В. ПОРУДОМИНСКИЙ

—в в с зі

жшнь
МОЯ-

ПОВЕСТЬ ПРО ПОЭТА
ПОЛЕЖАЕВА
И
ПРО ЕГО ВРЕМЯ

МОСКІІА
99

ДЕТСКАЯ ДИТЕРАТУРА ««

1 9 9 1

Р2
П60

Эта книга о недолгой и тяжёлой жизни поэта
Александра Ивановича Полежаева (1804—1838 гг.).
Крестьянский мальчик, московский студент, сослан­
ный царём за стихи в солдаты, узник подземного
каземата, он всюду лицом к лицу встречался с не­
справедливым устройством тогдашней самодержав­
ной России.
Человек с горячим сердцем, гордый и смелый, он
не желал мириться с жизнью раба. Его оружием
были его стихи. В повести воссоздаётся образ поэта,
рассказывается о его времени, о том,как впечатления
жизни побуждали его к творчеству.
Консультацию текста осуществил кандидат фи­
лологических наук В. И. Коровин.

Оформление Н. Пономаревой

п

70802—516
425-81
M1Q1 (03)81

© И З Д А Т Е Л Ь С Т В О «ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА», 1051 .г.

«НО В МОИХ ОЧАХ ПРИРОДА ОТУМАНЕНА, КАК ТЕНЬ»
Александр Полежаев

РУЗАЕВКА

тставной гвардейский прапорщик Николай Ереме­
евич Струйский владел землёй и людьми в Поволжье и под
Москвой и вдоль границы кочевых казахских степей. Он жадно
приумножал свои богатства: заводил бесконечные тяжбы с со­
седями, подкупал чиновников и судей, переставлял межевые
камни, отмечавшие границу имений, а случалось, силой захва­
тывал чужие поля, луга и водопои. Своей столицей Струйский
сделал Рузаевку — село верстах в двадцати пяти к югу от
Саранска. Здесь он и жил почти безвыездно.
Трёхэтажный господский дом стоял на возвышенности и был
виден издалека. Удлинённые, островерхие окна придавали ему
сходство со старинным замком. Гостей поражало богатое уб­
ранство комнат, лепные украшения по стенам, изящество об­
становки, залы — квадратный и овальный с великолепно
расписанными, потолками. Николай Еремеевич хвалился, что
чертёж дома составил для него сам Растрелли, преславный
зодчий, возводивший Зимний дворец в столичном городе СанктПетербурге. На строительство Струйский денег не жалел: только
за кровельное железо отдал купцу свою подмосковную деревню
и при ней триста душ крестьян.
3

Возле дома располагались хозяйственные постройки: ко­
нюшни, каретные сараи, амбары, ледники. В душных людских
ютились дворовые: лакеи, служанки, повара, конюхи, скотницы,
портные. В девичьей крестьянки пряли шерсть, ткали на станках
полотно, теснились с коклюшками у тусклых окошек — вязали
кружева.
К дому примыкал большой парк с тенистыми аллеями, ело­
выми и липовыми. Николай Еремеевич любил тёмные рузаевские ели, их тяжёлые, мрачные ветви, густую тень вокруг
стволов.
Главная аллея вела к танцевальному залу с зимним садом
и оранжереей, где садовники летом и зимой растили дивные,
неведомые в здешних краях цветы.
Барская усадьба была окружена рвом и валом, за ними жа­
лись одна к другой косые, чёрные от времени и копоти крестьян­
ские избы, крытые тёмной соломой.
А. дальше вольно раскинулись господские поля.
...Тёплые весенние дожди смывают с земли остатки серого,
напитанного влагой снега,— крестьяне выходят пахать. От зари
до зари идёт мужик за сохой, выворачивает густой-чернозём,—
полоса за полосой, пока вся земля до самого горизонта не рас­
стелется ровным лиловым ковром. И вот уже вылезает из-под
земли молодая, сверкающая на солнце зелень. Хлеба растут,
становятся высокими, матово-зелёными, потом начинают жел­
теть. В поле появляются бабы с серпами, один за другим золоты­
ми человечками встают на колкой стерне снопы. На гумне
весело стучат цепы — начинается молотьба. Ветер, влетая в во­
рота, вздувает облака соломенной пыли. Золотой горой высится
зерно. Мельница прилежно машет крыльями, шумят жернова,
муку в тугих мешках па подводах свозят в амбары. Ворота
амбаров обиты железом, засовы тяжелы и крепки, на них —
пудовые замки. А там припускают осенние дожди, крестьяне
бредут на барскую работу, укрываясь с головой рогожками,
с трудом вытаскивают лапти из липкой грязи. Зимой же, когда

тёмные ели низко склоняют засыпанные снегом ветви, в избах
за крепостным валом пекут хлеб с мякиной, жалобно мычит
голодная скотина, умирают дети.
ТИПОГРАФИЯ

Больше всего на свете Николай Еремеевич Струйский любил
сочинять стихи. Стихи получались несуразные, слова с трудом
цеплялись одно за другое, но сочинитель восторженно читал
и перечитывал придуманные им строки — читал непременно
вслух, громко и горячо, даже если в комнате, кроме него, никого
не было.
Николай Еремеевич сочинял торжественные оды, послания
• к друзьям, любовные песни. В молодости он служил при дворе,
боготворил с тех пор государыню Екатерину Вторую п часто
превозносил в стихах её мудрость, милосердие и красоту.
У себя в Рузаевке завёл Струйский преотличную типогра­
фию — такие и в столице были наперечёт. Бумагу выписывал
из-за границы, кожу на переплёт покупал самую дорогую, за­
ставки, виньетки и прочие книжные украшения заказывал
лучшим рисовальщикам, шрифты также отливали для него
особенные — исключительной правильности и чистоты. Кре­
постные Струйского были замечательные мастера типографского
дела — наборщики, печатники, гравёры, переплётчики.
В рузаевской типографии печатались только сочинения её
владельца. Всякое новое своё стихотворение Струйский тотчас
издавал отдельной книжкой. Таких книжек печатали всего
несколько штук: сочинитель дарил их своим детям и близким
знакомым. Один экземпляр, напечатанный не на бумаге, а на
белом или розовом шёлке, предназначался для императрицы.
Заглавный лист украшался виньеткой: государынин вензель
«Е II», увенчанный короноіі в лучах восходящего солнца, под
ним окрещённые труба и лира, гирлянда из еловых ветвей.

Тут же стояло посвящение: «Всепресветлейшему твоему имени
от верноподданнейшего Николая Струйского». Иногда посвя­
щение получалось громоздкое, автор называл русскую царицу
царицей муз, покровительницей наук и искусств. Книгу одевали
в переплёт из тонкой красной кожи — сафьяна, теснили по
нему золотом новые украшения и посылали в Петербург.
При дворе изрядно потешались над стихами рузаевского
сочинителя. Знаменитый поэт Державин, некогда служивший
со Струйским в одном полку, шутил: «Имя ему — струя, сти­
хи же его — непролазное болото». Императрица смеялась шут­
кам, но перед иностранцами книжками Струйского хвасталась:
глядите, мол, как печатают у нас в деревнях, за тысячу вёрст
от столицы,— может ли быть такое, если государыня и вправду
не покровительница наук и искусств? Иностранцы почтительно
кивали головами. А Екатерина приказывала отдарить верно­
подданнейшего сочинителя бриллиантовым перстнем.
ПОРТРЕТЫ

В квадратном зале висели портреты рузаевских господ —
самого' Николая Еремеевича и его супруги Александры Пет­
ровны.
Николай Еремеевич, сидя в кресле, мог часами разглядывать
портреты.
На холсте Струйский появляется как бы из тенистого сумра­
ка. Его зелёный, цвета тёмных елей, кафтан сливается с фоном.
Лицо Струйского беспокойно. Сверкающие тёмные глаза тревож­
ны и задумчивы. Взгляд направлен мимо зрителя, будто Струй­
ский увидел что-то, чего не видит никто другой. На губах улыб­
ка, но не ласковая, не весёлая — недоуменная, горькая, и вме­
сте — кривая усмешка недоброго человека.
В Александре Петровне разглядел художник тонкую красоту
лица и души. Александра Петровна на портрете изящна и нежна,
6

в глазах ласковость и при том затаённая грусть. Беспечная
юность соединяется в ней с волей и разумом. В ту пору, когда
писался портрет, было Александре Петровне восемнадцать
лет.
Писал портреты Фёдор Степанович Рокотов. Струйский по­
читал его славнейшим из российских живописцев и гордился
знакомством с ним. Он говорил, что Рокотов не только изобра­
жает вид лица, но проникает внутрь души человека.
Рокотов понимал: нет человека, про которого можно ска­
зать только что-нибудь одно — добрый, злой, весёлый, груст­
ный. Чувства и мысли людей сложны: недаром говорится, что
узнаешь человека, когда с ним пуд соли съешь. И художник
Рокотов старался передать эту сложность человеческой натуры.
Оттого люди на его портретах живые и загадочные — с ними
хочется познакомиться, разговаривать, хочется понять их...
Насмотревшись на портреты, Николай Еремеевич подходил
к огромному зеркалу в резной позолоченной раме, проводил
костлявыми пальцами по своим иссечённым морщинами щекам,
видел свой тонкий нос, изогнувшийся подобно клюву хищной
птицы, тонкие подвижные губы, длинные седые волосы, спадав­
шие на плечи, глаза, сверкавшие ещё тревожнее, чем прежде...
СТРАХ

Рокотов писал портреты в 1772 году, и Николай Еремеевич
вспоминал теперь, какое это было прекрасное время. Он был
тогда молод, полон сил и надежд, захвачен приобретением
земель и крестьян, отделкой своего дома.
Но двух лет не прошло — из-за Волги, с Урала, явился со
своим войском Емельян Пугачёв. Господа называли Пугачёва
«злодеем» и «душегубцем», а мужики величали «батюшкой»
и шли за ним тысячами. Многие помещики обратились в бег­
ство. Николай Еремеевич медлил, жалея оставить имение на
7

произвол разбойников. Но прискакал управляющий, посланный
на разведку, рассказал, как встречали Пугача в Саранске.
Войско мятежников вступало в город под жёлто-красными
знамёнами. Частокол пик поднимался в небо. Повстанцы, кон­
ные и пешие, в считанные минуты заполонили улицы. Ехали
верхом степенные яицкие казаки с ружьями поперёк седла.
Башкиры в меховых шапках, вздымая пыль, крутились на диких
своих конях. Положив руку на чугун ствола, шли рядом с пуш­
ками артиллеристы из уральских рабочих людей. На Пугачёве
был голубой бешмет, стянутый золотым поясом, чёрная смуш­
ковая шапка, широкие казачьи шаровары малинового бархата.
За поясом два пистолета, на боку кривая сабля. Народ радостно
его приветствовал: все вышли на базарную площадь в празд­
ничной одежде и кричали «ура». Пугачёв приказал читать гра­
моту: он жаловал народ землями, водами, лесами, рыбными
ловлями, жилищами, покосами, посевом и хлебом. Обедал Пу­
гачёв в доме воеводской вдовы, что жила у Трёхсвятской церкви,
кушанья подавали на серебряной посуде, он же, подходя к окну,
дарил серебро собравшимся возле дома простым людям. Прика­
зал Пугачёв к утру везти в Саранск окрестных помещиков на
суд и расправу.
Николай Еремеевич тотчас велел заложить тройку, лошадей
выбрал самых резвых, посадил в карету Александру Петровну
и детей, из имущества взял на колени только ларец с дорогими
камнями и деньгами и погнал на Москву. Мчались не оста­
навливаясь — как бы в беспамятстве. Николай Еремеевич боял­
ся постоялых дворов, каждый мужик казался ему пособником
Пугачёва. По дороге начался у него озноб, в московском своём
доме он часами сидел, прижимаясь спиной к жарко натопленной
кафельной печи, но дрожь не унималась. Когда пойманного
Пугача в клетке привезли в Москву, Струйский поспешил для
успокоения на Болотную площадь — смотрел, как рубили зло­
дею голову.
Узнал Николай Еремеевич, что рузаевские крестьяне встре­
8

чали пугачёвских посланцев хлебом-солью, посадили их обе­
дать в господском доме, многое в доме попортили, сорвали
дорогую железную кровлю. В деревне Покрышкине, также ему
принадлежащей, того хуже — убили старосту. По возвращении
в Рузаевку Струйский учинил жестокий розыск: клеймил
непокорных рабов калёным железом, бил кнутом нещадно,
готов был истребить всех с жёнами и детьми, а дома их предать
огню, однако спохватился: без пахарей, скотниц, пастухов,
служанок, кучеров, плотников не обойдёшься, а где взять дру­
гих, коли все вокруг — бунтовщики?..
С тех пор двадцать лет минуло, но страх и ненависть не
проходили. От них и эта худоба, и этот вечный огонь в глазах...
Разглядывая в зеркале своё лицо, Николай Еремеевич думал
о том, что мало стал похож на давний свой портрет и что хорошо
было бы попросить Рокотова снова написать теперь его и Алек­
сандру Петровну. Если повесить новые портреты рядом с преж­
ними, будет видно, как меняет человека время.
И он послал художнику приглашение погостить в Рузаевке.
ХУДОЖНИК РОКОТОВ

Лет десять назад слава Рокотова была ещё очень велика.
Многие знатные люди желали иметь исполненный им портрет
и платили за работу сто рублей. Но появились новые живописцы,
они писали не так, как он, и брали за работу вдвое-втрое дороже.
Рокотов им не завидовал и не подражал. Он знал, что в искусстве
обезьянить нельзя: художник должен быть такой, какой он
есть, а начнёт подделываться под других — ему конец. Пока
работает по-своему, хороший ли, плохой ли, но он — художник;
а подражатель и самый ловкий — не художник, а подражатель.
Да и глаза у Рокотова стали слабеть. Иногда, в сумрачные дни,
видел он всё вокруг словно сквозь реденькую тряпицу.
Фёдор Степанович поселился на тихой московской окраине
9

возле старинного монастыря. После обеда, пока не стемнеет,
сидел у окна и читал, водя над страницами большим увеличи­
тельным стеклом в медной оправе. Мимо окна день-деньской
брели богомольцы. Жили при Рокотове верный слуга с женою,
тоже, как он, старики. Вечером, чтобы провести время и не
утомлять зрение, Фёдор Степанович играл с ними в дурачки.
Заказчиков мало. Месяц проходил и другой, пока подъезжала
к крыльцу карета' четвернёй с форейтором на передней правой
лошади и лакеем в красной ливрее на запятках. Хотя за портрет
просил теперь художник всего пятьдесят рублей...
Получив от Струйского приглашение, Рокотов решил ехать.
Не виделись давно, а ведь смолоду знакомы — в прежние годы
часто встречались и в Петербурге, и в Москве; Николай Ереме­
евич прославлял художника стихами и прозой, покупал у него
работы, присылал к нему для обучения крепостного своего
живописца Зяблова, сына рузаевского пахаря. Чахотка погубила
Зяблова в молодые годы, Струйский горевал, что лишился такого
мастера, даже стихи сочинил: «Пускай, хоть был он раб, но
слёз достоин будет». В Рузаевке не был Рокотов с тех давних
пор, как писал портреты хозяев. Двадцать лет и два года пробе­
жало.
Чтобы путешествие обошлось дешевле, Фёдор Степанович
нашёл попутчиков — пензенскую барыню и старичка инвалида,
отставного офицера. У инвалида пустой левый рукав был при­
колот булавкой к поясу мундира. Наняли в складчину крытую
карету с чёрным кожаным верхом. Фёдор Степанович уложил
в дорожный сундук парадный шёлковый кафтан, серый, шитый
серебром, башмаки с серебряными пряжками, тонкое бельё и на
всякий случай белый парик с буклями на висках. В особый
ящик сложил принадлежности для работы: палитру — дощечку
смешивать краски и несколько любимых кистей. Поверх до­
рожного платья' для защиты от пыли и грязи он надел чёрный
плащ без рукавов с застёжкой у шеи и чёрную английскую
шляпу, высокую, с плоским верхом и широкими полями.
10

Ехали дорогой на Пензу. Солнце вставало впереди экипажа
слева, а заходило по правую руку сзади.
Попутчики попались разговорчивые. Толстая барыня рас­
сказывала, как в молодости пряталась с семейством в лесу от
Пугачёва. Дворяне бродили в лесах целыми таборами — гряз­
ные, голодные, без прислуги; по ночам боялись разжигать
костры. Соловьёв в то лето было необыкновенно много, ночью
пели они громко, как бы в отчаянии,— с того времени невзлю­
била барыня ни леса, ни соловьёв. Инвалид вспоминал военную
кампанию 1759 года, битву при Кунерсдорфе, когда наши войска
разгромили прусскую армию. В разгар боя, рассказывал инва­
лид, почудилось ему, будто чёрное от дыма солнце сорвалось
с неба и полетело прямо на него: это было неприятельское ядро.
И старичок похлопал себя по пустому рукаву. А шёл ему тогда
всего девятнадцатый год. Рокотов прикинул в уме: инвалид-то
на пять лет младше его, вот тебе и старичок!
Иногда, чтобы отдохнуть от разговоров и размять затёкшие
ноги, Фёдор Степанович вылезал из кареты и следовал за ней по
обочине, краем жёлтого ржаного поля. Память рисовала перед
ним картины такие далёкие, что и не верилось, будто всё это
было. Виделось ему: солнечным летним днём идёт он с отцом вот
так же — полем, и спелая рожь так же шуршит, и так же синие
васильки сверкают среди колосьев; отец крепко сжимает его
ручонку в большой шершавой ладони и без конца повторяет, что
если Федя перед барином в грязь лицом не ударит, докажет
к рисованию талант, его сиятельство пошлёт Федю учиться, а как
станет Федя добрым мастером, глядишь, и вольную даст. Были
они тогда крепостные люди князей Репниных...
В Саранске Фёдор Степанович расстался с попутчиками. На
пыльной базарной площади ждал его посланный ему навстречу
из Рузаевки человек в открытой коляске, запряжённой парой
сытых лошадей. Человек сразу признал художника: в чёрном
плаще, в шляпе с плоским верхом, он выглядел среди базарной
толпы чужеземцем.
11

Сидя в коляске, Рокотов глядел вокруг, узнавал и не узна­
вал знакомые места. Липы при подъезде к барскому дому он
помнил молодыми; теперь стволы их раздались, кора огрубела,
сильные ветви широко раскинулись над его головой, солнечные
лучи, пробиваясь сквозь густую листву, рассыпались по земле
ослепительно яркими зайчиками. И художник грустно думал
о неумолимом движении времени.
КВАДРАТНЫЙ ЗАЛ

Рокотов проснулся рано. За долгие годы работы он привык
дорожить каждым часом света. И теперь, хотя глаза его ослабели
и он.редко брался за кисть, он по-прежнему поднимался с зарёй.
Он сунул ноги в обшитые мехом домашние туфли и в одной
рубахе, длинной, до полу, подошёл к окну. Покои, ему отвели .на
верхнем этаже. Отсюда было видно, как в небе за тёмным не­
подвижным полем быстро разгоралась огненная полоса, нежные
палевые лучи выбивались из-под неё, края дальнего облака
сияли перламутром.
Слуга в накинутом на плечи армяке, босой принёс белый
фаянсовый кувшин с водой и такой же лаз .— умываться. Фёдор
Степанович ополоснул лицо, надел батистовую сорочку с кру­
жевным воротом, короткие штаны из чёрного шёлка и серый
свой кафтан с обшитыми серебром манжетами, карманами
и петлями; на ноги с выпирающими стариковскими коленями
натянул тонкие белые чулки. Достал из сундука парик, повер­
тел в руках и положил обратно. Зачесал волосы назад, привычно
заплёл косичку, повязал чёрной лентой и спрятал в чёрный же
бархатный мешочек, называемый «кошелёк». Стараясь ступать
тише, художник вышел за дверь, длинным коридором добрался
до лестницы и спустился в квадратный зал.
Уже совсем рассвело. Он медленно двигался вдоль стен
и рассматривал развешанные в зале картины.
12

Вот портрет Екатерины Второй, написанный им в год её
восшествия на престол. Исполняя портрет, Рокотов хотел по­
казать, что на троне российского государства должны царить
добро, мудрость и справедливость. Лицо императрицы спокойно
и ласково, правая рука со скипетром протянута вперёд — го­
сударыня будто указывает, что прежде всего надлежит сделать
для общего блага.
Теперь Рокотов с грустью думал, что властители но склонны
слушать советы художников.
Вот изображение кабинета Ивана Ивановича Шувалова,
давнего президента Академии художеств. Картину Рокотов
.написал ещё в молодые годы; позже рузаевский крепостной
живописец Зяблов снял с неё эту копию. Кабинет Шувалова не
похож на роскошные кабинеты других вельмож. В нём нет
драгоценной утвари. Стены сплошь заняты картинами. Сразу
видно, что владелец кабинета не чванливый богач, а просве­
щённый любитель искусства. Здесь, в этой комнате, среди этих
картин, юный Рокотов, принятый Шуваловым в Академию
художеств, совершенствовал свой вкус и своё мастерство. Здесь
увидел юного художника Михаил Васильевич Ломоносов, сразу
поверил в его умение и пригласил помогать в работе над первыми
русскими мозаиками. Рокотов помнил полные румяные щёки
Ломоносова, его по-детски пухлые губы, яркие глаза.
А вот и портреты хозяев — Николая Еремеевича и Алек­
сандры Петровны. Художник подумал, что писать новые порт­
реты Струйских, пожалуй; неинтересно. Николай Еремеевич
показался ему не в меру ожесточённым. Александра Петровна
пополнела, лицом сделалась решительнее, из глаз её ушла за­
гадочность, появились в глазах житейская опытность и хозяй­
ский расчёт.
Показался в дверях мальчик лет одиннадцати, господский
сын, узкогрудый, бледный, тёмные глаза навыкате. Семейные
звали мальчика Лёвушкой, слуги — Леонтием Николаевичем.
Следом за Лёвушкой шёл воспитатель-гувернёр в коричневом
13

фраке, вёл барчука в классы. Под мышкой у Лёвушки была
тетрадь в твёрдом кожаном переплёте.
Лёвушка поклонился и объявил, что батюшка, Николай
Еремеевич, просит господина Рокотова к себе. Художник погла­
дил мальчика по голове, взял из его рук тетрадь, открыл. На
первой странице был французский диктант, тут же арифмети­
ка — примеры на умножение, столбиком. Сбоку на полях —
рисунок: бородатый мужик привязан к столбу, другой, в синем
кафтане, бьёт его кнутом. Рокотов быстро закрыл тетрадь, про­
тянул Лёвушке:
— Это дурной рисунок. Художество есть добро.
— Я не художник,— вскинул голову Лёвушка.— Я здешний
господин!
«ПАРНАС»

В Греции есть гора Парнас. Древние греки считали, что на
вершине горы живут музы, возглавляемые прекрасным богом
искусств Аполлоном.
Николай Еремеевич Струйский называл «Парнасом» свой
кабинет на верхнем этаже рузаевского дома. Здесь он сочинял
стихи.
По стенам кабинета были расставлены статуи Аполлона
и девяти муз. В комнате царил такой беспорядок, словно вещи
были нарочно сдвинуты с места, перепутаны, разбросаны самым
неподходящим образом. На письменном столе среди книг и бу­
маг лежал вниз лицом белый мраморный бюст, рядом стоял
высокий хрустальный бокал, на дне его светился тяжёлый
бриллиантовый перстень, из бокала торчала оплывшая палочка
красного сургуча. Струйский называл этот беспорядок «поэти­
ческим» и говорил, что без него невозможно сочинять стихи.
Всё на «Парнасе» было покрыто толстым слоем пыли. Стирать
её строго запрещалось. ^Николай Еремеевич объяснял, что
14

пыль — лучший сторож: по следам на ней сразу видно, не
хозяйничал ли кто-нибудь без него в кабинете.
Струйский встретил художника приветливо, обнял и стал
усаживать в огромное кресло, нелепо стоявшее посреди комнаты.
Садясь, Рокотов старался хотя слегка стряхнуть пыль платком.
Николай Еремеевич торжественно объявил, что нашёл среди
своих стихов послание к дальнему другу, именуемое «Излияние
сердца»,— стихи будто нарочно написаны на приезд любезного
Рокотова. Он извлёк откуда-то из-под стола длинный лист
бумаги, встал против гостя, важно поднял руку и прокричал:
Душа твоя ко мне являлася приветна,
Кому твоя приязнь ко мне уж неприметна!..

Он кричал всё громче; не прерывая чтения, пробежался по
комнате, на строчке «Как прежде любишь ли ты друга отдаленна?» остановился позади Рокотова и больно ущипнул его за
плечо. Рокотов подумал: синяк будет. А Струйский снова за­
бегал, опрокидывая стулья и стоявшие на полу вазы и статуэтки.
Одежда на нём была странная — не то длинный камзол, не то
короткий халат из золотисто-зелёной, как лягушачья шкурка,
парчи, подпоясанный шёлковым розовым кушаком.
Но сталось так! Что я грущу, знать, так и должно;
Мне в грусти сей себя почти забыть возможно...

Художник, слушая, думал, что в стихах Струйского, как
в его кабинете,— беспорядок и пыль.
Толико уловлен, толико привлечен
Всем сердцем тя любить я сколько огорчен...

Струйский окончил чтение и бессильно опустился на табурет
у ног мраморного Аполлона.
Рокотов спросил, отчего видит он по стенам между ста­
туями муз целый арсенал оружия: пистолеты, ружья, сабли,
15

шпаги, кинжалы? Известно, что орудия смерти не дружат
с искусствами. Струйский отвечал, что крепостные рабы его —
как один, мятежники и злодеи, оттого и здешний «Парнас» не
только место поэтических восторгов, но также военная кре­
пость.
БУКОВКА

Струйский пожелал немедленно напечатать стихотворение
отдельной книжкой и подарить гостю. Он повёл Рокотова в типо­
графию. Типография помещалась рядом с домом в одноэтажном
кирпичном сарае. Струйский подозвал наборщика, красивого
чернобородого мужика, и передал ему лист со стихами. Черно­
бородый подошёл к наборной кассе — большому ящику, раз­
делённому на ячейки; в каждой ячейке лежали свинцовые
брусочки, литеры, с отлитой на них одной какой-нибудь буквой.
Наборщик взял в левую руку коробочку с высокими краями,
а правой стал одну за другой доставать из ячеек нужные буквы
и составлять из них слова. Он ставил буквы и слова не слева
направо, как пишут, а справа налево: когда литеры покроют
краской и прижмут к ним бумагу, буквы и слова отпечатаются
как нужно.
Наборщик осторожно вынимал из коробочки составленные
строки и перекладывал на железный поднос. Мастер-версталь­
щик подсчитывал, сколько строк пойдёт на каждую страницу,
отделял их и, чтобы не рассыпались свинцовые буковки, крепко
стягивал бечёвкой по краям.
Тем временем Струйский с другим рабочим выбирал под­
ходящую картинку — виньетку. Выбрал такую: палитра с про­
сунутыми в отверстие для пальца кистями, под ней раскрытый
альбом, сзади мелко — уходящая вдаль еловая аллея.
Переплётчик бережно кроил кожу на переплёт.
Наконец, страница за страницей сложили на подносе всю
собранную из отдельных буковок книгу, поместили в станок,
16

намазали краской, печатник покрыл набор бумажным листом
и, повернув рукоятку, придавил его тяжёлой крышкой. Потом
освободил лист и поднёс господину влажный от краски оттиск.
Струйский начал громко читать, водя по странице костлявым
пальцем.
Вдруг он замолчал, лицо его побледнело, губы задёргались,
будто в усмешке. С оттиском в руке он подбежал к наборщику
и схватил его за бороду. Мужик повалился на колени. В типо­
графии стало тихо, точно в ней не было ни души.
— Бунтовщик! — закричал Струйский.— Опозорить взду­
мал господина своего!
Он поднёс оттиск к самому лицу наборщика. Тот в испуге
закрыл глаза.
— Нет, ты смотри, смотри! Читай, вор, да чтоб все слышали!
То ли, набирая в спешке, не из той ячейки схватил мастер
буковку, то ли буковка попалась с порчей, только вместо
«грущу» стояло в стихе — «груШу».
Тут бы, и правда, посмеяться, да не до смеху.
— За такое преступление мало кожу с тебя с живого содрать!
Но как прежде был прилежен, на первый раз будешь бит
кнутом. И помни моё милосердие!
Откуда ни возьмись, подскочили два господских стражника,
оба в одинаковых синих кафтанах. Схватили наборщика под
руки, потащили за собой.
Струйский с порога крикнул в молчавшую типографию:
— Я вашу пугачёвщину изведу!
РАСПРАВА

Мужика секли под окнами господского дома. Николай Ере­
меевич наблюдал с «Парнаса», хорошо ли бьют, не жалеют ли.
В кабинете слышно было, как хлопает кнут. Не в силах слушать
свист бича и стоны несчастного, Рокотов тихо вышел из комнаты.
2

* Г г Я m il. ОН, МОН __ r | . m ; j a !

17

Перемазанный краской оттиск со злополучной «грушей» он
свернул вчетверо и положил в карман на память.
К обеду хозяин не появился. Александра Петровна, стыдясь
глядеть гостю в глаза, объяснила, что после расправы нападает
на Николая Еремеевича сильный страх. Отовсюду ждёт он
покушения: на прогулке удара из-за угла, в пище отравы.
Оттого, случается, несколько дней подряд сидит, запершись на
«Парнасе», безвыходно.
Погода портилась. Ветер натягивал тучи. Тёмные ели за
окнами протяжно шумели.
Рокотов вспомнил вдруг про неотложные дела в Москве, по­
просил у Александры Петровны лошадей до Саранска: глядишь,
возница, который доставил его туда, ещё не нашёл обратных
пассажиров. Александра Петровна его не отговаривала.
Он поднялся к себе, быстро переоделся в дорожное платье.
Застегнул на шее плащ. Плотнее нахлобучил шляпу.
Выезжая из Рузаевки, художник вспоминал двух своих
племянников, выкупленных им из крепостного состояния. Те­
перь оба в армии, уже офицеры...
Тучи совсем заволокли небо. Ржаное поле померкло. По
нему пробегали тревожные волны. Начался дождь. Сперва капал
лениво, как бы раздумывая, но скоро полил ровно и сильно.

«СУДЬБА МЕНЯ В МЛАДЕНЧЕСТВЕ УБИЛА»
Александр Полежаев

НЕНУЖНЫЙ МАЛЬЧИК

последних числах августа 1804 года крепост­
ная господ Струйских, солдатская дочь Аграфена, родила маль­
чика. Управляющий имением Михайла Семёнович Вольнов
побежал докладывать барыне. Александра Петровна приказала
немедленно доставить к ней новорождённого. Она была теперь
полноправной рузаевской хозяйкой.
Николай Еремеевич уже восемь лет как умер. Подкосила его
кончина обожаемой государыни Екатерины Второй. Когда
скорбная весть достигла Рузаевки, Николай Еремеевич без
чувств рухнул на пол. С этой минуты ноги отказались ему
служить. Язык тоже плохо его слушался. Обложенный по­
душками, он сидел в кресле с бессмысленным лицом и злыми
глазами. Привезённый из города лекарь опасливо обошёл кресло,
дотронулся до большой холодной руки Николая Еремеевича,
безжизненно лежавшей на подлокотнике, и, выйдя в соседнюю
комнату, печально покачал головой. Александра Петровна про­
тянула лекарю денежную бумажку, ассигнацию, и приказала, по
обычаю, звать дворовых прощаться с барином. Мужики и бабы
входили в комнату, становились перед Николаем Еремеевичем
на колени и кланялись ему в ноги. Бабы громко всхлипывали,
19

мужики сокрушенно вздыхали и терли тыльной стороной ладо­
ни сухие глаза. Барин сидел страшный: неподвижный, будто
умер уже, а смотрел сердито — как буравчиками сверлил.
Когда приблизился к нему старик каретник, накануне жестоко
наказанный плетьми, лицо Николая Еремеевича вдруг переко­
силось, он потянулся схватить старика за бороду — и повалился,
мёртвый. Похоронили Струйского, как он приказывал, не в церк­
ви и не в семейном склепе, а возле ограды, ближе к дороге. Он
говорил, что желает и после смерти видеть, как работают его
крестьяне, и, если будет надобность, встанет из могилы и нака­
жет нерадивых. Крестьяне огибали недобрую господскую могилу
и скоро протоптали тропку, кривой дугой уходящую далеко
в сторону от дороги.
...Управляющий Михайла Вольнов нашёл Аграфену в люд­
ской. Там женщины солили огурцы. Доставали из корзин огур­
чики, подбирали один к одному — небольшие, крепкие, пупыр­
чатые, ровные по величине, укладывали в добела выскобленные
изнутри бочки, заливали рассолом, клали в бочки белые головки
чеснока, жёсткие стебли укропа, листья хрена и мягкие, будто
тряпичатые, смородиновые листья. Аграфена в углу на лавке
кормила ребёнка грудью. Там же на вбитом в потолок крюке
покачивалась наскоро устроенная зыбка: на квадратную рамку
из четырёх досочек натянули холстяное донце, к углам рамки
привязали верёвочки и зацепили за крюк. Михайла Вольнов
с удовольствием вдохнул вкусный пряный запах, схватил из
кучи огурец, жадно откусил раз-другой крепкими зубами, утёр
ладонью небольшую рыжую бороду и повёл Аграфену к ба­
рыне.
По двору шли: впереди Михайла Семёнович — в коричневом
суконном кафтане нараспашку, рубаха подпоясана высоко, по
груди, почти под мышками, чтобы виден был плотный, сытый
живот, за ним — Аграфена в серой полотняной рубахе и жёлтом
сарафане. Аграфена ступала осторожно, прижимая к себе ре­
бёнка. Мальчик не спал, лежал у неё на руках спокойно, с от­
20

крытыми глазами. Глаза у него были большие, чёрные, круглые,
как вишни.
День стоял солнечный, золотой. В небе разливалась осенняя,
неяркая голубизна. В густой ещё листве берёз кое-где про­
сверкивал жёлтый лист. Горели на рябинах красные гроздья.
Свежие еловые побеги успели потемнеть. У дверей господского
дома Михайла Семёнович взял из Аграфениных рук младенца
и сам понёс к барыне. Аграфена осталась на улице, за дверьми.
Александра Петровна ждала управляющего на «Парнасе».
Всё здесь было как при покойном господине — и статуи муз,
и беспорядок, только пыль тщательно вытерта. Михайла Вольнов
вошёл с поклоном, держа на протянутых руках ребёнка, точно
блюдо с хлебным караваем. Александра Петровна кивком указа­
ла на стол, и управляющий осторожно положил туда свою ношу.
Мальчик лежал на письменном столе рядом с покосившейся
стопкой книг, упавшим мраморным бюстом, хрустальным бока­
лом, в который была воткнута тёмно-красная палочка сургуча.
Александра Петровна отогнула угол пелёнки: глаза у мальчика
были открыты — большие, чёрные, горящие; Александра Пет­
ровна подумала: «струйские» глаза.
Она отошла к окну. Внизу под окном стояла, задумавшись,
красавица Аграфена. Александра Петровна залюбовалась ею.
Статная, черты лица правильные и вместе нежные, волосы
пушистые, светлые, цвета гречишного мёда, ноги, даже в лаптях,
маленькие не по-крестьянски, вот разве только руки красны —
да как их убережёшь на деревенской работе! Такая всякому
приглянется, думала Александра Петровна. Она знала — да
и кто того не знал,— что Аграфена приглянулась её сыну, моло­
дому барину Леонтию Николаевичу. Года не прошло, как
Лёвушка — Леонтий Николаевич,— выйдя в отставку, вернулся
из гвардейского полка и поселился в Рузаевке. Мальчик, при­
несённый на «Парнас», был сыном не только крестьянки Агра­
фены, но и господина Леонтия Струйского. Он был одновремен­
но рабом и внуком Александры Петровны.
21

Какой ни была Аграфена раскрасавицей, жениться Леонтию
Николаевичу на крестьянке было невозможно; однако оставлять
мальчика в вечном рабстве тоже жаль. Будет всю жизнь ходить
за сохой, а то, глядишь, сдадут в солдаты или, того хуже, вовсе
запорют за какую-нибудь провинность.
Александра Петровна повернулась к управляющему и велела
искать Аграфене мужа из вольных людей. Приданое за ней
будет порядочное — и бельём, и посудой, и деньгами; если
понадобится, можно и дом купить в городе. Михайла понимающе
склонил голову.
Александра Петровна приказала назвать мальчика Алек­
сандром.
Фамилии у него пока не было.
ТОРГОВЛЯ

Начал Михайла Вольнов искать мужа Аграфене. Помог бо­
гатый саранский купец. Нашёлся у купца приятель, тоже из
купеческого звания,— Иван Полежаев. Торговлю Полежаев вёл
мелочную, богатства не накопил. У Полежаева был сын, звали
его, как отца, Иваном. Старший Полежаев надеялся вывести
сына в люди через выгодную женитьбу. Тут появился в доме
Полежаевых рузаевский управляющий Михайла Семёнович.
Мужчина дородный, степенный, кафтан праздничный, хорошего
чёрного сукна. Вольнов достал из-за пазухи бумажник, боль­
шой, кожаный, немного потёртый; в бумажнике — опись прида­
ного, которое дают господа за Аграфеной. Михайла Семёнович
развернул опись, стал читать:
— Салоп тёплый, тёмно-зелёный, атласный, под ним мех
черно-бурый, лисий. Шуба на заячьем меху. Платье шёлковой
материи, палевое. Две скатерти персидские, белые. Две дюжины
столовых салфеток, белых. Одна перина двухспальная, пуховая.
Шесть подушек пуховых...

Склонив голову набок, отец Полежаев слушал мечтательно,
как песню.
Пока гость раскрывал бумажник, старший Полежаев тотчас
приметил упрятанную в кожаный кармашек плотную пачку
денег.
А Михайла Семёнович, едва поведя глазом, оглядел тесно­
ватую Полежаевскую горницу, важно погладил рыжую бороду:
— Мы и дом молодым справим...
Купец Полежаев решил взять сыну в жёны отпущенную на
волю господами Струйскими крестьянку Аграфену с шубой,
салопом, периной, подушками пуховыми, с домом в городе
Саранске и полугодовалым сыном Александром.
...Венчали Аграфену с Иваном в рузаевской церкви, по­
дальше от любопытных глаз; тут и священники были послушны
своим господам, и книги церковные велись под надзором самой
Александры Петровны.
День стоял январский, морозный. Венчанье назначили с ут­
ра, церковь была нетопленная.
— Обручается раб божий Иван рабе божией Аграфене,—
произносил священник привычные слова, изо рта его шёл пар.
Вокруг пламени свечей легонько дрожали жёлтые кружки.
В полутьме у дальних икон, где свечи не были зажжены, тепли­
лись красные и зелёные огоньки лампадок. Народу в церкви
было мало: барыня не велела пускать никого лишнего. Сама
Александра Петровна появилась с несколькими надёжными
слугами, приехал также саранский богатый купец, который
устроил дело. Священник говорил, что главное в семье — любовь
и правда. Аграфена думала, что вот выдают её замуж за нелю­
бимого, зато отпустили на волю; и сын её теперь не раб — сво­
бодный человек. Будут теперь у Саши отчество и фамилия —
Александр Иванович Полежаев.

УКОЛЫ Ч

Дом в Саранске был куплен большой: сами поместились,
и жильцов пустили, и ещё одну комнату, самую просторную,
сдали под швальню — портняжную мастерскую. Шили в мастер­
ской солдатскую амуницию — мундиры и шинели, одевали новобрапцев-рекрутов. Русское войско сражалось с армией француз­
ского императора Наполеона на полях Австрии и Пруссии, но
все знали, что это только начало — главная война впереди. Рано
утром маленького Сашу будили песни, которые доносились из
швальни.
Буря морс раздымает,
Ветер волны подымает,—

пели портные. Мать надевала па мальчика длинную, вышитую
по вороту рубашку, подпоясывала шёлковым витым пояском,
на ноги надевала белые мягкие валенцы, давала в руки тёплую
пшеничную краюшку.
Портные пели:
Сверху небо потемнело,
Крутом небо почернело.
Один молішіі свет блистает,
Туча с громом наступает...

Торопливо переступая, Саша топал в швальню. Подогнув под
себя босые ноги, портные сидели на широких столах, сильным,
протяжным движением протаскивали толстую нить сквозь гру­
бое шинельное сукно.
Начальники все в заботе,
А матросы все в работе:
Иной летит сверху книзу,
Иной лезет снизу кверху.
Тут парусы подымают,
Там верёвки подкрепляют...
24

Самый интересный из портняжных мастеров был старик
Гаврила Вуколыч. Маленький, лысый, уши оттопырены, голова
глубоко ушла в плечи.
— Хорошо, ушами зацепилась, а то совсем бы вовнутрь
провалилась,— смеялся Гаврила Вуколыч и звонко пошлёпывал
себя по лысине. Говорил он затейливо, с шутками да прибаут­
ками, историй знал множество, все занятные, иной раз такую
долгую заводил — утром начнёт, в обед прибавит, вечером над­
ставит, а доскажет, глядишь, только на другой день.
Старика Гаврилу Вуколыча называли все просто Уколычем.
Он не сердился.
— Я ,— говорил, — иглой колю, зато словом хвалю. А другой
ложкой кормит, а черенком в глаз колет.
Рассказывал Уколыч маленькому Саше про войну. Пушки
грохочут, ядра летят, свистят, шипят да рвутся, от чёрного
дыма день — как ночь, напирают солдаты на врага, кто бегом
со штыком, а кто на коне с саблею. Русский солдат ничего не
боится. Ни огня, ни смерти. Вот убили солдата, явился он на
тот свет — куда его девать? Приказывают — в рай. Вот пришёл
он в рай — давай буянить: поёт, пляшет, на балалайке играет,
шилом бреется, палкой греется, сам веселится и других веселит.
Нет, говорят, тут этак не положено, тут тихо надо. «А тихо, так
я лучше в ад!» Стал он чертей в аду воинскому делу учить —
стой прямо, шагай браво, выше ногу, грудь вперёд, коли, руби,
вконец замучил. Просят черти: «Иди, солдат, к себе домой».—
«А мне и тут хорошо». Еле упросили. Взял с них солдат вы­
куп — рубль серебром да одного чёрта посадил в табакерку
и прихватил в залог, чтоб обмана не было — так и воротился
в свой полк как ни в чём не бывало.
Над столом у старика Уколыча висела картинка: царь Салтан
в золотой короне на белом коне, враги бегут, отрубленные головы
на землю падают. Саша верхом на берёзовом венике скакал
вокруг У Колычева стола — он и храбрый солдат, и грозный царь
Салтан. Уколыч, протягивая нитку, глядел на него ласково:
25

— И в солдатах люди живут, и царём — хорошо, но всего
боле — на вольной воле.
Нестерпимо везде горе,
Грозит небо, шумит море,—

пели портные.
Вся надежда бесполезна,
Везде пропасть, кругом бездна.
Если кто сему не верит,
Пускай сам море измерит...

ИВАН ИВАНОВИЧ ПОЛЕЖАЕВ

Иван Иванович Полежаев был непоседлив и ненадёжен.
Чуть свет спешил к отцу в лавку — помочь в торговом деле, но
по дороге заворачивал в трактир — побаловаться чайком, встре­
чал приятелей, те уводили его на базар — смотреть, какой товар
привезён; так целый день и бродил — неведомо где, неведомо
зачем.
Всё хозяйство было на матери, себе в помощь отпросила она
у бывших господ младшую сестру Анну. Случалось, вечером
Иван Иванович возвращался пьяный, громко ругался, грозил
матери кулаком, но не бил. Мать его не боялась — вела за руку
на кровать, укладывала, снимала с него сапоги. Он обиженно
бормотал что-то, но скоро засыпал, громко всхрапывая.
Был Иван Иванович хорош хоть куда — белокур, кудряв,
щёки румяные, губы полные, яркие, глаза прозрачно-голубые.
В движениях, однако, был суетлив: не к делу взмахивал руками,
вскакивал с места, притоптывал, оттого всё казалось, будто
делает что-то не то и не так.
Торговля у старшего Полежаева приходила в упадок, при­
быль была скудная, деньги, взятые стариком в приданое за
Аграфеной, быстро проживались, от суетливого Ивана Ивано­
26

вича поддержки никакой. Старший Полежаев всё чаще гневался
на бесполезного сына.
Однажды осенним утром Иван Иванович надел праздничное
платье, запряг лошадь, подложил для мягкости в повозку сенца
побольше и отправился в путь. На выезде из города остановился
у трактира, спросил штоф водки и чайник чаю: время холодное,
путь дальний, немудрено и продрогнуть. На просёлке повозка
вязла в грязи по самую ступицу, деревья вдоль дороги стояли
чёрные от дождей. До Леонтия Николаевича Струйского он
добрался уже в сумерках. В полутёмной прихожей тускло горела
свеча в четырёхугольном висячем фонаре. На сундуке под фо­
нарём сидел слуга и вязал на спицах чулок. К барину он Ивана
Ивановича не допустил. Иван Иванович осерчал, полез на слугу
с кулаками. Тот кликнул двоих товарищей на подмогу — где
с ними всеми справишься! Барские холопы втроём били Ивана
Ивановича. Беспокойно качались на стенах большие чёрные
тени. На шум явился управляющий, Михайла Семёнович Вольнов, спросил, в чём дело. Иван Иванович, утирая ладонью
разбитый до крови рот, стал объяснять, что деньги почти все
прожиты, приданое брали за Аграфеной, а мальчик растёт: за
сына надо платить особо. Вольнов велел связать буяна, а сам
пошёл к барину за приказаниями. Решили заявить в суд о дра­
ке, учинённой Полежаевым в доме господина Струйского, но до
разбирательства дело не доводить: лишние разговоры про Агра­
фену и про мальчика были Леонтию Николаевичу нежела­
тельны.
Михайла Семёнович поднёс судейским чиновникам сколько
следовало, чтобы припугнули глупого и отпустили с миром.
Иван Иванович воротился домой побитый: под глазом синяк,
губа опухла, праздничная одежда изорвана. По дороге успел
зайти в трактир — выпил для храбрости и чтобы стыдно не было
перед людьми.
В швальне мастера пели песни. Иван Иванович остановился
в дверях. Мальчик Саша, скинув валенцы и поджав по-порт­
27

новски босые ножонки, сидел па столе возле Гаврилы Уколыча.
— А ты, старик, всё врёшь? — сердито сказал Иван Ива­
нович, подступая к столу.— Твоё дело — что? Шить. Вот и шей.
— Иглой шыо да языком мелю...— отозвался Уколыч.
— А кулаком бью! — крикнул Иван Иванович и с размаху
ударил старика по лицу.
Уколыч мотнул головой, утёр лицо ладонью, вздохнул и снова
потянул свою нитку — нитка оборвалась.
— Эх, — вздохнул Уколыч,— швец Гаврила: что ни шьёт,
всё гнило.
Иван Иванович замахнулся снова. Саша вскочил на ноги,
крепко обнял Уколыча за шею, прижался щекой к его блестящей
лысине. Иван Иванович замер с поднятой рукой. Чёрные глаза
мальчика смотрели на него с ненавистью. Иван Иванович По­
лежаев отвернулся от стола, закрыл ладонями лицо и заплакал.
ПОКРЫШКИНО

От непутёвого сына Лёвушки — Леонтия Николаевича —
было Александре Петровне много беспокойства. Другие дети
тоже давно выросли, обзавелись собственными семьями. Надо
было делить земли Струйских, имения, крестьян. По разделу
досталось Леонтию Николаевичу сельцо Покрышкино и при нём
сто двадцать восемь крепостных душ. В помощь Лёвушке дала
Александра Петровна верного управляющего Михайлу Воль­
нова.
В назначенный день Леонтий Николаевич приехал в своё
Покрышкино. В комнатах с бревенчатыми стенами пахло вымы­
тыми полами, свежим сеном, которым набили тюфяки, горько­
ватым дымом протопленных после долгого перерыва печей,
сухой полынью, пучки которой висели по углам. Перед окнами
на голом дворе копались в пыли куры, и сами куры были
пыльные. Посреди двора когда-то была разбита круглая лужай­
28

ка, куртина: теперь трава была вытоптана, деревца, окаймляв­
шие куртину, зачахли. Леонтий Николаевич понял, что жизнь
в Покрышкине ждёт его скучная.
Он приказал собрать мужиков; крестьяне сходились лениво,
нехотя. К своим рабам Леонтий Николаевич вышел в зелёном
офицерском мундире без эполет, в высоких сапогах. Объявил,
что править намерен по-батюшкиному, без пощады. Лицо у него
было бледно, щёки впалые, блестящие чёрные глаза навыкате,
тонкие губы дёргались. Мужики постарше, глядя на него, толка­
ли друг друга локтем: точь-в-точь покойный Николай Ереме
евич — житьё теперь будет худое. Леонтий Николаевич прика­
зал старосте отобрать десять нерадивых мужиков, тотчас высечь
и бороды им обрить — для позора.
Настали в Покрышкине тяжёлые времена. Новый барин
властвовал жестоко. Без его воли не смели рабы ни пойти, ни
поехать, ни посеять, ни убрать, ни продать, ни купить, ни сва­
таться, ни жениться, ни, казалось, даже вздохнуть. Виновных
пороли розгами и плетьми, били кнутом, запирали голодом
в конюшню на целую неделю, мужикам брили бороду или, точно
каторжникам, половину головы. Леонтий Николаевич сам судилрядил, молодых парней сдавал в солдаты. Крестьянские тяготы
умножились. Требовал помещик без счёту с крестьянских дворов
и деньги, и скот, и птицу. С соседями он враждовал также не
хуже отцовского. Тех, кто побогаче, таскал по судам, у бедных
отнимал землю силой...
И всё-таки тоскливо было Леонтию Николаевичу в Покрыш­
кине. И, тоскуя, всё чаще вспоминал он Аграфенину красоту.
МИХАИЛА ВОЛЬНОЙ

В Покрышкине взял Михайла Семёнович Вольнов и вовсе
большую власть. Барин без него шагу не ступал. Мужики перед
ним заискивали, при встрече кланялись ему в пояс. Лапти
29

Михайла совсем перестал носить, даже по деревне разгуливал
в сапогах.
Бывая по делам в Саранске, Михайла Семёнович частенько
наведывался к Полежаевым, разузнавал, как и что, вручал
Саше розовый фигурный пряник или петушка леденцового;
случалось, оставлял и деньжонок. Как-то заглянул с утра,
когда Аграфена хозяйничала дома одна, передал от барина по­
клон и подарок — платок шёлковый, вышитый золотыми цве­
тами, сказал, что Леонтий Николаевич сильно по ней тоскует.
Аграфена зарумянилась и промолчала, но подарок приняла.
Иван Иванович, возвратясь домой, раскричался, грозил госпо­
дина Струйского и его холопа Михайлу вывести на чистую воду,
платок изорвал.
Михайла уговаривал барина, что Иван Полежаев — человек
слабый, в деньгах имеет нужду, самое простое и безопасное
дело — купить у него Аграфену. Он за деньги её взял, за деньги
и вернёт. Заплатить ему сразу побольше, чтобы навсегда убрался
из Саранска, а там без спеха перевезти Аграфену в Покрышкино.
Леонтий Николаевич дал Михайле денег и велел поступать по
собственному разумению.
Поздним декабрьским вечером видели купеческого сына
Ивана Полежаева с покрышкинским управляющим Михайлой
Вольновым в питейных заведениях, вечер был ненастный, ме­
тель крутила, ветер протяжно гудел. Домой Иван Иванович не
вернулся.
Спустя три недели старший Полежаев подал в суд заявление
о пропаже сына и винил в том крепостного человека господ
Струйских — Михайлу Вольнова. Разбирательство потянулось
долгое. Пока нашли свидетелей, пока допросили... Одни говори­
ли, что точно гулял Вольнов с пропавшим Иваном Полежаевым,
другие, что не гулял, третьи не знали, четвёртые не помнили.
Сам Михайла не отпирался: был грех, в кабаки заглядывал,
и не в один тот несчастный вечер, но также и в другие вечера,
знакомого народу встречал там много, видал и Ивана Ивановича,
30

но про исчезновение его ничего объяснить не может. Пополз
было слушок, будто поил Михайла молодого Полежаева, убеж­
дая взять отступные деньги за Аграфену, а потом увёз за город,
убил, деньги же присвоил. Но за такое, если не докажешь, сам
под суд угодишь. Между собой шептались, а при чужих помал­
кивали.
Леонтий Николаевич на расходы не скупился. Никого из
судейских не позабыл — ни главных чиновников, ни средних,
ни вовсе мелких — писцов, посыльных. Все в суде смотрели на
него доброжелательно и с благодарностью. Маменька, Алек­
сандра Петровна, хотя и сердилась на сына за недостойные
проделки, позорить Струйских не желала. Староста Александры
Петровны являлся из Рузаевки в город с обозами, по дворам
городских чиновников развозил телеги, гружённые мешками,
бочонками, коробами, в них мучица, пшеничная и ржаная,
огурчики солёные, капустка розовая, квашенная со свеколь­
ным соком, варенья, птица мороженая, заготовленная ещё с
осени.
Суд вынес приговор: передать дело воле божией.
ДЯДЯ ЯКОВ

Аграфена в Покрышкине не зажилась. Вскоре после пере­
езда занемогла, хворала недолго и умерла. Саше не исполнилось
ещё и шести.
Жили они в большой избе при господском дворе. Вместе
с ними в той же избе жила материна сестра Анна, выданная
барином замуж за дворового сапожника Якова, да сын Михайлы
Вольнова, семнадцатилетний лакей Иван, да жена его, тоже
семнадцати лет, да дворовый столяр Роман.
После смерти матери стали воспитывать Сашу тётка Анна
и дядя Яков.
Тётка уходила с утра на скотный двор, дядя работал дома.
31

В избе со о р уж ён был верстачок: в ременные петли вставлены
ш ил а прям ы е и кривы е, остро заточенны е н ож и , м олотки,
тут ж е стояли деревянны е колодки — натягивать обувь при
ш итье, л еж али свёрнуты е трубкой обрезки к о ж и , мотки толстой
просм олённой нити — дратвы .
Д я д я Я к о в сад и л ся на низенький табурет с подпиленны м и
н о ж к ам и , на д ер евян н ую ко ло д к у, п оставлен н ую м еж д у колен,
натягивал начаты й сапог и п р и н и м ал ся за работу. С а ш а уст ­
раи вался рядом на м аленьком чур б ачк е.
С ап оги ш или не иглой, а длинной тонкой щ етинкой — от неё
к о ж а портится м еньш е, ды рочки , сквозь которые протягивается
пить, м ельче, ш ов по лучается к р еп к и й , не п р о п уск ает воду и
пы ль. Д я д я Я к о в вкр учи вал — всучи вал — щ ети н к у в про­
см олённы й конец нити, тонким ш илом п рокалы вал к о ж у , осто­
р ож но вводил в ды рочку д р атв у. Д в и ж ен и я у дяди точны е, рука
ходит будто сам а по себе. С п ер в а ш илом быстро клю нет —
в п ерёд-н азад , потом неспеш н о тянет нить. Л о б у дяди н ам орщ ен ,
с сапога Я к о в глаз не сводит: к ож а на сапоге б а р ск а я , а на спине
своя.
Д я д я Я к о в знал грам оту. В у гл у под иконой , на полочке,
покры той сал ф етк о й , хр ан и л он толстую к н и гу. В ечером в п разд­
ники дядя мыл р уки , доставал к н и гу, расклады вал её на столе,
подстелив чистое полотенце, и долго читал, водя по строчкам
пальцем и ш евеля губ ам и . Потом он любил пересказы вать на­
печатанны е в книге короткие повести.
— Ш ё л матрос на корабль, а плыть ему было в Ледовиты й
о к е а н ,— расск азы вал дядя Я к о в . — В стр ети л его м удрец и сп р а ­
ш ивает: « С к а ж и мне, братец, где твой отец пом ер?» М атрос
говорит: « С кораблём п о т о н у л » .— « А дед?» — «Т о ж е потонул.
Ры бу ловил в бур н ую

п о г о д у » .— «А

п радед?» — «И

прадед

в морс п р о п а л » .— « К а к ж е т ы ,— говорит м у д р е ц ,— безрас­
суд н ы й ты человек, не боиш ься плы ть в океан !» Т огда матрос
сп р аш и в ает : « А где, господин м уд р ец , твои отец, дед и прадед
п ом ер ли?» — «М ои все дом а, в п о с т е л и » .— « К а к ж е т ы ,—
32

говорит м а т р о с,— безр ассуд н ы й ты человек, не боиш ься в постелю -то л о ж и т ь ся !»
С а ш а см е я л ся , и дядя Я коб см е я л ся , не отводя глаз от са п о ­
га, а р у к а его всё ходит — то ш илом кольнёт ту д а-сю д а, то
нитку тянет.
З а гл я н у л в избу барин Л еон ти й

Н и к ол аев и ч . Д я д я Я к о в

и С а ш а встали с м ест, поклон и ли сь в п о яс. Л еонти й Н и к ол аеви ч
крепко взял костлявы м и пал ьц ам и А л е к са н д р а за подбородок,
поднял его голову. Гл аза у А л е к са н д р а чёрны е, см отрит в у п о р ,
без боязни.

КНИГА «ПИСЬМОВНИК»
В давние врем ена ж и л необы кновенны й человек — Н и к ол ай
Гаври лови ч К у р га н о в . Со лд атск и й сы н , он благодаря таланту
и трудолю бию стал проф ессором П ет ер бу р гск о го м орского к ор ­
п у са , учи л б у д у щ и х оф иц еров флота м атем атике, астроном ии
и н ауке о вож д ени и кораблей — н ави гац и и . О н участвовал
в э к сп е д и ц и я х, составлял карты м орей. К у р ган о в н ап и сал книги
по ар и ф м ети к е, геом етрии, геодезии — науке об изм ерении
земли и составлении планов и карт, по кораблевож дению и воен­
ной тактике ф лот а, по воен н о -и н ж ен ер н о м у дел у — ф о р т и ф и ­
кац ии — и береговой обороне. Но сам ая известная книга К у р г а ­
нова назы валась — « П и сь м о в н и к » .
П олн ое название

«П и сьм о в н и к а» такое:

« К н и га П и сь м о в ­

ник, а в ней н аук а росси й ского язы ка с семью п р и со в о к у п л е ­
ниями р азн ы х учебн ы х и полезн озабавн ы х в ещ есл ов и й ». « Н а у к а
росси й ского язы ка» — это р у сск а я азбук а и гр ам м ати к а. К ней
присоеди нил (« п р и со в о к у п и л » ) К у р ган о в семь дополнений
(ил и, п о -ст ар и н н ом у, « п р и со в о к у п л е н и й » ), в которы х со д е р ж а ­
лись учебн ы е, полезны е и забавны е сведения ( « в е щ е сл о в и я » )
В одном при сово к уп лен и и были собраны р у сск и е посл ови ц ы ,
в другом — короткие ш утли вы е истории , в третьем — р а с с у ж д е ­
33

ния др ев ни х м удрец ов, в четвёртом — поучительны е разговоры
о м н оги х в а ж н ы х п р ед м етах, в пятом — разны е сти хотворения
(или «ст и х о д е й ст в а » ) , в ш естом — р асск азы о н а у к а х и и с к у с ­
ст в ах, седьм ы м п р и сово к уп лен и ем был словарь с о б ъ ясн е­
нием — толкованием — см ы сла и н остр ан н ы х слов (или «словотолк» ) •
Ч и т ат ел и очень лю били к н и гу « П и сь м о в н и к » : по ней и гр а­
моте м ож но было н аучи ть ся и м ож но было узн ать из неё в самом
деле много полезного и забавного. Х о р о ш а была книга и тем , что
полезны е истории р асск азы в ал и сь в ней забавно, зани м ательно,
а забавны е непрем енно оказы вали сь полезны . К у р га н о в давно
у м е р , а «П и сьм о в н и к » печатали снова и сн ова. Е го нетрудно
было увидеть в п ал ат ах вельм ож и и в б ар ск и х х о р о м а х, в м астер ­
ской р ем есл ен н и ка и в к р ест ьян ск ой избе. С л у ч а л о с ь , кроме
« П и с ь м о в н и к а » , в доме д р у ги х кн и г и не было.
Д ядя

Я ков

вставлял

в к ован ую

ж ел езн у ю

п одставк у —

светец — берёзовую л у ч и н у , засвечи вал , засти л ал стол полотен­
ц ем , сам р уки мыл и С а ш у заставлял мыть и сн и м ал с полки
к н и гу

«П исьм овник». А збуку

С а ш а вы учил бойко. Т р и дня

п р о ш ло , сы пал на пам ять н азвани я букв: А — « а з» , К — « б у к и » ,
В — «в ед и », Г — «гл аго л ь », Д — «добро» — и до сам ой посл ед ­
ней, до Я . Я так и была — « я » . К ко н ц у недели С а ш а н ау чи л ся
склад ы вать из слогов слова, а через м есяц читал «П и сьм о в н и к »
в с л у х без запи н ки с любой стр ан и ц ы . Т ёт к а А н н а сл у ш а л а
его, подперев кул ак ом щ ё к у , н ап л ак ала, что мать не д о ж и л а до
такого сч аст ь я .
О собенно полю бил С а ш а ст и хи . В от ведь ч уд е са : обы кно­
венны е слова, а так р асставлен ы , что по лучается ск лад н о.
В барабаны когда грянут,
У солдат кровь закипит,
Все готовы к бою станут.
Всякий рад колоть, рубить.
А поставь те ж е слова п о -д р у го м у : когда в барабаны гр ян у т ,
у солдата зак и п и т кровь — и ничего не п о л у ч и т с я ...
34

Л еон ти й Н и к ол аеви ч застал А л е к са н д р а над книгой , откры л
« П и сьм о в н и к »

где придётся — читай! А л е к са н д р начал л и хо ,

почти н аи зусть:
При долине за ручьём пастушка гуляла,
Глядя туда и сюда, как что примечала:
То пойдёт, то постоит, за ручей часто глядит,
Только в роще пастуха она не видала...
Губы у Л еон ти я Н и к ол аев и ч а зад ёргали сь в у см е ш к е . О б ъ ­
явил Я к о в у :
— П р и ш л ю у чебн и к ари ф м ети ки да историю р о сси й ск у ю ,
буд еш ь его учи ть.

УРОКИ ИСТОРИИ
А л е к са н д р читал р асск азы из р у сск ой истории . П р о давно
м и н увш и е врем ена, про походы князей и к н я ж е ск и е м е ж д о у со ­
бицы , про набеги врагов и доблесть р у сс к и х в о и н о в ...
А р о сси й ск ая история п р о д о л ж ал ась.
...В ночь на 12 ию ня 1812 года ф р ан ц у зск и й им ператор Н а ­
полеон пр и к азал войскам п ер еп р ав л яться через Н ем а н , и первы е
триста всад ников поплы ли к р у сск о м у берегу. М узы к а и песни
р азн оси ли сь над тёмной водой. Н и один из п р е ж н и х походов
наполеоновской арм ии не н ачи н ал ся так весело и о ж и вл ён н о.
Л и ш ь н ескольким его у част н и к ам вид бурой равнины с чахл ой
расти тельностью и далёким и чёрны м и лесам и на горизонте
п о к азал ся зловещ и м , но радость п ер вы х побед пом огла быстро
забыть недобры е п р ед ч у в ст в и я . Н ач а л ась война, которую р у с ­
ский народ ср азу назвал О течественной — война ш л а за незави­
сим ость Р од и н ы , О течества.
С ел ьц о П о к р ы ш к и н о от войны за полям и , за л есам и , за
долгим и д о ж д я м и , за глубоким и сн егам и , но и туда доби рались
вести о Б ор од и н ском ср а ж е н и и , об оставлени и М оск в ы , о по­
35

спеш н ом бегстве н еп р и ятел я, и там, в лю дской избе, ж д али
с волнением всякой новости. О т горькой новости — слёзы на
г л а за х , от доброй — сердца н ап ол н яли сь гордостью .
Д я д я Я к о в , посланны й по господски м делам в город, привёз
оттуда к н и ж е ч к у про войну, печатны е листки и карти н к и .
С а ш а читал:
«В арм ии Н ап ол еон а клейм ят солдат, поневоле в ст уп а ю щ и х
в его с л у ж б у . С л ед у я сем у обы кновению , ф р ан ц узы нал ож и ли
клейм о на р у к у одного кр ест ья н и н а, попавш его им в пл ен. Он
с удивлением сп р оси л , для чего его клейм или. Е м у отвечали: это
знак в ст уп л ен и я в сл у ж б у Н ап о л ео н а. К р есть ян и н вы хватил
из-за пояса топор и отсек себе р у к у » .
С а ш а читал другой р асск аз:
«С м еста ср аж ен и я вы несен был солдат, раненны й в грудь
п у л е ю . К огда лекарь стал его осм атри вать, то, ж е л а я знать,
остан ови лась п уля или в ы ш ла, стал щ уп ат ь ем у сп и н у . В ои н ,
и стек ая кровью и едва д ы ш ащ и й , ск азал бы вш им тут о ф и ц ерам :
— В аш е благородие, ск аж и т е л ек ар ю , к чем у он мне щ уп ает
сп и н у ? В едь я ш ёл гр уд ью !»
К ар т и н к и были весёлы е.
Н а одной м у ж и к верхом на лош ади с плетью в р ук е, перед
ним на к о л ен я х пять ф р ан ц у зо в . Т у т ж е подпись: « К р естьян и н
П а в е л П р о хо р о в , н ар яд и вш и сь в казац кое платье, увидев и до­
гнав пять ф р ан ц у зо в , погрозив им нагай к ою , заставил их п ро­
сить п ар д о н ». И сти хи :
Хвала тебе и честь, добрыіі Павел!
Чрез это дело ты себя прославил.
Н а другой картинке сам Н ап олеон пляш ет в п р и с я д к у , один
крестьян и н подгоняет его кнутом — «И мы, брат, слы ш али
п о гу д к у , в п р и ся д к у п оп ляш и теперь под н аш у д у д к у » , второй
крест ьян и н с розгой заставляет плясать наполеоновского м ар­
ш ал а — « Н у , брат, не отставай и знай из рода в род, каков
р у сск и й н а р о д » ...
36

П о ц ар ск о м у у к а з у на время войны собирали дополнительное
войско — оп олчение. П о м ещ и к и вы ставляли н уж н о е число рат­
ников из к р еп остн ы х к р ест ья н . П о л агал и сь р атн и ку — су к о н ­
ный к аф тан , ш ар о в ар ы , две р у б а х и , к у ш а к и три пары за п а сн ы х
л ап тей . И з о р у ж и я давали — п ики , топоры и д аж е рогатины ,
с каким и м у ж и к и на медведя ходят. В ратники ш ли с охотой:
и за О течество рады были постоять, и сл у х был, что всем , кто
воевал, после победы будет воля. П ер ед ав ал и , будто есть ц ар ­
ский у к аз за золотой печатью : ратников обратно господам не
в о зв р а щ а т ь ,— но господа тот у к аз от народа ск ры ваю т. В С а ­
р анск е и другом недальнем городе И н сар е ратники арестовали
о ф и ц ер ов, вы брали своих н ачал ьн и ков , искали настоящ и й у к а з .
Р еш и л и идти прям о на в ой н у, напасть на в р ага, разбить его,
а потом явиться к царю с повинной и в н аград у за с л у ж б у
просить свободу от пом ещ и ков. К С а р а н с к у и И н с а р у стян ул и
больш ое войско, города о к р у ж и л и , бунтовщ иков захвати ли
в плен. Р а сп р а в а была ж е ст о к а я : наказы вали ратников розгам и
и п а л к ам и , заковы вали в ц еп и , гнали на каторгу и в вечную
сс ы л к у . Н а площ ади крови было пролито что в ср а ж е н и и с не­
при ятелем . И з близкого С а р а н ск а и недальнего И н са р а доходили
вести до П о к р ы ш к и н а .
...И всё это были урок и р о сси й ской истории.

ДЕРЕВЕНСКИЕ ИГРЫ
Л ю би м ы е деревен ск и е игры были свай ка и бабки.
С в ай к а — это д л и н н ы й , толстый гвоздь с больш ой, тяж ёл ой
ш л я п к о й , головкой. С в а й к у берут за остриё — за хвост — и
си льны м броском вты каю т в зем лю , стар ая сь попасть в л еж ащ ее
на земле ж елезное кольцо.
А л е к са н д р — знам ениты й игрок в св а й к у . Ростом он был
невели к, сл о ж ен и ем тонок, но в д в и ж е н и я х бы стр, руки имел
си льн ы е, глаз м еткий.
37

В бабки си ла не так н у ж н а , как точность глаза и сноровка.
Н а особо отведённое место — кон — ставят обы кновенны е игор­
ные бабки, надкопы тны е коровьи косточки , и издали вы биваю т
и х боевой бабкой — биткой. Ч ем битка т я ж е л е й , тем л уч ш е ;
сам ая л у ч ш ая битка — залитая изнутри сви н цом , сви н чатк а.
Д я д я Я к о в , буд учи в Р у за е в к е , вы просил у сторож а давно п р и ­
ш едш ей в уп ад о к типограф и и ком очек сви н ц а и сделал С а ш е
св и н ч ат к у . С а ш а берёг её п у щ е ока, прятал за деревянны м
подголовником на п олатях (там , на п о латя х — дощ атом настиле
под потолком избы — обычно спали д е т и ). С в и н ч а т к у брал С а ш а
только на больш ую игру, — с ребятами из со сед н и х деревень;
со своими обход и лся гвозды рём — в бабку для веса был забит
гвоздь.
Д я д я Я к о в , отлож ив са п о ж н у ю работу, вы ходил на кры л ьц о,
см отрел, как С а ш а с р а зм ах у вонзает в кольцо св а й к у , как мет­
ким ударом вы бивает с кону бабки, дум ал про непонятную
С а ш и н у су д ь б у . Ч и сл и т ся м альчик не крепостн ы м , вольны м ,
а всё одно в го сп о д ск и х р у к а х . Б у д ет барская воля — отдадут
в ш к о л у , рем есл у как о м у вы учат, п о ж ал ую т к у со к хл еб а, а не
п о ж ел аю т — прогонят прочь, по м и ру п у с т я т ...
О д н аж д ы п р и б еж ал уп р ав л я ю щ и й М и хай л а В о л ь н ое, с у е ­
ти л ся:
— О девай м альца в празд н и чн ое, да пож и вее! П р и к а за н о
в Р у з а е в к у его везти, к старой бары не, к А л е к са н д р е

П ет­

ровне.
В Р у заев к е М и х а й л а С ем ён ови ч привёл А л е к с а н д р а в у д и ­
вительную ком н ату на верхн ем э т аж е. За стёкл ам и — в ш к а ­
ф а х — книг, наверно, ц елая ты ся ча, все в к о ж е , с золотыми
н ад п и сям и

по

кореш ку.

К н и ги

л еж ал и

т ак ж е

стопкам и

на

столе, на ст у л ь я х , прям о на п о лу. Н а письм енном столе раз­
бросаны были бум аги , слом анны е гуси н ы е п ер ь я, рядком стояли
ср а зу три черн и льн и ц ы — ст ек л я н н ая , серебр ян ая и бронзовая,
тут ж е вы сокая рю м к а, в ней палочка су р г у ч а . В дол ь стен увидел
А л е к са н д р ф и гур ы стр ан н ы х ж е н щ и н , сделанны е из белого кам 38

ня. С т ар ая бары ня в тём но-ви ш нёвом бархатном платье, в вы­
соком белом чепц е с лен там и , си дела за столом ; сп р ав а от неё,
вы тянув ноги, у ст р о и л ся в кресле Л еонти й Н и к ол аев и ч —
быстро взгляды вал вы пуклы м и глазам и то на мать, то на А л е к ­
сан д р а, кривил в у см е ш к е губы , беспокойно п о стук и в ал себя
тонкой плёткой для верховой езды по вы соким сап о гам ; М и хай л а В ольнов почтительно в ы т ян ул ся у него за сп и н ой .
Р у за е в ск а я го сп о ж а вним ательно разгляды вал а А л е к са н д р а .
М ал ь чи к х р у п к и й , но не робок, стоит перед ней свободно, см от­
рит прям о в гл аза, взор пронзительны й, тревож и т. Одет п р и ­
лично, к аф тан ч и к синего, су к н а , сш ит просто — д ол ж н о быть,
тётка, ск отниц а А н н а , сам а и ш и л а.
А л е к са н д р а П етровн а сп р о си л а, чем у м альчик обучен. Л е о н ­
тий Н и к ол аев и ч , быстро п о ст у к и в ая плёткой, о бъ ясн и л , что по
его п р и к азу у чат м альчи ка читать, п и сать, т ак ж е ари ф м ети ке
и р о с с ій с к о й и стори и . М и х а й л а степенно погладил р ы ж у ю
бороду и было п р и бави л , что са п о ж н и к Я к о в у н и х в П о к р ы ш ­
кине первы й гр ам отей , но под строгим взглядом бары ни о се к ся ,
проворно по к ло н и л ся и д аж е прикры л ладонью рот.
Г о сп о ж а

сп р оси л а

А л е к са н д р а ,

какие

книж ки

он

любит

читать. А л е к са н д р отвечал, что « П и сь м о в н и к » , в « П и сь м о в н и ­
ке» ж е всего больш е лю бит ст и хи . Г о сп о ж а обвела взглядом
ф и гур ы м уз по стенам и задум чиво ск аз ал а , что поэзия ещ ё
н и ком у не п р и н есл а сч аст ь я. О н а п р и к азала А л е к с а н д р у читать
ст и хи . О н посм отрел на Л еон ти я Н и к ол аев и ч а, на М и х а й л у ,
т я н ув ш егося за спи н кой его к р есл а, и ср азу прочитал первы е,
что п р и ш л и на п ам ять:
Бояре кушают, иль попросту едят,
А слуги, стоячи за стульями, глядят...
Л еонти й Н и к ол аев и ч п ерестал хл оп ать плёткой . А л е к са н д р а
П етр овн а у л ы б н у л а сь , отчего её тёмны е глаза о ж и л и , заси ял и .
В н у ч е к о к азал ся и н тересн ы м . С к а з а л а сердито: м ал ьч и к у три­
надцаты й год, пора учи т ь ся п о -н аст о я щ ем у, а не у са п о ж н и к а
39

Я к о в а . Н ад о к осени отвезти А л е к са н д р а в М о с к в у , деньги она
даст. П о д н я в ш и сь с м еста, п р и к азала как сл едует накорм ить
м ал ьчи ка перед обратной дорогой, да не в л ю д ской , а за барским
столом , когда сами господа отобедаю т.

МОСКВА
Д ве к ругл ы е кирп ичны е баш ни с ж елезн ы м и в ер ху ш к ам и
возвы ш ались по обе стороны дороги. Это был въезд в М о ск в у —
м о ск овск ая застава. П р е ж д е отсю да, от заставы , н ачи н ал и сь
первы е ули цы города, но после п о ж ар а 1812 года дома на о к р а и ­
н ах ещ ё не у сп ел и отстроить заново: возок, п р оехав м еж д у
б а ш н я м и , пр о д о лж ал катить будто не по у л и ц а м , а по больш ой
дороге — вокруг л еж ал и п уст ы р и , ветер подним ал над ними
тём н ую пы ль. Л и ш ь некоторое время сп у ст я п оказал и сь первые
заборы и следом новые срубы домов — п ахл о деревом , блестели
на солнце розовые щ еп к и . В о к р у г ц ентральной части города
строили дом а, оставляя м еж д у ними ш и рокий проезд, перед
дом ам и п ри к азан о было разбивать сады — так начи н ал ось
Сад овое кольцо. В центре возле св еж еп о к р аш ен н ы х с вы белен­
ными колоннам и зданий ещ ё оставали сь кое-где стр аш н ы е,
дочерна вы горевш ие изнутри кам енны е коробки без окон, без
кры ш .
А л е к са н д р а привёз в М о ск в у сам Л еонти й Н и к ол аев и ч ; для
у с л у г взял с собой и М и х а й л у В о льн ова. О стан ов и л и сь возле
гости н и ц ы . Завидев п од ъ ехавш и й э к и п а ж , вы ш ел коридорны й
сл у га в сером засален н ом сю р туке с торчащ им и уси к ам и ниток
на месте оторванны х п у го в и ц , нехотя помогал М и ха й л е отвя­
зы вать укр еп лён н ы й на кры ш е возка су н д у к . А л е к са н д р одет
был барчуком — н ар яд н ая к у р т о чк а, сш и тая по зак азу А л е к ­
санд ры П етровны сар ан ск и м портны м , светлы е брю ки в о б т я ж ­
к у , с а п о ж к и . Л еон ти й Н и к ол аеви ч поселил А л е к са н д р а с собой
в ном ере, М и х а й л у ж е послал с кучером и скать п р и стан и щ а на
40

постоялом дворе по п р ощ е. А л ек сан д р вдруг зам етил, что М и х а й ла стал говорить ем у «в ы ».
О бедали в хорош ем трактир е. Л еон ти й Н и кол аеви ч обна­
р у ж и л за соседним столом к ак и х-т о давн и х свои х зн ак ом ы х,
ещ ё по арм ейск ой сл у ж б е, п одош ёл, поговорил о чём-то и от­
п усти л А л е к са н д р а п огулять одного — только чтоб не заб л у ­
д и л ся . Д ал ем у м едны х денег на лаком ство.
А л е к са н д р сп у ст и л ся по ш ирокой ули це и вы ш ел на К р а сн у ю
п л ощ ад ь. О н тотчас узнал по картинкам и вы сокую зубчатую
ст е н у , и баш н и , и р асп и сн ы е маковки хр ам а В а си л и я Б л а ж е н ­
ного. Н а площ ади кипела работа. В есел о стучали топоры , плот­
ники тесали брёвна. К а м е н щ и к и , ловко разм азы вая лопаткой
известь, быстро клали один на другой бруски к и р п и ча . В о зв о ­
дили на площ ади новые Т орговы е ряды . П р о гу л и в а л и сь по
площ ади го р о ж ан е, о стан авли вали сь возле м астер овы х, глядели
стр о й к у. С н овали в толпе р азн о сч и к и , предлагал и сбитень го­
рячи й , п р я н и к и , лед енцы , я бл оки , о р ехи . В ы н ы р н у л рядом
с А л е к сан д р о м м а л ьч и ш к а-сб и т ен щ и к , в красной р уб ахе на­
в ы п у ск , в руке пузаты й медны й ч ай н и к:
— Сб и тен ь-сб и тен ёк , пьёт щ еголёк!
Г л аза у м ал ьчи ш ки ж ёл т ы е, ш ироко р асставл ен н ы е, нос
п уго в и ц ей , по в сем у л и ц у мелкие кр ап и н к и в есн уш ек — точь-вточь к у к у ш к и н о я й ц о . А л е к са н д р п о щ у п ал в к ар м ан е монеты ,
м ал ьч и ш к а ср азу п р и стал:
— Б ар и н не ск у п — захо чет, даст и р уп ь. В ы п е й , бари ч,
сбитню .
А л е к са н д р вы нул из к арм ан а ц ел ы х три к о п ей ки , протян ул
м ал ьч и ш к е. Т от налил ем у к р у ж к у сбитню , прян ого, медового.
А л е к са н д р вы пил залпом , д а ж е голова з а к р у ж и л а с ь .
М ал ь ч и ш к а сп р оси л , кто он да отк уд а. А л е к са н д р об ъ я с­
нил, что п р и ехал в М о ск в у с отцом из дальнего им ения — по­
ступ ать в ги м н ази ю . П р о себя м ал ьч и ш к а р а сс к а за л , что по­
терял родителей во врем я м осковского п о ж ар а да так и не н аш ёл;
хо р ош о , один к у п е ц сердобольны й взял его р азн осчи ком , а то
41

бы пом ер с гол од у. К у п е ц ничего, добры й, только дерётся си льн о.
А л е к са н д р и зум и л ся :
— Т а к ты ф р ан ц у зо в видал? М а л ь ч и ш к а п о б о ж и л ся , что не просто ф р а н ц у зо в , а самого
Н ап ол ео н а видал, к ак тот беж ал из М оск в ы : вон из тех ворот,
из С п а с с к и х , в ы ехал , сан к и л ёгки е, зап р я ж ен ы тройкою , лош ади
все серы е в я б л о к а х . Н а голове у Н ап ол еон а вы сокая м едвеж ья
ш а п к а ...
В го сти н и ц у А л е к са н д р возвратился в су м е р к а х . Л е ч ь без
сп р оса в постель с пер и н ам и , п р осты н ям и , п уховы м и одеялам и
не по см ел. С в е р н у л ся на ж ёстк ом д и ванчике у стола и ср азу
за сн у л .
Н а сл ед ую щ и й день Л еонти й Н и к ол аеви ч был м рачен и мол­
чал и в. М и х а й л а ш еп н у л А л е к са н д р у :
— В карты п р ои гр ал и сь.
...И с п ы т а н и я в гим назии о к азал и сь н есл ож н ы : велели по
книге прочитать полстр ан и ц ы да н апи сать под ди ктов ку не­
сколько ф р аз; зад ачк у по ар и ф м ети ке А л е к са н д р не реш ил —
как реш ать, зн ал, а с ответом не сош л ось. В сё равно п р и н я л и .
Ж и т ь оставили при ги м назии — в п ан си о н е. П л а т а за учен и е —
четы реста п ятьд есят рублей в год. Ф о р м ен н ую о д еж д у тоже
надо сам и м спр ави ть.
Д ен ег у Л еон ти я Н и к ол аев и ч а не осталось ни копейки —
все п р ои гр ал . Х о р о ш о , у М и хай л ы В ольн ова о к азал и сь свои да
бары ня дала на разны е п о р уч ен и я. В ы к р у т и л и сь .
К а к п окончили с д ел ам и , Л еон ти й Н и к ол аеви ч реш ил не­
медля трогаться в обратны й п уть. Стали п р о щ а т ься . Н а А л е к ­
сандре у ж е ф о р м а: синий м ундир с м алиновы м воротом, об­
ш иты м серебр яны м гал у н ом , т реугольн ая ш л я п а . Л еон ти й Н и ­
колаевич д ёр н ул гу б ам и , вдруг н а гн у л ся , обнял А л е к са н д р а ,
неловко поцеловал в м а к у ш к у .

КОНЕЦ ПОКРЫШ КИНА

В ск ор е после возвращ ения из М осквы Л еонти й Н и кол аеви ч
сильно разгн евался на верного своего М и х а й л у В о л ьн ова. П о ­
чуд и л ось ем у, будто М и х а й л а донёс на него л иш нее м ам ен ьк е,
А л е к са н д р е П етр о вн е. А х , В ольн ов, много воли взял! А

всё

оттого, что знает м ного. П р и ш л о Л еон ти ю Н и к ол а е в и ч у в голову
заставить М и х а й л у В ольнова м олчать.
П озд но вечером послал за уп р ав л я ю щ и м и прям о у ворот
н а к и н у л ся на него с к у л ак ам и . В елел сл угам тут ж е , на дворе,
сечь М и х а й л у

розгам и. Н е посм ели о сл у ш а т ь ся , секл и ; сам

барин бил верного раба н огам и. И в а н у , М и хай л о в у сы н у , п р и ­
казал д ер ж ать св еч у , чтобы виднее было бить. М и х а й л а сн ачал а
опр ав д ы в ался, но господин от его слов р а сп а л я л ся ещ ё си льнее.
М и х а й л а зам олчал, только стонал. С кор о был он весь в крови,
дворовы е, что сек л и , побросали розги: «В о л я в аш а, батю ш ка,
а только этак совсем у б ь ём ». Л еон ти й Н и к ол аеви ч зак ри чал на
н и х , схв ати л полено, стал бить л еж ащ его М и х а й л у по чем у
п опало. И в а н , М и хай л о в сы н , со свечёй в р у к а х , т р я сся от у ж а с а :
б о ял ся , как бы свеча не п о гасл а. Б а р и н , након ец , у ст а л , бросил
полено, у ш ёл в дом. М у ж и к и отвели у п р ав л яю щ его в холодн ую
и збу, п олож и л и о тлёж и ваться на л ав к у , пови н и л и сь: «Т ы у ж на
н ас, М и х а й л а Сем ён о ви ч, не сер чай , люди п одн евольн ы е».
В ольнов был в бесп ам ятстве. У т р о м его наш ли м ёртвы м .
С л у х и , что ум ер В ольнов от бар ск и х побоев, доползли до
города. В л аст и н арядили следствие. Н ак а н у н е приезда следо­
вателей Л еонти й Н и к ол аеви ч пр и к азал дворовы м м олчать: го­
ворил, что он всё равно о т к уп и т ся , тех ж е , кто хоть словцо про­
тив него вы молвит, гр озился наказать п остр аш н ее, чем М и х а й л у .
П р и е х а в ш и х из города чиновников и доктора всю ночь поил
и корм и л; м у ж и к а м -м у з ы к ан т а м велел играть для гостей на
бал ал ай к е, а молоды м бабам петь да п л ясать. Н а п и са л о сл ед­
ствие б у м агу, что ск он ч ал ся М и х а й л а Сем ён ови ч В ольнов от
п олн окрови я.
43

Н о, как говори тся, на всяки й роток не н аки н еш ь пл аток.
П о н ом ар ь сар ан ск ой ц ерк ви, ж енаты й на М и хай л овой дочери,
подал новое п рош ен и е: объ яснил и пр и ч и н у смерти тестя, и ход
первого сл едстви я. Д ело тян ул ось долго. Л еонти й Н и к ол аеви ч
о т п и р ал ся. Н о кр естьяне на этот раз заговорили. Б ы л Л еонти й
С т р у й ск и й по пр и говор у суд а лиш ён дворянства и сослан
в С и б и рь.
Н икого не осталось у А л е к са н д р а П о л еж а е в а — ни м атери,
ни отца, ни того, кто сч и тал ся отцом.
...Б ы л а в «П и сьм о в н и к е» такая повесть. Ц а р ь сп р оси л м уд­
реца: «Б огат ли ты ?» — «Т ак ж е , как т ы ,— ответил м у д р е ц .—
И у тебя, и у м еня только одна ж и з н ь » .

«СУДИТЬ РЕШИТЕЛЬНО И СМЕЛО
УМОМ СВОИМ О ВСЕХ ВЕЩАХ»
А ле кс а нд р Полежаев

УРОКИ СЛОВЕСНОСТИ

JL . од окном к л ассн ой комнаты стоял стары й я сен ь.
Во врем я войны дерево сгорело — только кривой чёрны й ствол
торчал из зем ли. Но н астала новая весна, и мёртвое, к а за ­
лось, дерево о ж и л о. Т у т и там вы лезли п учк и тон ен ьки х зелё­
ны х ветвей, н абу хл и по чк ам и , засверкали м елким и л и ст ь я ­
ми. С каж ды м годом ветви п рибавляли в д л и н у, дел али сь толщ е,
кр еп че, вы брасы вали свеж и е побеги, постепенно о к р у ж а я но­
вой кроной слом ст в о л а...
В гим назии учи л и сь четы ре года: счи тал ось, что дети по­
ступ аю т туда у ж е подготовленны е. П редм еты бы ли: латы нь,
язы ки ф р ан ц у зск и й и н ем ец ки й , р у сск а я словесн ость, м атем а­
тика, естествозн ан и е, история и гео гр аф и я.
В ш есть утр а п о яв л ял ся в спальне сто р о ж , отставной со л ­
д а т ,— что было силы тряс к олокольчи ком . П о д н и м ал и сь н ехотя,
ум ы в ал и сь над л охан ь ю , поливая д р уг д р угу на руки из медного
к у в ш и н а. З автр ак был ск уд н ы й : к аш а, чёрствы е остатки пирога
от вчер аш него обеда. П р и годовой плате в четы реста пятьдесят
рублей вы ходило на каж дого воспи тан н и к а один рубль двадцать
три копейки в день — из н их надо было взять и на питание, и на
ж ал о в ан ье учи тел ям , и на учебн и к и , и на содер ж ан и е пом е­
щ ен и я .
45

П а н си о н , куда отдали А л е к са н д р а , был для б а р ск и х детей —
для « б л аго р од н ы х». П р и той ж е гим назии им ел ся пан си он и для
детей «простого» зв ан и я, там плата была м еньш е и корм или
совсем худ о — утром к у со к чёрного хлеба, в обед пусты е щ и да
гр ечневая к а ш а -р а зм а з н я .
Родители побогаче пр и сы л али сы новьям деньги, чтобы п р и ­
к у п а л и ед у, а т ак ж е на л ак ом ства, на кн и ги , на р азв л ечен и я.
Г о с п о ж а А л е к са н д р а П етровн а С т р у й ск а я своё слово д е р ж а л а —
и за учен и е п л ати ла, и на р асхо д ы д ен ьж он ок подбр асы в ал а.
В к л а сса х топили п лохо — берегли др ова. И з окон д ул о, от
щ е л я ст ы х полов тянуло холодом .
Н а у р о к а х р у сск ой словесности и зучали не только сам ую
сл овесность — гр ам м ат и к у и л и т ер ат ур у , но т ак ж е н а у к у раз­
м ы ш л ять, или л оги к у , н ау к у о д у ш ев н ы х свой ствах человека
и его поведении — эт и к у , н а у к у о прекрасн ом в ж и зн и и в и с­
к усств е — эстети к у,

ораторское

и ск усст в о — р и тор и ку,

или

красн ор еч и е. У ч и т е л ь сл овесн ости , тяж ело ст у п а я , ш агал из
у гл а в уго л, диктовал по книге длинны е непонятны е ф разы —
и х требовалось запом инать н аи зуст ь. З ап ом и н ал и сь они х у ж е ,
чем латы нь или ф р а н ц у зск и й : там м ож но было перевести и
понять, а здесь — вроде бы п о -р у с ск и , но ничего не п ой м ёш ь.
А л е к са н д р П о л еж а е в смотрит в окно на стары й я сен ь. Сидит
на ветке ворона, вним ательно огляды вает весь мир вокр уг к р у г­
лым ж ёлты м глазом . В етер торм ош ит на ней серы е п е р ь я . У ч и ­
тель словесности тяж ело ш агает по к л а с с у , ди ктует из потрё­
панной книги приём ы ст и хо сл о ж е н и я — пии ти ки . А л е к са н д р
его не сл у ш а е т . В сё равно на и сп ы т ан и я х учител ь посадит
в сех рядком и будет сп р аш и вать по очереди: пока один п ы хти т,
ст ар ая сь повторить на пам ять неповоротливое сочетание слов,
сл ед ую щ и й зубрит по тетрадке ту ф р а з у , что идёт дал ь ш е.
С т и хо сл о ж е н и е -п и и т и к у А л е к са н д р у св аи в ал не на ск у ч н ы х
у р о к а х , а по сти хам р у сс к и х поэтов. К н и ги стоили дорого.
У ги м назистов было заведено: если кто к у п и л к н и г у , д о л ж ен ,
когда прочтёт, отдать то в ар и щ у . Х о д и л и по р укам сти хи извест­
46

ны х поэтов — Б ат ю ш к о в а и Ж у к о в ск о го , басни К р ы л о в а . И х не
п р и хо д и ло сь затверж ивать — сам и оставали сь в п ам яти . С т и хи
учи л и дум ать и чувствовать, различать п р екр асн ое в ж и зн и , ясно
и вы разительно передавать свои м ы сли . Р у с с к а я л и тература —
сл овесность — сам а у чи л а в сем у , что на у р о к а х словесности
непонятно втолковы вал ш к ол ьн и к ам у ч и т е л ь ...
А л е к са н д р не зам етил, к ак стал склады вать ст и хи . Е д ва
в его тетрадке появи ли сь первы е стихотворны е строчки , ему
стало к азат ь ся , будто он всегда д ум ал ст и хам и .
О н сочи нял весёлы е сти хи о свои х т о в ар и щ а х, об у ч и т е л я х ,
о

ш к о л ьн ы х

ш а л о ст я х

и

п р о д ел к ах.

П одраж ая

настоящ и м

поэтам , он п и сал п о сл ан и я возлю бленны м , которы х у него не
было.
У ч и т е л ь словесности узн ал про его страсть. И н огд а в кл ассе
он п р о си л П о л еж а е в а прочитать сти хи собственного сочи н е­
н и я. А л е к са н д р не отк азы вался. У ч и т е л ь сл у ш а л его, низко
ск лонив бол ьш ую , посед евш ую голову, и д у м а л , что, будь у него
сам ого такой хор ош и й учи тель сл овесн ости , как у П о л е ж а е в а ,
гл я д и ш ь , и он сд елал ся бы поэтом.

ПОТОМКИ ГЕРОЕВ
Р ан н ей

весной

1817

года

водны м

путём

из

П ет ер б у р га

в М о ск в у был отправлен п ам я т н и к М и н и н у и П о ж а р с к о м у ,
изваян н ы й ск ул ьп тор ом И в ан ом П етрови чем М ар тосом .
С к у л ьп т о р п р о сл ав и л героев, которы е д в ум я столетиям и
раньш е сп асл и О течество.
В начале сем надцатого века ар м и я польского короля вторг­
лась в р у сск и е зем ли , захвати ла М о с к в у , К р е м л ь . Б оя р е забо­
тились только о свои х п р ав ах и бо гатствах, они см и р и л и сь с по­
р аж ен и ем и при зн али р у сск и м царём инозем ного корол еви ча.
Н о народ не п о ж ел ал ж и ть под властью захватч и к о в. О н готов
был ср а ж а т ь ся с ним и. Н овгородски й гр аж д ан и н К у з ь м а М и н и н
47

начал собирать народное оп олчение. К ом ан ди ром ополчения был
избран князь Д м и тр и й П о ж а р с к и й . К ж и тел я м Н и ж н е го Н ов­
города скоро п р и соед и н и ли сь р у сск и е люди из д р у ги х городов,
из сёл и деревень. К а ж д ы й , кто был в си л ах дер ж ать в р у к а х
о р у ж и е , хотел внести свою долю в борьбу с врагом . В упорной
борьбе о п о л ч ен ц ы р азгр о м и л и н еп р и я тел ьск ую а р м и ю , прогнали
захватчи ков из М о ск в ы , освободили свою ст р ан у .
С к у л ь п т о р "изобразил сво и х героев в .-решающую м и н у т у их
ж и зн и . М и н и н призы вает раненого князя П о ж а р ск о го возгла­
вить войско; кн язь, сл у ш а я его, зад ум ал ся — он поним ает,
какое трудное и какое важ н ое дело у него впереди. Н о точное
д в и ж ен и е, переданное ск ул ьп т ор о м , у беж д ает зрителей: ещё
м гновение — и

П ож арский

подн и м ется,

чтобы

повести

н а­

род.
М артос работал над пам ятником долго, почти пятнадцать
лет. О н начал работу, когда р у сск и е войска вели первы е бои
с арм ией

Н ап ол ео н а,

а закончил

уж е

после

О течественной

войны 1812 года, после изгнания ф р ан ц узо в из М оск в ы , из
Р о сси и . И конечно, р азм ы ш лен и я об этих собы тиях помогали
ск у л ь п т о р у . Он как бы сам п ер еж и л всё, что двести лет назад
п ер еж и л и его герои — М и н и н , П о ж а р с к и й , р у сск и е опол чен ц ы .
О н понял, что н и какая сила не заставит наш народ покориться
в р агу, п рочувствовал тяготы и опасность войны , радость побе­
ды . Сы н ск ул ьп тор а участ вовал в боях с наполеоновской
ар м и ей , и на вы пуклом ск ул ьп т ур н о м и зобр аж ен и и , барел ьеф е,
пом ещ ённом на п однож ии п ам я т н и к а, М ар тос изваял самого
себя в виде н и ж егор од ц а, посы лаю щ его сы новей ср а ж а т ь с я за
Родину.
И вот п ам ятн и к повезли на корабле из П етер б ур га в М о ­
ск в у , чтобы воздвигнуть его на К р асн о й площ ади в честь п яти ­
летия О течественной войны 1812 года. П у т ь л еж ал через Н и ж ­
ний Н овгород. К огда п ам ятн и к достави ли туда, го р о ж ан е, по­
томки М и н и н а, с утра до позднего вечера т я н ул и сь к п р и ч а л у —
поклон и ться героям .

А в это время п о су х у из П ет ер бур га в древню ю столицу
д в и гал ся на ю билейны е празднества ц ар ск и й двор, ш ли походом
гвар дей ск и е полки .
Среди гв ар д ей ск и х оф иц еров были лю ди, которые не хотели
м ириться с п олож ением дел в Р осси и — с безграничной властью
ц ар я , рабством к р ест ьян , беззаконием , бесправи ем . Эти люди
счи тали , что сам овластье и рабство позорят вел икую ст р ан у .
О ни повторяли слова крест ьян , в ч ер аш н и х воинов: «М ы
проливали кровь, а нас опять заставляю т потеть на б ар щ и ­
не. М ы избавили родину от тиран а, а нас опять тиранят
го с п о д а » .
О ни в сп ом и н ал и , как после победы над Н ап ол еон ом гвардия
возвращ ал ась в П ет ер б у р г. Ц а р ь А л е к са н д р П ервы й на ры ж ем
коне ехал впереди колонны . В д р у г у л и ц у перед ним п еребеж ал
м у ж и к . Ц ар ь п ри ш п ори л коня и броси лся па м у ж и к а с обна­
ж ённой ш п аго й . Х р а б р ы м боевым оф иц ерам было сты дно за
ц ар я .
О ни собир ались и р азм ы ш ляли о том, как избавить Р о сси ю
от ц ар я, от рабства, как сделать её справедли вой и свободной
стр ан ой . Соби р ал и сь они, конечно, тайно, чтобы их р а ссу ж д е н и я
и споры не п о д сл у ш ал никто ч у ж о й . Т ак ск лад ы вал и сь тайны е
общ ества.
К огда гвар дия, со п р о в ож д ав ш ая ц ар ски й двор на праздно­
вание пятилетия О течественной войны, прибы ла в М о с к в у , не­
которые из оф ицеров р еш и л и , что н астала пора действовать.
О дин из них объ явил, что возьмёт два пистолета, пойдёт в
К р е м л ь, к У с п е н с к о м у собору, и, когда после торж ественного
молебна царь выйдет из хр а м а , одним вы стрелом убьёт его,
а др угим себя. Т о гд а, говорил он, это будет не убийство,
а как бы поединок. Н о на место убитого царя мог сесть новый,
ещ ё более ж есток и й т и р а н ,— неизвестно, захочет ли он ввести
спр авед ли вы е законы , освободить к р ест ьян . И у част н и к и тайно­
го общ ества реш или серьёзнее обдум ать свои б уд ущ и е дей стви я,
л уч ш е подготовиться к в ы ст у п л ен и ю ...
3

«Пел ж из н ь моя ^гр«''*а!»

49

П о сл у ч аю пятилетнего ю билея О течественной войны у ч и ­
тель зак азал А л е к са н д р у торж ественное сти хотворение — оду.
Д л я при м ера дал ем у оду великого Л о м о н о со в а , н а п и сан н ую
восем ьд есят лет назад на победу над т ур к ам и :
Крепит Отечества любовь
Сынов российских дух и руку;
Желает вояк пролить всю кровь,
От грозного бодрится звуку...
А л е к са н д р сердито лом ал перо в пер ем азан н ы х черни лам и
п а л ь ц а х , рвал и сп и сан н ы е л исты . О д а не п о л у ч а л а сь . П р и хо д и л и
в голову и звонкие сл о ва, и ри ф м ы , но чувствовал А л е к са н д р —
его голоса не сл ы ш н о: не П о л еж а е в говорил в оде, а Л ом он о со в ,
котором у он п о д р аж ал .
В

пром озглы й

К расн ую

ф ев р ал ьск и й

площ ад ь — смотреть

день ш кольн и ков
откры тие

повели

п ам я т н и к а

на

М инину

и П о ж а р с к о м у . А л е к са н д р стоял в толпе у Т ор гов ы х рядов, за
спи н ой п ам я т н и к а. Сы рой снег сы пал не п ер естав ая ; под ногами
х л ю п ал а сл я к оть. П о площ ади торж ествен н ы м м арш ем п р о хо ­
дили в ой ска. Ш а га л и ш и рокой колонной по п ятнад ц ать в ряд,
край н и м слева в к аж д ом ряд у ш агал бар аб ан щ и к . Р яды д ер ж ал и
равнение на п ам я т н и к — подбородки у солдат браво п р и п о д н я ­
ты , взор устр ем л ён в одну т очку.
А л е к са н д р вообразил себя бы валы м воином , видавш им Б о ­
родино, гн авш и м н еп ри ятеля от М оск в ы , из Р о сси и .
В от он ш агает в строю , невы сок и й , на левом ф л а н г е ,—
гр уд ь вперёд, руки плотно п р и ж ат ы к бокам , нога с вы тянуты м
в ст р у н к у носком подн и м ается вы соко и затем о п у ск а е т ся к р е п ­
ко, на всю ст у п н ю , летят из-под ноги сн еж н ы е бры зги; рядом
б ар аб ан щ и к ,

часто

в зм ахи в ая

п ал оч к ам и ,

вы бивает

дробь.

В с к и н у в подбородок, А л е к са н д р схв аты вает взглядом бронзового
М и н и н а, зовущ его к бою, П о ж а р с к о го , готового п одн яться с ме­
чом : герои двенадцатого года перед гер о ям и -п р ед к ам и к л я н у т ся
в верности О т еч ест в у . А л е к са н д р у ч уд и т ся : он сл ы ш и т слова
50

клятвы . О н повторяет и х, губы его ш ев ел ят ся . С л ов а л ож ат ся
строго, крепко — парадны м печатны м ш агом .
А л е к са н д р позабы л, что ноги зам ёрзли , что сы рость п робра­
лась за воротник.
О да п о л у ч ал ась .
...П а м я т н и к М и н и н у и П о ж а р с к о м у устан ови л и на К р асн о й
п л ощ ад и , лицом к крем лёвской стене, спи ной к Т орговы м рядам .
О н ср азу ж е п р и ш ёл ся по д уш е м о ск ви чам . Они лю били подолгу
разгляды вать п ам я т н и к , д р узья назн ачали возле него встречи,
перед ним всегда толпи лся народ. Л ю д и с у в а ж е н и е м смотрели
на отлиты х в бронзе героев своей истории : ш и роки м взм ахом
руки М и н и н как бы обводил просторы ж д у щ е й свободы зем ли,
П о ж а р с к и й п о д н и м ал ся, о п и р аясь на м еч.

ПОЭТЫ
К р ом е обы чны х и сп ы тан и й , в ги м н ази и , где у ч и л ся П о л е ­
ж а е в , уст р аи в ал и сь откры тые экзам ен ы . В назначенны й день
съ е зж ал и сь гости — у чён ы е, п и сател и , чи н овн и ки ; учен и к и вы­
ходили один за др угим и перед всеми отвечали на вопросы
учи тел я, п ересказы вали отрывки из книг, декл ам и ровал и ст и хи ,
читали собственны е сочи н ен и я на разны е темы .
А л е к са н д р был у ж е в послед н ем , четвёртом к л а ссе , когда на
экзам ен по русск ой словесности п ри ш ёл п р о ф ессор у н и в ер си т е­
та и поэт А л е к се й Ф ёдорович М ер зл як ов. Е го встретили с боль­
ш им почётом . М ер зл як ов н ап и сал много р азн ы х сти хотворен и й ,
сочи н ял слова для хоров, которы е и сп ол н ял и сь по то р ж ествен ­
ным сл у ч а я м , переводил сти хи др ев ни х поэтов; многие обра­
зованны е м оскви чи собир ались в ун и верси тетской ауд и тор и и ,
чтобы п о сл уш ат ь его лекции о поэзии. Н о л уч ш е всего лю дям
были знаком ы песни М ер зл як ов а. К а ж е т с я , не было русск ого
чел овек а, которы й не знал бы и не лю бил гр уст н ую
«Среди долины р о в н ы я »:
51

песню

Среди долины ровныя,
На гладкой высоте,
Цветёт, растёт высокий дуб
В могучей красоте...
П ел

эту

песню

и крестьян и н

на п аш н е ,

и рем есл ен н и к

в м астер ской , и солдат в к азар м е, и я м щ и к на почтовой дороге.
Ни сосенкн кудрявыя,
Ни инки близ пего...
П е с н я была не только про человека, оторванного от бл изких
лю дей, но про самое горькое одиночество того, кто по воле
судьбы о к азал ся вдали от родной зем ли, от Роди н ы . О т этого
п есн я д елалась ещ ё печальнее и ещ ё лю бим ее. И самое зам еч а­
тельное: едва ли не все, кто пел «Среди долины р о в н ы я » , не
знали имени сочи н и теля. Л ю д и счи тали , что это — народная
п е сн я . Н ар од признал её своей. И такая безвестность — сам ая
больш ая слава для поэта.
А л ек сей Ф ёдорович М ер зл як ов был п о х о ж на кр ест ьян и н а:
крепкого сл о ж е н и я , с просты м и , кр уп н ы м и чертам и л и ц а, будто
наскоро вы рубленного топором ; волосы подстр и ж ен ы п о -м у ж и ц ­
ки — в к р у ж о к . К огда А л е к са н д р увидел М ер зл як ов а, он даж е
не поверил, что это знам ениты й поэт: такой он был простой
и некази сты й на вид.
М ер зл як ов сидел в кресле в первом р я д у . Рядом с ним , по
пр авую р у к у , у ст р о и л ся п ож и лой господин с к р аси вы м , ж и вы м
лицом и модно завиты ми л окон ам и . М ер зл як ов сидел тя ж ел о ,
н еп од ви ж н о, точно врос в к ресло; его м аленькие серы е глаза
были устрем лены на отвечавш его уч ен и к а. Господи н подле
него,

наоборот.,

без

конца

лорнет — два стёкл ы ш ка

вер тел ся,

на длинной

при к лад ы вал
позолоченной

к

глазам

пал очке,

зд ор овался со зн ак ом ы м и , ш ептал что-то на у хо то М е р зл я к о в у ,
то др уги м со сед ям , п оп равлял на груди к р у ж е в а . А л е к са н д р у
казал о сь, что н астоящ и й поэт д ол ж ен быть таким — краси вы м ,
н епоседливы м , с ж и востью в лице и лёгкостью в д в и ж е н и я х.
52

Учитель

вы звал

П о л еж а е в а

и п р ед л о ж и л

прочитать

не­

сколько собственны х сти хотворен и й . А л е к са н д р подош ёл к по­
кры том у зелёны м сукн ом ст о л у. Ч и т а я , он обратился было
к кр аси вом у го сп о д и н у, но тот отвер нулся в сторону, заул ы б ал ся
ком у-то и тут ж е зан я л ся разгляды ванием своих ногтей, т щ а ­
тельно п о д ст р и ж ен н ы х и п о д п и л ен н ы х; М ер зл як ов сл у ш а л с и н ­
тересом и д аж е одобрительно кивал головой. А л е к са н д р позабы л
про вертлявого господи на и все сти хи прочитал одном у М е р зл я ­
кову.
П о сл е экзам ен а М ер зл як ов наш ёл в зале А л е к са н д р а , по­
хвал и л его ст и хи , некоторы е строчки велел исправить и посо­
ветовал, не тратя даром

врем ени, п о ступать

в у н и вер си тет.

О тк уд а ни возьм ись, появи л ся рядом красивы й господи н, ловко
взбил у себя на груди к р у ж е в а , п р и л ож и л к глазам лорнет,
оглядел А л е к са н д р а ,

наговорил ем у лю безностей, п р и гл аси л

к себе на чай, п р ед стави л ся — П у ш к и н В аси л и й Л ьв ов и ч.
А л е к са н д р читал сти хи и ш утли вы е басни В а си л и я Л ь в о ­
вича, поэм у его «О п асн ы й сосед» знал н аи зусть. П о эм а была про
п о хо ж д ен и я д р ач у н а и забияки Б у я н о в а . П о х о ж д е н и я оказал и сь
не совсем п ри ли чн ы е, печатать поэм у не п озволялось, читатели
п ер еп и сы вал и её от руки и передавали один д р угом у .
Н о в последнее время чащ е ходили по рукам не разреш ённы е
для печати сти хи пл ем ян н и к а В а си л и я Л ь в ов и ча , молодого
поэта А л е к са н д р а П у ш к и н а . М ногие повторяли, как кл ятв у, его
строки:
Пока св-■ •'■ '-дою горим,
Пока сердца для чести живы,
Мой друг, отчизне посвятим
Души прекрасные порывы!
П о М оскве разош ёлся с л у х , будто царь хотел сослать моло­
дого поэта в Сибирь и лиш ь заступ н и чество вл иятел ьны х друзей
сп асл о его — вместо Сибири П у ш к и н отправлен в ссы л к у на
ю г. П о л еж а е в у было интересно узнать про суд ьбу П у ш к и н а , по
53

сп р аш и вать о таком не п олагал ось. П оэтом у он спр оси л В а си л и я
Л ьвови ча, скоро ли будет н ап ечатан а целиком поэма « Р у сл а н
и Л ю д м и л а » , отрывки из которой появились в ж у р н а л а х и всех
во схи ти л и . В аси л и й Л ьвови ч огор чал ся , что главны й П у ш к и н
в русск ой л итературе не он, а плем ян н и к А л е к са н д р , но у ж е
стал привы кать к этом у. Д а и ж ал ь было А л е к са н д р а : как раз
в эти дни он т ащ и л ся по пы льном у тракту куда-то в далёкие
бессар абск и е степи. И В аси л и й Л ьвови ч ж и во отвечал П о л е ­
ж а е в у , что к н и ж к а непрем енно скоро выйдет и что сам Ж у к о в ­
ский — в восторге от поэмы — подарил А л е к с а н д р у свой порт­
рет с н ад п и сью : «П о б ед н т ел ю -уч ен и к у от побеж д ённого у ч и ­
т е л я » . Р азго р я ч и в ш и сь, В аси л и й Л ьвови ч пообещ ал и А л е к ­
са н д р у П о л е ж а е в у зам ечательное б у д у щ е е ...
В октябре 1820 года А л е к са н д р П о л еж а е в , ш естн ад цати лет
от роду, был зачи слен
у н и вер си тета.

на словесное отделение М осков ского

АРАКЧЕЕВЩИНА
О сенью 1820 года в петербургском ж у р н а л е «Н е в ск и й зри­
тель» п оявилось стихотворение — «К в р е м е н щ и к у » . В р е м е н щ и ­
ками

назы вали

ц ар ск и х лю бим ц ев,

и м евш и х

из-за

близости

к царю — м о н ар ху — огром ную власть. С тихотворение н ачи н а­
лось таким и строчкам и :
Надменный временщик, и подлый и коварный,
Монарха хитрый льстец и друг неблагодарный,
Неистовый тиран родной страны своей,
Взнесённый в важный сап пронырствами злодей!
Ты на меня взирать с презрением дерзаешь
И в грозном взоре мне свой ярый гнев являешь!
Твоим вниманием не дорожу, подлец...
П од заглави ем стояло разъ ясн ен и е, что это — п од р аж ан и е
обл ичительном у сти хотворению , сатире древнего рим ского поэта
Персия^ Н о р азъ ясн ен и е было сделано для м аск и р ов ки : иначе
54

стихотворение не уд ал ось бы напечатать. У П е р с и я п о хож ей
сатиры нет. Ч и т ат ел и ср азу ж е п он ял и , кого обличил — гневно
о суди л и вы см еял — поэт: все узн ал и страш ного русск ого вре­
м ен щ и к а, лю бим ц а им ператора А л е к са н д р а П ервого — гр аф а
А р а к ч е ев а .
И м ен н о так — «п од лы й », «к о в ар н ы й », «тиран» — назы вали
А р а к ч е ев а многие гр аж д ан е Р о сси и . Н азы вал и про себя или
ш ёпотом в узком к р у гу др узей : вся к о го , кто посм ел бы в сл у х
недобро отозваться о всесильном в р ем ен щ и ке, ж д ал и ц епи , кре­
пость, каторга.
И м я отваж ного поэта, бросивш его вызов «неистовом у ти ра­
н у » , было К он д р ати й Р ы л еев. В се зам ерли , о ж и д ая суровой
р асп р ав ы . Но если бы А р а к ч е ев р асп р ав и л ся с поэтом, он под­
твердил бы этим, что сти хи напи сан ы про него. И он предпочёл
не узнать в сти хотворении свой портрет, сделал вид, будто сти хи
не имею т к нем у никакого отн ош ен и я.
В сю свою власть А р а к ч е ев употреблял на то, чтобы помогать
царю д ер ж ать народ в рабстве. О н беспощ адно подавлял м ал ей ­
ш ее неудовольствие кр ест ьян , вводил ж естоки е порядки в ар м и и ,
он хотел, чтобы вся ж и зн ь лю дей, сл у ж еб н а я

и дом аш няя,

строи лась по п ри д ум ан н ы м км строгим п р ав и л ам . И народ
назы вал произвол в р ем ен щ и к а, его безж алостное правление —
«аракчеевщ ина».
Ц а р ь поставил А р а к ч е ев а н ачальни ком над военны ми п о се­
л ен и ям и . Военны е поселения были двойное рабство — кр ест ья н ­
ское и солдатское. В т ак и х п о сел ен и я х — дер евн я х — все ж и ­
тели объ являли сь солдатам и , ж и ли по военном у р а сп о р я д к у ,
кр угл ы й год зан и м али сь строевой подготовкой — ш а га л и , м ар ­
ш и р овал и , у ч и л и сь р у ж ей н ы м п р и ём ам , несли к а р а у л ь н у ю
с л у ж б у , а к этом у исп ол н ял и сел ьск ую работу — п а х а л и , сея л и ,
уб и р ал и , ходили за скотом . Д ом а в военны х п о сел ен и я х были
одинаково построены и одинаково обставлены . З а н а в е с к а , цветок
на окне, д о м аш н я я утварь, каж д ы й вбитый гвоздь — всё было
одинаково. Н ачал ьств о строго следило, чтобы поселенцы ж и ли
55

только по ком анде: по команде л ож и л и сь сп ать, по команде
вст ав али , ш ли на работу или на у ч ен и я . Ж ен и л и сь поселенцы
тож е по п р и к аз у . Д етей у них отбирали и отправляли на
военную с л у ж б у в сп ец и альн ы е части . Б ун ты в военны х п о се­
л ен и я х власти ж естоко у см и р я л и . Ц а р ь говорил, что военные
поселения будут су щ еств овать, даж е если придётся у л о ж и ть
телам и уби ты х бунтовщ иков дорогу от места восстания до П е ­
тер бур га. А гр аф у А р а к ч е ев у вся б у д ущ ая Р о сси я п р ед ст ав л я ­
л ась одним огром ны м военны м п о сел ен и ем ...
В л аст ям

хотелось дер ж ать

в рабстве

и умы

р о сси й ск и х

гр а ж д а н , хотелось, чтобы люди дум али только о том, о чём
п р и к аж ет н ачальство, и только так, как оно п р и к аж е т . Знатны е
господа не стесн ял и сь утв ер ж д ат ь, что н ауки при н осят лю дям
вред, рож д аю т опасны е м ы сли, что книги р асп р остр ан я ю т
зло.
О собенно сердили ц ар я ун и верси теты . П р и б л и ж ё н н ы е до к л а­
ды вали ем у, что некоторы е пр о ф ессор а не в осхвал яю т в л ек ц и я х
ц ар ск у ю власть и веру в бога, что студенты свободно р а ссу ж д а ю т
о полити ке, вы сказы ваю т недовольство правительством .
Ц а р ск и е чиновники стар ал и сь п риказам и повернуть назад
н а у к у . А стр он о м ам зап р ещ ал и упом и н ать в л е к ц и я х , что Зем ля
вертится вокр уг С о л н ц а, потому что, по учен и ю ц ерк ви, как
раз наоборот — С олн ц е вертится вокруг З ем л и . М еди кам за­
п рещ али изучать анатом ию на т р у п а х : ан атом и ческ и е п р е п а р а ­
ты отпевали в церкви и хоронили на кл ад б и щ е. И стор и кам
зап р ещ ал и говорить, что в стране м ож ет быть к ак ая -н и б уд ь
власть л учш е ц ар ск о й : водь ц ар ск ая власть устан овлен а сам им
богом. Н ек отор ы х п роф ессоров прогоняли со сл у ж б ы , д а ж е от­
давал и под суд . К ое-кто предлагал вовсе закры ть универси теты .
Но м ы сль человека, если он сам не захочет этого, не под­
ч и н яется ничьим п р и к азам . М ож н о заставить человека м ар ш и ­
ровать под барабан, м ож но заковать его в ц еп и , но нельзя за­
претить ему д ум ать. Б ы ли и при ар акчеевщ и н е п р о ф е ссо р а , не
и зм енивш ие своей п ау к е, своем у д ел у . Б ы ли студенты , которые
56

читали серьёзны е книги, серьёзно разм ы ш ляли обо всём , что
д ел ается в м ире. Эти люди счи тали , что нельзя позволить ст р а ху
калечить мы сль человек а, п ревращ ать её в покорн ую рабу на­
ч ал ьства. Ч ел о в ек только тогда п рож и вёт на земле с пользой,
соверш ит великие откры тия, создаст великие творения, когда
м ы сль его свободна. И

как ни стар ал и сь власти искоренить

свободу м ы сл и , им это не у д ав ал ось. Н ем ало лю дей, -ж ел авш их
дум ать

свободно,

оставалось

и в М осков ском

ун и верси тете.

«СВОБОДА В МЫСЛЯХ И ПОСТУПКАХ»
Сам о вар счи тал ся «инструм ентом трактирны м » и был в у н и ­
верситете зап р ещ ён . Ч а й завари вали в небольш их м едны х ч ай ­
н и к а х . П о вечерам студенты собирались в ком н атах у сам ы х
бедны х своих товарищ ей, которые ж и ли на казённы й счёт при
ун и верси тете. В каж дой комнате простой стол да четыре крова­
ти, н акры ты х одинаковы м и серы ми солдатски м и одеял ам и. Р а с ­
са ж и в а л и сь прям о на кр о в ат ях; на застланном бум агой столе
раск лад ы вали провизи ю . У го щ е н и е небогатое, зато разнообраз­
ное — каж ды й тащ ил что мог: кто б у х а н к у рж ан ого хл еб а, кто
си тн и к,

кто колбасы

к у со к ,

кто п ар у

серебр и сты х

селёдок,

а кто и яблочны е п и р ож к и из соседней кондитерской .
Р а ск у р и в а л и трубки , синий дым облакам и тя н ул ся над сто­
лом . Т у ск л о ж ел тела свеча на доны ш ке перевёрнутого гр ан ё­
ного стак ан а.
З а си ж и в а л и сь

допоздна.

Ч то

ни

вечер — долгие

беседы ,

сп оры . Об усл ы ш ан н о й л ек ц и и , о новой к н и ж к е ж у р н а л а , о по­
следнем сп ек т ак л е.
О т ун и верси тета до Б ольш ого театра рукой подать — из
окон видно, как перед спектак лем привозят в театр артистов
в огром н ы х к а р е т а х; сл у ч ал о сь , прибегал из театра сл у ж и т е л ь
с даровы м и билетами на сам ы й вер х, на раёк, раздавал билеты
студ ен там ,

п р о си л :

«Т олько

хл оп ай те,

господа,

побольш е!»

Ближе

к полуночи

н ачи н ал и сь разговоры

о сам овл астии

ц ар я , произволе чиновни ков, ж естокости п ом ещ и ков, о рабстве
н арода. И зв л ек ал и сь из карм анов тетради с зап рещ ён н ы м и сти­
хам и.
С веча догорала до о сн ов ан и я, лиш ь ж ёл тая л еп ёш еч к а воска,
посреди которой, взд р аги вая, то в сп ы хи в ал , то едва не затухал
ф и т и лёк, р асп л ы в ал ась на донце ст ак ан а. М едны е чай ники давно
были п усты е. У р я д н и к К а р п Ф ед у л о в и ч , следивш ий за порядком
в ст у д ен ч еск и х к о м н ат ах, я в л я л ся с ф онарём и приказы вал
нем едленно р а сх о д и т ь ся ...
П о л еж а е в лю бил студ ен ческ и е сбор и щ а. В к р у гу товари­
щ ей — откров ен н ы х, ш у м н ы х , го р я чи х сп ор щ и к ов — никто не
мог п р и таи ться, скры ть своё м нение, показать себя не тем, кем
он был на сам ом деле.
открыто

и честно;

Здесь к аж д ого

тр усл и в ы м ,

заставлял и

изворотливы м

сю да

говорить
ход у

не

было.
П о л еж а е в пи сал в ст и х а х , что ем у по душ е
Судить решительно и смело
Умом своим о всех вещах...
О н п и сал , что «свобода в м ы сл я х и п о ст у п к а х» для него
всего д о р о ж е. П о л еж а е в не знал, как освободить свой народ от
цепей рабства, но сам во всём ж ел ал быть свободны м , не подчи­
н яться н и к о м у.
Среди товари щ ей -студен тов П о л еж а е в слы л человеком ве­
сёл ого, даж е буйного права. П о М оск ве ходили о нём р а сск а зы .
А л е к са н д р а назы вали заправилой ш у м н ы х п и р у ш е к , виновни­
ком дер зк и х п р о и сш еств и й , зачи н щ и к ом у л и ч н ы х побои щ . Н а ­
чальство с утр а до вечера твердило, что надо быть п о сл у ш н ы м ,
к л ан ят ь ся за три версты богатому и зн атн ом у, д ож и д аться
милостей в се н я х у в ел ьм о ж . А П о л еж а е в п и с а л , что нет для
него ничего ж ел ан н ей вольности.
О н сочи н ял поэм у о м осковском студенте, которого звали
так ж е , как его с а м о г о ,— А л ек сан д р о м П о л еж а е в ы м :
58

Рождённый пылким от природы,
Недолго был он средь оков:
Искал он буйствеііной свободы —
И стал свободен...
П оэм а назы валась — « С а ш к а » .
П о л еж аев п р и н я л ся за неё вскоре после того, как вы ш ла из
печати первая глава «Е в ген и я О н е г и н а » . В се ж ад н о читали
новое творение П у ш к и н а . А П о л еж аев не просто читал — он
по -своем у о т к л и к н ул ся на п у ш к и н ск и й роман в с т и х а х .
П о л еж а е в не п о д р аж ал П у ш к и н у . Н аоборот. О н хотел по­
казать, что рядом с таким и героям и, как п у ш к и н ск и й Е вген и й
О н еги н , ж и в у т и такие, как его С а ш к а . О н противопоставил
С а ш к у — О н еги н у .
П у ш к и н р а сск а за л

про

детство

своего

героя.

П о л еж а е в

т ож е. Н о Е вген и й О н еги н вы рос в П ет ер бу р ге, под надзором
ф р а н ц у з ск и х гуверн ан ток и гуверн ёров, а п о л еж аев ск и й С а ш ­
ка — или С а ш к а П о л еж а е в — увидел свет в «м аленьком се л и ш ­
ке» под С ар ан ск о м и провёл детские годы среди лакеев и к у ч е ­
ров.
В первой главе ром ана П у ш к и н описал день О н еги н а . С утра
он гул яет на бульваре, потом м чится обедать в дорогой ресто­
ран, оттуда летит в театр, а к середине ночи появл яется на
б ал у. П о л еж а е в ск и й С а ш к а весь день среди студентов. Здесь
о л ю д я х суд ят не по ч и н у, а по у м у : и «к н я зи ш к а» немного
стоит, если «в нём у м а ни капли н ет ». Здесь «таланты в у в а ­
ж е н ь и » , а не богатство — «не с червонцам и д у р а к » .
Т еат р ы , м аск ар ад ы , балы , где проводят вечера и ночи знат­
ные дамы и госп од а, С аш к е не по д у ш е . Зато его легко найти
среди гу л я к в ш ум н ом трактир е, он буйно весел и тся, не ж ел ает
знать никав:их п р и л и ч и й , и, если гд е-ни будь зав я ж ет ся «бой
у ж а сн ы й » м еж д у студентам и и поли ц и ей , С а ш к а непрем енно
будет в самой гу щ е ср а ж е н и я .
Но

П о л еж а е в

не

только

прослави л

«буйственны е

дела»

своего героя — он о бъ ясн и л , откуда в нём это буйство, задор,
59

у д а л ь. С а ш к а всей душ ой рвётся к свободе, а всё вокруг зак о­
вано в цепи — люди долж ны ж и т ь, дум ать и п ост уп ат ь, как
рабы . С а ш к а — человек гор ячи й , прям ой , и ск р ен н и й , а чины ,
богатство, почести достаю тся
ч увства, л ж ёт , ли цем ери т.

тем,

кто ловко

скры вает

свои

Вот С а ш к а , чтобы раздобыть денег на учен и е в ун и верси тете,
отп рави лся в П ет ер б у р г, к богатом у д я д ю ш к е. О н у го ж д ал
знатном у родств ен н и ку, вёл себя так, как принято в «вы сш ем
о б щ е ст в е » :
И потакал, п лицемерил,
И льстил бессовестно, н врал!
Он часам и сл у ш а л неинтересны е дядю ш ки н ы речи, хвалил
ш л яп к и и платья его су п р у ги , дрем ал в театре, поддакивал
важ н ы м господам , хотя не был согласен с ним и, ходил по ц ер к ­
вам , хотя не верил в бога.
Н е у ж е л и , сп р аш и в ал поэт, такая л ож ь л уч ш е обычной С а ш ­
киной вольности? В ся к и й раз, когда мы л ж ё м , чтобы вы гадать
как у ю -н и бу д ь п о льзу, у го ж д аем богатом у, низко к л ан яем ся
зн атн ом у, не становятся ли крепче ц епи , которы ми опутана
наш а ж и зн ь ? И м ож ет быть, прав С а ш к а , ж е л а я назло господ­
ским п ри л и чи ям «вверх дном» поставить М о ск в у ?
Нам всё равно: хвалы не ищем,
Пусть как угодно говорят!..
П оэм а П о л еж а е в а , конечно, не была н ап ечатан а. Н о сотни
ж а д н ы х ст у д ен ч е ск и х рук п ереп и сали её в свои тетрадки. И мало
кто из тогдаш ней м олодёж и не прочитал её или хотя бы не
сл ы ш ал о ней. И м ен а героя поэмы — С аш к и П о л еж а е в а и её
автора — поэта
вестны .

А л е к са н д р а

П о л еж аев а

сд елал и сь

всем

из­

«БЛИ З ФОНТАНКИ-РЕКИ»

В тайны х общ ествах спорили о буд ущ ем устройстве Р о сси и ,
о том, как л уч ш е и бы стрее произвести перем ены

в ж и зни

страны . В п есн е, которую лю били петь участ н и к и тайны х об­
щ еств, были такие слова:
Ах, лучше смерть, чем жить рабами.—
Вот клятва каждого из пас!
Д еятел и тайны х общ еств часто бы вали в М оск в е. О ни прово­
дили здесь о т п уск , гостили у родни, у д р узей . О дни проезж ал и
М о с к в у , сл ед уя из П етер бур га на У к р а и н у , чтобы познаком ить
товарищ ей на юге со своими пл ан ам и ; другие с той ж е целью
ехал и с юга на север — и тож е через М о ск в у . Во м ногих д о м ах,
встречаясь с д р узьям и и зн ак ом ы м и , участ н и к и тайны х общ еств
беседовали о том, что их волновало. О ни усл ов и л и сь беспощ адно
порицать в разгов орах рабство и п ал к и , А р а к ч е е в а , военные
по селен и я , ж есток о сть п равителей, лень в ел ьм ож . И х

слова

и су ж д е н и я быстро р асхо д и л и сь среди м оскви чей.
Г ор ячи е и см елы е ю н ош и , студенты у н и вер си тета, тож е
постоянно говорили о п олож ен и и дел в Р о сси и , о необходим ости
перем ен. О ни собирались в ком натах для зан яти й , ау д и т о р и я х,
читали книги по истории , гео гр аф и и , ф и л о со ф и и , сравни вали
ж и зн ь д р евни х народов и д р уги х
ж и зн ь ю , зн ак ом и ли сь с тем , что

государств с российскохі
д ум али великие учёны е

о сп р ав ед ли вости , равенстве, свободе. И

конечно, ж ар к о об­

су ж д а л и собы тия, которые п рои сходи л и вокруг.
А вокруг было неспокой н о. В разны х стр ан ах Е вроп ы народы
подн и м али сь против собственны х влады к и против ч уж е зе м н ы х
поработителей. В Росси и то там, то здесь разгор ал ись кр ест ья н ­
ские волнения. О чень поразили всех беспорядки в самой столице
Р о сси й ск о й им перии — С а н к т -П ет е р б у р ге .
...С е м ё н о в ск и й полк был один из ст ар ей ш и х в гвардии. Е го
основал П ётр П ер в ы й . Сем ён овцы прославил и себя во м ногих
61

с р а ж е н и я х . П ётр П ервы й п р и к азал им носить красн ы е чулки
в пам ять о том, что они стояли по колено в крови, сд ер ж и в ая
натиск врага. Солдаты полка п оказали ум ен и е и отвагу и во
вреіѵія О течественной войны 1812 года. Они гордили сь м ногими
боевыми н аградам и и вы ш е всех наград ценили
в р а ж е с к и х п у л ь , ш ты ков и сабель.

ш рам ы

от

Л у ч ш и е оф ицеры полка входили в тайны е общ ества. О ни
реш или не бить солдат. «М ы сли м о ли бить героев, отваж но
и единодуш но за щ и щ а в ш и х О т е ч е ст в о » ,— говорили они. С е м ё ­
новский полк был единственны й в р усск ой ар м и и , где не д е р ж а ­
ли розог и п ал ок.
В л аст и были этим недовольны . Б р ат ц ар я , великий князь
М ихаил

П ав л о в и ч ,

в о зм у щ ал ся ,

что

сем ёновские

оф ицеры

«своих солдат не бью т». А р а к ч е ев добился назн ачен и я ком ан ди ­
ром полка известного своей ж естокостью п олковника Ш в а р ц а
и п р и к азал ем у

«выбить дурь»

из сем ёновцев. В п о л к у , где

пр еж д е сл у ж и л Ш в а р ц , осталась после него братская могила
засечён н ы х до смерти солдат.
Н овы й ком андир ср азу ж е завёл долгие, м учи тельны е у ч е н и я .
Это не были у ч ен и я , н у ж н ы е солдатам , чтобы л уч ш е овладеть
военны м делом , — те, про которые С уво р ов говорил: « Т я ж е л о
в у ч ен и и , легко в бо ю ». Ш в а р ц заставлял солдат часам и м а р ш и ­
ровать

по

п л ац у

медленны м

ш аго м ,

вы тягивая

н осок ,

или

т ак ж е ч асам и стоять непод виж но по стойке « см и р н о » . Он
заставлял солдат после целого дня парадов, смотров и кар аул ов
всю ночь чистить о д еж д у, подгонять каж д ы й рем еш ок, к а ж д у ю
п у го в и ц у , к а ж д у ю петлю . В ся к о го , кто не сум ел угодить ем у,
ж д ал о н ак азан и е, а угодить было трудно — иногда солдата били
только за то, что невесело см отрел.
В октябре 1820 года первая рота Сем ён овского полка сам о­
вольно со бр ал ась , потребовала к себе начальство и заявила
ж а л о б у на Ш в а р ц а . Н и важ н ы е генералы , ни сам великий князь
М ихаил

П ав л о в и ч

не

см огли

заставить

солдат

р а ск а я т ь ся ,

взять ж ал о бу назад и выдать зач и н щ и к ов . П од охран ой н а д ё ж ­
62

ны х войск роту отвели в П ет р о п ав л ов ск ую крепость. Т огда
остальны е роты, всего од иннад цать, п р о сл ы ш ав , что первая
«за п р авд у п о ги б ает », тож е вы ш ли из к азар м . П о л к ов н и к
Ш в а р ц со ст р а х у сп р я т ал ся в навозную к у ч у . Сем ён овцы по­
требовали, чтобы арестованны е товарищ и были освобож дены .
И н а ч е , говорили они, п у ст ь саж аю т в крепость весь полк. В л асти
отказались исполнить и х требование. «Где голова, там и н о г и » ,—
говорили солдаты и по своей воле отправились вслед за первой
ротой в кр еп ость. Т ол п ы народа дв и гали сь по П е т е р б у р гу вдоль
реки Ф о н т ан к и , где р асп о л агал ся полк, п р о в ож ая сем ёновцев.
« К у д а вы ?» — кр и чал и солдатам из толпы . «В крепость. П о д
а р е с т » ,— спокойно отвечали солдаты .
П оэт Р ы л еев, который стал одним из основателей и гл авн ы х
деятелей тайного общ ества, р асск азы в ал : «В городе волнение
и тревога не пер еставал и . П о л к и ходили бесп рестан н о; п уш к и
везли, снаряды готовили, адъю танты ск ак ал и , народ то л п и л ся ,
в дом ах было н едоум ени е, не знали, что при д ум ать и п р ед п р и ­
нять, о п асая сь б у н т а».
Б у н т а на этот раз не сл у ч и л о сь . П р е ж н и й Сем ён о вск и й полк
был р а сп у щ е н , главны е виновники беспорядка н аказан ы , остал ь­
ные солдаты переведены по др уги м част ям , а на их место
набраны новые.
П р ав и тельство было очень н ап у ган о . Д ело неш уточн ое: ц е­
лый гв ар дей ск и й полк отказал ся повиноваться н ачал ьств у.
У ч а с т н и к и тай н ы х общ еств ясн о уви д ел и , к а к а я огром ная
си ла — ар м и я . О ни стали р асп р остр ан я ть среди солдат сти хи
и п есн и , напом инали про «сем ён ов скую и ст о р и ю » , п ри зы в ал и ,
когда настанет ср ок, действовать реш ительно. С о чи н я л песни
поэт Ры л еев вм есте со своим другом — пи сателем и оф ицером
А л е к сан д р о м Б е ст у ж е в ы м .
П е сн и разлетали сь по всей стран е, попали они, конечно,
и в М оскву.
С туд ен т А л е к са н д р П о л еж а е в знал и лю бил эти песн и . О ни
звали разорвать ц еп и , освободить народ.
63

Близ Фонтанки-реки
Собирались полни.
Слапа!
Их и учат, их и мучат
Ни свет пн заря.
Слапа!
Что ни свет ии заря,
Для потехи царя.
Слава!
Разве пет у них рук,
Чтоб избавиться мук?
Слапа!
Разве нет у них штыков
На князьков-дураков?
Слава!
Разве нет у них свинца
На тпрапа-подлеца?
Слапа!..
П о л еж аев охотно читал ры леевские песни своим товари щ ам студ еп там , те запом инали их и несли д альш е.

ДЕКАБРИСТЫ
Т ум ан н ы м морозным утром 16 декабря 1825 года в откры ты х
са н я х п р и м ч ал ся из П етер бур га в М о ск в у ц ар ск и й гонец и пере­
дал главном у м оск о вск о м у н ач ал ьн и к у , ген ер ал -гу б ер н ат ор у ,
секретное письм о от нового царя Н и к ол ая П ер вого: «М ы здесь
только что потуш и ли п о ж а р , прим ите все н у ж н ы е меры , чтобы
у вас не сл учи л о сь чего-нибудь подобного».
Говоря про п о ж а р , Н и колай П ервы й имел в виду восстание,
которое стало назы ваться восстанием декабристов.
Н езадолго перед этим ум ер п р еж н и й царь
А л е к са н д р .
Д етей у него не было, и власть д ол ж н а была перейти к сл е­
д у ю щ ем у по возрасту брату — К о н ст ан т и н у . Н о тот не захотел
стать ц ар ём , и наследником сд елал ся третий брат — Н и кол ай
64

Знало об этом только ц ар ское сем ейство. Ч и н ов н и к и и арм ия
у ж е при н и м али п р и ся гу — к л ял и сь в верности — им ператору
К о н ст ан т и н у , в лав к ах продавали его портреты , чекани ли мо­
неты с его и зоб р аж ен и ем .
И вдруг появи лось р асп о р я ж ен и е

п ри сягать

заново — на

этот раз Н и к о л аю . М ногие не пон и м али , что п рои сходи т, н ача­
лось см ятен и е. Ры леев и д р уги е руководители тайного общ ества
р еш и л и , что нельзя у п у ск а т ь такой сл учай — пора в ы ступ ать.
О ни зад ум али вы вести войска на п лощ ад ь, отказаться от п р и ­
сяги и свергнуть ц ар я.
Н а рассвете 14 д екабря восставш и е войска п остроили сь над
Н ев ой ,

на

генералы

площ ад и

у

п ам ятн и ка

и св я щ ен н и к и

П ет р у

уговари вал и

П ервом у.

солдат

Ц а р ск и е

разойтись,

но

солдаты их не сл у ш а л и сь . Т у т ж е стеной стоял народ, готовый
поддерж ать ар м и ю . К огда отряд верны х царю кавалеристов
броси лся

в атаку,

солдаты

встретили

его р у ж ей н ы м

огнём,

а народ — кам ням и и полен ьям и . Н о сами восставш ие не пе­
реш ли в н аступ л ен и е и у п уст и л и у с п е х .
Н ад д екабрьски м П етербургом сгуст и л и сь ранние су м е р к и .
П о л к и , стоявш ие против м я теж н и к о в , р асст уп и л и сь в обе сто­
роны , и м еж д у ними вы ехала вперёд батарея арти л лери и .
П оры ви сты й ветер пронёс над головам и клочья ком анды . В о зд у х
заал ел на м гновение. З алп в ст р я хн у л п лощ ад ь. П ервы е ядра
картечи у д ар и л и сь о зем лю , подним ая столбы сн еж н ой пы ли.
А над п у ш к ам и снова в сп ы хн у л а и п огасла к р асн ая зар н и ц а.
Гр о хот вы стрелов сл и л ся в сплош н ой гу л . Т о л п а м етн улась
к Н ев е. Ш о р о х ты сяч торопливы х ш агов, тяж ёлое д ы хан и е,
стоны и п р ичитания ран ен ы х были страш нее орудийного гром а.
Б ом б арди ры м еняли н авод ку, п у ш к и били по н абер еж н ы м , по
си н ем у в су м е р к а х , затоптанном у сн егу реки, по В а си л ь ев ск о м у
острову на другой её стороне. А через ч ас, когда всё было кон че­
но, костры , р азо ж ж ён н ы е на п л ощ ад и , п р и л егаю щ и х у л и ц а х
и вдоль н абер еж н ой , озарили ночное н ебо ... К ровь на мостовы х
п осы п али чисты м сн егом , с площ ади сп еш но уби рал и тела
65

у б и т ы х, чёрны е кареты везли по у л и ц ам ар есто в ан н ы х декаб­
ристов.
...В М оскве «пош ар» не р азгор ел ся . Н о меры приняты были
строги е. А ресто в ы в али в се х , кого подозревали в п р и н ад л еж н ост и
к тайны м общ ествам . Л ю д и , л о ж ась спать, готовили тёплые
вещ и на сл учай неож и дан н ого п утеш естви я в П е т е р б у р г, в к р е­
п ость. Говори ть стали остор ож н о, ти хо, л уч ш е всего было
п ом алки вать. Л ю д и перестали верить д р уг д р у г у , стар ал и сь не
вы сказы вать со чув ств и я по стр ад авш и м . Б удто холодны е, м р ач ­
ные су м ер к и н ависли над всем и .

ДОНОС
В июне 1826 года А л е к са н д р П о л еж а е в окончил у н и вер си тет.
В с е экзам ены он сдал на «отл и чн о».
П о л еж а е в был у ж е известны й поэт. Е го сти хи охотно п е ча ­
тали ж у р н а л ы . П р о ф е ссо р М ер зл як ов р асхв ал и в а л в л ек ц и я х
своего талантливого у ч е н и к а .
С т и хи П о л еж а е в а были гр уст н ы м и . Обы чно он р асск азы вал
про чел овек а, которы й всп ом инает свою давню ю лю бовь.
Исчезли, исчезли весёлые дни,
Как быстрые воды умчались;
Увы! Но в душе охладелой они
С прискорбною думой остались...
А л е к са н д р п и сал о н есч аст н ы х влю блён н ы х — и не знал,
каки е н есчастья ж д у т его сам ого в недалёком б у д ущ е м .
...Н а рассвете 13 ию ля в П етр оп авл овской крепости были
повеш ены

пятеро

декабристов — вож ди

восстан и я ,

остал ь­

ны х м я т еж н и к о в отправили на к ат о р гу, сосл али в С и б и р ь , на
К авказ.
А через двенадцать дней после казни им ператор Н и к ол ай
П ер в ы й торж ественно въ ехал в М о ск в у для корон ац и и : р у сс к и х
66

царей венчали

на царство в У сп е н с к о м

соборе М осков ского

К рем ля.
Горели золотом церковны е к у п о л а. К олокол ьн ы й звон плыл
над городом . В о з д у х вздрагивал от залпов орудийного сал ю та.
Стаи птиц м етались по небу. Н и кол ай П ервы й ехал верхом рядом
с золотой каретой, в которой сидела и м п ер атр и ц а. Ряды вой ск,
вы строенны е вдоль у л и ц , толпы народа приветствовали его. Н о
на д уш е у м ногих людей были у ж а с и ун ы н и е.
Л и ц о нового ц ар я было непод виж но и холодно, н епод виж ны й
взгляд светлы х глаз у стр ем л ён поверх л ю д ск и х голов. О н дум ал
о том, как истребить в своих п одданны х непокорность, ж ел ан и е
бороться, сам остоятельно дум ать и п о ступ ать. Он хотел вы корче­
вать эти ч увства, как к ор чую т, вы ворачиваю т деревья — чтобы
ни один, сам ы й тонкий к ореш ок не остался в зем ле.
П р о е з ж а я мимо ун и в ер си тета, царь п ок оси л ся на него с не­
п р и я зн ь ю . Среди декабристов было нем ало зд еш н и х восп и тан ­
ников.
А ещ ё два дня сп у ст я на письм енны й стол к царю легла
секретн ая бум ага под названием «О М оск ов ск о м ун и в е р си т е т е » .
В ней говорилось, что студенты ж ел аю т вольности и не п р и ­
знаю т над собой никакой вл асти . Д л я прим ера были приведены
сам ы е бун тар ск и е строчки поэмы А л е к са н д р а П о л еж а е в а « С а ш ­
к а » . О том, что человек долж ен быть свободны м в м ы сл я х и де­
л а х . Ч т о каж д ы й имеет право смело судить обо всём на свете.
О т я ж ёл ы х ц е п я х , о п ут ав ш и х О т ч и з н у .
П оэт звал угнетённы й народ:
Когда ты свергнешь с себя бремя
Своих презренных палачей?..
И эти строчки тож е были приведены в бум аге.
Д он о с на уни верси тет и на П о л еж а е в а сочи нил отставной
полковник И в ан П етрович Б и би к ов . О н долго с л у ж и л в ар м и и ,
потом несколько лет ж и л п ом ещ иком в своём богатом и м ен и и .
П о сл е восстан и я декабристов он захотел помочь новому царю
67

и скоренить
верн уться

всех
на

н еп ок ор н ы х,

сл у ж б у

и

в сех

м ятеж н и к о в .

р ассчи ты вал

Он

получи ть

реш ил
хорош ее

м есто.
Ц а р ь прочитал донос
к нем у П о л еж а е в а .

и пр и к азал

нем едленно

доставить

ПОЭТ И ЦАРЬ
П о л еж а е в а разбудили среди ночи, посадили в карету и по­
везли. Н очь была летняя — к оротк ая, светлая. Небо за М оск во й рекой п ож ел тел о, по нем у т я н ул и сь клочьям и лиловы е р азор­
ванны е тучи . К р а сн а я площ адь была п у ст ы н н а. Н ад ней звонко
разн о си лся цокот л ош ад и н ы х копы т. П а м я т н и к М и н и н у и П о ­
ж а р с к о м у темнел на фоне белок ам ен н ы х Т ор гов ы х рядов. Рядом
с П о л еж аев ы м в карете сидел о ф и ц ер ; вы сокую треугольн ую
ш л я п у с пучком п ет у ш и н ы х перьев он д ер ж ал на к о л ен я х —
потолок кареты был для неё низок. О ф и ц ер всю дорогу молчал
и, отвер н увш и сь, смотрел в окно. Это был, наверно, дурной
п р и зн ак . К ар ета свер н ул а в С п а с ск и е ворота К р е м л я . П о л еж а е в
обод рился: хорош о хоть не в тю рьм у.
К р ем л ёв ск и й дворец был ярко о свещ ён . В л ю стр ах и на­
стен н ы х под св еч н и к ах горело м нож ество свечей. И х огонь от­
р а ж а л ся в зер к ал ах и вы соки х о к н ах. За окнам и у ж е синел
р ассв ет . В зал ах дворца небольш им и гр уп п ам и

стояли п р и ­

дворны е, о чём-то деловито бесед уя. Ген ералы в золоты х эпо­
л етах и с лентам и через плечо отдавали торопливы е р а с п о р я ж е ­
ния подчи н ён н ы м . Т у д а -сю д а пробегали д еж ур н ы е о ф и ц ер ы . И з
белы х дверей п оявл ял и сь торопливы е чиновники с портф елем
для бум аг под м ы ш кой. К а зал о сь , н ачал ась война или п оступил о
известие о новом восстан и и .
П о л еж а е в а отвели в кабинет ц ар я . Н и к ол ай П ервы й под­
н я л ся из-за стола и посм отрел ем у в глаза своими холодны м и
гл азам и . Л ю д и обычно не вы держ и вали его долгого, н еп од в и ж ­
ного взгляд а. Б о я сь цар ского гнева, они к л ан ял и сь и просили
68

п р о щ ен и я, д аж е не зная, в чём виноваты . Н и к ол аю это н р ави ­
лось. О н х в а ст а л ся , что его взгляд останавли вает у подданны х
кровь в ж и л а х . Н о П о л еж аев не и сп у г а л ся : он вним ательно
смотрел на ц ар я больш им и чёрны м и глазам и .
Т у т ж е , в кабинете, был м инистр п р о св ещ ен и я , к р у п н ы й ,
тучны й стари к с длинны м и седы м и косм ам и . Л и ц о у него было
бледно. Оттого что П о л еж а е в вы держ ал ц ар ск и й взгляд, м и­
н истру стало совсем стр аш н о. Он п о клон и л ся и бессильно р аз­
вёл р у к а м и , хотя царь к нем у не о б р ащ ал ся . А стари к был не
робкого десятк а: в п р еж н и е годы, раньш е чем сд ел ал ся м и н и ст­
ром, он сл у ж и л на ф лоте, ком андовал больш им военны м ко­
раблём — ф регатом , ходил в дальние поход ы , участ вовал в м ор­
ск и х ср а ж е н и я х .
Ц а р ь п ротян ул П о л еж а е в у тетрадь.
— Т ы сочинил эти сти хи ?
В тетради был п ер еп и сан

« С а ш к а » . П о л е ж а е в никогда не

видел свою поэм у так красиво перепи сан н ой и на такой славной
бум аге.
— Я , — ответил он.
— Ч и т ай в сл у х , — п р и к азал ц ар ь.
П о л еж аев читал:
Когда ты свергнешь с себя бремя
Своих презренных палачей?..
М и н и ст р закры л глаза от у ж а с а .
Ц а р ь сл у ш ал п оэм у, а в пам яти

вставал долгий рассвет

14 д ек аб р я, грозные м олчаливы е полки на п л ощ ад и . С т и хи были
продолж ен и ем того д н я, сл ед ам и , остаткам и д екабрьского б ун та.
И эти бун тар ск и е ст и хи , и тот бунт были от непозволительной
вольности м ы слей.
— Это всё ещ ё
П о л еж аев

кончил

следы , — мрачно

проговорил

ч и т а т ь .— П осл ед н и е

остатки .

цар ь,

когда

Я

и ск о ­

их

реню .
О н реш ил не арестовы вать П о л еж а е в а , не отправлять его на
69

к атор гу или в к р е п о ст ь ,— ещ ё, чего доброго, возомнит себя
героем . О н пр и к азал нем едленно сдать поэта в военную сл у ж б у
и д ер ж ать под сам ы м строгим надзором . П у с т ь п о м а р ш и ­
рует сти хотворец на п л а ц у , постоит, не ш е л о х н у в ш и с ь , на
ч а с а х , поползает по гр язи . Г л я д и ш ь , забудет, как сти ш ки
к р о п а т ь ,— н ау чи т ся и д ум ать, и п оступ ать, и говорить по
ком ан де.
За окнам и у ж е соверш енно р ассвело, но на ц ар ском столе
в вы со к и х п о д св еч н и к ах горели свечи .

«Я С Н О В А У З Н И К И СО Л Д А Т »

А л е к с а н д р Полежаев

ПЛАЦ
лацем назы ваю т площ адь для строевы х занятий
и п арадов. З ем л я на п л ац у утоптана сол датски м и ногами —
твёрд ая, как кам ен ь.
— А т ь , д в а, три! А т ь , д в а, три! — ком андует ф ел ьд ф ебел ь.
П о л еж а е в ш агает по п л а ц у .
Ч ер ез плечо у него туго ск ат ан н ая ш и н ель, за спиной ран ец,
набитый для т я ж ест и п еском .
Р ан ц ев ы е ремни к р ест -н акр ест затянуты на гр уд и . Д ы ш ат ь
трудно.
Р ем ни — белые: всякое утро П о л еж аев встаёт, не д о ж и д а я сь
си гн ала трубы , моет их мы лом, лощ ит до бл еска.
— А т ь , два, три! А т ь , два, три! — си п лы м , п р о ст у ж ен н ы м
голосом кричит ф ельд ф ебель.
В ы со к и й , ж ёст к и й воротник м ундира сдавил ш ею . М ун д и р
у зо к , панталоны т о ж е ,— двигаться т я ж ело.
Н а голове вы со чен н ая, с ведро, ш ап к а — кивер; чеш уй чаты й
р ем еш ок кивера туго затян ут на подбородке.
На

плече у

П о л еж аев а

р уж ь ё — длинное,

с п ригнанны м

ш ты ком . П о л еж а е в не в си лах дольш е уд ер ж и в ат ь его — рука
д р ож и т, пальцы р азж и м аю т ся .
71

« С е й ч ас в ы п у щ у ,— д у м а е т ,— ур он ю , брош у — и будь что
б у д е т !»
Но пальцы сам и крепче впи ваю тся в п р и к л ад . Т ол ьк о ш ты к,
вы давая устал ость солдата, т уд а-сю д а покачи вается над головой,
а дол ж ен торчать н едви ж н о, будто вбитый в небо гвоздь.
— У ч еб н ы м ш аго-о-ом ! — р азн оси тся
ц е м .— В три приём а! М ар ш !
— А ть!
Н у ж н о вы тянуть левую

ком анда

над

п л а­

ногу, вы прям ить носок и слегка

оторвать его от зем ли.
— Д ва!
Т еп ер ь н у ж н о вы соко поднять ногу с вы тянуты м носком —
и зам ереть.
Ф ел ьд ф ебел ь,

пр и д ер ж и вая

на

боку

ш ирокую ,

короткую

саб лю — тесак , по д беж ал, п р и см отр ел ся:
— И гр ай носком ! Н е тяни без толку! С чувством , с ч ув­
ством вы прям ляй !
«В от сей ч ас у п а д у , и п у ст ь , и х о р о ш о ,— стоя на одной ноге,
д ум ает П о л е ж а е в .— И не встан у б о л ьш е».
Но

н еп ослуш н ы й

носок

сам

в ы п р ям и лся

как

полож ено

и «с чувством » сл егка р азв ер н ул ся в сторону.
Ф ел ьд ф ебел ь снова отош ёл на серед и н у пл аца:
— Три!
Т еп ер ь бы, не п о к ач н у в ш и сь, опустить ногу на землю — на
всю ст у п н ю , да так, чтобы от к аб л у к а левой ноги до к абл ука
правой был ровно ар ш и н — не больш е, не м еньш е.
А над площ адью у ж е снова гром кое, си плое:
— А ть!
П л а ц к аж ет ся бескон ечн ы м . Н ав ер н о, м ореплавател и , за­
б л уд и в ш и еся в в олн ах, так мечтаю т о зем ле, как мечтал П о ­
л е ж а е в , медленно д в и гаясь п рокляты м , в три приём а ш агом ,
добраться до дальнего края п л ощ ад и , туда, где м аячит бело­
чёрная

полосатая

к ар ау л ь н ая будка и полосаты й

— Стой!
72

ш л а гб а у м .

Ф ел ьд ф ебел ь подбегает к ш а га в ш ем у сп р ав а от П о л еж а е в а
со л д ату, ком андует:
— О блокотись!
— З а что? — причитает солдат, — За что?
А сам у ж е поставил перед собой р у ж ь ё и со гн у л ся , дв ум я
р ук ам и д ер ж ась за ствол. Т от ч ас п одскочили два еф рейтора,
п ри п одн ял и ранец у него на сп и н е, загн ули ф алды м ун д и р а.
Ф ел ьд ф ебел ь сни м ает т есак, прямо с н о ж н а м и , и с р а зм аху
бьёт солдата, гром ко отсчиты вая уд ар ы : «А т ь , два, т р и ...»
« Е сл и меня так — у м р у ,— дум ает П о л е ж а е в ,— его убью
и себ я, вот ш т ы к о м ».
Н о стоит, не ш е л о х н у в ш и сь , как п о л о ж е н о ,— кабл уки
вм есте, носки врозь, колени п р ям ы е, грудь вперёд, руки вдоль
ту л о в и щ а, локти слегка согн уты , так, чтобы м еж д у ними и телом
п роход и ла как раз ладонь, подбородок чуть при подн ят, взгляд
направлен прям о перед собой в землю на пятнад ц ать ш агов.
— Б р атц ы ! Б р атц ы ! — в ск р и ки вает солдат.
— В есел о ш агай ! — Ф ел ьд ф ебел ь п ристёгивает тесак , к р и ­
чит, отход я: — Ш а г о -о -о м !..

ПЕРЕКУР
Солд ат И ван М еньш ов сл у ж и л двадцать пяты й год — и с л у ­
ж и л и сп р ав н о. Р ассчи т ы в ал И в ан : скоро отпустят его дом ой.
Ч т о там , дом а, И ван не знал. Грам оте обучен не бы л: как уш ёл
сл у ж и т ь , сам домой не п и сал и писем из дом у не п о л у ча л .
В стр ети л однаж ды зем л я к а, тот говорил, будто отец И в ан а по­
м ер, а мать ж и в а . Н о это давно бы ло, лет двадцать назад. Б ы ла
когда-то у И в ан а и ж ен а; что с ней, опять ж е неизвестно: чет­
верть века — срок н ем алы й. Д етей у него не было.
Х о з я й ст в о у И в ан а в деревне бедное, оброк, назначенны й
бари ном , он нс мог отдать ни ден ьгам и , ни н а т у р о й ,— оттого
барии и сдал его в солдаты . И всё-таки домой И в а н у хотел ось.
73

О дно врем я он у ж е и ск уч ат ь совсем перестал , и сны видел
сол датски е — у ч ен и я , п оход ы , бои, но последний год, зам етил,
снова, как в начале сл у ж б ы , стала сни ться ем у д еревня. Т о он
сено косит, да так, что р у баха взм окла, и во сне сл ы ш ит зап ах
согретой солнцем ск ош ен н ой травы . Т о молотит — и ч увствует,
как липнет полова к потном у л и ц у . Т о зимой в л есу стягивает
вязан кам и и грузит на сани лом кий хворост.
К а к объявят п ер ек у р , П о л еж а е в и ск ал И в а н а М ен ьш о ва.
С а д и л и сь на л авку в дальнем у гл у п л ац а, р асстёги вал и ремни
на подбородке, доставали из гл убо к и х киверов короткие т р у ­
бочк и -н осогр ей ки да сукон н ы е кисеты .
— Т ы , С а ш а , не п еч ал ься , — говорил И в а н .— С у д ь б а , она
п о л о сат ая, как вон будка или, к п р и м ер у, ш л а гб а у м . Сегодня
ч ёр н ая , а завтра, гл я д и ш ь , белая, глаз р ад у е т ся . Гл ав н ое, не
го р я чи сь. К а к сдали м еня в солдаты , я тоже у б и в а л ся . Н у д у м ал ,
не д о ж д у сь больш е светлого д н я. А хо р ош ее, оно везде человека
найдёт. И в солдатчи не.
И в ан смотрит л асково, и глаза у него спокой н ы е, серы е.
Ростом И в ан вы сок, в п л ечах ш и р о к , годы его не со гн у л и .
П о л е ж а е в зн ал, что пр еж д е сл у ж и л И ван в гвардии, отличил ся
в б оях, им ел крест за храбр ость.
Р асск азы в ал и стары е солдаты : дело было военное, стоял
И в а н на ч а с а х , а рядом под навесом сидел на складном походном
стул е сам ф ел ьд м ар ш ал К у т у з о в . Н а к о лен ях карта, в правой
руке подзорная труба. В о к р у г него ген ералы . П о см отр и т К у т у ­
зов в тр убу и пальц ем на карте п оказы вает, ком у н аступ ать,
ком у отходить, ком у на месте стоять до последнего. П р и м ети л
ф р а н ц у з К у т у з о в а и п усти л по нем у бом бу. У п а л а бомба возле
сам ого н ав еса, горит я р к о -я р к о , кр ути тся на зем ле, искрам и
б р ы зж ет. П о к о си л ся К у т узо в на бомбу — и сидит, пал ьц ем по
карте водит. Г ен ералы в округ стоят, тож е никто не отходит,
будто и не сл учи л о сь ничего. Т огд а И ван М еньш ов перебросил
р у ж ь ё за сп и н у , ш агн ул к бомбе, взял сё на руки и ш вы рнул
в п устой окоп. Т ам она и ш а р а х н у л а — зем ля да осколки вверх
74

полетели. В ст ал было И в ан на место — новая бомба. К у т у з о в
опять п о к о си л ся . Г ен ералы стоят. И в ан другой раз ш агн ул
к бомбе — и эту в окоп. Т ол ьк о бросил — третья. А И в а н у у ж е
вроде и в п р и в ы ч к у . Т огд а
стул а и говорит:

К у т узо в п одн ялся со складного

« Н у , видать, п р и ст р ел я л ся ф р а н ц у з ,— пора

менять пози ц и ю . А

тебе, братец, спаси бо за с л у ж б у » . С н я л

у одного генерала с груди крест — сам -то он в простом сю р туке
был, без эполет и без орденов — и приколол И в а н у на гр уд ь.
А ген ер ал у ск азал: «Я тебе крест после отдам. Т ебя-то я у в и ж у ,
а сол дата, м ож ет, и не у в и ж у !» ...
— Т ы , С а ш а , не г о р я ч и с ь ,— говорил И в а н , п о п ы хи в ая т р у ­
бочкой и отгоняя ладонью дым от л и ц а .— П л о хо е п р и м ечай ,
а хорош ее и щ и . С хорош и м ж и ть легче.

«И ЗАМИРАЕТ СТАЛЬ ОТМЩЕНЬЯ»
К а ж д ы й вечер п о явл ял и сь на п л а ц у горнисты и бараб ан ­
щ и к и , играли вечерний си гнал — били зорю.
Ф ельд ф ебель ком андовал «отбой», солдаты ск л ад ы вал и , как
п о л о ж ен о , одеж д у и ам у н и ц и ю , торопливо заб и рал и сь на нары .
Ф ел ьд ф ебел ь гаси л в казарм е свечи, только одну оставл ял —
у двери, где, изо всех сил ст ар ая сь не задрем ать, стоял дн евал ь­
ный со ш ты ком на п оясе. В о к р у г ст и хал о , сл ы ш ал ось лиш ь
тяж ёлое ды хан и е и стон, да за окном врем я от времени чётко
звякало р у ж ь ё — часовой брал на к а р а у л .
Зари последний луч угас
В природе усыплённой;
Протяжно бьёт полночный час
На башне отдалённой.
Уснули радость и печаль
И все заботы света;
Для всех таинственная даль
Завесой тьмы одета.
Всё спит...
75

С т и хи не у д у ш и ш ь тесны м м ун д и р ом , не при д ави ш ь п у д о ­
вым ран ц ем , не у д е р ж и ш ь к ар аульн ы м и буд кам и и ш л а гб а у м а ­
м и. П о л еж а е в страд ал, д у м а л , н ад ея л ся , о тчаи вал ся — и всякое
его чувство лож и ло сь в слова, в строки , в ст и хи .
О н склад ы вал сти хи о вечерней заре. Н е о солдатской зоре,
а о той тихой поре зак ата, когда лёгкий д о ж д ь, п роли в ш и сь
над полем , о ж и вл я ет у в я д ш и е за день цветы и травы . Н о ничто не
ож и ви т погубленного поэта:
Я увял — II увял
Навсегда, навсегда!
О тчего ж

«не расц вёл — и отцвёл»

ю нош а-поэт?

П очем у

«д ух у н ы л , в сердце кровь от тоски зам ер л а»? Ч то убивает в д у ­
ш е поэта и м ечту, и н ад еж д у?
Навсегда решена
С самовластьем борьба,
И родная страна
Палачу отдана...
В от откуда и тоска, и у н ы н и е, и вечная боль, точно в грудь
ем у уд ар и л и остры м тр ёхгр ан н ы м ш ты ком .
О н сочи нил стихотворение — « Ц е п и » . П р о оковы , надетые
на поэта ц ар ём . П р о горячее сердце поэта, зовущ ее его разорвать
ц еп и , отомстить поработителям . И про гр озн ую си л у , которую
ю ном у поэту не одолеть:
Стремлюсь, в жару ожесточенья,
Мои оковы раздробить
И жажду сладостного мщенья
Живою кровью утолить!
Уже рукой ожесточённой
Берусь за пагубную сталь,
Уже рассудок мой смущённый
Забыл и горе и печаль!..
Готов!.. Но цепь порабощенья
Гремит на скованных ногах,
И замирает сталь отміценья
В холодных, трепетных руках!..
76

С ветал о. Д н евальн ы й у двери, поплевав на п ал ьц ы , гасил
огарок свечи. И з-за окон сл ы ш ал ся неторопливы й стук копы т по
м остовой, уны лы й ск ри п колёс: водовозы везли в бочках воду
с реки. П а х л о свеж и м хлебом : на рассвете доставл яли из п е к а р ­
ни дневную п а й к у — три ф ун та на брата.
П ер вы м и подн и м али сь м узы к ан ты . О д ев ал и сь , негром ко п е­
р еб р ан и в аясь, и в раннем су м р ак е си ним и теням и тя н ул и сь
мимо окон к двери.
П о р а было вставать, чистить и подгонять а м у н и ц и ю , чтобы
к утренней зоре каж ды й рем еш ок был в и сп р авн ости .
Т р у б ач и и барабан щ и ки си гн али ли на п л ац у зорю . П о л еж а е в
н апял и вал т я ж ёл ы й , тесны й кивер, что было сил затягивал на
груди

ранцевы е

рем ни,

хватал

руж ьё

и вы бегал

строиться.

КРИВОНОГИЙ
Ф ел ьд ф ебел я

В а си л и я

М и хеев а

никто за глаза иначе не

назы вал, как «К р и в о н о ги й » . Л и ц о у К ри вон огого к р асн ое,
точно огнём о п ал и л о, к ругл ы е щ ёки заросли густы м и ры ж и м и
бакен бардам и , под толстым носом — ры ж ие у си щ и .
К р ивоногий целы й день бегал на свои х ко р отк и х, кривы х
ногах по п л ац у и по казар м е, вы искивал м алей ш ее у п у щ е н и е ,
за в ся к у ю мелочь наказы вал без ж ал о ст и : ком у — зуб оты чи н у,
кого — тесаком , а ком у — мелом на спине крест поставит,
чтобы после наказать поси льн ее.
И в ан а

М ен ьш ова

К ри вон оги й

особенно

не

лю бил.

И ван

сл у ж и л п реж д е в Сем ён овском п о л к у , а сем ёновцы , известное
дело, всё одно что м я т еж н и к и . П р оти в н ачал ьства бунтовали.
В крепости си дели . Н есп р о ст а их царь по разны м полкам разо­
гнал. К ри вон оги й п р и д и р ал ся к И в а н у , а при д раться не к чем у:
И в ан — солдат и сп р авн ы й . К ри вон оги й и так его подл авли вал,
и этак, а И ван всё прав.
Р асск азы в ал И в ан молодым солдатам про вой н у. К а к К у т узов

к арм ии п р и е х а л . В от едет он верхом вдоль стр оя, в белой ф у ­
р а ж к е с красн ы м окол ы ш ем , солдаты кричат « У р а !» , я в и л ся ,
говорят, К у т у з о в бить ф р ан ц у зо в , а над головой у К у т узо в а
п од н ялся орёл, так и летел всё врем я за ним с л е д о м ,— тут все
п о н ял и , что с К у т узов ы м победим .
Е щ ё расск азы в ал И в а н , как после Б ороди н ского боя п р ош л и ,
не о ст ан ав л и в аясь, о п уст ев ш ую М о ск в у и посл е, холодной
ночью , видели с К а л у ж с к о й дороги зарево м осковского п о ж а р а .
П о я в и л ся К р и в о н оги й , п окр ути л усы :
— Ч т о ж ты , М ен ьш о в , х в а л и ш ь ся , как М о с к в у сд ал? Т ы
п о хв а л и сь , как П а р и ж брал.
— Д а тут, В а си л и й М и х е и ч , ведь что п о л у чи л о сь . П о д хо д и м
мы к П а р и ж у . В е сн а , солн ы ш к о пр и п ек ает, война ко н чается .
П а р и ж — вот он у ж е . С л ы ш и м , сзади ком ан да: « Н а п р а в о , налево
р азд ай сь!»

В роде едет кто из больш ого н ачал ьства. М ы , как

п о л о ж ен о , разд аём ся на обе стороны , у ст у п аем дорогу. И видим:
н ачал ьства н икакого нет, а беж ит по дороге козёл В а с ь к а —
ж и л у нас при ар ти л лери й ской роте. М ы : « К у д а , к у д а!» А он
с п е р е п у гу ещ ё бы стрей беж и т. В от так и вы ш л о, В а си л и й
М и х е и ч : обогнал м еня козёл В а сь к а , раньш е в город П а р и ж
вст уп и л .
Солдаты засм ея л и сь , ф ельд ф ебель топнул ногой, к р я к н у л
и пропал — как не было.
И в а н посм отрел ем у вслед:
— З р я В аси л и й М и х е и ч р асст р о и л ся . В р а г , он боек, да наш
солдат стоек: не горевали бы мы осенью под М оск в о й , не весе­
л и ли сь бы по весне в П а р и ж е .

ПОХОД
В мае полк д в и н ул ся из М осквы в летние л а ге р я . И дти
было двести вёрст. Н а дорогу вы дали солдатам п ар у новы х пор­
тянок и чёрны е с у х а р и . Ш л и походны м порядкѳм по разм ы ты м
78

весенним и до ж д ям и дорогам . Д ел ал и короткие привал ы возле
в ст р ечн ы х рек и р еч у ш ек ; паводок был бурн ы й , берега густо
зеленели св еж ей травой. Солдаты черпали котелкам и речную
воду, разм ачи вали в ней с у х а р и . В о д а была студ ён ая и сл а д к ая ;
солдаты пили её охотно, говорили, что весен н яя вода приносит
здоровье и си л у . П о сл е п р и вал а новый переход н ачи нал и бодро,
но грязь на д ор огах л еж ал а гл убокая — до половины са п о га.
Ч е р е з ч ас-д р у го й пути бодрость п р о п ад ал а, ш а га л и п о н ур о ,
м олчали вы е, только р у ж ь я брякали да п ривязанны е к р ан ц у
котелки . К о м ан д и р вы кли кал п есел ьн и к ов вперёд. « П о ул и ц е
м о ст о в о й ,— заводили п е се л ь н и к и ,— ш ла девица за в о д о й » ,—
и, странное дело, ран ец за плечам и словно д ел ал ся л егче,
и р у ж ь ё переставало с тупы м .упорством колотить по бед ру,
и ремни будто р астя ги в али сь на гр уд и — ды ш ал ось свободнее
и ноги ловчее вы бирались из густой гр язи . «За ней парень мо­
л о д о й » ... И , у т и р ая пот со лба, солдат вд руг зам ечал , что на
блёклом небе, м е ж д у серы м и , н апитанны м и влагой обл ак ам и ,
просвечи вает сол н ц е, что деревья вдоль обочины св е р ху донизу
оделись м елким свер к аю щ и м листом .
Н а ночлег остан авли вали сь в д ер ев н я х. С п а л и в к р ест ьян ­
ск и х и зб ах. С тели ли на п о л у ш и н ел ь, подбросив под неё для
м ягкости солом ки . В п р и т и хш ей на ночь избе п а хл о овчиной,
тестом, зам еш ен н ы м с вечера, человечески м теплом . С л ад к о
хр а п е л и на лавке у м а я в ш и еся за день хо зя ев а . Д е т и ш к и , взбу­
дор аж ен н ы е п ри ходом солдат, ш у ш у к а л и сь на п о л а т я х. Стары й
дед на печи п р о т яж н о зевал и ш ептал м оли тву. За стеной вози­
л ась и гл у хо взд ы хал а корова.
А л е к са н д р л еж а л не д в и гая сь , одну полу ш инел и подстелил
под себя, др угой у к р ы л ся , рукаЕа сл о ж и л под гол ову. Н е с п а ­
лось. И зб а п ах л а детством . О т зн ак ом ы х н очны х ш ор охов щ е ­
мило серд це. Д ал ёк и е картины вставали в п ам я ти , и то, что
п р еж д е казал ось невы носим о тягостны м , теперь п редставлял ось
радостн ы м , к ак я сн ое, солнечное утро.
П ер в о й встала х о зя й к а. М я гк о ст у п ая босы ми н огам и, по­
79

дош ла к к в аш н е, п риподняла полотенце — подош ло ли тесто;
потом взяла подойник — и ск р ы л ась за дверью . Следом встал
П о л е ж а е в . Б ер еж н о обернул портянкам и стёрты е ноги, су н у л
в сап оги . В ст р я х н у л ш и н ель, ск ат ал , п ерехватил рем еш ком .
П р овер и л ранец — всё ли на м есте. П отёр рукавом ремни —
в походе ам у н и ц и ю до блеска -не чи-ст-или. Н а подоконнике
прим етил несколько коровьих бабок, взял одну п о к р уп н ее,
достал из су м к и сви н ц овую п у л ю , наш ёл молоток, забил пулю
в косто чк у.
П о я в и л ась хо зя й к а — в подойнике п узы ри л ось парное мо­
локо. Н ал и л а полную к р у ж к у , подала П о л е ж а е в у . О н вы пил —
и протян ул ей б а б к у -св и н ч ат к у: ребятиш кам на пам ять от про­
хо ж е го солдата.
ЛАГЕРЬ
В ы брали чистое поле, поставили п ал атк и .
В о к р у г нет ничего, а солдаты что м ур ав ьи : один тащ ит
п о л еш ко, другой д о со ч к у, третий я щ и к , четвёрты й разбитый
бочонок, пятый п ар у гвоздей. И вот у ж е в к аж д ой палатке —
к а к а я -н и б у д ь л еж а н к а , и п олка, и даж е кособокий стол.
П о л еж аев у ст р о и л ся вместе с И ваном М ен ьш овы м . И в а н ,
о р уд уя лоп аткой , ловко вбил в землю несколько кол ы ш ков,,
п ротян ул м еж д у ними добытые в обозе обры вки ремней и ве­
рёвок — вы ш ло вроде сетки .
— Н у , брат, постеля у нас будет м я гк ая , как у самого го су ­
д а р я ...
За п аруси н овы м пологом палатки расп екал кого-то, отве­
ш и вая гул к и е уд ар ы , К р и во н оги й .
— Вот пом н ю , давно это бы ло, ещ ё в начале сл у ж б ы , был
у нас ф е л ь д ф е б е л ь ,— гром ко, в полны й голос п р и н я л ся р а сс к а ­
зы вать И в а н .— И сл у ж и л у нас солдат — П етр о в и ч . Н евзлю бил
его ф ел ьд ф ебел ь. Т о ем у в у х о , то розог, то тесаком , то ш ом по­
л ом . К а к м арш и р овать — ш есть часов подряд гонял по п л а ц у .
80

Вот попали мы в первы й бой. Н еп р и ятел ь из п у ш е к л уп и т —
головы не поднять. И надо ж е: так ядро у год и л о, что одним
разом П ет р о в и ч у ногу оторвало, а ф ельд ф ебел ю челю сть пере­
ш ибло. Л е ж а т , к р я хт я т . В д р у г П етрови ч и говорит: « В и д и ш ь,
господин ф ел ьд ф ебел ь, царь-то нас с тобой п о ж ал ов ал , а враг
р азж ал о в ал : тебе теперь не ком андовать, а мне не м ар ш и р о ­
вать! »
...Л а г е р н а я ж и зн ь не п о х о ж а на гар н и зо н н ую . Зорю били
в половине четвёртого. Н аск о р о завтракали су х а р я м и — и на
учения.

Б ы стры м

броском ,

по двадцать

вёрст

без

при вал а,

следовали в заданное место, переход и ли вброд реки, в ш ироком
поле с гром ким «у р а!» беж али в атак у ц епью , у чи л и сь колоть
ш ты ком и быстро готовить р у ж ь я к стрельбе.
Р у ж ь я были крем нёвы е, за р я ж а л и сь сперед и, с д у л а . С т р е ­
лок, д ер ж а в руке р у ж ь ё, доставал из су м к и б ум а ж н ы й патрон
с порохом , зубам и разры вал — «скусы вал » — его, сы пал нем но­
го п ороха на коры тце возле к у р к а — п о л к у , а остальн ую часть
заклад ы вал в д ул о. П отом вставлял в дуло п улю и уд ар ам и
ш ом пола п р и ж и м ал её к п о р о х у . К огда солдат давил на к у р о к ,
крем ень бил по о гн и ву, вы секал и ск р у , искра п о д ж и гал а п о р ох,
н асы п ан н ы й на п олке, огонь беж ал по нем у к ств ол у, во сп л ам е­
нял главны й заряд, который и вы брасы вал п у л ю .
К десяти утра у чен и я зак ан ч и в ал и сь . В лагере горели кост­
ры, к аш евары суети л и сь у зак оп ч ён н ы х котлов.
П о сл е обеда — отды х, а вечером — новые у ч е н и я : парадны й
м а р ш . Т у т н ау к а доставал ась тя ж ел ей , чем в походе или
в атаке. Н у ж н о было, чтобы ты сячи солдат вы тягивал и, под­
нимали и о п уск ал и йогу, в зм ахи вали р ук о й , как один человек.
Т ы ся ч и р у ж ей д олж н ы были взлететь ввер х, оп усти ться и даж е
свер к н уть, как одно р у ж ь ё.
В н ен астн ую погоду учен и я отм еняли. Солдаты ж д ал и д о ж ­
д я . Х о р о ш о было п р о сн ут ься ночью от частого ст у к а по тугой
п ар у си н е п ал атк и . И ван слезал с постели , о стор ож н о, чтобы
не задеть п ар уси н ы — потому что где дотронеш ься до неё, там
4

«Вся

ж и з н ь моя — гроза!»

81

сп ер ва к а п л я м и , а скоро и сп л ош н ой стр уй к ой будет протекать
в о д а ,— д оби р ался до вхо д а, подним ал полог и тихонько зап е­
вал:
Начинается наше счастье —
Поднимается ненастье...
— Н е то обидно, С а ш а , что страд аем , а то обидно, что без
п р и чи н ы , — говорил И в а н .— Н а войне х у ж е страд али : и голод,
и холод, и см ерть с т е р е ж ё т ,— а не обидно. М ы под См о л ен ск ом
не д р ал и сь — н аш полк в стороне с т о я л ,— так о б и ж ал и сь сол ­
даты : мы что, дескать, х у ж е д р у г и х , что н ас в бой не б ерут. П о д
Б ороди ном белые р у б ахи н адели, от чар ки отказы вал и сь: не
такой ны нче день, чтобы вином себя горячить. Ф р а н ц у з с к у ю
кавал ери ю три раза в ш ты ки встречали — не д р огн ул и . С кол ько
товарищ ей там полегло, сколько у в ечн ы х осталось: ж а л к о , а не
обидно. В сего обидней — ни за что терпеть.

ИВАН
И в а н у М ен ьш о в у п р и сн и л ся сон . П р и ш ё л он дом ой, в свою
деревню , отворил дверь в и збу, видит — м а т у ш к а его, ж и в а я ,
сидит на л ав к е,

прядёт, ж е н а

с у хв ат о м

у

печки

вози тся,

тут ж е овца — ж м ёт ся к п ечи . Ж е н а уви дела его и говорит: «Вот
ведь р ад о ст ь , м а т у ш к а ,— В а н я со сл у ж б ы в е р н у л с я » . З атеп л и л а
св е ч у , постави ла к о бр азам . П отом достала из су н д у к а белую
рубаху,

протягивает

ем у :

«Н а д е в а й ,

В а н я ,— п р а зд н и к » .

И в ан п р о сн у л ся — сердце колотится: до чего ж хор ош о —
и м а т у ш к а ж и в а я , и ж е н а , и дома чисто, и овца есть. В войну
говорили, будто свеча да белая р у б а х а во сне — к см ерти ; но
И в а н отогнал прочь дур н ы е м ы сли — небось не война. М о ж е т ,
ск оро домой о т п у с т я т ?..
В тот ж е день после обеда п р и к азал ф ельд ф ебел ь строи ться.
С а м стал перед строем , п ок р ути л у сы .
82

— П о л о ж е н о ,— с к а з а л ,— вам , ребята, ж ал ован ье — по три­
дцать копеек на д у ш у . Н о как сл у ж и л и вы п л о хо , на учен и и
и в м арш и р овке у сп е х о в не ок азал и , будет вам по гр и в е н н и к у .
Солд аты м олчали , п ер ем и н ал и сь с ноги на н огу.
Ф ел ьд ф ебел ь взял су м к у , пош ёл вдоль строя, кл ал к а ж д о м у
в ладонь м он етк у.
П о р а в н я л ся с И в ан ом :
— П о л у ч а й , М ен ьш ов.
И в ан р у к у не п р о т я н у л .

Стоит

перед

ним

К р и в о н оги й ,

в п а л ь ц ах гр и вен н и к д е р ж и т .
И в ан ск азал :
— Н ех о р о ш о , М и х е и ч . С олд атское дело такое: кровь по­
ровну и копей ка п ор овн у.
К р и вон оги й п о к р асн ел сильней в сегд аш н его, только и скр ы
не п о сы п ал и сь.
— Т ы как п осм ел!
— А что мне см еть? Своё п р о ш у , не ворованное.
Ф ел ьд ф ебел ь ногам и затопал:
— А х , т ак о й -р аст ак о й , это что ж , по-твоем у, вы ходит, что
господа начальство — воры?
И в ан ск азал:
— Я про начальство не знаю , а что ты, господи н ф ел ьд ­
ф ебель, из н а ш и х копеек рубли сколотил да к себе в с у м к у поло­
ж и л , это я и под п р и сягой отвечу.
Ф ел ьд ф ебел ь з а м а х н у л ся к у л ак о м , но И в ан крепко схв ати л
его за р у к у :
— М ен я Н ап ол ео н не п обил, н еуж то тебе, господи н ф ел ьд ­
ф ебель, позволю ?
К ри вон оги й вы дернул р у к у :
— Н у , М ен ьш о в , п о п ал ся ты мне.
П о д хв ат и л на боку т есак , по беж ал прочь, заорал :
— Бунт!
И в ан ск азал :
— П р о п а л а , ребята, моя голова. П о го р я ч и л ся м алость.

«ЗЕЛ ЁН А Я УЛИЦА»

П о л к построили ч еты р ёхуго льн и к о м . В ы звал и на серед и н у
две ш еренги солдат, поставили лицом д р уг к д р у г у . В каж дой
ш еренге по двести пятьд есят человек. У каж дого солдата в руке
д л и н н ая , ги бкая пал к а с п ал ец толщ иной — ш п и ц р у т е н . Н а
левом ф лан ге р асп о л о ж и л и сь б ар аб ан щ и к и . П о к а за л ся на­
значенны й ком андовать н аказан и ем оф и ц ер ; день был вет­
рены й — оф и ц ер п р и д ер ж и в ал рукой треуго л ьн ую ш л я п у .
О ф и ц ер п р и к азал пробовать, и солдаты п р и н я л и сь м ахать п а л ­
кам и

в

во зд ухе,

будто

п р и н о р ов ля ясь,

как

п окрепче

уда­

рить. П о д ъ ехал п олковник верхом на белой л ош ад и , ноги и
брю хо у лош ад и были забры зганы гр язью . П о л к ов н и к сказал
сол датам : если кто п о ж ал еет , слабо будет бить, тот пеняй на
себ я.
В ы вели И в ан а М ен ьш о в а.
О ф и ц ер в треуголке достал из к арм ан а б у м а г у , развернул
и пр очи тал , что за дерзкий бунт против н ачал ьства рядовой
М ен ьш ов И в ан будет проведён сквозь строй из пятисот чело­
век четы ре
ударов.

раза;

всего

назначено

М ен ьш о в у

две

ты сячи

Д в а еф рейтора обн аж и ли И в ан а до п о я са , п р и вязал и ему
р ук и к р ест -н ак р ест к п р и к л ад у р у ж ь я , подвели к ш ер ен гам .
О ф и ц ер вы нул ш п а гу из н о ж ен . Солдаты в зм ахн ул и п а л к а ­
м и . Б ар аб ан щ и к и засты л и , подняв палочки над барабанной
ш к у р о й . В этот миг поры в ветра сорвал с зазевавш егося оф иц ера
ш л я п у . О н броси лся её ловить. П о л к ов н и к смотрел на него
с неудовольствием .
И ван поднял гл аза, увидел серое небо над краем поля, встре­
вож енны е ветром в е р ху ш к и деревьев.
О ф и ц ер пойм ал ш л я п у . О н поостерёгся опять надевать её
на голову и су н у л под м ы ш к у , хотя это было, наверно, против
п р ави л .

П о л к ов н и к

О ф и ц ер

в ы т я н у л ся ,

сердито п р и к азал
сделал

знак
84

н ачи н ат ь, не м е ш к а я .

ш п аго й ,

словно

соби р ал ся

уп р ав л ять оркестром . Б ар аб ан щ и к и уд ар и л и дробь. Д в а еф р ей ­
тора, д ер ж а р у ж ь ё за концы , повели И в ан а м еж д у ш ер ен гам и .
П а л к и быстро о п у ск ал и сь одна за д р угой . П о л е ж а е в закры л
гл аза. «П о ш ёл наш И ван по зелёной у л и ц е » ,— гр устно ск азал
кто-то р я д о м ...
Н а спине у И в ан а ж и вого места не было, но он у п р ям о ш агал
под уд ар ам и , словно какая-т о сила пом огала ем у переставл ять
ноги. Он у п а л ,

когда прош ёл по

«зелёной

ул и ц е»

тр и ж д ы .

П одозвали доктора. Т от загл я н ул И в а н у под веки, дал ем у
п оню хать из ф лакон а — и разр еш и л п родолж ать. Стары е со л д а­
ты заш еп т ал и сь , что оно и х о р о ш о ,— х у ж е нет, если отнесут
в л азарет, подлечат, а потом будут доканчивать наказан и е —
л уч ш е у ж подряд.
Ч ет вёр ты й раз ефрейторы тащ или И в ан а м еж д у ш еренгам и
за при вязан н ы е к п р и к лад у р у к и . Б ар аб ан щ и к и били дробь
так часто, что палочки были почти н еразличим ы в в о зд ухе.
И в ан М ен ьш ов принял ровно две ты сячи ударов и на последнем
у м е р , точно в последний раз не палкой его у д ар и л и , а острой
саблей, доставш ей до сам ого серд ца.
О братно ш ли м олча, скоры м походны м ш агом . К р ивоногий
сп еш и л в п р и п р ы ж к у сбоку колонны , крутил у сы , п окри ки в ал :
«В есел о ш агай !»
ПОБЕГ
Ч у т ь свет трубач затрубил: стройся!
П о л еж аев привы чно схв ат и л ся одной рукой за ранец, другой
за р у ж ь ё — и вдруг остан ови лся как вкопан н ы й .
« Я ли это? — подум ал о н .— Совсем недавно свобода была
мне всего д ор ож е, а теперь? Стоит захр и п еть медной трубе,
стоит б ар аб ан щ и к у застучать своими палкам и — и я, как заве­
дённая м аш и н к а, начи наю покорно подним ать и о п уск ать ноги,
вскиды вать р у ж ь ё , крути ться на м есте. П у ст ь л уч ш е меня по­
весят, как тех пятер ы х в П етр оп авл овской крепости , пусть голо­
85

ву мне отрубят на п л а х е , забью т п ал к ам и , — п усть см ерть, чем
ж а л к а я ж и зн ь р а б а » .
« Н е го р я чи сь!» — п о сл ы ш ал ся ем у голос И в а н а , но он от­
м а х н у л с я от в о сп о м и н ан и я, как отгоняю т от л и ц а ладонью
табачны й ды м .
За стенкой палатки ст и хал д р уж н ы й топот у д а л я в ш и х ся
колонн, возгласы ком анд дон оси ли сь у ж е издали.
П о л еж а е в отставил р у ж ь ё , бросил на землю ранец и нетороп­
ливо заш агал прочь от л агер я.
О н и сам не знал к у д а .

Н а К а в к а з , в С и б и р ь, на край

света — к ак ая р а з н и ц а !.. С о лн ы ш к о поднялось на небе, начало
п р и п ек ать . В п ри д орож н ой канаве ж ел т ел и од ув ан чи к и . А л е к ­
сандр сорвал цветок, зал о ж и л себе за у х о . Сорвал тр ав и н к у,
п о ж е в ал . В от и почтовый тракт. В ерстовы е столбы покраш ен ы
чёрны м и и белыми п о лосам и , как кар аульн ы е буд ки. А л е к са н д р
п о д ум ал : в п олку у ж е хвати л и сь, наверно, — и щ у т . Н у , да
теперь всё равно!
Д огн ал на дороге м у ж и к а , он вёл за собой телёнка.
— Здорово, д я д я . К у д а путь д ер ж и ш ь ?
— А вот в город и д у, на базар, твой солдатски й р анец про­
давать.
— О тк уд а ранец? В ед ь у тебя телок.
— А

загад к у зн аеш ь:

был телк ом , стал кл ещ ом , впил ся

в сп и н у , а без него сги н у — что такое? Т о-то: сол датски й ранец.
О н , поди, из телячьей-то ш к у р ы . А сам в о т п уск или совсем ?
— П о х о ж е , совсем .
П о ш л и вм есте.
Город о к азал ся — Т о р ж о к .
А л е к са н д р на окраине заверн ул в трактир, сп р оси л чаю и
хл еб а. Е м у подали чай в п ож ел тевш ем ф арф оровом чай нике с
розой на бок у, на м аленьком блю дце десяток мелко наколоты х
к усо чк ов с а х а р а , тёплы й белый си тн и к, п осы п ан н ы й м ук о й .
В зя л и три ко п ей к и . В сего у А л е к са н д р а был гр и вен н и к. Он на­
лил в гранёны й стакан ж и дкого чаю , ж ад н о отхл ебн ул — за­
86

д у м а л ся . Б ез денег, без докум ентов ни до К ав к а за не дойдёш ь,
ни до С и б и р и ; до кр ая света — тем более. И зл овят как беглеца
и бродягу на первом ж е пер ек р ёстк е. О н всп ом н и л : « П о го р я ­
чи лся м алость. П р о п ал а моя го л о в а». В сп о м н и л барабанную
дробь, н ескончаем ы й сви ст ш п и ц р ут ен ов . Е м у стало стр аш н о.
Н адо было опередить преследование. О н р еш и л : если беж ать, то
в П е т ер б у р г. Т у т недалеко. Ц а р ь м ож ет казнить, а м ож ет и по­
м иловать. А в п о л к у один к он ец . О тод ви н ул ст ак ан , блю дце
с са х а р о м , непочаты й си тник, быстро пош ёл из залы . О дн ако от
дверей в е р н у л ся , взял си тник, су н у л в к ар м ан .
В озле трактира наш ёл тр о й к у. Я м щ и к — парень молодой,
зовут С п и р и д о н . В П ет ер б у р г Спи р и дон ехать о п а с а л с я ; пред­
л ож и л — в В ы ш н и й В олочок, тем более есть п о п ут ч и ц а , вдвоём
ехать и веселей, и деш евле. Н у , в В олочок так в В олочок —
л и ш ь бы на месте не сидеть.
П о п у т ч и ц а , А н н а Д ор оф еев и а, т о р ж о к ск а я м е щ а н к а , о к а­
зал ась ж ен щ и н а дородная, обстоятельн ая. В ногах д е р ж а л а
бол ьш ую кор зи н к у с п р и п асам и , в ней — и н о ж к а бар ан ья,
и к у р и ц а , и сваренны е в к р утую я и ч к и , и кал ачи к и с м аком ,
и сахар н ы е крендельки с кори ц ей . Н ае в ш и сь , А н н а Д ор оф еевна лю била петь, голос им ела си льн ы й , песен знала м н ож ество,
особенно по д уш е были ей п р о т я ж н ы е. П о л е ж а е в , п ри м ости в­
ш и сь бочком на си денье, почти целиком занятом п о п утч и ц ей ,
гры з крендельки да подтягивал; опять стало ем у к азат ь ся , что
к а к -н и б уд ь само у л ад и т ся .
Н а второй день п р и ехал и в В ы ш н и й В о л очок . А л е к са н д р
попроси л С п и р и д он а погодить с д ен ьгам и , пообещ ал принести
к вечер у.
...В ы ш н и й В олочок назван так оттого, что в давние времена
по тому м ест у, где стоит город, волокли, п еретаски в ал и суш ей
грузы с одной реки на д р у гу ю , дальш е их опять отправляли
водным путём . П ётр П ервы й пр и к азал рыть здесь кан ал , ставить
ш л ю зы . К ан ал помог связать В о л гу с Н ев ой , а на Н еве возво­
ди лась новая р о сси й ск ая столица — П ет ер бур г.
87

П о л еж а е в долго стоял на берегу к ан ал а, см отрел, как в ш лю зе
подним аю тся и о п у ск а ю т ся , по к ачи в ая сь на тёмной воде, су д а.
Это были вм естительны е с низким и бортами барки, гр уж ён н ы е
разны м и товарам и. С тр ои л и сь барки на одну п ути н у — в П е т е р ­
бурге и х продавали на дрова.
А л е к са н д р д у м ал : какое это счастье — л еж ать на п ал уб е,
вольно р аск и н ув р у к и , подставить лицо со л н ц у , см отреть, как
п о качи в ается вы сокое небо, как тян утся н австр ечу лёгкие об­
л ак а, а ночью п лы вут, м ер ц ая , синие звёзды , сл у ш а т ь, как
всп л еск и вает река за бо р то м ...
Д н и были долгие; в июне на Севере темнеет поздно.
Н ак он ец в о кн ах домов заж гл и сь огни.
А л е к са н д р у ст а л . Голова у него п ы лал а. Е го одеж да была
в пы ли.
П ер ед каким -то домом он п ри сел на низкий кам енны й столб
коновязи.
О н д у м ал , что ехать к царю и гл у п о , и гад ко. В ы д ер ж ать
тогда, в М оск в е, его лед ен ящ и й взгляд, чтобы через год уп асть
перед ним на колени.
У кого он со би р ал ся искать м и лосерди я?
О н всп ом н и л , как вздраги вали огоньки свечей в л ед яны х
гл азах ц ар я.
Он всп ом н и л п ятер ы х п овеш ен н ы х за 14 д екаб р я, убитого
п ал кам и И в ан а М ен ьш о ва.
В сп о м н и л солдат, о ф и ц ер ов, барабан щ и ков, чиновни ков,
вел ьм ож — все вокр уг были как заводны е к у к л ы .
Д л я свободы не оставалось у го л к а ни в М оск в е, ни в П е т е р ­
бурге, ни в В ы ш н ем В о л о чк е, ни на краю света.
В голове м елькали строчки , недавно сочи нённы е:
И Русь, как кур, передушил
Еф рентор-император.
Е х ат ь было не к к о м у. Ч то к К р и в о н огом у, что к госуд ар ю —
конец один.
88

П о я в и л ся в дв ер ях дома хозяин — тощ ий старик- с ж идкой
бородёнкой в чёрном , ниж е колен, с ю р т у к е ,— посверлил А л е к ­
сандра м ален ьки м и , под седы м и ку ст и к ам и бровей, гл азам и ,
зак р и чал :
— Поди прочь, солдат!
А л е к са н д р п о сл уш н о п одн ялся и побрёл прочь.
О т ы ск ал А н н у Д о р о ф еев н у , недавню ю п о п у т ч и ц у , объ яснил :
не в о тп уске он и от сл у ж б ы не уволен , а самы й что ни на есть
беглый со л д а т ,— пора в полк возвращ аться на верную см ерть.
П о п р о си л денег — м ож ет, взайм ы , а м о ж ет, и н асовсем . А н н а
Д ор оф еевн а и п ер еп угал ась , и р асст р ои л ась . То ли со с т р а х у , то
ли от ж ал ости п ротянула А л е к са н д р у двадцать рублей. В с х л и ш
н ул а, достала из корзинки п ри горш н ю крендельков, су н у л а ему
в к ар м ан .
А л е к са н д р отнёс деньги я м щ и к у :
— П о го н яй , Спи р и дон ! А впрочем , не сп е ш и . Сем ь бед —
о д и н .о т в ет . Д ай поды ш ать вольным в о зд у х о м ...
Н а ш естой день после побега А л е к са н д р возвратился в полк
и яви лся по н ачал ьств у.
П р и к азан о было его обы скать. К ривоногий полез к нему
в карм ан с таким видом, будто ож ид ал найти там бом бу. В ы н ул
чёрствы й ситник и несколько са х а р н ы х кренд ел ьков, полож и л
на стол перед н ачальством .
...П о л е ж а е в сдан был в сол д атскую сл у ж б у по в ы сочай ш ем у
повелен и ю , и теперь его суд ьи , расслед овав дело, ж д али п р и ­
говора ц ар я.
А л е к са н д р реш и л: ж и вы м в руки п алачам

не д а ст ся , по

«зелёной ули це» не пойдёт. П опы говорят: бог зап рещ ает чело­
веку убивать себя. Стран н о: отчего ж е бог позволяет одному
чел овек у убивать др угого. Н еу ж ел и бог не хочет, чтобы А л е к ­
сандр П о л еж аев убил себя и не доставил радости п ал ач ам , но
со гл асен , чтобы А л е к са н д р а П о л еж аев а убили ц ар ь, полковн и к,
оф иц ер в треуголке, К р и вон оги й ? Н ет, реш ил А л е к са н д р , с ними
у м еня свои счёты , а с богом свои.
S9

-r »j... Мне мир — пустыня, гроб — чертог!
Сойду в него без сожаленья,
И пусть за миг ожесточенья
Самоубийцу судит бог!..
...Ц а р ь п р и к азал : оставить А л е к са н д р а П о л е ж а е в а рядовы м
солдатом без вы сл уги . Б ез вы сл уги — значит: н авсегда.

БРАТЬЯ КРИТСКИЕ
В

августе

1827 года н ачал ьств у

сд елалось

известно, что

в караульн ое пом ещ ен и е М осков ск о го К р ем л я я в и л ся студент
ун и вер си тета, беседовал с солдатам и и о ф и ц ер ам и , напом инал
нм про д екабристов, о бещ ал, что в Р о сси и скоро будет новая
револю ц и я, и предлагал в ней участ вовать. О важ н ом п р о и сш е ст ­
вии тотчас дали знать в П ет ер б у р г — ц арю .
Скоро вы ясн и ло сь, что в М оскве су щ ест в уе т тайное общ ест­
во,

основанное

тремя

братьям и

К р и т ск и м и — П е т р о м ,

М и­

хаи л ом и В а си л и е м . Б р ат ья были очень молоды . С т а р ш е м у ,
П е т р у , и сп ол н и л ся двадцать один год, М и х а и л у — д евятн а­
д ц ать, В аси л и ю — сем н ад цать. Двое ст ар ш и х только что окон­
чили у н и вер си тет, а м ладш и й у ч и л ся в нём. К р ом е братьев
К р и т с к и х , в общ естве состояло ещ ё три человека. В се они через
несколько дней были арестован ы . В м есте с ними забрали три­
надцать человек, которые знали о сущ еств ован и и общ ества и его
п л а н ах .
П р е ст у п н и к и ок азал и сь, по больш ей ч асти , м елким и чинов­
никам и и студ ен там и . Эти ю нош и хотели продолж ить дело,
начатое д екабри стам и . И х не и сп угал и ни ж естокое подавление
восстан и я 14 д екабр я, ни казнь его вож д ей . Н аоборот. О ни гово­
рили, что зави дую т см ерти Ры леева и мечтаю т ум ереть так ж е ,
как он. Они говорили, что гибель декабристов родила в них не
с т р а х , а негодование. О н и

назы вали декабристов

сы нам и Р о с с и и » .
90

«великим и

Ч л е н ы тайного общ ества бр атьевгК р и тск и х были у б еж д ен ы ,
что тот, кто лю бит Р о д и н у и ж ел ает ей сч а ст ь я , д ол ж ен вы­
ступ ать против ц ар я : ун и что ж ен и е ц ар ск ой власти — первы й
ш а г к свободе. З аго в ор щ и к и
н а п и сал и :

изготовили печать, на которой

«В ол ьн ость и см ерть т и р а н у » . О н и

простран ять

в народе

зап и ск и

с призы вом

к

реш или

р а с­

в озм ущ ен и ю ,

б ун ту.
П е р в у ю такую за п и ск у они собир ались прикрепи ть к под­
н ож и ю пам я тн и к а М и н и н у и П о ж а р с к о м у . В ней они хоте­
ли

напом нить

народу

о д ек аб р и ст ах,

назвать

им ена

ш е н н ы х, р асск азат ь , сколько л у ч ш и х сы нов Р о сси и

пове­

сослано

в С и б и р ь.
Н а д о п р о сах вы ясн и ло сь, что заговорщ ики р асп р ост р ан я л и
револю ционны е ст и хи , сочинённы е д екабри стам и . О дин из аре­
стован н ы х

со зн ал ся ,

что

«дерзновеннейш ее»

стихотворение

« Б л и з Ф о н т ан к и -р ек и » впервы е у сл ы ш ал от бы вш его студента
А л е к са н д р а П о л еж а е в а .
П о л еж а е в а нем едленно арестовали и потребовали от него
ответа — не был ли и он в тайном общ естве, не сам ли н апи сал
бунтовски е ст и хи , если ж е сти хи ч у ж и е , то от кого и х у зн а л ,
ком у читал и с какой ц елью .

«И КАНДАЛЫ НА НИХ ГРЕМЯТ»
В М оскве была подзем ная тю рьм а.
Н и зк и й потолок, до которого у зн и к доставал головой. П од
потолком забранное реш ёткой окон ц е, такое кр охотное, что
д аж е не разгля д и ш ь, к ак ая на дворе погода. Т он к и й л уч света,
пр он и к авш и й в окно, почти не разгонял темноты подзем ел ья.
Т р и сы ры е кам енны е стены , четвёртая — дер евя н н ая, за ней
тю рем ны й
с руж ьём .

коридор.

В озле

обитой

ж елезом

двери — часовой

В подзем ной тюрьме д ер ж али тех солдат, которы х власти
91

считали опасны м и п р ест у п н и к ам и . З ап ер ли сю да и А л е к са н д р а
П олеж аева.
К огда преж д е П о л еж а е в п и сал в ст и хах про ц еп и , на него
надеты е, он хотел сказать этим , что п р и н у ж д ён вы полнять
ч у ж у ю волю , что ем у не даю т свободно ж и ть и действовать
по собственной охоте. Т еп ер ь поэт у зн ал , что такое н астоящ и е
цепи — его заковали в кандалы .
Ц ел ы й год — триста ш естьдесят пять дней — был заточён
П о л еж аев в подзем ную тю рьм у. О н знал, что отсю да

редко

вы ходят ж и вы м и , и ии на что не н ад ея л ся.
И зр ед к а его водили на допрос. Е м у показы вали сти хи де­
кабристов, требовали, чтобы он сообщ ил, ком у и когда передавал
и х . П оэт п он ял , что братья К р и т ск и е, с которы ми он п ознако­
м ился ещ ё студ ентом , и некоторы е др угие его ун и в ер си тет­
ские товарищ и арестованы . О н боялся повредить им . П оэтом у
на вопросы он отвечал, что сти хи декабристов п опадали ему
в руки , но от кого он п олучал их и передавал ли ком у — не
помнит.
Для

себя

П о л еж аев

не

ж д ал

п ощ ад ы .

П оэм а

«Саш ка»,

побег из полка и теперь — обвинение в п р и н ад л еж н ост и к тай­
ному о б щ е ст в у ... О н готовился к казни и хотел встретить её
достойно.
Я умру! на позор палачам
Беззащитное тело отдам!
Но, как дуб вс ко пои,
Неподвижный от стрел,
Я недвижим и смел
Встречу миг роковоіі!
В сы ром подзем елье, где от стен тянуло могильны м хол о­
дом , поэт захвор ал ч ахо тк о й . К у со к хлеба и к р у ж к а воды два
раза в день не оставляли надеж ды на и сц ел ен и е. П о л еж а е в
знал: если его не повесят или не прогонят сквозь строй, он
ум рёт от болезни. Н икто не у сл ы ш и т о его см ерти , люди никогда
не найдут его м огилы .
92

И нет пн камня, ни креста,
Ни огородного шеста
Над гробом узника тюрьмы —
Жильца ничтожества и тьмы...
Но тяж ёлы е звенящ ие кандалы не делаю т человека у зн и ­
ком , если д уш а его свободна. П оэт свободен, пока он пиш ет стихи
и пока он в этих ст и х ах не изм енил себе.
Ещё до смерти согрешу
И лист бумаги испишу...
Прочти его н согласись,
Что если средства пет спастись
От угнетенья и ценен,
То жизнь страшнее ста смертей
И что свободный человек
Свободно кончить должен век...
В темноте подземной кам еры почти невозм ож но было раз­
личить долгие дни и ночи. П о л еж а е в назы вал свою тю рьм у
«плутоновы м царством » по имени д р евнегреческ ого бога П л у т о ­
на, владения которого н аход и л и сь глубоко под зем лёй. Поэт
к у т а л ся в ш и н ел ь: он назы вал её «сер м я ж н о й бр о н ёй ». Эта
«броня» из грубого серого су к н а , сер м я ги , защ и щ ал а его от
холода и п р онизы ваю щ ей сы рости . Т а я сь от к а р а у л ь н ы х , при
м ал ей ш ем ш ум е пряча бу м агу и к ар ан д аш , П о л еж а е в писал
ст и хи . О н р асск азы в ал лю дям про суд ьбу поэта и солдата: про
суд ьб у

«вербованного» — взятого

в

солдаты — поэта.

П у ст ь

ж и зн ь его страш нее ста смертей — поэт не сд а л ся , он такой
ж е , как п р е ж д е ,— не слом ленны й суд ьбой , свободны й, см елы й
человек.
В тюрьме жертв на пять или шесть
Ряд малых нар у печки есть.
И десять удалых голов,
Царя решительных врагов,
На малых парах тех сидят,
И кандалы па них гремят...
93

...И против пар вдоль по стене
Доска, подобная скамье,
На двух столпах утверждена.
И на скамье той у окна,
Бронёй сермяжною одет,
Л<-жліт вербованный поэт.
Броня на нём, броня под ним,
И всё одна и та же с ним,
Как верный друг, всегда лежит,
И сопревает, и храпит;
Кисет с негодным табаком
И полновесным пятаком
На необтёсанном столе
Лежат у узника в угле.
Здесь триста шестьдесят пять дней
В кругу плутоновых людей
Он смрадный воздух ж и з н и пьёт
И самовластие клянёт.
НАВСТРЕЧУ ПТИЦАМ
П о л еж а е в а не казн и л и . Д ок азат ь, что поэт п р и н ад л еж ал
к тайном у общ еству братьев К р и т с к и х и что именно он сн аб ж ал
заговорщ иков вольнолю бивы м и ст и хам и , не уд а л о сь . Н о разве
не было м учи тельной казнью сам о ож и д ан и е казни — триста
ш естьд есят пять дней в подзем елье? Т р и ст а ш естьд есят пять
дней, каж д ы й из которы х П о л еж аев считал последним днём
своей ж и зн и :
Последний день
Сверкал мне в очи;
Последней ночи
Встречал я тень...
Б ратьев К р и т ск и х и д р у ги х гл авн ы х у част н и к ов заговора
царь велел посадить в крепость и д аж е не у к а за л срока зак л ю ­
ч ен и я.
П о л еж а е в а

перевели

рядовым

отп р авля л ся воевать на К а в к а з .
94

в др угой

полк. Этот полк

Р ан н ей весной 1829 года полк начал п родви ж ен и е на ю г. За
сем ьдесят пять дней м ар ш а надо было пройти от М осквы до
С т а в р о п о л я . В ы ход и л о прим ерно двадцать вёрст в день.
Р а ст я н у л и сь длинной колонной: восем ь взводов, в каж дом
взводе — сорок два ряда, в каж дом ряд у — четы ре человека.
В п ер ед и — тридцать

четы ре

м узы кан та — полковой

оркестр.

П у т ь был н елёгки й : таял сн ег, разли вали сь реки , с первым
весенним теплом развезло дороги.
В п ер ед и ж д ал К а в к а з : горны е тропы , бездонные п р оп асти ,
см ертельн ая п у л я , под стер егав ш ая на каж дом ш а г у .
Ц а р ь часто п о сы лал на К а в к а з тех, кто был ем у неугод ен, от
кого он ж ел ал и збави ться. В к ав к азск о й арм ии сл у ж и л и многие
д екаб р и сты . В м есто того чтобы саж ат ь человека в тю рьм у или
отправлять на к ат о р гу , м ож н о было п о дож д ать, пока его за­
стрелят или зарубят ш аш к ам и в бо ю ...
Но в лицо дул тёплы й ветер, с каж д о й верстой всё меньш е
оставалось сн е ж н ы х островков в ч ёрн ы х п о л я х , стаи птиц с ве­
сёлы м гомоном летели н австр ечу солдатам .

«КАКОЙ ЗЕМЛИ, КАКОЙ СТРАНЫ
ГЕРОИ ПАДШИЕ ВОЙНЫ?..»
А ле кс а нд р Полежаев

В КРАЮ ГОРЦЕВ
первые три десятилетия прош лого века к Р осси и
п р и соеди н и ли сь Г р у з и я , А з ер б ай д ж ан и А р м е н и я . Ц а р ск о е п р а ­
вительство начало утв ер ж д ать свою власть в горны х районах
К а в к а з а.
Н а К ав к азе ш ла долгая война с горц ам и .
в

Р у с ские отряды год за годом
горны е районы . П р о к л ад ы в ал и

всё гл у б ж е
дороги над

продвигали сь
кам енисты м и

п р о п аст я м и , над бурн ы м и , пенисты м и рекам и. П р о р у б а л и про­
секи в н еп р охо д и м ы х л е с а х , сп л ош ь зар о сш и х ц епким к у ст а р ­
ником . В озводили у к р еп л ен и я .
Горцы в ответ соверш али набеги на р у сск и е крепости , обстре­
ливали из укры ти й и д ущ и е по дорогам колонны , н еож иданно
нападали на стоянки отрядов.
Ц а р ск и е генералы ж естоко р асп р ав л я л и сь с н епок орны м и.
Горцев

сгон яли

с обж и ты х

м ест,

сж и гал и

сел ения — аул ы ,

ун и ч т о ж ал и поля и п аст б и щ а, уго н ял и их скот.
У го р ск и х народов были свои властители — князья и хан ы .
Ч тобы привлечь их на свою стор он у, царь делал п о сл у ш н ы х
князей и ханов своим и ген ер ал ам и , платил им хорош ее ж а л о ­
ван ье, прик азы вал дарить им к и н ж ал ы , у к р аш ен н ы е золотом,
96

серебром и др агоц енны м и кам ен ьям и , пистолеты , золотые ч асы ,
п ерстн и , к у ск и бархата и п ар ч и . П о сл у ш н ы е богачи забирали
в свои руки больш е полей, л угов, скота.
Т я ж е л е е в сех страдали от войн бедняки, просты е к р ест ьян е.
О ни и в мирны е годы ж и ли очень плохо. В гор ах к р ест ья н ­
ск и й труд гораздо т я ж ел ее, чем на ровной м естности. Зем л я там
ск у д н а я , а у част к и под посевы м ален ьки е. Ч аст о горец с неболь­
ш им м еш ком п ш ен и ц ы , при вязан н ы м к п о я су , взби рал ся при
пом ощ и верёвок и крю чьев на отвесную ск ал у , чтобы оты скать
на её верш ине хоть крохотны й к усо чек годной зем ли.
Горцы расск азы в ал и ш утл и в ую и вместе гр уст н ую историю
про зем ледельц а, который в сп ахал поле, прилёг о тдохн уть, а по­
том н и как не мог найти свою п аш н ю : о к азал ось, её целиком
н акры ла бр ош енная на землю бур ка.
К он ечн о, в д р уж бе с р усск и м народом горцы могли сделать
свою ж и зн ь л у ч ш е. Но некоторы е горские властители ж ел ал и
безраздельно править на п р и н а д л е ж ащ и х им зем л ях, стар ал и сь
н авсегда оторвать К ав к аз от Р о сси и .
Ч а ст о им пом огали в этом м у су л ь м ан ск и е свящ ен н и к и —
м у л л ы . П редводителем горцев стал св я щ ен н и к по имени Г а зи М у х а м м ед . «Г ази » значит в переводе «борец за в е р у » . Р у сс к и е
назы вали его К а з и -М у л л а . В простой одеж д е, с длинны м посо­
хом в руке Г а з и -М у х а м м е д ходил по сел ен и ям , собирал народ
и обращ ал к нем у свои речи . Он учи л м у су л ь м а н ненавидеть
в се х , кто и сповед ует д р угую в еру, звал их к «свящ енной войне»
с «н евер н ы м и ».
Ц а р ь реш ил раз и навсегда слом ить сопротивление горцев
и отправил на К ав к аз больш ое войско. Т уд а были посланы части
из глубины Р о сси и . П о л еж аев со своим полком приш ёл походом
от сам ой М о с к в ы ...

«ОТРЯД ИДЁТ ГУСТОЙ КОЛОННОЙ»

На

К ав к азе от солдат не требовали ни безукоризненной

вы п р ав к и , ни н ач и щ ен н ы х до си ян и я п у го в и ц . З д есь не н у ж н о
было часам и ш агать по п л а ц у , задирать н о гу , старательно
«и гр ая» н оском . З д есь не учи л и бесконечны м р у ж е й н ы м
п р и ё м ам , не заставлял и по счёту вскиды вать р у ж ь ё на плечо,
ставить к ноге, делать на к а р а у л , да чтобы при этом ш ты к н е ­
прем енно св ер к н ул в в о зд ухе. И н ачальн и ки здесь были доб­
рее к со л д атам , больш е заботились о н их и р е ж е их н ак азы ­
вали.
П о т о м у что здесь, на К а в к а з е, ш л а война.
А на войне см елы й и вы носливы й солдат дорож е

того,

которы й ум еет краси во вы пячивать грудь и вы тягивать носок.
Н а войне хо р ош не тот солдат, которы й ловко отдаёт честь
и см отрит в гл аза н ач ал ь ст в у , а тот, которы й верит к о м ан д и р у,
защ и тит его в бою и вы полнит лю бой п р и к аз. Н а войне надо не
приём ы р у ж ь ём делать, а быстро и метко из него' стрел ять.
Солдаты на К ав к азе отды хали от м уш тр ы : хо д и л и вп ере­
в а л к у , вместо ф у р а ж к и или кивера часто надевали л охм атую
к а в к а з ск у ю п а п а х у , на гр уд ь ш и н ел и н аш и вал и горские п ат­
ронташ и — газы р и . Б елы е ремни тут не мы ли и не чи сти л и ,
а в походе и вовсе вы ворачивали н аи з н ан к у , тёмной н и ж н ей
стороной н а р у ж у : окрещ ённы е на гр уд и , они были для против­
н ика сл и ш к ом заметной м и ш ен ью . Д а и сам р ан ец , тяж ёл ы й
и неудобны й, солдаты редко брали в поход : обы чно за пл ечам и
у н их была п р остая хо лщ о в ая су м к а , а в ней ш ести дневны й
з а п а с провизии и всё необходим ое в п ути .
П о ход ы часто были долгим и и дал ёк и м и . Ц а р с к и е войска
недел ям и ш ли по следам воинов К а з и -М у л л ы , захваты вал и
новые

м естн ости ,

вы рубали

л ес,

чтобы

противник

не

мог

н ап асть в р а сп л о х , и на о п устош ён н ом п ространстве строили
укрепления.
С л у ч а л о с ь , п оход н ач и н ал ся н еож и д ан н о:
98

Снимать немедленно палатки!
Приказ исполнен в тишине;
Багаж уложен, цепи сняты;
В строю рассчитаны солдаты,
И всадник в бурке на коне...
Поход...
П о к ав к азск и м дорогам , где из-за к аж д ого поворота, к а ж ­
дого дерева, каж д о го к ам н я всякое мгновение мог раздаться
вы стрел, войска ш ли в определённом п ор яд ке. С н а ч а л а дв и ­
га л ся передовой отряд — аван гард : батальон пехоты и две л ёг­
к и х н уш к и -ед и н о р о га. За авангард ом на р асстоян и и р уж ей н о го
вы стрела следовала гл авн ая колонна — п ехот а , конны е к а зак и ,
ар т и л л ер и я. З а ней обоз: повозки, гр уж ён н ы е продовольствием ,
б о еп р и п асам и , п ал ат к ам и , к аш евар н ы м и котлам и , по ход н ая к у з­
н я, л азар етн ая ф у р а . И након ец для при к ры ти я с ты ла зам ы ­
к аю щ и й отряд —
они дв и гали сь не
гор, вы см атри в ая
В л есу горцы

ар ьер гар д . К о л о н н у о к р у ж а л и цепи стрелков;
по дороге, а по хребтам и ск лон ам о кр естн ы х
н еп р и я тел я .
уст р аи в ал и засек и : ср уб ал и целиком деревья

и — ветвисты м и в ерш и н ам и вперёд — оставл ял и на пути р у с ­
ск и х отрядов. Н а горны х д о р о гах они делали завалы из к ам н ей .
К огд а по одну сторону узк о й дороги п одн и м ается отвесная
стена, а по д р у гу ю сры вается вниз п р о п асть, человек с винтов­
кой, п р я ч ась за кам енны м завалом , м ож ет сд ер ж и в ать больш ие
си лы .
Отряд идёт густой колонной;
Но на пути большой овраг,
Кругом запалы; злобный враг
Из-за утёсов, пеший, конный,
Стреляет в цепь и в казака;
Навстречу гул единорога,
Картечи, ядра в смельчака —
И снова чистая дорога...
Р ек и на К ав к азе стрем ительны е и си льны е, особенно когда
в го р а х, откуда они берут н ачал о, тает снег или вы падаю т д о ж д и .
99

Б у р н ы й поток сдвигает с места огромны е кам н и , несёт вы рван­
ные с корнем д еревья.
О н м чится с таким ш у м о м , что, идя по берегу, иной раз не
у сл ы ш и ш ь голос сосед а.
Во время переправы

конные

казаки

верхом

в два

ряда

вы страи вал и сь через реку на месте брода, а м еж д у ними, вы соко
подняв над головой р у ж ь я и су м к и , по грудь в ледяной воде
п ер еход и л а стр ем н и н у п ехота. Н о иногда сильное течение сби­
вало лю дей

с ног, опроки ды вало

повозки, лош ади

были

не

в си л ах устоять на месте.
Один упал, другой слабеет...
Шатнулся, пал... и в целый рост!
На помощь — кони: тот за хвост,
Другой па грпве цепенеет...
Ныряют сабли п штыки;
Несутся пушки с лошадями;
Летает гибель над главами —
Идут бестрепетно полки...
П о л еж а е в

п ер еп р ав л ял ся

через

бы стры е,

холодны е

реки,

ходил в дальние поход ы , на п л еч ах перетаски вал п у ш к и по
кам енисты м горны м тр оп ам , под огнём неприятел я разбирал
засеки и завалы .
К огда небольш ой отряд, в котором действовал П о л е ж а е в , был
о к р у ж ё н в глубоком овраге, никто из солдат не д у м а л , что
остан ется ж и в ы м . Горцы со всех сторон обстреливали и х, ш есть
раз бр осались в кон н ую ат ак у , но р у сск и е воины стойко обо­
рон яли сь до тех пор, пока не п одоспела п ом ощ ь. К ом андиры
сч и тал и , что П о л еж аев был одним из л у ч ш и х в ср а ж е н и и , и про­
сили вы сш ее начальство присвоить ему хотя бы сам ы й м а­
л енький — чуть главнее солдата — чин у н т е р -о ф и ц е р а . И на­
чальство на этот раз не могло отказать.
В п ереры вах м еж д у боями солдаты рубили лес на дрова,
косили тр аву, чинили и ст р еп ав ш ую ся о д еж д у и обувь, квасили
к а п у ст у , ловили рыбу и су ш и л и её на зи м у.
100

П о л еж аев у л у ч ал в ся к у ю свободную м и н уту и пи сал ст и хи .
Найдут в углу моей палатки
Мон несчастные тетрадки,
Клочки, четвёртки и листы,
Души тоскующей мечты...

«ДРУЗЬЯ, ПОВЕРЬТЕ, ЭТО БЫЛЬ!»
К ав к азск и е сти хи П о л еж а е в а не п о хо ж и на сти хи д р у ги х
поэтов того врем ени.
О бы чно

поэты

наперебой

воспевали

кр асоту

к авказской

природы : сн еж н ы е ш ап к и гор, н еп ри ст уп н ы е ск ал ы , бурливы е
водопады , бездонные п р оп асти . Но мало кто из поэтов сум ел
в ту пору близко и подробно познаком иться с К а в к а з о м . Н е ­
которые проехали по нему п у т еш ест в ен н и к ам и , больш инство ж е
знало о нём п о н асл ы ш к е. П о л еж аев прош ёл К ав к аз в сол д атск и х
колон н ах и увидел его глазам и солдата.
К он ечн о, и перед его взором вставали картины вел ичествен­
ной природы :
Кругом, от моря и до моря,
Хребты гранита и снегов...
И он смотрел как зачарованны й на м огучий К а зб е к , «кото­
рый сед и стар, как б е с » :
Из рёбр его окаменелых,
Мнльоиом волн оледенелых,
Шумят п летом и зимой
Ручьи с свирепой быстротой.
И его п о р аж ал и вставш ие
неприступными рядами,
Как время вечные, скалы.
Над ними вьются временами
Одни свирепые орлы.
101

Н о солдаты , и д ущ и е поход ом , видят «дикие картины » совсем
п о -д р у го м у , чем столичны е путеш еств ен н и к и :
Их мочит дождь, их сушит пыль...
Идут — и живы, слава богу!
Друзья, поверьте, это быль!
Я сам, что делать, понемногу
Узнал походную тревогу,
И кто что хочет говори,
А я, как демон безобразный,
В поту, усталый и в пыли,
Мочил нередко сухари
В воде болотистой и грязной
И, помолившися потом,
На камне спал покойным сном!..
Н а К ав к азе П о л еж а е в н ап и сал две больш ие поэм ы . О н
назвал их «Э р п ел и » и « Ч и р -Ю р т » — по имени го р ск и х сел ений,
куд а соверш али походы р у сск и е войска в н адеж де захвати ть
К а з и -М у л л у .
П оэт участ вовал в этих п о хо д ах и р асск азы в ал о н их как
очевидец.
В то врем я п етер бур гски е ху д о ж н и к и изготовляли по за­
к а зу ц ар я огром ны е к ар ти н ы . Н а кар ти н ах были серы е горы ,
коричневы е холм ы , зелёны е поля. Н а горны х д о р о гах, на вер ш и ­
н а х холм ов, на п р о сто р ах полей р асп о л агал и сь во й ск а. Х у д о ж ,ники тщ ательно и зоб р аж ал и м аленькие ф и гу р к и солдат, строй­
ны ми ря д ам и , как на п ар ад е, и д у щ и х в а т а к у , к о н н и ц у на
б ел ы х, р ы ж и х и вороны х л о ш а д к а х , артиллери стов у п у ш е к , над
которы ми засты ли белые клубочки ды м а.
Ц а р ь особенно следил за тем, чтобы всё на к а р т и н а х — и по­
строение в о й ск, и одеж д а воинов, и каж дое и х дв и ж ен и е — было
по п рави лам и у ст ав ам . Т ак о й — ак к у р ат н о й , к р аси в ой , п о хо ­
ж ей на пар ад — ж ел ал и видеть войну важ н ы е п етербургски е
госп од а.
П о л еж а е в наблю дал войну не на д ал ёк и х п о л я х и х о л м а х .
102

Война

была в о к р у г.

П о эт-сол д ат

р асск азы в ал

о ж естокости

ср а ж е н и й , о тяготах и р ад о ст я х боевой ж и зн и . Н е м ал еньким и
и гр уш еч н ы м и ф и гу р к ам и были для него товарищ и по о р у ж и ю ,
а ж и вы м и лю дьм и. В п оэм ах П о л еж а е в а ж и в у т , д у м аю т , д ей ст­
вую т, разговар иваю т стр ел к и , к азак и , каш ев ар ы , походны е тор­
говки, сл у га к ом ан д ую щ его — «ген ер альск и й человек» — К у з ь ­
ма С а в е л ь и ч ._И сам П о л еж а е в в своих поэм ах ж и вёт, д ей ствует,
д ум ает, говорит — как солдат.
О н и про бой в гор ах р асск азы в ает п о-сол д атски — как про
тяж ёлую

работу,

когда

под

пулям и,

в

непогоду

п р и ход и т­

ся уп ор н о взбираться вв ер х, чтобы выбить неприятел я с вер­
ш ины :
Вот пуля свищет, вот другая...
Идут... Вот залп из-за кремней
Раздался, сверху пролетая...
Идут, работают смелей...
Уж высоко! Туман нагорный
Густеет, скрыл средину гор;
Темнеет день, слабеет взор.
Идут отважно и упорно.
Внезапный холод, ветер, дождь
Приводят в трепет нестерпимый,—
Идут стеной неотразимой!..
И ночлег в поэме П о л еж а е в а — солдатски й ночлег:
Ночлег на месте — пет сомненья...
В кострах чеченские дрова,
Вокруг забота и движенья
И песни звучные слова...
Иные спят, другие бродят,
В кружках толкуют кой о чём;
Пикет сменяют, цепь разводят,
Смеются, вздорят о пустом...
И каж д ы й п ер еход в его ст и х а х — трудны й п уть, изм ерен ­
ный солдатски м и ногам и:
103

Раздался снопа шум походный —
И полк дружиной боевой
Идёт дорогою степной.
Всё те же холмы, горы, реки,
Всё те же ветры, и жары,
Сырые, вредные пары
И кукурузные чуреки,
Всё те же змеи по полям,
Вода с землёю пополам,
Кизиль неспелый, розан дикий,
Черешня с луком и клубникой,
Чеснок, коренья Dcex родов
И сыр из козьих творогов...
Идут...
«Э р п ел и » и « Ч и р -Ю р т » — солдатски е поэм ы . Т а к и х поэм
до П о л еж а е в а никто не п и сал .

НЕПОКОРНЫЙ АУЛ
П оздно вечером бар абан щ и к возле белой палатки батальон­
ного ком ан ди ра уд ар и л тревогу, ротные бараб ан щ и ки п о д хв а­
тили его си гн ал . Кто спал — вскочил и быстро од евал ся, кто
не спал — заливал костры , у кл ад ы вал походны е су м к и , за п р я ­
гал л ош ад ей .

Скоро

батальон

был

готов

вы ступать.

К о л ёса

а р т и л л ер и й ск и х оруд ий и обозны х телег обмотали сеном и
обвязали тр я п ьём , чтобы не грем ели по кам енистой дороге.
Н и громко разговар ивать, ни курить ночью на м арш е было
нельзя.
П о ш л и ср азу бы стро, не в н о гу, вольным ш аго м , командиры
п оторапливали солдат тихим и окри кам и и св и стк ам и , напом и ­
навш и м и голос ночной птицы . Солдаты хоть и не сп р аш и ваю т,
куд а ид ут, но откуда-то всегда всё знаю т: ш ёпотом передавали
д р у г д р у г у , что, по донесению л азу т чи к а, три дня назад в недаль­
нем ауле ск р ы в ал ся К а з и -М у л л а со своими л ю дьм и, — теперь
вы ш ел п ри к аз изловить К а з и -М у л л у .
104

Н очь была т и хая . Л у н а свети ла. О стры е л и стья чинар не­
п одвиж но чернели узором на серебристом небе.
Зелёны е огоньки светляков дв и гали сь в тёмном
сверк али в прид орож ной траве и к у ст а х .

во зд ухе,

В озле П о л еж а е в а ш л и , еле слы ш но п ер его в ар и в ая сь, два
сол дата, Е м ел ь ян о в и Г р и гор ьев, оба из одной деревни. П ер ед
боем разговор у н и х был всегда один и тот ж е :

Е м ел ьян ов

п р о си л , если его убью т, чтобы Гри горьев продал оставш и еся
после него вещ и , а деньги п ослал матери и братьям ; Григорьев
п р о си л , если его убью т, чтобы то ж е самое сделал Е м ел ь ян о в .
Рядом с колонной весело беж ал больш ой чёрны й п ёс. О н
п ри стал к батальону полгода назад и постоянно соп ровож дал
солдат в п о х о д ах . П с а так и звали — П р и б л уд .
Ч ер ез час пути дорога круто взяла ввер х, с к аж д о й верстой
д ел аясь круче и у ж е .
Д в и гал и сь м едленнее, к аж д ы й ш аг давал ся с трудом . Н очной
возд ух холодил вспотевш ий лоб, но спи на и плечи под ш и н ел ь­
ной ск атк ой , сум кой и р уж ей н ы м ремнём были горячи и мокры
от пота.
В р ем я от времени по ти хо м у сви стк у ком андира п ри ходи лось
беж ать вперёд, что есть силы толкать плечом заст р яв ш ую на
подъёме п у ш к у , или наоборот — приотставать и вместе с обоз­
ными втягивать на к р ути зн у тяж ело н агр у ж ен н у ю п овозк у.
П о правую сторону дороги был обры в, кам ни из-под к олёс,
ср ы в ая сь , сы п ал и сь туда с долгим ш у м о м .
Л о хм ат ы й П р и б л у д , д в и гаясь си льны м и , у п р у ги м и п р ы ж к а ­
м и, то м чался в голову колонны , к ар ти л лер и стам , то возвра­
щ а л ся назад, чёрной тенью пробегая м имо, глаза его горели
в темноте зелёны ми св ет л як ам и . Обозны е лош ади П р и б л уд а не
лю били, при появлении его в схр ап ы в ал и и мотали головой,
а ездовый солдат, ш ёпотом р у га я сь , норовил достать пса к н утом .
Стало светать. Небо побледнело, на нём неярким розовым
к ругом зад ер ж ал ась л у н а . У т р ен н и й
в к у ст ар н и к е.

С л ева от дороги стали
105

ветерок легко заш у м ел
различим ы

невы сокие

у ст у п ы кам н ей , узки е поляны м еж д у ним и, серы е в раннем ут­
реннем свете, старое кривое дерево дикой гр уш и посреди п о л я ­
ны ; спр ава — неровны й край оврага.
В п ер ед и раздалось несколько вы стрелов, по вы соком у про­
т я ж н о м у зв ук у П о л еж а е в у гад ал горские винтовки: р усск и е
р у ж ь я били гл у ш е. Н ав ер н о, посты , о хр ан я в ш и е а у л , заметили
передовы х д озорны х.
Т е п ер ь медлить было нельзя; главное — ударить вн езапн о.
К о м а н д и р вы н ул ш п а гу из н о ж ен , пр и к азал :

«За м ной!» —

солдаты , на бегу сн и м ая р у ж ь я , броси лись за ним в го р у . П о л е ­
ж а е в у казал о сь: ещ ё немного — и недостанет сил б еж ать, глотки
холодного в о зд уха разр ы вали гр уд ь, но не приносил и облегче­
н и я . И когда стало совсем невм оготу, подъём неож и дан н о кон­
ч и л ся , как обор вался, над головой просторно р аск и н ул о сь небо,
а в н и зу, в ер стах в п о лутор а, лепи лось к отлогом у ск л он у сел е­
ние. С в е р х у видны были плоски е кровли домов, н азы ваем ы х
са к л я м и , квадратны е внутренние дворы , узки е у л о ч к и . В воз­
д у х е п о сл ы ш ал ся лёгкий зап ах ды м а: кое-где в д ом ах у ж е
топили очаг.
Н а горе артиллери сты устан о ви ли п у ш к у . З а р я ж а ю щ и й та­
щ ил на спи не к орудию п л оски й я щ и к со сн а р я д а м и . П ехо т а
с р у ж ь я м и наперевес у ст р ем и л ась вниз по ск л о н у .
— А н у, ребята, угости м бунтовщшков картечью ! — зак р и ­
чал ар ти л лер и й ски й о ф и ц ер .
П у ш к и поверх голов пехоты били по а у л у . П о л еж а е в
у в и д ел , как метко пущ ен н ое ядро угодило под сам у ю кровлю
д ом а,

пробило

глинобитную

ст ен у ,

часть

стены

о сы п ал а сь ,

взды м ая светлую пы ль. П о у л и ц ам селения м еталась и сп у га н н ая
толпа.
Д ва горца в кори чн евы х к а ф т а н а х — беш м етах — и белы х
п а п а х а х беж али откуда-то

сбоку н аперерез сол датам . О д и н ,

ц ел я сь , п ри пал на колено, другой броси лся назем ь, п р и л аж и в ая
ви н товку, чтобы вы стрелить точнее. Е м ел ьян ов о стан ови л ся,
ст ар ая сь не замочить слю ною п о р оха, быстро ск уси л б ум аж н ы й
•106

патрон, н асы п ал п о р о ху на п о л к у и поднял пр и к л ад к щ еке.
Г о р е ц , что л еж а л на зем ле, тож е не у сп е л п р и ц ел и т ься —
Гри горьев на бегу достал его ш ты ком .
А у л был у ж е совсем рядом . « У р а !» — прон еслось в ц е п я х ,
и П р и б л у д , не ч уя ног м ч ав ш и й ся м еж д у сол датам и , зал и л ся
гром ки м лаем .
О т р яд ворвался в се л е н и е ...
П о словам п л ен н ы х, К а з и -М у л л а три дня назад в сам ом
деле ночевал одну ночь в ау л е, но на другое утро снова исчез
неизвестно к уд а.
Д ело было кончено. К о м ан д и р отряда дал п р и к аз отходить.
Н а краю селен и я в притоптанной тя ж ёлы м и сап огам и золе —
на том м есте, где стояли со ж ж ён н ы е при набеге с а р а и ,— П о ­
л еж аев зам етил: свер к н ул о что-то. Н а г н у л с я и поднял тонкое
серебряное колечко — м ален ькое, с девичьей р у к и . О н надел
кольцо на м изинец и взд о хн ул о печальной у част и той, которой
оно п р и н ад л еж ал о .

КАВКАЗСКИЕ ПЛЕННИКИ
Р у сс к и й солдат Л у к о в пробы л в п л ен у у горцев два с по­
ловиной года.
В плен его взяли, когда он был в секрете. Л у к о в с товарищ ем
л еж а л и в к у ст а х недалеко от своего л агер я. М есто было сп о ­
койное — горцы туда не загля д ы вал и . Н очь т и ха я — ни ш у м а ,
ни вы стрелов, только ш акал ы в о в р аж к е повы вали — ж ал о б н о,
к ак дети. Т ов ар и щ Л у к о в а отлож и л р у ж ь ё , п ер евал и л ся на бок
и зак ур и л тр у б о чк у . Стали они негром ко беседовать, р а с с к а ­
зы вать д р уг д р у гу разны е истории , да так заговори л и сь, что и не
зам етили, как п од к р ал и сь горц ы . А те, м ож ет, у сл ы ш а л и в ти­
ш ине голоса, м о ж ет, огонёк разглядели в темноте. Горцев было
четверо, действовали они ловко: прикладом винтовки по голове,
т р я п к у в рот, чтобы не зак р и чал , р ук и ск р ути л и рем нём вы ш е
107

кистей и ещ ё для верности за локти при вязали к п о я с у . П р и т а - і
щ или пленни ков в о в р аж ек — там лош ади были о ст а в л е н ы ,—
стали п о д саж и вать на лош ад ь; Л у к о в с товарищ ем — побиты е,
связан н ы е, во рту т р я п к а ,— делать нечего, полезли. Д в а горца
посадили и х верхом позади себя, а два д р у ги х поехал и сзади.
К ут р у горцы привезли пленни ков в ау л и продали богатому
хо зя и н у : взяли за к аж д о го по двадцать баранов.
П ервы е полгода ж и тьё у пленни ков было н еплохое: работа
зн ак ом ая , к р е ст ь я н ск а я , корм ил хозяи н хоть и не досы та, но
хор ош о, только на ночь запи рал в сар ай . Но скоро п р и ехал в аул
имениты й гость: росту небольш ого, ху д о щ ав ы й , но в п л ечах
ш и р о к и й , лицом тём ен, на лбу и на щ е к а х глубокие м орщ ины ,
нос тонкий, горбаты й, глаза навы кате, горят как у го л ь я ; с ним —
сорок всадников в белы х ч ал м ах п овер х п а п а х и . Гость этот был
сам К а з и -М у л л а , п о-гор ски Г а з и -М у х а м м е д . Х о з я и н велел ре­
зать баранов и устрои л ем у богатое уго щ ен и е. Н о Г а з и -М у х а м ­
мед ел м ало, а глядя на него, не смели есть и его верные сп у т н и ­
ки. П о сл е у ж и н а К а з и -М у л л а п р и ш ёл в сар ай , где сидели п л ен ­
н ики , п оказы вая на них п ал ьц ем , что-то долго говорил хо зя и н у
п о -св оем у . Н а другое утро, когда гость у е х а л , хозяи н ск азал
Л у к о в у и его т о в ар и щ у:

« Г а з и -М у х а м м е д велел вам принять

м у су л ь м а н ск у ю веру, а не захоти те, велел вас у б и т ь » . Т ов а р и щ
Л у к о в а зап л ак ал и со гл а си л ся , а Л у к о в п о д у м ал -п о д у м ал и не
стал приним ать ч у ж у ю веру.
Х о з я и н отпустил л ук овского товарищ а на волю ; наш ли ему
ж е н у , построили сак л ю , и заж и л он горцем . Л у к о в а хозяин
убивать не стал: работник хо р ош и й , д а, видать, п о ж ал ел баранов,
что за него отдал; но о бр ащ аться с ним стал ст р о ж е, есть
давал к у к у р у з н у ю л еп ё ш к у , ночью са ж а л на ц епь. П о д сы л ал
к нему п р еж н его товари щ а, чтобы уговар и вал Л у к о в а сделаться
м у су л ь м ан и н о м , но Л у к о в твердил своё: нет. « Я ,— г о в о р и л ,—
брат, на тебя обиды не д е р ж у , у каж дого своя су д ь б а » . Н о вот
снова яви лся в аул К а з и -М у л л а , заметил Л у к о в а , р а ссе р д и л ся .
Т о п н у л ногой на хо зя и н а и зак р и чал на него. Х о з я и н сл о ж и л
108

руки на гр уд и , н агн ул голову, потом ск азал (Л у к о в у ж е поним ал
п о -и хн ем у и говорил н ем н ого): «Е сл и через три дня не со гл а­
си т ся,

з а ст р ел ю ».

П о сад и л

Л укова

на

цепь

в са р а е ,

дверь

зап ер , кормить вовсе п ерестал . А на третий день при ш л и р усск и е
и заняли ау л .
Л у к о в от голода был сл абы й , идти долго не мог. Е м ел ьян ов
и Гри горьев посадили его на р у ж ь ё — он и х за плечи обнял —
и п он если . Е м ел ь ян о в
н есём , где
барином ».

наш

обоз

ск азал :
стоит.

«М ы

тебя до того места до­

П о сад и м

в

повозку — поедеш ь

...В о з в р а щ а л и с ь не торопясь. Солдаты устал и после быстрого
ночного м ар ш а, после набега на ау л .

Н а полпути устроили

п р и в ал . Р азл о ж и л и костры , повесили над ними больш ие медные
котлы , зарезали захв ач ен н ы х в селении баранов, стали варить
мясо.
Е м ел ь ян о в ш ты ком доставал из к и п ящ его котла больш ие
к у ск и

баранины

и наклады вал

в котелки

си девш им

вокруг

костра солдатам . О собенно старательно уго щ ал и отбитого у гор­
цев плен н и ка Л у к о в а , он ел ж ад н о, облизы вал п ал ьц ы . В сторон­
ке, д о ж и д ая сь своей порции и ш ум н о зевая от нетерпен и я,
сидел П р и б л у д и вним ательно смотрел на Е м ел ь ян о в а.
П одвели к костр у пленного горца в коричневом беш мете
и белой п а п а х е . Это был тот сам ы й , которого во время атаки
Гри горьев уд ар и л ш ты ком . О н был ранен в пл ечо. О бхвати в
левую р у к у правой , он п р и ж и м ал её к гр уд и , как ребёнка.
П р и б л у д при виде его о ск ал и л ся и зары чал, но горец что-то
проговорил п о -св оем у — и пёс у м о л к .
— И ш ь ты, пон ял, — уд и ви лся Е м е л ь я н о в .— Д о л ж н о , п р е ж ­
де в ауле сл у ж и л .
Григорьев п ротян ул п л ен н ом у свой котелок с м ясом .
— В от как! — у л ы б н у л ся
а то свой хар ч отдаёш ь!

П о л е ж а е в . — Т о было убил его,

— В бою такое дело: либо я его, либо он м е н я ,— отвечал
Г р и г о р ь е в .— А здесь что он, что я — оба человеки.
109

Н о п л ен н и к п окачал головой и легонько оттолкнул ладонью
котелок.
— А

ч т о ,— ск азал

Л укову

П о л е ж а е в ,— гл я д и ш ь,

вы м е­

няю т горц а этого на твоего товар и щ а? В от и он к своим вер­
н ётся .
— Н е т ,— ск азал Л у к о в , — он не пойдёт. Ж е н у свою сильно
лю бит. И

д ети ш ек . Д вое у ж е у

него — девочка и м ал ьчи к.

Г ор ец си дел н еп од ви ж н о, будто вы рубленны й из дерева, и не
отры ваясь см отрел на огонь.

«НО НЕТ ТОЙ СЧАСТЛИВОЙ СТРАНЫ»
К а в к а з ск и е сти хи П о л еж а е в а — не просто картины войны :
в н и х ж и в у т ч ув ст в а, владевш ие д у ш о й поэта. В с ё , что его вол­
новало, тревож и л о, вы зы вало гнев и п е ч а л ь ,— всё л ож и л о сь
в строки сти хов.
П о л еж а е в прокли н ал того, кто первы й на земле п однял меч
войны , повёл брата на брата, п р и н ёс лю дям горе и см ерть.
В о й н а — это не просто походы и ср а ж е н и я , переправы через
р ек и , ночи у костра, набеги на аулы и внезапны е н ап ад ен и я
н еп р и я т ел я . В о й н а — всегда гибель м н оги х лю дей. С гл убокой
п ечал ью огляды вает поэт поле боя — «равн и н у б р а н н у ю » .
П о в сю д у , куд а достаёт взор, видит он тела у б и т ы х, в эти м инуты
поэт дум ает о том, что все, отдавш ие ж и зн ь в бою, не «свои»
и « ч у ж и е » , а п р еж д е всего — лю ди, которы е могли бы ж ить
в м ире.
О, кто, свирепою душою
Войну и гибель полюбя,
Равнина бранная, тебя
Обмыл кровавою росою?..
Какой земли, какой страны
Герои падшие войны?
П ер ед взором поэта откры вается м ирны й горск и й а у л :
110

Везде блуждающие взоры
Встречают сакли и заборы,
Плетни и валы; каждый дом —
Бойница с насыпью и рвом.
Над разорвавшейся рекою,
Бегущей с горной высоты,.
Искусства чудною рукою
Везде устроены мосты...
В ауле шум и конский тойот,
Молчанье жён и детский хохот;
На кровлях, в окнах, у ворот
Кипящий ветреный народ...

'■ ?

А следом — мёртвое сел ен и е:
Всё пусто в нём! Свирепый пламень
Пожрал жилище беглецов;
Обломки брёвен, чёрный камень
И пепел брошенных домов...
С о л д ат ск у ю п о э м у

« Ч и р -Ю р т »

П о л еж а е в н ачал горьким и

строчкам и о беск он ечн ы х в о й н ах, ноторы е р азд ел яю т лю дей,
губят н а ш у зем лю :
Есть много стран под небесами,
Но нет той счастливой страны,
Где б люди жили не врагами
Без права силы и войны!
О н закончил поэм у вопросом : н астанет ли счастл и вое вр ем я,
когда поэты буд ут п р осл авлять в ст и х а х не кровавы е битвы,
а добрую м и р н ую ж и знь?

ПОСЛЕДНИЙ ШТУРМ
П о сл е н еск о л ьк и х военны х н еудач Г а з и -М у х а м м е д с сам ы м и
верны м и воинам и у к р ы л ся в своём родном селении — Г и м р ы .
А у л Ги м р ы стоит на берегу ш у м н о й , мутной реки , о к р у ж ё н ­
111

ный отвесны м и ск ал ам и . С к ал ы так вы соки, что сн и зу , со дна
у щ е л ь я , к а ж е т с я , будто они достаю т до самого неба. В не­
настн ую погоду за и х остры е неровны е верш ины и гребни ц еп ­
л яю тся серы е клочья облаков.
П о у зк и м тропам
д о р о ж к а, -вы сеченная
обры валась вниз, на
п р оп астью . В сад н и к и

в ск ал а х едва мог пройти один человек;
в кам н е, вкарабкалась на к р у т и з н у , резко
го л овокр уж и т ел ьн ой высоте висела над
здесь сп еш и в ал и сь, ш л и , д е р ж а сь за хвост

лош ади и д овер яясь ей. Г а з и -М у х а м м е д считал , что р усск и е
войска не сум ею т подобраться к Г и м р ам . О н говорил, что
противник м ож ет у п аст ь на аул только вместе с д о ж д ём .
И всё-таки р у сск и е войска д в и н ул и сь на ш турм
На

горном

перевале

их

встретил гл убоки й

снег;

Ги м р ов.
резкий

ветер леденил ли цо, нёс н австр ечу колю чую пы ль. С р а з у за
перевалом н ачал ся густой тум ан , дороги не видно, к аж ды й ш аг
по обледенелой тропке мог оказаться роковы м, но ком андиры
поторап л и вал и : тум ан скры вал от противника дв и ж ен и е войск.
Ш л и по одном у, гу сь к о м ; тот, что сзади, д е р ж а л ся за плечо
переднего. П о л еж а е в сл ы ш ал , как за его спи ной Григорьев с
Е м ел ьян овы м завели привы чны й разговор: Григорьев просил ,
если не уц ел еет, чтобы Е м ел ьян о в продал его и м ущ еств о , день­
ги ж е послал в деревню . П о л еж а е в под ум ал, что всего и м у щ е ­
ства у Гри горьева — казённое о бм ун ди рован и е, да р у ж ь ё , да в
су м к е казённы е с у х а р и , разве что трубка своя.
Л о хм ат ы й П р и б л у д , остор ож но ст у п а я , ш ёл рядом , в сам ы х
ст р а ш н ы х

м естах ж а л ся

к ноге П о л еж а е в а ,

немного м еш ал

идти, зато от него было теплее и спокой н ее; П о л еж а е в доставал
из к ар м ан а су х а р ь , о п у ск ал вниз р у к у и чувствов ал , как пёс,
тепло д о хн у в , м ягко брал с у х а р ь из его пальц ев.
О ст ан ов и л и сь н енадолго, чтобы спусти ть с верш ин арти л ­
л ер и ю . П у ш к и сняли с п од ставок-лаф етов и передавали из
р ук в р у к и .
К н и з у тум ан р ассеи в ал ся и т я н ул ся ды м ны м и ст р у я м и , всё
более редким и.
112

Горцы п очуял и недоброе. И х к ар ау л ь н ы е, засевш и е у зава­
лов, которы ми перегорож ен ы были горны е тропы вокруг ау л а ,
подняли стрельбу.
Г а з и -М у х а м м е д со своими лю дьми собрал ся покинуть се ­
л ени е, но ж и тели Гим р ов не хотели, чтобы он оставил аул па
разорение.
К этому времени многие бедные горцы были недовольны
Г а з и -М у хам м едом . П о д н и м ая сь по его призы ву на войну, они
дум али не только о том, как истребить или прогнать «н е в е р н ы х» ,
но н ад ея ли сь, что их собственная ж и зн ь станет л у ч ш е . Ш л и
годы, а в горах ничего не м ен ял ось: бедняки п о -п р е ж н е м у оста­
вал ись бед н якам и , а богатые богатели. Г а з и -М у х а м м е д учи л
своих подданны х соблю дать законы веры , а богачи п о -п р е ж н е м у
обирали и угн етали бедняков, чинили им всякие н есп р ав ед л и ­
вости. Г а з и -М у х а м м е д говорил, что надо ум ереть в бою — тот,
кто о к аж ет ся в п л ен у , никогда не попадёт в рай; но кн язья и
ханы не д ум ал и про счастье на том свете. И , видя такое, бедняки
горцы начали отходить от Г а з и -М у х а м м е д а .
Г а з и -М у х а м м е д п о н ял , что долж ен исполнить требование
односельчан, и р еш ил дать р у сск о й арм ии бой.
Р у сс к и е солдаты , о ставл яя у каж дого завала уби ты х и ран е­
н ы х, под яростны м огнём горцев всё н иж е сп у ск а л и с ь в у щ е л ь е ,
где р асп о л агал ся а у л .
Н а повороте тропы П о л еж а е в сд ер ж ал ш аг, п р и ж а л с я спиной
к скале и, таясь, вы глян ул из-за неё вперёд на до р о гу. Ш а г а х
в тридцати перед ним на краю дороги л еж ал больш ой кам ень,
за ним вроде бы никто не п р я т ал ся . С олд ат, ш едш и й впереди,
у ж е м иновал кам ень и м ахал ем у рукой — давай , м ол, не медли.
П о л е ж а е в оторвался от стены и вы беж ал за поворот. К ам ен ь
м олчал. В тот ж е миг П р и б л уд вдруг вы скочил из-под ног П о л е ­
ж аева и с гром ким лаем бр оси лся к кам н ю . В ы стр ел гр я н у л ,
пёс

п ер ев ер н ул ся

р аз-д ругой

и

вы тян ул ся

п опер ёк

тропы .

П ер ед н и й солдат о бер н у л ся, быстро о п уст и л ся на колено, в ск и ­
н ул р у ж ь ё и с ты лу вы стрелил в того, кто п р я тал ся за к ам н ем .
6 «в!ся

жизнь моя — гроза!

113

«Б ед н ы й П р и б л у д ,— на бегу п одум ал П о л е ж а е в ,— я ем у с у х а ­
р и к , а он мне — ж и зн ь !» Н о горевать сей ч ас было некогда, надо
было беж ать что есть силы — в этом месте тропа была п р и ст р е­
л яна, горцы били из винтовок сн и зу , пули сви стели мимо голо­
вы , звонко у д а р я л и сь об отвесную поверхн ость ск ал ы , вы секая
остры е кам енны е бры зги.
У щ е л ь е перед аулом было п ер егор ож ен о трем я стен ам и .
Б р о си л и сь в ш ты ки : зам едлив д в и ж ен и е, п отер яеш ь в пере­
стрел ке под стеной
У сам ого входа
б аш н я с бойницам и
мед с нескольки м и

больш е солдат, чем в атаке с хо д у .
в селение стояла над обрывом невы сокая
вместо окон; в ней н аход и л ся Г а з и -М у х а м сор атн и к ам и .

А т а к у ю щ и е залегли перед баш н ей , п р я чась за кам н ям и
и р азв ал и н ам и . С тал и вы кликать охотников — добровольцев —
ш турм овать баш н ю . Н аб р ал о сь ср а з у человек тридцать, Е м е л ь я ­
нов с Григорьевы м тож е вы звались идти. О саж д ё н н ы е встретили
охотников залпом ; у п а л и м ногие; кто цел о ст а л ся , повернул
назад . Г р и гор ьев с Е м ел ьян о в ы м оба не в ер н у л и сь. П о л е ж а е в
п о д ум ал : « В сё гад али , кого первого убью т, а война п о-своем у
реш и л а — вместе л егли . И п равд а, надо бы продать что воз­
м ож н о — хоть по два-три рубля послать в деревню се м е й ст в а м » .
А р т и л л ер и ст ы устан ови ли п у ш к и , начали р азр уш ать ядрам и
стены б аш н и . О гон ь из бойниц ослабел. О хот н и к ов больш е не
вы зы вали, п одн яли сь все разом . О дн и в ы саж и в ал и двери баш н и ,
другие у ж е ворвали сь сквозь пролом в стене. Г а з и -М у хам м ед и
его соратн и ки были уби ты .
П о сл е гибели Г а з и -М у х а м м е д а р у сск о е ком ан дован и е, н а­
дея сь на зати ш ье, реш ило отвести с К а в к а з а некоторы е п ол ки .
С р ед и н и х был и тот п олк, в котором сл у ж и л П о л е ж а е в .

«СЧАСТЛ И ВЕЦ , ЗН АЕШ Ь ЛИ ТЫ Ц ЕН У
С М Е Ш Н О Г О С Ч А С Т Ь Я Т В О Е ГО ?»

Александр Полежаев

I / I л а

клятва

f -'' ерез

ш есть

дней

после

казни

декабристов

было

устроен о торж ественное молебствие в М о ск ов ск о м К р е м л е. С а ­
мы й вы сш и й м о сковски й св я щ ен н и к — м итрополит — бл агода­
рил бога за то, что он помог ц ар ю победить м ятеж н и к о в . К р е м ­
л ёв ск ая п лощ ад ь была заполн ен а народом . Н а возвы ш ении
м олилось ц ар ское

сем ейство, в округ — м и н и стры , вел ьм о ж и ,

в аж н ы е ч и н овн и ки . Т ы ся ч и солдат гв ар ди и , сняв к и в ер а, о п у ­
сти лись на колени. Н а д М оск в о й -р ек ой в честь то р ж ества пал и ли
п у ш к и ; грохот залпов с л и е л л с я с пением молитв. Н а краю пл о­
щ ад и , сти сн уты й в толпе, стоял ю н о ш а, почти м ал ьч и к : п р и ­
п о д н я в ш и сь на носки и вы тягивая ш ею , он с негодованием
см отрел,

к ак

сл у ж и т ел и

бога

п р осл авляю т у б и й ство.

К о гд а

м итрополит, воздев р у к и , к л я л ся во всём помогать царю и п р и ­
зы вал в сех к л я ст ься вместе с н им , м альчик про себя давал
д р угую к л я т в у. О н к л я л ся отомстить за к азн ён н ы х и продолж ить
и х дело, всю ж и зн ь бороться с ц ар ём , с его св я щ е н н и к а м и ,
с его п у ш к а м и . Б ы л о этом у ю нош е тогда четы рнадцать лет.
З вал и его А л е к са н д р Г ер ц ен .
У Г ер ц ен а был д р уг — Н и к ол ай О гар ёв . О н и п озн аком и л и сь
м ал ьч и к ам и и сум ел и сохр ан и ть д р у ж б у до кон ца ж и зн и . И м
115

уд ал ось это потом у, что цель ж и зн и у них всегда была о бщ ая:
бороться за свободу своего н арода, своей страны , в сех народов
на зем ле. М ного лет сп у ст я Г ер ц ен всп ом и н ал свою первую
вст речу с О гар ёв ы м . Е щ ё не зн ая , о чём говорить, м альчики
стали читать д р уг д р у гу на пам ять лю бимы е отры вки из сти хо ­
творений и трагедий нем ецкого поэта Ш и л л е р а . И тут о к азал ось,
что оба лю бят и пом нят одни и те ж е строки : в этих стр оках
поэт воспевал героев, с мечом в р у к а х п о д н я в ш и хся на тиранов.
И тогда м альчики заговорили о гер о ях 14 д ек аб р я, о н е сч а ст ь я х
Р оди н ы , зам ерш ей под властью ти р ан а, вместо сти хов Ш и л л е р а
они читали вольнолю бивы е сти хи П у ш к и н а и Р ы л еева, которые
зап р ещ ен о было печатать, но которые и так были всем известны .
О д н аж д ы вечером м альчики гул ял и на В ороб ьёвы х го р ах.
В н и з у , о к утан н ая ды м кой, ш ироко р аск и н у л ась М о ск в а . В л уч ах
захо д я щ его солн ц а си ял и к у п ол а ц ер к вей , кры ш и домов были
облиты розовым светом . М альчи к и вд р уг, не сгов ар и в аясь, об­
н я л и сь, охвачен н ы е общ им чувством , и по к ля л и сь отдать ж и зн ь
борьбе за счастье лю дей.
Г ер ц ен и О гарёв учи л и сь в М оск ов ск о м у н и вер си тете. О ни
п оступ и л и туда через три года после того, как ц ар ь ж естоко
р а сп р ав и л ся с П о л еж а е в ы м , но многие там пом нили поэта,
расск азы в ал и о нём. С т и хи

П о л еж а е в а разны ми п утям и по­

падали в руки студ ен там , и редкий из н их не знал эти стихи
н аи зуст ь. Д л я м олоды х лю дей П о л еж а е в был героем . Т а к с л у ­
чал ось всегда: тех, кого царь беспощ адно наказы вал к ак п р е­
сту п н и к ов , народ считал героям и и м у ч ен и к ам и ,
Г ер ц ен и О гар ёв м ечтали основать сою з, п о хо ж и й на тайные
общ ества декабри стов. В м есте с др угим и товарищ ам и они часто
соби р али сь в комнате О гар ёв а, обтянутой красн ы м и в золотую
п о л о ск у обоям и, д елились м ы слям и и п л ан ам и . В к р у ж к е Г е р ­
ц ена не назы вали д р уг д р у га , как было п ри н ято, «сударь» или
« го сп о д и н », а говорили — « гр а ж д а н и н » . Т а к об р ащ ал и сь д р уг
к д р угу ф р ан ц узы во время револю ц ии. Слово

«гр аж д ан и н »

лю били декабри сты . П о т ом у что «гр аж д ан и н » — это человек,
116

для которого интересы го су д ар ст в а, О течества вы ш е собствен
пы х интересов, который па всё готов, чтобы исполнить долг
перед О течеством . И так тож е было всегда: царь д у м ал , что
казнь, каторга, тю рьм а, солдатчи на и сп угаю т лю дей, заставят
их навсегда отказаться от борьбы, но на см ену казн ён н ы м , а р е ­
стованны м , зам учен н ы м я в л я л и сь новые борцы.
...К о г д а п олк, в котором сл у ж и л П о л еж а е в , возвратился
в М о с к в у , Г ер ц ен и О гарёв ср азу ж е оты скали поэта. П о л е ­
ж аев быстро п о д р у ж и л ся с ним и. О н радовался, глядя на своих
м олоды х д р узей . Е сл и не все сердца ещ ё заледенели под гнётом
сам о в л астья , д ум ал поэт, если ещ ё ж и в у т и действую т такие
ю н ош и , значит, никак нельзя терять н ад еж д у на л уч ш ее б у ­
д ущ ее.
1 -1 5
К огда царь отдал П о л еж а е в а в солдаты , ж у р н а л ы перестали
печатать его ст и хи . Л и ш ь сп у ст я несколько лет на ст р ан и ц ах
ж у р н ал о в снова начали изредка появл яться произведения поэта,
но без его подпи си . В м есто имени «А л ек сан д р П о л еж а е в » под
н ап ечатанны м и сти хам и стояли таинственны е буквы и ц и ф р ы .
Н а п р и м е р , « ...р ъ ...в ъ » . В стар и н у после всех со гл асн ы х на
конце слов п исали твёрдый зн ак , поэтому им я « А л ек са н д р
П о л еж а е в » вы глядело так: «А л ек сан д р ъ П о л е ж а е в ъ » . И здател и
ж у р н а л о в , не см ея назвать полное имя поэта, оставл ял и только
последние буквы . И ногд а ж е под сти хотворением вообщ е о к а ­
зы валось два твёрды х зн ак а: « ...ъ ...ъ » . Ц и ф р ы вместо подписи
были такие: 1 — 15. И вот п о чем у. Б у к в а « А » (А л ек са н д р )
в р у сск о й азбуке по п о р яд к у п ер вая, а буква « П » (П о л е ж ае в ) —
п ятн ад ц атая (не считая «Й » — «И к р ат к о го », с которой ф а ­
м илии не н а ч и н аю т ся ). П о л у ч а л о сь , что «1 — 15» — это « А .П .» .
К о гд а П о л еж а е в воевал на К а в к а з е, было, након ец , р азр е­
ш ено издавать его сти хи отдельны ми к н и ж к а м и . С р а з у п ояви ­
лись две к н и ж к и . В одной были пом ещ ены его сти хотв о р ен и я,
в др угой — поэмы про к ав к азск у ю вой н у. К а ж д а я к н и ж к а была
117

у к р а ш е н а виньеткой . Н а первой страни це сборни ка ст и хо ­
творений под заглави ем была и зоб р аж ен а л и р а, которая сч и ­
т ал ась обозначением поэзии. Д л я военны х поэм виньетка была
д р у г а я : щ ит, ш п ага, р ы ц ар ски е д о сп ехи и скрещ ен н ы е зн ам ён а.
Ц ен зор ы — чин овн и ки , назначенны е следить, чтобы не было на­
печатано

ничего

недозволенного, — сильно

п о хозяй н и чал и

в к н и ж к а х П о л еж а е в а . Н екоторы е его сти хи они вовсе не раз­
реш или издавать, в н екоторы х вы черкн ули слова и строчки.
И всё-таки к н и ж к и поэта-солд ата увидели свет. О н и были тотчас
р а ск у п л е н ы . Т ы ся ч и читателей узн ал и о трудной судьбе автора
и гордились тем, что н и каки е н есчастья не заставили его сдать­
ся — у н и ж а т ь ся , льстить, просить пощ ады , не слом или его че­
ловеческого достоинства.
П о сл е возвращ ен и я с К ав к аз а П о л еж а е в у уд ал ось издать
третью к н и ж к у . К ней был п р и л ож ен его портрет. М ногие
читатели впервы е увидели лицо поэта. Н ар и со в ал портрет
х у д о ж н и к А л е к се й

У т к и н . О н позн ак о м и л ся с П о л еж аев ы м

ещ ё в ги м н ази ческом пан си о н е. В поэме «Э р п ел и » П о л е ­
ж аев всп ом и н ал ш кольного товарищ а, его смелы й дар ж и в о ­
писца.
Главное в портрете — больш ие чёрны е гл аза. В згл я д П о л е ­
ж а е в а п ечален , зад ум чив и п р я м . В и д н о , что он за д ум ал ся гл у ­
боко, что м ы сли его невеселы , но видно т ак ж е, что и спы тан и я
не заставят его дум ать и п оступ ать против свои х уб е ж д е н и й .
И ещ ё: поэт на портрете изображ ён в солдатской о деж д е. Это
ср а з у н апом инало читателям и о судьбе П о л е ж а е в а , и об их
ж естоком врем ени.
Х у д о ж н и к У т к и н свёл П о л еж а е в а со своим пр и ятел ем ,
поэтом С о к о л о в ск и м . С о к о ло в ск и й сочи нял дерзкие п есн и , в ко­
торы х Еы смеивал царя и его п р и б л и ж ён н ы х и призы вал ск и н уть
в сех царей с престола. У Соколовского .со би р ал и сь лю ди, ко­
торым было невм оготу вы носить ж естокость и несправед ливость
своего врем ени. Они р а ссу ж д а л и о том, как изменить порядки
в Р о сси и , и пели сочинённы е хозяином песн и .
118

С о к о л о в ск и й , У т к и н и и х товарищ и восторж енно встретили
П о л е ж а е в а . О ни хорош о знали его сти хи и давно считали поэта
своим другом и еди н ом ы ш лен н и к ом .

«ЛИТЕРАТУРНЫЕ МЕЧТАНИЯ»
Н езадолго до возвращ ен и я П о л еж а е в а с К а в к а з а из М о ск о в ­
ского ун и вер си тета был и склю чён студ ент В и с са р и о н Б е л и н ­
ск и й . О н пострадал за то, что н ап и сал д р ам у под названием
«Д м и три й К а л и н и н » .
— К то дал право одним лю дям порабощ ать д р у г и х , отни­
мать у н и х свящ енное сокровищ е — свободу? — сп р аш и в ал мо­
лодой автор.
Н ач ал ьст в о объявило сочинение о п асн ы м , Б е л и н с к о м у гро­
зили ссы лкой в С и б и р ь. В конце концов его объявили не­
способны м к учен и ю и прогнали из ун и в ер си тета.
Б ел и н ск и й

был

зем ляком

П о л еж а е в а :

он

тож е

п р и ехал

в М о ск в у из П ен зен ск о й губ ер н и и . С детства Б е л и н ск и й п о р а ж а л
в сех серьёзностью : он ж ад н о читал книги и всегда имел своё
су ж д е н и е о прочи тан н ом .
Б е л и н ск и й был беден и ж и л в университете на казённы й
счёт. О н стал студентом , когда П о л еж а е в у ж е воевал на К а в к а з е .
В ц ар ствование Н и к о л ая П ервого все студ ен чески е вольности
были ун и ч т о ж ен ы . Ц ар ь пр и к азал завести в университете та­
кие ж е п о р яд к и , как в военны х у ч и л и щ а х . Со студентам и
об р ащ ал и сь гр убо, за м алей ш ие провинности и х н аказы вал и .
Ч тобы ж ить безопасно, надо было ходить со см и ренны м видом,
всем к л ан я т ь ся , всем льстить, д аж е у р я д н и к у , которы й следил
за порядком в к о м н ат ах, а В и ссар и о н Б ел и н ск и й был человек
со свободной д у ш о й . К о гд а п р и ход и лось к л ан яться том у, кого
он считал недостойны м своего поклон а, когда пр и хо д и л о сь м ол­
чать в ответ на н есп равед ли в ость, Б ел и н ск о м у казал о сь , что
он соверш ает подлость.
119

Б ел и н ск и й , как и П о л е ж а е в , вы ш е всего ценил свободу
в м ы сл ях и п о ст у п к а х — поэтом у и судьбы и х п о-своем у с х о ж и .
В стране, где царит деспотизм , лю дей со свободной, смелой
душ ой всегда ж дёт нелёгкая у ч аст ь.
Б ел и н ск и й собрал вокр уг себя товари щ ей -студен тов, кото­
рые сходно с ним дум али и чувствов али . Свой к р у ж о к Б ел и н ск и й
и его товарищ и назвали «Л и тер атур н ое общ ество 11-го н ум е­
ра» — по ном еру ком наты , в которой ж и л Б е л и н ск и й . В «О б­
щ естве 11-го нум ера» и в самом деле много говорили о л и тер ату­
ре, п ереп и сы вал и и о б су ж д ал и запрещ ённы е сти хи декабристов,
П у ш к и н а , П о л еж а е в а . Т ов ар и щ и уговари вал и Б ел и н ск о го са ­
мого н аписать д р ам у и вы сказать в ней то, что и х волновало.
Героем своей драм ы

«Д м и три й К ал и н и н »

Б ел и н ск и й сделал

крепостного человека. К р еп остн ой человек, раб говорил о праве
в сех людей быть свободны м и, и это придавало ю н о ш еск о м у,
неопы тном у произведению больш ую си л у .
П о сл е и згнания из ун и верси тета Б ел и н ск и й с трудом зар а­
баты вал себе на хлеб. О н давал у р о к и , переводил зам етки из
и н о стр ан н ы х ж у р н а л о в , пи сал небольш ие отзывы на новые к н и ­
ги. Н о в этом невы соком человеке со впалой грудью и бледны м,
болезненны м лицом ж и л а неутом им ая мощ ь н астоящ его бойца.
В с я к у ю м и н у т у , которая оставалась у него от неинтересной
работы ради заработка, Б ел и н ск и й был занят больш ой статьёй;
в ней он разм ы ш л ял о прош лом и настоящ ем р у сск о й лите­
р ат у р ы . Статья назы валась — «Л и тер атур н ы е м е ч т а н и я » . К огда
она была н ап ечатан а, Б ел и н ск и й ср азу стал знам енит. Н е всем
статья п р и ш л ась по в к у су , но все и зум л я л и сь свеж ести и сам о ­
стоятельности её м ы слей, силе её слога. С ам П у ш к и н обратил
вним ание на молодого критика и говорил, что хотел бы сотруд­
ничать с ним . А для тогдаш ней м олодёж и Б е л и н ск и й сд елал ся
героем .
В « Л и т ер ат у р н ы х м ечтан и ях» Б ел и н ск и й назвал в ряду
л у ч ш и х р у сс к и х поэтов П о л еж а е в а . О н п и сал , что П о л еж а е в —
зам ечательны й талант, что ст и хи , в которы х поэт рассказы вает
120

читателям о своей ж и зн и , о своей судьбе, о свои х стр ад ан и ях
и н а д е ж д а х , полны больш ого ч увства, а лю бимое слово поэта —
свобода.
В д уш н ой к азар м е, в тю ремном подвале, в походной палатке
П олеж аев,

сл у ч ал о сь ,

горевал

о том,

что

соврем енники

не

оценят его ст и хи , а до б у д у щ и х читателей они и вовсе не
дойдут. Б ел и н ск и й ж е п и сал , что сти хи П о л еж а е в а стали доброй
и заметной частью русск ой поэзии. С лова Б ел и н ск о го напом и ­
нали поэту, что он не напрасн о ж и вёт на свете. П у с т ь впереди
новые беды, новые бури — надо плыть вперёд, н ад еяться, верить.
Через рассыпанные волны
Катились груды новых воли,
И между них, отваги полный,
Нырял пред буреіі утлый чёлн...
Эти строки П о л еж аев а лю бил Б ел и н ск и й .

ПРЕВРАЩЕНИЯ ПОЛКОВНИКА
П р о ш л о восемь лет с тех пор, как отставной полковник И в ан
П етр ови ч Б и би ков подал царю донос на П о л е ж а е в а . В награду
за усерди е

царь сделал

н азы вали сь

сл у ж а щ и е

Б и би кова

тайной

ж ан д ар м о м .

п оли ц и и ,

которая

Ж а н д а р м ам и
оты скивала

и наказы вала врагов ц ар ск о го строя. Н ач ал ьн и к о м , или «ш е­
ф о м » , ж ан д ар м ов был гр аф Б ен к ен д о р ф , один из сам ы х близких
царю лю дей. Б и би ков был родственником и другом Б ен к ен д о р ­
ф а . О н охотно вы полнял зад ания ш е ф а. О н , н ап р и м ер , стар ал ся
встречаться с П у ш к и н ы м : следил за его поведением , п р и с л у ­
ш и в а л ся к его разговорам , а потом обо всём , что у зн а в а л , до­
кл ады вал Б е н к е н д о р ф у . Н о скоро хлопотли вая ж а н д а р м ск а я
с л у ж б а надоела п о л к о в н и к у . Б и би ков был богат, а тут п олучи л
наследство и стал ещ ё богаче. О н отказался от дол ж н ости и снова
за ж и л бари ном .
121

Лотом 1834 года И в ан П етр о ви ч Б и би ков п оехал по делам
в Р я з а н ск у ю губерн и ю . Здесь у него было им ение: хор ош ая
зем ля и пятьсот д у ш к р еп о стн ы х кр ест ьян . Н а обратном пути
Б иби ков приболел и за д е р ж а л ся в небольш ом городке З а р а й ск е .
Т ем ж е летом в З а р а й ск е ок азал ся полк, в котором сл у ж и л
П о л е ж а е в . Т а к было, заведено: н есколько м есяцев в году полк
кварти ровал в М оск ве и нёс к ар ау л ь н у ю с л у ж б у , а остальное
врем я р асп о л агал ся в н ед ал ьн и х городах и сё л а х .
Б и би ков у зн ал , что рядом с ним ж и вёт чел овек, которого он
погуби л. Т еп ер ь этот человек был не д ерзки й , своевольны й
студ ен т, а знам ениты й поэт. В ся Р о сси я читала его ст и хи . М н о ­
гие читатели знали о тяж ёлой доле поэта, сочувствовал и ему
и прези рали тех, кто был виноват в его н е сч а ст ь я х . Н и к о м у не
было известно, что сочинителем д оноса, погубивш его П о л е ж а е в а ,
был Б и би ков, но доносчи ки всегда боятся, что и х им я будет
откры то.

И ван

П етрови ч

слы л

человеком

образованны м :

он

лю бил ж и в оп и сь и собрал у себя в им ении целую кар ти н н ую
гал ерею , попи сы вал ст и ш к и . И вд р уг, боялся И в а н П етр о в и ч ,
о б н а р у ж и т ся , что такой лю безны й господи н, как он, способен
взять лист бум аги и н аписать о др угом человеке такое, за что
этого человека посадят в тю рьм у или сд адут в солдаты . И ещё
И в а н П етр ови ч д ум ал о б у д ущ ем . О том, что через пятьд есят
или сто лет лю ди всё так ж е буд ут читать сти хи П о л еж а е в а
и ж ал еть его п о губл ен н ую ж и зн ь и что в то врем я никто, конеч­
но, у ж е не станет дер ж ать в тайне стары е п ол и ц ей ск и е бум аги:
детей и внуков И в ан а П етр ови ча будут считать детьми и вн укам и
п редател я. И Б и би ков ж ел ал исправить дело. О н реш ил на гл а­
зах у всех прию ти ть, пр и л аск ать поэта и одноврем енно просить
за него у своего всесильного др уга и родственни ка Б е н к е н д о р ф а .
Это и для буд ущ его хор ош о: да, он, Б и би к ов , первы й сообщ ил
п рави тельству о п р ест у п н ы х ст и х ах П о л еж а е в а , но он ж е первы й
ум ол я л правительство простить поэта.
...И вот П о л е ж а е в , вольно п о д ж ав под себя ноги, у ст р о и л ся
на ш ироком красном диване в гостиной у Б и б и к ов а. П о сты л ая
122

со л д атск ая одеж д а сброш ена в п р и хо ж ей : на П о л еж а е в е — го л у ­
бой хал ат хо зя и н а с буры м куньи м воротником , обут он в до­
м аш ние туф ли без зад н и ка, расш иты е золотой ниткой. П о л еж а е в
п окур и вает т р у б к у , да не сол д атск ую коротенькую н о согр ей к у,
а р о ск о ш н ую — с м ун д ш тук о м до полу и череш невы м ч уб ук ом ;
табак дорогой — сл ад к и й , аром атны й

дым дур м ан и т

гол ову.

Д обры й И ван П етр о в и ч , рослы й и ш и р о к о п леч и й , по-военном у
прям о сидит напротив в к р есл е, р ассп р аш и в а е т поэта о его
ж и зн и , просит читать ст и хи . О н нам ерен вы хлопотать П о л е ­
ж а е в у о тп уск на две недели: эти две недели поэт проведёт
с сем ейством Б и би к ова.
Ж ен а и дети И в ан а П етр ови ча ж и ли в то лето под М оск вой .
И в а н П етрови ч тут ж е сочинил им больш ое п осл ан и е. Н ап и са л
о встрече с П о л еж аев ы м , о молодости поэта, о свидании его
с ц ар ём , о солдатчи н е, да так н ап и сал , словно у сл ы ш а л обо
всём впервы е.
П о л еж а е в см отрел на н еж д анного др уга и не мог сд ерж ать
сл ёзы . Н е потом у он п л ак ал , что всп ом нил свои н есч аст ь я, а по­
том у, что вся к и й раз до слёз р адовался, когда суд ьба сводила
его с добры м человеком .

«МОРЕ СТОНЕТ — ПУТЬ ДАЛЁК»
У т р ен н ее солнце позолотило плотно затян утую ш т о р у. Е к а ­
терина И в ан ов н а, дочь отставного ж ан д ар м ск ого полковника
Б и б и к ов а, быстро оделась и из своей комнаты на верхнем этаж е,
которую назы вала «св ет ёл к ой », сп у ст и л ась в зал. З а огром ­
ным — во всю стен у — окном зала был виден п ар к : вы соко
в я сн ом небе сверк али листвой берёзы , п ер ел и вал ась ш ёлком
а к к ур атн о п о д стр и ж ен н ая трава, пестрели на к л у м б а х красны е
и белые цветы , разбегали сь во все стороны д о р о ж к и , п о сы п ан ­
ные яр к и м ж ёлты м п еск о м . У

окна на треногой п одставке-

мольберте стояла картина ф р ан ц у зск о го х у д о ж н и к а : ночь на
123

море. В ы соки е чёрны е волны р аск ачи ваю т корабль, тревож ны е
тучи м чатся по небу, то и дело ск ры вая тускл ы й к р уг л ун ы ,
по вдали, у самого горизонта, узенькой красноватой полоской
у ж е прорезается рассвет. Е к ат ер и н а И ван овн а у в л е к а л а сь
ж и в оп и сью и перерисовы вала карти н у в свой альбом .
В зале она зад ер ж ал ась у мольберта, потом загл я н ул а в от­
крытый альбом — и п о д у м ал а, что её р и сун ок никуда не годится
В сё она нарисовала точно так, как на к а р т и н е ,— и волны ,
и корабль, и тучи , и р ассвет, но у неё всё н епод ви ж н о, засты ло,
а у ху д о ж н и к а волны грозно взды м аю тся, стар ая сь перевернуть
корабль, тучи н есутся по небу, рассвет разгорается — и от этого
при взгляде па карти н у сердце сж и м ает ся тревогой. Е к ат ер и н а
И ван овн а взд охн ул а — и п ош ла к роялю .
Д ен ь

н ачи н ал ся

уроком

м узы ки .

Е к ат ер и н а

И ван овн а

р азучи вал а сонату Б ет хо в ен а, хотя её во сп и т ат ел ьн и ц а-гу в ер ­
нантка уп р ям о твердила, что великий композитор был великий
страд алец и поэтому его м узы к у в си л ах понять только тот, чьё
сердце испы тало ст р ад ан и я. Н о Е к атер и н е И ван овн е пош ёл
сем над цаты й год, она много читала — и поэтому д у м а л а , что
хорош о знает ж и зн ь . К а ж д о е утро, до завтр ак а, она сад и л ась
к роялю и час или полтора сам а играла со н ат у.
Говори ли , будто композитор хотел передать в м узы ке л ун н у ю
ночь, и Е к ат ер и н а И в ан о в н а, едва начала играть, ср а зу ж е
н ар и совал а в воображ ении горное озеро, бол ьш ую л у н у над
ним , си я ю щ у ю д о р о ж к у на чёрной, слегка тронутой рябью глади
воды. Н о ей вдруг по к азал ось, что карти н а, которую она во­
образи ла, такая ж е н еп од в и ж н ая, как ри сун о к в её альбом е.
Это была не н асто ящ ая л ун н ая ночь, а будто ш в ей ц ар ск и й вид
из к н и ж к и по геогр аф и и .
«О т этого и м узы ка моя х о л о д н а » ,— огорчённо п одум ала
д е в у ш к а.
О н а не стала больш е играть, п одн ялась от рояля и, подойдя
к о к н у, отворила его. И ср азу ж е у сл ы ш ал а гром кое, на разные
гол оса, пение птиц.
124

В зал ш ум н о вбеж ал м ладш ий брат Е катер и н ы И ван овн ы ,
м ал ьчи к лет д есяти .
— П а п а п р и е х а л ,— зак р и чал он п о -ф р а н ц у з с к и .— П р и вёз
с собой то ли у н т ер -о ф и ц ер а, то ли солдата, да такого ст р а н ­
ного!
— Ч ем ж е он странны й? — у л ы б ая сь м а л ьч и к у , сп р оси л а
сестр а.
— У него взгляд орла!
Н еск ол ь к о м и н ут сп у ст я

в зал вош ёл отец,

его голубы е

глаза радостно си ял и . О н почтительно п р и д ер ж и вал за локоть
невы сокого человека в солдатском м ундир е.
— Д руг

м о й ,— торж ественно

проговорил

Б и би ков, — по­

зволь тебе представить А л е к са н д р а И ван ови ча П о л е ж а е в а , н а­
ш его знам енитого поэта.
П о л еж а е в п оклон и лся и пристально посмотрел на Е к а т е ­
рину И в а н о в н у . О на не отвела взгляда. К ак и е гл убоки е, какие
чёрны е глаза у этой девочки, п одум ал П о л еж а е в , и как откры то,
как ясн о она смотрит.
И в ан П етрови ч просил

дочь занять

дорогого

гостя.

Она

отвечала, что на ф ортепьяно играет ны нче д урн о; м ож ет быть,
А л е к с а н д р у И в ан ов и ч у угодно п ознаком иться с её р и сун к ам и .
П о л е ж а е в останови лся у картины . О н ск азал , что и себя видит
пловцом в бурном м оре: волны к репчаю т, и ветер всё си льнее,
и внизу — чёрн ая бездна.

— Всё черное
Свод надзвездный;
Всё страшнее
Воют бездны;
Ветр свистит,
Гром гремит,
Море стонет —
Путь далёк...
Тонет, тонет
Мой челнок!
125

О н снова в згл ян у л на к ар т и н у . В ней всего главн ее, всего
до р о ж е не корабль, не волны , не бы стрые тучи , а эта тонкая
золотая п олоска вдали. З н ачи т — ск оро р а ссв е т . В зойдёт сол н це.
Н аст ан ет новый день. В этой п олоске — н ад е ж д а .
И в ан П етр о ви ч Б и би к ов ск азал , что часто от сам ого челове­
ка зави сит, будет ли его ж и зн ь спокойной и безопасной или
сд елается п о х о ж ей на корабль в грозном м оре.
П о л еж а е в засм ея л ся — он с детства запом нил весёл ую исто­
рию : м уд р ец уго в ар и в ал м оряк а не плыть в м оре, потом у что
там , в м оре, н аш л и свою см ерть м оряковы отец и дед; м оряк ж е
проси л м уд р ец а не л о ж и т ься в постель, потому что у того отец
и дед ум ер ли в собственной п остели . Н ав ер н о, чел овек у с д уш ой
м оряк а су ж д ен о погибнуть в м орской п у чи н е.
— Неизменный
Друг свободы,—
С юных лет
В море бед
Я направил
Быстрый бег
И оставил
Мирный брег!
И в ан П етр ови ч ск аз а л , что составил пи сьм о гр а ф у Б е н к е н ­
д о р ф у : если гр аф зам олвит перед ц арём сл овечко, П о л е ж а е в а
произведут в оф иц еры — и он снова свободны й чел овек . Х о р о ­
ш о бы только А л е к са н д р И в ан ов и ч н ап и сал сти хам и что-нибудь
вроде просьбы о пом иловании — гр аф Б ен к ен д о р ф мог бы под­
нести эти сти хи го суд ар ю .
П о л еж а е в св ер к н ул глазам и :
— Я против ц ар я ни в чём не виноват! — и повторил корот­
ко: — Н и в чём!
Е к ат ер и н а И в ан ов н а п о д у м ал а:
« У него взгляд о р л а !..»

ЗОЛОТАЯ ПОЛОСКА

Н и к огд а не было П о л е ж а е в у так хорош о. О н ж и л среди
д о б р ы х, заботливы х лю дей. Эти лю ди ст ар а л и сь , чтобы поэт
забыл свои н есч аст ь я, чтобы в д уш е его п осели ли сь радость
и н ад еж д а.
Д н и проход и ли в и н тер есн ы х бесед ах, в зан я ти я х поэзией,
м узы к ой , ж и в оп и сью .
П о л еж аев много р асск азы в ал о себе, о К а в к а з е , о п о ход ах
и б о ях, в которы х ем у п р и ш л ось участ вовать. О н никогда не
р а сск азы в ал , как трудно п робираться в тум ане по узкой горной
тропе, как страш но ж дать вы стрела из-за каж дого кам н я , как
тя ж ело терять в бою товарищ ей и убивать са м о м у . Он просто
в сп ом и н ал сам ы е обы кновенны е пр о и сш естви я недавней войны ,
а сл у ш ат ел я м его казал о сь, будто они видят сол дата, осторож но
пробую щ его ногой п ови сш и й над пропастью кам ень дороги,
ж ёлтую

в сп ы ш к у

вы стрела

на

одинокой ,

безлю дной

ск ал е,

воина с р у ж ь ём в р у к а х , у п ав ш его под серой крепостной стеной,
печально п л ы вущ и е над ним облак а.
П оэт не говорил о своём детстве, о диком барстве, ж е ст о ­
кости господ и бесправии рабов. О своей ю ности, погубленной
сол датчи ной. О л ед ян ы х гл азах ц ар я . О свисте ш п и ц р утен ов
вдоль «зелёной у л и ц ы » , от которого холодеет кровь. О дол гих
н о чах в тю ремном п одзем елье, где лиш ь стоны зам уч ен н ы х
у зн и к ов , звон ц епей да кры си ны й п и ск н ар уш аю т м рач н ую
т и ш и н у. О н п о н и м ал, что добрые лю ди, его п р и л а ск а в ш и е , и не
ведаю т, что есть на свете та ж ест о к ая ж и зн ь , которая была его
обы чной ж и зн ь ю , и ем у было ж ал ь см у щ ат ь спокойстви е и р а­
дость этих лю дей.
О собенно п о д р у ж и л ся П о л еж аев с юной Е катер и н ой И в а н о в ­
ной. О п а видела, что П о л еж а е в не дорож и т ж и зн ь ю , и ей хоте­
л ось, чтобы ж и зн ь снова приобрела для него ц е н у . Д е в у ш к е
к а зал о сь , что её верная д р у ж б а пом ож ет поэту сп р ав и ться
с бедам и, сп асёт его. И П о л е ж а е в у передал ось возвы ш енное
127

чувство д ев у ш к и . В ст и х а х к ней он сравни вал себя с и зм уч ен ­
ным бурям и пловцом , который вдруг увидел, что над его головой
откры вается чистое, голубое небо. О н п и сал , что снова полю бил
ж и зн ь , потому что в ж и зн и теперь появи лась н ад еж д а.
...В светлы е лунны е ночи они катались на лодке по М осквереке. П о л еж аев брался за вёсла. Е к ат ер и н а И ван овн а п робира­
л ась на ко р м у, к р улю . М е ж д у ним и, р асп р ав л я я на скам ье
ш ирокие ю бки, у ст р аи в ал ась гув ер н ан тк а. М а л ь ч и к , брат Е к а ­
терины И ван овн ы , сидел на носу и воображ ал себя капи тан ом .
П о л еж аев делал несколько си льн ы х гребков, лодка долго плы ла
по течению , и в тиш ине слы ш но было, как с подняты х вёсел
тонкой струй к ой стекает вода. Л у н н ы й свет о т р а ж а л ся в реке:
казал о сь, будто за бортом п л ещ у т ся , п о к ачи в ая сь , голубоваты е
осколки л ун ы .
Е к ат ер и н а И ван овн а всп ом н и ла
« Л у н а д р уж елю б н о м о л ч ал а».

строчку

древнего

поэта:

П о л еж а е в ск азал , что перевёл недавно ф р а н ц у зск о е сти хо ­
творение. Оно так и назы вается — «Л ун н ы й св ет ». В ти хую
л ун н у ю ночь над морем п о сл ы ш ал ся в сп л еск . Ч то это? У д ал о й
гребец опусти л в воду весло? И ли пти ц а, низко пролетая, задела
кры лом волну? И л и м орской д у х р азы гр ал ся, п робуж д ён н ы й
светом лун ы ? Н ет, это п ал ач бросил в воду страш н ы й м еш ок —
ж есток и й влады ка при к азал утопить свою непокорную рабы ню .
С ам ы е т я ж к и е беды — те, которы х не ж д ё ш ь , которые обр у­
ш и ваю тся на человека посреди м ирной, счастливой ж и зн и .
К о гд а лун а д р уж елю б н о молчит.
С ер ебр я н ая л и л и я -к у в ш и н к а светилась на чёрной п о в ер х­
ности воды. П о л еж аев резко п ер егн у л ся через борт. Е к а т ер и н а
И в ан ов н а в ск р и к н у л а, но он у ж е протягивал ей сорванны й
цветок.
— Не т р евож ьтесь, я теперь ж и ть х о ч у . А пока вы рядом,
ничего не м ож ет произойти дурн ого.
...Д н и летели бы стро.
И в ан П етрович Б и би ков бессильно разводил р у к а м и : П о л е ­
128

ж аев отпущ ен всего на две недели — ровно в срок поэт дол ж ен
снова быть в п о л к у .
В п р о ч ем , у сп о к аи в ал Б и би к ов , он очень надеется на письм о
к гр аф у

Бенкендорф у. Ц арь

в ел и код уш ен : он, конечно, по­

м илует п о эт а...
Н аст ал о утро — Е к ат ер и н а И в ан ов н а, как обы чно, с п у с т и ­
лась из «светёлки» в зал, и необы кновенная пустота вок р уг,
которую она никогда не испы ты вала п р еж д е, напом нила ей, что
н ак ан ун е вечером П о л еж а е в у е х а л . З ал , и без того больш ой,
п о к азал ся ей ещ ё больш е, и удивительно просторны м пок азал ся
ей сад за окном , залиты й светом неяркого пасм ур н о го у т р а ;
н епод виж ны е деревья, красн ы е и белые цветы будто отод вину­
лись вдаль, ж ёлты е п есчаны е д ор ож ки убегал и куда-то в не­
ведомые к р ая . Е к ат ер и н а И ван овн а вд руг почувствовал а, как
велик мир и какие огромны е р асстоя н и я разделяю т в нём
лю дей.
Д е в у ш к а привы чно подош ла к м ольберту. В м есто старинной
картины на нём стоял теперь н арисованны й Е к атер и н ой И в а ­
новной портрет П о л еж а е в а . О н а изобразила поэта в м и н уту
вд охновения. О рли н ы й взгляд его устрем л ён вдаль. В руке он
д ер ж и т перо, занося на лист бум аги только что рож дённы е сти ­
хи . Н а поэте — м ундир солдата.
П о д портретом П о л еж аев н ап и сал ш есть строк:
Судьба меня в младенчестве убила!
Не знал я жизни тридцать лет,
Но ваша кисть мне вдруг проговорила:
«Восстань из тьмы, живи, поэт!»
И расцвела холодная могила,
И я опять увидел свет...
Б ы л час м узы кальн ого у р о к а. Е к атер и н а И ван овн а играла
сонату Б ет хо в ен а, и в её пам яти вставала м едлительная р ека,
к а ч н у в ш ая ся лодка, цветок к у в ш и н к и , горячий взгляд чел овек а,
которого она неведомо когда ещ ё увиди т — да и увиди т л и ? ..

«О ГРУСТНО МНЕ!:.»

П о л еж а е в в полк не в ер н у л ся .
В дом Б и би к ов ы х яви лся ф ельд ф ебель, назначенны й оты ски­
вать беглеца.
И в ан П етр ови ч очень р ассе р д и л ся . О н вы просил П о л еж а е в а
из полка под свою ответственность и теперь счи тал , что поэт
его опозорил.
А

у П о л еж а е в а просто недостало сил после д в у х недель

счастья ср азу возвратиться в к а з ар м у , в мир неволи, ком анд
и ругательств.
Грустно видеть бездну чёрную
После неба и цветов...
П р о ст у п о к П о л еж а е в а оставили без н ак аза н и я , потом у что
иначе

о к азал ся

бы

виноват и п олковник

Б и б и к ов,

который

п о р уч и л ся за поэта.
Н о в это ж е время в р ук и к И в а н у П ет р о в и ч у попало новое
сти хотворение П о л еж а е в а — «Ч ёр н ы е гл а з а » . О но н ачи н ал ось
так:
О грустно мне!.. Вся жизнь моя — гроза!
Это были сти хи о лю бви. Л ю бовь пом огла поэту забыть
п р е ж н и е ст р ад ан и я, но п р и н есл а неизм ерим о больш ие: он ни­
когда не см о ж ет быть вместе с той, которую лю бит.
Б и би ков п он ял , что сти хотворение п освящ ен о его дочери.
П о н я л и это и все остальны е, кто знал П о л еж а е в а и Е к а т ер и н у
И в а н о в н у . П о л к ов н и к был страш но разгн еван . М ы сл ь , что поэтб у н товщ и к, сосл ан н ы й ц арём в солдаты , д а ж е в м ечтах мог
поставить себя рядом с его, Б и б и к о в а, дочерью , приводила
полковн и ка в негодование. О н винил себя в том, что обл аскал
П о л е ж а е в а . Д о н о сч и к , виноваты й во всех н есч а ст ь я х поэта, он
теперь его ж е считал н еблагодарны м . Л у ч ш е п усть лю ди узн аю т,
что он донёс на П о л еж а е в а , чем о любви П о л еж а е в а к Е к атер и н е
130

И в ан ов н е. Т а к д у м ал отставной ж а н д а р м . И ^то с к а ж у т в б у ­
д у щ е м , стало ем у теперь тож е неинтересно.

;

И в а н П ет р о в и ч объ явил, что сти хи П о л еж а е в а у ж а с н ы , что
сам он — д ур н ой , неблагодарны й человек , что двери и х дома
навсегда закры ты для поэта.
Т а к полковн и к Б и би ков второй раз предал П о л е ж а е в а .
И друзья — злодеи скрытные —
Злобно предали меня! —
пи сал поэт.
Н а д у ш е у него было т я ж ел о . Т е , ком у он поверил как
д р узья м , о к азал и сь в р агам и ; н аст о я щ и х друзей он тож е по­
терял.
З нойны м летом 1834 года в М оск ве часто сл у ч а л и сь п о ж а ­
ры ; едкий за п а х ды м а висел над городом, возд ух был н епро­
зрачен.
В то лето были арестованы Г ер ц ен и О гар ёв , У т к и н и С о к о л о зск и й , а с ним и товари щ и , которые у н их соби р ал и сь.
И х подним али ночью . П о л и ц ей ск и е ры лись в и х к н и г а х ,
бум агах, ри сун ках.
В с я к а я кн и га, в ся к ая зап и сь в тетради объ являлась подозри­
тельной, п р ест у п н о й .
К а р е т у , в которой увозили арестованного, о к р у ж а л и солдаты ,
конны е к азак и .
Л ю д и , п ер еж и в ш и е 14 д екабря 1825 года, в те дни говорили
ю н о ш ам , студ ен там :
— Н аст ал ваш черёд.
Ч ер е з

несколько

м есяц ев

был объявлен

приговор:

поэта

С околовского и старого п о л еж аев ск ого п ри ятеля х у д о ж н и к а
У т к и н а посадили в кр еп ость, Г ер ц ен а и О гар ёва сосл али в от­
далённы е города.
М о ск в а оп устел а для П о л еж а е в а .
П оэт тосковал: только п о д р у ж и л ся он с н ад еж д о й , поверил,
что полоска на горизонте зап ол ы хает рассветом , как снова тьма
131

сгуст и л ась

вок р уг,

снова

со м к н у л и сь

над

головой

м рачны е

грозовы е тучи .
И оттого, что была н ад еж д а, были счастл и вы е дн и , ночь
теперь к азал ась ещ ё темнее, ещ ё беспросветнее:
Грустно видеть бс.тдну чёрную
После неба н цветов,
Но грустнее жизнь позорную
Убивать среди рабов.

«ЧТО Ж Б У Д Е Т П А М Я Т Ь Ю

П О Э Т А ?»

А л е к с а нд р Полежаев

ДОЖДИ
говорил:
— К чем у к и сн уть и
этим горю не п о м ож еш ь.

ходить

с

гр устной

ф изионом ией:

И многие лю ди, которые встречали сь с поэтом, считали его
весёлы м человеком .
Л и ш ь те, кто хорош о знал П о л е ж а е в а , зам ечал и , что в его
гл азах всегда таится тоска.
В русск ой п есн е, которую сочинил П о л е ж а е в , были такие
строчки:
Соловой мой, соловей,
Ты от бури п дождей,
Ты от пасмурных небес
Улетел в дремучий лес.
Ты не свищешь, не поёшь —
Солнца ясного ты ждёшь!
Н о солнце я сн ое не всход и ло.
П оп ы тки

освободить поэта

от солдатчины

зак ан ч и вал и сь

н еуд ачей . К огда полковник Б иби ков сочи нял письм о н ачал ьн и ­
к у ж ан д ар м ов с просьбой помочь П о л е ж а е в у , он, наверно, не
п о д у м ал , что, кроме него, были др угие д оносчи ки. А в папке
у ш еф а ж ан д ар м ов Б ен к ен д о р ф а л еж ал а тетрадь — и в
133

ней

вы пи сан н ы е д р уги м

доносчи ком

строчки

сти хов

П олеж аева,

в которы х поэт беспощ ад но о су ж д ал ц ар я, воспевал свободу. Н а
всякое прош ен и е сделать П о л еж а е в а оф ицером следовал ц ар ­
ск и й ответ: «П о в р ем ен и т ь ».
С т и хо в П о л еж а е в а почти не п ечатал и . Ц е н з у р а сд елал ась
ещ ё

ст р о ж е, чем п р еж д е, и чуть

не в к аж д ой

его строчке

у см ат р и в ал а что-нибудь недозволенное. О н составил несколько
сборни ков сво и х сочи нени й — и ни один не было разреш ено
издать.
Но серое п асм ур н о е небо нависло не только над П о л еж а е в ы м .
В с я Р о сси я как будто забыла о ясн ом солнце. И "это печалило
П о л еж а е в а больш е всего. О н горевал, что «притеснители тор­
ж ест в у ю т на з ем л е!».
П о л еж а е в теперь часто проводил вечера в д уш н о м , битком
набитом тракти р е. О н у го щ ал вином своих товари щ ей -солд ат,
т ак и х ж е н есч аст н ы х, как он сам , и, ст ар а я сь п ерекричать
ш у м , читал им ст и хи . Е м у хотелось хоть на несколько часов
забыть про бесконечны е несчастья и обиды. Н о когда хм ель
п р о ход и л , на д уш е становилось ещ ё х у ж е .
П о л еж а е в никогда не ж ал о в ал ся на свою долю , д е р ж а л ся
бодро, д аж е весело, но в ст и х ах поэт не м ож ет скры ть свои
н астоящ и е ч ув ст в а, в с т и х а х он обязательно и ск р ен ен . И сти хи
П о л е ж а е в а вы давали его отчаяние:
Перестаньте же без умолку идти,
Проливные, безотрадные дожди!
Дайте вёдру, дайте солнцу проглянуть!
Дайте сердцу после горя отдохнуть!

«ВЕНОК ПОБЕДНЫЙ»
В п о сл ед н и х ч и сл а х я н в ар я 1837 года на Р о сси ю о б р у ш и ­
лось великое горе — ум ер П у ш к и н .
О н был убит на поединке п р и ехав ш и м
134

из ч у ж и х

краёв

оф иц ером Д ан т есо м , но все п он и м али , что за спиной Д ан т еса
стояли те, кто сделал невы носим ой ж и зн ь великого п о э т а ,—
ц ар ь, его п р и б л и ж ен н ы е, Б ен к ен д о р ф , ж ан д ар м ы .
О н и постоянно следили за П у ш к и н ы м , стесняли его свободу,
зап р ещ ал и ем у печатать м ногие прои звед ен и я, вм еш и вал и сь
в его сем ей н ую ж и зн ь .
С м ерть П у ш к и н а п о к азал а, что он был н астоящ и й народны й
поэт. Т ы ся ч и лю дей п р и ш л и к его д о м у, чтобы проститься
с ним — и это были не вел ьм о ж и , а лю ди простого зван и я, оде­
тые в м у ж и ц к и е т у л у п ы , потёртые ш и н ел и ш к и , а то и просто
в л охм о тья . М н оги е п л ак ал и , стар ал и сь зад ер ж ат ь ся у гроба,
чтобы всм отреться в лицо поэта.
«Н ар о д п ри ходи л к П у ш к и н у толпам и , а знать не отдала
последней почести р у сск о м у г е н и ю » ,— п и сал в эти дни один из
друзей поэта.
В л аст и н а п у га л и сь . П осл ед о вал п р и к аз, как м ож но м ень­
ше говорить и п и сать о гибели П у ш к и н а и п охоронить его
втайне.
К огда в одной из газет про см ерть П у ш к и н а было н ап еча­
тано:

«С олн ц е наш ей поэзии за к ат и л о сь !» , а известие о его

кончине взято в чёр н ую р а м к у , начальство сделало редактору
строгий вы говор. Р а м к а по лагал ась лиш ь важ н ы м ч и н овн и кам ,
а П у ш к и н имел чин м ал ен ьк и й , да и тот был ем у в тягость,
назвать ж е человек а, которы й только и делал, что «писал ст и ш ­
к и » , солнцем власти сочли соверш енно н еп р и л и чн ы м .
Но

нельзя

было

запретить

н ароду

дум ать

по -своем у

об

убийстве П у ш к и н а . Е щ ё лю ди со всех концов города стекал и сь
к дом у на н абереж н ой М ой к и , где была п осл ед н яя кварти ра
П у ш к и н а , ещ ё гроб его, о к р у ж ён н ы й ж ан д ар м а м и , не вы несли
скры тно, ночью , без п огребальн ы х ф ак ел ов , не заверн ул и в ро­
г о ж у , не п огрузи ли в сан и , не у м ч ал и в уп р ят ан н ы й за сн е га ­
ми С в я тогор ск и й м онасты рь, а по р ук ам у ж е ходило сотни раз
п ер еп и сан н о е, ты сячи раз затверж енное н аи зусть сти хотворе­
ние — «См ерть П о э т а » :
135

Погиб Поэт! — невольник чести —
Пал, оклеветанный молвой,
С свинцом в груди и жаждой мости.
Поникнув гордой Г О Л ( Ж " Й ! . .
С ти хотворен и е н ап и сал ещ ё мало кому известны й поэт —
М и х а и л Ю р ьев и ч Л ерм он тов. О н сл у ж и л оф ицером в гусар ск о м
п о л к у . О н был молод, сти хи писал с детства, но не спеш и л
р асп р остр ан я ть и печатать и х . См ерть П у ш к и н а потрясла мо­
лодого поэта. «Сильное негодование в сп ы хн у л о во м н е » ,—
расск азы в ал он. Л ерм онтов знал, как преследовало П у ш к и н а
вы сш ее общ ество. С ер д ц е, совесть, долг поэта звали его ответить
на убийство народного ген и я, р у сск о й славы . Г ер ц ен говорил,
что пистолетны й вы стрел, у би вш и й П у ш к и н а , п робудил д у ш у
Л ер м о н т ов а. В п осл ед н и х стр о ч к ах сти хотвор ен и я, сочи нённы х
ср а зу после похорон П у ш к и н а , Л ерм онтов прям о назвал тех,
кого народ считал уби й ц ам и великого поэта:
Вы, жадною толпой стоящие у трона,
Свободы, Гения и Славы палачи!
Р азгн еван н ы й

царь

п р и к азал

отправить

Л ерм онтова

на

К а в к а з , туда, где недавно воевал П о л еж а е в . Т ам с новой силой
р азгор ал ась война с горц ам и . И молодой поэт мог легко по­
гибнуть в б о ю ...
А в М оскве П о л еж аев тож е сочи нил сти хи на смерть П у ш ­
ки н а. О н назвал П у ш к и н а лучезарн ой звездой, взош едш ей над
Р о сси ей , народной гордостью и н адеж дой . О н п и сал , что П у ш к и н
в н у ш ал н ар од у вы сокие м ы сли , учи л народ вы раж ать эти
м ы сли п р ек р асн ы м , гордым язы ком .
Где же ты, поэт народный,
Величавый, благородный,
Как широкий океан;
И могучий и свободный,
Как суровый ураган? —
136

сп р аш и в ал в стихотворении П о л еж а е в . И отвечал: убить П у ш ­
кина невозм ож но — после см ерти великого поэта его поэзия
расц ветает новой ж и зн ь ю .
П о л еж а е в горячо п ринял сти хотворение Л ерм он това «См ерть
П о э т а » . Н е назы вая им ени, он посвятил несколько строк том у,
кто п р и ш ёл в р у сск о й поэзии на см ен у П у ш к и н у :
Поэзия грустит над урною твоей,—
Неведомый поэт, но юный, славы жадный,
О Пушкин! преклонил колено перед ней...
...С п у с т я годы Герц ен составит страш ны й сп и сок : он на­
зовёт им ена зам ечательн ы х поэтов, п огубл ен н ы х са м о д е р ж а ­
вием . Е ст ь в этом сп и ск е Р ы л еев, П у ш к и н , П о л е ж а е в , Л е р ­
монтов. Н аст о я щ и е поэты , одарённы е откры тым сердцем и чут­
кой совестью , особенно остро п ер еж и в аю т неволю , ж есток о сть ,
несп р авед ли в ость, они сильнее всех сочувствую т народном у
горю . И м трудно ж и ть в стране, где царит сам овл астье, трудно
у ж и в ат ь ся с вл ад ы к ам и . Н о борьба, которую поэты ведут
с ц ар ям и , всегда зак ан ч и вается победой поэтов. Ц а р и убиваю т
их,

но

невозм ож но

убить

поэзию .

Р ы л еев,

Пуш кин,

П оле­

ж а е в , Л ерм онтов вечно ж и вы в сердце народа и народной
п ам яти .
И , п р ед ч у в ст в у я это, П о л еж а е в пи сал в сти хотворении на
см ерть П у ш к и н а :
Пир унылый и последний
Он окончил на земле;
Но, бесчувственный и бледный,
Носит он венок победный
На возвышенном челе.
О, взгляните, как свободно
Это гордое чело!
Как оно в толпе народной
Величаво, благородно,
Будто жизнью расцвело!

«ПРОСТИТЕ НАВСЕГДА»

Д н и П о л еж а е в а были сочтены . Н ев о л я , бесконечны е не­
сч а ст ь я , долгие годы солдатчи ны , вино р азр уш и л и здоровье
поэта. Ч а х о т к а , которой он заболел в тю ремном подзем елье,
у си л и л а сь .
Но горе мне с другой находкой:
Я ознакомился с чахоткой,
И в ней, как кажется, сгнию!..—
п и сал поэт.
...Удушьем, кашлем — как змея,
Впилась, проклятая, в меня;
Лежит на сердце, мучит, гложет
Поэта в мрачной тишине
И злым предчувствием тревожит
Его в бреду и в тяжком сне...
П о л еж а е в не хотел ум и р ать, но и не боялся см ерти . «Ж и зн ь
страш н ее ста с м е р т е й » ,— говорил он о своей ж и зн и .
И чем м еньш е оставалось ж и т ь , тем м учи тельнее была не­
воля. Горьк о было ум и рать рабом . Х о т ел о сь сбросить опосты лев­
ш ий зелёный с красн ы м воротом м ун д и р , хоть немногие остав­
ш и е ся дни походить по земле свободны м человеком — не
вы страи вая к а ж д у ю о т п ущ ен н у ю ещ ё м и н уту по заведённом у
р а сп о р я д к у , не сл у ш а я сь ком анд, не вы тягиваясь в ст р у н к у
перед всяки м встречны м чином . Х о т ел о сь постоять над синей
п р охлад н ой рекой, побродить по л есу , с л у ш а я , как ш у р ш а т под
ногам и первы е ж ёлты е л и стья, как птицы , п р ед ч увствуя ск орую
зи м у, громко и печально пою т в п ор ед евш и х ветвях.
С ам не зная зачем , п о в и н у я сь только ч ув ст в у , П о л еж а е в
опять без сп р о су оставил полк, продал солдатски й м ун ди р , но не
пош ёл ни в л ес, ни на р ечк у — к у п и л вина и стар ал ся им за­
гл уш и ть т о ск у .
Н ач ал ьств о на этот раз реш ило не ц ерем ониться с П ол е138

ж аевы м и наказать его розгам и. П оэта при вязал и к низкой дере­
вянной ск ам ье, до бл еска вы тертой теми, кого на ней н аказы ­
вали п р еж д е. В бочке с п р о т ухш ей водой мокли розги. Д ва
у гр ю м ы х солдата молча п р и н я л и сь за привы чное дело. П р у т ь я
были о сен н и е, не ги бкие. О н и л ом ал и сь, и солдаты , вы бирая из
бочки,

связы вали

новый

пучок.

П о сл е

н ак азан и я

полковой

ф ел ьд ш ер долго вы таскивал из спи ны П о л еж а е в а занозы .
Н ак азан и е не ун и зи ло П о л еж а е в а . О н был солдат, и его
н аказали как солдата. С кол ько ;видел он на своём веку битых
и забиты х насм ерть товари щ ей . Н а с т а л а его очередь. У него х в а ­
тило си л, не проронив стона, вы держ ать побои, но сил оставаться
рабом больш е іне б ы л о ...
О сен ью 1837 года П о л еж а е в в ж естокой чахотке был достав­
лен в М о ск о в ск и й военный госп и тал ь.
Е сл и ем у становилось п олегче, он вставал с ж ёстк ой солдат­
ской койки и, с трудом ‘пер естав л яя ноги, брёл к о к н у. У ж е
вы пал снег, двор за окном был белы й, из гл уб о к и х сугробов
торчали тонкие стволы рябин. Н а к о н ц ах обл етевш и х ветвей
кр асн ел и гр оздья. П р и летал и птицы клевать я го д у . Т я ж ё л а я
ворона н и к ак не м огла у ц еп и т ь ся за тонкую веточку — обла­
м ы вая её, ср ы в ал ась , сердито к ар к ал а, м еж д у тем как ловкие
дрозды так и стри гли клю вом ягод ы . С н ег вокруг дерева был
у се я н красн ы м и кап л ям и у п а в ш и х р ябинок. П о л е ж а е в знал, что
не только новы х ягод не уви д и т, но и до новы х листьев не до­
ж и вёт.
Взойдёт она, взойдёт, как прежде,
Заутра ранняя звезда,
Проснётся неба красота,—
Но я, я небу и надежде
Скажу: «Простите навсегда!»
Взгляну с улыбкою печальной
На этот мир, на этот дом,
Где я был с счастьем незнаком,
Где я, как факел погребальный,
Горел в безмолвии ночном...
139

...Ц а р ь р еш и л, что настала пора простить П о л е ж а е в а . Он
п о ж ал овал ем у сам ы й первы й о ф и ц ер ск и й цин п р а п о р щ и к а .
П р и к аз п ер еп и сал и в к ан ц ел я р и и , посы льны й полож и л его
в с у м к у и повёз из П ет ер бу р га по назн ачен и ю . Ш т а б дивизии
стоял в городе К а л у г е , там п ри к аз занесли в н уж н ы е книги,
опять п ереп и сали и послали у ж е со своим гонцом в ш таб п олка.
К а н ц е л я р ск и е сл у ж и т ел и в установленном порядке оф орм или
бум аги и д о ж и д ал и сь удобного сл у ч а я , чтобы сообщ ить о про­
изводстве в оф и ц ер ск и й чин н а хо д я щ ем у ся на излечении в гос­
питале П о л е ж а е в у . А

в кан ц ел я р и и госп и тал я готовили для

отправки в ш таб полка д р угую б у м агу — о том, что 16 числа
генваря 1838 года П о л еж а е в «волею бож иею п о м р е ».
Н еск ол ь к о со сл у ж и в ц е в , н азн ачен н ы х проводить П о л еж а е в а
в последний путь, наш ли в госпи тальном подвале его тело и об­
рядили в наскоро сш иты й о ф и ц ер ск и й м ун д и р , которого при
ж и зн и он никогда не носил. Е го м огила, н и как не отм еченная,
тут ж е затер ялась среди д р уги х безы м янны х могил т ак и х ж е
од и н оки х, ни ком у не н у ж н ы х бедняков.
И нет ни камня, ни креста,
Ни огородного шеста
Над гробом узника...

«ВОТ ПАМЯТЬ ДОБРЫХ...»
П у ш к и н говорил, что поэт — хочет того или нет — всегда
р ассказы вает о себе в свои х ст и х а х .
О н м ож ет ум олчать о вн еш н и х обстоятельствах своей ж и зн и ,
но неизбеж но откры вает лю дям то, что его тревож и т, печал и т,
радует.
Б ез этого не бывает настоящ ей поэзии.
П о л еж а е в поведал в ст и х ах о себе и своём врем ени. Л ю д и не
узн ал и или позабы ли многие подробности его ж и зн и , но сти хи
донесли до потомков — тех, кто я в и л ся на свет после П о л е ­
140

ж а е в а ,— его д ум ы , ч увства, его отнош ение к собы тиям , которы х
он был свидетелем или уч аст н и к о м .
П отом к ам сд елал ся ясен образ талантливого поэта, его вн ут­
ренний мир.
П о л еж а е в п он и м ал, что не по м ун д и р у будут судить о нём
завтр аш н и е читатели. И м безразличны его чин и звание. О н
поним ал т а к ж е, что потомки не осудят его за «грехи» — за его
п р о ст у п к и .
О н ш у т и л , что человек несёт свои грехи «на другой св ет »,
как

крестьян и н

несёт

заработанную

им

подать — оброк —

к своем у го сп о д и н у. О н верил, что только сти хи п е р е ж и в ут его
и о стан утся н у ж н ы , дороги и понятны в буд ущ ем светлом и сп р а ­
ведливом м ире.
С этой верой поэт ж и л , творил и у м ер .
Что ж будет памятью поэта?
Мундир?.. Не может быть!.. Грехи?..
Они оброк другого света...
Стихи, друзья мои, стихи!..
...Вы не погибнете с страдальцем:
Увидит чтец иной под пальцем
В моих тетрадках А и П,
Попросит ласковых хозяев
Значенье литер пояснить —
И мне ль бессмертному не быть? —
Ему ответят: « Полежаев...»
При бавят, может быть, что он
Был добрым сердцем одарён,
Умом довольно своенравным,
Страстями; жребием бесславным
Укор и жалость заслужил;
Во цвете лет — без жизни жил,
Без смерти умер в белом свете...
Вот память добрых о поэте!
Ч тобы быть сч астл и в ы м , человек долж ен знать, что ж ивёт
не зр я.
141

П олеж аеву
д остал ась
необы кновенно
т р уд н ая
суд ьб а.
« В ся ж и зн ь моя — гр оза!» — эти слова не сл учай н о вы­
рвал и сь и з-под его п ер а.
И всё ж е , в сп ом и н ая свою гр озн ую , полн ую бед и страданий
ж и зн ь , П о л е ж а е в мог быть счастл и вы м : он оставил посл е себя
на земле п р ек р асн ы й , бесценны й д ар .

ОГЛАВЛЕН И Е

«Но в моих очах природа отуманена, как т е н ь » .......................... 3
«Судьба меня в младенчестве у б и л а .» ..........................................19
«Судить решительно и смело умом своим о всех вещах» . . А5
«Я снова узник и с о л д а т » ...............................................................71
«Какой земли, какой страны герои падшие войны?..» . . .
96
«Счастливец, знаешь ли ты цену смешного счастья твоего?» 115
«Что ж будет памятью п о э т а ? » .................................................... 133

ДЛ Я

М Л А Д

llltro

ВОЗРАСТА

Владимир Ильич Порудоминский
«ВСЯ ЖИЗНЬ МОЯ - ГРОЗА!»
П о се ст ь

ИБ Де 22 ІО
Ответствен иыіі ре да ктор
Я. В . О мел ь к
Художество иный рода ктор
А . Б. Сапрыгина

Н.

Тех иичес кие редакторы
Г М о хов а и Г. Г . Седова
Корректоры
и Ж. Ю.

Л . А . Лазарева

Румянцева

Сдано о набор 02.05.81. Подписано к печати
14.10.81. Формат 6 0 x S 4 !/i6- Пум. тнпогр. № 1.
Шрифт обыкновенный. Печать высокая. Уел.
печ. л. 9,3. Уел. кр.-отт. 11.63. Уч.-изд. л. 6,34 +
+ 8 вкл. = 7,11. Тиран; 100 UUU экэ. Заказ № 3717.
Цена 60 коп. Ордена Трудового Красного Знамени
издательство «Детская литература» Государст­
венного комитета РСФСР по делам издательств,
полиграфии и книжной торговли. Москва, Центр,
М. Черкасский пер., 1. Ордена Трудового Красного
Знамени фабрика «Детская книга» Ns 1 Росглавподпграфпрома
Государственного комитета
РСФСР по долам издательств, полиграфии и книж­
ной торговли. Москва. Сущевский вал. 49.
Отпечатано с фотонолимерных форм «Целлофот»

Порудоминский В.
П 60

« В с я ж и зн ь моя — г р о з а !» : П о в ест ь / О ф о р м л .
Н . П о н о м а р ё в о й .— М .: Д е т . л и т ., 1 9 8 1 .— 143 с .,
ф отоил.
В пер.: 60 к.
Повесть о поэте Александре Ивановиче Полежаеве (1804—1S3S гг.)

70802-516
425-81
И М101(03)81

Р2

Это поэт Полежаев.
Таким нарисовала его
Екатерина Ивановна Бибикова,

А это — дед и бабка будущего поэта:
Николай Еремеевич и Александра Петровна Струйские.

Их портреты замечательно написал
славный художник Рокотов.

Но мальчик Полежаев жил не в барских хоромах.
На литографии того времени
изображена крестьянская изба.
В такой избе и прошло детство поэта.

И

уже Москва, Красная площадь,
торжественное открытие памятника
Минину и Пожарскому.
Когда происходило событие,
запечатлённое на старинной гравюре,
Полежаев учился в московской гимназии.

Л эго —

* Щ

f f s . в .. *

■

| ^

ш Ш

| і
жНІ
і-, ;*■
л> 'V

J ®

Московский университет.
Д. Афанасьев, художник той поры,
нарисовал его только что восстановленным
после пожара 1812 года.
Студент университета Полежаев
сделался известным поэтом.

_

-■ -Ш.
W
'i m s m Шл?
ОЩр. і ■

®

' 'ШѴ
■

Но царь придумал для вольнолюбивого поэта
другой «университет»: сдал его в солдаты.
Художник Васильев изобразил
обучение солдата-новобранца.

В те же дни юные Огарёв и Герцен,
завтрашние друзья Полежаева,
клялись продолжитъ дело декабристов,

отдать жизнь борьбе с самодержавием,
за народное счастье.
Огарёва написал неизвестный портретист,
а Герцена в те же годы художник Алексей Збруев.

1

ж

.1 Ш Щ

і д

На рисунке очевидца —
восстание на Сенатской площади в Петербурге
14 декабря 1825 года. Полежаев не участвовал в восстании,
но ему были близки мысли и настроения декабристов.
За это царь жестоко покарал его.

Самым страшным наказанием
были шпицрутены, «зелёная улица».
Офицер, участник наказания,
нарисовал в своей тетради
эту гибельную «улицу».

Военная служба привела Полежаева на Кавказ.
Многие строки его стихов
рассказывают о нелёгких походах.
Об одном из них напоминает тогдашний рисунок.

Картинка-литография из старой книги
помогает нам увидеть и штурм аула Гимры.

'Ж
!
І- Л

М

•/ іХ X /

X

F&&

Ш &Ш Ж Ц

ГЖаЁ .1
щі ^ Ш

_

/

чЙ
Ч

1

На этой литографии — мирная сцена:
помещичья семья у клавесина.
Наверно, так проводил вечера
на даче у Бибиковых и Полежаев.
Он не знал, что впереди
его ждут новые испытания.

Екатерина Ивановна Бибикова, любовь поэта
Она нарисовала себя сама.

И напоследок — снова портрет Полежаева.
Таким увидел и запечатлел его друг —
художник Уткин.
Читая стихи Полежаева,
размышляя над его судьбой,
вспомните лицо поэта.