J6

1016-1018.

ШШІШ
Б І ^ Б / І І о Т Б М
Г. Уэллсъ

м д е н н ы и

м і р ъ

ПОВѢСТЬ о ЧЕЛ ОВѢЧЕСТВѢ
Авторизованный лереводъ съ англійскаго
M. Линіардопуло
-

/

ИЗДАН I E П Я Т О Е
Иоданіѳ зарегистрировано н йена
утверждена Отделомъ Печати
M. С. Р. п К. Д.
Нкц. О ^
УНИВЕРСАЛЬНАЯ
БИБЛІОТЕКА
-MO'CKBA.

Универсальная оиолютека.
odl. Толстой. Смерть Ивана Ильича.
Хозяин» • работника.
502. Толстой. Крѳицѳрова еоната.
ѢО3. Толстой. Вдасть тьмы.
504. Толстой. Плоды просвѣщепія.
505. Толстой. Корней Васильев».
'506-507. К ъ в о л ѣ Крѣпостноѳ право в» вародноі! поэзіа. Сборник».
Сост. H. Бродскій.
508-509. Рабство и в о л я . Крѣпост.
право в» рус. лит. Сост. И. Ров а н о в ъ в Н. Сидоровъ.
510. Т о л с т о й . Ходите в» свѣтѣ, пока есть евітъ н др. разсказы.
511. Толстой. Первый винокур» и др.
512,513. Г о г о л ь . Вечера на хуторѣ
близ» Дшсанькн. Ч. I « II.
514. К а р а м з и н ъ . Бідная Лиза, Наталья боярская дочь, Марѳа Посадница.
515-516. А к с а к о в ъ . Семѳиб. хроника.
"»17. Т о л с т о й . Чѣм* люди живы н др.
4 8 . П у ш к и н ъ . Капитанская дочка.
Исторія села Горюхнна.
^19. П у ш к и н ъ . Повѣсти Бѣлкипа.
ДубровскШ.
420. Пушкинъ.Пиковая Дама. Арап»
Петра Вел. Егяпетскія ночи.
>21-524. То петой. Воскресоніе.
185-526, 527-529. Б ѣ л и н с к і й . Статьи
о Пушкипѣ. Ч. ,1 в П.
580-531. Лермонтов». Кн. Лнговская. Герои яашѳго времени.
•582. Л е р м о н т о в » . Вадим».
583. Толстой. Три смерти. Подвкушка.
434-586. А к с а к о в » . Дѣтскіе годы
Багрова-внука.
687. Воейковъ.Дом» сумасшедших».
688. Ф о н в и з и н » . Бригадирь. Пѳдо-

580. М е й

г. д ж . У Э Л Л С Ъ

г,:

554. Г о г о л ь . Портрегь.НоеьЛПввел
555. Г о г о л ь . Невсвіа проспект». Ь
Запаски сумасшѳдшаго. Рим».
556-557. .Добролюбов». Темное
царство.
558. Добролюбовъ. Что такое Обломовщина? Когда же придет»
настоящіи день?
559. Думы и п ѣ с н и . Сборник» і
хотворѳніи новых» поэтов». <
ставила Анс. Чеботаревска ..
560-561, Никитинъ. Стихотворѳн л.
562-568. Л о м о н о с о в ъ . Избранны/
сочинѳнія я біографія.
564. Добролюбовъ. Луч» світа в»
темном» царств*.
565-567. З а г о с к и н ъ . Рославлев».
568-569.
Погорѣльскій.
Мова
стырка.
570. Ж у к о в с к і й . Паль в Дамаянт*
571. Ж у к о в с к і й . Рустом» и Зорвв» \
572. С л о в о о п о л к у И г о р е в ѣ .
Под» ред. С. К. U I e - Ä — "
573. М а р к ъ Криницкі
574. Пѣсни каторги. С
темельпъ.
575-577. Нарѣжный. fi
578. Б о г д а н о в и ч » . З.у
579.ЛенскІй.Дев»Гурыч
Царская п ѳ в і

581. Мей. Псковитянка.
582-583 Отечествен»«
русской
поэзіи
Н. Вродскій и Н.
584. Гусеиъ-Оренбур!
тап» Кук» и др.
585. КовальскІй.Жизш
586. С о л о г у б ъ . One*

'J ч

' ~ V i
V

*

О С В О Б О Ж Д Е Н Н Ы Й

М І Р Ъ

ІІОВѢСТЬ О ЧЕЛОВЁЧЕСТВ'В

9 Г)J
...

»*ЯМПЛЧ^ои

.589,645 Г о г о л ь . Миргород». Ч. lull.
Плавильщиков».
641-5*5 К'витка - Осыовъяненко.
590. Андреевъ. Разсказ» о семи
Пав» ХалялскіІ.
по ві шейных».
544-546 А к с а к о в ъ . Восітмвпаяія.
546,54? Толстая.Для дѣтеи. Ч.ІиІІ. 591-592. Помяловскій. Молотов».
540. С і л э г у б ъ . Отрок» Лин» н др. 598-594. Помяловгкій. Вуколъ. Мѣ
щяяское счастье.
649. Толстой. Живо и труп» и др.
МО. С о л о г у б ъ . Малѳпькіи человѣкь. 595-59«. Пом я ловскій.Очерка бурсы'.à
551. Никитинъ. Дневв. семвнариста. 597-599. Р у с с к а я лирика. Сборник».
Составил» Вт Ходасевич».
Â52. Никитинъ. Кулак».
658. Никитинъ. Изоранвыя стихо- і 600. Г р и б о ѣ д о н » . Горе от» fna
Qo«» р«* И К. Пиксрні»га
твореиш • бЬгі.лФІя

П.Щ ,•-—

f {f
Авторизованный переводъ с ъ англійскаго
M. Ликіардопуло.
,

в ѣ с т а и др

587. Толстом Отец» Сѳргіи. Дьявол»
588-589. Комическая опера ХѴІІІ
в Ь к н : Аблосимовъ, Княжяін»

^ J Ù

'

Л

Iо

i '
І A,

it. » '
КНИГОИЗДАТЕЛЬСТВО
V ,
«УНИВЕРСАЛЬНАЯ БЙБЛІ0ТЕКАЙУ^
МОСКВА

\
s•

2007064980

ІІопатастсл съ разрѣтонія отдѣла Издательства и Книжной
Торговли ІІоскоііскаго Совѣта Рабочнхъ н Красноармоііскнхъ
Денутатовъ. Указанная на обложкѣ дЬна номера 80 к.
шікѣмъ пзт. кішгонродавцевъ повышена быть' не можогь
подь страхомъ отиѣгстаеиностд породъ законами страны.

МОСКВА—1919.
ТИП. Кяигоиздат. «Универсальная Енбліотскаэ.

ВМЪСТО

ПРЕДИфЛОВШ.

В ъ виду примъчательнаго совпаденія
многихъ „предутаданныхъ" авторомъ событій съ развертывающимися въ настоящее время .фактами міровой исторіи,
нелишне "будетъ напомнить, что „Освобожденный міръ" ,:*былъ нанисанъ въ
191В г. и началъ печататься съ декабря
1913 г. въ англіискомъ журналѣ „English Review" и съ января 1914 г., въ русскомъ переводѣ, въ журналѣ „Завѣты".
Повѣсть эта была задумана Уэллсомъ
еще лѣтомъ 1912 года, когда онъ разсказалъ содержаніе ея пишущему эти
строки.
7Т
^
М.
Ликіароопуло.
Сентябрь, 1914.

В С ТУ П Л Е Н IE.
Солнцеловы.
I.

Исторія человѣчества это исторія завоеванія
внѣшней власти. Человѣкъ — орудіе-употребляющее, огнедѣлающее животное. Съ самаго начала
его земного бытія мы видпмъ его замѣпяющимъ
естественную силу п тѣлеспыя орудія животного—тепломъ горѣнія и грубыми нпструмептамп
изъ камня. Такимъ образомъ превзопіелъ онъ
обезьяну. И отсюда онъ сталъ развиваться.
Вскорѣ онъ нрпзвалъ к ъ себѣ на помощь сплу
лошадп и быка, прпзапмствовалъ мощь текущей
воды и движущую силу вѣтра, началъ раздувать огонь тягой воздуха, а простыл орудія его,
сперва спабженпыя остріямп изъ мѣдн, затѣмъ
изъ желѣза, понемногу начали размножаться п
разнообразиться, стали болѣе сложными п производительными. Онъ пачалъ сберегать тепло с ъ
помощью жплпщъ и- облегчать себѣ пути сообщенія с ъ помощью дорогъ и троппнокъ. Онъ
усложнилъ своп соціальпыя взаимоотношенія,
увеличить свою производительность раздѣлепіемъ
труда. Онъ началъ собирать и накоплять
позпапія. Прпспособлепіе слѣдовало за прпсиособленіемъ, каждое стремясь к ъ тому, чтобы

человѣкъ могъ создать еще больше, й все время,
во все удлиняющемся рядѣ вѣковъ, за исключеніемъ рѣдкихъ точекъ застоя, человѣкъ создаетъ все большее и большее, все новое и
новое...
Четверть мплліона лѣтъ тому пазадъ самый
передовой человѣкъ былъ дпкаремъ, существомъ,
едва умѣвшимъ издавать членораздѣльные звуки, укрывавшимся в ъ разсѣлппахъ скалъ, вооруженнымъ грубо высѣчепнымъ изъ кремня
топоромъ, или палкой, заостренной па огнѣ;
существомъ нагимъ, живущимъ маленькими семейными группами и умиравшимъ отъ руки
болѣе юнаго члена этой семьи, лишь только
его жизнениыя силы начинали падать. Напрасно
стали бы искать его тогда въ большей части
огромной пустыни земли; только въ пемногихъ
умѣренныхъ по климату тропическихъ рѣчныхъ
долинахъ молено было найти иеболыиія кочевья
людей: самецъ, пѣсколько самокъ, пѣсколько
дѣтей.
Человѣкъ тогда еще не пмѣлъ понятія о
будущемъ, онъ не зиалъ иной жпзпи, кромѣ
той, какую велъ. Онъ убѣгалъ отъ пещернаго
медвѣдя по екаламъ, таящпмъ в ъ себѣ лсслѣзную руду и обѣщапія меча и копья; опъ замерзалъ па-смерть на пластахъ камеппаго угля:
онъ пилъ воду, мутную отъ глины, изъ которой впослѣдствіи будутъ дѣлать фарфоровый
чашки; онъ жевалъ сорванный колосъ дикой
пшеницы и мутнымъ возкделѣннымъ взоромъ
смотрѣлъ на птицъ, летавіиихъ на недостижимой

еще высотѣ. Или лее опъ внезапно, чутьемъ,
слышалъ запахъ другого самца, и вставалъ съ
ревомъ на устахъ, съ ревомъ, являвшимся
безформепнымъ предвѣстникомъ будущпхъ моральпыхъ закоповъ и начертапій. Ибо опъ былъ
великій ипдивидуалистъ, этотъ оригиналъ, не
терпѣвшій никого, кромѣ себя.
Т^ікъ, въ рядѣ долгихъ поколѣпій, боролся,
размнолсался и погибалъ, измѣняясь лишь едва
замѣтпо, этотъ грузпый предшествеиникъ человѣка, нашъ общій прадѣдъ.
Все лее онъ пзмѣпялся. Острый рѣзецъ необходимости, что в ѣ к ъ за вѣкомъ заострялъ
коготь тигра и облагородилъ неуклюжаго Орогиппа до быстрой граціи копя,—работалъ и надъ
ипмъ, работаетъ й по сей день. Наиболѣе иеуклюлсіе и глупо-озвѣрѣлые среди этихъ первобытныхъ людей чаще и скорѣе всего погибали;
преобладали лишь сильнѣйшая п ловчайшая
рука, быстрѣйшій глазъ, круппѣйшій мозгъ,
наикрѣпче построенное тѣло; в ѣ к ъ за вѣкомъ
понемногу совершенствовались орудія; человѣкъ
началъ понемногу все болѣе и болѣе приспособляться к ъ своимъ возмоленостямъ. Опъ пачалъ
дѣлаться болѣе обществеииымъ; его табуны стали
размножаться; уже человѣкъ ne убивалъ и не
прогонялъ свопхъ подрастающихъ сыновей; система различныхъ табу и запретовъ сдѣлала
ихъ для него терпимыми, и потомки его стали
уважать его, сперва живого, а пемиого спустя
и мертваго, н были они его союзниками противъ звѣрей и остального человѣчества. (По

имъ запрещено было трогать женщипъ своего
племени, они должны были отправляться въ
міръ ловить н похищать себѣ жеиъ, и вскорѣ
каждый сынъ убѣгалъ отъ своей мачехи и
прятался отъ нея, дабы пе пробулсдался гпѣвъ
старика. По всему міру, даже и по сей день,
можно найти остатки этихъ древппхъ, непзбѣжныхъ запретовъ). И вотъ, пещеры стали замѣияться хижинами и логовищами, за огнемъ
начали лучше слѣдить, появились прпкрытія
и одежды для тѣла; защищенное такимъ образомъ человѣческое существо дерзнуло проникнуть в ъ болѣе холодпые климаты, нося съ собою и припасая пищу—пока, какъ-то, кто-то не
замѣтнлъ,что иногда случайно брошенныя па землю зерна пачинали давать ростки и такимъ образомъ, впервые зародился намекъ на земледѣліе.
И тутъ уже начались первые проблески досуга и мысли
Человѣкъ началъ мыслить. Бывали времена,
когда опъ былъ сытъ, когда всѣ его страсти и
страхи были утолены, когда солнце согрѣвало
его кочевье, и смутные намеки на мышленіе
загорались въ его глазахъ. Опъ царапалъ кость
и открылъ сходство, сталъ развивать его, и
началось изобразительное искусство; опъ мялъ
въ своихъ пальцахъ теплую глипу па берегу
рѣкп и находилъ удовольствіе въ создавасмыхъ
такимъ образомъ узорахъ и повтореніяхъ; сталъ
придавать глинѣ форму сосудовъ и открылъ,
что они могутъ хранить воду. Онъ слѣдилъ за
быстро бѣгущей рѣкой и дивился, изъ чьей

неизсякаемой груди истекастъ этотъ потокъ водыонъ мпгалъ отъ ослѣпптельиыхъ лучей солнца
и мечталъ, что, можетъ быть, когда-нибудь ему
удастся заманить и пропзить его копьемъ, когда
оно спускается к ъ своему мѣсту отдохиовеиія
тамъ, среди далскихъ холмовъ. Потомъ что-то
побудило его разсказать брату, что однажды оиъ
это дѣиствптелыю сдѣлалъ, пли, по крайней,
мѣрѣ, кто-то это сдѣлалъ; можетъ быть, оиъ
путалъ это съ другимъ сиомъ, почти столь же
дерзкимъ: что однажды мамонтъ былъ покореиъ, и начался вымыселъ, открывшій дорогу
к ъ достиженію, и величествепная пророческая
послѣдовательность сказокъ.
. Б ъ т е ч е н і е Дссятковъ и еотепъ вѣковъ мпріадовъ поколѣііій, текла такъ жизнь иашихъ.
I праотцевъ. Отъ зачатковъ до расцвѣта той
фазы жизни, отъ первыхъ неуклюжнхъ эолптовъ пзъ грубо высѣчеппаго кремпя до первыхъ
орудш изъ полированпаго камня, прошли двѣ
или три тысячи вѣковъ, десять или пятнадцать
тысячъ поколѣпій. Такъ медлепио, если пзмѣрять
человѣческпми мѣрами, стало собирать себя
человѣчество изъ смутпыхъ памековъ звѣря
И этотъ первый проблескъ созианія, первый
разсказъ о достпженіп; -этотъ разсказчикъ, съ
^горящими глазами и возбуждепнымъ лицомъ
подъ опутанными волосами, повѣствующій своему невѣрующему, съ широко открытымъ ртомъ
слушателю, хватающій его за руку, чтобы приковать его внимаиіе—это было самое чудесное
начипаніе, какое зналъ міръ. Оно выпесло

— 10 —
смснтпый приговоръ мамонту п положило пачало тому капкану, которому суждено в ъ свои
сѣтн уловить солнце.
II.

• Сонъ тотъ былъ лишь мгиовепіемъ в ъ Ж И З Н И
чсловѣка, чье назпачепіе, казалось, должно было
ограничиваться добываніемъ нищи,
своихъ братьевъ п размпоженіемъ по д п м ѣ р у
всего того, что прішадлежнтъ к ъ звериному
нанствУ Вокругъ человѣка, скрытые лишь тончайшими
и ъ п о к р ы в » , лежали нетронутые
— и
Власти и Силы, велпчіе которых*
Гьі лишь едва подозрѣваемъ^
Гштп который могли каждый его СОІІЪ и мечту
и с в н а т Г ь в ъ дѣііствительпость. Но стопы расы
уже попали па вѣрпый путь, хотя человѣкъ тотъ

пересиливая свою прежнюю завистливость ста-

развивать свои роли во вступительной

в S п о Г я Ѣ К а - ïïa П 0 П е Ч е Н І П Ж р е р а л ™
время посѣва, жатва и плодородіе, царь же
правилъ миромъ и войной. В ъ сотпі р Г п ы х ъ
долииъ, лежавшпхъ около теплой, умеренной
зоны земли, уже двадцать тысячъ лѣтъ тому
нааадъ появились города и храмы. Они расцветали, пе зпая прошлаго, не подозрѣвая буS
как°ъР™ИТІе ЫХЪ °СТаЛ0СЬ неииѣченпыЙ,
е Щ е ЖДаЛП
Своего
брѣтенія
епп 0 „ Ч е Гл« И е Д Л е П Н О П а ч а л ъ , е л о в ѣ к ъ повышать
своп трсбовашя к ъ втому неограничеппому богатству Силы, предлагавшей се я ему со всѣхъ
сторопъ. Онъ прпручплъ пѣкоторыхъ животныхъ
развилъ свою первобытную случайную агрикультуру в ъ рптуалъ, прпбавплъ к ъ запас,
î n Z ? С „ Р е Д С Т В Ъ № е р В а 0 Д и ы ъ м е т а м ъ . потомъ
У него' не 1 \ Л ТИК 0М Цѣ дТп и° Ъж еПс риИі Д а ч у к ъ
ев !
°
'
- п желѣаа, и
свинца, и золота, и серебра; оиъ сталъ рубить
и высѣкать дерево, сталъ изготовлять глиняную
посуду, поплылъ по своей рѣкѣ, пока пе отnenZ

П Р

^

я Ь й

ТбоГе

общины. Поя-

драчѣ

T ' " 3 0 б Р н Л Ъ П е р М е К О Л е с о 11 п о с т Роилъ
P
Н ° , Г Л а в п а я
е г о Деятельность
въ теченіе сотпи вѣковъ и больше сводилась
к ъ подчиненно себя и другпхъ все большпмъ
и большпмъ общппамъ. Исторія человѣчества ne
сводится просто къ покорепію и подчинепію ceGS
впѣшпеи силы: это, прежде всего, побѣда п а п
тѣмп педовѣріями и жестокостями, падъ тѣмъ
саыососредоточепіемъ и интенсивностью жпіптM

/

ности, которыя связываютъ его руки и мѣшаютъ' %
ему завладѣть вполнѣ своимъ наслѣдствомъ.
Обезьяна, сидящая въ насъ, до сихъ поръ противится общественности и общенію. Отъ зари каменнаго
в ѣ к а до дня достижепія Всеобщаго Мира, вся
дѣятельность человѣка была направлена, глав-,
пымъ образомъ, на себя и своихъ собратьевълюдей: торговлю, обмѣиъ, законодательство, усмиреніе, порабощепіе, покореніе, унпчтоженіе и
всякое повое пріобрѣтеніе этой Силы опъ немедленно же и неизмѣпно обращаетъ на удовлетвореніе этого запутаппаго, сложнаго стремленія к ъ соціализаціи. Объединить и замкпуть
своихъ собратьевъ в ъ общину, съ извѣстнои
напередъ, зарапѣе положенной цѣлыо — стало
послѣдпимъ и величайшимъ изъ ипстппктовъ
человѣка. Еще пе прошла, послѣдпля фаза камеппаго вѣка, какъ человѣкъ уже сталъ об- к
щественнымъ животиымъ. Опъ въ себѣ самомъ
г
сдѣлалъ поразительпыя, зиачптельиыя открытія;
пзобрѣлъ счетъ, потомъ искусство письма и отчетность; его города-общппы стали расширяться
в ъ цѣлыя государства; въ долннахъ Нила, Эфрата и великихъ китайекихъ рѣкъ почерпнули
свое начало первыя имнсріи и первые писанные
законы. Люди начали спеціализироваться, в ъ
качествѣ вопповъ и рыцарей, для борьбы и
власти. Позже, по мѣрѣ того, какъ корабли ,
начали принимать болыніе размѣры и приспо- ^
собились к ъ морю,—Средиземное море, бывшее
сперва преградой, стало однимъ изъ главныхъ
путей сообщенія и, наконецъ, пзъ спутаннагс

клубка ппратскихъ дрязгъ, возникла великая борьба между Римомъ и Кароагеиомъ. Исторія Европы — исторія побѣды и разрушеиія Римской
Импсрщ. Ііаждый вновь появляющійся мопархъ
ВЪ Европѣ, до самаго послѣдняго, подражалъ
Цезарю, называя себя Кайзеромъ или Царемъ
или Императоромъ, или Казпръ-И-Хипдомъ. Если
орать мѣркои длительность человѣческой жизни
то промежутокъ времепи между этой первой
династіей в ъ Егпптѣ и изобрѣтепіемъ аэроплана—огроменъ, если же измѣрять скалой, отводящей пасъ пазадъ до создателей эолитовъ то
все это лишь повѣсть вчерашняго дня.
Въ течепіе этого періода двухсогь или больше столѣтій, этого періода борющихся государствъ
и пародовъ, когда мысли людей были, главпымъ
образомъ, заняты политикой и взаимной враждой
прогрессъ человѣчества . в ъ области завоевапія
внѣшнеи силы шелъ весьма медленно; подвигался
быстро, быть можетъ, в ъ сравненіи съ прогрессомъ каменнаго вѣка, по медленно въ сравпепіи съ' тѣмъ повымъ вѣкомъ систематическихъ
открытій, в ъ которомъ мы жпвемъ. За промежутокъ времепи отъ первыхъ дней Египта до
дней дѣтства Христофора Колумба, люди весьма
незначительно развили и усовершенствовали свое
оружіе и военную тактику, пріемы земледѣлія и
мореходства, познапія обитаемыхъ частей земного
шара, предметовъ и приспособлепій домашняго
обихода. Разумѣется, дѣлались открытія, пзобрѣтенія и измѣненія, по были также примѣры и
возвращенія вспять; открывались явленія ко-

торы я потод-ь снова забывались- ?г общем-..*
это былъ прогрессъ,но в ъ немъ не было замѣтныхъ
ступеней; крестьянская жизнь осталась той же;
еще в ъ началѣ этого періода в ъ Египтѣ, Китаѣ,
Ассиріи и юго-восточной Европѣ существовали
жрецы и законники, городскіе ремесленники и
крупные земельные собственники, правители,
врачи, повитухи, воины и моряки, и они дѣлали
почти то же самое, и жили почти той же
жизнью, какъ и в ъ Европѣ в ъ 1 5 0 0 - м ъ году по
P. X. Англійскіе археологи, занявшіеся раскопками в ъ 1 9 0 0 - м ъ году, могли проникнуть в ъ
остатки Вавилона и Египта, вытащить на свѣтъ
Божій юридическіе документы, домашніе отчеты
и семейную корреспонденцію, которые они могли
расшифровать съ совершеннѣйшей легкостью.
В ъ теченіе этого періода появлялись великія
религіи, наступали замѣтныя моральный перед н и ; имперіи и республики смѣняли другь
цруга* Италія сдѣлала большой опытъ в ъ области
рабовладѣнія; впрочемъ, , человѣчество неоднократно пробовало ввести рабство и неоднократно
этотъ опытъ терпѣлъ крушеніе, и все же онъ
былъ еще повторенъ и отвергнуть такъ сравнительно недавно в ъ Америкѣ. Христіанство и
магометанство стерли съ лица земли тысячу
другихъ болѣе узкихъ культовъ. Но, в ъ сущности,
это были лишь прогрессивныя приспособлены
человѣчества к ъ матеріальнымъ условіямъ, к а к ъ
будто разъ навсегда установленными В ъ т е ч е т е
всего этого времени мысль о революцюпныхъ
измѣненіяхъ в ъ матеріальпыхъ условіяхъ жизни,

какъ будто была совершенно чужда человѣческому уму.
Но мечтатель, повѣствователь, все еще былъ
тамъ, выжидая своего времени среди заботь, появленій н нсчезновеній, войнъ и процессы,' постройки замковъ н соборовъ, среди нскусствъ.
увлеченій и страстен, мелкихъ дипломатических!
интрпгъ и непримиримой вражды, крестовыхт
ноходовъ н торговыхъ посольствъ Средневѣковья.
Ііо онъ уже не мечталъ съ безграничной свободой дикаря Камеппаго Вѣка; авторитетные
объясненія жпзпеппыхъ явлепій преграждали eMj
путь; онъ то мечталъ н строилъ предположены
болѣе усоворшепствовапнынъ мышленіемъ, ті
праздно сидѣлъ- п глядѣлъ па звѣзды, бродящія
по небу, то размышлялъ падъ монетой или
кускомъ' хрусталя, лежащими въ ладопи e n
руки. Когда в ъ теченіе этого псріода паступалъ
досугъ для размышленія, пеизмѣнно находились
люди, недовольные положепіемъ вещей, недовольные утверждепіями ортодоксальпыхъ ученій
и вѣрованій, обезпокоеипые смутнымъ сознаніемъ присутствія перазгадапныхъ спмволовъ въ
окружагощемъ ихъ мірѣ, оспарнвающіе конечность и непреложность схоластической мудрости
Въ теченіе всѣхъ вѣковъ исторіи были люди,
слышавшіе шепогъ окружавшихъ нхъ скрытыхъ
вещей. Они, услышавъ разъ этогь голосъ, ужъ
не могли больше вести обыкновенную жпзпь или
довольствоваться обычными явленіями этого міра.
И почти всѣ они, безъ исключепія, не только
вѣрнлн, что весь этотъ міръ какъ бы является

размалеванной занавѣсыо передъ другкмъ neразгаданиымъ міромъ, но что тайна эта е с т ь —
Сила. До этого Спла являлась людямъ лишь
случайно, а теперь пришли эти искатели, ищущіе среди рѣдкихъ, странныхъ и озадачивающихъ
явленій, иногда открывающіе какую-нибудь нелѣпо-полезную вещь, иногда обманывающіе себя
воображаемымъ открытіемъ, иногда дѣлающіе
видъ, что они нѣчто открыли. Міръ повседневности хохоталъ надъ этими эксцентричными существами, или находилъ ихъ неудобными
и обращался съ ними жестоко, пли же внезапно
пугался и дѣлалъ изъ нихъ святыхъ, колдуновъ
и волшебниковъ, или же заразкался жадностью
и, на что то надѣясь, носился съ ними. Но
чаще всего иа нихъ не обращали никакого вни^
манія. Все же в ъ ипхъ текла одна и та же
кровь, что и в ъ первомъ мечтателѣ, мечтавшемъ о
покореніи мамонта. У каждаго изъ нихъ въ,
жилахъ текла его кровь, родъ свой они вели
отъ него. И в с ѣ они не отдавая \себѣ отчета,
искали, искали лишь одного—Капканъ, который, когда-нибудь заманитъ и уловить Солнце.
III.

Такимъ человѣкомъ былъ Леонардо да Винчн,
бродившій по двору Сфорца в ъ Миланѣ, предавшись отвлеченности, полной достоинства. Его, на
первый взглядъ зарядныя, книги полны пророческихъ утонченпостей и остроумныхъ предвосхищеній методовъ первыхъ авіаторовъ. Дюреръ

бьпгь его двсйішкомъ, а Роджеръ Бэкоыъ, котораго францисканцы заставили молчать, были
пзъ той лее породы. Такимъ чоловѣкомъ, еще1
в ъ бюлѣо дрсвиемъ городѣ, былъ Геро Алексапдрійекій, который зналъ о сплѣ пара за тыелну
девятьсотъ лѣтъ по того, какъ опа впервые
была прпмѣиепа. А еще раньше былъ Архпмедъ
изъ Сиракузъ, и еще раньше легендарный Дэдалъ
Кносскій. Стоить просмотрѣть всѣ лѣтописи исторіи, чтобъ увидать, какъ при малѣйшей возмозкности досуга и отдыха человѣчества отъ войнъ
и жестокостей, появлялись искатели. И половина
алхимиковъ принадлежать къ ихъ числу.
Когда Роджеръ Дэкопъ взорвалъ свой первый
зарядъ пороха, можно было подумать, что люди
дошли сразу до взрывчатаго снаряда. Но опк
ничего подобпаго пе увидали. Они еще'и не мечтали о такого рода явленіяхъ; ихъ металлургія
была еще слишкомъ убога для изготовлепія такого рода снарядовъ и прпспособлепійг дазке если
бы они подумали о нихъ. Нѣкоторое время они
дазке' не могли изготовить достаточно крѣпкихъ
инструментовъ, чтобы выдержать эту йовую силу,
даже для такихъ грубыхъ цѣлей, какъ метаніеснаряда. У первыхъ ихъ пушекъ зкерла были изъ
дерева, обтянутаго желѣзпымп обручами, и міръ
продолжалъ пятьсотъ лѣтъ слишкомъ, пока появалась взрывчатая машипа.
Далее когда искатели находили, то и тогда
проходило всегда очейь долгое время, преждечѣмъ міръ могъ использовать, ихъ открытія, даже для самыхъ грубыхъ, самыхъ элемеитарныхъОсвобожденыый міръ,
~

щѣлей. Если человѣкъ вообще уже не былъ
такъ абсолютно слѣпъ к ъ непокореннымъ энергіямъ, ' окружавшимъ его, какъ ого предокъ докамениаго періода, то все же опъ, в ъ лучшемъ
случаѣ, былъ блнзорукъ.
IV.

. Скрытая эпергія угля и сила пара долго ' томились на норогѣ открытія прежде, чѣмъ онѣ
начали вліять па жизнь людей.
Безъ сомнѣнія, множество такпхъ ирпборовъ,
•вродѣ игрушекъ Геро, было пзобрѣтепо н забыто,
время отъ времени, при разлпчпыхъ дворахъ и
дворцахъ; но нузкпо было, чтобы открыли
уголь, чтобы уголь этотъ загорѣлся, а поблизости было много зкелѣза, презкде чѣмъ у
людей могла мелькнуть мысль, что здѣсь кроется
нѣчто большее, чѣмъ простая забава. И нужно
отмѣтить, что первое упомпнапіе о примѣнепіи
пара находилось в ъ связи съ войной. Существуетъ брошюра временъ англійской королевы
Елизаветы, въ которой предлагается метать ядра
изъ закуиорешіыхъ зкелѣзпыхъ бутылокъ, паполнепиыхъ горячей водой.
Добываніс угля для топлива, раеплавленіе
желѣза в ъ болѣе широкихъ размѣрахъ, паровой пасосъ, паровозъ и пароходъ слѣдовали
другъ за другомъ в ъ порядкѣ, говорящемъ о
какой-то логической необходимости. Исторія пара,
отъ' самаго его появлеиія въ видѣ факта в ъ
чсловѣческомъ сознаніп до усовершенствованія

огрзіпыхъ турбинныхъ ригателей, предшествовавшихъ утилизами интермолекулярнои сплы—-одна изъ самыхъ интересныхъ и поучительныхъ
главъ исторіи человѣческой мысли. Почти каждое
человѣческое существо навѣрное впдѣло паръ,
наблюдало его безъ всякаго любопытства в ъ течет е многнхъ тысячелѣтій; особенп^іенжиньі, к о торый всегда грѣли воду, ішпятили ее, видѣлп,
какъ" она"'перекипала, . к а к ъ . к р ы ш к и сосудовъ
плясали отъ ея бѣшенства; милліоны людей в ъ
. разныя времена видали, какъ паръ выбрасывалъ
изъ вулкановъ скалы, словно мячики в ъ теннисѣ, какъ онъ превращалъ пемзу в ъ пішу,
и все же в ы можете рыться во в с ѣ х ъ лѣтописяхъ
человѣчества, в ъ " письменахъ, книгахъ, надписяхъ, картинахъ, и нпгдѣ вы не найдете ни
малѣйшаго намека на сознаніе, что здѣсь на
личность силы, которую можно позаимствовать
и использовать... Потонъ человѣкъ какъ будто
внезапно проснулся и увидалъ эту силу желѣз-'
ныя дороги сѣтыо покрыли земной ніаръ и все
ѵвеличивающіеся желѣзпые пароходы начали
свою нерѣшительную борьбу нротивъ вѣтра *
Паръ былъ псрво-прпшедшпмъ среди повыхъ
сплъ, онъ былъ началомъ В ѣ к а Энергш, призванный закончить исторію Борющихся Госу-

В0

° Г ж е долгое время люди не сознавали знаэтого новшества. Они не хотѣлп признать,
не могли признать, что совершплся существенлый персворотъ в ъ ѵдовлетаоренш р ъ нуждъ,

ДаРв

ч е и і я

ц
•
о
s
;

,>
ч

пазрѣвавшихъ съ нсзапамятпыхъ. времепъ. Опп
назвали паровозъ «стальпымъ конемъ» и дѣлали
видъ, что они имъ произвели лишь самую частичную замѣиу. Паровыя машины и фабричное
производство явно революціопизировали условія
промышленности, паселеиіе упорнымъ потокомъ
стало тянуться изъ деревни и собираться, в ъ
до этого немыслимыхъ массахъ вокругъ пемног п х ъ городскихъ центровъ. Пищевые продукты
стали приходить в ъ эти города, покрывъ передъ
.этимъ огромныя разстоянія и въ такихъ пропорціяхъ, что едипствепный прецедентъ—корабли
с ъ зерномъ римской пмперіп, казались пичтожпымъ мелкимъ прпмѣромъ. Огромный обмѣпъ
народовъ между Европой, Западной Азіей и Америкой былъ в ъ полномъ разгарѣ—и все же
никто, какъ будто, пе созиавалъ, что цѣчто
новое вторглось в ъ человѣческую жизнь; ворвался
странный коловоротъ, совершепио пепохожій пи
на какія предшсствовавшія кружепія и пзмѣненія, коловоротъ, похожій па водоворотъ, наблюдаемый, когда начинають, накопецъ, раскрываться ворота шлюза послѣ долгой фазы назсопленія воды и струящейся бездѣятельпостп...
Трезвый апгличапииъ, въ коицѣ девятнадцат а я вѣка, могъ сидѣть за завтракомъ и выбирать между чаемъ изъ Цейлона и кофеемъ изъ
Бразиліи, проглотить яйцо изъ Франціи съ датской ветчиной, пли съѣеть бараиыо котлету
изъ Повой Зеландіи, и кончить ямайскимъ бапаномъ, могъ просмотрѣть телеграммы со в с ѣ х ъ
концовъ ыіра, провѣрить биржевыя
сзопхъ

ъумагъ, распредѣлепныхъ географически в ъ ІОжной Африкѣ, Японіи и Египтѣ и разсказать двумъ
дѣтямъ, которыхъ онъ произвелъ па свѣть
(вмѣсто восьми дѣтей его отца), что, по его
ішѣнію, міръ почти ne мѣпяется. A дѣти должны
играть в ъ футболъ, носить коротко остриженныя
волосы, посѣщать старинную школу, которую и
опъ носѣщалъ, убѣгать отъ тѣхъ уроковъ, огь
которыхъ опъ убѣгалъ, зубрить случайные отрывки Гомера, Горація и Виргилія, чтобы этимъ
смущать певѣждъ,и жизпь ихъ будетъ прекрасна...
У.
Электричество,—хотя, быть можетъ, изъ двухъ
оно первое подверглось изучепію,—овладѣло повседневной жизнью людей черезъ иѣсколько лишь
десятилѣтій послѣ открытія и эксплуатаціи napa.j
И по отпошеиію к ъ электричеству человѣчество,
несмотря на постоянную вызывающую близость
этой силы къ пему, оставалось слѣпыиъ в ъ теч е т е пепсчислимыхъ столѣтін.
Могло ли что-нибудь быть болѣе подчеркпутымъ, чѣмъ призывъ электричества обратить впимаиіе на себя? Оно греыѣло у самаго. его уха,
оно сигнализировало ему в ъ ослѣпительпыхъ
вспышкахъ, временами опо убивало его, и все
.же человѣкъ не могъ увидать во всемъ этомъ—
явленіе настолько близкое и значительное, которое бы заслужило разслѣдованія^ и изупепіж
Оно входило в ъ домъ сухими, ясными днями,
вмѣстѣ съ кошкой, опо вызывающе трещало

I каждый разъ, когда человѣкъ гладилъ ея шерсть
Оно портило его металлы, когда онъ клалъ и х ъ
срядомъ... И все же нигдѣ пѣтъ ни едпнаго упо> минанія о томъ, чтобы, до шестпадцатаго вѣка
кто-нибудь задалъ себѣ вопросъ: почему трещ т ъ Е п е р с т ь к р щ к и и л и ^почему т а к ъ т р Ѵ д н о
прнчесать волосы в ъ мо_розпьій день! Въ теченів
безконечныхъ лѣтъ, человѣкъ какъ будто всячески старался вовсе не думать объ этомъ, пока
новый духъ Искателя не обратился к ъ этимъ
явленіямъ.
""
Сколько разъ различныя явленія замѣчались
и забывались, какъ не.стоющія вниманія, прежде, чѣмъ не родится пспытующій взоръ и моыептъ прозрѣнія! Первый,' кто призадумался
надъ натертымъ яитареыъ, кусками стекла
•/шелка и смолы—былъ Гильбертъ, придворный
<веачъ_ к о ш е в ы _ ^ щ і з а в е т ы , и, ,таішмъ образомъГ
обращено внимаше человѣческой мысли
на _ существованіе этой вѣчпо-присутствуіощей
сдды. И далее тогда наука объ электричествѣ
оставалась, почти па протяжепіп двухсотъ лѣтъ,
лишь незначительной группой забавныхъ фактовъ, быть ыожетъ, связанныхъ съ магнетизмомъ н,—это было лишь слабой догадкой,
быть можетъ, съ молніей. Лягушечьи лапы безъ
сомпѣнія впсѣлп съ мѣдныхъ крюковъ на желѣзпыхъ рѣшеткахъ и дергались несмѣтное число
разъ, прежде чѣмъ Гальванп _ увидалъ ихъ.
Прошло 2 5 0 лѣтъ послѣ ГпльбертаѴ пока ' электричество (за исключепіемъ громоотвода) не
перешагнуло изъ кабинета ученыхъ курьезовъ

я ъ жизнь рядового чсловѣка... И вдругъ в ъ теченіс всего одного полувѣка р ю О Ш ^ Ш и .
годами оно вытѣснпло паровую машину и ваг
г Г л ѣ л о тягой, смѣішло всякіе другіе виды тепла
Г д — ;
обиходѣ,
съ помощью усовершенствованна™ безпроволоі
наго телефона и телефотографш...
VI.
В ъ теченіе, по крайней мѣрѣ, ста лѣтъ Щ Й
Ä
научной революдіи, наблюдалось пораж е л ь и о е умствеппое сопротішлеиіе всякимъ отШ ш ъ и изобрѣтеніямъ. Каждое новое явлеше
пробивало себѣ дорогу къ
JWPHÎTO
лишь предварительно поборовъ скептп

"

B

r

i

r

Ä

K

Ä

• »
«ш»
S

t « . ™ ™ «
.

S

i

!"»'-'» ™
"

-

-

не хотѣлъ быть очень рѣзшшъ.
Вотъ ихъ разговоръ:

,

- » и
S .
»
—

"

— Папочка,—пачалъ опъ, добравшись до сути,—если бы ты только пе пи'салъ всей этой
чепухи о летаіощихъ людяхъ. Мальчики в ъ
школѣ не даютъ мнѣ проходу, все пздѣваются.
— Да?—сказалъ отецъ.
— ÏÏ «Старая Метла», т.-е. директоръ, онъ
тоже издѣвается надо мной. Всѣ надо мной
смѣются.
Ііо вѣдь скоро люди дѣйствительно будутъ летать, совсѣмъ скоро.
Мальчпкъ былъ слишкомъ хорошо воспптанъ,
чтобы высказать громко то, что онъ объ этомъ
думалъ.
— Все-таки, — сказалъ опъ, — если бы ты
только объ этомъ пе ішсалъ!
— Ты самъ будешь летать много разъ, прежде чѣмъ умрешь,—увѣрялъ его отецъ.
У мальчика былъ очень несчастный видъ. •
Отецъ па минуту поколебался. Иотомъ оиъ
раскрылъ ящнкъ стола и досталъ туманную иевполпѣ проявленную фотографію.
— Подойди сюда и взгляни па это,—сказалъ опъ.
Мальчикъ подошелъ къ нему. На фотографіи
былъ изображенъ ручей, и за нимъ поле и
нѣсколько деревьевъ, а в ъ воздухѣ впдпѣлось
нѣчто похожее иа черпыи карандашъ съ плоскими крыльями по бокамъ. Это былъ первый
рекордъ п е р в а я аппарата тяжелѣе воздуха, который когда-либо держался въ воздухѣ" съ помощью механической силы. IIa цоляхъ фотографін
было на писан о: «Вотъ мы яодпимаемся все выше.

выше, выше!—Отъ С. П. Лапглеи, Смитсоновскій Ппстптутъ, Вашингтонъ».
Отецъ слѣдилъ за впечатлѣиіемъ этого убѣдптельнаго документа на сына.
— Ну?—сир о силъ оиъ.
- г Это,—сказалъ мальчпкъ лослѣ нѣкотораго
размышлепія,—это только модель!
— Сегодня будетъ модель, завтра оудетъ человѣкъ!
Мальчпкъ какъ будто колебался, какую сторону принять. Потомъ онъ рѣшнлъ въ пользу
того, что, какъ опъ твердо вѣрплъ, было наиболѣе безепорнымъ.
— Но «Старая Метла»,—сказалъ онъ,—еще
только вчера._сказалъ всѣмъ мальчпцамъ в ъ нашемъ к л а с с ѣ : - « І І и одпнъ человѣкъ никогда не
полетитъ». Ни одинъ человѣкъ, сказалъ оиъ,
когда-либо стрѣлявшій фазапа пли тетерева па
лету, пикогда'не повѣритъ подобной глупости...
И все же этотъ мальчикъ дожилъ до того,
чтобы перелетѣть черезъ Атлантических океавъ
и издать мемуары своего отца.
VII.
Въ копцѣ девятнадцатая вѣка, (о чемъ соидѣтельствуетъ множество замѣтокъ въ лптературѣ того времени), въ томъ фадстѣ, что- челов ѣ к ъ , наконецъ, успѣшно и съ пользой приыѣняегь паръ, когда-то его обваривавшій, и
электричество, сверкавшее и гремѣвшее надъ
ппмъ на небѣ,—стали впдѣть доказательство

поразительпаго и почти кульмпнаціопнаго проявлеиія его умственпыхъ способностей и интеллектуальной смѣлости. В ъ нѣкоторыхъ изъ этихъ
писаній слышится отзвукъ своего рода N u n c
dimittis... «Великія явлепія всѣ открыты, —
писалъ Джеральдъ Браунъ, в ъ свопхъ Итогахъ
Девятнадцатаго В ѣ к а . — Н а м ъ почти ничего ne
остается, кромѣ разработки деталей». Но духъ
искателя былъ еще рѣдокъ на землѣ; знаніе было
несовёршснпо, непоощряемо, схоластпчпо^и^ве^ма
мало оцѣненр; лишь пёмпогіе, даже в ъ то время,
сознавали, что наука была еще только грубѣйшимъ изъ пробныхъ набросковъ, и что періодъ
открытій и изобрѣтепін едва начинался. Никто
еще какъ.....будто пе боялся,....науки пооткрывает
мыхъ ею возможностей. И все же, тамъ гдѣ
раньше было - лишь десятокъ другой искателей,
появилось ихъ много тысячъ, и гдѣ в ъ 1 8 0 0
году одна одинокая иголка наблюдателя пыталась
проткнуть завѣсу видимыхъ вещей—ихъ явились
сотпи. И химія, въ теченіе почти цѣлаго в ѣ к а
довольствовавшаяся своими атомами и молекул а м и , теперь уже готовилась к ъ слѣдующему
} своему огромному шагу, который долженъ былъ
\ преобразовать всю жнзпь человѣка сверху да
( низу.
Стоить вспомнить господствовавшій взглядъ н а
составь воздуха^ чтобы понять, какъ груба была
наука в ъ до время. Составь воздуха былъ опредѣлѳнъ в ъ концѣ восемпадцатаго вѣка этпмъ
> страниымъ геніемъ и затворпикомъ, этимъ тапп! ствеинымъ человѣкомъ. этимъ вывороченнымъ

наизнанку пптеллектомъ—Генри Кашідипшмъ.
Поскольку это огъ него зависѣло, задача была
выполнена прекрасно. Онъ отдѣлилъ другъ отъ
друга всѣ извѣстныя составныя части воздуха
с ъ прямо поразительною точностью; онъ даже
отмѣтилъ некоторое
частоты азота. В ъ течспіе болѣе ста лѣтъ его
^ р с д ѣ л с н і я повторялись всѣми химиками па
всемъ земпомъ шарѣ, его аппаратъ былъ сохраненъ в ъ видѣ крайней драгоцѣпности въ Лондонѣ, онъ сталъ, какъ тогда говорили, «классикомъ», и неизмѣнно, на каждомъ изъ безчислепныхъ повтореній его опыта, этотъ коварный элементъ аргонъ прятался.„въ_ азотѣ (вмѣстѣ
с ъ крошечной частицей гелія и слѣдамп другихъ
матерій и, собственно, вмѣстѣ со всѣми намеками, которые могли навести па новые пути
химію двадцатаго в ѣ к а ) — r i каждый разъ аргопъ
незамѣчеппымъ проскальзывалъ черезъ профес- г
сорскіе пальцы, повторявшіе опытъ Кавепдпша.
Можно ли удивляться, что, при этихъ шпрокихъ предѣлахъ неточности, до самой зари двадцатаго вѣка научныя открытія были- лишь
скорѣе последовательностью счастлпвыхъ случайностей, чѣмъ систематпческимъ покорспіемъ
природы?
Все же духъ искапія, медлеппо и упорно охватывалъ весь міръ'. Даже школьный учитель пе
могъ остановить его. На смѣну простои горсточки
т ѣ х ъ , что въ девятпадцатомъ в ѣ к ѣ выросли съ
зачатками удивленія и любопытства по отношенію
к ъ тайнамъ природы, теперь, в ъ иачалѣ двадца-

, таго вѣка, появились в ъ Европѣ, Южной и С ѣ \ верной Амсрикѣ, Японіп, Китаѣ, по всему м і р у , —
с миріады людей, старающихся освободиться отъ
Щ ограничепностей интеллектуальной рутины и ноС \ вседневной жнзпи.
^
,
I X \
j V
В ъ 1 9 1 0 г. родители молодого Холстена, ко•f F ѵтораго потомъ цѣлое поколѣніе ученыхъ должна
f>. |было называть «велпчаншимъ изъ европейскихъ
^ хпмиковъ», — проводили лѣто на итальянской
уЧ ^Ьиллѣ около Сапто-Домеппко, мелсду Фьезолэ и
* 5ч Флоренціей. Ему было тогда всего пятнадцать
. , ^ ' л ѣ т ъ , но опъ уже былъ выдающимся математп•А -аѴкомъ й былъ одаренъ прямо дпкнмъ голодомъ
к ъ познапію. Его в ъ особенности привлекала тані fr; на фосфоресцеиціи н кажущееся отсутствіе в с я ^ о л с о й завпсимоети между этимъ явленіемъ н к а о ^ к и м ъ бы то пи было другпмъ ИСТОЧНИЕОМЪ свѣта.
^ ^..Значительно позже ему было суждено разсказать
^въ своихъ воспоминаніяхъ, какъ онъ наблюдалъ
ь свѣтлячковъ, носившихся взадъ и впередъ п
V Цгорѣвшихъ среди темной листвы деревьевъ сада
^
подъ теплымъ сипимъ почпымъ небомъ Италіи;
5 какъ онъ и х ъ ловилъ и дрржалъ в ъ клѣткахъ,
|.анатомировалъ, сперва пзучивъ очень тщательна
чДобщую анатомію насѣкомыхъ, и какъ потомъ
онъ началъ производить опыты съ вліяніемъ
различныхъ газовъ и различныхъ температурь
па испускаемый жучками свѣтъ. Потомъ, с л у чайный подарокъ, в ъ видѣ маленькой научной
игрушки, изобрѣтенной сэромъ Вилліамомъ Крув-*

сомъ, игрушки, называемой спиптарископомъ,
въ которомъ частицы радія ударяются объ сѣрнокислый цинкъ и заставляютъ его свѣтиться —
побудилъ его сопоставить этн два феномена. Эта
было удачпымъ сопосташепіемъ для его н з ы сканій. Кромѣ того, нужно еще прнзпать р ѣ д кпмъ и крайне счастлнвымъ случаемъ, что ч с ловѣкъ, одаренный способностью к ъ матсматпкѣ,
заинтересовался этнмн любопытными явлепіями*
ГШ. •
Въ то время, какъ мальчпкъ Холстепъ возился
со своими свѣтлячками в ъ Фьезолэ, нѣкіи профессоръ фпзикп, по. имени. Руфусъ, чпталъ в ъ
Эдинбургѣ рядъ послѣобѣденпыхъ лекцій о радіп
и радіоактпвпрстц. Это были лекціи, привлскшіл
значительное вниманіе. Оиъ читалъ ихъ в ъ н е большой лекціоинон ауднторіп, которая становилась все мпоголюднѣе по мѣрѣ того, к а к ъ
курсъ его подвигался впередъ. На заключитель-^
пой лекціи аудпторія была биткомъ набита, пряма)
до потолка, в ъ заднпхъ рядахъ, н тамъ лгодип
стояли, какъ будто не чувствуя усталости,—S
такъ привлекательны и волшебны были для нихъч
предположенія и выводы профессора. В ъ особен-s
ностп зачарованъ былъ одинъ гоноша, с ъ большой, неправильной головой, щетинистыми волосами, родомъ изъ Шотландіи; опъ сидѣлъ,
обнимая колѣпо огромными грубыми красными
руками, съ горящими глазами, раскраспѣвшимися
щеками и ушами, жадно *>пипаСТ гордое слово.

И т а к ъ , — говорилъ нрофессоръ,— мы вищимъ, что этотъ радій, который вначалѣ казался,
Лантастическимъ исключеніемъ, безумнымъ иска-і
женіемъ "всего того, что было наикрѣпче у с т а новлено и наисущественнѣйшимъ въ сложены
матеріи, в ъ дѣйствительности однороденъ съ
другими элементами. Опъ замѣтно и усиленно
нродѣлываетъ то, что другіе элементы, / ы т ь
хяожетъ, тоже дѣлаютъ, но съ неуловимой медлительностью. Оиъ подобенъ громкому крику,
единичная голоса, предающая беззвучно дышащую толпу во тьмѣ. Радій—элементъ, разбиваю^
щійся и разлетающійся на куски. Но, быть можете, в с ѣ элементы дѣлаюте то же самое, только
<л> менѣе ощутимой для человѣческаго глаза
быстротой. Уранъ—безусловно разлагается; то^
рІіі—:то, пзъ чего сдѣлана эта газовая горѣлкаі
безспорно это дѣлаетъ; актиній — тоже, й
чувствую, что спнсокъ ихъ только лишь начинается. Кромѣ того, теперь мы знаемъ, что атомъ,
который мы прежде считали твердымъ, пепроницаемымъ, недѣлимымъ, копечпымъ .и... безжизненнымъ... безжизненпымъ... в ъ сущности,
является источпикомъ огромной энергш. И эт?
самое удивительное во всей этой работѣ.
0
Еще недавно мы смотрѣлп па атомы, ш щ
на кирпичи, па солидный строительным н а с т а л ь , па твердую ыатерію, какъ на е д и н п ч ц р
массы безжизненной субстанцін, п вдругъ! да
кирпичи оказались ларцами, ларцами драгоценностей, ларцамн, наполненными пнтенсивнѣишои силой. В отъ в ъ этой маленькой бутылочкѣ

содержится около полулитра окнсп_лрана> т.-е.
около четырнадцати унцій элемента урана. Стоить это около фуита стерлинговъ * ) . Д в о т ъ
въ этой сталяпкѣ, милостивые государи и государыни, въ атомахъ содержпмаго этой бутылочки дремлетъ, по крайней мѣрѣ, столько же
эпергіи, сколько мы могли бы получить при
сжнганіи ста шестидесяти тонпъ угля. Если бы
я однимъ чудеспымъ словомъ могъ мгновенно
тутъ же освободить эту эпергію, она бы разнесла
пасъ и все насъ окружающее на куски. Если
бы я могъ ее использовать для приведены в ъ
дѣиствіе машинъ, освѣіцающнхъ этотъ городъ,
то Эдпнбургъ былъ бы ярко освѣщенъ в ъ теченіе цѣлой недѣли. Но в ъ настоящее время
пи одпнъ человѣкъ не знаетъ, ни.одпнъ челов ѣ к ъ не подозрѣваетъ, какъ заставить это крошечное количество уранія ускорить освобождены
хранящейся в ъ нсмъ энергіи. Но оно ее освобождаете, съ той же медлительностью, съ какой
теплится пламя. Уранъ медленно превращается
въ радій, радій превращается въ газъ, называемый эмапаціен радія, этотъ въ свою очередь<въ то, что мы называемъ ращіьальфа, и т а к ъ
развивается этотъ процессъ, излучая энергии
Пъ каждой стадін, пока, наконецъ, мы по до•ѵйігнемъ послѣдней стадіи, которая, насколько,
•мы Teûepif можемъ судить, является .свищомъ.
мы этого процесса пока не можемъ ускорить...
Понимаю, 4 понимаю,-—шепталъ про себя
і; •'
& <*) Пѵпіблііёігтелъко—10 рублей.

•юноша с ъ боротой головой, п красиыя руки в с е
крѣпче и сѵдорожнѣе обнимали колено.—-Понимаю! Продолжай дальше! Пу, дальше!..
Послѣ короткой паузы профессоръ продолжалъ
— Почему это пзмененіе происходить такъ
•медленно, постепенно?—спросплъ онъ.—Почему
только безкопечно малая частица радія распадается в ъ известную секунду? Почему онъ разлагается такъ медленно и такъ точпо? Почему
весь урапъ сразу же не переходить в ъ радій,
и почему весь радій не сразу переходить в ъ
ближайшую пилсніоіо ступень? Почему это раз\ лоягеніё идетъ капельками? Почему пе разложеініе e n m a s s e ? . . Предпололшмъ, что намъ удастся
ікакъ-нйбудь ускорить это разложеніе?..
Юноша с ъ большой головой быстро закивалъ
Чудесная, пепзбѣжная мысль приближалась. Онъ
прптяпулъ колено к ъ самому подбородку и в ъ
волнеліи закачался па своемъ месте.
— Почему п ѣ т ъ ? — с про сил ъ онъ про с е б я . —
Почему н е т ъ ?
Профессоръ подпялъ свой указательный палецъ.
— Обладая этимъ знапіемъ,—сказалъ о н ъ , —
подумайте, чего только мы не могли бы сдѣлать?
Мы не^только могли бы исйользовать этотъ уранъ
и торій. Мы пе только получили бы источнпкъ
силы настолько могущественный, что человекъ
в ъ ладони руки могъ бы дерлсать энерітго, достаточную для освещенія города в ъ теченіе
(| 'целаго года, достаточную для огромнаго морского
I i боя или для пёрёдвпженія одного изъ пашпхъ

ясполпнскихъ пароходовъ черезъ Атлантическій
океанъ. Но у пасъ былъ бы к л щ ъ , котррый
помоги
процессъ^ распадеція. (
во" всехъ_ J i y m x b ^ і ^ г а т а х ъ , где „разложеніе ;
идетъ ёще такъ медленно, что не ноддается учету }
даже т о ц н е і ц ш ^
Каждый П
кусочекъ твердой матеріи в ъ міре сделался бы '
пригоднымъ псточникомъ сосредоточенной силы, j j
Сознаете ли в ы , милостивыя государыни и г о с у - ;
дари, какое это имело бы для насъ значеніе?
Щетинистая голова снова закивала.
— Дальше, ну же, дальше!
— Это означало бы такое измѣненіе в ъ уело- /
віяхъ человеческой жизни, которое я могу сра- ,
внить лишь съ_открытіемъ„огня, этимъ первым*
открьгиемъ, поднявшимъ .человека_надъ ; ,живот- h
ны'мъГ Мы сегодня стоимъ передъ радіоактивн остью, точно такъ 'Же; какъ предокъ натг_ъ
стоялъ передъ огнемъ, прежде чемъ онъ научился
его вызывать. Тогда онъ зналъ огонь лишь какт
странное явленіе, лежавшее в н е его контроля, (
какъ зарево надъ вершиной вулкана, какъ крас- j
Іную, уничтожающую силу, мчащуюся по лѣсамъ. (
Точно такъ же знаемъ мы сегодня радіоактив- J
кость. Это», это заря новаго ддя_в>„. .«??ни '
человечества.' На апогеѣ той цившлизаціи, имѣвшей своимъ" началомъ высеченный кремень и /
огненную палку дикаря, какъ разъ тогда, когда I
становится очевидным*, что наши все возрастаю- ,
Ігоія нужды не могутъ быть больше, удовлетво- \
врены нашими теперешними источниками ѳнергіи, /
Імы внезапно открываемъ возможность совершенно й
? Освобожденный міоъ.

>

новой цпвилпзаціи. Энергія, которая намъ' н е обходима для нашего существованія, и которой
природа все еще снабжаетъ пасъ такъ скупо, в ъ
действительности заперта подъ замкомъ всюду
вокругъ насъ в ъ пеизмѣримыхъ колнчествахъ.
Мы в ъ настоящее время еще не можемъ отпереть этотъ замокъ, но...
І
Опъ остановился. Его голосъ сталъ настолько
тихнмъ, что в с ѣ напрягли немного елухъ, чтобъ
услыхать его.
?— ...мы его отопремъ.
Опъ .снова подиялъ свой сухой палецъ, этоті/
единственный его жестъ.
— И тогда,—сказалъ онъ...
— ...тогда, вѣчная борьба за существованк,
вѣчпая необходимость жить ничтожными излишками природной энергіи перестапетъ быть жаі
кимъ удѣломъ человѣка. Я не обладаю достатокнымъ даромъ краспорѣчія, милостнвыя госуда рыни и государи, чтобы парисовать вамъ картину матеріальной судьбы человѣка, раскрывающейся передо мной." Я вижу пустынные мат( рики совершенно преобразованными, полюсы улр
больше не представляютъ собою ледяпыя пустыни; весь міръ снова сталъ Раемъ. Я вижу, как|ь
власть и могущество человѣка простираются до
самыхъ звѣздъ...
Опъ вдругъ оборвалъ себя затаенпымъ дыханіемъ, которому могъ позавидовать не одипъ
ораторъ или актеръ.
Лекція кончилась, слушатели нѣсколько секундъ молчалп, потомъ вздохнули, зашумѣли.

- за —
задвигались, засуетились, приготовились разойтись во свояси. В ъ аудиторіи прибавили свѣта,
я то, что было смутной массой фигуръ, стало
яркимъ клубкомъ движенія. Нѣкоторые стали
перекликаться и дѣлать знаки зпакомымъ, дру•гіе понеслись толпой внизъ к ъ каѳедрѣ лектора,^
чтобы осмотрѣть. его апараты н списать его/
діаграммы. Но .'юноша с ъ большой головой и /
щетинистыми волосами пе нуждался в ъ такомъ
детальпомъ распыленіи мыслей, только что вдохновившихъ п ВЗВОДНОЕавшихъ его. Онъ хотѣлъ
остаться одшгь съ этими мыслями; опъ пробрался
сквозь • толпу, работая локтями почти с ъ ожесточеніемъ, боясь, какъ бы кто пибудь с ъ ннмъ
пе заговорилъ, пе нарушнлъ охватившее егс
состояніе восторга.
Онъ шелъ по улпцдмъ с ъ сіяющнмъ лпцомъ,
словно святой, удостонвшійся узрѣть видѣпіе.
У него были пепропорціональпо ддинпыя руки и
нелѣпо большія ноги.
Онъ смутно созиавалъ, что должепъ уіітн куданибудь высоко падъ всей этой толпящейся обыденностью повседневной жизни.
Оиъ-вышелъ з а городъ, взобрался па вершпну
холма подъ пазваніемъ «Кресла Артура» п долго
сидѣлъ тамъ в ъ лучахъ золотнстаго вечерняго
солнца, молчаливо н тихо, лишь нзрѣдка шепотомъ повторяя себѣ какую-нибудь драгоценную
фразу, застрявшую в ъ его памяти.
—
Если бы...—шепталъ онъ,—если бы мы
только могли отпереть этотъ замокъ.
Солнце садилось з а дальними холмамц. Лучи
s*

его уже были подстрижены, и л и т ь красновато*
волотистый ш^ръ висѣлъ надъ огромнымъ валомъ
гучъ, готовымъ вскорѣ поглотить его.
— Да!—говорилъ ю н о ш а — Д а !
Онъ, какъ будто, наконецъ, проснулся отъ
своего забыться и увидалъ красное солнце передъ своими глазами. Онъ смотрѣлъ на него,
сперва ничего не соображая, потомъ съ постепенно возвращающимся сознаніемъ. Въ его мозгу
прозвучало страшное эхо той прадѣдовской мечты,
гой мечты дикаря Каменнаго вѣка, чей прахъ
былъ развѣянъ еще двѣсти тысячъ лѣтъ тому
аазадъ...
— Эй, старина! — сказалъ онъ, и глаза, его
сверкали, и онъ дѣлалъ какой-то хватающіи
в е с т ь рукой.—Эй ты, красная старина!.. Мы
Щ е тебя словимъ!..

с

f^y

L

е/і /<•
И- -

I'

I

-ч

г,

I-

IР

А

•L .

\

У "

л--'
\

. - .

,С

'

M*
S '

• •. ; V

'
ъ

f

А

ГЛАВА ПЕРВАЯ.
Новый источникъ энергіи.
I.
Задача, которая выдвигалась еще въ самомъ
началѣ двадцатаго в ѣ к а такпмп учеными, какъ
Рамзай^ Рутерфордъ и , Соддп, , задача .вызывать
радіоактивность в ъ болѣе тяжелыхъ элементахъ
и этимъ выцѣживать впутреннюю эвергію атомовъ—была разрѣшепа уже пе дальше, к а к ъ
въ 1 9 3 3 году Холстенрмъ, благодаря поразительному сочетапію индукціп, интуиціи и счастья.
Отъ перваго открытія радіоактивностн до ея перваго примѣненія для цѣлсй чсловѣчества прошли
немногпмъ больше четверти вѣка. Въ теченіе еще
двадцати лѣтъ послѣ этого, правда, рлдъ мелкихъ
препятствій не даль достичь какого-нибудь,
выдающагося практическаго примѣпенія успѣшныхъ результатовъ, достигпутыхъ Холстеномъ:
но самое главное было сдѣлано, в ъ томъ 1933*
году была перейдена новая граница в ъ побѣдномъ шествіи человѣческаго прогресса. Холстенъ вызвалъ распаденіе атомовъ в ъ мельчайшей, частпцѣ висмута; она разорвалась съ яростной силой, превратившись в ъ тяжелый г а з ъ ,
обладающій очень большой радіоактивностью. и

. этотъ послѣдній, в ъ теченіе семи дней, разлоI жился в ъ свою очередь; но, собственно, только
! послѣ еще одного года работы удалось ему
практически доказать, что послѣднимъ результатомъ этого ускореппаго освобождепія энергіп
і являлось—золото. По дѣло было сдѣлано цѣной
! обожженной груди и поврежденнаго пальца и,
начиная с ъ того момента, когда невидимая п ы линка впсмута сверкнула в ъ разрывную и расщепляющую эпергію, Холстепъ зпалъ, что онъ
открылъ чсловѣчеству путь, — какъ бы онъ ни
І былъ еще узокъ п темепъ,—къ мірамъ безгра! ничной властн и могущества. Онъ это отмѣ• тилъ в ъ странномъ дневппкѣ-автобіографіи, кр; торый онъ оставилъ человѣчеству, в ъ диевникѣ,
1 представлявшемъ до этого момента лишь массу
догадокъ и вычпсленій и впезаппо ставшимъ
на нѣкоторое время поразительно точной и человѣчпой лѣтописыо пережпваній и ощущепій,
попятныхъ всему человѣчеству.
Опъ даетъ в ъ рядѣ расчлепенпыхъ фразъ, а
часто единнчныхъ словъ, но все ліе ярко, отчетъ
•о т ѣ х ъ двадцати четырехъ часахъ, что непосредственно слѣдовалн з а опытной нровѣркой его
сложныхъ догадокъ и предположеній.
— «Мпѣ казалось, что я не засну,—пишегь
онъ; пропущенныя имъ слова мы вставляемъ в ъ
скобки, — (вслѣдствіе) боли ( в ъ ) рукѣ и груди
и чудесности того, что 'я сдѣлалъ... Спалъ, к а к ъ
ребенокъ»...
IIa слѣдующее утро опъ чувствовалъ себя
немного не по себѣ и разочарованнымъ; ему.

нечего было дѣлать; онъ жшіъ одппъ в ъ меблпрованныхъ комнатахъ в ъ Блумсбери 1 ), и р ѣ шплъ поѣхать в ъ H a m p s t e a d H e a t h 2 ) , к о торое опъ с ъ дѣтства зпалъ, какъ большое
открытое мѣсто, с ъ массой воздуха. Опъ поѣхалъ
туда по « т ю б ѣ » 8 ) , которая была в ъ то время
наиболѣе удобпымъ способомъ передвплсенія
отъ одного конца Лондона до другого. Когда опъ
вышелъ изъ лифта на стапціи «тюба», опъ
направился пѣгакомъ по H e a t h S t r e e t к ъ
«полянѣ, покрытой верескомъ», отъ которой
предмѣстье получило свое пазваніе. Опъ пашслъ
улицу превращенной в ъ аллею досокъ и лѣсовъ,
за которыми виднѣлись разрушаемые дома. Духъ
времени охратилъ и этотъ узкій, крутой, вщощшся вннтомъ переулокъ, п теперь какъ разъ люди
были заняты превращеніемъ его в ъ болѣе вмѣстительпую, широкую улпцѵ, согласно поразптельнымъ иДеаламъ нео-георгіевской 4 )
эстетики. И такова уже иллогичсская особенность
чсловѣчества, что Холстенъ,—только что оторвавшись отъ работы, которая была подоопа
бомбѣ, подлолсепной подъ сндѣніе текущей цнвилизацш—смотрѣлъ н а эти новшества съ сожалѣніемъ. Онъ, можетъ быть, в ъ своей жпзни
1) Кварталъ Лондона, около Б'ританскаго мУ<
зея, сосредоточеніе всякихъ паисіоновъ и меоли-.
рованныхъ комнатъ.
2 ) Премѣстье
Лондона.
3) Подземная электрическая дорога.
*) Т - е . временъ царствованія Теория ѵ.

'

J

( П р и м . н е р.).

т ы с я ч у разъ поднимался по H e a t h S t r e e t , знадъ
<всѣ витрины во всѣхъ лавченкахъ, проводидъ
долгіе часы в ъ псчезнувшемъ теперь кинематографѣ, восхищался сравнительно высокими домами ранней георгіевской архитектуры на западной сторонѣ этой старинной улички. И теперь
-ему было не по себѣ, что всѣ эти знакомыя
вещи исчезли. Наконецъ, съ чувствомъ. облегченія, онъ вырвался изъ этой душной аллеи рвовъ,
ямъ и подъемныхъ краповъ и очутился на старой,
знакомой полянѣ вокругъ Бѣлаго Каменнаго
Пруда. Это, по крайней мѣрѣ, осталось почти
-безъ измѣненій.
Все еще направо и налѣво стояли прекрасные
старинные дома изъ краснаго кирпича; только
прудъ былъ украшенъ новой ч мраморной галлереей; бѣлая отштукатуренная гостиница, съ
вьющимися цвѣтами надъ портикомъ, все еще
•выпячивалась впередъ на перекресткѣ, а голубой видъ на H a r r o w Hill (Холмъ Харроу) и
на церковный шпиль в ъ Харроу, пейзажъ холмовъ и деревьевъ, сверкающихъ прудовъ и го•нимыхъ вѣтромъ тучъ и тѣней—разстилался передъ поднимающимся лондонцемъ, словно огромное раскрывающееся окно. Все это его в ъ значительной степени успокоило. Была та же безцѣльно бродившая толпа, то же вѣчное чудо
автомобилей, искусно лавирующихъ среди нея
и мчащихся съ неимовѣрной быстротой туда, за
тородъ, далеко отъ воскресной духоты, оставляемой за и подъ собой. Все еще игралъ
<оркестръ; въ полномъ разгарѣ былъ митингъ

суфращстркъ — суфражистки снова завоевали
себѣ у населенія терпимость, правда, немного иасмѣшливую; все т ѣ . ж е соціалишіческіе ораторы,
политиканы, опять оркестръ, все тотъ же дикій
лай собакъ, обезумѣвшихъ отъ радости, что хоть,
па одинъ день в ъ недѣлю освободились отъ
задняго двора и цѣпи. И вдоль длинной дороги
медленно бродила толпа, какъ и прежде, повторяй
пзбитыя слова о.томъ, что в ъ этотъ день видъ
на Лондонъ необычайно ясенъ.
Лицо молодого Холстена было очень блѣдно,
Онъ щелъ съ тѣмъ непокоііиымъ дѣланпымъ
видомъ беззаіотножи^крторьщ^всегда, свидѣтедіс.
недостаточно... тренированномъ т ѣ л ѣ . . У. Бѣлаго
Каменпаго Пруда опъ остановился в ъ раздумья»
повернуть налѣво или направо, п снова остановился тамъ, гдѣ расходятся внлкой дороги. Онъ.
не переставая, перекладывалъ палку изъ руки
въ руку и все время попадалъ подъ ноги людямъ на тропинкѣ, гдѣ его толкали и задѣвали,
благодаря нерѣшительпости его двшкеній. Онъ
чувствовалъ себя, какъ опъ признается, «неприснособлсннымъ къ обыдеппому существованію». Онъ казался еебѣ чѣмъ-то . нечелов.ѣлескпмъ и опаснымъ. Всѣ люди вокругъ неге
смотрѣли сравнительно довольными, сравнительна
счастливыми, сравнительно хорошо приспособленными к ъ образу жизни, который они Д О Л Ж П Ь І
были вести—-недѣля труда и воскресенье въ повомъ платьѣ па скромной прогулкѣ,—а т у г ь
опъ пустилъ въ міръ пѣчто, что персвернетъ я

юазрушитъ всю основу, соединяющую ихъ удовольствія, стремленія и удовлетворешя. «Чув( ствовалъ себя, вродѣ идіота, подарившего ящикъ
/ заряженныхъ револьверовъ дѣтскому прпоту»—
? стмѣчаетъ онъ.
. п
Онъ встрѣтилъ человѣка, по фашши Лоусонъ,
• стараго товарища по школѣ, который теперь
отмѣчснъ исторіей только какъ обладатель краснаго лица и фоксъ-терьера. Онъ и Холстенъпогуляли вмѣстѣ, п Холстепъ былъ такъ блѣдсиъ и иервепъ, что Лоусопъ не ногъ не ^ сказать ему, что опъ переутоиленъ чрезмѣрнои работой и нуждается въ отдыхѣ. Они усѣлись за
столикъ у дома муниципалитета в ъ паркѣ Гольдерсъ-Хилла и послали одного изъ лакеевъ, безъ
сомпѣпія, по ипиціативѣ Лоусоиа, въ таверну
«Быка и Куста» за парой бутылокъ пива. Пиво
немного оживило Холстеиа. Опъ иачалъ разм а з ы в а т ь Лоусопу, какъ можно, ясиѣе и популярпѣе, о зпаченіи своего открытія. Лоусопъ
дѣлалъ видъ, что слушастъ со вшшашемъ, но
в ъ дѣиствнтслыюсти опъ не обладалъ пи достаточнымъ знаціемъ, ни достаточпымъ воображеніемъ, чтобы понять въ чсмъ дѣло.
— Пройдетъ немного лѣтъ, и это открытіе въ
корпѣ ИЗІІѢНИТЪ методы и способы войны, передвижешя, освѣщенія, строительства и всякаго
-рода производства, даже земледѣлія, и всякое
ыатеріальпое человѣческое предпріятіе...
Холстенъ вдругъ умолкъ, потому что Лоусонъ
-вскочилъ па ноги.
— Зортъ побери эту собаку! — вскричал*

IЛоусонъ'.—Посмотрите на нее! Эй, сюда!' Фыоо ѵ / ф ь ю - ф ы о ! Поди сюда, Бобсъ! Поди сюда!
Молодой ученый съ перевязанной рукой сиl
дѣлъ за зеленымъ столикомъ и _быдъ слишкомъ
V J утомленъ, чтобы передать, .словами всю. важность
•ь * того л что онъ такъ долго искалъ; цріятель егоÏ,
свпстѣлъ и звалъ свою собаку; а воскресная
-ъ
толпа мелькала и неслась мимо нихъ в ъ лу£ ^ чахъ солнца. Одно мгновеніе Холстенъ смотрѣлъ
А на Лоусона в ъ удпвленіи, такъ какъ самъ опъ
сосредоточился было па томъ, что говорилъ, и
V не замѣтилъ, какъ мало вппмателенъ былъ
Лоусонъ.
}
Потомъ онъ лробормоталъ: «Ну, что ж ъ ! >
I чуть-чуть • улыбнулся и допилъ кружку пива,.
'{ стоявшую передъ нимъ.
»'
Лоусонъ снова усѣлся.
\
— Приходится вѣчно смотрѣть за своей соj бакой,—сказалъ онъ, какъ будто извиняясь,—г что вы мнѣ разсказывалп?,
II.
Вечеромъ Холстенъ снова вышелъ. Онъ прошелъ до собора Святого Павла, постоялъ н ѣ сколько минуть у дверей, прислушиваясь к ъ
вечерней службѣ. С-вѣчи на алтарѣ какпмъ-то 1
странпымъ образомъ иапомпили ему о свѣтлячкахъ в ъ Фьезоло. Потомъ опъ пошелъ назадъ
пѣшкомъ, при свѣтѣ вечерпихъ огпей, по направленно къ Вестминстерскому аббатству. Онъ-

]ібылъ подавленъ, даже испугапъ соОственнымъ
кознаніемъ неизбѣікныхъ послѣдствіи своего от|\крытія. В ъ этотъ вечеръ у него появилась смутная мысль, что онъ не долженъ опубликовывать
добытые пмъ результаты, что они преждевремен.ны, что какая-то тайная ассоціація ученыхъ
должна взять на себя охрану его труда, и передавать ее и з ъ п о к о л ѣ н і я в ъ поколѣніе, пока
міръ не достаточно созрѣетъ для практическаго
примѣпенія его открытія. Онъ чувствовалъ, что
никто изъ всѣхъ этпхъ тысячъ прохожихъ, съ
которыми онъ сталкивался, еще не сознавалъ
N факта происшедшей перемѣны въ
человѣческой
1 жизни; они вполнѣ довѣряли міру, какъ онъ
всть, вѣрплп, ' что опъ не будете измѣняться
I -слишкомъ быстро, будете уважать н оправдывать
I и х ъ довѣріе, привычки, ихъ мелкую торговлю
I й съ трудомъ добытыя положенія.
Онъ вошелъ въ маленькій садикъ на набережной Темзы, подъ огромными, ярко освѣщенными
массами «Отеля Савой» и «Отеля Сесиль». Онъ
-сѣлъ на первую попавшуюся скамейку и вдругъ .
замѣтилъ, что подслушиваете бесѣду двухъ лицъ,
•епдящихъ рядомъ съ пнмъ. Это былъ разговоръ
молодой парочки, очевидно, наканупѣ брака.
Мужчина радовался тому, что у него, паконецъ,
постоянный заработокъ.
— Ко мнѣ хорошо относятся в ъ конторѣ,—
говорилъ о н ъ , — и мнѣ дѣло по душѣ. Если все
•пойдете гладко, то лѣтъ черезъ десять-двѣнадцать
я буду- получать очень приличное жалованье.
Вотъ какъ обстоять наши дѣла, Хетти. И я

вижу пикакихъ причинъ, почему бы паша жизнь
не, устроилась прилично...
Желаніе маленькихъ успѣховъ п достиженій,
в ъ условіяхъ, твердо и прочно установлепиыхъ!
Вотъ что запечатлѣлось в ъ мысляхъ Холстена.|
И опъ внесъ в ъ свой дневникъ: « Я какъ будто!
видѣлъ весь этотъ міръ такимъ...»
Этой фразой онъ подразумѣвалъ родъ ясно
видѣнной картины нашего , населеннаго міра въ
цѣломъ, со всѣми его городами, селами п деревнями, съ его большими дорогами и постоялыми
дворами на нихъ, съ садами, хуторами и пастбищами, лодочниками и моряками, пароходами,
плывущими по океанамъ, расписаніями, назначеніями, платежами и долгами; словно это было
•одно объединенное и застывшее зрѣлище. .Иногда 1
такія видѣпія вставали передъ нпмъ; его умъ,
привыкшій к ъ обширньгмъ обобщеніямъ, хотя
и весьма чуткій к ъ деталямъ, воспрннималъ
явленія гораздо полнѣе и яснѣе, чѣмъ умы большинства его современниковъ. Обыкновенно этотъ
плодоносный шаръ несся къ своимъ предопредѣленнымъ цѣлямъ и кружился съ неумолимой
быстротой вокругъ солнца. Это-то и было жпвымъ прогрессомъ, измѣпяющпмся подъ его взглядомъ. Но теперь усталость немного притупила
его воспріятіе безпрестанностп жизни, и ему все
казалось лишь вѣчпымъ вращеніемъ. Онъ спустился до обыденнаго убѣжденія в ъ заранѣе
установленныхъ формахъ и повтореніяхъ человѣческой рутины. Отдаленное прошлое бродячаго
дикаря, неизбѣжныя перемѣны завтрашняго дня

словно были скрыты отъ него завѣсой, и онъ
впдѣлъ только день и ночь, время посѣва и
жатвы, любовь и обладапіе, рождепіе и смерть,
прогулки въ лѣтнихъ сумеркахъ, тихія бесѣды
у зимпяго камина. Онъ видѣлъ лишь, какъ изъ
года в ъ годъ повторялась древняя послѣдовательность надеждъ и поступковъ, и тянулась на вѣки
вѣчные, съ той только разницей, что властная
рука__науки теперь поднялась, чтобы опрокинуть
этотъ сонный, нѣжно-жужжащій, обыденный-, залитый солнцемъ міръ человѣческаго существованія...
На нѣкоторое время опъ забылъ о войнахъ,
преступленіяхъ, ненависти и преслѣдованіяхъ, о
голодѣ и чумѣ, о жестокости звѣрей, объ усталости и пронпзывающемъ вѣтрѣ, о пеудачахъ,
пуждѣ и невольныхъ уступкахъ. Онъ видѣлъ
все человѣчество глазами этой скромной воскресной парочкп, сидящей на скамьѣ рядомъ
съ пимъ, парочкп, строившей планы безславнаго
будущаго и мелкнхъ удовлетвореиій. « Я в и д і л ъ
весь этотъ міръ такимъ!»
Его разумъ боролся съ этимъ настроеніемъ,
и нѣкоторое время боролся напрасно. О н ѵ успокаивать и защищалъ себя отъ вторженія этой
разочаровывающей мысли другой мыслью, что
самъ онъ—нѣчто странное и нечеловѣчное, что
онъ—отбившійся отъ стада случайный путникъ,
возвращающійся со злыми дарами со своихъ приеужденныхъ неестественныхъ экскурсій среди
тьмы и фосфоресценціи областей, скрытыхъ подъ
свѣтлой поверхностью жизни. Человѣкъ не всегда

былъ такимъ; ипстишстъ и стремленіе къ маленькому домику, крошечному кусочку земли не цѣліікомъ владѣлп его натурой; человѣкъ былъ,
кромѣ того, искателемъ приключепій, эксперимснтаторомъ, неудовлетворенный любопытствомъ,
нспасыщеинымъ желапіемъ. Правда, в ъ теченіе
псмпогихъ тысячъ поколѣній человѣкъ обрабаt тывалъ землю, слѣдилъ за временами года, шспталъ свои молитвы, мололъ свое зерно, давплъ
въ октябрѣ свой вішоградъ, по все же, быть
1 можетъ, пе такъ уже долго, чтобы все еще
1 пе быть препсполнепньйіъ безпокойпыхъ стре•ылепій...
«Еслн существовали п домъ, и повседневность
привычки, и поле,—думалъ Холстснъ,—все-таим
существовали-н чудеса и море»...
Онъ обернулся н взгляпулъ на огромпьѵ\
отели, выспвшіеся падъ нимъ, озаренные смягченными огнями, блескомъ, красками и двнжѳ>
піемъ ппрующихъ. Неужели его даръ человѣчеству сведется просто к ъ прибавлешю вото
этого?..
* Опъ в'сталъ, вышелъ изъ сада, посмотрѣлъ на
мчавшійся мимо трамвай, ярко освѣщепныи и
выдѣлявшійся в ъ темной сипевѣ ночн^ Онъ
подошслъ ,къ самымъ периламъ набережнси, постоялъ нѣкоторое время, глядя в ъ черную рѣку,
часто оборачиваясь к ъ освѣщенпымъ
адшямъ
и мостамъ. Его мысль начала строить J L W I H
замѣны всѣхъ этнхъ скученныхъ строснш.
«Началось,—пишетъ онъ в ъ дневникѣ, въ
которомъ все это отмѣчепо.—Не мнѣ заботиться

о послѣдствіяхъ, которыхъ я не могу предвидѣть.
Я — л и ш ь часть, а не целое; я — л и ш ь ничтожное
маленькое орудіе в ъ арсеналѣ Перемѣны. Если бы
я сжегъ всѣ эти бумаги, то не прошло бы и
двадцати лѣтъ, какъ кто-нибудь другой открылъ
• бы то же самое»...
III.
I Холстену еще при жизни суждено было
J видѣть, какъ атомная энергія стала вытѣснять
всякіе другіе источники силы, по въ теченіе
ряда еще лѣтъ огромная сѣть трудностей и
препятствій в ъ деталяхъ и примѣненіи новаго
открытія мѣшала ему властно захватить обыденную жизнь.
Путь отъ лабораторіи до фабрики и завода
очень часто бываетъ весьма мучительнымъ.
Электро-магнетическія излученія были извѣстны
и демонстрировались за двадцать лѣтъ до того,
какъ Маркони сдѣлалъ иль^практически-применимыми, и точно такъ же понадобилось двадцать лѣтъ, прежде чѣмъ иОДктиройанная радіоактивность могла быть практически примѣнпма.
I Разумеется, это новое явленіе очень много
обсуждалось, даже больше, быть мржетъ, во
1 в р е м я , с д ѣ д а в а в ш е ё Jâ^ его. открытіемъ, чѣмъ во время попытокъ его т е х н и ч е с к а я
прймѣненія; но и тогда люди очень смутно
1 сознавали огромную
экономическую революцію,
которую оно вызоветъ. На журпалисто'въ 19 5J1
года больше всего произвел^ впечатлѣніе в о з - "
можность добынашя золота изъ висмута и осу-

щертвленш,—хотя на__.очень—невыгодныхъ уело-- ^ ^
віяхъ, _ мечтаній алхимиковъ. Правда, въ^болѣе ^ ^
лийтедлдген^нри^ чдрхц о б ^ з щ н н а г р общества' ' ф Л і
разлцчныхъ цивилизованныхъ странъ научное'
\ развитіе новаго открытія, было встречено боль^ t
лпими обсужденіями и ожиданіями, но больЬ п а я часть міра, какъ ни в ъ чемъ не бывало,
* занималась своими мелкими делишками, на / (
; подобіе " жителей т ѣ х ъ швейцарекихъ дереву- . г i f
- шекъ, что живутъ подъ вечной угрозой на- ? ^
висшихъ надъ ними скаль и горъ и не обра- у "
щаютъ на нихъ никакого вниманія, точно воз- -* е с і л
> можное было невозможнымъ, точно неизбежное-^
было отодвинуто въ вечность, в ъ то время,. fi
J какъ оно было лишь временно отсрочено.
„, с
Лишь в ъ 1 9 5 3 году, первая Холстенъ-Робертовская машина ввела индуктированную радіоактивность в ъ сферу промышленная производства, и первое всеобщее примененіе ея в ы разилось в ъ замене ею паровой машины д а .
электрическихъ генераторныхъ^танщ)іхъ. Почти
йтчасъ'"'же вслѣдъ за этимъ появилась ДассъТатовская машина—изобретете двухъ представителей блестящей плеяды бенгалійскихъ изобретателей, которую выдвинула в ъ это время
модернизація индусской мысли; эта новая машина
стала применяться, главнымъ образомъ, д л я а в т о мобилей, аэроплдаідкъ, гидррплапрвъ, и для
прочіхъ двигательныхъ целей. Почти одновреемнно появились на сцену еще американская
Кемповская машина и Круппъ-Эрлангерская, а
къ осени 1 9 5 4 года на всемъ земиомъ шарѣі
ОСПОСіПГКЛРНПГ.ТЙ МІТ)Ъ.

4

••началось Ш Ш О І Н Ш С Ж ^
промшшіен-_
дьіхъ метсГдовъ
ррудій^..^Ш?врдства. И в ъ
этомъ не было ппчего удпвительнаго, еслц сравнивать стоимость даже этихъ паиболѣе первобытныхъ п грубыхъ атомнчесішхъ двигателей
•съ вырабатываемой пмп силой. Принимая во
эппманіе стоимость смазки, Дассъ-Татовская ман а т а съ того момента, какъ она была пущена
въ ходъ, обходилась в ъ пенни на каждыя
3 7 миль пробѣга. Увеличивала она вѣсъ, приводима™ ею в ъ дѣйствіе экипажа, лишь на
девять съ четвертью фунтовъ. Конечно, рядомъ
•съ нею грузный, двшкпмый бепзппомъ, автомобиль того времени былъ не только нелѣпъ по
виду, но п песоизмѣримо дорогъ. В ъ теченіе многихъ ужъ лѣтъ цѣиа на уголь и па всякагсг
рода жидкое топливо поднялась до уровня, который дѣлалъ снова возможпымъ возвращепіе
к ъ старой копной тягѣ, а теперь, благодаря
внезапному освобожденію отъ необходимости пользоваться этими видами топлива, перемѣпа во
•виѣшпости способовъ передвиженія па дорогахъ
міра была мгповепной. Не прошло и трехъ лѣтъ,
какъ эти отвратительпыя блипдпроваппыя чудовища, что гудѣли, дымили и гремѣли по міру
в ъ течепіе четырехъ ужасныхъ десятилѣтій, были
свалены въ лавки торговцевъ старымъ желѣзомъ, a большія дороги стали кишмл-кишѣть
легкими, чистыми, сверкающими машинами изъ
носеребрепой стали. В ъ то же врея сравнительно
небольшой вѣсъ новаго атомическаго двигателя
ідалъ огромный толчокъ развнтію воздухоплаванія.

—

51

Наконецъ удалось соединить, пе увеличивая вѣса*
всей машины, Редмейновскій остроумный геликоптеръ съ вертикальнымъ пропеллеромъ бывшим«
до сихъ поръ единственной двигающей силой
аэроплана. И люди получили летательный аппарате, который могъ и планировать, и мягко и
тихо подняться или опуститься вертикально, и
бѣшенно нестись во воздуху. Послѣдпяя опасность воздухоплаванія исчезла. Какъ опредѣлпли
ее журналисты того времени, наступил^ эпоха
«прыжка в ъ воздухъ». Новый атомическш аэропланъ сдѣлался настоящей маніей. Каждый маломальски состоятельный человѣкъ стремился имѣтъ
такой легко-управляемый, безопасный, свободный отъ грязи и пылп -земпыхъ дорогъ аппарате и в ъ одной только Франціп в ъ 1 9 4 3 году )
было изготовлено и зарегистрировано тридцать;
тысячъ этихъ повыхъ аэроплановъ, поднявших-;
ся съ почти безумнымъ жужжапіемъ к ъ неоу.
Съ одинаковой быстротой стали атомическш
двигатели разлпчныхъ копструкщи наводнятьв с ѣ д р у г і я о т р а с л и ' п р о м ы ш л е н н о с т и . Желѣзныя
дороги начали платить огромпыя премш за краткосрочное изготовленіе и сдачу атомовозовъ
атомическую плавку металловъ стали m f ™ ™
такъ спѣшпо, что произошелъ цѣлыи рядъ опасныхъ взрывовъ, сопровождавшихся огромнымь.
числомъ человѣческихъ жертвъ, вслѣдств
неумѣлаго обращепія съ новой силон. L l i ^ E ;
ціонное удешевлеиіе
S Û T л й Г і о п р о с о м ъ реорганпзацш методоцъ.

постройки и оборудованія домовъ. Съ точки
зрѣнія новой этой силы к тѣхъ, кто финанси.ровалъ и строилъ эти новые двигатели—вѣкъ
«прыжка въ воздухъ» былъ вѣкомъ поразительнаго матеріалыіаго процвѣтанія. Очень скоро
акціонерпыя общества, владѣвшія новыми па' тентами, стали платить дивиденды в ъ 5 0 0 и
0 0 0 % % , и всѣ, такъ или иначе причастные
к ъ выдѣлкѣ этихъ новыхъ машинъ, зарабатывали огромный состоянія и фантастическія
жалованья. Это обогащеніе не мало усиливалось
'тѣмъ, что какъ въ Дассъ-Татовскомъ, такъ и
в ъ Холстенъ-Робертовскомъ двигателѣ—главнымъ
отбросомъ переработанной энергіи являлось золото^ (первый типъ двигателя выдѣлялъ висмутовую пыль, второй—свинцовую), и этотъ
новый способъ добыванія золота вполнѣ естественно повелъ къ общему повышенію цѣнъ во
всемъ ыірѣ.
Это зрѣлище лихорадочной' предпріимчивости
ж продуктивпости, этотъ поголовный взлетъ
счастлпвыхъ п удачлпвыхъ богачей — каждый
большой городъ уподобился кишащему муравейнику, вдругъ получившему крылья—были
свѣтлымп сторонами вступительной фазы къ
новой эпохѣ, въ исторіи человѣчества. Но за
.этими свѣтлыми сторонами была все сгущающаяся
мгла, все углублявшееся отчаяніе. Если и имѣло
нѣсто сказочное развитіе производства, то параллельно шло п огромное уничтоженіе ценностей. Эти огпедышащіе фабрики и заводы, работающіе днемъ и ночью, этн сверкающі« м в д і е

экипажи, безшумно мчащіеся по дорогамъ, эти
рои кузпечиковъ, что летали, кружились и
плыли по воздуху—все J > T O было въ сущносга
лишь свѣтящимися точками лампъ и огней,
вспыхпвающихъ в ъ тотъ часъ, когда міръ опускается въ сумерки и ночь. Между этими яркими
маяками собиралось несчастіе, соціальная катастрофа. Угольныя копи были явно приговорены
къ неминуемому и близкому закрытію; огромные
капиталы, вложенные въ нефтяное дѣло, превратились в ъ никому непужныя и никѣмъ не
покупаемыя бумаги; милліопы углекоповъ, рабочихъ стального производства старинпаго типа,
непсчислимыя толпы неопытпыхъ или недостаточно опытныхъ.. работпиковъ безчисленныхъ
видовъ отжившихъ свой в ѣ к ъ производствъ—
ежедневно выбрасывались на улицу болѣе. усо- •
вершенствовапной работоспособностью
новыхъ
машинъ; быстрое паденіе траизптныхъ цѣпъ
уничтожало высокія цѣпы на землю почти во
всѣхъ населенныхъ центрахъ; цѣшюсть существующихъ домовъ и построекъ сдѣлалась проблематичной; цѣна золота падала съ головокружительиой быстротой; всѣ цѣнности, на. которыхъ базировался міровои кредитъ, падали я
опускались быстрыми скачками; б а н и шатались биржи были сценами лихорадочной пани- J
'вотъ оборотная сторона медали, вотъ темпыя
и чудовищиыя косвеиныя послѣдствія «прыжка і
Сохраншіся анекдотъ о внезапно сошедшем*
<ѵь у і дондонскомъ бпржевикѣ, который в ы -

ВЪ

скочплъ ня T h r e a d n e e d i e S t r e e t * ) ' , срывая
съ себя одежду и разрывая ее па мельчайшіе
клочки.—«Стальной треста разбиваотъ н а мелкіе
кусочки п продаетъ на сломъ в с ѣ свои заводы
и машины,—кричалъ онъ.—Государственный желѣзпыя дороги собираются разбить на кусочки
всѣ своп паровозы. В с е будетъ разбито на к у сочки, распылено, превращено в ъ атомы! В с е !
Эй в ы , люди, пойдемте разпесемъ па кусочки
Монетный Дворъ! На кусочки, н а атомы Монетный Дворъ!»
Въ 1 9 5 5 году процента самоубійствъ в ъ Соединенпыхъ Штатахъ Америки учетверплся. Всюду, во всемъ мірѣ, до колоссальныхъ размѣровъ
возросло число преступленій. Человѣчество было
совершенно неподготовлено к ъ новому открытію;
казалось, общество уничтожаетъ себя своими
новыми чудесными достилсеніями. Дѣло в ъ томъ,
что никто нпчего подобнаго не предвндѣлъ. Нигдѣ, нпкѣмъ не было сдѣлапо даже малѣйшеи
попытки учесть тотъ возможный переворота в ъ
жизпенпыхъ условіяхъ человѣчества, который
внесетъ этотъ потопъ дешевой эпергіи.
Міръ в ъ то время совершенно пе управлялся,
в ъ томъ емыслѣ, в ъ какомъ начали впослѣдствіи
понимать государственное управлепіе. Правитель, ство представляло собою лишь пзвѣстное соглашеніе, а не опредѣленпый замыселъ; оно
было чисто прпказное, консервативное, мелочносварливое, близорукое, узкое, лишенное творче*) Улица,

гдѣ помѣщается

лондонская биржа.

придвориаго фаворита и вѣрнаго слугу, оно б ь ш
в ъ рукахъ преобладающей касты ю р и с т ъ , которая инѣла то огромное преимущество, что
о™ йтілт единственная образованная и приспособленная къ административной деятельности
Г с т а Профеосіональпое образован е ея ч л е н и * .
™ і м н ихъ при пользовапіи фантастически-

панвпьши

нз^нратмьпшга методами съ

н о

=

о

ними къ фактамъ, сознательно лишенными воr ^ L n h , всегда готовыми пользоваться и тре-

S

S

S

S

s

s

r

r

s

c

ü

s

s

остществленія

t

-

s

s

b

S

воль и- стремлен!*,

s

»

^

жнвшихъ

лодъ, злоба, вражда, соперничество и несказанное страданіе. Ни у кого не было схемы пли
плана распредѣленія огромнаго новаго богатства,
сдѣлавшагося, наконецъ, доступпымъ человѣкѵ.
Никто какъ будто ясно не ссзпавалъ возможности
какого-либо распредѣлепія его. Только когда
пытаешься дать вразумительную картпну этихъ
первыхъ годовъ новой эры, когда сравниваешь
ихъ съ тѣми скромными достиженіямп, который
дали позднѣйшіе года, начинаешь сознавать всю
слѣпоту, узость, весь нечуткій, тупой индивидуализм* до-атом І І Ч С С І Ш Х Ъ нременъ. IIa зарѣ
этого колоссальнаго расцвѣта силы и свободы,
подъ небомъ, пылавшимъ обѣщаніемъ, перед*
самымъ лицомъ науки, стоявшей, словно щедрая
I богиня, надъ прижавшейся темнотой человѣческой жизни, терпѣлнво держа в ъ своихъ сильн ы х ъ рукахъ,—пока человѣчеству не заблаго(Л разсудится ихъ принять,—безопасность, благопо(•]' лучіе, разрѣшеЦіе'загадок** 1 ключи сокровеннѣйшихъ тайнъ; передъ лицомъ пауки, ѵумѣя уже
самые драгоцѣнпые ея дары, міръ должен* былъ
стать свидѣтелемъ мелочнаго зрѣлища судебная
і процесса о патентѣ Дассъ-Татовскаго двигателя.
И вотъ въ душномъ судебномъ залѣ в ъ Лсндонѣ, в ъ грязпой компаткѣ, папоминавшей продолговатый закоптѣлый ящпкъ, въ теченіе исключительно жаркаго мая 1 9 5 6 года, лучшіе адвокаты того времени спорили и кричали по столь
ничтожному поводу, какъ вопросъ объ отчисленіи изобрѣтателго столько-то % % , и можетъ
ли Дассъ-Татовское акціонерпое общество поль-

зоваться іолстенъ-Робертовскими методами добыванія новой энергіп. Д ш ^ щ в с к о е . . . о б щ е с т в о
лѣлало смѣлую попытку^ з а х в а т у . м і р . о в у ю , . . m нополію въ„Ѵоблахти_атомической техники. По
обычаю того времени, судья сидѣлъ на возвышеніи, одѣтый въ пелѣпую мантію и глупый
огромный парпкъ. Адвокаты тоже надѣвали грязноватые парички и смѣшпыя черныя мантш
поверхъ обыкновенная платья, парики и мантш,
считавшіеся существенно необходимыми для веденія дѣлъ; а на грязныхъ перевянпыхъ скамья х * копошились и шептались коварные па видъ
нотаріусы, быстро что-то записывавши репортеры, свидѣтели, эксперты, заинтересованный
лица, цѣлая толпа молодых* безработных* адвокатов* и случайных* зрителей, промѣнявшихъ
на эту адову дыру ясный, свободный солнечный
свѣтъ улицы. Всѣ сильно вспотѣлп и изнывали
отъ жары, и в ъ эту аТмосферу^сотзающеися
жадности и йловѣческпхъ испареній съ трудом*
пробивался сквозь запыленное окно дневной
свѣтъ Присяжные засѣдатели сидѣли па д в у х *
скамьях* по лѣвую руку отъ судьи и напоминали собой лягушек*, упавших* в ъ ящикъ
золы, a у_свпдѣтельскаго стола лгалъ на перекрестном* допросѣ всепожирающіи Дассъ. „ "
Холстенъ имѣлъ привычку всегда печатать
результаты своих* изслѣдовапій сейчас* же,
какъ только они казались ему достаточно разработанными, чтобы служить основой для новой,
работы. Этой непредусмотрительностью его а вое-,
пользовался ловкій Дассъ для предъявленія иска, j

-

53

—

Впрочемъ, огромныя массы такихъ ловкачей
хваталп, заявляли прпвилегіи, брали патенты,
предвосхищали, монополизировали ту илп другую подробность новаго открытія, стараясь подчинить эту исполинскую крылатую силу мелкнмъ
цѣлямъ жажды наживы и обогаіцепія. Этотъ
процессъ былъ лншь одппмъ изъ безчисленпаго
множества подобпыхъ. В ъ теченіе нѣкотораго
•времени міръ былъ поглощепъ патентными законодательствомъ. Впрочемъ, приведенный мною
процессъ обладалъ ' одной странно-драматической
подробностью. ІІослѣ того, какъ его заставили
проторчать в ъ судѣ около двухъ дней, словно
нищаго у подъѣзда богача, послѣ того, какъ
падъ нимъ нздѣвалпсь судебные пристава и
подозрительно слѣдпли полпсмэпы, Холстепъ, наконецъ, былъ вызвапъ к ъ свидѣтельскому столу,
гдѣ съ нпмъ весьма строго обошелся повѣреп1 нын противной стороны, а судья рѣзко велѣлъему «выражаться пе такъ туманно, a яспѣе»,
когда онъ старался быть именно какъ можно
' болѣе попятнымъ н точпымъ.
Судья почесалъ себѣ посъ гусинымъ перомъ
и сталъ издѣваться изъ подъ своего огромпаг
парика надъ изумлепіемъ Холстена.
Такъ Холстепъ велнкій человѣкъ, да? Ну,I а в ъ англійскомъ судѣ великихъ людей ставятъ
і на свое мѣсто.
Мы хотнмъ знать, добавилъ ли что-нибудь
истецъ к ъ этому открытію или н ѣ т ъ ? — с к а з а л ъ
судья.—Мы пе хотимъ слушать ваше мнѣніві
были ли усовершонствованія сэра Филиппа Дассъ

просто частичными видоизмѣненіяни, или они
уже предусматривались и предугадывались въ
опубликованныхъ вами изслѣдованіяхъ. Несомненно, в ы , - к а к ъ и всѣ изобрѣтатели,-думаете что всѣ будущія и возможный открыли уже
предусматривались и предугадывались въ ваш и х ! собственных« вычисленіяхъ. Безъ сомпѣПія, вы также думаете, что всякія позднѣшпія
добавлены и измѣиенія всегда лишь поверхностны и незначительны. У изобрѣтателеи давно
установился такой взглядъ. Но закону до этого
! ѣ т ъ никакого дѣла. Закону нѣтъ дѣла до самол ю б изобрѣтателей.- Закону важно лишь разН и т ь вопросъ, обладаютъ ли патентный нрава .
ой новизной, которую заявляете
можетъ или не можете остановить это признаніе,
П е то что- вы говорите в ъ вашемъ усердш
отвѣтить на большее количество вопросовъ, чЬмъ
°мы вамъ з а д а л и , - в с е это не нмѣетъ никакег
отпошенія къ разбираемому здѣсь ^ « о л и
въ судѣ неоднократно удивлялся, какъ вы, люди
со всѣми .вашими претензіями на ,точШ ж ясность, начинаете д ѣ л а т ь с я . ^ н п ш ш
іТ неясными,. какъ только вы становитесь у свидѣтельскаго стола. Я не знаю другой столь
неудовлетворительной категоріи свпдѣтелен.. Боте
простой и ясный вопросъ: действительно ли
внесъ сэръ Филпппъ Дассъ существенный вкладъ
в ъ уже существующія и извѣстпыя данныя в ъ
этомъ паучномъ открытіи, илп нѣтъ? Мы не
хотимъ знать, были ли это большія или малсньк я добавленія. и намъ не важно, какш могѵте
и с т е ц ъ

Ч т о

— GO —
быть послѣдствія вашего признанія. Это у ж ъ
предоставьте намъ.
Холстенъ молчалъ.
— Такъ какъ же?—спросилъ судья, почти
съ жалостью.
— Нѣтъ, опъ ничего новаго не в н е с ъ , —
;; отвѣтилъ Холстенъ, сообразивъ, что хоть разъ
V въ жизни опъ долженъ пренебречь' безконечпо
1 малыми величинами.
— А!—сказалъ судья.—Такъ почему вы не
могли такъ отвѣтить, когда поверенный истца
задалъ вамъ этотъ вопросъ?..
Запись въ дневникё-автобіографіи Холстена,
датированная пятью днями позже, гласить: «Все
еще удивленъ. Законъ—самая опасная вещь в ъ
этой стране. Ему сотни лѣтъ. Но въ немъ п е т ь
ни одной идеи. Старейшая изъ старыхъ бутылокъ и новое вино... Что-нибудь съ ними неминуемо приключится!»...
IV.
В ъ утвержденіи Холстена, что законъ «устарѣігь на сотни л е т ъ » , заключалась, несомненно,
извѣстная доля истины. В ъ сравненіи съ текущей мыслью и общепринятыми идеями, законъ,
действительно, былъ крайне архаичнымъ. В ъ
то время, какъ почти в с ѣ средства и методы
жизни подвергались быстрому — и притомъ все
ускоряющемуся—измененію, суды и законодательства mpa t> съ помощью различпыхъ ухищреній в
ироцедуръ, различпыхъ толкованій права соб-

ственности, авторитета и обязанности, ведущихъсвое начало отъ грубыхъ компромиссовъ сравнительно варварскихъ временъ,—отчаянно пытались отвѣтить и удовлетворить современными
требованіямъ. Напудренные парики и нелепыекостюмы англійскихъ судей, ихъ пыльныя, темныя камеры, высокомерное обращеніе—все это
было лишь внешними и видимыми показателями
более глубокаго анахронизма.
Юридическая и политическая организація міра
в ъ средине XX в е к а повсюду одинаково походила на сложный, поношенный, но все ещекрѣпкій кафтанъ, теперь лишь стесняющій и
сковывающій государственное тело, которое онъ
когда-то защищалъ.
Но тотъ же духъ свободомыслія и откровенности, который в ъ области естественныхъ наукъ*
былъ началомъ победы. человека надъ природой,—еще в ъ теченіе всего XYIII и XIX в е к о в ъ
началъ подготовлять идею новаго міра в ъ разлагающемся и вырождающемся т е л е стараго.
Зарождеиіе мысли о более поддон* подчішеніи интересовъ отдѣльныхъ личностей и устаноа ^ н н х ъ У ч р е ж д е д і й грядѵшвмѵ коллективизму
можно" проследить все ясцЬе и яснее в ъ литературе т ѣ х ъ в е к о в ъ ; и движеніе за движешемъ
почти цѣликомі посвящали себя против о дѣйствін*
и критике то того, то другого вида юрит
дическаго, соціальнаго и политическая порядка;
Е щ е - в ъ самомъ началѣ XIX в е к а Шелли, педопуская никакой альтернативы, обличалъ устаг
новленныхъ властелиновъ міна. какъ Анавховъ»

& вся система идей и предлагаемых!»- ре'формъ,
лзвѣстная подъ пменемъ соціализма, й, главнымъ
образомъ, ея иитерпаціональная сторона, какъ
/
б ы она ни была слаба въ смыслѣ созидатель4 и ы х ъ предложены и методовъ преобразованы,—
все же свпдѣтельствуетъ о ростѣ концепціи моX . дернизованной системы взаимоотношеній, которым должны были бы замѣнить существующій
V .запутавшійся узелъ идеи о правахъ собственности.
с
Слово «соціологія» было изобрѣтено Гербер,5 -томъ Спепсеромъ, популярнымъ пйсателемъ на
Г философскія темы, славившимся около сеV > редины XIX вѣка. Но идея о государствѣ, рас\ ^ нланировапномъ съ такой же точностью, какъ
5 ^ планируется электрическая желѣзпая дорога,
^ .. ^безъ в с я к а я отпошенія к ъ существующим»
^ 4 . . / р а н ь ш е аппаратамъ, на научномъ основаны,
начала приковывать къ себѣ воображепіе и
мышленіе міра только в ъ XX в ѣ к ѣ . Лишь тогда
V ' чвсе возрастающее нетерпѣпіе п недовольство
4 , -американская народа тѣми чудовищными и соV ^ Ѵ^діальпо-парализирующпми партійпыми система"j .ч,1 ыи, создавшимися вслѣдствіе пелѣпыхъ амери• канскихъ пзбирательпыхъ законовъ, породило
5 * '"то, что потомъ начало называться движеніемъ
о
пользу «Современнаго Государства»; и плеяда
"'Ч ^блестящихъ писателей въ Амерпкѣ, Европѣ и
• ' н а Востокѣ пробудила міръ к ъ мыслямъ о болѣе
^ ѵЧсмѣлой постаиовкѣ вопросовъ соціальнаго взаи^ ^ '-иодѣйствія, собственности, эксплуатацін труда,
•щароднаго образованія п государственная упра-

влснія. Впѣ сомпѣнія, этп идеи о «Современпомъ
Государствѣ» явились сдѣдствіемъ вліяпія, ока-запнаго на соціальную и политическую мысль,
огромной революціей въ области матеріальпыхъ
явлепій, которая продолжалась свыше двухсотъ
лѣтъ; но - очень долгое время эти идеи какъ
будто пе оказывали большая вліяпія на существующія установленія, чѣмъ оказали сочішепія
Вольтера н Руссо па эпоху, соотвѣтствующуіс
времени смерти перваго. ІІо какъ бы то . im
было, опѣ бродили въ умахъ людей, п достаточно было такого еоціалыіаго п политическая:
толчка, какъ введепіе атомической техники,,
чтобы онѣ выдвинулись рѣзко впередъ и перешли въ стадію рѣзкой и неожиданной реалнзаціи..
У.
«Сіштальческіе годы Фредерика Б а р п е т а » —
тнпъ одного изъ т ѣ х ъ автобіографическихъ романовъ, которые пользовались особой популярностью в ъ тридцатыхъ и сороковых!, годахі
XX вѣка. йздаыъ онъ былъ въ 1 9 7 0 году, в
пазвапіе «Скптальчсскіе годы» нужно понимать
скорѣе в ъ духовпомъ il интеллектуальном!
смыслѣ. чѣмъ буквально. Собственно, это заглавіе иносказательное, намекающее, ведущее мірт
на двѣстп лѣтъ назадъ, къ «Вильгельму Мейстеру» Гете.
Авторъ этой книги, Фредерикъ Барпетъ, даетч
точное и довольно любопытное описапіе своей
жизни н свонхъ мыслей за періодъ времена

©ъ возрастѣ отъ девятнадцати до двадцати трех*
лѣтъ. Онъ никогда не былъ особенно оригинальн ы м * человѣкомъ, не выдѣлялся блестящими
способностями, но обладал* умѣніемъ обстоя- «
тельно и подробпо описывать. ÏÏ хотя потомству
не осталось ч и одного подлинная портрета его,
но изъ ряда случайных* фразъ, разбросанных*
по его книгѣ, мы можем* узнать, что онъ былъ
небольшого роста, коренаст*, с ъ расположеніемъ
к ъ полнотѣ, и с ъ большими голубыми глазами..
До финансоваго d e b â c l e ' a 1 9 5 6 года, онъ принадлежал* к ъ сравнительно состоятельному сословие, былъ студентом* в ъ Лондонѣ, пролетѣлъ
на аэропланѣ в ъ Италію, прошел* пѣшкомъ отъ
Генуи до Рима, снова пролетѣлъ по, воздуху
ъъ Грецію и Египет* и, затѣмъ, вернулся в ъ ;
Англію через* Балканы и Германію. В с е состояиіе его семьи, заключавшееся, главным* обравомъ, в ъ акціяхъ различных* банков*, угольн ы х * копей и недвижимости,—погибло. Доведенный до крайней нужды, онъ принужден* былъ
мекать себѣ заработка. Онъ много бѣдствовалъ;
потомъ его захватила война, и опъ пробыл*
тодъ на военной службѣ: сперва офицером* в ъ
англійской пѣхогѣ, затѣмъ в ъ умиротворявшей
завоеванный области арміи. Его книга разска• зываетъ обо всем* этом* такъ просто и в ъ то
:>
\ ж е время такъ подробпо, что она остается для
, 7 ^ 9 7 я а с ъ какъ бы глазом*, с ъ помощью которая
' ; / 7 д .будущія поколѣпія могут* видѣть, какъ видѣлъ,
крайней мѣрѣ, один* человѣкъ,—годы Вели/ г "\4бой
j
Перемѣны,
I • •t' «
I.

С * самаго начала, по его словам*, опъ
«инстинктивно» былъ сторонником* «Современн а я Государства». Онъ вппталъ в ъ себя эти
пдеи в ъ атмосферѣ классных* комнат* н лабораторій «Школы Карнеджи», которая возвышалась длинным* п нѣжпо-краснвымъ фасадом*
вдоль южной набережной Темзы, какъ разъ прот и в * старинной величественной громады Сомсрсеттъ-Хауса. Этп пдеп были вплетены п впитаны в ъ самую ткань этой школы, которой
прппадлежптъ піонерство в ъ дѣлѣ образовательн а я возрожденія Апгліи. Послѣ обычная срока,
нроведеннаго в ъ Геидельбергѣ и Паршкѣ, ОІІЪ
поступил* на классическое отдѣленіе Лондонс к а я Университета. Старое, такъ называемое
«классическое образованіе» британских* педагогов*, эта, быть можетъ, напболѣе парализующая,
безсмыслепная п глупая рутнпа, которая когдалибо угнетала человѣческую жизнь,—давно была
выметена нзъ этого в е л и к а я учрежденія п замѣнена современными методами. Опъ выучился въ
унпверситстѣ, паравнѣ с ъ греческим* и латипскиыъ языками, еще пѣмецкому, испанскому,
французскому и русскому, такъ что вполяѣ
свободно имп владѣлъ, и пользовался ими съ
безсозпательЕой легкостью при изученіи основн ы х * цивнлизацій европейской системы, к ъ которым* они являлись ключемъ.
Эта гіеремѣна в ъ удпвсрснтетской спстемѣ
образованія произошла такъ недавно, что онъ
упоминает* о встрѣчѣ в ъ Рпмѣ съ «оксфордским* профессором*, который говорил* н а лаОсвобожпенвт.тй міпъ.

5

тпнскомъ языкѣ съ Уильтширскимъ акцентомъ
и съ болыпимъ трудомъ, писалъ греческія
письма, высунувши языкъ, и какъ будто думалъ, что греческая фраза очаровательна, когда
является цитатой, и непристойна в ъ другой
формѣ».
Барнсгь засталъ послѣдніе дни угольныхъ и
нефтяныхъ паровозовъ и постепенное очищепіе
лондонскаго воздуха, по мѣрѣ того, какъ угольное отопленіе домовъ стало замѣняться электричествомъ. Постройка лабораторій в ъ Кенсингтонѣ
тогда еще не была окончена, и онъ принималъ
участіе в ъ безпорядкахъ и демонстраціяхъ протеста по поводу желанія властей перенести за
городъ огромный памятникъ принцу Альберту
( і у ж у королевы Викторіи), занимавшій такъ
много* мѣста среди города. Онъ песъ знамя, на
одной сторонѣ которая была надпись: «Намъ
кравятся смѣшпые памятники», а на другой:
«Дайте мѣсто и навѣсы нашимъ статуямъ!
Почему наши Велпкіе Умершіе должны стоять
юдъ дождемъ?» Онъ усердно занимался немного
ітлетпческой авіаціей того времени па студепіескомъ аэродромѣ в ъ Сиденхамѣ и былъ оштра[ювапъ за то, что перелетѣлъ надъ новой тюрьіой для политическихъ днффаматоровъ в ъ Уорм'$удъ-Скребсѣ и «этнмъ вызвалъ возбужденіе
іреди заключенныхъ во время ихъ прогулки».
)то была эпоха попытки подавить всякій намекъ
j a критику современнаго законодательства и
отправленія правосудія, и тюрьма эта была наполнена журналистами, осмѣлившимися обра-

тить внимапіе на умопомѣшательство тогдашняя
мпнистра юстиціи Абрагамса. Барнетъ не былъ'
хорошнмъ авіаторомъ, и оиъ сознается, что
немного боялся аппарата (впрочемъ, достаточно
было осповапій и другнмъ бояться этпхъ иеуклюжпхъ, первобытныхъ летатсльпыхъ машинъ), н пикогда не рѣшался на крутые спуски
или- на очень высокіе .подъемы. Кромѣ того,
по его словамъ, онъ былъ обладателемъ н одного
изъ т ѣ х ъ бензинпыхъ мотоциклетовъ, пелѣпая
сложность и невозможная грязь которыхъ до
спхъ поръ удпвляетъ посѣтнтелей «Музея Машинъ» в ъ ІОжномъ Кенсипгтонѣ. Онъ, между
прочпмъ, упоминаетъ о томъ, какъ переѣхалъ
собакуі и какъ дорого приходилось платить, за
раздавленныхъ куръ.
Онъ сдалъ необходимые экзамены, чтобы
уменьшить срокъ отбыванія воинской повинности до минимума, a отсутствіе у него какойнибудь технической нлн научной спеціальпостн
и нѣкоторая склонность къ излишней полпотѣ,
служившая помѣхой и для авіаторскпхъ успѣховъ,—были причинами того, что онъ попалъ
въ пѣхоту. Это былъ наиболѣе общій тинъ
войска. Развитіе теоріи и науки о войнѣ мало
подвинулось впередъ в ъ теченіе ряда десятялѣтій, вслѣдствіе почти полнаго отсутствія какого-либо' практическая опыта. Войны, случавшіяся в ъ тѣ' я д ы , имѣлн мѣсто большей частью
во второстепенныхъ п мало цивилпзованныхъ
странахъ, гдѣ войска состояли изъ крестьянъ
или полѵдикпхъ людей п только отчасти были
5*

вооружены современными усовершенствованным ,
•ружьями; круппыя же державы ограничивались
тѣмъ, что содержали огромный арміи, в ъ оргаппзаціи своей слѣдовавшія традиціямъ европейскихъ войпъ начала вѣка. Имѣлись пѣхотпыя
части,—къ одной изъ нихъ прппадлелсалъ Барн е т ъ ; — о п ѣ составляли главное ядро арміп. Затѣмъ были кавалерійскія части, количество которыхъ по отпошенію к ъ пѣхотпымъ. определялось опытомъ франкопрусской войны 1 8 7 1
года. Была еще артпллерія, по -по какпмъ-то
непопятпымъ прпчинамъ орудія передвигались
съ помощью копной тяги. Впрочемъ, во в с ѣ х ъ
европейскихъ арміяхъ пмѣлось еще небольшое
количество моторныхъ пушекъ, колеса которыхъ были такъ устроены, что могли передвигаться
и по вспаханной землѣ. Кроме того, появились
болыпія усовершенствовапія в ъ области моторныхъ трапспортовъ, мотоцпклетовъ, развѣдки,
авіаціи и т. п.
Ни однпъ первоклассный умъ не былъ призванъ к ъ спсціальпой разработке задачъ военной
техники съ примененіемъ повыхъ открытій и
припятіемъ в ъ разсчетъ совремеииыхъ условій,
по последовательный рядъ видиыхъ юристовъ:
лордъ Холдэпъ * ) , мииистръ юстиціи Бриггсъ,
талантливый адвокатъ Фильбрпкъ, иеоднократио п
*) Лордъ- Холдэнъ, юристъ по образованіго,
занималъ постъ военнаго министра в ъ Англіи
до іюля 1914 г., т.-е. до объявленія Англіей
войны Германіи, когда оиъ былъ замѣненъ лордомъ Китчнеромъ.
Прим. пер.
)

основательно перестраивали армпо и, накопецъ,
съ введепіемъ общей воинской повинности, поставили ее па такую йогу, что она могла бы
показаться весьма впушительпои аііглійской публике. 1 9 0 0 года. Теперь, в ъ любую минуту,
эрптанская Имперія была в ъ состояніи выбросить
на шахматную доску міровой политики мылліопъ
съ четвертью превосходно обучепныхъ солдате.
Традиціи Япопіи и цептральпо-европеискпхъ
армій были более величественны и менее юридически обоснованны; Китай. все еще упрямо /
отказывался сделаться BoennoiL державой и про- >
должалъ ограничиваться небольшой постоянной )
арміей,—по американскому образцу,—которая, •
впрочемъ, какъ говорятъ, была вполне прилпчпа;
Россія, защищениая суровой и железной адмипистраціеы протпвъ внутрепней критики, с ъ начала в е к а почти пе изменила пи одной, форменной одежды, ни одной оргашізаціи батареи.
Мненіе Бариета о собственной воеппой трепировке было весьма пе высоко: его увлечепіе
«Современпымъ Государствомъ» располагало его
смотреть н а военную повинность, какъ па скучное и излишнее обязательство, а здравый смыслъ
заставлялъ признавать всю безполезпость ея.
Кромѣ того, некоторая изнеженность делала его
чрезвычайно чувствительпымъ ко всемъ трудиостямъ воепиой жизни.
«Три дня подъ рядъ мы поднимались до зари
и выходили па строевую службу, пепзвестно
почему—даже безъ ' завтрака»,—разсказываете
опъ.—«Очевидно, для того, чтобы показать намъ

Барнетъ описывает* подробно, какъ онъ отбывал*
воинскую повинность все в ъ том* же
что когда придет* дспь, необходимо первым*
дѣломъ привести себя в ъ состояніе полпаго пз- полупрезрительном*, полупротестующемъ тонѣ
неможепія и. безсплія. Поэтому мы начинали Опъ держался мнѣнія, что шансы его участія
играть въ войну согласно таинственным* со- въ какой-нибудь настоящей войнѣ весьма малы,
если когда-нибудь ему и придется воевать, то
ображепіямъ п понятіямъ тѣхъ, которым* мы были
война
будет* такъ не похожа на мирные маподчинены. Въ послѣдній день мы провели цѣневры,
что единственная тактика, которой ему
лыхъ три часа под* палящим* солпцемъ, пройдя
нѣшкомъ восемь миль къ мѣсту, куда мы слѣдуетъ держаться, какъ человѣку здравомымогли добраться па мотобусѣ въ 9 % м и н у т ь , — слящему,—это стараться быть виѣ опасности
на слѣдующій день я лично это провѣрилъ,— до т ѣ х ъ поръ, пока онъ не научится трюкам*,
a затѣмъ мы предприняли аттаку на траншеи, необходимым* в ъ новыхъ условіяхъ. Опъ заоткуда н а с * всѣхъ перестрѣляли бы- в ъ одну вллетъ объ этом* совершенно откровенпо:
минуту, если бы только разрѣшили руководители никогда человѣкъ не былъ такъ свободен* отъ
маневров*. Потомъ мы занимались штыковыми іалыпиваго и лолшаго героизма.
упражпепіями, но я сомнѣваюсь, достаточно ли
но мнѣ варварства, чтобы воткнуть этотъ длинVI.
ный иожъ въ какое-либо живое существо. ВпроБарнегь прнвѣтствовалъ появленіе атомпчечем*, участвовать въ такой битвѣ мнѣ даже н°
каго
двигателя съ той горячностью, какую кажпредставилось бы случая. Допустим*, что КІ
кимъ-либо чудом* меня не разстрѣлялп во времъ ыіі юноша проявляет* по отношенію ко всѣмт
штурма траншей, я все же. такъ бы вспотѣлъ совершепствованіямъ в ъ техннкѣ, но ясно, чтс
и запыхался, что, когда наконец* добрался бы пъ' нѣкоторое время не связывал* этого стидо нихъ, не былъ бы даже въ состолніп поднять ійнаго потока новыхъ возможностей съ фппаисвое отвратительное ружье. Колоть штыками стали овымъ крахом* своей семьи. «Знаю, что отецъ
бы тѣ,что сидѣли за укрѣпленіями. и ждали насъ... ой былъ очень обезпокоенъ этимъ»—признается
пъ. Это обстоятельство набросило легкую тѣні
«Нѣкоторое время за нами елѣдпли два не- а его отъѣздъ в ъ Италію, Грецію и Египет*:
пріятельскихъ аэроплана, потомъ прилетѣли наши оѣздку эту онъ предпринял* вмѣстѣ съ тремя
и попросили ихъ этого не дѣлать; такъ какъ ш к и м и товарищами на одном* изъ новыхъ
практика военной авіаціи была еще совершенно омических* аэропланов*. Они перелетѣлп чепеизвѣстна, они вѣжливо подчинились и уда- зъ Да-ЭДапшъ и Тѵвдъ.—ѵггпц Ѳ пяетъ о н ъ . —
лились, продѣлавъ ряд* красивых* виражей иадъ
Лисьими Холмами»

покружились надъ Моиъ-Бланомъ. «Мы убедились—пишетъ онъ,—что эти новые геликоптеры
устраняютъ всякую опасность т ѣ х ъ неожиданныхъ падепій, которымъ такъ легко подвергались аэропланы старинной конструкціп». Дальше
они пролетели надъ Пизой, Пэстумомъ, Гиргепти
п Аоппаып, чтобы полюбоваться пирамидами при
лунномъ освещеніи, а оттуда направились в ъ
Каиръ,, п дальше вверхъ по Нилу до Хартума.
Далее съ современной точки зрѣнія эта была,
несомненно, очень веселая и интересная прогулка для молодого человека, п она сделала
еще мрачнее трагедію его дальпейпшхъ переживаній. Черезъ неделю по его возвращеиіп,
отецъ его объявилъ* себя бапкротомъ п покончилъ съ собой, припявъ какой-то ядъ.
Одпнмъ ударомъ Барпетъ былъ выброшепъ
изъ состоятельпаго класса, къ которому опъ
принадлежалъ, и очутился, безъ гроша- денегъ,
не имея никакой профессіональпой подготовки,
которая дала бы ему возможность пайти себѣ
средства къ существовапію. Опъ попробовалъ
давать уроки, взялся было за газетную работу,
по скоро очутился в ъ подполье того міра, на
солнечной стороне которая всегда разечитывалъ
жить. Для большинства людей такое падепіе
всегда почти равносильно умственной и духовной
гпбелп, по Барпетъ, несмотря па свое тяготеыіе
къ комфорту, обнаружплъ, когда пришлось это
показать, свою принадлежность къ' более современной и устойчивой человеческой породе.
Опъ былъ пропитаиъ творчесішмъ стоицизмомъ

назревавшая в ъ то время героизма и смѣло
принялъ в с ѣ горести и пепріятностп, какъ положенный ему въ удѣлъ жизненный матеріалъ,
который долженъ былъ послужить ему па пользу!
В ъ книге своей опъ благодарить судьбу за
тотъ ударъ. « Я могъ бы прожить и умереть,—
пишетъ о н ъ , — в ъ томъ уютномъ дурацкомъ райкѣ
беззаботной роскоши, которая существуешь вонъ
гамъ наверху. Я , можетъ быть, никогда по
тмѣтилъ и пе созналъ бы р а с т у щ а я г н е в а и
юря обездолепиыхъ и доведепныхъ до отчаяпія
ііассъ. Въ дни моего собственная благополучія.
;акъ мігЬ казалось, міръ былъ прекрасно устропъ». Теперь же, съ своей повой точки зрѣпія,
чіъ долженъ былъ признать, что міръ никак*
іе устроенъ; что правительство представляешь
обою компромпссъ иасилій, сплъ и попустиельства, а законъ—взапмпый договоръ часты х ъ интересовъ; что у бѣдпыхъ п слабыхъ, /
отя бы они и имели списходительныхъ хозя- і
въ,—мало друзей.
« Я прежде думалъ, что все предусмотрено,—
нсалъ опъ.—И съ своего рода удпвлеиіемъ
юдилъ пѣшкомъ по дорогамъ, голодалъ, и
гкрывалъ, что, въ сущпостп, никому пи до
то пѣтъ 'дела».
За пеплатежъ за квартиру его выселили изъ
о каморки, в ъ одпомъ изъ глухихъ пригоровъ Лопдона.
«Съ трудомъ уговорилъ я свою квартирную
зяйку (она была бедной вдовой, а л такъ
былъ много долженъ) спрятать у себя мой

Люди сходили со свопхъ автомобилей у этой по
сундучекъ, куда я заперъ нѣсколько писем!,
лосин тротуара п черезъ нпжпіе магазины прои кое-какія вещи, которыя храннлъ па память.
водили к ъ лнфтамъ и движущимся лѣстпнцамъ,
Она жила в ъ вѣчномъ страхѣ передъ инспекJ!, новымъ путямъ для пѣшеходовъ, къ торговым!
торами Общественная Здравія и Нравственноіядамъ, тянувшимся вдоль фасадовъ домовъ на
сти, такъ какъ временами у нея не были1
^'ровнѣ первыхъ этажей и, благодаря частым!
денегъ, чтобы дать нмъ обычную взятку, но
иостамъ, прндавшпмъ этпмъ новѣйшішъ квартанаконецъ, она согласилась и спрятала сундуш і ъ - Лондона странный, чнсто венеціапскій вндъ
чекъ в ъ темный уголъ подъ лѣстницсй. И я
Іа нѣкоторыхъ улпцахъ были лавки даже на
вышелъ на улицу искать себѣ сперва счастье J a п ™оторыхъ улпцахъ бьи
въ ввндѣ
обѣда, а потомъ и пристанища».
пристанища».
и і ѣ обѣіа.
f торыхъ
п третьихъ
этажа ъ.
Въ теченіе
почти цѣлаго
дня и всю ночь наОнъ побрелъ по направленно к ъ моднымъ< ірол«тъ окна ихъ были освѣщепы элсктрнчеболѣе оживлеинымъ. частямъ Лондона, гдѣ еш«1 твомъ, и мпогіе магазины, чтобы расширить свов
года два тому пазадъ самъ числился среди тѣхъ итрпны, открыли проходъ черезъ своп владѣнія.
что лишь тратятъ деньги
>арнетъ осторожно и с ъ большой тревогой проЛондонъ, подъ вліяніемъ закона о «вида прался ^по такимъ мѣстамъ, такъ какъ полцція
иомъ дымѣ», на осповаиін котораго появлені мѣла право останавливать прохожнхъ н требовать
его у кого-нибудь, чѣмъ бы онъ ни был" редъявленія Трудового -билета отъ всякой подовызванъ, каралось штрафомъ,—уже перестал- щтельпой личности, прризводдвшей впечатлѣпіе
быть мрачнымъ, тума^пымъ городомъ времен езработпаго; если же ойяѣтка на карточкѣ попокойной королевы Вйкторіи. Онъ весь пере- дзывала, что в ъ данное*время предъявитель ея
строился,
вЫсД е5 .• время
перестраивался,
п
er и
C
TUUilJlüM,
ирсмл
uopcuipauucuiwi,
xi
••
i ---- г - « —
главпыя улицы уже стали проявлять т ѣ х а р а к * с о с т о и т ъ п и г Д ѣ на службѣ,—полиція могла
герныя особенности, которыми потомъ онѣ о т * ° ™ а т ь с г о в н и з ъ > Г Д* шло ломовое двпженіе.
иичались в ъ течепіе второй половины д в а д ц а т а я ! 1 1 0 в н ѣ ш н о с т ь Ьарнета еще сохранила доставѣка. Антисанитарная лошадь и п л е б е й с к і * . " 0 внушительности, чтобы защитить его огь
зелоеппедъ были изгнаны с ъ мостовой, п р е ; : Г ° о б Н 0 И нѳпріятиости. Кромѣ того, в ъ данный
зтавлявшен теперь упругую, стеклообразную п Л „ ® п т ъ полищя была занята болѣе серьезными
зсрхность, безупречной чистоты. П ѣ ш е х о д а ы Ж Г м и > и о н ъ безпрепятетвенио дошелъ до галлеЗыла отведена лишь узкая полоска тротуара г і 1 ' «кружающихъ Лестеръ-Сквэръ, главный фозбѣнмъ сторонамъ мостовой, и подъ угрозой ш т р Л с_ъ Лондонской жизни н веселья.
д а е т ъ я Р к о е оцисашв этой площади. В і
Ьа,—если человѣку еще удавалось остаться
п
г
р
ѣ
ея~садикъ,
ашвыхъ,—запрещено было переходить у л п ц ; 1
раскинутый на высоких!
X Ѵ^XV U

t.

к
У «о
s

U U

A- U t U U L / i U

J л. w » *

u

w^ V

»»

•" " " т *

— -

——

I

У,

аркахъ, освѣщенпый гирляндами электрических*
лампочек* и соединенный с ъ торговыми рядами
восемью красивыми мостами, под* которыми жужжать потоки автомобилей, пульсирующих* по
мѣрѣ того, к а к * теченія перекрещиваются и убѣгаютъ на сѣверъ, югъ, восток* и запад*.
Над* ним* огромные фасады, облицованные
скорѣе сложными, чѣмъ красивыми, ' рисунками
нзъ пзразцовъ; они усыпаны фонарями и у в ѣ шапы смѣлыми вывѣсками, сверкающими многоцвѣтнымп лампочками. IIa этой площади сохранились два исторических* Мюзпкъ-Холла * ) , Шсксшіровскій театръ, гдѣ постоянная труппа лопдопскаго муниципалитета вѣчно вращалась в ъ
цнклѣ шекспировских* пьес*", и еще четыре друг и х * огромных* увеселительных* учреждепія, с ъ
башнями, уходящими в ъ синюю тьму почи.
Южная сторона сквера представляла темный копграстъ остальным* трем*. Там* шла монументальная постройка, и рѣшетчатая клѣть изъ стальн ы х * рельсов*, увѣнчаішая застывшими протянутыми руками гигантских* подъемных* крапов*, возвышалась над* мѣстомъ, гдѣ когда-то
: стояли зданія эпохи Впкторіи.
Эта рѣшетчатая клѣть такъ заинтересовала
Барнста, что на пѣкоторое время опъ забыл* обо
всем* остальном*. Она обнаруживала паралитическое бсздѣйствіе, в ъ ней была какая-то мертвая
оконченѣлоеть, никто там* не работал*, в с ѣ машины стояли. Только огромные ртутные фонари
«Эмпайръ» п «Альгамбра».

Прим. пер.

наполняли всѣ щели ея дрожащим* зеледымъ лунным* свѣтомъ п освѣщали неподвижных*, стоящ и х * на посту... солдатъ-часовыхъ.
Онъ попросил* у случайного прохожаго объяснепія, и тот* отвѣтнлъ, что пакапунѣ рабочіо
забастовали в ъ з н а к * протеста против* прпмѣпенія атомической клепальной машины, которая
удвоила бы индивидуальную работоспособность и
уменьшила бы наполовину число рабочих*, зан я т ы х * устаповленіемъ стальных* частей поваго
зданія.
— Меня не удивить, если опп начнут* бросать бомбы,—добавил* прохожій
Барнетъ вдруг* ' замѣтплъ сильное двпжепіе
вокруг* газетных* кіосковъ, стоящих* на у г л а х *
сквера. Очевидно, появилось какое-то очень сенсайіонпое пзвѣстіе па трапспараптахъ. Забыв*
о своем* абсолютном* бездеиежыі, онъ направился
было через* одппъ нзъ мостов* купить газету
(газеты печатались на тонких* металлических*
листах* п продавались в ъ особых* мѣстахъ спеціальными артелями продавцов*). Но па середппѣ
моста онъ вдруг* остановился, замѣтпвъ, что
внизу произошла какая-то заминка в ъ двпжепіи,
и полицейскіе сигналы очищали половпиу улицы
отъ экипажей. Когда же опъ добрался до кіоска,
то прочел* на транспарантах*, замѣшівшпхъ печатные плакаты времен* Викторіи, сепсаціоппое
извѣстіе объ огромной демопстраціи безработных*,
направляющейся по улпцамъ Вестъ-Энда * ) .
*) Вестъ-Эндъ—западная,
часть Лондон*».

наиболѣе шикарная
Ярим, не р.

Кппга его описываете эту демонстрацио, сорганизованную в ъ подражапіе демонстраціямъ безработныхъ прежпихъ лѣтъ. Онъ ожидалъ встретить безпорядочиую толпу, по въ процессіи царила какая-то зловещая, угрюмая дисциплина.
То, что издали казалось безконечной колонной
людей, устало шагало ио улице съ какимъ-то
• безпределышмъ отчаяніемъ. «Первымъ моимъ
импульсомъ,—пишете онъ,—было присоединиться къ нимъ, но вместо этого я сталъ паблюдать».
Это была бедно одетая, безцветная, слабосильная
на впдъ толпа, неприспособленная нн къ какому
нпому труду, кроме самаго черпаго и примитивнаго. Демонстранты несли несколько знаменъ,
съ освященными времепемъ надписями: «Мы хотимъ работы, а пе милостыни». Другихъ эмблемъ
ряды ихъ пе имели.
Они пе пели, даже не разговаривали между
собой; в ъ ихъ манерѣ не было ничего вызывающего, злобиаго; у нихъ не было определенной
цели, они про ото шли и показывали себя въ
наиболее богатыхъ кварталахъ Лондона. Это были
! представители дешеваго труда, которыхъ вытес• няли навеки иовыя, еще более дешевыя механпчсскія силы. Ихъ «сдали на сломъ», какъ
/ вывели изъ употрсблспія и лошадей.
Барнете перегнулся черезъ перила, глядя па
нихъ, и в ъ мозгу его забродили мысли объ его
собственпомъ .безвыходномъ положеніи. «Некоторое время,—пишете опъ,—при виде всего этого я не чувствовалъ ничего, кроме отчаянія».
Что надо сделать, что молено сделать для этого

растущаго излишка человечества? Они в с е такъ
явно безполезны, ни къ чему не приспособлены н жалки!
^
О чемъ они просятъ?
Они сделались жертвой неожиданности. Никто
не предвиделъ... И внезапно въ его мозгу блеснуло значепіе и смыслъ этой огромной загадки,
шаркающей ногами внизу. Это — призывъ къ
темъ людямъ, которые, будучи более счастливыми, казались более мудрыми и сильными,—
призывъ о дарованіи имъ р а з у м а и с п о с о б н о с т и понимать! Эта усталая, немая масса подтверждала своимъ протестомъ, что д р у г і е
могли бы предвидеть всѣ эти соціальныя пертурбаціи, должны были, по крайней мере, пред- ;
видеть, и принять соответствующія меры.
|Д
Вотъ что чувствовала эта толпа человеческихъ
обломковъ и что она молчаливо пыталась за-!
явить
«Все мнѣ стало ясно и очевидно, какъ если
бы в ъ темной комнатѣ внезапно вспыхнулъ
свете,—пишетъ онъ.—Эти люди молились своимъ
братьямъ-людямъ, какъ когда-то молились Богу!
Они все еще верили, что где то существуете
высшій разумъ, высшее пониманіе. Его только
надо пробудить, чтобы въ немъ заговорила совесть, чтобы оно проявилось в ъ действіи... И
я тоже увидѣлъ, что п о к а е щ е н ѣ т ъ т ак о г о п о н и м а н і я , р а з у м а . Міръ еще ждете
понимапія. Это п о н и м а н і е , этотъ все предвидящий разумъ еще долженъ быть создашь;
воля к ъ добру и порядку eine должпа быть со-

— в о брана изъ отрывковъ импульсовъ и бродячихъ
сѣмяпъ милосердія, изъ всего, что есть в ъ нашихъ
душахъ благородиаго и созидательпаго, и соткана
въ одну общую цѣль. Но в с е это еще должно
прпттн»...
То, что этотъ простой юноша, который в ъ
любой предыдущій в ѣ к ъ , пожалуй, былъ бы
больше запять проблемой своихъ собствепныхъ
иуждъ, могъ стоять н а мостикѣ и дѣлать обобщенія о нуждахъ расы,—является характерпымъ призпакомъ все раеширявшагося образа
мыслей этой эпохи.
Надъ всѣмп напряженіяМи и конфликтами того
хаотическая времени уже поднималась заря повой эры. Человѣческій духъ уже освобождался
отъ оковъ пндивидульпостп. Освобожденіе отъ
горькихъ порываній личности, бывшее сознательной религіозпой цѣлыо в ъ теченіе тысячи лѣшь,
освобожденіе, котораго искали люди в ъ самоуппзкепіи, в ъ пустыняхъ, в ъ молитвѣ и безконечнымп страшными путями, теперь, наконецъ, приблизилось п проникало с ъ необычайной простотой в ъ бесѣды людей, в ъ кппги, которыя они
читали, в ъ ихъ безсознательные жесты, в ъ и х ъ
газеты, повседневные поступки и ежедневпыя событія: Широкіе горизонты, волшебныя возможности, раскрытия пмъ искателями, теперь н а чали увлекать и отвлекать п х ъ отъ т ѣ х ъ древнихъ и инстинктивныхъ заботь, отъ которыхъ
даже угрозы адомъ и муками в ъ пемъ пе могли
пхъ отвлечь в ъ прежнее время. И этотъ бездомный, голодный юноша, стоя передъ лицомъ со-

циальной дезорганизации отчаяшя и смуты, *рсдв
сіяющей пустыни беззаботная веселья, затемняющей даже звѣзды, все-таки могъ еще думать
такъ, какъ онъ намъ объ этомъ разсказываетъ:
« Я ясно видѣлъ жизнь,—пишетъ опъ,—я
видѣлъ исполинскую задачу, стоявшую передъ
нами, и велпколѣпіе ея слозкной п безмѣрной
трудности наполняло меня восторгомъ. Я видѣлъ,
что памъ еще пред стоить открыть, какъ управлять государствомъ; что надо еще открыть систему народная образовапія, которое всегда является необходимыми спутникомъ управлепія государствомъ; 4 и что все это, в ъ чемъ такъ явно
тонуло мое личное маленькое, крошечное я , все
это в ъ Греціп, Римѣ, Египтѣ было в ъ сущности
ничто, лишь первые пыльные вихри начала, еще
безсЬзнательныя двизкенія п бормотанія с п я щ а я ,
который сейчасъ проснется»...
VII.

Дальше разсказъ передаешь съ захватывающей
простотой о томъ, какъ Гоноша спустился с ъ
высоты своего видѣпія в ъ действительность.
«Вскорѣ я снова, какъ будто, пашелъ себя и
почувствовалъ, что .мнѣ холодно и что я немного
голоден* ».
Онъ вспомнилъ о Ночлежныхъ Домахъ имени
Джона Бернса * ) , стоявшихъ н а набережной Тем*) Одинъ изъ сегодняшнихъ вождей «трудовой
иартіи» англійскаго парламента. П р и м . п е р ^
( Ѵ . п п А о ж т т п п н ы О MIDT>.

зы. Онъ прошелъ черезъ галлереи книгопродавцевъ п Національную Галерею (она уже д в е надцать летъ какъ была открыта непрерывно
день и ночь для всѣхъ прилично-одетыхъ людей),
черезъ розовые сады Трафальгаръ-Сквера и колоннады отелей к ъ набережной. Онъ давно зналъ
объ этихъ прекрасныхъ учрежденіяхъ, которыя
смели последнихъ нищихъ, продавцовъ \спичекъ
и в с е х ъ случайныхъ бездомныхъ с ъ улицъ Лондона, и решилъ, что, безъ сомненія, ему удастся
получить билетъ на ужинъ, ночлегъ и указаніе,
где найти какую-нибудь работу.
Но онъ не принялъ в ъ разечетъ новыя рабочія
забастовки, и когда добрался до набережной, то
увидалъ, что Ночлежные Дома безнадежно о с а - ,
ждаетъ огромная и довольно безпокойная толпа.
Некоторое время онъ потолкался по краямъ
этой толпы, озадаченный и смущенный, но потомъ вдругъ замѣтилъ определенное теченіе людского потока, захватившее и его, вверхъ, сквозь
арки огромныхъ здапій, выросшихъ послѣ того,
какъ в с е вокзалы были переведены на южный
берегъ р ѣ к и , — к ъ крытымъ тротуарамъ Стрэнда.
И здесь, в ъ открытомъ яркомъ сіяніи полуночи
оиъ увидѣлъ, что безработные просятъ милостыщю, просятъ с ъ прямо чудовищной уверенностью
и настойчивостью—у людей, выходившихъ изъ
малепькихъ театровъ и прочихъ увеселительныхъ
мѣстъ, которыми изобиловала эта улица.
Это было безпрпмерное явленіе. Ужъ четверть
века, какъ лондонскія улицы не знали ниіцихъч
и просящихъ милостыню. Но в ъ эту ночь полиція

или не желала, или не могла препятствовать
безпріютпымъ, наводпившнмъ эти богатые части
города. Полисмэны вдругъ сделались слепыми
ко всему, кроме явнаго безпорядка или безобразія.
Барнетъ прошелъ черезъ толпу, пе будучи в
состояніп заставить себя обратиться к ъ комѵ
нибудь с ъ просьбой о помощи, да, очевидно, е г °
впепшость и костюмъ еще пе соответствовали
его положенію, такъ какъ два раза, говорите
оиъ, у него самого попросили. Недалеко отъ са
довъ Трафальгаръ-Сквэра, одинокая девушка съ
накрашенными щеками и подведенными бровями
заговорила с ъ ппмъ с ъ особой дружелюбностью.
—J Я голодепъ,—сказалъ опъ ей неожпдаппо.
— О, бедпепькій!—ответила она и с ъ импульсивной щедростью жеищииъ своей профессіп
оглянулась и всунула ему в ъ руку серебряную
монету.
Это былъ даръ, который, несмотря на прецеденте Де-Куипси, могъ бы, по репрессивному законодательству того времени, подвести Барііета
подъ тюремный кпутъ * ) . Но, какъ онъ признается, онъ взялъ монету, спешно поблагодарилъ
девушку и, обрадованный, пошелъ купить себѣ
что-нибудь поесть. I
*) По недавно, в ъ 1912 г., проведенному англійскимъ парламентомъ биллю, веякій мужчинапользующійся заработкомъ проститутки, подвергается тѣлесному наказанію.
П р и м . п е р е в.
В»

ГШ.
День или два спустя, Барнетъ выпіелъ за
городъ, и опять свободу, съ какою онъ могъ
бродить куда ему угодно по большим* дорогам*,
должно признать за признак* все возраставшей
общей соціальной дезорганнзаціп п растерянности
полиціи.
Опъ описывает* дороги того плутократического вѣка,* «окаймлепныя колючей проволокой
в ъ цѣляхъ защиты отъ бездомпыхъ людей», и
сады съ высокими стѣпами, и всякія предупреждепія и угрожающія штрафами надписи, который волей неволей заставляли его держаться пыльных* узких* полосок* общественных* дорог*. Наверху, въ воздухѣ, свободно летали счастливые богачи, пе замѣчающіе горя и несчастія
под* ними, точио такъ же, какъ безпечно летал*
.и онъ два года тому назад*; а по дорогѣ мчались
новые, легкіе, быстрые, чудеспые экипажи. Ни
на секупку пе смолкали, даже въ открытом* полѣ
плп на проселках*, звуки снренъ, свпстковъ,
гонгов*. «Бпржп труда» были завалены непосильной работой) а придорожпыя ночлежки для
бездомпыхъ бродяг* были такъ переполнены, что
многим* приходилось спать въ сараях* плп прямо
под* открытым* пебомъ. Такъ какъ подача милостыни стала паказуемымъ преступлепіемъ, то
ужъ нельзя было ждать помощи отъ рѣдкаго
пѣшехода плп нрпдорожнаго коттеджа.
« Я пе злился,—-говорить Барнетъ.—Я лишь

видѣлъ огромный эгопзмъ, чудовищное презрѣніо
ко всему, кромѣ наслаждепія и обладапія, во
всѣхъ этпхъ людях* над* нашими головамп, по
въ то яге время я впдѣлъ, насколько это было
пензбѣягпо: если бы богатые попали на мѣсто
бѣдпыхъ, или паоборотъ, все равно ничто » не
нзмѣннлось бы. Да нпаче и быть пе можетъ,
когда люди прпмѣпяютъ науку п всякое новой
пзобрѣтеніе, которое дает* им* наука, п весь
свой запас* ума н эпергіи на созиданіе богатства
и машинъ, a управлепіе государством* п народное
образовапіе предоставляют* ржавым* традиціямъ
прошлых* столѣтій. Эти традиціп ведут* свое
начало отъ темных* вѣковъ, когда, дѣйствптельно, далеко не всѣмъ хватало на лгнзпь, когда
жпзпь была жестокой борьбой, которую еще к а к ъ іо можно было скрыть, но нельзя было пзбѣжать. И это алчное стремленіе все захватить,
это етремлепіе однпхъ лншнть других* в с е г о , —
являлось естественным* послѣдствіемъ несогласованности ыеягду матеріаломъ и воспптаніемъ.
Естествепно, поэтому, что в с ѣ богатые • были
вульгарны, a бѣдньте ожесточенны, п каждая новая сила, открывавшаяся человѣчеству, ппшь
дѣлала состоятельных* людей еще богаче, a бѣдныхъ менѣе необходимыми и менѣе свободными.
Люди, которых* я встрѣчалъ въ ночлежках* для
бродяг* и домах* для безработных*, всѣ кипѣлн
возмущепіемъ, говорили о справедливости, несправедливости и мести. Я не видѣлъ никакой
надежды въ этих* словах*, да п пп въ чем*
другом*, кромѣ какъ в ъ тсрпѣнін»...

Но онъ не лмѣлъ в ъ виду пассивнаго терпѣпія.
Онъ хотѣлъ сказать, что способъ соціальнаго
пересозданія ыіра все еще оставался загадкой,
ч
и никакое болѣе или менѣе удовлетворительное
переустройство немыслимо, пока эта загадка, во
всей своей сложности, не будетъ разрѣшена.
« Я пытался говорить съ этими педовольпыми,—
пишетъ опъ,—по было трудно заставить ихъ
впдѣть вещи такъ, какъ я ихъ видѣлъ. Когда
я говорилъ имъ о терпѣніи и о болѣе широкихъ
задачахъ, опи отвѣчали: «но вѣдь къ тому вреЧ
мени мы всѣ умремъ!»—и я не могъ внушить і л
имъ,—что мнѣ было совершенно ясно и просто— ; ; ç
насколько вопросъ о томъ, будутъ ли они живы j ^ 4 «
или пѣтъ, не можетъ вліять па ходъ вещей.
;
Люди, мысли которыхъ не могутъ простираться
1
за предѣлы человѣческой жизни, безполезны в ъ
ѵ
управленіи п созидапіи государства».
^ ч*
Во время этихъ скитапій, очевидно, Барнету не
попадались газеты, и транспарантъ на газетномъ
кіоскѣ, па рыночной площади въ БпшопсъСтортфордѣ, съ надписью «Серьезное международное осложнепіе», ne очень взволновалъ его.
За послѣдніе годы такъ часто наступали «серьезныя международный осложнепія».
На этотъ разъ рѣчь шла о томъ, что Центральный Европейскія Державы собираются напасть
на Славянскую Федерацію, и что Франція и Англія памѣреваются выступить. на защиту славяпъ.
Къ слѣдующему'вечеру онъ уже нашелъ сносный ужпнъ, приготовленный для бродягъ в ъ
придорожной ночлежкѣ, п узпалъ отъ смотрителя,

что всѣ пригодные для военной службы мужчины
на слѣдующее утро будутъ отправлены къ свонмъ
мобилизаціониымъ центрамъ. Страна была наканунѣ войны. Самого Барнета должны были отправить въ графство Серрей. Первое, что онъ испытал* при этомъ извѣстіи, пишетъ опъ, было
чувство к р а й н я я удовлетворенія, что подошли
къ концу его дни «безнадежная стучанія в ъ
подполье цивилизаціи». Вотъ, накопецъ, появилось какое то опредѣленпое заиятіе, нѣчто опредѣленно предусмотрѣнпное. Но это чувство успокоенія & удовлетворенія было ослаблено, когда
онъ открылъ, что всѣ мобплизаціонныя приготовлепія были сдѣланы такъ спѣшно и такъ небрежшч что в ъ течепіе тридцати шести часовъ
цъ мобилдзаціонномъ пунктѣ въ Эпсомѣ оиъ не
могъ получить ничего поѣсть или попить, кромѣ
чашки холодной* воды. Мобилпзаціопное депо было
абсолютно лишено всякихъ прппасовъ, п въ то
же время никто не имѣлъ права оставить его.
\

ГЛАВА ВТОРАЯ.
Послѣдняя

война.

I. .

Съ точки зрѣнія здраваго и обоспованнаго
соціальнаго порядка, трудно понять и проследить мотивы, толкнувшіе человечество па войну,
заполнившую собой псторію средпихъ десятплѣтій двадцатаго в е к а .
Нужно всегда помнить, что политическая структура міра в ъ то время повсюду значительно и
прямо-невероятно отставала отъ коллективна™
интеллекта. Это является центральпымъ фактомъ
въ исторіи того времени. Въ теченіе целыхъ двухсотъ лѣтъ ne было ннкакнхъ значительпыхъ
измѣнепіи въ политпческихъ пли юридическпхъ
методахъ и стремленіяхъ: самой крупной переменой было некоторое перемѣщепіе граппцъ, и
легкое пзмепепіе юрпдпческнхъ процедуръ. В ъ
то же время во в с е х ъ почти другихъ областяхъ
жизни произошли основныя революціи, псполиискія освобожденія и огромныя расшпренія кругозоров« и целей.
Нелепости, царившія при дворахъ, и возмутительныя проявлепія представительпаго парламентаризма, наряду съ открытіемъ широкаго поля

возможностей в ъ другихъ областяхъ,—все больше и больше отвлекали лучшіе умы отъ релпгіозпой и общественной деятельности. Наиболее
видныя формы правлеиія міра въ двадцатоыъ
в е к е шли въ хвосте наиболее впдпыхъ формъ
релпгій. На службе у пихъ оставались люди
лишь съ второстепенными даровапіямн и умственными способностями. Начиная съ середины восемпадцатаго в е к а , в ъ памяти человечества не
сохранилось пи одного церковнаго деятеля, какъ
еъ начала двадцатаго в е к а пе появилось пи
одного выдающагося государствеппаго человека.
Повсюду, у кормилъ власти мы встречаемъ энергична™, тщеславна™, блпзорукаго, обыдеппаго
типа человека, слепого к ъ новымъ возможностямъ п упрямо опирающагося па траднціп прошрго.
Можетъ быть, самыми опаспымп изъ этихъ
отжпвшпхъ свой ' в ѣ к ъ траднцій были границы
различпыхъ «господствующпхъ государствъ» п
концепція общаго господства .въ человеческпхъ
дѣлахъ какого-нибудь одного отдельна™ государства. Память объ пмперіяхъ Рима и Александра
все еще витала неугоыопнымъ кровожадпымъ
призраком« в ъ воображеніп человечества, и она
всосалась в ъ человѣческій мозгъ, словно зловѣщін паразите, и наполняла его безпорядочными
мыслями и жестокими импульсами. В ъ теченіѳ
более в е к а французская система государствъ
истощала жизнедеятельность человечества своими
воинственными конвульсіямп, затѣмъ зараза передалась народамъ, говорящнмъ на немецкомъ

языкѣ, являвшимся сердцем* я центром* Евро
г ы , а позже она улсъ захватила славян* Позд
нѣйшпмъ вѣкамъ предстояло собрать и потомъ
забыть обширную безумную литературу этого
недуга, всѣ сложные договоры, тайныя соглашенія, безпредѣльныя освѣдомленпости политическаго писателя, хитрые отказы признать очевидные факты, стратегичсскія ухищренія, тактическіе пріемы, отчеты о в с ѣ х ъ мобилизаціяхъ и
контръ-мобилизаціяхъ.
Литература эта перестала быть правдоподобной,
какъ только она перестала быть дѣйствительностыо, но на самой зарѣ новаго в ѣ к а государственные ремесленники сидѣли при зажженных*
исторических* свѣчахъ и, не взирая на новыя
странныя отраженія и незнакомые свѣточи и
т ѣ н п , — в с е еще ссорились, торговались друг* съ
другом* и пытались перечертить и перепланировать карты Европы и всего міра.
Вопрос* о томъ, насколько милліопы мужчин*
и женщин*, стоявших* внѣ міра этих* спеціалнстовъ, сочувствовали п мирились съ ихъ
чудовищными замыслами и дѣйствительностыо,—
оставался еще открытым*. Одно течепіе пеихо' поговъ было склонно считать минимальным* сочувствіе массъ, но въ общем* птогѣ, наибольшая
доля показаній обнаруживает*, что планы и
замыслы воинственных* правителей находили
огромную подержку. Первобытный человѣкъ все
гда былъ воинственным* животным*; безконеч
ное число поколѣній провели свою жизнь в ъ
расовой и племенной борьбѣ; въ то же время

тяжесгь традпцій, примѣръ исторіи, идеалы лояльпости и преданности какъ нельзя лучше способствовали провокаціямъ международпаго политич е с к а я интригана. Полнтическіе взгляды средн я я человѣка складывались случайно; въ томъ
образованіи, которое опъ получал*, въ сущпости,
не было ничего, что могло хоть немного подготовить его к ъ роли гражданина (это попятіе получило свое начало только съ развитіемъ пдеи
о Современном* Государствѣ) ; и поэтому сравнительно легко было наполнить его мозг* пустыми
звуками и злобой отчаянія, подозрительности и
національной обиды.
Такъ, напримѣръ, Барнетъ описывает* шумное
проявленіе патріотизма лондонской толпы, когда
его } баталіонъ прибыл* въ Лондон*, чтобы сѣсть
на поѣздъ и отправиться к ъ французской граниП,К
Онъ разсказываетъ о томъ, какъ дѣтн и
шя, Й Ш І Ж Ѳ н еторіки неистово кричали
& ура», какъ улицы и торговые ряды были увѣшаны флагами союзных* держав*,—о подлинном* энтузіазмѣ, пробудившемся даже среди бездомных* и безработных*. Бюро Труда, были
частью превращены в ъ бюро для записи добровольцев* и сдѣлалпсь центрами патріотическаго
возбулсденія. На каждом* удобном* клочкѣ вдоль
путей по обоим* выходам* Подводная Туннеля,
проведеннаго под* Ла-Маншемъ и соединяющая
Францію съ Англіей, стояли толпы восторженн ы х * зрителей, и общее еамочувствіе полка, къ
которому былъ причислен* Барнетъ, хотя и было
немного омрачено и смущено зловѣщпмн предви-

дѣпіямп, тѣмъ ne менѣе было крайне воішственпо.
Ыо все это возбуждеиіе было лишь легкомысленным* возбуждепіемъ умовъ, ne ммѣвшихъ установленных* взглядов*; у большинства,—говорит*
Барпетъ,—происходило то же самое, что и у Ч ;
пего; это было естественной рсащіей па коллективное двіжепіе", па воинственные звуки и краски, на опьяняющій вызов* смутных* опасепіи.
\ Люди столько времени жили под* давленіемъ
1 угроз* и приготовлсній къ войнѣ, что когда она,
,
, наконец*, пришла, опп какъ бы вздохнули съ ^
1 облегченіемъ.
И.
По общему плану кампапіп, выработанпому
союзниками, защита нижней долины Мааса была
поручена англичанам*, и воинскіе поѣзда шли
прямо, без* пересадки, съ различных* англійскихъ мобплизаціонныхъ пунктов*, прямо к *
тѣмъ пунктам* въ Арденнах*, гдѣ апглійскія
войска должны были окопаться в ъ трапшеяхъ.
Большинство документов*, относящихся к ъ
этой кампапіи, были уничтожены во время войны; съ самаго начала план* союзников* былъ
какъ будто весьма неясен*, но вполнѣ возможно,
что в ъ первоначальный проект* входило образовапіе воздушпаго парка в ъ этом* райоиѣ, откуда можпо было предпринять атаки на огромпыя
промышленный области пижнлго Рейпа, а также
и фланговый палетъ через* Голландію на пѣмецкій морской центр* у у с т ь е в * Эльбы. Конечно,

ничего этого не было извѣстпо таким* пѣшкамъ
в * игрѣ, какъ Барпешь и его баталіопъ, о б щ ность которых* сводилась просто к ъ псполпеиііо
приказов*, исходивших* отъ таинственных*
Г
ководителеи войны, сосредоточенных* въ ПашіЛ й куда оылъ также переведен* изъ Лондона и
англшскш генеральный штабъ. Съ самаго начала
До конца эти руководящіе умы оставались непзвѣстдымп общей массѣ армій и скрывались
за псевдонимом* «Приказов*». Пе было ші Наполеона, ни Цезаря, никого, кто могъ бы олицетворять силу и возбуждать энтузіазмъ. Барнега пишетъ: «Мы говорили о и и х ъ
Они
нас* отправляют* в ъ Люксембург*. О п и собираются опрокинуть Центральпо-Европейскій праF
вый флапгъ!»...
Сквозі дымку этой пеопредѣленпости небольшая группа болѣе или ыенѣе достойиыхъ людеи, составляющих* Главный штабъ, начала создавать всю огромность и значительность того
чѣмъ, предполагалось, она должна руководить '
В ъ обшпрпомъ залѣ Воениаго Управлепія, окна
которого выглядывали через* Сеиу на Трокадеро
и дворцы западиаго квартала Парижа, были разложены по столамъ ряды карт* крупного масштаба съ изображенісмъ всей области, захваченной войной, и по этимъ картам* офицеры главного штаба безпрерывно передвигали пеболыпіе
нуоики, изображавшіе дерущіяся войска, по мѣрѣ
-ого, какъ въ сосѣдпіе залы приходили телеграфимя пзвѣстія и распоряженія. В ъ других* запах* были карты менѣе подробпыя, гдѣ отмѣча-

Это'была опытная ремпнгтонистка, успѣвавшая
записывать почти шестьдесятъ словъ въ минуту,
яись, тоже по мѣрѣ прпбытія, рапорты британ-.
н ее усадили рядомъ съ такими же молодыми
скаго адмиралтейства и славянскпхъ главнокоженщинами для записывапія и копированія примандующих^ На- этихъ картахъ, какъ на огром-5
казовъ, которые потомъ передавались младшимъ
ныхъ шахматныхъ доскахъ, фельдмаршалъ Дю- (
дежурнымъ офицерамъ и распространялись дальбуа, въ совѣщанін съ геиераломъ Віаръ п герцо-;
ше. Наступило затишье в ъ прпходѣ депешъ, и ей
гомъ Деліискимъ, должепъ былъ сыграть протнвъ'
предложили выйти изъ пріемной комнаты па
Цеитральпо-Европенскихъ державъ великую пар-,
террасу подышать евѣжпмъ воздухомъ и подкрѣтію за міровое господство. Весьма возможно, что у,
Литься принесеннымъ съ собой скуднымъ ужинего была сложившаяся въ головѣ игра, ^весьма
помъ, пока не появится снова надобность в ъ
возможно, что у пого былъ великолѣпный onpé-1
ся услугахъ.
дѣлснпый планъ. Но онъ не прннялъ в ъ разСъ террасы молодой женщинѣ видна была не
счетъ пи повой стратегіи авіацін, ни возможной л ь к о широкая полоса рѣки, но и вся восточная
стей атомической энергіи, раскрытыхъ ч е л о в ѣ ^ ч і с т ь Парижа отъ Тріумфальной арки до Сенъ*
ству Холстепомъ. Въ то время, какъ онъ
" й у , вся огромная масса черной или блѣдной 4
рабатывалъ плапы окоповъ, набѣговъ п ногрч
тьмы съ розовыми и золотыми пятнами свѣта и
нпчной войны, Центральпо-Европейскін генеральѵіезкопеч^о переплетающимися подъ тпхпмъ и
ный штабъ готовилъ ударъ въ глаза п мозгъ. И.
ібеззвѣзднымъ небомъ поясами огпепныхъ товъ то время, какъ въ эту ночь, правда, съ н е л е к ъ ; кромѣ того, видна была вся обширная
которой нерѣшнтельпостыо, Дюбуа развивалъ свой
внутренность огромнаго зала съ хрупкими колонгамбитъ по липіямъ, установленнымъ еще Па,нами, изящными арками и гроздьями лампочекъ.
нолеопомъ н Мольтке, его собственныйнаучный
Тамъ, на столахъ лежали огромныя карты, сдѣкорну нь, въ состояніи мятежнаг'о возбулсденіщ
' ланныя в ъ такомъ крупномъ масштабѣ, что ихъ
, готоішлъ ударь для Берлина. «Эти старые дураможно было принять за изображенія маленькихъ
« к ц > > — д 0 Т Ъ Ч Т о думали офицеры научнаго корстранъ; безпрерывной вереницей входили, выхопуса.
, дпли, суетились вѣстовые и курьеры, передвигая
и замѣняя маленькіе деревянные кубики, обоВоенное Управленіе в ъ Парижѣ, в ъ ночь па
значавшие сотни и тысячи людей, a велпкій
3 іюля, представляло собой эффектную выставку
главпокомапдующій съ его двумя совѣтникамв
всякихъ ухищрепій военной организаціи, какъ
стоялъ среди всего этого, поближе к ъ тому мѣсту,
ее понимали в ъ первой половинѣ двадцатаго
ъ гдѣ
шелъ самый горячій бой, сообцажая и
вѣка. Для одного человѣческаго существа, по
крайней мѣрѣ, главпокомандующіе уподоблялись
богамъ, руководшшимъ ыіромъ..

отдавая приказы. І м ъ стоило шепнуть Только
слово, п тотчасъ же гдѣ-то далеко в ъ ш р ѣ
действительности передвигались послушные отряды. Люди вставали, шли впередъ в ъ неизвестность и умирали. .Судьба народовъ таилась в ъ
глазахъ этихъ трехъ людей. Да они были, ^ѣиствптельио, подобны богамъ
Наиболее богоподобнымъ изъ трехъ былъ Дю
буа Оиъ одпнъ решалъ, другіе могли лиші
предлагать, советовать И женская душа маши
чистки в ъ страстпомъ инстинктивномъ поклоне
ніи тяготела больше всего к ъ этому суровому,
красивому, молчаливому старику...
Однажды ей пришлось непосредственно изъ его
устъ записать слова приказа. И возбуждеше ея
цошло дс ужасныхъ пределовъ боязни, какъ бы
она не опозорпл. себя какой-нибудь ошибкои

въ передаче,.

И теперь она смо т рѣла па него сквозь окно
со всей н е п р о и и цател ьн о сть ю взора влюбленной
женщины.
Она замѣтпла, что онъ очень мало говорите.
Онъ лишь изрѣдка взглядывалъ на карты. Высокий
же англичанин«, рядомъ съ нимъ, былъ явно
озабоченъ цѣлой вереницей мыслей, самыхъ противоречивых« мыслей; онъ вытягивалъ шею при
каждом« передвпжеши маленьких«
красных«,
винихъ и желтыхъ кубиков« по карте, и все
время старался то в ъ одну, то в ъ вдругую стооону привлечь внпманіе
главнокомандующаго.
Дюбуа выслушивал«, кивалъ головой, произноздлъ одно какое-нибудь слово и снова умолкалъ,

погружаясь в ъ раздумье, напоминая в ъ такія мипуты французскаго націопальпаго орла.
Его глаза были такъ глубоко посажены подъ
сѣдыя брови, что девушка пе могла ихъ в и деть; его усы закрывали ротъ, откуда ИСХОДИЛИ
рѣшптельныя слова. Віаръ тоже былъ мало разговорчив«; это былъ брюнете, с ъ наклоненной
головой и печальными, внимательными глазами.
Онъ былъ всецело поглощснъ французским« правым« флапгомъ, который сегодня нащупывал«'
себе дорогу черезъ Эльзас« к ъ Рейпу. Опъ
б ы л ъ — она знала—'старым« сотоварищем« Дюбуа; тотъ его лучше зналъ и больше ему довер я л « , — т а к ъ решила она,—чѣмъ этому чужому
англичанину.
Не говорить, ' оставаться безетрастпымъ, и,
по возможности, всегда в ъ профиль—вотъ задача,
которой давно овладел« Дюбуа. Казаться в с е знающим«, не .показывать никаких« признаков«
удпвленія, всегда отказываться отъ спешки; ибо
спешка всегда сама по себе сознаніе в ъ о ш и б к е , —
тѣмъ, что Дюбуа всегда придерживался этихъ
простых« правил«, опъ создал« себе строгую,
крепкую репутацію съ того времени, когда
еще былъ только обещающим« штабъ-офицеромъ,
молчаливым«, почти разееяннымъ молодым« человеком«, решительным«, по вечно послушным«.
Еще тогда па пего смотрели и говорили: «Опъ
далеко пойдет«». За цѣлыя пятьдесят« л е т е
мира, ни разу его нельзя было застать не на
мѣстѣ, и па маиеврахъ его безстрастная настойчивость озадачивала, гипнотизировал* и рйзбиО с в о б о ж д с ш ш й ыіръ.

7

вала ne одпого болѣе одаренная и у м н а я челов е к а . Глубоко в ъ своей душѣ Дюбуа запрятал*
единственное свое большое открытіе о^ современной военной наукѣ, ішочъ к ъ своей карьерѣ.
П это открытіе было: н и к т о п е з н а е т ъ ,
что дѣйствовать—значить ошибаться, г о в о р и т ь значит* сознаваться: и человѣкъ, дѣйствуіоіцш
медленно, настойчиво и, главным* образом*, молчаливо, имѣетъ больше всего шансов* выиграть
въ копечпомъ птогѣ. À пока надо было кормить
людей. Этими же стратегическими пріемами опъ
падѣялся разбить таинственных* врагов*, сидѣвшпхъ во главѣ Цептралыю-Европейскпхъ
армій. Герцог* Делійскій мог* говорит*, сколько
ему угодно, о большом* фланговом* паступленіи
через* Голлаидію, со всѣми британскими подводными лодками, мппоиосцами и гидропланами^ поднимающимися по Гейиу для поддержки войск*;
Віаръ может*, сколько угодно, мечтать о блпстательпыхъ подвигах* мотоциклетов*, аэропланов*
и лыжников* среди швейцарских* гор* и о
пеожидаппомъ пападепіи па Вѣиу. По в ъ действительности надо только прислушиваться и
ждать, чтобы другая сторопа начала дѣлать опыты: II она уже начинала. А пока, опъ оставался
въ' профиль, с ъ видом* полной увѣренности и
спокойствія, словно человѣкъ, сидяіцій в ъ автомобплѣ послѣ того, какъ шофферъ получил* его
распоряжспія.
И в с ѣ вокруг* пего чувствовали себя сильнее
и увѣренпѣе благодаря его спокойному лицу,
атому выражепію знающаго человѣка, полная

безграничней уверенности в ъ себѣ. Гроздья ламбФГа«Ц
Е Е
па карты, огромные
букеты тѣпои его, различпыя версін всей той
властной фигуры, то болѣе свѣглыя, то болѣе
ташыя;
спѣ доминировали, м д ъ картами, у к а зывали в ъ различпыя шшравлелія. Эти тѣли
к а к * бы символизировали его влаеть. Когда же
™ а Т р а т ™ б е з п Р в ^ о ч н а г о телеграфа в х о дил* вѣстовои переставить т о т ь или другой к у бикъ или замѣнить, согласно последним* добавочным* свѣдѣшямъ, один* Цептрально-Евронсйс и т иолкъ десятком*, или же отодвинуть назад*

ииСтуг1Грда

ЛЛІГ

«от»

^

фельдмаршал* чуть-чуть поворачивал*
голову, то словно ничего пе замѣчая, то взглян у в * и едва к и в н у в * яловой, какъ учитель
к н в м г ь о д о б р я е т * поправку : «Да, т а к * І у ч ш с ! »
«Какой онъ удивительней,—думала д ѣ / у ш к а у
о к н а , — к а к ъ в с е это изумительно ! В о т ъ — м о з г ь
западная міра, в о т ъ - О л п м и ь е ъ воюющей землей у я о г ь его. П онъ ведет* Францію, Ф ш щ £
которая столько времени была невольно от4 о отдут а о т ъ зппгеріализма, назад* к ъ е я п р е ж н е й
4
первенствующему мѣсту в ъ мірѣ».
Ней казалось, что далеко не но заслугам*
П а Л № ° 1 ДКа*
у ™ .
прпият*
Трудно быть ж е н щ н н ^ , преисполненной бур-1
п п р , п п ^ р с м л е ' ш е м ъ л ъ ' ЛШШ0'Гг с в я з а н н о с т и п
(Р »
время быть безличной
0-ДОлжна J

*
}
Ч
,

Дѣвушка предалась фаптастичеекпмъ мечтамъ,
мечтамъ о дпяхъ, когда мішуетъ войпа п восторжествуете» побѣда. Тогда, быть ыожетъ, эта суровость, эти доспѣхи будутъ отложепы въ сторону, и богп спустятся па землю... Е я вѣкп
стали смыкаться...
. Она опомпилась, вздрогнув«. Она сразу почувствовала, что ночь кругом« уже перестала быть
молчаливой. Внизу па мосту замѣтио было сильное возбужденіе, па улицах« началась бѣготня
и по тучамъ заиграли прожекторы съ какой-то
высокой башпп гдѣ-то далеко за Трокадеро
Вдругъ возбуждепіе точно промчалось мимо нея
и паводпило залъ за стеклами. ;
Одппъ изъ часовых« съ терассы стоялъ въ
верхнем« копцѣ зала, жестикулируя п что-то
крича.
Весь міръ какъ будто преобразился. Какое-то
трепетапіе, біспіе. Она не могла попять, в ъ чемъ
дѣло. Ііакъ будто всѣ водопроводпыя трубы п
скрытыя машипы, и кабели затрепетали, забились, какъ бьется пульсъ. П мимо нея пронеслось что-то похожее на вѣтеръ,—то было
отчаяпіе.
Е я глаза обратились къ" лицу' фельдмаршала,
какъ можете» испуганный ребенок« посмотрѣть
па мать.
Опъ былъ все еще невозмутим«. Опъ слегка
хмурился,—такъ показалось ей,—по это ^было
вполнѣ естественно, такъ какъ герцогь Делшскш,
широко жестикулируя одной рукой, другой взялъ
его за плечо и слишком« явно памѣвевался по-

тащить его
на террасу
въ странной
высоко лицо
1 Іто было

к ъ большой двери, открывавшейся
Віаръ же спѣшилъ к ъ окнам« ц
позѣ нагибался вперед«, подпявъ
и глаза.
наверху?

Ä

падъ
г о л о в о й - р а : ™ я
" б у д т о
Звукъ поразплъ дѣвушку словно обухомъ Опа
прижалась къ стѣпѣ и взглянула вверхъ Она
увпдѣла трц черпыхъ тѣнп, мчавшіяся вппзъ
сквозь разорванныя облака, н въ какой-™ т ' ш ѣ
пониже двухъ пзъ ннхъ начинались какіе то
выощіеся краспыо слѣды...

п т ? , С е п Г У Т П 0 Я б Ш 0 т о т а о паралпзовапо, в
пока она слѣднла за этшщ красными снарядами,
ностыо И С Я К Ъ
' МГП№еПІЯ еЙ к а з а л п с ь в ѣ ч Ее какъ будто вырвали.изъ міра. Ничего друого она не замѣчала въ мірѣ, кромѣ ало-пурн™1 1 І Л е с к а п з в ^ в с е °глушающаго, всеобъемиоіцаго, пепрестаниаго звука, Предъ пей какъ
да
потухли всѣ другіе огни, п на фонѣ этого
слѣшггсльнаго блеска впсѣлн наклоненный стѣ' п а Дающія колонны, части каршізовъ, п вндѣлся
^порядочный полетъ огромпыхъ кусковъ стекла
Ни казалось, что огромный шаръ нзъ алоУрпурнаго огня, подобный живому существу
ертѣлся очень быстро сродн хаоса рушащихся
остроскъ, яростио пападалъ па землю и врыался въ нее словно пылающій кроликъ
Иотомъ опа пережила всѣ оЩущёнія 'неловка, нробуждающагося отъ сна... '

Она замѣтила, что лежитъ лпцомъ внизъ н? большого холмика, у котораго лежала, и стала
мягкой глннѣ и что какая-то струйка горячеі. I Z Z Z r
Ш Т Ш Ш 0
" Р — „ м е л с„воды протекаетъ подъ одной нзъ ея ногъ. Он;-, зиашемъ все окружающее...
попробовала подняться u убѣдилась, что ног;, Земля, гдѣ опа лежала, словно небольшим*
очень болитъ. Она не отдавала себѣ отчета, ночь к Г п / / T T
В Ъ РѢКУС - ѣ м Г б л Т ™
ли теперь пли депь, и гдѣ она находится. О т около пел было кипящее озеро, п изъ итого
сдѣлала вторую попытку встать, жмурясь ОТІ, Х а ТУтсплие
ру,ейкп «—
к
боли, насилу перевернулась, кое-какъ усѣлась к
Пе Т0 ™
зарождались
оглянулась.
В Ы т о 3 « ™ й
гого
озепа
г
Г
,
*
"
"
глади
Вокругъ, казалось ей, царило молчаиіе. В ъ дѣіі- того озера. Совсѣмъ рядомъ, такъ что опа полствительностн же она находилась среди нево- •остыо отражалась в ъ водѣ, стояла верхпяя часть
иоразпмаго шума, ыо не могла этого ощущать, :акои-.то очень знакомой каменной Г л о п п ь Г По
ругуш сторопу, подальше отъ воды, к Х т о в
такъ какъ павсегда оглохла.
Въ началѣ она ннкакъ не могла сопоставить "
П К 0 Н ™
Z
T
"
—
й вервсе видѣішое съ хоть какпмъ-пибудь прежде пе- -ШНОИ. Надъ пею, отражая пламя, высились
режитымъ впечатлѣніемъ.
Г г ъ Г С Ы Пара' 6ЫСТР0 y ^ n m i n Z къ
Ей казалось, что она находится в ъ странномь W M L L
Р
».
ОСВѢвсе вокругъ нея, и медленно ея УМТ
мірѣ, в ъ беззвучномъ, разрушеипомъ мірѣ, вь
мірѣ, сложеппомъ изъ разбптыхъ вещей. Он- опоставплъ эту кучу развалин* съ печезпршшш
былъ освѣіцеиъ мерцающшіъ ало-пурпурпьш і ишямп Военнаго Жправлеііія.
свѣтомъ,—и это было какъ-то болѣе знаком* - - Mais!—шепнула опа и осталась па н ѣ ей, чѣмъ что-нибудь другое в ъ окружающей ofi 1 Т П Г Я п е п 0 д в п ж п ( | й . лишь вперпвъ глаза
стаповкѣ. Потомъ, рядомъ с ъ собой, узнала он; m 3
" П Л ° Т Н Ѣ е п Р ш , н ш а я « ь к ъ тепТрокадеро, возвышавшее надъ грудой развапинъ и осколковъ. Оно измѣнилось, чего-то ем;
недоставало, но общіе контуры были т ѣ же. Он m e существо снова стало осматриваться. Mo-"
рѣзко выдѣлялось на фопѣ, освѣіценпомъ крас
n f i m S f 8 П а Ч а Л а и с п ы ™ ™ т ь потребность
ш м ъ отблескомъ пара. И тутъ она снова вепс обществѣ другого человѣческаго существа.
мнила Паршкъ и Сену, и теплый пасмурпыі a хотѣла задавать вопросы, говорить, разска»ечеръ, и прекраспые, ярко освѣщенные залі
п Х Х Г ° М Ъ - I я П ° Г а У ж а с н о бмѣла. •
Военнаго Унравленія...
ь нибудь должна же быть санитарная карета?
Она с ъ трудоыъ всползла па вершипу не па мгповете мысли ся занялись рядомъ криВ

Е

Р

Ш

Л

Ы

П

С

Х

Т

Л

0

З А

С В

тическихъ вопросов*. Вѣдь это, безусловно, катастрофа! А всегда послѣ всякой катастрофы должны являться саннтарпыя кареты и санитары!..
Она вытяпула шею. Т а м * стояло что-то илп
кто-тоІ По все было такъ тихо!
— M o n s i e u r ! — к р и к н у л а она. Е я слезы (это
она замѣтпла) были какія-то странныя, п она
стала подозрѣвать, что съ ней что-то неладно
Было ужасно одиноко в ъ этой хаотической
чужой обетаповкѣ. Может* быть, этотъ человѣкъ
(если это только человѣкъ, такъ к а к ъ трудно
было разглядѣть), несмотря на свое колчапіе
только находится в ъ безсознательномъ состояніи.
Может* быть, опъ только оглушен*...
Колеблющееся зарево бросило лучъ в ъ тотъ
уголъ, и па мгповепіе каждая мельчайшая подробность стала ясной. Т а м * былъ фельдмаршал*
Дюбуа. Опъ лежал*, прислонившись к ъ огромпому куску воепиой карты. Къ пей все еще
были пришпилены и все еще съ пея свисали
малепькіе деревяипыо кубики, символы пѣхоты,
кавалеріи п артпллеріп, какъ они были расположены па границѣ. Фельдмаршал* к а к ъ бы не
замѣчалъ, что находится у пего за спиной; онъ
производил* впечатлѣпіе человѣка, ne обращающ а я пи па что виимапія, и, казалось, о чемъ-то
думал*...
Опа пе могла видѣть его г л а з * под* насупившимися бровями, но ясно было1, что он:>
хмурится. Онъ хмурился только слегка, и ѵ
пего былъ в и д * человѣка, который пе хочетя-,
чтобы его тревожилп. На лпцѣ его все. еще была

го выраженіе спокойной увѣреппостп, убѣжчшности, что если все будет* ему предо тавлено
то Фрапція может* смѣло его слушаться
Дѣвушка на этотъ р а з * пе крикнула емѵ
опять: « M o n s i e u r ! » , по подползла ближе*Страшная мысль, в д р у г * осѣнпвшая ее, вызвала с л е ш
па ея глаза. Сдѣлавъ болѣзнепнос усилие она
подтянула себя выше, такъ что теГерь могла
ясно все разглядѣть поверх* отдѣлягощихъ ее
отъ него обломков* каменных* строепій. Е я рука
коснулась чего-то мокраго; едѣлавъ копвул/спвпое двпженіе, опа сразу застыла
Передъ ней былъ не цѣлый человѣкъ, а лишь
кусокъ человѣка, голова и плечи человѣка который постепенно переходили в ъ какое-то бе Форменное темное пятно и въ блестящую черную
И пока , она смотрѣла в ъ упоръ па пего
холмъ надъ йею закачался, рухнулъ, и на нее
лынулъ поток* горячей В О Д Ы .
Через* мгповепіе ей показалось, что кто-то съ
іромнои силои тащптъ се вппзъ...
III.
Когда довольно грубоватый молодой авіаторъ (
п у л е в в д о й головой и коротко п о д с т ^
ШП «бобриком*», черными волосами, управляв' ш французским* специально научным* к о р п 1
о п ' J T ™ ° . к а т а с т Р о ф ѣ , которая постигла S
осиное Управлеше, то онъ просто расхохотался '

такъ мало отдавалъ опъ себѣ отчета во всем:,
происходившем« внѣ его узкой, спеціальной сферы. Какое ему дѣло, что Париж« горптъ. Мать
отецъ и сестра его жили в ъ Кодебекѣ, а единственная возлюбленная, которая у него когдалибо была (плохо приходилось любви в ъ ті\
времена)—въ Руапѣ. Онъ хлопнул« своего помощника по плечу.
I . — Ну,—сказалъ онъ,—теперь ничто на свѣт ѣ не можетъ остановить и удержать насъ отъ
того, чтобы отправиться в ъ Берлипъ и там«
воздать имъ око за око... Стратегія, высшія государственпыя соображенія,—все это кончено
Летимъ, другъ мой, и покажем« этимъ старым«
бабамъ, что мы можемъ сдѣлать, когда памъ
даютъ волю!
Минуть пять опъ провелъ у телефона, потом«
вышелъ во дворъ замка, в ъ котором« онъ находился па постоѣ, и крикнул«, чтобы ему
подали автомобиль. Надо было очень спѣшить,
такъ какъ едва оставалось часа полтора до разсвѣта. Онъ взглянул« па пебо и съ чувством«
удовлетворепія замѣтплъ тяжелую массу тучъ,
нависшую иадъ чуть-чуть поблѣдпѣвшпмъ востоком«.
Опт, былъ безкопечно осторожный и разсчетлпвый юноша, и- всѣ его припасы и аэропланы
были разбросаны по всей округѣ; они были
спрятаны по гумнамъ, подъ стогами сѣпа, въ
лѣсахъ. Ихъ и соколиный глазъ не открыл« бы.
не попавъ подъ ружье. Но на этотъ вечеръ ему
нужен« былъ лишь одпиъ аэропланъ, совершенно

готовый къ работѣ и спрятанный поблизости подъ
брезентом« между двумя стогами. На этой машинѣ
опъ и собирался одинъ съ помощником« летѣть
въ Берлин«. Двоих« было совершенно достаточно
для того дѣла, которое опъ задумалъ...
Онъ обладал« тѣмъ, что было дополпепіемъ
ко всѣмъ другим« дарамъ, которые паука открыла еще пеперерождешюму человѣчеству—
даромъ разрушепія. Это былъ мало симпатичный,
по любящій приключепія типъ...
Это былъ смугловатый юноша, съ чѣмъ-то
пегритянскпмъ въ чертах« лица. Опъ улыбался
самодовольно, словно человѣкъ, предвосхищаіоіцін
болыпія наслаждепія. Была какая-то экзотическая густота, оттѣпокъ скрытаго самодовольства
въ тембрѣ голоса, которым« опъ отдавалъ распоряженія, и онъ подчеркивал« свои замѣчанія
длинным« пальцем« необычайно большой и волосатой руки.
— ВоЗдадпмъ имъ око за око,—сказалъ о п ъ . —
Да, око за око они отъ пасъ получать. Господа,
пе будем« терять времепи.
И вскорѣ, иадъ тучами, покрывшими Вестфаліго и Саксонію, быстрой стрѣлон мчался аэроплаиъ, съ его безшумнымъ атомическим« мотором« и фосфоресцирующим« гироскопическим«
компасом«,—туда, гдѣ сосредоточены были главный -массы Центрально-Европейских« войскъ.
Аэропланъ пе поднимался очепь высоко; онъ
парилъ всего на пѣсколько сотъ футовъ выше
сгущенной тьмы тучъ, скрывавших« міръ, и
былъ готовь по первой тревогѣ, какъ только

показался "бы вражескій летчик«, ~ спрятаться
в ъ сырой мглѣ. Сосредоточенный юпый пплотъ
дѣлплъ свое впимапіе между путеводными звѣздамп наверху п ровной гладкой поверхностью
туманной мглы, скрывавшей землю подъ пимн.
На огромное пространство разлеглись эти туманы, словно застывшіе потоки лавы, почти столь
же безмолвные, п только изрѣдпа оип пересѣкалпсь разорванными свѣтлыми щелями и свѣтящпмися пропастями, сквозь которыя смутно
блестѣлп мутпыя пятна земли внизу. Однажды
онъ совершенно ясно различал« плапъ огромной
желѣзнодорожной стапціи, контуры которой в ы рисовывались фонарями и сигналами, а другой
разъ—пламя горящаго стога, ярко выдѣлявшееся
сквозь гущу дыма па склопѣ холма. Но если
земля была скрыта маской мглы, опа все же
жила звуками. Сквозь этотъ, какъ бы туманный
полъ, доносился глухой гулъ поѣздовъ, крики
рожковъ автомобилей, и гдѣ-то к ъ югу трескъ
ружейпыхъ залповъ, а по мѣрѣ того, какъ онъ
приближался къ цѣлп—пѣпіе пѣтуховъ...
Небо иадъ пеяспыми горизонтами этого моря
облаков« сперва было густо покрыто звѣздами,
а потом« стало блѣднѣть; свѣтъ сталъ медленно
пробираться съ сѣвера к ъ востоку по мѣрѣ того,
какъ приближался разсвѣтъ. Сперва исчез« въ
синевѣ Млечный Путь, а за иимъ и мелкія
звѣзды. Лицо летчика у рулевого колеса, смутно
видимое при овальном« зелеповатомъ отблескѣ
компаса, было озарено отчасти той мужественной
красотой, которую придают« чертам« всѣ опре-

дѣленныя цѣли, отчасти отблеском« счастья 'j
ребенка-идіота, наконец«, завладѣвшаго коробкой j
спичекъ. Его спутник«, тппъ мепѣе яркій, сидѣлъ, широко разставпвъ погп, иадъ длинным«
гробоподобнымъ ящиком«, ВЪ котором«, в ъ от-_
дѣльпыхъ ячейках«, лежали т р и . атомическія
бомбы, новыя бомбы,, обладавшія свойством« разрываться безкоиечное число разъ, и которыхъ до
сихъ поръ никто пе видѣлъ въ дѣйствіп. До
этого времени Каролипумъ, главпая составная
ихъ часть, была исщкШшша только в ъ безконечно малых« дозахъ внутри стальных« камеръ,
[I обложенных« свппцомъ. Голова второго летчика
была' какъ будто совершенно пуста и занята
лишь мыслью о великой всеуничтожающей сплѣ,
дремавшей в ъ черных« шарахъ у его ногъ,
и твердым« рѣшепіемъ выполнить точно, до
мельчайших« подробностей, всѣ указапія, которыя ему были даны. На фонѣ звѣздпаго свѣта
его орлиный профиль ничего ne выражал«, кромѣ
самаго зловѣщаго и глубокаго упыпія. (
По мѣрѣ того, какъ оип приближались к ъ
Центрально-Европейской столпцѣ, небо стало проясняться.
До сихъ поръ имъ необычайно везло: ихъ пе
замѣтилъ пи одинъ вражескій аэропланъ. Пограничных« воздушных« развѣздчиковъ они, очевидно, миновали ночыо; вселенная вѣдь широка,
и на ихъ счастье оии не пролетѣли близко къ
какому-нибудь планирующему часовому. Ихъ машина была выкрашена въ блѣдно-сѣрый цвѣтъ и
была почти пезамѣтна па фонѣ облачных« рав-

нппъ, расстилавшихся ігодъ ней:. Но теперь восток* уже рдѣлъ приближающейся зарей. Вердни* былъ всего в ъ д в у х ъ - т р е х ъ д е с я т к а х * миль,
но счастье все еще но пзмѣияло французам*.
Незамѣтно, мало-по малу стали разсѣпватьея тучи
внизу...
Т а м * , вдали, к ъ сѣверо-востову, въ безоблачном* потокѣ собиравшаяся свѣ'та, со все выше
пылавшими ,ш>чпымп огнями, лежал* Берлин*.
Лѣвьтй палец* пилота проверял* дороги и открытия пространства, растилавшіяся под* пимъ,
иа маленькой четырехугольной, оправленной в ъ
слюду, картѣ, прпдѣланпой рядом* съ рулем*.
B o n * т а м * направо, за этим* рядом* озеро-по
добпыхъ расшііреній, должно быть, виднелся Гавель, а в о н * за тѣмн лесами должен*
лежать Шпапдау; в о т * т у т * рѣка разсѣкается
Потсдамским* островом*, а прямо впереди лелеять
Шарлоттеибуріъ, перерѣзапнын широкой улицей,
которая, словно яркііі л у ч * свѣта, прямо ведегъ
к ъ императорской штабъ-квартпрё. Вопъ т а м *
яспо вырисовывался Тиргартсяъ, за п н и * возвышался нмператорсіШі дворец*, а дальше направо',
этп высіокія постройки съ флагштоками и мачтами, очевидно, былп здаіігіемъ, гдѣ расположился
Цептральйо-Евроиейшй Главный Штабъ. В с е
было т а м * холодно-ясно и безцв&тно в ъ сѣромъ
свѣтѣ 1 зарождающагоея утра.
В д р у г * о н * поднял* голову; нзъ безмолвія
выдѣіился жужж;ащій з в у к * , приблнжавшіііся
все ближе и ближе и становпвшійся все громче
и гроі5іче.(

— in

—

Прямо почти над* с я головой, съ огромной
высоты, все суживающимися кругами летѣлъ
на него нѣмецкій аэроплан*. Лѣвой рукой летч и к * сдѣлалъ ж е с т * своему мрачному спутнику,
схватил* потомъ обѣимп руками маленькое колесо
руля, наклонился иадъ пимъ и повернул* голову
кверху. Онъ былъ весь вппмаиіе и напряженіе,
по все его существо выражало какъ бы полное
презрѣніе и не допускало мысли, что нѣмцы
могут* что-ппбудь съ ними сдѣлать. Опъ былъ
увѣренъ, что пп один* нѣмецъ, даже ни один*
нзъ лучших* французских* летчиков* не сумѣютъ догнать его в ъ воздухѣ. Опъ думал*, что
они могут* напасть на пего, какъ нападает*
сокол*. Но и з * рѣзкаго холода наверху спускались люди; опп наклонно летѣлп j i o воздуху,
словно огромный мечъ, управляемый лѣпивымъ
человѣкомъ; но не очень быстро, такъ что ему
удалось ускользнуть и з * под* нпхъ и очутиться
между ними и Берлином*. Когда ихъ раздѣляла
еще цѣлая миля, нѣмпы что-то крикнули ему
въ рупор*. Слова не доходнлн, только какіе-то
неясные глухіе звуки. Потомъ встревоженные
его угрюмым* молчаніемъ, они пустились в ъ
погоню, оставаясь па сотшо ярдов* выше, на
сотню ярдов* позади его. Они начали какъ будто
догадываться, кто онъ. Опъ перестал* за ними
слѣдить и сосредоточил* все свое вниманіе на
городѣ впереди; такъ пѣкоторое время состязалнсь
между собой оба аэроплана...
По воздуху мнмо пего пронеслась пуля;
з в у к * былъ 'такой, какъ будто кто-то рвалъ

бумагу. За пей вторая. Что-то ударилось о
мапіппу.
Настала пора дѣйствовать. Широкія аллеи,
паркъ, дворцы внизу—неслись, расширяясь все
ближе и ближе пмъ навстрѣчу.
— Приготовься!—скомандовал* пилот*.
Мрачное лицо стало еще мрачпѣе; и обѣпмп
руками оиъ поднял* огромную атомическую бомбу изъ ящика и поставил* се па бортъ аэроплана.
Это былъ черный шаръ фута два діаметромъ.
Между ручками ея торчала маленькая целлулоидовая трубочка, и к ъ ней наклонилась его
голова, пока губы пе коснулись ея. Е е надо
было прокусить, чтобы открыть приток* воздуха
въ возбудитель. Убѣдпвшпсь, что все в ъ пор я д и и легко достать до трубочки губами,'опъ
наклонил* голову через* бортъ аэроплана, разсчптывая скорость и разстояпіе. Потом* быстро
наклонился вперед*, перекусил* трубочку и бросил* бомбу.
— Поворачивай!—шеппулъ опъ еле слышно.
Бомба метпула ослѣпителыіымъ алымъ слѣдомъ в ъ воздухѣ и стала падать спускающимся
столбом* пламени, извивающимся спиралью среди
вихря. Оба аэроплапа подбросило вверхъ, какъ
мячики, пакреппло па бокъ; летчик* с ъ сверкающими глазами и стиснутыми зубами дѣлалъ отчаяшіыя попытки сохранить равповѣсіе. Его
мрачпый спутник* крѣпко схватился за остов*
машины руками и колѣпями, поздрп его дрожали,
зубы впивались в ъ губы. Впрочем*, оиъ былъ
крѣпко привязан* ремнями...

Когда ему снова удалось взглянуть внизЪ, то
онъ получил* такое же ощущеніе, какъ будто
онъ взглянул* в ъ кратер* маленькаго вулкана.
Въ саду передъ императорским* замком* дрожащая звѣзда зловѣщей красоты изрыгала и выплевывала к ъ ним* облака дыма и пламени. Опв
были слишком* высоко, чтобы ясно различать
людей или впдѣть дѣйствіе бомбы н а здапія,
к а к ъ , вдругъ, фасад* зашатался и рухпулъ передъ пламенем*, какъ кусок* сахара распускается в ъ водѣ. Бомбометатель н а мгновеніе поглядѣлъ, оскалил* свои длинные зубы, потом* снова
съежился, нагнулся, достал* и перекусил* еще
одну бомбу и бросил* ее вслѣдъ за первой.
Па этотъ раз* взрыв* произошел* непосредственно под* самым* аэропланом* и подбросил*
его вверхъ боком*. Ящпкъ еъ оставшейся бомбой накренился совсѣмъ па сторону, а бомбометателя бросило вперед* какъ раз* на третью
бомбу, и лицо его очутилось у ея целлулоидовой
трубочки. Оиъ схватился за ручки ея п съ
внезапной твердой рѣшнмостыо перекусил* трубку. Прежде чѣмъ опъ успѣлъ перебросить бомбу,
мопоплапъ начал* падать боком*. Инстинктивно
бомбометатель весь отдался порыву удержаться
па мѣстѣ, и тѣло его прижало снаряд*.
Взорвалась и третья бомба, и пплотъ, и ме-г'
татель, и аэроплапъ,—все превратилось в ъ ле-, }
тящіе лоскутья, металлическія щепки, капли жид-)
кой массы, и третій огненный столб* попесся)
спиралью н а прнговорспныя къ гибели здапія/
внизу...
>
Освобожденный міръ

8

IV.
Никогда еще в ъ псторіп войны не nj)Hbrb№
лось повторно-взрывчатое вещество, До середины
двадцатаго в ѣ к а едннственныя употребляющіяся
людьми взрывчатыя вещества представляли собой
воспламепягощіеся составы, сила дѣйствія которыхъ зависѣла отъ мгновенности взрыва. Атомическія же бомбы, которыя наука открыла міру
в ъ эту ночь, были мало знакомы даже тѣмъ,
кто ими пользовался. Бомбы, которыми пользовались Союзники, представляли собой куски чпстаго Каролинума, окрашенные съ наружной стороны нз окнсленпымъ цидопаторнымъ возбудигелемъ, и заключенные в ъ герметически закупоренную оболочку пзъ мембраніума. Маленькая
целлулоидная трубочка, посаженная между ручками, за которыя поднимали бомбу, была устроена
такъ, что легко разрывалась и открывала притокъ воздуха къ возбудителю, который сразу становился активпымъ п возбуждалъ радіоактивноеть
во внѣшнемъ слоѣ шара изъ Каролинума. Это
освоболсдало новый слой возбудителями, такимъ
образомъ, бомба черезъ нѣсколько минуть представляла собой продолжительный пылающій
взрывъ. Бомбы, которыми пользовались Центральпо-Европейекія Державы, были тождественны первымъ, только болѣе крупныхъ размѣровъ, и
были спаблссны болѣе сложнымъ механнзмомъ
для возбуждепія воспламенителя.
Прежде на войпѣ пользовались ядрами п бом-

бамн, обладавшими лишь сплой мгновенного взрыва; опѣ лпшь одинъ разъ и навсегда взрывались,
п еслп по близости взрыва н разрушающихся
частей снаряда не было никого п пичего, то весь
зарядъ пропадалъ даромъ. Но Каролппумъ, прнпадлежащій к ъ группѣ бэта, такъ дазываемыхъ
элементов^, «съ задерживаемой дегепераніей»
Гислопа,—разъ вызванъ былъ его дегеператнвпыГі
процессъ, продоллсалъ нзлучать безгранично эпергію, которую ннчто пе въ состояніи было остановить. Изъ всѣхъ искусствеппыхъ_эл.емептовъ Гнслопа, ІСаролпнумъ былъ больше другдхъ насыіценъ эпергіей и былъ опаспымъ для пзготовлешя
п пользовапія. До сего дня опъ остается напболѣе
могущественпымъ дегенераторомъ, который только
памъ извѣстенъ. Тот что хпмпки начала XX вѣка
пазывалн его .«долудеріодомъ» т продолжалось семііадцать дней; это значить, что въ течсиіе перв ы й ^шінадцати дней опъ опорожнялъ половипу
своего огромпаго запаса эпергін в ъ своп колосеальныя молекулы, въ теченіе же слѣдующпхъ
семнадцати дней вырабатывалась половпна количества энергіи порваго періода, п т. д. Какъ п
всѣ радіоактпвпыя вещества, Каролппумъ, песмотря на то, что черезъ каждые семнадцать
дней его энергія уменьшалась на половпну п такпмъ образомъ постепенно уменьшалась до незамѣтной величины,—все же не терялъ сплы, н
до сего дня поля сралсепій этого безумнаго псріода человѣческой исторіи усѣяны радіоактивпыын веществами п являются центрами опасныхъ
лученспусканл...

ч

\
;
.

j

Когда разрывалась целлулоидовая трубочка,
возбудитель окислялся и становился активным*.
Тогда поверхность Каролипума начинала разлагаться. Это разложепіе лишь очень медленно переходило в ъ субстапцію бомбы. Через* минутудвѣ послѣ того, какъ начинался взрывъ, бомба
все еще оставалась инертным* шаромъ, взрывающимся только поверхностно огромным*, бездѣйятвеппымъ ядром*, окруженным* пламенем* и
Ігромомъ. Бомбы, выброшоппыя съ аэроплаповъ,
'достигали земли еще в ъ твердом* видѣ и, буравя па пути своем* почву и камни, внѣдрялись
глубоко в ъ землю Таким* образом*, по мѣрѣ
.того, какъ все большая и большая часть Каролипума стаповилась активной, бомба превращалась в ъ чудовищную пещеру, насыщенную колоссальной пламенной энергіей, и быстро образов ы в а л а миніатюрнып дѣйствующій вулкан*. Кахролпнумъ, не будучи в ъ состояніп свободно разб и в а т ь с я , смѣшивался съ кипящей массой расплавленной земли и перегрѣтаго пара и оставался
•зъ таком* впдѣ, поддерживая извержепіе, продолжавшееся годы, мѣсяцы или педѣли, смотря по
величипѣ бомбы и условіямъ, в ъ какія опа попала. Р а з * пущенная бомба абсолютно пе поддавалась контролю пли остановкѣ до т ѣ х ъ поръ,
пока силы ея не пропали окончательно, и пзъ
кратера, который образовался надъ ней, высоко
кругом* разбрасывались тучи раскаленная свѣтящагося пара, глыбы зловѣщихъ смертоносных*
скал* и земли, пропитаиныя Каролииумомъ...
В о т * каков* былъ вѣпецъ военной науки,

п^сл^Ъдиій взрывч атыйрнаря
торый. долженъ
былъ положить" 7<рѣшительпый конец*» воипѣ...
Г.
Современный историк*, оиисывая человѣчество
того времени, писал* о немъ, какъ о «вѣрившемъ
въ устаповлеппыя слова и. безпадежйо слѣпомъ
ко всѣмъ очевидным*. явлепіямъ». Да, теперь
всякому яспо, что ничто пе могло быть болѣе
очевидным* для человѣчества первой половины
двадцатаго вѣка, какъ быстрота, • съ которой
становилась совершенно немыслимой война. Нам*
яспо, что человѣчество этого пе замѣчало. Оно
этого пе хотѣло замѣтпть. пока в ъ его пеуклюжія
руки не" попали" эти атомическія" бомбы. Б о любому мало-мальски умному человеку пе могли
пе броситься в ъ глаза очевидные факты. Въ теч е т е всего девятнадцатая и начала двадцатаго.
вѣка безпрерывпо возрастала масса эиергіп, которой научился распоряжаться человѣкъ. В ъ прпмѣнепіи къ войиѣ это значило, что постепенно
возрастала власть человѣка папоепть удары,
власть разрушать. За то пе развивалась и ие
росла возможность нзбѣгать этихъ ударов*, этого
разрушенія. Всякаго рода прпспособлепія для
пассивной защиты: броня, укрѣпленія и т. п.
преодолѣвались этим* чудовищпымъ ростом* различных* приспособлены для разрушенія. Разрушеніе становилось настолько доступным*, что
маленькая группа недоврлрыхъ" могла
пользоваться им*. Оно окончательно обезейли-

вал о всѣ задачи полицейскаго законодательства.
Прежде чѣмъ началась послѣдняя война, всякому
было извѣстно, что человѣкъ можетъ свободно и
незамѣтпо поспть съ собой въ карманѣ количество
скрытой эпсргіи, достаточное для того, чтобы
взорвать цѣлый городъ. Эти факты были пзвѣстпы всѣмъ; о ппхъ знали даже уличпые
дѣти. И все же человѣчество продолжало забавляться всей безсмысленной обстановкой военной
организаціи.
Только уяспивъ себѣ эту глубокую, прямо
чудовищную рознь между научпымъ и иптеллектуальнымъ движеніемъ, съ одпой сторопы, и міромъ законниковъ-политикаповъ—съ другой, люди поздпѣйшаго періода могутъ объяснить такое
пелѣпое положепіе вещей. Соціальныя оргапизацш находились еще в ъ варварском« первобытпомъ состояпіп. Уже пмѣлось большое количество активпо-умпыхъ людей, была наличпость
довольно большой и замѣтной частпой и коммерческой цивилизація, по общество, какъ цѣлое,
не шгЬло перед« собой яспыхъ цѣлей, опо было
неоргапизовапо и педисцпшшпировапо до степени
глупости. Коллективная цивилизація и «Современное Государство» были еще *о чвевѣ будущаго.
YI.
По всрпемся к ъ W a n d e r - J a h r e Барнета и
его оппсашю пережнвапій обьікновеннаго,_челд, вѣка. во время э т о й войпы. В ^ д о ^
въ Парижѣ п Берлипѣ открывались эти ужаснын

— іі\) —
паучпш^ вдздржности, Барнетъ и его полкъ
усердно окапывались в ъ бельгійскомъ Люксембург.
Онъ разсказываетъ намъ въ нѣсколькпхъ ярк и х « строках« о мобилизаціи и о своем« путешествіи ясиымъ лѣтнимъ днемъ черезъ сѣверъ
Франціи и Ардепскія горы. Вся страна была
немного, изсушена жаркнмъ лѣтомъ, деревьев«
чуть-чуть коснулись осеппія краски, па поляхъ
золотилась пшеница. Когда поѣздъ остановился въ Гирсопѣ, мужчины и женщины въ
трехцвѣтпыхъ лентахъ и розетках« раздавали иа
платформѣ пироги и кружки пива солдатам«;
среди нихъ еще царила бодрость и жизнерадостность. «Это было такое хорошее, холодное пиво,—
пишет« о н ъ , — я ничего не ѣлъ и не пилъ съ
самаго Эпсома».
Множество монопланов«, «словно пеполнпскія
ласточки», отмѣчаетъ онъ, сновали, иеся развѣдочную службу, 'по розовому вечернему небу.
Батальон« Барпета былъ тотчас« же отправлен« черезъ Седапъ к ъ мѣстечку, носящему
названіе Виртопъ, и оттуда в ъ лѣсъ, по направленно к ъ Жемелль. Здѣсь оип высадились изъ
поѣзда, расположились бивуакомъ у самаго желѣзнодорожнаго полотна (всю почь проносились
воиискіе поѣзда и поѣзда съ припасами), а иа
слѣдующее утро отправились пѣшкомъ, иа восток«; сперва былъ холодный, облачный разовѣтъ, затѣмъ настало пасмурное и потом« жаркое утро; шли они широкой, мало населенной
мѣстностыо, пересѣчеииой лѣсами около Арлона.

^ Здѣсь пѣхоту заставили работать над* лппіей скрытых* укрѣпленій и траншей, тянувшейся отъ С-тъ Гюбера до Виртонъ п предназначенной для того, чтобы остановить всякое наступательное двпженіе съ востока па укрѣплеппую
лішію Мааса. У ипхъ были своп задачи, п в ъ теч е т е д в у х * дпей опп работали, не впдя непріятеля п пе подозрѣвая катастрофы, внезапно
j обезглавившей арміп Европы и превратившей
{Всю восточную часть Парижа" и центр* Берлина
<въ мипіатюры разрушенія Помпеи.
• Когда же до ппхъ дошло пзвѣстіе, опо пришло
въ значительно смягченной формѣ. «Мы слышали,
что произошло что-то съ аэропланами п бомбами
въ Парпжѣ,—разсказываетъ Барнетъ,—но нзъ
этого вовсе не вытекало, что «онп» гдѣ-то в ъ
другом* мѣстѣ ne продолжали спокойно развивать своп планы и издавать приказы. Когда непріятель стал* вылѣзать нзъ лѣса, мы кричалп
ура и стрѣляли и больше пи о чем* не думали,
какъ о завязавшейся бптвѣ. Если изрѣдка кіоппбудь подымал* голову, чтобы посмотрѣть, что
происходит* на пебѣ, свист* пули быстро приводил* его в ъ прежнее положепіе»...
Цѣлыхъ три для шел* этотъ бой по всему
пространству между Лувеномъ па сѣверѣ и Іопгви
па югѣ. Это былъ, главным* образом*, пѣхотпый
и ружейный бой. По всей видимости, в ъ течепіе
первых* дпей аэропланы не принимали актпвпаго
участія в ъ сраженіп, хотя, без* сомнѣнія, они
съ самаго пачала играли значительную роль в ъ
общей стратегіи битвы тѣмъ, что предупреждала

всякія пеожиданпыя наступлешя н нападенія. У
воюющих* сторон* пмѣлись аэропланы съ атомическими двигателями, по они еще пе были
снабжены атомическими бомбами, способными произвести болѣе или менѣе зыачительпое разрушеніе. И хотя опи маневрировали друг* перед*
другом*, сами обмѣнпвалпсь ружейными выстрѣлами и въ н и х * стрѣляли,—въ сущности воздушный борьбы здѣсь ne было. Или летчики не были
расположены воевать, или же комапдующіе обѣихъ сторон* предпочитали беречь свои машииы
для развѣдочной слулсбы...
Через* день пли два возвсдепія укрѣплепій и
развѣдокъ, Барнетъ очутился па передовых* позиціяхъ большого сраженія. Онъ устроил* часть
окопов*, главным* образом*, по лппіи глубокой,
сухой канавы, которая являлась прекрасным*
путем* сообщенія; землю нзъ окопов* онъ разбросал* по сосѣднему вспаханному полю и замаскировал* свои приготовлеиія снопами пшеницы и
мака. Врагъ, ничего пе подозрѣвая, стал* наступать через* поля и съ ним* жестоко бы
расправились, если бы кто-то па правом* флапгѣ
ne открыл* слишком* рано огопь.
«Странное испытал* я ощущепіе, когда показались эти чужія войска;—сознается опъ—совсѣмъ ne похолгее па мапевры. Опп остановились
на мгновеніе па опушкѣ лѣса, потомъ сталп
наступать развернутой лппіей. Опи все приближались к ъ нам*, пе глядя па пасъ, а куда то
направо. Даже когда ихъ начинали настигать
паши пули и офицерскіе свистки какъ бы про-

f

будили ихъ, оип все еще какъ будто не замѣчали пасъ. Двое-трое изъ нихъ остановились и
выстрѣлили, потомъ всѣ снова вернулись в ъ лѣсъ.
Сперва они отступали медленно, оглядываясь н а
пасъ, а потомъ защита лѣса какъ бы увлеклз
ихъ, и они пустились бѣгомъ. Я выстрѣлилъ
вначалѣ совсѣмъ иистппктпвно, промахпулся, снова выстрѣлилъ, а потомъ серьезно захотѣлъ во
что пибудь попасть; нровѣрилъ свое ружье и
старательно прицѣлплся в ъ голубую спину, которая видпѣлась среди колосьсвъ пшеницы. Вначалѣ я не былъ увѣрепъ в ъ себѣ и долго не
стрѣлялъ: движепія голубого мундира были такъ
пеопредѣлсішы и спазматичпы,—потомъ, очевидно, оиъ дошелъ до каиавы или другого какого
препятствія и остановился па мгповепіе. «Пѵ теперь попаду же я в ъ тебя!»—шеппулъ я и н а жал« собачку.
«Странпыя ощущепія вызвалъ во мпѣ этотъ
человѣкъ. В ъ первую мииуту, когда я почувствовал«, что попалъ в ъ пего, я весь преисполнился
гордостью и радостью»...
«Оиъ завертѣлся волчком«, подпрыгнул« и
подбросил« в ъ воздух« руки»...
«Потомъ я видѣлъ, какъ закачались колосья
пшеницы, и опъ забился среди пихъ. Вдругъ мпѣ
стало гадко, противно. Я не убплъ его»...
« Я его, должпо-быть, только ранилъ и и з у вѣчплъ; ОІІЪ все еще бился па землѣ... Я
задумался»...
«Въ течепіе почти двухъ часов« умпралъ в ъ
агопіи этотъ пруесакъ среди пшеницы. Или опъ

самъ звалъ кого-то, илп кто-то ему іто-то кричал«»...
«Потомъ опъ вскочил«, какъ будто попытался
встать на ноги послѣдшімъ усиліемъ, свалился,
какъ мѣшокъ, лежал« совершенно неподвижно и
больше уже пе шелохнулся. « Я думаю, кто-то нристрѣлилъ его. Пѣкоторое
время, я самъ хотѣлъ это сдѣлать»...
Врагъ началъ обстрѣливать апглійскіе окопы
изъ .укрѣпленій, который опи возвели в ъ лѣсу.
Солдат«, лежавшій рядом« съ Барнетомъ, былъ
рапенъ и началъ браииться и кричать отъ отчаяпія. Барнетъ нодползъ к ъ нему по дну канавы и засталъ его в ъ страшных« мукахъ, залитым« кровью и в н ѣ себя отъ возмущенія:
половина его правой руки была превращена въ
истерзанную мягкую массу. «Посмотрите иа
это!—не переставая, повторял« опъ, то нѣжно
прижимая изуродованную руку к ъ груди, то протягивая ее Барпету.—Чортъ бы побралъ эту
глупость! Чортъ бы ее побралъ, эту войну! Вѣдь
это моя правая рука, сэръ! Моя правая рука!»...
Нѣкоторое время Бариетъ ничего пе могъ
сдѣлать для пего. Солдат« весь былъ поглощепъ
своимъ мучительным« созпаніемъ безсмыслеппоств
войны, сознаніемъ, которое лишь тогда осѣпило
его, словно вспышкой молиіи, когда пуля навсегда
лишила его возможности быть полезным« и опытным« работником«. ОІІЪ глядѣлъ па жалкій обрубок« своей руки с ъ такимъ ужасомъ, что ничего
другого понять не могъ. Наконец«, послѣ долгихъ
уговоровъ, бѣдпяга позволил« Барнету дерева-

зать ему руку п помочь ему отползти по* канавѣ
в ъ мѣсто, куда пе достигали еще пули.і^
Когда Баристъ верпул см пазадъ в ъ липію огня,
солдаты молили и требовали воды: > цѣлый
день всм лпиія окопоівъ страдала отъ жажды.
Кормилось же они шоколадомъ и хлѣбомъ.
« В ъ яачалѣ,—разсказываетъ о п ъ , — я былъ
сильно возбуждепъ сівоимъ боевымъ крещепіемъ.
Потомъ, по мѣ'р£ того, к а к ъ усплпвалась жара,
я испытывалъ значительную усталость ппенріятное ощущепіе. Мухн становились чрезвычайно
надоѣдлнвымп ; кромѣ того, углубленіе, похолсес
па могилу, в ъ которомъ я лежалъ, п о в е р г л о с ь
пашеетвііо мураівьевъ. Я n e могь привстать пли
иередвипуться, такъ какъ кто-то в ъ лѣеу нзбралъ
меня своей мпшедыо. Я всо продолжали думать
опруссакѣ в ъ ш е н п ц ' К н о крикдхъ боли своего
солдата. Проклятая Глупость 1 Да это была, действительно, Проклятая Глупость! Но кто вппов а т ъ ? Какимъ образомъ дошли мы до этого 1..
«Вскорѣ послѣ полудня вражескій аэронланд»
шшробовалъ выгнать наоъ изъ пашихъ окоповъ
съ помощью дпиамптяыхъ бомбъ, но одна изъ
пашнхъ нуль попала в ъ пего, д опъ: внезапно
пырпулъ куда-то • з а деревья.»
«Отъ Голландіп до самыхъ Алыгь—думали я
сегодня, должно быть, вотъ т а к ъ Лежптъ паземлѣ
и прячется о т ь нолумИлліона домилліона людеій,
старающихся нанести непоправимый вродъ другъ
другу. Это до певѣроятпостп, до нелепости пдіотекая в е щ ь ! Это»кошмаръ какоій-тоіі В о т ъ сеЦчаеъ
я проснусь и » . . .

'«И тутъ эта фраза какъ-то незамѣтно переделалась в ъ моемъ мозгу: вотъ сейчасъ проснется
человѣчество!»
« Я лежалъ и раздумывалъ, сколько тысячъ
людей средп этнхъ сотепъ тысячъ, въ глубине
души бунтуютъ и протестуютъ противъ в с ѣ х ъ
этнхъ древпихъ традицій флага -п нмперін!
И, можетъ быть, мы вступили уже в ъ последнюю фазу кризиса, в ъ последнюю минуту ужаса
кошмара, когда онъ уже становится не по снламъ
спящему, и тотъ просыпается?»
« Я не помню, чѣмъ кончились моп размышлепія. Мне кажется, оин не столько кончились,
сколько былн отвлечены отдалеппымъ громомъ
пушекъ, открывшимъ огонь по Намюру».
УІІ.
По пока еще Барнетъ виделъ лишь начало
современной войны. До сихъ иоръ оиъ прппималъ участіе лишь въ какой-то ребяческой
перестелкѣ. Штыковая аттака, которой была разбита передовая лпнія, произошла въ местечке
C r o i x R o u g e , отстоящемъ отъ ппхъ па двадцать мпль, и в ъ ту лее ночь подъ прикрытісмъ темноты пришлось бросить окопы, и Барнету удалось отступить со своей ротой безъ
новыхъ потерь.
Полкъ его отступплъ, ппкемъ пе преследуемый,
за укрепленную лииііо между Намюромъ н Ссданомъ, былъ посаженъ на поездъ на станціи
Меттэ и затемъ отправленъ на сѣверъ черезъ

'

Антверпен* и Роттердам* въ Гаарлемъ. Отсюда
онъ направился форспрованпымъ маршем* в ъ
сѣвсриую Голлапдію. Только послѣ пѣшаго перехода по Голландіи начал* Барнетъ сознавать
чудовпщпыи и безнадежный характер* борьбы,
въ которой опъ пгралъ свою пезамѣтную роль.
Опъ очень жнво описывает* переход* по холмам* н равнинам* Брабанта, повторный переправы
через* рукава Рейна и переход* отъ холмпстаго
пейзажа Бельгіи- къ плоским* полям*, залит ы м * солнцем* дюпамъ п безконечнымъ вѣтряпымъ мельницам* голландских* равнннъ. Въ
то время отъ Алкмаара и Лейдена до Долларта
лежали огромпыя пространства земли. Три огромн ы х * провішціп: южная Голлапдія, сѣверпая
Голлаидія и Зюдерзее, ne разъ спасепныя отъ
наводнепін въ промежутках* между десятым*
вѣкомъ п 1 9 4 5 г., по лежавшія всегда па н ѣ сколысо футов* ниже уровня моря, сдерживаемаго
плотинами, въ то время еще разстилалп своп сочпыя, плодоносныя пизины под* сѣверпымъ солнцем* и поддерживали густое, трудолюбивое паселеніе. Сложная паутина законов*, обычаев* и
традицій обезпечивала вѣчпую бдительность и
безпресташіую защиту отъ осаждавшаго ихъ грознаго моря. На разстояпіи болѣе двухсот* пятидесяти. миль отъ Вальхерепа до Фрисланда тянулась линія плотин* и насосных* станцій, составлявших* одно и з * чудес* міра.
Если бы какой-нибудь любопытный бог* захотѣлъ прослѣдить ход* событій въ этих* сѣверныхъ дровипцшхъ, в ъ то время, к а к * со-

вершалея фланговый обход* апглпчапъ, онъ непремѣпно избрал* бы себѣ удобное п вполнѣ
приспособленное для наблюденій мѣсто на одной
нзъ т ѣ х ъ огромных* г у с т ы х * тучъ, которыя медленно плыли по синему небу в ъ течепіе знаменательных* дней, непосредственно предшествовавших* великой катастрофѣ. Ибо в ъ тѣ дни
стояла погода, въ общем* ясная и жаркая, лпшь
нзрѣдка освѣжаемая вѣтеркомъ; земля вся высохла п начинала пылиться. И этотъ наблюдающій бог* глядѣлъ бы внпзъ на обшпрпыя пространства залитой солнцем* земли, лпшь изрѣдка
затемняемой ползающими пятнами тѣпей, бросаемых* тучами; онъ впдѣлъ бы пруды, отражавшіе небо, окаймленные и раздѣлепныс массами пвъ, огромными клумбами серебристых* тростников*; видѣлъ бы бѣлыя дороги, совершенно
открытыя солнцу, и сѣть голубых* каналов*.
Пастбища былп.густо усѣяны стадами, по дорогам* спѣшнли возы, велосипеды п ярко расцвѣчеппые крестьлнскіе автомобили; и повсюду
то одинокими пятнышками, среди стогов* и сараев*, то группами у дороги, то разбросанными
деревушками, каждая со своей хорошенькой, старинной церковкой, то сжатыми городами, разу ч е н н ы м и каналами, изобилующими мостами и
подстриженными деревьями,—гнѣздплпсь челоцѣчсскія жилища.
Населеніе этой страпы было далеко пе воинственно пастроепо. Интересы и симпатіи Голлапдіи были раздѣлены такъ, что до самаго коица
опа оставалась нерѣшительпой и пассивной в ъ

— m
этой борьбѣ міровыхъ державъ. И повсюду по
дорогамъ, захваченпымъ арміями, собирались толпы равнодушно наблюдавших« зрителей, состоявпил изъ женщин« п дѣтей, в ъ забавных« бѣлыхъ чепцахъ и старомодных« деревянных« башмаках«, кучкп пожплыхъ, гладко выбритых«,
мужчин«, тихо .и задумчиво куривших« длинныя трубки. Они пе боялись нашествія войскъ;
давно прошло время, когда «воина» вызывала
оредставленіе о шаикахъ безшабашныхъ и безудержных« грабителей.... Наблюдатель среди облаков« увидѣлъ бы огромное количество людей,
одѣтыхъ в ъ хаки, и исполипскіе склады боевыхъ
арппасовъ, выкрашенных« тоже в ъ цвѣтъ хаки
и разбросанных« по всему пространству Голландіи. Опъ замѣтилъ бы длинные поѣзда, бпткомъ
набитые людьми пли нагруженные до верху
огромными пушками и другими принадлежностями
войны, поѣзда, ползущіе медленно изъ опасенія
быть взорванными. Онъ увидалъ бы Рейнъ и
Шельду, запруженные пароходами, песущпмц еще
больше людей и еще больше припасов«: онъ замѣтилъ бы продовольственные пункты, лагери,
желѣзнодорожпыя стаиціи, длииныя гусеницы
кавалеріи и пѣхоты, огромныя фуры, колоссальные жуки-пушки, которыя все ползли подъ тополями, по плотинам« и дорогамъ, направляясь
къ сѣверу, и съ которыхъ не спускали глазъ
толпы нейтральных«, любопытпо-паблю дательн ы х « голландцев«. Всѣ барзки и пароходы^ па
кашуіахъ были захвачены р я перевозки войскъ
и припасов«. В ъ эти ясные, теплые дни вся

—

картина сверху казалась бы нашему наблюдателю
какимъ-то необычайно пышнымъ празднеством«
оживленных« пгрушекъ.
По мѣрѣ того, какъ солнце склонялось все
ближе и ближе къ западу, зрѣлище становилось
мепѣе отчетливым«, благодаря окутавшей его золотистой мглѣ. Все, должно быть, окрасилось в ъ
болѣе тепдыя и болѣе сверкающія краски и,
благодаря удлппявшпмъ тѣнямъ,
стало болѣе
рельефным«... Тѣни высоких« церквей все удлинялись и удлинялись, пока почти пе коснулись
горизонта п не смѣшались съ тѣпями вселенной.
И тогда медленно, беззвучно, окутывая міръ покровами все сгущающейся синевы, пришла
почь—ночь, сперва • темная, потомъ усыпанная
. смутными точками, затѣмъ испещренная, в ъ темнѣющемъ своем« великолѣпіи, сотнями тысяч«
огней. И изъ этого смѣшенія темноты и огней
вырос« бы, навѣрное, гулъ безпрестанпой дѣятельности, становившійся понемногу все яспѣе и
громче, теперь, когда зрѣніе пичѣмъ не отвлекалось.
Быть.можетъ, нашъ наблюдатель, плывя по
воздушному теченіго среди звѣздъ, всю почь бодрствовал«; а быть можетъ, онъ п дремалъ. Но
если оиъ позволял« себѣ столь естественную слабость, то въ четвертую ночь великаго фланговаго
обхода оиъ непремѣино былъ бы разбужен«/такъ
какъ в ъ эту ночь воздушное сраженіе рѣшило
разъ навсегда судьбу Голландіи.
Аэропланы, наконец«, вступили въ бои, а вокруг« наблюдателя, снизу и сверху, слетаясь со
всѣхъ четырех« концов« міра, съ крикомъ и га«
9

этой борьбѣ міровыхъ державъ. И повсюду по
дорогамъ, захваченпымъ арміями, собирались толпы равнодушно наблюдавших* зрителей, состоявшія изъ женщин* п дѣтей, в ъ забавных* б ѣ лыхъ чепцах* и старомодных* деревянных* башмаках*, кучки пожилых*, гладко выбритых*,
мужчипъ, тихо .и задумчиво куривших* длинный трубки. Они пе боялись нашествія войск* ;
давно прошло время, когда «война» вызывала
представленіе о шайках* безшабашныхъ и безудержных* грабителей.... Наблюдатель среди облаков* увидѣлъ бы огромное количество людей,
одѣтыхъ в ъ хаки, и исполиискіе склады боевых*
припасов*, выкрашенных* тоже в ъ цвѣтъ хаки
и разбросанных* по всему пространству Голлап- '
діп. Опъ замѣтилъ бы длпипые поѣзда, битком*
набитые людьми пли нагруженные до верху
огромными пушками и другими принадлежностями
войны, поѣзда, ползущіе медленно изъ опасенія
быть взорванными. Онъ увидал* бы Рейнъ и
Шельду, запруженные пароходами, песущпми еще
больше людей и еще больше припасов*: онъ замѣтилъ бы продовольственные пункты, лагери,
желѣзподорожпыя стапцін, длипныя гусеппцы
кавалеріи и пѣхоты, огромныя фуры, колоссальные жуки-пушки, которыя все ползли под* тополями, по плотинам* и дорогамъ, направляясь
къ сѣверу, и с ъ которых* пе спускали глаз*
толпы нейтральных*, любопытпо-паблюдателье ы х ъ голландцев*. В с ѣ баржи и пароходы^ па
кандлахъ были захвачены р я перевозки войск*
и припасов*. В ъ эти ясные, теплые дни в с я

картина сверху казалась бы нашему наблюдателю
какимъ-то необычайно пышным* празднеством*
оживленных* игрушек*.
По мѣрѣ того, к а к * солнце склонялось все
ближе и ближе к ъ западу, зрѣлище становилось
мепѣе отчетливым*, благодаря окутавшей его золотистой мглѣ. Все, должно быть, окрасилось в ъ
болѣе теплыя и болѣе сверкающія краски и,
благодаря удлинявшим* тѣнямъ,
стало болѣе
рельефным*... Тѣнп высоких* церквей все удлинялись и удлинялись, пока почти пе коснулись
горизонта и не смѣшались с ъ тѣиями вселенной.
И тогда медленно, беззвучно, окутывая міръ покровами в с е сгущающейся синевы, пришла
почь—Н0ЧЬ)
сперва • темная, потом* усыпанная
смутпыми точками, затѣмъ испещреппая, в ъ темнѣющемъ своем* великолѣпіи, сотнями тысячъ
огней. И изъ этого смѣшенія темноты п огней
вырос* бы, навѣрное, г у л * безпрестанпой дѣятельпости, становившійся понемногу в с е яснѣе и
громче, теперь, когда зрѣпіе пичѣмъ не отвлекалось.
Быть.можешь, н а ш * наблюдатель, плывя по
воздушному теченію среди звѣздъ, всю почь бодрствовал*; а быть можешь, онъ п дремал*. Но
если онъ позволял* себѣ столь естественную слабость, то в ъ четвертую ночь великаго фланговаго
обхода опъ непремѣнно былъ бы разбужен*,< такъ
какъ в ъ эту ночь воздушное сраженіе рѣшило
раз* навсегда судьбу Голландіи.
Аэропланы, наконец*, вступили в ъ бои, а в о к р у г * наблюдателя, снизу и сверху, слетаясь со
в с ѣ х ъ четырех* концов* міра, с ъ криком* и г а 9
Освобо жденный Шръ.

момъ', ныряя, опрокидывая, поднийаясь до зенита,
падая на землю, прилетѣли они, чтобы защитить
и напасть на миріады внизу.
Центрально-Европейская держава тайно собрала всѣ свои летательные апараты и разбросала
ихъ, словно исполинскую горсть нзъ десяти т ы с я ч * ноясей, над* равниной. Но среди тучи аэро; ! планов* было пять, которые держали путь к *
; 1 морским* стѣнамъ Голландіи, неся съ собой атомическія бомбы. Съ сѣвера, юга и запада поднялись навстрѣчу аэропланы союзников* и ринулись на эту неожиданную орду. И таким* образом* началась война в ъ воздухѣ. В ъ ту ночь
люди осѣдлали вихрь и убивали и падали, словноархангелы. Небо пролило в ъ ту ночь дождь героев* на изумленную землю. Что было бряцані&
мечей гомеровских* воинов*, что была скрипучая
.аттака колесниц* в ъ сравненіи съ этим* быстрым* налетом*, этим* треском*, этим* головокружительным* торжеством*, этим* безумным*
взмахом* к ъ смерти!
Вдруг* в ъ самом* разгарѣ' вихря воздушных*
поединков*, этой встрѣчи воздушных* бойцов*,
сцѣплявшихся, вырывавшихся друг* отъ друга я
падавших* в ъ пустоту среди лучей прожекторов*
и звѣздъ, вдруг* поднялся сильный вѣтеръ и раздался треск* сильнѣе грома, и сперва один*, а
эатѣмъ десятка два все удлиннявшихся огненных*
змѣй алчно ринулись съ высоты на плотины
Голландіщ ударились куда-то между землей и
- небомъ и снова запылали огромными столбами
огня, алаго дыма и пара.

И оттуда и з * темноты вдруг*, какъ на ладони,»
появилась эта крошечная страна, съ ея шпилями
и деревьями, вся внѣ себя огь ужаса, и море
заволновалось отъ злобы, словно море и з * крови...
Надь густо населенной страной поднялся
страшный крик* многих* т ы с я ч * голосов* Ш
г у л * набатов*...
Оставшіеся в ъ цѣлости аэропланы круто повернули и исчезли съ неба, словно с у щ е с й а ,
наконец*, сознавшія свою грѣховность...
А сквозь дюжину грохочащихъ, пылающих*
брешей, которых* не могла затушить даже вода,
съ г у л о м * неслись волны, затопляя землю.
^
VIII.
«Вначалѣ мы долго ругались,—пишет* Бар— ч т о не успѣемъ к ъ ночи добраться до
отведенных* нам* для постоя квартир* в ъ Алкмаарѣ. Там*, какъ нам* разсказывали, ждали
-нас* съѣстные припасы, табакъ,—все, о чем*
м ы мечтали. Но главный канал* отъ Заапдама и
-Амстердама былъ совершенно запруженъ^ разными судами, и мы обрадовались случайной бретпи, которая позволила нашей баржѣ выбраться
и з * главной колонны и причалить к ъ маленькой,
заброшенной, заросшей тиной пристани у какогото покинутаго дома, в ъ боковом* затонѣ. Мы-взломали дверь, пробрались в ъ дом* и нашли въ
погребѣ нѣсколько селедок* в ъ бочкѣ, кучу
с ы р о в * и глиняныя бутылки съ водкой. Всѣмъ
зтимъ я угостил* и подкрѣпилъ своих* людей.
9*
еетЪі

Мы развели костеръ и поджаривали на нихъ
сыръ и селедки. Никто изъ насъ не спалъ уже
сорок« часбвъ, и я рѣшился остаться здѣсь до
разсвѣта и загѣмъ, если каналъ будете все
еще такъ же запруженъ, бросить баржу и отправиться пѣшкомъ в ъ Алкмааръ.
«Затонъ, в ъ котором« мы ' очугались, находился саженяхъ въ тридцати ота канала, и изъ-за
маленькаго кирпичпаго мостика мы все еще могли
видѣть флотилію и слышать голоса солдата. Вскорѣ еще пять или шесть баржъ отдѣлились и причалили в ъ нашъ затонъ; съ двумя изъ нихъ
нагруженными солдатами Антрнмскаго полка, я
подѣлился найденной мною провизіей. Взамѣнъ
мы получили немного табаку. Къ западу отъ
насъ тянулось большое пространство воды а за
нимъ виднѣлся рядъ крышъ и одна-двѣ церковн ы х « колокольни. Баржа была слишкомъ нагружена людьми, и я позволил« тридцати-сорока своимъ солдатам« расположиться бивуакомъ
иа берегу. Я не разрѣшилъ имъ устроиться в ъ
домѣ изъ боязни, какъ бы они не испортили
мебель; кромѣ того, я оставил« расписку за взятые припасы. Насъ окружило такое, множество
комаров«, что мы были особенно рады кострам«
и табаку.
«Ворота дома, припасами котѳраго мы воспользовались, были украшены надписью V r e u g d e
b i j V r e d e («Радость в ъ мирѣ»), и онъ носилъ
на себѣ отпечаток« уединенія любящаго комфорте
хозяина. Я прошелъ по саду, весело.пестрѣвшему
огромными кустами розъ и шиповника, взобрался

в ъ забавную бееѣдочку и тамъ смотрѣлъ на мои х « солдате, какъ они группами готовят« себѣ
ужинъ или просто сидятъ и бесѣдуюте на берегу.
Солнце гадилось среди почти безоблачнаго неба.
«За послѣднія двѣ недѣли я былъ всецѣло
поглощен« своими обязанностями и думал« только о выполненіи приказапій, которыя передавались свыше. За все это время я работал« до
крайпяго напряженія своихъ умственных« и физических« способностей и единственный рѣдкія
минуты отдыха отдавалъ урывкамъ сна. ^Теперь
вдругъ представился неожиданный, рѣдкій перерыв« бездѣлья, и я могъ отдать себѣ отчета в ъ
томъ, что я дѣлаю. Я былъ проникнуть любовью
к ъ своимъ солдатам« и восторгался ихъ покорностью и готовностью безропотно подчиняться
всѣмъ условіямъ и лишепіямъ, созданным« общим« положепіемъ дѣла. Я наблюдал« ихъ и
слышал« ихъ жизнерадостные голоса. Сколько
готовности, добровольной готовности было в ъ
этихъ людях«! Какъ они согласны были подчиняться чужому руководительству и забыть себя j
ради коллективных« цѣлей! Я вспомнил«, к а к ъ ;
они мужественно переносили в с ѣ трудности и j
усилія поедѣднихъ двухъ недѣль, какъ они крѣп- j
ко и быстро сдружились, слились и сколько в ъ I
концѣ концов« ласки и доброты в ъ пашей глу- <
пой человѣческой природѣ. В с ѣ они были, какъ \
одпнъ человѣкъ, одинъ случайный представитель
вида; ихъ терпѣніе и готовность уподоблялись
энергіи атома, ожидавшей, чтобы кто-нибудь использовал« ее для дѣйствительно полезной цѣли.

И снова меня озарила мысль, что высшая п о - .
требность нашей расы—имѣть опытное руководительство, что ея высшая задача—найти это
руководительство, забыть самихъ себя ради
осуществленіи коллективных* цѣлей и стремленій
расы. H еще раз* ясной представилась мнѣ
жизнь»...
Это было очень характерно для «немного черезчуръ полноватаго» молодого офицера, который
потом* долженъ былъ все это записать в ъ свои х * W a n d e r J a h r e . Также это было характерно
и какъ показатель перемѣны, происшедшей в ъ
человѣчсскихъ сердцах*, перемѣны, которая тогда
уже подготовила новую фазу человѣческой
исторіи.
Дальше опъ пишетъ -об* освобожденіи отъ
индивидуальности въ наукѣ и общественной
дѣятельностп и о своемъ .открытіи этого «спасенія». Все это для того времёни, безъ сомнѣнія,
было очень трогательно и оригинально; теперь же
кажется лишь банальностью человѣческой жизни.
Краски заката потухли, сумерки стали сгущаться и перешли в ъ ночь. Костры стали горѣть
какъ будто ярче; какіе-то ирландцы па другом*
берегу затона затянули пѣсню. Но солдаты Барнета слишкомъ устали; чтобы пѣть, и вскорѣ
берег* и баржа были усѣяпы спящими фигурами.
«Одинъ я не могъ заснуть. Должно-быть, я
переутомился, и, подремав* немного, словно в ъ
лихорадкѣ, у руля баржи, я всталъ и подошелъ
к ъ борту; мнѣ почему-то было не по себѣ; сонъ
совсѣмъ пропалъ...

«іУЬ ту ночь Голландія казалась однпмъ сплошн ы м * небом*. У вселенной внизу былъ только
какой-то черный ободок* : ряд* тополей, церковный шпиль, и огромное полушаріе надъ нами.
В ъ началѣ небо было пусто. Но моя тревога, мое
безиокойство какъ-то смутно относилось к ъ небу.
«И мнѣ стало грустно. Мнѣ показалось вдруг*
что-то страшно печальное и покорное во
веѣхъ этихъ спящихъ тѣлахъ, в ъ этихъ людях*, пришедшихъ сюда издалека, оставивших*
за собой всю свою жизнь, чтобы принять участіѵ
в ъ этой безумной борьбѣ... Я видѣлъ, какъ ничтожна, безсилька человѣческая жизнь: она
лишь раба случайностей, до нелѣпости неспособная найти волю осуществить даже самыя
скромныя и робкія изъ своихъ мечтаній. И
я начал* раздумывать, всегда ли будешь такъ,
дѣйствительно ли человѣкъ—обреченное живот
ное, которое до конца дней своихъ никогда
не побѣдитъ рока и не подчинишь его своей
волѣ... Навсегда, быть можешь, онъ останется
добрымъ, но завистливым*; желающим*, но
разсудительнымъ;
способным*,
но
порывистым*,—навсегда, пока Сатурнъ, создавшій его,
в ъ свою очередь не пожретъ его...
« Я былъ оторван* отъ этихъ размышленій
внезапным* появленіемъ флотиліи аэропланов*
гдѣ-то очень высоко,' на сѣверо-западѣ. Они
казались маленькими черными черточками на
полуночной синевѣ. Я помню, что в ъ началѣ
какъ-то безсознательно обратил* на н и х * вниманіе, какъ замѣчаешь стаю перелетных* птицъ.

Потомъ я замѣтилъ, что они были лишь крайним*
крылом* огромнаго воздушнаго флота, быстро
приближавшаяся длинной линіей съ границы,
и мое вниманіе сосредоточилось.
«Тотчас* же, какъ только я замѣтилъ этотъ
флотъ, я удивился, что раньше его не видѣлъ.
« Я тихо встал*, не желая тревожить своих*
товарищей, и сердце мое стало ускоренно биться
отъ удивлепія и волненія. Я напряг* слухъ,
не раздастся ли гдѣ-нибудь па нашей передовой
лпніи треск* выстрѣловъ. Почти инстинктивно
я повернулся, шца защиты, къ югу, и глаза
мой впились в ъ пебо: я увидѣлъ три других*
эскадры аэропланов*, словно вынырнувших* и з *
тьмы и несущихся быстро и все ближе ко мнѣ.
Одна и з * этих* трех* эскадр* была очень в ы соко, центральная—па высотѣ одной-двухъ тыс я ч * футовъ, а третья летѣла низко. Средняя
эскадра была такъ густа, что она затемняла
звѣзды, и я понял*, что, наконец*, увижу воздушное сражепіе...
«Было что-то необычайно странное въ этом*
быстром*, беззвучно приближавшемся етолкповеніи почти невидимых* бойцов* над* спящими
арміями. В с ѣ вокруг* меня продолжали не заыѣчать ихъ; до сихъ пор* не было еще
.никаких* признаков* волненія па судах* па
главном* каналѣ, весь путь которая былъ
очерчен* ничего не подозревавшими огнями и
окаймлен* кострами, и который, конечно, былъ
ясно виден* сверху. Потом* гдѣ-то далеко, по
направленно к ъ Алкмаару, я услышал* звуки

сигнальных* рожков*, затѣмъ выстрѣлы, а за
ними—дикій г у л * колоколов*. Я рѣшилъ дать
своим* солдатам* спать до послѣдней возможности.
«Бой загорѣлся съ быстротой сна. Мнѣ' кажется, не прошло и пяти минут* съ момента,
какъ я впервые замѣтилъ Цептрально-Европеискій воздушный флотъ, до столкновенія обѣихъ
эскадр*. Я ясно впдѣлъ это столкновеніе, развернувшееся силуэтом* на евѣтлѣющей сипевѣ'
сѣвсрнаго неба. Аэропланы союзников* (въ главной своей массѣ французскіе) могучим* ливнем*
набросились на центральное ядро Средне-Европейс к а я воздушнаго флота. И они были, дѣйствительно, похожи па крупный дождь. Раздался сухой трескучій звук*—первый з в у к * , который я
услышал*; очевидно, то былъ обмѣпъ ружейными
выстрѣламиг Потомъ были вспышки, похожія
на лѣтнія зарницы; и затѣмъ все небо стало
одним* сплошным*, пока еще безшумнымъ, комком* борющихся единиц*. ІІѢкоторые и з * аэропланов* Центрально-Европейская флота были
опрокинуты; другіе какъ будто сами теряли равповѣсіе, падали и загорались, и пылали т а к *
ярко, что ослѣпляли глаза, на нѣсколько мпнутъ
совершенно затемняя все воздушное поле сраженія...
«И тут*, когда я все еще пытался всмотреться в ъ темноту и защищал* глаза отъ воздушн ы х * факелов* рукой, а люди вокруг* меня
стали просыпаться,—были брошены атомическія
б*мбы на плотины. Онѣ страшно загремѣли в ъ

воздухѣ и упали, какъ Люциферъ на картинѣ,
оставляя за собой огненный слѣдъ на небѣ.
Ночь, до того прозрачная, ясная и безмятежная,
какъ будто сразу изменилась и внезапно стала
чернымъ фономъ, на которомъ лишь резче в ы делялись эти исполинскіе огненные столбы...
«Сейчасъ вслѣдъ за громомъ, забушевалъ в ѣ
теръ, и небо покрылось молніями и быстро летевшими тучами..
«Было что-то нелепое во всемъ этомъ столкновеніи. Одно мгновеніе я былъ единственнымъ
наблюдателемъ въ этомъ спавшемъ мірѣ; а черезъ минуту в с е вокругъ меня были на ногахъ,
весь міръ проснулся и поражался...
«Вдругъ ветеръ швырнулъ меня на палубу,
сбилъ съ меня шлемъ и скосилъ куда-то беседку нзъ виллы « V r e u g d e b i j V r e d e » , какъ
коса коситъ траву. Я виделъ, какъ упали бомбы,
и какъ после каждаго паденія вспыхивало
огромное алое пламя, и исполинскія глыбы красной земли и пара подскакивали вверхъ къ зениту. На фоне красиаго зарева ясно выделилась на много миль кругомъ вся местность
съ ея церквами, трубами и деревьями. И вдругъ
я сразу все понялъ. Средне-Европейскія державы
взорвали плотины, и черезъ несколько мгновеній
насъ зальетъ море»...
Дальше опъ довольно пространно разсказы*
ваетъ о принятыхъ имъ мерахъ для предотвращенія несчастія; и, принимая во внимаш*
в с е обстоятельства, это были очень р а з у м н а
меры. Онъ носадилъ в с е х ъ своихъ людей ы *

баржу и предупредилъ сосѣднія. Созвалъ меха«
никовъ, пустилъ въ ходъ моторы и отчалилъ
отъ пристани. Цотомъ вспомнилъ про. съѣстные
припасы и догадался отправить пять солдатъ на
берегъ забрать оставшійся сыръ, и они усиелн
вернуться до начала наводненія.
Онъ вполне заслуженно гордится овоимъ хладнокровіемъ. Онъ намеревался попасть какъ разь
навстречу грядущей волне и ведедъ дать полный ходъ впередъ. И все время онъ благодарил!
небо, что случайность вывела е м баржу изъ
густо запруженнаго главнаго канала. Мне кажется, опъ немного преувеличивал* виду вырвавшагося моря; онъ боялся, какъ бы ош) не
смело его баржу и не разбило ее о дома н
деревья.
Онъ не отмечаегъ, сколько времени прошло
между взрывомъ плотинъ и прибытіемъ воды, но,
по всей вероятности, в ъ его распоряжемш былъ
промежутокъ отъ- двадцати до тридцати шшутъ.
Ему пришлось работать почти въ темнотѣ, при
с в е т е одного лишь фонаря, и на сильнейшемъ
ветру. На кормѣ и носу баржи опъ повѣсилъ
еще по фонарю...
Огь приближавшихся водъ поднимались «колбы пара; надо помнить, что вода прервалась
сквозь раскаленпыя бреши, и стѣна шшшцаго
и бурлящаго тумана совершенно скрыла изъ виду
пылавшіе центры взрывовъ.
«Наконецъ, море стало надвигаться ведопадомъ. Я ожидалъ Ніагары, но набегавшая стѣна
воды была вышиной не больше двенадцати фу-

товъ. Наша баржа па мгновеніе остановилась,
какъ будто в ъ раздумьи, потомъ клюнула носомъ
и . поднялась. Я далъ полный ходъ впередъ, поставил« ее носомъ навстрѣчу летѣвшему на насъ
морю и напрягь всѣ усилія, чтобы удержать ее
в ъ таком« положеніи.
«Вокруг« насъ бушевал« снльнѣйшій вѣтеръ,
и мы стали бнтьсд о все, что встрѣчалось намъ
па пути. Единственными источниками свѣта,
оставшимися во всемъ мірѣ,. казалось, были теперь наши фонари; окружавшій насъ паръ былъ
непроницаем« для глазъ, а гулъ вѣтра и воды
заглушалъ всѣ другіе звуки. Черныя, блестящія
волны мчались мимо насъ, влетая въ поле свѣта
наших« фонарей изъ черноты ночи и снова
исчезая позади насъ в ъ такую же непроницаемую темноту. • По водѣ неслись предметы, на
мгновеніе лишь мелькавшіе перед« глазами: то
полузатопленная лодка или баржа, то корова, то
развалины деревяннаго дома, го куча лѣса и
ящиков«. В с е это вдругъ выростало перед«
нами, потомъ ударялось о нашу баржу съ треском« или же вихремъ .проносилось мимо. Однажды я замѣгждъ блѣдное человѣческое лицо...
И все время перед« нами неизмѣнно торчала группа полузатопленных«, борющихся съ водой, деревьевъ, очень, очень медленно приближавшаяся
къ нам«; Я Старался держать курсъ такъ, чтобы
обогнуть ихъ. Они словно в ъ отчаяніи жестикулировали н а фонѣ черных« облаковъ пара.
Потомъ одно изъ деревьев« вдругъ оторвалось
и, дрожа, пронеслось мимо меня. В ъ общемъ мы

все-таки подвигалпсь понемногу впередъ. В ъ послѣдпій разъ мелькнуло у самой кормы V r e u g d e
b i j V r e d e , и ночь поглотила его»...
IX.
Утро застало Барнета п его баржу еще па морѣ.
Борты баржи протекали, и солдаты правильными
смѣнами безпрерывно выкачивали воду насосами и ведрами. Онъ еще спасъ съ. дюжину
тонувших« людей, чья лодка опрокинулась, и,
кромѣ того, имѣлъ на буксирѣ еще три другихъ
лодки. Гдѣ опъ паходился, онъ пе зналъ, но
предполагал«, что гдѣ-то между Амстердамом« и
Алкмааромъ. Наступавшій день былъ все еще
наполовину ночью. Во всѣ стороны, подъ сумрачным« сѣрымъ пебомъ, разстилалась - вода, и
изъ волнъ ея выросталп верхушки домовъ, деревьев«, мсльницъ,—одним« словом«, вся верхняя треть знакомаго голландскаго пейзажа, среди
котораго плыла и качалась флотиліл баржъ, маленьких« лодокъ (многія изъ нихъ были опрокинуты ввсрхъ дномъ), мебели, плотовъ, ' лѣса и
различных« предметов«.
Не в с ѣ еще утонувшіе всплыли па поверхность къ утру. Только здѣсь или тамъ околѣвшая корова или окочснѣвшая человѣческая фигура, цѣплявшаяся sa ящикъ или за столъ въ
послѣдней надеждѣ спастись, напоминали о скрытой катастрофѣ. Лишь къ четвергу стали въ
значительном« количествѣ выплывать на поверхность мертаие. Go ввѣхъ отвэонъ визъ

замыкался сѣрымъ туманомъ, переходившим* в ъ
сѣрый навѣсъ надъ головами. Къ серединѣ дня
воздух* прояснился, и тогда, далеко на западѣ,
под* огромными клубами пара и пыли, опять
показалось пылавшее красное изверженіе атомич е с к и х * бомбъ.
Зловѣще выдѣлялось зарево сквозь мглу, словно
зимній лондонскій закат*. «Эти красныя зарева
выростали изъ моря,—шшетъ Барнетъ,—словно
спресованныя исполинскія пламенныя лиліи».
Барнетъ провел* цѣдое утро в ъ спасеніи тонувших*, в ъ подбиранін брошенных* лодокъ, в ъ
сниманіи людей съ рушившихся домов*. Другія
военныя баржи были заняты ѵѣкъ же, и, только
когда день уже близился ѵъ концу и была
оказана вся возможная помощь, подумал* онъ о
пищѣ и питьѣ для своихъ солдат* и о томъ,
что ему надо предпринять дальше. У нихъ ещѳ
оставалось немного сыру, но совсѣмъ не было
воды. «Приказы», »тотъ таинственный руководитель, наконец*, окончательно исчезли. И онъ
попялъ, что ему надо дѣйетвоіать по собственной
иниціативѣ и за собственный страх*.
«Первым* чувством* было сознаніё такого огромнаго и поднаго разрущенія и такой перемѣны
міра, что казалось без'смысленнымъ и пелѣпымъ
направлять свой путь въ какую-нибудь опредѣленпую сторону и думать найти вещи въ томъ
же положеніи п состояпіи, въ какомъ онѣ были
до войны. Я сидѣлъ на верхней палубѣ съ
монмъ механиком* Майліусомъ, Кемпомъ и двумя другими унтсръ-офкцсрами, н мы обсуждали

дальнѣишій план* дѣйствій. У н а с * не было пиши, не было цѣли. Мы пришли к ъ выводу, что
наша боевая цѣнность совершенно ничтожна, и
что первый долг* н а ш * вступить какъ-нибудь в ъ
сношенія съ источниками пищи и приказаній.
Какой бы общій стратегически план* ни управ л я я * нашими дѣйствіями в ъ началѣ, теперь
онъ, ясно, былъ разбит* вдребезги. Майліусъ
былъ того мнѣнія, что мы должны держать
курс* на запад* и вернуться в ъ Англію через*
€ѣверное море. Ойъ разсчитывалъ, что съ такой
моторной баржой, какъ наша, можно будет*
добраться до Іорктаирскаго берега меньше, чѣмъ
в ъ сутки. Но я воспротивился этому плану, указ а в * на недостаточность съѣстныхъ припасов*,
а главным* образом*, на полное отсутствіе питьевой воды...
«Каждое судно, которое равнялось съ нами,
просило н а с * о водѣ, и ихъ просьбы только какъ
бы обостряли пашу собственную жажду. ÏÏ я
рѣшилъ, что если мы будем* держать путь к ъ
югу, то очень скоро доплывем* до болѣе холмистой или, по крайней- мѣрѣ, до незатопленной
мѣстности, гдѣ мы сможем* высадиться, найти
прѣсной воды, запастись «ровизіей и получить
какія-нибудь вѣсти о томъ, что творится на
землѣ. Многія изъ баржъ, плывших* рядом*
с ъ нами, были полны англійскйхъ солдат*, которых* занесло сюда изъ Нордзейскаго канала,
но никто изъ нихъ не зналъ больше, чѣмъ мы.
«Приказы», дѣйствительно, совершенно исчезли
с ъ неба»..ч

«Приказы» снова временно появились, на сцсн ѣ поздно, в ъ тотъ же самый вечеръ в ъ видѢ
рупорнаго оклика с ъ , апглійскаго миноносца,
который извѣстилъ о перемиріп и сообщил*
пріятную вѣсть, что по Рейну епѣшно отправлены
вода и провизія, и что и х * можно. получить на
флотиліи и з * баржъ, стоявших* на якорѣ над*
1
Старым* Рейном* у Лейдена»...,
Мы не будем* слѣдовать за Барнетомъ въ его.
опнсапіи этого необычайная, надземнаго путешествія, среди деревьев*, домовъ и церквей,
мимо Заандама, Гаарлема и Амстердама к ъ Лейдену. Достаточно сказать, что это было путешествіе, совершенное въ красноватой мглѣ, в ъ
мірѣ туманных* силуэтов*, полное странных*
звуков* п неизвѣстпости, & гдѣ над* - всякими другими ощущеніями царила лихорадочная жажда.
«Мы сидѣли,—пишет* онъ,—маленькой скученпой группой, мало разговаривая, а солдаты
на носу были просто кучкой молчаливаго терпѣнія. Единственным* несмолкаемым* звуком*,
поражавшим* н а ш * слухъ, было навязчивое мяуканье кошки, которую один* и з * наших* солдат* спас* съ плов^чаго стога сѣна около Заандама. Мы держали курс* на ю г * по брелочному компасу, который оказался у Майліуса...
« Я не думаю, чтобы кто-либо и з * н а с * сознавал*, что онъ составляет* часть разбитой,
побѣждепной арміи, да вряд* ли кто-нибудь
отдавал* себѣ ясный отчет* во всем* происшедшем*. Настроеніе наших* умов* больше всего

находилось под* впечатлѣніемъ какъ бы огромной стихійной катастрофы. Атомическая бомба
низвела всякія международныя политическія соображенія до уровня полнѣйшей незначительности. Когда наши , мысли на минуту отвлекались отъ заботы о непосредственных* н а ш и х *
нуждах* и потребностях*, мы начинали раз-1
суждать о возможности запрещенія употреблять
эти страшные взрывчатые снаряды. Ибо для н а с *
было совершенно ясно, что эти бомбы и та еще
большая разрушительная сила, предвѣстникамп
которой онѣ были, совершенно легко могли бы
разнести на куски всякія человѣческія отношенія
и установлеція.
1
— «Что же дальше они будуть' д ѣ л а т ь . ' —
спрашивал* Майліусъ,—что же дальше? Ясно,
что нам* надо положить конец* воипѣ. Ясно,
что надо искать какіе-то другіе выходы. Э т о ,
все это, стало совершенно немыслимым*
« Я не сразу отвѣтилъ. Что-то, не могу вспомнить что именно, вдруг* воскресило передо мной
образ* того человѣка, который былъ па моих*
глазах* ранен* в ъ первый же день, к а к * мы
начали воевать. Я снова видѣлъ его злобные,
залитые слезами, глаза и эту жалкую, окровавленную массу, которая пять минут* перед* этим*
была опытной человѣческой рукой. «Проклятая
глупость»,—негодовал* и стонал* онъ,—«проклятая глупость! Вѣдь это моя правая рука,
с э р * . П р а в а я рука»,
.
«Вѣра моя какъ-то на мгновеніе совершенно
покинула меня. «Мнѣ кажется, мы слишком*...
Освобожденный міръ.

глупы»,—сказалъ я Мапліусу,—«чтобы когдалибо положить конецъ войнѣ. Если бы у насъ
хватило ума это сдѣлать, то мы бы это сдѣлали
раньше. Мнѣ кажется, что это»—-и я указалъ
иа скелетовидный остовъ разрушенной меДь^
ішцы, который торчалъ нелѣпо и безобразно
надъ кровавыми волнами,—«это конецъ!»
X.
Но теперь мы должны проститься съ Барнетомъ и его баржей, нагруженной голодными и
голодающими людьми.
ІІѢкоторое время казалось, что* в ъ западной
Европѣ, цо крайней ' мѣрѣ, цивилпзація достигла
точки послѣдняго упадка. Эти послѣднія почки,
взбухгаія на традиціяхъ, которыя насадил« Наполеон« п полпвалъ Бисмарк«, распустились н
запылали «словно пламенныя лиліи» надъ погубленными народами, разрушенными и затопленными церквами, погибшими городами, навсегда
потерянными для человѣчества полями, надъ
мплліонами разлагающихся трупов«. Былъ ли
этотъ урокъ достаточным« для человѣчества, или
все еще будет« горѣть пламя войны среди этихъ
развалин«?
Ни у Барнета, ни у его товарищей, очевидно,
пе было опредѣленнаго убѣдительнаго отвѣта на
эти вопросы. В ъ исторіи человѣчества, в ъ Амер и к , задолго до ея открытія бѣлыми, организованная цивилизація принуждена была уступить перед« простым« культом« войны, жесто-

кимъ и спеціализированнымъ, и не одному разумному человѣку въ это время приходило в ъ
голову, что весь міръ должен« повторить в ъ
болѣе крупном« масштабѣ это жертвоприношеніе требованіямъ войны, торжеству разрушительн ы х « инстинктов« расы.
Послѣдующія главы повѣствовапія Барнета
какъ бы только подтверждают« эту трагическую
возможность. Опъ даетъ рядъ набросков« разрушенной почти цивилизаціи. Онъ нашелъ бельгійскіе холмы, кишмя кишащими бѣглецами и
опустошенными холерой. Жалкіе остатки воюющих« армій пытались додерживать порядок«,
пользуясь перемиріемъ, но если не было настоящих« битвъ, за то была осторожная, привычная
враждебность и полное отсутствіе планомѣрности
во всемъ.
Наверху по небу летЁлп аэропланы съ таинственными порученіями,. ходили слухи о случ а я х « людоѣдства и проявленіяхъ истернческаго
фанатизма в ъ долинах« Семой и въ лѣсныхъ
областяхъ восточпаго Арденпскаго хребта. Были
еще слухи о нападепіи иа Россію, произведенном« Китаем« и Япоиіей, и объ огромной революціонпой вспышкѣ въ Амсрикѣ. Погода въ этой
затопленной мѣстности была такая бурная и непокойная, какой пе помнилн даже старожилы;
много и часто гремѣлъ громъ и мерцала молнія, сопровоасдавшаяся дикими опустошительными ливнями...

ГЛАВА

ТРЕТЬЯ.

Конецъ войны.

I.
Па горпомъ склонѣ, возвышающемся надъ
городомъ Бриссаго и двумя длинными рукавами
Лаго-Маджіоре, с ъ видомъ, открывающимся па
Беллинцону к ъ востоку и на Лунно к ъ югу,
тянется полоса- зеленыхъ луговъ, которые
весной, когда они покрыты мпожествомъ ц в ѣ товъ, бываютъ прекрасны. Особенно красиво
здѣсь раннимъ іюнемъ, когда цвѣтетъ нѣжная
-асфодель, лилія св. Бруно, с ъ ея. колосомъ бѣл ы х ъ цвѣтовъ. Къ западу отъ этого прелестнаго
плоскогорья тянется глубокая, покрытая густыми
лѣсами долина, п огромный голубой заливъ с ъ
мплю шириной, изъ котораго выростаютъ высоко
и мрачно огромныя скалы. Надъ асфоделевыми
лугами скалистыми склонами поднимаются горы
к ъ одинокимъ пустынямъ камня и солнечнаго
сіянія, постепенно закругляющіяся и едивающіяся
съ каменной стѣной в ъ одну общую линію горизонта. Этотъ етрогій и пустынный фонъ ярко
контрастируешь с ъ сверкающей поверхностью
озера внизу, о * широкимъ просторомъ плодоносе ы х ъ хожмвъ, дорвгъ, сель и острввввъ, т я -

ііущихся н а югъ и на востокъ, с ъ жарко-золотистыми равнинами рисовыхъ полей долины Маджіа
на сѣверѣ.
И вотъ именно потому, что эта малозначительная, , захолустная местность была далека
оть в с ѣ х ъ трагедій того злосчастнаго года, отъ
іпылающихъ городовъ и голодающихъ народовъ;
именно потому, что здесь все было спокойно,
жизнерадостно и скрыто отъ людей,—ее избрали
местомъ для собранія того совещанія правителей, которое доляшо было остановить, если еще
не было поздно, нагрянувшій развалъ цивили' заціи. Здесь, собранный неутомимой энергіей
этого • страстнаго гуманиста, Леблана, французскаго посла в ъ Вашингтоне, главныя державы
міра должны были встретиться на последней,
подсказанной отчаяніемъ, конференціи, чтобы
.«спасти человѣчество».
Лебланъ былъ однимъ изъ т ѣ х ъ находчивыхъ
людей, чьимъ уделомъ в ъ періодъ покоя было
совершенное ничтожество, но которые иногда
, поднимаются вдругъ до безсмертной роли в ъ
человеческой исторіи, вследствіе внезапнаго упрощенія делъ человеческихъ—результата какогонибудь кризиса—до уровня и х ъ собственной
простоты. Такими людьми были Авраамъ Линкольнъ и Гарибальди. И Лебланъ, с ъ его прозрачной детской наивностью, его полнымъ самозабвевіемъ, какъ-то втискался в ъ эту сумятицу
внезапнаго недоверія и сплошныхъ несчастій
I съ властнымъ призывомъ понять, наконецъ, поI ложеніе. Гедееъ его, когда онъ говорилъ, «былъ

крайне убѣдителенъ». Это былъ маленькій, лысый человѣкъ в ъ очкахъ, весь проникнутый
тѣмъ интеллектуальным* идеализмом*, который
всегда былъ одним* изъ особых* даровъ, принесенных* Франціей человѣчеству. . Онъ былъ
твердо и непоколебимо убѣжденъ в ъ одном*, что
г войнѣ должен* быть раз* навсегда положен*
- конец*, и что единственное средство прекратить
навсегда войну—дать человѣчеству одно общее
Государственное Управленіе. Всякія другія соображенія. онъ оставлял*. Въ самом* йачалѣі
войны, какъ только были уничтожены обѣ
столицы воюющих* сторон*, онъ сейчас* же
отправился в ъ Бѣлый Домъ къ президенту Соединенных* Штатов* и сдѣлалъ ему это предлоr;j
; женіе. Сдѣлалъ онъ это таким* тономъ, какъ
I будто это была самая обыденная вещь. На его
; ; счастье, онъ попал* именно въ Вашингтон* в
имѣлъ дѣло еъ той колоссальной дѣтской непо.. - средственностыо, которая столь характерна для
американскаго темперамента и духа. Т а к ъ
ѵ
к а к * американцы были тоже изъ- числа т ѣ х ъ
У \непосредственных* народов*, которыми спасся
міръ, ему удалось увлечь и убѣдить своими
идеями и американская президента; и американское правительство.. По крайней мѣрѣ, оно
настолько его поддержало, что съ ним*, стали
считатьться и наиболѣе скептически настроенный
европейскія правительства; опираясь на эту поддержку, онъ тотчас* лее принялся (это было
самое фантастическое изъ предпріятій) за устройство конференціи изъ правителей всѣхъ стран*.

и за ихъ ооъедпненіе. Опъ писал* безчисленныя
письма, посылал* депеши, предпринимал* отчаянныя путешествія, сталъ собирать и выискивать помощь и поддержку отовсюду. Никто не
былъ слишком* скромен* или незамѣтенъ, чтобы не пригодиться ему въ помощники; не было
упорства, которое опъ ие силился бы переломить.
Въ теченіе ужасных* войн* послѣдпей осени
этотъ малеиькій чёловѣкъ в ъ очкахъ невольно,
должио быть, напоминал* жизнерадостную канарейку, щебечещую во время бури. И никакое
нагроможденіе ужасов* и катастроф* пе могло
сломить его вѣры въ то, что всѣмъ им* можно
положить конец*. Ибо весь міръ тогда пылал*
какой то чудовищной фазой разрушешя. Іосу- ,
дарство за государством* на вооруженном* зем- ;
номъ шарѣ старалось предвосхитить вторжете ,
нападеиіемъ. Они затѣвали войны в ъ паниче-(
! скомъ бредѣ,' лишь бы первым* пустить в ъ
і ход* свои бомбы. Китай и Япопія вторглись въ
Россію и уничтожили Москву, Соединенные Штаты напали на Япопію, Индія была очагомъ
анархистскаго возстаиія и Дели—бушующим*
' вулканом*, извергавшим* смерть и пламя. Могущественный Балканскій Царь ^ к е мобилизовал* свои силы. II казалось, каждому должно
было быть ясно в ъ тѣ дни, что міръ съ головокружительной быстротой .скользить в ъ бездну
анархіи. Къ веснѣ 1 9 5 9 года в ъ двухстах*
почти центрах*, къ которым* съ каждым* днем*
прибавлялись новые, пылали пеугасасмыя красцьтя зарева атомических* бомІК Погибла не-

прочная ткань мірового кредита, промышленность
была совершенно дезорганизована, каждый город*, каждая болѣе или мепѣе паселенная мѣстпость голодала, или дрожала на порогѣ голода.
Большинство столиц* міра были в ъ огпѣ; милліоны людей уже погибли, и на огромных* пространствах* землп наступил* конец* власти п
! ; правленію. Нѣкій писатель того времени сравнив а л * человѣчество со спящим*, который во спѣ
играет* спичками и, просыпаясь, вдруг* чувствует*, что весь объят* пламенем*.
Въ теченіе многих* мѣсяцевъ оставался открытым* вопрос*, можно ли еще найти на
землѣ среди в с ѣ х ъ ея обитателей достаточно
воли и интеллекта, чтобы справиться съ этими
новыми условіями и сдѣлать хотя бы слабую
попытку остановить разрушеніе соціальнаго порядка. Нѣкоторое время воинственный д у х * , охватившій человѣчество, разбивал* всякую попытку собрать разсѣяпныя охранптельныя и созидательпыя силы. Лебланъ, казалось, какъ будто,
протестовал* против* землетрясеній п съ одинаковым* успѣхомъ мог* бы найти здравый
смысл* в ъ кратерѣ Этны. Хотя офиціально правительства и призывали к ъ миру, по шайки
непримиримых* и непокорных* патріотовъ, аванI тюристовъ, политических* разбойников*, повсюI ду завладѣвали „несложным* аппаратом* для
• выдѣленія атомическом энергіп и зарождепія новыхъ центров* разрушенія. Для нѣкоторыхъ
умов* этотъ снаряд* имѣлъ особую непреодолимую привлекательность. Зачѣмъ уступать, когдл

еще можно уничтожить своих* врагов*? Зачѣмъ сдаваться, когда молено взорвать и превратить и х * в ъ прах*. Власть разрушать, которая когда-то была исключительной и наивысшей привилегіей правительства, теперь была
единственной уцѣлѣвшей в ъ мірѣ в л а с т ь ю , —
и ею мог* пользоваться всякій.. Правда, даже
въ этотъ періодъ пылавшаго опустошенія оставалось несколько человѣкъ, еще не потерявших*
способности мыслить; они не отдавались этому
настроенію отчаянія, описанному Барнетомъ, н
не восклицали вмѣстѣ съ ним*: «Наступил* у ж *
конец*»...
' А в ъ это время Лебланъ все бѣгалъ п суетился, со сверкающими стеклами очков*, и с ъ
неутомимой убѣдительностьто доказывая здравомысліе своих* идей, доказывая, пока уши внимавших* ему и з * безучастных* начали становиться любопытствующими. Ни разу не в ы сказал* онъ малѣйшаго сомнѣнія, что весь этотъ
хаотическій конфликт* кончится. Сперва на него
смотрѣли, какъ на милаго мечтателя, по постепенно стали ' относиться къ нему и его убѣждепіямъ, какъ к ъ маловѣроятной возможности. В
тогда его мысли стали казаться даже практичными. Люди, внимавшіе ему въ 1 9 5 8 году съ
улыбкой нетерпѣнія, уже к ъ веспѣ 1 9 5 9 года
жадно стремились узнать его мнѣніе относительш
возможнаго исхода. И он* отвѣчалъ съ терпѣніемъ философа и непосредственностью француза
На свои предложенія он* начал* получать отв ѣ т ы все болѣе и болѣе обнадеживающего хараю

тера. Онъ переплылъ черезъ Атлантическій океа н « в ъ Италію и тамъ сталъ собирать обѣщанія
отъ разныхъ людей и правительств« участвовать
в ъ устраиваемом« имъ совѣщаніи. Избрал« же
онъ эти равнины подъ Бриссаго по причинам«,
приведенным« выше. «Мы должны,—сказалъ
онъ,—<совсѣйъ уйти отъ старых« воспоминаній
и ассоціацій»... И съ увѣреиностыо, которая вполн ѣ оправдывалась получаемыми имъ отвѣтами,
взялся онъ за собираніе матеріала для конференціи. Съ легкой, отчасти скрытой недовѣрчивостью
сталъ собираться этотъ конгресс«, который должен« былъ внести новый порядок« в ъ міръ.
Лебланъ собрал« его, не выказавъ пи малѣйшаго
высокомѣрія; онъ управлял« имъ одной : лишь
силой безконечіой скромности и смиренія. На
этихъ горных« лугахъ в ъ первый лее день появились люди съ апаратами для безпроволочнаго
телеграфа; за ними послѣдовали другіе съ палатками и еъѣстными припасами; потомъ была
устроена маленькая канатная желѣзная дорога,
спускавшаяся к ъ удобному мѣсту на проѣзжей
дорогѣ. Пріѣхалъ Лебланъ и сталъ кропотливо
распоряжаться всѣми мелочами, которыя должны
были дать основной тонъ собранію. Его скорѣе
можно было принять за посланнаго впередъ
курьера, чѣмъ за организатора конгресса. Вслѣдъ
з а тѣмъ одни по канатной дорога, большинство—
на аэропланах«, немногіе—другими способами,
стали прибывать лица, призванныя на совѣщаніе
о дѣлахъ и состояніи міра. Конференція не должна
была носить никакого названія. В ъ ней учат

ствовало 9 монарховъ, президенты 4 - х ъ республик«, большое количество послов« и посланников«, множество выдающихся журналистов« и
'другихъ видных« и вліятельныхъ людей. Были
даже ученые; вмѣстѣ съ другими прибыль всемірно извѣстный старик« Хольстенъ, чтобы помочь и своимъ диллетантскимъ государственным«
умомъ разрѣшенію отчаянной проблемы в ѣ к а .
Одинъ только Лебланъ могъ осмѣлиться такимъ
образомъ созвать державныя главы, силы и умы
иіра и имѣть мужество надѣяться на то, что они
дридутъ к ъ какому-нибудь согдашенію..,
II.

Одинъ изъ числа приглашенных« на это
совѣщаніе представителей державъ, пришелъ на
нее пѣшкомъ. Это былъ король Эгбергь, молодой глава наиболѣе уважаемаго королевства в ъ
Европѣ. Онъ былъ бунтовщиком«, и всегда былъ,
по сознательному выбору, бунтовщиком« протавъ
роскоши и • великолѣпія своего положенія. инъ
любилъ предпринимать р и н н ы я путешествія
пѣшкомъ и имѣлъ наклонность спать подъ отг
крытымъ небомъ. И теперь онъ прошелъ пѣшкомъ черезъ ущелье Санта-Маріа-Маджіоре, затѣмъ на лодкѣ переѣхалъ озеро до Бриссаго,
и отсюда опять пѣшкомъ поднялся на гору,
по дорогѣ, усаженной дубами и каштанами. Для
щйшитанія в ъ пути (онъ не хотѣлъ спѣшить)
в ъ карманѣ у него былъ запас« хлѣба и сыра.
Небольшая свита* необходимая для его ком-

форта и пѳддержанія ц а р с к а я достоинства в ъ такихъ торжественныхъ случаяхъ, была отправлена
по канатной дорогѣ; съ нимъ пѣшкомъ пошелъ
лишь его личный секретарь, Фэрминъ, человѣкъ,
бросившій свою каѳедру «Міровой Политики» в ъ
лондонскомъ «Институте Соціологіи, Экопомикп
и Политическпхъ Наукъ», чтобы взять на себя
эту обязанность. Фэрминъ былъ человекъ скорее крепкаго, чемъ быстраго ума; онъ разсчптывалъ иметь большое вліяніе в ъ новой должности, а въ действительности, уже спустя н е сколько л е т а онъ только начиналъ сознавать,
насколько его функціи сводятся, главнымъ образомъ, к ъ тому, чтобы слушать. В ъ началѣ
своей карьеры онъ былъ, до некоторой степени,
мыслителемъ в ъ области международной политики, авторитетомъ по вопросамъ тарпфовъ и
стратегіи и высокоцепимымъ сотрудникомъ н е I которыхъ наплучшихъ періодическихъ органовъ
; общественная мненія, но атомическія бомбы
I захватили его врасплохъ, и ему еще предстояло
I \ отделаться отъ своихъ взглядовъ и мнѣній до.. атомическаго періода.
Король сумелъ достаточно освободиться отъ
путь придворная этикета. По теоріи, его обращеніе съ людьми было чисто демократическимъ.
И, только в ъ силу привычки, позволялъ онъ
Фэрмину, который отыскалъ походный рансцъ в ъ
лавочкѣ, нести обе бутылки пива, которыя они
захватили съ собой. В ъ сущности, король никогда в ъ жизни для себя ничего не носилъ А и
не замѣчалъ, что этого не дедалъ.

— Мы ничего съ собой не возьмем ь , — с к а залъ онъ.—Мы будемъ какъ можно проще п незаметнее.
И Фэрминъ несъ пиво...
По мерѣ того, какъ они поднимались в ъ гору,
темпъ хода устанавливался скорее королемъ,
чемъ Фэрминомъ. Они говорили о предстояіцемъ
совещаніи, и Фэрминъ, съ некоторой неуверенностью, которая его самого бы удивила въ дни
е я профессорства, старался выяснить себе настроеніе и направленіе мыслей спутника.
, — Въ более широкой и общей форме,—сказалъ Фэрминъ,;—я допускаю некоторую возможность осуществленія этого проекта Леблана, но
я считаю, что, хотя и желательно установить
своего рода контроль надъ международными делами,;—родъ Гаагскаго Третейская Суда съ расширенными полномочіями,—-все же изъ за этого
не следуетъ терять изъ виду принципа національной и имперской автономіи.
— Фэрминъ,—сказалъ король,—я хочу подать своимъ ообратьямъ-королямъ достойный
примѣръ.
Фэрминъ рѣзко проявленнымъ любопытством*
постарался скрыть недоверіе
— т е м ъ , что к ъ чорту пошлю всю эту глу*
пость,—добавидъ король.
И онъ ускорилъ шагъ, какъ только замѣрщъ,
что Фэрминъ, уже и такъ запыхавшійся, н а ч а л *
было проявлять признаки, намѣренія отвѣтить.
— Я к ъ чорту пошлю всю эту ^лупоеть,—
сказалъ онъ, пока Фэрминъ готовился отвѣ-

тить — Я швырну свой королевскій санъ и с в о .
царство на столъ н заявлю, что не намѣренъ
торговаться. Этотъ вѣчный торгъ... о п р а в а х * . .
в о Г что... всегда и вездѣ... было наибольшим* ^
злом* во всѣхъ дѣлахъ человѣчества. Я положу
конец* этой глупости.
Фэрминъ остановился, какъ вкопанный.
— Но ваше величество!—воскликнул* онъ.
Король' тоже остановился на разстоянш шести •
шагов* впереди его и оглянулся на потное лицо
своего совѣтнпка.
^
— Неужели в ы думаете, Фэрминъ, что и
вду сюда, в ъ качествѣ... в ъ качествѣ проклял о политикана, для того только, чтобы преград и т ь своей короной, своим* флагом*, СВОИМИ;
правами путь к * миру? Этот* французик* нрав*
И вы не хуже меня знаете, что онъ п р а в * /
Прошли тѣ времена. Мы... мы, короли, правители и представители, до сих* пор* были всегда
первоисточниками в с ѣ х ъ этих* иесчастш Вѣдь
мы олицетворяем* собой пе о б ъ е д и н е т ^ а разъединеніе; разъединеніе же означает* угрозу войной^Га угроза войной накоплепіе все большая*
и большого количества атомических* б о м б #
Нѣтъ, эта старая игра кончена... Но, с л у ш а й т ^
S '
нельзя Р з д ѣ с ь сидѣть •
S ^ j g
Міръ ждет*... В ы согласны со мной, Ф э р м и н ^
что старая игра кончена?
Фэрминъ поправил* ранец*, провел* р у к ш
„о вспотѣвшему лбу и с * серьезным* лицс#0
зашагал* дальше.
_
ал*
- Я согласен*, выше величество,—сказал*

онъ все удалявшейся спинѣ,—что должна быть,
какая-нибудь гегемонія, какой-нибудь вид* амфиктіоническаго совѣта...
— Должна существовать лишь одна к а к а я нибудь простая форма правительства для всегоміра,—кинул* король через* плечо.
— : Но что касается безразсуднаго, необоснованна™ отказа отъ в с ѣ х ъ своих* прав*, вашевеличество...
— Чепуха!—крикнул* король.
Фэрминъ промолчал*. Но легкая тѣнь досады
прошла по его раскраснѣвшемуся лицу.
— Вчера,—начал* объяснять свою мысль король,—японцы чуть было не уничтожили СанъФранциско
- г - Я еще не слыхал* объ этом*, ваше величество.
— Да; но американцы загнали японскій аэроплан* в * море, и бомба взорвалась там*.
— Под* водой, ваше- величество?
— Да. Получился подводный вулкан*. С *
берегов* Калифорніи до с и х * пор* еще виден*
царъ... Пока каждый день еще случаются такого
одда вещи, вы хотите, чтобы я поднялся на эту
«§ру и стал* торговаться, какъ базарная торговой. Только подумайте, какое впечатлѣніе произойдет* мой отказ* на моего кузена императора...
.« на в с ѣ х ъ других*.
А — Но о н ъ - т о будет* торговаться, ваше
величество.
— Ни капельки!—сказал* король.—Емлг Лебланъ не позволит*.

—

Фзршшъ снова остановился и озлобленно дерн у л * за свой ремень.
— Ваше величество, онъ будет* слушаться
своихъ совѣтппковъ,—сказал* онъ тономъ, который должепъ былъ дать попять, что онъ HéL
доволепъ поведепіемъ своего ранца.
Король посмотрѣлъ пристально на Фэрмина.
— - Поднимемся еще немного,—сказал* o u i . —
Я хочу дойти до этой заброшенной деревни, о
которой они говорили, и тогда мы выпьем* пива.
Это, павѣрное, недалеко отсюда. Мы выпьем*
пива и выбросим* бутылки. И тогда, Фэрминъ,
я попрошу в а с * взглянуть н а вопрос* болѣе
благожелательным* взором*... Потому что, знайте, в ы должны...
Опъ двинулся вперед*, п пѣкоторое время
единственными звуками были с т у к * его сапогъ
о камни дороги и неправильное дыханіе Фэрмина.
Наконец* крутизна дороги стала уменьшаться,
сама дорога стала шире, и опи очутились дѣйствителыю в ъ красивой мѣстности. Это брль
един* изъ т ѣ х ъ дачпыхъ поселков*, которые
до сихъ пор* встрѣчаются в ъ Сѣверной Италіи
и бывают* населены только в ъ середпнѣ лѣта.
В ъ теченіе зимы и весны, вплоть до середины
іюня, они обычно пустынны, и в с ѣ и х ъ домики
и сараи заперты на замки. Дома были выстроены
изъ пѣжно-сѣраго камня, окружены роскошной
зеленой травой, тѣныо каштанов*, и были освѣщены чудесным* ѵ отблеском* желтаго вёреска.
Никогда еще не видалъ король такого великолѣпія. Онъ мигом* усѣлся па покрытый мхомъ

ібі

—

камень, вытащил* свой хлѣбъ и сыр* и велѣл*
Фэрмипу поставить бутылки в ъ траву, чтобы
пиво остыло.
„.
— Вотъ чего пе впдягк люди,- совершагоіщо
путешествіе по воздуху, ФэрминъІ-скалалъ онъ.
Фэрминъ посмотрѣлъ кругомъ довольно скеп!!!КВы
видите все это в ъ паивыгодпѣйшуЫ
минуту, ваше величество,—сказалъ онъ,—когда
еще сюда не вернулись крестьяне и дачники нй

ТО

3 а

^ТсеВ;еавГ^гда

будетш к р а с и в о , - в о з -

" ш Г - д а ,
ваше величество 1 - с к а з а л Ъ
Фэвмппъ.—Но это—показатель быстро вырождающегося соціальнаго порядка. Судя же по травѣ
о а с т ш е й между камнями и в ъ хилшнахъ, я
склоненъ сомневаться, нродолжаютъ ли люди
пользоваться этимъ поселкомъ.
— Мнѣ кажется,—сказалъ король,—опи при
хоіятъ сюда сейчасъ "же послѣ того, какъ скош е н о с ѣ н о вонъ на томъ цвѣтпстомъ лугу.
Навѣвное сюда прпходять и т Ь медлнтельныя
бѣльш жпвотныя, что видишь на дорогахъ внизу,
Г з д о р о в ы я загорѣлыя дѣвушкн с ъ черными в лосами в ъ красныхъ платкахъ... Прямо поражаешься когда подумаешь, сколько в — ержалась эта прекрасная старая жизнь! Во вре
мена римлянъ, и з а много в ѣ к о в ъ ^ ннхъ к гд
и слуха о римлянахъ не было, люди с ъ насту
плешЪіъ лѣта пригоняли сюда свои стада ,
Сколько прпзраковъ витаегь в ъ этпхъ мѣстахъ!.,

Р а

^ с в о б о ж п е в н ы й Mint

Сколько здѣсь было ссоръ, междоусобиц«, сколько
здѣсь рождалось надежд«! Здѣсь играли дѣти,
доживали до старости й умирали. Й такъ повторялось изъ тысячи въ тысячу поколѣній. Влюбленные, безчисленныя. парочки влюбленных«
ласкались здѣсь среди этого золотистаго вереска...:
Король задумался, усиленно жуя свой с ы р *
I ілѣбъ.
— Жаль, что мы не захватили съ собой кружкм для пива,—сказалъ онъ. Фэрминъ досталъ
нзъ кармана складной аллюминіевый стаканчикъ.
— Мнѣ чрезвычайно хотѣлось бы,—сказалъ
вдругъ Фэрминъ,—убѣдить ваше величество, хотя
^бы отсрочить ваше рѣшеніе.
— Напрасно вы мнѣ это говорите, Фэрминъ,—
отвѣтилъ король;—рѣшеніе мое ясно, какъ Божій день.
— Ваше величество! — запротестовал« Фэрминъ, и голосъ его былъ полон« хлѣба, сыра и
подлинна™ волненія,—развѣ у васъ нѣтъ уваженія къ вашему королевскому сану?
Послѣ нѣкотораго мѳлчанія король отвѣтплъ
съ необычайной серьезностью:
— Именно потому, что я уважащ-игвой санъ,
Фэрминъ, я и не хочу быть маріоцетдой в ъ этой
і г р ѣ в ъ международную политику.
Онъ пристально посмотрѣлъ на своего спутника«
— Королевскій санъ!.. Что знаете вы о королевском« санѣ, Фэрминъ?—Да,—крикнул« король,—-въ первый разъ за всю свою жизнь я
Іамѣренъ быть королем«. Я намѣренъ руководить;

и руководить, основываясь на собственномъ авторитетѣ, за собственный страхъ и рискъ. В ъ теч е т е дюжины поколѣній родъ мой былъ родом*
манекенов« въ рукахъ своихъ совѣтниковъ. Теперь я намѣренъ стать настоящим« королем«,
настоящим« главой народа... и я намѣренъ уничтожить, бросить ту корону, рабомъ которой я
до сихъ поръ былъ. Какой ^міръ парализующих«^ притворств« уничтожило это_ грохочущее
м р ы в ч й о е ' Т е щ е с т в о ! Старый застывшій міръ
снова" попал« в ъ плавильный тигель, и я, казавшійся лишь набивкой для королевской мантіи, стал« королем« среди королей. Я . должен«
сыграть свою роль во главѣ событій и положить конецъ крови, пламени и безпорядку.
—
Но, ваше величество...—запротестовал*
было Фэрминъ.
— Этот« Лебланъ прав«. Весь міръ должен*
стать единой-нераздѣльной республикой. В ы это
прекрасно сознаете, и- долг« мой—помочь этому.
1 Король должен« вести свой народ« впередъ;
а
вы хотите, чтобы я прилип« къ ихъ спинам«,
какъ паразит«. Сегодня должно состояться пріобщеніе королей. Довѣренность, выданная нам«
человѣчествомъ, кончилась, срок« ея истек«. Мы
должны возвратить ему свои мантіи, свой королевскій санъ и сказать ему: «Теперь настало
время королю, сидящему в ъ каждом« изъ насъ,
управлять міромъ»... Развѣ в ы не чувствуете
всей красоты и великолѣпія этой открывшейся
возможности. В ы хотите, Фэрминъ, - чтобы я
поднялся туда и началъ торговаться, какъ какой-

пибудь мелкій маклер* о какой-то цѣнѣ, за какое-то.*' вознагражденіе, -какой-то титул*?;.
ГУ» Фэрминъ пожалъ г плечами, и на лпцѣ- era
^„изобразилось отчаяніе. '. Ео, решил* йнъ, пока
- что, надо, все-таки:.'^нодкрѣпнться, поесть.
Нѣкоторое-.время-» оба молчали; король прод о л ж а л * е с т ь и ^перебирать въ умѣ отдельный
ч части речи, которую онъ должен* будет*' произнести на совѣщаніи. В ъ силу древности его
. короны онъ должен* будешь председательствовать
на конгрессе, и онъ решил* сдѣлать свое'председательствованіе памятным* для человечества.
Убедившись в ъ своем* краснорѣчіи, онъ' сталъ
разглядывать' у п а в ш а я духом* и унылаго Фэр1
мина
— фэрминъ, — сказалъ онъ, — вы до сихъ
пор* идеализировали королевское званіе.
— Моей всегдашней мечтой, ваше величеC T B Ô j — о т в е т и л * Фэрминъ печально,—было
служить...
— У рычагов*?
В а м * угодно быть несправедливым*,—
возразил* Фэрминъ, видимо задетый.
— Мне угодно,- наконец*, вырваться изъ
оковъ несправедливости!—сказалъ король.—О,
Фэрминъ,—продолжал* онъ,—разве вы не хотите обо мне подумать? Разве в ы не хотите
признать, что я состою не только изъ . плоти и
крови, но обладаю также и разумом* и воображеніемъ и ихъ правами. Я—король, взбунтовавшийся против* оковъ, которыя мои предки
возложили на мою голову. Я—проснувшшся ко-

роль. Мои почтенные дедушки и бабушки н и когда за всю свою августейшую жизнь ни па
секунду не просыпались. Имъ нравилось занятіе которое вы, советники, отводили имъ. Они
ни' на минуту в ъ осмысленности его не сомнев а л и с ь . Это все равно, что давать куклу .женІідпне, которая должна иметь ребенка. Имъ доставляли удовольствіе процеесіи,. открытіе разл и ч н ы х * учрежденій и памятников*, п о с е щ е н а
•тройней и девяностолетних*, стариков*; имъ
Іпріятно было, когда имъ читали приветственные
I адреса п т. п. Они собирали альбомы съ вырезІкамп нзъ в с е х * .иллюстрированных* газетъ, со
• снимками ихъ персон* на подобных* торжес т в а х * , и если пакеты съ вырезками становились тоньше, они пачпцали раздражаться. Только это и волновало и безпокондо ихъ. Но во мне
Iкиветъ что-то атавистическое; меня тяпетъ н а зад* к ъ до-конституціоннымъ монархам*. Меня,
кажется, крестили слишком* древшимъ имеінем*
h всегда хошѣлъ делать что-нибудь. Мне было
скучно. Я могъ, при таких* условіяхъ, погряза т ь в ъ развратѣ (большинство энергичных* и<
I умных* принцев* крови кончаюшь этішъ) но
дворцовыя меры, предосторожности былп с ш комъ сильны. Я былъ воспитанъ нри самомъ
чистейшем* и добродетельном* p o p e , который
когда-либо зналъ міръ... Я был* чистъ п добродѣтеленъ, п все время на чеку... И я сталъ ч и ! тать книги, Фэрминъ, и беспрестанно задавать
вопросы. Рано или поздно это должно была
с л о и т ь с я съ кемъ-нибудь изъ насъ. Возможно,

кромѣ того, что я и по природѣ не развратен«
не порочен«. Да, мнѣ кажется, я не порочен«.
Онъ подумал« немного.
— Нѣте, я не порочен«.
Фэрминъ откашлялся,— И мнѣ тоже кажется, ваше величество]
что в ы не порочны по наклонностям«,—ска*
в а л « о н ъ . — B ù предпочитаете...
Онъ запнулся. Хотѣлъ было сказать *гово-|
рить», но замѣнияъ это словом« «идеи».
— Міръ королей, — продолжал« король,—і
•скоро ни одинъ чедовѣкъ его не будет« понимать]
Онъ сдѣлается загадкой...
Между прочим«, онъ былъ также міромъ
•«праздничных«» одеждъ. В с е и вся одѣвало для'
насъ свои «праздничныя» платья и украшалось
кумачемъ. Вездѣ былъ кинематограф«, который
слѣдилъ за тѣмъ, чтобы мы все проделывали,
I
к а к ъ полагается. Если в ы король, Фэрминъ, н
захотите посмотрѣть н а какой-нибудь полкъ, онъ
тотчасъ же перестаете дѣлать свое дѣло, перев и в а е т с я в ъ полную парадную форму и берете
н а караулъ. Когда мои авгусгЁйшіе родители
Ііхали куда-нибудь по желѣзной дорогѣ, то уголь
в ъ тендерѣ паровоза ихъ поѣзда перекрашивался
в ъ бѣлый цвѣте... Да, Фэрминъ, уголь перекрашивался, а если бы онъ в ъ действительности
. былъ бѣлымъ, а не черным«, то, не сомнѣваюсь,
Vi :ч власти перекрашивали бы его для такихъ слуI * чаевъ в ъ черный. Вотъ духъ, в ъ какомъ мы
J > ПЛЛЯ1.ШТТ.П1.ІІЛТ
n
rntm
ITrnn.
nnwnntw
nnnn
Ъ \ 7 воспитывались и жили. Люди вокруг« насъ
; всегда
ходили, обратившись к ъ намъ лицомъ.

Никогда никого и ничего нельзя было намъ
увидать в ъ профиль. Получалось впечатлѣніе
обезумѣвшаго міра, фокусъ котораго былъ направлен« на насъ. . И когда я сталъ задавать
лордъ-канцлеру, архіепископу и всѣмъ прочим« '
свой вопросъ: что я увижу, если люди вдругъ (
повернутся ко мнѣ спиной?—то оказалось, что 1
этимъ вопросом« я не проявил« должпаго такта
высокопоставленной особы...
Онъ опять задумался.
•— В ы сами знаете, что н ѣ т е рѣшительно ничего в ъ королевском« санѣ, королевском« достопнствѣ. Этотъ санъ только сдѣлалъ моего августѣйшаго маленькаго дѣдушку какимъ-то деревянным«, далъ неловкое, неувѣренное достоинство
моей бабушкѣ, даже тогда, когда она сердилась...
а сердилась она очень часто. У нихъ обоихъ
было сильно развито чувство отвѣтствейности.
Здоровье моего бѣднаго отца было ужасно в о
все время его краткаго царствованія; и никто
вѣдь, кромѣ его домашних«, не зналъ, сколько
усилій и напряженій ему стоило, чтобы подтягивать себя и быть в ъ 'состояніи принимать
участіе во всѣхъ торжественных« функціяхъ.
«Мой народ« ждете этого отъ меня», бывало,
говорил« онъ о той или другой утомительной
п скучной обязанности. А большинство того, ч т о
его заставляли продѣлывать, было просто глупостями: Это была часть дурной традиціи, но нет
было ничего глупаго в ъ томъ, какъ онъ ко всему
этому относился и все это продѣлывалъ. Духъ
сознанія своего королевскаго достоинства прс-

красенъ, Фэрминъ: и я чувствую его в ъ себѣ;
я пе знаю, чѣмъ бы только я не могъ бы быть,
<$сли бы я не былъ королем*. Я бы умер* за
свой народ*, Фэрминъ, а вы бы этого па
.могли. Нѣтъ, ne говорите, что в ы готовы умереть за меня, я зыаю лучше. Не думайте, чти
я забываю свое королевское достоипство, пе воображайте этого. Я—король, царственный король,
міілостію Божіей. А что я, к ъ тому же, еще
болтливый молодой человѣкъ, сущности не изыѣпяетъ...
Фэрмипъ повернулся лицом* к ъ своему повелителю.
— Что же вы намѣрепы дѣлать, ваше велп1 ество,—спросил*
онъ,—если вы пе хотите
послушаться меня? Что вы сегодня памѣрены
предпринять?
Король стал* сметать крошки со своего платья.
— В с ѣ м * ясно, что цѣли можно достигнуть
только подчипепіемъ всего міра одному правительству, одному органу управлепія. До спхъ
пор* этому мѣшалп нашн короны н наши флагп.
Ясно, что опп должны быть уничтожены.
. — Хорошо, ваше величество,—прервал* его
Фэрминъ,—но к а к о м у правительству? "Я не
вижу, какое вы получите правительство путем*
всеобщаго отреченія.
— Такъ вотъ,—сказал* король, положив*
•руки на колѣни,—мы и будем* этим* правительством*.
— Конферепція?—воскликнул* Фэрминъ.
— А то кто же? Это совершенно ясно и просто.

— Но,—воскликнул* Фэрмппъ,—вы должны?
получить полпомочія. Развѣ не будет* к а к и х * нибудь, папримѣръ, выборов*.
— Вачѣмъ?
— Хотя бы для того, чтобы получить согласіе управляемых*.
— Послушайте, Фэрмппъ, мы просто-па-просто
забудем* о всѣхъ наших* спорах* и дрязгах*
и возьмем* в ъ свои руки бразды правлепія мі*
ром*. Б е з * в с я к и х * выборов*. Б е з * в с я к и х *
полномочій. Управляемые докажут* свое согласіемолчаніемъ. Если же народится какая-нибудьосмысленная и дѣльпая оппозпція, мы пригласим* ее присоединиться и прнттп к ъ памъ па
помощь. Истинное полномочіе короля—-крѣпко
захваченный в ъ руки скипетр*. Мы пе иамѣрены безпокопть людей голосовапіемъ. Я у в ѣ репъ, что человѣчество в ъ огромной своей массѣ'
ne желает*, чтобы его безпокоплп подобными
пустяками... Мы найдем* средства и пути, чтобы каждый заинтересованный могъ присоединиться к ъ нам*. И этого вполнѣ достаточно,
несколько рѣчь пдетъ о демократичности. Мож е т * быть, позже... Когда по такъ важно будет*... Мы будем* спокойно и прекрасно управлять, Фэрминъ. Управление государством*^ ста- (
новится т д ш ы м ъ только .тогда, . когда во главѣ- /
ё г ^ с т а Ш я т с я jopincra., и _съ .„тѣхъ, пор^.. к а к * )
начались всѣ эти несчастья и у ж а ш , юрпсты
п ё р ^ у ш л и Г Т с т а г п 7 вотъ с е й ч а с * , когда мы
вспомнили и х * , гдѣ теперь в с ѣ эти юристы?..,
Г д ѣ о ш і ? . . Конечно, миогіе и з * н и х * , палхуднцо»

попали в ъ тюрьму, когда опи разнесли мое законодательство. В ы не знали покойнаго лордъкапцлера?...
Нужда хоропптъ права... А юристы, адвокаты только и живутъ, что правами... Мы покончили съ той жизнью. У насъ не будетъ законов* количеством* больше, чѣмъ можно внести
въ один* кодекс*, a внѣ этого управленіе Государством* будетъ свободно...
Солнце еще не успѣетъ закатиться сегодня,
Фэрминъ, повѣрьте мнѣ, какъ мы отречемся, всѣ
до одного, и будетъ объявлена Міровая Республика, единая и нераздѣльная. Любопытно бы
знать, что сказала бы на это моя августѣйшая
бабушка. Всѣ мои права!.. А тамъ, дальше, мы
будем* управлять. Что же еще можно сдѣлать?.
По всему міру мы объявим*, что больше нѣтъ
м о е г о , т в о е г о , есть только н а ш е . Китай,
Соединенные Штаты Америки, двѣ трети Европы безусловно согласятся и подчинятся. Они
принуждены будутъ это сдѣлать. Что же им*
еще останется?
Ихъ офиціальные правители
здѣсь, съ нами. Они не будутъ въ силах* создать какое-нибудь теченіе, направленное против*
I ; насъ... И тогда мы заявим*, что всякаго рода
; собственность отдана во владѣніе отдѣльныхъ
! л и ц * по довѣренности Республики.
— Но, ваше величество,—воскликнул* вдруіъ
прозрѣвшій Фэрминъ.—Развѣ все уже выработано и рѣшено?
— Дорогой Фэрминъ, неужели вы думаете,
что всѣ собрались сюда только для того, чтобы

аздно болтать. Вотъ же полвѣка, какъ мы
е болтали. Болтали и писали. Мы здѣсь для
го, чтобы пустить в ъ ход* новое, простое,,
евидное, необходимое... .а.
Король встал*
Фэрминъ, забывъ привычки, выработанный детками лѣтъ, остался сидѣть.
— Ну,—сказалъ онъ, н а к о н е ц * . — Я ничего
ъ этом* не знал*.
Король самодовольно улыбнулся. Онъ любил*
ц бесѣды съ Фэрминомъ
III.

Конференція на л у г а х * Бриссаго была однимъ
ъ самых* разношерстных* собраній выдают с я людей, какіе когда-либо сходилисн вмѣстѣ.
злкія княжества и міровыя державы, разбитыя„
устошенныя и расшатанныя до того, что вся
;ъ гордость и таинственность исчезли, собрат ь в ъ поразительном*, неожиданном*, новой*
іиреніи. Здѣсь были цари и короли, чьи стощы были превращены въ озера пылавшаго
зрушенія; государственные мужи, чьи государва превратились в ъ хаосъ; испуганные до смерподитическіе дѣятели и финансовые тузы.
,ѣсь были руководители человѣческой мысли
ученые изслѣдователи, против* воли правлеченіе къ управленію судьбами міра. Ихъ было.девясто три человѣка, являвшихся по представленіш
іблана главными людьми міра. Всѣ они, накоцъ, сознали простыя истины, которыя втолко-

валъ имъ неутомимый Лебланъ. Пользуясь пред
ставленными в ъ его распоряженіе итальянским! іромъ, а теперь,' пакопецъ, настал«' случай;
королем« средствами, • опъ окружилъ конфереи Ьііствнтсльйо взять в ъ своп' р у к и 1 управленіѳ
цію тѣмъ простымъ комфортомъ, какой,' видимо
соотвѣтствовалъ ея характеру, и, наконец«, по А . Р а з у м ѣ е т с я — ш е п т а л ъ Лебланъ,'кивая бы- '
•лучплъ^ возможность осуществить свой порази тро ѵголовой,—разугіѣется.
" А ; . , '
тельный и вполнѣ раціопальпый призывъ к ъ че — Міръ разбить в ъ дребезги, п намъ предсловѣчеству. Опъ назпачилъ предсѣдателемъ во тоите снова поставить его на • р е л ь с ы — с к а роля Эгберта; оиъ такъ вѣрплъ в ъ этого юношу, алъ король' Эгбертъ.—И простой, здравый вычто какъ-то вполнѣ стушевался передъ нимъ "і одъ изъ этого критическаго ноложепія,—чтооы ч
говорил« самъ, какъ могъ бы говорить секре- *сѣ помогали, и никто не искал« себѣ о т д ѣ л ь - •
тарь, сидящій слѣва отъ предсѣдателя. И, оче іыхъ преимуществъ и выгодъ. Правильно л и - я видно, опъ пе сознавалъ того, что самъ точно іпредѣляю наше настроеніе, или пѣте.'
Собрапіе состояло изъ людей, слишкомъ ста- указывал« всѣмъ присутствующим«, что именно, имъ надо дѣлать. Опъ воображалъ, что просто Л ы х ъ , много
л разнообразить, чтобы
перебиралъ и суммировалъ имъ, для большей шдались- какія-нибудь проявленія эйтузіазма, но
ясности, главныя особенности положенія. Одѣтъ олодой король вѣрно опредѣлплъ его ^ с т р о е ш е опъ былъ в ъ плохо сидѣвшій бѣлый чесучевыіі { съ увлеченіемъ, ' которое какъ-то становилось •
коетюмчнкъ и, по мѣрѣ того, какъ говорилъ "захватывающим«, присутствующіе стали : rape
постоянно заглядывалъ въ затрепанную стопочку каться, отказываться отъ своихъ. 'правь п з а исписанных« листковъ съ набросками своей рѣ- являть о своихъ иамѣрепіяхъ. Фэрмипъ Л - '
чп. Листки эти его явно нервировали. Онъ объяс- шій за своим« господином«.и записывавши! рѣчи,
нплъ, что никогда самъ не говорилъ по заппскѣ слышал«, какъ оправдывалось, и осуществляпо что данный случай является исключнтель ю с ь все то, что ему -было предсказано среди .
нымъ.
елтаго вере'ска. Преисполненный
Потомъ заговорил« король Ѳгбертъ такъ, какъ ства, не во -снѣ ли онъ, присутствовал« онъ при
ожидали, чтобы опъ говорилъ, и очки Леблана объявлении - Всемірнаго' Г о с у д а р с т в а , ^ у в и ^ л ъ
вспотѣли при этомъ изліяніи благородныхъ какъ манифесте объ этомъ былъ в ь ш е с е н ѵ к ъ
чувствъ, выражеиныхъ крайне мягко и легко.
аппаратам« безпроволочнаго телеграфа и- отеуда
— - Мы пришли не опираться на церемоніи,— передан« во всѣ населенные у г а л к и земпого шара Пі
сказалъ король,—мы здѣсь, чтобы управлять
J - . . Â - теперь,—сказалъ .король Эгбертъ, и в ъ
міромъ. Мы всегда дѣлали видъ, что управляемъ голосѣ его звучало радостное- в о л н е н і е ^ м ^ д ѳ л жны захватить в ъ свое распоряженіе каждый А
в и д а в ш и х «

атом* Каролинума и всѣ приспособленія для I
выдѣдки его...
I
Фэрминъ былъ не единственным* недовѣрчи- у
вымъ участником*. Там* не было человѣка, ко- И
торый в ъ глубинѣ души не былъ бы крайне I
мягким*, здравомыслящим*, добрым* существом*. I
Одни родились у, власти, другіе случайно набрели б
на нее, третьи долго боролись за нее и, достиг- H
нувъ цѣли, ясно не представляли, что власть |
влечегь за собой,—однако ни одинъ не хотѣлъ |
сохранить 'ее во что бы то ни стало, цѣной [
мірового несчастья. Ихъ умы были подготовлены
обстоятельствами и тщательно направлены Лебланомъ; и теперь они со смѣшаннымъ чувством*
необычайности и неизбѣжности вступали на
широкую свѣтлую дорогу, по которой ихъ взялсд
вести король Эгбертъ. Все пошло ъ очень '
гладко, йтальянскій король объяснил*, какія
были приняты мѣры для защиты лагеря о г ь
неожиданна™ чудовищнаго нападенія: ихъ охраняли нѣсколько тысячъ аэропланов*, каждый
изъ которых* былъ вооружен* пулеметомъ; кройѣ того, была устроена прекрасная система
смѣнъ, и всю ночь небо будетъ освѣщаться сотнями прожекторов*; неутомимый же Лебланъ,
въ свою очередь, привелъ им* убѣдительные
доводы для того, чтобы они оставались на мѣстѣ,
лагеремъ, под* открытым* небом* и сейчас* же
веялись за свои административныя обязанности.
Онъ познакомился съ этой мѣстностыо двадцать
лѣтъ тому назад*, когда случайно проводил*
мъ Италіи лѣтнія каникулы съ женой.

— Пока могу предложить вам* только очень
несложный столъ — объяснил* онъ, — въ виду
безпокойнаго состоянія
окружающих*
нас*
стран*. Но у насъ имѣется прекрасное свѣжее
молоко, великолѣпное красное вино, мясо, хлѣбъ,
салатъ и лимоны... Через* нѣсколько дней я
надѣюсь поручить опытному повару заботы о нашем* прокормленіи.
Члены новаго мірового правительства обѣдалі
за тремя длинными столами, поставленными на
козлы, и по этимъ столам* Лебланъ, несмотря на
скудость и простоту меню, ухитрился разбросать
множество розъ. Такіе же столы были устроены
для секретарей и прочаго штата, но ниже по
склону горы. Собраиіе обѣдало, какъ и засѣдадо,
под* открытым* небом*, и съ черных* горных*
вершин* на западѣ освѣщадъ банкетъ пылавшій
іюльскій закагь... Местничества, или старшинства
теперь пе было среди этих* девяносто трех*, і
I король Эгбертъ сидѣлъ между маленьким* японцем* в ъ очкахъ и своим* Центрально-Европейским* кузепомъ, а против* нихъ помѣстился
впдный бенгалійскій вождь и президент* Соедіненныхъ Штатов* Америки. За японцем* сидѣлъ
старый хпмикъ Холстенъ, а немного ниже, по
I другую сторону—Лебланъ.
I
Король все еще былъ благодушно разговорчив*
I и такъ и сыпал* идеями и проектами. Вскорѣ
I онъ вступил* въ добродушный спор* съ амержI капцемъ, которому казалось, что данный случай
1 недостаточно торжественно отмѣЧенъ.
1
Спор* загорѣлся изъ-за наклонности а ы е г *

канцевъ, привыкших* к ъ необходимости обращаться с ъ общественными вопросами , необычайно крикливо и рекламно,—всегда усиленно все
подчеркивать и отмѣчать; и президент*, естественно, былъ заражен* этим* паціопальнымъ
недостатком*. Онъ предложил*, чтобы было в ы работано новое лѣтосчисленіе, и чтобы этот* день
былъ первым* днем* новаго года новой эры.
Король колебался.
— Съ этого дня, ваше величество, человѣкъ
вступает* во владѣніе своим* законным* н а следством*,—сказал* американец*.
— - Человек*,—сказалъ король,—всегда вступает* во владеніе своим* наследством*. У васъ,
американцев*, какая-то странная слабость к ъ
торжественным* годовщинам*—простите, что я
вто говорю. Да... я обвиняю васъ в ъ слабости
к ъ театральным* эффектам*. Каждый день, ежечасно, ежеминутно что-нибудь случается, по в ы
всегда хотите уверить насъ, что именно этотъ,
пли тот* момент*—самый важный, и ему стремитесь подчинить всѣ другіе.
Американец* пробормотал* .что-то относительно дня, отмечающая 'собой целую эпоху в ъ
человеческой исторіп.
— Но неужели,—сказалъ король,—вы хотите
приговорить все человечество к ъ вечному праздновапіго какого-то всемірнаго, ежегодная 4 - я
іюля * ) . И только н а основаніп того, что сегодня
*) 4-е іюля—національный американскій праздвикъ.

состоялось это безобидное, неизбежное для ч е ловечества постановленіе! Петь, ни один* з н а менитый день не мог* заслужить вечпаго праздновапія. О, в ы пе знаете такъ, какъ знаю я ,
какія опустошепія производит* все «достопамятное!» Мои бедные дедушка н бабушка были...
о т м е ч е н ы к р а с н о й к р а с к о й . II х у д шее во в с е х * этих* чествованіяхъ и праздпованія х ъ то, что они разбивают* торжественную последовательность собственных*, современных* чувств*,
и переживапій. Они прерывают*, они отбрасыв а ю т * ихъ куда-то назад*. Внезапно появляются
флаги н фейерверки, подогреваются старые в о с т о р г и , — и сразу уничтожается то настоящее,
которое должно было бы переживаться. Пусть,
мертвое прошлое само хоронптъ свопхъ мертвых*..
Видите ли, поскольку дело касается календаря,
я стою за демократизацію, а в ы — з а арнстократизацію. По моему, все одинаково достойно п
важно, и имеет* право н а жизнь по свопмъ.
заслугам*. Ни один* день пе должен* быть принесен* в ъ жертву другому' н а могиле отошедш и х * событій. Какъ в ы думаете, Вильгельм*?
— Да; для благородных* в с ѣ дпи должпьг
быть одинаково благородны.
— Какъ разъ то, что я говорю,—сказалъ.
король, и остался весьма доволен* в с е м * темъ»
что онъ перед* этим* говорил*.
И, в ъ виду того, что американец* все настаив а л * н а своем* предложеніи, онъ постарался перевести беседу с ъ вопроса о празднованіи создаваемой ими эпохи н а вопрос* объ ожидающих*.
Освобожденный ыіоъ.

^

•ихъ' впереди возможностях*. Ео т у т * каждый
«імотрѣлъ на вещи по разному. Опи могли представить себѣ міръ объединенным* и мирно-покойнымъ, но какія отдѣльныя детали явятся
слѣдствіемъ этого объединенія, они не склонны
( б ы л и обсуждать. Это разногласіе показалось ко( .ролю достойным* вниманія. Онъ сталъ распро) -страняться о возможностях*, открывающихся
) наукѣ. Всѣ огромные расходы, которые до спхъ
/ пор* шли на непродуктивный иорскія и военныя
сооруженія, теперь, увѣрялъ онъ, откроют, шир о к о е поле возможности научных* изыекаши и
1 опытов*
— Тамъ, гдѣ работал* прежде один* человѣкъ, мы дадим* возможность работать ты-сячѣ.
_
Онъ обратился за поддержкой к ъ Холстену.
у
— Мы только одним* глазком* заглянули в *
эти возможности,—сказалъ о н ъ . — В ы , по крайней мѣрѣ, попробовали измѣрить глубины подвал о в * этихъ сокровищниц*.
— Опи неизмѣримы,—улыбнулся в ъ отвѣтъ
Холстенъ
— Человек*',—сказалъ американец*, съ явн ы м * намѣреніемъ оправдать и снова утвердить
себя послѣ пошатнувших* его доводы возраженій
короля,—человѣкъ, повторяю, только вступает,
но владѣніе своим* наслѣдствомъ.
— Разскажите нам* что-нибудь о тѣхъ вещ а х * , которыя мы скоро узнаем*, дайте нам,*
какое-нибудь представленіе о томъ, что мы скоро
•будем* дѣлаті*—обратился король к ъ Холстену.

Холстенъ начал* раскрывать ближайшее будущее науки.
— Наука, — воскликнул* через* нѣкотороа
время король,—вот» новый царь міра!
— Мы же считаем*, — возразил* презид е н т * , — что верховная власть должна принадлежать народу.
,, — Нѣтъ,—сказалъ король,—верховный вождь
I человѣчества долженъ быть существом* болѣе
! утонченным*, болѣе совершенным*, чѣмъ наІ род*. И менѣе ариѳметпчнымъ. Ни цой родь, ни
в а ш * эмансипированный народ* для этого негодятся. Это должно быть нѣчто, что в и т а е г ь
вокруг* насъ, надъ пани и в ъ насъ. Это—та
всеобщая, безличная воля и то чувство необходимости, наиболѣе понятным* и типичным* в ы раженіемъ которых* является наука. Это —
разумъ расы. Это то, что привело насъ сюда
и заставило насъ подчиниться всѣмъ его требованіякъ... '
Онъ замолчал*, взглянул* на Яеблана і н снова
набросился на своего противника.
— Я замѣчаю склонность среди присутствующих*,—продолжал* онъ,—разсматривать это с о б р а т е , к а к ъ будто оно дѣйствительно дѣлаетъ.
то, что нам* кажется оно дѣлаетъ, и какъ будтомы, девяносто съ лишним* человѣкъ, по доброй
волѣ и разумѣнію, объединяем* міръ. Безусловно
у насъ большой соблазн* считать себя исключительно славными малыми ж дѣятельными людьми и пр. Но мы вовсе не д ѣ я т е л ь н ы и не прекрасны. Я сомнѣваюсь, вообще, в ъ среднем*,.
12*

-

ISO

—

дѣеспособнѣе ли и лучше ли мы, чѣмъ любое,
случайное собраніе изъ девяносто съ лишним*
людей. М ы — н е созидатели, мы—только слѣдствіе,-мы—спасательный отрядъ, или, быть можетъ... спасаемые... Сегодня не мы зпачимъ^чтонибудь, а т у т * д у х * убежденности, который собрал* н а с * сюда...
Американец* должен* былъ сознаться, что онъ
н и к а к * не можешь согласиться съ оцѣнкой^ средн я я уровня присутствующих*, сделанной королем*.
- Вотъ Холстепъ п еще одинъ-другои, пожал Д могли бы чуть-чуть поднять н а ш * уровень, — сделал* уступку король, — но всѣ
остальпые...
Взоръ его еще разъ поискал* Леблана...
— Взгляпите па Леблана,—сказалъ .онъ.
Это всего на всего—простая душа. Т а к и х * , какъ
оиъ сотпн н тысячи. Я допускаю в ъ нем* н е которую ловкость, некоторую смышленпость, но
н е т * ни одного провипціальпаго городка во Франціи в ъ главном*-кафэ которая в ъ два часа дня
нельзя бы найти своего Леблана, или кого-нибудь в ъ этомъ роде. Только благодаря тому, что
это- несложная натура, что въ нем* н е т * ничего
сверхчеловеческая, и оказалось возможным* и
осуществимым* все то, что онъ сделал*. Но в ъ
более счастлпвыя и покойпыя времена—какъ
вы думаете, Вильгельм*?—опъ оставался бы
тѣмъ ч е м * былъ его отец*:• преуспевающим*
мелким* лавочником*, • очень чистым*, очень,
аккуратным* и очень честпымъ. А по праздни-

камъ опъ отправлялся бы кататься па лодкѣ
вместе съ мадам* Лебланъ съ ея вязапіемъ, н е с *
бы баночку съ чемъ-то очень вкусным*, п они
сидели бы подъ большим* солидным* зонтиком*
на зеленой подкладкѣ н аккуратно п нрилелсно
довили бы рыбку...
Президент* и япопскіи припцъ в ъ очках*
запротестовали.
— Если я къ нему несправедлив*,—сказалъ
король,—то только потому, что я хочу пояснить
свою мысль. Я хочу только показать, какъ мелкі
и ничтожны люди и дни, и какъ велик* челов е к * въ сравиеніи съ ними!
ІУ.
Такъ говорил* король Эгбертъ въ Брпссаго
после объявленія единства міра. Каждый вечер*
собрапіе обедало вместѣ и непринужденно беседовало; понемногу члены копфереиціи стали
привыкать друг* къ другу и развивать идеи и
мысли друг* друга. Каждый ' день опп работали
вместе и некоторое время были искренно убеждены, что ' изобретают* новую форму управлепія
для міра. Они начали обсуждать міровую конституцііо; но назревали вопросы, которые слишком* настойчиво требовали вппманія и разрешенія и не могли дожидаться никакой конституцін.
Эти вопросы были решены прежде всего. Конетитуція: же ждала. И вскоре, какъ предвидел*
король Эгбертъ, нашли более удобным*, чтобы

конституція вообще ждала еще неопределенное
время. А пока, со все возраставшей самоувѣренностыо, совѣщаніе продолжало управлять міромъ.
В ъ первый вечерь собранія конференціи, послѣ;
того, какъ король Эгбертъ достаточно наговорил*,
выпил* и снисходительно похвалил* простое
мѣстное красное вино, которое раздобыл* для
н и х * Лебланъ,—онъ собрал* вокруг* себя группу людей, родственных* ему по взглядам*, и
пустился в ъ разсужденія о простотѣ, превознося
ее выше всего на свѣтѣ и утверждая, что конечная цѣль одинаково какъ искусства, такъ и
1 религіи, философіи и н а у к и — в ъ опрощеніи. Себя
©нъ привел* в ъ примѣръ убѣжденнаго поклон; вика простоты. А Леблала онъ объявил* выс; шимъ образцом* доблести этого качества. Съ
этим* всѣ согласились.
Когда, наконец*, группы у столов* начали
I расходиться, король вдруг* почувствовал*, что
J енъ преисполнен* особой нѣжности и восторженI ности в ъ Леблану; онъ подошел* к ъ нему,
; отвел* в ъ сторону и заговорил* съ ним* по ничтожному, какъ онъ сам* выразился, вопросу.
; Дѣло въ томъ, сказал* онъ, что въ его распо! ряженіи ийѣется нѣкоторый орденъ, который, ne
в ъ примѣръ другим* орденам* и знакам* отличія в ъ мірѣ, еще никогда не былъ осквернен*
недостойным* носителем*. Онъ былъ предназна; ченъ исключительно для особо выдѣлпвшихся,
пожилых* людей, дарованія которых* достигли
J полнѣйшей зрѣлости; въ списки носителей этого

ордена оыли включены величаіппія имена каждаго вѣка, посколько, конечно, совѣтпики его
родителей и предков* были в * состояніи опредѣлить этих* великих* людей. Въ настоящее время,
признался король, конечно, всякія там* звѣзды
и знаки отличія отошли на второй план* перед*
болѣе настоятельными нуждами дня; гго же
касается его самого, то онъ никогда не придав а л * им* никакого значенія, но весьма возможно, когда-нибудь настанет* время, когда они
будут* по меньшей мѣрѣ представлять исторпческій интерес*,—одним* словом*, онъ желает*
наградить этим* орденам* Леблана. Им* руководило, въ данном* случаѣ, прибавил* онъ, исключительно горячее желаніе подчеркнуть личное
уваженіе къ Леблану. И, говоря все это, онъ
положил* руку на плечо французика почти съ
братской интимностью. Лебланъ принял* :.редложеніе со скромной смущенностью, которая в *
значительной степени усилила убѣжденіе короля
въ его замѣчательной простотѣ. Онъ указал*,
что, какъ ему ни пріятно получить такой ,накъ
исключительна™ отличія, тѣмъ не менѣе, в ъ
данную минуту оно может* показаться неумѣстнымъ, и поэтому онъ осмѣливается предложить,
чтобы награжденіе это было отложено до того
момента, когда оно явится вѣпцомъ и почетным*
концом* его услуг*. Король не в ъ состояніи былъ
поколебать это рѣшеніе, и оба разошлись, увѣряя
другъ друга во взаимном* уваженіи.
Король позвал* Фэрмина, чтобы вкратцѣ записать іѣкоторыя и з * высказанных* им* і ъ

тот* день мыслей. Но, поработав* около двадцати минуть, онъ почувствовал*, какъ пряный
горный воздух* клонптъ его ко сну, и, отпустивъ Фэрмпна, легъ в ъ постель, сразу у с н у л *
и спал* необычайпо крѣпко. Опъ провел* в ъ
общем* дѣятельный и пріятпый день.
г.
Установлена новаго порядка, начавшееся т а к ъ
гуманно, шло, еслп его измѣрить мѣрками предыдущая вѣка, необычайно быстрыми шагами
вперед*. Воинственный духъ міра выдохся. Лишь
в * отдѣльпыхъ пунктах*, то т у т * , то там* все
еще клокотали ожесточеніе и озлобленность. В ъ
течепіе мпогпхъ десятплѣтій случайностями политических* подраздѣленій были чудовищно преувеличены воинствующія стремленія человѣчестаа.
Теперь это стаповплось необычайно ясным*. Огромная пропорція той силы, которая подерживала
и поощряла усиленное вооружепіе, в ъ сущности,
сводилась просто лпшь к ъ страху передъ войной
п воинственно настроенными сосѣдями. Весьма
сомнительно, чтобы большая часть людей, избравших* своим* занятіемъ военную карьеру,
дѣйствительно жаждала и алкала крови и опасности- По всей вѣроятности, наклонность эта
:
никогда не была очень развита в ъ человѣческомъ
: родѣ, послѣ того, к а к ъ опъ прошел* через;*
!
состояніе дикаря. Армія была лпшь профессии,
\ в ъ которой убійство стало скорѣе непріятпои

возможностью и случайностью, чѣмъ желательно^ песомпѣнностыо. Еслп прочитать старыя газеты п періодическія пздапія того времени, такъ
много способствовавшія подержанно духа милитаризма, можно пайтп очень мало сообщеніи о
славѣ п" подвигах*, н постоянное пытье о песріятпостяхъ покореиія и возможпаго вторжеиія
ч у ж и х * войск*. Одпимъ словом*, милитаризм*
был* просто-па-просто жупелом*. Воинственная
рѣшительпость вооруженной Европы двадцатаго
в ѣ к а была просто рѣшптелыюстыо отчаянія, съ
какой до смерти напугаппая овца бросается въ
воду. И теперь, когда ея собственное орудіе разрушенія разрывалось въ ея собственных* руках*,
Европа была к а к * нельзя болѣе готова бросить
его п отказаться отъ этой воображаемой защиты
насплія.
На нѣкоторое время міръ былъ напуган* до
того, что бросился въ пскреппость; почти в с ѣ
умпые людп, раньше поддержпвавшіе старинпыя
вопнствепныя подраздѣлепія человѣчества, теперь
пришли к ъ еознапію необходимости простоты взаимных* отпошепій п откровенностн мыслей. II
въ этой атмосфер* духовная возрождепія мало
было попыток* извлечь какія-ппбудь лпчпыя
выгоды сопротивлепіемъ ' новому порядку. Б е з *
сомпѣнія, люди—существа достаточпо-таки глупыя, но очень пемногіе, спасаясь отъ пожара,
задерживаются, чтобы поторговаться. Конферепція добилась у н и х * своего. Кучка «патріотовъ»,
захватившая лабораторіи п арсенал* около Осакп п пытавшаяся поднять въ Япопіп бунт* про-

' тивъ включенія ея въ Республику Человѣчества,
очень быстро убѣдила"сь что неправильно учла
-яаціональную гордость, и съ нею быстро раздѣлались ея же соотечественники. Этотъ бой въ арееналѣ является яркимъ инцидентом* в ъ заключительной главѣ исторіи воины. До самаго конца
«патріоты» не могли рѣшит т . взорвать ли имъ,
въ случаѣ пораженія свой запас* атомических*
бомб* или нѣтъ. Они бились мечами у самых*
и щ д і е в ы х ъ . дверей, и умѣренные и з * ихъ числа
ш л и уже окружены и на порогѣ гибели; только
десять и з * н и х * оставались цѣлы и невредимы,
когда вторглись к ъ ним* на помощь республиканцы. ..
ут

Один* единственный монарх* не пожелал*
вмѣстѣ со всѣми подчиниться новому порядку,
и это былъ тот* странный пережиток* средневѣковья—«Славянская Лиса», Балканскій Царь.
Онъ все обсуждал* и торговался и откладывал*
изо дня въ день свое рѣшеніе покориться. Онъ
проявил* необычайное сочетапіе хитрости и
дерзости в ъ своем* уклоненіи отъ повторных*
призывов* пріѣхать въ Бриссаго Онъ отговаривался нездоровьем* и сильным* увлеченіемъ своей
новой офнціальнон любовницей, такъ какъ его
полу-варварекій двор* былъ устроен* по лучшим* романтическим* образцам*. Его тактику
умѣло поддерживал* доктор* Пестовичъ,—его
главный министр*. Не сумѣвъ укрѣпить свои
права па полную независимость, царь Ферди-

яандъ-Карлъ начал* надоѣдать копфёренціи предложеніями, чтобы его государство было разсмагриваемо, какъ покровительствуемая держава.'
Наконец*, онъ заявил*, что хотя не убѣжденъ,
но подчиняется, и выдвинул* массу препятствій
к ъ тому, чтобы его чиновники перешли на службу
к ъ новому правительству. В ъ этих* вопросах*
его восторженно поддерживали его подданные,
представлявшіе в ъ большой своей массѣ безграг
мотный земледѣльческій народ*, страстно, хотя
и безсмысленно патріотически-настроенный, и пока
еще очень мало знакомый на дѣлѣ съ силой,
дѣйствія и послѣдствіями атомических* бомб*. Но
главным* образом*, онъ стремился к ъ тому, чтобы сохранить в ъ своих* р у к а х * предводительство
еадъ всѣми балканскими аэропланами.
И вот* хоть на один* разъ крайняя наивность
Леблана, какъ будто, замѣнилась хитростью. Он*
продолжал* свое дѣло общаго умиротворенія
міра, словно принял* sa чистую монету покорность Балкан*, м объявил*, что 15-го іюля
распускает* флот* аэропланов*, который до сего
времени охранял* конференцію в ъ Бриссаго. Но
вмѣсто этого в ъ этот* знаменательный день онъ
удвоил* число дежурных* летательных* аппаратов* и принял* различныя мѣры к ъ ихъ расположенію. Онъ посовѣтовался съ нѣкоторымй
экспертами и, когда онъ посвятил* в ъ ' с в о и планы короля Эгберта, то было что то ' В * его аккуратной и точной предусмотрительности, что снова
вызвало в * умѣ бывшаго монарха его уже полузабытую фантазію, въ которой Лебланъ изо-

Сражался удившим* рыбу подъ зеленым* зонтиком*.
Около пяти часов* утра семнадцатаго іюля
один* изъ передовых* часовых* брисеагская
воздушная флота, планировавшій беззаботно надъ
Гардскимъ озером*, вдругъ заметил* и окликн у л * чужой аэроплапъ, летѣвшій на запад*; не
получив* отъ него удовлетворительная ответа,
онъ пустил* в ъ ходъ свой аппарат* безпроволочпаго телеграфа и полетѣлъ в ъ догонку
незнакомцу. Тотчас* л;е изъ-за лежавших* па
западѣ гор* появилась цѣлая стая - товарищей,
и, прежде чѣмъ неизвѣстный аэроплан* могъ
добраться до Камо, его начали догонять около
дюжины воздушных* стражников*. Неизвѣетный
пилот* сперва какъ будто поколебался, потомъ
опустился среди гор* и затѣмъ круто повернул*
к ъ югу, пытаясь спастись бѣгствомъ, ^только для
того, чтобы наткнуться на огромный бнпланъ,
перерѣзавшій ему путь. Тогда онъ снова повернулся на встречу восходившему солнцу и пролетел* па некотором* разстояніи отъ своего перв а я преследователя.
Пулеметчик* сразу открылъ огонь и проявил*
необычайную предусмотрительность, первым* делом* ранив* и изувечив* пассажира. Человек*
у руля, несомненно, слышал*, какъ за его
спиной вскрикнул* его товарищ*, но оиъ был*
, слишком* занят* т е м * , какъ бы удрать, чтобы
оглянуться. Дважды ' послѣ этого опъ слышал*
еще выстрелы. Оиъ пустил* полным* ходом*
свой мотов*, весь съежился и в ъ т е ч е т е ц ѣ л ы х ъ

двадцати минут* правил* въ ожиданш, что вотъвотъ и его настигнет* пуля. По опа не приходила
и, когда опъ, наконец*, оглянулся, то увидел*
три огромных* аэроплана; быстро настигавших*
его, и своего товарища, трижды пронзенная пулями, лежавшим* мертвым* на своих* бомбах*.
Очевидно, его преследователи и не намеревались
ни застрелить, ни опрокинуть его, но они упорно
гнали его все ниже и ниже. Наконец*, онъ уже
летѣлъ на вышине пе выше 1 ста аршипъ н а д *
равниной рисовых* и кукурузных* полей- Прямо перед* ним*, чернея на фоне восходящая
солнца, лежало село съ очень высокой п тонкой
колокольней и линіей железных* столбов*, соединенных* проводами; перелететь черезъ н и х *
он* уже не мог*. Опъ резко остановил* свой
мотор* и опустился на землю. Быть можетъ,
онъ надеялся еще добраться до своих* бомбъ,
когда спустится, по его безжалостные, преследователи пролетели надъ ним* и убили его на
повалъ, когда "он* ' еще не коснулся земли.
Три других* аэроплана тоже опустились иа
траву рядомъ съ разбитым* аппаратом*. Пассажиры ихъ слезли и, держа в ъ р у к а х * свои
ружья, быстро подбежали къ обломкам* и убитым*. Гробовидный ящик*, занимавшій центр*
аппарата, разбился, и три ч е р н ы х * предмета,
каждый съ двумя ручками, какъ у кувшина,
мирно лежали среди обломков*.:
Эти предметы были такъ важны' въ г л а з а х *
захвативших* ихъ, что они пе обратили шг
малейшая вниманія на мертвых* людей, л е -

ж а в ш и х * окрававленными и разбитыми среди
безформенныхъ остатков* аэроплана. Они не
обратили на н и х * никакого вниманія, словно это
были лягушки у дороги..
— Господи!—воскликнул* один*.—Вот* он 1 !!
— И совершенно ц ѣ л ы я ! — с к а з а л * другой.
— Я никогда еще не видал* и х ъ , — с к а з а л *
первый.
— Онѣ больше, чѣмъ я думал*,—замѣтилъ
второй
Подошел* третій. Онъ взглянул* пристально
на бомбы, потомъ перевел* взгляд* на одного
и з * мертвых*, лежавшаго въ грязи под* самым*
центром* аэроплана.
— Т у г ь нельзя подвергаться риску,—замигал* онъ, словно в ъ чемъ-то извиняясь.
Другіе тоже повернулись к ъ мертвым*.
— Мы должнЬі дать сигнал*, — сказал*
первый.
Между ними и солнцем* прошла какая-то
гЬнь и, подняв* головы, они увидали аэроплан*,
который выстрѣлилъ поелѣднимъ.
— Дать нам* сигналь, что ли?—крикнул*
ям* кто-то в ъ рупор*.
— Три бомбы!—отвѣтили они разом*— Откуда онѣ?—спросил* рупор*.
Три стрѣлка посмотрѣли друг* на друга, потомъ направились к ъ мертвым*. Одного и з * н и х *
•сѣнида мысль.
— Передай сперва это,—сказал* о н ъ , — а мы
дока, посмотрим*
Къ ним* присоединились« пилоты машинъ, ж

всѣ шестеро начали обыскивать трупы, стараяс*
найти какія-нибудь укаазнія на ихъ прсіисхожденіе. Они осмотрѣли карманы мертвых*, и х *
окровавленное платье, мотор*, рамы. Они перевернули трупы и отбросили ихъ в * • сторону.
Никаких* признаков* происхожденія нельзя было
найти. Очевидно, были приняты тщательпыя
мѣры, чтобы скрыть всякіе признаки того, Е & у
принадлежал* аэроплан*.
— Мы не можем* опредѣлпть,—крикнул*
онъ.
— Нѣтъ признаков*/
— Никаких*.
— Я сейчас* спускаюсь,—крикнул* чело-»
рѣкъ сверху.
ѵтт

«Славянская Лиса» стоял* на металлическом*
балконѣ своего живописнаго дворца, в ъ стилѣ
«модерн*»; балкон* этотъ выходил* на отвѣсную скалу, возвышающуюся над* его веселой
маленькой столицей. Рядом* съ ним* стоял*
Пестовичъ, весь сморщенный, хитрый и теперь
охваченный плохо скрываемым* волненіемъ. За
ихъ спинами открывалась стеклянная дверь в *
большую, роскошно отдѣданную аллюминіемъ »
красной эмалью, комнату. Царь отъ времени да
времени какъ-то вопрошающе оглядывался через* плечо в ъ самую глубь этой комнаты, т д #
sa двумя раскрытыми дверями маленькой лазоревой передней видно было, какъ в ъ башенкѣ
безпрерывно работает* у своего прибора . т е х н и к *

192 V
али, гдѣ спрятапы бомбы, которыя и м * предбезпроволочнаго телеграфа. В * большой комояло взять с ъ собой. Пора уже было и м *
н а т * чего-то дожидались два роскошно разодѣѵскаться в ъ путь, если долженъ быть осущетыхъ курьера. Обстановка комнаты была торжетвлепъ план*, выработанный Пестовичемъ. Это
ственно-важная, п по середин* ея стоялъ огроммл* великолѣпный план*, который должен*
ный, обтянутый зеленым* сукном* письменный
ылъ уничтожить не что иное, какъ Міровую
стол* с * массивными чернильницами изъ бѣлаго
нперію. Правительство изъ идеалистов* и прометалла п старомодными лесочппцамп, которыя
оссоровъ, засЬдаіоіцее в ъ Бриссаго, должно быть
вполпѣ соотвѣтствовалп юпой, но романтически
зорвано на воздух*, н тогда во в с * концы міра
настроенной монархіп. Это былъ королевскій зал*
олетятъ в с * эти аэропланы, чтобы объявить;
совѣта, п в ъ разных* у г л а х * его, в ъ позах*
>ердинанда-Карла повымъ Цезарем*, Господином*
напряженной чопорпостп, стояло с ъ полдюжины
Властелппомъ Земли.
министров*, составлявших* балкапскій кабинет*.
Это былъ великолѣппый план*. ІІо слишком*
Ихъ вызвали к ъ двѣнадцати часам*, но уже была- ж * сильно было напрл
пе ожиданіе вѣстей
половппа п е р в а я , а царь все еще медлил* н а
б* у с п ѣ х * перваго удара. Славянскій царь былъ
балкон* п, очевидно, ждал* какпхъ-то извѣстій,
л*дноватъ лпцомъ, свѣтловолосъ; у него былъ
которыя все пе приходилиіа рѣдкость длинный носъ, густые, коротко
Царь п его премьер* вначалѣ переговаривались' »стриженные у с ы и маленькіе голубые г л а з к и , .
шепотом*, потом* замолчали, т а к * к а к * и м *
оторые были посажены черезчѵръ близко друг*
нечего было сообщить друг* другу, кромѣ своего
ъ другу, чтобы быть пріятными. У него была
смутпаго безпокойства. А там*, на склон* горы, фивычка в ъ минуты волнепія, теребить свои
бѣл*ли металлическія крыши длинных* сараев*
сы нервными, короткими. двшкеніями руки, и
и прочих* 'хозяйственных* строеній, небольшого геперь эти двпжепія становились настолько безхутора, под* которыми были спрятаны фабрика ирерывными, что опи стали невыносимо раздраатомических* бомб*, и самыя бомбы. Химпкъ, жать Пестовича.
который приготовил* в с е это для царя, ^ вне— Я пойду,—сказалъ министр*,—п посмозапно умеръ, сейчас*- же поел* бриссагской де- трю, что случилось с ъ безпроволочнымъ телеграклараціп. Никто, кромѣ царя, его совѣтнпка и фом*. Мы не получаем* никаких* пзвѣстій.
т р е х * в*рнѣйшихъ слугъ, не знал* об* этом*
Предоставленный самому себ*, король могъ
с к л а д * затаенная разрушенія. Авіаторы, дожи- без* помѣхи теребить свои у с ы . Онъ оперся
давшіеся под* пылавшим* полуденным* солн- локтями о перила балкона и пустил* в ъ ход*,
цем*, на мото-цпклодромѣ внизу, с ъ готовыми об* свои длинныя худыя руки, такъ что сталъ,
к ъ полёту машинами и бомбометателями, но
13
Освобожденный міръ.

похожъ на собаку, грызущую кость. А что, вел
они захватили въ плѣнъ его людей? Что eu
тогда дѣлать?
Часы на яркихъ, златоглавых* колокольнях
города внизу пробили половину первая.
Разумеется, и ОІІЪ, П Пестовичъ все это прс
дусмотрели. Даже если летчики и попадут
в ъ плепъ, то ведь они дали клятву хранит
тайну... Весьма возможно, что они убиты... Ко
нечно, можпо будет* все отрицать, отрицать
отрицать...
Вдругъ онъ заметил* съ полдюжины малені
хихъ блестящих* точек* высоко на синеве неба.
Вскорѣ вернулся Пестовичъ.
— Правительственный депеши, ваше величе
ство,—сказалъ онъ,—стали передаваться шиф
ромъ. Я уже посадил* человека... •
— П о с м о т р и т е , — п р е р в а л * его царь
показал* длинным* худыыъ пальцем* на небо
Пестовичъ посмотрѣлъ по указанному напра
вленію и затем* бросил* вопросительный взглядт
на бледное лицо бывшая рядомъ съ ним*.
— Придется расплачиваться, ваше величество,—сказалъ онъ.
, В ъ теченіе нескольких* секунд* они молча
следили за крутыми спиралями спускающихся
аэропланов*, потомъ начали совещаться...
Они решили, что самым* целесообразным*
будет* представиться, что у них* сейчас* идет*
совѣщаніе для выработки окончательных* уеловій сдачи Бриссагской конференціи—вещь вполн е возможная... И когда появился на сценѵ

бывшій король Эгбертъ, посланный въ качеств*
парламентера конгрессом*, онъ застал* царя^ возседавшаго съ почти театральным* видом* вѳ
главе своего совета и окруженнаго дворомъ.
Дверь въ комнату, где помещался аппарат* безпроволочнаго телеграфа, была предусмотрительно
закрыта..
Бывшій король изъ Брпссаго быстрыми шагами
вошелъ в ъ зал* черезъ занавесы и группу придворных*, придававших* живописную импозантность двору царя Фердинанда; непринужденная
уверенность его обращенія скрывала твердую
решительность, сквозившую въ его взгляде. За
ним* шагал* Фэрминъ. Больше никого не было.
Но когда Фердинандъ-Карлъ встал* ему па встречу, въ душу балканская царя снова прокралось
было то смутное, безпокойное чувство, которое
перед* этим* охватило его на балконе,—и тотч а с * же исчезло при виде беззаботная настроенія его гостщ Ведь не трудно же, в ъ концѣконцовъ, перехитрить.этого г л у п а я болтуна, который, ради пустой идеи и по приказу маленьк а я французская раціоналиста въ очкахъ, отрекся отъ самой древней короны во всем* мірѣ!,
Надо только все отрицать, отрицать...
Между тѣмъ, съ чувством* досады сталъ он*
сознавать, что в ъ сущности и отрицать нечего.
Его посетитель съ добродушной непринужденностью начал* говорить обо всемъ, что происходило в ъ Бриссаго, кромѣ...
Можетъ быть, они гдѣ-нибудь задержались,
где-нибудь опустились для починок* и до сихъ
га*

пор* не пойманы? Можотъ быть, пока этотъ
дурак* тутъ болтает* глупости, опи по ту сторону гор*, въ эту самую минуту, перебрасывают*
через* борт* своей ыашнны свой смертоносный
груз*!
Смутпыя, невысказаппыя надежды начали слова поднимать хвост* Славянской Лисы.
Что опъ говорит*? Надо поддерживать разговор* с * ним* въ ожиданіп извѣстій... Ежеминутно может* раскрыться за нпмъ маленькая
мѣдная дверь п принести извѣстіе о разрушенііі
Бриссаго. H тогда какъ пріятио будет* смѣппть
свое тревожное, напряженное состояпіе прнказаніемъ немедленно арестовать этого болтуна, а не
то н убнть Что?
Король повторил* свое замѣчапіе:
— У н и х * сложилось пелѣпое предположепіс,
что в а т а самоувѣрепность оспована, якобы, па
имѣющнхся въ вашем* распоряженін атомичес к и х * бомбах*.
Царь Фердинапдъ-Карлъ эпергнчно запротестовал*.
— ІІу, разумѣстся, — сказал* бывшій кироль,—разумѣется, я такъ п говорил*...
— Какія у н и х * для этого основапія?
Бывшій король позволил* себѣ пеопредѣлепный ж е с т * и тѣнь улыбки... Какого чорта опъ
улыбается !
— Въ сущности, нѣтъ никаких* основаній,—
сказал* онъ,—но, разумѣется, приходится быть
очень осторожным* в ъ подобных* случаях*.
И снова на мгновеніе что-то вродѣ слабой

m ѵсмѣшки мелькнуло в * глазах* послапаго, вызвав* холодок* в ъ ешшѣ царя Ферипапда
у.
Такое же чувство охватило и Пестовича, слъившаго за напряженной серьезностью лица Фэриша И он* пришел* иа помощь своему гоеуарюі который, пожалуй, начнет* протестовать
іе въ мѣру.
_
— Обыск*!—воскликнул* ц а р ь — В ы хотите
іаложить арест* па наши аэропланы?
— Только в ъ видѣ времепиоіі мѣры,—сказал* Эгбсртъ, — пока будет* производиться
обыск*.
- f
Царь обратился за помощью к * своему совЪ.у.
— Народ* этого никогда ие допустит*, ваше
величество,—сказал* какой-то суетливый человѣчевъ въ' расшитом* золотом* муидирѣ.
— В а м * придется его заставить подчинитьс я , —замѣтпл* Эгбертъ, добродушно обращаясь
ко всѣмъ членам* совѣта.
Царь Фердинанд* взглянул* па мѣдпую дверь.
— Когда же вы хотите произвести обыск*/
Бывшій король просіялъ.
— Мы н и к а к * ие успѣемъ произвести его
раньте, чѣм* по слѣзавтра,—сказал* опъ.
— Будете обыскивать только столицу/
А то что ж е ? — с к а з а л * Эгбертъ еще доброѵшнѣе-—Что касается лично меня, я считаю
все это прямо иелѣпостыо. Ну, скажите, кто
настолько глуп*, чтобы скрывать у себя атомическія бомбы? Вѣдь это значите навѣрнлка быть
повѣшепиымъ, если его поймают*. Но теперь

ннѣ, какъ и другимъ, приходится повиноваться
распоряжений« свыше. Поэтому я и явился
сюда.
Царь подумалъ, что ему никогда не прихо
дилось сталкиваться со столь отвратительнымъ
добродушіемъ. Оиъ взглянул« на Пестовича, который кивнул« слегка. Хорошо, въ концѣ концов«, имѣть дѣло съ дураком«. Слава Богу, что
se послали какого-нибудь пскуспаго дипломата.
— Конечно,—сказалъ царь,—я принужден«
Суду подчиниться подавляющей силѣ и отчасти
логичности этихъ распоряженій изъ Бриссаго.
— Я зналъ, что вы такъ поступите;—сказал«^ бывшій король съ облегчеыіемъ,—теперь
давайте выработаем« условія.
II они приступили къ работѣ. Ни одинъ балканскій аэропланъ пе должен« подняться на воздух«, прежде чѣмъ не будете, окончен« обыск«;
флоты мірового правительства все время, будуте,
планировать и кружиться иадъ Балканами. По
всѣмъ городам« и селамъ должны быть расклеены
объявленія съ обѣщаніемъ крупной награды тому,
кто поможет« найти спрятанную гдѣ-нпбудь ат<ь
ническую бомбу....
— Вы это подпишете?—спросил« Эгбергь.
— Зачѣмъ?
- F
— Чтобы показать, что мы отнюдь не враждебны вам«.
Пестовичъ утвердительно кивнулъ своему властелину.
- И тогда,—сказалъ бывшій король со своей
вбычной добродушной манерой,—мы пришлем«

:ода своихъ людей, памъ поможет« также ваша
олиція, и мы все обыщемъ- À пока, если поз-?
олите, я буду вашем« гостемъ...
Когда вскорѣ Пестовичъ очутился съ глазу
а глазъ со своимъ царемъ, опъ нашелъ его
ъ состояніп крайняго волнепія. То онъ прихоІІЛЪ въ сильное возбуждепіе и высокомѣрпо преіралъ «этого осла» п его обыск«, то его охваывалъ безграничный страхъ.
— Они ихъ пайдутъ, Пестовичъ, и тогда оип
асъ повѣсятъ.
— Повѣсятъ? Пасъ?
Царь уткнулся своимъ длпппымъ носомъ пряо в ъ лицо своему совѣтппку.
— Этотъ скулящій болванъ х о ч е т ъ насъ
овѣспть,—сказалъ опъ.—ÏÏ онъ насъ повѣцтъ, увидите! Если мы ему только дадпмъ хоть
алѣйшуго тѣнь возможности...
— Ну, а вся цивилизація Современнаго Гоударетва?
— Да развѣ в ы думаете, что эта кучка безожнпковъ, «учепыхъ» " фарисеев« имѣетъ каую-пибудь жалость! — восклпкпулъ послѣдпій
омантическій царь,—неужели вы думаете, Петовичъ, что они имѣютъ хотя бы малѣйшее \
іредставлепіе о стремленіп къ славѣ, о прекрасной мечтѣ? Неужели в ы думаете, что наша
лагородная, дивная, прекрасная попытка имъ
юнятна? Вотъ здѣсь—я, послѣдній, велпчайшш
:зъ цезарей, и неужели вы думаете, что они
пустят« случай меня повѣсить, какъ собаку,
бить, какъ крысу, если имъ это только удастся?

А этотъ дегенерата! Когда-то онъ былъ королеыі
помазанником* Божьим*... Я ненавижу этотъ тип
глазъ, которые смѣются и в ъ которых* скво
зіітъ такая жестокость... Я не останусь спдѣт
здѣсь спокойно, чтобы быть пойманным*, как
обалдѣвшій заяцъ... Мы должны переправит
бомбы в ъ другое мѣсто.
— Лучше давайте риекпомъ,—сказалъ Пе
стовичъ,—и не будем* ихъ трогать.
— Нѣтъ,-—отвѣтилъ царь.—Мы ихъ перене
сеыъ поближе къ граннцѣ. И пока они будут
за нами слѣдпть здѣсь,—а теперь опи будут
все время за нами здѣсь слѣдпть,—мы купил
за границей аэроплапъ и захватим* ихъ.,,
Въ теченіе цѣлаго вечера царь былъ в ъ ра;
дражительномъ состояиін, по, несмотря на эт<
онъ съ необычайной хитростью развил* сво
план*. Опи должны убрать бомбы; надо будет
приготовить два атомо-автомобиля для перевози
с ѣ н а и спрятать бомбы въ сѣнѣ...
Пестовичъ суетился, бѣгалъ, хлопотал*, го
товилъ вѣрныхъ слугъ, строил* и перестраивал
планы.
.Царь и бывшій король обѣдали вмѣстѣ,
много говорили па различпыя темы. Но мыса
царя Фердинанда-Карла были заняты тайной er
исчезнувшая аэроплана. — Никаких* извѣсті
не приходило ни о томъ, что его летчики за
хвачены въ плѣнъ, ни о томъ, что они успѣшп
выполнили задачу. Во всякую минуту сила
стоявшая за его гостем*, могла рухнуть н исчез
путь, и тогда...

Было далеко за полночь, когда царь в ъ черомъ плащѣ и нахлобучеппой шляпѣ, въ которой
го легко можно было принять за поселянина,
ибо мелкаго мѣщанипа, проскользнул* черезъ
аленькую незамѣтпую дверцу въ восточной стѣѣ своего дворца,—въ усаженный густыми дсевьями паркъ, спускавшійся рядомъ террас*
о самаго города. Пестовичъ и его вѣрпын тѣлоранитель-камердиперъ Петръ, оба точно такъ
;е персодѣтые, вышли изъ лавровых* кустов*,
каимлявшихъ дорогу, и присоединились к ъ
іему. Была ясная теплая ночь, но звѣзды казашеь необычайно мелкими и далекими, благодаря
іучамъ прожекторов* аэроплаповъ, которые то
ідѣсь, то там* разсѣкали темную синеву неба.
)дипъ огромный лучъ словно остановился па
ігновепіе на царѣ-, когда онъ выходил* изъ
гворца, по тотчас* же спокойно промчался дальне. За то, пока они еще шли по дворцовому
іарку, другой лучъ ихъ нашел* и разглядѣлъ.
— Они видятъ нас*!:—воскликнул* царь.
— Все равно они ничего пе разберут*,—
сказал* Пестовичъ.
Царь поднял* взгляд* к ъ небу н встрѣтилъ
спокойный круглый свѣтящійся глазъ, который
какъ будто подмигнул* и тотчас* же исчез*,
ослѣпивъ его...
Всѣ трое продолжали путь... У калитки въ садовой оградѣ, которую Пестовичъ предусмотрительно велѣлъ отпереть, царь остановился подъ
тѣныо дуба и оглянулся на дворец*. Замокъ
былъ очень в ы с о к * и узокъ,—двадцатпвѣковая

,й пока они проѣзжали столицу, царь, надѣявйся превзойти Цезаря, сидѣл* молча откиС с ь Г п о д у ш к п . К а к * только они выбрались
город*, они увидѣли лучи прожекторов*, рыущихъ по по/ям* п дорогам*, словно безпоко^
\п7 призраки умерших* исполинов*. Царь вы
п я м и л с я и стал* наблюдать мелькавшія взад*
h вперед* бѣлыя струп п ежеминутно поднимал*
[олову кверху, стараясь разсмотрѣть воздушный

стилизація средневѣковья. средневѣковья изъ стали, мѣди, поддѣльнаго камня и темнаго стекла.
Отъ него к ъ небу поднимался рядъ башепъ к
башенок*. Высоко в ъ восточном* крылѣ его находились окна покоевъ, отведенных* бывшему
королю Эгберту. Одно изъ нихъ было ярко освѣіцено, и на свѣтломъ фонѣ его виднѣлась маленькая, неподвижная черпая фигура, которая
смотрѣла в ъ темноту.
Мнѣ это не нравится,—сказалъ онъ.
Царь заворчал*.
V
Вскорѣ одно пз* л у н н ы х * пятен* остановилось
• — Онъ и не подозрѣваетъ, какъ мы сейчас*
проскользнули у него сквозь пальцы,—сказалъ I a ï ними и, казалось, стало слѣдовать за ихъ
Пестовичъ.
р і Г л е м * . Царь снова
И пока онъ произносил* эти слова, они ви— Чортъ возьми! Какъ они 6 e 3 3 B Y 4 H £ .
дѣли, какъ Эгбертъ, в ы т я н у в * свои рукп, потя- сказал* 1 Щ - Т а к о е впечатлѣніе, к а к * будто
нулся, потер* глаза и ушел* вглубь комнаты— |за тобой охотятся бѣлыя кошки.
очевидно, спать.
Он* спова поднял* глаза.
Царь поспѣшилъ вниз* по старинным* кри- I
_ в . ™ i n n с л т ь »
в ы м * и глухим* переулкам* своей столицы. У
назначенная угла в с ѣ х * троих* поджидал* жал- I »
кій, обтрепанный атомо-автомобпль. Это былъ
таксо-моторъ самаго дешеваго сорта, съ облупив- з
г л а г а a s
:
шейся краской па кузовѣ п плохо надутыми
шинами- Шофферъ былъ обыкновенный, город- B e Пестовичъ началъ уговаривать его.
ской, но рядом* съ ним* сидѣлъ молодой секре— Нѣта?—сказалъ царь и попытался открыть
тарь Пестовпча, знавшій дорогу па хутор*, гдѣ
T S Ï a S S ^ « в н у т р и
автобыли спрятаны бомбы.
Автомобиль пробрался через* новый мост* и мобиля ш Г молчаливая борьба. Кто-то кого-то
окраины за город*, по узким* улицам* стараго хваталъ за руки, раздался
_повто.
города, все еще освѣщенпымъ, такъ какъ флот*
— Нѣтъ, я пе могу ѣхать дальше,
аэропланов* служил* причиной тому, что ко- рилъ ц а р ь . — Н е могуі
фейни не запирались и народ* не спал*. Доро-

— По опи пасъ повѣсятъ,—пугалъ Пест въ свѣтломъ кругѣ. Пестовича ослѣппла блестявпчъ.
П
— Пе повѣсятъ, если мы сейчасъ же п р т А Т в ы ш л ю своего секретаря. Пусть онъ занаемся и сами отдадпмъ имъ бомбы. Это в гпоритъ с ъ шофферомъ: это привлечет« внимаше
ІХъ
а в ъ это время в ы , я и Петръ, ы выйвпутали меня в ъ это грязное дѣло...
дем;
в ъ другую дверь и вдоль изгородей пробеПестовичъ пошелъ иа компромисс«. Недалек
отъ хутора, куда опи ѣхали, находился постоя Р С
M L " Га РЪ ДОСТОІ:иа репутаціи хитраго челыіі дворъ. Опи заѣдутъ туда, царь выпьечего-нибудь, иемпого успокоится, и если вес
У - перслѣзали
таки иайдетъ пужпымъ вернуться,—опи вер Л ° £ у т е 1 S S 5 = Г черезъ стѣиу, окружавшую сараи и строешя
нутся.
— Смотрите, — сказалъ Пестовичъ, — свѣті хутора, мокрые, забрызганные грязью, запыхав
S
но шікѣмъ иезамѣчснпые. Но когда опи
сиова исчез«.
уже подбѣгали къ сараямъ, царь испустплъ чтоЦарь ІІОДИЯЛЪ голову.
— Мнѣ кажется, опъ слѣдуетъ за памп, ! о среднее между вздохом« и проклятіемъ. воКПУГЪ пихъ снова- сіялъ свѣтъ...
потушивъ прожектор«,—сказалъ опъ.
L Они пасъ ne видали,—сказалъ Петръ.
Въ маленьком«, грязпомъ постоялом« двор«
— Да, к а ж е т с я — с к а з а л « в ъ свою^ очередь
царь долго колебался и больше склонялся къ
павь
п сталъ слѣдить за лучемъ, который скользтому, чтобы вернуться и отдаться на милость
/ л ъ по склону горы, па секунду остановился
конгресса.
адъ стогомъ сѣна и снова повернул« назадъ.
— Если еще е с т ь коигрессъ.—сказалъ ПеА
В ъ сараіі!—крикиулъ царь, п ударился
стовичъ.—Можетъ быть, ваши бомбы уже поногой обо ЧТО-ТО.
,AWrY,«
кончили съ ШІМЪ.
в
ѣ
трос,
пакопецъ,
очутщшсь
внутри
желѣз— Если бы было такъ, то эти проклятые
П1госарм
гдѣ с т о я т два ігромныхъ моторныхъ
аэропланы давно исчезли бы.
съ сѣномъ, которые должны были
г— Можетъ быть, они еще ничего пе зпаютъ
- По, Пестовичъ, почему в ы ие могли проyBS/°H6bIABMb,
два младпшхъ брата Петра,
дышать все это безъ меня?
ппнвели моторы туда еще дпемъ. Верхняя полоПестовичъ промолчал«.
п ш Л ѣ н а была уже снята, готовая н а р ы т ь
— Я лее стоялъ з а то, чтобы бомэы оставабомбы, какъ только царь укажетъ, гдѣ онѣ
лись па мѣстѣ,—сказалъ онъ, пакопецъ, и приспрятапы.
двинулся къ окошку- Ихъ моторъ снова былъ

— Тутъ есть что-™ в ъ родѣ погреба,—сказ а л * онъ.—Не зажигайте другого фонаря. Вотъ
ключ*.-.
Нѣкоторое время в * темнотѣ сарая было тихо.
Потомъ раздался з в у к * поднимаемой плиты, а
в с л ѣ д * за ним* с т у к * ног*, спускающихся по
лѣстницѣ в * погреб*. Затѣм* шепот* и усиленное дыханіе, когда Курт* н а ч а л * подниматься,
изнемогая под* тяжестью первой и з * спрятанн ы х * бомб*.
— Мы, кажется, успѣем* все сдѣлать,—сказ а л * царь.—Но чорт* побери этотъ с в ѣ т ъ ! . .
З а ч ѣ м * мы не заперли дверь сарая?
Дверь была широко открыта, и весь большой
двор* за ней, она сама и часть пола сарая былп
залиты голубым* сіяніем* прожектора..
— Затворите дверь, Петр*, — сказал* Пестович*.
— Нѣтъ, не надо,—крикнул* царь, но было
уже поздно: Петр* вступал* уже в * полосу
с в ѣ т а . — Н е показывайтесь 1
Курт* сдѣлал* ш а г * вперед* и оттянул*
назад* своего брата. Нѣкоторое время всѣ пятеро
стояли неподвижно. Казалось, с в ѣ т * не хотѣлъ
уходить, по вдруг* онъ исчез*, и они остались,
к а к ъ слѣпые, в * тсмнотѣ.
— BOT* теперь,—сказал* царь, в о л н у я с ь , —
теперь затворите дверь.
— Не совсѣмъ,—крикнул* Пестовпчъ,—оставьте щелочку, чтобы нам* в * нее потомъ
иролѣзть.
Яерепесеніе бомб* оказалось довольно тяжс-

La

лаботой царь нѣкоторое время трудился,
п р Г й смертный. Курт* и Авель выносили
ромныя черныя массы и з * погреба. Петр* доК ъ
и х * до мотора, а
д а р ь и Д п ,
Рогали ему укладывать ихъ в * сѣпо. В с ѣ ста
ъ Р

произнес* ц а р ь . Й о г у р т е И Авель не слышали и продолжали
Д к Е
НО лѣстницѣ со своей послѣдней
I пошей.
Петръ' подбѣжаліі к ъ нимъ и остановилъ н ъ .
П Х Г с а Г " ™ а ь
пріоткрылась, и на
полоски слабаго гоіубого свѣта они увидали
ф о п ѣ

пезнакоиецъ с ъ дег-

—

—

—

I 0 Т В Ѣ Т І Только бѣдный земледѣлецъ, нагружающй
I с ѣ н ) — с к а з а л ъ опъ, схватилъ огромныя вилы и
1 тихо направился к * двери.I Т П ! ! _ Б ы грузите сѣпо в ъ плохое время и п р .
1
rfT
™VU
(ітвѣтилъ человѣк* у двереж,
1 зарлядывая в ъ ' і
- «
у васъ н ѣ т ъ
I 3 ? ъ И в —
зажегъ в л е к т р и ч е с к ^ о и а р ь .
І \ и Псстовичъ мгновенно бросился вп редь.
I \
ѴГшпайтесь вонъ изъ моего с а р а я ! — к р и к
I Ѵ у я Т о Ж і ъ вилами грудь незнакомцу.

У него была смутная надежда, что опъ не произнесет* ни слова. Но человѣкъ громко вскрикн у л * отъ боли, упалъ навзничь, и тотчас* же
на дворѣ раздался шумъ шагов*.
— Бомбы!—крикнул* упавшій, стараясь в ы рвать изъ себя вилы, и когда Пестовичъ сплои
энергіи своего удара попал* в ъ круг* свѣта,
онъ былъ тотчас* убптъ выстрѣломъ одного изъ
д в у х * прибѣжавшихъ.
Лелсавшій па землѣ былъ тяжело раненъ, но
не терялъ присутствія духа. «Бомбы», повторил*
опъ, съ трудом* поднялся на колѣпп и направил*
свѣтъ своего электрическая фонаря прямо в ъ
лицо царю.
— Застрѣлпте и х ъ ! — к р и к н у л * опъ, кашляя
кровыо, отъ чего сіяпіе вокругъ головы царя
заплясало.
На мгповепіе в ъ дрожавшем* свѣтломъ кругѣ
вошедшіе увидали царя стоящим* на колѣняхъ
па возу сѣпа, и Петра—па полу сарая рядомъ
съ ним*. «Старая лиса» смотрѣлъ па нпхъ
какимъ-то блѣдполикимъ злымъ бѣсомъ. И тушь
же, какъ только опъ в ъ порывѣ самоубійственнаго героизма паклонплся падъ бомбой, лежавшей перед* нпмъ, оба выстрѣлпли ему в ъ голову,
Верхняя часть его лица какъ будто пропала.
— Перестрѣляйте ихъ в с ѣ х ъ ! — к р и к н у л * раненый.
Фонарь его погасъ, и опъ со стоном* покатился
к ъ ногам* своих* товарищей.
Но у к а ж д а я изъ н и х * было тоже по фонарю,
и черезъ секунду все в ъ сараѣ было снова освѣі

щепо. Петра опи убили в ъ тот* момент*, когда
опъ поднимал* руки в ъ зпакъ готовности сдаться
Ііуртъ и Авель, бывшіе па верхних* ступеньк а х * лѣстницы, остановились па минуту в ъ перѣшительности и снова бросились в ъ погреб*.
— Если мы и х ъ пе убьемъ,—сказалъ одипъ
пзъ стрѣлковъ, опп разорвут* н а с * па купки
ш ш вопъ туда спустились. Идем*!.
— Вотъ опи. Руки вверх*! Слышите! Держи
фонарь, пока я буду стрѣлять...
VIII.
Было еще темпо, когда Фэрмппъ п камердиперъ
вмѣстѣ вошли и доложили бывшему королю Эгоерту, что все кончепо.
Опъ вскочил* и усѣлся на краю кроватп.
— Развѣ опъ выходил*?-—спросил* Эгбертъ,
Его убплп,—отвѣтплъ Фэрмппъ.
Бывшій король задумался.
— Это, пожалуй, иаилѵчшій пеходъ,—заыѣтплъ опъ. Гдѣ бомбы? Вопъ в ъ т ѣ х ъ сачаяхъ
на хуторѣ, па той сторопѣ горы?.. Да. вѣдь опъ
отсюда вндепъ! Пойдемте туда. Л сейчас* одѣпусь
Какъ в ы думаете, Фэрмппъ, найдется здѣсь ктонибудь, чтобы раздобыть памъ по чашкѣ кофе 9
Автомобиль Эгберта помчалъ ихъ в ъ голубые
сумерки разсвѣта к ъ сараю, гдѣ лежалъ послѣдши непокорный царь среди своих* бомбъ. Край
пеба зардѣлъ, посвѣтлѣлъ восток*, п солнце
начало подниматься изъ-за холмов*, когда Эгоертъ доѣхалъ до хутора. Там* опъ нашелъ
ОспобонгпешіыД міръ.

j.j.

автогрузовики,
спрятанными бомбами у;
Несколько Д е ® 2 ; Л с е Г л а
а
за
и х ъ
кольцомъ-стоял

Г с ^ .
окружало дворъ,
Небольшая группа
^
что
с д у .

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ.

аѣвакъ-крестьяпъ, еще ^
чилось. у камениии и

трупов*,

Новая ф а з а .

на

женпые
вдра^епіе
удивленія,
яиДѣ Пестовича застъіло в
о6разомъ>
а
царя можно было узнать,
у с а и ъ .
ъ
И
по его рннпымъ Р У ^ «
д о с т о я Ш Й
даоръ.
Ранепаго летчика отнесли я ®
отправИТЬ
! Бывшіи король ОТД
тгпбплатОРШ около Цюбомбы въ спеціальпыя * Д Я Д И Т Ь
в ъ
ца-

I.

рахъ хлоринами швернулся къ пяти безмолвпымъ
^ Г ч і о еще оставалось
отвѣчалъ опъ на
—

осталось?
о?-спросилъ Ф з р -

жалкое б е з у ш е , - с к а з а л ъ ш ъ Д А
т о невысказанную м ы с л ь - V
бывшему профессору иеждупар д

s

a

:

і

=

б М Ъ

,

к а к ъ
н е

^

^

-

-

Задача, которую предстояло разрѣшить Бриссагскому конгрессу, если ее разсматривать, какъ
мы можем* ее разсматривать теперь, т.-е.съ точки
зрѣнія осуществленных* цѣлей, в ъ общих* свои х * чертах* была довольно простая. Она сводилась, главным* образомъ, к ъ тому, чтобы
перестроить общественную организацію на т ѣ х ъ
новых* началах*, которыя сдѣлалъ необходимыми быстрый, ускоренный прогресс* человѣческихъ знаній. Конгресс* былъ созван* с ъ той
стремительностью, с ъ какою снаряжается спасательный отрядъ, и ему пришлось имѣть дѣло с ъ
развалппами и обломками; по обломки и развалины эти были непоправимы, и единственным*
выходом* изъ положепія было или возвращеніе
человечества ~въ то состояпіе земледѣльческаго
варварства, изъ которая оно вышло с ъ таким*
трудом*, или же прпнятіе усовершенствованной
науки в ъ основу ыоваго соціальнаго порядка.
Старыя паклопностп человѣчоской природы: подозрительность, ревность, обособленность и воинственность были совершенно несовместимы
14*

СЪ чудовищной разрушительной силой повыхъ
„риборовъ, которые изобрѣла чсловѣческая логика и наука. Равиоиѣсіе могло быть снова установлено или тѣмъ, что цивилиція уничтожится
п іоіідстъ до того прежпяго ішзкаго уровня, при
которомъ пи одно соврсмоппое техническое сооруженіе не можстъ быть создапо, или же тѣмъ
что природа человѣка п в с ѣ его учреждения и
ѵстаиовленія приспособятся къ новьшъ условіямъ
Для обсуждения этого второго пути и собрался
" Т а п Г и л и поздио, передъ человѣчествомъ пепзбѣжно должна была встать эта задача, нос ходиооть этого выбора.
В и е в ^ Р Д ^
атомической пауки только ускорило, сдЬлало
б лѣ драматнчнымъ и псожндашшмъ это столк м в е н і е между повымъ и привычными. это столшшвеніе, которое стало назрѣвать еще тогда,
когда былъ выбить первый кремень, зажженъ
5 в ы й костсръ. Съ того дня, какъ человѣкъ
S былъ себѣ орудіе и позволилъ другому( самцу
прбшшштьоя к ъ себѣ, опъ пересталъ быть су
шествомъ всецѣло руководящимся ШІСТИИКТОМЪ
Г н е з п а і о щ и м ъ сомиѣиій. Съ тог Ѳ самаго дня
можно прослѣдить, какъ между его личными стра)ÇZ
социальными нуждами все шире и шире
и а с г ш в а л а с ь пропасть. Медленно пачалъ оиъ
^ „ р З л я т ь с я 1 к ъ осѣдлой, семейной жизни,
и импульсы его лпчпыхъ страстей стали расширяться в ъ требовапія и стремленш племени и
иода Но какъ бы пи расширялись эти импульсы,
5 ы т І въ его воображеиш охотиикъ, скиталецъ

и мечтатель превзошел* ихъ развптіе. O n * пп) > » когда не былъ полностью покорен* землей или
') ! приручен* домашнпмъ очагамъ- Вездѣ іг всегда
I для того, чтобы удержать его в * границах* зем' ледѣлія и скотоводства, нужно было вліяиіе и
• прнсутствіе учителя и священника. Медленно,
• постепенно его инстинкты должны были подчиниться обширной системѣ траднціошіыхъ императивов*, императивов*, которые, к а к * нельзя
лучше, были ирнзвапы сдѣлать пзъ него' того
земледѣльца и скотовода, который в ъ теченіе
двадцати тысячъ лѣтъ был* нормальным* человѣкомъ
И совершенно непродвіідѣшюй, нежеланной
изъ иаконлепія везультатов* его трудов* по
обрабатывапію земли выросла цшшлпзація. Цнвилизація явилась к а к * бы избытком-]» земледѣлія. Она явилась в ъ формѣ торговли, троішпокъ и дорог*, она пустила людей по рѣкам* и
скоро захватила море, п в ъ ея первобытных*
дворцах* п ставших* все роскошпѣс и пышнѣе
храмах*, среди все возраставшая количества приморских* селепій, выросли мысль, фнлософія и
наука, п пачало того повагп порядка, которой,
\ наконец*, утвердил* себя въ формѣ чсловѣчс! ской жпзпи. Сперва медленно, потом* с ъ все
возраставшей быстротой, начали открываться п
утилизироваться новыя силы. Человечество, в ъ
цѣломъ, не искало и не желало ихъ; онѣ сами
. пришли к ъ нему. И в * течеиіс нѣкотораго времени человѣкъ пользовался ими, не учитывая
нослѣдствій. В * продолжспіе безчислснныхъ но-

— 214 - -

колѣній незамѣтно мѣнялось все вокругь него.
Нп чѣмъ дальше, тѣмъ быстрѣе стало итти измѣнеиіей, —
, послѣ ряда р ѣ з к и х ъ с = ь
и ударовъ, человѣкъ с й зналъ, что не живетъ
старой жизныо, а все болѣе и б о л ѣ е - и о в о и .
Eine до открытія атомической энергш, все
сильнѣе и сильиѣе «бострялась разница ме шУ
старымъ порядкомъ жизни и повымъ Эта раз
вица была куда болѣе острой теперь чѣмъ даже
в ъ эпоху распада Римской Имперш. Съ одной

S

Ä

S

S

»

?

И новымъ чувством« сознашя цѣли. bee ш и л

г . . . . . . j „ ;

»

: ™

* „ г

"

• іцш в ъ своем ь раъи г
продолжал«
усовершенствованія новаго вѣка, up д
L - г ь 1 идеалами, стремлешями
» ^ . » і ш вистливостыо крестьянина. U если иы

ческія бомбы не собрали большинства руководі' • щихъ умовъ міра на эту паспѣхъ созванную
І Конференцію, в ъ Бриссаго, и то все равно должна
была бы собраться, быть можетъ, меиѣе официальная Конференція свѣдущихъ и авторитетных«
; людей, которая охватила бы болыиія пространства и держалась бы болѣе значительное время,
но тоже пыталась бы разрѣшить сложныя проблемы этой міровой оппозиціи. Если то, чего
достиг« Холстенъ, открывалось бы міру незаV ' мѣтными капельками, то все же это заставило
бы людей рано или поздно собраться, посовѣтоваться и выработать планъ будущаго- На с а мом« дѣлѣ, за цѣлую сотню лѣтъ до этого кризиса
постепенно накоплялась литература, ясно все
предсказывавшая, и уже имѣлась масса проектов« «Госудрства будущаго», с ъ разбора котор ы х « и могъ начать конгресс«. Атомическія бомV бы лишь ускорили, подчеркнули и сдѣлали болѣе
"драматичной неизбѣжно назрѣвавшую проблему.

и.
Еопференція в ъ Бриссаго отнюдь не явилась
скачкомъ к ъ власти и стремленіемъ к ъ руководству дѣлами міра исключительных« умовъ и '
сверхъ-талантовъ. Собраніе это само было готово
выслушивать совѣты, и члены его принесли съ j
собой весь свой запас« опыта, знаній и мыслей. |
Но все это было лишь послѣдствіемъ моральнаго
удара, нанесеннаго бомбами человѣчеетву, и н ѣ г ь j
никаких« данных« утверждать, что индивидуаль-

V
\/

ныя качества собравшихся значительно превышали общій уровень. Можпо было бы привести
тысячи примѣровъ ощибокъ и упуіцепій, допущеппыхъ копгрессомъ; по опи объясняются лпшь
забывчивостью, раздражительностью или усталостью его членов*. Собраиіе нащупывало почву,
дѣлало безчисленпые опыты и часто ошибалось.
За исключеніемъ Холстеиа, обладающаго выдающимся спеціалыіым* дарованіемъ, сомпптельно,
чтобы в * собрапіи пашелся одни* какой иибудь
представитель высшаго разряда человѣчества.
Собрапіе ne боялось самого себя, и во в с ѣ х * его
поступках* и рѣшепіяхъ замѣчалась послѣдовательпая прямолипенпость, которая придавала
ему безусловное достоинство. Разумѣется^хотя,
напримѣръ, Леблапъ отличался благородной простотой, по и о нем* можпо спросить, не былъ
ли опъ болѣе простодушным* и честным*, чѣмъ
великим* въ болѣе иолпомъ смыслѣ слова.
Бывшій король Эгбертъ отличался мудростью
и своего рода ромаптическішъ размахомъ; опъ
былъ единым* среди тысячи людей, но не
одним* среди милліоиа, и его мемуары,—собствепио, его рѣшепіе писать мемуары—лучше
всего опредѣляютъ его самого и его товарищей.
Книга его дает* великолѣппый, хотя и довольно
изумительный матеріалъ для чтенія. В * ней^опъ
принимает* великое дѣло конгресса за такой же
безспорпый факт*, какъ ребенок* принимаете
Бога. К а к * будто опъ ни в ъ чем* не дает*
себѣ яснаго отчета. Онъ разсказываете любопытные анекдоты о Вильгедьмѣ, о своем* секретарѣ

Фэрмппѣ, он* насмѣхается пад* американским*
президентом*, который скорѣе ярился несчастной
жертвой политической машины, чѣмъ представителем* американскаго иарода, и подробно описываете, какъ в * обществѣ одиого только японскаго члена конгресса онъ блуждал* цѣлыхъ три
дпя в * горах*: очевидпо, это отсутствіе ne отразилось серьезно па работѣ Конферепцш..О Коифереиціи в * Бриссаго время отъ времепи
писалось, к а к * ' о собраніи цвѣта чсловѣчества.
Посаженная высоко на горы, капризом* или
мудростью Іеблана,—она какъ бы обладала пѣкоторым* олимпійствомъ, и естественная склонность человѣчества развить это сравііоніе привела к ъ страмленію придать его членам* прямо
божескіе образы. Ее возможно сравнить съ
одним* и з * т ѣ х ъ невольпыхъ совѣщаній, какія,
песомпѣнно, происходили па горах* въ первые
періоды всемірпаго потопа. Сила этой Конферепцш заключалась ие столько въ ней самой, сколько въ обстоятельствах*, которыя обострили участвующіе в ъ пей интеллекты, разсѣяли тщеславіе п эмансипировали и х * отъ первобытпыхъ
традиціониыхъ стремлены и вражды. Конференція была освобождена отъ всего того, что накопилось вѣками; это было какое-то « оголенное >:
правительство, со всей свободой дѣйствій, которую даете нагота. И задачи ея были поставлепь
съ яспостыо, пе поддававшейся пикакому сравненію съ сложными и запутанными процедурам!
прошлаго.

—

218

—

III.

Міръ, с ъ которым* предстояло имѣть дѣло
конгрессу, дѣйствитедьно представлял* задачу,
достаточно сложную и слишком* неотложную,
чтобы возможно было болѣе или менѣе значительное разпогласіе среди членов* совѣщанія.
Небезыптереспо набросать в ъ нѣсколькихъ черт а х * картину общаго состоянія человѣчества въ
заключительном* періодѣ «эпохи воинствующих*
держав*», в ъ год* кризиса, непосредственно
слѣдовавшій за освобождепіемъ атомической энергіи. Это былъ міръ весьма ограниченный, если
измѣрять его болѣе поздпимъ масштабом*, и паходящійся в ъ еостояиіи крайпяго смятеиія и
отчаянія.
Надо помнить, что в ъ то время людям* предстояло еще захватить и заселить огромныя проV страпства земного шара. На землѣ еще оставались обширные горные пустыри, лѣсныя чащи,
несчаппыя ' пустыни, мерзлыя земли. Люди все
еще жались к ъ водѣ и орошаемым* землям*
умѣрепиыхъ климатов*; селились они густо
только по долинам* рѣкъ, и всѣ и х * болыпіе
города выросли или на берегах* больших* судоходных* рѣкъ, или вблизи морских* гаваней.
IIa огромных* пространствах* этих* удобных*,
на еще не заселенных* земель распространявш и заразу мухи и москиты пока еще отражали
и побѣждали всякія попытки людского нашествія,
и под* ихъ защитой дѣвственпые лѣса остава-

япсь нетронутыми. Впрочем*, и весь міръ, вплоъ»
до самых* густо заселенных* частей, до прямо
невѣроятной теперь степени кишѣлъ мухами и
совершенно безполезпымп и даже вредными насѣкомыми. Карта съ обозначеиіемъ густоты населеиія земли въ 1 9 5 0 году отмѣчала бы болѣе
темпой краской исключительно бассейны рѣкъ и
береговую полосу морей; судя по ней, казалось
бы, что h o m o s a p i e n s является ярко выраженным* типом* земповодпаго жпвотнаго. Дороги и
желѣзнодорожные путл человѣка тоже проходили,
главным* образом*, вдоль низипъ, лишь изрѣдка
поднимаясь на высоту свыше трех* т ы с я ч * футов*, чтобы пересѣчь какую-нибудь горную цѣпь
пли добраться до какого-нибудь курорта. Только
опредѣленными, однообразными линіями пересѣкалп пароходы человѣчества океаны; были сотни
т ы с я ч * квадратных* мпль моря, которых* ни
один* пароход* пе переплывал*, развѣ только
случайно.
На глубину не больше пяти миль проник*
чедавѣкъ в * тайпы земного шара и всего только
сорок* лѣтъ перед* этпмъ докарабкался съ трагическим* упорством* до полюсов* земли- Безграничный минеральпыя богатства сѣвернаго и
южнаго полярнаго кругов* все еще были погребены под* огромным* скопленіемъ
вѣковыхъ льдов*, и тайныя сокровища внутренних*
слоев* земной коры все еще оставались нетронутыми, да и о существовали ихъ вряд* ли
подозрѣвали. Высшія горныя области были извѣстны лишь маленькой кучкѣ альпинистов* к

, посетителей немногих* отелей; а огромные, пе
С знаюіціс дождей пояса земли, охватывающіе мае• СЫ материка отъ Гоби до Сахары И Становой
^ хребет* Америки, съ ихъ прекрасным* возду1 хомъ, ежедневными ваннами палящаго
солнца,
Ърохладйо-яепымп ночами сверкающих* звѣздъ,
1 съ ИХ* глубокими водоемами—все еще оставались
] в * * воображспіи большинства пустынями ужаса
и смерти
.
И теперь, вслѣдствіе потрясешя, папесеинаго
атомическими бомбами, огромный массы населсПія, скопившіяся было в ъ больших*, мрачных*
городских* центрах* того перюда,—вдруг* ока/ залнсь разсѣяпнымп и разбросанными по окру( жаюіцимъ, менѣе густо заселенным* прострап! ствачъ. Получилось впсчатлѣпіе, словно какая-то
' грубая сила, выведенная, наконец*, и з * тсрпѣ; ПІЯ слепотой чсловѣка, встряхнула міръ с * явным* намѣрепіемъ на болѣе здоровых* началах*
перетасовать и пересадить паселеиіе. Большіл
промышленный области и крупные города которых* не коснулись бомбы, все же, благодаря
І общей экономической разрухѣ, оказались в ъ та\ ком* же трагическом* положены, какъ и тѣ, что
/ пылали, а деревни и .загородный
\ находились въ состояпш полиаго безиорядка п
/ смятенія, благодаря множеству наводнявшихъ н х ъ
/ бродяг*. Въ нѣкоторых* ч а с т я х * свѣта царил*
) голод*, а в * других* косила свою M
чума
S Особенно пострадали и
выходном* положены равнины Сѣверпои Индіщ
которая все болѣе и болѣе зависѣла въ послѣд-

nie годы отъ желѣзныхъ дорог* п системы ороситсльныхъ каналов*, уничтоженных* наиболѣе
озлобленной кучкой патріотовъ. Цѣлыя селенія
лежали мертвыми, без* признаков* человѣческой
жизни, и даже тигры и паптеры, набрасывавшіеся па немногих*, оставшихся в ъ ж и в ы х * ,
пзпурепиыхъ голодом* жителей, и тѣ уползали
обратно въ джунглн, чтобы околѣть, зараженные
чумой. Значителыіыя пространства Китая находились во власти разбойничьих* шаек*.-.
Необходимо отмѣтить, что до нашего времени
не дошло., сколько-нибудь нолпаго и точнаго описанія дѣйствія и разрыва атомических* бомб*.
Конечно, имѣются миогочисленпыя упомннапія о
н и х * и частичные разсказы, и нзъ этпхъ отрывочных* данных* послѣдующіе вѣка должны
составить общую картину разрушепій.
Явлепія, сопровождавшія взрывы, мѣнялпсь
изо дпя в * день, даже и з * часа въ ч а с * , по
мѣрѣ того, к а к * бомбы мѣняли свое положепіе,
отбрасывали отъ себя- куски и приходили в ъ
сопрнкосповеніе съ водой или новыми слоями
почвы. Барнетъ, паходившшея въ иачалѣ октября
въ сорока милях* отъ Парижа, главным* образом*, описывает* смятепіс, царившее в * деревн я х * и селах*, и свои личныл попытки спасти
свою команду; опъ лее упомппаетъ н о нагроможденных*, тучеобразныхъ массах* пара, тянувшихся «по всему небу к * юго-западу», и о крас-)
пом* заревѣ, освѣщавшемъ ихъ по ночам*. !
Нѣкоторыя части Парижа все еще пылали, п
мнолсество людей, даже в ъ таком* сравпитоль-

(

(
)

\
\
)
\

но отдаленіи отъ столицы, жили лагерями въ'
полях* и охраняли награбленныя кучи добычи.
Кромѣ того, онъ упомипаетъ о далеком* грохот®
j взрывов*, напоминавшем* «поѣзда, проносящіеся
» по желѣзнымъ мостам*»...
Другія описанія вполнѣ совпадают* съ этим*.
! В с ѣ говорят* о «повторных* отраженіяхъ», или
• о «громыханіи и ударах* какъ бы молота», и
всѣ отмѣчаютъ огромный покров* пара, изъ
которая внезапно падали ливни, при вспышках*
молніи. По мѣрѣ приближенія къ Парижу, наблюдатель отмѣтилъ бы все возраставшее числе
' лагерей спасательных* отрядов*, которые занимали цѣлыя селенія, и огромныя массы голодн ы х * п больных* людей, поселившихся в ъ
импровизированных* палатках*, такъ какъ имъ
больше некуда было дѣться. Небо становилось
» .;все пасмурнѣе и пасмурнее, пока, наконец*, сов с е м * не исчез* дневной светъ, и ничего не
I осталось, кромѣ душпая, к р а с н а я зарева, «дейс т в о в а в ш а я чрезвьгі йяо угнетающе на настроеніе». При свѣтѣ ту ci. л! го зарева многіе еще продолжали жить, н е ' ж е л а я расстаться со своими
домами и, во многих* случаях*, почти умирая
отъ голода, питаясь лишь скудными запасами
своих* садов* и немногих* у ц е л е в ш и х * лаво°Подвигаясь все ближе къ столице, изслѣдователь наткнулся бы на полицейскій кордонъ,
имевшій цѣлыо помешать отчаянным* попыткам* т е х ъ , которые пожелали бы вернуться
к ъ своим* ломамъ нлп спасти свое нанболѣе

Ч

цѣнное имущество, оставшееся внутри «зоны непосредственной опасности».
Эта зона была определена только приблизительноЕсли бы нашему 'наблюдателю удалось получить разрешеніе вступить в ъ нее, то опъ вступил* бы сперва въ зону оглушительная грохота,
непрестанная громыханія, въ полосу, освещенную необычайным* пурпурпо-красноватымъ светом*, дролсавшую отъ безпрестаннаго взрыва радіоактпвыаго вещества. Цѣлые кварталы домовъ
пылали и ихъ дрожавшее пламя казалось бледным*, по сравненію съ ярким* заревомъ, застилавшим* все кругом*. Остовы других* здапій,
уже сгоревших*, возвышались черными скелетами съ рядами отверстій для окон* на фонѣ
красной мглы е
Каждый дальнейшій ш а г * былъ бы такъ же
опасен*, какъ спуск* в ъ кратер* действующаго
вулкана. Эти вращающіеся, кипущіе центры
бомбъ вдругъ неожндаппо перескакивали съ
места на место, взрывались въ новых* точках*,
и огромныя массы земли, построек*, мостовой,
подхваченныя сильной струей взрыва, моглн
бы пронестись надъ головой любопытствующая,
или столь же неожиданная- могла бы разверзнуться земля подъ его ногами огпепной бездпой. Т ѣ
немногіе, что решались вступить в ъ области,
охвачепныя разрушеніеыъ, и остались в ъ жив ы х * , — у ж е ни за что не соглашались повторить,
свой опытъ. До н а с * дошли разсказы о клубах*
с в е т я щ а я с я радіоактивнаго пара, которые не-

ожпдапно отрывались отъ центра взрыва и уносились вѣтромъ па десятки миль, снося и убивая
все по пути. Первые пожары отъ парижскаго
'' цсйтра распространились далеко на западъ, почти
до самаго моря.
/ В ъ довершеиіе ко всему, воздухъ в ъ этомъ
./ адскомъ кругѣ озареииыхъ краснымъ заревомъ
) развалин« обладал« какой-то особенной сухостью
' н вызывал« болѣзпеипое состояпіе кожи и лег) к ихъ, которое очень трудно поддавалось лѣчснію.
Въ таком« ужаспомъ состояиіи находился гибнущій Париж«, и таково было положеиіе дѣлъ,
но в ъ еще болѣе круппомъ масштаб«, в ъ Чикаго; такая же участь постигла Берлшіъ, Москву,
Токіо, восточпую половину Лондона, Тулонъ,
Киль и 2 1 8 других« населенных« центров« и ,
крѣпостсй. Каждый изъ этихъ городов« представлял« собой иылавшій центр« разрушеиія,
погасить который могло только время, в ъ нѣко- ?
торыхъ случаях« не уепѣвшее справиться еъ
шімъ и до сихъ поръ. Вплоть до сегодпяшияго
для продолжаются еще пѣкоторые изъ этпхъ
взрывов«, хотя и с ъ все уменьшающимся грохотом« и силой. На картах« почти каждой части
свѣта до сихъ поръ три, четыре и болѣе красн ы х « круга, по пѣсколько. десятков« миль в ъ
І діаметрѣ, отмѣчаютъ положсніе вымирающих«
атомических« бомбъ и омертвѣлыя пространства,
! которыя люди принуждены были бросить н а прои з в о л « судьбы. Внутри этихъ кругов« погибли
• музеи, соборы, дворцы, библіотеки, галлсреи про• іізведеиій искусства, огромпыя пакопленія измы-

шлены человъчсскаго ума, чьи обуглившіеея
остатки лежат« подъ грудами золы,—любопытное
паслѣдство, изслѣдовать которое придется будущим« поколѣиіямъ...
IY.
Полпѣйшимъ отчаяиіемъ оыло охвачепо все
многочисленное городское иаселеніе, лишившееся
крова и имущества, наводнявшее всю страну н
погибавшее тысячами в ъ черные дни осенних«
мѣсяцевъ, слѣдовавшихъ за Послѣдпей Воііпои.
Барнетъ даетъ рядъ набросков« этихъ людей,
расположившихся лагерем« среди випоградниковъ
Шампапи; онъ наблюдал« ихъ во время своей
службы в ъ рядах« арміи умиротворении
Вотъ, напримѣръ, «знаменитый дамскій портной». Оиъ вдругъ вышелъ к ъ нему откуда-то и
спросил«, какъ обстоят« дѣла в ъ Парижѣ- Это
былъ, разсказываетъ Барнетъ, плотный, круглолицый, здоровый мужчина, аккуратно одѣтый
во все черное (такъ аккуратно одѣтый, что трудно
было повѣрить, что опъ жнветъ в ъ палаткѣ,
состряпанпой наскоро изъ ковровъ); у пего были
«городскія, но крайне назойливыя маперы», тщательно подстриженные у с ы и борода, выразитольныя брови и аккуратно напомаженные волосы.
— Никто пе бывает« в ъ Паршкѣ,—сказалъ
Барнетъ.
—- Но, m o n s i e u r , вѣдь это не предпріимчиво,—замѣтилъ человѣкъ, стоявшій у дороги.
' — Опасность слишкомъ велика. Лучи, испуОсвобожденный ііінъ

^^

скаемые бомбами, въѣдаются в ъ кожу и вызыв а ю т * язвы
Брови портного запротестовали.
— Но развѣ ничего нельзя сдѣлать?
— Рѣшнтельпо ничего
— Ахъ, m o n s i e u r , какъ это неудобно. Страшно неудобно жить здѣсь и ждать. Моя жена и
мой маяеиысій с ы н * очень страдают*. Здѣсь
ощущается сильный недостаток* въ удобствах*.
Да и сезон* приближается. Я ничего уже не
говорю о расходах* и о затруднительности пріобрѣтепія с ъ ѣ с т н ы х * припасов*... Какъ вы думаете, будетъ сдѣлапо что-нибудь, чтобы Париж*
снова сталъ доступным*?
Барпетъ посмотрѣлъ прпстальпо на своего
собесѣднпка.
— Говорят*,—сказалъ опъ,—что должно пройти нѣсколько поколѣиій, прежде чѣмъ Париж*
опять станет* пригодным* для жилья...
— Но это чудовищно! В ы только подумайте,
m o n s i e u r ! Что таким* людям*, какъ я, дѣлать
за это время. Я—костюмер*. Всѣ моп^кліенты
и интересы, а, главным* образом*, мой стиль,
обязательно требуют* Парижа...
Барнетъ поемотрѣлъ на небо, откуда начал*
накрапывать мелкій дожднкъ, потом* перевел*
взор* на широкія поля кругом*, с * которых* уже
была снята жатва, и на подстриженные тополя
у дороги.
— Я в а с * понимаю,—согласился опъ,—вам*
естественно стремиться въ Париж*. Но Париж*..,
кончился.

— Какъ кончился?
— Погиб*!
— По, послушайте, m o n s i e u r ! . , что же будетъ со мной?
Барнетъ повернул* лицо па запад*, куда вела
бѣлая дорога.
— Гдѣ же еще могу я надѣяться приложить
свое искусство?
Барнетъ промолчал*.
— Может* быть, на Рпвьерѣ? Или в ъ какомънибудь курортѣ вродѣ Гомбурга? Илп гдѣ-либо
на морском* пляжѣ?
— Все это,—сказалъ Барнетъ, какъ бы вперные яспо сознавая факты, которые таились въ
его мыслях* вотъ уже нѣсколько недѣль,—все
это тоже должно теперь кончиться.
Наступила пауза. Голос* рядом* съ ним*
снова заговорил*.
Но, m o n s i e u r , это невозможно! Нельзя же
мпѣ теперь браться за разведете картофеля.
— Было бы очепь хорошо, если бы вы рѣшнлпсь на...
— На жизнь крестьянина? А моя жена?.. В ы
не знаете изысканной изнѣженности натуры
моей супруги, ея утонченной безпомощпости и
того особаго очарованія, которое свойственно существу, привыкшему къ постоянной зависимости...
Она похожа на какое-то хрупкое, тропическое
растеніе... съ огромными бѣлыми цвѣтками... Но
все это—пустяки. Я не хочу вѣрить, чтобы Париж*, пережившій в ъ свое время столько несчастій, не ожил* бы снова...

— Я сомпѣваюеь, чтобы Парижъ когда-либо
ожилъ. Парижу насталъ конец*, и Лондону, я
Берлину.
В с ё болыпія столицы міра погибли...
— Но, m o n s i e u r , позвольте не согласиться
съ этимъ.
— Уверяю васъ, что это такъ..
— Это невозможно. Цивилпзаціи такъ внезапно не разрушаются, не кончаются. Человѣчество
будетъ настаивать...
— На томъ, чтобы былъ Парижъ?
— Да.
' ,
— M o n s i e u r , вы съ успѣхомъ могли бы
спуститься въ Малыптремъ и тамъ снова открыть
свое портняжеское заведекіе...
— Я предпочту остаться при своей вѣрѣ
въ человѣчество, m o n s i e u r !
— Приближается зима. Не лучше ли было
бы, если бы вы озаботились пріисканіемъ дома
себе и своей семье.
— Подальше отъ Парижа? Нѣтъ, m o n s i e u r !
То, что вы говорите, прямо невозможно! Вы
страшно заблуждаетесь... вы бёзусловно ошибаетесь-.. Я наводилъ у васъ только справку...
...«Когда я взгляпулъ на него в ъ последній
разъ,«—пишетъ Барнетъ,—онъ все еще стоялъ
подъ дорожнымъ столбомъ на вершине холма и
смотрелъ вожделенно и. какъ теперь мне казалось, немного недоверчиво по направленно к ъ
Парижу, не замечая дождя, который все больше
о больше пронизывал* его насквозь»...

У.
Общее настроеніе холодная унынія и еще не
пполпѣ сознанной гибели все усиливается и усиливается по мере того, какъ разсказъ Барнета
переходить къ описапію приближающейся зимы.
Не по силам* было огромной массе невольных*
и ни к ъ чему не приспособленных* кочевников*
признать, что кончилась прежняя эра, что старыя средства и старыя руководящія начала жизни больше не годятся и даже не существуют*;
іто, какъ- бы онп терпеливо ни ждали, время
не вернет* и не поправить прежняго. Все еше
иногіе изъ нихъ, когда стали уже ощущаться
первыя снежинки безжалостная января, продолжали смотреть туда, где когда-то былъ Парижъ. И повесть Барнета становится более жуткой...
Если часть повести, съ описаніемъ его возвращенія в ъ Англію, не такъ чудовищно трагична, то, пожалуй, съ другой стороны, она
более жестока. Англія представляла собою картину озлобленных* домовладельцев*, прячущих*
съестные припасы, старающихся искоренить разбой и воровство, выгоняющих* голодных* скитальцев* изъ дыр* и углов*, куда они запрятались, на болыпія дороги, изъ опасенія, к а к ъ
бы они не умерли (что было бы крайне неудобно
и могло вызвать попреки) на порогах* людей,
которые не сумели прогнать ихъ дальше...
Остатки англійскихъ войск* покинули окончательно Францію в ъ марте, послѣ настоичи-

выхъ представлены времеппаго правительств,! 'тапція стояла высоко н а мѣловомъ холмй, возв ъ Орлеанѣ, заявившаго, что пѣтъ возможное!, шавшимся надъ городом«...
дальше содержать ихъ и кормить. В ъ общем« Здѣсь онъ принимал« участіе в ъ передачѣ безэто была довольно дисциплинированная, по край- шелеппыхъ шифрованных« депешъ, предшествоне паразитная армія, хотя, по миѣиію Барнет; вавших« собранію в ъ Бриссаго, и здѣсь, ему
она миогое сдѣлала, чтобы искорепить спорадн юпалъ в ъ руки брпссагскій манифест«, объявческія вспышки разбоя и поддержать порядок«. іявшій о концѣ войны и объ учреждены единаго
ОІІЪ вернулся на истерзанную голодомъ родипу. семірнаго государства.
и АІІГЛІЯ в ъ ту веспу, которую оиъ описы- Въ тотъ день опъ чувствовал« себя нехорошо,
вает«, являла картину тяжкаго терпѣпія и отчаяи- го охватила какая-то апатія, опъ плохо еозпаныхъ мѣръ. Апглія страдала в ъ зпачительпо боль- алъ, что расшифровывал«, и расшифровывал«
шей ыѣрѣ, чѣмъ Фраііція, благодаря внезапному анифестъ чисто механически, исполняя это,
прекращепію доставки ыоремъ съѣетныхъ при- акъ одну изъ обычных«, скучпыхъ ежедневных«
пасов«, отъ которыхъ опа зависѣла. Полкъ, съ
юязаппостей.
которым« прибылъ Барнетъ, в ъ Дуврѣ полуПотомъ, какъ естественпое слѣдствіе декларачил« хлѣба, вяленой рыбы, разварениаго щаве
іп,
нахлыпула такая масса депешъ, что оиъ
ля, затѣмъ отправлен« былъ пѣшкомъ в ъ А'ш
фордъ и таыъ распущепъ. По пути туда опи трашпо усталъ, и вечером«, когда его смѣпили,
увидѣли четыре человѣческихъ трупа, висѣвшіі пъ послѣ скудпаго ужина вышелъ па балкопна телеграфных« столбах«: это были повѣшены икъ стапціп, чтобы покурить и немного отдохчетверо бродягъ за кражу хлѣба. В ъ работньш нуть отъ неожиданной и пока необъяснимой, н а домахъ Кента, разсказываетъ оиъ, кормили ты пряженной работы того для. Былъ прекрасный
сячи случайных« обитателей хлѣбомъ, в ъ кото нхій вечеръ. Опъ вступил« в ъ бесѣду съ товарый были иодмѣшапы глина и опилки. В ъ Сер рищем« и впервые, какъ увѣряетъ опъ, «я
реѣ даже в ъ так-омъ хлѣбѣ ощущался недоста началъ поппмать, в ъ чемъ собственно дѣло. Я
началъ созпавать, какія важныя событія перетокъ.
ходили черезъ мои руки в ъ течепіе послѣднихъ
Самъ Барнетъ отправился пѣшкомъ в ъ Вин нетырехъ часов«. Но сейчас« же подъем« духа
честеръ, не рѣшаясь приблизиться к ъ отравлен
меня смѣнился псдовѣріемъ. Это какой-то
нымъ окрестностям« Лондона, и в ъ Винчестер! збмапъ,—сказалъ я себѣ благоразумно.
ему посчастливилось получить мѣсто телеграфисте
Мой коллега смотрѣлъ на вещи болѣс радужно.
на станціи безпроволочнаго телеграфа, гдѣ ош — Это означает« копецъ метанію бомбъ и
сталъ аккуратно получать казенныя порціи пищи разрушенію,—сказалъ опъ.—Это означает«, что
;коро изъ Америки прибудет« пшеница....

— Кто же станет* посылать пшепицу, когда обезпсчйть прочное и всеміриое умпротворепіе. Отъ
деньги потеряли свою цѣнность?—спросил* я. I :>той способности и возмолсности все охватить и
справиться со всѣмъ земным* шаром* в ъ цѣломъ
Вдруг* ыы вздрогнули отъ неожидапнаго з в у і
и зависѣло само существованіе новаго правитель^
ка колокола, доиестагося к ъ нам* снизу и.тя
ства- Т у т * улс* пельзя было быть мелочным*.
города. Соборные колокола, храпившіе безмолвіі
с * самаго моего пріѣзда в ъ Винчестер*, в д р у г ! Какъ только были захвачены в ъ рукп в с ѣ
начали, сперва к а к ъ будто съ ревматическими! ісуществовавшіе запасы атомических* снарядов*
усиліямп, звонить. Понемногу опп все больше і! и аппаратов* для синтезированія Каролинума,
больше стали входить в ъ азарт*, и мы поняли! предстояло сейчас* же заняться роспуском?» или
в ъ чем* дѣло. Ш е л * торжественный, благодар-І приспособленіемъ для общественных* пуледъ разствеппыц звон*. Мы слушали съ какпмъ-то не I личных* м а с с * войска, которыя все еще остадовѣріемъ и молча смотрѣли друг* другу вь|вались под* руліьемъ; затѣмъ надо было озаботиться о спасеніи уролеаевъ того года и о
желтыя пзмождениыя лица.
|нрокормлепіп, расквартпровапіи и использованіи
— Дѣло, кажется, серьезно,—сказалъ коллега.] для работы кочующих* милліоновъ бездомных*,
— Но, что они могут* теперь едѣлать?—спро- Іиокрывшнхъ всю землю. В * Канадѣ, Южной
сил* я . — В ѣ д ь все разрушено, все погибло»... Америкѣ и Азіатской Россіи лелсали огромные
И па этой фразѣ Барпетъ съ неожиданными рапасы съѣстньіхъ припасов*, которые нельзя
мастерством* обрывает* свою повѣсть.
ш л о сдвинуть ' с * мѣста вслѣдствіе краха
рснслшыхъ и кредптпых* систем*. Эти запасы
ГІ.
Ішщп надо было, к а к ъ молено быстрѣе переправить
|;ъ голодйвшія области, чтобы пзбѣлсать окончаСъ самаго начала новое правительство сталоі Іісльнаго вымпранія паселепія пхъ; перевозка
проявлять значительное велпкодушіе во всем*. 1 [»тих* припасов* и возстановлепіе путей и споДа и неизбѣжно было, чтобы члены новаго пра-|собов* сообіцепія заняли в ъ общем* значивптельства проявили величіе души. Съ самаго тельную массу войска и болѣе пригодных* безначала они должны были пріучпться смотрѣть работных*. Задача пріпскапія крова для бездіа весь земной шаръ, к а к ъ на одно цѣлое, как-ь домных* приняла огромные размѣры, и с * по•на одну, требующую немедленнаго разрѣшені.і стройки всевозмолсныхъ временных* лагерей жп•.задачу; невозможно было относиться къ нему|Ііпцпал комиссія Конфоренцш очень быстро пе•частично, по кусочкам*. Они должны были, во- решла къ постройкам* болѣе постояпнаго типа.
первых*, обезопасить его весь цѣликомъ отъ но- |>ъ общем* правительство при утплизаціи безвой вспышки атомическаго разрушенія и затѣыь

работной части населенія встрѣтило гораздо мень- ютребности минуты, вскорѣ, съ помощью сиптеше трепія и препятствій, чѣмъ ожидало. Этотъ шзаторовъ, удобрителей, актиническая свѣта
годъ горя и смерти сдѣлалъ людей необычайно
н а у ч н ы х * пріемовъ, превысило въ значителькроткими. Люди какъ бы лишились своихъ тра- ной степени спрос* па пего всего человечества.
діщій, забыли свои наиболѣе упорные предПравительство въ иачалѣ руководилось лишь
разсудкп; они чувствовали себя чужестранцами дпою целью: временно возстановить соціальвъ незнакомом* мірѣ, и были готовы последо- ую и экономическую систему, которая сущевать за каждым* руководителем*, к ъ кому ствовала до появлепія п е р в а я атомическая момогли почувствовать хоть малейшее довѣріе. При- тора, такъ какъ къ этой именно систем®
казы поваго правительства сопровождались луч- )ыли приспособлены мысли и привычки огромной
шими изъ в с е х * поощрепій—порщяйш пищи. ьтссы лишившаяся пристанища паселенія міра.
Повсюду люди легко и охотпо йодчиняліісь рас- Дальнейшую же реоргаиизацію этой системы опо
поряжепіямъ, словно—«артели рабочнхъ-эмиграи адеялоеь предоставить своим* преемникам*. Но
говъ во вновь открытой стране», какъ выразилс: се яснее и яснее становилось, что теперь это
один* изъ старых* знатоков* рабочаго вопроса іемыслпмо. Съ одинаковым* успехом* копгрессъ
дожпвшій до новой жизпи.
\югъ бы предложить возвращеніе къ эпохе рабТеперь начали открываться соціальпыя воз тва и рабпвладѣнія. Отъ безграничная притока
можности, которыя таила в ъ себѣ атомическая шлота и іешовой эпергіи капиталистическая сивнсргія. Повыя машины, только что появившіяся тема nijj r -пъла окончательный крахъ; она пеперед* последней войной, стали совершенств! Вмодлешю рассыпалась при первой лее попытке
ваться и расти числом*, и конгресс* вдругъ по о с т а н о в и т ь ее. Еще до-войны добрая половина
иучилъ в ъ свое распоряженіе не только милліош »бщей массы трудового класса была безъ работы.
рабочих* рукъ, но такую энергію и аппараты Іопытка вернуть ее к ъ прежней системе оплаты
что по отношснію к ъ ним* первоначально по груда была безуспешна: этому препятствовал*
ставленный задачи казались положительно жал котя бы только крахъ монетной системы. Поэтому
ними. Лагери, которые предполагалось построите явилась необходимость заняться спабжспіемъ
изъ дерева и железа, на деле выстрои- лтіхъ разбросанных* по всему свету милліоновъ
лись изъ меди и камня; дороги, которыя до лжи ; людей кровом*, пищей и одеждой, не требуя
были представлять собой лишь железныя _тр< ;ггъ нпхъ взамен* никакого труда- По вскорѣ
пинки, стали широкими путями, сооруженіям угсутствіе запятій для такого огромпаго колиархитектуры; разведеніе пищевых* продуктов1 чества людей начало угрожать явпою соціальпой
въ начале, долженствовавшее удовлетворить лип. аиасііостыо, и правительство принуждено было

; прибегнуть къ различным* ухпщреншмъ, вроде
заказов* простых* декоративных* работ* изт,
дерева и камня, выделки ручпымъ способом:,
тканей, развсденія плодовых* и цвѣточныхъ садов*, декоративных* садоводетвъ на широкую
ногу и т. д., чтобы только чѣмъ либо занять
безработных*; кромѣ того, оно стало платить
определенное жалованіе подрастающему юношеству за посѣщеиіе школ*, гдѣ оно обучалось
обращенію с * новыми атомическими машинами...
Такъ совершенно незамѣтпо и невольно конгресса,
вступил* на путь полнѣйшаго преобразованія
городской и промышленной жизни, да и вообще
всего соціальнаго строя в ъ цѣломъ.
Идеи, пе оскверненный еще политической
интригой или финансовыми еоображеніями, обладают* необычайной жизнеспособностью и силой,
и не прошло и года, какъ отчеты конгресса уже
стали свидетельствовать, что онъ сумел* справиться съ открывшимися ему возможностями; и
ішъ начал*, частью под* своим* личным* контролем*, частью при помощи ряда спеціальныхь
комиссій строить новый соціальпый порядок* для
всего населенія земли. «Истинная соціальная
устойчивость, или общее человеческое счастье
немыслимо, пока на огромном* пространств'!1,
земли значительные классы населепія находятся
въ состояніи цивилпзаціи, отличном* отъ общагя
состоянія господствующей массы. Теперь невозможно, чтобы крупныя массы населенія не понимали и пе сознавали общепризнанных* соціальныхъ целей, или же находились в ъ худ-

шихъ экономических* условіяхъ, ч е м * остальныя». Такъ определил* конгресс* свой взгляд*
на задачу, которую ему предстояло разрешить.
Крестьяпинъ, хлебопашец*, в с е вообще «земледельцы-варвары» «находились въ худших* экономических* условіяхъ» в ъ сравненіи съ более
подвижными и образованными классами, и логика
положенія заставляла конгресс* взять на себя
спстематичёскую замену этого созданія в е к о в * —
более раціональной организаціей производства
вообще. Конгресс* разработал* схему для прогрессивна™ устаповлепія по всему міру «современной системы» земледелія, системы, которая
давала бы в с е преимущества цивилизованной
жизни каждому земледельцу, и эта замена продолжается безпрестанно и по сей день. Центральная идея этой современной системы сводится к * замещенію индивидуальных* земледельцев*, деревенской и сельской жизни вообще,—землёдельческими артелями. Эти артели
представляют* собою ассоціаціи людей, которые
берут* на себя обработку определенных* пространств* удобной и пахотной земли и ответственны за некоторую среднюю цифру производства. В ъ большинстве случаев* это достаточно
малочисленный группы, которыя могут* быть
легко сорганизованы па чисто соціалнстическпхъ
началах*, и въ то же время достаточно многолюдный, чтобы выставить количество рабочих*
рукъ, необходимое для обработки хутора плп
фермы, пользуясь лишь некоторой помощью отъ
горожан* во время спятія жатвы. На обрабаты-

ваемой землѣ они строятъ неболыпія дачки или
домики для стражи, охраняющей имѣніе; удобство
и дешевизна современных« способов« сообщенія
даетъ имъ возможность содержать группу домов« въ ближайшем« городѣ, съ общей столовой
и клубом«, а также еще и свой «артельный домъ»
в ъ національной или областной столицѣ. И эта
система уже почти уничтожила ярко выраженпое
«сельское» иаселепіе на всѣхъ т ѣ х ъ огромпыхъ
пространствах« стараго міра, гдѣ опо наблюдалось
съ незапамятных« времен«. И понемногу еовсѣмъ исчезает« съ лица земли робкая жизнь
одинокой хижины, личпые счеты, мелочная злоба
и скапдалы маленьких« общпнъ, это жалкое,
почти омертвѣлое существованіе вдали отъ кпигъ,
общественных« запросов« и мысли, это вѣчное,
непосредственное сопршіосновеніе со свиньями,
скотомъ, птицей п им. искрементами. Скоро все
это окончательно и с м з п и ъ . Въ девятнадцатом«
в ѣ к ѣ такая жизнь уже перестала быть неизбѣжнымъ удѣломъ человѣчества, и только
отсутствіе коллективного интеллекта, воображаемая потребность въ грубыхъ и неинтеллигентных« солдатах« и дѣтопроизводящемъ классѣ съ пизшимъ уровнем« развитія и мѣшали
въ то время этой систематической замѣнѣ-..
À пока шло преобразованіе деревенской жизни,
городскіе лагери, во время перваго періода дѣятельности конгресса, частью благодаря силам«,
вызванным« положеніемъ вещей, частью подъ
руководством« самого конгресса, стали быстро
развиваться в ъ города новаго типа...

Весьма характерпьтмъ показателем« того, какъ
всякія крупный реформы сами по себѣ павязывалнсь Бриссагской коиференціи, является тотъ
фактъ, что только к ъ концу перваго года ея /
дѣятельпости, да и то неохотно, занялась она V
насущной потребностью создать общій языкъ.
lingua f r a n c a , -для міра. Члепы конференціи
в ъ иачалѣ Ьчень мало обращали вннманія на
различные «универсальные» языки, которые предлагались па раземотрѣніе. Они нмѣли въ виду
для уевоеиія языка доставить какъ можно мень- :
шс труда и заботъ простым« людям«, съ небольшим« досугом«, и общеміровая распространенность англійскаго языка дала имъ съ самаго
начала основу для поваго всеобщаго языка. Кромѣ
того, въ пользу англіискаго еще говорила простота и песложпость его грамматики.
Но не безъ значительных« жертвъ пришлось
народам«, употребляющим« аііглшскій языкъ,
испытать удовольствіе слышать свое родное нарѣчіе въ устахъ всего міра. Его лишили ряда
грамматических« особенностей; такъ, папримѣръ,
были уничтожены отлпчителыіыя формы сослагательнаго паклопенія и большинство пеправнльпыхъ образованій множественных« чисел«; нравописапіе было систематизировано и приспособлено къ гласным«, какъ онѣ произносятся на
европейском« материкѣ; кромѣ того, начался,
быстро достигшій огромных« размѣровъ, процессъ

введенія в ъ языкъ общеупотребительных* иностранных* имен* существительных* и глаголов*.
И пе прошло десяти лѣтъ с ъ учрежденія Міровой
Республики, какъ новый Англійскій Словарь уже
вмѣщалъ в ъ себѣ 2 5 0 , 0 0 0 слов*, и человѣкъ
1 9 0 0 года испытал* бы значительное затрудпеиіе
при чтеніп обыкновенной газеты. Съ другой стороны, люди поваго в ѣ к а могли свободпо читать
и оцѣпить болѣе древнюю англійскую литературу.
Нѣкоторыя другія, болѣе мелкія преобразовапія,
паправлепныя к ъ объединенію человечества, следовали за этой крупной реформой. Разъ было
принято и признало стремлепіе к ъ облегчепію
взаимпаго понимапія друг* друга и к ъ упрощенно сношены и обмена мыслями, естестаеішо
должно было последовать всеобщее прпнятіе метрической системы мѣръ и уыичтоженіе неточн ы х * времеппыхъ календарей, которые до сего
только запутывали хронологію. Год* былъ разделен* н а трппадцать месяцев*, по четыре педели каждый. Депь Новаго Года и лишиій день
високосных* годов* были объявлены праздниками и пе входили в ъ счет* дпей педели. Таким* образом*, месяцы, и педели ежегодно точно
совпадали. Кроме того, какъ выразился бывшій
король Эгбертъ в ъ беседе с ъ Фэрмипомъ, решено
было «пригвоздить Пасху крепко к ъ месту»...
Исторія календаря во всем* міре—псторія неудачных* приспособлены и ведущих* начало отъ
самаго возппкновенія человѣчсскаго общества,
попыток* фиксировать время посева и середппу
зимы. Окончательное урегулированіе календарей

имело, кроме того, чисто символическое значеше,
въ большой мере превышающее его практическое удобство. Т а к * какъ конгресс* пе х о т е л *
вводить резких* и крупных* новшеств*, то не
было придумапо новыхъ назвапій для месяцев*
и пе было изменено общее летоисчислепіе...
Міръ принял* одну общую монетную единицу.
Въ течепіе первых* месяцев* после вступлеиія
во власть копференціи, дела міра велись без*
определенных* денежных* знаков*. В ъ некоторых* и довольно обширных* областях* прежніе знаки были еще в ъ ходу, но ценность и х ъ
чудовищно колебалась; колебалось и общественное
довѣріе къ пимъ. Известная дороговизна и редкость золота, на чем* была оспована прежняя
система, исчезла. Золото теперь было просто продуктом* отброса при освобождены атомической
энергіи, и стало ясно, что у ж * ни одни* металл*
теперь не может* лечь в ъ основу денежной
единицы. Поэтому в с е монеты должны превратиться просто в ъ условные знаки. ІІо весь міръ
привык* к ъ металлической монете, и значительная часть существующих* человеческих* в з а имоотношение выросла па системе расплаты денежными знаками, и они сделались бы почти
немыслимыми без* этого удобиаго средства для
разечетовъ. Уетаповленіе какой-нибудь системы
денежных* знаков* казалось существенно необходимым* для жизни новой соціальиой оргаиизаціи, и копференціи предстояло найти ценность,
па которой система могла быть основана. Сперва
обращались к ъ таким* более или менее кажуОсвобожденлый

mIdi>.

16

щішся устойчивыми ценностям*, какъ земля д
рабочее время. ІІо цодъ коиецъ правительство,
в ъ раслсряжспш котораго находились запасы
в е щ е с т в * , содерясащих* атомическую эпергію,
признало определенное количество едииицъ эиергіправпымъ золотому фуігту стсрлппговъ, и объявило^, что фуптъ равенъ двадцати маркам*, двенадцати франкам*, пяти долларам*, десяти рубл я м * и т. д . , в ъ зависимости отъ общепринятых*
единиц* міровыхъ монетных* с и с т е м * ; кроме
того, правительство обязалось при известных*
условіяхъ оплачивать каждый предъявляемый
золотой фунт* определенным* количеством* энергіи. Въ общем* эта система функціонировала
довольно удовлетворительно. И этимъ былъ сна-,
с е н * фуитъ стерлингов*. Металлическая валюта
была реабилитирована, и, иослѣ періода долгих*
колебапій въ цѣнѣ, она снова пріобрѣла определенные эквиваленты ц вошла в ъ общее употреблепіе, вместе съ другими пазваніями и
обыденными ценностями, которыя были знакомы
и понятны большинству...
«•
ГШ.
По мѣрѣ того, какъ Бриссагская конференція
начала сознавать, что, вопреки первоначальным*
предположенілмъ, далее времепные лагери стали
быстро развиваться въ огромные города новаго
типа, и что она безеознательно и помимо своей
воли перестраивает* міръ,—она решила поручить это дело перераспределепія наеелепіл лучше
приспособленной комиссіи. И эта комиссія теперь

въ значительно большей мере, ч е м * сама конферепція, является настоящим* правительством*
міра. Деятельность ея, выросшая изъ едва замѣтнаго зародыша теоріи «городостроительства»,
возникшей въ последних* десятплетіяхъ XIX в е ка, не то в ъ Европе, не то в ъ Америке (об*
этом* все еще спорят*), направленная к ъ перестройке и приспособление міра какъ обиталища
человека, является теперь коллективной матеріальной деятельностью расы. Неожиданный, безпорядочный прирост* и убыль населенія, бывшіе
столь лее безцельпыми и механическими, какъ
ручейки расплескиваемой воды, вызывая то чрезмерный скопленія людей, то хроническія опустошительный войны, — теперь кончились. Теперь
люди проникают* во в с е доступные уголки и
части света. Ихъ города уже больше не прикованы къ рекам* и не зависят* отъ близости
воды, или отъ наличности удобной для культуры
земли; планы селеній. улее пе связаны стратегическими сообралеевіями или заботами об* общественной безопасности. Аэроплан* и почти
ничего не стоющій атомо-автомобиль уничтожили неудобство больших* разстояній; универсальный я з ы к * и общее законодательство уничтожили тысячи других* неудобств*, и началось
поразительное нерераспределеніе населенія. Теперь молено жить, где угодно. И благодаря этому
наши города теперь стали, действительно, общественными центрами, каждый съ собственной,
свойственной ему, характерной физіономіей и
определенными интеоесамн: большинство ихъ
16*

представляете собою собрапіе людей съ одинаков ы м « родомъ занятій. Они лежать въ бывших«
пустынях«, этихъ столь долго остававшихся безъ
примѣнеиія солнечных« ванпахъ человѣчества,
они высятся надъ вѣчпыми спѣгами, они скрыты
на далеких« островах« пли пѣжатся на берегах«
широких« лагупъ. В ъ теченіе нѣкотораго времени
человѣчество какъ будто стремилось покинуть
рѣчиыя долины, гдѣ оно покоилось 5 0 0 тысяч«
л ѣ т е , но теперь, когда война против« мухъ дала
настолько благотворные результаты, что этотъ
зловредный паразите почти окончательно исчез«
с ъ лица земли,—люди снова стали возвращаться
к ъ садамъ, орошаемым« проточной водой, к ъ пріятной жизни среди островов«, лодокъ и мостов«*
и к ъ цвѣтпымъ фонарикам«, съ ихъ отраженіемъ
в ъ темных« ночныхъ волпахъ...
Человѣкъ, понемногу перестающій быть животным«, обрабатывающим« землю, все больше и
больше становится строителем«, путешественником«, созидателем«. Отчеты Переселенческой компссіи яспо показывают«, какъ быстро человѣкъ
перестает« заниматься обработкой земли. Съ каждым« годом« дѣятельность наших« паучныхъ
лабораторій
увеличиваете
производительность
земли и упрощаете трудъ земледѣльца; съѣстные
припасы, необходимые человѣчеству, теперь в ы рабатываются меньше, чѣмъ одним« процентом«
общей массы населепія земного шара, и этотъ
процент« съ каждым« годом« уменьшается. Земля
теперь требуете гораздо меньше рабочих« рукъ,
чѣмъ предлагается ей, и, какъ слѣдствіе излишка

предложены труда приспособленных« спеціальпой
научной подготовкой земледѣльцевъ—огромных«
размѣровъ стало достигать садоводство, разведете
лѣсовъ, декоративных« растепій, значительных«
площадей, засѣянпыхъ рѣдкими цвѣтамп. Такъ
какъ по ыѣрѣ усовершенствовали пріемовъ земледѣлія, растет« производительность земли, то
фермы, пользуясь законами 1 9 7 5 года, излишек«
земли, имѣющійся въ ихъ распорлженіи, отводят« для садовъ и общественных« гуляпіи, и
такимъ образомъ растет« свободное пространство,
отводимое всецѣло ісрасотѣ. Побѣды лее химіи въ
области синтетизнрованія, благодаря которым« мы
могли бы теперь получать исключительно искусственную пищу, остаются пока въ значительной
ыѣрѣ ne использованными только потому, что
пріятнѣе и интереснѣе ѣсть естественные продукты и самим« выращивать ихъ. И съ калсдымъ
годом« увеличивается разнообразіе наших« фруктов« и красота наших« цвѣтовъ....
IX.
Первые годы возпикповстя Міровой Республики были свидѣтелямп нѣкотораго роста полит и ч е с к а я авантюризма. Между прочим«, любопытно отмѣтпть, что, послѣ того, какъ исчез«
съ лица земли царь Фердппандъ-Карлъ, ие было
повыхъ попыток« возстанія; но в ъ нѣкоторыхъ
странах«, послѣ того, какъ были удовлетворены
разнообразных« личностей, готовых« вызвать попервыя, насущныя нужды, появилось очень много

литическую смуту и съ ея помощью занять болъо
или менѣе видныя положенія. Ни разу, впрочем*,
эти авантюристы не действовали отъ имени королей или царей, изъ чего можно заключить, что
монархическая форма правлепія стала окончательно терять свою жизнеспособность еще до
начала XX века- За то опи взывали къ последним* остаткам* націопалистпчеекихъ и расовых*
тнетппктовъ, которые все еще теплились, и
справедливо утверждали, что конференція стремится къ искорененію ихъ и пренебрегает* религіозпыми обрядами. Особенно много таких*
агитаторов* появилось въ Индіи. Возрожденіе
газет* дало возможность и средства для организаціи ихъ протестов*. Сначала конференція не
обращала внимапія на эту пароставшую оппозицію, но потомъ признала ее и этим* убила
ее в ъ корпѣ.
Никогда еще въ мірѣ не было другого, столь
временнаго по своему составу и характеру правительства, какъ теперь. Оно напоминало клубъ
изъ ста приблизительно членов*. Съ самаго пачала состав* его былъ крайне разнообразен*.
Старый ипститутъ мопархіи далъ пеожидаппо
цѣлый ряд* дѣятелей новому режиму. Девять
учредителей конференціи были короновапными
особами, отказавшимися отъ своих* верховных*
иравъ, и пи разу потомъ число представителей
королевской крови пе опускались ниже піестп.
Если у этих* было еше какое-то призрачное
право на власть, то зато у других* членов*
конгресса. за исключепіемъ еше болѣе щшзрач-

ныхъ претензіи одпого-двухъ бывших* президент о в * республик*, ни у кого не могло быть
и рѣчи о какихъ-либо правах* на участіе въ
управленіи міра. Естественно, что противники
конгресса искали в ъ этой средѣ точек* соприкосновепія и возлагали болыпія надежды па возвращспіе къ учреждеиіямъ- парламентская типа.
Конгресс* рѣшилъ дать имъ все, что опи требуют*, по въ формѣ, которая плохо отвѣчала ихъ
стромленіямъ. Опъ сразу сдѣлался представительн ы м * учрежденіемъ, настолько представительным*, что всѣ политиканы прямо потонули в ъ
потокѣ голосов*, подаваемых* за правительство.
Каждому совершеннолѣтнему, безъ различія пола,
было предоставлепо право голоса; міръ былъ раздѣлепъ на десять избирательных* округов*, которые голосовали въ один* и тот* же день
благодаря усовершенствованно и упрощенію міровыхъ почтовых* сношепій. Избраніе в ъ члены
правительства признавалось пожизненным*, кромѣ исключительных* случаев*, когда представитель будет* отозван* избирателями. Выборы, происходившіе каждые пять лѣтъ, каждый разъ
должны были давать по 5 0 новых* членов*.
Была примѣнепа система пропорціопалыіаго представительства съ одним* передаваемым* голосом*, и избиратель мог* написать на своем*
бюллетепѣ, в ъ спеціальпо отведенной клѣткѣ,
имя того изъ своих* представителей, котораго
онъ желал* бы отозвать. Член* правительства
ыогъ быть отозван* только числом* голосов*,
равным* тому, каким* опъ былъ избран*, а чле-

ны-учредители—количеством* голосов* в ъ любом* отдѣльпомъ избирательном* округѣ, равным* общей суммѣ всѣхъ голосов*, полученных*
при избрапіп.
IIa этих* условіяхъ конгресс* вполпѣ отдал*
себя на суд* избирателей міра. Ни один* и з *
членов* его пе былъ отозван*, а 5 0 новыхъ
членов*, в ъ какое число вошло 2 7 им* самим*
рекомендованных* кандидатов*—слишком* раз-?
нплись друг* отъ друга, чтобы повліять на
общій курс* политики или помѣшать ему. Свобода
отъ в с я к и х * правил* и формальностей препятствовала возникновение какихъ-либо обструкцій,
и когда одипъ и з * прибывших* д в у х * представителей индусских* автономистов* стал* наводить
справки о томъ, каким* образом* вносятся на обсужденіе конференціи законопроекты, ему просто
отвѣтили, что они иикакъ и никогда не вносятся.
Опъ спросил*, гдѣ предсѣдатель, и имѣлъ удовольствіе выслушать много мудрых* сентенцій
отъ бывшаго короля Эгберта, который былъ теперь одпимъ и з * старѣйшипъ собрапія. Индус*
остался чрезвычайно смущенным*...
Къ этому времени работа конгресса уже близилась к * концу. Он* запинался пе столько продолжен іемъ своего созидательпаго труда, сколько
охраной того, чего достиг*, отъ разрушительных*
инстинктов* политиканов*.
Лиізпь человѣчества становилась все болѣе и
болѣе независимой отъ формальнаго органа правительства. Конгресс* въ своей первоначальной
фазѣ проявил* необычайный героизм* духа; елов-

по кто-то, призванный убить дракона, разом*
разрубил* огромный, запутанный узел* устарѣвшихъ принципов* и пелѣпыхъ, построенных* на
завнети, прав* на владѣніе. Благородной системой разъ навсегда установленных* мѣръ он* обезпечилъ свободу запроса, свободу критики, свободу
сообщены и сиошеній, одно общее единое основаніе пароднаго образовапія п свободу отъ экономическая гнета. И этим* копчилась его созидательная роль. Он* становился все больше и больше какой-то установившейся гараитіей и все
меньше и меньше допускал* активное вмѣшательство. В ъ наше время иѣтъ пичего, что могло
бы сравппться съ вѣчнымъ мелочным* придумывапіемъ и запутываиіемъ законов* в ъ атмосферѣ
постоянных* распрей, что являлось, пожалуй,
одной и з * самых* раздражающих* и досадных*
страниц* въ копституціоыпой исторіи девятнадцатая вѣка. Тогда какъ будто вѣчно сочиняли
законы, въ то время, к а к * мы просто пзмѣняемъ,
согласно требованіямъ мипуты, времепныя правила. Труд* введенія в ъ жизнь измѣпепій, который мы поручаем* компссіямъ, обладающим*
необходимой снеціальпой подготовкой, въ т ѣ дни
былъ исизбѣжпо и яеизвѣстно почему соединепъ
и спутан* съ законодательством*. Тогда спорили
о деталях*, что для н а с * т а к * же непонятно,
какъ если бы наши современники вздумали спорить о распредѣлсніи частей какой-либо машины.
Мы теперь знаемъ, что такого рода вещи должпы
быть заключены в * строгіе предѣлы какнхъ-лнбв
постоянных* законов*. В ъ виду этого, правя-

/

тельство в ъ наше время собирается ежегодно па
день на два подъ солнпемъ Бриссаго, в ъ пору
цвѣтенія лилій св. Бруиа, и ограничивается почти
лишь тѣмъ, что какъ бы благословляете работу
своихъ Ісомиссій. И даже эти комиссіп теперь
представляются не столько источиикамп собственной иниціатпвы, сколько выразительницами
общественная мпѣпія. Стаповится трудио выдѣлить' отдѣльныя руководящія личности міра. Съ
каждымъ дпемъ мы дѣлаемся все мепѣе и мепѣе
индивидуальными. Теперь каждая полезпая мысль,
каждый пригодный умъ идете па пополнеціе
того, лишенная оффиціальпости и распредѣлепнаго между различными лицами, оргапа управленія міромъ, который собираете для одной общей
цѣли всю энергію человѣчества...
X.

Весьма сомпптельпо, увидимъ ли мы когдалибо опять фазу человѣческаго существовапія,
в ъ которой «политика», т.-е. партійиое вмѣшательство въ дѣла управлепія міромъ, будете преобладающим« интересом« и жизненной цѣлыо
серьезпыхъ людей. Мы какъ будто вступили в ъ
новую фазу исторіп, когда лпчныя распри и мелочпое соревнованіе. сразу перестали быть обычным« занятіемъ людей и сдѣлались недостатками,
которые надо скрывать. Профессіи, сущность которыхъ сводилась къ распрямъ и спорам«, перестали быть достойным« занятіемъ человѣка.
Миръ, установившіися между народами, сталъ

также и миромъ между отдѣльными личностями.
Мы живемъ в ъ мірѣ, уже достигающем« зрѣлости. Человѣкъ-воинъ, человѣкъ-адвокатъ и всякіе
виды жизни, имѣющіе цѣлыо распри, понемногу
. отходят« во тьму предапія; сосредоточенные мечтатели, человѣкъ—любозиателыіый-учеиый, человѣкъ—художникъ-творецъ приходят« на смѣну
прежним« варварам«.
У человѣка нѣтъ естественной природной жизни. ОІІЪ есть И всегда былъ сочегаиіемъ разнообразных« и даже песовмѣстимыхъ возможностей,
палимпсестом« унаслѣдоваішыхъ наклонностей. У
многих« писателей начала двадцатаго вѣка установилась привычка говорить о соревнованіи, о
близорукой, узкой торгашеской жизни, о жизни
сбереженія грошей и подозрительнаго одиночества,
какъ о чемъ-то, неизвѣстно почему, свойственным« человѣчеекому организму, какъ будто прямолинейность, откровенность и предпочтете, оказываемое личному усовершенствованно надъ матеріальнымъ богатством«, были ненормальными
и несущественными для человѣка качествами.
Насколько этотъ взгляд« былъ неправіілеііъ, доказывает« псторія первыхъ десятилѣтій со дня
учреждепія Міровой Республики. Какъ только
міръ освободился отъ озлобляющей нужды безцѣльной борьбы за существоваціе, которая всецѣло поглощала индивидуальность,—стало ясным«,
что в ъ массѣ человѣчества таится придавленное
стремленіе к ъ творческой дѣятельпости. И міръ
сразу проявил« себя творчеством«, в ъ началѣ,
главным« образомъ, творчеством« эстетическим«.

Эта фаза исторіи, довольно удачпо кѣмъ-то прозванная «Цвѣтеніемъ», до сихъ поръ не отжила.
Подавляющее большинство нашего паселенія составляют* художники il главная масса созидательной дѣятелыюстп міра направлена пе на предметы насущной потребности, а па ихъ развитіе,
упрощеыіе и усовершеиствованіе. Въ теченіе
последних* л е т * наблюдается заметное измѣненіе
въ качестве этой созидательной деятельности.
Она становится какъ бы более целесообразной,
теряя какъ будто часть своей первоначальной
красоты и изящества, но за то выигрывая въ содержаніи и пптепсивпостн. Но это скорѣе
пзмѣпспіе оттепковъ, а не сущности. Объясняется
это т е м * , что наша философія становится более
глубокой и образованіе более широким*. Т у т *
сказывается естественное теченіе вещей: искусство всегда предшествует* паукѣ, какъ удовлствореніе насущных* нужд* в ъ свое время предшествовало искусству п какъ пгры и паслажденія
входят* в ъ человеческую жизнь прежде стремлепія к ъ развитію заранее поставленной цели.» ,
, Въ теченіе тысячелѣтій этотъ пакоплявшійся
І импульс* къ творческой работе боролся въ челоІ в ѣ к ѣ съ ограппченіями, которыя ему ставила его
1 общественная неприспособленность.
Признаки
j страстнаго, вечно натыкавшагося на препятствія
: стремленія что-нибудь создать—одна изъ с а м ы х *
^трогательных* подробностей, которыя мы наблюд а л и в ъ дошедших* до насъ релпквіяхъ и лѣто'писяхъ наших* ближайших* предков*. В ъ Лондоне после атомических* бомб* до сихъ пор*

сохранилось нѣсколысо кварталов* покинутых*
домиков*, которые какъ нельзя наглядпее иллюстрируют* положеніе вещей в ъ то время. Эти
домики до нельзя однообразны, квадратпы, придавлены къ земле, отвратительно распределены,
неудобны, мрачны и въ некотором* отношения
невыразимо грязны и негигіенпчпы. Только, пожалуй, отчаявшись пайти что нибудь лучшее,
могли люди жить в ъ нихъ, но къ каждому
из* н и х * примыкает* крошечный прямоугольн и к * земли, торжественно пазывавшійся «садом*»; обычно въ пихъ можно найти протянутую
веревку для сушки белья и отвратительный сорный ящик*, наполненный яичной скорлупой, золой и другими отбросами. Теперь, когда по этим*
кварталам* можно бродить съ сравнительной безопасностью (лондонская радіація уменьшилась до
малозначительных* размеров*), легко найти в *
каждом* изъ этих* садиков* какую-нибудь попытку что-нибудь создать. Вотъ здесь низкая:
досчатая бесѣдка, вон* т а м * — « ф о н т а н * » изъ
кирпичей и раковин* устрпцъ, дальше «гротъ» г
пли «мастерская», пли «оранжерея». И во в с ѣ х ъ
этихъ домиках* можно встретить жалкія украшенія, неуклюжія модели, плохіе рпсуночки и
репродукціи. В с е эти попытки до невероятности
неудачны, слабы, какъ рисунки человека, которому завязали глаза. Но они передъ вами и
свидетельствуют* о бедных* погребенпыхъ инстинктах*, стремившихся къ свету- Того бога,
котораго слѣпо искали наши отцы, открыла намъ
наша свобода...

В ъ старппу общее стреыленіе всѣхъ простых*
д у ш * сводилось к ъ тому, чтобы владѣть какимълибо крошечным* имуществом*, маленьким* к у сочком* земли, «своим* домом*», быть «независимым*», какъ выражались тогда апгличаие.
Собственность, имущество были простым* средством* для достшкепія какой-иибудь цѣли. Скупость была всегда извращеиіемъ, болѣзныо. Человѣкъ владѣлъ ради того, чтобы чувствовать
себя независимым*, быть въ состояпіи свободпо
что-либо сдѣлать, творить. Теперь, когда каждому
обезпечено жилище и самостоятельность, эта
склонность ко владѣнію, къ собственности нашла
ссиѣ выход* в ъ другом* направлепіи. Люди учатся, накопляют* богатства и трудятся, чтобы
оставить послѣ себя- серію фресок* въ какомъшібудь публичном* зданіи, ряд* изваянных* фи-.
гуръ на террасѣ, в ъ паркѣ, въ бесѣдкѣ. Или sue
они посвящают* себя нрошікиовенію в ъ еще
неясную загадку міровыхъ явленій, какъ когда-то
люди посвящали себя накоплеііііо богатств*. Работа, трудъ, раньше составлявшіе основу человѣчсскаго существованія,—такъ какъ большинство
людей проводило свою жизнь въ зарабатываніи
средств* для пропитанія,—теперь такая лее архаическая пелѣпость, к а к * поша на спипѣ^старыхъ
альпинистов*, которые брали съ собой ранцы
с ъ провизіей, чтобы быть въ состояпіи добраться
до горной вершины. Щедрая благотворительность
нашего времеии мало обращает* вниманія на то,
что большинство людей, внесших* в ъ свое время
«вою долю труда в ъ жизнь, не создают* ни новой

краісюты, ни новюй мудрости, но просто занимаются
ігріятпыми запятіямй и пасдаяеденіяміі для годдержапія жизненной бодрости. Они, быть может*,
даже помогают* общему дѣду своими воонріятіягми міра, и во всяком* случаѣ никому и ничему
но м'Ьшают*..«
XI.
Вся эта фаза исполинскаго измѣпенія контуров* и физіономіи человѣческон лензни, это нзмѣненіе, столь же быстрое п поразительное, к а к ъ
поразительно созрѣваиіе юпостн и переход* в ъ
мулеество послѣ варварскихъ лѣтъ дѣтства, тѣс.іш
связано съ такими лее пепредвидѣштыми и новыми
измѣпепіямп моральных* и умственных* сторонъ
человѣка- Это отнюдь пе появленіе новой н уход 7
старой жизни; нѣтъ, это—нзмѣпившілся впѣіппія условія лсизпи человѣка, которыя взываютъ
къ элементам* его природы, до сихъ пор* едеряеивавшимся, и къ обуздапію наклонностей, которыя до сего ,былп слишком* развиты и слишком* выдавались. Человѣкъ ne столько вырос* и
измѣнилъ свою сущпость, сколько раскрыл* свѣту новыя стороны своего я. Такія преобразовать
міра и раньше наблюдались, по в ъ меиѣе широких* размѣрахъ. Напримѣръ, шотлапдцы семнадцатаго вѣка были жестокими и кровожадными
разбойниками, в ъ девятнадцатом* лее в ѣ к ѣ и х ъ
потомки были порядочными и благородными людьми. Въ началѣ двадцатаго вѣка не было народа
въ Западной Европѣ, который, казалось, былъ
бы способен* на чудовищныя массовыя избіенія,

Я не было нп одного, который не былъ повиненъ
в ъ этомъ в ъ предыдущія два столѣтія... Свободная, открытая, безпечная жизпь состоятельных*
классов* любой страны Европы в ъ годы послѣдиііхъ войн* совершенно отличалась отъ мрачпаго,
ѵбогаго, подозрительная, озлобленнаго существов а л и бѣдиоты, гдѣ царили вѣчныя драки, кошмарныя ссоры и низмеииыя страсти подонков*
общества. Между тѣмъ, собственно, ne было с у щественная различія в ъ прирожденных* склонностях* и крови этих* разных* міровъ. Разница
«сводилась исключительно к ъ различію условш,
привычек* и настроены. И, обращаясь к ъ болѣе
индивидуальным* примѣрамъ, мы увидим*,, что
•наблюдаемая разница между одной стороной данной жизни и другой, являющаяся слѣдствіемъ
какого-либо религіознаго, внутренняя переворота,
всегда была ярким*, показателем* гибкости и
нзмѣияемости человѣческоіі натуры.
Катастрофа, вызванная атомическими бомбами
и вытряхнувшая людей и з * городов*, дѣловыхъ
я экономических* сношены, вытряхнула ихъ также и з * старых*, укоренившихся привычек*
мысли и и з * легко воспринятых* вѣрованы и
предразсудковъ прошлая. Заимствуя слово у
старомодных* химиков*, можно сказать, что люди
едѣлались «возникающими»; они освободились
о т * старых* узъ; ради добра или зла они были
готовы к ъ новым* взаимоотношеиіямъ. Конгресс*
повел* ихъ вперед*., в ъ общем* им* на пользу;
вели бы, с ъ другой стороны, бомбы царя Фершінанда-Карла достигли своего назначены, то

может* быть, царь повел* бы чсловѣчество н а зад* к ъ безкопечцой цѣпи зол*. Но задача, представшая перед* пимъ, была бы сложиѣе, чѣмъ
задача копгресса. Моральный ударъ, нанесенный
атомическими бомбами, былъ очень глубок*, и
на нѣкоторое время темная сторона натуры человѣка-жнвотнаго была персвѣшена его искренним* сознаніемъ насущной потребности перестроить свою жизнь. Д у х * торгашества п дѵхъ
сутяжничества какъ-то притаились, испугавшись
своих* собственных* послѣдствіи. Люди начали
призадумываться, прежде чѣмъ преслѣдовать свои
мелкія выгоды перед* лицом* всеобщей жадности
къ осуществлеиію новыхъ стремлены; п когда,
наконец*, снова пошла сорная трава п снова
показались «требованія», то они попали па к а менистую почву преобразованных* судебных*
установлены н законов*, которые указывали па
будущее, а пе па прошлое, под* сіяющимъ солнцем* новаго преображающаяся міра. Зарождалась новая литература,, повое толкованіе псторін;
въ школах* шло прсподаваніе на новыхъ начал а х * ; в ъ сердцах* юношества загоралась новая
вѣра. Тот* достопочтенный человѣкъ, который,
словно предвидя возможность постройки англійскаго города для паучныхъ изысканы па равпппахъ Суссекса, скупил* ряд* имѣиій, лишился
ихъ и, сопровождаемый всеобщим* смѣхомъ, в ы летѣлъ щъ зала суда, когда потребовал* какое?о неимовѣрное возиаграждепіо- Владѣлецъ дискредитированных* Дассовскнхъ патентов* появляется
послѣдпій разъ в ъ лѣтоішсяхъ исторіп, в ъ к а ОсіюбождснныЛ яітѵь.

17

<естг,ѣ обанкротившаяся издателя газеты: «F,r
справедливость?», в ъ которой ОІІЪ иазонлн- : д а і е , а какъ безспорный фактъ, что спасепіе
требовалъ отъ человѣчества сто мплліоповъ фул ііра отъ гибели и распрей есть первый долгъ
товъ. В ъ таком« впдѣ представлялась справедли- ( обязанность всѣхъ ыужчпнъ и жеыщииъ. Эти
вость ловкому Дассу, и опъ требовалъ уплать іысли, которыя теперь кажутся элементарными
ему ежегодно около пяти мплліоповъ фуптовз .бщйми мѣстами, в ъ ыачалѣ, когда впервые
за то, что опъ присвоил« себѣ какую-то частиц? ісмѣлились ихъ произнести, казались членам«
изъ пзобрѣтепій Холстепа. Подъ конецъ Дасст ювѣщанія в ъ Бриссаго пеобычайпыми открытіянастолько крѣпко увѣровалъ в ъ правоту своихъ ш, страшно революціонными, возбуждавшими
требоваиій, что умеръ жертвой мапіи преслѣ- іумяиецъ па щекахъ и огонь в ъ глазах«...
доватіія в ъ частной пспхіатрической лѣчебпицѣ Конгресс« поручил« все дѣло педагогическая
т ь Ниццѣ. Оба эти типа, жнг.п они в ъ Апгліи іерсустройства міра комиссіи изъ мужчииъ и
"Зъ пачалѣ XX вѣка, песомиѣішо, кончили бы кешщшъ, которая выполнила свою задачу въ:воп дпп в ъ пепмовѣриомъ богатствѣ, титуло- ] с рвы я же десятилѣтія съ поразительной полваппымп магпатамп; новизна ихъ судьбы и х а - утон и усиѣшпостыо. Эта комиссія ио народрактеризует« отличительную особенность повагс юн у образованно находилась и находится въ
гуЬка
іенооредствешіомъ соприкосііовеніи с ъ Псреселеніеской
Компссіей. Во главѣ ея выдѣлялся и одно
Новое правительство очень скоро убѣдилось
^ъ необходимости всеобщая образовапія, которор ремя всецѣло руководил« ею русскій, по фаг
приспособляло бы людей к ъ попиманііо в с л и к п т -іилііі Каренинъ, отличавшійся, между прочим«,
задач« всеобщая управлепія міромъ. Оно rife* мгь, что родился физическим« уродомъ. Его тѣло
стѣспяло мѣстпыхъ, расовых« и сектантских« )ЬІЛО такъ согнуто, что оиъ ходил« съ трудом«, онъ
релпгіозпыхъ вѣроучснін, который въ то время еще існытывалъ силыіыя боли и страданія по мѣрѣ
порождали в ъ мірѣ ненависть п взаимпое недо^ -юго, какъ шли годы, и, подъ конецъ, должен«
вѣріе... Опо предоставило эти оргаипзаціи сампмъ Зылъ подвергпуться двумъ онераиіямъ. Вторая
себѣ, но оно заявило, словно это было простой мі- убила его. Уже в ъ то время физическое уродровой пстипой, что опо отъ всѣхъ ожпдаетъ жерт- тгво, наблюдавшееся во всякой толпѣ в ъ Средиіе
вы, что ко всѣмъ п всему должно быть проявлспс Вѣка, когда нищій уродъ былъ иепзбѣжыымъ
уважепіс. Опо открыло школы во всѣхъ уголкахъ участником« всякаго зрѣлпща, становилось искripa, и повсюду в ъ школах« преподавалась исто- лючительным« явлеиіемъ. Уродство Карешша
М я войны, а также послѣдствія и мораль Послѣд- производило страипое впечатлѣніе иа его товайзіі Войны. Повсюду внушалось, не какъ право. рищей. Ихъ отпошсніе к ъ иему было смѣсыи
г/вства жалости и неловкости, преодолѣть ко'77.

1

— 260 —
,
( /рое должна Ш л а скорѣс привычка, чѣмъ раI ум*. У него было смѣлое, властное лицо сг
: аленькими блестящими, карими глазками, глубоко посажеппыми, п большим* рѣшительнымъ
іртомъ с ъ топкими губами. Цвѣтъ лица его былъ
желтпзпой кожа морщиниста, волосы желто(аѣраго цвѣта. Оиъ всегда проявлял* нетерпѣлнівость, а временами был* вспыльчив* и раздражителей*; по это ему прощалось, в * виду тѣхъ
физических* страдаиій, которыя опъ. пссомпѣппо,
испытывал*. Къ концу его жпзнп его личный
престиж*, был* громаден*. Ему, больше чѣмъ
кому-либо пзъ его современников*, мы обязаны
тѣмъ духом* самоотречепія, т ѣ м * сліяиісмъ себя
ci, міровой душой, которыя были положены в ъ
оспову вссобщаго' пародпаго образовапія. «Обращение к ъ учителям*»', которое является какъ бы
осиовпой руководящей нптыо современной педагогической системы, по всей вѣроятности, было
цѣлнкомъ сочинено и м * .
«Кто захочет* спасти свою душу—погубит*
е е » , — т а к ъ писал* о н * . — « В о т ъ девпзъ под*
которым* появляется это сочппепіс, п исходная точка всего, что нам* предстоит* сдѣлать.
II ошибочно будет* рассматривать ее ппаче, чѣмъ
какъ простое утвсрждспіс даппаго факта. Вотъ
что должно быть основой вашей работы. В ы должны учить самозабвенно; все другое, чему в ы
будете учить, должпо содѣйсгвовать и подчинять
этой цѣлп. Образовапіе—освобождспіе человѣка
отъ самого себя. В ы должны расширять умственный кругозор* ваших* дѣтей, поощрять п углу-

1

261

блять ІІХЪ любознательность, творчески импульсы, развивать и ободрять ихъ природныя склонности. Вот* к ъ чему в ы призываетесь. Под*
вашим* руководством* п под* вашим* вліяніемъ
опи должны будут* сбросить с ъ себя иго НІІСТІІПКгивпыхъ подозрѣиііі, ненависти и страстен и слова
очутиться в ъ великом* « Я » вселенной. Крошечные круги пхъ личных* « Я » должны быть раскрыты и вытянуты, пока не станут* дугами
общаго взмаха стремленін человѣческой расы. В
то, чему в ы будете учить других*, прежде всего
вы саып должны основательно усвоить. Философія, научпыя открытія, искусства, всякаго рода
творческая дѣятельпость и труд*, любовь—вотъ
средства для спасенія. отъ того узкаго мелочного
поглощепія самим* собою п эгоистичными ц ѣ лямп, которыя являются адом* для личности»
пзмѣпон расѣ п удалепіемъ от* Бога»...
XII,
По мѣрѣ того, к а к * явлснія начинают* выливаться в ъ свою окончательную форму п совершенствоваться, впервые только начинаешь
впдѣть и х ъ яспо. Съ точки зрѣпія идей поваго
вѣка легко окішуть взором* вслпкій, все
расширяющійся поток* литературы и возможно
полпѣе охватить его. Явлепія, которыя впачалѣ казались пе имѣющнмн ппчего общаго между собой, начинают* связываться, п мысли,
которыя когда-то осуждались, какъ жсстокія и
безсмысленпыя, вдруг* оказываются видными

факторами* В7> развнтін исполинской проблемы.
Огромная масса наиболѣе искренних* пнсаній
XVIII, XIX н XX вѣісовъ только теперь сливается въ прямо нспредвидѣнпое согласіе;
только теперь ясно видишь, что это была огромная канва варіацій на одну н ту лее т е м у —
борьбы узко-чсловѣческаго «я», личпыхъ страстей и убожества вообралеснія протіівъ все растущаго еозианія болѣе обширных*, значительн ы х * пуледъ и возможности болѣе широкой
ясизпн.
Эта борьба, этотъ конфликт* уже намѣчается
въ столь раннемъ, иапримѣръ, нроизведепіи
литературы, какъ «Капдидъ» Вольтера, гдѣ жажда
справедливости и счастья борется съ человѣческимп преградами и, -наконец*, шцстъ сеоѣ убѣжища въ пспослѣдовательномъ примирепіи съ
малыми вещами. «Каидидъ» былъ лишь одиимъ
изъ провозвѣстииковъ литературы жалобы и непокорности, которая вскорѣ породила безчислениое мпожество киигъ. Въ особенности свпдѣтельітвуютъ. об* этомъ неувѣренпомъ еще сознапіп
ііеобходимости и пеизбѣжыости грядущаго порядка
вещей романы XIX вѣка. Съ тысячею различных*
оттѣпковъ, то трагически, то. комически, то со
смѣшпой аффектаціеіі безкорыстной преданности
несчастная толиа свидѣтелей разсказываетъ исторію своей жизни, проведенной въ вѣчпомъ метаніи
между грезами сновъ и ограниченностью дѣйствигельностн. И читатель то смѣется, то рыдаетъ,
•о читает* съ чувством* полнѣйшаго ледоумѣ11 ія эти описанія того, какъ медленно человѣче-

era* духъ то устало, то жадпо, то озлоблеппо,
по всегда—такъ нам* калсется—безуспѣшио
пытался приспособить себя къ старой одеждѣ в ъ
заплатахъ, которая ему всегда была не по плечу.
И всегда в ъ этих* пропзведеніяхъ по мѣрѣ того,
какъ подходишь ближе къ ихъ сущности, замѣчаешь какое-то досадное умалчивапіе. Дѣло
въ томъ, что почему-то въ то время крѣпко
держался нелѣпый предразсудокъ, что автор*
по должен* касаться религіи. Если бы опъ
осмѣлплся это сдѣлать, то вызвал* бы завистливый гпѣвъ множества профессіональпыхъ релнгіозныхъ учителей. Позволялось только отмѣчать самый факт* существованія релпгіозной
вражды и распрей, по запрещено было искать и
предлагать какія-лнОо средства для возможнаго
прішпрепія. Релпгія была исключительной прпвплсгіей церковнаго амвопа...
И пе только пзъ беллетристики была изгнала
рслпгія, ее пгпорпровалп газеты; опа упорно
не прпппмаласт» въ .разсчетъ прп обсуждеиіп
различных* дѣловыхъ вопросов*; она играла
третьестепенную н робкую роль въ общественн ы х * дѣлахъ. И это было пе слѣдствіемъ препебреженія религісй, презрѣиія къ ней, a уважепія.
Власть старых* религіозпыхъ оргапнзацій была
еще такъ огромна, что казалось непрплпчпымъ
примѣнять релпгію къ цѣли развптія и усовершепствованія пасущпыхъ потребностей дпя. Это
страппое отношеиіе къ рслнгіи сохранилось до
начала новаго вѣка. II только ясный умъ Марка
Канепина, скорѣе чѣмъ какое-либо другое совре-

мойное вліяпіе, верпулъ релпгію въ общую ткань
человѣческой жпзни. Маркъ Карешшъ видѣлъ
рслигію ясными глазами, безъ галлюцннацій,
без* суевѣрпаго увалгепія, какъ нѣчто простое
и обычное, столь же необходимое въ жизни человѣка и пужпое для благосостоянія Міровой
Республики, какъ пища н воздухъ, земля и
эпергія. Онъ видѣлъ, что религія понемногу просачивается сквозь толщу храмовъ, іерархій и
символов*, куда люди пытались заключить ее, и
что она уже начала анонимно и незамѣтно участвовать во всеобщей работѣ прннятія нового
великая строя. Карсшінъ одарил* религію новой
ясностью и выразительностью, перестроил* ее
примѣнптельио къ свѣту и перспективам* повой зари...
,
Но если мы вернемся к * романам*, чтобы
почерпнуть и з * пихъ показаиія настроены времени, то становится ясным*, но мѣрѣ того, какъ
читаешь ихъ въ хронологическом* порядкѣ,—
что, приближаясь к ъ концу XIX или началу XX
вѣковъ, писатели гораздо яспѣе, чѣмъ и х * предшественники, созпавали происходившую въ мірѣ
нсремѣпу. Болѣе рапніе романисты пытались
показать «жизнь, какой опа есть», болѣе поздніе изображали жизнь в * ея измѣнспіи. Все
большее и большее число выводимых* ими типов* заняты всецѣло приспособлешемъ къ этому
измѣпенію, или же страдают* отъ послѣдствій
этих* повыхъ условій жизни. И, но мѣрѣ того,
к а к * мы приближаемся къ эпохѣ Послѣдпей
Войны, ЭТА новая юпдцеішія повседневной жизни

становится все замѣтнѣе. Книга Барнста, которая
нам* сослужила такую службу, является въ сущности картиной грядущая и приближающаяся
міра. Иашп болѣе поздпіс романисты дают* обширную галлерею индивидуальных* конфликтов*, въ которых* старые привычки и обычаи,
ограниченным идеи, неблагородные темпераменты
и врожденные недостатки борются против* этого
широкая раскрытія жизни, которое происходило
перед* нами. Опи говорят* памъ о псреживапіяхъ и чувствах* прежппхъ людей, внезапно оторванных* от* знакомых* условіи и родпоіі
обстановки, о томъ, какъ им* приходилось привыкать к ъ удобствам* и комфорту, все еще им* чуждым*. Опп дают* иамъ так лее картипу разлада
между расцвѣтаіоіцимъ «я» юности и плохо определившимися границами мѣпяющеися соціальпой
жизни. Они разсказываютъ, какъ повсюду зависть
стремилась захватить и изуродовать иашп души:
о романических* пеудачахъ и трагическом* нспоппмапіп общаго настроеиія и паправлепія міра,
о духѣ жалсды прпключепій и настойчивости
любопытства, п о томъ, какъ все это пошло па
службу всеобщему течспію. И всѣ эти разскаяы
кончаются пли потеряппымъ счаетіемъ, # или
найденным* счастісмъ, гибелью или спасенісмъ.
Чѣмъ яснѣе умственное зрѣніе и х * авторов*,
тѣмъ еовершспнѣе говорят* эти романы о возможности спасенія для всего міра. Ибо всякая
дорога в ъ жизни ведет* къ рслигіи тѣхъ, кто
вступил* па нее и прошел* по ней достаточно
далеко...

Людям« прошлаго времепи показалось оы весьма странным«, что вопросъ остается открытым«,
какъ оказывается сейчас«: является ли міръ в ъ
ввоемъ цѣломъ христіанскимъ или вовсе не
христіанскпмъ. Но безусловно у насъ сохранился
духъ хрнстіанства, и такъ же бсзспорно, что мпогія временныя формы мы оставили позади себя.
Христіапство было первым« проявлепіемъ ыіровой религіи, первым« полным« отрпцапіемъ и
порнцапісмъ расовых« подраздѣленій, войны и
распрей. То, что христіаиство потомъ очепь быстро
впало в ъ рутину болѣе древних« религіозпыхъ
ритуалов«, этого пе мѣпяетъ. Здравый смысл«
человѣчества, вотъ уже двѣ тысячи лѣтъ, пробивался сквозь гущу очпщающаго опыта, чтобы,
наконец«, убѣдпться. в ъ томъ, какое глубокое
зпачеиіе и смысл« пмѣютъ иабпвшія оскомину
фразы хрнстіанскаго вѣроучеиія. Ученый мыслитель, по мѣрѣ того, какъ онъ захватываете
моральный проблемы коллективной жизпн,—приходите пспзбѣжно к ъ словам« Христа, какъ неминуемо, но мѣрѣ того, какъ его мысли становятся яснѣе, должен« придти к ъ Міровой Республнкѣ христіаишіъ. Что же касается требовапій
и иритязапій различных« секте иа право употребленія того или другого имени, или іерархичоскаго наслѣдія, то мы живсмъ в ъ эпоху,
которая совершенно освободилась отъ таких«
врптязапій и требивапій.

ГЛАВА ПЯТАЯ.
Послѣдніе дни Марка Каренина.
I.

Вторая операція, которой подвергся Маркъ
Каренипъ, была произведена в ъ повой хирургической болыіпцѣ, в ъ Параиѣ, высоко среди Гималайских« горъ, иадъ Сутлейскпмъ ущельем«,
гамъ, гдѣ опо спускается съ Тибета.
По красотѣ п дикости пнкакое другое мѣсто
не можете сравниться с ъ ппмъ. Граиитпыя террасы, который окружают« пизкое здапіе лаборатории выходят« с ъ четырех« сторопъ па горы.
Далеко, г>ъ скрытых« глубинах« тѣннстаго, голубого ущелья съ шумомъ пробивает« себѣ гутт,
рѣка к ъ широким«. г у - ; о заселенным« равнинам« Пндіи. Но сюда наверх« не доносится шум«
ея быстраго бѣга. А за голубой пучиной, і д ѣ
цѣлые лѣса нсполипскихъ ю.одаровъ кажутся
не болѣе пятспъ мха,—поднимаются огромные
отвѣспые склоны миогоцвѣтныхъ скал« с ъ зубчатыми вершинами, окаймленными спѣжиыми
полями. Это—сѣверпая стѣна огромной пустыни
изо льда и снѣга, которая поднимается все выше
и выше к ъ югу и вѣнчаетъ собою высочайшія

вершины нашего земного шара—Даулагири п
Эверест*. Здѣсь пмѣются скалы п горы, равных*
которым* пнгдѣ нельзя паіітп, пропасти и расщелины, куда можно погрузить и спрятать весь
Мопблапъ. Здѣсь разстнлаіотся ледяпыя равнины, по величин® пе уступающія любому морю,
и огромные валуны лежать па н и х * такъ густо,
что среди ' н и х * могут* цвѣсти подъ палящим*
солпцемъ рѣдкіе цвѣты. А къ сѣверу, закрывая
собою высоты Тибета, поднимается фарфоровая
цитадель, готическая громада—Ліо-Поргупль. Опа
вся словпо изъ стѣиъ, башснъ и шпилей, цѣлыя
двѣпадцать тысячъ футовъ падъ рѣкой. А за
пей, къ востоку н к ъ западу, поднимаются вершины за вершинами па темной снпевѣ Гнмалайскаго неба; далеко внизу, къ югу, вдругъ нагромождаются тучіі пндінскпхъ дождей и задерживаются чьей-то певиднмой рукой. Вотъ сюда,
съ прямо сказочной быстротой пролетѣвъ падъ
капаламн Раджспутапа, башнями и куполами
Дели,—прибыль на своем* аэроплапѣ Марк*
Карешгаъ. II маленькая группа здапій,—хотя
южная стѣна u была почти в ъ пятьдесят* футовъ вышиной,—показалась ему, когда опъ спускался, крошечной пгрушкой, затерявшейся среди горных* пустынь. Къ этому мѣсту ne было
никакой дороги, до пего можно было добраться
только па аэроплапѣ.
Каренппъ
двора; съ
съ аппарата
вышедших*

опустился среди главпаго, большого
помощью своего секретаря, слѣзъ
и паправился к ъ групп® служащих*,
к * нему павстрѣчу.

Здѣсь, на этих* высотах*, куда ПЕ моглп ДОЙТИ
никакія бактеріи, ни шумъ, илп другія вредпыя
вліяпія, хирургія построила для себя огромпую
опытную стапцію-крѣпость. Самое главное зданіе
показалось бы поразительным* глазу, привыкшему къ легкой архитектур® вѣка, когда эпергія
была крайне цѣпна. Опо было построепо из*
гранита, уже немного съѣденпаго морозом* снаружи, по отполироваішаго съ внутренней стороны, и псішов®рпой солидности. В * безкопечпой
сѣткѣ ярко u щедро освѣщеішых* комнат* н
зал* находились поразительной чпстоты скамьи
для опытов*, опсраціонныс столы, инструменты
из* мѣди, тонкаго стекла, платипы и золота.
Сюда слетались со вс®хъ концов* міра мужчины
и женщины для занятія медициной н производства опытов*. Вс® онп были од®ты въ одинаковую
форменную бѣлую одежду н обѣдалп вмѣстѣ "за
длинным* столом*. ІІаціенты же находились в * верхней части здапій, под* паблюденіемъ опытн ы х * спд®локъ п другого персопала...
Первым* прпвѣтствовал* Еарсшша Ціапа, учеш»! й директор* института. Рядомъ съ ним* была
Рахиль Боркепъ, главная завѣдующая.
г— Вы усталп?—спросила она. Старик* Карспннъ покачал* головой—
Нѣтъ, только цемного поги отекли отъ
снд®ііья, — сказалъ онъ. — Я давно собирался
нос®тпть ,и осмотрѣть ваше учрежденіс.
Онъ говорил* такъ, к а к * будто только за
этим* и пріѣхал*.
Наступила пауза.

— Сколько у васъ теперь здѣсь занимается,
у ч е н ы х * ? — с и р о сп лъ онъ.
— Ровно триста девяпосто два, — отвѣтпла
Рахиль Боркенъ.
— À паціептовъ, служащих* и прочих*?
— Двѣ тысячи тридцать.
— Я буду паціептомъ,—сказал* Карелии*,—
мпѣ придется быть паціептом*. Но я сперва хотѣлъ бы все осмотрѣть, к а к * слѣдуетъ, а потом*
записаться к * вам* в * паціенты.
— Может* быть, вы пройдете ко мпѣ?—предложил* Ціапа.
— Прекрасно. Мпѣ падо поговорить с * вашим* доктором*,—сказал* Карсішнъ.—Но, прежде всего, я хотѣлъ бы кое-что посмотрѣть и
поговорить с * работающими здѣсь.
Лицо его чуть-чуть передернулось отъ боли, и
онъ двипулся за директором*.
— Я оставил* почти всю свою работу въ
порядкѣ,—сказал* оиъ.
— Б ы много работали за послѣднее время?—
спросила Рахиль Боркенъ.
— Да, а теперь нечего дѣлать... и мнѣ это
кажется странным*... А т у т * еще эта болѣзпь...
такая скука... необходимо спуститься до самого
себя... Мпѣ очень правится эта дверь и этотъ
ряд* окоп*. Очепь хорошо сочетаніс: сѣрыіі
грапитъ, топкая липія золота, a затѣмъ горы,
что виднѣются сквозь арку. Очень хорошо...

II.

Карепппъ лежал* въ постели, окутанпый мягким* бѣлымъ одѣяломъ- На краю его кровати
эдѣлъ Фаулсръ, прикомандированный к * нему
хирург*, и бесѣдовалъ с * пимъ. В * тѣни, позади
постели, находился прислужник*. Каренина только что осмотрѣлп, п он* знал*, что ожидает* его.
Онъ устал*, но созпапіс его было ясно.
— Итак*, я умру,—сказалъ онъ,—если не
подвергнусь операціп?
Фаулсръ подтвердил*.
— ІІо н въ таком* случа*—прибавил* Качении*, улыбаясь,—я тоже, по всей вѣроятностіі,
умру?
— Это не обязательно.
— Но, если я не умру, то буду лн въ состояніи работать?
— Надо надѣяться...
— Бѣрнѣе, значит*, я умру, а если п останусь
Ідлггь, то буду никому не нужным* инвалидом?-,
ІТакъ?
!
- Миѣ кажется, если вы останетесь жить,
Я то будете в * состояпіп работать... какъ вы и
теперь работаете...
— Въ таком* случаѣ, падо рискнуть. Но скажите, Фаулеръ, пе могли ли бы вы миѣ вспрыснуть какое-нибудь возбуждающее средство, пли
дать какой-нибудь наркотик*, и чуть-чуть починить мепя... вмѣсто-.. вмѣсто всей этой вншісскпіп. Нѣсколько дней дѣятельпой ж и д а
, . аркозпмъ... п потом* тгопе.уь.

Фаулеръ подумал*.
— Мы еще не достаточно увѣрены в ъ себе,
чтобы дѣлать такого рода опыты,—сказал* с и * .
— Но придет* день, когда в ы будете у в е рены?
Фаулеръ кивнул* головой.
— В ы заставляете меня думать, что я пос л е д и т пзъ калѣкъ. Физпческоо уродство—неуверенность, неточность. Мое тѣло работает*
пеувѣренно; оно даже не знаетъ, умрет* оно или
останется жить. Очевидно, теперь уже не далеко
то время, когда такія тѣла, какъ мое, не будуть рождаться па свѣтъ.
• — Видите ли,—сказал* Фаулеръ, послѣ н е которой паузы,—для міра необходимо, чтобы рождались такіе умы, какъ в а ш *
— Да, может* быть,—ответил* Е а р с ш ш ъ , —
по, очевидно, мой у м * уже совершил* свое назначена и пашелъ себе примепеніе. Впрочем*,
если в ы думаете, что своим* умом* я всецело
обязан* своему телу, в ы ошибаетесь. В ъ физическом* уродстве п е т * добродетели. Если бы я
могъ двигаться свободнее и жить более широкой,
здоровой жизныо,—я сделал* бы гораздо большеНо когда-нибудь, быть можете, в ы будете в ъ
состояпіи исправлять такія пзуродованпьтя тела.
' Ваша наука еще только в ъ зародыше. Она
более утончена, ч е м * химія и физика, и ей
надобно гораздо больше времени для достпжедія
/ 8воихъ чудес*. А в ъ ожидапіи ихъ еще несколько
таких* к а л е к * , какъ я, должны терпеливо
умереть

— Да, сейчас* идете блестящая и большая
работа,—сказал* Фаулеръ,—и я могу говорить
о ней, такъ какъ сам* в ъ ней никакого участія
не принимаю. Я могу понять и усвоить урокъ,
оценить открытія других*, более талаптливыхъ
людей, умею пользоваться своими руками, но
Пнгу, Мастертонъ, Лай и др., они быстро очищают* и подготовляют* почву для грядущаго
іпапія. У в а с * было время следить за ихъ.
работой?
Каренинъ покачалъ головой.
— н е т е , по я могу представить себе ея равмахъ,—сказал* опъ.
у п а с * здесь сейчас* такая масса пароду
работаете, что должно быть, на каждаго учепаго,
работавшая в ъ конце XIX в е к а , теперь приходится, по крайней мере, целая тысяча думающих*,
наблюдающих*, производящих* опыты.
Не считая т е х * , кто запять региетрировапіемъ всѣхъ открытій и результатов* опытов*?
— Не считая т е х * , конечно. Современная
регистрація в с е х * достиженій пауки сама по
себе—огромный труд*, и только теперь занялись
иы ею, какъ следует*. И. мы уже видим* плоды
ея Съ т е х * пор*, какъ труд* регистрацш перестал* быть платпымъ,—им* теперь занимаются
лишь люди со спеціальнымъ прпзвапіемъ к ъ пену.
Здесь у н а с * — я в а м * сегодня должен* показать
это такъ к а к * это в а с * заинтересует*—имеется копія энциклопедическая указателя; еженедельно и з * него вынимаются листы и заменяются новыми с ъ последними результатами,
Освобожденный ніръ.

—

j с

- 2/Ь
лгабовыо, веселыми пирами, шумомъ, приключениями, а главным« образомъ, съ ея смѣхомъ...
больше всего жажда смѣха.
_ _ д а > — сказал« Карелии«, — я понимаю
васъ...
— Но, когда попадаешь туда, то въ одпшь
прекраспый день снова вспоминаешь эти высокія горы...
— Вотъ такъ бы жплъ и я, если бы пе мои...
недуги,—сказалъ К а р с п и п ъ п н к т о , кромѣ тѣхъ,
что сами испытали это, пе зиаютъ ужаса уродства. Хорошо будет«, когда не будете болѣс
людей, чье тѣло ne можетъ жить здоровой обычной жизпыо, и чей духъ будете въ состолиш
свободно подниматься па эти вершины, когда
захочет«...
Да, мы этого скоро добьемся,—сказалъ
Фаулеръ,
Рядом« оезчпелеппыхъ поколѣпш человѣкъ
боролся против« унижающих« сторопъ своего
тѣла п уиижающпхъ сторопъ своей души. Боли,
страдапія, страхи, упыпіе, отчаяпіс душевное—
какъ хорошо я все это знаю! Опи у мепя отпялг
больше времени, чѣмъ вы посвящали отдыху в
отлучкам« втшзъ. Скажите, не правда ли, г/і
каждом« чсловѣкѣ епдптъ калѣка, животное? Я
погрузился немного глубже, чѣмъ дрѵгіс, вотъ и.
все! И только, когда человѣкъ вполнѣ ясно усвоите себѣ эту истину, онъ будете въ состояши
заставить себя быть не калѣкой и по жпвотпымѵ
Опъ, паконецъ, будете въ состояніп сбросить
съ себя' оковы рабства т Ш п впервые рѣшитсй

1

г.іторые доставляют« памъ аэропланы Оиытнаго
Департамента. Это—указатель, регистратор« постоянно растущаго человѣчсскаго зиаиія, указатель, который съ каждым« дпемъ становится все
болѣе и болѣе цѣпнымъ. Никогда еще не было
ничего подобпаго...
— Когда я вступил« въ комнссію по пародяому образовапію, — сказалъ Карснппъ, — этотъ
указатель пли регистратор« человѣческаго зпаііія
казался дѣломъ невозможным«. Опыты и паучныя пзслѣдовапія предлагали хаотическую груду результатов« на тысячѣ разных« языков« и
з ъ тысячѣ различных« типов« изданій...
Оиъ улыбнулся.
— ІІакъ вьі кряхтѣли, когда пытались разобраться во всемъ этомъ.
— Приведете въ порядок« этого хаоса уже
закончено. Вотъ вы увидите.
— Я былъ поглощен« своей работой... Да, мпѣ
пріяшо будет« впдѣть...
j Паціептъ посмотрѣлъ па хирурга любознательн ы м « взглядом«
— Вы все время здѣсь работаете?—спросилъ
оиъ неожиданно.
— ІІѢтъ,—отвѣтнлъ Фаулеръ.
— По большею частью работаете здѣсь?
— Я здѣсь, въ общем«, проработал« семь
я ѣ т ъ изъ послѣднихъ десяти. По временам« я
ухожу... воиъ туда, впизъ... Приходится. Временами на все это спускается какая-то сѣрая
ла. "побуждается какая-то тоска, жажда жпзпи,
ч,. . '.. . .1. ЛІГІПС.ГІ жизни, съ еп страстями,

полной жизныо тѣла... И пе успѣстъ еще
вымереть одно поколѣніе, какъ все уже будетъ
въ вашнхъ руках*. В ы будете распоряжаться,
какъ вамъ угодно, человѣкомъ н всѣып остатками животнаго и нрссмыкающагося, которые
пока таятся в ъ его тѣлѣ u дуніѣ. Не такъ лп?
— В ы рисуете очень смѣлую картину,—сказалъ Фаулеръ
Еарешшъ весело засмѣялся
— Скажите. — снросплъ поежиданно Кареннпъ, — когда L л думаете приступить к ъ операцін?
—• Послѣ завтра. Я хочу, чтобы в ъ ближайшія сутки в ы ѣлн н пили все, что я вамъ пропишу. А думать н говорить в ы можете, сколько
угодно.
— Мнѣ хотѣлось бы осмотрѣть ваше учреждепіе.
— Хорошо, сегодня послѣ обѣда в ы все осмотрите. Я велю двумъ служителям* носить васъ
па носилках*. А завтра цѣлый день пролежите
на террасѣ. Наши горы вѣдь самыя красивыя
во всем* мірѣ...
III.

ЖІІТЬ

На слѣдуіощее утро Еарешшъ встал* очень
• рано u наблюдал* восход* солнца нзъ-за горъ.
. Опъ съѣлъ легкій завтрак*, потомъ к ъ нему
; пришел* молодой Гардеперъ, его секретарь, чтоj бы узнать, какъ Карспинъ намѣренъ провести
«день. Можетъ быть, онъдочетъ повцдать кое-кого
•1 н поговорить съ пими? Или же его ноющая боль

слишком* нестерпима, чтобы онъ ыогъ ссбѣ
позволить принимать гостей?
Мнѣ хотѣлось бы поговорить,—сказалъ
Карспинъ—Здѣсь навѣрпос есть интересные люди. Пусть опи придут* поболтать со мной. Это
меня развлечет*... Я пе могу передать вамъ,
насколько нптерсспынъ становится все, что дѣлается вокругъ меня, па зарѣ послѣдняго дня j
.МОЕЙ ЖІІЗПИ.

— Послѣдпяго дня вашей жизни?
- Да, Фаулеръ вѣдь убьетъ меня.
— ІІо опъ думает* иначе!
Фаулеръ убьетъ меня. А сслп онъ этого не
сдѣлаетъ, то все равно отъ меня ничего пе
останется. Послѣдній день моей жпзпн u в с ѣ
послѣдующіе дни,—если они только п о с т у п я т * , —
будут* просто ненужным* отбросом*. Я это
знаю...
Гардеперъ хотѣлъ возразить, но Карспинъ продолжал*:
— Я надѣюсь, что опъ убьетъ меня; Гардеперъ, не будьте такъ... старомодны. То, чего я
больше всего боюсь, это—иослѣдняго лоскутка
жизни. Вѣдь что будетъ, если я буду осужден*
на... нрозябапіе... запуганным* комком* страдающих* тканей. Тогда все, все, что я скрывал*, сдерживал*, плп старался забыть, пеправ п т ь — в о з ь м е т * надо мною верх*. Я стану мелочным*, начну хныкать. Я потеряю власть над*
собой А эта власть не была никогда особенно
сильной. Нѣтъ, нѣтъ, Гардеперъ, не возражайте.
Вы знаете лучше, вы вндѣліі все, хотя бы н

мельком*. Предположим*, что я переносу- пнерацію и выйду и з * под* ножа униженным*,
тщеславным*, озлобленным* п воспользуюсь престижем*, завоеваппымъ мною в ъ глазах* людей
своей прошлой, нужной деятельностью, для того
только, чтобы служить какой-пибудь маленькой
никому пе пужпой цели? Зачем* все это?
Онъ помолчал* некоторое время, наблюдая,
какъ тумапы среди далеких* расщелииъ постепенно превращались в ъ облака света, п стали
подниматься п таять иод* пытливыми лучами
восходящая солнца.
— Да, — сказал* опт. пакопецъ, — я боюсь
этих* наркотиков* п утомительпаго затяжного
конца жизни. Именно жнзпи мы больше всего
боимся! Смерть? Никто не боится самой смерти!
Фаулеръ очень опытен* и талантлив*, по ,п<ѵ( ступить время, когда хирургія будет* яснее п
лучше сознавать свое назиаченіе и пе будет*
стремиться спасать какіе то жалкіс остатки, лишь
бы отіп моглп дышать... Я всегда старался держаться съ достоппствомъ и делать свое дело.
После операціп Фаулера, я уверен*, что пе буду
способепъ к ъ работе... Что же еще останется
въ жизин? Я не зпаю, почему нужно судить о
жизни по последней жалко волочащейся ппточкѣ
ея... Я знаю жизпь, какъ нечто прекрасное,,
такою, какъ она есть па самомъ деле... я, который съ самаго пачала былъ лпшь жалким*
калекой. Я зпаю ее достаточно хорошо, чтобы
не смешивать ее с ъ ея шелухой. Запомните
это, Гардеперъ! Если вскоре сердце изменить

мне, и я впаду в ъ отчаяніе, если я пройду через* короткую фазу страданш, неблагодарности
п черпая малодушія... Ие верьте тому, что я
буду говорить иередъ самым* концом*! Если
ткань была хороша, то кромка ея пе имеет*
зпаченіл. Оиа не может* иметь зпачспія. Пока
живешь, ты, может* быть, представляешь пзъ
себя лишь мгповепіе, но когда ты умер*, ты
т о г д а . — , в с л Т В оя жизнь съ первая мшивепія до
последняя...
IV.
Вскоре, согласно выраженному желанно Каренина, прншлп разные люди поболтать с ъ пимъ,
и опъ снова, па время, мог* забыться. Долго
просидела с ъ нимъ Рахиль Боркепъ п говорила,
главным* образом*, о положспін женщины. С*
ней была другая девушка, но имени Эдит* Хсидопъ, уже заслужившая громкую известность въ
ученом* мірѣ. Пришло еще несколько молодых*
людей, работавших* в ъ институте; кроме того,
націентъ, по имени Кань, ноэтъ, и Эдварде*, режиссер* и сочинитель пьес*. Беседа перескакивала съ темы па тему и то принимала серьезный оборот*, то более легкомысленный, смотря
но вопросам*, которые она затрагивала. Гардеперъ, оставшись одни*, записал* все, что запомнил*, и теперь возможно до некоторой степени возстаповить для потомства міросозерцаше
Каренина л знать, что онъ думал* и какъ относился ко многим* явлеиіямъ жизни.

ІКішъ

Г/^КЪ.—говорил*

онъ,—до CHX*

ПОП*

былъ вѣкомъ постоянной смѣпы декорацій. Мы
готовили какую-то сцепу, убирали обстановку
пьесы, которая уже пе дѣлаетъ сборов*, стала
скучной... Если бы я только могъ досидѣть до
первых* явлеиій повой пьесы...
4
— Каким* нагромождеинымъ, усталым* стал*
'было міръ. Онъ страдал*, к а к * страдаю я, от*.
У ' всяких* ненужных* паростовъ. Оиъ запутался,
*' стал* лихорадочным*, сбивчивым*. Он* страшно
нуждался в ъ освобождены, и мпѣ кажется, ничто, кромѣ могучей силы этих* бомбъ, не могло
•свободпть его п сдѣлать спова здоровым*. Оче :
видпо, онѣ были необходимы и пснзбѣжны. Точно
) такъ же, к а к * все разлагается, гніетъ в * боль\ номъ, пожираемом* лихорадкой тѣлѣ, в ъ эти
I послѣдпіе годы отжившаго вѣка начало все раз} іагаться и гнить в ъ жизни. Повсюду стали по) являться гпуспыя оргашізаціи, которыя завладевали всѣми . прекрасными открытіями науки,
»авладѣвалп паціональпостямп, всякаго рода поіитическпмп группами, церквами, релпгіозпымп
сектами, захватывали в ъ своп руки всѣ великія
силы и безграпичпыя возможности и старались
воспользоваться ими для своих* гадких* цѣлей.
Опи преслѣдовалп свободу слова, стѣсняли народное образованіе, не позволяли людям* учиться и
пріобщаться к ъ зианію, которое отвѣчало бы
муждамъ иоваго времепп... В ы моложе меня и пе
можете себѣ представить ту атмосферу соединспія отчаянных* надежд* и протестующая отчаяиія, въ какой въ годы, непосредственно
ітепшсствовавшіе открытію атомической эпер-

гіи, жили мы, вѣруюіціе въ возможности пауки.
— Бѣда была пе только въ том*, что большая
масса человѣчества ne хотѣла понимать, по и
въ томъ, что у тѣхъ, которые могли понимать,
не было настоящей вѣры. Они говорили о разн ы х * явлепіяхъ, вндѣли разпыя явлепія, по
явлепія этп пмъ ровно ничего не говорили...
— Я недавно просматривал* старыя газеты.
Прямо удивляешься тому, какъ относились наши
отцы къ паукѣ! Опп пснавидѣли ее! Они позволяли существовать пемпогимъ ученым* п работать... жалкой горсточкѣ...
«Только пе узиавайте ничего про н а с * , — г о ворили опи этимъ ученым*,—не открывайте нам*
глаз*, защитите нашу маленькую, мелочную
жизнь отъ страшнаго луча пошщапія. Пожалуй,
продемонстрируйте нам* фокусы, малепькіе ограниченные фокусы. Дайте нам* дешевый источн и к * свѣта для нашпхъ домов*, пзлѣчите насъ
отъ разных* непріятпых* болѣзпей, излѣчнте
н а с * отъ рака, отъ чахотки, от* наших* пасморішвъГосвШдйте н а с * отъ излишней тучности»...
Мы все это измѣпилп, Гардепсръ. Наука у ж *
больше пе служанка наша. Мы зпаемъ, что о н а —
нѣчто болѣе высокое, болѣс значительное, чѣмъ
паши пнчтожныя индивидуальным нужды. О н а —
пробуждающихся у м * чсловѣчсства, и скоро...
очень скоро... Ахъ, какъ хотѣлось бы вндѣть
то, что будетъ скоро, теперь, когда запавѣсъ
взвился!.— Пока я лежу здѣсь, вокруг* Лондона убирают* все, что осталось отъ бомбъ,—продолжал*

опъ.—Потомъ возстаповятъ развалипи и с д е лают*, чтобы в с е стало какъ можпо больше походить на то, что было до падепія бомбъ.
Можетъ быть, выкопают* пзъ подъ обломков*
старый домик* в ъ S t . J o h n ' s W o o d * ) , гдѣ
поселился мой отецъ, послѣ своего пзгпапія изъ
Роесіи... Лопдопъ моих* воспомпнапій мнѣ к а жется чѣмъ-то пзъ другого міра. Для васъ же,
людей болѣе молодых*, опъ, навѣрпое, какъ
будто никогда и пе существовал*..
— А мпого ли отъ него осталось?—спросила
Эдптъ Хейдапъ.
— Нѣсколько квадратных* миль, совершенно
нетронутых*, на ю г ѣ п сѣверо-западѣ, почти
всѣ мосты п довольно болыпія площади доковъ.
Вестминстер*, гдѣ было расположено большинство
правительственных* зданій, сильно пострадал*
отъ маленькой бомбы, разрушившей Парламент*. Остались кое-какіе слѣды отъ старой
улицы Уайтхоііля п о г ь правительственных*
учреждений в ъ томъ же квартал®; пхъ легко возстановпть по мпожеству сохранившихся рисунков*, фотографіп п планов*; а большая яма въ восточной части Лондона не пмѣетъ особаго значенія.
Т у т * бьтлъ очепь бѣдпый квартал*, похожій на
сѣверную п юлшую части города... Легко удастся
возстаповпть большую часть его... И это^ нужно...
Уже и теперь трудно вызвать в * своей памяти
прошлое, даже нам*, впдѣвіпимъ его.
«О Квагталъ

въ

Лондон®.

— Мнѣ оно кажется очепь далеким*,—сказала дѣвушка.
— Т у т * был* очепь нездоровый міръ,—замѣтилъ Кареппнъ. — У меня сохранилось впечатлѣніе от* дѣтства, какъ будто в с ѣ вокруг*
меня постоянно хворали u болѣлп. И лгодп, д®йствительпо, были больны. Они были больны отъ
той сумятицы, которая царила вокругъ н и х * .
Вс® заботились только о дѣлахъ, и вс® дѣлали
іісвѣроятныя вещи. Они ѣлц пѣчто странное,
какое-то сыѣшепіе яствъ, или слишком* много,
или слишком* мало, и в ъ самые нев®роятные
часы. По ихъ объявленіямъ в ъ газетах* и рекламам* можпо судить, какъ больны были вс® люди.
Вся новая часть Лопдона, которая теперь реставрируется и раскапывается, сплошь обклеена рекламами разных* пилюль. Такое впечатлѣпіе, какъ
будто каждый человѣкъ только н дѣлалъ, что
принимал* инлюли. В ъ одном* нзъ номеров*
отеля па Стрэндѣ нашли багаж* какой-то дамы,
уцѣлѣвшій подъ обломками. Оказывается, она
постоянно возила с ъ собою девять разных* сорт о в * пилюль и таблеток*. В ѣ к ъ постояннаго унотреблепія пилюль слѣдовалъ за вѣкомъ ношешя
оружія. Оба вѣка нам* одинаково чужды н непонятны. Кожа людей тоже, очевидно, была ,вт
ужасном* состоянии Очепь немногіе люди мылись, какъ слѣдуетъ; цѣлые мѣсяцы на своем*
платьѣ опи посилп грязь. И одежда ихъ была
постоянно старой. Пашъ обычай вываривать одежду и превращать ее в ъ мягкую массу, нослѣ
того, какъ MÛ* ее недѣлю проносили, навѣрное.

ч

показался бы имъ чудовшцпымъ. Объ ихъ одождѣ
далее трудно подумать. Сколько в ъ пей гнѣздпдось заразы! В ъ этихъ ужасиыхъ городах« люди
чостоянпо толкались, терлись другъ о друга,
;реди певѣроятиаго шума и гула! Экипажи и х ъ
сбивали и давили людей сотпями. Ежегодно в ъ
одпомъ только Лопдопѣ автомобили и автобусы
убивали или калѣчили свыше двадцати тысяч«
чсловѣкъ, а в ъ Парпжѣ было и того хуже. На
цэдпыхъ, душиыхъ улицах« люди падали и умирали отъ недостатка воздуха. Раздражающее вліяпіе Лоидопа, внутреннее и виѣшиес, должно быть,
было пестсрпішымъ. Это былъ какой-то обезумѣвшій міръ. Оиъ былъ похож« па больного
ребенка. Получалось впсчатлѣпіе, какъ отъ лихорадочных« двпженій, острых« ирраціопальныхъ
разочарованііі...
— Вся псторія,—продолжал« опъ,—лѣтопись
какого-то дѣтства, дѣтскаго состояиія! И все же
пе совсѣмъ дѣтства. Есть что-то чистое и ясное,
далее трогательное в ъ больиомъ ребепкѣ. ІІо все
это прошлое прямо раздралеаетъ. Такъ много изъ
того, что люди тогда дѣлали, кажется теперь
иеобычайпо глупымъ, возмутительно глупымъ,
и представляет« собою нѣчто какъ разъ обратное
свѣлеестп и молодости.
Я какъ-то па этихъ дпяхъ читал« книгу
о Бисмаркѣ, этомъ гсроѣ политической жизни
девятнадцатая вѣка, этомъ богѣ желѣза и крови,
пресмпикѣ Наполеона. И что лес? опъ, оказывается, былъ просто тупымъ, упрямым«, разбухшим« отъ пива чсловѣкомъ. Да. это былъ самый

простой Ч С Л О В І К Ъ , KoTVjJi.ffr когдалибо достиг« извѣстиости. Я смотрѣлъ иа его портрет«, па толстое, почти лягушечье лицо, с ъ в ы пученными глазами и густыми усамп, скрывающими нескладный, некрасивый ротъ. У него пе
было другой цѣлп, кромѣ Гсрманіи, стремившейся
захватить весь міръ, опрсдѣлеипой, раздутой Германии Ничего, кромѣ Гермапш п благосостояпія
буржуазіп в ъ Гермапіи. Виѣ этого, у пего не
было пнкакпхъ идеи, да и, вообще, опъ пе
зпалъ, что такое отвлечепная идея. Его умъ ип
па одпу секуику по подпимался выше пссложпой
хитрости простого мулеика. II оиъ былъ самым'.'
вліятельпымъ человѣкомъ в ъ мірѣ, в ъ цѣломт
мірѣ; пи однпъ чсловѣкъ не оставил« па мірѣ
такого слѣда, какъ оиъ; всздѣ были грубые люди,
отзывавшіеся па грубыя поты, которыя опъ
издавал«. Оиъ топталъ десятки тысяч« прекрасн ы х « пачішапій, и его озлоблеппость во время
этихъ звѣрствъ вызывала в ъ болыпшіствѣ человѣчества чувство страпиаго удовлетворен! я.
Пѣтъ... опъ пе былъ ребепкомъ; п та тупая
паціопальпая агресспвпость, которую опъ отстаивал«, пе была ребячеством«. Ребячество, дѣтство
всегда обѣщаетъ. À опъ былъ пережитком«.
Вся Европа предлагала ему своихъ дѣтеп,
опа приносила в ъ жертву народное образовапіе,
искусство, счастье, в с ѣ падежды па будущее
благосостояпіс ради того, чтобы послѣдовать за
звопомъ его сабли. Это чудовищное поклопепіс
«крови и желѣзу», лозунгу этого мапьяка, охватило весь міръ... до тѣхъ поръ, пока атоипче-

вульі-аряыіг,

скія бомбы не прочистили намъ снова дорогу к ъ
овободѣ...
— Его представляешь себѣ теперь какимъ-то
мамонтом*,—сказал* одни* и з * юиошеіі.
— За это время человечество отлило три миллиона огромных* пушек* и построило сто тысяч*
разных* сложных* военных* судов* для одной
только цели—войны.
— Но разве пе было здравомыслящих* людей
въ то время, которые бы возсталн против* этого
идолопоклонства?—спросил* юноша.
— Они были въ состоянін отчаянія!—сказала
Эдитъ Хсіідонъ.
— Опъ т а к * далек* отъ нас*... и странно
сознавать, что есть еще въ ж и в ы х * люди, которые жили, когда Бисмарк* умеръ, — сказал*юноша
V. .
— Я, может* быть, несправедлив* къ Бисмарку,—сказал* Каренннъ, следя за нитью
еоб;.гвеішыхъ мыслен.—Видите ли, люди,—всегда
дѣти|*-собствспнаго вЬка. Мы стоим* па общем*
основаиіи одинаковых* мыслей и взглядов*,
и думаем*, что стоим* па земле. Я недавпо познакомился съ одним* очень милым* человеком*: онъ былъ маори, а прадед* его—еще
людоедом*. Случайно у пего оказался дагерротип* стараго грешника, и удивительно, до чего
старик* и правнук* были похожи друг* па друга.
J пеня осталось такое впсчатлѣніе, что стоило

бы только не считаться с * временем*, гі «иг
могли бы поменяться местами. Люди, жестокіе и
глупые в ъ в е к е глупости, могут* быть добрыми
и прекрасными в ъ другом* в е к е . И у міра бывают* своп пастроепія. Только подумайте объ
умственной пище, которою питался Бисмарк*
съ детства: объ унижеиіях* наполеоновских*
побед*, о венчающей славе победы... Всякій в ъ
то время, умпый и глупый, верил*, что раздЪленіе міра па мпожество государств* неизбежна
и что это раздѣлспіс, это разложепіе будет* продолжаться тысячи л е т * . Оно было пепзбѣжищ
пока ие стало псвозможпымъ. II в с я к а я , кто
публпчпо стал* бы отрицать эту неизбежность,
сочлп бы просто дураком*. Старый Бисмарка
только чуть-чуть... нажимал* па эту лішію общепринятых* и господствующих* идей. Вот* и і*со
Опъ думал*, что, разъ паціопальпыя правитеш !
ства неизбежны, то опъ создаст* такое, котор"
будет* крепким* п властным* дома н непоб
димымъ в н е дома. П тот* лишь факт*, что онъ.
обладая необычайно грубым* аппетитом*, был*
вскормлен* т е м * , что мы теперь считаем* глупыми идеями,—отнюдь ие делает* его глуішм*
человеком*. У н а с * есть преимущества перед*
пимъ: въ наших* мозгах* крепко засели идеи
едипства и коллективизма. Ч е м * бы мы были
теперь, если бы пе было пауки? Я былъ бы
озлобленным*, затравленным*, заѣдсипымъ представителем* русской «интеллигенции», можете
быть, революціонпымъ заговорщиком*, даже убівцей, или просто политическим* ссыльным*. А.

— zay —
вы, моя милая, разбивали бы грязпыя окопныя
стекла магазинов* въ качеств® суффразкистки.
— Никогда,—отвѣтпла ув®реппо Эднтъ...
На нѣкоторое время бес®да перешла па остроты по адресу другъ друга, н молодежь съ ѵвлечепіемъ изощрялась въ придумываніи различных*
смѣшпыхъ положенііі подъ добродушную усмѣшку
етараго администратора. Но вскор® один* пзъ
млодыхъ ученых* повернул* бесѣду на другую
тему. Онъ говорил*, какъ человѣкъ, еле сдерживающій поток* своих* мыслей.
. — Знаете, сэръ, мн® -представляется, что
( цнвилизація была паканун® гибели, когда па
/ землю упали эти бомбы, ц что если бы не
родплся Холстенъ и не было бы ппдуктировапной радіоактнвпостіі, міръ потерп®лъ бы крѵшеніе, разлетѣлся • бы на куски, почти такъ, какъ
^то и было. Только въ этомъ случаѣ было бы
крушепіе, отъ котораго человѣчество ne оправиаось бы. Я немного занимаюсь экономическими
науками и кое что в ъ ішхъ смыслю, и могу
сказать, что в ѣ к ъ , предшествовавши! открытію
Хилстепа, былъ стол®тісмъ все нароставшаго
опустошенія и напрасной траты сплъ. Только'
крайпій пндивидуалнзмъ этого неріода, только
абсолютное отсутствіс в ъ немъ коллектнвнаго
понимания и общей ц®ли могутъ объяснить безялодпость и безсмыслепность этого столѣтія. Челов®чество иелѣпо, безумно тратило и потребляло все. Оно истратило почти трн четверти
8сого имѣющагося па земл® запаса угля; оно
израсходовало почти всю нефть, стерло съ лица

земли вс® лѣса и уже стало наконец* испытьк
вать даже недостаток* въ оловѣ и мѣди. Площади эемлп, на которых* опо с®яло пшсшзпу.
уже начинали истощаться и заселяться, и мноі іь
большіе города постоянно попижалн уровень воду
въ сосѣднпхъ водоемах*, такъ что казкдое л ѣ п
чувствовался сильный недостаток* въ вод®. С?
каждым* годом* оно тратпло все большее п
большее количество силы и эпсргіи на военптл?.
приготовлснія, и увеличивалась задолженность
промышленности капиталу. Вся система узке ma-,
талась, когда Холстенъ начал* своп опыты/
Человѣчество не вѣрпло, что паука можетіп
спасти его, да оно u не замѣчало, что назрѣлаП
нужда в ъ спасеніи. Люди пе внд®ли, пе хот®лі|[ г
видѣть пропасти, которая разверзпулась подъ их г , j
ногами. Только случайным* счастьем* для че.
ювѣчества былъ тоть фактъ, что гд®-то поз а м ® ™ шла пытливая паучиая работа. П, к а к *
я уже сказалъ, сэръ, если бы не открылся этоп
путь къ спасенію, то наступил* бы крахъ, революція, паника, общественная смута, голод*.
п... что вполп® возможно... полпѣішіій безпоридок* п анархія... Къ настоящему времени зарж*
8®ли бы рельсы к а остановившихся желѣзпых* ^
дорогах*, телеграфные столбы сгпплп бы и упалп, ;
- большіе океапскіе пароходы распались б " '
па листы желѣза въ портах*. Сожженные, m
кинутые города стали бы гпѣздами разбтшпчѵ
ихъ" шаек*. П мы могли бы стать тоже разбоі
пиками... Да, вы можете улыбаться, но нѣчі
подобное ѵже пмѣло мѣсто въ псторіп человѣч*
Освобожлоппый МІРЪ.

ства. Міръ до сихъ поръ усѣяпъ развалинами
рухнувшей цпвнлизаціп. Толпы варваров* превратили вѣдь Акрополь в ъ крѣпость, и могила
Адріаиа тоже вѣдь была крѣпостыо, боровшейся
о * Колизеем* па развалинах* Рнма?.. Развѣ эта
возможность реакціи пропала въ 1 9 4 0 году?
Разве это далее теперь т а к * далеко от* насъ?
— ІІо крайней мѣрѣ, теперь это нам* кажется очень далеким*,—сказала Эдит* Хендоиъ.
— А сорок* лѣтъ тому назад*?
— І і ѣ т ъ , — с к а з а л * Каренпнъ, глядя па гор ы . — м п ѣ кажется, в ы недостаточно оцѣштваето
иа/шчяоеть ума н мысли в ъ это первое десятплѣтіе д в а д ц а т а я в ѣ к а . Я знаю, что офпціалыго,
политически, этот* умъ, эта мысль но учитывались,—но они были. П я оспариваю вашу
гипотезу. Я сомневаюсь,.могло ли запоздать это
отіфытіе.. Теперь в ъ -развптіп пауки и ея пзыскаііій замѣчастся своего рода неизбежная логика. В ъ течеігіо более ста лѣіть мысль и паука
тьш своим* нутемъ, не взирая" па повссдпешшхя
іглеиія жнзпи. Теперь o n e с о р в а л и с ь с *
д ѣ і і и , о с в о б о д и л и с ь . Если бы по было
\олетеиа, явился бы другой подобный. Если бы
юмпческая эисргія ие была открыта в * т а шмъ-то году, оиа была бы открыта в ъ другом*.
оъ вырождавшемся. Рпмѣ1 уже начиналось поулбпоо шествіе н а у к и . . . ІІішевія, Вавилонъ, Аѳины, Сиракузы, Алексаидрія—вот* первые грубые оіиыты ассоціаціи, давшіѳ обезпечепіо, атмос.
фсру,;тдѣ'родилось iiBCsTÏîijOBanie, пытливость уіма.
'[елоьѣо;* доля:en* был* проделывать ряд* опы-

тов*, прежде чѣмъ узнать, какъ начать. По уже
двѣсти лѣтъ тому назад* онъ, к а к * слѣдуетъ,
начал*... Политика честолюбія п воины девятнадцатая и двадцатаго вѣковъ была последней
вспышкой старой цпвилнзацін, вспышкой фепнкса передъ началом* новой. И ей, этой повои
цнвплизацш, служим* мы...
— Человѣк* вѣчпо живет* въ утренней зарѣ—продолжал* Карешш*.—Жизнь есть начало
и ничего, кромѣ начала. Опа вѣчно начинается.
Каждый ш а г * кажется большим*, чѣмъ предыдущій, но о н * только предупреждает* нас*,
подготовляет* къ следующему. Наше /-Современное Государство» было бы утопической мечтой
сто л ѣ т * тому назад*, теперь же оно стало общим* мѣстомъ жизни. И когда я сижу здѣсь и
мечтаю о .возможностях*, таящихся в * умѣ
человѣка,—то вон* т е огромныя горы une уже
кажутся ничтожными...
VI.
Около одиннадцати часов* Каренпнъ позаг.тр
кал* и затѣм* поспал* часа два среди своих*
искусственных* м е х о в * и подушек*. Когда опъ
проснулся, ему принесли чаю, после чего опъ
ѵлажнвалъ маленькое педоразумѣпіе, касавшеесл
школ*, моравских* братьев* въ Лабрадоре и
Гренлапдіи. Потом* опъ оставался одип*,а через*
некоторое время къ пему снова пришли обе
женщины. Позже къ группе присоединились

Капъ и Эдвлрдсъ, п разговор« ігосптліа л ю б и и
положенія женщин« въ новом« "иірѣ
vjj
Нѣкоторое время Карепішъ говорил« ічеиъ
мало, и Еапъ, популярный поэтъ, одинъ распространялся о страстной любви. Опъ говорилъ,
что страстная личная любовь была господствующим« желаиіемъ и стремлепіемъ чсловѣчествз
съ самаго начала его появлепія, п только теперь
любовь стала простым« п возможны?!« переживаніемъ. Опа была мечтой, за которой гонялось п«колѣиіе за поколѣиісмъ, мечтой, ускользавшей
отъ людей въ то самое мгповеніе, когда они почти
достигали ее. И большинству упорпо-искавишхъ
ее она приносила трагедію. Теперь же, подшнспііеся иадъ мрачными горестями и разочарованиями повседневной жпзпи, мужчппы и женщины
могутъ падѣйться па осуществимую, торжественную любовь
ІГаступившій в ѣ к ъ сталъ Зарей Любви...
Каренипъ оставался въ раздумьи, съ потѵклеппымъ взоромъ, пока говорилъ Капъ. И г*лосъ Капа какъ бы бился объ его продолжигельпое молчапіе и безѵспѣшпо. Опъ начал«,
обратившись къ Каренину, а теперь уже взывал« къ Эдптъ Хсйдопъ и Рахиль Боркепъ. Рахиль слушала молча. Здптъ паблюдала Каренина и упорпо избѣгала взора Капа.
— Я зпаю,—сказалъ пакопецъ Кареиппъ,—
что миогіе теперь г о в о р я т то же самое. Я
гит,
\

что теперь въ ыірѣ наблюдается усиленное пробуж депіе личной любви. Эта широкая волна служеиія красотѣ, что залила міръ, общее «Цвѣтеніо», конечно, захватило собой и любовь. Я
зпаю что, когда вы говорите: міръ освобожден«,
то вы подъ этимъ нодразумѣваете, что опъ освобожден« для любви. Тамъ внизу, подъ тучами,
собираются возлюбленные. Я зпаю ваши нѣснн,
'Капъ, ваши полумпстическія пѣсни, въ которыхъ
вы изображаете старый, жестокій міръ распускающимся въ свѣтящуюся мглу любви... сексуальной любви... Миѣ кажется, вы пе правы, вы
ошибаетесь... Б ы еще юноша съ пылкимъ воображепіемъ и видите жизнь глазами юности. Не
та сила, что привела человѣка на эти высоты
и маните его вперед« к ъ огромному будущему ва' шей расы,—болѣс глубока и величественна, чѣмі
описываемым вамп чувства...
Въ течепіе всей жизни—это было необходимон
частью моей работы—мнѣ пришлось думать объ
этомъ освобождены, объ этой вырвавшейся п*
волю сексуальной любви и о загадках«, к а ш
задает« душѣ пашей расы эта совершенная свобода... И я теперь вижу, что на всемъ земномъ
шарѣ царить какой-то прекрасный экстазъ праздности, бездѣлія: «Будем« пѣть и радоваться,
бѵдемъ прекрасными и чудесными»... Оргія только" начинается, Канъ... Она была пепзбѣжна...
un это не конецъ человѣчества...
Только подумайте о томъ, что мы! Еще только
вчера в ъ безкопечности времени—жизнь была
споиъ, такимъ глубоким«, что чсловѣчсство за-

бывало ссия во спѣ; его жизпи, его игідпвпдѵальпые ыистикты, его моменты рождались, и дивились и играли, п голодали, и уставали, и умирали
Неисчислимые ряды впдѣпій, видѣпій, в ъ котор ы х * открывались озареппыя солнцем* джунгли
рѣчпыя. пустыни, дикіе лѣса, страстпыя желапія'
быощіяся сердца, взлетающія крылья, холодные
ужасы—ярко загорались, пылали и потомъ потухали, какъ будто и х * никогда пе было. Жизнь
была великим* безпокойствомъ, па котором* играли и потом* исчезали огни. А потомъ пришли
мы, пришел* человѣкъ, п раскрыл* глаза что было вопросом*, п руки, что было
требовашемъ, и начались мысль и память, не
умпрающія, когда умирает* сам* чсловѣк*,' но
жпвущія и размиожающіяся въ вѣчпостп, родились сверхъ-ыысль; всепокоряющая воля, вопрос*'
и стремлепіе, достпгагощіе самых* звѣзд*...
Голод*, и страх*, и полъ,—что вы воспеваете,—лпшь элементы жпзпи, из* которых*
выросли мы- Я согласспъ, что в с е эти элементы
должпы быть предусмотрены, прппяты во В І І П «аніе, удовлетворены, но, въ котщѣ концов*, все
это нужно оставить позади себя
— А любовь?—спросплъ Кап*.
— Я говорю о половой любвн, объ интимной
любви д в у х * личностей. Именно такую любовь
подразумеваете вы, Канъ?
Карешшъ покачал* головой.
— Нельзя оставаться у корпей и одновременно
взбираться на дерево,—сказал* о н ъ . . . — Н е г ь , —
прибавил* он* после паузы,—это половое во»•
\

буждсиіе, эта повѣсть любви—лишь часть нашего «созревапія» и мы понемногу «выростаемъ»
из* пея. До сих* пор* литература, искусство,
чувства и в с е эмоціопальпыя стороны пашей
жизни были незрелы; пьесы и разсказы, паслаждспія и н а д е ж д ы , - в с е было устремлено на эті
чудесное открытіе любви, но теперь жизнь осложняется, и мысль з р е л а я человечества становится все более и более отвлеченной. Поэгы,
прежде умнравшіе въ тридцать пять лѣть, теперь
доживают* до восьмидесяти пяти. И перед*
вами, Капъ, еще бсзкоиечпос число лѣтъ... и все
они будут* полны зиаиія... Мы все еще несем*
на себе непосильное бремя иола и половой традпціи, и мы должны освободиться отъ пего. К
мы освобождаемся. Мы научились тысяче разныхт
способов*, какъ„отсрочить._,смерть и иолъ, кетовый въ прежпіе варварскіе дин былъ призвавь
быть противовесом* смерти, теперь стал* иолвтомъ потерявшим* свою наковальню, и бездельно проносится через* человеческую жпзпь. ьы.
поэты, молодежь, хотите обратить его Щ Щ М
иаслаждепія. Обратите его въ паслаждаіе. Можетъ быть, это один* нзъ выходов*. Но очень
скоро вы удовлетворитесь, насытитесь и подии,
метесь к ъ более великим* вещам*. Поводимому,
старый рслигіи и и х * иовыя разновидности до
спхъ пор* хотят* все это подавить. И пусть
подавляют*. Тот* и другой путь все равно въ конце концов* приведет* в а с * къ в е ч н ы м * поиска,.*
зпапія и к * великим* преобразовавши* силы.
— Но случайно.—сказало. Рахиль Боркепъ.—

случайно половина всего человѣчества—женпщяа, которая въ значительной степени прпспосиилена къ... къ этой любвп и продолжепію челоьЪческаго рода, въ чемъ человѣчество теперь не
такъ нуждается, какъ прежде.
— Оба пола одинаково приспособлены къ люб.
«и u продошмнію рода,—сказалъ Каренинъ
жеыіЦ™ы
орем
песутъ наиболѣе тяжелое
— Не только въ своемъ воображеніи,—:встаг
еплъ Эдвардсъ.
— II кромѣ того,—сказалъ Канъ,—когда вы
говорите о любви, какъ о пѣкоторой фазѣ, то
развѣ эта фаза не необходима? Любовь неооходима, независимо отъ цѣлей продолжения
еловѣческаго рода. Развѣ не любовь, половая
любовь, освободила паше воображепіе? Не будь
г-юго толчка этого пмпульса выйти изъ самого
сьпя, стать безразсуднымъ, смѣлымъ, прекраснымъ, развѣ паша жиздь была бы чѣмъ-пибудь
юльшимъ, чѣмъ удовдетворепіе быка въ своемъ
отоилѣ :
— Клгочъ, отппрающій дверь,—сказалъ Каренинъ, еще не конечная цѣль пути. ,.7'
— По женщины! — воскликнула Рахиль —
Ьотъ мы т у т * . Каково наше будущее... какъ
женщин*? Развѣ за нами только то и есть что
мы отперли дверп фантазіп и воображепія вамъ,
мужчинам*? Поговорим* объ этомъ вопрос® Не
могу освободиться отъ этой мысли, Каренинъ'Что
вы думаете о наеъ,—вы, столько думавшій о
всѣхъ сложностях* жизни?

Каренппъ заговорнлъ твердо и увѣрепно, словно
ззвѣшивая слова.
— Я ни въ грошъ не цѣню ваше будущее,
какъ женщинъ. Я ни въ грошъ пе ставлю будущее мужчннъ, какъ самцовъ. Я хочу уничтожить эти отличія. Меня интересует* ваше будущее в ъ качеств® интеллектов*, въ качеств®
составных* частиц* общаго ума и мыслп расы.
Челов®чество не только, естественно, спеціалпзировалось въ этнхъ вопросах*, по вс® его установлснія, обычап, нравы,—все подчеркивает*,
усиливает*, углубляет* эту разницу. Я хочу
дс^ішціалпзировать ясепщнпу,. Это — не новая •
мысль. Какъ раз* того лее добивался н Платон*.
Я не хочу, чтобы мы продолжалп дѣлать то,
что д®лаемъ сейчас*,—подчеркивать н усиливать эту естественную разницу. Я ея не отрицаю,
но я хочу ее уменьшить п побороть
— И мы... останемся лсепщнпамн?—спроспла
Рахпль Боркепъ
— Разв® необходимо, чтобы вы продоллсали
думать, о себ®, к а к * о жепщипахъ?
— Это нам* навязывается,—сказала Эдптъ
X ой дон*.
— Я не думаю, что женщина станет* мепѣе
женщиной, если она будетъ одѣваться и работать, какъ мужчипа,—сказалъ Эдвардсъ.—Вы,
ученыя жепщины, поенте зд®сь одинаковую съ
мужчинами б®лую одежду, причесываете волосы,
к а к * можно проще, работаете, какъ будто въ
мірѣ существует* одни* только пол*. ІІо вы все
же женіципы, даже если вы не т а к * женствен-

— 293

—

— 299

ЯШ, какъ краспвыл дамы въ равпптіахъ, который
одѣваются ради возбуждснія и выставлепія ceo я
на локазъ, и чьи мысли заняты исключительно
любовниками... Мы васъ любнмъ больше, чѣмъ
ихъ...
_
т
По мы работаем«,—сказала Эдптъ лемДОПЪ.

.

Имѣстъ ли это зиачепіе?—спросила

ТА

га-

іпль.
— Если в ы работаете, и если мужчппы работают«, то, ради Бога, будьте женственны, какъ
угодно,—сказалъ Кареппыъ.—Когда я прошу васъ
деспеціалпзироваться, то я думаю пе объ у н і чтожепіи пола, а объ упичтожепш непокойно*,
ограничивающей, мѣшающей навязчивости пола.
Быть можетъ, справедлива истина, что пол«
создал« общество, что первой общппои была
семья, объединенная поломъ, что первым« государством« была конфедерация кровных« родственн ы х « отпошепііі, il первые законы—запретами
пола До самыхъ послѣдпихъ лѣтъ подъ нравственностью мы понимали прплпчіе половых«
отношении До самыхъ послѣдннхъ лѣтъ главным«
интересом« и цѣлыо обыкновенного человека
было содержать женщину и ея дѣтеп п владъть
ими и главной заботой женщины—заполучить
для'этого мужчину. Въ этомъ была драма, въ
этомъ была жизнь. И ревность, половая ревность,
была господствующим« мотивом« міра. Вы люльке
что сказали, Капъ, что половая любовь—ключ ь.
отворяющій памъ выход« изъ одиночества своего
я . На это я скажу вамъ. что до сихъ поръ

—

этотъ клгочъ только запирал« пасъ в с ѣ х « пъ
одиночество двухъ жизней... Все это, можетъ
быть, когда-то было необходимым«, по теперь
оно не нужно. Все это измѣнилось и измѣпяется
очень быстро. Ваше будущее, к а к ъ
sei.
щ и и ы, Рахиль, клонится къ закату.
— Каренипъ
спросила
Рахил ь.—Неужели
вы хотите сказать, что женщина должна стать
иулечипой?
H мужчппы, и жепщппы должны ггать
человѣческіши существами
— Вы хотите уничтожить жепщппу? Ht послушайте, Карепппъ, въ томъ, что вы г о в о р к е
есть вѣдь пѣчто еще, кромѣ пола. Даже оставляя
въ сторопѣ полъ, мы сильно отличаемся отъ васъ
и ВЪ другом«. Мы иначе относимся къ жпзпа
Забудьте, что мы—-самки, и все же м ы —
ловѣческія существа совершсппо иного рода в
ирпспособлсппыя для другихъ цѣлей. Въ пѣк§торыхъ вопросах« мы поразительно второстепеппы. Вотъ я, папрпмѣръ, занимаю эту должность
только потому, что умѣго управлять, а Эдите
здѣсь только благодаря ея терпѣлпвымъ, ловктте
рукамъ. ІІо это пе мѣпяетъ факта, что почти
вся наука создана мулечипой, что мужчина,
главным« образомъ, создал« исторію, что можнв
записать почти цѣлую псторію міра, не упо- ')
|ілпувъ иыеип пи одной женщины. Съ другой
Стороны, мы владѣемъ даромъ преданности, способностью вдохновлять, определенного склонностью
юскреппо любить все прекрасное, любовью къ
|*лзни и необычайно точным« глазом« для оцѣи- •

&

m

••

ни нравственных* качеств*. 13ы прекрасно знаУ л"' е т С ) что в ъ сравпеніи с ъ нами мужчины прямо
V с л ѣ п ы в ъ последнем* отношешн. В ы знаете,
: ѵ ІѴ к а к * они безпокойпы-.. п канрнзпы. А в ъ н а с *
есть какая-то стойкость и твердость. Может*
быть, мы никогда не набросаем* контуров* бу>
V
дущаго, никогда пе откроем* новых* путей, по
V
пеѵжсли н е т * в ъ будущем* определенной, впд^ " * ч ной, почетной роли и для п а с * ? Столь же зпачи... Отельной, какъ и ваша? Мы поддерживаем* міръ,
• Карепипъ, хотя, быть может*, подняли-то его—вы.
- !!
— - В ы прекрасно знаете, Рахиль, что я верю
с
в ъ то jKö и точно т а к * же, какъ в ы . Я пи на
X U -секунду пе думаю об* унпчтоженіи женщины.
У • ' По я хочу уничтожить героиню пола. Я хочу
' С. уничтожить женщину, которая служит* пред\ J метом* ревности п является объектом* владѣнія.
» ' дЯ хочу уничтожить женщину, которую можно по: ' лучить, какъ приз*, или же запереть под* заI ^ М І К Ъ , какъ сокровище. А там*, внизу, женщина
ч <
сіяетъ, к а к * божество какое-то
— В ъ Америке,—сказалъ Эдвардсъ,—мужчины дерутся на дуэлях* во славу женщины, и
турниры ведутся передъ царицами красоты.
" — я видел* прекрасную девушку в ъ Лагм>ѣ,—сказал* Кап*.—Она сидела иод* золотым* балдахином*, словно богиня, и трое прекрасных* юпошей, вооруженных* и одетых*,
к а к * па старинных* картинах*, спдѣли на ступенях* у ея погъ для доказательства своей преданности. И они ждали только ея разрешены,
ЧТОБЫ ВСТУПИТЬ пзъ-за пея в ъ бой.

— ЗѲІ —
— По это ведь мужчины такъ поступаютъ,—
сказала Эднтъ Хейдопъ.
— Я сказалъ,—восклпкпулъ Эдвардсъ,—что
воображепіе мужчины в ъ значительно больше;?
мере приспособилось для пола, ч е м * все существо женщины. Какая жрпіципа поступила
т а к * ? Женщины пли покоряются подобным* обѵі
чаямъ, пли же пользуются ими.
— Н е т * зла между мужчиной п женщиной.
которое не было бы общим* злом*,—сказала.
Каренпнъ.—Вы, поэты, Канъ, своими любовными песнями превращаете мнлыя товарпщескія
отпошепія в ъ сосредоточенное па женщине вообуждепіе. Есть что-то в ъ жснщпнѣ, что дает*
отзвук* па эти вызовы; женщины становятся рабынями эгопстическаго самопоклоненія- Они сто
новятся подчиненными своего собствеппаго искусства. Опи развивают* и утончают* себя, какъ
вряд* ли могъ бы делать мужчиііа. One и щ у т ъ
золотых* балдахинов*. П даже, когда o u t какъ
будто возстаготъ против* всего этого, то все же
въ глубине души продолжают* искать и желать этого. Я читал* в * старых* газетах* с
двпжепіяхъ, направлявшихся къ эмапсипацт
женщины, во времена, предшсствовавшія открытію
атомической эпергіп. Эти двшцеиія, пачипавшілся желанісмъ уйтп отъ ограничепій п рабства
пола, кончались пылким* утверждением* пола, и
женщины становились еще больше героинями.
ч е м * когда-либо." Елена Холловснская*) была в і
*) Холлоізсй—тюрьма, в ъ которую заключают ь
ОѴ(І)ШІ)Р-«ИС.ТПТГЬ

П О И М .

ПЕТ).

своем* родѣ, под* конец*, таким* же источником* непріятпостеіі, к а к * и Елена Троянская,
и пока вы будете думать о себѣ, какъ о женщ и н а х * , — о н * погрозшіъ пальцем* Рахплн и
добродушно улыбнулся,—то вмѣсто того, чтобы
думать о себѣ, какъ о сознательных*, разумн ы х * существах*, вы подвергнетесь опасности... «еленпзма». Думать о себѣ, к а к * о женщин а х * , зпачнтъ, связывать мысль о себѣ съ мужчиной. II вы не можете освободить себя от* этой
свази при этих* условіяхъ... Вы должны перестать быть нашей конечной цѣлыо, Рахиль,
а должны сопутствовать нам* въ наших* поис к а х * высших* цѣлен...
Он* сдѣлалъ двпженіе рукой по направленно
•*ъ т е ы н о ы ѵ пебѵ над* горными всошшшш.
Ѵ

И1.

— Вотт» па всѣ эти вопросы отвѣтитъ первым* дѣлом* теперь наука, — сказал* Карешшъ.—Пока мы сидим* здѣсь и праздно болгаем* о томъ, что и у яш о человѣчсству, и о томъ,
что. может* быть,—нрндутъ сотни талантлив ы х * мужчин* и женщин* и безстрастно, во
имя пауки,. разрѣшатъ эти задачи, и з * любви
/ къ паукѣ. Из* н а у к * , готовых* принести нам*
) жатву, ближайшія—исихологія и певро-фпзіоло- %
( пи- 2ти сложеыя взаішоотпошенія мужчппы и
! жепщппы,
эти хлопоты, вызываемый упряис. гвомт» эгоизма—лишь временны я хлопоты н за-

Іоты, естественное слѣдствіе нашего времепп.
jlo пастапетъ прекрасный день, н всѣ эти неурядицы, которыя кажутся прочно устаповлеп:шмп, вдруг* разсѣются, к а к * дымъ, всѣ эти
Ьсовмѣстнмостн сольются воедино, и мы будем*
сами формировать п . строить наши тѣла, паши
чувства и наши лпчныя настроеиія съ такой
ре смѣлостыо, съ какой теперь нерссѣкаем* и
/.ысѣкасмъ горы, возвращаем* моря на ихъ ыѣсто,
'ізмѣпяедіъ течеиія вѣтра.
— Да, это—слѣдующая волна,—сказал* Фау(сръ, который вышел* на террасу н молча
усѣлся рядом* с * Карениным*.
Разумѣстся, въ старнну,—сказал* Эдварде*,—люди были прикованы къ свопы* городам* или государствам*, были прикованы къ
мюимъ домам* и своей работѣ...
— Я ne вижу,—продолжал* Кареппнъ,—въ
-іеловѣкѣ конечная предѣла силы самопзмѣпепія
— Нѣтъ этому предѣла,—сказал* Фаулеръ,
вставая и садясь на перила террасы такъ, чтобы
вареный* не мог* видѣть его лица.—ІІѢтъ абсолютная прсдѣла ни зианію, nu силѣ... Только,
[дарении*, вы пе утомляете себя?..
— Меня все это чрезвычайно интересует*,—
отвѣтилъ Карешшъ.—Я увѣрепъ, чррезъ короткое время люди перестанут* уставать. Я увѣоеиъ, что скоро вы даднте нам* что-нибудь, что
будет* выгонять нзъ н а с * усталость и почтп
мгновенно возстакавлпвать иашн истощештыя
ткани. И эта старая машина будет* работать,
не убавляя хода, безъ остановки.-,

— Очепь возможно, Каренинъ. Но еще многому
надо научиться.
— к т ѣ часы, которые мы отдаемъ персвѵривапію пищи? Какъ в ы думаете, развѣ ne наймется способа сократить этотъ процесс*?
Фаулеръ кивнул* утвердительно.
— А еще сопъ! Когда человѣкъ своими яркими
искусственными огнями положил* конец* ночи
въ своих* городах* и домах* (это было достигнуто всего лѣтъ сто тому назад*), то естественаымъ поелѣдствіемъ этого должен* былъ бы быть
его протест* против* восьми часов* бездѣлін.
Развѣ скоро не наступить время, когда мы будем* принимать какую-нибудь таблетку или
ложиться в ъ поле дѣйствія какой-либо силы,
которая позволит* нам* обойтись всего к а к и м ѵ
нпбудь часом* дремЬты u быть в ъ состояніи встать
вполнѣ свѣжимн?
— Фробишеръ и Амнръ-Алп уже работают*
въ этомъ паправлепіп.
— A всякія неудобства старости и т ѣ болѣзнп, которыя появляются с ъ годами; постепенно
вы будете отгонять ихъ п удлинять промежуток*
лѣтъ между бурной страстностью юности и морщинами старости. Человѣкъ, который прежде
ослабѣвалъ и умирал* по мѣрѣ того, какъ
гнили его зубы, теперь увѣренпо падѣется па
безпрерывпое удлішеніе, безнрерывное увелпченіе числа лѣтъ своей жпзпп. И в с ѣ органы его,
бывшіе раньше хранилищем* в с я к и х * зол* и
.іэлѣзпей, излішшіе приростки и затаенные, предательств уголки его т ѣ л а — с ъ ними вы все

усиъшпѣе п успѣшпѣе справляетесь. Вы рѣжете
іі перекраиваете его тѣло, н даже слѣдовъ рубцов* пе видать. Психологи понемногу научатся
кроить и переформировать мозги н умы, уменьшать п удалять вредныя осложненія мыслей п
пастроепій, облегчать и расширять умственные
кругозоры. Таким* образомъ, мы все болѣе п
болѣе становимся способными передать все, чему
мы научились, и сохранять все для расы. Челозѣческая рас&, расовая мудрость, наука,—без*
устали, непрерывно, накопляют* спльц чтобы
подчинить индивидуум* общей конечной цѣли.
Пе такъ ли?
Фаулеръ подтвердил* это и в * течепіе пѣкотораго времени разсказывал* Каренину о новых*
работах* в ъ Россін и Иидіы.
— А какъ обстоит* дѣло с * паслѣдствепIIостыо?—спросил* Карспинъ.
Фаулеръ рассказал* о массѣ изслѣдовапій, накопленных* п систематизированных* гепіемъ Чена, который уже начал* ясно памѣчать закопы
иаслѣдствсішости н средства опредѣлять пол*
дѣтсй, и х * сложеніе п значительную часть унаслѣдоваішыхъ о т * родителей качеств*...
— О н * действительно м о ж е т * ? .
— Пока это, такъ сказать, только лаборатории я нобѣда,—сказал* Фаулеръ,—по завтра она
даст* чисто практпческіе результаты.
— Видите,—сказалъ Еарсішпъ, поворачивая
улыбающееся лицо к ъ Эдит* п Рахили,—пока
мы т у т * нзмышлялп разлпчныя теорін о мѵжчп' н а х ъ и женщинах*, наука изыскивала средства
А

ОСБОбОЛСДОППЫй МІОЪ.

ОА

для окопчаиія разъ навсегда этого стараго спора.
Если женщина для насъ слишкомъ непосильное
бремя, мы уменьшим« его до минимума, а если
намъ не нравится тотъ или иной типъ мужчины
пли женщины, мы его выведем«. Эти старый
тѣла, эти старыя животныя ограішчешя, все это
земное паслѣдство грубой иеизбѣжиостп—спадет« съ дѵшп человѣка, какъ кокопъ съ куколки
бабочки. Что же касается меня, то, когда я слышу обо всѣхъ этихъ повыхъ открытіяхъ,—л
чувствѵю себя... мокрым«, ползущим« мотыльком«, который все еще боится расправить свои
крылья. Итакъ, Капъ, куда же насъ все это
ВеДСТЪ?
т, „„
— За предѣлы человѣчества,—отвѣтплъ и г е .
— ІІѢтъ,—отвѣтилъ Кареиппъ.—Мы все еще
можемъ опираться нашими погамп на землю,,
сотворившую пасъ. Но воздух« уже не замыкает«
пасъ, какъ стѣпы тюрьмы, и эта круглая планета
ужъ пе прикована къ намъ, какъ чугунный шаръ
каторжника...
— Скоро очень скоро люди будут« умѣть
перепоешь необычное тлготѣиіс, излагавшееся
давлеиіе, удушливые, незнакомые газы, и всѣ
пепзвѣдаппостп пространства, и рѣшатся, пакопецъ, покинуть эту землю. Скоро мы пе захотішъ
довольствоваться этимъ шаромъ. Духъ иашъ (зудеть тяпуться въ высь... Развѣ вы пе видите
какъ этотъ маленькій корабль, сверкая, поднимается высоко на пебо, мигая и сіяя, становясь
все меньше и меньше, пока синева не поглотить
его- Можете быть, тамъ люди побѣплтъ. можете

быть,—погибнуть; но другіе люди послѣдуютъ
за ними...
— Такое впечатлѣиіе, какъ будто раскрылось
огромное окно,—копчилъ Карсыииъ.
IX.
Когда приблизился вечеръ, Каренипъ и окружавшіе его подеялись па крышу здапій, чтобы
лучше наблюдать закатъ солнца. Къ ннмъ присоединились два хирурга изъ .лабораторіп, и вскорѣ пришла спдѣлка, принесшая Каренину какоето подкрѣпляющее питье въ тонкой стеклянной
чашкѣ. Былъ безоблачпый, безвѣтряпыи вечеръ,
съ густосииимъ пебомъ; далеко гдѣ-то къ сѣверу
блестѣли два аэроплана, мчавшіеся къ обссрваторіямъ Эвереста. Маленькая группа людей едѣІ і л а за тѣмъ, какъ оип перелетѣлп черезъ горы
исчезли, и иа иѣкоторое время разговор« созедоточился на иаучиой работѣ обсерваторіп.
ъ него перешли къ процессу научных« изыігаиій въ цѣломъ, какъ онъ въ настоящее время
оставлен« въ ыірѣ, и, такимъ образомъ, мысли
аренииа снова вернулись къ міровому разуму
къ великому будущему, раскрывающемуся чеовѣчеекому воображенію. Онъ задал« хирургам«
ножество вопросов« отпосительио разпыхъ отЬльпыхъ возможностей ихъ пауки и былъ въ
ильнѣйшей мѣрѣ заинтересован« и взволиованъ
х ъ отвѣтами.
По мѣрѣ того, какъ они бесѣдовали, солнце
' Іітало опускаться все ниже п ниже, коспулось
•I
20*

гор*', очепь скоро стало пылающим*, зазубр»
нымъ полушарісмъ и, наконец*, скрылось.
Карешшъ, мигая, глядѣлъ, на послѣдшй д
жавшій ободок* раскаленной массы, защити
глаза рукой и молчал*.
Вдрѵгъ опъ вздрогнул*.
'
Что случилось?—спросила Рахиль Ь
ксиъ.
— Я забыл*...—отвѣтилъ он*.
— Что вы забыли?
Про завтрашнюю оттсраціто. Я сегодня та
интересовался человѣкомъ, что почти забыл* і
Марка Каренина- Завтра Марк* Карешшъ д
ікеиъ лечь подъ вашъ пожъ, Фаулеръ, п. весі
возможпо, что' опъ умретъ.
Онъ чуть-чуть приподнял* свою сморщеші
руку
^
тг
— Это ие такъ важно, Фаулеръ. Даже ,
лепя это почти пе имѣетъ значеиія, такъ к;
дѣйствительно ли это Карешшъ сеицасъ спдЪь
Iздѣсь п говорил*? Илп же какой-то общш
п,
зѵмъ, Фаулеръ, игравши! среди н а с * ? Вы и
и всѣ мы прибавили мысль къ мысли, ио пит:
не я, н пе вы. Что вѣрпо и справедливо, т У
всѣхъ пас* шіѣстся. Когда индивидуум* Ц'І пком* развѣетъ себя, тогда конец*. Я чувстг :о,
будто я уже вышел* нзъ этого опорожиеш го
омаленького сосуда, этого Марка Каренина, я.
торый въ юности такъ крѣпко сдерживал* м :ій
Ваша красота, дорогая Эдитъ, и вашъ шир іабольшой л объ, Рахиль, и вы, Фаулеръ, съ \\&
шими крѣпкими и ловкими руками—вы для ? /і

сейчас* почти такъ лее дороги и близки, к а г ь
эта рука, что постукивает* о ручку моего кресл,И такъ же далеки и чужды. II д у х * , пщушп
знапія, духъ, рѣшившій творить н созидать, духа,
лшвѵщій и говорившш въ н а с * сегодня,—лгпл г
въ Аоина'хъ, лгнлъ во Ф.тореиціп и, я знаю, ж л
в е т * и будет* жить вѣчно...
«И ты, старое Солпцс, свопмъ пламенный ..
мечом* обжигающее глаза Марка Карешша ін
послѣднш разъ, берегись меня! Ты думаешь,
что я умираю,—а я только снимаю съ себя еще
одну оболочку, чтобы ноблшке пробраться къ
тебѣ. Я грознлъ тебѣ десять т ы с я ч * дѣтъ и
скоро я предупрежу тебя о своем* прпходѣ,
когда я буду окончательно нагъ, когда всѣ оболочки и одежды будут* сброшены. Теперь очень скоро, старое Солпце, брошусь я па тебя, схвачу тебя, упрусь своей ногой въ твое пятнистое лицо п
стану таскать тебя за огненныя кудри. Первый
ш а г * мои б у д е т * къ луиѣ, а потом* я брошусь па тебя. Я говорил* съ тобой прежде, старое Солнце, я говорнлъ съ тобой мнлліоны разъ.
н теперь я начинаю вспоминать. Да, очень, очен*
давно, прежде чѣмъ я сброснлъ съ себя нѣсколп
ко тысячъ поколѣпій, забытых* п превратившихся теперь в * н р а х ъ , — я былъ волосатым ;
дикарем* п указывал* па тебя пальцем* и—да
•я это ясно помшо!—я видѣлъ тебя въ тенет а х * . Ты это забыло, старое Солнце?..
«Слушай, старое Солнце, я собираю себя из:,
л у ж * индивидуума, въ которых* я былъ так;
долго растворен*. Я собираю свой бплліопъ мысS

лей в ъ науку п свой мнлліонъ воль в ъ одел
*бщую цѣль. И вотъ почему ты стараешься улизнуть отъ меня за горы, съеживаешься перед«
мной!»...
X.
Каренинъ выразилъ жсланіс пооыть пѣкоторос
время одному,. прежде чѣмъ вернуться въ отведенную ему келыо. Ему далн успокаивающе!
средство от* болн, которая спова пачала мучить
его; его тепло окутали мѣхами, кругом* сталь
очень холодно, и его оставили. Опъ долго сидѣл*
и наблюдал*, к а к * сумерки постепенно сменялись темнотою ночи.
Тѣмъ, кому было, поручепо незамѣтпо слѣдптьі
за нпмъ, пе понадобится ли ему чего—казалось,I
что опъ погрузился въ глубокое раздумье.
Бѣлыя и нурпуровыя вершппы на фопѣ золотого неба постепенно начали таять п сливаться
съ еппей далыо, потом* спова загорались н снова,
таяли, н яркіе маячные огни ппдшекихъ звѣзд*.,
которых* даже луна пе можетъ затмить, начали!
свою сторожевую службу. Изъ-за высокой стѣиы
черных* отвѣсныхъ гор* па восток® взошла
лупа, u задолго еще до того, какъ опа показалась изъ-за пихъ,—ея косые лучи заполнили
глубокая ущелья, свѣтлои мглой u превратили
башни и шпили Ліо-Поргула в ъ чудесный сказочный замокъ сіяюіцсй красоты...
Потомъ вдругъ произошел* какъ будто спльпыіі
взрыв* призрачнаго свѣта надъ черным* краем*
скал*, п, словно раздутый мыльный пузырь, ото-

рвавшійся от* соломинки, всплыла лупа и поплыла, ясная, свѣтлая в ъ бездонное черное пебо...
Еарешшъ встал*- Онъ сдѣлалъ пѣсколько шагов* по террас® и остановился, глядя на с е р е бряный диск*, серебряный щптъ, которому суждено быть первой побѣдой человѣка въ воздушном* пространств®...
Потом* обернулся н, сложив* за епппой руки,
сталъ глядѣть на звѣзды на сѣвсрной части
неба...
Наконец*, опъ вернулся в * свою келыо. Он*
улегся и мирно проспал* до утра. А рано утром*
пришли къ нему, далн ему паркозъ н совершили
надъ ним* операцію...
Въ общем* опа удалась блестяще, по Каренинъ былъ очень слаб*, и должен* былъ лежаті
совершенно неподвижно. Дней-лее через* семг
какой-то комочек* запекшейся крови оторвалс?.
отъ заживавшаго шва, пробрался въ сердце Каренина, п опъ иочыо скоропостижно скончался.

Универсальная Библготека.

ж<
ші .. A. а^мфміі. С и ш м і і
Іывадьщкжы.
JK ГА. і т м і и а ъ . П о ш и л Слкоъ.
-т. малая. Попг ом ал жшfoots.
I
I. УаАяьдъ. • п у ш и е ш

ОГЛАВЛЕНИЙ.
йступленіе.
"лава

Солнцеловк

I. Новый источник« эиеініи.

• • •

»
»

IL Послѣдияя война
III. Конецъ войны

»
V

І У . Новая Фаза. . .
У . Послѣдиіе дни. Марка Каренина.

•

107*. ГУАООЪ - враибурговМ.

WÏ» • др.

ШІЗБ. УАЛЛОЪ. ЧУДООЖОО
ЩВНІѲ.
1077. ИАВМВИНЪ. ЫЛ ВНВѢ НАРОДНЕЙ.
1078-80. ЛОНДАИЪ. СЫНЪ ВОЛКА.
1081-85. ЛОИДОМЪ ДОЧЬ ОИѢГЕВЪ.
1086. Л. ТОЛОТО*. НЯБѢГЪ.
ЪРЯГОЖІЯ.
1887-88. ИШИАОШАВОЯІЙ. ПЛЖЖ ЮЛЦ
X RYOPON. ГАМБРЯЯУОЪ Ж ДР. 1888. ПОЭТЫ БОЛЬГІМ. СБОРИЖП.
\ КУЯРИЯЪ. УЧОЯХКЪ Ж ДР.
1080-84. КРАШОООЯІЙ. Борьба at
-II. ІОВАСОЛИЪ. МОНТЪ - ОР4КРЛКОВЪ.
іао
ОЛЬ.
1096-87. Гайаротаяъ. Кемедія БРАЖА,
т
5. ПУОИИМЪ. ДРАМАТНЧ. оцожы. 1098. УЛЙЛЬДЪ. БАЛЛ А Д Л Радалг«-»*. У »МОЛ. ООВОБОЖДОЯЖЫ*
СКО* ТЮРЬМЫ.
МІРЪ.
1088-1100. СТИЯЕИЕЕИЪ. СТРЛКЯЛЯ
ШМОЛООЪ. ВОЕОКЖІД ЖУМЪ.
ЖЕТАРІЯ М-РЛ ДЖВККЛЯ Ж Д-РО
'J і ».ПА
ТОВА.
ХАЙДАп
•ІЛІѴ НЛ VON ftpory. 1181-4. ЛАЯЯЪ. КУМИРЫ.
ВОЯАЕТЬО. В* ДОРОЯНѢ.
1105. И. КРЯИАЦМІ*. МОЛОДЕЖЬ.
•M. ПРОВО. ІМУДѢОЫ.
1108-8. ТАТМЛЙАРЪ. ПАЯНА МОРЖ.
о*;»; : M. Л. ТОЛОТО*. КАОАЖЖ.
1108. Л. ТОЛОТО* УТРО ЖОМѢЩЖЖЛ.
Л . '> Л. ТОЛОТО*. СОМОАЖОО СЧОСТЬС. 1118-19. АИИУИЦІО. ДѢВЛ СКАЛЬ,
tt-tf'! •II. І и а м ш СОЛЬНО КОП LILT. ГОРОДОМ^. СУТУЛОВОКОО ГЯГІБ» .•> ГОРТЬ.
ОДОВЬО.
ГР. А. ТОЛОТО*. ДКЖ MOTAU. 1
ГР. А. ТОЛОТО*. АРЖМЯЪ Ж ДР. 114-15 МОООВОАНЪ. КАЕЛѢДЕЯВО.
ГР. А. ТОЛОТО*. ХРОМО* fo- 1116. ЛОМДООЪ АЛАЯ ЧУМА.
1117-91. ЖОРОЯСКІ*. ПОТОРІЯ ГУБ.
гь.
ДА, Ч 1
•НАОООИЪ МВЕЪГВРРІОГЪК ДР.
Ь- ». Л. ТОЛОТО*. СЕВАСТОПОЛЬ. 1199-86. МЕРОНОКІ*. ИЕТОРІЯ ГРѢ0J ЬУВРИИЪ. Вродъ Ж ДР.
ХА, Ч. П.
Ï V КУИРИНЬ. OEOFHLO ДВѢТЫ Х ДР. 1196-97. Ш. ДМО. ВЯВАЛТІЙСКБО ЖОРГ А
Jb. ПРАВО. ОСАЛЬ ЖЕНЩИНЫ.
ГРОТЫ. Т. П, В. 9.
&УЩДЯЖРОИЪ. ЧЕЛЕЯѢКЪ, КОТОРЫЙ 1198. ШТОЙИМАИЪ. ИНФЛУЭНЦА.
ДО ВѢРНЛЪ ВЪ ЕЧАСТЬО, • ДР. 1199. ЛУШИЯИЪ-ТИТЕАЪ. УЕДИНЕННЫЙ
•О. ДМОДДА. ПОПВЛЪ.
ДОМЯКЪ НА ВАСЯЛЬЕВСКОИЪ.
ГРИГОРЬЕВ*. ВОЛККІІ ТРЛГШКЪ.
ВЕРХАРМЪ. СОБРАН!» СТИT. H ОЯ АС OU ИЪ. МИЛЫ* ДРУГЪ.1188-61
ХОВ*
- РОААѴ ЗАПИСКИ ДЯБРОВОЛЬЦА
ДО-ВИИЬИ. НОВОЛЯ Ж ВОЛК- 1189-88. ДМИАИМИЕОЯВ. ДРЯМЛ ЯР»
ОТЬЛНЛНА
СОЛДАТА.
ИВА.
Ермеовъ Набранные етяхж.
ПРВИОТТИ. ВЖТВЛ У ТРЯИЕЛЖ.
АЕИДЕИѴ ПРИКЛВЧЕКІЯ РАЛ- 1188-41. ЯОИДЕИЪ СОЛНЦА ярввнвн
11*1. ГРАНЬ Сыній КАСКА» ТОЖЧЬЛГ» ЛЛТРУДЯ.
ЛУВВ.
^РАИАѴ САМЬ ЖОЯГЪ СЖЯО*
11*8. ГРИМА. ТРОГОДІЯ НЛ О СКОТ ОРИ
РОДЫ
СУААЪ
ИОЛАМВИОЙЪ ТУЖШОЛЛ.
EPPA, U1. ВОЛШЕБНЫЕ ОКЛАШ. 1144-48. ЬАНГЪ. КРОХЪ
ГУОООЪ - СРАМ« РР
1148. БРЮООЕЪ. ОБРУЧЕШЕ ДА
іЛИИЪ О ЯШ
Т »ДО. ЧѴАѴЯЯѴ (V-МПНІ« TTWI

Универсальная
1 Ш 4 . Мала Я а й м ъ . U i e u i t к *
Матильд*.
l l M - i . Праве. Лшбевь ж сладоотраотіе.
i i i f t . l a p . Шдгииия*. Капржвъ миллионера.
Н И . Селогуіа. Земля родная.
11*7. ЛааярмежМ. Аля ж Галя.
Ш в . Лааяреаоиій. Пеиутчикя.
11*8-81. Иеиаееаиа. Оаера ж Жана.
И І І 4 І Фдррара. Ч Ш і ѣ п , котоpact увила.
И М . Словника. Л ж й і ы ш м равскааы дѣда м и г « .
П Н . Сдеаиима. Секрета пелжяш-

Биоліотеиа

m

1206-8. Сергорита. Границы сердце
1209. Брмвева. Роя Сжльвія.
j
1810-15. Раймита. Кемедіантка |
1211-20. Англе-рувевМ Сдеаарь.
1221. Свнроиій. В ѣ ч х ы * отролжкхѵ
1222. Сіиромій. Вега лшбвж.
1228-26. Стивенееиа. Острова со

крОВНЩЬ.

1

S; і'

1227. Рабиидраввта Тагера. Садов
кика.
1228-1281. Лондона. Желѣзпая п я т *
1282. Серафимовича. Месть..
1238-М. Рейн. Власть, улицы.
1287. ГередециіЙ. Адама.
1888-49. Лейдена. Бывалый.
желя.
1841. Бурме. Ограничим ревиостж
1187-71. Ив. Тема. Дутошоотиіо же 1848-44. Дед». Сафе.
Италіж. Чавть I.
1845. Соболь. Пѣехь п ѣ с к е і .
1148-48. Леииа.
Потревоженный
117». Мер. Шагимяиа. Золушка.
тѣжя.
\
ИТ»-Б. Аи. Григорьева. Чоловѣка
1842.
Непдооаиа.
Рааносчнкъ.
-1
буду шаге.
И М . Дшереяа. Скряг* жег Саар- 12*9-81. Хичеиеа. Черны* пудель. ]
1258-58. Ломка. Весолыя приклюдай*.
ченія Арнсткда Пюжоля. •.. \
ИТТ-в. Фраиеа Жвланія ЖаиаСер12*7. Кеидиа-Дейль. Пестрая jrehrv
віаиа.
1268-60. А. де-Реиье. Страха дюБиж.!
И М . ГеродемМ. Ивборжик*.
1180-2. ЖуиовокІІ. Отжхж Ж Пров*. 1261-82. Лондона. Хркых гордынщ.
1268-68. Гаисуиа. Дѣти вѣка.
(
1183-5. Одезмина. Ольг* Орга.
1186. Уіллоа. Украденная бащилла. 1207. Бобарыиина. „Одна душа".
1187-8. Комана-Дейдь. Зиахъ чоты- 1288-73. Лейка. Симона-шутника. Ч
1275-77. Хеннигееиа. Миогмюбкма.ѵ
рохъ
118t. Т. Геть*. Клуба гашнвшотова.
1190-9L Ая. Григорьева. Одияъио*
мпогиха.
И М . Фраиеъ. Иаа дѣтоккхъ лѣта
Пьер* Новьера.
ИЮ-8Б. Иішнь-Верна. Пять с о т а мжлліоноиа жждійоко» принцессы.
И М , Праве. Ошибка.
1197-88. Яаыиееа. Лврвческіл стяхотворѳнія.
И М . Роолеедева. Доктора Коренова.
2»00-й. іеммиъ. Колооо.
в
1804. Канеиеиіі. Дуоль.

дик.

і

1879-81. Бениета. Запив о но г ребоиныо.
.
1182-84. С. Лагеря офа. Императора]
иортугальскіі.
о
1285-87. СиирекМ. Проетупжжкъ.
;
1288-90. ПшибымемиМ. Дѣти горя.
1221-98. Ст. ПшиІУім&еоиІй. Адамт
Джавга.
.
1894-99. Поеной иа котеріи и яите- !
ратурѣ. Сборника. Составил»
N. Йеиаленомій.
1800-1. Ренизева. Креотоиыд сестры.
1802-6. Фрииоа. В «чти ж а ж д у т * .

Іадребиый игтддегъ ш о ы л

'И

'.M
M