День Лилий, День Роз

Евгений Хромов

- сборник рассказов -

День Лилий, День Роз

сборник рассказов

свгсний хромов

- 2026 -
УДК: 821.161.1-3

16+

ББК: 84(2=411.2)-44

Х94

Автор: Е.В. Хромов

Author: Е. Khromov

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ

«День лилий, День роз» - это концептуальный сборник из восемнадцати
рассказов. Собрание пограничных состояний человека: между телом и мыслью,
жестокостью и нежностью, повседневностью и мифом. Здесь физиология
становится философией, абсурд - формой новой искренности, а любовь
принимает самые неожиданные и пугающе красивые очертания. Каждый текст -
как отдельный эмпирический опыт, что нельзя прожить дважды. Если есть день
рождения - должен быть день смерти, если есть день встреч - должен быть день
расставаний, если есть День лилий - должен быть День роз.

Четвёртая по счёту книга писателя Евгения Хромова.

Сборник «День лилий, День роз» состоит из восемнадцати разножанровых
рассказов. Произведения были написаны в период с 2016 по 2026 год.

УДК: 821.161.1-3

ББК: 84(2=411.2)-44

Хромов. Евгений.

Х94 / День лилий, День роз / Евгений Хромов. - 2026. - 84 с.

Особая благодарность: А. Левицкая, Д. Новрузова, О. Майорова, В. Хромов,
Г. Хромова, А. Янкевич.

Вся информация защищена законами об авторских правах. Все события и герои
в книге — вымышлены. Любые совпадения с реальными личностями —
случайны. Особенно с жизнью самого автора.

#1. Пташка
7\ети, маленькая миленькая пташка! Отчаянно шевели
раненым крылом и убирайся прочь в теплые края — более
тёплые, чем эти — хотя бы на зиму. Не нужна тебе
позолоченная клетка. Корм, поилка, миниатюрная
расчёсочка для нежных пёрышек — это всё, что я смогу
дать, да и то, если меня однажды не ранят на улице, как
тебя.

Лети! Дальше — большой суровый мир, честный
и настоящий, хоть он нс всегда накормит и напоит. Но ведь
тебя создала природа для него? 11рошу, лети сейчас! I Тока
не настали зимние холода, пока я не привязался,
как привязывают птиц, чтобы они могли восстановиться.
Дальше комнаты, клетки внутри клетки, свободно
не полетаешь.

Дети! Лети и оборачивайся, ведь за каждым поворотом
таятся опасности: коты и собаки, машины и самолёты,
люди и люди, даже другие хищные птицы. Ты — красива,
и каждый захочет себе оставить хотя бы перо на память.
Я даже нс коснусь! Боюсь, что оставлю запах.
J

Кисло-сладкий, липкий, как страх потерять что-то
особенно ценное. Ты быстро найдёшь в нём больше
приятной сладости тела, чем столько же едкой кислоты
чужака. Ты будешь пахнуть человеком, приземлённым
существом. Гак в полёт больше нс возьмут твои пернатые
собратья, вечные паломники небесных пустот.

Лети! Лети, моя маленькая! Лети, моя хорошая! Лети, моя
любимая! Лети, заклинаю, и последнее, что увидишь — мои
слёзы сожаления. Кажется, я видел, ты летала раньше,
и именно тогда вызывала восхищение окружающих.

Ханжи смеются, что я разговариваю с птицей. А ты права,
я мог встретить другую пташку. Возможно, не такую
красивую, как из детского сна. А возможно, небывалой
красоты, как из нерасшифрованного бестиария. Но к чему
теперь это все, ведь я подошел именно к тебе.

На безопасное расстояние — я не опасен, хоть выгляжу
грозно, будто могу даже напугать до смерти — чтобы
сказать «лети прочь». С такой лёгкостью, будто я тебя
увидел впервые и никогда не любил. Будто я по этой
судьбоносной встрече нс напишу сотни картин, будто я
не обставлю всю маленькую и тесную квартирку ими,
чтобы легче жилось, будто я сам нс начну учиться летать
после.

Лети. Не держал, не держу и не могу держать. Это ведь
лучшее, что я могу сделать для тебя?
#2. Страшный сон
Мы встретились в самый важный период моей жизни!
Кажется, это было в автобусе. Точно: в автобусе по пути
из центра к восточным окраинам города! Каждый из нас
был увлечён любимым гаджетом. Электронные устройства
стали частью жизни нового человека: из окружающей тьмы
они притягивали своим светом. Факт. Только лично мне
ничего нс мешало глядеть поверх экрана телефона
и упиваться твоей чистой красотой.

Вдруг мое внимание снова полностью свелось к сенсорному
экранчику. 11а глаза попался пост в соцсети с каким-то
наивным, до безобразия смешным четверостишьем.

Стишок не мог не понравиться. Я перешел на прооиль
автора работы. На странице высветилась фотография:
статная девушка с тёмно-каштановыми волосами чуть
ниже плеч, милая улыбка и аккуратный носик. Эдакий
прекрасный цветочек!

Я снова подвожу взгляд и вижу поэтессу со снимка - это
она.... Пытаясь подавить смущение, всё же обращаюсь
к пани:

- Девушка, Вы пишете очень занятные стихи. Спасибо,
что подняли настроение! В свою очередь, я бы тоже хотел
поднять настроение Вам. Можем сходить куда-нибудь.

11онить вместе чай или кофе, например. Или можете
сходить сами, а я оплачу.

Уже не помню, что девушка ответила, но мы вместе точно
посмеялись над нелепо сказанной фразой.

Я, кажется, вспоминаю.

Эта девушка заполняет мой мир стремительно быстро. Я
счастлив! Напеваю за любым занятием, что в новинку для
меня. Живём в одном доме. Роди гелям не особо приходится
по душе идея ранней женитьбы, по мне нет до этого дела.
Пани очень любит меня, а я люблю её ещё больше.
Зарываюсь в локоны, целую уголки рта, глажу тонкие
пальцы - в общем, веду себя как типичная жертва большой
дозы нейромедиаторов-эйфоретиков. Её не заботит
небольшая разница в возрасте (она старше па четыре года);
меня не заботит разный социальный статус. Она учится
на кафедре журналистики в именитом вузе, работает
по профессии в популярном новостном издании. А я? Что я
и кто я?

Как-то раз после занятия любовью я придумываю, что мы
в ближайшие две недели отправляемся в кругосветное
путешествие. Девушка с задором подхватывает идею. Мы
планируем маршрут, собираем необходимые вещи,
подсчитываем будущие денежные траты.

11ризнаюсь девушке, что ужасно (и даже больше) переношу
дальние поездки, но это путешествие - лучшее решение
за всю жизнь, несмотря ни на что. Родителям говорю: «Из
кругосветки я возвращаюсь либо в статусе мужа, либо
не возвращаюсь вовсе».

Я скоро вспомню.

Подготовка вот-вот достигнет завершающей стадии.
Быстро соберём чемоданы и отправимся. Если не ускорим
темп, то можем опоздать на первый автобус. Уже через
несколько секунд выбежим из дома с чемоданами.

В попытке отбиться от свор собак и толп людей, которые
почему-то хотели догнать нас, мы чуть нс распластались
на дороге.

Судя по тучам в небе, скоро должен хлынуть дождь.
Стоило бы поднажать, чтобы нас не застигла непогода.
11отоки с неба, словно в стремлении смыть влюблённую
парочку прочь, норовили нарастить интенсивность.
Гидрометцентр никогда не умел придумывать
бл а го п р и я т н ы с прогнозы.

В ближайшей перспективе усесться под навесом
и дождаться автобуса. Лавка уже рядом.

Чемоданы под ноги, девушка мне па колени. На остановке
полно людей, но все они в беспробудном сне, даже без
какого-либо желания пробудиться. Непонятно: зачем им
автобус? Ах, может быть, они собирались стоять так
и дальше, чтобы заполнить пространство?! Люди -
декорации.

Все они далеко. Рядом с нами только неаккуратный
человечек. Контуры его тела рваные. Лица нет. Я
попытался бы разглядеть его черты, но это невозможно:
виднелись одни очертания. Размытое пятно и только. Моя
девушка силилась выдавить из себя: «Мне страшно».

И тут я вспомнил.

Из-за этой сущности я каждый раз трусливо сбегал в дождь
один. Прочь с остановки, прочь от стремлений! Я схватил
человеческое воплощение своей любви на руки и понёсся
с ней на другую скамейку. Человечек моментально
подорвался следом. Мы сели на другое место, мы скрылись
меж людей-декораций. Тщетно.

Люди вокруг совсем не похожи на нас - они ненастоящие.
Сущность сразу это почувствовала. Сущность
не успокоилась, вдобавок даже сплясала перед нами. Руки
человечка бешено задёргались, желудок задрожал. Он
вдохнул громче и отрывистей. И ещё раз, и ещё...
Внезапный разряд молнии озарил белым светом его
несуществующее лицо с чёрными вваленными
миндалевидными глазницами. Выло жутко, но я пересилил
себя. Упился импульсивными ужимками и нелепым
шутовством сущности. Человечек перекривлял мою
показную бссстрашность. В ответ я только крепче прижал
к себе девушку. Крики мужчины больше не смогли
напугать. Я сорвался вперёд со скамейки и протаранил его
грудью. Защитил девушку и себя. Страх, словно из эфира,
вмиг исчез. К остановке, наконец, подъехал свадебный
автобус.

J
#3. Варенье из огурцов
Пробовали ли вы кушать облака ложкой? Болес чем
уверена, ответ будет категоричным. «Нет, это
невозможно!» - скажете вы. Подобные скептические
заявления я выслушивала множество раз в жизни. Это ещё
цензурная их версия. Незнакомые люди так удивляются,
когда я посреди дороги вынимаю из кармана ложку
в предвкушении любимого лакомства, словно достаю вилку.
Вот зубчатым столовым прибором кушать водянистые
облака проблематично, а ложкой - проще простого!

11а вкус облака напоминают лёгкость. Иногда нам, людям,
очень не хватает её в обычной жизни. Например, чтобы
встать рано утром и помочь бабушке закрыть консервацию.
Старым людям очень тяжело зимой, поэтому они летом
делают тяжело нам. Достаточно скушать пару самых
воздушных и самых пушистых штучек - день сразу
проходит на ура. Тучи на вкус совершенно отличаются
от облаков, совершенно! Плотные тёмные комки вяжут
во рту. Надеюсь, вы не подумали, что они в прямом смысле
достают спицы, пряжу и начинают вязать. Что за вздор,
в самом деле! Нет, тучки нс такие проказницы.

Грозовые тучи могут только слегка щипать язык
электрическими разрядами. А дождевые разве что немного
растекутся по ротовой полости. Нс подумайте ничего
плохого - мне очень нравится кушать и тучи! Только
их нужно есть по особому случаю, под настроение.
Однажды в душный знойный день прямо посреди улицы
на меня нашло именно такое настроение. Во рту было так
сухо, что я была готова съесть целый десяток дождевых
тучек, лишь бы утолить жажду. Благо, они как раз нависли
над городком плотной гурьбой.

Я достала ложку из кармана. Если вас интересуют
подробности - из центрального. Левому и правому
карманам своей рубашки я нс очень-то доверяла. Назвать
причину антипатии не могу - не доверяла и веё тут! Вы бы
тоже не доверяли им, завидев эти хитрые пуговичные
глазки. Поэтому, чтобы не обидеть никакой из кармашков,
я решила сделать им друга посредине. Гам и хранилась
десертная ложка.

Отвлеклась!.. Я достала ложку и принялась поглощать
дождевые тучи, как не в себя. Время стояло (или висело)
обеденное, и бабушка ждала меня уже давно. К столу были
поданы разные вкусности, например, варенье из огурцов,
но я всё не могла оторваться от поедания тучек. «Девушка,
что вы делаете?!» - вопияла какая-то мамочка с коляской. Я
на минутку даже опешила такому грубому обращению. Как
женщина, да ещё с коляской, может устраивать скандал?
Двое против одной - это же нечестная схватка. Я вошла
в положение беспокойной мамочки: вдруг опа боялась, что
сё ребёнку не достанется тучек. 11ришлось достать
из центрального кармана ещё пару ложечек.

Мы втроём начали наминать за щёки дождистую небесную
массу. Вскоре к нам подошёл дворник, чтобы спросить,
что происходит, а потом и отведать туч. Его жена и дети
также выбежали из квартиры к главе семьи. Приехали
журналисты, чтобы снять репортаж о съедобных тучках,
но не удержались и тоже принялись есть. Даже
полицейский с грабителем остановили погоню, чтобы
попробовать небесное лакомство. С каждым новым
человеком карман пустел, а тучек становилась всё меньше
и меньше. Под предлогом «мне нужно срочно бежать» я
забрала ложки и, звеня ими, побежала к бабушке. На самом
деле я схитрила, чтобы сохранить тучки для дождика... ну
и себе немного припасти на чёрный день.

«Ты опять перекусила по дороге какой-то гадостью вместо
того, чтобы покушать дома?» - бабушка расстроено
встретила меня па крылечке дома. Кошка Булочка
с грустью смотрела вдаль на погрызанные тучи. Объедки
хмурых небесных облаков лавировали по небу туда-сюда. Я
зашла в дом. На кухонном столе стояло несколько баночек
закатанного огуречного варенья и три синих чашечки
разных размеров. Для бабушки. Булочки и меня. Только
в моей чашке остывал чай - остальные две пустовали.
Ждали, но не дождались. «Давай я тебе тогда вареньица
домой положу?» - не дожидаясь моего ответа, бабушка
с кошкой в две руки и четыре лапки начали набивать мой
рюкзак запасами консервации.

Мой дом находился в паре планет от бабушкиного дома, и я
очень переживала, пройду ли космическую таможню
па двух постах. Вывозить варенье из огурцов было
строго-настрого воспрещено. Достояние планеты,
как-никак! Однако желание бабушки попотчевать свою
внученьку сладеньким и запрещёппепьким казалось ей
более важным законом.

Старенький «Банан» стремительно носился от планеты
к планете, ловко избегая столкновения с астероидами
и космическим мусором. «Бананом» назывался космический
автобус. Свое шутливое название он получил благодаря
вытянутой форме и яркому жёлтому цвету. На вкус «Банан»
невообразимо отличался от бананов с пальм. Даже
нс спрашивайте, откуда я знаю.

«Скорость» - слово, которое лучше всего характеризует
нашу эпоху. Л значит, «Банан» лучше всего подходил
под описание времени. Жизнь стала куда стремительнее!..
Я даже не заметила, как мы долетели до первого пункта,
и как подошла очередь проверять мой багаж. Два усатых
робота-таможенника сначала попытались прочесть мысли:
не везу ли я контрабандой огуречное варенье. Я усиленно
думала о съедобных облачках, Булочке и булочках. Роботы
не заметили ничего неладного, и повели меня впереди
рюкзака на проверку металлодетектором.

Высокотехнологичная рамка издала примитивный грубый
звук. Это было похоже на «бып-бып». Признаться, я очень
плохо пародирую металлодетекторы — попыталась только
д\я вас. Роботы достали из центрального кармана рубашки
несколько десятков десертных ложек. «Это чтобы кушать
облака!» — быстро пояснила я. Усатые жестянки смотрели
с большим недоверием, точно как люди. «Попробуйте» - я
дала роботам по ложке и прямо-таки заставила зачерпнуть
ближайшее облачко. Таможенники увлечённо задвигали
металлическими челюстями. Когда все облака в округе
были доедены, я уже давно пробежала через границы
и мирно попивала чай вприкуску с любимым вареньем
из огурцов у себя дома.
#4. График счастья
к счастье человека заключается в простых вещах. Вернее,
в восприятии условий счастья как ресурсов доступных
и легкоосуществимых. Всё предельно просто. Дабы
объяснить простоту счастья, как состояния, я начертил
нехитрый график. На его создание ушло более двух дней.
И ещё пару часов на воссоздание.

Вертикальной осью в начерченной диаграмме значится
показатель «количество выкуренных дешёвых сигарет»,
а горизонтальной - «количество выкуренных дорогих
сигарет» . Где сигареты - ингибитор дистресса,
наработанного в процессе жизни. Чем больше в моём
окружении было людей, гем больше действительность
скрывалась за пеленой дыма. Чем больше денег у меня
было, тем больше я их оставлял в табачных магазинах.
Деньги, люди и проблемы - постоянные данные.
Переменной величиной является лишь ингибитор,
помогающий оттянуть депрессию. Живительным
коэффициентом могут выступать сладости, видеоигры
или, например, чтение рассказов о счастье.

Мой путь на графике начинался с нуля, то есть с детства.
В самом начале весь мир ограничивался родителями,
которые ограничивали меня от опасностей (сигарет, денег
и людей). Я рос. Вместе со мною рос и мир. Вокруг люди
возводили гигантские табачные заводы, и трубы их
откашливали в воздух дым. Точно так же можно
проследить динамику показателя «количество сигарет»
в жизни других. В некоторых случаях их линии тянулись
параллельно, и им никогда не было предопределено
пересечься на плоскости. Как можно увидеть, порой они
всё же пересекались. С каждым встреченным человеком я
скуривал сигаретку за знакомство. В подростковом
возрасте людей вокруг, а с тем и проблем, стало
непривычно много. I Управляющая линяя предательски
поползла в статистическую высь. Число выкуренных
за день дешёвых сигарет планомерно возрастало. Дорогой
табак пришел чуть позже, вместе с другими людьми, их
деньгами и проблемами. Я, подобно каждому подростку,
ещё не понимающему, с какими людьми дружить, какие
продукты употреблять и по какому направлению держать
куре, пытался охватить всё-всё. Однако нельзя считать себя
счастливым, если ты хочешь всего, но нс получаешь
от желаемого даже одной десятой.

Возрастные перемены отчётливо отражены в первой
половине графика. В некоторых местах шкала с дешёвыми
сигаретами то рвётся вверх, то резко падает вниз. Данный
отрезок можно охарактеризовать как «борьбу за счастье
и жизненные ориентиры». В месте, где показатели
«дорогих сигарет» стали увеличиваться, можно определить
какие именно ориентиры победили. А по стремительному
падению, что данный вектор оказался систематической
ошибкой.

Линия поползла вниз, и там ей было суждено пересечься
с линией той самой девушки, что можно обозначить
на графике как «жена». 11оказатели приблизились
к исходному нулю. Я сконцентрировал большую часть
внимания на одном любимом человеке. Как и в начале пути,
круг общения свёлся до родителей и нескольких друзей.
11икотин больше не съедает мои лёгкие, деньги тоже
перестали играть большую роль. Сигареты в мой карман
может подкинуть разве что путник, «случайно»
ворвавшийся в мою жизнь, выбив окно. Вместе мы выкурим
его яд и в непродолжительном разговоре обсудим долг
Родине. Благо, количеством выкуренных сигарет я погасил
всю сумму, включая проценты. Вот оно счастье! Этот
незапачканный дымом отрезок выделен на графике особым
цветом. Настала пора радоваться заслуженному результату
и работать ради чего-то большего. Даже если э го
«большее» приравнено к вкусной еде, красивому виду
из окна и разделенным с близким человеком моментом. Для
научных расчётов такая приписка звучит уж слишком
по-детски. Но что поделать, даже график жизни начинается
с нуля. Счастье заключено в простых вещах, что
и показывают расчеты. Жаль, в рассказе была приведена
нс самая полная версия работы. 11олное изучение счастья,
как состояния, займёт по моим примерным подсчётам одну
ч ело веч ее ку ю ж и з н ь.

И это всё? Вы готовы уволить вашего учителя
за презентацию без предоставленных анализа рынка
и данных статистического опроса? >1 буду только счастлив
закончить затянувшуюся лекцию и поскорее покинуть
кабинет. За этой стеной, к которой прибита доска
с графиком, находится нечто неподдающееся статистике.
Всё предельно просто. Счастье человека заключается
в простых вещах. Настолько простых, что цифры никогда
не смогут описать человеческих чувств, а слова смогут лишь
слегка приблизиться к ним.
#5. Физиология
Физиология вынудила меня встать «по нужде» около
четырёх часов утра - не нужно было так нещадно пить
прошлой ночью.

Физиология потребовала осмотреться: комната отеля едва
освещалась тусклым светом, просачивающимся сквозь
щель двери, ведущей в коридор.

Физиология нуждалась в оценке окружения. Я осмотрелся
и заметил на своей кровати двух девушек, которые спали
гак крепко, словно первобытные люди подчас дождя.

Физиология подтолкнула провести «древнеримские
каникулы» в компании этих юных особ. В первую девушку
я был влюблён. Какая именно из них считалась первой -
честно не помню.

Физиология отучила любить вторую девушку уже
на середине знакомства. Временная пассия была хороша
собой, искренне восхищалась моим острым умом,
не боялась выглядеть смешной или глупой... Только ей
постоянно чего-то не хватало. Меня в себе. Она была моей,
только когда была моей.

Физиология изначально сделала каждый живой организм
эгоистическим. Выживаемости ради. И удовлетворения
собственных потребностей для. Потребности оставаться
в этой комнате у меня уже не было, поэтому я аккуратно
прикрыл нагие тела девушек одеялом и поспешил к выходу.
Так ошибка социальной эволюции под названием
«совесть» мучила куда меньше. Эти юные особы в будущем
наверняка станут матерями, уважаемыми в обществе
людьми. Хорошо, что они связались с мужчиной, который
их укрыл - могли же вовсе искать любви в каком-нибудь
балбесе, который бы и не подумал позаботиться. С другой
стороны, раз они тут (со мной), значит, нс могли.

Физиология предательски восстала против
гедонистического образа жизни. С похмелья моё тело
сильно раскачивалось из стороны в сторону, подобно
кораблю во время шторма. Отельный коридор казался
непреодолимым оксаном. Как бы ни растерять по пути весь
груз - груз ответственности. Несколько раз тело качнуло
в сторону чужих номеров. 11осовую часть занесло к чьей-то
двери — благо, что в последний момент я сменил
направление движения. За той преградой ютились чужие
жизни. А значит: чуждые мне ценности, проблемы, тайны
и противостояния. Столкнувшись с ними, каждый корабль
терпит крушение. Команда судна на спасательных лодках
добирается к ближайшей суше в надежде быть спасённой.
Нс всегда судьба дарит второй шанс в виде другого
корабля. В порту я бы рассказывал о нападении пиратов,
героическом спасении, торжественной попойке и долгой
дороге домой. Домашняя кормёжка куда питательней
галетов с ромом!..

Физиология хотела стабильности в нестабильном мире.
Сердце отказывалось выдавать стабильные семьдесят
ударов в минуту. Невмоготу был мир, где каждый
стремился разбить твой внутрегрудной насос для качания
крови. Пытаясь сойти по лестнице на нижний этаж, я
пыхтел как первые паровозы. Изо рта вырывался пар.
Голова похмельно кружилась и спуститься
полуметаллическим каркасом казалось невозможным.
Нс время вспоминать Бога, но без его иллюзорной помощи
мне было нс справиться. С горем пополам я оказался внизу,
в эпицентре алкопролитного «сражения». 'Годны людей
сновали в разные стороны. Официантки всё подносили
и подносили горячительные «коктейли Молотова». Откуда
такие ассоциации? После доброй порции клиенты
вскакивали со своих мест как ошпаренные, и трясли
конечностями, пока замертво не падали у своих столиков.
Строгая униформа официантов напоминала военный
мундир. Выправка, гордая хода молодых людей не могла
не восхищать. А то, с каким рвением они отвоёвывали
чаевые у людей, которые им в подмётки не годились!..
«Оружие к бою!» — пробка от шампанского с шумом
вылетела из бутылки. Джентельмен, попавший на фронт
впервые, явно переоценил свои силы. Его молодое тело,
с виду ещё крепкий механизм, дало сбой. Мужчина рухнул
прямо мне под ноги. >1 брезгливо отпихнул пьяное тело
в сторону. Эпоха коленопреклонения давно прошла, да и
нс время было лежать - впереди ждали стремительные
перемены!

Физиология вела себя... непривычно. Мозг отказывался
воспринимать что-либо сложнее попсовой песни,
раздавшейся в баре. Сердцу изменчиво хотелось биться ей
в такт. Тело ритмично подрагивало. Я отдался мгновению
и, казалось, потерял себя в танце навсегда. Алкоголь
бурным потоком разливался по стаканам, в уши била
барабанная дробь. Я гордо воссел на хлипком пластиковом
стуле, как на массивном деревянном троне. Идеальное
воплощение «короля природы». Гравитация перестала
тяготеть над вещами. Люди взмывали со стульев. Даже
барная стойка, привинченная к полу, отринула
от стоических взглядов. Я оплатил выпивку каждому
J	J

случай ному-нсслучайному встреч ному. Буквально любому
человеку, вне зависимости от всевозможных клише,
мутирующих на «чердаках их домов» революционными
плакатами. Так телефон пополнился номерами радикалов,
артистов-модернистов и разведёнок со всей страны. Из-за
анархичности разброса имён в списке контактов
спецслужбы внесли моё имя в раздел «потенциально
опасных». Разве что без пометки «только для самого себя».
Признаться, будучи на месте сотрудников ведомственных
структур, я сам назначил бы за собой тщательное
наблюдение. И нс только потому, что создавал впечатление
асоциального человека, который может жить без маски
и ценника. Основная причина для беспокойств — почему
по ночам па моём чердаке загорается свет? Не может же
взрослый человек двадцати лет (с хвостиком из бытовых
забот в несколько лет) тайком играть своими старыми
детскими игрушками. Или, например, смотреть на звездное
небо через дыру в крыше. И отдыхать вдалеке
от надоедливых камер он тоже не может! Так говорит
книга со взрослым названием «Психология террориста».
Написал её небезызвестный девственник (о чём кричат
густые сталинские усы), что всю жизнь провёл на фронте.
Человек, пытавший подростков Афганистана и Анголы,
считал, что точно знает толк в гражданской жизни. В своих
мыслях истинный военный с автоматом наперевес
постоянно вваливается в дома к потенциальным
диссидентам. Какова процентная вероятность, что он
(то есть я), вовсе не является роботом? И, согласно
запушенной вредоносной программе, нс рассылает
приглашение всем подряд? Раз за разом, раз за разом,
раз за разом. >1 повторял одни и те же ошибки в жизни так
часто, что довёл клавиатуру до залипания клавиш. Капча,
возникшая на экране компьютера, словно говорила, что
даже бездушная машина отказывалась верить в наличие
живого человека за монитором. Только линейная
программа может так простодушно следовать одному
и тому же алгоритму!.. Взамен на бесплатную выпивку
требовалось слушать писательскую автобиографию. Для
случайных читателей такие условия были бы в радость,
а постоянные давно снились.

Физиология уже долгое время стремилась к развитию.
Усложнение - бесповоротный процесс на пути к будущему.
Также это конец пути. Рассчитать, какое же меня ждёт
будущее, представлялось невозможным. Лазерный
проектор явил взору обширное полотно из искусственных
звезд. Одинаковых ярких точек становилось всё больше
и больше. Поиск истины в баре напоминал поиск того
самого огонька среди десятка и сотни тысяч других. Хоть
некоторые из них пропадали в пелене, созданной дымовой
пушкой, нужного огонька найти не удавалось. «Угадать»
значило ткнуть пальцем в небо. Да и что вообще делать
яркому свету в земной обители тьмы? Знания подвели -
оставалось уповать на веру. Из дальних мест нас точно
должна была притянуть друг к другу судьба, которая
и разлучила однажды. Моя «звезда» не могла быть
искусственной!.. Я верил, что тяжёлый искусственный дым
скоро рассеется. После нескончаемых разговоров,
беспамятных попоек и вечной ночи в дверях заведения
должен был появиться светлый женский образ. Множество
земных суток я ждал именно тебя! Ведь только твой
инопланетный свет способен напомнить о свете далёкой
звезды, из которой вселенная однажды создала нас обоих.
Создала каждого из нас. Ещё десятки миллиардов лет назад
наши частицы находились друг к другу ближе всего.
Холодная вселенная нс смогла выдержать столь плотную
и жаркую взаимосвязь. Она разбросала нас по сторонам,
как лазерный проектор. Космос, безграничный космос
пополз по потолку. Сжавшись в одну точку, вечность
разорвалась по пространству тысячей брызг. Яркая
вспышка ознаменовала начало ещё одного пути. Мы были
вынуждены отыскать Друг друга, но уже в будущем. Это
казалось невозможным, ведь в темноте космоса было
сложно рассмотреть даже себя. Я двигался по инерции,
без единого ориентира. Единственным обозначением,
которое я прогонял в памяти после перерождения,
оставался свет той далёкой звезды. Холодный
к конфликтам мир встречал посетителей: столики вокруг
погрузились в вакуумную тишину. Космические странники,
как и я, высматривали в незнакомцах родные черты. Свет
неоновых ламп игриво ложился на лица соседей по столику.
Загадочную родственность душ они проявляли лучше
рентгеновских лучей. Кто куда отправится после парочки
совместно выпитых шотов? После той ночи нс все
проснулись у себя дома. Гак из таинственной неоновой
сказки появилась ты, и никогда не исчезала больше. Как
когда-то исчезал я. Многократно. Ты просто обняла меня.
Обняла: нежно, как сына; всепрощающе, как брата;
понимающе, как отца. В этих объятьях чувствовалось
что-то до боли знакомое и родное. Земля больше никогда
не кружилась вокруг Солнца. Своим появлением ты
заменила небесное светило. Время ожидания тебя длилось
куда дольше, чем мы могли бы провести вместе. Однако тот
нсдолгий период, когда мы кружились рядом в танце
жизни, стоил всех тех годов развития вселенной. Мы
не последовали судьбе объектов, что столкнувшись,
разлетаются в разные стороны. Так судачили звездочёты.
На проверку предсказания людей оказались враками
планетарного масштаба. Земля тоже не уникальна, Земле
не была уготована неким разумом участь одиночки. Дальше
по жизни мы пошли бок о бок, как Земля и её вечный
спутник Луна. Люди по существу своему стремятся узнать
наперёд, что будет дальше. Космос же развивается
по своему плану: планеты летают по им же намеченному
пути. Л люди хотят оторваться от земли и заглянуть
прямиком за ширму тёмной материи. Земное тяготение
упорно тянет всех обратно. Это на благо, ведь гравитация,
объятия планеты, не даёт нам разлететься друг от друга.
Вдали от родных частиц мы потеряем даже себя в поиске
вечного ничего.
#6. Тихоокеанские скалы
>лёзы закончились. Остались только воспоминания. Да

и тс, материализованные в письма, догорают в костре -
в спасительном огне, словно дар титана Прометея. В конце
останемся только мы с тобой... 11асколько, конечно,
уместно теперь для меня и тебя обозначение «мы».
Столь ли спасителен этот огонь?! Раньше мы горели
вместе, поддерживая пламя друг в друге, сейчас - догораем
по отдельности.

Вернёмся к истокам - истокам нашего дикого мира
и безумных чувств. Задолго до Троянской войны, где
на полях сражений гибли из-за любви, вздумали влюбиться
дети рабов. Он - юноша, что любил засиживаться у оксана
за лепкой амфор из воздуха. Она - девчушка, чьи волосы
на ветру разливались словно волны океана.

Любовь - роскошь, что не была позволена богами
д\я простых смертных. Люди довольствовались
мешковатыми тряпками, блестящими камешками
и тошнотворными кутежами. Сосудам из плоти,
слепленным Лфиной и Зевсом, была чужда
самоотверженность, чистота и непорочность чувств. Дни
и ночи напролёт они разливали слёзы и наполнялись вином.
Ветер нёс время, пока они не падали в беспамятстве
и разбивались о каменную твердь.

Влюблённая парочка прекрасно знала о высших законах,
ведь нс раз слушала песни поэтов-скитальцев. Для людей
«любить» означало приравнивать себя к богам,
а приравнивать себя к богам - отвергать высшее
провидение и небесное главенство. Открывая глаза
с рассветными лучами - первым, что видели люди после
пробуждения, был мрачный силуэт горы Олимп. С этого
священного места боги следили за смертными, и за любую
провинность легко могли спустить огонь на поселения.
Сила богов могла в один миг уничтожить пастбища

J
и города, испепелить долины и выжечь посевы. Люди
боялись огня, а по сему даже не думали о высших чувствах.

Дабы защитить смертных от произвола богов, однажды
Прометей спустил огонь с Олимпа на землю. Незаметно он
пронёс величайший дар и разрушительнейшее проклятье
в полой тростниковой палочке. В ту роковую ночь на небе
практически не было звёзд. Прометей не хотел, чтобы
яркое пламя виднелось среди кромешной тьмы. Боги могли
найти и отнять огонь на земле. Не оставалось ничего, кроме
как заключить его в «сосуд из плоти и кости».

У

Юноша-созидатель и девушка-хранительница стали
первыми носителями огня среди смертных. В дальнейшем
сила богов вместе с ветром разнеслась остальным. Так
бывший тиган сравнял вершину Олимпа с землёй, а вместе
с тем поднял деревенские пашни и городские лачуги
до высот священной горы. Но вместо того, чтобы
использовать огонь для обогрева обители, юноша
и девушка обратили огонь на себя. Испепеляли друг друга
взглядами. Бросались горячими словами. Выжигали
памятные орнаменты на телах. В конце концов огонь
вспыхнул на сухой траве — так наступила Троянская война.
И сын пошёл против отца, и мать пошла против дочери,
и браг пошёл против сестры.

Скромные прислужники богов - сын виноделов и дочь
хлеборобов также взялись за оружие. Юноша взялся
мастерить мечи из воздуха. Девушка - вить тетивы
для луков из некогда прекрасных кудрей. Они воевали
друг против друга, как мы с тобой, любимая. Мыслитель
Эсхил считал, что все искусства у людей произошли
от Прометея. Единственное, что мы научились делать
искусно, так эго убивать себя в «отношательствах».
Спасибо, что не убили!

Юноша преисполнился желанием пойти в поход против
Зевса. Он в тайне ненавидел отца, даровавшего кров -
под небесным куполом так неспокойно жилось. Большую
планету нельзя было обогреть без огня - огромной
разрушительной силы. Девушка преисполнилась злобой
к владычице Афине, объединившей ремесло и военное
дело. Для изготовления земного глобуса было не обойтись
без ремесла Афины.

В наказание за непослушание боги запретили ветру нести
дождь - ничего кроме огня. Пожары нс угасали. Пламя
невозможно затушить пламенем: вскоре могущественная
Троя обратилась в пепел. Люди верили, что Олимп спустит
прощение на землю проливным дождём. Вера слепа:
в то жаркое лето небо нс пожаловало ни капли. Нам тоже
проще было ждать эфемерного героя,
полубога-получеловека. Мы ждали, забыв о том,
что пророков давно склевали вороны, а останки покоятся
в земле. Печень сильнейших нс вечна!

Так мы теряем всё великое - пожаром внутри себя.
Горячими словами и пламенными действиями. Гори, гори,
гори!.. Приходится только надеяться, что ожоги окажутся
не смертельными и нам останется что возрождать
из пепелища. Хотя, конечно, это будет совсем нс то! Уйдёт
прежняя атмосфера, былое величие!..

Ты вышла из душа, замотанная в махровое полотенце -
единственное, что в данный момент разделяло нас. В глазах
твоих сверкал Нотр-Дам-де-Пари, перекрытия которого
трескались от огня и звучно сокрушались вниз. В глазах
твоих читалось отчётливое «спаси». Этот взгляд
красноречивее несметного количества слов. Не нарушая
тишины, я просто приобнял твоё полуобнажённое тело...
и обнажённую душу. За окном срывались капли дождя,
мерно стекая по стеклу. Всё.
#7. Я была
Л бы ради тебя ответил на звонок с незнакомого номера.
Гот самый, когда отчаявшийся, изрядно выпивший дядька,
тревожит случайных людей, чтобы разыскать давно
погибшего армейского друга. И, ради тебя, представился
этим самым другом, чтобы ты не переставала верить
в чудеса. Я бы ради тебя съел банку маслин, хоть, знаешь,
никогда на дух их нс переносил. Я бы ради тебя простоял
на кассе магазина без денег, когда, наконец, настало время
расплачиваться за маслины. Я бы ради тебя расчесал мангу
и проглотил жвачку - чтобы показать, насколько я
бесстрашный и со мной ты в безопасности. Я бы ради тебя
выкинул все свои детские игрушки, чтобы в один момент
стать взрослее. Я бы ради тебя прошел вне очереди
в кабинет к кардиологу, по пути отбиваясь от назойливых
старушек. Ведь ты так сильно волнуешься за моё здоровье.
Сделал бы всё, только чтобы спросить у доктора, почему
так сильно бьётся моё сердце в последнее время:
хроническая тахикардия или любовь. Я бы ради тебя
перестал писать наивные рассказики, и нашёл бы
несколько нелюбимых работ, чтобы только покупать
каждое платье в витрине ателье, на которое ты вскользь
бросишь взгляд. Я бы ради тебя перестал спать у батареи.
Не боясь замёрзнуть, согреваемый любовью. Я бы ради
тебя снова отучился в школе, хоть единственные, кто меня
там понимали - это воображаемые друзья. Я бы ради тебя
пережил первую драку, вторую, третью... Я бы ради тебя
пошёл на бал, где никого нс знаю, и танцевал бы, нс боясь
стеснения. Я бы ради тебя преодолел весь мир
в заполненной маршрутке. Сквозь северные метели
и южный зной. Даже сознавая, что пассажиры, которым
всегда жарко, и пассажиры, которым холодно, никогда
нс договорятся насчёт положения окна. А затем, ради тебя,
неприлично громко огласил остановку, чтобы точно
нс пропустить идеальное место, когда мы его увидим. Я бы
ради тебя даже первый предложил встречаться... или уже
ради нас обоих. Я бы ради тебя совершил множество
глупостей, даже если бы они ничего не значили, как ранее
перечисленные, но ты нс дала бы мне этого сделать... ради
меня.
#8. Тридцать или тридцать один день в аду
Вот уже месяц я нахожусь в аду. Тридцать или тридцать
один день, если я правильно посчитал, так как тут
не всходит солнце.

Предполагаю, что я умер во сне. Задремал. Не встретил
Смерть со всеми почестями, полагающимися даме, и
тем более — в возрасте. Чайник был нагрет. Цветы
в прозрачной стеклянной вазе ждали неведомую
посетительницу. Рубашки моего любимого чёрного цвета
аккуратно висели в шкафу еще со времени, как мне
их последний раз погладила жена, и вновь ждали
торжественного момента. Ещё одно упущенное событие,
о котором я стал жалеть.

>1 буднично лёг в постель, накрылся одеялом с головой
и стал прокручивать воспоминания в голове. На момент,
когда глаза сомкнулись, возможно, моё сердце уже
прекратило биться, а мозг агонизировал в последней своей
активности. Я часто вспоминал всю свою жизнь
помомснтно. У меня хватало физических сил делать это
до рассвета. Только в этот раз утро нс наступило. Так
странно, необычно... 11е могу подобрать нужное слово,
ведь до этого утро всегда наступало.

Смерть - это, казалось бы, логичное завершение всего
живого, собственной жизни и семейной, и всего неживого.
Вместе с тем, смерть - самая большая несправедливость
в мире. Все твои мысли, все планы, все мечты, в одночасье
теряют ценность. В этом смысл... Я забыл, о чём ещё хотел
сказать. Ах, значит - не столь важно!

Вокруг меня (и по другим окружностям) было много людей
(и не только людей). Они ходили, стояли, сидели, лежали.
Они пытались найти смысл, страдали от выбранного пути
из малого множеств или пытались смириться
с бессмысленностью положения. Многообразие лиц
на типовом наборе тел. Они определённо чем-то внешне
отличались один от другого, другой от третьего, только
чем? Кажется, я перестал различать лица. Черты стирались,
как имена в старой записной книжке. 1(ризнаки, статусы,
буквы, цифры. Среди них я искал женщину. Чертовски
конкретную женщину, но как Её зовут?.. Без неё ад был
неполным. Она покинула дом, но не покинула мысли. Мне
приснился страшный сон - самый страшный сон - Она
меня однажды разлюбила. Я так и нс проснулся.

>1 захотел побежать. Бежал быстро и далеко. Не кричал,
чтобы не привлекать лишнего внимания. В какой-то
момент осознал, что бегаю по кругу - одному из кругов ада.
Я представил прямой, безухабистый путь, и бежал уже
по нему. Мозг рисовал желаемые иллюзии. Они
материализовались и казались реальнее объективной
реальности. Конечно, насколько можно было назвать мою
предыдущую жизнь «объективной» и «реальной».

Я захотел закурить. Из ниоткуда (которое, всё же,
вероятно, находилось где-то) появилась дамская сигарета.
Я захотел задымить. От сигареты вверх потянулась тонкая,
элегантная струйка дыма. Вверх, вниз и по разным
сторонам. Я вдыхал вечность, я выдыхал время. Я захотел
закашляться. Лёгкие сковало спазмами: невозможными,
невыносимыми. Смог и перенёс. Боль казалась
нестерпимой, как потеря близкого человека. Ведь когда
теряешь самого близкого (себя), обычно не успеваешь
понять, что происходит. Благодаря боли я себя
почувствовал «куда более живым».
J	J

>1 не ел уже тридцать или тридцать один день. Не видел
в аду горячих обедов, и вопреки стереотипам,
растопленным металлом тоже не угостился. Тут много чего
сеть, но даже насильно вряд ли согласишься взять. Чувство
аппетита абсолютно атрофировалось. Более - пропало
физическое понимание голода и насыщенности.

В счастливые дни я бы прогулялся улицами-закаулками,
поедая пряную булку под пряный разговор. В тоскливые -
наказал себя простыми, однообразными постными кашами.
В иные тридцать или тридцать один день. Я сбился
со счёта, ведь тут нет календарей, недельного рабочего
графика, почему-то обязательных походов к родственникам
в уикэнд. Только при этом, я ни дня не забывал, где я
нахожусь и при каких обстоятельствах. Эти неожиданные,
но постоянные напоминания.

Я живу в эфире. У меня нет глаз, чтобы закрыть их
на происходящий ужас. У меня нет рта, но я должен
кричать. У меня пет ушей, чтобы не слышать, что Она
могла говорить обо мне со своими подружками за «бокалом
крови Иисуса». У меня нет пог, ведь в ногах правды нет.
Правды вовсе не существует. У меня нет чувства
собственного достоинства, но не будем об этом сейчас.

Призрака преследуют духи прошлого, настоящего
и будущего, а вместе с ними приходят фантомные боли.
Боль. Боль. Боль. Мне невыносимо больно, а значит - я всё
ещё живой. Я чувствовал нечто неописуемо
разрушительное, но нс на физическом или, может, даже
душевном уровне. Это была боль отсутствия - когда,
кажется, всё на месте, только не ты. Или нс Она.

Обманчивое ощущение. Образуется где-то между вдохом
и выдохом. Между её истериками и безразличием.

Ад переполнен, но я чувствую себя одиноко. Какое-то
время — тридцать или тридцать один день - среди криков
и тишины я искал котика своего детства, отъявленного
разбойника. Я обещал, что найду его после смерти.

11е нашёл. Он слишком честно прожил свою маленькую
кошачью жизнь.
Существа бесцельно снуют толпами, разговаривают
обо всем и ни о чём. Милые разговоры адских кухонь. Я
следую за ними, но близко нс подхожу - наблюдаю
издалека. Опасность потерять, опасность слиться.
Из общей массы (постоянно) выплывает женская фигура.
Она не выделяется: ни цветочного аромата, ни ангельских
крыльев, ни солнечного света, ни трагической красоты.
11ростое тёмное пальто, простые тёмные волосы, знакомая
походка. Я Её нс увидел, не услышал и нс почувствовал,
а отличил и узнал на метафизическом уровне. Ощутил
внутри тела, которого у меня, казалось бы, не было.

>1 не подошёл. Тридцать или тридцать один раз. Думаю,
в аду нельзя приближаться к тому, что действительно
важно... даже не знаю точно, почему так думаю. >1 так же
шёл вдалеке, как следуют за воспоминанием, пытаясь точно
представить по какому маршруту пойдёт Она. Женщина
останавливалась, пропадала и появлялась в других местах,
говорила со встречными, иногда смеялась. Это был Её
голос. Только звучал он будто на старой аудиозаписи
или в чьей-то пародии.

Каждый день, каждый час, каждый миг, я смиренно жду
высшей кары, которой лженроповедники так яростно
пугали людей ещё при жизни. Бесчеловечные пытки,
однако, не настают. 11е назначен даже час суда. В аду
ни холодно, пи жарко. И я уж стал думать, что самое
главное наказание для меня - смириться с окружающим
хаосом и перестать чувствовать что-либо. Как перестал
чувствовать голод. 11опытаться привыкнуть к этому
состоянию - бедность, привыкнуть - нищета.

Я придумывал себе грехи. Хоть нс без того совершал много
плохих поступков. Был жёсток или даже жесток, и
в порыве агрессии нередко забывал о любви к близким
людям, себе и жизни. Прежде мне было трудно говорить
о своих сильных сторонах. За меня громче молчали
максимализм и комплексы. Сейчас же без умолку «думал
вслух» о своих слабостях. С любовью, что со смертью:
либо всё, либо ничего, кроме правды.

Женщина. Я знаю кто это. Боюсь произносить вслух одно
только имя. Рухнет все, как в шкафу, заваленном вещами,
в который ты нс заглядывал с подросткового возраста,
ведь боялся увидеть там скелет. Собственный скелет.
Детский страх. Имя - это форма власти. Определить,
упорядочить и закрепить смысл. А я давно отдал власть
провидению. Мне показалось, что Она прижалась ко мне.
К месту, где когда-то было сердце, что я оставил как залог,
и рука, что я предложил в час помолвки. Что это с ней?
И что со мной? «Всё в жизни можно исправить.

I фактически всё. В жизни...» — по-моему, Её последние
слова.

Я стал исправлять. Работал ещё более фанатично, чем
до этого. В аду все или почти все заняты. «Каждому - своё».
- гласит табличка на воротах лагеря каторжников. Кто-то -
выкладывает дорожки, не зная направлений; кто-то строит
замки из вулканического песка; кто-то сажает цветы,
в попеременную облачность на небе, которого нс видно. Я
тоже подметал, строил, сажал. Делал вид, что если
привести окружающий мир в порядок, то порядок появится
внутри. Но ад оставался адом.

Нахлынул приступ жалости к себе. Тридцатый
или тридцать первый, если я правильно посчитал, так как
мысли мои снова сбились в узел. Временная петля,
намотанная пуповина. Унизительные, пугающие чувства
и без того маленького человечка. Обиды, не проходящие
после ссоры. Я в который раз пришёл к мысли: ад -
не место, а время после последнего «можно было иначе».
И тогда я понял: мой смертный грех не в гневе, не
в детской лености и даже нс в гордыне. Я — плохой,
потому что сдался. Принял поражение еще до того,
как попал в ад. Отсроченное «потом» не настало.

И я всё исправил! Это «однажды» обязательно должно
было случиться. Я верил. Ведь я сделал все, что мог, и даже
больше.

Исправил нс здесь.

Не сразу.

Не так, как мечтал.

Я сказал правду - пусть даже в пустоту и тишину, пусть
даже после смерти. 11ерестал ждать суда, отсчитывать срок,
искать оправдательные и обвинительные приговоры,
выдумывать кары. Я принял одиночество как форму личной
от ве тст ве н н ости.

«Ия все исправил!», - озвучил мысль. Только ничего
нс изменилось.
#9. без названия
У илльям Смитт - младший, работник среднего звена,
лежал на кухонном полу. Его лицо исказила странная
улыбка. В левой руке мужчина держал телефонную трубку,
из которой доносились протяжные гудки.

- Уильям Смитт - младший, полагаю? Гак, «43 года,
разведён. Медицинские противопоказания - слабое
сердце», хмм, «...имеются неоднократные приводы
в полицию в связи с пьяными дебошами»? Уильям, будем
с Вами откровенны! 11есмотря на то, что это небольшое
придорожное кафе, мы уже несколько лет боремся
за престиж данного заведения. Иначе у окошка заказов
не остановится даже преданный покупатель. 11ростите,
мистер Смитт, по Вы нам не подходите! Вы свободны.

- А Вы - несвободны! - мужчина вытер пот вокруг ворота
клетчатой рубашки носовым платком и направился вон
из заведения к собственной машине.

Быстрая езда и крепкий алкоголь — вот что действительно
расслабляло Уильяма Смитта - мл., работника среднего
звена; лекарственные препараты - вот что тонизировало
организм и позволяло исправно работать сердцу. Иначе
боль во всём теле не проходила: во время завтрака и ужина
одна и та же мысль, что жизнь идёт как-то не так.

Хочется - греховно, получается - полуправедно.
К сожалению, эти две вещи несовместимы: борьба
духовного и материального теле привела к сильному
головокружению. Он еле доехал домой и поплёлся в кухню
хватаясь за пуговицы рубашки в попытке их расстегнуть.
Только резкая вспышка и звон в ушах прервали движение.
И почему люди говорят, что умирать ужасно? Также люди
говорят, что в момент смерти перед тобой проносится
целая жизнь. Истина немного другая. Эта секунда длится
целую вечность. Она подобна капле в океане времени.

После смерти практически сразу начинается разложение
тела. Процесс этот называется автолиз

или самопоглощснис. Когда неутомимое сердце перестает
биться, клетки под воздействием кислородного голодания
начинают накапливать токсины. Повышается кислотность.
Ферменты стремительно поглощают клеточные мембраны,
а клетки стремительно разрушаются. Первыми процесс
самопоглощения подхватывает богатая ферментами печень
и головной мозг, содержащий много воды. Полностью мозг
умирает только через несколько часов. Другие органы
также начинают планомерно разрушаться схожим образом.

После остановки сердца ещё десять-двадцать секунд
головной мозг получает кислород, и в это время можно
зафиксировать самые активные мозговые волны. Перед
смертью центр всех воспоминаний ускоренно проматывает
жизнь целиком. Значимые моменты проносятся перед
глазами снова и снова. Последние грёзы настолько яркие,
что их практически невозможно отличить от реальности.
Может быть, это и есть реальность?!

Я увидел себя шестилетним, когда лёжа на коленях своей
бабушки, не желая засыпать, просил её рассказывать милые
истории одну за другой. Тринадцать - соревнование
по футболу; под мой кубок родители даже соорудили
специальную полку. Единственная спортивная награда
до сих пор пылится в бывшей детской на том самом месте.
Семнадцать - я вместе с друзьями лежу на граве
в общественном парке, а не па крыше родительского дома,
и наблюдаю как падают звёзды. Одна из них особенно
ярко мне подмигнула - принял это событие
как благоприятный знак свыше - впереди будет много
ярких событий! Двадцать - первый танец с Эмили. Как же
ты была прекрасна в том нежно-бежевом платье! Прости,
что вечно препятствовал нашему счастью! И не прощай,
что не смог победить собственный инфантилизм. >1 так
боялся тебя потерять, но забывал заботиться
об отношениях. Бессрочная подростковая поверхностность.
11ужно было добавить в комнату ещё одну полку -
для социальных достижений. Был бы стимул заполнять!
Двадцать шесть - смерть моего отца. Как жаль, что
в каком-нибудь разговоре с ним я не сумел подобрать
те самые важные слова, о которых пишут в книгах
по психологии. Двадцать восемь - звонки тёщи, слёзы,
скандалы, слёзы, развод, слёзы. Проблемы оказались
сильнее нас. Тридцать - драка с начальником и решение
наконец покинуть проклятую контору, в которой больше
пяти лет «работал временно». Тридцать два - я нахожусь
па острие жизни и смерти: алкоголь и лекарство - всё,
чего мне хочется? Безработный никому не нужный алкаш...
Мне бы обратиться за помощью по телефону доверия -
жаль, я не доверяю людям. Гак, пришло время взяться
за голову - просто схватиться. Я ведь жил счастливо
раньше - что мне мешает жить счастливо сейчас?
Последние яркие радостные события будто остались
в подростковом возрасте, в прочем, всё как у людей. Нужно
позвонить родным: пора рассказать, как я по-настоящему
их люблю и ценю! Бабушке и отцу уже не дозвониться,
но Эмили же может ждать звонка?.. Плевать, как это
называется: любовь или нездоровая психологическая
зависимость.

Уильям Смитт - младший — работник среднего звена
лежал па кухонном полу. Его лицо исказила странная
улыбка. В левой руке мужчина держал телефонную трубку,
из которой доносился женский голос.
#10. Зоофилия
Давай займёмся сексом?! Десять минут совокупления,
с учетом знакомства и раздевания - тринадцать. Эрекция,
копуляция, оргазм, эякуляция. Не нужно смущённо
краснеть так, словно сексуальная революция никогда
не происходила; так, будто паши предки не бесстыдные
обезьяны. Никаких эмоций - только животный половой
акт. Чувства - это больно, чувства - это эволюционная
ошибка. Зачем усложнять то, что первозданно просто?
Сознание призвано было помогать нам увеличивать
популяцию, а по итогу - множит подростковые сомнения.
И тараканов в голове стало больше, чем в студенческом
общежитии. Давай сойдёмся на том, что у тебя комплекс
из-за нехватки отца, а у меня - из-за нехватки матери, вот
мы ищем любви в других людях вплоть до саморазрушения.
Закрытие подростковых гештальтов. Верь в это. Если
некий мифический Отец тебе кажется реальнее, чем то,
что мы - два примитивных животных, движимых
гормонами. Романтизировать страдания - прерогатива
людей истероидного типа личности. Удовлетворение
первичных потребностей - истина и без вина. Мои дети
давно должны повышать выручку банков, баров
и борделей, а вместо этого — загрязняют мировой оксан.
Поэтому срывай с себя все брендовые тряпки, ты желанна
и в первородной обнажённой похоти! 11од одеждой
нс рассмотреть душу, но я ищу нс сё. Тяну руку к груди,
и я чувствую грудь, а не биение одинокого сердца.
Расстанемся ещё до того, как ты откусишь мне голову,
словно самка богомола, или до того, как я усажу тебя
с выводком и сбегу на охоту, будто самец человека.

11икакой привязанности, если только речь не о наручниках
и кровати. Расстанемся так быстро, чтобы нс «остаться
друзьями». Ведь я нс хочу дружить с людьми, которые
больше не принесут выгоды. Просто «останемся» —
достойная перспектива в быстром изменчивом мире.
Одноразовые игрушечные отношения, как у пластиковых
куколок в руках несмышлёныша, и ничего после -
по разным коробкам. Разве только я провожу тебя на такси
и незаметно подложу в сумку любимую шоколадку
с солёным миндалем. А ты поможешь завязать галстук,
коснёшься моих небритых щёк руками и произнесёшь
«Береги себя». И я буду беречь, не потому что люблю себя,
а потому что всегда любил тебя. И храню своё тело
как добрую память о твоих прикосновениях, ведь
по-настоящему никогда не считал, что люди встречают
друг друга исключительно из-за совместимости половых
органов.
#11. О градусов
Ноль по Цельсию на уличном градуснике. Тридцать шесть
и шесть в теле. 11люс, сорок в опустевшей бутылке
в надежде, что согреюсь. Легкая дрожь по телу от
несовместимости температурных показателей. Оказалось,
мир куда холоднее меня. Человек, который понимал меня
лучше всех, понял, что нужно скорее уйти, убежать, уехать,
улететь. Холодок по коже. Зря я отказался от твоей заботы
купить мне утеплённые перчатки — на одно воспоминание
больше бы осталось о Тебе.

Была первой (и единственной) — стала лучшей бывшей.
С тобою бросил курить и с тобою снова начал. Сигарета
на «пустой желудок». Сейчас бы с утра твоей сладкой
овсянки с фруктами! До тебя я ел только пресную
или солёную... Тело снова «везёт» куда-то не туда, хотя,
признаться, я не знаю, как должно выглядеть подлинное
везение. Возможно, головой на восток, откуда встаёт
солнце. Рассвет в занавешенном окне. Я бы каждое утро
любовался рассветом, не будь таким ленивым. Курчавый
солнечный зайчик, что пробрался сквозь плотную штору
и прыгнул на руку, напомнил о тебе. Жжение в груди
от сигареты тоже вновь напомнило о тебе. И даже
облупившаяся краска на контрольно-пропускном пункте,
не знаю почему, тоже напомнила о тебе. Я не хочу тебя
«обязывать чувствами», с которыми официально
(по документам) покончено. Однако физически молчать,
что я во всех пределах нахожу следы воспоминаний - тоже
не могу. Обо мне же в этом мире уже ничего
не напоминает. Даже уставшее, бледное, заросшее лицо
в отражении не похоже на снимок в паспорте. 11левать,
разбираться с этой проблемой - работа для паспортного
контроля.

11ограничное состояние. Очередной приграничный хостел.
Библия в шкафчике возле каждого койко-места,
с вырванными страницами аккурат на нужных мне местах.
Придумываю альтернативную мораль. Я будто отошёл
от Бога, но все равно молюсь за Твоё благополучие каждый
день. Рука на неисправном пульте управления телом.

I 1астенный телевизор с одним телеканалом. 11о мультикам
детства снимают секс-пародии. 11очные бабочки дарят свои
тусклые крылышки 11итсру 11сну. 11ытаюсь найти истину
то в образе порнозвезды и поп-артиста, то в ненависти
к себе. Просто хочу казаться счастливым, как тс актеры
из рекламы зубной пасты. Хотя это не «просто».

Душат даже милые, нежные, сказочные видения. Кормят
завтраком. Будильник поднимает с постели не спящего
меня. Студенты из «третьих стран» с самокрутными
сигаретками тянутся в парадную, а после ругательств
консьержки - на улицу. Нс можешь дышать без сигареты,
хоть задыхаешься в момент, когда куришь. Тяжёлая ватная
голова, как у плюшевого енота из детства. Бело самовольно
норовит прилечь. К горлу предательски подступает
тошнота. Главная мотивация - пережить себя из прошлого.
Дым застлал глаза, и я вновь, как в первый день рождения,
продираю зенки, пытаюсь понять, кто я и кто те люди
вокруг. Я не совершаю запрещенных для публикации
действий, потому что обещал тебе. И лечу вперёд только
потому, что обещал себе юному. У меня была любовь
однажды - я знал, что она существует - моё «однажды»
прошло. Теперь я могу верить в любовь. Спасибо,
что подарила мне веру!

Каждый из прохожих-мимохожих забрал по одной
из Твоих черт. Только нс написать портрет первой
большой любви по случайным ассоциациям, никому
нс нужным интимным историям или подзабытым
воспоминаниям. Мазок, ещё мазок и картина дня смажется.
Можно написать другой нор грет - не хуже, а может даже
и краше! Подобное лечат подобным, боль лечат любовью.
11очь в Лиссабоне. Обед в ресторане «Тоска по дому».
Снова путешествие на край ночи. В моих беспокойных снах
наяву я вижу родной город. Новые автомобили, светофоры,
дороги, мосты - будто проходишь тест-капчу «Я нс робот».
Вот и весь машинальный ответ на вопрос «Как твоё
ничего?» Ничего, жизнь продолжается.

>1 меняю паспорта как перчатки... на холоде. Обожжёнными
зимой руками цепляюсь за каждую незаконную
возможность заработать. 11е перепродажа принципов,
а переинвестиция. Переобуваюсь так часто, как только снег
съедает подошвы. Обожжёнными зимой ногами перехожу
границы, к которым раньше бы не приблизился
па ружейный выстрел. Каждая первая «родина» говорит
со мной на мёртвом языке, когда могла бы перейти
на универсальный язык любви. Каждая первая мне говорит
о высших чувствах и тут же предлагает контрактные
отношения.

Очередной рабочий день пишу очередную прозу
в очередной стол, вместо того, чтобы смотреть список
рабочих вакансий. Хотя я давал слово: никакой больше
графомании. Концепцией стала рефлексия. Тяжёлая
коробка с набором пафосных цитат внутри. Сверху -
продающий товарный бантик. Ну ты знаешь, мои речи -
художественный вымысел. Единственный зарок, что я
сдержал: наша любовь должна быть как в книгах. Общие
мемы, неперспрочитанные диалоги, единая мифология -
пришло время удалить эти тексты. В нашей истории любви
стало слишком много многоточий, и пора поставить
последнюю точку, и ещё одну, и затем ещё одну...

Фильм лучше книги, но он никогда не подскажет, о чём
думал автор между строк. Осознаю свою искусственность,
как герой модернистского рассказа. И только боль
в грудной клетке возвращает в реальность, что я
не на страницах бульварного чтива. Ищу романтику
в психогенной торакалгии, пытаюсь наслаждаться
упад!।ичсской эстетикой будней. Профессиональнос
шрамирование на месте, где у романтиков душа. Жизнь
захватывающая, пока тебя захватывают ингибиторы
обратного захвата серотонина. Столько таблеток
растворилось в крови, а я все оглядываюсь по сторонам
и не нахожу Тебя рядом. Истина в вине, и я виню себя
неистово — причастие в Храме всех религий.

11ерегруженность декларативными философскими
вставками. Сюжетный слом. Экшн сменяет описание.

Обстоятельства оказались сильнее. Мы перестали понимать
друг друга - сноски с пояснениями к любой строчке.
Сложные времена научили только бесшумно плакать
в подушку, чтобы не встревожить близких... пока они
собирают чемоданы у выхода. Тусклый закат, и по стене
поползло оглавление. Нужен рассвет. Я не ищу яркие пятна
на старых полароидных снимках, но я знаю, что однажды
встречу золотой час в собственном доме. Солнце плывет
к своему местопребыванию. Таково предустановление
могущественного, знающего.

Планета - круглая, и когда я обогну сё, через время, мы
обязательно встретимся. В мире, где есть свобода
и справедливость; где люди не воюют ради участка
территории, что вскоре станет кладбищем; где я чуточку
лучше: ответственнее, серьёзнее, смелее; где птицы
из красной книги возвращаются в родные края; где солнце
встаёт на западе и садится на востоке; где всё иначе,
и только Ты как в первое наше свидание. Любовь
прикопана недалеко от места, где, к сожалению, похоронен
наш первый питомец. Но это нс могилка любви. Это клад,
как тот, что на удачу зарывают дети. И мы в любой момент
сможем его раскопать, встретившись в условленное время.
если не забудем место. Спасибо за всё, что ты сделала
для меня хорошего — то есть буквально «спасибо за все»!
Теперь мне есть, кому звонить пьяным. И прости, сегодня
снова упьюсь своей болью.

У
#12. Многословен
Утро. Полдень. Вечер. День. Неделя. Месяц. Год. Годы.

Колени. Её. Лежу. Проститутка. Вызвалась? Вызвал.

Злато волос ая. Серебря н окожая. М е дн оо кая.

Воспоминания. Бывшая. Предбывшая. Предпредбывшая...

Архитип. Система. Пустая. Комплексы. Гиперкомпенсация.
Тоже. Схожи. Доппельгангер. Спастись? Спасти. 11олюбил.
Снова. Нс себя. Снова.

Говорим. Делаем. Говорим. Делаем. Говорим. Говорим.
Говорим. Колени. Её. Стёртые. Лежу. Гладит. Жалеет.
Прощает. Взаимно. Плачу. Плачу.

Ревную. Прохожие. Вывшие. Нынешние. Будущие.

Подруги. Родители. Воздух. Удушье.

Колени. Мои. Предан. Ей? Ею. Раз. Очарован. Прощаю.
Прощаюсь.

Эскапизм. Эмиграция. Фолианты. Психология. Биология.
История. Рыцарство. Вера. Честь. 11ринципы. 11атриотизм.
Аскеза. Детерминизм. Вечность. Смысл... Бессмыслица!

Биомасса. Рвота. Мигрень. Расслоение. Спазмолитики.

Алкоголь. Расслоение. Мигрень. Рвота. Биомасса.

Самоедство. Самопийство. Самосуд. Самоубийство.

Самовольство. Самокрутка. Самойакрутка.

Самовозгорание. Самообразование. Самовоспитание.

Самоотдача. Саморост. Самолюбие? Самоудовлетворение.
Самочувствие. Самоуверенность. Самооценка. Самодур.
Самодурка.

Видеозвонок. Последний. Сегодня. Ей. Взяла. Забрала.

Любовь. Проститутка!.. Любит. Не любит. Любит.
l ie любит. Плотская? Платоническая?! Грех. Измена. Себе.

Экран. Монитор. Разговор. Уговор. Я. Она. Я. Я. Я. Она. Я.
Она. Я. Он? Я. Я. Я... Бин. Бип. Бип.
#13. Мастурбация и асфиксия
Мне нравится изречение «уверенность в завтрашнем дне».
Многократно прокручивал его в голове, погружаясь
в морскую пучину. Двусмысленность фразы просто
не могла не склонять к шутке о том, что я чувствую
завтрашнее дно. Более того - крепко чувствую его двумя
ногами и не слышу никакого «стука снизу».

л	J	J

Однако, откровенно говоря, я даже в малых деталях
нс контролировал свою жизнь. Я был участником
дорожного движения, одним из многих - капля в море.
Документ из техподдержки оказался успокаивающей
сатисфакцией — тормоза неисправны, если не исправен
водитель. Нет прав, нет обязанностей. Я только зря вращал
руль из стороны в сторону и медленно погружался
в бездонное морс. А совсем недавно всё было иначе:
раритетный кар с откидной крышей, завтрак
горячительным коктейлем из «Поваренной книги
анархиста», молодое тело без комплексов рядом (я у неё
первый с конца), мечты о популярной интернет-певице,
серпантинная дорога средиземноморского курорта
и быстрый свежий воздух в лицо. Солнце переливами
шампанского — и вот я уже невольно улыбаюсь,
ослепляемый его ярким светом. Всё хорошо и беззаботно,
будто жена и любовница нашли общий язык... в твоей
ротовой полости. Счастье объективно существует
в субъективном восприятии. Звучит как идея для новой
татуировки.

Гигантская ванная комната с шумоизоляцией. Я,
конечно же, оставил эту девушку без букета, и был
благодарен взаимности. Её внутренний мир опустел -
я работал впустую. Подышать бризом на остановке и снова
дорога. 11орнографические кадры вместо икон на бардачке
автомобиля. Она мирно спала «па переднем» и видела
третий эротический сон. Ей не стоило знать, что порез
в виде сердечка на моей руке кровоточил нс по ней,
и не по другой «той самой» - винтажный гранатовый
браслет на запястье. Красота, а не украшение!.. Как и мне
не стоило знать о двух её поддельных паспортах, в каждом
из которых был указан ненастоящий возраст. Меньше
знаешь - больше пьёшь, больше пьёшь - крепче спишь.

Внезапный ухаб на евродороге, и вот я уже почему-то
задумался, а не слишком ли я гоню, а в правильную ли я
сторону вообще двигаюсь, а что снится девушке
на скорости, а правильно ли вообще живу? Разговоры
за рулём влекут наложение штрафа, ведь они отвлекают
от движения - особенно разговоры с самим собой. >1
пытался распыляться на окружающий мир. а забыл,
что должен управлять только собой. Вжимаюсь в педаль
и ускоряюсь, чтобы оторваться от себя прошлого. Эго
требует доказательств, что я могу - как кровь из носу,
будто болезненные последствия кокаина.

11еожиданный поворот, резкий тормоз, и вот я уже лечу
с обрыва в воду. Я тону камнем и, благо, девушка рядом
не успела привязаться. Глаза разъедает от соли, холодная
вода не смывает грехи, спазмы в груди и не от любви.
Кислород строго ограничен. И в перспективе ближайших
минут меня пугает далеко нс то, что удушье — одна
из самых болезненных смертей, а то, что я нс смогу
подрочить с удушением.

Жизнь - серьёзная философская притча, а я превратил её
в глупую пошлую шутку. Которую, к гому же, приходится
объяснять. Чего только не сделаешь перед ликом смерти,
бездны. Мастурбация и асфиксия.
#14. Солнышко
В одном из окошек панельного домика умирало
солнышко. Лучик за лучиком, медленно-медленно таяло
оно в чьей-то квартире, в чьих-то руках. 11о стеклу, а затем
по оконной раме, навстречу цветам в клумбах, тёк нежный
солнечный свет. Со стороны казалось, что растаяло
персиковое мороженое. Каждый прохожий, даже если
очень спешил, на мгновение останавливался,
чтобы полюбоваться новым закатом.

Солнышко отдавало все свое тепло миру. Каждый рабочий
и нерабочnii день солнышко выбиралось из-под небесного
покрывала, чтобы греть и светить людям. Ни один
отдалённый уголок не оставался без заботливого внимания.
Сколько лучиков надобно, дабы одарить яркостью
неприметный серый панельный домик? Солнце старалось
прогонять тьму даже из самых тёмных районов,
чтобы людям не страшно было жить. С работы, под вечер,
уставшее оно тащилось уже без задних лучиков. Люди,
обращаясь к небу, просили, чтобы солнышко взяло
выходной. Мол, мы несколько деньков проживём без тебя,
с фонариками да свечками. Просили, но греться в ярких
лучиках не переставали. Солнышко тогда ещё
было большое - ладонью глаза закроешь, а свет сквозь
пальцы проникает.

Светлых дней становилось меньше, да и тс были короче.
Люди думали, что прошла летняя пора. Люди
засиживались по домам и, чтобы согреться, попивали
остатки растаявшего солнышка, что уже свободно
умещалось в кофейную чашечку. Очередным
непримечательным мрачным утром солнце нс проснулось.
11е проснулись вместе с ним и грава на газонах, и цветы
в клумбах. Небесное одеяло, казалось, навсегда приобрело
траурный тёмный цвет. Люди очень огорчились бы, узнав,
что им больше не на что перевести свой уставший взор.
Огорчились, но на Земле уже никого не осталось,
чтобы разделить с солнцем его последние мгновения.
#15. Серая мораль
Вот бывает, просыпаешься и всё хорошо. Хочется пить
кофеек вместе с любимой женщиной. А вот бывает,
просыпаешься и вместе с тобой — желание сделать с собой
что-то плохое. И речь не о желании устроиться
на гос. работу и растратить ложное чувство собственной
исключительности. 11ять языков любви разделить на два
выходных дня.

Раскалённая медь во рту. Я курил так много на закате, что,
кажется, не доживу до рассвета. Кровавое солнце. Лёгкие
исходятся от спазмов. Это видится как пытка, но я нс верю
глазам. Рядом нет той самой, главной палачихи. Я живу
далёким прошлым, курю в настоящем и должен умереть
уже в ближайшем будущем.
J	J J

Я болен, смертельно болен, по мне не больно. Во мне
столько спазмолитиков, что мне не больно. Но я плачу. Мне
не жаль себя, но я постоянно плачу. Тебе жаль меня, но ты
уходишь. Ты меня всё ещё любишь, но всё, что сказано
после «но», не считается. Сюрреализм или непринятие
объективной реальности.

Любовь перестала приносить выгоду. Романтика стала
инфантильностью. Измена - поиском перемен, побег -
спасением. Всё на поверхности, как подростковые порезы
на руках. Раздел раздельно нажитого имущества. Дорогой
фастфуд в кинцуги из пластиковой посуды. В брендовых
сумках - «мусор». Мусор под названием чувства, эмоции,
память. Музей имени наших отношений опустел. Больше
никаких экспонатов, закрыт для сторонних посетителей. Я
искренне пытался сохранить последние воспоминания
в Вечности. На проверку временем, оказалось, даже
Вечность — не вечна.

— Я тебя люблю, но нам нужно расстаться. Мы уже семь
лет топчемся на одном месте.
— И ради чего так долго «писалась наша сказка»?

Секрет успеха длительных отношений — это нездоровая
созависимость. Переживаю из-за какой-то пассии, которой
всего лишь однажды оставил своё сердце. 11асколько я
любил по шкале оценки боли? Бессонница, потеря
аппетита, приступы удушья, судороги, обмороки,
нестабильный сердечный ритм, высокое артериальное
давление, нервное истощение.

Врачи скорой помощи нс спешат. У них нет
универсального лекарства от тягот взрослой жизни —
предлагают выпить и побегать. «У тебя будет еще тридцать
этих женщин» — даже незнакомые люди понимают,

осталось жить месяц.

— Ты знаешь, что такое гиперфиксация?
— А ты знаешь, что такое любовь?

Убегаю сам от себя - успешно. Надумал погоду. Надо мной
восходит солнце, как на флаге Курдистана и Тайваня.

I (ветной маникюр и дорожная пыль под ногтями.
Ментальная иммиграция и реальная депортация. Рубашка
из бутика и дырявые носки с историей. Новые города
и старые панельные дома. Трезвая жизнь и причастие
вином. I Тсихотерапевты без лицензии и рецептурные
лекарства. Короткие беседы о Высоком. Начинающие
тату-мастера и закончившиеся художники, уличные
музыканты и любители запрещённых песен среди
полицейских, волонтёры на зарплате и бездомные
животные, тарслочницы и ублюдки, красивые люди
с некрасивыми шрамами на теле. I (елостное повествование
но ассоциативный ряд.

Сигареты со сладкими фильтрами. 11рожигаю остатки
воздуха, пропускаю всё через себя в попытке выкурить
«призраков прошлого Рождества». Перестаю разбираться
в людях и начинаю разбираться в алкоголе. Грачу деньги
предков и прапредков. Почти выплаченная моральная
компенсация за восемнадцатилетний домашний арест.
Знакомлюсь с людьми, с которыми уже ранее был знаком.

Позволяю себе снова влюбиться так, будто девятнадцать
лет; позволяю себе снова улыбаться на фотографиях,
будто новорожденный или суицидник. Со своим скромным
букетом оббиваю порог дома цветочной моды. В Её
глубоких осенних глазах снова играет весна. В Её имени
запечатлено слово «красота», и опа говорит, что я красив -
значит, я красив. Эпоха возрождения. В гостиной
достаивают сухоцветы лилий, распускаются розы.
Ренессанс произошёл на основе античности, буквально —
искусство на руинах. Лучшее время жизни и худшее время
жизни.

Перед сном созваниваюсь с бывшей. Я рассказал о том,
что вступаю в новые отношения; она рассказала,
что вступает в новые отношения. В определённый момент
разговора ощутил всю абсурдность ситуации. Девушка,
с которой я строил планы на будущее, с которой было
богатое прошлое, выслушивает, что я по-настоящему
влюбился в другую, и делится, что по-настоящему
влюбилась в кого-то другого.

— Я глубоко в душе уже сейчас испытываю чувство вины
за то решение, что приняла. Хотя, по большей части, я
понимаю его рациональность.

Выбираю лучшее положение тела, чтобы не задохнуться
в постели. Приснился Смерти. Решили расстаться
полюбовно. Имитация жизни, имитация самоубийства.
Играюсь фигурками в песочнице Фроида. Да в кукольном
домике больше настоящих чувств, чем в прошлом,
что медленно стирается из памяти с каждым рассветом!
Судьба разбила розовые очки. Она вправе поступать
со своими подарками, как заблагорассудится.

Серый провинциальный район. Серые люди. Серая мораль.
Серое винное пятно на некогда цветном белье.

— Прости за все плохое, что я тебе сделала.

— Прости за всё хорошее, что я не сделал.
#16. Портрет восточной принцессы Д.
купальная комната. Пастельные тона, будуарная эстетика.
Стены, оббитые шоколадным атласом. Осеннее обеденное
солнце. Краска из винного бокала разлилась по полотну.
Кроваво-бордовый, цвет любви, как основа для будущей
картины.

В нужное время в дверях появилась натурщица, за ней
в помещение проследовал солнечный свет. В книге
посещений она значилась лаконично «Восточная принцесса
Д.» Милая пометка, но чистая формальность. Запись делали
работники художественного салона - тс еще шутники! Они
могли обозвать посетительницу как угодно, насколько им
позволяла фантазия: хоть героиней борьбы за свободу
и независимость отрядов Лоуренса Аравийского, хоть
главной меценаткой приютов бездомных животных, хоть
основным цветком всех цветочных лавок... Всё же
по утонченной внешности, по уверенной манере держаться,
я понял, что передо мной действительно стояла принцесса.

Помощницы стали торопливо заносить вазы с цветами,
предназначенные для романтического убранства комнаты.
Принцесса, закатав рукава своего пиджака, обыденно
спокойно стала содействовать, расставлять тяжёлые вазы.
Убедился: передо мной находилась истинная принцесса!
На полотне возникли первые наброски.

Девушка, наконец, присела на приготовленный стул. Она
не успела представиться. Я, ни без смущённого
сопротивления, увёл принцессу в философские дебри
и цветущие шахские сады. Туда, где царили не славные
имена и добытые в сражениях титулы, а эстетика во всех
земных проявлениях. Хамрийят. Она тоже «искала вазу
из детского сна» — на сломе времён, на стыке истории.
Осенью заплясала весна, полумесяц наполнился солнечным
светом. Пугающая кровоточащая вязь стала
привлекательной, а традиционно красивое стало
уродливым. Она пришла в художественную мастерскую,
чтобы полюбоваться собой. Я смело и решительно украл
у неё этот момент.

Мягко очерченный, словно светом, овал лица. Гладкие
прямые волосы. Персиковый пушок на щеках. Высокий лоб
интеллектуалки. Тёмные выделяющиеся брови. Озорные
складочки возле глаз. Родинка у левого глаза — маленькая,
но важная деталь. Карис радужки. Порой, в минуты особой
концентрации, её взгляд с нежно тёплого становился
холодным оружием. 11а своём теле я не чувствовал опасной
остроты стали, но, всё же, в глубине души боялся попасть
в немилость принцессы. Боялся, но продолжал творить.
Личные границы там чёткие, строгие и нснрсступныс —
восточная стать! >1 перешёл границу. Ружейный выстрел —
нет, соприкосновение ресницами. Я заглянул в тёмные
Зазеркалья её очей и задержался на несколько секунд, чтобы
сохранить в памяти сладостное мгновение. Д. смотрела
на меня иначе. Порой, когда она позволяла себе смотреть
на меня, сквозь хитроватый прищур также читались
всспринятис, забота, трепет. Аккуратный носик кончиком
слегка опущенный вниз. Филтрум. Ещё одна родинка
рядом, ещё одна маленькая важная деталь. Спокойные,
слегка сжатые губы — без улыбки, но и без напряжения.
В них читалась нс молитва, нс заветные фразы любви,
а сдержанность и внутренняя собранность — будто
имелись слова, но они ещё не готовы нарушить тишину.
Пауза. Снова пауза. Недосказанность. Незаконченная
история. Она мило закусывала нижнюю губу. В этих
моментах виделась женская открытость и уязвимость.
Ямочка над подбородком. Архитектурные скулы и острый
подбородок. У лица нет резкой симметрии — и именно это
придаёт ему живость. Изящная вытянутая шея. Тонкие
пальцы рук крепко и уверенно сжимали худые плечи.
11а тонких пальцах ног проявлялось напряжение
от неудобных, но эффектных туфель на каблуке.
11овруз. Праздник жизни. Непередаваемые ощущения,
что мы, смертные, пытаемся передать. 11разднос
любопытство взяло верх, будто рассветное светило.

>1 спросил, как её зовут. Д. назвала своё красивое арабское
имя. Я назвал ей своё благородное греческое. Условность.
Как показал диалог, принцесса не родилась в месте,
где встаёт солнце, а я нс родился, где оно начинает
заходить. Хотя мы происходили из этих культур.

Встретил Д. недавно — а уже столько всего образного
и иносказательного. Она хороша в своей метафоричной
ширине и высоте — занимала чуть больше полотна,
чем нужно, и мне это нравилось, и мне это было нужно.
Картина практически обрела завершённый вид. Д. заёрзала
на стуле так, будто воображаемый трон был сколочен её
бывшим возлюбленным. Я снова взглянул ей в глаза.

На секунду испугался своего отражения. Она опустила
ресницы. Естественный свет скрылся за горизонтом.
В комнате зажглись искусственные «солнца». Лишний
мазок. Вдруг моя картина получилась слишком
детализированной, и Д. напугало внимание к таким
важным мелочам? 11о я родился художником, а она
принцессой. Судьба свела нас в доме искусства. Последний
точный мазок.

Красота — объективна, искусство — субъективно. Она —
Красота, я — Искусство. Романтизировал образ, но писал
реалистичную красоту. И самое прекрасное — этот портрет
создал я.
#17. Влюбиться в инопланетянку
Влюбиться в инопланетянку - это так... глупо. Мы
абсолютно разные существа: от цвета кожи до цвета
настроения. Людям вообще свойственны глупые
и безрассудные поступки. Мы недалеко ушли в развитии
от своих предков, обезьян. Эволюционные показатели
не улучшает даже тот факт, что земные корабли
исполосовали некогда девственную галактику. Мы так
и не научились брать ответственность за мусор, который
тоннами выбрасываем во вселенную, и нс научились
беззаветно любить. Гормоны уводят людей вдаль
от путеводных звёзд. Мы как биороботы. Больше двадцати
веков пеняем па инстинкты, хотя наукой и доказано,
что все наши достижения - результат сознательной
деятельности.

Научный космолёт на всех мощностях несся со своего
первого задания обратно на космическую станцию.
На борту светлейшие умы вселенной... и один человек. Я
любовался видом из иллюминатора. За мгновения,
даже полумгновения, мимо меня проносились десятки
планет. Каждая из них была прекрасна, словно новая
жизнь. I !освятить всего себя изучению различных планет
было поистине немалым достижением!.. Только ста - ста
двадцати лет недостаточно, чтобы освоить огромную
галактику. Жизнь Землянам дана, чтобы изучить одну
планету и одну женщину.

J	J	J

Яркие молодые звёзды слепили окна, а старые - исчезали
в бездне космоса. От их многообразия в глазах рябило,
как на экране неисправного устройства. Рядом со мной
у иллюминатора стояла инопланетянка. Рукава наших
скафандров соприкасались, и на планете Земля столь
близкий физический контакт говорил о нашем союзе.
Высокоразвитая нация мыслила иначе, ставив духовное
выше материального. Они богаты возможностью жить,
без оглядки на первобытных предков.
Инопланетянка не отвлекалась от созерцания космоса. Она
отмечала в своей голове каждую звезду. Информация о них
тут же появлялась перед ней словно па дисплее гаджета.
За семьсот лет жизни существования невольно сам
становишься энциклопедией. Она вспоминала все места
в космосе, что посещала. Вдумчиво и неторопливо. Перед
лицом неведомой безграничной силы, тёмной материи, я
не мог похвастаться стоической выдержкой. Вопросы
плодились в голове один за другим как паразиты. Я хотел
спросить «Как сохранить баланс во вселенной?» и
«Как вложить в любовь нечто большее, чем страх
одиночества?»... И сразу же осёкся, ведь отыскал в глазах
инопланетянки ответ на главный вопрос - нс следует
гнаться за ответами, которые нс можешь получить априори.
Самые важные события происходят сейчас, а всё остальное
находится за границами прошлого и будущего. Я считался
умным по меркам людей, но всё равно, порой, иногда
полагался на эмоции. Чувства уносили вглубь хаотического
макрокосма, «внутреннего космоса».

Вот уже я стремлюсь в несколько минут уложить события
прошлых дней, которые мне, к сожалению, довелось
провести без неё. Мои желания сразу же исполняются.
Инопланетянка считывает прошлое с моего мозга, будто
с цифрового носителя информации. В будущем мы
проведём вместе не один час вместе, поэтому я должен был
рассказать своей внеземной любви о том, кем мечтал стать
в детстве. Поделиться важными базовыми настройками
для нового юзера системы. Она лишь снисходительно
улыбалась, ведь я прибывал мыслями то в прошлом, то
в будущем, но только нс в настоящем.

Корабль пошёл на стыковку с космической станцией.
Шторки иллюминаторов были закрыты около получаса
назад. Я же всё это время смотрел в тёмные глаза
инопланетянки, как в продолжение космоса, и не замечал
разницы. На их родной планете - это считается
проявлением безграничной любви. Ритуал родства
сознания. Теперь, что бы ни случилось, в какие дальние
части галактики нас не развела миссия, мы будем связаны
мыслями. Единство. Объятие душ. Ток вдоль тела.
Инопланетной девушке не стоит дарить обручальное
кольцо, ведь их опоясывает жемчужная нить звезд Пояса
Ориона. Я уже забыл о том, что биологическая оболочка
моей избранницы на несколько сотен лет жизнеспособнее
моей. После - она может посвятить жизнь науке, может
растить и воспитывать детей, влюбиться в другое существо,
вопреки всему мы уже навсегда останемся неделимым
целым.

«И жили они долго и счастливо, и было у них множество
синих детишек...». Всё как в сюжетах земных сказок,
которые я обязательно прочту моей любимой

и единственной инопланетянке. В своё время. Сейчас же я
погружаюсь всё глубже в космическую бездну её тёмных
глаз.
#18. Икар, который обнимает Солнце
Икар умер.

Обезображенное тело юноши судьба бросила среди
песчаных дюн. Детально, как картины художников-
прерафаэлитов, его нежная кожа была исписана мелкими
ранами и ссадинами. Яркая кровь, казалось, выступала
из каждой поры. Истинно сок переспелых плодов
божественных садов! На его крыльях - настоящих, ещё
недавно живых и пригодных к полёту - красовались
множественные ожоги и пропалины. Руки и ноги
были раскинуты по сторонам. Голова — запрокинута назад.
Грудь, напротив, была выпечена на последнем вдохе. Вдохе,
за которым нс последовало выдоха. Сердце остановилось.
Застывшая в позе грудная клетка напоминала недвижимый
доспех.

Икара засыпало песком. Каждое дуновение ветра перемен
сильнее уносило его от мира людей в мир призраков. Песок
был холоден, как старые воспоминания. Тёмная, холодная
пелена забвения, наконец, накрыла его с головой.
Непроглядная ночь. На небе ни звёздочки, ни месяца.
Редкие торговцы счастьем и несчастные авантюристы
проходили пустыней. В потускневшей золотой россыпи
тонули «степные корабли», но нс сбавляли ход.

Непрерывное движение обеспечивало выживание, жизнь.
Даже если бы прохожие захотели помочь, даже если бы они
подоспели вовремя, ввек не нашли юношу.

Когда заканчивается ночь и начинается утро? И как
дождаться и не упустить миг, когда небо начинает
проясняться? После долгой ночи из-за горизонта взошло
Солнце. Красота! Только это появление, казалось, осталось
не замеченным всеми, кто его видел, а не чувствовал.
Данность, бытность. Красота не бросалась в глаза,
а медленно раскрывалась, как утро, что нс торопится стать
днём. Восходящее Солнце осмотрело ближайшие владения
и мимо шедших людей. Первые рассветные лучи бережно
прошлись по песку. Заглянули под рассыпающееся одеяние
пустыни. Лучи осторожно осмотрели Икара, будто Солнце
изучало не только его, но и ещё само себя. Молодой
человек почувствовал свет и тепло, прочувствовал телом.

Икар воскрес.

Сердце юноши вспыхнуло. Грудная клетка свободно
задышала. Через голову, руки и ноги по венам и артериям
запульсировало приятное тепло. Раны и ожоги
зарубцевались и потускнели. Только крылья остались
покоиться в песках. Как старая, прохудившаяся торба, они
были больше непригодны к своей миссии - к полёту.

Солнце учтиво поклонилось всем проснувшимся и спящим,
а затем - отправилось по другим важным делам. Спешно
скрылось оно за горизонтом событий. Светило и без того
задержалось на чаепитие! Икар воспрянул бренным телом
и бессмертным духом. Хотя, казалось бы, Солнце один раз
взглянуло на него, один раз поприветствовало.

Ничто не вечно под луной, но под солнцем всё ощущалось
иначе. Спасение! I Неожиданное и удивительное, но такое
благовременное и необходимое спасение! Чудотворные
силы Солнца заслуживали воздвижение храма в его честь.
Только оно было выше всех богов. Ни подруга-весна
Персефона, ни красавец Аполлон, ни земной мечтатель
Гелиос, ни даже отец Зевс нс имели власти над Солнцем.
Только оно не требовало жертвенности. Икар возродился,
а значит - нс должен был раствориться в свете и жаре.

Утро. Ночь. Рассвет. Закат. Солнцестояние. Солнцепадение.
Светило не всегда удостаивало своим вниманием землю.
Бывали дни, и было их немало, когда будни погружались
во мрак бестелесных воспоминаний. Тогда время шло
наощупь, как слепец вдоль городских стен. Икар понимал
«Свет просто за облаками», даже когда тревога говорила
«Я остался без света». Юноша нёс свет и тепло,
что припрятал в своей груди. Большие чувства, желания,
надежды. И когда Солнце пряталось за тучами, Икар
бродил миром, оставляя на дороге не человеческие следы,
а солярные символы.

Настоящий романтик - это нс тот, кто ждет ночью солнце,
а тот, кто дожидается. Икар выискивал Солнце, даже когда
небо чернело, а люди припадали к земле. И дожидался.
Усталое, обеспокоенное, внемлило мольбам и милостиво
являлось молодому романтику. И он до падения в сон
философствовал с Солнцем в тесном оконном проёме.

Икар влюбился.

Солнце заполоняло всё и вся. В нежных лучах его
распускались цветы, а люди - картинно улыбались. Солнце
уходило недостижимо высоко в небо, значит — юноше было
о ком мечтать. Солнце стало именем, что хотелось
произносить без слов. Солнце и есть Красота!
Гелиоцентрическая система мира.

Икар шагал «городом, что первым встречает солнце».
Камни под ступнями хранили ночную прохладу, но
в воздухе уже жило обещание тепла, и каждый шаг
отзывался в груди тихим, торжественным колокольным
звоном. Икар пошёл к самой высокой башне — башне
закатов и рассветов. Она поднималась из земли, словно
застывшая молитва, — строгой формы, ярко расписная
снаружи, устремлённая туда, где свет рождался вновь
и вновь. Икар шёл к ней как к пределу: месту,
где человеческое «достаточно» должно было раствориться
в «ещё». Тень беспокойно тянулась за спиной, ломалась
о камни, становилась короче, а впереди — на стенах
башни — дрожал золотой отблеск. Икар срывал вес цветы,
солнечные творения, что встречал на пути. На их месте
тут же возникали новые. Со словами любви, с песней песен,
он признался в своей симпатии.

Полуденное Солнце уже пребывало в зените. Тень исчезла.
Высшая красота встретила Икара в дверях башни. Солнце
игриво улыбнулось. Солнце смотрело на молодого человека
по-другому. Теплом, что не обжигает, а согревает; светом,
что нс ослепляет, а делает мир яснее. Где-то под пыльным
взором образовывались пустыни, вокруг Икара же цвели
сады.

Икар решился.

«Солнце освещает меня, и я вижу свои светлые стороны.
Солнце согревает меня и, кажется, я могу дарить это тепло
другим. Единственная причина, по которой мы не можем
быть вместе — отсутствие крыльев. Я сделаю крылья,
и Солнце меня полюбит», - так думал Икар.

В качестве материала были выбраны птичьи перья, льняные
верёвки и воск. 1Ттички сами сносили романтику пёрышки.
Икар собирал «подарки пернатых», начиная от самых
коротких и постепенно переходя к более длинным.
Перевязывал их нитями и скреплял воском. Юноша
мастерил, невзирая даже не смену дня и ночи. Любовь
окрыляет! Вскоре - были готовы два больших и лёгких
крыла. Икар прикрепил к ним ремни и накинул ношу
на плечи.

Икар в последний раз отправился в башню. Каждой
клеткой тела юноша ощущал важность предстающего
момента - станет он навеки прозябать во тьме
или сохранит место под солнцем. Этаж за этажом, шажок
за шажком, ради одного прыжка.
Маленькие люди с земли кричали: «Ты не можешь быть
с Солнцем», «У Солнца слишком высокие запросы»,
«Небесная свадьба возможна только между Солнцем
и Луной, а не человеком». Возможно, приземлённые
существа были и правы. Только до ушей Икара доносилось
лишь как они скандировали солнечное имя. Только зачем
жить в мире, где правят сухие расчёты, а нс любовь?

Икар летел, летел высоко и далеко. Его нс слепили
вспышки. В глазах появлялись искусственные солнца, но он
знал направление, куда нужно лететь. Тело - даже
искусственные крылья - ощущали истинное пекло.
Перевязи предательски трескались, воск мутным дождём
капал вниз, на землю. Чувствовать себя живым вновь
больно, также больно как в первый раз. Только Икар,
кажется, нс замечал человеческих тягот или нс хотел
замечать. Попутный ветер вдохнул в него движение.

Ближе и ближе. Ярче и жарче. Так бесстрашно ещё никто
из смертных нс приближался к Солнцу, так сильно никто
нс искал солнечных объятий и поцелуев, внимания
и понимания. Ведомо почему. Вспышка. В голове ревели
буйволы и отбивали кони. Вспышка. Горячий ком в горле
стремился вырваться наружу. Вспышка.

Икар стал солнцем. Икар сам стал светом и теплом.
ОГЛАВЛЕНИЕ

#	1. Пташка (2025)...................................5

#	2. Страшный сон (2019).............................8

#	3. Варень из огурцов (2020).......................12

#	4. График счастья (2019)..........................17

#	5. Физиология (2018)..............................21

#	6. Тихоокеанские скалы (2020).................... 28

#	7. Ябыда (2022)...................................32

#	8. Тридцать или тридцать один день в аду (2025).. 35

#	9. без названия (2016)............................42

#	10. Зоофилия (2022)...............................47

#	11. 0 градусов (2022).............................50

#	12. Многословен (2022)........................... 56

#	13. Мастурбация и асфиксия (2022).................59

#	14. Солнышко (2020)...............................62

#	15. Серая мораль (2025)...........................65

#	16. Портрет восточной принцессы Д. (2026).........70

#	17. Влюбиться в инопланетянку (2021)..............74

#	18. Икар, который обнимает Солнце (2025)......... 78