М.А.АРАДЖИОНИ

ГРЕКИ КРЫМА И ПРИАЗОВЬЯ

ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ И
ИСТОРИОГРАФИЯ
ЭТНИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ и
КУЛЬТУРЫ

(80-е гг. XVIII в. - 90-е гг. XX в.)
СИМФЕРОПОЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
КРЫМСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ ИНСТИТУТА ВОСТОКОВЕДЕНИЯ
НАЦИОНАЛЬНОЙ АКАДЕМИИ НАУК УКРАИНЫ

АЬ4.4Р44ЖИ0НИ

ГРЕКИ КРЫ4И И ПРИАЗОВЬЯ:
ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ И ИСТОРИОГРАФИЯ
ЭТНИЧЕСКОЙ истории и культуры
(80-Е ГГ. ХИН В. - РО-Е ГГ. XX В.)

(Пособие для студентов вузов и учителей
общеобразовательных и национальных воскресных школ)

Симферополь - 1999 г.
ББК 63.5(2)
А 79

Араджиопп М.А.

Греки Крыма и Приазовья: история изучения и историография этнической истории и культуры
(80-е гг, XVIH в. - 90-е гг. XX в.) - Симферополь: Издательский Дом «Амена», 1999.-132 с.

Книга издана при содействии Федерации греческих обществ Украины и финансовой поддержке
Международного фонда “Возрождение”

Книга рекомендована к изданию Министерством образования Автономной Республики Крым как
пособие для студентов вузов и учителей общеобразовательных и национальных воскресных школ.

Рецензенты:

Зав. сектором института украинской археографии и источниковедения им.М.С.Грушевского
Национальной Академии наук Украины, доктор исторических наук, профессор В.И.Нзулко

Зав. кафедрой источниковедения и археологии Харьковского государственного университета,
доктор исторических наук, профессор В.К.Михеев

Президент Управляющего совета Института Балканских исследований Греции и Греческого
Центра Славянских исследований профессор Салоникского университета Эмиль Тахиау.

ISBN 966-95519-2-7

Видання присвячено вивчеишо icTopii' двохсотр!чного дослщження етн!чноТ icropii i традищйнс:
культур» грек!3 Криму та Надазов’я. У книз! розглянута наколичена за цей перюд «сторюграфтя
та 1снуюч1 джерела. Пропонусться як лавчальний пособник, б!блюграфичний показчик, показчик
музейних 31брань та арх1вних матер1ал1в, присвячених грекам Швдня Укра'Гни.

«То рфМо п]<; Кас, Apar£i6vi шготеЛе! кардб ци5^ ея1тох1щёУГ|ф £j.ctv£\)ot|c ар/ркй, кас сид erw^yta
era rcovTjc; еруаейа^, evteaccx; лреотбтогар; ото eiSoc тр;. Мета o’autqv ttapowid^ovTai ре трбло aatpfj
бХа та лрорХгщата пои cyeri^ovTai ас tow; ’Е Хлг|vec, тр; \т6 йётасг) пЕрюхцф, се awdtpeia kAvtote
iGTOpioypaipiKTi, ре avaepopd отд 6idq)opa; катй Эфшта Kai едоуёд йатотайегаа; Oecopia; апб щ-ydko
apiSpd epEwr|Tajv. Н Epyaafaaon) oxoteXei tva Хбщлро evyeipiSio Kai auvdga раожб ар/егакб кеа
РфХюурасрцсб о&цуб, оотб tov ottoio 9a а\тХт]0Д оХпсб ало ev5ia<pep6pevoix; егсктт^цоУЕ^ yta тр enjv-
та£п dXXcov £7up6pou<; epyacidjv too 0a atpopotiv touc, 'EXXt]ve<; OvKpavioa;» AvTtovto<;-Atp(Xio^
N TaxuSto^ Ka0. too А.П.0., Прбе5ро<; rov I.M.X.A. кш-тц*; E.E.E.M.

Настоящее издание посвящено изучению истории двухсотлетнего исследования этнической исто-
рии и традиционной культуры греков Крыма и Приазовья, характеристике накопленной за этот
период историографии и источников. Книга может служить учебным пособием, библиографичес-
ким указателем, путеводи телем по музейным собраниям и архивным материалам, посвящённым
грекам Южной Украины.

ISBN 966-95519-2-7	© Араджиопи М.А., 1999 г.

Дизайн и верстка: С. Оганесов

Издательский Дом «Амена», г. Симферополь, ул. 51-й Армии, 94/Ладыгина,33
тел./факс: (0652) 25-97-38, E-mail: amena@pop.cris.net

Тираж 1000 экз.
Моим родителям,
Араджиони Анатолию Михайловичу и Галине Николаевне,
с огромной благодарностью и любовью посвящается...

Рукопись книги, которую Вы держите сейчас в руках, была подготовлена в начале
1995 г. Лишь спустя четыре года, благодаря финансовой поддержке Международного
фонда “Возрождение”, она смогла увидеть свет. В процессе подготовки к публикации
мы ограничились лишь стилистической правкой рукописи, удержавшись от соблазна
дополнить её характеристикой отечественной историографии, появившейся за после-
днее время, и ставшей нам доступной греческой литературой и источниками.

Надеемся, что эта книга будет полезна всем, кто интересуется историей и культу-
рой греческой диаспоры Украины. Прежде всего она поможет учёным, краеведам, учи-
телям сориентироваться в обилии существующей литературы и источников, укажет на
“белые пятна” в более чем двухсотлетием изучении греков Крыма и Приазовья. Пред-
видя, что некоторые содержащиеся в ней оценки и интерпретации источников вызовут
возражения и споры, мы всё же верим, что они послужат не только основанием для
конструктивной критики, но и толчком для развития исследовательской инициативы и
поиска.

Предлагая Вашему вниманию мой первый большой труд, хотела бы выразить ог-
ромную признательность моим Учителям, направившим и поддержавшим меня в нача-
ле этого трудного пути, щедро поделившимся знаниями, опытом и увлечённостью сво-
ей профессией - моего научного руководителя к.и.н, зав.кафедрой истории древнего
мира и средних веков Симферопольского госуниверситета А.Г.Герцена и д.и.н, зав.сек-
тором Института украинской археографии и источниковедения им.М.С.Грушевского
В.И.Наулко, а также поблагодарить всех моих коллег, друзей и близких, оказавших
посильную помощь в работе над рукописью и в её подготовке к публикации!! - А.И. Ай-
бабина, И.А.Андрющенко, Е.Ю.Бруннера, О.А.Габриеляна, Г.Н.Гржибовскую, Ю.В.-
Иванову, Т.С.Каширину, Е.А.Лазареву, Ю.М.Могаричева, Д.В.Омельчука, Н.В.Рыбал-
ко, Н.А.Терентьеву и др.

А втор.
L^pEpa, о eXX^vik6<; лХт|Оюарб<; тт^ Оюкротла; оп/ёрхетаг ge екатб кот nXdov
XiXi6c5e<; бстора. EXX»]vik6<; котубтл^ъ юлбфуоюу ae поХХе; peydX££ лбХег^ E^otuiat;
pdXiGra tv|<S ETtiaTpotpni'ji; tow ektohigpevwv ao^dvexai о лХт|0'юарб<; ттц; тоягк^цс; opdSag
tcov «Kpipaiiov EXXrjviDv». Trjv nXsov, брох;, яоХюйргбцю koivothtcx EXX^vcov отжатобю
oi an6yovoi tcov xpio-navwv тп; Kpipaiac;, oi ояо(ог катогкобу оюрлаугёх; gto v6tio
xpf;pa т"^ леркрёраок; тою Ntovi^tok. Aotoi anox£Xo6v evav апб тою<; naXaioxspoug
Хаобд лою алб aiovs; ppiaKovxai ЕукахЕотлрЕУог оттр елгкрбсхЕШ хт]д aripEpivfj^
Оюкраугад, кот сот; ек хобхою n готорга кот о поХгтгорбд тою<; ёуоюу алб кагрб
лрооеХкюоЕг t^v просо/л xcov ереюугцтшу. 'Етаг, рёса as pidi лгргоЗо 200 etj&v, лою
каХбяха Т| гахорга тт]д рсХётл; аюхдд трс; Е0убтт]тад, cyoov аюоаор£ЮХ£г skoxovtSiSei;
ЛЕргурафёд кш цеХете^, лою аррЕса. т; ЕррЕоа eivoi acpiEpwp^VE; gtt]v laxopia кот xov
лоХгхгацб xrjg.

Exo (JipXfo аютб yia лрштт§ tpopd паракоХоюбате т] 200етт)(; laxopia ttj<; цеХетт[(;
tcov EXXpvrov Kpipawg-A^oiptKVit;, tiOetot юлб Е^ётао-ц л лЕргобоХбут.сё; г-% кот
EmxeipEixOT аюатгщатолог'пал бХою тою юХгкоб пою ёуег оюукеУтраЮй атг<; х®Ре? Т|К
теш; ЕЕЕД ndtv® сто £V лбу® бёра. Пароюот&отлкау Згасроро; ohtike; x®v peXettitcqv
navtc ото Оецос тгцд EOvoXoyiKi^ гаторшс; кот хою лоХшароб x®v EXXnvtov тю(<; Bdpeiac;
napaXiag ттц; A^oipiKfj^ teQ^kov та npofJXfjpaxa ттц; loxopioypacpio^ xr[g axETiK^g p£
та Обрата аюта, кот Eniar|pavOr|Kav та ^птбрата пою урб^сш ЕЛЕ^еруотпад ало тоюд
o6yXPovov<5 реХетг|те(;. ЕХеухоюре, етпстг^, tt|v a^iontoria optapeviov nriycov, пою Eyouv
катбс Kdpov хрГ:СТрои-.хп6e( yia xr| реХетл tt]g EOvoXoyiKfjg готорга^ кот тою лоХгаороб
t®v EXXf|V«»v тюд МаргобяоХтк.

Tа аяотЕХёората tcov epedvcov пою EXapav усбра ка: £Kxif)£VTai gtt|v avd X£Tp6.<;
PeXett] Oa T|Tav еХлг^оюрЕ ур^отра: a) уш xr|v праурбстЕЮОТ] npoJ3Xr|p6iT®v xr[<;
EOvoXoyiKfjg iGTopiag каг тою лоХгтюроб xcov ypiGTiaviKdiv лХпбюарбу тк)<^ Kpipafag
кот тт|^ laxopiai; т-qc; аюукрдтлол? яоХюеСМкт^ g6v(3eot]c; лХг|0юароб тп<; NdTiag
OoKpaviat;, р) yia tt|v лроЕтограспа SiaXt^Eicv yia cpoiTTjTE^ laropikoOg каг EXXrjviox^,
y) yia тл Sripioopyia PipXioypacpiKiov Ei>p£TT]pi<ov, cr?/eSirov eOvoypacpiKwv anoaxoXov
Kai катаХбу-rov роюаЕгакгоу ovXXoycov oxetikow p£ tt|v eOvik^ laxopia каг tov noXmopd
xrig eXX’Hvik't^ 5iaonop6c<; тцд OoKpaviag. OpiopEVEg, Е^бХХою, EnicKonr:a£ic лою Eyivav
Kai oi onoiEg каХблтоюу рвуаХо буко icxopiKcov axoiyEirov 0a pnopooaav va
ХЕгтоюру^ооюу tog практике, oSriyie^ ката tt|V катбсртют] проурарратгоу yia EOvoXoyiKEi;
PeXet£<; avacpopiKa pe tt|v EXX^vikti Aiaanopa каг yEviKco^ tov лХх|9юарб ттц; Noxiag
OoKpaviat;.

H рЕтафраат] тою яарбутос; ргрХюю «'EXXqvEc; w; Kpipodag каг тг^ Проа£оф1кл<;:
laxopia МеХетг^ каг Таторюурафга тп <; EOvoXo-yiKfi; Таторгад каг гою ПоХгтгороб (1780-
1994)» алб тп □госпкр уХбааа ата eXXtivikoc yivETE тйра отгр/ 0£oaaXoviKT| рЕ tt|v
реуаХ" оюцлараашот! каг tt^v oiKovopiKfj юпоот^рг^ ттц; oiKoyeveia^ Етаюрою кот
ЛорЕтта; KrovaTavTi.v''5q. ПгатгюоюрЕ бтг тою урбуою то JJipXio аютб 0а Sei то qxcc
бгроагбтптас; каг ста eXXt|vik6c бло xov тСтХо «Ог бсуушатог 'EXXtjve^ ттц;МаргоюлоХл?».

Н аюуурафбад.
введение

Современная Украина - молодое государство, его становление и благосос-
тояние во многом зависят от продуманной национальной политики, обес-
печивающей равноправное существование различных этнических общ-
ностей, способствующей возрождению и развитию их культуры. В этой связи большое
значение приобретают исследования особенностей этнической истории, традиционной
культуры и языков народов, проживающих на территории Украины.

Идеологическая оттепель, начавшаяся в 1985 г., стимулировала рост интереса к
истории и культуре, развитие национального самосознания, особенно в среде малых
компактных этнических групп населения Украины. Для них проблема сохранения эт-
ничности особенно актуальна: в наше время в любом индустриальном обществе ниве-
лируется быт, набирают темпы ассимиляционные и интеграционные этнические про-
цессы. Это явление само по себе естественное и исторически оправданное, но в этой
ситуации очень важно не дать исчезнуть памяти людей о своих корнях, о жизни преды-
дущих поколений, об унаследованных от них традициях. Это будет способствовать со-
хранению разумного равновесия между интернациональными установками больших
интегрированных общностей и особыми интересами отдельных этносов.

Неслучайно на современном этапе перед историками, этнологами стоит задача не
только всестороннего изучения этносов, живущих в Украине, но и исследования меха-
низма формирования национальных культур и духовных ценностей народа, путей дос-
тижения межэтнического согласия, научное прогнозирование хода и последствий этно-
культурных и национальных процессов. Таким образом, реалии современного разви-
тия общества требуют постепенного перехода от рассмотрения вопросов познаватель-
ного характера, к решению важнейших этнонациональных проблем. Такой переход
невозможен без обобщения и анализа уже накопленных знаний об этносах, живущих в
Украине. Один из них - греки.

Формирование современных греческих общин Украины началось в XVII в., ког-
да на ее землях появились первые переселенцы-греки, в основном купцы, духовенство,
военнослужащие. Купцы и ремесленники основали довольно многочисленную и влия-
тельную греческую общину г.Нежина (Харлампович 1929). Наибольший приток гре-
ков - эмигрантов из Османской империи начался в конце XVIII в. В 1762 г. возникла
купеческая община в г.Елисаветграде (современный Кировоград), в 1778 г. были пересе-
лены крымские христиане-греки, которые основали г.Мариуполь и сельскохозяйствен-
ные поселения в его округе (илл. 1). После присоединения Крыма к России начинает фор-
мироваться территориальная группа новых крымских греков (Ястребов 1884; Араджио-
ни 1993г; 1993е). Греческие общины возникают в Одессе и на Херсонщине (Арш 1970).

В настоящее время греческое население Украины насчитывает свыше ста тысяч
человек. Численность территориальной группы крымских греков возрастает благода-
ря возвращению из депортации. Греческие общины существуют во многих крупных
городах. Однако, наиболее многочисленная община греков (83691 человек по переписи
1989 г.) - это потомки крымских христиан, компактно проживающие на юге Донецкой
области. Они являются одним из древнейших старожильческих народов Украины, по-
этому их история и культура издавна привлекали внимание краеведов, историков,
лингвистов.
В литературе данный этнос известен как «крымские христиане», «мариупольские»
или «приазовские» греки. Для его обозначения используют также ряд других описа-
тельных названий: греки Донецкой области (Донбасса, Мариупольщины), греки При-
азовья или Северного Приазовья (чтобы не путать с группой кавказских греков, живу-
щих на юго-восточном побережье Азовского моря). В рамках этноса существует две
этнографических группы, выделяемые рядом исследователей по языковому признаку.
Представители одной из них говорят на диалектах крымскорумейского языка (близок
к новогреческому). Их этноним - «румей» - производное от «раэц&х;», которое изна-
чально употреблялось в значении «подданный Восточно-Римской империи», «христиа-
нин», «византиец». Другая этнографическая группа - греки, говорящие на диалектах
урумского языка (тюркской группы, близок к крымскотатарскому). Самоназвание этой
части этноса  «урум» - тюркская калька слова «румей». Румеи называют урумов «база-
риоты», экзоэтноним румеев - «таты». Русскоязычное население использует название
«греки». Для обозначения различных языковых групп они употребляют термины «гре-
ко-эллины» и «греко-татары». Исследователи для этой же цели применяют названия
«эллинофоны» и «тюркофоны».

Этническая территория предков мариупольских греков локализуется исследова-
телями в горном Крыму. Урумы были компактно расселены в Юго-Западной части
полуострова и жили в отдельных кварталах во всех городах Крыма. Румеи населяли
Южный берег Крыма и Юго-Восточную горную часть полуострова. В конце XVIII в.
греков в Крыму насчитывалось свыше 18 тысяч, они проживали более чем в 80 населен-
ных пунктах (илл.2). В 1778-1780 гг. этнос был переселен из Крыма в Азовскую губер-
нию. Урумьз здесь основали город Мариуполь (с 1948 по 1989 гг. - г.Жданов) и десять
сел: Бешев, Ласпи (современные пгт. Старобешево и с.Староласпа Старсбешевского
района Донецкой области), Карань (современное с.Гранитное Тельмановского района
Донецкой области), с.Старый Крым (ныне одноименное село в черте г.Мариуполя),
с.Мангуш (некоторое время - пгт.Первомайское/Першотравневе), Богатырь, Камара,
Керменчик, Улаклы (современные с.Богатырь, Комар, Старомлиновка, Улаклы Вели-
коновоселковского района Донецкой области). Аргин Ени-салу (русское название Боль-
шой Янисоль, современное пгт.Великая Новоселовка) тюркофоны образовали вместе с
эллин ©фонами.

Румеи основали села: Сартана (ныне пригород Мариуполя), Чермалык (современ-
ное с.Зажиточное/Заможное Тельмановского района), Аргин Кара-коба, Стиля (совре-
менные с.Раздольное и Стыла Старобешевского района), Демерджи или Константино-
поль (современное Константинополь Великоновоселковского района), Харахла или
Малая Ени-сала, Чердакли (современное Малоянисоль (некогда - с.Куйбышево) и Кре-
меневка Волновахского района Донецкой области), Ялта, Гурзуф (современные Ялта,
Приморское Першотравневого района). Вышедшие из Крыма вместе с греками грузи-
ны и валахи, говорящие ныне на урумском языке и называющие себя греками, стали
первыми жителями с.Игнатьевка, разделившегося на Староигнатьевку и Новоигнать-
евку (в настоящее время - одноименные села Тельмановского района) (илл.З).

В 1802 г. греки - переселенцы из разных областей Османской империи - основали
с.Бугасу (в послевоенное время называлось с.Максимовка Тельмановского района), в
которое затем влились жители с.Аргин Кара-коба. В 1826 г. возникло греческое село
Анадоль - искажённое название местности Анатолия (восточные районы Османской
империи), откуда прибыли его первые жители. В настоящее время в Приазовье суще-
ствует более полусотни населенных пунктов, основанных греками, но это позднейшие
выселки из первоначально возникших двадцати сел (Божко 1994). В дальнейшем назва-
ния населенных пунктов мы будем употреблять в соответствии с топонимическими ре-
алиями того периода, который будет описываться, или сохраняя их в авторской редак-
ции цитируемых исследователей.

Первые исследования, посвященные мариупольским грекам, появились в §0-90-е гг.
XVIII в. Их авторами были участники экспедиций Российской Академии наук (РАН). В
XIX в. вопросами этнической истории и культуры этноса занимались краеведы, путе-
шественники, историки церкви, сотрудники различных научных организаций: Россий-
ского географического общества (РГО), Одесского общества истории и древностей
(ООИД), Общества сельского хозяйства Южной России (ОСХЮР), Общества любите-
лей естествознания, антропологии и этнографии при Московском университете
(ОЛЕАЭ), Таврической ученой архивной комиссии (ТУАК), Императорской Археоло-
гической комиссии (ИАК), а также преподаватели Московского, Новороссийского и
Санкт-Петербургского университетов, земские учителя Мариупольского уезда.

Для воссоздания процесса накопления знаний об этносе в конце XIX - начале XX вв.
большое значение имеют эпистолярные источники: письма В.А.Бабенко, А.Л.Бертье-
Делагарда, В.И.Григоровича, И.П.Коваленко, П.М.Пиневича, И.И.Соколова, Ф. А. Хар-
та хая, Д.И.Яворницкого, которые находятся в фондах Днепропетровского историчес-
кого музея им.Д.И.Яворницкого (ДИМ), Государственном архиве Одесской области
(ГАОО), Институте рукописи Центральной научной библиотеки им В.И.Вернадского
НАН Украины (ИР ЦНБ), Отделах рукописей Российской государственной библиоте-
ки (ОР РГБ) и Российской национальной библиотеки (ОР РНБ).

В 20-е гг. XX в. исследовательская активность значительно возросла: всего за де-
вять лет было проведено 12 экспедиций, собран большой диалектологический, фольк-
лорный и этнографический материалы, сформированы коллекции традиционной куль-
туры, созданы экспозиции музеев, открыты национальные школы, издавались газеты и
литературные альманахи на родном языке мариупольских греков-румеев. Большой
вклад в изучение этноса внесли И.Коваленко, А.Ковалевский, К.Костан, И.Соколов-,
Д.Спиридонов, В.Шевчемко. С.Яли. Многие из них были репрессированы, а неопубли-
кованные материалы полевых исследований можно считать утраченными, музейные
коллекции частично погибли во время Великой Отечественной войны, остальные раз-
дроблены и находятся сейчас на хранении в разных музеях.

В истории изучения мариупольских греков особое место занимают труды Е.И.Дру-
жининой и В.М.Кабузана. Они продолжили работу, начатую еще А.А.Скальковским,
Н.Н.Мурзакевичем, Д.И.Багалеем, Г.Г.Писаревским по выявлению архивных докумен-
тов и описанию истории освоения юга Российской империи, анализу статистических
материалов о количестве народонаселения и хозяйстве жителей этого региона. К их пуб-
ликациям неоднократно обращались исследователи этнической истории мариупольских
греков.

С началом идеологической «оттепели» в 60-х гг, вновь начались полевые исследо-
вания языка и традиционного быта мариупольских греков. Долгое время комплексное
изучение проблем этнической истории и культуры этноса не проводилось, в основном
практиковались исследования каких-либо специальных вопросов. Историография это-
го периода посвящена в большей части языковым изысканиям (экспедиции 50-80-х гг.
А.А.Белецкого, Т.Н.Чернышевой, С.Н.Муратова, А.Н.Гаркавца, Е.Ф.Журавлевой).
Значительно меньше работ по традиционной культуре этноса (публикации материалов
полевых исследований В.И.Наулко, О.Р.Будины, Ю.В.Ивановой, А.Х.Узун).

Большой вклад в разработку проблем этнической истории приазовских греков
внесли исследователи крымского средневековья: историки и археологи, сотрудники
Ленинградского отделения Института археологии АН СССР (ныне - Институт исто-
рии материальной культуры (ИИМК)), Отдела археологии Крыма Института архео-
логии АН УССР, Бахчисарайского музея, Симферопольского госуниверситета, Ураль-
ского университета и др. В работах А.Л.Якобсона была предложена концепция ран-
них этанов этногенеза крымских христиан (Якобсон 1950; 1959; 1964; 1970), которая
осталась незамеченной этнографами, но активно разрабатывается в настоящее время
археологами. Исследования о «пещерных городах» Крыма, истории христианства на
полуострове, этнической истории и культуре греков, живших в средневековой Таври-
ке и Крымском ханстве, принадлежат А.И.Айбабину, И.А.Баранову, Е.В.Веймарну,
А.Г.Герцену, В.Н.Даниленко, О.И. Домбровскому, О.А.Махневой, Ю.М.Могариче-
ву, В.Л.Мыцу, И.С.Пиоро, А.И.Романчук, В.А.Сидоренко, М.Я.Чорефу.

С 1992 г. изучением этнической истории и традиционной культуры мариупольс-
ких греков занимаются сотрудники Крымского отделения института востоковедения.
НАН Украины. Результаты этих полевых археологических и этнографических иссле-
дований в Крыму и Приазовье уже нашли отражение в ряде публикаций. Большую ра-
боту в этом направлении проводят Донецкий госуниверситет, Мариупольский гумани-
тарный институт, Отдел истории украино-греческих взаимоотношений Института ис-
тории Украины, Институт украинской археографии и источниковедения им.М.С.Гру-
шевского и Институт исскуствоведения, фольклористики и этнологии им.М.Т.Рыльс-
кого НАН Украины.

Необходимо отметить, что существует большой массив письменных источников,
проливающих свет на историю крымских христиан с момента их переселения и до на-
стоящих дней. Некоторые из них были опубликованы, ио как показали наши исследо-
вания, не всегда корректно. Так, общим местом в историографии переселения крымс-
ких христиан является ссылка на изданные Н.Дубровиным материалы, однако, гораз-
до более полной является публикация этих документов, сделанная М.О.Судиенко. То
же самое можно сказать и о материалах, введенных в научный оборот Н.Мурзакевичем
в 1836 г.: их полный текст помещен в 1986 г. В.С.Лопатиным в сборнике писем А.В.Су-
ворова. Документ об отводе земли грекам-христианам в Азовской губернии, который
впервые был опубликован Н.Мурзакевичем, а затем Н.Дубровиным, у Г.Тимошевско-
го издан с некоторыми разночтениями. Определенной лакуной в освещении истории
переселения является время зимовки крымских христиан в с.Новоселица 1778-1779 г. и
их переход в районы, назначенные к поселению. Материалы, которые отчасти проли-
вают свет на это событие и опровергают некоторые домыслы исследователей, автор
выявил в ИР ЦНБ (частично опубликованы в Записках ООИД), Государственном ар-
хиве Днепропетровской области (ГАДнО), Центральном государственном историчес-
ком архиве Украины (ЦГИАУ) и Центральном государственном архиве Крыма (ЦГАК).

Ценные этнографические материалы, касающиеся традиционной культуры мариу-
польских греков, содержатся в архиве ИИМК, архиве Института этнологии и антропо-
логии РАН (ИЭА РАН), в Московском и Санкт-Петербургском отделениях архива РАН,
архиве РГО, архиве Крымского отделения института востоковедения НАН Украины
(КОИВ НАН), Государственном архиве Донецкой области (ГАДО), Центральном госу-
дарственном архиве высших органов власти и управления Украины (ЦГАВОВУ), в фон-
дах Мариупольского и Донецкого областного краеведческих музеев (МКМ и ДОКМ).
Часть информации получена из личных бесед с исследователями традиционной культу-
ры и языка мариупольских греков (Е.Ф.Журавлевой; Ю.В.Ивановой, В.И.Наулко, С.К.Те-
миром) и в процессе полевых экспедиционных изысканий, проведенных автором в 1987-
1995 гг.
Важным источником являются опубликованные каталоги Дашковского этногра-
фического музея и этнографической выставки 1902 г. в Харькове. Они содержат ин-
формацию о том, как традиционная культура мариупольских греков была представле-
на на Всероссийской этнографической выставке 1867 г. и XII Археологическом съезде,
причём упоминаний об этом в существующей историографии не обнаружено. Отсут-
ствие в архивах отчетов о проведенных полевых исследованиях привело к другому ис-
точнику: к описям коллекций предметов традиционной культуры и фотографий. Боль-
шое значение для изучения традиционной культуры этноса имеют археологические
материалы, пока еще недостаточно привлекающиеся этнологами. Например, опубли-
кованные в каталоге «Византийский Херсон» (1991) украшения к традиционному жен-
скому головному убору и кадильницы, датированные XII в., находят аналогии как в
материалах полевых исследований греческих некрополей Крыма XVI-XVIU вв. (Белый
1993), так и в описаниях традиционного костюма и погребальной обрядности мариу-
польских греков, которые находятся в архиве ИЭА РАН, ГАОО, ИР ЦНБ.

Таким образом, за более чем 200-летнюю историю изучения этноса накоплено
сотни описаний и исследований, непосредственно или косвенно посвященных его исто-
рии и культуре. Однако, среди них отсутствуют специальные историографические ра-
боты. Необходимость такого рода исследования назрела, так как отсутствие система-
тизации и обобщения имеющихся материалов значительно затрудняет переход на ка-
чественно новый уровень изучения греков Крыма и Северного Приазовья.

В процессе работы комплексно использовались такие методы конкретно-истори-
ческих исследований, как хронологический и диахронный - для изучения истории на-
копления знаний об этносе мариупольских греков, а также методы сравнительно-исто-
рических, конкретно-социологических и ретроспективных исследований в рассмотре-
нии некоторых вопросов их этнической истории и культуры. Для исследования явле-
ний культуры и быта был применен распространенный в этнографии метод непосред-
ственного наблюдения.

Хронологические рамки нашего исследования определяются временем переселе-
ния греков из Крыма (1778 г.), так как этот факт впервые привлек внимание отечествен-
ных исследователей к истории и культуре этноса, и современным изучением мариуполь-
ских греков (1990-е гг.). В истории дзухсотлетнего исследования этноса (80-е гг. XVIII
в. - 90-е гг. XX в.) выделены следующие этапы: первый - описательный (80-е гг. XVIII в.
-1920 г.); второй, условно названный «переходным» (20-30-е гг. XX в.); третий - анали-
тический (40 - 90-е гг. XX в.).

В исследовании впервые прослежена двухсотлетняя история изучения мариуполь-
ских греков и разработана ее периодизация, проведена систематизация всего накоп-
ленного материала по данной проблематике. Обобщены различные точки зрения ис-
следователей на проблемы этнической истории и культуры греков Северного Приазо-
вья, выявлены пробелы в историографии этих вопросов, а также проблемы, требую-
щие разработки на современном этапе. Проведен анализ достоверности некоторых ис-
точников, широко используемых при изучении этнической истории и культуры мариу-
польских греков.

В ходе исследования выявлено, что некоторые рукописные фонды были разрозне-
ны и в настоящее время находятся в разных архивах. Так, например, этнографическое
описание греческих сел, сделанное местными земскими учителями по программам ООИД
в 1883 г., обнаружены в Одессе и Киеве, так как фонд ООИД сейчас хранится в ГАОО
(Ф.93) и ИР ЦНБ (Ф.У). Рукописи В.И.Григоровича, имеющие отношение к истории
изучения мариупольских греков, находятся в г.Москве (ОР РГБ) и г.Одессе (ГАОО).
w

Найдены разные редакции одной работы, посвященной описанию городов Ново-
россии конца XVIII в., которые хранятся в ГАОО (Ф. 147), ИР ЦНБ (Ф.V) и Российском
государственном военно-историческом архиве (РГВИА.- Ф.ВУА), причем некоторые
из них были уже опубликованы частично А.А. Скальковским и Я.П. Новицким (1904).
В то же время, Л.А. Пономаренко, которая сделала источниковедческий анализ спис-
ка, хранящегося в ИР ЦНБ, указывала, что других экземпляров этого описания не уда-
лось выявить ни в одном архиве, и не упоминает уже опубликованные аналогичные
работы (Пономаренко 1993, с.63). Различные списки описания Крыма 1783 г., сделан-
ные по указу барона Игельстрома, хранятся в РГВИА, ЦГАК и в ИР ЦНБ, причем в
ИР ЦНБ находятся копии середины XIX в., которые дополняют утраченные подлинни-
ки ЦГАК и РГВИА. Эти материалы с некоторыми разночтениями были опубликованы
А.А. Скальковским (1841) и Ф.Ф.Лашковым (1886; 1888).

Усомнившись в точности цитирования некоторых документов Н. Дубровиным, мы
обратились к их текстам, опубликованным другими исследователями (Мурзакевич 1836;
1865; Сакович 1858; Судиенко 1875; 1876; Письма 1880) и к первоисточникам, которые
находятся в РГВИА и ОР РНБ. В результате проведенного анализа было выявлено, что
при публикации документов Н. Дубровиным были сделаны купюры, в частности о не-
желании христиан «добровольно» выходить из Крыма, имеющие важное значение для
толкования содержания источника в целом. Кроме того, исследователь не включил в
хрестоматию ряд материалов, которые не с лучшей стороны освещают действия рус-
ских войск в Крыму накануне переселения греков и армян.

Данные полевых этнографических исследований в Приазовье позволили устано-
вить достоверность описания особенностей традиционной культуры потомков старо-
жильческого христианского населения Крыма, живших в с. Аутке совместно с балак-
лавскими и анатолийскими греками, которое сделал В.Х. Кондараки восемьдесят лет
спустя после их возвращения на полуостров. По материалам описей Российского эт-
нографического музея (РЭМ) восстановлены места и основные темы исследований,
проведенных в Мариупольском уезде Н.И. Редниковым; атрибутированы и описаны
сделанные им в период экспедиции фотографии, которые хранятся в Крымском рес-
публиканском краеведческом музее (Араджиони 19946). Проанализировав исследова-
ния мариупольских греков В.А. Бабенко и каталоги собранных им в 1904-1905 гг. эт-
нографических предметов, нам удалось по книгам поступлений ДИМ 1956 г. опреде-
лить вещи, относящиеся к традиционной культуре этого этноса, и выявить утраты в
коллекции, которая хранится в музее в настоящее время. Вновь атрибутированные пред-
меты сейчас составят в ДИМе отдельное этнографическое собрание В.А. Бабенко.

Нам представляется, что эта книга будет не только интересна, но и полезна люби-
телям истории и тем, кто её изучает.
ГЛАВА 1. ИСТОРИЯ изучения ЭТНИЧЕСКОЙ
ИСТОРИИ И КХИЬТКРЫ ГРЕКОВ КРЫ«М4 И
СЕВЕРНОГО ПРИАЗОВЬЯ

1.1. НХШЛИЬНЫЯ ЭМП (80-Е ГГ. ХИН в. - 1Р2О rj

конце XVIII в. после присоединения к Российской империи новых земель
по побережью Черного и Азовского морей, возникла необходимость
I Ь*2т обследовать эти территории, описать ландшафт, климат, перспективы раз-
вития хозяйства, выяснить этнический состав и численность населения. С этой целью
Академия наук командировала в южные губернии России И.А.Гильденштедта, В.Ф.Зуе-
ва, П.С Далласа (Материалы 1940, с. 137; Путешествие 1988, с.109-110; Паллас 1773-1788).
В полевых дневниках академик Гильденштедт описал побережье Азовского моря, места,
где пять лет спустя будут основывать свои поселения крымские христиане, географичес-
кие условия, ресурсы и население этого района - украинцев-казаков, их хозяйство' и быт
(Крутая 1992, с.16-18). Материалы экспедиции В.Ф.Зуева 1781-1782 гг. дают представле-
ние о политической, экономической и этнической ситуации в Крыму и Северной Таврии
сразу после переселения греков и армян, а также накануне присоединения полуострова к
России (Зуев 1787, с. 1-273; Любименко 1934, с. 59; Степанов 1956, с. 172-187).

Для настоящего исследования особенно интересны сведения П.С.Палласа, кото-
рый описал греков в Приазовье спустя 15 лет после их переселения. Он привел список
сёл, основанных греками в Азовской губернии, указал их географическое положение и
данные о количественном составе населения на 1794 г. (вероятно по материалам только
что прошедшей Пятой ревизии), Также П.С.Паллас достаточно подробно обследовал
этническую территорию греков-старожилов на Крымском полуострове (Паллас 1795,
с.1-70; 1.883, с.35-92; Pallas 1799, s.489-490).

С 1800 по 1830-е гг. не было опубликовано каких-либо заметных работ о греках,
живших в Северном Приазовье. Исключение составляют несколько газетных заметок.
В 1837 г. вышло в свет фундаментальное исследование П.И.Кёппена о древних памят-
никах истории и культуры Крыма, не утратившее своего научного значения и по сей
день. Автор описал ряд церквей и некрополей, сохранившихся на полуострове после
выселения христиан. С горечью он отмечал: «...нельзя не сожалеть, что греки, не оста-
вившие нам в Крыму ни одного письменного повествования, даже и гробницами свои-
ми не умели упрочить своей памяти: умирая, они для человечества умирали навеки»
(Кеппен 1837, с. 16-19,23-26). Рисунки некоторых подобных памятников Дюбуа де Мон-
пере поместил в Атласе, иллюстрировавшем его путешествие по Крыму и Кавказу в
конце 30-х гг. XIX в. (Dubois de Montpereux 1843, л.180 таб.ХХУТв).

Важные этнографические сведения содержит мемуарная литература: воспомина-
ния, путевые заметки, дневники и т.д. Примером этого являются «Письма из Екатери-
нослава» Г.Титова, передающие неповторимый колорит Мариуполя середины XIX б.
Автор довольно подробно описал особенности жилища, одежды, быта местного насе-
ления, их язык, фенотип, уровень образования, общественный уклад жизни, отмечая
при этом «живучесть «татарщины»», т.е. обычаев крымских татар у потомков пересе-
ленцев (Титов 1849, с. 140-159).

В связи с деятельностью в г.Одессе Общества сельского хозяйства Южной России
и организацией в 40-х гг. XIX в. Одесского общества истории и древностей, Русского
Географического общества, значительно возрос интерес к истории и культуре народов,
живущих в Новороссии, активизировалась исследовательская работа, появился ряд
периодических изданий, в которых публиковались результаты проведенных научных
изысканий. С этого времени исчезает стихийность в исследовании вопросов этничес-
кой истории и традиционной культуры мариупольских греков: общества в значитель-
ной степени координировали и направляли раб.оту ученых, привлекали к сбору матери-
алов просвещенную общественность. Не случайно дальнейшая история изучения мари-
упольских греков будет тесно связана с деятельностью членов ООИД, РГО, ОСХЮР,
ОЛЕАЭ, ИАК, ТУАК и других организаций.

Одним из действительных членов ООИД являлся редактор Главного статистическо-
го комитета Новороссийского края А.А. Скальковский. Неоценим его вклад в изучение
истории заселения южных губерний Российской империи (Боровой 1960, с. 175-18 6). Специ-
альных исследований по этнической истории и культуре приазовских греков А.А.Скальков-
ский не публиковал, но в его трудах содержатся ценные исторические и статистические сведе-
ния об этом этносе (Скальковский 1836, с.49, 126 и след.; 1838, с.12,136; 1850, с.3-120; 1853,
с.24-100.), к тому же, автор дважды (в 1846 и 1856 гг.) побывал в г.Мариуполе, чтобы собрать
достоверные данные о хозяйстве греков и их быте (ГАОО.- Ф.З.- Оп.1.- Д.12, л.9, 50-52, 61).
Благодаря усилиям исследователя были спасены от уничтожения и введены в научный обо-
рот многие архивные документы, в том числе касающиеся имущественного положения гре-
ков в период Крымского ханства (1841, с. 1-44).

В 40-х гг. было опубликовано еще несколько описаний хозяйственного быта гре-
ков Приазовья: Х.Стевена (1843, с.21-23) и П.Дорохова (1848, с.423-426,589-600). Рабо-
та последнего автора весьма примечательна: в целом она посвящена развитию ското-
водства в Мариупольском уезде и написана не профессиональным исследователем-эт-
нографом, а рядовым ветеринарным врачом, который спустя десятилетие стал профес-
сором Харьковского ветеринарного училища (Порохов 185§, с. 1 -101). Статья была опуб-
ликована в журнале ОСХЮР, к которому этнографы и ученые-гуманитарии обраща-
ются довольно редко, поэтому до настоящего времени она не была широко известна
исследователям традиционной культуры приазовских греков. П.Порохов сумел доста-
точно подробно и основательно, приводя термины традиционной культуры на языке
местных жителей, окисать традиции скотоводческого хозяйства греков, народную ме-
дицину, храмовый праздник «ланаир» и др. (Порохов 1848, с.423-426, 589-600). В це-
лом, сочинения П.Порохова и Г.Титова в истории изучения мариупольских греков
можно считать первыми этнографическими публикациями, хотя они не лишены недо-
статков и носят описательный характер.

Первыми исследователями этнической истории греков Северного Приазовья
были лица духовного сана и историки церкви. Это обусловило подход к проблеме в
тесной связи с историей христианства на полуострове и становления православной
церкви на юге России в целом. Архиепископ Херсонский и Таврический (позже - Твер-
ской и Кашинский) Гавриил (в миру - В.Ф.Розанов, 1781-1858), еще будучи архиепис-
копом в г.Екатзринославе (1828-1837), познакомился с мариупольскими греками и на-
чал кропотливо собирать документы и предания, касающиеся их истории и культуры
(Серафимов 1859, с.10-25; ИРЦНБ.-Ф.У.-Д.791, л. 16-30). Частично он проанализиро-
вал эти материалы в исследовании, посвященном переселению греков, их обустройству
на новом месте, некоторым особенностям языка и культуры, церковной утвари и ре-
ликвиям, вывезенным из Крыма. Примечательно, что эта работа была помещена в пер-
вом томе ЗООИД, в котором также содержалась публикация об “архипелажских” или
“балаклавских” греках, переселенных в Крым и Таганрог в 1775 г. (Гавриил 1844а, C.2G2;
Сафонов 1844, с.205-236). Это свидетельствует о большом внимании, которое уделя-
лось членами ООИД истории и культуре греческих общин Новороссии.
В дальнейшем Гавриил неоднократно публиковал материалы, рассказывавшие о
христианстве в Новороссийском крае и истории греков, живущих на северных берегах
Азовского моря (18446, с.320-328; 1848, с.197-210; 1854, с.168-172; 1857, с.75-79). Остав-
шиеся после его смерти документы личного архива были разобраны и описаны Н.Н.Мур-
закевичем и С.А.Серафимовым. Документы были собраны в два тома, названных «Сбор-
ник Гавриила», и 2 мая 1867 г. переданы в дар ООИД. Ныне они хранятся в ИР ЦНБ в
г.Киеве в фонде ООИД. Многие материалы еще не опубликованы и сейчас активно
разрабатываются учеными (ИР ЦНБ.- Ф.У.- Д.449-546; Серафимов 1867, с.305-319; Се-
рафимов 1865, с.591-595; Гаркавец 1993, с.52-65).

Исследования Гавриила продолжил его ученик и соратник Серафим Антонович
Серафимов (?-1874), внук одного из переселившихся крымских греков - священника
Троицкой церкви с.Керменчик Серафима Константинова (Серафимов 1886, с.804; ИР
ЦНБ.- Ф. V.- Д.506, л.230). Уже живя в Крыму и в Одессе, С.А.Серафимов по настоя-
нию архиепископа неоднократно совершал поездки в Мариупольский уезд (в 1849 г. и
последующих), где собирал материал по истории и культуре своего народа (ИР ЦНБ.-
Ф. 175.-Д.2040, л. 10). На основании этих наблюдений в 1862 г. он опубликовал большое
исследование, выдержавшее еще три издания. Автор, великолепный знаток древне- и
новогреческого языков, родного урумского языка, впервые коснулся проблем местных
греческих диалектов. Он описал особенности богослужения, религиозных и семейных
праздников мариупольских греков, упомянул о вывезенных из Крыма иконах и храмо-
вой утвари (Серафимов 1901, с.18-24, 26-40).

В 60-е гг. проблемы этнической истории приазовских греков и крымских татар
начал разрабатывать Ф.А.Хартахай - грек-румей, уроженец с.Чердакли Мариупольс-
кого уезда. Он получил блестящее образование: учился в университете св.Владимира в
Киеве, а затем в Санкт-Петербурге, слушал лекции И.И.Срезневского, Н.И.Костома-
рова, много путешествовал по Новороссии, несколько раз бывал в Крыму (впервые в
1864 г.) (ИР ЦНБ.- Ф.У.-Д. 4049-4051,4054-4055). В 1876 г. его стараниями была откры-
та первая гимназия в г.Мариуполе, за что греки стали называть Ф.Хартахая Просвети-
телем (ИР ЦНБ,- Ф.У.- Д.4370, л. 1-2; Мариуполь 1892, с.222).

Его перу принадлежит статья о митрополите Игнатии, опубликованная в «Иллю-
страции» под криптонимом Ф. Х-й (1861, с.321-322). Ф.А.Хартахай опубликовал также
некоторые заметки об этнической истории и культуре греков в труде «Христианство в
Крыму», который был трижды переиздан. Таким образом, исследователь продолжил
традицию Гавриила и С.Серафимова - рассматривать историю формирования гречес-
кой общины в Крыму как историю становления христианства (1867, с. 1-70). Об исто-
рии христианства на полуострове, рассматривая при этом некоторые вопросы форми-
рования этноса крымских греков, писали также М.Феофилов (с. 1-52); архимандрит
Дионисий (1870, с. 2-9); М.Родионов (1872, с.38-48); протоиерей Лебединцев (1883, с.201-
220); епископ Гермоген (1887, с.125-128, 312, 442 и др.); В.Х.Кондараки (1871, с.1-28);
настоятели монастырей и краеведы (Георгиевский монастырь 1874, с. 15; Бахчисарайс-
кий монастырь 1874, с. 9-11,18,19-24).

В середине XIX в. началась работа по составлению «Материалов для географии и
статистики России», которую проводил Генеральный штаб. В томе, посвященном Ека-
теринославской губернии, были помещены заметки по антропологии мариупольских
греков, особенностям их хозяйственного быта, образа жизни, приведены данные об
административно-территориальном устройстве колоний и статистические сведения
(Павлович 1862, с.116, 125, 128, 131-136, 261, 273, 228, 338-340).

Большую роль в сборе информации о культуре народов России, в формировании
этнографических коллекций сыграли специальные программы, разрабатываемые на-
учными обществами (Ивановская 1987, с.86-90). Так, РГО, три года спустя после свое-
го основания, начало рассылать по губерниям Российской империи программы для
описания народного быта, инструкции для сбора этнической и географической терми-
нологии и командировать своих членов для проведения исследований на местах. В
1848 г. такую поездку по Югу России с целью археологического и этнографического
изучения сербских, болгарских и греческих колоний совершил А.С.Уваров. В июле
1867 г. Г.Г.Перетц для исследования портов, сбора статистических и этнографических
сведений посетил Мариуполь и Таганрог (Семенов 1896, с.37-40, 434-438). В дальней-
шем РГО продолжало этнографическое изучение южноукраинских земель (Розуменко
1985, с.37-39; Сабурова 1977, с.5-11).

Упомянутый выше П.И.Кёппен, участвовавший в создании РГО в 1845 г. и воз-
главлявший отдел статистики, в 1846-1851 гг. совместно с топографами Сухариным и
Орловым составил четырёхлистовую этнографическую карту Европейской России, на
которую были нанесены и колонии мариупольских греков (Семенов 1896, с.42-47; Кеп-
пен 1853; с.17-22,32,36). В 1861 г. он выпустил хронологический указатель официаль-
ных документов об устройстве колоний иностранных поселенцев в России. Грекам
Новороссии и Нежина здесь был посвящен целый раздел (Кеппен 1861, с. 148-163).

Для пополнения фондов Этнографического музея РГО, созданного в 1858 г., попу-
ляризации антропологических и этнографических знаний, привлечения широкой обще-
ственности к сбору и изучению предметов традиционного быта сотрудники Общества
предложили организовать Всероссийскую этнографическую выставку (Иванова 1972, с.
100-101). В 1863 г. была составлена «Программа предметов, собираемых для Этногра-
фического музея» и началась работа по организации выставки, однако в дальнейшем
все хлопоты о ее устройстве взяло на себя Общество любителей естествоиспытания (Про-
грамма 1869, с. 130-140; Станюкович 1977, с.23). Оно было образовано при Московском
университете в том же году (позже стало называться «Общество любителей естествоис-
пытания, антропологии и этнографии» - ОЛЕАЭ), а уже в декабре 1864 г. состоялось
первое заседание Распорядительного комитета по организации выставки. На заседа-
нии от 4 июля 1865 г. была обсуждена подробная инструкция для сбора этнографичес-
кого и антропологического материала к выставке, составленная А.П.Богдановым на
основе собирательской программы РГО 1863 г. Она была разослана по всей России
(Инструкция 1866, с. 1-10; Иванова 1972, с. 101-115).

На просьбу устроителей выставки присылать описания и предметы традицион-
ной культуры народов Российской империи, собранные на основе Инструкции и Про-
граммы, откликнулся Глава Мариупольской городской думы, местный уроженец А.Ат-
таринов. Он, вероятно при участии Семена Пандирма, Константина Кечечи, Михаила
Арпабаева, Дмитрия Келеш и Николая Бозаджи, в 1866 г. составил «Описание быта
мариупольских греков». Мы не располагаем сведениями о том, как реально была пред-
ставлена культура мариупольских греков на Всероссийской этнографической выставке.
Уже после ее закрытия, сообщение А.Аттаринова было заслушано и обсуждено на засе-
дании этнографического отдела ОЛЕАЭ № 3 от 12 октября 1868 г. и рекомендовано к
публикации. В 1868 и 1874 гг. под несколько искаженной фамилией «Анторинов» работа
вышла в свет. В ней было сообщено о традиционном жилище, пище, костюме, сельско-
хозяйственной и домашней утвари мариупольских греков (ГАДО.- Ф. 107.- On. 1 - Д.3, л.55-
64; Анторинов 1868, с.330-340; Анторинов 1874, с.44-47; Бакуров 1992,с.45-46) (илл. 13).

В 1877 г. был издан каталог Дашковского этнографического музея, основанного
сразу же после окончания выставки. В нём под № 1080-1082 представлены три фото-
графии мариупольских греков. Мы предполагаем, что это фотографии урумов с.Бе-
шево в традиционных костюмах. Копии этих снимков ныне находятся в экспозиции
МКМ, а также в фонде Н.И.Редникова в фототеке РЭМ. Одним из первых их опубли-
ковал В.И.Наулко. Вероятно, общепринятая датировка этих фотографий 1878 г. оши-
бочна, они были сделаны как минимум на десятилетие раньше (Керцелли 1877, с. 102;
РЭМ.- Кол.3282.- N 19, 2С/1, 20/2, илл.16,17, 18; Наулко 1975, иллюстрации N 47,48).

В июне 1874 г. при поддержке Министерства народного просвещения профессор-
славист Новороссийского университета В.И.Григорович (1815-1876) был направлен в
научную командировку в Мариупольский уезд к потомкам «крымских старожилов» -
грекам. Целью его поездки являлся сбор лингвистического и фольклорного материа-
ла, древних рукописей и памятников христианского искусства «для разъяснения ос-
татков разных культур». Эти изыскания стали первой частью, задуманной В.И.Григо-
ровичем программы исследования древнего населения Крыма, некогда жившего в
окрестностях Севастополя и Бахчисарая. Большую помощь в организации этих
исследований оказал его коллега Ф.К.Брун, под влиянием которого В.И.Григорович
заинтересовался проблемами исторической географии Новороссийского края (ГАОО.-
Ф.45.-Оп.4.- Д.2564, л.76, 99; Григорович 1874, с.4-6; ОР РГБ.-Ф.86.-К.З.-Е.х.39, л.4,
11-13; Успенский 1890, с. 1-15).

За 10 дней командировки антиквар посетил г .Мариуполь и греческие села: Сар-
гану, Чирманли (Чермалык), Карань, Анадоль, Енисалу, Чердакли, Эски-Крым (Ста-
рый Крым), Мангуш, Ялту и Гурзуф (Урзуф). Исследователь зафиксировал этнонимы
и экзоэтнонимы греко- и татароязычной частей этноса, собрал глоссарий, провёл лин-
гвистический анализ местных греческих диалектов (Григорович 1874, с.4-9, 48, I-III).
Несмотря на большой собирательский и исследовательский опыт по поиску рукопи-
сей, В.И.Григоровичу не удалось обнаружить ничего древнее Триоди XV в. из Рожде-
ственской церкви г.Мариуполя. Он констатировал, что попытка «осуществить свою
задушевную мечту - открыть следы древней письменности Тавриды в Приазовье» не
увенчалась успехом.

Тем не менее, исследователь собрал небольшую коллекцию рукописей XVIII -
середины XIX вв. на греческом и татарском языках, часть которой стала собственнос-
тью известного востоковеда О.Блау, бывшего тогда немецким Генеральным консулом
в Одессе (Гаркавець 1993, с.58; Blau 1884, s.562-576), а другая часть осталась в личном
архиве В.И.Григоровича. В дальнейшем, он настойчиво продолжал поиски древних
рукописей через поверенных лиц в г.Мариуполе, поскольку у греков существовали пре-
дания о древних национальных реликвиях, написанных на «своеобразном греческом
наречии «аила», которые хранятся у неких частных лиц...» (Григорович 1874, с. 10; ОР
РГБ.- Ф.86.- К.1.- Е.х.26, л.13-13об; Викторов 1879, с.46; Александрович 1884, с.40).

Одним из первых В.И.Григорович поднял вопрос о необходимости создания в
Одессе архива Южно-русского края. Движимый этой идеей он проводил большую ра-
боту по выявлению источников, касающихся истории заселения Новороссии (ОРРГБ.-
Ф.86.-К.З.- Е.х.51, л.3-4; ГАОО.- Ф.93.- Оп.1.-Д.79, л. 1-4; Григорович 1876, с.30-34). Ок
опубликовал описания и тексты некоторых документов, повествующих о крымском
периоде этнической истории мариупольских греков и их переселении в Азовскую гу-
бернию (Григорович 1847, с. 131-164; Григорович 1916, с.397-405). Подобные докумен-
ты в разное время были выявлены и изданы Н.Н.Мурзакевичем (1836; 1865), П.Сакови-
чем (1858), М.О. Судиенко (1876), Н.И.Дубровиным (1885), Ф.Ф.Лашковым (1886; 1887).

В начале 80-х гг. ООИД, продолжая традиции РГО и ОЛЕАЭ, разослало инспек-
торам народных училищ Одесского учебного округа программы для описания тради-
ционной культуры и современного состояния «инородцев» Новороссийского края. Ряд
учителей, работавших в греческих селах Мариупольского уезда, откликнулись на
просьбу ООИД: 23 ноября 1884 г. Иван Нестеренко выслал описание жителей с.Боль-
шая Каракуба (ГАОО.- Ф.93.- Оп.1.- Д.178, л.30-32), Михаил Дмитриевич Закруткин
зафиксировал особенности традиционного быта греков с.Урзуф (ИР ЦНБ.- Ф. V.- Д .706,
л. 1-2). К сожалению, остался безымянным автор этнографического очерка о с.Констан-
тинополе (ГАОО.- Ф.93.- Оп.1.- Д.178, л.5-7об). Упомянутые документы находятся в
разных архивах, однако нами установлено, что все они написаны в одно время и по
одной программе. В этих описаниях были отражены: 1)история образования села, его
географическое положение, особенности местности, планировка; 2) материальная куль-
тура (хозяйство, жилище, традиционный костюм, пища); 3)некоторые аспекты нацио-
нальной психологии, семейные и общественные обычаи, отношение к религии; 4) со-
циальные аспекты (имущественное состояние, уровень образования, нравственность
населения); 5)местные достопримечательности и древности. Авторы описаний конста-
тировали, что древностей, вывезенных греками из Крыма, не обнаружено, хотя были
выявлены черты традиционной культуры, приобретенные христианами на полуостро-
ве (ИР ЦНБ,- Ф.У.- Д.706, л.2; ГАОО,- Ф.93,- On. 1 ,-Д. 178, л.31).

В 1886 г., при содействии Императорской Археологической Комиссии, в Мариу-
польский уезд приехал художник Д.М.Струков. Целью его путешествия было исследо-
вание архитектуры мариупольских церквей, знакомство с потомками греков, чьи хра-
мы он изучал в Крыму. Он стал участником традиционного престольного праздника
греков «панаир» и довольно подробно описал его. Струков зарисовал полотенчатый
головной убор гречанок «перифтар», привел список селений и храмов Мариупольско-
го уезда, дней когда в этих селах проходит праздник «панаир», указал жители каких
крымских сел основали приазовские населенные пункты. Эту информацию он записал
со слов местного уроженца Н.Пяуницы (Архив ИИМК.- Ф.1 (1889).- Д.87, л.26-31об).
Струков сообщил, что при соборном храме г.Мариуполя хранился архив Готской мит-
рополии, который был не разобран, и поэтому не доступен исследователю. Однако,
судя по письму митрополита Игнатия, привезенные из Крыма документы вместе с его
личным архивом погибли в пожаре еще в 1780 г. (Архив ИИМК.-Ф.1 (1889).-Д.87, л.21,
27об-31об; Лашков 1886, с.136). Вероятно, Д.М.Струков писал об архиве Мариупольс-
кого греческого суда - органа самоуправления греческой общины Приазовья с 1784-
1869 гг. После его упразднения документы хранились в городском соборе (Мариуполь
1892, с.94-114, 116-126).

Также на средства ИАК и РГО в 1890 г. в Мариупольский уезд был командиро-
ван Ф.А.Браун - приват-доцент Санкт-Петербургского университета (Семенов 1896,
с. 1273-1274; Архив ИИМК,- Ф.1 (1890).-Д.40, л.1-3об). В программе поездки Ф.А.Бра-
ун намечал работу по изучению традиционной культуры мариупольских греков, поиск
старинных икон, крестов с надписями, церковной утвари, книг, рукописей и собирание
народных преданий, свидетельствующих о генетической связи части приазовских гре-
ков с готами, тех самых рукописей, которые безуспешно искал его предшественник -
В.И.Григорович. Эту работу предполагалось проводить параллельно с изучением Ман-
гупа, сел Сюрени и Бия-Сала, где когда-то проживали крымские готы (Архив РГО.-
Р.13.- Оп.1.- Д.М, л. 1-3; Браун 1891, с.78-91; Браун 1893, сЛ5-18).

По окончании командировки Ф.А.Браун писал, что «ясных несомненных сле-
дов готских не нашел» (Браун 1891, с.78-79; Архив РГО.- Р.13.- Оп.1.- Д.М, л.1-2). Ис-
следователь сделал ряд замечаний об антропологическом типе местного населения,
зафиксировал некоторые особенности языка и традиционной культуры, выявил
сохранившиеся в Приазовье печатные Евангелия венецианской работы XVII в. Ф.Бра-
уну удалось приобрести собранные Ф.А.Хартахаем в греческих селах Мариупольско-
го уезда рукописи: песенник из с.Сартаны, сборник греческих и татарских песен и рас-
сказов, четыре татарские рукописи различного содержания, написанные греческими
буквами, и другие материалы, представляющие интерес для изучения языка и фольк-
лора потомков крымских христиан. Все они были переданы по решению РГО в Санкт-
Петербургскую публичную библиотеку (ныне - Российская национальная библиотека),
где хранятся и поныне. Часть этого собрания была опубликована Т.Н.Чернышевой в
1959 г. (Браун 1891, с.90-92; Чернышева 1959, с.113-124; ОР РНБ.- Греч.802-806).

В 1891 г. земские учителя Мариупольского уезда Г.Афанасьев (с.Чермалык), Н.Бого-
явленский (с.Ялта), В.Гоф (с.Камарь) (илл. 6, 7, 8,9), И.Нестеренко (с.Большая Каракуба)
представили в ОЛЕАЭ описания традиционного костюма местного греческого населения.
Одинаковая структура очерков свидетельствует о том, что они были составлены по специ-
альному вопроснику-программе. Эти описания и поныне не утратили научного значения,
так как были выполнены на хорошем профессиональном уровне, снабжены иллюстрация-
ми и образцами тканей (Архив ИЭ РАН.- Ф.ОЛЕАЭ.- Е.х.8, л.1-8об, 17-19об).

Большим шагом вперед в изучении этнической истории и традиционной культу-
ры потомков крымских переселенцев явилось издание в 1892 г. отчета об учебных экс-
курсиях Мариупольской Александровской мужской гимназии, проведенных в апреле-
мае 1889 г. Помещенные в сборнике материалы отражают историю переселения греков
и основания Мариуполя, различные аспекты административного и хозяйственного уп-
равления в уезде, развития образования и культуры, жизнь религиозных общин города
и многое другое. Особый интерес представляют статьи С.И.Маркова, впервые описав-
шего традиционную культуру и язык греков-урумов г.Мариуполя, а также материалы
об истории переселения греков и православных храмах города, подписанные Г.И.Ти-
мошевским, хотя его авторство оспаривается (Мариуполь 1892, с.5-45, 63-89, 114-139,
Яруцкий 1991, с.159).

Проблемы этнической истории и культуры греков неоднократно становились
объектами пристального внимания исследователей на Археологических съездах (да-
лее - АС). Впервые - на Третьем АС в г. Киеве в 1874 г., когда по инициативе профес-
сора Новороссийского университета В.И.Григоровича был предложен к обсужде-
нию вопрос о том, каким языком говорили мариупольские греки и остались ли следы
«таврической» письменности и искусства в них (Третий АС 1874, с.И; Григорович
1878, с.VI, LIX). Впоследствии культура приазовских греков освещалась лишь на XII
иХШ АС в 1902 и 1905 г.

В процессе подготовки XII (Харьковского) АС возник вопрос об организации
выставки древностей. Для сбора экспонатов были направлены исследователи-архео-
логи и этнографы. По всей Новороссии и Слободской Украине рассылались Про-
граммы сбора и описания предметов древности. Устроители съезда обратились к уезд-
ным предводителям дворянства, учителям, коллекционерам с просьбой о содействии в
организации выставки. На это обращение откликнулся земский начальник Второго
участка Мариупольского уезда, который прислал две коллекции, собранные священ-
никами с. Сартаны Константином Агапьевым и с. Ласпи Семеном Юрьевым у своих
односельчан - греков. Коллекция Агапьева включала в себя традиционный женский
головной убор и украшения, пояса, пуговицы и др., а также две фотографии гречанок
в традиционных костюмах. Изе. Ласпи были переданы медная тарелка (1754 г.), жен-
ские пояса, шейное украшение из монет, два покровца из церкви. На выставку церков-
ных древностей из Мариупольского уезда прислали фотографии икон - святынь
местных греков, а Музей изящных искусств подарил фотографию портрета митропо-
лита Игнатия (Редин 1902, N 668-696).

Для организации подобной выставки на XII АС в Екатеринославе Д.И.Явор-
ницкий из-за недостатка местных научных кадров пригласил из Харьковской губер-
нии В. А.Бабенко, который в то время был более известен как археолог, первооткры-
ватель салтовской культуры. Этот исследователь как член Харьковского историко-
филологического общества принимал участие в подготовке этнографического отдела
выставки к XII АС. Сотрудничая с крупным специалистом по этнографии юга России
М.Ф.Сумцовым, он приобрел большой опыт собирательской и выставочной рабо-
ты. После XII АС до частичного открытия экспозиции музея ХИФО в 1904 г. Бабенко
являлся хранителем собранной этнографической коллекции (Смолш 1992, с.9 Каталог
1902, с.1-139; Эварницкий 1907, с.З; Бабенко 1907, с.381-386; Яременко 1993, с.123-125).

В 1904 г. была разработана «Программа для собирания этнографических пред-
метов к выставке на предстоящем в 1905 г. XIII Археологическом съезде в г.Екатери-
нославе», в которой обозначены цели выставки, районы, где необходимо проводить
обследование населения, даны практические рекомендации собирателям. В предвари-
тельных замечаниях к “Программе” особо отмечалась важность изучения греков и ал-
банцев, вызванных в Россию в 1797 г., греков, переселившихся из Крыма в XVIII в. и
из Анатолии в первой четверти XIX в. (ДИМ.- КП 92116/ Арх.24200, с.З; Программа
1904, с.3-5).

Екатеринославская земская управа выделила 5000 рублей на приобретение в
различных местах губернии этнографического материала. В.А.Бабенко и его жена,
народная учительница Е.Р.Никитина-Бабенко, смогли приобрести необходимое обо-
рудование для будущих “экскурсий”, в том числе и фотоаппарат. В 1904-1905 г. они
провели несколько этнографических экспедиций, во время которых были обследованы
восемь уездов Екатеринославской губернии, включая Мариупольский. На основании
собранных коллекций В.А.Бабенко построил экспозицию этнографического раздела
выставки, где предметы традиционной культуры экспонировались по определенным
темам (Бабенко 1905а, с.337; Этнографическое обследование 1905, с.302-303; Эварниц-
кий 1907, с.З; ДИМ.- КП 58729/Арх. 11773, л.Моб.).

 Для иллюстрации особенностей культуры мариупольских греков были представ-
лены: домашняя утварь, одежда, украшения, орудия и изделия ремесленного производ-
ства, предметы интерьера жилищ, музыкальные инструменты, вышивки - всего более
250 экспонатов (Каталог 1905, N 29-35, 88, 117, 153-154, 202-204, 224, 341-347, 408-425,
432, 435, 444, 507-576, 592, 737-743, 781, 801-803, 821-832, 833-844, 1201-1204, 1681-1684,
1770); .два манекена были одеты в традиционные греческие женский и мужской (чабанс-
кий) костюмы (Каталог 1905, N1903-1904,1911-1912); 12 фотографий отражали антропо-
логический тип греков, их традиционную одежду, ремесло, жилища, праздники (Каталог
1905, N 54-57,69,80,91,103-106, см. илл. 23). В.А. Бабенко сделал макеты жилищ греков и
их хозяйственных построек (Каталог 1905, N 7-9; ДИМ.- КП 68727/Арх. 11995, л.1-2).

В.А.Бабенко опубликовал также ряд информационных заметок о проделанной
работе, где упомянул о вышивках, элементах традиционного костюма, собранных у
греков, и фундаментальное сочинение - описание народного быта Екатеринославского
края, которое накануне АС вышло в свет в периодическом издании земства. В нем
освещены особенности хозяйственного быта, традиционного жилища, одежды, духов-
ной культуры греков, валахов, болгар и украинцев (Бабенко 1905а, с.337; Бабенко 1905в,
с.605-799; Бабенко 19056, с. 1-90; Этнографическое обследование 1905, с.302-303).

После выставки экспонаты были переданы в Екатеринославской музей. Их описа-
ние В.А.Бабенко поместил в Каталоге выставки и в первом путеводителе по музею
1905 г. В 1994 г. мы провели работу по выявлению через инвентарные книги фондовых
коллекций ДИМ предметов традиционной культуры мариупольских греков из собра-
ния В.А.Бабенко, так как после 1945 г. оно было раздроблено, Было обнаружено лишь
чуть более полусотни экспонатов, однако их поиск необходимо продолжить (ДИМ.-
КП 1948-1954 гг. «Этнография», Э-734; Э-656; Э-663; Э-712; Э-709; Э-710; Э-735; Э-739;
i

I

Э-742; Э-740; Э-995; Э-1000; Э-1099; Э-1385; Э-1392; Э-1388; Э-1406; Э-1934; Э-1941; Э-
1946; Э-1958; Э-1968; Э-2343; Э-2368; Э-2378; Э-2399; Э-2508; Э-2590; Э-2958; Э-2959; Э-
2961; Э-2988; Э-2990).

He вошедший в коллекцию Екатеринославского музея собранный материал - экс-
понаты, фотографии, описания обрядов - В.А.Бабенко предложил Этнографическому
отделу Русского музея в г.Санкт-Петербурге (ныне Российский этнографический музей
- РЭМ). Заинтересовавшись представленными материалами, сотрудники музея пору-
чили В.А.Бабенко провести несколько дополнительных этнографических экспедиций
по Харьковской и Екатеринославской губерниям. Одна из них была проведена летом
1909 г. Приобретённые Русским музеем материалы собрания 1904-1905 и 1909-1910 гг.
на основании замечаний В.А.Бабенко были аннотированы и объединены в две коллек-
ции: предметов традиционной культуры (РЭМ.- Кол. 1737.- 4 е.х.) и фотонегативов
(РЭМ.- Фототека,- Кол. 3270,- 10 е.х.; ДИМ.- КП 68228/Арх.11772, с.1-2, илл. 23).

Таким образом, в связи с организацией этнографических отделов выставок к XII
и XIII АС значительно возрос интерес к культуре греков у общественности Мариу-
польского уезда, активизировалась собирательская работа на местах. Однако, сфор-
мировать, описать и экспонировать наиболее полную из всех собранных до 1917 г. кол-
лекций, отражающих традиционную культуру мариупольских греков, удалось, глав-
ным образом, благодаря полевым исследованиям В.А.Бабенко.

В конце XIX - начале XX вв. разработкой проблем этногенеза и крымского пери-
ода этнической истории мариупольских греков, вводом в научный оборот новых архи-
вных документов занимались члены ТУАК, многие из которых являлись также сотруд-
никами ООИД (Биярсланов 1889, с.81-82; Лашков 1888-1889; Латышев 1916; Латышев
1918; и др.). Особенно интересным для темы нашего исследования является научное
наследие А.И.Маркевича и А.Л.Бертье-Делагарда. Перу А.И.Маркевича принадлежат
библиографический указатель «Тазрика», а также ряд статей о переселении греков с
полуострова и истории формирования этноса в период Крымского ханства (1894; 1901;
1910; 1911). А.Л.Бертье-Делагард опубликовал описание одного из горных крымских
сёл “Керменчик”, оставленного греками при переселении, а также исследования о не-
которых «недоуменных вопросах» крымского средневековья: истории становления хри-
стианства на полуострове, о «пещерных городах» и этногенезе мариупольских греков
(1899; 1910; 1918; 1920). К сожалению, А.Л.Бертье-Делагард начал заниматься разра-
боткой этих проблем уже в преклонном возрасте и не успел издать некоторые свои тру-
ды, подготовительные материалы к которым хранятся ныне в архиве А.Л. Бертье-Дела-
гарда в фондах КРКМ (КРКМ.- Оп.5.- Д.12, л.1-12).

Обзор материалов архива А.Л.Бертье-Делагарда был опубликован Е.Н.Черепа-
новой. Она отмечала, что содержащиеся в архиве фотографии, озаглавленные «Этног-
рафия мариупольских греков», были сделаны Н.И.Репниковым, хотя долгое время ав-
тором этих фотографий считали самого А.Л.Бертье-Делагарда. И это не случайно:
фотографии не были должным образом атрибутированы и находились в собрании до-
кументов исследователя, который изучал этническую историю крымских христиан. В
свою очередь, имя Н.И.Репникова как исследователя традиционной культуры приазов-
ских греков известно не многим. Малоизвестен и сам факт его поездки в Приазовье: к
сожалению, собранные материалы автор не опубликовал, не удалось обнаружить и его
полевых записей. Сохранились лишь описи коллекций в РЭМе, сделанные сотрудника-
ми музея на основании замечаний автора. Нами было установлено, что фотографии по
этнографии мариупольских греков, хранящиеся в фондах КРКМ (Архив А.Л.Бертье-
Делагарда.- Оп.5.- Д.94, 152 е.х.), были сделаны с негативов Н.И.Репникова, которые
сейчас находятся в РЭМе (Фототека.- Кол.3282,- 44 е.х. см. илл. 12, 16, 17, 18, 20, 21,
Кол.3283.- 125 е.х.). Это позволило систематизировать и описать коллекцию фотогра-
фий из архива А. Л.Бертье-Делагарда (Араджиони 19946, с.82-89).

Е.Н.Черепанова считала, что эти фотографии были сделаны Н.И. Редниковым
по указанию А.Л.Бертье-Делагарда, работавшего тогда над «Недоуменными вопро-
сами...» (1966, с.81; 1968, с.205-213). По-видимому, это не совсем верно: научные изыс-
кания Н.И. Репнякова в Приазовье носили самостоятельный характер и проводи-
лись по специальной программе. Работа Н.И.Репникова летом 1914 г. в Мариупольс-
ком уезде подвела черту полевому этнографическому изучению потомков крымских
греков в дореволюционное время. Исследователь приехал в Приазовье с целью по-
знакомиться с традиционной культурой греков, изучить христианские древности, воз-
можно сделать то, что не удалось его предшественнику Ф.Брауну, - разыскать следы
крымских готов.

Н.И. Репников изучал в основном материальную культуру для проведения анало-
гий с археологическими материалами, обнаруженными в Крыму. Об этом свидетель-
ствуют темы исследования: традиционное жилище, одежда, антропологический тип,
церковная утварь. Изучение культуры греков-эллинофонов и татарофонов, как видно
из описей коллекции в РЭМе, Н.И.Репников проводил в селах: Каракуба, Малая Яни-
соль, Сартана, Стыла, Урзуф, Чермалык, Ялта, Бешево, Мангуш, Старая Карань, Ста-
рый Керменчик, Старая Ласпа, Старый Крым, Большая Янисоль, Староигнатьевка.
Также он исследовал архитектуру и утварь мариупольских храмов.

Материалами, собранными во время поездки по Мариупольскому уезду, Н.И.Реп-
ников распорядился следующим образом: тексты на греческом языке, послания архи-
епископа Никифора и епископа Дорофея, другие документы, обнаруженные в с.Кара-
куба у ©.Алексея, потомка Трифиллия Карацоглу, были переданы для перевода и пуб-
ликации А. Л.Бертье-Делагарду, Н.И.Веселовскому и В.В.Латышеву (Латышев 1915, с.42-
64; ГАОО.- Ф.93.- On. 1.- Д.95, л.57). Их подлинники ныне хранятся в ИР ЦНБ (Чернухш
1993, с.1-40). Коллекция вещей - детали традиционного женского и мужского костю-
мов, вышивки и др., а также негативы фотографий, были куплены у автора Этногра-
фическим отделом Русского музея и, как уже упоминалось выше, ныне хранятся в РЭМе
(РЭМ,- Фонды.- Кол.3071.-73 е.х.). С каждым годом научная ценность коллекций, сфор-
мированных в 1904-1914 гг., растёт: предметы из собраний В.А.Бабенко и Н.И.Репни-
кова в фондах ДИМ, РЭМ, КРКМ уже практически исчезли из современного быта гре-
ков Приазовья.

Итак, слабость источниковедческой базы вынудила ряд исследователей искать
ответы на некоторые «недоуменные вопросы крымского средневековья» у приазовских
греков. Поэтому изначально к проблемам их этнической истории и культуры обрати-
лись специалисты различных гуманитарных дисциплин, интересующиеся в первую оче-
редь Крымом, его историей и культурой. Исследователи, как правило, обманывались в
своих ожиданиях. Однако в процессе поисков «крымских древностей» ими была проде-
лана большая работа по сбору и фиксации этнографической информации, описаны
почти все элементы традиционной материальной и духовной культуры, семейного и
общественного быта мариупольских греков, многие из которых на сегодняшний день
полностью утрачены. Немаловажно, что все авторы этнографических очерков о при-
азовских греках выявили ряд особенностей традиционной культуры этноса, сформиро-
вавшихся еще в Крыму, под влиянием культур народов, населявших полуостров в сред-
ние века, и отмечали значительную устойчивость этих элементов.
1.2. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ НДГЧНЫХ УЧРЕЖДЕНИЯ И
ОБЩЕСТВЕННЫХ ОРГ4НИМ11ИЯ
(20-30-Е ГГ. XX в.)

20-х гг. XX в. в рамках проводимой национальной политики были созда-
ны специальные государственные структуры и общественные организа-
ции, ведавшие вопросами краеведения, социально-экономического и

культурного возрождения «малых народов» СССР. 12-20 декабря 1920 г. в Москве со-
стоялась Первая Всероссийская Конференция Обществ по изучению родного края, из-
бравшая Центральное бюро краеведения (ЦБК), которое было призвано координиро-
вать и направлять работу краеведческих организаций на местах, оказывать необходи-
мую методическую помощь. Это значительно оживило работу по изучению родного
края в Мариупольском уезде в целом и в только что созданном Музее краеведения,
который стал научно-методическим и культурным центром города.

Уже в 1922 г. в музее были разработаны практические рекомендации для собира-
телей народного фольклора и программа обследования быта местного населения, рас-
считанная в основном на школьников и их учителей; тематика создающихся при учеб-
ных заведениях краеведческих музеев (Отдел 1922, с.98-100). В 1922-1923 г. по примеру
некогда организованных Александровской мужской гимназией г.Мариуполя краевед-
ческих экскурсий, сотрудники музея разработали «Примерные экскурсии по культуро-
ведению и краеведению для трудовых школ». В них предусматривалось обязательное
знакомство учащихся с историей возникновения и развития г.Мариуполя, его истори-
ческими кварталами, названными в честь городов Крыма, церквами и древностями.
Особо было указано на необходимость привлекать школьников к сбору в г.Мариуполе
и окрестных селах этнографического материала, к изучению этнического состава насе-
ления, традиционных занятий, языка, обрядов и обычаев семейного цикла, праздни-
ков, суеверий (Коваленко 1922, с.90-99; План 1923, с. 95-98).

Исходя из посылки, что музей - это «творческая лаборатория, а не склад древнос-
тей и диковинок», его директор И.П. Коваленко помимо проведения собирательской,
экспозиционной и методической работы, всячески поощрял научные исследования своих
сотрудников. На Первом совещании музейных работников Донбасса, проходившем в
апреле 1923 г., сотрудники Мариупольского музея уже представили отчет о деятельно-
сти в сфере охраны природы, памятников истории и культуры, музейного строитель-
ства. Благодаря их усилиям в послевоенные годы были спасены от уничтожения мно-
гие архивные документы, в том числе архив Греческого суда, переданный на хранение
в фонды музея (Совещание 1923, с.69-71; Коваленко 1923, с.92-94).

К 1925 г. в музее функционировало три отдела: естественнонаучный, культурно-
исторический и социально-экономический, было собрано соответственно 3772, 2476,
3101 экспонатов. В фонды поступила библиотека Александровской мужской гимназии
г.Мариуполя и некоторых других учебных и культовых учреждений - всего около 15000
книг. Таким образом, в музее была создана база для проведения научных изысканий.
Однако, в целом, из-за недостатка средств на проведение полевых исследований и орга-
низацию закупочных комиссий работа по предметному изучению традиционной куль-
туры мариупольских греков вплоть до 1925 г. проводилась достаточно вяло.

С 1924 по 1932 гг. в Украине при Центральном исполнительном комитете действо-
вала Центральная комиссия национальных меньшинств (ЦК Нацмен при ВУЦИКе), в
состав которой входил видный политический деятель из среды мариупольских греков
С.Г.Яли. В июле 1925 г. он направил своему руководству докладную записку о положе-
нии греческого населения в Мариупольском округе, в которой обосновал необходи-
мость проведения комплексного обследования его современного состояния, изучения
истории, традиционной культуры и языка (ЦГАВОВУ.-Ф.413.- Оп.1.- Д.100, л.87-88,
илл. 10, 11).

Вскоре была создана Комиссия по обследованию греческого населения Мариу-
польского и Сталинского округов, в которую вошел и С.Г.Яли. 29 августа 1925 г. Ко-
миссия прибыла в Мариуполь, а в сентябре ее сотрудники начали делать выезды в ок-
рестные греческие села. Итоговым документом стал Отчет, составленный по анкете
Кабинета нацмен при этнографической комиссии ВУАН, который был заслушан в ЦК
Нацмен. В нем в развернутом виде были представлены следующие вопросы: 1 Происхож-
дение и история мариупольских греков; 2)экономическое состояние греческого населе-
ния; 3)расслоение греческого крестьянства; 4)участие в революционном движении; 5)на-
циональное движение; 6)расположение сел и численность греческого населения в них в
данное время; 7)культура и быт (в т.ч. характеристика особенностей языка, его употреб-
ление в бытовом и общественном обиходе, история развития румейской и урумской речи,
письменность); 8)политико-просветительская работа. Особое место в отчете занимала
информация о том, что некоторые особенности традиционного быта греков привели к
массовым заболеваниям туберкулезом (ЦГАВОВУ,- Ф.413.- Оп.1,-Д. 100, л. 14-72).

По данному документу была принята резолюция Президиума ВУЦИК, в кото-
рой предусматривалось:

	в административной области - выделение национальных греческих сельсоветов и
районов, постепенный перевод делопроизводства на греческий язык, выдвижение на
руководящую работу людей, знающих греческий язык и быт населения, обеспечение
обслуживания греческого населения в государственных учреждениях на родном языке,
введение в штаты окрисполкомов и наробразов Мариупольского и Сталинского ок-
ругов должностей членов бюро нацмен по советской линии и инспекторов по куль-
турно-просветительской работе среди греков;

	в культурно-просветительской области - Народному Комиссариату Просвещения
(далее - Наркомпросу) - было поручено принять меры к разрешению вопроса об ал-
фавите, наметить план издания литературы на национальном языке, развернуть под-
готовку учителей для греческих школ, организовать греческий сектор при сельско-
хозяйственной школе и Мариупольском педтехникуме, финансировать деятельность
комиссии по изучению греческой национальности при Мариупольском ОкрИКе,
созданной 7 сентября 1925 г.

	Наркомздраву было предложено разработать ряд мероприятий для выявления при-
чин распространения бытовых болезней среди греков, проведения их профилактики
и лечения (ЦГАВОВУ,- Ф.413.- Оп.1.- Д.100, л.10-11; Никольский 1991, с.114-115).

Эта резолюция стала стратегической программой действия для местных органов
власти и неуклонно выполнялась до 1932 г., хотя в этот период принимались и другие
постановления, они лишь дополняли предыдущую резолюцию. Наряду с этими доку-
ментами, в фонде ЦК Нацмен при ВУЦИКе имеются материалы об обследовании гре-
ческих национальных советов и районов, отчеты о деятельности Этнографической ко-
миссии ВУАН и созданного при ней Кабинета нацмен, МКМ, Мариупольского педтех-
никума, Комиссии по изучению греческой национальности, Совета нацмен при Нар-
компросе, других структур, занимавшихся проблемами изучения и развития культуры
и просвещения. Они являются ценным источником по этнической истории греков, их
языку, материальной и духовной культуре, развитию самосознания и национального дви-
жения, традиционному быту, хозяйству, статистике и еще ждут своих исследователей.

В том же 1925 г. в ЦК Нацмен при ВУЦИКе за финансовой поддержкой исследо-
вательских программ, разработанных в Мариупольском музее краеведения, обратился
его директор И.Коваленко. Предложенная к рассмотрению конкретная программа ис-
следования включала в себя следующие направления: изучение экономики греческого
населения, социально-политических отношений, быта (одежда, жилище, орудия, пища,
язык и письмо, обычаи и обряды), идеологии (религия, мораль, право, философия, на-
ука и просвещение, искусство), сбор соответствующего материала для экспонирования
в музее; издание словаря греческого и татарского языков, а также сборника, посвящен-
ного всестороннему изучению греческого населения Мариупольского округа и освеще-
нию всех его особенностей (ЦГАВОВУ.- Ф.413.- Оп.1.- Д.100, л. 40-41), По этому пово-
ду в резолюции Президиума ВУЦИКа было отмечено: «учитывая крупное значение и
роль, которую играет Мариупольский музей по части собирания ма териалов о гречес-
кой народности, поручить Наркомфину и Наркомпросу разработать смету по отпуску
средств музею для расширения и углубления этой работы, причем Мариупольскому
Окрисполкому в спешном порядке представить для разработки сметы свои предложе-
ния» (ЦГАВОВУ .- Ф.413,- Оп.1,- Д.100, л.11).

В начале 1926 г. Мариупольскому музею были выделены средства на организа-
цию «Греческого отдела» с условием открыть его уже в начале 1927 г. Заведующий
историко-этнографическим отделом П.М.Пиневич, опасаясь, что за такой короткий
срок не удастся собрать достаточное количество экспонатов, обратился к директору
Днепропетровского музея Д.И.Яворницкому с просьбой передать часть коллекции,
собранной В,А.Бабенко в 1904-1905 г. в Мариупольском уезде, в местный краеведчес-
кий музей. Это предложение он мотивировал тем, что значительную часть вещей греки
продали во время голода 1921-1922 гг. иностранцам и коллекционерам, у музея отсут-
ствуют достаточные средства на их закупку даже после выделения финансирования.
Просьба была отклонена, однако стараниями местных краеведов небольшая коллек-
ция предметов традиционной культуры все же была собрана, Греческий отдел был от-
крыт (ДИМ,- КП 80140/Арх. 17539, л. 1-2; КП 75286/Арх. 15079, л.2).

Наиболее плодотворными, как свидетельствуют описи коллекций в МКМ, были
экспедиции, организованные музеем в 1927 - 1929 гг. В процессе полевых исследований
предметы традиционной культуры собирались у греков с.Мангуш, Старый Крым, Сар-
тана, Старый Керменчик, Старый Комарь, Урзуф, Малая Янисоль, Ялта. Таким обра-
зом, изучение мариупольских греков музей проводил не только в своем, но и в Сталин-
ском округе. На фотопленку были отсняты объекты материальной культуры (жилища,
интерьер, орудия труда, домашняя утварь, одежда, вышивки), проведение религиоз-
ных праздников, обрядов семейного и календарного циклов, амулеты от сглаза и дру-
гое (МКМ.- Фонды. Книги поступлений 1948 г..- Т.2-7).

В отчете за 1928 г. было указано, что Греческим отделом музея собраны коллек-
ции предметов народного творчества и различных документов, исследуются этничес-
кая история, традиционное хозяйство, духовная и материальная культура, проведен
ряд антропологических измерений. В общей сложности этнографическое обследование
было осуществлено з 19 селах, а антропологическое - в 16. Сотрудники музея готовили
к изданию сборник документов и научно-исследовательских работ, посвященный 150-
летию переселения греков из Крыма (ЦГАВОВУ.- Ф.413,- Оп.1.- Д.382, л.21-22). К со-
жалению, в отчете не были указаны сроки проведения экспедиций, состав исследова-
тельской группы, методика сбора материала и программы, названия населенных пунк-
тов, где проходило обследование населения. Не ясно, велись ли записи бесед с инфор-
маторами, какие именно антропологические измерения проводились. Планировавшийся
сборник не был опубликован, судьба его рукописи также не известна.

В связи с проведением с 25 ноября по 2 декабря 1928 г. 4-й сессии ВУЦИКа, в
г.Харькове была открыта Выставка достижений национальной политики в Украине.
Греческий отдел этой выставки представлял Мариупольский музей краеведения. В ос-
новном среди экспонатов преобладали документы, фотографии, в значительно мень-
шей степени - предметы традиционной культуры. Были показаны история переселения
греков из Крыма, участие в гражданской войне, социалистическом строительстве и быт
новой деревни. Из описи 211 экспонатов, представленных Мариупольским музеем на
выставке, на наш взгляд наиболее интересными являются следующие фотографии: тра-
диционных греческих жилищ (№31-35) и их интерьера (№50-58); жертвенных овец, борь-
бы и скачек на греческом «панаире» (№36, 42-43); женщин в национальных костюмах
(№ 47, 48, 64-67); предметов материальной культуры (№163-186), а также коллекции
домашней утвари, одежды, украшений (№188-211), вышивок (№68-82) и тканей домаш-
него изготовления (№83-94); старых памятников на греческом кладбище (№27).

Греческий отдел выставки имел большой успех, его устроителям поступили пред-
ложения оставить экспонаты в Кабинете товароведения в Харькове, либо перевезти в
Киев для показа их в помещении Картинной галереи. Однако, вскоре коллекции воз-
вратились в Мариуполь. Некоторые из представленных на Харьковской выставке ма-
териалов и сейчас сохранились в фондах и экспозиции МКМ, в фототеке РЭМ (Я.С.
1928, с.75-76; ЦГАВОВУ,- Ф.413,- Оп.1,- Д.384, л.1-2, 5-8).

На Первом Межокружном совещании по работе среди греков Мариупольского и
Сталинского округов, состоявшемся в ноябре 1929 г., был заслушан доклад И.П.Кова-
ленко, в котором освещалась работа сотрудников Греческого отдела за последние два
года. В нем отмечалось, что наряду с изучением истории переселения греков из Крыма,
проводились исследования земельных отношений в Мариупольском уезде (по материа-
лам архива Греческого суда) и реакции иностранных колонистов на введение воинской
повинности. В ходе полевых исследований, кроме сбора предметов материальной куль-
туры, изучались старые формы жилищ и их интерьера, пища и ее приготовление, тра-
диционная одежда, сельскохозяйственная утварь и ее эволюция, домотканина и вышив-
ки. Греческий отдел отправил небольшую коллекцию вышивок на Международную
выставку в г.Кёльн, которая имела там огромный успех и вызвала большой интерес
искусствоведов и коллекционеров. В связи с этим Мариупольский музей выступил с
предложением организовать по примеру Харьковской Кустпромкооперации артели
ткачих и вышивальщиц из местных гречанок и по заказу Центриздата начал подготов-
ку к публикации альбома греческих тканей и вышивок. Чтобы выяснить, составляют
ли румеи и урумы одну этническую группу, сотрудники музея продолжали их антропо-
логическое обследование, изучение духовной культуры и языка, сбор этнографических
коллекций (ЦГАВОВУ.- Ф.413.- Оп.1,- Д.444, л.52-53).

В это время активно развивался межмузейный обмен информацией и опытом ра-
боты: по приглашению Греческого отдела в его экспедициях несколько лет принимал
участие сотрудник Центрмузея из г.Симферополя Д .С.Спиридонов, а в сентябре 1929 г.
делегация из Мариуполя во главе с И.П.Коваленко приехала в Крым. Поскольку ещё с
конца XIX в. в среде мариупольских греков исследователи искали следы крымских го-
тов, сотрудники Мариупольского музея побывали на раскопках Н.И.Репникова в Дски-
Кермене. Там они были ознакомлены с историей изучения «готской проблемы» и мнени-
ем крымских исследователей об этногенезе и этнической истории мариупольских греков,
а также встретились с профессором Зауэром, приехавшим из Германии изучать совмест-
но с советскими археологами крымских готов. В свою очередь, мариупольцы представи-
ли археологам коллекцию фотографий, сделанных во время полевых исследований 1927-
1929 гг., которая отражала современную традиционную культуру приазовских греков. В
Крыму делегация посетила также музеи в Ялте и Евпатории. Для ознакомления с коллек-
циями традиционной культуры мариупольских греков, обмена опытом собирательской
и экспозиционной работы сотрудники музея были также командированы в Днепропет-
ровский исторический музей, Русский музей (г.Ленинград) и Центральный музей наро-
доведения (г.Москва) (ДИМ,- КП 75287/Арх. 15080, л.1-2). В 1929 г. Мариупольский му-
зей краеведения передал в дар Этнографическому отделу Русского музея 71 фотографию
предметов материальной культуры, изделий греческих мастеров, проведения храмового
праздника (РЭМ.- Фототека.- Опись кол.4929, илл. 13, 14,15,19, 22).

Проблемами изучения и развития культуры греков в ЦК Нацмен, как было ска-
зано выше, занимался С.Г.Яли. Он же был избран 18 октября 1926 г. в состав Украин-
ского комитета краеведения и стал постоянным автором печатного органа УКК -
журнала «Краезнавство», который начал выходить с апреля 1927 г. (Зз1т 1928, с.90-
96). С.Г.Яли опубликовал хронологический библиографический указатель в помощь
изучающим этническую историю и культуру греков. Это издание было весьма своев-
ременным и необходимым, однако, имело целый ряд существенных недостатков: из
59 приведённых наименований четыре статьи (№ 15, 20, 41, 42) являются исследова-
ниями геологического профиля, некоторые другие также имеют весьма косвенное
отношение к истории и культуре мариупольских греков. Не был выдержан жанр из-
дания: в библиографическом справочнике помещены названия 21 неопубликованно-
го документа, причем место их хранения указывалось не совсем точно, с ошибками
приведены выходные данные и фамилии авторов исследований (Ф.А.Браун и Ф.К.Брун
упоминаются хак Ф.Броун) (Ял! 1927, с.30-32). Перу С.Г.Яли принадлежит также ис-
торическое исследование о переселении христиан из Крыма в 1778 г., написанное в
основном по материалам Г.И.Тимошевского (Ял! 1928, с.57-68).

При деятельном участии С.Г.Яли была создана Греческая секция Украинского
комитета по краеведению, ставившая перед собой задачи всестороннего изучения мари-
упольских греков и популяризации их истории и культуры. С этой целью исследователь
неоднократно помещал в периодической печати небольшие заметки о культуре, языке
греков и деятельности общественных организаций по их исследованию (Ял! 19286, с. 1-2).
Для публикации в сборнике ВУАН «Украша i Схщ» он подготовил статью о националь-
ном и революционном движении среди греков Украины, использовав при этом материа-
лы, которые были им изложены в Отчете Комиссии по обследованию греческого населе-
ния в 1925 г. (ИР ЦНБ.- Ф.Х.- Д. 14634; Д.1067, л. 1-22). Работая в аппарате ЦК Нацмен,
С.Я ли имел доступ к материалам других отчетов и статистическим сведениям, неоднок-
ратно самостоятельно совершал поездки по греческим селам, что позволило ему напи-
сать в 1931 г. обобщающую работу «Греки в УРСР», вышедшую отдельной книгой.

Еще в сентябре 1925 г. директор НИИ ИЛЯЗВ Н.С.Державин обратился в Глав-
науку, а затем в Наркомпрос Украины с предложением организовать экспедиции для
исследования общин албанцев, болгар и греков, живущих в Северном Причерноморье.
Для этого ИЛЯЗВ располагала хорошей базой: в институте уже существовала Комис-
сия по изучению нацменшинств Юга Украины, была открыта кафедра новогреческого
языка, профессором которой стал И.И.Соколов - филолог-эллинист (РО РНБ.- Ф. 671 .-
N 281, с. 1-4). За неимением средств, проведение Таврической лингвистико-краеведчес-
кой экспедиции ИЛЯЗВ было перенесено на 1927 г. В июле-августе 1927 г. при матери-
альном содействии ЦК Нацмен, Наркомпроса и Главнауки Украины, ИЛЯЗВ коман-
дировал профессоров Н.С.Державина и И.И.Соколова вместе с группой студентов,
проходящих учебную практику, в Мариупольский округ для «изучения греческого на-
селения в диалектическом и краеведческом отношениях» (Архив РАН Спб/о.- Ф.827,-
Оп.1.- Д.733, л.19-34, 44, 47, 52).

Диалектологический материал участниками экспедиции собирался по программам и
методикам Афинской Комиссии по изданию Исторического словаря греческого языка, хотя
в процессе полевых исследований в них пришлось внести некоторые коррективы. С наи-
большей полнотой в морфологическом, фонетическом, синтаксическом и лексическом от-
ношениях были изучены говоры с. Сартаны, Чермалыка, Македонии, Византии, несколь-
ко менее - с.Чердаклы, Малого Янисоля, Ялты, Урзуфа. Лексику и этимологию И.И.Соко-
лов собирал в с.Анадоль, Константинополь, Стыла. Им были прослежены некоторые лин-
гвистические особенности говоров с.Новая и Старая Каракуба, Большого Янисоля, Вол-
новахи. Записывался фольклорный материал: до 100 сказок и песен исторического, быто-
вого и революционного содержания, а также около 100 частушек, пословиц, поговорок,
загадок (ЦГАВОВУ- Ф.413,- Оп.1.- Д.351, л.96-97).

Помимо чисто языковедческих штудий, И.И.Соколов изучал религиозные праздни-
ки и некоторые обряды семейного цикла у греков с.Сартана и Македоновка. Профессор
Державин, используя свои программы и методики, апробированные при изучении болгар-
ских колоний в России, собирал материал пр народному календарю, обрядам и обычаям
семейного цикла, народным приметам и суевериям мариупольских греков в с.Ялте и Урзу-
фе. В составе экспедиции также работали студенты ЛГУ Н.Д.Салганик и В.И.Шевченко,
который позже опубликовал статьи о суевериях греков и их земледельческих праздниках
(Шевченко 1927, с.11; Шевченко 1930, с.111-126; ЦГАВОВУ.- Ф.413.- Оп.1.-Д.351, л.96-97).

По окончании экспедиции был представлен отчет, в котором указывалось на не-
обходимость проведения дальнейшего изучения традиционной культуры и языка ма-
риупольских греков, создания на базе ИЛЯЗВ новых исследовательских и учебных про-
грамм по данной проблематике (ЦГАВОВУ.- Ф.413.- Оп.1.- Д.351, л.97 об.). В 1928 г.
И.И.Соколовым было разработано Положение об организации Новогреческого семи-
нара в Ленинградском Восточном институте им.А.С.Енукидзе для подготовки пере-
водчиков, дипломатов, специалистов других гуманитарных профилей из среды мариу-
польских, крымских и кавказских греков. В его программе предусматривалось изуче-
ние этнической истории и культуры греческих общин в СССР. По всей видимости под-
держки это начинание не получило, хотя было бы очень полезным для подготовки бу-
дущих научно-исследовательских кадров.

В 1928-1929 гг. И.И.Соколов продолжал полевые и архивно-библиографические
исследования этнической истории и культуры греков Северного Приазовья. Итогом
этих изысканий стали работы о проблемах этногенеза и крымском периоде этнической
истории мариупольских греков, их переселения в 1778 г. в Азовскую губернию, особен-
ностях языка и диалектов (ИР ЦНБ.- Ф.Х.- Д. 14773, с. 1-91; Ф.Х.- Д.4488, с. 1-6; Соколов
1930, с.49-62; 1932, с.97-117).

В связи с организацией национальных школ остро встал вопрос о родном языке
греков Мариупольского и Сталинского округов. Б отношении урумов он был решен
довольно просто: сотрудники вышеупомянутой Комиссии по обследованию греческо-
го населения, исходя из посылки, что греки-тюрк о фоны восприняли свой язык в Кры-
му от местных татар и турок, в 1925 г. провели сравнение лексического фонда языка
урумов с крымскотатарским языком. Для этой цели было использовано «Руководство
по обучению крымско-татарскому языку» А.Одабаш и И.С.Кая, изданное в Крыму в
1924 г. После сверки лексики Комиссия (в составе которой, кстати, не было тюрколо-
гов) сделала заключение о почти полном (90%) сходстве этих языков. Поскольку урумы
считали татарский язык родным, было рекомендовано ввести преподавание в школах
греков-тюркофонов на крымскотатарском языке (ЦГАВОБУ.-Ф.413.-Оп.1.-Д. 100, л.ЗЗ).

Уже в 1926-1929 гг. в Мариуполе были организованы летние курсы для подготов-
ки учителей национальных греческих школ. В разработанной для них программе не-
сколько часов отводилось для чтения лекций по истории и культуре греков, методике
организации кружков по изучению быта местного намеления. Для обучения учителей-
урумов из Крымской АССР были вызваны специалисты по крымскотатарскому языку.
В урумские школы поступали учебники крымскотатарского языка. Греки-тюркофоны,
окончившие семилетки, направлялись для дальнейшего получения образования в учеб-
ные заведения Крыма. Только в 1928-1929 учебном году в урумских селах насчитыва-
лось 12 начальных и четыре семилетние школы, в которых работало 45 преподавателей
и обучалось 2605 детей (по классам: 1 - 537 чел., 2 - 589 чел., 3 - 610 чел., 4 - 432 чел., 5 -
232 чел., 6-180 чел., 7-25 чел.). По оценкам исследователей эти мероприятия привели
к «значительной «засоренности» современных урумских диалектов элементами лекси-
ки крымскотатарского языка, им не свойственным, что значительно затруднило рабо-
ту по исследованию языка греков-тюркофонов в настоящее время» (ЦГАВОВУ.- Ф.413.-
Оп. 1,- Д.351, л.2; Д. 383, л. 8, 23; Д. 461, л. 12-13; Гаркавец 1993, с.49-50).

Проблема определения родного языка румеев стояла значительно острее: как кой-
нэ, так и димотику, поначалу введенную в национальных школах, мариупольские греки
почти не понимали, их говоры были бесписьменны и практически не исследованы. С тем,
чтобы выяснить, на каком языке говорят греки-эллины, ЦК Нацмен ВУЦИК и Главнау-
ка Наркомпроса в 1928 г. поручили членам Всеукраинской научной ассоциации востоко-
ведов (ВУНАС) организовать фольклорно-диалектологическую экспедицию.

Для этого ВУНАС имела необходимый научный потенциал: ее сотрудники
А.П.Ковалевский и К.Костан (А.К.Гаргала - первая женщина-ученый, писатель-
ница из среды мариупольских греков) в 1926 г. уже проводили полевые исследова-
ния в Мариупольском округе. Предварительные результаты экспедиции К.Кос-
тан изложила докладе «Новогрецька народна поез!я мар!утльських грек1в» на
заседании Харьковского филиала Историко-этнологического отдела ВУНАС. Затем
эти заметки, а также проведённые А.П.Ковалевским исследования хозяйственного быта
мариупольских греков были опубликованы.

Кроме этнографов к работе необходимо было привлечь несколько специалистов
по новогреческому языку. ЦК Нацмен рекомендовал пригласить в экспедицию ВУНАС
И.И.Соколова и Д.С.Спиридонова. Из-за недостаточности финансовых средств пла-
нировавшаяся программа полевых исследований была урезана за счет ее этнографи-
ческой части и сокращения объектов изучения (Ковалевский 1928, с.261-264; Костан
1928, с.229-248; Хронйса 1928, с.326; ЦГАВОВУ.- Ф.413.- Оп.1,- Д.351, л.80, 90-104).

Таким образом к экспедиции ВУНАС (1 августа -18 сентября 1928 г.) присоедини-
лись уже работавшие в Приазовье по своим программам К.Костан и А.Ковалевский, а
также Д.Спиридонов, проводивший исследования в составе полевого отряда МКМ и
И.Соколов, командированный к мариупольским грекам из ИЛЯЗВ. Руководство экс-
педицией было возложено на профессора В.Д.Гавриленко. Для сбора материала при-
влекались также местные жители - учителя и краеведы. Исследователям необходимо
было изучить и проанализировать говор мариупольских греков, сравнить его с други-
ми живыми диалектами греческого языка и с современным новогреческим языком (ди-
мотикой); выявить реликты древнегреческого языка, а также степень ассимиляции рус-
ским и тюркским языками румейских говоров. Ими были обследованы 13 населенных
пунктов, собраны глоссарии, большой фольклорный материал. Наряду с фиксацией
устного народного творчества, записями диалектологических особенностей языка, со-
трудники экспедиции проводили сбор рукописного и печатного материала на местных
диалектах и предметов традиционной культуры (Хронжа 1928, с.327).

Информация об организации и проведении экспедиции была опубликована в том
же году. Основные итоги и свое видение истории формирования приазовских гречес-
ких говоров Д.С. Спиридонов изложил в докладе на П-ом Украинском востоковедчес-
ком съезде. Его публикация совпала с выходом в свет статьи И.И.Соколова о результа-
тах изучения и классификации диалектов приазовских эллинофонов. Часть собранного
материала сотрудники экспедиции намеревались обработать за границей совместно с
учеными Греции, Германии и Франции. С этой целью была создана Постоянная комис-
сия для изучения мариупольских греков (Експедищя 1928, с.258-260). В полной мере
реализовать эти планы не удалось. Остается невыясненным местонахождение неопубли-
кованных полевых материалов этой экспедиции. Мы предположили, что они могут хра-
ниться в личных архивах, и с этой целью предприняли попытку проследить, как сложи-
лась в дальнейшем судьба участников этой исследовательской программы ВУНАС.

Ещё с 1927 г. Д.С.Спиридонов совместно с сотрудниками Мариупольского музея
проводил планомерное и целенаправленное обследование греческих сёл. Интерес ис-
следователя к мариупольским грекам был не случаен: долгое время Д.С.Спиридонов
занимался историей христианства в Крыму и средневековой греческой эпиграфикой
(1909, с. 115-124; 1918, с. 187-233). В греческих селах Донбасса он в основном изучал фоль-
клор и обрядность. Параллельно, как сотрудник Центрмузея Тавриды, исследователь
собирал этнографическую коллекцию для музея в Симферополе. Нам не удалось выя-
вить в описях КРКМ материалов, которые Д.С.Спиридонов мог привезти из Приазо-
вья. Скорее всего, они утеряны во время эвакуации, или не были должным образом
атрибутированы. В настоящее время в КРКМ отсутствует довоенный архив, поэтому
мь: не располагаем сведениями, писал ли Д.С.Спиридонов отчеты о своих мариупольс-
ких командировках, какие именно материалы им были собраны и какова их дальней-
шая судьба. Исследователь был репрессирован в 1937 г.

К.Костан совместно с А.Ковалевским в 1931 г. провела еще одну экспедицию по
исследованию мариупольских греков. В следующем году она издала монографическое
исследование о развитии румейского языка на Украине, народном фольклоре и поэти-
ческом творчестве греков - ее современников (Костан 1932, с. 1-168; Хаджинов 1976, с. 103).
В 1939 г. А.К.Гаргала подверглась репрессиям и погибла. А.П.Ковалевский, вплоть до
закрытия в 1932 г. журнала ВУНАС «Схщний свт>, был членом его редколлегии. Затем
он занимался исследованием арабских источников в Институте востоковедения АН СССР.
Переезд в Ленинград, бесспорно, спас жизнь исследователю, но не избавил от репрессий:
с 1938 по 1943 гг. он находился в ссылке. После войны А. Ковалевский возглавлял кафед-
ру в Харьковском университете, где и преподавал вплоть до своей смерти, последовав-
шей в 1969 г. (Систематичний покажчик 1993, с.146, На честь 1995, с.6).

Другой участник экспедиции ВУНАС 1928 г. - И.И.Соколов - много и плодотвор-
но работал с ВУАН, рецензируя по ее просьбе отечественные и зарубежные византино-
ведческие работы, публикуя свои исследования (Соколов 1919, 1927, ИР ЦНБ.- Ф.Х.-
Д.18156-18163,1866-1871). В 1936 г. вышла его статья «Об определении национальной
принадлежности греков СССР», посвященная проблемам двуязычия мариупольских и
кавказских греков. Последние найденные нами материалы, связанные с именем Соко-
лова, относятся также к 1936 г. В это время он уже переехал на постоянное место жи-
тельства из Ленинграда в Уфу, где начал изучать историю Башкирии. По-видимому,
такая перемена в его жизни была связана с начавшимися гонениями на ученых и интел-
лигенцию (Соколов 1936, РО РНБ.- Ф. 671,- N 281, с.1-6). Сведений о В.Д.Гавриленко,
руководителе экспедиции ВУНАС, нам не удалось обнаружить. Таким образом, пока
поиски экспедиционных материалов остались безрезультатными.

В 1933 г. Всесоюзный комитет нового алфавита при Совете национальностей ЦИК
СССР организовал филологическую экспедицию в Мариупольский округ для разре-
шения вопроса о литературном языке греков СССР и языке печатной продукции, вы-
шедшей в Приазовье на местном диалекте. Населенные пункты, где был проведен сбор
полевого материала, и состав экспедиции нам не известны. Ее материалами воспользо-
вались профессора С.А.Врубель (1936, с.1-40) и М.В.Сергиевский. Последний в 1934 г.
издал работу «Мариупольские греческие говоры». По мнению А. А.Белецкого, это было
первое научное описание румейского языка. В проведенном исследовании М.В.Серги-
евский использовал кроме традиционных рукописных материалов также периодику и
поэтические сборники, издававшиеся в Приазовье на греческом языке (Сергиевский 1934;
Белецкий 1970, с.5-7; Костан 1932, с. 19-22; ЯлИ931, с. 124).

Изначально греческая пресса в Приазовье выходила ориентируясь на новогречес-
кий язык (димотику), а затем - на местные греческие диалекты. Несмотря на несколько
специфические революционно-пропагандистские названия («KoX^iipig'tig», «Moc/itiko<;
KoX/o^viko<;», «МлоХд^Ргкгка терла» и др.), газеты постоянно публиковали народ-
ный фольклор, способствовали росту нового поколения поэтов, писавших на местных
диалектах: Г.Костоправа, А.Шапурмаса. В.Галла, А.Мацука, П.Сараваз и других. Кроме
газет, в 1933-1937 гг. выходили альманахи и поэтические сборники местных поэтов: «Фло-
гоминитрес спитес», «Неотита», и др., переводы русской литературы на румейский язык
(Костан 1932, с. 19-20; Волошко 1965, с.37-47). В 30-х гг. при политотделе Сартанской МТС
был создан греческий фольклорный коллектив. Он завоевал первое место на Всесоюзном
фестивале художественной самодеятельности национальных меньшинств, проводившемся
в 1936 г. в Москве (Хаджинов 1976, с.104). Всё это бесспорно, содействовало развитию и
пропаганде греческой культуры в СССР.

Таким образом, в 20-е и начале 30-х гг. национальная политика проводилась с
учетом этнокультурных особенностей населения, большое внимание уделялось пробле-
мам изучения языка и традиционной культуры «малых» народов СССР и в частности,
мариупольских греков. Однако, в середине 30-х гг. позитивный опыт, накопленный з
сфере межнациональных отношений, был несправедливо осужден. По сути, был демон-
тирован механизм управления национальными отношениями, асам процесс свободно-
го развития национальных культур оказался под вопросом.

1925-1930-е гг. явились пиком исследовательской активности в изучении истории
и культуры приазовских греков. За относительно небольшой срок - девять лет - было
организовано и проведено 12 экспедиций. Основной акцент делался на изучение про-
блем этногенеза, истории революционного движения и языка греков-эллинофонов.
Наряду с этим, проводилась работа по изучению этнической истории (И.И.Соколов,
Д.С.Спиридонов, С.Г.Яли), традиционной культуры (Н.С.Державин, В.И.Шевченко,
А.П.Ковалевский), фольклора греков (Д.С.Спиридонов, К.Костан, И.И.Соколов), сбору
этнографических материалов и формированию музейных фондовых коллекций и экс-
позиций. В Мариуполе впервые за всю историю существования этноса стали издавать-
ся газеты и книги на родном языке греков, были открыты национальные школы, созда-
вались кружки по изучению истории и культуры своего народа, фольклорные коллек-
тивы. В 30-х гг. эта работа была свернута, исследователи подверглись репрессиям, и
многие из собранных материалов сейчас считаются утраченными для науки.

Мы сочли необходимым особо выделить этот небольшой по времени, но чрезвы-
чайно плодотворный период исследования, поскольку в нём сочетаются черты первого
этапа - накопления материала - и начинается переход к его научной критике и анализу,
т.е. к тому уровню исследования, который характеризует послевоенный этап. Репрес-
сии прервали этот процесс, поэтому мы условно назвали второй этап исследования эт-
нической истории и культуры мариупольских греков “переходным” или этапом плано-
мерного изучения этноса сотрудниками различных государственных и общественных
организаций СССР.
1.9. ИСС4Е40В4НИЕ ВОПРОСОВ этнической истории,
ТР4ЛИЦИ0НН0Я КХ/1ЫХРЫ И ЯЗЫК4 ГРЕКОВ

6 40 - РО-Е ГГ. XX 6.

После окончания Великой Отечественной войны к изучению мариупольс-
ких греков первыми обратились филологи - тюркологи и эллинисты. В
1951 г. в сс.Старый Крым, Мангуш, Гранитное, Староигнатьевка, Беше-
во, г.Жданове работала экспедиция кафедры тюркской филологии восточного фа-
культета ЛГУ. В ней принимали участие студенты кафедры Р.Г.Валеева, О.Б.Крестов-
ская, Ф.А.Салимзянова, И.Ф.Шаврина, руководил полевыми исследованиями их пре-
подаватель С.Н.Муратов. Целью этой экспедиции было обследование урумских гово-
ров и сбор фольклорного материала (Муратов 1963, с. 178-191).

Летом 1952 г. состоялось знакомство сотрудников и студентов кафедры общего язы-
кознания и классической филологии КГУ с говорами эллинофонов Северного Приазо-
вья. В следующем году была организована первая диалектологическая экспедиция КГУ
по изучению мариупольских греков. Она проходила под руководством А.А.Белецкого,
при участии аспирантов Г.И.Никулина, Т.Н.Чернышевой и студентов М.А.Серкутиной,
Т.М.Ситник. Ими были обследованы говоры жителей с.Урзуф и Ялты (Чернышева 19606,
с.98). Собранный материал (его обработка продолжалась около пяти лет) превзошёл
все ожидания исследователей. В 1954 г. были опубликованы предварительные итоги
экспедиции, а в 1957-1958 гг. аналитические обзоры лингвистического материала (Чер-
нышева 1954, с.62-65; 1957а, с.234; 1958а, с.130-137; 1958в, с.154-156).

Т.Н.Чернышева обобщила эти исследования в диссертации на соискание звания
кандидата филологических наук, текст которой был полностью опубликован (Черны-
шева 19576, с.1-20; 19586, с.1-80). Эта работа имела огромное значение: в дальнейшем
все исследователи мариупольских греков опирались на выводы Т.Н.Чернышевой и
цитировали изложенную ею историю формирования этноса в Крыму. В середине 50-х
гг. было опубликовано еще одно лингвистическое исследование, посвященное языкам
греков Украины, но оно осталось вне поля зрения филологов и историков (Толстой
1954, с.82-87).

В 1958 г. была организована вторая диалектологическая экспедиция КГУ, участ-
ники которой обследовали греческие говоры с.Чердаклы и Малой Янисоли. Выбор этих
населённых пунктов был неслучаен: согласно классификации профессора Сергиевско-
го говоры их жителей составляют одну диалектную группу. Кроме того, в распоряже-
нии исследователей имелись глоссарий В.И.Григоровича (предполагалось, что он был
собран в с.Малый Янисоль в 1874 г.), а также «Словарь умирающего греческого наре-
чия», составленный Ф.А.Хартахаем, уроженцем с.Чердакли (исследователи познако-
мились с ним в ГПБ им.М.Е.Салтыкова-Щедрина). Т.Н.Чернышева и А.А.Белецкий
особое внимание уделили сбору терминов материальной и духовной культуры, соци-
ально-политической лексики. Для исследователей было интересно проследить развитие
греческого языка в Приазовье, сравнив современную лексику с той, которая была зафик-
сирована почти 100 лет назад А.Хартахаем и В.Григоровичем. «Экспедиционные записи
обнаружили большое сходство лексического фонда этих диалектов: исследователи явно
недооценивали степень устойчивости языка» - так Т.Н.Чернышева подвела итог поле-
вым исследованиям 1958 г. в аннотации к опубликованному ею словарю Ф.А.Хартахая
(Сергиевский 1934,с.533- 534; Чернышева 1959, с.113-124; Бшецький 1959, с.125-127).

Целенаправленно проводя полевое изучение языка греков Приазовья, в 1959 г.
филологи-эллинисты КГУ организовали экспедицию для изучения последнего (по клас-
сификации М.В.Сергиевского), сартано-чермалыкского диалекта. Собраный диалек-
тологический материал стал источником для дипломной работы студентки М.А.Сер-
кутиной, которая сравнила анализ этого говора, сделанный М.В.Сергиевским, с вновь
выявленными полевыми материалами. В дальнейшем она, уже в качестве преподавате-
ля Горловского педагогического института иностранных языков, продолжала работу
по описанию греческих говоров Донбасса (Серкутина 1963, с.104-105). В этой же экспе-
диции принимал участие студент А.Д.Пономарив, ныне профессор КГУ, известный
переводчик новогреческой литературы на русский и украинский языки. В 1968 г. он
опубликовал некоторые наблюдения над особенностями грамматики сартано-черма-
лыкского говора (Пономар1в 1968, с.38-47).

Сартана имела давнюю фольклорную традицию, была родиной многих поэтов и
писателей, творивших на румейском языке, поэтому в ходе полевых исследований был
собран большой материал по устному народному творчеству греков. Его краткий ана-
лиз опубликовала Т.Н.Чернышева (1960, с.97-103). Только пятнадцать лет спустя после
публикации этой работы, украинские филологи-эллинисты вновь обратились к фольк-
лору мариупольских греков: была издана статья об истории изучения народного твор-
чества в Приазовье, которая подвела итог столетней работе ученых и краеведов в этом
направлении (Хаджинов 1976, с.102-105).

Весьма критически отнесясь к выделенным М.В.Сергиевским трем группам гре-
ческих говоров, А.А.Белецкий и Т.Н.Чернышёва после полевого изучения урзуф-ял-
тинского, чердакли-малоянисольского и сартано-чермалыкского диалектов решили
организовать четвертую экспедицию КГУ. Она состоялась летом 1963 г. под руковод-
ством Т.Н.Чернышевой. Студенты-эллинисты КГУ собирали лингвистический мате-
риал в с.Аргин-Каракоба и Стыла. Выбор этих сел был обусловлен необходимостью
уточнить правильность классификации приазовских греческих говоров, предложенной
в 1930 г. И.И.Соколовым и Д.С.Спиридоновым.

Основные итоги экспедиций 1953-1963 гг., анализ развития румейского языка на
Украине были представлены на конференции «Актуальные вопросы современного язы-
кознания и лингвистического наследия Е.Д.Поливанова», проходившей в 1964 г. в г.Са-
марканде (Белецкий 1964; Чернышева 1964, с. 120-125). В 60-е гг. появилась также пуб-
ликация, посвященная творчеству греческих поэтов Украины, многие из которых были
репрессированы в 30-х гг., и статья Г.Я.Велласа, освещающая особенности фонетики
родного языка греков СССР (Волошко 1965, с.37-47; Веллас 1968, с.59-69).

Полевые исследования крымскорумейского языка на этом не были завершены: в
1969 г. силами КГУ была организована экспедиция в с.Константинополь и пгт.Вели-
кую Новоселовку, в 1973 - в с.Бугас и Анадоль, в 1977 г. - в с.Новоянисоль, Ялту (Стяж-
кина 1993, с. 136). К сожалению, из всего полевого материала, собранного сотрудника-
ми КГУ в 50-70-х гг., издана лишь небольшая его часть. Некоторые рукописи, найден-
ные в Приазовье в ходе нолевых изысканий, А.А.Белецкий передавал для публикации
другим исследователям. Так, в 1981 г. вышла в свет статья Е.Э.Гранстрем, посвящен-
ная одному из обнаруженных в этих экспедициях раритетов - сборнику греческих вра-
чевательных молитв (Белецкий 1970, с.5-15; Чернышева 1975, с.51-55; Гранстрем 1981).

Вклад А.А.Белецкого и Т.Н.Чернышевой в историю изучения мариупольских греков
невозможно переоценить: исследователи дали развернутую характеристику греческих диа-
лектов на Украине, обосновали выделение самостоятельного крымскорумейского языка и
определили его место среди других языков мира. На основе русской и украинской график
ими был разработан крымскорумейский фонологический алфавит, что позволило публи-
ковать сборники произведений греческих поэтов и писателей Приазовья. При деятельном
участии учёных в 1963,1969,1973,1979 гг. эти сборники вышли в свет («Калимера...» 1963;
«Кшпмера...» 1969; Бшецький 1973, с.5-15, 145-147; В1д берепв 1979, с.1-120, см. илл. 25).
* * *

В конце 50-х гг. исследования греков Северного Приазовья стали проводить ант-
ропологи и этнографы - сотрудники академических учреждений Украины и СССР. С
целью выяснения антропологического состава современного населения Украины От-
дел этнографии ИИФЭ АН УРСР организовал Украинскую антропологическую экспе-
дицию, работавшую восемь полевых сезонов (1956-1963). В рамках этой программы, в
1958 г. руководитель экспедиции В.Д.Дяченко обследовал две группы мариупольских
греков: эллинофонов, проживавших в г.Жданове (46 человек), и тюркоязычных греков
с.СтарыйКрым (57 человек). Применялась стандартная методика: проводились крани-
ометрические исследования, фиксировалась информация о росте; пигментации волос,
глаз, кожи; третичном волосяном покрове; форме носа, губ, разреза глаз и др. Собран-
ные материалы были проанализированы и отражены в диссертации, а четыре года спу-
стя - в монографии. К сожалению, описанию мариупольских греков уделено всего лишь
несколько страниц (Дяченко 1961; 1965, с. 28,99).

В 1959 г. в Грузинскую ССР и Донецкую область Украины для обследования и
сравнительного изучения живущего там греческого населения был командирован ста-
жер ИЭ АН СССР, антрополог А.Н.Пулякос. В Приазовье им были проведены иссле-
дования двух групп мужчин-греков от 19 до 60 лет (по 100 человек в каждой), жителей
с.Мангуш и с.Ялта. Методы обследования были идентичны тем, что использовал В.Д .Дя-
ченко. Исследователя интересовали вопросы: насколько группы эллинофонов и тюрко-
фонов Приазовья отличаются между собой, прослеживается ли общность антропологи-
ческого типа мариупольских греков с урумами и румеями Кавказа, к какому именно ан-
тропологическому типу они относятся. Свои выводы А.Н.Пулянос изложил в статье,
которая на сегодняшний день является единственным опубликованным специальным
научным исследованием антропологии мариупольских греков (Пулянос I960, с.82-102).

С началом «оттепели», в 60-х гг. в ИИФЭ АН УРСР развернулась работа по со-
ставлению этнической карты Украины. Большой вклад в изучение современного насе-
ления республики внёс В.И.Наулко. В его исследованиях особое место занимают опи-
сания этнической истории, традиционной культуры и социо-демографические характе-
ристики греков Северного Приазовья, сделанные на основе выявленного архивного
материала и собственных полевых наблюдений (Наулко 1963; 1964; 1966).

В 1968-1975 гг. В.И.Наулко было проведено специальное исследование современ-
ной социально-профессиональной структуры этнически смешанных районов, тенден-
ций этнического развития, взаимоотношений между разноэтничными группами насе-
ления. Одним из регионов исследования стало Приазовье. В 1968-1971 гг. были прове-
дены экспедиции в Володарском, Тельмановском, Старомлиновском и Великоновосе-
ловском районах Донецкой области. В процессе полевых исследований традиционной
культуры и быта мариупольских греков В.И.Наулко совместно с своими коллегами
проводил анкетирование населения. При этом использовался опросный лист по изуче-
нию современных этнических процессов в СССР, разработанный в ИЭ СССР и допол-
ненный сотрудниками ИМФЭ УССР. Итогом многолетних исследований стала моно-
графия «Развитие межэтнических связей на Украине», в которой впервые прослежива-
лась этническая история мариупольских греков с момента их переселения на берега
Азовского моря до современности, был дан анализ социально-демографических процес-
сов в их среде, выявлены традиции и инновации в материальной культуре. Издание хоро-
шо иллюстрировано фотографиями из коллекции В.А.Бабенко, Н.И. Редникова, собра-
ний МКМ 20-х гг. (Наулко 1975, с.52-56, 88-90, 96-108, 130,165-172,212-220, 244-252).

В конце 60-х гг. в ИЭ АН СССР была разработана долгосрочная программа этног-
рафического изучения СССР в связи с работой по составлению «Регионального истори-
ко-этнографического атласа Украины, Белоруссии и Молдавии». В процессе подготовки
полевых исследований, сотрудниками ИЭ были составлены бланки для фиксации терми-
нов традиционной культуры и специальные вопросники. В 1969-1973 гг. Ю.В.Иванова и
О.Р.Будина обследовали греческие села Донбасса. Объектами исследования явились не
только первоначально основанные крымскими христианами населенные пункты, но и их
выселки. Внимание уделялось преимущественно материальной культуре: традиционно-
му костюму, хозяйственному быту (Ю.В.Иванова), жилищу (О.Р.Будина). Значительно
менее были исследованы (по крайней мере не нашли отражения в публикациях) вопросы
семейной и календарной обрядности, традиционный быт, фольклор, хотя сотрудники
экспедиции работали с бланками для фиксации этнонимов и экзоэтнонимов, терминов
родства, и вели опрос по этим темам, стали непосредственными участниками греческого
свадебного обряда, храмового праздника «панаир» (Иванова 1971, с. 130-139; Иванова
1976, с.43-56; Будина 1972,- 67 -с.97-104; личные беседы с Ю.В.Ивановой и С.К.Темиром).

В изучении мариупольских греков московским исследователям большую помощь
оказали сотрудники ИМФЭ АН УССР, уже занимавшиеся разработкой этой пробле-
матики (В.И.Наулко и др.), а также местные краеведы. Бессменным участником экспе-
диций ИЭ АН СССР стал С.К.Темир, грек-румей, житель с.Старомлиновка. Еще в на-
чале 60-х гг. он стал собирать материал об истории греков Приазовья и создал первый
в Донбассе Народный музей с.Старомлиновка. С.К.Темир написал статью об истории
села, которая была опубликована в одном из томов справочника «История городов и
сел», ряд обзорных работ о хозяйственном быте и особенностях традиционной культу-
ры мариупольских греков, используя при этом материалы совместных полевых иссле-
дований с сотрудниками ИЭ АН СССР и собственные наблюдения. В настоящее время
С.К.Темир продолжает, несмотря на преклонный возраст, возглавлять музей села, ак-
тивно помогает молодым исследователям мариупольских греков, занимается ономас-
тикой (Темир 1976, с.198; 1992, с.105-111; 1993, с.95-103).

Возвращаясь к теме музеев, необходимо отметить, что после закрытия в 30-х гг.
Греческого отдела МКМ, большинство материала мертвым грузом осело в фондах.
Архив Греческого суда в 1937 г. практически полностью был передан в Сталинский
областной исторический архив. Во время Великой Отечественной войны часть экспо-
натов музея и почти весь архив Греческого суда в Мариуполе и в Сталине (Донецке)
погибли или были утеряны при эвакуации (ГАДО.-Ф.Р-678.- Оп.1.-Д.35.- Л.24об.). Из-
за отсутствия документов в 1948 г. во время новой описи фондовых коллекций Мариу-
польского музея многие предметы не были должным образом атрибутированы. Работа
по выявлению новых материалов также практически не велась. В новой экспозиции
музея истории основания греческих поселений в Северном Приазовье был отведен лишь
один стенд. В связи с «укрупнением» областных музеев, Ждановский (Мариупольский)
музей в 1956-1957 гг. передал в Сталинский (Донецкий) несколько тысяч единиц хране-
ния. В основном это собрания по мариупольским грекам 1920-х гг. (МКМ.- Фонды.
КП-1948 г.). Таким образом, в фонды ДОКМ попала значительная часть тканей, вы-
шивок, одежды, церковная утварь, другие экспонаты (ДОКМ,- Фонды. КП 1958 г.).

В 70-х гг. вновь активизировалась работа исследователей языка мариупольских
греков. В Москве, под руководством известного филолога-эллиниста О.С.Широкова,
начала описывать говор греков с.Красная Поляна его уроженка Е.Ф.Папуш (Журавле-
ва). Особенности этого говора крымскорумейского языка исследователь отразила в
многочисленных публикациях (Папуш-Журавлева 1975; 1977; Журавлева 1979а; 19796;
1980а; 19806; 1980в; 1981а; 19816, 1982а; 19826). В 1982 г. она защитила кандидатскую
диссертацию по теме исследования и стала преподавать в Бердянском педагогическом
институте, где вскоре организовала курсы по изучению новогреческого языка.
В Институте языкознания АН УССР исследованием урумских говоров Северного
Приазовья начал заниматься А.Н.Гаркавец. В конце 70~х - начале 80-х гг. он неоднократ-
но совершал поездки по греческим селам Донецкой области, где по специальным мето-
дикам собирал лексический фонд языка, записывал на аудиокассеты современный говор
греков-тюркофонов, выявлял рукописные сборники. Наряду с проведением полевых ис-
следований, А.Н. Гаркавец занимался архивно-библиографическими изысканиями. В
архивах Киева, Львова, других городов он знакомился не только с памятниками урумс-
кой письменности, но и текстами, написанными на армяно-кыпчакском языке. Анализи-
руя лингвистические особенности армяно-кыпчакского и урумского языков, автор уде-
лил большое внимание исследованию фольклорной традиции мариупольских тюркофо-
нов (Гаркавец 1974; 1980; 1981; 1986а; 1987; Гаркавець 1981; 1983; 1985; 19866; 1986в; 1993;
Оглух 1980). Результатом многолетних исследований А.Н.Гаркавца стали докторская
диссертация, написанная на ее основе монография и ряд статей (Гаркавец 1988; 1993).

В 1979 г. в ИЭ АН СССР были подготовлены два сборника научных статей по
проблемам этнической истории и культуры юга Украины, подытожившие многолет-
ние полевые исследования, В сборнике, посвященном культурно-бытовым процессам в
Северном Причерноморье, были отражены история заселения Южной Украины, осо-
бенности формирования хозяйственного комплекса многонационального района При-
азовья, некоторые проблемы традиционной культуры: жилище, свадебная обрядность,
топонимика. Авторами двух последних работ были местные краеведы: уже упоминав-
шийся выше С.К.Темир и О.Ксенофонтова-Петренко, жительница с.Сартана, поэтес-
са, собиратель фольклора мариупольских греков (Иванова 1979, с.3-12, 74-92; Будина
1979 а, с.92-126; Темир 1979, с. 185-190; Ксенофонтова-Петренко 1979, с. 173-185), Это
издание получило высокую оценку Е.И. Дружининой (1981, с. 169-170). Второй сборник
всецело был посвящен проблемам материальной культуры: жилищу албанцев, болгар
и греков южной Украины. Особенности жилища мариупольских греков в сравнении с
другими группами населения Приазовья, рассмотрела О.Р.Будина (1979, с.83-129).

Два года спустя, в НТЕ была опубликована работа А.Х. Узуна, также посвящен-
ная жилищу греков Приазовья. Исследователь поставил задачу проследить эволюцию
интерьера на протяжении двух столетий. С этой целью была разработана специальная
анкета. Она заполнялась в с.Великой Новоселке, Красной Поляне, Куйбышево, Ста-
ромлиновке, Старом Крыму, Приморском, Анадоли, Комаре, Богатыре и Стыле. Для
обработки материала автор применил метод картографирования особенностей мате-
риальной культуры, широко использовал архивно-библиографические материалы (Узун
1981, с.76-81).

С середины 80-х гг. в СССР начали происходить значительные перемены в обще-
ственно-политической жизни. Следствием этого явился заметный рост национального
самосознания, интереса к своей истории и культуре. Не стали исключением и мариу-
польские греки. Первым проявлением повышенного внимания государства к развитию
национальных культур явилось издание поэтических сборников и переводов произве-
дений русской и украинской литератур на крымскорумейский язык, десятилетиями ле-
жавших в издательствах («Слово...» 1987; Шапурмас 1986; Кирьяков 1988, илл. 25).

Преподавателем средней музыкальной школы г.Жданова А.Ашла в 1985 г. была
организована фольклорная экспедиция, в которой принимали участие сотрудники Эс-
тонского радио и телевидения. Они собрали в греческих селах Приазовья песни и танце-
вальные мелодии в оригинальном исполнении. Итогом проделанной работы стали две
пластинки, выпущенные ВСГ «Мелодия». Музыкальный фольклор греков Приазовья
также бережно собирал и популяризировал фольклорный коллектив с.Сартаны, создан-
ный Г.И.Шехали, М.Г.Гайтан, Э.В.Хаджиновым (Ашла 1983).
Значительно активизировалась работа местных краеведов: в 1988 г. из секции при
клубе книголюбов «Азовье» ДК «Азовсталь» г.Жданова возникло Культурно-просвети-
тельское объединение греков Приазовья им. Ф.А.Хартахая. Основной его целью являет-
ся изучение истории, культуры приазовских греков и реабилитация имен деятелей науки
и культуры, репрессированных в 30-х гг. (Буров 1993, с. 146). В том же году в Сартане
состоялся первый фольклорно-этнографический фестиваль греков Приазовья «Мега
юрты» (илл. 24). Продолжая традицию издания альманахов на крымскорумейском язы-
ке, прерванную в 30-е гг., в 1989 г. под общей редакцией Л.Н.Кирьякова вышел сборник
«Пирнешу астру». В нем были опубликованы поэтические произведения, проза, переводы
с русского, украинского языков, детский фольклор, тексты наиболее популярных песен
(«Пирнешу астру» 1989). В дальнейшем выход сборника стал регулярным.

В греческих селах Донбасса вновь начали проводить собирательскую и исследо-
вательскую работу сотрудники МКМ. В связи с открытием этнографического филиала
в бывшем доме-музее А.А.Жданова был разработан план экспозиции, началась актив-
ная фондовая работа по выявлению и атрибуции этнографических материалов, до это-
го времени не востребованных. В этот период исследование мариупольских греков про-
должила Ю.В.Иванова. В 1989 г. она организовала экспедицию с целью антропологи-
ческого исследования потомков крымских христиан. Сотрудники Института этноло-
гии и антропологии РАН провели серию краниометрических исследований, собрали
банк фотографий фенотипов, изучали группы крови и дерматоглифику. 3 результате
полевых исследований получен большой материал, но он еще не опубликован (из лич-
ной беседы с Ю.В.Ивановой).

Академические учреждения также стали уделять большее внимание этническим
проблемам. Институт истории АН СССР издал коллективную монографию, освещаю-
щую историю Крыма с древнейших времен и до современности, в которой особое мес-
то было отведено исследованию причин переселения греков в Приазовье, однако это
исследование страдало рядом неточностей и было подвергнуто серьёзной критике
(«Крым: прошлое..» 1988). Институт славяноведения и балканистики в 1989 г. выпус-
тил в свет отдельный том «Балканских исследований», посвященный проблемам фор-
мирования и культуры греческих общин в Российской империи. Определенным собы-
тием в истории изучения греков Северного Приазовья стало издание статьи Ю.В.Ива-
новой во всемирно известном сборнике «Расы и народы». В ней автор обобщила неко-
торые итоги исследования традиционной культуры греков СССР сотрудниками ИЭ АН
СССР (1988, с.206-221).

В связи с новой «оттепелью» перестали быть запретными ряд тем в истории Кры-
ма: вновь активно начала разрабатываться готская проблема, вопросы этнической ис-
тории и культуры депортированных из Крыма в 1944 г. армян, болгар, греков, крымс-
ких татар. Одними из первых исследования в этом направлении стали проводить со-
трудники кафедры истории древнего мира и средних веков (КИДМСВ) СГУ С. А.Секи-
ринский и А.Г.Герцен. На базе КИДМСВ в 1989 г. была создана Проблемная научно-
исследовательская лаборатория (ПНИЛ) по изучению этнической истории и культур-
ного наследия народов Крыма. Одним из основных направлений ее работы стало изу-
чение вопросов этногенеза позднесредневекового христианского населения Крыма -
предков мариупольских греков. Уже в 1990 г. был издан первый сборник трудов со-
трудников лаборатории, в котором освещались проблемы этнической истории Таври-
ки византийского периода (Айбабин 1990, с.4-88; Герцен 1990, с.89-120).

Весьма примечательным в истории изучения мариупольских греков стал 1991 г..
Республиканское общество греков Украины 9-10 февраля в г.Донецке организовало
научно-практическую конференцию «Греки Украины: поиск и формирование нацио-
нальной культуры». Ученые и краеведы, участвовавшие в конференции, рассмотрели
проблемы формирования этнических групп греков в Украине, их историю (Кузьмин-
ков 1991, с.43-54; Овечкин 1991, с.66-73; Терентьева 1991, с.73-80; Никольский 1991, с.114-
118; Наседкина 1991, с. 118-128), сложившуюся в среде греков Приазовья и Кавказа язы-
ковую ситуацию (Царенко 1991, с.128-136; Корелов 1991, с.136-147; Киор 1991, с.147-
151), традиционную культуру, фольклор (Хорош 1991, с.155-158; Токий 1991, с. 158-173;
Иванова 1991, сЛ 73-181; Пономарева 1991, с. 181-185).

В связи с необходимостью обобщить накопленный за четыре десятилетия факти-
ческий материал, определить степень изученности различных проблем и отметить «бе-
лые пятна», 23-28 сентября 1991 г. в Симферополе сотрудники КИДМСВ и ПНИЛ СГУ
провели научную конференцию «Проблемы истории Крыма». Значительная часть выс-
туплений ее участников посвящалась крымским христианам, этнической, языковой,
политической и социально-экономической ситуации на полуострове в средние века
(«Проблемы истории..» 1991а, с.3-4; 8-9; 33-34; 65-70; 77-78; 81-82; 105-106; 19916, с.24-
26; 28-30; 37-39; 44-46; 52-54). Некоторые сообщения были полностью опубликованы в
третьем выпуске МАИЭТ в 1993 г. (с.206-286). В пленарном докладе, сделанном на кон-
ференции, отмечалось: «назрела необходимость провести сравнительные исследования
памятников христианского населения позднесредневекового Крыма и греков При-
азовья» (Айбабин и др. 1993, с. 216).

В том же 1991 г. в Москве проходил XVIII Конгресс византинистов. К его откры-
тию академические учреждения СССР, некоторые музеи, заповедники и ВУЗы издали
сборники по проблемам средневековой истории, политической, культурной жизни и
этнической ситуации в провинции Византийской империи Таврике, это также способ-
ствовало активизации исследований этнической истории и культуры предков мариу-
польских греков (Византийская Таврика 1991; Византийский Херсон 1991; Богданова
1991а, Богданова 19916).

В 1992 г. в Донецке прошла очередная научно-практическая конференция Респуб-
ликанского общества греков Украины «Греко-русско-украинское единство». Непосред-
ственно этнической истории и культуре греков были по священны доклады М.А. Арад-
жиони (1993, с.61-75), Н.Д.Халангот (1993, с.87-95), С.К.Темира (1993, с.95-103), Т.Кри-
воротько (1993, с.118-123), Н.Н.Токий (1993, с. 220-227). Сообщение С.К.Темира с тем
же названием было переопубликовано в первом выпуске сборника ДОКМ (Темир 1992а).
В этом же издании были помещены статьи об истории заселения греками Приазовья
(Петренко 1992, с.20-22); жизни и деятельности художника А.И.Куинджи (Саенко 1992,
с.79-81; Буров 1992, с.81-83).

Исследования греков Северного Приазовья в этот период проходили не только
в Крыму и Донбассе. В 1992 г. проблемы их этнической истории и культуры стали раз-
рабатывать сотрудники ИИФЭ и Института истории Украины АН Украины А.В.Вла-
сов и Л.Д. Наседкина (Якубова). Особый раздел под названием «Мариупольские гре-
ки» был отведен в исследовании истории юго-восточной Украины, написанном препо-
давателем Львовского университета П.И.Лавровым (Лавров 1992, с.87-92). В г.Запоро-
жье 6-8 октября 1992 г. состоялась Всеукраинская юбилейная конференция, посвящен-
ная 145-летию со дня рождения Я.П.Новицкого. Её организаторами выступили ИИФЭ
АНУ и Запорожский областной музей народного творчества и этнографии. В предло-
женных докладах Ю.О.Смолий (1992, с.9-10), К.Д.Бакурова (1992, с.39-40), С.П.Шев-
чук (1992, с.45-46) рассматривались источники по истории изучения греков Приазовья.

Значительно расширились исследования истории и материальной культуры наро-
дов, живших в средневековом Крыму. Итогом полевых и архивы о-библиографических
изысканий сотрудников БГИКЗ, СГУ (КИДМСВ и ПНИЛ) стали сборники «Пробле-
мы истории «пещерных городов» Крыма» и второй выпуск МАИЭТ. Для исследовате-
лей приазовских греков могут быть интересны статьи о культовых сооружениях и кре-
постях крымских христиан Ю.С.Воронина и В.Н.Даниленко (1992, с.169-182), А.Г.Гер-
цена и Ю.М.Могаричев а (1992, с.119-122); об их погребальной обрядности (Айбабин
1992, с.43-52). В работах С.А.Секиринского (1992, с.140-150) и В.А.Сидоренко (1992,
с. 105-119) рассматриваются особенности хозяйственного быта населения Крыма в XVIII в.
и анализируются письменные источники, используемые исследователями при изучении
ранних этапов этногенеза крымских христиан. В июле 1992 г. в г.Симферополе было
создано Крымское отделение института востоковедения АН Украины. Отдел этнокуль-
турных исследований института продолжил разработку проблем этнической истории и
культуры мариупольских греков, проводившуюся в СГУ (Величко 1993).

С увеличением объема проводимых исследований, значительно возросло количе-
ство новой информации, возникла необходимость организации регулярных конферен-
ций для обмена мнениями и координации усилий ученых. В этом отношении 1993 г.
стал рекордным: в период с мая по октябрь было проведено четыре конференции, по-
священные истории и культуре греческих общин на Украине. Первая из них - «Донбасс
и Приазовье: Проблемы социального, национального и духовного развития» - состоя-
лась 26-27 мая в г.Мариуполе на базе только что созданного Мариупольского гумани-
тарного колледжа при ДонГУ (ныне институт). Проблемам этногенеза и этнической
истории мариупольских греков были посвящены доклады Т.И.Сороки и И.С.Понома-
ревой, В.И.Киора, М.А.Араджиони, В.П.Капелюшного, Н.Р.Темирсвой, Р.П.Божко,
Р.И.Саенко, П.Г.Усенко, Г.Р.Чупилко, О. Л. Леонова, Б.В.Чирко; языковым особеннос-
тям - О.Д.Пономарива, Е.С.Отииа, В.А.Довбыш; развитию традиционной культуры -
Н.Н.Пономаренко, О.Б.Моруженко, проблемам национального и духовного возрож-
дения - Ю.Д.Пряхина, Н.А.Терентьевой, Е.В.Стяжкиной, С.Д.Бурова и И.А.Налчад-
жи, Е.Новаченко (Программа ДППСНДР 1993, с. 1-24).

21-27 июля в г. Ялте в рамках проходившего фестиваля греческой культуры состо-
ялась конференция по проблемам истории и культуры греков Крыма. Выступившие на
ней А.Г.Герцен, Ю.М.Могаричев, М.А.Араджиони затронули проблемы этногенеза и
крымского периода истории мариупольских греков, их этнонимии.

В связи с созданием в Институте истории Украины АН Украины Отдела истории
украино-греческих взаимоотношений, 29-30 сентября в Киеве была организована кон-
ференция «Украина-Греция: история и современность». Из более чем 80 заслушанных
на конференции докладов, освещающих этническую историю и культуру греческих об-
щин с античного времени до современности, 15 было посвящено мариупольским гре-
кам. Участники конференции ввели в научный оборот новые документы (Е.К.Черяу-
хин, Р. И.Саенко), подробно остановились на историографии некоторых проблем эт-
нической истории (А.В.Ясь, А.А.Непомнящий), изложили результаты исследований
вопросов развития традиционной культуры, языка, социально-экономического поло-
жения греков Приазовья (М.А.Араджиони, О.Б.Моруженко, И.С.Пономарева и Т.Ц.-
Сорока, Н.А.Терентьева и др.) (Программа УГ1С 1993, с.1-12).

Последней по счету в 1993 г. проходила конференция в Симферополе (4-8 октября)
- «Проблемы истории и культуры этнических групп греков в Северном Причерноморье
в средневековье и новое время». Ее организаторами выступили КОИВ, БГИКЗ, СГУ.
Доклады участников конференции были посвящены крымским христианам (А.Г.Гер-
цен, Ю.М.Могаричев, В.А.Сидоренко, М.Б. Кизилов, А.В.Мальгин, Т.В.Бондарева,
Е.В.Бахревский), этнической истории и развитию их традиционной культуры в Приазо-
вье (Ю.В.Иванова, Л.А.Лыганова, А.П.Коссе, В.И.Киор, И.С. Пономарева, П.Г.Усенко,
Р.П.Божко), языковым проблемам (С.А.Лазариди, Е.Ф.Журавлева, Н.Х.Керасиди)
(Программа конференции 1993, с. 1-11). К конференции Ы ИКЗ издал сборник научных
статей «Проблемы истории и археологии Юго-Западного Крыма». Помещенные в сбор-
нике работы М.А.Араджиони, А.В.Белого, О.Б.Белого, И.И.Лободы, В.Н.Даниленко,
А.Г.Герцена, Е. И. Лазаренко отражают разработку проблем этногенеза крымских хри-
стиан, истории христианства на полуострове и влияние византийской культуры, погре-
бально-поминальной обрядности предков мариупольских греков.

При финансовой поддержке Госкомитета по делам национальностей и депорти-
рованных граждан АРК и в соответствии с планом работы отдела этнокультурных ис-
следований КО ИВ НАН Украины с 30 июня по 25 июля 1993 г. организовало Первую,
с 31 июля по 27 августа 1994 г. - Вторую, а с 5 по 28 июля 1995 г. - Третью Приазовские
фольклорно-этнографические экспедиции (ПФЭЭ, руководитель - М.А.Араджиони).
Целью экспедиций являлось исследование традиционной культуры, фольклора и язы-
ка мариупольских греков - потомков старожильческого греческого населения Крыма.
Эта экспедиция явилась логическим продолжением комплексного этнографического и
лингвистического изучения мариупольских греков, начатого в 1927-1930 гг. сотрудни-
ками ВУНАС. Объектом исследования стали 22 населённых пункта: в 1993 г. были об-
следованы греческие села Старобешевского и Тельмановского, в 1994 г. - Великоново-
селковского, в 1995 г. - Першотравневого и Володарского районов Донецкой области,
а также пос.Старый Крым, Сартана и г.Мариуполь.

Опрос населения проводился по темам: традиционное жилище, одежда, пища, зем-
леделие и овцеводство, прядение и ткачество, ремесло, семейная обрядность, праздни-
ки календарного цикла, религия, демонология, народная медицина, семейный быт, об-
щинное устройство, взаимоотношения с представителями других национальностей,
ономастика (микротопонимы, антропонимия, прозвища). В работе были использова-
ны самостоятельно составленные вопросники и бланки для фиксации терминов, разра-
ботанные в КОИВ НАНУ. Применялись также терминологические бланки по строи-
тельной технике и терминам родства, рекомендованные ИЭ РАН. Сбор лингвистичес-
кого материала (лексики) проводился по методике М.Сводеша. Всего было опрошено
около 1400 информаторов. В экспедициях записано 14 часов танцевальных мелодий,
песен, частушек, легенд, сказок, молитв, заговоров, сделано более 1500 фотоснимков.
С помощью Донецкого телевидения сотрудниками экспедиции был создан научно-по-
пулярный видеофильм о традиционном греческом храмовом празднике «панаир». Со-
браны три коллекции предметов материальной культуры, которые были переданы в
БГИКЗ и в Крымский этнографический музей (Архив КОИВ НАН.- Ф. ПФЭЭ,- Д.1; 21).

Кроме ПФЭЭ, с 1 по 25 июля 1994 г. КОИВ НАН организовало Крымскую комп-
лексную археолого-этнографо-эпиграфическую экспедицию (ККАЭЭЭ, руководитель
- М.А.Араджиони). Задачами экспедиции являлись: 1)выявление и комплексное иссле-
дование христианских и мусульманских некрополей позднесредневекового и нового
времени в селах Юго-Западного Крыма, где некогда жили крымские греки; 2)исследс-
ванне старой застройки сел, традиционных жилищ, культовой архитектуры, фонтанов
и родников; 3)фиксация, прочтение, научное изучение и классификация эпиграфичес-
ких материалов на новогреческом, арабском, турецком и крымскотатарском языках;
4)этнографическое и социологическое обследование современного населения Бахчиса-
райского района, главным образом вернувшихся из мест депортации греков и крымс-
ких татар - старожилов этих деревень.

В составе экспедиции работали 21 человек: сотрудники КОИВ, БГИКЗ, ДОКМ,
преподаватели и студенты СГУ, Международного Таврического эколого-политологи-
ческого университета и Донецкого открытого университета. Созданная в экспедиции
этнографическая группа провела обследование местного населения по методикам, ап-
робированным в Приазовье. На христианском и мусульманском некрополях с.Высо-
кое (потомки выходцев из этого села живут сейчас в с.Старомлиновка Донецкой обла-
сти) были проведены работы по расчистке надгробных памятников (ориентировочно
XVI-XX вв.) и их описанию, наблюдения над особенностями погребально-поминаль-
ной обрядности предков мариупольских греков, типов и форм их надгробных сооруже-
ний, проведено сравнение с аналогичными памятниками крымских татар и «балаклав-
ских греков» (Архив КОИВ НАН,- Ф. ККАЭЭЭ.- Д.1, с.1-120).

* * *

Таким образом, в 1940-1990-е гг. исследования этнической истории и культуры
мариупольских греков проводились специалистами-историками (археологами, антро-
пологами, этнографами) и лингвистами - сотрудниками академических институтов,
ВУЗов, учреждений культуры. Большой вклад в изучение мариупольских греков вне-
сли приазовские краеведы: А.А.Ашла, И.Г.Джуха, Ф.И.Оглух, С.К.Темир, Н.А.Хорощ,
О.Ксенофонтова-Петренко и другие.

Так как материалы экспедиций 20-х гг. считаются утраченными, исследователям
пришлось начинать работу по сбору сведений заново. Лингвисты-эллинисты и фольк-
лористы исследовали крымскорумейские диалекты в 50-60-е и 80-е гг., тюркологи об-
ратились к языку урумов лишь в конце 70-х - начале 80-х гг. Антропологи, сотрудники
ИИФЭ АН УССР и ИЭ АН СССР, работали в Приазовье в-1958-1959 и 1989 гг. Мате-
риалы последней экспедиции не опубликованы. Археологами собран и проанализиро-
ван огромный материал, издано .уже более сотни работ по проблемам ранних этапов
этногенеза крымских христиан, однако они практически не востребованы этнографа-
ми. Полевое изучение особенностей традиционной культуры греков Донбасса прово-
дилось в течение всего периода: в 60-е гг. - сотрудниками ИИФЭ, в 70-е гг. - сотрудни-
ками ИЭ АН СССР, в 90.-е гг.- сотрудниками ДОКМ, ИИФЭ, КОИВ, МКМ. Опубли-
кована лишь малая часть собранного материала.	 -

Хронологически в рассматриваемом периоде, на наш взгляд, можно выделить два
пика наибольшей исследовательской активности; 1958-1965 и с 1985 по настоящее вре-
мя. Очевидно, что они обусловлены переменами в политической и социальной облас-
ти, образно названными «оттепелью». Особенно интенсивно изучение греков Северно-
го Приазовья начало осуществляться с 1989 г. Оно может сравниться лишь с исследова-
тельской активностью 20-30-х гг.- Однако, если в 20-е гг. было проведено больше поле-
вых исследований, что было обусловлено слабостью Источниковой базы, то 90-е гг.
стали рекордными по числу публикаций и проведенных конференций: назрела необхо-
димость анализа и обобщения материала, обмена мнениями и информацией.
М4В4 2. ИСТ0РИ0ГР4ФИЯ ЛРОБ/1ЕЛ
ЭТНИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ /♦МРИКПОИЬСКИХ
ГРЕКОВ

2.1. КРЬИСКИЯ ПЕРИОД ЭТНИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ.

Рассматривая историографию крымского периода этнической истории ма-
риупольских греков, мы выявили ряд вопросов, вызвавших наибольший
интерес исследователей: 1)является это население для Крыма автохтонным
или пришлым (в связи с этим рассматривались проблемы или этногенетического суб-
страта или история переселения греков на полуостров, этапы этногенеза и источники
его изучения); 2)происхождение двуязычия в среде мариупольских греков (его решение
тесно увязывалось с исследованием первого вопроса); 3)правовое и социальное поло-
жения христиан в Крымском ханстве; 4)взаимоотношения с представителями других
национальностей и конфессий, в частности, освещались процессы этнической ассими-
ляции и межэтнической интеграции.

Поскольку ранее языковая принадлежность считалась основным этнодифферен-
цирующим признаком, существование в среде мариупольских греков тюрко- и грекоя-
зычной групп заставило ряд исследователей усомниться в общности их происхождения
(Браун 1891, с.78-81; Данильченко 1993, с.52-53; Пономарьов 1994, с.191-192, и др.).
Греков (чаще всего румеев) рассматривали как прямых потомков древних эллинов, пе-
реселившихся на полуостров в VI-V вв. до н.э., причем это предположение воспринима-
лось как аксиома, какой-либо серьезной аргументации не приводилось (Гавриил 1844,
с.202; Титов 1849, с.134-135; Хартахай 1867, с.2-7; Кондараки 1875, с.92-105; Ял! 1928,
с.58; Шевченко 1930; Архив ИИМК.- Ф.1 (1889).- Д.87, илл. 10).

Сторонники этой версии считали крымских христиан автохтонным или наиболее
древним населением полуострова, так как жившие здесь киммерийцы, тавры, скифы,
по мнению исследователей, были ассимилированы древними эллинами. В литературе
этого направления нередки такие определения: «греки скифского происхождения», т.е.
мариупольские греки воспринимались как единственный сохранившийся до наших дней
этнос из всех древних народов, населявших некогда Гаврику (Родионов 1872, с. 108).

Впервые эта концепция этногенеза была подвергнута критике исследователями,
работавшими в 1920-е гг. (Костан 1932, с. 12; Соколов 1936, с.68-71). Она не нашла под-
держки у лингвистов, которые склонны считать реликты древнегреческого языка в го-
ворах приазовских румеев следствием консервации, островного развития языка, а «пра-
языком» крымских переселенцев называют среднегреческий язык, сложившийся в ви-
зантийскую эпоху (Чернышева 19586, с.3-15).

К существованию культурной преемственности между позднеантичным и раннес-
редневековым населением Таврики весьма скептически относятся археологи (Якобсон
1970; 1973; Ушаков 1993, с.126-127; Масленников 1990, с.270-280; 1994, с.40-41; Зубарь
1987, с.78-102; Корпусова 1983, с. 176-182). Историки, изучающие нарративные источ-
ники утверждают, что византийские авторы описывали христианское население полу-
острова как автохтонное, состоящее из осколков многих варварских (не греческих) пле-
мен в разное время христианизированных и подвергшихся грециизации (Tomaschek 1881;
Васильев 1921; 1927; 1936; Сидоренко 1991, с.105-117; Герцен 1993, с.45-62). В настоя-
щее время версия, что древние эллины - прямые предки мариупольских греков вновь
реанимирована (Моруженко 1993, с.93;Пономарева 1993, с. 116; Потехин 1994, с.5), хотя
она не подтверждается исследованиями, проводившимися специалистами-историками
и лингвистами.

Существуют и иные предположения о появлении греков на полуострове: в их
основе лежит тезис о переселении в Крым групп христианского населения из райо-
нов Малой Азии, Балкан, материковой и островной Греции в VI-XVIII вв. Начиная
с византиноведа В.Г.Васильевского (1878; 1912), исследователи средневекового Кры-
ма и истории христианства Ю.А.Кулаковский (1914, с.75), С.П.Шестаков (1908, с.38-
39), А.А.Васильев (1927, с.200-201), А.Л.Якобсон (1959, с.44-45; 1964, с.32-33; 49-52),
т Е.В.Веймарн (1976, с.31-33), О.И.Домбровский (1966, с.14), И.А.Баранов (1974, с.154-
I	156) считали, что основной приток грекоязычного населения на полуостров был связан

с монашеской иммиграцией иконопочитателей из Византийской империи, происходив 

I шей в VIII-IX вв.

;	Эта точка зрения долгое время доминировала в крымоведческой литературе и

нашла отражение в работах многих современных исследователей этнической истории
мариупольских греков (Соколов 1932; Чернышева 19586; Джуха 1993). В связи с введе-
нием в научный оборот новых археологических данных А.Г.Герцен и Ю.М.Могаричев
усомнились в справедливости предположения В.Г.Васильевского. Проанализировав
широкий круг источников (как нарративных, так и вещественных), авторы доказали
несостоятельность утверждения о массовой иммиграции иконопочитателей в Таврику,
что ставит под сомнение основанные на нем версии этногенеза грекоязычной части
крымских христиан (Герцен 1990, с.7-9; Герцен 1992, с.180-190).

И.Джуха, соглашаясь с мнением В.Г.Васильевского, отмечает существование мощ-
ного притока греков из Малой Азии также в ХШ в., а затем постоянное пополнение
христианского населения полуострова за счет новых мигрантов из Османской импе-
рии. К сожалению, автор не ссылается на источник информации (Джуха 1993, с. 18-19,
28-29). Нам представляется, что к этим выводам И.Г.Джуха пришел под влиянием ис-
следований В.Д.Смирнова и Т.Н.Чернышевой.

Лингвисты-эллинисты считают, что основой формирования диалектов крымско-
румейского языка являлся среднегреческий язык, сложившийся в Византийскую эпоху
(Чернышева 19586, с.3-5). Однако, по вопросу, когда возникла разница в румейских
говорах, была она принесена извне, или сформировалась в процессе развития языка в
средневековом Крыму, мнения разделились. П.Кречмер предполагал, что предки совре-
менных мариупольских румеев некогда переселились на полуостров из северогреческих
островов или даже северной части материковой Греции (Kretschmer 1905, с. 18,41).

Д.С.Спиридонов, в целом присоединяясь к мнению П.Кречмера, считал, что раз-
ница в говорах румеев была присуща уже их предкам, переселившимся из метрополии в
Крым. Ом обозначил границы пяти румейских диалектов на карте Крыма, и проанали-
зировав результаты картографирования и данные письменных источников, предполо-
жил, что колонизация греками Крыма шла двумя путями: с Балканского полуострова,
Босфора в Ялту, а также из Малой Азии и Трапезунда через Синоп в Сугдею (Сшрщонов
1930, с.176-177). Т.Н.Чернышева заметила, что если переселение греков - носителей се-
верогреческих диалектов имело место, то не ранее XIII-XIV вв., когда эти диалекты
уже приобрели свои отличительные особенности. Другие исследователи связывали воз-
никновение приазовских греческих говоров с незначительной «подпиткой» местных
крымских румеев эмигрантами из Греческого Архипелага (в частности с о.Крит), Пе-
лопоннеса, Малой Азии и областей Понта, которые являлись носителями различных
греческих диалектов. Причем, наиболее мощное воздействие говоры крымских хрис-
тиан испытали со стороны понтийского греческого диалекта, однако он не изменил их
основу (Григорович 1874, с.6-14; Соколов 1930, с.52; Сергиевский 1934, с.549, 586; Чер-
нышева 19586, с. 37, 39,42).

Еще более дискуссионным является вопрос о формировании тюркоязычной груп-
пы приазовских греков. Так, например, известный российский востоковед В.Д.Смир-
нов, опубликовавший в 1887 г. исследование о политической истории Крымского хан-
ства, подробно изложил сообщения арабских источников об эмиграции сельджуков из
Малой Азии вначале в Добруджу, а затем во второй половине ХШ в. в Крым, в район
Солхата и Сугдеи (Смирнов 1887, с.6-18). Часть этого тюркоязычного населения при-
няла христианство: одна группа осталась в Добрудже (Ф.Брун считал их предками га-
гаузов), другая переселилась на полуостров. Ее пребывание в Крыму В.Д .Смирнов про-
иллюстрировал материалами из Сугдейского синаксаря (Антонин 1866). Исследователь
считал, что тюркоязычные сельджуки, исповедовавшие ислам, участвовали в этногене-
зе южнобережной группы крымских татар, а принявшие православие - в этногенезе
позднесредневековых тюркоязычных крымских христиан (вероятно урумов и тюркоя-
зычных армян) (Смирнов 1887, с.6, 33-36).

Несмотря на обширную историографию, вопрос о происхождении тюркоязычной
группы мариупольских греков до сих пор остаётся открытым. Предками урумов считали:

1)	алан (Григорович 1874, с.6);

2)	готов (Браун 1891, с.78);

3)	смешанное гото-аланское население Таврики (Тимошевский 1892, с.3-15;
ЦГАВОВУ.- Ф.413.- Оп.1.- Д. 100, л.87; Маркевич 1910, с.516, см. илл. 10);

4)	конгломерат автохтонных и пришлых племен, подвергшихся в Крыму византи-
низации (Бертье-Делагард 1920, с.4-12; Якобсон 1970, с.182-194; 1973, с.138;
Айбабин и др. 1993, с.216; Айбабин 1994, с.4; Сидоренко 1987, с.135; 1991, с. 105-
107,114-117; Араджиони 19936; 1994);

5)	грекоязычных христиан, переселившихся в Крым из Малой Азии, и ассимили-
рованных в языковом отношении татарами или еще ранее турками (Сорока 1993,
с.122; Киор 1993, с.112-113);

6)	этнических тюрок: крымских татар и турок, принявших христианство (Смир-
нов 1887, с.33-36; Данильченко 1993, с.52-53; Корелов 1990, с.133-135); либо по-
ловцев, и слившееся с ними славянское население из числа «ясыря» - пленни-
ков, оставшихся на постоянное жительство в Крыму (Гаркавец 1981, с.46).

Основаниями для выдвижения этих предположений явились следующие моменты:

•	наличие самоназвания урум и экзоэтнонима «греко-татары» (Т.И.Сорока,
И. С. Пономарева, О. П .Данильченко);

•	компактность расселения их предков в Крыму и локализация этнической
территории тюркоязычных христиан в Юго-Западной части полуострова (Ф. А.Браун,
В.И.Григорович, Г.И. Тимошевский, А.Л.Бертье-Делагард и др.; Т.И.Сорока, В.И.Ки-
ор, И.С.Пономарева, А.Н.Гаркавец);

®	сообщения древних авторов, путешественников XIII-XVIII вв. и агиографи-
ческих сочинений о более чем тысячелетнем пребывании на этой территории алан и
готов (Ф.А.Браун, В.И.Григорович, Г.И.Тимошевский, А.Л.Бертье-Делагард и др.) и
переселении в Крым тюрко- и грекоязычного населения Малой Азии (В.Д.Смирнов,
Т.И.Сорока, В.И.Киор, И.С.Пономарева, А.Н. Гаркавец);

®	особенности антропологического типа (Ф.А.Браун, И.И.Репников, А.Н.Гар-
кавец), традиционной культуры (А.Н.Гаркавец, Т.И.Сорока, И.С.Пономарева), фоль-
клора и языка мариупольских греков-тюркофонов (А.Н,Гаркавец, Т.И.Сорока, И.С.
Пономарева, В.И.Киор).

Некоторые авторы при реконструкции этногенетических процессов, проходивших
в раннесредневековом Крыму, использовали исторические источники без должной кри-
тики и не проводили специальных антропологических, археологических, этнографи-
ческих, лингвистических исследований. Зачастую не учитывали мнения специалистов,
разрабатывавших эти проблемы ранее. Приведем некоторые итоги, к которым пришли
антропологи, археологи, этнографы и лингвисты, изучавшие мариупольских греков.

Уже в XIX в. многие исследователи мариупольских греков пытались дать харак-
теристику их антропологического типа и использовать эти материалы в пользу своей
концепции этногенеза. Яркий пример этому - работа Ф.А.Брауна. На основе визуаль-
ных наблюдений он выделил три фенотипа мариупольских греков: первый, «наиболее
распространенный не только среди греков, но и горных татар Крыма», Ф.А.Браун на-
звал «чисто новогреческий». Второй тип, «тюркский», характерный для татар степного
района и жителей крымских городов, встречался исследователю достаточно редко, так-
же, как и третий, «чисто готский тип» (Браун 1891, с.84).

Примечательно, что представителей всех трех типов Ф.А. Браун встречал как в
урумских, так и румейских селах. На основании этих наблюдений исследователь при-
шел к выводу, что этническим субстратом обеих групп крымских христиан являются
греки, ассимилировавшие готов и испытавшие сильное влияние монголоидного типа,
носителями которого в Крыму были татары. К этим замечаниям, безусловно, необхо-
димо относиться критически: антропологическую характеристику «чисто готского типа»
исследователи не дали до сих пор, т.е. Ф.А.Браун определил его на основании субъек-
тивных представлений о древних германцах. Не последнюю роль сыграло желание ав-
тора разыскать следы готов у мариупольских греков и уверенность в том, что они явля-
лись одним из основных этногенетических субстратов (Браун 1891, с. 84).

Специальные краниометрические исследования мариупольских греков проводи-
лись сотрудниками МКМ в 20-е гг., однако их результаты не опубликованы, а матери-
алы считаются утерянными. В литературе встречается ссылка на работу Г.Чучукало,
исследовательницы из Праги, которая изучала антропологический тип жителей с. Ялта
в 30-х гг. Из пересказа А.Н.Пуляноса известно, что Г.Чучукало выделила среди мариу-
польских греков представителей «трех рас»: средиземноморской, малоазийской и вос-
точной (Пулянос I960, с.84-85).

Проведя обследование урумов с.Мангуш и румеев в том же населенном пункте,
что и чешская исследовательница, сравнив их между собой и с греками Кавказа и Гре-
ции, А.Н.Пулянос пришел к следующим выводам: 1)по измерительным и описатель-
ным признакам мариупольские грекоязычные и тюркоязычные греки более близки меж-
ду собой, чем с любой другой группой греков; 2)они принадлежат к южноевропейско-
му типу большой европейской расы; 3)мариупольские греки довольно смешаны, но з
основном относятся к эгейскому варианту восточносредиземноморского типа, кото-
рый является промежуточным между восточносредиземноморским и переднеазиатским
вариантами (последний особенно хорошо представлен среди румеев); 4)«нордийские»
и «переднеазиатские» примеси наблюдаются у обеих групп, особенно у эллинофонов. В
заключении автор исследования отметил: «самое важное в антропологии мариупольс-
ких греков - это общее происхождение грекоязычных и татароязычных их представите-
лей, когда и каким путем часть из них стала говорить на татарском языке, требуется
выяснить в дальнейшем» (Пулянос 1960, с.87-89).

В.Д.Дяченко, также проводил полевые исследования в Приазовье. Однако, коли-
чество обследованного населения было в два раза меньше, чем у А.Н.Пуляноса. Автор
поместил результаты измерений в сводные таблицы и, не делая каких-либо выводов об
этногенезе мариупольских греков, констатировал, что существенной разницы между
средними показателями обеих групп не прослеживается (Дяченко 1965, с.28, 30,49-70, 99).

В процессе наших полевых исследований была предпринята попытка сбора банка
фотографий антропологического типа мариупольских греков. Уже имеющиеся мате-
риалы свидетельствуют, что в каждом из 14 обследованных сел фенотип коренных жи»
телей имеет свои особенности. Очевидно, что опубликованных на сегодняшний день
антропологических исследований явно недостаточно для того, чтобы на их основании
делать какие-либо выводы об этногенезе урумов и румеев Приазовья. Назрела необхо-
димость провести антропологические исследования во всех населенных пунктах, осно-
ванных греками в 1780 г. и, проанализировав их, сравнить с материалами антрополо-
гов, изучавших народы Крыма в XIX-начале XX вв., так как их работы свидетельству-
ют о генетической связи группы южнобережных и горных крымских татар с предками
мариупольских греков (Архив КОИВ,- Ф.ПФЭЭ,- Д.18; Иков 1891, с.3-6; Мережковс-
кий 1881, с.115; Носов 1930, с.312; Рогинский 1961, с.48-62; Харузин 1890, с.59, 80-88,
266-269). Для проведения этногенетических реконструкций также было бы целесооб-
разно обратиться к работам антропологов, изучающих материалы некрополей горно-
го и южнобережного Крыма позднеантичного и средневекового времени (Дебец 1949,
с.333-344, 386; Соколова 1963, с.126-130; Беневоленская 1970, с. 196-224; Зиневич 1973,
с.60, 268; Алексеева 1974, с.83; Герасимова 1987, с.41-45).

Выше мы уже приводили мнения археологов об этнической ситуации в 'Гаври-
ке в позднеантичное время. О населении Таврики в раннем средневековье и в период
Крымского ханства написано уже более сотни исследований. Историография про-
блемы достаточно полно представлена в трудах А.И.Айбабина (1990, с.4-10; 1993, с. 121-
123), А.Г.Герцена (1986, с.88-104,1995, с.11-12), И.С. Пиоро (1990, с.10-22), С.В.Ушако-
ва (1988, с.310-311) и др. В обобщенном виде итоги изучения этногенеза крымских хри-
стиан выглядят следующим образом: 1 Археологические материалы последних лет под-
твердили гипотезу А.Л.Якобсона о том, что в VIII-IX вв. началось формирование еди-
ной средневековой горнокрымской народности, в которой растворились различные
элементы в той или иной степени грециизированные; 2)исследователи считают, что в
этот период в этногенезе крымских христиан принимали участие сармато-аланы, асси-
милировавшие местные племена тавроскифов, готы, ромеи, протоболгары, однако не
вполне ясно какой из этносов доминировал; 3)консолидирующими факторами, по мне-
нию археологов, явились: общность религии (христианство православного толка), ви-
зантийское политическое и культурное влияние, общность этнической территории и
существование в Юго-Западной Таврике православного княжества Феодоро.

Этнографы в своих работах о современной традиционно-бытовой культуре гре-
ков Приазовья не констатировали какого-либо резкого отличия между урумами и ру-
меями, хотя отмечали существование некоторых особенностей в традиционной архи-
тектуре, которые могли быть обусловлены географическими различиями между райо-
нами обитания греков в Крыму (предгорье и побережье), а также степенью проникно-
вения материальной культуры крымских татар (Бабенко 1905; Наулко 1975; Иванова
1971; 1976; 1979; 1988; Будина 1979; Араджиони 1993а).

Нами был проведен анализ некоторых существующих концепций этногенеза крым-
ских христиан (Араджиони 19936,1994). Наиболее аргументированной, на наш взгляд,
является точка зрения А. Л.Бертье-Делагарда, развитая затем в работах византинистов
и археологов. Исходя из методологического постулата, что этногенез завершается с
возникновением этнонима, нам представляется, что процесс этногенеза крымских хри-
стиан можно датировать серединой IV - серединой XV вв. Благодаря консолидирую-
щей функции религиозной принадлежности, греческого языка и византийской культу-
ры, общности территории и политического под данства начало формироваться конфес-
сионально окрашенное национальное самосознание, выразившееся в этнониме «румей/
урум». Лишь после завоевания полуострова турками за крымскими христианами - уже
обладающим всеми признаками этноса конгломератом различных. племён и народов
средневекового Крыма - закрепилось название (конфессионим) «греки». Мы считаем,
что правомочнее говорить об' урумах и румеях как о цельной этнической единице, име-
ющей общие генетические корни, впитавшей на разных этапах своего развития множе-
ство различных этнических общностей, в том числе и тюркоязычных, существовавших
в Таврике. Однако, вряд ли тюркский компонент, участвовавший в этногенезе крымс-
ких христиан, был однороден и доминировал даже в пределах этнической территории,
где компактно проживали урумы. (Араджиони 19936,1994).

* * *

В отличие от периода раннего средневековья история Крыма X-XVIII вв. исследо-
вана еще недостаточно. Причинами этого явились прежде всего слабость Источнико-
вой базы и существовавший в советское время запрет на исследование тем, которые
были связаны с историей народов, депортированных из Крыма в 1944 г..

В XIX в. в силу политической конъюнктуры, активно разрабатывалась история
христианства на полуострове. Этому способствовали публикации письменных источ-
ников: путевых заметок и мемуаров путешественников (Броневский 1867; Брун 1880;
д’Асколи 1902; Григорьев 1974; 1986), документов из архива Константинопольского
патриархата (Григорович 1847; Древние акты 1867), писем настоятелей крымских мо-
настырей к русским государям, переведенных на русский язык материалов из «кадиэс-
керских сакк» - книг судебных решений (Лашков 1887; Биярсланов 1889; 1889-1890;
Маркевич 1910). Через призму истории утверждения христианства на полуострове и
его положения в период Крымского ханства рассматривалась и этническая история
предков мариупольских греков (Гавриил 1844а; Хартахай 1867; Дионисий 1870; Родио-
нов 1872; Серафимов 1901; Маркевич 1910).

В основном состояние христиан в период Крымского ханства эти исследователи
оценивали как плачевное. Греки, по их мнению, были бесправны и угнетены мусульма-
нами (Гавриил 1844а; Маркевич 1910, с. 530-531; Хартахай 18676; Кондараки 1875). Эти
авторы в основном апеллировали к фольклорному материалу, отражавшему тяжелую
жизнь греков на полуострове, и к посланиям настоятелей крымских церквей, которые
через русские посольства просили у Москвы денежных субсидий на ремонт храмов или
покупку церковной утвари. Интересно, что наиболее ярый сторонник версии о жесто-
ких притеснениях христиан крымскими татарами Ф.А.Хартахай, как видно из его ра-
боты «Христианство в Крыму», в другом своем труде «Историческая судьба крымских
татар» (кстати, были опубликованы в один год) писал, что в Крыму гонений на христи-
ан быть не могло: «Не жестокости татар были причиной упадка христианства в Кры-
му... оно зависело от причин, возникших между самими греками и... от действия на
него татарской культуры путем ежедневных мирных сношений» (Хартахай 18676, с.45;
Хартахай 18 67а, с. 150-152).

Небезынтересно замечание Ф.А.Хартахая о жалобах крымских священников: «пла-
чевное состояние христиан в Крыму под гнетом татар вообще преувеличено в расска-
зах духовенства, которое старалось возбудить сострадание путешественников и ревни-
телей христианства. Таким образом, рассказы, что «окаянные» резали языки христиа-
нам, говорившим на своем наречии, жгли их храмы и церковные книги для того, чтобы
уничтожить религию - легенды. В действительности ничего подобного не было: и мит-
рополитам, и священникам разрешалось отправлять службу торжественно... туземные
христиане не были в рабстве и даже сами могли по мусульманскому закону иметь ра-
бов» (Хартахай 1867а, с. 151).

Другой исследователь, разрабатывавший проблемы истории и социально-поли-
тического положения христиан в Крыму, также отмечал притеснения, которые испы-
тывали греки на полуострове и полемизировал с авторами, приводившими факты ве-
ротерпимости татар (Маркевич 1910, с.454-457). Однако автор тут же помещает выдер-
жки из книги решений Мангупского кадылыка за 1097-1111 гг. (1686-1710 гг.), которые
свидетельствуют о достаточно мирных взаимоотношениях мусульманского и христи-
анского населения, живших в этнически смешанных селах Юго-Западного Крыма.

Так, например, по материалам, опубликованным исследователем, мусульманка
Фатьма из с,Богатырь, дочь Гавриила, просила кадия, чтобы из ее дома христиане вы-
несли крест, оставшийся после смерти отца, и этот крест был перенесен в дом христиан-
ки Венин, дочери Мухаммеда, жены христианина Балабана. Принадлежность членов
одной семьи к разным конфессиям также не была исключением: в с.Ай-Георги христи-
анин Бийгельди, сын Бийберди, судился с женой своего брата, мусульманкой Хангель-
ди, дочерью Трандафила; из родных братьев Сеита, Магомета, Топа и Бебия первые
два были мусульманами, а два вторые - христианами. Упоминавшийся в документах
Джантемир, сын Дмитрия, был христианин, а его сестра Сайме - мусульманка, другие
братья и сестры - христиане, ио с тюркскими именами. У мусульманина Мустафы жена
Десфина и их дочь Феодора были христианками. В с. Биюк Узень-Баш христианин
Нугуш, сын священника Христодула, вел спор с братом своим Терифом; упоминался
Мустафа, сын христианки Кера, и таких примеров можно привести множество (Марке-
вич 1910, с.529-531). Аналогичные сведения из татарских документов приводил в своем
исследовании Ф.Ф.Лашков. Например, упоминались жители с.Шуры - христиане Оль-
мес, сын Темира; Арслан, сын Узбека; Аман, сын Мануила и др.(Лашков 1887, с.14-15).

Эти материалы наглядно демонстрируют процессы языковой и этнической асси-
миляции в данном районе. Ее темпы мы проследили на примере с.Биюк Узень-Баш
(Араджиони 1994). Приведенные выше сведения о христианах - жителях этой деревни
относятся к началу XVIII в. По свидетельству караима Рабби Азария, жители села 10
декабря 1777 г. подверглись нападению российских войск, расквартированных з это
время на полуострове (Рабби Азария 1856, с.109). Поэтому, вероятно, христиане села с
недоверием отнеслись к предложению митрополита Игнатия переселиться в Российс-
кую империю. Они отказались покидать Крым и вынуждены были всей общиной при-
нять ислам (Серафимов 1901, с.21).

Через 60 лет после списанных событий, деревню посетил А.Н. Демидов. Он опи-
сал Биюк Узень-Баш как большое татарское село, жители которого занимались изго-
товлением телег - арб (Демидов 1937, с. 140). Никакого упоминания о том, что часть
населения этой деревни некогда было христианским автор не сделал. Вероятно, дцже у
такого дотошного и любознательного путешественника, каким был А. Демидов, не воз-
никло ни тени сомнения, что люди называющие себя татарами, исповедующие ислам и
говорящие на татарском языке, еще полвека назад были его единоверцами - греками-
урумами.

О мирном процессе мусульманизации и языковой ассимиляции христианского насе-
ления Крыма писали также А.Л.Бертье-Делагард, В.Х.Кондараки и ряд других авторов
(Кондараки 1867, с. 115-116; Никольский 1927, с.70-72; Бертье-Делагард 1920, с.6-9; Халан-
гот 1993, с.87-95; Якобсон 1964, с.54-68). Особый интерес представляет работа И.Г.Джухи.
Автор в популярной форме изложил историю формирования этноса в Крыму и переселе-
ния в Приазовье. Проведя анализ работ Ф.А.Хартахая, В.Х.Кондараки и ряда других ис-
следователей (публикация не снабжена ссылками), автор также пришел к мнению о доста-
точно мирном сосуществовании татар и греков в Крыму (Джуха 1993, с.22-31).

Исследования о взаимоотношениях христиан и мусульман на более широком ис-
торическом фоне, в масштабах всей Османской империи, которые проводили А.Лебе-
дев, Н.Скабаланович, также свидетельствуют о достаточно мирном сосуществовании
различных религиозных общин на территории Турции. Они считали, что нее известные
в истории притеснения мусульманами христиан разных конфессий, которые рассмат-
ривали эти исследователи, были связаны с военными неудачами турок в войнах с хрис-
тианскими государствами, с подавлениями народных выступлений и частными случаями
проявления религиозного фанатизма по отношению к немусульманским подданным со
стороны некоторых беев или правительственных чиновников (Скабаланович 1878, с Л 20-
145; Лебедев 1894, с.444-464). Вообще же полемика о взаимодействии и противостоянии
христианства и ислама, сосуществовании носителей этих религий имеет давнюю и об-
ширную историографию и продолжается по сей день (Жузе 1897; Весела 1990).

В 1930 г. была опубликована работа Д.С.Спиридонова, в которой исследователь
проанализировал письменные источники (агиографические сочинения, приписки на
полях Сугдейского Синаксаря и т.д.) по истории христианского населения средневеко-
вого Крыма и обосновал важность изучения современных диалектов приазовских гре-
ков для разработки проблем формирования этноса в позднесредневековой Таврике
(Сшрщонов 1930).

Наиболее полный очерк крымского периода этнической истории мариупольс-
ких греков попытался дать в 1932 г. И.И.Соколов. Привлекая материалы отечествен-
ных и зарубежных исследований, широкий круг источников, он реконструировал исто-
рию формирования общины греков в средневековом Крыму. Особенное внимание ис-
следователь уделял проблемам правового и социального статуса крымских христиан,
общинному самоуправлению, языковым проблемам. И.И.Соколов также склонялся к
мнению о языковой ассимиляции урумов со стороны господствующего этноса - крым-
ских татар (Соколов 1932, с.315). Однако, его исследование страдает рядом недостат-
ков: автор слабо аргументировал свои выводы о высоком уровне развития образова-
ния среди греков Крыма (в этом сомневались еще арх.Антонин (1866) и В.Латышев
(1896)), несколько легковесными кажутся его реконструкции общинного быта греков,
утверждения о существовании массовых миграций греков в Крым в период Османско-
го владычества. Определенный отпечаток наложило стремление автора писать истори-
ческие исследования в «духе нового времени»: он использовал термины «кулаки», «эк-
сплуататоры» и др. (Соколов 1932, с.297-317). Однако, все вышеперечисленное не ума-
ляет достоинств исследования.

В послевоенное время разработка проблем этнической истории позднесрсдневе-
кового Крыма проводилась неравномерно. Акцент делался на изучение населения го-
родов (Богданова 1991), исследовались также проблемы политической истории Крым-
ского ханства (АРАН M/о.- Ф.624.- Оп.1,- Д.173; Новосельский 1948; Санин 1987; Па-
нашенко 1989). В них проблемы этнического состава населения полуострова практи-
чески не рассматривались.

2.2. ПЕРЕСЕЛЕНИЕ ГРЕКОВ В ^ЗОВСКГЮ ГУБЕРНИЮ
a^re-ireo го

История эмиграции крымских христиан на северные берега Азовского моря
одна из самых популярных тем в научной и краеведческой литературе.
Поэтому проблему переселения затрагивает значительное количество ра-
бот, однако, среди них очень мало специальных исследований, авторы редко вводили в
научный оборот новые материалы, ограничиваясь пересказами уже известных. Наибо-
лее информативными, послужившими основой для позднейших компиляций, являются
публикации архиепископа Гавриила, А.А.Скальковского, Н.Н.Мурзакевича, А.С.Се-
рафимова, преосв.Феодосия, Н.Дубровина. Их обобщил Г.И.Тимошевский, работе
которого «не повезло» больше всех - ее фундаментальность, во-первых, и затруднен-
ность доступа к первоисточникам, во-вторых, привели к тому, что отдельные фрагмен-
ты исследования настолько часто встречаются в краеведческой литературе, что узна-
ются, несмотря на отсутствие кавычек и ссылки (Яли 1991, с. 13-21 и др.).

Значительный вклад в расширение источниковой базы исследуемой проблемы
внесли М.О.Судиенко и П.Сакович. В 1852 г. в Комиссию для разбора древних актов
в Киеве был отправлен архив П.А.Румянцева-Задунайского, ранее хранившийся в
г.Чернигове не разобранный и подвергающийся уничтожению. Председатель Комис-
сии М.О.Судиенко и капитан Генштаба Л.М.Сакович с марта 1852 г. по февраль 1853
г. проводили его описание. Были выявлены дела по Крымской экспедиции 1776-1779
гг., переписка с А.А.Прозоровским, А.В.Суворовым по выведению христиан и др. Все
эти дела были отправлены на хранение в Департамент Генерального штаба. Частично
археографы опубликовали обнаруженные бумаги П. А. Румянцев а, однако исследова-
тели редко обращаются к этим изданиям (Иконников 1892, с. 138, 141; Сакович 1858;
Судиенко 1875; 1876).

На эти документы обратил внимание В.И.Григорович, исследуя источники для
изучения Новороссии в Военно-ученом архиве Главного штаба в 1874-1876 гг. (Григо-
рович 1916, с.397-405). Он впервые опубликовал некоторые выдержки из официальной
переписки о подготовке переселения, а также ведомость А.В.Суворова о числе вышед-
ших из Крыма христиан (с.399-104). В дальнейшем она была переопубликована Н.Дуб-
ровиным (1885, с.711-714). Этот автор издал еще ряд ценных документов, освещающих
историю переселения мариупольских греков. Поскольку упомянутые источники были
помещены в четырёхтомном академическом издании, к нему в основном и обращаются
исследователи как к наиболее полному и точному собранию документов. Однако, точ-
ность цитирования некоторых документов вызывает сомнения.

Нами был проведен сравнительный анализ текстов, содержащихся в сборнике
Н.Дубровина (1885, с.608-610), с публикациями этих документов другими авторами
(Письма 1880, с.291-292; Судиенко 1875, с.85-86,94-99,126 и др.; Мурзакевич 1836, с.174-
176; Суворов 1986, с.39, 41-56) и собственно оригиналами (РГВИА.- Ф.ВУА.-Д.211).
Выявлено, что Н.Дубровин делал купюры в некоторых документах, переставлял места-
ми фразы и механически объединял абзацы, тем самым смягчая или корректируя об-
щий смысл информации. Редактирования такого рода встречаются в тех местах, где
идет речь о мерах, предпринимаемых русским правительством и митрополитом Игна-
тием для скорейшего вывода христиан из Крыма. Можно предположить, что Н.Дубро-
вин сделал зто по соображениям цензуры: нельзя было развенчивать официальную вер-
сию об исключительно добровольном переселении христиан, культивировавшуюся с
момента его подготовки и бытующую до сих пор. В целом, исследователь бесспорно
проделал большую работу и значимость ее нисколько не умаляется замеченными недо-
статками, однако авторам работ по этнической истории мариупольских греков, цити-
рующим документы, в основном, по сборнику Н.Дубровина, необходимо чаще обра-
щаться к их оригиналам.

Анализ опубликованных статистических ведомостей, касающихся переселения
крымских христиан (Дубровин 1885, с.711-714; Лашков 1886; 1888; Скальковский 1841)
впервые провел А.Маркевич и доказал, что ведомость Игнатия не точна (1910, с.533-
540). Аналогичную работу провёл А.Л.Бертье-Делагард, который также усомнился в
истинности некоторых статистических сведений В.А.Суворова. Ценные материалы,
ранее не известные широкому кругу исследователей, а также новый взгляд на опубли-
кованные источники содержатся в работах Г.Писаревского (1909) и Е.Загоровского
(1913). Практически остались невостребованными исследователями публикации двух
источников, свидетельствующие об организации переселения и начальной истории г.Ма-
риуполя (Латышев 1915; Гозадинов 1915)..

Во второй, выделенный нами период изучения, историческое исследование о пе-
реселении крымских греков издал С.Г.Яли (1928), однако в основном оно было осно-
вано на материалах Г.И.Тимошевского. Одной из наиболее фундаментальных разра-
боток этой проблемы является исследование И.И.Соколова, которое планировалось
опубликовать в 1928 г., но, по неизвестным причинам, оно так и осталось в рукописи
(ИР ЦНБ.- Ф.Х.- Д.4488-4489,14773). В настоящее время особенного внимания заслу-
живают исследования Е. И. Дружининой (1959), И.Г.Джухи (1993), Л.Н.Кузьминкоза
и К.А.Хачхарджи (1991).

Выделяются основные проблемы переселения, рассматриваемые и дискутируемые
в историографии: 1) общественно-политическая ситуация на полуострове накануне вы-
хода христиан; 2) причины, инициаторы, цели переселения; 3) подготовка переселения и
его ход; 4) добровольно или принудительно уходили греки из Крыма; 5) зимовка в Ново-
селице 6) число жертв, понесенных христианами при переселении; 7) основание поселе-
ний в Азовской губернии и г.Мариуполя, толкование его названия; 8) хозяйственно-иму-
щественное положение греков в Крымском ханстве и ущерб, нанесенный ему в связи с
уходом христиан; 9) последствия переселения; 10) роль личностей (И.Гозадинова, Екате-
рины II, Г.А.Потемкина, А.А.Прозоровского, П.А. Румянцева, А.В.Сузорова, и др.).

1,	Общественно-политическая ситуация на полуострове в начале 70-х гг. рассмат-
ривалась в работах В.Д.Смирнова (1887; 1889; 1894), С.Сафонова (1844); Е.И.Дружи-
ниной (1859), В.Е.Возгрина (1992); отражена в мемуарной литературе (Рабби-Азария
1856; Гозадинов 1915; Серафимов 1867) и в ряде документальных материалов. Все ис-
следователи описывают ее как крайне нестабильную, причем В.Д.Смйрнов, а вслед за
ним В.Е.Возгрин отмечают, что в период после Кючюк-Кайнарджийского мира прово-
цировали беспорядки на полуострове в основном русский военный корпус, а также без-
волие и непопулярные действия русского ставленника - хана Шагин-Гирея (Смир-
нов1889, с.385-405; Возгрин 1992, с.266, 283-286). Сторонники версии о добровольном
выходе христиан из Крыма, а также Е.И.Дружинина придерживаются противополож-
ной точки зрения (1955; 1959, с.48-92). В литературе однозначно признается роль гре-
ков-переселенцев из Архипелага в катализации межэтнической и межконфессиональ-
ной напряженности на полуострове в 1775-1778 гг. (Сафонов 1844; Загоровский 1913,
с.26-34; Кондараки 1857, с.389; А.У-ц 1847, с.148).

2.	Причины, инициаторы, цела переселения. В этом вопросе мнения исследователей
разделились: одна группа считала, что инициатива переселения исходила от самих крым-
ских христиан, другая - от российского правительства. В связи с приверженностью к
той или иной точке зрения авторы рассматривали и причины переселения.

Представители первого направления в историографии этого вопроса считали, что
христиане изъявили желание выйти из Крыма по следующим причинам:

•	сложность военного времени и притеснения со стороны мусульман (расхо-
жей фразой стало «спастись от мусульманского ига») (Гавриил 1844; Хартахай 1861,
с.321; 1867, с.48-63; Струков 1890, с.2; 1сип 1993, с. 147);

•	боязнь мести со стороны турок и татар за помощь русским в войне (Алек-
сандрович 1884, с.42; Писаревский 1909, с.206; Никольский 1927, с.71-72; Крым: про-
шлое 1988, с.31-32);

•	желание сохранить свою национальность, религию, язык (Гавриил 1844,
с.201; Серафимов 1901, с.3-18; Хартахай 1861, с.321).

Второе направление представлено еще более многочисленным кругом исследова-
телей. Солидарные во мнении, что русские власти задумали переселение христиан, ав-
торы расходились во взглядах на конкретные причины и в том, какие государственные
деятели стали инициаторами этого процесса. Среди причин называют:

1)	необходимость освоения южных земель (Наулко 1963, с.57; Секиринский 1988,
с.88-94; 1990, с.23-35; Ял! 1928, с.60; Петренко 1992, с.20);

2)	желание ослабить экономику Крыма и лишить хана, который начал проявлять
сепаратизм, источников дохода (Хартахай 1861, с.321; Путеводитель 1889, с.86)
или вообще подготовить присоединение полуострова к России (Хартахай 1861,
с.321; Попов 1888, с.67; Тимошевский 1892, с. 14; Ял! 1928, с.59);

3)	содействовать «спасению христиан» от приверженцев ислама. Это должно было
получить всемирный резонанс, продемонстрировать верность постулату «Мос-
ква - Третий Рим» и способствовать осуществлению «Греческого проекта»
(Щебальский 1868; Дружинина 1959; Арш 1967; 1970; Бочкарева 1979, с.45; Вя-
земская 1989; Тиктопуло 1991).

Все эти три причины были названы в работах И.И.Соколова (ИР ЦНБ.- Ф.Х.-
Д.4488, л.4 об.-боб.); Е.И. Дружининой, Г.Л.Арша, М.А.Араджиони (1991; 1993е).
И.И.Соколов писал: «не подлежит никакому сомнению, что факт эмиграции греков в
Российскую империю мотивировался преимущественно экономическими причинами.
Этот мотив вдохновлял как митрополита Игнатия и греков, так и русских» (ИР ЦНБ.-
Ф.Х.- Д.4488, л.4об.).

Исследователи спорят, кому первому пришла в голову мысль о переселении хрис-
тиан. Приверженцы первой точки зрения считали, что митрополиту Игнатию (Тимс-
шевский 1892, с.322; Маркевич 1910, с.533) или христианам Крыма вообще (в этом слу-
чае Игнатий воспринимался как исполнитель воли народа) (Гавриил 1844; Хартахай
1867; Писаревский 1909, с.206). Сторонники второй точки зрения считают, что идея
вывода христиан принадлежала а)Екатерине (Загоровский 19136, с.5), б)Екатерине и
Г.А.Потемкину (Лавров 1992, с.87-88), в)Г.А.Потемкину (Мурзакевич 1836, с. 175; Ще-
бальский 1868; Загоровский 1926), д)П.А.Румянцеву (Сакович 1858; Судиенко 1875;
Путеводитель 1889, с. 86; Александрович 1884, с.44), е)А.А. Прозоровскому (Джуха 1993,
с.51). Существует мнение, что Игнатий и русское правительство действовали сообща
(Никольский 1927, с.71-72; ИР ЦНБ,- Ф.Х.- Д.4488, л.4об.).

3	..Подготовка переселения и его ход. Исследователи на основании архивных доку-
ментов выяснили, что подготовить переселение христиан было поручено командующему
русским корпусом в Крыму А. А.Прозоровскому. Однако, он выполнял этот приказ весь-
ма неохотно, так как считал, что выход христиан - политическая авантюра, и нет необхо-
димости отрывать людей от родных очагов (Дубровин 1885, с.690). Его сменили в Крыму
А.В.Суворовым, который к тому времени провинился перед главнокомандующим, за-
державшись с возвращением из отпуска, и пытался искупить свой проступок выполнени-
ем какого-либо сложного задания (Суворов 1986, с. 512-514). Правда, в литературе рас-
пространено мнение, что А.В.Суворов сменил А.А.Прозоровского из-за болезни. В пер-
вом приказе, полученном новым командующим, речь шла о подготовке христиан к выхо-
ду. Она стала проводиться А.В.Суворовым в тесном контакте с русским резидентом в
Крыму Константиновым и митрополитом Игнатием (Гозадинов 1915; Джуха 1993; Ти-
мошевский 1892). Исследователи спорят, какими методами велась эта подготовка и сколь-
ко было затрачено на нее средств. Что значили «подарки», переданные духовным лиде-
рам крымских христиан: искренняя благодарность за помощь и компенсация за понесен-
ные убытки, или это были тривиальные взятки? (Переселение 1872, с. 108; Маркевич 1910,
с.533-535; Яли 1928, с.60; ИР ЦНБ.- Ф:Х.- Д. 14773; Кабузан 1976, с. 127).

Авторы единодушно указывают на неподготовленность переселения и проволоч-
ки с выделением денег, подвод для вывоза христиан, провианта, неразбериху с выделе-
нием земель для поселения крымских христиан, которые допустили российские чинов-
ники.

4.	Добровольно или принудительно уходили христиане из Крыма? В рассмотрении
этого вопроса историки также расходились во мнении. Переселение считается добро-
вольным выходом практически во всей краеведческой литературе. Обоснование этой
точки зрения дано в работах Г.И.Тимошевского (1892, с. 17-20), Е.И.Дружининой (1959,
с.67-68) и ряде других. Христиане выходили добровольно, но вопреки желанию мно-
гих, считали иные исследователи (Путеводитель 1889, с.86; Лавр1в 1992, с.88; Хартахай
1861, с.321; Григорович 1916, с.399; Тунман 1991, с.ЗО; Ял1 1928, с.59; Никольский 1927,
с.72; Джуха 1993, с.63). Некоторые исследователи характеризовали переселение, как
насильственное (Петрушевский 1884, с.211; Костан 1932, с.28-30). В настоящее время
весьма распространилось не совсем верное определение переселения крымских хрис-
тиан как «депортация» (Мазур 1993). Исследователи приводят факты нежелания хрис-
тиан уходить из Крыма, подтверждая их выдержками из архивных документов (Мурза-
кевич 1836; Переселение 1872, с.108; Судиенко 1875). В литературе есть сведения, что
некоторые принимали ислам, чтобы остаться в Крыму, например, жители с.Биюк-Узепь-
Баш (Серафимов 1901, с.7), с.Керменчик (Бертье-Делагард 1899; Маркевич 1910, с.541);
с.Искут, Ламбат и Варнутка (Кондараки 1875).

В целом, о подготовке переселения весьма красноречиво свидетельствует отры-
вок из письма Екатерины от 9 марта 1778 г. Он приводится в полном или сокращенном
виде почти всеми исследователями, которые придерживаются версии о «выводе» хрис-
тиан, в отличие от сторонников «выхода», умалчивающих о существовании этого до-
кумента: «мы не можем довольно предписать средств, коими упомянутый ген-пор. Про-
зоровский долженствует усугубить все возможные для него способы уговаривать их,
чтобы добровольно согласились перенести домоводство свое в Новороссийскую или
Азовскую губ..., а особливо уговаривать тамошнего митрополита обнадёжа его разны-
ми выгодами, хану же самому вразумить что сие делается в предупреждение могущего
им быть мщения от татар и может статься от турок, если оные в Крым прибудут» (Пи-
саревский 1909, с.207).

5.	Зимовка в Новоселице. Об этом времени переселения известно менее всего. Не-
которые сведения имеются у Рабби-Азария, Г.И.Тимошевского, С.Г.Яли, И.Г.Джухи.
Однако, основная масса информации еще не введена в научный оборот. Нами был вы-
явлен ряд документов, свидетельствующих о подготовке переселения, которую осуще-
ствляли в Азовской губернии под руководством В .А. Чертков а, а также сведения о зат-
ратах на содержание крымских переселенцев, которые могут служить важным источ-
ником для выяснения количества зимовавших в Самарской паланке. Работа по анализу
этих документов уже проведена и готовится к печати (ГАДнО.- Ф.70.- Оп.1.- Д.7, л.21;
ЦГИАУ,- Ф.2164,- Оп. 1,-Д.64; 158; 286; 310).

В вопросе о том, в каких именно местах зимовали греки и армяне исследователи
также расходятся во мнении: христиане размещались в селениях вокруг крепости Алек-
сандровской на Днепре (Загоровский 19136, с.6); «вторую зимовку (1779/1780 гг.) греки
по предписанию Г.А.Потёмкина провели в квартирах в Бахмутском уезде в Торумоя-
ках и Райгородке или в землянках у р.Каменка, где они провели прошлую' зиму” (Писа-
ревский 1909, с.220); зимовали в сёлах бывшей Самарской паланки (Джуха 1993, с.68).
Очевидно, что эта страница истории переселения крымских христиан нуждается в спе-
циальном исследовании (илл. 1).
6.	Число жертв, понесённых христианами при переселении также дискутируется.
По замечаниям авторов, подсчёты численности переселенцев, основанные на различ-
ных источниках и преданиях, дают самые различные результаты: от 16,5 тыс. до 32 тыс.
человек. Одни авторы считают, что всего из Крыма было переселено около 20000 гре-
ков (Багалей 1889, с.91; Серафимов 1901, с.14; Гавриил 1844, с.201; Петренко 1992, с.21).
Другие, основываясь на ведомости А.В.Суворова, считали что из Крыма вышло 18395
греков (Маркевич 1910, с.541). А.А. Скальковский предполагал, что переселилось 31000
христиан, но всего их насчитывалось на полуострове около 50000. Это же число назы-
вал Рабби Азария, правда он имел ввиду всех вышедших греков и армян (Рабби Азария
1856, с. 127). По его мнению в пути погибло 12000 человек (1856, с. 129). Рабби Азария
вторит В.К.Гарагуля, называя то же число погибших (Гарагуля 1993, с.74). Ряд иссле-
дователей считали, что в пути умерло от лишений и болезней половина переселенцев
(Маркевич 1910, с.541; Никольский 1927, с.72).

Сведения о том, сколько пришло греков к месту поселения приводятся в работах
П.С.Палласа (Pallas 1799, с.488-490), И.И.Соколова (1930, с.55-56; ИР ЦНБ.-Ф. V.-Д. 14773,
л.82-89), Г.М.Калери (1845, с.Зб); преосв. Феодосия (1880, с.315-333), А.А.Скальковско-
го (1836), Г.И.Тимошевского.(1892). Мы провели анализ имеющихся в литературе ста-
тистических данных и некоторых архивных материалов, в результате чего выявили,
что при самых приблизительных подсчетах в Приазовье осело чуть более 14000 чело-
век. Таким образом, число переселенцев, не дошедших до «земли обетованной» не пре-
вышало 4000 человек. Однако не все они погибли в пути: некоторые вернулись в Крым
или остались в других городах Новороссии, особенно это касается купцов (Араджиони
1991). Исследователи отмечали, что часть крымских христиан осела в Екатерине славе
(с 1786 г. - Новомосковске, с 1793 г. - переведен в Новоселицу) и в Херсоне (Скальковс-
кий 1836, с.220). После 1786 г. из Новомосковска греки стали уходить в Крым (Егорова
1887, с.5). В целом, официально в Крым вернулись только община армян-католиков из
упраздненного Екатерин©слава (Скальковский 1859) и Ауткинские греки (Кондараки
1875; Татаринов 1894, с.47). Попытки мариупольских грехов вернуться из с.Сартана,
Чердаклы, М.Янисоль описал Г.И.Тимошевский (1892, с.40).

Некоторые авторы пишут, что выселение не было поголовным, и объясняют это
значительными имущественными интересами у части греков и армян (Загоровский
19135, с.б). Некоторые из них вернулись (Есип 1993, с.147; Араджиони 1993з; МКМ.-
Фонды.- КП 27339 /101121-И; КП 27338 /10121 -И; ЦГААРК.- Ф.799.- Оп.З.- Д.8; Д. 147).
До переселения на полуострове насчитывалось 3782 христианских жилищ, 40 целых и
31 разоренные церкви (Скальковский 1841, с. 19). Основываясь на том же источнике,
что и А.А.Скальковский, Ф.Ф. Лашков считал, что их было гораздо больше (1886,1889).
А. Л.Бертье-Делагард составил сводную ведомость по целому ряду источников, в кото-
рой, учитывая разночтения в некоторых статистических-документах, были показаны
церкви, разрушенные или заброшенные еще до момента выхода христиан, а также на-
селенные пункты, из которых переселялись греки (свыше 88) (КРКМ.- Архив А.Л.Бер-
.тье-Делагарда.- Он.5.- Д.49). О численности населенных пунктов, которые покинули
греки на полуострове, упоминали и другие исследователи. Так, С.Серафимов указыва-
ет на 50 селений (1901, с. 15), Ф.А.Браун выделяет 68 (1890, с.89). В.М.Кабузан называет
еще большее число - 174 населенных пункта (Петренко 1992, с,21).

7.	Основаниелюсеаений в Азовской губернии и г, Мариуполя, толкование его названия
(или. 1. 3, 4, б) Историки выдвигают различные предположения о том, где изначально
было отведено место для поселения: вверх по Днепру, в районе Берислава (Историчес-
кий обзор 1858, с.62); земли по р.Соленой и берегу Азовского моря (Загоровский 19136,
с.7). Греков-купцов предполагалось поселить в г.Екатеринослав и Марионополь (был
в проекте специально для поселения греков на р.Волчьей, позже переименован в Пав-
лоград), земледельцев - по р. Солоной. Некоторые исследователи считают, что реше-
ние поселить купцов, ремесленников и земледельцев в разных местах стало причиной
того, что греки потребовали других земель (Писаревский 1909, с.217). П.Лавров писал,
что от поселения в Самарской паланке отказался Игнатий, так как боялся влияния рус-
ского духовенства (рядом был монастырь) (Лавр1в 1992, с.89).

Переписка В.А.Черткова и А.В.Суворова о свободных землях в Азовской губер-
нии для поселения греков была исследована Г.Писаревским (1909, с.210-211). Земли
для поселения христиан в Кальмиусской паланке утвердил 29.09.79. Г.А.Потемкин.
Исследователи считают, что греки сами наметали себе земли между Бердой и Кальми-
усом (Загоровский 19136, с.7). Этот документ (Ордер Потемкина Черткову от 29.09.1779)
был впервые издан в ЗООИД Н.Н.Мурзакевичем (1865) и переопубликован в статье
Г.И.Тимошевского, с комментариями к нему как к историческому казусу, какие неред-
ко случались во времена освоения юга России. Но в издании Ы.Н.Мурзакевича в п.З
указывалось, что грекам было выделено 120 дес. земли (Мурзакевич 1865, с.361), а у
Тимошевского - 125 дес. (Тимошевский 1892, с.35). Третью публикацию этого ордера
поместил в сборнике Н.Дубровин, правда в несколько сокращенном варианте. В этом
тексте речь шла также о 120 дес. (Дубровин 1886, с.370-373). Таким образом, публика-
ция этого источника Г.И.Тимошевским не совсем точна.

Многолетняя дискуссия идет о том, как возникло название г.Мариуполя и кто
был его основателем. Впервые обзор историографии этого вопроса привел Г.И.Тимо-
шевский (1892). Наиболее распространенная точка зрения: г.Мариуполь получил свое
название от «переселенцев из Марионополя, находившегося в Чуфут-Кале, на окраине
коего был Успенский монастырь с иконою, именуемой Мариинпольскою» (Струков
1890, с.2; 1876, с.8; Дионисий 1870, с.15; Лашков 1866, с.5; Темир 1979, с.190). В донесе-
нии Герсеванова от 11.06.1781 г., управляющего делами Азовской губернской канцеля-
рии, также значилось, что Мариуполь основали выходцы из Мариамполя - 200 бедней-
ших семейств (ИР ЦНБ.- Ф.У Д.174, л.257).

Достаточно аргументированной является точка зрения и другой группы исследо-
вателей, которые считали, что город, основанный как Павловск, с приходом греческо-
го населения был переименован в честь жены Великого князя - Марии Федоровны.
Названия Мариенполь - Марианополь - Мариуполь, по их мнению, не имеют народной
этимологии: первое родилось в канцелярии В.А. Черткова, второе - Екатерины, третье
- наместника Потемкина. То, что в городе с «греческим»’названием поселились греки,
можно считать случайным совпадением (Тимошевский 1892, с.69-73; Саенко 1993, с.76;
Чорногор 1971, с.91).

& Хозяйствен! ю-имугцественное положение греков в Крымском ханстве и ущерба
нанесенный ему в связи с уходом христиан. Исследователи едины во мнении, что в руках
крымских христиан находились вся промышленность, садоводство и земледелие края,
а налоги с них и подати являлись главными статьями дохода ханской казны (Писарев-
ский 1909, с.206; Путеводитель 1889, с.86; Кузьминков 1991, с.45; Петрушевский 1884,
с.211; Ял! 1928, с.59-60). Это суждение может быть справедливо если под крымскими
христианами подразумевать как греков, так и армян, поскольку 95% выселившихся
армян являлись промышленниками и купцами. Именно они приносили наиболее зна-
чительный доход в ханскую казну. Проведенные исследования имеющихся источников
показывают, что виноградники и сады греков, оставленные на полуострове (75% высе-
лившихся являлись сельскими жителями), приносили мизерную прибыль. Однако, при-
ходится констатировать, что этот вопрос до сих пор остаётся практически неисследо-
ванным и работу в этом направлении необходимо продолжить.
9.	Мнения исследователей о последствиях переселения и его оценке также диамет-
рально противоположны: «Выход совершился перед присоединением Крыма и нельзя в
этом не видеть особого требования истории, и если бы эти испорченные христиане ос-
тались в Крыму они были бы тормозом в дальнейшем развитии края» (Попов 1888,
с.70). Более многочисленна группа исследователей, которые отрицательно относились
к переселению христиан: «Крым пришел в упадок с тех пор, как вывели из горной части
христиан» (Мордвинов 1902, с.211; Петрушевский 1884, с.210-211; Кузьминков 1991,
с.45); “...едва ли полезное русским переселение христиан из Крыма” (Григорович 1916,
с.398); «напрасно выселили» (Ял! 1931, с. 10). Бывший генерал-губернатором в Крыму
Д.Б.Мертваго писал: «Неудобопонятная политика, разоряя их [христиан - М.А.] -ко-
рень, служащий пользой и украшением Крыма, водворила их в окрестностях Азова.
Люди, занимавшиеся садоводством, изделиями и шёлком промысляющие, сделались
принуждены быть рыболовами и скотоводами. Перемена климата и образа жизни чис-
ло их уменьшила» (Записки 1867, с. 177).

Весьма поэтически выразил мысли предыдущих авторов А.Л.Бертье-Делагард:
«обезлюдел и опустел Горный Крым: почти исчезли вековые традиции садовой культу-
ры, многие промыслы и ремесла, а через пять лет нам же самим вместо богатых, насе-
ленным дружеским и единоверным народом округов досталась разоренное пустое мес-
то, на него стали зазывать всяческих иностранцев, силой переводить русского мужика,
но из этого ничего не вышло. Не догадались только вернуть туземцев, бедствовавших в
незнаемых ими степях. С уходом христиан мы потеряли лучших посредников между
собой и татарами (Бертье-Делагард 1899, с.37; 1899, с.3-7). Ему вторил А.И.Маркевич:
«ошибочной мерой нашего правительства в последнее время существования Крымско-
го ханства и безусловно вредной в интересах христианства в Крыму было переселение
христиан» (Маркевич 1910, с.539-545; 1911, с.5-6). В литературе встречаются и более
жесткие оценки действий русского правительства: “в цепи грандиозной провокации
русских одним из существенных звеньев был произведенный в 1778-1779 гг. насиль-
ственный вывод российскими, оккупировавшими Крым, войсками всех крымских гре-
ков Классовая верхушка этих греков во главе с Игнатием была подкуплена правитель-
ством Екатерины. Это переселение было катастрофой для самих выселявшихся греков
и для всего хозяйства ханства” (Эрнст 1935, с.429).

10)	роль личностей (И.Гозадинова. Екатерины II. Г, А.Потемкина. А.А.ПрозоравСг
кого, П.А.Румянцева, А.В. Суворова) ( илл.1).

Наиболее активно в историографии рассматривается роль митрополита Игнатия
и А.В.Суворова. Современники-греки проклинали митрополита Игнатия за осуществ-
ленный им выход христиан, считали, что он подкуплен русским правительством (Сера-
фимов 1867; Тимошевский 1892; Латышев 1915; Гозадинов 1915). Церковные историки
называли его «Моисеем» мариупольских греков и всячески превозносили его заслуги
(Гавриил 1844, с.201; Хартахай 1861, с.322; Александрович 1884, с.45). В 20-30-е гг. его
действия и личность опять подверглись критике (Яли 1928; 1932; Костан 1928; 1932;
Эрнст 1935). В настоящее время мариупольские греки вновь реабилитируют личность и
деяния последнего митрополита Готфийского и Кафайского (Яли 1993).

О жизни и деятельности А.В.Суворова существует обширная библиография, од-
нако не всегда в ней упоминается о том, что генералиссимус руководил выводом хрис-
тиан из Крыма. В целом, оценки его участия в этом событии весьма противоречивы:
«не жалел чужой жизни для исполнения царских указов» (Ял! 1928, с.60), “сделал все,
чтобы спасти христиан от мусульманского ига” (Гавриил 1844; Хартахай 1867; др.).
Далеко не однозначно в историографии оценивается роль Екатерины II, Г. А.Потемки-
на, А.А.Прозоровского, П.А.Румянцева. Несмотря на то, что идея вывода христиан из
Крыма, как было показано выше, принадлежала П.А.Румянцеву, тем не менее в крае-
ведческой литературе достаточно распространено мнение, что её авторами были Ека-
терина II и Г.А.Потемкин, А.Прозоровский (Сакович 1858; Судиенко 1875; Путеводи-
тель 1889, с.86; Александрович 1884, с.44,... см. также п.1). Ещё недостаточно освещена
деятельность в Крыму в 1777-1778 гг. генерал-поручика Прозоровского.

2.3. ЭТНИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ ГРЕЧЕСКИХ ОЕШИН СЕВЕРНОГО
ПРИАЗОВЬЯ

Фундаментального исследования по этнической истории греческих общин
Приазовье еще нс создано. Исследования в этом направлении проводи-
лись по каким-либо отдельным вопросам. На первом этапе изучения, в
основном, рассматривались проблемы формирования общины и основные этапы ее разви-
тия (Феодосий, Гавриил, С. А. Серафимов, А.Александрович, Г.И. Тимошевский), админи-
стративно-хозяйственное положение переселенцев (Г.М.Калери, П.Порохов), перемены в
ориентации хозяйственно-ремесленной деятельности (Г.Титов, Н.Зуев, В.Павлович), льго-
ты и самоуправление (Г.И.Тимошевский, П.Каменский), религиозная и культурная жизнь
(С.А.Серафимов, Феодосий, Александрович, Г.И.Тимошевский).

В период 20-30-х гг. изучались участие греков в революционном и национальном
движениях (С.Г.Яли), развитие языка и традиционной культуры (И.И.Соколов, К.Кос-
тан, В.Шевченко и др.), проникновение «социалистического быта» в жизнь греческих
сел (С.Г.Яли). В послевоенное время особенно активно изучались статистические ма-
териалы и демографические процессы в среде греческого населения (Е.И.Дружинина,
В.М.Кабузан, В.И.Наулко), их участие в социалистическом строительстве и перестройке
(газетные публикации), межэтнические контакты (В.И.Наулко, 1975; Ю.В. Иванова,
1979; 1991). проблемы национально-культурного возрождения в 20-30-е гг. (И.И.Балы-
чева, Л.Д.Наседкина, В.Н.Никольский, Н.А.Терентьева, Б.В.Чирко) и в настоящее вре-
мя (А.А.Белецкий, Ю.Д.Пряхин).

Исследователи однозначно выделяют в этнической истории крымских христиан в
Приазовье «греческий период», то есть время, когда греки жили в изоляции от других
этнических групп населения юга Украины. Он начинается с момента появления пересе-
ленцев в окрестностях Мариуполя (1780 г.), так как живших на этих землях украинцев
по требованию греков переселили в другие места Новороссии. Осевшие в Приазовье
крымские переселенцы постепенно стали обживать новые места, и как следствие этого,
в их среде появились легенды. Еще в 1867 г. С.А.Серафимов описал праздник Воздви-
жения Креста, который празднуется в Приазовье особенно пышно в с.Богатырь, где
хранится святыня - железный крест. Его увидел и описал в 1890 г. Ф.Браун: высота 150
см, покрыт медными рельефными украшениями русской работы. По его словам, этот
крест местными жителями считался “явленным”: “пастухи нашли его в поле незадолго
до выселения из Крыма. Его перенесли в церковь, но крест дважды возвращался на
прежнее место, пока его не поместили в доме одной.набожной вдовы”. Когда греки
покидали полуостров, крест “не захотел оставить излюбленного места. Сняли его на-
конец с молитвами, положили на телегу и повезли, но ее оглобли повернули назад в
деревню”. Наконец крест связали, прикрутили к телеге, и таким образом отвезли его с
собой в Россию (Браун 1891, с.90).

Интересно, что найденная «древность» не что иное, как крест с Кальмиусской
Николаевской церкви. Ещё в 1844 г. архиеп. Гавриил писал о нём как примере мнимой
древности мариупольских греков: “когда греки были поселены у устья р.Кальмиуса,
находившаяся там запорожская походная Свято-Николаевская церковь, точнее, при-
надлежащая ей утварь и иконостас, были перевезены прежними жителями этих мест в
г.Павлоград. От нее остался лишь дом с простым железным крестом на крыше. Этот
крест каким-то образом попал в греческое селение Богатырь, где благоговейно почи-
тался под именем Константинопольского или вообще вывезенного из Греции” (Гаври-
ил 1854, с.168-172). Такого рода легенды нередки в литературе о мариупольских греках.

Мнения исследователей о том, когда заканчивается «греческий период» в При-
азовье разделились: Александрович считал, что 1824 г. - с момента поселения болгар и
немцев на землях греков (1884, с. 12-26), Г.И.Тимошевский - с 1859 г., когда начали сво-
рачивать свою деятельность органы греческого самоуправления, а не-грекам офици-
ально было разрешено селиться в г.Мариуполе и его округе (1892, с.74). Практически
все авторы называют рубежной дату, когда были отменены привилегии греков и впер-
вые произведен рекрутский набор (1874 г.).

3 течение этого времени общины мариупольских греков постоянно пополнялись.
В 90-х гг. XVIII в. в греческие села Приазовья были поселены греки - беженцы из Ос-
манской империи, переправившиеся вначале в Крым из Анапской крепости, а затем
тайно переправленные в Мариупольский уезд (Араджиони 1993е, с.68). В 1802 г. воз-
никло с. Бугасу, основанное выходцами из разных областей Греции и жителями с.Ар-
гин Кара-Коба (Тимошевский 1892, с.38). В 1829 г. возникло с.Анадоль - Анатолия,
название которого происходит от местности, откуда переселились его жители - греки в
Мариупольский уезд (Тимошевский 1892, с.38; Александрович 1884, с.51). Александро-
вич также привел подробный рассказ о том, как 200 греков из легиона волонтеров им-
ператора Николая I в 1858-1860 гг. поселились на месте бывшей усадьбы митрополита
Игнатия (1884, с.65-67). Самоуправление в греческой общине описывали в основном
русские путешественники, причем давали ему далеко не лестные характеристики: «про-
извол и беспорядок», так как греки - купцы и ремесленники использовали свое приви-
легированное положение для борьбы с конкурентами (Титов 1848; Зуев 1855). Этот же
факт отмечал в отчете А.А.Скальковский (ГАОО.- Ф.З.- Оп.1,- Д.12, л.57-59). Процесс
деградации Греческого суда показал в своей работе П.Каменский (1901).

После уравнивания греков в правах с остальным населением Российской империи
в их жизни мало что изменилось, так как фактически многие льготы начали негласно
отменяться ещё до этого события. Тем не менее, как отмечает ряд исследователей, в
Приазовье греки составляли одну из наиболее зажиточных групп населения (Павлович
1859, Александрович 1884, Тимошевский 1892 и др.).

Еще в начале XIX в. в Мариуполе была открыта школа, где преподавание велось
на греческом языке, однако она просуществовала недолго (Терентьева 1991; 1993). Во
второй половине XIX в. в городе была открыта женская и мужская гимназии (Алексан-
дрович 1884, с.52; Тимошевский 1892, с.222; Криворотько 1991). Исследователи С.М.Не-
стерцова и Л.Б.Лихачева считали, что существование большого количества нацио-
нальных начальных земских школ в Мариупольском уезде объясняется не только нали-
чием мест компактного проживания греков, но и большими финансовыми возможнос-
тями общины (1993, с.87). В церквах некоторое время после переселения еще сохраня-
лось богослужение на греческом и татарском языках, а затем - было переведено на рус-
ский (Серафимов 1901; Феодосий 1880; ГАДО.-Ф. 132.- Оп.1.-Д.1, л. 1-351).

В начале XX в. под влиянием политических событий активизировалось националь-
ное и революционное движение среди греков. Его в основном освещал С.Г.Яли (1928;
1932). В 20-е гг. в Приазовье создавались национальные сельсоветы и национальные рай-
оны, национальные школы (Чирко 1993; Терентьева 1993; Бут 1993). Процесс свертыва-
ния этой работы показан в исследовании Л.Д.Наседкиной (1991). В 20-30-е гг. активно
начала исследоваться статистика и демография мариупольских греков. Этому способ-
ствовали проведение переписей населения и издание их материалов, существование хо-
рошей Источниковой базы, определенные наработки дореволюционных исследователей.

В послевоенное время специальных исследований этнической истории мариуполь-
ских греков не проводилось. Она рассматривалась в контексте развития всего Приазов-
ского региона. Причиной этого была промышленная специализация Донбасса: с конца
XIX в. он начал бурно развиваться, как «главная кочегарка» страны. Анализируя ду-
ховную жизнь греков Приазовья в 60-90-е гг., Е.В.Стяжкина констатировала: «она при-
знавалась как факт в качестве примера интернационализма социалистической культу-
ры, но несмотря на официальное непризнание духовной жизни греческого народа, в 60-
80-е гг. сохранялось национальное самосознание, язык, что является основой возрож-
дения греческой культуры в Донбассе» (Стяжкина 1993, с.136-137).

Для национально-культурного возрождения греков Донбасса, как считают иссле-
дователи, есть все предпосылки. В литературе предлагаются следующие пути решения
этой задачи: восстановление духовности (открытие церквей, богослужение на гречес-
ком языке), восстановление греческого национального образования, национальной
культуры и языка, восстановление торгово-экономических связей с Грецией, возвра-
щение греческого капитала в Украину (Пряхин 1993, с.105-108).

* $ *

Таким образом, анализ изученной литературы показывает: этническая история
мариупольских греков исследована еще недостаточно. Так, дискуссионными остаются
проблемы происхождения мариупольских греков, не выяснен ряд вопросов, касающих-
ся возникновения двуязычия в их среде и диалектных отличий. Нуждаются в дальней-
шей разработке проблемы взаимоотношений христиан и мусульман в Крыму. Это осо-
бенно актуально в связи с исследованием проблем этногенеза крымских татар и межэт-
нических контактов на полуострове, которые проводятся в настоящее время. Выясне-
ние некоторых проблем социального и правового статуса крымских христиан могло
бы пролить свет на историю Крымского ханства вообще и положение групп немусуль-
манского населения в частности. В специальном исследовании нуждаются проблемы
политической ситуации на полуострове после Кючюк-Кайнарджийского мира, что мог-
ло бы прояснить мотивы выхода христиан из Крыма и целесообразность переселения в
тот период. Требуют дальнейшего изучения скитания христиан в степях Новороссии в
1778-1779 гг. и их обустройства на новом месте. Небезынтересно проследить демогра-
фическую ситуацию в среде греков в Приазовье, их адаптацию к новым условиям жиз-
ни, хозяйствования, этническому окружению.
MASA а. ИССАЕАО8АНИГ ТРААИЦИОННОЯ
кх71ыгры и языка греков в научной и
КРАЕВЕДЧЕСКОЙ /ИТЕРАТОРЕ

9.1. <М4ТГРИ4/1ЬН4Я КХЛЬТГРХ!

современной этнографической литературе под термином «материальная
культура» подразумеваются объекты (предметы, вещи), материально су-
ществующие в пространстве в определенные временные периоды, как-то:

орудия труда, жилище и хозяйственные постройки, пища, одежда и украшения, средства
транспорта и связи (Итс 1991, с.55). Изучением этих объектов традиционной культуры у
мариупольских греков занимались П.Порохов, Г.Титов, А.Аттаринов, И.Нестеренко,
М.Закруткии, Г.Афанасьев, Н. Богоявленский, В.Гоф, Д.Струков, 3.Бабенко. Н.Репников,
сотрудники этнографических экспедиций МКМ, ДОКМ, ИЭ АН СССР, ИИФЭ АН УРС?,
КОИВ НАН Украины. Важные этнографические сведения о материальной культуре крымс-
ких христиан содержатся в описаниях путешественников и исторических исследованиях.

В историографии традиционной культуры мариупольских греков встречаются
противоречивые оценки в определении основных занятий этноса в Крыму и Приазовье.
В краеведческой литературе XIX в. общим местом стал тезис о том, что крымские хрис-
тиане-греки были исключительно земледельцами, садоводами и виноградарями, кото-
рые “сохранили навыки обработки земли с древнейших времен и научали этому прихо-
дивших на полуостров номадов”. По мнению исследователей именно после переселения
греков все эти отрасли хозяйства в Крымском ханстве пришли в упадок (Караулов 1873,
с.364, 371, 390; Кондараки 1875, с.97-103; Куфтин 1925, с.25; Мордвинов 1902, с.195-211).

И.И.Соколов провел анализ государственных податей, которые платили хрис-
тиане в ханскую казну, и пришел к выводу, что греки в Крыму были скотоводо-земле-
дельческим населением, причем в их хозяйстве преобладал первый вид занятий (Соко-
лов 1932, с.301-302). На основании своих полевых исследований В.И.Наулко заключил,
что после переселения и вплоть до середины XIX в. основным занятием греков было
скотоводство, в меньшей степени - садоводство и виноградарство. Навыки земледель-
ческого хозяйства в новых условиях греки перенимали у украинцев (Наулко 1975, с.21С-
211). Ю.В.Иванова в статье о мариупольских греках, написанной, по всей видимости,
по имевшейся в её распоряжении литературе, повторила тезис о древней земледельчес-
кой культуре, которую принесли крымские переселенцы в Приазовье (Иванова 1964,
с.837-838). После проведения полевых исследований в Приазовье она пришла к тем же
выводам, что и В.И.Наулко (Иванова 1991, с.173). Однако, по ее мнению, трудности в
развитии земледельческого хозяйства в Приазовье грекам помогали преодолеть немец-
кие и болгарские колонисты (Иванова 1971, с.130-131; 1988, с.210-211).

Традиции скотоводческого хозяйства мариупольских греков весьма подробно
описал П.Порохов. Он констатировал: «греки, получившие от правительства тучные степи,
привыкшие с колыбели к скотоводству, считающие свое занятие честью и подкрепляю-
щие его благоразумием векового опыта, смогли довести плоды своих трудов до цвету-
щего состояния» (Порохов 1848, с.434). Необходимо отметить, что полевые материалы
об особенностях земледельческого и скотоводческого хозяйства мариупольских гре-
ков, которые опубликовали В.И.Наулко (1975), А.П.Ковалевский (1928), Ю.В.Иванова
(1971), С.К.Темир (1992), М.А.Араджиони (1993а), имеют прямые аналогии в описани-
ях хозяйственного быта крымских татар (Домбровский 1848, 1850, 1854; Кондараки
1872, с.31-55; Радде 1856, с. 290-330; Штиллинг 1868, с.38-40).
Х.Стезен, изучавший хозяйство мариупольских греков в 1843 г., отмечал, что в
каждом селении есть фруктовые сады, но они дикие, «по всему заметно, что поселяне
не имеют опытности, а особенно старания к садоводству, „хлебопашество у них в сла-
бом состоянии... овощи почти не сеют» (Стевен 1843, с.21-23). О том же писал Н.Ч-вь,
добавляя при этом, что вероятно греки не привыкли что-либо сажать сами: «в Крыму
растительность появляется и без усилий человека, не то что в безжизненной приазовс-
кой степи» (1893, с.249). Ю.В.Иванова также отмечала, что фруктовые сады греки по-
чти не разводили и за ними не ухаживали. Точку зрения Ю.В.Ивановой поддержали
С.К.Темир и Н.Н.Пономаренко (Иванова 1971, с.130-131; 1988, с.210-211; Пономарен-
ко 1993, С.118-120; Темир 1992, с.106; 1993, с.97).

О развитии виноградарства и виноделия у мариупольских греков в историогра-
фии Iфактически не упоминается. Данные о том, насколько эти отрасли хозяйства были
распространены у греков в крымский период их истории также весьма скудны. В ос-
новном они содержатся в работах археологов, которые отмечали достаточно большое
количество виноградных давилен - «тараканов» - в. Горном и Южнобережном Крыму,
причём они использовались с периода поздней античности до позднего средневековья
(Архив ИИМК.- Ф.Ю.- Д.18.- л.2; Д.41, л. 1-33). Ф.И.Брун в комментариях к опублико-
ванному им источнику начала XVIII в. привёл выдержку из записок графа Миниха, из
которых явствует, что в горном Крыму разведением виноградников в период позднего
средневековья занимались невольники-венгры. Так как многие из них погибли от чумы
в 1704 г.,*за лозами стали ухаживать греки и армяне, «поскольку татары и турки сажа-
ют виноград, но за ним не смотрят... сбор винограда они продают христианам, кото-
рые и перевозят вино в Украину, где его продают...либо меняют на... русские товары»
(Брун 1857, с.21). О том, что виноградарство накануне переселения христиан пришло в
упадок свидетельствуют документы: откуп с оставшихся в Крыму после греков и армян
виноградников составлял 1500 руб., в то время, как только городская пошлина Кафы
оценивалась в 4000 руб (ИР ЦНБ.-Ф.У.- Д.288, л. 163, 167об.). Материалы наших поле-
вых исследований показали, что навыки разведения винограда, которыми владели пред-
ки приазовских греков в Крыму, ныне практически утрачены. Однако, как видно из
описаний И.Кедрина, они сохранились в материальной культуре крымских татар (1846,
с.95-104; 1848, с.197-222).

В 1855 г. Н.Зуев писал, что главным занятием греков - жителей Мариуполя явля-
лось рыболовство и торговля соленой рыбой (Зуев 1855, с.72-75). Этот факт подтверж-
дается в описании Г.Титова, где говорится что греки-жители прибрежных сел занима-
ются рыбной ловлей и сбывают улов в западных губерниях России и даже в Польше.
(Титов 1849, с. 143) Однако, другой автор - А.Атгаринов - сомневался в опытности крым-
ских переселенцев в морском деле: «греки судоходством не занимаются, а если имеют
лодки, то русской постройки» (Анторинов 1874, с.47). Вероятно, это наблюдение мо-
жет быть справедливо лишь в отношении греков, переселившихся в Приазовье из гор-
ных сёл Крыма. На основании документов о возвращении артели ловцов устриц из
приазовской Ялты в с. Аутка, можно сделать вывод о существовании у южнобережных
греков в качестве основной отрасли хозяйства рыболовства и добычи продуктов моря
(Араджиони 1993в).

Как отмечает Р.И.Саенко, греки-горожане сразу после переселения в Мариуполь
составляли всего 2992 человека, из них 243 относились к купеческому сословию, а 2239
- к ремесленному. В 1795 г количество ремесленников сократилось почти вдвое (Саенко
1993, с. 132). Причиной этого, как считает исследовательница, было снижение покупа-
тельной способности населения, высокая конкуренция, реэмиграция в Крым. Г.Титов
обращал внимание на то, что в греческих селах почти не было ремесленников, об этом
же писала Ю.В.Иванова (Титов 1-849, с. 143; Иванова 1971, с.130- 135). В ходе полевых
исследований мы зафиксировали фамилии и клички, в основном тюркского происхож-
дения, с окончаниями на «джи» («мастер»), которые чрезвычайно распространены сре-
ди сельских жителей. Они свидетельствуют, что в Крыму, в условиях натурального хо-
зяйства и значительной удаленности от'городов, кустарные промыслы все же суще-
ствовали, но з Приазовье они стали отмирать (Архив КОИВ.- Ф.ПФЭЭ.-Д.1, 21).

Мариупольские гречанки, в отличие от украинок, ранее никогда не занимались
полевыми работами или уходом за домашним скотом. Традиционными женскими за-
нятиями являлись ковроделие и вышивка, в которых они достигли большого мастер-
ства. Этот факт приводили в своих исследованиях Г.Титов, П.Порохов, В.А.Бабенко и
многие другие авторы. В 20-30-е гг. в Мариуполе даже намеревались создать артель
рукодельниц, чтобы изучать и развивать традиции народной вышивки, однако эти планы
не были реализованы. В настоящее время, как свидетельствуют наши полевые матери-
алы, у мариупольских гречанок традиционная вышивка практически утрачена, ковро-
делие развито и бережно сохраняется только жителями с.Раздольное (Бабенко 1905,
с.63-64; ЦГАВОВУ,- Ф.413,- Оп.1,- Д.444, л.52-53; Архив КОИВ,- Ф.ПФЭЭ.- Д.1, л.34-47,
см. илл. 7, 9, 14,15).

* * М

М.Е.Земцов, изучавший в 1905 г. экономическое положение населения Мариу-
поля и его округи, отмечал, что греки наибольшее внимание уделяли жилищу и одежде
(Земцов 1905, с.6). Наиболее интенсивная разработка проблемы развития жилища на-
чалась в 1940-е гг. К настоящему времени с большей или меньшей полнотой исследова-
телями были описаны и проанализированы почти все его элементы: строительный ма-
териал, особенности конструкции и планировки дома и надворных построек, интерьер,
система отопления, домашняя утварь.

Типы построек греков з Приазовье одним из первых выделил В.А.Бабенко. Ос-
новным критерием классификации являлся строительный материал: 1) плетнево-ма-
занковые, 2) глинобитные, 3) лимпачевые и 4) каменные дома (Бабенко 1905, с.16-18).
В.И.Наулко отмечал, что в первые годы обустройства греков в Приазовье их жилищам
была присуща определенная планировка, техника строительства, унаследованная ст
крымского периода жизни. Он описал жилища, которые возводились из камня, из сме-
си глины с соломой или сырцового кирпича («лампач»), а также турлучные дема, s
которых деревянный каркас заполнялся глиняными вальками (Наулко 1975, с. 165-166).
В ходе полевых исследований 1969-1971 гг., проводившихся ИЭ АН СССР, О.Р.Будина
также обследовала постройки каркасной конструкции, старые срубные дома и пост-
ройки, сделанные из камня и глиняно-соломенной массы (вальки, саман). В группу наи-
более ранних жилищ переселенцев, сохранивших еще крымское своеобразие, исследо-
вательница вслед за В.И.Наулко отнесла углубленные в землю наземные дома со стена-
ми из дерна, дерева; каркасные конструкции стен с различным заполнением; дома из
глиняных вальков, необожженного кирпича, камня (Будина 1979а, с. 85).

В целом, этнографы пришли к выводу, что во второй половине - конце XIX в. в
Приазовье складывается определенный комплекс жилища, относящийся к южноевропей-
скому типу (Токий и др. 1991, с.165-172; Будина 1979а, с.92, 129; Наулко 1975, с.165-172)
(илл. 12). Однако, поскольку в этот период дома зажиточным грекам строили русские и
украинские мастера, это наложило отпечаток на традиционную конструкцию жилища и
его экстерьер (Наулко 1975, с. 166; Будина 1972, с. 196). О.Р.Будина считала, что «длинные»
дома распространились в Приазовье во второй половине XIX в., причём греки начали их
возводить по аналогии с традиционным жилищем соседей - немецких колонистов (Будина
19796, с.96-100). По мнению же Л.А.Лыгановой, работавшей в этнографической эксцеди-
ции КОИВ НАН в Крыму и Приазовье, тип «длинного» дома бытовал у греков еще до
переселения с полуострова (Архив КОИВ НАН,- Ф.ККАЭЭЭ.- Д.1, л.50-54).

Особенности греческого жилища в Приазовье во многом связаны с его интерье-
ром, в частности, с характером и расположением системы отопления (теплые сени «аят»,
комплекс очага с печью и др.) и своеобразным убранством комнат, сохранившим вос-
точный колорит. Всё это резко отличает жилище греков от восточнославянского дома
- единодушно указывают этнографы, описывая планировочную структуру и функцио-
нальное назначение традиционных жилых построек (Будина 19796, с.115; Наулко 1975,
с.166-167; Иванова 1988, с.213;Токийидр. 1991, с.171,Узун 1981, с.79). Не останавлива-
ясь подробно на анализе интерьера и внутреннего убранства, так как он в общих чер-
тах описывается всеми исследователями одинаково, обратимся к полемике этнографов
о корнях греческого жилища. По мнению В.И.Наулко, некоторые его элементы обна-
руживают большое сходство с подобного рода сооружениями Северного Кавказа, Кры-
ма и Балкан. Констатируя большое сходство жилища крымских татар с жилищем гре-
ков, он считает, что этот факт является следствием влияния греческой культуры на
тюркскую, а не наоборот, как полагали А.Аттаринов и В.А.Бабенко (Наулко 1975, с. 167,
171; Анторинов 1874, с.44-45; Бабенко 1905, с.34-36). На балканские истоки греческого
жилища указывали и О.Р.Будина, Ю.В.Иванова, Б.А.Куфтин, причем последний также
отмечал его связь с закавказскими и малоазийскими традициями (Куфтин 1925, с.27,
29-33; Будина 19796, с.116; Иванова 1988, с.213).

* * *

Исследования греческого костюма проводили В.А.Бабенко, В.И.Наулко, Ю.В.-
Иванова, М.А.Араджиони. Для реконструкции и характеристики сложившегося в Кры-
му комплекса традиционной одежды греков и изменений в нём, произошедших после
переселения в Приазовье, исследователи обращались к описаниям Г.Титова, А.Атта-
ринова и земских учителей Мариупольского уезда, к коллекциям предметов традици-
онной культуры, которые хранятся в фондах МКМ, ДОКМ и РЭМ (Титов 1849, с. 140;
Архив ИИМК,- Ф.1. (1889).- Д.87, л. 12-58; Архив ИЭ РАН,- Ф.ОЛЕАЭ.- Е.х.8, л.1- 19,
илл. 6,7, 8, 9; ГАОО.- Ф.93.- Оп.1,- Д.178, л.7об, 31; ИР ЦНБ.- Ф.У.- Д.706; РЭМ.- Фон-
ды,- Кол.3071; РЭМ.- Фототека,- Кол.3282, 4929) (илл. 16, 17, 18, 20, 21, 23).

Исследователи отмечают, что бытовавшая у мариупольских греков нательная
плечевая одежда - рубаха одинакового для мужчин и женщин туникообразного покроя
«кампсу» (рум.), «кольмек» (ур.) - ведет своё происхождение от традиционной одежды
греков византийской эпохи (Наулко, 1975, с.246) или с ещё более древних времен (Ива-
нова 1976, с. 45) (илл. 19). Наличие в мужской рубахе широкого подола В.И.Наулко и
Ю.В.Иванова считали отголоском распространенной на Балканах фустанеллы (Ива-
нова 1976, с.46). Покрой поясной нательной одежды - мужских штанов и женских ша-
ровар - свидетельствует о влиянии малоазийских традиций (Курылев 1976, с. 154-156)
(илл. 7). В целом, комплекс традиционной женской одежды с шароварами и халатом,
способы ношения головных уборов (платка «баш явлух» и полотенцеобразной «мара-
мы»- ур.), украшения, говорят о глубоком проникновении в греческую культуру культур
народов Крыма (Наулко 1975, с.247; Араджиони 1993д, с.92) (илл. 7, 8,16, 17, 18,20). 

В описаниях греческого костюма XIX в. значительное внимание уделялось празд-
ничной одежде, головным уборам, комплексу украшений (илл. 9, 16-1'7, 20, 21). Зафик-
сированный у мариупольских гречанок полотенцеобразный головной убор «перифтар»
(Архив ИИМК.-Ф.1. (1889).- Д.87, л. 56; Архив ИЭ РАН,- Ф.ОЛЕАЭ,- Е.х.8, л.1, 7об;
ГАОО,- Ф.93,- Оп.1,- Д.178, л.7об, 31; ИР ЦНБ,- Ф.У.- Д.706; РЭМ.- Фонды.- Кол.3071;
Бабенко 1905, с.57, см. илл. 21,23), а также украшения к нему, исследователи сравнива-
ли с аналогичными элементами костюма народов Балкан, Малой Азии и Кавказа (На-
улко 1975, с.247-249; Иванова 1976; с.44-52). Связь с малоазийскими и кавказскими тра-
дициями учёные усматривают и в обычае гречанок носить пояс с массивными ме-
таллическими бляхами.

Верхняя и праздничная одежда греков обнаружили большую подвижность: уже в
середине XIX - начале XX вв. мариупольские греки стали отдавать предпочтение «го-
родскому» или «русскому» костюму (илл. 21,23). Изучению этого процесса особое вни-
мание уделили В.И.Наулко (1975, с.245-252) и Ю.В.Иванова (1976, с. 46-54). Они отме-
чали, что “костюм мариупольских греков в полной мере отражает, социальные связи
этноса в каждый конкретный период его истории, так как формы культуры господству-
ющего этноса (крымских татар, а затем русских, украинцев), приобретая престижный
характер, прочно укоренялись в традиционной одежде”.

* * *

Система питания и традиционная кухня мариупольских греков практически не
исследованы. Скудные описания присутствуют в работах М.Е.Земцова (1905, с.29-30),
Г.Титова (1849, с.139), П.Порохова (1848, с.599), А.А.Скальковского (1851, с.396, 403),
Ю.В.Ивановой (1988, с.208,210) (илл. 13). Более информативными являются труды А.Ат-
таринова (1874, с.44-45) и В.Кондараки (1875, с.107-109). Свои наблюдения В.Х.Конда-
раки проводил среди ауткинских греков спустя восемьдесят лет после их возвращения
из приазовской Ялты. К этому времени в Аутке кроме крымских греков-старожилов
уже поселились балаклавские греки и выходцы из Анатолии, поэтому поначалу мы от-
неслись достаточно критически к этому источнику (Араджиони 1993г, с. 5). Однако,
после сравнения материалов В.Х.Кондараки с другими описаниями пищи приазовских
греков и результатами наших полевых исследований мы убедились в достоверности
приведенной информации.

По описанию В.Х.Кондараки у греков, живущих на Южном берегу Крыма, были
распространены продукты питания растительного происхождения: баклажаны, кабач-
ки, лук, чеснок, перец, огурцы, хмель, бобовые, бахчевые, дикая спаржа, цикорий, кра-
пива, зерновые (пшеница, рожь, просо), различные фрукты. В рационе питания особое
место занимали продукты моря: рыба разных сортов, мидии, устрицы, гребешки, По-
всеместно употреблялось мясо, в основном баранина, кисломолочные продукты. По
описаниям XIX в. известно, что в Приазовье греки практически не занимались огород-
ничеством, поэтому покупали овощи у болгар, немцев, русских и украинцев. Лишь со
второй половины XIX вв. они начали употреблять в пищу картофель, капусту, свеклу.
Это подтверждается материалами полевых исследований, проведенных В.И.Наулко,
Ю.В. Ивановой, сотрудниками КОИВ НАН (Архив КОИВ НАН.- Ф. ПФЭЭ.- Д.1, 21).

По описаниям земских учителей и А.Аттаринова греки делали хлеб в основном из
пшеничной муки, без дрожжей, в тесто клали большое количество соли (ГАОО,- Ф.93.-
Оп.1.- Д.178, л.7об; Анторинов 1874, с.44). Эта особенность была отмечена также вра-
чом В.Щепетовым (1886, с.30), изучавшим рацион питания южнобережных крымских
татар. В целом, как отмечали все исследователи, мучные блюда в традиционной кухне
мариупольских греков получили большое распространение. В основном использова-
лось пресное и слоеное тесто, редко дрожжевое, которое варилось, жарилось, выпека-
лось в виде лепешек «пита», всевозможных пирогов с начинками из мяса, тыквы, фрук-
тов и других изделий. Из проса и пшена изготавливали самый распространенный хмель-
ной напиток «буза» - с резким хлебным запахом и вкусом. Специальные исследования
показали, что этот напиток бытовал и среди других народов Крыма, а по своему хими-
ческому составу был гораздо питательнее и полезнее бузы, распространённой у наро-
дов Малой Азии и Кавказа (Щепетов 1886, с. 10; Казанский 1890, с.55-56).

В конце прошлого века в описании быта греков с.Константинополь указывалось:
г

«бедный класс исключительно питается хлебом, перцем и кандёром (густой суп-каша),
заправленным арьяном (кисломолочный продукт)» (ГАОО.- Ф.93.- Оп.1.- Д.178, л.7).
Наши исследования показали, что в традиционной кухне урумов и румеев «первые блю-
да» не отличались разнообразием: самым известным и любимым блюдом считается
«шурпа» и супы заправленные крупами или мучными изделиями различной формы.
Они имеют прямые аналогии с блюдами традиционной кухни крымских татар, описан-
ными Ф. Домбровским (1850, с.477).

Материалы А.Аттаринова доказывают, что в рационе питания мариупольских
греков большую долю составляли продукты животного происхождения. Мясо заготав-
ливали впрок: из соленой и вяленной на солнце баранины делали «хахач» (у крымских
татар - «какач»), в особых больших кадках с употреблением гнета - солонину из бара-
нины и говядины, из соленого бараньего сала и обжаренного мяса - «хаурма» - вялен-
ную колбасу (Анторинов 1874, с.45). Из коровьего молока делали сыр и домашнюю
ряженку «арьян», которую заготавливали также впрок и, разведя водой, употребляли в
пищу во время полевых работ (Анторинов 1874, с.45). Подобный же напиток под назва-
нием «язма» был и у крымских татар (Домбровский 1850, с.478; Щепетов 1886, с. 10).
Лакомым блюдом греков являлся «каймак» - жирные пенки, снятые с топленого моло-
ка и сложенные горкой.

Рыбу греки, живущие на побережье, отваривали в морской воде или жарили на
жире и оливковом масле с соусом из овощей, а также солили и вялили (Анторинов 1874,
с.45; Державин 1914, с. 108).

Ритуальные блюда греков были описаны С.Марковым и О.Ксенофонтовой-Пет-
ренко: кутья «колва» - поминальное кушанье, которое готовилось жидким, как суп, или
густым, как каша из отварных зерен пшеницы и риса; пасхальный калач «псатыри»,
символизирующий терновый венец Христа; крещенский хлеб «Ставрос» и т.д. (Марков
1892, с.412-413; Ксенофонтова-Петренко 1979, с. 175).

Подводя итог этнографическому изучению традиционной кухни греков Приазо-
вья можно заключить, что:

1.	Специальных исследований пищи мариупольских греков не проводилось, хотя
источниковая база позволяет это сделать. Из имеющихся описаний, невозможно уста-
новить особенности кухни урумов и румеев, которые бы несли какую-либо этническую
специфику.

2.	Ю.В.Иванова определяет кухню греков Приазовья как мясо-молочную (Ивано-
ва 1988, с.210), что является характерным признаком скотоводческого типа хозяйства.
Имеющиеся полевые материалы позволяют нам предположить, что преобладание ско-
товодческого направления в хозяйстве, существовало лишь у жителей сёл Центрально-
го, Восточного и некоторых районов Юго-Западного Крыма. В Горных и Южнобереж-
ных районах наблюдалась большая сбалансированность исходных продуктов питания:
наряду с мясо-молочными, их население употребляло много мучных, растительных и
рыбных блюд, что говорит о земледельческо-скотоводческой деятельности крымских
христиан, живших на этих территориях (Араджиони 1993г, с. 190).

3.	Кухня греков Приазовья, наряду с небольшим количеством оригинальных блюд,
находит прямые аналогии в традиционной кухне других старожильческих народов
Крыма - крымских татар, караимов, и крымчаков - как в технологии приготовления,
так и в названиях.

4.	Прямых аналогий с системой питания, бытовавшей у других групп греческой
диаспоры (например, у греков Кавказа) пока не обнаружено. Современная кухня кав-
казских греков отличается от кухни приазовских греков растительно-молочной ориен-
тацией (Акритас 1962; Хаханов 1907; Эриксон 1898), Араджиони 1993г, с. 190).
9.2. ТР44ИШ10ННЫИ БЫТ И 4ХХ08Н4Я КУ71&ТХР4

^4Н уховная культура - это выработанная коллективным разумом людей вся
система производственных навыков, семейных знаний, традиций и обы-
чаев (связанных с хозяйственной, социальной и семейной жизнью чело-
века), различных видов искусств, народного творчества, религиозных представлений и
верований, которые передаются как обязательная информация от поколения к поколе-
нию через рассказ или показ, через существующие формы воспитания (Итс 1991, с.55).
Мы рассмотрим историографию традиционного быта, религиозных воззрений и тра-
диций, календарных и семейных обрядов.

Проблемы традиционного быта и общинного права мариупольских греков прак-
тически не разрабатывались этнографами. Некоторые сведения приводили в описани-
ях авторы XIX в. Общину крымских греков как политический и социальный институт в
Крымском ханстве описал И.И.Соколов (1932, с.306-312). Документы и исследование о
сельской общине в Крымском ханстве, ее социальном и экономическом статусе издал
Ф.Ф.Лашков (1887, с. 1-76). Анализ лексики социальной сферы, которая является цен-
ным источником для изучения общины и семейно-родственных отношений крымских
переселенцев, опубликовала Т.Н.Чернышева. Сбор материала по этой проблематике
проводили сотрудники ИЭ АН СССР и КОИВ НАН Украины, однако он еще не опуб-

ликован.

По материалам Т.Н.Чернышевой, которые были подтверждены и нашими поле-
выми исследованиями, основной единицей коллектива у мариупольских греков был род
в биологическом смысле этого слова - «сой», который включал в себя кровное и дого-
ворное родство, своячество, но хозяйственная связь между членами рода не всегда была
крепкой, так как в сой входили и территориально отдаленные родственники. Основной
единицей рода являлась большая семья «тайфа», которая объединялась вокруг общего
родоначальника, которым был чаще всего старейшина - «папус», но всю полноту влас-
ти имел «сурбаджис» - собственник семейного надела, на котором жила и работала
«тайфа» (Чернышева 1975, с.52-55; Архив КОИВ НАН,- Ф.ПФЭЭ.- Д.1, л.60-66; Д.21,
л.52-60). Исследовательница считала, что «тайфа», которая переводится с турецкого
языка как «военный отряд», «команда военного корабля», в среде крымских христиан
имела как хозяйственное, так и военное значение (Чернышева 1975, с.53). Анализ неко-
торых письменных источников показал, что Т.Н.Чернышева была права, указывая на
изначально военную организацию «тайфы».

Как свидетельствуют материалы Т.Н.Чернышевой, родственные связи между людь-
ми в греческих говорах отмечаются достаточно своеобразно: мужские названия в боль-
шинстве своем тюркского происхождения, а женские - сохраняют греческую основу,
что свидетельствует о консервативности общения женщин с внешним тюркоязычным
миром в период их жизни в Крыму. В этом исследователи усматривают проявление
своеобразия уклада греческой семьи, которая впитала в себя некоторые традиционные
формы разделения труда и взаимоотношения, принятые в семьях народов, исповедую-
щих ислам (Чернышева 1975, с.51-55). Эллинисты также отмечают, что терминологи-
ческое подчеркивание роли старших детей в семейной иерархии вообще не характерно
для новогреческого языка, в то же время, это обычное явление в тюркских языках (Чер-
нышева 1975, с.55; Покровская 1961, с. 11-81). Т.Н.Чернышева объясняет этот факт не-
обходимостью терминологически обозначить некоторые возникшие в Крыму семей-
ные институты.

У греков большое значение имеют так называемые «договорные» родственники:
крестные родители и побратимы. Однако, приходится констатировать, что этнографа-
ми практически не исследованы обычаи побратимства и посестринства, а также «кор-
мильство» или «аталычество», которые были очень распространены среди греков и татар
в Крыму (Смирнов 1887, с.348; Равдоникас 1981), и сохранились до сих пор, что под-
тверждается нашими полевыми исследованиями. Крестных родителей в старину моло-
дежь уважала даже больше, чем родных, они в свою очередь заботились о крестниках,
были главными распорядителями свадебных обрядов. Чрезвычайно развито среди гре-
ков было чувство уважения к старшим и пожилым людям: в их присутствии молодежь
не садилась, при приветствии обязательно целовала им руки (ГАОО.- Ф.93.- Оп.1.-Д.
178, л.4-15).

Т.Н.Чернышева отмечала, что подавляющее большинство тюркских элементов в
лексике румейского языка свидетельствует об интенсивности социально-экономичес-
ких контактов между крымскими христианами и татарским населением. В Приазовье
тюркская лексика отчасти стала замещаться украинской и русской. Так, из социально-
бытовой лексики румеев, только два слова греческого происхождения - «село» и «одно-
сельчанин», то есть те, что связаны с узким кругом общения внутри своей этнической
группы. Практически все названия профессий тюркские или русифицированные, поли-
тические понятия также русифицированы, кроме слова «война» - «дугуш» (тюрк.) (Чер-
нышева 1975, с.51-55).

Мариупольские греки исповедуют христианство православного толка. Исследо-
ватели спорят о том, когда же христианская религия победила язычество в Крыму.
Ю.Кулаковский считал, что на Керченский полуостров христианство проникло и укре-
пилось уже в V в. (Кулаковский 1891, с. 1-30). В краеведческой литературе распростра-
нено мнение, что первые христиане в Таврике появились уже во П-Ш вв., и с этого
времени христианство начало активно распространятся на полуострове (Струков 1876,
с.3-10: Кондараки 1871, с.3-8; Хартахай 1867, с.3-15). Против этой точки зрения высту-
пал А. Л.Бертье-Делагард (1886; 1910; 1918) и ряд других исследователей. По свидетель-
ству письменных источников и археологических материалов, только к IX в. население
Херсонеса стало в основной своей массе христианским, хотя в сельской округе было
еще много язычников (Зубарь 1991, с.8-30; Новиченкова 1993, с.54-66).

Авторы работ по истории христианства в Крыму - Ф.А.Хартахай (1867, с.17), М.Фе-
офилов (с. 1-52); В.Х.Кондараки(1871, с. 1-28); А.И.Маркевич (1910, с.516-143) - отмеча-
ли, что крымские христиане даже в период позднего средневековья все же были невеже-
ственны в вопросах веры, хотя и отличались некоторым фанатизмом. Это подтвержда-
ет источник начала XVIII в., опубликованный в 1881 г. В.Х.Кондараки: «у них до такой
степени изгладились всякие понятия о религии, что нужно было учить их делать крест-
ное знамение» (Дюбан 1881, с.2).

Исследователи установили, что христианское население Таврики объединялось в
несколько епархий: Боспорскую (IV-ХШ вв.), Херсонскую (VI-XVII вв.), Готскую
(VIII(IX)-XVIII вв.), Сугдейскую (VIII-XVI вв.), Фулльскую (1Х-ХПвв.), Кафскую (ХШ-
XVIII вв.), которые подчинялись константинопольскому патриарху вплоть до выселе-
ния греков из Крыма (Арсений 1873, с.60-86; Бертье-Делагард 1920, с.129-135; Григоро-
вич 1847, с. 131-164; Кулаковский 1890, с.173-202; Герцен 1991, с.119-122).

Еще В.И.Григорович пытался определить, какие святые наиболее почитаемы ма-
риупольскими греками. Он был удивлен, не найдя в Приазовье ни одной иконы, связан-
ной с канонизированными церковью крымскими святыми: св.Климснта, св.Стефана
Сурожского и других (Григорович 1874, с.28). Вслед за ним к поиску церковных древ-
ностей, могущих пролить свет на этническую историю христиан в Крыму и особеннос-
ти их религиозных воззрений, приступили Ф.А.Браун, Н.И.Репников и А.Л.Бертье-Де-
лагард. Последний исследователь в процессе подготовки своей статьи «О недоуменных
вопросах...» провел большую работу по изучению истории христианских епархий, со-
ставил списки епископов и митрополитов и храмовых сооружений, существовавших на
полуострове с периода раннего средневековья вплоть до выхода христиан. По мнению
А.Л.Бертье-Делагарда, наиболее почитаемыми святыми в Крыму являлись: св. Геор-
гий, св.Феодор Тирон и Феодор Стратилат, св.Димитрий (КРКМ.- Оп.5.- Д.49 (папка
12), л. 12).

А.В.Мальгин и М.Р.Мальгина, опираясь на материалы А.Л. Бертье-Дслагарда,
заключили, что наиболее почитаемыми святыми были святые Феодоры - Тирон и Стра-
тилат (1993, с.7). Мы проанализировали списки крымских каймаканов, где были указа-
ны оставшиеся на полуострове после ухода христиан храмы, и ведомость митрополита
Игнатия и пришли к следующим выводам: наибольшее количество культовых соору-
жений было посвящено св.Георгию (И), гораздо меньше - Богородице (7), св.Феодо-
рам Тирону и Стратилату (6), вмч.Дмитрию (5). Св.Иоанну Крестителю, св.Михаилу
Архангелу и пророку Илье было посвящено по три церкви. Результаты полевых иссле-
дований мариупольских греков подтвердили, что у потомков крымских переселенцев
особым уважением пользуются св.Георгий, св.Феодор Тирон и Стратилат, пр.Илья,
св.Константин и Елена, св.Пантелеймон (Архив КОИВ НАН.- Ф.ПФЭЭ.- Д.1, л.68-70).

В.Х.Кондараки считал, что почитание в Крыму св.Георгия было связано с разви-
тием у греков мореплавания (Кондараки 1875, с.213). Однако, как было показано выше,
много греков жило в во внутренних районах полуострова и не имело отношения к морю,
тем не менее, у них существовали церкви в честь этого святого. Вероятно, ближе к исти-
не Ю.В.Иванова, которая отмечала, что образ св.Георгия чрезвычайно сложен и явля-
ется одним из наиболее популярных святых христианской религии в Восточной и Юго-
Восточной Европе. Для этого региона, по мнению исследовательницы, наиболее ближе
те его черты, которые связаны с скотоводством, относительно слабее - земледельчес-
кие; достаточно ясно присутствуют элементы, имеющие отношение к магии брака и
плодородия, менее - мотивы змееборчества. У народов Юго-Восточной Европы и за-
падных районов Малой Азии. Георгиев день стал традиционной датой начала летнего
выпаса скота. Дата возвращения животных с летних пастбищ - день св.Димитрия (26
октября) (Иванова 1982, с. 166; 1978, с.268-282).

Как было показано выше, в историографии уже достаточно устоялось мнение о
преобладании скотоводства отгонно-пастбищного типа в хозяйстве крымских гре-
ков. Возможно поэтому, если принять трактовку образов св.Георгия и св.Димитрия
Ю.В.Ивановой, в Крыму так же были распространены храмы в честь этих святых. По-
читание культа св.Пантелеймона у приазовских греков, вероятно, особенно распростра-
нилось в XIX в. и было связано с притоком в общину крымских переселенцев греков -
выходцев из Анатолии. Они, по нашему мнению, и принесли в Приазовье этот культ,
более распространенный в Малой Азии и практически не известный христианам в сред-
невековом Крыму (Житие 1880, с.3-13,15; Архив КОИВ НАН.Ф.ПФЭЭ.- Д.1, л.71).

С.А.Серафимов и С.И.Марков описали ряд религиозных праздников, которые
греки отмечали в Приазовье отлично от других православных христиан: перед празд-
ником Крещения и Воздвижения креста греки пекли и приносили для освящения хлеб в
форме креста - «ставрос»; в День Преполовения и св. Константина и Елены совершали
крестные ходы на засеянные поля, по пути святили воду и просили дождь; накануне
Рождества и Нового года дети и старики ходили по домам с самодельным плугом или
испеченным из теста маленьким плужком и пели древние колядки; на Пасху пекли хлеб
«псатырь» в форме креста, вписанного в круг, символизирующий терновый венец спа-
сителя (Серафимов 1901, с.32-40; Марков, с.411-413). Некоторые обряды, проводивши-
еся мариупольскими греками, известны у греков Греции и народов Балканского полу-
острова (Анфертьев 1979, с.133-139; Иванова 1973, с.308-330; 1977, с.322-337; Понома-
рева 1993, с. 117).

Весьма своеобразный полуязыческий праздник - на Ивана Купала - был описан
В.Х.Кондараки: накануне этого дня молодежь обязательно купалась в море, а затем
прыгала через костер, выполняя тем самым магический ритуал очищения огнем. После
этого в кувшин с водой складывали различные предметы (в основном металлические
украшения), накрывали его полотенцем, сверху которого клали ножницы, гребешок и
замок. Утром вещи вынимали из кувшина с особыми припевками (Кондараки 1875,
с.91-93). По С.И.Маркову этот праздник считался «женским». В ночь на Ивана Купалу
мариупольские девушки-урумки ставили «под месяц» кувшин с водой, в который так-
же клали свои вещи, а утром с песнями и прибаутками их вынимали, загадывая о заму-
жестве (Марков 1892, с.410-411).

По описанию В.И.Шевченко, очищение огнем мариупольские греки совершали в
период между Новым годом и Крещением. Согласно поверью, в эти “проклятые” дни
по ночам бродит нечистая сила - некрещёные дети «каракадзалы». Их отгоняли от жи-
лищ, разводя перед воротами большой костер. Запретными для работы у греков счита-
лись первые три дня февраля, иначе в семье или в хозяйстве могло родиться изувечен-
ное потомство. «Спасались» от несчастья посыпав пеплом кошку, которая считалась
олицетворением нечистой силы, ведьмой. В.И.Шевченко зафиксировал у мариупольс-
ких греков еще одно проявление язычества - всевозможные амулеты, которые выреза-
лись из блестящего металла в виде больного участка тела или органа (весьма стилизо-
вано) и носились на веревочке вокруг шеи. Небезынтересно, что хранились эти амуле-
ты в церкви. Греки имели и своих домовых - «стуши», которых пытались задобрить,
особенно под Новый год, когда их можно было увидеть (Шевченко 1927).

Наиболее обширна историография храмового праздника «панаир». Он был опи-
сан еще в середине XIX вв. архиепископом Гавриилом, затем Г.Титовым, П.Порохо-
вым, С.Серафимовым, Ф.Брауном, С.Марковым, В.Бабенко, В.Шевченко, а также стал
темой многих газетных статей и заметок. Название праздника и толкование общего
смысла обычая варьируются: у П.Порохова, В.Шевченко, Ф.Брауна - «панаир» (Поро-
хов 1848, с.433); Г.Титова - «панигир» (1849, с. 151); С.Серафимова - «панигорис» (19Q1,
с.32-33); С.Маркова - «панагир» (1892, с.408); Ю.В.Ивановой - «панаер», «пангорис»,
«панаир» (1988, с.216). Праздник трактовался как «храмовый», посвященный святому
или событию церковной истории, в честь которого был освящен алтарь церкви. Одна-
ко одни считали его «публичными играми в высокие церковные праздники» (Браун 1891,
с.86), другие еще более определённо - «отзвуком древнегреческих агапов и Олимпийских
игр» (Титов 1849, с.151; Шевченко 1927, с. 11), третьи - «общественным обедом, приуро-
ченным к какому-либо храмовому празднику» (Марков 1892, с.408). Ю.В.Иванова при-
вела перевод этого термина с новогреческого языка как «празднество, торжество, рели-
гиозный праздник, народное гулянье, пир, веселье, шум, ярмарка, суматоха» (Иванова
1988, с.216) (илл. 23).

С.И.Марков провел анализ этимологических толкований этого праздника, быто-
вавших в XIX в.: «одни местные жители, желающие видеть в панаире бледные остатки
древнегреческих игр, производят это слово от древнегреческого «панагиро» - «соби-
раю», другие - от собственного имени «Панайя», что означает на местном турецко-
татарском языке «Божия Матерь». Исследователь пришел к выводу, что древнегречес-
кие игры имели другие названия и характер, к тому же «жизнь местных греков включа-
ет в себя весьма мало не только из преданий древнегреческого мира, но и сравнительно
поздней эпохи византийского периода, поэтому следует принять второе толкование»
(Марков 1892, с.408). Однако, некоторые современные исследователи, не соглашаясь с
предыдущим автором, все же считают, что «праздники мариупольских греков - «юрты».
получили свое распространение в древней Элладе и были посвящены особо почитаемым
божествам. «Панаирис» - такой же праздник, только с торжественным шествием в храм,
который в настоящее время сводится к общественному обеду для всех желающих и завер-
шается, как в древности, зрелищами - борьбой и скачками” (Пономарёва 1993, с.116).

По описаниям П.Порохова, С.И.Маркова, С.А.Серафимова, заведовал праздни-
ком особый распорядитель - «ватаирджи» или «презус». Им мог быть любой человек,
который на последнем панаире изъявил желание принять участие в устройстве празд-
ника с условием, что он может всецело оплатить расходы по его организации. Благо-
словляя добровольное согласие распорядителей будущего панаира, священник давал
им по кусочку хлеба «пенды» или «пенд-арту» (Порохов 1848, с.433-434; Серафимов
1901, с.ЗЗ; Марков 1892, с.4С8).

Собственно праздник начинался торжественным молебном в честь святого, имя
которого носил престольный праздник. Он заканчивался обедом, который прохо-
дил за общим столом под открытым небом. В нем участвовали все присутствую-
щие. Обед жители села готовили в складчину: приносили кто что мог (Иванова 1988,
с.217). В.А.Бабенко считал, что жители села приносили для приготовления обеда толь-
ко тех животных, которые были когда-либо обещаны святому в избавление от предсто-
ящего несчастья (Бабенко 19056, с. 125). По описанию П.Порохова, накануне панаира
на площадку возле церкви сгонялся «жертвенный» скот, и после молебна и борьбы про-
исходила церемония «заклания жертвенного скота» (Порохов 1848, с.433). В.Кондара-
ки отмечал, что у греков Аутки русская православная церковь еще в середине XIX в.
запретила панаир, который они обычно праздновали на подворье Успенской церкви,
из-за «принесения языческих кровавых жертв» (Кондараки 1875, с.90-98).

Поварами были в основном мужчины. Общественный обед не отличался разнооб-
разием блюд: буза и хлеб заготавливались заранее, в день праздника отваривали куски
жертвенного мяса, затем их вынимали и на бульоне варили густую пшенную кашу (Ива-
нова 1988, с.217). По окончании обеда устраивали конные состязания и борьбу. Борьба
«куреш» или «полемос» (Ял11931, с.175) происходила на площади или на большой поля-
не перед селом. Зрители становились кругом, из их числа добровольно выходили в центр
круга борцы, которых одевали в специальные костюмы из грубой ткани с красным ма-
терчатым поясом (Иванова 1988, с.218). В кругу стояли старики, наблюдая, чтобы поеди-
нок проходил по правилам, они большинством голосов решали спорные дела. Борцы
благословлялись священником, который обязательно присутствовал на играх. Против-
ники обхватывали друг друга руками, стараясь повалить на землю. Тот, кто первым ка-
сался спиной земли, считался проигравшим. Для победы необходимо было побороть грех
человек подряд (Шевченко 1927, с.И). Аналогичные правила борьбы, приуроченной к
празднику, описаны С.И.Васюковым у горных татар Крыма (Васюков 1904, с. 19).

Исследователи разделились в мнении, какой приз победителю готовил хозяин па-
наира в старину: ягненка (Бабенко 1905, с. 125), барана, сумму денег, воловью голову
(Анторинов 1874, с.47), бычью голову (Марков 1892, с.410). Барана, предназначенного
для приза, называли «хушхар». Несколько отличается от приведенных выше описание
борьбы П.Прохорова: в круг выходили натертые мылом «охотники бороться, и тот,
кто одолеет трех противников, получал в награду голову быка или овцы и кожу живот-
ного». Туловище жертвы тут же разрезалось на куски, варилось, жарилось. Ели все
желающие. «Когда жертвы кончатся, приступали к скачкам на лошадях и пробе сил
быков: человек быками должен был втянуть на гору тяжелый груз» (Порохов 1848, с.433-
434). Это описание панаира наиболее раннее из всех известных. Не исключено, что ряд
особенностей проведения праздника был утерян и не дошел до нас в позднейших свиде-
тельствах (Араджиони 1993а, с. 191). Правила проведения скачек «хучи» на панаире были
также приведены в работах С.Г.Яли (Ял! 1934, с. 175) и В.А.Бабенко, причем отмечено,
что наездники скакали на лошадях по кругу и получали такой же приз, что и победи-
тель в борьбе (Бабенко 19056, с. 125).

С.И.Марков описал также традицию «женских» панаиров, которые проводили
прихожане церкви Рождества Богородицы, когда кому-либо приснится плохой сон или
в доме случится несчастье. По материалам наших исследований, основным мотивом
проведения этих панаиров, являлось желание бесплодной женщины забеременеть, или
желание женщины родить здорового ребенка, так как в этой церкви находилась чудот-
ворная икона, к которой гречанки обращались за помощью еще в Крыму (Марков 1892,
с.409; Архив КОИВ.- Ф.ПФЭЭ.- Д.1, л.80).

Таким образом, исследователи считают, что панаир - это религиозный, обществен-
ный и семейный праздник, который вобрал в себя обычаи, возникшие в разное время и
по разным причинам, но слившиеся в единый комплекс, который органично вошел в
традиции национального быта (Иванова 1976, с.217). По мнению Ю.В.Ивановой, в ре-
лигиозных действиях с хлебным караваем, который должен был благословляться свя-
щенником накануне праздника, отражены обычаи древних земледельческих народов, к
которым, по-видимому, принадлежали предки современных греков. Существование
традиции общей трапезы - это символ единения определенной группы людей и род-
ственной, и общественной, действие законов гостеприимства. В традиции организации
борьбы на празднике просматривается влияние культуры восточных народов - турок и
татар (Иванова 1988, с.217-218; Араджиони 1993а, с.191-192).

Праздник “пондикистрия” (рум.) или «сычанчих», «сычанджих» (ур.) - «мышо-
нок», который проходит у греков на 25 день после Пасхи, впервые был описан С.И.-
Марковым, наблюдавшим его у греков-урумов Мариуполя. По его мнению, этот обряд
носит земледельческий характер и связан с началом полевых работ. Об этом свидетель-
ствуют ритуальные действа, совершающиеся в ходе праздника: из теста пекли хлебцы в
виде мышонка и калач особой формы с запеченным в середине яйцом («сабан халач» -
плуг-калач). Дети несли их на поле и начинали катать калач с горки, чтобы определить,
будет ли хороший урожай осенью и бросали друг другу мышек (Марков 1892, с.411-
412). Другой исследователь - В.И.Шевченко - называл этот праздник «девичий», так
как, по его мнению, в нем принимали участие исключительно девушки. Также на 25
день после Пасхи они пекли мышек, а затем шли с ними в поле, где их крошили, при
этом приговаривая «уйдут мыши». Автор считал, что обряд ведет свое начало от праз-
дненств, которые устраивались в античное время в честь Аполлона Сминфейского (Шев-
ченко 1927, с. 11).

По материалам наших полевых исследований, описанный С.И.Марковым «сабан-
халач», как урумы, так и румеи называют ещё «арту», так же румеи именуют и празд-
ник, во время которого необходимо носить арту на поле и с его помощью гадать об
урожае. В некоторых сёлах после выполнения обряда арту съедали прямо на поле или
относили на могилу умершего родственника. По словам информаторов, эти действия
исполняли только дети и женщины (необязательно девушки). Респонденты сообщали
также о «празднике мышонка», причем иногда его хронологически объединяли с Арту,
в таком случае хлебцы в форме мышек раскидывали по посевам, принося «дань грызу-
нам», чтобы они не портили урожай. Если же «сычанчих» описывали как особый праз-
дник, то обязательно упоминали, что в этот день нельзя ложиться спать: «мышь проест
одежду» (Архив КОИВ НАН.- Ф.ПФЭЭ.Д.1, л.73-76). В исследовании В.И.Шевченко
«Арту» и «Пендыкусты» также рассматриваются как два разновременных земледель-
ческих праздника (1930, с. 112-115). Автор дал развернутый анализ совершаемых ритуа-
лов, привел их семантику, однако, убежденность в «античных» корнях культуры мари-

упольских греков привела к некритическому подходу к полевому материалу, подгонке
фактов и ряду необоснованных выводов (Шевченко 1930, с.111-126).

* t *

Обряды и обычаи семейного цикла мариупольских греков исследованы в разной
степени, в основном работы посвящены свадебному циклу. О.Ксенофонтова-Петренко
(1979, с.173-185) и С.И.Марков (1892, с.201-210) достаточно подробно изложили сва-
дебный обряд греков с.Сартана и г.Мариуполя. В основном на их материалы опира-
лись современные исследователи духовной культуры мариупольских греков - О.Б.Мо-
руженко (1993а, с. 143-145; 19936, с.93-95), И.С.Пономарёва и Т.И.Сорока (1991, с.181-
184), которые освещали степень устойчивости некоторых традиционных элементов сва-
дебной обрядности в настоящее время и их трансформацию.

О.Б.Моруженко провела беглое рассмотрение традиционной свадебной обрядно-
сти на севере Греции и в Приазовье, в результате чего выделила ряд общих черт - пере-
дача свахе или сватам кольца и вышитого платка, обряд окрашивания невесты хной,
«праздник сита» или вообще приготовление свадебных хлебов, девичник накануне вен-
чания; бритье жениха, роль крестных родителей в свадебном обряде, обычай одарива-
ния (19936, с.93-95). По мнению исследовательницы, они позволяют утверждать, что
основные элементы свадебной обрядности греков Приазовья сложились еще до того
как они покинули Грецию, и в основном, сохранились на протяжении нескольких сто-
летий (Моруженко 19936, с.95). Автор не уточнила, на основании каких материалов,
освещающих свадебные обряды греков Северной Греции, проводилось это сравнение.
Вероятно, была использована работа А.Н.Анфертьева (1988, с.206-229). Мы обрати-
лись к аргументации исследовательницы и к первоисточникам.

Все вышеперечисленные элементы свадебного обряда характерны не только для
греков Греции и Приазовья, но и других народов, живущих в Украине, хотя имеют
определенные особенности. Наиболее этнически специфичными являются обряды ок-
рашивания хной, бритья жениха и “праздник сита”. Все они отражены в исследовании
А.Н.Анфертьева, который оговаривал значительное влияние османской культуры, на-
ложившей отпечаток на многие стороны традиционного быта греков, особенно на се-
вере страны (Анфертьев 1988, с.206-210, 220-229). Ритуал окрашивания хной, а также
церемониальное бритье жениха накануне свадьбы, описаны во многих работах, посвя-
щенных свадебным обрядам крымских татар (Мережковский 1881, с. 123; Каралезли
1926, с. 135; Бонч-Осмоловский 1926, с.22-40). Они присутствуют в свадебном обряде
турок, что показано в работе В.А.Гордлевского (1915,с.3-28), и греков Кавказа (Акри-
тас 1936, с.84-104). О.Б.Моруженко отмечала, что эти обряды в настоящее время в При-
азовье уже не встречаются (1993а, с. 144). Единственным источником, повествующим о
них, является описание свадебного цикла урумов Мариуполя, сделанное С.И.Марко-
вым в конце XIX в. (1892, с.416). Грски-румеи, которых часто отождествляют с бывши-
ми некогда в Крыму древними греками, окрашивание невесты хной не совершали (Ксе-
нофонтова-Петренко 1979, с.173-182).

Таким образом, остается невыясненным, как вышеперечисленные «древнегре-
ческие» обряды стали неотъемлемой частью духовной культуры крымских татар и ту-
рок, почему некоторые из них не встречаются в румейской свадьбе, а терминология,
связанная с этими обрядами, не только у урумов, но и у румеев - тюркского происхож-
дения. К сожалению, О.Б.Моруженко не уточняет, когда, по ее мнению, греки пересе-
лились из Греции и сразу ли они попали в Крым, какие источники могут пролить свет
на особенности свадебного обряда эллинов в античное время. В результате проведен-
ного анализа, мы считаем предположение исследовательницы необоснованным.
В настоящее время исследователи считают, что структура свадьбы мариупольс-
ких греков в целом имеет общеевропейские черты. Это подтверждают многочисленные
обряды с хлебом, красное платье невесты и некоторые другие ритуалы, которые имеют
аналогии в брачных обрядах балканских народов (Иванова 1976, с.54). Значительное
влияние на формирование обрядов семейного цикла мариупольских греков оказада
культура крымских татар и турок, причем этот процесс был обоюдным (АРАН М/о.-
Ф. 688,- Оп.1,- Д.90, л.1-31; Д.91, л.1-3).

Родильно-крестильная и погребально-поминальная обрядности еще не стали пред-
метом специального изучения. Скудные сведения об особенностях этих обрядов семей-
ного цикла содержатся в работах С.И.Маркова и О.Ксенофонтовой-Петренко. В несколь-
ко более развернутом виде своеобразие погребально-поминальной обрядности представ-
лено в описаниях XIX в. (Серафимов 1901, с.33-34; ГАОО.- Ф.93,-Оп.1.-Д.178, л.31).

3.3. <|>О/1ЬК/1ОР, ОНОиМСТИКЛ, ДИАЛЕКТОЛОГИЯ

Изучение фольклора мариупольских греков началось еще в XIX в. Впер-
вые крымскорумейский фольклор был опубликован Ф.А.Хартахаем. Это
был перевод на русский язык песни-плача о тяжелой жизни христиан в
Крыму. Следующую попытку ознакомить общественность с народным творчеством
крымских греков предпринял В.Х.Кондараки, который опубликовал текст песни аут-
кинских греков, вернувшихся из Приазовья в Крым (Хартахай 1867, с.52; Кондара^и
1875, с.94). В.И.Григорович в экспедиционном отчете сделал заключение, что «преда-
ния татов темны, сказки же их («масалы») без исторического содержания, народная
поэзия ограничивается свадебными песнями» (Григорович 1874, с.8-9). Аналогичные
сведения приводил Ф.А.Браун, упоминая при этом, что «поют свои песни исключи-
тельно по-татарски, не помня греческих, особенно любима песня о герое Киор-оглу»
(Браун 1891, с.85, 87).

Какого-либо аналитического обзора фольклорной традиции мариупольских гре-
ков не было осуществлено вплоть до выхода в свет статьи К.Костан. Она охарактери-
зовала основной жанр фольклора эллинофонов Приазовья - стихотворную песню: строка
состоит в основном из 7-8 слогов и имеет два или три ритмичных ударения без установ-
ленной метрической системы; рифма идет через строку или стоит рядом (Костан 1932,
с. 15).

Фундаментальное исследование фольклора мариупольских греков провела
Т.Н.Чернышева. Она выделила в хронологическом порядке три группы песенного на-
следия румеев: 1 )песни византийского и раннетатарского периода, которые отличают-
ся размером (пятнадцатисложник) и архаической лексикой, непонятной современным
румеям; 2)песни времен турецкого владычества с явной зависимостью от тюркского
фольклора, в которых нередки «билингвы», где каждая строфа татарской песни повто-
ряется в переводе на румейский язык (к этой группе относится и песня, приведенная
В.Х.Кондараки); 3)песпи румеев Приазовья на родных говорах с уже сформировавшейся
оригинальной поэтикой, с вновь возникшими размерами и значительно меньшей долей
татаризмов и славянизмов в лексике (Чернышева 1964, с. 124).

В процессе полевых исследований сотрудники КГУ собирали также сказки.
Т.Н.Чернышева отмечала, что наряду с оригинальными сюжетами (сказки-легенды,
сказки о животных, волшебные сказки), встречались рассказы с использованием обще-
известных сюжетов, переводы с русского языка. Старинных сказок было зафиксирова-
но очень немного, большинство собранного материала - произведения XIX в. или со-
временные импровизации. Характерные особенности этого жанра фольклора греков,
по мнению исследовательницы, следующие: оригинальные импровизации зачинов и
концовок; преобладание диалогов над описаниями; отсутствие индивидуализации, крат-
кость портрета главного героя, в отличие от обозначения места действия, которое все-
гда конкретно; в собственных названиях в сказках греческого или тюркского проис-
хождения практически не встречаются архаизмы (Чернышева 1960, с.97-100).

Впервые текст песни на урумском языке обнародовал преподаватель мариупольс- 
кой гимназии С.И.Марков (1892, с.411). Затем сказки, легенды и колыбельная песня
были опубликованы С.Н,Муратовым (1964, с. 171-194). В основном же анализ урумско-
го фольклора сделал А.Н.Гаркавец. Он определил источники и составные фольклора
греков-тюркофонов: 1)древние общетюркские сказки о животных; 2)средневековые
общетюркские сказки-масалы (дестаны) с прозаичным изложением сюжетной линии,
песенными монологами и диалогами; 3)прозовые сказки древне-восточного происхож-
дения с традиционным стихотворным зачином и концом; 4)сказки разнообразного про-
исхождения, усвоенные сравнительно недавно; 5)старые анекдоты, распространенные
среди народов Крыма, Кавказа и Малой Азии. Малые формы урумского фольклора
(по А.Н.Гаркавцу) включают в себя колядки (прозовая), загадки, пословицы, поговор-
ки, скороговорки и тахма (юмористические фразы, в основном рифмованные) (Гарка-
вець 1986, с.51).

Урумские песни, собранные в процессе полевых исследований, А.Н.Гаркавец клас-
сифицировал по тематике: масалы (дестаны) и большая группа исторических, солдатс-
ких, бытовых-хроникальных, бытовых, лирических, развлекательных и свадебных пе-
сен. Все они имеют параллели в крымско-татарском фольклоре (Ефетов 1927, с.70-85).
В целом, обзор урумского фольклора, как констатировал исследователь, показывает
его генетическое единство с крымскотатарским народным творчеством.

Музыкальный фольклор греков, в частности инструменты народного оркестра
(даул, даул-бас, зурна, тулуп-зурна, гимича, дайре) и некоторые фигуры традиционных
танцев описаны А. Аттариновым, В.Х.Кондараки и В.А.Бабенко (Анторинов 1874, с.46;
Бабенко 1905, с.40-70; Кондараки 1875, с.119). Более подробный анализ танцев и музы-
кального фольклора греков Приазовья провел его собиратель А.Ашла (1983, с.21). Он
считает, что наиболее употребительными инструментами у мариупольских греков являют-
ся скрипка (гимича), кларнег (лавута) дайре (бубен), барабан (даул). Делая обзор хореогра-
фического наследия своего народа, А.Ашла упомя1гул традиционные танцы «дъипло хуро»,
«хуро», «вари-ава», «юртуш», «бугданку», «хайтарма» и некоторые другие (илл. 23).

* * *

В последнее время появилось значительное количество работ по ономастике ма-
риупольских греков: топонимии, антропонимии и этнонимии. Причем, топонимия изу-
чается достаточно давно, а вот два других направления практически не разрабатыва-
лись исследователями. Особенно обширна библиография работ, связанная с топони-
микой Крыма, с названиями тех населенных пунктов и местностей, откуда были вы-
селены греки. Она тем более интересна, что рассматривается не только специалиста-
ми - эллинистами, тюркологами, но и историками. Происхождение топонимов Кры-
ма и их эволюция в историческом аспекте интересовала П.И.Кеппена (1837), А.Я.Гар-
кави (1876), Ф.К.Бруна (1879-1880), В. В. Барто льда, Н.Я.Марра (1927), А.И.Маркевича
(1928), А.Н.Щеглова (1960), А.Г.Герцена (1993) и некоторых других исследователей.
Эти авторы обращались к топонимике Крыма, как к историческому источнику, поэто-
му большое внимание уделялось преемственности названий местности и населенных
пунктов в период античности, средневековья и в новое время, их этимологии, соответ-
ствию с данными письменных источников, и т.д.

Греческой топонимике Крыма посвящены работы А.А.Белецкого (1961; 1969)
Названия местностей и населенных пунктов полуострова тюркского происхождения
изучают Х.В.Исхакова (1984, 1988), И.Н.Лезина (1984, 1985, 1988), А.В.Суперанская
(1987). Работы этих авторов, в отличие от предыдущих, являются лингвистическими
исследованиями и, что очень важно, в них приводится этимология топонимических
названий, бытовавших в местах проживания крымских христиан в средневековье и но-
вое время. В статьях И.Н.Лезиной и А.В.Суперанской разрабатывается предположе-
ние о том, что топонимы Крыма в большинстве случаев связаны с этнонимами различ-
ных племен, некогда обитавших на полуострове. В связи с разработкой проблем этно-
генеза мариупольских греков и чрезвычайной распространенностью в их среде топони-
мии и антропонимии тюркского происхождения эти исследования являются важным
источником по крымскому периоду этнической истории этноса. Топонимике греков в
Приазовье посвящены исследования профессора ДонГУ Е.С.Отина, его учеников и
местных краеведов. Они посвящены топонимам крымского происхождения, принесен-
ными греками в Приазовье в 1780 г., их трансформации в русском языке, а также назва-
ниям населенных пунктов греков, возникшим-в последнее время (Отин 1981; 1991; 1993;
Темир 1979).

Антропонимия мариупольских греков начала изучаться лишь в 80-х гг. XX в. До
этого времени в работах В.И.Григоровича, Ф.А.Брауна, С.Г.Яли и некоторых других
встречаются упоминания о фамилиях потомков крымских переселенцев и бытующцх
среди них кличках. О генеалогии знаменитого художника А.И.Куинджи и его фамилии
повествует исследование Р.И.Саенко, толкованию некоторых греческих фамилий, в
основном тюркского происхождения, посвящены публикации Н.Н.Токий (1991; 1993),
им отведено место в статье В.А.Довбыш (1993) и С.К.Темир (1992). Сотрудники ПФЭЭ
в 1993 и 1994 гг. проводили сбор антропонимического материала, анализ которого сей-
час готовится к печати.

* * *

Одним из разделов ономастики является этнонимия - исследование происхожде-
ния названия этнической общности. Исследованию этнонимии потомков крымских
христиан отведено большое место в научной и краеведческой литературе. С середицы
XIX в. исследователи употребляли только их описательное название «мариупольские
греки», связанное с именем основанного ими города (Титов 1849, с. 132-153; Браун 1891,
с.90-96). Оно закрепилось в литературе и используется до сих пор, хотя А.А.Белецкий в
1970 г, подверг его критике: тогда город был переименован в Жданов, к тому же перво-
начально основали Мариуполь урумы, поэтому под названием «мариупольские греки»
следует подразумевать только эту часть этноса (Белецкий 1970, с.6-7).

Одним из первых исследователей, обративших внимание на самоназвания и экзо-
этнонимы в среде приазовских греков, был В.И Григорович. Он сообщил, что они «на
самом деле состоят из двух народностей... одна из них, которую на месте называют
татами, вышла из Сугдейской епархии, эти таты говорят своеобразным греческим язы-
ком» (Григорович 1874, с.6). Хотя автор делал замечание, что таты - выходцы из Суг-
дейской епархии, но в эту группу он также включал население приазовских сел Урзуфа
и Ялты, некогда жившее на полуострове в пределах Готской епархии, то есть всех гре-
коязычных крымских переселенцев. Название «таты» зафиксировал и Ф.А.Браун: «это
часть потомков крымских греков, говорящая на своеобразном греческом наречии «аила»
(Браун 1891, с.85). Аналогичные сведения о татах и их древнем наречии «аила» у греков
приводил Александрович (1884, с.40). Другой исследователь мариупольских греков -
Ф.А.Хартахай - производил название «таты» от арабского слова «муртад» - «ренегат»
и пришел к выводу, что христиане считали «муртатами» (изменниками) своих едино-
верцев, которые говорили на татарском языке, а татары так же называли мусульман,
принявших христианство (Хартахай 1867, с. 53). Этой точки зрения придерживался и
И.И.Соколов: «таты» - изменники, утерявшие родной язык, то есть тюркоязычные гре-
ки (Соколов 1932, с.52). С этой этимологией, но применительно к грекам-эллинофо-
нам, согласилась Т.Н.Чернышева (1958, с.39).

Существование этнонима «тат» также известно у группы татар, живших на Юж-
ном берегу Крыма. В.В.Радлов по этому поводу писал: «Я слышал, что татары, живу-
щие к северу от Судака, назывались татами» (Радлов 1896, с.599). По Л.3.Будагову,
«таты» - жители крымского побережья, потомки генуэзских поселенцев. В.И.Филонен-
ко этим термином обозначал южнобережных и горных крымских татар, потомков «на-
сильно омусульманеных и принявших татарский язык греков, готов, генуэзцев» (Фило-
ненко 1927, с. 132). В современной этнографической литературе принято термином
«таты» обозначать небольшую народность, в большинстве своем исповедующую иуда-
изм и живущую в Азербайджане и Дагестане (Волкова 1973, с. 145, Мататов 1981, с. 109).

В.И.Наулко, заинтересовавшийся существованием этого термина не только з сре-
де мариупольских греков, но и у других этносов, провел небольшое исследование: опи-
раясь на материалы В.Ф.Миллера, Ф.Д.Люшкевич, Т.Н.Чернышевой, он пришел к
выводу, что «таты» - нарицательное тюркское название оседлого населения, употреб-
лявшееся независимо от этнической к языковой принадлежности (Наулко 1975, с.89-
90). Мы решили проследить время возникновения названия “тат” у крымских христи-
ан, его эволюцию, и внести ясность в вопрос о том, к какой именно этнической группе
мариупольских греков отнести этот экзоэтноним, так как версия Хартахая-Соколова о
татах-урумах внесла путаницу в этот вопрос.

По материалам нашего исследования (Араджиони 1995), впервые термин «тат» по
отношению к крымским христианам употребил путешествовавший по Крыму в XIII в.
И.Шильтбергер. Он отмечал , что татары называли словом «тат» все нетатарское и
христианское население полуострова (Шильтбергер 1867, с.45). Эвлия Челеби, побы-
вавший в Крыму в XVII в., под термином «таты» подразумевал христианское населе-
ние Крыма - греков и «лазов». Опираясь на эти сообщения, Ф.Брун предположил, что
термином «тат» обозначали все покоренное нетатарское население Крыма (Брун 1874,
с.36-41).

Представляет интерес и этимология «тат», предложенная П.А.Жузе. По мнению
этого исследователя, первоначально термин «тат» употребляли в смысле «клиент»,
«раб», «домочадец», вообще низший социальный класс; в XI в. его применяли уйгуры
для обозначения человека, не примкнувшего к общепринятой религии, то есть в значе-
нии «неверующий», «чуждый». Очевидно, как считал П.А.Жузе, с этим значением «тат»
пришло к древне-тюркским племенам, которые с принятием ислама стали его употреб-
лять к своим сородичам, исповедующим другую религию и к иным немусульманским
народам. В слово «тат» кроме понятия «неверующий», «еретик», «отщепенец» стали
вкладывать, особенно по отношению к покоренному населению, смысл «презренный»,
«жалкий», «нечистый», «раб», «бездомный», «сброд», «чернь» (Жузе 1930, с.11-15).

Такую интерпретацию термина «тат», хотя она не лишена некоторого схематиз-
ма, и версию Ф.Бруна мы считаем более обоснованной, чем толкование Ф.А.Хартахая.
Видимо не стоит доверять и сведениям о «татах-урумах». Эту языковую общность мог-
ли называть «татами» в Крыму, но не потому, что они «предали родной язык» и стали
говорить по-татарски, а как податное, покоренное христианское население. Причем,
необязательно это население должно быть оседлым, как считала Ф.А.Люткевич. Эти-
мология П.А.Жузе также может объяснить существование этого этнонима у крымских
христиан и у горцев Дагестана, исповедующих иудаизм: «татами» их называли мусуль-
мане, в среде которых долгое время до переселения в Приазовье и на Кавказ жили эти
этносы.
Исходя из этого, мы сделали вывод о существовании этнонима в среде крымских
татар: «страна татов», по описаниям путешественников, находилась на Южном побе-
режье и в горной части Восточного Крыма. Она являлась этнической территорией гре-
коязычной группы крымских христиан, а также части крымско-татарского этноса. В
результате сложных этнических процессов, происходивших в этом регионе з позднем
средневековье, а также влияния турецкой и местной христианской культур сложилась
территориальная группа южнобережных татар, которая по антропологическим, язы-
ковым данным и некоторыми особенностями традиционной культуры стала отличать-
ся от татар горного и степного Крыма. Поэтому южнобережных крымских татар жив-
шие в степи их соотечественники стали называть «тат», также как и их соседей - греко-
язычных христиан. С уходом румеев в Приазовье образовались две группы “крымских
татов” - татары Южного берега Крыма и мариупольские эллинофоны. Прозвище «тэты»
закрепилось в качестве самоназвания территориальной группы крымских татар южно-
бсрежья, а в Приазовье оно стало зкзоэтнонимом румеев (так их звали урумы) и ныне в
среде греков почти утрачено (Араджиони 1995).

Значительно меньше споров вызывает другой экзоэтноним - «базариоты», зафик-
сированный у приазовских греков-урумов В.И.Григоровичем: он обозначает «жители
«базара», т.е. «города» - места, где есть базар, рынок. Возникновение его связано с тем,
что все православные христиане - жители крымских городов - были тюркоязычны, по-
этому эллинофоны употребляли это название в отношении всех тюркоязычных греков,
в том числе и сельских жителей (Григорович 1874, с.6). Самоназвания греков «румеф>,
«урум», их перевод и интерпретация, впервые были приведены в работах И.И.Соколо-
ва (1930; 1932). В дальнейшем, разночтений в толковании этого термина у исследовате-
лей мы не обнаружили (Белецкий 1970, с.5-6, Чернышева 1958, с.1-15; Гаркавец 1993,
с.49 и др.). Специально разработкой проблемы эволюции содержания термина «ромер»
занимались В.Г.Васильевский (1909, с. 179); А.А.Васильев (Vasiliev 1936, с.ЗС-45); Г.Г.Ли-
таврин (1984, с.28).

В настоящее время в среде греков очень распространены другие самоназванця:
греко-эллины, греко-татары, возникшие вследствие расширившихся контактов с рус-
скоязычным окружением в конце XIX в. Первая часть этого термина - «греки» - указы-
вает на этническую принадлежность человека, а вторая определяет, носителем какого
языка он является. Особенно употребительными в научной литературе и даже в офици-
альных документах эти названия стали в 20-30-е гг. (например, отметка в паспорте в
графе «национальность», отчеты различных общественных и культурных организаций
и т.д.) (Яли 1932; Соколов 1936; Данильченко 1993; Гаркавець 1993). В настоящее время
исследователи употребляют эта термины значительно реже (Наулко 1975; Иванова 1964).
Не используются они и в официальных документах, хотя по-прежнему фиксируются на
уровне бытового общения греков с представителями различных этнических групп (Ар-
хив КОИВ,- Ф.ПФЭЭ.- Д.1, л.3-4).

* * *

В настоящее время как урумы, так и румеи называют свой язык «греческим»: экзо-
этноним «греки» перешел на обозначение языка, чему способствовали контакты с ино-
язычным окружением. Когда возникает необходимость различить эти два «греческих
языка», употребляют термин «греко-эллинский» и «греко-татарский» (Муратов 1963,
с.38; Иванова 1964, с.838). Хотя раньше, по сведениям исследователей румеи называли
свой язык «румейку глоса» - то есть язык румеев, и в каждом селе существовали особые
термины, обозначающие местных жителей и их язык: в с.Саргана, например, греки на-
зывают себя «сартаньот», а свой говор - «сартаньотку» (Белецкий 1970, с.6). Язык жи-
телей Мариуполя румеи называли «базариотку глоса» (Григорович 1874, с.6). Старое
поколение татароязычных греков, живущее в основном в сельской местности, называ-
ет свой язык «урум дили» или «рум дили» - то есть «язык урумов» (Муратов 1963, с. 179).

Специалисты употребляют также ряд описательных названий языков греков При-
азовья. Так, язык румеев называли «диалект татов» (Белецкий 1970, с. 13), «язык мари-
упольских греков» или «мариупольские греческие говоры» (Соколов 1930, с.52; Серги-
евский 1934, с.533), «приазовские греческие диалекты», «приазовско-греческий язык»,
«язык меотийских греков» (Белецкий 1970, с.7), «мариупольский диалект новогречес-
кого языка» (Чернышева 1958, с.4), «приазовские греческие говоры» (Чернишова 1975,
с.52). А.А.Белецкий дал обоснованную критику некоторых из них и ввел в научный
оборот термины «крымско-румейский язык», «крымско-румейские диалекты» (Белец-
кий 1970, с.7-8) и, по аналогии с крымскотатарским языком, «крымско-греческий язык»
(Чернишова 1975, с.52). Е.Ф.Журавлева ввела в научный оборот новый термин «ново-
греческие таврорумейские диалекты» (Журавлева 1979, с.99).

Мы считаем, что в настоящее время наиболее приемлемым является термин, пред-
ложенный А.А.Белецким и Т.Н.Чернышевой, так как он учитывает специфику само-
названия этой языковой группы, свидетельствует о принадлежности румейских диа-
лектов к греческому языку, и говорит о месте формирования языка зллинофонов При-
азовья. Термин, предложенный Е.Ф.Журавлевой, нам представляется не совсем удач-
ным: этническая территория румеев в Крыму - Южный берег и горная, юго-восточная
часть полуострова, поэтому было бы не верно их локализовать на территории всей
Таврии, ведь под этим названием подразумевается не только полуостров, но и причер-
номорские степи в округе Херсона и Мелитополя. Необходимо также учитывать, что
термин “тавро-румейский” может привести к этническим разночтениям: в древности в
Крыму существовал этнос «тавры».

Язык урумов практически все исследователи и путешественники в XIX в. называ-
ли “крымско-татарским”, «татарским», «турецким», «наречием татарского языка».
Позже появились названия «язык мариупольских греков» (Марков 1892, с.406-416),
«мариупольское наречие тюркских языков» (Муратов 1963, с. 179), «язык приазовских
урумов» или «приазовские урумские говоры», «урумские говоры Северного Приазо-
вья» (Гаркавец 1981, с.50-51, 58).

Историю изучения румейского языка традиционно начинают с В.И.Григоровича,
который в 1874 г. сделал первую попытку научного описания речи приазовских элли-
нофонов («татов») и собрал глоссарий из 137 слов, выдержавший не одну публикацию
(Григорович 1874, прил 1-3; Сергиевский 1934). Используя материалы В.И.Григорови-
ча о языке румеев, живущих в окрестностях г.Мариуполя, писали свои работы О.Блау
и П.Кречмер (Blau 1884, с.562-583; Blau 1884а, с.576-583; Kretschmer 1905, с.18-41). За-
тем появились публикации И.И.Соколова, Д.С.Спиридонова, К.Костан, М.В.Сергиев-
ского, А. А.Белецкого, Т.Н. Чернышевой, Е.Ф.Журавлевой. Подводя итог многолетне-
му изучению крымскорумейского языка, остановимся на следующих моментах:

* Во-первых, установлено, что язык приазовских эллинофонов неоднороден.
Говоры жителей каждого из десяти первоначально основанных румейских сел имеют
свои особенности. По ряду признаков эти говоры были сгруппированы в две (северная
и южная - Григорович 1874, с.6-8); затем в пять (Урзуф-Ялта; Стыла-Константинополь-
Большой Янисоль; Аргин Каракуба; Сартана-Чермалык; Чердакли-Малая Янисоль -
Спиридонов 1930, с. 177; Соколов 1930, с.69); в три (Сартана; Малая Янисоль-Чердак-
ли; Урзуф-Ялта - Сергиевский 1934, с.535-536) и опять в три (Сартана-Урзуф-Ялта-
Большой Янисоль; Новая Каракуба; Малый Янисоль - Журавлева 1977, с.48-49; 19826,
с.26) диалектные группы. Кроме того, говор с.Стыла и с.Новая Каракуба Т.Н.Черны-
шева и Е.Ф.Журавлева предложили рассматривать как отдельные диалекты (Черны-
шева 1958, с.51; Журавлева 19826). В настоящее время общепринятой считается вторая
классификация говоров приазовских румеев (пять диалектных групп), предложенная
И.И.Соколовым и Д.С.Спиридоновым. Основным критерием выделения этих диалек-
тов являлась степень их удаленности от современного новогреческого языка (илл. 2-3).

Обособлению групп греческих сел в Крыму, которые позже составили один диа-
лект, способствовали и сложности горного ландшафта, создавшие естественные пред-
посылки для “островного” развития языка. Замкнутость, инертность жителей гречес-
ких сел сохранилась и в Приазовье. О существовании этого явления свидетельствуют
самоназвания жителей и их говора в каждом селе (Белецкий 1970, с. 5-7), а также зафик-
сированные в начале двадцатого века факты строгой эндогамии в Урзуфе и ряде дру-
гих сел, спровоцировавшие некоторые наследственные болезни (Ял! 1934, с. 164). Пос-
леднее, несомненно, привело к еще более глубокой дифференциации языка румеев в
Приазовье, но уже не на уровне диалектных групп, как это было в Крыму, а среди от-
дельных сельских говоров. Вероятно вследствие этого Е.Ф.Журавлева сочла нужным
выделить южную и северную территориальные группы говоров в Приазовье и указала
на своеобразие говора с.Аргин Каракуба (с.Раздольное) и его выселков (Журавлева
1982; Папуш-Журавлева 1977).

Специалистами новогреческого языка пока еще недостаточно внимания уделено
говору жителей с.Стылы (Стили). Т.Н.Чернышева уже отмечала некоторые специфи-
ческие особенности этого говора, но специального исследования не проводила. Фено-
мен с.Стили связан с его географическим положением: это довольно значительное по
количеству жителей село (в 1778 г.- 1228 чел.) в средневековом Крыму было единствен-
ным из всех румейских населенных пунктов, которое находилось в окружении сел тата-
рофонов и было изолировано от основного грекоязычного массива крымских христи-
ан (Чернышева 1958; Чернишова 1975) (илл. 2).

» Во-вторых, фонетически все румейские говоры Донбасса относятся к груп-
пе северогреческих диалектов. К этому мнению, высказанному О.Блау и П.Кречмером,
с небольшими оговорками присоединялись все вышеперечисленные авторы. Однако,
как отмечала Т.Н.Чернышева, крымскорумейские говоры в настоящее время настоль-
ко отличаются от любого из новогреческих диалектов и имеют так много особенностей
в лексике и в грамматическом строе, что их уже нельзя называть диалектом новогре-
ческого языка, а следует считать самостоятельным языком, ближайшим родственни-
ком новогреческого языка (Чернышева 1954, с.63-64).

•	В-третьих, основой формирования приазовских греческих говоров являлся,
как было доказано рядом исследователей, среднегреческий язык, сложившийся в Ви-
зантийскую эпоху (Чернышева 1958, с.3-5). Существование в лексике румейского языка
некоторых реликтов древнегреческих диалектов (Григорович 1884; Blau 1884; Blau 1884а)
объясняется оторванностью крымских эллинофонов от основного этнического масси-
ва грекоязычного населения, то есть это явление было обусловлено островным разви-
тием языка в средневековой Таврике и, после переселения, в Приазовье (Белецкий 1970;
Чернышева 1958).

•	В-четвертых, история формирования крымско-румейского языка оценива-
лась исследователями неоднозначно. Доказано, что особенности языка приазовских
греков возникли еще в древности. Однако, по вопросу когда возникла разница в румей-
ских говорах и была ли она принесена извне или сформировалась в процессе развития
языка в средневековом Крыму, мнения разделились. П.Крсчмер предполагал, что предки
современных мариупольских румеев некогда переселились на полуостров из северогре-
ческих островов или даже северной части материковой Греции (Kretschmer 1905, с. 18).

Д.С.Спиридонов, в целом присоединяясь к мнению П.Кречмера, считал, что раз-
ница в говорах румеев была присуща уже их предкам, переселившимся из метрополии в
Крым. Обозначив границы пяти румейских диалектов на карте Крыма, исследователь
сделал вывод, что самая западная группа говоров (урзуф-ялтинский диалект) и по фо-
нетике западная, балканская, а самые восточные группы (сартанский и чердаклинский
диалекты) - восточные, малоазийские. Проанализировав результаты картографирова-
ния, он допустил, что колонизация греками Крыма шла двумя путями: с Балканского
полуострова, Босфора в Ялту, а также из Малой Азии и Трапезунта через Синоп в Суг-
дею (Спиридонов 1930, с. 176-177).

Т.Н.Чернышева заметила, что если переселение греков - носителей северогречес-
ких диалектов - имело место, то не ранее XI11-X1V вв., когда эти диалекты уже приоб-
рели свои отличительные особенности. Другие исследователи связывали возникнове-
ние приазовских греческих говоров с незначительной «подпиткой» местных крымских
румеев эмигрантами из Греческого Архипеллага (в частности с о.Крит), Пелопоннеса,
Малой Азии и областей Понта, которые являлись носителями различных греческих
диалектов. Причем, наиболее мощное воздействие говоры крымских христиан испыта-
ли со стороны понтийского греческого диалекта, однако он не изменил их основу (Гри-
горович 1874, с.6-14; Соколов 1930, с.52; Сергиевский 1934, с.549,586; Чернышева 1958;
Журавлева 1979; Blau 1884; ЦГАВОВУ,- Ф.413.-Оп. 1,- Д.351.).

<» В-пятых, большое влияние на формирование крымскорумейского языка ока-
зали тюркские языки и диалекты. Воздействие татарского языка, по мнению М.В,Сер-
гиевского, не представляет собой явления большой давности: можно считать, что наи-
более интенсивно этот процесс протекал в последние века пребывания румеев в Крыму
(Сергиевский 1934, с.535-536, 586-587),В потоке тюркоязычных заимствований, выде-
ленных при изучении говоров приазовских греков, Т.Н.Чернышева отмечала: дотатар-
ские элементы, элементы разных диалектов крымскотатарского и турецкого языков, в
первую очередь «индже писан» с включениями фрагментов лексики персидского и араб-
ского языков. Каждый из этих слоев имел свою тематическую сферу влияния (Черни-
шова 1975, с.52). Профессор А.А.Белецкий на примере языка мариупольских греков
более подробно рассмотрел проблему существования этнического билингвизма в среде
малых компактных этнических групп. Он также отметил влияние элементов крымно-
гайского, южнобережного диалекта крымскотатарского и турецкого языков (Белец-
кий 1964, с. 120-122).

• В-шестых, собиратели и исследователи народного творчества румеев кон-
статировали, что фольклор эллинофонов - «без исторического содержания» (Григоро-
вич 1874, с.6-15). Даже в наиболее распространенном жанре приазовской греческой
фольклорной традиции - стихотворной песне - крымский период этнической истории
греков практически не отражен (Костан 1932, с.15, 30-31,140-142).

* * *

Значительно менее исследован язык урумов. Еще в XIX в. были опубликованы
некоторые образцы речи и фольклора татарофонов, а также тексты, написанные на
тюркских языках греческими буквами (Браун 1891, с.92; Марков 1892; Blau 1884, с.562-
589; Латышев 1915, с.6-7; Серафимов 1865, с. 591-595). Эти материалы по ряду причин
не привлекли внимание исследователей-тюркологов. В исторической литературе еще с
архиепископа Гавриила было принято считать язык приазовских урумов татарским,
крымскотатарским или турецким (Белецкий 1970; Бертье-Делагард 1920; Хартахай 1867;
Григорович 1884; Браун 1891; ЦГАВОВУ,- Ф.413,- Оп,1,- Д.100), поэтому его специаль-
ным изучением практически не занимались. В 20-30-х гг., как было показано выше, в
школах греков-тюркофонов преподавали крымско-татарский язык. Первую попытку
описать урумские говоры мариупольских греков сделал С.Н.Муратов, однако он огра-
кичился критикой уже известных материалов С.И.Маркова, Н.Ф.Катанова, О.Блау,
поместил транскрибированные тексты и указал на неоднородность урумских говоров
(Муратов 1964, с. 184-191). Э.Р.Тенишев, изучавший урумский язык в Краснодарском крае,
считал, что диалекты всех групп греков-тюркофонов в СССР (в том числе и приазовских)
восходят к турецким говорам северо-восточной Анатолии (Тенишев 1973, с.96).

В дальнейшем изучением языка урумов занимались Ф.И.Оглух (носитель языка),
и А.Н.Гаркавец. Изученные 11 опорных урумских говора в Приазовье, А.Н.Гаркавец
сгруппировал в четыре диалектные группы в порядке убывания кыпчакских и возрас-
тания огузских элементов: кыпчакско-половецкие говоры с незначительными огузски-
ми элементами (пгт Великая Новоселовка (с. Айян), с.Старобешево, пгт Першотравне-
вое); кыпчакско-огузские говоры с заметным количеством огузских элементов (с.Ста-
ромлиновка , с.Богатырь, с.Улаклы); огузо-кыпчакские говоры, где количество огузс-
ких элементов довольно значительно (с.Гранитное, с.Староласпа, с.Комарь, с.Старо-
игнатьевка); огузские говоры с заметным кыпчакским субстратом (г.Мариуполь, с.Ста-
рый Крым) (Гаркавец 1981, с.55-56) (илл. 3).

Исследователь отметил, что кыпчакско-огузская диалектная пестрота, которой
характеризуются урумские говоры Приазовья, типична для крымскотатарского языка,
чьи говоры лежат в их основе. «Распределение новогреческих элементов по урумским
говорам неравномерно, что обусловлено как конкретным для каждого из них уровнем
мощности исходного румейского субстрата, так и интенсивностью последующей ре-
тюркизации того или иного урумского говора» (Гаркавец 1988, с.4-5).

Рассматривая процесс эволюции урумских говоров в Крыму в соответствии со
своей концепцией этногенеза приазовских тюркофонов, А.Н.Гаркавец писал: «вначале
тюркские говоры Крыма, лежащие в их основе, подверглись разностороннему воздей-
ствию субстратных новогреческих говоров соответствующих населенных пунктов. Под
влиянием местных крымскотатарских говоров произошла некоторая ретюркизация
урумских говоров, более интенсивная в городах и густонаселенной сельской местнос-
ти. Пополнявшие урумский этнос представители нетюркских народностей (ясыри-ие-
вольники и вольноотпущенники) воспринимали урумский язык без существенной кор-
рекции в сторону крымскотатарского окружения» (Гаркавец 1988, с.161-162).

Исследователь считает, что урумский язык татарофонов Приазовья является са-
мостоятельным языком тюркской группы, также как армяно-кыпчакский язык, выде-
ленный ранее некоторыми тюркологами (Дашкевич 1983), и караимский язык, опи-
санный К.М.Мусаевым (Мусаев 1964). Таким образом, урумский язык Приазовья, по
А.Н.Гаркавцу, является не диалектом крымскотатарского и турецкого языков, как счи-
талось ранее, а самостоятельным, близкородственным к ним тюркским языком (Гарка-
вец 1988, с.4).

С этой точкой зрения не согласны некоторые другие тюркологи. Длительное вре-
мя изучая памятник армяно-кыпчакского языка «Codex Cumanicus», Я.Р.Дашкевич
пришел к выводу, что выделенный ныне рядом исследователей особый армяно-кып-
чаксий язык, бытовавший на полуострове в XV-XVII вв., его современники называли
турецким или татарским языком и указывали на языковую ассимиляцию армян тюрка-
ми. Ни о каком половецком языке сообщений нет, как и об этнических половцах, влив-
шихся в этнос крымских армян (Ял! 1934, с.61-62). С.Р.Изиддинова подвергла критике
выделенный К.М.Мусаевым «караимский язык», также считая его особым диалектом
крымскотатарского языка (Изиддинова 1993).

Таким образом, анализ историографии традиционной культуры и языка мариу-
польских греков показывает:
1.	В различные этапы историй изучения этого этноса разработка проблем тради-
ционной культуры и языка имела свои особенности. В начальном периоде описыва-
лись различные объекты материальной и духовной культуры, было развернуто иссле-
дование языка румеев, появились публикации урумских текстов. На втором этапе ос-
новной упор делался на изучение языковых проблем, фольклора, в связи с этим рас-
сматривались вопросы этногенеза и этнической истории греков. Постепенно сворачи-
вались исследования духовной культуры и стал наблюдаться повышенный интерес к
особенностям материальной культуры. Аналитический период характеризуется более
углубленными исследованиями материальной культуры и проблем языка урумов и ру-
меев. В это время было опубликовано несколько работ теоретического уровня (Наулко
1975; Иванова 1988; 1991; Белецкий 1970; Корелов 1991; Гаркавец 1993).

2.	Из объектов материальной культуры этноса наиболее интенсивно разрабаты-
валось жилище, несколько меньше - хозяйственный быт и традиционная одежда, недо-
статочно исследованы особенности традиционной системы питания. Остаются невыяс-
ненными традиционные основные и вспомогательные занятия мариупольских греков,
распространение ремесла и его специализация, система цеховой организации. Не ис-
следованы традиционное ковроделие, вышивка и другие кустарные промыслы, неког-
да распространенные у греков.

3.	Существует довольно обширная историография храмового праздника греков
«панаир», исследованы некоторые обряды и обычаи свадебного цикла, описаны и в
первом приближении проанализированы календарные весенние праздники. Необходи-
мо обратить особое внимание на изучение ро ди л ьно-крестильной и погребально-поми-
нальной обрядности, особенностей религиозных воззрений, менталитета, процесса
формирования этнического самосознания греков. Решение этих вопросов не только
прольет свет на проблемы этногенеза и этнической истории потомков крымских хрис-
тиан, но и позволит всесторонне исследовать механизмы формирования их культурно-
го наследия, духовные ценности, пути совершенствования межэтнических взаимоотно-
шений в настоящее время.

4.	Язык мариупольских румеев исследовался достаточно интенсивно: несколько
поколений эллинистов изучали его особенности. В результате многолетних исследова-
ний и дискуссий выделено пять диалектов самостоятельного крымскорумейского язы-
ка (родственного новогреческому). Из них списано только три: урзуф-ялтинский, сар-
тано-чермалыкский, и каракубский говоры. Остальные еще ждут своих исследовате-
лей. Язык урумов начал изучаться сравнительно недавно. Выделено четыре диалект-
ные группы говоров. Язык классифицирован как самостоятельный, принадлежащий к
тюркской группе. Поскольку специальными исследованиями урумского языка занимался
только А.Н.Гаркавец, отсутствует какая-либо критика его точки зрения на проблемы
формирования и развития языка приазовских тюркофонов.

Анализ исследований этнической истории и традиционной культуры мариуполь-
ских греков, а также опубликованные материалы наших полевых и архивно-библио-
графических изысканий позволяют сделать вывод о том, что в XV-XVIII вв. в Крыму
активно проходили интеграционные процессы, вследствие чего сформировались мно-
гие общие черты в материальной и, в меньшей мере, духовной культуре различных по
своей конфессиональной и этнической принадлежности групп населения полуострова:
армян, греков, караимов, крымчаков, крымских татар. Некоторые элементы этой куль-
туры имеют прямые аналогии с традиционными культурами народов Балкан и Малой
Азии, поэтому мы предлагаем рассматривать Горный и Южнобережный Крым как зону
межэтнических контактов на периферии историко-этнографической области «Юго-
Восточная Европа».
34К/1ЮЧЕНИ£

Обобщение накопленного в отечественной литературе материала низводи-
ло выделить основные этапы в истории изучения греков Северного Приазо-
вья: первый - описательный, (80-е гг. XVIII в. - 1920 г.); второй - «переход-
ный» (20-30-е гг. XX в.); третий - аналитический (40-90-е гг. XX в.).

На протяжении XIX и в начале XX вв. исследования приазовских греков проводи-
лись историками, археологами, искусствоведами, лингвистами с основной целью - выя-
вить крымские древности, которые могли бы пролить свет на этническую историю и куль-
туру старожильческого христианского населения Таврики, определить степень устойчи-
вости черт традиционной культуры, сформировавшихся у греков еще на полуострове,
образно говоря, увидеть уголок Крыма на берегах Азовского моря. Лишь описания ма-
риупольских греков земскими учителями и чиновниками Екатеринославской губернии,
сделанные по программам ОЛЕАЭ, РГО, ООИД, и полевые изыскания В.А.Бабенко в
большей мере посвящались традиционной культуре потомков крымских христиан, сло-
жившейся под влиянием нового этнического окружения в Приазовье.

В 1920-х гг. деятельность ученых и темы исследований были строго регламенти-
рованы. В этот период, исходя из задач, поставленных государством, сотрудники науч-
ных и краеведческих учреждений изучали главным образом проблемы этногенеза и языка
румеев и урумов, их социально-экономическое положение, участие в революционном
движении и социалистическом строительстве. Заинтересованность государственных
структур в исследовании этнической истории и культуры приазовских греков проявля-
лась в поддержке инициативы краеведов и ученых, работавших только в этом направ-
лении.

В послевоенное время в основном практиковалось изучение ряда специальных,
преимущественно языковедческих вопросов. Значительно меньше внимания уделялось
традиционной культуре этноса. Отсутствие комплексного подхода, игнорирование ра-
бот крымских археологов, освещающих ранние этапы этногенеза и этнической исто-
рии мариупольских греков, значительно снизил уровень многих аналитических иссле-
дований. В рассматриваемом периоде пики исследовательской активности приходятся
на 1958-1965 и 1985-90-е гг. Они были обусловлены переменами, происходившими в
стране в политической и социальной областях.

Анализ различных подходов и точек зрения исследователей и систематизация изу-
ченного материала по определенным проблемам этнической истории и культуры мари-
упольских греков показали, что наиболее разработанными являются такие вопросы:
ранние этапы формирования этноса, переселение крымских христиан в 1778 г., образо-
вание греческих колоний в Приазовье, некоторые разделы материальной (жилище, одеж-
да) и духовной (праздник «панаир») культуры, фольклор, отдельные языковые пробле-
мы. Весьма фрагментарны знания об этнических процессах, проходящих в среде мари-
упольских грексз в настоящее время. Практически не исследована этническая история
греков в период Крымского ханства и их адаптация в новых условиях хозяйствования в
Приазовье, кустарные промыслы, ремесленные организации, традиционный быт, ре-
лигиозные и мировоззренческие представления, традиционная обрядность. Источнц-
ковая база для разработки этих проблем достаточна обширна. Как было показано выше,
еще недостаточно широко используются опубликованные исследования, архивные до-
кументы, материалы полевых исследований.
В настоящее время проходит процесс интенсивного развития национального са-
мосознания приазовских греков, проявляющийся в интересе к родному языку и тра-
диционной культуре. Этот факт подтверждают материалы полевых исследований 1987-
1991 гг. греков Приазовья и Кавказа, которые проводили сотрудники ИИФЭ НАН
(А.В.Власов) и ИЭА РАН (А.Р.Аклаев). Этнографы констатируют, что основные про-
явления этнической специфики всё более перемещаются из сферы хозяйственной дея-
тельности («материальной культуры»), в область духовную, поведенческо-эмоциональ-
ную. Таким образом, язык становится символом национальной принадлежности, осо-
бое значение приобретают исследования ментальности, этнических стереотипов в са-
мосознании, так как они позволят изучить механизмы формирования духовных ценно-
стей, найти пути достижения межэтнического согласия, предвидеть ход и последствия
этнокультурных процессов в полиэтничном регионе Приазовья.

В процессе дальнейшей разработки проблем традиционной культуры и языка ма-
риупольских греков предлагается шире использовать: а) материалы архивов: ревизс-
кие сказки, клировые ведомости, отчеты о работе земских учреждений, документы об
обследовании греческого населения в 20-х гг. и проведении полевых изысканий работ-
никами музеев, лингвистами, этнографами; б) исследования археологов, касающихся
этнической истории Крыма, а также этнографов, изучающих традиционную культуру
народов всего Причерноморского региона, в т.ч. Балкан, Малой Азии и Кавказа; в)
указатели и каталоги музейных собраний и выставок, коллекции предметов традици-
онной культуры и фотографий, хранящихся в музеях СНГ. Необходимо объединить
усилия исследователей в поисках научного наследия И.И.Соколова и Д.С.Спиридоно-
ва, документов из архива Греческого суда, который считается утраченным в период
Второй мировой войны и др.

Решение сложнейших проблем этногенеза и этнической истории приазовских
греков, их взаимодействия с другими этносами возможно путем организации комплек-
сных экспедиций в Крыму и Приазовье с участием антропологов, археологов, лингви-
стов-эллинистов и тюркологов, этнографов, проведения исследований традиционной
культуры старожильческих народов Крыма. К этому призывали еще четверть века на-
зад А.А.Белецкий и Т.Н.Чернышева, но их пожелания так и не были реализованы (Бе-
лецкий 1970, с. 13-15). Необходимо также координировать усилия различных исследо-
вателей, занимающихся разработками этих проблем в научных центрах Донецка, Кие-
ва, Мариуполя, Москвы, Симферополя, с учеными других стран, и прежде всего - Гре-
ции.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ и
неопубликованных источников

Документы и материалы государственных архивных учреждений

России и Украины

АРАН М/о

(Архив Российской Академии наук. Московское отделение)

Бахрушин С,В. Крымское ханство в XVI-ХУП вв..- Ф.624.-Оп.1,- Д.173.- 48 л.

Гордлевский В.А. Обломки старых греческих культур у южнобережных татар.-
Ф. 688.-Оп.1.- Д.90.-31 л.

Гордлевский В.А. О крымской деревне Куру-Узень. Ф.688.- On. 1.- Е.х.91.- 3 л.

АРАН Спб/о

(Архив Российской Академии наук. Санкт-Петербургское отделение)

Материалы о научных поездках Н.С.Державина в Бердянский и Мелитопольский
районы Украины для изучения албанских, болгарских и греческих колоний.- Ф.827.-
Оп.1.- Д.733.- 177 л.

Архив ИИМК

(Институт истории материальной культуры РАН)

О раскопках художника Д.М.Струкова в южных губерниях России.-Ф.1. (1889).-
Д.87,- 87 л.

Дело ИАК о раскопках Ф.А.Брауна на юге России.- Ф. 1.(1890).- Д.40.- 43 л.

Бабенчиков П.П. Тарапаны и виноделие в Юго-Западном Крыму,- Ф.Ю.- Д.18.- 2л.

Репников Н.И. К вопросу о виноделии в северном предгорье Юго-Западного Крыма
в дорусское время.-Ф.10.-Д.41.-33 л.

Архив ИЭ РАН

(Институт этнографии Российской Академии наук)

Сведения об одежде крестьян Екатерин о славской губернии.- Ф.ОЛЕАЭ.- Е.х.8,- 28 с.

Архив КОИВ НАН

(Архив Крымского отделения института востоковедения
Национальной Академии наук Украины)

Отчет Крымской комплексной археолого-этнографо-эпиграфической экспедиции.
1994 г,- Ф.ККАЭЭЭ.- Д.1.-120 с.

Отчет Приазовской фольклорно-этнографической экспедиции 1993 г..- Ф.ПФЭЭ.-
Д.1.-118 с.

Отчет Приазовской фольклорно-этнографической экспедиции 1994 г..- Ф.ПФЭЭ.-
Д.2Г-121 с.

Архив РГО

(Архив Русского Географического общества)

Браун Ф.А. Сообщение Ф.А. Брауна о поездке в Мариупольский уезд Екатеринос-
лавской губернии. 1890 г..-Разряд 13.-Оп.1.-Д.14,-3 л.

Гаркави А.Я. О происхождении некоторых географических названий местностей на
Таврическом полуострове.- Разряд 39.- Оп.1,- Д.15.-10 лл.

ГАДпО
(Государственный архив Днепропетровской области)

О наведении справок о наличии подушных, семигривенных и рекрутских сумм бывшей
Екатеринославской провинциальной канцелярии за 1796-1800 гг..- Ф.70,- Оп.1.- Д.7.- 21 л.
ГАДО
(Государственный архив Донецкой области)

Описание быта мариупольских греков.- Ф. 107.- Оп.1.- Д.З.- Л. 55-64.

Указы Новороссийской духовной консистории по духовным делам.- Ф.132,- Оп.1,-
Д.1.-351 л.

Заметки научного сотрудника исторического архива по истории Мариупольского
Греческого суда- Ф.Р-678.- Оп.1.- Д.35,- 33 л.

ГАОО

(Государственный архив Одесской области)

Бертье-Делагард А.Л. Письма и доклады. 1888-1898.-Ф.93.- Оп.1.- Д.95.- 77 л.

Мнение В.И.Григоровича об учереждении в Одессе Исторического архива.- Ф.93,-
Оп.1.- Д.79.-4 л.

Описание сел Константиновки (Константинополя), Богородицкого, Инзовки, Боль-
шой Каракубы.- Ф.93,- Оп.1.- Д.178.-32 л.

Описание городов и уездов Новороссийской губернии, составленное в 1782 г. из лич-
ного архива А.А.Скальковского.-Ф. 147.-Оп.1.-Д.28.-19 л.

О поездках редактора Комитета в разные места Новороссийского края по делам служ-
бы,- Ф.З.- Оп.1.- Д.12.- 61 л.

Переписка с деканом историко-филологического факультета (январь-апрель 1874 г.).-
Ф.45,- Оп.4,- Д.2564.- 106 л.

ДИМ

(Днепропетровский исторический музей)

Бабенко В А. Письмо к Д.И.Яворницкому от 25 февраля Г907КП 68229 / Арх.11773.-1 л.
Бабенко В .А. Письмо к Д.И.Яворницкому от 12 апреля 1905.- КП 68727 / Арх. 11995,-1 л.
Бабенко В.А. Письмо к Д.И.Яворницкому от 10 июля 1909.- КП 68228 / Арх. 11772.- 1 л.
Описи предметов традиционной культуры мариупольских греков из собрания В.А.Бабен-
ко 1904-1905 гг..- Книги поступлений 1948-> 954гг. «Этнография»,- Э-656; Э-663; Э-709; Э-710;
Э-712; Э-734; Э-735; Э-739; Э-740; Э-742; Э-995;Э-1000; Э-1099; Э-1385; Э-1392; Э-1388; Э-1406;
Э-1934;Э-1941; Э-1946; Э-1958; Э-1968; Э-2343; Э-2368; Э-2378; Э-2399; Э-2508; Э-2590; Э-2958;
Э-2959; Э-2961; Э-2988; Э-2990.

Письмо Коваленко И.П. к Дворницкому Д.И. от 21 декабря 1925 г.(г.Мариуполь).-
КП 75286/Арх.15079.-2л.

Письмо Коваленко И.П. к Д.И.Яворницкому от 1 октября 1929 г. (г.Севастополь).-
КП 75287/Арх. 15080,- 2 л.

Письмо Пиневича П.М, к Д.И.Яворницкому от 16 декабря 1926 г. (г.Мариуполь).-
КП 80140/Арх. 17539,-2 л.

Программа для собирания этнографических предметов к выставке на предстоящем
в 1905 г. XIII Ас в г.Екатеринославе,- КП 92116/ Арх 24200.- 6 с.

докм

(Донецкий областной краеведческий музей)

Предметы традиционной культуры мариупольских греков, переданные в 1956-1957 гг.
из Ждановского краеведческого музея.- Фонды. Книги поступлений 1956-1957 гг.

ИР ЦНБ

(Институт рукописи Центральной научной библиотеки им. В.И.Вернадского Нацио-
нальной Академии наук Украины)

Ведомость г.Мариуполя с уездом церквам и причту, учиненная в 1792 г..- Ф.У.- Д.506.-
Л.230.

Документы о церквах Мариупольского уезда 1793 г..- Ф.У.- Д.521.- Л.264-267.
Закруткин М.Д. Сведения о с.Урзуф Мариупольского уезда.- Ф.УД.706.- 2 л.

Игнатий, последний митрополит Готфийский и Кафайский.Ф. V.- Д.457,461.- Л. 177-
178, 208-209.

Копии старых письменных актов Новороссийского края (1738-1797 гг.).~ Ф.¥.-Д.221-
448 (231 е.х.).- 556л.

Луканенко Г. Украина в 60-90-е гг. XVIII в. (в царствование Екатерины II).- Ф.Х.-
Д.3537,- 144 с.

Об обустройстве 200 беднейших греческих семей в Мариуполе. 11.06.1781.- Ф. V.-
Д.174.-Л.257.

Об основании г.Мариуполя.- Ф.У.- Д.457.- Л. 116-117.

Описание городов и уездов бывшей Екатеринославского наместничества конец XVIII-
начало XIX вв.- Ф-V.- Д.704,- 15 л.

Перевод с регистра о доходах всего Крыма в бытность Шагин-Гирея хана с 1777 по
1783 г., составленный бывшим директором ханского монетного двора Абдул-Хамид-
агою 27 октября1783 г.-Ф-V .- Д.285-288.- Л. 160-174.

Сборник Гавриила, архиепископа Екатеринославского, Херсонского и Таврическо-
го.- Ф.У.- Д.449-461.- 228 л.

Сборник Гавриила, архиепископа Екатеринославского, Херсонского и Таврическо-
го.- Ф.У.- Д.462-546,- 333 л.

Серафимов С. Биография архиепископа Гавриила Херсонского и Таврического.-
Ф-V,- Д.791.- 95 л.

Серафимов С.А. Письма архиепископа Розанова Г. Серафимову С..- Ф.175.- Д. 2040.-
21 л.

Соколов I.L Академик Ф.1. Успенський i професор В.Н.Бенешевич. Вазелонськ! акти.
Реценз1я.- Ф.Х.- Д.18156 - 18157.- 4 л.

Соколов I.I. В.Бузескул. Всеобщая история и ее представители в России в Х1Х-нача-
ле XX вв. Рецензхя,- Ф.Х.- Д.18158- 18159.- 13 л.

Соколов И.И. Добавления к статье «Эмиграция греков из Крыма в 1778 г.»
(20.06.1929).- Ф.Х.- Д.4488-4489.-6 лл.

Соколов I.I. 3 icTopii колошзацй Мар1упольщини.-Ф.Х.- Д. 14773,- 91 л..

Соколов I.I. Критика. 1930.- Ф.Х.- Д.18160-18161.-12 л.

Соколов I.L Розанов С.П. Евпраксия - Адельгейда Всеволодовна. Критика 1930
Ф.Х.-Д.18162 - 18163,-4 л.

Соколов I.I. Н.П.Лихачев. Материалы для истории русской и византийской сфраги-
стики. Реценз1я,- Ф.Х.-Д.18166 - 18167 .- 4 л.

Соколов I.I. А.А.Васильев. История Византийской империи. Рецензия.- Ф.Х.- Д.18168
-18169,-9 л.

Соколов I.I. Ф.И.Успенский. История Трапезундской империи. Реценз1я.- Ф.Х.-
Д.18170- 18171.-11 л.

«Украша i Схщ». Зб1рка статей (т.1).- Ф.Х.- Д. 14634.

ХартахайФ.А. Письмо к В.Гнилосырову (Спб, 26 ноября 1860).-Ф.У,- Д.4049.- 2 л.

Хартахай Ф.А. Письмо к В. Гнилосырову (Спб, 25 января 1861).- Ф-V.- Д.4050.- 3 л.

Хартахай Ф.А. Письмо к В.Гнилосырову (Спб, 2 апреля 1861).- Ф.У.- Д.4051.- 1л.

Хартахай Ф.А. Письмо к В.Гнилосырову (г.Симферополь, 25 января 1864).- Ф.V.-
Д.4054.- 2 л.

Хартахай Ф.А. Письмо к В.Гнилосырову (г.Симферополь, 1864).- Ф-V.- Д.4055.- 1 л.

Хартахай Ф.А. Письмо к В.Гнилосырову (г.Мариуполь, 7 марта 1877).- Ф.У.- Д.4370.- 1л.

Ял! С. Нацюнальний та револющйний рух серед грек!в УРСР,- Ф.Х.- Д.1067.- 22л.
КРКМ

(Крымский республиканский краеведческий музей)

Бертье-Делагард А.Л. Ведомость христианского населения, вышедшего из городов
и деревень Крыма в 1778 г., и оставшихся после него старых церквей в Крыму.- Архив
А.Л.Бертье-Делагарда.- Оп.5.- Д.49 (папка 12).-12 л.

Этнография мариупольских греков: традиционная культура и предметы религиозно-
го культа. Фотографии, сделанные Н.И.Репкиковым в 1914 г..- Фонды. Архив А.Л.Бер-
тье-Делагарда.- Оп.5.- Д.94. (Папка N 32; КП 23064).- 152 е.х.

МКМ

(Мариупольский краеведческий музей)

Дело Мариупольского Греческого суда о бежавших в Крым некоторых жителей г.Ма-
риуполя и окрестных сел (1794).- КП 27339 /101121 -И 13 л.

Дело Мариупольского Греческого суда о попытке жителей с.Чердакли и некоторых
других сел вернуться в Крым (1790 г.).- КП 27338 / 10121-И .- 33 л.

Коллекция предметов традиционной культуры приазовских греков, собранная со-
трудниками Мариупольского музея краеведения в 20-30-х гг.-Фонды. Книги поступле-
ний 1948 Г.-Т.2-7. '

ОР РГБ

(Отдел рукописей Российской государственной библиотеки)

Григорович В.И. Докладная записка на имя ректора Новороссийского университе-
та.- Ф.86.(Григорович В.И.).- Картон 3.- Е.х.39.- 8 л.

Григорович В.И. Записная тетрадь 1875 г..- Ф.86 (Григорович В.И.).- Картон 1.- Е.х. 26.-
20 л.

Григорович В.И. Докладная записка по вопросу об учреждении в Одессе архива
Южно-русского края (26 ноября 1874 г.).- Ф. 86 (Григорович В.И.).- Картон 3.- Е.х.51.-
4 л.

ОР РНБ

(Отдел рукописей Российской национальной библиотеки)

Греческие рукописи Ф.А.Хартахая.- Греч.802-806.

Дмитриевский М. Картина Крыма или краткое описание татар и других народов в
Таврии живущих (начало XIX в.).- Ф. Q (Собрание рукописей Н.М. Михайловского). -
N 393.-50 л.

Соколов И.И. Письма к А.Н.Самойловичу,- Ф. 671 (А.Н.Самойлович).- N 281.- 6л.

РГВИА

(Российский государственный военно-исторический архив)

Описание городов Новороссии (конец XVIII вв.).~ Ф. ВУА.- Д.18723.- 20 л.

Татарские письма о выводе христиан 1778 г. Письмо Шагин-Гирея Константинову
от 30.10.1192 (хиждры) с прошением от армян о нежелании переселиться и др..- Ф.ВУА.-
Д.211.- 127 л.

РЭМ

(Российский этнографический музей)

Опись коллекции: Греки. Екатеринославская губ. Мариупольский уезд с.Бешево,
Мангуш. Передана в дар В.А.Бабенко в 1909 г..- Фонды. Отдел народов Крыма и Кав-
каза.- Кол.1737.- 4 е.х.

Опись коллекции: Мариупольские греки. Фотографии 1904-1905 гг. с. Стыла, Чер-
малык, Каракуба, Бешево, Игнатьевка. Передана В.А.Бабенко в 1910 г.-Фототека.-
Кол.3270,- 10 е.х.

Опись коллекции: Мариупольские греки. Фотографии сделанные Н.И.Репниковым
в 1914 г. в с.Ласпи, Старый Крым, Каракоба, Волноваха, Бешево, Игнатьевка, Ялта,
Урзуф, Сартана, Мангуш, г.Мариуполе.- Фототека.- Кол.3282,- 44 е.х.

Опись коллекции: Мариупольские греки. Фотографии, переданные в дар Мариуполь-
ским музеем краеведения в 1929 г..- Фототека.- Кол.4929.- 71 е.х.

Опись коллекции: Предметы традиционной культуры мариупольских греков. Кол-
лекция собрана Н.И.Репниковым в 1913 г,- Фонды. Отдел народов Крыма и Кавказд.-
Кол.3071,- 73 е.х.

Опись коллекции: Церкви, храмовая утварь, иконы мариупольских греков. Фото-
гоафии, сделанные Н.И. Репниковым в 1913 г..- Фототека,- Кол,3283.- 125 е.х.

ЦГАВОВУ 

(Центральный государственный архив
высших органов власти и управления Украины)

Документа про культосвгтню роботу серед грецького населения.- Ф.413.- Он, 1.- Д.382.-
53 л.

Документа про обстеження грецького населения Комюкю ЦК Нацмен при ВУЦВК
в 1925 г.- Ф.413,- Оп.1.- Д.100.- 90 л.

Документа про оргашзащю вистааки з характеристикою грецького населения
Мар1упольщини для IV cecii ВУЦВК.- Ф.413.- Оп.1.- Д.384.'- 14 л.

Листуваннязвидавництвами...ВУНАС.-Ф.413.-Оп.1.-Д.351.-151 л.

Листування з ЦВК СРСР, Мар1упольським окрбюро нацменшостей про введения
нацюнально! мови в школах.- Ф.413.- Оп.1,- Д.461.- 23 л.

Матер1али I Микокружно! наради по робот! серед грек!в Мар!упольського та Ста-
линського окрупв.- Ф.413.- Оп.1,- Д.444.- 70 л.

ЦГАК

(Центральный государственный архив Крыма)

Ведомости о Крыме, сообщенные каймаканами в 1793 г,.- Ф.811.- Оп.1.-Д.7.- 230 л.

Дело о возврате во владение выбывшим из Крыма грекам и армянам их домов, ла-
вок.- Ф.799.- Оп.З.- Д.8.-11 л.

О греках Мариупольского уезда, перешедших из д.Ялты в д.Аутку.- Ф.799.- Оп.1.-
Д.147.-31 л.

Окончательная приписка об Ауткинских греках.- Ф.26.- Оп.1.- Д.3356.- 69 л.

ЦГИАУ

(Центральный государственный исторический архив Украины)

Об организации перевозки греков. 30.03.1780 г.- Ф.2164.- Оп. 1,- Д.158.-1 л.

О вызове охотников к поставке продовольствия грекам в Мариуполь 29.03.1781г.-
Ф.2164.-Оп. 1,- Д ЗЮ.-t л.

О добровольно согласившихся вывезти христиан из Крыма.- Ф.2164.- On. 1.- Д.286.-
1 л.

О поселении греков и армян 24.02.1780 г.- Ф.2164.- Оп.1.- Д.64,-1 л.

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ И ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА

Айбабин А.И., Герцен А.Г., Храпунов И.И. Основные проблемы этнической исто-
рии Крыма//МАИЭТ,- Симферополь: Таврия, 1993.- Вып.З.- С.211-222.

Айбабин А.И. Византия и Крым в IV-IX вв.// Византия и народы Причерноморья и
Средиземноморья в раннее средневековье. Тезисы докл. международ, конференц. (Сим-
ферополь, 21-27 сентября 1994 г.).- Симферополь, 1994.- С.3-4.

Айбабин А.И. Могильники VIII - начала X вв. в Крыму// МАИЭТ.- Сиферополь:
Таврия, 1993.-Вып.З.- С.121-134.
Айбабина Е.А. Об этнической атрибуции могильника УзеньБаш // МАИЭТ,- Сим-
ферополь: Таврия, 1993.- Вып.З,- С.118-121.

Аклаев А.Р. Этноязыковая ситуация и некоторые особенности этнического самосоз-
нания грузинских греков (по материалам исследований в Цалкском районе Грузинской
ССР)//СЭ.-1988.-N 5.-С.38-46.

Акритас П.Г. Греки Кавказа// Народы Кавказа.- М.: Наука, 1962.- Т.2.- С.421-432.

Акритас П.Г. Свадебные обычаи абхазских греков// СЭ.-1938.- N 4-5,- С.84-104.

Александрович (Гончаренко А.А.) Краткий обзор Мариупольского уезда.- Мариу-
поль, 1884.- 116 с.

Алексеева Т.И. Антропологическая дифференциация славян и германцев в эпоху сред-
невековья и отдельные вопросы этнической истории Восточной Европы И Расогенети-
ческие процессы в этнической истории,- М., 1974.- С.75-90.

Антонин арх. Заметки XII-XV вв., относящиеся к крымскому городу Сугдее, припи-
санные на греческом Синаксаре // ЗООИД,- 1866,- Т.5.- С.595-628.

Анторинов Ак. Домашний быт мариупольских греков // ИОЛЕАЭ,- Т.13.- Вып.1.-
Труды этнографического отдела.- Кн.З,- Вып.1,- 1874.- с.44-47.

Анторинов Ак. Домашний быт мариупольских греков // Московские Университетс-
кие Известия,- 1868,- Т.4.- С.333-340.

Анфеотьев А.Н. Греки// Брак у народов Центральной и Юго-Восточной Европы.-М:
Наука, 1988.-С.206-229.

Анфертьев А.Н. К истории мартовских обрядов в Греции// СЭ. -1979.-С.133-139.

Араджиони М.А. К вопросу об эмиграции христианского населения Крыма в конце
XVIII в.// Проблемы истории Крыма. Тезисы докл, и сообщ. научной конференц. 23-28
сентября 1991 г,- Симферополь: Б.и., 1991,- Вып.1,- С.8-9,

Араджиони М.А. К вопросу об этнокультурных особенностях позднесредневеково-
го христианского населения Горного Крыма // Материалы по археологии, истории и
этнографии Таврии,- Симферополь: Таврия, 1993а,- Вып, 3,- С.184-193.

Араджиони М.А. К вопросу о некоторых концепциях этногенеза тюркоязычного по-
зднесредневекового христианского населения (греков) Юго-Западного Крыма // Исто-
рия и археология Юго-Западного Крыма.- Симферополь: Таврия, 19936.-С.143-160.

Араджиони М.А. К вопросу о переселении приазовских греков в Крым // ДППСНДР,-
Мариуполь, 1993в,-С.115-117.

Араджиони М.А. К вопросу о “татах” в Крыму// Греки и греческая культура в Кры-
му. Тезисы докл. науч-практич. конференции (21 июля 1993 г,, г.Ялта).- Симферополь,
1995,-С.13-14.

Араджиони М.А. К истории формирования территориальной группы греков в Кры-
му (1775 г,- первая половина XIX в.)// УГ1С.- Кшв, 1993г.- С.3-5.

Араджиони М.А. Начальный этап изучения этнической истории и культуры мариу-
польских греков (К истории поиска «крымских древностей» в Приазовье)// Проблемы
истории и археологии Крыма,- Симферополь: Таврия, 1994а,- С.175-191.

Араджиони М.А. Некоторые вопросы этногенеза и эпической истории приазовских
греков [глава в коллективной монографии Института этнологии РАН, в соавторстве с
Ивановой Ю.В.]// Греки в Европейской части СНГ.- М., 1995 (в печати).

Араджиони М.А. О материалах Н.И.Репнякова по этнографии мариупольских гре-
ков в фондах Крымского республиканского краеведческого музея//Крымский музей.-
Симферополь: Таврия, 19946,- С. 82-89.

Араджиони М.А. Традиционный женский костюм позднесредневековых крымских
греков // Южный архив.- Херсон, 1993д,- Вып 1.- С.82-94.
Араджиони М.А. Эмиграция греков на Украину в XVI - первой трети XIX вв.// Гре-
ко-славянское духовное единство.- Донецк: Редакционно-издательский отдел Донец-
кого областного управления по печати, 1993е.- С.61-75.

Арсений (Иващенко А.) архим. Готская епархия в Крыму//ЖМНП.-1873.- 4.165.- N 1-
2,- С.60-86.

Арш Г. Л. Греческая эмиграция в Россию конце XVIII - начале XIX вв.// СЭ.-1967.- N 3.-
С.85-92.

Арш Г.Л. Этеристское движение в России.- М.: Наука, 1970,- 372 с.

А. У-ца. Воспоминания крымского ветерана о Суворове и некоторых обстоятель-
ствах того времени//Отечественные записки.- 1847.- Т.52.- N 5-6.- С. 147-151.

Ашла А. Искусство греков Приазовья // Музыкальная жизнь.- 1983.- N 9.- С.21.

Бабенко В.А. Из этнографических наблюдений в Екатеринославской губернии //Сбор-
ник Харьковского историко-филологического общества.- Харьков, 1905а.- Т. 14.- С.327-
344.

Бабенко В.А. Что дали нового раскопки в Верхнем Салтове // Труды 13 АС.- М.,
1908.- Т.1.- С.381-410.

Бабенко В.А. Этнографический очерк народного быта Екатеринославского края.-
Екатеринослав, 19056.- 144 с.

Бабенко В.А. Этнографическое описание Екатеринославской губернии // Вестник Ека-
теринославского земства.- 1905в.- N 25- 31.- С.605-610, 631-637, 663-671, 695-703, 731-
748, 769-775, 791-799.

Багалей Д.И. Колонизация Новороссийского края и первые шаги его по пути куль-
туры // Киевская старина,- 1889.- Т.25.- С. 1-115.

Багалш Д.1. Заселения твденно! Украши (Запор!жжя й Новороссшського краю) i
перш! початки ii культурного розвитку,- Хартов: Союз, 1920,- ПО с.

Бакуров К.Д, Быт и нравы греков Северного Приазовья (по источникам XIX вв.) //
Етнограф!чш дослщження швденно! Украши. Тези доповщ. ювшейно! конференц. Я.П-
.Новицького (6-8 жовтня 1992, м,3апор!жжя).- Запор!жжя, 1992.- С.45-46.

Балычева И.И. Культурно-просветительская деятельность в греческих национальных
районах Донбасса в 20-е гг. XX в. И УПС.- Кшв, 1993.- С.5-8.

Баранов И.А. О восстании Иоанна Готского // Феодальная Таврика,- Киев, 1974.-
С.150-165.

Белецкий А. А. Греческая топонимика Крыма // П-я Всесоюзная конференция по клас-
сической филологии. Тезисы докл..- Л., 1961.- С.5-7.

Белецкий А.А. Греческие диалекты на Юго-Востоке Украины // Балканская филоло-
гия.-Л.: Изд-во Ленинград, ун-та, 1970,- С.5-15.

Белецкий А.А. Греческие элементы в географических названиях Крыма // Этимоло-
гия.- М.: Наука, 1969.- С.201-215.

Белецкий А.А. Результаты двуязычия в говорах румейского языка на Украине (тюр-
кизмы румейского языка) // Актуальные вопросы современного языкознания и лингви-
стического наследия Е.Д. Поливанова. Материалы конференц. - Самарканд, 1964.- Т.1.-
С.120-121.

Бгпецький А.О. Д!есл!вна система гов!рок с.Кремешвка (Чердакли) i Куйбишево
(Малоянюоль) // Вюник Кшвського держ. ун-ту. Сер!я фиюлогп. N2.- Кшв, 1959,- С. 125-
127.

Биецький А.О. Передмова. Коментарк Орфографтя. //Леши живе. Орипнальштво-
ри грецьких поет!в Украши та 1х переклади на украшську mobv.- Кшв: Вид-во Кшвськ.
ун-ту, 1973.- С.5-10,145-147.
Беневоленская Ю.Д. Антропологические материалы из средневековых могильников
Юго-Западного Крыма // МИА,- Л„ 1970.- N 168.- С. 196-224.

Бертье-Делагард А.Л. Исследование некоторых недоуменных вопросов средневеко-
вья в Тавриде // ИТУАК,- Симферополь, 1920.- Вып.57.- С. 1-135.

Бертье-Делагард А.Л. Каламита и Феодоро //ИТУАК.- Симферополь, 1918.- N55.-
с.1-44.

Бертье-Делагард А.Л. Керменчик (Крымская глушь).- Одесса: Б.и., 1899,- 48 с.

Бертье-Делагард А.Л. К истории христианства в Крыму. Мнимое тысячелетие//
ЗООИД,- 1910.- Т.28.- С.1-108.

Бертье-Делагард А.Л. Остатки древних сооружений в окрестностях Севастополя и
пещерные города Крыма// ЗООИД,- 1886,- Т.14.- С, 156-279.

Биярсланов Мурат бей. Выписи из кадиаскерского сакка (книги) 1017-1022 хижд-
ры (1608/9 - 1613 гг.), хранящегося в архиве Таврического губернского правления//
ИТУАК.- Симферополь, 1889-1890,- Вып.8-10,- С.41-52, 68-71, 74-79.

Биярсланов Мурат бей. Фирман султана Мухаммеда IV митрополиту (крымскому)
Давиду, последовавший в 1062 г. от хиждры (в 1652 г.) // ИТУАК,- Симферополь, 1889
Вьш.7 .- С.81-83 .

Богданова Н.М. Херсон в X-XV вв. Проблемы истории византийского города// При-
черноморье в средние века.- М., 1991.- Ч.2.- С. 1-65.

Богданова Н.М. Церковь Херсона в X-XV вв.// Византия. Средиземноморье. Сла-
вянский мир.- М.: Изд-во Московск. ун-та, 1991.- С.19-50.

[Сестренцевич]-Богуш С.С. История о Таврии,- Спб, 1806,- Т.1.- 440 с.

Боданинский У. Археологическое и этнографическое изучение татар в Крыму,- Сим-
ферополь, 1930.-31 с.

Божко Р.П. Мариуполь в системе административно-территориального устройства
украинских земель (XVIII-XX в). // ДППСНДР.- Мариуполь, 1993.- С. 44-45.

Божко Р.П. Поселения мариупольских греков конца XVIII-XX вв.// Проблемы исто-
рии и археологии Крыма. Сб. науч. Трудов БГИКЗ,- Симферополь: Таврия, 1994,- С.169-
175.

Бойко Я.В., Феофилос Прусис Размещение греков в Украине и России в конце XIX в.
//УПС,- Кшв, 1993,- С.20-22.

Бонч-Осмоловский Г.А. Брачные обряды татар Горного Крыма// Известия РГО -
1926,- Т. LVIII.- Вып.1,- С.22-62.

Боровой С.Я. А.А.Скальковский и его работы по истории Южной Украины И ЗОАО.-
1960.-Т.1.- С.175-186.

Бочкарева С.И., Вяземская Е.К. Россия и Балканы в XVIII - начале XIX вв. // БИ.-
М.: Наука, 1979.-Вып.5.-С.41-79.

Броневский М. Описание Крыма Мартина Броневского/ Пер.И.Г.Шершеневич, прим.
Н.Н.Мурзакевича// ЗООИД.- Одесса, 1867,- Т.6.- С.333-368.

Браун Ф.А. Исследования в Крыму// Отчет ОАК за 1890 г.- Спб, 1893.- С.15-17.

Браун Ф.А. Мариупольские греки // Живая старина,- Спб, 1891.- Вып. 2.- С. 78-92.

Брун Ф.И. Крым в половине XV111 столетия.- Одесса, 1867.- 28 с.

Брун Ф.И. Черноморские готы и следы их долговременного пребывания в Южной
России // Записки Академии наук.-Спб, 1874.- Т. 24.- С.83-129.

Брун Ф.И. Черноморье,- Одесса, 1879-1880.- Т.1-2.

Будина О.Р. Жилище болгар, греков, албанцев // Материальная культура компакт-
ных этнических групп на Украине, Жилище,- М.: Наука, 1979,- С.83-129.

Будина О.Р. О некоторых особенностях развития жилища греков Приазовья// Итоги
полевых работ ИЭ АН СССР в 1971 г,- М.: Наука, 1972.- С.97-104.

Будина О.Р. Развитие жилища в этнически сметанной среде (по материалам греков
Донецкой области) // Культурно-бытовые процессы на Юге Украины,- М.: Наука, 1979а.-
С.92-126.

Бут О.М., Никольський В.М. Ольське господарство грек!в Донбасу за переписом
1923 р. (пор!вняльний анал!з) // УГ1С.- Кшв, 1993.- С.28-30.

Буров С.Д., Нал чад жи И.А. Из опыта работы культурно-просветительского объе-
динения имени Ф.Хартахая по возрождению национального самосознания греков При-
азовья// ДППСДР.- Мариуполь, 1993.- С.146-148.

Буров С.Д. Новые сведения о юности художника А.И.Куинджи // Летопись Донбас-
са.- Донецк: Б.и., 1992.- С.81-83.

Васильев А.А. Готы в Крыму // ИРАИМК,-1921.- Т.1.- С.265-344.

Васильев А.А. Готы в Крыму// ИГАИМК.- 1927.- Т.5.-С. 179-282.

Васильевский В.Г. Житие Иоанна Готского// Труды Васильевского В.Г..- Спб, 1912.-
Т.2.-Вып.1,- С. 136-212.

Васюков С.И. Крым и горные татары.- Спб, 1904,- 124 с.

Веймарн Е.В., Лобода И.И., Пиоро И.С., Чореф М.Я. Археологические исследова-
ния столицы княжества Феодоро// Феодальная Таврика.- Киев: Наук.думка, 1974. - С. 123-
139.

Веймарн Е.В. «Пещерные города» Крыма// Проблемы истории «пещерных городов»
в Крыму.- Симферополь: Таврия, 1992,- С.86-94.

Веймарн Е.В., Чореф М.Я. «Корабль» на Каче.- Симферополь: Таврия, 1976.- 120 с.

Величко В. Про створення Кримського вщдыення институту сходознавства
1м.А.Ю.Кримського АН Украши// Схщний свтг.- 1993.- N 1,- С.142.

Веллас Г.Я. Некоторые особенности фонетики родного языка греков, проживаю-
щих в СССР// Вопросы филологии и методики преподавания германских и романских
языков. 4.1.-Воронеж, 1968.-С.59-69.

Верба I.B. Грецька колошзащя твденно!Украши друго! половини XVIII ст. в науко-
вому доробку Н.Д.ПолонськоыВасиленко// УГ1С,- Кшв, 1993.- С.33-34.

Весела 3. К вопросу о положении христианской церкви в Османском государстве //
Османская империя. Государственяая власть и социально-политическая структура,- М.:
Наука, 1990,-С. И 8-132.

В1д берепв Азова: Твори грецьких поет!в Украши,- Кшв: Дншро, 1979.- 222 с.

Византийский Херсон: Каталог выставки.- М.: Наука, 1991,- 256 с.

Винниченко I.I. Греки Украши: Етнодемограф1чна характеристика// УПС.-Ки!в,
1993.-С. 34-36.

Возгрин В.Е. Исторические судьбы крымских татар.- М.: Мысль, 1992,- 446 с.

Волкова Н.Г. У греков Грузии// Полевые исследования ИЭ АН СССР за 1974 г,- М.:
Наука, 1975.- С. 124-131.

Волкова Н.Г. Этнонимы и племенные названия Северного Кавказа,- М.: Наука, 1973.-
182 с.

Волошко Е. Грецьк! поети Украши// Радянське лпературознавство.- 1965.- N 11.-
С.37-47.

Врубель С.А. Проблема литературного языка греков СССР.- Ростов-на-Дону: Ком-
мунистис, 1936.- 40 с.

Всесоюзная перепись населения 1926 г.: Кр.АССР [в 3-х кн.].- М.: ЦСУ СССР, 1928-
1929: Кн.1.- Народности, возраст, язык,- М., 1928.- 43 с.

Выходцы из Крыма и пришельцы в Крым// Радуга,- 1862.- N 8 (август).- С.113-116.
Вяземская Е.К., Данченко С.И. Русско-греческие отношения в трудах советских ис-
ториков// БИ.- М.: Наука, 1989.- Вып.11.- С.226-242.

Висотська Т.М. Питания етшчного складу населения швденно-захздного Криму//
Археолойя.- 1970.-Т.23.- С.91-107.

Гавриил, архиеп. Остатки христианских древностей в Крыму И ЗООИД.-18446.- Т. 1
С.320-328.

Гавриил, архиеп. (В.Ф.Розанов) Отрывок повествования о Новороссийском крае из
оригинальных источников почерпнутый // Сочинения Гавриила, архиепископа Тверс-
кого и Кашинского.- М., 1854.- Ч.2.-Отд.1.- С. 103-180.

Гавриил, архиеп. Переселение греков из Крыма в Азовскую губернию и основание
Готфийской и Кафийской епархии//ЗООИД.- 1844а.- Т.1.- С. 197-204.

Гавриил, архиеп. (В.Ф.Розанов) Хронолого-историческое описание церковной епар-
хии Херсонской и Таврической// ЗООИД .- 1848.-Т.2.-С. 197-220.

Гарагуля В.К. «Год 1778-й. 215 лет выселения христиан из Крымского ханства в
Азовскую губернию». Исторические чтения в КРКМ. Хроника.// Известия КРКМ,-
1993.-N 4.-С.74-76.

Гаркавец А.Н. Армяно-кыпчакские письменные памятники XVI-XVII вв.// Средне-
вековый Восток,- М., 1980.- С.81-90.

Гаркавец А.Н. В.В.Бартольд о вероисповедании у кыпчаков Х-Х111 вв. и проблема
этногенеза армяне-, греко-кыпчаков и караимов // Бартольдевские чтения. Тезисы докл.
конференц. (Москва, 18-20 марта 1974 г.).- М., 1974.-С. 18-20.

Гаркавец А.Н. О происхождении и классификации урумских говоров Северного При-
азовья //Советская тюркология.-1981.- N 2,- С.46-58.

Гаркавец А.Н. Развитие согласования в армяно-кыпчакском и урумском языках//
Известия АН КазССР. Серия филологии.- Алма-Ата, 1987.- N 1.- С.8-15.

Гаркавец А.Н. Тюркские языки на Украине.- Киев: Наук, думка, 1988.-175с.

Гаркавец А..Н. Фонетическая субституция как прием «поэтизации» урумской песен-
ной речи // Советская тюркология. 1986а.- N 3.- С.43-51.

Гаркавець О.М. Змша традищйного порядку сл!в у тюркських мовах на Украпй //
Мовознавство,- 1983.- N 3.- С.41-49.

Гаркавець О.М. Принципы становления й розвитку урумсько! шеенно! мови // Мо-
вознавство.- 19866.-N 3.-С.51-55.

Гаркавець О.М. Проблема видшення шфжтва в урумський мов!// Мовознавство.-
1981,-N 3.-С.47-55.

Гаркавець О.М. Розвиток д!еслова в тюркських мовах на У краю! Институт мовоз-
навства АНУРСР,- Кшв, 1986в,-193 с.-Деи. вИНИОН АН СССР,-N27202.-22.10.1986.

Гаркавець О.М. Тенденцн розвитку первинного д!еприсл1вника на -А в тюркських
мовах на Украпй // Мовознавство,- 1985 .- N 1,- С. 50-58.

Гаркавець О.М. Уруми Надазов’я // Схщний ceir.- 1993.- N 2.- С.48-65.

Гаркави А.Я. О происхождении некоторых географических названий местностей на
Таврическом полуострове // Известия РГО,- Спб, 1876.- Т.12.- Вып.1.- С.50-57.

Герасимова М.М., Рудь Н.М., Яблонский Л.Т. Антропология античного и средневе-
кового населения Восточной Европы.- М.: Наука, 1987,- 179 с.

Гермоген, епископ. Справочная книжка о приходах и храмах Таврической епархии.-
Симферополь, 1886,- 271 с.

Гермоген, епископ. Таврическая епархия.-Псков, 1887,- 520 с.

Герцен А.Г. Вступление// Проблемы истории «пещерных городов» в Крыму.- Сим-
ферополь: Таврия, 1992.-С.1-3.


Герцен А.Г. История изучения оборонительного комплекса Мангуна// Развитие фе-
одализма в Центральной и Юго-Восточной Европе.- Свердловск, 1986.- С.88-104.

Герцен А.Г., Могаричев Ю.М. Иконоборческая Таврика И АДСВ. Вып.26.: Визан-
тия и средневековый Крым,- Барнаул: День, 1992.- С.180-191.

Герцен А.Г., Могаричев Ю.М. К вопросу о времени возникновения пещерных мона-
стырей Крыма// Проблемы археологии Северного Причерноморья (К 100-летию осно-
вания Херсонского музея древностей). Тезисы докл. юбилейной конференц,- Херсон,
1990.-Ч.З.-С.7-9.

Герцен А.Г., Могаричев Ю.М. Крепость драгоценностей. Кырк-ор. Чуфут-кале.- Сим-
ферополь: Таврия, 1993.- 128 с.

Герцен А.Г., Могаричев Ю.М. О возникновении Готской епархии в Гаврике//
МАИЭТ.- Симферополь: Таврия, 1991.- С. 119-122.

Гильденштедт А.Н. Исследование побережья Азовского моря в 1773-1774 гг.- Спб,
1779,- 186 с.

Гозадинов И.И. По поводу одной старой рукописи// Русская старина.- 1915.- Т.163.-
С.111-131.

Гордлевский В.А. Османская свадьба.- М., 1915.- 60 с.

Гранстрем Е.Э. К истории заговоров и апокрифических молитв в византийской пись-
менности (неизвестный сборник греческих врачевательных молитв) И Палестинский
сборник.-1981.-Т.27 (90).-С.86-92.

Грецьк! актов! документи i листи. Каталог рукопишв XVI-XIX ст,/ Упор.
Е.К.Чернухш,- Кшв, 1991,- 70 с.

Григорович В.И. Несколько замечаний о языке Мариупольских греков// Труды Тре-
тьего АС в России.- Киев, 1878.-Т.1.- C.LIX.

Григорович В.И. Записка антиквара о поездке его на Калку и Кальмиус....- Одесса,
1874,-48 с.

Григорович В.И. Протоколы Константинопольского патриархата XIV столетия//
ЖМНП,- 1847,- 4.54,- N 6,- С. 131-164.

Григорович В.И. Собрание соч. 1864-1876.- Одесса, 1916.- 450 с.

Григорьев А.П. «Книга путешествий» Эвлии Челеби - источник по истории Крыма
XIII-XVII вв.// Историография и источниковедение истории стран Азии и Африки,- Л.:
Изд-во Ленинградец, ун-та, 1974.- Вып.З.- С. 19-28.

Григорьев А.П., Фролов О.Б. О достоверности культурно-исторических деталей в
«Книге путешествий» Эвлии Челеби//Вестник Ленинград, ун-та,-1986.- Серия 2,- Вып. 1.-
C.150-I60.

Гроздов А. Сведения о Бахчисарайской Успенской церкви, устроенной в каменной
скале// ИТУАК,- Симферополь, 1890,- Вып.9,- С.62-68.

Губогло М.Н. К изучению тюркоязычного населения Юго-Восточной Европы в све-
те современных задач балканистики// БИ,- М.: Наука, 1982.- Вып.7,- С.201-222.

Гущина И.И. Население сарматского времени в долине р.Бельбек в Крыму// Архео-
логические исследования на Юго-Востоке Европы,- М.: Наука, 1974,- С.32-64.

Дайнеко Л.И. Малые этносы в Крымском ханстве (к вопросу о выселении христиан
из Крыма в 1778 г.) // Известия КРКМ.- 1994,- N 5.- С.9-13.

Данильченко О.П. Етшчн! групи швдня Украши: економ!чне та сощально-полтзчне
становище на початку 20-х рр.ХХ ст./ Тсторичш зошити.- Кшв: Вид-во Тнституту icTopi'i
Украши НАН Украши, 1993.- 58 с.

д’Аск оли Эмидио Доротели. Описание Черного моря и Татарии// ЗООИД.- 1902.-
Т.24,-С.89-180.
Дашкевич Я.Р. Армяно-кыпчакский язык в освещении современников (XV-XV11 вв.)
И Языкознание. Тез. докл. и сообщ. 3-ей Всесоюзной тюркологической конференц. (Таш-
кент, 10-12.09.1980).-Ташкент: Фан, 1980.-С.61-62.

Дашкевич Я.Р. Армяно-кыпчакский язык: этапы истории И Вопросы языкознания.-
1983,-N 1.-С.

Дашкевич Я.Р. «Codex Cumanicus» - вопросы возникновения И Вопросы языкозна-
ния.- 1985.-N 4.-С. 72-84.

Дашкевич Я.Р. «Codex Cumanicus» - вопросы декодирования И Вопросы языкозна-
ния,- 1986,-N 5,- С.79-87.

Дебец Г.Ф. Антропологический состав населения средневековых городов Крыма //
Сборник МАЭ.- 1949,- Т. 12.- С.333-387.

Демидов А.Н. Путешествие в Южную Россию и Крым... в 1837 г..- М., 1853.- 545 с.

Джуха И.Г. Одиссея мариупольских греков. Очерки истории .- Вологда: ЛиС, 1993.-
160 с.

Дионисий архимандрит. Панагия или Успенский Бахчисарайский скит в Крыму.- Сим-
ферополь, 1870.- 24 с.

Довбыш В.А. Язык и культура старобешевских греков // ДППСНДР.- Мариуполь,
1993,- С.177-179.

Домбровский О.И. Фрески средневекового Крыма.- Киев: Наук, думка, 1966.- 112 с.

Домбровский О.И,, Махнева О. Столица феодоритов,- Симферополь: Таврия, 1973.-
103 с.

Домбровский Фр. Заметка о крымско-татарском способе уборки сена // Записки
ОСХЮР на 1854 г..- 1854,- С.375-385.

Домбровский Фр. О крымско-татарском способе уборке хлеба //Записки ОСХЮР.-
1848.-N 6.- С.356-368.

Домбровский Фр. Очерк хозяйственного быта татар степной полосы Крыма //Запис-
ки ОСХЮР,- 1850,- N 7-8.- С.439-443,459-490.

Дорогой тысячелетий. Экскурсии по средневековому Крыму,- Симферополь: Тав-
рия, 1966,- 191 с.

Древние акты Константинопольского патриархата, относящиеся к Новороссийско-
му краю // ЗООИД,- 1867,- Т.6.-С.443-473.

Дружинина Е.И, «Культурно-бытовые процессы на Юге Украины», Рецензия.// СЭ,-
1981,-N 1. - С.169-170,

Дружинина Е.И. Кучук-Кайнарджийский мир 1774 г„- М.: Наука, 1955,- 368 с.

Дружинина Е.И. Северное Причерноморье. 1775-1800 гг.-М.: Наука, 1959.- 280 с.

Дружинина Е.И. Южная Украина 1800-1825 гг..- М.: Наука, 1970.- 375 с.

Дружинина Е.И. Южная Украина в период кризиса феодализма 1825-1860 гг..- М.:
Наука, 1981.-215 с.

Дубровин Н. Присоединение Крыма к России. Рескрипты, письма, реляции, донесе-
ния.- Спб, 1885.- Т. 2.- 924 с.

Дубровин Н. Присоединение Крыма к России. Рескрипты, письма, реляции, донесе-
ния.- Спб, 1886.- Т. 3.- 876 с.

Дубровский М. Жилища крымских горных татар// По Крыму.-1914.- N 1,- С.1-21.

[Дюбан] Письмо о.Дюбана к маркизу де Торсй о состоянии христианства в Крыму в
начале XVIII столетия [1713 г.]. Из собрания писем французских миссионеров-иезуитов
// Таврида.-1881.- N 26-28 (29 марта-5 апреля).- С.1-2.

Дяченко В.Д. Антропологический состав украинского народа в связи с некоторыми
вопросами его этногенеза.- Автореферат дис..к.и.н..- М., 1961.- 20с.
Дяченко В.Д. Антрополопчний склад украшського народу. Поргвняльне дослщження
народ!в УРСР i сум!жних територш,- Кшв: Наук, думка, 1965.- 130с.

Егорова А. Екатеринославское блукание (1777-1791 гг.).- Екатеринослав, 1887.- 21 с.

Житие, страдания и чудеса святого великомученника и целителя Пантелеймона.- М.,
1880.-4,1-2,- 128+66 с.

Жузе П.А. К выяснению значения слова «тат» И Известия АзГНИИ. Отделение язы-
ка, литературы и искусства.- Баку, 1930.- Вып. 3.- Т. 3.- С.11-15.

Жузе П.А. Положение христиан в мусульманских государствах // Православный со-
беседник,- Казань, 1897,- Ч.З.- N 9,- С.318-340.

Журавлева Е.Ф. Вокализм и некоторые особенности консонантизма тавро-румейс-
кого новогреческого диалекта // Традиции Московской школы и современные пробле-
мы языкознания: Фортунатовские чтения.- М., 1981а.- С.66-84.

Журавлева Е.Ф. Генезис и эволюция палатального ряда в Новокаракубском говоре
и классификация новогреческих тавро-румейских диалектов // Совещание по общим
вопросам диалектологии и истории языка. Тез. докл. и сообщ. (Душанбе, 12-15 ноября
1979 г.).-М., 1979а,-С.99-100.

[Папуш]-Журавлева Е.Ф. Данные лингвистической географии о периодизации изме-
нений в тавро-румейской фонологии (на материале новокаракубского вокализма) // Со-
вещание по общим вопросам диалектологии и истории языка. Тезисы докл. и сообщ.
(Баку, 1975).- Баку, 1975,- С. 144-145.

Журавлева Е.Ф. Категория твердости-мягкости в новогреческом (тавро-румейском)
и русском языках// Октябрьские чтения. Конференц, молодых ученых и специалистов
Пермского ун-та. Тезисы докл..- Пермь, 19796.- С.28-30.

[Папуш]-Журавлева Е.Ф. Лингвогеографические данные о происхождении морфо-
логических чередований в степных тавро-румейских говорах и их генеалогическая клас-
сификация// Совещание по общим вопросам диалектологии и истории языка. Тезисы
докл. и сообщ. (Нальчик, 1977).- М., 1977.- С.48-49.

Журавлева Е.Ф. О фонологической трактовке твердости-мягкости в новогреческом
говоре Донецкой обл.// Вестник Московск. ун-та. Серия 9. Филология,- M.s 1980в.- N 2.-
с.52-62.

Журавлева Е.Ф. Проблема внутренней реконструкции и относительная хронология
в фонетике новогреческих диалектов (на материале новокаракубского таврорумейско-
го говора) //Языковая и историческая реконструкция.-М.: Изд-во МГУ, 1982а.- С. 15-
22.

Журавлева Е.Ф. Развитие шипящих согласных в одном из новогреческих таврору-
мейских говоров// Актуальные проблемы общественных, естественных и технических
наук. Тезисы докл. межвузовской конференц.- Пермь, 1980а.- С.258-259.

Журавлева Е.Ф. Редукция безударных гласных и фонологические основы обучения
русским орфоэпическим нормам в условиях двуязычия (на материале новокаракубско-
го греческого говора)// Актуальные проблемы филологии. Тезисы докл. конференц,
(г.Пермь, ноябрь 1980).- Пермь, 19806.- С.65-67.

Журавлева Е.Ф. Фонетические закономерности в системе вокализма новокаракубс-
кого греческого говора// Лингвистическая география и проблемы истории языка. Ма-
териалы 6-го совещания по общим вопросам диалектологии и истории языка.- Нальчик,
19816,-С.119-125.

Журавлева Е.Ф. Фонологическое описание греческого новокаракубского говора в
сравнении с другими тавро-румейскими говорами и северогреческими диалектами.- Ав-
тореф.дис....к.ф.н.- М., 19826,- 27 с.
Загоровский Е. А, Военная колонизация Новороссии при Потемкине.- Одесса, 191 За,-
34 с.

Загоровский Е.А. Иностранная колонизация Новороссии в XVIII в..- Одесса, 19135,-
16 с.

Загоровский Е.А. Экономическая политика Потемкина в Новороссии.- Одесса, 1926.-
13 с.

Записки Дмитрия Борисовича Мертваго 1760-1824 гг..- М.,1867,- 337 с.

Земцов М.Е. Краткий очерк экономического положения населения Мариупольско-
го уезда// Сборник статей Екатеринославского научного общества по изучению края,-
Екатеринослав, 1905.-С.1-36.

Зиневич Г.П. Антропологические материалы средневековых могильников Юго-За-
падного Крыма.- Киев: Наук, думка, 1973.- 270 с.

Зубарь В.М. Этнический состав населения Херсонеса Таврического первых веков
нашей эры// Материалы к этнической истории Крыма.- Киев: Наук.думка, 1987.- С.78-
102.

Зубарь В.М. Проникновение и утверждение христианства в Херсонесе Таврическом/
/ Византийская Таврика.- Киев: Наукова думка, 1988.- С.8-30.

Зуев В.Ф. Путешественные записки от Санкт-Петербуога до Херсона в 1781 и 1782 гг.
.-Спб, 1787.-273 с.

Зуев Н. Азовское море с его приморскими и портовыми городами, их жителями, про-
мыслами и торговлею внутри и вне России.- Спб, 1855.- 92 с.

Иванова Ю.В. Греки // Народы мира. Этнографические очерки: Народы Европейс-
кой части СССР. М.: Наука, 1964.- Т. 2,- С.837-838.

Иванова Ю.В. Влияние социально-экономических условий на одежду сельских жи-
телей (по материалам исследования греческого населения Донецкой области УССР) //
СЭ.- 1976.-N 2.-С.43-56.

Иванова Ю.В. Греки/Жалендарные обычаи и обряды в странах Зарубежной Европы
(конец XIX - начало XX вв.). Весенние праздники,- М.: Наука, 1977,- С.322-337.

Иванова Ю.В. Греки // Календарные обычаи и обряды в странах Зарубежной Евро-
пы (конец XIX - начало XX вв.). Зимние праздники.- М.: Наука, 1973.- С.308-330.

Иванова Ю.В. Греки // Календарные обычаи и обряды в странах Зарубежной Евро-
пы (конец XIX - начало XX вв.). Летне-осенние праздники.- М.: Наука, 1978,- С.268-
282.

Иванова Ю.В. Греческие этнические группы в СССР// Расы и народы,- М.: Наука,
1988,-Вып. 18,- С. 206-221.

Иванова Ю.В. Из истории заселения Южной Украины// Культурно-бытовые про-
цессы на юге Украины.- М.: Наука, 1979.- С.3-12.

Иванова Ю.В. Особенности формирования хозяйственного комплекса многонацио-
нального района Приазовья// Культурно-бытовые процессы на Юге Украины.- М.:
Наука, 1979,- С.74-92.

Иванова Ю.В. Традиционная культура греческого населения России - СССР в ее ис-
торическом развитии// ГУИС.- Донецк: Б.и., 1991,- С. 173-181.

Иванова Ю.В. Формирование культурной общности народов Юго-Восточной Евро-
пы // Балканские исследования.- М.: Наука, 1982.- Вып. 7.- С. 164-194.

Иванова Ю.В. Хозяйственный быт греков Приазовья// Итоги полевых работ ИЭ АН
СССР в 1970 г..-М„ 1971,-С. 130-139.

Ивановская Н.И, Из истории собирательских программ по этнографии (середина
XIX- середина XX вв.).-Л.: ГМЭ, 1987.- С.86-92.
Изидинова С.Р. Место крымско-татарского языка среди тюркских языков Причер-
номорья// Языкознание. 3-я Всесоюзная тюркологическая конференция. Тезисы докл.-
Ташкент: Фан, 1980.- С. 246-247.

Изидинова С.Р. Особенности диалектной лексики крымскотатарского языка// Все-
союзная тюркологическая конференция «Советская тюркология и развитие тюркских
языков в СССР». Тезисы докл.- Алма-Ата, 1976.- С.216-217.

Иков К.И. К краниологии татар Южного берега Крыма //Дневник антропологичес-
кого отдела ИОЛЕАЭ.- М., 1891.- T.XIIL- Вып.1.- С.3-6.

Иконников В.С. О разборе архива гр. П.А.Румянцева-Задунайского (Записка
М.О.Судиенко) // Чтения в историческом обществе Нестора-Летописца.- Киев, 1892.-
Кн.6.-С.138-142.

Инструкция собирания предметов для Русской этнографической выставки и Русско-
го музея в Москве.- М., 1866.- 12 с.

Исторический обзор деятельности графа Румянцева-Задунайского в 1775-1786 гг.//
Русская беседа.- 1858.- Т.З.С.58-70.

Исторический очерк Екатеринославской губернии/'/Памятная и адрес-календарь Еда-
теринославской губернии на 1889 г..- Екатеринослав, 1889.- С.3-92.

Исхакова Х.Ф. Огузо-кыпчакские соответствия в топонимике Крыма// Ономастика.
Типология. Стратиграфия.- М.: Наука, 1988.- С.127-144.

Исхакова Х.Ф. Структура составных топонимов (на материале тюркской топони-
мии Крыма)// Тюркская ономастика.- Алма-Ата: Наука, 1984.- С. 163-172.

1сип Е. Формування д!аспор балканських народ!в на твдш Украши// Украшська
д!аспора,- Кшв-Чикаго: Интел, 1993.- Число 3.-С.145-157.

Итс Р.Ф. Введение в этнографию.- Л.: Изд-во Ленинградск. ун-та, 1991.- 170 с.

Кабузан В.М. Изменения в размещении населения России в XVIII- первой половине
XIX вв..- М.: Наука, 1971,- 192 с.

Кабузан В.М. Заселение Новороссии в XVIII- первой половине XIX вв. (Екатери-
нославская и Херсонская губернии).- М,: Наука, 1976.- 308 с.

Калери Г.М. Топографические и медико-статистические сведения о Мариупольском
округе// ЖМВнД.- 1845.- 4.11 (июль- сентябрь).- С.34-69.

«Калимера, зисимо!». Сборник стихов Г.Костоправа.-Сталино: Дон. обл. изд-во, 1937.

«Калимера, зисимо!». Сборник стихов Г.Костоправа,- Донецк: Донбасс, 1963.- 194с.

«Кал1мера зисимо». 36ipxa поезш Г.Костоправа.-Дшпро, 1969.- 194 с.

Каменский П.В. История одного дня. Достоверное сказание.- Мариуполь, 1901.-112 с.

Каралезли X. Старинный обычай татарского заручения и свадьбы в деревнях Дере-
кой, Ай-Василь и Аутка Ялтинского района //Крым,- 1926,- N 2.- С. 132-142.

Караулов Г. Заметки о южной садовой культуре в Крыму в древности и в наше время
// Записки ОСХЮР.- Одесса, 1873.- Кн.6.- С.361-420.

Кедрин И. Хозяйственные очерки Крыма// ЖМГИм,- Спб, 1848.- 4.26.- С.197-222.

Кедрин И. О производстве винодельческих работ в Судакской долине в Крыму //
ЖМГИм,- Спб, 1846.- Ч.ХХ.- С.95-104.

Кеппен П.И. Крымский сборник. О древностях Южного берега Крыма и гор Таври-
ческих.- Спб, 1937.- 375 с.

Кеппен П.И. Хронологический указатель материалов для истории инородцев Евро-
пейской России,- Спб, 1861,- 270 с.

Кеппен П.И. Об этнографической карте Европейской России,- Спб, 1853,- 40 с.

Керцелли Н.Г. Каталог Дашковского этнографического музея,- М., 1877,- 105 с.

Киор В.И. К вопросу о генезисе народностей, переселившихся из Крыма в Приазо-
вье в XVIII в. // ДППСНДР.- Мариуполь, 1993,- С. 112-114.

Киор В. И., Тоцкая И.В. О некоторых парадоксах языковой ситуации в регионе При-
азовья// Г УИС,- Донецк: Б.и„ 1991.- С. 147-151.

Кирсенко М.В., Терентьева Н.А. Из истории культурных связей между Украиной и
Грецией (XVIII-XIX вв.) И Культурные и общественные связи Украины со странами
Европы.-Киев: Наук, думка, 1990,- С.73-88.

Кирьяков Л.Н. Амфора.-Киев: Рад.письменник, 1988.-182 с.

Киселева Н.Н. Значение топонимики в сохранении исторической памяти народа //
ДППСНДР,-Мариуполь, 1993.-С. 72-73,

Ковал1вський А. Пщземш сховища зерна у Мар1уп1льських rpexis// Схщний св!т.-
Харкш, 1928,- N 6,- С.261-264.

Кондараки В.Х. История христианства в Тавриде.- Одесса, 1871.- 28 с.

Кондараки В.Х. Источники св.Косьмы и Дамиана//Николаевский вестник.- 1867.-
N 43, 45,-С.169-170, 177.

Кондараки В.Х. Основание крымских колоний со времен императрицы Екатерины
П // Одесский вестник.- 1857.- N 79.С.389-390.

Кондараки В.Х. Подробное описание Южного берега Крыма,- Николаев, 1867,- 142 с.

Кондараки В.Х. Сельское хозяйство в Крыму // Записки ОСХЮР,- Одесса, 1872.-
T.1.-N2.- С.31-55.

Кондараки В.Х. Универсальное описание Крыма.- Спб, 1875.- Ч.8.-127 с.

Кондукторова Т.С. Материалы по палеоантропологии Украины // Труды ИЭ.- Т.ЗЗ.-
Антр о дологический сборник. 1.- 1956.- С.170-177.

Корелов И.А. Иноязычные греки (урумы) на территории Грузии // Известия Акаде-
мии наук Грузинской ССР. Серия истории искусства,- Тбилиси, 1990,- N 2.- С. 133-149.

Корелов И. А. Теория языковых контактов (на материале исследования процесса фор-
мирования и эволюции базисных уровней структуры языка урумов Закавказья) // ГУ ИС,-
Донецк: Б.и., 1991.- С.136-147.

Корпусова В.Н. Некрополь Золотое. К этнокультурной истории Европейского Бос-
пора,- Киев: Наук.думка, 1983.- 182 с.

КостанК. 3 лггературно1творчост1мар1утльскихгрек1в// Схщний свп\-Харюв, 1928.-
N 3-4.- С.229-248.

Костан К. 3 лггератури мар!ушльських греков,- Харю.в: РУХ, 1932.- 168 с.

Криворотько Т. Неизвестный Феоктист Хартахай// Грек о-славянское духовное един-
ство.- Донецк: Ред.-изд. отдел Донецкого обл.управления по печати, 1993.- С.118-123.

Крым: прошлое и настоящее,- М.: Мысль, 1988,- 120 с.

Ксенофонтова-Петренко О.Н. Семейные обряды в с.Сартана/7 Культурно-бытовые
процессы на Юге Украины.- М,: Наука, 1979,- С. 173-185.

Кузьминков Л.В., Хачхарджи К.А. К переселению крымских греков в Россию //
ГУИС,- Донецк, 1991.- С.43-54.

Кулаковский Ю. Древности Южной России. Керченская христианская катакомба 491 г.
//Материалы по археологии России.-1891.- N 6.- С.1-30.

Кулаковский Ю. К истории готской епархии (в Крыму) в УШ в.// ЖМНП.-
Ч. CCCXV.- 1890,- N 2,- С. 173-202.

Курылев В.П. Материальная культура турецкого крестьянства.- М.: Наука, 1976.-
186 с,

Куфтин Б.А. Жилище крымских татар в связи с историей заселения полуострова.-
М., 1925.- 80 с.

Куфтин Б.А. Южнобережные татары Крыма // Крым,- М., 1925 .- N 1,- С. 22-31.
JlaspiB П.1. IcTopia швденно-схщно! Украши,- Льв1в: МП «Слово», 1992.- 152 с.

Латышев В.В. К начальной истории города Мариуполя// ЗООИД,- Одесса, 1915,-
Т. 32.- С.3-25.

Латышев В.В. Сборник греческих надписей христианских времен из Южной России,-
Спб, 1896,- 143 с.

Лашков Ф,Ф. Камеральное описание Крыма 1784 г.//ИТУАК .-Симферополь, 1888.-
Вып.б.- С.36-64.

Лашков Ф.Ф. Сельская община в Крымском ханстве.- Симферополь, 1887.- 76 с.

Лашков Ф.Ф. Статистические сведения о Крыме, сообщенные каймаканами в 1783 г.
//ЗООИД,- 1886.- Т.14.-С.91-156.

Лебедев А. Взаимные отношения Оттоманской Порты и подвластных ей христиан
греко-восточной церкви после падения Византийской империи // Богословский вест-
ник. - 1894. - Май-август.- С.444-464.

Лезина И.Н. К вопросу о стратификации тюркских генотопонимов Крыма //Онома-
стика. Типология. Стратиграфия.- М.: Наука, 1988.- С.144-161.

Лезина И.Н. Тюркские топонимы Крыма// Ономастика Киргизии,- Фрунзе: Илим,
1985.-Вып. 1,-С.84-96.

Лезина И.Н., Суперанская А.В. Об этнотопонимах Крыма// Тюркская ономастика.-
Алма-Ата: Наука, 1984.- С.77-89.

Лезина И.Н. Тюркские топонимы Крыма// Ономастика Киргизии.- Фрунзе: Илим,
1985,- Вып. 1,-С.84-96.

Лешн живе. Поезп. Орипнальш твори грецьких поеНв Украши та ix переклады на
украшську мову.- Ки!в: Вид-во Кшвськ. держ. ун-ту, 1973,- 152 с.

Леонов О.Л., Леонов Л.Г. Греки и экономическое развитие Украины в конце XIX -
нач. XX вв.//ДППСНДР,- Мариуполь, 1993.- С. 125-127.

Ливанов В.Ф. Георгиевский монастырь в Крыму (что близ Севастополя и Балакла-
вы).-М„ 1874.-42 с.

Мазур П.И. Расправа // Голос Украины.-24.02.1993.- N 35.- С.З.

Мальгин А.В. Мальгина М.Р. К вопросу об интерпретации фрески «Храма трех всад-
ников» в Эски-Кермене (по материалам фонда А.Л.Бертье-Делагарда архива КРКМ)//
Известия КРКМ,- 1993.- N 2.- С.4-7.

Мариуполь и его окрестности,- Мариуполь, 1992,- 498 с.

Маркевич А.И. Географическая номенклатура Крыма И ИТОИАЭ,- 1928,- Т. 2(59).-
С.17-33.

Маркевич А.И. Tavrica. Опыт указателя сочинений о Крыме и Таврической губер-
нии вообще. Вып.1 // ИТУАК,- Симферополь, 1894.- Вып.20,- 290 с.

Маркевич А.И. Tavrica. Опыт указателя сочинений о Крыме и Таврической губер-
нии вообще. Вып.2 // ИТУАК,- Симферополь,.- Вып.28.- 100 с.

Маркевич А.И. Tavrica. Опыт указателя сочинений о Крыме и Таврической губер-
нии вообще. Вып.З // ИТУАК,- Симферополь,.- Вып.32-33,- 105 с.

Маркевич А,И. К вопросу о положении противомусульманской миссии в Тавриде,-
Симферополь, 1911,- 31 с.

Маркевич А.И. К вопросу о положении христиан в Крыму во время татарского вла-
дычества // Таврический цеоковно-общественный вестник,- 1910.- N 10-11.- С.442-459,
516-543.

Маркевич А.И. Краткий очерк деятельности генералиссимуса А.В.Суворова в Кры-
му//ИТУАК,- 1901.-N 31.-С. 1-27.

Марков С.И. Заметки о быте греков г.Мариуполя // Мариуполь и его окрестности.-
Мариуполь, 1892.- С. 406-438.

Марр Н.Я. К вопросу о топонимике Крыма//ИТОИАЭ.- 1927,-Т. 1(58).- С. 115-118.

Маруневич М.В, Материальная культура гагаузов XIX-начала XX вв.- Кишинев:
Штиинца, 1988.- 192 с.

Масленников А.А. Население Боспорского государства в первые века н.э..- М.: На-
ука, 1990.- 232 с.

Масленников А.А. Сельская территория Европейского Боспора в ранневизантийс-
кое время И Византия и народы Причерноморья и Средиземноморья в раннее средневе-
ковье (VI-IX вв.). Тезисы докл. международ, конференц. (г.Симферополь, 21-27 сентяб-
ря 1994 г.).- Симферополь, 1994,- С.40-41.

Мататов М.Е. К вопросу о татском этносе//СЭ.- 1981.-N 5,- С. 109-И2.

Махнева О.А. О плитовых могильниках средневекового Крыма // Археологические
иссследования средневекового Крыма,- Киев: Наук, думка, 1968.-С. 155-168.

Мережковский К.С. Отчет об антропологической поездке в Крым в 1880 г. И Извес-
тия РГО.-1881.- Вып.2,- С.104-131.

Могаричев Ю.М. Научный архив Е.В.Веймарна в БГИКЗ// История и археология
Юго-Западного Крыма,-Симферополь: Таврия, 1993,-С.234-239.

Мордвинов Н.С. Мнение о Крыме//Архив графов Мордвиновых.- Спб, 1902.- Т.З.-
С.193-214.

Моруженко О.Б. Новые и традиционные черты свадебной обрядности греков При-
азовья // ДППСНДР.- Мариуполь, 1993а,- С. 143-145.

Моруженко О.Б. Традиционная свадебная обрядность в Греции и у приазовских гре-
ков // УПС.- Киев, 19936,- С.93-95.

Муратов С.Н. Материалы по говорам тюркоязычных греков (урумов) Донецкой об-
ласти УССР// Кратк. сообщ. Ин-та народов Азии. Языкознание.- Л., 1963.- N 72.- С. 178-
191.

Мурзакевич Н.Н. О заселении Новороссийского края// Одесский вестник.- 1836.-
N 1, 15-16,- С. 9-12, 174-176, 186-188.

Мурзакевич Н.Н. Отвод земли грекам, переселенным из Крыма к Азовскому морю
И ЗООИД,- 1865.- Т.4.- С.359-363.

Мусаев К.М. Грамматика караимского языка: фонетика и морфология.- М., 1964.-
520 с.

Мыц В.Л. Укрепления Таврики в X-XV вв..- Киев: Наук, думка, 1991,- 160с.

Наседкина Л.Д. Грецью нацюнальш сшьради та райони в Укради (друга половина
20-х - 30-х рр.) // У1Ж.- 1992.- N 6,- С.64-72.

Наулко B.L Географ1чне розм!щення народ!в в УРСР.- Ки1'в: Наук, думка, 1966,- 171 с.

Наулко В.И. Развитие межэтнических связей на Украине.- Киев: Наук, думка, 1975.-
276 с.

Наулко В.И. Современный этнический состав населения Украинской ССР//СЭ.-1963 .-
N 5,- С.46-59.

Наулко В.И. Этнический состав населения Украинской ССР (опыт статистико-кар-
тографического исследования).- Автореферат дис...к.и.н.- М., 1964,- 21 с.

На честь заслуженого д!яча науки Украши Андр1я Петровича Ковал1вського 1895-
1969 гг. Тези м1жнародно‘1 науково! конференци, присвячено! 100-р1ччю вщ дня народ-
ження (15-18 квп-ня 1995 р., м.Харюв).- Харюв, 1995.- 68 с.

Нестерцова С.М., Лихачева Л.Б. Развитие начальной национальной школы в Екате-
ринославской губернии в конце XIX - начале XX вв.// ДППНСДР,- Мариуполь, 1993.-
С.86-87.
Никольский Д .П. О спиртных напитках среди наших инород цев//Труды Антрополо-
гического общества при Военно-медицинской академии. (V) за 1897-1899 гг,- Спб, 1901.-
С.221-285.

Никольский П.А. Население Крыма.- Симферополь: Крымгосиздат, 1929.- 16 с.

Никольский П.В. Бахчисарай и его окрестности.- Симферополь: Крымгосиздат, 1927.-
80 с.

Никольский П.В. Комиссия изучения греческой национальности//ГУИС.- Донецк:
Б.и., 1991,- С.114-118.

Никон, архимандрит. Балаклавский Георгиевский первоклассный монастырь.- Чер-
нигов, 1862.- 24 с.

Новицкая М. А. Орнаментальная вышивка средневекового Крыма// ЗОАО,- Одесса,
1967.- Т.2 (35).- С.284-288.

Новицкий Я.П. Описание гродов Азовской губернии // Летопись Екатеринославс-
кой Ученой архивной комиссии.- Екатеринослав, 1904.- Вып.1.- С.72-93.

Новиченкова Н.Г. Святилище бия перевалу Гурзуфське сщло// Археолопя,- 1993.-
N 1,- С.54-66.

Новосельский А. А. Борьба Московского государства с татарами в первой половине
XVII в..- М.-Л.: Изд-во АН, 1948.- 442 с.

Носов А. Кримськ! татари (антрополопчш нариси) И Схщний свгг.- Харюв, 1930.-
N 10-11 (1-2).-С.301-313.

Об устройстве христиан-греков, выведенных из Крыма.- Мариуполь, 1991.-16 с.

Оглух Ф.1., Гаркавець О.М. Особливост! фонетики i морфологи одше! з урумських
гов1рок// Мовознавство.- 1980.- N 1,- С.50-57.

Орлов Р.С. Из истории сельского населения Керченского полуострова в ХШ-XIV вв.
// Памятники древних культур Северного Причерноморья,- Киев, 1979.- С.114-129.

Отин Е.С., Борисова И.П., Першина К.В. Топонимия приазовских греков в «Исто-
рико-этимологическом словаре географических названий юго-восточной Украины»//
ДППСНДР.- Мариуполь, 1993,- С.140-142.

Отин Е.С. В.И.Григорович - исследователь языка и культуры греков Северного При-
азовья// ДППСНДР.- Мариуполь, 1993.- С. 13-15.

Отин Е.С. Географические названия крымских греков в топонимии Северного При-
азовья И ГУИС.- Донецк: Б.и., 1991.- С.54-66.

Павлович В. Материалы для географии и статистики России, собранные офицерами
генштаба. Екатеринославская губерния.- Спб, 1862.- 351 с.

Паллас П.С. Поездка во внутренность Крыма вдоль Керченского полуострова и на
остров Тамань//ЗООИД.- 1883.-Т. 13.- С.35-92.

Паллас П.С. Путешествие по разным провинциям Российского государства.- Спб,
1773-1788,-Т.1-5.

Панашенко В.В. Кримське ханство у XV-XVIII ст.// У1Ж .- 1989.- N 1.- С.54-65.

Переселение греков и армян из Крыма в Екатеринославскую губернию в 1779 г.//
Екатеринославские губернские ведомости,- 1872,- N 16-17,- С.107-108,113-114.

Переселение греков и армян из Крыма в Екатеринославскую губернию в 1779 г.//
Таврические губернские ведомости,- 1866,- N 27-28.

Петренко В.И., Авраменко В.А. Заселение Приазовья (Мариупольщины) греками //
Летопись Донбасса.- Донецк: Б.и., 1992,- С.20-22.

Петрушевский А. Генералиссимус князь Суворов.- Спб, 1884.- Т.1.- 260 с.

Пиоро И.С. Крымская Готия,- Киев: Лыбидь, 1990.- 190 с.

Писаревский Г.Г. Из истории иностранной колонизации в России в XVIII в. (по не-
изданным архивным документам).- М., 1909.- 340 с.

Письма А.В.Суворова к кн.Потемкину // Архив кн.Воронцова.- М.,1880.- Кн.24.-
С.283-316.

Письма и бумаги А.В.Суворова.- Пг, 1916.- Т.1.- 387 с.

План весенне-летнего триместра. Примерные экскурсии комплексного характера для
трудовых школ // Просвещение Донбасса.- Бахмут, 1923.- С.82-99.

Покровская Л .А. Термины родства в тюркских языках // Историческое развитие лек-
сики тюркских языков,-М.: Изд-во АН СССР, 1961.-С. 11-81.

Пономаренко Л.А. Официальные описания губерний XVIII- первой половины XIX вв. //
Рукописна та книжкова спадшина Украши.- Ки!в, 1993.- Вип.1.- С. 59-70.

Пономаренко Н.Н. Быт и культура греков Приазовья (кон. XVII- нач. XX) //
ДППСНДР.-Мариуполь, 1993,- С. 118-120.

Пономарева И.С., Сорока Т.И. Отражение межэтнических контактов в традицион-
ной культуре греков Приазовья // УПС.- Киев, 1993.- С. 116-117.

Пономарева И.С., Сорока Т.И. Традиции свадебной обрядности греков Приазо-
вья//ГУ ИС.-Донецк: Б.и., 1991.-С. 181-184.

Пономар1в О.Д. Вщмшювання 1менник1в у сартано-чермалицькш гов!рщ румейсь-
кого д!алекту новогрецько! мови // Мовознавч! студи.- Кшв, 1968,- С.38-47.

Пономарьов А.П. Украшська етнограф!я,- Кшв: Либщь, 1994,- 318 с.

Попов А.Н. Вторая учебная экскурсия Симферопольской мужской гимназии в Бах-
чисарай и его окрестности,- Симферополь, 1888,- 132 с.

Порохов П. О состоянии скотоводства в Мариупольском округе// ЗОСХЮР,- 1848.-
N 7, 9,- С.423-436, 589-600.

Порохов П. Тренирование или выдержка лошадей для бегов и скачек. Рассуждение,
писанное для получения степени магистра ветеринарных наук, исправляющим долж-
ность профессора Харьковского ветеринарного училища.- Харьков, 1858.- 101 с.

Потехин Д.В. Греческие топонимы Крыма//Крым и Россия: неразрывные историчес-
кие судьбы и культура. Материалы конференц. ( г.Симферополь, март 1994).- Симфе-
рополь, 1994,- С.5-8.

Потехин В.Е., Потехин Д.В. Россия и крымские греки// Крым и Россия: неразрыв-
ные исторические судьбы и культура. Материалы республиканской научно-практичес-
кой конференции (г.Симферополь, март 1994 г.).- Симферополь, 1994,- С.8-9.

Программа для собирания этнографических сведений по Екатеринославской губер-
нии.- Екатерин ослав, 1904,- 13 с.

Программа конференции ДППСНДР.- Мариуполь: Б.и,, 1993.- 24 с.

Программа конференции «Проблемы истории и культуры этнических групп греков
в Северном Причерноморье в средневековье и новое время»,- Симферополь: Б.и., 1993.-
12 с.

Програма конференщ!УПС.- Кшв: Б.и., 1993.- 10 с.

Программа предметов, собираемых для этнографического музея общества: Отчет
Русского географического общества за 1863 г..- Спб, 1864.- С.130-140.

Пряхин Ю.Д. Вопросы национально-культурного возрождения греков Донбасас и
Приазовья: исторические предпосылки, современные проблемы // ДППСНДР,- Мари-
уполь, 1993,-С. 105-109.

Пулянос А.Н. К антропологии греков СССР// Вопросы антропологии.-1960.- Вып.4,-
С.82-102,

Путеводитель по Крыму,- М., 1889,- 92+391 с.

Путешествие В.Ф.Зуева в 1783 г. для изучения Крыма// Очерки русской культуры
XVIII в.: Ч.З. Наука, общественная мысль.- М.: Изд-во Московск. ун-та, 1988.- С. 109-
НО.

Пучков П.И. Этнос и религия// Этнические процессы в современном мире.- М.: На-
ука, 1987,- С.68-80.

Рабби-Азарья, сын Илии. События, случившиеся в Крыму в царствование Шагин-
Гирей хана//ВОИДР.- 1856,-Кн.24.-С.101-131.

Равдоникас Т.Д. Кормильство на Боспоре // СЭ.-1981.- N 1.- С.23-31.

Радде Г. Крымские татары // Вестник РГО,- 1856-1857,- Т.18-19.- С.290-330; 47-64.

Радлов В.В. Наречия Крымского полуострова И Образцы народной литературы се-
верных тюркских народностей.- Спб, 1896.- Т.7.- С. 1-125.

Редин Е.К. Каталог выставки XII АС в г.Харькове. Отдел церковных древностей.-
Харьков, 1902.- 70 с.

Рогинский Я.Я. Антропологический тип татар из Ускюта // Вопросы антр о пологий.-
1961,-N 8,- С.48-62.

Розуменко Ю.Г. Етнограф1чне вивчення швдня Украши в XIX ст. (На матер!алах
арх!ву Географ1чного товариства СРСР) И НТЭ.- 1985.- N 4,- С.37-39.

Ручкина Н.Л. Изучение новогреческого песенного фольклора в нашей стране// БИ.-
1979.- Вып.5.- С.260-269.

Сабурова Л.М. Русское географическое общество и этнографические исследования
(дореволюционный период) И Очерки истории русской этнографии, фольклористики и
антропологии. Вып.7./Труды ИЭ. Новая серия.- Л.: Наука, 1977.- Т.104,- С.5-11.

Саенко Р.И. К вопросу об основании г.Мариуполя // ДППСДР.- Мариуполь, 1993.-
С.74-76.

Саенко Р.И. К вопросу о генеалогии А.И.Куинджи // Летопись Донбасса.- Донецк:
Б.и., 1992.-С. 79-81.

Сакович П.М. Исторический обзор деятельности графа Румянцева-Задунайского и
его сотрудников: князя Прозоровского, Суворова и Бринка с 1775-1780 г..- М., 1858а.-
Ч.1.- 80 с.

Сакович П.М. Исторический обзор деятельности графа Румянцева-Задунайского и
его сотрудников: князя Прозоровского, Суворова и Бринка с 1775-1780 г..- М., 18586.-
Ч.2.-90с.

Сакович П.М. Исторический обзор деятельности графа Румянцева-Задунайского и
его сотрудников: князя Прозоровского, Суворова и Бринка с 1775-1780 г..- М., 1858в.-
Ч.З.- 86 с.

Самойлович А.Н. О материалах Радлова по народной словестности крымских татар
// Записки Крымского об-ва естествоиспытателей и любителей природы.- Симферополь,
1917,-Т.6.- С.119-124.

Санин Г.А. Отношения России и Украины с Крымским ханством в середине XVII в.-
Л.: Наука, 1987,- 272 с.

Сафонов С. Остатки греческих легионов в России или Нынешнее население Балак-
лавы // ЗООИД.- 1844,- Т. 1.- С.205-236.

Севортян Э.В. Крымско-татарский язык // Тюркские языки.- М.: Наука, 1966.- Т.2.-
С.234-260.

Секиринский С.А. Из этнической истории Крыма и Северной Таврии (вторая поло-
вина XVIII- начало ХХвв.) И Советская тюркология.- 1988.- N 4,- С.87-97.

Секиринский С.А. К вопросу о заселении Крыма в конце XVIII в.// Известия Крым-
ского пед. ин-та.- Симферополь, 1957.- Т.23.- С.73-87.

Секиринский С.А. Население Крыма и Северной Таврии (вторая половина XVIII
начало XX вв.) // Информационно-методический бюллетень Общественно-политичес-
кого центра Крымского обкома КПУ.- Симферополь, 1990.- Вып.З.- С. 19-45.

Секреты крымчакской кухни,- Симферополь: Таврия, 1990.- 80 с.

Семенов П.П. История полувековой деятельности Императорского Русского геогра-
фического общества (1845-1895).- Спб, 1896.- 4.1-3.- 1377 с.

Серафимов С. Воспоминания о преосвященном Гаврииле, первом архиепископе Хер-
сонском и Таврическом,- Одесса, 1859 .- 84 с.

Серафимов С.А, Заметки из архива Готфийской епархии в Крыму // ЗООИД.- Одес-
са, 1865.-Т.6.- С.591-595.

Серафимов С. А. Крымские христиане (греки) на северных берегах Азовского моря.-
Екатеринослав, 1901,- 46 с.

Серафимов С. Некролог// ЗООИД.- 1886,- Т.14.- С.804.

Серафимов С.А. Сборник материалов Гавриила // ЗООИД,- Т.7.- С.305-319.

Сергиевский М.В. Мариупольские греческие говоры//Известия АН СССР. Отделе-
ние общественных наук.- Л.,1934,- С.533-587.

Серкутина М.А. Лексико-морфолойчний огляд грецького говору с!л Kiposo (Воло-
дарського р-ну) i Федорхвки (Тельмановського р-ну) Донецько! обл. // Тези доповщей
звгтово-науково! конференцп, присвячено! шдсумкам науково-дослщ. роботи
Горл1вського педлн-ту шоземн. мов за 1962 р,- Донецьк, 1963.- С.104-105,

Сидоренко В.А. «Готы» области Дори Прокопия Кессарийского и «длинные стены»
в Крыму// МАИЭТ.- Симферополь, 1991.- Вып.2.- С.105-117.

Сидоренко В.А. К вопросу об этнической атрибуции Ай-Тодорского клада монет
IV- начала V вв. с подражаниями «лучистого типа» //МЭИК.- Киев: Наук, думка, 1987.-
С.133-144.

Скабаланович Н.А. Политика турецкого правительства по отношению к христианс-
ким подданным и их религии (от завоевания Константинополя до конца XVIII ст.)//
Христианское чтение.- Спб, 1878.- N 9-10.- С.423-464.

Скальковский А. А. Армяне-католики в Новороссийском крае// Новороссийский ка-
лендарь на 1860 г..- Одесса, 1859.- С.375-378.

Скальковский А.А. Географическая и этнографическая терминология Новороссийс-
кого края.- Спб, 1868.- 32 с.

Скальковский А.А. Занятие Крыма в 1783 г. (Материалы для истории Новороссий-
ского края) // ЖМНП,- Спб, 1841,- Ч.ХХХ .- Отд.2,- С. 1-44.

Скальковский А.А. Опыт статистического описания Новороссийского края,- Одес-
са, 1850.- Ч.1.-364 с.

Скальковский А.А. Опыт статистического описания Новороссийского края.- Одес-
са, 1853,- Ч.2.- 552 с.

Скальковский А.А. Хронологическое обозрение истории Новороссийского края
(1730-1795).- Одесса, 1836.- Ч.1.- 290 с.

Скальковский А.А. Хронологическое обозрение истории Новороссийского края
(1796-1823).- Одесса, 1838.-Ч.2,- 350 с.

Смирнов В.Д. Записки Мухаммеда Неджати-эфенди, турецкого пленного в России в
1771-1775 гг.//Русская старина.- 1894.-Т.81.- N 3.- С.113-134.

Смирнов В.Д. Крымское ханство под верховенством Оттоманской Порты до начала
XVIII в..- Спб, 1887,- 772 с.

Смирнов В.Д. Крымское ханство под верховенством Оттоманской Порты в XVIII в.
до присоединения его к России // ЗООИД.- 1889.- T.XV.- С. 152-403.

Смолш Ю.О. Етнограф1чна дгяльшсть В.О^Бабенка на Катеринославщиш //
Етнограф1чн1 дослщження Швденно! Украши. Тез. доп., наук.конференц. (м.Запоргжжя,
6-8 жовтня 1992 р.).- Запор1жжя, 1992.- С.5-8.

Совещание музейных работников Донбасса// Просвещение Донбасса.- 1923.- N 4.- С.69-72.

Соколов И.И. Мариупольские греки // Труды института славяноведения АН СССР.-
Л., 1932.-Т.1.-С.97-117.

Соколов И.И. Об определении национальной принадлежности греков СССР// Рево-
люция и национальности.- М., 1936.- N 8.- С.68-71.

Соколов И.И. О языке греков Мариупольского и Сталинского округов // Язык и
литература.- 1930.-Т.6.- С.49-67.

Соколов I.I. Про вщносини Украшсько!' церкви до грецького сходу наприкшц! XVI -
початку XVII ст. за нововиданими матер!алами // Записки 1сторико-ф1лолойчного
вщщлу ВУАН.- Кшв, 1919,- Кн.1.- с.54-84.

Соколова К.Ф. Антрополойчш матер!али могильншбв Тнкермансько! долини И
Археолойчш пам’ятки УРСР.- 1963.- Т.ХШ.- С.126-165.

Сорока Т.И., Пономарева И.С. К проблеме этнической истории мариупольских гре-
ков И ДППСНДР.- Мариуполь, 1993,- С. 121-124.

Спиридонов Д.С. Д-р Иван Франко. Св.Клименту Корсуни//ИТУАК.-1918.-N 54.-
С.187-233.

Спиридонов Д.С. Заметки из истории эллинства в Крыму // ИТОИАЭ.- Симферо-
поль, 1928,- Т.2 (59).- С.93-102.

Сшрщонов Д.С. 1сторичний штерес вивчення гов!рок мар1упйтьських грек’в И Схщнцй
свгг,- Харюв, 1930.- Т.12 (3).- С. 171-181.

Спиридонов Д.С. К вопросу о мучении св.Климента, папы Римского в Крыму //
ИТУАК,- 1909.-N 43,-С.115-124.

Станюкович Т.В. Этнографический музей Русского географического общества II
Очерки истории русской этнографии, фольклористики и антропологии. Вып.7./Труды
ИЭ. Новая серия,- Л.: Наука, 1977.- Т.104.- С.5-11.

Стевен X. Хозяйство греческих колонистов Мариупольского округа Екатеринослав-
ской губернии//ЖМГИм. - Спб, 1843,- N 5-6,- С.21-23.

Степанов Н.Н. Этнографические исследования В.Ф.Зуева // Очерки истории русской
этнографии, фольклористики и антропологии. Вып.1./ Труды ИЭ. Новая серия.- М.,
1956.-Т.ХХХ.- С. 172-187.

Струков Д.М. Страница из истории Крыма (Мариуполь и Чуфут-Кале) // Крым.-
1890,-N 141.- С.2.

Струков Д.М. Древние памятники христианства в Тавриде,- М., 1876.- 51 с.

Суворов А.В. Письма.- М.: Наука, 1986.- 808 с.

Судиенко М.О. Архив военно-походной канцелярии графа П.А.Румянцева-Задунай-
ского (1777-1786). 4.4 (1777-1778) // Чтения ОИДР,- 1876.- Кн.1,- С.113-240. 4.4. (1777-
1786)1875.-Кн.4,-С.1-112.

Сумароков П.И. Досуги Крымского судьи или второе путешествие в Тавриду: в 2-х тт.
.- Спб, 1805,-Т.2.- 244 с.

Суперанская А.В. Иерархия этнонимов в генотопонимии Крыма // Этническая то-
понимика.- М.: Изд-во МФГО, 1987.- С.62-69.

Систематичний покажчик до журналу «Схший св!т» // Сх1дний свй> 1993.- С.Мб-
172.

Татаринов П. Очерк Таврической губернии в историко-географическом отношении.-
Симферополь, 1894,- 96 с.

Тереньтьева Н.А. Греки Украины: проблемы национально-культурного возрожде-
ния (Опыт 20-30-х гг. XX ст. в области нар. образов.) И ДППСНДР.- Мариуполь, 1993.-
С. 131-133.

Татаринов П. Очерк Таврической губернии в историко-географическом отношении.-
Симферополь, 1894.- 96 с.

Темир С.К. Культурно-бытовые и хозяйственные процессы в Приазовье в конце XIX
- начале XX вв. // Летопись Донбасса.- Донецк: Б.и., 1992.- С. 105-111.

Темир С.К. Культурно-бытовые и хозяйственные процессы в Приазовье// Греко-сла-
вянское духовное единство.- Донецк: Ред.-изд. отдел Донецкого обл .управления по пе-
чати, 1993.- С.95-103.

Темир С.К. Народное толкование топонимов (южные районы Донецкой области
УССР) // Культурно-бытовые процессы на юге Украины.- М.: Наука, 1979.- С.185-190.

Темир С.К. Старомлиновка // История городов и сел УССР. Донецкая область,- Киев,
1976.- С. 198.

Тенишев Э.Р. Говор урумов с.Прасковеевки II Советская тюркология.- Баку, 1973.-
N 1,-С.79-96.

Тиктопуло Я. Мираж Царьграда // Родина.-1991.- N 11-12,- С.57-60.

Тимошевский Г.И. Духовное и гражданское самоуправление. Православные храмы
Мариуполя // Мариуполь и его окрестности.- Мариуполь, 1892,- С.95-121.

Тимошевский Г.И. Основание г.Мариуполя и некоторые данные к его истории // Ма-
риуполь и его окрестности,- Мариуполь, 1892.- С. 63-95.

Тунманн. Крымское ханство.-Симферополь: Таврия, 1991.- 104 с.

Токий Н.Н. Заимствования и параллели в греческих фамилиях Приазовья //Греко-
славянское духовное единство.- Донецк: Ред.-изд. отдел Донецкого обл. управления по
печати, 1993.- С.220-227.

Токий Н.Н., Лях Р.Д., Лыганова Л.А. Жилища греков Украины// ГУИС.~ Донецк:
Б.И., 1991,- С.158-173.

Толстой И.И. Живая архаика в языке греков Северного Причерноморья // Известия
АН СССР. Отделение языка и литературы. 1954- Т.13.- Вып.1.-С.82-87.

Узун А.Х. 1нтер’ео житла греюв на швденному сход! Украши // НГЕ.- 1981.- N 4.-
C.76-8L

Усенко П.Г. Специфжа национального складу населения Мариупольского повггу Ка-
теринославськойгубернй наприкшцзXIXст.//ДППСНДР,-Мариуполь, 1993.-С. 156-
158.

Усов С.А. Население Крыма за 150 лет в связи с экономикой края//Крым.- 1928.-
N 1(5).- Вып.1,-С.64-85.

Ушаков С.В. Отечественная историография о населении Юго-Западного Крыма в
период Великого переселения народов// Проблемы античной культуры. Тезисы докл.
Крымской иаучн. конференц, (г.Симферополь, 19-24 сентября 1988 г.).- Симферополь,
1988.-Ч.З.-С.310-311.

Ушаков С.В. Шзньоантичний та ранньов1зантшський впливи на-культуру населения
Швденно-Захгцного Криму// Археолопя.- 1993.- N 1,- С. 126-130.

Феодосий (Макаревский) Материалы для историко-статистического описания Ека-
теринославской епархии. Церкви и приходы прошедшего XVIII ст,-Екатеринослав,
1880,- Вып,2.-374 с.

Феодальная Таврика,- Киев: Наук, думка, 1974.- 216 с.

Феофилов М. Исторический очерк христианства в Крыму,- Б.в.д.- 52 с.

Филоненко В.И. К вопросу о происхождении и значении слова «тат» // ИТОИАЭ.-
Симферополь, 1928.- Т.2.- С.130-133.
Хаджинов Е.В. 3 icTopii фольклору швденного Донбасу// НТЕ.- 1976,- N 3.- С. 102-
105.

Харлампович К. Нариси з icjopii грецько! колонн в Н1жеш (XVI-XVIII ст.) И Записки
ВУАН. 1сторично-ф1лолопчний вщдш.- 1929.-Кн.XXIV,- С. 120-136.

Х-й.Ф. Игнатий, митрополит Готфийский и Кафайский // Иллюстрация,- Спб, 1861.-
N 171 (1 июня).-С.321-322.

Хартахай Ф.А. Историческая судьба крымских татар // Вестник Европы.- 1867а.-
июнь.- С.141-174.

Хартахай Ф.А. Христианство в Крыму.- Симферополь, 18676.- 70с.

Харузин А.Н. Заметки о татарах Южного берега Крыма // Дневник Антропологи-
ческого отдела ИОЛЕАЭ.- М., 1890,- Т.12.- Вып.2, 3, 7-8,- С.59-62, 80-88, 249-270.

Харузин А.Н. История развития жилища у кочевых и полукочевых тюркских и мон-
гольских народностей России.- М., 1896.-121 с.

Харузин А.Н. О росте татар Южного берега Крыма // Дневник Антропологического
отдела ИОЛЕАЭ.- М., 1890.- Т.12.- Вып.З.- С.80-88.

Харузин А.Н. Татары Гурзуфа И Дневник Антропологического отдела ИОЛЕАЭ.-
М., 1890. -Т.12.-Вып. 7-8.-С.249-270

Хаханов А. Цалкинские греки и их современное положение И Этнографическое обо-
зрение.- М., 1907.- N 3.- С.49-52.

Хорош Н.А. Поговорки и пословицы греков Приазовья//ГУИС .-Донецк: Б.и., 1991,-
С.155-158.

Хронжароботи ВУНАС// Схщний евгг,- 1928.- N 3-4.- С.323-330.

Хить Г.Л. Дерматоглифика греков (к проблеме их происхождения) // Новое в этног-
рафии,- М.: Наука, 1989.- Вып.1,- С.114-222.

Чабрец: сборник произведений греческих поэтов Приазовья.- Донецк: Донбасс, 1992.-
294 с.

Ч-вь Н. Положение плодоводства в Мариупольском уезде // Плодоводство,- Спб,
1893,-N 4,-С.249-251.

Чепурина П.Я. Орнаментное тканье крымских татар // ИТОИАЭ,- 1929.- Г, III (60).-
С.72-77,

Черепанова О.М. Арх1в А.Л.Берт’е-Делагарда (1842-1920) И Арх1ви Украши,- 1966.-
N 6 (80).-С.81-90.

Черепанова Е.Н. Архив А.Л.Бертье-Делагарда (1842-1920) в Крымском областном
краеведческом музее // Археологические исследования средневекового Крыма,- Киев:
Наук.думка, 1969.-С,205-213.

Чернин В.Ю. О появлении этнонима «крымчак» и понятия «крымчакский язык» И
География и культура этнографических групп татар в СССР.- М.: Изд-во МФГО, 1983,-
С.93-98.

Чернышева Т.Н, Греческий глоссарий Ф.А.Хартахая // Вестник Киевского ун-та.
N 2. Вып.2, Серия филологии и журналистики.- Киев, 1959,- С. 113-124.

Чернышева Т.Н. Итоги диалектологической экспедиции филологического факуль-
тета КГУ в Первомайский район Сталинской области И X1 наукова сес!я КДУ. Тези
доповщей. Секщя фиюлогп,- Кшв, 1954.- С.62-65.

Чернышева Т.Н. Местоимения в урзуф-ялтинском говоре новогреческого языка //
В1сник Кшвского ун-ту. N 1.- Сер1я фшологи та журналютики. Вип.2,- Кшв, 1958.- С. 130-
137.

Чернышева Т.Н. Новогреческий говор сел Приморского (Урзуфа) и Ялты Перво-
майского района, Сталинской области. (Фонетико-морфологический обзор).- Автореф.
дис... к.ф.н.-Киев, 1957.- 20 с.

Чернышева Т.Н. Новогреческий говор сел Приморского (Урзуфа) и Ялты Перво-
майского района, Сталинской области,- Киев: Изд-во Киевск ун-та, 1958.- 80 с.

Чернышева Т.Н. Развитие румейского языка на Украине // Актуальные вопросы язы-
кознания и лингвистического наследия Е.Д.Поливанова. Материалы конференц.-Са-
марканд, 1964,-Т.1.-С.122-125.

Чернышева Т.Н. Румейский вариант критской драмы «Жертва Авраама»// VIII Все-
союзная конференц, византинистов в Тбилиси (13-18.XII.1965).- Тбилиси: Мецниереба,
1965.-С.119-121.

Чернышева Т.Н. Фонетический обзор(гласные) новогреческого говора сел Примор-
ского (Урзуфа) и Ялты Первомайского района Сталинской области // Научные записки
.Киевского гос. ун-та. Т.18. Вып.7.- Сборник филологического факультета. N 14.- Киев,
I960,-С.97-116.

Чернишова Т.М. Новогрецька гов!рка с!л Приморського (Урзуфа) i Ялти Перво-
майського району Сталшсько! облает! // Науковий щор!чник Кшвського держ. ун-ту за
1956 р.-Кшв, 1957.-С.243.

Чернишова Т.М. Про новогрецький фольклор на Украпп// НТЕ,- I960.- N 4.- С.97-
103.

Чернишова Т.М. Тюркськ! елементи в сощальюй сфер! лексики грецьких гов!рок
Донеччини// Мовознавство.- 1975.- N 4.-С.51-55.

Чернишова Т.М. Етимолопчш спостереження в галуз! урзуф-ялтинсько! гов!рки при-
азовського д!алекту новогрецько! мови // Науковий щор!чник Кшвськ. держ. ун-ту за
1957 р.- Кшв, 1958.-С.154-156.

Чернухин Е.К. Греческие акты в рукописных собраниях ЦНБ им.В.И.Вернадского
АН Украины // Рукописна та книжкова спадщима Украши: Археограф1чн1 досл!дження
ушкальних арх1вних та б!блютечних фондов.- Кшв, 1993.- Вып. 1.- С.217-238.

Чирке Б.В. Грецьке нацюнальнерайонування в Украш!(1920-1930 гг.)// ДППСНДР.-
Мариуполь, 1993.-С. 128-130.

Чорногор А.М. До icTcpii заснування м.Жданова // У1Ж.- 1971.- N 4,- С.91-96.

Шапурмас А. Кардъяко-м ту Приазовье,- Киев: Рад.письменных, 1986.- 142с.

Шевченко В.И. Древние верования и обряды в греческих колониях// Наука и техни-
ка.-Ленинград, 1927.- N 52 (23 декабря).- С.11.

Шевченко В. Спроба описати й витулмачити двое весняних хл!боробських свят
MapiynbibCbKHx греюв // Етнограф1чний вюник.- 1930.- Кн.9,- С. Ш-126.

Шевчук С.П. Заселения Куйбишевського району Запор!зьсько! облает! у першш
половин! XIX ст.// Етнограф1чш дослщження твденно! Украши. Тези допов!дей наук,
конференц. (6-8 жовтня 1992).- Запор!жжя, 1992.- С.39-40.

Шерфетдинов Я. Звучи хайтарма.- Ташкент: Изд-во литературы и искусства Г.Гуля-
ма, 1990,- 230 с.

Шестаков С.П. Очерки по истории Херсонеса в VI-X вв.- М., 1908.- 120 с.

Шибаев В.П. Этнический состав населения Европейской части СССР.- Л.: Изд-во
АН, 1930.-298 с.

Шильтбергер И. Путешествия Ивана Шильтбергера по Европе, Азии и Африке с
1394 по 1427 гг.// Записки Новороссийского ун-та.- Одесса, 1867-1868.- Т. 1,- Вып. 1-2.-
С.1-156.

Широков О.С, Диалект греков Алаверды // Совещание по общим вопросам диалек-
тологии и истории языка. Тезисы докл. и сообщ. (Ереван, 1973).- М., 1973.- С.149-150.

Штиллинг Н. Уборка сена в Крыму // Труды вольного экономического общества.-
1868,-Т.4.- Вып.1.-С.38-40.

Щебальский П.К. Потемкин и заселение Новороссийского края//Сборник антропо-
логических и этнографических статей о России.- М., 1868.- С.130-143.

Щеглов А.Н. Об изучении топонимики средневекового Крыма // ЗОАО.- Т.1 (34).-
Одесса, I960.- С.

Щепетов В.А. О питании татар Южного Крыма. Диссертация на степень доктора
медицины.- Спб, 1886.- 72 с.

Эварницкий Д.И. Отчет Екатеринославского областного музея имени А.Н.Поля за
1905-1906 гг..- Екатеринослав, 1907.- 232 с.

Експедищя ВУНАС для дослщження мови мар!утльських греюв // Схщний св!т.-
Харк!в, 1928.- N 5.- С.258-260.

Эриксон Э.В. Об условиях быта и санитарном состоянии цалкинских поселений //
Медицинский сборник, издаваемый Кавказским медицинским обществом.- Тифлис,
1898.-N 61.-С.202-245.

Эрнст Н.Л. Историко-археологические памятники Южного берега Крыма// Социа-
листическая реконструкция ЮБК. Материалы районной планировки ЮБК.- Симферо-
поль: Госиздат Крым АССР, 1935.-С.425-443.

Этнический состав колонистов Новороссийского края//Этнографическое обозрение,-
М, 1908.-Nl.-С, 298-301.

Этнографическое обследование Екатеринославской губернии//ЭО. 1905.- М., 1906.-
N 2-3.'- С.302-303.

Юргевич В. Устав для генуэзских колоний на Черном море/ / ЗООИД.- 1863.- Т.5.-
Ч.1-2.-С.643-766, 766-815. .

Яворницкий Д.И. Екатеринослав // Зб1рник Дншропетровського историчного музею.-
Дншропетровськ, 1929.- N 1.

Якобсон А.Л. Культура и этнос раннесредневековых селищ Таврики // АДСВ.- Свер-
дловск: Изд-во Уральского ун-та, 1973.- Вып.10.- С.131-138.

Якобсон А.Л. Раннесредневековые сельские поселения Юго-Западной Таврики.- Л.:
Наука, 1970.-195 с.

Якобсон А.Л. Раннесредневековый Херсонес//МИА.-1959.- Вып.63.- С. 125-221.

Якобсон А.Л. Средневековый Крым.- М.-Л.: Наука, 1964,- 233 с.

Якобсон А.Л. Средневековый Херсонес XII-XIV вв.//МИА,-1950.-Вып. 17.-С.229-252.

Яли И. А. «К тебе, с тобою и к славе твоея» // ГУ ИС.- Донецк, 1991.- С. 11-24.

Ял! С.Г. Греки в УРСР,- Xapxia: Центргздат народов СРСР, 1931.- 216 с.

Ял! С.Г. До icTopii’ грецько! колошзацп на У крапп // Краезнавство.- 1928а,- 4.6-10,-
С.57-68.

Ял! С.Г. До справи вивчення грецького населения на Украгш //Краезнавство.- 1927.-
N 2.-С.30-32.

Ял! С.Г. У нас i в ГрецИ (до проблеми грецько! мови) // Культура i побут. N 23: дода-
ток до «Вютей».- 19286.- N 133 (9 червня).- С. 1-2.

Яременко И.И. XIII Археологический съезд: подготовительный этап//Проблемы ар-
хеологии Поднепровья,- Днепропетровск: Изд-во ДГУ, 1993.- С. 123-132.

Яруцкий Л. Мариупольская старина.- Москва: Советский писатель, 1991.-432 с.

Я.С. Грецькш вщдш виставки нацменшостей на IV ceci’i ВУЦВК// Краезнавство.-
ХаркЬ, 1928.- N 6-10.- С.75-76.

Ястребов В.Н. Греки в Елисаветграде // Киевская старина.- 1884.- Т.8.- N 4.- С.673-
684.

Ященко Н. Уголок Крыма,- Ростов-на Дону, 1883.- 110 с.
по

Blau О. Greichisch-turkische Sprach-Problem aus Maripoler Handschriften // ZDMG.
Leipzig, 1884,- Вd.XXVIII.- S.562-576.

Blau O. Uber die Mischbevolkerung im die Mariupoler // ZDMG.- Leipzig, 1884.-
Bd.XXVIII.-S. 576-582.

Vasiliev A. A. The Goths in the Crimea.- Cambridge, 1936.- 180 s.

Ksiga podrozy Evliji Czelebiego. (Wybor).- Warszawa: Ksiazka i wiedza, 1969.- 402 s.

Kretschmer P. Der heutige lesbische Dialekt.- Wein, 1905.- 186 s.

Pallas P.S.Bemerkungen auf einer Reise in die sudlichen Statthalterschaften des Russischen
Reiches in den Jahren 1793-1794.- Leipzig, 1799.- Bd.l.- 516 s.

Peyssonel M. Traite sur commerce de la Mer Noire.- Paris, 1787.- Т.1.- 156 s.

Podolsky B. Notes on the Urum (Greek-Tatar) language // Rocznik Orientalistyczny.-1985.-
T.XLIV.-Z. 2.-P.59-66.

Tomaschek W. Die Goten in Taurien.- Vien, 1881.- 120 s.
	СЛИСОК СОКРАЩЕНИЯ
АДСВ АзГЫИИ АС  АРАН М/о  АРАН Спб/о БИ ВОНДР	Античная ДреВНОСТЬ и средние вела  -	Азербайджанский государственный научно- исследовательский институт  -	Археологический съезд  -	Архив Российской Академии наук. Московское отделение  -	Архив Российской Академии наук. Санкт-Петербургское отделение Балканские исследования  Временник Императорского Московского общества истории и древ- ностей российских
ВСГ ВУАН ВУНАС ВУЦИК ГАДнО ГАДО ГАОО ГУИС	-	Всесоюзная студия грамзаписи Всеукраинская Академия наук  •	Всеукрашська наукова асошащя сходознавщв  -	Всеукраинский Центральный исполнительный комитет Государственный архив Днепропетровской области Государственный архив Донецкой области  -	Государственный архив Одесской области  -	Греки Украины: история и современность. Материалы научно-прак- тической конференции «Греки Украины: поиск и формирование на- циональной культуры» (г.Донецк, 9-10 февраля 1991 г.)
ДИМ  ДППСНДР	-	Днепропетровский исторический музей им.Д.И. Яворницкого  -	Донбасс и Приазовье: Поблемы социального, национального и ду- ховного развития. Тезисы докл. международной научно-практической конференции (г. Мариуполь, 26-27 мая 1993 г.)
ДОКМ ДонГУ ЖМВнД ЖМГИм ЖМНП ЗОАО зооид ЗОСХЮР ИАК ИГАИМК ИИМК ИИФЭ НАН	-	Донецкий областной краеведческий музей  -	Донецкий государственный университет  -	Журнал Министерства внутренних дел  -	Журнал Министерства государственных имуществ  -	Журнал Министерства народного просвещения  -	Записки Одесского археологического общества  -	Записки Одесского общества любителей истории и древностей  -	Записки Общества сельского хозяйства южной России  -	Императорская Археологическая комиссия  -	Известия Государственной Академии истории материальной культуры  -	Институт истории материальной культуры РАН  -	Институт искусствоведения, фольклористики и этнологии Националь- ной Академии наук Украины
ИОЛЕАЭ	- Известия Общества любителей естествознания, антропологии и этног- рафии
ИРАИМК  ИРГО ИР ЦНБ	-	Известия Российской Академии истории материальной культуры  -	Известия Русского географического общества  -	Институт рукописи Центральной научной библиотеки им.В.И.Вер- надского Национальной Академии наук Украины
ИТОИАЭ ИТУАК ИЭ АН СССР ИЭА РАН	-	Известия Таврического общества истории, археологии и этнографии  -	Известия Таврической ученой архивной комиссии  -	Институт этнографии им.М.М.Миклухо-Маклая  -	Институт этнологии и антропологии им.М.М.Миклухо-Маклая Рос-
	сийской Академии наук
КГУ  КИДМСВ	Киевский государственный университет  - Кафедра истории древнего мира и средних веков Симферопольского госуниверситета
ККАЭЭЭ	- Крымская комплексная археолого-этнографо-эпирафическая экспе- диция КОИВ НАН Украины
КОИВ НАН	- Крымское отделение института востоковедения Национальной Ака- демии наук Украины
КРКМ ЛГУ лижвя МАИЭТ МИА МКМ  НИИ ИЛЯЗВ	-	Крымский республиканский краеведческий музей  -	Ленинградский государственный университет  -	Ленинградский институт живых восточных языков  -	Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии Материалы и исследования по археологии  •	Мариупольский краеведческий музей  - Научно-исследовательский институт сравнительного изучения лите- ратур и языков запада и востока при Ленинградском госуниверситете
нтэ ОИДР ОЛЕАЭ		Народна творчють та етнограф!я  -	Императорское общество истории и древностей Российских  -	Общество любителей естествоиспытания, антропологии и этнографии при Московском университете
ОР РГБ  ОР РЫБ	- Отдел рукописей Российской государственной библиотеки (г.Москва) - Отдел рукописей Российской национальной библиотеки (г.Санкт-Пе- тербург)
ОСХЮР ПФЭЭ	- Общество сельского хозяйства южной России  Приазовская фольклорно-этнографическая экспедиция КОИВ НАН Украины
РГВИА РГО РЭМ  СГУ сэ УГ1С	Российский государственный военно-исторический архив  -	Русское Географическое общество  -	Российский этнографический музей  -	Симферопольский государственный университет  -	Советская этнография  -	Украша-Грещя: icropia та сучаснють. Тези М1жнародно'1 науково! конференцп (м.Китв, 29-30 вересня 1993 р.)
У1Ж  УКК ЦГАВОВУ	-	Укражський юторичний журнал  -	Украинский комитет краеведения  -	Центральный государственный архив высших органов власти и уп- равления Украины
ЦГАК ЦГИАУ ЭО ZDMG	-	Центральный государственный архив Крыма  -	Центральный государственный исторический архив Украины  -	Этнографическое обозрение  Zeitschrift der Deutschen Morgenlandischen Gesellschaft.
И/1/1ЮСТР4Ш1И

Илл. 1. Карта из брошюры « Об устройстве христиан-греков, выведенных из Крыма»,
подготовленной к изданию Мариупольским краеведческим музеем (ПСПК «Эйреяа»)
Илл. 2. Карта диалектов крымскорумейского и урумского языков в Крыму (ситуация на конец XV1I1 в.).
За основу взята карта Юго-Западного Крыма, составленная А.Л.Бертье-Делагардом (1920, с. 134-135)

Экспликация

Римскими цифрами обозначены группы говоров румеев и урумов (по
классификациям Д.С.Спиридонова и И.И.Соколова, А.Н.Гаркавца). Соответственно:

©	1	" урзуф-ялтинский диалект крымскорумейского языка;
©	11	- стыло-константинопольский диалект крымскорумейского языка;
©	III	- аргин-каракубинский диалект крымскорумейского языка;
	IV	- сартано-чермалыкский диалект крымскорумейского языка;
©	V	- чердакли-малоянисольский диалект крымскорумейского языка;
©	VI	- кыпчакско-половецкие говоры урумского языка;
	VII	- кыпчакско-огузские говоры урумского языка;
	V111	- огузо-кыпчакские говоры урумского языка;
©	IX	- огузские говоры урумского языка.

Арабскими цифрами обозначены населенные пункты Крыма,
выходцы из которых основали в Приазовье:

1.	с.Урзуф

2.	с.Ялта

3.	с.Стыла

4.	с.Константинополь

5.	с.Большой Янисоль

6.	с.Аргин Кара-Коба

7.	с.Сартана

8.	с.Чермалык

9.	с. Малая Янисоль

11.	с.Бешево

12.	с.Мангуш

13.	с.Богатырь

14.	с.Керменчик

15.	с.Улаклы

16.	с.Карань

17.	с.Ласпи

18.	с.Камари

19.	с.Игнатьевка

Илл. 3. Карта диалектов крымскорумейского и урумского языков в Северном
Приазовье (конец XVIII-начало XIX вв.).

За основу взята карта пожалованных грекам земель в Северном Приазовье
(Об устройстве христиан-греков.-ПСПК «Эйрена», 1991, с. 15).
Илл. 4. План греческой слободы Ялты
на 228 домов (жителей — 425 м.п. и 372
ж.п.) (февраль 1782 г.) (Карта-схема из
ЦГАК Ф.535.-ОП.1.-Д.2557, л.4.-4 об.)

Экспликация:

1.	Церковь, построенная из дикого камня — 1.

2.	Избы из дикого камня — 10.

3.	Избы деревянные мазаные — 22.

4.	Незанятые еще места — 196.

Илл. 5, План строения г. Мариуполя на
596 дворов (жителей —1425 д. м.п. и 1300
д.ж.п.) (февраль 1782 г.) (Карта-схема из
ЦГАК Ф.535.-Оп.1.-Д.2557, л.2,-2 об.)

Экспликация:

1.	Церкви, построенные из дикого камня — 1.

2.	Места, оставленные для церквей — 2.

3.	«Хан» или гостиный двор деревянный — 1.

4.	Лавки из дикого камня — 19.

5.	Лавки из земляного кирпича — 19.

6.	Лавки деревянные — 19.

7.	Дом архиерейский каменный — 1

8.	Избы из дикого камня — 26.

9.	Избы из земляного кирпича — 22

10.	Избы деревянные — 43.

11.	Дворы, в которых дикий камень приго-
товлен — 156.

12.	Незанятые еще места — 349.
Wrt

***«.^*лл^лр*4*4 в^нгЛ^ь.^ Л-Р/*< *«-**»<*’»**<

С ^^4T--^^AL^Z<5Z24^b ^°7C<%zn^,.-q-

Ж^’’	—~J

/ciotjj











Копия*

ЗАВЕДУЮЩЕМУ НАЦМЕН" ом ВУЦКК’а. »

От Я Л И Совы Георгиевича.

ДОКЛАДНАЯ ЗАПИСКА
О ПОЛОЖЕНО ГРЕЧЕСКОГО НАСЕЛЕНИЯ В МАРИУПОЛЬСКОМ ОКРУГЕ.

Краткая история мариупольских греков такова.Опи происходят от
греков-выходцев из Крйма,переселившихся в Мариуполь еще в 1?83
году при Екатерине Е-ой.Последняя щедро наградила насильно пере-
саленных грехов землею,чтобы удержать под господством царизма.

Хотя все греческое население называет себя греками.-на самом
деле,происхождение неодинаковое.Часть,половина приблизительно*
происходит от настоящих греков /еллинов/ я говорит на языке близ-
ком к греческому,Другая часть происходит ст готов и алан /пришед-
ших в Крым иа Западной Еврпоа во П-ы или 3-м веке/.которые сна-
чала находились под зависимостью крымских греков,а позднее - та-
тар, Они утратили свою национальность и стали называться греками
хотя и приняли язык татарски^.Они говорят теперь на турецком
татарском жаргоне.

В данное время в Мариупольском и частью Сталинском округах
имеется около 23-х основных греческих сел,с новыми селениями -
—»—

-более 30»Вс®го населения можно очатать около 100 тысяч з двух
округах /более точных цифр не могу указать,не имея под руками
материалов/.

Свой культуры /литературы,письменности вообще/ мариупольские
греки не имеют,обучение в школах велось и ведется на русском язы-
ке. Греки привыкли смотреть на свой язык как на язык некультурный,
а язык русский,поскольку приходится иметь дело z ними з сноше-
ниях с русскими„считается передовым,И грек,знающий хорошо русский
язык,слывет среди греков "образованным*" человеком.Ото,понятно^
относится прежде всего к зажиточной части греческого населения,
которая обычно владеет русским языком более свободно,чем беднота,


- 2 -

и особенно женщины.

Русский язык употреблявтел,глазным образом,в общественных в
государственных учреждениях в обыдениой-же жнзнн,в быту греки
говорят на своем родном языке,ва исключением греческой мятедет*
геицви и близкого к ней небольшого слоя зажиточной чаотм греков.
Греческие школы были в конце ХУШ в.и начале XIX века.Оня были ваз -
рыты-перед резолюцией I греч.школа.Сейчас и ее лет.Греки сохра-
нили свой быт и обычаи,Имеют свои народные вески,в которых полу-
чила свое отражение ж революция.

Греки принимали живое участие в революционном движения,актив-
но выступая против Деникина,организовывая повстанческие отрядылг
прочее.Греков в Компартии и комсомоле относительно больше в сель-
ских организациях,чем других национальностей,-

Возможности для восстановления греческого языка; 1/Ерименение
русского алфавита /свинский я$ык целиком не кодходят/,чт©
практикуется греками в писании писем,® народных песнях ж проч,
?/культурных скл /прошедших конечно,русские школы/предостаточно,
ибо имеэтся греческие села,вз котрых вышли десятки людей с высшим
образованием /врачи„юристы/ и сотни народных учителей - Я8 одно-
го села, о/ окончивших греческие школы - считанные единяцы,

Я ограничиваюсь пока только стами сведениями.Необходимо боль-
ше времени чтобы дать более полный материал.-

/ Я л и /,

4/УП - 1923 г.

ларьков.

С подлинным верно:

Илл. 10-11. Копия документа, хранящегося в ЦГАВОВ Украины.
(Ф.413.- On.l-Д.ЮО, л. 87-88)
Илл. 12. «Дом зажиточного крестьянина в с. Кара-Коба. Снаружи обмазанный глиной
и побеленный, крыша четырехскатная, крытая соломой, дымник сбоку сложен
из камней. Дом с галереей, огорожен изгородью из камней»

Из описания И. И. Репиикова. (Фототека РЭМ, коллекция 3282-5' ).

Илл. 13. Домашняя утварь, вывезенная греческими переселенцами из Крыма:
кувшин, медное ведро и кастрюля.

Фотография из коллекции Мариупольского музея краеведения,
подаренной РЭМу в 1929 г. (Фототека РЭМ, коллекция 4929-29 ).
Илл. 14. «Снимки коротких полотенец
для украшения стен, вышитые гарусом,
шелком и золотой проволокой».

Описание фотографии из коллекции
Мариупольского музея краеведения,
подаренной РЭМу в 1929 г.

(Фототека РЭМ, коллекция 4929-45 ).

Илл. 15. Домашние промыслы мариупольских греков. Гречанка-ткачиха из с. Каракуба со своими
изделиями. Фоню Мариупольского музея краеведения, 1929 г. (Фототека РЭМ.— Кол.4929-15)
Илл. 16-17. «Замужняя женщина в национальном костюме (с. Бешево).
Снимок с фотографии 1878 г.» — из описания Н.И. Реппикова, 1913 г.
(Фототека РЭМ.— Кол.3282-20/1-2)
Илл. 18. «Мужчина в национальном костюме (с. Бешево).
Снимок с фотографии 1878 г.» — из описания Н.И. Реппикова, 1913 г.
(Фототека РЭМ.— Кол. 3282-19)
Илл.19.Греческая женская сорочка
(нательная рубаха).

Фотография, переданная МКМ в
РЭМ в 1929 г. (Фототека РЭМ.—
Кол. 4929-34)

Илл.20.«Пояса с серебряными пряж-
ками. Одна—штампованная, одна
— с ажурной орнаментацией, дли-
ной 0,10 и 0,11 м (с. Ялта)». — Из
описания Н.И. Репникова, 1913 г.
(Фототека РЭМ.— Кол.3282-15)
Илл. 21. Гречанка в традиционном костюме. Конец XIX — нач. XX вв. (с. Каракуба)
Фото Н.И. Репникова, 1913 г.

(Фототека РЭМ.— Кал.3282-221)
130

Илл. 22. «Колыбель, вывезенная из Крыма (с. Ялта). Греческое j 1азвание «ту книц» или «Хрым бешик»» — Из
описания коллекции Мариупольского музея краеведения 1929г., переданной в РЭМ. (Фототека РЭМ.—Кол. 4929-59)



Илл.23.Танец греков на празднике «панаир» в с. Каракуба. Фото В. А. Бабенко, 1904 г.
( Фототека РЭМ.— Кол. 3270-9')
Илл. 24.Второй фестиваль культуры греков Приазовья.
(пгт. Великая Новоселовка, 24 сентября 1989 г.)

Илл.25.Издания 80-90-х гг. об истории и культуре греков Крыма и Приазовья.
Литературное творчество мариупольских греков.
Оглавление

ГЛАВА 1. ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ ЭТНИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ И КУЛЬТУРЫ
ГРЕКОВ КРЫМА И СЕВЕРНОГО ПРИАЗОВЬЯ ,

1.1.	Начальный этап (80-е гг. XVIII в. - 1920 г.)....................................................... 11

1.2.	Деятельность научных учреждений и общественных организаций
(20-30-е гг. XX в.).......................................................        21

1.3.	Исследование вопросов этнической истории, традиционной культуры и языка
греков в 40 - 90-е гг. XX в, ...................................................  30

ГЛАВА 2. ИСТОРИОГРАФИЯ ПРОБЛЕМ ЭТНИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ
МАРИУПОЛЬСКИХ ГРЕКОВ

2.L	Крымский период этнической истории.....................................      40

2.2.	Переселение греков в Азовскую губернию (1778-1780 гг.)..  .................  47

2.3.	Этническая история греческих общин Северного Приазовья .............	55

ГЛАВА 3. ИССЛЕДОВАНИЕ ТРАДИЦИОННОЙ КУЛЬТУРЫ И ЯЗЫКА ГРЕКОВ
В НАУЧНОЙ И КРАЕВЕДЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

3.1.	Материальная культура...............................................         58

3.2.	Традиционный быт и духовная культура...................................      64

3.3.	Фольклор, ономастика, диалектология	.................................. 71

ЗАКЛЮЧЕНИЕ..........................................................................  81

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ И НЕОПУБЛИКОВАННЫХ
ИСТОЧНИКОВ........................................................................    83

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ .........................................................          111

ИЛЛЮСТРАЦИИ......................................................................          ИЗ