». Автор этого сооб-
щения, инспектор Ушаков, корень зла видел в «отсутствии аги-
тационной работы с колхозниками». Он предложил прислать
в район квалифицированных докладчиков, которые смогли бы
«разбить слухи о близкой новой войне». В Ладушкинском райо-
не, согласно докладной записке тов. Лыкова, колхозник Мяс-
ников заявил: «Нам неясно наше будущее. Хочем знать, как
будем жить, что делать, чем нам поможет государство?» Другой
колхозник из этого же района, Михайлов, открыто возмущал-
ся: «С нами не проводят никаких бесед, ничего не разъясняют,
районное начальство у нас не появляется»42.
Вот еще несколько сообщений о «военных слухах» за 1947 г.
В Гвардейском районе 10-11 июня распространился следую-
щий слух: «Турция [!] совместно с Англией и Америкой объя-
вила войну СССР. Сейчас у нас проходит мобилизация, а на
днях бомбили Минск». В связи с этим, отмечалось далее, часть
переселенцев собирается вернуться к себе на родину, в Бело-
руссию13.
После посещения области правительственной комиссией во
главе с А.Н. Косыгиным среди калининградцев появились сле-
дующие высказывания: «Косыгин сам убедился, что Калинин-
27
I. Изгнание прусского духа
граду помогать нужно, но видно боится это сделать, так со вре-
менем Калининград снова отойдет немцам».
Домохозяйка Самчинина заявила: «В городе Калининграде
становится страшно жить, в газетах только и пишут о войне, и
в случае, если она будет, то отсюда едва ли успеем унести но-
ги, а поэтому нет желания основательно устраивать здесь свою
жизнь и как-то невольно всё время поглядываешь на Восток».
В сельхозартели Гвардейского района гражданка Доманская
утверждала: «25 июня будет производиться эвакуация всех кол-
хозов в связи с тем, что начнется война»44.
В августе того же года слухи стали еще более конкретными:
«Идет война, а мы в колхозе сидим и ничего не знаем». «Скоро
будет война... и уже сбито 15 наших самолетов»45.
Чекисты и партийные работники утверждали, что слухи о
предстоящей войне распространяют немцы и связанные с ни-
ми литовские националисты с целью посеять «настроение не-
постоянства»46. Областной суд даже осудил по 58-й статье не-
скольких германских подданных за подобную «контррево-
люционную агитацию»47. Однако слухи не прекратились и по-
сле депортации всех немцев48. Ответственность за них несло,
конечно же, советское государство, которое не на словах, а на
деле готовилось к будущей войне, провоцируя тем самым появ-
ление вполне естественных страхов у своего народа*. Разу-
меется, на землях, только что вошедших в состав СССР как раз
в результате войны, такие страхи обретали особенно благо-
приятную почву.
ДРЕВНЯЯ СЛАВЯНСКАЯ ЗЕМЛЯ
Тезис о Восточной Пруссии как исконно славянской земле
впервые был сформулирован И. Сталиным на Тегеранской кон-
ференции руководителей трех союзных держав в 1943 г. Ска-
занная Сталиным вскользь фраза стала не просто официальной
точкой зрения, тысячекратно повторяемой в пропагандистской
работе49, но и руководящим указанием для специалистов и уче-
* На закрытых партийных собраниях принимались обязательства «раз-
вернуть учебу по противохимической обороне», «провести воскре-
сники и на заработанные средства купить стрелковое оружие», «орга-
низовать кружки автомотодела» и т. д. (ГАНИКО. Ф. 412. On. 1. Д. 2.
С. 27-27 об.).
22
Древняя славянская земля
ных, которые должны были развивать и научно обосновывать
тезис вождя. Не случайно уже в июле 1945 г. в Восточную Прус-
сию была командирована группа архивистов из Главного ар-
хивного управления (находившегося в то время в подчинении
НКВД) для обследования уцелевших архивных собраний с це-
лью выявления, в частности, «ценных документов по истории
СССР»50.
Еще большее значение придавалось изысканиям археоло-
гов, которые должны были представить неопровержимые до-
казательства принадлежности этой земли .славянам. Уже в ию-
ле 1946 г. в Калининградскую область была командирована
старший научный сотрудник Института истории материальной
культуры АН СССР Ф.Д. Гуревич. Одной из целей ее поезд-
ки было знакомство с археологическими памятниками обла-
сти. С лета 1949 г. под ее руководством начали осуществляться
систематические археологические исследования51. Характерно,
что эти работы производились в рамках программы Славян-
ской экспедиции Академии наук СССР.
Надо отдать должное научной добросовестности начальни-
ка Калининградского археологического отряда. В своих отче-
тах она избегала каких бы то ни было упоминаний об этниче-
ском составе населения доорденского периода. В справке об
итогах работы экспедиции за 1950 г. по интересующему нас во-
просу делался следующий деликатный вывод:
«Находки показывают, что на территории Калининградской
области была создана своеобразная и достаточно высокая куль-
тура в HI-V веках нашей эры, развитие которой находилось
в тесном общении со славянским миром. В итоге раскопок мы
располагаем материалом, свидетельствующим, что национали-
стическая немецкая наука в течение длительного периода от-
рицала за древними обитателями этого края право на самостоя-
тельное развитие культуры»52.
Совсем по-другому результаты работы экспедиции трактова-
лись в средствах массовой информации. Здесь наличествовала
полная определенность, которую продемонстрировала, напри-
мер, газета «Калининградская правда»:
«В эти дни научных работников музея можно видеть на рас-
копках древнего городища близ Светлогорска. Совместно с
научными работниками Института истории Академии наук
СССР они кропотливо изучают остатки поселения людей, на-
селявших наш край около полутора тысяч лет назад. Обна-
руженные при раскопках предметы представляют огромную
23
I. Изгнание прусского духа
научную ценность. Многие из этих древностей уличают не-
мецких ученых в фальсификации истории, наголову разбивают
их лженаучные утверждения о том, что якобы древним на-
селением территории Восточной Пруссии были не славяне, а
готы»53. >
В текущей пропаганде тезис о «славянской земле» иногда
заменялся на еще более простое (хотя и абсурдное, с научной
точки зрения) утверждение о «советских корнях» в Юго-Вос-
точной Прибалтике. «В седую старину, — говорилось, напри-
мер, в передаче цикла “В помощь агитатору” областного радио
28 ноября 1947 г., — на этих землях жили предки советского
народа»54.
Идея об исконной принадлежности к славянскому миру тер-
ритории Восточной Пруссии, «веками находившейся под игом
прусских милитаристов»55, должна была, во-первых, объяснить
советским гражданам факт присоединения части бывшей гер-
манской провинции к СССР. А во-вторых, внушить новоселам
мысль о необходимости устраиваться на этой земле всерьез и
надолго, даже навсегда. Надо было во что бы то ни стало раз-
рушить преобладавшие среди переселенцев ощущения того,
что они приехали на чужбину, «в Германию», и порождаемое
ими чувство временности и неопределенности своей жизни на
новом месте.
Рассматриваемый здесь тезис благополучно просуществовал
вплоть до середины 1950-х гг. и даже вошел в советские энци-
клопедические издания*. Правда, со временем он был несколь-
ко модифицирован: древнее население на территории Восточ-
ной Пруссии стало обозначаться как славянско-литовское.
Первый раз сталинская аксиома была, подвергнута сомне-
нию уже после смерти ее прародителя — 5 апреля 1954 г. на
заседании краеведческой секции Областного лекторского бю-
ро обсуждалась лекция В.С. Федорова «Историческое прошлое
Калининградской области». В рецензии на текст лекции чле-
на бюро Цыганкова содержалась открытая критика теории о
«славянских корнях» Восточной Пруссии. О том же говорил
И.П. Колганов: «На территории Калининградской области жи-
* В статье «Калининградская область» Большой советской энцикло-
педии говорилось, что она была образована «на древних исконных
землях прибалтийских славян после разгрома фашистской Германии
и уничтожения ее векового очага агрессии — б[ывшей] Вост[очной]
Пруссий» (Большая советская энциклопедия. М., 1953. Т. 19. С. 426).
24
'Краткий курс» истории Восточной Пруссии
ли не славяне, а пруссы». Он ратовал также за необходимость
изучения истории области «на более широком фоне», т. е. с уче-
том ее довоенного прошлого. В свое оправдание лектор Федо-
ров привел несокрушимый, как ему казалось, довод: «О том,
что здесь жили славяне, мною взято из Б.С.Э.». И все-таки по-
беда на сей раз оказалась на стороне ревизионистов. В реше-
нии секции по итогам обсуждения записали: «Древнее населе-
ние Калининградской области охарактеризовано в лекции как
славянское. Нужно исправить — здесь жили пруссы, племена
литовской народности»56.
Впрочем, не всем нравилась такая увлеченность «прусским
вопросом». При обсуждении лекции «История завоевания Юго-
Восточной Прибалтики Тевтонским орденом», подготовлен-
ной упомянутым ранее И.П. Колгановым, рецензент, кандидат
исторических наук П. Снесаревский упрекнул коллегу в слиш-
ком рьяном опровержении немецкой версии о дикости прус-
сов. Ибо тогда «в его трактовке пруссы оказываются чуть ли не
более развитыми, чем славяне»57.
Как видим, история края до XIII в. начала изучаться и даже
отчасти пропагандироваться с самых первых лет существова-
ния Калининградской области. Именно этой части прошлого
суждено было раньше всего освободиться от грубых и предна-
меренных фальсификаций.
«КРАТКИЙ КУРС» ИСТОРИИ
ВОСТОЧНОЙ ПРУССИИ
Гораздо сложнее обстояло дело с собственно немецкой ис-
торией региона XIII-XX вв. Делать вид, что таковая вооб-
ще отсутствовала, было весьма затруднительно, хотя бы в ви-
ду частично сохранившейся культурной среды. Да и в обком
ВКП(б) поступали сигналы о том, что «особенно большой инте-
рес пррявляется у переселенцев к положению в бывшей Вос-
точной Пруссии»58. Чтобы восполнить этот пробел и удовлет-
ворить интерес своих любознательных сограждан, был разра-
ботан своего рода «краткий курс» истории Восточной Пруссии,
который с небольшими вариациями десятилетиями тиражи-
ровался в публицистике, лекционной пропаганде, прессе и дру-
гих средствах массовой информации. Попробуем воспроизве-
сти его здесь целиком, прибегая к цитатам из текстов передач
25
I. Изгнание прусского духа
областного радио, прозвучавших в эфире с сентября 1947 по
апрель 1948 г.* Рассказ об истории края начинался, как прави-
ло, с эдакого эпического зачина:
«Очень давно, тысячи лет назад, когда на этих полях росли
дикие леса, сюда пришли первые люди — наши предки — сла-
вяне. Много труда они положили на то, чтобы отвоевать у при-
роды клочки земли, пригодные для земледелия. Прошло не-
сколько веков, и природа была покорена. Появились возделан-
ные поля, на месте топей — зазеленели луга».
Затем шли картины благоденствия наших предков: «цвету-
щий край», «тучные пастбища», «плывущие по рекам караваны
судов», «трудолюбивый народ» и т. п. Конечно же, «этим и вос-
пользовалась немецкая “крестоносная сволочь”, как называл
Карл Маркс немецких псов-рыцарей». И вот происходит мгно-
венная (точное время, впрочем, никогда не указывалось) смена
декораций:
«С запада пришла беда. Нагрянули подлые захватчики, не-
мецкие псы-рыцари». Они «превращали страну в пустыню»,
«грабили имущество», «истребляли или обращали в рабство на-
селение». «Первый удар разбойничьих немецких полчищ при-
няли на себя пруссы, проживавшие на месте Калининградской
области, между Вислой и Неманом. Почти 10 лет** сопротивля-
лись они наглым захватчикам. С неслыханной жестокостью,
огнем и мечом, крестоносцы сломили упорство славян и удер-
жали за собой часть захваченных земель».
Далее обычно следовали сведения об основании крепости
Кёнигсберг, которая вопреки всякой логике рассматривалась
не как оборонительное сооружение, а как инструмент агрессии
и экспансии: «Псы-рыцари с расчетом выбирали место для свое-
го разбойничьего гнезда. Сообщение с морем по каналу давало
возможность получать нужные для войн и набегов людские ре-
зервы и оружие, позволяло также отправлять в немецкие госу-
дарства награбленное».
* В соответствии с циркуляром обллита не допускались выступления у
микрофона без предварительно одобренного цензурой текста. В фонде
радиокомитета сохранилось 236 увесистых томов текстов радиопере-
дач за 1947-1956 гг. (Подробнее о работе цензоров обллита см. очерк:
Красный карандаш цензуры: обллит в 1947-1956 гг. С. 285-293 настоя-
щего издания).
** В других случаях назывались иные сроки сопротивления, макси-
мальный из которых составлял четыреста лет.
26
•Краткий курс» истории Восточной Пруссии
Здесь же упоминалось об объединении тевтонов с орденом
меченосцев и повествовалось об их первом крестовом походе
на Русь и блестящей победе Александра Невского на Чудском
озере в 1242 г. Кроме того, отмечалось, что и дальше «немецкие
захватчики не унимались: в течение 700 лет они не расстава-
лись с сумасбродной мыслью о захвате русских земель». Вслед
за Ледовым побоищем говорилось о победе над орденом под
Грюнвальдом в 1410 г., которая призвана была символизиро-
вать боевое содружество славянских и балтийских народов в
борьбе с общим врагом.
Следующий исторический эпизод, удостоенный упомина-
ния в «кратком курсе», был связан с Альбрехтом Бранденбург-
ским, чья деятельность получила весьма неприглядную оценку:
«С помощью церкви Альбрехт сумел превратить захваченные
земли в государство, а разбойников-тевтонов сделать крупными
помещиками». Далее сразу следовал краткий рассказ о Семи-
летней войне, прусском походе Апраксина, битве при Гросс-
Егерсдорфе (часто писали неправильно, например, так: Грос-
Дерггердорф). События 1757-1763 гг. нередко навевали ассо-
циации с только что закончившейся войной:
«Советские солдаты шли по пятам врага и той самой земле,
по которой около 200 лет назад, в Семилетнюю войну, побе-
доносно шли на столицу Восточной Пруссии — Кёнигсберг —
русские полки, и словно это было недавно! За двести лет здесь
не мог простыть след русских войск. Советским солдатам ка-
залось, что впереди во тьме ночи дымят костры русских бивуа-
ков. Потомки шествовали по стопам предков».
Непременно подчеркивалось, что Пруссия и Кёнигсберг «на-
ходились в руках русских почти пять лет», а комендантом горо-
да был отец прославленного полководца Суворова. Здесь же,
между прочим, сообщалось, что «поляки и пруссы, законные
хозяева этой территории, были уже истреблены или вытесне-
ны с прусских земёль». С сожалением указывалось, что намере-
нию императрицы Елизаветы навсегда покончить с Восточной
Пруссией, которая должна была по договору с Польшей перей-
ти к Речи Посполитой, помешала смерть российской самодер-
жицы. Сменивший ее на престоле Петр III, «ярый поклонник
всего немецкого», вернул всё Фридриху II.
В «кратком курсе» оказался освещенным и период наполео-
новских войн. Отмечалось, в частности, повторное вступле-
ние в 1813 г. в Кёнигсберг русских войск, которые «прояви-
ли благородство, освобождая пруссаков от иноземного гнета».
27
I. Изгнание прусского духа
Брошюра со стенограммой публич-
ной лекции советского историка
А.С. Ерусалимского «Ликвидация
прусского государства» — первая
официальная интерпретация раз-
дела Восточной Пруссии между
СССР и Польшей, 1947 г.
Последние, однако, реагировали на пролившееся на них бла-
годеяние странно: «Но ни чести, ни совести не знали чванли-
вые, льстивые и трусливые потомки псов-рыцарей. Кланяясь
при встрече, они всегда были готовы убить русского при удоб-
ном случае».
Дальше по логике вещей должна была идти Первая миро-
вая война и Восточно-Прусская операция 1914 г., но этот сю-
жет загадочным образом почти никогда не затрагивался —
по-видимому, в нем не находился предмет для национальной
гордости. Всё повествование завершалось картиной штурма Кё-
нигсберга в 1945 г. и возвращения этой земли ее «законным
хозяевам»59.
Разумеется, со страниц газет и из передач радио тщательно
убирались любые сведения или высказывания, в положитель-
ном ключе характеризующие немецкое прошлое края. Так,
из зачитанного по областному радио письма к жителям Кали-
нинграда от народного артиста СССР Владимира Гардина был
вычеркнут следующий фрагмент: «40 лет назад я, молодой тог-
да артист, побывал в вашем городе. В то время Кёнигсберг
был крупным промышленным и торговым центром. Его ярмар-
ки собирали посетителей и покупателей со всего мира»60.
28
История Восточной Пруссии глазами профессионалов
Нетрудно заметить, что для «краткого курса» из всей исто-
рии Юго-Восточной Прибалтики и Восточной Пруссии были
выбраны те моменты, которые, во-первых, негативно харак-
теризовали сам факт и результаты немецкого присутствия на
этой земле и тем самым служили обоснованием ликвидации
бывшей германской провинции. Во-вторых, делался акцент
на тех исторических событиях, которые свидетельствовали о
связях данной территории с Россией, вековой борьбе славян с
немецкой агрессией и победах русского оружия.
Однако и перечисленный набор исторических фактов и штам-
пов, долженствующий показать неприглядное прошлое немец-
кой провинции, очень скоро стал казаться излишним. Редакто-
ры и цензоры уловили эти настроения и начали вычеркивать
всякие упоминания о Восточной Пруссии и ее бывших хозяе-
вах, если они не были прямо связаны с темой прошедшей вой-
ны. Не следовало писать о принадлежности края в прошлом к
Германии; нежелательны были даже фразы вроде: «на отвое-
ванной у немцев земле». Если речь заходила о фабриках и заво-
дах, нельзя было сообщать об использовании на них немецкого
оборудования; выражение «восстановление завода» заменялось
на «строительство завода» и т. д.61
ИСТОРИЯ ВОСТОЧНОЙ ПРУССИИ
ГЛАЗАМИ ПРОФЕССИОНАЛОВ
До сих пор речь шла о пропаганде. А как относилось к за-
тронутым проблемам профессиональное сообщество калинин-
градских историков — преподаватели вузов, учителя школ, му-
зейные работники?
Изучение архивного фонда Калининградского педагогиче-
ского института за первые десять лет его существования обна-
ружило, что вплоть до 1956 г. не только довоенная, но и вообще
местная история совершенно отсутствовала в перечне препо-
даваемых учебных дисциплин, занятиях факультативов и науч-
ных кружков, тематике курсовых работ студентов-историков,
исследовательской работе преподавателей кафедр обществен-
ных наук. За весь этот период на многих сотнях страниц пла-
нов, отчетов, приказов и протоколов разных подразделений
педагогического института удалось отыскать только два случая,1
связанные с краеведческими проблемами.
29
I. Изгнание прусского духа
Первое в этом ряду событие оказалось по-своему знамена-
тельным. На заседании Ученого совета института 7 декабря
1949 г. при обсуждении плана научно-исследовательской рабо-
ты преподаватель исторического факультета А.В. Мельникова*
выступила с неожиданным демаршем, который был отмечен в
протоколе следующим абзацем:
«Разработка новых спецкурсов. Учтено, чтоб работа инсти-
тута [шла] в ногу с жизнью страны. Предлагает разработать
спецкурсы с включением в план изучения истор[ии] Кёнигс-
берга»62.
При чтении протокола почти явственно ощущаешь, как по-
сле такой очевидной крамолы в зале заседаний воцарилась ти-
шина. Никто, впрочем, не оказался готовым возразить по су-
ществу. Наверное, от растерянности. Но о реакции членов Уче-
ного совета вполне можно судить по принятому в тот же день
решению, которое, надо полагать, было прямым ответом на
демарш Мельниковой. В специальном пункте постановления
констатировалось, что преподаватели института «не исследуют
также истории и развития хозяйства и культуры молодой Ка-
лининградской области». Совет решил «рекомендовать кафед-
рам включить в планы работ изучение состояния и развития
хозяйства и культуры молодой Советской Калининградской
области»63.
Что же касается самой А.В. Мельниковой, претензии к ней
стали предъявляться по другому поводу. Руководство и коллеги
критиковали ее, в частности, за то, что свои лекции по средним
векам она строит «на порочной методологии» и не следует ука-
заниям товарища Сталина64. Воспитывать подрастающее поко-
ление с такой характеристикой не было никакой возможности,
и в следующем 1950 г. носительница «порочной методологии»
в институте уже не работала65.
Второе событие относится к 1952/1953 учебному году, когда
на заседании кафедры истории в тематику курсовых работ для
студентов III курса по истории СССР особым решением допол-
нительно была включена первая краеведческая тема — «Ликви-
дация восточно-прусского плацдарма»66.
* А.В. Мельникова, преподаватель по курсам античности и средних ве-
ков, поступила на работу в пединститут в октябре 1948 г., непродолжи-
тельное время исполняла обязанности декана исторического факуль-
тета. Тема ее диссертации — «Провинциальные интенданты в системе
французского абсолютизма» (См.: ГАКО. Ф. 65. On. 1. Д. 12. Л. 6).
30
История Восточной Пруссии глазами профессионалов
Знакомство с планами, отчетами, протоколами заседаний
педсовета и актами проверок Калининградского педагогиче-
ского училища за 1947-1953 гг. также убеждает в отсутствии
преподавания, хотя бы и на внеклассных занятиях, истории
края67. Однажды, в 1947 г., в план воспитательной работы был
включен доклад «История г. Калининграда и Калининградской
области», но прочитан он не был68. И в апреле 1952 г. при по-
сещении урока истории инспектором облоно Е.А. Бондарев-
ской было сделано следующее замечание: «При изложении хо-
да войны 1805-1807 гг. недостаточное внимание уделено пре-
подавателем краеведческому материалу; учащиеся, особенно
7-6 класса, не ассоциируют военных действий в районе Прей-
сиш-Эйлау, Фридланда с территорией Калининградской об-
ласти»69.
Не менее строгий, хотя и негласный, запрет на изучение
местной истории существовал и в школе. Областной институт
усовершенствования учителей без конца организовывал курсы
повышения квалификации и научно-практические семинары
для учителей-историков на самые разнообразные темы, иногда
и весьма экзотические*, но никакого касательства к прошлому
края они не имели.
Пожалуй, интенсивной краеведческой работы более всего
следовало бы ожидать от сотрудников калининградского му-
зея, созданного по решению Управления по гражданским де-
лам области 7 августа 1946 г. Однако музей долгое время не
имел помещения для создания исторической экспозиции, а
шесть его научных сотрудников располагались в трех комна-
тах неприспособленного для работы здания по ул. Тельмана70.
Музей официально считался краеведческим, но в первые го-
ды его обычно называли Музеем Отечественной войны 1941—
1945 гг., что вполне соответствовало содержанию его деятель-
ности. С 1947 г. сотрудники музея организовывали передвиж-
ные выставки военно-патриотической направленности (ко Дню
победы, годовщинам Красной армии), а также в связи с дру-
гими праздниками и разными примечательными событиями
в жизни области (8-е Марта, посевные и уборочные кампании
* Чего, например, стоил состоявшийся в октябре 1951 г. трехдневный
семинар для учителей истории 5-7 классов, на котором изучалась та-
кая животрепещущая для калининградцев тема, как «Об извращениях
в освещении мюридизма и движения Шамиля» (ГАКО. Ф. 127. On. 1.
Д. 6. Л. 8).
31
I. Изгнание прусского духа
и т. п.). Так, передвижная выставка на тему «В борьбе за высо-
кий урожай и высокую продуктивность скота — равнение на
передовиков» в 1949 г. демонстрировалась в девяти районах
области71.
Облисполком принял 12 мая 1949 г. решение №491 «О пе-
редаче областному краеведческому музею исторических и ху-
дожественных ценностей, находящихся в ведении организа-
ций и у частных лиц на территории Калининградской области».
Все руководители предприятий и учреждений должны были
сообщить о находящихся у них предметах, имеющих музей-
ное значение, а затем безвозмездно передать их музею. Что-
бы не возникало различных толкований, какие именно ценно-
сти имеются в виду, постановление разъясняло, что речь идет
о вещах, по которым трудящиеся смогут ознакомиться «с исто-
рией, культурой и героикой Великой Отечественной войны»72.
Работа музея вызывала немало нареканий, в том числе и со
стороны инспекционной бригады ЦК ВКП(б), прибывшей в
область с проверкой в начале 1951 г. В составленной по этому
случаю справке тогдашний директор музея И.Г. Ковтун при-
знается, что в предшествующие годы коллективом музея «был
упущен момент сбора исторических и других фондов», в осо-
бенности по штурму Кёнигсберга, которые оказались утрачен-
ными «в виду влияния атмосферных факторов и времени». Все
эти годы музейное собрание пополнялось за счет «покупок
копий картин (не совсем удачных), скульптуры* и предметов
учебно-наглядного инвентаря». На 1 апреля 1950 г., т. е. на ис-
ходе четвертого года работы, музейная коллекция насчитывала
всего лишь 206 экспонатов основного фонда!73
В 1949 г. музей подготовил первую стационарную выстав-
ку «Итоги трехлетнего хозяйственного и культурного строи-
тельства Калининградской области» (ее посетили две тысячи
человек). В мае 1950 г. была открыта постоянная экспозиция,
состоящая их трех разделов, подготовленных соответствен-
но отделами истории советского периода, природы и Великой
Отечественной войны. Научная работа в музее велась только
по одной теме и была связана с раскопками, проводимыми на
территории области археологами АН СССР74. Разумеется, ни-
каких следов собирания, а тем более публичного демонстриро-
* Скульптура тоже оказалась «некачественной». Речь шла, в частности,
о композиции «Ленин и Сталин», приобретенной музеем в 1949 г. за
16400 руб. (ГАКО. Ф. 289. Оп. 8. Д. 13. Л. 71).
32
История Восточной Пруссии глазами профессионалов
В ХШ в. мирная жизнь пруссов была нарушена вторжением
тевтонских рыцарей,которые,нокорив и заселив Пруссию,
создали на её территории разбойничье государство,пре-
вратили Пруссию в бару своей агрессии против славян-
ских и литовских народов.
Мрачные руины кафедрального собора,старые замки
и кирхи, которые и сейчас можно встретить на террито-
рии навей области,напоминают нам о том дагеком,страш-
ном времени.
Разрешенный цензурой пояснительный текст к выставке
«Памятники истории и культуры Калининградской области»,
подготовленной областным историко-художественным
музеем в 1970 г. ГАКО
вания экспонатов, связанных с довоенной немецкой историей,
среди архивных материалов не обнаружилось*. Только в плане
работы музея на 1952 г. была намечена подготовка экспозиции
«Историческое прошлое Калининградской области», базой для
которой должны были стать материалы археологических рас-
копок75. Впрочем, за содержанием музейной экспозиции вни-
мательно следили как партийные органы, так и государствен-
ная цензура76.
Задачу изучения истории Восточной Пруссии взялись ре-
шать в организации, от которой в наименьшей степени мож-
но было ожидать появления такого рода инициативы, — в
парке культуры и отдыха (ПКиО) Калининграда. В отчете за
1947 г. среди главных задач** коллектива работников парка по-
следним шестым пунктом значилось: «Изучение исторического
* В отчетах музея за 1951 г. глухо упоминается лишь о полутора тыся-
чах необработанных палеонтологических образцов, извлеченных «из
руин бывшего Геологического музея» (ГАКО. Ф. 289. Оп. 8. Д. 25.
Л. 63). И через два года в приказе по областному отделу культурно-
просветительской работы от 22 мая 1953 г. содержалось указание про-
извести научную обработку экспонатов по палеонтологии и геологии;
их общее число на сей раз определялось цифрой около 10 тыс. единиц
(Там же. Д. 29. Л. 99-100).
** Ими были — пропаганда очередной пятилетки, подготовка к го-
довщине Октября, изучение биографий Ленина и Сталина, пропаган-
да достижений советской науки, техники и культуры, организация
досуга.
33
I. Изгнание прусского духа
прошлого Восточной Пруссии и перспективы развития Кали-
нинградской области»77. Данная формулировка добросовестно
переписывалась в планах и отчетах ПКиО и в последующие
годы*.
Как, откуда, каким образом эта крамольная цель попала в
официальные документы и несколько лет в них фигурировала?
По материалам архива выяснить это не удалось. Однако оче-
видно, что инициатива неведомого почитателя восточнопрус-
ской истории просто осталась незамеченной вышестоящими
инстанциями, а знаменательная фраза, раз попав, затем меха-
нически из года в год перепечатывалась в очередном плане или
отчете. Что же касается самого изучения прошлого работника-
ми ПКиО, никаких его следов обнаружить не удалось.
ИЗ ЖИЗНИ ПАМЯТНИКОВ
В первое время после войны понятия «памятник», «историче-
ский памятник», «памятник культуры» применялись только по
отношению к захоронениям советских воинов, павших в боях
за Восточную Пруссию. Первое постановление облисполкома
о благоустройстве могил солдат Красной армии датируется
3 октября 1947 г. (до этого захоронениями занимались военные
власти и гражданские управления). В нем, в частности, устанав-
ливалось: «На всех братских могилах снять индивидуальные
памятники и заменить одним общим памятником-монументом
из гранита, мрамора или кирпича». Кроме того, этим же реше-
нием вводилось единообразие в оформлении могил. Все они
должны были иметь по одной мемориальной доске с надписью:
«Вечная слава героям, павшим в боях за нашу советскую Ро-
дину»78. Принципиально важным было то, что таким образом
с надгробий убирались всякие упоминания о Восточной Прус-
сии и бывшей принадлежности этих земель.
Только через три года облисполком начал утверждать списки
исторических памятников. По решению от 24 февраля 1950 г.
* В плане работы на 1950 г. она была модифицирована: «Изучение исто-
рического прошлого Восточной Пруссии, настоящего и будущего [!]
гор. Калининграда и Калининградской области» (ГАКО. Ф. 631. On. 1.
Д. 8. Л. 78). В отчете ПКиО за 1953 г. было сделано еще одно уточ-
нение: «Изучение исторического прошлого нашего края, настоящее и
будущее г. Калининграда и области» (ГАКО. Ф. 68. On. 1. Д. 8. Л. 2).
34
Из жизни памятников
областной исполнительный комитет обратился в правительство
РСФСР с просьбой зарегистрировать на территории Калинин-
градской области четыре памятника общесоюзного значения
(обелиск 1200 гвардейцам в Калининграде, братское кладбище
в Черняховске, памятник генералу И.Д. Черняховскому, дере-
вянный обелиск в Нестеровском районе) и шесть памятников
республиканского значения (все — могилы времен Второй ми-
ровой войны)79.
Несмотря на все эти решения, местные власти не уделяли
должного внимания приведению в порядок захоронений со-
ветских солдат. Об этом свидетельствует «Акт проверки уче-
та и сохранности исторических памятников», составленный
24 сентября 1951 г. старшим инспектором Комитета по делам
культурно-просветительных учреждений при Совете мини-
стров РСФСР А.В. Копыловой. В «Акте» констатируется, что из
250 учтенных братских могил на 133 установлены деревянные
обелиски, «пришедшие в ветхое состояние». Кроме того, в об-
ласти находились еще 727 неучтенных (т. е. без составления
соответствующих паспортов с описанием) братских могил и
2 252 одиночных захоронения, чье состояние определялось как
«запущенное». Инспектор из Москвы критиковала местные вла-
сти и за отсутствие пропаганды памятников в печати, по ра-
дио, в лекциях и на экскурсиях80. Согласно секретным отче-
там облвоенкомата от 1 июня 1952 г. на начало года в области
насчитывалось 916 братских и 3 195 индивидуальных могил, в
которых было захоронено 24692 солдата и офицера Красной
армии. Еще 265 могил остались необследованными. За период
с 1946 по 1952 г. в области было построено 59 «фундаменталь-
ных памятников», а надо было установить еще, по меньшей
мере, 12081. Представители армии постоянно жаловались, что
воинские кладбища «содержатся в беспорядке», «могилы за-
росли бурьяном», «памятники пришли в негодность»82.
Гораздо успешнее дело обстояло с установкой памятников
советским вождям. Производство такого рода скульптуры в
стране было поставлено на промышленную основу, и ее приоб-
ретение не составляло большого труда. Да и различные мас-
терские скульпторов и отдельные художники буквально засы-
пали местные власти предложениями и проектами памятников
Ленину, Сталину, Калинину и другим советским вождям83.
- Центральную композицию предполагалось устроить на тер-
ритории немецкого парка у кирхи Луизы, который расширял-
ся «за счет прилегающих к нему бывших немецких кладбищ
35
I. Изгнание прусского духа
Оформление главного входа в парк культуры и отдыха им. Калинина
в Калининграде, 1953 г. ГАКО
до 85-90 гектаров»84. Согласно неосуществленному проекту ар-
хитектора Михайловского центральная аллея парка вела к «об-
ширной поляне, где будет возвышаться гигантская фигура ве-
ликого вождя нашей страны — генералиссимуса СТАЛИНА».
Вокруг центральной скульптуры планировалось разбить цвет-
ники, причем «ковры живых цветов воспроизведут портре-
ты соратников товарища Сталина — .Андрея Александровича
Жданова, Михаила Ивановича Калинина и других»85.
Особое значение придавалось, конечно, сооружению памят-
ника «всесоюзному старосте», «дедушке Калинину», чье имя но-
сила область. Начиная с 1949 г. областные власти ходатайство-
вали перед Москвой о выделении полмиллиона рублей на па-
мятник Калинину. Эти просьбы повторялись в 1950 и 1951 гг.
со ссылкой па наказы трудящихся. Наконец, Совет министров
РСФСР поручил Госплану решить вопрос о строительстве па-
мятника в 1952 г.86
В качестве третьей категории памятников истории и культу-
ры (наряду с захоронениями советских воинов и скульптурами
вождей) в первые послевоенные годы признавались выявлен-
ные археологами поселения и могильники доорденского пе-
риода (в 1951 г. было паспортизировано 34 археологических
36
Из жизни памятников
памятника)87. Никакие другие архитектурные или скульптур-
ные сооружения (замки, храмы, мосты, вокзалы, обществен-
ные и жилые здания, монументальная и парковая скульптура)
не только не считались историческими памятниками, но даже
практически не упоминались в официальной документации.
Единственное исключение, сделанное в отношении памят-
ников немецкого прошлого, касалось И. Канта (о чем будет
сказано далее) и Барклая-де-Толли. В упомянутом списке па-
мятников, за которые калининградские власти ходатайствова-
ли перед Москвой о придании им высшего статуса — «памят-
ников общесоюзного значения», на отдельном листе (включен-
ном в постановление облисполкома, как можно судить, в самый
последний момент) значился установленный немцами памят-
ник русскому полководцу Барклаю-де-Толли. Он располагал-
ся на территории колхоза «Калининград» Калужского сель-
совета Черняховского района. В документе содержалось ла-
коничное описание памятника: «Чугунный четырехгранный
монумент, высота 4,1 метра с надписями на русском и немец-
ком языках»*.
В начале 1950-х гг. появились первые проекты создания па-
мятных знаков, не имеющих связи с последней войной. В пла-
нах областного отдела культуры на 1951 г. значилось установ-
ление мемориальной доски «на месте пребывания Петра I и
Суворова в городе Кёнигсберге»88.
Этот проект остался нереализованным. Позднее, в 1955 г.,
в Калининграде на улице Кутузова был установлен бетонный
бюст А.В. Суворова89. Что же касается задачи увековечивания
памяти о пребывании Петра I в Кёнигсберге, отчасти она была
решена художниками. В каталоге Второй областной художе-
ственной выставки 1951 г. под последним 58-м номером зна-
чилась картина члена Союза советских художников Э.В. Чар-
номского, 1908 года рождения, «Петр I в Восточной Пруссии
в 1697 г. Пиллау — Кёнигсберг»90. Картина была выставлена,
* ГАКО. Ф. 289. Оп. 8. Д. 18. Л. 6. Процедура придания тому или ино-
му памятнику статуса охраняемого государством была весьма, сложной.
Для этого требовалось получить разрешение от Института Маркса —
Энгельса — Ленина — Сталина при ЦК ВКП(б), одновременно согла-
совав его с соответствующими отделениями и институтами Академии
наук СССР и одобрив в Научно-методическом совете по охране памят-
ников культуры при Президиуме Академии наук СССР (См.: ГАКО.
Ф. 68. Оп. 2. Д. 9. Л. 6).
57
I. Изгнание прусского духа
хотя и оставалась еще незаконченной художником. Ее демон-
страция, по информации официальных отчетов, вызвала «мно-
го различных толков»*.
Еще одна инициатива исходила «из глубинки»: 26 октября
1951 г. секретарь Багратионовского райкома партии обратился
в обком КПСС с просьбой открыть в городе памятник полко-
водцу П.И. Багратиону. Просьба обосновывалась пожелания-
ми трудящихся и вопиющей исторической несправедливостью,
«ибо никаких следов в память русским воинам и русским пол-
ководцам, сражавшимся на нашей земле в 1807 г. против войск
Наполеона, нет». Такое положение секретарь райкома считал
особенно нетерпимым, так как Багратион «разбил считавшиеся
непобедимыми тогда наполеоновские войска. Наполеон и его
гвардия бежали от русской армии и русских казаков»**.
В составленном в 1954 г. областным управлением культуры
перечне памятников Калининградской области была дана сле-
дующая их классификация: 1) археологические — 23 памятни-
ка; 2) исторические памятники русской военной славы — 3 (по-
мимо монумента Барклаю-де-Толли к ним были отнесены два
захоронения русских воинов 1807 г. в Правдинске); 3) мемо-
риальные — 1 (могила Канта); 4) исторические памятники Оте-
чественной войны 1941-1945 гг. — 21091.
И все-таки после смерти Сталина ситуация стала постепенно
меняться. Директор областного музея И.Г. Ковтун 2 мая 1954 г.
направил официальное письмо начальнику управления культу-
ры М.С. Шумихину с предложением взять под охрану государ-
ства некрополь кёнигсбергских ученых в районе обсерватории.
В письме говорилось, что вся прилегающая к обсерватории
территория немцами была «превращена в пункты обороны»,
вследствие чего «гранитные постаменты памятников были раз-
рушены и превращены в защитные сооружения».
«Некрополь, — продолжал И.Г. Ковтун, — зарос кустарни-
ком и травой, с трудом был отыскан. В результате поисков
найдены могила астронома Бесселя; гранитный куб с надпи-
* Дальнейшая судьба картины неизвестна. Художник Чарномский
в 1953 г. уехал из Калининграда на постоянное место жительства в
г. Улан-Удэ (См.: ГАКО. Ф. 68. On. 1. Д. 4. Л. 11; Д. 5. Л. 10-11; Д. 18.
Л. 9).
** ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 9. Д. 113. Л. 32. Сделанный из гипса памятник
Багратиону был установлен в городе в 1954 г. (ГАКО. Ф. 68. Оп. 2. Д. 4.
Л. 8).
38
Из жизни памятников
БюстЭ. Тельмана, установленный
на пьедестале памятника И. Кан-
ту, 1956 г. ГАКО
сыо Fr. Wilg. Bessel был обнаружен в траншее, засыпан землей.
Сейчас он поставлен на место, но бронзовый бюст Бесселя не
найден. На Некрополе установлены места могил профессора
Нейман[а] и профессора Каспар[и], к восстановлению надгро-
бий которых, по-моему, необходимо принять самые срочные
меры и провести дальнейшие изыскания. Необходимо решить,
может быть, территорию обнести изгородью и сделать пояс-
няющие надписи. При этом прилагаю краткие характеристи-
ки на Бесселя, Неймана и Каспара, а также фотографии видов
руин обсерватории»92.
Эта инициатива была реализована уже в следующем году
при составлении очередного списка охраняемых памятников.
Кстати, в перечне 1955 г. была введена новая классификация
памятников. К археологическим и историческим (братским мо-
гилам) добавились «памятники искусства». Здесь первым но-
мером фигурировал установленный в 1953 г. в центре Кали-
нинграда монумент Сталину, далее шли памятники русским
полководцам и советским героям. В эту же категорию попали
могила Канта, памятник Шиллеру на Театральной площади, а
также еще один памятник «из искусственного гранита», нахо-
дившийся на территории зоопарка, коему было дано следую-
щее описание: «Мемориальный памятник, фигура во весь рост,
39
I. Изгнание прусского духа
с наклоном, известному австрийскому поэту Миннезингеру, со-
здателю многих песен. Памятник поставлен в 1933 г.»*.
Среди 8-ми «мемориальных памятников» в «Списке» 1955 г.
одну половину составляли братские могилы русских и совет-
ских воинов, а вторую — захоронения с надгробными памят-
никами четырех немецких ученых: Бесселя, Неймана, Каспа-
ри, Руппа**.
Благотворное влияние XX съезда КПСС и начавшейся в
стране оттепели вызвали радикальное изменение в отношении
к культурному наследию Восточной Пруссии. И на этот раз
инициатива исходила от частных лиц, представителей русской
интеллигенции.
Управление По охране исторических и архитектурных па-
мятников при Совете министров СССР получило 5 сентября
1956 г. письмо от калининградского учителя Прохорехина, со-
общавшего свой точный домашний адрес. Послание начинает-
ся констатацией того факта, что Калининград «имеет свою бога-
тую историю и много исторических памятников». «Неизвестно,
по указанию кого, — продолжал автор письма, — Королевский
замок разрушается с целью утилизации кирпича, хотя послед-
* ГАКО. Ф. 68. Оп. 2. Д. 4. Л. 7-9 («Списки исторических памятни-
ков, находящихся на территории Калининградской области», 1 октя-
бря 1955 г.) В средние века миннезингерами называли немецких ры-
царских поэтов. Первоначально этот термин принимали за имя соб-
ственное. В других документах поэт поименован как «Вальтер фон
Дер Фегельвенде» или «Вальтер Фондер Фогельвейде», и указаны годы
жизни (1170-1230) (См.: Там же. Д. 5. Л. 2; Д. 6. Л. 19; Д. 7. Л. 4-6).
В действительности — Вальтер фон дер Фогельвейде.
** В Списке им даны следующие описания: «Могила немецкого астро-
нома Бесселя Фридриха Вильгельма (1784-1846 гг.). Четырехгранный
плоский пьедестал, серый гранит, форма четырех[г]ранная, размер
1,5 м»; «Могила профессора Кёнигсбергского университета, ботаника,
директора ботанического сада Роберта Каспари. Могила с 4-х гранным
пьедесталом,„мрамор, форма 4-х гранный пьедестал, размер 1,5 м»;
«Могила известного немецкого ученого, профессора физики и минера-
логии Кёнигсбергского университета Неймана Франца, 1798-1895 гг.
Могила с плоской плитой, серый гранит, размер 1,5 м. Состояние удо-
влетворительное». Все три могилы находились «на профессорском не-
крополе к северо-западу от астрономической обсерватории». Могила
«доктора исторических наук, университетского профессора» Юлиуса
Руппа находилась на острове, ее описание отсутствует (Там же. Д. 4.
Л. 10-12). О Ю. Руппе см.: Гаузе Ф. Кёнигсберг в Пруссйи. История
одного европейского города. Реклингхаузен, 1994. С. 184.
40
Из жизни памятников
него и без того хватает в достаточном количестве. Жаль, что
такой исторический памятник не сохранится для потомства.
Ведь многие приезжающие в Калининград захотят увидеть его,
а уберечь его от полного разрушения еще есть время. Таково
не только мое мнение, но и мнение многих калининградцев,
желающих сохранить историю»93. Пересылая это письмо в Ка-
лининград, министерство культуры затребовало от областных
властей справку «об историческом и художественном значении
Королевского дворца в г. Калининграде для решения вопроса
о взятии его на госохрану». На этот запрос рукой начальника
управления культуры М. Шумихина 28 сентября была нало-
жена следующая резолюция: «...подготовить ответ, что замок
был разрушен полностью в период войны и нет нужды брать
его под охрану. На его месте будет построен Дворец советов»94.
Подготовленный в этом духе ответ и ушел в Москву*.
И все-таки следствием обращения учителя Прохорехина,
как, вероятно, и других инициатив представителей калинин-
градской интеллигенции, стало историческое решение облис-
полкома №480 от 22 октября 1956 г. «О мероприятиях по уче-
ту и сохранению памятников истории, археологии, искусства и
архитектуры». Оно обязывало управление культуры и отдел по
делам строительства и архитектуры «приступить к выявлению
и принятию на учет памятников..., чтобы закончить эту работу
по городу Калининграду к 15 декабря 1956 года, по районам и
городам области к 15 апреля 1957 года». Одновременно пред-
лагалось «разработать мероприятия по обеспечению сохранно-
сти памятников (консервации, ремонту и благоустройству тер-
риторий, прилегающих к памятникам)». Решение обязывало
райисполкомы «не допускать разборки и разрушений памят-
ников истории, искусства и архитектуры»95.
Это постановление открыло дорогу для настоящего поворо-
та в отношении к немецким памятникам. Из областного бюд-
жета стали выделяться средства на их ремонт и реставрацию96.
Появились многочисленные списки немецких памятников, ко-
торые брались на учет, проводилось их техническое обследо-
вание и паспортизация. В новых списках оказались многие
общественные здания, фортификационные сооружения, замки,
кирхи, мосты, а также произведения «прикладного искусства»
(скульптура «Бой быков», скульптуры двух оленей и др.)97.
* В нем говорилось, что замок разрушен на 75-80% и «сохранить его не
представлялось никакой возможности» (ГАКО. Ф. 68. Оп. 2. Д. 9. Л. 50).
41
I. Изгнание прусского духа
КТО СПАС МОГИЛУ
ИММАНУИЛА КАНТА ОТ РАЗРУШЕНИЯ?
Первое официальное решение, касавшееся памятников не-
мецкого прошлого края, было принято на заседании бюро Ка-
лининградского городского комитета ВКП(б) 17 апреля 1947 г.
Опубликованный недавно документ гласил:
«Об охране и приведении в порядок
могилы Иммануила Канта
В связи с тем, что могила Иммануила Канта находится в запу-
щенном состоянии, а подходы к ней захламлены завалами раз-
битых соседних зданий, бюро ГК ВКП(б) постановляет:
1. Обязать Городское Гражданское Управление в недельный
срок организовать расчистку от завалов разбитых соседних зда-
ний и приведение в надлежащий вид могилы Канта. Городско-
му Управлению с 18 апреля установить охрану могилы.
2. Поручить Городскому Гражданскому Управлению (тов. Дол-
гушину), по согласованию с Областным управлением по граж-
данским делам, сделать мемориальную доску у могилы Канта.
Обязать отдел агитации и пропаганды ГК ВКП(б) (тов. Кудря-
шова) составить текст надписи в оценке классиков»98.
Почти через месяц после заседания, 12 мая, секретарь гор-
кома К.В. Булгаков направил письмо начальнику горкомхоза
Г.В. Попкову следующего содержания:
«В числе мероприятий по сохранению могилы философа Им-
мануила Канта, согласно решению бюро ГК ВКП(б) от 17 апре-
ля 1947 г., Вам надлежит поставить на могиле мемориальную
доску со следующим текстом:
ИММАНУИЛ КАНТ
1724-1804
КРУПНЫЙ БУРЖУАЗНЫЙ ФИЛОСОФ-ИДЕАЛИСТ.
РОДИЛСЯ, БЕЗВЫЕЗДНО ЖИЛ И УМЕР
В Г. КЁНИГСБЕРГЕ.
Расположение мемориальной доски на могиле, а также про-
ект ее исполнения предварительно согласуйте с ГК ВКП(б)»99.
В комментариях к публикации первого из приведенных до-
кументов сказано, что в первые послевоенные годы, наряду с
восстановлением экономики и началом культурного строитель-
ства, в Калининграде «принимались меры по благоустройству
42
Кто спас могилу Иммануила Канта от разрушения?
и охране могилы И. Канта». Из чего следует, что инициатором
сохранения культурного достояния прошлых веков выступали
партийные власти города.
Между тем появление на свет этого действительно беспреце-
дентного решения горкома таит в себе какую-то загадку. Поче-
му вдруг через два года после окончания войны власти вспом-
нили о философе-идеалисте? Откуда такая спешка (немедленно
выставить охрану и т. п.)? В фондах бывшего партийного ар-
хива пока не удалось отыскать ответа на эти вопросы. Однако
ситуацию может прояснить одно дело из областного архива, со-
держащее четыре документа, относящихся к этому же времени.
В первые месяцы 1947 г. (точная дата неизвестна) редакция
центральной газеты «Известия» получила письмо от некоего
гражданина В.В. Любимова, который выступил в защиту моги-
лы И. Канта.
«В бывшем Кёнигсберге, — писал Любимов, — долгое вре-
мя жил и работал родоначальник классического немецкого
идеализма Иммануил Кант». Ссылаясь на оценки Ф. Энгельса,
автор письма указывал на заслуги немецкого философа и рато-
вал за сохранение его захоронения. Он не только точно назвал
место нахождения могилы, но и нарисовал план, по которому
ее можно было легко обнаружить. По его мнению, это место
«должно быть взято под охрану государства, и чем скорее, тем
лучше». «Процесс восстановления Калининграда ускоряется, —
писал он далее, — и скоро дойдет до района, где могила Канта.
Церковь [т. е. Кафедральный собор. — Ю.К.] совершенно раз-
рушена, остатки ее со временем снесут, а с ними могут снести
и могилу»100.
В качестве обратного адреса в письме значился г. Рава Рус-
ская Львовской области (Украина), «до востребования». Скорее
всего, адрес и фамилия отправителя письма были вымышлен-
ными. Весьма вероятно, что за псевдонимом «Любимов» скры-
вался калининградец, хорошо разбиравшийся в местных реа-
лиях, но не осмелившийся подписаться собственным именем.
В редакции московской газеты на письмо обратили внима-
ние, а его копии были направлены в различные инстанции, в
частности, в республиканское Управление музеев и Комитет по
делам культурно-просветительных учреждений при Совете ми-
нистров РСФСР. Из последнего копия письма Любимова 26 мая
1947 г. была отослана в адрес заведующего областным отделом
культпросветработы И.И. Горбунова с требованием сообщить
о принятых мерах в комитет и автору письма101.
43
I. Изгнание прусского духа
Фрагмент северного фасада Кафедрального собора
с могилой И. Канта, май 1964 г. Фото Б. Альтшуллера. ГАКО
Таким образом, имеющееся в архиве указание из Москвы при-
шло уже после цитированного выше решения Калининградско-
го горкома. По всей видимости, областные власти еще раньше
получили информацию о письме Любимова и проявленном к
нему в Москве интересе. Иначе невозможно объяснить при-
сутствие в этом же деле, на следующем за копией письма Лю-
бимова листе, справки, датируемой 10 апреля. Справка была
составлена старшим научным сотрудником областного музея
В.И. Мерзляковой и адресована инспектору Совета министров
РСФСР тов. Окорокову.
В ней говорилось, что был произведен осмотр Кафедрально-
го собора в Калининграде с участием двух немцев-переводчи-
ков. При этом было установлено, что «общий вид усыпальницы
[по всей видимости, здесь имеется в виду весь собор. — К).К.]
находится в состоянии полного разрушения вследствие бомбе-
жек», что «все памятники разрушены», а «сохранившиеся тек-
сты написаны на гер.маио-латинском языке, который никто из
присутствующих не знает». О состоянии гробницы Канта ска-
зано, что она «находится в сохранившемся виде, кроме боко-
вой сдвинутой плитки, которую можно легко поправить»102.
Последним документом дела является еще одна справка без
даты аналогичного содержания, составлена старшим инспек-
44
Трест по разборке зданий
тором по охране исторических и археологических памятников
Лавренковым. Описание надгробья Канта несколько отличает-
ся: «находится в сохранившемся виде, кроме боковой трещи-
ны в с[еверо]-з[ападном] углу надмогильной усыпальницы»103.
Всё сказанное позволяет сделать вывод, что инициатива со-
хранения главной достопримечательности края — последнего
пристанища великого философа — исходила не от официаль-
ных властных структур (они были вынуждены реагировать на
указания из Москвы), а от частного лица, советского гражда-
нина В.В. Любимова, почти наверняка бывшего жителем Кё-
нигсберга/Калининграда.
Что же касается могилы Канта, ее судьба на протяжении еще
почти трех лет оставалась неопределенной. И только 24 фев-
раля 1950 г. облисполком принял решение просить Совет ми-
нистров РСФСР внести в государственные списки памятников
культуры общесоюзного значения надгробье Канта. Обращение
содержало следующее описание: «Могила немецкого философа
Э. Канта (установлен немцами). Гранитный прямоугольный по-
стамент на каменном основании. Надпись неразборчива. Со-
хранность неудовлетворительная»104.
В перечне исторических памятников за 1954 г. могила Кан-
та была обозначена как единственный в области памятник ме-
мориального характера105, 24 апреля того же года заведующе-
му городским похоронным бюро тов. В.Т. Святцеву поступила
следующая просьба: «Областное управление культуры просит
Вас произвести следующие работы за счет управления куль-
туры по ремонту и реставрации исторических памятников:
1. Установить железно-металлическую ограду высотой 2 м на
могиле Канта. 2. Вверху над могилой на стене, на мраморной
доске написать: “Могила Канта охраняется государством”»106.
Однако ремонт и благоустройство усыпальницы были прове-
дены только в 1956 г.107
ТРЕСТ ПО РАЗБОРКЕ ЗДАНИЙ
Проблема отношения к немецкому историко-культурному
наследию особенно остро встала при обсуждении планов вос-
становления и нового строительства в Калининграде. Первона-
чальная идея состояла в том, чтобы сохранить руины в центре
города в качестве «памятника ПОБЕДЫ в Великой Отечест-
венной войне 1941-1945 гг. с немецким фашизмом»108, а центр
45
I. Изгнание прусского духа
перенести от стен Королевского замка и Кафедрального собора
в район Северного вокзала. Однако вскоре возобладало другое
мнение, которое было выработано на первом общем собрании
архитекторов Калининграда 8 сентября 1948 г.
«Вопрос изменения лица города, города прусского до мело-
чей, — заявил архитектор Н.В. Михайловский, — задача', стоя-
щая перед советскими архитекторами в настоящее время, она
очень трудная и требует большого напряжения и творческих
усилий». Будущее лицо города, по мнению другого выступаю-
щего, О.Н. Закаменного, «в создании ярких перспектив, ар-
хитектурных акцентов большой значимости и эмоциональной
насыщенности»109. Немного позднее главный архитектор Кали-
нинграда Д.К. Навалихин подготовил обширный доклад под
названием «Архитектурная реконструкция города Калинин-
града», в котором сформулировал основополагающий прин-
цип отношения к немецкому архитектурному наследию: «Ста-
рый город должен быть полностью реконструирован и пере-
строен».
Аргументируя свою позицию, он писал: «В течение семи ве-
ков город строился и развивался хаотически, без единого, ре-
гулирующего застройку плана, и, как большинство капитали-
стических городов, представлял собой конгломерат различных
эпох, вкусов и идеологий... Нас, советских людей, не устраи-
вает планировка центральной части старого города с его узки-
ми, кривыми улицами, замыкающимися в перспективах навяз-
чивыми контурами кирок или нагромождениями лепящихся
один к другому частных доходных домов с темными мрачными
колодцами дворов без открытых пространств и зеленых насаж-
дений». Навалихин резко критиковал тех немногих архитек-
торов, которые предлагали восстанавливать старые здания «в
прежнем архитектурном оформлении», так как они «ярко отра-
жают немецкий национальный вкус» и «не отвечают советским
архитектурным и градостроительным традициям».
Призывая немедленно заняться «выпрямлением улиц» и «рас-
ширением площадей», главный архитектор продолжал: «Весь
рост и формирование нового социалистического города Ка-
лининграда должны идти под знаком непримиримой борьбы
между старым и новым, между умирающим и нарождающим-
ся». Из всего сказанного следовал логический вывод о том, что
«старые немецкие формы вступают в противоречие с новым
социалистическим содержанием и требуют решительных и ко-
ренных преобразований»110. При обсуждении первого генераль-
46
Трест по разборке зданий
Сту/\енты пединститута на работах
по расчистке руин в Калининграде, 1949 г. ГАКО
него плана Калининграда в июне 1948 г. было внесено новое
предложение о судьбе бывшего городского центра, которое,
по сути, и было впоследствии реализовано: «Старый центр сде-
лать парком с кустами застройки»1".
Между тем Калининград начали понемногу расчищать от
завалов. Сначала такая работа велась, как правило, за предела-
ми центральной части города вокруг уцелевших зданий, кото-
рые можно было приспособить для различных нужд. Здания
нередко восстанавливались частично: только первые этажи и
отдельные помещения. В главном городском кинотеатре «За-
ря» нависавшие над фойе балки верхних этажей угрожали об-
валом, а в центральном гастрономе на витринах с провизией
нередко можно было заметить «груды кирпичей, обвалившие-
ся с верхних разрушающихся частей здания»112.
Параллельно с очисткой города от завалов в Калинингра-
де начала производиться заготовка строительных материалов,
прежде всего кирпича, для восстановления разрушенных во
время войны советских городов. Жертвами этой деятельности
стали многие здания и сооружения довоенной постройки, кото-
рые после ремонта или реконструкции могли бы еще послужить
калининградцам. А начальник областного отдела по делам ар-
хитектуры П.В. Тимохин даже выступил с проектом расшире-
ния масштаба этих работ. В письме в ЦК ВКП(б) он писал:
47
I. Изгнание прусского духа
«Города Калининградской области и город Калининград яв-
ляются большим резервом для покрытия недостатка в кир-
пиче. По предварительным подсчетам, только по городу Кали-
нинграду можно получить от разборки разрушенных зданий
около 2-х миллиардов штук кирпича». Автор письма сетовал,
что разборка зданий идет «кустарным способом», и предлагал
создать «одну мощную организацию» под названием «Республи-
канский трест по разборке зданий». По его прикидкам, тресту
хватит работы на пять-шесть лет с ежегодной производитель-
ностью в 400 млн штук кирпичей, что позволит сэкономить
средства на строительство 20-25 новых кирпичных заводов113.
Можно смело утверждать, что в случае реализации этой гран-
диозной программы в Калининграде не осталось бы и тех не-
многих старинных зданий и сооружений, которые уцелели до
сегодняшнего дня. К счастью, инициатива калининградского
архитектора не получила поддержки в Москве.
ЛЕКЦИОННАЯ ПРОПАГАНДА
В идеологической работе коммунистическая партия и со-
ветское государство всегда уделяли первостепенное внимание
«живому слову», или, выражаясь прозаически, лекционной про-
паганде. В конце 1940-х — начале 1950-х гг. в области действо-
вали четыре подразделения, занятые чтением лекций для на-
селения: Областное лекторское бюро (ОЛБ), лекторская группа
при обкоме ВКП(б), Общество по распространению политиче-
ских и научных знаний (впоследствии — Общество «Знание»)
и Лекторий Концертно-эстрадного бюро. Общее число прочи-
танных ежегодно лекций измерялось многими тысячами. Те-
матика и содержание лекционной пропаганды были типич-
ными для периода позднего сталинизма*.
* На первом месте стояли, безусловно, темы, прославляющие Сталина
и деятельность большевистской партии («Сталинская конституция —
самая демократическая конституция в мире», «Советская идеология —
самая прогрессивная идеология в мире», «Товарищ Сталин — великий
корифей нации», «Ленинский план построения коммунизма в СССР и
борьба коммунистической партии за его осуществление», «Классовая
борьба в период перехода от капитализма к социализму», «Руководя-
щая роль коммунистической партии в системе диктатуры пролетариа-
та» и др.). Второе место занимали лекции о международной ситуации,
особенное значение придавалось освещению положения в странах
48
Лекционная пропаганда
Казалось бы, именно «живое слово» лектора должно было
быть обращено в первую очередь к самым насущным пробле-
мам, которые волновали людей, должно было дать переселен-
цам как можно больше знаний о земле, где им предстояло жить,
помочь им адаптироваться в новой природной и культурной
среде. Между тем местная тематика если и присутствовала в
деятельности лекторских групп, то ей всегда отводилось самое
последнее место*. Да и предлагаемые жителям области темы
лекций были весьма специфическими. Ниже приводится спи-
сок названий лекций, прочитанных в 1947-1953 гг., которые
в большей или меньшей степени касались местных особенно-
стей — исторических, экономических, природно-климатиче-
ских. В список включены все такие темы, в том числе и близ-
кие по названию, выявленные в результате изучения архивных
фондов тех организаций, которые занимались лекционной про-
пагандой.
1947 г.: «Особенности климата и почвы Калининградской
области и задачи получения высоких урожаев», «Сталинский
план развития народного хозяйства и культуры области», «Про-
шлое Восточной Пруссии и перспективы развития народного
хозяйства Калининградской области».
капитала («Банкротство современных буржуазных демократий», «Об-
нищание трудящихся в капиталистических странах», «США во власти
гангстеров»,' «Из жизни женщин под капиталистическим ярмом» и др.).
Третьими по значению были экономические сюжеты. В 1951 г. среди
лучших лекций в этой области были отмечены следующие темы: «Под-
готовка кормов к скармливанию» и «Патриотическое движение за ус-
корение оборачиваемости оборотных средств». Наконец, последнее
место отводилось темам из области науки, медицины и культуры: «Воз-
никновение жизни на Земле», «Было ли начало и будет ли конец
света?», «Почему бывают молнии и гром?», «Сон и сновидения в свете
учения Павлова», «Погода и ее предсказание», «Учение Мичурина —
Лысенко как новый этап развития дарвинизма», «Борьба за долголе-
тие», «Сифилис, его последствия и борьба с ним», «Репин — выдающий-
ся русский художник», «Советские писатели — лауреаты Сталинских
премий» и др. (См.: ГАКО. Ф. 90. On. 1. Д. 5. Л. 49, 50-51; Д. 9. Л. 7;
Д. 10. Л. 5, 10; Д. 23. Л. 55; Д. 52. А. 17; Д. 75. Л. 1; Ф. 289. Оп. 8.
Д. 25. Л. 14; Оп. 7. Д. 7. Л. 1; Ф. 344. Оп. 3. Д. 10. Л. 3; Ф. 414. On. 1.
Д. 10. Л. 66; Ф. 631. On. 1. Д. 3. Л. 11; Д. 5. Л. 1; Д. 8.Л. 84; Д. 13. Л. 6;
ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 4. Д. 97. Л. 8; Оп. 9. Д. 59. Л. 56-58; Оп. 11. Д. 86.
Л. 91-93).
* Среди многих сотен тем доля местной тематики в разные годы сд-
ставляла не более 2-5 %.
49
I. Изгнание прусского духа
1948 г.: «Молодежь Калининграда в борьбе за выполнение
3-го решающего года сталинской пятилетки к 30-й годовщине
ВЛКСМ», «Калининград в прошлом, настоящем и будущем».
1949 г.: «Сталинская программа социалистического строи-
тельства Калининградской области», «Три года Калининград-
ской области», «Три похода русской армии на Берлин», «Про-
шлое Калининградской области».
1950 г.: «Восточно-Прусская операция Советской Армии в
1945 году», «Четыре года Калининградской области», «Кали-
нинградская область и перспективы ее развития».
1951 г.: «Природные условия Калининградской области»,
«Салака Балтийского моря», «Животный мир и охотничье хо-
зяйство Калининградской области», «Передовой опыт получе-
ния высокого урожая озимых зерновых культур в Калинин-
градской области», «Борьба калининградских большевиков за
выполнение сталинского плана строительства Калининград-
ской области», «Калининградская область и перспективы ее
развития», «Калининградская область (К 5-летию существова-
ния)», «Пятилетие Калининградской области», «Самая моло-
дая», «Итоги пятилетнего развития Калининградской области»,
«Город Калининград», «Разгром восточнопрусской группиров-
ки немцев в 1945 году», «Героизм советских воинов в разгроме
немецко-фашистских войск в Восточной Пруссии», «Создание
Калининградской области на истинно славянских землях —
торжество исторической справедливости».
1952-1953 гг.: «Природные богатства Калининградской об-
ласти», «Почвы Калининградской области и пути их улучше-
ния», «Роль климатических условий в развитии сельского хозяй-
ства Калининградской области», «Развитие социалистического
сельского хозяйства Калининградской области», «Лучшие сорта
зерновых культур Калининградской области», «Развитие овце-
водства в Калининградской области», «Передовики сельского
хозяйства Калининградской области на Всесоюзной сельскохо-
зяйственной выставке», «Подъем сельского хозяйства в Кали-
нинградской области в пятой пятилетке», «Пути создания проч-
ной кормовой базы в условиях Калининградской области», «Как
мы получили по 24,6 деловых поросят на свиноматку (Опыт ин-
тенсивного использования свиноматок колхоза “Победа” Прав-
динского района)», «Передовой раздой коров в Калининград-
ской области», «Декоративные деревья и кустарники Калинин-
градской области», «Калининградская область в 5-й пятилетке»,
«Вопросы экономики г. Калининграда и области», «Восточно-
50
Лекционная пропаганда
Прусская операция», «Реконструкция города Калининграда»,
«Историческое прошлое Калининградской области», «Истори-
ческое прошлое Калининградской области и борьба славянских
народов бывшей Восточной Пруссии за свою независимость»,
«Немецкая агрессия в Восточной Пруссии в XIII веке»114.
Из 45 перечисленных тем самую большую группу составля-
ли общие сюжеты о социально-экономическом развитии Ка-
лининградской области, которые готовились главным образом
в связи с годовщинами ее образования (15 тем). Природно-
климатическим условиям посвящались 9 тем, столько же тем
затрагивали конкретные экономические вопросы, в основном
связанные с развитием сельского хозяйства области. И лишь
четвертую часть местной тематики можно в какой-то степени
отнести к исторической (12 тем). Это были лекции о наступле-
нии Красной армии в Восточной Пруссии в 1945 г. (4 темы),
сравнительные характеристики немецкого прошлого и совет-
ского настоящего и будущего края (4 темы), в трех лекциях рас-
сказывалось об исконности славянского населения провинции
и борьбе с немецкими захватчиками, и, наконец, последняя
тема объединяла три сюжета, связанные с победами русского
оружия над немцами в период Семилетней войны, в 1813 и
1945 гг.
Собственно, вся история до 1945 г. нужна была только для
того, чтобы подчеркнуть прогрессивные изменения, произо-
шедшие в судьбе края после его включения в состав СССР. Ес-
ли содержание лекции не отвечало этой главной задаче, ее
приходилось перерабатывать.
На первом заседании краеведческой секции Областного лек-
торского бюро 2 июня 1953 г. обсуждался текст лекции* А.Е. Бой-
ман «Немецкая агрессия в Восточной Пруссии в XIII веке».
Официальный рецензент и выступившие в прениях коллеги
сделали следующие главные замечания: необходимо подчер-
кнуть во введении «реакционную роль Кёнигсберга как центра
* Перед выступлением лектор должен был представить полный текст
лекции руководителю группы или секции; затем текст рецензировал-
ся, обсуждался и утверждался руководящим органом лекторской ор-
ганизации (См.: ГАКО. Ф. 90. On. 1. Д. 5. Л. 32). В ГАКО сохранилось
несколько дел с рецензиями и протоколами обсуждений лекций Обще-
ства по. распространению политических и научных знаний и Област-
ного лекторского бюро за 1950-е гг. По ним можно в какой-то степени
реконструировать и содержание лекций.
I. Изгнание прусского духа
Восточной Пруссии»; шире представить «справедливость при-
соединения Восточной Пруссии к СССР и Польше (к славян-
ским землям)»; подробнее рассказать «о возвращении Восточ-
ной Пруссии ее законным владельцам»; «больше рассказать в
заключение о социалистическом Калининграде»115.
В рецензии от 25 декабря 1953 г. на лекцию Лавренкова
«Историческое прошлое Калининградской области и борьба
славянских народов бывшей [!] Восточной Пруссии за свою не-
зависимость» рецензент ОЛБ В. Федоров в пух и прах раскри-
тиковал автора за путаное, перегруженное историческими де-
талями содержание и предложил ограничиться освещением в
лекции следующих четырех вопросов: «1. Древнейшее населе-
ние Восточной Пруссии и борьба его с агрессией Тевтонского
ордена. 2. Восточная Пруссия — извечный плацдарм против
славянских народов. 3. Разгром немецко-фашистских полчищ
на территории Восточной Пруссии. 4. Успехи в строительстве
и развитии Калининградской области»116. Какое отношение к
теме лекции имеют обозначенные в конце «успехи», равно как и
большинство других рекомендаций, рецензент не пояснил.
Даже когда речь шла о вещах, совершенно далеких от исто-
рии, политики и идеологии, пропагандистская составляющая в
них должна была присутствовать обязательно.
В рецензии работника обкома Богданчикова от 31 января
1951 г. к тексту лекции «Природные условия Калининград-
ской области», составленной одним из сотрудников ОЛБ, бы-
ли предъявлены серьезные претензии, а именно: «Лектор рас-
сматривает природные условия в отрыве от той большой ра-
боты, которую проделали трудящиеся нашей области за пять
лет». Отмечая раздел о янтаре, рецензент замечает: «Лектор
почему-то забывает сказать, например, о том, что немцы в быв-
шей [!] Восточной Пруссии не умели окрашивать янтарь. Ка-
лининградцы наладили производство цветного янтаря — го-
лубого, красного, синего, черного, розового». Касаясь раздела
«Гидрография», рецензент цитирует то место, где говорится, что
«на протяжении последних веков значительные пространства
болот были осушены, что была создана сложная осушительная
система и т. д.». «Но в лекции, — возмущается тов. Богданчи-
ков, — ничего не говорится, а что же сделали в этом отношении
калининградцы ? »117
После таких замечаний другой лектор ОЛБ, В.П. Коробков,
написавший в 1953 г. лекцию на аналогичную тему («Природ-
ные богатства Калининградской области»), главный ее раздел
52
Лекционная пропаганда
Консультация в Калининград-
ской областной библиотеке,
1953 г. Фото Е. Яснева. ГАКО
бесхитростно назвал «Торжество исторической правды», и рас-
сказывал он уже не столько о флоре и фауне, сколько об освобож-
дении Восточной Пруссии от немецко-фашистского ярма118.
В рецензии на лекцию Белоусова «Почвы Калининградской
области» (1953 г.) указывалось, что до 1945 г. сельское хозяй-
ство Восточной Пруссии «велось капиталистическим способом»,
«свойства почв освещались неверно», а их изучение «проводи-
лось по антинаучному метафизическому принципу»119. Лектор
ОЛБ Рунов, написавший чуть позже лекцию на такую же те-
му, учел критику в адрес своего коллеги. Однако официальный
рецензент В. Рюмин поймал его на другом явном противоре-
чии. С одной стороны, пишет рецензент, тов. Рунов говорит
«о хищническом способе ведения хозяйства при капитализме,
об истощении почв», а затем расхваливает почвы в Калинин-
градской области, называя их «лучшими в подзолистой зоне»
России. «Социалистический способ ведения хозяйства в обла-
сти, — резюмирует рецензент, — установлен несколько лет то-
му назад, который не дал пока еще своих положительных ре-
зультатов». Таким образом автор лекции, по мнению рецен-
зента, завуалировано давал положительную оценку практике
землепользования у немцев120.
На «общегородском собрании интеллигенции» в Калинин-
граде 5 августа 1948 г. в присутствии 300 человек было учреж-
дено областное отделение всесоюзного Общества по распро-
странению политических и научных знаний121. Согласно журна-
лу учета членов Общества, в нем в 1948-1953 гг. состояло ровно
666 человек122. С момента образования руководство Общества
53
I. Изгнание прусского духа
и кураторы из обкома придавали большое значение работе ис-
торической секции, интуитивно чувствуя первостепенную важ-
ность пропаганды в сфере исторических знаний в регионе со
столь необычной судьбой.
Однако работа историков Общества с самого начала не зала-
дилась. В отчетах постоянно говорилось, что историческая сек-
ция функционирует плохо, что надо срочно наладить ее работу,
что члены секции ни разу не собирались на заседания. В ней
постоянно менялись руководители, историков присоединяли
то к философам, то к экономистам, то опять выделяли в самостоя-
тельную секцию, то ориентировали на сугубо партийную тема-
тику123. Но толку от всех этих реорганизаций было немного.
Причина неудачи заключалась не только в отсутствии кад-
ров, нерадивости членов Общества или плохой организации
их работы. История края представляла собой сплошное мин-
ное поле, где один неверный шаг мог иметь самые неприятные
последствия. Всё, что относилось к довоенному прошлому, рас-
сматривалось проверяющими инстанциями буквально под ми-
кроскопом, и здесь очень легко было попасть впросак или уж,
по крайней мере, приходилось по нескольку раз переписывать
тексты лекций*.
Ослабление контроля за содержанием лекционной пропа-
ганды произошло вскоре после смерти Сталина. Как уже отме-
чалось, в 1954 г. была публично пересмотрена концепция о
славянском характере населения древней Пруссии. Но каждый
шаг в сторону расширения краеведческой тематики, обраще-
ния к довоенной немецкой истории всё еще давался с трудом.
Об этом свидетельствует протокол заседания краеведческой
секции Областного лекторского бюро от 29 марта 1954 г. На
заседании обсуждался текст лекции И.П. Колганова «Развитие
Калининграда и Калининградской области». Спор развернул-
ся вокруг вводной части лекции, в которой автор описывал
довоенную экономику региона. Тон дискуссии задал председа-
тель краеведческой секции И.Г. Ковтун, заявивший: «Во введе-
нии следует исключить данные о немецкой промышленности,
* Вот что было, например, написано в информации для обкома пар-
тии (1951 г.) о качестве лекции в еще одной «лекторской» организа-
ции — Концертно-эстрадном бюро: «Лекция на тему о Калининград-
ской области “Самая молодая” три раза переделывалась, но и сейчас
эту лекцию еще нельзя считать доведенной до требуемого качества»
(ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 9. Д. 113. Л. 5).
54
Борьба за русскую культуру
которые приведены неудачно». Председателя поддержали чле-
ны бюро В.С. Федоров и Цыганкова; против выступила Попо-
ва («материал о немецкой промышленности надо оставить»).
Видя, что большинство членов секции против «пропаганды не-
мецкого прошлого», И.П. Колганов попытался достичь компро-
мисса с оппонентами, пообещав сократить этот раздел лекции,
оставив только самые необходимые сведения.
О результатах дискуссии красноречиво говорит принятое по
ее итогам постановление. В нем предлагалось заменить назва-
ние лекции на «Достижения Калининградской области и пер-
спективы ее развития» и дополнить ее материалами об успехах
в развитии калининградского хозяйства. «Для более яркого
показа превосходства социалистической экономики, — говори-
лось в заключение, — переработать данные по немецкой про-
мышленности в Восточной Пруссии»124.
Трудно судить о том, как часто читались лекции по истории
края. Однако, вероятно, они были весьма востребованы. Из от-
чета ОЛБ за июль 1953 г. видно, что его сотрудниками была
прочитана за месяц всего 101 лекция на 31 тему. Большинство
тем представлялись публике один-два раза, а на тему «Истори-
ческое, прошлое Калининградской области» было прочитано
13 лекций (рекорд принадлежал теме «О международном по-
ложении» — 16 раз)125.
Подводя итоги обзору лекционной пропаганды в первое по-
слевоенное десятилетие, можно сделать два принципиальных
вывода.,Во-первых, все эти годы сохранялись жесткие рамки
дозволенного в освещении истории края. Упоминания о до-
военном немецком прошлом признавались уместными там и
тогда, где и когда они позволяли показать преимущества совет-
ского строя и советских людей над капитализмом и бывшими
хозяевамй Восточной Пруссии. Во-вторых, в Калининграде на-
шлись люди, которые все более настойчиво выступали против
замалчивания и вульгаризации исторического прошлого края.
БОРЬБА ЗА РУССКУЮ КУЛЬТУРУ
Вскоре после окончания войны в СССР началась иницииро-
ванная сверху борьба с «безродными космополитами» и низ-
копоклонством перед Западом. Этот политический курс был
призван помочь решению внутренних проблем советского го-
сударства и упрочить сталинский режим. В Калининградской
55
I. Изгнание прусского духа
области новые идеологические установки оказались как нель-
зя кстати, так как содержали готовый ответ на вопрос: как же
относиться к восточнопрусскому историческому и культурно-
му наследию? Здесь под космополитизмом стали понимать пре-
жде всего позитивное отношение к остаткам немецкой культу-
ры и ее носителям, а задача борьбы с низкопоклонством перед
заграницей обрела местную специфику в лозунге об «изгнании
прусского духа».
Пожалуй, новый политический курс утвердился в Калинин-
градской области раньше, чем в других регионах Страны Со-
ветов. А первой акцией в его раскручивании стала кампания по
переименованию улиц, площадей, населенных пунктов и при-
родных объектов во второй половине 1940-х гг.126
Официальный старт борьбе с космополитизмом был дан в
1947 г. в закрытом письме ЦК ВКП(б) по делу профессоров
Раскина и Клюевой, которые обвинялись в низкопоклонстве
перед западной наукой и культурой. В Калининграде по этому
поводу сначала, 16 сентября 1947 г., состоялось собрание об-
ластного комсомольского актива, на котором присутствовало
148 человек.
Согласно составленной для обкома партии справке, участни-
ки собрания осудили антипатриотическое поведение Клюевой
и Раскина. Критике подверглись и некоторые калининградцы,
в частности, отмечалось, что «среди комсомольцев и молодежи
имели место случаи низкопоклонства перед западноевропей-
ской и немецкой буржуазной культурой» (выделенный курсивом
фрагмент вычеркнут. — Ю.К.).
Назывались и конкретные имена местных «космополитов»:
«Учительница Смирнова (Зеленоградская средняя школа) вме-
сто того, чтобы воспитывать детей в духе советского патрио-
тизма, в присутствии учащихся восхищалась бытовыми удоб-
ствами немецких квартир, а комсомолец Петров, рабочий ре-
монтных мастерских Московского района гор. Калининграда,
восхвалял немецкие достопримечательности г. Калининграда,
сравнивая их с городами Сталинград и Комсомольск, хотя в
них и не был»127.
Вообще, больше всех досталось учителям литературы, ко-
торые якобы много времени отводили на западных писателей
в ущерб русским, и преподавателям истории, использующим
на уроках «неправдивые факты»128. Итоги обсуждения подвел
секретарь обкома партии по пропаганде и агитации И.П. Тро-
фимов, который в своем выступлении сделал упор на отрица-
56
Борьба за русскую культуру
Нрикавыкею:
I. Начальника* чправлений по гражданским делам районов >}?ороцов. их
ваместителям по политчасти, директорам предприятий я совхозов
обеспечить массово -политически работу среди немецкого населения
по-вва-местч^работы, мобилизуя немцев на честную работу на совет-
ских предприятиях.:» поднятие производительности труда, на борь -
6v с рвачами и саботажниками из немцев*
К этой работе привлечь немцев активистов-антифашистов. В работе
с немцами практиковать лекции.доклады.беседы на политические
темы: о пятилетнем плане; об успехах социалистического строитель-
ства в вшей стране: по книге тов. Сталина о Великой Отечественной
войне; о миролюбивой внепиий политике СССР; о злейшем враге челсве-
чества-фашизме; о трудовой дисциплине на социалистическом производ-
стве:, об организующей и руководящей роли кошт готической партии и
тов.Сталина; дправах ^обязанностях граждан СССР, а также лекции,
доклады, беседы на еостественно-научные темы, организуя самодеятель-
ность из немцев.
Фрагмент приказа по УГД Калинин градской области
«О дальнейшей работе с немецким населением», 1946 г. ГАКО
тельное влияние немецкого населения на калининградскую мо-
лодежь. Тов. Трофимов подверг критике комсомольские орга-
низации области, которые «терпимо относятся к случаям свя-
зи молодежи с немецким населением и не замечают немецких
объявлений антисоветского содержания»129.
Через несколько дней, выступая в передаче областного радио
для молодежи, секретарь обкома комсомола тов. Хренов про-
должил развивать поднятую на собрании тему: «На некоторую,
наиболее отсталую часть нашей молодежи удобные и уютные
немецкие квартиры, различные красивые безделушки произво-
дят впечатление высокой буржуазной культуры». Тов. Хренов
призвал комсомольские организации неустанно разъяснять, что
«наша советская культура, наша техника стоят намного выше,
и этим должен гордиться советский человек, а не преклонять-
ся перед внешним, “показным” блеском буржуазной культуры
Запада»130.
Апогеем кампании по «делу Раскина и Клюевой» стало про-
ведение в Калининграде 1 октября 1947 г. городского собра-
ния интеллигенции с участием 950 человек. Основной доклад,
подчеркивая значимость мероприятия, сделал первый секре-
тарь обкома В.В. Щербаков. Он заклеймил «некоторую отсталую
часть интеллигенции» за низкопоклонство перед заграницей и
призвал развивать «чувство советской национальной гордости,
советский патриотизм». В информационной записке о собра-
нии не говорится в подробностях, как публика восприняла
главную мысль докладчика о превосходстве социалистической
культуры над буржуазной, зато вскользь сказано, что заседание
проходило «при свечном освещении»131.
57
I. Изгнание прусского духа
Как это всегда бывало, идеологическая кампания не огра-
ничилась одними собраниями, а пошла вширь, захлестнула
страницы газет, стала звучать в радиопередачах, на концертах
художественной самодеятельности. Областное радио 6 ноября
1947 г. рассказало о строительстве нового дома колхозником
артели имени Сталина Багратионовского района Алексеем Ро-
мановичем Селизаровым:
«Ни один пожилой колхозник не пройдет без глубокого раз-
мышления мимо этого нового домика Алексея Романовича, не
пройдет, не полюбовавшись на искусно выполненную замыс-
ловатую резьбу по широкому карнизу и по нарядным, окра-
шенным в голубое, фигурным наличникам. Здесь, среди стан-
дартных домиков, сделанных по прусскому казарменному образцу
[выделенный курсивом фрагмент вычеркнут красным каранда-
шом. — Ю.К.], этот русский стиль выглядит красочным, наряд-
ным и жизнеутверждающим стилем... Еще недавно здесь ки-
пел смертельный бой, и русские воины сражались за исконную
славянскую землю. Есть над чем призадуматься у этого нового
русского домика»132.
На проходившем в том же году Всероссийском смотре кол-
хозной художественной самодеятельности выступление арти-
стов от Калининградской области открывалось чтением стихов
местного поэта Слойкова, в которых были и такие строки:
Сбываются мечты, желанья,
Дни совершают свой разбег.
Растут повсюду наши зданья, —
Их строит русский человек!
И на полях, на землях наших,
Где кровь лилась из века в век,
Идет в простор широких пашен
Всё тот же русский человек!133
А в одной из лучших частушек, сочиненных для областного
конкурса народного творчества в 1947 г., давался четкий ответ
на вопрос об особенностях калининградской земли:
Меня друг просил ответить,
— Какова у Вас земля?
Я сказал — На землю светят
Звезды древнего Кремля134.
58
Борьба за русскую культуру
В 1948 г. борьба с низкопоклонством несколько стихла. Впро-
чем, отдельные факты гонений на «безродных космополитов»
встречаются в документах и за этот год. Так, в Багратионов-
ском районе была разоблачена колхозница Струганова, репат-
риантка, которая, по информации райкома партии от 7 июня
1948 г., «восхваляет культуру и условия жизни в Германии, хва-
лебно отзывается об американцах»135. Райком партии Желез-
нодорожного района в справке для обкома сообщал о заведую-
щем районным отделом здравоохранения, который «прекло-
няется перед немецкой культурой»136.
С 1949 г. борьба возобновилась с новой силой. Во всех обра-
зовательных учреждениях прошли собрания*. Резкой критике
со стороны партийных органов подверглась агитационная ра-
бота в области и, в частности, то, что пропагандисты мало рас-
сказывали «о превосходстве советской культуры и экономики
над буржуазной». Перед ними ставилась задача осуществлять
«популяризацию исторического прошлого русского народа, рус-
ской культуры и приоритета русской и советской науки»137.
Подлинные примеры «низкопоклонства» найти было чрез-
вычайно затруднительно, поэтому контролирующим инстан-
циям и цензорам приходилось проявлять чудеса изобретатель-
ности, чтобы продемонстрировать свою активность в борьбе за
претворение в жизнь лозунгов партии138.
В ходе развертывания борьбы с космополитизмом настоя-
щим гонениям подвергся коллектив Концертно-эстрадного бю-
ро. Кампания началась 25 марта 1949 г. с общего собрания
работников КЭБа по «вопросу обсуждения статей по поводу
космополитизма»139. В справке обкома от 5 апреля 1949 г. дея-
тельность КЭБа характеризовалась как «гнусное преклонение
перед западноевропейским искусством». Низкопоклонство пе-
ред Западом выражалось, в частности, в том, что репертуар
КЭБа «насыщен заграничными опереттами», артисты-чечеточ-
ники копируют «образчики, заимствованные в американском
кабаке», а на лекциях протаскиваются «гнилые и враждеб-
ные идейки о неполноценности великой русской культуры»140.
* В их повестке дня значились такие вопросы: «О задачах в борьбе
за советский патриотизм против буржуазного космополитизма» или
«О задачах советских историков в борьбе с проявлением буржуазной
идеологии». В каждом коллективе надо было выявить и разоблачить
своих собственных космополитов (См.: ГАКО. Ф. 65. On. 1. Д. 14. Л: 2-
8 об.; ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 4. Д. 52. А. 99).
59
I. Изгнание прусского духа
ПРОГРАММ!
концерта художественной самодеятельности П К и 0 г. Калининграда
1 • ПИСЬМО ВОЖДЕ - Мааурюнас.
2 . ЧИКАГСКОМУ ФАБРИКАНТУ - А. Сурков.
3 . РУССКО - СЛАВЯНСКИЙ ТАНЕЦ .
4 . МЕТЕЛЬ- русская народная песня - соло на баяне.
5 . М0РЗ- КРАСНЫЙ НОС.- Некрасов .
б . ВАЛЬС танец.
7 . ЖЕНИТЬБА- Гоголя- отрывок
8 . ТАНЕЦ С ОБРУЧЕМ .
9 . СВЕТИТ МЕСЯЦ
дуэт баяна и аккордеона
10 . ВО САЛУ ЛИ ВО ОГОРОДЕ
И. ГОПАК.
12. ТРОЙКА - русская народная песня .
21 августа 1948 г
Калининград.
Разрешается к исполнению
по Нтлк:;киградокой области
о по
УлалткошниыЯ ГУРКГ-.
ПЭ Комшшпрыской
Программа концерта художественной самодеятельности.
Калининград, 1948 г.
В конце концов директор КЭБа А.В. Келдыш был снят с рабо-
ты, а дело решено было передать в прокуратуру141.
Как раз в это время, в октябре 1949 г., в Калининградскую
область была назначена новым уполномоченным Главного уп-
равления по контролю за зрелищами и репертуаром (Главре-
пертком) В.С. Савик-Сакс, которая рьяно взялась наводить по-
рядок в работе калининградских театров. Указания уполномо-
ченной сыпались как из рога изобилия.
В спектакле КЭБа «Счастливый рейс» возражение вызвал
дорожный костюм героини, который, по мнению Савик-Сакс,
был «нерусского образца». В спектакле «Бесприданница» деко-
рации квартиры оказались оформлены в стиле, «не характер-
ном для русской архитектуры XIX века», а у артистов «язык из-
лишне европеизирован» (?!). При приемке спектакля «Близкие»
уполномоченная постановила «изъять архитектурные детали...
как не соответствующие стилю советской архитектуры». Даже
танцевальные номера в кукольном театре были «сняты с реали-
зации», так как они, по ее мнению, «исполняются уродливо» и
«не воспитывают в юном зрителе любовь к русским танцам»142.
На состоявшемся 26 июня 1950 г. в Калининграде совеща-
нии руководителей танцевальных коллективов с речью высту-
60
Борьба за русскую культуру
пил директор Калининградского Дома народного творчества
А. Целовальников, призвавший «изжить влияние Запада в тан-
цах». Еще более определенно высказался начальник город-
ского отдела культурно-просветительной работы тов. Блоха:
«В кратчайший срок изжить западные танцы. Танцы должны
быть идейными, а не низкопробными. Необходимо в народных
танцах выбросить терминологию иностранных языков. В клас-
сическом балетеэтот вопрос [решить] гораздо сложнее, но по-
степенно и здесь [ее] надо изживать»143. Для борьбы с «западно-
европейскими» танцами областной Дом народного творчества
срочно организовал курсы по подготовке инструкторов и на-
чал наводить порядок в танцевальном хозяйстве. Столь кру-
тые меры не замедлили сказаться. Вскоре было объявлено, что
«в г. Калининграде на основных танцплощадках сейчас испол-
няются только русские бальные танцы»144.
Борьба с пресмыкательством перед Западом не обошла и ху-
дожественную самодеятельность. Поскольку здесь к содержа-
нию пьес, песен, стихов придраться было практически невоз-
можно (весь репертуар готовился по специально утвержденным
в Москве сборникам), проверяющим приходилось быть особен-
но изобретательными, чтобы выполнить свою идеологическую
миссию. Вот характерный пример из рецензии на концерт ху-
дожественной самодеятельности студентов Калининградского
коммунально-строительного техникума, состоявшийся 5 апре-
ля 1950 г.:
«У тов. Носикова имеются неплохие данные для вырази-
тельного чтения. Но исполненная им басня Сергея Михалко-
ва “Рубль и доллар” требует еще значительной доработки. Ис-
полнитель рисует слишком однообразно характеры доллара и
рубля. И доллар и рубль нарисованы чтецом только добродуш-
но самоуверенными. Такая трактовка искажает смысл произ-
ведения. Американский доллар не обладает спокойной уверен-
ностью советского рубля. Покупательный курс доллара часто
меняется от конъюнктурных соображений капиталистическо-
го рынка. За доллары ведется беспощадная эксплуатация тру-
дящихся “Маршализованных стран”. Следовательно^ доллар
выполняет роль бессердечного хищника, усердно служащего
своему хозяину — капиталисту. Доллар является средством
обогащения капиталистов и обнищания трудящихся. Харак-
тер доллара такой же, как и характер его хозяина — бессер-
дечно-жестокий, наглый, хамско-самоуверенный, напыщенно-
важный и хвастливый. В отличие от доллара советский рубль
61
ПЛАЦ РАБОТЫ КЛУБА ЗАВОДА
11ЛпП намай 1951 г.
„УТВЕРЖДАЮ"
Председатель завкома
(РОМКИН)
Числа месяца Наименование проводимых мероприятий Начало меропр. Ответствен, за проведение
1 Кино „На границе" Для детей „В' Московском зоопарке" „Повесть о наших детях" 13-15- 19-21 Шумаков
2 Детский утренник КИНО „Мореной ястреб" ВЕЧЕР МОЛОДЕЖИ ЗАВОДА 15-16- 18-21 Чл. правления кл. кем. ВАКОМ
3 КЭБ 10 Шуманов
4 Кино „Моя дюбовЬ“ 16-21 Котов
ТВ” Кино „Мечта“ 19-21 Шумаков
7 Занятие работников клуба 10 Тимофеев, Шумакев
8 Лекция о Международном положении 17 Шумаков
9 Драм-театр „Западная граница11 (премьера) 21 Шарапов, Незлоеа
10 Кино „Заговор обреченных" 19-21 Транская, Нетев
11 Кино „Мастера сцены** 19-21 Калачиксва, Тарасаиксв
12-13 Кино „Девушка с характером** Танцы 1 19-21 Юрченко, Уманский
“Т4”| ЗАНЯТИЕ РАБОТНИКОВ КЛУБА 10 Шумакев
15 Драм-тватр „Директор** 21 Орлов, Транская
16 Кино „Танкер Дербент11 19-21 Уманский
17 Кино „Первый бал** 19-21 Шуманов, Орлов
18 Вечер Инвалидов Отечественной войны 18 Нозлева, Уманский
19-20 Кино „Падение Берлина*1 i и п серии 19-21 Черемхин, Орлов
21 Занятие работников клуба, репетиция на сцене 10-18 Уманский
22 Кино „Таинственный беглец“ 19-21 Шумаков, Потов
23 Лекция „Советский Балет и его значение в развитии искусства" 19 Тарасенков, Орлов
24 2Г1 Кино „Она защищает родину** 19-21 Трансная, Юрченко
ДенЬ парткома 17 Ассоров
26 Вечер молодежи завода 21 Нелечкева, Козлова
27 Кино „Дитя Дуная** Танцы 17-19-21 Шумакев, Уманская
28 Кино „Два бойца" 19-21 Уманский, Котов
29 ВЕЧЕР ТРУДОВЫХ РЕЗЕРВОВ. КЭБ 19-21 Шумаков
30 Кино „Музыкальная история** 19-21 Тараоенкев Козлова
Ji КЭБ 21 Тимофеев, Котов
План работы одного из заводских клубов Калининграда
на май 1951 г. ГАКО
Борьба за русскую культуру
обладает твердой покупательной способностью. Его покупа-
тельная способность с каждым годом все увеличивается. Совет-
ское государство сделало рубль устойчивым и надежным, вер-
но служащим росту повышения благосостояния трудящихся
Советского Союза и росту народного хозяйства страны социа-
лизма. Следовательно, характер советского рубля совсем иной,
чем характер доллара. Советский рубль обладает внутренней
силой, достоинством и благородством. Тов. Носикову следует
подчеркнуть в своем исполнении вышеперечисленные качест-
ва американского доллара и советского рубля. Надо добиться
ощутимой разницы в характере доллара и рубля»145.
Одновременно были вскрыты ошибки в области кинопро-
ката. Здесь дело дошло до разбирательства на заседании бю-
ро обкома партии 2 марта 1951 г. (Вопрос повестки дня гласил:
«О неправильном использовании фильмофонда»). Руководство
областной конторы кинопроката обвинялось в «крупной поли-
тической ошибке», а именно в том, что в кинотеатрах ради по-
полнения кассы слишком часто демонстрировали трофейные,
прежде всего немецкие, фильмы, тогда как, с другой стороны,
«законсервировали гордость советской кинематографии, луч-
шие советские кинофильмы». «Дело кино, — говорилось на за-
седании бюро, — у нас находится не в надежных руках». Ви-
новным за эту непатриотическую кинополитику был объявлен
строгий выговор*.
Советская власть и ее наиболее усердные служители не огра-
ничивались контролем за общественной жизнью, а зачастую
бесцеремонно вторгались и в сферу частной жизни граждан.
В августе 1950 г. методист областного Дома народного творче-
ства А.Н. Дамаева инспектировала учреждения культуры Боль-
шаковского'района, везде щедро раздавая замечания и выгово-
ры. Но больше всего ее возмутило то, с чем она столкнулась в
колхозе им. Кирова.
В квартире заведующей избой-читальней Крючковой она
«увидела на комоде в рамке портрет немецкой принцессы с ко-
роной и гербом, а в углу картину — немецкая могила, на ней ка-
ска немецкая, проткнутая шпагой, над нею крест с орлом, герба-
ми и т. д.» Такое, конечно, нельзя было оставить без внимания.
* ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 9. Д. 30. Л. 102. Калининградский обллит 8 апре-
ля 1952 г. издал циркуляр, категорически запрещавший рекламу и да-
же упоминания в печати и по радио о «трофейных» фильмах (ГАКО.
Ф. 232. Оп. 6. Д. 10. Л. 6).
63
I. Изгнание прусского духа
Молодая семья калининградцев у себя дома,
1950-е гг. ГАКО
В своем отчете в управление культуры тов. Дамаева пишет: «На
мой вопрос: “Зачем ей эти картинки?” — тов. Крючкова отве-
тила: “Они хорошенькие”. Портрет я взяла, прилагаю к отчету.
А картину тов. Крючкова обещала снять, ио при мне не сияла,
несмотря на мое настойчивое предложение. На стенах комна-
ты много немецких открыток»146. Не удовлетворившись одним
отчетом, инспектор 28 августа написала также «Докладную» в
Большаковский райисполком. «Тов. Крючкова, — говорится в
ней, — не может работать на этой должности в виду ее малогра-
мотности и идеологического низкого уровня. В помещении, где
она живет — комнате рядом с клубом — изобилие немецких от-
крыток, портретов, картин, посвященных немцам. Например,
картина — могила убитого немецкого фашиста с надгробным
крестом, орлами и т. д.»147
Задача борьбы с «неметчиной» обсуждалась и на заседаниях
Калининградского городского совета депутатов трудящихся.
Во второй половине 1951 г. постоянная комиссия горсовета по
культурно-просветительной работе подготовила доклад, в ко-
тором остро ставилась эта проблема: «Некоторые малоиску-
шенные товарищи остатки немецких бытовых удобств прини-
мают за культуру в широком смысле слова и неверно понимают
64
Исключения из правил
существо и содержание буржуазной культуры, переоценивают
ее и даже начинают низкопоклонничать перед ней. Но сам об-
лик города говорит о крайне низком уровне немецкой буржуаз-
ной культуры. Дома казарменного типа, дома-коробки, окра-
шенные мрачными тонами, достаточно характеризуют мещан-
скую безвкусицу немецких бюргеров».
Без внимания депутатов не осталась и бытовая сфера. «Нам
отнюдь не может быть безразлично, — говорилось в докладе, —
чем украшают свои квартиры калининградцы, как оформлены
улицы города. Между тем здесь, в Калининграде, как нигде в
Союзе, во многих квартирах висят аляповатые пошлые немец-
кие олеографии мещанского и даже религиозного характера,
оставшиеся после немцев. На улицах города сплошь и рядом
можно встретить немецкие надписи, вывески, барельефы, из-
речения. Давно пора убрать всё это с улиц нашего советско-
го города». Цель культурной политики, по мнению депутатов,
должна состоять в том, чтобы «раскрыть трудящимся существо
убогой и растленной буржуазной культуры, показать превос-
ходство над ней нашей социалистической культуры»*.
ИСКЛЮЧЕНИЯ ИЗ ПРАВИЛ
Было бы неверно утверждать, что советские власти совер-
шенно игнорировали немецкий опыт, прежде всего хозяйствен-
ный. В архивах сохранились сотни справок, характеризующих
промышленность, сельское хозяйство, мелиоративные систе-
мы, рыбные промыслы, лесное хозяйство, коммунальную сфе-
ру, транспорт и связь, демографические показатели Восточной
Пруссии. Справки составлялись по каждому району и городу,
по отдельным отраслям экономики, крупным промышленным
предприятиям148. Информация для них черпалась из немецких
справочников, преимущественно предвоенных лет. Вероятно,
использовались и устные свидетельства оставшихся в области
* ГАКО. Ф. 216. On. 1. Д. 101. Л. 50, 57. Кстати, борьба с немецкими
надписями велась постоянно и масштабно. В секретном сообщении
горисполкома в облисполком от 26 мая 1948 г. говорилось: «...проде-
лана большая работа по снятию немецких вывесок, лозунгов, витрин
и отдельных букв (!). Так, в течение четырех месяцев 1948 r.s снято по
городу 13449 штук различных немецких вывесок. Работа по снятию
продолжается» (Там же. Оп. 5. Д. 5. Л. 20).
65
1
/. Изгнание прусского духа
немцев; в ход шли и личные впечатления составителей таких
справок. Разумеется, все эти материалы предназначались толь-
ко для служебного пользования, и содержащаяся в них инфор-
мация не подлежала публикации.
Материалы информационного характера, без сомнения, ис-
пользовались при решении конкретных практических задач.
Одной из них было создание нового административного устрой-
ства Калининграда и области. В проекте административной
структуры города, подписанном и. о. председателя горисполко-
ма В.М. Долгушиным, подробно анализировалась исторически
сложившаяся у немцев система деления Кёнигсберга на райо-
ны и делался вывод о необходимости учитывать «границы есте-
ственно сложившихся кустов»149.
Кстати, в закрытых документах можно было встретить и та-
кие откровенные признания, которые в случае их обнародо-
вания могли бы привести к серьезным последствиям для ав-
торов, например: «Город Кёнигсберг до войны имел исклю-
чительно высокопоставленное благоустройство... Санитарное
состояние... было на большой высоте. Свалок город не имел.
По улицам были расставлены мусоросборники, которые еже-
дневно очищались, и все отбросы перерабатывались на заво-
де по утилизации последних»150.
В 1946-1947 гг. в Калининградской области работала бри-
гада Московского института инженеров землеустройства, кото-
рая обследовала состояние сельского хозяйства и, в частности,
давала рекомендации об освоении имевшейся дренажной си-
стемы, использовании канав, об оптимальных участках земли
для выпаса скота, о регулировании водного режима и т. д.*
На многих сохранившихся или восстанавливаемых промыш-
ленных предприятиях широко использовались оборудование,
технологии и техническая документация, оставшаяся от преж-
них хозяев. Кроме того, к восстановительным работам и на-
ладке оборудования привлекались проживавшие в области не-
мецкие специалисты, у которых перенимали опыт советские
работники151.
Нетрудно заметить, что все перечисленные факты свидетель-
ствуют о сугубо утилитарном характере использования немец-
кого опыта. Как запустить станок? Как работает та или иная
* Впрочем, главная рекомендация сводилась к ликвидации хуторской
системы (ГАКО. Ф. 183. Оп. 5. Д. 84. Л. 9-10).
66
Зачем русским немецкая история?
технологическая цепочка на конкретном предприятии? Где
проходят подземные коммуникации? Этими и подобными во-
просами ограничивался интерес к экономике Восточной Прус-
сии. Речь, разумеется, не шла о каком-то восприятии видов и
способов хозяйствования, организации производства и других
высоких материях. Превосходство советского экономического
строя было и так слишком очевидным.
ЗАЧЕМ РУССКИМ НЕМЕЦКАЯ ИСТОРИЯ?
Когда в 1945 г. по решению Потсдамской конференции се-
верная часть Восточной Пруссии была присоединена к СССР,
перед новыми хозяевами края встала непростая задача освое-
ния и интеграции довольно обширной территории в состав
Страны Советов. Казалось бы, опыта такого рода у сталинского
режима хватало. Достаточно вспомнить «воссоединение» с За-
падной Украиной и Западной Белоруссией 1939 г., аннексию
в 1940 г. государств Прибалтики. Однако ситуация с Восточ-
ной Пруссией имела принципиально иной характер. Во-пер-
вых, в отличие от упомянутых территорий, а также доставших-
ся Польше Вармии и Мазурах, Восточная Пруссия никогда не
была частью Российского государства. Краткосрочное Елизаве-
тинское правление в период Семилетней войны здесь можно
вспомнить разве что в виде исторического казуса. Во-вторых,
Восточная Пруссия представляла собой иной тип цивилизации.
Это был кусочек Запада, инородное тело в восточно-европей-
ском окружении. В-третьих, важное значение имели различия
социально-экономических систем Германии и СССР. В-четвер-
тых, коммунизм здесь предстояло построить не силами обра-
щенного в новую веру местного населения, которому была уго-
тована депортация, а путем массового заселения края новыми
жителями из числа советских граждан. Наконец, в-пятых, Вос-
точная Пруссия оказалась «военным трофеем» Советского Сою-
за, завоеванным в смертельной схватке со страшным врагом.
На первых порах именно последнее обстоятельство игра-
ло ведущую роль в определении отношения ко вновь присое-
диненному краю. Собственно, выбор у новой власти был неве-
лик, если он вообще существовал. Психологическое состояние,
обусловленное только что закончившейся войной, как у влас-
тей предержащих, так и у всех советских людей было таково,
что даже намек на необходимость сохранения и преумножения
67
I. Изгнание прусского духа
Русские сани на фоне
руин кирхи памяти
королевы Луизы в Кали-
нинграде, 1964 г. ГАКО
восточнопрусских традиций, заботы о немецких памятниках
истории и культуры воспринимался как безусловное кощун-
ство, если не как прямое предательство по отношению к памя-
ти многих миллионов жертв германского нацизма.
Такие настроения и соответствующая им политика властей
были, похоже, естественной, неизбежной и единственно воз-
можной реакцией на трагические события 1941-1945 гг. Другой
вопрос, насколько эта политика была перспективной? Должна
ли была она становиться руководством к действию на долгие
годы и десятилетия? Было ли в ней хоть какое-то рациональ-
ное содержание? Почему, наконец, даже когда эмоции улеглись
и война стала понемногу забываться, прежний курс оставался
в силе?
Возникает и еще один принципиальный вопрос: была ли
вообще политика партии и советского государства по отноше-
нию к историко-культурному наследию Восточной Пруссии ре-
зультатом какого-то анализа, следствием дискуссий во властных
структурах или хотя бы наспех составленной концепции? Безу-
словно, нет. Среди многих тысяч документов второй половины
1940-х — первой половины 1950-х гг. пока не обнаружено ни
одного, который бы отражал озабоченность власти этими во-
просами. Руководители и в Москве, и в Калининграде вполне
искренне верили, что достаточно дать людям какое-никакое
68
Зачем русским немецкая история?
жилье, работу, небольшие льготы — и проблема адаптации пе-
реселенцев будет решена. Эта убежденность была в крови у со-
ветских коммунистов, которым не впервой было начинать исто-
рию с чистого листа и для которых массовые переселенческие
акции со времен коллективизации стали делом привычным.
Большевики, у себя дома взорвавшие и разорившие тыся-
чи храмов, сбросившие с пьедесталов множество памятников,
торговавшие шедеврами искусства из главных музеев стра-
ны, уничтожившие цвет русской интеллигенции, зачеркнувшие
собственную историю до 1917 г. — неужели этим, большевикам
было дело до какого-то орденского замка, немецкой кирхи или
прусского кладбища?
И все-таки властям пришлось давать какие-то объяснения.
Естественный интерес людей к среде своего обитания требовал
хотя бы минимального удовлетворения. Так на свет появил-
ся некий суррогат довоенной истории края, в котором правда
была смешана с вымыслом, одни события, часто второстепен-
ные, приобретали статус эпохальных, другие, действительно
значительные, затушевывались. При этом государство и его
пропагандистские институты руководствовались, казалось бы,
благой целью: таким путем они надеялись облегчить адапта-
цию переселенцев в непривычной историко-культурной среде.
Действия властей в этом направлении не отличались особой
продуманностью и организованностью. Скорее, они были про-
стой реакцией на появлявшиеся общественные запросы. При
этом сложность возникавших проблем склоняла представите-
лей режима к мысли вообще раз и навсегда «закрыть немец-
кую тему». Тотальный запрет на прошлое был хорош тем, что
не требовал от государственных и партийных чиновников ни
образованности, ни культурной грамотности, ни знания ино-
странных языков, ни интеллектуальных усилий — все эти каче-
ства были в большом дефиците у сталинских кадров.
Положение усугублялось еще и тем, что освоение нового
края пришлось на период «холодной войны», острой конфрон-
тации СССР с Западом, массовых кампаний борьбы с «космопо-
литизмом и низкопоклонством перед заграницей». В погранич-
ной области, ставшей военным форпостом на западной окраине
державы, все эти тенденции должны были проявиться с дсобен-
ной силой и не могли не трансформироваться в противостояние
с «неметчиной», в борьбу «за изгнание прусского духа».
Неприятие немецкого историко-культурного наследия со сто-
роны не только властей, но и основной массы новоселов было
69
I. Изгнание прусского духа
следствием и определенной культурной конфронтации. Необ-
ходимо учитывать, что заселение бывшей Восточной Пруссии
осуществлялось не за счет жителей сопредельных территорий
Прибалтики, чей образ жизни, занятия, культурные традиции
были в какой-то степени общими для всего бассейна Балтий-
ского моря. Главным источником формирования населения
Калининградской области стала российская глубинка. Для пе-
реселенцев с Рязанщины, Тамбовщины, Орловщины, для яро-
славцев, вятичей и костромичей, для выходцев с русского Се-
вера и из Подмосковья представший перед ними предметный
мир Восточной Пруссии, рукотворный ландшафт, вся новая
среда обитания были чужими и в значительной степени чуж-
дыми. Положение осложнялось присутствием в русском нацио-
нальном характере такой черты, как недоверие и неприязнь ко
всему иностранному*.
Наконец, важным было и то, что по приехавшим в бывшую
германскую провинцию советским людям уже основательно
прошелся каток большевистского режима. Гражданская война,
коллективизация, репрессии 1930-1940-х гг., тотальный по-
литический и идеологический контроль и беспрерывное про-
пагандистское зомбирование — всё это породило феномен «со-
ветского человека». Это был человек, у которого насильственно
отняли веру в Бога, которого отлучили от складывавшейся ве-
ками национальной традиции, во многом лишили этнографи-
ческого своеобразия152. Здесь, на чужой немецкой земле, ото-
рванные от своей «малой родины», переселенцы ускоренными
темпами утрачивали остатки национального своеобразия, эт-
нокультурных и региональных различий.
Таким образом, в послевоенные годы Калининградская об-
ласть — северная часть бывшей Восточной Пруссии — стала
ареной острого конфликта, в котором столкнулись две противо-
стоящие друг другу силы. Уцелевшие после окончания воен-
* Знаменитый художник Серебряного века Александр Бенуа, описы-
вая свое путешествие по Восточной Пруссии в 1896 г., так характери-
зует реакцию своего соотечественника на увиденное после пересече-
ния германской границы: «Даже будучи полным невеждой, он уже с
колыбели презирает всё “немецкое”, всё “не-русское”, он всё лучше
знает и поэтому учиться не желает» (Бенуа А. Мои воспоминания. М.,
1980. Кн. 4-5. С. 109). Подробнее об этом см.: Костяшов Ю.В. Восточная
Пруссия глазами русских путешественников // Вестник Калининград-
ского государственного университета. 2000. С. 60-67.
70
Зачем русским немецкая история?
ных действий материальные и культурные ценности Восточной
Пруссии и отчасти сами ее жители (до их депортации в Герма-
нию) выступали пассивной стороной конфликта. Активная сто-
рона была представлена новопоселенцами, среди которых (и
у властей, и у народа) существовало принципиальное согласие
относительно способов и методов «освоения» доставшегося им
немецкого наследства. Острота конфронтации определялась
тем, что описываемый конфликт имел сложный характер, в ко-
тором можно выделить, по крайней мере, три уровня: социаль-
но-психологический, политико-идеологический и культурно-
цивилизационный.
Такое мощное сочетание, казалось бы, обрекало остатки вос-
точнопрусского наследия на полное уничтожение. Однако это-
го не случилось. На пути претворения в жизнь «генеральной
линии» встали не обличенные властью простые люди, прежде
всего представители русской интеллигенции. В их числе ока-
зался безвестный калининградец, скрывшийся за псевдонимом
«В.В. Любимов», учитель Прохорехин, преподаватель педин-
ститута А.В. Мельникова, музейные работники И.Г. Ковтун,
И.П. Колганов и, без сомнения, многие другие калининград-
цы, чьи Имена мы, быть может, никогда не узнаем, искренне по-
любившие эту землю, хотевшие лучше узнать ее и стремившие-
ся помочь своим землякам обрести на новой земле свою вторую
родину.
Возможно, эти люди никогда прямо и не задавали сей сакра-
ментальный вопрос: а зачем, собственно, русскому человеку не-
мецкая история со всеми этими замками, кирхами и памятни-
ками? Но они хорошо понимали, что отсутствие исторической
памяти лишает человека связи с той землей, на которой он жи-
вет, и, в конечном счете, делает невозможным осуществление
какой-либо осмысленной социальной деятельности.
71
II. ЗАСЕЛЕНИЕ И ДЕПОРТАЦИЯ
ЗАСЕЛЕНИЕ КАЛИНИНГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ
ПОСЛЕ ВОЙНЫ
Заселение отошедшей к СССР части территории бывшей
Восточной Пруссии — одно из значительных событий в после-
военной истории страны, когда за очень короткий срок была
осуществлена смена населения целого региона, а жителями но-
вой российской области стали выходцы практически изо всех
уголков страны.
Советские люди стали прибывать сюда сразу же после успеш-
но завершившейся весной 1945 г. Восточно-Прусской опера-
ции (по 3-4 тыс. человек ежемесячно). К моменту образования
области в ней проживали, по данным милиции, 35 тыс., а к 1 ав-
густа 1946 г. — уже 84,5 тыс. граждан СССР, причем до одной
пятой их числа составляли советские репатрианты, возвращав-
шиеся на родину из фашистских концлагерей153. Часть из них
после прохождения «фильтрации» оставалась на постоянное
жительство в области.
Статистический учет других категорий переселенцев в это
время не велся, однако вплоть до лета 1946 г. главным источ-
ником пополнения гражданского населения области, сохранив-
шим свое значение и в последующие годы, стали демобили-
зованные военнослужащие, окончившие войну на территории
Восточной Пруссии или проходившие здесь действительную
службу. До осени 1946 г. советские люди составляли меньшин-
ство по отношению к местному немецкому населению, которо-
го на 1 августа того же года насчитывалось 108,5 тыс. человек154.
72
Заселение Калининградской области после войны
Работа с данными статистики 1940-х гг. представляет из-
вестную сложность, поэтому вначале целесообразно сделать не-
сколько замечаний о принципах работы автора с выявленным
статистическим материалом.
1. Сохранившиеся в архиве сведения о движении населения
представлены двумя основными группами документов: первич-
ными формами статучета (их несколько десятков) и сводными
справками, таблицами, отчетами, которые составлялись учреж-
дениями статистики по запросам советских и партийных орга-
нов. При этом содержащиеся в них цифры нередко различа-
лись, иногда довольно существенно.
В качестве иллюстрации представляется интересным срав-
нить данные разных источников о количестве прибывавших
в сельскую местность Калининградской области переселенцев.
Как видно из таблицы 1, численность переселенцев по сведе-
ниям статорганов в среднем в два раза превышала данные пе-
реселенческого отдела. Какие же цифры более объективны?
Сведения статистических разработок представляются гораз-
до более надежными. Они были получены на основе подсчета
данных из листков прибытия и выбытия, заполнявшихся при
прописке-выписке граждан. Хорошо известно, насколько жест-
ко действовал режим прописки в то время, являясь одним из
наиболее эффективных и точных средств учета перемещения
населения. Во всяком случае, адресные талоны не оставляли
возможности для приписок, за каждым листком стоял конкрет-
ный человек.
Переселенческие органы, а вслед за ними и областные вла-
сти, при учете прибывающих в область селян игнорировали
большое число «неорганизованных», или внеплановых, пересе-
ленцев. Кроме того, они были заинтересованы приуменьшать
Таблица 1
Численность переселенцев в сельскую местность
в 1947-1955 гг. по различным источникам, тыс. чел.155
Источник информации 1947 1948 1949 1950 1951 1952 1953 1954 1955
Областной переселенче- ский отдел 38,4 44,1 21,4 20,4 5,8 6,7 4,5 4,6 3,5
Областное статуправление 54,4 54,5 37,9 33,8 21,3 20,9 25,5 25,5 20,7^
73
II. Заселение и депортация
количество приезжих, чтобы скрыть их обратный отток. По
величине удельного веса «обратных выездов» вышестоящие
инстанции оценивали всю работу переселенческих органов и
местных властей по хозяйственному обустройству переселен-
цев. С другой стороны, областныр власти (и в какой-то мере
зависимые от них работники местного статуправления) были
склонны завышать общую численность населения, ибо от этого
показателя зависело выделение области материальных ресур-
сов, в том числе продовольственных. Во всех случаях расхожде-
ний, подобных описанному выше, автор отдавал предпочтение
исходным (первичным) данным учета как менее подверженным
искажениям по политическим и иным причинам.
2. В разработках данных учета населения статистические ор-
ганы довольно широко применяли поправочные коэффициен-
ты, когда исходные данные увеличивались или уменьшались на
определенную величину (от 0,5 до 4,0%). Причины изменений
всегда объяснялись «недоучетом населения», а их конкретный
размер, судя по всему, определялся «на глазок». Во всяком слу-
чае, никаких методик или принципов расчетов ни разу приве-
дено не было. Произвольность этих корректировок, особенно
с учетом того, что применялись они не во всех случаях*, делает
нецелесообразным их воспроизведение, то есть и здесь анализ
будет базироваться на первичных материалах.
3. В связи с тем, что в изучаемый период статистическая
служба области находилась в процессе становления, данные по
некоторым формам учета и за отдельные отрезки времени ли-
бо отсутствуют, либо представлены фрагментарно. Кроме того,
сплошная паспортизация сельского населения области и систе-
матическая регистрация прописки-выписки селян были вве-
дены только в 1947 г. Эти случаи неполного характера учета,
которые относятся почти исключительно к 1946-1947 гг., бу-
дут оговариваться.
4. Статистический учет механического движения населения
в СССР осуществлялся на основе талонов (листков) прибытия
и выбытия, затем данные обрабатывались статорганами. При
этом по большинству учетных форм невозможно отделить тех
лиц, которые приезжали в область из других регионов стра-
* Вообще у автора сложилось впечатление, что статистики пользова-
лись поправками исключительно тогда, когда надо было «подогнать»
различающиеся цифры одного и того же массива данных, полученные
по разным формам учета.
74
Заселение Калининградской области после войны
Первый эшелон с группой переселенцев из Московской области
отправляется в Калининград, сентябрь 1946 г.
Фото Г. Зельма из журнала «Огонёк»
ны («первичные переселенцы»), от менявших место жительства
в пределах самой области. Последние, таким образом, вклю-
чались в суммарное число переселенцев два, а может быть, и
более раз. Однако можно довольно точно установить удель-
ный вес внутриобластного движения населения, то есть долю
«вторичных переселенцев» по годам: в 1947 г. — 4228 чел., или
6,5%, в 1948 г. — 17148, или 11,2%, в 1949 г. — 28035, или
24,9%, в 1950 г. — 21037 или 19,3% от общей массы пересе-
ленцев за год156.
5. Следует также иметь в виду, что статистика механическо-
го движения не учитывала проживавшего в области немецкого
гражданского населения, а также военнослужащих и заключен-
ных. Что же касается демобилизованных воинов, а также лиц,
возвращавшихся из мест заключения, в соответствии с инструк-
циями ЦСУ, по месту выхода (прежнему месту жительства) они
заносились в графу «неизвестно».
Несмотря на неполноту данных, вероятность двойного уче-
та некоторой части переселенцев, отсутствие сведений по от-
дельным категориям населения, выявленные статистические
материалы позволяют с большой долей надежности судить о со-
ставе переселенцев в Калининградскую область в послевоен-
ные годы.
75
II. Заселение и депортация
Начало массового заселения Калининградской области было
положено подписанным И.В. Сталиным постановлением Сове-
та министров СССР №1522 от 9 июля 1946 г., которое преду-
сматривало переселение в августе — октябре 1946 г. на добро-
вольных началах 12 тыс. семей колхозников из 23 областей
и автономных республик РСФСР и из Белоруссии. Организа-
ция переселения поручалась переселенческим отделам — спе-
циальным органам, которые существовали во всех регионах
страны и подчинялись Главному переселенческому управле-
нию СССР. При Управлении по гражданским делам Калинин-
градской области также был создан переселенческий отдел, со-
стоявший из 52 работников.
Чтобы поощрить людей к переезду, была разработана це-
лая система льгот. Переселенцам обеспечивался бесплатный
проезд и провоз багажа, выдавались безвозвратные денежные
пособия — одна тысяча рублей на главу семьи и по 300 руб-
лей на всех членов или же в размере двухмесячного заработ-
ка на прежнем месте работы; каждой семье предоставлялись в
личную собственность квартира или дом с участком земли для
индивидуального сада или огорода площадью от 0,3 до 0,5 гек-
тара, выделялись льготные кредиты на строительство или ре-
монт жилья и приобретение скота. Предусматривалась прода-
жа каждой переселенческой семье по государственным (т. е. не-
высоким) ценам зерна и определенного набора промтоваров:
«одно пальто, 30 метров хлопчатобумажных тканей, 10 литров
керосина, 10 килограммов соли, 40 коробок спичек, и каждому
члену семьи: пару обуви, один головной убор (платок, шапка),
по две пары носков и чулок, две катушки ниток и один кило-
грамм хозяйственного мыла». Кроме того, колхозникам списы-
вались все недоимки по обязательным поставкам сельхозпро-
дуктов и аннулировались прочие долги перед государством за
прошлые годы, а после переселения они на два-три года осво-
бождались от всех налогов и платежей157.
Поиском добровольцев в определенных решением прави-
тельства областях занимались инспектора переселенческих от-
делов, которых в народе называли вербовщиками. Ими исполь-
зовались различные методы агитации: в газетах публиковались
объявления о наборе желающих на переезд, по радио зачиты-
вались письма калининградцев, призывающие ехать в новые
места, на предприятиях и в колхозах читались лекции об ус-
ловиях жизни в Калининградской области, распространялись
листовки «Памятка переселенца», в сельских клубах и до-
76
Заселение Калининградской области после войны
СПРАВКА
по приему колхозников - переселенцев в
Калининградскую область
1.
По решению Партии п Правительства в- ближайшие два месяца из различных областей РСФСР и Белорус-
ской ССР в Калининградскую область прибудут 12 тысяч семей колхозников-переселенцев для организации колхо-
зов и освоения сельского хозяйства новой Калининградской области.
Подготовка к приему, прием и расселение колхозников является крупнейшей общегосударственной полити-
ческой задачей.
Придавая огромнейшее политическое значение вопросу освоения ховяйства и заселения колхозниками Кали-
нинградской области Правительство СССР приняло ряд решений, направленных на быстрейшее восстановление и
развитие социалистической экономики нашей области, входящей в состав РСФСР.
Так 7 апреля с. г. Совет Министров СССР принял Постановление об административном устройстве г. Ке-
нигсберга и прилегающих к нему районов.
21 июня с. г. Президиум Верховного Совета СССР издал указ о национализации земель, банков, промыш-
ленных, коммунальных предприятий, железнодорожного транспорта, морского и речного флота, средств связи и т.д
В этот же день, т. е. 21 июня с. г. Совет Министров Союза ССР принял развернутое постановление „О
мероприятиях по-хозяйственному устройству Калининградской области “
9 июля с.г. Совет Министров СССР вынес решение “ 0 первоочередных мероприятиях по заселению райо-
нов и развитию сельского хозяйства в Калининградской области"
Эти и другие, имеющие крупнейшее политическое значение, документы являются конкретной программой
работы партийных, комсомольских, советских и профсоюзных организаций п воинских частей нашей
области-
В целях поощрен 1Я и создания благоприятных материальных условий для развития сельского хозяйства
области Правительство установило для колхозников-переселенцев ряд льгот:
а] бесплатный проезд и провоз скота и имущества до 2-х тонн;
Листовка с условиями переселения крестьян-колхозников
в Калининградскую область, 1947 г. ГАКО
мах культуры вывешивались пропагандистские плакаты. Разу-
меется, положение в области рисовалось в самом привлекатель-
ном виде.
Желающие переселиться заполняли специальный бланк «Ан-
кеты-заявления», к которому должна была прилагаться харак-
теристика с места работы. После проверки анкетных данных, а
также благонадежности кандидатов на переселение по линии
милиции и госбезопасности главе семьи выдавался переселен-
ческий билет, в который вписывались все домочадцы, сообща-
лось место и время погрузки в эшелоны.
Правительственными постановлениями предусматривалось
производить переселение семьями, причем для получения пол-
ного набора льгот в каждой семье должно было быть не менее
двух трудоспособных членов. В действительности чрезвычайно
распространены были так называемые неполные семьи (дети
вместе с одним из родителей, чаще всего — с матерью), а так-
же «составные», т. е. фиктивные семьи. Под видом трудоспо-
собных нередко записывались несовершеннолетние подростки,
престарелые и инвалиды.
Об этом косвенно свидетельствуют данные о составе пере-
селенцев, прибывших в сельскую местность в первые месяцы
77
II. Заселение и депортация
массового заселения края. В таблице 2 невероятным выглядит
резкое (в полтора раза!) уменьшение среднего числа членов
в составе одной семьи в октябре 1946 г. по сравнению с авгус-
том и сентябрем. Объяснение может быть только одно: пра-
вительственным постановлением план переселения был оп-
ределен в «семьях», поэтому к октябрю, когда стало ясно, что
выполнение заданий может быть сорвано, уполномоченные вер-
бовщики стали «разукрупнять» большие семьи, оформляли на
переезд фиктивные семьи (они, как правило, состояли из двух-
трех человек).
Всего же до конца года в сельские районы области перееха-
ли 12 115 семей или 58762 человека, в том числе 32835 трудо-
способных158.
Несмотря на четкие инструкции вербовщикам набирать кре-
стьян из крепких хозяйств, к самой распространенной катего-
рии переселенцев относились погорельцы и шире — люди, ли-
шившиеся крова. Это были прежде всего жители тех областей
России, Украины и Белоруссии, которые в годы войны оказа-
лись в зоне гитлеровской оккупации. Для населения сожжен-
ных деревень и разрушенных городов, семей, потерявших на
войне кормильца, не имевших ни сил, ни средств построиться
заново, обещания вербовщиков о выделении дома или кварти-
ры становились главной приманкой и основным аргументом в
пользу переселения. Многие же решались на переезд, просто
спасая себя и своих детей от голода, в надежде выжить На новом
месте159. Любопытно, что среди первых переселенцев 1946 г.
почти половина (49%) составляли семьи, главы которых были
фронтовиками и только что демобилизовались из рядов совет-
ской армии160.
Таблица 2
Состав сельских переселенцев
в Калининградскую область на 6 ноября 1946 г.161
Месяц Отправленных эшелонов Семей Человек Человек на 1 семью*
Август 27 3213 15532 4,8
Сентябрь 53 5236 26076 5,0
Октябрь 41 3250 11003 3,4
Всего 121 11699 52611 4,5
* На семью в среднем (расчетные данные).
78
Заселение Калининградской области после войны
Переселенческий билет А.В. Игнатьева. КОИХМ
Из мест проживания завербованных переселенцев вместе со
скотбм и всем скарбом на машинах и подводах свозили к бли-
жайшей станции и грузили в товарные вагоны, которые затем
перегоняли на ближайший крупный железнодорожный узел,
где происходило формирование эшелона.
Состав переселенческого эшелона формировался из 50-80 ва-
гонов, в каждом размещались по 25-30 человек; выделялись
отдельные вагоны для перевозки скота, сена, домашнего иму-
щества; один вагон-изолятор предназначался для содержания
заболевших в пути следования. Эшелон сопровождали началь-
ник, его заместитель по массовой работе, врач и ветеринар.
Поезда с переселенцами шли вне расписания и по особому
маршруту (за что их прозвали «пятьсот-веселыми»), собирая в
пути группы переселенцев из разных мест. Средняя длитель-
ность пробега эшелона составляла 1405 км, время в пути —
4,8 суток, средняя скорость передвижения — 297 км в сутки
(или 12,4 км в час)162.
Пищу пассажиры готовили по очереди на печке-буржуйке
прямо в вагонах (отсюда их народное название — «теплушки»),
кипятили чай, пекли картошку. На остановках доили своих
коров, так что молока всем хватало. Во время долгих, много-
часовых остановок вдали от населенных пунктов успевали при-
готовить обед на кострах возле вагонов, разжигали самовары.
Иногда эшелоны трогались без предупреждения, и тогда при-
ходилось хватать и тащить недоваренную еду в вагоны. Из-за
79
II. Заселение и депортация
постоянных задержек путешествие до Калининградской обла-
сти иногда растягивалось до полутора-двух и более недель163.
Первый эшелон под номером 357 прибыл из Брянской об-
ласти в город Гумбиннен (совр. Гусев) 23 августа 1946 г., в нем
приехали 108 семей. При этом поезд оказался разорван в пути
следования, вторая его часть с 48 семьями добралась до места
назначения только спустя четыре дня. По приезде начальник
эшелона передавал пассажиров поезда, скот и другое имуще-
ство по спискам уполномоченному Калининградского пересе-
ленческого отдела, о чем составлялся специальный акт. Быва-
ло, что в пути отдельные переселенцы случайно отставали от
поезда или же вообще раздумывали ехать «в Пруссию», сойдя
на какой-нибудь станции. Для разгрузки поездов отводилось
11 станций, откуда колхозники развозились к месту прожива-
ния на грузовых машинах, которые, как правило, выделялись
воинскими частями.
Вот описание переселенческого эшелона, прибывшего из
Курской области в Багратионовский район в 1950 г.: «Эшелон
№ 102 прибыл 3 февраля текущего года в составе 50 вагонов,
98 семей, у них 92 головы крупного рогатого скота, 179 овец,
57 свиней, 574 головы птицы, привезли с собой более 22 тонн
картофеля и около 2 тонн продовольственного зерна». Воин-
ская часть предоставила для развоза новоселов 37 машин, и еще
13 машин дали промышленные предприятия района. В связи
с 25-градусным морозом детей перевозили тремя автобусами.
Во встрече переселенцев принимал участие весь совпартактив
района, была организована выездная торговля. Колхозников
развезли к месту жительства за шесть часов, они были разме-
щены в 15 колхозах «в порядке доприселения»164.
Для подготовки встречи и размещения переселенцев в об-
ласти была создана специальная комиссия, которую возгла-
вил начальник областного управления по гражданским делам
В.А. Борисов, и районные комиссии, в состав которых вошли
начальники гражданских управлений, представители партий-
ных, комсомольских органов, милиции и госбезопасности. Мест-
ным властям предстояло в короткий срок провести целую
серию мероприятий, прежде всего определить места размеще-
ния колхозов и подготовить необходимое количество жилья.
С этой целью в июле — августе было проведено перераспре-
деление сельскохозяйственных угодий, уменьшены размеры
специальных военных объектов (стрельбищ и полигонов); про-
ведено частичное переселение немцев, которые не должны бы-
80
Заселение Калининградской области после войны
Эшелон с переселенцами на станции Нестеров, 1946 г.
Фото из книги: История сельского хозяйства
Калининградской области. Калининград, 2006
ли жить вместе с советскими людьми; намечены конкретные
населенные пункты для размещения вновь прибывающих пе-
реселенцев.
Распределение новоселов в сельской местности происходи-
ло с учетом компактного поселения вместе жителей из одних и
тех же регионов. Переселенческие органы требовали от мест-
ных властей составления «планов-привязок» районов вселения
в зависимости от областей выхода165. 11а первых картах-схемах
расселения (1946 г.) можно видеть, что Кройцбургский (Багра-
тионовский) район предназначался для жителей из Ярослав-
ской области, Правдинский (Фридландский) район — для вы-
ходцев из Калужской области и т. д.166
Правда, когда каждый день стали прибывать новые эшело-
ны с переселенцами, об этих планах пришлось забыть: конеч-
ные пункты расселения менялись на ходу. Однако такие заме-
ны вызывали недовольство людей. Так, в 1947 г. два эшелона
с переселенцами из Тамбовской и Рязанской областей власти
хотели направить в Озёрский район, но пассажиры отказались
выходить из вагонов и требовали, чтобы их везли в Багратио-
новский, где до этого были размещены их земляки167. И все-
таки принцип землячества в основном был реализован.
81
II. Заселение и депортация
Помимо заселения сельской местности с июня 1945 г. мини-
стерства и ведомства стали присылать сюда небольшие груп-
пы работников для восстановления промышленных предприя-
тий. Первоначально их считали отправленными в длительную
командировку, а некоторым сугубо гражданским специалистам
даже присваивались офицерские звания и выдавался воинский
паек. На следующий год по решению правительства отрасле-
вым министерствам было разрешено провести в различных
районах страны вербовку квалифицированных рабочих, инже-
неров и техников, врачей, учителей и других работников для
калининградских предприятий и организаций.
С лета 1946 г. в Калининград и область начался массовый
завоз рабочих и ИТР, который осуществлялся централизован-
но по линии различных министерств и ведомств. Этот поток
переселенцев для предприятий промышленности, строитель-
ства и транспорта регулировался постановлениями Совета ми-
нистров СССР №1298 «О мероприятиях по хозяйственно-
му устройству Кёнигсбергской области» от 21 июня 1946 г. и
№1631 «О порядке проведения организованного набора ра-
бочих» от 21 мая 1947 г., вербовка рабочей силы осуществля-
лась уполномоченными Министерства трудовых резервов*, ко-
торые заключали индивидуальные договоры с переселенцами
сроком не менее чем на один год168. Кроме того, крупные ка-
лининградские предприятия вели самостоятельный поиск ква-
лифицированных кадров, рассылая своих вербовщиков по всей
стране. В область целыми группами стали присылать выпуск-
ников вузов и техникумов, по «путевкам ЦК» сюда направля-
лись сотни профессиональных советских, партийных и, комсо-
мольских работников.
Накануне массового заселения секретным постановлением
правительства от 29 июня 1946 г. вся территория Калинин-
градской области была отнесена к запретно-пограничной зоне,
въезд в которую разрешался лишь по пропускам органов ми-
лиции. Все кандидаты на переселение негласно подвергались
проверке с целью выявления преступных и неблагонадежных
элементов. В результате таких проверок в разных областях и
республиках отсеивалось до 12% желающих поселиться в быв-
шей Восточной Пруссии169.
* При Министерстве было создано Главное управление организован-
ного набора рабочих, а в областях — соответствующие конторы по
оргнабору.
82
Заселение Калининградской области после войны
Несмотря на серьезные ограничения, многие «стихийные»
переселенцы находили возможность их преодолеть. Местные
власти, руководители предприятий и учреждений, испытываю-
щие острую нехватку рабочей силы, часто вынуждены были за-
крывать глаза на формальности. Более того, со временем этих
людей стали включать в отчеты по выполнению правитель-
ственных заданий в графу «приняты на месте». Если судить по
официальным сводкам, в сельской местности таких было не
менее десятой части от общего числа переселенцев. В действи-
тельности же эта цифра была еще выше, особенно в городах170.
Самые первые переселенцы не испытывали нужды в подхо-
дящем жилье, имели возможность выбора из нескольких пред-
ложенных вариантов, могли вселиться в хорошо сохранившие-
ся благоустроенные квартиры и особняки, зачастую с полно-
стью уцелевшей обстановкой и даже посудой. Однако запасы
пригодного для проживания жилья скоро кончились. Значи-
тельная часть жилого фонда и хозяйственных построек в ходе
военных действий пришла в негодность. Отремонтировать их
в короткий срок было невозможно из-за отсутствия необходи-
мых материалов и строительных мощностей. Переселенцам не-
редко приходилось вселяться в дома с разбитыми снарядами
крышами, без окон и дверей, а затем самостоятельно занимать-
ся их ремонтом, получив на эти цели беспроцентную ссуду от
государства. Многие заодно меняли немецкие кафельные пе-
чи на привычные русские.
Не полностью предоставлялись и другие льготы, зафиксиро-
ванные в постановлениях правительства, в том числе продажа
переселенцам по льготным ценам некоторых видов товаров
(см. табл. 3).
Далеко не всегда выполнялись пункты постановления прави-
тельства, согласно которым каждой переселявшейся крестьян-
ской семье, не имеющей скота и птицы в личном пользовании,
Таблица 3
Выполнение плана продажи по государственным ценам
товаров переселенцам, 1946 г.171
Наименование товара План продажи Продано фактически Выполнение плана, % '
Пальто (шт.) 12000 4527 38
Обувь (пар) 59459 24179 41
Головные уборы (шт.) 59458 2623 4
83
II. Заселение и депортация
выдавались бесплатно по одной корове, две овцы, одному по-
росенку, 5-10 голов птицы с ферм колхозов, членами которых
состояла семья переселенцев, а также оплачивались заработан-
ные трудодни. Причины, понуждавшие некоторые колхозы
игнорировать права переселенцев, становятся понятны из со-
держания поступившей от переселенки А.Д. Егоровой из Вла-
димирской области жалобы, которая в апреле 1947 г. стала
предметом разбирательства в правительстве РСФСР:
«Установлено, согласно личного объяснения председателя
Меленковского райисполкома тов. Прогрессора, что колхоз
дер. Просовицы Меленковского района на день переселения
гр. Егоровой А.Д. в Калининградскую область имел на колхоз-
ной ферме всего лишь двух поросят и одиннадцать голов овец,
а птицефермы совершенно не было и нет. Несмотря на то, что
райисполком настаивал на том, чтобы выдали одного поросен-
ка и двух голов овец, — колхоз в выдаче упомянутых отказал,
мотивируя отсталостью колхоза и наличием незначительного
количества на ферме овец и поросят в этом большом, но от-
сталом колхозе.
Что касается отказа гр. Егоровой в оплате за выработанные
ею трудодни, то причиной этому послужило отсутствие про-
дуктов, которыми следовало уплатить гр. Егоровой за работу.
По этим причинам, заявил тов. Прогрессор, ряд последних лет
не получали продуктов за выработанные трудодни и все осталь-
ные колхозники упомянутого колхоза»172.
Казалось бы, без проблем должны предоставляться сугубо
финансовые льготы — в конце концов советское государство
научилось бесперебойно и в неограниченных количествах пе-
чатать деньги. Действительно, жалобы на невыдачу переселен-
ческого пособия практически не встречаются, а вот с полу-
чением кредита на ремонт жилья и ссуды на покупку скота
вышла незадача: до начала 1950-х гг. в области отсутствовала
нормальная банковская сеть. Мало того, что надо было несколь-
ко раз съездить в райцентр, а то и в Калининград, провести
много часов в очередях, но еще и проявить чудеса изворот-
ливости, добиваясь того, что полагалось по закону.
Общие затраты на организацию и проведение переселения
сельского населения в Калининградскую область в первые по-
слевоенные годы, включая транспортировку, денежные посо-
бия, кредиты на строительство и приобретение скота, представ-
лены в таблице 4 (аналогичные данные по городским пересе-
ленцам отсутствуют). За первые пять лет массового заселения
84
Заселение Калининградской области после войны
области затраты на переселенческую акцию только по сельской
местности составили более 223 млн рублей. Самая большая ста-
тья расходов в начале процесса заселения — оплата денежных
пособий, в последующем — кредиты на строительство и ремонт
жилья.
Состав переселенцев можно реконструировать по материа-
лам регистрации граждан при въезде и выезде с территории
области, которая проводилась с 1947 г. (см. табл. 5). Основу
Таблица 4
Затраты на переселение в сельскую местность области
в 1946-1950 гг., тыс. руб.173
Год Общие затраты В том числе денежные пособия
1946 40255,1 26061,4
1947 51363,6 17166,8
' 1948 60650,6 20384,4
1949 38513,5 9866,2
1950 33066,0 9391,4
Всего 223848,8 82870,2
Таблица 5
Распределение переселенцев 1947-1950 гг.
в зависимости от места выхода174
Республики Прибыли (тыс. чел.) Выбыли (тыс. чел.) Прирост (тыс. чел.) Удельный вес республик в приросте (%)
РСФСР (без учета внутр иобластного движения) 253,3 79,2 174,1 70,0
Белоруссия 35,2 7,6 27,6 ПД
Украина 29,2 11,7 17,5 7,0
Республики Прибалтики 24,1 11,6 12,5 5,0
Остальные республики СССР 50,0 32,9 17,1 6,9
Всего 391,8 143,0 248,8 100,0
85
II. Заселение и депортация
населения области составили выходцы из России. Помимо них,
следует отметить еще три региона — Белоруссию (11%), Украи-
ну (7 %) и Прибалтику (5%), причем переселенцы из последне-
го — это в основном жители Литвы. Рассмотрим теперь поло-
возрастные характеристики калининградских новоселов.
Диаграмма 1
Соотношение мужчин и женщин
в числе переселенцев 1946-1950 гг.175
Как видно из диаграммы 1, в числе переселенцев женщи-
ны преобладали над мужчинами, при этом их соотношение
менялось. Сначала удельный вес женщин более чем в полто-
ра раза превышал долю мужчин, а к 1950 г. пропорции почти
сравнялись. Следует заметить, что половая диспропорция в ре-
продуктивных возрастах была характерна для населения всей
страны, что было следствием закончившейся войны. На нача-
ло 1946 г. на одну тысячу мужчин в возрасте 20-49 лет при-
ходилось 1614 женщин (для сравнения: в начале 1941 г. —
1117 женщин)176.
Важной характеристикой является также возрастной состав
переселенцев, представленный диаграммой 2-
, Диаграмма 2
Распределение переселенцев 1947-1950 гг. по возрасту177
86
Заселение Калининградской области после войны
Прежде всего очень высокой была доля молодежи в массе
переселенцев: число лиц в возрасте до 30 лет составило 65%.
Во-вторых, возрастная структура переселенцев очень суще-
ственно отличалась от возрастной структуры РСФСР и стра-
ны в целом: среди них в гораздо меньшей пропорции были
представлены группы младших (до 17 лет включительно) и
старших возрастов. С другой стороны, если в целом по России
и СССР удельный вес лиц в возрасте от 18 до 39 лет составлял
от одной четвертой до одной трети178, то среди переселенцев
в Калининградскую область их доля достигала 61%, т. е. была
более чем в два раза выше.
Итоговые цифры, характеризующие половозрастную струк-
туру переселенцев 1946-1950 гг., интересно сравнить с данны-
ми по составу сельского населения на 1 января 1951 г., которые
были получены на основе нехозяйственных книг сельсоветско-
го учета (к сожалению, аналогичный учет городского населения
не производился*). Как нетрудно заметить (см. табл. 6), распре-
деление всех переселенцев по полу было чуть более уравно-
вешенным (47% мужчин и 53% женщин), чем только сельских
жителей (соответственно 44,1% и 55,9%). Что же касается воз-
раста, то при схожести удельного веса большинства возрастных
Таблица 6
Распределение сельского населения Калининградской области
по полу и возрасту на 1 января 1951 г.179
Возраст (лет) Мужчины Женщины Всего
чел. % чел. % чел. %
0—17 43 246 50,3 43216 39,6 86462 44,3
18-29 17329 20,1 28136 25,8 45465 23,3
30-39 9410 10,9 13453 12,3 22863 11,7
40-49 8834 10,3 13374 12,2 22208 11,4
50-59" 5253 6,1 7228 6,6 12481 6,4
60 и старше 1935 2,3 3 806 3,5 5741 2,9
Всего 86007 100,0 109213 100,0 195220 100,0
* Вместо этого статорганы вели учет работающего городского населе-
ния, точнее, рабочих и служащих. Однако младшие и старшие возраст-
ные группы из него выпадали. Правда, отдельно учитывалась моло-
дежь в возрасте до 18 лет и пенсионеры, но эти данные представлены
лишьфрагментарно.
87
II. Заселение и депортация
групп, разительно отличаются доли первой и второй группы,
которые по существу поменялись местами. Последнее обстоя-
тельство объясняется тем, что первая группа (до 17 лет включи-
тельно) значительно увеличивалась за счет сверхвысокой рож-
даемости, которая была присуща населению области в первые
годы ее существования180.
Данные статистического учета позволяют выявить еще одну
важную характеристику переселенцев в Калининградскую об-
ласть: из какой местности (городской или сельской) они при-
бывали? Как видно из таблицы 7, население Калининградской
области в целом за весь рассматриваемый период формирова-
лось при равном участии горожан и селян. Однако соотношение
этих двух групп переселенцев в различные годы существенно
менялось. На первой стадии заселения преобладали выходцы
из сельской местности, в 1948 г. их доли сравнялись, а затем
значительно возрос удельный вес городских жителей. Струк-
тура всей массы переселенцев несколько отличалась от обще-
российских показателей. Среди переселенцев горожане были
представлены более высокой долей, чем в целом по РСФСР*.
В ходе переселения многие крестьяне поселялись в горо-
да, а часть бывших горожан оседала в деревне. В связи с этим
следует отметить и еще одну особенность формирования на-
селения области: с самого начала среди ее жителей горожане
существенно преобладали над селянами — на 1 января 1947 г.
Таблица 7
Распределение переселенцев 1947-1950 гг. в зависимости
от местности выхода (городской или сельской)181
Год Город Село Нет сведений Всего
чел. % чел. % чел. % чел. %
1947 37855 36,7 53427 51,9 11786 11,4 103068 100
1948 74075 48,2 73924 48,1 5643 3,7 153642 100
1949 55 766 49,5 47125 41,8 9852 8,7 112743 100
4950 56507 52,0 47798 43,9 4475 4,1 108780 -100
1947-1950 224203 46,9 222274 46,5 31756 6,6 478233 100
* Городское и сельское население РСФСР соотносилось в 1946-1947 гг.
как 42 : 58 (Ср.: Отечественная история. 1993. № 1. С. 43).
88
Заселение Калининградской области после войны
их соотношение составляло 57 : 43 (177,8 тыс. и 133,2 тыс. че-
ловек). В дальнейшем этот разрыв только увеличивался: на
1 января 1950 г. соотношение городского и сельского населения
составляло уже 59 : 41 (273,9 и 193,5 тыс. чел.)182. Между тем, в
России так называемый «урбанизационный переход» (доля го-
рожан превысила порог в 50%) произошел только в 1958 г., а
в целом по СССР еще три года спустя183.
Общие итоги изменения численности населения области за
первые пять послевоенных лет представлены следующим гра-
фиком:184
Диаграмма 3
Изменение численности населения
Калининградской области в 1945-1950 гг.
Как видно из графика, наиболее интенсивно население об-
ласти пополнялось в 1946-1948 гг., причем рост численно-
сти жителей шел не только за счет миграционного потока, но
и в связи с естественном приростом населения185. К началу
1950-х гг. население Калининградской области превысило по-
лумиллионный рубеж. В последующие годы оно продолжало
расти в основном за счет естественного прироста, хотя мигра-
ционный фактор сохранил свое значение до наших дней.
В заключение попытаемся дать определение хронологиче-
ских рамок процесса массового заселения Калининградской
области. Традиционно, правда, без какой-либо аргументации,
считалось, что массовое заселение завершилось в 1950 г. Дан-
ные статистики позволяют внести ясность в эту проблему. В ка-
честве рубежа предлагается взять момент, когда миграцион-
ный прирост утрачивает свою ведущую роль пополнения насе-
ления, уступая место естественному приросту. Данные на этот
счет представлены диаграммой 4186.
89
II. Заселение и депортация
Диаграмма 4
Соотношение механического
Как видно из диаграммы, впервые естественный прирост
несколько превысил миграционный в 1952 г., но в следующем
году положение вновь изменилось. В 1954 г. установилось от-
носительное равновесие, и только начиная с 1955 г. роль мигра-
ционного фактора резко падает и даже начинается некоторый
отток населения из области. Таким образом, конечной датой
завершения массового заселения области (при всей условности
этого понятия) следует считать 1954 год.
90
«ЖЕЛАЮЩИХ ПЕРЕСЕЛИТЬСЯ МАЛО...»:
об организации переселения колхозников
из Воронежской области в послевоенные годы
Заселение Калининградской области в послевоенные годы
принадлежит к числу фундаментальных проблем истории на-
шего края. Несмотря на очевидные успехи, достигнутые в по-
следние годы, эта тема нуждается в дальнейшем изучении.
В частности, вне поля зрения исследователей до сих пор ос-
таются архивные собрания тех областей и республик страны,
откуда начиная с 1946 г. к нам в область стали направляться
десятки эшелонов с переселенцами.
Будучи в командировке в Воронеже в январе 2003 г., автор
этих строк ознакомился с фондом переселенческого отдела в
местном областном архиве. Документы фонда, относящиеся к
истории заселения Калининградской области в 1946-1952 гг.,
интересны прежде всего тем, что содержат довольно много
информации о ходе вербовки и организации переселения, ко-
торая отсутствует или представлена фрагментарно в калинин-
градских архивах.
Первое впечатление от знакомства с материалами Воронеж-
ского архива было неожиданным и до некоторой степени разо-
чаровывающим. У калининградских историков, не исключая и
автора этого обзора, сложился стойкий стереотип о масштаб-
ности и уникальности проведенной в 1940-1950-е гг. акции по
заселению Калининградской области. Документы, хранящиеся
в Воронеже, свидетельствуют об обратном. В эти годы местный
переселенческий отдел проводил вербовку и организовывал
переселение воронежцев одновременно в Крым, Грозненскую,
91
II. Заселение и депортация
Архангельскую, Саратовскую, Читинскую области, в Хабаров-
ский край, на Сахалин, в Керчь. Калининград в этом списке за-
нимал далеко не первое место. А ведь согласно постановлению
Совета министров СССР №1522 от 9 июля 1946 г. Воронеж-
ская область являлась одним из главных доноров для попол-
нения сельского населения Калининградской области. Только
в 1946 г. из нее предполагалось переселить 900 семей колхоз-
ников, тогда как задания для остальных областей, как прави-
ло, не превышали 200-400 семей187. В течение первых пяти лет
к нам переселилось более десяти тысяч воронежцев — боль-
ше, чем жителей любой другой области или республики России,
где проводилась централизованная вербовка188.
Самые ранние материалы фонда относятся к августу — сен-
тябрю 1946 г. и содержат эшелонные списки переселенцев с
их характеристикой: состав семьи, имена, год рождения, мес-
то выхода, образование, краткое описание имущества, станция
назначения в Калининградской области189. Ввиду того, что та-
кого рода списки в нашем областном архиве сохранились лишь
частично, они могут служить базой для проведения истори-
ко-социологического исследования о социальном облике пере-
селенцев.
Документы фонда (и в этом их основная ценность) рисуют
очень живую картину того, как осуществлялась вербовка и бы-
ло организовано само переселение.
Прежде всего большой интерес представляют разнообраз-
ные агитационные материалы, которые изготовлялись в Ка-
лининграде, но в силу того, что предназначались «на экспорт»,
почти не сохранились в наших архивах. В делах фонда отложи-
лись отпечатанные на ротапринте справки о Калининградской
области в целом и об отдельных районах, которые предназна-
чались для вселения воронежцев. Разумеется, в них ситуация
в области рисовалась в самом привлекательном виде: здесь
«климат мягкий, зима короткая, без сильных морозов», дома
для переселенцев благоустроенные, «имеют жилую площадь
60-80 квадратных метров», постройки «сплошь каменные», да-
же «скотные дворы электрифицированы», «водоснабжение ме-
ханизировано», а «колхозы обслуживаются новейшей техни-
кой» и т. д.190
Среди агитационных материалов важную роль играли га-
зеты. Специальный выпуск «Калининградской правды», дати-
рованный ноябрем 1949 г., был украшен портретом Сталина и
открывался редакционной статьей «Ждем вас, дорогие товари-
92
Желающих переселиться мало
1. СЛУШАЛИ: О размещении 12.000 семей переселенцев
в районах облаети.Докладчик т. СТРОМОКИЙ
Мы можем,бесспорно,разместить 105 колхозов с количеством
семей 5*410. Первая очередь размещается везде, кроме Хайнрих -
свальдского,Инстербургского,Рагнитского и Пилькаленского райо-
нов. 84 колхоза с 4225 семей размещается за счет ряда подсобных
хозяйств совхозов н проч.,за счет перемещения и сокращения зе-
мель этих землепользователей. Таким образом,размещаем,бесспор -
но,' 541® семей и 4.225 семей размещаются на уже занятых землях.
Всего размещается 9*635 хозяйств в 189 колхозах. Остается не-
размещенными 2.365 хозяйств.
ПОСТАНОВИЛИ: Создать подкомиссия,для практического решения
размещения переселенцев по каждому отдельному району.Назначить
председателем комиссии тов.СТРОМСКОГО, членами комиссии: т.ТЕ-
РЕХОВА, от Сельхозуправлеиия -я-те- ЗАВЬЯЛОВА,от Сельхозотдела -
капитана ЛУКАНОВА, от Мясомолпрома - т.ЕФИМОВА, от ЦБК - т.ГОР-
БУНОВА и начальников Районного Управления по гражданским де -
лам, по каждому рассматриваемому району.
Фрагмент протокола комиссии по подготовке
к приему переселенцев, 1946 г. ГАКО
щи!» На четырех полосах газеты приводилась разнообразная
информация об области, ее прошлом и настоящем, была напе-
чатана карта, разъяснены правительственные постановления о
заселении области и дан перечень полагающихся переселенцам
льгот. В делах архива отложились также специальные выпу-
ски районных газет за ноябрь того же года: «Сталинское зна-
мя» (Гвардейский район), «Сталинский путь» (Багратионовский
район), «Приморский большевик». Последняя газета на первой
полосе публиковала редакционное обращение под заголовком:
«Встретим новых переселенцев с радостью и теплотой»191.
Помимо газет типографская продукция была представлена
и плакатом со следующим призывом: «Товарищи колхозники
и колхозницы! Переселяйтесь в богатую и плодородную Кали-
нинградскую область». На плакате были напечатаны информа-
ционные тексты с условиями переселения и списком льгот192.
Последнюю и самую многочисленную группу агитационных
материалов составляли «письма калининградцев» к потенциаль-
ным переселенцам, как правило, в виде машинописных копий.
Они написаны словно «под копирку» пафосным стилем, ко-
торый буквально повторяет названные выше казенные изда-
ния. Действительно, придет ли нормальному человеку в голо-
ву мысль снабжать свои письма заголовками, наподобие этого:
«Ждем Вас в'свою колхозную семью!»193
Обилце пропагандистских материалов в архивном собрании
вовсе не означает, что и в реальной жизни недостатка в них не
ощущалось. Напротив, инспектора переселенческого отдела
93
II. Заселение и депортация
постоянно жаловались, что «информации не хватает», «плакаты
и объявления не вывешиваются», «наглядная агитация полно-
стью отсутствует», «не используется радиосеть», а ответственные
работники на местах заявляют, что «впервые слышат о пере-
селении»194.
Работе вербовщиков очень мешала и неформальная, но от
того не менее эффективная, контрагитация — всевозможные
зловещие слухи, распространявшиеся теми, кто уже побывал в
бывшей Восточной Пруссии. Так, в марте 1950 г. в Хлеванском
районе завербованные и уже подписавшие договор семьи кол-
хозников в массовом порядке стали отказываться от переезда
«под влиянием отрицательных разговоров и характеристики
Калининградской области красноармейца, приехавшего в от-
пуск». Упомянутый красноармеец В.П. Корольков «рассказал
этим семьям, что там очень плохо, что всех, кто едет туда — их
фотографируют незаметно для них, и якобы Милованову Ири-
ну Никифоровну, изъявившую желание ехать по переселению,
[сфотографировали] у колодца»195.
Отбор переселенцев в Калининградскую область проходил с
большими трудностями, гораздо хуже, чем во все остальные ре-
гионы. Работники переселенческого отдела всё время жалова-
лись на саботаж этого важнейшего государственного мероприя-
тия со стороны местных властей. Так, в Козловском районе при
плане в 30 семей не было завербовано ни одной. При этом пред-
седатель райисполкома заявил, что он «ничего не может сделать,
так как желающих колхозников на переселение нет»196. Предсе-
датель исполкома Садовского района, уличенный в срыве вер-
бовки, «“расплакался”, что облисполком много дает планов на
наш район по набору людей и что у нас в районе мало трудовых
ресурсов»197. «Желающих переселиться мало», — примерно так
отвечали на упреки и руководители других районов198.
Если районные власти зачастую просто игнорировали спу-
щенные «из области» задания по переселению, то руководи-
тели сельскохозяйственных предприятий нередко оказывали
активное сопротивление. В докладных записках отдела при-
водятся многочисленные факты, когда председатели колхозов
и сельсоветов «необоснованно отказывали и задерживали без
оснований семьи колхозников, изъявивших желание пересе-
литься», мотивируя свои действия тем, что у них самих «ощу-
щается недостаток рабочей силы»199.
Несмотря на отсутствие энтузиазма среди воронежских кре-
стьян и тихий саботаж местных властей, задания по переселе-
94
Желающих переселиться мало
нию из года в год выполнялись. В 1946-1949 гг. из Воронеж-
ской области в Калининградскую переселились 2418 семей кол-
хозников, или в общей сложности 10421 человек200.
О том, какими методами был достигнут такой результат,
также отчасти можно судить по материалам фонда, которые
впол.не определенно свидетельствуют, что вербовка осущест-
влялась хорошо известным в советские времена «добровольно-
принудительным способом». Намеченные жертвы из числа кол-
хозников в присутствии районного начальства вызывались на
заседание правления колхоза, где им объявлялось о решении
правления отправить их в Калининградскую область. В случае
отказа им угрожали «штрафом в размере до двух тысяч рублей»
и обещали «отдать под суд». Дело доходило до того, что вслед-
ствие такой агитации «отдельные колхозники доводились до
обморочного состояния»201. Справедливости ради отметим, что
областной переселенческий отдел расценил такую практику,
по крайней мере на словах, как «искривление политики пар-
тии и правительства». Однако жалобы на то, что колхозников
«запугивают выселить», если они не дадут согласия на пересе-
ление, на этом не прекратились202.
Чтобы стимулировать выполнение плановых разнарядок, пе-
реселенческий отдел ввел систему премий: организаторам на-
бора выплачивалось вознаграждение в размере 20 руб. за каж-
дую завербованную семью203. В одном из районов изобрели та-
кой способ решения проблемы: местные власти выступили с
инициативой разом переселить целый колхоз в составе 30 хо-
зяйств, который, как можно понять из документов, числился
безнадежно отстающим204.
При таком подходе качество кандидатов вряд ли могло впол-
не соответствовать требованиям правительственных постанов-
лений о привлечении к переселению только самых трудолюби-
вых крестьян из крепких хозяйств. Статистику очень портили
и так называемые «профессиональные переселенцы», которые
с целью получения подъемных и других льгот многократно за-
ключали договоры на переселение. В письмах переселенческо-
го управления РСФСР неоднократно указывалось на массовые
случаи «направления семей, ранее переселявшихся и возвра-
тившихся обратно к прежнему месту жительства»205.
Последний любопытный сюжет, отразившийся в докумен-
тах фонда Воронежского переселенческого отдела, — это опи-
сание самого процесса переезда. Из своих деревень переселен-
цев вместе со скотом и всем скарбом на машинах и подводах
95
II. Заселение и депортация
свозили к ближайшей железнодорожной станции, где их гру-
зили в товарные вагоны, которые затем перегоняли в Воронеж
или на другой крупный узел железной дороги. Там происходи-
ло формирование эшелона.
Отправленный в начале февраля 1950 г. из Воронежа в Ка-
лининград эшелон № 109 имел в своем составе 71 вагон, в том
числе «людских» — 31, с имуществом — 9, со скотом и птицей —
28; кроме того, в составе находилось три спецвагона — «дет-
ский», служебный и «вагон-изолятор». В пути вагоны несколь-
ко раз переформировывались, так как эшелон составлялся в
спешке и «вагоны с людьми и животными были разбросаны по
составу в беспорядке». Путешествие продолжалось довольно
долго: от двух до трех и более недель, так как поезд шел вне
расписания и подолгу стоял на запасных путях. В пути следо-
вания начальники станций нередко пренебрегали своими обя-
занностями и отказывали переселенческим поездам в снабже-
нии всем необходимым, несмотря на соответствующий приказ
МПС. Начальнику упомянутого эшелона № 109 Н. Курасову
приходилось скандалить и жаловаться едва ли не на каждой
станции. В Орле, например, ему пришлось вызвать медицин-
ских работников и составить акт на начальника станции, после
чего последний распорядился выделить для эшелона уголь.
По прибытии на станцию назначения в г. Нестеров 28 фев-
раля эшелон был встречен представителями Краснознамен-
ского района. В связи со сдачей эшелона по акту встречающим
Н. Курасов записал в своем отчете следующее: «При повторном
счете людей и животных в пути и месте сдачи была выявле-
на разница в людях — 12 чел., коров — 10, телят — 13 в сто-
рону уменьшения, и овец и коз — 15 в сторону увеличения».
Признаться, что часть переселенцев была растеряна по доро-
ге, было небезопасно, поэтому причина недостачи указана дру-
гая: «Такая разница объясняется неправильным подсчетом при
приеме мною эшелона на станции формирования»206.
В заключение хотелось бы заметить, что дальнейшее изуче-
ние документов Воронежского архива, как, наверняка, и мно-
гих других региональных архивов Российской Федерации,
позволит калининградским исследователям существенно рас-
ширить свои представления о послевоенной переселенческой
акции, которая действительно стала эпохальным событием в
истории нашего края.
96
СЕКРЕТНЫЕ ДОКУМЕНТЫ ОТДЕЛА
СПЕЦПОСЕЛЕНИЙ МВД СССР
О ЗАСЕЛЕНИИ ОБЛАСТИ В 1946 г.
В недавно открытом для исследователей фонде Отдела спец-
поселений МВД СССР в Государственном архиве Российской
Федерации (ГАРФ) хранятся весьма интересные документы, по-
вествующие о некоторых особенностях процесса заселения Ка-
лининградской области после Второй мировой войны. Речь идет
о массовом переселении семей колхозников и сельскохозяй-
ственных рабочих согласно постановлению Совета министров
СССР № 1522 от 9 июля 1946 г.
В качестве критерия для отбора переселенцев постановле-
ние упоминало о наличии в каждой переселенческой семье не
менее двух трудоспособных членов. Между тем из документов
ГАРФ видно, что государство тщательно контролировало про-
цесс заселения новой области и с точки зрения благонадежно-
сти будущих жителей.
В конце августа — начале сентября 1946 г., то есть букваль-
но через несколько дней после отправления первого эшелона
с крестьянами-переселенцами, МВД СССР разослало началь-
никам областных и республиканских управлений секретное
распоряжение собрать и представить в Москву сведения о хо-
де переселения в Калининградскую область. В течение всей
осени в министерство под грифом «совершенно секретно» по-
ступали докладные записки и спецсообщения о связанных с
переселением настроениях граждан на подведомственных тер-
риториях, слухах, высказываниях, случаях «антисоветской аги-
тации», а также о работе по «качественному отбору» пересе-
ленцев.
97
II. Заселение и депортация
На землях кровью обагренных,
Там, где гремел войны набат,
С востока солнцем ©варенный,
Встает в труде Калининград.
Мй в этот край, на новых землях,
Пришли из пепла возродить,
Призыву Сталинскому внемля,
Трудом победу утвердить.
Сбываются мечты, желанья,
Дни совершают свой разбег,
Растут повсюда наши зданвя,-
Их строит русский человек!
А на полях,на землях наших,
Где кровь лилась из века в век,
Идет в простор широких пашен
Все тот-же русский человек!
Вступление к концерту коллектива
Калининградской области на
Всероссийском смотре колхозной
художественной самодеятельности,
1947 г. ГАКО
Первое спецсообщение было направлено на имя заместите-
ля министра Рясиной от начальника управления внутренних
дел по Ярославской области генерал-майора Губина 6 сентя-
бря. В нем, в частности, говорилось:
«Настроение населения и самих отъезжающих колхозников
в целом здоровое, однако со стороны отдельных лиц имеют ме-
сто некоторые факты отрицательных проявлений, например,
председатель колхоза “Ударник” Любимского района Титов
среди своих колхозников, в том числе и желающих переселить-
ся в Калининградскую область, говорил: “В Калининградскую
область в настоящее время ехать опасно, жить там придется в
землянках, да кроме того, и до места можно не доехать, т. к. все
эшелоны бандиты пускают под откос”.
Другой председатель колхоза “Красное Знамя” Карпова в
разговоре с колхозниками о предстоящем их отъезде в Кали-
нинградскую область заявила: “Туда ехать опасно, русских там
убивают ежедневно по десять и больше человек, отрубают на
руках пальцы...” В результате этих разговоров записавшиеся
на переселение колхозники от своих заявлений начали отка-
зываться»207.
Начальник УВД по Московской области генерал-лейтенант
Журавлев сообщал 7 сентября в отдел спецпоселений МВД сле-
дующее:
«Настроение всех переселенцев здоровое. Так, председатель
колхоза деревни Ланшино Серпуховского района Московской
области Карасева перед отъездом в Калининградскую область
98
Секретные Аокументы Отдела спецпоселений МВД СССР
Фильтрационный пункт для советских репатриантов
в Восточной Пруссии, 1945 г. Фото В.Н. Минкечича. РГАКФД
заявила: “Я благодарю партию и советское правительство за
оказанную мне честь нести советскую жизнь в Калининград.
Обещаю отдать все свои силы для того, чтобы на новом месте
создать образцовый богатый колхоз”.
Беспартийная колхозница Фетисова Е.М., 52-х лет, сказала:
“В родном колхозе я была лучшей дояркой. Я думаю, что все
наши колхозники на земле, обильно политой кровью наших
детей и мужей в борьбе с немецкими захватчиками, сумеют до-
биться в ближайшее время зажиточной светлой жизни”.
Наряду с этим зарегистрированы отрицательные настрое-
ния среди некоторых местных жителей. Так, 18-го августа сего
года во время отправки на сборный пункт семьи Саломати-
на А.И. из деревни Ильинка Егорьевкого района председатель
колхоза Пряхин Д.И., член ВКП(б), в присутствии колхозни-
ков сказал Саломатину: “Чтобы тебе в Кёнигсберге голова с
плеч слетела, а кто это (переселение) обдумал, этому отрубить
по самые плечи и бросить в помойную яму”.
Работа по выполнению постановления Совета Министров
СССР продолжается»208.
Исполняющий обязанности начальника управления внут-
ренних дел по Новгородской области полковник Просвирин
18 сентября доносил о чрезвычайном происшествии в одном из
районов, где проводилась плановая вербовка: «При обслужи-
вании переселенцев органами милиции Боровического района
99
II. Заселение и депортация
23/VIII сего года было выявлено, что гр-н Карпов Сергей Ми-
хайлович, 1916 года рождения, уроженец дер. Платоново Опе-
ченского района Новгородской области, демобилизованный из
Красной Армии, проводил антисоветскую агитацию, направ-
ленную на срыв переселения. Последний заявлял, что в Кали-
нинградской области нет построек, придется жить в землянках,
область голодная, урожайности хлеба не бывает, на террито-
рии области оперируют банды и т. п.
Карпов арестован и для привлечения к ответственности пе-
редан в Боровическое РО МГБ. Других случаев антисоветских
проявлений в связи с переселением не зарегистрировано»209.
Начальник УВД по Калининской области генерал-майор
Павлов в совершенно секретной докладной записке от 10 ноя-
бря 1946 г. объяснял причины участившихся случаев отказа
от переселения со стороны некоторой части «несознательных»
колхозников:
«В Кушалинском районе в связи с проводимой разъясни-
тельной работой среди населения распространились слухи о
том, что местное население Калининградской области будет
оказывать препятствия к расселению русских, это повлияло на
изъявивших желание на переселение; кроме этого, в некото-
рых районах часть семей отказалась от переселения, ссылаясь
на сложную международную обстановку»210.
С аналогичными настроениями органы МВД столкнулись и
в Мордовской АССР. Сообщая об этом 5 ноября, министр вну-
тренних дел республики, комиссар милиции 3-го ранга Те-
някшев подчеркнул заслуги местных властей в деле пропа-
ганды переселенческой акции: «После того, как партийные и
советские органы разъяснили колхозникам содержание поста-
новления Совета Министров о переселении, лучшая часть кол-
хозников в массовом порядке (письменно и устно) возбудила
ходатайства с просьбой о переселении, высказывая при этом
патриотические чувства и любовь к своей Родине».
Впрочем, из дальнейшего текста записки видно, что не все
мордовские колхозники оказались настроены столь патрио-
тично. Милиция столкнулась и с «фактами отрицательного по-
рядка»: «В Ардатовском, Ковылкинском, Рыбкинском и Козлов-
ском районах всего 27 хозяйств, отобранные по их согласию на
переселение, ехать в Калининградскую область отказались, мо-
тивируя это отсталыми настроениями, что “там граница, и как
только снова начнется война, мы с семьями окажемся в райо-
не боевых действий”»211.
100
Секретные документы Отдела спецпоселений МВД СССР
Lpitvermorkt:
Nach FHegerangriffen PrivatgespracheamFemsprecherunterlassen!
Deutsche Reichspost
Wortgebiihren ______/
So'istlqeCpoOhren-
Ubermltlelt
\ /Tilsit-
Nr.
' Genaue Anschrift (Wohnnnqsjnqabe т о г n^hmmunqsanit) Deutlirhe Sclinft
gr-' ZE... _ .
* ’ л r ' <1 ) . " WMnWLKSAttKi
__________________________________________ „ _ ______________
_______________________________________________________________&!£2?^L_
_________________
I
Срочная телеграмма из Москвы в Краснознаменск на немецком
почтовом бланке со следующим сообщением: «Гражданское управление,
Котову. Выезжаю Москвы третьего. Схожу Инстербурге,
' прошу машину. Кокурнов», январь 1947 г. ГАКО
В ряде секретных донесений сообщалось о проверках пере-
селенцев на предмет их политической благонадежности. Так,
из Мордовской АССР в сентябре — октябре 1946 г. было пере-
селено в Калининградскую область 319 семей. В то же время
«в целях недопущения заселения Калининградской области не-
благонадежным элементом, колхозники предварительно ото-
бранные для переселения, были проверены по оперативным
учетам, в результате чего отведено 45 семей»212. Из Белоруссии
по состоянию на 1 ноября 1946 г. было отправлено 2 189 се-
мей, или 10442 человека. Сообщая об этих результатах в Мо-
скву, министр внутренних дел республики, генерал-лейтенант
С. Бельченко добавлял: «В результате проведенных агентур-
но-оперативных мероприятий отсеяно по компрометирующим
материалам 266 человек, среди которых бывшие полицейские,
изменники Родины и другой уголовно-преступный элемент»213.
Таким образом, в результате проверок «по оперативным уче-
там» и проведения «агентурных мероприятий» отсеивались бт
2-3 до 15% желавших переселиться в пограничную область.
101
II. Заселение и депортация
Уже упомянутая докладная записка комиссара милиции Те-
някшева из Мордовии от 5 ноября раскрывает еще одну любо-
пытную деталь в действиях надзиравших за переселением ор-
ганов, которые были озабочены организацией своей сети осве-
домителей в только что созданной новой российской области.
В записке, в частности, говорилось:
«Одновременно колхозники были проверены на предмет
установления среди них лиц, состоящих или состоявших в аген-
турно-осведомительной сети. Данной проверкой было выяв-
лено 8 чел. осведомителей, на которых 6 дел уже направлены
уполномоченному МВД-МГБ СССР по Калининградской обла-
сти генерал-майору тов. Трофимову 27/IX — 46 г. при №3/5-627
4 личных дела и 10/Х — 46 г. при №3/5-695 еще Два личных
дела. Ему же направлено 16 справок о наличии компрмате-
риалов на отдельных переселенных колхозников»214.
Как можно убедиться из приведенных свидетельств, надзи-
рающие органы правопорядка на первых порах пристально
следили за ходом заселения Калининградской области и на
свой лад корректировали состав переселенцев.
102
ОБРАТНИЧЕСТВО В ПРОЦЕССЕ ЗАСЕЛЕНИЯ
ОБЛАСТИ В ПОСЛЕВОЕННЫЕ ГОДЫ
Неуклюжим словом «обратничество» в официальных доку-
ментах 1940-1950-х гг. обозначался обратный выезд пересе-
ленцев, прибывших в Калининградскую область на постоянное
место жительства из разных регионов страны, за пределы об-
ласти. По-видимому, далеко не всегда это было возвращение к
прежнему месту проживания (статистика не фиксировала такие
сведения), поэтому термин «обратничество» не вполне точно
отражает всё разнообразие миграционных процессов.
Проблема обратничества относится к числу важнейших ас-
пектов массового заселения Калининградской области в первые
послевоенные годы. Речь идет о степени закрепляемости пере-
селенцев на новом месте жительства, о сложностях освоения
нового края советскими людьми, наконец, о критериях оценки
миграционной политики советского государства в целом и эф-
фективности работы местных органов управления по обустрой-
ству новоселов.
Именно последнее обстоятельство сыграло решающую роль
в том, что все официальные сведения по этому поводу оказались
весьма туманными, крайне неточными, а зачастую и намеренно
сфальсифицированными. Более того, можно смело утверждать,
что цифры, характеризующие процент обратничества, стали
главной тайной в истории заселения Калининградской области
в послевоенные годы.
Какие же данные приводятся на этот счет в официальных от-
четах и справках второй половины 1940-х — первой полови-
ны 1950-х гг.? Прежде всего отметим, что они касались прей-
мущественно сельского населения, к тому же в документах,
103
II. Заселение и депортация
исходящих от разных инстанций за одни и те же годы, доля об-
ратников существенно различалась и определялась следующим
рядом цифр (в процентах): 1,8, 2,2, 3,0, 4,0, 4,8, 5,4 и т. п.215 Са-
мая большая цифра фигурирует в совместном письме Калинин-
градского обкома и облисполкома И.В. Сталину в июне 1950 г.
Подписавшие письмо первые руководителя края В.В. Щерба-
ков и А.А. Егоров, рассказывая об итогах заселения области,
вынуждены были признать: «...нам не удалось добиться закре-
пления всех переселенцев. С начала заселения области из сель-
ского хозяйства выбыли 5998 семей или 15,3%, из них 2534 се-
мьи или 6,4% — за пределы области»216. Заимствованные из
официальных бумаг цифры перекочевали и в труды советских
историков217.
Но все эти данные не имели ничего общего с действительно-
стью. И, похоже, ни у кого не возникал вопрос: куда подевались
сотни тысяч крестьян и горожан, которые въехали в область
и по отчетам должны были трудиться на ее полях, заводах и
фабриках? Восстановить реальную картину заселения области
стало возможно только в последние годы, когда был снят гриф
секретности с архивных фондов статистических органов.
Таблица 1
Динамика заселения области в 1946-1958 гг.218
Годы Прибыли, чел. Выбыли, чел. Доля выбывших, %
1946 81566 8428 10
1947 146853 39722 27
1948 153642 51873 34
1949 112743 52134 46
1950 108780 63430 58
1951 95078 65304 69
1952 87022 73998 85
1953 96074 63 977 67
1954 95 652 79907 84
1955 78644 83044 106
1956 79946 76932 96
1957 74792 79530 106
1958 75591 81725 108
1946-1958 1286383 820004 64
104
Обратничество в процессе заселения области
Как видно из последней строки таблицы 1, за пределы обла-
сти за восемь лет выехали не несколько, а 64%, т. е. почти 2/3 от
числа приехавших возвращались на прежнее место жительства
или выбйрали какой-то другой регион для проживания.
Еще интереснее динамика обратных выездов по годам. До
сих пор дело изображалось таким образом, что по мере того,
как жизнь налаживалась, число выездов с каждым годом сокра-
щалось, и к середине 1950-х гг. численность населения области
стабилизировалась. Из приведенных в таблице сведений сле-
дует, что дело обстояло прямо противоположным образом. За-
крепляемость переселенцев из года в год постоянно снижалась,
уменьшившись в несколько раз. А в конце 1950-х гг. величина
миграционного прироста стала отрицательной, т. е. из области
выезжало больше людей, чем в нее приезжало. Столь масштаб-
ная «текучесть» объяснялась прежде всего тем, что в 1940 —
начале 1950-х гг. область была одной из немногих в СССР со
сплошь паспортизированным населением. Калининградские
крестьяне, в отличие от абсолютного большинства российских
колхозников, имели паспорта, а стало быть, административ-
ные рычаги сдерживания сельской миграции здесь оказывались
неэффективными. Кроме того, если самые первые переселенцы
в какой-то степени опасались самовольно покидать колхозы и
совхозы, то в дальнейшем они убедились в отсутствии серьез-
ных преследований со стороны государства, и самовольный
отъезд стал приобретать все более широкий размах.
Истинный масштаб проблемы обратничества, по-видимому,
все же осознавался местными властями. Ее не раз обсуждали
на заседаниях бюро обкома, в облисполкоме, на совещаниях в
переселенческих органах219. При этом ответственные лица всех
уровней склонны были усматривать корень зла прежде всего в
нерасторопности и мягкотелости правоохранительных органов
по отношению к «дезертирам производства». В объяснительной
записке по поводу текучести кадров на крупнейшем в области
промышленном предприятии, судостроительном заводе №820,
за 1947-1948 гг.* сказано буквально следующее: «...самовольно
оставившие работу остаются безнаказанными, имеют письмен-
ную связь с молодыми рабочими, работающими на заводе, при-
зывают их бросить работу, что разлагающе действует на мало-
сознательную часть молодых рабочих»220.
* Так, в 1947 г. на завод было принято 1144 специалистов и рабочих, ‘а
уволилось 1 547 человек.
105
II. Заселение и депортация
В некоторых случаях перечень причин был более обширным.
Так, областной переселенческий отдел из года в год указывал
следующие четыре мотива обратничества: а) по состоянию здо-
ровья — 6%; б) в связи с призывом на службу в армию глав
семей — 1 %; в) высланные органами МГБ — 5 %; г) выбывшие
самовольно — 88 %221. Последний пункт никогда не расшифро-
вывался.
В аналитических записках уполномоченного Госплана СССР
по Калининградской области В. Вахрова упор делался на неудо-
влетворенность рабочих низкими заработками, плохую органи-
зацию труда, слабую механизацию работ, отсутствие нормаль-
ных жилищных условий и недостатки в организации вербовки
переселенцев222.
В упомянутом ранее письме Сталину обкома и облисполкома
выделялось три главных фактора: некачественный состав пере-
селенцев; невыполнение властями в местах выхода правитель-
ственных постановлений («переселенцы прибывают без всяких
средств производства и без каких бы то ни было ресурсов на их
приобретение»); трудности восстановления области, связанные
с недостатком централизованных капиталовложений в ее эко-
номику223. Как нетрудно заметить, местное начальство не нес-
ло, по его разумению, прямой ответственности за все эти фак-
торы, порождавшие «производственное дезертирство».
В действительности причины массового оттока населения из
Калининградской области были весьма многообразны. Их пе-
речень можно реконструировать, основываясь на документах
«второго плана», которые, как правило, не ставили своей зада-
чей в выгодном свете представить успехи чиновников разного
уровня по устройству новоселов.
Среди причин обратничества на первое место надо, безу-
словно, поставить качественный состав переселенцев. В отче-
тах Переселенческого управления РСФСР неоднократно от-
мечалось, что под видом крестьян в Калининградскую область
приезжает до одной трети горожан, никогда не работавших в
сельском хозяйстве. Скрывая свои профессии, эти люди «сна-
чала хотят получить хлеб и другие льготы, а потом потребовать
использовать их по назначению»224.
В отчете Калининградского обкома о работе в 1950 г. для ЦК
ВКП(б) большая текучесть трудовых ресурсов объяснялась пре-
жде всего «неудачным подбором переселенцев в местах выхо-
да», когда вербовались «далеко не передовые по своему участию
в общественном труде и экономически маломощные семьи»225.
106
Обратничество в процессе заселения области
^ошяа
- СЕГОДНЯ «'НОМЕРЕ:
ПЕРЕДОВАЯ. -ч Шефски ломоць МТС м кояюэд (I его.)
ПРИЕЗЖАЙТЕ К tfAMJ ДОРОГИЕ ЗЕМЛЯКИ! Пасы» км*
хмааао» кмхмвач селхомртма «КркаиЛ Оры», Гусенам*
ревом» к кмряяш Орлокмв овдот*. (I стр). , г * -*
ПО ГОРОДАМ И СЕЛАМ ОБЛАСТИ. (I etpj. /с
Bmmaf 2( жарта гШ7 tv ►
Оргав Управления по гражданский делай КашмвгрДдсгой область »
№ 38 (44} | > - - Bmrnaf 2б марта гШ7 “ [ Цем 20 хм.
К> Алехсмдаи. —• Оперативно- румшке»' * сореаашвв
- J »,
м. Шукала. — Урсевг нсторжх. (3 гар.).. , ,
Й СОВЕТЕ МИНИСТРОВ ИНОСТРАННЫ* ДЕЛ
Шефская помощь
Номер газеты «Калининградская правда» от 25 марта 1947 г.
с агитационными материалами о переселении в область колхозников
Характеризуя прибывающие в область кадры, местные власти
жаловались, что кандидаты на переселение не проходят над-
лежащей проверки, даже складывалось впечатление, что из
России в Калининградскую область специально высылают «слу-
чайных людей из городов в порядке очищения от ненужных
элементов»2,26.
Второй причиной плохой закрепляемое™ кадров стало то,
что в документах деликатно называлось «неправильным осве-
щением вербовщиками фактического положения и условий
труда в Калининградской области»227. Об этом откровенно ска-
зал в своем выступлении на первой областной партийной кон-
ференции 2-4 декабря 1947 г. секретарь Гвардейского райко-
ма Зеленский, призвавший «в корне изменить порядок набора
переселенцев» и порицавший вербовщиков, которые «играют
на мелкобуржуазных чувствах отсталых людей, обещают им
златые горы, рисуют райскую жизнь, жизнь без трудностей и
невзгод и, как следствие, набирают искателей счастья»228.
Письма переселенцев в различные инстанции были полны
жалоб на трудности обустройства в новом крае. Оказалось, на-
пример, что расквартированные в области воинские части «за-
няли лучшие дома», не спешат освобождать приспособленные
под стрельбища пахотные земли, а «колхозников разогнали с
полевых работ». Переселенцы писали, что они не получают
обещанного жилья, мануфактуры, зерна, что приходится жить
«в неотремонтированных домах без окон, без дверей и частью
107
II. Заселение и депортация
Уборка хлеба в совхозе №10 Озёрского района, 1949 г. ГАКО
без полов», что все колодцы отравлены немцами, что все они
«голодные, разутые и раздетые». Были жалобы и на то, что в
области отсутствуют медицинские учреждения, бытовое обслу-
живание, что «нет никаких развлечений» и «большая проблема
посмотреть кинокартину»229. «Неразбериха и волокита к нуж-
дам переселенцев, — говорилось в докладной записке Пересе-
ленческого управления РСФСР за 1948 г., — создает среди них
моральную иеустойчивость»230.
Для части переселенцев главную роль в принятии решения
вернуться на родину сыграла неблагоприятная криминогенная
обстановка: «...уголовно-преступный элемент, съехавшийся в
Кёнигсберг за трофеями, — говорилось в одном из отчетов за
1946 год, — занялся грабежами и кражами, ...что также сказа-
лось на текучести [кадров]»231. О том же писал первый секре-
тарь обкома В.В. Щербаков Г.М. Маленкову 1 февраля 1951 г.
Областные власти в течение нескольких лет добивались, чтобы
Калининград по штатам органов милиции был отнесен к «горо-
дам особого списка»232. К боязни стать жертвами преступников,
немецких диверсантов и литовских «лесных братьев» добав-
лялся и неистребимый страх перед новой войной, в результа-
те которой «область отдадут» или же она станет ареной ожесто-
ченных боев.
Весьма распространенными были случаи повторного приез-
да в область одних и тех же людей233. Э ти так называемые «про-
108
Обратничество в процессе заселения области
фессиональные переселенцы» по нескольку раз оформлялись
на переезд с целью получения денежного пособия, запаса про-
довольствия и промтоваров и даже умудрялись брать льготные
ссуды «на обзаведение». Потратив все деньги, они исчезали,
чтобы через некоторое время вновь появиться в другом городе
или районе в роли вновь прибывшего переселенца.
В заключение можно сделать еще один вывод: в течение
более чем десяти лет в области по сути не было постоянного
населения. Все время происходила ротация жителей. Люди
приезжали, жили несколько месяцев, год, два — потом уез-
жали. На их место приезжали другие. Некоторые приезжали и
уезжали по два раза и более. Образно говоря, область долгое
время жила за счет «вахтенного метода». За эти годы ее на-
селение, условно говоря, сменилось три раза. Такая ротация,
безусловно, формировала своеобразную психологию. В ее осно-
ве было чувство временности пребывания на этой земле, что в
какой-то степени закрепилось в менталитете калининградцев.
109
НА КОЛХОЗНОМ СОБРАНИИ:
штрихи к истории заселения области в 1946 г.
Это очень необычные документы. Они написаны на чистых
оборотных сторонах, а иногда и поверх различных немецких
бумаг: деловых писем, бухгалтерских отчетов, расписаний дви-
жения поездов, на неразрезанных листах продовольственных
карточек, кусках учебных мишеней для стрельбы и обрывках
роскошных обоев с золотым теснением. Написанные на скорую
руку химическим карандашом, редко — чернилами, не всегда
понятным почерком, с бесконечными зачеркиваньями и кляк-
сами, всем своим видом они контрастируют с безупречно отпе-
чатанными на машинке немецкими текстами, среди которых то
и дело мелькает традиционное нацистское приветствие «Heil
Hitler!» Трудно представить себе более наглядную иллюстра-
цию той разительной перемены, которая произошла с Восточ-
ной Пруссией в 1945 г.
Речь идет об уникальном собрании протоколов собраний са-
мых первых переселенческих колхозов, которые стали созда-
ваться в Калининградской области в 1946 г.234 Они интересны
прежде всего тем, что дают возможность представить реальную
картину того, как начинала устраиваться жизнь советских кре-
стьян на новой земле сразу же после их переезда.
Массовое заселение бывшей Восточной Пруссии было ини-
циировано подписанным Сталиным 9 июля 1946 г. постановле-
нием «О первоочередных мероприятиях по заселению районов
и развитию сельского хозяйства Калининградской области».
Готовясь к приезду колхозников, районные гражданские
управления, исполнявшие в то время функции органов госу-
110
На колхозном собрании
Собрание работников совхоза №10 Озёрского района
по вопросу о быстрейшем проведении сенокоса.
Выступает парторг Д.И. Гордиенко, 1949 г. ГАКО
дарственной власти, разработали планы мероприятий, среди
которых непременно значился пункт, что по мере прибытия
переселенцев необходимо «немедленно приступить к органи-
зации колхозов, провести общее собрание колхозников для вы-
боров правлений колхозов и составления производственных
планов». Иногда задача простодушно конкретизировалась: за-
местителям начальников гражданских управлений поручалось
«подобрать руководящий состав колхозов (председателей, чле-
нов правления и ревизионных комиссий)»235.
Собрания по организации колхозов проходили уже на вто-
рой-третий день после приезда. Первое колхозное собрание
в Нестеровском районе, состоявшееся 27 августа в поселке
Пеллютинен, провел сам начальник гражданского управления
В.И. Машин. На остальных председательствовали, как прави-
ло, заместитель по политической части (ранг будущего перво-
го секретаря райкома) или начальник РайЗО, а также и другие
«представители района».
«Представители» обычно начинали собрания с освещения
напряженной международной обстановки, ловко увязывая ее с
насущными задачами колхозного строительства. Особенно убе-
дительной выглядела товарищ Вандровская, без устали гово-
рившая о громадном «стратегическом значении» организации
111
II. Заселение и депортация
колхозов в Приморском районе236. Помимо дежурных фраз и
лозунгов, среди которых чаще всего звучал призыв «сделать
колхоз большевистским, а колхозников зажиточными», при-
бывшее из райцентра начальство, бывало, снисходило до зна-
комства переселенцев «с обстановкой колхоза, окружающей
местностью, особенностями края» (всего 2 случая!)237.
Присутствие районных представителей было обязательным
условием в проведении организационных собраний. Когда кре-
стьяне проявляли излишнюю самостоятельность, решения со-
браний аннулировались, и всё начиналось заново. В посел-
ке Молленен Земландского района прошли два собрания, 5 и
13 сентября, с абсолютно одинаковыми результатами, но толь-
ко второе было признано законным, так как было освящено
присутствием районных властей238.
Явка переселенцев, если судить по протоколам, в которых
указывалось не только число присутствующих, но и списочный
состав членов создаваемого колхоза, в среднем составляла 70 %
(при среднем количестве полноправных членов колхоза —
84 чел.). Почти в половине протоколов сказано только о коли-
честве пришедших на собрание, и есть основания подозревать,
что во всех этих случаях необходимый кворум в 2/3 обеспечен
не был. Председатели искренне возмущались, что колхозники
ходят на собрания, «как на работу», — опаздывают, собирают-
ся по три часа239.
Повестка дня первых организационных собраний была стан-
дартной: выборы руководства (председателя, правления, реви-
зионных комиссий) и присвоение колхозу названия.
Судя по всему, обсуждение первого пункта повестки прохо-
дило весьма бурно. Только в трех протоколах из 37 определен-
но сказано, что за все предложенные кандидатуры участники
собраний проголосовали единогласно. В двадцати случаях от-
мечено выдвижение альтернативных кандидатур. Так, в колхо-
зе имени Калинина число выдвиженцев в правление дошло до
одиннадцати человек против обычных трех-пяти240. Но и отно-
сительно оставшихся протоколов, где конкретные результаты
голосования не зафиксированы, можно предположить, что со-
брания проходили не так гладко, как планировало районное
начальство.
Особенно примечателен в этом отношении протокол послед-
него по времени организационного собрания в Нестеровском
районе 26 октября в колхозе «Заветы Ильича», которое, как
и первое собрание, почтил своим присутствием сам началь-
112
На колхозном собрании
Фрагмент протокола общего собрания колхоза «Прогресс» Черняховского
района от 3 февраля 1947 г., написанного на бланках немецких
продовольственных карточек. ГАКО
ник гражданского управления В.И. Машин. Последний пред-
ложил избрать председателем вновь образованного колхоза
заранее подобранную кандидатуру А.В. Перминова. Однако
против этого стали возражать участники собрания. Так, кол-
хозник А.П. Елсуков сказал: «...т. Перминова я знаю, что он
дома мало жил и хозяйственными вопросами не занймался, а
потому просьбу удовлетворить об отводе кандидатуры предсе-
дателя, а предлагаю выбрать председателем артели т. Шура-
кова В.А.». За Шуракова стали агитировать и другие колхоз-
ники, он и был в конечном итоге избран241.
Гораздо спокойнее обсуждались названия колхозов. Выбор
вариантов был невелик, да и самодеятельность в этом вопро-
се грозила путаницей. Как можно судить, районные власти по-
лучили рекомендованный сверху список наименований. Вот
почему во всех районах области можно было встретить своих
«Молотовых», «Ждановых», «Тельманов», а также «Прогрес-
сы», «Авангарды», «Ударники» и пр. Впрочем, в каждом районе
была и своя «изюминка». В Гусевском районе выделялся ори-
гинальностью названия колхоз «Красный Орел», в Озёрском —
«Пример» и «Борец за урожай», в Черняховском — «Советская
крепость», в Железнодорожном — «Газета “Правда”» и т. п.242.
Почти во всех колхозах крестьяне безропотно голосовали за ре-
комендованное сверху имя. Но на одном собрании неожиданно
113
II. Заселение и депортация
На обороте этого немецкого докумен-
та со свастикой напечатан один из
приказов начальника управления по
гражданским делам г. Тильзита. ГАКО
произошла осечка. Официально предложенное докладчиком
«из района» Стрелковым название «Большевик» колхозникам
почему-то не понравилось. Взамен сначала предложили вполне
благонадежную «Искру», а затем и вовсе крамольную «Свобо-
ду»! В итоге президиум собрания и его участники сошлись на
компромиссном втором варианте. Ну, а название «Большевик»
даром не пропало: его присвоили следующему по очереди но-
вому колхозу Нестеровского района243.
Помимо общих для всех организационных собраний вопро-
сов в нескольких колхозах в повестку дня по ходу заседания
был включен пункт о выборах дополнительных комиссий. Они
назывались по-разному (земельные, инвентаризационные или
комиссии по нарезке приусадебных участков), но как можно
понять из скупых строчек протоколов, причина их создания
крылась в возникавших в среде переселенцев спорах по пово-
ду распределения жилья, имущества и приусадебной земли на
территории тех поселков, где размещались колхозы244.
Особый интерес представляют протоколы под номером 2, 3 и
последующие, так как они касаются первых проблем, с которы-
ми пришлось столкнуться вновь созданным колхозам. Конеч-
но, часть вопросов (о распоряжении кредитами, утверждение
сметы и норм выработки) можно отнести к вполне рутинным.
Но обсуждение большинства пунктов повестки дня не обошлось
без жарких дискуссий и конфликтов.
114
На колхозном собрании
Первое обстоятельство, которое не могло не озаботить кол-
хозников, — это состояние основных фондов, а проще гово-
ря, отсутствие во вновь организованных колхозах какого-либо
имущества (скота, инвентаря, запаса кормов и продовольствия).
При утверждении устава в одном из колхозов Полесского райо-
на крестьяне поинтересовались наличием общеколхозной соб-
ственности. Ответ председателя был весьма характерен: «Име-
ли две лошади, одна из них пала, другая накануне этого. Имеет-
ся кормов нележалого сена 4 воза, т. е. на одну телку»245.
Не лучше обстояло дело и в других хозяйствах. В протоко-
лах то и дело мелькают жалобы, что «в колхозной кассе нет ни
одной копейки», что «весь скот часоточный» и «истощенной
упитанности», что «положение с кормами очень напряженное»
и «лошади худеют от плохого сена, которое они не едят» и с
таким питанием «придут к неотменной гибели»; что получен-
ная по разнарядке из Тильзита картошка «находится в безна-
дежном состоянии», так как по причине своей мерзлости она
«неблагонадежная для семенных целей», что «нет света, и как
только темнеет, народ запирается по домам»246.
Выход из столь бедственного положения виделся разный.
Большинство уповало на то, что в конце концов машины, скот
и корма будут выделены государством. Некоторые только при-
зывали проявлять большую настойчивость в этом деле. Так,
один из записных ораторов в колхозе имени Калинина Красно-
знаменского района т. Зайцев восклицал на собрании: «Необ-
ходимо сейчас стучать во все двери и добиваться двух-трех пар
лошадей!»247
Другие пытались выкручиваться самостоятельно. Общее со-
брание колхоза имени Черняховского постановило: «Путем го-
лосования (единогласно) продать корову с колхозной фермы и
купить трактор для колхоза»248. С учетом наличия большого ко-
личества неучтенной трофейной техники в расквартированных
по области воинских частях такая сделка была вполне реаль-
ной. В колхозах Зеленоградского района крестьяне доброволь-
но «сбрасывались» в общий колхозный фонд: где вносили в кас-
су по 50 руб. с каждого двора, где собирали инвентарь (лопаты,
вилы, грабли), где принимали обязательства каждой семье со-
брать для общего стада по 1,5 центнера желудей и каштанов.
А собрание колхоза имени Жданова Багратионовского района
постановило: «...отчислить с каждого домохозяина по одной
коробке спичек и 0,5 литра керосина в общий колхозный фонд
на общий расход колхоза — бесплатно»249.
775
II. Заселение и депортация
Но главные надежды колхозники возлагали на то, что в про-
токолах деликатно названо «сбором трофеев». Практически во
всех колхозах принимались решения об участии их членов в
сборе «бесхозного» имущества, организовывались коллектив-
ные субботники и воскресники, принимались соцобязательства,
каждый колхозник получал специальное задание. Для стиму-
лирования поисков сборщикам начислялись трудодни (за боч-
ку — один трудодень, за плуг — два и т. д.)250.
Занятие это оказалось столь увлекательным, что в некоторых
колхозах вынуждены были дать отбой. В колхозе «Прогресс»
член правления т. Гаговец возмущался, что «колхозники заня-
лись исключительно сбором трофей, а колхозную работу остави-
ли в стороне»251. В колхозе имени Кирова Правдинского района
правление грозило привлечь прокуратуру для разбирательства
с теми членами коллектива, которые собранный для обществен-
ных нужд инвентарь растаскивают по личным хозяйствам252.
По всей видимости, бесхозного имущества было не так мно-
го, ибо вскоре колхозники принялись за свое, колхозное, толь-
ко что полученное от государства. В Гусевском районе создан-
ная для ремонта жилья колхозная строительная бригада зани-
малась разборкой уцелевших зданий, а материал расхищался
или шел на дрова253. В поселке Пеллютинен Нестеровского
района местные трофейщики «додумались разламывать зда-
ние церкви и выломали 15 балок и 20 рам, несмотря на то, что
они знали, что это здание предназначено под колхозный клуп*».
А их односельчане по неуказанным причинам занялись выруб-
кой зеленых насаждений в поселке, при этом, как особо отмече-
но в протоколе, «срубили одно дерево под названием липа»254.
Вся эта вышедшая из-под контроля самодеятельность без
конца обсуждалась на колхозных собраниях, в результате че-
го в протоколах появлялись грозные резолюции: «запретить
и окончить разрушения домов и всех построек»; «расхищение
колхозных нежилых построек немедленно прекратить, и все-
му активу следить, и виновных в растаскивании привлекать к
ответственности»255. С целью предотвращения расхищения кол-
хозной собственности во многих поселках решено было орга-
низовать «ночную охрану», «бригадные патрули» и даже «круг-
лосуточный караул».
А председатель колхоза имени Сталина в местечке Рудау
Ф. Бородин, видя, что во вверенном ему хозяйстве уже почти
* Так в оригинале.
116
На колхозном собрании
ИО завету ЛЕНИНА
Калининградская частушка, TTq vGTaBv СТАЛИНА
1949 г. ГАКО Йы jt OCTpiwi КОЛХОЗ
«♦Верные пугь" крестьнина.
ничего не остается, решился на отчаянный шаг. Всё колхозное
имущество он провозгласил социалистической собственностью!
В протоколе общего собрания так и записали: «Объявить кол-
хозной социалистической собственностью все не переданные
колхозникам дома, холодные постройки, деревья разных по-
род, а также... кусты, лесонасаждения по всем дорогам, теле-
графные и телефонные столбы, провода, находящиеся на тер-
ритории колхоза»256.
Охранять колхозное достояние приходилось и от внешних
налетчиков. В протоколах время от времени встречаются упо-
минания о том, что в поселках, особенно по ночам, появляют-
ся «автомашины с солдатами», которые «обшаривают дома» и
увозят скот. Из поселков у границы с Литвой «больше всего та-
щат имущество литовцы. Они всё увозят, с поставленной охра-
ной не считаются»257.
С первых же дней своего существования вновь образован-
ные колхозы столкнулись с еще одной серьезной проблемой:
работать в них было некому. Во-первых, часть «колхозников»
открыто заявляла, что вступать в колхоз им «нет надобности».
Один из отказников в колхозе имени Кирова В.П. Ковязин так
представил свои резоны: «...я приехал не из колхоза, а с произ-
водства, притом в колхозе никогда не работал и правил колхоз-
ной жизни не знаю, потому, он сказал, что в колхозе я работать
не буду и заявления на вступление в члены колхоза писать не
буду»258.
Еще болеё путанным было объяснение другого несостояв-
шегося колхозника Шалыгина (опять цитируется дословно по
протоколу): «... меня представитель из облисполкома на пере-
селение не брал, дак я взял, да попросил своего тестя [Бурко-
ва], чтобы он поехал в Калининградскую область. Ну, и Бур-
ков на мое предложение согласился. Но несмотря на то, что
Бурков уже нетрудоспособный, но всё же они совместно, Бур-
ков и Шалыгин, обманули представителя из облисполкома по
переселению и завербовались. [В] настоящее время т. Шалыгин
с женой, т. Бурков в колхозе не работают»259.
Весь список переселенцев, отказавшихся стать членами это-
го колхоза, составил 35 человек (около четверти всех приехав-
ших). Всех их правление решило лишить «преимущественных
117
II. Заселение и депортация
льгот», положенных переселенцам, «с выселением из пределов
колхоза». Состоявшееся в тот же день общее собрание колхоза
утвердило постановление правления260.
Случаи, подобные описанным выше, были довольно распро-
страненными. Самовольные уходы из колхозов стимулирова-
лись еще и тем, что рабочих рук везде не хватало. Колхозников
старались переманить к себе промышленные и строительные
предприятия, транспортники, лесозаготовители и прочие ор-
ганизации. Гражданские управления издавали грозные прика-
зы «О посягательствах на рабочую силу в колхозах», в которых
«некоторым ретивым руководителям за вредную антиколхоз-
ную практику переманивания крестьян» обещалось привлече-
ние к уголовной ответственности. В свою очередь, областной
переселенческий отдел рекомендовал все дела о самовольных
уходах из колхозов направлять в районные прокуратуры для
взыскания с переселенцев всех льгот261.
Однако гораздо больше оказалось в колхозах людей, попро-
сту равнодушных к делам своего хозяйства. Практически на
каждом собрании председатели и колхозные партийцы корили
односельчан за отсутствие тяги к ударному производительному
труду.
Председатель одного из колхозов Гвардейского района —
И.И. Гамезо — без устали повторял, что «дисциплина в колхо-
зе совершенно плохая», «выход на работу совершенно плохой»,
«кошение сена не производится», «все члены колхоза к заготов-
ке кормов относятся хладнокровно»262. «Наши колхозники, —
вторил ему другой председатель П.Ф. Демскин из Гусевского
района, — вероятно, не все поняли, что идет зима и что надо
заготавливать корма»263. Председатель колхоза имени Буденно-
го т. Романенко тоже уверял, что видит своих подчиненных на-
сквозь: «...некоторые прячутся от нарядов или же сказывают,
что больны, а опосли идут на базар с молоком и яичками, то
учтите то, что этим колхозникам не поздоровится»264.
Вместо колхозных полей, говорилось на собраниях в других
артелях, «люди уходят по разным базарам, сами себя считают
хозяевами», «устраивают жилье для себя», «самовольно ездят на
конях в Литву», «прикидываются больными», «на лошадях не
пашут, а возят барахло». Нередко в протоколах дословно вос-
производились непечатные выражения, в которых колхозники
реагировали на предложения бригадиров о выходе на работу.
За каждое такое высказывание решением общего собрания на-
кладывался штраф в размере до трех трудодней265.
118
На колхозном собрании
Отправка машины с зерном нового урожая на заготпункт
из колхоза «Победа» Гвардейского района, июль 1949 г. ГАКО
Всех тех, кто, как говорилось в одном протоколе, склоняет
«остальную колхозную массу на расхлябанность колхозно-тру-
довой дисциплины», стали называть «дезорганизаторами». По от-
ношению к ним принимались самые разнообразные меры, на-
чиная от традиционного выговора, строгого предупреждения
и заканчивая штрафами, невыдачей керосина и продуктов, ис-
ключением из колхоза и передачей дел в прокуратуру. Повсе-
местно принимались постановления «выходить на работу стро-
го по звонку, и установленные сигналы [подавать] не позднее
8 часов утра», а к дезорганизаторам «применять репрессивные
меры»266. Следует заметить, что уклонение от работы в колхозе,
помимо, так сказать, общих для всей страны причин, было свя-
зано и с местной спецификой. Дело в том, что калининградские
колхозы создавались в конце сельскохозяйственного сезона, и
колхозники вполне резонно считали, что за 1946 г. на трудодни
им всё равно ничего не выплатят267.
Возникавшие в колхозах конфликтные ситуации имели не
одну векторную направленность. Низы также предъявляли
претензии к своему начальству. Первым поводом для недоволь-
ства стало недополучение тех льгот, которые были положены
переселенцам. То и дело на колхозных собраниях принима-
лись обращения к вышестоящим инстанциям о выполнении
всех обязательств, обещанных «согласно указа Министерства
СССР»268. В колхоз имени Буденного на 98 человек было вы-
делено всего 2 дамских пальто, 13 шапок и по 50 пар чулок и
119
II. Заселение и депортация
носков. Спор о распределении этих товаров на общем собрании
сделался таким жарким, что увещевать колхозников вынужде-
на была «представитель района», инспектор РОНО: «Я слыха-
ла, что колхозники имеют неудовольствие, а это неправильно.
И партия, и правительство не может снабдить всех». И чтобы
всем стала ясна политическая значимость момента, назидатель-
но добавила: «Мы приехали сюда быть примерными колхоза-
ми. Чтобы литовцы сделали вывод насчет колхозов»269.
Еще большее недовольство порождало несправедливое, как
считали многие, распределение жилья, имущества и трудовых
обязанностей. В одном случае колхозники были возмущены,
что всех здоровых лошадей разобрали себе члены правления.
В другом случае, посылая женщин копать лопатами колхозное
поле, председатель и всё правление «взяли лошадей с погран-
заставы для колхозных нужд, а пахали свои личные усадьбы».
В Краснознаменском районе колхозное начальство вместо «ор-
ганизации масс» занялось «сбором трофей»270.
В колхозе «Красное Знамя» Болыпаковского района про-
шло несколько бурных собраний, на которых члены правления
были названы «ворами» и «расхитителями», занимающимися
главным образом сбором мебели и другого немецкого имуще-
ства по хуторам с целью его дальнейшей перепродажи. Про
председателя Борисова было сказано, что «он нас завел в бо-
лото». Сменявшие друг друга ораторы призывали «гнать таких
руководителей», а дело «передать в ревтрибунал»271.
Настоящий накал страстей зафиксировал протокол №2 об-
щего собрания колхоза «Ударник» от 7 октября 1946 г. По-
водом для сбора людей стал, казалось бы, пустяковый случай.
Председатель колхоза Ягудин накануне получил из районного
фонда 56 листов оконного стекла (дефицитнейший в то время
материал!) и 10 листов утаил от коллектива, что вызвало взрыв
возмущения односельчан. Пытаясь избежать скандала, пред-
седатель провел 6 октября заседание правления, на котором
расхитителями стекла были объявлены счетовод и кладовщик
(оба сняты с работы). В тот же день состоялось партсобрание,
на котором председатель был «предупрежден». Но все эти пре-
вентивные меры уже не помогли избежать публичного разбира-
тельства. Созванное под давлением «снизу» на следующий день
общее собрание проходило очень бурно. Выступили более де-
сяти ораторов, которые резко обличали все колхозное началь-
ство. В постановлении говорилось: «За воровство стекла, полу-
ченного для колхозников, председателя колхоза тов. Ягудина
120
На колхозном собрании
Сельский праздник, 1949 г. КОИХМ
с работы сиять». Тут же начали активно выдвигаться кандида-
туры на должность председателя, который оказался избран на
альтернативной основе из пяти кандидатов272. Разгул колхоз-
ной демократии не прошел, однако, мимо внимания районных
властей: 12 октября приказом начальника гражданского управ-
ления Нестеровского района постановление колхозного собра-
ния было отменено по формальным основаниям273.
Первые колхозные собрания, конечно же, не обошли сторо-
ной пропагандистские кампании, сигнал к которым всегда да-
вала Москва. Как раз в момент организации колхозов накатила
очередная идеологическая волна с весьма неожиданной темой,
которая выглядела донельзя нелепой на фоне проблем, с кото-
рыми столкнулись переселенцы. С конца сентября вся страна
обсуждала ответы Сталина на вопросы газеты «Санди Таймс».
Протоколы колхозных собраний обогатились постановлениями
следующего содержания: «Ответы т. Сталина московскому кор-
респонденту Сондель тайме г-ну Александроль одобрить»271.
Текст с небольшими вариациями повторялся от собрания к
собранию, и только в колхозе «Прогресс» участники собрания,
вдохновленные присутствием представителя района т. Бубнова,
высказались более подробно. «Ответы тов. Сталина, — говори-
лось в постановлении, — являются единственным, ободряю-
щим заявлением по внешней политике, сделанным союзным
121
II. Заселение и депортация
государственным деятелем в течение года, прошедшего со вре-
мени окончания войны. Ответы тов. Сталина дали нам новую
уверенность в дело нашей победы, которые вдохновляют нас
на новые подвиги»275.
В годовщину Октябрьской революции почти во всех колхо-
зах прошли собрания с традиционным докладом на тему «Меж-
дународное обозрение и задачи колхоза». В протоколах они
обычно заключались фразой: «По докладу выступлений не бы-
ло, а были всеобщие одобрения». Изредка сочинялись письма
Сталину или принимались постановления с «вынесением бла-
годарности нашей партии, а также Великому вождю тов. Ста-
лину»276.
И только в колхозе имени Калинина Краснознаменского райо-
на праздничная комиссия отличилась нестандартным подходом
к подготовке праздника и предложила организовать совмест-
ное застолье. Однако из этой инициативы ничего не вышло.
Как говорится в протоколе, «план складчины для организации
общего обеда [был] сорван, так как согласно решения общего
собрания о сборе с двора по 100 руб. и продукты никто из кол-
хозников дать не согласился»277.
В начале декабря, накануне Дня конституции, колхозники,
как правило, заслушивали соответствующие доклады. Так, в
колхозе имени Горького Правдинского района товарищ Гольс-
берг прочел лекцию «О критике Сталинской конституции фа-
шистскими и другими мировыми критиками»278.
Иногда протоколы собраний фиксировали вопросы «с мест»,
каковые ни разу не совпали с темой прослушанного доклада
или лекции. Так, в колхозе «Искра» Полесского района на со-
брании в честь 29-й годовщины Октября докладчику были за-
даны вопросы, как долго немцы будут оставаться в поселке и
будут ли они работать в колхозе? Кстати, в протоколах того же
колхоза имеется еще одно (и последнее!) упоминание об остав-
шихся в области немцах. При принятии устава местный ак-
тивист агротехник Дмитриев сделал заявление по немецкому
вопросу и строго предупредил односельчан, «чтобы с немцами
не иметь никакой связи, которые могут привести к самым вред-
ным последствиям»279.
В конце года по всем колхозам прошла череда собраний,
посвященных выборам в Верховный Совет РСФСР 9 февра-
ля 1947 г. На них, как водится, принимались сверхплановые
производственные задания (хотя и плановые почти никогда
не выполнялись). Идя навстречу выборам, колхозники заодно
122
На колхозном собрании
брали на себя социалистические обязательства и другого рода,
как-то: «отремонтировать скотный двор», «прибрать весь хлам
на ферме», «отвезти мусор от колхозных домов» и даже «навес-
ти порядок в квартирах». В колхозе «Прогресс» Черняховского
района последним, шестым пунктом записали следующее обя-
зательство: «Ходатайствовать перед правительством, чтоб дали
двигатель»280.
Самыми длинными (20 пунктов!) оказались соцобязательства
колхоза имени Жданова Багратионовского района. Среди них
было и такое: «Принять все меры к сохранению имеющихся
насаждений, особенно плодовых. Беречь от порчи скотом, осо-
бенно козами и... несознательными людьми». С выполнением
этого почина дело, по всей видимости, не заладилось, и через
месяц общее собрание приняло по этому же вопросу дополни-
тельное постановление: «За каждое плодовое дерево, ободран-
ное козами, взыскивать с владельца штраф до 150 руб. за де-
рево»281.
Представленный в настоящем очерке обзор протоколов со-
браний первых калининградских колхозов приводйт к выво-
ду, что первые шаги в жизни переселившихся в бывшую Вос-
точную Пруссию советских крестьян были далеко' не такими
благостными, как это было принято до недавнего времени изо-
бражать в историографии. Они отмечены противоречивостью
и даже конфликтностью. С одной стороны, организация пере-
селенческих колхозов в необычных обстоятельствах на земле
поверженного врага до крайности обнажила все застарелые
язвы советского колхозного строя. С другой стороны, переезд
и обустройство в новом крае в какой-то степени пробудили от
спячки крестьянские массы. Оторвавшись от привычных усло-
вий жизни, оказавшись в совершенно новой для них среде, они
стали чуть свободнее в своих суждениях и поступках, немного
независимее от начальства, решительнее в отстаивании своих
прав и последовательнее в своем нежелании мириться с неспра-
ведливостью.
123
ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ КВАЛИФИКАЦИЯ
ПЕРВЫХ ПЕРЕСЕЛЕНЦЕВ
В историографии уже предпринимались попытки создания
обобщенного социального портрета переселенцев, прибывших
в Калининградскую область в период ее массового заселения
во второй половине 1940-х — начале 1950-х гг.282 Благода-
ря хорошо сохранившейся демографической статистике ранее
секретных фондов областного статуправления удалось доста-
точно полно реконструировать поло-возрастную структуру пе-
реселенцев, составить представление об их этнографическом
облике, охарактеризовать распределение по местам выхода,
проанализировать динамику заселения и количество обратных
выездов. Однако состояние источников не позволяет дать ис-
черпывающий ответ на вопрос о профессиональной подготовке
и квалификации переселенцев трудоспособного возраста — эти
данные не фиксировались переселенческими органами.
Некоторое представление можно составить только об уровне
образования новых жителей нашего края. На основании сохра-
нившихся в областном архиве 288 анкет-заявлений глав семей
переселенцев 1947 г. (около трех процентов всех семей, при-
бывших в сельскую местность за год) М.Г. Шендерюк рассчита-
ла уровень образования новоселов, который оказался довольно
низким. Две трети из них (66,3%) окончили от одного до четы-
рех классов начальной школы или были вообще неграмотны-
ми, за плечами еще 27,4% было пять-восемь классов, среднее
образование имели 16 человек (5,5%), по одному человеку окон-
чили техникум и институт283.
В настоящем очерке делается попытка охарактеризовать про-
фессиональную квалификацию первых прибывших в Калинин-
124
Профессиональная квалификация первых переселенцев
Рыбаки колхоза «Заря коммунизма» ведут лов салаки
в Куршском заливе, 1946 г. ГАКО
градскую область переселенцев на основании фрагментарно со-
хранившихся в архивах свидетельств, касающихся самых раз-
ных отраслей экономики и отдельных предприятий.
В соответствии с правительственными постановлениями в
бывшую Восточную Пруссию должны были направляться наи-
более квалифицированные специалисты, передовые рабочие,
«лучшие колхозники, имеющие наибольшую выработку трудо-
дней»; переселенческие органы обязаны были отбирать семьи,
имеющие в своем составе не менее двух трудоспособных чле-
нов, и т. д.284 Реальное положение оказалось очень далеким от
этой благостной картины.
Первые группы советских граждан стали прибывать на лесо-
заготовки и некоторые промышленные предприятия Калинин-
града уже в 1945 г., но массовый приток переселенцев начался
с конца лета 1946 г. Повсеместно не хватало рабочей силы: шта-
ты предприятий и организаций были укомплектованы от силы
на две трети, а то и наполовину; среди специалистов и рабочих
был высок удельный вес молодых неопытных работников285.
При этом квалификация переселенцев оставляла желать луч-
шего. Так, первая группа рабочих численностью в 55 человек,
прибывшая на лесоповалы области, состояла из 41 женщины и
14 мужчин; с ними приехало еще и 73 ребенка. А в целом по тре-
сту «Неманлес» среди завербованных оказалось «значительное
125
II. Заселение и депортация
ига дир перво» бригады
Спит и улыбается
А капуста в бороздах
Наряду дожидается*
фигадч? второ» бригады,
Где промерит,где наврет
"верны» путь" наш колхоз,
Обыорачивает народ*
В колхозе "Новая жизнь"
Горох на плащади лежит
Все колхозники видали
Как его белые аисты клевали.
В "Ново» жизни” и творится
Картофель на свалку свозится,
не много и не мало,
д сто центнеров пропало.
Калининградские частушки,
1949 г. ГАКО
количество не способных к физическому труду, как-то: инвали-
ды второй группы, многосемейные женщины с грудными деть-
ми и женщины последнего периода беременности»286.
Из завербованных на крупнейшую в Калининграде верфь
(завод №820, бывший «Шихау», сейчас «Янтарь») нескольких
сотен рабочих только пятеро имели судостроительные спе-
циальности, а из принятых на работу в 1946 г. 3594 человек
«95 % в судостроительной промышленности никогда не рабо-
тали». Руководители завода жаловалось, что им приходится
«с трудом осваивать эти кадры и приспосабливать их к рабо-
те». Начальниками отделов назначали людей, не имеющих да-
же среднего образования. В отчете завода за 1946 г. говорится,
что среди завербованных «до 15% случайных людей, прибыв-
ших с целью легкой наживы»287.
Среди пяти тысяч рабочих, приехавших по вербовке из раз-
ных городов на предприятия целлюлозно-бумажной промыш-
ленности, также оказалось «значительное количество больных,
инвалидов II гр. и т. п., требующих возвращения их на роди-
ну». В архивных делах имеются даже образцы справок, кото-
рые выдавались «возвращенцам». В них указывалось, что «та-
кой-то направляется в Москву для дальнейшего следования к
месту прежнего жительства как неправильно завербованный»
или в связи с тем, что «отказался от какой-либо работы на на-
ших предприятиях по состоянию здоровья»288. Оборудование
на целлюлозно-бумажных комбинатах использовалось не более
чем на 25-30 %289. А тогда, когда оно все-таки использовалось,
126
Профессиональная квалификация первых переселенцев
Брошюра В. Джапаридзе «Большие пер-
спективы» о развитии рыбной промыш-
ленности (Калининград, 1958 г.)
делалось это крайне неумело. Например, на ЦБК № 1 осенью
1945 г. были «по техническому недосмотру выведены из строя
2 паровых котла (из четырех) стоимостью по полтора миллио-
на каждый», а также сгорел варочный цех стоимостью 20 млн
рублей. При этом во время пожара дежурный пожарник спал,
и «его 15 минут будили от сна». В результате плановая себестои-
мость калининградской целлюлозы составляла 2400 руб. за
тонну, тогда как ее средняя себестоимость по СССР не пре-
вышала 600 руб., т. е. была в четыре раза ниже290.
Регулярно выполнялся план вербовки рабочей силы на Ка-
лининградском вагоностроительном заводе, однако из вновь
поступивших только 10% имели рабочие специальности, а ос-
тальные никогда на заводах не работали. Не решало проблему
кадров и привлечение к труду около 500 немцев, «в основном
слабых физически женщин», не имевших к тому же производ-
ственной квалификации. В 1946 г. около половины работни-
ков завода были уволены как «непригодные и деклассирован-
ные»291 .
В отчете Балтрыбтреста за 1945 г. прямо говорилось, что
объединение по сути «не имеет ни одного рыбака из состава
отечественной рабсилы»292. Про специалистов, присланных в
рыболовецкие хозяйства, в докладной записке управляющего
трестом сказано: «...завербованные в 1946 г. 201 рыбак являют-
ся в значительном своем большинстве рабочими, навербован-
ными в районах рыболовства в Астрахани и Ростове, но отнюдь
127
II. Заселение и депортация
не рыбаками»293. Такой «засланный производственный балласт»
в тресте вынуждены были как-то использовать, что существен-
но снижало производственные показатели рыбодобычи294.
В направленной в обком справке о невыполнении плана
по улову рыбы за 1947 г. (план был выполнен всего на 58,7%)
одной из главных указана следующая причина: «Отсутствие
технического знания и элементарных правил судовождения
(например, неумение пользоваться компасом) капитанами и ме-
ханиками приводит к частым поломкам и вынужденным про-
стоям на мели и у причала»295.
В 1947 г. Министерство связи направило в область вместо вы-
сококвалифицированных специалистов 160 выпускников школ
фабрично-заводского обучения, которых, как скоро убедились
в Калининграде, «можно было использовать только как почта-
льонов»296. Вообще, молодежь в возрасте до 25 лет составляла
среди рабочих некоторых отраслей около двух третей от обще-
го числа работающих297. А в целом половозрастной состав ра-
бочих и служащих, занятых в промышленности, строительстве,
на транспорте, в сфере обслуживания, а также в совхозах всех
типов, выглядел следующим образом (см. табл. 1):
Таблица 1
Распределение рабочих и служащих по полу и возрасту
на 1 августа 1951 г., чел.298
Пол 14-19 лет 20-35 лет 36-49 лет 50 лет и старше Всего
Мужской 9013 38667 16813 6574 71067
Женский 6899 48083 13030 3520 71532
Всего 15912 86750 29843 10094 142599
Из приведенных в таблице 1 цифр видно, что молодые лю-
ди в возрасте до 35 лет составляли 72% калининградской ра-
бочей силы, и именно в возрастной группе от 20 до 35 лет жен-
щины существенно преобладали над мужчинами (соотноше-
ние 55 : 45).
Между тем текучесть кадров приобретала угрожающие раз-
меры. За первые восемь месяцев 1947 г. на предприятия Ка-
лининграда были приняты 6269 чел., а уволены 5 708 чел.,
т. е. 91 %299. Общая нехватка работников по различным отрас-
лям в 1947 г. составляла от одной трети до половины требуемо-
го персонала300. Согласно данным облстата, в 1953 г. среди ра-
128
Профессиональная квалификация первых переселенцев
Пропагандистская брошюра «Жить —
Родине служить» (Калининград, 1956 г.)
бочих промышленности, строительства и совхозов более поло-
вины имели менее двух лет непрерывного трудового стажа301.
Похожим было положение с кадрами во всех отраслях эко-
номики и госучреждениях: 20% простоя техники объяснялось
неопытностью механиков; счетоводы, «не связанные в прошлом
с бухгалтерской работой», требовали «ежедневного и ежеминут-
ного контроля»; среди следователей не было ни одного на всю
область, «который мог бы отвечать самым элементарным тре-
бованиям своего назначения», а половина вообще никогда не
работала в органах прокуратуры302.
В документах областного политотдела отмечалось, что в ка-
лининградские села «под видом колхозников приехали все кто
хочешь, но только не колхозники: тут и юристы, и врачи, и му-
зыканты, и техники, и учителя»303. В отчете переселенческого
отдела за 1951 г. говорится, что среди завербованных колхозни-
ков было выявлено «сапожников — 641, электриков — 325, то-
карей — 230, учителей — 203, поваров — 201, портных — 198,
пекарей — 175, работников железнодорожного транспорта —
233, торговых работников — 115, медицинских работников —
73, журналистов и газетных работников — 22, а также [несколь-
ко] парикмахеров, художников, экономистов-плановиков, шах-
теров, фотографов, часовых мастеров, музыкантов, артистов и
ряд других»??4.
Вот описание одного из таких типичных случаев: «Р-й Т.А.,
до переселения одиночка, работавшая портнихой в артели “3d-
ря” Туровского района Гомельской области, чтобы переселиться
129
II. Заселение и депортация
в Калининградскую область, приписала в переселенческий би-
лет дальнюю родственницу, работавшую до этого няней в чу-
жой семье. На полученное денежное пособие гражданка Р-й ку-
пила себе швейную машинку, к работе в колхозе не приступала,
а занималась шитьем на дому, и когда ей это было запрещено и
предложено приступить к колхозной работе, самовольно выеха-
ла из колхоза, оставив в колхозе на произвол судьбы без средств
свою родственницу, которой едва минуло 16 лет»305.
Смена местности проживания и профессиональных занятий
стала, пожалуй, одной из самых характерных черт калинин-
градских новоселов.
Диаграмма 1
Распределение переселенцев 1947-1950 гг. в зависимости
от городской или сельской местности выхода (в процентах)306
местность
Е1 Из городов
Из сельской местности
Как видно из диаграммы 1, население Калининградской об-
ласти формировалось при равном участии горожан и селян.
Однако свыше трети переселенцев составили выходцы из со-
циально-профессиональных слоев, которые радикально меня-
ли характер труда и свой образ жизни. Образно говоря, кали-
нинградские города на 40% «окрестьянились», что более или
менее соответствовало общей тенденции развития миграции
по направлению село — город. А вот калининградская дерев-
ня оказалась явлением уникальным в масштабах всей страны.
Вхождение в состав сельского населения свыше одной трети го-
рожан, не знакомых с сельским хозяйством, породило специ-
фические проблемы, которые долгое время давали о себе знать.
Местные руководители всё время жаловались, что многие
переселенцы пробираются в область «в целях наживы, стремле-
ния к обогащению», что присылают руководителей, «провалив-
шихся в других местах», что среди новоселов много «любителей
легкой жизни», «проходимцев и авантюристов», «пьяниц», «су-
димых или скрывшихся от суда», «рваческих и спекулянтских
элементов»307.
130
Профессиональная квалификация первых переселенцев
При характеристике трудовых ресурсов новой российской
области нельзя забывать о том, что в течение первых полутора-
двух лет после окончания войны основу рабочей силы края со-
ставляли военнопленные и гражданские немцы, а также заклю-
ченные. При многих крупных промышленных предприятиях
открывались лагерные пункты для пленных и исправитель-
но-трудовые колонии с осужденными советскими гражданами.
Возможность использования этой бесплатной рабочей силы до
некоторой степени развращала руководителей предприятий,
так как, по словам первого секретаря обкома В.В. Щербакова,
давала им возможность «не утруждать себя заботой о рабочей
силе, избаловала их». Когда в область стало прибывать всё боль-
шее число советских людей, эти хозяйственники продолжа-
ли «хныкать»: «Давайте военнопленных, давайте заключенных,
как же вы выселяете немцев, с чем же мы останемся?»308 На-
ряду с депортацией немцев в 1947-1948 гг. еще один удар по
экономике края был нанесен массовой амнистией заключен-
ных после смерти Сталина в 1953 г.
Общий баланс трудовых ресурсов области к 1956 г. представ-
лен в таблице 2.
Таблица 2
Распределение трудовых ресурсов области
по сферам занятости на 1 января 1956 г., тыс. чел.*
Трудовой ресурс Город Село Всего
Рабочие и служащие госпредприятий и совхозов 144,7 44,3 189,0
Колхозники и кооперированные кустари 2,2 27,5 29,7
Единоличники 0,5 - 0,5
Учащиеся от 16 лет и старше 15,3 2,3 17,6
Занятые в домашнем и подсобном хозяйстве 82,6 56,8 139,4
Всего 245,3 130,9 376,2
* Таблица составлена по материалам: ГАКО. Ф. 181. Оп. 17. Д. 70. Л. 2
(Сводки расчета баланса трудовых ресурсов за 1956 г. Гриф: «Секрет-
но»). К «трудовым ресурсам» в СССР относили население в трудоспо-
собном возрасте, т. е. мужчин 16-59 лет, женщин 16-54 лет, кроме ин-
валидов и пенсионеров с возрастными льготами.
131
II. Заселение и депортация
Приведенные в таблице 2 данные весьма существенно от-
личаются от общесоюзных показателей. Согласно всесоюзной
переписи 1959 г. в общественном хозяйстве и учебой было заня-
то 82% населения страны трудоспособного возраста, а 18% за-
нималось домашним и индивидуальным частным хозяйством309.
В Калининградской области доля последних была в два раза
выше и составляла 37 %.
Представленный в очерке обзор архивных материалов не
претендует на исчерпывающую характеристику уровня про-
фессиональной подготовки первых калининградских переселен-
цев. Однако приведенные факты позволяют более объективно
взглянуть на итоги заселения области в послевоенные годы и
более реалистично оценить качество полученных областью тру-
довых ресурсов.
чг’ег
О НАЦИОНАЛЬНОЙ СТРУКТУРЕ,
ЭТНОГРАФИЧЕСКОМ ОБЛИКЕ И СОЦИОКУЛЬТУРНОЙ
АДАПТАЦИИ ПЕРЕСЕЛЕНЦЕВ 1945-1950 гг.
Несмотря на то, что к моменту заселения отошедшей к СССР
части территории бывшей Восточной Пруссии в стране Со-
ветов уже был накоплен немалый опыт в проведении круп-
ных переселенческих «мероприятий», многое предстояло сде-
лать впервые. Впервые, в частности, население целого региона
(15,1 тыс. км2) формировалось за счет выходцев практически
изо всех уголков страны.
В изучении национального состава населения области иссле-
дователи до сих пор опирались на данные переписи 1959 г.310
Что же касается первых 14 лет существования области, то на
этот счет не сохранилось каких-либо точных, надежных сведе-
ний. Национальный состав переселенцев можно отчасти рекон-
струировать по материалам регистрации (прописки) граждан
при въезде и выезде с территории области, которая на регуляр-
ной основе проводилась органами внутренних дел с 1948 г.311
В помещенной ниже таблице приведены данные о механи-
ческом движении населения по Калининградской области (без
учета внутриобластного движения) за 1948-1950 гг. В четвер-
той графе указан удельный вес переселенцев из отдельных ре-
спублик в процентах. Из приведенных цифр видно, что основу
населения области составили выходцы из России и Белорус-
сии, соответственно 74,6 и 12,4%. Доля россиян здесь несколь-
ко меньше, чем было принято считать раньше.
Но еще интереснее то, что новые архивные материалы позво-
ляют выявить удельный вес переселенцев из других республик
133
II. Заселение и депортация
СССР, помимо двух названных. Третье и четвертое места за-
нимают Украина (7%) и Прибалтика (почти 6%), причем пе-
реселенцы из Прибалтики — это в основном жители Литвы.
На остальные десять республик тогдашнего Советского Союза
приходилось лишь полтора процента переселенцев (см. табл. 1).
Следует оговориться, что приведенные цифры фиксируют не
национальность, а только место прежнего проживания. Вместе
с тем сопоставление сохранившихся анкет переселенцев и не-
Таблица 1
Распределение переселенцев в Калининградскую область
в зависимости от места выхода (1948-1950 гг.)312
Республики СССР Прибыли, чел. Выбыли, чел. Прирост населения, чел. Удельный вес*, %
РСФСР 212275 65108 147167 74,6
Белоруссия 29932 5401 24531 12,4
Украина 23967 9732 14235 7,2
Литва 13986 5464 8522 4,3
Латвия 5615 3747 1868 0,9
Эстония 2165 999 1166 0,6
Азербайджан 1132 322 810 0,4
Молдавия 1025 310 715 0,4
Грузия 749 195 554 0,3
Армения 253 31 222 0,1
Карело-Финская ССР 431 216 215 0,1
Узбекистан 681 513 168 0,1
Киргизия 412 265 147 0,1
Казахстан 719 639 80 0,1
Туркмения 227 153 74 0,1
Таджикистан 174 189 -15 -0,1
СССР (без указания республик) 18090 21199 -3109 -1,6
Всего по СССР 311833 114483 197350 100
* Удельный вес республик в приросте населения
134
О национальной структуре и этнографическом облике
Советские переселенцы в немецкой бричке. Куршская коса,
вторая половина 1940-х гг. КОИХМ
которых других документов, в которых фиксировалась нацио-
нальность313, и статистических данных органов внутренних дел
позволяет сделать вывод о высокой степени совпадения нацио-
нальности переселенцев с титульной нацией той республики,
откуда они прибывали (т. е. из Белоруссии ехали в основном
белорусы, с Украины — украинцы и т. д.).
Выявленные материалы дают возможность ответить па во-
прос: как закреплялись на новой земле выходцы из разных ре-
спублик? Как видно, лучше всего приживались белорусы (вые-
хали обратно 18 процентов людей), хуже всего жители Латвии
(уехали две трети), а также выходцы из Казахстана и Средней
Азии. Кроме того, по архивным материалам можно проследить,
где охотнее селились переселенцы из различных регионов. Так,
жители Литвы и Украины предпочитали селиться в городах, в
основном в областном центре, а вот сельское население форми-
ровалось почти исключительно за счет россиян и белорусов.
Отдельно следует сказать о переселенцах из России. По ли-
тературе давно известны 23 области и автономных образова-
ния, где проходила плановая вербовка людей в 1948-1950 гг.
Но если сравнить этот официальный список с данными, откуда
в действительности прибывали люди, то окажется, что число
регионов было как минимум в два раза больше (см. табл. 2).
/35
II. Заселение и депортация
Таблица 2
Основные районы выхода переселенцев из России
и Белоруссии в Калининградскую область в период
ее массового заселения в послевоенные годы (1946-1950 гг.)*
1 группа (свыше 20 тыс. чел.) 2 группа (10-20 тыс. чел) 3 группа (5-10 тыс. чел.) 4 группа (до 5 тыс. чел.)
Москва и Брянская Великолукская Астраханская
Московская Владимирская Витебская Брестская (БССР)
область Воронежская (БССР) Гродненская
Смоленская Горьковская Вологодская (БССР)
область Г омельская Ивановская Краснодарский
Ленинград и (БССР) Калининская край
Ленинград- Калужская Куйбышевская Марийская АССР
ская область Кировская Костромская Курская Орловская Пензенская Рязанская Тамбовская Ярославская Минская (БССР) Могилевская (БССР) Новгородская Псковская Ульяновская Молотовская Мордовская АССР Полесская (БССР) Полоцкая (БССР) Ростовская Саратовская Татарская АССР Чкаловская Чувашская АССР
Особенно интересно, что самые первые места по числу прие-
хавших жителей заняли Смоленская и Ленинградская области,
а также Москва, т. е. как раз те регионы, где централизованная
вербовка вообще не проводилась. Этот пример хорошо пока-
зывает, что, помимо организованного государством планового
переселения и несмотря на все преграды и ограничения, суще-
ствовал неорганизованный, стихийный поток переселенцев в
новую область.
В организации переселения в сельскую местность государ-
ство придерживалось принципа землячества, т. е. компактного
поселения вместе жителей из одних и тех же областей.
* Таблица составлена по материалам: ГАРФ. Ф. 374. On. 11. Д. 590, 701,
988; ГАКО. Ф. 180. On. 1. Д. 74; Ф. 181. Оп. 3. Д. 4; Оп. 5. Д. 2, 7. Сле-
дующие города и области изменили свое название: Горький — Нижний
Новгород, Калинин — Тверь, Киров — Вятка, Куйбышев — Самара,
Ленинград — Санкт-Петербург, Молотов — Пермь, Чкалов — Орен-
бург; Великолукская область вошла в состав Псковской.
136
Распределение переселенцев 1946-1949 гг. в сельскую местность по районам
Калининградской области в зависимости от региона выхода314
137
Таблица 3
Район (современное и прежние названия) Всего прибыли в сельскую местность района, чел. Откуда прибывали (область, союзная или автономная республика) Число прибывших, чел. Удельный вес жителей областей или республик в сельском населении района, %
Багратионовский (Ладушкинский, Хайлигенбальский, Кройцбургский) 12483 Тамбовская обл. Рязанская обл. Горьковская обл. Куйбышевская обл. Остальные 5394 3648 1252 994 1195 43 29 10 8 10
Гвардейский (Тапиауский) 9243 Белоруссия Калужская обл. Владимирская обл. Орловская обл. Остальные 4126 2161 1315 888 753 45 23 14 10 8
Гурьевский (Кёнигсбергский, Калининградский сельский) 12728 Московская обл. Ярославская обл. Тамбовская обл. Кировская обл. Остальные 6816 2032 1138 964 1778 54 16 9 7 14
О национальной структуре и этнографическом облике
Продолжение таблицы 3
138
Район (современное и прежние названия) Всего прибыли в сельскую местность района, чел. Откуда прибывали (область, союзная или автономная республика) Число прибывших, чел. Удельный вес жителей областей или республик в сельском населении района, %
Гусевский (Г умбинненский) 8809 Брянская обл. Орловская обл. Остальные 6570 1995 244 75 22 3
Зеленоградский (Земландский, Приморский) 9887 Горьковская обл. Владимирская обл. Ярославская обл. Остальные 4886 2013 1741 1247 49 20 18 13
Краснознаменский (Пиллькалленский) 12609 Воронежская обл. Орловская обл. Остальные 9342 2230 1037 74 18 8
Неманский (Рагнитский, Советский) 8289 Пензенская обл. Калужская обл. Остальные 6279 525 1485 76 6 18
Нестеровский (Шталлупененский) 9468 Кировская обл. Ульяновская обл. Пензенская обл. Владимирская обл. Орловская обл. Остальные 2481 2139 1507 1317 1090 934 26 23 16 14 11 10
II. Заселение и депортация
Продолжение таблицы 3
139
Район (современное, и прежние названия) Всего прибыли в сельскую местность района, чел. Откуда прибывали (область, союзная или автономная республика). Число прибывших, чел. Удельный вес жителей областей или республик в сельском населении района, %
Озёрский 15876 Рязанская обл. 4389 28
(Даркеменский) Великолукская обл. 2085 13
Новгородская обл. 1809 11
Брянская обл. 1644 10
Псковская обл. 1568 10
Тамбовская обл. 1225 8
Остальные 3156 20
Полесский 7363 Чувашская АССР 1920 27
(Лабиауский) Мордовская АССР 1705 23
Кировская обл. 1193 16
Ярославская обл. 744 10
Остальные 1801 24
Правдинский 13648 Белоруссия 7922 58
(Фридландский, Железнодорожный) Костромская обл. 4575 1151 34
Остальные 8
О национальной структуре и этнографическом облике
140
Окончание таблицы 3
Распределение переселенцев 1946-1949 гг. в сельскую местность по районам
Калининградской области в зависимости от региона выхода314
Район (современное и прежние названия) Всего прибыли в сельскую местность района, чел. Откуда прибывали (область, союзная или автономная республика) Число прибывших, чел. Удельный вес жителей областей или республик в сельском населении района, %
Славский (Хайнрихсвальдский, Болыпаковский) 14074 Калининская обл. Курская обл. Орловская обл. Кировская обл. Калужская обл. Костромская обл. Остальные 2792 2121 2012 1877 1328 1182 2762 20 15 14 13 10 8 20
Черняховский (Инстербургский) 14326 Курская обл. Калужская обл. Белоруссия Остальные 7114 4775 1392 1045 50 33 10 7
II. Заселение и депортация
О национальной структуре и этнографическом облике
Согласно статистическим архивным материалам, принцип
землячества все же в основном был реализован (см. табл. 3).
Из 13 районов области в шести сельское население сформи-
ровалось главным образом за счет выходцев из одной области
или республики (их удельный вес составил пятьдесят и более
процентов). Это следующие районы: Гурьевский, Гусевский,
Краснознаменский, Неманский, Правдинский, Черняховский.
В четырех районах население оказалось очень смешанным:
Нестеровском, Озёрском, Полесском и Славском. В остальных
районах (Багратионовский, Гвардейский, Зеленоградский) на-
селение формировалось за счет двух-трех областей выхода*.
В ходе массового интервьюирования первых переселенцев,
проведенного под руководством автора**, в опросный лист были
включены вопросы этнографического характера с целью выяв-
ления различий между выходцами из разных регионов страны.
Первые попытки бесед на эту тему оказались безрезультатными.
* Распределение переселенцев по районам дается с учетом современно-
го административного деления области. Во второй половине 1940-х гг.
в период массового заселения области ее административно-террито-
риальное деление менялось: число районов увеличилось с первона-
чальных 14 до 17. В конце 1950-х — начале 1960-х гг. оно вновь сокра-
тилось до 13. При этом Болыпаковский район был включен в Славский
район; Калининградский район включен в Гурьевский, Гвардейский
и Багратионовский районы; Ладушкинский район вошел в состав Ба-
гратионовского района; Земландский (Приморский) район был преоб-
разован в Зеленоградский район с частичным изменением границ; Со-
ветский район был переименован в Неманский, затем частично вошел
в Краснознаменский и Славский районы и вновь образован как Не-
манский район в несколько измененных границах; Железнодорожный
район вошел в состав Правдинского района.
** Опрос, или интервьюирование, первых переселенцев проводился в
1988-1991 гг. преподавателями и студентами исторического факульте-
та Калининградского университета в рамках осуществления исследо-
вательского проекта по устной истории «Восточная Пруссия глазами
советских переселенцев». Всего было записано 320 интервью. Опрос
проводился во всех городах и районах области, всего в 51 населен-
ном пункте. Полученные материалы (19 томов машинописных текстов)
переданы на хранение в научный архив Калининградского област-
ного историко-художественного музея, который принимал участие в
финансировании проекта. Ссылки на эти материалы в очерке (номер
тома и листы) указываются в скобках прямо в тексте. Использованы
интервью, записанные Ю.В. Костяшовым, К.В. Резуевым, А.А. Цапен-
ко, А.А. Ярцевым.
141
II. Заселение и депортация
Респонденты, все как один, заявляли, что переселенцы ничем
друг от друга не отличались, а национальностью человека в то
время никто не интересовался. Тогда в ходе опроса стали за-
даваться вопросы, которые касались ситуаций, где националь-
ные и региональные отличия обычно проявляются особенно
ярко: о праздниках, свадьбах, похоронах, способах проведения
досуга, о традиционной кухне и особенностях одежды. Но и
здесь нас ждало разочарование. Вот несколько типичных от-
ветов.
О праздниках. «Идеологические праздники отмечали кол-
лективно, ходили на демонстрации, а Рождество и Пасху —
дома, без всяких обрядов, просто готовили обед праздничный
и знали, что сегодня праздник» (Мария Павловна Тетеревлева,
1910 г.р., русская, урож. г. Архангельска, Калининград. — Т. 18.
А. 79). «Как праздники справляли? Обыкновенно. Картошки
наварят, с мясом потушат, винегретов наделают, голубцы, рыба
жареная. И гуляют» (Валентина Тимофеевна Рагулина, русская,
урож. Белоруссии, пос. Жилино Неманского района).
О свадьбах. «Да тогда и не было свадеб. Распишутся люди в
ЗАГСе и живут. Ну, или сделают что-то вроде вечеринки. В ок-
тябре 1947 года напротив нас была свадьба. Мои знакомые же-
нились. Оба фронтовики. Все проходило очень скромно. Оде-
ты все были очень просто. Сели ужинать — родные и друзья.
Всего восемь-десять человек. — [Интервьюер:] А песни пели? —
Не помню. Кажется, больше просто так разговаривали» (Ва-
лентина Павловна Забоева, 1918 г.р., коми, урож. г. Сыктывкара,
г. Неман. — Т. 17. Л. 30). «Мы на обряды не обращали внима-
ние. Кто как женится — так и хорошо. А многие и не справляли
свадьбы. Тогда на обряды и не смотрели. Молодые были» (Алек-
сандр Иванович Периков, 1920 г.р., русский, урож. Тамбовской обла-
сти, пос. Гастеллово Славского района. — Т. 18. А. 41). «[Свадьбы
проходили] обыкновенно. Жених приходил в дом к невесте,
договаривались и справляли свадьбу. А бывало, что и свадьбы
не играли. Так договорятся и живут вместе. Ни свадьбы, ниче-
го» (Аюбовь Николаевна Иванова, 1926 г.р., русская, урож. Псков-
ской области, пос. Краснолесье Нестеровского района. — Т. 17. А. 56).
«[Интервьюер:] Как проходили свадьбы? У вас, например? —
Стыдно сказать. Как солдатская постирушка. Собралось не-
сколько человек, испекли два тортика. Да, собственно, мы и в
ЗАГС-то не ходили. Взял муж мой паспорт, пришел, зареги-
стрировал без меня, вот и все. А свадеб таких не было. Народ
очень скромно жил. Собирались, конечно, люди. Но чаще все-
142
О национальной структуре и этнографическом облике
Ученики Цветковской школы Приморского района, 1950 г. КОИХМ
го, когда поросенка резали. На “печенку” собирались» (Тама-
ра Петровна Звягина, 1920 г.р., русская, урож. Уфы, г. Гусев. —
Т. 19. Л. 88).
Об одежде. «Выбора особенного не было, но предпочитали
одеваться в военное. Я тоже донашивал свою форму. Только в
1954 году первый раз купил себе костюм» (Сергей Герасимович
Повожаев, 1920 г.р., русский, урож. Тамбовской области, пос. Крас-
ноярское Озёрского района. — Т. 18. Л. 12). «Что пензяки, что ря-
занцы — все одинаково одевались» (Александр Григорьевич Ган-
ока, 1919 г.р., украинец, урож. Северо-Казахстанской области, п.Жи-
лино Неманского района. — Т. 17. Л. 74). «Ходила я тогда в пальто,
переделанном из немецкой шинели, на ногах — немецкие бо-
тинки 40-го размера» (Татьяна Семеновна Иванова, 1924 г.р., бело-
руска, урож. Витебской области, пос. Маршальское Гурьевского райо-
на. — Т. 3. Л. 17). «Нравилось, что на новом месте можно было
одеться. Трофеи всякие были. Из немецких матрасов шили себе
платья. Пальто переделывали из трофейных немецких. В этой
одежде и на танцы ходили» (Зоя Ивановна Годяева, 1924 г.р., рус-
ская, урож. Смоленской области, Калининград. — Т. 11. С. 62). «Мне
и одеть-то нечего. То, что на мне было, то и всё. Выстираешь
и ждешь, пока высохнет. А то и мокрое оденешь, на тебе до-
сыхает. Нечего было одевать» (Мария Тимофеевна Рыжухина,
143
II. Заселение и депортация
1932 г.р., урож. Горьковской области, пос. Кострово Зеленоградского
района. — Т. 4. Л. 58).
О питании. «[Интервьюер:] У вас в совхозе были люди из раз-
ных мест. Замечали ли вы какие-нибудь отличия? — Никаких
отличий не было. — Может быть, в обычаях, в еде? — Да нет.
Но вот только белорусы очень картошку любят, называют ее
“бульбой”. А кировские — пресное тесто. Но и мы, ивановские,
тоже без картошки прожить не можем» (Клавдия Васильевна Бо-
рисова, 1916 г.р., русская, урож. Ивановской области, г. Нестеров. —
Т. 19. Л. 91-92.). В ответ на вопрос об особенностях националь-
ной кухни наша собеседница из Славска Антонина Ивановна
Резанова воскликнула: «В то время что нашли, то и сготовили!»
(1927 г.р., русская, урож. Калининской области. — Т. 17. Л. 52).
Результаты опроса по всему кругу вопросов этнографическо-
го характера позволяют сформулировать некоторые предвари-
тельные выводы, нуждающиеся, конечно, в дальнейшей про-
верке и уточнении с помощью специального исследования.
Во-первых, прибывавшее в 1945-1950 гг. в Калининград-
скую область население было в значительной степени лишено
национальных традиций. Этнокультурные различия выходцев
из различных регионов России и даже разных национальных
республик СССР были сведены к минимуму. Этому способство-
вали, по-видимому, три главных фактора:
/ коллективизация, которая уничтожила традиционное кре-
стьянство, являвшееся основным носителем народных обычаев;
внедрение в межвоенный период нивелированного «советско-
го образа жизни»;
/ тяжелейшие условия военного и послевоенного времени, ста-
вившие на первый план проблему выживания людей, когда
отсутствовали элементарные материальные условия для функ-
ционирования традиционной народной культуры (своеобразие
одежды, способ питания, убранство жилища и т. п.);
/ имел значение, вероятно, и долговременный фактор. Дело в
том, что на протяжении веков в России создавался межэтниче-
ский тип россиянина. На формирование этого межэтнического
типа преобладающее влияние оказывал русский уклад жизни,
русская культура, русский язык. Вместе с тем и русские вби-
рали в себя особенности бытия других народов315. После созда-
ния Советского Союза этот процесс получил ускорение.
Второй вывод состоит в том, что уже на калининградской
земле процесс нивелирования этнических и региональных осо-
бенностей пошел еще быстрее. Оторванные от своей «малой
144
О национальной структуре и этнографическом облике
Открытие пионерского лагеря
в парке культуры и отдыха им. Калинина, 1953 г. ГАКО
родины», попавшие в чуждую культурную среду, переселенцы
очень скоро лишились какого бы то ни было этнографическо-
го своеобразия. Новая историческая общность, которую до не-
давнего времени принято было называть «советским народом»,
именно на калининградской земле обрела наиболее закончен-
ные формы.
Программа интервьюирования первых переселенцев вклю-
чала и ряд вопросов, касающихся впечатлений от знакомства с
новым краем, об эволюции отношения к нему, о связях с преж-
ней родиной, о проблеме адаптации к новым социокультурным
условиям.
Прежде всего обращает на себя внимание то, что первые
переселенцы эмоционально воспринимали переезд в Калинин-
градскую область как в чужую страну. Они так и говорили, что
«ехали в Германию», «в Пруссию», «в немецкую землю». Новый
край их страшил и притягивал одновременно. Боялись чужби-
ны, послевоенной разрухи, боялись встречи с оставшимся здесь
немецким населением, всех немцев считали врагами. Но вели-
ко было и притяжение. Оно шло не только от естественного
любопытства к новым местам. Переселенцам хотелось увидеть
своими глазами, как живут или хотя бы как жили люди «за гра-
ницей».
Об этой непохожей на их собственную жизни они были на-
слышаны по рассказам миллионов советских солдат, побывав-
ших за годы войны в Германии и других европейских странах.
145
II. Заселение и депортация
Да и про Кёнигсберг по всей стране ходили слухи, что в нем
«осталось много добра», что здесь — «золотое дно».
Практически все респонденты сходились во мнении, что все
увиденное ими в Восточной Пруссии резко отличалось от то-
го, что было на их прежней родине. Их поразил вид городов
и поселков: ни одного деревянного здания, остроконечные
крыши с красной черепицей, мосты с ажурными чугунными ре-
шетками. Удивляли мощеные булыжником и брусчаткой или
покрытые плитками дороги, обилие зелени, ухоженные пали-
садники с невиданными прежде цветами. Любимым занятием
для многих стало посещение местных кладбищ, которые отли-
чались от русских и скорее были похожи на парки с красивыми
памятниками, скульптурами и склепами. Непохожими были
храмы, отпугивающие своей строгостью и даже суровостью, а
внутри — непривычное убранство: скульптуры вместо икон,
орган, скамейки для сиденья. Вселявшиеся в уцелевшие квар-
тиры и особняки сталкивались с незнакомой планировкой, со-
вершенно иным уровнем комфортности жилья, впервые знако-
мились с некоторыми элементами повседневного европейского
быта. Для большинства переселенцев, особенно из российской
и белорусской глубинки, открывался новый мир вещей. Не-
которые из собеседников признавались, что на рынок, где нем-
цы распродавали свое имущество, они ходили, как в музей:
здесь можно было увидеть ковры, старинные часы, подсвечни-
ки, фарфор, хрусталь и множество других необычных предме-
тов. В сельской местности люди сталкивались с забытой у себя
на родине хуторской системой, иными способами ведения зем-
леделия и животноводства, непривычным сельхозинвентарем.
Несмотря на страшные разрушения, оставалось впечатление
основательности, добротности, чистоты и порядка. Многие по-
чувствовали, что действительно «попали за границу», что здесь
«жили другие люди».
В ходе интервьюирования респонденты подчеркивали ощу-
щение временности своего пребывания на этой земле в пер-
вые годы после переезда. Помимо чуждой историко-культур-
ной среды это чувство продуцировалось еще двумя факторами.
Во-первых, абсолютное большинство переселенцев первона-
чально не рассчитывало обосноваться здесь навсегда. Ехали на
два-три года, спасаясь от голода и нищеты у себя дома, надеясь
воспользоваться правительственными льготами, получить хоть
какое-нибудь жилье и переждать трудное послевоенное время.
Во-вторых, долгое время у жителей области не было уверен-
146
О национальной структуре и этнографическом облике
Конкурс силачей на поднятие тяжестей
в парке культуры и отдыха им. Калинина, 1953 г. ГАКО
ности в дальнейшей судьбе этого края. Слухи о том, что область
«отдадут» то ли Германии, то ли Литве (!), время от времени
будоражили население. Респонденты отметили три таких пи-
ка: после смерти И. Сталина в 1953 г., а также во время собы-
тий в Венгрии в 1956 г. и Чехословакии в 1968 г. (добавим, что
тревога по поводу геополитического положения области, свя-
занная с распадом СССР, явственно ощущалась и в момент ин-
тервьюирования).
На вопрос, когда наступил перелом в отношении людей к
новому месту жительства и появилось чувство постоянства, ред-
ко кто из первопереселенцев указывал конкретную дату (ино-
гда назывался срок в десять и более лет). Однако большинство
осветивших на этот вопрос выделили два события, оказавших
решающее влияние на изменение их самоощущения. С одной
стороны, таким рубежом стала смерть близких людей и возник-
шее из этого чувство привязанности к «отеческим могилам».
С другой стороны, сдвиги в сознании произошли после рожде-
ния собственных детей, которые не знали никакой другой ро-
дины и, подрастая, корректировали взгляды родителей.
В ходе опроса респондентов просили выразить свое тепе-
решнее отношение к этой земле, на которой они уже прожи-
ли большую часть своей жизни. Из 320 интервьюированных
только 127 человек сформулировали вполне определенно свою
147
II. Заселение и депортация
позицию по этому вопросу (отсутствие ответов у других объяс-
няется либо недостаточной настойчивостью интервьюера по
прояснению этой проблемы, либо уклончивостью самих рес-
пондентов). Все мнения можно свести к четырем основным по-
зициям.
В первую группу вошли те, кто однозначно признает кали-
нинградскую землю своей единственной родиной (варианты
высказываний: «я не чувствую себя приезжим», «мне кажется,
что я здесь и родился», «прежняя родина осталась для меня как
сон»). Таких оказалось 9 человек из 127, или чуть более 7 %.
На другом полюсе мнений переселенцы, для которых и по
прошествии нескольких десятилетий эта земля осталась чужой
(варианты ответов: «жалею, что сюда приехал», «здесь я не при-
жился, все время думаю о своей родине»). Так ответили 13 че-
ловек, или 10%. В этой группе представлены люди разных
возрастов и национальностей, а отличает ее, пожалуй, только
половая принадлежность вошедших в нее лиц — 12 женщин и
1 мужчина.
Между двумя этими крайними точками зрения располагает-
ся основной массив мнений, который, в свою очередь, также
можно разделить на две части. 58 человек, или 46%, констати-
ровали факт привыкания и адаптации к новой среде обитания
в выражениях типа: «я здесь привык», «мне здесь нравится», «не
жалею, что сюда приехал», «уезжать отсюда не собирался и не
собираюсь». Еще 47 человек, или 37 %, заявили, что здешняя
земля стала для них родной (варианты: «стала второй родиной»,
«этот край полюбил», «отношение к нему чудесное», «оконча-
тельно прикипел к этой земле»).
К сожалению, отраженные в текстах интервью мысли и чув-
ства первых переселенцев не поддаются более детальной ста-
тистической обработке по всему кругу вопросов, связанных с
проблемой самоидентификации. Однако весь полученный в хо-
де опроса материал дает богатую пищу для размышлений и
выводов по содержанию и механизмам социальной адаптации
переселенцев. В заключение приведем в качестве примера от-
рывок из интервью с Александрой Ивановной Митрофановой,
русской, 1920 года рождения, прибывшей в область в 1946 г.
из Владимирской области, проживающей в Приморске (интер-
вью записано 13 декабря 1990 г., интервьюер К.В. Резуев. — Т. 9.
Л. 38-40, 45.р.
— Вы никогда не жалели, что сюда приехали? На родину не
тянуло?
148
О национальной структуре и этнографическом облике
Команда, занявшая первое место по боксу,
в парке культуры и отдыха им. Калинина, 1953 г. ГАКО
— Ездили. К золовке, там мужнина сестра, племянники. Муж-
нина родня, в общем. Первый раз через восемь лет поехали.
Потом еще четыре года прожили, поехали. И вот я три года
назад ездила. Не хочу больше туда ехать. Все равно, вот два-
три дня я там гощу, и домой тянет. Домой хочу. Мне говорят:
«Куда — домой? Где твой дом? Здесь твоя родина!» — «Нет, —
говорю, — теперь моя родина там». А сейчас мужа здесь схоро-
нила, теперь я отсюда никуда. Дети все здесь.
— А у вас не было такого ощущения, что вы на чужой зем-
ле живете?
— Нет. А что мне было терять? Муж — со мной, дети — со
мной.
— А вы не боялись, что что-нибудь изменится и сюда нем-
цы вернутся?
— А вот же знаете, не помню в каком году, кажется, в пять-
десят третьем, была заварушка. Мы уехали обратно на родину,
пожили там пять месяцев и обратно вернулись.
— А что за заварушка была?
— Не знаю, разговор был такой, что война, война, война. Та-
кой вот страх был.
— Это после смерти Сталина?
— Да, вот Сталин умер и началось. А потом пожили, и я го-
ворю: «Пусть летят пули, пусть гром гремит, по я обратно вер-
нусь». 11 как сюда опять приехали, купили телочку, вырастили
149
II. Заселение и депортация
(На последние слова припева из общей массы исполнителей
выходит группа частушеяников-балалаечников и с приплясом
исполняют КАЛИНИНГРАДСКИЕ ЧАСТУШКИ:) 0^-
Ж/4 .
Поют ВСЕ Берега,берега,
1 Берага балтийские!
И леса,и луга,-
Города российские!
Выступая на эстраде,
2 Мы расскажем новости:
Как живут в Калининграде
И в колхозах области.
Калининградские частушки, 1949 г. ГАКО
корову и обратно здесь зажили. А теперь дай мне там золотые
горы — меня уже приглашал брат: «Приезжай, мы тебе все
оставили». — «Ничего мне не надо, и отсюда я не поеду. У меня
здесь свой дом». — «А вот немцы приедут и дом отберут?» —
«Пускай приезжают, я работать буду, никто меня не выгонит».
Я вон сыну говорю, что мол немцы сюда вернутся, а он говорит,
что «мне все равно, здесь моя родина». Он уже здесь родился...
— Значит, вы уже окончательно устроились на этой земле?
— Я даже думать не хочу на родину ехать. Нет. Ни за какие
деньги. Там, пускай, мне скажут: дадим дом, квартиру с удоб-
ствами — не перееду. Не хочу.
— А что Вы думаете о переименовании Калининграда?
— А мне все равно, какое будет название: Кёнигсберг так Кё-
нигсберг, Калининград так Калининград. Мне уже семьдесят
первый год. Жить-то осталось...
150
О ЕСТЕСТВЕННОМ ДВИЖЕНИИ НАСЕЛЕНИЯ
в 1946-1950 гг.
Под естественным движением населения* в демографии пони-
мается совокупность рождений и смертей, изменяющих числен-
ность населения так называемым естественным путем, а также
косвенно связанных с ними таких демографических событий,
как браки и разводы. В советской статистике все эти сведения
являлись секретными, и лишь в последние годы архивные фон-
ды статистических управлений разного уровня стали доступны-
ми для исследователей. В настоящей работе использованы мате-
риалы фонда Статистического управления РСФСР, хранящиеся
в Государственном архиве Российской Федерации (г. Москва),
и двух фондов Государственного архива Калининградской об-
ласти (фонд уполномоченного Госплана СССР по Калининград-
ской области и фонд областного статуправления)316.
Хронологические рамки очерка определены, с одной сторо-
ны, датой образования области в составе РСФСР (1946 г.), с дру-
гой — завершением в основном процесса ее заселения, которое
относится к 1950 г.317 Свою цель автор видит, во-первых, в том,
чтобы ввести в научный оборот неизвестные ранее данные об
естественном движении населения по Калининградской обла-
сти в указанный период. Во-вторых, с помощью демографиче-
ских коэффициентов сравнить областные показатели с общими
по всей России.
* В советской литературе этот термин неоднократно критиковался как
«внесоциальный»; вместо него обычно использовалось понятие «вос-
производство населения».
151
II. Заселение и депортация
Перед исследователем, работающим со статистикой совет-
ского времени, неизбежно возникает вопрос о степени досто-
верности исходного статистического материала. В новейшей
научной литературе неоднократно высказывалось мнение о ее
«политическом» характере, об умолчаниях, приукрашивании и
даже сознательном искажении данных318. Эти утверждения, на
наш взгляд, в полной мере применимы лишь к официальным
публикациям той поры. Другое дело, что учет и регистрация
населения в первые послевоенные годы были очень несовер-
шенными, а полученные статорганами данные нередко расхо-
дились с действительным положением вещей. Не случайно в
то время статистики широко использовали понятие «недоучет»
населения, даже рассчитывались специальные поправочные
коэффициенты (от 1 до 4, а иногда и до 8%), на которые увели-
чивались или уменьшались отчетные цифры.
Разумеется, в Калининградской области, которая только на-
чинала осваиваться советскими людьми, а статистическая служ-
ба находилась в процессе становления, все эти проблемы ощу-
щались гораздо острее.
Была еще одна чисто калининградская проблема, а именно
наличие на территории области свыше 100 тыс. немцев, депор-
тированных в Германию только в 1947-1948 гг.319 Официаль-
ная статистика учитывала их в общей массе гражданских лиц
(иногда выделяя как «временно проживающих»), но насколько
полно ЗАГСы регистрировали рождения и смерти этой катего-
рии населения, судить весьма затруднительно. Наконец, нель-
зя не принимать во внимание, что гражданская статистика не
учитывала военнослужащих*, которые так или иначе участво-
вали в процессе воспроизводства населения.
Все указанное приводит к заключению, что извлеченные из
архивов й публикуемые ниже сведения не дают полной и точ-
ной картины естественного движения населения320. Вместе с
тем, они могут быть вполне надежным основанием для изуче-
ния тенденций процессов воспроизводства населения области в
первые послевоенные годы. Из таблицы 1 видно, что естествен-
ный прирост населения области из года в год увеличивался (с
4 тыс. в 1946 г. до 15,2-16,6 тыс. чел. в 1949-1950 гг.), при этом
* Численность военнослужащих в области в первые послевоенные го-
ды, по нашим оценкам, никак не могла быть меньше 100 тыс. чел. при
среднегодовой численности гражданского населения за весь пятилет-
ний период 374 тыс. чел.
152
О естественном движении населения в 1946-1950 гг.
Таблица 1
Динамика естественного движения населения
в Калининградской области в 1946-1950 гг.321
Местность Число родив- шихся, чел. Число умер- ших, чел. В т. ч. умерших до 1 года, чел. Число браков Число разво- дов Есте- ственный прирост, чел.
1946 г.*
Городская 3617 833 181 2542 2 2784
Сельская 1419 192 41 552 - 1227
Вся область 5036 1025 222 3094 2 4011
1947 г.
Городская 8274 4496 690 4973 61 3778
Сельская 5693 2695 364 1825 2 2998
Вся область 13 967 7191 1054 6798 63 6776
1948 г.
Городская ( 9970 2571 718 5706 131 7399
Сельская 6908 1495 440 3174 4 5413
Вся область 16878 4066 1158 8880 135 12812
1949 г.
Городская 11707 2446 1029 6620 215 9261
Сельская 8980 1681 586 3805 10 7299
Вся область 20687 4127 1615 10425 225 16560
1950 г.
Городская 10 828 2836 1160 7795 340 7992
Сельская 8789 1602 619 4105 13 7187
Вся область 19617 4438 1779 11900 353 15179
Всего за 1946-1950 гг.
Городская 44396 13182 3778 27636 749 31214
Сельская 31789 7665 2050 13461 29 24124
Вся область 76185 20847 5828 41097 778 55338
* Сведения за 1946 г. здесь и далее представлены только за семь меся-
цев: с июня, когда началась регистрация актов гражданского состой-
ния, по декабрь.
153
II. Заселение и депортация
Занятия учащихся первого класса средней школы №1.
Кёнигсберг, 1945 г. ГАКО
большую часть прироста за весь пятилетний период давало го-
родское население — 56,4%, тогда как сельское население —
только 43,6%.
Приведенные выше цифры трудно анализировать, вот поче-
му целесообразно рассмотреть динамику естественного движе-
ния населения с помощью демографических коэффициентов,
а кроме того, сравнить областные показатели со средними по
всей России’22. Приведенные в таблице 2 показатели говорят о
сверхвысокой рождаемости* в Калининградской области: на про-
тяжении всего рассматриваемого периода она в 1,5-2 раза пре-
восходила общероссийский уровень’*. Прежде всего такой ре-
зультат был следствием повышенной брачной активности на-
селения (об этом см. ниже). Кроме того, сказалось присутствие
в области, с одной стороны, нерегистрируемых гражданской
статистикой военнослужащих, а с другой — плохо учитываемо-
* Коэффициенты менее 16 %о считаются низкими, 16-24 — средними,
25-29 — выше средних, 30-39 — высокими, 40 %о и более — очень вы-
сокими Демографический энциклопедический словарь. М., 1985. С. 209).
** Это гем более странно, что в области, как и по всей стране, сложи-
лась крайне неблагоприятная половая диспропорция в репродуктив-
ных возрастах: число женщин в возрасте 20-49 лет более чем в полтора
раза превышало число мужчин (Андреев Е.М., Дарений Л.Е., Харкова ТА.
Указ. соч. С. 140).
154
О естественном движении населения в 1946-1950 гг.
го взрослого немецкого населения, в котором женщины состав-
ляли свыше 75 %323. Неслучайно в актах о рождении у четверти
всех детей отсутствовали записи об отце324. Необходимо иметь
в виду и то, что регистрация рождений была наиболее полной:
родители (и советские, и немецкие) были сами заинтересованы
в этом, ибо от нее зависело получение дополнительного про-
дуктового пайка или денежного пособия (последнее получали,
в частности, матери-одиночки).
В отличие от рождений регистрация смертей родственни-
ками не имела для жителей области практического значения,
а систематический учет смертей среди немецкого населения
вообще не велся. Что же касается младенческой смертности, то
при отсутствии в области хоть сколько-нибудь развитой сети
Таблица 2
Уровень рождаемости в Калининградской области
\ и в России в 1946-1950 гг.
Общий коэффициент рождаемости, %о
1946 1947 1948 1949 1950
Калининградская обл. 49,5 40,7 46,1 47,4 39,9
Россия 24,3 26,1 25,4 30,8 26,9
Таблица 3
Уровень смертности в Калининградской области
и в России в 1946-1950 гг.
Общий коэффициент смертности, %о
1946 1947 1948 1949 1950
Калининградская обл. 10,2 20,9 ИД 9,5 9,0
Россия 10,9 14,8 13,2 11,8 10,1
Таблица 4
Уровень младенческой смертности
в Калининградской области и в России в 1946-1950 гг.
Общий коэффициент младенческой смертности, %о
1946 1947 1948 1949 1950
Калининградская обл. 44,4 83,5 72,8 83,2 89,1
Россия 81,2 135,5 90,5 91,6 88,4
155
II. Заселение и депортация
Ученики средней школы №1 садятся в школьный автобус.
Кёнигсберг, 1945 г. ГАКО
роддомов и детских медицинских учреждений регистрировать
случаи смерти в первые дни и недели жизни ребенка было по
сути некому. Вот почему сравнительно благоприятные област-
ные показатели по младенческой смертности по сравнению с
общероссийскими являются явно приукрашенными.
Таблицы смертности интересны в другом отношении: они
позволяют со всей определенностью подтвердить сведения,
до сих пор известные только по рассказам ветеранов-пересе-
ленцев325. Речь идет о сильнейшем голоде, охватившем с конца
1946 г. практически всю страну326. Именно в это время коэф-
фициент смертности по Калининградской области резко возрос
более чем в два раза и на сорок с липшим процентов превысил
среднероссийский уровень. Кризис снабжения в Калининград-
ской области в 1947 г., помимо общих для всей страны причин,
имел региональную составляющую. Скромные местные продо-
вольственные ресурсы не смогли выдержать резко возросшую
нагрузку: в последние месяцы 1946 г. правительство осуществи-
ло крупномасштабную переселенческую акцию, в ходе которой
в область было перевезено более 50 тыс. колхозников; еще
больше пополнилось городское население327. При этом пересе-
ленцы, как правило, не имели собственных продовольственных
запасов, а сделать их на новом месте не могли, гак как прибы-
вали уже в конце сельскохозяйственного сезона.
156
О естественном движении населения в 1946-1950 гг.
Таблица 5
Уровень брачности в Калининградской области
и в России в 1946-1950 гг.
Общий коэффициент брачности, %о
1946 1947 1948 1949 1950
Калининградская обл. 29,8 19,8 24,2 23,9 24,2
Россия 13,6 11,3 - - -
Таблица 6
Уровень развбдимости в Калининградской области
и в России в 1946-1950 гг.
Общий коэффициент разводимости, %о
1946 1947 1948 1949 1950
Калининградская обл. 0,02 0,18 0,37 0,52 0,72
Россия !-S 0,11 0,20 - - -
Таблица 7
Уровень естественного прироста в Калининградской области
и в России в 1946-1950 гг.
Коэффициент естественного прироста, %о
1946 1947 1948 1949 1950
Калининградская обл. 39,3 19,7 35,0 38,0 30,8
Россия 13,4 11,3 12,2 19,0 16,8
Повышенная брачная активность в области была связана
с тем, что ее население в указанные годы формировалось в
результате миграции, причем в общем потоке переселенцев
удельный вес лиц самого активного брачного возраста (от 18 до
34 лет*) колебался в интервале от 31,2 до 33,7 %328, т. е. в соста-
ве населения области доля этой возрастной группы была при-
мерно в три раза больше, чем в целом по России.
* Для сравнения: в 1950-е гг. средний возраст вступающих в брак в
СССР колебался от 26,5 до 27,3 года у мужчин и от 23,6 до 24,5 года у
женщин (Демографический энциклопедический словарь. С. 65).
157
ВЫСЕЛЕНИЕ НЕМЦЕВ
Вторая мировая война привела к самым масштабным ми-
грационным процессам на европейском континенте в XX веке.
В этом ряду первое место занимает массовое перемещение нем-
цев из различных стран Европы в Германию после окончания
войны.
Немецкие национальные меньшинства издавна жили во мно-
гих странах: в Чехословакии (так называемые судетские немцы),
в Польше, Югославии, Венгрии, государствах Скандинавии и
Прибалтики. До войны их насчитывалось там не менее 5-6 млн
человек. Подчинение многих европейских стран Гитлеру спо-
собствовало увеличению в них доли немецкого населения.
На историческую родину
Перемещение лиц немецкой национальности в Германию
происходило в два этапа. Первоначально сотни тысяч чело-
век стали уходить в Германию вслед за отступающей герман-
ской армией в конце 1944 и в 1945 гг. Так, например, в течение
только марта — апреля 1945 г. из Восточной Пруссии морем
и железнодорожным транспортом были эвакуированы около
300 тыс. немцев329. Вторая волна переселения пришлась на пер-
вые годы после окончания войны, когда в соответствии с догово-
ренностями между союзниками по антигитлеровской коалиции
из стран Восточной и Центральной Европы было предпринято
организованное выселение практически всего немецкого насе-
ления330. По данным Контрольного Совета в Германии держав-
союзниц на 1 января 1947 г. число «выселенцев», подлежащих
перемещению в Германию, оценивалось в 6,5 млн человек331.
158
Выселение немцев
Согласно имеющимся в литературе сведениям, общее число
выселенных в Германию из различных стран Европы немцев
(и германских граждан других национальностей) к 1949 г. со-
ставило 11602000 чел., в том числе в Советскую зону оккупа-
ции — 4312300 чел., или 37,2%332. Общее число беженцев во
всех зонах оккупации Германии в сентябре 1950 г. составля-
ло 12448 000 чел., в том числе в Советской зоне 4442000 чел.
Из Советской в западные зоны до сентября 1950 г. перебрались
1555 075 чел. Что касается беженцев из Восточной Пруссии,
то такой подсчет велся в западных зонах (английской, амери-
канской, французской), а затем в ФРГ. На сентябрь 1950 г. там
находились 1347 460 чел. из Восточной Пруссии, в том числе
47 740 чел. из Мемельского (Клайпедского) края333.
Вопрос о передаче части Восточной Пруссии СССР впервые
был поставлен на советско-английских переговорах в Москве
в декабре 1941 г. При обсуждении вопроса о послевоенных
границах в Европе советская сторона, в частности, выступила
со следующим предложением: «...часть Восточной Пруссии, при-
легающая к Литве (включая Кёнигсберг), отходит к СССР сро-
ком на 20 лет в качестве гарантии возмещения понесенных
СССР убытков от войны с Германией. Другая ее часть — от-
ходит к Польше»334. Тогда соглашения на этот счет достигнуто
не было.
Вновь вопрос о передаче части Восточной Пруссии Совет-
скому Союзу был поднят Сталиным на Тегеранской конферен-
ции руководителей трех союзных держав. Во время заседания
1 декабря 1943 г. при обсуждении будущих границ Польши
У. Черчилль предложил включить в состав польского государ-
ства территорию Восточной Пруссии. Реакция Сталина была
во многом неожиданной: «Русские не имеют незамерзающих
портов на Балтийском море. Поэтому русским нужны были бы
незамерзающие порты Кёнигсберг и Мемель и соответствую-
щая часть территории Восточной Пруссии. Тем более, что ис-
торически — это исконно славянские земли. Если англичане
согласны на передачу нам указанной территории, то мы будем
согласны с формулировкой, предложенной Черчиллем». По-
следний обещал изучить это «интересное предложение»335.
В начале 1944 г. вопрос о судьбе Восточной Пруссии вновь
появился в переписке между руководителями СССР и Вели-
кобритании. Сталин в письме к Черчиллю 4 февраля 1944 г.,
соглашаясь на расширение польских границ на севере за счет
Восточной Пруссии, повторил свое требование, высказанное на
159
II. Заселение и депортация
Немецкое население, намеревавшееся эвакуироваться вглубь Германии,
возвращается по своим домам, 2 марта 1945 г. Фото Э. Евзерихина
(подпись к фотографии сделана автором снимка). РГАКФД
Тегеранской конференции: «Мы претендуем на то, чтобы севе-
ро-восточная часть Восточной Пруссии, включая порт Кёнигс-
берг, как незамерзающий порт, отошла к Советскому Союзу.
Эго единственный кусочек германской территории, на который
мы претендуем. Без удовлетворения этой минимальной пре-
тензии Советского Союза уступка Советского Союза, вырази-
вшаяся в признании линии Керзона, теряет всякий смысл»336.
В ответном послании Черчилля от 20 февраля 1944 г. го-
ворится, что английское правительство признает «справедли-
вость претензий со стороны России» и согласно с такой грани-
цей в Восточной Пруссии, чтобы «включить в состав русской
территории Кёнигсберг». Вспомнив о том, что еще в годы Пер-
вой мировой войны «земля этой части Восточной Пруссии оба-
грена русской кровью», У.Черчилль делает вывод: «...русские
имеют историческую и хорошо обоснованную претензию на эту
н е м е ц к у ю те р р ито р и ю »337.
На Крымской конференции руководителей трех союзных
держав вопрос о Кёнигсберге специально не рассматривался.
Однако в ряде документов, касающихся будущих предполагае-
мых границ Польши, косвенно подтверждалось общее согла-
сие на передачу СССР северной и восточной части Восточной
Пруссии с Кёнигсбергом338.
160
Выселение немцев
Берлинская (Потсдамская) конференция в июле — августе
1945 г. призвана была в числе прочих урегулировать и терри-
ториальные вопросы. Уже на втором заседании 18 июля возник
спор о понятии «Германия». Черчилль и Трумэн настаивали на
признании Германии в границах 1937 г., Сталин же выдвинул
другую формулу: «Как она есть в 1945 году»339.
Смысл спора имел прямое отношение к Восточной Пруссии.
Если за основу брались довоенные границы, то вся террито-
рия Восточной Пруссии, включая Кёнигсберг, попадала под
совместную юрисдикцию трех держав в лице Союзного Кон-
трольного Совета вплоть до окончательных решений мирной
конференции; здесь должна была быть восстановлена (хотя бы
временно) немецкая администрация и т. п. Высказываясь за
границы 1937 г. в качестве отправного пункта решения терри-
ториальных вопросов, американский президент и английский
премьер-министр одновременно подтвердили свою позицию
о согласии на передачу части Восточной Пруссии Советскому
Союзу340. Сталин возражал очень резко: «Если в Кёнигсберге
появится немецкая администрация, мы ее прогоним, обязатель-
но прогоним»341.
В ходе дальнейшего обсуждения стороны согласовали свои
позиции относительно той части Восточной Пруссии, которая
отходила к СССР. В окончательной редакции «Протокола Бер-
линской конференции трех великих держав», подписанного
Сталиным, Трумэном и Эттли, общее решение было сформули-
ровано в пятом пункте следующим образом:
«Конференция рассмотрела предложение Советского Прави-
тельства о том, чтобы впредь до окончания решения террито-
риальных вопросов при мирном урегулировании прилегающая
к Балтийскому морю часть западной границы СССР проходила
от пункта на восточном берегу Данцигской бухты к востоку —
севернее Браунсберга — Гольдапа к стыку границ Литвы, Поль-
ской Республики и Восточной Пруссии.
Конференция согласилась в принципе с предложением Со-
ветского Правительства о передаче Советскому Союзу города
Кёнигсберга и прилегающего к нему района, как описано выше.
Однако точная граница подлежит исследованию экспертов.
Президент США и премьер-министр Великобритании заяви-
ли, что они поддержат это предложение на конференции при
предстоящем мирном урегулировании»342.
Решение по Кёнигсбергу и прилегающему к нему району1
подлежало окончательному урегулированию на предстоящей
161
II. Заселение и депортация
мирной конференции*. Наряду с территориальными вопросами
на конференции обсуждалась проблема перемещения немец-
кого населения из различных европейских стран в Германию.
Репатриация немцев должна была охватить Польшу, Чехосло-
вакию, Венгрию, позднее к ним добавилась Австрия. Переме-
щаемые немецкие граждане стали именоваться в официальных
документах «выселенцами»343.
В XII пункте заключительного «Протокола» предписывалось
осуществлять перемещение «организованным и гуманным спо-
собом», «обеспечить справедливое распределение этих немцев»
по зонам оккупации. Координация всей работы по переселе-
нию поручалась Контрольному Совету в Германии344. Однако
ни в «Протоколе», ни во время переговоров не заходила речь
о тех немцах, которые оказались на территории, отходящей к
СССР, — в Кёнигсберге и его окрестностях. Сталин дал понять,
что немцев здесь практически не осталось, что они ушли вместе
с отступающей германской армией345. Союзники же не прояви-
ли к этой проблеме ни интереса, ни особой настойчивости.
Таким образом, немецкое гражданское население, оказавшее-
ся на исходе войны на территории Кёнигсберга и северо-вос-
точной части Восточной Пруссии, не подпадало под действие
XII пункта «Протокола», на него не распространялись власть
Контрольного Совета и правила репатриации, советская сто-
рона не имела в этом плане никаких обязательств перед союз-
никами, в том числе обязательства предоставлять исчерпываю-
щую информацию о численности немцев, сроках и порядке их
репатриации. Судьба этих немцев оказалась полностью в руках
советской администрации и зависела в первую очередь от пла-
нов кремлевского руководства и лично товарища Сталина.
* Такая конференция с участием СССР, как известно, не состоялась
из-за разногласий между союзниками и начавшейся вскоре «холодной
войны». Однако в международном сообществе законность и незыб-
лемость Потсдамских решений никогда не подвергались сомнению.
Более того, нерушимость установленных послевоенных границ неод-
нократно подтверждалась в других международно-правовых актах, в
т. ч. в Московском договоре между ФРГ и СССР 12 августа 1970 г. и в
Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству
в Европе, принятом в Хельсинки 1 августа 1975 г. главами 35 стран, в
т. ч. представителями обоих германских государств, и, наконец, в много-
стороннем Договоре, подписанном 12 сентября 1990 г. в Москве СССР,
США, Великобританией, Францией, ГДР и ФРГ, который закрепил
«окончательный характер внешних границ объединенной Германии».
162
Выселение немцев
Сколько немцев оставалось
в Восточной Пруссии?
Каково же было число немцев в северной части Восточной
Пруссиипосле окончания войны? В советской литературе встре-
чались упоминания об оставшихся здесь 100 тыс. подданных
Германии346. Немецкие историки, со ссылкой на мемуары ко-
менданта Кёнигсберга О. Лаша, определяют численность не-
мецкого гражданского населения одного только Кёнигсберга
приблизительно в ПО тыс. человек, из которых в течение двух
следующих лет, по их словам, погибли более 75%, и только
20-25 тыс. оставшихся в живых подверглись депортации в Гер-
манию347. Такой разброс в данных был вызван недоступностью
до недавнего времени российских архивов, которые хранят до-
кументы по этой проблеме.
На доставшейся СССР части Восточной Пруссии (две трети
ее получила Польша) по переписи 1939 г. проживало 1086 тыс.
человек, в том числе в Кёнигсберге 372 тысячи. Эвакуация жи-
телей из этих районов началась летом — осенью 1944 г.
Вот как об этом говорилось в сообщении фронтового кор-
респондента: «...массы немцев-беженцев в Восточной Пруссии
осаждают вокзалы, пытаясь выехать во внутренние районы
Германии. Железные и шоссейные дороги забиты беженца-
ми, число которых возрастает, несмотря на приказ германских
властей, запрещающий эвакуироваться без специального раз-
решения... В Восточной Пруссии создана запретная зона ши-
риной от 30 до 40 км. Населению зоны приказано эвакуиро-
ваться. Зона начинается восточнее Тильзита и проходит через
Гумбиннен и Растенбург до Алленштайна. Население Восточ-
ной Пруссии начало осаждать банки и сберкассы, часть которых
закрылась. Лодкам запрещено плавать по Балтийскому морю.
С двигателей/моторных лодок, мотоциклов и машин сняты важ-
нейшие части. В запретной зоне удалены все дорожные ука-
затели»348.
Во время наступления Красной армии в 1945 г. эвакуация
превратилась в паническое бегство. Гражданское население сме-
шивалось с отступающими частями вермахта и несло немалые
потери. Беженцы стремились попасть в Кёнигсберг и дальше —
на полуостров Замланд, в порт Пиллау (совр. Балтийск) в на-
дежде эвакуироваться морем. Вот как описывает эти события
последний немецкий комендант Кёнигсберга О. Лаш:
163
II. Заселение и депортация
«Непродуманные мероприятия партийного руководства при-
вели к тому, что на этой дороге [от Кёнигсберга до Пиллау. —
Ю.К.} скопилось невообразимое количество людей. Кто шел
пешком, кто ехал на велосипеде или в повозке, женщины везли
детские коляски, тут же — колонны танковых частей, отводив-
шихся на Земландский полуостров, — все это двигалось в три-
четыре ряда в направлении Пиллау. В кёнигсбергском порту на
нескольких судах еще шла погрузка беженцев, но места, конеч-
но, всем не хватало. В порту скопились тысячи людей. В тол-
пу гражданских затесалось много солдат, отставших от своих
частей... Но подготовить в Пиллау необходимое для этого ко-
личество судов за короткое время оказалось невозможным и
отправка людей шла медленно. Прибывающих из Кёнигсберга
жителей пришлось отправлять в промежуточный лагерь в Пей-
зе*, возле кёнигсбергского морского канала. Наспех организо-
ванный и плохо подготовленный, как нередко тогда случалось,
лагерь этот вскоре оказался без продуктов, в бараках началась
эпидемия...»349
Картину этого хаотичного исхода завершают строки еще од-
ной фронтовой корреспонденции: «На берегу залива Фриш Гаф
открывалась страшная картина разгрома. По бурным волнам
плыли немцы на плотах, на бочках, на резиновых подушках и
камерах от автомобилей. Плыли, барахтались, тонули в воде
полки, канцелярии, тылы, резервы. Фриш Гаф словно пожи-
рал их...»350
По данным отдела регистрации и использования населения,
на 26 апреля 1945 г., через две недели после падения Кёнигс-
берга, в нем было зарегистрировано 23247 немецких граждан.
По оценкам военных органов, еще около 40 тыс. человек про-
живали в своих домах и подлежали проверке контрразведкой
«Смерш», в город продолжали прибывать беженцы из других
районов Восточной Пруссии, прежде всего из взятого Красной
армией 25 апреля Пиллау351.
Десятого мая военный комендант Кёнигсберга отдал приказ
о проведении с 20 мая по 10 июня 1945 г. регистрации и пропи-
ски всего местного населения, которые проводились по данным
паспортов или на основе показаний 1-2 свидетелей. Сведения
вносились в специальные книги регистрации по районам, а
каждому жителю старше четырнадцати (по другим документам
шестнадцати) лет выдавалась справка с указанием места про-
* Пайзе — совр. пос. Комсомольский в черте г. Светлого.
164
Выселение немцев
Жители города Кранца, занятого советскими войсками,
возвращаются в свои дома. Восточная Пруссия, февраль 1945 г.
(подпись к фотографии сделана автором снимка). РГАКФД
живания. Процесс регистрации завершился, по-видимому, толь-
ко к концу лета. Согласно сводной «Справке о наличии местно-
го населения», по состоянию на 1 сентября 1945 г. в советской
части Восточной Пруссии проживали 129614 человек, в том
числе в Кёнигсберге 68014 человек. Из них мужчины состав-
ляли 37,8%, женщины — 62,2%, а свыше 80% всего населения
находилось в Кёнигсберге и трех (из пятнадцати) ближайших к
нему районах352.
В приказах советского коменданта Кёнигсберга и постанов-
лениях Военного совета 3-го Белорусского фронта отмечалось,
что регистрация производится неудовлетворительно; ряд воин-
ских частей, использующих немцев в качестве рабочей силы,
скрывает их от учета, а германское население, нарушая запрет
покидать места проживания, перемещается по дорогам и насе-
ленным пунктам в таких количествах, что затрудняет движение
воинских частей и автотранспорта. Кроме того неясно, вклю-
чались ли в официальные сводки бездомные, а также сироты,
находящиеся в детских домах и специриемниках*.
* Помимо гражданского населения, в крае размещались не менее
30 тыс. военнопленных из числа подданных Германии.
165
II. Заселение и депортация
Немецкое население города Кранца читает приказ советского
военного коменданта. Восточная Пруссия, февраль 1945 г.
(подпись к фотографии сделана автором снимка). РГАКФД
Сохранившиеся архивные материалы позволяют просле-
дить изменение численности немецкого населения области на
протяжении 1945-1946 гг. Сведения на 1 сентября 1945 г. при-
ведены выше; на 1 мая 1946 г. в области находилось 118503 че-
ловека, в том числе в Кёнигсберге 45 120 человек; на 1 августа
1946 г. соответственно 108547 и 39739 человек и на 15 ноября
1946 г. 90991 и 38879 человек353.
Налицо резкое уменьшение численности местного населе-
ния: за 14,5 месяцев оно сократилось почти на 30%. Как указы-
валось в справке областного статистического отдела, это прои-
зошло «в связи с высокой его смертностью, вызываемой тяже-
лыми продовольственными и жилищными условиями». Осенью
1945 г. продовольственный паек для большинства (71%) жите-
лей города составлял 200 граммов хлеба в день, но и этот скуд-
ный рацион не всегда удавалось выдерживать. Другой причи-
ной смертности стали массовые эпидемии чесотки, брюшного
и сыпного тифа как следствия скученности населения, отсут-
ствия мыла и неблагоприятных бытовых условий. Если осенью
1945 г. — весной 1946 г. ежемесячная убыль немецкого насе-
ления составляла в среднем 1,4 тыс. человек, то летом 1946 г.
она возросла до 4 тыс., а в августе — ноябре до 5 тыс. человек
в месяц.
166
Выселение немцев
Русские и немцы
Совместное проживание немцев и русских в бывшей Вос-
точной Пруссии после войны было единственным в своем роде
эпизодом нашей истории соприкосновения с носителями за-
падноевропейской (точнее — центральноевропейской) цивили-
зации. Его уникальность, во-первых, в том, что это был отно-
сительно длительный период — более трех лет; во-вторых, в
массовости контактов, которые охватывали десятки тысяч че-
ловек; в-третьих, участниками этих связей были не военные
или специально подготовленные и отобранные лица, а простые
граждане.
Конечно, это взаимодействие русских (точнее — советских)
людей с носителями иного цивилизационного типа нельзя рас-
сматривать как «чистый эксперимент». Оно проходило на фоне
только что закончившейся войны, в которой были победители
и побежденцые. Этот фактор не только накладывал отпечаток,
но и определял характер складывавшихся отношений.
Напряженность в отношениях победителей и побежденных
имела разные проявления: акты мародерства и насилия, быто-
вые конфликты, культурная и идеологическая конфронтация.
К типичным конфликтным ситуациям можно отнести принуж-
дение немцев к выполнению тех или иных работ или оказанию
безвозмездных услуг, словесные оскорбления, выселение не-
мецких жителей из домов и квартир. Во всех таких случаях рус-
ские выступали как активная, наступающая сторона, а немцы
предпочитали не возражать, гасить возникающие конфликты,
терпеть даже такое отношение, какое считали несправедливым.
Нередко этот тип поведения распространялся и на детей.
Именно конфликты, а тем более случаи уголовных престу-
плений, во многом сформировали оставшийся в памяти у нем-
цев, особенно у жертв насилия, негативный образ взаимосвязей
двух народов. Однако преобладающим все-таки был другой тип
отношений.
Их характер можно обозначить формулой: два параллельные
мира, каждый из которых существовал сам по себе. Немецкий
был более уязвимый, незащищенный, а поэтому всегда насто-
роженный и замкнутый в себе. Русский, напротив, самоуверен-
ный, обладавший чувством превосходства, но и более искрен-
ний, открытый. Иногда они пристально вглядывались друг в1
друга, но жили разной, непохожей жизнью. И только в силу
167
II. Заселение и депортация
обстоятельств вынуждены были сосуществовать, в чем-то взаи-
модействовать и даже сотрудничать.
Этот вывод, однако, отнюдь не исключал довольно многочис-
ленных фактов, которые свидетельствуют, что лед отчуждения
иногда таял и между этими параллельными мирами возника-
ли искренние и глубокие человеческие связи. Почвой для них
было не только неистребимое свойство людской натуры — по-
требность в любви мужчины и женщины, хотя судьба смешан-
ных семей, впоследствии насильственно разлученных, возмож-
но, и была самой яркой и трагической страницей этих отноше-
ний. Но здесь и дружба сверстников, уважительное отношение
к старшим, восхищение профессиональным мастерством, взаим-
ная выручка и помощь, наконец, жалость и неравнодушие к
страданию чужих людей.
Возникновение таких связей, преодоление барьера отчуж-
денности происходило тогда, когда создавались условия для
совместного проживания и, в особенности, для совместной дея-
тельности, когда приходилось сообща решать общие пробле-
мы, когда присутствовало непосредственное общение людей.
Одним из главных результатов совместного проживания ста-
ло изживание открытой враждебности советских людей к нем-
цам. Эта враждебность, которая к концу войны стала важным
свойством общественного сознания, оказалась вытесненной.
Причем Калининградская область была, вероятно, единствен-
ной российской территорией, где это произошло в столь корот-
кий срок.
Тенденция к сближению двух народов, к нарастанию инте-
грационных процессов сдерживалась политикой официальных
властей, стремившихся ограничить контакты советских граж-
дан с немцами, а затем и вовсе была искусственно прервана
вследствие депортации немцев в 1947-1948 гг.
Депортация
Оставшиеся в живых восточнопрусские немцы разделили
судьбу своих соотечественников из стран Центральной и Юго-
Восточной Европы, которые после окончания войны подвер-
глись принудительному переселению в Германию. Однако пе-
реселение немцев из советской части Восточной Пруссии не
форсировалось. Создается даже впечатление, что такая акция
первоначально вообще не входила в планы советского руковод-
ства. Задержка на два с лишним года начала массовой репа-
165
Выселение немцев
Газета «Нойе Цайт» для немецкого населения
Калининградской области, 1947 г. ГАКО
триации объяснялась сугубо практическими соображениями:
советская администрация сочла целесообразным использовать
труд местных жителей до прибытия в область переселенцев из
России и других республик СССР. Когда в 1947 г. появились
первые прректы выселения немцев, областные власти опаса-
лись по поводу слишком быстрых его темпов. Начальник об-
ластного гражданского управления В.А. Борисов в письме заме-
стителю председателя Совета министров СССР В.М. Молотову
7 марта 1947 г. обосновывал свои предложения о сроках высе-
ления тем, что немцы составляют 48% работающих в совхозах
и на промышленных предприятиях, а по ряду отраслей их до-
ля превышает 90 %354.
До 1947 г. получали разрешение на выезд, как правило,
участники антифашистского движения, а также лица, имевшие
родственников в Германии. Режим выезда был упрощен на-
кануне массовой репатриации. Согласно «Книге выдачи спра-
вок немцам на выезд в Советскую зону оккупации Германии
в 1947 году», такое разрешение в апреле — июне получили
3 390 человек355.
В находящихся в ГАРФ материалах «Особой папки» В.М. Мо-
лотова сохранилось несколько докладных записок министра
внутренних дел СССР С.Н. Круглова за 1947 г. о составе и по-
ложении немецкого гражданского населения в Калининград-
ской области. Особый интерес представляет совершенно секрет-
ное донесение от 30 мая, из которого следует, что инициатива
выселения немцев в Германию либо исходила от МВД, либо, по
крайней мере, нашла в нем горячую поддержку.
В начале донесения говорится, что «в данное время имеет ме-
сто массовый приток заявлений от немцев с просьбой разрешить
169
II. Заселение и депортация
выезд в Германию для соединения с семьями, родственниками,
по причинам материально-бытового порядка и другим». Оха-
рактеризовав количественный и половозрастной состав немец-
кого населения (110119 чел., в том числе мужчин — 31112, жен-
щин — 42 806, детей и подростков до 16 лет — 36201), Круглов
продолжал:
«Из общего количества проживающих в области немцев об-
щественно-полезным трудом занимается всего 36000 человек,
работающих главным образом в военных совхозах Министер-
ства вооруженных сил СССР, совхозах Треста мясомолочной
промышленности и других промышленных предприятиях и
хозяйственных учреждениях области. Основная часть немец-
кого населения не работает, продовольственного снабжения не
получает (за исключением инвалидов и детей, содержащихся в
детских домах и домах для престарелых), вследствие чего на-
ходится в истощенном состоянии. За последнее время среди
немецкого населения значительно повысилась уголовная пре-
ступность, главным образом за счет краж продуктов и грабежей.
Наличие немецкого населения в области разлагающе действует
на неустойчивую часть как гражданского населения, так и воен-
нослужащих, способствует возникновению нежелательных свя-
зей и отрицательно влияет на освоение новой советской об-
ласти».
Вывод министра, учитывая изложенные выше обстоятель-
ства, звучал вполне логично: «МВД СССР считает целесообраз-
ным переселить организованным порядком проживающих в
Калининградской области немцев в советскую зону оккупации
Германии»356.
Между тем в правительственных кругах СССР окончательно
сформировалось мнение о необходимости выселения всех нем-
цев с территории новой области, получившей в июле 1946 г. на-
звание Калининградской. В ходе начавшейся в августе 1946 г.
крупномасштабной акции в нее стали прибывать десятки эше-
лонов с переселенцами, завербованными в России и Белорус-
сии, усилился поток неорганизованных переселенцев практи-
чески из всех регионов СССР. В этих условиях и было принято
11 октября 1947 г. подписанное И.В. Сталиным секретное по-
становление Совета министров СССР №3547-1169с «О пересе-
лении немцев из Калининградской области РСФСР в Советскую
зону оккупации Германии». Министр внутренних дел СССР
С.Н. Круглов 14 октября издал приказ №001067 о порядке пе-
реселения.
170
Выселение немцев
Доклад -"Сокет ок ад Коиотитуция-самая демократическая
Конституция в мире"-докладчик Глагяу
Занятие хорового кружка 18.00
1.Геоеда о кружковцами о планах работы кружка
^Проверка голосов.
Кино сеанс ~ 19.00
Занятые хорового кружкв-знаиомотво с песьей Дунаев-
ского-"Пеовя о Родине"
Открытие библиотеки «начало выдачи кжг.
Сделать витрину книг-новинок .полученных из Москвы,
политической и художественной литературы.
Собрание интеллегенции-читателей библиотеки.Громкая
читка наиболее интересных ххихх мест ив книги Горь-
кого Тать" Обсуждение прочитанного «рекомендация нови-
нок подученных ин Москвы.
вечер танцев 18.00
Кино- сеанс
Занятие хорового кружка
1.Разучивание песен Дунаевокого’Песня о Родине"
’’.Знакомство с народной песьей"Дереляй"
Из плана мероприятий центрального клуба по работе
среди немецкого населения, февраль 1947 г. ГАКО
Планировалось переселить в 1947 г. 30 тыс. немцев, в том
числе в октябре — 10 тыс., а в ноябре — 20 тыс. человек. Пере-
селению подлежали в первую очередь «проживающие в г. Бал-
тийске и районах побережья Балтийского моря, а из других
районов области нетрудоспособные семьи, не занятые обще-
ственно-полезным трудом и, кроме того, немецкие дети, нахо-
дящиеся в детских домах, и престарелые немцы, содержащиеся
в домах инвалидов». Переселяемым разрешалось брать с собой
личное имущество (до 300 кг на семью); обеспечивался сани-
тарный надзор и медицинское обслуживание в пути; доставка
имущества и людей от мест проживания до станций погрузки
на железной дороге автотранспортом357. Организация пересе-
ления возлагалась на оперативные группы («тройки»), в состав
которых входили начальники районных отделов МВД и МГБ
и представитель райисполкома.
В Архиве Управления внутренних дел по Калининградской
области сохранились 33 довольно объемистых дела, содержа-
щих по преимуществу эшелонные списки отправляемых в Гер-
манию немецких граждан358. Списки эти включают фамилию,
имя, год рождения и место жительства (город или район), име-
ют сквозную нумерацию на каждый эшелон с распределением
по вагонам (их было 40-50 в одном составе). При подсчетах
общего числа отправленных нами учитывались внесенные в по-
следний момент поправки: часть фамилий оказалась вычеркну-
той, другие вписаны от руки, против некоторых стоит пометка;
«умер», «снят», «МГБ» и т. и. В ряде случаев в конце списков
171
II. Заселение и депортация
проставлены итоговые данные, выведенные предположитель-
но по результатам переклички. Согласно проведенным авто-
ром этих строк подсчетам в октябре — ноябре 1947 г. из Ка-
лининградской области в Советскую зону оккупации Германии
были отправлены 14 эшелонов и в общей сложности вывезены
30 113 немцев359.
Второе постановление Совмина СССР было принято 15 фев-
раля 1948 г. за №333-122с и предписывало переселять в Гер-
манию всех оставшихся немцев, проживающих на территории
области, в два этапа: 25 тыс. человек — в марте — апреле, и всех
остальных (37,3 тыс. человек) — в августе — октябре. Все-
го в 1948 г. с марта по октябрь из области репатриировано
67914 немцев (13 эшелонов весной и 20 эшелонов в августе —
октябре). Кроме того, в ноябре — декабре дополнительно бы-
ло переселено еще 127 немцев. В ряде случаев к эшелонам из
Калининградской области прицепляли вагоны с немцами из
Литвы (в 1948 г. их набралось 1290 человек).
В области осталось лишь небольшое число немцев, исклю-
ченных из списков на выселение. Это были, как правило, высо-
коквалифицированные специалисты, необходимые в народном
хозяйстве. Они были репатриированы только в ноябре 1949 г.
В 49-м по счету эшелоне находились 1409 человек, из них
652 — выходцы из Литвы. Самая последняя группа (193 чел.)
была отправлена в ГДР в мае 1951 г.
Таким образом, с территории Калининградской области в
Германию в 1947-1951 гг. выехали 102494 немецких граждан,
среди них проживавшие в момент выселения в Калининграде
составляли более 29 тыс. человек.
Разница между приведенными выше сведениями о наличии
немецкого населения в ноябре 1946 г. и количеством выселен-
ных скорее всего объясняется тем, что находящиеся в стадии
формирования местные советские органы власти не были в со-
стоянии организовать точный учет немецкого населения. Впер-
вые это было сделано, по сути, только когда начали составлять-
ся списки на репатриацию.
Сделанные автором этих строк подсчеты эшелонных списков
совпадают с числом выселенных немцев, которое зафиксирова-
но в документах «Особой папки» Сталина. Итоги депортации
немцев министр внутренних дел Круглов подвел в донесении
Сталину, Молотову и Берии 30 ноября 1948 г. В нем сообщает-
ся, что для проведения переселения в области была создана
областная и районные оперативные группы, в состав которых
172
Выселение немцев
вошли представители облисполкома и райисполкомов, отве-
чавшие за учет и доставку немцев от места жительства до стан-
ции погрузки. Доставка осуществлялась Прибалтийским воен-
ным округом, который выделил 160 автомашин, и 196 машин
предоставили хозяйственные организации области. На стан-
циях былиоборудованы специальные площадки, проводились
таможенный досмотр, медицинская обработка и продажа про-
дуктов питания и промышленных товаров. При этом не имев-
шим средств выдавалось денежное пособие. Транспортировка
в Германию была осуществлена по железной дороге на 21 пере-
движном эшелоне. С октября 1947 г. по октябрь 1948 г. в совет-
скую зону оккупации Германии было переселено 102125 нем-
цев, в том числе мужчин — 17521, женщин — 50982, детей —
33622 чел.* За все время депортации умерли 48 человек, в том
числе 26 от дистрофии. В заключение министр сообщал, что пе-
ред отъездом немцы вручили представителям областного уп-
равления М^Д 284 письма «с выражением благодарности Со-
ветскому Правительству за проявленную заботу и хорошо орга-
низованное переселение»360.
* Нетрудно заметить, что соотношение мужчин и женщин (26 : 74) зна-
чительно отличалось от приводимых министром ранее данных за
1947 г. (42 : 58). Соответствующими действительности следует признать
сведения, составленные на основе эшелонных списков, когда была про-
ведена тщательная и наиболее полная перепись немецкого населения.
Отсюда следует, что все более ранние сведения, касающиеся численно-
сти немецкого населения, нельзя считать вполне достоверными.
173
III. ВЛАСТЬ И ОБЩЕСТВО
КЁНИГСБЕРГ В СОРОК ПЯТОМ ГОДУ:
по материалам «Особой папки»
Лаврентия Берии
В так называемые «Особые папки» Секретариата НКВД-МВД
вошли совершенно секретные документы оперативного дело-
производства (письма, информации, докладные записки, свод-
ки и т. п.), адресованные высшим партийным и советским ру-
ководителям361. Они хранятся в фонде Р-9401 (Министерство
внутренних дел СССР) Государственного архива Российской Фе-
дерации. Будучи рассекреченными в 1990-е гг., они стали до-
ступны для исследователей и представляют несомненный ин-
терес для изучения истории нашего края на заключительном
этапе войны и в первые послевоенные годы. Цель настоящего
очерка состоит в том, чтобы представить обзор наиболее инте-
ресных сведений о Кёнигсберге в 1945 г. по оперативным свод-
кам и спецсообщениям НКВД.
Первым документом в этом ряду стало донесение уполно-
моченного НКВД по 1-му Прибалтийскому фронту Ткаченко
Л.П. Берии от 22 февраля 1945 г.362, которое описывало поло-
жение в Кёнигсберге, окруженном советскими войсками. Тка-
ченко пишет, что гарнизон противника блокирован и бои идут
в одном километре от городской окружной дороги. Со ссылкой
на данные разведки, а также сведения, полученные от пленных
и перебежчиков, сообщается, что «в настоящее время в горо-
де, кроме гарнизона, находятся около миллиона местного и эва-
куированного населения. Среди них много членов фашистской
174
Кёнигсберг в сорок пятом году
Эйдткунен (совр. Чернышевское) — первый восточнопрусский город,
занятый советскими войсками, октябрь 1944 г. Надпись на плакате:
«Воин Красной Армии! Перед тобой логово фашистского зверя». РГАКФД
партии, помещиков, предателей и крупных чиновников с се-
мьями, бежавших из других городов Восточной Пруссии, кото-
рые из-за недостатка жилья живут в палатках, шалашах, разва-
линах домов и подвалах».
Далее говорится, что продовольствия на всех не хватает: на
одного человека выдается 300 граммов хлеба и 200 граммов
мяса или его заменителей в неделю. В городе много раненых
и больных сыпным и брюшным тифом, причем их количест-
во все время увеличивается. Часть жителей пыталась покинуть
город и уйти по льду в сторону Пиллау, но «тонула в заливе,
так как лед тонкий и, кроме этого, разрушается нашей артил-
лерией и авиацией». В заключение уполномоченный НКВД
сообщает, что гестапо и СС ежедневно расстреливают сотни жи-
телей за грабеж складов и «требование у командования прекра-
тить борьбу, объявить Кёнигсберг открытым городом или вы-
пустить население на территорию, занятую Красной Армией».
Через неделю, 28 февраля, уполномоченный НКВД по Зем-
ландской группе* войск Ткаченко направил в НКВД обширную
«Справку об обстановке в гор. Кёнигсберг до деблокирования
города немецкими войсками»363. В ней содержалась развернутая
* Все войска, действовавшие в Восточной Пруссии, Ставка передала
21 февраля 3-му Белорусскому фронту, 1-й Прибалтийский фронт уп-
разднялся, вместо него была создана Земландская группировка под ко-
мандованием И.Х. Баграмяна.
175
III. Власть и общество
характеристика городских оборонительных укреплений, воен-
ных складов, аэродромов, казарм, состояния промышленности.
Кроме того, документ описывал положение и настроения граж-
данского населения. Отмечалось, что по мере приближения
Красной армии в городе сосредоточилась значительная часть
жителей Восточной Пруссии, в результате чего «все жилые зда-
ния в центре города забиты беженцами». В связи с прекраще-
нием эвакуации и невозможностью покинуть пределы Кёнигс-
берга «в городе царит паника». Все чаще наблюдаются случаи
дезертирства, в подтверждение чему приводится следующий
факт: «6-7 февраля с. г. на Северном вокзале города были сло-
жены трупы 80 немецких солдат, расстрелянных за уклонение
от защиты города, над которыми было написано: “Они были
трусы и все погибли”».
Вскоре после завершения штурма Кёнигсберга, 13 апреля,
уполномоченный НКВД по 3-му Белорусскому фронту гене-
рал-лейтенант Зеленин представил Л.П. Берии доклад о по-
ложении в городе364. «После трехдневной авиационной и ар-
тиллерийской бомбардировки, в которой принимали участие
тяжелая артиллерия и установки “PC”, — сообщает Зеленин, —
Кёнигсберг превращен в груду развалин. Только на южной и
западной окраинах города уцелело несколько домов, До сего
времени продолжаются пожары. Улицы завалены кирпичом,
железом, дровами, мебелью. Проезд по городу невозможен, за
исключением нескольких улиц, расчищенных для пропуска
войск». Обращается внимание на тот факт, что почти все здания
в городе заминированы, а «горящие дома в большинстве своем
взрываются».
Переходя к характеристике оставшегося в Кёнигсберге мир-
ного населения, составитель доклада сообщает, что, согласно
предварительным данным, его численность составляет около
100 тыс. человек. После завершения боев «скрывавшееся в под-
валах население стало выходить из своих убежищ. В большин-
стве своем это женщины, дети, старики и старухи. Трудоспо-
собного населения почти нет».
Для обеспечения безопасности и наведения порядка все вы-
ходы из города были перекрыты тремя полками войск НКВД.
При этом «с целью выявления шпионов, диверсантов, терро-
ристов и другого вражеского элемента в городе работают 8 опе-
ративных групп численностью 120 человек, которые возглав-
ляются опытными оперативными работниками». О результатах
деятельности подразделений НКВД Зеленин сообщает поис-
176
Кёнигсберг в сорок пятом году
Советская артиллерия двигается на запад мимо трупов немецких солдат.
Восточная Пруссия, 1944 г. (подпись к фотографии сделана
автором снимка). РГАКФД
тине впечатляющие цифры: «На 13 апреля с. г. нашими опера-
тивными группами задержано (50526 человек, из них немцев —
32 573 человека, граждан СССР — 13 052 чел., иностранных
подданных— 14 901 чел.». Сортировка задержанных проис-
ходила следующим образом: советских граждан направляли на
фильтрационные пункты, иностранцев — в комендатуры, а не-
мецкое население «сосредотачивается в определенных пунктах
города, где будет находиться под наблюдением военных ко-
мендантов и проверяться нашими органами».
Помимо «задержанных», Зеленин сообщает о 1710 «аресто-
ванных», в числе которых упомянуты: «агенты германской раз-
ведки, диверсанты и террористы» — 152 чел., члены национал-
социалистической партии и других фашистских организаций —
1501 чел, «предатели и пособники» — 57 чел. Представлен
также именной список наиболее важных из арестантов, в том
числе судья К. Церник и прокурор 3. Меер.
О масштабах проведенных органами НКВД в Восточной
Пруссии «зачисток» свидетельствует письмо Берии Сталину от
5 мая, в котором сообщается, что сотрудниками наркомата на
территории этой германской провинции «с января по апрель
т. г. изъято вражеских элементов свыше 50000 чел.». В связи
с необходимостью дальнейшей «очистки Восточной Пруссии
от вражеских элементов» туда направлен генерал-полковник
177
III. Власть и общество
Аполлонов в сопровождении генерал-лейтенанта Горбатюка, им
выделено дополнительно 400 оперативных работников и 9 пол-
ков войск НКВД. Находящемуся на месте генералу Зеленину
(в письме он назван начальником «Смерш» 3-го Белорусского
фронта) приказано оказывать вновь прибывающим сотрудни-
кам всемерную помощь365.
Вскоре генерал Аполлонов из Кёнигсберга докладывал Бе-
рии об организации в целях наведения порядка 8 оперативных
округов (с центрами в Кёнигсберге, Прейсиш-Эйлау, Вормдите,
Эльбинге, Алленштайне, Йоханнисбурге, Гольдапе и Инстер-
бурге), создании сети внутренних тюрем, в том числе в Кёнигс-
берге на 12500 чел366.
Несомненный интерес представляет докладная записка гене-
рала Аполлонова, представленная Берии, которую тот счел нуж-
ным 7 июня переадресовать Сталину, Молотову и Маленкову367.
В ней приводятся, пожалуй, самые ранние данные о количестве
немецкого населения в Восточной Пруссии (по состоянию на
30 мая), учтенные оперативными секторами НКВД:
Оперативный сектор Количество человек
Кёнигсбергский 61 664
Прейсиш-Эйлауский 24073
Вормдитский 21855
Эльбингский 20439
Алленштайнский 22435
Йоханнисбургский 26095
Гольдапский 1597
Инстербургский 15 600
Всего 193758
Кроме того, в «Записке» говорилось, что в районах, отходя-
щих к Советскому Союзу, проживает 82,5 тыс. немцев*, в том
числе в Кёнигсберге 47219 чел., а «из городов Инстербург, Тиль-
зит, Гумбиннен, Шталлупёнен и Эйдткунен немецкое населе-
* Эти цифры существенно отличаются от данных других источников
и сведений, встречающихся в научной литературе (Подробнее о коли-
честве немецкого населения см. очерк: Выселение немцев. С. 158-173
настоящего издания).
178
Кёнигсберг в сорок пятом голу
Советские люди возвращаются на родину из немецкого плена.
Восточная Пруссия, 1945 г. Фото В.Н. Минкечича. РГАКФД
ние переселено в другие районы, и в настоящее время въезд
населения [в них] запрещен».
С целью пресечения враждебной деятельности противни-
ка с 10 по 30 мая, по сведениям Аполлонова, арестовано еще
1 230 чел., в том числе агентов, диверсантов, террористов —
446, гестаповцев и членов СД — 121, активистов нацистской
партии — 678, руководителей местных фашистских органи-
заций — 18, служащих местных органов власти — 3 чел. На
30 мая в тюрьмах и лагерях Восточной Пруссии содержалось
14 115 заключенных.
Последний интересный документ Секретариата НКВД, име-
ющий отношение к Кёнигсбергу 1945 г., датирован 21 июля.
Это письмо заместителя наркома внутренних дел Чернышова
В.М. Молотову368. В нем говорится, что, по имеющимся в Глав-
ном архивном управлении НКВД сведениям, в городах Ал-
ленштайне, Либштадте, Руненберге и других «находятся доку-
ментальные материалы Восточно-Прусского архива и в городе
Кёнигсберге — библиотеки Рижского и Кёнигсбергского уни-
верситетов. Документальные материалы Восточно-Прусского
архива содержат ценные документы по истории СССР». Кроме
того, сообщается, что «в библиотеке Кёнигсбергского универ-
ситета имеются ценнейшие рукописные собрания, состоящие
179
III. Власть и общество
из личной переписки немецкого философа Иммануила Кан-
та, рукописных листков [листовок. —Ю.К.] 1848, 1918 гг., гра-
мот на пергаменте XI-XV веков и других печатных изданий,
представляющих интерес для советской исторической науки».
«Для ознакомления» с ними Чернышов просит разрешить ко-
мандировать в Восточную Пруссию сотрудников архивных ор-
ганов НКВД.
Представленные в настоящем очерке документы из «Особой
папки» Л.П. Берии дополняют и в чем-то уточняют наши зна-
ния о том, что происходило в Кёнигсберге накануне штурма и в
первые месяцы после взятия города советскими войсками. Ко-
нечно, в них представлен специфический «чекистский» взгляд
сотрудников НКВД. Однако вместе с другими источниками, в
том числе и немецкими, они дают возможность более объектив-
но взглянуть на события того времени, изменившие ход исто-
рии города.
180
ОТ ВОЕННЫХ К ГРАЖДАНСКИМ:
о передаче власти в 1946 г.
В течение целого года после окончания боев военные ос-
тавались единственной властью в северной части Восточной
Пруссии, отошедшей к СССР. Сначала управление этой терри-
торией осуществлялось командованием 3-го Белорусского фрон-
та, затем, с июля 1945 г., Военным советом Особого военного
округа. Реальная власть на местах принадлежала военным ко-
мендатурам и действовавшим под началом военных властей
временным управлениям по гражданским делам. Этим чрезвы-
чайным органам управления приходилось выполнять очень ши-
рокий круг обязанностей, в том числе и абсолютно не свойствен-
ных воинским подразделениям: регулировать жизнь местного
немецкого населения, заниматься коммунальным хозяйством,
вводить в строй уцелевшие от разрушений промышленные
предприятия, организовывать сельскохозяйственные работы
и т. п.369
Между тем применение военных методов управления к сфе-
ре гражданской жизни не могло быть слишком эффективным.
К слову сказать, сами военные, вынужденно занимаясь орга-
низацией мирной жизни*, не прочь были как можно скорее
* В составе командования 11-й гв. армии было создано специальное
сельскохозяйственное управление, а его начальник подполковник Ксю-
нин издавал для личного состава далекие от воинской службы прика-
зы: «О выявлении колорадского жука», «О правилах внесения навоза в
почву», «О правилах сушки сена в дождливую погоду» и т. п. Он также
все время жаловался, что многие офицеры (начальники военных совхо-
зов) «не могут объяснить, что у них делается в совхозе» (ГАКО. Ф. 139.
Оп. 9. Д. 2-а. Л. 3-11, 51).
181
III. Власть и общество
отдать те или иные объекты гражданским ведомствам. Так, уже
в мае 1945 г. ряд предприятий целлюлозно-бумажной промыш-
ленности был передан в ведение Наркомбумпрома370. Позднее
Министерству местной промышленности отошел числившийся
за военторгом Янтарный завод, при этом передача обосновыва-
лась неэффективностью прежнего руководства371.
Нерентабельными оказались подсобные хозяйства воинских
частей, а также организованные в январе 1946 г. тридцать воен-
ных совхозов (в них в основном работали немцы и советские
репатрианты)372.
Определенный ущерб хозяйству региона нанесла и непроду-
манная деятельность трофейных управлений по сбору и вывозу
за пределы области промышленного оборудования, инвентаря
и других ценностей. Так, в приказании Управления трофейно-
го вооружения 3-го Белорусского фронта коменданту Кёнигс-
берга от 22 мая 1945 г. говорилось: «Немедленно приступить
к сбору топоров, пил разных, лопат железных, молотков, ло-
мов, кирко-мотыг и всякого плотнично-столярного инструмен-
та. Топоры, лопаты, молотки, кирко-мотыги снять с черенков,
очистить, смазать, упаковать и подготовить к отправке в Совет-
ский Союз»373.
Недовольны военным управлением были и гражданские ли-
ца, которые во всё возрастающем количестве прибывали в об-
ласть из разных концов страны (летом 1946 г. их число перева-
лило за 50 тыс. человек). Это недовольство открыто проявилось
на областном профсоюзном совещании 19 июля 1946 г. Высту-
павшие на нем ораторы нередко усматривали корень многих
бед в ненормальной организации управления. Так, председа-
тель завкома одного из предприятий А.П. Красильников, гово-
ря о творящихся вокруг безобразиях, так оценил их масштабы:
«...если кто-нибудь сказал, что это происходит на территории
Советской власти, — ему бы не поверили». Вскрывая далее при-
чины такого положения, он заявил: «Если бы я был в большой
России, то пошел бы в Обком, и там нажали бы и помогли, а
здесь ничего не выходит... Если бы была местная власть, легче
было требовать, а с военными ничего не можем сделать»374.
В разные инстанции от жителей городов и сел бесконечным
потоком шли жалобы на неправомерные действия военнослу-
жащих, которые «препятствуют нашему труду», «мешают нам
мирно вести работу в области ухода за посевными», «занялись
уничтожением фруктовых деревьев и ягодных кустов там, где
мы живем», «приезжая на автомашинах по 7-10 человек, пешие
182
От военных к гражданским
Советские бойцы разминируют улицы Кёнигсберга, май 1945 г.
Фото Г. Самсонова. РГАКФД
но 2-3 чел., уничтожают наши посевы, срезают капусту, копают
картофель, таскают лук», «убили лошадь, ст реляя в нашего ноч-
ного объездчика», «производят варварское разрушение жилого
фонда» и т. д.375 А в протоколе совещания председателей ого-
родных комиссий содержалось такое заявление: «Как с подсоб-
ного хозяйства, а также и с индивидуальных огородов весь по-
сев картофеля растащила Московская дивизия»376.
Начало реорганизации системы управления и перехода вла-
сти в бывшей Восточной Пруссии от военных к гражданским
было положено указом Президиума Верховного Совета СССР от
7 апреля 1946 г., согласно которому иа территории Кёнигсбер-
га и прилегающих к нему районов образовывалась Кёнигсберг-
ская область в составе РСФСР. Тогда же Советом министров
СССР было принято постановление о создании управления
но гражданским делам (УГД) области, а также трех городских
и 14 районных управлений. Кёнигсбергский особый военный
округ был расформирован, а новые органы власти становились
сугубо гражданскими и подчинялись Совету министров РСФСР.
В течение следующего месяца гражданские управления всех
уровней были в основном укомплектованы командированными
ЦК ВКП(б), правительством и различными ведомствами руко-
водя щи м и работа и кам и377.
Президиум Верховного Совета СССР издал 21 июня 1946 г.
указ о национализации находящихся в Кёнигсбергской области
183
III. Власть и общество
земли, банков, промышленных предприятий, средств транс-
порта и связи, коммунального хозяйства и т. п.378 В тот же день
Совет министров СССР принял пространное постановление
«О мероприятиях по хозяйственному устройству Кёнигсберг-
ской области», в соответствии с которым в области вводилось со-
ветское законодательство, определялись льготы для переселен-
цев из числа рабочих и специалистов и содержалось несколько
десятков конкретных поручений министерствам и ведомствам
по организации и развитию экономики и социальной сферы но-
вой российской области379. Наконец, череда важных решений
была завершена еще одним постановлением Совета министров
СССР от 9 июля 1946 г., предусматривающим заселение сель-
ских районов области380.
Все перечисленные выше руководящие документы созда-
вали юридические рамки превращения этой, бывшей доселе
«особым районом», территории в обычный субъект Российской
Федерации. На них обычно ссылались историки при описа-
нии этапа становления Калининградской области. Между тем
в реальной жизни речь шла о переходе управления от коман-
диров воинских подразделений и военных комендатур в руки
гражданского советско-партийного аппарата. Этот процесс, на-
чавшийся в конце мая 1946 г. и растянувшийся до конца 1946 г.,
имел свою специфику, порождал серьезные противоречия и со-
провождался нешуточными конфликтами.
Представления о характере возникавших в процессе переда-
чи власти проблем дают материалы фондов гражданских управ-
лений, в особенности районного и городского звена, которые
до сих пор практически не использовались исследователями381.
Вернемся, однако, к апрелю 1946 г.
Включение в состав РСФСР целой новой области не могло не
озаботить правительственных чиновников вопросом: а какое,
собственно, наследство приходится брать под свое управление?
Конечно, военные власти, а также аппарат уполномоченного
НКВД/НКГБ по Восточной Пруссии предоставили соответ-
ствующие справочные материалы382, однако в Госплане РСФСР
их сочли недостаточными и для получения объективной инфор-
мации посчитали нужным послать на место своего человека. С 18
по 26 апреля 1946 г. в Кёнигсбергской области находился высо-
копоставленный правительственный чиновник В. Иванченко*,
* В. Иванченко — начальник планово-финансового отдела Переселен-
ческого управления при Совете министров РСФСР.
184
ормационно-статистический отдел
ДОВл-Тумаро^у Д.В,
1111 презкдИ bepiobhoI иди срср
УКАЗ ПРЭ31ДЫУНА ВЯР1О$НАГА СОВЕТА СССР
ССРИ АЯН СОВЕТН РВЯС8Т ЬЕЙ'ВТИННН «ОРЫАИЫ
манзтзодь ша та^чзи ьшяь wawmatw
luntr umnm ииТк химчятпьяацъ жшчм
tCCP ЁКАРЫ СОВЕТНННЦ ПРЕЗНДНУНЫНЫН УКАЗЫ
tCCP СЯКЙ СОВЕТН ПРЕЗНДИУНИНПНГ фарнонн
1КАЗИ ПРЕЗНДНУМВ СООЕТИ ОДНИ СССР
Бев публикации,
» 102/7.
ССРО ЖОГAPfЫ СВВЕТI ПРЕЗНДНУНЫНЫЦ УКАЗЫ
СССР ЖОГВРКУ СОВЕТИННН ПРЕЗИДНУМУНУН УКАЗЫ
УКАЗУП ПРЕЗПДНУНУЛУЙ СВВЕТУЛУЙ СУЯРЕН «1 УРСС
SHTlll КВПКЕ1ННАН HEUVOSTOH PUHEUlEHISTfiK ASETUS
TSRS AUKfifilAUSIBSIBS TAIITBOS PREZIBIUHB |ЗШЗ
PSBS AUSSTAKAS PADOHES PREZ1DIJA DEIIIETS
RSTL OlEHDiUIOGU PCESIIDIUHI SEADLUS
УКАЗ
ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР
образовании Кенигсбергской об-
ласти в составе РСФСР.________
Образовать Кенигсбергскую область на территории го-
рода Кенигсберга и прилегающих к нему районов с центром в
городе Кенигсберге,
Включить Кенигсбергскую область в состав Российской
Советской федеративной Социалистической Республики.
7 апреля 1946 г.
Д.» 194/1.
Указ Президиума Верховного Совета СССР от 7 апреля 1946 г.
об образовании Кёнигсбергской области. ГАКО
III. Власть и общество
который по результатам своей командировки подготовил об-
ширный доклад о состоянии экономики области и перспекти-
вах ее заселения советскими людьми383.
Судя по докладу, многое из увиденного поразило команди-
рованного. Он подробно описывает благоустройство населен-
ных пунктов и необычную для России хуторскую систему. Скры-
тое восхищение звучит и при характеристике осмотренных им
имений крупных землевладельцев: «Имения помещиков, кро-
ме большого господского дома, как правило, окружены груп-
пой жилых и служебных строений, больших скотных дворов
с силосными башнями, небольшими предприятиями по пере-
работке с.х. продуктов, мельниц, черепичных заводов и т. п.».
В докладе особо подчеркивается высокий уровень развития
сельского хозяйства, в частности, отмечается, что вся террито-
рия области «покрыта густой сетью мелиоративных сооруже-
ний. Здесь встречаются: дренаж открытыми канавами, глубин-
ные колодцы, насосно-перекачивающие станции, подпочвен-
ный дренаж при помощи глиняных труб, дамбы, канавы и т. п.
Все виды мелиоративных сооружений объединены в какую-то
систему».
Но больше всего внимания автор уделяет характеристике
жилья и степени его комфортности: «Характерными особенно-
стями всех построек являются их благоустроенность и фунда-
ментальность. Все строения каменные (кирпичные). Крыши,
как правило, черепичные. Внутренняя отделка жилых домов —
масляная краска. Как жилье, служебные помещения, так и скот-
ные дворы электрифицированы. Отопление стандартизирова-
но довольно комфортабельными плитами, одновременно обе-
спечивающими проживающих горячей водой. Водоснабжение
даже на отдельных хуторах механизировано. Как правило, при
каждом доме имеется фруктовый сад. Дома, предназначенные
для будущих переселенцев, имеют перечисленные характерные
особенности. Общая жилая площадь такого дома 60-80 и бо-
лее кв. метров. В доме три-четыре жилые комнаты, кухня, кла-
довые и службы. Кроме помещений первого этажа, как прави-
ло, имеется мезонин — второй этаж, имеющий две комнаты,
также благоустроенный. Использовался для проживания обслу-
живающего персонала. Значительное большинство домов сохра-
нилось. Лишь отдельные дома в сельскохозяйственных районах
разрушены полностью или требуют капитального ремонта».
Доклад В. Иванченко интересен и в другом отношении. За
обтекаемыми бюрократическими формулировками скрывалась,
186
От военных, к гражданским
Подвоз кирпича на строительство. Пос. Рыбачий, 1948 г. КОИХМ
а иногда и отрыто прорывалась наружу весьма негативная оцен-
ка управления территорией со стороны военных. В докладе го-
ворилось, что «область почти не освоена хозяйственно», что на
всей ее территории происходит «разбазаривание земель», что
земельные участки под военные объекты (полигоны, стрель-
бища и т. д.) отводились «стихийно, без учета нормального раз-
вития хозяйства области», что «земель для передачи колхоз-
никам-переселенцам почти не осталось»*, что оборудование и
сельхозинвентарь «разбросаны всюду», а значительная часть
имущества и построек «никем не охраняется и не используется».
Приступая к работе, вновь назначенное гражданское руко-
водство области, похоже, хорошо понимало сложности, могу-
щие возникнуть в процессе смены власти. Один из первых при-
казов начальника областного УГД В.А. Борисова, вступившего
в должность 19 мая 1946 г., касался сохранности имущества.
В нем говорилось: «Всякий вывоз скота, оборудования, материа-
лов и имущества из пределов области прекратить. Разрешать
* По данным статорганов, на начало июня 1946 г. «основным земле-
пользователем в Кёнигсбергской области является Министерство Воо-
руженных Сил, в распоряжении которого находится свыше 500 тыс. га
земли» (ГАКО. Ф. 181. On. I. Д. 10. Л. 6). Указанная цифра составляла
треть всей площади области, а без учета водной поверхности — почти
половину.
187
III. Власть и общество
только с ведома и согласования в каждом отдельном случае с
гражданским управлением»384.
В районных управлениях эта инициатива была конкре-
тизирована. Так, в приказе начальника У ГД Шталлупенского
района В.И. Машина говорилось: «Запретить всем ведомствам,
организациям и частным лицам самовольно, без ведома граж-
данского управления, брать, увозить, разбазаривать государ-
ственное имущество (мебель, производственное оборудование,
с./хоз. инвентарь), производить разрушение зданий на терри-
тории Шталлупенского района. Виновных привлекать к ответ-
ственности»385.
Произвести передачу всего имущества от военных коменда-
тур гражданским управлениям планировалось в течение двух
недель, начиная с последних чисел мая. Устанавливался сле-
дующий порядок передачи: принималось по описям только
исправное и годное к эксплуатации имущество и инвентарь;
сельхозпосевы передавались по фактическим площадям; соот-
ветствующие отделы управлений должны были осуществить
приемку скота, транспортных средств, предприятий и мастер-
ских, торговых точек, гостиниц, бань, больниц, школ, учрежде-
ний связи, жилого фонда, объектов коммунального хозяйства,
а также финансовой и прочей документации.
На основании указаний областного управления в районах бы-
ли изданы соответствующие приказы, которые не всегда про-
сто дублировали поступавшие «из области» нормативные доку-
менты. Так, начальник Фридландского У ГД Михайлов заодно
приказал всем организациям, гражданам СССР и немцам «бес-
прекословно выполнять требования гражданского управления»
(приказ был секретным)386.
В написанном карандашом приказе №2 от 31 мая 1946 г. на-
чальника У ГД в г. Тапиау С.Н. Александрова дополнительно к
стандартному тексту говорилось: «Обращаю внимание началь-
ников отделов, что имущество, которое принимается, принад-
лежит государству и приемка его должна быть государственной,
а не как какой-нибудь подарок или любезность, предоставлен-
ная нам». В конце приказа, уже переписав спущенную «сверху»
многостраничную инструкцию о приемке, Александров доба-
вил личное генеральное указание своим подчиненным: «При-
нять всё годное и способное к эксплуатации»387.
Последняя директива находчивого руководителя оказалась
и наиболее ценной. Организовать в считанные дни полную ин-
вентаризацию и установить контроль за всем передаваемым
188
ПРИКАЗ № 16
Начальника Тильзитского Городского Управления
по гражданским делам.
гор. ТИЛЬЗИТ. 13 июля 1946 года.
О сохранении жилищно-коммунального фонда, производственных и хозяй-
ственных зданий, оборудования и имущества в городе.
В делах сохранения жилищно-коммунального фонда, производственных и хозяйственных зданий,
оборудования и-имущества, Городское Управление по гражданским делам неоднократно давало ука-
зания и предупреждения о прекращении разрушений. Однако со стороны отдельных организаций,
граждан и воинских частей случаи разрушения зданий не прекращаются. Имеют место случаи рас-
хищения деталей жилых домов, производственных предприятий и хозяйственных построек (дверей,
полов, потолков, рам, стекол, печных приборов, ванн, унитазов, раковин, водопроводных и канализа-
ционных труб и т. д.), а также имущества и оборудования промпредприятий.
Также установлено, что отдельные руководители организаций, командиры воинских частей и
граждане самовольно, без разрешения городского жилищно-коммунального отдела занимают жилые
дома и квартиры, производственные здания, а при выезде из домов не сдают их горкомхозу, остав-
ляя без надзора. f
Приказываю:
1. Начальнику Городского жилищно-коммунального отдела тов. Куприну принять меры к прек-
ращению расхищения жилищно-коммунального фонда, производственных и хозяйственных зданий и
оборудования, а также навести надлежащий порядок в распределении, использовании и восстановле-
нии жилых, производственных и хозяйственных зданий.
Руководителей хозяйственных организаций, учреждений, командиров воинских частей и отдель-
ных граждан, виновных в расхищении и самовольном занятии жилфонда, производственных и хозяй-
ственных зданий привлекать к ответственности.
2. Поручить прокурору города тов. КЛЮЧНИКОВУ и начальнику городского отделения МВД
тов. МЕЗЕНЦЕВУ в 3-х дневный срок оформлять дела и привлекать к уголовной ответственности,
как за расхищение государственной социалистическом собственности руководителей организаций,
командиров воинских частей и отдельных граждан, виновных в разрушении зданий, а также выселять
в административном порядке организаций и лиц, которые самовольно заняли и занимают жилые
дома, квартиры, производственные и хозяйственные здания, не имея соответствующего на то разре-
шения жилищно-коммунального отдела.
3. Руководителям организаций и учреждений, командирам воинских частей и гражданам при
выезде нз жилых домов и квартир в обязательном порядке сдавать их горкомхозу.
4. Контроль за выполнением приказа возлагаю на своего заместителя тов. БРАГИНА и проку-
рора города тов. КЛЮЧНИКОВА,
Начальник Городского
Управления по гражданским делам.
Приказ начальника Управления по гражданским делам г. Тильзита
от 13 июля 1946 г. с требованием «принять меры к прекращению
расхищения жилищно-коммунального фонда, производственных
и хозяйственных зданий и оборудования». ГАКО
III. Власть и общество
имуществом немногочисленным штатом только что созданных
гражданских управлений было очень затруднительно. Состав-
ленные второпях акты («сдал — принял») зачастую оказывались
простой формальностью388.
В действительности новым властям потребовалось еще не-
сколько месяцев, чтобы хоть немного разобраться в том, чем
они, собственно, отныне владеют и сколько недополучили от
прежних хозяев. Позднее, в июле — августе, готовясь к массо-
вому заезду переселенцев, районные У ГД стали формировать
инвентаризационные комиссии, в задачу которых входило «оп-
риходование всех ценностей стоимостью свыше 10 руб.»389.
В ходе их работы сразу же выяснилось, что предназначенные
для будущих новоселов поселки весьма пострадали от пребы-
вания в них воинских частей. На заседании областной комис-
сии по приему переселенцев 4 августа, в частности, говорилось:
«Недопустимо безобразничают части 26 с[трелковой] д[ивизии],
которая почти полностью уничтожила Дело] Гавайтен, где дол-
жен быть размещен колхоз». Комиссия постановила: «Принять
к сведению заявление генерал-майора тов. Боброва, что пункт,
разрушенный частями 26 СД, будет восстановлен армией»390.
В том же Даркеменском районе оказалось невозможным засе-
лить поселок Сцалыпрен, который также был «войсковыми ча-
стями приведен в негодность»391.
Особенно небрежно заботились военные о сохранности пе-
редаваемого имущества в Рагнитском районе. Начальник мест-
ного УГД П.И. Афанасьев свое спецдонесение военному про-
курору 11-й гв. армии озаглавил весьма красноречиво: «Об ан-
тисоветских-преступных деяниях некоторых военнослужащих
рядового и офицерского состава 4-й гвардейской Пушечной ар-
тиллерийской дивизии». В нем говорилось, что как в г. Рагните,
так и по всему району солдаты и отдельные командиры «вслед-
ствие безответственного, хамского и варварского отношения к
Социалистической собственности занимались и до сих пор про-
должают разрушать строения, жилые дома». Кроме того, они
«разламывают деревянные сараи, увозят с собой рамы, двери и
другие ценности, а доски с разрушенных сараев употребляют
для упаковки своих вещей». В письме приводились многочис-
ленные примеры такого рода «деяний»392.
В Земландском (Приморском) районе «со стороны воинско-
го командования (полковника Компанеец, майора Манохина)
не только не приняты меры к должному наведению порядка
по сохранению жилфонда, но в ряде случаев [они] занимаются
190
ПРИКАЗ№17
Начальника Тильзитского городского
Управления по гражданским делам.
гор. ТИЛЬЗИТ
13 июля 1946 года
Проверкой установлено, что ряд лиц и организаций незаконно хранят и
пользуются огнестрельным и автоматическим оружием, не имея на это
специального разрешения органов МВД.
Приказываю:
1. В З-х дневный срок всем гражданам и руководителям организаций,
хранящим огнестрельное и автоматическое оружие, зарегистрировать в городском
отделении МВД.
Лица, не зарегистрировавшие оружие, будут привлечены к уголовной
отвестственности.
2. Контроль за выполнение данного приказа возлагаю на начальника
городского отдела МВД тов. Мезенцева.
Начальник городского
Управления по гражданским делам.
ЗВЕРЕВ
Приказ начальника Управления по гражданским делам г. Тильзи-
та от 13 июля 1946 г. об обязательной регистрации гражданами
огнестрельного оружия в трехдневный срок. ГАКО
III. Власть и общество
Калининградские вагоностроители на благоустройстве
городского сквера, 1948 г. ГАКО
разборкой хозяйственных построек на дрова». С этой целью, в
частности, были уничтожены беседки и павильоны в курортном
городе Кранце393. Дело не ограничивалось сараями и беседка-
ми. В Гвардейском районе неизвестные лица разобрали (опять
на дрова!) хорошо сохранившийся деревянный мост через реку
Прегель «на дороге республиканского значения»391.
Еще большей проблемой для гражданских управлений ока-
залось выселение военных из тех мест, которые отходили к
местным органам власти. В архивных делах сохранилось нема-
ло жалоб на этот счет395.
Весьма конфликтная ситуация сложилась во втором по вели-
чине городе области Инстербурге. В докладных записках на-
чальнику областного УГД В.А. Борисову местные чиновники жа-
ловались па нежелание со стороны начальника гарнизона ге-
нерал-лейтенанта II.К. Кошевого поделиться с гражданскими
властями зданиями и жильем. При этом отмечалось, что все луч-
шие ст роения в городе заняты под квартиры офицеров, штаба-
ми дивизий и другими военными организациями. На все прось-
бы к военным «уплотниться» генерал Кошевой отвечал, что не
будет этого делать «без ведома Министерства Вооруженных
Сил». Обращаясь за поддержкой к областным властям, началь-
192
От военных к гражданским
ник Инстербургского УГД А.И. Руденко завершил свое посла-
ние от 14 августа 1946 г. словами: «На месте ничего нам не дают.
Поэтому требуется помощь и вмешательство Ваше и вышестоя-
щих военных органов»396.
В другой докладной записке, составленной чуть позже, гово-
рилось, что военные не хотят отдавать даже те дома, которые
были переданы гражданскому управлению по акту. В частно-
сти, в районе Инстербурга под названием «Шпринт» военнослу-
жащие одной из частей «под угрозой оружия наших работников
выселили и заняли 6 домов, а 8 домов разрушили; перегородки,
рамы, полы, двери использовали на топливо». Кроме того, го-
ворилось далее, армейские командиры «категорически запре-
щают нашим специалистам национализировать помещения»,
блокируя доступ к ним397.
Сопротивление военных оказалось, по-видимому, столь силь-
ным, что по настоянию областных властей Совет министров
СССР 30 сентября 1946 г. принял специальное постановление
№2210 о немедленном, в двухнедельный срок, освобождении
тех населенных пунктов, которые предназначались для разме-
щения переселенцев. В случае неподчинения воинские части
и организации выселялись в административном порядке, а их
командиры привлекались к ответственности398.
Но и этот документ («За подписью тов. СТАЛИНА!» — как
всегда подчеркивали гражданские власти), похоже, не возымел
немедленного действия. По-прежнему военные удерживали не
принадлежащие им помещения или самовольно занимали но-
вые. При этом военные прокуроры, к которым апеллировали
чиновники, как правило, становились на сторону офицеров и в
выселении военнослужащих отказывали399.
В Тильзите, как, впрочем, и в других городах, местные вла-
сти столкнулись с тем, что военные «перегораживали улицы»,
создавая закрытые для прохода гражданских лиц кварталы.
Начальник городского УГД Зверев 2 ноября 1946 г. был вы-
нужден издать приказ «О нарушении общей планировки го-
рода воинскими частями и организациями», которым предпи-
сывалось разгородить проезды и убрать незаконные посты и
шлагбаумы400. А еще через две недели последовал приказ «О на-
ведении революционного порядка в городе», в котором приво-
дились многочисленные случаи нарушения законности со сто-
роны военнослужащих401.
Весьма острый характер принял конфликт в городе Рагните
вокруг прав на здание городской больницы, которое в свое время
193
III. Власть и общество
было занято одной из воинских частей. Начальник местного
УГД П.И. Афанасьев в письме командующему Прибалтийским
военным округом генералу армии И.Х. Баграмяну от 2 ноября
1946 г. жаловался, что расквартированная в Рагните дивизия
заняла две трети города, в том числе и здание бывшей немец-
кой больницы. В условиях же постоянно возникающих массо-
вых эпидемий «больных лечить нам негде». «Неужели, — во-
прошал Афанасьев, — мы не в состоянии создать нормальные
условия жизни трудящимся, сохранить им жизнь?» Продолжая
излагать свои аргументы, автор заостряет вопрос: «На практике
получается, немцы лечили свой народ в прекрасной больнице,
учили ребят в светлой хорошей школе, а мы сейчас ведем прием
больных, а особенно стационарное лечение, в конуре и притом
всё вместе: тут тебе и роженица, и рядом тифозный больной.
Прошу Вас, товарищ Командующий, дайте Ваше приказание о
передаче больничного помещения под районную больницу»402.
Дело до конца года решено не было, что явствует из последую-
щей переписки403.
Помимо различных городских объектов, военные власти пре-
пятствовали передаче гражданским управлениям некоторых хо-
зяйственных предприятий. Так, УГД Калининграда длитель-
ное время пыталось заполучить подсобное хозяйство 1-й Воз-
душной армии (возражения письменно высказал сам Главный
Маршал авиации тов. А.И. Голованов)404.
Вслед за армией неохотно расставались со своей собственно-
стью другие военизированные организации, в частности, под-
разделения МГБ405. Немало упреков доставалось и милиции.
В конце 1946 г. начальник гражданского управления Кали-
нинграда П.И. Колосов направил секретное письмо главе об-
ластного УВД генерал-майору Б.П. Трофимову, в котором вы-
сказывал протест в связи с действиями его подчиненных. Со-
трудники МВД, по словам Колосова, буквально растаскивают
переданные гражданским властям здания и сооружения: сни-
мают полы, рамы, двери, арматуру, сантехнику и т. п., злоупо-
требляя служебным положением, используя для этой цели нем-
цев. Особенное возмущение автора письма вызывал тот факт,
что «в момент совершения этих беззаконий на объекты выстав-
ляли тщательную охрану»406.
И все-таки, несмотря на целый ряд недоразумений, споров
и даже конфликтов, к концу 1946 г. передача власти от армии
к гражданским структурам была в основном завершена. Орга-
низация управления в Калининградской области имела еще не-
194
От военных к гражданским
мало отличий от привычной для всей страны системы, главным
из которых было отсутствие партийных комитетов* и выборных
советов.
В марте 1947 г. был создан обком ВКП(б), затем сформиро-
ваны райкомы и горкомы партии. Указом Президиума Верхов-
ного Совета СССР от 28 мая того же года был образован Ка-
лининградский облисполком, а затем решениями бюро обкома
созданы исполкомы советов на местах; решения бюро утвержда-
лись ЦК ВКП(б). Одновременно с формированием исполкомов
упразднялись гражданские управления всех уровней. Наконец,
вся перестройка системы управления области и окончательный
переход к конституционным органам власти были завершены в
связи с проведением первых выборов в местные советы депута-
тов трудящихся, которые состоялись 21 декабря 1947 г.
* Отчасти их функции выполняли политотделы в составе гражданских
управлений.
195
ГОЛОД 1947 г.
По точному определению российского исследователя В.Ф. Зи-
мы, послевоенный голод был «последним крупномасштабным
бедствием советского времени». В 1946-1947 гг. в СССР голо-
дало около 100 млн человек, от одного до двух миллионов че-
ловек погибли и еще несколько миллионов стали калеками из-
за употребления в пищу суррогатов. Голод начался в декабре
1946 г. и продолжался до сбора урожая следующего года. Он
стал следствием страшной засухи и неурожая: валовой сбор зер-
на в 1946 г. составил 39,6 млн тонн, т. е. был в 2,4 раза меньше
уровня 1940 г. и даже по сравнению с военным 1945 г. сокра-
тился на 7,7 млн тонн. Между тем СССР продолжал экспортиро-
вать зерно, а имеющиеся стратегические запасы использованы
не были. С государственного хлебного довольствия было снято
большинство сельских жителей (всего 28 млн чел.), перестали
выдавать продуктовые пайки детям и иждивенцам, урезались
нормы для рабочих. С начала 1947 г. снабжение хлебом охваты-
вало на четверть населения меньше, чем в конце войны407.
Охвативший всю страну голод, естественно, не мог обойти
стороной Калининградскую область. Однако здесь, на бывшей
германской земле, страшный послевоенный голод имел и соб-
ственные причины, и свои специфические формы проявления.
Попытки военного командования в течение первого года после
окончания войны наладить продовольственное снабжение со-
ветского гражданского населения и более ста тысяч оставших-
ся восточнопрусских немцев за счет местных ресурсов потерпе-
ли неудачу408.
Признаки наступления продовольственного кризиса отчет-
ливо проявились уже в 1946 г. Первыми от надвигавшейся бе-
196
Голод 1947 г.
ды пострадали немцы, чье снабжение должно было обеспе-
чиваться централизованно Наркоматом обороны (400 г хлеба
для трудоспособных и 200 г для иждивенцев), но было прекра-
щено в связи с отсутствием продовольственных ресурсов*. За-
тем наступил черед и советских гражданских лиц. В доклад-
ной записке начальника отдела здравоохранения Временно-
го гражданского управления Кёнигсберга Ф.К. Панафидина от
19 марта 1946 г. говорилось: «Переживает значительные труд-
ности с питанием и русское население, так как из-за отсутствия
продуктов продкарточки полностью не отовариваются. Тор-
говли нет никакой»409. Начальник областного Управления по
гражданским делам В.А. Борисов 30 сентября 1946 г. вынужден
был издать приказ «Об экономии в расходовании хлеба», по
которому пайковое снабжение населения сокращалось сразу на
30%. Гарантированного снабжения хлебом лишались взрослые
иждивенцы, прекращалась выдача муки, хлеба и крупы по всем
видам дополнительного питания, в том числе на школьные за-
втраки410.
Пытаясь найти хоть какой-то выход из создавшегося поло-
жения, Военный совет Особого военного округа в том же году
принял постановление «обязать все категории русского и не-
мецкого населения произвести засев индивидуальных огородов
в размере 0,15 гектара» — это была разрешенная законом нор-
ма площади приусадебного участка для работников совхозов.
При этом военное начальство (видимо, с учетом национальных
традиций!) рекомендовало для засева разный набор огородных
культур: русским предлагалось возделывать картофель, редис,
свеклу, капусту, огурцы, лук, чеснок и морковь, а немцам —
только свеклу, кольраби и брюкву**.
Приведенное выше замечание подполковника Панафидина
о том, что «торговли нет никакой», касается одной сугубо мест-
ной особенности, которая в очень серьезной степени осложняла
* В «Особых папках» Сталина и НКВД сохранились донесения, дати-
рованные 15 мая и 16 июня 1946 г., о случаях каннибализма в бывшей-
Восточной Пруссии (ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 2. Д. 136. Л. 185-186; Д. 147.
Л. 60-61).
** ГАКО. Ф. 332. On. 1. Д. 1. Л. 22. Кстати, засеять огород еще не означа-
ло собрать урожай. Весьма распространенными были случаи воровства
на личных приусадебных участках как в городе, так и на селе, прежде
всего со стороны военнослужащих. Об этом, в частности, говорилось
на областном совещании председателей огородных комиссий 1 марта
1947 г. (ГАКО. Ф. 227. Оп. 2. Д. 4. Л. 5).
197
III. Власть и общество
продовольственную проблему. В середине 1946 г. в Кёнигсбер-
ге насчитывалось всего восемь магазинов по «нормированному
снабжению» для русских граждан и семь магазинов для не-
мецкого населения411. Только 21 июня 1946 г. по постановле-
нию Совета министров СССР в области было решено открыть
5 коммерческих хлебных магазинов, 10 коммерческих чайных
(небольших заведений общественного питания) и три магазина
по торговле бакалейными товарами*. Но этого, конечно, было
совершенно недостаточно, особенно если учесть, что в области со-
вершенно отсутствовали привычные для других регионов стра-
ны колхозные рынки412, как не было и самих колхозов.
В Кёнигсберге положение отчасти сглаживалось благода-
ря наличию 33 частных магазинчиков, которые на правах ко-
миссионной торговли содержали немцы413. Однако в сентябре
1946 г. последовал приказ областного гражданского управле-
ния, первый пункт которого гласил: «Запретить всякого рода
частную торговлю (скупка-перепродажа), торговое посредниче-
ство (вояжеры), кроме продажи чистильщиками обуви мелких
принадлежностей для обуви (шнурки, стельки, набойки с шуру-
пами, вакса, гуталин)»**.
Об отсутствии нормальной системы торговли говорилось в
справке о социально-экономическом развитии области в 1946 г.:
«Насколько недостаточна торговая сеть можно судить по тому,
что при обороте сети за апрель — май месяц [в] 57,4 млн руб.
фонд заработной платы за этот же месяц по Кёнигсбергской об-
ласти составил 190 млн рублей»414.
Продовольственные трудности сорок шестого года в первой
половине следующего переросли в настоящую катастрофу. В об-
* ГАКО. Ф. 298. On. 1. Д. 9-а. Л. 5. Согласно справке о положении
в области за 1946 г. торговая сеть состояла «из 276 предприятий, из
которых 260 предприятий закрытого типа», причем половина принад-
лежала военторгу. В это же время в области имелись только 11 коммер-
ческих магазинов, а сеть общественного питания состояла из одного
ресторана, 8 чайных и 6 кафе-закусочных (В начале нового пути. С. 92).
** ГАКО. Ф. 298. On. 1. Д. 7. Л. 26. Приказ разрешал торговлю пище-
выми продуктами с приусадебных участков, но для этого требовалось
получить регистрационное удостоверение. Вообще, мелочная регла-
ментация существенно сдерживала развитие сферы торговли и обще-
ственного питания. Так, рецептурный состав «пирога с повидлом» и
его розничная цена утверждались на высшем уровне — приказом на-
чальника Управления по гражданским делам области (Там же. Д. 24.
Л. 212).
198
Голод 1947 г.
Уборка первого урожая в Гурьевском районе,
1946 или 1947 г. ГАКО
ком партии едва ли не ежедневно стали поступать отчаянные
сообщения из районов о голоде среди гражданского населения.
В марте из Гвардейского района доносили: «В связи с тяжелым
состоянием многих семей колхозников, особенно вдов, которые
не имеют глав семей мужчин, а в некоторых семьях и при нали-
чии глав семей, создалось исключительно тяжелое положение
с питанием. Многие семьи переселенцев-колхозников, хотя и
получили хлеб, но не привезли с собой овощей и картофеля, и
сейчас эти семьи живут в скверных условиях, кое-какие из них
пухнут от недоедания». А 172 хозяйства требовали «срочной
помощи»415.
Власти Славского района сообщали, что прибывшие в район
осенью 1946 г. переселенцы из Курской и Полесской областей
еще в ноябре — декабре израсходовали выданную им продо-
вольственную ссуду, и «из 644 семей в количестве 3 070 человек
251 семья совершенно не имеет никаких продуктов, 48 семей
в количестве 257 человек начинают опухать». «В связи с отсут-
ствием продовольствия, — говорилось далее в донесении, —
дисциплина в колхозах с каждым днем ухудшается. Среди кол-
хозников паническое настроение, все это отражается на подго-
товке к весеннему севу». В заключение начальник Управления
по гражданским делам района М.А. Шматков просил «поставить
вопрос перед правительством об отпуске продссуды»416.
199
III. Власть и общество
О чрезвычайных трудностях с питанием писал и начальник
УГД Черняховского района: «На почве неимения продуктов
питания колхозники идут воровать из буртов кормовую свеклу,
брюкву и картофель в совхозы, и отдельные заявляют открыто,
что “будем и в дальнейшем воровать брюкву, нас не устрашит
вооруженная охрана, мы хочем жить, а смерть голодная — ху-
же всякой смерти”». Отдельные колхозники, «находящиеся в
опухшем состоянии», даже высказываются о том, что их «при-
везли в Пруссию на голодную смерть»417. К властям Нестеров-
ского района поступали многочисленные заявления с просьбой
о помощи. В обращении колхозника Кочнева говорилось о не-
возможности прокормить большую семью: «...не имею в хозяй-
стве ни куска хлеба, ни картофеля, уже дети лежат»418. В Со-
ветске «путем обходов» выявлено 1683 человека, больных дис-
трофией, в том числе 1179 детей в возрасте до 14 лет. Подобная
информация поступала и из других мест419.
В справке областного сельхозуправления от 31 марта 1947 г.
положение с продовольствием характеризовалось как «очень
тяжелое». Несмотря на мобилизацию всех имеющихся в обла-
сти ресурсов, «это не устраняет напряженность положения в
колхозах с продовольствием». Из-за наличия большого количе-
ства больных и старых животных в области «пало и вынужденно
прирезано в колхозах до 1 марта 1163 лошади вместе с молод-
няком и 1018 [голов] крупного рогатого скота». За январь —
апрель область лишилась 34% крупного рогатого скота*.
Указания из Центра о необходимости опираться на местные
ресурсы на практике выполнить было очень непросто. Урожай-
ность сельхозкультур в предшествующем году была катастро-
фической: с одного гектара здесь собрали ржи 4,3 ц, овса —
2,7 ц, ячменя — 2,8 ц, озимой пшеницы — 4,2 ц420. Между тем
централизованное снабжение с каждым месяцем сокращалось.
Продовольственные лимиты на март, апрель и май были уре-
заны более чем на треть, а план снабжения по отдельным ви-
дам продовольствия выполнялся менее чем наполовину421.
Еще более тяжелым оказалось положение местного немец-
кого населения. В феврале 1947 г. УГД Калининграда и гор-
ком ВКП(б) подготовили докладную записку с грифом «сов. се-
* В начале нового пути. С. 251, 288. В Гурьевском районе пала и была
прирезана половина крупного рогатого скота, а в колхозе «Погранич-
ник» из 26 коров забили 23, а остатки фуражного зерна роздали на пи-
тание людям, «даже немцам» (ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 25. Л. 9).
200
Голод 1947 г.
Выпечка хлеба на хлебозаводе №1 в Калининграде, 1946 г. ГАКО
кретно», в которой констатировалось: «За последнее время по
городу имеют место факты массовой смертности среди немец-
кого населения. Причиной смертности в основном является
дистрофия». В подтверждение приводились следующие фак-
ты: «За 7 мес. по одному только 6-му району города умерло
3493 чел., в январе 1947 г. 143 чел. и за 19 дней февраля 157 чел.
Амбулаторные приемные города переполнены все увеличиваю-
щимся количеством больных дистрофиков, обеспечить госпита-
лизацию которых ие предоставляется возможным ввиду пере-
грузки, в основном за счет дистрофиков, всех больниц города.
Немцы-дистрофики умирают в амбулаториях, в квартирах, на
улицах города, трупы извлекаются для похорон из развалин и
подвалов разрушенных домов».
Голод, отсутствие жилья и топлива, говорилось далее, вы-
нуждают немцев собирать отбросы на свалках мусора, что «мо-
жет служить источником распространения инфекционных забо-
леваний по городу», а также порождают «преступность, имеют
место факты детской проституции; детская беспризорность и
безнадзорность принимает заметные размеры». В записке пред-
лагалась целая система мер по ликвидации массовой смертно-
сти среди немецкого населения и обращалось внимание на не-
благоприятные политические последствия голода, нашедшие
отражение в создании инициативных групп по ходатайству о
201
III. Власть и общество
выезде в Германию, попытках обращения к советскому прави-
тельству с жалобами на бедствия немцев, распространение в
Германии нежелательных слухов о положении в Калининград-
ской области422.
В адресованной в Москву докладной записке начальника об-
ластного переселенческого отдела И.И. Терехова от 12 марта
1947 г. сложившаяся с продовольственным обеспечением об-
становка оценивалась как «катастрофическая»: у большинства
переселенческих семей отсутствовали такие основные продук-
ты питания, как хлеб, картофель и овощи, а проданное им по
льготным ценам зерно было давно израсходовано.
«В феврале месяце, — говорилось далее, — с трудом достава-
ли хлеб и картофель в Литовской ССР, в марте месяце там хле-
ба достать совершенно невозможно. Цена на картофель в Лит-
ве поднялась до 7-8 руб. за килограмм, переселенцы не в со-
стоянии покупать по такой цене, к тому же и провозить [его]
из Литвы почти невозможно. Внутреннего рынка в области нет,
купить продуктов питания переселенцы внутри области не мо-
гут. На почве голода есть единичные случаи смерти. В Гурьев-
ском районе в колхозе [им.] 20-й годовщины Октября семья
переселенца К. в составе 5-ти человек, переселившаяся из Мо-
сковской области, опухла с голоду, глава семьи умер. Пересе-
ленческая семья П. [из] 7 человек тоже из Московской области,
4 человека из этой семьи лежат опухшие от голода. В Черня-
ховском районе, в колхозе им. Черняховского, переселенка из
Курской области на почве голода покончила жизнь самоубий-
ством. Случаев опухания от голода уже много, в каждом кол-
хозе от 5 до 10 семей. К концу марта месяца и в апреле это
количество значительно увеличится. Положение еще более усу-
губляется тем, что с половины января здесь стоит суровая зима.
Морозы, метели и сильные снегопады. Переселенцы не могут
выезжать и добывать что-либо на стороне или из местных ре-
сурсов. Мелкий скот (овцы, козы, свиньи), привезенный пере-
селенцами, больше половины забит. Начали резать коров, при-
чем режут стельных коров, которые должны в апреле — мае
дать приплод. В разговоре с такими хозяевами о недопустимо-
сти забоя скота последние заявляют: “Прежде чем умереть с го-
лоду, съем корову”».
И.И. Терехов также подчеркивал, что голод вынуждает пере-
селенцев «искать выход в обратничестве: количество хозяйств,
выбывших в неизвестном направлении, в феврале месяце по
сравнению с январем увеличилось на 185%». Он настаивал на
202
Голод 1947 г.
необходимости оказания срочной помощи в виде продоволь-
ственной ссуды и поставок кормов, иначе падеж скота «может
принять угрожающие размеры», и просил поставить эти вопро-
сы в Центральном комитете партии и в правительстве423. Об-
ластное сельхозуправление также считало главной причиной
выбытия колхозников «продовольственные затруднения»424.
А распространившиеся слухи о том, что в Калининградской об-
ласти «из-за отсутствия продовольствия колхозники умирают
с голода», по мнению партийных органов, грозят срывом вы-
полнения плана по дальнейшему заселению края425.
Областные власти неоднократно обращались в Москву за до-
полнительной помощью или с просьбами поставить хотя бы те
ресурсы, которые были выделены по решениям центральных
органов, однако им, как правило, отказывали426. В письме на-
чальника областного УГД В.А. Борисова зампреду правитель-
ства А.Н. Косыгину от 7 апреля 1947 г. объяснялась главная
причина особых трудностей со снабжением самой западной об-
ласти по сравнению с другими регионами страны. При центра-
лизованном распределении фондов выделяемые области ресур-
сы сильно отставали от ускоренного роста численности насе-
ления, которое в процессе массового заселения увеличивалось
очень быстрыми темпами. Этот рост не учитывался плановыми
органами, а «лимиты продовольственного снабжения и снабже-
ния хлебом, — пишет Борисов, — остаются прежними». В ре-
зультате, например, в апреле месяце область недополучила пай-
ков на 9 100 человек*.
Не оправдались надежды на продовольственную помощь из
более благополучной Литвы**. Обращение секретаря обкома
П.А. Иванова с призывом о помощи к секретарю ЦК КП(б)
Литвы тов. Антанасу Снечкусу об отгрузке для Калининград-
ской области 3 118 тонн картофеля, недополученного по по-
становлению Совета министров СССР от 11 сентября 1946 г.,
* В 1947 г. в область въехали 146853 чел., а выбыли 39 722 чел., есте-
ственный прирост составил 6776 чел. Таким образом, в 1947 г. населе-
ние области ежемесячно увеличивалось на 9,5 тыс. чел. (ГАКО. Ф. 297.
On. 1. Д. 113. Л. 268).
** В ноябре 1946 г. начальнику областного УГД и начальнику Управ-
ления МВД доносили, что «в город Тильзит ежедневно приезжает по
200-300 подвод с территории Литвы (Погегенского и Таурагского уез-
дов) с продовольствием для продажи населению, а в базарные дни и
более 600 подвод» (В начале нового пути. С. 169).
203
III. Власть и общество
было оставлено без ответа*. Точно так же не последовало по-
ложительного ответа на просьбу В.А. Борисова к Совету мини-
стров Литовской ССР организовать силами республиканского
потребсоюза коммерческую торговлю в городах Калинингра-
де, Советске и Черняховске427. Не помогла и жалоба секретарю
ЦК ВКП(б) Г.М. Маленкову с просьбой воздействовать на ли-
товское правительство428.
Оставалась последняя надежда на военных, снабжавшихся по
линии Наркомата обороны отдельно от гражданских лиц, у ко-
торых к тому же были собственные продовольственные запасы
благодаря имевшимся при воинских частях подсобным хозяй-
ствам и находящимся в их ведении 30 военным совхозам. Увы,
и здесь гражданские власти получили решительный отказ.
Начальник У ГД Черняховского района в письме В. А. Бори-
сову 16 апреля 1947 г. жаловался, что есть «не единичные слу-
чаи, когда немцы в [военном] совхозе живут и созданы им ус-
ловия лучше, чем для русских рабочих». А когда в колхозах
сложилось трудное положение с кормами и продовольствием,
местные колхозники приехали в военный совхоз №75 просить
взаймы сена. Так начальник совхоза, офицер Красной армии,
«выдал оружие немцам и приказал, кто появится за сеном на тер-
ритории совхоза — стрелять лошадей, тогда как имел большие
запасы кормов»429. Секретарь Черняховского райкома А.Т. Ил-
ларионов также жаловался, что в военных совхозах много све-
клы, брюквы и картофеля, которые скармливают скоту, но не
дают колхозам. А руководство местного военного совхоза даже
«набралось наглости расставить вокруг своего совхоза немец-
кую охрану, доверила им оружие, немцы расхищают добро сов-
хозов, но зато колхозники не имеют права и ногой ступить на
территорию совхоза»430.
На собрании партактива Гвардейского района 5 июня 1947 г.
ораторы говорили, что воинские части «действенной помощи
колхозам не оказывали» и что за каждой безделицей к ним «на-
до ходить кланяться целую неделю»431. Выступая на районной
партконференции в октябре 1947 г., первый секретарь Несте -
ровского райкома С.Л. Галкин с упреком вспоминал: «Я очень
уважаю вас, товарищи военные, я только что вышел из вашей
семьи и начал работу по восстановлению сельского хозяйства.
* В письме говорилось, что братская Литовская республика в сложив-
шихся условиях является «единственным источником для помощи кол-
хозникам Калининградской области» (ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 90. Л. 22).
204
Голод 1947 г.
Самоотверженным трудом ответим на
сталинскую заботу о колхозниках-переселенцах
По указанпю
С п а с и б о
великому Сталину
ГАтаГИОПОВСкЛ» uau (Наш но».
Высокий урожай будет завоеван
чпи щна-утети р ixuaon чгеьрепри
«чип 'u|inu<Dtti\ партзргйшн-чп?, чуч-
гано брш.иирн иитеиотчакич брпглч и
> Номер газеты «Калининградская правда» от 30 мая 1947 г.,
посвященный выдаче калининградским колхозникам «сталинского пайка»
В трудный период для нашего района я обратился к вам весной
1947 года с просьбой оказать помощь кормами, но вы отказали,
посоветовали поехать к вашему начальству в Ригу»432.
Продовольственная помощь, да и то отнюдь не в таком объе-
ме, как требовалась, поступила с большим опозданием. Лишь
23 мая Совет министров СССР принял постановление «Об от-
пуске продовольственной ссуды колхозникам, переселившим-
ся в Калининградскую область», которое предусматривало вы-
деление переселенцам двух тысяч тонн продовольственного
зерна, что составило примерно по два пуда хлеба на каждого
члена колхозной семьи433. Эту ссуду, которую следовало возвра-
тить государству через два года, в народе сразу же окрестили
«сталинским пайком». Во всех колхозах области 28 мая состоя-
лись митинги, на которых принимались письма благодарно-
сти Сталину. «Калининградская правда» опубликовала 30 мая
на первой полосе подборку материалов на эту тему под общей
шапкой «Самоотверженным трудом ответим на сталинскую за-
боту о колхозниках-переселенцах»*.
Постановление о «сталинском пайке» для колхозников не
распространялось на другие категории населения. Перспекти-
ва улучшения снабжения продовольствием рабочих и служа-
щих появилась только после принятия 21 июля 1947 г. Советом
* Калининградская правда. 1947. 30 мая. Репортаж о торжественном
заседании по этому случаю в г. Ладушкине начинался словами: «На сце-
не — большой портрет друга и отца трудящихся — товарища Сталина.
К нему с любовью обращаются взоры присутствующих...»
205
III. Власть и общество
министров СССР постановления «Об улучшении снабжения
трудящихся Калининградской области», согласно которому ка-
тегория снабжения продуктами повышалась на одну ступень:
отныне рабочие промышленности должны были обеспечивать-
ся по нормам «особого списка», а служащие — по нормам рабо-
чих промышленности и связи434. Но окончательно угроза голо-
да была ликвидирована только после сбора нового урожая.
Охвативший в 1947 г. Калининградскую область голод на-
шел отражение и в демографической статистике. По сравне-
нию с предшествующим и последующими годами общий коэф-
фициент смертности в крае увеличился в это время более чем
в два раза. Голод также привел здесь к гораздо более серьез-
ным последствиям, чем в целом по России, где коэффициент
смертности составил 14,8 %о против областного показателя в
20,9 %о435.
Помимо общих для всей страны причин (военная разруха,
засуха и гибель урожая 1946 г., неповоротливость государствен-
ной машины в преодолении продовольственного кризиса), ка-
лининградский голод был обусловлен и местными условиями.
Основной приток переселенцев пришелся на вторую половину
1946 г., когда в область за несколько месяцев прибыло около
двухсот тысяч человек. Выделенные Центром* продовольствен-
ные ресурсы не были рассчитаны на такое количество жителей.
Вообще, статистика о численности населения, на основе кото-
рой распределялись продовольственные фонды, всегда запаз-
дывала на несколько месяцев. В обычных условиях это не ока-
зывало существенного влияния на стабильность снабжения. Но с
учетом проведения массовой переселенческой акции такое за-
паздывание обернулось голодом для десятков тысяч людей, ко-
торых просто не успели поставить на «пайковое довольствие»**.
* Под «Центром» в контексте настоящего издания понимается высшее
партийное и советское руководство, которое определяло рамочные
условия жизнедеятельности и основные направления государствен-
ной политики на вновь присоединенной территории. Его синонима-
ми можно считать такие понятия, как «Москва», «московское руковод-
ство», «Кремль», «политбюро ЦК» и т. п.
** На некоторых предприятиях развернулась самая настоящая борь-
ба за продовольственные карточки, которых на всех не хватало. Там,
где «борцов» не удавалось урезонить, руководители отдавали распоря-
жение «выдавать карточки тем, кто больше кричит» (ГАНИКО. Ф. 409.
On. 1. Д. 5. Л. 115. — Из протокола бюро Нестеровского райкома
ВКП(б), 16 сентября 1947 г.).
206
Голод 1947 г.
Bae зажиточными стали
Калининградская частушка, ХОРОШО ЖИВ0М Се«час
1949 г. гако ' Это Вы товарищ СТАЛИН
От нужды избавил нас*
Роковым оказалось решение правительства о времени нача-
ла массового заселения области. На эту проблему обратил вни-
мание инспектор Госплана РСФСР В. Иванченко, который в
апреле 1946 г. обследовал возможности приема и размещения
переселенцев в Калининградской области. В своем докладе он
подчеркивал, что переселение «должно быть осуществлено не
позднее 10-15 июня с тем, чтобы прибывшие переселенцы име-
ли возможность посадить картофель хотя бы на своих приуса-
дебных участках». «Переселение в более поздние сроки, — за-
ключал он, — будет сопряжено с тем, что до урожая 1947 года
весь контингент переселенцев надо будет снабжать за счет за-
воза в область продуктов питания»436. Это предупреждение
учтено не было: заселение началось в конце августа 1946 г. Та-
ким образом, большинство переселенцев, прибывших осенью
и зимой, не имели возможности посадить огород и обеспечить
себе пропитание с собственного подсобного хозяйства.
207
ИНФОРМАТОРЫ ЦК ВКП(б)
О ПОЛОЖЕНИИ В ОБЛАСТИ В 1946-1948 гг.
Одной из важнейших и еще неразрешенных проблем в изу-
чении истории становления Калининградской области являет-
ся вопрос о содержании политики Центра по отношению к быв-
шей Восточной Пруссии. В чем состояла «доктрина Кремля» в
отношении самой западной советской области и какие факто-
ры повлияли на ее формирование? И существовала ли вообще
какая-либо продуманная социально-политическая и экономи-
ческая стратегия развития региона, или же с самого начала де-
ло было пущено «на самотек», а Москва лишь реагировала на
возникавшие время от времени проблемы, ограничиваясь ре-
шением чисто тактических задач? Без ответа на эти вопросы не-
возможно адекватно воспринять и объективно проанализиро-
вать историю нашего края в послевоенный период, особенно
имея в виду централизованный, плановый, «административно-
командный». характер сталинского режима.
Изучение автором этого очерка и многими другими иссле-
дователями ранее секретных фондов местных и центральных
архивов, кажется, окончательно похоронили надежду обнару-
жить некую «Программу» или «План»*, раскрывающие замысел
советских вождей в отношении перспектив развития Калинин-
* При этом так называемый «Сталинский план восстановления и разви-
тия Калининградской области», как из пропагандистских соображений
стали называть ряд постановлений Совета министров СССР от 21 ию-
ля 1947 г., не имел концептуального характера, а всего лишь определял
некоторые параметры хозяйственного развития края в краткосрочной
перспективе.
208
Информаторы ЦК ВКП(б) о положении в области в 1946-1948 гг.
Руины центральной части Кёнигсберга, 1945 г. ГАКО
градской области.' В связи с этим перед исследователями встает
задача попытаться на основании косвенных данных раскрыть
политику Москвы, выяснить ее основополагающие цели и тем
самым реконструировать видение Сталиным и его окружением
роли и места края в системе советского государства.
Одним из необходимых предварительных шагов на этом пу-
ти могло бы стать выявление всех источников информации, ка-
ковые находились в распоряжении Центра, и оценка полноты
и объективности сведений о положении в Калининградской об-
ласти. Прежде чем перейти непосредственно к теме, обозначен-
ной в заглавии настоящего очерка, попробуем кратко охарак-
теризовать поступающие в столицу потоки информации, слу-
жившие базой для принятия управленческих решений.
1. Первым по времени и практически единственным (до вес-
ны 1946 г.) источником информации для Москвы были военные
власти (командование Особого военного округа, расквартиро-
ванных в области подразделений вооруженных сил и воинских
формирований НКВД), снабжавшие необходимыми сведения-
ми не только Наркомат обороны, но также правительство и ЦК
ВКП(б)437. Военные и после введения гражданского управления
продолжали информировать Центр, но уже в качестве, скорее,
«сторонних» наблюдателей, о чем речь пойдет ниже.
2. Вторым источником сведений для Центра стало областное
Управление по гражданским делам и его преемник в лице обл-
исполкома. Руководители этих органов могли напрямую обра-
щаться к республиканским и союзным министрам, председате-
лю Совета министров РСФСР, членам политбюро ЦК В КП (б).
209
III. Власть и общество
3. Самый большой объем сведений о положении в Калинин-
градской области, безусловно, был заключен в ведомственной
информации. Речь идет о направляемых в правительство, мини-
стерства, ведомства и другие центральные учреждения отчетах,
рапортах, справках, докладных записках, заявках и проектах от
руководителей калининградских предприятий и организаций,
производственных объединений и трестов.
Разновидностью ведомственной информации были доклады
и рапорты присылаемых из Москвы в область для ознакомле-
ния с положением дел на месте и осуществления контрольных
функций инспекторов. Особую активность в этом плане прояв-
ляло Переселенческое управление РСФСР, направлявшее в Ка-
лининградскую область целые бригады своих сотрудников.
4. К четвертой группе следует отнести информацию (в виде
тех же отчетов и справок), поступающую от постоянно находя-
щихся на территории области уполномоченных центрального
аппарата управления (Госплана, ЦСУ, Совета по делам религиоз-
ных культов, Главреперткома и пр.). По мере создания органов
советской власти функции уполномоченных в большинстве слу-
чаев переходили к соответствующим отделам облисполкома.
5. С созданием в 1947 г. партийных органов (до этого време-
ни их роль выполняли политотделы гражданских управлений)
все большее значение стала приобретать партийная информа-
ция, которая отнюдь не исчерпывалась отчетами о политико-
воспитательной работе, но охватывала весь круг важнейших
проблем жизни области — экономику, социальную сферу, куль-
туру и т. д. Секретари обкома (иногда совместно с председателя-
ми облисполкома) направляли отчеты, справки, письма и ана-
литические записки в ЦК и правительство, а также отдельным
членам высшего руководства: Е.Т. Абакумову, Н.А. Булганину,
К.Е. Ворошилову, АН. Косыгину, С.Н. Круглову, А.А. Кузнецо-
ву, Г.М. Маленкову, Л.З. Мехлису, В.М. Молотову, М.А. Сусло-
ву, а изредка и самому Сталину. Помимо рутинных, регулярно
отсылаемых документов, обком отчитывался по результатам вы-
полнения различных постановлений партии и правительства,
в связи со знаменательными событиями или по специальным
запросам ЦК. Иногда дело доходило до ежедневных отчетов,
которые направлялись в Москву шифротелеграммами, как это
было, например, во время кампании по «разоблачению пре-
ступных действий Лаврентия Берии» в 1953 г.438
6. Еще одну довольно многочисленную группу источников
представляли обращения и жалобы граждан, которые адресо-
210
Информаторы ЦК ВКП(б) о положении в области в 1946-1948 гг.
ПРАВДА
рган Упоавлиия ял гря1»дпмсни* icnw Кт чянннградскоА облети
№1 | "дГдитьяг JW? IWnn j Uiiao.i
Пр^дысоящие выборы в Вер
ный Совет РСФСР вновь и ьь
продемонстрируют перед всем
ром сил> и непобедимоеib со
с кой демократии, нерушимую ci
ченноить советского народа вок
родной большевистской пар"1
вокруг великою Сталина
Первый номер газеты «Калининградская правда»,
9 декабря 1946 г. ГАКО
вались центральным партийным и советским инстанциям, ре-
дакциям печатных органов, а зачастую и непосредственно «до-
рогому Иосифу Виссарионовичу». Содержащаяся в них инфор-
мация о положении в области, конечно, редко доходила до ад-
ресатов и после обработки в соответствующих подразделениях
«по работе с письмами трудящихся» возвращалась «для приня-
тия мер» обратно в область, хотя и здесь были счастливые ис-
ключения439.
Из всего приведенного выше перечня информационных ма-
териалов очень немногие имели шанс оказаться на столе у выс-
ших руководителей страны, которые только и обладали правом
определения общего курса политики государства по отноше-
нию к включенным в состав СССР землям бывшей Восточной
Пруссии, т. е. у Сталина и его ближайшего окружения, пре-
жде всего членов политбюро ЦК ВКП(б). Если судить по ре-
золюциям и заметкам на полях поступавших из Калининграда
211
III. Власть и общество
секретарям ЦК документов, такой шанс был только у обраще-
ний, подписанных первыми лицами области (главой областной
парторганизации и/или председателем облисполкома).
Однако областные руководители проявляли исключительную
пассивность в лоббировании интересов края в Москве. Об этом
можно судить по регулярно составляемым «Сводкам вопросов,
поставленных обкомами на разрешение ЦК ВКП(б)». В такой
сводке за январь — сентябрь 1948 г. зафиксировано всего лишь
восемь обращений Калининградского обкома, тогда как от парт-
организаций других областей за тот же период их поступало,
как правило, по нескольку десятков. Причем все обращения из
Калининграда касались второстепенных, сугубо частных про-
блем*. Похоже, областная элита накрепко усвоила преподан-
ный Сталиным урок, последовавший после обращения к нему
в мае 1947 г. секретаря обкома П.А. Иванова со смелым и от-
кровенным анализом острейших проблем развития края440 и за-
кончившийся самоубийством автора письма во время работы в
области партийно-правительственной комиссии под руковод-
ством А.Н. Косыгина.
Помимо названных выше источников информации, высшее
руководство страны располагало еще несколькими информа-
ционными каналами, которые не зависели от местных органов
власти и имели прямой выход на секретарей ЦК и членов по-
литбюро. Эти каналы — военные власти, органы внутренних
дел и собственные информаторы ЦК.
Образцом поступавшей от военных информации может слу-
жить секретная докладная записка о положении в Калинин-
градской области начальника 7-го управления Главного поли-
тического управления РККА М. Бурцева на имя М.А. Суслова
от 17 августа 1946 г.441 Как следует из документа, его проект был
подготовлен в политуправлении 11-й гв. армии, расквартиро-
* Этими вопросами были: об издании районных и ведомственных га-
зет, о радиофикации, о введении должности парторга на траловом фло-
те, о дополнительных комплектах партийных документов, о приобре-
тении инвентаря на неиспользованные в 1947 г. деньги, о придании
калининградской милиции статуса органов внутренних дел городов
особого списка, о выделении из партбюджета 99 тыс. руб. на проведе-
ние городских и районных конференций и, наконец, жалоба на управ-
ление Литовской железной дороги, которое «безучастно относится к
культурно-бытовым нуждам Калининградского отделения» (РГАСПИ.
Ф. 17. Оп. 88. Д. 905. Л. 18, 75, 164, 186, 198, 302).
212
Информаторы ЦК ВКП(б) о положении в области в 1946-1948 гг.
Воскресник по благоустройству г. Калининграда, 1950 г. ГАКО
ванной на территории Калининградской области, и был выдер-
жан в критическом ключе в отношении деятельности местных
органов власти.
В начале записки рассказывается о политико-массовой ра-
боте среди немецкого населения, каковой, по словам информа-
тора, охвачено 86 из 150 тыс. находящихся в области немцев;
упоминается о работе немецких клубов, политических школ и
курсов, тематике прочитанных лекций («Жизненный путь рево-
люционера-большевика М.И. Калинина» и др.), радиовещании
на немецком языке (по три часа ежедневно) и т. д. Отмечает-
ся, что настроение немцев улучшилось в связи с «прибытием в
Калининградскую область органов советской власти», т. е. соз-
данием управлений по гражданским делам. Вместе с тем по-
следним «самим не ясны отдельные положения экономичес-
кого и юридического статуса области, и они не знают, как и в
какой мере их применять к немцам». В частности, согласно ре-
шениям правительства «все дома бежавших немцев подлежат
конфискации, но не известно, сохраняется ли право собствен-
ности на дома за оставшимися jb области немцами? Ответа на
* По всей видимости, имеются в виду как гражданские лица, так и
военнопленные.
213
III. Власть и общество
этот вопрос Управление по гражданским делам дать не может».
Далее, установленные для области нормы позволяют кустарям
«держать до 10 наемных рабочих, а крестьянам иметь участок
земли до 50 га. Не ясно, распространяются ли эти пункты на
немцев?» Находясь в неведении, местные власти предпочитают
вообще скрывать от немцев постановления партии и прави-
тельства. В ряде городов гражданские власти стали закрывать
немецкие клубы «под предлогом, что туда могут проникнуть
фашисты». Более того, Управление по гражданским делам «на-
стаивает на закрытии политшкол, готовящих лекторов-немцев,
организаторов политпросветработы на предприятиях, среди
молодежи, женщин и в детских домах». А вновь назначенный
редактор радиовещания заявил, что «для немцев нельзя пере-
давать по радио такие материалы, как заявления т.т. Сталина,
Молотова, сообщения ТАСС, ссылаясь на то, что “лучше будет,
если немцы не будут в курсе международных событий”».
«Учитывая то обстоятельство, — говорится в заключение, —
что немцы остаются на сегодня основной рабочей силой в обла-
сти и что с ними необходимо вести политическую работу, ук-
репляя и расширяя для этого антифашистский актив, считаю,
что такое отношение к немецкому населению отрицательно от-
разится на политико-моральном состоянии этого населения».
К документу прилагалась справка, в которой говорилось, что
содержащиеся в докладной записке материалы «учтены при со-
ставлении проекта оргбюро ЦК ВКП(б) по Калининградской
области»442.
Более разнообразными по тематике были донесения, посту-
павшие от МГБ/МВД. Они готовились органами внутренних
дел и безопасности в Калининградской области, а затем за под-
писью министра С.Н. Круглова направлялись в ЦК на имя Ста-
лина и членов политбюро. В этих донесениях освещались пре-
имущественно три темы: заселение Калининградской области
советскими людьми, положение немцев и их выселение в Гер-
манию и борьба с преступностью.
Будучи активным участником процесса массового заселения
области, органы внутренних дел накапливали важную инфор-
мацию как о составе новоселов, так и о ходе переселения443.
Среди вновь обнаруженных автором очерка документов по этой
проблеме несомненный интерес представляет донесение Кру-
глова Сталину, в котором подводятся итоги выполнения по-
становления Совмина СССР от 9 июля 1946 г. о переселении
в Калининградскую область в августе — октябре 12 тыс. се-
214
Информаторы ЦК ВКП(б) о положении в области в 1946-1948 гг.
Первый день занятий в политкружке коксогазового завода.
Пропагандист — ДА Черняк. Калининград, 1950-е гг. Фото Ф.А. Иванова. ГАКО
мей колхозников. Сообщая, что на 1 ноября 1946 г. переселе-
ны 11 675 семей и 51 093 чел., минист р привел данные о нацио-
нальности переселенцев (для удобства сравнения абсолютные
цифры пересчитаны в проценты): русские — 73,0; белорусы —
19,7; чуваши — 3,5; мордва — 1,9; украинцы — 0,7; татары —
0,4; карелы — 0,4; марийцы — 0,3; поляки — 0,1. Помимо этого,
среди переселенцев оказалось пятеро евреев, по трое латышей,
удмуртов, молдаван и один цыган444. Значение этой информа-
ции тем более важно, что до сих пор не удалось обнаружить
хоть сколько-нибудь репрезентативные сведения о националь-
ной структуре переселенцев — в источниках речь всегда идет
о «местах выхода». Кроме того, данные Круглова косвенно сви-
детельствуют о том, что для представителей некоторых нацио-
нальностей въезд в Калининградскую област ь был заказан.
Последняя тема, постоянно присутствовавшая в адресован-
ных в Кремль рапортах МВД о Калининградской области, —
это характеристика криминогенной обстановки и борьба с пре-
ступностью. При этом до сведения высшего руководства дово-
дилась, разумеется, информация только о самых громких, особо
опасных преступлениях. Так, в 1947 г. Калининград просла-
вился благодаря аресту большой группы фальшивомонетчи-
ков445: 23 ноября следующего года Круглов направил Сталину,
Молотову, Берии, Косыгину и Маленкову подробный доклад о
215
III. Власть и общество
Праздничная демонстрация в одном из поселков
Калининградской области, 1950-е гг. КОИХМ
том, что УВД Калининградской области «вскрыты крупные хи-
щения денег и продуктов, совершенные группой работников
исполкома Калининградского областного совета трудящихся».
По делу были арестованы заведующий общим отделом облис-
полкома, главный бухгалтер и еще несколько человек. При-
крытие расхитителям обеспечивал секретарь облисполкома.
Следствие обнаружило около двухсот подложных документов
и фиктивных трудовых соглашений, по которым преступни-
ки присвоили около полумиллиона рублей казенных денег146.
Еще через месяц Круглов сообщал тем же адресатам о «ликви-
дации группы расхитителей социалистической собственности в
системе управления курортами “Зеленоградск” и “Пионерск”».
По делу было арестовано десять человек, а общая сумма нане-
сенного ими ущерба на этот раз превысила полтора миллио-
на рублей447.
Последний, но не менее важный источник сведений о Кали-
нинградской области представляли собственные информаторы
Центрального комитета ВКП(б). На первых порах эту роль вы-
полняли парторги ЦК на крупных предприятиях области. По-
казательна в этом смысле докладная записка парторга ЦК при
ЦБК №1 К.Н. Гладкова секретарю ЦК Г.М. Маленкову «О со-
стоянии политической работы и культурном обслуживании ра-
216
Информаторы ЦК ВКП(б) о положении в области в 1946-1948 гг.
бочих и служащих, направленных в районы бывшей Восточной
Пруссии» от 5 марта 1946 г.
Информатор сообщает, что советские люди в бывшей Вос-
точной Пруссии «уже более восьми месяцев совершенно не об-
служиваются кино, радио и вообще лишены советской культу-
ры и политической жизни»; среди них не проводится политу-
чеба «вследствие отсутствия “Краткого курса истории ВКП(б)”
и первоисточников марксизма-ленинизма»; коммунисты не со-
стоят на учете и не платят взносы, а комсомольцы «брошены на
произвол судьбы». «В общем, — делает вывод автор, — огром-
ный кбллектив граждан СССР (до 50 тыс. человек) оказался
изолированным от своей Родины и оторван от политической
жизни страны». Последнее, по мнению информатора, особенно
опасно, так как «здесь сказывается влияние профашистской аги-
тации (при наличии огромного числа немецкого населения)».
Чтобы исправить положение, Гладков предложил еще до созда-
ния «нормальных парторганов» образовать областное политу-
правление и политотделы при районных управлениях по граж-
данским делам с соответствующим штатом партработников, а
также начать издавать ежедневную газету, создать парткабине-
ты, ввести институт уполномоченного ВЦСПС для налажива-
ния профсоюзной работы, прислать книги и брошюры и т. д.448
Как нетрудно заметить, многие предложения Гладкова вошли в
постановление Совмина СССР об образовании Кёнигсбергской
области от 7 апреля 1946 г., о чем говорилось и в подготовлен-
ной в аппарате ЦК справке449.
Обширную докладную записку «О неудовлетворительном вы-
полнении постановления ЦК ВКП (б) “Вопросы администра-
тивного устройства и освоения Калининградской области” от
8 августа 1946 г.» подал 8 января 1947 г. ответственный работ-
ник Управления пропаганды и агитации Мочалов секретарю
ЦК А.А. Кузнецову. На основании собственных впечатлений
автор сразу отмечает, что областной политотдел и замполиты
в районах «не обеспечивают должного руководства», у руково-
дящих работников «настроение благодушия, пассивности в ра-
боте». «В области, — пишет далее информатор, — имеют место
рассуждения о том, что обком, горком и райкомы партии не бу-
дут созданы до тех пор, пока германский вопрос не будет решен
на мартовской сессии Совета министров в Москве». А руководи-
тели разных уровней «очень много внимания уделяют личному
устройству, занимаются изысканием соответствующих их жела-
ниям должностей, что часто приводит в ряде городов и районов
217
III. Власть и общество
к натянутым отношениям между начальниками гражданских
управлений и работниками политотдела». Как совершенно не-
нормальную ситуацию автор расценил издание областной газе-
ты всего лишь два раза в неделю, при этом немецкая газета не
выходит вовсе, а радио вещает только в Калининграде, да и то
по 20-30 минут в день.
Мочалов сообщал также о перебоях в снабжении хлебом, в
том числе и по причине разгильдяйства, когда, например, более
20 тыс. рабочих не выдали хлебные карточки на декабрь. Пере-
селившиеся в область колхозники, говорится в записке, «выра-
жают резкое недовольство» своим положением, «пишут письма
на имя товарища Сталина, в Совет министров, “Правду” и ста-
раются уйти из колхозов на производство, в учреждения или
уехать обратно из области». Весьма распространены случаи «са-
моуправства воинских частей и отдельных военнослужащих» по
отношению к гражданскому населению: они самовольно зани-
мают поселки, вырубают фруктовые сады, а в Озёрском районе
военнослужащие 17-й дивизии «избили председателя колхоза
и ряд колхозников, которые не давали им демонтировать кол-
хозную мельницу». В области широко распространен банди-
тизм, который, по мнению информатора, «приобретает полити-
ческий характер».
Отдельная и весьма непростая проблема — наличие в обла-
сти свыше ста тысяч немцев. Ненормально, что им «доверены
очень ответственные участки работы, как хлебопечение, водо-
провод; много немцев работает врачами, учителями». «Такая
излишняя доверчивость может привести к тяжелым послед-
ствиям», считает автор записки, так как среди немцев «много
фашистов, которые пропагандируют свои взгляды». По его мне-
нию, власти слишком мягкотелы в отношении враждебных вы-
ходок со стороны немцев. Особенно его возмутило поведение
молодежи в Черняховске: «Немецкие дети в школе рвут пор-
треты руководителей нашей партии и правительства, стенные
газеты, устраивают драки с советскими учащимися». При этом,
подчеркивает Мочалов, «у руководящих работников областно-
го гражданского управления нет ясности о дальнейшей судьбе
немецкого населения и формах политической работы с ними».
Устранились от решения этой проблемы и военные.
Из всех приведенных в записке фактов и рассуждений неиз-
бежно следовал не сформулированный автором прямо вывод о
желательности скорейшего выселения немцев из области. А в
качестве панацеи от всех бед Мочалов предлагал немедленно
218
Информаторы ЦК ВКП(б) о положении в области в 1946-1948 гг.
Митинг на плавбазе «Тунгус» по случаю возвращения
из первого рейса, 1948 г. ГАКО
создавать в области «нормальные партийные органы» — обком,
горкомы, райкомы и т. д.450
Работу по созданию полноценной парторганизации проверя-
ла находившаяся в области с 7 августа по 15 сентября 1947 г.
бригада ЦК во главе с Р.А. Юроловичем. По итогам команди-
ровки 4 октября на имя секретаря ЦК М.А. Суслова была по-
дана пространная докладная записка. Отмечая большой объем
проделанной работы, авторы записки сосредоточили внимание
на критике недостатков. По мнению проверяющих, к таковым
следует отнести прежде всего то, что «в Калининградской обла-
сти имеются значительные проявления низкопоклонства перед
Западом, дающие о себе знать в преклонении перед немецки-
ми буржуазными удобствами в быту, перед немецкой техникой
и в стремлении при восстановлении заводов слепо следовать за
немецкой технологией». Обком партии недооценивает зада-
чу «создания на развалинах фашистской Пруссии качественно
новой области с советским политическим строем, с социали-
стическим хозяйством, с советской социалистической культу-
рой». Членов бригады особенно возмутило, что «в Калинин-
градской области говорят о восстановлении не только транспор-
та, мелиоративной системы, порта, водопровода, заводов, но и
219
III. Власть и общество
Да®Т€> ына п ед о, бумаги
ПОШЛЮ СТАЛИНУ письмо Калининградские
Стало ЖИТЬ теперь нам весело частушки, 1949 г. ГАКО
Все одеты хорошо,
ПО®Ду В садик Я сломаю
Betочку малины
культуры, культурно-просветительных учреждений, дворца пио-
неров и т. д.». Этот недопустимый термин многократно упо-
треблен даже в напечатанном в «Калининградской правде» до-
кладе первого секретаря обкома Щербакова «Сталинский план
восстановления и развития Калининградской области»451.
Критический настрой нашел продолжение в докладной за-
писке информатора Управления по проверке партийных орга-
нов ЦК Иванова от 30 ноября 1947 г., командированного в Ка-
лининград по заданию М.А. Суслова.
Иванов сообщает о трудностях становления областной пар-
торганизации. Прибывающие в область по путевкам ЦК пар-
тийные и советские работники плохо устроены, не имеют квар-
тир, питание для них не организовано, поэтому «многие из них
принимают меры к тому, чтобы уехать из города». Вопиющий,
на его взгляд, случай произошел в Балтийске: «...выделенное
воинскими организациями под горком партии здание является
не совсем удачным (немцами это здание специально было по-
строено и использовалось как дом терпимости)». Политическая
работа ведется «бессистемно и на низком идейно-политическом
уровне, а кружки и политшколы только числятся на бумаге».
Совсем плохо, по мнению Иванова, обстоят дела с наглядной
агитацией: «Редко где можно видеть хорошо оформленную до-
ску показателей, плакат или лозунг с боевым призывом. Зато
к немецкой наглядной агитации партийные органы относятся
недопустимо беспечно. Каких только немецких названий нет
на улицах сел и городов области: и обычные вывески, и анти-
советские лозунги, и призывы победить русских во что бы то
ни стало. В гор. Калининграде, на Сталинградском проспекте,
до сих пор висит объявление “Вход евреям воспрещен”. На ва-
гоностроительном заводе в проходной будке стоит скамейка с
надписью “Разрешается сидеть только немцам”. На Советской
улице висят огромные фашистские свастики».
Положение в экономике информатор признает едва ли не ка-
тастрофическим. Промышленность выполняет плановые зада-
220
Информаторы ЦК ВКП(б) о положении в области в 1946-1948 гг.
ния не более чем на 2/3, оборудование используется на 25-30%,
текучесть кадров достигает 50%. В сельском хозяйстве «до 50%
колхозников на колхозных работах не участвуют», за 8 меся-
цев 1947 г. в колхозах сменилось более половины председате-
лей; переселенцы «живут в неотремонтированных домах или на
квартирах у соседей», а «деньги, отпущенные на ремонт домов,
расхищаются». Наконец, очень остро обозначилась проблема
руководящих кадров: «...на некоторые посты пролезли люди,
не внушающие доверия, ставшие на путь государственного пре-
ступления»452.
Подводя итоги обзору вновь выявленных архивных материа-
лов о положении в Калининградской области в 1946-1948 гг.,
можно сделать несколько выводов.
1. Высшее руководство страны обладало разнообразными,
независимыми друг от друга источниками информации, кото-
рые достаточно адекватно отражали складывающуюся в Кали-
нинградской области ситуацию.
2. Самую объективную и наиболее ценную информацию се-
кретариат ЦК и политбюро получали по линии МВД и от соб-
ственных информаторов. Их рапортам и докладным запискам
уделялось особое внимание, а содержащиеся в них предложе-
ния нередко облекались в форму партийных и правительствен-
ных посуйновлений.
3. Местные органы власти, как партийные, так и советские,
в отношениях с Центром проявляли (за единственным исклю-
чением — обращением к Сталину П.А. Иванова) чрезмерную
осторожность, предпочитая не поднимать острых, принципиаль-
ных вопросов, что нанесло немалый урон развитию области в
период ее становления.
221
«КАДРЫ РЕШАЮТ ВСЁ’»:
особенности формирования
калининградской номенклатуры
Формирование кадров руководящих работников в Калинин-
градской области имело ряд особенностей, которые обуслови-
ли своеобразие местной политической и хозяйственной элиты
по сравнению с типичными для всей страны характеристиками
правящей номенклатуры.
Первоначально управленцами всех уровней становились ка-
дровые офицеры Красной армии, которые либо продолжали ос-
таваться на военной службе, либо занимали гражданские долж-
ности после демобилизации. Весь руководящий состав Вре-
менного управления по гражданским делам при комендатуре
Кёнигсберга, а затем и Временное гражданское управление при
Военном совете Особого военного округа были укомплектова-
ны представителями комсостава вооруженных сил, в основном
среднего и младшего звена453.
Качество управления, прежде всего в хозяйственных вопро-
сах и сфере жизнеобеспечения, которое демонстрировали воен-
ные, вызывало нарекания и суровую критику как со стороны
проверяющих органов, так и гражданского населения. Комен-
датуры и управления работали неудовлетворительно: работы
гражданского населения были организованы бестолково, отсут-
ствовал порядок в учете и хранении казенного имущества, на
вещевых складах царил «полный хаос».
Низкой была служебная дисциплина. Например, в секретном
приказании военного коменданта Кёнигсберга генерал-майора
М.В. Смирнова от 31 мая 1945 г. говорилось:
222
Кадры решают всё
«Личный состав вовремя на работу не является, отметки о
явке вольнонаемных на работу и уходе с работы нигде не де-
лаются. В служебное время коменданты районов бесцельно
разъезжают по районам, и никогда ни у кого нельзя добиться,
где в данное время находится комендант. Более того, имеются
отдельные факты, когда коменданты районов без разрешения
выезжают из города в другие места (Алленштайн) или в другие
районы, где гостят и выпивают у знакомых. Дежурные адъю-
танты не находятся на своих местах, а когда их найдут, то на
вопрос: “Где комендант?” стереотипно отвечают: “Выехал по
району”. Глядя на комендантов, остальной офицерский состав
также покидает свои служебные места и направляется также
“по району”.
Работники управления коменданта города и крепости, хоз-
аппарата, временного гражданского управления также часто
бездельничают и болтаются по городу без всякого дела. А на во-
прос, где тот или иной работник, обычно вольнонаемные отве-
чают, что он “на объектах”.
В результате такой практики большое количество служебно-
го времени тратится даром, бесцельно, впустую, а государству
1 наносился ущерб. Работа в отделах и группах комендатуры и в
районных военных комендатурах поставлена беспланово, бес-
системно и порой крайне бюрократически. Во многих отделах
. и группах, а также у районных военных комендантов посетите-
ли часами дожидаются приема, причем посетителю даже негде
присесть...»454
Русские жители Рагнита были обескуражены и возмущены
тем, что военнопленные немцы появляются в городе без охра-
ны и в неустановленной форме (в трусах), что «является явной
демонстрацией недоброжелательного отношения к военному
порядку». В отсутствие порядка гражданские лица испытывали
серьезную тревогу и за свою личную безопасность, в том числе
и из-за того, что и через несколько месяцев после окончания
военных действий в городах и поселках в любое время суток
«производится бесцельная, беспорядочная стрельба»455.
Поведение военнослужащих, которое в официальных доку-
ментах именовалось «расслабленностью» и «разболтанностью»,
было, пожалуй, неизбежным следствием чудовищного психо-
логического напряжения, выпавшего на долю фронтовиков за
долгие годы войны. К тому же кадровым офицерам вынужденно
приходилось заниматься устройством и управлением мирной
жизни, т. е. не свойственными армии функциями.
223
III. Власть и общество
В связи с образованием Кёнигсбергской области 7 апреля
1946 г. по постановлению Совета министров СССР «Об админи-
стративном устройстве г. Кёнигсберга и прилегающего к нему
района» создавались областное, три городских и 14 районных
управлений по гражданским делам. Штат управлений в феврале
1947 г. состоял из 1422 человек, в том числе 836 руководящих
работников456. Хотя эта новая властная структура выводилась
из-под юрисдикции военных властей и наподобие исполкомов
советов подчинялась республиканскому правительству, кадро-
вый состав гражданских управлений, за редким исключением,
оставался прежним. Вышедшие в запас коменданты, армейские
политработники, командиры взводов и артиллерийских расче-
тов становились организаторами производства, начальниками
управлений и отделов, финансистами, руководителями здра-
воохранения, образования и культуры, директорами крупных
предприятий и учреждений.
Управления по гражданским делам просуществовали более
года, пока, наконец, 26 мая 1947 г. не было принято постанов-
ление секретариата ЦК ВКП(б) «Об образовании местных ор-
ганов государственной власти в Калининградской области», в
котором говорилось: «Впредь до выборов в местные советы де-
путатов трудящихся Калининградской области образовать ис-
полнительный комитет Калининградского областного Совета
депутатов трудящихся». Председателем исполкома назначался
В.А. Борисов, в течение года до этого возглавлявший областное
гражданское управление, утверждались его заместители и чле-
ны. Вновь созданному облисполкому поручалось также сформи-
ровать районные и городские исполкомы в составе 6-8 человек
каждый. Одновременно упразднялись гражданские управле-
ния457. Через два дня, 28 мая, решение партийной инстанции
было оформлено в виде указа Президиума Верховного Совета
РСФСР. Еще один указ об образовании 119 сельских советов по-
следовал 17 июня458.
Параллельно с формированием органов гражданской власти
Центр приступил к созданию партийных комитетов. Своеобра-
зие ситуации в крае состояло в том, что ячейки компартии на
предприятиях и в учреждениях начали действовать с 1945 г.,
но территориальные партийные органы долгое время отсут-
ствовали (их функции отчасти выполняли политотделы граж-
данских управлений). Только 5 сентября 1946 г. политбюро ЦК
ВКП(б) утвердило постановление, предусматривающее «в це-
лях укрепления партийного руководства областью» образовать
224
Кадры решают всё
Городская доска почета
в Калининграде, прозванная
в народе «надгробием",
1948 г. ГАКО
Калининградский обком, а также райкомы и горкомы459. Вы-
полнение этого постановления затянулось на семь месяцев, и
лишь 7 марта следующего года секретариат ЦК утвердил состав
бюро областного комитета ВКП(б), и началось формирование
районных и городских партийных комитетов160.
Как советские, так и партийные органы создавались путем
назначения их членов и руководителей. При этом на первых
порах секретариату ЦК В КП (б) пришлось рассмотреть и утвер-
дить несколько десятков руководящих работников, в том чис-
ле и тех, которые обычно входили в номенклатуру должностей
местного значения, например, заместителей директоров ма-
шинно-тракторных станций161.
Совпартактив края формировался главным образом за счет
двух основных источников пополнения. Во-первых, в его со-
став вошли бывшие работники гражданских управлений из
числа профессиональных военных. Начальники районных и го-
родских УГД, как правило, становились председателями соот-
ветствующих исполкомов или первыми секретарями райкомов
и горкомов. Во-вторых, на руководящие должности «по путевке
ЦК» стали прибывать номенклатурные работники из столицы,
225
III. Власть и общество
В.А. Борисов — начальник областного
гражданского управления и первый
председатель облисполкома
в 1946-1948 гг.
в том числе из аппарата ЦК, и других регионов страны. Пер-
вая группа числом 147 руководителей разного ранга, среди них
78 партработников, была направлена в область еще в 1946 г.
Секретариат ЦК ВКП(б) принял 13 февраля 1947 г. специаль-
ное постановление «Об отборе партработников для Калинин-
градской области», которым Управлению кадров ЦК поруча-
лось отобрать и направить в распоряжение обкома «290 человек
опытных партработников согласно прилагаемой разверстке».
«Отбор» предстояло произвести в 15 областях. Главными доно-
рами руководящих кадров для нового края становились Горь-
ковская, Куйбышевская, Ленинградская и Молотовская обла-
сти РСФСР462. Еще 452 управленца были направлены в область
по решению секретариата ЦК от 25 июня 1947 г.463
Между тем из Калининграда в Москву продолжали потоком
идти отчаянные просьбы о присылке всё новых и новых руко-
водящих работников, которых здесь «катастрофически не хва-
тало». Кадровый голод не уменьшился и после того, как ЦК по
предложению обкома принял решение «об открытии с 1 сен-
тября 1947 г. в Калининграде шестимесячных курсов перепод-
готовки партийных и советских работников с контингентом в
100 человек», командировав с этой целью целый штат препо-
давателей и сотрудников464.
В конце концов этой проблемой занялся сам «куратор» края
А.Н. Косыгин, обратившийся за разъяснениями в Управление
226
Кадры решают всё
кадрами ЦК ВКП(б). В ответе на его запрос заместителя на-
чальника управления А. Ларионова от 27 декабря 1947 г. сооб-
щалось, что за 1946-1947 гг. только по решению ЦК в Калинин-
градскую область было направлено 1180 работников, из них на
партийную и пропагандистскую работу — 504, на газетную —
38, на советскую — 180 и на комсомольскую — 63 человека. Ес-
ли же учесть руководителей, командированных от министерств
и ведомств без решения ЦК, то на 25 декабря таких набралось
свыше двух тысяч человек.
Помещенный в конце письма Ларионова вывод звучал весь-
ма безапелляционно: «Считаем, что в настоящее время Кали-
нинградская область основными руководящими кадрами уком-
плектована и имеет все возможности более успешно решать
стоящие перед областью хозяйственно-политические задачи»465.
Ответственных работников вроде бы действительно хвата-
ло, однако их квалификация далеко не всегда соответствовала
сложности стоявших перед ними задач. Дело в том, что среди
номенклатурных кадров немного было желающих переехать на
постоянное жительство в лежавшую в руинах бывшую Восточ-
ную Пруссию. Направляемые сюда по приказу находили мно-
жество способов уклониться от следования нормам партийной
дисциплины. Чтобы как-то преодолеть барьер сопротивления,
центральные власти вынуждены были, помимо стандартного
набора льгот, привлекать потенциальных кандидатов на пере-
селение обещанием быстрого карьерного роста.
Если изучить биографии местных руководителей, то явно
прослеживается тенденция назначения их на ответственные
должности на одну, а то и на две-три ступеньки выше, чем они
занимали «в России» до приезда в Калининградскую область.
Так, первый руководитель областной партийной организации
П.А. Иванов до своего назначения в Калининград работал пер-
вым секретарем одного из райкомов Ленинграда; начальник
УГД области, затем председатель облисполкома В.А. Борисов
ранее был одним из заместителей председателя исполкома Мо-
сковской области; первый председатель Калининградского го-
рисполкома П.Х. Мурашко занимал пост председателя райис-
полкома в Ленинграде и т. п. Точно так же на производстве
специалист, бывший на прежнем месте работы мастером, мог
сразу стать начальником цеха, начальник цеха — директором
предприятия, простой счетовод — главным бухгалтером, рядо-
вой инженер или техник — главным инженером или главным
технологом.
227
III. Власть и общество
Невысоким был образовательный уровень партийных ка-
дров. В целом в партаппарате области на 1 декабря 1956 г. из
1022 ответственных работников только 117 человек, или око-
ло 11,5%, имели высшее образование, еще 131 человек (12,8%)
получили среднее специальное образование466.
Некоторое представление об уровне образования низшего
звена руководящих партийных кадров дает справка о секрета-
рях первичных партийных организаций колхозов области по
состоянию на 16 февраля 1948 г. Из 250 партийных секретарей
высшего образования не имел никто, четыре человека (1,6 %)
были с неоконченным высшим образованием, 22 человека (8,8 %)
закончили среднюю школу, неполное среднее образование бы-
ло у 50 человек (20%), а абсолютное большинство — 174 чело-
века или 69,6% имели, как сказано в справке, «низшее» образо-
вание. К этому было добавлено, что «политическую подготовку
имеют только 18 человек, остальные 232 человека не имеют ни-
какой политической подготовки»467.
Недостаток компетентности был далеко не самым главным
пороком калининградской номенклатуры. Ее отличали и неко-
торые другие качества. Весной 1947 г. по заданию П.А. Ивано-
ва уполномоченными обкома была проведена масштабная про-
верка работы парторганизаций области. Везде проверяющие
видели одно и то же: никудышное руководство, невыполне-
ние решений, пьянки*. Разумеется, самой коррумпированной
оказалась система снабжения и торговли. В марте 1946 г. воен-
ный трибунал осудил руководителей ОРСа (отдела рабочего
снабжения) ЦБК № 1, которые «обманывали рабочих и похи-
тили 200 м мануфактуры, 140 пар белья, 50 дамских сорочек,
предназначенных для рабочего снабжения» и «безнаказанно
воровали, пропивали ценности ОРСа, несмотря на сигналы в
парторганизацию и дирекцию комбината», причинив ущерб на
34 тыс. рублей в государственных ценах. Руководящий состав
ОРСа и члены партии, по мнению председателя военного три-
бунала Кёнигсбергского гарнизона подполковника Веревкина,
«показали образцы недисциплинированности, очковтиратель-
ства и безответственное отношение к делу»468.
* ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 74. Л. 67-71, 78-88, 96 и др. Борьбе с пьян-
ством среди руководящих кадров посвящено много документов. Осо-
бенный резонанс имел один случай, когда начальника пожарной ча-
сти, который систематически пьянствовал, «при возникновении пожа-
ра целых 15 минут будили от сна» (В начале нового пути. С. 68).
228
Кадры решают всё
Пропагандистская брошюра
Н. Белана (Калининград, 1958 г.)
ПЛЕНУМА
В конце 1.946 г. Госконтролем было обнаружено почти пол-
умиллиона неучтенных продовольственных карточек и установ-
лен факт их «массового расхищения и незаконного использо-
вания»469. В обком все время поступала информация о том, что
«дело в торговле идет к развалу»: планы не выполняются, руко-
водящие кадры состоят из «жуликов и проходимцев», процве-
тают склоки и интриги470. В докладной записке П.А. Иванова в
ЦК ВКП(б) от 30 апреля 1947 г. эта проблема была представ-
лена в цифрах: «Руководящих работников (директоров торгов
и их отделений, начальников ОРСов и их заместителей) из
104 [за год] сменилось 86, или 82%, работников по кадрам из
29 человек сменилось 21, или 72%, материально-ответственных
работников торговых предприятий из 840 человек сменилось
411, или 50 %»471.
Согласно выводам уполномоченного ЦК ВКП(б), бывшего
в октябре 1947 г. в Калининградской области с инспекцией,
здесь «на некоторые посты пролезли люди, не внушающие до-
верия, ставшие на путь государственного преступления. Так,
из 317 человек, прибывших в область по путевкам Министер-
ства торговли СССР, сняты за присвоение государственных
средств и моральное разложение 141 человек, или 44%»472. По
данным начальника областного УВД В.И. Демина, обнародо-
ванным на первой областной партконференции, за одиннадцать
229
III. Власть и общество
месяцев 1947 г. растраты и хищения по торговой сети состави-
ли 8 млн рублей473.
Дело, однако, не ограничивалось одной только торговлей.
Калининградская область в этой связи даже стала объектом от-
нюдь не лестного внимания со стороны высшего руководства
страны. В ноябре 1948 г. министр внутренних дел С.Н. Круг-
лов направил на имя Сталина и других членов политбюро спец-
сообщение о том, что в самой западной области РСФСР «вскры-
ты крупные хищения денег и продуктов». Оказалось, что в обл-
исполкоме с момента его образования орудовала «воровская
шайка, которая расхищала финансы, материалы, хозяйственное
имущество», во главе с секретарем исполкома (назначенцем ЦК!)
и заведующий общим отделом474. По двум сотням подложных
документов и липовых трудовых соглашений высокопоставлен-
ные преступники «получили и присвоили около 500000 руб.».
От ревизоров и проверяющих жулики откупались взятками.
А в системе управления калининградскими курортами, по сооб-
щению министра Круглова тем же адресатам буквально через
месяц, было арестовано десять человек, а сумма нанесенного
ими ущерба превысила уже 1,5 млн рублей. Наконец, в тресте
«Неманлес» 80 растратчиков, прихватив 810 тыс. руб., безна-
казанно скрылись, так как «документов на них в тресте не ос-
талось»475.
Начальный этап формирования калининградской номенкла-
туры проходил довольно хаотично. Районные власти по свое-
му разумению составляли и утверждали списки «советского и
партийного актива». Такой перечень в Правдинском районе в
1947 г., например, включал 41 фамилию, а «Список номенкла-
турных должностей» Советского района состоял из 114 долж-
ностей476.
После выборов в местные советы в декабре 1947 г. и завер-
шения формирования стандартной для всей страны системы
организации власти бюро обкома решило и в этом деле навести
порядок. Того требовали и директивы ЦК партии по кадрам*.
На заседании бюро 4 февраля 1948 г. было принято постанов-
* Сверху были спущены соответствующие инструкции по учету номен-
клатуры и «Список должностей, входящих в номенклатуру ЦК ВКП(б)
по Калининградской области» (от 20 июня 1947 г.). Любопытно, что
среди немногих «первых» лиц в список ЦК попали начальник отдела
по делам архитектуры облисполкома, а также редактор малотиражной
газеты для немцев «Новое время» (ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 46. Л. 10-17).
230
Кадры решают всё
Удостоверение председателя Калининградского горисполкома
П.Х. Мураш ко, 1948 г.
ление «О номенклатуре обкома ВКП(б)», согласно которому
утверждалась «основная [номенклатура] в количестве 1702 чело-
век и учетно-резервная в количестве 739 человек». Отдельным
пунктом запрещалось в районах и городах «назначать и пере-
мещать» номенклатурных работников до решения этого вопро-
са обкомом. К постановлению на 20 страницах прилагался спи-
сок должностей, кандидаты на которые должны были утверж-
даться обкомом партии477. В номенклатуре Калининградского
Тбркома ВКП(б) в сентябре 1947 г. значились 364 должности
руководителей.
Сформировавшаяся в первые послевоенные годы калинин-
градская партийная, советская и хозяйственная номенклатура
имела существенные отличия от общесоюзного стандарта. Во-
первых, в ее рядах оказалось большое число профессиональных
военных, которые после демобилизации или выхода в запас за-
нимали самые различные посты в системе управления и народ-
нохозяйственного комплекса области. В личных делах почти
всех калининградских управленцев той поры стояла отметка:
«участник Великой Отечественной войны», «участник парти-
занского движения», а нередко еще и «участник Гражданской
войны». Эти люди, герои-фронтовики, умели хорошо воевать,
но весь их жизненный опыт последних лет был мало пригоден
для управления социальными и экономическими процессами в
наступившей мирной жизни.
Во-вторых, руководящие кадры, которые присылал Центр
по линии ЦК, правительства, различных министерств и ве-
домств, как правило, занимали гораздо более высокие долж-
ности, чем в действительности позволяли их образовательный
уровень, квалификация и профессиональные навыки. Следует
также учесть, что большинство командированных из столицы
231
III. Власть и общество
и других регионов страны руководителей были людьми срав-
нительно молодыми. А сочетание энергии молодости с отсут-
ствием надлежащей квалификации и опыта не всегда приводи-
ло к положительному результату.
Наконец, нельзя сбрасывать со счетов и то обстоятельство, что
среди руководящих работников оказалось немалое число аван-
тюристов, проходимцев и просто жуликов, концентрация ко-
торых в самой западной российской области, по признанию са-
мих правоохранительных органов, значительно превосходила
союзные «нормативы».
Перечисленные особенности формирования местной управ-
ленческой элиты позволяют сделать вывод о том, что в после-
военные годы в Калининградской области качество управлен-
ческих решений и вообще эффективность местной власти были
существенно ниже, чем в целом по стране. Это особенно печаль-
но, если иметь в виду, что масштаб и сложность здешних про-
блем были несравненно выше.
232
«О ХОЗЯЙСТВЕННОМ ОБРАСТАНИИ»:
привилегии совпартактива
в послевоенные годы
Система привилегий калининградской номенклатуры, с од-
ной стороны, воспроизводила утвердившиеся при И.В. Стали-
не принципы _и нормы обеспечения жизненными благами ру-
ководящих кадров, а с другой — имела свои особенности, свя-
занные со специфическим статусом включенной в состав СССР
бывшей Восточной Пруссии, особым режимом управления, на-
личием большого числа граждан другого государства и т. п.
Уровень удовлетворения материальных потребностей в Со-
ветском Союзе измерялся не столько в денежном эквиваленте
(размер зарплаты имел значение, но играл второстепенную
роль), сколько доступом к материальным благам через особым
образом организованную распределительную систему. Однако
начать анализ номенклатурных привилегий имеет смысл все же
с денежных доходов.
Заработная плата руководителей. Для наглядности приве-
дем оклады руководителей разного ранга в 1945-1947 гг. в срав-
нении с. зарплатой некоторых категорий рабочих и служащих478
(см. табл.).
В связи с подготовкой479 к отмене в стране карточной систе-
мы Совет министров СССР и ЦК ВКП(б) 24 декабря 1947 г.
приняли совместное постановление, а днем раньше — допол-
нительное секретное «Указание №300», устанавливающие «до-
полнительное денежное довольствие советских и партийных ра-
ботников», которое должно было компенсировать прекращение
с 1 января 1948 г. «расходования средств из фонда улучшения
233
III. Власть и общество
Таблица
Оклады партийных и советских работников
в сравнении с зарплатой рабочих и служащих
в 1945-1947 гг., руб. в месяц
Должность и оклад руководителей Должность и зарплата рабочих и служащих
уполномоченный ВЦСПС 2200 бухгалтер 425
1-й секретарь обкома 2000 шофер 400
председатель облисполкома 2000 учитель 375
секретарь обкома 1800 секретарь-
зав. отделом обкома 1600 машинистка 350
1-й секретарь горкома, 1500... делопроизводитель 275
райкома ...1700 уборщица 250
редактор областной газеты 1600 продавец
1-й секретарь обкома магазина 200
ВЛКСМ 1500 экспедитор 175
зав. отделом облисполкома 1500 стипендия студента 100
социально-бытового обслуживания» руководящих работников,
в том числе бесплатный отпуск продуктов и другие виды до-
вольствия. В соответствии с полученной из Москвы разнаряд-
кой отныне первый секретарь обкома В.В. Щербаков с окладом
в 2000 рублей получал «временное денежное довольствие» в
размере трех окладов, довольствие остальных секретарей обко-
ма устанавливалось в 5 400 руб. Партийные и советские работ-
ники рангом пониже (зав. отделами, руководители обкома ком-
сомола и др.) получили прибавку в два оклада, а руководителям
низшего звена устанавливался полуторный коэффициент480.
Помимо «денежного довольствия» у партработников был еще
один неприметный, но очень важный источник дохода. Все се-
кретари и зав. отделами обкома, председатель облисполкома
и другие высокопоставленные аппаратчики являлись препо-
давателями партийных курсов при обкоме партии (позднее —
университет марксизма-ленинизма), эта работа оплачивалась
отдельно и весьма высоко. Смета парткурсов на 1948 г. была
утверждена в сумме 1 млн 160 тыс. рублей481.
Из сказанного выше ясно видно, что понятия «оклад» и «зар-
плата» у номенклатурных работников не совпадали. Их денеж-
ные доходы существенно расширялись и за счет других выплат.
234
О хозяйственном обрастании
Одной из самых значительных статей в этом плане были так
называемые «лечебные пособия». В 1947 г. они составляли 80%
фонда оплаты труда ответственных работников (годовой фонд
зарплаты руководства обкома составил 483 тыс. руб., а на ле-
чебные пособия секретарям и руководителям подразделений
было выплачено еще 387 тыс. руб.), т. е. только за счет денег «на
лечение» зарплата увеличивалась почти в два раза482. Еще около
трети фонда зарплаты шло на финансирование оплаты путевок
в санатории для руководителей и членов их семей (в том же
году — 150 тыс. руб.). Наконец, бюро обкома почти на каждом
заседании распределяло «фонд помощи» (100 тыс. руб. в 1947 г.,
или 20% фонда оплаты труда), выделяя «единовременные по-
собия»* размером от одной до трех тысяч рублей в зависимости
от ранга и негласно установленной очереди483.
Денег на все эти «неотложные нужды» в утвержденном бюд-
жете обкома постоянно не хватало, так что приходилось все
время «залазить» в местный бюджет. Например, 18 июня 1947 г.
бюро обкома решило выделить из местного бюджета деньги на
путевки в пионерлагеря и санатории «для детей обкома партии».
«Разрывы в доходах и расходах» по другим статьям и финанси-
рование ряда партийных мероприятий также нередко покры-
вались за счет областного бюджета484. Любопытно, что сводный
бюджет партийной организации Калининградской области бо-
лее чем на 90% обеспечивался дотациями. Предусмотренные
на 1947 г. партийные расходы составляли 11,3 млн руб., из них
только 1 млн руб. покрывался за счет сбора членских взносов,
а недостающие 10,3 млн руб. присылались из Москвы (8,1 млн
руб.) и изымались из местного бюджета (2,3 млн руб.)485.
Кроме того, областное начальство постоянно просило в Мо-
скве дополнительные ассигнования. В мае 1947 г., например,
Совет министров РСФСР издал распоряжение №54-рс, кото-
рым калининградским властям разрешалось увеличить в 1947 г.
расходы «на социально-бытовое обслуживание» руководящих
партийных и советских работников на 250 тыс. рублей. А в кон-
це того же года республиканское правительство дополнительно
разрешило израсходовать 50 тыс. руб. на выдачу единовремен-
ных пособий руководящим областным работникам486.
* Любопытно, что выделение пособий происходило кулуарйо: почти
всегда такие решения принимались не на самом заседании бюро, а
оформлялись «путем опроса» и уже потом задним числом включались ®
протокол.
235
III. Власть и общество
Как видно из приведенных данных, реальные денежные до-
ходы областных руководителей высшего звена в 20-40 раз пре-
восходили размер зарплаты рядовых тружеников. Но истинные
привилегии номенклатуры заключались отнюдь не в количе-
стве выделяемых денег.
Пайки, лимиты, категории. Созданная в стране система при-
вилегированного снабжения регламентировалась множеством
нормативных актов, постоянно видоизменялась и была край-
не запутанной. Согласно постановлению Совнаркома СССР от
20 июня 1939 г. по уровню зарплаты руководящих работников
все города, области и республики были разделены на четыре ка-
тегории. В высшую, первую, группу вошли Москва, Киев, Горь-
кий, Харьков, вся Грузия; туда же после войны включили и Ка-
лининград. Была, однако, и одна проблема, которую, начиная с
гражданских управлений, с необычайным упорством пытались
решить местные власти. О ней откровенно говорилось в пись-
ме председателя Калининградского облисполкома В.А. Борисо-
ва и первого секретаря обкома В.В. Щербакова от 30 августа
1947 г. председателю Совета министров РСФСР М.И. Родио-
нову: «...Калининградская область по нормам расходов на со-
циально-бытовое обеспечение партийных и советских работ-
ников отнесена ко второй группе, тогда как по заработной
плате... отнесена к первой группе». Подписанты просили това-
рища Родионова «нормы расходов» установить по первой груп-
пе. Эта и другие аналогичные просьбы в Москве неизменно
отклонялись, и только с 1 января 1948 г. Калининградская об-
ласть была, наконец, переведена в первую категорию по обе-
спечению руководящих работников*.
Распределение продуктов питания и промтоваров среди ру-
ководителей внутри области происходило на основе разного ро-
да продовольственных карточек (отдельно на хлеб, другие про-
дукты и дополнительное питание) и промтоварных лимитных
книжек, которые по стоимости и фактическому наполнению
делились на три категории.
На уровне районных властей пайки первой категории по-
лучали первый секретарь райкома и один из его заместителей,
председатель райисполкома; вторая категория доставалась на-
* ГАКО. Ф. 297. Оп. 3. Д. 2. Л. 17-22, 64, 66; Д. 8. Л. 46. Речь, в част-
ности, шла о дотациях для закрытых столовых и спецбуфетов, содер-
жании домов отдыха и дач и других видах социально-бытового обеспе-
чения, которые таким образом становились бесплатными.
236
О хозяйственном обрастании
Но. У
1 'Zfy'HPPPa. If \<w
Pg linarf/ 3 4 3 V 1. 2
pg 7 7 .. 3
X- Lfo\ L-/ & 7 A 7
f W ! e&P-eec 7 7 .Z
6 /° о 77 C> _— 7 - - - 7
7 1 i ! У
А- 1 7 i a” _
1 7 ;
Распределение привилегированных продуктовых пайков среди
совпартноменклатуры Гурьевского района на июнь 1947 г. ГАКО
чальникам отделов, прокурору, народным судьям, районному
комсомольскому вожаку, начальнику отделения банка и неко-
торым другим; к третьей категории были отнесены директора
районных учреждений, предприятий и организаций, главные
специалисты. На 14 районов области в 1946 г. было выделено
всего 518 привилегированных пайков, в среднем на район при-
ходилось 3 пайка первой'категории, 16 пайков второй и 18 пай-
ков третьей. Общее же число пайков всех трех категорий на
область в конце 1946 г. составляло 1530 штук. К концу следую-
щего года их число возросло до 2718, в том числе по третьей
категории почти в два раза487.
Наиболее распространенными карточками на дополнитель-
ное питание были: «Абонемент I», «Абонемент II», «Литерное
питание Б», «Литерное питание Е», «Спецпитание 1», «Спецпи-
тание 2». Ими расплачивались за горячие обеды, ужины или
по ним выдавался «сухой паек» дефицитными продуктами. Со-
гласно приложению к постановлению бюро обкома от 16 авгу-
ста 1947 г. на область выделялось 1753 карточки на дополни-
тельное питание разного вида, что примерно соответствовало
численному составу номенклатуры обкома488. Помимо спецпай-
ков, на область ежеквартально выделялись «промтоварные ли-
митные книжки» для руководящих работников, которые были
двух видов: в начале 1947 г. было распределено 60 книжек на
257
III. Власть и общество
сумму в 1 000 рублей и 180 книжек по 750 рублей. К концу года
их число также было увеличено в два раза489.
Жилье, быт, отдых. Важное значение в системе привилегий
имело обеспечение номенклатурных работников просторным
и комфортабельным жильем. Офицеры и гражданские руково-
дители поселялись в особняках или отдельных квартирах. Так,
управляющий трестом «Главсоль» вдвоем с женой проживал в
квартире из шести комнат жилой площадью в 120 кв. м, а ди-
ректор одного из магазинов одна жила в квартире из четырех
комнат490. В Калининграде ими были сплошь заселены целые
кварталы и некоторые улицы, не пострадавшие от военных раз-
рушений: районы улиц Кутузова, Нахимова, Чапаева, Энгель-
са, Офицерской, Тельмана, пос. Воздушный. Иногда эти райо-
ны даже отделяли шлагбаумами, закрывавшими доступ для
«простых» граждан. Для обеспечения вновь прибывающих ру-
ководителей разрешалось выселять из домов и квартир жите-
лей немецкой национальности и «самовольно вселившихся» со-
ветских граждан491.
Описания жилищ привилегированных лиц в Калининграде
1947 г. сохранились в воспоминаниях первых переселенцев.
М.И. Самойлюк во время выборов 1947 г. в качестве агитато-
ра много ходила по домам и везде видела примерно одно и то
же: скромный, даже убогий послевоенный быт. Но один дом на
улице Тельмана поразил ее своим богатством: «Не могу даже
сказать, что именно меня поразило. Наверное, мебель, ковры...
Но особенно запали в память статуи, которые стояли в углах.
Такой роскоши я никогда не видела».
В том же году Г.П. Романь побывала на именинах у своей
одноклассницы в особняке на улице Кутузова: «Было такое впе-
чатление, что мы оказались в сказке. Красивая лестница, веду-
щая наверх, окна из цветного стекла — витражи. В гостиной,
куда нас провели, стоял большой круглый массивный стол и
такие же массивные кресла с высокими спинками. Когда нас
посадили за стол, то ноги не доставали до пола, болтались где-
то посередине. А под столом сидели собаки. И только стоило
нам пошевелиться, как они начинали злобно рычать. Мы боя-
лись даже шелохнуться. Еда, видимо, была очень вкусной, но
мы этого не почувствовали, так как провели весь вечер в боль-
шом напряжении»492.
Чтобы содержать такие хоромы, начальство обзавелось Не-
мецкой прислугой, а многие руководители, как говорилось на
одном партсобрании в июле 1946 г., «имеют домработниц из
238
О хозяйственном обрастании
Сталинградский проспект в Калининграде, 1950-е гг. ГАКО
немецкого населения от двух до пяти человек и содержат их за
счет производства или государства». Жены ответственных ра-
ботников оказались в плену «ненужного увлечения немецкой
мишурой» и заказывали наряды у немецких портных. А на-
чальник горжилуправления Советска домработнице-немке да-
же «доверил воспитание своих детей, в результате его дети луч-
ше владеют немецким языком, чем русским»193.
С момента появления гражданских органов власти их ру-
ководители были озабочены созданием для себя специальных
учреждений по медицинскому, бытовому и прочим видам об-
служивания.
В декабре 1946 г. начальник УГД области В.А. Борисов издал
приказ, который «для обеспечения продуктами питания и об-
служивания партийно-советского актива» предусматривал «ор-
ганизовать в г. Раушене [совр. Светлогорск. — К).К.] подсобное
хозяйство и Дом отдыха на базе зданий, переданных Управле-
нию по гражданским делам». Весь комплекс поступал в веде-
ние общего отдела УГД, на него открывался отдельный счет в
госбанке, начальнику финотдела предписывалось выделить на
первоначальное обзаведение 600 тыс. рублей в счет средств об-
ластного бюджета194. Согласно утвержденному чуть позже штат-
ному расписанию ставший облисполкомовским рекреационный
комплекс обслуживали 56 человек, включая, в том числе, «спе-
циалиста по рыбодобыче»495.
239
III. Власть и общество
Помимо облисполкома дома отдыха, «санатории повышен-
ного типа» и дачи на морском побережье с соответствующими
подсобными хозяйствами имели партийные и военные власти,
центральные министерства и ведомства, профсоюзы и правоо-
хранительные органы496. Незначительно пострадавшие от воен-
ных действий курортные города и поселки Калининградского
взморья были закрыты для обычных жителей области, въезд
которым сюда запрещался якобы по соображениям поддержа-
ния порядка в пограничной зоне, в действительности — «что-
бы не мельтешили перед глазами», мешая начальству «культур-
но отдыхать»497.
В марте 1947 г. В.А. Борисов в секретном письме председате-
лю Государственной штатной комиссии Л.З. Мехлису изложил
следующую просьбу: «Для обслуживания квалифицированной
медицинской помощью работников советского и партийного
актива области в городе Калининграде организуется специали-
зированная поликлиника. Прошу Вас утвердить для разверты-
вания нормальной работы таковой прилагаемое при этом штат-
ное расписание»498.
Весьма разветвленной была система спецторгов, которые
имели не только органы власти, но и различные ведомства.
О спецмагазине, располагавшемся в нынешнем здании универ-
мага «Спутник» в Калининграде, вспоминает бывшая заведую-
щая его второй промтоварной секцией М.Н. Токарева: «Хотя
тогда все было по карточкам, но был и этот привилегирован-
ный магазин. В дверях — швейцар. Очень мало людей поль-
зовались его услугами: секретари райкомов и облисполком.
Нормы на карточках больше были. Дополнительные талоны
имелись. И мясо они там получали, и масло, и сгущенное мо-
локо, и шоколад. А я варила вот такой суп: потру морковь в
воду — вот и суп. В промтоварном шерстяные ткани были про-
сто на деньги и по ордерам — это как карточки. Парфюмерия,
обувь, грампластинки. Когда реформа денег была — все обчи-
стили. Привезли, помню, перед реформой много шерсти — на-
чальники все покупали. Водку и вино — ящиками. На улице
Чапаева, где сейчас “Овощи-фрукты”, был генеральский мага-
зин. Там высший командный состав отоваривали»499.
Похожей была картина и в районах. Одним из первых при-
казов начальника УГД Гвардейского района в системе универ-
салторга открывались спецстоловая и спецмагазин «для рай-
партактива и работников гражданского управления»500. В Гурьев-
ском районе спецмагазином обзавелись не сразу, но, согласно
240
О хозяйственном обрастании
приказу начальника районного УГД, было решено в магази-
не № 16 с семи до девяти утра «отпуск товаров производить
только работникам управления». С 14 до 16 часов магазин об-
служивал «остальных русских», ас 18 до 22 часов всех, включая
и немцев501. Приказом №1 от 13 января 1947 г. «Об открытии
столовой для работников гражданского управления» началь-
ник Ладушкинского УГД предписывал директору местного от-
деления универсалторга «выделить специальную комнату для
приема пищи и привести ее в культурный вид», подобрать про-
веренный персонал и «обеспечить бесперебойное питание сто-
лующихся»502. Неважно была организована работа закрытого
магазина №5 Черняховского универсалторга. В акте его про-
верки от 3 марта 1947 г. сказано, что прикрепление к магазину
контингента «пущено на самотек», «не введены пропуска в ма-
газин», «бывают перебои в снабжении» и даже отказы в отова-
ривании литерных карточек503.
Начальству не приходилось тратиться даже на такую ме-
лочь, как стрижка волос. Об этом примечательное свидетель-
ство М.Т. Смурыгиной: «Я долгие годы работала в обкоме пар-
тии в парикмахерской. Обслуживала весь горком и обком. Об-
служивала Щербакова и всех других секретарей. Приходила
прямо в кабинет. Меня встречали, закрывали дверь на ключ.
И я полностью обслуживала их: брила, стригла и т. д. Они мне
ничего не платили, за них расплачивался общий отдел. То есть
за эту работу мы получали соответствующую зарплату»504.
Самоснабжение и грофейщина. Помимо официально суще-
ствующих привилегий, ответственные работники имели воз-
можность удовлетворять свои растущие потребности и за счет
других источников.
Наиболее действенный способ сделать свою жизнь приятнее
на партийном новоязе стыдливо именовался «самоснабжением».
Почву для самоснабжения, т. е. использования в личных целях
казенного имущества, создавали «отсутствие учета и контро-
ля» ц наличие большого количества оставленных немцами или
конфискованных у них вещей. За счет присвоения и последую-
щей перепродажи трофейного имущества, выделяемых государ-
ством фондовых стройматериалов и других промышленных и
продовольственных ресурсов ответственные работники получа-
ли серьезные прибыли. Судя по всему, главный канал был свя-
зан «с темными лицами Литовской ССР». О стремлении к обо-
гащению многих руководящих работников не раз говорилось
на партийных собраниях и совещаниях. Эта тема, например,
241
III. Власть и общество
Вьются флаги,вьются ввысь
Украшают здания
хорошую-то жизнь
Дал товарищ GTMKH.
Калининградская частушка,
1949 г. ГАКО
была одной из главных на первом собрании парторганизации
ЦБК-1 в августе 1945 г. Выступавшая в прениях тов. Иванова,
разоблачая занятых самоснабжением руководителей, заявила:
«Мы приехали сюда не за большим рублем, а оседлаться здесь
жить»505.
На собрании областного партийного актива в марте 1947 г.
это явление было названо «психологией трофейщины», кото-
рая и по истечении почти двух лет с момента окончания вой-
ны все еще оставалась очень живучей, «только приобрела не-
сколько завуалированный характер»506. Лучшей иллюстрацией
к охватившей кадры «психологии трофейщины» может служить
случай, разбиравшийся на бюро обкома в феврале 1951 г. Про
одного работника там было сказано, что он «прибыл из Одессы
самолетом с одним чемоданчиком, а через год из Калининграда
отправил в Одессу два вагона вещей»507.
«Хозяйственное обрастание». Еще одним способом улучшить
свое материальное положение было обзаведение собственным
подсобным хозяйством, в котором производились продукты как
для личного потребления, так и на продажу. Справедливости
ради надо отметить, что парткомитеты вели с этим явлением
постоянную и, увы, безуспешную борьбу.
Впервые на эту проблему обратил внимание ответственный
работник ЦК ВКП(б) Мочалов, побывавший с проверкой в Ка-
лининградской области в январе 1947 г. В направленной на имя
секретаря ЦК А.А. Кузнецова докладной записке указывалось,
что местные руководящие работники «очень много внимания
уделяют личному устройству». С запиской были ознакомлены
назначенные в Калининград секретарями обкома П.А. Иванов
и С.А. Бровкин508, которые вскоре после прибытия, на одном из
первых заседаний бюро обкома 9 апреля 1947 г., решили про-
вести показательный разбор персонального дела одного из «за-
рвавшихся» местных руководителей, заместителя начальника
областного гражданского управления.
В постановлении бюро говорилось: «...будучи материально
обеспеченным, тов. Ф. в целях личного обогащения приобрел
свинью, кур и корову, молоко от которой его семья реализо-
вывала на рынке по 20 руб. за литр. Корм для коровы тов. Ф.
242
О хозяйственном обрастании
через своих подчиненных доставал в различных организациях.
Кроме того, тов. Ф. допустил спекуляцию на рынке капустой
одним из членов его семьи (тещей)». Учитывая, что Ф. сделал
выводы из критики и ликвидировал свое хозяйство, бюро огра-
ничилось «объявлением ему выговора за непартийное поведе-
ние в быту»509.
Получившее широкий резонанс дело не привело, однако, к
перемене ситуации. На партсобраниях разного уровня продол-
жалось рбличение «мелкобуржуазных настроений», выражаю-
щихся в «раздувании личного хозяйства» многими ответствен-
ными работниками и руководителями предприятий510. Про-
блему вновь пришлось обсуждать на заседании бюро обкома
ВКП(б), которое в августе 1948 г. рассмотрело вопрос «О фактах
хозяйственного обрастания руководящих работников Ладуш-
кинского района».
В постановлении бюро говорилось, что последние «потеря-
ли облик политических руководителей и допустили мелкобур-
жуазные и антигосударственные проявления, выразившиеся в
спекуляции продуктами на рынке и в привлечении немцев для
работы в личном хозяйстве». Так, первый секретарь райкома
ТС, имея семью из трех человек, «приобрел корову, свинью,
имеет большой сад, огород. Продукты своего хозяйства семья
тов. Д. продавала на рынке и даже работникам райкома пар-
тии». Не меньшее хозяйство имели второй секретарь райкома
Т., держащий «в качестве домработницы немку», и председа-
тель райисполкома Ш., которые также продавали на рынке мо-
лочные продукт^!, яблоки и ягоды из своего сада. Заведующий
оргинструкторским отделом райкома Ч. «незаконно обменял
корову в чайной РайПО и спекулировал махоркой». Аналогич-
ные претензии были предъявлены руководящим работникам
МТС, председателям местного Рыбкоопа и РайПО. На сигна-
лы коммунистов о злоупотреблениях райком партии не реаги-
ровал, растратившего 27 тыс. рублей государственных средств
заведующего райкомхозом П. руководство района покрывало,
препятствовало его аресту, а когда последний сбежал из райо-
на, первый секретарь «имел с ним переписку».
«Все это, — говорилось в заключение, — привело к ослабле-
нию партийной работы в районе, в результате чего Ладушкин-
ский район значительно отстает в проведении сельхозработ».
Постановляющая часть решения бюро обкома содержала тре-
бование «в недельный срок передать в колхозы имеющихся у
них коров» и объявляла провинившимся различные партийные
243
III. Власть и общество
взыскания в виде выговоров. Серьезно пострадал только спеку-
лянт махоркой Ч., которого сняли с должности511.
О том, сколь неэффективны были подобные публичные раз-
борки, свидетельствует живучесть этого явления в среде ка-
лининградской номенклатуры. На областной партийной кон-
ференции в феврале 1950 г. публично критиковался снятый с
работы секретарь Нестеровского райкома ВКП(б), у которо-
го «партийное лицо корова языком слизала». «Бывший секре-
тарь..., — говорилось на конференции, — чтобы сохранить
квартиру в Ленинграде, жил один, без семьи. Но стремление
к обогащению морально неустойчивых работников настолько
оказалось заманчивым, что и он, одиночка, решил обзавестись
коровой. Но ведь за коровой нужно ухаживать, корову надо
доить, излишек молока сбывать. И [он] без всякого зазрения
совести стал совмещать все это с обязанностями секретаря рай-
кома. Каждый день, утром и вечером выходил доить корову.
Надо заметить, что корова ему попалась строптивая, и чтобы
она не брыкалась и отдала все молоко, повязывался платком,
чтобы походить на женщину... Нестеровские товарищи... не
призывали его к порядку, а наоборот, одни сочувствовали ему,
а другие подсмеивались, рекомендуя ему кроме платка одевать
еще и юбку, что он, говорят, иногда и делал»512.
Кампанию по борьбе с «хозяйственным обрастанием», как
водится, нередко использовали для устранения неугодных и
сведения счетов. Яркий тому пример — длившееся почти весь
1950-й год дело ответственного работника облисполкома В. Де-
ло было заведено по поступившему в обком партии доносу со-
седей, в котором они указывали «на элементы хозяйственного
обрастания тов. В. и его недостойное поведение». За сим по-
следовала череда собраний и заседаний парторганов разного
уровня.
Поначалу В. отвергал клевету и пытался оправдываться, за-
являя, что у него имеется только «корова, шесть гусей, 4 куры,
3 улья пчел, одна собака», которых он использует исключитель-
но для того, чтобы прокормить свою большую семью из семи
человек. Он также простодушно сообщил своим товарищам, что
вся эта живность вообще не его, так он ее «уже переоформил
на племянницу». Что же касается телки, обнаруженной во вре-
мя проверки бдительной комиссией партбюро в его сарае, то,
по словам В., «это телка соседки, у которой холодный сарай», а
свою телку он давно зарезал, в подтверждение чего предъявил
партбюро справку о сдаче шкуры.
244
О хозяйственном обрастании
Объяснения и справка были расценены на общем партий-
ном собрании как «явный маневр». Выступавшие говорили, что
«дело не в том, сколько у него гусей и уток», а в моральном раз-
ложении как члена партии. В. обвиняли в нежелании признать
свою вину и даже в стремлении «развивать тенденцию к даль-
нейшему хозяйственному обрастанию», так как за последнее
время «вместо одного улья у него появилось три». Товарищи
ставили В. в упрек неудовлетворительное выполнение своих
служебных обязанностей в облисполкоме, поскольку «его вни-
мание то и дело отвлекается на корову, на гусей, на пчел». Ито-
говое решение гласило: «Объявить выговор и предложить при-
вести свое хозяйство в такой порядок, который бы исключал
возможность обогащения (ликвидировать телку)». Сломленный
напором товарищей В. дал обещание избавиться от всей жив-
ности за одйн месяц и только попросил высокое собрание «раз-
решить оставить хотя бы один улей пчел». В последней прось-
бе В. было отказано513.
В заключение отметим, что уровень привилегий калинин-
градской номенклатуры определялся нормами и традициями,
которые действовали по всей стране. При этом Москва пошла
на предоставление местному совпартаппарату максимальных
льгот, присвоив Калининграду высшую первую категорию де-
нежного довольствия и снабжения руководящих работников,
чтобы создать стимулы для закрепления кадров в разрушенном
войной крае. Однако у местной номенклатуры имелись и соб-
ственные возможности для укрепления своего благосостояния
и улучшения условий жизни. Они в той или иной степени бы-
ли связаны с не вполне контролируемым процессом «освоения»
бывшей немецкой земли: обеспечением себя комфортабель-
ными жилищными условиями сверх установленных в других
районах СССР норм, возможностью присвоения материальных
ценностей («трофейщина»), использования бесплатного труда
немцев и т. п.
245
СТАЛИНСКИЙ ПЛАН СТРОИТЕЛЬСТВА
КАЛИНИНГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ
«Сталинским планом строительства Калининградской обла-
сти» из пропагандистских соображений был назван ряд приня-
тых летом 1947 г. постановлений высших органов государствен-
ной власти, определивших направления и перспективы раз-
вития бывшей Восточной Пруссии в составе СССР. Рождению
«Плана» предшествовала череда драматических и даже траги-
ческих событий с извечными российскими сюжетами: письмом
вождю, приездом столичного ревизора, смертью главного героя
и венчающим дело государевым решением.
Началось всё в конце 1946 г., когда в область, с момента окон-
чания войны остававшуюся безраздельной вотчиной военных,
было назначено партийное руководство во главе с первым се-
кретарем Смоленского обкома Д.М. Поповым514. Однако по не-
известным причинам его перевод, одобренный секретариатом
ЦК, не был утвержден политбюро. Вследствие этого команди-
рованный из Ленинграда на должность второго секретаря об-
кома П.А. Иванов в течение полугода фактически возглавлял
областную парторганизацию.
Петр Андреевич Иванов приехал в Калининград в сорока-
летием возрасте, имея за плечами не только высшее инженер-
ное образование и аспирантуру, но и большой опыт работы: во
время войны он руководил одним из райкомов Ленинграда и
организовывал партизанское движение. То, с чем он здесь стол-
кнулся с первых шагов, повергло пережившего страшную бло-
каду и закаленного войной человека в настоящий шок. Стекав-
шаяся к нему ежедневно информация и собственные впечат-
ления от увиденного складывались в почти апокалиптическую
картину.
246
Сталинский план строительства Калининградской области
Апокалипсис по-калининградски
Прежде всего он увидел, что ликвидация связанной с войной
разрухи за полтора прошедших года практически не начина-
лась. «Восстановительные работы, — не без иронии говорилось
в одной записке за 1947 г., — грандиозны по своим объемам, но
мало ощутимы по результатам». Его поразил взятый местными
строителями на вооружение метод частичного восстановления
зданий, когда в полуразрушенных, стоящих без крыш домах
ремонтировались «только первые этажи, а в некоторых случаях
даже отдельные комнаты»515. Военные власти отчитались о пол-
ном разминировании территории, но мины, бомбы и снаряды
продолжали взрываться по всей области.
Удручающим было состояние областной экономики. Промыш-
ленность стабильно проваливала все плановые задания, обору-
дование использовалось на 25-30%. Разбросанные по бывшим
немецким хуторам и юнкерским поместьям 350 колхозов и сов-
хозов не имели никакой техники, а переданный им скот был
выбракован армейскими частями «по причинам истощенности,
зараженности туберкулезом и травматических повреждений».
Такие колхозы не в состоянии были прокормить даже своих
собственных работников.
Повсеместно не хватало рабочей силы: штаты предприятий
и организаций были укомплектованы от силы на две трети, а то
и наполовину, при этом квалификация переселенцев оставляла
желать лучшего. Но всё это было еще полбеды — настоящая
беда была с руководящими кадрами. На собрании областного
партактива в марте того же года секретарь Калининградского
горкома П.И. Колосов публично заявил о том, что в госаппарате
окопались «жулики, прохвосты, авантюристы, заслуживающие
внимания наших карательных органов. За 9 месяцев работы в
г. Калининграде я почти не знаю ни одной организации, кото-
рая не была бы поражена растратами, хищениями, элементами
жульничества»516.
Гораздо обширнее, однако, была категория руководителей,
чье поведение в узком партийном кругу деликатно именовалось
«самоснабжением» и «хозяйственным обрастанием». Чиновники
всех рангов обзаводились личным подсобным хозяйством, за-
частую используя бесплатный труд немцев, а их супруги и тещи
бойко торговали на рынках произведенным продуктом, заод-
но спекулируя дефицитной махоркой и промтоварами. Почти у
247
III. Власть и общество
П.А. Иванов — второй секретарь
Калининградского обкома ВКП(б),
1947 г. ГАНИКО
каждого руководителя была немка-домработница, а некоторые
держали по четверо и нятеро слуг. Жены ответственных работ-
ников повально занялись «приобретением вещей немецкого
происхождения», сводили близкое знакомство с немками-шля-
почницами и обшивались у немок-модисток.
Очень опасным считалось повсеместное распространение так
называемых «сезонных настроений» — ожиданий, что Кали-
нинград «отдадут обратно немцам». В регулярно поступавших в
обком сводках политических настроений грудящихся чемпиот
ном среди циркулировавших в 1947 г. слухов был слух о том,
что «скоро будет новая мировая война» и «надо будет уносить
ноги»517.
В течение всего сорок седьмого года в ЦК, правительство и
«лично товарищу Сталину» от переселенцев первой волны шел
поток жалоб на неустроенность, нехватку продуктов, отсутствие
пригодного жилья, невыдачу обещанной мануфактуры, раз-
гул бандитизма, отравленные колодцы, заминированные поля,
произвол начальства. «Мы живем, как первобытные люди, —
жаловались выходцы из Ярославской области, — не имея спи-
чек, поддерживаем круглосуточно огонь в печах. Не имея керо-
сина, сидим после работы при свете лучины, не имея мыла — не
можем регулярно мыться». А начальство еще и попрекает, что
«мы хуже немцев работаем»518.
248
Сталинский план строительства Калининградской области
Наличие в области свыше ста тысяч немецких граждан также
чрезвычайно беспокоило областное руководство. Юридический
статус немцев был двусмысленным, выселять их в Германию
Москва Не торопилась. Всех немцев считали врагами, которые
дурно воздействовали на советских людей. В 1947 г. органы гос-
безопасности раскрыли 15 антисоветских и несколько дивер-
сионных групп. Почти все пожары, аварии на производстве,
падеж скота и прочие беды списывались на немцев. Последние
же «под предлогом несвоевременной выдачи им норм питания»
осмеливались вести «не вполне здоровые разговоры». В письме
начальника одного из военных совхозов в областное граждан-
ское управление от 22 апреля 1947 г. (в день рождения Ильи-
ча!) рассказывалось о беспризорных немецких сиротах, которые
«живут воровством и подаянием, ходят грязные, рваные, разу-
тые и опухшие». Их неприглядный вид, заключал автор письма,
«производит морально-разлагающее воздействие на окружаю-
щую среду». На первой областной партконференции в декабре
1947 г. говорилось, что даже коммунисты «допускают немцев в
быт, сожительствуют с немками», «возвеличивают достоинство
немецких женщин перед русскими», доверяют им воспитание
своих детей, в результате чего они «владеют немецким языком
лучше, чем русским»; некоторые под видом русско-немецких
праздников устраивают совместные пьянки и танцы под немец-
кие фокстроты. Когда на собрании партактива 25 марта задали
вопрос о судьбе немцев: «Скоро ли мы от них избавимся?» —
Иванов честно ответил: — «Это большой вопрос, вопрос не об-
ластного значения..., который мне лично не удалось разрешить
даже в Москве»519.
Самой болезненной проблемой для молодого партийного ру-
ководителя оказались отношения с военными. Они как-то не
заладились с самого начала. Иванов видел свою миссию не про-
сто в наведении порядка, а в установлении на бывшей прус-
ской земле советской власти, а значит, он неизбежно должен
был столкнуться с местным генералитетом. Боевые генералы и
офицеры долгое время чувствовали себя здесь абсолютными хо-
зяевами. Военные владели целыми городами и поселками, а в
остальных занимали лучшие здания и помещения, да еще и от-
гораживали от гражданских лиц «свои» кварталы незаконными
постами и шлагбаумами. В 1947 г. в Калининграде из 1 млн м2
жилой площади 650 тыс. было занято военными, и это не счи-
тая казарм. А по области Министерству вооруженных сил при-
надлежала половина всего земельного фонда. Командиры и
249
III. Власть и общество
коменданты попросту игнорировали постановления, в том чис-
ле и правительственные, о передаче тех или иных объектов
гражданским властям. Каждый поселок, каждое здание при-
ходилось буквально отвоевывать. Когда военные уступали, они
«при своем уходе снимали всю арматуру, отопительные прибо-
ры, двери и окна»520.
На долгое время оказалась парализованной работа ЦБК №2,
так как выделенные комбинату под лагерь для военноплен-
ных, которые составляли основной контингент рабочей силы,
помещения были самовольно захвачены военным совхозом №4
и заняты под скотный двор. Директор комбината трижды про-
сил командование 11-й гвардейской армии освободить построй-
ки, на что члены Военного совета ему «категорически отказали,
заявив: “Ради немцев Советских коров выгонять на улицу не
будем”»521.
На глазах всего Калининграда в феврале 1947 г. военные
разобрали на дрова чудом уцелевший в центре города стадион
на пять тысяч мест. Несмотря на протесты городских властей и
обращения к командующему 11-й гвардейской армии А.В. Гор-
батову, солдаты «с топорами и пилами приступили к поломке
сооружений стадиона», а затем машинами вывозили «выломан-
ные полы, зрительские трибуны и другое оборудование»522.
Более всего пострадали от военных первые колхозы. Снача-
ла они боролись с воинскими частями за выделенную им «в
вечное пользование» землю. Так, 10 апреля 1947 г. начальник
военного совхоза №75 майор Попов сначала приказал выдер-
гать и выбросить поставленные землеустроителями межевые
столбы вновь образованного колхоза «Искра», а затем заявил на
крестьянском сходе: «Я на свою землю вас не пущу, поставлю
часовых-автоматчиков, для этого мне дали 15 человек, и даль-
ше поселка Юанауген колхозники и ногой не ступят». С первых
дней крестьянам пришлось вводить круглосуточную стражу,
чтобы защитить свой небогатый скарб от «людей в солдатских
шинелях». Настоящим бедствием для колхозных полей стали
военные маневры и учения со стрельбой, танковыми атаками,
рытьем окопов и блиндажей, сопровождавшиеся к тому же пор-
чей посевов, кражей скота, сжиганием сена, мордобитием кол-
хозников и даже пальбой по населенным пунктам523.
П.А. Иванов пытался переломить ситуацию и не собирался
мириться с унизительным положением полной зависимости, в
какой, например, оказался председатель облисполкома, быв-
ший до этого начальником областного гражданского управле-
250
Сталинский план строительства Калининградской области
Центр Калининграда, конец 1940-х гг. ГАКО
ния В.А. Борисов, о чем свидетельствует хотя бы такой симво-
лический штрих: накануне нового, 1947, года последний обра-
тился к начальнику военторга со слезной просьбой «отпустить
для буфета совпартактива шесть ящиков мандаринов и апель-
синов»524.
Иванов явно был слеплен из другого теста, он не только про-
сил, но и требовал от командующих армиями и военного окру-
га безусловного выполнения всех принятых решений, беспре-
станно апеллировал к Москве, чем страшно раздражал генера-
лов, которые смотрели на него как на зарвавшегося мальчишку,
посягавшего на их «кровью завоеванные» права и привилегии.
Сохранилось даже устное предание, впрочем, не подтвержден-
ное документально, что герой войны генерал К.Н. Галицкий
ездил в Москву жаловаться на секретаря обкома Сталину. Сам
Иванов публично заявил о конфронтации с военными на собра-
нии партактива области, признав, что «до ЦК доходили некото-
рые сведения о трениях между гражданскими и военными»525.
Наверное, секретарь обкома смог бы выдержать и противо-
борство с военными, и одолеть все прочие встретившиеся на
его пути трудности. Но была еще одна проблема, которая пси-
хологически оказалась для него непереносимой, — страшный
голод, поразивший область в 1947 г.
К нему в обком едва ли не ежедневно поступали все более тре-
вожные секретные донесения с мест. Из Гвардейского района
251
III. Власть и общество
яш
cW
шняп^Дкри 3£Ug£jg(H
^зЧалшшвора^
1пдайоЬых\н«:опд
4 ибС«1,У1 £>К
в<>_ напряженно г бороться
, чОммше* вьшопдавуктяв*
рент соцвачпегпчеевдго смь^
трудящихся.,
^освоить одустощевный
, дс'-вйасто'хйебов мелй
да осот, ,гда впедле в
левам заводы и-Жйлпща;
' это^стмо ^во?«ощнив
ЬкшЛп^^^В
тии<Ь правительства;' благодари
ЛИ CirtidiM За Fi’C I ИдТ) pHTnl D ha
В J иной oImucth, вшнорнгекч иОЗДИ 1)> г о
тяыеи Вы, тмчршц Ста н'н Vnnpi,,lci
1см, чго Родмт Л)р)чи.м дач преврзтнгч ujlm нр
слагягсьмс земчн в нгепшин кр th Copitci ой (кр-
иво in Ьгпки^оч noOepiMi, о wi\mih форпоьт
CnieuhDio гпидчриш м сю зшатпнх pjvch-i-.
f (H&nucbiia ЛруЬящихс^. Калининградской области
товарищу Сталину)? -
От трудящихся Калинин!радской области
ПРЕДСЕДАТЕЛЮ СОВЕТА МИНИСТРОВ СОЮЗА ССР
Товарищу СТАЛИНУ Иосифу Виссарионовичу
8еш^? ^ьетмиаут есть
пйг1успснах до, задпштыщ.
ЯЫуЛМжцн открыто и пряно
ирмимь что ешд по с>медн в
'по,твои1 в ар" в / попользовать
хредрую помощь, которую' ока-
зывая д продолжают оказывать
ig’Wiae, ЬеСа,гЪ»ркфмя и
овощей. Ж' .фаипп'еекп, jMtj
Мрадд, гй!Ь гжод больш§
..... • дарственный (план^1948 чода
Вашей бгечейкрйра5о«.токар1пц1по валодаЯзгродуйцвп выподад,
черно» стровгмьсш Каяцошь
градсьой области
' Рабочие,1 служащие и ниже-
Чеото-те’хишйсшго .работники
верх отраслей вррдышделностн
а траиспортао&пстк(юрут обп-
змвдьст«) увюачть в 1949
год/ лПЯоУск „ проимшленнои
продукции в два* раза прошв
прошлого года
' Р^отппй&'цВдяюябэно-буиаж-
пой промышленности обязуются
увеличить производство целлю-
(а зовы в. полтора раза, буяага'-
йГ в 3,2 ваза, спирта—в 1,6 ра-
у- и дать сверх плана: иеллю-
- мзы-^бЛбО тони, спирта-
34,001) декалитров п б>иагл—
Публикация письма трудящихся Калининградской области Сталину
в газете Краснознаменского района «Красное знамя»
от 10 апреля 1949 г.
писали, что там «создалось исключительно тяжелое положение
с питанием», многие семьи переселенцев «живут в скверных
условиях, кое-какие из них пухнут от недоедания». Массовая
дистрофия в конце концов повлекла за собой смерть людей от
истощения, самоубийства на почве голода и даже случаи лю-
доедства. Что уж было говорить о немцах, чьи трупы в мороз-
ную зиму 1947 г. не успевали хоронить и складывали штабеля-
ми в ожидании, когда земля немного оттает526.
Причины голодомора были типичным продуктом непово-
ротливости административно-командной системы: количество
жителей в результате начавшегося осенью 1946 г. массового за-
селения области росло едва ли не в геометрической прогрес-
сии, а выделяемые Центром продовольственные фонды осно-
вывались на гораздо меньших, постоянно устаревающих дан-
ных. Около двухсот тысяч переселенцев, прибывших в область
осенью 1946 г., не могли рассчитывать и на свой приусадебный
участок, так как приехали в конце сельскохозяйственного сезона.
Иванов бил в набат, просил в долг, без успеха взывал о по-
мощи к тов. Снечкусу из относительно благополучной Литвы,
сам обращался во все инстанции и заставлял писать других ру-
ководителей, в том числе «областному куратору» в правитель-
стве А.Н. Косыгину (тот накладывал стандартные резолюции:
«Отказать», «Вопрос снять»). Результаты были мизерные. Запо-
252
Сталинский план строительства Калининградской области
здалая и весьма скромная помощь пришла только в конце мая,
когда с привычным пропагандистским шумом, многолюдными
митингами и письмами благодарности было объявлено о ще-
дром подарке вождя — выделении калининградским колхозни-
кам «Сталинского пайка» — по два пуда зерна на душу527.
Все эти долгие месяцы Иванов должен был чувствовать то,
что когда-то пережил в блокадном Ленинграде. Только войны
уже давно не было, и Калининград не осаждали вражеские пол-
чища. Возможно, именно воротясь с одного из славящих заботу
вождя митингов Иванов сел писать письмо Сталину.
Письмо вождю
Датированное 28 мдя 1947 г. письмо секретаря Калинин-
градского обкома И.А. Иванова Сталину на шести машинопис-
ных страницах, имевшее гриф «совершенно секретно», более
полувека держалось в строжайшей тайне и было опубликова-
но только в 2002 г. по копии, сохранившейся в областном парт-
архиве528.
Иванов писал, что более года на землях бывшей Восточной
Пруссии не было советских гражданских органов управления,
из-за чего отсутствовали учет и охрана имущества, «ценности
растаскивались, жилой фонд и производственные помещения
разрушались», а министерства и ведомства «рассматривали Вос-
точную Пруссию как оккупированную территорию, демонти-
ровали оборудование, вывозили ценные материалы». Тут же
было сказано о нередких «случаях организованного бандитиз-
ма й грабежа, в которых принимали участие военнослужащие».
Ответственность за рост преступности и недальновидную по-
литику он возлагал на военные органы, которые не разъясня-
ли людям, что эта земля и всё, что на ней находится, являются
достоянием советского государства.
Посетовав на некачественный отбор переселенцев, прохо-
дивший «без необходимой проверки и контроля», автор письма
указал на проникновение в область немалого числа проходим-
цев и любителей легкой наживы. К ним следовало добавить
большое количество не вполне благонадежных репатриантов
и 100 тыс. немцев — «крайне озлобленных людей, готовых на
все, чтобы подорвать, ослабить безопасность, задержать хозяй-
ственное освоение и развитие области».
Далее Иванов честно и без прикрас рассказал об отсутствии
успехов в восстановительных работах, провальных результатах
253
III. Власть и общество
хозяйственной деятельности, кадровой чехарде, голоде, тре-
вожной политической обстановке. Всё это, по его мненйю, по-
рождает у населения «неуверенность в прочности его положе-
ния на новой территории» и создает «благоприятные условия
для работы вражеских разведок».
Во второй части письма секретарь обкома напомнил, что Ка-
лининградская область не была включена в послевоенную пя-
тилетку, что дало центральному аппарату повод игнорировать
ее проблемы. В результате «мы живем и работаем без едино-
го плана и, по существу, без ясной перспективы». Здесь же он
весьма обстоятельно изложил собственную программу действий,
выполнение которой не представлялось ему возможным «без
серьезной помощи республиканских и союзных министерств».
В заключение Иванов обратился к вождю с просьбой «назна-
чить специальную комиссию и поручить ей с нашим участием
разработать и представить на рассмотрение Совета министров
Союза ССР план восстановления и развития Калининградской
области».
Несмотря на осторожные формулировки, идеологические
штампы и демонстративную лояльность, письмо Иванова было
криком отчаяния и вместе с тем вызовом — вызовом зазнав-
шимся генералам, недальновидной московской бюрократии и,
в конечном счете, самому Сталину. Его невозможно было проиг-
норировать, и Иванов был срочно вызван в Москву.
Заседание политбюро 9 июня началось, как всегда, поздним
вечером. В 22 ч. 50 м. секретарь пригласил в кабинет Сталина
И.А. Иванова и прибывших с ним председателя облисполкома
В.А. Борисова и секретаря обкома по кадрам С.А. Бровкина (был
записан помощником Сталина Поскребышевым как Бровко).
Они оставались там до 23 час. 45 мин.529 На заседании было при-
нято постановление о создании партийно-правительственной
комиссии во главе с заместителем председателя правительства
А.Н. Косыгиным, который с 1945 г. «курировал» область в пра-
вительстве, а в феврале 1946 г. был избран депутатом Верховно-
го Совета СССР по округу, включавшему территорию бывшей
Восточной Пруссии. Ниже приводится полный его текст:
«ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПОЛИТБЮРО ЦК ВКП (б)
Вопросы Калининградской области
1. Образовать комиссию в составе т.т. Косыгина (председа-
тель), Родионова, Козлова, Круглова, Горегляда, Ишкова, Ко-
254
Сталинский план строительства Калининградской области
марова, Лаврищева, Гарныка, Карасева, Скворцова, Максимо-
ва, Иванова, Борисова, Ларионова*.
2. Поручить комиссии выехать в Калининградскую область и,
ознакомившись с положением дел на месте, выработать проект
мероприятий по оказанию хозяйственной помощи Калинин-
градской области, а также конкретный план по использованию
верфи, целлюлозно-бумажной и янтарной промышленности и
транспорта.
3. Срок работы комиссии — до 1 июля.
Секретарь ЦК И. Сталин
1158/170. 9.VI.47 г.»**
Автор этих строк много лет пытался отыскать в архивах хоть
какие-то отголоски того, что происходило на судьбоносном для
калининградцев заседании политбюро (стенограмма по сло-
жившейся традиции не велась). В конце концов такое свиде-
тельство удалось обнаружить в протоколе одной из районных
партконференций, состоявшейся в октябре 1947 г. На ней соб-
ственными впечатлениями от памятной встречи со Сталиным
поделился С.А. Бровкин: «Я имел счастье быть на совещании
бюро ЦК ВКП(б), где обсуждался вопрос о нуждах нашей Ка-
лининградской области. Весь состав политбюро нашей партии
и товарищ Сталин заслушивали нас 2 часа (в действительности
55 мин. — Ю.К.} и обсуждали нужды нашей Калининградской
области. Товарищ Сталин сказал: “Пишите чаще и больше”.
После чего была создана комиссия»530.
* А.Н. Косыгин — зам. председателя Совета министров СССР, М.И. Ро-
дионов — председатель СМ РСФСР, А.И. Козлов — заместитель мини-
стра сельского хозяйства СССР, С.Н. Круглов — министр внутренних
сил СССР, А.А. Горегляд — министр судостроительной промышлен-
ности СССР, А.А. Ишков — министр рыбной промышленности запад-
ных районов СССР, С.М. Комаров — министр целлюлозной и бумаж-
ной промышленности СССР, В.А. Гарнык — заместитель министра
путей сообщения СССР, Н.А. Скворцов — министр совхозов СССР,
П.А. Иванов — второй секретарь обкома, В.А. Борисов — председатель
облисполкома, А. Ларионов — заместитель начальника Управления ка-
дров ЦК ВКП(б). Должности Лаврищева, Карасева и Максимова уста-
новить не удалось.
** РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 163. Д. 1500. Л. 99. Выделенные курсивом ело-'
ва дописаны карандашом рукой Сталина.
255
III. Власть и общество
Только простодушный Степан Андреевич мог буквально по-
нять сказанную на прощание Сталиным одну из своих «фир-
менных» фразочек как поощрение к письмотворчеству. Для
большинства присутствующих она прозвучала зловеще: извест-
но было, что вождь терпеть не мог жалобщиков и паникеров.
А значит, судьба Иванова была уже решена.
Комиссия Косыгина
Через два дня после заседания политбюро «Комиссия Косы-
гина» прибыла на литерном поезде в Калининград, где ей пред-
стояло пробыть целую неделю. Вместе с Косыгиным приехали
председатель Совета министров РСФСР М.И. Родионов, ми-
нистр внутренних сил СССР С.Н. Круглов, другие министры,
главы центральных ведомств и ответственные работники ЦК;
от местного руководства в комиссию входили Иванов и Борисов.
Чрезвычайный характер комиссии стал понятен сразу после
того, как выяснилось, что Косыгин отказался поселиться в го-
стинице и вместе со своей свитой остался жить в вагоне спец-
поезда, который под усиленной охраной стоял на запасном пу-
ти. «Уже через несколько часов после своего прибытия, — вспо-
минает ветеран области М. Севастьянов, — группы московских
специалистов разъехались по отраслевым объектам. Каждый
день с утра и до поздней ночи ездил по всей области и А.Н. Ко-
сыгин. Беседовал с рабочими, восстанавливающими заводы, с
рыбаками, колхозниками, рабочими совхозов, учителями»531.
Приезд целой бригады столичных ревизоров вызвал настоя-
щий переполох среди аппаратных работников. Из отпусков
были срочно отозваны все сотрудники, отменены выходные, во
всех инстанциях работа кипела с утра до поздней ночи. Члены
комиссии беспрестанно требовали все новые и новые справки,
отчеты, предложения и планы. Больше всех досталось пере-
шедшим на круглосуточный режим работы шоферам и перепе-
чатавшим горы бумаг машинисткам обкома и облисполкома, за
что впоследствии они были отмечены денежными премиями532.
Ветеран Янтарного комбината Н.И. Пашковский в 1990 г.
рассказывал автору очерка о посещении в эти дни поселка
Пальмниккен (совр. Янтарный) министром МВД Кругловым и
его свитой: «Они ходили смотреть карьер — тогда это было боль-
шое мертвое озеро желтого цвета, рельсы провисали, экскава-
торы чуть ли не веревками привязывали. Круглов посмотрел и
сразу сказал, что забирает янтарь в свое хозяйство». Так самое
256
Сталинский план строительства Калининградской области
Юо СЛО^-
РОА.ИНЫ
Ежедяппая красвоармАКси» газом Осооого Воояиого Округа^
Реи.» г и и ? фсзрчя ic« геи i Иа 42 (ВТ)
Горячий красноармейский
привет депутатам Верхов-
ного Совета СССР!
Ца' здравствует_наша
родная Советская власть!
УКАЗ
Президиума Верховного Совета СССР
О созыве Верховного Совета СССР
Президиум Верховного Совета СССР на осно
сепии статьи ББ Конституции СССР постановляет
Созвать первую сессию Верховного Совет*
Союза Согет них Сощгичстнч^скнх Ре-публмк
11 мюта 1946 года nr М
Председатед Про цдиум Вирхо» го
(k j ст«гь Пре идиума ЕкрхоорсгО Совота^СССР^
-> ЫкЛп, Крензъ 35-февраля года » ч
поьимг у П х\ии В Ч» i>F Г~ТР1 ИМ 28» ГОЛОВ! IrlllV » РЛС1ИЙ I И I
Наши избранники
Сообщение в гарнизонной газете «Во славу Родины»
от 17 февраля 1946 г. об избрании депутатами Верховного
Совета СССР от Кёнигсбергского особого военного округа
А.Н. Косыгина и К.Н. Галицкого
большое в мире предприятие по добыче и переработке янтаря
оказалось под крышей ГУЛАГа под названием «Комбинат №9»,
а вблизи янтарного месторождения тотчас стал строиться ла-
герь на несколько тысяч заключенных.
Многие областные руководители и хозяйственники пони-
мали, что наступил их звездный час, когда выпал редкий шанс
обратить на себя внимание сильных мира сего, продвинуться
по карьерной лестнице (ожидались массовые увольнения), на
худой конец — решить хотя бы некоторые из наболевших про-
блем. Вот почему комиссию завалили просьбами и прожектами
самого разного свойства. Одни требовали денег, другие фондов,
третьим нужно было две тысячи швейных машинок, четвертые
просили выделить 5 Тыс. метров бархата или плюша, пятые го-
товы были удовлетвориться несколькими новыми автопокрыш-
ками или набором шрифтов для районной типографии. Ну а ру-
ководство пыталось продвинуть давно вынашиваемую им идею
о переводе Калининградской области «по нормам расходов на
социально-бытовое обслуживание партийных и советских ра-
ботников» из второй в первую категорию.
Между тем комиссия продолжала работу. На проведенном
Косыгиным большом совещании .было создано десять рабочих
257
III. Власть и общество
групп, которые должны были подготовить проекты постанов-
лений по основным направлениям социально-экономического
развития области. Присутствовавший на совещании М. Сева-
стьянов вспоминал: «Все говорили коротко и очень конкретно.
Если кто пускался в общеполитические рассуждения, его тут
же обрывал Косыгин: “Прошу конкретно ваши предложения,
положение дел в области нам уже известно”. Мое выступление
состояло из четырех слов: “Предлагаю создать плодоовощной
совхоз в Немане”. И сразу же прозвучал голос Косыгина: “Есть
возражения? Нет. Принимается”».
По ходу дела заместитель премьера на месте решал множе-
ство вопросов, в частности, отменил постановление о демонта-
же и отправке в Минск знаменитого дебаркадера Кёнигсберг-
ского железнодорожного вокзала. Каждый день следовали от-
ставки, назначения и перестановки руководящих работников.
Однако главный кадровый вопрос разрешился лишь под конец
пребывания комиссии в Калининграде и не совсем по тому сце-
нарию, который был намечен заранее.
Не вызывает сомнений тот факт, что, уезжая из Москвы,
Косыгин уже знал решение Сталина об отстранении Иванова.
Во время работы комиссии последний оказался фактически в
изоляции и пребывал в тяжелой депрессии, так как догадывал-
ся о своей участи. В ночь на 18 июня перед итоговым заседа-
нием бюро обкома Иванов застрелился из именного браунин-
га. Единственный экземпляр материалов проведенного в этой
связи поспешного расследования был сразу же доставлен в
Москву.
На собравшемся утром заседании Косыгин как ни в чем ни
бывало назвал членам бюро имя нового первого секретаря об-
кома В.В. Щербакова, работавшего ранее председателем Бю-
ро ЦК ВКП(б) по Литве, и представил целый ряд других вновь
назначаемых областных руководителей. В тот же день секре-
тари ЦК Жданов, Суслов и Кузнецов подали Сталину записку
с предложением утвердить «первым» Щербакова, который «яв-
ляется подготовленным партийным работником и, по наше-
му мнению, справится с задачей руководства Калининградской
областью». Путем опроса проголосовали «за» и другие члены
политбюро, а в заключение Сталин начертал свою резолюцию:
«Согласен». Тем самым документ обрел статус постановления
политбюро №И58/203 от 21 июня 1947 г. При этом обстоятель-
ства, да и сам факт смены калининградского руководства бы-
ли настолько засекречены, что спустя три недели после роково-
258
Сталинский план строительства Калининградской области
В. В. Щербаков — первый секретарь
обкома ВКП(б) в 1947-1951 гг. ГАКО
го выстрела в постановлении ЦК и Совмина о хлебозаготовках
в Калининградской области т. Иванову вменялось в обязан-
ность «повседневно лично заниматься вопросами выполнения
плана»533.
В калининградских газетах и передачах областного радио не
было сказано ни слова ни о приезде комиссии Косыгина, ни о
кадровой перетряске в областных верхах. Но слухи, конечно,
ходили. Было даже составлено и отправлено в ЦК спецсооб-
щение «О политических настроениях в области в связи с ре-
зультатами работы правительственной комиссии». В нем, разу-
меется, говорилось о полном одобрении принятых и будущих
решений. Но были и отдельные «отрицательные» высказыва-
ния. Домохозяйка Семчииина сетовала, что «в газетах только и
пишут о войне», поэтому «нет желания устраивать здесь свою
жизнь и как-то невольно всё поглядываешь на восток». Другой
просвещенный калининградец высказался в том духе, что «за
границей безработные живут в несколько раз лучше». Нако-
нец, еще один анонимный гражданин сказал: «Косыгин сам убе-
дился, что Калининграду помогать нужно, но, видимо, боится
это сделать, так как со временем Калининград снова отдадут
немцам»53'*.
Любопытно, что созданная по высочайшему указанию ко-
миссия перед политбюро так и не отчиталась. Дальнейшая
подготовка постановлений была передана в аппарат Совмина.
259
III. Власть и общество
Основная работа сосредоточилась в секретариате А.Н. Косы-
гина, который взял на себя бремя согласований с различными
министерствами и ведомствами и провел 25-28 июня у себя в
кабинете несколько больших совещаний. Надо отдать должное
добросовестности Алексея Николаевича: он лично редактиро-
вал, уточнял и дополнял все проекты документов, вникал в ма-
лейшие детали. В результате в течение двух-трех недель был
подготовлен ряд правительственных постановлений по Кали-
нинградской области. Они были подписаны Сталиным 21 ию-
ля и обрели законную силу535.
Сталинский план
О принятых в Москве решениях калининградцы узнали ме-
сяц спустя из доклада нового первого секретаря обкома Щерба-
кова на областном партактиве 23-24 августа, изложение которо-
го было напечатано в двух номерах газеты «Калининградская
правда». Именно Щербаков первым публично назвал постанов-
ления Совмина «великим Сталинским планом восстановления
и развития Калининградской области». Правда, в ЦК его резко
одернули, посчитав недопустимым использование понятия «вос-
становление», как будто речь идет о возрождении фашистской
Восточной Пруссии. Его срочно заменили «строительством», а
обллиту на всякий случай было дано указание вообще запре-
тить использовать в печати этот сомнительный термин536.
«Сталинский план» включал в себя девять постановлений Со-
вета минйстров СССР от 21 июля 1947 г. общим объемом около
150 страниц машинописного текста537, определивших развитие
Калининградской области в 1947-1948 гг., а в некоторых слу-
чаях до 1950 г., что на практике означало включение области
с полуторагодичным опозданием в пятилетний народнохозяй-
ственный план.
Семь из девяти постановлений касались ведущих отраслей
областной экономики: судостроительной, целлюлозно-бумаж-
ной, янтарной, рыбной промышленности, энергетики, транс-
порта и сельского хозяйства. Планировалось осуществить запуск
178 промышленных предприятий, «перешить» доставшуюся от
немцев железнодорожную сеть на более широкую «союзную»
колею, восстановить мелиоративную систему (из Прибалтики
перебрасывалась 1 тыс. военнопленных), создать рыбопромыс-
ловый флот (выделялись 25 траулеров), обеспечить область ква-
лифицированной рабочей силой. Колхозам и совхозам Мини-
260
Сталинский план строительства Калининградской области
Памятный знак, установленный над бункером
коменданта Кёнигсберга, 1950-е гг. ГАКО
стерство вооруженных сил должно было передать 25 тыс. го-
лов скота и лошадей, а заодно и все свои подсобные хозяйства,
включая и 30 военных совхозов. Предписывалось переселить в
область в течение трех лет дополнительно 20 тыс. семей для ра-
боты в сельском хозяйстве. Согласно постановлению «О мерах
помощи городскому хозяйству» планировались масштабные ра-
боты по ремонту и строительству жилья, объектов соцкульт-
быта, мостов, дорог, по газификации, развитию общественного
транспорта, в том числе трамвая, телефонизации и радиофика-
ции городов и поселков, созданию образовательных и культур-
ных учреждений и т. п.
Общий объем капиталовложений на ближайшие полтора го-
да составил 700 млн рублей, под которые выделялись соответ-
ствующие материальные ресурсы. Любопытно сравнить эту циф-
ру с расчетами затрат на восстановление края, которые были
сделаны плановым отделом областного Управления по граж-
данским делам в феврале 1947 г. Общая сумма требуемых ка-
питаловложений, по оценке областных властей, была в 12 раз
больше и составляла 8 млрд 651 млн рублей, в том числе: на
промышленность — 708 млн, сельское хозяйство — 1163 млн,
транспорт и связь — 1316 млн, жилищно-коммунальное хозяй-
ство — 5 384 млн, социальную сферу (образование, здравоохра-
нение и пр.) — 80 млн рублей538.
261
III. Власть и общество
Чрезвычайно важным было последнее постановление прави-
тельства «Об улучшении снабжения трудящихся Калининград-
ской области», повышавшее на одну ступень категорию снабже-
ния калининградцев: для рабочих вводились «нормы особого
списка», а для служащих — «нормы рабочих промышленности».
Кроме того, каждому работающему планировалось продавать
дополнительно по 2 кг крупы в месяц, увеличить лимит про-
довольственных карточек на 17 тыс. человек, открыть 25 ком-
мерческих магазинов, создать потребкооперацию. Самым про-
странным оказался секретный 7-й пункт этого постановления,
касавшийся дополнительных продовольственных пайков, ли-
терных обедов и промтоварных лимитов для руководящих ра-
ботников.
Единственный проект из числа подготовленных «Комиссией
Косыгина» был временно отклонен вождем — «О переселении
немецкого населения в советскую зону оккупации Германии».
Он был подписан Сталиным только 11 октября 1947 г. — после
завершения уборочных работ на селе539.
Читая заключительные слова доклада Щербакова о «Сталин-
ском плане», невольно представляешь этого человека перед за-
мершим залом в образе какого-нибудь римского трибуна. «То-
варищ Сталин предвидит, — провозглашал докладчик, — как
на месте развалин и праха немецкой материальной и духовной
культуры будет создана в ближайшие годы цветущая область
победоносной Советской Державы. Товарищ Сталин предви-
дит, как на месте обломков немецких городов и промышлен-
ных предприятий разовьется новая социалистическая промыш-
ленность, которая будет служить образцом для грядущей со-
циалистической Европы. Товарищ Сталин предвидит, как на
месте рассадника звериной идеологии немцев и человеконе-
навистничества навсегда утвердится новая коммунистическая
идеология — идеология братства и дружбы народов...»
Товарищ Сталин не смог только предвидеть, что созданная
им система окажется бессильной воплотить его «великий план»
в жизнь. Поначалу, впрочем, казалось, что на область наконец-
то пролился долгожданный поток благодеяний Центра. М. Се-
вастьянов вспоминает, что сразу вслед за принятием сталин-
ских постановлений все подъездные пути на Калининградской
железной дороге оказались «забиты составами с комбайнами,
тракторами и машинами».
Однако повышенное внимание в столице к самой западной
области скоро пошло на убыль. По итогам года оказалась полно-
262
Сталинский план строительства Калининградской области
Один из первых трамваев на улицах Калининграда, 1946 г. ГАКО
стью сорвана программа обеспечения областных предприятий
специалистами и квалифицированными рабочими. Положение
с рабочей силой в чем-то даже ухудшилось, так как в 1947—
1948 гг. произошла депортация в Германию более 100 тыс. нем-
цев. Поставляемые министерствами и ведомствами кадры ос-
тавляли желать лучшего. Военные власти по-прежнему саботи-
ровали передачу гражданским властям зданий, сооружений и
сельскохозяйственных предприятий. Новый первый секретарь
обкома Щербаков писал в ЦК о невыполнении министерства-
ми постановлений Совмина, невыделении фондов, недопостав-
ках оборудования, срыве сроков пуска промышленных пред-
приятий540.
Через год, когда стало совершенно ясно, что даже и близко
не удается достичь определенных «Сталинским планом» пока-
зателей, о нем стали вспоминать все реже и реже, а вскоре и
вовсе потихоньку забыли, исключив само это понятие из про-
пагандистского оборота.
События лета 1947 г., появление «Сталинского плана» и его,
' пусть и не очень последовательная и успешная, реализация
означали крутой поворот в истории молодой Калинин градской
области. Это был поворот в сторону лучшей жизни: от голода
и нищеты — к более или менее стандартному для советского
народа уровню социальной защиты; от бездумного уничтоже-
ния и расхищения доставшихся в наследство материальных
263
III. Власть и общество
ценностей, всевластия военных и чрезвычайщины — к выстраи-
ванию привычной для людей системы «советской власти», от-
носительному порядку и более разумному хозяйствованию; от
нестабильности и чувства временности своего пребывания на
этой земле — к предсказуемости и большей уверенности в за-
втрашнем дне.
И надо признать, что всем этим переменам калининградцы
более всего были обязаны одному человеку — Петру Андрее-
вичу Иванову, честному коммунисту, бесстрашному человеку,
талантливому руководителю, всей душой болевшему за край и
живущих в нем людей. Ради них он и принес себя в жертву.
Обращение Иванова к Сталину и череда вызванных им со-
бытий имели и другой результат. Они стали для местных ру-
ководителей незабываемым уроком: в последующие годы в
отношениях с Москвой калининградская политическая элита,
за редким исключением, вела себя крайне деликатно и предпо-
читала вообще не предъявлять Центру никаких претензий, тем
самым умалчивая об истинном положении вещей и ограничи-
вая перспективы развития края.
264
IV. ИДЕОЛОГИЯ И ПРОПАГАНДА
ИДЕОЛОГИЧЕСКАЯ ПРОПАГАНДА
В ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ СТАЛИНИЗМА
В последний период жизни Сталина (1945-1953 гг.) идеоло-
гическая работа в стране проводилась посредством чрезвычай-
но обширной сети государственных, партийных и обществен-
ных институтов. В Калининградской области одновременно су-
ществовало 28 форм ведения пропаганды, которые охватывали
все население, включая учащихся школ, пенсионеров и домо-
хозяек.
Низшей, самой массовой, ступенью были кружки политиче-
ской учебы. Они существовали на всех предприятиях, органи-
зациях и подразделялись на три вида в зависимости от уровня
подготовки слушателей.
Для самых малограмотных создавались кружки по изучению
биографии товарища Сталина, программа была рассчитана на
один год. Для более образованных действовали кружки по изу-
чению «Краткого курса истории ВКП(б)». Эту тоненькую кни-
жечку надо было изучать четыре года. Первая ступень — два
года, в течение которых текст «Краткого курса» конспектиро-
вался и пересказывался; на главу отводилось по три занятия.
Вторая ступень «повышенного типа» предполагала повторное
изучение текста, но уже с привлечением работ классиков марк-
сизма-ленинизма. Помимо этого, в каждом трудовом коллекти-
ве проводились еженедельные политинформации.
Кроме кружков по месту работы, почти в каждом населенном
пункте имелась политическая школа, куда учащиеся направля-
лись с предприятий и учреждений. В конце 1940-х гг. в области
265
IV. Идеология и пропаганда
К предстоящему вечеру клуб колхоза «Идеи Ильи-
ча» был празднично украшен плакатами, лозунгами,
призывами. Центральное место занимал призыв: «До-
гоним США по производству мяса, молока и масла на
душу населения. Эта наша победа будет сильнее, чем '
водородная бомба».
«Для успешного решения задачи догнать США по
производству продуктов животноводства на душу на-
селения, — говорилось в большом плакате,—наш кол-
хоз должен произвести в 1960 году: мяса на 100 гек-
таров сельскохозяйственных угодий — 100 центнеров,
молока — 400 центнеров, зерновых с каждого гекта-
ра — по 22—25 центнеров.
Фрагмент сценария вечера отдыха в сельском клубе, из брошюры
«Когда загораются огни клубов» (Калининград, 1958)
действовало 370 таких школ. Далее следовали районные и го-
родские школы политической учебы, а всю систему венчал об-
ластной университет марксизма-ленинизма, носивший перво-
начально название областных партийных курсов.
Для отдельных социальных и профессиональных групп су-
ществовали свои формы идеологического воспитания: семина-
ры интеллигенции, курсы агитаторов, школы партийно-хозяй-
ственного актива, школы профсоюзов, постоянно действующие
научно-практические конференции и другие. Те, кто нигде не
учился, должны были изучать политграмоту самостоятельно.
Им выдавались специальные книжки, в которых они должны
были записывать пройденный материал, чтобы члены партий-
ных комитетов могли их в любое время проверить. Форм веде-
ния пропаганды было так много, что даже ответственные партий-
ные работники всё время путались в их названиях и ступенях.
Все эти школы и кружки должны были работать с регуляр-
ностью от одного раза в неделю до одного раза в месяц. При-
чем занятия, как правило, проводились в рабочее время, так
как все попытки собирать людей после работы неизменно про-
валивались.
Пропаганда сопровождала людей при проведении всех мас-
совых и культурных мероприятий. В кинотеатрах перед худо-
жественным фильмом обязательно демонстрировались поли-
тические обозрения или пропагандистские документальные
фильмы, перед концертами артистов — читались лекции и т. п.
К началу 1950-х гг. в области была проведена сплошная радио-
фикация, и почти в каждой квартире была установлена радио-
точка с одной официальной программой, которая вещала с утра
и до ночи. Для многих категорий работников обязательной
266
Идеологическая пропаганда в последние годы сталинизма
была подписка на газеты и журналы идеологической направ-
ленности.
Большое внимание уделялось наглядной агитации: вся об-
ласть была покрыта плакатами и лозунгами. Кстати, это была
постоянная головная боль для партийных работников, так как
лозунги все время «исправлялись» находчивыми гражданами.
Посредством стирания и дописывания отдельных букв смысл
призывов часто менялся на прямо противоположный*.
На каждом предприятии, в каждом населенном пункте суще-
ствовали «Доски почета», которые, по образному выражению
одного партийного работника, «напоминали надгробья», а так-
же доски трудовых показателей, вывешивались портреты вож-
дей, стенные газеты, «молнии», «боевые листки» и т. д.
Чрезвычайно масштабной была лекционная пропаганда. В об-
ласти работал огромный штат лекторов: Группа при обкоме
партии, Областное лекторское бюро и Общество по распростра-
нению политических и научных знаний (всего более двух тысяч
лекторов). Общее количество прочитанных лекций измерялось
десятками тысяч в год. Труд лекторов хорошо оплачивался из
партийной и государственной кассы. Для части интеллигенции,
работников партийного аппарата это был важный источник до-
хода,. иногда сравнимый с официальной заработной платой.
Интересно, что такими же формами пропаганды было охва-
чено и немецкое население, оставшееся на территории области
после войны. Идеологическая работа велась через так называе-
мые немецкие клубы, которые были организованы в каждом
районе. Как правило, каждое «мероприятие» для немцев начи-
налось (надо отдать должное чувству юмора организаторов!) с
исполнения траурного марша Бетховена. Затем следовала лек-
ция на тему «Процесс в Нюрнберге» или «Великая победа совет-
ского народа». Потом собравшиеся в зале должны были хором
разучивать какую-нибудь советскую песню («Хорошо в стране
советской жить!» или «Широка страна моя родная»). Культурная
* В справке о состоянии наглядной агитации в Краснознаменском
районе за 1953 г. говорилось: «При въезде в пос. Тимофеевское (колхоз
им. Сталина) на стене одного из домов написан лозунг: “Добьемся вы-
работки менее 400 трудодней”. Частица НЕ давно стерлась, смысл ло-
зунга стал извращенным, а руководители колхоза и парторганизации
перестали его замечать. Не замечают этого и бывающие в данном кол-
хозе руководящие работники района» (ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 13. Д. 11Ъ.
Л. 55).
267
IV. Идеология и пропаганда
программа обычно включала также «громкие читки» глав ро-
мана Максима Горького «Мать» и демонстрацию какого-нибудь
познавательного фильма (например, «Фашизм — злейший враг
человечества»). Программа завершалась повторным исполне-
нием траурных маршей немецких композиторов.
Примерно два-три раза в год по области прокатывались шум-
ные идеологические кампании, когда на всех предприятиях
проводились многолюдные митинги и важно было достичь эмо-
ционального накала. Старт к таким кампаниям всегда давала
Москва, а поводы были самые различные: постановление ЦК,
очередной эпохальный труд Сталина, осуждение репрессий про-
тив коммунистов в других странах или разоблачение шпионов
и врагов народа у себя дома.
Первая такая кампания на территории бывшей Восточной
Пруссии пришлась на пору массового заселения области осенью
1946 г. Людей только что привезли на эшелонах, им надо было
как-то устраиваться до наступления холодов, искать себе пропи-
тание, а им вместе со всей страной надо было обсуждать ответы
Сталина на вопросы газеты «Санди Таймс» о международном
положении и принимать по ним резолюции одобрения541.
Последняя и самая шумная, самая истеричная кампания при-
шлась на последние месяцы жизни Сталина: 13 января 1953 г.
ТАСС распространило информацию о врачах-убийцах, жертва-
ми которых якобы стали А.А. Жданов и А.С. Щербаков и кото-
рые готовили покушения на других видных государственных
деятелей542. В следующие дни в области было проведено 9096 со-
браний, бесед, читок, на которых присутствовали 90355 чело-
век, из них 4518 человек выступили с речами543. В бывшем об-
ластном партийном архиве сохранилось несколько томов с про-
токолами и резолюциями этих митингов.
Все выступления строились по одной схеме. Сначала орато-
ры требовали для врачей-отравителей смертной казни, причем
соревновались друг с другом в изобретении конкретного спосо-
ба умерщвления. Если один говорил — расстрелять, то другой
выступал за повешение, третьи просто предлагали «стереть бан-
ду с лица земли» или «уничтожить с корнем». Особенно крово-
жадными оказались почему-то женщины. Товарищ Н.П. Ш-на,
например, заявила: «С такими злодеями церемониться нечего.
Повесить их, а фотокарточки отправить в США». Мастер Н-на
пошла еще дальше: «Посадить их в клетки и возить по всем го-
родам и колхозам и показывать бандитов-ученых всем русским
людям как зверей в образе человека»544.
268
Идеологическая пропаганда в последние годы сталинизма
Зал нового кинотеатра «Новости
дня» в Калининграде, 1956 г.
Фото Ф.А. Иванова. ГАКО
Как водится, мероприятие послужило поводом для взятия
дополнительных социалистических обязательств. Так, рабочая
вагонзавода Е.П. И-ва на митинге 14 января заявила: «Мне уже
62 года, а я честно, добросовестно работаю, всегда выполняю и
перевыполняю норму и собственным трудом зарабатываю себе
на жизнь, а эти мракобесы, людоеды и звери продались злей-
шим врагам человечества — американо-английским поджигате-
лям войны. Беру на себя повышенное обязательство выполнить
январскую программу к 28 января 1953 г.». Все остальные ора-
торы также обещали «отомстить врачам-убийцам стахановским
трудом»545.
На митингах также весьма усердствовали медицинские ра-
ботники, присягая на верность и обещая «улучшить лечебную
работу». А напуганный коллектив одной аптеки даже принял
торжественное обязательство «улучшить качество приготовле-
ния лекарств», как будто до этого они смешивали в своих мик-
стурах и порошках, что попадало под руку546.
•Уже на второй день кампания приобрела антисемитский ха-
рактер (фамилии арестованных врачей были по большей час-
ти еврейскими). Ораторы на митингах стали предлагать, чтобы
«всех евреев с ответственных постов снять» и «сослать в отдален-
ные места», «не доверять им ответственной работы», что «с ни-
ми надо поступить так же, как с крымскими татарами», что «их на-1
до демобилизовать из советской армии»547. Судя по документам,
269
IV. Идеология и пропаганда
Раньше в царьков мы ходили»
Слушать проповедь попа,
Л ПОПЫ нам говорили Калининградские частушки,
Ьаба - мужняя раба* 1949 г. гако
Не пожжем теперь мы в церькевь
Не по»дем мы не когда.
За попов стоять не будем,
А за Партию всегдаД
это разжигание национальной розни (такие факты непременно
фиксировались в обзорах политических настроений трудящих-
ся) не встречало активного противодействия со стороны пар-
тийных работников.
В том же 1953 г. гораздо скромнее прошло коллективное разо-
блачение «врага народа Берии». На сей раз власти ограничились
публичным зачитыванием на собраниях во всех организациях
и на предприятиях постановления ЦК КПСС «О преступных
действиях Берии», во всех библиотеках произвели уничтоже-
ние книг и портретов высокопоставленного «шпиона», его изо-
бражения на коллективных фотоснимках «заштриховывались»,
публикации в подшивках газет вырезались548. Любопытно, что
почти всякая идеологическая кампания использовалась нечи-
стоплотными людьми для подсиживания начальства, сведения
личных счетов, оговаривания неугодных*.
Насколько же эффективна была вся эта пропагандистская ра-
бота, на которую затрачивалось столько сил, времени, денег?
Если говорить о содержательной стороне дела — то оно бы-
ло близко к нулю. По отчетам выходило, что всё взрослое на-
селение области чуть ли не с утра до вечера занято изучением
произведений марксизма-ленинизма. Но когда проходили вне-
запные проверки, картина разительно менялась. Абсолютное
большинство всех этих кружков и школ существовало только на
бумаге, а там, где занятия время от времени проводились, про-
веряющие слышали такое, что хватались за голову. В связи с
* Много таких примеров дает кампания по разоблачению Берии. Так,
на партийном собрании в совхозе № 19 Нестеровского района 17 июля
1953 г. местная активистка К-ва, ратуя за усиление бдительности, в
частности, сказала: «Мы поклялись на похоронах т. Сталина быть бди-
тельными, но смотрите что получается. Прошло два месяца, как мы пе-
реизбрали бюро, а отдельные члены партии, как например А-н, устроил
дебош у директора, хотел выколоть глаза директору...» (ГАНИКО.
Ф. 412. On. 1. Д. 3. Л. 169-170).
270
Идеологическая пропаганда в последние годы сталинизма
этим показательно, что ни в одном кружке политучебы разных
степеней изучение «Краткого курса» не продвигалось дальше
второй или третьей главы. Акты проверок, а их в партийном
архиве сохранилось несколько сотен, показывают, что вся про-
пагандистская работа была формальной, являлась своего ро-
да ритуалом. А громоздкая пропагандистская машина работала
вроде бы вхолостую. Существовало две параллельные жизни:
реальная и виртуальная идеологическая, которые никак не пе-
ресекались. Тогда зачем?
Размышляя над этим вопросом, приходишь к выводу, что эта
пустая, на первый взгляд, пропаганда имела важную социаль-
ную функцию. Большинство людей она избавляла от необхо-
димости задумываться о сути происходящего вокруг, самостоя-
тельно осмысливать окружающую действительность. У меньшин-
ства общества (людей образованных, интеллектуально развитых)
эта пропаганда и участие в ней воспитывали двоемыслие и в
конечном.'счете конформизм. Другими словами, работа пропа-
гандистского аппарата была важнейшим элементом сохране-
ния политического режима, воспитания лояльности граждан к
партии и государству.
И только очень немногие готовы были вырываться за рас-
ставленные на идеологическом поле флажки. Один такой при-
мер — персональное дело коммуниста Д.К. Х-на, работника
совхоза № 19 (пос. Чистые Пруды). Вот как необычный просту-
пок Х-на и его друзей был описан в выступлении докладчика на
партийном собрании совхоза: «8 марта в день траура в связи с
кончиной Вождя я узнал, что в доме Х-на устроена была гулян-
ка. Меня это очень возмутило, я пошел в дом Х-на, где увидел:
там целая компания гуляет и распивает вино, поют песни, иг-
рают на балалайке и в гармошку. Я сказал Х-ну, что надо пре-
кратить гулянку в такие тяжелые дни траура. Х-н послушал,
играть прекратили, а как я вышел из дома Х-на, я услышал —
опять заиграла гармошка и балалайка. Я со слезами на глазах
ушел к себе домой. Поведение Х-на непартийное».
Самое интересное, что коммунист Х-н нимало не смутился
и в ответ на угрозу исключить его из партии сказал, что «ему
надоело, когда его то и дело тягают на бюро. Если надо — то
пусть собрание исключает его из партии». Это решение и было
принято549.
271
«ЧИСТЫЕ ПРУДЫ - ГРЯЗНЫЕ БОЛОТА»:
о кампании переименований 1946-1950 гг.
«Мы работали в совхозе “Чистые Пруды”.
У нас его в насмешку называли “Чистые
Пруды — грязные болота”».
Из воспоминаний переселенки 1948 г.
Анны Ивановны Неумейковой™.
До лета 1946 г. старая немецкая топонимика Кёнигсберг-
ской области оставалась практически неизменной, что создава-
ло определенные сложности для новых жителей края, которым
трудно было воспринимать и запоминать чуждые русскому уху
немецкие названия. Не случайно почтальонами в Кёнигсберге
были почти сплошь немцы — только они могли ориентировать-
ся в топонимике города. Необходимость переименований дик-
товалась и идеологическими соображениями: в первую очередь
следовало стереть с карты те названия, которые так или иначе
были связаны с нацистским прошлым края.
Первые изменения были произведены в названии 374 улиц и
площадей Кёнигсберга еще в ноябре 1945 г. по приказу коман-
дующего войсками Особого военного округа К.Н. Галицкого в
виду того, что они «связаны с именами фашистских главарей,
что вызывает законное возмущение народа-победителя» (в дей-
ствительности «фашистские» названия имели около полутора
десятков улиц города). В частности, Адольф-Гитлер-плац была
переименована в площадь Победы551. Между прочим, в народе
первое время она называлась площадью Трех маршалов, пото-
му что там были выставлены портреты прославленных совет-
272
Чистые Пруды — грязные болота
ских полководцев Г.К. Жукова, А.М. Василевского и К.К. Ро-
коссовского.
Начать кампанию переименований населенных пунктов пред-
стояло с изменения названия областного центра. Первоначаль-
ное предложение исходило от председателя Совета министров
РСФСР М.И. Родионова, который 17 июня 1946 г. представил
проект"Переименования Кёнигсберга в Балтийск, соответствен-
но область должна была называться Балтийской. Уже были за-
готовлены на этот счет проекты указов Президиумов Верхов-
ных Советов СССР и РСФСР552. Однако благодаря воле случая,
а лучше сказать — злого рока, этой весьма разумной инициати-
ве Центра не суждено было реализоваться. В связи со смертью
3 июня «всесоюзного старосты» Михаила Ивановича Калинина
Совет министров СССР принял 30 июня постановление об уве-
ковечивании его имени. В числе прочего оно предусматривало
превращение Кёнигсберга в Калининград*. Окончательно это
решение было оформлено указом Президиума Верховного Со-
вета СССР от 4 июля 1946 г. «О переименовании города Кёнигс-
берга в город Калининград и Кёнигсбергской области в Кали-
нинградскую область».
По случаю переименования Кёнигсберга в городе и области
прошли многолюдные митинги и собрания. На митинге 7 ию-
ля на Калининградском вагонзаводе тов. Иванова заявила: «Мы
горды с вами, что в настоящее время живем в городе самого
обыкновенного русского духа и русского наименования». Дру-
гой оратор на этом же митинге сказал: «С сегодняшнего дня это
фашистское убежище становится истинно русским городом».
Выступающие на митинге работников Целлюлозно-бумажно-
го комбината говорили, что возврат Кёнигсберга СССР — «акт
справедливости», так как в прошлом он «неоднократно был Рус-
ским городом», что с присвоением ему имени Калинина «поло-
жен последний камень могиле фашизму и немецко-прусскому
юнкерству». Коллективы областных управлений МВД и МГБ
выразили уверенность, что переименование позволит превра-
тить Калининградскую область «в опорную и неприступную ба-
зу для защиты западных границ Советского Союза на Балтий-
ском море»553.
* Оставшееся «бесхозным» название «Балтийск» по предложению Ка-
лининградского областного управления по гражданским делам было
по решению политбюро ЦК ВКП(б) от 27 ноября 1946 г. присвоено’
городу и портуЦиллау. (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 163. Д. 1492. А. 148).
273
IV. Идеология и пропаганда
1, г о р о д а
a ssss = = sms gs ss s sa as =
1. фишхаузен..........
3, Пиллау..............
3. Гранц..............
4, Раупен.............
5. Пойкурен...........
6. Кчэакс теп еле н-Полмникен
й Немецкое название : проект названия
ИЕЖтт&ШЕГШШШШЩЯП ЦШШай21ЛК1Ш.таЕЩ!Н...®ДШЕ!ЙаШ1В1П1Ш1 ШШ1ЕШ
1. Приморской
2: НахимовскОС И
3. БалтийскО-^L Z
4. :Срасно<5орсюб*-£
5. хйаршальскОСЛ''
6. Краснсф^лотск*;
Предложения гражданского управления по переименованию
населенных пунктов Приморского (Зеленоградского) района,
ноябрь — декабрь 1946 г. ГАКО
Следующим этапом в кампании переименований стал Указ
Президиума Верховного Совета РСФСР от 7 сентября 1946 г.
«Об административно-территориальном устройстве Калинин-
градской области», по которому образовывались 14 районов и
определялись новые названия их административных центров
(Багратионовск, Гвардейск, Гурьевск, Гусев, Краснознаменск,
Ладушкин, Нестеров, Озёрск, Правдинск, Приморск, Славск,
Советск, Черняховск)554. Областным властям было предложено
подготовить предложения по переименованию остальных насе-
ленных пунктов. При райисполкомах были созданы комиссии
по переименованию, которые готовили предложения, как пра-
вило, интересуясь мнением самих жителей*.
Существовало несколько наиболее распространенных прие-
мов «изобретения» новых названий. Большое их число было
связано с только что закончившейся войной. Шесть городов об-
ласти получили имена Героев Советского Союза, погибших во
время Восточно-Прусской операции: города Гурьевск (нем. Ной-
хаузен), Гусев (Гумбиннен), Ладушкин (Людвигсорт), Нестеров
(Шталлупёнен), Мамоново (Хайлигенбайль), Черняховск (Ин-
* Так, например, в Нестеровском районе комиссия по переименова-
ниям была сформирована из трех человек, ее состав утвердил началь-
ник районного гражданского управления (ГАКО. Ф. 318. Оп. 2. Д. 8.
Л. 4).
274
Чистые Пруды — грязные болота
стербург). Другие названия были навеяны армейской темати-
кой: Знаменск (Велау), Краснознаменск (Лазденен), Гвардейск
(Тапиау).
Иногда имена были связаны с символикой эпохи социализ-
ма, которая оказалась запечатленной в названиях городов Со-
ветск (Тильзит), Правдинск (Фридланд), Пионерск (Нойкурен)
и другйх. На карте области появились имена деятелей совет-
ского государства, героев революции и Гражданской войны,
вождей немецкого пролетариата, русских полководцев, писате-
лей и ученых (Чапаево, Суворово, Чернышевское, Маяковское,
Тургеневе, Тельманово и т. д.).
Часто населенные пункты назывались по природным объек-
там или каким-то свойствам местности: Балтийск (Пиллау), Не-
ман (Рагнит), Полесск (Лабиау), Зеленоградск (Кранц), Озёрск
(Даркемен) и другие*. Часть поселков была названа по местам
выхода переселенцев: Владимирово, Ижевское, Мордовское,
Московское, Каширское, Ярославское и т. п.
Вообще, для комиссий по переименованию географическая
карта СССР стала незаменимым подспорьем. Разумеется, ис-
ключался перенос на калининградскую почву каких бы то ни
было иностранных (нерусских) названий. В этой связи любо-
пытна попытка затеять лингвистический спор со стороны ли-
товских властей, которые в феврале 1947 г. выступили с заме-
чаниями на проект указа о переименовании населенных пун-
ктов в Калининградской области, аргументируя свою позицию
о необходимости сохранить на карте исконные литовские на-
звания тем, что они имеют «филологическое значение для ис-
следования языка прусских литовцев». Эти возражения были
* Название поселка Борское Гвардейского района имело такое обос-
нование: «Населенный пункт расположен в сосновом бору». Название
поселка Шатрове Зеленоградского района «дано по особенностям ар-
хитектурного оформления зданий». Поселок Светлый в том же райо-
не был назван так потому, что «в центре указанного сельсовета рас-
положена большая электростанция на 25 тыс. кВт». Поселок Малая
Матросовка Полесского района первоначально планировали назвать
Ершово, так как в окрестных водоемах «ловится большое количество
рыбы ерш» (Предложения по новым названиям областного управле-
ния по гражданским делам. — ГАКО. Ф. 298. On. 1. Д. 20). См. также
публикацию этого документа с небольшими сокращениями: Кампания
переименований 1946-1947 годов (Публикация И.Е. Криворуцкой) //
Калининградские архивы. Материалы и исследования. Калининград^
1998. Вып. 1. CL 90-106.
275
IV. Идеология и пропаганда
Варианты названий населенных пунктов Нестеровского района,
ноябрь — декабрь 1946 г. ГАКО
с негодованием отвергнуты Москвой, поскольку существующие
немецкие названия (равно как и германизированные литов-
ские) «не соответствуют современному строю, образу жизни и
национальным особенностям советского населения»555.
Еще одним способом была русификация топонимов — при-
своение названия по созвучию с немецким*. Вот как в ноябре
1946 г. выглядел список предложений старых и новых названий
нескольких поселков в Советском (сейчас Неманском) районе:
Петрашен — Петровка, Жиллен — Жилино, Будветен — Бутки-
новка, Краупишкен — Крупиновка556. И совсем редко исполь-
зовался такой, как представляется, наиболее рациональный спо-
соб, как перевод топонима с немецкого на русский язык. В этом
случае сохранялась бы заключенная в названии полезная ин-
формация, как правило, фиксирующая необходимые Для жиз-
ни и деятельности людей ориентиры.
Пока шла подготовка предложений, на местах явочным по-
рядком стали внедрять русские названия. А поскольку офи-
* По этому пути пошли наши соседи в южной части Восточной Прус-
сии, меняя немецкие названия на территории бывшей германской
провинции посредством их полонизации.
276
Чистые Пруды — грязные болота
циально утвержденных документов не было, в течение многих
месяцев в ходу были разные их варианты. Так, Рагнит обозна-
чался как Суворовск и Неман, Светлогорск называли также
Красноборском, Зеленоградск — Нахимовым и Нахимовском,
имена двух восточных райцентров области Гусева и Нестерова
звучали как Гусевск и Нестеровск557. Причем параллельно на
слуху оставались и прежние немецкие топонимы (некоторые из
них дожили до сегодняшнего дня). Об этом любопытное сви-
детельство ветерана возрождения области А.С. Ладыгина, при-
бывшего из Кировской области:
«Когда я приехал в Калининград в 1947 году, у кого ни спро-
шу — никто не знает, где такой город Полесск находится. К ко-
му только ни обращался: к водителям транспорта, был даже в
военной 'комендатуре. Там взяли немецкую карту: нигде тако-
го города нет. А дело уже шло к ночи. Я остановился в гостини-
це на улице Пугачева, собираясь назавтра уехать обратно до-
мой. В комнате со мной поселили мужчину, который оказался
из Полесска. И он мне подсказал, что надо было спрашивать го-
род Лабиау. Даже после переименования населенных пунктов
жители продолжали пользоваться старыми немецкими назва-
ниями. Лишь постепенно стали привыкать к русским»558.
В ходе кампании по смене названий предложения из райо-
нов поступали в аппарат облисполкома, где осенью 1946 г. пред-
приняли попытку свести поступившие с мест записки и соста-
вить свод новых названий. Затем они должны были быть одо-
брены облисполкомом, откуда списки посылались дальше на
утверждение в Верховный Совет РСФСР.
При переименовании улиц использовались те же принци-
пы, что и при смене названий населенных пунктов, только их
утверждали исполкомы местных советов*. Более всего городских
* Постановлением Калининградского горисполкома от 9 октября 1947 г.
утверждалась карта города с новыми названиями улиц и предписыва-
лось в трехдневный срок «собрать старые вывески наименования улиц
и сдать их Горкомхозу», а новые таблички установить до 20 октября
(ГАКО. Ф. 216. On. 1. Д. 4. Л. 292). Горисполком Советска принял по-
становление о переименовании 24 сентября 1947 г., которое содер-
жало список из 148 улиц и переулков города. Постановление преду-
сматривало заменить 474 таблички с названиями к 15 октября 1947 г.
(ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. 51. Л. 229-239). Сравнение двух документов
показывает, что кампания по переименованию улиц проходила син-
хронно по всей области.
277
IV. Идеология и пропаганда
Приморский район
Взморьевский сельский Совет
1. Веселовка (быв. Бервальде)
2. Волочаевское (быв. Маршнен)
3. Жуковское (быв. Марген)
4. Ижевское (быв. Видиттен)
5. Люблино (быв. Зеералпен;
6. Славянское (быв. Конденен)
7. Спасское (быв. Адлахкаперн)
Логвинский сельский Совет
1. Дивное (быв. Нойендорф)
2. Земляничное (быв. Бонау)
3. 3 о р и н о (быв. Литтаусдорф)
4. Колодцы (быв. Поерштитен)
5. Кры ловка (быв. Вишродт)
6. Медведеве (быв. Норгау)
Фрагмент Указа Президиума Верховного Совета РСФСР
от 17 ноября 1947 г. «О переименовании населенных пунктов
Калининградской области». ГАКО
топонимов оказалось связано с именами выдающихся людей и
географическими названиями. В Калининграде имеется около
ста улиц и переулков, носящих названия городов и других гео-
графических объектов с карты России*. Улицы также называли,
переводя немецкие названия на русский язык: улица Югенд-
штрассе в Калининграде стала называться Юношеской, сохра-
нили прежние названия улицы Шиллера, Каштановая Аллея,
Литовский Вал. Многие улицы получили имена по наличию
каких-то примет. Например, там, где была городская почта, ули-
цу называли Почтовой (сейчас это улица Космонавта Леонова).
Очень распространенными были названия, связанные с про-
мышленным производством и различными рабочими профес-
сиями. Улицы с названиями Строительная, Монтажная, Куз-
нечная, Ремонтная, наверное, можно встретить едва ли не в
каждом городе области. Беда была с названиями, которые при-
сваивались в честь идеологически близких нам иностранцев,
в том числе немецких коммунистов и антифашистов (была та-
кая негласная квота!). Так, например, в Гвардейске появились
улицы «Эрнст Тельмоно», «Карло-Либкнехт» и «переулок Роза
* Улицы Азовская, Алтайская, Ангарская, Аральская, Барнаульская, Бел-
городская, Брянская, Валдайская, Великолукская, Владимирская, Вол-
ховская, Воронежская и др.
278
Чистые Пруды — грязные болота
Луксенбург»559. Кроме того, популярными оказались идеологи-
чески нейтральные «цветные» улицы — Красная, Розовая, Си-
реневая, Вишневая, Васильковая, Багряная и др., а также спор-
тивные — Олимпийская, Физкультурная, Шахматная, Велоси-
педная и др.
Кампания переименований проходила в несколько этапов и
потребовала немало времени, о чем свидетельствует приведен-
ная ниже таблица.
Календарь переименований
Дата Название документа Примечания
30 июня 1946 г. 1 Постановление СМ СССР № 1444 «Об увековечении памяти Михаила Ивано- вича Калинина» Переименование Кёнигс- берга в Калининград и обла- сти в Калининградскую
4 июля 1946 г. Указ Президиума ВС СССР «О переименовании города Кёнигсберга в Ка- лининград и Кёнигсберг- ской области в Калинин- градскую область» То же
7 сентября 1946 г. • Указ Президиума ВС РСФСР «Об администра- тивно-территориальном устройстве Калининград- ской области»560 В связи с образованием 14 районов переименовыва- лись города — райцентры
17 июня 1947 г. Указ Президиума ВС РСФСР «Об образовании сельских советов, городов и рабочих поселков в Ка- лининградской области»361 Образованы 119 сельсоветов с присвоением им новых русских названий. Указаны новые названия городов и рабочих поселков: Зелено- градск, Неман, Светлогорск, Знаменск, Железнодорож- ный, Рыбачий, Пионерский
25 июля 1947 г. Указ Президиума ВС РСФСР «Об администра- тивно-территориальном устройстве Калининград- ской области»362 Созданы 17 сельских райо- нов, 129 сельсоветов. В до- полнение к предыдущему документу указаны (или уточнены) новые названия некоторых поселков
279
IV. Идеология и пропаганда
Календарь переименований (окончание)
Дата Название документа Примечания
17 ноября 1947 г. Указ Президиума ВС РСФСР «О переименова- нии населенных пунктов Калининградской обла- сти»363 Присваивались новые назва- ния около полутора тысячам населенных пунктов
5 июля 1950 г. Указ Президиума ВС РСФСР «О переименова- нии населенных пунктов Калининградской обла- сти»364 Присваивались новые, из- менялись й корректирова- лись ранее утвержденные названия 1065363 поселений в области
Как видно из приведенного выше «Календаря», процесс пе-
реименования в области растянулся на четыре года, хотя перво-
начально планировалось завершить его к дате проведения вы-
боров в местные советы в декабре 1947 г. Изменения названий
населенных пунктов было закреплено в ряде указов и постанов-
лений законодательной и исполнительной власти. В составлен-
ном сотрудниками Государственного архива Калининградской
области Н.Е. Макаренко и Э.М. Медведевой и напечатанного в
1976 г. «для служебного пользования» справочнике «Населен-
ные пункты Калининградской области» было включено около
двух с половиной тысяч русских названий поселений.
В ходе кампании переименований возникали путаница и до-
садные ошибки, которые впоследствии приходилось преодо-
левать с большими трудностями. Показательным в этом отно-
шении является случай с названием поселка Чистые Пруды Не-
стеровского района, который, впрочем, известен всей области
благодаря своему красивому имени и местной достопримеча-
тельности — музею основоположника литовской литературы
К. Донелайтиса.
Смысл шутки, взятой в качестве эпиграфа к очерку, долгое
время оставался непонятным автору, пока ему не пришлось
коснуться истории этого поселения.
В ноябре 1946 г. комиссия по переименованию населенных
пунктов Управления по гражданским делам Нестеровского райо-
на подготовила и направила свои предложения в Калинин-
град. В списках значился относящийся к совхозу № 19 и частич-
но к Леспромхозу поселок Тольминген (Tollmingen, Tollming-
280
председателю Калининградского
облисполкома.
УКАЗ ПРПЗИД1Т BEPIOOKOi РАДИ СРСР
ШЗ ВР331ДЫУИА П0Р1ОУНАГА СОВЕТА СССР
ССРВ АВИ СОВЕТИ РЗПСЗТ НЕЙ’ВТИНИН ФЭРМАНЫ
ммтж 1М ЗЬЗ'ЭВАПЬ Же» Ж ШЗМШЬ;,
им вьрвчпт BiHiiSb iwomw wmuw
СССР ЁКАРЫ СОВЕТНИКИ В Р Е 3 И Д И У М Ы И Ы Н УКАЗЫ
СССР ВВИЙ СВВЕТЯ ВРЕЗИДИУМИНИНГ ФАРИВВИ
УКАЗИ ВЦРЕЗИДИУИИ СОВЕТИ 1Ш СССР
У3>]б_1озл.
ССРО «OfАРРЫ COBETI вгШщиынын шзьки9
СССР ЖОГОРКУ СОПЕТИНИН ПРЕЗИДИУИУНУН УКАЗЫ
УКАЗУЛ ВРЕЗИДИУИУЛУЙ СОВЕТУВУЙ СУПРЕЫ (Л УРСС
SHTLrn КОИКЕНАМАВ BEUVOSTOH РиНЕИ1ЕН15Т0И ASETUS
TSBS AUKSClAliSIOSIOS TABIBBS PBEZIBIUHB JSAKAS
PSRS AUBSTiUS РА0ВИЕЗ PBEZIBIJA BEKBETS
BSVL OLEMHBOKBGU PKES1IBIUHI SEABLUS
УКАЗ
ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР
О переименовании города Кенигсберга
в город Калининград и Кенигсбергской
области в Калининградскую область.
Переименовать город Кенигсберг в город Калининград
и Кенигсбергскую область в Калининградскую область.
Н.ШВЕРПИК.
4 июля 1946 г,
Д.М 195.
Указ Президиума Верховного Совета СССР от 4 июля 1946 г.
о переименовании Кёнигсберга. ГАКО
IV. Идеология и пропаганда
kehmen)*, которому предполагалось дать новое название — село
Кожедубово в честь трижды Героя Советского Союза И.Н. Ко-
жедуба. А поселок Насавен (Nassawen), относящийся к колхо-
зу «Новая жизнь», предлагалось переименовать в село Чистые
Пруды. Во втором случае имелось и четкое обоснование, кото-
рое затем было повторено и в сводных списках, составленных
в областном Управлении по гражданским делам: «Название да-
но по наличию двух прудов в расположении центра сельсовета»
(оба пруда обозначены и на современной карте Калининград-
ской области). Любопытно, что из восьми сельсоветов Нестеров-
ского района семь предлагалось назвать по именам советских
государственных деятелей и военачальников (Ворошиловский,
Галицкий, Калининский, Кировский, Молотовский, Покрыш-
кинский, Чкаловский), и только Чистопрудненский сельсовет
получил нестандартное «поэтическое» имя566.
Такая диспозиция сохранялась и в следующем году. По ука-
зам Президиума Верховного Совета РСФСР от 17 июня и 25 ию-
ля 1947 г. Насавен был переименован в поселок Чистые Пру-
ды и стал центром одноименного сельсовета567. Что же касается
бывшего Тольмингена, то этот населенный пункт, как следова-
ло из письма В.А. Борисова в Совет министров РСФСР от 2 ию-
ля того же года, вошел в состав Чкаловского сельсовета под на-
званием села Кожедубовка (с координатами 54°27' и 22°26')568,
но в упомянутых указах он назван не был.
Новый Указ Президиума Верховного Совета РСФСР, кото-
рый содержал названия практически всех населенных пунктов
области, включая самые мелкие, последовал 17 ноября 1947 г.
В ходе его подготовки было внесено много исправлений и до-
полнений в ранее принятые постановления и указы, в частно-
сти, чтобы устранить бесконечные повторы. При этом не обо-
шлось без дополнительной путаницы. Более всего не повезло
самому отдаленному от областного центра Нестеровскому райо-
ну. Областные и московские чиновники по своему разумению
переписывали и меняли согласованные ранее названия. Одним
из результатов этой работы стало переименование Чистопруд-
ненского сельсовета в Калининский, а поселка Чистые Пруды
(быв. Насавен, ошибочно названный в указе Косавеном) — в
село Лесистое (другой вариант — Лесное)569. Освободившее-
* В документах встречается более десяти вариантов написания этого
названия кириллицей и латиницей
282
Чистые Пруды — грязные болота
УКАЗ
ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА РСФСР
О переименовании населённых пунктов Калининградской
области
Присвоить следующие наименования населённым пунктам
Калининградской области:
, Багратионовский район
Гвардейский сельский Совет
1. Бруски (быв. г. дв. Луизенталь)
. 2. Любимове (быв. Визденен)
Фрагмент Указа Президиума Верховного Совета РСФСР
• от 17 ноября 1947 г. «О переименовании населенных пунктов
Калининградской области». ГАКО
ся красивое название «Чистопрудненский» передавалось выде-
лившемуся из Чкаловского сельского совета новому сельсове-
ту, но не было закреплено за каким-либо конкретным населен-
ным пунктом. В границы нового сельсовета вошли в основном
земли совхоза № 19 с центральной усадьбой в пос. Балупёнен
(Balluponen), переименованном сначала в пос. Добролюбове, а
затем в Дубовую Рощу570. Правление совхоза, а вместе с ним и
сельсовет вскоре переместились в расположенный у железнодо-
рожной станции поселок Тольминген (ему «забыли» присвоить
предложенное ранее название «Кожедубовка»). На него как на
центр сельсовета «стихийно» было перенесено название «Чи-
стые Пруды».
Многочисленные ошибки и нелепицы новой топонимики
впервые были обнаружены во время подготовки первых в исто-
рии области выборов в местные советы в декабре 1947 г., когда,
например, в Нестеровском районе было образовано сразу два
Чистопрудненских избирательных округа с центрами в двух
поселках Чистые Пруды (быв. Насавен и Тольминген)571. Тог-
да-то и пришлось сделать выбор: поскольку в последнем указе
Насавен был назван «Лесистым», то название «Чистые Пруды»
досталось Тольмингену, хотя никаких прудов там никогда и в
283
IV. Идеология и пропаганда
помине не было. Недоумение советских переселенцев по пово-
ду разительного несоответствия названия фактическому месту
расположения поселка вдали от каких бы то ни было водоемов
и породило упомянутую в начале очерка шуточную поговорку.
Переименование населенных пунктов оказалось делом не-
легким: нужно было в сжатые сроки придумать тысячи новых
названий, зафиксировать их в документах и на картах, изгото-
вить указатели и таблички. В спешке и при отсутствии квали-
фицированной экспертизы на карте появилось много одинако-
вых, невыразительных и идеологически окрашенных названий.
В результате в области оказалось пять поселков Лесных, пять
Зайцевых, пять Знаменок, пять Раздольных, по шесть Дубро-
вок, Майских, Первомайских, Отрадных, Совхозных, по семь
Береговых, Высоких, Каштановок, по восемь Березовок, На-
горных, Некрасовых, Садовых, Луговых (плюс еще девять Луж-
ков), девять Октябрьских, десять Дальних и десять Малино-
вок и т. д. Абсолютный рекорд установлен названием «Соснов-
ка» — 12 населенных пунктов572.
И все-таки, несмотря на эти очевидные ошибки и просче-
ты, кампания переименований объективно была неизбежным
этапом в истории края, получившего в 1945 г. новый вектор
своего развития, а для советских новоселов появление русских
названий стало знаменательным событием, которое означало,
что они пришли сюда всерьез и навсегда.
284
КРАСНЫЙ КАРАНДАШ ЦЕНЗУРЫ:
обллит в 1947-1956 гг.
В СССР существовала хорошо отлаженная и исправно функ-
ционировавшая система государственной цензуры*. В Кали-
нинграде областное управление по делам литературы и изда-
тельств (обллит)573 было создано не позднее сентября 1947 г.574
С октября того же года, в связи с переходом районных и го-
родских газет на собственные типографии и началом узлового
(местного) радиовещания, стали вводиться должности район-
ных цензоров. Приказ по обллиту № 1 был издан 1 декабря
1947 г. и касался режима секретности575. Первоначально в со-
став управления входили 17 цензоров. После доукомплектова-
ния в феврале 1948 г. их число возросло до 22, а впоследствии
увеличилось до 28**.
Специальной подготовки цензоры не имели: этой профессии
не обучали ни в одном учебном заведении страны. Их подби-
рали «из партийного актива через партийные органы», все они
являлись членами ВКП(б). В районах цензорами работали по
* На вершине пирамиды находилось Главное управление по делам ли-
тературы и издательств (Главлит) в Москве. Ему подчинялись област-
ные управления; в районах действовали уполномоченные цензоры.
Помимо общегосударственной, существовала также ведомственная цен-
зура (например, военная), деятельность которой в настоящем очерке
не рассматривается.
** В 1948 г. пять человек работали в центральном аппарате, по одному
в городах Советске и Черняховске, 15 цензоров обслуживали районы
(ГАКО. Ф. 232. Оп. 6. Д. 2. Л. 4-6; Д. 13. Л. 80).
285
IV. Идеология и пропаганда
совместительству заведующие отделами пропаганды и агита-
ции райкомов партии или их заместители. Бессменным началь-
ником обллита в первое десятилетие был Ф.А. Терновой576.
Основным направлением в работе обллита была предвари-
тельная цензура всех издающихся типографским способом пе-
чатных материалов: книг, брошюр, газет, журналов, а также
афиш, этикеток, пригласительных билетов, бланков и т. п. Глав-
ное оружие цензора — красный карандаш, а символы власти —
специальный разрешительный штамп и разрешительный но-
мер*, которые проставлялись на рукопись или макет готового к
печати издания. Цензор мог не только «снять», т. е. запретить
публикацию той или иной работы, но и произвести изъятия от-
дельных фрагментов. На профессиональном жаргоне это назы-
валось «сделать вычерк»**.
Вычерки делились на «перечневые» и политико-идеологи-
ческие. К первым относились те изъятия, которые делались на
основании «Перечня государственных тайн», а также сводных
указаний Главлита, циркуляров обллита и других руководя-
щих документов. Один из первых циркуляров Ф.А. Тернового
в феврале 1948 г. устанавливал: «Если в вопросах политико-
идеологического контроля цензор в необходимых случаях дол-
жен консультироваться у секретаря РК ВКП(б), то в вопросах
охраны государственных тайн за цензором остается решающее
577
СЛОВО»0 .
Самые жесткие цензурные требования были установлены в
отношении радиопередач. В эфире могло прозвучать только
слово, прошедшее двойной контроль. Согласно циркуляру об-
ллита от 30 марта 1948 г. каждую страницу текста радиопереда-
чи визировал сначала ответственный редактор радиокомитета,
а затем уполномоченный цензор. «Выступление у микрофона
без текста не разрешается» — гласило общее правило. Причем
циркуляр особо подчеркивал, что оно распространяется «и на
руководящих партийных и советских работников». В случае по-
втора передачи, уже прозвучавшей в эфире, ее текст «перечи-
тывался заново» и выдавалось новое разрешение578.
* Такие номера (серия из двух букв и пятизначный номер) «выдава-
лись» цензору из единого государственного реестра, и он нес персо-
нальную ответственность за их надлежащее использование (Ср.: ГАКО.
Ф. 232. Оп. 6. Д. 1. Л. 2; Д. 2. Л. 3-6, 17, 21).
** Порядок «снятия» публикаций и произведения вычерков был тща-
тельно расписан в ведомственных циркулярах (См.: Там же. Д. 2. Л. 1-2).
286
Красный карандаш цензуры
Помимо предварительной цензуры осуществлялся «последую-
щий контроль»: сигнальные экземпляры печатной продукции
заново прочитывались, а радиопередачи прослушивались цен-
зорами579.
О количестве цензурных изъятий позволяют судить ежегод-
ные «Текстовые сводки вычерков», которые направлялись в ви-
де отчетов в Москву. Обобщенные данные этих сводок пред-
ставлены в таблице 1.
Какие же тайны военно-экономического характера общим
числом свыше двух с половиной тысяч удалось сохранить кали-
нинградским цензорам за десять лет работы? Самым распро-
страненным было нарушение циркуляра обллита от 27 ноября
1947 г., предписывающего в печати и по радио «совсем не упо-
минать о военнослужащих», чтобы вероятный противник не
смог узнать о наличии в области военного гарнизона580.
Из публикаций любого рода безжалостно вычеркивались све-
дения о праздничных парадах, о присутствии военных на тор-
жественных мероприятиях, о спортивных соревнованиях с уча-
стием военнослужащих и с названиями команд, если по ним
можно было догадаться об их принадлежности к советской ар-
мии или военно-морскому флоту (например, не допускалось
называть своим именем футбольную команду «Волна» из-за ее
подчинения Балтфлоту). В открытой печати запрещалось упо-
минать о госпиталях, домах офицеров, а цензором Безневой
даже был изъят пригласительный билет, в котором было на-
печатано: «Дом офицеров приглашает на новогодний утрен-
ник-ёлку»581. Высшую степень бдительности удалось проявить
Таблица 1
Количество вычерков предварительной цензуры
в Калининградской области в 1947-1956 гг.582
Характер вычерков 1947- 1948* 1949 1950 1951 1952 1953 1954 1955 1956
Военно-эко- номические 128 223 387 — 417 — — — 190
Политико- идеологиче- ские 2 3 5 — 15 — — — 6
Всего 130 226 392 494 432 284 272 195 196
* Неполные суммарные данные за октябрь 1947 — март 1948 и декабрь
1948 г. Прочерк означает отсутствие сведений о характере вычерков.
287
IV. Идеология и пропаганда
цензору Трушкову, который в номере газеты Правдинского
района «Колхозная жизнь» от 25 марта 1951 г. из художествен-
ного очерка о сельской жизни изъял следующую фразу: «Управ-
ляющий фермой т. Морозов окинул внимательным взглядом
рослую фигуру человека в солдатской шинели...»583 (подчеркну-
то цензором).
К числу военных тайн относились и любые сведения, касаю-
щиеся климата и характера погоды. Так, цензор Воробьев об-
ратил внимание на заметку в «Калининградской правде» от
31 декабря 1948 г., которая гласила: «В нашей области теплая,
влажная погода удержится несколько дней». Исправленный и
разрешенный цензором фрагмент приобрел следующее звуча-
ние: «Теплая, влажная погода удержится в течение 2-3 дней»584.
В 1951 г. надолго был задержан выпуск альманаха «Природа
Калининградской области» из-за того, что обллит потребовал
изъять все данные о температуре и другую «климатическую ин-
формацию»585.
Нарушения в сфере экономических тайн сводились почти ис-
ключительно к попыткам обнародовать в открытой печати на-
звания спортивных команд («Судостроитель», «Горняк» и др.),
по которым враг мог бы понять характер производства област-
ной промышленности. И только однажды дело действительно
оказалось серьезным: цензор Веселова «не допустила к опубли-
кованию в областной газете плана поставки государству молока
по области». Этот чрезвычайный случай был предметом особого
разбирательства, о нем было также доложено в Москву586.
Вопреки распространенному мнению, цензурные изъятия по
политическим и идеологическим основаниям были большой
редкостью и составляли чуть более двух процентов всех вычер-
ков. Подавляющая их часть была связана с банальными опечат-
ками и пропусками отдельных слов или букв, что влекло за со-
бой перемену смысла, иногда довольно забавную. Вот несколь-
ко типичных примеров.
Газета «За доблестный труд» 19 декабря 1951 г. попыталась
обнародовать призыв следующего содержания: «Да здравствует
нАрушимый Сталинский блок коммунистов и беспартийных!»587
Выходившая в Немане газета «Ленинец» 30 июля 1952 г. в
международном обозрении намеревалась напечатать: «Амери-
канские банкиры и генералы помогают правителям Франции в
их безуспешных попытках улучшить [надо было: задушить. —
Ю.К.у] демократическую республику Вьетнам»588. В обзоре ли-
тературы, опубликованном в «Блокноте агитатора» за 1953 г.,
288
Красный карандаш цензуры
ПРИКАЗ» 110с
0s 21 апреля 1948 года.
Закрепить за цензором обллита тов. ВЕНСЯЦКИМ МИХАИЛОМ ЛУКИЧЕМ
разрешительный ятамп » 2 и сургучную печать № 2 с 21 апреля 1948г.
§ 2
, .Разрешительный штамп хранить в несгораемом шкафе или железном
-яцике.
§ 3
- Запрещается передавать свой разрешительный ятамп для пользования
другими цензорам.
Секретный приказ начальника Калининградского обллита
'от 21 апреля 1948 г. о закреплении разрешительного штампа
и сургучной печати за одним из штатных цензоров. ГАКО
было предотвращено появление такого неожиданного вывода:
«Авторы статей рассказывают о героической борьбе Советско-
го народа под руководством большевистской партии Амери-
кано-Английских агрессоров и о позорном провале интервен-
ции». Разъяснение цензора гласило: «В результате пропуска
слова “против” получилась грубая политическая ошибка»589. Од-
на очень неприятная опечатка стала чуть ли не традиционной.
В слове Калининград и производных от него прилагательных
то и дело выпадала буква «р»590.
Дело не ограничивалось, однако, одними пропусками и опе-
чатками. В нескольких случаях вмешательство цензора имело
более серьезные основания. Интересно, что все они были выяв-
лены лично начальником обллита Ф.А. Терновым.
В связи с ведомственным праздником председатель област-
ного радиокомитета должен был 7 мая 1949 г. выступить по
радио. Текст его речи, как и положено, был представлен для
предварительной проверки. Цензору показался подозритель-
ным следующий фрагмент выступления, который и был вычер-
кнут: «Среди великих открытий конца прошлого века изобре-
тение радио вошло в повседневный быт всех народов мира
[подчеркнуто цензором. — Ю.К.] и оказало исключительное
289
IV. Идеология и пропаганда
Архивное дело с секретными приказа-
ми и циркулярами Калининградского
обллита за декабрь 1947 г. ГАКО
влияние на распространение знаний и культуры». В обоснова-
нии вычерка указывалось, что «автор не находит разницы меж-
ду советским радиовещанием и буржуазным». У нас в стране,
по мнению Тернового, радио является «средством культурного
подъема», а в капиталистических странах — «средством нажи-
вы, духовного закабаления», «орудием лжи и обмана», «источ-
ником гнусной клеветы на Советский Союз»591.
Еще один пример. В многотиражке ЦБК «Стахановец» от
15 июля 1950 г. начальник обллита обратил внимание на сле-
дующую фразу: «Трудящиеся нашей страны социализма борют-
ся за выполнение пятилетки в три года. Я тоже стремлюсь на
своем участке работы выполнить пятилетку в три года». Произ-
водя вычерк, Терновой не удержался от гневной ремарки: «Уже
идет пятый год пятилетки, а редакция газеты “Стахановец” со-
бирается выполнять пятилетку в три года»592.
К сказанному остается добавить, что за все «политические»
опечатки, пропуски и несуразицы виновных ожидало взыска-
ние по партийной линии593.
Помимо предварительной цензуры, обллит ведал также изъя-
тием из библиотек и магазинов (с последующим списанием в
макулатуру) «устаревшей» и «политически вредной» литерату-
ры, которое осуществлялось на основании приказов Главлита и
регулярно поступавших из Москвы «Библиографических указа-
телей устаревших изданий»594.
290
Красный карандаш цензуры
Таблица 2
Количество изъятых обллитом печатных изданий
в 1952-1954 гг., экз.595
Откуда изъято 1952 1953 1954
Из .библиотек 3438 8108 14906
Из магазинов 1066 16533 12008
Всего 4504 24641 26914
Как видно из таблицы 2, особенно интенсивно работникам
обллита пришлось потрудиться после смерти Сталина в 1953 г.
Зато не слишком обременительной была обязанность по кон-
тролю за сферой изобразительных искусств. Дело здесь было
организовано на редкость удобно: товарищество «Калининград-
ский художник» изготавливало всю продукцию по эталонам,
ежегодно выдаваемым сначала объединением «Всекохудожни-
ков», а затем Министерством культуры596.
Цензура внимательно следила за содержанием экспозиции
областного краеведческого музея. В отчетах обллита за 1947-
1957 гг. раздел о музее обычно сопровождался выводом: «На-
рушений нет». Только дважды цензуре пришлось вмешаться.
Первый раз основанием послужила угроза разглашения госу-
дарственных тайн «военно-экономического характера»*. А вот
шестью-годами позже калининградским цензорам удалось со-
рвать настоящую «политико-идеологическую диверсию». В от-
чете обллита за 1957 г. сказано: «Для экспонирования в крае-
ведческом музее в разделе “Великая Отечественная война” пред-
назначались немецкие фотоснимки с изображением митинга в
городе Калининграде и парада гитлеровских войск. Четыре та-
ких фотоснимка не были допущены к экспозиции. Вопрос этот
был согласован с Обкомом КПСС»597.
Последняя сфера интересов органов цензуры — театры, цир-
ки и филармонии. Надзор за сценическим искусством первона-
чально осуществлялся областным уполномоченным Главного
* В 1951 г. обллит запретил краеведческому музею выставлять на обо-
зрение карты области, макеты промышленного оборудования, рисунки
промышленных объектов, в том числе насосной станции, три фото-
графии насосной станции, диаграмму экономических показателей раз-
вития области и макет всё того же пресловутого насоса (Там же. Д. 9.
Л. 24-28).
291
IV. Идеология и пропаганда
В Калининградском библиоколлекторе,
1950 г. Фото Н. Киреева. ГАКО
управления по контролю за зрелищами и репертуаром (Глав-
репер тком). В 1949 г. на эту должность была назначена В.С. Са-
вик-Сакс, которая очень энергично стала наводить порядок во
вверенном ей хозяйстве.
Все свои силы она отдавала начавшейся тогда кампании по
борьбе с космополитизмом и низкопоклонством перед заграни-
цей. «Садовую скамейку немецкого образца заменить другим
видом сидения», — гласил ее вердикт по одному из спектаклей
ансамбля оперетты. И даже Чудище Безобразное (главный пер-
сонаж пьесы для детей «Аленький цветочек») почему-то пока-
зался ей смахивающим на иностранца598.
Но особенно трепетно Савик-Сакс относилась к зрелищам
политической направленности. Составленный ею акт о прием-
ке 4 декабря 1949 г. спектакля «Счастье» в облдрамтеатре зву-
чит как приговор режиссеру и актерам. Спектакль, задуманный
как гимн Сталину и партии, был, по ее мнению, провален:
В образе генерала Романина, пишет цензор, «не была вскры-
та русская мощность, простота и богатство душевных качеств»;
у другого персонажа, Корытова, «не были вскрыты положи-
тельные качест ва, которые дали основание для назначения его
на пост секретаря Райкома»; пионерка Ленка Творожникова
вообще выглядела как «дефективный подросток». Но более все-
го уполномоченную возмутила центральная сцена спектакля —
292
Красный карандаш цензуры
выход главного героя Воропаева после беседы с тов. Сталиным.
Почему-то Савик-Сакс не понравились такие реалистические
детали игры исполнителя роли, как «одеревеневшие мышцы и
застывший потусторонний взгляд» и его общее «невменяемое
состояние»599.
По постановлению Совета министров СССР от 28 августа
1951 т. контроль за репертуаром всех зрелищных учреждений
был возложен на органы цензуры600. Обллит добросовестно над-
зирал за местными постановками и гастролерами, особо не вме-
шиваясь в творческий процесс и лишь изредка запрещая от-
дельные номера или небольшие фрагменты выступлений арти-
стов601. Работа эта была рутинной и малозаметной, разительно
отличаясь от бурной эпохи всевластия Савик-Сакс.
На рубеже 1940-1950-х гг. советская цензура достигла свое-
го совершенства. Калининградский обллит время от времени
жаловался на перегрузку своих сотрудников в связи с всё уве-
личивавшимся фронтом работ: ежедневно каждому цензору по-
лагалось прочитать сотни страниц и часами надо было слушать
радио. Работы было очень много, но по сути делать было нече-
го. В СССР к этому времени сложилась многоступенчатая систе-
ма неофициальной цензуры. В любом печатном органе или изда-
тельстве трудилась целая армия редакторов, которая бдитель-
но следила за каждым предназначенным к публикации словом.
Средства массовой информации находились под неусыпным
контролем партийных органов. Наконец, процветал самый на-
дежный вид контроля — самоцензура.
Поступавшие в подведомственные Главлиту органы цензуры
произведения были уже многократно проверены и доведены
до стерильности. Вот почему из 2621 вычерка, произведенно-
го калининградскими цензорами за десять лет, не было ни од-
ного, который хотя бы отдаленно мог напоминать попытку рас-
крытия военной тайны или идеологическую крамолу. Государ-
ственная цензура стала рудиментом и в таком виде продолжала
по инерции существовать еще несколько десятилетий.
293
ИЗ ЛЕКСИКОНА ЭПОХИ
ПОЗДНЕГО СТАЛИНИЗМА
Много лет изучая документы калининградских архивов, ав-
тор этих строк нередко сталкивался с терминами и понятиями,
смысл которых сегодня во многом утрачен вместе с явления-
ми, их когда-то обозначавшими. Между тем приводимые ниже
примеры из словарного запаса 40-50-х гг. прошлого века пред-
ставляют определенный интерес, ибо помогают лучше ощутить
атмосферу навсегда ушедшей исторической эпохи.
БЕСЕДЧИК — пропагандист, проводящий беседы на актуаль-
ные политические темы602.
ВОЯЖЁР — торговый посредник, «спекулянт», занимавшийся
закупкой сельскохозяйственных продуктов на селе и продажей
их в городе. Согласно приказу Управления по гражданским де-
лам от 18 сентября 1946 г., деятельность вояжёров, как и вся
частная торговля, на территории области запрещалась603.
ВРЕМЕННОЕ ДЕНЕЖНОЕ ДОВОЛЬСТВИЕ — установленная с 1 ян-
варя 1948 г. доплата ответственным советским и партийным ра-
ботникам. Вводилась согласно совершенно секретному поста-
новлению правительства в связи с отменой карточной системы.
Так, прибавка первому секретарю обкома В.В. Щербакову со-
ставила три должностных оклада или 6 тыс. рублей. Зарплата
остальных руководителей индексировалась в 1,5-3 раза. Для
сравнения: зарплата учителя составляла 575 руб. в месяц604.
ВЫЧЕРК — цензурное изъятие. Делились на «перечневые»,
т. е. содержащие государственную тайну, и политико-идеоло-
294
Из лексикона эпохи позднего сталинизма
гические. Общее количество произведенных областными цен-
зорами вычерков в 1947-1956 гг. составило 2621605.
ГРОМКАЯ ЧИТКА — один из самых распространенных видов
культурного обслуживания населения. Устраивались в клубах,
избах-читальнях, а также на собраниях трудовых коллективов.
В качестве литературных текстов использовались исключитель-
но произведения лауреатов сталинских премий. В 1947 г. сила-
ми областного отдела культурно-просветительной работы были
проведены 644 читки. Немецкому населению Калининграда в
1946-1947 гг. «громко читали» роман М. Горького «Мать»606.
ДЕЛОВЫЕ ПОРОСЯТА — поросята, пригодные для выращи-
вания и откорма. В 1953 г. лучшей лекцией на экономические
темы в системе политпросвещения была признана лекция под
названием: «Как мы получили по 24,6 деловых поросят на сви-
номатку (опыт интенсивного использования свиноматок кол-
хоза “Победа” Правдинского района)». Лекция была издана
отдельной брошюрой массовым тиражом под редакцией про-
фессора О.А. Иванова. В рецензиях на это произведение резон-
но отмечалось, что «не принято показывать часть живого суще-
ства». При этом одни оппоненты предлагали округлить число
поросят до «цыфры 25», другие настаивали на 24-х. Кроме того,
в откликах высказывались сомнения в необходимости «подроб-
ного объяснения техники случки», что могло вызвать «нежела-
тельные последствия, особенно со стороны молодежи»607.
ДВИЖЕНЦЫ — участники движения тружеников-патриотов.
В 1947 г. у калининградских железнодорожников лучшими сре-
ди движенцев оказались «паровозники» и «вагонники»608.
ЖИВНОСТЬ РЕБЕНКА — констатация наличия детей в семьях,
которым полагалось денежное пособие. Основанием для его вы-
платы являлась «Справка о живности детей», выдаваемая роди-
телям по месту жительства или работы609.
ЗАЖЕРЕБЛЯЕМОСТЬ — важнейший показатель эффективности
коневодства. Согласно постановлениям партийных и советских
органов (1948 г.) колхозам вменялось в обязанность «добивать-
ся 100% зажеребляемости конематок, пригодных к расплоду».
С этой целью предписывалось «всех истощенных и больных ко-
был немедленно освободить от работы и поставить на отдых»,1
«закрепить за кобылами жеребцов», взять под особый контроль
295
IV. Идеология и пропаганда
«прохолостевших кобыл» и «регулярно проверять их на же-
рёбость»610.
ИЗБАЧ — заведующий избой-читальней611.
КОМИССИИ ПО ЧИСТОТЕ — выборные самодеятельные орга-
ны, состоящие из медицинских работников, депутатов и других
представителей общественности. Создавались для проверки са-
нитарного состояния домов и квартир граждан. Раз в месяц
члены комиссии обходили жилые помещения и оценивали под-
держиваемый в них уровень чистоты и порядка. На «злостных
нарушителей» составлялись акты с последующим наказанием в
виде штрафа612.
комсоды — комиссии содействия государственному креди-
ту. Создавались в трудовых коллективах во время кампаний по
размещению облигаций государственного займа с целью скло-
нить каждого работника «подписаться на сумму не ниже трех-
четырехнедельного заработка». Наряду с общими собраниями,
стенгазетами и листовками действенным методом агитации счи-
тались индивидуальные беседы613.
КОРОВИЗАЦИЯ НАСЕЛЕНИЯ — обеспечение личных хозяйств
калининградцев коровами согласно постановлению Совета ми-
нистров РСФСР от 15 июня 1948 г. «О ликвидации бескоров-
ности переселенцев»614.
ЛАВОЧНЫЕ КОМИССИИ — самодеятельные организации граж-
дан, создававшиеся для общественного контроля за работой
деревенских магазинов и столовых. В свете тогдашних идео-
логических воззрений такие комиссии (наряду с женсоветами,
товарищескими судами, добровольными дружинами и другими
объединениями граждан) должны были в недалеком будущем
перерасти в «коммунистическое самоуправление народа». Рабо-
те комиссий, по признанию самих членов, мешало только то,
что «торговые работники игнорируют замечания» и «не при-
знают их полномочий». В городах аналогом лавочных комиссий
являлись смотровые615.
ЛИТЕРНОЕ ПИТАНИЕ — привилегированное продовольствен-
ное снабжение совпартактива в условиях карточной системы с
соответствующим буквенным обозначением, в том числе обеды
для руководящих работников (нескольких видов), карточки на
296
Из лексикона эпохи позднего сталинизма
.7а/.тмчи ас/ \ 'сг>ль. со:.сч»ят*С1»•
‘^‘^йамя
'ОРГАН раВмма ВШЦб) П РАЙОННОГО совета депутатов трудящихся
КРАСНОЗНАМЕНСКОГО РАЙОНА КАЛИНИНГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ______________________
* 69 (203, Среда, 15 июня 1940 голо } Год иадяняя 2-я । II'. 1о . '
Сейчас, в разгар ухода за посева-
ми и подготовки к уборке урожая, ру-
ководство соревнованием со сторо-
ны местных партийных органов долж-
но быть особенно действенным. Имен-
но сейчас требуются напряжение всех
сил колхозной деревни, мобилизация
всех средств колхозного производства.
Каждому колхозу—спбстненные семена
многолетних трав
Колхозники и околоколхозники
В целях обеспечения полной’стаиипй к шгглдпевный срок
потребности сеияц многолетних обследовать все посевы ыного-
Па стене здания правления,иве она честно трудятся на
колхоза имена Калинина через благо общественного хозяйства,
трав для освоения' травополь-
ных севооборотов, восстановле-
ния лугов л пастбищ в колхо-
зах области, неполной област-
ного Совета депутатов трудя-
щихся принял решение о засо-
товье^ссиян многолетних трав.
Облисполком обйъя псяолко
мы райсоветов Обеспечить нс-
цомйвагГйо "в колхозах всех
лчовдеб клевер! л тимофеев-
ки jfoteia 1J47 года и 194=8
года на семена, запретив ат
летних трав в колхозах, опре-
делить пзогцадп, пригодные дли
уборки конбайиалп, и органи-
зовал. подготовку их к ком-
байновой уборке. Директоры
МТС обязаны до 1 июли под-
готовить исо имеющиеся клс-
вв|>отороч[!ыо приспособления к
сложный молотилкам. к«»^а-|
ны'должпы быть переключены
на уборку миогочетинх трав
независимо от состояния yoOj>-|
кн зерновых. Вытирание семян
всю комнату висит лозунг,
который гласит.«Каждый трудо-
способный колхозник должен
выработать в 19451 году 4110
трудодней!. Лозунг отражает
интересы честных колхозников
п всей артели. Большая полови-
ла трудоспособных мужчин и
женщин честно выполняет этот
лозунг и за пять месяцев теку-
щего года уже выработала от
100 до 200 и даже больше
трудодней.
В первых рядах соревиу-
увеличивая нощь своего колхо-
за. 8 гектаров картофеля своей
бригады они обязались пропо-
лоть за 7 рабочих дней и вы-
полняют сменную норму на
прополке па 120—130 процен-
тов. Пемадо колхозников сейчас
трудится от зари до зари, об-
служивая общественное живот-
новодство и другие 'отрасли
хозяйства.
Борьба за высокий урожай
была бы долее успешной, емя
бы правление колхоза строже
трудится в колхозе, а жеиз
занимается только личный хо-
зяйством, раздутый сверх вся-
ких норм. Пользуясь а положе-
ние» колхозников, оформив-
шись на два мнимых хоэяйстга,
эта семья имеет огород я раэ<
море одного гектара, иного ро-
гатого скота, oseil, а птицы
имеет в два раза больше, чем
имеет колхоз на своей птице-,
ферме. Тоже самое можно ска-
зать о семье Аивнловых, коль
рые, пользуясь огородой на
колхозной земле, пастбишаии
п другими удобствами, не вы-
Статья с разоблачением «околоколхозников»
в Краснознаменской районной газете от 15 июня 1948 г.
ужин, сухие пайки и т. и. В 1947 г. литерным питанием в обла-
сти было охвачено 2458 человек, в том числе по нормам первой
(высшей) категории снабжались 341, второй — 730, третьей —
1 387 человек. Существовали также «абонементы» разных видов
на получение промтоваров616.
МЕШОЧНИЧЕСТВО — разновидность нелегальной советской
торговли, преимущественно хлебом. Мешочники в отличие от
обычных' спекулянтов для осуществления своей преступной дея-
тельности пользовались, как правило, железнодорожным транс-
портом и торговали в основном на вокзалах и станциях, не-
редко вступая в сговор с железнодорожниками. Летом 1946 г.
областные власти объявили о начале «жесточайшей борьбы с
мешочниками»617.
НАДСМОТРЩИКИ — служащие телефонных станций и комму-
таторов, в обязанности которых входило круглосуточное на-
блюдение за работой телефонистов618.
ОКОЛОКОЛХОЗНИКИ — крестьяне-переселенцы, утратившие
связь с колхозом. Им были присущи такие качества, как «жаж-
да наживы», «стремление к раздуванию своего личного хозяй-
ства», «нежелание добросовестно трудиться в колхозе». Около-
колхозники «заводят пасеку и водоплавающую птицу», «содержат
по две коровы», «засевают приусадебные участки зерновыми
культурами, обременяя себя большим хозяйством в личном
пользовании». Существовали также «околосовхозники»619.
297
IV. Идеология и пропаганда
ОПЕРАТИВНЫЕ УЧЕТЫ — компрометирующие материалы, на-
капливаемые органами госбезопасности и внутренних дел для
оказания психологического воздействия на граждан, а также
с целью их вербовки в свою агентурно-осведомительную сеть.
В результате проверок «по оперативным учетам» отсеивались
до 15% желавших переселиться в пограничную Калининград-
скую область; на отдельных переселенцев в местные управле-
ния МВД и МГБ пересылались справки о наличии компрмате-
р налов620.
ПРЕДПРАЗДНИЧНАЯ ТОРГОВЛЯ — улучшение снабжения насе-
ления накануне государственных праздников. С этой целью на
торговых базах заранее накапливались пользующиеся спросом
товары, которые «выбрасывались» для продажи в предпразд-
ничные дни. Кроме того, предпринимались меры, чтобы «при-
вести в культурный вид все магазины, столовые и чайные»,
«произвести выпечку белого хлеба», «изготовить пирожные»,
«усилить вылов свежей рыбы», «выделить творогу», «обеспечить
все торгующие организации пивом, брагой, морсом», а также
«вывесить плакаты, лозунги и призывы ЦК ВКП(б)»621.
САМООТХОДНИЧЕСТВО — несанкционированная работа кол-
хозников «на стороне» — на других предприятиях и органи-
зациях — «ради побочного заработка». Преследовалось по за-
кону622.
САМОСНАБЖЕНИЕ — предосудительное использование ответ-
ственными работниками общественных ресурсов для удовлет-
ворения собственных потребностей. В отличие от «хищения»
не считалось уголовно наказуемым деянием623.
СВЕТОВАЯ ГАЗЕТА — демонстрируемые кинопередвижкой пе-
ред фильмом кадры (наподобие современных слайдов) с тек-
стами на актуальные в данном колхозе или совхозе темы, мате-
риал для которых предоставлялся местным парторгом. Свето-
газета обычно состояла из шести кадров: в первых славились
труженики и передовики, а последний приберегался для осуж-
дения прогульщиков и тунеядцев. Вот как выглядел «шестой
кадр» во время киносеанса в колхозе «Завет Ильича» в апре-
ле 1949 г. (фамилии изменены): «Позор и презрение лодырям:
пьянице и нарушителю трудовой дисциплины Бабанову Семе-
ну, который пропил совесть и не выходит на работу уже три
дня; Рыбкину Акиму, “выработавшему” в 1949 году всего 17 тру-
298
Из лексикона эпохи позднего сталинизма
В книжном магазине на улице К. Маркса в Калининграде,
1960 г. Фото Б.М. Штерна, ГАКО
додней; Каленовой Нине, не имеющей за 1949 год ни одного
трудодня; Бутаковой Зинаиде, Шаковец Козьме — летунам,
мечтающим о том, чтобы удрать из колхоза!» Шестые кадры вы-
зывали неизменный интерес односельчан и считались одной из
самых действенных форм воспитательной работы624.
СПЕЦТОРГИ — закрытые торговые организации для снабже-
ния отдельных категорий служащих. Одним из первых в обла-
сти (17 декабря 1946 г.) был создан спецторг для обслуживания
работников госбезопасности и внутренних дел625.
ТОВАРИЩЕСКИЕ СУДЫ — выборные общественные органы, при-
званные содействовать соблюдению правил социалистического
общежития в трудовых коллективах и по месту жительства. Рас-
сматривали дела о мелких хищениях, самогоноварении, пьян-
стве, спекуляции, словесных оскорблениях, хулиганстве и т. д.
В качестве наказания применялись выговоры, штрафы, пони-
жение в должности и даже представление к аресту на 15 суток.
Самым уязвимым местом в работе судов была, по общему мне-
нию, «неявка обвиняемых и свидетелей» с последующим «неис-
полнением приговора»626.
ХОЗЯЙСТВЕННОЕ ОБРАСТАНИЕ — обзаведение ответственными
работниками личным подсобным хозяйством. В 1948 г. бюро
299
IV. Идеология и пропаганда
обкома партии несколько раз рассматривало вопрос «о фактах
хозяйственного обрастания руководящих работников», кото-
рые «потеряли облик политических руководителей и допустили
мелкобуржуазные и антигосударственные проявления, вырази-
вшиеся в спекуляции продуктами на рынке и в привлечении
немцев для работы в личном хозяйстве». В результате разные
партийные взыскания получили первый и второй секретари Ла-
душкинского райкома, зав. оргинструкторским отделом, пред-
седатель райисполкома, руководители МТС, Рыбкоопа и РайПО,
а также руководители других районов и областных органов
управления627.
ЧЕКИЗАЦИЯ — внедрение в организации и учреждения ме-
тодов и стиля работы, свойственных органам государственной
безопасности628.
ЧЛЕН-СОРЕВНОВАТЕЛЬ — кандидат в члены Общества по рас-
пространению политических и научных знаний. За недобросо-
вестное отношение к делу, например, «за чтение лекции в пья-
ном состоянии», действительные члены могли быть переведены
в «соревнователи»629.
300
ПРИМЕЧАНИЯ
1 Эта проблематика впервые была рассмотрена в работах немецких ис-
следователей Берта Хоппе (Hoppe В. Auf den Trummern von Konigs-
berg. Kaliningrad 1946-1970. Munchen, 2000 (Schriftenreihe der Vier-
teljahrshefte fur Zeitgeschichte. 80) и в особенности в работе Экхарда
Маттеса (Matthes Е. Verbotene Erinnerung Die Wiederentdeckung der ost-
preuBischen Geschichte und regionales BewuBtsein im Gebiet Kaliningrad
(1945-2001) // Osteuropa Zeitschrift fur Gegenwartsfragen. 2001. N 11-12).
В последней работе, которая также опубликована на русском языке,
приводится обстоятельный анализ историографии вопроса. См. так-
же дискуссию на эту тему, которая была инициирована доктором
Э. Маттесом на страницах продолжающегося издания «Калининград-
ские архивы»: Маттес Э. Региональное самосознание в Калининград-
ской области Ц Калининградские архивы. Калининград, 2003. Вып. 5.
С. 203-218; Шульгин В.Н. Региональное самосознание калининградцев
и позиция Э. Маттеса; Никулина Н.Ю. К вопросу о региональном само-
сознании; Клемешева М.А. Некоторые аспекты самосознания калинин-
градской молодежи // Калининградские архивы. Калининград, 2004.
Вып. 6. С. 201-223.
2 В работе были использованы материалы фондов следующих архивов:
1) ГАРФ. Ф. 374. Статистическое управление Госплана РСФСР; Ф. 9401.
Министерство внутренних дел СССР. 2) ГАКО. Ф. 19. Областной радио-
комитет; Ф. 65. Калининградский педагогический институт; Ф. 68. Об-
ластное управление культуры; Ф. 72. Областной Дом народного твор-
чества; Ф. 83. Областное Концертно-эстрадное бюро; Ф. 85. Областное
отделение Союза художников РСФСР; Ф. 90. Областное отделение Об-
щества по распространению политических и научных знаний; Ф. 127.
Областной Институт усовершенствования учителей; Ф. 232. Областное
управление по делам литературы и издательств (обллит); Ф. 289. Об-
ластной отдел культурно-просветительной работы; Ф. 344. Отдел по де-
лам искусства Калининградской области; Ф. 414. Областное лекторское
бюро; Ф. 631. Отдел культурно-просветительных учреждений г. Кали-
нинграда. Помимо этого, использовался ряд фондов исполнительных
органов власти: гражданских управлений и исполкомов разных уров-
ней — областных, районных, городских, а также их подразделений
(Ф. 181, 183, 216, 227, 265, 297, 318, 330, 331, 361). 3) ГАНИКО. Ф. 1.
301
Примечания
Обком КПСС; Ф. 2. Калининградский горком КПСС; Ф. 121. Политот-
дел областного управления по гражданским делам и др.
3 Правда. 1944. 25 октября.
4 Известия. 1945. 1 февраля.
5 Правда. 1945. 13 апреля.
6 Там же.
7 ГАКО. Ф. 19. On. 1. Д. 10. Л. 223 (Из передачи «Будущее Калинингра-
да». 20.09.1947 г.).
8 Там же. Д. 22. А. 20 (Из передачи «Кёнигсбергская победа». 7.04.1948 г.
Автор — Прахов).
9 Там же. Л. 33 (Из передачи «Древняя славянская земля возвращена
законным хозяевам». 10.04.1948 г.).
10 Там же. Д. 9. Л. 195; Д. 12. Л. 257; Д. 21. Л. 39; Д. 22. Л. 21, 29.
11 Там же. Ф. 216. On. 1. Д. 101. Л. 50.
12 Там же. Ф. 19. On. 1. Д. 6. Л. 137, 162; Д. 18. Л. 94.
13 Там же. Д. 11. Л. 64.
14 Там же. Д. 12. Л. 258; Д. 19. Л. 108; Д. 22- Л. 20.
15 Там же. Д. 9. Л. 195.
16 Там же. Д. 10. Л. 223 (Из передачи областного радио. 20.09.1947 г.).
17 Истоки этой традиции следует искать в военных реляциях времен
Восточно-Прусской операции (Ср. очерк: Кёнигсберг в сорок пятом го-
ду: По материалам «Особой папки» Лаврентия Берии. С. 176 настоя-
щего издания).
18 ГАКО. Ф. 19. On. 1. Д. 13. Л. 412-413.
19 Там же. Д. 19. Л. 3-4, 12; Д. 22. Л. 6, 173, 247; Д. 23. Л. 2; Д. 25.
Л. 174 и др.
20 Там же. Ф. 330. On. 1. Д. 15. Л. 50.
21 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 62. Л. 4.
22 Там же. Л. 62-63 (копия письма без даты).
23 Подробнее см. очерк: От военных к гражданским: О передаче власти
в 1946 г. С. 181-195 настоящего издания.
24 В начале нового пути. Документы и материалы о развитии Калинин-
градской области в годы деятельности чрезвычайных органов управ-
ления (апрель 1945 — июнь 1947) / Сост. В.Н. Маслов. Калининград,
2004. С. 121-122.
25 ГАКО. Ф. 139. On. 1. Д. 6. Л. 11 (Письмо председателю облисполкома
от 21 июля 1948 г.).
26 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 30. Л. 7, 49.
27 Полный текст приказа см.: ГАКО. Ф. 318. On. 1. Д. 1. Л. 2-3 об.
28 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 58. Л. 5.
29 Там же. Д. 62. Л. 42.
30 Там же. Ф. 121. On. 1. Д. 18. Л. 67.
31 Там же. Д. 16. Л. 13-14.
32 Там же. Д. 15. Л. 40-42.
33 Там же. Д. 5. Л. 8.
302
Примечания
34 ГАКО. Ф. 227. Оп. 2. Д. 1. Л. 11. См. также его записку председателю
ВЦСПС от 30 сентября 1946 г. на подобную тему (Там же. Д. 2. А. 28).
35 ГАНИКО. Ф. 2. On. 1. Д. 1. Л. 13, 41.
36 Там же. Ф. 1. On. 1. Д. 62. Л. 4.
37 ГАКО. Ф. 90. On. 1. Д. 5. Л. 32 (Из выступления члена правления об-
щества Я.П. Скирдо, 9 сентября 1949 г.).
38 Там же.-Д. 8. Л. 4. (Из выступления члена правления общества Гон-
чарова/29 октября 1950 г.).
39 Там же. Д. 72. Л. 35 (Из материалов пленума правления общества,
12 июля 1957 г.). См. также другие документы на этот счет: Там же.
Д. 23. Л. 55; Д. 30. Л. 7, 9, 16, 18, 46.
40 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 9. Д. 58. Л. 1-2 (Из совершенно секретного по-
становления бюро Железнодорожного райкома партии от 30 декабря
1950 г.).
41 См. подробнее очерк: Секретные документы Отдела спецпоселений
МВД СССР о заселении области в 1946 г. С. 97-102 настоящего издания.
42 ГАНИКО. Ф. 121. On. 1. Д. 7. Л. 36, 52-53.
43 Там же. Ф. 1. On. 1. Д. 58. Л. 1 (Из районных отчетов о массово-по-
литической работе в обком партии).
44 Там же. Л. 3-4 (Из письма первого секретаря обкома В.В. Щербакова
в ЦК, 6 июля 1947 г.).
45 Там же. Л. 5-6 (Из письма первого секретаря обкома В.В. Щербакова
в ЦК, 15 августа 1947 г.).
46 Там же. Д. 82. Л. 12.
47 ГАКО. Ф. 361. Оп. 6. Д. 1.Л. 11.
48 См. сообщения за другие годы: ГАНИКО. Ф. 121. On. 1. Д. 24. Л. 189;
Ф. 1. Оп. 2. Д. 44. Л. 27, 39, 77, 113; Д. 139. Л. 16 и др.
49 См., например, в текстах передач областного радио: ГАКО. Ф. 19.
On. 1. Д. 6. Л. 136, 245; Д. 10. Л. 223, 279; Д. 11. Л. 243; Д. 12. Л. 210;
Д. 13. Л. 368 и др.
50 ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 2. Д. 103. Л. 203-204 (Из «Особой папки В.М. Мо-
лотова»),
51 См.: Суворов В.С. Древняя история края в исследованиях 1940-1960 го-
дов//Калининградские архивы. Калининград, 1998. Вып. 1. С. 116-117.
52 ГАКО. Ф. 289. Оп. 7. Д. 61. Л. 13.
53 Калининградская правда. 1950. 26 июля.
54 ГАКО. Ф. 19. On. 1. Д. 12. Л. 257.
55 Там же. Д. 13. Л. 367.
56 Там же. Ф. 414. On. 1. Д. 33. Л. 13-15; Д. 37. Л. 87-90. См. также отно-
сящуюся к 1954-1955 г. рецензию на лекцию Сергеева «Историческое
прошлое Калининградской области», в которой говорится: «Раньше в
нашей области встречались утверждения о славянском характере древ-
него населения области. Сейчас же точно установлено, что пруссы бы-
ли племенами литовского происхождения» (Там же. Д. 38. Л. 3-3 об.).
57 Там же. Д. 38. Л. 164-165.
303
Примечания
58 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 60. Л. 15 (Отчет о работе лекторской группы
обкома за 1947 год).
59 «Краткий курс» составлен по следующим архивным материалам: ГАКО.
Ф. 19. On. 1. Д. 10. Л. 46; Д. 12. Л. 257-258; Д. 13. Л. 367-368, 279-281;
Д. 18. Л. 77-78; Д. 20. Л. 105; Д. 22. Л. 12, 28-34.
60 Там же. Д. 30. Л. 61.
61 Ср.: Там же. Д. 6. Л. 15-19; Д. 9. Л. 194-195; Д. 21- Л. 46-48 и др.
62 Там же. Ф. 65. On. 1. Д. 13. Л. 29.
63 Там же. Л. 30.
64 Там же. Д. 14. Л. 8-8 об.
65 См. отчет пединститута за 1950/1951 учебный год (Там же. Д. 24.).
66 Там же. Д. 48. Л. 100.
67 Там же. Ф. 424. On. 1. Д. 5, 6, 9, 14, 16, 20, 27.
68 Там же. Д. 5. Л. 3, 13.
69 Там же. Д. 27. Л. 36.
70 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 4. Д. 106. Л. 7. В начале 1949 г. музей получил
здание в удаленном от центра города районе по ул. Б. Хмельницко-
го 19/21, требующее капитального ремонта (ГАКО. Ф. 289. Оп. 7. Д. 61.
Л. 39-40).
71 ГАКО. Ф. 289. Оп. 7. Д. 7. Л. 36; Д. 12. Л. 33; Д. 17. Л. 39; Оп. 8. Д. 13.
Л. 69.
72 Там же. Оп. 8. Д. 9. Л. 9.
73 Там же. Оп. 7. Д. 61. Л. 39-41.
74 Там же. Л. 44.
75 Там же. Д. 25. Л. 64.
76 См. подробнее очерк: Красный карандаш цензуры: Обллит в 1947-
1956 гг. С. 285-293 настоящего издания.
77 ГАКО. Ф. 631. On. 1. Д. 8. Л. 11. Любопытно, что этот пункт переко-
чевал в сводный отчет (раздел о работе парка) отдела культурно-про-
светительной работы г. Калининграда за 1947 год (Там же. Д/5. Л. 6).
78 Там же. Ф. 297. On. 1. Д. 12. Л. 17-20. Это решение облисполко-
ма основывалось на постановлении Совнаркома СССР от 18 февраля
1946 г. В 1947 г. в Калининграде могилы воинов были размещены в
44 местах.
79 Там же. Ф. 289. Оп. 8. Д. 18. Л. 1-5.
80 Там же. Оп. 7. Д. 61.Л. 14-19.
81 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 11. Д. 100. Л. 18-21.
82 Там же. Л. 1-2 (Из секретного письма штаба 11-й гвардейской армии
в обком и облисполком, 17 мая 1952 г.).
83 В архивном фонде облисполкома сохранились фотографии несколь-
ких проектов таких памятников (ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. ПО. Л. 133 и
следующие).
84 Там же. Ф. 289. Оп. 7. Д. 58. Л. 59-61.
85 Там же. Ф. 19. On. 1. Д. 22. Л. 302-304.
86 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 4. Д. 52- Л. 216; Оп. 9. Д. 92. Л. 58; Д. 113. Л. 39.
304
Примечания
87 ГАКО. Ф. 289. Оп. 7. Д. 61. Л. 15.
88 Там же. Л. 25.
89 Там же. Ф. 68. Оп. 2. Д. 4. Л. 7.
90 Это было написанное маслом полотно, самое большое по размерам
(225 х 165 см) на выставке (ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 9. Д. 113. Л. 22 об.).
91 ГАКО. Ф. 68. Оп. 2. Д. 1. Л. 1-72.
92 Там же...Д. 3. Л. 10-11. Фотографий в деле нет.
93 Там же. Д. 9. Л. 44.
94 Там же. Л. 47.
95 Там же. Д. 6. Л. 7.
96 См. сметы на «капремонт» памятника Ф. Шиллеру (на 14719 руб.),
«поэту Фогельвейде» (на 11 645 руб.), Ф. Шуберту (на 11 294 руб.) (Там
же. Д. 7. Л. 1-7).
97 См.: Там же. Д. 6. Л. 17-48; Д. 7. Л. 1-7; Д. 8. Л. 1-26; а также де-
ла 11, 12, 15, 15а. Согласно решению облисполкома №423 от 2 октября
1957 г. были утверждены списки памятников культуры, за которыми
устанавливался «строгий контроль за сохранностью» и обеспечивалась
их «консервация и реставрационно-восстановительные работы». В их
числе было 14 памятников немецкого искусства и 27 архитектурных
сооружений (Там же. Д. 6. Л. 17-23).
98 О сохранении могилы И. Канта // Балтийский альманах. Калининград,
2002. Вып. 2. С. 9-10 (Публикация В.А. Грицаенко).
99 ГАНИКО. Ф. 2. On. 1. Д. 17. Л. 3. Фрагмент этого документа приво-
дится в комментариях к упомянутой выше публикации в «Балтийском
альманахе».
100 ГАКО. Ф. 289. Оп. 8. Д. 3. Л. 2.
101 Там же. Л. 1.
102 Там же. Л. 3.
103 Там же. Л. 4.
104 Там же. Д. 18. Л. 6.
105 Описание в точности повторяло запись 1950 г. (Там же. Ф. 68. Оп. 2.
Д. 2. Л. 12). В следующем 1955 г. описание могилы в таком же спи-
ске памятников несколько изменилось: «Мемориальный памятник над
могилой Великого немецкого ученого-философа Иммануила Канта —
четырехгранная гробница. Памятник поставлен в 1904 году» (Там же.
Д. 4. Л. 9).
106 Там же. Д. 3. Л. 7.
107 См. справку управления культуры: Там же. Д. 9. Л. 58. В частно-
сти, сохранилась просьба управления культуры от 30 октября 1956 г.
об отпуске «одной тонны кровельного железа городскому похоронному
бюро для покрытия надмогильной колоннады» (Там же. Л. 59).
108 ГАКО. Ф. 522. On. 1. Д. 2. Л. 1. Первым обратил внимание на этот
документ немецкий исследователь Берт Хоппе (Hoppe В. Auf den Triim-
mern von Konigsberg. S. 55). 1
109 Там же. Д. 3. Л. 1-2.
305
Примечания
110 Там же. Д. 45. Л. 35-46.
111 Там же. Д. 5. Л. 10.
112 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 103. Л. 5; Д. 123. Л. 86-87.
113 ГАКО. Ф. 520. On. 1. Д. 158. Л. 61-62.
114 См.: ГАКО. Ф. 90. On. 1. Д. 5. Л. 49; Д. 9. Л. 11, 17; Д. 16. Л. 5, 18;
Д. 29. Л. 5; Д. 31. Л. 11; Д. 40. Л. 17; Ф. 289. Оп. 7. Д. 17. Л. 11, 21; Оп. 8.
Д. 8. Л. 7; Д. 29. Л. 65; Ф. 414. On. 1. Д. 10. Л. 66-67; Д. 16. Л. 5, 37, 79;
Д. 18. Л. 83, 148, 164-165, 180; Д. 23. Л. 5, 10, 23, 37; Д. 24. Л. 1; Д. 26.
Л. 1; Д. 27. Л. 95-97, 186; Д. 28. Л. 1, 56, 167, 202; Д. 31. Л. 35-36; Ф. 631.
On. 1. Д. 5. Л. 1; ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 4. Д. 94. Л. 85; Оп. 9. Д. 113. Л. 5.
115 ГАКО. Ф. 414. On. 1. Д. 24. Л. 1-2; Д. 27. Л. 97.
116 Там же. Д. 28. Л. 56-57.
117 Там же. Д. 16. Л. 5-6.
118 Там же. Д. 26. Л. 1.
119 Там же. Л. 49.
120 Там же. Д. 28. Л. 167-168.
121 Там же. Ф. 90. On. 1. Д. 1. Л. 1-4.
122 Там же. Д. 3.
123 См.: Там же. Ф. 90. On. 1. Д. 5. Л. 18-19; Д. 23. Л. 17; Д. 25. Л. 104;
Д. 49. Л. 12; Д. 50. Л. 20; Д. 51. Л. 49, 66; Д. 52. Л. 17; Д. 60. Л. 7; Д. 72.
Л. 5; Д. 73. Л. 15.
124 Там же. Ф. 414. On. 1. Д. 33. Л. 11-12.
125 Там же. Ф. 68. On. 1. Д. 6. Л. 130-131.
126 См. подробнее очерк: Чистые Пруды — грязные болота: О кампа-
нии переименований 1946-1950 гг. С. 272-284 настоящего издания.
127 ГАКО. Ф. 1. On. 1. Д. 82. Л. 32-33.
128 Критика в адрес учителей звучала и дальше, 27 декабря 1947 г. обл-
исполком даже решил провести 5-8 января следующего года районные
и городские совещания учителей, где первым пунктом повестки дня
значился вопрос: «Воспитание советского патриотизма и националь-
ной гордости» (ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. ПО. Л. 34).
129 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 82. Л. 33-34.
130 ГАКО. Ф. 19. On. 1. Д. 10. Л. 275-276 (Из передачи областного ра-
дио. 25 сентября 1947 г.).
131 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 82. Л. 29-31.
132 ГАКО. Ф. 19. On. 1. Д. 12. Л. 60 (Автор передачи — Дмитриев).
133 Там же. Ф. 289. Оп. 7. Д. 17. Л. 73 (Из отчета областного отдела
культпросветработы за 1947 г.).
134 Там же. Л. 76.
135 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 44. Л. 71.
136 Там же. Л. 77.
137 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 4. Д. 92. Л. 25 (Из справки о лекционной про-
паганде обкома, 1949 г.); ГАКО. Ф. 90. On. 1. Д. 5. Л. 37 (Из протокола
собрания членов Общества по распространению политических и науч-
ных знаний, 9 сентября 1949 г.).
306
Примечания
138 См. подробнее очерк: Красный карандаш цензуры: Обллит в 1947-
1956 гг. С. 292-293 настоящего издания.
139 ГАКО. Ф. 83. On. 1. Д. 20. Л. 11.
140 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 4. Д. 52. Л. 100-101.
141 ГАКО. Ф. 344. Оп. 3. Д. 59. Л. 83, 91.
142 Там же. Д. 39. Л. 1-16; ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 4. Д. 52. Л. 36-47.
143 ГАКО. ф. 631. On. 1. Д. 13. Л. 25-26.
144 Там же. Ф. 72. On. 1. Д. 16. Л. 9 (Отчет областного ДНТ за 1949 г.).
145 Там же. Д. 27. Л. 30-31 (Рецензент — консультант областного Дома
народного творчества И. Леонтьев).
146 Там же. Ф. 72. On. 1. Д. 30. Л. 160. Портрет в деле отсутствует.
147 Там же. Л. 169 об. — 170.
148 См., например: Справка об административном делении и экономи-
ке Восточной Пруссии / Из документов архива УВД // Калининград-
ские архивы. Калининград, 1998. Вып. 1. С. 79-89; Ср. также: ГАРФ.
Ф. 374. Оп. 2. Д. 173. Л. 1-96 (1946 г.); ГАКО. Ф. 181. On. 1. Д. 10.
Л. 1-131 (1946 г.); Ф. 767. On. 1. Д. 4 (1947 г.); ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 2.
Д. 44 (1948Т) и др.
149 ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. 4. Л. 30-36.
150 Там же. Л. 46-47.
151 Ср.: Там же. Ф. 293. Оп. 11. Д. 1; Восточная Пруссия глазами совет-
ских переселенцев. Первые годы Калининградской области в воспоми-
наниях и документах. СПб., 2002. С. 114-123 и др.
152 Об этом см. очерк: О национальной структуре, этнографических осо-
бенностях и социокультурной адаптации переселенцев в 1945-1950 гг.
С. 133-150 настоящего издания.
153 ГАКО. Ф. 181. On. 1. Д. 10. Л. 1, 2, 19, 123; Ф. 298. Оп. 4. Д. 2- Л. 61.
Здесь и далее сведения о населении приводятся без учета военнослу-
жащих и спецконтингентов.
154 Данные о численности немецкого населения см. в очерке: Выселе-
ние немцев. С. 164-166 настоящего издания.
155 Таблица составлена по материалам: ГАРФ. Ф. 374. Оп. 11. Д. 588.
Л. 43; Д. 701. Л. 6; ГАКО. Ф. 181. Оп. 5. Д. 2. Л. 8-8 об., 11-11 об.;
Д. 3. Л. 85-92; Д. 7. Л. 3-4 об.; Оп. 9. Д. 4. Л. 7-10 об.; Оп. 12. Д. 266.
Л. 27-185; Д. 267. Л. 1-131; Д. 379. Л. 25-291; Д. 466. Л. 49-145; Д. 467.
Л. 24-144;Ф. 183. Оп. 5. Д. 132. Л. 21; Д. 136. Л. 30; Д. 138. Л. 6; Д. 144.
Л. 4; Д. 149. Л. 30; Д. 154. Л. 11; Ф. 514. On. 1. Д. 51. Л. 193-194.
156 См.: ГАРФ. Ф. 374. Оп. 11. Д. 590. Л. 68-69, 73; ГАКО. Ф. 181. Оп. 3.
Д. 4. Л. 5, 7, 9; Оп. 5. Д. 2. Л. 3, 6, 9, 12. Данные за 1947 г. приводятся
без учета переселившихся в сельскую местность.
157 ГАКО. Ф. 183. Оп. 5. Д. 1. Л. 9-12.
158 Там же. Д. 132-Л. 32.
159 См.: Восточная Пруссия глазами советских переселенцев. С. 28-31.
160 ГАРФ. Ф. 327. Оп. 2. Д. 551. Л. 9.
161 Там же. Л. 3.
307
Примечания
162 Там же. Л. 47.
163 Ср.: Восточная Пруссия глазами советских переселенцев. С. 36-40.
164 ГАКО. Ф. 297. Оп. 7. Д. 261. Л. 63-64.
165 Там же. Ф. 183. Оп. 5. Д. 83. Л. 11.
166 Там же. Д. 5.
167 Там же. Д. 132. Л. 5.
168 Там же. Ф. 297. Оп. 11. Д. 10. Л. 75-86; Ф. 298. On. 1. Д._ 9-а. Л. 1-9.
169 ГАРФ. Ф. 9479. On. 1. Д. 304. Л. 9-11, 39-40; ГАКО. Ф. 297. Оп. 3.
Д. 8. Л. 105. См. также очерк: Секретные документы Отдела спецпосе-
лений МВД СССР о заселении области в 1946 г. С. 97-102 настоящего
издания.
170 Ср.: О национальной структуре, этнографическом облике и социо-
культурной адаптации переселенцев в 1945-1950 гг. С. 133-150 настоя-
щего издания.
171 ГАКО. Ф. 297. Оп. 7. Д. 173. Л. 40.
172 ГАРФ. Ф. 327. Оп. 2. Д. 623. Л. 109 (Из докладной записки инспекто-
ра И.Д. Лисина начальнику Переселенческого управления при Сове-
те министров РСФСР Л.Т. Дмитриеву, 2 апреля 1947 г.).
173 Таблица составлена по материалам: ГАКО. Ф. 514. On. 1. Д. 51. Л. 199.
174 Таблица составлена по материалам: ГАРФ. Ф. 374. Оп. 11. Д. 590.
Л. 68-70 об., 73-73 об.; Д. 701. Л. 49-52 об.; ГАКО. Ф. 181. Оп. 3. Д. 4.
Л. 5-10 об.; Оп. 5. Д. 2. Л. 3-4 об., 6-7 об., 12-13 об.; Д. 7. Л. 4-10. Все
подсчеты выполнены автором. Таблица ранжирована по графе «Удель-
ный вес республик». Данные за 1947 г. относятся только к переселен-
цам, прибывшим в города Калининградской области; учет механиче-
ского движения в зависимости от места выхода по сельской местности
в 1947 г. в области не проводился.
175 Диаграмма составлена по материалам: ГАРФ. Ф. 374. Оп. 11. Д. 603.
Л. 22-23 об.; Д. 999. Л. 22-23 об.; Ф. 180. On. 1. Д. 74. Л. 2-6; Ф. 181.
Оп. 3. Д. 4. Л. 2-4 об.; Оп. 5. Д. 2. Л. 2-8 об.; Д. 7. Л. 2-5 об?; Ф. 183.
Оп. 5. Д. 132. Л. 32.
176 Андреев Е.М., Дарений А.Е., Харькова ТЛ. Демографическая история
России: 1927-1959. М., 1998. С. 140.
177 См. сноску 175.
178 Ср., например, данные возрастной пирамиды СССР по всесоюзным
переписям {Демографический энциклопедический словарь. М., 1985.
С. 67).
179 Таблица составлена по материалам: ГАКО. Ф. 181. Оп. 7. Д. 4. Л. 20-
20 об.
180 Об этом подробнее см. очерк: О естественном движении населения
в 1946-1950 гг. С. 151-157 настоящего издания.
181 Таблица составлена по материалам: ГАРФ. Ф. 374. Оп. 11. Д. 477.
Л. 1; Д. 590. Л. 1; Д. 701. Л. 1; ГАКО. Ф. 181. Оп. 3. Д. 4. Л. 2-4; Оп. 5.
Д. 2. Л. 2, 5, 8, 11; Д. 7. Л. 2-5 об.
182 ГАРФ. Ф. 374. Оп. 11. Д. 416. Л. 32-33; Д. 952. Л. 94.
308
Примечания
183 Ср.: Город и деревня в Европейской России: сто лет перемен. М.,
2002. С. 155.
184 График составлен по материалам: ГАРФ. Ф. 374. Оп. 2- Д. 173. Л. 48;
Оп. 11. Д. 416. Л. 32-33, 65; Д. 417. Л. 67; Д. 423. Л. 82-82 об.; Д. 524.
Л. 192; Д. 525. Л. 198; Д. 631. Л. 107-108; Д. 633. Л. 39, 167, 197; Д. 756.
Л. 89; Д. 952. Л. 94; ГАКО. Ф. 181. On. 1. Д. 10. Л. 123; Оп. 17. Д. 21.
Л. 16; Д.- 44. Л. 2, 7. Данные за 1945 г. приводятся на 1 ноября, за
1946 г. на апрель (дата образования Кёнигсбергской области), в осталь-
ных случаях на 1 января.
185 Об этом подробнее см. очерк: О естественном движении населения
в 1946-1950 гг. С. 153, 157 настоящего издания.
186 Диаграмма составлена по материалам: ГАРФ. Ф. 374. On. 1. Д. 173.
Л. 48; Оп. 2. Д. 199. Л. 1; Оп. 11. Д. 416. Л. 32, 42, 56; Д. 524. Л. 192;
Д. 525. Л. 47, 198; Д. 588. Л. 43; Д. 631. Л. 108; Д. 633. Л. 39, 197; Д. 701.
Л. 6; Д. 756. Л. 89; Д. 952. Л. 94; ГАКО. Ф. 181. On. 1. Д. 10. Л. 19, 124;
Оп. 3. Д. 4. Л. 2-2 об.; Оп. 5. Д. 2. Л. 8-8 об., 11-13 об.; Д. 7. Л. 3-4 об.;
Оп. 6. Д. 3. Л. 2; Оп. 7. Д. 3. Л. 85-86, 89-92; Оп. 17. Д. 21. Л. 2, 16-17;
Д. 30. Л. 2,ДЗ.
187 См.: ГАКО. Ф. 183. Оп. 5. Д. 1. Л. 9.
188 См. табл, на с. 136.
189 ГАВО. Ф. 2714. On. 1. Д. 18.
190 Там же. Д. 34. Л. 1-8, 10-13, 21-24, 52-55, 63-65.
191 Там же. Л. 9, 14, 62, 87.
192 Там же. Л. 87-а.
193 Там же. Л. 15-19, 25-51, 56-61, 66-86.
194 Там же. Д. 33. Л. 2 об., 3, 7, 8, 11, 13 и др.
195 Там же. Л. 25.
1 9&Там же. Л. 1 (Докладная записка начальника переселенческого от-
дела В.Ф. Шлыкова в облисполком, 9 января 1950 г.).
197 Там же. Л. 6. (Докладная записка инспектора С.И. Сорокина началь-
нику переселенческого отдела В.Ф. Шлыкову, 22 декабря 1949 г.).
198 Там же. Л. 7 об. и др.
199 Там же. Д. 33. Л. 8; Д. 72- Л. 102-103, 105-106, 107-108, 112 и др.
200 Из них почти 90% (2 152 семьи, или 9 342 чел.) были размещены
в Краснознаменском районе. Помимо этого, воронежцы поселились
еще в четырех районах области: 131 сем., или 553 чел. — в Озёрском,
76 сем., или 310 чел. — в Багратионовском, 53 сем., или 206 чел. — в
Полесском, 3 сем., или 10 чел. — в Нестеровском районе. Подсчеты
сделаны автором по материалам: ГАКО. Ф. 183. Оп. 5. Д. 9. Л. 9-49, 73-
86; Д. 41. Л. 3-21; Д. 132. Л. 31-33; Д. 133. Л. 18-23; Д. 134. Л. 41-45.
201 ГАВО. Ф. 2714. On. 1. Д. 72. Л. 115.
202 Там же. Д. 33. Л. 9-10.
203 Там же. Д. 47. Л. 5, 7.
204 Там же. Д. 33. Л. 6 об.
205 Там же. Д. 106. Л. 5, 99.
309
Примечания
206 Там же. Д. 33. Л. 27, 32-33.
207 ГАРФ. Ф. 9479. Оп. 1с. Д. 304. Л. 208-209.
208 Там же. Л. 156.
209 Там же. Л. 162.
210 Там же. Л. 98-99.
211 Там же. Л. 40.
212 Там же. Л. 39-40.
213 Там же. Л. 9-11.
214 Там же. Л. 40.
215 Ср.: ГАКО. Ф. 183. Оп. 5. Д. 132. Л. 2, 17; Д. 133. Л. 3, 5; Д. 134. Л. 10,
19; Д. 135. Л. 21, 24; Д. 136. Л. 30, 37; Ф. 297. Оп. 7. Д. 261. Л. 6.
216 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 6. Д. 54. Л. 35-36. Хранящаяся в архиве копия
письма имеет помету: «Сдано т. Суханову 3.06.50 г.».
217 Так, первый исследовать истории заселения Калининградской об-
ласти Э.М. Колганова отмечала, что на конец 1947 г. назад вернулось
2,4% переселенцев (Колганова Э.М. Заселение Калининградской обла-
сти // Ученые записки Калининградского государственного педагогиче-
ского института. 1962. №8. С. 166). В коллективном труде об истории
края говорится, что с 1946 по май 1951 г. из сельской местности вы-
было 17,8% всех переселенцев, из них около трети (или 6,3%) выехали
за пределы области. Далее утверждается, что с конца 1950 г. выезд из
области якобы «почти прекращается» и «сельское население стабилизи-
руется» (История края. 1945-1950. Калининград, 1984. С. 75-76).
218 Таблица составлена по материалам: ГАРФ. Ф. 374. Оп. 11. Д. 590.
Л. 68-70, 73; Д. 701. Л. 49-52; Д. 988. Л. 57-62; Оп. 14. Д. 1704. Л. 53-
56; Д. 1759. Л. 41-42; Оп. 30. Д. 1592. Л. 11-16; Д. 4995. Л. 39; ГАКО.
Ф. 181. Оп. 5. Д. 2. Л. 3-13; Оп. 12. Д. 282. Л. 5-10; Д. 467. Л. 24U44;
Оп. 15. Д. 57. Л. 25-127; Д. 144. Л. 2-166; Д. 339. Л. 23-156. Абсолют-
ные цифры приводятся с учетом внутриобластного движения. Имею-
щиеся в архивах статистические формы позволяют применительно к
некоторым годам «очистить» общие показатели прибытия-выбытия от
данных по внутриобластному движению. И в этом случае сохраняется
тот же порядок цифр и та же тенденция развития миграционных про-
цессов. Доля выбывших за пределы области от общего числа прибыв-
ших из других регионов страны составила: в 1948 г. — 25%, в 1949 г. —
42%, в 1950 г, —51 %, в 1951 г. —69%, в 1952 г, —80%, в 1953 г, —61%,
в 1958 г, — 111%.
219 См.: ГАКО. Ф. 183. Оп. 5. Д. 133. Л. 6; ГАНИКО. On. 1. Д. 9. Л. 47;
ГАРФ. Ф. 327. Оп. 2. Д. 447. Л. 15.
220 ГАКО. Ф. 293. Оп. 11. Д. 39. Л. 71.
221 Там же. Ф. 183. Оп. 5. Д. 136. Л. 37. Приводятся данные за 1946-
1950 гг.
222 Там же. Ф. 180. On. 1. Д. 14. Л. 7-8.
223 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 6. Д. 54. Л. 36-39.
224 ГАРФ. Ф. 327. Оп. 2. Д. 623. Л. 72.
310
Примечания
225 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 9. Д. 59. Л. 12.
226 ГАКО. Ф. 514. On. 1. Д. 51. Л. 220. Из письма начальника областно-
го переселенческого отдела А.И. Исаакова в Главное переселенческое
управление СССР от 24.02.1951 г.
227 Там же. Ф. 140. Оп. 7. Д. 3. Л. 87.
228 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 2. Л. 107.
229 Там же. On. 1. Д. 9. Л. 72, 84-87; Д. 83. Л. 3-4, 14, 18, 85, 88, 98-99;
Оп. 2. Д. 53. Л. 2, 15-17.
230 ГАРФ. Ф. 327. Оп. 2- Д. 631. Л. 20.
231 ГАКО. Ф. 293. Оп. 11. Д. 9. Л. 55.
232 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 9. Д. 30. Л. 1.
233 ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. 51. Л. 221.
234 Всего сохранились 129 протоколов 37 колхозов из одиннадцати
районов области, 34 протокола относятся к самым первым собраниям
по организации колхозов, остальные имеют порядковый номер 2, 3, 4 и
т. д. Кроме того, в делах имеются 122 протокола заседаний правлений
колхозов, а также единичные протоколы колхозных партсобраний и
собраний бригад. Все документы датированы промежутком времени с
27 августа по 31 декабря 1946 г. В 1946 г. в области имелись 14 сельско-
хозяйственных районов, в них было организовано 294 колхоза. Обычно
собрания проводились 1-2 раза в месяц, в некоторых случаях и чаще.
233 Ср. приказы гражданских управлений по Багратионовскому, Несте-
ровскому и Черняховскому районам (ГАКО. Ф. 307. On. 1. Д. 1. Л. 4;
Ф. 312. On. 1. Д. 1. Л. 17 об.; Ф. 318. Оп. 2. Д. 2. Л. 21 об.).
236 Там же. Ф. 987. On. 1. Д. 1. Л. 1-1 об.
237 Там же. Ф. 921. Оп. 3. Д. 2. Л. 1.
238 Там же. Ф. 1070. On. 1. Д. 5. Л. 1-5 об.
239 Ср., например, цифры трех протоколов по колхозу «Пограничник»
(Там же. Ф. 318. Оп. 2. Д. 7. Л. 4, 56, 74). В некоторых колхозах для
обеспечения кворума пришлось даже вводить штрафы за неявку на со-
брания в размере от 0,5 до трех трудодней (Ср.: Там же. Ф. 987. On. 1.
Д. 1. Л. 5 об.; Ф. 1052. On. 1. Д. 2. Л. 2; Ф. 1070. On. 1. Д. 5. Л. 16).
240 Там же. Ф. 318. Оп. 2. Д. 7. Л. 6.
241 Там же. Л. 69-70.
242 См.: Там же. Ф. 183. Оп. 5. Д. 41. Л. 3-5. 11, 21.
243 Там же. Ф. 318. Оп. 2. Д. 7. Л. 9-11.
244 Там же. Л. 8,9, 11.
245 Там же. Ф. 992. Оп. 3. Д. 1. Л. 11-11 об.
246 Там же. Ф. 318. Оп. 2. Д. 7. Л. 29; Ф. 921. Оп. 3. Д. 2. Л. 10 об.;
Ф. 1033. On. 1. Д. 1. Л. 19; Ф. 1070. On. 1. Д. 1. Л. 3-3 об.
247 Там же. Ф. 1033. On. 1. Д. 1. Л. 3 об.
248 Там же. Ф. 677. On. 1. Д. 1. Л. 4.
249 Там же. Ф. 921.Оп. 3. Д. 2.Л. 19; Ф. 1070. On. 1. Д. 1,Л. 4; Д. 5, Л. 18.
250 Там же. Ф. 963. Оп. 2. Д. 1. Л. 1 об. — 2; Ф. 987. On. 1. Д. 1. Л. 4 об.1;
Ф. 993. On. 1. Д. 1. Л. 10 об; Ф. 1052. On. 1. Д. 2. Л. 1 об.; Д. 134. Л. 7.
311
Примечания
251 Там же. Ф. 993. On. 1. Д. 1. Л. 5 об.
252 Там же. Ф. 1043. On. 1. Д. 7. Л. 20 об.
253 Там же. Ф. 963. On. 1. Д. 1. Л. 4.
254 Там же. Ф. 318. Оп. 2. Д. 7. Л. 24.
255 Там же. Ф. 677. On. 1. Д. 1. Л. 10 об.; Ф. 987. On. 1. Д. 1. Л. 4 об.
256 Там же. Ф. 1070. On. 1. Д. 1. Л. 5.
257 Там же. Ф. 318. Оп. 2- Д- 7. Л. 37; Ф. 992. Оп. 3. Д. 1. Л. 17-17 об..
258 Там же. Ф. 318. Оп. 2. Д. 7. Л. 17. Любопытно заметить, что во всем
архиве не сохранилось ни одного письменного заявления на вступление
в колхоз. Можно предположить, что они и не писались, хотя бы по ба-
нальной причине полного отсутствия писчего материала.
259 Там же. Л. 18.
260 Там же. Л. 17, 18, 21-23. См. также: Ф. 1052. On. 1. Д. 134. Л. 22;
Ф. 1059. Оп. 2. Д. 1.Л. 36.
261 См.: Ф. 277. On. 1. Д. 3. Л. 40; Ф. 312- On. 1. Д. 1. Л. 78; Ф. 358. On. 1.
Д. 2. Л. 161-162.
262 Там же. Ф. 677. On. 1. Д. 1.Л. 3, 4 об., 10, 11 об.
263 Там же. Ф. 963. Оп. 2. Д. 1. Л. 6.
264 Там же. Ф. 1026. On. 1. Д. 4. Л. 10 об.
265 Там же. Ф. 318. Оп. 2. Д. 7. Л. 20, 24; Ф. 667. On. 1. Д. 1.Л. 17; Ф. 921.
Оп. 3. Д. 2. Л. 10 об.; Ф. 992. Оп. 3. Д. 1. Л. 8-10; Ф. 1070. On. 1. Д. 3.
Л. 18.
266 Там же. Ф. 963. On. 1. Д. 1. Л. 4-а; Ф. 1033. On. 1. Д. 1. Л. 3 об.;
Ф. 1052. On. 1. Д. 134. Л. 7, 11, 19.
267 Там же. Ф. 1026. On. 1. Д. 4. Л. 11.
268 Там же. Ф. 1033. On. 1. Д. 1. Л. 2.
269 Там же. Ф. 1026. On. 1. Д. 4. Л. 19-22.
270 Там же. Ф. 987. On. 1. Д. 1. Л. 5-5 об.; Ф. 1003. On. 1. Д. 1. Л. 3 об.,
11-11 об.; Ф. 1059. Оп. 2. Д. 1. Л. 11-11 об.
271 Там же. Ф. 1052. On. 1. Д. 134. Л. 23-27 об.
272 Там же. Ф. 318. Оп. 2. Д. 7. Л. 46, 50-51, 53-55.
273 Там же. Д. 2- Л. 53 об.-54 об.
274 Там же. Д. 7. Л. 43.
275 Там же. Л. 48 об. — 49.
276 Там же. Ф. 993. On. 1. Д. 1. Л. 64; Ф. 1052. On. 1. Д. 4. Л. 12; Д. 134.
Л. 25; Ф. 1070. On. 1. Д. 3. Л. 27.
277 Там же. Ф. 1033. On. 1. Д. 1. Л. 15.
278 Там же. Ф. 1003. On. 1. Д. 1. Л. 19.
279 Там же. Ф. 992. Оп. 3. Д. 1. Л. 12-12 об., 18. Об оставшемся в области
после 1945 г. немецком гражданском населении см. очерк: Выселение
немцев. С. 158-173 настоящего издания.
280 ГАКО. Ф. 993. On. 1. Д. 1. Л. 10 об.
281 Там же. Ф. 921. Оп. 3. Д. 2- Л. 18, 21.
282 Костяшов Ю.В. Заселение Калининградской области после Второй
мировой войны// Гуманитарная наука в России. М., 1998. Т. 2. С. 82-88,
312
Примечания
также с. 85-89 настоящего издания; он же. О национальной структуре,
этнографическом облике и социокультурной адаптации советских пе-
реселенцев в Калининградской области (1945-1950) // Национальные
отношения в новое и новейшее время. Калининград, 2000. С. 66-79,
также с. 133-150 настоящего издания; он же. О формировании сель-
ского населения Калининградской области в 1946-1951 гг. // Кали-
нинградские архивы. Калининград, 2001. Вып. 3. С. 227-236; Шенде-
рюк М.Г. Социальный портрет переселенца // Калининградские архи-
вы. Калининград, 1998. Вып. 1. С. 180-185.
283 Шендерюк М.Г. Указ. соч. С. 180.
284 См.: ГАКО. Ф. 183. Оп. 5. Д. 1. Л. 9-14.
285 Там же. Ф. 180. On. 1. Д. 14. Л. 7-8.
286 Там же. Ф. 141. Оп. 7. Д. 8. Л. 14 об.; Д. 10. Л. 8-8 об.
287 Там же. Ф. 293. Оп. 11. Д. 9. Л. 15, 45, 52-54.
288 Там же. Ф.Т40. Оп. 7. Д. 13. Л. 1, 57-59.
289 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 122. Д. 203. Л. 46.
290 В начале нового пути. С. 75-76.
291 Там же. С: 312-313.
292 Там же^ С. 55.
293 ГАКО. Ф. 225. Оп. 7. Д. 129. Л. 2.
294 В начале нового пути. С. 196.
295 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 136. Л. 43, 49.
296 ГАКО. Ф. 514. On. 1. Д. 4. Л. 13.
297 Там же. Ф. 181. Оп. 12. Д. 238. Л. 1-60.
298 Таблица составлена по материалам: ГАКО. Ф. 181. Оп. 17с. Д. 37.
Л. 20-21 об.
299 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 45. Л. 140.
300 ГАКО. Ф. 180. On. 1. Д. 14. Л. 8.
301 Там же. Ф. 181. Оп. 12- Д. 238. Л. 62 об. — 90 об.
302 В начале нового пути. С. 144, 194.
303 ГАНИКО. Ф. 121. On. 1. Д. 7. Л. 51-51 об.
304 ГАКО. Ф. 183. Оп. 5. Д. 136. Л. 38.
305 Там же. Д. 154. Л. 51 (Из отчета переселенческого отдела облиспол-
кома за 1955 год).
306 ГАРФ. Ф. 374. Оп. 11. Д. 477. Л. 1; Д. 590. Л. 1; Д. 701. Л. 1; ГАКО.
Ф. 181. Оп. 3. Д. 4. Л. 2-4; Оп. 5. Д. 2. Л. 2, 5, 8, 11; Д. 7. Л. 2-5 об.
307 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 44. Л. 40, 60, 62, 65, 71 и др.
308 Там же. On. 1. Д. 2. А. 51.
309 СрДемографический энциклопедический словарь. С. 480.
310 Ср.: Колганова Э.М. Заселение Калининградской области. С. 172; Бир-
ковский В.Т., Исупов В.С., Фарутин И.А. История нашего края. Калинин-
град, 1990. С. 57.
311 Сплошная паспортизация жителей области и введение обязатель-
ного заполнения учетных листков прибытия и убытия при прописке-
выписке граждан были начаты еще в 1947 г. Однако внедрение этой
313
Примечания
системы проходило с немалыми трудностями, о чем свидетельствует
беспрецедентное решение бюро обкома КПСС от 18 марта 1948 г. ото-
звать из ЦСУ Госплана СССР отправленные ранее данные по Кали-
нинградской области на 1 января этого же года «как не отражающие
действительное количество и состав населения области» (см.: ГАНИКО.
Ф. 1. Оп. 2. Д. 12-Л. 91-92).
312 Таблица составлена по материалам: ГАРФ. Ф. 374. Оп. 11. Д. 590.
Л. 68-70 об., 73-73 об.; Д. 701. Л. 49-52 об.; ГАКО. Ф. 181. Оп. 3. Д. 4.
Л. 5-10 об.; Оп. 5. Д. 2- Л. 3-4 об, 6-7 об, 12-13 об.; Д. 7. Л. 4-10. Все
подсчеты выполнены автором. Таблица ранжирована по графе «Удель-
ный вес республик».
313 См.: ГАКО. Ф. 183. Оп. 5. Д. 38, 39, 42, 44, 46, 49, 50, 54, 64.
314 Подсчеты о составе переселенцев в сельской местности по районам
области в зависимости от мест выхода сделаны автором по следующим
материалам: ГАКО. Ф. 183. Оп. 5. Д. 9. Л. 9-10, 21, 25, 26 об, 48-49,
73-74, 86; Д. 41. Л. 3, 5, 11, 21; Д. 132. Л. 31-34; Д. 133. Л. 18-19, 20-23;
Д. 134. Л. 41-45; Д. 135. Л. 20, 36-39.
315 Ср.: Орлов Б.С. Европейский опыт бытия и русская ментальность //
Россия и Европа: тенденции развития на пороге III тысячелетия. М.,
1995. С. 66-68.
316 ГАРФ. Ф. 374. Статистическое управление Госплана РСФСР. Оп. 11;
ГАКО. Ф. 180. Уполномоченный Госплана СССР по Калининградской
области; Ф. 181. Статистическое управление Калининградской области.
317 Подробнее см. очерк: Заселение Калининградской области после
войны. С. 72-90 настоящего издания.
318 Ср.: Андреев Е.М., Дарений ЛЕ., Харкова ТЛ. Демографическая исто-
рия России: 1927-1959. С. 42-55.
319 См. очерк: Выселение немцев. С. 158-173 настоящего издания.
320 Некоторые современные российские ученые-демографы в стремле-
нии получить более объективные, приближенные к действительности,
данные используют различные поправочные коэффициенты (ср.: Ан-
дреев Е.М., Дарений Л.Е., Харкова ТЛ. Указ. соч. С. 55-62). Однако су-
ществующие методики их разработки, на наш взгляд, чрезвычайно
субъективны, неубедительны и пока не могут быть использованы для
пересчета исходных официальных данных.
321 Таблица составлена по данным статуправлений Калининградской
области и РСФСР по годам: 1946 г. — ГАРФ. Ф. 374. Оп. 11. Д. 447.
Л. 53-53 об.; Д. 475. Л. 78; ГАКО. Ф. 181. On. 1. Д. 11. Л. 1; 1947 г. —
ГАРФ. Ф. 374. Оп. 11. Д. 557. Л. 4; Д. 584. Л. 73-74; ГАКО. Ф. 180. On. 1.
Д. 73. Л. 2, 34-42; 1948 г. — ГАРФ. Ф. 374. Оп. 11. Д. 662- Л. 198-201;
ГАКО. Ф. 181. Оп. 3. Л. 2-2 об.; 1949 г. — ГАРФ. Ф. 374. Оп. 11. Д. 781.
Л. 29-38, 44 об.; 1950 г. — ГАКО. Ф. 181. Оп. 5. Д. 8. Л. 3-3 об, 22-22 об.,
33-33 об., 62.
322 Коэффициенты рассчитывались автором по принятым в отечествен-
ной науке методикам (число демографических событий на 1000 человек
314
Примечания
применительно к среднегодовому населению); коэффициент младен-
ческой смертности исчислялся с помощью формулы Ратса (только для
1946 г. число смертей соотносилось с числом рождений того же года).
Показатели по России в целом рассчитывались как по архивным источ-
никам (ГАРФ. Ф. 374. Оп. 11. Д. 445. Л. 13; Д. 557. Л. 13; Д. 633. Л. 187,
190, 193, 195, 198, 201, 204; Д. 658. Л. 9-11), так и по опубликованным
в последние годы данным (Андреев Е.М., ДаренийЛ.Е., Харкова ТЛ. Указ,
соч. С. 101; Зима В.Ф. Голод в СССР 1946-1947 годов: происхождение
и последствия. М., 1996. С. 43; Население России за сто лет (1897-1947).
М., 1998. С. 32, 84). Среднегодовое население для Калининградской
области исчислялось как средняя хронологическая моментного ряда
по архивным источникам (ГАРФ. Ф. 374. On. 1. Д. 173. Л. 48; Оп. 2.
Д. 199. Л. 1; Оп. И. Д. 416. Л. 32, 42, 56; Д. 524. Л. 192; Д. 525. Л. 47,
198; Д. 633. Л. 39, 197; Д. 631. Л. 108; Д. 756. Л. 89; Д. 952- Л. 94; ГАКО.
Ф. 181. Оп. Г. Д. 10. Л. 19, 124; Оп. 6. Д. 3. Л. 2; Оп. 17. Д. 21. Л. 2,
16-17; Д. 30. Л. 2, 13).
323 ГАКО. Ф. 181. On. 1. Д. 10. Л. 124.
324 Там же. Оп. 5. Д. 8. Л. 6, 25-25 об.
325 Костяшов Ю.В. Опыт создания устной истории Калининградской об-
ласти// Проблемы устной истории в СССР. Киров, 1990. С. 22-25.
326 Волков И.М. Засуха, голод 1946-1947 гг. // История СССР. 1991. №4;
Зима В.Ф. Голод в России. 1946-1947 гг. // Отечественная история.
1993. №1. С. 35-52; Зима В.Ф. Голод в СССР 1946-1947 годов: проис-
хождение и последствия.
327 Костяшов Ю.В. Заселение Калининградской области после Второй
мировой войны. С. 85.
328 Расчеты возрастных групп переселенцев, прибывших в Калинин-
градскую область в 1946-1950 гг., сделаны по архивным данным (ГАРФ.
Ф. 374. Оп. 11. Д. 603. Л. 22-23 об.; Д. 999. Л. 22-23 об.; ГАКО. Ф. 181.
Оп. 5. Д. 2. Л. 2-8).
329 Proudfoot M.J. European refugees: 1939-1952. Evanston, 1956. R 369.
330 Ср.: Als die Deutschen weg waren: Was nach der Vertreibung geschah:
Ostpreussen, Schlesien, Sudetenland. Berlin, 2007.
331 Доклад Контрольного Совета в Германии Совету министров иностран-
ных дел. Раздел VII. Перемещение населения. Берлин, 1947. С. 18.
332 OsmanczykE. Niemcy. 1945-1950. Warszawa, 1950. S. 185.
333 Proudfoot M.J. Op. cit. P 377-379.
334 Ржешевский О.А. Визит А. Идена в Москву в декабре 1941 г. // Новая
и новейшая история. 1994. №2. С. 100.
335 Тегеранская конференция трех союзных держав — СССР, США и Ве-
ликобритании. 28 ноября — 1 декабря 1943 г. М., 1984. С. 150.
336 Переписка Председателя Совета Министров СССР с Президентами
США и Премьер-министрами Великобритании во время Великой Оте-
чественной войны 1941-1945 гг. М., 1989. Т. 1. С. 229.
337 Там же. С. 237
315
Примечания
^Крымская конференция руководителей трех союзных держав —
СССР, США и Великобритании. 4—11 февраля 1945 г. М., 1984. С. 139,
147, 148.
339 Берлинская (Потсдамская) конференция руководителей трех дер-
жав — СССР, США и Великобритании. М., 1984. С. 56-58.
340 Там же. С. 152.
341 Там же. С. 57.
342 Там же. С. 438.
343 Доклад Контрольного Совета в Германии... С. 18.
344 Берлинская (Потсдамская) конференция... С. 443.
345 Там же. С. ИЗ.
346 Ср.: История края (1946-1950). Калининград, 1984. С. 47.
347 Lasch О. So fiel Konigsberg. Stuttgart, 1976. S. 116, 127; Neumann R.
Ostpreussen unter Polnischer und Sowjetischer Verwaltung. Frankfurt/M,
1956. S. 97-98; Chronik deutscher Zeitgeschichte. Dusseldorf, 1986. Bd. 3/1.
S. 92, 189.
348 Известия. 1944. 20 июля.
349 Лаш О. Так пал Кёнигсберг. Воспоминания коменданта крепости Кё-
нигсберг / Пер. с нем. М., 1991. С. 20.
350 Правда. 1945. 15 апреля.
351 ГАКО. Ф. 330. On. 1. Д. 7. Л. 2, 3.
352 ЦАМО. Ф. 358. Оп. 5914. Д. 13. Л. 87.
353 ГАКО. Ф. 181. On. 1. Д. 10. Л. 19, 123; Ф. 297. Оп. 3. Д. 7. Л. 26;
Ф. 298. Оп. 4. Д. 2. Л. 59, 61.
354 Там же. Ф. 297. Оп. 3. Д. 7. Л. 23-25.
355 АУВДКО. Ф. 48. Д. 1. Л. 2-86. . ' ' .
356 ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 2. Д. 172. Л. 303-304.
357 Там же. Оп. 12. Д. 229. Л. 104-106.
358 АУВДКО. Ф. 48. Д. 1-33.
359 Сведения об одном эшелоне, списки которого в Архиве УВД нами
не обнаружены, взяты из справки ОВИР УВД (ГАКО. Ф. 297. Оп. 3.
Д. 8. Л. 219).
360 ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 2. Д. 201. Л. 239-240.
361 Перечень документов, содержащихся в «Особых папках» И.В. Ста-
лина, Л.П. Берии, В.М. Молотова и Н.С. Хрущева, опубликован (Архив
новейшей истории России. М., 1994-1996. Т. 1-4). Поскольку один и
тот же документ направлялся, как правило, в несколько адресов, мно-
гие материалы, в том числе и использованные в настоящем очерке, ду-
блируются.
362 ГАРФ. Ф. 9401. Министерство внутренних дел СССР. Оп. 2. Д. 139.
Л. 4—5. Копии этого донесения были направлены также Сталину, Мо-
лотову, Маленкову и генералу А.И. Антонову. Документ имел гриф
«Сов. секретно», как и все прочие материалы, цитируемые в настоящем
очерке. В дальнейшем это специально оговариваться не будет.
363 Там же. Л. 324-333.
316
Примечания
364 Там же. Д. 95. Л. 39-43.
365 Там же. Л. 374.
366 Там же. Д. 96. Л. 31-32.
367 Там же. Л. 254-261.
368 Там же. Д. 103. Л. 263-264.
369 См.: Восточная Пруссия. С древнейших времен до конца Второй ми-
ровой воййы. Калининград, 1996. С. 440-458.
370 ГАКО. Ф. 330. On. 1. Д. 2. Л. 10, 11.
371 Там же. Ф. 298. On. 1. Д. 3. Л. 51.
372 Там же. Ф. 332. On. 1. Д. 1. Л. 16-18; Ф. 183. Оп. 5. Д. 90. Л. 11-18,
29-30, 40-41, 68-72.
373 Там же. Ф. 330. On. 1. Д. 15. Л. 50.
374 Там же. Ф. 227. Оп. 2. Д. 3. Л. 3-4.
375 В начале нового пути. С. 119-122.
376 ГАКО. Ф. 227. Оп. 2. Д. 4. Л. 5.
377 См.: Там же. Ф. 298. On. 1. Д. 3. Л. 1, 7-13, 36-39; Ф. 309. On. 1. Д. 2.
Л. 1; Ф. 315. On. 1. Д. 1. Л. 1-8; Ф. 318. Оп. 2. Д. 2. Л. 1.
378 Там же. Ф. 297. On. 1. Д. 125. Л. 1-2-
379 Там же. Ф. 298. On. 1. Д. 9а. Л. 1-9.
380 Там же. Ф. 183. Оп. 5. Д. 1. Л. 9-14.
381 Там же. Фонды 237, 265, 268, 277, 298, 305-309, 311, 312, 315, 318,
331, 358, 360, 362.
382 См., например, справку: Об административном делении и эконо-
мике Восточной Пруссии И Калининградские архивы. Калининград,
1998. Вып. 1. С. 79-89.
383 ГАРФ. Ф. 374. Оп. 2. Д. 173. Л. 58-61 об.
384 ГАКО. Ф. 298. On. 1. Д. 3. Л. 6.
385 Там же. Ф. 318. Оп. 2. Д. 2. Л. 7 об.
386 Там же. Ф. 308. On. 1. Д. 1. Л. 1.
387 Там же. Ф. 358. On. 1. Д. 2. Л. 3-5.
388 Ср.: Там же. Ф. 268. Оп. 2. Д. 4. Л. 1-23; Ф. 277. On. 1. Д. 7. Л. 1-15;
Ф. 308. On. 1. Д. 3. Л. 3, 10-13; Ф. 309. On. 1. Д. 3. Л. 1-2; Ф. 315. On. 1.
Д. 2. Л. 1-25.
389 Ср.: Там же. Ф. 306. On. 1. Д. 1. Л. 50; Ф. 307. On. 1. Д. 2. Л. 5; Ф. 315.
On. 1. Д. 1. Л. 8 об. — 9; Ф. 358. On. 1. Д. 2. Л. 90; Ф. 360. On. 1. Д. 2.
Л. 28.
390 Там же. Ф. 183. Оп. 5. Д. 4. Л. 7.
391 Там же. Л. 33.
392 Там же. Ф. 265. On. 1. Д. 2. Л. 29-30.
393 Там же. Ф. 331. On. 1. Д. 2. Л. 6 (Приказ начальника УГД Примор-
ского района Я.Т. Кузнецова от 15 января 1947 г.)
394 Там же. Ф. 358. On. 1. Д. 10. Л. 128.
395 См.: Там же. Ф. 183. Оп. 5. Д. 4. Л. 36-38.
396 Там же. Ф. 311. On. 1. Д. 6. Л. 1-3.
397 Там же. Л. 10-11.
317
Примечания
398 Там же. Ф. 358. On. 1. Д. 2. Л. 153.
399 Там же. Ф. 237. On. 1. Д. 4. Л. 6, 10.
400 Там же. Ф. 309. On. 1. Д. 2- Л. 252.
401 Там же. Л. 214.
402 Там же. Ф. 265. Оп. 2. Д. 6. Л. 2-
403 Там же. Д. 2. Л. 42.
404 Там же. Ф. 237. On. 1. Д. 5. Л. 5.
405 Там же. Ф. 358. On. 1. Д. 3. Л. 141.
406 Там же. Ф. 237. On. 1. Д. 5. Л. 11.
407 Ср.: Зима В.Ф. Голод в СССР 1946-1947 годов: происхождение и по-
следствия. С. 11, 20, 42, 178, 179, 236. См. также: он же. Голод в России
1946-1947 гг. С. 35-52; он же. «Второе раскулачивание» (Аграрная по-
литика конца 40-х — начала 50-х годов) // Отечественная история 1994.
№3. С. 109-125; он же. Послевоенное общество: голод и преступность
(1946-1947) // Отечественная история 1995. №5. С. 45-59; Волков И.М.
Засуха, голод 1946-1947 гг.; Андреев Е.М., Дарений Л.Е., Харькова ТЛ.
Демографическая история России: 1927-1959. С. 140-141; Город и де-
ревня в Европейской России: сто лет перемен. С. 51.
408 Ср.: Маслов В.Н. Продовольственный вопрос в деятельности совет-
ской военной комендатуры Кёнигсберга в 1945 г. // Вестник КГУ. 2003.
Вып. 2. С. 47-52.
409 В начале нового пути. С. 65.
410 ГАКО. Ф. 298. On. 1. Д. 7. Л. 71.
411 Там же. Ф. 332- On. 1. Д.2. А. 163.
412 Там же. Ф. 297. On. 1. Д. 105. Л. 21.
413 Там же. Ф. 298. On. 1. Д. 21. Л. 57.
414 В начале нового пути. С. 92
415 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 90. Л. 13-15.
416 Там же. Л. 16.
417 Там же. Л. 1.
418 Там же. Ф. 409. On. 1. Д. 1. Л. 50.
419 ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. 105. Л. 20, 21; Оп. 3. Д. 10. Л. 106.
420 История сельского хозяйства Калининградской области / Под ред.
А.Л. Гусева, В.Н. Маслова. Калининград, 2006. С. 129.
421 В начале нового пути. С. 282; ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. 105. Л. 52.
422 В начале нового пути. С. 224-226 (Секретарь Калининградского гор-
кома ВКП(б), начальник Калининградского городского УГД П.И. Ко-
лосов — секретарю обкома ВКП(б) А.А. Хохлову и начальнику област-
ного УГД В.А. Борисову. Не ранее 19 февраля 1947 г.).
423 Там же. С. 239-240 (Начальник переселенческого отдела Калинин-
градской области И.И. Терехов — начальнику Переселенческого управ-
ления при Совете министров РСФСР Л.Т. Дмитриеву. 12 марта 1947 г.).
424 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 25. Л. 47.
425 Там же. Л. 44 (Из справки «О крупных недостатках в устройстве кол-
хозов» к заседанию бюро обкома от 9 июля 1947 г.).
318
Примечания
426 Ср.: ГАКО. Ф. 297. Оп. З.Д. 11. Л. 12,79-80,81-83, 146; On. 1. Д. 113.
Л. 46, 171, 172, 218, 226, 227, 229, 272 и др.; ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 90.
Л. 19.
427 ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. 105. Л. 17.
428 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 90. Л. 25. Телеграмма П.А. Иванова, В.А. Бо-
рисова— Г.М. Маленкову. 15 мая 1947 г.
429 ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. 116. Л. 26.
430 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 27. Л. 27 (Из стенограммы областного парт-
актива 27 марта 1947 г.).
431 Там же. Д. 76. Л. 24.
432 Там же. Ф. 409. On. 1. Д. 3. Л. 17.
433 Калининградская правда. 1947. 28 мая.
434 ГАКО. Ф. 297. Оп. 11. Д. 11. Л. 85-92.
435 См. очерк: О естественном движении населения в 1946-1950 гг.
С. 155-156 настоящего издания.
436 ГАРФ. Ф. 374. Оп. 2. Д. 173. Л. 60 об. — 61.
437 Ср. очерк: Кёнигсберг в сорок пятом году: По материалам «Особой
папки» Лаврентия Берии. С. 174-180 настоящего издания.
438 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 13. Д. 140.
439 Ср. очерк: Кто спас могилу Иммануила Канта от разрушения? С. 42-
45 настоящего издания.
440 См.: В начале нового пути. С. 291-295.
441 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 421. Л. 46-50.
442 Там же. Л. 51.
443 Ср. очерк: Секретные документы Отдела спецпоселений МВД СССР
о заселении области в 1946 г. С. 97-102 настоящего издания.
444 ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 2. Д. 139. Л. 400.
445 Там же. Д. 172. Л. 150.
446 Там же. Д. 201. Л. 183-184.
447 Там же. Л. 277-278.
448 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 472. Л. 70-73. Резолюция Маленкова
гласила: «Т.т. Александрову, Андрееву Е. Прошу Вас разобраться в
этом деле. Доложите. 18.Ш.46 г.».
449 Там же. Л. 74.
450 Там же. Д. 515. Л. 1-6. К документу прикреплена справка, из кото-
рой следует, что с докладной запиской были ознакомлены секретари
Калининградского обкома Иванов и Бровкин. (Там же. Л. 7).
451 Там же. Л. 18-22-
452 Там же. Оп. 122- Д. 203. Л. 42-47. К документу приложен отчет пер-
вого секретаря Калининградского обкома Щербакова о мерах по устра-
нению недостатков, указанных в записке Иванова (Там же. Л. 48-54).
453 В начале нового пути. С. 20, 53.
454 Там же. С. 32.
455 Там же. С. 45. Из приказа начальника Рагнитского гарнизона гене1
рал-майора А.А. Кузнецова от 22 сентября 1945 г.
319
Примечания
456Летопись Калининградской области / С.П. Гальцова, И.А. Гордеев,
Л.А. Ефремов и др. Т. 1. 1945-1976. Калининград, 2005. С. 16; В нача-
ле нового пути. С. 312.
457 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 116. Д. 309. Л. 12.
458 История края (1945-1950): Учебное пособие для студентов-историков
Калининградского университета / В.Г. Бирковский и др. Калининград,
1984. С. 52.
459 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 1061. Л. 5.
460 Первые секретари... Документы и материалы о деятельности пар-
тийных руководителей Калининградской области и Калининграда в
1947-1991 гг. Калининград, 2002. С. 6.
461 Ср.: РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 116. Д. 306. Л. 32, 65; Д. 308. Л. 50; Д. 310.
Л. 21, 37, 50; Д. 312. Л. 75, 76; Д. 313. Л. 14, 26, 28, 35, 47, 83, 85; Д. 316.
Л. 38; Д. 318. Л. 86; Оп. 163. Д. 1499. Л. 33 и др.
462 Там же. Оп. 116. Д. 297. Л. 55, 114.
463 Там же. Д. 313. Л. 18.
464 Там же. Д. 316. Л. 80.
465 ГАРФ. Ф. 5446. Оп. 59. Д. 40. Л. 180-179 (в деле обратная нумерация
листов).
466 ГАКО. Ф. 181. Оп. 17. Д. 73. Л. 12-24.
467 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 45. Л. 8.
468 В начале нового пути. С. 68.
469 ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. 105. Л. 3-4, 7-9.
470 Там же. Д. 113. Л. 87-88.
471 В начале нового пути. С. 272
472 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 122. Д. 203. Л. 45. , ' \
473 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 2- Л. 192.
474 Там же. Ф. 784. On. 1. Д. 1. Л. 90-91 (Из протокола партбюро облис-
полкома, 2 ноября 1948 г.).
475 ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 2. Д. 201. Л. 183-184, 277-278. «Особая'папка»
Сталина.
476 ГАКО. Ф. 265. Оп. 2- Д. 7. Л. 17-18 об.; Ф. 308. On. 1. Д. 5. Л. 105.
477 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 2- Д. П. Л. 167, 180-199.
478 Ср.: РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 76. Д. 847. Л. 12; ГАКО. Ф. 183. Оп. 5.
Д. 89. Л. 1-2; Ф. 227. Оп. 2. Д. 1. Л. 2; Ф. 298. On. 1. Д. 21. Л. 174-178;
ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 17. Л. 12, 27.
479 См.: Постановление Совета министров СССР №3129-1020с от 2 сен-
тября 1947 г. (ГАКО. Ф. 180. On. 1. Д. 4. Л. 24).
480 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 17. Л. 12-27; Оп. 2. Д. 11. Л. 28; Д. 16.
Л. 146. В развитие этих руководящих решений Совмин СССР 10 фев-
раля 1948 г. принял постановление № 275-111сс, а 13 февраля оно бы-
ло дополнено постановлением Совмина РСФСР № 84-7сс «О нормах и
порядке выдаче временного денежного довольствия руководящим пар-
тийным и советским работникам РСФСР» и постановлением №358-13сс
от 3 апреля 1948 г. о распределении средств на выдачу денежного до-
520
Примечания
вольствия. Эти постановления вносили некоторые коррективы в опре-
деление размеров «довольствия» и устанавливали источники и объемы
финансирования по регионам. В частности, на Калининградскую об-
ласть в 1948 г. дополнительно выделялось 1 млн 592 тыс. руб. Все упо-
мянутые постановления имели гриф «сов. секретно».
481 Там же. On. 1. Д. 17. Л. 71-72.
482 РГАСПЙ. Ф. 17. Оп. 76. Д. 847. Л. 12.
483 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 8. Л. 20; Д. 9. Л. 16, 23, 24; Д. 10. Л. 16;
Д. И. Л. 70; Д. 12. Л. 25-27, 70, 90, 150; Д. 14. Л. 29-31; Д. 15. Л. 69;
Д. 16. Л. 19-20,51 и др.
484 Там же. On. 1. Д. 9. Л. 36; Д. 13. Л. 25.
485 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 76. Д. 847. Л. 1.
486 ГАКО. Ф. 297. Оп. 3. Д. 2- А. 16, 74-75.
487 Ср.: Там же. Ф. 180. On. 1. Д. 3. Л. 69-70, 88, 115-116; Ф. 265.
On. 1. Д. 2. Л. 14-15; Ф. 297. Оп. 3. Д. 1. Л. 3; Ф. 298. Оп. 3. Д. 10. Л. 51,
117; Ф. 315. On. 1. Д. 1. Л. 27-27 об., 61 об; Ф. 331. On. 1 Д. 1. Л. 83-
83 об.
488 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 11. Л. 57; ГАКО. Ф. 298. On. 1. Д. 19. Л. 39;
Ф. 315. On. 1. Д. 3. Л. 62-62 об., 78 об.
489 ГАКО. Ф. 180. On. 1. Д. 3. Л. 101; Ф. 297. On. 1. Д. 1. Л. 85-88.
490 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 8. Л. 87.
491 ГАКО. Ф. 358. On. 1. Д. 2. Л. 79.
492 Восточная Пруссия глазами советских переселенцев. С. 68-69.
493 См.: ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 2. Л. 33; Д. 27. Л. 18; Ф. 121- On. 1.
Д. 18. Л. 67; Ф. 722. On. 1. Д. 2. Л. 17, 63-65.
494 ГАКО. Ф. 298. On. 1. Д. 10. Л. 135.
495 Там же. Ф. 297. On. 1. Д. 4. Л. 124-126.
496 Там же. Ф. 183. Оп. 5. Д. 90. Л. 14, 17; Ф. 297. On. 1. Д. 7. Л. 20; Д. 24.
Л. 6.
497 Ср.: Восточная Пруссия глазами советских переселенцев. С. 140-
141, 145.
498 ГАКО. Ф. 297. Оп. 3. Д. 7. Л. 36, 37. Штатное расписание включало
25,5 ставки.
ш Восточная Пруссия глазами советских переселенцев. С. 82-83.
500 ГАКО. Ф. 358. On. 1. Д. 2. Л. 25.
501 Там же. Ф. 315. On. 1. Д. 1. Л. 8.
502 Там же. Ф. 277. On. 1. Д. 9. Л. 3.
503 Там же. Ф. 311. On. 1. Д. 7. Л. 6.
504 Восточная Пруссия глазами советских переселенцев. С. 64.
505 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 32. Л. 132-133; Оп. 2. Д. 44. Л. 60; Ф. 98.
On. 1. Д. 1. Л. 5-6; Ф. 121. On. 1. Д. 1. Л. 103 об. — 104; Д. 7. А. 52, 75.
506 Там же. Ф. 1. On. 1. Д. 27. Л. 3.
507 Там же. Оп. 9. Д. 30 Л. 74.
508 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 515. Л. 2, 7.
509 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 7. Л. 42-
321
Примечания
510 См.: Там же. Ф. 1. Оп. 2. Д. 15. Л. 12-14; 135, 139; Д. 16. Л. 49; Ф. 672.
On. 1. Д. 1. Л. 15; Ф. 784. On. 1. Д. 1. Л. 1-5 и др.
511 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 14. Л. 100-102.
512 Цит. по: История сельского хозяйства Калининградской области.
С. 13-14.
513 См.: ГАНИКО. Ф. 784. On. 1. Д. 1. Л. 117-122, 136-138, 152, 194-197.
514 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 116. Д. 287. Л. 30.
515 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 103. Л. 5; Д. 123. Л. 86-87.
516 Там же. Д. 27. Л. 3.
517 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 515. Л. 3; ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 58.
Л. 1, 4, 6; Ф. 121. On. 1. Д. 7. Л. 52-53; Ф. 753. On. 1. Д. 1. Л. 12.
518 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 83. Л. 85, 88, 98-99.
519 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 421. Л. 48; Д. 515. Л. 5-6; ГАНИКО. Ф. 1.
On. 1. Д. 2. Л. 29, 32-33; Д. 27. Л. 56; Ф. 121. On. 1. Д. 17. Л. 43-44, 89,
106; ГАКО. Ф. 297. Оп. 3. Д. 10. Л. 55.
520 ГАКО. Ф. 181. On. 1. Д. 10. Л. 6; Ф. 309. On. 1. Д. 2. Л. 252; Ф. 310.
On. 1. Д. 7. Л. 8; Ф. 520. On. 1. Д. 2. Л. 1.
521 Там же. Ф. 297. Оп. 3. Д. 10. Л. 36.
522 Там же. Л. 33-34.
523 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 27. Л. 27; Д. 83. Л. 3-4, 14, 18; Д. 90. Л. 17;
Д. 97. Л. 2-3, 7; Ф.121. On. 1. Д. 7. Л. 51 об.
524 ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. 113. Л. 298.
525 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 27. Л. 58.
526 Там же. Ф. 1. On. 1. Д. 84. Л. 1; Д. 90. Л. 1, 12-16; ГАКО. Ф. 183.
On. 1. Д. З.Л. 12-15.
527 ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. 113. Л. 218, 226, 227, 229, 268; Оп. 3. Д. 11.
Л. 79-80; ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 90. Л. 22, 25, 43-44.
528 Первые секретари... С. 13-22.
529 Посетители кремлевского кабинета И.В. Сталина // Исторический
архив. 1996. №4. С. 14.
530 ГАКО. Ф. 409. On. 1. Д. 3. Л. 16.
531 Севастьянов М. Памятная встреча // Калининградская правда. 1996.
27 февраля. С. 8.
532 ГАНИКО. Ф. 580. On. 1. Д. 4. Л. 72; Ф. 730. On. 1. Д. 2. Л. 93-93 об.;
Ф. 753. On. 1. Д. 1. Л. 1-1 об; Ф. 784. On. 1. Д. 1. Л. 14-16.
533 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 25-а. Л. 23 об.; РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 163.
Д. 1500. Л. 163; Д. 1501. Л. 109.
534 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 58. Л. 3-4.
535 ГАРФ. Ф. 5446. Оп. 49. Д. 1133, 2143, 2213, 2215; Оп. 59. Д. 38.
Л.155-161; Д. 39. Л. 1-3, 48-50.
536 ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 32. Л. 6, 8; РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Л. 20;
см. также очерк: Красный карандаш цензуры: Обллит в 1947-1956 гг.
С. 285-293 настоящего издания.
537 См.: ГАРФ. Ф. 5446. Оп. 49. Д. 1133, 2213, 2215; Оп. 59. Д. 38; ГАКО.
Ф. 180. On. 1. Д. 3; Ф. 297. On. 1. Д. 105; Оп. И. Д. 11, 12- В «Сталин-
522
Примечания
ский план» иногда включали постановление Президиума Верховного
Совета РСФСР «Об административно-территориальном устройстве Ка-
лининградской области» от 27 июля 1947 г. и ряд постановлений Со-
вета министров РСФСР, принятых в развитие решений союзного пра-
вительства.
538 Ср.: ГАРФ. Ф. 374. Оп. 2- Д. 173. Л. 62-65, 70 (Докладная записка
начальника планового отдела УГД Калининградской области А. Алек-
сандрова председателю Госплана РСФСР Д.Д. Дегтярю, 27 февраля
1947 г.).
539 См. очерк: Выселение немцев. С. 170 настоящего издания.
540 ГАРФ. Ф. 5446. Оп. 59. Д. 40. Л. 71-73, 179-180; ГАКО. Ф. 514. On. 1.
Д. 4, 5, 7; ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 124. Л. 68-71.
541 См. подробнее очерк: На колхозном собрании: Штрихи к истории
заселения области в 1946 году. С. 121-122 настоящего издания.
542 Подлые шпионы и убийцы под маской профессоров-врачей / Сообще-
ние ТАСС // Калининградская правда. 1953. 14 января.
543 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 11. Д. 188. Л. 55.
544 Там же. Л. 11-15, 39-40, 44.
545 Там же. Л. 13, 26.
546 Там же. Л. 2, 58.
547 Там же. Л. 35, 45-46, 59.
548 Там же. Оп. 13. Д. 113. Л. 91; Д. 115. Л. 1-39; Д. 140. Л. 1-255.
549 Там же. Ф. 412. On. 1. Д. 3 Л. 143-145.
Восточная Пруссия глазами советских переселенцев. Первые годы
Калининградской области в воспоминаниях и документах. 2-е изд.,
исп. и доп. Калининград, 2003. С. 167.
551 Подробнее о топонимике Калининграда см.: Губин А.Б. Топонимия
Калининграда // Калининградские архивы. Материалы и исследова-
ния. Калининград, 2003. Вып. 5. С. 139-196; он же. Топонимия Кали-
нинграда: районы и поселки // Калининградские архивы. Материалы
и исследования. Калининград, 2004. Вып. 6. С. 173-2004; он же. То-
понимика Калининграда. Реки и водоемы // Калининградские архивы.
Материалы и исследования. Калининград, 2007. Вып. 7. С. 197-228.
552 Каменева И.Н. Кёнигсберг мог стать Балтийском // Балтийский аль-
манах. 2005. №5. С. 7.
553 ГАНИКО. Ф. 121. On. 1. Д. 10. Л. 3-6, 14. См. также подборку до-
кументов по этой теме: О митингах трудящихся по случаю переи-
менования Кёнигсберга: Из документов ЦХИДНИКО (Публикация
Т.А. Прошиной) // Калининградские архивы. Материалы и исследова-
ния. Калининград, 1998. Вып. 1. С. 107-110.
554 ГАКО. Ф. 297..On. 1. Д. 102-а. Л. 1.
555 Подробнее об этом сюжете см.: Бродерзен П. «Позови меня тихо по
имени...» Кампания переименований в Калининградской области в
1946-1950 гг. // Балтийский регион в истории России и Европы. Кали-
нинград, 2005. С. 201-210.
323
Примечания
556 ГАКО. Ф. 298. On. 1. Д. 20. Л. 57.
557 Ср.: Там же. Ф. 272- On. 1. Д. 5. Л. 3; Ф. 298. On. 1. Д. 20. Л. 100.
558 Восточная Пруссия глазами советских переселенцев. С. 140.
559 ГАКО. Ф. 358. On. 1. Д. 2. А. 82.
560 Текст указа см.: ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. 102-а. Л. 1. Проект указа
был предварительно рассмотрен и утвержден на заседании оргбюро
ЦК В КП (б) 28 августа и заседании политбюро 5 сентября 1946 г., на
котором также было принято решение об организации Калининград-
ского обкома, горкомов и райкомов партии (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3.
Д. 1061. Л. 5, 18).
561 Текст указа см.: ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. 102-а. Л. 2-4- Проект указа
был 16 июня 1947 г. был одобрен секретариатом ЦК ВКП(б) (РГАСПИ.
Ф. 17. Оп. 116. Д. 312. Л. 43).
562 Текст указа см.: ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. 102-а. Л. 5-8 об. Политбюро
ЦК ВКП(б) утвердило проект указа 21 июля (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 163.
Д. 1501. Л. 63-69).
563 Текст указа см.: ГАКО. Ф. 297. On. 1. Д. 102-а. Л. 9-24.
564 Текст указа см.: Там же. Л. 25-39 об.
565 Подсчет см.: Бродерзен П. Указ. соч. С. 208.
566 Ср.: ГАКО. Ф. 318. Оп. 2. Д. 8. Л. 4; Ф. 298. On. 1. Д. 20. Л. 113, 118.
567 Там же. Ф. 297. On. 1. Д. 102-а. Л. 3 об., 7.
568 Там же. Оп. 7. Д. 1. Л. 14.
569 Там же. On. 1. Д. 102-а. Л. 16-16 об.
570 Ср.: Там же. Оп. 7. Д. 1. Л. 60-62.
571 См. решения Нестеровского райисполкома об утверждении избира-
тельных округов и участков от 15-20 октября 1947 г. с исправлениями
(ГАКО. Ф. 196. Оп. 3. Д. 3. Л. 157-169, 183-194).
572 Ср.: Населенные пункты Калининградской области: Краткий спра-
вочник. Калининград, 1975 (подсчеты автора).
573 Документы обллита хранятся в фонде 232 ГАКО, сравнительно не-
давно открывшемся для исследователей.
574 Клавдия Ильинична Веселова, 1922 г. р., была принята на работу
10 сентября 1947 г., став, по-видимому, первым калининградским цен-
зором. Впоследствии она долгое время была секретарем парторганиза-
ции обллита (ГАКО. Ф. 232. Оп. 6. Д. 3. Л. 11-11 об).
575 Там же. Д. 4. Л. 8; Д. 1. Л. 1.
576 Там же. Д. 11. Л. 119; Д. 1. Л. 1. Наиболее активными и долгое
время проработавшими в обллите были следующие цензоры: Воро-
бьев, Гераськин, Безнева, Буров, Петруша, Яковлева, Целовальников,
Трушков.
577 Там же. Д. 2. Л. 9.
578 Там же. Д. 2. Л. 14-15.
579 Там же. Д. 11. Л. 122-
580 Там же. Д. 1. Л. 4.
581 См.: Там же. Д. 2. Л. 8, 22; Д. 9. Л. 128.
324
Примечания
582 Таблица составлена по материалам: Там же. Д. 2. Л. 8; Д. 5. Л. 1-124;
Д. 7. Л. 1-132; Д. 9. Л. 131; Д. 11. Л. 121; Д. 13. Л. 33; Д. 15. Л. 2; Д. 16.
Л. 2; Д. 17. Л. 16.
583 Там же. Д. 13. Л. 17.
584 Там же. Д. 5. Л. 3. Вычерки о погоде см. также: Д. 5. Л. 85; Д. 7.
Л. 76 и др.
585 Там же. Д. 9. Л. 28-29.
586 Там же. Д. 2- Л. 9.
587 Там же. Д. И. Л. 38.
588 Там же. Д. Л. 83.
589 Там же. Д. 13. Л. 24.
590 Там же. Л. 73.
591 Там же. Д. 5. Л. 52-53.
592 Там же. Д. 7. Л. 59.
593 Там же. Д. 13. Л. 74.
594 Там же. Д. 4. Л. 3-4, 29; Д. 12. Л. 7.
595 Таблица составлена по материалам: Там же. Д. 11. Л. 124; Д. 13.
Л. 75; Д. 15. Л. 6. Сведения за другие годы не обнаружены.
596 Там же. Д. 11. Л. 123.
597 Там же. Д. 18. Л. 9-10.
598 См. акты приемки спектаклей за 1950 г. (Там же. Ф. 344. Оп. 3. Д. 39.
Л. 1-16).
599 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 4. Д. 52. А. 36.
600 ГАКО. Ф. 232. Оп. 6. Д. 10. Л. 7.
601 Там же. Д. И. Л. 123; Д. 12. Л. 2.
602 ГАНИКО. Ф. 121. On. 1. Д. 1.Л. 74; Д. 11. Л. 38.
603 ГАКО. Ф. 298. On. 1. Д. 7. Л. 26.
604 ГАКО. Ф. 297. Оп. 3. Д. 16. Л. 23-26; ГАНИКО. Ф. 1. On. 1. Д. 17.
Л. 27.
605 Подробнее об этом см. очерк: Красный карандаш цензуры: Обллит
в 1947-1956 гг. С. 285-290 настоящего издания.
606 ГАКО. Ф. 289. Оп. 7. Д. 7. Л. 1-1 об.; Д. 17. Л. 17, 24.
607 Там же. Ф. 414. On. 1. Д. 31. Л. 140-143.
608 Там же. Ф. 19. On. 1. Д. 13. Л. 94.
609 Там же. Ф. 312- On. 1. Д. 1. А. 59-75.
610 Там же. Ф. 196. Оп. 3. Д. 9. Л. 67-68.
611 ГАНИКО. Ф. 121. On. 1. Д. 7. Л. 88-89.
612 ГАКО. Ф. 320. On. 1. Д. 144. Л. 25, 28, 30.
613 Там же. Ф. 315. Оп. 2. Д. 3. Л. 6; Ф. 358. On. 1. Д. 10. Л. 157.
614 Там же. Ф. 183. Оп. 5. Д. 83. Л. 45.
615 Там же. Ф. 277. On. 1. Д. 9. Л. 90; Ф. 320. On. 1. Д. 61. Л. 19 об. — 22.
616 Там же. Ф. 297. Оп. 3. Д. 7. Л. 19; Ф. 298. On. 1. Д. 19. Л. 39; Ф. 315.
On. 1. Д. З.Л. 78 об.
617 Там же. Ф. 358. On. 1. Д. 2. Л. 83.
618 Там же. Ф. 308. On. 1. Д. 5. Л. 8.
325
Примечания
619 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 44. Л. 39-40, 81-82, ИЗ; ГАКО. Ф. 390.
Оп. 5. Д. 16. Л. 192.
620 Подробнее об этом см. очерк: Секретные документы Отдела спецпо-
селений МВД СССР о заселении области в 1946 г. С. 101-102 настоя-
щего издания.
621 ГАКО. Ф. 268. Оп. 2- Д. 1. А. 69; Ф. 318. Оп. 2. Д. 10. Л. ПО; Ф. 358.'
On. 1. Д. З.Л. 9.
622 Там же. Ф. 196. Оп. 3. Д. 1. Л. 4; Ф. 1059. Оп. 2. Д. 1. Л. 36.
623 ГАКО. Ф. 140. Оп. 7. Д. 22. А. 1; ГАНИКО. Ф. 121. On. 1. Д. 1. Л. ЮЗ-
104; Д. 7. Л. 75.
624 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 4. Д. 94. Л. 31; Д. 97. Л. 121.
625 ГАКО. Ф. 298. Оп. 3. Д. 10. Л. 140.
626 Там же. Ф. 231. Оп. 6. Д. 19. Л. 8; Ф. 320. On. 1. Д. 144. Л. 55.
627 ГАНИКО. Ф. 1. Оп. 2. Д. 14. Л. 100-102; Д. 15. Л. 12-14; Д. 16.
Л. 49.
628 Там же. Ф. 1. Оп. 9. Д. 58. Л. 52.
629 ГАКО. Ф. 90. On. 1. Д. 3; Д. 5. Л. 31; Д. 11. Л. 3; Д. 15. Д. 4.
326
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
АН АССР АУВДКО Академия наук автономная советская социалистическая республика Архив Управления внутренних дел Калининградской
Балтрыбтрест ВКП(б) ВЛКСМ области Балтийский рыбопромышленный трест Всесоюзная коммунистическая партия (большевиков) Всесоюзный ленинский коммунистический союз молодежи
ВЦСПС ГАВО ГАКО ГАНИКО Всесоюзный центральный совет профсоюзов Государственный архив Воронежской области Государственный архив Калининградской области Государственный архив новейшей истории Калининградской области
ГАРФ ГК Главлит Государственный архив Российской Федерации городской комитет Главное управление по делам литературы и издательств
Главрепертком Горисполком Горком Горкомхоз Госконтроль Госплан ГУЛАГ ДНТ ЗАГС Главный репертуарный комитет городской исполнительный комитет городской комитет городской отдел коммунального хозяйства Комитет государственного контроля Государственный плановый комитет (комиссия) Главное управление лагерей Дом народного творчества отдел исполкома, производящий записи актов гражданского состояния
ИТР Комсод КПСС КЭБ МВД мвс МГБ МПС инженерно-технические работники комиссия содействия Коммунистическая партия Советского Союза концертно-эстрадное бюро Министерство внутренних дел Министерство вооруженных сил Министерство государственной безопасности 1 Министерство путей сообщения
327
Список сокращений
МТС Наркомат Наркомбумпром машинно-тракторная станция народный комиссариат Народный комиссариат целлюлозной и бумажной промышленности
Неманлес Государственный лесохозяйственный и лесопро- . мышленный трест «Неманлес»
НКВД НКГБ Народный комиссариат внутренних дел Народный комиссариат государственной безопасности
Обком Облисполком Обллит областной комитет областной исполнительный комитет областное управление по делам литературы и издательств
Облоно ОВИР ОЛБ ОРС ПКиО РайЗО Райком РайПО РГАСПИ областной отдел народного образования отдел виз и регистраций областное лекторское бюро отдел рабочего снабжения парк культуры и отдыха районный земельный отдел районный комитет районное потребительское общество Российский государственный архив социально- политической истории
РККА РО РОНО РЦХИДНИ Рабоче-крестьянская Красная армия районный отдел районный отдел народного образования Российский центр хранения и изучения документов новейшей истории
Рыбкооп сд сд СМ Смерш Совмин Совнарком СС УВД УГД ЦБК ЦСУ рыболовецкий кооператив стрелковая дивизия служба безопасности (в фашистской Германии) Совет министров военная контрразведка «Смерть шпионам» Совет министров Совет народных комиссаров охранные отряды (в фашистской Германии) управление внутренних дел управление по гражданским делам целлюлозно-бумажный комбинат Центральное статистическое управление
328
УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН
Абакумов Е.Т. 16, 210
Александер (Александроль) 121
Александр Невский 27
Александров А, начальник об-
ластного планового отдела 323
Александров, работник ЦК
ВКП(б) 319
Александров С.Н. 188
Альбрехт Бранденбургский 27
Андреев Е. 319
Антонов А И. 316
Аполлонов АН. 178,179
Афанасьев П.И. 190, 194
Баграмян И.Х. 175, 194
Багратион П.И. 38
Безнева 287,324
Белоусов 53
Бенуа А 70
Берия Л.П. 172,174,176-178,
180, 210, 215, 270, 316
Бессель Ф.В. 38-40
Бетховен Л. 267
Богданчиков 52
Бойман А.Е. 51
Бондаревская Е.А. 31
Борисёва К.В. 144
Борисов В.А. 12, 15, 80, 169, 187,
192, 197, 203, 204, 224-227
Борисов В.А. (окончание') 236, 239,
240, 251, 254-256, 282, 318, 319
Бородин Ф. 116
Бровкин С.А 242, 254-256, 319
Бубнов 121
Булгаков К.В. 18, 42
Булганин Н.А. 210
Бурков 117
Буров 324
Бурцев М. 212
Вальтер фон дер Фогельвейде 40,
305
Вандровская 111
Василевский А.М. 273
Вахров В. 106
Веревкин 228
Веселова К.И. 288, 324
Воробьев 288, 324
Ворошилов К.Е. 210
Гаговец 116
Галицкий К.Н. 251, 257, 272
Галкин С.А. 204
Гамезо И.И. 118
ГанжаАГ. 143
Гардин В.Р. 28
Гарнык В.А 255
Гераськин 324
Гитлер А. 158
* В указатель не включены имена собственные из библиографических
описаний в примечаниях, имена, которые были присвоены улицам,
колхозам, предприятиям и учреждениям, имена литературных персо-
нажей, а также произвольно измененные автором по этическим сооб-
ражениям имена.
329
Указатель имен
Гладков К.Н. 216, 217
Годяева З.И. 143
Г олованов А. И. 194
Гольсберг 122
Гончаров 303
Горбатов А.В. 250
Горбатюк 178
Горбунов И.И. 43
Горегляд АА. 254, 255
Горький М. 268,295
Губин, инспектор переселенче-
ского управления 98
Гуревич Ф.Д. 23
Дамаева А.Н. 63, 64
Дегтярь Д.Д. 323
Демин В.И. 229
Демскин П.Ф. 118
Дмитриев, агротехник 122
Дмитриев Л.Т. 308,318
Дмитриев, радиожурналист 306
Долгушин В.М. 12, 42, 66
Доманская 22
Донелайтис К. 280
Егоров А.А. 104
Егорова А.Д. 84
Елизавета 27, 67
Елсуков А. П. 113
Жданов А.А. 36, 258, 268
Жуков Г.К. 273
Журавлев 98
Забоева В.П. 142
Зайцев 115
Закаменный О.Н. 46
Зверев 193
Звягина Т.П. 143
Зеленин 176-178
Зеленский 107
Иванова Л.Н. 142
Иванова, работница вагонзавода
273
Иванова, работница ЦБК-1 242
Иванова Т. С. 143
Иванов О.А. 295
Иванов П.А. 13, 18, 19, 203, 212,
221, 227-229, 242, 246-256
330
Иванов П.А. (окончание') 258, 259,
264, 319
Иванов, работник ЦК В КП (б)
220, 319
Иванченко В. 184, 186, 207
Илларионов А.Т. 204
Исааков (Исаков) А.И. 311
Ишков А.А. 254, 255
Калинин М.И. 35, 36, 213, 273,
279
Кант И. 6, 37-39, 42-45, 180, 305
Карасева 98
Карасев, работник ЦК В КП (б)
255
Карпова 98
Карпов С.М. 100
Каспари Р. 39, 40
Келдыш А.В. 60
Керзон 160
Клюева 56, 57
Ковтун И.Г. 32,38,54,71
Ковязин В.П. 117
Кожедуб И.Н. 282
Козлов А.И. 254,255
Колганова Э. М. 310
Колганов И.П. 24, 25, 54, 55, 71
Колосов П.И. 194, 247, 318
Комаров С.М. 254, 255
Компанеец 190
Копылова А.В. 35
Коробков В.П. 52
Корольков В.П. 94
Костяшов Ю.В. 141
Косыгин А.Н. 4, 13, 21, 203, 210,
212, 215, 226, 252, 254-260, 262
Котлярова А.М. 17
Кочнев 200
Кошевой П.К. 192
Красильников А.П. 182
Круглов С.Н. 169, 170, 172, 210,
214-216, 230, 254-256
Крючкова 63, 64
Ксюнин 181
Кузнецов А.А., генерал-майор
319
Указатель имен
Кузнецов А.А., секретарь ЦК
ВКП(б) 210,217,242,258
Кузнецов Я.Т. 317
Курасов Н. 96
Лавренков 45, 52
Лаврищев 255
ЛадыгинА.С. 277
Ларионов А. 227, 255
Лаш О. 163
Ленин В.И. 33, 35
Леонтьев И. 307
Лисин И.Д. 308
Лыков 21
Любимов В.В. 43-45, 71
Макаренко Н.Е. 280
Максимов 255
Маленков Г.М. 108, 178, 204, 210,
, 215,216,316,319
Манохин 190
Маркс К. 26
Маттес Э. 301
Машин В.И. 111, 113, 188
Медведева Э.М. 280
МеерЗ. 177
Мельникова А. В. 30,71
Мерзлякова В.И. 44
МехлисЛ.З. 210,240
Милованова И.Н. 94
Митрофанова ЛИ. 148
Михайлов, колхозник 21
Михайлов, начальник Фридланд-
ского УГД 188
Михайловский Н.В. 36, 46
Михалков С.В. 61
Молотов В.М. 169, 172, 178, 179,
210,214,215, 303,316
Морозов 288
Мосьпан Ц. 18'
Мочалов 217, 218, 242
Мурашко П.Х. 227,231
Мясников 21
Навалихин Д.К. 46
Наполеон 38
Нейман Ф. 39, 40
Неумейкова А.И. 272
Носиков 61, 63
Павлов 100
Панафидин Ф.К. 197
Пашковский Н.П. 256
ПериковАИ. 142
Перминов А.В. 113
Петр! 37
Петр III 27
Петров 56
Петруша 324
Повожаев С.Г. 143
Попков Г.В. 42
Попов Д.М. 246
Попов, майор 250
Поскребышев 254
Прогрессор 84
Просвирин 99
Прохорехин 40, 41, 71
Прохоров В.Г. 18
Пряхин Д.И. 99
Рагулина В.Т. 142
Раскин 56, 57
Рез анова А. И. 144
Резуев К.В. 141, 148
Родионов М.И. 236, 254-256, 273
Рокоссовский К.К. 273
Романенко 118
Романь Г.-П. 238
Руденко ЛИ. 193
Рунов 53
Рупп Ю. 40
Рыжухина М.Т. 143
Рюмин В. 53
Савик-Сакс В.С. 60, 292, 293
Саломатин ЛИ. 99
Самойлюк М.И. 238
Самчинина 22
Святцев В.Т. 45
Севастьянов М. 256, 258, 262
С елиз аров А. Р. 58
Семчинина 259
Сергеев 303
Скворцов Н.А. 255
Слойков 58
Смирнова 56
33/
Указатель имен
Смирнов М.В. 222
Смурыгина М.Т. 241
Снесаревский П. 25
СнечкусА.Ю. 203,252
Сорокин С.И. 309
Сталин И.В. 13, 18, 20, 22, 30,
33, 35, 36, 38, 39, 48, 54, 76,
92, 104, 106, 110, 121, 122,
131, 147, 149, 159, 161, 162,
170, 172, 177, 178, 197, 205,
209-212,214,215,218, 221,
230, 233,248, 251-256, 258,
260, 262, 264, 265, 268, 270,
291-293, 316
Струганова 59
Суворов А.В. 27,37
Суханов 310
Тенякшев 100, 102
Терехов И.И. 13,202,318
Терновой Ф.А. 286, 289, 290
Тетеревлева М.П. 142
Тимохин П.В. 47
Ткаченко 174,175
Токарева М.Н. 240
Трофимов Б.П. 102, 194
Трофимов И.П. 56, 57
Трумэн Г. 161
Трушков 288, 324
Ушаков 21
Федоров В.С. 24, 25, 52, 55
Фетисова Е.М. 99
Фридрих II 27
Хоппе Б. 301,305
Хохлов АА. 13,318
Хренов 57
Хрущев Н.С. 316
ЦапенкоАА. 141
Целовальников А. 61,324
Церник К. 177
Цыганков 24
Цыганкова 55
Чарномский Э.В. 37, 38
Чепурнов Н.А. 13
Чернышов 179, 180
Черняховский И.Д. 35
Черчилль У. 159-161
Шалыгин 117
Шамиль 31
Шендерюк М.Г. 124
Шиллер Ф. 39, 305
Шлыков В.Ф. 309
Шматков М.А. 199
Шуберт Ф. 305
Шумихин М.С. 38, 41
Шураков В .А. 113
Щербаков А.С. 268
Щербаков В.В. 16, 57, 104,
108, 131, 220, 234, 236, 241,
258-263, 294, 303, 319
Эттли К. Р. 161
Юролович Р.А. 219
Ягудин 120
Яковлева 324
Ярцев А. А. 141
332
УКАЗАТЕЛЬ ГЕОГРАФИЧЕСКИХ НАЗВАНИЙ*
Австрия 162
Азербайджан 134
Алленштайн, г. (совр. Ольштын,
Польша) 163, 178, 179, 223
Америка см. США
Англия см. Великобритания
Ардатовский район Мордовской
АССР 100
Армения 134
Архангельская область 92
Архангельск, г. 142
Астраханская область 136
Астрахань, г. 127
Багратионовск, г. (быв. Прейсиш-
Эйлау) 31, 178, 274
Багратионовский (Ладушкин-
ский, Кройцбургский, Хайли-
генбальский) район 21, 59, 80,
81, 93, 137, 141, 243, 309, 311
Балтийск, г. (быв. Пиллау) 37,
163, 164, 171, 175, 220, 273, 275
Балтийское море 7, 70, 159, 161,
163, 171, 273
Балупёнен, пос. см. Дубовая Роща
Белоруссия, БССР 21, 76, 78, 85,
86, 101, 133-137, 139, 140, 142,
170 см. также Западная Бело-
руссия
Береговое, пос. 284
Березовка, пос. 284
Берлин, г. 8
Большаковский район см. Слав-
ский район
Боровический район Новгород-
ской области 99
Борское, пос. Гвардейского райо-
на 275
Браунсберг, г. (совр. Бранево,
Польша) 161
Брестская область (БССР) 136
Брянская область 80, 136, 138,
139
Будветен, пос. см. Буткиновка
Буткиновка, пос. (быв. Будветен)
276
Вайсенштайн, пос. 13
Вармия (Польша) 6, 67
Велау, г. см. Знаменск
Великобритания (Англия) 21,
159, 161, 162,315,316
Великолукская область 136, 139
Венгрия 147, 158, 162
Висла, р. 26
Витебская область (БССР) 136,
143
Владимирово, пос. 275
Владимирская область 84,
136-138, 148
* В указатель не включены часто употребляемые географические на-
звания: СССР, Россия, РСФСР, Германия, Пруссия, Восточная Прус-
сия, Москва, Калининград, Кёнигсберг, Калининградская/Кёнигсберг-
ская область.
333
Указатель географических названий
Воздушный, пос. 238
Вологодская область 136
Вор мд иге, г. (Польша) 178
Воронеж, г. 91, 96
Воронежская область 91, 92, 95,
136,138
Восточная Европа 158
Высокое, пос. 284
Вьетнам 288
Вязьма, г. 9
Гавайтен, с. 190
Гастеллово, пос. Славского
района 142
Гвардейск, г. (быв. Тапиау) 188,
274, 275, 278
Гвардейский (Тапиауский) район
21, 93, 137, 141, 192, 199, 251
ГДР 162, 172
Гольдап, г. (совр. Голдап, Поль-
ша) 161, 178
Гомельская область (БССР) 136
Горький, г. (совр. Нижний Новго-
род) 136,236
Горьковская область (совр. Ниже-
городская область) 136-138,
144, 226
Гродненская область (БССР) 136
Грозненская область 91
Гросс-Егерсдорф, г. 27
Грузия 134, 236
Грюнвальд, д. (Польша) 27
Гумбиннен, г. см. Гусев
Гумбинненский район см. Гусев-
ский район
Гурьевск, г. (быв. Нойхаузен) 274
Гурьевский (Калининградский
сельский, Кёнигсбергский)
район 19, 137, 141, 143, 199,
200, 202, 237, 240
Гусев, Гусевск, г. (быв. Гумбин-
нен) 8, 80, 143, 163, 178, 274,
277
Гусевск, г. см. Гусев
Гусевский (Гумбинненский)
район 113, 116, 138, 141
334
Дальное, с. 284
Данцигская бухта (совр. Гдань-
ский залив) 161
Даркемен, г. см. Озёрск
Даркеменский район см. Озёр-
ский район
Добролюбове см. Дубовая Роща
Дубовая Роща, пос. (быв. Добро-
любове, Балупёнен) 283
Дубровка, пос. 284
Европа 10, 11, 158, 159, 162, 262
см. также Восточная Европа;
Центральная Европа; Юго-
Восточная Европа
Егорьевкий район Московской
области 99
Железнодорожный, пос. 279
Железнодорожный район .
см. Правдинский район
Жилино, пос. Неманского района
(быв. Жиллен) 142, 143, 276
Жиллен, пос. см. Жилино
Зайцеве, пос. 284
Замланд (Земландский), п-ов 9,
163,164
Западная Белоруссия 67
Западная Украина 67
Зеленоградский (Приморский,
Земландский) район 1Г2, 138,
141, 143, 190, 274, 275
Зеленоградск, Нахимов, Нахи-
мовск, г. (быв. Кранц) 11, 165,
166, 192,216,275, 277, 279
Земландский п-ов см. Замланд
Земландский район см. Зелено-
градский район
Знаменка, пос. 284 .
Знаменск, г. (быв. Велау) 275,
279
Ивановская область 136, 144
Ижевское, пос. 275
Ильинка, д. 99
Инстербург, г. см. Черняховск
Инстербургский район см. Чер-
няховский район
Указатель географических названий
Йоханнисбург, г. 178
Казахстан 134, 135
Калининградский сельский район
см. Гурьевский район
Калининская область 136,140,144
Калужская область 81, 136-138,
140
Карело-Финская ССР 134
Каширское, пос. 275
Каштановка, пос. 284
Кёнигсбергский район
см. Гурьевский район
Керчь, г. 92
Киев, г. 9, 236
Киргизия 134
Кировская область 136-140, 277
Клайпедский край см. Мемель-
ский край
Ковылкинский район Мордов-
ской АССР 100
Кожедубово, Кожедубовка, с.
см. пос. Чистые Пруды
Козловский район Воронежской
области 94
Козловский район Мордовской
АССР 100
Комсомольский, пос. в черте
г. Светлого (быв. Пайзе,
Пейзе) 164
Кострово, пос. Зеленоградского
района 144
Костромская область 136, 139,
140
Кранц, Гранц, г. см. Зеленоградск
Красноборск, г. см. Светлогорск
Краснодарский край 136
Краснознаменск, г. (быв. Лазде-
нен, Ласденен) 101, 274, 275
Краснознаменский (Пиллькал-
ленский) район 96, 120, 138,
141, 267, 309
Краснолесье, пос. Нестеровского
района 142
Красноярское, пос. Озёрского
района 143
Краупишкен, пос. см. д. Крупи-
новка
Кройцбургский район см. Багра-
тионовский район
Крупиновка, д. (быв. пос. Крау-
пишкен) 276
Крым, п-ов 91
Куйбышевская область 136, 137,
226
Курская область 80, 136, 140, 199,
202
Кушалинский район Калинин-
ской области 100
Лабиау, г. см. Полесск
Лабиауский район см. Полесский
район
Ладушкин, г. (быв. Людвигсорт)
205, 274
Ладушкинский район см. Багра-
тионовский район
Лазденен, Ласденен, г. см. Крас-
нознаменск
Ланшино, д. 98
Латвия 134, 135
Ленинград, г. 136, 227, 244, 246,
253
Ленинградская область 136, 226
Лесистое, пос. см. Лесное
Лесное, Лесистое, пос. Нестеров-
ского района (быв. Насавен)
282, 283
Либштадт, г. (совр. Милаково,
Польша) 179
Литва, Литовская ССР 6, 86,
117, 118, 134, 135, 147, 159,
161, 172, 202-204, 241, 252,
258
Луговое, пос. 284
Лужки, пос. 284
Львовская область 43
Любимский район Ярославской
области 98
Людвигсорт г. см. Ладушкин
Мазуры 6, 67
Майское, пос. 284
335
Указатель географических названий
Малая Матросовка, пос. Полес-
ского района 275
Малиновка, д. 284
Мамоново, г. (быв. Хайлиген-
байль) 274
Марийская АССР 136
Маршальское, пос. Гурьевского
района 143
Маяковское, пос. 275
Меленковский район Владимир-
ской области 84
Мемель, г. (совр. Клайпеда) 159
Мемельский (Клайпедский) край
6, 159
Минская область (БССР) 136
Минск, г. 8, 9, 21, 258
Могилевская область (БССР) 136
Молдавия 134
Молленен, пос. (совр. Каштанов-
ка Зеленоградского района)
112
Молотовская (совр. Пермская)
область 136, 226
Мордовская АССР 100-102, 136
Мордовское, пос. 139, 275
Московская область 75, 98, 136,
137, 202, 227
Московское, пос. 275
Нагорное, пос. 284
Насавен, пос. см. Лесное Несте-
ровского района
Нахимов, Нахимовск, г. см. Зеле-
нограда
Некрасове, пос. 284
Неман, р. 26
Неманский (Советский, Рагнит-
ский) район 138, 141-143, 190,
230, 276
Неман, Суворовск, г. (быв. Раг-
нит) 142, 190, 193, 194, 223,
258, 275, 277, 279, 288
Нестеров, Нестеровск, г.
(быв. Шталлупёнен) 96, 144,
178,274,277
Нестеровск, г. см. Нестеров
336
Нестеровский (Шталлупенен-
ский) район 35, 111, 116, 138,
141, 142, 188, 200, 274, 276,
280, 282, 283, 309, 311
Новгородская область 99, 100,
136, 139
Нойкурен, г. см. Пионерский
Нойхаузен, г. см. Гурьевск
Озёрск, г. (быв. Даркемен) 274,
275
Озёрский (Даркеменский) район
81, 113, 139, 141, 143, 190, 218,
309
Октябрьское, пос. 284
Опеченский район Новгородской
области 100 s
Орловская область 136-138, 140
Отрадное, пос. 284
Пайзе, Пейзе, пос. см. Комсо-
мольский в черте г. Светлого
Пальмниккен, пос. см. Янтарный
Пеллютинен, пос. 111,116
Пензенская область 136, 138
Первомайское, пос. 284
Петрашен, пос. см. Петровка
Петровка, пос. (быв. Петрашен)
276
Пиллау, г. см. Балтийск
Пиллькалленский район
см. Краснознаменский район
Пионерский, Пионерск, г.
(быв. Нойкурен) 216, 275, 279
Плато ново, д. 100
Погегенский уезд (Литва) 203
Подмосковье. 70
Полесская область (БССР) 136,
199-
Полесск, г. (быв. Лабиау) 275, 277
Полесский (Лабиауский) район
139, 141, 275, 309
Полоцкая область (БССР) 136
Польша 6, 27, 28, 52, 67, 158-160,
162, 163
Правдинск, г. (быв. Фридланд)
31, 38, 274, 275
Указатель географических названий
Правдинский (Железнодорож-
ный, Фридландский) район
50, 59, 81, 113, 139, 141, 230,
288, 295
Прегель, р. 192
Прейсиш-Эйлау, г. см. Багратио-
новск
Прибалтика 67, 70, 85, 86,
134, 158, 260 см. также Юго-
Восточная Прибалтика
Приморск, г. 148, 274
Приморский район см. Зелено-
градский район
Просовицы, д. Владимирской
области 84
Псковская область 136, 139, 142
Рава Русская, г. Львовской об-
ласти 43
Рагнит, г. см. Неман
Рагнитский район см. Неманский
район
Раздольное, пос. 284
Расгенбург, г. (совр. Квидзын,
Польша) 163
Раушен, г. см. Светлогорск
Речь Посполитая 27
Рига, г. 205
Ростов-на-Дону, г. 127
Ростовская область 136
Рудау, пос. 116
Руненберг, г. 179
Рыбачий, пос. 187, 279
Рыбкинский район Мордовской
АССР 100
Рязанская область 70, 81, 136,
137, 139
Садовое, пос. 284
Садовский район Воронежской
области 94
Саратовская область 92, 136
Сахалин, о. 92
Светлогорск, Красноборск, г.
(быв. Раушен) 11, 23, 239, 277,
279
Светлый, г. 164, 275
Северо-Казахстанская область
143
Серпуховской район Московской
области 98
Скандинавия 158
Славск, г. 144, 274
Славский (Болыпаковский, Хайн-
рихсвальдский) район 21,63,
140-142, 199
Смоленская область 136,143
Смоленск, г. 9
Советская зона оккупации Герма-
нии 159, 169, 170, 172, 173, 262
Советск, г. (быв. Тильзит) 8, 11,
17, 114, 115, 163, 178, 189, 191,
193, 200, 203, 204, 239, 274,
275, 277, 285
Советский район см. Неманский
район
Совхозное, пос. 284
Сосновка, пос. 284
Суворово, пос. 275
Суворовск, г. см. Неман
США (Америка) 21,49, 161, 162,
268, 315, 316
Сыктывкар, г. 142
Т аджикистан 134
Тамбовская область 70, 81, 136,
137, 139, 142, 143
Тапиау, г. см. Гвардейск
Тапиауский район см. Гвардей-
ский район
Татарская АССР 136
Таурагский уезд (Литва) 203
Тельманово, пос. 275
Тильзит, г. см. Советск
Тимофеевское, пос. Краснозна-
менского района 267
Тольминген, пос. см. Чистые
Пруды
Тургенево, пос. 275
Туркмения 134
Узбекистан 134
Украина 43, 78, 85, 86, 134, 135 1
см. также Западная Украина
337
Указатель географических названий
Ульяновская область 136, 138
Уфа, г. 143
Франция 162, 288
ФРГ 159, 162
Фридланд, г. см. Правдинск
Фридландский район см. Прав-
динский район
Фриш Гаф (совр. Калининград-
ский залив) 164
Фуксберг, пос. (совр. Холмогоров-
ка) 14
Хабаровский край 92
Хайлигенбайль, г. см. Мамоново
Хайлигенбальский район см. Ба-
гратионовский район
Хайнрихсвальдский район
см. Славский район
Харьков, г. 236
Хлеванский район Воронежской
области 94
Центральная Европа 158, 168
Чапаево, пос. 275
Чернышевское, пос.
(быв. г. Эйдткунен) 8, 17, 175,
178,275
Черняховск, г. (быв. Инстербург)
8, 9, 11, 35, 178, 192, 193, 204,
218, 274, 285
Черняховский (Инстербургский)
район 37, 113, 140, 141, 200,
202,311
Чехословакия 147, 158, 162
Чистые Пруды, Кожедубово,
Кожедубовка, пос. Несте-
ровского района (быв. Толь-
минген) 271,272,280,282,
283
Читинская область 92
Чкаловская область 136
Чувашская АССР 136,139
Чудское озеро 27
Шатрово Зеленоградского района
275
Шенвальде, пос. 14
Шталлупёнен, г. см. Нестеров
Шталлупененский район см. Не-
стеровский район
Эйдткунен, г. см. пос. Чернышев-
ское
Эльбинг, г. (совр. Эльблонг,
Польша) 178
Эстония 134
Юанауген, пос. 250
Юго-Восточная Европа 168
Юго-Восточная Прибалтика 24,
25, 29
Югославия 158
Янтарный, пос. (быв. Пальмник-
кен) 256
Ярославская область 81, 98,
136-139, 248
Ярославское, пос. 275
338
БИБЛИОГРАФИЯ
работ Ю.В. Костяшова по истории края
1990 г.
Опыт создания устной истории заселения Калининградской области //
Проблемы устной истории в СССР. Киров, 1990. С. 22-25.
1991 г.
Отношение советских переселенцев к немецкому наследию // Проблемы
устной истории в СССР. Киров, 1991. С. 59-63.
1992 г.
Депортация немецкого населения с территории Калининградской об-
ласти в 1947-1948 гг. И Проблемы устной истории и современность. Ка-
лининград, 1992. С. 41-43.
1993 г.
Из истории русско-немецких культурных связей в начале XVIII в. // Про-
блемы истории Восточной Пруссии: материалы конференции. Кали-
нинград: Изд-во КГУ, 1993. С. 8-12.
1994 г.
Выселение немцев из Калининградской области в послевоенные годы //
Вопросы истории. 1994’. №6. С. 186-188.
Российские студенты в Кёнигсберге в XVIII веке // История Кёнигсберг-
ского университета. Калининград: Изд-во КГУ, 1994. С. 8-9.
Российские студенты времен Петра I в Кёнигсберге И Вопросы истории.
1994. №3. С. 174-176. (Соавт. — Г.В. Кретинин).
1996 г.
Заселение Калининградской области после второй мировой войны // Гу-
манитарная наука в России. М., 1996. Т. 2. С. 82-88.
Переселенцы рассказывают// Запад России. 1996. № 1. С. 155-176.
Als Russe in OstpreuBen: Sowjetische Umsiedler liber ihrem Neubeginn
in Konigsberg/Kaliningrad nach 1945. Ostfildern: Edition Tertium, 1998.
501 S. (Руководитель авторского коллектива)
339
Библиография работ Ю.В. Костяшова
1998 г.
Записки о Восточной Пруссии В.А. Кокорева И XXIX научная конфе-
ренция КГУ. Калининград: Изд-во КГУ, 1998. С. 20-21
«Описание Кёнигсберга» 1785 г. русского консула Ивана Исакова // Ка-
лининградские архивы. Калининград, 1998. Вып. 1. С. 64-78.
1999 г.
Петровское начало. Кёнигсбергский университет и российское просве-
щение в XVIII веке. Калининград: Янтарный сказ, 1999. ПО с. (Со-
авт. — Г.В. Кретинин).
Секретные документы Отдела спецпоселений МВД СССР о заселении
Калининградской области // Проблемы источниковедения и историо-
графии. Калининград: Изд-во КГУ, 1999. С. 64-68.
Russen und Deutschen in Ostpreussen nach 1945 // Annaberger Annalen.
Heidelberg. 1999. N 7. S. 161-172.
2000 r.
Восточная Пруссия глазами русских путешественников // Вестник КГУ.
2000. С. 60-67.
О естественном движении населения в Калининградской области в 1946-
1950 гг. И Проблемы исторических и философских наук. Калининград:
Изд-во КГУ, 2000. С. 3-9.
О национальной структуре, этнографическом облике и социокультурной
адаптации советских переселенцев в Калининградской области (1945-
1950) И Национальные отношения в новое и новейшее время. Кали-
нинград: Изд-во КГУ, 2000. С. 66-79.
Российские консульские учреждения в Восточной Пруссии в конце XIX —
начале XX в. // Калининградские архивы. Калининград, 2000. Вып. 2.
С. 80-89.
Россияне в Восточной Пруссии: в 2-х частях. Калининград: Янтарный
сказ, 2001. Ч. 1. Библиографический словарь. 270 с.; Ч. 2. Дневники,
письма, записки, воспоминания. 256 с. (Соавт. — Г.В. Кретинин).
Przesiedlency opowiadaj^: Pierwsze lata Obwodu Kaliningradzkiego we wspo-
mnieniach i dokumentach. Olsztyn, 2000. 360 s.
2001 r.
О формировании сельского населения Калининградской области в 1946-
1951 гг. Ц Калининградские архивы. Калининград, 2001. Вып. 3. С. 227-
236.
Wqtki mi^dzynarodowe w sprowozdaniach pierwszego konsula rosyj skiego w
Krolewcu Iwana Isakowa // Komunikaty Mazursko—Warminskie. Olsztyn,
2001. N 2. S. 217-228.
2002 r.
Восточная Пруссия глазами советских переселенцев. Первые годы Ка-
лининградской области в воспоминаниях и документах. СПб.: Бель-
540
Библиография работ Ю.В. Костяшова
ведер, 2002. 272 с. (Руководитель авторского коллектива; соавт. —
С.П. Гальцова, А.Н. Гедима и др.).
Два приказа НКВД/МВД по бывшей Восточной Пруссии (1945-1947) //
Балтийский альманах. Калининград, 2002. Вып. 2. С. 6-9.
Кто спас усыпальницу Иммануила Канта от разрушения? // Кантовский
сборник. Калининград: Изд-во КГУ, 2002. Вып. 23. С. 125-131.
От военных к гражданским: о передаче власти в Кёнигсбергской/Кали-
нинградской области в 1946 г. // Новый Часовой. 2002. №13-14. С. 381—
389.
Очерка истории Восточной Пруссии. Калининград: Янтарный сказ, 2002.
Гл. 4, 5, 14.
Первый русский консул в Кёнигсберге // Новая и новейшая история.
2002. №1. С. 219-223.
Als Russe in OstpreuBen: Sowjetische Umsiedler uber ihrem Neubeginn in
Konigsberg/Kaliningrad nach 1945. 2. Aufl. Ostfildern: Edition Tertium,
2002. 501 S. (Руководитель авторского коллектива; соавт. — С.П. Галь-
цова, А.Н. Гедима и др.).
2003 г.
Восточная Пруссия глазами, советских переселенцев. Первые годы Ка-
лининградской области в воспоминаниях и документах. 2-е изд., исп.
и доп.: Изд-во КГУ, 2003. 333 с. (Руководитель авторского коллектива;
соавт. — С.П. Гальцова, АН. Гедима и др.).
Изгнание прусского духа: как формировалось историческое сознание
населения Калининградской области в послевоенные годы // Костя-
шов Ю.В. Изгнание прусского духа; Маттес Э. Запрещенное воспоми-
нание. Калининград: Изд-во КГУ, 2003. С. 7-80.
Кёнигсбергская Восточная ярмарка и СССР (по материалам ГАРФ) Ц Бал-
тийский регион в международных отношениях XVIII-XX вв.: Тез. меж-
дунар. конф. Калининград: Изд-во КГУ, 2003. С. 46-48.
Красный карандаш цензуры. Калининградский обллит в 1947-1956 гг. //
Калининградские архивы. Калининград: Изд-во КГУ, 2003. Вып. 5.
С. 129-138. . ’
На колхозном, собрании: штрихи к истории заселения Калининградской
области в 1946 году// Вопросы истории. 2003. №9. С. 132-138.
Немецко-русский клуб в довоенном Кёнигсберге // Вестник КГУ. 2003.
Вып. 2. С. 53-59.
XaZmmgrarf-Kdnigsberg // Spuren. Deutsche und Russen in der Geschichte.
Essen: Klartext Verlag, 2003. S. 64-71.
Propaganda ideologiczna w okresie poznego stalinizmu H Echa przeszlosci.
Olsztyn: Wyd-wo UWM, 2003. T. IV. S. 182-185, 194-195, 211.
2004 r.
«Желающих переселиться мало...». Об организации переселения кол-
хозников из Воронежской в Калининградскую область в послевоенные
341
Библиография работ Ю.В. Костяшова
годы Ц Калининградские архивы. Калининград: Изд-во КГУ, 2004.
Вып. 6. С. 61-68.
Немцы и русские в Калининградской области: опыт совместного про-
живания в 1945-1948 гг. // Судьба языков и культур между Неманом и
Преголей. Калининград, 2005. С. 23-25.
Общество друзей Новой России в Кёнигсберге (по материалам ГАРФ) //
Проблемы источниковедения и историографии. Калининград: Изд-во
КГУ, 2004. Вып. 3. С. 76-81.
Путеводитель по ЦХИДНИКО // Проблемы источниковедения и исто-
риографии. Калининград: Изд-во КГУ, 2004. Вып. 3. С. 177-178.
Участие СССР в кёнигсбергской Восточной ярмарке // Балтийский ре-
гион в международных отношениях в новое и новейшее время. Кали-
нинград: Изд-во КГУ, 2004. С. 139-146.
Am Schmttpunkt dreier Welten // Als die Deutschen weg waren. Berlin: Re-
wohlt, 2005. S. 283-310.
“Nur wenige wollen umsiedeln...” Zur Organisation der Umsiedlung von
Kolchosbauern aus dem Gebiet Voronez in das Gebiet Kaliningrad in den
Nachkriegsjahren // Zeitschrift fur Ostmitteleuropa-Forschung. 2004. N 53.
H. 4. S. 556-563.
Zum Umgang mit dem deutschen Erbe nach dem Krieg in der Oblast Kali-
ningrad // Region. Internationales Forum fur lokale, regionale und globale
Entwicklung. Munster: Lit Verlag, 2004. S. 75-86.
2005 r.
Восточная Пруссия в контексте советско-германских отношений меж-
военного периода // Europa a Rosja. Przeszlosc, teraznejszosc, przyszlosc.
Elbing, 2005. S. 465-477.
Кёнигсберг в сорок пятом году: по материалам «Особой папки» Лаврен-
тия Берии И Кёнигсберг — Калининград: город, история. Калинин-
град: Изд-во РГУ им. И. Канта, 2005. С. 160-165.
Обратничество в процессе заселения Калининградской области в по-
слевоенные годы // Балтийский регион в истории России и Европы. Ка-
лининград: Изд-во РГУ им. И. Канта, 2005. С. 211-219.
2006 г.
Информаторы ЦК ВКП(б) о положении в Калининградской области
(1945-1946 гг.) Ц Калининградской области — 60 лет: этапы истории,
проблемы развития. Калининград, 2006. С. 77-89.
Комиссия А.Н. Косыгина. О работе партийно-правительственной ко-
миссии в Калининградской области в 1947 г. // Проблемы управления
социально-экономическими процессами региона: материалы междуна-
родной научной конференции 25 мая 2006 года. Ч. 2. Калининград:
Изд-во Института «КВШУ», 2006. С. 41-47.
На колхозном собрании И Балтийский альманах. 2006. №6. С. 34-39.
Обзор фондов РГАСПИ по истории становления Калининградской об-
ласти Ц Проблемы источниковедения и историографии. Калининград:
Изд-во РГУ им. И. Канта, 2006. Вып. 4. С. 46-53.
342
Библиография работ Ю.В. Костяшова
Советский Союз на Кёнигсбергской ярмарке 1940 года // Вестник РГУ
им. И. Канта. Сер. Гуманитарные науки. Калининград, 2006. Вып. 6.
С.27-35.
Формирование сельского населения Калининградской области Ц Исто-
рия сельского хозяйства Калининградской области. Калининград, 2006.
С. 39-45.
Am Schnittpunkt dreier Welten // Als die Deutschen weg waren. 2. Aufl. Ber-
lin: Rewohlt, 2006. S. 283-310 (2-е изд.)
Prusy Wschodnie w oczach Rosjan // Komunikaty Mazursko—Warminskie.
Olsztyn, 2006. N 1 (251). S. 99-105.
2007 r.
Автобиография первого председателя Калининградского горисполко-
ма П.Х. Мурашко Ц Калининградские архивы. Калининград: Изд-во
РГУ им. И. Канта, 2007. Вып. 7. С. 32-36.
История западной России. Калининградская область: рабочая тетрадь
для школьников. 10-11 классы. М.: ОЛМА Медиа Групп, 2007. 80 с.
(Соавт. — Г.М- Федоров).
История западной России. Калининградская область: учебно-методи-
ческое пособие для учителей. 10-11 классы. М.: ОЛМА Медиа Групп,
2007. 320 с. (Соавт. — Г.М. Федоров, Н.Ю. Никулина, Ю.М. Зверев).
История западной России. Калининградская область: учебник для школь-
ников. 10-11 классы. М.: ОЛМА Медиа Групп, 2007. 352 с. (Соавт. —
А.П. Клемешев, Г.М. Федоров).
История западной России. Калининградская область: хрестоматия для
школьников 10-11 классов. Калининград: Изд-во РГУ им. И. Канта,
2007. (Соавт. — Г.М. Федоров, Ю.М. Зверев, Н.Ю. Никулина).
Am Schnittpunkt dreier Welten И Als die Deutschen weg waren. 3. Aufl. Ber-
lin: Rewohlt, 2007.. S. 283-309 (3-е изд.).
2008 г.
Калининградская область в 1947-1948 гг. и планы ее развития // Вопро-
сы истории. 2008. №4. С. 105-114.
Особенности заселения Калининградской области и формирования ее
трудового потенциала Ц Материалы международной конференции «Со-
циально-экономическое развитие стран региона Балтийского моря».
Калининград: Изд-во РГУ им. И. Канта, 2008. С. 299-316.
Stalinowski plan odbudowy Obwodu Kaliningradskiego // Regiony i pograni-
cza. Olsztyn, 2008. No. 1. S. 127-140.
343
ИЗБРАННАЯ БИБЛИОГРАФИЯ
по истории становления Калининградской
области в 1945-1956 гг.
Опубликованные источники
Балтийский альманах. Калининград, 2000-2007. Вып. 1-7.
В начале нового пути. Документы и материалы о развитии Калинин-
градской области в годы деятельности чрезвычайных органов управ-
ления (апрель 1945 — июнь 1947) / Сосг. В.Н. Маслов. Калининград,
2004. 400 с.
Калининградская милиция: очерки, воспоминания, документы / Сост.
В.А. Чепрасов. Калининград, 2001. 348 с.
Калининградские архивы. Материалы и исследования. Калининград,
1998-2008. Вып. 1-7.
Односельчане: народная повесть / Сост. Л.В. Сыроватко. Калининград,
2006.104 с.
Первые секретари... Документы и материалы о деятельности партий-
ных руководителей Калининградской области и Калининграда в 1947-
1991 гг. Калининград, 2002-
Самая западная. Сборник документов и материалов о становлении и
развитии Калининградской области (1946-1952). Калининград, 1980.
Вып. 1. 197 с.
Самая западная. Сборник документов и материалов о становлении и
развитии Калининградской области (1952-1961). Калининград, 1987.
Вып. 2- 311 с.
Исследования
Бродерзен П. «Много прекрасных зданий и мест»: Калининград как тури-
стический объект в 1950-1971 гг. // Калининградской области — 60 лет:
этапы истории, проблемы развития. Калининград, 2006. С. 106-117.
Бродерзен П. «Позови меня тихо по имени...»: кампания переименова-
ний в Калининградской области в 1946-1950 гг. И Балтийский регион в
истории России и Европы. Калининград, 2005. С. 201-210.
Бродерзен П. Исторический образ Калининграда и Калининградской об-
ласти на Всесоюзной сельскохозяйственной выставке в Москве (1949-
344
Избранная библиография
1954) Ц Кёнигсберг — Калининград: город, история. Калининград,
2005. С. 61-69.
Восточная Пруссия глазами советских переселенцев. Первые годы Ка-
лининградской области в воспоминаниях и документах. 2-е изд., исп. и
доп. Калининград, 2003. 336 с.
Восточная Пруссия с древнейших времен до конца Второй мировой
войны. Калининград, 1996. 538 с.
Гальцов В.И. История Калининградской области в документальных пу-
бликациях Ц Калининградской области — 60 лет: этапы истории, про-
блемы развития. Калининград, 2006. С. 5-23.
Гальцова С.П. Основные этапы развития сельского хозяйства Калинин-
градской области (1945-1980) И Северо-Запад в аграрной истории Рос-
сии. Калининград, 1985. С. 27-34.
Гордеев И.А. Военные совхозы и их роль в становлении социалистиче-
ского сельского хозяйства Калининградской области (1945-1947) И Се-
веро-Запад в аграрной истории России. Калининград, 1986. С. 84-93.
Гордеев И.А. Калининградская область в 1945-1946 годах И Вопросы ис-
тории. 1995. №4. С. 171-174.
Гордеев И.А. О роли науки и научных учреждений страны в восстанов-
лении сельского хозяйства Калининградской области // Калининград-
ские архивы. 2000. Вып. 2. С. 171-178.
Гордеев И.А. Хутора и их жители на территории Калининградской об-
ласти в первые послевоенные годы И Северо-Запад в аграрной истории
России. Калининград, 1997. С. 68-75.
Губин А.Б. Топонимика Калининграда. Реки и водоемы// Калининград-
ские архивы. 2007. Вып. 7. С. 197-228.
Губин А.Б. Топонимия Калининграда // Калининградские архивы. 2003.
Вып. 5. С. 139-196.
Губин А.Б. Топонимия Калининграда: районы и поселки // Калинин-
градские архивы. 2004. Вып. 6. С. 173-200.
Ефремов Л.А. Деятельность Управления по гражданским делам При-
морского района// Калининградские архивы. 2004. Вып. 6. С. 153—
164.
Ефремов Л.А. Земландский (Приморский) район накануне прибытия
переселенцев// Калининградские архивы. 2003. Вып. 4. С. 125-136.
Забоенкова А.С. Становление системы народного образования на тер-
ритории Калининградской области Ц Калининградские архивы. 2001.
Вып. 3. С. 270-277. '
Из истории предприятий, учреждений и организаций хозяйственного
комплекса Калининградской области. Калининград, 2006. 240 с.
История Калининградской области (1951-1965). Калининград, 1986.
126 с.
История края (1945-1950). Калининград, 1984. 120 с.
История сельского хозяйства Калининградской области. Калининград,
2006. 464 с.
345
Избранная библиография
Калининградская область: Очерки становления и развития. Калинин-
град, 1988. 167 с.
Калининградской области — 60 лет: этапы истории, проблемы развития.
Калининград, 2006. 256 с.
Кёнигсберг — Калининград: город, история. Калининград, 2005. 169 с.
Клемешева М.А. О судьбе Королевского замка // Калининградские ар-
хивы. 2000. Вып. 2. С. 179-191.
Клемешева М.А. Религиозная обстановка в Калининградской области в
первые послевоенные годы // Калининградские архивы. 1998. Вып. 1.
С. 172-179.
Колганова Э.М. Заселение Калининградской области // Ученые записки
КГПИ. Калининград, 1962. Вып. 8. С. 154-175.
Колганова Э.М. Образование и развитие Калининградской области —
интернациональный подвиг советского народа Ц Ленинская нацио-
нальная политика в действии. Калининград, 1974. С. 34-64.
Костяшов Ю.В. — См. библиографию в настоящем издании.
Костяшова З.В. История Калининградского янтарного комбината. Ка-
лининград, 2007. 126 с.
Кретинин Г.В. Военные комендатуры Кёнигсбергского особого военно-
го округа в 1945-1946 гг. // Вестник РГУ им. И. Канта. 2006. Вып. 12.
С. 55-62.
Кретинин Г.В. Еще раз о военных комендатурах Кёнигсбергского осо-
бого военного округа в 1945-1946 гг. // Вестник РГУ им. И. Канта. 2007.
Вып. 12. С. 88-93.
Кретинин Г.В., Забоенкова А.С., Маслов В.Н., ФуксонЛМ. Общее образова-
ние в Калининградской области (1951-1991). Калининград, 2006. 283 с.
Курпаков В.Ю. Судьба кёнигсбергских библиотек после Второй миро-
вой войны Ц Кёнигсберг — Калининград: город, история. Калинин-
град, 2005. С. 96-107.
Летопись Калининградской области. Т. 1. 1945-1976. Калининград, 2005.
592 с.
Манкевич Д.В. О состоянии здоровья сельского населения Калинин-
градской области в 1950-е гг. // Вестник РГУ им. И. Канта. 2007. Вып. 12.
С. 93-97.
Маслов В.Н. Военные комендатуры — первые советские органы власти
в Кёнигсберге // Кёнигсберг — Калининград: город, история. Кали-
нинград, 2005. С. 39-49.
Маслов В.Н. Временное гражданское управление Особого военного ок-
руга (1945-1946 гг.) // Калининградской области — 60 лет: этапы исто-
рии, проблемы развития. Калининград, 2006. С. 67-76.
Маслов В.Н. Продовольственный вопрос в деятельности советской воен-
ной комендатуры Кёнигсберга в 1945 г. // Вестник КГУ. 2003. Вып. 2.
С. 47-52.
Маслов В.Н., Зюбанов В.П., Комаревцев Б.И., Лазарева Н.В. История выбо-
ров в Калининградской области (1946-2006). Калининград, 2007.
346
Избранная библиография
Маслов Е.А. Германское население Кёнигсбергской/Калининградской
области в религиозной политике СССР первых послевоенных лет // Ре-
лигия и политика в XX веке. М., 2005.
Маслов Е.А. Заселение Калининградской области и формирование ре-
лигиозной структуры ее населения Ц Балтийские исследования. 2002.
Вып. 1. С. 17-33.
Маслов Е.А. На пути к религиозному подполью: власть и верующие в
Калининградской области конца 1940-х годов. Калининград, 2006. 86 с.
Маслов Е.А. Национальные аспекты религиозной политики СССР в пер-
вые послевоенные годы (по материалам Калининградской области) //
Национальные отношения в новое и новейшее время. Калининград,
2000. С. 79-98.
Маслов Е.А. Неправославное население Калининградской области в ре-
лигиозно-политической истории региона 1948-1958 гг. // Балтийские
исследования. 2004. Вып. 2. С. 29-54.
Маттес Э. «Останутся ли они россиянами?» Мысли историка на ак-
туальную тему Ц Балтийский регион в истории России и Европы. Кали-
нинград, 2005. С.227-245.
Маттес Э. Запрещенное воспоминание // Костяшов Ю. Изгнание прус-
ского духа; Маттес Э. Запрещенное воспоминание. Калининнград, 2003.
Калининград, 2003. С. 81-150.
Маттес Э. Проблема образования Калининградской области в немец-
кой историографии // Балтийский регион в международных отноше-
ниях в новое и новейшее время. Калининград, 2004. С. 195-206.
Маттес Э. Региональное самосознание в Калининградской области Ц
Калининградские архивы. 2003. Вып. 5. С. 203-218.
Овсяное А.П. Кёнигсберг-Калининград в документах закрытых фондов
архива// Калининградские архивы. 1998. Вып. 1. С. 34-36.
Очерки истории Восточной Пруссии. Калининград, 2002. 536 с.
Прошина Т.А. Проблемы заселения Калининградской области в докумен-
тах Центра хранения и изучения документов новейшей истории // Кали-
нинградские архивы. 1998. Вып. 1. С. 14-18.
Сергеев В.В. Исследование истории Калининградской области в 90-е го-
ды XX — начале XXI в. // Калининградской области — 60 лет: этапы
истории, проблемы развития. Калининград, 2006. С. 24-35.
Становление и развитие Калининградской области. Калининград, 1978.
160 с.
Строганова Н.А. «Neue Zeit» — газета для немецкого населения Кали-
нинградской области Ц Вестник РГУ им. И. Канта. 2006. Вып., 6. С. 52-
55.
Строганова Н.А. Немецкие дети-сироты на территории Калининград-
ской области (1945-1948) И Калининградские архивы. 2001. Вып. 3.
С.278-288.
Тер Ф. Этнические чистки в Балтийском регионе во время и после
Второй мировой войны и их современные последствия // Балтийский
347
Избранная библиография
регион в международных отношениях в новое и новейшее время. Ка-
лининград, 2004. С. 220-233.
Фуксон Л.М., Кретинин Г.В. Сразу после войны. Создание и становле-
ние системы народного образования Калининградской области в 1945-
1950 гг. Калининград, 2005. 229 с.
Хоппе Б. «Злой город» или часть собственной истории? Об отношении
к немецкой архитектуре в Калининграде после 1945 г. // Кёнигсберг —
Калининград: город, история. Калининград, 2005. С. 82-91.
Хоппе Б. Кёнигсберг/Калининград в XX в. — фокус современной ев-
ропейской истории // Балтийский регион в истории России и Европы.
Калининград, 2005. С. 190-200.
Шендерюк М.Г. Социальный портрет переселенца // Калининградские
архивы. 1998. Вып. 1. С. 180-185.
Als Russe in OstpreuBen. Sowjetische Umsiedler uber ihren Neubeginn in
Konigsberg/Kaliningrad nach 19451 Hrsg. von E. Matthes. Ostfildern, 1999;
2. Aufl. Bietigheim-Bissingen, 2002.
Brodersen P. Enttauschte Hoffnungen. Kaliningrader Industriearbeiter und
die Neubesiedlung des nordlichen OstpreuBen in der sowjetischen Nach-
kriegszeit (1945-1953) // Berichte und Forschungen. Jahrbuch des Bundes-
instituts fur Kultur und Geschichte der Deutschen im ostlichen Mitteleuro-
pa. Bd. 10. Oldenburg, 2002. S. 117-143 (1. Teil); Bd. 11. Oldenburg, 2003.
S. 7-46 (2. Teil).
Brodersen P. Die Stadt im Westen. Wie Koenigsberg Kaliningrad wurde. Got-
tingen: Vandenhoeck & Ruprecht, 2008.
Frobarth V. Das Konigsberger Gebiet in der Politik der Sowjetunion 1945-
1990. Berlin, 2001.
Glinski G., von, Worster P Konigsberg. Die ostpreuBische Hauptstadt in Ge-
schichte und Gegenwart. Berlin-Bonn, 1990.
Hoppe B. Auf den Trummern von Konigsberg. Kaliningrad 1946-1970.
Munchen, 2000.
Jdhnig B., Spieler S. (Hrsg.) Das Konigsberger Gebiet im Schnittpunkt deu-
tscher Geschichte und in seinen europaischen Beziigen. Bonn, 1993.
Kibelka R. OstpreuBens Schicksalsjahre 1944-1948. Berlin, 2000.
Kurpakov V]. Das Schicksal der Konigsberger Bucher in der Sowjetunion
nach 1945 // Konigsberger Buch- und Bibliotheksgeschichte. Koln, 2004.
S. 449-468.
Luschnat G. Die Lage der Deutschen im Konigsberger Gebiet 1945-1948.
Frankfurt/Main, 1996.
Meissner B. Die Entwicklung des Gottinger Arbeitskreises e.V. seit 1946 und
sein Beitrag zur Osteuropaforschung // 50 Jahre Gottinger Arbeitskreis.
Gottingen, 1998.
Neumann R. OstpreuBen unter polnischer und sowjetischer Verwaltung. Frank-
furt/Main; Berlin, 1955.
Rega LM. Die sowjetische Neubesiedlung des nordlichen OstpreuBen bis
1950 am Beispiel von vier Landkreisen. Siegen, 2002.
348
Избранная библиография
Sieber R., Wbrster P. Die Entwicklung der Stadt Konigsberg/Pr. nach 1945.
Deutsch-russisches und russisch-deutsches StraBennamenverzeichnis. Mar-
burg, 1986.
Wbrster P Das nordliche OstpreuBen nach 1945. Deutsch-russisches und rus-
sisch-deutsches Ortsnamenverzeichnis mit einer Dokumentation der De-
mar kationslinie. Marburg, 1980.
Wbrster P Das nordliche OstpreuBen nach 1945. Politisches und kulturelles
Leben. Marburg, 1979.
Wbrster P Das nordliche OstpreuBen nach 1945. Verwaltung, Bevolkerung,
Wirtschaft. Marburg, 1978.
СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие..............................................3
I. Изгнание прусского духа: как формировалось историческое
сознание калининградцев в послевоенные годы..............5
Введение...............................................5
Логово фашистского зверя...............................7
Пример подают военные................................ 12
В осажденной крепости................................ 14
Если завтра война.................................... 20
Древняя славянская земля..............................22
«Краткий курс» истории Восточной Пруссии..............25
История Восточной Пруссии глазами профессионалов......29
Из жизни памятников...................................34
Кто спас могилу Иммануила Канта от разрушения?........42
Трест по разборке зданий..............................45
Лекционная пропаганда.................................48
Борьба за русскую культуру........................... 55
Исключения из правил..................................65
Зачем русским немецкая история?.......................67
II. Заселение и депортация..............................72
Заселение Калининградской области после войны.........72
«Желающих переселиться мало...»: об организации
переселения колхозников из Воронежской области
в послевоенные годы...................................91
Секретные документы отдела спецпоселений МВД СССР
о заселении области в 1946 г..........................97
Обратничество в процессе заселения области
в послевоенные годы................................. 103
На колхозном собрании: штрихи к истории
заселения области в 1946 г........................... ПО
Профессиональная квалификация первых переселенцев .... 124
О национальной структуре, этнографическом облике
и социокультурной адаптации переселенцев 1945-1950 гг. . . . 133
О естественном движении населения в 1946-1950 гг.... 151
Выселение немцев.................................... 158
На историческую родину........................... 158
350
Сколько немцев оставалось в Восточной Пруссии?.... 163
Русские и немцы.................................. 167
Депортация....................................... 168
III. Власть и общество................................ 174
Кёнигсберг в сорок пятом году: по материалам
«Особой папки» Лаврентия Берии...................... 174
От военных к гражданским: о передаче власти в 1946 г. 181
Голод 1947 г........................................ 196
Информаторы ЦК ВКП(б) о положении в области
в 1946-1948 гг.......................................208
«Кадры решают всё!»: особенности формирования
калининградской номенклатуры.........................222
«О хозяйственном обрастании»: привилегии
совпартактива в послевоенные годы....................233
Сталинский план строительства
Калининградской области..............................246
Апокалипсис по-калининградски.....................247
Письмо вождю......................................253
Комиссия Косыгина.................................256
Сталинский план................................. 260
IV. Идеология и пропаганда.........‘...................265
Идеологическая пропаганда в последние
годы сталинизма..................................... 265
«Чистые пруды — грязные болота»:
о кампании переименований 1946-1950 гг...............272
Красный карандаш цензуры: обллит в 1947-1956 гг......285
Из лексикона эпохи позднего сталинизма...............294
Примечания............................................ 301
Список сокращений . . . ...............................327
Указатель имен.........................................329
Указатель географических названий......................333
Библиография работ Ю.В. Костяшова по истории края......339
Избранная библиография по истории становления
Калининградской области в 1945-1956 гг.................344
351
Научное издание
Костяшов Юрий Владимирович
СЕКРЕТНАЯ ИСТОРИЯ
КАЛИНИНГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ
Очерки 1945-1956 гг.
Редактор В.Ю. Курпаков. Корректор Л.В. Сыроватко
Оригинал-макет подготовлен О.Ю. Токаевой
Подписано в печать 18.03.2009 г.
Бумага мелованная. Формат 60x90 716.
Гарнитура «Баскервиль». Усл. печ. л. 22. Уч.-изд. л. 17,4.
Тираж 1500 экз.
Издательство «Терра Балтика»
236029, г. Калининград, ул. Гаражная, 2-6, 208.
Отпечатано с готового оригинал-макета
в типографии Standard} spaustuve
Vilnius, Dariaus ir Gireno g. 39, LT-02189