Покушение  на  Колчака  историческое  расследование
Оглавление
Вместо  введения Взрыв  в  резиденции  Верховного
Глава  I. Версия  первая,  официальная:  случайность
Глава  II. Из  предыстории  «Колчакии»: крах  демократической  контрреволюции
Глава  III. Диктатор  и  его  режим: система  власти  и  власть  без  системы
Глава  IV. Режим  и  народ:  слова  и  дела
Глава  V. Колчак  против...  колчаковщины
Глава  VI. Версия  вторая,  привычная:  большевистское  подполье
Глава  VII. Версия  третья,  внешняя:  «гастролеры»
Глава  VIII. Версия  четвертая,  демократическая:  сибирские  эсеры
Глава  IX. Партизанская  война
Глава  X. Версия  пятая,  неожиданная:  крайне  правые
Глава  XIV. Гибель  Верховного  правителя
Вместо  заключения
Приложение  1. Гражданская  война  в  Сибири  и  прилегающих к  ней  регионах  России.  Хроника  событий с  прологом  и эпилогом
Приложение  2. Поэтические  произведения  Юрия  Сопова
Text
                    А.  А.  Штырбул
 ПОКУШЕНИЕ
 НА  КОЛЧАКА


УДК 94(470+571) Печатается по решению редакционно- ББК 63.3(2)612-8 издательского совета Омского государственного Ш94 педагогического университета Рецензент - доктор исторических наук, профессор С. В. Новиков Штырбул, А. А. Ш94 Покушение на Колчака историческое расследование / А. А. Штырбул. - Омск : Изд-во ОмГПУ, 2012. - 392 с. ISBN 978-5-8268-1683-7 Вечером 25 августа 1919 г. в омской резиденции Верхов¬ ного правителя прогремел мощный взрыв. Загадка этого взрыва многими нитями связана с другими вопросами и загадками Граж¬ данской войны на востоке России. В данной книге автор попы¬ тался приоткрыть завесу неизвестности над рядом событий Граж¬ данской войны в Сибири и на Дальнем Востоке и прежде всего осветить фон, причины, мотивы, обстоятельства и, конечно, «ав¬ торство» загадочного взрыва. И еще эта книга - о страшной трагедии Гражданской вой¬ ны, о трагедии в ней всего народа в целом и отдельного челове¬ ка, будь то рядовой рабочий или крестьянин, героический ре¬ волюционер-подпольщик, молодой талантливый поэт или даже... Верховный правитель. УДК 94(470+571) ББК 63.3(2)612-8 ISBN 978-5-8268-1683-7 © Штырбул А. А., 2012 © Омский государственный педагогический университет, 2012
ОГЛАВЛЕНИЕ Вместо введения Взрыв в резиденции Верховного 5 Глава I Версия первая, официальная: случайность 9 Глава II Из предыстории «Колчакии»: крах демократической контрреволюции 21 Глава III Диктатор и его режим: система власти и власть без системы 44 Глава IV Режим и народ: слова и дела 85 Глава V Колчак против... колчаковщины? 105 Глава VI Версия вторая, привычная: большевистское подполье 116 Глава VII Версия третья, внешняя: «гастролеры» 148 Глава VIII Версия четвертая, демократическая: сибирские эсеры 158 3
Глава IX Партизанская война 188 Глава X Версия пятая, неожиданная: крайне правые 222 Глава XI Революция в «Колчакии»: начало (август - октябрь 1919 года) 235 Глава XII Революция в «Колчакии»: развитие (ноябрь - декабрь 1919 года) 249 Глава XIII Революция в «Колчакии»: завершение (декабрь 1919 - январь 1920 года) 269 Глава XIV Гибель Верховного правителя 288 Вместо заключения 307 Приложение 1 Гражданская война в Сибири и прилегающих к ней регионах России. Хроника событий с прологом и эпилогом 316 Приложение 2 Поэтические произведения Юрия Сопова 370
Вместо введения ВЗРЫВ В РЕЗИДЕНЦИИ ВЕРХОВНОГО Сломаны крылья орлиные В яростно-диком бою... Грудь прокололи мою... Песню мою лебединую Я. умирая, пою... <...>' Юрий Cono« (Омск, март ¡918) 25 августа 1919 г., на исходе дня, поезд Верховного прави¬ теля России, Верховного главнокомандующего Вооруженными силами Востока страны Александра Васильевича Колчака при¬ ближался к Омску, возвращаясь с фронта, где А. В. Колчак с груп¬ пой военных, членов правительства, советников и представителей союзного командования находился в инспекционной поездке. Ситуация на фронте в это время была для белых более чем непростой. После взятия Челябинска и своего дальнейшего ус¬ пешного наступления красные заметно продвинулись в глубь Сибири. К концу августа фронт проходил в 70 км к западу от Пет¬ ропавловска (т. е. всего 350-400 км к западу от столичного Ом¬ ска). Это, конечно, не близко, но, в общем-то, не так уж и далеко, особенно по сибирским меркам. Колчаковское командование готовило решительное насту¬ пление, точнее контрнаступление, против наступающих вот уже несколько месяцев красных. Лихорадочно укреплялась армия, 11 Полный текст данного стихотворения см. в приложении 2. 5
снабжаемая поступающим из-за границы вооружением. Проваль¬ ный начальник штаба Ставки генерал Д. А. Лебедев был отправ¬ лен в отставку, на его место назначили генерала Андогекого. Громоздкая Ставка Колчака была сокращена, некоторая часть ее штата отправлена в действующую армию. Управление армиями было сосредоточено в штабе нового (с 14 июля) главнокоман¬ дующего фронтом генерала М. К. Дитерихса. Перестраивалась система снабжения фронта. Почтй половина дивизий была вре¬ менно снята с фронта и отведена в тыл для отдыха и пополнения. Подготовка к решительному контрнаступлению против ¡фасных, запланированному на начало сентября, шла полным ходом* 1 2. Вот для непосредственного руководства подготовкой этого наступления и выехал А. В. Колчак 20 августа 1919 г. на фронт в сопровождении А. Нокса, военного министра, министра внут¬ ренних дел, а также генерала А. И. Дутова и многих других пред¬ ставителей союзников, правительства и командования. Вся эта большая и пестрая делегация должна была продемонстрировать единство союзников и белогвардейцев и поднять дух войск. Кол¬ чак инспектировал воинские части, лично раздавал награды, про¬ изводил в офицеры. Во время поездки подчиненные неоднократ¬ но слышали от Верховного правителя: «В районе Петропавлов¬ ска решается моя судьба»3 ♦ * * А. В. Колчак и вся высокая миссия были уже в черте Ом- ска, когда в здании резиденции Верховного правителя (дом- особняк купца Батюшкина по улице Береговой4 - красивейшее во все времена место Омска), в караульном помещении по бли¬ зости с его рабочим кабинетом, произошел мощный взрыв. Было около 8 часов вечера. 2 Спирин Л. М Разгром армии Колчака. М., 1957. С. 227 1 Там же. 4 Ныне - Иргышская набережная; в особняке расположен практически первый в современной России Центр изучения истории Гражданской войны. 4 ноября 2004 г. в память о А. В. Колчаке, в условиях крайне неоднозначного отношения омской общественности, на стену дома была водружена мемори¬ альная доска, надпись которой гласит: «В этом доме в 1919 году жил ученый, путешественник-исследователь, адмирал. Верховный Правитель России Александр Васильевич Колчак (1874-1920)». 6
Управляющий делами колчаковского правительства Геор¬ гий Константинович Гинс оставил об этом событии следующее свидетельство, тем более ценное, что о данном чрезвычайном происшествии и до сих пор очень мало известно: «Огромный столб дыма с камнями и бревнами взлетел на боль¬ шую высоту и пал. Все стало тихо. Адмирала ждали в это время с фрон¬ та, и его поезд уже приближался к Омску. Взрыв произошел вследствие неосторожного обращения с гра¬ натами9. Из дома Верховного Правителя вывозили одного за другим ок¬ ровавленных, обезображенных солдат караула, а во дворе лежало не¬ сколько трупов, извлеченных из-под развалин. Во внутреннем дворе продолжал стоять на часах оглушенный часовой. Он стоял, пока его не догадались сменить. А кругом дома толпились встревоженные, растерянные обывате¬ ли. Как и часовой, они ничего не понимали. Что произошло? Почему? День такой ясный, тихий. Откуда же эта кровь, эти изуродованные тела? Когда адмиралу сообщили о несчастье, он выслушал с видом фа¬ талиста, который уже привык ничему не удивляться, но насупился, не¬ много побледнел. Потом вдруг смущенно спросил: “А лошади мои погибли?'»5 6 Загадка этого взрыва многими нитями связана с другими вопросами и загадками Гражданской войны на востоке России. В данной книге предпринята попытка приоткрыть завесу неиз¬ вестности над рядом событий Гражданской войны в Сибири и на Дальнем Востоке и прежде всего попытка осветить фон, причины, мотивы, обстоятельства и, конечно; «авторство» дан¬ ного террористического акта. * * * Гражданская война во все времена - это высшая, наиболее ожесточенная и масштабная форма классовой борьбы, отягощен¬ ная и другими конфликтами - национальными, субэтническими, 5 Одна из версий. - А. Ш. 6 Гинс Г К. Сибирь, союзники и Колчак. Поворотный момент русской истории. 1918-1920. (Впечатления и мысли члена Омского Правительства). М., 2008. С. 446. 7
религиозными, клановыми, морально-психологическими. Зачас¬ тую гражданские войны усугубляются внешним вмешательством, мотивированным поддержкой борющихся сторон. Гражданская война 19)8-1920 (1922) гг. в России - не исключение. Из всех гражданских войн, известных в истории, эта - одна из самых ожесточенных и кровопролитных. Волею судьбы во главе одной из борющихся сторон в Рос¬ сии, и особенно на востоке страны, оказался Александр Василье¬ вич Колчак, заслуженный офицер, кавалер многих наград, участ¬ ник Русско-японской и Первой мировой войн, флотоводец, ад¬ мирал, исследователь-полярник, ученый-океанограф. Сибирь - крупнейший территориально-географический ре¬ гион не только России, но и всего мира - стала ареной важней¬ ших событий Гражданской войны, повлиявших на ее исход в России. К Сибири примыкали и были также под контролем бе¬ лых меньшие по размерам, но тоже достаточно значимые рай¬ оны: Урал, Степной край и Дальний Восток. Все эти террито¬ рии в 1918-1919 гг. оказались в составе «несостоявшейся импе¬ рии», вошедшей в историю также под названием «Колчакия». Судьба будущего России во многом решалась и во многом же решилась именно здесь... К моменту покушения на этой территории существовал режим, который в конечном счете, так или иначе, оказался чуж¬ дым подавляющему большинству населения. По жестокой иро¬ нии истории этот режим возглавил А. В. Колчак - человек, дале¬ ко не худший во многих отношениях и, несомненно, достойный по многим признакам более лучшего завершения своей судьбы и лучшей памяти о себе. Но к августу 1919 г. у оппозиционных сил в «Колчакии» на¬ копилось более чем достаточно причин желать физического уст¬ ранения Верховного правителя. Однако официальная версия дан¬ ные обстоятельства в силу ряда соображений проигнорировала.
Глава I ВЕРСИЯ ПЕРВАЯ, ОФИЦИАЛЬНАЯ: СЛУЧАЙНОСТЬ Всем нам стоять на последней черте. Всем нам валяться на вшивой подстилке. Всем быть распластанным - с пулей в затылке И со штыком в животе. Максимилиан Волошин. Терминология (1921) В результате расследования было установлено и вскоре официально объявлено, что в здании караульного помещения (отдельном домике близ апартаментов Верховного правителя) взорвались боеприпасы рядом с печкой: якобы солдаты карау¬ ла, не заметив, что она горячая, поставили на нес ящик с грана¬ тами. По слухам же, взрывчатка была заложена внутри печки, в ожидании, когда ее затопят. Если так, то сила взрыва была плохо рассчитана1 Таким образом, данный взрыв, во избежание скандала и не¬ желательного общественного резонанса, приписали «неосторож¬ ному обращению с гранатой». Официально было объявлено, что произошла досадная случайность, несчастный случай: взорвал¬ ся ящик с боеприпасами (гранатами). Дело не стали «раскручи¬ вать», и оно вскоре было замято. Впрочем, контрразведка заподозрила в подготовке взрыва одного из солдат личного конвоя Верховного правителя1 2. 1 Зырянов П. Н. Адмирал Колчак, верховный правитель России. М.. 2006. С. 491. 2 Ракова А. П. Омск - столица белой России. Омск. 2010. С. 130. 9
Писатели: Кондратнй Урманов, Всеволод Иванов и Нико¬ лай Анов - вспоминали позднее, что в Омске тогда поговаривали о большевистском заговоре. Подозревали одного поэта, который, будучи «мобилизованным во времена колчаковщины как человек со средним образованием, попал в юнкера, а затем уже офицером - в охрану Колчака». Но задать прямой вопрос «подозреваемому» было невозможно - поэт погиб во время того самого взрыва3 Загадочные обстоятельства «чрезвычайного происшествия», видимо, так и не будут никогда полностью раскрыты. Можно только предполагать, почему родственники погибшего поэта и мемуаристы называют 25 августа 1919 года как день его гибе¬ ли, а некрологи - 26-е... «Можно лишь догадываться, - размыш¬ ляет известный омский литературовед Виктор Вайнерман, - по¬ чему в некрологах не указывалось место взрыва, а в качестве причины умолчания выдвинуть предположение, что в кругах, близких к диктатору, не хотели, чтобы в сознании читающей пуб¬ лики возник даже намек на мысль о том, чтобы на жизнь Верхов¬ ного могли покушаться... Эти же “круги” могли умышленно от¬ нести дату случившегося на следующий день, чтобы дать контр¬ разведке лишние сутки для выяснения обстоятельств. ..»4 Добавим к этому, что в условиях нахождения фронта в меж¬ дуречье Тобола и Ишима, т. е. всего в 350-400 км к западу от Омска, власти вполне резонно не желали и не могли допустить распространения информации, способной резко дестабилизиро¬ вать и без того сложную обстановку в «Колчакии» и ее столице. * * * Из некрологов можно было узнать, что один из погибших в резиденции военнослужащих являлся поэтом, активным авто¬ ром омской конституционно-демократической газеты «Сибирская речь» и сотрудником омского журнала «Единая Россия». В од¬ ном из некрологов говорилось об «очень большом количестве стихотворений и поэм, созданных погибшим», высказывалось по¬ желание издать лучшие из них отдельной книгой. «Так мало у нас 1 Вайнерман В. «Я - золотистый рыцарь, жизнь посвятивший мечте...»// Омская муза. 1997. № 9-10. С. 8. 4 Там же. 10
людей творчества, людей науки и искусства. - восклицал автор статьи. - И так горько и обидно, когда такие люди уходят из жизни, особенно если они молоды и много обещали»3 Поэта, погибшего во время взрыва в караульном помеще¬ нии резиденции Колчака, звали Юрием Соповым. Это был моло¬ дой, талантливый и многообещающий художник слова. Поэт Ге¬ оргий Маслов полагал, что Юрий Сопов жил «в условиях, небла¬ гоприятных для проявления лирического таланта». Однако он успел опубликовать множество стихотворений и издать отдель¬ ной небольшой книгой одну из своих поэм; стал признанным со¬ трудником ряда сибирских газет и журналов5 6 Петр Иванович Сопов (да, именно Петр, а не Юрий) ро¬ дился в семье Александры Федоровны и Ивана Николаевича Соповых 19 января 1897 г. Отец был телеграфистом в музыкаль¬ ной команде казачьего войска. Петя был старшим сыном. А всего в семье их было четверо: кроме Петра, еще Борис, Георгий и Гав¬ риил. Уже в пять лет Петруша хорошо читал и даже рифмовал свои детские впечатления. Вообще, по воспоминаниям брата, Петр был способен экспромтом сложить небольшое стихотво¬ рение и, вызывая противоречивые чувства у знакомых барышень, записывал колкие эпиграммы в их девичьи альбомы. Он рано осознал себя поэтом и, думая о будущем поприще литератора, подбирал себе псевдонимы. Прежде всего изменить имя. Биб¬ лейское «Петр» заменить на историческое и более поэтичное «Юрий». Чем не псевдонимы - Юрий Потоцкий, Юрий Княжич, М. Югович!? Если душа настроена по романтическому камер¬ тону, образование, полученное в Омском землемерном училище, не помешает ей парить в эмпиреях. Скорее, напротив... Да и звез¬ ды, казалось, тогда в Омске приблизились к земле. Их было так много на небосклоне! А если далек от политики и тянешься к пре¬ красному, то звездные хороводы, кажется, кружатся исключи¬ тельно ради твоей, еще такой робкой, звезды...7 Поэт Г. Маслов представил нам такой вот поэтический портрет Ю. Сопова: 5 Цит. по: Вайнерман В. Указ. соч. // Омская муза. 1997. № 9-10. С. 8. 4 Там же. 7 Там же. И
Лицо порочного ангела, А рот зовет и ворожит. Туманы призрачной Англии Легли на матовой коже. Большие глаза с ресницами Как черные звезды с лучами. Стихи изумрудными птицами Прилетали к нему ночами И пели странные песенки С капризным нервным напевом, А фен по шелковым лесенкам Уводили его к королевам8. (Вообще-то эти строки - из неоконченной поэмы Ю. Cono- ва «Артюр Рембо», но, по мнению Г. Маслова, их можно отнести и к образу самого Ю. Сопова. «Для нас, его друзей, - писал Мас¬ лов, - этот образ соединяется с образом самого поэта».) А Николай Анов оставил следующую небольшую, но весь¬ ма емкую и ценную страничку воспоминаний о поэте: «Мне неизвестно, как Юрий Сопев, друг Всеволода [Иванова], попал в Омск. До белочешского мятежа он сотрудничал в местных “Из¬ вестиях", после переворота, когда в городе появилось десятка полтора газет, начиная от “Правительственного Вестника" и кончая “Брачной газетой", Юрий Сопов стал печатать стишки в кадетской “Сибирской речи". Редакция ценила его большой поэтический талант и не требова¬ ла обязательной политической тематики. Потом Юрий Сопов, как студент, по мобилизации попал в юн¬ керское училище и стал прапорщиком. Всеволод [Иванов] показал мне его стихи, напечатанные в газете: На мое плечо упала снежинка. Это сам Господь Вседержитель Пожаловал меня в офицеры! Стихи Всеволоду не понравились. Через несколько дней он уз¬ нал, что Сопова взяли в охрану Колчака. -Вот от кого не ожидал такой прыти! - подвел Всеволод итог “патриотическому" стихотворению. - Философия Антона Семеновича9 * Государственный исторический архив Омской облает (ГИАОО). Ф. 1073. Оп. I Д.218.Л.2. 9 Имеется в виду Антон Семенович Сорокин, оригинальный и скандаль¬ ный омский писатель, по убеждениям - пацифист. - А. 111. 12
дает плоды! Всеми средствами подальше от фронта. Уж лучше бы в во¬ енные писаря пошел, как Сорокин советует! Когда летом, спустя несколько месяцев, в приемной верховного правителя произошел взрыв ящика с гранатами и Юрий Сопов погиб, Всеволод искренне жалел талантливого поэта. В связи со взрывом шли глухие слухи о покушении на Колчака, устроенном большевиками. Какой-то заговор, вероятно, был, начались повальные обыски и аресты в Омске»10 11. Совсем еще юный, но многообещающий поэт Юрий Сопов писал в несколько декадентской, но очень нежной манере, про¬ должая в своем творчестве лучшие традиции русской поэзии Се¬ ребряного века. Среди его небольшого поэтического наследия мы практически совсем не находим ни одного «проходного» стихо¬ творения, хотя подобные «находки» неизбежны даже у самых талантливых поэтов. Возможно, что в его лице Россия со време¬ нем могла бы приобрести поэта высочайшего уровня... Впрочем, уважаемый читатель сам может сделать вывод о творчестве этого начинающего поэта - подборку его стихов, созданных всего за четыре года и в самом начале жизни, мы помещаем в прило¬ жении 2 (в дополнение к тому, что приведено по тексту книги). Одно из его стихотворений - «Сломаны крылья орлиные» - едва не стало своеобразным поэтическим эпиграфом Белого дви¬ жения в Сибири, совершено независимо (так тоже бывает) от ху¬ дожественных намерений автора. Но не будем торопиться в оценке личности Юрия Сопова и записывать его в певцы «Белого дела». Стихи о «белых лебе¬ дях» были напечатаны в марте 1918 г. еще до начала Гражданской войны, когда термины «белые» и «красные» хотя уже и появи¬ лись, но практически еще не встречались в широком обиходе, а противники советской власти тогда все еще примеряли для се¬ бя самые разные названия и цвета - как белый, так и иные: чер¬ ный и даже голубой (весной в Москве ЧК раскрыла массовую подпольную организацию «Голубая гвардия»11). Добавим также, что это стихотворение были напечатано в «Известиях Омского Совета» - газете, с редакцией которой весной 1918 г. Юрий Сопов активно сотрудничал. 10Анов Н. На литературных перекрестках. Воспоминания. Алма-Ата, 1974. С. 48. 11 Известия... (Омск). 1918.14апр. 13
На версию о случайности попался поначалу и Вс. Иванов, при этом данная точка зрения, видимо, его, как писателя, по из¬ вестным причинам вполне устраивала: через несколько лет после гибели Ю. Сопова он, всегда склонный к легким мистификаци¬ ям, с некоторым сатирическим злорадством нарисует такую ху¬ дожественно оранжированную картину случившегося: «.. Розовощекий Юрий Сопов, суровый, саркастический, бесцель¬ но погибший талант. Он печатался в местных “Известиях”. После при¬ ходя белогвардейщины он попал по мобилизации в юнкерское учили¬ ще, а еще позже - в охрану Колчака. Как-то, находясь вместе с другими офицерами в передней адмирала, он вздумал поиграть ручной гранатой. Граната зашипела у него в руках. С испугу, вместо того чтобы бросить гранату на двор или того лучше в кабинет Колчака, он швырнул ее в ящик, где хранились другие гранаты. Присутствовавшие в передней офицеры, кроме двух, тяжело раненных, были убиты. Среди убитых нашли Юрия Сопова. Колчак, к сожалению, уцелел»12 Из воспоминаний Вс. Иванова («История моих книг») по ряду штрихов видно, что он довольно ревниво относился к вос¬ ходящему таланту поэта Юрия Сопова (сам Вс. Иванов стихи писать пробовал, но бросил после начальных неудач) и в 1917— 1918 гг. испытывал к нему даже некоторую антипатию или, во всяком случае, ревность к его таланту. В некоторых воспомина¬ ниях Вс. Иванов и Ю. Сопов называются друзьями. Скорее все¬ го, это были близкие приятели по литературному кругу или, как иногда бывает, своеобразные «друзья-соперники». По свидетель¬ ству Вс. Иванова, именно Ю. Сопов под псевдонимом «М. Юго- вич» написал в апреле 1918 г. в «Известиях Омского Совета» раз¬ громную статью о детище А. Сорокина и Вс. Иванова - альмана¬ хе «Согры» и их же «самозванном» «Цехе пролетарских писа¬ телей». Поэтому приведенное Вс. Ивановым свидетельство об обстоятельствах гибели Ю. Сопова очень субъективно и недоб¬ рожелательно, к тому же, в строгом смысле, и не документально. Однако позднее от этой антипатии к Ю. Сопову, а также и от этой версии Вс. Иванов, к своей чести, отошел и, более того, 2 Иванов Вс. История моих книг // Собр. соч. М., 1958. Т. I. С. 22. 14
сумел найти некоторые основания для иной, более драматичес¬ кой и даже героической версии, о которой мы расскажем не¬ сколько ниже. К загадочной и трагической личности Юрия Сопова мы еще не раз вернемся на страницах нашей книги. * * * Вскоре после взрыва по Омску прокатилась волна арес¬ тов: столичная контрразведка хватала не только чудом сохра¬ нившихся к этому времени в Омске коммунистов-подполыциков, но и самых разных людей. Милиция останавливала автомобили, перекрыв движение по центральным улицам. Столичное поло¬ жение Омска обязывало контрразведку и милицию быть осо¬ бенно энергичными. Вслед за этим по городу поползла новая волна слухов о том, что взрыв в резиденции вовсе не случайность, а результат заговора. Аргументов в пользу этой точки зрения добавилось по¬ сле того, как просочились слухи об арестах среди персонала ре¬ зиденции, в том числе среди личного состава охраны Верховного правителя. Кто-то видел буквально накануне «красный» аэроплан (самолет) над Омском. Все это выглядело тем более интригую¬ щим в связи с тем, что большевистское, коммунистическое под¬ полье в Омске было почти полностью ликвидировано еще к на¬ чалу лета 1919 г., после весенней серии его неудач н провалов, а все лето контрразведка лишь «подбирала» его остатки. Официальная версия - случайность - была мыслящему обы¬ вателю, научившемуся читать между строк, вполне понятна. В условиях летних поражений белых войск на Восточном фрон¬ те, в обстановке разворачивающегося в тылу партизанско-повстан¬ ческого движения и обострения других проблем власть для со¬ хранения спокойствия вполне резонно старалась оберегать об¬ щественное мнение от неприятной и будирующей информации. Проправительственное общественное мнение «третьей столицы» с напряжением ожидало начала и результатов готовящегося сен¬ тябрьского наступления и только-только начало вновь, после трехмесячного перерыва, радоваться хоть каким-то успехам. В общем, контрразведка и Осфедверх сделали все воз¬ можное, чтобы события 25 августа в резиденции Верховною не 15
всколыхнули еще больше и без того неспокойное общественное настроение столицы и ее огромной страны - «Колчакии». Такой подход нашел отражение и в мемуарах ведущих деятелей колчаковского режима: почти все они молчат. Кое-что об этих событиях сообщает нам только Г. К. Гинс. Дневник П. В. Во¬ логодского молчит, но это можно объяснить отчасти тем, что часть записей могла быть утеряна во время долгих эмигрантских скитаний автора. Молчит почему-то и А. П. Будберг, хотя он в своем дневнике довольно кропотливо фиксировал события. У Дж. Уорда и У. Гревса, к сожалению, тоже ничего не находим. В то же время имеются воспоминания личного адъютанта А. В. Колчака, ротмистра В. В. Князева, который в своих «За¬ писках» указывает несколько иную дату покушения. В чем же дело? К этому вопросу и к этому источнику мы еще обратимся ниже, как, впрочем, и ко многим другим. * * * А положение на фронте в течение вот уже нескольких ме¬ сяцев, начиная с мая 1919 г., белых не радовало. После некото¬ рых успехов колчаковских войск декабря 1918 - марта 1919 г. ситуация для них неожиданно стала меняться. Наступательный пыл продвижения белых, начавшегося в марте, к концу апреля был во многом исчерпан. К этому времени линия фронта Рус¬ ской армии максимально продвинулась на запад и достигла По¬ волжья: до Самары оставалось 150 верст, до Казани - 100; мини¬ мальное расстояние до Волги, которое белые так и не успели преодолеть, - 40-50 км. К этому следует добавить, что направ¬ ление главного удара, по настоянию англичан, было выбрано на северном участке фронта, в направлении Пермь - Вятка - Волог¬ да, с целью соединения с интервентами (преимущественно анг¬ лийскими) Северной области. Более реалистическое для Русской армии Колчака южное направление на Саратов и Самару с целью соединения с деникинскими Вооруженными силами Юга России было отвергнуто. По дружному мнению военных специалистов и историков, это был роковой военно-стратегический просчет13. 13 Спирин Л. М. Разгром армии Колчака. М., 1957. С. 92; Филатьев Д. Катастрофа Белого движения в Сибири // Восточный фронт адмирала Колчака. М„ 2004. С. 238-239; и др. 16
В конце апреля войска Южной группы Восточного совет¬ ского фронта под командованием М. В. Фрунзе осуществили контрманевр и контрудар по частям белых, что несколько не¬ ожиданно для красных переросло в их успешное контрнаступле¬ ние на южном участке фронта. Но, несмотря на это, хотя общее положение Восточного советского фронта продолжало оставать¬ ся довольно сложным, причем как на северном участке, где наи¬ более боеспособная из колчаковских армий - Сибирская - на¬ ступала на Котлас с перспективой соединения с белыми войска¬ ми Северной области, так и на юге, в районе Оренбург - Уральск, откуда белоказаки в мае предприняли отчаянные попытки про¬ биться в район Саратова для возможного соединения с войсками А. И. Деникина14. Развивая контрнаступление, войска Южной группы 28 ап¬ реля нанесли белым комбинированный удар - с фронта частями 5-й армии и во фланг и тыл ударной группой в общем направле¬ нии на Бугуруслан. С ударом Южной группы совпал бунт в одной из сопре¬ дельных колчаковских частей: курень (полк) имени Т. Шевчен¬ ко, сформированный из украинцев (в том числе переселенцев не¬ спокойного и жестоко усмиренного в сентябре 1918 г. Славго- родского уезда Алтайской губернии) под влиянием большевист¬ ской и анархистской пропаганды взбунтовался, перебил всех своих офицеров и офицеров еще двух полков, захватил два ору¬ дия и перешел к красным. В результате на данном участке обра¬ зовалась брешь, с успехом использованная красными для даль¬ нейшего развития своего успеха15 Успешное контрнаступление армейской Южной группы красных постепенно переросло в контрнаступление всего Вос¬ точного фронта, в результате которого советские войска в ходе упорных боев за менее чем два месяца - к 20-м числам июня - освободили от колчаковцев огромную территорию между Вол¬ гой и Уральским хребтом. Местами они продвинулись более чем на 350 км. В 20-х числах июня части Красной Армии вы¬ шли в основном на линию, с которой колчаковские войска начали 14 Спирин Л. М Указ. соч. С. 156-157. 15 Там же. С. 158; Плотников И. Ф. АЛвВДаЦЗД ВасЛТКИГ). Колчак: тс-- следователь, адмирал. Верховный правитель Рри^Н. М,, 200ß. C.J43: 17
наступление в марте 1919 г. Теперь предстояли боевые действия в Уральских горах, которые белое командование рассчитывало использовать как серьезную естественную преграду и задержать здесь красных16 Тем временем положение Советской республики резко ос¬ ложнилось из-за успехов войск Деникина на Южном фронте, что неизбежно отразилось и на положении Восточного советского фронта. Часть его войск летом 1919 г. была переброшена на Южный фронт (и частично - на Северо-Западный фронт, против войск Юденича). В связи с чрезвычайным обострением обстановки на Юж¬ ном фронте, где в это время складывалась критическая ситуа¬ ция, в руководстве Советской республики все чаще вставал во¬ прос о дополнительной переброске части войск Восточного фрон¬ та на Южный фронт и даже о приостановке на востоке актив¬ ных боевых действий. План переброски дополнительных сил на Южный фронт выдвигал главнокомандующий Красной Армией И. И. Вацетис и энергично поддерживал Л. Д. Троцкий17 «Эко¬ номическая жизнь», орган ВСНХ, в это время писала: «Как это ни тяжело, но в настоящее время необходимо отказаться от даль¬ нейшего продвижения в Сибирь, а все силы и средства мобили¬ зовать для того, чтобы защитить само существование советской республики от деникинской армии...»18 Однако Реввоенсовет Восточного фронта и командующий фронтом С. С. Каменев сумели отстоять план дальнейшего на¬ ступления на Урал, доказав наличие необходимых для наступле¬ ния сил и всю пагубность приостановки наступления. При этом они получили энергичную поддержку В. И. Ленина. В конце мая 1919 г. В. И. Ленин писал: «Если мы до зимы не завоюем Урала, то я считаю гибель революции неизбежной»19 В. И. Ленин неоднократно указывал на недопустимость про¬ тивоположной постановки вопроса; он выступал категорически 16 Спирин Л М. Разгром армии Колчака. С. 176,182. 17 Там же С. 183. '* Цит. по: Деникин А. И. Очерки русской смуты. Т. 4-5. Вооруженные силы Юга России. М.. 2005. С. 509. 19 Ленин В. И. Телеграмма С. И. Гусеву. М. М. Лашеаичу, К. К. Юрене- ву, 29.V. 1919 г // Поли. собр. соч. Т. 50. С. 328. 18
против приостановки наступления войск Восточного фронта; осо¬ бенно сильно и рельефно эта тема прозвучала в его письме-обра¬ щении «Все на борьбу с Деникиным!» (начало июля 1919 г.)20 В конце июня 1919 г. началось успешное наступление со¬ ветских войск Восточного фронта на Урал. 1 июля красные, ведя упорные бои за транспортные проходы в сложных условиях гор¬ ной местности, заняли Пермь и Кунгур, 5 июля - Красноуфимск, 13 июля - Златоуст, 14 июля - Екатеринбург. К лету 1919 г. Русская армия А. В. Колчака была доведена по численности до 450-500 тыс. человек (включая тыловые час¬ ти), но ее боеспособность оставляла желать лучшего21 В дни боев за Урал А. В. Колчак пришел к решению соз¬ дать единый фронт армий, названный, как и у красных. Восточ¬ ным. При создании этого фронта 14 июля 1919 г. его главноко¬ мандующим был назначен генерал-лейтенант М. К. Дитерихс (с 4 ноября - генерал-лейтенант К. В. Сахаров, с 9 декабря - гене¬ рал-лейтенант В. О. Каппель, с конца января 1920 г. - генерал- майор С. Н. Войцеховский); сформирован фронтовой штаб (на¬ чальник - генерал-майор П. Ф. Рябиков), подчиненный Ставке, ее штабу (Ставка просуществовала до осени, пока 17 сентября 1919 г. не была ликвидирована). 22 июля 1919 г. произошла реорганиза¬ ция в составе действующих армий. Сибирская армия была разде¬ лена на 1 -ю и 2-ю, Западная армия стала 3-й. Командующими ста¬ ли соответственно: генерал-лейтенант А. Н. Пепеляев, генерал- лейтенант Н. А. Лохвицкий, генерал-майор К. В. Сахаров22. Во второй половине июля белое командование, усилив свою 3-ю армию свежим пополнением, решило нанести контрудар по советским войскам в районе Челябинска. План состоял в том, что¬ бы завлечь в районе Челябинска 5-ю советскую армию в «мешок», отдав ей Челябинск, и одновременными ударами по левому и пра¬ вому флангам окружить, а затем уничтожить ее. Однако хитро¬ умный план белых провалился. В результате Челябинского сра¬ жения, развернувшегося в 20-х числах июля, город был занят 20Ленин В. И. Все на борьбу с Деникиным! (Письмо ЦК РКП (больше¬ виков) к организациям партии) // Поли. собр. соч. Т. 39. С. 54,55. 21 Спирин Л. М. Разгром армии Колчака. С. 182. 22 Плотников И. Ф. Русская армия А. В. Колчака // Сибирь в период гражданской войны: материалы Междунар. науч. конф. Кемерово. 2007. С. 222-223. 19
красными, а войска белых, которые должны были обеспечить «ме¬ шок», - разгромлены и отброшены. Поражение колчаковцев в Челябинском сражении, к кото¬ рому они упорно и долго готовились, означало серьезный крах стратегии белого командования. В боях под Челябинском белые использовали свои последние стратегические резервы: 11-ю, 12-ю и 13-ю кадровые Сибирские дивизии. Их войска понесли огром¬ ные потери, возместить которые они больше уже не могли. Только пленными белые потеряли 15 тыс. человек23. Непосредственным результатом Челябинской операции яви¬ лось занятие Красной Армией 4 августа города Троицка - основ¬ ной базы колчаковской Южной армии. Это привело к тому, что фронт белых был разрезан на две части: их Южная армия, ото¬ рванная от основных сил, стала наступать на юго-восток, а раз¬ битые 1-я, 2-я и 3-я белые армии отходили вглубь Сибири. Взя¬ тием Челябинска было закончено освобождение Урала24. В первых числах августа части Восточного советского фронта вступили в Западную Сибирь. 8 августа они взяли Тюмень и в сере¬ дине августа, преследуя отступающих белых, вышли на реку Тобол. После небольшой передышки советские войска 20 августа форси¬ ровали Тобол и, сломив местами упорное сопротивление белых, устремились на восток. В первые дни наступление развивалось ус¬ пешно, но уже в начале второй недели сопротивление со стороны белых стало возрастать, а темп наступления Красной Армии замед¬ лился. Началась так называемая «тобольская кадриль» - затяжные упорные бои в междуречье Тобола и Ишима с переменным успехом, которые продолжались почти два месяца, до середины октября. 1 сентября 1919 г. началось, наконец, и шло почти месяц долгожданное для белых их контрнаступление, для подготовки которого А. В. Колчак и выезжал 20-25 августа непосредственно на фронт, - как оказалось, последнее более-менее успешное их наступление. Год назад, когда А. В. Колчак сделал свой роковой выбор, уступив уговорам союзников и согласившись возглавить рос¬ сийскую контрреволюцию, кто бы мог подумать, что все пойдет так неудачно? Ведь вес начиналось так успешно... 25 Спирин Л. М. Разгром армии Колчака. С. 218. 24 Там же.
Глава II ИЗ ПРЕДЫСТОРИИ «КОЛЧАКИИ»: КРАХ ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ КОНТРРЕВОЛЮЦИИ Хоть я человек и серый, - А все же раскусил, кто такие эсеры. Эсер - человек такой: Начал за здравие революции. А кончил за упокой. Были у него делишки всякие. По расчету женился на Чехословакии. Чуть не помешался от восторга. Дошел прямо до обалдения. А потом стал продавать с публичного торга Свои убеждения: - Эй. подходи! На мое революционное прошлое не гляди!. Дарвалдаи Кто такие эсеры (1922) Еще в конце июня 1918 г., характеризуя общий политический вектор развития демократической контрреволюции1, В. И. Ленин 11 Демократическая контрреволюция - период антисоветской борь¬ бы с ноября 1917 по ноябрь 1918 г., когда на первом плане борьбы находились эсеры и меньшевики, а их демократические лозунги использовались более пра¬ выми политическими силами для прикрытия своих истинных планов реставра¬ ции не только дооктябрьских, но и отчасти дофевральских порядков. Выде¬ ляют два периода демократической контрреволюции: период борьбы за власть и период нахождения у власти В разных регионах граница у обоих периодов разная, но чаще всего за основу этой границы принимают конец мая - начало июня 1918 г., когда в результате белогвардейско-чехословацкого мятежа воз¬ никли режимы демократической контрреволюции и были установлены (в тече¬ ние лета 1918 г.) на значительной территории России: в Поволжье. Сибири, на Дальнем Востоке и Урале. 21
заключил: «И характерно то, что, как только власть где-либо переходит в руки меньшевиков и правых эсеров, так сейчас же оказывается, что они хотят осчастливить нас каким-нибудь Ско- ропадским»2 В течение лета 1918 г. объединенными усилиями бело¬ гвардейцев, интервентов и правых социалистов советская власть на территории Сибири была свергнута. Установились буржуаз¬ но-демократические режимы так называемой демократической контрреволюции. Все антисоветские политические силы на тер¬ ритории Сибири: кадеты, энесы, правые эсеры и эсеры-центристы, меньшевики, областники, сионисты, монархисты - приветство¬ вали переворот. Взяв под контроль в период конца мая - июня значитель¬ ную часть Западной Сибири, часть Степного края и некоторую часть Восточной Сибири и продолжая вести вооруженную борь¬ бу, антисоветские силы приступили к формированию новой ад¬ министрации: городских самоуправлений и земств, причем пред¬ ставители левых партий в них заведомо не допускались, а при попадании отдельных левых в эти органы - безусловно исклю¬ чались. В конце мая приступил к работе верховный орган власти на освобожденной от Советов территории - Западно-Сибирский комиссариат. Одно из первых его воззваний гласило: «КО ВСЕМУ НАСЕЛЕНИЮ! Граждане! Западная Сибирь очищена от большевиков. Ярмо но¬ вого самодержавия уничтожено. Высшей властью в Западной Сибири впредь временно, до окончательного освобождения всей сибирской тер¬ ритории, является Западно-Сибирский комиссариат, состоящий из упол¬ номоченных Временного Сибирского правительства - членов Всерос¬ сийского Учредительного собрания: Павла Михайлова, Бориса Маркова, Михаила Линдберга и председателя Томской уездной земской управы Василия Сидорова. Все перечисленные уполномоченные организуют мест¬ ные губернские, уездные и городские комиссариаты, на обязанности которых лежит восстановление органов местного самоуправления... 2 Ленин В. И. Речь на митинге в Сокольническом клубе 21 июня 1918 г. И Поли. собр. соч. Т. 36. С. 427. Скоропядский Павел Петрович - руководитель буржуазно-помещичь¬ его режима («Гетманщины») на Украине в 1918 г., ставленник германо-авст¬ рийских оккупантов, крупный помещик. 22
Одной из ближайших своих задач Сибирское Временное правительство ставит созыв Сибирского Учредительного собрания на основе всеобщего, прямого, равного и тайного избирательного права, восстановление пра¬ вопорядка, который обеспечит волю, свободный труд и землю народу» Российские и сибирские демократы - эсеры и меньшевики - были уверены, что свержение советской власти приведет к ут¬ верждению политического режима демократической республики наподобие республиканского режима весны - осени 1917 г.: демо¬ кратические свободы, земства и городские думы на местах. Сове¬ ты как классовые профессиональные органы трудящихся (но не органы власти) и возобновление Учредительного собрания, кото¬ рое закрепит демократию и решит вопрос о земле; таким образом, речь шла о варианте развитой буржуазной демократии. Однако на деле обстановка на освобожденной от больше¬ виков территории с самого начала стала принимать нежелатель¬ ный для демократов оборот и сразу же после переворота стала неотвратимо сдвигаться вправо. «Фактически на освобожденной от большевиков территории правил начальник омских военных организаций Иванов-Ринов - опытный администратор и человек с характером... Таким образом, осуществлялась временно “воен¬ ная диктатура".. .»* 4 А. В. Колчак в это время (с 11 мая по 30 июня 1918 г.) на¬ ходился в Харбине на должности главного инспектора охранной стражи КВЖД, а с начала июля по середину сентября - в своей второй японской эмиграции5 Это позднее стало поводом для не¬ которых кругов военных пенять ему на то, что в период самой ожесточенной борьбы с красными он находился в стороне. Ви¬ димо, это составило в дальнейшем определенный морально-психо¬ логический комплекс А. В. Колчака. Но именно летом 1918 г. представители Антанты начали выходить на него и прощупывать на предмет готовности сыграть роль одного из лидеров российской контрреволюции. Какую кон¬ кретно, - с этим тогда еще не определились. ■*11113. по: Петров И. Трудное лето 1918 года // Омская правда. 1989. 16 сект. 4 Меяьгунов С. П. Трагедия адмирала Колчака. Из истории гражданской войны на Волге, Урале и в Сибири. М„ 2004. Кн. первая. С. 180. з Зырянов П. Н. Адмирал Колчак, верховный правитель России. М., 2006. С. 632. 23
* * * В течение лета эсеры и меньшевики неуклонно сдавали позиции: сначала Западно-Сибирский комиссариат под давле¬ нием торгово-промышленных кругов и военщины передал власть (30 июня 1918 г.) более правому и реставраторскому Временно¬ му Сибирскому правительству (ВСП), которое хотя и постепен¬ но, но довольно решительно стало избавляться от демократичес¬ кого антуража. Ключевыми фигурами ВСП стали премьер-министр П. В. Во¬ логодский и И. А. Михайлов - по своим личным качествам люди довольно разные, но сходящиеся в необходимости решительно покончить с эсеровской «демократией», оставшейся от месяца правления Западно-Сибирского комиссариата. Оба - бывшие члены Партии социалистов-революционеров (ПСР) с той толь¬ ко разницей, что Вологодский участвовал в эсеровском движе¬ нии с начала века и (с перерывами) до 1917 г. включительно6, а И. А. Михаилов являлся «мартовским эсером» - примкнул к пар¬ тии на волне ее успехов весной 1917 г. Летом 1918 г. обшественнос мнение в Сибири еще продол¬ жало считать П. В. Вологодского и И. А. Михайлова эсерами, а они, когда это было им выгодно, поддерживали такое реноме, однако фактически с эсеровским прошлым уже полностью и безвоз¬ вратно порвали. Лишь деятели ПСР не строили иллюзий в отно¬ шении эссрства П. В. Вологодского и И. А. Михайлова, называя их не иначе, как ренегатами7 Эсеры Сибири (организации ПСР, или эсеры-центристы) оказались летом - осенью 1918 г. в сложном политическом по¬ ложении, хотя и нс сразу поняли это, будучи опьяненными по¬ бедой над Советами. Но реакционные силы в «Сибирской рес¬ публике» неуклонно наступали на эсеро-меньшевистскую де¬ мократию. Демократическим противовесом ВСП и стоящим за ни¬ ми кругам пыталась стать Сибирская областная дума (Сибоблдума, СОД), которую поддерживали эсеры-центристы (организации * 16 Осенью 1917 г П, В. Вологодский примкнул к сформировавшейся в течение августа - октября омской организации правых эсеров-оборонцев- «воленародцев», со скандалом выделившейся из Омской организации ПСР и полностью порвавшей с официальной линией партии. 1 Гусев К. В. Партия эсеров: От мелкобуржуазного революционаризма к контрреволюции. М.. 1976. С 289. 24
официальной ПСР в регионе) и меньшевики, а также левое крыло областников. Эсеры называли Сибоблдуму «колесницей рево¬ люции»'. Политическую поддержку ВСП обеспечивали консти¬ туционные демократы, правое крыло областничества, [правосо¬ циалистический блок» (народные социалисты, правые эсеры- оборонцы («воленародцы»), правые меньшевики-оборонцы («Един¬ ство»), Союз возрождения России (СВР). ВСП с первых дней своего пребывания у власти взяло курс на ужесточение политического режима в интересах имущих, цен¬ зовых слоев подконтрольной территории. 4 июля ВСП издало по¬ становление «Об аннулировании декретов советской власти», 6 июля — постановления «О недопущении советских организа¬ ций» и «О возвращении владельцам их имений». 25 июля появи¬ лось постановление о ликвидации земельных комитетов, ответ¬ ственных за осуществление левоэсеро-большевистского «Декре¬ та о земле»9. Основное направление деятельности ВСП заклю¬ чалось в стремлении ликвидировать все следы советской власти и связанные с ней социально-экономические завоевания трудя¬ щихся. Эта откровенная буржуазно-реставраторская программа осуществлялась быстро и последовательно1” В этом русле оно повело наступление на демократическую, центристскую по составу Сибирскую областную думу, базирую¬ щуюся в Томске, и для закрепления этого курса в конце августа из наиболее реакционных деятелей ВСП был образован так на¬ зываемый Административный совет с чрезвычайными полно¬ мочиями. Последнее встретило недовольство и неприятие чле¬ нов ПСР, но реально противостоять этой линии и блокировать ее они уже не могли. В начале августа 1918 г. была объявлена мо¬ билизация в Сибирскую армию нескольких возрастов. В Сибир¬ ской армии были введены погоны и другие дореволюционные знаки различия. В середине сентября Административный совет ввел на подконтрольной территории смертную казнь. Эсеры-центрист * ** Заря (Омск). 1918. 2 авг. * Государственный архив Новосибирской области - 2 (ГАНО-2). Ф. П-5. Оп. 3. Д. 129. Л. 9, 11—12; Временное Сибирское правительство (26 мая - 3 но¬ ября 1918 г.): сб. док. и материалов. Новосибирск. 2007. С. 118-119. 126-127. ! 32-133; Ступаков М. И. За правое дело. Новосибирск, 1977. С. 37. 10 Гармиза В. В. Крушение эсеровских правительств. М.. 1970. С. 105. 25
(то есть члены собственно ПСР) постепенно переходили в оппо¬ зицию, впрочем, умеренную и слабую, в целом продолжая под¬ держивать режим ВСП «постольку-поскольку». Для определения тактики Всссибирский краевой комитет ПСР назначил созыв Всесибирского краевого съезда ПСР на 20 сентября 1918 г. в Томске" (состоялся 25 сентября - 9 октяб¬ ря). Но конкретной и четкой тактики сибирским организациям н членам ПСР съезд предложить так и не смог. * * * В то время как на Восточном фронте с переменным успе¬ хом шли бои между красными и белыми, а А. В. Колчак нахо¬ дился в Японии* 11 12 *, антисоветские политические силы на самом высоком уровне начали в Уфе процесс конструирования новой всероссийской власти. Уфимское совещание работало с 8 по 23 сентября. «Уфим¬ ское Государственное Совещание сразу же раскололось на две части - левую и правую. К левой принадлежали только Самар¬ ский комитет [членов Учредительного собрания] и партии С.-Р. и С.-Д. (Они выступали за создание правительства, ответствен¬ ного перед Учредительным собранием. - А. Ш.) Партии Н.-С., “Союз Возрождения” и Урал все время колебались между пра¬ выми и левыми»" Здесь любопытно и важно отметить, что по¬ зиция ЦК Трудовой народно-социалистической партии (ТНСП) и руководства СВР была осторожная и более умеренная, чем у омских филиалов этих партий: они, в отличие от своих омских соратников, нс стали сразу на сторону реакции. В. В. Гармиза характеризует такую позицию как буферную и компромиссную14. Пока между правым и «левым» крылом Уфимского госу¬ дарственного совещания шли дебаты о форме и конструкции но¬ вой всероссийской власти, грянули «омские события» 19-23 сен¬ тября 1918 г., едва не сорвавшие итоги совещания. " Сибирский вести. (Омск). 1918 ЗОавг. 11А В Колчак находился в Японии, в своей «второй японской эмигра¬ ции». с начала июля по 16 сентября 1918 г. 19 или 20 сентября он прибыл во Владивосток. - Зырянов П. Н. Укал. соч. С. 632. |} Святицкии Н. В. Реакция и народовластие (очерк событий на востоке России) М 1920 С. 12 14 Гармиза В. В. Указ. соч. С. 193. 26
По обоснованному мнению исследователя И. С. Ларькова, к концу лета ресурсы центристской политики ВСП оказались, по существу, исчерпанными. При этом явственно обозначились пре¬ делы уступок и компромиссов, на которые могли пойти разно¬ родные политические силы в антисоветском лагере Сибири. Эго показали, с одной стороны, августовская сессия Сибоблдумы с ее притязаниями на высшую власть в крае, а с другой - создание Административного совета ВСП, а также жесткая позиция си¬ бирской делегации на Челябинских совещаниях в преддверии со¬ зыва Уфимского государственного совещания15 Отношения между правыми и центристами, или демократами, в Сибири к середине сентября накалились до предела. В этой ситуации сибирские эсе¬ ры, опираясь на СОД и надеясь на помощь чехословаков, реши¬ ли перейти в политическое контрнаступление. 19 сентября в Омск из Томска прибыли И. А. Якушев и М. Б. Шатилов. Накануне туда же вернулся с Дальнего Востока министр Временного правительства автономной Сибири (ВПАС), известный сибирский писатель А. Е. Новоселов, которого эсеры и СОД планировали включить в состав ВСП, но который, по ря¬ ду свидетельств, как раз в это время решил уйти из политики и полностью вернуться к творческой деятельности писателя. 20 сен¬ тября в Омске состоялось заседание Совета министров ВСП в со¬ ставе Крутовского, Шатилова и Михайлова в присутствии Яку¬ шева. Вологодский находился в это время на Дальнем Востоке. В результате ситуация во Временном Сибирском правительстве «на мгновение» сместилась влево, а Административный совет лишался полномочий, предусмотренных постановлением от 8 сен¬ тября. Кроме того, Крутовский, Шатилов и Якушев потребова¬ ли возвращения в Совет министров Патушинского и включения в него в качестве полномочного министра Новоселова, а также рассмотрения вопроса о кандидатурах от ВСП во Всероссийскую Директорию и согласования их с президиумом СОД. Перепалка, в которую превратилось заседание, была прервана демонстра¬ тивным уходом И. Михайлова16 Видимо, все трое еще до конца 15 Ларьков И. С. Омский правительственный кризис в начале сентября 1918 г. // Власть и общество в Сибири в XX веке. Вып 1. Сибирская контрре¬ волюция в годы гражданской войны. Новосибирск, 1997. С. 54. 16 Шидолский М. В Политические процессы в Сибири в период соци¬ альных катаклизмов 1917-1920 гг. Новосибирск, 2003 С. 254-255. 27
не осоэнавали, с кем имеют дело, н наивно уповали на силу за¬ кона н права. В три часа ночи 21 сентября Крутовский, Шатилов, Якушен и Новоселов были арестованы офицерами из окружения началь¬ ника гарнизона полковника В. И. Волкова «по обвинению в том, что этими лицами замышлено и приступлено к совершению государственного] переворота, направленного против государ¬ ства Российского и Временного Сибирского правительства». (Офи¬ циальная версия случившегося вскоре свелась к тому, что аресты производились без ведома А. И. Михайлова и временного управ¬ ляющего военным министерством генерала Г. М. Матковского.)17 Шатилова и Крутовского под угрозой расстрела принуди¬ ли подписать прошение об отставке, и затем они вместе с Яку¬ шевым были отпущены, точнее, выдворены из Омска. Новосело¬ ва задержали по обвинению в подготовке государственного пе¬ реворота и связях с большевиками. В ночь на 23 сентября на се¬ верной окраине Омска (в Загородной роще) А. Е. Новоселов был убит сопровождавшими его офицерами якобы при попытке к бег¬ ству. Притязаниям сибирских эсеров и Сибоблдумы на контроль над ВСП был дан со стороны правых жестокий отпор. Застрельщиком «решительных действий» Административ¬ ного совета и военных, по единодушному мнению омской и си¬ бирской демократической общественности (и по существу, как это стало ясно несколько позднее), явился И. А. Михайлов. В события вмешались чехословацкие легионеры, справед¬ ливо усмотревшие в них угрозу демократии. Они арестовали за¬ местителя министра внутренних дел А. А. Грацианова и попы¬ тались арестовать И. А. Михайлова, но последний дома в это время не ночевал (помимо «официальной» квартиры, имел еще три конспиративных, постоянно меняя место ночлега), и арест не состоялся18. Почти одновременно в Томске по приказу управляющего губернией А. Н. Гаггенбергера и начальника гарнизона были аре¬ стованы члены президиума Сибоблдумы: Ф. С. Лозовой, И. М. Блан¬ ков, С. П. Никонов, Б. П. Мазан, В. П. Нсупокоев, а также один из 17 Шиловский М. В. Политические процессы в Сибири... С. 235. 1,1 Мельгунов С. П. Указ. сон. Кн. первая. С. 394—395. 28
пущих деятелей ПСР в Сибири и бывших руководителей За¬ падно-Сибирского комиссариата П. Я. Михайлов19 Заключенные- большевики встретили их возгласами: «Через Автономную Си¬ бирь - в губернскую тюрьму!»20 Интересно, что именно в эти дни во Владивостоке под дав¬ лением ВСП и стоявших за ним сил самоупразднилось Времен¬ ное правительство автономной Сибири («правительство Дербера - Лаврова»)21 После «сентябрьских событий» И. А. Михайлов укрылся под охраной анненковцев22. Пока Михайлов скрывался, деятели Омского СВР (в том числе социал-либералы) делали все воз¬ можное, чтобы выгородить и обелить его, а заодно и весь Ад¬ министративный совет, а также свести всю вину за аресты и ги¬ бель А. Е. Новоселова на одного лишь полковника Волкова, роль которого была и без того очевидна и который в это время нахо¬ дился под арестом и следствием, стоически играя отведенную ему правыми роль козла отпущения. (Пробыв под стражей 8 дней, Волков был освобожден по приказу генерала Иванова (Ринова), вернувшегося из Уфы и сделавшего вывод, что его подчиненный «действовал по долгу совести»23.) * * * Тем временем наиболее реакционные круги российской контрреволюции и их иностранные покровители уже весьма ин¬ тенсивно подыскивали кандидата на роль диктатора. При этом в противовес местническим интересам части сибирской контрре¬ волюции, выдвигавшей своих (Гришина-Алмазова, Иванова-Рино- ва, Семенова), речь шла о поисках фигуры всероссийского мас¬ 19 Шияовский М. В. Политические процессы в Сибири... С. 256-257. 20 Государственный исторический архив Омской области (ГИАОО) - Центр документации новейшей истории Омской области (ЦДНИОО). Ф. 19. Оп. 1.Д.2Э8.Л.2. 21 Вологодский П. В. Во власти и в оппозиции: Дневник премьер-минист¬ ра антибольшевистских правительств и эмигранта в Китае (1918-1925 гг.). Ря¬ зань. 2006. С. 90. 22 Болдырев В. Г. Директория. Колчак. Интервенты. Новосибирск, 1926. С. 519. 23 Ларьков Н. С. Борьба за власть на территории «белой» Сибири: сен¬ тябрьский «встречный бой» 1918 г. // Гражданская война на востоке России: Проблемы истории. Новосибирск, 2001. С 62. 29
штаба. Заговаривали о Болдыреве, Алексееве, Деникине и Кол¬ чаке. Но первый, при всех его плюсах и заслугах, вскоре отпал, как фигура недостаточно авторитетная и излишне «демократичес¬ кая»; второй и третий - из-за их отсутствия на востоке России. Оставался А. В. Колчак - фигура во многих отношениях достой¬ ная, уже всплывавшая в качестве кандидата в диктаторы ранее (в августе 1917 г.), находившаяся в относительной близости от Омска и устраивавшая, на первых порах, с одной стороны, как крайних реакционеров, так и умеренные, центристские антисо¬ ветские силы, а с другой - их главных иностранных покровите¬ лей: англичан, американцев и французов. Неприятие в антисо¬ ветском лагере Колчак вызывал разве что у японцев и их про¬ теже, крайнего реакционера Семенова, а с другой, противопо¬ ложной стороны этого лагеря - у «чистых демократов» - эсеров и меньшевиков. 28 сентября на станции Маньчжурия в салон-вагоне одно¬ го из специальных поездов, следовавших под большой охраной с востока на запад, происходил секретный разговор генерала Ру¬ дольфа Гайды и члена ЦК партии кадетов Виктора Пепеляева: «Пепеляев; - Я не поехал на Уфимское совещание, ибо не верю в создание таким путем прочной власти. Спасение в единоличной во¬ енной диктатуре, которую должна создать армия. Гайда: - Я такого же мнения. Директория будет оставлять жить тех, кому жить не следует. Но кого же вы выдвигаете? Пепеляев: - В Москве мы намечали генерала Алексеева, но его нет. Гайда: - Алексеев весьма ценен как специалист, но он стар для диктатора. Пепеляев: - Деникин? Гайда: - Его тоже нет. Вот едет Колчак. Пепеляев: - В Москве вслед за Алексеевым мы выдвигали Кол¬ чака. Но когда он будет? Гайда: - Колчак выедет из Владивостока через 2-3 дня»24. ♦ * * Реакция на драматические омские события 19-23 сентября была в Уфе весьма бурной, особенно среди демократической час¬ ти Государственного совещания... Н. Д. Авксентьев, только что ставший главой Директории, обещал «раскассировать сибирскую Спирин Л. Л/. Разгром армии Колчака. М.. 1957. С 5. 30
власть и решительными мерами задавить реакцию»2* Но дальше слов дело так и не пошло и не могло пойти: тактика постоянных уступок правым уже завела демократов в политический тупик. После долгих дебатов и согласований эсеры, численно преобладавшие на совещании, уступили буржуазным кругам. Спи¬ сок состава Директории, выдвинутый правыми, был принят це¬ ликом. В нем оказались: Н. Д. Авксентьев (партия эсеров и одно¬ временно СВР), Н. И. Астров (партия кадетов), генерал В. Г. Бол¬ дырев (СВР. формально - беспартийный), глава ВСП П. В. Воло¬ годский (формально - беспартийный, по политической позиции в это время близок к «воленародцам», народным социалистам и кадетам), Н. В. Чайковский (народный социалист)2* Ввиду того что трех избранных членов Директории на месте не оказалось (Астрова, Чайковского и Вологодского), было принято официальное решение на случай смерти, длительного отсутствия или отказа от поста иметь еще пять заместителей, из которых каждый мог заменить лишь того члена правительства, заместителем которого был назначен. Астрова мог замешать про¬ фессор Виноградов, Авксентьева - Аргунов, Болдырева - гене¬ рал Алексеев, Вологодского - профессор Сапожников, Чайков¬ ского - Зензинов25 * 27. Поскольку Астров и Чайковский так и не прибыли, а Воло¬ годский некоторое время оставался во Владивостоке и занял свой пост в Директории лишь к концу ее существования, то действую¬ щее правительство составили: Авксентьев, Болдырев, Виногра¬ дов, Зензинов и Сапожников (которого затем сменил Вологод¬ ский). Хотя в составе Директории числились два социалиста, на Деле это была почти фикция, так как Авксентьев лаже официаль¬ но на Уфимском совещании выступал не от ПСР, а как предста¬ витель СВР. Зензинов же в рядах ПСР всегда был на правом фланге и тяготел к кадетам. Остальные члены Директории пред¬ ставляли чисто буржуазные круги. Таким образом, Директория сформировалась как правительство буржуазии и помещиков н отстаивала интересы этих классов28. 25 Гусев К. В. Указ, соч С. 290. :6 Гармиза В. В. Указ. соч. С. 200. 27 Там же. С. 200-201. м Там же. С. 201. 31
Хотя все закончилось компромиссом и внешне благопо¬ лучно, недовольные результатами совещания нашлись как среди эсеров (особенно было недовольно «крыло» В. М. Чернова), так и среди правых. Монархист барон А. П. Будберг 1 октября скеп¬ тически записал в своем дневнике: «Мне совершенно ясно, что из этой смеси эсеровщины, думских пустобрехов и, естествен¬ но, настроенных очень реакционно офицерских организации ничего, кроме вони и взрывов, не выйдет; из таких продуктов даже самые первоклассные специалисты по соглашательству ничего не сварят»29. * * * Уже в ходе Уфимского совещания и особенно после его окончания, по выражению В. М. Чернова, «открылась эпоха “борь¬ бы за Директорию” В этом отношении и приобретал особенную важность вопрос о резиденции ее. Кучка честолюбцев, прикрыв¬ шаяся лозунгами “сибирского областничества” и быстро оброс¬ шая разными политическими и военными неудачниками, озлоб¬ ленными на демократию беженцами гражданской смуты, делала все возможное и невозможное, чтобы перетянуть Директорию в Омск»30. Среди основных городов Сибири этот город занимал осо¬ бое положение. «Омск был центром административным и торго¬ вым; здесь служили карьере и барышу. В эпоху после изгнания большевиков Омск стал обетованною землею для ищущей при¬ менения своим силам пестрой толпы беглецов. Город был набит “до отказу” офицерами, деклассированной “чернью высшего клас¬ са”, создавшей спертую атмосферу лихорадочной борьбы разо¬ чарованных честолюбий, горечи обманутых надежд, атмосферу схваток, взаимных интриг и подвохов разных категорий, камари¬ лий и карьеристских потуг непризнанных гениев, у каждого из которых был свой план спасения и даже “воскрешения” России плюс неутомимая жажда выкарабкаться выше всех. 29 Будберг А. Дневник. 1918-1919 годы // Гуль Р. Б. Ледяной поход; Де¬ никин А, И. Поход и смерть генерала Корнилова. Будберг А. Дневник. 1918- 1919 годы. М.. 1990. С. 227. 30 Чернов В. М. Перед бурей. Воспоминания. Мемуары. Минск, 2004. С. 387-388. 32
Здесь потерпевшие от большевиков спешили вознаградить себя за лишения, здесь шел “пир во время чумы”, здесь кишмя кишели спекулянты просто вперемешку со спекулянтами поли¬ тическими, бандиты просто и бандиты официальные, жаждущие денег и чинов и готовые в обмен за них вознести как можно вы¬ ше своего “патрона”. Здесь царили “мексиканские” нравы, здесь неудобные люди исчезали среди бела дня бесследно, похищен¬ ные или убитые неизвестно кем. Учредиловцы инстинктивно чувствовали внутреннее отталкивание от города-ловушки и в ка¬ честве компромисса готовы были идти на полукадетский Екате¬ ринбург, куда и начал уже перебираться съезд членов Учреди¬ тельного собрания в расчете на непосредственное соседство Ди¬ ректории»31 32 Но Авксентьев с Зензиновым, от которых в этот момент зависело решение, после некоторых колебаний дали свое согласие на Омск”. В чем крылись причины этой уступки? Во-первых, сыграл роль, вероятно, тот факт, что Омск находился достаточно далеко от фронта, где в сентябре - октябре 1918 г. ситуация складыва¬ лась в целом не в пользу антисоветских вооруженных сил. Что касается «справой опасности», подстерегавшей Директорию в Ом¬ ске, то Авксентьев и Зензинов самоуверенно рассчитывали на «тактику обволакивания»: «Директория постепенно переварит си¬ бирское правительство, ассимилируя его более демократические элементы и пополняя их самарскими». На вопрос о том, что же будет, если сибирское правительство не даст Директории доста¬ точно времени для того, чтобы она могла его «переварить», Авксентьев ответил: «Тогда будь что будет... Во всяком случае я не возьму на свою совесть разнуздывания гражданской войны внутри антибольшевистского лагеря»33. 9 октября Директория прибыла в Омск. Несмотря на тор¬ жественную встречу - речи, парад, цветы, молебен34, - для нее не нашлось здания, и она осталась в вагоне, на железнодорожной ветке. По городу пошла гулять едкая шутка: «В вагоне - Директо¬ рия, под вагоном - территория». Казачий атаман Красильников, 31 Чернове. М. Указ. соч. С. 388. 32 Там же. С. 389. 33 Майский И. М. Демократическая контрреволюция. М.. Л.. 1923. С. 311. 34 Сибирский вести. (Омск). 1918. 11 окт. 33
обыгрывая тему ветки, зловеще острил: «Вот оно, воробьиное правительство на “ветке”, дунешь - и улетит»35. После более недели жизни в вагоне Директория, наконец, разместилась в небольшом двухэтажном здании бывшего реаль¬ ного училища, на окраине города, в двух шагах все той же ветки. «Лучшего помещения для Всероссийского Временного прави¬ тельства в Омске не нашлось. И это было настоящим символом: так характеризовалось отношение сибирской власти к Директо¬ рии, так расценивалась роль Директории в Сибири!»36 * * * 13 октября произошло еще одно событие: в город с Даль¬ него Востока прибыл в поезде английского генерала Альфреда Нокса вице-адмирал А. В. Колчак, одетый по-граждански. Собы¬ тие, в общем-то, заурядное: в те дни в новую столицу России стекались многие противники большевиков, в том числе и из числа высших офицеров. Ничего особенного не было и в том, что через несколько дней его стали прочить в военные министры Директории: человек он был к тому времени в общем-то извест¬ ный и довольно заслуженный. По свидетельству В. Г. Болдырева, «Колчак объяснил цель своего приезда желанием пробраться на юг к ген[ералу] Алексее¬ ву. Он был будто бы крайне разочарован Востоком»37. Далее Бол¬ дырев поясняет: «До сих пор я знал Колчака лишь как решительно¬ го, талантливого моряка и реформатора наиболее косного из минис¬ терств царского времени - морского. Никакого предубеждения у меня в отношении Колчака совершенно не было, и я вполне искренне стремился задержать его для работы в Сибири»38. «Когда я прибыл в Омск, - показывал позднее на следст¬ вии А. В. Колчак. - на ветке уже стоял поезд с членами Директо¬ рии и поезд Болдырева, который был тогда назначен Верховным командующим и прибыл со своим штабом в Омск. По прибы¬ тии в Омск мы встретили ген|нерала] Мартьянова, моего со¬ служивца по Балтийскому флоту и штабу Эссена, и Казимирова. 35 Болдырев В. Г. Указ, соч С. 74. н Майский И. М. Указ. соч. С. 302-303. 37 Болдырев В. Г Указ. соч. С. 72. 3* Там же 34
Они встретили меня и спросили, что я намерен делать. Я сказал, что я здесь только проездом н хочу пробраться на юг России. Они мне сказали: “Зачем вы поедете - там в настоящее время есть власть Деникина, там идет своя работа, а вам надо ос¬ таться здесь...“»39 40Если верить Александру Васильевичу, то, прибыв в Омск, он в первые дни своего пребывания там ни сном ни духом не по¬ дозревал, что намечен на роль диктатора (Верховного правителя). Однако уже в двадцатых числах октября о Колчаке шепо¬ том, а затем и все громче стали говорить как о возможной и наи¬ более достойной из наличествующих кандидатуре на пост Вер¬ ховного правителя России. «По приезде моем в Омск, - свидетельствовал позднее Колчак, - ко мне являлись многие офицеры из ставки и предста¬ вители от казаков, которые говорили определенно, что Директо¬ рии осталось недолго жить и что необходимо создание единой власти. Когда я спрашивал о форме этой единой власти и кого предполагают на это место выдвинуть для того, чтобы это была единая власть, мне сказали прямо: “Вы должны это сделать” Я сказал: “Я не могу взять на себя эту обязанность просто пото¬ му, что у меня нет в руках армии и вооруженной силы. А то, что вы говорите, может быть основано только на воле и желании ар¬ мии, которая бы поддержала то лицо, которое хотело бы стать во главе ее и принять на себя верховную власть и верховное коман¬ дование. У меня армии нет, я человек приезжий, я не считаю для себя возможным принимать участие в таком предприятии, которое не имеет под собой почвы”» . Высказав такие сомнения, А. В. Кол¬ чак, однако, категорически от предложения не отказался. Вскоре в Омске началась, выражаясь современными тер¬ минами, настоящая пиар-кампания по «раскручиванию» канди¬ дата в диктаторы, устная и печатная. Так, 29 октября в газете ВСП «Сибирский вестник» поместили за подписью «Д. К.» об¬ ширную панегирическую статью «Адмирал Колчак», прослав¬ ляющую биографию кандидата (пока еще только) в военные 39 Допрос Колчака. Протоколы заседаний Чрезвычайной следственной комиссии: стенографический отчет // Колчак Александр Васильевич - послед¬ ние дни жизни. Барнаул, 1991. С. 212. 40 Там же. С. 227-228. 35
министры Всероссийского временного правительства. Статью эту мы считаем нелишним привести полностью, как важней- ший документ эпохи и того важного процесса, который уси¬ ленно шел в конце октября - первой половине ноября 1918 г., - процесса подготовки к перевороту (орфография и пунктуация оригинала): «Адмирал Александр Васильевич Колчак, несомненно, является одним из самых популярных героев настоящей мировой войны. После участия в полярных экспедициях и обороне Порт-Артура он вернулся в Балтийское море и одно время был не у дел. Высшее начальство того времени не могло мириться, что этот молодой офицер, хотя и отмечен¬ ный высокими боевыми наградами, вел себя весьма независимо, при своей неутомимой энергии являлся для начальства весьма беспокой¬ ным, а главное, “мог сметь свое суждение иметь“ Так прошло 2-3 года, пока доблестный адмирал Н. О. Эссен не оценил гонимого молодого офицера, приблизил его к себе и поставил его в ответственную началь¬ ническую роль. Являясь правою рукою адмирала Эссена, А. В. неуто¬ мимо работал над воссозданием Балтийского флота и был одним из главных виновников быстрого роста боевой мощи этого флота. Видя выдающиеся способности своего главного помощника, ад¬ мирал Эссен, с назначением на пост командующего Балтийским фло¬ том, назначает А. В. на самую ответственную должность в своем штабе - Начальника оперативной части всего флота. В этой должности А. В. почти единолично вырабатывает план ведения морской войны и план минной обороны (минных заграждений), которые стали непреодолимой преградой на пути немцев при стремлении их в воды Финского залива. Объявление войны с немцами застает А. В. на этом ответственном пос¬ ту и дает ему широкое поприще для применения его недюжинного та¬ ланта. Организуется целый ряд до дерзости смелых походов в Немец¬ кие воды для постановки мин на главных морских путях неприятеля. Небольшие отряды судов Балтийского флота, не смущаясь огромного превосходства морских сил противника, часто, бывало, смело оставля¬ ли в тылу у себя, на линии Либава - Готланд, превосходящие силы противника и плыли по направлению к Данцигу и даже к Килю. Этими отрядами командовали адмиралы, но А. В. в чине Капитана 1-го ранга, оставляя штаб, немедленно следовал за ними, как вдохновитель и сози¬ датель выполняемого плана. Приятно было смотреть на А. В., с олим¬ пийским спокойствием стоящего на мостике головного - адмиральско¬ го корабля. Каждый чувствовал в нем душу этого смелого предприятия и безотчетно верил ему. 36
Со смертью адмирала Эссена значение во флоте А. В. еще уве¬ личилось. Нетерпимый начальством в роли подчиненного младшего начальника, он вырастает до чрезвычайных размеров в роли ответст¬ венного начальника и высшего руководителя. Назревали рижские события. Неприятель решил большими си¬ лами вторгнуться в Рижский залив, завладеть им и зайти в тыл нашей Северной армии. Командующим морскими силами Рижского залива был назначен ныне покойный, адмирал Трухачев. А. В., желая непосредст¬ венно присутствовать при исполнении выработанного им плана защиты Рижского залива, временно оставляет свое спокойное место в штабе Командующего флотом и идет с адмиралом Трухачевым навстречу гроз¬ ному будущему. Кстати сказать, что А. В. и адмирал Трухачев в частной жизни были недругами. И вот, сойдясь на флагманском корабле, они, как истые рыцари, протягивают друг другу руку примирения и совмест¬ но идут исполнить грозное веление долга перед Родиной, забывая свои личные расчеты. Потом адмирал Трухачев, отдавая должное превос¬ ходству А. В., уступил ему свое первенство, и А. В. выходит победите¬ лем, и возвращается из Рижского залива, увенчанный Георгиевским крестом и производится в контр-адмиралы. Рижская эпопея создала А. В. громадную славу, и он вскоре был назначен командовать Чер¬ номорским флотом с производством в вице-адмиралы, несмотря на свою сравнительную молодость. Деятельность А. В. как командующего Черноморским флотом, из¬ вестна всем. Прибыв в Севастополь, он прямо с вокзала приехал на свой корабль и, в тот же день, всеми судами вышел в море, в котором, до при¬ бытия А. В., безнаказанно разгуливали пресловутые “Гебен” и “Брес¬ лау”. Так необычно произвел смотр своему флоту новый командующий. Немного потребовалось времени, чтобы “Гебен” и “Бреслау“ со¬ вершенно были лишены возможности производить свои разбойничьи налеты на Черноморское побережье. А вскоре и выход из Босфора в Чер¬ ное море был совершенно закупорен. Приходится от всей души пожа¬ леть, что разыгравшиеся вскоре, в связи с революцией, события, лишили возможности развернуться во всю ширь выдающемуся таланту А. В.». 28 октября член Диреюории и главнокомандующий ее воо¬ руженными силами генерал В. Г. Болдырев записал в своем днев¬ нике: «В общественных и военных кругах все больше и больше крепнет мысль о диктатуре. Я имею намеки с разных сторон. Те¬ перь эта идея, вероятно, будет связан? с Колчаком»41. 41 Болдырев В. Г. Указ, соч С. 87 37
Вторая половина октября и первая половина ноября 1918 г в Сибири, и особенно в Омске, прошла под знаком интенсивной военной и политической подготовки к перевороту. Особенно ак¬ тивными сторонниками установления диктатуры, по мнению ис¬ следователя Н. С. Ларькова, являлись политические беженцы ич Советской России, стекавшиеся в Сибирь. В конце октября кадетами при поддержке социал-либера- лов (народных социалистов, правых эсеров-оборонцев-«волена- родцев», правых меньшевиков («Единство»), лидеров кооперации) был создан Национальный блок (Омский национальный блок, Блок 14-ти) - объединение 14 социально-политических и пар¬ тийно-политических организаций с целью консолидации всех контрреволюционных (правых и правоцентристских) сил. В его состав вошли: Восточный отдел ЦК партии кадетов. Всероссий¬ ский совет съездов торговли и промышленности, Центральный ВПК, Сибирский филиал Национального центра (так называемо- ного Национального союза). Акмолинский областной отдел На¬ ционального союза, Омский отдел СВР, Совет Всесибирских кооперативных союзов, Омский комитет ТНСП, Омская группа правых эсеров-оборонцев «Воля народа», Атамановская группа меньшевиков «Единство», верхи казачьих войск - Сибирского, Забайкальского, Семиреченского, Иркутского. Председателем бло¬ ка стал лидер кооператоров Сибири А. А. Балакшин42 43. Реальны¬ ми же руководителями блока являлись В. А. Жардецкий, В. Н. Пе¬ пеляев и И. А. Михайлов (последний при этом действовал заку¬ лисно)45 Национальный блок возник уже с готовой политичес¬ кой позицией, которая сводилась к тому, что «Директория не способна сдвинуть воз и довести его до места, что необходимо ее заменить единоличной военной властью»44 Спустя некоторое вре¬ мя «омское соглашение» было поддержано аналогичными соци¬ ально-политическими силами Иркутска и организационно рас¬ пространилось на них45 Если СВР был псевдоблоковой органи¬ 42 Блок 14-ти И Гражданская война и военная интервенция в СССР: эн- цикл. С. 69 43 Иоффе Г 3. Колчаковская авантюра и ее крах. М., 1983 С. 117-118. 44 Сахаров К. Белая Сибирь. С. 72. 45 Мельгунов С. П Трагедия адмирала Колчака. Кн. вторая. С. 253. 38
зацией - объединением отдельных деятелей правых буржуазных и правоцентристских мелкобуржуазных партий при примерном равновесии тех и других, то Национальный блок стал уже на¬ стоящим, более-менее полновесным партийно-политическим бло¬ ком, объединившим ряд партийно-политических и социально- политических группировок - правых и правоцентристских. При этом правые, буржуазные группировки в этом блоке явно до¬ минировали над правоцентристскими, мелкобуржуазными. Да¬ вая оценку данному блоку, один из его создателей, правый ка¬ дет В. А. Жардсцкин в письме к кадету Н. И. Астрову несколько позднее (март 1919 г.) характеризовал его как «национальный всероссийский по природе, объединяющий республиканскую и мо¬ нархическую демократию». «Согласитесь, - замечал он, - что это процесс нового порядка, весьма ценный для государственности, гем более что не мы, а социалисты уступили»46. Кадетам, таким образом, удалось создать относительно широкую общественно- политическую коалицию, готовую и способную поддержать дик¬ татуру. «Реальная сила блока была недостаточно ясна, - вспоми¬ нает Г. К. Гинс, но уверенность и, я сказал бы, резкость, с которой некоторые члены блока разговаривали с Директорией, заставляла думать, что блок чувствует за собой силу»47 Национальному блоку вторил Омский СВР - один из важ¬ ных и активных компонентов нового политобъединения. В нача¬ ле ноября на очередном собрании Омского СВР были сформули¬ рованы следующие задачи: 1) утверждение государственной независимости и единст¬ ва России; 2) укрепление политического порядка; 3) восстановление нормальной хозяйственной жизни; 4) стремление к освобождению от германского ига; 5) свержение большевизма. Был также «подтвержден широкий состав всех желающих вступать в СВР справа и слева»48. 44 Цит. по: Шиновский М. В. Политические процессы в Сибири... С. 324. 47 Гинс Г К. Сибирь, союзники. Колчак. Поворотный момент русской истории. 1918-1920. (Впечатления и мысли члена Омского Правительства). М., 2008. С. 182. 4* Вести. Временного Всероссийского Правительства (Омск). 1918.8 нояб. 39
«...Мы чувствуем себя здесь точно во вражеском лагере», - признался член Всероссийской директории4* Зензннов прибыв¬ шему в Омск бывшему министру труда Комуча, меньшевику И. М. Майскому30. «Имя Зензинова и Авксентьева для них (Жар- децкий, Лопухин и К-о) ненавистно. Они заладазривают их в сно¬ шении со своим ЦК», - отмечает 29 октября в дневнике В. Г. Бол¬ дырев31 Тем не менее между эсерами из Директории и Цен¬ тральным комитетом ПСР в это время усиливались разногласия: ЦК ПСР считал политику Директории и ее эсеровской части близорукой, слишком уступчивой и резко критиковал ее. Нарас¬ тал конфликт, который, однако, так и не успел развиться ввиду скорого устранения Директории49 50 51 52 Между тем в столице белой России продолжалась интен¬ сивная активизация всех правых и правоцентристских сил, и преж¬ де всего кадетов - как местной организации, ставшей теперь столичной, так н кадетов, прибывших сюда из Европейской Рос¬ сии. Осенью 1918 г. В. Н. Пепеляев объехал крупные города Си¬ бири и Урала с целью сплочения кадетских сил и обеспечения поддержки финансовых и торгово-промышленных кругов в пред¬ дверии решающих событий33. В начале ноября в Омске состоя¬ лось общее собрание парторганизации кадетов, которое поддер¬ жало новую власть - Директорию и Совет министров. Однако на этом же собрании в порядке информации было оглашено поста¬ новление партийной конференции в Москве, в котором говори¬ лось, что «власть должна быть единоличной, национальной, твер¬ дой»34 В Омске был образован Восточный отдел партии кадетов, в который вошли «наличные члены ЦК, представители губерн¬ ских и крупных городских комитетов». Был избран президиум 49 Избранная на Уфимском Всероссийском государственном совещании Директория прибыла в Омск, выбранный временной резиденцией Всероссий¬ ского правительства, 9 октября 191В г. и, несмотря на внешнее радушие, ока¬ занное омскими властями в день прибытия, была встречена довольно насторо¬ женно и даже враждебно. 50 Майский И. М. Указ. соч. С. 304. 51 Болдырев В. Г. Указ. соч. С. 87. $г Чернов В. М. Указ. соч. С. 390-391; Майский И. М Указ. соч. С. 323-325. 55 Спирин Л. М Разгром армии Колчака. С. 13. м Вести. Временного Всероссийского Правительства (Омск). 1918.8 нояб. 40
в следующем составе: В. Н. Пепеляев (председатель), В. А. Жар- децкий (заместитель председателя) и А. С. Соловейчик (секре¬ тарь). На 15 ноября было назначено открытие Всесибирской пар¬ тийной конференции”. Кадеты взяли на себя основную часть за¬ дачи политического обеспечения переворота, став, по собствен¬ ному же определению, партией государственного переворота56 1 ноября состоялось «в окончательной форме» соглаше¬ ние между ВСП и Директорией о передаче власти , а 3-4 ноября эта «передача власти» состоялась. При этом почти все минист¬ ры ВСП, включая почти полностью членов Административного совета, стали министрами делового правительства Директории - Всероссийского совета министров, хотя к ним присоединился еще ряд новых лиц58. Отдельно следует отметить, что среди ут¬ вержденных членов Всероссийского правительства оказался в ка¬ честве военного и морского министра вице-адмирал А. В. Колчак. В партийно-политическом отношении в новом деловом правительстве были представлены кадеты (Виноградов, Барышев- цсв, Тельберг), эсеры (Роговский, Каропачинский, Огановский), меньшевик Шумиловский. Ряд министров до 1917 г. и в 1917- 1918 гг. примыкали к областникам (Гатгенбергер, Серебренни¬ ков, Гннс, Буянове кий, Новомбергский, Молодых, Вологодский)59 Монархистом, но отнюдь не черносотенной ориентации (как традиционно утверждалось в советской исторической литера¬ туре), по своим убеждениям являлся военный и морской министр А. В. Колчак, формально беспартийный, по своей политической позиции близкий к правым кадетам. В качестве уже «безраздельной» верховной власти России Директория успела сделать, в общем-то, немного: утвердила Все¬ российский совет министров и обеспечила мягкий роспуск пе¬ риферийных центров власти, в первую очередь Сибоблдумы. * *« Вести. Временного Всероссийского Правительства (Омск). 1918. 14 нояб. » Приведено по: Спирин М И. Классы и партии в гражданской войне а России. М.. 1968. С. 283. * г я сибирский вести. (Омск). 1918. 2 новб. зв зарЯ (Омск). 1918. 6 нояб.; Шиловский М В Политические процессы бири ...С. 288. в СИ ц]шовский М. В. Политические процессы в Сибири... С. 288. 41
5 ноября, уже на второй день своего министерства, А. В. Кол¬ чак получил от В. Н. Пепеляева решение Национального центра и сибирских кадетов о выдвижении его на пост диктатора. Одно¬ временно Пепеляев сообщил Колчаку о подготовке переворота в Омске. Вице-адмирал дал принципиальное согласие, после че¬ го вместе с полковником Дж. Уордом под охраной роты англий¬ ских солдат убыл на фронт, чтобы там заручиться поддержкой фронтового офицерства50 10 ноября в Томске состоялось последнее заседание Сиб- облдумы. Речь Авксентьева, прибывшего специально с целью склонить Думу к самороспуску, «длилась 45 минут с большим подъемом». Постановление о самороспуске было принято при 66 голосах «за», I голосе «против» и 22 воздержавшихся* 61. Ка¬ деты не без злорадства (и довольно необъективно) резюмирова¬ ли: «Созданная эсерами, Сибирская областная дума была паро¬ дией, злой карикатурой народного представительного органа. Ее роспуск сибирское население встретило с полнейшим рав¬ нодушием»62 Почти одновременно самоупразднились и само¬ распустились, заявив о подчинении Директории, Временное обла¬ стное правительства Урала и Временное правительство Амур¬ ской области63 Обеспечив легитимный роспуск этих центров власти, и преж¬ де всего Сибоблдумы, Директория прилежно выполнила обяза¬ тельство перед крайне правой частью антисоветского лагеря и рассчитывала на встречную взаимную благодарность, которой так и не дождалась. В то же время эта уступка еще более демо¬ рализовала «демократическую общественность», лишившуюся последнего более-менее реального политико-административно¬ го противовеса наступающей реакции. Директория сделала для реакционных сил всю подготовительную черновую работу. «...Они (члены Директории. - А. Ш.) сами собственными руками рас¬ чищали для реакции путь...» - писал активный деятель ПСР, № Спирин Л М. Указ, соч С. 14. 61 Вести. Временного Всероссийского Правительства (Омск). 1918. 12 нояб 61 Яковлев Н. Очерки сибирской жизни Ч. II. // Сибирская речь (Омск). ,919 9(22) янв. ы Вести. Временного Всероссийского Правительства (Омск). 1918. 14 нояб. 42
левоцентрист Н. Святицкий64. «Эсеры подали стремена адмира¬ лу Колчаку» и «сами смиренно уступили власть кровавой си¬ бирской реакции», - резюмировал позднее публицист из левого лагеря. Реакция до последнего играла с эсерами как кошка с мыш¬ кой, а несчастные «Дон-Кихоты контрреволюции»65 все еще на что-то надеялись... 15-18 ноября в Омске работала Всеснбирская (с предста¬ вителями Поволжья, Урала и Дальнего Востока) конференция партии кадетов, на которой были представлены организации Ом¬ ска, Иркутска, Казани, Самары, Уфы, Челябинска, Симбирска, Владивостока, Харбина. Повестка дня: 1) отношение к Всерос¬ сийской власти; 2) международное положение России; 3) о блоке партии с другими государственно мыслящими паргиямн н груп¬ пами. Главным же итогом конференции было единодушное при¬ знание необходимости немедленного установления единоличной диктатуры66 Причем сразу после этого В. Н. Пепеляев направился в штаб заговорщиков, готовивших свержение Директории, и объ¬ явил там решение партии67 Меньшевик И. М. Майский вспоминал, как дня за три до низвержения Директории он посетил Авксентьева и Зензинова. Здание Директории уже не гудело, подобно улью, как еще две- три недели назад. Посетителей в приемных было мало, служащие уныло сидели на своих местах и считали осенних мух на окнах, немногочисленная охрана как-то робко ежилась. В здании не чув¬ ствовалось былого биения пульса, и на всем лежал какой-то туск¬ лый предсмертный отпечаток. Секретарь Авксентьева был страш¬ но встревожен и открювенно говорил, что положение Директории совсем критическое: не сегодня завтра ее арестуют. Такое же тя¬ желое настроение было у Авксентьева и Зензинова68 64 Святицкий Н К истории Всероссийского учредительного собрания. С 91. 65 Рабочий путь (Омск). 1922. 31 мая. 66 Съезды, конференции и совещания социально-классовых, политичес- лигиозных, национальных организаций в Акмолинской области (март ?о?7-ноябрь 1918 ГГ.) Томск. 1922. С. 331. 67 £пирин Л. М. Разгром армии Колчаки. С. 283. 6* Майе*™ И. М. Указ. соч. С. 325-326.
Глава III ДИКТАТОР И ЕГО РЕЖИМ: СИСТЕМА ВЛАСТИ И ВЛАСТЬ БЕЗ СИСТЕМЫ Померк багряный свет заката. Громада туч росла вдали. Когда воздушные фрегаты Над самым городом прошли. Сначала шли они как будто Причудливые облака. Но вот поворотили круто - Вела их властная рука. Их паруса поникли в штиле. Не трепетали вымпела. - Друзья, откуда вы приплыли, Какая буря принесла? <...> Леонид Мартынов. Воздушные фрегаты {1922) 17 ноября 1918 г. военный министр Всероссийского вре¬ менного правительства Александр Васильевич Колчак прибыл в Омск с Восточного фронта, где он официально находился с ин¬ спекционной министерской проверкой. Позднее, на допросе в Чрез¬ вычайной следственной комиссии, А. В. Колчак пытался пред¬ ставить дело так, что все произошло помимо его и он, оказав¬ шись перед фактом, вынужден был принять на себя крест Вер¬ ховного правителя. Это верно лишь отчасти. Да, активного участия в перевороте «под себя» он не принимал, но... Еще 5 ноября (ес¬ ли не ранее) дал принципиальное согласие стать во главе дикта¬ туры и, возвращаясь с фронта в Омск 17 ноября, понимал и знал, что это произойдет вот-вот. 44
Вечером 17 ноября штаб заговорщиков в составе полков¬ ников В. И. Волкова и А. Д. Сыромятникова, войсковых старшин И. Н. Красильникова и А. В. Катанаева, министра И. А. Михай¬ лова, лидера кадетов В. Н. Пепеляева, генералов Д. А. Лебедева и А. И. Андогского, английского офицера связи капитана Л. Сте- вени и др. решил произвести переворот в ночь на 18 ноября. Через несколько часов казаки Красильникова окружили квар¬ тиру товарища министра внутренних дел Е. Ф. Роговского, где в это время находились также Н. Д. Авксентьев и В. М. Зензи- нов. Все трое были арестованы и отправлены в штаб Красильни¬ кова на окраине города* 1. Рано утром 18 ноября собрался Совет министров Директо¬ рии, который первым делом произвел А. В. Колчака в полные адмиралы. После этого, в связи с создавшейся политической си¬ туацией, Совет министров принял на себя всю полноту власти и тут же вручил ее А. В. Колчаку. Затем А. В. Колчак назначил себя Верховным главнокомандующим всеми сухопутными и мор¬ скими силами белой России2. Складывалась следующая политико-правовая ситуация: двое членов Директории были арестованы «за подрывную деятель¬ ность против государства Российского»; двое (В. Г. Болдырев и В. А. Виноградов) заявили о выходе из нес. Оставался лишь П. В. Вологодский. «Когда Совет Министров, - записал в дневнике П. В. Во¬ логодский, - пришел к единогласному заключению, что Совету Министров надо взять всю полноту власти в свои руки, а затем передать ее избранному [им] лицу, “диктатору”, раздался чей-то голос, я заявил, что может' быть и действительно нет другого вы¬ хода, но я во всяком случае должен уйти из состава министров. Но раздались дружные протесты против такого моего намерения. Сущность возражений против моего намерения сводилась к тому, что я должен оставаться в составе министров и оставаться во главе Совета Министров, чтобы своим именем санкционировать пере¬ ворот и тем сохранить за Советом Министров то доверие, которым 1 Спирин Л. М. Разгром армии Колчака. М., 1957. С. 14-15; Иоффе Г. 3. Колчаковская авантюра и ее крах. М.. 1983. С. 135-136. 1 Государственный переворот адмирала Колчака в Омске 18 ноября 1918 года; сб. док. / собрал и издал В. Зензинов. Париж, 1919. С. 9-11. 45
он до сих пор непременно пользовался под моим председательст¬ вом. <.. .> Я был подавлен неожиданностью для меня»3. Вологодский лукавил. Многое он знал и кое-чего, несомнен¬ но, ожидал. В январе 1919 г. в письме к А. И. Деникину А. В. Кол¬ чак между делом осветил и подтвердил ключевую роль деяте¬ лей ВСП в деле подготовки и установления военной диктатуры, что бы там ни писал в целях вуалирования событий и своей ро¬ ли в них П. В. Вологодский. «Здравый государственный смысл Сибирского правительства при¬ знал невозможным существование социалистической партийной дирек¬ тории и остановился на военной диктатуре и единоличной военной власти как единственной форме правления в настоящее время»4 Таким образом, П. В. Вологодский возглавил колчаков¬ ское правительство, предоставив А. В. Колчаку весь деловой ап¬ парат свергнутого правительства и, кроме этого, олицетворяя собой, что было чрезвычайно важно, преемственность власти. Практика антисоветской сибирской элиты вполне могла бы со¬ перничать с пресловутыми мексиканскими политическими нра¬ вами, в которых омских буржуазных политиков в течение 1918 г. не раз уличали5 Тем временем к арестованным Н. Д. Авксентьеву, В. М. Зен- зинову и А. А. Аргунову явился некий капитан Герке и предло¬ жил им от имени новой власти выбор: либо тюрьма («со всеми возможными последствиями», - многозначительно добавил Гер¬ ке), либо высылка за границу. Члены Директории без колебаний выбрали второе6 После того как переворот был оформлен, А. В. Колчак выдал арестованным членам Директории «выходное пособие»: ' Вологодский Л. В. Во власти и я оппозиции: Дневник премьер-минист¬ ра антибольшевистских правительств и эмигранта в Китае (1918-1925 гг.). Ря¬ зань, 2006. С. 118-119. 4 Цит. по: Деникин А. И. Очерки русской смуты. М., 2005. Т. 4-5. С. 459. 4 В воспоминаниях ряда политических деятелей того времени при ха¬ рактеристике ситуации осени 1918 г то и дело попадаются словосочетания: «мексиканские нравы», •мексиканская обстановка», «мексиканская атмосфе¬ ра», *мексиканские способы правления» и т. п. 4 Мельгунов С П. Трагедия адмирала Колчака. М„ 2004. Кн. первая. С. 473-477; Иоффе Г 3. Указ. соч. С. 142. 46
Авксентьеву - в размере 50 тыс. руб., Зснэинову (как многодет¬ ному) - 75 тыс. руб., и они были под конвоем отправлены за гра¬ ницу, предварительно дав письменное обязательство не вести там политической деятельности против новой власти. Аресто¬ ванные покорно выполнили все, что от них требовали, и 20 но¬ ября убыли из Омска на восток7 По свидетельству Г. К. Гинса, «переворот 18 ноября про¬ шел не вполне гладко, но в общем был принят спокойнее, чем можно было думать. В Омске он вызвал некоторое волнение умов, но оно скоро улеглось». Этому способствовало, по словам Гинса, присутствие в Омске английского отряда, что «влияло успокаи¬ вающе на.возбужденные умы»8. Цинизма ко всему происшедшему добавил последовав¬ ший вскоре после переворота суд над Волковым, Красильнико¬ вым и Катанаевым-младшим, на котором они дружно мотивиро¬ вали свои действия защитой от эсеровского антигосударственно¬ го заговора и были полностью оправданы (вскоре все трое получи¬ ли повышение по службе). Даже П. В. Вологодский счел нужным записать в дневнике следующее: «Оправдательный приговор про¬ извел на меня тягостное впечатление. Я мало верил в то, чтобы Волков, Красильников и Катанаев понесли в результате суда ка¬ кое-нибудь наказание. Но я думал, как и многие другие, что суд их все-таки осудит, но затем Колчак их помилует, что ему пре¬ доставлялось по нашей конституции. Получилось иначе. И полу¬ чилось впечатление хорошо разыгранной комедии»9. А в кругах монархической военщины распространилось недовольство и воз¬ мущение тем, что А. В. Колчак фактом отдачи под суд троих за¬ говорщиков предал тех, кто привел его к власти. * * * Вскоре последовала реакция политических сил Сибири на переворот. Позиция конституционных демократов была четкой и яс¬ ной: они поддержали переворот прежде всего своими политичес¬ 7 Спирин Л. М Разгром армии Колчака. С. 15. * Гинс Г. К. Сибирь, союзники. Колчак. Поворотный момент русской ис¬ тории 1918-1920. (Впечатления и мысли члена Омского Правительства). М., 2008 С. 222. 9 Вологодский П. В. Указ. сон. С. 120. 47
кими действиями. При этом они от начала до конца прекрасно понимали, что делали, на что шли и чем рисковали в случае не¬ удачи переворота (риск, впрочем, в той ситуации для них был минимален). Кадетские организации, отдаленные от Омска, по¬ спешили вскоре заявить о своей поддержке случившегося. Так. «Комитет Иркутского отдела кадетской партии, усматривая в пе¬ редаче полноты власти адмиралу Колчаку акт государственной необходимости и выражая твердую уверенность, что новая власть сумеет оградить возрождающуюся государственность от поку¬ шения слева и справа, принял резолюцию с заявлением, что он по мере сил и разумения будет поддерживать эту власть»10 11. Более осторожной и завуалированной оказалась поначалу позиция Национального блока, объединявшего под руководством кадетов широкий спектр антисоветских политических сил от пра¬ вых до центристов (в данном случае от монархистов и кадетов до социал-либералов). 19 ноября в Омске состоялось совещание блока, принявшее весьма осторожную, взвешенную и несколько странную резолюцию по политическому моменту: «Принимая во внимание, что в политическом перевороте, происшедшем на тер¬ ритории Сибири, участники блока не играли никакой роли, что установившийся после переворота политический порядок не раз¬ деляет группы, входящие в блок, на непримиримые враждебные части и, наконец, ввиду того, что социально-политические зада¬ чи, стоявшие перед блоком до переворота, не потеряли своего значения после него, представители входящих в блок групп на¬ ходят, что продолжение блока стоящих за ним групп не теряет своей целесообразности»11. Но уже через месяц, когда ситуация на фронте стала развиваться в пользу белых, блок высказался бо¬ лее определенно. 19 декабря 1918 г. делегация блока была принята А. В. Колчаком. «Заявляя о своей готовности поддержать прави¬ тельство А. В. Колчака, - говорилось в газетном отчете о дан¬ ном визите, - депутация эта призывала благословение Божие на труды омской власти по восстановлению государства Российского в былом его достоинстве и мощи». Кроме того, в адресе, передан¬ 10 Государственный переворот адмирала Колчака... С. 103. 11 Съезды, конференции и совещания... в Акмолинской области... С. 331-332. 48
ном адмиралу, выражалась решимость этих организаций «всемер¬ но поддерживать власть российского правительства, возглавляемо¬ го единолично Верховным правителем»1*. По мнению С. П. Мель- гунова, с которым, впрочем, здесь можно поспорить, теоретиче¬ ски Национальный блок ближе всех примыкал к политической позиции А. В. Колчака15 Участники блока - каждый в отдельности - также выска¬ зывались вполне определенно. Вслед за кадетами в поддержку переворота выступили социал-либералы. 21 ноября на собрании Омского комитета ТНСП большинством голосов «была принята резолюция о необходимости занять по отношению к устано¬ вившемуся новому государственному порядку положительную позицию»12 * 14. 12 декабря газета сибирских социал-либералов «Заря» на¬ печатала передовую под интригующим заголовком «Наполеон или Вашингтон?» Для того чтобы Верховный правитель мог наи¬ лучшим образом осуществить свою историческую миссию, дока¬ зывала газета, - покончить с большевизмом в России, он должен идти не по пути диктатора и тирана Наполеона, а по пути «ис¬ тинного демократа» - американского президента Дж. Вашингто¬ на. «Да будет Вашингтон!» - заклинала «Заря»15 Несмотря на определенное политическое единство групп, готовивших и поддержавших переворот, имела место разная трак¬ товка перспектив и содержания диктатуры. Монархисты, кадеты н социал-либералы представляли эту диктатуру по-разному. Монархистам черносотенной ориентации нужна была пол¬ ная военная диктатура опричного типа без каких-либо конститу¬ ционных, парламентских и т. п. отступлений. Реальная возмож¬ ность этого варианта подкреплялась огромной ролью в белой Сибири реакционной военщины и довольно заметным в это вре¬ мя ростом в некоторых слоях общества откровенно черносотен¬ ных настроений. 12 Шияоеский М. В. Политические процессы в Сибири... С. 324 з д{еяьгунов С. П. Указ. соч. Кн. вторая. С. 252. 14 государственный переворот адмирала Колчака... С. 103-104. и Иоффе Г- 3. Указ. соч. С. 11-12. 49
Большинство кадетов, понимая, что без диктатуры не обой¬ тись, склонялись к ее бонапартистскому варианту, уже прове¬ ренному в некоторых европейских странах в условиях политичес¬ кой нестабильности н революционной угрозы. Это был вариант смягченной военной диктатуры, связанный с некоторым полити¬ ческим лавированием власти и допускающий отдельные либе¬ ральные и демократические детали. С точки зрения интересов буржуазии и буржуазной интеллигенции, в тех непростых соци¬ ально-экономических и военно-политических условиях это был наиболее оптимальный и относительно реальный вариант. Наконец, социал-либералы мечтали о некоей «демократи¬ ческой диктатуре» типа американской времен Дж. Вашингтона. Дальнейшие события показали, что основная конкуренция и борьба развернулась, образно говоря, не между вариантами «Наполеон» и «Вашингтон», а между вариантами «Наполеон» и «Николай Второй» (если не «Николай Первый»). В этой связи встает вопрос о колчаковском бонапартизме. Некоторые историки, например Г. 3. Иоффе, считают, что колча¬ ковский бонапартизм реально имел место. С. П. Мельгунов по¬ лагал, что существовала «конституционная диктатура». В этой связи интересным представляется запись в дневнике П. В. Воло¬ годского, вставленная им, правда, в текст дневника позднее: «Ког¬ да перешли к вопросу о том, кого же избрать диктатором, то решили ему дать название “Верховного Правителя” и обста¬ вить его конституционными гарантиями»1" (так выделено в ис¬ точнике. - А. Ш.). Историк В. В. Журавлев определяет характер колчаковской власти так: «Политические силы, подготовившие и совершившие колчаковский переворот, не проявили необхо¬ димой последовательности в реализации ими же провозглашен¬ ных принципов организации государственной власти. С одной стороны, отвергнув политическое партнерство с социалистами, правые лишились их поддержки и приобрели опытных в конспи¬ ративных делах противников. С другой стороны, постоянно го¬ няясь за призраком “коалиционности", они лишили себя воз¬ можности создать монолитную власть, объединенную обшим по¬ ниманием целей и методов действия, ничего не получая взамен. *'* Вологодский П. В. Указ. соч. С. 119. 50
Боясь "‘пойти по пути реакции”, они неизбежно скатывались на “гибельный путь партийности”. Мало провозгласить диктатуру, нужно иметь волю ее осуществить»'1 Современная российская либеральная историческая пуб¬ лицистика вообще представляет неискушенному читателю кол¬ чаковский режим как чуть ли не проявление истинной конститу¬ ционной демократии. А. А. Беляев, например, настаивает на том, что власть А. В. Колчака «ни в коей мере не являлась диктату¬ рой. а должна была представлять и уже частично представляла систему государственных институтов и учреждений общедемо¬ кратического характера, приводивших Россию к режиму право¬ вого государства»17 18. Такая позиция некоторых неумеренных апологетов колча¬ ковского режима выглядит тем более странной, что сам А. В. Кол¬ чак не стеснялся называть свою власть диктатурой, правда, ого¬ варивая при этом, что она носит вынужденный и временный характер. С другой стороны, в течение десятилетий советские исто¬ рики, отталкиваясь от ленинских оценок, ограничивались, как правило, констатацией и подкреплением конкретными примера¬ ми военно-террористического, зверского характера колчаковской диктатуры, которая была, по словам В. И. Ленина, хуже царской19 Председатель Чрезвычайной следственной комиссии по делу А. В. Колчака К. А. Попов, а также один из лидеров эсеров Си¬ бири Е. Б. Колосов в начале 1920-х гг. даже назвали эту диктату¬ ру фашистской (проводя параллели с итальянским фашизмом), что было, конечно же, явным преувеличением, но кое-какие от¬ дельные основания все же под собой имело. При этом в совет¬ ских подходах несколько упрощалась и мифологизировалась в соответствующем направлении социально-политическая сущ¬ ность колчаковской диктатуры. Отдельные российские историки на фоне событий рубежа 80-90-х гг. XX в. заметно, а то и диаметрально поменяли свои 17 Журавлев В. В. К вопросу о характере политического режима на вос¬ токе России в период правления А. В Колчака // Гражданская война в Сибири: сб. докл и ст. науч. конф. Ноябрь 1999 Красноярск, 1999. С. 41 18 Цит. по: Шиювский М. В. Политические процессы в Сибири... С. 341 19 Ленин В. И. Доклад ВЦИК и Совнаркома 5 декабря [1919 г ] // Поли, собр. соч. Т. 39. С. 397 51
оценки, перейдя от критики и осуждения колчаковщины к ее апологетике20. В итоге вопрос о классово-политическом характе¬ ре колчаковской диктатуры, тесно связанный с вопросом о пози¬ циях партий и их организаций в Сибири, еще так и не получил достаточного освещения и является пока что в известной мере открытым. А. В. Колчака с самого начала поддержали зри основные социально-политические силы: 1) Помещики, олигархи, высшие сановники, реакционное офицерство, казачьи верхи. В политическом плане это были, как правило, монархисты черносотенной ориентации. 2) Часть крупной буржуазии, средняя буржуазия и буржу¬ азная интеллигенция. В политическом плане: правые кадеты и ле¬ вые кадеты. 3) Наиболее состоятельная часть мелкой буржуазии горо¬ да и мелкобуржуазной интеллигенции, верхи кооперации, кула¬ чество, «рабочая аристократия». Политический план: ТНСП, пра¬ вые эсеры течения «Воля народа», правые меньшевики течения «Единство», ряд отдельных «социалистов-ренегатов». Выбор политического курса, того или иного варианта дик¬ татуры и ее перспектив, реализация этого варианта на практике во многом зависели от политической позиции самого диктатора. 28 декабря 1918 г. А. В. Колчак в письме к А. И. Деникину, в частности, по поводу планов будущего государственного уст¬ ройства сообщал следующее: «Я принял функции Верховного правителя и Верховного главно¬ командующего, не имея никаких определенных решений о будущей форме государственного устройства России, считая совершенно невоз¬ 20 На фоне различных подходов особо выделяется позиция исследовате¬ ля И. Ф. Плотникова, который в советское время разоблачал и клеймил А. В. Колчака как монархиста, деспота, а его режим как антинародный и т. п., а в 1990-е гг. получил известность как один из ведущих апологетов личности и деятельности А В. Колчака. - Плотников И\ Ф. Во главе революционной борьбы в тылу колчаковских войск: Сибирское (Урало-Сибирское) бюро ЦК РКП(б) в 1918-1920 гг. Свердловск, 1989; Он же, Александр Васильевич Кол¬ чак // История «белой» Сибири: материалы Второй науч. конф. Кемерово, 1997; Он же Великий российский патриот Александр Васильевич Колчак // А. В. Кол¬ чак - ученый, адмирал. Верховный правитель России. Омск, 2005; и др. его работы. 52
можным говорить в период тяжкой гражданской войны о будущем ра¬ нее ликвидации большевизма. Уничтожить большевизм и создать об¬ становку в государстве, при которой возможно было бы приступить к решению этого вопроса - вот единственная цель, которая сейчас яв¬ ляется реальной»21 22. В своем воззвании по поводу вступления в должность «Вер¬ ховного правителя» А. В. Колчак, как известно, декларировал: «<...> Прияв крест этой власти в исключительно трудных условиях гражданской войны и полного расстройства государственной жизни, объявляю: Я не пойду ни по пути реакции, ни по гибельному пути партий¬ ности. Главной своей целью ставлю создание боеспособной армии, по¬ беду над большевизмом и установление законности и правопорядка, дабы народ мог беспрепятственно избрать себе образ правления, кото¬ рый он пожелает, и осуществить великие идеи свободы, ныне провоз¬ глашаемые по всему миру. Призываю вас, граждане, к единению, к борьбе с большевизмом, труду и жергвам. <...>»а. Это была, в сущности, вполне бонапартистская по духу декларация. Однако на практике с бонапартизмом все оказалось не так просто. У Колчака была возможность опираться, в зависимости от необходимости, на два переменных социально-политических большинства: помещичье-буржуазное (в политическом плане чер¬ носотенно-кадетское) и буржуазно-мелкобуржуазное (кадетско- социал-либеральное). В первом случае возникала устойчивая воз¬ можность проводить реакционную политику; во втором - сгла¬ живать ее отдельными либеральными и демократическими ме¬ рами, необходимыми для привлечения широких средних слоев города и деревни. При этом кадеты являлись переменной поли¬ тической величиной, что давало им и А. В. Колчаку, как Вер¬ 21 Цнт. по .Деникин А. И. Указ. соч. Т. 4-5. С. 459. 22 Правительственный вести. (Омск). 19)8. 20 нояб.; Государственный переворот адмирала Колчака... С. 11. 53
ховному правителю, особые дополнительные возможности для гибкой политики в интересах имущих слоев Сибири. Кроме того, в этой системе могла играть существенную роль и «груп¬ пировка социалистов-ренегатов» (ряд членов правительства, в том числе и председатель П. В. Вологодский, а за его преде¬ лами, - например, управляющий Иркутской губернией эсер П. Д. Яковлев и т. л.), которые имели связи и авторитет в раз¬ личной социально-политической среде и везде были «свои¬ ми»: и для социал-либералов, и для кадетов, и для по крайне мере части монархистов. Серьезным компонентом бонапартистской системы власти могли стать органы местного самоуправления. Демократизм ре¬ жиму, безусловно, должно было придавать местное самоуправ¬ ление, являвшееся само по себе серьезным признаком граждан¬ ского общества. В органах местного самоуправления (земствах, гордумах, казачьих самоуправлениях) значительную роль играли либераль¬ ные и эсеро-меньшевистские элементы, борьба между которы¬ ми шла постоянно и особенно обострилась во время выборов. Но непримиримого, антагонистического характера она не имела. На выборах в местные самоуправления - земства и гор- думы - летом 1919 г. в ряде городов (Иркутске, Томске, То¬ больске, Красноярске, Благовещенске, Владивостоке) большин¬ ство или заметное число мест получили демократы (эсеры и мень¬ шевики), но это почти не повлияло на изменение диктатуры в сторону бонапартизма, не говоря уже об изменении в сторону демократизации как таковой. «Конфликтные ситуации во взаимоотношениях между ор¬ ганами местного самоуправления и государственной властью, - считает А. А. Мышанский, - определялись, в одной стороны, осо¬ бой ролью армии в политической системе восточной контррево¬ люции, с другой стороны, личным отношением военных и граж¬ данских чиновников колчаковского режима к органам местного самоуправления. Они не носили принципиального характера и не нарушали в целом деловых взаимоотношений государственной власти и органов местного самоуправления. Земства, городские н казачьи самоуправления в период гражданской войны стали 54
важными элементами властной системы восточной контррево¬ люции, определявшими во многом ее устойчивость»23 Трещина в начавшем было складываться бонапартизме поя¬ вилась уже с самого начала в виде различной трактовки диктату¬ ры. К этому добавилась довольно жесткая политическая борьба крайне правых, кадетов и социал-либералов за влияние на лич¬ ность А. В. Колчака. Далее крайне правые стали выражать недовольство А. В. Кол¬ чаком за недостаточно твердый, как они считали, монархизм, а социал-либералы начали фрондировать из-за небывалого раз¬ гула военщины, который Колчак оказался не в состоянии пресечь. Особенно фрондирование социал-либералов усилилось после тра¬ гических событий 22-23 декабря 1918 г. в Омске24 и продолжало возрастать по мере того, как из сельской местности поступали все новые и новые сведения о зверствах карателей, жертвами кото¬ рых иногда становились и деятели кооперации - одной из соци¬ альных опор социал-либералов. В то же время А. В. Колчак, в условиях ухудшающейся внешней и внутренней обстановки, был вынужден, следуя военно-политической логике, все больше делать ставку и опираться на наиболее твердых и решительных противников советской власти: реакционную военщину и круп¬ ную буржуазию, в результате чего бонапартистская схема пере¬ стала реализовываться. Эти трудности в осуществлении бонапартизма дополнялись значительной политической гетерогенностью (неоднородностью) территории «Колчакии». В прифронтовых районах Урала и За¬ уралья действовали жесткие законы военного времени и ни о ка¬ кой «правильной» гражданской власти здесь, естественно, не мог¬ ло идти и речи. Более того, со временем военное положение бы¬ ло объявлено и на значительной территории Сибири, удаленной от фронта, в связи с ростом народного партизанско-повстан¬ 23 Мышанский А. А. Органы местного самоуправления Сибири в период гражданской войны (июнь 1918 - январь 1920 г): автореф канд ист. наук. Омск. 2004. С. 21. и расправа над восставшими и случайными людьми ((кяибло до 1000 чело¬ век), а также над десятью демократами (в том числе семью депутатами Учре¬ дительного собрания), освобожденными из тюрьмы восставшими и татем вер¬ нувшимися в нее. 55
ческого движения. 14 марта 1919 г. был издан - «для обеспече¬ ния государственного порядка и общественного спокойствия» указ Верховного правителя, вводивший военное положение по линии железных дорог на территориях, не входивших в приф¬ ронтовую полосу. В результате этого указа военное положение было распространено практически на всю Сибирь, и «даже Омск, временная столица, резиденция Правительства, оказался в ру¬ ках командующего войсками округа, - констатировал Г. К. Гинс и продолжал: - Теперь уже все гражданские и экономические свободы стали условными»23 Военное положение давало простор для прямого и ничем не ограниченного произвола. В этом отношении следует отме¬ тить территории, где почти не действовали даже и военные зако ны, а царил полнейший произвол и террор наподобие опричного, вошедший в историю как разгул черносотенно-монархической атаманщины: районы действий Анненкова (Верхнее Прииртышье и Семиречье), Семенова (Забайкалье), Унгерна (Забайкалье), Кал¬ мыкова (Приамурье), Сатунина (Горный Алтай). В то же время в «Колчакни» имелась и своеобразная «де¬ мократическая лакуна» - Иркутская губерния, где управляю¬ щим (губернатором) являлся эсер (по мнению руководства ПСР - бывший) П. Д. Яковлев и в которой наряду с военными властями большую роль играли власти гражданские, причем и в составе первых, и особенно вторых было немало «социалистов», в пер¬ вую очередь эсеров. По воспоминаниям атамана Г. М. Семенова, внимательно наблюдавшего за деятельностью иркутской адми¬ нистрации в непосредственной близости, «комиссия генерал- лейтенанта Катанаева открыла... что распоряжением иркутско¬ го губернатора Дунина-Яковлева, который... будучи социали- стом-революционером, находился в непримиримой оппозиции к правительству и втихомолку сотрудничал с красными партиза¬ нами, часть вооружения и снаряжения снималась на станции Ин- нокентьевская якобы для нужд местного гарнизона, [а на самом де¬ ле]... задержанное имущество направлялось не в Иркутск, а в пар¬ тизанские отряды Щетинкина, Калашникова и др.» . Именно в ус- * **и Гинс Г К. Указ. соч. С. 311-312. ** (Семенов ГМ./ Атаман Семенов. О себе: Воспоминания, мысли и вы¬ воды. М , 2002 С. 209. 56
ловиях «демократической лакуны» стали возможными: почти от¬ крытое празднование (с митингом и демонстрацией) Дня между¬ народной солидарности трудящихся I мая 1919 г. в Иркутске; демонстративный отказ местного земства от празднования го¬ довщины свержения советской власти; создание из пленных крас¬ ноармейцев и красногвардейцев отряда милиции особого назна¬ чения для борьбы с партизанами, бойцы которого, оказавшись в сельской местности, при первой же возможности подняли мя¬ теж и объединились с партизанами. Руководителем мятежа и ко¬ мандиром восставшего «ОМОНа» стал известный в дальнейшем партизанский вождь большевик Д. Е. Зверев27 О более-менее «правильном» бонапартизме можно гово¬ рить лишь применительно к столице «Колчакии» - Омску, а так¬ же непосредственно примыкавшей к ней части территории За¬ падной Сибири с городами Новониколаевском и Томском, и то лишь в первые месяцы диктатуры. В актив бонапартизма нужно также внести порядки Иркутской губернии, однако и здесь во¬ енные власти в конце концов подмяли под себя власть граждан¬ скую. В целом же восточная часть страны (Урал, Сибирь, Даль¬ ний Восток, Степной край и часть Туркестана) оказалась в ус¬ ловиях открытой военно-террористической диктатуры, которую В. И. Ленин все-таки вполне справедливо характеризовал как диктатуру, более худшую для трудящихся, чем даже царская28. По нашему мнению, применительно к диктатуре А. В. Кол¬ чака правомерно говорить лишь о теоретической возможности бонапартистского варианта власти, о проектах и попытках его осуществления, наконец, об отдельных элементах бонапартизма, так и нс переросших в целостную его систему. * * * Еще при ВСП и Директории, накануне прихода к власти А. В. Колчака, Омск, уже ставший столицей белой России, при¬ обрел совершенно удивительный - пестрый, несколько аляпова¬ тый - в общем, псевдостолнчный вид. 1717 Агалаков В. Т. Кире некий уезд Иркутской губернии в 1917-1920 годах Иркутск, 1994. С. 31-32. а Ленин В. И. Доклад ВЦИК и Совнаркома 5 декабря [1919 г.] // Поли, собр. соч. Т. 39. С. 397. 57
По свидетельству писателя Н. Айова, «на Любинском прос¬ пекте вперемежку с интервентами сновали толпы москвичей, петроградцев, самарцев. Много было чехов, апгличан, американ¬ цев, французов, сербов, поляков. Сибирская столица жила шум¬ ной. веселой жизнью. Кабаки, рестораны, кафе, магазины не мог¬ ли вместить нарумяненных беженок и офицеров в лихо залом¬ ленных фуражках. Английские френчи, галифе, казачьи лампасы, золото и серебро новеньких погонов, кавказские черкески прида¬ вали своеобразный облик проспекту, украшенному сибирскими бело-зелеными флагами»29 И вот свидетельство общественного деятеля, меньшевика И. Майского: «В городе ярко билась политическая жизнь. ...Вы¬ ходило несколько больших газет, представлявших всю гамму по¬ литических цветов, от меньшевиков до монархистов. На фасадах домов то и дело попадались красноречивые вывески: “Омский Комитет Р. С. Д. Р. П.’\ "Омский Комитет П. С. Р.”, “Восточный Отдел Ц. К. конституционно-демократической партии" и т. д. В залах кинематографов и театров, которых за минувшие 15 лет было выстроено довольно много, происходили митинги и соб¬ рания, на которых выступали лидеры различных партий. Над зданием, где когда-то жил губернатор и где в царские дни взви¬ вался императорский штандарт, теперь веяло бело-зеленое зна¬ мя сибирского правительства. На улицах, в учреждениях, в част¬ ных домах - везде можно было услышать только политические разговоры. Появились даже специальные политические салоны, в которых жены сибирских министров пытались играть роль зна¬ менитой мадам Ролан»30 Из-за огромного наплыва беженцев, а также из-за столич¬ ного статуса со всеми вытекающими из этого последствиями население Омска значительно выросло: со 140 тыс. в 1917 г. до 600 тыс. в 1919 г. В городе разразился жилищный кризис, однако колчаков¬ ская власть за год своего нахождения в городе не предприняла практически ничего для развертывания жилищного строительства, несмотря на наличие средств, частных строительных организаций 29 А нов Н. На литературных перекрестках: Воспоминания. Алма-Ата, 1974. С. 43-44. 30 Майский И. М. Демокрвгическая контрреволюция. М.; Л., 1923. С. 301-302. 58
и острой необходимости в жилье. Между тем это могло бы спо¬ собствовать не только смягчению жилищного кризиса, но и ста¬ ло бы хоть какой-то социальной программой занятости (в Омске в начале 1919 г. зарегистрировано 5 тысяч безработных, на самом деле их было, конечно, больше). Даже для министерств было трудно найти помещение. По Омску гулял анекдот: в чем разница между двумя столицами - Петербургом и Омском? В Петербурге все знали, где находятся министерства, но не знали, где министры; в Омске известно, где министры, но неизвестно, где министерства. Многие важные «ин¬ станции» жмутся к станции-«ветке», рядом с Управлением же¬ лезной дороги (в нем разместилась Ставка Верховного правите¬ ля), куда от станции Омск (отстоящей на три версты к югу от Омска) подведены подъездные пути с множеством запасных пу¬ тей и тупиков, заполненных поездами и вагонами, в которых по¬ мещается «высокое начальство», и отсюда, в «ветке», берут на¬ чало различные истоки «государственной жизни». Однако в соз¬ нании многих эта жизнь «на ветке» создавала впечатление чего- то неустойчивого, временного31 Весьма показательно, что по прибытии в Омск Директории не было предоставлено здания: его, по объяснению ВСП, просто не нашлось, и неделю члены Всероссийского правительства жи¬ ли в вагоне, на той же «ветке», и лишь потом в скромном зизании бывшего училища, на южной окраине Омска, тут же, недалеко от все той же «ветки». Лучшие общественные здания, в том числе здания учебных заведений, были отданы под казармы для интервентов. В механи¬ ко-строительном училище расположилась английская миссия с ми- дельсекскими стрелками полковника Джона Уорда, в Епархи¬ альном училище - французская миссия, в Первой мужской гимна¬ зии - школа прапорщиков, в Сельскохозяйственном институте (ныне - главный корпус Аграрного университета) - госпиталь американской военной миссии . Красивейшее здание города - Коммерческое училище - бы¬ ло отдано под штаб армии, несмотря на решительное противо¬ действие директора училища Цесаревского, который властями * 3331 Иоффе Г. 3. Указ. соч. С 221-222. 33 Юрасова М. К. Омск. Очерки истории города. Омск, 1983. С. 119. 59
был смещен и подвергся репрессиям. Весьма показательно, что даже половина изящного здания Драматического театра была от. дана под постои офицерской бригады33. Непростая ситуация поначалу складывалась и с резиден цией Верховного правителя: особняк купца Батюшкина был уже занят министерством снабжения. Но А. В. Колчаку и его свите здание приглянулось: само по себе замечательное, оно еще и на¬ ходилось в красивом и удобном уголке центральной части гори да. Через несколько дней после переворота министерство снаб¬ жения было передислоцировано в другое здание, и А. В. Колчак переселился наконец в особняк по адресу: ул. Береговая, д. 934. В Омске и вообще в верхах «Колчакни» - противостояние, конфликты, интриги. Основные конфликтные линии: военные штатские; монархисты - республиканцы; сибиряки - приезжие; верхи - низы чиновничества. В госаппарате шла непрекращаю- щиеся борьба за места и местечки. Нескончаемые интриги и кон¬ фликты между министерствами и ведомствами и внутри них приняли такой широкий размах и так мешали нормальной работе учреждений, что А. В. Колчак был вынужден издать специаль¬ ный Приказ № 154 от 26 июня 1919 г., в котором угрожал карами тем чиновникам госаппарата, кто будет уличен в ведомственных интригах35. Внушительные военные склады разместились в районе стан¬ ции Московка несколькими верстами юго-восточнее Омска и на северо-восточной окраине города, за заводом Рандрупа (в совет¬ ское время - завод им. В. В. Куйбышева). «Военные городки» расположились в городе, а также опоясали его по периметру. Во время боев на Урале и в Зауралье около 45 тысяч солдат и офи¬ церов находились в фактически тыловом Омском военном окру¬ ге, из них немалая часть (несколько тысяч) - в Омске36. * *11 Юрасова М. К Указ. сом. С. 119. м Серебренников И. И Гражданская война в России: Великий отход. М. 2003. С. 440-442; А. В. Колчак - ученый, адмирал, Верховный Правитель Рос¬ сии; Исторические чтения, посвященные 130-летию со дня рождения А. В. Кол¬ чака. Омск. 2005. С. 70-72. 55 ГИАОО. Ф. 1015 Оп 1. Д. 29. Л. 1. * Партизанское движение в Западной Сибири (1918-1920 гг): док. и ма¬ териалы. Новосибирск, 1959. 60
15 июня 1919 г. барон А. П. Будберг запишет в своем днев¬ нике: «Невеселое впечатление производят омские улицы, кишащие праздной, веселящейся толпой; бродит масса офицеров, масса здоровеннейшей молодежи, укрывающейся от фронта по разным министерствам, управлениям, учреждениям, работающим якобы на оборону, целые толпы таких жеребцов примазались к разным разведкам и осведомлениям. С этим гнусным явлением надо бороться совершенно исключительными мерами, но на это мы. к сожалению, не способны»37. В своем дневнике Будберг неод¬ нократно обращается к теме злоупотреблений, пьянства, кутежей и общего разложения офицерства н чиновников в тылу, и осо¬ бенно в столице. Несмотря на то, что в это время во всю «говорили пушки», музы отнюдь не молчали. В крупных сибирских городах, и осо¬ бенно в столице, пульсировала заметная культурная жизнь. Из¬ давалось множество газет, в которых наряду с политическими материалами и общественной хроникой появлялись стихи, рас¬ сказы, художественные очерки и фельетоны. Популярными, про¬ низанными художественными творческими исканиями являлись в 1919 г. литературно-общественые журналы «Сибирский рас¬ свет» (Барнаул), «Сибирские записки» (Красноярск), «Единая Россия» (Омск). Для собирания и сохранения печатных материалов в де¬ кабре 1918 г. в Омске был открыт отдел Книжной палаты, возоб¬ новилась деятельность Архива войны, который собирал мате¬ риалы по Мировой войне со всей Сибири и Дальнего Востока (с приходом большевиков этот архив был утрачен)38. Активно проводились различные вечера и празднования в честь тех или иных знаменательных событий или просто на благотворительные цели. Военные, религиозные, общественные организации и ведомства устраивали концерты, музыкальные вечера, танцы, спектакли. Был отмечен в Литературно-научном кружке Тургеневский юбилей, проходили вечера былин, «вечер о России»; отмечали День георгиевских кавалеров с парадом, обедом и спектаклем; 25 января 1919 г. был отмечен Татьянин день. 7 июня парадом союзных и русских войск, торжественными 37 Будберг А. Дневник. 1918-1919 гг. С. 276. пЖере6енков С. В. Культуре Омска при А. В. Колчаке (конец 1918 - 1919 гг.) // Россия и восток: История и культура. Омск, 1997. С. 304. 61
заседаниями и концертами была отмечена годовщина освобож¬ дения Омска от советской власти. На этих вечерах собирался цвет омской общественности, интеллигенции, правительство, союзные представители, офицерство39. В Омске активно функционировало Общество художни¬ ков и любителей изящных искусств Степного края (ОХЛИИСК). Крупным художественным событием 1919 г., организованным ОХЛИИСК, явилась весенняя выставка. От предыдущих экспо¬ зиция отличалась прежде всего большим количеством участни¬ ков: 51 экспонент представил 400 произведений живописи, гра¬ фики и декоративно-прикладного искусства40. Работал музей, и в нем проводились культурные мероприя¬ тия, среди которых можно отметить выставку подарков Верхов¬ ному правителю А. В. Колчаку 10-11 марта 1919 г. Здесь были выставлены иконы, золотое и серебряное оружие, блюда и посу¬ да из фаянса, мрамора, серебра, преподнесенные Колчаку раз¬ личными учреждениями и общественными организациями Си¬ бири, Урала и Дальнего Востока41 Под крылом Омского Союза возрождения России, размес¬ тившегося в здании регионального кооперативного союза «Цент- росибирь» (ул. Гафортовская; в советское время - ул. К. Либк- нехта, здание Городского роддома № 1), был создан литератур¬ но-художественный кружок «Единая Россия», заседания которого проходили там же. Здесь собирались писатели и поэты Г. Вят¬ кин, Вс. Иванов, графиня Н. Подгоричани, Г Маслов, И. Слав- нин, Ю. Солов, В. Язвицкий. Б. Четвериков42. Руководил кружком Сергей Ауслендер, в недавнем прош¬ лом сотрудник петроградского журнала «Аполлон», а в Омске - «придворный» писатель, квартировавший, в отличие от своих собратьев по перу, не в вагончике-теплушке, а в одной из лучших омских гостиниц - «Россия» (в советское время - «Октябрь»). Ауслендер писал рассказы и повести с мистическим налетом. Vl Жеребенков С. В. Указ. соч. С. 303-304. 40 Девятьярова 1. Г Художественная жизнь Омска конца XIX - первой четверти XX века: автореф. канд. ист. наук. Омск. 2001. С. 26-27 41 Жеребенков С. В. Указ. соч. С. 305. *г Девятьярова И. Здесь мечтали о Единой России И Вечерний Омск. 1992. 3 марта. 62
был признан блестящим стилистом и весьма угодил А. В. Кол¬ чаку, написав о нем биографическую книгу, изданную в Омске летом 1919 г. (за что получил от Александра Васильевича пода¬ рок - шубу «с адмиральского плеча»). Именно Ауслендер на од¬ ном из заседаний познакомил любителей поэзии с последней по¬ эмой А. А. Блока «Двенадцать», назвав ее гениальным изобра¬ жением нашей смятенной эпохи. Дискуссию вызвала последняя строка: «В белом венчике из роз / Впереди - Исус Христос». Пос¬ ле бурных дебатов пришли к единому мнению: Христос приве¬ дет Россию к своей вечной правде41 Неизменным участником всех заседаний кружка был скан¬ дальный омский (и «великий сибирский», как он сам себя неиз¬ менно именовал) писатель Антон Семенович Сорокин. Экстра¬ вагантный и в то же время чрезвычайно обаятельный человек, гостеприимный хозяин дома на Лермонтовской, Сорокин не встре¬ чал единодушия в оценке своего таланта у литераторов и редак¬ торов, отказывавших ему в публикации его сочинений (особен¬ но после того, как в 1916 г. он опубликовал в ряде сибирских и российских изданий, в том числе в широко популярном журнале «Огонек», некролог о своей смерти - самоубийстве в знак протеста против жестокостей и бедствий Мировой войны). На почве отказа от публикаций у Сорокина возник кон¬ фликт и с Ауслендером, сотрудником кадетской газеты «Сибир¬ ская речь». Редкое мероприятие, на котором появлялся А. Соро¬ кин, обходилось без скандала. С большой долей иронии писал о выступлении Сорокина на заседании кружка журналист А. Гро¬ мов (он же Аргус, Матвеев, Матвиевич, он же «Принцесса Грё¬ за»): «После поэтов при общей панике у столика появился “ге¬ ний Сибири’’ А. Сорокин. Ему почтительно доложили, что ввиду того, что все страшно торопятся домой, - лучше бы его творение выслушать в следующий раз. Но он был неумолим...» Напоми¬ ная о трудной творческой судьбе М. А. Врубеля, Сорокин гово¬ рил о том, как трудно жить писателю, когда его не признают, как важно беречь его при жизни, а не воздавать ему почести после кончины. А разве он был не прав?43 44 Наряду с писателями и поэтами, собрания кружка «Единая Россия» посещали и другие творческие личности: востоковед 43 Деьятъярова И. Здесь мечтали о Единой России. 44 Там же. 63
Б. П. Дснике, искусствовед Н. М. Тарабукин, известный в буду¬ щем советский скульптор И. Д. Шадр («Булыжник - оружие пролетариата»). Назвавшийся лауреатом Парижской академии, Шадр произвел впечатление на публику своим артистическим видом (завитые волосы, свободная белая блуза) и поведал, сопро¬ вождая рассказ световыми картинами, о проекте неосуществлен¬ ного «Памятника мировому страданию», получившем в 1915 г. высокую оценку российской общественности . «Магия творчества и жадный интерес к искусству в то смутное, тревожное время отмечаются всеми мемуаристами, - замечает известный омский краевед И. Дсвятьярова. - Обзор художественный событий, отраженных в газетах и архивных материалах, опровергает бытовавшее несколько лет назад45 46 мне¬ ние о пресловутых “тисках режима” в культуре Омска 1918— 1919 годов». Вывод спорный, хотя и не лишенный некоторых основа¬ ний. Но не забудем, однако, что в тюремном или лагерном за¬ ключении периода колчаковщины по политическим мотивам пребывали такие известные в Сибири, а позднее и в России ху¬ дожники слова, как П. П. Бажов, Ф. Березовский, А. П. Оленич- Гнененко... Неизменным участником творческих собраний и вечери¬ нок был Юрий Сопов. Известный в будущем советский писатель Кондратай Урманов позднее вспоминал: «Приходил к Сорокину молодой солдат Юрий Сопов. Его стихи печатались во многих газетах, но в них я не видел ни одного похвального слова сибир¬ скому диктатору. Одет он был по-солдатски: френч защитного цвета, на ногах - башмаки с обмотками - подарок английского правительства солдатам Колчака. Голос у него был тихий и мяг¬ кий. Юра служил в команде, охранявшей дом Колчака. Эта служ¬ ба избавляла его от фронта»47. Возможно, образ именно Юрия Сопова запечатлен в поэме Л. Мартынова «Адмиральский час»: 45 Девятьярова И. Здесь мечтали о Единой России. 46 Имеются в виду годы советского периода истории. - А. Ш. 47 Урманов К. Наша юность // Сибирские огни. 1965. № 2. С. 163. См. об этом также: Турицына Е. Н. Сопов Петр Ионович // Омский нек¬ рополь: Исчезнувшие кладбища Омска. Омск, 2005. С. 93. 64
Вот юноша (неловок он В шинели длинной, офицерской) Насилует здоровый сон Он по ночам в таверне мерзкой. Но юноша идет туда Не пить и не забавы ради - Поэтов сонных череда Там проплывает по эстраде. <...> В городе открывались все новые и новые кафс-шантаны, фешенебельные кабаки, рестораны с зазывными экзотическими названиями: «Люкс», «Буфалло», «Золотой якорь», «Зеленый по¬ пугай». Росло количество и домов терпимости48 49В столице «Колчакии» заметно развивался кинематограф. В городе было немало кинотеатров: «Гигант», «Сфинкс», «Крис¬ талл-Палас», «Одеон», «Саргон» и др., электротеатр «Прогресс». Их зазывные афиши были расклеены по всему городу, ежеднев¬ но печатались в газетах: «Роскошный фильм с участием краса¬ вицы Барабановой!»; «Вера Холодная в незабвенном шедевре “Последнее танго”!»; «Долгожданный боевик “Обрыв" с участием Мозжухина!»; «Кровавый вихрь, или Безумие ревности!»; «Вели¬ колепная современная драма “Не для меня придет весна"»44 Практически каждый день демонстрировались кинофильмы в зда¬ нии Гарнизонного собрания, в кинотеатре «Гигант», которые бы¬ ли по преимуществу иностранного (в основном американского) производства. Художественные фильмы демонстрировались вместе с картинами пропагандистского содержания и военной хрони¬ кой. Среди художественных фильмов преобладал авантюрный жанр, а также исторические темы, драмы, мелодрамы и комедии. Наиболее популярными были картины с богатыми декорациями и захватывающим сюжетом. Демонстрировались боевики, де¬ тективы, широко был представлен репертуар детских фильмов. Кинокартины рекламировались в печати, так же как и реперту¬ ар театров, который постоянно обновлялся и носил по преиму¬ ществу легкий, развлекательный характер в виде водевилей 41 Юрасова М. К. Указ, соч С 119. 49 Ракова А. П. Омск - столица белой России. Омск. 2010 С. 151-152. 65
и оперетт™ «И зрители валом валили в кинотеатры, несмотря на введение военного налога до 15 процентов за вход на зрс- лищные мероприятия. Там, в маленьких душных залах, эйфория чужой любви и чужого счастья помогали им забыться, уйти на время от собственных нужд, забот, бед и страданий»51. В Омском драматическом театре, половина которого все- таки была оставлена коллективу, труппа антрепренера Невского ставила спектакли: «Дневник падшей», «Обнаженная», «Женщи на с улицы», «Наука любви»51. Но шла и классика: «Анна Каре¬ нина», «Царь Федор Иоаннович», «Дети Солнца», «Дни нашей жизни», «Идиот»52 53 Друг Юрия Сопова, поэт Георгий Маслов, бежавший из го¬ лодного Петрограда в охваченную Гражданской войной Сибирь, был страстно влюблен в пушкинскую эпоху и посвятил ей нема¬ ло изысканно-утонченных стихов и поэм. Однако омский период его творчества полон стихов, проникнутых чувством обреченнос¬ ти и смертельной тоски54 В одном из них он предрек и гибель Юрия Сопова, и свою смерть от тифа, и судьбу многих и многих своих молодых современников: <...> Пора стряхнуть с души усталой Тоски и страха тяжкий груз. Когда страна изгнанья стала Приютом благородных муз. Здесь вечно полон скифский кубок Поэгов - словно певчих птиц! А сколько шелестящих юбок, Дразнящих талий, тонких лиц! <...> А завтра тот. кто был так молод, Так дружно славим и любим. Штыком отточенным проколот, Свой мозг оставит мостовым55 я Жеребенка* С В Указ. соч. С. 304. 51 Ракова А П. Указ соч. С. 152. 52 Юросоеа М. К. Указ. соч. С. 119 ** Ракова А. П. Указ. соч. С. 135. 54 Там же. С. 149 & Цит. по: День и ночь Литературный журнал для семейного чтения (Красноярск). 2001. №1-2. С. 59-60. 66
«Застоя не было. Культура развивалась. Но развитие это сохраняло старые традиции и тенденции, ростки нового проби¬ вались с трудом. Город жил одним днем, чувствовалась времен¬ ность положения, суета. Общество и власть медленно шли по пу¬ ти преобразования к новой жизни...»56 - с этим мнением, кажет¬ ся, в целом следует согласиться. В это время в Омске ключом била не только художествен¬ ная, но и политическая мысль. За столиками ресторанов в гости¬ ницах «Европа» (в советское время - «Сибирь», ныне - «Ибис Сибирь-Омск»), «Россия» (в советское время - «Октябрь») и др. политические интеллектуалы из колчаковского окружения: Ю. В. Ключников, Н. В. Устрялов и др. - развивали и генериро¬ вали идеи. Именно здесь родились ростки тех идейно-поли¬ тических систем, которые позднее в эмиграции назовут смено¬ веховством, национал-большевизмом, евразийством, русским фашизмом. * * * А рядом был иной Омск, иная жизнь. Нищие, голодающие рабочие окраины: землянки, бараки, шалаши. Зарплата рабочих - ниже прожиточного минимума. Высокие заболеваемость и смерт¬ ность. Безысходность. Глухое и временами открытое недовольство. Глубокое под¬ полье с его невидимой, «подземной» работой и жизнью. Контрразведка, и не одна. В здании на Лермонтовской - чехословацкая, а кроме того, несколько отделений главной, кол¬ чаковской контрразведки по городу, в том числе и в подвале Ставки (ныне - здание Омского госуниверситета путей сообще¬ ния). Адреса известны, и горожане обходят эти дома десятой дорогой. Город наводнен шпиками, провокаторами, в том числе и настоящими артистами своего дела. Тюрьма на улице Тарской, - кстати, там же, где и сейчас находится Омский следственный изолятор. Концентрационный лагерь на юго-восточной окраине Омска (в районе нынешнего ипподрома), количество политзаключенных в котором - быв¬ ших красногвардейцев и советских деятелей, просто сочувст¬ вующих советской власти, а также военнопленных красноармей- **** Жеребенке« С. В. Указ, соч С. 305 67
цсв, доставленных с Восточного советского фронта, - исчисля¬ лось многими тысячами. Осенью 1919 г. в «Колчакин», в том числе и в ее столице, разразилась небывалая эпидемия тифа, поразившая тюрьмы и лаге¬ ря, колчаковскую армию и гражданское население востока России. Но подробнее о «другом Омске» - в следующих главах. * * * «Пожалуй, единственным местом, - считает известный ом¬ ский краевед Аьбина Павловна Ракова, - где за долгие годы мор¬ ских скитаний и полярных экспедиций его окружали комфорт и своего рода роскошь, был дом по улице Береговой, 9, где А. В. Колчак провел почти 11 месяцев. Он перебрался сюда, став Верховным правителем, 15 декабря 1918 года из дома Волковых - своего первого пристанища в Омске37. Небольшие уютные залы с живописными плафонами, изящные люстры, камины и изразцо¬ вые печи. Богатая деревянная резьба, полы, выложенные голубой французской плиткой. Экзотический для Сибири зимний сад... Говорят, что хозяин дома Капитон Алексеевич Батюшкин был большим любителем часов с боем, и они наполняли комнаты мяг¬ ким мелодичным звоном, внося в жизнь Верховного правителя домашний уют... Правда, первые месяцы его пребывания в этом доме были омрачены болезнью. Простудившись на параде Геор¬ гиевских кавалеров 9 декабря, он слег с воспалением легких. Хро¬ ническая пневмония и жестокий суставной ревматизм - печать Арктики - мучили его до конца жизни. Слишком много преврат¬ ностей судьбы выпало на долю полярного исследователя»3*. Болезнь длилась с 11 декабря 1918 г. по начало февраля 1919 г.57 * 59 Нелишним здесь будет привести и такой факт: А. В. Кол¬ чак принимал этот парад в шинели, хотя вполне мог бы в этот морозный декабрьский день одеть шубу. Но, по свидетельству И. И. Сукина, Колчак отказался утепляться, так как военнослу¬ жащие были в шинелях60. 57 По улице Пушкина. В советское время здесь находился районный во¬ енный комиссариат Куйбышевского района Омска, а затем военный комисса¬ риат Центрального округа Омска. - А. 111. я Ракова А. П. Указ. соч. С. 125. 59 Зырянов П. Н. Адмирал Колчак, верховный правитель России. М., 2006. 60 Мельгунов С. П. Указ. соч. Кн. вторая. С. 35. 68
В те немногие, с перерывами, недели и месяцы, когда А. В. Колчак находился в Омске и проживал в своей резиденции, он вставал не ранее 10 часов утра. Садился в седло и катался вер¬ хом во дворе - единственное развлечение, которое он себе по¬ зволял. Двор небольшой, не разгуляешься, но загородной рези¬ денции у Верховного правителя не было* 61. Затем, выпив чаю и иногда слегка закусив, адмирал входил в свой кабинет и начинал прием министров, военных и представ¬ ляющих лиц. В 12 часов по расписанию был завтрак, но Колчак либо пропускал его, продолжая заниматься делами, либо слегка отдыхал в кабинете. В 14 часов возобновлялись доклады и прие¬ мы, продолжаясь до обеда - до 18 часов. Обед не пропускался - по сути Александр Васильевич правильно питался только раз в сутки. После обеда продолжались приемы или же собирался Совет Верховного правителя. Потом Колчак уединялся в своем кабинете и занимался допоздна. Засидевшись за работой, пере¬ груженный впечатлениями дня, он долго не мог уснуть. Это пов¬ торялось каждую ночь, и постепенно спальня превратилась в биб¬ лиотеку, состоявшую в основном из серьезной научной литера¬ туры. Засыпал адмирал часа в 3 ночи, а то и позднее62 С конца весны 1919 г. дела шли все хуже и хуже, а потому один или два раза в день в адмиральском кабинете случался «шторм». Колчак хотел, чтобы ему говорили всю правду, и требо¬ вал этого. Но правда бывала такова, что спокойно выслушивать ее он не мог: начинал тыкать ножом в подлокотник кресла, мог швырнуть со стола стакан с чаем или чернильницу. Потом, опом¬ нившись, выбегал из кабинета. Через некоторое время возвра¬ щался несколько успокоившийся, утомленный, с потухшим взо¬ ром. Боясь таких вспышек гнева, многие не решались говорить всю правду63. Многие из тех сподвижников Колчака, кто оставил воспо¬ минания, дружно отмечают нервозность и неуравновешенность в поведении Верховного правителя. Во время, когда А. В. Колчак ехал в Сибирь с Дальнего Востока, в Омск полетела, обгоняя его поезд, весть о том, что он вспыльчив, груб и привержен к алкоголю. Действительно, многие 41 Зырянов П. Н. Указ. соч. С. 490. 42 Там же. С. 49СМ91. 61 Там же. С. 491. 69
люди из окружения Колчака отмечали его чрезмерную вспыль¬ чивость и раздражительность, которые подчас граничили с гру¬ бостью, «распущенность и излишнюю горячность речи», внезап¬ ную перемену настроения. «Часто закидывается по пустякам», - отметил барон Будберг. Как свидетельствовал А. Ф. Керенский, «по характеру своему Колчак нетерпелив, капризен и легко поддается влиянию»64 В объяснение н некоторое оправдание всего этого можно лишь сказать, что военная служба сама по себе, плюс две войны, японский плен и, наконец, перипетии революции и войны граж¬ данской, долгие разлуки с семьей - все это не могло не сказаться на состоянии здоровья и психики А. В. Колчака. Распространенное в советской литературе с легкой руки ге¬ нерала М. Жанена мнение о том, что А. В. Колчак был наркома- ном-морфинистом, серьезной проверки не выдерживает. Что касается алкоголя, то к нему Колчак проявлял умеренность. Дом по ул. Береговой, 9 стал тихим пристанищем А. В. Кол¬ чака в эти нсдолгие 11 месяцев пребывания в Омске. В этом зда¬ нии он чувствовал себя в полной безопасности: английские стрел¬ ки полковника Уорда по первому сигналу готовы были занять все подступы к особняку Верховного правителя63. И еще один аспект пребывания А. В. Колчака в Омске и в этом доме, о чем, наверное, проникновеннее других повест¬ вует Альбина Павловна Ракова: «Здесь, наверное, он был счастлив... Молодая прелестная жен¬ щина по-новому осветила жизнь А. В. Колчака в Омске. Она полюбила овеянного морской славой человека, который был старше ее почти на двадцать лет. оставила семью и маленького сына, чтобы связать свою судьбу с любимым человеком. Он назвал ее “Мое божество” Анна Васильевна Тимирева не оставила воспоминаний об омском периоде своей жизни. Известно лишь, что, свободно владея двумя иностранны¬ ми языками, она работала переводчицей в Отделе печати при управле¬ нии делами Совмина и Верховного правителя. В свободное от работы время, как большинство женщин того времени, она ухаживала за ране¬ ными в госпиталях, работала в мастерской по пошиву и ремонту белья, раздавала его бальным и раненым воинам. 44 *44 Цит. по: Ракова А. П. Указ. соч. С. 130. "Там же С. 127-128. 70
В Омске она жила по улице Надеждинской, 18, снимая комнатку в маленьком деревянном домишке. Зимние вьюги заносили его по са¬ мую крышу. В этом доме написаны почти все ее письма А. В. Колчаку, часто уезжавшему на фронт. Лишь несколько из них, известных нам, отправлены из дома Верховного правителя, куда она бежала, спасаясь от тоски и одиночества. <...> В одном из писем Анны Васильевны есть слова, полные отчая¬ ния, предчувствия и какого-то смутного ожидания беды: “Дорогой мой милый, возвращайтесь. Только скорее, я так хочу Вас видеть, быть с Вами, хоть немного забыть все, что только и видишь кругом: болезни, смерть и горе. Я знаю, что нехорошо желать для себя хорошего, когда всем плохо,, но ведь это только теория, осуществимая разве, когда уля¬ жешься на стол между тремя свечками... Но ведь я же живая и совсем не умею жить, когда кругом одно сплошное и неприглядное житие.. /V66 * * * А. В. Колчак был относительно доступен в общении. Ка¬ кими бы ни были славословие и внешнее проявление почитания Колчака, предельная простота, даже суровость в окружающей его обстановке и образе жизни была отмечена одним из ино¬ странных корреспондентов. Его беседа с Верховным правителем была опубликована в газете «Наша заря» от 25 февраля 1919 г.: «Понятие диктатора связывают обычно с понятием неограничен¬ ного правителя с функциями часто более широкими, чем у мо¬ нарха. Адмирал Колчак отнюдь не производит такого впечатле¬ ния. Он замечательно прост. И ни в окружающей обстановке, ни во внешности нет и тени Величия. Вагон, в котором он меня при¬ нимал, - простой служебный вагон. Все, несомненно, свидетель¬ ствует о скромных привычках адмирала»67 В дневнике Н. В. Устрялова, директора пресс-бюро при пра¬ вительстве Колчака, есть такие слова: .. .трудно судить совре¬ менникам. Исторических людей создают не только их собствен¬ ные характеры, но и окружающие обстоятельства. Но я боюсь - слишком честен, слишком тонок, слишком хрупок адмирал Кол¬ чак для “героя" истории»68 66 Ракова А. П. Указ. соч. С. 128-150. 67 Цит. по: Там же. С. 124. 61 Цит. по: Там же. С. 133 71
Большинство соратников А. В. Колчака отмечали, что он был широко образованным человеком. Адмирал Цывинский, под руководством которого А. В. Колчак начинал военную службу, писал: «Это был необычайно способный, знающий и талантли¬ вый офицер. Обладал редкой памятью, владел прекрасно тремя языками, знал хорошо лоции всех морей, знал историю всех поч¬ ти европейских флотов и морских сражений»69. О его определенной интеллектуальной культуре свиде¬ тельствует знакомство и даже некоторые приятельские, впрочем весьма своеобразные, отношения с одним из самых необычных, громких и скандальных писателей Сибири - А. С. Сорокиным. Антон Семенович Сорокин родился в семье павлодарского купца-старообрядца, сам чуть не стал купцом, но с детства воз¬ ненавидел купеческую среду и власть чистогана. Его скандаль¬ ное творчество писателя и художника - своеобразный модернист¬ ский вызов той гнетущей капиталистической действительности, которая сложилась в Сибири накануне Февральской революции 1917 г. и была усугублена Мировой войной. Революция пробу¬ дила в нем еще больший талант «возмутителя спокойствия». Кроме того, Антон Сорокин, относительно благополучно жив¬ ший на жалование служащего-счетовода Управления Сибир¬ ской железной дороги, прославился покровительством молодых начинающих писателей - моральным и отчасти материальным. В его небольшом, но уютном особнячке в центре Омска соби¬ ралась самая настоящая «омская богема», а также находили прибежище в трудные для себя дни бедствующие молодые пи¬ сатели и поэты. Широкую известность А. Сорокину принесли не столько его произведения, сколько шумные и оригинальные выходки, по¬ рою даже скандалы. Сложно сказать, каким образом произошло знакомство писателя с А. В. Колчаком; возможно, это случилось благодаря участию в сорокинских богемных собраниях на Лермонтовской Анны Васильевны Тимиревой - женщины художественно утон¬ ченной и к тому же певицы и поэтессы. При этом А. Сорокин держался с Колчаком на равных и, более того, в условиях эво¬ м Цит. по. Ракова А. П. Указ. соч. С. 132. 72
люции режима вправо позволял себе полусерьезную-полушут- ливую критику режима и правителя, иногда явно выходя за рамки дозволенного. Так начались знаменитые «скандалы Кол¬ чаку» - публичные или печатные выходки писателя (по утвер¬ ждению самого Сорокина, таких скандалов было 33). Правда, некоторые из них были попросту позднее выдуманы писателем. Но часть скандалов действительно имели место в реальности, хотя некоторые из них приукрашены и утрированы в сторону большей драматизации. С приходом к власти Колчака Антон Сорокин стал паро¬ дировать диктатуру и диктатора. В «Скандале пятом» он пишет, что «решил последовать примеру Колчака и объявить себя дик¬ татором»: «Я объявил себя “диктатором’* над писателями: Вяткиным, Аус- лендером, Лидией Лесной и другими. Требовал, чтобы для меня приоб¬ рели автомобиль. - Вы, как стадо баранов, без диктатора. Мы, Антон Сорокин, по¬ чувствовали стремление к власти и желаем быть диктатором, буду вы¬ пускать приказы. Ауслендеру приказываю не отбивать хлеб у чернора¬ бочих слова, газетчиков, а писать стилизованные рассказы. Вяткину - поэту-лирику - приказываю не увлекаться административными долж¬ ностями... Или вот еще («Скандал двадцать второй», приводится пол¬ ностью): «Запыхавшись, прибегает Матвеев70 71 - Я только что от Колчака. Немедленно расклеить утром плакат о взятии Петрограда Юденичем. 70 Сорокин А. Тридцать три скандала Колчаку // Сорокин А. Залах Роди¬ ны. Омск. 1984. С. 178, 181. 71 Вероятнее всего, речь идет о журналисте Громове. Известный также под дореволюционным и затем периода колчаковщины псевдонимом «Прин¬ цесса Греза», А. М. Громов прибыл в Омск иэ Москвы весной 1918 г. с манда¬ том за подписью А. С. Серафимовича и стал литературным редактором «Извес¬ тий» Омского Совета. Переждав в июне 1918 г смену власти, подвизался писать в белогвардейских газетах антисоветские фельетоны (псевдонимы: А. Матвеев, А. Матвеевич, Аргус) и сотрудничать с контрразведкой в выявле¬ нии сторонников советской власти. - Оленич-Гчененко А. П. Суровые дни // Сибирские огни. 1958. ЛЬ 12. С. 123; Анов А. На литературных перекрестках. Воспоминания. Алма-Ата, 1974. С. 49. - А. Ш. 73
Отрезает у меня с пола кусок линолеума и убегает. Петроград взят не был. А плакатов было изготовлено десять ты¬ сяч. Когда Матвеев попросил деньги за плакаты о взятии Петрограда, Колчак затопал ногами и закричал: - Вон, мерзавец, - и прибавил излюбленное морское ругательство. Антон Сорокин утаил плакатов около пятисот и отдал их рас¬ клеить мальчишкам, а сам плакатов сто сбросил с галерки театра. Ликование было необычайное, пели “Боже, царя храни...” Кри¬ чали ”уРа” Матвеев едва-едва выпутался из этой истории»72. В гнетущей псевдостоличной обстановке Омска, или, как тогда говорили, «в мексиканской атмосфере», любая из таких выходок могла кончиться плохо: как минимум арестом и заклю¬ чением (возможно, и в психиатрическую больницу, которая в Ом¬ ске уже тогда вовсю фуекционировала и имела неплохую прак¬ тику), а то и чем похуже. В случаях, когда на каком-либо офици¬ альном мероприятии общественности Сорокин начинал злые шутовские выходки в присутствии Колчака и в его адрес, Алек¬ сандр Васильевич вставал и уходил, и мероприятие было непо¬ правимо испорчено. Бывали случаи задержания Сорокина мили¬ цией и даже контрразведкой, с которой - и это все в Омске зна¬ ли - шутки плохи. Но его отпускали, принимая или предпочитая принимать за сумасшедшего73 Вс. Иванов, чьи омские страницы жизни не так светлы и безупречны, как того хотелось бы ему самому и поклонникам его безусловного писательского таланта, позднее в своих воспо¬ минаниях как бы между делом рассказывает о личном общении с А. В. Колчаком следующее: «Это было в начале 1919 года. Я довольно часто приходил к Ан¬ тону Сорокину, хотя путь к нему был очень длинный. <...> И вот од¬ нажды, когда после моего прихода... вошла молодая женщина, слегка широколицая, с большими веселыми глазами и слегка полная. По ее разговору я понял сразу, что она актриса. Но мне не удалось разгово¬ риться с нею: послышался звонок, и в комнату вошел небольшого роста седеющий человек, подстриженный бобриком, в черном мундире. Он поздоровался с актрисой, затем с женой Сорокина, поцеловал им руки, 72 Сорокин А. С. Указ. соч. С. 189. 73 Там же. С. 179, 182, 183, 189.
а затем Сорокин представил меня военному, сказав, что это, мол, моло¬ дой гений, сибирский прозаик, с которым переписывается М. Горький. Военный, пожав мне руку своей маленькой рукой, как-то небрежно проговорил: - Колчак. После этого мы сели пить чай. Разумеется, вовсе не ожидая уви¬ деть у Сорокина сибирского правителя, я растерялся, но, с другой сто¬ роны, не желая показывать своей растерянности, я подбирал веселые и самоуверенные слова и, разумеется, не мог подобрать. Антон Соро¬ кин говорил о литературе: вместо того чтобы печатать прокламации, которые никто не читает, или газеты, которые повторяют все одну и ту же ложь, нужно открыть несколько иллюстрированных журналов, по¬ тому что писатели для этого имеются. Они расскажут правду, а народ сам разберется в этой правде. Колчак слушал его небрежно, глазами приглашая актрису встать и уйти... <...> Актриса не торопилась и во¬ обще обращалась с грозным правителем довольно небрежно. Антона Сорокина он, как и большинство мещан, по-видимому, принимал за юродивого, и, быть может, то, что этот юродивый говорит ему суровую правду, льстило ему: у него есть такой же юродивый, какие были у всех московских государей. Я думаю, что это так. Другим невозможно объяс¬ нить те скандалы, которые устраивал Антон Сорокин Колчаку и которые до того времени, когда Антон Сорокин напечатал их, передавались из уст в уста омскими жителями. Чай Колчаку подали в серебряном подстаканнике, в котором обычно пил его сам Антон Сорокин. Помешивая чай ложечной, Колчак посмотрел на меня и спросил, думая, должно быть, не обо мне, а о чем- то другом: - Итак, с вами переписывается Горький? - Он написал мне два письма, - ответил я. Колчак помолчал, помешал ложечкой, а затем сказал задумчиво: - И Горький, - опять чуть помолчав, он добавил: - Ив особен¬ ности Блок - талантливы. Затем, слегка вздохнув, он глотнул чаю и сказал: - И все же их обоих, когда возьмем Москву, придется повесить. И он опять вздохнул, словно сожалея, что вот, мол, хорошие лю¬ ди, но придется вешать, чтоб не распложать большевиков. Он опять вздохнул и добавил: - Очень, очень талантливы. Затем, снова поцеловав руку супруге Сорокина, Колчак ушел, ведя под руку свою даму»74 74 Иванов Вс. Антон Сорокин // Иванов Вс. Собр. соч.: в 8 т. М. 1968. Т. 8. С. 290-292. 75
Добавим к этому, что на другой странице этих же воспо¬ минаний Вс. Иванов прозрачно намекает, что А. В. Колчак бывал в гостях у А. С. Сорокина неоднократно75 Это еще одна из ил¬ люстраций к проблеме «творчество и власть», «художник и дик¬ татор». Кстати, от резиденции Верховного правителя до особ нячка А. Сорокина на Лермонтовской было не так уж и далеко: минут пятнадцать-двадцать обычной ходьбы. * ★ * Для понимания всей сложности политической ситуации в «Колчакии» представляет интерес и вопрос о многопартийнос¬ ти и многопартийной системе власти на подконтрольной бе¬ лым территории востока страны. В России с начала XX века су¬ ществовали различные политические партии и были наработаны определенные традиции многопартийности (политического плю¬ рализма, выражаясь современными категориями), чего не учиты¬ вать было нельзя, и даже большевики поначалу так или иначе это учитывали. В своем воззвании к населению по поводу вступления в должность А. В. Колчак заявил, что не пойдет «по гибельному пути партийности», имея в виду многопартийность буржуазной демократии и в известной мере буржуазную демократию как та¬ ковую. Но отечественные, в гам числе и региональные, традиции многопартийности не позволяли в короткий срок свернуть ее на территории «Колчакии», хотя такая тенденция существовала (воз¬ можно, колчаковцы просто не успели этого сделать). Нужно, од¬ нако, отметить, что колчаковский режим, пусть и нехотя, призна¬ вал многопартийность - в ограниченном виде. В начале 1919 г., т. е. спустя неделю после «декабрьской драмы», был опубликован «примирительный манифест», адре¬ сованный умеренно-оппозиционным партиям. В этой декларации, кроме прочего, говорилось: «Всех, кто в это ответственное время разлагает здоровый дух войск, кто возбуждает население против власти, кто препятствует пра¬ вильной работе железных дорог и важнейших предприятий. Правитель¬ ство будет преследовать с беспощадной строгостью. 75 Там же. С 288-289. 76
Но Правительство, стоящее вне всяких партийных течений. Пра¬ вительство возрождения страны, не видит оснований для борьбы с те¬ мн партиями, которые, не оказывая поддержки власти, не вступают и в борьбу с нею. Не время теперь для внутренней розни»76. На территории «Колчакии» легально действовали монар¬ хисты, октябристы, конституционные демократы, областники, на¬ родные социалисты, крайне правые эсеры из группировки «Воля народа», правые меньшевики из группировки «Единство». Полу¬ легально действовали правые эсеры, эсеры-центристы и меньше¬ вики, причем значительная часть всех этих демократов была все же вынуждена со временем перейти с полулегального на неле¬ гальное положение. Следует также отметить, что на территории Сибири к на¬ чалу 1919 г., по данным отдела печати при Совете министров Российского правительства, выходили 157 периодических изда¬ ний, в том числе 96 газет и 61 журнал. Только ежедневных газет было 74, в том числе 22 «демократических», 7 «социалистических», 2 рабочих. В одном только Омске выходили 6 газет и 10 журналов. Однако периодическая печать, особенно склонная к оппозици¬ онности, подвергалась многообразной цензуре (военной, граж¬ данской, иностранной союзной), и большинство сибирских га¬ зет выходили со зримыми свидетельствами работы цензоров - бе¬ лыми пятнами снятых материалов77 Что же касается многопартийнон системы власти, то идеа¬ лом правых являлся «деловой», а не партийный подход к форми¬ рованию правительства и иных органов власти. «Очень туманны фигуры министров нового состава, - рассуждал на страницах своего дневника 21 ноября 1918 г. барон А. Будберг, - успех ра¬ боты зависит от их способности уйти сразу от партийности и стать на чисто деловую почву»78. Правительство являюсь формально беспартийным по прин¬ ципу формирования, т. к. в основе его формирования лежал нс партийный, а персональный, «деловой» принцип. 76 Циг по: Мельгунов С. П. Уквз. сон. Кн. вторая. С. 264. 77 Там же. С. 239-240; Звягин С. П. Цензура в условиях «белой» Сиби¬ ри // Вопросы истории Сибири XX века. Новосибирск, 1998. С. 68,69,75. 71 Будберг А. Дневник // Гуль Р и др. Уквз. соч. С. 237 77
И тем не менее колчаковское правительство являлось, в известном смысле, многопартийным по составу: сюда наряду с беспартийными входили кадеты Г Г Тельберг, В. Н. Пепеляев. А. А. Грацианов, Г К. Гинс, октябристы Мельников и Киндяков, народный социалист Щеслинский, а также социалисты-ренега¬ ты: бывшие эсеры (П. В. Вологодский, И. А. Михайлов, С. С. Ста- рынкевнч, С. М. Третьяк) и бывший меньшевик Л. И. Шумилов- ский, кроме того, И. И. Серебренников, который в царское вре¬ мя являлся меньшевиком, а в 1917 г. состоял в партии эсеров. Конечно, это были фактически чистые ренегаты, и их социалис¬ тическое прошлое осталось далеко позади. Тем не менее часть наиболее реакционных монархистов (например, генерал К. В. Са¬ харов) высказывала недовольство вхождением в правительство «социалистов»80. Другая часть монархистов не возражала, пре¬ красно понимая, что с социализмом у этих людей давно нет ни¬ чего общего и что, более того, все они твердо зарекомендовали себя как верные слуги режима. Весьма красноречива в этой связи характеристика политической позиции и роли П. В. Вологодско¬ го в правительстве, данная А. В. Колчаком в связи с возникшим очередной раз вопросом о партийности председателя Совета ми¬ нистров: «Да какой он эсер! Он уже стар и от всех [эсеровских] дел отошел, даже и в партии не состоит. Но, понимаете, он здесь необходим, как vieux drapeau (старое знамя. - А. Ш.)...»*1 Кроме того, кабинет министров, формально беспартийный, фактически был расколот на две группировки: правых во главе с И. А. Михайловым и центристов во главе с П. В. Вологодским82 «Группа Михайлова», в которую кроме него входили: Сукин, Смирнов, Тельберг, Гаттенбергер, Петров, Зефиров и Гинс, - счи¬ талась более сильной81 Ведущую роль в правительстве играли кадеты, и политика во многом строилась исходя из кадетских (точнее правокадет¬ ских) политических установок. 9 ноября 1918 г. в Омске офор- п Записки белогвардейца // Восточный фронт адмирала Колчака. М.. 2004. С. 331-332. ®° Сахаров К. В. Белая Сибирь //Там же. С. 199. *' Там же. С. 137-138. ю Шиюлсхий М. В. Политические процессы в Сибири... С. 340. м Гинс Г К Укал. соч. С. 314, 78
милея Восточный отдел ЦК Партии народной свободы (ПНС) во главе с В. Н. Пепеляевым, В. А. Жардецким, А. К. Клафтоном. В мае 1919 г., на фоне относительной военной стабильности, состоялась конференция ПНС, завершившаяся 22-го числа. Глав¬ ной задачей текущего момента провозглашалось «уничтожение военной силы большевизма, и потому все остальное должно быть подчинено этой главной военной цели». Стратегической же целью провозглашалось возрождение в России нового правового государства, покоящегося на началах национальной демократии. В состав Восточного отдела ЦК были избраны: Е. П. Березовский, А. К. Клафтон, Н. В. Устрялов, В. А. Кудрявцев, В. А. Жардецкий, С. С. Неустроев, А. И. Коробков, С. П. Мокринский, А. Ф. Бонч- Осмоловский, В. Ф. Иванов, А. Г. Елкин, П. Н. Набоков84. По поводу взаимоотношений кадетской партии и власти в «Сибирской речи» от 19 мая 1919 г. читаем: «Никогда еще партия не была так близка к правительству. Это не означает, что правительство приобрело кадетскую окраску; все знают, что власть Верховного правителя беспартийна, вернее сверхпартий¬ на. Это не значит также, что партия “Народной свободы” фор¬ мально связала себя с советом министров через своих членов, входящих в его состав; они входят в него не как официальные представители партии, а персонально и в своей деятельности от¬ нюдь не руководствуются партийными директивами. Нет, связь партии с правящей властью глубже, своеобразнее, принципиаль¬ нее; она - в основных устремлениях творческой работы. Она не только в общности целей н задач, но и в одинаковом понимании средств и путей их реального осуществления». Исследователь Ю. Г. Лончаков в связи с этим замечает, что перед нами - «впол¬ не узнаваемый пример тоталитарной риторики, достойный итог пересмотра вех российским либерализмом начала столетия»85 м Шшовский М. В. Общественно-политическое движение в Сибири второй половины XIX - начала XX века. Вып. 2. Либералы. Новосибирск. 1995. С. 55-57 ю Цит. по: Лончаков Ю. Г О кадетской контрреволюции // Политичес¬ кие партии, организации, движения в условиях кризисов, конфликтов и транс¬ формации общества. Омск, 2000. Ч. I. С. 123. Любопытный факт: кадет Л. А. Кроль в одной из омских газет выступал против многопартийности. 79
Летом 1919 г. на фоне поражений на фронте сибирские кадеты начали терять воодушевление, деятельность их стала по¬ степенно замирать н в конце 1919 г. практически полностью прекратилась. Продолжал свое существование Национальный блок. Кро¬ ме омской, ведущей организации, со временем возникли и су¬ ществовали отделения блока и подобные ему (формально само¬ стоятельные) организации в Перми, Екатеринбурге, Барнауле. Бийске, Иркутске86. Главной задачей блока стало обеспечение ре¬ жиму широкой общественной поддержки. При этом блок как по¬ литический субъект фактически не обладал реальными рычагами воздействия на власть. «А что же блок? - вспоминал Г. К. Гинс. Его истинная природа в это время вполне выяснилась. Это была организация для обмена мнений, а не союз для достижения по¬ литических задач. Члены блока ходили по министрам и спраши¬ вали, как поступить. Они прислушивались к разным сплетням и сами их разносили. Они выставляли кандидатов, но сейчас же от них отказывались, если встречали препятствия»87. Будучи не в силах серьезно влиять на политику А. В. Колчака и его прави¬ тельства. лидеры блока занимались тем, что устраивали полити¬ ческие посиделки, на которых обсуждались второстепенные воп¬ росы, в частности, критиковались и громились оппоненты блока слева - эсеры. Так, на одном из заседаний в январе 1919 г. под председательством А. А. Балакшина обсуждалось отношение бло¬ ка к работе, «которую в данное время ведет за границей быв¬ ший член Директории Авксентьев». Эта работа была признана враждебной Российскому правительству и осуждена88. В марте 1919 г. часть входивших в Национальный блок организаций выступила за создание так называемого законосо¬ Возможно, при определенных условиях, гипотетически связанных с по¬ бедой белых и фактором времени, в России на базе слияния правых кадетов и монархистов могла бы появиться «государственная» партия наподобие фа¬ шистской партии в Италии периода режима Б Муссолини или испанской фалан¬ ги времен Ф Франко. Но это всего лишь чисто гипотетическое предположение в русле ретроальтернатнвистикн. Цветков В. Ж. Белое дело в России. 1919 год: формирование и эволю¬ ция политических структур Белого движения в России. М., 2009. С 599. ян ' Гинс Г К. Указ, соч С. 319. Сибирская речь (Омск). 1919. 9 (22)янв. 80
вещательного органа (наподобие царского Госсовета) из «пред- ставителей общественности по назначению и министров по долж¬ ности» с целью ослабить влияние Совета «верховного правите¬ ля» («звездной палаты»). В июле 1919 г. блок развернул агита¬ цию за снятие П. В. Вологодского с поста председателя Совета министров и обновление правительства. 20 июля блок, очеред¬ ной раз ритуально выразив поддержку А. В. Колчаку, призвал «верховного правителя» соблюдать начала правопорядка, опреде¬ ленные в декларациях правительства89. «Блок, критикуя Прави¬ тельство, всемерно его поддерживал...»90Но в блоке, созданном и руководимом поначалу кадетами, судя по всему, стало нарас¬ тать влияние левых кадетов и социал-либералов. Наибольшие политические колебания проявлялись в среде социал-либералов. Из них относительно твердо на позициях под¬ держки режима стояли народные социалисты91 13-15 января 1919 г. в Омске проходило совещание представителей комитетов ТНСП семи городов «Колчакии», в основном Сибири. Собрание высказалось за всемерную поддержку Омского правительства и А. В. Колчака. В принятой собранием резолюции основными задачами момента провозглашались: - успешное завершение борьбы с большевиками; - воссоздание государственного бытия России; - восстановление ее международного положения. «...Российское Правительство, существующее в г. Омске, возглавляемое адмиралом Колчаком, стоит на уровне историчес¬ кого момента, переживаемого родиной, - говорилось в резолю¬ ции. - Совещание полагает, что названному Правительству долж¬ на быть оказана всемерная поддержка»92. Более склонными к политической рефлексии оказались пра¬ вые эсеры-«воленародцы», теснейшим образом связанные с коо¬ перацией. Жесточайшее подавление Омского восстания 22 декабря 1918 г. и последовавшая за этим жестокая расправа военных над 19 Блок 14-ти // Гражданская война и военная интервенция в СССР. С. 69. 46 Меяъгунов С. П. Указ. соч. Кн. вторая. С. 254. 91 Не случайно одно из самых скрупулезных и в то же время апологети¬ ческих эмигрантских исследований по истории колчаковского режима выпол¬ нено народным социалистом С. П. Мельгуновым. - См.. Мельгунов С. П. Указ, соч.: в 2 кн. 91 Сибирская речь (Омск). 1919. 9 (22) янв. 81
девятью демократами, в том числе депутатами Учредительного собрания. - все это отрезвляюще подействовало на часть социал- либералов. Особенно их потрясла гибель эсера Н. В. Фомина - одного из ведущих лидеров сибирской кооперации и сравни¬ тельно молодого политического деятеля93 В дополнение к этому в Омск стали стекаться многочисленные сведения о зверствах карательных отрядов в отношении крестьян, а также работников кооперации. «Шомпола доставались и низовым кооператорам», - отмечал современник94 Одним из первых после колчаковского переворота отошел от активной политической деятельности из¬ вестный российский аграрник, экономист, крайне правый эсер (бывший энес) Н. П. Огановский, проживавший в это время в Омске. Однако, все еще питая иллюзии насчет реализации правительством А. В. Колчака аграрной программы, в мае 1919 г он вошел в состав Государственного совещания и был назначен председателем земельной комиссии, но, убедившись в неспособ¬ ности Колчака решить аграрный вопрос, перешел вскоре в оппо¬ зицию. В сентябре 1919 г. Огановский был арестован в Томске по обвинению в «противоправительственной деятельности»95 16 января 1919 г. по распоряжению военных властей был арестован редактор газеты «Заря», по оценке П. В. Вологодско¬ го, «в общем доброжелательной правительству», В. Е. Парунин. Поводом к аресту послужила помещенная в газете заметка об из¬ биениях и расстрелах во время подавления восстания 22 декабря 1918 г. невинных людей. На просьбу П. В. Вологодского освобо¬ дить Парунина комендант города Катаев ответил отказом, со¬ славшись на санкцию генерала Матковского. Вологодский доложил о ситуации А. В. Колчаку и по распоряжению последнего через Министерство юстиции 20 января Парунин был освобожден96 Однако значительная часть социал-либерапов Сибири пока продолжала оставаться верной режиму. Даже те, кто позволял себе фрондировать, в решающие моменты, как правило, оказы¬ у' Сибирская кооперация (Омск). 1919. Хв 1 С. 11-12; № 12. С. 2-3. 94 Рид. Четыре года борьбы на территории Сибири // Рабочий путь (Омск). 1921.13 нокб. 95 Чубыкин И. Огановский Николай Петрович // Политические партии России (конец XIX - первая треть XX в ). М.. 1996. С 409. "Сибирская речь (Омск). 1919. 9 (22) янв.. Вологодский П. В. Указ. соч. С. 141. 82
вались солидарны с Верховным правителем, - во всяком случае, до тех пор, пока не наметился очевидный крах режима. По мере ухудшения ситуации на фронте в газете социал- либералов «Наша заря» (несколько изменив название, она скор¬ ректировала и профиль: теперь это была газета «демократической государственной мысли») стали появляться статьи типа «Коопе¬ рация вне политики». Надо заметить, что еще сразу после колча¬ ковского переворота осторожные кооператоры предусмотрели для себя данный вариант. По их заявлениям, кооперация должна быть нейтральной, но нейтралитет может быть как дружественным, так и враждебным; будет ли «аполитизм дружественным или враж¬ дебным государству, это зависит от самого государства»’7 Несмотря на свою относительную малочисленность, си¬ бирские социал-лнбералы (народные социалисты, правые эсеры- «воленародцы», правые меньшевики («Единство»)) сыграли клю¬ чевую и очень важную роль связующего звена, соединив в очень важный и ответственный для антисоветских сил момент осени 1918 г. правосоциалистическую и монархическую буржуазно¬ помещичью контрреволюцию на востоке страны, а в дальней¬ шем, когда сторонники диктатуры оттеснили демократов от влас¬ ти, социал-либералы взяли на себя еще и роль «подставных со¬ циалистов», обеспечивая, по мере сил, «демократический» имидж режима А. В. Колчака. Выполнив это политически самоубийст¬ венное для деятелей, именующих себя социалистами, предназна¬ чение, сибирские социал-либералы в конце 1919 г. канули в по¬ литическое небытие. Особая ситуация сложилась в период колчаковщины в си¬ бирском областничестве. В конце 1918 - начале 1919 г позиции областников-автономистов окончательно разошлись. Линией во¬ дораздела стало их отношение к колчаковской диктатуре. Большая часть областников, и прежде всего Г. Н. Потанин, А. В. Адриа¬ нов, И. И. Серебренников, Н. Д. Буяновский, Л. И. Шумиловский и др., безоговорочно поддержали колчаковщину и предприняли максимум усилий, направленных на укрепление власти Верхов¬ ного правителя. Другая часть областников, ориентировавшаяся на эсеров, вместе с ними составила оппозицию колчаковскому 91 *91 Ловцов И. Об участии кооперации в политике И Сибирская коопера¬ ция (Омск). 1918. № 11-12. С 52. 83
режиму. Позицию данной группы выражал Вл. М. Крутовский в редактируемом им журнале «Сибирские записки». Промежу¬ точное положение между двумя первыми заняла третья группиров¬ ка областников, объединявшая в основном лиц, ориентировавших¬ ся на народных социалистов и примкнувших к областничеству после февраля 1917 г., среди них: И. А. Молодых, М. П. Голова- чев. Н. Я. Новомбергский, А. Д. Баженов, Н. Н. Козьмин и др. Пол держивая политику колчаковского правительства, они тем не ме¬ нее выступали за воплощение в жизнь областнических лозунгов в условиях существующего положения. Позиция данной группы была изложена в «Декларации сибиряков-областников», поя¬ вившейся в начале июля 1919 г.48 Несмотря на разногласия, все без исключения областники консолидировались на антисоветских позициях. После пораже¬ ния колчаковских войск в июле 1919 г. сибирская контрреволю¬ ция опять попыталась прибегнуть к авторитету Г. Н. Потанина. В газетах появилось подписанное им обращение, составленное в духе пещерного антикоммунизма. «К оружию, граждане, - при¬ зывал он. - Банды большевистские у ворот. Нет, они уже сломали ворота, озверевшие, озлобленные, беспощадные, в крови и огне, ворвались в родную Сибирь»99 На основе большого количества источников ведущий исследователь областничества В. М. Ши- ловский делает вывод об окончательном уходе областников как самостоятельной политической силы с политической арены Си¬ бири уже в первой половине 1919 г.100 Такова была легальная партийно-политическая палитра под¬ контрольной А. В. Колчаку территории востока России. Однако партийно-политическая система режима террито¬ рии «Колчакии» органического развития не получила, как и те остки бонапартизма, которые имели место в ноябре 1918 - на¬ чале 1919 г. Все более опираясь на военные круги, А. В. Колчак тем самым обусловил, несмотря на благие намерения и доволь¬ но разумные первоначальные декларации, развитие самых нега¬ тивных черт и тенденций режима. чя ¡Мидовский М В. Общественно-политическое движение в Сибири й половины XIX - начала XX в. Областники. Новосибирск. 1995. Вып. 1. г°П5 П6. П8 1 99 Цит. по: Там же. С. 120. 100 Там же
Глава IV РЕЖИМ И НАРОД: СЛОВА И ДЕЛА Мундир английский. Погон российский, Табак японский, - Правитель омский. <...> Сибирская народная частушка (1918-1919) Первый социально-экономический удар колчаковщины за¬ кономерно пришелся по рабочему классу, хотя в условиях режи¬ ма существовало министерство труда, возглавлял которое быв¬ ший член РСДРП, а в условиях колчаковщины - правый «бес¬ партийный меньшевик» (фактически - ренегат) Леонид Ивано¬ вич Шумиловский. «Яркое представление о социальном и материальном по¬ ложении трудящихся, формировании новой для буржуазной Рос¬ сии рабочей политики и органов ее осуществления на местах, - по мнению исследователя Н. И. Дмитриева, - дают материалы фонда Министерства труда ([Государственный архив Россий¬ ской Федерации] ф. 161). Они свидетельствуют о том, что, хотя рабочему классу и было уделено внимание, все же он так и ос¬ тался для белогвардейцев из разряда второстепенных. Такое от¬ ношение окончательно уничтожило всякое доверие к властям со стороны рабочих и рядовых служащих и подготовило почву для падения правительства адмирала»1 11 Дмитриев Н. И. Документы об экономической и социальной политике правительства А. В. Колчака // Политическая история в мемуарах и докумен¬ тальных публикациях новейшего времени. Омск, 1992. С. 56. 85
В единственном, но довольно объемном (84 листа) деле министерства труда, хранящемся в Государственном историчес¬ ком архиве Омской области - доклады, записки, проекты и почти ничего конкретного2. А что на практике? Огромная масса трудового населения с момента свержения советской власти вес более впадала в нищету. Прожиточный минимум с каждым месяцем все возрастал. В столичном Омске он в октябре 1918 г. составлял 269 руб. 55 коп., в марте 1919 г. - 492 руб. 10 коп., в августе 1919 г. - 678 руб. 36 коп. При этом за¬ работная плата рабочих Омска была ниже прожиточного мини¬ мума, не превышая в среднем 450 руб. в месяц. Положение рабо¬ чих особенно стало ухудшаться с весны 1919 г. - с развитием безудержной спекуляции, достигшей небывалых размеров. Быст¬ ро увеличивался налоговый гнет. За ноябрь - декабрь 1918 г налоги возросли более чем в два раза, а с января по апрель 1919 г они вновь увеличились в два раза. В Омске к маю 1919 г. было зарегистрировано около 5000 безработных3 Формально при Колчаке сохранялись профсоюзы, боль¬ шинство которых действовало фактически на полулегальном положении. По данным справки, составленной летом 1919 г. для министра внутренних дел В. Н. Пепеляева, к концу 1918 г на Урале и в Сибири имелось 184 профсоюза, причем в боль¬ шинстве из них числилось по несколько тысяч членов. В июле 1919 г. Колчак принял делегацию от омского Союза печатников (традиционно находившегося под меньшевистским влиянием) и во время приема, длившегося не более 20 минут, высказал «сочувствие мысли о легализации профессиональных союзов»; говорил также и о том, что право стачек не встречает у него «принципиальных возражений», хотя в настоящий момент они «совершенно недопустимы по условиям военного времени» (в мар¬ те 1919 г. специальным приказом Верховного правителя стачки запрещались)4 Кажется невероятным, но колчаковское правительство так и не посмело официально посягнуть на одно из важнейших пос¬ 2 ГИАОО. Ф. 946. Оп. 1. Д. 1. (Все дело). 5 Наумов М. В. Омские большевики в авангарде борьбы против белогвар¬ дейцев и интервентов (июнь 1918 - 1919 годы). Омск, 1960. С. 61. 4 Иоффе Г 3. Колчаковская авантюра и ее крах. М., 1983. С. 191. 86
лефевральских завоеваний трудящихся - 8-часовой рабочий день5 Но фактически эта норма не соблюдалась: продолжительность рабочего дня в частном порядке постепенно была увеличена пред¬ принимателями до 10-12 часов6 Кстати, значительная часть профсоюзных лидеров и акти¬ вистов коммунистами отнюдь не являлись. Это были в большин¬ стве своем меньшевики, левые социал-демократы, эсеры-цент¬ ристы, беспартийные. Большинство из них, в силу специфики их профессионального положения и политических убеждений, были склонны к компромиссу с любой властью, но даже и они посте¬ пенно встали в глухую оппозицию к режиму Колчака, а некото¬ рые ушли в антиколчаковское подполье. Даже министр труда Л. И. Шумиловский признавал тяже¬ лое и бедственное положение рабочих7. Дважды - в конце 1918 г. и осенью 1919 г. - Л. И Шумиловский, будучи не в силах повли¬ ять на изменение рабочей политики в лучшую сторону, подавал прошение об отставке «по принципиальным основаниям», но дважды Совет министров отклонил его прошение и уговорил ос¬ таться, обещая свое содействие, и каждый раз под влиянием этих уговоров Шумиловский оставался, продолжая покорно плестись в колчаковском обозе8 Рабочие Урала, Сибири и Дальнего Востока ответили на политику Колчака разнообразными акциями протеста, которые неизменно жестоко подавлялись. Рабочие были основной силой антиколчаковских восстаний в ряде городов Сибири, прокатив¬ шихся в ноябре 1918 - марте 1919 г. и жестоко подавленных. * * * Не лучше в «Колчакии» обстояли дела и с положением крестьянства. Практически при любой власти крестьянство в гой или иной мере оказывается крайним. Значительная часть сибир¬ ских крестьян летом 1918 г. в разной мере оказалась недовольной советской властью, что не в последнюю очередь позволило белым 5 Иоффе Г 3. Указ. соч. С. 191. 6 Наумов М. В. Указ. соч. С. 61. 7 Там же. 8 Иоффе Г 3. Указ. соч. С. 189, 194-195. 87
свергнуть ее и придало антисоветским режимам на первых порах некоторую устойчивость. Но в условиях правления ВСП, а затем и колчаковского режима крестьянство Сибири чем дальше, тем больше и чаще добрыми словами вспоминало советскую власть, следствием чего стало усиливавшееся партизанское движение, разворачивавшееся, как правило, именно под лозунгами восста¬ новления советской власти. 8 апреля 1919 г. была опубликована «Декларация Россий¬ ского правительства» по земельному вопросу, которую подписа¬ ли Верховный правитель, председатель и практически все члены правительства. Преамбула Декларации была преисполнена торжественнос¬ ти и величия момента: «Доблестные армии Российского Правительства продвигаются в пределы Европейской России. Они приближаются к тем коренным русским губерниям, где земля служит предметом раздоров, где никто не уверен в своем праве на землю и в возможности пожать плоды сво¬ его труда. Богатая раньше хлебом Родина наша ныне голодна и бедна. Долгом Правительства является создать спокойную и твердую уверенность земледельческого населения в том, что урожай будет при¬ надлежать тем, кто сейчас пользуется землей, кто ее запахал и засеял»9 Далее «великодушно» и многозначительно следовало: «Правительство заявляет поэтому, что все, в чьем пользовании земля сейчас находится, все, кто ее засеял и обработал, хотя бы не был ни собственником, ни арендатором, имеют право собрать урожай»10 Это все, на что имели право вчерашние малоземельные и безземельные сельские жители - основная масса сельского на¬ селения России, - уже получившие землю от советской власти и считавшие ее своей по закону. Парадоксально, но в этом мес¬ те данная Декларация оказалась радикальнее и даже «левее», чем земельные законы и практика ВСП и «розового» демокра¬ тического Комуча: при них засеянная весною 1918 г. земля воз¬ 9 ГИАОО. Ф. 1015. Оп. 3. Д. 21. Л. 1. 10 Там же. 88
вращалась летом 1918 г. «законным владельцам» практически безоговорочно. Далее следовало туманное и ничего не значащее обещание о том, что «вместе с тем Правительство примет меры для обес¬ печения безземельных и малоземельных крестьян, воспользо¬ вавшись в первую очередь частновладельческой казенной землей, уже перешедшей в фактическое обладание крестьян»11 Из всего этого трудовое крестьянство могло сделать только один вывод: землю, полученную им в период советской власти, новая власть отнимет быстро, окончательно и бесповоротно. Более конкретно и определенно в Декларации ограждались и гарантировались земельные интересы кулачества: «Земли же, которые обрабатывались исключительно или преимущественно силами семьи владельцев - земли хуторян, отрубщиков, укреп- ленцев, - подлежат возвращению их законным владельцам. <...> В окончательном же виде, - говорилось далее, - вековой земель¬ ный вопрос будет решен Национальным Собранием»11 12 А затем уже открыто следовало то самое главное, что не¬ посредственно касалось большинства крестьян, а значит, и боль¬ шинства населения страны, то, с чего, собственно, можно было бы (если без обиняков) начинать данную Декларацию: «Стремясь обеспечить крестьян землей на началах законных и спра¬ ведливых, Правительство с полной решительностью заявляет, что впредь никакие самовольные захваты ни казенных, ни общественных, ни част¬ новладельческих земель допускаться не будут, и все нарушители чужих земельных прав будут предаваться законному суду»13 Далее вполне в духе столыпинского подхода к аграрному вопросу следовал еще один реверанс «крепкому хозяину» и на¬ мек на то, что у всех крестьян появляется некая серьезная пер¬ спектива стать «крепкими хозяевами»: «Общею целью этих законов будет передача земель нетрудово¬ го пользования трудовому населению, широкое содействие развитию 11 ГИАОО. Ф. 1015. Оп. З.Д.21. Л. 1. 12 Там же. 13 Там же. 89
мелких трудовых хозяйств без различия того, будут ли они построены на началах личного или общинного земледелия. Содействуя переходу земель в руки трудовых крестьянских хо¬ зяйств, Правительство будет широко открывать возможность приобре¬ тения этих земель в полную собственность»14 По существу данная декларация была продолжением и раз¬ витием столыпинского варианта решения аграрного вопроса в но¬ вых условиях, но в отличие от Столыпинской аграрной реформы нововведения колчаковской власти разворачивались, во-первых, в чрезвычайных условиях гражданской войны и, во-вторых, уже после того, как аграрный вопрос радикально и кардинально был решен советской властью; меры правительства, таким образом, объективно являлись реакционной контрреформой, кардинально затрагивая жизненные интересы широких масс. Недовольство крестьян общей аграрной политикой пра¬ вительства было усилено дефицитом промышленных товаров в деревне, дороговизной, ростом налогов и особенно действия¬ ми представителей власти на местах: мобилизациями, реквизи¬ циями, экзекуциями. Первоначальной относительной удачей режима явилось то, что свои аграрные «преобразования» и связанное с ними «сначала успокоение» они волею судьбы начали в относительно спокойном с точки зрения аграрного вопроса регионе России. Но и здесь спустя год после свержения советской власти развернулось массо¬ вое сопротивление крестьян и «реформам», и «успокоению»15 * * * В руках правительства Колчака оказалось 43 000 пудов зо¬ лота и 30 000 пудов серебра, вывезенных из Казани. Сам факт наличия такого «золотого запаса» не мог не укреплять и должен был укрепить авторитет новой власти. Но это серьезное положи¬ тельное обстоятельство не было умело использовано ни ВСП, ни колчаковским правительством. Приступая к управлению обшир¬ ным Сибирским регионом и прилегающими к нему территория¬ 90 14 ГИАОО. Ф. 1015. Оп. 3. Д. 21. Л. 1-1 об. 15 См. главы IX, XI, XII, XIII.
ми, правительство А. В. Колчака обнаружило полное расстрой¬ ство денежного обращения16 За поставки оружия, боеприпасов и обмундирования союз¬ ники требовали валюту. Выпущенные И. А. Михайловым «ден¬ знаки», внешне похожие на афиши, они, естественно, не брали. Всего с мая по сентябрь 1919 г. для расчетов с союзниками было вывезено золота на сумму 280 млн золотых руб., из них во Вла¬ дивосток - 240 млн (40 млн золотых руб. задержал в Чите атаман Семенов). В Омске осталось золота на сумму немногим более 400 млн золотых руб. Таким образом, примерно треть золотого запаса России перекочевала в иностранные банки во имя победы «белого дела» в России, при этом западные союзники не торопи¬ лись с поставками17 По мнению финансистов правительства Колчака, главная опасность финансовой системе «Колчакии» исходила из Совет¬ ской России. Керенки, печатавшиеся в Москве и находившиеся в сибирском денежном обращении, создавали зависимость Ом¬ ского правительства от печатного станка СНК и подрывали по¬ купательную способность сибирского рубля. Еще более услож¬ нял ситуацию в сибирском денежном обращении массовый вы¬ пуск фальшивых керенок18 Судя по всему, руководители Со¬ ветской России не только учли негативный опыт финансовой политики Парижской Коммуны (к чему неоднократно еще на¬ кануне революции призывал В. И. Ленин), но и творчески по¬ дошли к финансовому вопросу и на подконтрольной террито¬ рии, и за ее пределами. Для стабилизации положения финансовой сферы Минис¬ терством финансов был разработан план мероприятий по уре¬ гулированию денежного обращения Сибири. Однако спешно под¬ готовленная и проведенная реформа по изъятию из обращения керенок была изначально обречена на провал. Правительство разработало реформу в расчете на продвижение белых армий А. В. Колчака в западном направлении. Вариант отступления 16 Денисов И. Ю. Денежное обращение и денежно-финансовая политика на территории Урала, Сибири и Дальнего Востока в 1917-1922 годах: автореф. дис. канд. ист. наук. Омск, 2010. С. 16. 17 Иоффе Г 3. Указ. соч. С. 212. 18 Денисов И. Ю. Указ. соч. С. 16. 91
совершенно не учитывался. Не был учтен и тот факт, что из об¬ ращения легко изымать лишь деньги, потерявшие свое значение на рынке, а керенки таковыми все-таки не являлись. В резуль¬ тате реформа настроила против правящей власти в той или иной мере практически все слои населения, в том числе крестьянство и буржуазию, которые являлись самыми крупными держателями денежных знаков19 По свидетельству Г. К. Гинса, сибирские дензнаки печата¬ лись с многочисленными бросающимися в глаза дефектами, что также не прибавляло авторитета власти и ее экономической по¬ литике. По свидетельству того же автора, инфляция, дороговиз¬ на, спекуляция в течение 1919 г. постоянно прогрессировали, что отражалось на падении уровня жизни не только трудовых низов общества, но и средних слоев и даже отчасти буржуазии20. * * * Народное образование в Сибири и в столичном Омске пе¬ риода колчаковщины было низведено до жалкого состояния. Хо¬ тя учебный процесс окончательно не прекратился и правительст¬ во принимало некоторые меры к его поддержанию (продолжала работать часть школ и даже Политехнический институт)21, дело обстояло далеко не лучшим образом. Вот что позднее вспоми¬ нал об этом один из видных деятелей народного образования в Омске А. С. Сливко: «Относительно недолгий период хозяйничанья колчаковцев в Ом¬ ске в области народного образования был временем разрушения даже того скромного по своему размеру и идейному содержанию школьного дела, каким оно было до революции. Имелась сеть начальных школ, размещавшихся в собственных школьных зданиях, несколько средних школ; и те и другие имели накопленные в течение многих лет учебные пособия и сложившиеся коллективы - учительские кадры. Колчаков¬ щина буквально все это разрушила. Школы выбрасывались из своих зданий, которые занимались частями колчаковской армии и штабами: 19 Денисов И. Ю. Указ. соч. С. 16. 20 Гинс Г К. Сибирь, союзники и Колчак. Поворотный момент русской истории. 1918-1920. (Впечатления и мысли члена Омского Правительства). М., 2008. С. 491. 21 Жеребенков С. В. Культура Омска при А. В. Колчаке (конец 1918 - 1919 гг.) // Россия и восток: История и культура. Омск, 1997. С. 303. 92
здание коммерческого училища (ныне советско-партийная школа) было занято главным штабом колчаковской армии; в первой мужской гимна¬ зии (теперь 19 средняя школа) располагалась школа прапорщиков; два высших начальных училища заняли воинские части, несколько началь¬ ных школ забрали штабисты и солдаты карателя атамана Анненкова; учебный корпус ныне существующего ветеринарного института был це¬ ликом занят американским полком, присланным интервентами в Омск для поддержки Колчака. Многие из числа учителей, в связи с дважды объявлявшейся мо¬ билизацией интеллигенции, вынуждены были пойти служить в колча¬ ковскую армию или были арестованы колчаковской охраной, многие влачили нищенское существование, что называется, раздеты и разуты, т. к. колчаковские деньги (бумажки местного печатания) не имели ни¬ какой ценности, какие бы цифры рублей на них ни указывались. Труд¬ но было купить что-либо, так как продовольственные и промышленные товары [были] реквизированы и объявлены военным имуществом. Учи¬ тельство разбегалось: одни уезжали в деревню, другие искали работу и устраивались на должности поближе к хозяйственным и торговым организациям»22 23. В итоге большинство учебных заведений в Омске было за- 23 крыто . В сентябре 1919 г. власти отобрали здание Коммерчес¬ кого училища для размещения главного штаба колчаковской ар¬ мии. Директор Цесаревский, сопротивлявшийся этому, был смещен со своего поста24. * * * Недовольство трудящихся режим пытался сбить путем усиления репрессий. О чудовищных репрессиях колчаковского режима против трудящихся Урала, Сибири, Степного края, Семиречья и Дальне¬ го Востока написано немало, поэтому мы остановимся только на некоторых характерных или же малоизвестных проявлениях этих репрессий. 22 Сливко А. С. Народное образование в первые годы после освобожде¬ ния Омска // Изв. Омского отдела Географического общества Союза ССР 1966. Вып. 8(15). С. 52. 23 Юрасова М. К. Омск. Очерки истории города. Омск, 1983. С. 119. 24 ГИАОО-ЦДНИОО. Ф. 14. Оп. 7. Д. 6133. Л. 4 об. 93
«Гражданская война должна быть беспощадной, — говорил, по свидетельству Г. К. Гинса, Колчак. - Я приказываю началь¬ никам частей расстреливать всех пленных коммунистов. Или мы их перестреляем, или они нас»25 «Ввиду исключительно тяжелого положения Государства Российского, в целях охранения существующего строя и власти Верховного Правителя» Совет министров 30 ноября 1918 г. при¬ нял ряд поправок к Уложению о наказаниях, значительно ужес¬ точавших наказания в первую очередь за «государственные преступления». Так, виновные в посягательстве на жизнь, здо¬ ровье, свободу или вообще на неприкосновенность Верховного правителя или же на насильственное лишение его или Совета министров власти, им принадлежащей, или на воспрепятствова¬ ние осуществлению таковой наказывались смертной казнью. Посягательством признавалось как совершение данных преступ¬ лений, так и покушение на оные. Смертной же казнью наказыва¬ лось покушение на ниспровержение существующего строя или на отторжение (или выделение) какой-либо части Государства Российского. Виновные в оскорблении Верховного правителя на словах, в письме или печати подлежали наказанию заключе¬ нием в тюрьме. Данные преступные деяния подлежали (времен¬ но) рассмотрению (по принадлежности) в военно-окружных су¬ дах или же в военно-полевых судах26, в которых шансов на оп¬ равдание или снисхождение фактически не оставалось. Практиковались аресты по агентурным данным (и по со¬ ставленным на их основании «ликвидационным запискам» контр¬ разведки) «на основании военного положения» по статьям «при¬ надлежность к большевизму», «противоправительственная дея¬ тельность» (обе статьи - безразмерные), «принадлежность к боль¬ шевистской организации», «участие в коммунистической партии» и отдельно «покушение на Верховного правителя» (любые ак¬ тивные оппозиционные действия). «Принадлежность к больше¬ визму» означала любое участие в советской работе периода «первой советской власти»; тюрьмы были забиты людьми, арес¬ тованными по этой статье еще в период падения советской власти 25 Гтс Г К. Указ. соч. С. 449. 26 Данные поправки были опубликованы на страницах сибирской перио¬ дической печати. 94
1918 г., и они по много месяцев ждали своей участи. Вы- л-ься на свободу сумели единицы. Находящихся в заключении Рв сЛедствием могли расстрелять в качестве заложников (как это Я актиковалось в Красноярске весной - летом 1919 г.) или же по¬ грузить в «эшелон смерти» и направить на восток, к атаману Се¬ менову, где такие заключенные без какого-либо юридического пазбора уничтожались, при этом многие из них погибали мучи¬ тельной смертью от рук семеновских и подобных садистов. Подлинным «адом на колесах» стали так называемые по¬ езда смерти, которые появились еще до колчаковского переворо¬ та, а при колчаковщине получили широкое распространение. До отказа набитые узниками - пленными красноармейцами и красногвардейцами, арестованными совработниками и вообще сторонниками советской власти, - вагоны в этих эшелонах были грязные, холодные, без печей. Несмотря на холод и мороз, многие заключенные были в летней одежде и без обуви, которую отбира¬ ли конвоиры. На станциях и полустанках выгружали мертвых. Иногда производились зверские расправы. Так, за Бугурусланом офицеры, сопровождавшие состав, после очередной попойки по¬ спорили между собой, кто лучше стреляет, и мишенью для своего «спортивного состязания» избрали пленных красноармейцев, в ре¬ зультате чего несколько человек были убиты. По мере прибли¬ жения зимы в вагонах становилось холоднее, особенно ночью. Ко всем невзгодам добавился тиф. Эпидемия быстро распро¬ странялась по вагонам и ежедневно уносила жизни десятков узни¬ ков. Трупы выбрасывали прямо на полотно железной дороги2* В «эшелонах смерти» имелись отдельные вагоны с жен¬ щинами. Это в основном были медицинские сестры, жены ко¬ мандиров Красной Армии и советских работников, арестованные белогвардейской и чешской контрразведками. Издевательства над ними не поддаются описанию. Нередко пьяные белогвардейцы врывались к женщинам и учиняли над ними расправу: избивали плетьми и шомполами, таскали их за волосы. «Русские белогвар¬ дейцы жестоко обращались с женщинами, особенно офицеры, ко¬ торые ежедневно считали своим долгом изнасиловать женщину, не стесняясь маленьких детей, которые были заключены вместе с матерями», - вспоминал А. А. Вимба, один из узников «эшелона 2727 Дворянов Н., Дворянов В. В тылу Колчака. М., 1966. С. 40-41. 95
смерти». Некоторые женщины, не выдержав издевательств, кон¬ чали жизнь самоубийством28. А. Биргель, пережившая весь этот ужас, впоследствии пи¬ сала: «Мне было тогда 17 лет, но домой я вернулась искалеченной, изуродованной белобандитами на всю жизнь. Очевидно, немногим из женщин, которые были пленницами “поезда смерти”, удалось избавиться от такой же участи. Пусть будут навеки прокляты изверги, отнявшие у детей их от¬ цов и матерей, искалечившие жизнь тысячам трудящихся, пытавшиеся с помощью наемных иностранных войск снова вернуться к власти, сно¬ ва закабалить рабочих и крестьян. Пусть будут навеки прокляты все, кто помогал врагам советско¬ го народа в их борьбе против Советской власти, против рабочих и кре¬ стьян»29 Условия в «эшелонах смерти» были настолько ужасны, что многие не доживали до пункта прибытия. Так, когда в конце но¬ ября 1918 г. «эшелоны смерти» стали прибывать на станцию Ни- кольск-Уссурийский, то из 20 тысяч узников, отправленных из Самары и Уфы в восьми эшелонах, за время пребывания в пути погибло более 6 тысяч30 Но часто узников этих эшелонов по прибытии на место на¬ значения (в Забайкалье или Приамурье) ждали новые мучения и в большинстве случаев мученическая смерть от местных сади¬ стов - семеновцев, калмыковцев, унгерновцев. О «вагоне смерти» атамана Анненкова знало все Семиречье. В этот вагон приводили арестованных для допроса. Из него поч¬ ти никто их арестованных живым не выходил31. Эшелон с 250 заключенными из Красноярска, в том числе и с женщинами, был отправлен поздней осенью 1919 г. на рас¬ праву к Семенову и только чудом не дошел до места назначения: в 20-х числах декабря партизаны в районе Черемхово перехвати¬ ли поезд и освободили узников32. 28 Дворянов Н., Дворянов В. Указ. соч. С. 4; ГАНО. Ф. П-5. Оп. 2. Д. 1262. Л 4_4 об. (Воспоминания Дворянова). 29 Цит. по: Там же. С. 41-42. 30 Там же. С. 42. 31 Рыклин Г Кровавый атаман. М., 1927. С. 18. 32 Липинская К. А. Далеко, в заснеженной Сибири. Красноярск, 1974. С. 118, 123-124; Кладт А., Кондратьев В. Быль о «золотом эшелоне». М., 1966. С. 72. 96
По аналогии с эшелонами устраивались специальные бар¬ жи якобы для доставки арестованных в Т^руханский край, а на самом деле - для уничтожения их по пути Повсеместно свирепствовала контрразведка. По некото¬ рым данным, в Омске действовали 11 контрразведок (видимо, речь идет как о различных контрразведках - чешской, англий¬ ской, французской, итальянской и даже китайской33 34, - так и о пунктах (филиалах) колчаковской контрразведки). В колча¬ ковскую контрразведку подбирались и шли те, кто был готов и способен пытать и убивать. Практиковались пытки с приме¬ нением игл, шомполов, плетей, раскаленного железа. Неотъем¬ лемой частью работы данной политической полиции стали про¬ вокации и произвол. Красноречивую характеристику омской и во¬ обще колчаковской контрразведке дает в своем дневнике барон А. П. Будберг: «Полупочтенное всегда учреждение контрразведки, впитавшей в себя функции охранного отделения, распухло теперь до чрезвычайнос¬ ти и создало себе прочное и жирное положение, искусно использовав для сего атмосферу гражданской войны, политических заговоров и перево¬ ротов и боязни местных представителей предержащей власти за свою драгоценную жизнь и за удержание власти. Все это сделало главарей контрразведки большими и нужными людьми, телохранителями многих сильных мира сего и открыло самые широкие и бесконтрольные горизонты для их темной, грязной и глубо¬ ко вредной деятельности. ...Контрразведка - это огромнейшее учреждение, пригревающее целые толпы шкурников, авантюристов и отбросов покойной охранки, ничтожное по производительной работе, но насквозь пропитанное худ¬ шими традициями прежних охранников, сыщиков и жандармов. Все это прикрывается самыми высокими лозунгами борьбы за спасение родины, и под этим покровом царят разврат, насилие, растра¬ ты казенных сумм и самый дикий произвол. И во всем этом нет ничего удивительного, ибо довлеет дневи злоба его; контрразведка и охранка всегда требовали особого контроля и умелого наблюдения, ибо при малейшем ослаблении надзора они делались скопищем всякой грязи и преступлений. Кто-то сказал, что во всей охранной деятельности нуж¬ но, чтобы чистые головы руководили грязными руками и сдерживали 33Березин С. Обвиняется... Колчак // Независимая газета. 1999. 12 февр. С. 4. 34 Ракова А. П. Омск - столица белой России. Омск, 2010. С. 176-177. 97
преступные похоти этих грязных рук. Теперь чистых рук почти не ос¬ талось, и на верхи контрразведки залезли выскочки или разные аван¬ тюристы, развращенные теми возможностями, которые им дает совре¬ менная неурядица»15 7 марта 1919 г. Верховный правитель подписал постанов¬ ление Совмина об учреждении при Департаменте милиции МВД Особого отдела Госохраны во главе со всесильным полковником Руссияновым. Благодаря этому появилась густая сеть учрежде¬ ний политического сыска с огромной агентурной сетью, главным образом, из местного населения35 36 В листовке Всесибирского комитета ПСР столица Верхов¬ ного правителя именовалась «прочным оплотом и центром самой безудержной черной реакции, гнездом всевозможных заговоров и интриг, шпионства, подлых предательских убийств из-за уг¬ ла»37 Вот как описывал в своем письме член ЦК ПСР Д. Ф. Раков обстановку в Омской тюрьме конца 1918 - начала 1918г.: «Тюрьма рассчитана на 250 человек, а в мое время там сидело больше тысячи. Почва для тифа исключительно благоприятная. В пер¬ вый день моего пребывания в тюрьме из нашего пересыльного коридо¬ ра вынесли 19 человек, заболевших тифом. В подвальном этаже всегда лежало трупов 30-40: тюремная администрация просто не успевала хо¬ ронить умирающих. Главное население тюрьмы - большевистские ко¬ миссары всех родов и видов, красногвардейцы, солдаты, офицеры, - все за прифронтовым военно-полевым судом, все люди, ждущие смертных приговоров. Атмосфера напряжена до крайности. Особенно удручающее впечатление производили солдаты, арестованные за участие в больше¬ вистском восстании 22 декабря. Все это молодые сибирские крестьян¬ ские парни, никакого отношения ни к большевикам, ни к большевизму не имеющие. Тюремная обстановка, близость неминуемой смерти сдела¬ ла из них ходящих мертвецов с темными землистыми лицами. Вся эта масса все-таки ждет спасения от новых большевистских восстаний... Вы представляете, в какой атмосфере пришлось нам сидеть. К смертной казни приговаривали пачками по 30-50 человек, расстре¬ ливали по 5-10 раз в день. Некоторым по месяцу, по два приходилось ждать исполнения приговора. Смертная казнь стала для тюремных оби¬ 35 БудбергА. П. Дневник // Гуль Р. и др. Указ. соч. С. 282-283. 36 Ракова А. П. Указ. соч. С. 117. 37 Партия социалистов-революционеров: док. и материалы: в 3 т. Т. 3, ч. 2. Октябрь 1917 г. — 1925 г. М., 2000. С. 512. 98
тателей столь обычным явлением, что тюрьма спала, когда уводили осужденных на казнь38 С самого начала белой эпопеи в прифронтовых районах Урала и Зауралья действовали жесткие законы военного време¬ ни, и ни о какой «правильной» гражданской власти здесь, естест¬ венно, не могло идти и речи. Более того, со временем военное положение было объявлено и на значительной территории Сиби¬ ри, удаленной от фронта, в связи с ростом народного партизан¬ ско-повстанческого движения. 14 марта 1919 г. был издан «для обеспечения государственного порядка и общественного спо¬ койствия» указ Верховного правителя, вводивший военное по¬ ложение по линии железных дорог на территриях, не входивших в прифронтовую полосу. В результате этого указа военное поло¬ жение было распространено практически на всю Сибирь, и «да¬ же Омск, временная столица, резиденция Правительства, оказал¬ ся в руках командующего войсками округа, - констатировал Г. К. Гинс и продолжал: - Теперь уже все гражданские и эконо¬ мические свободы стали условными»39 В начале апреля 1919 г. ушел в отставку управляющий Уральского края инженер С. С. Постников. Мотивы ухода он изложил в пространном письме, адресованном высшей власти в «Колчакии». По поводу военного положения и фактической диктатуры власти он предъявил следующее: «С восстановлением ст[атьи] 91 Устава о полевом Управлении войск, военные власти, от самых старших до самых младших, распоря¬ жаются в гражданских делах, минуя гражданскую непосредственную власть. Незакономерность действий, расправа без суда, порка даже женщин, смерть арестованных “при побеге” (курсив источника. - А. Ш.\ аресты по доносам, предание гражданских дел военным властям, пре¬ следование по кляузам и проискам, когда это проявляется на граждан¬ ском населении - начальник края может только быть свидетелем про¬ исходящего. Мне неизвестно еще ни одного случая привлечения к от¬ ветственности военного, виновного в перечисленном, а гражданских лиц сажают в тюрьму по одному наговору. 33 Гражданская война в Сибири и Северной области: мемуары. М.; Л., 1927. С. 34-35. 39 Гинс Г. К Указ. соч. С. 311-312. 99
Уполномоченный по охране действует независимо от начальни¬ ка края. То же и военный контроль»40. В приказе № 1 от 25 октября 1919 г. коменданта Омского уезда штабс-капитана Власова со ссылкой на приказ Тылового округа Восточного фронта № 102 от 13 октября 1919 г. предлага¬ лось всем дезертирам Омского уезда в срок до 1 ноября явиться с повинной, за что обещано не подвергать их репрессиям. Нс явившиеся подлежали военно-полевому суду «с конфискацией их имущества в пользу государства», а в случае попытки побега при задержании - расстрелу на месте. Кроме того, волостные и сельские правления извещались, что за каждого дезертира в об¬ ществе (селе) его проживания будут призываться по два человека старшего, непризывного возраста, а сельские общества, в коих будут обнаружены укрывающиеся дезертиры, будут подвергну¬ ты штрафу в 1 тыс. руб.41 В «Колчакии» в отношении «подрывных элементов» дей¬ ствовала известная еще со столыпинских времен «скорострель¬ ная юстиция» - военно-полевые суды. О том, как работали воен¬ но-полевые суды в «Колчакии», могут свидетельствовать собы¬ тия в Омске в конце декабря 1918 г. После подавления восстания в Омске 22 декабря началь¬ ник Омского гарнизона генерал-майор Бржезовский, по распо¬ ряжению Колчака, немедленно издал приказ: «...всех, принимав¬ ших участие в беспорядках или причастных к ним, предавать военно-полевому суду». В приказе предлагалось «открыть дей¬ ствия [военно-полевого суда] сегодня (23 декабря - А. Ш.) и за¬ кончить в трехдневный срок». Этот суд не занимался разбором дел. Он выносил только один приговор: расстрел. Приговорен¬ ных участников восстания расстреливали на льду Иртыша, у же¬ лезнодорожного полотна и в левобережном пригороде Омска - Куломзино. В самом городе основными местами казней были За¬ городная роща (ныне - район городка Водников) и окраины Ата¬ манского хутора (района железнодорожного вокзала). Аресто¬ ванных рабочих расстреливали и рубили шашками без всякого суда. По всему городу проводились повальные обыски. Ночью 40 ГинсГ К. Указ. соч. С. 340. 41 ГИАОО. Ф. 2136. Оп. 1. Д. 4. Л. 1-1 об. 100
действовал комендантский час. Но и днем свирепствовал бело¬ гвардейский патруль, на улицу было опасно выйти: хватали ни в чем не повинных людей - стариков, женщин, детей. Их приво¬ дили в здание, где заседал суд, записывали имя и фамилию, затем выводили во двор и убивали. Это были самые страшные и самые кровавые дни в истории Омска. Было загублено около тысячи жизней. Между тем в приказе Верховного правителя от 23 декаб¬ ря 1918 г. выражалась благодарность офицерам, солдатам и каза¬ кам, отличившимся при наведении порядка42 Когда прошел кровавый угар, то стало очевидным, что влас¬ ти перегнули палку: расстрелы невинных нельзя было оправ¬ дать охраной законности и порядка. Общественность, в том чис¬ ле и буржуазная, требовала наказать палачей. Комиссия, назна¬ ченная А. В. Колчаком в январе 1919 г. для выяснения обстоя¬ тельств и состава преступления, протянула следствие до конца июня того же года и свела его на нет, не имея желания выявлять убийц и карать их за совершенное43 Вопросу о произволе воен¬ но-полевых судов было уделено значительное внимание во вре¬ мя следствия над Колчаком в Иркутске. В ряде мест практиковалось заложничество, особенно ши¬ рокое распространение получившее в Красноярске весной 1919 г. Сама ситуация гражданской войны, классовая ненависть имущих классов к революционным трудящимся, а также (и осо¬ бенно) военное положение, распространенное колчаковцами к осе¬ ни 1919 г. почти на всю Сибирь, являлись основой и фоном для беззакония. Во время следствия А. В. Колчак показал, что по его ини¬ циативе были расширены права военных по применению реп¬ рессий в зоне партизанско-повстанческих очагов44 В результа¬ те командиры войсковых формирований могли издавать указы о взятии заложников, расстрелах без суда и следствия, сжига¬ нии деревень. 42 Бродский И. Е. К вопросу о военных преступлениях в Омске в 1918- 1919 гг. // Научные сообщества историков и архивистов: интеллектуальные диалоги со временем и миром: материалы регион, науч.-практ. конф. Омск, 2006. С. 206-207. 43 Там же. С. 207. 44 Допрос Колчака. С. 272. 101
Но такие действия отнюдь не всегда вели к желаемому для власти «успокоению» населения. Часто они вызывали отчаянное усиление ответных действий. Одним из примеров того, как кара¬ тельная политика колчаковской власти и бесчинства войск спо¬ собствовали развитию повстанческого и партизанского движе¬ ния, могут служить события в Енисейской губернии. «Войска не учитывают того, - говорилось в одном из белогвардейских до¬ кументов, - что остались в деревнях только лояльные жители, и производят повешение и расстрелы без разбору». Так, в селе Та- сеево повесили старосту, который был одним из самых лояльных и оказал ряд услуг властям. Дома сжигались подряд, и потому оказались разоренными многие из лояльных жителей. Нет ни од¬ ного старосты или члена волостного земства, который бы не был бит нагайками и шомполами. Лояльные жители несли караулы, служили в дружинах, а теперь оказались между двух огней - крас¬ ными и белыми. 130 человек, поверивших в воззвание генерала Розанова об амнистии, вернулись из тайги в свои селения, но были тут же распоряжением Красильникова расстреляны45 Чудовищными зверствами вошел в историю атаман Ан¬ ненков, «прославившийся» кровавыми расправами над населе¬ нием Прииртышья и Семиречья. При подавлении Славгородского восстания (начало сентября 1918 г., еще до колчаковщины}, при ликвидации героической «Черкасской обороны» осенью 1919 г. и в результате других карательных акций анненковцы уничто¬ жили тысячи жителей - как партизан и повстанцев, так и в боль¬ шинстве мирных людей, в том числе женщин и детей. Многие тысячи были подвергнуты истязаниям. 14 октября 1919 г., перед самым отступлением, анненковцам удалось сломить «Черкасскую оборону», державшуюся более года (с сентября 1918 г.) и преграждавшую путь колчаковцам в Турке¬ стан. Захватив село Черкасское, анненковцы уничтожили в нем 2000 человек, в селе Колпаковка - более 700, в поселке Подгор¬ ном - 200 человек. Деревня Антоновка была стерта с лица земли. В селении Кара-Булак были уничтожены все мужчины46. О кровавых «подвигах анненковских молодцов» можно было бы написать отдельную книгу (гем более что сегодня пол¬ 45 Эйхе Г X. Опрокинутый тыл. М., 1966. С. 326. Гэлинков Д. Л. Крушение антисоветского подполья в СССР: в 2 кн. М, 1986. Кн. 2. С. 246. 102
ным ходом идет апология анненковщины). Вот лишь одно из сви¬ детельств очевидца анненковских зверств: «В особенности врезалась в память одна картина. Как сейчас ви¬ жу - лежит мертвая голая женщина. Груди и правая рука у ней от¬ рублены. Левый глаз вынут какой-то заостренной палкой. Палка с глазом воткнута в землю. Рядом кол. На колу грудной ребенок. Во рту у него торчала грудь, отрубленная у женщины. Недалеко от трупа ребенка лежала девочка лет 12-13. Она была еще жива. Один глаз у ней был вынут, на одной щеке срезана лентой кожа и у правой ноги отрублены два пальца. Правая нога была завернута назад и привязана к спине лен¬ той, вырезанной на щеке. Конец ленты был прибит гвоздем к кости. В глазах мутилось и кружилась голова. Когда мы смотрели на это искусство анненковских палачей. Трупы оказались семьей одного нашего повстанца. Он, как увидел их, так сейчас же и умер от разры¬ ва сердца»47 (выделено в источнике. - А. Ш.). Военное положение, все больше расползавшееся по терри¬ тории «Колчакии», уже само по себе давало простор для прямого и ничем не ограниченного произвола. Но в «Колчакии» сущест¬ вовали территории, где почти не действовали даже и военные за¬ коны, а царил полнейший произвол и террор наподобие оприч¬ ного, вошедший в историю как разгул черносотенно-монархи¬ ческой атаманщины. Насколько она была характерной для Граж¬ данской войны и Белого движения в Сибири и других восточных районах и какова ее роль в Белом движении? В районах действия черносотенно-монархической атаман¬ щины - анненковщины (Верхнее Прииртышье и Семиречье), се- меновщины (Забайкалье), унгерновщины (Забайкалье), калмы- ковщины (Приамурье), сатунинщины (Горный Алтай), красильни- ковщины и других подобных - ВСП, Директория, а затем и прави¬ тельство А. В. Колчака - П. В. Вологодского совершенно не смогли обеспечить важнейший принцип власти - монополию на приме¬ нение легитимного государственного насилия строго в соот¬ ветствии с законом (хотя справедливости ради нужно признать, что в случае с Сатуниным в июле - августе 1918 г. ВСП все же сумело пресечь крайние проявления произвола, а Российское (Омское) правительство А. В. Колчака пусть слабо и безуспешно, 47 Рыкпин Г Указ. соч. С. 3. 103
но все же попыталось совершить то же в отношении военных властей). Но и в других, свободных от атаманщины местах такая монополия обеспечивалась в лучшем случае лишь частично. Как показывает всемирно-историческая практика, в подобных случаях неизбежен ответный всплеск массового сопротивления, а также общественной, в том числе и военно-политической, самоорга¬ низации, самообороны населения, что и проявилось в виде небы¬ валого роста партизанско-повстанческого движения - как сти¬ хийного (в том числе и в довольно жестоких, «варварских» фор¬ мах), так и более-менее организованного, руководимого и на¬ правляемого левыми, левоцентристскими и даже, в ряде случаев, центристскими партийно-политическими силами. Вот лишь некоторые цифры в дополнение к уже назван¬ ным. В Екатеринбургской губернии в период белогвардейских режимов было расстреляно свыше 25 тыс. человек48. В Приаму¬ рье белогвардейцы и интервенты уничтожили 7 тысяч человек. При этом только за несколько месяцев 1919 г. белогвардейцы и интервенты сожгли в Амурской области не менее 25 сел49 50. При подавлении восстания в Кустанайском уезде уничтожено не менее 18 тыс. человек. За все время белой власти более 10 тыс. жите¬ лей Енисейской губернии были замучены, расстреляны или по¬ вешены белогвардейцами; 14 тыс. подвергнуты порке^0. И это еще далеко не все факты и цифры жертв белого террора на вос¬ токе России. В целом на территории востока страны, контролируемой белогвардейской властью и союзными с ней интервентами (в Си¬ бири, Степном крае, Семиречье, на Урале и Дальнем Востоке) в период колчаковского режима по политическим мотивам (по приговору судов, в результате ликвидации заложников, а также от невыносимых условий содержания в тюрьмах и лагерях и при подавлении массовых оппозиционных выступлений, сопровож¬ давшемся массовыми расправами не только над повстанцами, но и над мирным населением) белыми были физически уничтожены десятки тысяч человек. 48 Гражданская война и военная интервенция в СССР: энцикл. С. 270. 44 Там же. С. 230. 50 Очерки истории Красноярской краевой организации КПСС. 1895-1980. Красноярск, 1982. С. 198.
Глава V КОЛЧАК ПРОТИВ... КОЛЧАКОВЩИНЫ? Ученый, политик, купец, солдат, И веришь ты в Бога иль нет, Но честно мужчиной будь всегда И рыцарства помни завет. Леонид Мартынов. Баллада о золотом легионе (1920-е) Понимал ли А. В. Колчак и его ближайшее окружение, со¬ зидающее «новую великую Россию», что с такими деятелями, как Семенов, Анненков, Красильников, Розанов, Калмыков, Ун- герн, Сатунин и им подобные, невозможно построить новую Рос¬ сию, навести законность и порядок, привлечь на свою сторону большинство населения? Понимали ли это другие белогвардей¬ ские лидеры и деятели? Судя по всему, это понимали лишь не¬ многие: П. В. Вологодский, А. П. Будберг и некоторые другие. Но осознавал ли это сам Верховный правитель? Ряд фактов по¬ зволяет ответить на этот вопрос в целом утвердительно. Но воз¬ никает тогда и другой, еще более важный вопрос: а делалось ли что-либо в русле этого понимания? Надо отдать должное: А. В. Колчак попытался призвать к порядку Г. М. Семенова. Непризнание А. В. Колчака Верхов¬ ным правителем, задержка грузов, следующих в Омск, полное беззаконие, чинимое семеновцами в Забайкалье, заставили цент¬ ральную власть хоть как-то реагировать. I декабря 1918 г. от име¬ ни Верховного правителя и Верховного главнокомандующего был издан приказ № 61 о смещении Семенова со всех должностей, 105
им занимаемых. Практически центральная власть пыталась при¬ звать к порядку Семенова не столько за беззакония и зверства в отношении населения, сколько за неподчинение центральному правительству. Генерал-майору Волкову вменялось вооружен¬ ной силой и в соответствии с законами военного времени при¬ вести Семенова и его мятежную территорию в повиновение. Встал вопрос о посылке в Забайкалье карательной экспедиции, но дос¬ таточных сил для таковой не нашлось1. В то же время представители военщины стали склонять А. В. Колчака к компромиссу и, как бы сейчас сказали, к «нуле¬ вому варианту». Военщина из окружения Колчака была в своем большинстве на стороне Семенова, морально поддерживала его. Вместо карательной экспедиции к Семенову была послана Чрез- вычейная следственная комиссия во главе с генерал-лейтенантом и старейшим сибирским исследователем Г. Е. Катанаевым. Комис¬ сия прибыла в Забайкалье и, судя по всему, сумела найти общий язык с атаманом. В отчете - ни слова о беззакониях и зверствах в отношении населения, а только о том, что признаков измены в действиях Семенова не найдено. Вот это все, что интересовало комиссию и по большому счету А. В. Колчака1 2. В конце декабря 1918 г. произошло формальное примирение между А. В. Колча¬ ком и Г. М. Семеновым, хотя трения оставались еще долго. Колчак сделал уступку Семенову, не только оставив его в покое, но и повысив в должности (а позднее, в период падения режима, не нашел ничего лучшего, как в условиях краха своего режима передать власть на «Восточной окраине» 4 января 1920 г. именно ему). Причинами примирения стали: формальное подчи¬ нение Семенова центральной власти; давление в этом вопросе на А. В. Колчака сибирской военщины, в особенности казачьих вер¬ хов; общие задачи двух центров контрреволюции. Определен¬ ную роль сыграло и покушение забайкальских подпольщиков на Семенова в декабре 1918 г., создавшее вокруг атамана опреде¬ 1 Гинс Г К. Сибирь, союзники и Колчак. Поворотный момент русской истории. 1918-1920. (Впечатления и мысли члена Омского Правительства). М., 2008. С. 245-246; Семенов Г М. Атаман Семенов. О себе: Воспоминания, мысли и выводы. М., 2002. С. 218-219. 2 Доклад по прямому проводу Чрезвычайной следственной комиссии господину министру юстиции // Катанаев Г Е. На заре сибирского самосозна¬ ния: Воспоминания генерал-лейтенанта Сибирского казачьего войска. Новоси¬ бирск, 2005. С. 224-229. 106
ленный ореол. Но, какими бы причинами ни объяснялось прими¬ рение Колчака с атаманом Семеновым в конце 1918 г., по широко распространенному тогда мнению, оно произошло в ущерб ав¬ торитету центральной власти и лично Верховного правителя, тем более что определенные трения оставались и далее. По свидетельству В. Г. Болдырева, говорившего с ним не¬ задолго до омского переворота, Колчак очень неодобрительно относился к деятельности атаманов, особенно Семенова и Кал¬ мыкова3. По свидетельству А. П. Будберга, настаивавшего на бес¬ пощадном пресечении атаманщины, Колчак ответил ему, что «он давно уже начал эту работу, но он бессилен что-либо сделать с Семеновым, ибо последнего поддерживают японцы, а союзни¬ ки решительно отказались вмешаться в это дело и помочь адми¬ ралу; при этом Колчак подчеркнул, что за Семенова заступаются не только японские военные представители, но и японское пра¬ вительство»4 Во время иркутского следствия А. В. Колчак го¬ ворил о том, что при всем своем желании не мог принять дейст¬ венных мер против зарвавшегося атамана5 Известны и другие попытки следования законности и обуз¬ дания черносотенного беспредела, впрочем, как правило, без¬ успешные. Расследование действий военно-полевого суда в от¬ ношении населения Омска и по расправе 23 декабря 1918 г. над депутатами Учредительного собрания в Омске было спущено на тормозах и летом 1919 г. закончилось ничем, виновные так и не были наказаны. Имели место попытки воздействовать на атамана Калмыкова: в этом А. В. Колчак был солидарен с американцами. Но, возмущаясь бандитскими действиями Калмыкова, ни Колчак, ни американцы пресечь их так и не смогли. 6 мая 1919 г. вышел наиболее важный в ряду попыток ус¬ тановления законности документ: приказ Верховного правите¬ ля № 128, в котором Колчак попытался решить давно назревшую (и даже перезревшую) проблему взаимоотношения армии с граждан¬ ским населением, прежде всего крестьянством, и пресечь наконец 3 Болдырев В. Г. Директория. Колчак. Интервенты. Новосибирск, 1926. С. 72. 4 Будберг А. П. Дневник белогвардейца. С. 7. 5 Допрос Колчака. С. 256. 107
массовые беззакония представителей военных властей в отноше¬ нии населения. Приводим этот ценный документ полностью: «В настоящее время идет война с большевиками; мы боремся за то, чтобы в русском Государстве возродился твердый, законный Госу¬ дарственный порядок, чтобы личность каждого и его имущество были неприкосновенны, чтобы каждый мог спокойно работать и пользовать¬ ся плодами своего труда, теперь только армия может дать все это насе¬ лению; армия, действуя против врага труженика, в то же время своим примером строгого соблюдения законности и порядка должна вселить в население уверенность, что она создает порядок, не нарушая его; войс¬ ка должны вести себя так, чтобы население относилось к ним с уваже¬ нием и благодарностью, видя в каждом офицере и солдате защитника; войска и население должны видеть друг в друге братьев; необходимо, чтобы войска бережно относились к нуждам крестьян и вообще населе¬ нию, бережно относились к их имуществу - ничего не разрушая само¬ вольно и не позволяя себе ничем пользоваться даром,тем более не по¬ сягать на личную неприкосновенность; все должно освещаться на осно¬ вании законов и в потребных случаях по решению суда или приказу высшего начальства, когда это необходимо по военной обстановке. Ни¬ какие самовольные действия отдельных лиц недопустимы. Начальникам и всем офицерам надлежит быть первыми в исполнении своих обя¬ занностей и примером законных, справедливых отношений к населению и твердо и настойчиво требовать того же от своих подчиненных. Настоящий приказ прочесть во всех ротах и командах. Подписал: Адмирал Колчак»6. О категорической недопустимости беззаконий по отноше¬ нию к населению со стороны представителей армии строжайше говорилось в приказе № 400 временно исполняющего дела на¬ чальника штаба Верховного главнокомандующего генерал-майора Бутурлина от 6 же мая и приказе начальника штаба Верховного главнокомандующего и главнокомандующего армиями Восточного фронта генерал-лейтенанта Дитерихса от 12 октября 1919 г.7 По этим приказам были приняты некоторые меры в отно¬ шении отдельных преступников в военной форме, впрочем, весь¬ ма эпизодические. Так, в июле 1919 г. за попытку изнасилования 6 ГИАОО. Ф. 1015. Оп. 1. Д. 29. Л. 1; Д. 49. Л. 1. 7 Там же. Д. 28. Л. 1. 108
заключенной в тюрьме села Аскино Бирского уезда Уфимской губернии комендант села, подпоручик Николаев был осужден на 4 года арестантского отделения8. Осуждение офицера на 20 лет каторги за самовольные расстрелы в начале лета 1919 г. имело место в Сибирской армии Гайды по инициативе последнего9 Однако значительная часть колчаковской военщины при¬ каз № 128 попросту проигнорировала. Г К. Гинс приводит по этому поводу ряд красноречивых примеров. Когда в одном селе, где стоял отряд, староста расклеил этот приказ, причем, может быть из иронии, на стене избы, где квартировал начальник отря¬ да, последний рассвирепел, велел сорвать его, а старосту выпо¬ роть за «неуважение» к власти. В другом месте, где офицеру ука¬ зали на то, что приказом адмирала порка и мордобитие запреще¬ ны, офицер дал классический ответ: «Приказ приказом, Колчак Колчаком, а морда мордой»10 * Еще один характерный случай, происшедший не где-нибудь, а в «демократической» Иркутской губернии, где гражданские власти в некоторой степени противо¬ стояли военным. Офицер потребовал выдачи ему из тюрьмы груп¬ пы арестованных и расстрелял их. Судебные власти никак не мог¬ ли получить этого офицера для производства следствия, и лишь вмешательство Верховного правителя сделало это возможным. Но уже спустя несколько дней по его же распоряжению аресто¬ ванного вынуждены были выпустить11 В дневнике А. П. Будберга находим от 20 августа 1919 г. такую красноречивую запись: «На станции Петропавловск встре¬ тил бывшего своего подчиненного... командующего войсками местного военного округа генерала Георгиевского; на нем лежит тяжелая обязанность держать в порядке весь тыл армии, и он жа¬ луется на великие безобразия, чинимые разными нештатными и штатными командирами; особенно же безобразничают и на¬ сильничают анненковские гусары и уланы (какие-то экзотичес¬ кие части, вытащенные недавно на фронт и, судя по всем доне¬ сениям, самого башибузукского состава и поведения). Только 8 ГИАОО. Ф. 1617. Оп. 1. Д. 114. Л. 1-4. 9 Гинс Г. К. Указ. соч. С. 346. 10 Там же. С. 421-422. " Там же. С. 455. 109
что по приговору суда расстреляно 16 человек из этого отряда и вновь преданы полевому суду 2 офицера, но это не производит никакого впечатления, до того все распустились»12. Когда на следствии в Иркутске встал вопрос о карательных действиях одного из наиболее жестоких сподвижников Колчака, генерала Розанова, произошел следующий диалог: «Колчак. Мне известен один прием, который я ему запретил, это - расстреливание заложников за убийство на линии кого-либо из чинов охраны. Он брал этих людей из тюрьмы. Попов. Вы запретили, а не предали суду за это убийство? Колчак. Нет, потому что я считал, что, в сущности говоря, он имеет право бороться всеми способами, какие только возможны, что есть известный пункт, который по чрезвычайным_обстоятельствам дает каждому начальнику на это право, но прибегать к такому приему, как заложничество, я считал недопустимым. Я считал, что ответственность лиц, не причастных к делу, недопустима. Об этом я говорил с минист¬ ром юстиции Тельбергом. Ему (Розанову. -А. Ш.) было отправлено че¬ рез Тельберга заложников не расстреливать. Председатель Ирк. Губ. Ч. К Чудновский. В каком месяце это было? Колчак. Я думаю, в апреле или в марте. Председатель Ирк. Губ. Ч. К. Чудновский. Разрешите напомнить о том, что в мае и июне расстреливали целыми партиями»13 Видимо, не без давления А. В. Колчака 24 июня 1919 г. (когда основным партизанским силам Енисейской губернии бы¬ ло нанесено поражение, и они отступили: степно-баджейцы - на юг, в Урянхайский край, а тассевцы - на север, в тайгу) Розанов объявил о прекращении чрезвычайных мер. Военным начальни¬ кам предписывалось «перейти к нормальным условиям жизни» и «приступить к постепенной передаче временно взятых на себя гражданских и административных обязанностей». Кроме того, в приказе от 24 июня говорилось: «Вместе с тем я нахожу возможным отменить следующие мои обязательные постановления, вызванные исключительной обстановкой, при которой подавлялись уже ликвидированные восстания: 110 12 Будберг А. П. Указ. соч. С. 242-243. 13 Допрос Колчака. С. 271.
1. О расстреле заложников (обязательное постановление от 28 марта). 2. О расстреле на месте без суда за преступления, перечислен¬ ные в моем обязательном постановлении от 26 марта сего года, а заме¬ ной указанной меры пресечения преданием полевому суду... 3. Приказ от 27 марта начальникам военных отрядов, действую¬ щих в районе восстания.. .»'4 Но не следует думать, что в Енисейской губернии воцари¬ лась власть закона и правительственный террор прекратился. Расстрелы заключенных, например, продолжались, но уже не как заложников (без суда и следствия), а по приговору военно-поле¬ вого суда. Так, в ночь с 16 на 17 сентября 1919 г. было расстре¬ ляно и замучено 30 политзаключенных Красноярской тюрьмы (в том числе женщин), а также 6 надзирателей, заподозренных в сочувствии большевикам14 15. Зверства и разбой карателей Красильникова под эгидой диктатора Енисейской губернии генерала С. Н. Розанова и до, и после приказа № 128 достигли таких размеров, что А. В. Кол¬ чак в сентябре 1919 г. вынужден был направить туда следствен¬ ную комиссию, признавшую, что население уезда доведено дей¬ ствиями карателей до полного разорения и в этой ситуации не видит иного выхода, как бороться с белыми и поддерживать красных; «вследствие такой политики [местных военных властей] невозможно ожидать скорой ликвидации восстания»16 По при¬ знанию Г. К. Гинса, «Красильников успел, вероятно, натворить много зла»17 * * * Нельзя не признать, что некоторые меры по борьбе с без¬ законием Верховным правителем принимались и кое-что все- таки делалось. Но нельзя не видеть, что они были недостаточ¬ ными и практически тонули в море беззакония разнузданной по- мещичье-буржуазной военщины, для которой законов не сущест¬ 14 Мелъгунов С. П. Трагедия адмирала Колчака. М., 2004. Кн. вторая. С.192-193. 15Липинская К. А. Далеко в заснеженной Сибири... Красноярск, 1974. С. 113-114. 16 Эйхе Г. X. Опрокинутый тыл. М., 1966. С. 326-327. 17 ГинсГ. К. Указ. соч. С. 486. 111
вовало и которая действовала по известным принципам: «на вой¬ не все можно», «война все спишет». Но ведь война-то была не¬ обычная, гражданская, - война не только за власть, за победу как таковую, но и за души людей, без поддержки которых ни одна власть не способна победить и тем более долго держаться на од¬ ной лишь силе оружия. А логика Гражданской войны, особенно в моменты не¬ удач, неумолимо вела А. В. Колчака и большую часть его ок¬ ружения к опоре на те силы, которые были наиболее решитель¬ ны, последовательны и беспощадны в борьбе с красными, и эти¬ ми силами оказывались прежде всего и в Первую очередь пред¬ ставители самой реакционной военщины (наряду с олигархами и помещиками). Характеризуя политику белогвардейских правительств Рос¬ сии, в том числе и колчаковского, Н. Е. Какурин отмечал: «Все они начинали с заявлений о борьбе за свободное во¬ леизъявление народа и демократический строй, но, будучи став¬ ленниками буржуазии и опираясь на самые реакционные элемен¬ ты общества, они очень скоро сбивались на путь ничем не при¬ крытой реставрации. Поэтому об истинной политической физиономии белых пра¬ вительств следует судить не по словам, а по делам их и по тем тен¬ денциям, которые они проявили в области внутренней политики»18 По свидетельству Н. В. Устрялова, на встрече с представи¬ телями верхов общественности А. В. Колчак с горечью бросил: «Скажу вам откровенно, я прямо поражаюсь отсутствию у нас порядочных людей. И то же самое у Деникина: я недавно полу¬ чил от него письмо... <...> Худшие враги правительства - его собственные агенты. <...> Я фактически могу расстрелять винов¬ ного агента власти, но я отдаю его под суд, и дело затягивается. Пусть общество поможет. Дайте, дайте мне людей!..»19 Серьезную и нелицеприятную оценку бездействию и по¬ пустительству А. В. Колчака в отношении беззакония дает не кто-нибудь, а командующий американским экспедиционным кор¬ пусом в Сибири генерал Гревс: 18 Какурин Н. Е. Как сражалась революция: в 2 т. М„ 1990. Т. 1. С. 59. 19 Устряпов Н. В. Адмирал Колчак // А. В. Колчак - ученый, адмирал, Верховный Правитель России. Омск, 2005. С. 110-111. 112
«22 ноября [1919 г.] Сукин, министр иностранных дел, сообщил, что Колчак издал манифест, выражающий сожаление об ошибках прош¬ лого и обещающий хорошее поведение в будущем. Колчак обещал уничтожить царство военного террора. Это свидетельствует о том, что он не только знал об ужасных жестокостях, совершенных его военщи¬ ной, но [и], обещая прекратить их в дальнейшем, по-видимому, мог не допускать их в то время, когда обладал всей полнотой власти. Тем не менее у меня в Сибири не было ни одного доказательства того, что Колчак прилагал какие-либо усилия для изменения ужасной об¬ становки на Дальнем Востоке (выделено мною. -А. Ш ). Войска Иванова-Ринова избивали женщин, так же как и мужчин, истязали и убивали отцов за то, что их сыновей не было дома; Колчак даже перевел Иванова-Ринова в Омск, произвел его в генерал-лейте¬ нанты и лично вручил ему золотое оружие. Это совсем не походило на осуждение действий Иванова-Ринова. Последним актом Колчака бы¬ ло назначение своим преемником Семенова, преступнее которого, как уже указывалось, во всей Сибири был только один субъект, а именно - Калмыков. Этот последний акт как будто не свидетель¬ ствует о большом сожалении Колчака о том плохом “обращении, которому подвергались русские граждане”, во время его правле¬ ния»20 (выделено мною. - А. Ш.). Факт остается фактом: ни один крупный и одиозный ка¬ ратель не был снят с должности, разжалован и осужден судом к реальному наказанию. Может быть, А. В. Колчак собирался это сделать после победы? О таких мыслях Верховного правителя вскользь свидетельствует в своих воспоминаниях Г К. Гинс. Но здесь А. В. Колчак, как и в земельном вопросе, почти неот¬ ступно следовал за П. А. Столыпиным: «сначала успокоение». Красноречивый пример - история с капитаном Сатуниным, ко¬ торый был арестован ВСП в сентябре 1918 г. за массовые истя¬ зания и убийства населения на Алтае, но при покровительстве генерала Иванова-Ринова был при Колчаке выпущен и даже произведен в подполковники, а также получил соответствую¬ щие должностные назначения. В начале июля 1919 г. В. И. Ленин так характеризовал бе¬ логвардейскую власть в «Колчакии» и «Деникин»: 20 Грэвс [У.] Указ. соч. С. 203. 113
«Теперь правда о Колчаке (а Деникин - его двойник) раскрыта вполне. Расстрелы десятков тысяч рабочих. Расстрелы даже меньше¬ виков и эсеров. Порка крестьян целыми уездами. Публичная порка женщин. Полный разгул власти офицеров, помещичьих сынков. Грабеж без конца. Такова правда о Колчаке и Деникине. Даже среди меньше¬ виков и эсеров, которые сами были предателями рабочих, были на сто¬ роне Колчака и Деникина, все больше находится людей, которые вы¬ нуждены признать эту правду»21 И вот как характеризовали колчаковский режим осенью 1919 г. идейно-политические противники большевиков - эсеры (из воззвания Всесибирского краевого комитета ПСР): «Аресты, травля и преследование городских и земских работни¬ ков, массовые расстрелы и порки рабочих, предательские убийства из- за угла и расстрелы членов социалистических партий, грабежи и хвата¬ ние людей на улицах среди бела дня бродячими шайками Семеновых, Калмыковых, Анненковых прочно укоренились в жизни Колчаковской вотчины, шагнувшей далеко назад - в мрачное кровавое прошлое сред¬ невековой Руси»22 Колчаковский режим, имевший в период своего возникно¬ вения и становления потенциальную возможность пойти по оп¬ тимальному для имущих классов в тех непростых условиях пути - стать бонапартистским (т. е. попеременно опираться на разные социально-политические блоки и сохранять некоторые элементы демократии и гражданской законности), - очень скоро фактичес¬ ки сместился до предела вправо, сделав ставку на самые реакци¬ онные круги олигархии и военщины, что предопределило стреми¬ тельную потерю властью более-менее массовой социально-по¬ литической базы. Два предложения по коррекции режима и укреплению его социальной базы - «демократическое», исходившее из эсеров¬ ских кругов и связанного с ними командующего Сибирской ар¬ мией Р. Гайды, и либеральное, исходившее уже в условиях кол- 21 Ленин В. И. Все на борьбу с Деникиным! (Письмо ЦК РКП (больше¬ виков) к организациям партии) // Поли. собр. соч. Т. 39. С. 47. 22 Партия социалистов-революционеров: документы и материалы* в 3 т Т. 3, ч. 2. С. 509. 114
лапса режима от братьев Пепеляевых, - были А. В. Колчаком почти полностью проигнорированы. Режим и его глава чем дальше, тем больше видели свою главную опору в реакционной военщине как наиболее последо¬ вательной и решительной антисоветской силе, в том числе опо¬ ру и в таких, как Анненков, Семенов, Красильников, Калмыков, Унгерн, Сатунин, а также в подобных более мелких мракобе¬ сах, а те своими «решительными» действиями оказывали режи¬ му медвежью услугу: карательными зверствами и полным иг¬ норированием закона (а кое-кто при этом еще и безнаказанной реализацией своих садистских наклонностей) они настроили подавляющее большинство населения Сибири, в том числе и часть противников советской власти, решительно против власти А. В. Колчака. Приведенные выше некоторые смягчающие обстоятельст¬ ва в отношении А. В. Колчака не снимают с него вины за чудо¬ вищные зверства и беззакония режима в отношении гражданско¬ го населения и политических противников, но все-таки в суде истории, как и в любом другом, любые смягчающие обстоятель¬ ства в отношении обвиняемого всегда очень дороги. В период разгула колчаковщины народ судил о режиме не по речам, декларациям и официальным газетным передовицам. Народ судил по делам, и его окончательный приговор оказался далеко не в пользу режима. А в сознании значительной части общества, прежде всего широких масс трудящихся, А. В. Колчак, несмотря на все его несомненные флотские и научно-иссле¬ довательские заслуги (о которых большинство-то населения и не знало), стал воплощением и олицетворением этого режима и этих дел - без каких-либо смягчающих обстоятельств. «“Верховный Правитель”, - с сожалением был вынужден признать один из главных литературных апологетов А. В. Кол¬ чака С. П. Мельгунов, - формально отвечает за все»23 23 Мельгунов С. П. Указ. соч. Кн. вторая. С. 194.
Глава VI ВЕРСИЯ ВТОРАЯ, ПРИВЫЧНАЯ: БОЛЬШЕВИСТСКОЕ ПОДПОЛЬЕ Вихри враждебные веют над нами, Темные силы нас злобно гнетут. В бой роковой мы вступили с врагами. Нас еще судьбы безвестные ждут Но мы поднимем гордо и смело Знамя борьбы за рабочее дело. Знамя великой борьбы всех народов За лучший мир, за святую свободу. Из популярной революционной песни начала XX в. Версия, действительно, привычная, причем как для колча¬ ковцев, так и для их противников: «А кто же еще, кроме больше¬ виков?!» Важнейшим компонентом политической ситуации в Си¬ бири периода колчаковщины явилось большевистское подполье. К концу 1918 г. здесь в рядах городского и сельского подполья насчитывалось около 2500 коммунистов, из них до 150 руково¬ дящих работников' 23-24 ноября 1918 г., уже в условиях колчаковщины, в Томске состоялась Первая Общесибирская конференция боль¬ шевиков, на которой присутствовали представители Челябинско¬ го, Омского, Томского, Новониколаевского, Красноярского, Ир¬ кутского и Сибирского областного комитетов РКП(б). Конферен¬ ция избрала Областной комитет (назвав его ЦК РКП(б) Сибири) 11 Партизанское движение в Западной Сибири. Новосибирск, 1958. С. 135; Спирин Л. М. Классы и партии в гражданской войне в России. М.. 1968. С. 432. 116
в составе: А. Я. Нейбут (председатель), Дмитриев, А. А. Маслен¬ ников, Рабинович, М. С. Русаков). Местопребыванием Областного комитета РКП(б) был избран Омскг. На конференции важное место занял вопрос об отношении к так называемым мелкобуржуазным партиям. Накануне кон¬ ференции и в ходе нее шла острая полемика по этому вопросу. С одной стороны, многие сибирские деятели РКП(б) были в шоке от происшедшего переворота и не могли не сознавать, что теперь значительное место в работе организаций должны занимать де¬ мократические (в том числе и буржуазно-демократические) за¬ дачи. С другой стороны, они не могли забыть антинародную политику эсеров н меньшевиков в Сибири лета - осени 1918 г. и тот вред, который они нанесли советской власти и интересам трудящихся. Известный сибирский большевик Б. 3. Шумяцкий накану¬ не конференции написал тезисы «Наши задачи», а затем письмо В. И. Ленину «Крик сознания, совести и чести». В этих докумен¬ тах Шумяцкий настаивал на необходимости союза с эсерами и меньшевиками ради защиты республиканских порядков и де¬ мократии от военно-монархической диктатуры Колчака. «Зная природу крестьянства как класса индивидуальных производителей, испытав в огне революционной борьбы сильные и слабые стороны “крестьянской стихии”, - предлагал Б. 3. Шу¬ мяцкий в тезисах “Наши задачи”, - коммунисты России и Си¬ бири при укреплении названного союза должны искать внутри крестьянства и его совокупности те творческие силы, которые могли бы выступить в качестве устойчивого конгломерата на¬ званного соглашения, способного не только получить декрети¬ руемые рабочей революцией права, но и нести известные обя¬ занности как в процессе борьбы и разрушения старых капита¬ листических порядков, так равно и в деле создания и укрепле¬ ния нового коммунистического строя. Этими силами могут быть только активные элементы на¬ шего “народничества”, отнюдь не одни левые эсеры, но в значи¬ тельной мере все эсеры, изжившие уже коалиционные иллюзии, изгнавшие из своих рядов социал-патриотов и не на словах, а на 11 Сибирский областной комитет РКП(б) // Гражданская война и военная интервенция в СССР. С. 545. 117
деле борющиеся с мировой буржуазной реакцией и империали¬ стами. Никакие временные лозунги, ни тем более наши успехи не должны умалять этой неотложной задачи, ибо практикую¬ щийся до сих пор путь персонального соглашения, путь привле¬ чения к работе в Советской власти и варягов, так называемых “деловых сил" не может укрепить и усилить нашу связь с кресть¬ янством...»3 Второй документ Б. 3. Шумяцкого - письмо В. И. Ленину, написано 3 декабря 1918 г., а 10 февраля 1919 г. опубликовано в Советской России в меньшевистской «Газете печатников». «Положение здесь убийственное, - писал Шумяцкий. - 99 % на¬ ших лучших товарищей убито. И ужас положения в том, что силы военной монархической реакции день ото дня крепнут, а силы рабочих и крестьян все более и более слабеют. Масса уже впала в апатию и изуверилась во всем». Далее автор письма заявлял, что сейчас не время для суда над теми, кто прав и кто виноват (в последнем случае имелись в виду правые эсеры и меньшеви¬ ки), и делал вывод, что единственным спасением из создавше¬ гося положения является сплочение всех социалистических партий «на платформе политического компромисса - народо¬ властия, ибо при продолжении между этими элементами даль¬ нейшей вражды грянет окончательная гибель рабочего класса». Шумяцкий предлагал создать «Единый республиканский демо¬ кратический фронт»4 5. 13 февраля 1919 г. в «Правде» появилась статья Ем. Ярос¬ лавского, в которой поступок Шумяцкого квалифицировался как измена социалистической революции3. ’ ГАНО-2. Ф. П-5. Оп 2. Д. 679. Л. 14-15. 4 Спирин Л. М. Классы и парши в гражданской войне в России. С. 361-362. 5 Там же. С. 363. Обвинение в отношении Б. 3. Шумяцкого в измене оставим на совести Ем. Ярославского. На наш взгляд, позиция Шумяцкого не только не являлась изменой (он предлагал лишь один из вариантов в той непростой ситуации), но и при известных условиях могла явиться единственным выходом, - напри¬ мер. в случае успеха белых во всероссийском масштабе или же в случае стаби¬ лизации «Колчакии» и невозможности скорого освобождении Сибири Красной Армией. Именно подобный вариант, как единственный реальный и оптималь¬ ный, был принят ЦК РКП(б) в условиях невозможности немедленного освобож¬ дения Дальнего Востока от японцев в 1920 г 118
На конференции возобладала жесткая и негативная пози¬ ция в отношении союзов и компромиссов. «Учитывая, - гово¬ рилось в резолюции, - что а) партии меньшевиков и эсеров, как партии мелкобуржуазные, окончательно дискредитированы в гла¬ зах рабочего класса и беднейшего крестьянства, что иллюзии, которые они сеяли, разбиты в черепки, б) учитывая, что так на¬ зываемые интернационалисты, левые эсеры, максималисты, как мелкобуржуазные партии, партии революционной фразы, не обладают влиянием в массах и не представляют из себя ника¬ кой реальной силы, ОК РКП решительно отвергает какие бы то ни было соглашения с ними, допуская лишь использование в мо¬ мент восстания их боевых сил, насколько таковые у этих пар¬ тий имеются»6. Таким образом, Первая Общесибирская конференция не только отклонила союз с эсеро-меньшевистской (антиколчаков- ской и одновременно антисоветской) оппозицией, но и с левыми просоветскими политическими группировками эсеров-максима- листов, меньшевиков-интернационалистов и левых эсеров, что являлось, выражаясь более поздними категориями, левачеством. Данная позиция была подтверждена и на Второй Обще¬ сибирской конференции РКП(б) (Омск, 20-21 марта 1919 г., пред¬ ставлены организации Омска, Томска, Новониколаевска, Челя¬ бинска, Красноярска, Иркутска, Нижнеудинска, Благовещенска, Владивостока)7. Однако в практике политической борьбы истина оказалась посередине, между позициями Б. 3. Шумяцкого и большинства обеих конференций. На местах возобладала политика сотрудни¬ чества большевиков со всеми левыми силами, стоявшими на платформе борьбы за восстановление советской власти. В горо¬ дах и сельской местности Сибири на протяжении конца 1918 - всего 1919 г. это сотрудничество развернулось довольно широко, о чем мы еше не раз скажем на страницах этой книги. * * * Большевистское подполье, связанное с Сиббюро ЦК РКП(б) и направляемое им, в 1919 г. действовало в таких городах и го¬ 6 ГИАОО-ЦДНИОО Ф. 19. Оп. 1 Д. 274 Л 21 (Копия). 7 Там же. Д. 362. Л. 11. (Копия). 119
родских поселениях, как: Анжеро-Судженск, Ачинск, Барнаул, Бийск, Верхнеудинск, Иркутск, Каинск, Канск, Кольчугино, Крас¬ ноярск, Кузнецк, Курган, Мариинск, Новониколаевск, Омск, Пе¬ тропавловск, Семипалатинск, Славгород, Тайга, Тобольск, Томск, Тюмень, Чита8. Кроме того, некоторые небольшие, часто автоном¬ ные (не связанные с руководящими центрами) подпольные группы коммунистов и объединенных левых подпольщиков при ведущей роли коммунистов действовали в ряде других пунктов Сибири. Для централизованного стратегического руководства под¬ польем и партизанским движением востока страны (Урала, Си¬ бири, Дальнего Востока) было создано на правах отдела ЦК Си¬ бирское бюро ЦК РКП(б) в следующем составе: Ф. И. Голощекин, И. Н. Смирнов (работали во фронтовой зоне Восточного фронта). А. А. Масленников, А. Я. Нейбут, Ф. И. Суховерхое (М. И. Сы¬ чев); ЦК еще не имел сведений о его гибели в октябре 1918 г. (работали в омском подполье)9 На Первой Общесибирской конференции 23-24 ноября 1918 г. был взят курс на вооруженные восстания в городах Си¬ бири. Однако руководство партийным подпольем в первые меся¬ цы колчаковского режима не смогло четко выявить социальную основу всеобщего вооруженного восстания: предписывалось во¬ влекать в него рабочих, солдат и беднейшее крестьянство. Недо¬ оценивалась роль среднего крестьянства, ранее проявившего ко¬ лебания, но с осени 1918 г. постепенно встававшего на путь воо¬ руженной борьбы с белогвардейщиной. Ориентация на проведе¬ ние местных восстаний в глубоком тылу, и особенно городских, с охватом большого района, являлась переоценкой возможностей пролетариата Сибири. Подготовленные под руководством Обко¬ ма (ЦК РКП(б) Сибири) восстания (конец 1918 - начало 1919 г.) в Омске, Томске, Канске, на станции Иланской, в Бодайбо, Ени¬ сейске, Туринске, Тюмени закончились поражением и тяжелей¬ шими потерями10. В одном только Омске в результате пораже¬ ния декабрьского восстания было уничтожено до 1000 человек. * Сибирское бюро ЦК РКП(б). 1918-1920 гг.: сб. док. Новосибирск. 1978. Ч. 1 С. 315-317. 9 Китаев М. А. Областные бюро - полномочные органы Центрального комитета партии (1904-1934 гг.) М., 1982. С. 15; Сибирское бюро ЦК РКП(б) // Гражданская война и военная интервен1[ия в СССР. С. 545. 10 Сибирский областной комитет РКП(б). С. 545. 120
В январе 1919 г. Сиббюро направило подполью директив¬ ное письмо с настоятельными рекомендациями: не проводить восстаний в городах глубокого тыла, готовить их в прифронто¬ вой полосе, согласовывая с действиями Красной Армии; развер¬ нуть работу среди трудящихся крестьян; возглавить партизан¬ ское движение; не вступать в политические соглашения с мелко¬ буржуазными партиями, выступавшими против колчаковщины, использовать их только для совместных военных действий. Эти указания легли в основу Второй Общесибирской партконферен¬ ции (Омск, март 1919 г.)" Руководство сибирским подпольем осуществлялось через Сибирский областной комитет РКП(б), а после его провала (в апреле 1919 г.) - через опорную организацию - Омскую. В это время в Западной и Восточной Сибири действовало не менее 23 организаций. В 1919 г. через фронт Сиббюро направило около 260 человек12. Вторая Общесибирская партконференция (представлены Благовещенск, Верхнеудинск, Владивосток, Иркутск, Красно¬ ярск, Новониколаевск, Омск, Томск, Тюмень, Челябинск, Чита) основное внимание уделила партизанскому движению и вовле¬ чению в него широких масс трудового крестьянства. Был из¬ бран новый состав Обкома (по указанию ЦК название «ЦК РКП(б) Сибири» устранено как ошибочное): А. П. Вагжанов, С. И. Дерябина, А. А. Масленников, М. М. Рабинович, М. С. Руса¬ ков, X. Я. Суудер, А. Н. Усов. Однако вскоре по сибирскому, и в первую очередь по сто¬ личному - омскому, подполью были нанесены страшные удары. Вскоре после конференции почти все члены Обкома были аресто¬ ваны и казнены. В апреле 1919 г. в Обком кооптированы М. С. Ни¬ кифоров и П. Ф. Парняков. Подполье столицы, где контрразведка работала особенно интенсивно, пострадало в первую очередь. Еще в феврале 1919 г., после провала второго антиколча- ковского восстания в Омске, колчаковцы арестовали и казнили члена Сибирского областного комитета РКП(б) А. Я. Нейбута. В конце марта, в апреле и в мае 1919 г. колчаковская контр¬ разведка раскрыла и разгромила многие крупные подпольные 1111 Сибирское бюро ЦК РКП(б). С. 546. |гТам же: Сибирское бюро ЦК РКП(б) 1918-1920 гг.: сб. док. Ч. 1 С. 17. 121
организации РКП(б) Урала и Сибири. Областная и ведущие го¬ родские парторганизации лишились руководящих органов и боль¬ шинства опытных партийных кадров. В Екатеринбурге, Челябин¬ ске, Златоусте, Омске, Томске, Красноярске колчаковцы арестова¬ ли более 100 руководителей партийного подполья и 66 человек из них приговорили к смертной казни. Казнены А. А. Маслеников - член Сиббюро ЦК РКП(б), а также представители последнего: И. Б. Борисов (Цветков), А. Я. Валек, А. А. Григорьев, А. Я. Михее¬ ва; члены Сибирского областного комитета РКП(б): М. М. Ра¬ бинович, А. Н. Усов, А. П. Вагжанов (Петрович), председатель Челябинского комитета Гершберг (Гершков), секретарь этого же партийного комитета С. А. Кривая. В апреле арестован, а в нача¬ ле июня умер в тюрьме П. Ф. Парняков - секретарь Сибирского комитета партии1'' Таким образом, не успело большевистское подполье в Си¬ бири сложиться и структурироваться как четкая и целостная сис¬ тема, как весной произошли многочисленные и трагические про¬ валы, результатом чего стала ликвидация большевистского под¬ полья как региональной системы к началу лета 1919 г. С мужественным отчаянием обреченных сибирские боль¬ шевики весной 1919 г. ставили перед руководством Советской России вопрос об усилении красного террора: «Ввиду жестокого разгула белого террора по всей Сибири, ввиду участившихся случаев расстрела наших товарищей по тюрьмам и другим мес¬ там заключения, ввиду массового применения смертной казни, Общесибирская конференция постановляет обратиться в Совет¬ скую Россию с категорическим требованием усилить красный террор, с требованием массового уничтожения белых заложни¬ ков, ибо только красный террор может приостановить система¬ тическое истребление наших товарищей в Сибири»* 14. * * * С историей сибирского большевистского подполья связано много героического, драматического, трагического. Информация колчаковских агентов о деятельности боль¬ шевистского подполья в Сибири, и особенно в столичном Омске, ” Сибирское бюро ЦК РКП(б). 1918-1920 гг.: сб. док. Ч. 1. С. 26-27. 14 ГАНО-2. Ф. 5. Оп 3. Д. 122. Л. И. 122
была настолько точна, что по их донесениям можно изучать ис¬ торию, например, омского подполья с его героическими и траги¬ ческими страницами, внутренним разладом и предательством. Агенты контрразведки проникали в самые разные слои населе¬ ния, помогая выявлять и арестовывать бывших активистов со¬ ветской власти, подпольщиков и просто неблагонадежных лю¬ дей. Так, агент Синбв дал ценные сведения о работе городского большевистского подпольного комитета, о разделении его на рай¬ оны, описал приметы членов ГК, указал их адреса. По его сведе¬ ниям был произведен ряд арестов. Агент Глазной работал в проф¬ союзе печатников. Доставлял в контрразведку протоколы собра¬ ний, отпечатки резолюций, прокламации, листовки, воззвания большевиков, которые печатались в типографии15 Член Сибирского областного комитета РКП(б) С. Деряби¬ на вспоминала о Второй Общесибирской конференции РКП(б), состоявшейся в Омске 20-21 марта 1919 г.: «Заседали в условиях глубочайшей конспирации (в десять раз более строжайшей, чем царская); никто из конферентов не знал поме¬ щения заседания, куда его приводили через 2-3 нелегальных квартиры; по регламенту, установленному ЦК, из помещения конференции не мог быть выпушен ни один человек до конца ее работы: конференты и ели, и спали тут, пока не закончили работы. Это спасло конференцию от провала: после вскрылось, что челя¬ бинский делегат конференции был провокатор, подосланный с под¬ ложным мандатом колчаковской контрразведкой, воспользовавшейся повалом печати челябинской организации. Этот провокатор был убит по постановлению областного коми¬ тета через три недели после конференции»“' К этому непременно следует добавить, что убитый по по¬ становлению Сибирского подпольного обкома РКП(б) делегат от Челябинского подполья Карпович был обвинен в провокаторсгве ошибочно, точнее - по наводке настоящего провокатора. Произошло это так. В среде омской контрразведыватель¬ ной агентуры выделялся провокатор Никольский - бывший под¬ прапорщик А. Барболин. Он поставлял контрразведке особо ценные * 1611 Ракова А. П. Омск - столица белой России. Омск, 2010. С. 177. 16 Партизанское движение в Западной Сибири. С. 67-68. 123
сведения, например, о челябинской подпольной организации, о го¬ товящемся в марте 1919 г. в Омске совещании большевиков Си¬ бири и Урала. Благодаря Никольскому 12 марта 1919 г. у кафе «Эрмитаж» были арестованы Рита Костяновская - связная челя- бирского подполья и вышедший с ней на связь омский подполь¬ щик Петр Озолинь. Никольский выдал комиссара Шишкина, ра¬ неного коммуниста-агитатора Парнякова, подпольную типогра¬ фию Атаманского хутора (Железнодорожного района Омска)17 Именно Никольский погубил Карповича (Станислава Матоуше- вича Рогозинского) - одного из организаторов челябинского подполья, приехавшего в Омск на Вторую Общесибирскую под¬ польную конференцию. Провокатор сумел запустить в Омский большевистский подпольный комитет дезинформацию, что Кар¬ пович - провокатор и что билет на конференцию выдан ему контрразведкой. 12 апреля 1919 г. Карпович был убит по реше¬ нию подпольного комитета. Неизвестно, сколько бы еще бед мог принести подполью Никольский, но в ночь с 29 на 30 июня 1919 г. он был убит на окраине Омска. Сообщение о его убийстве поя¬ вилось в газетах, вызвав в городе новые толки о слежках и доно¬ сах и новую волну страха перед возможностью ареста любого заподозренного в нелояльности властям18. В колчаковской контрразведке неожиданно всплыл и про- вокатор-«ветеран» Петр Струнин («Круглый»), известный тем, что активно работал на жандармов еще во времена столыпинской ре¬ акции 1907-1910 гт. и позднее. Нигде не работая (кроме, конеч¬ но, охранки) и выдавая себя за студента, он разъезжал по городам и станциям Западной Сибири, сорил деньгами, входил в дове¬ рие к местным эсерам и социал-демократам, выявлял их и вы¬ давал полиции. Так, прибыв в Омск, он выдал в 1909 г. всех соци¬ ал-демократов, которых выявил. Кстати, разоблачить Струнина омским социал-демократам помогли местные эсеры, но ему тогда удалось избежать возмездия, и его следы на время потерялись. И вот в 1918-1919 гг. в колчаковской столице его «талант» прово¬ катора снова пригодился19 ” Ракова А. П. Указ. соч. С. ¡77-178. "Там же. С. 178. 19 Штырбул А. А. Политическая культура Сибири: Опыт провинциаль¬ ной многопартийности (конец XIX - первая треть XX в ). Омск, 2008. С. 192. 124
В начале января 1919 г. из «Колчакии» в Советскую Рос¬ сию проник некто Ф. А. Сатке (Ситников) - венгр, бывший воен¬ нопленный, инженер. Перейдя фронт, он попал в особый отдел Пятой Красной Армии, где заявил, что он - коммунист, послан подпольной организацией Экибастузских копей (близ Павлодара) и имеет важную информацию. Сатке рассказал о существова¬ нии крупной подпольной организации копей, состоящей из не¬ скольких тысяч человек - русских рабочих и венгерских воен¬ нопленных, хорошо вооруженных и готовых поднять восста¬ ние, в том числе при определенных обстоятельствах пойти на Омск (позднее выяснилось, что такой организации в Экибастузе не существовало, хотя небольшая подпольная работа там все же велась). Сатке заявил, что прибыл для согласования действий и получения средств на ведение дальнейшей работы. Будучи пе¬ реправлен в Москву, встречался с Л. Д. Троцким и В. И. Лени¬ ным, после чего полевой штаб РВСР выдал ему крупную сумму (1,5 млн руб.) и направил к фронту, в Сиббюро ЦК, для органи¬ зации возвращения в «Колчакию». В Сиббюро при подготовке Сатке к переходу через фронт заподозрили неладное, но, не имея прямых оснований, ничего не предприняли, только лишь изъя¬ ли 750 тыс. рублей, после чего все-таки Сатке был переправлен. В Челябинске Сатке оказался в руках колчаковской контрраз¬ ведки, которая именно от него едва ли не впервые узнала о су¬ ществовании Сиббюро ЦК РКП(б)20 21. По мнению историка А. М. Шиндина, Сатке являлся про- вокатором ; И. Ф. Плотников склоняется к тому, что Сатке по¬ началу действовал как авантюрист и аферист, встав на этот путь ради получения денег, а затем, попав в руки контрразведки, сде¬ лался провокатором и оставался таковым до конца колчаковщи¬ ны (после прихода Красной Армии в Омск был арестован, изоб¬ личен в провокаторстве и расстрелян)22 20 Плотников И. Ф. Во главе революционной борьбы в тылу колчаков¬ ских войск. Сибирское (Урало-Сибирское) бюро ЦК РКП(б) в 1918-1920 гг Свердловск, 1989. С. 99-103; Сибирское бюро ЦК РКП(6). 1918-1920 гг.: сб. док. Ч. 1.С. 16.286-287. 21 Сибирское бюро ЦК РКП(б). 1918-1920 гг: сб. док. Ч. 1. С. 16.286-287. 22 Плотников И. Ф. Во главе революционной борьбы... С. 99-103 125
Сведения о существовании Сиббюро ЦК РКП(б) колчаков¬ цам в июне 1919 г. подтвердил переправленный красными че¬ рез линию фронта в качестве курьера предатель М. Н. Оглоб¬ лин (Посадский)23 Тем временем колчаковские карательные органы наращи¬ вали удары по подполью. После новых арестов в апреле 1919 г. Обком прекратил существование24 Восстановленный в июне 1919 г. (Иркутск, председатель X. Я. Суудер), Обком уже не был общесибирским партийным центром: его деятельность ограни¬ чивалась районом Иркутск - Красноярск. В сентябре 1919 г. и этот Обком распался. В конце ноября 1919 г. на совещании в Иркутске представителей Иркутска, Том¬ ска, Новониколаевска, Владивостока был сформирован новый со¬ став Обкома: А. А. Ширямов (председатель), К. И. Миронов, М. Су- мецкий, И. В. Сурнов25 Что касается столичного, омского коммунистического под¬ полья, то к осени 1919 г. оно было настолько обескровлено, что не нашло в себе даже сил предотвратить массовую расправу с заключенными омской тюрьмы, хотя эта расправа накануне вступления частей Красной Армии в Омск производилась почти открыто: людей выводили из тюрьмы при значительном стече¬ нии народа - родных, близких, сочувствующих - и по городским улицам северной окраины гнали в Загородную рощу, где частью расстреливали, а частью зверски умерщвляли (кололи штыками, рубили саблями)26. В восточных регионах России коммунисты понесли в пе¬ риод колчаковщины очень тяжелые потери. Они первыми из и Сибирское бюро ЦК РКП(б). 1918-1920 гг.: сб. док. С. 16. 24 Сибирский областной комитет РКП(б). С. 545. “ Там же. 16 В овраге-лошине Загородной роши в советское время были поставле¬ ны памятник и могильная плита с надписью, выполненной бронзовыми буква¬ ми: «Здесь, на месте старой загородной рощи, в ноябре 1919 г. зверски за¬ мучена белогвардейцами большая группа борцов за дело социалистиче¬ ской революции. Вечная слава погибшим за власть Советов!» Эти буквы были сбиты и похищены мародерами в 1992 г., в самом начале так называемой экономической реформы Ельцина - Гайдара, когда стали действовать частные пункты скупки цветного металла. В 2010-2012 гг. по соседству с местом рас¬ правы выросли роскошные коттеджи «новых русских». 126
всех антиколчаковских сил вступили здесь в борьбу, приняли на себя первые удары и основную тяжесть борьбы. Поэтому к кон¬ цу 1919 г. большевистское подполье в Сибири было буквально обескровлено. Пламенный поэт революции, беспартийный Вла¬ димир Маяковский позднее напишет знаменитую «Балладу о гвоздях», где будут такие слова: «Гвозди бы делать из этих лю¬ дей, - в мире бы не было крепче гвоздей», - и, наверное, лучше о таких людях не скажешь... Максимум, на что были способны омские коммунистичес¬ кие подпольщики в конце лета - начале осени 1919 г. - устная и печатная агитация и пропаганда, мелкий саботаж и, возмож¬ но, эпизодические диверсии (например, поджоги, которых летом и в начале осени 1919 г. было в городе немало). Да еще, конечно, убийства отдельных провокаторов. Не забудем и то, что часть уцелевших боеспособных подпольщиков к этому времени поки¬ нули Омск и рассредоточились в сельской местности, организуя партизанско-повстанческие силы. В несколько лучшем положении оказались коммунисты Иркутска, сумевшие к концу колчаковщины сохранить большую часть своих сил и организовать довольно четкую и планомерную работу подполья в городе и отчасти в губернии. «В Иркутске, - вспоминал один из руководителей подполья А. А. Ширямов, - руководство событиями со стороны партийных организаций бы¬ ло проведено более планомерно, потому что здесь, несмотря на ряд провалов, организация наиболее сохранилась и не прерывала своей деятельности во все время колчаковщины»27 Именно иркутским коммунистам было суждено в янва¬ ре - феврале 1920 г. сыграть важную роль в ликвидации колча¬ ковщины и поставить точку в судьбе и жизни Верховного пра¬ вителя. * * * Необходимо уточнить: большевистское подполье в Сибири не ограничивалось только лишь коммунистами. Принципиально важное положение выдвинул и сформу¬ лировал в 1980-е гг. И. Ф. Плотников, который заключил, что 27 Последние дни колчаковщины. С. 21. 127
«применяемое по традиции в исторической литературе опреде¬ ление “большевистское подполье” не однозначно подпольным организациям РКП(б)», а более объемно. Оставляя за коммунис¬ тами в большинстве случаев ведущую роль в «большевистском подполье», автор называл и другие политические составляющие этого подполья: левых эсеров, меньшевиков, членов соцсоюза мо¬ лодежи, иностранных интернационалистов и анархистов28. Нали¬ чие в сельском подполье Сибири некоммунистических сил, в том числе анархистов и эсеров, признавал Ю. В. Журов, подчеркивая при этом, что количество этих сил было незначительным29 Таким образом, к большевистскому подполью примыкали, а зачастую и входили в него другие левые организации, группы и отдельные деятели. Речь идет прежде всего о левых эсерах, эсе- рах-максималистах, анархистах, левых социал-демократах, бес¬ партийных левых. Поэтому правильнее называть большевистское подполье подпольем просоветским, т. е. состоящим из тех политических сил, которые выступали за восстановление советской власти (пусть при этом понимали ее по-разному). Это могли быть как собст¬ венно подпольные организации РКП(б), так и (в большинстве случаев) смешанные по составу организации при ведущей роли коммунистов, а также, иногда, самостоятельные левоэсеровские, максималистские и анархистские группы и группы беспартий¬ ных. Не случайно белые в 1919-1920 гг. всех сторонников совет¬ ской власти, не вникая в их идейно-политические различия, име¬ новали большевиками. Накануне Гражданской войны в Сибири имелось не менее 29 левоэсеровских организаций, насчитывавших 2000-2500 чле¬ нов. В результате гибели в боях лета 1918 г., последовавшего бе¬ лого террора, а также отхода ряда левых эсеров в составе крас¬ ных отрядов на Урал и отсеивания случайных элементов, коли¬ чество левых эсеров в Сибири заметно уменьшилось30. Плотников И. Ф. Предисловие // Люди большевистского подполья (1918-1919). М.. 1988. С. 8. 29 Журов Ю. В. Гражданская война в Сибирской деревне. Красноярск, 1986. С. 73. м Подробнее см.: Штырбул А. А. Политическая культура Сибири... С. 597-598. 128
Самостоятельные организации и группы левых эсеров в Си¬ бири в конце 1918 - 1919 г. имелись в Барнауле (в первые меся¬ цы колчаковщины), Чите (в составе федеративною объедине¬ ния левых групп), Иркутске, Томске, Якутске, Березовке (Кузбасс). На юге Енисейской губернии (в партизанской армии Кравченко - Щетин кина) существовала организационно не оформленная, но вполне реальная и компактная группа левых эсеров (в том числе эсеров-максимапистов), которая имела заметное влияние на пар¬ тизан. Она идейно, а отчасти и политически, конкурировала с ком¬ мунистами, при этом в военно-политических вопросах высту¬ пала с коммунистами в тесном союзе. В Омске и Красноярске отдельные левые эсеры с самого начала организационно рас¬ творились в большевистском подполье. Своеобразная ситуация была в Чите, где к концу 1918 г. подполье сложилось на принципах политической федерации, в которую вошли организации коммунистов, левых эсеров и эсе- ров-макснмалистов, причем руководящий орган подполья - коми¬ тет - состоял из шести представителей этих организаций (по два от каждой). Политическая платформа объединенного подполья - борьба за восстановление советской власти. Руководителем фе¬ деративного комитета стал левый эсер А. Е. Петров (осенью 1919 г. убит семеновцами)31 На основе Томской группы ПЛСР была образована ини¬ циативная группа Западно-Сибирского объединения левых эсе¬ ров, которая попыталась скоординировать деятельность левоэсе¬ ровского подполья во всей Западной и Средней Сибири. Однако из-за слабости и малочисленности левоэсеровских подпольных групп в других городах объединить их в региональную органи¬ зацию (по типу большевистской) хотя бы в масштабе Западной Сибири так и не удалось, и деятельность инициативной группы фактически ограничилась Томском, а к лету 1919 г. в связи с отъ¬ ездом из города некоторых ее лидеров эта инициативная группа прекратила свое существование32. 11 Василевский В. И. Дела легендарных дней. (Большевистское подполье в Забайкалье). 1918-1920 гт Иркутск, 1970. С. 14. 15; Борьба за власть Советов в Восточном Забайкалье. [Чита]. 1967. С. 154-155; Бондаренко А. А. Левые эсеры в борьбе с антисоветскими режимами в Сибири.. С. 107. 32 Бондаренко А. А. Указ. соч. С. 106-107. 129
Левые эсеры Сибири (а также сопредельных Урала и Даль¬ него Востока) совместно с большевиками вели военно-боевую работу, входя в состав нелегальных объединенных боевых дру¬ жин и групп. Их представители были в числе тех, кто содержал явочные квартиры, подпольные типографии, «паспортные бю¬ ро». Они занимались революционной демократической, просо¬ ветской и социалистической пропагандой, оказывали материаль¬ ную помощь сторонникам Советов - заключенным и их семьям, - устраивали побеги, проводили разведработу для Красной Ар¬ мии и партизан. Забегая вперед, скажем что они также оказа¬ лись причастны к расстрелу А. В. Колчака в Иркутске - в из¬ вестной мере даже более, чем коммунисты... Эсеры -максималисты Сибири почти повсеместно оказа¬ лись организационно разгромленными, и их отдельные привер¬ женцы действовали в составе большевистского подполья. Лишь в Чите группировка максималистов как самостоятельная орге- диница вошла в состав федеративного объединения левых ор¬ ганизаций (подобное было также в дальневосточных Благове¬ щенске и Владивостоке), а в партизанской зоне Кравченко - Ще- тинкина (Енисейская губерния) максималисты совместно с левы¬ ми эсерами входили в объединенную левоэсеровско-максима- листскую группу. Дальневосточные эсеры-максималисты попали даже в со¬ ветскую литературную классику, правда, не с лучшей сторо¬ ны: печально известный Мечек из романа А. Фадеева «Раз¬ гром». «Прославились» они и во время «тряпицынщнны», хотя в ее освещении много неясного, наносного и неоднозначного: во всяком случае комиссар партизанского соединения анархис¬ та Я. И. Тряпицына - максималистка Нина Лебедева (Кияшко) - личность героическая и трагическая, до своего расстрела по приговору ревтрибунала 9 июля 1920 г. успевшая сделать нема¬ ло в борьбе с колчаковцами и интервентами. Нужно также на¬ звать Марка Шумяцкого (брата регионально лидера большеви¬ ков Сибири (в 1917 - начале 1918 г.) Б. 3. Шумяцкого), казнен¬ ного белыми в самом начале Гражданской войны, и будущего военачальника Красной Армии Р П. Эйдемана, начавшего свою военно-политическую карьеру в 1917 г. в Красноярске и про¬ должившего ее в тяжелых боях лета - осени 1918 г. в Западной Сибири и на Урале. 130
Политически активная часть социал-демократов-интерна- ционалистов Сибири в период колчаковщины практически везде организационно растворилась в большевистском подполье. Пос¬ ле падения советской власти в Сибири, июне - августе 1918 г., организации РСДРП(и) пытались сочетать, где это было возмож¬ но, полулегальные и нелегальные методы с легальными, причем последние занимали все меньшее место в их работе. Значительную роль социал-демократы-интернационалисты И1рали в профсо¬ юзной сфере Сибири. Еще при ВСП структуры РСДРП(и) были загнаны в подполье и к колчаковскому перевороту в подавляю¬ щем большинстве были разгромлены и прекратили свое суще¬ ствование, в том числе и довольно заметная и влиятельная Ом¬ ская организация РСДРП(и), продержавшаяся до октября 1918 г. Среди соцнал-дсмократов-интернационалистов, активно рабо¬ тавших в большевистском подполье, следует назвать К. А. По¬ пова (Иркутск, после побега из «эшелона смерти»), Загайного. Петухова (Омск). Добавим, что именно К. А. Попов стал пред¬ седателем Чрезвычайной следственной комиссии в Иркутске по делу арестованного 15 января 1920 г. А. В. Колчака. Своеобразную роль в анти колчаковском подполье играли анархисты. Накануне Гражданской войны в Сибири существо¬ вало не менее 24 анархистских организаций и групп всех на¬ правлений (не считая толстовцев); большинство принадлежало к анархнстам-коммунистам, на втором месте были анархисты без четкой идейной ориентации, а затем шли анархо-синдика¬ листы33 С установлением на территории Сибири белогвардей¬ ских режимов большинство анархистских организаций было раз¬ громлено и прекратило свое существование, но постепенно часть их сил была восстановлена и включилось в борьбу. Подавляющее большинство анархистов Сибири было настроено антиколчаков- ски, и значительная часть из этого большинства - просоветски. Во второй половине 1918 г. в Красноярске под наимено¬ ванием «черные коммунисты» возникла и действовала группа анархистов (Модзалевский, Коровин, Минчук (Рокамболь) и др.). Городской большевистский комитет 1-го состава поддерживал с этой группой связь, а в отдельных случаях допускал ее предста¬ вителей на свои заседания. Главной формой подпольной работы 131 33 Штырбул А. А. Политическая культура Сибири... С. 590-591,603
«черных коммунистов» было добывание средств на нужды под¬ полья путем экспроприаций. В сибирской исторической лите¬ ратуре встречаются утверждения о том, что группа была связа¬ на с белой контрразведкой, втерлась в доверие к политически неграмотным рабочим, заманивала в ловушку и убивала или сдавала белым подпольщиков34 Утверждения о тесных связях «черных коммунистов» с охранкой и о их работе на последнюю являются, видимо, преувеличением. Скорее всего, речь может идти об активной агентурной работе контрразведки в группе и о выходе через нее на большевистское подполье через отдель¬ ных предателей. В первой половине 1919 г. на станции Иннокентьевская (близ Иркутска) действовала подпольная группа бывших бойцов дивизиона Каландаришвили во главе с командиром эскадрона анархистом А. П. Кожаном. По указанию Каландаришвили груп¬ па приобрела на деньги дивизиона за 25 тыс. руб. двухэтажный дом в Иннокентьевской; он стал конспиративной квартирой, ко¬ торую не менее двух раз (в июне 1919 г.) посещал сам Каланда¬ ришвили. Группа занималась хищениями товаров из проходив¬ ших составов и сбывала их в Иркутске. Вырученные деньги и при¬ обретенное оружие переправлялись в отряд Каландаришвили. К началу осени группа прекратила существование, т. к. за домом началась слежка и наиболее активные подпольщики покинули станцию (Кожан ушел в отряд Каландаришвили)35 Одновременно, в первой половине 1919 г., в Иркутске дейст¬ вовала еще одна подпольная группа, ядром которой явились быв¬ шие бойцы дивизиона Каландаришвили. Группа была связана с Иркутским и Иннокентьевким комитетами РКП(б). В середине апреля 1919 г. она совершила рискованный налет в Иннокенть¬ евской на железнодорожный состав, груженный оружием и бое¬ припасами. часть которых с началом навигации была отправлена вниз по Ангаре в партизанский отряд Каландаришвили. Вскоре после этой операции руководитель группы Д. Шебалин отбыл в Красноярск для связи с отрядом Щетинкина, а большинство 34 Логвинов В. К. В борьбе с колчаковщиной. Красноярск, 1980. С. 52; Г оды огневые. Красноярск, 1962. С. 62, 64. 35 Кожевин В. Е. Легендарный партизан Сибири. Иркутск, 1971. С. 70. 132
подпольщиков ушли в отряд Каландаришвили36 Участие анар¬ хистов в иркутском подполье не исчерпывалось деятельностью лишь этой группы. По воспоминаниям коммуниста И. Сурнова, в иркутском подполье на последнем этапе борьбы с колчаков¬ щиной работало несколько анархистов. «Они не представляли какой-либо организации, так как их было мало. Нужно отмстить, что от анархистов мы получали некоторые пенные связи»37 Весной 1919 г. возникла небольшая подпольная группа анар¬ хистов в Омске. В апреле 1919 г. коммунистами и анархистами стали вынашиваться планы совершения крупной экспроприации для пополнения средств на революционную работу. В ночь с 31 мая на 1 июня 1919 г. анархисты Лосин (Александров), Пермяков, Китаенко, Костин и Васильев совершили ограбление конторы «Продпуть», где изъяли, по разным данным, от 285 до 400 тыс. руб. Несмотря на удачное завершение экспроприации, 2 июня Пермя¬ ков и Лосин (Александров) были арестованы. В ходе допросов после запирательств они сознались в ограблении, «но от выдачи своих товарищей наотрез отказались»38. Активным деятелем томского антиколчаковского подполья стал студент-анархист С. Е. Толмачев (Орлов), вокруг которого сложилась небольшая группа анархистов, в основном студентов. Группа печатала на конспиративной квартире листовки, обра¬ щенные к рабочим, крестьянам, студентам и солдатам белой армии. Сам Толмачев (Орлов) вел агитационно-пропагандист¬ скую работу в Томском гарнизоне и частях армии Пепеляева, участвовал в организации побега из тюрьмы нескольких боль¬ шевиков, осуществлял связь томского подполья с одним из пар¬ тизанских отрядов39 *. В Якутске отдельные анархисты в конце 1918 г. вошли в подпольную революционную организацию, объе¬ динявшую все левые силы города*'. В дальневосточных Владивос¬ 36 Кожевин В. Е. Указ. соч. С. 69-70. 37 Как мы боролись за власть Советов в Иркутской губернии. (Воспоми¬ нание). Иркутск. 1957. С. 413. нанию рдНО ф. П-5. Ои. 14. Д. 1052 Л. 13-14. 39 ШтырВул А. А. Анархистское движение в Сибири в 1-й четверти XX Омск. 1996. Ч. 2. (1918-1925). С. 51. века. а ¡^рущанов А. И. Гражданская война в Сибири и на Дальнем Востоке. 1918-192& Владнвосток. 1972. Кн 1 С. 164-165. 133
токе и Благовещенске группы анархистов вошли в объединенное левое подполье, сформированное на федеративных принципах41 В Чите в объединенное подполье анархистов не приняли: веро¬ ятно, не могли забыть и простить им дезорганизаторскую дея¬ тельность летом 1918 г. в Забайкалье42 * Здесь из разрозненных группок анархистов, ушедших в подполье после падения совет¬ ской власти, образовалось организационно самостоятельное анар¬ хистское подполье42 Таким образом, часть левых некоммунистических органи¬ заций действовала самостоятельно, блокируясь с большевист¬ ским подпольем от случая к случаю, часть входила в него на федеративных принципах, а часть организационно раствори¬ лась в нем. * * * Левые, просоветские силы Сибири: коммунисты, левые эсе¬ ры, эсеры-максималисты, анархисты - в период Гражданской войны оказались не чужды тактики индивидуального политичес¬ кого террора. На Первой Общесибирской конференции РКП(б) (Томск, 23-24 ноября 1918 г.) одна из резолюций была посвящена имен¬ но индивидуальному террору как методу борьбы: *<Принимая во внимание массовый белый террор, учитывая об¬ становку ожесточенной революционной борьбы пролетариата и бур¬ жуазии, Общесибирская конференция, исходя из решения Лондонского съезда партии, допускает организацию террора по отношению к аген¬ там буржуазии, но безусловно нс вводит террор в метод классовой борьбы пролетариата»44. На Второй Общосибирской конференции (Омск, 20-21 марта 1919 г.) данная позиция была подтверждена и конкретизирована: 41 (Из материалов конференции). 42 Подробнее о деятельности и роли анархистов летом 1918 г. в Забай¬ калье и вообще в Сибири см Штырбул А. А. Анархистское движение в Сиби¬ ри Ч. 2. С. 3-24 4' Штырбул .4. А. Политическая культура Сибири... С. 403. 44 Партизанское движение в Сибири (1918-1920 гг.): документы и мате¬ риалы. Новосибирск, 1959. С. 65. 134
«Партия не признает террора как систематического метода борь¬ бы и не организует его сама, но признает его допустимым; если терро¬ ристические группы возникнут в среде ее членов, то она их поддержи¬ вает и берет под свое руководство»45 *Так, начальник военного контроля штаба 6-го корпуса бе¬ лых сообщал 28 марта 1919 г., что в Уфе оставлено значительное число членов большевистской партии, в задачи которых наряду с агитацией и подготовкой вооруженного восстания входило со¬ вершение террористических актов против представителей колча¬ ковской власти . Еще более понятным и привычным террор в это время представлялся левым неонародническим организациям и груп¬ пам Сибири. Левые эсеры и эсеры-максималисты уже в декабре 1918 г. приступили к подготовке ряда актов индивидуального террора против представителей колчаковского режима - с ведома ком¬ мунистов и иногда при их эпизодическом участии. Одним из центров террористической деятельности подполья в первые ме¬ сяцы после колчаковского переворота стало Забайкалье, где ус¬ тановился особенно жестокий и зверский по отношению к тру¬ дящимся режим атамана Семенова. Семеновские власти обрушились на трудящихся со всей беспощадностью. Бывших красногвардейцев и всех «содейст¬ вовавших им лиц» запрещалось допускать к исполнению обя¬ занностей на железной дороге. Здесь были упразднены все об¬ щественные организации, возвращена к управлению старая контр¬ революционная администрация. На транспорте было введено военное положение, созданы так называемые станционные за¬ стенки47. На жесточайшем режиме в Забайкалье лежал отпеча¬ ток личности самого атамана Семенова, известного своей пато¬ логической личной жестокостью. Интересно, что к этому вре¬ мени функционеры местной центристской антиколчаковской 45 Цлт. по: Плотников И. Ф. Героическое подполье. С 154. 44 Плотников И. Ф Во главе революционной борьбы... С. 119. 47 Борьба за власть Советов в Восточном Забайкалье. [Иркутск], 1967 С. 113. 135
и антисемсновской оппозиции - эсеры и меньшевики - покину¬ ли Забайкалье и укрылись в Иркутске. Представитель читинских профсоюзов еще в начале октября 1918 г. на 1-м Всесибирском съезде профсоюзов, проходившем в Томске, в своем докладе сообщил, в частности, что порки рабо¬ чих стали обычным явлением. «Но есть и более опасные методы - вдруг исчезает кто-нибудь из активных работников профсоюзов. Исчезает и больше не возвращается. В лучшем случае его [труп] находят где-нибудь в совершенно изуродованном виде»48. 27 ноября 1918 г. в Читинских железнодорожных мастер¬ ских казачий отряд в присутствии представителя городской ми¬ лиции арестовал 13 человек и еще 65 выпорол. В начале декабря в Нерчинск прибыл бронированный поезд Особого Маньчжур¬ ского отряда, после чего были проведены аресты, затем в мест¬ ной тюрьме арестованных подвергли порке49 50Все это и многое подобное переполнило чашу терпения местного федеративного (объединенного коммунистического, лево¬ эсеровского и максималистского) подполья и подтолкнуло к мести. При Читинской городской подпольной организации еще в ноябре была создана преимущественно из эсеров-максималис- тов и левых эсеров специальная группа для совершения терро¬ ристических актов против наиболее жестоких представителей режима. Тогда же в больнице Красного Креста ударом ножа под¬ польщик И. А. Григорьев убил одного из злейших палачей семе¬ новской охранки - прапорщика Валяева30 Но одной из главных задач террористической группы стала подготовка покушения на атамана Г. М. Семенова. Первая попытка покушения на Семенова была предприня¬ та группой подпольщиков в составе А. Нелюбина, Н. Пешкон¬ ского и М. Гордеева. Подпольщики разобрали железнодорожный путь за станцией Песчанкой с целю крушения поезда, в котором Семенов со своей свитой должен был проследовать в Даурию. 48 Фабрикант М. (Леяин Я.) Пер вое Сибирское объединение профессио¬ нальных союзов И Сибирские огни. 1922. № 3. С. 69. 49 Там же. С. 116-117; Кокоулин В. Г Политические партии в борьбе за власть в Забайкалье и на Дальнем Востоке (октябрь 1917 - ноябрь 1922 г ). Но¬ восибирск, 2002. С. 83; БудбергА. Дневник// Гуль Р и др. Указ. соч. С. 239. 50 Васияевкий В И. Указ. соч. С. 15. 136
Путь был разобран, но крушения семеновского поезда не про¬ изошло, т. к. первым был пущен товарный поезд51 Второе покушение произошло в Мариинском театре ве¬ чером 20 декабря 1918 г., на премьере оперетты «Пупсик». В его осуществлении принимали участие М. Л. Беренбаум (Неррис), А. П. Сафронов, И. А. Григорьев, Н. А. Пешковский и др. Во вре¬ мя спектакля в ложу атамана с галерки были брошены бом¬ бы, принесенные в театр с букетами цветов. Семенов был ранен в ногу52. Покушение вызвало новый разгул белого террора, в резуль¬ тате которого после зверских пыток погибло более 300 человек, в том числе М. Беренбаум, А. Сафронов, И. Григорьев и многие другие, в том числе ряд молодых подпольщиков из учительской семинарии Читы53 54Об обстоятельствах ареста участников покушения в докла¬ де на 3-й Сибирской конференции указывалось: «Террористам удалось скрыться. Но один из них был впоследствии арестован по дороге на восток, а вся организация, благодаря провокации, провалилась». Это соответствует действительности, ибо основ¬ ные исполнители покушения - И. Григорьев и А. Сафронов - были арестованы только через месяц - 19-20 января 1919 г.м Позднее была сделана еще одна попытка покушения на Семенова. По поручению подпольного комитета А. И. Куприя¬ нова отнесла две бомбы члену подпольной организации, офицеру артиллерийского склада Чипизубову. Но и эта попытка не уда¬ лась, и Чипизубов при аресте был убит55 Несомненно, что Семенов, Валяев и подобные им деятели вполне заслуживали смерти, однако тактика индивидуального террора нанесла революционному подполью Забайкалья боль¬ шой вред. Жертвами ответного и совершенно разнузданного тер¬ рора ссменовцев стали активные подпольщики, не имевшие ни¬ какого отношения к совершавшимся покушениям. Кроме того, *' Василевкий В. И. Указ. соч. С. 15. 52 Там же. и Там же. С. 15, 23. 54 Там же. С. 15-16. 55 Там же. С. 16. 137
эта тактика затрудняла планомерную работу по подготовке и со¬ биранию сил для всенародного вооруженного восстания против семеновского режима. И закономерно, что от такой тактики под¬ польный комитет вскоре отказался56 Интересно, что покушение на Семенова 20 декабря 1918 г. имело и еще одно, неожиданное и нежелательное для подполья последствие: потепление отношений между Колчаком и Семено¬ вым. Сам атаман вспоминал об этом так: «В это время (время ра¬ боты омской комиссии, согласно приказу А. В. Колчака № 61 по расследованию незаконных действий Семенова. - А. Ш.) левыми социалистами-революционерами было произведено покушение на меня, я и был довольно тяжело ранен. Верховный правитель, осведомившись о моем ранении и о результатах следствия, не только отменил приказ № 61 и восстановил меня во всех правах, но и вскоре же произвел меня в чин генерал-майора и назначил командующим войсками Читинского военного округа. В октябре месяце 1919 г. последовало назначение меня военным губерна¬ тором Забайкальской области и помощником главнокомандую¬ щего вооруженными силами Дальнего Востока и Иркутского во¬ енного округа, каковым являлся генерал Розанов...»57 1 мая 1919 г. террористической группой, в которой веду¬ щую роль, судя по всему, играли эсеры-максималисты, было со¬ вершено (в Харбине? - А. Ш.) покушение на Верховного уполно¬ моченного Российского (колчаковского) правительства на Даль¬ нем Востоке генерала Д. Л. Хорвата. В результате покушения ока¬ зались легко ранены пять прохожих, но генерал не пострадал58. Позднее, в июле 1921 г., Центральный секретариат Сою¬ за социалистов-революционеров-максималнстов (ССРМ), под¬ черкивая свою роль в ряде событий Гражданской войны, заявлял: «Террористические акты против генерала Семенова, его сподвиж¬ ника прапорщика Валяева и генерала Хорвата, а также восстания в тылу у Деникина, Колчака говорят сами за себя и ясно показы¬ 56 Васиаелкий В. И. Указ. соч. С. 16. я Семенов Г. М Атаман Семенов. О себе: Воспоминания, мысли и выво¬ ды. М„ 2002. С. 222. 58 Шиловский М. В. Хорват Дмитрий Леонидович // История «белой» Сибири в лицах: биогр. справ. СПб.. 1996. С 58. 138
вают, что мы не занимались красивыми фразами, а по мере сил участвовали вместе с трудящимися в борьбе за свободу»59 Теракты против представителей режима, особенно против офицеров, происходили в Сибири практически во всех городах. Так, в Омске осенью 1918 г., главным образом в ночное время, произошел ряд убийств белых офицеров, что вызвало в офицер¬ ской среде серьезное беспокойство и подтолкнуло наиболее ак¬ тивную их часть (главным образом крайних монархистов) к еще более жестоким мерам борьбы со всеми неугодными. 9 октября 1918 г. барон А. Будберг записал в своем днев¬ нике: «...для развертывания сибирской армии произвели очеред¬ ной призыв и набрали новобранцев, но офицеры их опасаются больше, чем красноармейцев; рассказывают, что в Томске и дру¬ гих городах офицеры собираются на ночь в отдельную казарму и что оружие и пулеметы охраняются отдельным офицерским караулом». «Хождение по улицам Красноярска было сопряжено с боль¬ шим риском, - вспоминал будни 1919 г. офицер Г С. Думбадзе. - Банды красных и отдельные большевики под видом правитель¬ ственных военнослужащих убивали офицеров, пользуясь покро¬ вом ночи. Никто не был уверен, кем он остановлен для проверки документов: настоящим патрулем или маскированными красны¬ ми террористами. Поджигание складов и магазинов, перерезыва¬ ние телефонных проводов и многие другие виды саботажа про¬ исходили буквально каждые сутки. Свет в домах не зажигали, или окна завешивались темной материей, иначе ручная граната бросалась на свет в квартиры. Я помню, как мне приходилось ходить по улицам ночью, держа в кармане заряженный брау¬ нинг. Все это было буквально в сердце Белой Сибири»60 С массового теракта должно было начаться восстание в Том¬ ске в первых числах марта 1919 г. Вечером 1 марта к моменту начала военного собрания в офицерском клубе был заложен в печ¬ ку динамит, планировалось уничтожить в результате взрыва около 59 Союз эсеров-максималистов: документы, публицистика. М.. 2002. С. 345. 60 Думбадзе Г. То. что способствовало нашему поражению в Сибири в Гражданскую войну // Восточный фронт адмирала Колчака. М.. 2004. С. 582-583. 139
сотни присутствующих на собрании офицеров. Однако взрыв ока¬ зался сравнительно слабым, вместо планируемых 100 жертв по¬ гибло около 10 человек. Оставшиеся в живых офицеры, оправив¬ шись от замешательства, вышли на улицу и приняли активы 01- участие в подавлении восстания61 *, хотя наверняка среди них были и те, кто свое будущее с колчаковским режимом не связывал. * * * Закономерным образом в определенных кругах большевист¬ ского подполья Сибири (среди эсеров-максималистов, и левых эсеров прежде всего) мог возникнуть план устранения А. В. Кол¬ чака. Некоторые факты свидетельствуют о подготовке больше¬ вистским (в широком смысле) подпольем Омска такого поку¬ шения. Как следует из резолюции Первой Общесибирской кон¬ ференции РКП(б), не были против такого покушения и собст¬ венно коммунисты. Имеется интересная, но очень скудная и разрозненная ин¬ формация о подготовке омским большевистским подпольем по¬ кушения на А. В. Колчака весной 1919 г. В начале апреля 1919 г. в контрразведку штаба Верховно¬ го главнокомандующего поступило донесение агента Кости, в ко¬ тором говорилось, что у Верховного правителя в качестве старше¬ го шофера служит Бронислав Логинович Стефанович, прожи¬ вающий по ул. Мясницкой, 2й2. При советской власти Стефанович был организатором автороты в Омске. В дни белого правления он состоял, очевидно, в подпольной организации и переписывался с Д. С. Медведевым (настоящая фамилия - Осокин И. П.) - из¬ вестным большевистским деятелем, участником восстания 22 де¬ кабря 1918 г., которому удалось выбраться из города после провала восстания. Возможно, именно Д. С. Медведев руково¬ дил операцией по подготовке покушения на Верховного прави¬ теля. План убийства был разработан 21 марта 1919 г. на сове¬ щании, где помимо Стефановича присутствовали: Г. П. Звезднн - секретарь художественной типографии, Н. Ф. Коршунов и Г. С. За- ботин - наборщики газеты «Русская армия»63. 61 Меяьгунов С. П. Трагедия адмирала колчака. Кн. вторая. С. 145. а Ракова Л. П. Указ. соч. С. 130. 63 Там же. 140
]3 апреля органами МВД были арестованы по подозрению в подготовке террористического акта против Верховного прави- и заключены в Омскую областную тюрьму Григорий Забо¬ ли и Николай Коршунов64 * Днем позже, 14 апреля, по подозре¬ нию «в принадлежности к партии большевиков и причастности к готовящемуся террористическому акту на Верховного Прави¬ теля» был арестован шофер гаража при Ставке Верховного пра¬ вителя Бронислав Стефанович” Резолюция собрания, подписан¬ ная Стефановичем н Заботиным, была обнаружена в автомобиле Стефановича при его аресте66 Дальнейшую судьбу этих людей представить нетрудно. Данные аресты совпали с другими, не связанными непо¬ средственно с подготовкой покушения, провалами омского боль¬ шевистского подполья. Таким образом, данная довольно серьезная подготовка по¬ кушения на А. В. Колчака была жестко блокирована и пресече¬ на. Ее серьезность вне сомнения. Кроме того, тогда эта попытка наделала, судя по всему, много шума. Именно поэтому личный адъютант А. В. Колчака ротмистр В. В. Князев67 в своих воспо¬ минаниях («Записках») мог ошибиться, отнеся события взрыва к II марта 1919 г. Кроме того, данные «Записки» были состав¬ лены их автором, видимо, значительно позднее событий, в них изложенных (изданы в 1971 г. в США), что могло стать причи¬ ной хронологической ошибки, допущенной Князевым, а также неточности в некоторых деталях - ситуация, иногда, к сожале¬ нию, случающаяся в воспоминаниях. В. В. Князев сообщает: «Ночь перед 11-м я не спал, будучи дежурным, и потому лег от¬ дохнуть, приказав меня разбудить в 3.30 дня. Меня разбудил Николай 64 ГИАОО. Ф. 1617. Оп. 1. Д 46. Л 55. “ Там же. Л. 54. 44 Ракова А. П. Указ. соч. С. 132. 47 Тот самый В. В. Князев, о котором А. П. Будберг в своем дневнике (запись от 8 июля) сообщает следующее: «Не везет адмиралу по части ближай¬ шего антуража; он взял к себе личным адъютантом ротмистра Князева кото¬ рый дивит кутящий Омск своими пьяными безобразиями, много хуже то. что этот гусь злоупотребляет своим положением и позволяет себе разные распоря¬ жения именем адмирала». 141
Чудотворец без нескольких минут 4 часа. Быстро одевшись, я спешно поехал, боясь опоздать к поезду. Не доезжая до станции, я услышал страшный взрыв, который оказался в ломе Верховного правителя... Было 4 часа и 15 мин., т. е. время, в которое всегда и точно адмирал входил в караульное помещение. По милости Николая Угодника, поезд опоздал, чего никогда не бывало. Странной была точность совпадения времени взрыва с установленным неизменно временем ежедневного входа адмирала со мной в караульное помещение. Еще более странным было объяснение чинов караульного помещения причины взрыва: “Взорвались ручные гранаты, сложенные в 40 ящиках“. Злоумышлен- ность ясна, как день! Взрывом причинены большие разрушения в кара¬ ульном помещении и конюшне. Были убитые и раненые люди и лоша¬ ди. В моей комнате, которая была рядом с караульным помещением, было вырвано окно и часть стены в углу, весь пол покрыт кирпичами и известкой, на подушке Грумгржимайловской кровати лежала глыба кирпича в цементе. В углу над моей головой на полочке невысоко сто¬ ял Образ Николая Чудотворца в киоте, а перед киотом висела лампадка. Стекло в киоте оказалось треснутым, из угла в угол, но не выпало из киота, а лампадка теплилась перед Образом, о котором я только что упоминал и который мне подарил адмирал с условием зажигать всегда перед Образом лампадку. Взрыв произошел точно через 20-25 минут после того, как я проснулся. В случившемся почему-то я тогда почув¬ ствовал плохое предзнаменование и от этого чувства не мог очень дол¬ го избавиться. Вскоре после взрыва охраной Верховного Правителя был заподозрен солдат в личном конвое адмирала, живший в комнате рядом со спальней адмирала. С моей точки зрения, это было недопус¬ тимо и не было необходимостью. По произведенному обыску у этого солдата личного конвоя оказался сундук с двойным дном и при вскры¬ тии потайника оказалось в нем: 1. Печать комиссара Oosfera] Раб[очих] и Солд[атских] Де¬ путатов]. 2. Бланки того же совета. 3. Удостоверение, подтверждавшее, что владелец этого сундука есть действительно комиссар Красной Армии. Адмирал его простил и исключил из охраны»68. Несмотря на невольные ошибки автора в хронологии и де¬ талях, а также на заметный налет лапидарности и мистики, перед нами свидетельство о реальных событиях, происшедших все-таки не 11 марта, а 25 августа 1919 г. 6969 Цит. по: Лосунов А. М. Омский адрес Верховного правителя. Омск, 2011 С КЗ-144. 142
Весной 1919 г. произошел разгром основных структур ом¬ ского антиколчаковского подполья, хотя колчаковцам все же так и не удалось ликвидировать его полностью. Деятельность под¬ полья, пусть и не такая интенсивная, продолжалась летом - осе¬ нью 1919 г. И, видимо, планы устранения А. В. Колчака продол¬ жали существовать все это время. Другое дело, насколько такие планы были теперь реальны. По просьбе омского исследоватсля-литературоведа В. Вай- нермана Н. Г. Линчевская, старший архивист Государственного исторического архива Омской области, отыскала в своем личном архиве воспоминания участницы Гражданской войны Марии Пет¬ ровны Гончаровой-Лисиной. В том же 1978 г., когда Георгий Иванович Сопов решился передать музею ценнейшие материалы о погибшем во время взрыва брате69, Мария Петровна написала воспоминания о своей «тревожной молодости». Она помогла пар¬ тизанам и была по их рекомендации определена в служение к куп¬ цу Л. А. Мериину, чей дом был отделен от усадьбы, где прожи¬ вал А. В. Колчак, всего лишь кирпичной стеной. Поселили Машу на сеновале над каретным сараем, с которого была видна вся территория резиденции Колчака. Однажды, как рассказывает Ма¬ рия Петровна, «хозяйская девочка шести лет играла во дворе на песке и вдруг закричала: “Маша, Маша!..” Я на кухне гладила бе¬ лье, тут же выскочила на крыльцо. Она кричит: “Самолет летит!” Самолет кружит над территорией [резиденции] Колчака, видно снижается, и сразу вверх, и улетел. Я скорей вернулась на кухню - утюг углями горел, я торопилась, и только шагнула на порог, как раздался взрыв. У меня в глазах как будто косяки окон сошлись вместе. Стекла посыпались, а с потолка штукатурка обвалилась... Девочка на улице заревела, и хозяйка побежала к ней...»70 Генерал, который жил по соседству, рассказывал потом барыне, что «красные рассчитали правильно, но Колчак задер¬ жался на вокзале». Мария Петровна помнит, как «на одре везли двух убитых, закрытых брезентом». По обеим сторонам улицы 69 К сожалению, как свидетельствует В. Вайерман, руководство Омско¬ го музея тогда не приняло на хранение эти ценнейшие материалы на том осно¬ вании, что они принадлежали колчаковцу. - Омская муза. 1997. № 11—12 С. 18. 70 Вайнерман В. «Я - золотистый рыцарь, жизнь посвятивший мечте...»// Омская муза. 1997. № 13-14. С. 18. 143
«встали солдаты с винтовками». Потом Мария Петровна узнала от партизан (их она называет «ребята»), что «при взрыве убиты два офицера». Таким образом, к туманным намекам на взрыв, подготов¬ ленный большевиками, добавляется версия с бомбардировкой...71 Известно также, что подпольщик К. И. Шамов, выполняя поручение комитета партии, вел наблюдение за главной колча¬ ковской контрразведкой, квартирой Колчака и гостиницей «Ев¬ ропа» (ныне - «Ибис Сибирь-Омск»), где находился офицер¬ ский ресторан. С этой целью возле здания Дворянского собрания (в советское время - Театр музыкальной комедии, ул. Ленина, 25). напротив контрразведки (и в пяти минутах ходьбы от рези¬ денции Колчака) был открыт киоск, в котором Шамов торговал. О деятельности Шамова контрразведка узнала только в послед¬ ние дни перед своим бегством. Рано утром 14 ноября 1919 г., бук¬ вально за несколько часов до вступления в город Красной Ар¬ мии, во дворе контрразведки К. И. Шамов и И. В. Колосков (ра¬ ботавший по заданию подполья в разведывательных целях в шта¬ бе Колчака и разоблаченный накануне) были расстреляны72. * * * «В мои времена в Сибири, - вспоминал Вс. Иванов, - было немало талантливых поэтов: Ю. Сопов, В. Пруссак, Г. Маслов. Некоторые из них, наверное, были бы прекрасными поэтами впо¬ следствии. Но Юрий Сопов, будучи мобилизованным во времена колчаковщины, как человек со средним образованием попал в юн¬ кера, а затем уже офицером - в охрану Колчака. Ю. Сопов до пе¬ реворота печатал свои стихи в Омских “Известиях”, и. когда я пе¬ ред бегством из Омска, имея на руках фальшивый паспорт, пред¬ ложил ему устроить такой же, он печально улыбнулся и сказал: - Может быть, нам и не нужно бежать, а это наваждение само убежит от нас? Наваждение убежало. Но оно унесло с собой и превосход¬ ный, очень оригинальный политический талант Сопова. Хотя он печатался в кадетской газете, нс помню, как ее называли, но он не выступал с политическими стихами или, во всяком случае, 71 Вайнерман В. Указ. соч. С. 18. 72 Паяашенков А. Ф. Памятники и памятные места Омска н Омской об¬ ласти. Омск, 1967. С. 138. 144
с малым их количеством. Мне кажется, что его мировоззрение молодого человека, печатавшегося в “Известиях”, не изменилось. Рядом с кабинетом Колчака, где находились его адъютанты, у нас поговаривали, что Сопов попал туда не случайно, произошел взрыв ящика с гранатами, и Колчак уцелел чудом. Большинство адъютантов погибло, и в том числе поэт Сопов»73 А в 1961 г. Вс. Иванов рассказал своему давнему другу, писателю Николаю Анову, по свидетельству последнего, сле¬ дующее: «Недавно мне пришлось разговаривать со старым че¬ кистом. Он уверяет, что студент Юрий Сопов был коммунистом. И взрыв ящика с гранатами в приемной Колчака не был простой случайностью. Тогда погибло несколько адъютантов, а вместе с ними и Юрий Сопов - он стоял в карауле. Интересное было время, и люди были любопытные»74. Мог ли Ю. Сопов быть причастным к большевистскому подполью и в рядах этого подполья - к подготовке теракта про¬ тив А. В. Колчака? Можно ли совместить с этим терактом всю известную о Ю. Сопове чрезвычайно разноречивую информа¬ цию? Кто же он? Аполитичный поэт-декадент? Беспартийный тайный сторонник советской власти? Участник антиколчаков- ского подполья? Да, печатался Юрий Сопов в колчаковских (кадетских) га¬ зетах (как и ранее, в советских), но ни в одной из них еще никто из исследователей литературоведов (а о Сопове в советское вре¬ мя пытались писать в контексте литературной жизни Омска пе¬ риода колчаковщины не менее трех авторов) не нашел стихов, прославляющих белый режим, А. В. Колчака и т. п., хотя подоб¬ ными стихами других авторов эти газеты были заполнены в изо¬ билии. Единственное стихотворение на эту тему («Призыв»), по¬ смертное, напечатанное под некрологом, так непохоже на все его стихи и настолько диссонирует с ними, что возникает предполо¬ жение, что это стихотворение не его или не совсем его. Таким образом, в принципе, нельзя полностью исключать, что Ю. Сопов мог быть связан с большевистским подпольем. 73 Ивана« Вс. Кондратий Худяков // Иванов Вс. Собр. соч.. в 8 т. М., 1968. Т. 8. С. 278-279. 74 Ано« Н. На литературных перекрестках. Воспоминания. Алма-Ата, 1974. С. 56. 145
При этом такая связь вовсе не обязательно должна была быть организационно оформленной. Более того, он мог, будучи свя¬ занным с большевистским подпольем, симпатизировать не ком¬ мунистам, а, скажем, левым эсерам, а мог быть и убежденным беспартийным, но настроенным против власти Колчака. Однако «чисто большевистская версия» применительно к конкретным событиям, разыгравшимся к исходу дня 25 августа 1919 г. в резиденции Верховного правителя, представляется нам все-таки достаточно зыбкой из-за, прежде всего, крайней слабости и обескровленности данного подполья к концу августа 1919 г. Конечно, все это совсем не значит, что в городе в августе - октябре 1919 г. совсем не осталось коммунистических подполь¬ щиков, способных на акции отчаяния и мщения. Возможно, это именно они, собравшись с последними силами, устроили диверсию с поджогом гаража в резиденции Верховного правителя в конце сентября, накануне (в день) инспекционного отплытия А. В. Кол¬ чака в Тобольск. Писатель А. К. Югов, опираясь на свои впечат¬ ления детства, использовал эту версию в своем историческом романе-эпопее «Страшный суд». А щепетильный в фиксации фак¬ тов Г. К. Гннс оставил в своих мемуарах следующее свидетельство: «В начале октября [1919 г.] Верховный Правитель собирался в дальнюю поездку, в Тобольск. Я решил сопровождать адмирала. Мне хотелось ближе познакомиться с ним. хотелось также побывать на фрон¬ те, у самого огня, увидеть солдат, офицеров, ознакомиться с их на¬ строениями. Как раз накануне отъезда в доме Верховного был пожар. Нехо¬ роший признак. Трудно было представить себе погоду хуже, чем была в тот день. Нескончаемый дождь, отвратительный резкий ветер, неве¬ роятная слякоть - и в этом аду огромное зарево, сноп искр, суетливая беготня солдат и пожарных, беспокойная милиция. Это зарево среди пронизывающего холода осенней слякоти каза¬ лось зловещим. “Роковой человек". - уже говорили кругом про адмира¬ ла. За короткий период это был уже второй несчастный случай в его доме. Первый раз произошел взрыв [ящика] гранат»73. Кроме столицы, более или менее дееспособные силы боль¬ шевистского подполья Сибири продолжали действовать в неко- 7171Гикс Г К. Указ. соч. С. 446. 146
торых других городах края, например в Иркутске. И все же вряд ли покушение на А. В. Колчака 25 августа 1919 г. устроили дея¬ тели большевистского подполья, пусть и не коммунисты, а левые эсеры или эсеры-максималисты. Вряд ли это были они... * * * Что же касается Юрия Сопова, то вывод о слабости боль¬ шевистского подполья в Омске вовсе не означит, что он не мог иметь никакого отношения к подготовке взрыва. Возможен и та¬ кой вариант: Юрий мог быть связан и с иной антиколчаковской организацией, не имеющей отношения к большевистскому про¬ советскому подполью. Могла ли существовать в столичном Ом¬ ске такая организация помимо коммунистической, большевист¬ ской? Ниже мы увидим, что не только могла быть, но и сущест¬ вовала в реальности, более того, тоже вынашивала планы поку¬ шения на А. В. Колчака. Что же до информации Вс. Иванова, полученной им от не¬ коего чекиста, о том. что Ю. Сопов был коммунистом, то Вс. Ива¬ нов слово «подпольщик» вполне мог заменить словом «комму¬ нист». Себя он, кстати, применительно к 1917-1919 гг. тоже меж¬ ду делом преподносил позднее как большевика, коммуниста и чуть ли не подпольщика, хотя в 1917-1918 гг. состоял сразу в двух партиях (ПСР и РСДРП), а потом еше и в третьей: после раско¬ ла Омской организации РСДРП перешел отнюдь не в РСДРП(б), а в РСДРП(и) и именно в ее рядах защищал советскую власть с ору¬ жием в руках в конце мая - начале июня 1918 г. В 1919 г. он являл¬ ся уже беспартийным и был занят прежде всего тем, что в условиях тяжелейшего, полуголодного, а то и совершенно голодного своего существования элементарно пытался физически выжить в чужом и враждебном городе. Это - к слову. Ниже мы увидим, что антиколчаковскос подполье в Сиби¬ ри летом 1919 г. было не только большевистским, просоветским. К небольшевистской, некоммунистической версии покушения, к которой мог иметь отношение Юрий Сопов, мы обратимся чуть позже, а сначала рассмотрим другую, близкую к обычной и при¬ вычной, но все же довольно экзотическую и самостоятельную версию - «внешнюю».
Глава VII ВЕРСИЯ ТРЕТЬЯ, ВНЕШНЯЯ: «ГАСТРОЛЕРЫ» Террор, террор. Террор вам, тираны!- Из революционной песни (начало XX в ' К «большой охоте на Колчака», и в том числе к готовив¬ шемуся летом 1919 г. в Омске покушению, могли быть причаст¬ ны и «гастролеры» - революционные исполнители из-за преде¬ лов «Колчакии». Среди них тоже могли быть как коммунисты, так и представители других левых политических сил. Коммунисты, в том числе и члены ЦК РКП(б), в принципе допускали индивидуальный террор в ходе Гражданской войны (как часть общей борьбы), но они сосредоточивались на решении других задач, как правило, «великодушно» уступая дело инди¬ видуального политического террора против белых лидеров сво¬ им союзникам, кстати большим, чем коммунисты, специали¬ стам в этом деле. В мае 1918 г. в Ростове-на-Дону местное большевистское подполье, в том числе, вероятно, и левые эсеры, довольно замет¬ ные по количеству и влиянию среди революционных сил Дон¬ ской области, готовили уничтожение чинов контрразведки пол¬ ковника Дроздовского1 Летом 1918 г. ЦК партии левых эсеров попытался органи¬ зовать цепь терактов против высших представителей германского 1 Сигида И. Воспоминания белого контрразведчика // Родина. 1990. № 10. С. 67 148
иМПерИализма и их пособников как в ответ на реставраторскую „олитику оккупантов и их пособников в западных, оккупирован¬ ных. районах, так и по мотивам мести за зверства оккупационных ^пастей и, кроме того, самый громкий теракт - против герман¬ ского посла в Советской России Мирбаха с целью сорвать Брест¬ ский мирный договор. Боевая организация Партии левых социапистов-революцио- неров (ПЛСР) состояла сначала из трех человек: ответственный советский работник Г. Б. Смолянский, кронштадтский матрос Б. М. Донской и ветеран эсеровской боевой работы, участница Первой российской революции И. К. Каховская. «Мы, все трое, - вспоминала позднее Каховская, - до этого принимали деятельное участие в работе партии [левых эсеров], и лишь с большим тру¬ дом нам удалось освободиться для боевого дела»* 2 28 июня - 1 июля 1918 г., в преддверии V Всероссийского съезда Советов, состоялся Ш съезд партии левых эсеров. Съезд ПЛСР принял решение разорвать Брестский мир и одобрил по¬ литику своего ЦК, который 24 июня 1918 г. принял решение об убийстве германского посла в Москве графа Мирбаха и антипра¬ вительственном мятеже. При этом ЦК ПЛРС сделал оговорку, что он рассматривает свои действия «как борьбу против настоя¬ щей политики С[овета] Щародных] Комиссаров и ни в коем слу¬ чае как борьбу против большевиков»3 И. Каховская комменти¬ ровала обращение партии к индивидуальному политическому террору так: «Граф Мирбах в Москве и фельдмаршал Эйхгпрн в Киеве - вот две фигуры, которые приковали к себе внимание всех грудящихся России. <...> Но над ними вырисовывалась провиденциальная фигура их по¬ велителя и монарха - германского кайзера Вильгельма. Учитывая воз¬ можный резонанс не только в пределах революционной России, но и да¬ леко за ее пределами, по всей территории, где борется труд с капита¬ лом, Партия Левых Соц[иалистов]-Рев[олюционеров] не могла решиться на такой ответственный шаг, не узнав предварительно мнения западно¬ европейских товарищей, и в первую голову германских революционных 2 Каховская И. Дело Эйхгорна // Родина. 1989. № 12 С. 91. 2 Цит. по: Тусев К. В. Партия эсеров: от мелкобуржуазного революцио- нариэма к контрреволюции. М , 1975. С. 260. 149
социалистов. В зависимость от их оценки революционного значения такого акта была поставлена и попытка его осуществления. Ответ был дан отрицательный, и Центр[альный] Комитет остановился лишь на Эйкгорне, а затем, когда Боевая Организация уже находилась на месте и готовила со дня на день свой удар, и на Мирбахс. Второй акт, в силу случайного стечения обстоятельств, предшествовал первому»4 6 июня 1918 г. в 2 часа дня в германское посольство яви¬ лись левые эсеры Яков Блюмкин (начальник отделения ВЧК по охране посольств) и Николай Андреев (фотограф секретного от¬ дела ВЧК). Предъявив подложные документы, заверенные под¬ линной печатью коллегии ВЧК, они добились свидания с послом графом Мирбахом, который принял их в присутствии двух своих сотрудников. Блюмкин предъявил Мирбаху заранее приготовле- ные документы, в которых говорилось, что офицер австрийской армии Роберт Мирбах, родственник посла, обвиняется в шпио¬ наже против Советской республики. Во время разговора с Мир¬ бахом Блюмкин вынул из портфеля револьвер и выстрелил в пос¬ ла. но промахнулся, а Андреев стал стрелять в советника по¬ сольства и офицера кайзеровской рмии. Мирбах бросился бе¬ жать в другую комнату. Блюмкин и Андреев выстрелили ему вслед, а затем Блюмкин бросил выхваченную из портфеля бом¬ бу. Мирбах был убит5. Убедившись в смерти посла, Блюмкин и Андреев выпрыг¬ нули из окна и скрылись на автомобиле в отряд особого назначе¬ ния ВЧК, возглавлявшийся левым эсером Поповым. В штаб от¬ ряда, находившийся в Трехсвятительском переулке около По¬ кровских ворот, перебрался и ЦК партии левых эсеров. Этот отряд, насчитывавший примерно 800 человек, 2 броневика, 8 орудий, стал главной силой мятежников. Кроме того, существовал еще «отряд особого назначения» Всероссийской боевой организации при ЦК левых эсеров численностью примерно 200 человек и левоэсеров¬ ские боевые дружины. Всего, таким образом, мятежники имели около 1800 стрелков, 80 кавалеристов, 4 броневика, 48 пулеметов, 8 орудий. Подступы к штабу были ограждены окопами и защи¬ щались пулеметными заставами. Влияние левых эсеров ощуща¬ 4 Каховская И. Указ, соч С. 91 5 Гусев К. В. Указ. соч. С. 263-264; Спирин Л. М. Крах одной авантюры. (Маток левых эсеров в Москве 6-7 июля 1918 г.) М„ 1971. С. 12-13. 150
лось в некоторых частях Московского гарнизона Красной Ар¬ мии. В 6 часов вечера мятежниками был арестован председатель ВЧК Ф. Э. Дзержинский, прибывший в особый отряд ВЧК и по¬ требовавший выдачи убийц Мирбаха. Так начались события, по¬ лучившие наименование «мятежа левых эсеров», закончившиеся на следующий день поражением левых эсеров6. Советскому правительству в результате событий 6-7 июля едва-едва удалось избежать войны с Германией и вообще удер¬ жаться у власти. А левоэсеровские боевики продолжили терро¬ ристические акты против «германских империалистов» на тер¬ ритории, оккупированной Германией и Австро-Венгрией. Одна из боевых групп Боевой организации ПЛСР под ру¬ ководством И. К. Каховской еще накануне московских событий 6-7 июля выехала в Киев с целью подготовки покушений на коман¬ дующего оккупационными войсками на Украине генерал-фельд¬ маршала Г. Эйхгорна и ставленника оккупантов, рестовратора буржуазно-помещичьих порядков гетмана П. П. Скоропадского. «Эйхгорн обрисовывался в глазах трудящихся Украины и России как главный палач и душитель трудового крестьянства. По приезду своем на Украину он жестоко расправился с русскими пленными сол¬ датами, которых посылал в рядах своих войск усмирять украинскую революцию. За их отказ - расстреливал и вешал на крестах и висели¬ цах. На полях доклада об усмирении крестьян в одном из уездов, где было положено 8500 человек, где в одном только селе было 17 виселиц и крестьяне стояли в хвосте, ожидая очереди быть повешенными, Эйх¬ горн написал: “Хорошо" Железнодорожная забастовка была подавлена им жестокими арестами и расстрелами. За короткое время своего ко¬ мандования и властвования на Украине он покрыл богатую, цветущую страну виселицами и неубранными трупами»7 ь Однако через три дня уже подваленный мятеж дал рецидив на Восточ¬ ном (советском) фронте: командующий фронтом левый эсер М. А. Муравьев, опираясь на некоторую часть красных командиров - левых эсеров, 10 июля под¬ нял мятеж в Симбирске, где находилась тогда его Ставка. Он заявил о перемирии с Чехословацким корпусом и белыми, предложил им союз в борьбе против Германии, которой объявил войну, и провозгласил создание Поволжской (со¬ ветской) республики Однако на следующий день. II июля, это выступление было подавлено коммунистами и верными им отрядами Красной Армии, Му¬ равьев при попытке ареста оказал сопротивление и был убит. 7 Каховская И. Указ. соч. С. 92. 151
30 июля 1918 г. в Киеве один из руководителей Боевой ор¬ ганизации ПЛСР, 24-летний Б. М. Донской, член боевой группы Каховской, осуществил убийство Эйхгорна и его адъютанта Дрес- слера. Покушавшийся был схвачен и спустя две недели, после зверских издевательств, 10 августа по приговору военно-полево¬ го суда повешен публично около Лукьяновской тюрьмы8 План убийства гетмана Скоропадского осуществить не удалось. После окончания германо-австрийской оккупации и нача¬ ла наступления войск А. И. Деникина на Москву (в результате чего обширные территории «Юга России» - Северный Кавказ. Донская область, значительная часть Украины и часть Централь¬ но-Черноземной области - оказались в условиях белогвардей¬ ской деникинской диктатуры) ЦК ПЛСР, находившийся уже в жесткой оппозиции к военно-коммунистической диктатуре Со¬ ветской республики, принял, тем не менее, решение всячески под¬ держать партизанскую войну в тылу белых и приступить «к инди¬ видуальным террористическим актам по отношению к наиболее выдающимся фигурам белого лагеря». Главной мишенью пер¬ воначально был признан командующий Вооруженными силами Юга России (ВСЮР) А. И. Деникин, и для его ликвидации на Юг России была направлена террористическая группа9. Не остались в стороне от тактики индивидуального терро¬ ра против лидеров белого движения Юга России и анархисты. В конце весны - начале лета 1919 г., когда деникинские войска вели наступление на Украине и стали угрожать столице «махновской республики» - Гуляй-Полю, среди некоторых анар¬ хистов, группировавшихся вокруг Н. И. Махно, возникла идея покушения на А. И. Деникина. Во главе террористической груп¬ пы встала небезызвестная «полевая командирша», легендарная Маруся (Мария Григорьевна) Никифорова. «Известно, что созданный чуть ли не втайне от Махно от¬ ряд анархо-террористов разделился на три группы и со станции Федоровка они разъехались в разные стороны, - пишет исследо¬ * Каховская И. Указ. сон. С. 93-95; Сибирский вестник (Омск). 1918. 15 сент. 9 Мельгунов С. П. Трагедия адмирала Колчака. Из истории гражданской войны на Волге, Урале и в Сибири. М., 2004. Кн. вторая. С. 260. 152
ватель Я. В. Леонтьев. - Одна группа в 20 человек во главе с Ни¬ кифоровой и [ее мужем] Бжостеком10 11 подалась в Крым, откуда должна была проехать в Ростов и взорвать ставку Деникина»11 Однако вскоре после появления в Крыму эта группа была обезврежена. Никифорова и Бжостек были схвачены морской контрразведкой. Маруся была казнена в Симферополе, по неко¬ торым сведениям, по приговору генерала Слащева. Бжостек, по одним сведениям, был казнен, по другим - приговорен к вечной каторге. По сведениям, позднее собранным ее товарищами, «Ма¬ руся Никифорова с большим достоинством держалась на суде бе¬ лых и своим героизмом заслужила удивление даже их. Перед казнью се не покинуло мужество, и она воскликнула: “Да здрав¬ ствует Анархия!”»12 13В качестве политического курьеза можно привести наме¬ рения некоторых членов группировки «Анархисты подполья» (анархистов и левых эсеров), высказанные ими на «беседах» (до¬ просах) в ВЧК и в их заявлениях, сделанных там же, о готовнос¬ ти отбыть в тыл Деникина или же на фронт, где применить свои навыки боевиков для борьбы с деникинщиной. Такие пожелания высказывали, в часгности, А. Домбровский и М. Тямин|? По¬ следний аттестовал «анархистов подполья» как незаменимый элемент в борьбе с деникинщиной, как опытных боевиков и пред¬ лагал ВЧК использовать их: «Самый революционно-творческий элемент: М. Гречаников, Цинципер, Барановский, Восходов, Пе¬ тя [ШееТеркин]. Эти пять человек для революции будут стоить дороже сотни революционных карьеристов. А Деникину обой¬ дутся в несколько десятков взрывов и убийств золотопогонни¬ ков»14 Особую «пикантность» данным заявлениям и обещаниям придавало то, что они давались «анархистами подполья» из тюрь¬ мы, после осуществленного ими чудовищного террористического 10 Бжостек, Витольд - польский анархист-коммунист, сотрудник (в 1918 г.) Комиссариата торговли и промышленности РСФСР - Леонтьев Я. Черная тень революции. Атаманша Маруся Никифорова // Политический журнал. 2006. № 21. С. 81. 11 Там же. 12 Там же 13 Красная книга ВЧК. М.. 1989. Т. 1 С. 355-356, 393-394. 14 Там же. С. 356. 153
акта в здании Московского городского комитата РКП(б) в Леон¬ тьевском переулке 25 сентября 1919 г., в результате которого погибли 12 человек (в том числе секретарь Московского коми¬ тета РКП(б) В. М. Загорский) и 55 были ранены (среди них - Н. И. Бухарин, А. Ф. Мясников, М. С. Ольминский, М. Н. Пок¬ ровский, Ю. М. Стеклов, Е. М. Ярославский - взрыв был про¬ изведен во время собрания партийного актива столицы). Немало трудов понадобилось чекистам, чтобы выследить и обезвредить эту довольно опасную из-за своей крайней дерзос¬ ти организацию (при обезвреживании часть боевиков оказала ожесточенное сопротивление во время штурма их подпольной штаб-квартиры на подмосковной даче в Краскове). И вот после всего этого от некоторых арестованных боевиков последовали в адрес большевиков предложения о сотрудничестве, в том числе н по организации терактов в «Деникин»! * * * Вполне закономерно в левой революционной среде России с установлением диктатуры на востоке России стали созревать планы покушения на А. В. Колчака. Накануне подготовки левыми эсерами покушения на Де¬ никина встал вопрос о необходимости организации покушения также и на Колчака. «И так как в это время Колчак был именно такой центральной фигурой реакции, - вспоминала И. К. Ка¬ ховская, - то ЦК решил отправить часть боевой организации в тыл Колчаку». Члены этой группы, уже в Москве снабженные необходимыми для проезда на белогвардейскую территорию документами, 3 мая 1919 г. были арестованы ЧК. На допросах цель поездки левых эсеров в Сибирь для чекистов выяснилась, и в середине нюня боевики были выпущены. Причем следова¬ тель ЧК Романовский взял с членов «боевой организации» обя¬ зательство, что они вновь прибудут в тюрьму добровольно, ес¬ ли им удастся только вернуться в Советскую Россию. При этом один из арестованных все-таки «на всякий случай» был остав¬ лен заложником. Но планы данной группы к этому времени по¬ менялись: поскольку летом 1919 г. на юге России сложилась, с точ¬ ки зрения революционных сил, критическая для завоеваний ре¬ волюции ситуация (успешное наступление ВСЮР в направлении 154
Москвы), было решено отравиться на Украину и все силы бро¬ сить на борьбу против Деникина, в том числе и на его физиче¬ ское устранение15. На V Всероссийской конференции ССРМ (Москва, 17- 30 апреля 1919 г.) в резолюции «О тактике в связи с текущим моментом», в частности, провозглашалось: «Первейшей зада¬ чей текущего момента является отражение контрреволюционно¬ го нашествия Колчака, угрожающего самым основам советской власти и социальной революции. Ввиду чего 5-я конференция Союза с.-р.-максималистов постановила: призвать трудовые мас¬ сы к единодушной борьбе против надвигающейся беды...» В этой же резолюции отоварилось, что «Союз с.-р.-максима¬ листов должен развить дело организации повстанческих и иных боевых выступлений (курсив мой. - А. Ш.) в тылу Колчака»16. Конкретные мероприятия по подготовке покушения на А. В. Колчака российские эсеры-максималисты начали весной 1919 г. Одним из организаторов подготовки покушения стал не¬ безызвестный Я. Блюмкин. 27 ноября 1918 г. во время суда над организаторами ле¬ воэсеровского выступления 6-7 июля Блюмкин и Андреев за¬ очно были приговорены к 3 годам тюремного заключения каж¬ дый. После мятежа Блюмкин под разными фамилиями скры¬ вался в районе Петрограда, а затем перебрался на Украину, где участвовал в борьбе с немецкими оккупантами. В апреле 1919 г. он добровольно явился в Киевскую ЧК и на допросах заявил, что не знал о мятеже и не расценивал убийство Мирбаха как сигнал к восстанию. 16 мая 1919 г. ВЦИК амнистировал Блюмкина (Анд¬ реев к этому времени умер от тифа на Украине, где успел про¬ явить себя как командир партизанского отряда в борьбе с нем¬ цами и петлюровцами). В мае 1919 г. Блюмкин официально вышел из ПЛСР и вступил в Союз максималистов (СМ, не пу гать с ССРМ), воз¬ главляемый Ф. Ю. Светловым и А. И. Бердниковым. Эта орга¬ низация, отколовшаяся в апреле 1919 г. от ССРМ, стояла на бо¬ лее последовательной платформе признания советской власти >: Мельгунов С. П. Указ. соч. Кн вторая. С. 260. |л Союз эсеров-максималистов. 1906-1924 гг. Документы, публицисти¬ ка. М., 2002. С. 23.3-234. 155
и выступала за тесный союз с коммунистами в борьбе против контрреволюции. Союз максималистов признавал допустимым и целесообразным экспроприации и индивидуальный террор про¬ тив лидеров Белою движения. В том же мае коммунисты и максималисты договорились о создании на Украине группы для подготовки убийства Вер¬ ховного правителя и заброски ее для этой цели в Сибирь. Од¬ ним из руководителей боевой группы был назначен с согласия Ф. Ю. Светлова Я. Блюмкин'7 Однако в связи с рядом причин, главная из которых - наступление войск Деникина и резкое ухудшение ситуации на юге России, замысел максималистов с за броской их боевиков в Сибирь так и нс был осуществлен. Имеются некоторые данные о планах ижевских эсеров- максималистов во главе с Ф. Ф. Кокоулиным по организации поездки в Сибирь «на Колчака». Впрочем, подробности этих пла¬ нов - маршрут, состав и иные обстоятельства - до сих пор нс выявлены" В апреле 1919 г. ЦК РКП(б), обсудив переданную В. И. Ле¬ ниным просьбу революционных коммунистов (т. е. бывших ле¬ вых эсеров, оставшихся после событий 6-7 июля 1918 г. союзни¬ ками большевиков и создавших партию революционного комму¬ низма) дать возможность их боевой группе (50-75 человек) пе¬ ребраться в Сибирь для борьбы против Колчака, вынес решение: «В принципе посылку людей считать приемлемой, а техническое воплощение поручается Организационному бюро»17 * 19. Вполне воз¬ можно, что среди планируемых к посылке в Сибирь революцион¬ ных коммунистов были «боевики со стажем», и покушение против А. В. Колчака могло казаться им политически полезным и в прин¬ ципе осуществимым мероприятием. Но все это в основном только «гастрольные» намерения, планы или же попытки, до конца не доведенные. Опять-таки в качестве курьеза можно привести эпизод с анархистом (и одновременно провокатором) М. Н. Оглоблиным 17 Велидое Л. Похождения террориста: Одиссея Якова Блюмкина. М , 1998. С. 35-36. " Данный факт сообщил автору в письме историк Я. В. Леонтьев. 19 Спирин Л. М. Классы и партии в гражданской войне в России. М., 1968. С 363. 156
(Посадским). Он прибыл в расположение Снббюро ЦК РКП(б) (в зоне Восточного фронта) по рекомендации Е. М. Ярославско¬ го, называл себя анархистом и делал вид, что рвется на боевую работу, заявлял о готовности убить Колчака и т. п. Но на деле Оглоблин, вероятно, люто ненавидел советскую власть, уже сло¬ жился как провокатор и стремился попасть к белым. В Снббюро он постарался набрать по возможности больше сведений и в ка¬ честве курьера устремился в «Колчакию». Перейдя линию фрон¬ та и без промедления сдавшись колчаковцам, Оглоблин на след¬ ствии заявил, что «представился анархистом, не будучи тако¬ вым». Вероятно, так оно и было. Вместо обещанного убийства А. В. Колчака он значительно просветил контрразведку по си¬ туации в советском тылу, но конкретных сведений по тылу кол¬ чаковскому (подпольных адресов, явок и связей) практически не сообщил, т. к. в Снббюро ЦК РКП(б) ему до конца так и не дове¬ рились - даже для переправки через линию фронта дали нс та¬ кую уж большую сумму - всего 5 тыс. руб.20 Однако нельзя исключать, что «внешняя версия» могла быть все же как-то связана или, правильнее сказать, увязана с «мест¬ ными» планами устранения А. В. Колчака - большевистскими или же какими-то иными. за Дло/пииков И. Ф. Во главе революционной борьбы в ских войск Сибирское (Урало-Сибирское) бюро ЦК РКП(б) 210-211. тылу колчаков- в 1918-1920 гг.
Глава VIII ВЕРСИЯ ЧЕТВЕРТАЯ, ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ: СИБИРСКИЕ ЭСЕРЫ В борьбе обретешь ты право свое Девиз партии социалистов-революционерои (начало XX в. Колчаковский переворот вверг эсеров в своеобразный по¬ литический столбняк: в первые дни нового режима они проявили растерянность и неспособность к активной политической дея тельности и эффективному сопротивлению. Ситуация же властно требовала взвешенных и четких действий. 19-20 ноября 1918 г. Совет управляющих ведомствами Комуча и ЦК ПСР объявили Колчака мятежником, а его власть узурпаторской и пообещали выслать свои добровольческие час¬ ти «против реакционных банд красильниковцев и анненковцев»1 Реальных сил для этого, конечно же, не было. Комитет для борь¬ бы с узурпатором создали и омские эсеры, в том числе члены Учредительного собрания. Они распространили в городе листовку, где в самых категорических выражениях высказывали стремле¬ ние бороться против незаконного переворота2 Но все это не было подкреплено активными действиями, тем более что и реальная сила для этого отсутствовала. В ответ колчаковцы разогнали Съезд 1 Чернов В. М. Перед бурей. Минск. 2004. С. 391. Плотникова М. Е Колчак и эсеровская «оппозиция» // Вопросы истории Сибири. Томск, 1967 Вып. 3. С. 172: Гусев К. В. Партия эсеров: от мелкобуржуазного революцио- наризма к контрреволюции. М.. 1975. С. 291. ‘ Плотникова М. Е Указ. соч. С 173. 158
членов Учредительного собрания. 30 ноября появился приказ Колчака об аресте членов Комуча, по которому они подлежали военно-полевому суду3. После разгрома в Уфе 2 декабря прибывшим из Омска от¬ рядом Совета управляющих ведомствами и ареста более 20 управ¬ ляющих Совета и депутатов Учредительного собрания (отправ¬ лены в Омскую тюрьму) избежавшие ареста, в том числе Чер¬ нов, Вольский, Веденяпнн, через несколько дней провели неле¬ гальное совещание эсеровского (партийного и комучевского) актива на глухой окраине Уфы. После долгих и острых прений была принята резолюция, смысл которой, по свидетельству П. Климушкина, состоял в следующем: «Партия эсеров и Комуч ввиду происшедшего реакционного переворота в Омске выходят из гражданской борьбы, не участвуя ни с той, ни с другой сторо¬ ны, и предлагают своим членам сохранять силы для будущего»4 По заключению Г. 3. Иоффе, «эта резолюция отражала глубокий пессимизм эсеров-учредиловцев, признание банкротства всей их предшествующей борьбы и, в сущности, обрекала на пассив¬ ность. Она была как бы распиской в полном крахе “демократи¬ ческой контрреволюции", выступившей летом 1918 г. под зна¬ менем Учредительного собрания 1917 г.»5 Одновременно (5 де¬ кабря 1918 г.) было принято решение о переходе эсеровских ор¬ ганизаций в колчаковском тылу на нелегальное положение6 Последнее диктовалось чрезвычайными объективными условия¬ ми: на территории «Колчакии» началась настоящая охота за чле¬ нами ЦК ПСР, и особенно за В. М. Черновым. Ситуацию усугубила так называемая Омская трагедия. В ходе кровавого подавления антиколчаковского большевист¬ ского восстания 22 декабря 1918 г. (до 1000 убитых повстанцев) от имени только что вернувшегося с Дальнего Востока Иванова- Ринова был отдан самочинный приказ о предании суду «прово¬ каторов» (т. е. участников восстания). В то же время начальник Омского гарнизона генерал Бжезовский издал приказ о возвраще¬ нии в тюрьму всех незаконно освобожденных во время восстания 1 Приказ адмирала Колчака об аресте членов Комуча // История «белой» Сибири. Кемерово, 1995. С. 177. (Приложение). 4 Иоффе Г. 3. Колчаковская авантюра и ее крох. М., 1983. С. 157-158. 5 Там же. С. 158-159. ь Гусев К. В. Указ. соч. С. 299. 159
(тюрьму покинуло до 200 политзаключенных), при этом не явив¬ шиеся и задержанные после этого подлежали расстрелу на месте, Оба приказа поощряли к расправе, но министр юстиции Старын- кевич протеста не заявил; А. В. Колчак был в это время факти¬ чески не у дел по причине тяжелой болезни7 Большевики и другие левые из числа освобожденных пре, i почли скрыться. Их примеру последовали и некоторые из осво¬ божденных эсеров (Н. Н. Иванов, Ф. Ф. Федорович, В. Н. Филип повский). Однако большинство освобожденных демократов ре¬ шили вернуться в тюрьму. В ночь на 23 декабря и в течение на¬ ступившего дня распоясавшиеся офицеры-монархисты, явившиеся в тюрьму, физически уничтожили (расстреляли, зарубили сабля¬ ми, закололи штыками) 10 демократов (эсеров и меньшевиков), в том числе 7 депутатов Учредительного собрания. Мученическом смертью погибли; видные деятели эсеровской партии Н. В. Фо мин (известный в Сибири кооператор), А. А. Брудерер (ветеран ПСР), И. И. Девятов, Г. Н. Саров. меньшевики И. И. Кириенко (бывший депутат Госдумы) и В. И. Гутовский (он же Е. Маев ский, ветеран социал-демократического движения в Сибири, ре¬ дактор газеты «Воля народа»), управделами съезда членов Учре¬ дительного собрания Н. Я. Барсов, земские деятели В. А. Марко- вецкий, А. И. Лиссау, фон-Мекк8. «В конце 1918 г. белый террор парализовал почти всю пар тийную жизнь эсеровских организаций Сибири, от руководства до рядовых членов. Через шесть месяцев относительно спокой¬ ной жизни [периода демократической контрреволюции] эсеры вновь оказались в подполье, их партия снова стала преследуемой политической организацией», - справедливо отмечает А. В. Доб¬ ровольский. Он же обращает особое внимание и на тот факт, что «к моменту прихода к власти Колчака большевистское руковод¬ ство [Сибири] уже имело опыт подпольной работы в условиях “де¬ мократической контрреволюции", а потому ужесточение режима не оказало такого деморализующего влияния на большевиков, как это было с эсеровскими организациями»9 7 Гинс Г К Сибирь, союзники и Колчак. М . 2008. С. 284. * Добровольский А. В. Эсеры Сибири во власти и в оппозиции (1917- 1923 гг.) Новосибирск, 2002. С. 207. 9 Там же. С. 206, 208. 160
В этих новых условиях многие эсеры, начав переосмысли¬ вать новую политическую ситуацию и свою роль в ней, мучитель- но искали ответ на вновь жестко вставший вопрос «Что делать?». «Революционная партия в добрососедской сделке с рома¬ новскими негодяями, - как все это было нелепо, странно!» - ха¬ рактеризовал в своем художественном дневнике “Самара” один из руководящих деятелей ПСР, известный писатель Иван Воль¬ ное период “демократической контрреволюции”, завершившийся установлением диктатуры Колчака. - И снилось ли, могло ли сниться, что в эти великие и страшные дни я, жизнь и душу от¬ давший народу, пойду вместе с попами, царскими офицерами, помещиками, казаками - палачами первой русской революции, вместе с деревенскими лавочниками, урядниками, и пойду усми¬ рять освободившихся из ярма братьев своих, этих чумазых, этот “обнаглевший негосударственный сброд”? Снилось ли? Не снилось. Не могло сниться. Не должно сниться. Это - безумие. Или кошмар. Или - подлость. Не снилось»10 *. И далее - горький, но выстраданный вывод: «...совместно с большевиками их (белогвардейцев-монархистов. - А. Ш.) надо было истребить в начале революции, а потом бы любителям авантюр (в том чис¬ ле из рядов эсеров. - А. Ш.) устраивать заговоры, восстания, взрывы, русско-русский фронт...»'1 Несколько позднее, в 1924 г., уже находясь под следствием и советским судом, один из лидеров антисоветского сопротивле¬ ния, бывший член Боевой организации партии эсеров Б. В. Са¬ винков так сформулировал трагизм данной метаморфозы: «Как могло случиться, что я, Борис Савинков, друг Ивана Каляева, друг Егора Созонова, пошел против рабочих и крестьян?»12 10 Вольное И. Е. Самара. (Из дневника) // Избранное. М., 1987 С. 342,354. н Там же. С. 390. 12 Дело Бориса Савинкова. М., 1924. С. 7. Каляев Иван Платонович (1877-1905) - член Боевой организации (Ю) ПСР, главный исполнитель террористического акта против московского гене¬ рал-губернатора великого князя Сергея Александровича (убит 4 февраля 1905 г. в Москве). При покушении задержан. Казнен через повешение. Сезонов (Сазонов) Егор Сергеевич (1879-1910) - член БО ПСР, главный исполнитель террористического акта против министра внутренних дел В. К. Пле¬ ве (убит 15 июля 1904 г) При исполнении покушения задержан. Приговорен к бессрочной каторге, наказание отбывал в забайкальских тюрмах. Покончил жизнь самоубийством, протестуя против истязаний политзаключенных. 161
Подобные мысли в период торжества белогвардейских режи¬ мов приходили многим эсерам, в том числе и многим сибирским. * * * В период колчаковщины официальным руководящим ор¬ ганом, директивам которого следовало большинство эсеров Си¬ бири, явился Сибирский краевой комитет. Суть политической линии, проводимой Сибкрайкомом в конце 1918 - начале 1919 г. по оценке группы бывших членов Сибкрайкома, сводилась к то¬ му, чтобы «не допустить активной борьбы с реакцией под фла¬ гом П. С.-Р. и ее лозунгами»13. Тактическая линия Сибкрайкома получила одобрение и фор¬ мальное утверждение на Урало-Сибирской конференции, состо¬ явшейся в апреле 1919 г. в Иркутске. В ее резолюции по текуще¬ му моменту выдвигалась программа борьбы на два фронта - про¬ тив диктатуры пролетариата и против диктатуры буржуазии - за Учредительное собрание. Однако реальных сил для практическо¬ го претворения в жизнь борьбы на два фронта у сибирских эсе¬ ров не имелось14. Основываясь на решениях конференции, Сибкрайком ПСР выработал резолюцию о тактике, в которой признал, что эсеры пока не располагают возможностями для создания фронта Учре¬ дительного собрания. В связи с этим предполагалось всю работу свести пока к собиранию сил, главным образом в органах мест¬ ного самоуправления, и к политической кампании в пользу пере¬ хода власти в руки народа, что, по мнению Сибкрайкома, должно было привести к политической изоляции колчаковского режи¬ ма15 Однако всю первую половину 1919 г. эсеры на колчаков¬ ской территории действовали довольно вяло, причем собственно демократическое (эсеровское и меньшевистское) подполье сло¬ жилось как таковое лишь на заключительных этапах борьбы с колчаковщиной, а по силе и размаху значительно уступало ле¬ вому просоветскому. и Шишкин В. И. Политические позиции сибирских эсеров в период кол¬ чаковщины И Изв. СО АП СССР Серия истории, филологии и философии. 1984 Выл. 3, № 14. С. 9. 14 Там же. Там асе. 162
Центром эсеровского движения в Сибири в период колча¬ ковщины явился Иркутск и отчасти Томск. В Иркутске вокруг управляющего губернией П. Д. Яковлева группировалось 30- 40 демократически настроенных гражданских и военных деяте¬ лей16- в основном эсеров, что отражалось на власти: режим в Иркутске большую часть периода колчаковщины был относи¬ тельно мягок. В этих условиях эсеровское подполье в Иркутске складывалось медленно: поначалу в нем там не было особой необходимости. Если в Иркутске слабость эсеровского и меньшевистского подполья объяснялась тем, что относительно мягкая поначалу политическая ситуация здесь не торопила эсеров и меньшевиков к переходу к подпольным формам работы, то крайняя слабость столичного омского эсеровского подполья данного периода, на¬ против, объяснялась довольно жесткими мерами столичных влас¬ тей (в первую очередь контрразведки), а также тем шоком, ко¬ торый пережили местные и приезжие эсеры в конце ноября - Декабре 1918 г. Ситуация для омских эсеров-центристов (т. е. официаль¬ ной центристской линии ЦК ПСР) сложилась довольно тяжелая. Уже в период ВСП и Директории эта организация оказалась в ря¬ дах оппозиции, пусть и умеренной, легальной, «конструктивной». Меры колчаковской власти, принятые в столичном Омске с пер¬ вых дней после переворота против эсеровской оппозиции, поверг¬ ли организацию в шоковое состояние. Когда-то одна из круп¬ нейших и сильнейших в Сибири (до 2000 членов к осени 1917 г.), °на, и без того немало потерявшая в своем составе в конце 1917 - начале 1918 г., во время колчаковского режима едва ли насчиты¬ вала 200 человек. Очень разлагающе на имидж организации дей¬ ствовало то, что часть, пусть и небольшая (чуть более 10 активис¬ тов), бывших членов ПСР, выделившихся в начале ноября 1917 г. в самостоятельную Омскую группу правых эсеров-оборонцев-воле- народцев, в течение всего последующего времени блокирова¬ лась с кадетами, политически поддержала «от лица социалистов» колчаковский переворот и в первые месяцы существования ре¬ 16 Ширянов А. Борьбе с колчаковщиной // Последние дни колчаковщи¬ ны. С. 26 163
жима активно поддерживала А. В. Колчака17 *. Деморализующе подействовали на эсеров-центристов и трагические события 22- 23 декабря. В декабре 1918 г. Омск покинул один из ведущих лидеров организации - А. Е. Коряков: выехал на жительство и парт¬ работу в Тобольск по направлению Омского комитета ПСР1' (и, видимо, опасаясь репрессий в столичном Омске). В начале 1919 г. организация действовала очень вяло. Так. по агентурным сведениям Управления государственной охраны, в январе 1919 г. члены партии эсеров Омска должны были со¬ браться для обсуждения текущего политического момента и вы¬ нести резолюцию по отношению к работникам профессиональ¬ ных союзов и арестам 19 января19 В то время как омские боль¬ шевики готовили новое вооруженное восстание (попытка про¬ изошла 1 февраля 1919 г.), омские эсеры, по данным военного контроля (контрразведки) от 30 января 1919 г., были «будто бы против выступления, находя таковое несвоевременным»20 Вес¬ ной 1919 г. эсеры Омска имели очень слабую связь с Сибкрай- комом ПСР, а последний располагал далеко не полными сведе¬ ниями о характере и состоянии партийной работы в Акмолин¬ ской (Омской) области21. На фоне общей слабости появлялись время от времени отдельные признаки оживления. В декабре 1918 г. возникла эсеровская военная ячейка в батальоне Ставки Верховного правителя (единственная в это время военная ячейка эсеров в Омском гарнизоне)22 По сведениям контрразведки от 3 марта 1919 г., большевики вошли в соглашение с эсерами для переворота в Омске. У объединенных заговорщиков якобы име¬ лось 70 млн руб., причем часть денег была уже переправлена в Омск. В русле данного плана по селам и деревням уезда были 17 Наиболее активные члены Омской группы правых эсеров-оборонцев («воленародцев»); Куликов, Котляров, Парунин; осенью 1918 г. к ней примы¬ кали приехавшие в Омск эсеры-воленародцы: Аргунов, Савинков, Брешко- Брешковская, Огановский. Панкратов: к группе в начале ее существования примыкал, а затем неизменно симпатизировал Вологодский. " Лагунов К. Двадцать первый // Урал (Свердловск). 1989. № 6. С. 147. 14 ГИАОО-ЦДНИОО. Ф 19. Оп. I. Д. 377. Л 137. “ в борьбе с контрреволюцией: сб. док. Омск, 1959. С. 74. Добровольский А. В. Указ. соч. С. 212. В борьбе с контрреволюцией. С. 92. 164
направлены агитаторы с целью поднять восстание в сельской мест¬ ности и тем отвлечь правительственные войска от города23 * * * В условиях нарастания массовой антиколчаковской борь¬ бы эсеровская политика третьей силы все более обнаруживала свою несостоятельность. В Сибири весной 1919 г. против поли¬ тики ЦК и Всесибирского краевого комитета ПСР выступил Сибирский союз социалистов-революционеров, отвергнувший тактику борьбы «на два фронта» и выступивший за активную борьбу с колчаковским режимом, при этом допускался тактичес¬ кий союз с коммунистами. В прокламации «Ко всем соцналис- там-революционсрам», вышедшей в августе 1919 г., говорилось, что Союз будет бороться за «утверждение системы народовлас¬ тия» и стремиться к прекращению борьбы с Советской Росси¬ ей24 В августе же вышла листовка «Ко всем трудящимся», в ко¬ торой разъяснялось: «Сибирский союз С. Р. недавно возник и во¬ брал в свои ряды верных народу и революции с-р., ушедших из т. н. ПС-Р. Сибирский союз считает, что та организация, которая продолжает называть себя партией социалистов-революционеров, давно изменила своей программе, народу и революции. Она отда¬ ла власть, доверенную ей трудящимися, в руки врагов народа. Она в самый тяжелый момент торжества реакции покинула народ и не захотела активно бороться с реакцией. Сибирский союз с-р., вер¬ ный революционному социализму, порвавший с ПСР, зовет вас на беспощадную борьбу с реакцией». Об отношении к Советам в листовке не было сказано ни слова. Содержался призыв поддер¬ живать Сибирский комитет членов Учредительного собрания25. Члены Сибирского союза социалистов-революционеров, или так называемые эсеры-активисты, являлись сторонниками созыва Сибирского Учредительного собрания, причем до него следова¬ ло создать Временное правительство, ответственное перед Си- бипским комитетом членов Учредительного собрания, по образ¬ цу самарского Комуча. Они выступали за активные вооруженные и ГАНО-2. Ф. П-5. Оп. 4. Д. 1052. Л. I. 14 Спирин Л. М. Классы и партии в гражданской войне в России. М., 1968. Сй3р^но-2. Ф. 5. Оп. 4. Д 1709. Л. 3-5. 165
формы борьбы с режимом при опоре на эсеровские военные ор¬ ганизации в колчаковской армии и на ту небольшую часть пар¬ тизанского движения, которая признавала или была готова при¬ знать идею Учредительного собрания. Отдельные участники Си¬ бирского союза были готовы пойти на признание советской фор¬ мы правления и советской власти. Весной 1919 г. из сибирского эсеровского объединения, возглавляемого Всесибирским комитетом ПСР, выделилась поч¬ ти одновременно с левоцентристским Сибирским союзом соцна- листов-революционеров и так называемая группа Якушева, за¬ нимавшая несколько более правые позиции, чем Всесибирский краевой комитет, но при этом более активная политически26. Весь¬ ма показательно, что и левоцентристский Сибирский союз со- циалистов-революционеров, и правоцентристская «группа Якуше¬ ва» взяли курс на активизацию борьбы с режимом. Если на Всесибирский союз ПСР колчаковская власть вплоть до осени 1919 г. смотрела, в известном смысле, сквозь пальцы, то реакция на деятельность Союза последовала незамедлитель¬ но. По распоряжению министра внутренних дел особый отдел департамента милиции рекомендовал управляющим губерниями принять срочные меры к розыску членов Сибирского союза со- циалисгов-революционеров и Комитета членов Учредительного собрания и по обнаружении привлекать их к уголовной ответст¬ венности с применением внесудебных арестов как предваритель¬ ной меры пресечения27. Вслед за Сибирским союзом социалистов-революционе- ров в регионе стала формироваться другая левоцентристская эсеровская организация - Сибирская автономная группа (САГ СР). В ее состав вошли в большинстве выходцы их эсеров-центрис- тов и правоцентристов, причем некоторые из них летом 1918 г. принимали активное участие в свержении советской власти в Сибири (Д. Ф. Клннгоф, В. Р. Пророков и др.). Но осенью 1918 г., еще до установления колчаковского режима, часть из них пе¬ решла в оппозицию к Всесибирскому краевому комитету ПСР, причем эта оппозиция на протяжении следующего, 1919 г. все более усиливалась. Центром деятельности автономных эсеров * 1126 ГИАОО-ЦДНИОО Ф 19. Оп. I Д. 238 Л. 3 11 Добровольский А. В. Укал, соч С. 227 166
стал Иркутск, где оказалось сосредоточено значительное число оппозиционных Всесибирскому краевому комитету эсеров и где в начале октября САГ СР организационно оформилась, выпус¬ тив 15 октября 1919 г. листовку с изложением своей политичес¬ кой декларации-программы2* Ячейки САГ СР возникли также в Якутске и Бодайбо* 29 *Члены САГ СР отказались от идеи Учредительного собра¬ ния, признали советскую власть, а также необходимость совмест¬ ной борьбы с коммунистами за ее восстановление. Они реши¬ тельно отмежевались от Всесибнрского комитета ПСР, но при этом считали необходимым оставаться пока в рядах ПСР на пра¬ вах автономной оргединицы, направив все свои силы на возрож¬ дение ПСР, - на советской платформе50 По сути это была почти левоэсеровская платформа. К САГ СР примкнули не только оп¬ позиционные краевому комитету ПСР элементы эсеров, но и не¬ которые левые эсеры, находившиеся в Иркутске31. Левение в сибирской эсеровской среде отразилось и на ак¬ тивности эсеров. Летом их политическая деятельность в Сибири несколько активизировалась, чему способствовал также и рост •фестьянско-партизанского движения во многих районах Сибири, вызванный антикрестьянской политикой правительства и усиле¬ нием репрессий. В этих условиях эсеры, во всяком случае, с кон¬ ца лета - начала осени 1919 г., когда партизанское движение приобрело массовый характер, уже не могли оставаться в стороне. а Бондаренко А. А. К истории Сибирской автономной группы левых эсеров // Проблемы истории революционного движения и борьбы за власть Со¬ ветов в Сибири (1905-1920). Томск, 1982. С. 244-245. 29 Пророков В. Из истории возникновения Сибирской автономной группы левых социалистов-революционеров // Знамя борьбы (Иркутск). 1920.24 янв. х Бондаренко А. А. К истории Сибирской автономной группы левых эсеров. С. 245. 31 Уже вскоре после ликвидации колчаковского режима, в условиях влас¬ ти эсеро-меньшевистского Политцентра, от коюрого САГ СР отмежевалась, как от кон пореволюционного, по инициативе группы левых эсеров Иркутска произошло слияние обеих организаций на единой советской платформе (10 ян¬ варя 1920 г.). Новая организация приняла название «Сибирская автономная группа левых социалистов-революционеров» и. в отличие от Сибирского союза социалистов-революционеров, безоговорочно перешла в левый лагерь, тесно примкнув к большевистскому подполью. - Бондаренко А. А. К истории Си¬ бирской автономной группы левых эсеров. С. 246. 167
хотя и были очень далеки от того, чтобы возглавить массовое партизанское движете или хотя бы значительно повлиять на него. Но все же деятельность эсеров спала постепенно впадать в об¬ щее русло антнколчаковскон борьбы. Примерно те же промессы наблюдались в рядах сибирских меньшевиков, хотя масштабы их политической деятельности были более скромны. В довершение всего IX Совет ПСР, проходивший в Москве 18-20 июня 1919 г., подтвердив линию ЦК о борьбе на «два фронта» - против белогвардейской реакции и советской власти, принял назревавшее уже несколько месяцев решение временно отказаться от вооруженной борьбы против большевистского ре¬ жима. «Перед лицом страшной опасности, грозящей всем завое¬ ваниям революции, наполовину ликвидированной большевиез ским режимом, - от рук Колчака, Деникина, Юденича и дру¬ гих представителей внутренней и внешней реакции, - говорилось в резолюции “О контрреволюционной опасности”, - учитывая соотношение наличных сил, IX Совет партии с.-р. одобряет и ут¬ верждает принятое всеми правомочными партийными органами решение прекратить в данный момент вооруженную борьбу про¬ тив большевистской власти и заменить ее обычной политической борьбой»32. Совет постановил: «...центр своей борьбы против Колчака, Деникина и др. [партия] должна перенести в их терри¬ тории, подрывая их дело внутри и борясь в передовых рядах вос¬ ставшего против политической и социальной реставрации наро да всеми теми методами, которые партия применяла против самодержавия»33 (выделено мною. -А. Ш.). Как справедливо отметил в своей фундаментальной моно¬ графии известный западный историк Э. Карр, «...Колчак дейст¬ вовал с переменным успехом, но восстановил против себя все российские партии, кроме правых, своей беспощадностью к по¬ литическим противникам и варварскими карательными экспеди¬ циями, которые предпринимались для подавления крестьянских волнений»34. 32 Партия социалистов-революционеров. Документы и материалы. Т. 3. Ч. 2. Октябрь 1917 г. - 1925 г. М„ 2000. С. 461. 33 Там же. 14 Карр Э. История Советской России. Кн. 1. Большевистская револю¬ ция 1917-1923. М., 1990. Т. 1.2. С. 280. 168
* * * Могли ли сибирские эсеры сами (самостоятельно или же при поддержке своего ЦК) подготовить и попытаться осущест¬ вить покушение на А. В. Колчака? Автор историко-биографичес¬ кого исследования о А. В. Колчаке П. Н. Зырянов (вышло в се¬ рии ЖЗЛ), опираясь на документы, осторожно резюмирует: «Воз¬ можно, это было дело рук эсеров»33. Именно эта версия была обыграна (и довольно удачно в художественном отношении) в многосерийном телефильме «Адмирал». В своей политической деятельности эсеры, будучи про¬ должателями многих традиций революционного народничества 1870-х гг., в период царизма не раз прибегли к тактике индиви¬ дуального политического террора. За десятилетие (1902-1911) объектами их терактов стали 2 министра, 33 губернатора, гене¬ рал-губернатора и вице-губернатора; 16 градоначальников, на¬ чальников охранных и сыскных отделений, полицмейстеров, прокуроров, 24 начальника тюрьмы, начальника каторги, тю¬ ремного управления и тюремного надзирателя; 26 приставов, исправников и их помощников; 7 генералов и адмиралов, 15 пол¬ ковников, 8 присяжных поверенных, 26 шпионов н провокато¬ ров. По данным эсеров, среди участников террористических ак¬ тов было 62 рабочих, 14 представителей интеллигенции, 9 кре¬ стьян, 18 учащихся35 36 Сибирские эсеры начала XX в. нс остались в стороне от революционного индивидуального террора, внеся, наряду с не¬ которыми другими политическими силами, свою лепту в эту фор¬ му борьбы. Всего в Сибири в период с 1905 г., когда здесь про¬ изошел первый политический теракт, до 1911 г., когда произо¬ шел последний, было осуществлено не менее 73 актов индиви¬ дуального политического террора, в результате которых погибло не менее 38 человек - объектов покушения, и при этом попутно погибло не менее 2 и ранено не менее 3 человек, не являвшихся целью террористов. (В число погибших в результате терактов не входят жертвы экспроприаций, о которых речь должна идти отдельно.) Объектами покушений стали (первая цифра - число 35 Зырянов П. Н. Адмирал Колчак, верховный правитель России. М., 2006. С 491. 36 Гусев К. В. Указ. соч. С. 75. 169
объектов покушений; в скобках - количество убитых во врец^ покушений)37: генерал-губернаторов и губернаторов 3 {|) полицейских чинов (полицмейстеров, приставов, рядовых полицейских) 13 (7) военных чинов - активных карателей 4 (1) жандармских чинов (рядовых, унтер-офицеров, ротмистров)— Ю (5) «шпионов»» (осведомителей и провокаторов) 8 (8) начальников тюрем 12(6) прочих (гражданских чинов, купцов, стражников, казаков и др.) 23 (10) Политическое «авторство» данных террористических ак¬ тов выглядит так: эсеровские 27 максималистские 6 анархистские 1 социал-демократические 1 совместные (смешанные: с участием эсеров, анархистов, максималистов, социал-демократов, беспартийных, в том числе в составе ЗФГВНВ38) 10 беспартийные и неопределенной партийности 28 Районами и пунктами наиболее интенсивной террористи¬ ческой деятельности стали: Чита и Забайкальская область 19 Красноярск и Енисейская губерния 13 Туруханский край 8 Омск 8 Иркутск и Иркутская губерния 9 Тобольск и Тобольская губерния 10 Томск и Томская губерния, в том числе Алтай 6 17 Подсчеты и анализ автора, см. Штырбу.п А. А. Политическая культу¬ ра Сибири: опыт провинциальной многопартийности (конец XIX - первая треть XX века). Омск, 2008 С. 93-95. 38 Забайкальская федерация групп вооруженного народного восстания. 170
По годам статистика терактов в Сибири выглядит следую¬ щим обрезом: 1905 г -5 1906 г 23 1907 г 25 1908-1909 гг 15 1910 г 2 1911 г 3 Количеством терактов обращают на себя внимание 1906- 1907 гг. - период всплеска «партизанской войны» во всей Рос¬ сии, последовавший после разгрома Декабрьского вооруженного восстания в условиях отступления революции, а в Сибири - еще и в первые месяцы реакции. По мнению некоторых исследовате¬ лей, часть индивидуального политического террора и экспро¬ приаций объективно вписывалась в этот период в русло массовой боевой партийной (социал-демократической, эсеровской и др.) ра¬ боты и «партизанской войны», являясь составным элементом «арьергардных боев» революции™ В связи с осуществлением терактов в Сибири погибло (в основном казнено после задержания) нс менее 17 террористов. После 1911 г. актов индивидуального террора в условиях самодержавия ни в Сибири, ни по России практически не на¬ блюдалось. В чем причина угасания некогда страшного (осо¬ бенно в 1905-1907 гг.) пламени индивидуального террора? Один из партийных эсеровских авторов, М. Ивич, считал, что террор вырос в период революции на гребне массового народного дви¬ жения. Исключая провокацию вообще н провокацию Е. Азефа в частности как основную причину упадка террористической деятельности партии, он утверждал, что дело - в психологии на¬ родных масс, упадок которой связан с упадком массового дви¬ жения. «И как только пройдет переживаемый момент застоя и народного молчания и наступит период подъема революци- к Сенчакова Л Т Боевая рать революции: Очерк о боевых организа¬ циях РСДРП и рабочих дружинах 1905-1907 гг. М.. 1975. С. 167-180; Афа¬ насьев А. Л. В. И. Ленин об эволюции партии соииалистов-революционеров в 1905-1907 гг. // Некоторые вопросы расстановки классовых сил накануне и в период Великой Октябрьской социалистической революции. Томск. 1976. С. 262-263; и др. 171
онной волны, террор явится опять как один из методов борьбы, снова займет свое место в авангарде революции»40. Данная статья была написана в 1914 г., когда новый революционный пол,ем подходил уже к концу, однако нового всплеска индивидуального террора так и не произошло. Причинами прекращения индивидуального террора, на нащ взгляд, стали: - отсутствие реальных и масштабных политических резуль¬ татов индивидуального террора при значительных материальных и человеческих затратах (при этом уже не первый раз в истории России); - заметный спад массового революционного движения (по сравнению с 1905-1907 гг.) и усталость партийных масс; - провокаторская деятельность в рядах радикальных поли¬ тических структур (прежде всего в рядах ПСР), а особенно гран диозная провокаторская деятельность Е. Азефа, нанесшая, по¬ мимо прямого вреда, еще и деморализующий удар по эсеровском> подполью уже после разоблачения «великого провокатора»; - определенный рост профессионализма правоохранитель¬ ных и карательных органов самодержавия, накопивших за годь. борьбы с терроризмом значительный опыт. * * * Но вот теперь, в 1918-1919 гг., в условиях гражданской войны была совершенно иная, чем во время борьбы с царизмом, ситуация, и отношение к индивидуальному политическому тер¬ рору объективно должно было несколько измениться: возникли как новые «за», так и новые «против». Интересную оценку поли¬ тической ситуации в Омске периода конца 1918 - начала 1919 г. и оценку возможностей осуществления в это время планов терро¬ ристического акта против А. В. Колчака оставил Е. Е. Колосов: «Я жил тогда (в конце 1918 - начале 1919 г.) в Омске полуле¬ гально. Мне приходилось показываться в таких местах, где все бывали, в том числе лица весьма высокопоставленные, мечтавшие, что скоро они будут в Кремле, и в то же время я постоянно менял места своего 40 Боевые предприятия социалистов-революционеров в освещении цар¬ ской охранки. М., 1918. С. 97. ^ 172
приюта. Ареста я особенно не опасался: после этой драмы41 как-то все затихло, и реакция на время притаилась. В Новый год был даже опуб¬ ликован примирительный манифест о левых партиях. Всем этим можно было пользоваться... Чрезвычайно скоро после моего приезда меня начала захваты¬ вать повседневная революционная сутолока, начались сношения с тюрь¬ мами, в которых еще содержалось много близких мне лиц, явились планы организации побегов. Порядки оказались удивительными: при некоторой настойчивости и небольших тратах можно было много сде¬ лать. Потом начали поступать предложения более серьезные, но и бо¬ лее опасные. То тут, то там возникали предложения о разных высту¬ плениях, в том числе террористических, прежде всего против Колна- ки. Технически они представлялись сравнительно легко выполнимыми, по меня они по разным причинам мало привлекали. Еще ранее, за время петроградской жизни, я начал приходить к мысли, что в этой совер¬ шенно новой обстановке, в корне отличной от прежней, в особенности от той, какая была до ¡905 г., эти методы революционной борьбы как- то поблекли, потеряли прежнее значение. Депо было ведь не в простом физическом устранении какого-либо лица, власть имущего, а в том ре¬ зонансе и политическом значении, которое должно было бы сопровож¬ дать всякий аналогичный акт. Раньше оно давалось само собой, те¬ перь это стало как-то сложнее и заставляло медлить. Я очень боялся, кроме того, и провокации*42 (курсив мой. - А. Ш.). Политические мотивы для террористического акта против А- В. Колчака к концу 1918 г. у эсеров - российских, сибирских, омских, - несомненно, имелись: правительственный переворот с разгоном Директории, установление военного диктаторскою Рсиеима, охота его подручных за членами Учредительного собра¬ ния и эсеровскими деятелями, наконец, свирепая расправа колча¬ ковцев над десятью демократами, в том числе семью депутата¬ ми Учредительного собрания, 22-23 декабря 1918 г. в Омске. С другой стороны, при всем своем неприятии колчаков¬ ского режима, эсеры не могли не понимать, что Колчак - не са¬ мая худшая фигура во главе диктатуры и что в случае его гибели к власти может прийти куда более жестокая и одиозная лич¬ 41 Е. Е. Колосов имеет в виду подавление декабрьского восстания в Ом¬ ске и кровавую расправу над его участниками, а также нал десятью демократа¬ ми, в том числе семью депутатами Учредительного собрания. - А. 111. 42 Цит. по: Мелъгунов С. П. Трагедия адмирала Колчака. М., 2004. Кн. вто¬ рая. С. 264—265. 173
ность (вероятнее всего - П. П. Иванов-Ринов). Кроме того бель А. В. Колчака в результате покушения в период его ходящего периода» (ноябрь 1918 - февраль 1919 г.) могла от¬ дать ему жертвенный и притягательный образ в относительно широких слоях населения. По свидетельству участника событий В. Е. Никитина, ли¬ деры Всесибирского комитета ПСР в первой половине 1919 г рассуждали: «Слава Богу, что Колчак, могло быть еще хуже«41 * * Так, например, красноярские эсеры во главе с Е. Е. Колосовым длительное время полагали, что виноват не режим, а «произволь¬ ные действия целого ряда агентов власти»44. В показаниях Никитина, между прочим, встречаем следую¬ щие данные, относящиеся к весне 1919 г.: «Какой переполох поднимается, когда меньшинство (левоцентристская оппозиция ПСР в Сибири, выделившаяся в Сибирский союз социалистов- революционеров. - А. Ш.) решает организовать террористичес¬ кий акт Колчаку. Летят телеграммы с протестом против дезор¬ ганизаторского акта, призывается на помощь и делегация ЦИКа партии, выносятся “грозные резолюции” против меньшинства и его “разбойничьей политики”, чуть ли не на ушко уведомля¬ ют об этом Правительство Колчака»45. В пользу сомнений н опасений относительно возможности смещения диктатуры еще более вправо в результате устранения А. В. Колчака косвенно н несколько неожиданно свидетельству¬ ет и пятая версия, речь о которой пойдет ниже. Но были ли сибирские, в том числе омские, эсеры реально способны на террористический акт против Колчака? В состоянии ли они были «технически» осуществить эту более чем не прос¬ тую акцию? 41 ГИАОО-ЦДНИОО Ф 19. Оп. I Д. 238. Л. 3. 44 Звягин С. П. История партий эсеров. анархистов и меньшевиков Рос¬ сии И Политические партии и общественные движения стран Содружества (Х1Х-ХХ вв.): материалы 4-й Междунар. науч. конф. Владимир, 1995. С. 79. 45 ГИАОО-ЦДНИОО Ф 19. Оп. 1 Д. 238. Л. 3. Практика «доверительного общения» некоторых лидеров Всесибирско¬ го комитета ПСР с колчаковским правительством в лице премьера данного правительства, П. В. Вологодского, подтверждается очень интересной записью в дневнике последнего. - См.: Вологодский П. В. Во власти и в оппозиции: Дневник премьер-министра антибольшевистских правительств и эмигранта в Китае (1918-1925 гг ). Рязань. 2006. С 199-200. 174
Организационная и идейно-политическая ситуация в эсе- овской среде Сибири и вообще востока страны оставляла же¬ лать лучшего. Весной 1919 г в эсеровском движении Сибири произошел раскол, наметившийся уже в конце 1918 г. Левое крыло Всссибирского союза ПСР - левоцентристы - весной 1919 г., как известно, выделились в самостоятельный Сибирский союз социалистов-революционеров. Видимо, эта организация распо¬ лагала боевиками, тем более что ее лидеры были довольно опыт¬ ными в подпольной, в том числе военно-политической, работе деятелями (П. Я. Михайлов, Б. Д. Марков и др.). Столичная (Омская) организация ПСР придерживалась тра¬ диционной ориентации на ЦК ПСР и на ее Всесибирский комитет, т. е. занимала в эсеровском движении классические центрист¬ ские позиции. В этой организации, довольно ослабевшей к кон¬ цу 1918 г., имелась, однако, подпольная военная ячейка в ба¬ тальоне охраны А. В. Колчака, о которой уже говорилось выше. Добавим ко всему этому загадочных эсеровских подполь¬ щиков с Алтая (той же ориентации Всесибирского краевого ко¬ митета ПСР) в батальоне охраны Ставки Верховного правителя летом - осенью 1919 г., о которых сообщает С. П. Мельгунов со слов Е. Е. Колосова. Книгу (брошюру) одного из лидеров Сибирского союза социалистов-революционеров Линдберга «Неведомая страница» (Чита: Изд-во ЦБ Сибирского союза с.-р., 1921), о которой упо¬ минает С. П. Мельгунов и в которой речь идет о покушении эсе¬ ров на А. В. Колчака, разыскать так и не удалось, но сам факт выхода такой книги говорит о многом. Хотя Е. Е. Колосова террористические планы в период колчаковщины мало привлекали, он поддерживал связи с теми, кто их вынашивал и готовил. Так, между прочим, он свидетель¬ ствует, что небольшая (численностью 10 человек) группа алтай¬ ских повстанцев «земско-социалистического направления», т. е. эсеров, пробралась под чужими именами в Омск и поступила в личную охрану адмирала. (Видимо, появление их в Омске нуж¬ но отнести к лету или к началу осени 1919 г.) Они поставили своей целью убить Колчака. Пока шла подготовка к покушению, обстановка в Сибири и столице «Колчакии» заметно менялась. Слово Е. Е. Колосову: 175
«Омск к тому времени начал уже эвакуироваться, выехал н сам Колчак. В Барабинске эти черно-ануйские повстанцы46 произвели кру¬ шение поезда Колчака, но не вполне удачно. Заговор был наполовину раскрыт. Заподозрили наших повстанцев. Из них восьмерых повесили, один бежал, а последний, десятый, оказался вне опасности и по-преж¬ нему остался в конвое адмирала. Это был “главковерх” черно-ануйского движения47 * Человек чрезвычайно крупных способностей, превосход¬ ный организатор, с необычайно сильной волей, он представлял собой н^ь площение тех настроений, которые создавали когда-то крестьянские “жакерии”... Позже, накануне крушения колчаковщины, я встретился с ним в Красноярске. Он разыскал меня и, оставаясь по-прежнему в конвое Колчака, информировал меня обо всем, что происходило там ’ Возможно, некоторые алтайские эсеры появились в батан, оне охраны еще раньше и были там уже в январе (т. е. это они или в том числе они и были в той ячейке, о которой в январе сообща¬ ла контрразведка); известно, что за заслуги в борьбе с большеви¬ ками А. В. Колчак благоволил уроженцам Алтая и включил не мало из них в свою охрану; среди них могли оказаться члены и сочувствующие ПСР из числа жителей Алтая, летом 1918 I участвовавшие в свержении советской власти, но к лету 1919 г в связи с политикой колчаковцев в деревне и их карательными акциями против крестьян ставшие на антиколчаковские позиции * ★ * Мог ли Юрий Солов, служивший в батальоне охраны Вер¬ ховного правителя, быть связан именно с эсеровской подпольной ячейкой (или даже входить в нее)? Почти все, кто вспоминал о нем, отмечали его аполитич¬ ность. В целом они, видимо, правы, но, во-первых, остаться со¬ вершенно аполитичным в политических катаклизмах 1917-1919 гг. было невозможно, а во-вторых, человеку свойственно меняться. Кроме того, в условиях колчаковщины устоявшееся реноме 4в Черный Ануй - село в Горном Алтае, осенью 1919 г. - центр парти¬ занско-повстанческого очага, в котором было значительным эсеровское влия¬ ние, отрицались Советы и выдвигался лозунг борьбы за Учредительного соб¬ рание. - Л. Ш. 47 Идентифицировать его личность пока не удалось. - А. Ш. 41 Цит. по: Меяьгунов С П. Указ. соч. Кн. вторая. С. 265-266 176
аполитичного поэта могло быть неплохой маской для подполь¬ щика или же человека, скрывающего свои истинные убежде¬ ния. Значительная часть эсеров Сибири в течение года в усло¬ виях белых режимов заметно поменяли свою позицию: еще ле¬ том 1918 г. боролись против большевиков, а летом 1919 г. шли на союз с большевиками против белогвардейцев, - и это весьма показательно. Поставим вопрос мягче: мог ли Юрий Сопов симпатизиро¬ вать партии эсеров? В 1917 г., когда партия была господствующей и отчасти правящей в России, и в том числе в Омске (самая массовая тог¬ да в городе - до 2000 членов), ей сочувствовали очень многие, в том числе значительная часть учащейся молодежи. Юрий учил¬ ся в это время в Омском землемерном училище, где влияние эсеров на учащихся в 1917-1918 гг. было заметным. Учтем также и то, что над партией эсеров в 1917 г. все еще витал ореол героической романтики периода борьбы с цариз¬ мом - ореол, так ярко отраженный «рыцарем мечты», бывшим эсером Александром Грином в его «эсеровских рассказах» цик¬ ла «Шапка-невидимка»: его произведения в эти годы в Омске были уже известны, в 1914-1917 гг. их читал, например, Леонид Мартынов, который был тогда еще подростком49. А Юрий Сопов, несомненно, был романтиком... Я - золотистый рыцарь, жизнь посвятивший мечте, «Светлый луч во мраке» - девиз на моем щите50 Трудно судить о политической позиции Ю. Сопова по его творчеству. За неполных три года (1917-1919) Сонов опубли¬ ковал около 30 стихотворений. Он печатался в «Известиях Ом¬ ского совета», в правосоциалистической и кооператорской «Заре», в буржуазной кадетской «Сибирской речи», белогвардейской «русской армии», в общественно-политических и литературных журналах периода колчаковщины «Единая Россия» и «Сибирский ссвет»- Однако ни в одном из выявленных на сегодня стнхо- " рений он не прославлял колчаковский режим и Верховного 49 Мартынов Л. Воздушные фрегаты: (воспоминания). Омск, 1996. С. 22 зо цит. по: Вайнерман В. «Я - золотистый рыцарь, жизнь посвятивший „ // Омская муза. 1997. № 11-12. С 17. меч145 177
правителя, хотя, судя по косвенным данным, Ю. Сопов, как н мно¬ гие, испытывал поначалу магическое преклонение перед лично- стью А. В. Колчака. «После прихода к власти А. Колчака, - спра¬ ведливо отмечает омский краевед Елена Николаевна Турицына, - он хотя и печатался в подцензурных газетах и журналах, [но) чаще всего уклонялся от политической определенности. Писал о Сибири, природе, любви, человеческой судьбе»* 51. Под некрологом, помещенном в журнале «Единая Рос¬ сия», были напечатаны три стихотворения, среди них - «При¬ зыв», но его содержание настолько контрастирует со всем тем, что писал Юрий Сопов, что невольно возникает сомнение в его авторстве, а мотивами помещения такого «патриотического стихотворения» могли служить опасения друзей и родственни¬ ков репрессий со стороны властей в связи с возможными подоз¬ рениями о причастности Юрия Сопова к покушению на Вер¬ ховного правителя... Как считает Виктор Вайнерман, «содержание опублико¬ ванных в этих изданиях стихотворений не позволяет отнести его (Ю. Сопова. - А. Ш.) ни к одной из политических партий» ‘ В целом В. Вайнерман прав, и с этим можно было бы полностью согласиться, если бы не одно но, на которое данный автор по¬ чему-то не обратил внимания, хотя и приводит его в своей за¬ мечательной статье... 30 августа 1918 г. Юрий Сопов написал «Сибирский гимн», т. е. гимн «Сибирской республики» - эсеро-областнического государственного образования, де-факто возникшего после свер¬ жения советской власти на значительной территории Сибири с центром в Омске в июне 1918 г. и де-юре оформленного декла¬ рацией независимости Сибири от 4 июля 1918 г. (Республика во главе с ВСП фактически просуществовала около 5 месяцев, до начала ноября, т. е. до передачи власти от ВСП Директории 3- 4 ноября 1918 г.) Осознавая важность создаваемого им текста, Сопов подпи¬ сал его своим настоящим именем - Петр. Судя по качеству авто¬ графа, сохраненного А. Сорокиным, работа над текстом «Сибир¬ ского гимна» осталась незавершенной: 51 Омский некрополь. Исчезнувшие кладбища. Омск, 2005. С. 93. 51 Вайнерман В. Указ. соч. С. 18. 178
Ветер шумит над урманами. Стонет в бескрайней степи; Выйдем лесными полянами - Там, за ночными туманами Враг обозленный не спит. Стаями станем крылатыми. Буйно поднимется новь. Зарево вспыхнет закатное. Будет нам крепкими латами Наша святая любовь... Далее говорилось о готовности погибнуть за «бело-зеленое знамя в яростном диком бою», оставаясь «безумно влюбленными / В светлую вольность свою...»33 Так вот вам и областники, и снова эсеры!.. И антисовет¬ ский настрой путь не удивляет; эсеры пока еще считали больше¬ виков врагами гораздо большими, чем белогвардейцев-монар- хистов. К лету 1919 г. все значительно изменится... Но даже если все это именно так, и Ю. Сопов примыкал к эсерам, степень политизации поэта тоже преувеличивать не сле¬ дует. Он был прежде всего поэтом, талантливым и нежным ху¬ дожником слова. Поставим вопрос несколько иначе; мог ли вообще Юрий Сопов, каковы бы ни были его политические убеждения или симпатии, - мог ли он с его чистой и нежной душой «золоти¬ стого рыцаря», «жизнь посвятившего мечте», искренне принять колчаковский режим, который, к тому же, неудержимо дегради¬ ровал? Вряд ли. Таким образом, Сопов, попав в батальон охраны А. В. Кол¬ чака, вполне мог оказаться к концу лета 1919 г. в эсеровском подполье, имевшем там свою подпольную ячейку (или примк¬ нуть к подполью, ведь степень участия может в подобных случа¬ ях быть различной), и принимать участие в подготовке покуше¬ ния на Верховного правителя, политические дни которого к ис¬ ходу лета 1919 г. казались многим, даже части интервентов, уже сочтенными. 5353 Цит. по: Ваынерман В. Указ. соч. С. 18. 179
Если это так, то своим стихотворением «Сломаны крылья орлиные...» он за полтора года до своей гибели образно и с по¬ разительной трагической точностью предсказал свою судьбу * * * Взрыв в резиденции интересным образом совпадает по пре» мени с другой акцией сибирского эсеровского подполья (возмож¬ но, в этом случае - в контакте с коммунистами): попыткой об¬ разования в конце августа - начале сентября 1919 г. фиктивной воинской части из проэсеровски настроенных военнослужа- щих-ижевцев, а также партизан и подпольщиков с целью зах ва¬ та Омска. Совпадает он также и с рядом других обстоятельств, планов и мероприятий антиколчаковской оппозиции, объектив¬ но выстраивающихся в это время в один ряд. «Недавно в районе Томска, - записал 20 сентября 1919 г в своем дневнике А. П. Будберг, - организовался на наши сред¬ ства какой-то ижевский отряд, оказавшийся фальшивым и пред¬ назначенный для захвата Омска при проезде через него в на¬ правлении на фронт; контрразведка успела раскрыть его за не¬ сколько часов до посадки отряда на железную дорогу, но меры по ликвидации принять не успела, и большая часть отряда с на¬ шими винтовками, пулеметами и отпущенными на его формиро¬ вание миллионами ушла на север в тобольскую тайгу, создав уг рожающее положение в тылу самого Омска»54. Насколько вероятен был такой план? К исходу весны 1919 г., после первых серьезных неудач на фронте, в «Колчакии» не замедлили дать о себе знать первые при¬ знаки «кризиса верхов». В мае 1919 г. командующий Сибирской армией генерал Р. Гайда55 выступил с критикой А. В. Колчака 54 Будберг А. П. Дневник белогвардейца Минск, 2001. С. 305. 55 Гайда (Гейдль) Радола (Рудольф) - р. в 1892 г., унтер-офицер, затем офицер австрийской армии, военный фельдшер, участник Первой мировой войны, в 1915 г. перешел на сторону Черногории, в 1917 г. оказался в России. Один из руководителей Чехословацкого корпуса, активный участник сверже¬ ния советской власти петом 1918 г. Осенью 1918 г. перешел на русскую службу (в Белую армию), в октябре - декабре 1918 г. - командующий Екатеринбург¬ ской группой аойск, генерал-майор, с января по июль 1919 г. - командующий Сибирской армией, с 17 января 1919 г. - генерал-лейтенант. С июля 1919 г. - в отставке, перешел в оппозицию к Колчаку. После актиколчаковского мятежа 180
С1-о правительства. Эта критика содержалась в докладной за- ииске «Итоги весеннего наступления», составленной начальни- м политотдела штаба Сибирской армии капитаном Н. С. Ка¬ лашниковым (эсер-правоцентрист). Обрисовав серьезное положение на фронте и высказав мне¬ ние о причинах поражений, Калашников, наряду с этим, уделил немало внимания ситуации в тылу и причинам серьезного раз¬ растания партизанско-повстанческого движения в сельской мест¬ ности. «Прежде всего, - отмечал он, - поражает широкое рас¬ пространение волнений и восстаний на территориях и их возник¬ новение в районах, где по экономическим условиям почти совер¬ шенно отсутствует почва для большевизма». При этом он приводил подробный перечень районов, где произошли восстания. Допус¬ кая обоснованность доводов официальных лиц о влиянии «боль¬ шевистских агитаторов, группирующих вокруг себя бывших крас¬ ноармейцев», автор замечал, что в официальных документах умалчивается, «каким образом эти агитаторы могли приобрести влияние среди сельского населения, так недавно горячо привет¬ ствовавшего свержение их власти». Касаясь общих причин и за¬ труднений на фронте и в тылу, Калашников резюмировал: «Сов¬ падение наших неудач на фронте, вну тренних волнений и обще¬ ственного недовольства заставляет предполагать наличность об¬ щих причин, вызывающих эти явления. Эти причины следует искать в методах управления страной». В докладной записке ■о Владивостоке выслан из России (ноябрь 1919 г.), один из руководителей ар¬ мии Чехословакии, в 1926 г. возглавил ее штаб, но в декабре 1927 г. лишен чи¬ на и заключен в тюрьму за попытку государственного (правого) переворота и по обвинению в шпионаже в пользу СССР. Сторонник, участник и один из лидеров национального фашистского движения в Чехословакии; политиче¬ скими кумирами Гайды в это время являлись Муссолини и Пилсудский. Во время «мюнхенского кризиса» (1939) выступал за вооружение народа и военный от¬ пор гитлеровцам. Во время гитлеровской оккупации жил как частное лицо, с оккупантами не сотрудничал. Арестован в 1945 г. при народной власти в Праге, умер в 1948 г. в Чехословакии после заключения, будучи освобожден по при¬ чине тяжелой болезни (по другим данным, казнен в 1948 г. по приговору суда). - Восточный фронт адмирала Колчака. С. 609; Гражданская война и военная ин¬ тервенция в СССР. С. 139; Новиков С. В. Иосиф Броз Тнто и Рудольф Гейдль - два портрета времен классовой борьбы // Революция и контрреволюция в Си¬ бири (1917 - 1922 гг.). Омск, 2009. С. 7-9; Белое движение: Исторические порт¬ реты. М , 2011. С. 688—689. 181
предлагалось устранить недостатки управления и наметить «ясный и демократический курс государственной политики», а в числе ме¬ роприятий требовалось «принять меры против порок, расстрелов без суда и т. л. актов на всей территории России», признавалась необходимость восстановления «свободы организаций, за ис¬ ключением большевистских или стоящих за соглашение с боль¬ шевиками... свободы печати, собраний применительно к практи¬ ке европейских государств во время войны». В записке в зача¬ точном виде формулировалась идея созыва Сибирского Земского собора, которая нашла затем свое выражение в попытках органи¬ зации Комитета содействия созыву Земского собора56. Записку Гайды - Калашникова можно рассматривать как последнюю попытку эсеров и вообще мелкобуржуазных демо¬ кратов повлиять на А. В. Колчака и «сдвинуть» его режим в сто¬ рону демократизации. Но А. В. Колчак отверг этот путь, хотя именно в это время принял ряд мер по наведению законности (прежде всего в отно¬ шении военных). Впрочем, идея наведения порядка и усиления законности в это время уже витала в воздухе: к маю 1919 г правительственные инстанции в Омске оказались завалены мно¬ гочисленными жалобами, докладными записками, рапортами о массовых нарушениях законности, неприкосновенности личнос¬ ти, в том числе о чудовищных зверствах, творимых военщиной повсеместно в «Колчакии». Одним из знаковых и резонансных событий в этом ряду стала уже упоминавшаяся записка на имя А. В. Колчака начальника Уральского края инженера Постнико¬ ва и его отставка. После фактического отказа А. В. Колчака пойти по пуз и хоть какой-то демократизации режима и на фоне продолжают*? гося ухудшения внешней и внутренней ситуации сибирские эсе¬ ры, видимо, утратили свои последние иллюзии в отношении де¬ мократических потенций Верховного правителя. Тем не менее существует ряд свидетельств, что А. В. Кол¬ чак во второй половине 1919 - начале 1920 г. не раз серьезно задумывался над предложениями Гайды - Калашникова, в том 56 Моравский В. И. Моравский Н. В. Из воспоминаний. Томск, 2006 С. 86-87 182
числе накануне паления Омска в ноябре 1919 г. и даже накануне своей гибели. Судя по всему, Колчак внулренне соглашался с ар¬ гументами демократов, но на перемену политики в предлагаемом ими ключе он не смог решиться. К данным свидетельствам мы ешс вернемся ниже. Тем временем эсеровский военный актив начал действо¬ вать. К лету 1919 г. в одной из самых боеспособных колчаков¬ ских армий - Сибирской - эсеры сумели создать небольшую сеть подпольных групп, состоящих главным образом из демократичес¬ ки настроенных офицеров-разночинцев. Во главе «военной оп¬ позиции» встал уже известный нам начальник информотдела (политотдела) Сибирской армии, активный участник свержения советской власти в Сибири, сподвижник и помощник коман¬ дующего армией Р. Гайды эсер штабс-капитан Николай Сергее¬ вич Калашников. Именно здесь летом 1919 г. состоялась полуле¬ гальная офицерская конференция, на которой был поднят вопрос об открытии фронта для пропуска в Сибирь советских войск. Как вариант - именно в этой среде возникла и довольно сомнитель¬ ная идея замены Колчака Гайдой. И именно в эсеровской офицер¬ ской среде Сибирской армии летом 1919 г. начал готовиться во¬ енный переворот против А. В. Колчака57 Вскоре и сам Р. Гайда имел объяснение с А. В. Колчаком по поводу неудач на фронте и ситуации в тылу, после чего ушел в отпуск, находясь в котором, получил отставку и, обиженный, убыл на Дальний Восток в качестве частного лица, где попытал¬ ся сыграть роль оппозиционного режиму политика, продолжая контакты с эсерами и затеяв переговоры с левыми областниками и земскими деятелями на почве «демократической оппозиции» А. В. Колчаку. Командующим Сибирской армией был назначен А. Н. Пе¬ пеляев, который если не сочувствовал эсерам, то по крайней ме¬ ре сквозь пальцы смотрел на их деятельность в частях его армии. Возможно, он воспринимал их как некий противовес тем черно¬ сотенным элементам в среде офицерства, которые позорили ар¬ мию своими зверствами и грабежами, роняя ее престиж в глазах 1111 Мельгунов С. П. Указ. соч. Кн. вторая. С. 63. 183
населения. Ходили, впрочем, слухи, что А. Н. Пепеляев тайно состоит в ПСР. Летом 1919 г. под эгидой Р. Гайды и руководством Н. С. Ка¬ лашникова было создано Центральное бюро военных организа¬ ций, а Всесибирский краевой комитет ПСР начал создавать ячей¬ ки Военно-Социалистического союза. Боевые группы стали соз¬ даваться и Сибирским союзом социалистов-революционсрон. Однако данная, вооруженная, часть эсеровского антиколчакгт- ского подполья летом и осенью 1919 г. была крайне слаба. Сибирская армия все более теряла свою боеспособное гь Об этом красноречиво говорили участившиеся случаи сдачи в плен целых частей колчаковцев. Отчасти это могло быть свя <а но и с развернувшейся в армии эсеровской работой, в результат которой не только солдаты, но и некоторые офицеры порывали с колчаковщиной. 30 июня под Пермью два белых офицера - де¬ легата от 63-го Добрянского и 64-го Соликамского полков явились в штаб стрелкового полка 29-й дивизии Красной Ар¬ мии и предложили сдать свои части. После согласования дета¬ лей оба полка в составе около тысячи солдат и шести офицере*а в полном вооружении и с обозами вечером того же дня пере¬ шли на сторону красных. С собой они привели не пожелавшего сдаться одного из командиров полков58. «Под влиянием ударов красной армии, активных действии справа и слева, - показывал В. Е. Никитин о действиях Всеси бирского краевого комитета ПСР, - с[оциалисты]-р[еволюцио неры] решают “декларировать” провозглашение созыва черее 40 дней Учредительного Собрания, передачу власти на места* земству и кооперации, роспуск Грациановских самоуправлении, передачу земли крестьянам, предоставление ряда прав рабочим- образование однородно-социалистического правительства... Н\ одним словом, они готовятся к перевороту, они решают провести всеобщую забастовку, они думают о свержении правительства Колчака, назначив срок такового свержения месяц. <...»>59 Вскоре сибирские коммунисты, эсеры разных толков и мень шевики начали подготовку всесибирской забастовки, стержнем '* Спирин М. И. Разгром армии Колчака. М., 1957. С. 204. ” ГИАОО-ЦДНИОО Ф. 19. Оп. 1. Д. 238. Л. 3. 184
которой должна была стать всеобщая железнодорожная забас¬ товка. Деятель сибирского объединения профессиональных сою¬ зов меньшевик-бундовец М. Фабрикант (Л. Лелин) свидетельст¬ вовал, что в июле в Томске исполком профсоюзов решил при¬ ступить к организации всесибирской стачки. «Стачка должна была охватить все железные дороги. В знак сочувствия должны были остановиться все предприятия и учреждения городов и по¬ селков... В это время получат волю партизанские отряды и под¬ польные ячейки, которые натиском опрокинут засевшую в Омске власть... С этими планами отправился я в Ново-Николаевск, где вел переговоры с различными партиями, в частности, при моем посредничестве было назначено свидание с эсером Г1ав[лом] Ми¬ хайловым и коммунистом Калашниковым». Свидание тогда по случайным причинам не состоялось, но Фабрикант уехал под впечатлением, что удастся соорганизовать все активные силы для борьбы с реакцией на почве единого революционного фронта. Сам Фабрикант имел непосредственную беседу с П. Михайло¬ вым - лидером левоцентристского Сибирского союза соцналис- тов-революционеров, отделившегося от центристского Всеси- бнрекого краевого комитета ПСР весной 1919 г. Он так переда¬ ет слова Михайлова: «Не предрешая вопроса о власти, мы гото¬ вы поддержать все действия остальных партий, направленные к свержению “омского петрушки”... но мы ни в коем случае не пойдем на блок с эсерами-центровиками». К этому следует до¬ бавить, что в Иркутск с аналогичными целями установления связи «с краевыми политическими организациями» поехали дру¬ гие эмиссары®. Именно в это время начальник столичной контрразведки полковник Злобин докладывал, что в Омске готовится новое вос¬ стание, назначенное якобы на 17 июля, и предлагал принять жест¬ кие превентивные меры60 61 Возможно, контрразведка в своих це¬ лях (как она, по свидетельству А. П. Будберга, это часто делала) несколько преувеличила масштаб имеющихся у них сведений, но в данном случае, видимо, не намного. Не забудем и то, что имен¬ но в это время, в течение всего июля 1919 г., в относительной 60 Приводится по: Мельгунов С. П. Указ. соч. Кн. вторая. С. 263-264. 61 В борьбе с контрреволюцией. С. 129-130. 185
близости от столицы полыхало Урманскос восстание, отвлекшее на себя до 4 тыс. колчаковцев. Не остались в стороне и «правоверные»» эсеры Всесибир- ского комитета партии, а также некоторые другие центристские и правоцентристские их элементы, хотя особой активности ло августа 1919 г. они не проявляли. 15 августа 1919 г. колчаковская контрразведка доносила, что прибывший во Владивосток Гайда провел совещание выс¬ шего командного состава Чехословацкого корпуса. Обвиняя пра¬ вительство Колчака в реакционности, выступая в защиту пози¬ ции правых эсеров, он призывал готовить восстание для свер¬ жения Колчака. Датой восстания было намечено 19 августа. Док¬ лад начальника контрразведки ставки Колчака содержал список 65 человек руководящей головки заговорщиков, причем отме¬ чалось, что в заседании групп принимают участие также амери¬ канцы, а некоторые видные эсеры, опасаясь ареста, ночуют на американском судне. В донесении от 15 сентября говорилось, что во Владивосток съезжаются видные эсеры, что идут кон¬ спиративные совещания с Гайдой и что имеется полная уверен¬ ность в поддержке восстания со стороны чешского полка, рас квартированного в Никольк-Уссурийске и опиравшегося на аме¬ риканцев. Материалы о заговоре поступали в Омск не только из Владивостока, но и из других мест - сомнений в наличии ею уже не оставалось62 *. Интересно, что почти в это же время контрразведка фик¬ сировала концентрацию партизанских сил (в том числе и про¬ сачивающихся из мятежного Тарского уезда) в относительной и даже непосредственной близости от Омска - в 40-90 верстах (сводки от 19 и 23 августа)65 Начальник контрразведки при штабе Верховного главнокомандующего полковник Злобин в августе 1919 г. (в докладе от 28 августа 1919 г.) сообщал, что «в районе города Омска подготовлен большевистский отряд численностью 10 000 человек, которые и могут восстать при первой возмож¬ ности»64 (речь шла, видимо, о совокупном количестве партизан 62 ЭйхеГ. X. Опрокинутый тыл М , 1960. С. 327-328. 6' В борьбе с контрреволюцией. С. 144-145,147. 64 Там же. С. 148. 186
в Омской губернии, в основном к северу от Омска, и в сопредель¬ ных местностях). И хотя эсеровского влияния в среде данных пар¬ тизан практически не наблюдалось, но единство их действий с эсерами в общем выступлении вполне могло бьггь возможно. Не являлись ли эти события частью общего плана устра¬ нения А. В. Колчака, захвата столицы и свержения режима, пусть и под знаменем Учредительного собрания? Цепь (возможно) ско¬ ординированных действий: всесибирская железнодорожная стач¬ ка - убийство Верховного правителя силами эсеровских терро¬ ристов при содействии большевистского подполья - высадка в городе фиктивной воинской части из ижевцев и томских пар¬ тизан - наступление на Омск нескольких тысяч красных парти¬ зан из Омского и сопредельных уездов - чешско-эсеровский анти- колчакойвский заговор Гайды на Дальнем Востоке - вся эта цепь в конце августа - начале сентября 1919 г. могла сработать, учи¬ тывая, что фронт в это время проходил не так уж и далеко - в 350-400 километрах к западу о г столицы «Колчакии». Поэтому теракт сибирских эсеров (центристов и левоцент¬ ристов) против А. В. Колчака, замысел которого в целом созрел еще более полугода назад (в конце декабря 1918 - начале янва¬ ря 1919 г.), но был отвергнут как политически нецелесообраз¬ ный и даже вредный, теперь, в новых политических условиях (полного торжества военщины, провала попыток эсеров скло¬ нить А. В. Колчака к демократическому варианту власти, подъ¬ ема партизанско-повстанческого движения н. наконец, в усло¬ виях неудач на фронте и в целом успешного наступления со¬ ветских войск), - этот теракт мог теперь выглядеть с военно¬ политической точки зрения эсеров (да и не только их) вполне целесообразным и полезным: он мог бы еще больше дезоргани¬ зовать ненавистный режим и тем самым приблизить его крах... Хотя дальнейшие планы коммунистов (и их левых союз¬ ников) и эсеров (а также меньшевиков) почти неизбежно расхо¬ дились.
Глава IX ПАРТИЗАНСКАЯ ВОЙНА Нет им конца, белоснежным снегам: Тысячи верст пораскинулись в стороны - Каркайте, хищные вороны! - Вьюга, гуляй по замерзшим лугам! Холит, гудит вековая тайга. По ветру, темная, клонится... Кто в ней угрюмо хоронится, В сумраке точит топор на врага? - Эй, берегись, кому жизнь дорога! Георгий Вяткин. Сиьир'. (начало 1910-х1 Февраль - март 1919 г. - самое стабильное время для А. В. Колчака и его режима: после взятия Перми последовал ряд других военных удач, в том числе довольно успешное мартов ское наступление; все восстания в городах, в том числе в Омске, разгромлены, и новых, по данным контрразведки, за редчайшим исключением, пока не предвидится; ряд провалов просоветском’ подполья в городах Сибири, в том числе в Омске, заметно осла¬ били подрывные силы; массового партизанского движения, п исключением Енисейской губернии, еще нет и, даст бог, не будет: конфликт с Семеновым наконец урегулирован; вот-вот ожидается масштабная военно-техническая помощь от союзников (щедро оплаченная из золотого запаса). Г К. Гинс в своих воспомина¬ ниях характеризует этот период как время триумфа Колчака1. Но... Успехи на фронте довольно скромны. Подполье хотя и ослаблено, но еще не уничтожено полностью. Партизанское 1 Гинс Г К. Сибирь, союзники и Колчак. Поворотный момент русской истории. 1918-1920. (Впечатления и мысли члена Омского Правительства). М 2008. С. 302. 188
движение хотя и слабое, но все же существует. Конфликт с Се¬ меновым урегулирован, но ведь сделано это фактически в ущерб авторитету правительства и лично его. Верховного правителя, ав¬ торитету. Союзники явно не спешат с официальным признанием возрожденной российской государственности. А обещанная ими и щедро оплаченная российским золотом помощь поступает уж очень медленно... Летом 1918 г., в процессе падения советской власти в За¬ падной Сибири (июнь - июль) и'в Восточной Сибири (июль - август), могло показаться, что почти все сибирское крестьянст¬ во настроено частью враждебно, а частью равнодушно к судьбе Советов. Понятно, что наиболее враждебную позицию к Советам и к их вооруженным силам занимали кулаки и богатые крестьяне (последние отличались от кулаков тем, что не эксплуатировали чужой труд). Середняки занимали тогда позицию нейтралитета - от враждебного до дружественного. Деревенская беднота летом 1918 г. в такой обстановке, за редким исключением, оказалась не готова к активному выступлению в поддержку Советов. Вспомним классическое - небольшой, но емкий роман А. Фадеева «Разгром». Конец лета - осень 1918 г., Дальний Вос¬ ток, Приморье. Вскоре после падения советской власти измо¬ танный постоянным преследованием белых крохотный парти¬ занский отряд (19 человек) из рабочих-шахтеров и советских ак¬ тивистов едва успевает уйти в глухую тайгу, и никто из партизан не знает, что будет дальше... Яркой иллюстрацией ситуации в сельской местности мо¬ жет служить трагическая судьба красногвардейского отряда Петра Сухова. Этот отряд, отступивший из Барнаула после его падения 11 июня 1918 г., в течение двух месяцев, до начала августа, со¬ вершал героический рейд по Алтаю. В отряде наряду с рядовыми красногвардейцами были и представители партийно-советского актива, имевшие значительный политический опыт. Интересно, что заместителями командира отряда, коммуниста из Кузбасса П Сухова, были офицер Барнаульского гарнизона левый эсер Д Г Сулим и один из лидеров Семипалатинского Совета анар¬ хист М Т. Трусов (прибыл во главе небольшого отряда на помощь 189
барнаульцам накануне падения советской власти). Все трое, как и большинство участников рейда, погибли в начале августа. Отряд Сухова преследовали отряды белогвардейцев, ку¬ лацко-эсеровские сельские дружины, местные казачьи отряды. В это время и в этой местности отряд оказался «чужим», и на¬ прашивается неожиданная параллель его судьбы с отрядом Че Ге- вары в Боливии в 1967 г. Но отряд Че Гевары действовал в чужой для себя стране, а отряд Петра Сухова - в родных, в общем-т о, краях. Однако значительная часть местного сельского населения (прежде всего кулаки и богатые крестьяне, но также и часть гру- дяг-середняков!) оказалась настроена враждебно по отношении) к «совдепчикам», другая часть середняков занимала позицию нейтралитета (в основном недружественного), и только некото¬ рая их часть, а также беднота сочувствовали, симпатизировали красногвардейцам, но на открытую активную поддержку в тех условиях не решались. Интересно отметить, что отступавшие в июне 1918 г. на се¬ веро-запад, по направлению к Тюмени, отряды красных с распав¬ шегося после падения Омска «восточного» фронта (т. е. из рай¬ она Татарск - Барабинск), следуя по району Барабы и Среднею Прииртышья, при встрече с жителями местных сел выдавали се¬ бя за белых (благо, военная форма и у красных, и у белых тогда еще не устоялась и пока что не особенно отличалась). Настоящая охота на отступавших по тайге из Забайкалья в Иркутскую губернию красногвардейцев отряда Н. А. Каланда- ришвили с целью их уничтожения была устроена населением не¬ которых деревень в сентябре - октябре 1918 г.2 Героический двухмесячный рейд отряда Сухова на Алтае, в сумме с героической борьбой остаточных войск Центросиби- ри и Дальсовнаркома в советском анклаве на юге Восточной Сибири и в Амурской области, заставил белое командование удерживать далеко от фронта тысячи своих бойцов, и, возмож¬ но, именно этот фактор оказался решающим и позволил Вос¬ точному советскому фронту удержаться в предельно критичес¬ кий период июля - августа 1918 г., когда судьба этого фронта, а значит, и судьба советской власти в России висела, можно ска¬ зать, на волоске. 11 Партизаны Прибайкалья. (Воспоминания). Улан-Уде, 1957. С. 173. 190
* * * В августе 1918 г. в Томской губернии, в районе Марнинска (в основном к северу от Томского участка Транссиба), начинает действовать один из самых первых (и один из самых знамени¬ тых) в Сибири крестьянских партизанских отрядов Петра Куз- мича Лубкова - беспартийного крестьянина-середняка. бывше¬ го унтер-офицера старой армии. Позднее было несколько партизанских командиров, кото¬ рые либо сами именовали себя «Лубковыми» (нс только в целях самозванной популярности, но и в целях конспиративной целе¬ сообразности), либо колчаковские органы власти принимали их за Лубкова, либо народная молва присваивала это имя тому или иному командиру1 * 3. Действия П. К. Лубкова в августе - сентябре 1918 г. очень напоминают аналогичные действия другого парти¬ занского командира на другом конце бывшей Российской импе¬ рии - Н. И. Махно, который со своим отрядом в это же самое время начал активно действовать на Украине. Недаром позднее П. К. Лубков стал у историков одним из «кандидатов» на звание «сибирского Махно»4. Другой славный партизанский командир, вышедший из на¬ рода - тоже кресгьянин-середняк, беспартийный и бывший ун¬ тер-офицер - Григорий Федорович Рогов. И тоже, в известном смысле, «сибирский Махно». В течение двух с половиной меся¬ цев - от падения советской власти в середине июня и до конца августа 1918 г. - он с группой своих единомышленников не до¬ пускал на территорию части Причернского края - в Мариинскую волость Барнаульского уезда - представителей ВСП: группа Рого¬ ва действовала здесь как своеобразная «революционная мафия», а территория волости была объявлена «Мариинской Советской федеративной республикой». Когда же ВСП сумело все-таки установить контроль над Причернским краем, роговцы ушли 1В этом отношении весьма характерно, что и «портрет П К. Лубкова». помещенный в начале XXI в. а Интернете - на самом деле не его портрет, а другого партизанского командира - В П. Шевелева («Лубкова»). Фотопорт¬ рета П. К. Лубкова, судя по всему, к сожалению, не сохранилось. 4 Ларьков Н. С. Сибирский Махно // Народная трибуна (Томск). 1991. 18 нюня. С. 6. 191
в «Чернь» (местную тайгу) и образовали там партизанский отряд* Правда, до начала лета 1919 г. этот отряд оставался сравнитель¬ но небольшим и особой активности не проявлял, но зато потом!.. В целом же настроение крестьян в июле - августе 1918 г. на территориях, подконтрольных ВСП (а это тогда - большая часть Западной Сибири, Степной край и западная часть Вое точ¬ ной Сибири), было выжидательным. Это настроение стало заметно меняться в течение августа - сентября 1918 г. * * * ВСП с первых дней своего пребывания у власти5 6 взяло курс на ужесточение политического режима в интересах иму¬ щих, цензовых слоев подконтрольной территории. 4 июля ВС П издало постановление «Об аннулировании декретов советской власти», 6 июля - постановления «О недопущении советских ор¬ ганизаций» и «О возвращении владельцам их имений». 25 июля появилось постановление о ликвидации земельных комитетом ответственных за осуществление левоэсеро-большевистского Дек¬ рета о земле7 Основное направление деятельности ВСП заклю¬ чалось в стремлении ликвидировать все следы советской власти и связанные с ней социально-экономические завоевания трудя щихся. Эта откровенная буржуазно-реставраторская программа осуществлялась быстро и последовательно*. ВСП восстановило старые налоги, обязало крестьян вы платить отменные советской властью долги переселенческом) управлению, торговым складам, предпринимателям. Бывшим вла дельцам были возвращены конфискованные маслозаводы, перс данные Советами в распоряжение сельских обществ. Правитель ство обязало крестьян возместить все убытки, нанесенные ими 5 Партизанское и повстанческое движение в Причумышье. 1918-1920 гг Документы н материалы. Барнаул, 1999. С. 35-36. * ВСП приступило к выполнению соответствующих обязанностей 30 июня 1918 г., придя на смену Западно-Сибирскому комиссариату. 7 ГАНО-2. Ф. П-5. Оп. 3. Д. 129. Л. 9.11-12; Временное Сибирское пра иительство. С. 118-119. 126-127. 132-133; Стугшков М. И. За правое дело. Ho¬ ck. 1977. С. 37. Гармиза В. В. Крушение эсеровских правительств. М.. 1970. С. 105. 192
«законным владельцам», вернуть скот, машины и инвентарь, рас¬ считаться за использованные семена, продовольствие, строевой лес и дрова. За земли, занятые посевами, надлежало уплатить аренду и освободить их после уборки урожая. Восстанавлива¬ лись старый чиновничий аппарат, стража арендных участков и лесничеств, налоги за пользование казенными лесными дача¬ ми; отпуск леса на строительные материалы и топливо был фак¬ тически прекращен. Для поддержания государственного порядка на местах создавались отряды земской милиции. Переселенческий фонд земель был передан в распоряжение правительства. Даже переделы общинных земель - традиция отнюдь не революцион¬ ная - признаны незаконными. В сентябре 1918 г. ВСП издало распоряжение о сборе недоимок за 1915-1917 гг., которые в не¬ сколько раз превышали окладную подать; за уклонение от внесе¬ ния многочисленных поборов следовали жесточайшие порки9 Но значительная часть трудового крестьянства в первые дни и недели после падения советской власти все еще продол¬ жала питать иллюзии. Так, в августе 1918 г. в ответ на взыски¬ вание недоимок в Омск были посланы ходоки в количестве 16 человек от 8 волостей Славгородского уезда с целью выяс¬ нить вопрос о недоимках и заодно о мобилизации. Не добив¬ шись никаких результатов от властей, они пошли искать коми¬ тет большевиков и Совет депутатов, по политической наивнос¬ ти полагая, что эти органы существуют легально, как, например, во времена керенщины. Стали спрашивать у прохожих адреса этих органов, и какой-то негодяй показал на крепость, где на¬ ходилась контрразведка. Крестьяне, явившись туда, были аре¬ стованы и подвергнуты пыткам. Только затем часть их освобо¬ дили, а остальных пятерых перевели в тюрьму10. 31 июля ВСП издало указ о воинском призыве в августе 1918 г. юношей 1898 и 1899 гг. рождения из всего русского ста¬ рожильческого населения и переселенцев, прибывших в Сибирь до 1 января 1915 г. Территорией призыва объявлялись Западно- 9 Шукяецов В. Т. Сибиряки в борьбе за власть Советов (Деятельность партии в крестьянских массах Западной Сибири в годы революции и граждан¬ ской войны). Новосибирск, 1981. С. 90-91; Ступаков М. И. Указ. соч. С. 37,41. 10 ГИАОО-ЦДНИОО. Ф. 19 Оп 1. Д 256. Л 4. 193
Сибирский и Иркутский военные округа, часть Челябинского, Златоустовского и Троицкого уездов на западе и часть Приаму¬ рья, т. е. местности, контролируемые к этому времени белыми11. Сибирские крестьяне встретили указ без энтузиазма, а те, кто подлежал мобилизации (и также их родители), - в большин¬ стве резко враждебно. «Отношение к временному правительству - выжидательное. - сообщала газета “Заря” о настроениях кресть¬ ян Омского уезда. - Большинство смотрит на него как на резуль¬ тат победы одной партии над другой, а отсюда и неопределенное отношение к мобилизации. Крестьяне, в массе своей, совершен¬ но чужды политике. Они прямо говорят: “Ни для какой партии мы солдат не дадим. Бели мобилизация нужна, то она должна быть объявлена только для защиты России от немцев”» и Карательные меры последовали незамедлительно. Уже в а н- густе - сентябре порка уклоняющихся призывников и их родите¬ лей стала обычным явлением11 12 13 14 Карательные отряды разъезжали по деревням, наводя ужас и сея озлобление и ненависть в среде крестьян по отношению к власти. Между тем в правительствен ной газете, которую курировал глава ВСП, бывший эсер, быв¬ ший депутат Государственной думы, дипломированный юриа- адвокат П. В. Вологодский, обсуждался вопрос о пользе приме¬ нения порки в отношении крестьян; при этом с нескрываемым удовлетворением приводился случай, когда данная мера помогла навести в деревне надлежащий порядок4. Таким образом, призыв в Сибирскую армию породил мас¬ совые уклонения, дезертирство уже мобилизованных и откры тые вооруженные выступления. С конца августа по начало де¬ кабря 1918 г. в хронологической и географической последова¬ тельности (с запада на восток) по Сибири прокатилось 7 крупных крестьянских восстаний: Тюкалинское, Славгородское (Черно- дольское), Змеиногорское (Шемонасвское). Большемуртинскос, Бийское, Чумайское (Мариинское) и Минусинское. Эти выстуи- 11 Временное Сибирское правительство: сб. док. Новосибирск. 2007 С. 227-228, Заря (Омск). 1918 13 авг. 12 Заря (Омск). 1918. 2 авг. IJ В борьбе с контрреволюцией: сб. документальных материалов (1918- 1919 гг.). Омск, 1959. С. 59-60; Рыклин Г Кровавый атаман. М., 1927. С. 25. 14 Сибирский вести. (Омск). 1918. 30 окт. 194
ления охватили 70 волостей в семи уездах Сибири. В них при¬ няло участие свыше 35 тыс. человек. Все они были жестоко по¬ давлены с использованием наиболее боеспособных воинских час¬ тей. Каратели уничтожили 5,5 тыс. человек15, причем только деся¬ тая часть погибла в бою. Правительственные войска потеряли убитыми 700 солдат и офицеров16. С особой и массовой жесто¬ костью, какой Сибирь до этого еще не знала, было подавлено дивизией атамана Анненкова в начале сентября крупнейшее из восстаний - Славгородское17 Эти первые крестьянские восстания возникали либо сти¬ хийно, либо под влиянием и при участии отдельных большеви¬ ков (реже - их небольших групп)18, левых эсеров и анархистов, а Чумайское (Мариинское) восстание в конце октября - даже с не¬ которым участием эсеров - сторонников Сибоблдумы, группи¬ ровавшихся в уездной земской управе и Мариинском союзе коо¬ ператоров19 Последний факт являлся весьма необычным, но при этом симптоматичным: эсеры-центристы (ПСР) впервые оказа¬ лись причастны к открытой вооруженной борьбе против ВСП. Если бы отряд Петра Сухова продержался еще месяц, до конца августа - начала сентября, то он имел бы все шансы пре¬ вратиться в один из первых - и еще каких! - партизанских от¬ рядов в Сибири... Характеризуя ситуацию на «освобожденных от большеви¬ ков» территориях востока страны, В. И. Ленин в конце июля 15 По другим данным, погибло много больше. Имеются, например, данные 0 том, что только в ходе усмирения Славгородского (Чернодольского) восста¬ ния анненковц&ми было уничтожено 5667 человек. - Рыклин Г. Указ. соч. С. 25. 16 Шиловский М. В. Политические процессы в Сибири... С. 269-270. 17 О подавлении этого восстания подробнее см.: Рабочий путь (Омск). 1922, 7 июня; Рыклин Г. Указ. соч. С. 6-8, 11-12, 16-17, 23-28; Шалагинов В. К. Конец атамана Анненкова. Последние. Новосибирск. 1973. С. 16-22. 18 Один из лидеров сибирских коммунистов А. А Масленников в октяб¬ ре 1918 г. сообщал в ЦК РКП(б): «К сожалению, [крестьянские] восстания на¬ чинаются без нашего руководства» (цит. по: Спирин Л. М Классы и партии в гражданской войне в России. С. 270), имея в виду, судя по всему, отсутствие именно централизованного руководства, а не отсутствие коммунистического руководства вообще. 14 Борьба за власть Советов в Томской губернии (1917-1919 гг.) Томск. 1957 С. 369-370. 195
констатировал: «Там. где нет большевиков и господствую! чехо¬ словацкие власти, мы наблюдаем такое явление: сначала чехо¬ словаков встречают чуть ли не как избавителей, но через не¬ сколько недель господства этой буржуазии замечается громад¬ ный поворот против чехословаков за Советскую власть, потому что крестьяне начинают понимать, что все фразы о свободе тор¬ говли и об Учредительном собрании означают только одно: власть помещиков и капиталистов» . * * * С приходом к власти А. В. Колчака и установлением его режима меры в отношении крестьянства еще более ужесточи¬ лись. Стало практикой изъятие продовольствия (зерна и ското). зачатую совершенно бесконтрольное. Особенно страдали близ лежащие к городам села и деревни, а также села, расположен¬ ные вдоль трактов. Беспощадное подавление малейшего протеста и произвол военных колчаковских властей стали нормой. Однако и А. В. Колчак, и часть его окружения понимали, что без каких-либо мер по снятию остроты аграрного вопроса и урегулирования социально-экономических отношений с кресть¬ янством белая власть не сможет быть более-менее устойчивол. Вышедшая в апреле 1919 г. правительственная Декларация но земельному вопросу запоздала дважды: во-первых, к апрелю 1919 г. крестьяне Сибири уже успели натерпеться от кол чакон с кой власти такого, что все декларации и обещания неизбежно то¬ нули в океане народного недовольства и гнева; во-вторых, сам по себе столыпинский подход в послеоктябрьский период был уже позавчерашним днем для массы крестьян, получивших от совет¬ ской власти землю без выкупа и успевших ею попользоваться. Крохотная уступка в крестьянском вопросе (разрешение собрать урожай на подлежащей возврату земле), конечно же. не могла удовлетворить трудовые крестьянские массы по существу и изменить их настроения и политическую ориентацию ни в белом, ни тем более в красном тылу, ни в рядах преимущественно кресть¬ янской по составу Красной армии. Не помог и приказ № 128 о пре- 2020Ленин В. И Речь як объединенном заседании ВЦИК... 29 июля 1918 г. Поли собр. соч. Т. 37 С. 16-17. 196
сечении произвола со стороны армии в отношении гражданского населения: во-первых, он запоздал, во-вторых, фактически не вы¬ полнялся военщиной. Пришедшее осенью 1919 г. к наиболее трезвомыслящим деятелям режима (Вологодскому, Гинсу, Будбергу и некоторым другим) сознание того, что у крестьянского партизанства и пов¬ станчества есть серьезные причины, «корни», тоже стало запо¬ здалым, как и мысль о том, что в ряде партизанско-повстанческих районов следовало бы провести переговоры с повстанцами (за¬ поздалые попытки таких переговоров по инициативе властей уже в условиях кризиса режима осенью 1919 г. были предприняты с «Тасеевской республикой» (в октябре) и с некоторыми парти¬ занскими отрядами Иркутской губернии, но к успеху нс привели). Произвол в отношении крестьянства со стороны карательных и во¬ инских отрядов продолжался до самого краха колчаковщины. Такое поведение власти в отношении крестьян даже в «по¬ мещичьей» Центральной России вряд ли осталось бы без ответа. Тем более оно не могло остаться без ответа в относительно более вольнолюбивой Сибири. * * * Зимой 1918/1919 г. в Сибири имелось немало нелегальных сельских ячеек и организаций - как коммунистических, так и сме¬ шанного состава (с участием коммунистов, левых эсеров, анар¬ хистов, беспартийных), а также чисто беспартийных (последних было большинство), которые запасались оружием и ждали пово¬ да для выступления. Кроме того, в лесных и таежных заимках, в том числе и в таких массовых, как «лесные коммуны» Забай¬ калья и Приамурья, до поры скрывалось немало красногвардей¬ цев и совработников. В конце 1918 г., в условиях становления колчаковского режима, партизанское движение в Сибири стало постепенно на¬ растать, хотя по настоящему заметным оно стало лишь весной - летом 1919 г. (за исключением, конечно. Енисейской губернии, где оно уже с начала 1919 г. приобрело черты массового). На территории обширной, вытянутой с юга на север Ени¬ сейской губернии, в основном в южной ее половине, в конце 1918 - начале 1919 г. сложилось пять крупных очагов партизанского 197
движения: Северо-Ачинский, Степно-Баджейский (ЗаманскиЙ), Тасеевский, Минусинский и Шиткинский (последний - на стыке с Иркутской губернией). В этих районах к концу 1918 г сложи¬ лись влиятельные сельские подпольные организации (как боль¬ шевистские, так и беспартийные, а также революционно-демо¬ кратические со смешанным составом: большевиками, левыми эсе¬ рами, анархистами, беспартийными). Все они, как правило, имели прочные связи с городским большевистским подпольем Красно¬ ярска. За пределами крупных очагов движения действовали и не¬ большие самостоятельные партизанские отряды. К концу 1918 - началу 1919 г. в рядах партизан Енисейской губернии насчиты¬ валось уже свыше 3500 человек, на вооружении которых име¬ лись 1200-1400 винтовок и 3 пулемета. Еще пока нигде в Сиби¬ ри в это время партизанско-повстанческое движение не сумело подняться до такого уровня. Здесь впервые в истории анти ко л¬ чаковской партизанской борьбы стали складываться устойчи вые повстанческие зоны, где была восстановлена и начала функ¬ ционировать советская власть: в самом конце 1918 г. возникла Тасеевская партизанско-повстанческая республика (вожди: Яко¬ венко, Астафьев, Буда), а к весне 1919 г. - аналогичная Степно- Баджейская, или Заманская (Кравченко. Петров, Щетинкин. Сургуладзе). Весной 1919 г. партизаны Енисейской губернии стали серьезно угрожать железнодорожному сообщению па участке Красноярск - Тайшет и фактически на два месяца на¬ рушили нормальную связь столичного Омска с Восточной Си¬ бирью и Дальним Востоком, откуда шло вооружение для кол¬ чаковской армии21. Однако в других губерниях партизанско-повстанческое двн жение будет нарастать медленнее и примет массовый характер лишь летом. В конце 1918 - начале 1919 г. еще ничего не слыш- но о партизанских отрядах Каландаришвили, Зверева, Дворяно- ва, Рогова, Мамонтова, Третьяка: большинства из них пока ешс вообще не существует, а будущие вожди и герои скрываются от преследований власти в подполье или в глухих лесах, а то и во¬ обще находятся в заключении. 21 Очерки истории Красноярской краевой организации КПСС. 1895— 1980. Красноярск, 1982. С. 198,202, 204. 198
* * * Весной 1919 г. в Сибири начинают более-менее активно проявлять себя отдельные, небольшие еше партизанские отряды: ¡Свландаришвили - в Иркутской губернии; Мамонтова, Громо¬ ва Рогова - в Алтайской губернии; Избышева - в Омской гу¬ бернии; Гончарова, Перевалова, Шувалова (Иванова), Новосе¬ лова, Шевелева («Лубкова»), Чубыкина - в Томской губернии; Журавлева - в Забайкалье. В Томской же губернии в это время продолжает активно действовать один из самых первых парти¬ занских отрядов Сибири - П. Лубкова. Личность Лубкова на¬ столько популярна, что белогвардейские власти все более-менее заметные партизанские акции в Томской губернии приписывают именно ему. За его голову установлена денежная награда, размер которой неизменно растет. Продолжают активно действовать партизаны Енисейской губернии, руководимые Будой, Яковенко, Щетинкиным, Крав¬ ченко и др., сумевшие к весне 1919 г. взять под контроль нема¬ лые пространства и почти на два месяца затруднить железно¬ дорожное сообщение между Дальним Востоком и столичным Омском. Но в целом до начала весны 1919 г. партизанское движе¬ ние в Сибири и вообще на всей подконтрольной белым терри¬ тории, видимо, не очень беспокоило военных и политических стратегов режима. Оно сначала воспринималось, вероятно, так же, как и уже ушедшее к тому времени в историю партизанское движение в Российской империи периода Первой российской революции и «столыпинской реакции». Тогда тоже были парти¬ занские группы, организации и отряды: «лесные братья» Лат¬ вии, Эстонии, Гомслыцины и Прикамья (последние, по имени своего предводителя, именовались лбовцами), «народные мсти¬ тели» Бессарабии (котовцы), «красные сотни» Грузии, забай¬ кальские «федераты» и еще масса меньших по размеру парти¬ занско-экспроприаторско-террористических группок повсемест¬ но в России. Переловили, пересадили всех при П. А. Столыпи¬ не, а часть из них перевешали. Бесперспективность - вот удел таких партизан в России, что так образно и талантливо отобразил 199
в своем замечательном романе «Сашка Жигулев» Леонид Анд¬ реев22 23. И это, кажется, тем более касается Сибири, где мужики за агитаторами вряд ли пойдут. Так или же примерно так могли думать белогвардейцы в конце 1918 - начале 1919 г. о перспективах партизанской вой¬ ны в Сибири, еще не подозревая, что именно они, белогвардейцы (и особенно некоторые, наиболее злобные из них), со временем объективно, помимо своей воли, окажутся «лучшими агитатора¬ ми» от противного за советскую власть в крестьянской среде Один из многих примеров: 21 сентября 1918 г. крестьяне Шиг- кинской волости Нижнеудинского уезда Иркутской губернии в своем заявлении писали, что отряд атамана Красильникова, ко¬ торый они считали своим защитником от большевизма, которо¬ му они помогали, поставляя подводы, безобразничает и насилу¬ ет21. Стоит ли удивляться, что не пройдет и полгода, как Шш- кинский район станет одним из серьезных очагов партизанско- повстанческого движения? Но пока что все - и белые, и красные - помнили, как вело себя сибирское крестьянство летом 1918 г., в период свержения советской власти. А без активной массовой поддержки, прежде всего поддержки крестьянства, успешное партизанское движение невозможно. Партизанские отряды конца 1918 - начала 1919 г. в Сиби¬ ри и на Дальнем Востоке, как правило, совсем небольшие - по несколько человек, в лучшем случае - 10-20. Их социальный со¬ став - в основном деревенская беднота и в меньшей мере рабо¬ чие, а также отдельные середняки; политически это низовой со¬ ветский актив, бывшие красногвардейцы, отдельные партработ¬ ники - большевики и левые эсеры. Большинство партизанских 22 Ни роману, ни его автору в истории отечественной литературы не по¬ везло: сам Леонид Андреев хотя и писал на революционные темы, но в советское время не был «канонизирован», поскольку считался белым эмигрантом и дека детом. Что касается романа, если бы его главный герой, атаман партизанского отряда Александр Жигулсв. являлся рабочим, а не студентом, или же студентом большевиком (а не эсером, да еще и сыном царского сановника), то, возможно, роман был бы признан шедевром. Но, по известным причинам, роман объявили идеологически вредным и в советское время почти не переиздавали. 23 Дубина И.Д. Партизанское движение в Восточной Сибири. 1918-1920 [Иркутск], 1967 С. 18. 200
отрядов весны 1919 г. тоже небольшие, но уже покрупнее: по не¬ сколько десятков человек, и процент середняков в них уже выше. Болес крупных отрядов с сотнями (а то уже и тысячами) участ¬ ников весной еше пока совсем немного: такие действуют в ос¬ новном в Енисейской губернии. Когда мы говорим о массовом партизанском движении в Сибири, то нужно помнить: опроки¬ нуть колчаковский тыл удалось только осенью 1919 г. Любопытно, что весной 1919 г. известных партизанских командиров-коммунистов еще совсем немного: из вышеперечис¬ ленных только Буда, Яковенко, Щетинкин, Громов, Гончаров. С другими сложнее: Новоселов и Каландаришвили - анархисты, Шувалов (Иванов) и Кравченко - левые эсеры, остальные из на¬ званных выше - беспартийные, хотя и здесь имелись свои ва¬ риации: Избышев, Чубыкин и Перевалов склонялись к коммуни¬ стам, Рогов и Лубков - к анархистам. Однако с весны - начала лета 1919 г. ситуация в партизан¬ ском движении начинает заметно меняться в сторону увеличения массовости и интенсивности. Весной 1919 г. партизанское (а за¬ тем и партизанско-повстанческое), крестьянское по преимущест¬ венному составу, движение постепенно как бы пришло на смену потерпевшей неудачу прак