/
Author: Шанский Н.М.
Tags: языки мира русский язык русская литература фразеология издательство высшая школа
Year: 1985
Text
Н.М. Шанский
ФРАЗЕОЛОГИЯ
СОВРЕМЕННОГО
РУССКОГО
ЯЗЫКА
Издание третье, исправленное и дополненное
Допущено
Министерством высшего и среднего
специального образования СССР
в качестве учебного пособия
для студентов высших учебных заведений,
обучающихся по специальности
«Русский язык и литература»
Москва „Высшая школа* 1985
ББк 81.2Р-9
Ш21
Рецензент:
кафедра Русского языка филологического факультета Ленинградского госу-
дарственного университета им. А. А. Жданова (зав. кафедрой
проф. В. В. Колесов)
Шанский Н. М.
Ш 21 Фразеология современного русского языка: Учеб,
пособие для вузов по спец. «Русский язык и литера-
тура». — 3-е изд., испр. и доп. — М.: Высш, шк., 1985
160 с.
35 к.
В пособии освещаются все основные вопросы русской фразеологии.
Фразеологизмы рассматриваются с точки зрения их лингвистической
сущности, семантической слитности, лексической структуры, стилистиче-
ских свойств и происхождения. Есть краткое описание важнейших фразео-
логических словарей.
В 3-м издании (2-е в 1969 г.) даны более подробно введение в фразео-
логию и характеристика фразеологических оборотов как языковых едииид
4602010000—059
Ш ----------------- 196—85
001(01)— 85
ББК 81.2Р-9
4Р
© Издательство «Высшая школа», 1985, с изменениями
ПРЕДИСЛОВИЕ
Предлагаемое учебное пособие написано на основе лекций, читанных
автором на филологическом факультете МГУ. В соответствии с вузовской
программой курса «Современный русский язык» в нем освещаются все
наиболее важные вопросы русской фразеологии. Принятое в пособии изло-
жение целиком определяется его научно-методическим характером. С други-
ми точками зрения по тому или иному вопросу, а также иногда с более деталь-
ной разработкой отдельных проблем читателю предлагается ознакомиться
самостоятельно (библиография работ по фразеологии дается в подстрочных
примечаниях и в списке рекомендованной литературы).
В настоящем, третьем, издании наибольшей переработке и дополнению
подверглись разделы, посвященные характеристике фразеологических сло-
варей и анализу фразеологизмов (в сравнении со словом) с точки зрения их
образования. При подготовке пособия к переизданию были учтены многие
критические замечания и советы, имевшиеся в отзывах на предыдущие
издания.
Автор будет благодарен за все отзывы о книге, которые просит направ-'
лять по адресу: Москва, Ленинские горы, МГУ, кафедра русского языка
филологического факультета или: Москва, Погодинская улица, 8, НИИ
ПРЯНШ АПН СССР.
Автор.
ВВЕДЕНИЕ В ФРАЗЕОЛОГИЮ СОВРЕМЕННОГО
РУССКОГО ЛИТЕРАТУРНОГО ЯЗЫКА
§ 1. Предмет и задач фразеологии
[^Фразеология — это раздел науки о языке, изучаю-
щий фразеологическую систему языка в ее современном
состоянии и историческом развитии. Объектом изучения
фразеологии являются фразеологические обороты, т. е. устой-
чивые сочетания слов,, аналогичные словам по своей воспро-
изводимости в качестве готовых и целостных единиц: поста-
вить на ноги; душой и телом; грудная клетка; Без меня меня
женили: молоко на губах не обсохло; отправиться на боковую;
нож острый', Лес рубят — щепки летят и т. п. Таким обра-
зом, в фразеологии изучаются все устойчивые сочетания
слов: и единицы, эквивалентные слову, и единицы, в семан-
тическом и структурном отношении соответствующие пред-
ложению.
Отнесение тех. или иных сочетаний слов к фразеологии
или, напротив, выведение их за пределы фразеологических
оборотов обусловливается не тем, номинативные это еди-
ницы или коммуникативные, а тем, извлекаются они из
памяти целиком или создаются в процессе общения (см. §4).
Такое определение объема фразеологии как языкового явле-
ния и, следовательно, предмета фразеологии как лингвисти-
ческой дисциплины разделяется в настоящее время подавля-
ющим большинством языковедов.
" Основная задача, которая стоит перед фразеологией, —
познание фразеологической системы языка в ее настоящем
и истории, в ее связях и взаимоотношениях с лексикой и
словообразованием, с одной стороны, и грамматикой —
с другой.
Исследование фразеологических оборотов, наряду с глу-
боким и всесторонним анализом фразеологического богат-
ства русского языка, позволяет решить целый ряд очень
важных и сложных вопросов, касающихся значимых единиц
языка в целом, характера лексического значения слова, соот-
ношения синтаксической сочетаемости слов и их значения,
различных вопросов словообразования и этимологии, ряда
проблем орфографии, стилистики художественной речи и т. д.
Поскольку фразеология как языковое явление представляет
собой определенную систему соотносительных и взаимосвя-
занных со словами и друг с другом единиц, постольку фразео-
логизмы должны изучаться с самых различных сторон.
В настоящее время лучше всего изучены фразеологические
4
обороты с точки зрения их семантической слитности и стили-
стического использования в художественной литературе и
публицистике1. Однако не менее важно изучение фразеоло-
гизмов и в других аспектах, а именно с точки зрения их спе-
цифических свойств в ряду других значимых единиц языка
(прежде всего слов и морфем), с точки зрения лексического
состава фразеологизмов, их структуры, значения, морфоло-
гических свойств составляющих их слов, происхождения,
сферы употребления и экспрессивно-стилистической окраски,
а также в сопоставительном и сравнительно-историческом
плане. Всестороннее изучение фразеологической системы
современного русского языка позволяет нам глубоко про-
никнуть в сложную и разнообразную жизнь устойчивых
сочетаний слов, получить представление об их основных
структурно-семантических и стилистических типах, узнать
их происхождение и особенности функционирования, помо-
гает объективно и правильно оценивать творческие поиски
писателей и публицистов и т. д. _
Фразеология как раздел курса современного русского
литературного языка не только описывает современное
состояние фразеологической системы. Она помогает также
овладеть литературными нормами словоупотребления, в
частности использования фразеологических оборотов, ибо
ошибки в речи снижают ее выразительность и действенность.
Ошибки в употреблении фразеологических оборотов но'
сяг различный характер и возникают как в результате незна-
ния их значения и состава, так и в силу того, что не учитыва-
ются экспрессивно-стилистические свойства фразеологизмов,
сфера применения, речевой контекст и т. д. Например: Пет-
рушка} Добрый старый друг} Ты создан для веселья. Смотри,
как радостно вокруг под новогодней елью} (Як.) — здесь для
того, чтобы срифмовать слово веселья, вместо общеупотреби-
тельного фразеологизма новогодняя ёлка появляется явно
ошибочное сочетание слов новогодняя ель. Грубая ошибка
возникает и в результате смешения (контаминации) двух
фразеологизмов (например, служить образцом и показывать
пример)'. Хороший руководитель должен во всём показывать
образец своим подчинённым2. Другая ошибка: Американские
эксперты упорно ищут уязвимые места в социалистической
экономике и, целясь в них, мечтают свалить гиганта. Агент-
1 См.: Виноградов В. В. Стиль Пушкина. М, 1941; его же. Русский язык.
2-е изд М., 1972, § 4; его же. Основные типы лексических значений слов. —
Вопр. языкознания, 1953, № 5; Ефимов А. И. Стилистика художественной
речи. М., 1957; Ларин Б. А. Очерки по фразеологии. — Уч. зап. ЛГУ, 1956,
сер. филол. наук, вып. 24.
2 Пример из книги Д. Э. Розенталя «Культура речи» (М., 1960).
5
ство Юнайтед Пресс Интернейшнл находит три таких
ахиллесовых пяты (газ)3 4. Здесь неверное употребление фра-
зеологизма ахиллесова пята объясняется незнанием его
значения и соответственно морфологии составляющих его
слов. Фразеологизм ахиллесова пята является образным
наименованием единственного слабого или уязвимого места
или недостатка* и поэтому не имеет формы множественного
числа.
Таким образом, теоретическое изучение фразеологической
системы современного русского языка не только позволяет
познать ее как определенное языковое явление, но и дает
возможность усвоить основные нормы литературного упот-
ребления фразеологических оборотов. В научном плане
всестороннее исследование' фразеологического состава рус-
ского языка в его настоящем и истории поможет также созда-
нию ортологии — науки о правильной речи; она должна
строиться на объективных лингвистических данных, а не на
субъективных оценках ученых, работающих в области прак-
тический стилистики.
1Та или иная квалификация нормативности употребления
фразеологического оборота всегда должна базироваться на
фактах языка с учетом тенденций его развития и историче-
ского характера языковой нормы. В качестве примера можно
привести встречающееся неправильное объяснение фразео-
логизма идея фикс [После войны решил попробовать все вина
мира — своего рода идея фикс (Бонд.)] как искажение фр.
idde fixe. Однако анализ "соответствующих языковых фактов
совершенно определенно свидетельствует о полной законо-
мерности и, следовательно, правильности этого фразеоло-
гизма, представляющего собой не ошибочное явление, а
регулярный случай переработки иноязычного фразеологиз-
ма, конкретно — одну из многих фразеологических полука-
л« (идея фикс < idde fixe так же, как жёлтая пресса < англ.
yellow press, бемское стекло < нем. bohmisch Gias, принять
резолюцию < фр. prendre иле rdsolution; см. § 55).
§ 2. Фразеология как лингвистическая дисциплина
Фразеологические обороты привлекали внимание исследователей рус-
ского языка давно. Под различными названиями (речения, «крылатые слова»,
3 Пример из книги Л. П. Крысина и Л. И. Скворцова «Правильность
русской речи» (М., 1965).
4 Такое значение фразеологизма ахиллесова пята обусловлено его
происхождением. По греческому мифу, окуная Ахиллеса в священные воды
реки Стикс, чтобы сделать тело сына неуязвимым, морская богиня Фетида
держала его за пятку, почему та и осталась единственным его уязвимым
местом (именно в нее стрелой Париса Ахиллес и был смертельно ранен).
«
афоризмы, пословицы и поговорки, выражения, обороты речи, идиомы в т. Д)
они объяснялись как в специальных сборниках, так и в толковых словарях
начиная с конца XVIII в. Еще М. В. Ломоносов, составляя план словаря
русского литературного языка, указывал, что в него кроме отдельных слов
должны войти «речения», «идиоматизмы» и «фразесы», т. е. обороты, выра-
жай я.
Однако специально фразеологический состав русского языке стал изу-
чаться сравнительно недавно. До 40-х годов XX в в работах наших языко-
ведов можно найти только отдельные (правда, иногда очень важные и инте-
ресные) мысли и наблюдения, касающиеся фразеологии. В первую очередь
здесь следует отметить постановку вопроса о внутренней форме фразеоло-
гизмов А. А. Потебней; правильные замечания И. И. Срезневского о связи
фразеологии со словообразованием (в частности, о возникновении слов из
выражений); замечания Ф. Ф. Фортунатова о слитных словах и слитных
речениях (так как, Москва-река, железная дорога); теоретические положения
А. А. Шахматова в связи с анализом различного рода неразложимых слово-
сочетаний и, наконец, мысли Е. Д. Поливанова о необходимости выделения
фразеологии в особый раздел науки о языке1. ,
Возникновение фразеологии как лингвистической дисциплины в русской
науке относится к 40-м годам XX столетия и неразрывно связано с именем
В. В Виноградова В ряде работ этого времени (см. примеч. 1) Виноградо-
вым были поставлены и разрешены многие вопросы общего характера,
позволившие создать базу для изучения устойчивых сочетаний слов в со-
временном русском литературном языке. Именно им впервые была дана
синхронная классификация фразеологических оборотов русского языка
с точки зрения их семантической слитности и были намечены пути и аспекты
дальнейшего изучения фразеологизмов.
До исследований В. В. Виноградова из специальных работ по русской
фразеологии можно назвать лишь статьи И. Вульфиус и С. И. Абакумова’,
имеющие характер скорее образовательно-методический, чем научно-ис-
следовательский, хотя в них и содержатся отдельные интересные наблюдения
и сделаны правильные выводы.
И. М. Вульфиус вначале знакомит читателей с классификацией фра-
зеологических оборотов, данной Ш. Балли в книге «Prtcis de stylistique»
(1905)’. Поскольку эта классификация Вульфиус не удовлетворяет, она дает
свою, выделяя средн устойчивых сочетаний слов следующие группы; 1) идио-
мы, «представляющие собой неразложимое на свои словесные элементы
единство»; смотреть сквозь пальцы, спустя рукава, собаку съел, задать перцу,
2) речения типа пословицы и 3) идиотизмы: такими считаются «выражения,
которые нарушают установленные в языке правила'синтаксиса», «выражения,
построенные на игре слов», и выражения с не существующими вне фразеоло-
гизма словами типа зга, тло (ни зги не видно, сгореть дотла) и т. п. Клас-
сификация Вульфиус явно неудачна, так как построена на различных логи-
ческих основаниях Свойства, признаваемые ею в качестве характерных лишь
9 См.: Потебня А. А. Из лекций по теории словесности: Басня. Посло-
вица. Поговорка Харьков, 1894; Срезневский И. И. Замечания об образова-
нии слов из выражений. — Изв. Отд рус. яз. и словесности, 1873, т. 10; Фор-
тунатов Ф. Ф. Сравнительное языковедение. — В его кн.: Избр труды. М.,
1956; т. ’1, с 173—174; Шахматов А. А. Синтахсш русского языка М., 1941,
с. 274 и сл.; Поливанов Е. Д. За марксистское языкознание. М., 1931, с. 119.
* См.: Вульфиус И. М. К вопросу о классификации идиомов. — Рус язык
в сов. школе, 1929, № б; Абакумов С. И. Устойчивые сочетания слов. —
Рус. язык в школе, 1936, № 1.
7 С некоторыьй изменениями она была повторена Ш. Балли в работе
«Traitd de stylistique franpaise», переведенной на русский язык под названием
«Французская стилистика» (М., 1961, с. 87—111).
7
для идиотизмов, отмечаются и в идиомах, и в речениях тана пословицы
(ср.: Мал золотник, да дорог; водить за нос).
И. М. Вулъфиус не поняла важности для изучения русских фразеологи-
ческих оборотов синхронной классификации фразеологизмов с точки зрения
их семантической слитности (разработанной Ш. Балли). Логически неупоря-
доченной и поверхностней была также и предложенная ею генетическая
классификация фразеологизмов, целиком построенная на учете первоначаль-
ной сферы их употребления. Вместе с тем в статье Вулъфиус имеются и очень
верные замечания, касающиеся построения фразеологического словаря и
сопоставительного изучения фразеологизмов различных языков.
Более интересной и ценней нам кажется статья С. И. Абакумова В ней
впервые делается попытка дать классификацию фразеологических оборотов
русского языка с точки зрения их структуры и «этимологического состава»,
а также описать наиболее важные общие свойства идиом (с учетом сказанного
о них по отношению к французскому языку Балли).
Щи рассмотрели русских фразеологических оборотов с точки зрения
их происхождения Абакумовым правильно отмечается наличие в фразеоло-
гической системе русского языка фактов иноязычных и калькированных.
С точки зрения их семантической слитности устойчивье сочетания слов
делятся Абакумовым на две группы: 1) идиомы, представляющие собой
«словосочетание, которое имеет значшие, не вытекающее из значений сос-
тавляющих его элаиентов» и 2) названия, состоящие из нескольких слов
(типа Чёрное море; рабочий факультет; машинно-тракторная станция).
Кластафикация Абакумова также неудачна, поскольку в ней не учитывается
все имеющееся разнообразие фразеологизмов, с одной стороны, и не выдер-
живается единый принцип делшия—с другой (ср: Чёрное море— «назва-
ние, состоящее из нескольких слов», которое одновременно является также
и идиомой, так как его значение «ее вытекает из значений составляющих
его элементов»).
Посж опубликования работ по фразеологии В. В. Виноградова фразео-
логические обороты стали предметом всестороннего изучения со стороны
всех интересующихся вопросами русской лексики и стилистики художествен-
ной речи. В дальнейшем фразеологизмы начинают исследовать также и с
точки зрения их структуры, грамматических свойств и происхождения.
Большое количество работ посвящено изучоию конкретного фразеологи-
чеаого материала, особенно фразеологии того или иного писателя Среди
исследований, пояжнвшихся до I960 г., следует отметить работы А. И. Ефи-
мова, Б. А. Ларина, О. С. Ахмановой и С. И. Ожегова.
В книге «О языке художественных произведений» (1954) А. И. Ефимо-
вым впервые были четко «формулированы цели и зада<и фразеологического
анализа художественного текста, дана класстзфикадия фразеологических
оборотов со стилистической точки зрения, а также очерчен круг вопросов,
связанных с фразеологическим новаторством писателе и публицистов.
В «Очерках по фразеологии» (1956) Б. А. Ларина особенно важна поста-
новка ряда проблем диахронического изучения фразеологической системы
русского языка, в частности выдвижение в качестве наиболее актуальной и
ответственной проблемы «установления объективных закономерностей обра-
зования и развития несвободных словосочетаний», а также призыв к широ-
кому применению в исследованиях по фразеологии сопоставительного и
сравнительно-исторического методов.
В «Очерках по общЛ н русской лексикологии» (1957) О. С. Ахмановой
особое внимание привлекает освещение характера лексико-фразеологичес-
кого варьирования русского слова и подробное лексико-семантичеаое опи-
сание именных и глагольных фразеологических оборотов типа старая истина:
зуб мудрости; знать меру; войти в историю.
,В статье С. И. Ожегова «О структуре фразеологии» (1957)’ делается
а Лексикографический сборник, 1957, вып. 2.
8
попытка определить, на каких научных основах должен строиться фразео-
логический словарь, в котором будут отражены «все конкретные формы
функционирования фразеологической единицы». В этсй статье Ожегов
вводит понятие фразеологии в широком и узком смысл слова и понятие
опорного слова фразеологической единицы.
Как видим, в настоящее время нельзя уже согласиться с Б. А. Лариным,
что «фразеология как лингвистическая дисциплина находится еще в стадии
«скрытого развития». И все же он был несомненно прав, когда указывал,
что фразеология «интересует многих, над ней задумываются, эксперименти-
руют — и стар и млад В этих опытах она приобретает традицию и характер-
ные черты, но она еще не сложилась, не оформилась как зрелый плод подго-
товительных трудов»’. Именно поэтому до аа пор среды фраэеологов нет
единого мнения по вопросу об объеме фразеологии. Этим объясняется также
и тот факт, что нет пока единой класификации фразеологических оборотов
русского языка с точки зрения их семантической слитности, хотя наиболее
распространенной (с уточнениями и дополнениями) является классификация
В. В. Виноградова (он. § 15—19). Именно поэтому, наконец, многое в рус-
ской фразеологической системе только начинает изучаться. И необходимо
всестороннее как описательное, так и сравнительно-историческое и сопоста-
вительное изучение фразеологизмов, чтобы многие важные вопросы могли
быть решены. Особенно нужны многие подготовительные труды для по-
строения исторической фразеологии русского языка. )
В последние десятилетия9 10 изучение фразеологического состава раз-
личных языков (и в первую очередь русского) стало особенно интенсивным
и разнонаправленным. Помимо многочисленных работ по отдельным проб-
лемам, начали появляться также и исследования общего характера Здесь
в первую очередь необходимо назвать книги А. С. Аксамитова («Белорус-
ская фразеология», 1978), В. Л. Архангельского («Устойчив» фразы в
современном русском языке», 1964), А. М. Бабкина («Лексикографическая
разработка русской фразеологии», 1964), С. Г. Гаврина («Изучены фразео-
логии русского языка в школе», 1963), А. Д. Григорьевой и Н. Н. Ивановой
(«Поэтическая фразеология Пушкина», 1969), В. П. Жукова («Семантика
фразеологических оборотов», 1978), В. М. Мокиенко («Славянская фразео-
логия», 1980), А. И. Молоткова («Основы фразеологии русского языка»,
1977), А. П. Мордвилхо («Очерки по русской фразеологии. Именные и гла-
гольные фразеологические обороты», 1964), Р. Н. Попова («Фразеологизмы
современного русского языка с архаическими значениями и формами слов»,
1976), М. Т. Тагиева («Глагольная фразеология современного русского
языка», 1966), В. Н. Телия («Что такое фразеология», 1966), М. И. Фоминой
(«Современный русский язых. Лексикология», 1983, разд 2) и др.11
§ 3. Фразеологические словари
Фразеологического словаря, в котором бы с лексико-грам-
матической и экспрессивно-стилистической точек зрения
толковались все фразеологические обороты современного
русского литературного языка, пока нет. Несомненно, что
9 Ларин Б. А. Очерки по фразеологии, с. 200.
10 С 1959 г состоялось несколько научных конференций по вопросам
фразеологии.
11 В данном пособии мы лишены возможности хотя бы кратко анно-
тировать даже наиболее серьезные из работ. Библиографические указатели
литературы по фразеологии см. в кн.: Проблемы фразеологии. М. — Л.,
1964.
9
в таком словаре должны разъясняться значения фразеоло-
гизмов, даваться указания, касающиеся их лексической соче-
таемости и характера грамматических форм, а также содер-
жаться экспрессивно-стилистические пометы.
Однако вряд ли следует включать в словарные статьи
толкового, по существу, фразеологического словаря также
и сведения о происхождении того или иного фразеологиче-
ского оборота, как предлагал С. И. Ожегов (см. § 2). Проис-
хождение фразеологизмов должно быть предметом иссле-
дования этимологического словаря фразеологических обо-
ротов русского языка.
Из справочников по русской фразеологии наиболее из-
вестен словарь М. И. Михельсона «Русская мысль и речь.
Свое и чужое. Опыт русской фразеологии. Сборник образных
слов и иносказаний» (т. 1—2, 1902—1904). По замыслу автора,
эта книга должна «знакомить своих читателей с фразеологией
родного языка, как простой словарь знакомит их с словами,
вообще входящими в состав того или другого языка». Не-
смотря на большие недостатки (недифференцированное тол-
кование фразеологических оборотов и слов, отсутствие сти-
листических помет и разъяснений конкретных форм фразео-
логизмов, неразграничение активной и пассивной по своему
употреблению фразеологии и т. д.), словарь Михельсона
до сих пор не потерял научного значения. Это объясняется
как богатством собранного в нем фразеологического мате-
риала и разнообразными иллюстрациями из русской худо-
жественной литературы, так и большим количеством верных
этимологических справок.
В словаре Михельсона по алфавиту располагаются искон-
но русские и заимствованные фразеологические обороты,
цитаты из произведений русских и иностранных писателей,
а также отдельные образные слова. Словарная статья обычно
включает фиксацию фразеологизма или образного слова,
объяснение его значения, примеры использования в литера-
туре, для заимствованных фразеологизмов — указание языка-
источника и, наконец, многочисленные параллели однострук-
турных или синонимичных фразеологизмов и слов других
языков. В конце второго тома помещен алфавитный указа-
тель фразеологических оборотов и слов русского и других
языков.
Как разрабатывается фразеологический материал в этом
словаре, можно получить представление из следующих сло-
варных статей:
619. Положа руку ва сердве (по правде, по совести).
Ср. Скажите мне, положа руку на сердце, всю истинную правду, что
зто за девушка (Гр. Л. Н. Толстой- Война и мир. 2, 5, 4).
10
Ср. После месячного испытания, могу, положа руку на сердце, свидетель-
ствовать, что вы... удовлетворили всем моим требованиям.- (Салтыков.
Убежище Монрепо. 2).
Ср. Я полагаю с своей стороны, положа руку на сердце, по восьми гривен
зс душу — это самая красная цена (Гоголь. Мертвые души. 1, 5. Чичиков).
Ср. Die Hand aufs Herz!
Ср. La main sur la conscience.
(Обыкновенное положение руки при уверениях, при подтверждении истины).
313. Рот (глотку) заткнуть (зажать, заграждать) иноск. — заставить
молчать.
Ср. Здесь не тёмные леса, а город', не зажмёшь каждому рот... мало
ли что говорят (Писемский. Тысяча душ. 2, 8).
Ср. Я еду женихом и надеюсь, что зажму рот здешним сплетникам
(Гам же).
Ср. Да и кому в Москве не зажимали рты обеды, ужины и танцы (Грибо-
едов. Горе от ума 2, 5. Чацкий).
Ср. Есть много и непокорных, пустословов и обманщиков, каковым долж-
но заграждать уста (Тит. I, 10—11).
Ср. Праведники видят сие (милость к бедным) и радуются, а всякое не-
счастие заграждает уста свои (Пс. 106, 42. Ср. Матф. 22, 34).
См. Рот открыть. См. Обеды.
Среди работ, посвященных русской фразеологии, следует
также отметить сборники «Крылатые слова» (1890) С. В. Мак-
симова и «Крылатые слова» (1955; 3-е изд., 1966) Н. С.
и М. Г. Ашукиных. Несмотря на то, что эти работы состав-
лены не языковедами и потому имеют существенные недо-
статки как в классификации материала, так и в его толковании,
они полезны: словарь Максимова — для объяснения многих
разговорных фразеологических оборотов, словарь Ашуки-
ных — для объяснения некоторых книжных фразеологизмов,
появившихся в XX в. Однако читателю этих словарей следует
знать, что к «крылатым словам» их авторы относили также
и такие языковые факты, которые в собственном смысле
«крылатыми словами», т. е. выражениями из художественной
литературы и публицистики, имеющими автора, не являются.
Для Максимова «крылатыми словами» оказываются все
фразеологические обороты образного характера, для Ашуки-
ных — все «ходячие выражения, которые возникли из лите-
ратурных источников или исторических документов».
Более того, указанные книги (как и словарь Михельсона)
включают в себя не только фразеологические обороты, но
и отдельные слова в переносно-метафорическом значении,
никакого отношения к фразеологии не имеющие. Так, в
словаре Максимова рядом с фразеологизмами во всю Ива-
новскую; после дождичка в четверг; турусы на колёсах; конд-
рашка хватил; На воре шапка горит; казанская сирота; дело
в шляпе; камень за пазухой объясняются слова: слоняться,
опростоволоситься, подкузьмить, беспутный, покамест, пу-
стозвон, накануне, затрапезный, халдей, щелкопёр и др. В сло-
11
варе Ашукиных наряду с фразеологизмами в минуту жизни
трудную', в поте лица', хлеба и зрелищ; гомерический хохот;
держать порох сухим; клей и ножницы; лошадиная фамилия ;
пир во время чумы; от Понтия к Пилату толкуются также
слова: Ирод, благоглупости, буревестник, Буцефал, гидра,
головотяпы, Голгофа, Диана, Нарцисс, Чичиков, эврика и др.
Чтобы получить представление о полубеллетристической
книге Максимова, посвященной «летучим и крылатым сло-
вам и ходячим выражениям, которые исключительно при-
надлежат отечественной речи, имеют корень в русском раз-
нообразном мире и даже получили значение народных по-
словиц и поговорок», достаточно познакомиться хотя бы
с одной словарной статьей:
Выдатьголовой
Этот обычай извест был еще в ХП веке, когда с князя за вину бралась
волость, а прочих людей отдавали головой, причем последняя выражала
понят» о личности. Отданный головою за долг поступал к заимодавцу с
женою и детьми в полное рабство, на работу, которую и отбывал до тех
пор, пока не покрывал весь долг. Во времд местничества оскорбитель был
бит батогами и потом обязан был просить униженно прощения у обижен-
ного и жалобщика: кланяться в землю и лежать ничком до тех пор, пока
оскорбленный не утешится и не поднимет со словами: «Повинную голову
и меч не сечет». Словом, в старину это означало предание суду за преступле-
ние с лишением гражданской свободы, а также временное рабство за долги.
Тогда ^брат брату (шел) головой в уплату»; теперь — нечаянно, без умыслу
выговорить в неуказанное время неподлежащему человеку условленную
тайну энйчит то же, что «выдать головой».
Характер объяснения фразеологизмов в сборнике Ашу-
киных также хорошо иллюстрируют словарные статьи:
28. Злоба дня
Выражение употребляется в значении: интерес данного дня и вообще
данного времени, волнующий общество. Возникло из евангелия (см. Довлеет
дневи злоба его).
...моя деятельность почти исключительно посвящена злобам дня
(М. Е. Салтыков-Щедрин. Письма к тетеньке, 14).
Когда у нас злобою дня бывает, например, отставка ректора или декана,
то я слышу, как он, разговаривая с молодыми сторожами, называет канди-
датов (А. П. Чехов. Скучная история, 1).
31. Знапе — сила
Выражение английского философа-материалиста Фрэнсиса Бэкона
(1361—1626) в «Нравственных и политических очерках», 2, 11 (1597).
«Знание — сила» — название ежемесячного научно-популярного журнала
рабочей молодёжи, выходящего в Москве с 1926 г.
49. Чудаки украшают мир
Афоризм М. Горького из «Рассказа о безответной любви» (1923).
Штерн вычитал в какой-то книге, что чудаки украшают жизнь, однако
чудак, появившийся у него на пароходе, никому не понравился (К. Паустовский.
Рассказы. М, 1940, с. 98).
12
Небезынтересна книга М. А. Булатова «Крылатые сло-
ва» (1958), содержащая объяснение более 300 фразеологиче-
ских оборотов и слов разговорной и книжной речи. Построена
она примерно так же, как словарь Н. С. и М. Г. Ашукиных;
в ней, в частности, также содержатся не входящие в фразео-
логию отдельные слова в переносно-метафорическом значе-
нии: аргонавты, пошехонцы, титан, ментор, молох, одиссея,
пенаты и др. Однако у Булатова можно найти толкования
таких фразеологизмов, которых в книге Ашукиных нет:
бить челом; бочка Данаид', бросить перчатку, вольный казак;
вытянули репку; гладко было на бумаге; заколдованный круг;
звезда первой величины; курить фимиам; от доски до доски и др.
Приведем примеры подачи и объяснения материала в словаре
Булатова:
Путеводная звезда
Иносказательно — руководящая, направляющая мысль; идея, указы-
вающая правильное направление в какой-либо области жизни (политической,
научной и т. д.).
В древности мореходы и путники определяли нужное им направление
по звездам. И до сих пор в некоторых случаях местонахождение узнают
по Полярной звезде.
Разговор в пользу бедных
Видимость активных действий; показное, лицемерное сочувствие чужим
несчастьям.
Происхождение этого выражения следующее. В дореволюционное вре-
мя в пользу бедных (сирот, вдов, стариков, нетрудоспособных) устраивались
особые «благотворительные» вечера. На этих вечерах разными способами
(сбор среди присутствующих, лотерея и проч.) собирались деньги, которые
потом передавали бедным. Но подачки эти были жалки и ничтожны. Суммы
собирались незначительные, и бедным не становилось легче от этой помощи.
Зато вокруг самих вечеров и лотерей «в пользу бедных» было много разго-
воров, слащавой, лицемерной болтовни. Отсюда и пошло насмешливое
выражение разговор в пользу бедных.
Рожки да ножки
Так говорят — иносказательно, — когда от чего-нибудь остается очень
маленькая часть.
Выражение перешло в нашу речь из ггесенки неизвестного русского автора
первой половины XDC веха Песенка эта начинается словами: «Жил-был у
бабушки серенький козлик». В ней рассказывается, как злые волки съели
серенького козлика вздумавшего погулять по лесу:
«Напали на козлика серые волки,
Вот как, вот как, серые волки.
Оставили бабушке рожки да ножки,
Вот как, вот как, рожки да ножки...»
Изданная с предисловием и под редакцией Л. В. Успен-
ского книга Эд. Вартаньяна «Из жизни слов» (1960) в форме
маленьких рассказов знакомит читателя с некоторыми фра-
13
зоологическими оборотами книжной и разговорной речи.
Вот несколько наиболее типичных рассказов:
Горе луковое
Если человек плачет, это плохо. Но причина, вызывающая на глаза
слезы, не всегда бывает достойна внимания и уважения. Попробуйте почи-
стить или потереть на кухне луковку: слезы у вас польются ручьем... От горя?
От лукового горя1
Немцы знают другое выражение: «луковые слезы». Это те слезы, которые
льются по пустякам. И в переносном смысле под «луковым горем» мы по-
нимаем мелкие печали, ничтожные огорчения, не заслуживающие слез.
Задеть за живое
В этом выражении непонятно, что значит «з а ж и в о е». За что «ж и-
вое»? Оказывается, в виду имеется живое мясо. Когда в древности
клеймили домашний осот, животное вздрагивало от боли, если накаленное
тавро, прижигая кожу, задевало за «живое мясо».
У нас поговорка эта означает: задеть человека словом, грубо коснувшись
чего-либо дорогого или очень болезненного для него.
Одним миром мазаны
Прежде всего не следует думать, что слово «миро м» тут есть твори-
тельный падеж от слова «мир». Нет, это тоже творительный падеж — но
от слова «мир о». «М й р о» — искусственно приготовляемое благовонное
вещество, употребляющееся при церковных обрядах. В старину выражение:
«м ы одним миром мазаны» означало: мы одной веры. Потом стало значить
другое: «они одним миром мазаны» — одного поля ягоды, оди-
наково подозрительные люди.
От этого же обычая (миром мазали и царей при их коронации) произошло
выражение «помазанник божий» — то есть царь.
Чисто* воды
Это означает: «самого лучшего качества», «без всяких недостатков».
Слова «чистой воды» являются техническим термином ювелиров. Прозрач-
ные драгоценные камни, в первую голову алмазы, делятся на совершенно
бесцветные камни чистой воды и обладающие неполной прозрачностью,
а значит, и более дешевые.
Опять мы видим, как профессиональное выражение получило более
широкий смысл, более общее значение и живет в языке всего общества уже
почти без связи с первоначальным термином.
Можно также указать книги «Крылатое слово. Справоч-
ник цитаты и афоризма» (1930) С. Г. Займовского, «Литера-
турная речь. Толковый словарь современной общелитера-
турной фразеологии» (1933), «Словарь латинских крылатых
слов» (1982) Н. Т. Бабичева и Я. М. Боровского.
Фразеологический материал довольно широко освеща-
ется и в толковых словарях русского языка. Особенно богато
он представлен в «Толковом словаре живого великорусского
языка» В. И. Даля (т. 1—4, 1863—1866), в «Толковом словаре
русского языка» под ред. Д. Н. Ушакова (т. 1—4,1934—1940)
й в «Словаре современного русского литературного языка»
14
(т. 1—17, 1950—1965). В толковых словарях фразеологиче-
ские обороты даются после основной части словарной статьи,
объясняющей значение того или иного слова. Фразеологиз-
мам предшествует знак О или ~ . Так, в Словаре под редак-
цией Ушакова после О следует:
при слове колокол: колоколй льют (устар.) — поговорка, означающая,
что данный слух неверен, является сплетней, ложью [объясняют существо-
вавшим в старину суеверным обычаем распространять всякие небылицы во
время отливки нового колокола, чтобы он громче звучал];
при слове грешный: грешным делом, вводное слово (разг.) — к сожале-
нию; хотя это и не хорошо. Я, грешным делом, люблю выпить рюмочку перед
обедом. Грешный человек (разг.) — в знач. вводного слова: виноват, каюсь.
И я, грешный человек, изредка пописывал передовые статейки (С.-Щ.);
при слове барабанщик: отставной козы барабанщмс (разг, ирон.) — не-
значительный человек, потерявший общественное положение [от старинной
забавы: коза, т. е. наряженный козой, и барабанщик сопровождали вожака
с медведем];
при слове трамвай: речной трамвай (нов.) — небольшой пассажирский
пароход или катер, совершающий рейсы по рекам в черте и окрестностях
города;
при слове тварь: всякой твари по паре (разг, шут л.) — о смешанном,
пестром составе какой-н. людской группы, толпы, общества [от библейского
сказания о Ноевом ковчеге, в который Ной взял с собой по одному самцу
и одной самке от всех животных для сохранения жизни на земле посте потопа].
Вагон битком набит: тут и дамы, и военные, и студенты, и курсистки —
всякой твари по паре (Ч.).
В 1967 г. (3-е изд., 1978) под редакцией А. И. Молоткова
вышел, наконец, «Фразеологический словарь русского язы-
ка», составленный Л. А. Войновой, В. П. Жуковым,
А. И. Молотковым и А. И. Федоровым. В этом словаре
даются объяснения значений и контексты употребления
более 4000 фразеологических оборотов. Как указывается
во вводной статье, «основная проблема, которая ставится
и решается в словаре, — это проблема отдельности данного
фразеологизма во всех его модификациях и во всех формах
употребления от других фразеологизмов, с другой — сведе-
ние целого ряда форм употребления, в которых фразеологизм
бытует в речи, к одному фразеологизму».
В словаре фразеологические обороты расположены в
алфавитном порядке составляющих их слов, причем каждый
из объясняемых фразеологизмов указывается столько раз,
сколько в нем слов, включая их «видовые и лексические вари-
анты». Так, фразеологическое единство бить ключом объяс-
няется в словаре дважды: на слово бить и на слово ключ;
фразеологизм секрет полишинеля также толкуется дважды:
на слово секрет и на слово полишинель и т. д. В словарной
статье за стилистической пометой (если фразеологизм не
является межстилевым) обычно дается значение фразеоло-
гизма и указываются его формы. Затем идут примеры. Далее
15
приводятся (правда, далеко не всегда) синонимы и антонимы
объясняемого фразеологизма. Отдельные, очень редкие
статьи заканчиваются сведениями о происхождении толкуе-
мого фразеологизма.
«Фразеологический словарь русского языка» является,
несомненно, полезным справочником, хотя и не лишен суще-
ственных недостатков (авторы очень суженно понимают
фразеологию, не разграничивают вариантные и дублетные
фразеологические обороты, не всегда точно определяют
состав фразеологизма, в отдельных случаях неверно характе-
ризуют «морфологию» фразеологизма и т. д.)12. Особенно
серьезным недостатком словаря является вывод за пределы
фразеологии не только пословиц и поговорок, но и устойчи-
вых сочетаний слов типа египетская работа', одержать по-
беду; впадать в истерику; из года в год; анютины глазки.
Характер разработки фразеологических оборотов в фра-
зеологическом словаре можно проиллюстрировать на при-
мере следующих словарных статей:
ДВОИХ Ф На своих <на> двоих. Пешком (приходить, прибывать, идти
и т. п.). Из создавшегося положения нам оставался единственный выход —
возвраираться на своих на двоих в обход Бухты Тихой (И. С. Соколов-Мики-
тов. Пути кораблей); Продвигаться будете от участка к участку. Где позво-
лит дорога — на машине, где — на своих двоих (В. Джаев. Далеко от Москвы).
Первонач.: на двоих ногах. От старой формы собирательного числи-
тельного двои, двоих в знач. ‘пара, чета*.
Садиться п своего < любимого конька. Сесть на своего «ловимого >
конька. Начинать говорить, рассуждать, распространяться на излюбленную
тему. Ср. Оседлать своего <лю6имого> конька. [Галя:]
Все эти складки придают ей лёгкость, свободу, и потом цвет пуговиц играет
большую роль... [Вадим:] Галина Георгиевна, не садитесь на своего любимого
конька, нам некогда (В. Розов. В добрый час!); Слушать басистый ровный
голос Полунина было приятно. Пров Яковлевич сел на своего любимого конька —
говорил о настоящем человеке, не злился, любовался (Ю. Герман. Дело, ко-
торому ты служишь). Усесться на любимого кошка. Усевшись на любимого
конька, он не покинул его до тех.пор, пока не выложил всего что знал (Н. Вирта.
Вечерний звон).
На страницах журнала «Русский язык в школе» (1979,
№ 1—6; 1980, № 1—2) в качестве справочного материала
для учителя был опубликован «Краткий этимологический
словарь русской фразеологии» Н. М. Шанского, В. И. Зи-
мина и А. В. Филиппова. В словарных статьях объясняется
более тысячи фразеологических оборотов самого разного
значения и происхождения. Например:
Йе находить себе места — сильно волноваться. Собств.-русск. Мотиви-
рован нервной привычкой хождения взад-вперед при волнении.
12 См. рецензии на «Фразеологический словарь русского языка»: Рус.
языкд^школе, 1968, № 2; Рус. язык в нац. школе, 1968, № 3.
16
Никто не забыт, ничто не забыто — девиз советских людей, символи-
зирующий народную память о героях революции и войны. Собств.-русск.
С 60-х гг. XX в.
Ни слуху ни духу — исчез и не подает вести. Собств.-русск. Имелось в
виду ‘не слышно чьего-либо голоса, не чувствуется его запаха, приносимого
ветром’, т. е. человек находится очень далеко.
Ниже всякой критики — очень плохо. Калька с нем. unter alter Kritike.
Оставлять в дураках — обмануть, провести. Искони. От карточной
игры «в дурака».
Откуда ты, прекрасное дитя? — шутливый вопрос к неожиданно по-
явившемуся человеку. Собств.-русск. С середины XIX в. Этими словами
обрывается неоконченная драма А. С. Пушкина «Русалка».
В связи с развитием теории и практики учебной лексико-
графии в последнее время появились аспектные словари,
толкующие фразеологические обороты русского языка. Та-
кие справочники могут быть и одноязычными, и двуязычны-
ми. Из одноязычных можно назвать «Школьный фразеологи-
ческий словарь русского языка» (1980) В. П. Жукова и «Учеб-
ный фразеологический словарь русского языка» (1984)
Е. А. Быстровой, А. П. Окуневой, Н. М. Шанского. Среди
двуязычных можно указать словари, отражающие базисную
фразеологию русского языка в различных русско-иноязыч-
ных вариантах, а также «700 фразеологических оборотов
русского языка» (1975—1983) Н. М. Шанского, Е. А. Быст-
ровой и др. и «Учебный русско-эстонский словарь устойчи-
вых словосочетаний» (1983) Н. М. Шанского, Е. А. Быстро-
вой, А. П. Окуневой и А. Э. Ромет.
Особо следует отметить «Словарь иноязычных выражений
и слов, употребляющихся в русском языке без перевода»
(т. 1—2, 1966), составленный А. М. Бабкиным и В. В. Шенде-
цовым. В фразеологической части этого несомненно полезно-
го пособия помещены не столько иноязычные выражения,
употребляющиеся в современном русском языке без перевода,
сколько иноязычные устойчивые обороты речи, встречав-
шиеся в литературе XIX в. Более того, даже объясняя фразео-
логические обороты, относящиеся к прошлому веку, соста-
вители абсолютно на равных правах дают как воспризводи-
мые частотные фразеологизмы, так и индивидуально-автор-
ские выражения, никогда не принадлежавшие к иноязычному
фразеологическому фонду русского языка.
Кроме того, немногочисленные иноязычные фразеоло-
гизмы, известные русскому литературному языку нашего
времени, в данном словаре совершенно не дифференцируются
от устаревших иностранных выражений, с одной стороны,
и цитат — с другой. Работа Бабкина и Шендецова носит
историко-объяснительный характер, именно поэтому она
является ценной для решения ряда вопросов „грТ,ПГР^ТСскод
17
фразеологии, особенно этимологических (для определения
фразеологических калек, процесса вербализации иноязыч-
ного устойчивого сочетания слов и т. д.).
Этимологическую ценность имеют и «Материалы для
фразеологического словаря русского языка XVIII века»
(1980) М. Ф. Палевской. В этой книге содержится немало
интересного и важного, что может помочь историческому
изучению русской фразеологии (в частности, прежней, а
иногда даже исходной формы фразеологизма, его источника
и т. д.).
ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИЙ ОБОРОТ
КАК ЯЗЫКОВАЯ ЕДИНИЦА
§ 4. Понятие «фразеологически! оборот»
Кроме отдельных слов в современном русском литера-
турном языке в качестве особых лингвистических единиц
употребляются и более сложные образования, называемые
обычно фразеологическими оборотами, или фразеологиз-
мами: ~~завйть~горё верёвочкой', как пить дать;
Мал болотник, да дорог; медвежья услуга; не по дням, а по
часам. Поскольку фразеологические обороты выступают в
языке в ряду других значимых единиц, раскрытие их специ-
фики и характерных признаков требует четкого отграничения
фразеологизмов, с одной стороны, от свободных сочетаний
слов, а с другой — от отдельных слов.
Такой «двусторонний» анализ фразеологического оборо-
та как языковой единицы совершенно обязателен: во-первых,
фразеологизм функционирует в языке подобно отдельному
слову, а во-вторых, по структуре он является сложным целым,
компоненты которого осознаются или воспринимаются го-
ворящими в качестве целостных и самостоятельных слов.
Только внимательное рассмотрение свойств, отличающих
фразеологизм от свободного сочетания слов и сближающих
его со словом, а затаи свойств, отличающих его от слова,
позволяет точно определить понятие «фразеологический
оборот» и тем самым то, что должно изучаться в фразеоло-
гии как лингвистической дисциплине. Решение этого цент-
рального теоретического вопроса фразеологии имеет опре-
деляющее значение не только для построения фразеологи-
ческой теории русского языка и всестороннего изучения рус-
ской фразеологической системы, но и для лексикографиче-
ской и преподавательской работы.
18
О том, насколько важно установление того, что пред-
ставляет собой фразеологический оборот как значимая язы-
ковая единица, свидетельствует лексикографическая практика,
когда в словарях в качестве фразеологизмов приводятся
очень часто языковые факты, которые никакого отношения
к фразеологии не имеют. Так, в 17-томпом «Словаре совре-
менного русского литературного языка» рядом с фразеоло-
гизмами типа за тридевять земель; свободный художник;
брать на себя смелость; сердце болит; дама сердца; сесть в
калошу; друг ситный; на душе кошки скребут; слава богу;
след простыл; взять свои слова обратно; как снег на голову;
крыть нечем 13 указываются обычные словосочетания. В ка-
честве таких «фразеологизмов», толкуемых в словаре без
каких-либо оговорок, можно указать, например: на руку
‘кстати’, с кондачка ‘легкомысленно’, в обрез ‘без излишка’,
с жиру ‘от избытка’, до смерти ‘очень сильно’, ни-ни Sih
в коем случае’, еле-еле, не жилец ‘о том, кто долго не прожи-
вет’, на славу ‘очень хорошо’, в свете ‘с точки зрения’, в серд-
цах ‘рассердившись’, на круг ‘приблизительно’, на словах
‘устно’, рубаха-парень, к слову ‘кстати’, не место ‘не следует’.
В «Толковом словаре русского языка» под редакцией
Д. Н. Ушакова после знака О, за которым «приводятся и
объясняются ходячие цельные выражения», помешаются
самые разнообразные языковые единицы: и фразеологиче-
ские обороты типа выходной день; капля в море; сломя голову;
взятки гладки; не в коня корм; надоел хуже горькой редьки,
и явные слова (в том числе и такие, которые по традиции пи-
шутся раздельно) типа еле-еле, раным-рано, в пользу, до смер-
ти, в обрез, на совесть. В качестве фразеологизмов (а фразео-
логизм всегда мыслится как определенное сочетание слов)
в словарь включены даже такие языковые образования, как
с дребезгом (ср. свысока), до упаду (ср. доверху), с панталыку
(ср. сначала), где в качестве «отдельного существительного»
выступает несуществующее в настоящее время слово (ведь
с точки зрения современного языкового сознания слова
дребезг, упад, панталык такие же фикции, как тло в дотла,
льзя в нельзя, обум в наобум).
В «Словаре русского языка» С. И. Ожегов фразеологи-
ческими оборотами считает и сочетания слов типа бабушка
надвое сказала; голова кругом идёт; земля горит под ногами,
и сочетания слов типа чувство локтя; сказка про белого
бычка; военные действия; прибрать к рукам, и явные слова
типа с ходу, в общем, по-настоящему, ни-ни, ну-ка, на про-
тяжении.
13 Фразеологизм пришел в литературную речь из арго картежников.
19
Иллюстрации, подобные приведенным, можно легко ум-
ножить. Между тем по вопросу о сущности фразеологиче-
ского оборота как языковой единицы среди ученых до сих
пор нет единого мнения. Об этом с достаточной ясностью
говорят не только теоретические разногласия по поводу объ-
ема фразеологии, но и характер языковых фактов, трактуемых
как фразеологизмы. Так, В. В. Виноградов в число фразео-
логизмов на одинаковых правах включает, например, и
такие сочетания слов, как собаку съел; последняя спица в
колеснице; и дёшево и сердито; ему и горюшка мало; Час от
часу не легче, и такие образования, как добро бы, потому что,
даром что, так как, превратившиеся в настоящее время в
слова. Как фразеологизмы (по его терминологии, фразеоло-
гические единицы) В. Л. Архангельский рассматривает и
сочетания слов типа Поделом вору и мука; много воды утекло;
знать все ходы и выходы; уши вянут; бить тревогу; царь
и бог; дух захватывает; пальца в рот не клади; не думал,
не гадал; доброго здоровья, и несомненные слова типа на
мази, то есть, телефон-автомат, не пара, за глаза, чуть-
чуть'*.
Недостаточная разработка общих вопросов фразеологии
как лингвистической дисциплины сказывается также и в
отсутствии исчерпывающего определения фразеологического
оборота как значимой языковой единицы. Даже сравнительно
недавно появившиеся формулировки ничем принципиально
не отличаются от явно недостаточного — в силу слишком
общего характера — определения фразеологизма, данного
в свое время Ш. Балли («сочетания, прочно вошедшие в язык,
называются фразеологическими оборотами»14 15).
Более того, многие исследователи фразеологии, подробно
рассматривая различные типы фразеологизмов, избегают
давать определение фразеологизма. Совершенно ясно, что
правильная дефиниция фразеологизма невозможна без учета
его отличий от слова и свободного сочетания слов.
Фразеологичес ких_о-й-е[гот — это воспроизво-
димая в готовом , виде .языковая единица, состоящая из двух
или более ударных компонентов словного характера, фикси-
рованная (т..1^.Йййбянная) по своему значению, составу и
структуре.
Основным свойством фразеологического оборота, корен-
ным"ббразом отграничивающим его от свободного сочетания
слов и в то же время сближающим его со словом, является
14 См.: Виноградов В. В. Русский язык, § 4; Архангельский В. Л. Устой-
чивые фразы в современном русском языке. Ростов-на-Дону, 1964.
15 Балли Ш. Французская стилистика, с. 90.
в_о_сп роизводимость. (Заметим, что это свойство
присуще лишь словам, существующим в словарном составе
языка, но оно не характерно для слов, представляющих
собой сочетания морфем, возникающие в момент говорения.)
Фразеологизмы не создаются в процессе общения, а воспро-
изводятся как готовые целостные единицы.
Так, если свободные сочетания слов За девять лет он ни разу
не простыл; Все свои вещи она решила взять обратно; Крыть
крышу оказалось нечем создаются из отдельных слов в. про-
цессе общения, то фразеологизмы за тридевять земель ‘да-
леко’; след простыл ‘нет’; взять свои слова обратно; нечем
крыть извлекаются из памяти целиком — точно так же,
как отдельные слова. Фразеологизмы типа вводить в заблуж-
дение; заправлять арапа; капля в море не образуются говоря-
щими в процессе речи из соответствующих слов {вводить, в,
заблуждение; заправлять, арап; капля, в, море), а воссозда-
ются в целом, как синонимичные им слова обманывать,
врать, мало.
О. С. Ахманова считает, что «основным критерием для
отграничения их [фразеологических оборотов] от словосоче-
таний в собственном или общем смысле этого термина явля-
ется именно характер их соотнесения с дей-
ствительность ю», «цельность номинации»16, однако
это не совсем точно. Номинативная цельность фразеологи-
ческих оборотов, направленность их на предмет в целом
не является их всеобщим и определяющим свойством, а
обусловлена их воспроизводимостью. Иногда можно встре-
тить утверждение, что воспроизводимость не может быть
основным дифференциальным признаком фразеологизмов,
поскольку она будто бы «распространяется не только на
индивидуальную сочетаемость типа „лексема + лексема (син-
тагматический ряд лексем)", но и на-сочетаемость типа „лек-
сема + категория лексем"», т. е. и на так называемые сво-
бодные словосочетания 17. Однако в данном случае не учи-
тывается, что для фразеологизмов характерна воспроизво-
димость их в готовом виде с закрепленным и строго фикси-
рованным значением, составом и структурой. В случаях со-
четаемости слов типа «лексема + категория лексем» (напри-
мер, «будить + имена существительные определенной семан-
тики») можно говорить лишь о воспроизводимости данной
16 Ахманова О. С. Очерки по общей и русской ласихологии. М., 1957,
с. 169.
17 Копыленко М. М. О двух различных взглядах m предмет фразеоло-
гии.— В кн.: Вопросы фразеологии. Ташкент, 1965, 112; ср. также: Ройзен-
зон Л. И. Синтаксис и фразеология. —В кн.: Проблемы синтаксиса. Львов,
1963.
21
синтаксической модели, но не конкретных свободных сочета-
ний слов, которые наполняют эту модель уже в процессе
говорения [ср.: будить сестру (Таню, сторожа, девочку,
ребят, туристов и т. д.)]. В синтаксических конструкциях
немало фразеологичности, однако воспроизводимы в них
лишь модели (в том числе и лексикализованные), но отнюдь
не конкретный словарный ряд18.
Свойством воспроизводимости объясняются все осталь-
ные признаки, одинаково присущие словам и фразеологиче-
ским оборотам: прежде всего устойчивость состава и струк-
туры и целостность значения. Фразеологизмы являются
значимыми языковыми единицами. Для них характерно
собственное значение, независимое от значений составляю-
щих их компонентов даже тогда, когда это значение соответ-
ствует сумме значений компонентов. Иначе говоря, в семан-
тическом плане фразеологизм выступает как единое целое
даже в том случае, когда его значение (подобно «нефразеоло-
гизоранным» словам типа внимательность, формирование,
волгоградский, охать19) отражает значения образующих его
компонентов (ср.: всерьёз и надолго; поджигатели войны;
на данном этапе).
Фразеологический оборот состоит всегда из одних и тех
же компонентов, тесно связанных между собой как части
целого и располагающихся друг за другом в строго установ-
ленном порядке. Постоянство состава и местоположения
компонентов фразеологизма носит такой же характер, какой
можно отметить для морфемного состава слова. । Любая
модификация в составе фразеологизма, любое — пусть самое
небольшое — изменение порядка следования компонентов
осознается говорящими как новообразование, лежащее за
пределами системы языка точно так же, как и неологизмы
лексические. Например: И не смейте нас уговаривать тайком,
делая загадочные позы: «Рано вам, ребятки, разбираться в
таком...» Рано? Лучше рано, чем поздно (Рожд.) — здесь
выражение Лучше рано, чем поздно, созданное на основе
фразеологизма Лучше поздно, чем никогда20, справедливо
” Сочетаемость слов с определенными структурно-семантическими
категориями лексем составляет предмет ие фразеологии (и не лексикологии!),
а совершенно особой дисциплины — контекстологии (см.: Амосова Н. И.
Основы английской фразеологии. Л., 1963, с. 33). Ведению фразеологии
(и соответственно лексикологии) подлежат лишь фразеологические обороты
(и слова), имеющие фразеологически связанное значение.
” См.: Шанский Н. М. Очерки по русскому словообразованию и лекси-
кологии. М., 1959, с. 49.
10 Калька фр. Mieux vaut tard que jamais, в свою очередь кальки выраже-
ния из «Истории народа римского» Т. Ливия — Potius sera, quam rnnquam.
22
воспринимается как фразеологический неологизм, подобный
индивидуально-авторским словным неологизмам кинови-
денье (Леон.), беломысый (Ш.), зернопад (газ.), кошкизм (газ.),
почтотерапия (газ.).
В стихотворных строках Если бы такой же в днях кромеш-
ных мудрый знак судьбой дарился мне на забытых разумом,
сердешных путь-дорогах в песенной стране! (Нар.) фразеоло-
гизмы кромешные дни и забытые разумом являются такими
же трансформациями фразеологизмов кромешный ад и за-
бытый богом, как лексические неологизмы сволочизм (И. и П.)
и семиюродная (газ.).
Рассматривая фразеологические обороты дублетного ха-
рактера типа гонять лодыря — гонять собак; от всей души —
от всего сердца', задать баню — задать перцу; с головы до
ног — с головы до пят; задать лататы — задать стрекача;
сложить голову — сломить голову, можно подумать, что
в отдельных случаях компоненты фразеологизма меняются,
однако это на самом деле не так. Фразеологизмы такого типа
по отношению друг к другу представляют собой вполне
самостоятельные единицы, подобные синонимичным словам
с одной и той же непроизводной основой (ср.: верить —
веровать, читка — чтение, ароматичный — ароматиче-
ский).
В некоторых фразеологических оборотах (а именно —
включающих глаголы) отмечается различное расположение
компонентов: сгореть со стыда — со стыда сгореть; тянуть
волынку — волынку тянуть; бить баклуши — баклуши бить,
однако и в таких фразеологизмах местоположение образую-
щих их слов закреплено в двух одинаково возможных вари-
антных формах. (Нечто подобное отмечается и в отдельных
сложных словах: половодье —. водополье, скалозуб — зубо-
скал и др.)
Кроме уже отмеченных свойств, в одинаковой степени
присущих как отдельным словам, так и фразеологическим
оборотам, для подавляющего большинства фразеологизмов
характерно также и такое, казалось бы, «словное» свойство,
как непроницаемость структуры. Основная масса фразеоло-
гизмов выступает в виде таких целостных языковых единиц,
вставки в которые обычно невозможны: от мала до велика;
во цвете лет; на седьмом небе; дело в шляпе; белый гриб;
куры не клюют; всегда готов; сломя голову. Правда, у многих
фразеологических единств такой непроницаемости структуры
не наблюдается, и они выступают как целостные образова-
ния, компоненты которых разделены расстоянием (ср.: Ка-
кой дал папа ему сегодня нагоняй!; Ребята одержали вчера
большую победу; Ни зги буквально не видно), однако способ-
23
ность «распадаться на части» встречается (правда, очень
редко) и у некоторых слов21.
Таким образом,Гв отличие от свободных сочетаний слов
фразеологические обороты предстают перед нами как устой-
чивые сочетания слов, воспроизводимые (значит, готовые
языковые единицы), существующие в виде целостных по
своему значению и устойчивых в своем составе и структуре
образований. Они имеют собственное, заложенное в них
самих значение, состоят всегда из одних и тех же компонен-
тов (местоположение которых закреплено) и, как правило,
имеют непроницаемую структуру^
Так как перечисленные свойства фразеологических оборо-
тов в той же мере относятся и к словам, то, естественно,
возникает вопрос, чем отличаются фразеологизмы от слов.
|Надо сказать, что важнейшее отличие основной массы фразео-
логизмов от подавляющего большинства слов проявляется
довольно четко. Чтобы различить эти две языковые едини-
цы, следует обратить внимание на их структурные особен-
ности и характер грамматической оформленности. В самом
деле; «классические» слова состоят из частей, которые само-
стоятельно употребляться не могут. Они делятся (если не
представляют собой корневых слов, не обладающих форма-
ми словоизменения) на морфемы, реально существующие
лишь в слове: молч-а-ть, супруж-еств-о, дал-ек-о. Что же
касается большинства фразеологизмов, то они состоят из
целых слов со всеми их формами: держать язык за зубами;
узы Гименея; у чёрта на куличках.
Таким образом, слова относятся к большинству фразео-
логических оборотов, как воспроизводимые языковые еди-
шщы низшего порядка к воспроизводимым языковым еди-
ницам высшего порядка: слова состоят из элементарных
значимых единиц языка, морфем, а фразеологизмы — из
компонентов словного характера. Отмеченные дифферен-
циальные признаки в структуре слов и фразеологизмов, а
также в специфике составляющих их частей тесно связаны
с наблюдающейся различной грамматической оформленно-
стью этих языковых единиц. Слова, состоящие из морфем,
выступают как единооформленные образования. Что каса-
ется фразеологизмов, то они в качестве языковых единиц,
в основном образованных из слов, функционируют в языке
как раздельнооформленные образования.
Поскольку слова, составляющие фразеологические един-
ства, сочетания и выражения, обладают яркой семантической
21 См.: Шанской Н. М. Лексикология современного русского языка.
2-е изд. М„ 1972, § 2.
24
и морфологической самостоятельностью, отграничение фра-
зеологизмов этого типа от слов ни с теоретической, ни с прак-
тической точки зрения особых затруднений не представляет.
В отмеченных типах фразеологизмов компоненты — при
всей их связанности друг с другом — выступают как явно
отдельные слова, имеющие значение и грамматические фор-
мы: сгореть со стыда; безысходная тоска; борьба за мир.
Трудности (и иногда очень серьезные) возникают тогда,
когда сравниваются слова и фразеологические сращения,
т. е. фразеологические обороты с немотивированным зна-
чением, в которых составляющие их компоненты семанти-
ческой самостоятельности не имеют. Не случайно фразео-
логические сращения (типа собаку съел; не рдвен час; очертя
голову; бить баклуши), основным свойством которых являет-
ся «абсолютная невыводимостъ значения целого из компонен-
тов»22, некоторыми учеными интерпретируются как своеоб-
разные слитные, потенциальные, синтаксически-сосгавные
и т. п. слова.
В самом деле, если мы сравним фразеологическое сраще-
ние перемывать косточки и синонимичное ему слово сплет-
ничать, то резкой лексико-грамматической разницы между
ними не найдем. Правда, орфография и наличие в языке
слов перемывать и косточки будут нам подсказывать интер-
претацию этого фразеологического оборота как известной
совокупности соответствующих слов, однако вряд ли мы
будем вправе (имея в виду синхронный план) отождествлять
(этимологически, между прочим, несомненно тождествен-
ные23) слова перемывать (перемыть, мыть) и косточки
(кости), с одной стороны, и компоненты фразеологизма
перемывать косточки — с другой. Ведь компоненты фразео-
логизма не имеют самостоятельного значения (а в тради-
ционном понимании слово без значения не существует) и,
следовательно, лексически нерасчленимы. Это значит, что
фразеологизм перемывать косточки ‘сплетничать’ не состоит
из слов перемывать и косточки, а представляет собой «хими-
ческое соединение каких-то растворившихся и с точки зрения
современного языка аморфных лексических частей» 24 лишь
22 Виноградов В. В. Русский язык, с. 25.
23 Об этимологии этого выражения см.: Виноградов В. В. Из истории
русской лексики и фразеологии. — Докл. и сообщ. Ин-та языкознания
АН СССР, 1954, вып. 3, с. 3 и сл. Фразеологизм возник на основе свободного
сочетания слов, связанного с распространенным некогда у славян обрядом
вторичного захоронения, перед которым, перемывая останки, вспоминали
об умершем (ср. костить < перемывать кости). Отрицательное значение
фразеологизма, несомненно, является вторичным.
24 Виноградов В. В. Русский язык, с. 25.
25
внешне похожих на слова, а в действительности находящихся
с соответствующими словами свободного употребления в
омонимических отношениях.
Следовательно, противопоставлять фразеологические сра-
щения словам как образования, состоящие из слов, образо-
ваниям, состоящим из морфем, нельзя, и прежде всего потому,
что в составе таких фразеологизмов нет «слов», которым
были бы присуши важнейшие свойства лексических единиц.
Фразеологические сращения представляются нам образова-
ниями, составленными из компонентов, которые, однако,
не являются словами в полной смысле этого слова, так как
они не имеют самостоятельного значения.
Что же в таком случае характеризует фразеологическое
сращение, какой признак отграничивает его от слова? Может
быть, это то, что некоторые авторы называют граммати-
ческим строением, разнооформленностью или раздельно-
оформленностью? Как свидетельствуют факты, нет. Указан-
ный признак не является универсальным для всех разновид-
ностей слов и фразеологических оборотов и дифференцирует
лишь некоторые их типы С одной стороны, в русском языке
существуют слова, состоящие из разнооформленных в грам-
матическом отнЬшении слов, т. е. слова, в которых состав-
ляющие их части обладают формами словоизменения: изба-
читальня, синий-синий. С другой стороны, в русском языке
есть не только фразеологизмы типа железная дорога или
перемывать косточки, компоненты которых в известной
мере имеют формы словоизменения, но и такие, в которых
грамматической разнооформленности как таковой нет:
спустя рукава; во всю Ивановскую; собаку съел 25. В таком
случае, может быть, это то, что В. В. Винограде» называл
«следом былой лексической расчлененности словосочета-
ния», именно «сохранение внешних грамматических границ
между частями фразеологического сращения»26.
Анализ различных фразеологических сращений и некото-
рых структурно-генетических типов слов не позволяет со-
гласиться с этим Во-первых, сохранение внешних граммати-
ческих границ между компонентами фразеологического сра-
щения наблюдается лишь иногда. Во-вторых, это явление
характерно и для некоторых слов: 1) для слов, возникших
в результате слияния сочетания слов в одно слово: сегодня,
заблагорассудится, вышеизложенный, домотканый, умали-
шённый; 2) для слов, образованных путем суффиксации
25 О грамматических изменениях слов, образующих фразеологический
оборот, в зависимости от его структуры и семантической слитности см. ниже.
21 Виноградов В. В. Русский язык, с. 25.
26
словосочетаний: никчёмность, потусторонний, отсебятина,
сногсшибательный и др. В самом деле, образования типа
собаку съел или сегодня с точки зрения сохранения ими внеш-
них грамматических границ между частями абсолютно ничем
не различаются. Как видно, ни лексически, ни грамматически
фразеологические сращения от слов четко не отграничены.
Основным признаком, по которому различаются слово
и фразеологическое сращение, является акцентологи-
ческое оформление соответствующих языковых
единиц: слово (если оно не безударно) имеет одно основное
ударение, в то время как фразеологическое сращение — два
и более 27. Приведенные выше образования собаку съел и
сегодня отличаются одно от другого не общими лексико-
грамматическими признаками, а своим «фонетическим офор-
млением»: слово выступает или как часть фонетического
слова (если оно безударно), или как фонетическое слово;
фразеологическое сращение всегда состоит не менее чем
из двух фонетических слов.
Сказанное позволяет определить фразеологическое сра-
щение как семантически неделимый фразеологический обо-
рот, состоящий из двух или более фонетических слов, от-
дельно никакого значения не имеющих. «Слова» в фразеоло-
гических сращениях функционируют как одномерные едини-
цы фонетического характера, как чистые звучания, имеющие
каждое (если оно не безударно; ср. и в семо и овамо) свое
самостоятельное ударение. Это обстоятельство позволяет
утверждать, что фразеблогические сращения в лексико-
грамматическом отношении образуют промежуточную груп-
пу языковых единиц, стоящих по своей природе значимой
единицы ближе к словам, чем к фразеологическим единствам,
сочетаниям и выражениям, образованным из слов. От слов
фразеологические сращения отличает лишь различное «фо-
нетическое оформление».
В свете изложенного становится ясно, насколько важно
при отграничении фразеологических сращений от слов учи-
тывать традиционность многих наших раздельных написа-
ний, сейчас уже совершенно не отражающих реальное лекси-
ческое членение речи. Далеко не все слова, написанные раз-
дельно, являются в настоящее время действительно словами:
магическому воздействию орфографии (при невозможности
использовать другие критерии) должно быть противопо-
27 На характер ударения как на один из дифференциальных признаков
слова (англ, blackboard, aen.Eiseribahn), с одной стороны, и устойчивого
сочетания слов — с другой, указывал и А. И. Смирницкий [см.: К вопросу
о слове (проблема «отдельности» слова). — В кн.: Вопросы теории и истории
языка М., 1952].
27
ставлено рассмотрение подлежащих определению языковых
единиц в аспекте акцентологическом. Так, слова типа mix как,
стало быть, добро бы, потому что, дйром что, пока что,
что за совершенно неверно трактовать как фразеологические
сращения только на том основании, что они пишутся раз-
дельно. Это орфографическое объяснение ничего общего с
научным объясненной языковых фактов не имеет, так как
здесь нет ни лексико-грамматической, ни фонетической рас-
члененности. Подобные слова не только употребляются в
языке в виде неразложимого семантического целого, но и
обладают одним основным ударением, как это свойственно
самостоятельным словам. Никакой разницы в этом отноше-
нии между данными словами и словами типа чтобы, тотчас,
тйкже нет. Различаются они лишь на письме, а не по своему
лингвистическому существу. И напротив, семо и овамо\
ничтбже сумняшеся; паче чаяния и т. п., включающие в
свой состав «ирреальные», не существующие сейчас в языке
слова, должны быть признаны фразеологическими сращения-
ми в силу того, что они имеют два основных ударения, делят-
ся на два речевых такта.
Смешение синхронии с диахронией и наивная «вера» в
орфографию приводят к тому, что фразеологическими обо-
ротами часто называют — особенно в словарях — даже та-
кие языковые единицы, как до упаду, в свете *с точки зрения’,
на руку *кстати’, графически выступающие как предложно-
падежные формы имен существительных. Однако, как из-
вестно, предложно-падежная форма представляет собой не-
фразеологизованное по своему значению сочетание предлога
и имени существительного, образуемое говорящим в про-
цессе общенияЛЭта языковая единица создается в речи всякий
раз, когда в этом возникает необходимость; ее значение
нефразеологично и равно сумме значений составляющих
ее предлога и имени существительного. По структуре она
проницаема, в ее составе не может быть ничего, что не упот-
реблялось бы в составе других сочетаний слов; ср.: К слову
как определенной лингвистической единице надо подходить
всесторонне; Память о войне навсегда сохранится в серд-
цах советских людей. Ясно, что образования типа к слЬву
‘кстати’, в сердцах ‘осердившись’ и тем более образования
типа до ynddy или с кондачкд предложно-падежными фор-
мами не являются: они воспроизводимы как целостные
значимые единицы, непроницаемы в структурном отношении
и имеют фразеологИзованное значение, совершенно несо-
относительное со значениями составляющих их компонен-
тов. Поскольку в подобных образованиях всего одно ударе-
ние, они не могут быть интерпретированы и как фразеоло-
28
гизмы: в них нет фонетической расчлененности, свойственной
фразеологическим сращениям. Это обычные слова, лишь
раздельно написанные28.
И здесь орфография отражает не современное лексическое
членение речи, а языковое прошлое. Кроме раздельного
(добавим — лингвистически неверного 29) написания слова
типа до упаду ничем не отличаются от «классических» слов,
входящих в разряд наречий (ср. точное структурно-семанти-
ческое соответствие слов: до упаду — дотла, с жиру — сразу,
с ведома — снаружи, с кондачка — спозаранку, на руку ‘кста-
ти’— напоказ, на славу ‘очень хорошо’ — назло, к слову
‘кстати’ — кстати, в свете ‘с точки зрения’ — вволю, до
смерти ‘очень сильно’ — доверху, на словах ‘устно’ — на-
верху, на сносях — напоследках).
В связи с акцентологическим различием, существующим
между словом и фразеологическим оборотом и являющимся
одним из дифференциальных признаков этих лингвистиче-
ских единиц, необходимо сделать одно частное замечание.
Слова и фразеологизмы, действительно, резко противостоят
друг другу с фонетической точки зрения: первые имеют одно
основное ударение, вторые — не менее двух Но к этому
критерию как к единственному различителю приходится
(а не следует!) обращаться лишь тогда, когда речь идет о
дифференциации слов и фразеологических сращений, потому
что признаки, сближающие «строение» слова и фразеологиз-
ма, являются не «чисто внешними», «недостаточными» и
«обманчивыми», как считают некоторые исследователи30,
а весьма существенными и совершенно несомненными. Из-
вестное соответствие слова и фразеологизма проявляется
очень ярко и связано с функциональным тождеством и гене-
тическсй смежностью этих языковых единиц. Во всяком
случае, оно более значительно (из-за наличия у фразеологиз-
мов особой языковой абстракции), чем формальное совпаде-
ние и генетическая смежность фразеологизме» и свободных
сочетаний слов.
Суммируя сказанное, можно отметить следующее. Фра-
зеологические обороты представляют собсй такие языковые
единицы, которые — при определенной смежности их со
словами и свободными сочетаниями слов — имеют опреде-
ленный, только для них характерный набор дифференциаль-
28 То же самое наблюдается и в словах типа не жилец (ср. неряха), не
место *не следует’ (ср. недаром), ни рожна ‘ничего* (ср. ничуть).
29 См.: Шанский Н. М. Замечания по академическому своду «Правил
русской орфографии и пунктуации». — Рус. язык в школе, 1958, № б; его же.
Правописание наречий.—В кн.: Вопросы русской орфографии. М, 1964.
30 См.: Телия В.Н. Что такое фразеология. М, 1966, с. 31.
29
них признаков: 1) это готовые языковые единицы, которые
не создаются в процессе общения, а извлекаются из памяти
целиком; 2) это языковые единицы, для которых характерно
постоянство в значении, составе и структуре (аналогично
отдельным словам); 3) в акцентологическом отношении это
такие звуковые комплексы, в которых составляющие их
компоненты имеют два (или больше) основных ударения;
4) наконец, это членимые образования, компоненты которых
осознаются говорящими как слова Тем самым всякая значи-
мая единица языка, воспроизводимая в готовой виде, состоя-
щая из двух или более ударных компонентов словного ха-
рактера, является фразеологизмом. И наоборот, коль скоро
у какой-либо языковой единицы нет хотя бы одного из назван-
ных свойств, она к фразеологическим оборотам не относится.
Например, сочетания слов красный уголок; выйти на орбиту;
молоко на губах не обсохло; чёртова дюжина; глуп как пробка;
винтиков не хватает; Лес рубят — щепки летят; А счастье
было так возможно являются фразеологизмами, так как
они представляют собой значимые языковые единицы, извле-
каемые из памяти целиком, фиксированные по значению,
составу и структуре, членимые на части, воспринимаемые
как снова и имеющие не менее двух основных ударений.
Что же касается образований типа не менее двух основных
ударений или по нутру, то они являются свободным сочета-
нием слов и словом, а не фразеологическими оборотами,
поскольку, обладая большинством перечисленных признаков,
первое не воспроизводится в готовом виде, а второе имеет
только одно ударение. Фразеологизмами являются, таким
образом, лишь те единицы, которые обладают всей совокуп-
ностью перечисленных признаков. Заметим в связи с этим,
что в силу своего видового разнообразия фразеологизмы,
как и слова, нельзя определить на основе одного, абсолютно
всем типам присущего признака. Фразеологизмы как особые
языковые единицы можно охарактеризовать, лишь учитывая
набор признаков, отличающих их от слов и свободных соче-
таний слов.
^Долного единства в определении фразеологического обо-
рота в современном языкознании нет. Даже очень близкие
по своим «фразеологическим позициям» ученые (В. Л. Ар-
хангельский, С. Г. Гаврин, Л. И. Ройзензон, В. Н. Телия
и др.) определяют фразеологизм как языковую единицу и
фразеологию как науку неодинаково. Многие исследователи
в качестве основных указывают иные признаки фразеоло-
гизмов, нежели те, которые называются в приведенном выше
определении фразеологизма: в частности, признаки метафо-
ричности, эквивалентности слову и синонимичности слову,
30
собственного окружения и т. д. Мы совершенно сознательно
не включаем эти признаки в определение фразеологизма,
так как они являются или зависимыми (а не определяющими),
или второстепенными (а не всеобщими).
Так, некоторыми исследователями (Б. А. Лариным,
А. М. Бабкиным, Р. Н. Поповым, М. И. Сидоренко и др.)
в качестве одного из самых важных признаков фразеологи-
ческого оборота называется метафоричность, однако это
свойство не является всеобщим и характерно лишь для от-
дельных типов фразеологизмов (прежде всего для фразеоло-
гических единств; см. § 17). Заметим, что метафоричность
в не меньшей степени присуща также и многим словам.
В. В. Виноградов выдвигал в свое время как наиболее
существенный признак фразеологического оборота его экви-
валентность слову и — соответственно — синонимичность
слову, но и этот признак присущ далеко не всем устойчивым
сочетаниям слов (ср. хотя бы фразеологические сочетания,
имеющие «аналитическое» значение; см. § 18).
М. Т. Тагиев дифференциальным признаком фразеоло-
гического оборота считает «собственное окружение, не выте-
кающее из валентных отношений слов-компонентов»31, т. е.
сочетаемость, обусловленную целым выражением, а не от-
дельными его элементами. Однако это свойство (характерное
и для слов) может быть использовано (и нередко уже исполь-
зовалось) лишь как средство для выделения фразеологизма
в речевом контексте. По своему же существу и характеру
«собственное окружение» фразеологизма является признаком
зависимым и само определяется «целостностью» фразеоло-
гизма, т. е. в конечном счете воспроизводимостью его в
определенном значении, составе и структуре, а значит, опре-
деленной сочетаемостью.
Кстати, отсутствие «своих окружений, собственно струк-
турных связей с определенными лексико-грамматическими
элементами» в предложении вовсе не является основанием
не признавать единицами языка пословицы, «крылатые
слова», терминологические сочетания и т. п. Ведь «собствен-
ное окружение» может иметь и сверхфразовый характер и
выражаться не только в структурных связях с определенными
лексико-грамматическими элементами в предложении, но
и в более сложных синтаксических образованиях, представ-
ляющих собой сверхфразовое единство. Между прочим,
опираясь только на критерий «собственного окружения»,
31 Тагиев М. Т. Глагольная фразеология современного русского языка.
(Опыт исследования фразеологических единиц по окружению). Баху, 1966,
с. 24.
31
придется не считать языковыми единицами некоторые слова
(типа да, нет, конечно, вероятно, слышь-, Ура1; Вон\).
Понимание фразеологического оборота в первую очередь
как воспроизводимой в готовом виде языковой единицы с
необходимостью предполагает включение в фразеологию
русского языка большой серии устойчивых образований,
целиком извлекаемых из памяти, — от идиом, эквивалент-
ных словам, до пословиц и «крылатых слов». Сторонники
так называемого узкого понимания фразеологии считают,
что щи таком подходе «классические» фразеологизмы раст-
воряются в самых различных по своему характеру устойчи-
вых комбинациях знаков и поэтому предлагают включать
в фразеологию только идиомы.
Но структурно-грамматическое и семантическое много-
образие фразеологических оборотов вовсе не основание для
исключения их отдельных (и очень многочисленных и упот-
ребительных!) типов из числа фразеологизмов. Свойство
воспроизводимости (и в то же время сверхсловности) позво-
ляет относить все фразеологизмы к одному и тому же классу
языковых единиц; что же касается класса, то он всегда сос-
тоит из целого ряда видов. И вот при классификации типов
фразеологизмов совершенно необходимо не смешивать раз-
ные явления Если же структурно-грамматическое и семан-
тическое многообразие однорядовых по более
общему признаку языковых фактов считать основа-
нием для отнесения их к разным классам, то придется отка-
зать в «словности» и многим словам. Ведь в структурно-
грамматическом и семантическом отношении слова стол,
доброжелательность, писать, чёрный, диван-кровать, пять-
сот, при, лишь, кажется, Брысь!, Ох!, дескать, светает,
вот различаются не меньше, чем фразеологизмы валять
дурака; благим матом; проверка исполнения; И ты, Брут!;
Волков бояться — в лес не ходить; заклятый враг; слепая
кишка; придаточное предложение.
Следовательно, фразеологическими оборотами являются
как идиомы, так и воспроизводимые устойчивые сверхслов-
ные единицы неидиоматического характера (в том числе
пословицы, «крылатые слова», терминологические слово-
сочетания, составные названия и сочетания слов с компонен-
том, имеющим фразеологически связанное значений'
В качестве языковых единиц, смежных со словом, с одной
стороны, и с свободным сочетанием слов — с другой, фразео-
логические обороты в их разновидностях занимают как бы
промежуточное место. Между словами и свободными сочета-
ниями слов они располагаются следующим образом:
1) единооформленные слова разного лексико-граммати-
32
ческого характера, пишущиеся слитно: стол, читать, оче-
видно, недаром, баста, сногсшибательный, нехотя, дотла',
2) единооформленные имена существительные, пишущие-
ся через дефис: плащ-палатка, джаз-оркестр, норд-ост, грамм-
молекула, хлеб-соль',
3) единооформленные слова, пишущиеся раздельно: до
упаду, на совесть, не жилец, с кондачкр, на ять, не сидится,
за глаза;
4) раздельнооформленные слова, пишущиеся через де-
фис: еле-еле, чуть-чуть, синий-синий, диван-кровать, матч-
реванш, вагон-ресторан, платье-костюм;
5) фразеологические сращения, состоящие из компонен-
тов, известных лишь в их составе (см. § 16);
6) фразеологические сращения, состоящие из компонен-
тов, известных и вне фразеологизмов;
7) фразеологические единства (см. § 17);
8) двусловные фразеологические сочетания, имеющие ана-
литическое значение и состоящие из слова со свободным и
слова с фразеологически связанным значением (см. § 18);
9) фразеологические выражения, представляющие собой
воспроизводимые устойчивые сочетания слов с нефразеоло-
гизованным значением (см. § 19);
10) свободные сочетания слов, образующиеся в процессе
общения.
Таким образом, сверхсловность, с одной сторо-
ны, и воспроизводимость — с другой, являются
теми основными признаками, которыми фразеологические
обороты отграничиваются соответственно от слов и свобод-
ных сочетаний слов. Поэтому нет оснований выводить ус-
тойчивые сочетания слов, имеющие характер суждения (т. е.
пословицы, а также некоторые «крылатые слова»), за пре-
делы фразеологии. Ведь самостоятельными, образующими
целое предложение могут быть и слова: Светает; Конечно;
Нет?; Вон! И тем не менее никто не перестает (что совер-
шенно справедливо) считать их словами Воспроизводимые
единицы языка могут и должны в первую очередь противо-
поставляться по своему словному или сверхсловному харак-
теру. В функциональном плане они могут быть и однорядо-
выми; ср.: Овчинка выделки не стоит и зря; Скатертью
дорога и проваливай; Поживём — увидим и посмотрим.
Естественно, что при характеристике фразеологии в целом
необходимо учитывать ее самые различные проявления.
Было бы совершенно неправильным исключать из числа
фразеологических оборотов какие-либо образования только
на том основании, что они обладают некоторыми особен-
ностями, которые другим не свойственны. Тот факт, что
2-5М ' 33
сверхсловность и воспроизводимость как основные свойства
фразеологического оборота позволяют отнести к области
фразеологии исключительно широкий круг образований,
не является основанием для утверждения (как это делают
некоторые ученые), что эти признаки не являются конститу-
тивными. Ведь это отличительные признаки фразеологизмов
от смежных языковых единиц (т. е. слов и свободных сочета-
ний слов). Но никто и не выдает их за дифференциальные
признаки фразеологических разновидностей.
Объективная и строго лингвистическая дифференциация
фразеологических оборотов является важнейшей задачей
фразеологии как науки, однако она возможна лишь тогда,
когда отдельные звенья и отделы фразеологической системы
будут рассматриваться хотя и как самостоятельные особые
явления, но обязательно все же в составе всей фразеологии.
Отрывать так называемую лексическую идиоматику, т. е.
фразеологизмы, как правило эквивалентные слову и члену
предложения, от пословиц и «крылатых слов», т. е. фразео-
логизмов, как правило эквивалентных и по значению и по
структур предложению, нельзя еще и потому, что в языковой
системе все устойчивые сочетания слов генетически и функ-
ционально связаны между собой еще более, чем фразеологиз-
мы и слова.
§ 5. Структура фразеологического оборота
] В качестве воспроизводимой языковой единицы фразео-
логический оборот всегда выступает как определенное струк-
турное целое. Составляющие фразеологизм слова образуют
систему связанных и так или иначе соотнесенных друг с другом
компонентов, проявляющих себя в качестве значимых частей
по-разному, однако аналогично значимым частям словф
«Морфемный» характер слов в фразеологическом обо-
роте особенно ярко вида! при сопоставлении фразеологиз-
мов и синонимичных им слов: одни морфемы и даже целые
слова выполняют функцию формообразующих аффиксов,
другие слова и их части выражают вещественное значение
фразеологизма, т. е. выполняют функцию основы слова.
Так, в фразеологизмах подняла бокал', хранить молчание;
подруга жизни, соответственно равнозначных словам выпила,
молчать, жена, вещественное значение выражается частями
подн-, бокал, молчание, подруг-, жизни, а грамматические
значения — частями -я-лчз (ср.: поднял, поднимала и т. д.),
хранить и -а (ср.: подругу, подругами и т. д.), по существу,
так же, как в словах-синонимах [ср.: вы-пи-ла- и выпивала,
выпил и т. д., молч-а(ть), жен-а и т. п.]. Различные формы
34
слов как значимых частей фразеологизма зависят и от морфо- .
логического характера, и от степени семантической слит-
ности фразеологизма (см. § 11).
/По структуре фразеологические обороты (с учетом общего
характера устойчивого сочетания слов и грамматически
стержневого компонента) делятся на группы/(см. § 29—41),
в ряде случаев соотносительные с теми, на которые они де-
лятся с точки зрения их общего лексико-грамматического
значения (см. § 10).
Особой структурной слитностью обладают такие фразео-
логические обороты, слова в которых совершенно не имеют
грамматических форм: спустя рукава; от нечего делать.
Не случайно устойчивые сочетания слов этого типа В. К. Пор-
жезинский называл слитными словами. Очень часто, как
об этом уже говорилось, такие фразеологизмы лишь акцен-
тологически отличаются от слов, образованных с помощью
лексико-синтаксического способа словообразования; ср.: за
здорово живёшь — заблагорассудится; в один голос — втри-
дорога; собаку съел — сумасшедший; задним числом — се-
годня.
§ 6. Значение фразеологического оборота
Среди фразеологических оборотов с точки зрения их
значения следует выделить две группы в зависимости от
того, со словом или с предложенной они соотносятся. Одну
группу составляют фразеологизмы, равные по значению
предложению (такие обороты являются предложениями по
структуре): Не боги горшки обжигают; дело горит; молоко
на губах не обсохло; только держись; сердце жжёт и т. п.
(см. § 29). Другую группу образуют фразеологизмы, высту-
пающие как эквиваленты слов и словосочетаний; ср.: как
в аптеке — точно; дар слова — красноречие; держать язык
за зубами — молчать; набить оскомину — надоесть; в час
по чайной ложке 32 — очень медленно; не по зубам — трудно
разжевать (см. § 30—39).
Фразеологические обороты, эквивалентные слову или
словосочетанию, обладают значением, аналогичным зна-
чению слова Это значение бывает в фразеологизме единст-
венным; такие фразеологизмы можно назвать однозначными
(моносемичными): оставить в дураках ‘одурачить’; нечистая
сила ‘черт’; отправиться к праотцам ‘умереть’; семи пядей
ел лбу ‘очень умный’. Однако наряду с ним могут быть дру-
гие значения; такие фразеологизмы можно назвать много-
11 Первоначально — разъяснение способа приема лекарства.
35
2’
знатными (полисемичными): дурак дураком — 1) ‘очень глу-
пый человек’, 2) *в глупом положении’; не по зубам — 1) ‘труд-
но разжевать’, 2) ‘недоступно пониманию’; во весь рост —
1) ‘выпрямившись’, 2) ‘во всем своем значении’. В этом случае
одно значение выступает как основное, исходное, а другие —
как производные, вторичные., Так, в многозначном фразео-
логизме разинув рот наблюдаются два значения: *широко
раскрыв рот’ и ‘в изумлении*. Первое из них является номи-
нативным, прямым, второе выступает как производное,
переносное, возникшее на основе прямого. Как правило,
многозначные фразеологизмы различаются также и сте-
пенью их семантической слитности: разинув рот ‘широко
раскрыв рот’ является фразеологическим сочетанием, а рази-
нув рот ‘в изумлении’ — фразеологическим единством.
Говоря о многозначных фразеологических оборотах, сле-
дует отметить, что явление полисемии в фразеологической
системе русского языка наблюдается значительно реже и
не носит такого разнообразного характера, как в лексической
системе: подавляющее большинство фразеологизмов одно-
значны, среди многозначных почти все имеют не более двух
значений.
Как и у слов, семантические различия между фразеологи-
ческими оборотами не ограничиваются тем, что одни фразео-
логизмы выступают как однозначные, а другие — как много-
значные. Один фразеологизм отличается от другого также
и самим характером значения, его специфическими особен-
ностями и проявлением в словесном окружении. Наблюда-
ются те же три основных типа значений фразеологизмов,
которые принято выделять в лексических единицах: свобод-
ное значение, фразеологически связанное и синтаксически
обусловленное.
Так, фразеологические обороты носить на руках ‘обожать’;
дом отдыха; анютины глазки тлеют свободное значе-
ние номинативного характера. Связи и отношения этих фра-
зеологизмов с окружающими словами определяются пред-
метно-логически, т. е. соотношениями самих обозначаемых
фразеологизмами явлений действительности, и поэтому
являются широкими и разнообразными. Например, цветы
анютины глазки могут быть красивыми, свежими, только
что сорванными или, напротив, давно сорванными; эти
цветы можно сорвать, поставить в воду, посадить, полить,
они могут быть на земле, в вазочке, в руках и т. д. В соответ-
ствии с этим фразеологизм анютины глазки может соеди-
няться в предложении со словами красивые, свежие, посадить,
полить, вазочка, руки и т. д Но поскольку анютины глазки
не могут быть ни глубокими, ни социальными, их нельзя
36
ни рецензировать, ни наказывать, постольку фразеологизм
анютины глазки не сочетается с глаголами рецензировать,
наказывать, с именами прилагательными глубдрие, социаль-
ные и т. д.
Совершенно другими, узкими и строго ограниченными,
будут связи и отношения с окружающими словами у таких
фразеологических оборотов, как без задних ног ‘очень крепко’;
благим матом ‘очень сильно’; во все лопатки ‘очень быстро’;
как свои пять пальцев ‘очень хорошо’. Все они будут иметь
фразеологически связанное значение, проявля-
ющееся лишь в соединении с определенными словами, при-
надлежащими к одной и той же семантической сфере. Связь
фразеологизмов такого рода с называемыми явлениями
действительности является не прямой, как у фразеологизмов
со свободными значениями, а опосредованной. Их значение
определяется лишь при подстановке синонимичных им слов
с прямым значением. Действительно, названные фразеоло-
гизмы выступают всегда в соединении с одними и теми же
словами: без задних ног употребляется в настоящее время
лишь со словом спать', благим матом соединяется только
со словами кричать, реветь, орать; во все лопатки употреб-
ляется лишь рядом со словом бежать, а как свои пять паль-
цев — лишь со словом знать.
Связи этих фразеологических оборотов с другими сло-
вами не являются свободными, не определяются предметно-
логически, как у фразеологизмов со свободным значением.
Они определяются лексико-фразеологической системой со-
временного русского литературного языка и обусловлены
ее историческим характером. Например, во все лопатки
‘очень быстро’ можно не только бежать, но и работать,
писать, уставать, лететь, забыть и т. д Поэтому, если бы
связи фразеологизма во все лопатки определялись предметно-
логически, он должен был бы связываться со словами бе-
жать, работать, писать, расти, забыть, уставать и т. д.
Однако он соединяется лишь со словом бежать. Это значит,
что его связи с другими словами не определяются соотно-
шениями, существующими между обозначаемыми явлениями
объективной действительности, а выводятся из внутренних
закономерностей системы современного русского языка.
Фразеологические обороты с фразеологически связанным
значением в качестве значимых языковых единиц аналогичны
словам с фразеологически связанным значением: как дома
‘непринужденно’; до корней волос ‘очень сильно’; на чём свет
стоит ‘очень сильно’; как убитый ‘очень крепко’. Как такие
слова (ср.: чревато, известное только в фразеологизме чре-
вато последствиями; скоропостижная в скоропостижная
37
смерть', щекотливый в щекотливый вопрос и щекотливое
положение} они также известны лишь в качестве компонен-
тов более сложных конструкций, являющихся своеобразными
«фразеологическими оборотами второй степени». Фразео-
логизмы чувствовать себя как дома-, покраснеть до корней
волос; ругаться на чём свет стоит; спать как убитый с точки
зрения степени их семантической слитности представляют
собой фразеологические сочетания (см. § 18), в которых
компонентом свободного употребления является слово, а
компонентом связанного употребления— фразеологиче-
ский оборот.
Кроме фразеологических оборотов, имеющих свободные
значения и фразеологически связанные значения, в русском
языке существует также сравнительно немногочисленная
группа фразеологизмов, обладающих синтаксически
обусловленным значением, реализующимся в них
лишь в том случае, если они выступают в предложении в ка-
честве сказуемого: чучело гороховое; слуга покорный; кровь
с молоком; Из молодых, да ранний; палка о двух концах. В функ-
ции других членов предложения фразеологизмы с таким зна-
чением могут употребляться только анафорически, т. е.
в фразе, идущей вслед за предложением, в котором они были
сказуемыми. Как и слова с синтаксически обусловленным
значением (молодец, загляденье, бред, змея, шляпа и др.)33,
фразеологизмы с таким значение представляют собой экс-
прессивно-эмоциональные характеристики явлений действи-
тельности.
§ 7. Состав фразеологического оборота
Одной из наиболее характерных особенностей фразеоло-
гического оборота как воспроизводимой языковой единицы
является постоянство его состава. Любое устойчивое
сочетание слов состоит всегда из одних и тех же слов. Всякое
изменение состава фразеологизма воспринимается как его
индивидуально-художественная трансформация, т. е. как си-
туационный, или контекстный, фразеологический неологизм
(см. § 74).
Определить состав фразеологического оборота трудно-
стей не представляет. Однако для этого необходимо строго
отграничить слова, входящие в фразеологизм, от тех, которые
находятся вне его. (Последнее выполняется далеко не всегда,
из-за чего в фразеологическом материале толковых словарей
33 См.: Виноградов В. В. Основные типы лексических значений слов. —
Вопр. языкознания, 1953, 36 5.
38
русского языка наблюдается немало ошибок и непоследова-
тельностей.) Устанавливая границы фразеологизма, следует
иметь в виду, что устойчивое сочетание слов всегда представ-
ляет собой воспроизводимую единицу (следовательно, зна-
чимую единицу с постоянным составом). Если это фразеоло-
гизм, эквивалентный слову, то в предложении он всегда вы-
ступает как неразложимая единица, выполняя функцию како-
го-либо его члена.
Например, в «Словаре русского языка» С. И. Ожегова
как фразеологический оборот объясняется сочетание слов
передать из рук в руки *непосредственно передать кому-л.’.
В действительности, устойчивым сочетанием слов здесь явля-
ется фразеологизм из рук в руки (имеющий, правда, фразео-
логически связанное значение и употребляющийся лишь в
сочетании со словом передать), по своей сути такой же, как
фразеологизм верой и правдой, состав которого установлен
в названном словаре совершенно правильно. Ведь сочетание
слов передать из рук в руки не является целостным по значе-
нию и в предложении выполняет функцию не одного члена
предложения, а двух, что ясно видно даже из толкования этого
сочетания слов в словаре. В том же словаре фразеологизмом
признается сочетание слов в духе {не в духе), хотя состав
данного фразеологизма является обширнее и в качестве обя-
зательного включает компонент быть (в настоящем време-
ни — в нулевой форме).
В 17-томном «Словаре современного русского литера-
турного языка» в качестве фразеологического оборота ука-
зано сочетание слов падать, как снег на голову, хотя речевая
практика совершенно ясно указывает [даже по данным того
же словаря: налёт был, как снег на голову; как снег на голову,
явился он сам (т. 3, с. 214)], что слово падать в состав фразео-
логизма не входит. Здесь же как фразеологизм указывается
слово с перевальцем, тогда как в данном случае глагол ходить
(идти) составляет неотъемлемую часть фразеологизма и
его состав должен быть определен в виде ходить (идти)
с перевальцем.
Таким образом, при установлении состава фразеологи-
ческого оборота необходимо отделять постоянное от пере-
менного, целостный по значению фразеологизм от семанти-
чески самостоятельных единиц, «первичные» фразеологизмы
от «фразеологических оборотов второй степени», а также
учитывать формы функционирования фразеологизма, его
различные варианты и т. д Определение состава фразеоло-
гизма (независимо от того, является он единицей с проницае-
мой структурой или с непроницаемой структурой) в первую
очередь должно осуществляться «по двум направлениям:
j 39
в отношении вариантности и в отношении сочетаемости со
словами, т. е. фразового окружения»3*.
В частности, необходимо четко отграничивать «факульта-
тивные», но постоянные компоненты, наблюдающиеся при
варьировании фразеологического оборота, от временных и
посторонних фразеологизму словесных добавлений (как вста-
вочного, так и соположенного характера). Причем важно
учитывать возможность эллиптического употребления фра-
зеологизма, когда в определенной речевой ситуации может
опускаться и его обязательный компонент.
Так, в сочетаниях слов раскрыть свои карты', заморить
голодного червячка; держать своё слово; чужими руками жар
загребать определения имеют различный характер и по-
разному относятся к соответствующим фразеологизмам
раскрыть карты; заморить червячка; держать своё слово;
чужими руками жар загребать 35. В последнем фразеологиз-
ме слово чужими — необходимый, смыслообразующий ком-
понент. Что касается слова своё в держать своё слово, то
оно (хотя и не имеет никакого значения) является дифферен-
циальным компонентом, т. е. отличающим данный вариант
от другого — держать слово. Местоимение своё не является
здесь окказиональной вставкой, так как его нельзя заменить
иным словом.
Фразеологические обороты раскрыть карты и заморить
червячка не имеют в своем составе определений. Слова свои
и голодного будут по отношению к ним вставками, но раз-
ными. Слово голодного в заморить голодного червячка явля-
ется индивидуально-авторской вставкой, представляющей
собой грубое нарушение современной литературной нормы
употребления фразеологизма: она избыточна в семантиче-
ском плане и нарушает свойственную фразеологизму непро-
ницаемость структуры. Иное дело местоимение свои в фра-
зеологизме раскрыть свои карты, которое, хотя и не входит
в его состав, однако является добавлением вполне закономер-
ным. Здесь следует учитывать конструктивно-обусловленный
характер фразеологизма раскрыть карты, обязательно пред-
полагающего уточняющее указание (чьи?). По составу фра-
зеологизм раскрыть карты двусловен, но его функциониро-
вание с необходимостью требует к слову карты определения:
раскрыть + притяжательное местоимение + карты или: рас-
крыть карты + форма родительного падежа имени сушест- * 39
34 Сидоренко М. И. К вопросу о границах лексического состава фразео-
логических единиц. —В кн.: Проблемы фразеологии. М. — Л., 1964, с. 127.
39 Фразеологизм возник на основе поговорки Легко чужими руками
жар загребать (жар ‘горящие уголья’, ср. жар-птица).
40
вительного [ср.: раскрыть их (наши, твои) карты', раскрыть
карты противника (соперника, Петрова)]36.
При определении состава фразеологических оборотов
следует иметь в виду также и их различные — свободное
или фразеологически связанное — значения, определяющие
возможные для них словесные окружения или как перемен-
ные и многообразные (при свободном значении фразеологиз-
ма), или как постоянные и ограниченные (при фразеологиче-
ски связанном значении). В последнем случае в качестве
единых фразеологизмов могут быть интерпретированы (и
нередко объясняются) «фразеологические обороты второй
степени».
Чтобы отграничить «первичный» фразеологизм (не своим
голосом ‘очень громким’) от его окружения (кричать, орать),
образующих вместе «фразеологический оборот второй степе-
ни», можно использовать следующее правило: «...слова,
которые постоянно сочетаются с фразеологической единицей,
не входят в ее лексический состав, если без них он представляет
собой грамматически оформленную структуру, а его смысло-
вое содержание —законченное целое» (мы бы добавили —
эквивалентное значению отдельного слова)37 .
Нельзя оставлять без анализа и парадигматические формы
фразеологических оборотов. При определении состава фра-
зеологизмов особенно важен учет различных их форм тогда,
когда в качестве опорного компонента в них выступают
такие образования, которые представляют собой или предло-
жно-падежное сочетание, или аналогичные по своему этимо-
логическому составу раздельно написанные слова. Так, не-
редко как фразеологизмы рассматриваются сочетания слов
типа под мухой, с дребезгом, до упаду, на волоске, с головой,
под башмаком, в силе, которые в действительности являются
лишь частью (правда, смыслообразующей) фразеологизма.
На самом деле в состав соответствующих фразеологизмов
входят глаголы быть, упасть (падать), танцевать, висеть
и др., причем только первый имеет в настоящем времени
нулевую форму, остальные же (за исключением явных эллип-
сисов) употребляются постоянно. Следовательно, речь идет
о фразеологизмах быть под мухой; упасть (падать) с дребез-
гом; танцевать до упаду; висеть на волоске; быть с головой;
быть под башмаком; быть в силе. Причем это «первичные»
36 Глагольные фразеологизмы с точки зрения их конструктивно-об-
условленного характера и окружения подвергнуты очень детальному и тща-
тельному анализу в указанной книге М. Т. Тагиева.
37 Сидоренко М. И. К вопросу о границах лексического состава фразео-
логических единиц, с. 129.
41
фразеологизмы, в отличие, скажем, от'фразеологизма спать
без задних ног, выступающего как «фразеологический оборот
второй степени».
§ 8. Многозначность фразеологического оборота
Выше отмечалось, что среди фразеологических оборотов,
как и среди слов, есть не только однозначные, но и много-
значные, т. е. имеющие два и более значений. Говорилось
также, что в фразеологии многозначность распространена
несравненно меньше, чем в лексике, и не столь выразительна,
как в словарном составе языка.
Несомненно, что подавляющее большинство фразеологи-
ческих оборотов однозначно. Очевидно, именно поэтому
некоторые ученые считают, что фразеологизмы вообще не
обладают способностью иметь несколько значений. Однако
мы уже говорили, что это не так (см. §6). Например, мно-
гозначными являются фразеологизмы вдоль и поперёк —
1) ‘во всех направлениях’, 2) ‘очень хорошо, до мельчайших
подробностей’; первая ласточка— 1) “первые признаки по-
явления чего-л.’, 2) ‘зачинатель-пионер’; сверху донизу —
1) “целиком, полностью’, 2) “повсеместно’; в один голос —
I) “разом, одновременно’, 2) ‘единодушно’; бить ключом —
1) “бурлить, клокотать’ (о воде, жидкости), 2) ‘очень сильно
проявляться’ (о действии, работе); во всю мочь — 1) ‘очень
быстро’, 2) ‘очень громко’, 3)‘очень сильно’; сходить с ума —
1) ‘лишиться рассудка’, 2) ‘восхищаться, восторгаться, увле-
каться кем-л. или чем-л.*; торричеллиева пустота— 1) ‘без-
воздушное пространство’, 2) ‘отсутствие чего-л.’; играть
первую скрипку — 1) ‘быть первой скрипкой в оркестре’,
2) ‘занимать руководящее положение’.
И все же основная масса фразеологических оборотов
однозначна Однако это объясняется вовсе не тем, что «фра-
зеологизм, в отличие от свободного сочетания слов, не орга-
низуется в речи, а воспроизводится как готовая единица,
устойчивая в своем составе и структуре»38. Ведь и слова
являются воспроизводимыми единицами. Более того, имен-
но это свойство и позволяет языковой единице быть много-
значной (свободное сочетание слов всегда однозначно!).
Думается, что преобладание однозначности в фразеологиче-
ской системе языка непосредственно связано с характерной
для фразеологизмов сверхсловностью, со структурной слож-
ностью этих языковых единиц: появлению у фразеологизма
31 Жуков В. П. К вопросу о многозначности фразеологизмов. — В кн.:
Вопросы фразеология Тапиент, 1965, с. 42
42
переносного значения мешают образующие его слова, также
имеющие (если не в пределах фразеологизма, то в свободном
употреблении) определенное значение. И чем больше семан-
тическая самостоятельность компонентов фразеологизма,
тем меньше у него возможностей стать многозначным.
Не случайно фразеологические сочетания бывают много-
значными очень редко, а фразеологические выражения не
бывают совершенно.
В многозначных фразеологических оборотах значения
всегда соотносятся одно с другим, как исходное и производ-
ное, как прямое и переносное. Если таких соотношений между
значениями одинаково звучащих фразеологизмов не наблю-
дается, перед нами — фразеологизмы-омонимы. Так, омо-
нимичны фразеологизмы валять дурака ‘дурачиться, при-
творяться’ и валять дурака ‘бездельничать’; отвести глаза
(кому-л.) ‘отвлечь внимание’ и отвести глаза ‘перестать
глядеть’; отдать концы ‘умереть’ и отдать концы ‘отчалить’.
Многозначность того или иного фразеологического обо-
рота является свойством, присущим данному фразеологизму
самому по себе, а не зависящим от контекста (от кон-
текста может зависеть лишь окказиональное значение слова,
т. е. значение, еще не ставшее общеупотребительным). В то
же время для установления конкретного значения фразеоло-
гизма необходимо рассматривать его функционирование в
речи. При этом важно учитывать как разные формы фразео-
логизма, так и характер его связи со словесным окружением,
не отождествляя похожие, но разные фразеологизмы. Напри-
мер, нельзя говорить о многозначности фразеологизма
брать слово обратно, ибо он имеет одно значение ‘отказаться
от данного обещания’ [ср. антоним дать слово (кому-л.)],
а значение ‘отказываться от сказанных слов’ имеет уже дру-
гой (хотя и родственный) фразеологизм — брать свои слова
обратно', в фразеологизме стереть с лица земли неверно
делить значение “уничтожить’ на значения ‘погубить’ и ‘раз-
рушить до основания1 только потому, что далее следует
одушевленное или неодушевленное существительное.
Многозначность чаще встречается у тех фразеологиче-
ских оборотов, которые по структуре соответствуют слово-
сочетанию: увидеть свет — 1) ‘родиться’, 2) ‘появиться в
печати’; сверху донизу—1) ‘полностью’, 2) ‘повсеместно’;
во всей красе — 1) ‘во всем великолепии’, 2) ‘во всей непри-
глядности’. Среди фразеологизмов, по структуре соответст-
вующих предложению, многозначных образований немного.
Как и в области лексики, в фразеологии многозначность
смыкается с омонимией. Фразеологические омо-
нимы — это такие сверхсловные образования, которые
43
состоят из фонетически идентичных компонентов, но имеют
совершенно различные значения, не осознаваемые как исход-
ное и производное.
Фразеологические омонимы различаются по своему про-
исхождению. Во-первых, они могут быть результатом рас-
пада многозначного фразеологического оборота из-за диф-
ференциации соотносительных значений. Так появились,
например, фразеологические омонимы поставить на ноги
‘вылечить’ и поставить на ноги ‘воспитать*; забегать вперёд
‘начинать делать что-л. раньше времени’ и забегать вперёд
‘льстиво вести себя, стараясь быть замеченным’.
Во-вторых, фразеологические омонимы могут быть и
результатом случайного совпадения по звучанию компонен-
тов таких фразеологических оборотов, которые возникли
совершенно самостоятельно и в разное время Фразеоло-
гизмы, омонимичные уже в момент своего возникновения
в языке, подобны в известной мере сходным по своему мор-
фемному составу лексическим омонимам типа городище
‘большой город’ и городище ‘место древнего поселения’;
бумажник ‘для хранения денег и бумаг’ и бумажник ‘работ-
ник бумажной промышленности’; заплыть (далеко) и за-
плыть (жиром); критический (от критика) и критический
(от кризис). В качестве «исконно омонимичных» можно
назвать фразеологизмы зелёная улица (1) ‘строй солдат со
шпицрутенами, сквозь который прогоняли провинившихся’
и зелёная улица (2) ‘свободный путь’39; протереть глаза
‘проснуться* и протереть глаза “промотаться’; показывать
нос ‘появляться на очень короткое время’ и показывать нос
‘дразнить’.
Имея в виду эти фразеологические омонимы, нельзя при-
знавать все их результатом фразеологизации одного и того
же свободного сочетания слов и не считаться с возможностью
случайного «фонетического» совпадения различных по сос-
таву фразеологических оборотов. Так, неверно считать, что
фразеологические омонимы зелёная улица (1) и зелёная улица
(2) возникли в результате фразеологизации одного и того же
свободного сочетания слов. Ведь в фразеологизме зелёная
улица (1) слово улица значит *проход между двумя рядами
солдат’, а в фразеологизме зелёная улица (2) слово улица
имеет значение ‘дорога, путь’.
В фразеологии омонимов значительно меньше, чем в
лексике. Это объясняется большей фонетической «протяжен-
ностью» и структурной сложностью фразеологических оборо-
39 Из професстонального арго железнодорожников: зелёная улица букв,
‘свободная дорога, путь из сплошных зеленых светофоров’.
44
тов, всегда выступающих по крайней мере как двуударные
единицы, состоящие минимум из двух компонентов словного
характера.
§ 9. Понятия семантически опорного и грамматически
стержневого компонентов фразеологического
оборота
В пределах устойчивого целого образующие его компонен-
ты могут иметь разную степень значимости и самостоятель-
ности в семантическом и грамматическом плане. Именно
это обстоятельство позволило языковедам выдвинуть поня-
тие опорного компонента фразеологического оборота. Од-
нако выделение и соответственно с этим определение опор-
ного компонента фразеологизма у разных ученых базируется
на различных основаниях.
Думается, что при характеристике фразеологического
оборота как определенной языковой единицы вместо еди-
ного понятия опорного компонента фразеологизма следует
оперировать двумя — очень часто в пределах конкретного
устойчивого сочетания слов не совпадающими друг с дру-
гом — понятиями: понятием семантически опорного компо-
нента и понятием грамматически стержневого компонента
фразеологизма. В таком случае под семантически
опорным компонентом фразеологизма понима-
ется компонент, выражающий его вещественное значение:
слова дурака, столпотворение, стреляный, корни в фразеоло-
гизмах валять дурака; вавилонское столпотворение; стреля-
ный воробей; пустить корни (ср. синонимичные слова дура-
читься, столпотворение, стреляный, укорениться); а под
грамматически стержневым компонен-
том — компонент, организующий фразеологизм как струк-
турное целое определенной модели (в названных выше фра-
зеологизмах это слова валять, столпотворение, воробей,
пустить?0.
Опорный и стержневой компоненты в фразеологических
оборотах имеются далеко не всегда, причем в выражении
опорного компонента, с одной стороны, и стержневого —
с другой (если речь идет о единицах, представляющих собой
какое-либо сочетание слов), существует большая разница.
Совершенно не имеют опорного компонента фразеологи-
ческие сращения и выражения (см. § 16, 19). Отсутствует *
40 В указанных фразеологизмах, как видим, опорный и стержневой
компоненты (далее будем использовать эта термины без добавления наре-
чий «семантически» и «грамматически») совпадают в одном слове лишь в
фразеологизме вавилонское столпотворение.
45
семантический центр и во многих фразеологических единст-
вах и сочетаниях, в частности представляющих собой кон-
струкции с сочинительными и подчинительными союзами
и каламбурные обороты (см. §40, 41, 44). Что касается
фразеологизмов, не имеющих в своем составе грамматиче-
ского центра, то их сравнительно немного: чем свет; шутка
сказать; себе на уме; была не была; Как бы не так; Какое
тут; Так и быть; Вот так клюква; чёрта с два; право слово
и др. Это объясняется тем, что формально фразеологизмы
являются значительно более расчлененными, нежели семан-
тически.
Иногда считают, что характер опорного компонента до
некоторой степени зависит от грамматической структуры
фразеологического оборота Это неверно: никакой обуслов-
ленности семантического центра грамматическими свойства-
ми компонентов и обшей структурой фразеологизма не
существует. Не наблюдается, между прочим, и преобладаю-
щее функционирование в качестве опорного компонента
имени прилагательного в фразеологизмах модели «имя при-
лагательное + имя существительное»: золотая середина41;
чёртова кукла; голубой экран; мыльный пузырь; крепкий
орешек; непочатый край; прописная истина; карточный до-
мик (см. §31).
Встречается в научной литературе, однако, и иное пони-
мание термина «опорный компонент»: им называют «фразео-
логизирующий» компонент фразеологизма, постоянный в
параллельных или вариантных языковых единицах и не спо-
собный к синонимической замене и эллипсису (А. С. Акса-
митов): строить в строить дурака (идиота); рожон в на
рожон лезть (переть на рожон)-.
Следует отметить также и существование иного толкова-
ния термина «стержневой компонент»: он понимается иногда
как то общее слово, с помощью которого фразеологизмы
объединяются в единое «фразеологическое гнездо» (В. П. Жу-
ков, см. § 14): рука в из рук вон; как без рук; дать по рукам;
ходить по рукам; рука не поднимается; обеими руками.
§ 10. Фразеологически оборот в его отношении
к части речи
Если фразеологический оборот не выражает законченной
информации, т. е. как по структуре, так и по значению не
соответствует предложению, то он выступает в качестве чле-
на предложения. Преимущественное употребление того
41 Калька лат. аитеа mediocritas — слом, принадлежащие римскому
поэту Горацию.
46
или иного фразеологизма в функции именно этого, а не како-
го-либо другого члена предложения целиком зависит от
его отнесенности к определенной части речи, т. е. от его
лексико-грамматического значения. Например, фразеоло-
гизмы к шапочному разбору ‘слишком поздно’; раз плюнуть
‘легко’; рукой подать ‘близко’; хоть отбавляй ‘очень много’
эквивалентны наречиям и поэтому в предложении являются
обстоятельствами; фразеологизмы задавать храповицкого
‘спать’; кривить душой ‘лгать’; действовать на нервы ‘раздра-
жать’ эквивалентны глаголам и поэтому в предложении
выступают в качестве сказуемого.
В отнесении фразеологического оборота к той или иной
части речи большое значение имеет характер стержневого
компонента, однако его значение далеко не всегда совпадает
со значением фразеологизма в целом. Так, фразеологизм
рукой подать в качестве стержневого компонента имеет
глагол подать, фразеологизм битый час — имя существитель-
ное час, однако оба фразеологизма эквивалентны наречию.
/С точки зрения эквивалентности той или иней части речи
фразеологические обороты можно разделить на семь основ-
ных групп:
1) глагольные фразеологизмы: упустить из виду; вос-
стать от сна; пить горькую; плакать в жилетку; стереть
с лица земли; нагрянуть нос; пройти мимо;
2) субстантивные фразеологизмы: игра слов; краска сты-
да; лучевая болезнь; дневное светило ‘солнце’; авгиевы конюш-
ни;
3) наречные фразеологизмы: хоть пруд пруди; на веки
вечные; без году неделя; в три ручья; как снег на голову; как
вол ‘много’; изо дня в 'день;
4) адъективные фразеологизмы: какой ни на есть; кожа
да кости ‘худой’; в чём мать родила ‘голый’; себе на уме
‘хитрый’; подбитый ветром; видал виды ‘опытный’; чистой
воды ‘настоящий’; ещё какой ‘замечательный’;
5) междометные фразеологизмы: Вот тебе и на!; Вот
оно что!; И никаких гвоздей!; Давно бы так!; Скажите по-
жалуйста!;
6) модальные фразеологизмы: Что за вопрос?; Как бы
не так!; если хотите; к слову сказать; вообще говоря;
7) союзные фразеологизмы: несмотря на то что; в силу
того что; подобно тому как; между тем как. Наиболее
продуктивными, структурно более или менее однотипными
являются первые три группы фразеологизмов.
47
§ И. Морфологические свойства фразеологического
оборота
Образующие тот или иной фразеологический оборот
слова выступают или как морфологически неизменяемые,
или как имеющие какие-либо грамматические формы, кото-
рые им свойственны в свободном употреблении. Поскольку
это наблюдается в пределах фразеологизма, условно можно
говорить о морфологических свойствах фразеологизма, од-
нако имея при этом в виду, что речь здесь идет, по существу,
лишь о морфологии компонентов фразеологизма. Так, слова
считанные, битый, ясное, действующее, беговая, дни, час,
дело, лицо, дорожка как отдельные лексические единицы
обладают всеми присущими им формами (рода, числа и
падёжа)г~Иную картину мы будем наблюдать в фразеоло-
гизмах считанные дни’, битый час, ясное дело; действующее
лицо; беговая дорожка. В первых трех фразеологизмах слова
не изменяются совершенно, они закреплены в одной-един-
ственной форме. В устойчивых сочетаниях слов действующее
лицо и беговая дорожка слова имеют все присущие им формы:
действующие лица, действующего лица; беговыми дорожками,
беговую дорожку и т. д Как видим, несмотря на одинаковую
структуру («имя прилагательное + имя существительное»),
приведенные фразеологизмы отличаются друг от друга своей
«морфологией».
Морфологические свойства слов в пределах фразеологи-
ческого оборота зависят от целого ряда причин, в первую
очередь от значения фразеологизма и степени его семанти-
ческой слитности. Фразеологизмы всегда предстают перед
нами как морфологически неизменяемые, если с точки зрения
эквивалентности той или иной части речи они принадлежат
к числу наречных, междометных, модальных или союзных.
В глагольных, субстантивных и адъективных фразеологизмах
грамматические формы компонентов могут так или иначе
меняться. Грамматически зависимые компоненты изменяют
эти формы очень ограниченно. Значительно свободнее изме-
няются стержневые компоненты.
В адъективных фразеологических оборотах способностью
к образованию форм обладают лишь имена прилагательные
и глаголы: какой ни на есть, какая ни на есть, какому ни на
есть и т. д; видал виды, видали виды и т. д (О характере грам-
матических форм в именных и глагольных фразеологизмах
см. § 31—39.)
Ограничения в изменении грамматических форм слов в
пределах именных фразеологических оборотов модели «имя
прилагательное + имя существительное» касаются лишь
форм числа и зависят от характера значения синонимичного
48
фразеологизму слова: если последнее обладает абстрактным
значением и форм числа не имеет, не будет его иметь и равно-
значный ему фразеологизм; ср.: запретный плод — желан-
ное, но запрещённое', краеугольный камень — основа; вавилон-
ское столпотворение — суматоха.
В образовании грамматических форм слов в пределах
глагольных фразеологических оборотов ограничения чаще
всего проявляются в отсутствии у многих глаголов видовой
пары В первую очередь это зависит от степени семантической
слитности фразеологизма: наблюдается минимальная изме-
няемость в фразеологических сращениях и максимальная в
сочетаниях и выражениях 42. Однако большую роль в этом
играет также то конкретное значение, которое свойственно
фразеологизму как значимой языковой единице; ср. одно-
видовые глаголы в фразеологизмах пороть чушь; играть
первую скрипку; точить лясы; натянуть нос; набрать воды
в рот; выкинуть из головы, с одной стороны, и свести (сводить)
с ума; навести (наводить) тень на плетень; мозолить (намо-
золить) глаза; попасть (попадать) впросак — с другой.
Отсутствием или, напротив, наличием соотносительных
форм числа (в именных фразеологизмах) и вида (в глагольных
фразеологизмах) нередко дифференцируются фразеологи-
ческие обороты или фразеологический оборот и свободное
сочетание слов. Например: свалять дурака ‘сделать глупость’
и валять дурака ‘дурачиться’; закрыть глаза ‘умереть’ и
закрывать глаза ‘игнорировать’; пялить глаза “таращить
глаза’ и выпялить глаза ‘широко раскрыть глаза от сильного
удивления’; устойчивые сочетания слов точить нож и уте-
реть нос являются фразеологическими единствами, а нато-
чить нож и утирать нос — свободными сочетаниями слов.
То же можно отметить и относительно фразеологизмов
зелёная улица; крокодиловы слёзы 43; белая кость и соответ-
ственно свободных сочетаний слов зелёные улицы; крокодило-
ва слеза; белые кости.
В том случае, когда слова, входящие в фразеологический
оборот, оказываются способными к образованию тех или
иных грамматических форм, возникают различные формы
одного и того же фразеологизма: срывать (срывают, будут
42 См.: Тихонов А. Н. К вопросу о видовой парности глаголов в составе
фразеологических единиц. — В кн.: Вопросы фразеологии. Самарканд,
1961, вып. 106.
43 По поводу происхождения фразеологизма см. цитату из Азбуковника
XVII в.: Крокодил зверь водный... Егда имать человека ясти, тогда плачет
и рыдает, а ясти не перестает (такое поверье существовало очень долго).
49
срывать, срывающая и т. д.) цветы удовольствия**. Их
надо отличать от вариантов фразеологизма.
§ 12. Варианты фразеологического оборота
В качестве значимых единиц фразеологические обороты
употребляются в языке по-разному. Одни всегда выступают
в постоянном лексико-грамматическом составе: плакучая ива;
ирония судьбы; Мёртвые сраму не имут* *5; по образу и подо-
бию; лечь в основу; другие функционируют в виде нескольких
(обычно двух) равноправных вариантов. Варианты фра-
зеологического оборота — это его лексико-грам-
матические разновидности, тождественные по значению и
степени семантической слитности. Различия вариантов фра-
зеологизма могут быть большими или меньшими, однако
они не должны нарушать тождества фразеологизма как
такового.
Варианты фразеологического оборота могут отличаться
один от другого отдельными элементами в составе и струк-
туре, а также стилистической окраской. Так, варианты фра-
зеологизмов бросить камень46 —бросить камнем; особь
статья — особая статья различаются грамматической фор-
мой зависимого компонента; варианты фразеологизма гроша
ломаного не стоит — гроша медного не стоит — наличием
определения к слову грош; варианты фразеологизма что
есть силы — что было силы — формой времени глагола.
Что касается вариантов фразеологизмов растекаться мыслью
по древ)/*1 —растекаться мыслью; быть в интересном поло-
жении — быть в положении; Не было печали, черти накача-
ли — не было печали; стереть с лица земли — стереть с
земли; через пень колоду валить — через пень колоду; Старость
не радость, где мои 17 лет — Старость не радость, то они
соотносятся как полные и сокращенные формы, различаю-
щиеся также и стилистически. Например, фразеологизм
через пень колрду валить отличается от своего варианта
через пень колоду архаичным характером; фразеологизм
** Цитата из комедии Н. В. Гоголя «Ревизор»: Ведь на то живёшь,
чтобы срывать -цветы удовольствия.
♦’ Слова князя Святослава перед битвой с греками в 970 г.: Ik посрамим
земли Русские, поляжем костьми ту: мертвые бо сраму не имуть.
46 фразеологизм считается заимствованием из старославянского языка,
однако в современном виде (с глаголом бросить, а не кинуть) он возник в
русском языке. Это доказывается тем, что глагол бросить является собствен-
но русским и в памятниках известен лишь с XVII в.
*7 Выражение из «Слова о полку Игореве». Слово мысль здесь появилось
вместо мысь (мышь — по псковскому произношению; в некоторых северо-
великорусских говорах мышь значит ‘белка’).
50
Не было печали, черти накачали отличается от своего сокра-
щенного варианта эвфонической организованностью.
От вариантов фразеологического оборота следует отгра-
ничивать синонимичные фразеологические обороты, имею-
щие в своем составе общие члены. Такие фразеологизмы-
синонимы можно назвать дублетными: задать баню (перцу;
от всего сердца — от всей души; бить баклуши (шабалу);
молоть вздор (ерунду); сложить (сломить) голову; взять
(заключить) под стражу; гонять лодыря (собак); стать на
дороге (на пути); набитый (круглыц) дурак. По своему лек-
сико-семантическому характеру фразеологизмы такого рода
аналогичны однокорневым лексическим синонимам типа
топонимия — топонимика, синь — синева, трёшка — трёш-
ница, лукавость — лукавство.
В подавляющем большинстве дублетные фразеологиче-
ские обороты связаны между собой как производные и произ-
водящие (так, фразеологизм на всех парах возник на основе
фразеологизма на всех парусах, фразеологизм аллах ведает —
на основе фразеологизма бог ведает), однако с точки зрения
функционирования в системе современного русского языка
все они соотносятся как самостоятельные, хотя и родствен-
ные, образования.
Нередко в научной литературе явление вариантности
понимается более широко, в результате чего как варианты
трактуются дублетные фразеологические обороты синони-
мического характера. При этом на явления фразеологии
механически переносится классификация вариантов слов.
Рассматривая варьирование фразеологических оборотов,
следует иметь в виду, что о тождестве фразеологизмов можно
говорить только в том случае, если, несмотря на определен-
ную модификацию, состав и структура фразеологизма оста-
ются постоянными, а внутренняя форма — прежней. Соот-
ветственно с этим как варианты могут выступать:
1) фразеологизмы, содержащие разные, но одинаково
семантически пустые компоненты (в таком случае фразеоло-
гизм может функционировать и без этих членов): гроша ло-
маного (медного) не стоит — гроша не стоит; что есть (было)
силы — что силы;
2) фразеологизмы, содержащие слова, различающиеся
грамматически: вверх тормашкц (тормашками); бросить
камень (камнем);
3) фразеологизмы, отличающиеся один от другого как
полная и сокращенная разновидности (в таком случае их
48 Неточная калька нем. einen verpfeffern', ср. устар задать феферу,
являющееся полукалькой.
51
отношения идентичны отношениям, существующим между
полным и сокращенным словами): идти на попятный двор —
идти на попятный; быть в интересном положении — быть в
положении (ср.: заместитель — зам, радиостанция — рация).
§ 13. Фразеологическая синонимия
В качестве значимой языковой единицы фразеологический
оборот может быть эквивалентен не только слову (ср.: дама
сердца — возлюбленная; дать маху — ошибиться; молодые
люди — юноши; сплошь и рядом — часто), но и какому-либо
другому фразеологизму (ср.: намылить шею — дать нагоняй;
подруга жизни — дражайшая половина; заложить за галс-
тук — промочить горло; была не была — либо пан, либо пропал;
и в ус не дует — и горя мало; в два счёта — в один приём).
Этим объясняется существование в языке явления фразеоло-
гической синонимии.
Фразеологические синонимы — это различ-
ные фразеологические обороты, обозначающие один и тот же
предмет объективной действительности. Однако, как и лек-
сические синонимы, фразеологические синонимы различа-
ются и тем, каким образом они обозначают одно и то же,
и тем, какие семантические, лексико-грамматические и сти-
листические свойства им присущи.
Фразеологические синонимы могут, в частности, диффе-
ренцироваться оттенками значения, стилистической окраской,
сферой употребления, словесными связями и т. п. Так, фра-
зеологизмы-синонимы со значением ‘умереть’ — сыграть в
ящик; дать дуба; ноги протянуть; испустить дух; уснуть
вечным сном; приказал долго жить; отправиться к праотцам;
богу душу отдать; сойти в могилу — различаются экспрес-
сивно-стилистическими свойствами и сферой употребления;
фразеологизмы со значением ‘много* — полон рот; куры не
клюют; хоть пруд пруди;' с три короба; хоть отбавляй —
различаются прежде всего своими словесными связями.
Отличия, свойственные фразеологическим синонимам,
объясняются самыми различными причинами, однако основ-
ной является их исходная образность, внутренняя форма.
Например, фразеологические обороты во весь опор и в мгно-
вение ока синонимичны, однако выражаемое ими значение
‘очень быстро’ — разное. Фразеологизм во весь опор выража-
ет только понятие чрезвычайной быстроты движения, в силу
чего он употребляется лишь с такими глаголами, которые
обозначают соответствующее действие: во весь опор бежать
(скакапь, мчаться, нестись и т. п.). Что касается фразеоло-
гизма в мгновение ока, то он выражает понятие чрезвычайной
51
быстроты действия вообще, поэтому употребляется с более
разнообразными глаголами: в мгновение ока примчался
(уснул, забыл, решил, починил и т. д.).
Но дифференциация окружений у разбираемых фразеоло-
гических синонимов отмечается и тогда, когда они исполь-
зуются с одними и теми же глаголами движения. Фразеоло-
гический оборот во весь опор сочетается лишь с бесприставоч-
ными глаголами или с приставочными глаголами, обознача-
ющими начало действия. Поэтому, например, во весь опор
можно только бежать или побежать. Употребить Этот
фразеологизм (вместо слов очень быстро), скажем, при глаго-
ле прибежать невозможно. Если мы хотим при глаголе
прибежать выразить фразеологически значение ‘очень быст-
ро’, то придется прибегнуть уже к фразеологизму в мгновение
ока (ср.: Прибежал он в мгновение ока), который, напротив,
не сочетается с глаголами несовершенного вида.
Отмеченная разница в употреблении фразеологических
синонимов определяется, как. уже указывалось, их исходной
образностью. Фразеологический оборот в мгновение ока
‘очень быстро’ (мгновение от мигнуть', око ‘глаз’) восходит
к обозначению маленького отрезка времени, буквально та-
кого, в который можно лишь моргнуть, т. е. один раз опустить
и поднять веки. Фраза Прибежал он в мгновение ока буквально
значит ‘прибежал он, затратив столько времени, сколько
нужно, чтобы моргнуть’.
Значение фразеологического оборота во весь опор ‘очень
быстро’ связано уже не с выражением, времени, затраченного
на движение, а с наименованием образа действия, способа,
посредством которого осуществляется движение. Первона-
чально фразеологизм во весь опор употреблялся лишь для
обозначения особого хода лошади — галопа, когда она в
полном смысле слова бежит «во весь опор». Между прочим,
«лошадиное происхождение» имеют и синонимичные этому
выражению фразеологизмы во весь дух и во все лопатки.
Образность фразеологизмов во весь дух и во все лопатки
почти одинакова: во все лопатки букв, ‘во все передние ноги,
скоком’ (ср. со всех ног), так как лопатки — это ‘плоские
треугольной формы плечевые кости, выступающие в верхней
части спины’. Что касается фразеологизма во весь дух (дух
‘дыхание’; ср.: перевести дух ‘отдышаться’; дух захватило
‘стало трудно дышать’), то он по значению эквивалентен
фразеологизму что есть духу ‘так быстро, насколько хватает
дыхания*. Заметим, что первоначально все три разобранных
фразеологизма употреблялись с глаголами скакать и бежать.
а с глаголами мчаться и нестись они стали сочетаться позд-
нее.
53
Считается, что фразеологические синонимы обычно одно-
типны и по своей грамматической структуре. Это в принципе
верно, но вовсе не структура фразеологических оборотов
определяет или ограничивает их синонимию. Ведь синонимия
возможна между фразеологизмами только в том случае,
если они, помимо общего номинативного, имеют одно и то
же лексико-грамматическое значение, т. е. выступают в функ-
ции одной и той же части речи; ср.: ни в коем случае — ни
под каким видом; от корки до корки — от доски до доски, но
высуня язык — как угорелый; стреляный воробей — прошёл
огонь и воду. Фразеологические синонимы обычно однотипны
по структуре потому, что чаще всего одну и ту же структуру
имеют фразеологизмы, одинаковые по лексико-граммати-
ческому значению.
В синонимическом ряду фразеологических оборотов в
качестве доминанты выступает наиболее частотный и стили-
стически нейтральный фразеологизм. Однако, поскольку
фразеологическая синонимия не только сосуществует с лек-
сической, но и — в пределах эквивалентных слову фразео-
логизмов — образует с ней единое целое, доминантой (в та-
ком случае общего, лексико-фразеологического ряда сино-
нимов) нередко выступает слово. Оно является, естественно,
также общеупотребительной единицей с так называемой ну-
левой стилистической характеристикой; ср.: неожиданно —
внезапно — как снег на голову — как из-под земли; голый —
нагой — в костюме Адама — в чём мать родила; бездельни-
чать — плевать в потолок — ходить руки в брюки; заиски-
вать — лисой прикидываться — мелким бесом рассыпаться —
вертеть хвостом.
Фразеологические синонимы наблюдаются во всех груп-
пах фразеологических оборотов, которые можно выделить
на основе их лексико-грамматического значения (см. § 10).
Но богаче всего фразеологическая синонимия представлена
в глагольных и наречных фразеологизмах. Стилистически
окрашенные и выразительные фразеологические эквиваленты
глаголов и наречий во многих случаях образуют большие
синонимические ряды: 1) сидеть сложа руки; лодыря корчить ;
слонов слонять; бить баклуши; сидеть богородицей; собак
гонять; 2) дать нагоняй; намылить голову; продрать с песоч-
ком; отделать под орех; задать баню; 3) заправлять арапа;
водить за нос; вводить в заблуждение; втирать очки; 4) капля
в море; всего ничего; полтора человека; раз, два и обчёлся;
кот наплакал; без году неделя; 5) во все лопатки; сломя голову;
во весь дух; высуня язык; со всех ног.
Среди фразеологических синонимов особо выделяется
группа фразеологических оборотов, содержащих общие ком-
54
поненты — одинаковые слова. В качестве общих компонен-
тов могут выступать как полнозначные слова, выполняющие
функцию стержневого или зависимого компонента, так и
слова служебные, выполняющие функцию «скрепок»: чесать
языком — трепать языком' выпучить глаза — вытаращить
глаза', задать лататы — задать стрекача; тянуть кани-
тель — тянуть волынку; сесть в лужу — сесть в калошу;
ни рыба ни мясо — ни два ни полтора; тютелька в тютель-
ку — точка в точку. В том случае, если в синонимичных фра-
зеологизмах одинаковы полнозначные слова, являющиеся
в них стержневыми или зависимыми компонентами, соответ-
ствующие фразеологизмы можно считать дублетными
(см. § 12).
Фразеологическая синонимия, как и лексическая, пред-
ставляет собой явление историческое. Поэтому существую-
щих синонимических рядов фразеологических оборотов мог-
ло ранее не быть. И напротив, фразеологизмы, прежде нахо-
дившиеся в синонимических отношениях, могут семантиче-
ски дифференцироваться. Так, фразеологизмы со значением
‘болтать чепуху’ нести околесицу и говорить невесть что
сейчас синонимичны, однако их синонимичность не является
исходной. Фразеологизм нести околесицу вначале обозначал
‘говорить вокруг да около, не затрагивая прямо сути пред-
мета; вести разговор намеками и недомолвками, не кратко
и ясно, а очень многословно’. Слово околесица (от около)
имело в нем ранее значение ‘не идущие к делу речи, которые
с позиции слушающего являются помехой для понимания
сути дела и, следовательно, лишними, чепухой’. У фразеоло-
гизма говорить невесть что значение ‘болтать чепуху’ раз-
вилось в связи с отрицательным отношением к людям, гово-
рящим о том, чего сами точно не знают. В момент своего
возникновения это устойчивое сочетание слов буквально
обозначало ‘говорит о том, чего не знает’ и имело закреплен-
ную форму говорит не весть что (весть — форма 3-го л.
ед.ч. наст.вр. глагола ввдыпи ‘знать’, вытесненного затем
глаголом ведать того же значения).
§ 14. Фразеологические гнезда
Некоторыми исследователями выдвигается — с оглядкой на словооб-
разовательные гнезда — понятие фразеологического гнезда. По мнению
В. Л. Архангельского, фразеологические обороты образуются главным об-
разом на основе корневой лексики; это обстоятельство ведет к тому, что
устойчивые сочетания слов группируются вокруг корневых слов (типа вода,
дем, белый, брать, ходить) в фразеологические гнезда. «Фразеологическое
гнездо объединяет фразеологические единицы, имеющие в своем составе
одно и то хе слово в качестве стержневого компонента и реализующие раз-
55
личные веды лексических значений этого слова»*’. Так, с его точки зрения,
можно выделить фразеологическое гнездо со стержневым компонентом
вода, куда войдут фразеологизмы в ступе воду толочь; как рыба в воде; как
с гуся вода; тише воды, ниже травы; много воды утекло; в огонь и воду;
жавелева(я) вода и др.
Одаако анализ языковых единиц показывает, что фразеологических
гнезд как определенных элементов языковой структуры в действительности
нет. Дело здесь к только в том, что аналогия похожих фразеологических
единиц словообразовательным единицам неточная и внешняя (ведь в фра-
зеологизме всегда не меньше двух «корневых» компонентов), хотя и это очень
важно. Не признавать понятие фразеологического гнезда заставляет то, что,
во-первых, фразеологическге обороты в системе языка объединяются в
определенные категории по иным — структурным и семантико-стилисти-
ческим — признакам, а во-вторых, фразеологизмы образуются (если не
являются калькам! или заимствованиями) не на основе отдельных слов,
а на основе свободных сочетаний слов или по моделям существующих уже
фразеологизмов (ок. § 47—48).
Следовательно, «базовыми» для названных выше фразеологических
оборотов будут не слово вода, а соответствующие свободные сочетания
слов, иногда даже более обширные по размеру, чем современные устой чи-
вье сочетания слов 50 51. Здесь надо выделить лишь фразеологизм жавелева(я)
вода, который является полукалькой фр. eau de Javelle ‘вода Жавеля* (сти-
ральный раствор был назван по деревне, находившейся вблизи Парижа,
в которой была фабрика, с конца XVIII в. изготовлявшая этот препарат5 ’).
СТЕПЕНЬ СЕМАНТИЧЕСКОЙ СЛИТНОСТИ
ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ОБОРОТОВ
§ 15. Классификация фразеологических оборотов
с точки зрения их семантической слитности
В качестве воспроизводимых языковых единиц фразеоло-
гические обороты всегда представляют собой единое смысло-
вое целое, однако соотношение значения фразеологизма в
целом и значений составляющих его компонентов может
быть различным. С точки зрения семантической слитности,
т. е. соотношения, существующего между общим значением
фразеологизма и «частными» значениями его компонентов,
фразеологизмы современного русского литературного языка
можно разделить на четыре группы: фразеологические сра-
щения, фразеологические единства, фразеологиче-
ские сочетания и фразеологические выражения.
*’ Архангельский В. Л. Устойчивые фразы в современном русском языке:
Основы теории устойчивых фраз и проблахы общей фразеологии. Ростов-на-
Дону, 1964, с. 64.
м Например, фразеологизм как с гуся вода возник путем сокращения
выражения из народного заклинания Лейся беда, как с гуся вода.
51 В XIX в. было известно и слово оджавель, возникшее в результате
сокращения в русском языке французского фразеологизма в слово. Ср. по-
добные отношения между словом одеколон и его устаревшей калькой кёльн-
ская вода.
56
Фразеологические сращения и единства представляют собой
семантически неделимые образования; они соответствуют
какому-либо слову или словосочетанию. Фразеологические
сочетания и выражения представляют собой уже семанти-
чески членимые образования; их значение равно значению
составляющих их слов.
Предлагаемая классификация фразеологических оборотов
разработана на основе классификации фразеологизмов
В. В. Виноградова, творчески переработавшего (с учетом
специфических особенностей фразеологии русского языка)
фразеологическую схему Ш. Балли52.
Все фразеологические обороты — в отличие от свободных
сочетаний слов — Балли разделил на три типа: обычные
сочетания, возникающие тогда, когда свобода выбора огра-
ничена определенными пределами (ипе grave maladie ‘тяжелая
болезнь’); фразеологические группы, образующиеся тогда,
когда два понятия почти сливаются в одно (remporter ипе
victoire ‘одержать победу’), и фразеологические единства,
которые обозначают одно неразложимое целое (faire table
rase ‘очистить место’)53.
Как будет ясно из дальнейшего, Балли не различал среди
фразеологических оборотов, эквивалентных слову, два прин-
ципиально разных типаГобъединяя их в понятии фразеологи-
ческого единства. Большой заслугой Виноградова при ис-
пользовании фразеологической схемы Балли было выделение
среди семантически неделимых фразеологизмов, с одной
стороны, фразеологических единств, а с другой — фразео-
логических сращений. Термином Балли им были названы
только фразеологизмы первого типа (см. § 17).
Дальнейшее изучение русской фразеологии, помимо на-
меченных Виноградовым трех типов фразеологических обо-
ротов (фразеологических сращений, единств и сочетаний),
выявило наличие еще одной группы — фразеологических вы-
ражений. Термин «фразеологическое выражение» использу-
ется здесь не для обозначения (как это иногда бывает) фразео-
логизма вообще, а для обозначения фразеологизма опреде-
ленного типа5*. Таким образом, термин «фразеологический
оборот» выражает понятие, значительно более широкое по
w См.: Bally Ch. Prdcis de stylistique. Geneve, 1905.
53 По существу, ту же самую классификацию фразеологизмов мы на-
ходим в его более поздней книге «Traits de stilistique franqaise». См.: Балли Ш.
Французская стилистика, ч. 1, гл. 2.
м См.: Шанский Н. М. Основные свойства и приемы стилистического
использования фразеологических оборотов в русском языке. — Рус. язык
в школе, 1957, № 3; его же. Лексика и фразеология современного русского
языка. М„ 1957, с. 121.
57
объему, нежели то, которое выражается термином «фразео-
логическое выражение» (см. § 19).
Данная классификация фразеологических оборотов с точ-
ки зрения их семантической слитности представляется наибо-
лее целесообразной и, главное, является общепринятой.
Выше уже отмечалось, что она ни в коей мере не исключает
иных классификаций фразеологизмов, коль скоро они рас-
сматриваются с точки зрения значения, лексико-грамматиче-
ской характеристики, происхождения и т. д.
Классификация фразеологических оборотов с точки зре-
ния соотношениях их общего значения и значения входящих
в их состав компонентов аналогична номинативно-словообра-
зовательной классификации отдельных слов. Среди слов мы,
имея в виду их номинативность и определенную структурную
целостность, выделяем следующие группы: 1) немотивиро-
ванные названия, имеющие непроизводную основу: река,
белый, нести; 2) немотивированные названия, имеющие про-
изводную основу: печка, ножик, птица, скудный; 3) мотиви-
рованные названия, имеющие производную основу и обла-
дающие фразеологизованным значением: писатель, камен-
щик, носатый, очаровательный; 4) мотивированные названия,
имеющие производную основу и обладающие нефразеологи-
зованным значением; к ним относятся слова, образованные
по регулярной модели: формирование, фразеологичность,
по-настоящему, а также слова, имеющие нерегулярные аф-
фиксы: рисунок, попадья, козёл, малюсенький, мазюкать.
Аналогичность соответствующих групп слов названным
типам фразеологизмов несомненна (слова двух первых групп
образуют единую группу, соотносительную с фразеологиче-
скими сращениями). Определенная соотнесенность слова и
фразеологизма проявляется, как видим, также и в характере
их внутренней формы и ее морфемного или словесного оформ-
ления.
§ 16. Фразеологические сращения
Фразеологическое сращение — это семанти-
чески неделимый фразеологический оборот, в котором его
целостное значение совершенно несоотносительно с значе-
ниями его компонентов. Значение такого рода фразеологиз-
мов является таким же немотивированным, как и значение
слов с непроизводной основой. Например, фразеологизмы
бить баклуши ‘бездельничать’ и очертя голову ‘безрассудно’
являются такими же немотивированными и условными обо-
значениями явлений объективной действительности, какими
являются составные слова типа подражать или стремглав,
58
где производность совершенно не чувствуется и значение
слова абсолютно несоотносительно со значениями составляю-
щих его частей. В самом деле, как значение слова стремглав
не выводится из значения частей стрем ‘вниз’ (ср.: стрем-
нина, стремительный) и глав (ср.: главный, голова), так и
значение фразеологизма очертя голову не выводится из
значений слов очертя и голову.
Таким образом, фразеологические сращения — это такие
обозначения тех или иных явлений действительности, кото-
рые аналогичны тому, что мы наблюдаем в словах с непроиз-
водной основой, в которых уже не чувствуется признак,
положенный в основу названия. Этот признак как в непроиз-
водных словах, так и в фразеологических оборотах может
быть вскрыт лишь путем этимологических разысканий.
В фразеологических сращениях слов с их самостоятель-
ными значениями, по существу, нет. Значение фразеологиче-
ского оборота здесь и не выводится, и не вытекает из значений
его компонентов.
Так, значение фразеологического сращения не ровен час
‘а вдруг’ (Не ровен час, он заметит это) совершенно несоот-
носительно с теми значениями, которые свойственны ком-
понентам не ровен и час. Целостное значение фразеологиче-
ского сращения И никаких гвоздей! ‘хватит, ничего больше’
не составляется из значений компонентов и, никаких, гвоздей
и не вытекает из тех значений, которые присущи данным
словам в их свободном употреблении.
Если компоненты фразеологического сращения и имеют
одинаково звучащие с ними слова, то это соотношение явля-
ется чисто омонимическим. Например, сочетание слов пере-
мывать косточки, с одной стороны, может выступать перед
нами как фразеологическое сращение, значение которого
‘сплетничать’ не вытекает из значений отдельно взятых слов
перемывать и косточки, а с другой стороны, может быть
свободным сочетанием слов, употребленных в их номинатив-
ном значении (Косточки ископаемого животного археологам
пришлось перемывать несколько раз).
Таким образом, фразеологические сращения — это экви-
валенты слов, подводимые под определенные грамматиче-
ские категории как единые, абсолютно неразложимые язы-
ковые единицы. Наивысшая. степень семантической слитно-
сти, которая характерна для этих фразеологических оборо-
тов, обусловлена действием ряда факторов. Во-первых,
наличием в фразеологическом сращении устаревших и потому
непонятных слов. В качестве примеров можно привести
такие фразеологизмы, как попасть впросак; точить балясы;
бить баклуши, включающие вышедшие из употребления
5»
слова: просак ‘станок для кручения веревок’, балясы ‘точеные
столбики перил’, баклуши ‘чурки для выделки мелких щепных
изделий’.
Во-вторых, наличием в фразеологическом сращении грам-
матических архаизмов. В качестве примеров можно указать
фразеологизмы спустя рукава и сломя голову, в которых
сохранилась архаичная форма деепричастия (в современном
русском языке деепричастия совершенного вида образуются
с помощью суффиксов -в и -вши), а также: ныне отпущаеши
(ср. отпускаешь)-, темна вода во облацех (ср. в облаках).
В-третьих, отсутствием в фразеологическом сращении
живой синтаксической связи между его компонентами, на-
личием синтаксической неупорядоченности и нерасчленен-
ности. Например, в фразеологизмах чем свет-, как пить дать -,
шутка сказать; была не была; хоть куда; себе на уме ясных
синтаксических связей между компонентами, мотивирован-
ных с точки зрения современных грамматических правил,
не существует.
§ 17. Фразеологические единства
,, Фразеологическое единство — это семанти-
чески неделимый и целостный фразеологический оборот,
значение которого мотивировано значениями составляющих
его слов. Неразложимое значение фразеологического един-
ства 55 возникает в результате слияния значений составляю-
щих его слов в единое обобщенно-переносное значение.
Семантическая неделимбсть такого рода фразеологизмов
сближает их с фразеологическими сращениями, а их семан-
тическая производность, обусловленность значения фразео-
логического оборота значениями отдельных слов отличает
их от фразеологических сращений.
Если мы возьмем в качестве примера фразеологические
единства закинуть удочку; тянуть лямку; зарыть талант
в землю; семь пятниц на неделе; мелко плавает; из пальца
высосать; первый блин комом; положить зубы на полку,
то их значения (в отличие от значений фразеологических
сращений) являются производными, мотивированными и
вытекающими из значений образующих их компонентов.
В этом отношении они аналогичны словам с производной
основой. Однако необходимо отметить, что эта мотивиро-
ванность, производность значений фразеологизмов не пря-
мая, а опосредованная. В русском языке все весьма много-
55 Термин «фразеологическое единство», введенный В. В. Виноградо-
вым, представляет собой кальку фр. unlti phrastologique (см. § 52-56).
60
численные фразеологические единства являются образными
выражениями, понимание смысла которых обязательно свя-
зано с пониманием той внутренней образности, на которой
они строятся. Свойство реально существующей образ-
ности — это основное свойство фразеологических единств.
Именно это отличает их от омонимичных свободных соче-
таний слов. Такие сочетания слов, как намылить голову,
брать в свои руки; заткнуть за пояс; прокатить на вороных,
одинаково возможны и как фразеологические единства (тогда
это образные выражения), и как свободные сочетания слов
(тогда это слова, употребленные в номинативных значениях).
Фразеологические единства допускают вставку других
слов: тянуть (служебную) лямку. Это свойство фразеологи-
ческих единств обособляет их не только от фразеологических
сращений, но и от подавляющего большинства фразеологи-
ческих сочетаний и выражений.
Фразеологические сращения и единства, выступающие
чаще всего как эквиваленты слов, нередко объединяются
в одну группу. В таких случаях их называют идиомами,
или идиоматическими выражениями. Фразеологическим сра-
щениям и единствам противостоят фразеологические соче-
тания и выражения. Они представляют собой семантически
членимые фразеологические обороты, значение которых це-
ликом соответствует значениям образующих их слов: насу-
пить брови; заклятый враг; проверка исполнения; борьба за
мир; Счастливые часов не наблюдают; Жизнь прожить —
не поле перейти.
§ 18. Фразеологические сочетания
Фразеологическое сочетание — это фразео-
логический оборот, в котором есть слова как со свободным
значением, так и с фразеологически связанным. Рассмотрим
фразеологическое сочетание закадычный друг. Оно состав-
лено из двух слов. Слово друг может сочетаться не только
со словом закадычный, но и с целым рядом других слов,
самых различных по значению, экспрессивно-стилистической
окраске и т. д. Что же касается слова закадычный, то оно
как бы «прикреплено» к слову друг и может употребляться
только с ним. В фразеологическом сочетании заклятый
враг имя прилагательное заклятый является «спутником»
имени существительного враг.
Естественно, мы говорим о том, что в действительности
свойственно языку как общенародному средству общения.
В индивидуально-авторском употреблении, текстах большой
61
выразительности и изобразительности, словесные «знаком-
ства» могут быть значительно шире.
Следовательно, фразеологическими сочетаниями называ-
ют такого рода устойчивые в своем составе фразеологиче-
ские обороты, которые образуются из слов со свободным и
фразеологически связанным значением:утлый чёлн; кромеш-
ный ад; скоропостижная смерть; скалить зубы; трескучий
мороз; насупить брови.
Фразеологические сочетания почти не имеют омонимич-
ных им свободных сочетаний слов. Особенностью их явля-
ется то, что слова ,с фразеологически связанным значением
могут заменяться синонимичными: скоропостижная (вне-
запная) смерть; расквасить (разбить) нос. Чем шире круг
слов, с которыми может соединяться компонент фразеоло-
гического сочетания, характеризующийся связанным упо-
треблением, тем ближе это фразеологическое сочетание к
фразеологическому выражению.
§ 19. Фразеологические выражения
Фразеологическое выражение — это устой-
чивый в своем составе и употреблении фразеологический
оборот, который не только является семантически членимым,
но и состоит целиком из слов со свободным значением. От
фразеологических сочетаний фразеологические выражения
отличаются тем, что в них нет слов с фразеологически свя-
занным значением: Любви все возрасты покорны; Волков
бояться — в лес не ходить; оптом и в розницу; всерьёз и на-
долго; социалистическое соревнование. Образующие их сло-
ва не могут иметь синонимы.
По характеру связей составляющих их слов и по общему
значению фразеологические выражения ничем не отличаются
от свободных сочетаний слов. Отграничивает фразеологиче-
ские выражения от свободных сочетаний слов только то,
что они не образуются говорящим в процессе общения, а
воспроизводятся как готовые единицы с постоянным значе-
нием и составом. Так, употребление фразеологического выра-
жения Любви все возрасты покорны отличается от употребле-
ния, например, предложения Стихи покоряли читателя
своей искренностью и свежестью тем, что фразеологизм
извлекается говорящим из памяти целиком (как отдельное
слово или фразеологический оборот, эквивалентный слову),
в то время как предложение создается говорящим по зако-
нам русской грамматики из отдельных слов в процессе обще-
ния. Например, фразеологическое выражение партийный
билет характеризуется прежде всего тем, что оно не образу-
62
ется говорящим всякий раз, как только ему случается об
этом говорить, а воспроизводится так же, как слово парт-
билет. Что касается сочетаний партийное отношение; пар-
тийный стаж и т. п., равно как и сочетаний слов типа хоро-
ший билет, то все они создаются в соответствующей речевой
ситуации.
Среди фразеологических выражений следует различать
фразеологические выражения коммуникативного и номина-
тивного характера. Фразеологические выражения комму-
никативного характера представляют собой пре-
дикативные словосочетания, по структуре соотносительные
с предложением. Они всегда выражают то или иное сужде-
ние: Человек — это звучит гордо; Без труда не вытащишь
и рыбку из пруда; Суждены нам благие порывы. Фразеологиче-
ские выражения номинативного характера пред-
ставляют собой сочетания слов, по структуре соотноситель-
ные с частью предложения. Они всегда выражают то или
иное понятие и, подобно словам, выполняют в языке номина-
тивную (т. е. назывную) функцию: трудовые успехи; на дан-
ном этапе; высшее учебное заведение.
§ 20. Определение степени семантической слитности
фразеологического оборота
Характеристика степени семантической слитности того
или иного фразеологического оборота и, следовательно,
отнесение его к одной из четырех групп должно опираться
на значение и употребляемость слов в языке. Так же как и
при словообразовательном анализе слова, здесь нам ни в
коем случае нельзя выходить за пределы фразеологической
системы современного русского литературного языка.
Наибольшие трудности в определении степени семанти-
ческой слитности фразеологических оборотов обычно возни-
кают в различении фразеологических сращений и единств.
Что касается фразеологических сочетаний и выражений, то
их специфика в подавляющем большинстве случаев устанав-
ливается просто. Ошибки здесь чаще всего связаны с тем, что
нередко фразеологические обороты этих типов смешивают
со свободными сочетаниями слов (см. § 4).
Основным критерием, которым следует руководи гвовать-
ся при определении того, что представляет собой данный
фразеологический оборот — фразеологическое сращение или
единство, — является наличие ~ отсутствие в нем образности
и мотивированности значения. Если фразеологизм имеет
немотивированное значение, образностью не обладает, перед
нами — фразеологическое сращение: железная дорога; чем
63
свет', собаку съел. Если фразеологизм семантически мотиви-
рован, обладает определенной образностью, перед нами —
фразеологическое единство: уйти в свою скорлупу; кровь с
молоком; держать камень за пазухой; играть в прятки;
ноль внимания; довести до белого каления.
§ 21. Фразеологические обороты терминологического
характера
Ученые, включающие лексикализованные сочетания слов
терминологического характера в состав фразеологии (см. § 1),
характеризуют их по-разному. В частности, нередко их выде-
ляют в особую группу56.
Однако считать составные термины одной из групп фра-
зеологических оборотов возможно лишь с точки зрения
экспрессивно-стилистической, но ни в коем случае не с точки
зрения их семантической слитности. Это неправомерно имен-
но потому, что в ряде случаев составные термины становятся
не только целостными, но и вовсе семантически немотивиро-
ванными фразеологическими единствами.
Так, фразеологические обороты кесарево сечение; желез-
ная дорога; белый гриб; слепая кишка; фрикативные звуки;
вопросительный знак; политическая экономия; социалистиче-
ское соревнование с экспрессивно-стилистической точки зрения
будут составными терминами. Однако степень семантиче-
ской слитности у них различная: кесарево сечение и железная
дорога являются (как семантически немотивированные и
безобразные) фразеологическими сращениями; белый гриб
и слепая кишка, обладающие образностью, являются фразео-
логический единствами; фрикативные звуки и вопроситель-
ный знак, включающие в свой состав слова с фразеологически
связанным значением, являются фразеологическими сочета-
ниями, а политическая экономия и социалистическое соревно-
вание, значение которых равно сумме значений образующих
их слов, — фразеологическими выражениями.
Таким образом, в постановке в один ряд таких понятий,
как фразеологические сращения, единства, сочетания, выра-
жения и составные термины, наблюдается логическое наруше-
ние единого принципа классификации. Составные термины
как особую группу фразеологических оборотов можно выде-
лять лишь тогда, когда фразеологизмы рассматриваются с
экспрессивно-стилистической точки зрения. В таком случае
s< Ср. у В. В. Виноградова: «Отдельно должны быть рассмотрены це-
лостные словесные группы, являющиеся терминами, т. е. выступающие в
функции названия» (Русский язык, с. 27).
64
они могут быть противопоставлены межстилевым и разго-
ворно-бытовым фразеологизмам, фразеологизмам арготи-
ческого характера, поэтическим фразеологизмам и т. д.
(см. § 70—73).
ЛЕКСИЧЕСКИЙ СОСТАВ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ
ОБОРОТОВ
§ 22. Классификация фразеологических оборотов
по составу
Фразеологические обороты современного русского лите-
ратурного языка в своем большинстве дословно не перево-
дятся на другие языки (даже на близкородственные, славян-
ские) и при переводе должны заменяться равнозначными
выражениями, имеющими ту же сферу употребления и стили-
стическую окраску. При изучении фразеологии современного
русского литературного языка следует учитывать характер
состава фразеологизмов, т. е. специфические особенности
образующих их слов. В этом отношении все устойчивые
сочетания слов распадаются на две большие группы.
Одну группу составляют фразеологические обороты, ко-
торые образованы из слов свободного употребления, при-
надлежащих к активной лексике современного русского языка:
как снег на голову ‘внезапно’; через час по чайной ложке ‘мед-
ленно’; бросить взгляд ‘взглянуть’; подруга жизни “жена*.
Слова в подобных фразеологизмах, за редким исключением
(ср.: будь друг вм. будь другом; шутка сказать вм. шутку
сказать; Врачу, исцелися сам вм. Врач, исцелись сам), связаны
в соответствии с нормами современной грамматики. Эта
группа, включающая подавляющее большинство фразеоло-
гизмов, постоянно и интенсивно увеличивается.
Другую группу составляют фразеологические обороты с
лексико-семантическими особенностями, т. е. такие, в кото-
рых есть слова связанного употребления, слова устаревшие
или с диалектным значением: мурашки бегут ‘знобит’; ото-
ропь нашла *в замешательстве’; елико возможно ‘насколько
возможно’; и стер и млад ‘все’. Слова в подобных фразеоло-
гизмах могут выступать в архаичных для современного
языка формах: погибоша аки обри букв, ‘погибли, как авары’;
сим победиши букв, ‘этим победишь’; притча во языцех букв,
‘притча в народах’. Эта группа, объединяющая сравнительно
небольшую часть фразеологизмов, пополняется очень нере-
гулярно и медленно.
3-594 «
§ 23. Фразеологические обороты, образованные
из слов свободного употребления
Фразеологические обороты этой группы образованы из
слов, известных и вне фразеологизмов. В них нет ни одного
слова, которое бы не могло быть употреблено (иногда не в
прямом, а в переносном значении) в составе свободных соче-
таний слов. Поэтому такие фразеологизмы не отличаются
от свободных сочетаний слов: и слова в них те же, и связаны
они между собой так же. Отличает их от свободных сочетаний
слов свойство воспроизводимости. Свободные сочетания слов
типа большой шаг вперёд или поднять бокал (ср.: Она сделала
большой шаг вперёд и нагнулась, чтобы поднять бокал) созда-
ются по правилам грамматики из отдельных слов в процессе
общения. Омонимичные же им фразеологизмы большой
шаг вперёд ‘прогресс, успех в чем-л’. и поднять бокал ‘выпить
за чье-л. здоровье’ воспроизводятся как готовые языковые
единицы, целостные по значению и устойчивые по составу
и структуре.
Правда, будучи все образованы из слов широко известных,
фразеологические обороты этой группы не представляют
собой единства в лексико-синтаксическом отношении. Среди
них есть фразеологизмы (в отличие от большинства фразео-
логизмов этой группы типа вариться в собственном соку,
кек в аптеке; взять за горло; ёлки зелёные; поднять голову;
куда глаза глядят), включающие слова (в ряде случаев имею-
щие переносное значение), которые, казалось бы, никак не
связаны Такими являются, например, фразеологизмы тоска
зелёная; флексия основы; горькая истина; взрослые дети;
дело горит; время терпит; реветь белугой51; ходячая газета;
стоять грудью; золотой дождь; жгучая брюнетка; бросать
слова на ветер; полтора человека; бешеные деньги; ветер в
голове; дырявая память. Состоящие из таких слов, которые
выражают не соотносительные, а иногда просто противо-
положные понятия, эти фразеологизмы носят нередко ало-
гичный и каламбурный характер.
В ряде случаев фразеологические обороты такого рода
объясняются полным или частичным калькированием ино-
язычных фразеологизмов: земляное яблоко ‘картофель’ < фр.
ротте de terre; строить куры ‘ухаживать за женщиной’
< фр. faire la соиг и т. п.
Однако, несмотря на лексико-семантическое различие,
которое существует между фразеологическими оборотами
37 Трансформация фразеологизма реветь белухой (белуха ‘полярный
дельфин, способный реветь').
66
типа поднять знамя; ёлки зелёные, с одной стороны, и поднять
голос; тоска зелёная — с другой, по составу они друг от друга
не отличаются: все слова входят в активную лексику совре-
менного литературного языка и употребляются как в фразео-
логизмах, так и вне их (с прямым или переносным значением).
§ 24. Фразеологические обороты с лексико-семантическими
особенностями
В фразеологических оборотах этой группы наблюдаются
как бы особые добавления, т. е. слова, известные лишь в
качестве компонентов этих фразеологизмов. Всякого рода
устаревшие, диалектные слова и слова связанного употреб-
ления сразу отличают такие фразеологизмы от свободных
сочетаний слов.
Фразеологические обороты этой группы представляют
особый интерес: изучая их, мы должны объяснять не только
фразеологизмы в целом, но и входящие в них слова или их
старые (по крайней мере, для современного русского языка)
значения. Среди устойчивых сочетаний слов разбираемой
группы выделяются фразеологизмы, в которых есть слова,
не известные вне фразеологизмов, и фразеологизмы, вклю-
чающие слова диалектные или с устаревшими значениями.
§ 25. Фразеологические обороты со словами, известными
лишь в их составе
Фразеологические обороты со словами, существующими
в настоящее время как лексические единицы только в пределах
устойчивых сочетаний слов, могут быть двух типов. Одни
включают такие слова связанного употребления, которые не
имеют явного оттенка устарелости: скалить зубы ‘смеяться’;
распускать нюни ‘хныкать’; потупить глаза ‘опустить глаза’;
задавать храповицкого ‘спать’; мозолить глаза ‘надоедать’.
Другие включают явные архаизмы и историзмы: как зеницу
ока ‘заботливо, тщательно’ (букв, ‘как зрачок глаза’); бразды
правления ‘власть’ (букв, ‘вожжи правления’); прописать
ижицу ‘высечь’ (ижица — название ныне не существующей
в русской азбуке буквы); Мал золотник, да дорог ‘о небольшом,
но важном’ (золотник — название старей русской меры веса).
Однако все эти фразеологизмы выделяются наличием слов
с фразеологически связанным значением: их нет без этих
слов так же, как не существует подобных слов за пределами
фразеологизмов.
Например, фразеологический оборот точь-в-точь ‘совер-
шенно точно’ включает самостоятельно не известное имя
з* 67
существительное точь ‘счет’ (ср. точный). В фразеологизме
камень преткновения ‘затруднение, помеха* архаизм преткно-
вение образован с помощью суффикса -ение от глагола пре-
ткнуться ‘споткнуться’ и входит в словообразовательный
ряд столкновение, вдохновение, возникновение, дуновение (от
столкнуть, вдохнуть, возникнуть, дунуть) и т. д Фразеоло-
гизм задать стрекача ‘убежать’ содержит не существующее
вне его имя существительное стрекач ‘бегство’, в диалектах
еще понимаемое как суффиксальное образование от стрекать
‘бежать, прыгать, скакать’.
Устойчивое сочетание слов разводить антимонию (анти-
монии)5* ‘вести пустые разговоры, отвлекающие от серьезного
дела’ включает только в нем встречающееся слово антимо-
ния, представляющее собой измененную форму (перестанов-
ка звуков м и н) слова антиномия (лат. antinomia ‘противоре-
чие’). Поэтический фразеологизм в объятиях Морфея “во сне’
строится на вышедшем из активного употребления имени
существительном Морфей ‘бог сна’ (ср. морфий).
Старославянский по своему происхождению фразеоло-
гический оборот во время оно ‘некогда, когда-то очень давно’
в качестве одного из компонентов включает устаревшее
указательное местоимение оно ‘то’. В фразеологизме ни зги
не видно выделяется только в нем известное слово зга ‘дорога’
(<др.-рус. стьга), однокорневое с прост, стёжка ‘тропинка’,
кн. стезя ‘путь’, поэт, стогна ‘площадь’ и др.
В фразеологическом обороте за тридевять земель ‘очень
далеко’, вошедшем в литературную речь из сказок, исчезнув-
шее в самостоятельном употреблении имя числительное
тридевять 12Т указывает на существовавшую девятиричную
систему счисления [так, в одной грамоте XVI в. встречается
тридевять кречетов ‘27 кречетов’; в диалектной речи встре-
чается также выражение: Она (невеста) только за тридевятого
жениха пойдёт]59.
Только в фразеологических оборотах застать (застиг-
нуть, напасть) врасплох встречается наречие врасплох, воз-
никшее в результате слияния предлога в и формы винитель-
ного падежа единственного числа устаревшего (и диалект-
ного) имени существительного расплох ‘замешательство,
отсутствие готовности’, родственного, вероятно, словам
оплошность и сплоховать. Фразеологизм Млечный Путь60
включает архаизм старославянского происхождения млечный
‘молочный’.
s* Фразеологизм пришел из арго семинаристов.
См.: Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. М.,
1955, т. 4, с. 430.
60 Калька лат. via lactea.
68
Архаичные наречия семо я овамо (ср.: др.-рус. кама ‘дута *
совр. там < тамо) в фразеологическом обороте семо и
овамо ‘туда и сюда, по ту сторону и другую сторону’ образо-
ваны посредством суффикса -мо от указательных местоимений
сь ‘этот’ (с указанием на ближний предмет) и овь ‘тот’ (с ука-
занием на дальний предмет), известных в древнерусском
языке и диалектах. Фразеологизмами со словами связанного
употребления являются: вверх тормашками (тормашка от
тормошить); души не чает (чаять ‘ждать’); паче чаяния
(паче ‘сверх’, чаяние ‘ожидание’); разводить сантименты
(фр. sentiment ‘чувство’); таращить глаза (таращить ‘широко
раскрывать’); чревато последствиями (чревато ‘способно
породить’ от чрево ‘живот’); как кур во щи [вероятно, из как
кур в ощип, где кур ‘петух’ (ср. курица)]; разбить вдребезги
(ср. диал. дребезги ‘осколки’, родственное словам дробь,
раздробить) и др.
§ 26. Фразеологические обороты со словами с устаревшим
или диалектным значением
Кроме устойчивых сочетаний слов с только им «принад-
лежащими» словами есть фразеологические обороты, вклю-
чающие слова с архаичным или нелитературным сейчас
значением. В ряде случаев особенности значения входящих
в фразеологизм слов ощущаются ясно: остальное от лука-
вого (лукавый ‘черт’); на худой конец (худой ‘плохой’); пропасть
даром (даром ‘напрасно’); красная девица (красная ‘красивая’,
ср. прекрасная); вульгарная латынь (вульгарная ‘народная’,
ср. лат. vulgaris); Фома неверный (неверный ‘неверящий’);
всякой твари по паре (тварь ‘живое существо’); в мгновение
ока (мгновение ‘мигание’); страна света (страна ‘сторона’);
не на живот, а на смерть (живот ‘жизнь’). Однако иногда
семантические особенности архаичного или диалектного
характера компонента осознаются только после специального
разбора фразеологизма в целом с этимологической точки
зрения (см. §63).
Так, изучение происхождения фразеологического оборота
зарыть талант в землю показывает, что в нем слово талант
‘дарование’ наложилось на слово талант (талон) ‘крупная
серебряная монета’. В фразеологизмах иметь сердце (на
кого-л.) ‘сердиться, быть недовольным’ и сорвать сердце
(на ком-л.) ‘излить злобу’ слово сердце имеет старое (извест-
ное сейчас лишь в диалектах) значение ‘гнев, злоба’ (ср.:
серчать от сердце, сердитый от срьдь). Иное значение имеет
слово сердце в фразеологизмах от сердца отлегло ‘стало
легче’; положа руку на сердце ‘откровенно’; близко принять
69
к сердцу (что-л.) ‘отнестись к чему-л. с большой заинтересо-
ванностью’. Архаичное для современного русского литера-
турного языка значение *гнев, злоба’ у слова сердце является
вторичным.
В фразеологическом обороте ни кола ни двора ‘ничего’
слово кол употреблено в устаревшем значении ‘небольшой
участок земли’. В фразеологизме с грехом пополам ‘кое-как’
слово грех имеет архаичное значение ‘ошибка’ (ср. огрех),
а в фразеологизме собак вешать (на кого-л.) ‘обвинять, бра-
нить’ слову собака свойственно значение ‘репей’, известное
в диалектах. В фразеологизме Держи карман шире! слово
карман употреблено в устаревшем значении ‘мешок’ (ср.
в народной песне: Он принёс мне три кармана', первый карман
с пирогами, второй карман с орехами, третий карман со
деньгами). Фразеологизмы Мирская молва, что морская
волна и С миру по нитке — голому рубашка включают арха-
ичное слово мир ‘община крестьян’ (ср.: мировой судья, мир-
ской человек, мироед).
Значение, отличное от современного литературного, имеет
слово каша в фразеологическом обороте Сам кашу заварил,
сам и расхлёбывай ‘сам затеял что-л. хлопотное, сам и вы-
путывайся’, восходящем к соответствующему свободному
сочетанию слов 61, в котором слово каша обозначало не
современную кашу, а похлебку из крупы (каша букв, ‘крупа’);
ср. устар. кашевар ‘повар’.
Поговорка На ловца и зверь бежит включает архаизм
ловец ‘охотник’ (ср. др.-рус. ловитва ‘охота’). В фразеологи-
ческой обороте Люблю молодца за обычай ‘одобрение чьего-л.
поведения или поступка’ слово обычай имеет устаревшее
значение ‘умение, сноровка’. Такое же значение свойственно
этому слову и в составе ныне малоупотребительного фразео-
логизма С виду тих, да обычаем лих.
Среди фразеологических оборотов встречаются и такие,
в которых архаичными или диалектными могут быть и слова,
и значения. Например, в фразеологизме благим матом
‘изо всех сил, громко’ есть не только устаревшее, исчезнувшее
слово мат ‘голос’ (ср. бел. мат ‘голос’), но и архаичное зна-
чение ‘сильный’ в слове благой (ср. диал. благо ‘сильно, мно-
го’).
61 Метафорическое значение оно получило в результате появления у
слова коша значения ‘беспорядок, сумятица, путаница’ (ср. то же у слов
кавардак, винегрет, вермишель).
70 >
§ 27. Соотношеияе семантической слитности
фразеологического оборота и его состава
Между делением фразеологических оборотов с точки
зрения их состава и делением фразеологизмов с точки зрения
их семантической слитности (т. е. на фразеологические сра-
щения, единства, сочетания и выражения) существует изве-
стная соотнесенность.
Фразеологические выражения могут состоять только из
слов свободного употребления: запасные части; проверка
исполнения; числом поболее, ценою подешевле; Пусть сильнее
грянет буря; Судьба играет человеком.
Фразеологические единства кроме слов свободного упо-
требления могут включать только не осознаваемые говорящи-
ми семантические архаизмы: семь пятниц на неделе; спустя
рукава; остаться с носом.
Фразеологические сочетания, как правило, включают
слова связанного употребления: закадычный друг; скоропо-
стижная смерть; кромешный ад. В том же случае, если фра-
зеологический оборот состоит целиком из слов свободного
употребления, одно из них обязательно выступает как слово
с переносным, фразеологически связанным значением: злость
берёт; принять решение. Это слово как бы омонимично
тому же слову вне фразеологизма (ср.: Дима берёт с полки
книгу; принять товар).
Что касается фразеологических сращений, то лексически
они могут быть самого разнообразного характера: собаку
съел; как пить дать; проходить красной нитью; тихой сапой;
за тридевять земель, но именно в них чаще всего встречаются
архаизмы.
СТРУКТУРА ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ОБОРОТОВ
§ 28. Структурные тиш фразеологических оборотов
В качестве воспроизводимых языковых единиц фразеоло-
гические обороты всегда выступают как структурное целое
составного характера, состоящее из различных по своим
морфологическим свойствам слов, находящихся между собой
в разных синтаксических отношениях. По структуре фразео-
логизмы современного русского литературного языка делят-
ся на две большие группы:
1) фразеологизмы, по структуре соответствующие пред-
ложению: куры не клюют; раз, два и обчёлся; руки не доходят;
кот наплакал; Риск — благородное дело; Дело хозяйское;
71
Голод не тётка', то густо, то пусто; Что было, то сплыло;
Счастливые часов не наблюдают;
2) фразеологизмы, по структуре соответствующие соче-
танию слов: старший лейтенант; встречаться глазами;
подруга жизни; чудеса в решете; с головы до ног; по старой
памяти; сесть в лужу; чревато последствиями; не от мира
сего; не в своей тарелке; хоть глаза выколи; как выжатый
лимон; и в хвост и в гриву; охи да вздохи; ни пава ни ворона.
Как уже говорилось, некоторыми учеными в фразеологию
включаются лишь устойчивые сочетания слов второй группы,
однако такое суженное понимание фразеологических явлений
неверно, поскольку фразеологические обороты первой группы
противопоставлены словам и свободным сочетаниям слов,
т. е. языковым единицам иных уровней, так же как и фразео-
логизмы, представляющие собой словосочетания И те и
другие воспроизводимы, а не создаются в процессе общения;
и те и другие сверхсловны (разная организация слов в этих
фразеологизмах противопоставляет их друг другу как разно-
видности одного класса, но отнюдь не как разные классы
слову и свободному сочетанию слов).
§ 29. Фразеологические обороты, по структуре
соответствующие предложению
Не следует думать, что все фразеологические обороты,
по структуре соответствующие предложению, являются
предложениями, т. е. самостоятельными смысловыми еди-
ницами. Среди фразеологизмов, по структуре соответствую-
щих предложению, по значению выделяются две группы
фразеологизмов. В одну входят фразеологизмы, называющие
то или иное явление действительности (номинативные):
кот наплакал ‘мало’; руки не доходят ‘некогда’. Такие фра-
зеологизмы выступают в функции какого-либо члена пред-
ложения, т. е. так же, как фразеологизмы, по структуре соот-
ветствующие сочетанию слов. В другую входят фразео-
логизмы, являющиеся коммуникативными единицами и
передающие целое сообщение: Голод не тётка; Счастливые
часов не наблюдают. Они употребляются или самостоятельно,
или в качестве части структурно более сложного предло-
жения.
Среди номинативных фразеологических оборотов основ-
ную массу составляют фразеологизмы, являющиеся образ-
ными эквивалентами слов. Как синонимы соответствующих
слов по лексико-грамматическому характеру они могут быть
самыми различными (в чём мать родила ‘голый’; куры не
клюют ‘много’; куда глаза глядят ‘куда-нибудь’; след про-
72
стыл ‘нет’; кто в лес, кто по дрова *нестройно, вразброд’),
однако в стилистическом отношении все они одинаково
принадлежат разговорной речи.
Среди коммуникативных фразеологических оборотов по
характеру выражаемого ими сообщения можно выделить
две группы. Первую группу образуют фразеологизмы, пред-
ставляющие собой различные разговорно-бытовые речевые
штампы, своеобразные присловья к случаю. Эти воспроиз-
водимые выражения, не содержащие в себе никакого нравст-
венного поучения, не являющиеся назиданием и не провоз-
глашающие истины, называют поговорками. Их содержание
всегда однопланово и тесно связано с речевой ситуацией:
Воля ваша; Бабушка ещё надвое сказала; Живём, хлеб жуём;
Держи карман шире!; Всего хорошего!; Мир дому сему; Голова
идёт кругом; Ума не приложу; На сердитых воду возят;
И в уме нет; Дело хозяйское; За что купил, за то и продаю;
Сорока на хвосте принесла; Нашла коса на камень; Дела,
как сажа бела; Где наше не пропадало!; Чья бы корова мычала,
а твоя бы молчала; Люблю молодца за обычай; Слухом земля
полнится; Будет и на нашей улице праздник; Чует кошка,
чьё мясо съела; Вольному воля62; На бедного Макара все
шишки валятся; Ищи ветра в поле'. Часом с квасом, порой с
водой (час ‘время’); что в лоб, что по лбу; Жизнь бьёт ключом,
и всё по голове; Замёрзла тётка на печи лёжа; Он сам себе
не верит; В тесноте, да не в обиде.
Вторую группу составляют коммуникативные фразео-
логические обороты афористического характера, содержащие
в себе какое-либо нравоучение, меткую мысль, несомненную
истину или житейское наблюдение и представляющие собой
языковое выражение народной мудрости. Эго пословицы
и «крылатые слова»: Жизнь прожить — не поле перейти;
Не в свои сами не садись; Что посеешь, то и пожнёшь; Дрова
рубят — щепки летят; Кашу маслом не испортишь; Всякому
овощу своё время; Не всё то золото, что блестит; Взялся
за гуж — не говори, что не дюж; Не место красит человека,
а человек место; Горбатого могила исправит; Лиха беда
начало; Без труда не вынешь и рыбку из пруда; Лежачего не
бьют; Любви все возрасты покорны (П.); Блажен, кто верует,
тепло ему на свете (Гр.); И дым Отечества нам сладок и
приятен (Гр.); Жизнь есть деяние (М.Г.); Лучше умереть
стоя, чем жить на коленях (Д. Ибаррури); Всё к лучшему
в этом лучшем из миров (Вольтер); Я мыслю, значит, я су-
ществую (Декарт)®3; Знание — сила (Бэкон).
62 Возникло из фразеологизма Вольному воля, спасённому рай.
45 Нередко употребляется без перевода: Cogito ergo sun (лат.).
73
Заметим, что между пословицами и «крылатыми словами»
:ак фразеологическими оборотами существует разница. С од-
юй стороны, они противопоставлены друг Другу в генети-
1еском плане: «крылатые слова» выступают как афоризмы
определенного лица, известного говорящим; пословицы —
:ак общеупотребительные выражения, автором которых
:читается народ в целом.. С другой стороны, они различаются
:воей структурой. Пословицы всегда по структуре соответ -
:твуют предложению. Что касается «крылатых слов», то
>ни могут по структуре соответствовать как предложению,
гак и словосочетанию и в связи с этим выражать суждение
щи понятие; ср.: окно в Европу (П.); дистанция огромного
размера (Гр.); лишние угюди (Т.); рыцарь на час (Н.); бывшие
поди (М.Г.).
Употребление терминов «поговорки», «пословицы» и
«крылатые слова» в указанных выше значениях логически
зытекает из наличия различных фразеологических оборотов,
по структуре соответствующих предложению. Между тем
единообразного употребления этих терминов в научной
литературе не наблюдается Так, поговорками нередко назы-
вают разговорно-бытовые фразеологизмы типа у чёрта на
куличках; лёгок на помине; плевать в потолок; комар носу
не подточит; кожа да кости. Используют этот термин иногда
и для определения кратких народных изречений, не имеющих
(в отличие от пословиц, для которых этот признак обязателен)
переносного значения.
Что касается термина «крылатые слова», то его часто
употребляют для обозначения не только изречений, принад-
лежащих в своей исходной форме свободного сочетания слов
определенному лицу, но и ставших общеупотребительными
индивидуально-авторских образных лексических единиц (ти-
па альфонс, прозаседавшиеся, цирцея, эврика). Такое использо-
вание термина «крылатые слова» является лингвистически
неточным и не может быть принято в фразеологии. Этим
термином — и тогда он будет оправдан в ряду других фразео-
логических обозначений — лучше всего называть только
такие фразеологические обороты, которые несут на себе еще
не стертую историей память об авторе исходного свободного
сочетания слов.
§ 30. Фразеологические обороты, по структуре
соответствующие сочетанию слов
Среди фразеологических оборотов этого типа следует
выделить как наиболее типичные фразеологизмы, представ-
ляющие собой сочетание: 1) имени прилагательного и имени
существительного; 2) имени существительного и формы
74
родительного падежа другого имени существительного;
3) имени существительного и предложно-падежных форм име-
ни существительного и имени прилагательного; 4) предложно-
падежной формы имени существительного и формы родитель-
ного падежа другого имени существительного; 5) предложно-
падежных форм имен существительных; 6) глагола и имени
существительного (с предлогом или без предлога); 7) глагола
и наречия; 8) деепричастия и имени существительного;
9) предлога, имени прилагательного и имени существительно-
го, а также фразеологизмы, представляющие собой конструк-
ции: 10) с сочинительными союзами; 11) с подчинительными
союзами; 12) с отрицанием не.
§ 31. Фразеологические обороты модели
«имя прилагательное + имя существительное»
В фразеологических оборотах модели «имя прилагатель-
ное + имя существительное» стержневым компонентом яв-
ляется имя существительное, по отношению к которому
имя прилагательное всегда выступает как компонент зави-
симый. Что касается соотношения значений компонентов
фразеологизма, то оно может быть разным: 1) имя сущест-
вительное и имя прилагательное семантически равноправны
и оба являются смыслообразующими компонентами: золотой
фонд', Новый год', битый час; гнетущее впечатление; белая
ночь; задним числом; сиамские близнецы; 2) смыслообразую-
щим компонентом выступает имя существительное, имя
прилагательное же употребляется как незначимый член,
имеющий чисто экспрессивный характер; ср.: голова — голо-
ва садовая; шут — шут гороховый; столпотворение — ва-
вилонское столпотворение; тоска—тоска зелёная.
В данных фразеологических оборотах порядок располо-
жения компонентов, за редким исключением, закрепленный.
Имя прилагательное, как правило, стоит перед именем суще-
ствительным (существительное постпозитивно). В некоторых
случаях наблюдается обратный порядок слов, когда имя
существительное предшествует имени прилагательному (су-
ществительное препозитивно).
Подавляющее большинство фразеологических оборотов
данной модели известно в исходной форме именительного
падежа: бабье лето; всякая всячина; недвижимое имущество;
стреляный воробей; ахиллесова пята; голубая кровь; арабские
сказки; поваренная соль; белый гриб; зелёная улица; високосный
год; считанные дни; собачий холод; военные действия. Такого
рода фразеологизмы делятся на две группы в зависимости
от наличия ~ отсутствия у них парадигмы склонения. Одни
имеют все возможные падежные формы: постный сахар;
75
блудный сын. Другие известны лишь в одной исходной форме:
битый час; нож острый; слуга покорный. Способность ~ не-
способность к образованию падежных форм зависит от зна-
чения и синтаксических свойств фразеологизма (см. § 11).
Субстантивные фразеологизмы, эквивалентные имени суще-
ствительному, способны к образованию форм падежей;
субстантивные обороты, эквивалентные наречию или глаголу,
падежных форм не имеют.
Что касается форм числа, то их могут иметь лишь те
субстантивные фразеологические обороты, исходной формой
которых является именительный падеж единственного числа:
действующее лицо; новогодняя ёлка; круглый дурак; лошадиная
фамилия. Фразеологизмы, исходной формой которых вы-
ступает именительный падеж множественного числа, форм
единственного числа не имеют («соответствующие им формы
единственного числа образуют свободное сочетание»64): араб-
ские сказки; крокодиловы слёзы. Наличие ~ отсутствие форм
множественного числа у фразеологизмов типа живая вода;
сберегательная книжка; слабый пол; выходной день; золотой
дождь зависит или от значения имени существительного,
или от степени семантической слитности фразеологизма.
Значительно меньшую группу среди фразеологизмов мо-
дели «имя прилагательное + имя существительное» состав-
ляют такие, которые функционируют в какой-либо форме
косвенного падежа: благим матом; задним числом; целую
вечность; грешным делом; божьей милостью. Они, как пра-
вило, эквивалентны наречию и в предложении выступают
в качестве обстоятельства. Грамматических форм компонен-
ты подобных фразеологизмов не имеют.
К фразеологическим оборотам модели «имя прилага-
тельное + имя существительное» примыкают фразеологиз-
мы, представляющие собой 1) сочетание имени существитель-
ного и местоимения: наш брат, ваше сиятельство; иными
словами; экая невидаль; 2) сочетание имени существительного
и имени числительного: одним словом; одного помёту {помёт
‘происхождение, приплод').
§ 32. Фразеологические обороты модели
«имя существительное + форма родительного падежа
имени существительного»
Фразеологические обороты этой модели также являются
субстантивными, так как они по значению и синтаксическим
64 Никитевич В. М. О лексико-грамматической структуре несвободных
определительных сочетаний в современном русском языке. — В кн.: Вопросы
фразеологии. Самарканд, 1961, вьш. 106, с. 142.
76
функциям эквивалентны имени существительному, яблоко
раздора-, секрет полишинеля-, суд Линча-, точка зрения', стече-
ние обстоятельств', корень зла; власть тьмы; избиение мла-
денцев; камень преткновения; блюститель порядка; дар слова;
пальма первенства; полнота власти; подруга жизни. По
структуре они являются объединением стержневого компо-
нента фразеологизма — имени существительного (оно всегда
препозитивно) с зависящим от него компонентом — именем
существительным в форме родительного падежа (оно всегда
постпозитивно).
Слова в фразеологических оборотах этой модели семан-
тически равноправны. Грамматические формы наблюдаются
липп, у опорного компонента и зависят как от имени суще-
ствительного в исходной числовой форме, так и от специфики
фразеологизма в целом. Если исходной является форма
множественного числа имени существительного, то оно
формы единственного числа не имеет: цветы жизни, муки
слова. Если исходной является форма единственного числа
имени существительного (война нервов; голубь мира; тюрьма
народов}, то наличие ~ отсутствие формы множественного
числа будет определяться либо лексико-грамматическими
свойствами этого имени существительного, либо степенью
семантической слитности фразеологизма; ср.: дом отдыха —
дома отдыха; точка зрения — точки зрения, но только:
власть тьмы; яблоко раздора.
Рассматриваемая модель является регулярной и про-
дуктивной. По этой модели постоянно образуются новые
фразеологические обороты: аттестат зрелости; работник
прилавка; флексия основы; болезнь роста; сигнал бедствия.
К разбираемому типу фразеологических оборотов при-
мыкают две группы фразеологизмов, строение которых
характеризуется осложнением основной структуры: 1) фра-
зеологизмы с именем прилагательным перед опорным ком-
понентом: последний крик моды; жалкий лепет оправданья;
убогая роскошь наряда ,. 2) фразеологизмы с именем прила-
гательным перед именем существительным в форме роди-
тельного падежа: капли датского короля; кандидат техни-
ческих наук; люди доброй воли; одного поля ягоды.Эти модели
регулярны и довольно многочисленны. Другие осложненные
виды модели «имя существительное + форма родительного
падежа имени существительного» представлены единичными
фразеологизмами: слуга двух господ (‘двурушник’); герой
нашего времени.
65 Цитата из стихотворения Н. А. Некрасова «Убогая и нарядная»;
в настоящее время чаще употребляется в сокращением виде: убогая роскошь.
П
§ 33. Фразеологические обороты модели
«имя существительное + предложно-падежная форма
имени существительного»
Близкой к предыдущему типу фразеологических оборотов
является группа фразеологизмов, состоящих из имени суще-
ствительного и предложно-падежной формы другого имени
существительного: искусство для искусства; борьба за жизнь;
человек в футляре; притча во языцех; бок о бок; бег на месте ;
ветер в голове; рот до ушей; день ото дня; точь-в-точь; горе
от ума; калиф на час; ноль без палочки; руки в брюки; борьба
за мир; карты в руки; дело в шляпе; кровь с молоком. Эта
близость проявляется как в лексико-грамматической специ-
фике фразеологизма, так и в «морфологии» его компонентов.
Все подобные фразеологизмы в лексико-грамматическом
отношении соотносительны с именем существительным,
во всех зависимые компоненты неизменяемы, а опорные
образуют различные падежные формы.
Форму множественного числа опорный компонент фра-
зеологизма образует лишь тогда, когда нет каких-либо огра-
ничительных фактов (абстрактное значение имени существи-
тельного, идиоматичность фразеологизма и т. д.).
Данные фразеологические обороты имеют строго закреп-
ленный порядок расположения компонентов: почти всегда
предложно-падежная форма имени существительного явля-
ется постпозитивной. Случаи нарушения порядка слов типа
от жилетки рукава или без году неделя немногочисленны
и стилистически окрашены (см. § 44). Модель в целом явля-
ется малопродуктивной, новообразований немного.
Осложненным видом фразеологических оборотов данной
модели являются фразеологизмы типа сказка про белого
бычка; книга за семью печатями; палка о двух концах; буря
в стакане воды; башня из слоновой кости.
§ 34. Фразеологические обороты модели
«предлог + имя прилагательное + имя существительное»
По лексико-грамматическому значению и синтаксическо-
му употреблению в предложении фразеологические обороты
этой модели эквивалентны наречию и могут быть охаракте-
ризованы как наречно-обстоятельственные, или адвербиаль-
ные. Составляющие их слова семантически всегда равно-
правны. Порядок расположения компонентов фразео-
логизма — закрепленный. Грамматических форм у имен
прилагательных и имен существительных не наблюдается.
Модель в целом является малопродуктивной, хотя фра-
зеологические обороты этого типа довольно многочисленны
78
и среди них встречаются образованные сравнительно недавно:
без задних ног', у разбитого корыта; к шапочному разбору ;
по старой памяти; по щучьему велению; на седьмом небе;
средь бела дня; на живую нитку; на первый взгляд66 67 68; со спо-
койной совестью; по свежим следам; с незапамятных времён.
К фразеологизмам этого типа примыкают фразеологизмы,
имеющие вместо имени прилагательного аналогичное им
по формам словоизменения местоимение или имя числитель-
ное: в своём роде; во весь голос; изо всех сил; на свой салтык^ ;
от всего сердца; в один голос; на одну колодку.
§ 35. Фразеологические обороты модели
«предложно-падежная форма имени существительного +
форма родительного падежа имен существительного»
Фразеологические обороты данной модели могут быть
или наречными: во веки веков; до глубины души, или атрибу-
тивными: в костюме Адама ‘голый’. В фразеологизмах имена
существительные грамматические формы не изменяют. По-
рядок расположения компонентов фразеологизма — закреп-
ленный. Модель в целом непродуктивна: в объятиях Морфея;
в поте лица; в пылу гнева; во цвете лет; до мозга костей;
до скончания века; на вес золота.
§ 36. Фразеологические обороты модели
«предложно-падежная форма
имени существительного + предложно-падежная форма
имени существительного»
Фразеологических оборотов данной модели немного.
По лексико-грамматическому значению и синтаксическим
функциям они эквивалентны наречию. Имена существитель-
ные в таких фразеологизмах или тавтологически повторяют-
ся: из кулька в рогожку; от доски до доски66; от зари до зари;
от корки до корки; из года в год; изо дня в день, или противо-
поставляются как «антонимичные»: с головы до пят; с корабля
на бал; от Понтия к Пилату; от мала до велика.
Фразеологические обороты рассматриваемого типа стерж-
невого компонента не имеют, образующие их слова в семан-
тическом отношении всегда равноправны. Грамматические
формы имена существительные в составе фразеологизма
66 Калька фр. аи premier aspect.
67 Фразеологизм представляет собой сокращение пословицы У всякого
шлык на свой салтык (салтык ‘образец’).
68 В старину переплет книг был из досок, покрытых кожей; от доски
до доски букв, ‘от первой доски переплета до последней’.
79
не изменяют. Порядок расположения компонентов — за,-
крепленный; «исключения» типа с ног до головы и с головы
до ног являются мнимыми.
§ 37. Фразеологические обороты модели
«глагол + имя существительное»
Фразеологические обороты этой модели наиболее много-
численны. Почти все они являются глагольно-предикатив-
ными и в предложении выступают в функции сказуемого:
навострить уши' закинуть удочку; тянуть лямку; пустить
корни; кривить душой; хранить молчание; заливаться смехом;
понурить голову; сделать предложение; просить руки; сорить
деньгами; заварить кашу; сыграть свадьбу; задать перцу;
тянуть волынку; задавать тон; пустить по миру; пойти
насмарку; сесть в калошу; прибрать к рукам; носить на руках;
идти на убыль; высосать из пальца; остаться с носом69 ;
сгореть со стыда; разделать под орех. Фразеологизмы типа
рукой подать ‘близко’ или раз плюнуть ‘легко’, эквивалент-
ные наречию и выполняющие в предложении функцию обсто-
ятельства, встречаются редко. В подавляющем большинстве
глагольно-именных фразеологизмов порядок расположения
компонентов может быть разным, хотя чаще глаголы упот-
ребляются препозитивно.
В качестве опорного компонента фразеологического обо-
рота выступает глагол, однако смыслообразующим он бывает
довольно редко. Семантическое соотношение компонентов
в фразеологизмах этой модели может быть различным:
1) глагол и имя существительное семантически равноправны:
бить баклуши; задавать стрекача; сесть в лужу, знать на-
зубок; бить в набат; выбросить за борт; 2) смыслообра-
зующим компонентом фразеологизма является имя суще-
ствительное, глагол же служит лишь для выражения чисто
грамматических значений (см. §64); 3) смыслообразующим
компонентом фразеологизма является глагол, имя существи-
тельное же или представляет собой семантически пустое
слово, имеющее чисто экспрессивный характер (ср.: городить
и городить вздор), или выполняет функцию своеобразной
морфемы (ср.: зажмуриться и зажмурить глаза; см. § 64).
69 Фразеологизм ве имеет ничего общего со словом нос как обозна-
ченной части человеческого тела. Слово нос в нем означало ‘калым* (от
нести, ср. ноша), который жених приносил родителям невесты. Когда жениху
отказывали, он оставался с носом. После исчезновения слова нос ‘калым*
фразеологизм остаться с носом был связан со словом нос как обозначением
части человеческого тела Таким оно осознается и сейчас; ср.: натянуть нос;
показать нос, водить за нос.
80
Соотношения первого типа наблюдаются в фразеологи-
ческих сращениях и единствах, третьего — в фразеологиче-
ских сочетаниях. Что касается соотношения второго типа,
то оно встречается в фразеологизмах различней степени
семантической слитности, которые являются, по словам
Ш. Балли, перифразами простых глаголов, содержащими
существительное того же корня, что и соответствующий
глагол 70; ср.: справиться — навести справки; взглянуть —
бросить взгляд; обязаться — взять обязательство;
ударить — нанести удар; загудеть — дать гудок (см.
§ 67).
В немногочисленных глагольно-именных фразеологиче-
ских оборотах, эквивалентных наречию, составляющие их
слова грамматических форм не изменяют. В основной же
массе фразеологизмов, эквивалентных глаголу, компоненты
изменяют грамматические формы, хотя, естественно, далеко
не все. Глагол в качестве опорного компонента фразеологиз-
ма может иметь формы лица, времени, вида, наклонения,
в прошедшем времени — рода, образовывать соотноситель-
ные деепричастия и причастия и т. д Имеющиеся у глагола
в свободном употреблении грамматические формы в различ-
ных фразеологизмах проявляются по-разному, что зависит
от степени семантической слитности фразеологизма, а также
от его значения и структуры. Больше всего грамматических
форм имеет глагол в фразеологических сочетаниях и выраже-
ниях, меньше всего — в фразеологических сращениях. Так, в
фразеологизме принять решение глагол обладает всеми воз-
можными для него грамматическими формами, а в фразео-
логизме собаку съел глагол указывает лишь на способность
к образованию форм рода и числа Что касается зависимого
компонента, то в отдельных фразеологизмах данной модели
имя существительное способно лишь изменять форму числа:
разинуть рот (рты); наносить удары (удар); подвело живот
(животы); запечатлеть поцелуй — запечатлевать поцелуи.
Помимо глагола и имени существительного, фразеоло-
гические обороты данного типа могут включать также и
имя прилагательное; выступающее как определение к имени
существительному, и другое имя существительное, а иногда
и то и другое (с предлогом и без предлога): гадать на кофей-
ной гуще; ходить на задних лапах; брать быка за рога; завить
горе верёвочкой; положить зубы на полку; ставить каждое
лыко в строку; стоять одной ногой в могиле; стричь всех
под одну гребёнку.
70См.: Балли Ш. Французская стилистика, с. 94.
81
§ 38. Фразеологические обороты модели
«глагол + наречие»
Фразеологические обороты этой модели с точки зрения
их лексико-грамматического значения являются глаголь-
ными и в предложении выступают в функции сказуемого.
Компоненты фразеологизма всегда семантически равноправ-
ны. Грамматические формы (из-за отсутствия их у наречия
и в свободном употреблении) наблюдаются лишь у глагола.
Порядок расположения компонентов фразеологизма может
быть и прямым, и обратным. В целом модель является мало-
продуктивной, новые образования немногочисленны: видеть
насквозь; выйти замуж; напиться вдрызг; попасть впросак;
пропасть даром; разбиться вдребезги.
§ 39. Фразеологические обороты модели
«деепричастие + имя существительное»
Фразеологических оборотов этой модели немного. В на-
стоящее время модель совершенно непродуктивна: высуня
язык; очертя голову; сложа руки; скрепя сердце; спустя рука-
ва. В качестве стержневого компонента фразеологизма вы-
ступают деепричастия в устаревшей форме на -о, -я (вместо
-в, -вши). Фразеологизмы такого типа эквивалентны наречию
и в предложении выступают в функции обстоятельства.
Порядок расположения компонентов фразеологизма — за-
крепленный. Грамматических форм (они могут быть лишь
у имени существительного) слова, составляющие фразеоло-
гизм, не изменяют.
Осложненным видом фразеологических оборотов данной
модели являются устойчивые сочетания слов типа положа
руку на сердце.
§ 40. Фразеологические обороты, представляющие собой
конструкции с сочинительными союзами
Значение фразеологических обороте® подобного типа
определяется суммой значений тех компонентов, из которых
они состоят. Компоненты фразеологизма представляют со-
бой однородные члены предложения, выраженные словами
одной и той же части речи: взад и вперёд; тут и там; целиком
и полностью; туда и сюда; охи да вздохи; ни пава ни ворона;
ни рыба ни мясо; ни два ни полтора; ни сучка ни задоринки11;
то густо, то пусто; без руля и без ветрил12; ив хвост и в
71 Из профессиональной речи столяров.
72 Фразеологизм без руля и без ветрил ‘без идеи, без направления’ (вет-
рило ‘парус*) пришел в литературный язык из поэмы М. Ю. Лермонтова
«Демон».
82
гриву, день и ночь; клей и ножницы; вкривь и вкоеь; ни конца
ни краю. Порядок расположения компонентов фразеологиз-
ма — закрепленный. Грамматические формы могут изменять
лишь глаголы; ср.: судить да рядить; судили да рядили и т. д.
Среди именных фразеологических оборотов наиболее
типичны фразеологизмы с синтаксически обусловленным
значением типа кожа да кости (см. § 6). Слова, объединяю-
щиеся в них с помощью союзов в целую единицу, выступают
или как синонимичные, или как антонимичные. В качестве
соединительных чаще всего употребляются союзы и, да,
ни...ни, то...то.
§ 41. Фразеологические обороты, представляющие собой
конструкции с подчинительными союзами
Фразеологические обороты данной модели по лексико-
грамматическому значению являются наречными и адъек-
тивными. Стержневыми компонентами, «организующими»
фразеологизм как целое, следует считать союзы: как снег
на голову, хоть кол на голове теши. Порядок расположения
компонентов фразеологизма — закрепленный, в начале всег-
да стоит союз. Грамматические формы (рода и числа) имеют
лишь фразеологизмы, «оканчивающиеся» на имя прилага-
тельное или причастие: как' в воду опущенный; как угорелый;
как убитый.
В зависимости от характера подчинительного союза фра-
зеологические обороты данной модели делятся на две группы:
фразеологизмы с уступительным союзом хоть и фразеоло-
гизмы со сравнительным союзом как (реже — будто, словно,
точно).
Среди фразеологических оборотов, начинающихся усту-
пительным союзом хоть, выделяются фразеологизмы, вклю-
чающие глагол в форме повелительного наклонения (он
может сопровождаться зависимыми от него именами суще-
ствительными), и фразеологизмы, глагола в своем составе
не имеющие. Первая группа является большой и постоянно
пополняется: хоть брось; хоть убей; хоть отбавляй; хоть
глаза выколи; хоть топор вешай; хоть пруд пруди; хоть вол-
ком вой; хоть шаром покати; хоть трава не расти; хоть
верёвки вей; хоть караул кричи; хоть в гроб ложись; хоть
на части режь; вторую группу составляют единичные фра-
зеологизмы: хоть в воду; хоть голову на отсечение; хоть
в петлю; хоть какой; хоть куда.
Среди фразеологических оборотов, начинающихся срав-
нительным союзом как, также можно выделить фразеологиз-
мы, «оканчивающиеся» на имя прилагательное или причастие,
83
и фразеологизмы, этих слов не имеющие. Первая группа
небольшая: как подкошенный', как ошпаренный', как потерян-
ный; как вкопанный; как ужаленный; вторая группа много-
численна и постоянно пополняется: как в лесу; как две капли
воды; как душе угодно; ка< корове седло; как маков цвет; как
на грех; как на ладони; как водится; как об стенку горох;
как огурчик; кос по маслу; как по нотам; как сквозь землю ;
как часы; как смерть; как бритва:, как дома; как зеницу ока;
как с гуся вода; как сапожник.
Все фразеологические обороты с подчинительными сою-
зами осознаются как превратившиеся в устойчивые сочетания
слов части предложений, однако это не значит, что все они
имеют именно такое происхождение: среди них есть и такие,
которые возникли по модели или были заимствованы.
§ 42. Фразеологические обороты, представляющие собой
конструкции с отрицанием не
По лексико-грамматическому значению фразеологиче-
ские обороты этой модели являются глагольными или нареч-
ными и выполняют в предложении функцию сказуемого или
обстоятельства. Компоненты фразеологизма семантически
равноправны, порядок их расположения — закрепленный:
не щадя живота (живот ‘жизнь’); не солоно хлебавши; не
робкого десятка; не в своей тарелке13; не от мира сего. Соот-
носительных форм без не не встречается.
§ 43. Фразеологические обороты нерегулярных моделей
Кроме типичных, основных моделей фразеологических
оборотов в русской фразеологии имеются нерегулярные
модели фразеологизмов, численно очень ограниченные и
совершенно непродуктивные: чревато последствиями; ма-
нера выражаться; вверх дном; волосы дыбом; полтора чело-
века; всегда готов 73 74; елико возможно; семи пядей во лбу
(пядь ‘старая мера длины, расстояние между вытянутыми
большим и указательным пальцами’); лёгок на помине; губы
бантиком; для ради важности; нищие духом; сапоги всмятку;
наука побеждать; от нечего делать; вещь в себе 75; при всём
том; подбитый ветром.
73 Неправильная фразеологическая калька фр. ле pas dans son assiette.
Слово assiette ‘состояние, положение’ при переводе было смешано с его
омонимом assiette ‘тарелка’ и соответственно передано словом тарелка.
74 Вероятно, калька англ, every ready.
75 Калька нем. Ding at sich (Кант).
84
Как среди фразеологических оборотов, по структуре
соответствующих предложению, так и среди фразеологизмов,
соответствующих словосочетанию, наблюдаются устойчи-
вые сочетания слов, имеющие в своем значении и структуре
специфические признаки художественно-поэтического харак-
тера:
1) фразеологизмы со словами-антонимами, представляю-
щие собой антитезные построения: Мягко стелет, да жёстко
спать; Ученье — свет, неученье — тьма; тонкий намёк на
толстое обстоятельство; денно и нощно; от мала до велика;
альфа и омега; ни много ни мало; не шьёт не порет; быть
везде и нигде; Нет худа без добра (худо ‘плохое’, добро ‘хоро-
шее’); старая погудка на новый лад; и стар и млад; чёрным
по белому; не на живот, а на смерть (живот ‘жизнь’); всеми
правдами и неправдами; ни туда ни сюда; вопрос жизни и
смерти; с больной головы на здоровую; вдоль и поперёк; ни
с того ни с сего; ни жив ни мёртв; и нашим и вашим; отсут-
ствие всякого присутствия; ни то ни сё; душой и телом;
делать хорошую мину при плохой игре; взад и вперёд; рано или
поздно;
2) фразеологизмы со словами-антонимами, представля-
ющие собой сочетания слов, выражающих прямо противо-
положные понятия и по этой причине предметно-логически,
казалось бы, совершенно не соединимых (оксюморон): живой
труп; флексия основы; квадратура круга; белые негры; живой
портрет; взрослые дети; начало конца; всего ничего; деловой
бездельник; мёртвые души;
3) фразеологизмы со словами-синонимами: переливать
из пустого в порожнее; судить да рядить; вокруг да около;
нашему забору двоюродный плетень™ ; ни свет ни заря; лишь
только; и вкривь и вкось; сплошь и рядом; до поры до времени;
в целости и сохранности; без конца и края; цел и невредим;
такие фразеологизмы представляют собой либо усилитель-
ную конструкцию (целиком и полностью), либо градационную
(из огня да в полымя); в отдельных случаях лексические си-
нонимы используются для создания алогических построений
(ум за разум заходит); *
1е В фразеологизме нашему забору двоюродтй плетень *о дальнй родне*
синонимия несколько ослаблена из-за разницы в значении слов забор и пле-
тень; первоначально эти нмега существительные выступал хак абсолют-
ные синонимы: напомним, что забор является родственниц др.-рус. забороло
‘крепостная стена' (ср забрало), а слово плетень родственно слову оплот.
К
4) фразеологизмы представляют собой семантически ана-
логичные конструкции каламбурного характера: без ножа
зарезать; голубая кровь; Людей много, а человека нет; Я знаю
только то, что ничего не знаю; быть вне себя; на рыбьем
меху ‘о легком, плохо греющем пальто’; сам не свой (воз-
можно, из пословицы Больной — сам не свой); ломиться в
открытую дверь; Гора родила мышь; из воды сухим выйти;
полтора человека; от жилетки рукава; птичье молоко 'пре-
дел желаний’77; без году неделя; тоска зелёная; взять себя
в руки;
5) фразеологизмы каламбурного характера, построенные
на игре слов, основанной на многозначности слов, омонимии
и паронимии слов и словосочетаний и народноэтимологи-
ческом сближении разнокорневых образований: история
с географией {история ‘наименование дисциплины’ и ‘проис-
шествие’); Ума палата, да ключ от неё потерян {палата ‘мно-
го’ и ‘помещение’); Толку век, а толку нет; Подождём —
не под дождём; Молот хоть молод, да бьёт старо; Где бы
ни работать, лишь бы не работать; Жизнь бьёт ключом,
и всё по голове; Не всё ровно: есть и горки; художник от слова
худо; кормить завтраками;
6) фразеологизмы, представляющие собой тавтологи-
ческие сочетания, т. е. выражения, построенные на сочета-
нии форм одного и того же слова или однокорневых слов
(не являющихся синонимами или антонимами): в конце кон-
цов; из года в год; дурак дураком; баш на баш; пропади про-
падом; с глазу на глаз; ливмя лить; Вот так так!;раз от разу;
на веки веков; хоть пруд пруди; душа в душу; искусство для
искусства 78 ; святая святых; носом к носу, шаг за шагом;
хочешь. не хочешь; камня на камне не оставить; мал мала
меньше; из у ап в уста; всё и вся; жевать жвачку; шутки
шутить; Не всякая вина виновата; государство в государ-
стве; Больше большего не бывает; видал виды; Было, да быльём
заросло; от зари до зари; тютелька в тютельку; Большому
кораблю — большое плаванье; Мошенник на мошеннике сидит
и мошенником погоняет; сиднем сидеть; зиму зимовать;
зуб на зуб не попадает; валом валить; стоймя стоять; ходу-
нам ходить;
7) фразеологизмы, компоненты которых связаны между
собой в единое целое не только лексико-грамматическими
и семантическими отношениями, но и рифмой и ритмом:
Калька гр. ornithon gala', греческие поэты, прославляя плодородие
острова Самос, писали, что на нем есть даже птичье молоко.
78 Калька фр. Гап pour Ган.
86
редко, да метко;. Для милого дружка и серёжка из ушка;
Как ни кинь — всё клин ‘выхода из положения нет’; Мели
Емеля — твоя неделя {неделя ‘очередь’); Бодливой корове
бог рог не даёт'19; рожки да ножки; ушки на макушке; нос
не дорос; Моя хата с краю, ничего не знаю; Дружба дружбой,
а служба службой; сбоку припёку; ни складу ни ладу; ни слуху
ни духу; нос — через Волгу мост90; из грязи в князи; на своих
двоих; Федот, да не тот; ни ответа ни привета; еле-еле
душа в теле; ни кожи ни рожи; последняя спица в колеснице;
ищи свищи; то густо, то пусто; Взялся за гуж — не говори,
что не дюж; тень на плетень; дела, как сажа бела (бела —
кр.ф. от белая); На вкус и цвет товарища нет; Старость
не радость; хлопот полон рот; сами с усами (см. § 62); гол,
как сокол; Старый друг — лучше новых двух91; смех и грех;
ни слуху ни духу; руки в брюки; от скуки на все руки; взятки
гладки; На нет и суда нет.
Естественно, что среди фразеологических оборотов с
особенностями художественно-поэтического характера име-
ется немало и таких, в которых используется не одно образ-
ное средство. Так, в фразеологизме часом с квасом, порой
с водой, являющемся экспрессивно-выразительным синони-
мом наречия впроголодь, компоненты скреплены как с по-
мощью рифмы, так и с помощью синонимии (час — пора)
и противопоставления (квас — вода). Фразеологизм чист,
как трубочист ‘грязнуля’ строится как на сталкивании слов
чист и трубочист (оксюморон), так и на их созвучии, что
создает рифму. В фразеологизме и с ума сходят с ума мы
отмечаем и игру слов, и тавтологию, и рифму.
Все рассмотренные здесь фразеологические обороты явля-
ются не только устойчивыми сочетаниями слов, имеющими
определенные стилистические и выразительные особенности,
но и своеобразными миниатюрными художественными про-
изведениями. Каждый фразеологизм (помимо внутренней
формы) характеризуется только ему присущим поэтическим
складом, иногда очень сложным. * 81 *
’’Образуется внутренняя рифма: бог (им.п.ед.ч.) — рог (род.п.мн.ч.,
с устаревшим нулевым окончанием); ср.болг. на бодлива крава бог рога не
дава.
"° С диалектным произношением мост как [мое].
81 Как свидетельствует рифмовка слов друг — двух, фразеологизм воз-
ник в южновеликорусском наречии, где звук [г] является фрикативным.
87
ПРОИСХОЖДЕНИЕ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ
ОБОРОТОВ
§ 45. Классификация фразеологических оборотов
по их происхождению
В генетическом аспекте фразеологические обороты совре-
менного русского литературного языка подобны словам.
Все фразеологизмы могут быть разделены на четыре группы:
исконно русские фразеологизмы, заимствованные фразео-
логизмы, фразеологические кальки и фразеологические полу-
кальки.
Основную массу употребляющихся в настоящее время
фразеологических оборотов составляют устойчивые соче-
тания слов исконно русского происхождения; ищи ветра в
поле; как огня бояться; в чём мать родила; водой не разольёшь ;
в один голос; чревато последствиями; расквасить нос; В ка-
рете прошлого далеко не уедешь82 ; квасной патриотизм83.
Фразеологические обороты остальных групп также игра-
ют довольно заметную роль в русской фразеологической
системе. Особенно употребительны фразеологические кальки
и полукальки: разбить наголову (калька нем. Aufs Haupt
schlagen); убить время (калька фр. tuer !е teMps); железный
занавес (калька ангд iron curtain); порочный круг (калька лат.
circulus vitiosus); проглотить пилюлю (полукалька фр. avaler
la pilule); бемское стекло (полукалька нем. bomisch Gias).
Среди фразеологических оборотов, заимствованных из
других языков, без перевода, т. е. в том виде, в какой они
представлены в языке-источнике, употребляются в основном
фразеологические старославянизмы (см. § 50). Все остальные
заимствованные фразеологизмы очень немногочисленны и
ограничены в сфере своего применения письменной речью
определенного периода (см. § 51): ит. tutti quanti ‘всякие
другие’; фр. tete-a-tete ‘с глазу на глаз, наедине’ (букв, ‘голова
к голове’); лат. cum grano satis ‘остроумно’ (букв, ‘с крупин-
кой соли’).
Определение исконного или заимствованного характера
фразеологического оборота является одной из задач этимо-
логии как науки о происхождении значимых единиц языка.
Если отграничение исконно русских фразеологизмов от
заимствованных фразеологизмов и фразеологических полу-
калек особых затруднений не вызывает, то разграничение
•2 Немного измененные слова Сатина из «На дне» М. Горького: ..J ка-
рете прошлого — никуда не уедешь...
•’ фразеологизм впервые употреблен П. А. Вяземским в «Письмах
из Парижа».
88
исконно русских фразеологизмов и фразеологических калек
(из-за одного и того же образа, положенного в основу само-
стоятельных выражений одинакового значения в разных
языках) оказывается в ряде случаев очень трудным (см. § 63).
§ 46. Исконно русские фразеологические обороты
Исконно русский фразеологический
оборот — это такое устойчивое сочетание слов, которое
в качестве воспроизводимой языковой единицы или возникло
в русском языке, или унаследовано им из более древнего
языка-источника. Имея в виду время появления исконно
русских фразеологизмов, их, как и слова, можно разделить
на три группы: фразеологизмы общеславянские, восточно-
славянские и собственно русские. Две первые группы сравни-
тельно немногочисленны. Третья, включающая фразеоло-
гизмы, возникшие в эпоху раздельного существования трех
восточнославянских языков, является самой богатой, по-
стоянно увеличивающейся.
К общеславянским относят фразеологические
обороты, унаследованные русским языком из праславянского
языка (его распадение датируют V—VI вв.). В подавляющем
большинстве такие фразеологизмы известны во всех славян-
ских языках и сейчас; ср.: общесл. бити вь очи — русск. бить
в глаза — укр. бити е очи — польск. Ыб w oozy — болг. бия
в очи; русск. водить за нос — укр. водити за Hie — польск.
wodzic za nos — болг. водя за носа; русск с головы до пят —
с.-хорв. од главе до пете — чешек, od hlavy az do paty; русск.
бабье лето — польск. babie lato — с.-хорв. бабино лето. Об-
щеславянскими по своему происхождению являются ныне
устаревшие, но в древнерусском языке распространенные
фразеологизмы идти войной ‘воевать’ и поять жену ‘женить-
ся’.
К восточнославянским относят фразеологи-
ческие обороты, возникшие в эпоху существования древ-
нерусского языка (VIII—XIV вв.). Эти фразеологизмы со-
хранились в русском языке как свидетельство языковой
общности предков русских, украинцев и белорусов. Такие
устойчивые сочетания слов, как правило, и сейчас встречаются
во всех восточнославянских языках (их нет ни в южнославян-
ских, ни в западнославянских); ср.: русск. под горячую руку —
укр. nid горячу руку — бел. пад гарачую руку. Древнерусским
является фразеологизм Иду на вы ‘иду на вас’ (вы — энкли-
тическая форма местоимения 2-го л вин.п. мн.ч.), представ-
ляющий собой, по свидетельству летописей, слова князя
Святослава при объявлении войны.
89
Собственно русские фразеологические обороты
возникли в русском языке в эпоху раздельного существования
русского, украинского и белорусского языков (в основном
с XV в.). Они являются специфической особенностью нашей
речи и не встречаются, кроме случаев их заимствования из
русского языка, ни в одном из восточнославянских языков.
Именно эти фразеологизмы характеризуют глубоко свое-
образный и национальный характер фразеологической сис-
темы нашего языка.
Собственно русские фразеологические обороты в основ-
ном (если они не калькируются или не заимствуются) при
переводе на другие языки должны заменяться синонимич-
ными выражениями, имеющими ту же стилистическую ок-
раску. Так, русск Тише едешь — дальше будешь соответст-
вует нем. eile mit Weile (букв, ‘спеши с медленностью’), пред-
ставляющему собой кальку лат. festina lente, ит. chi va piano,
ya sano (букв, ‘кто идет медленно, идет быстро’), др.-гр.
kichanei toi bradys Skyn (букв, ‘спешащего медленный дого-
няет’); фразеологизм как кур во щи соответствует болт. като
петел в^кьлчища (букв ‘как петух в пеньку’), польск. jak ko-
ziol w studnie, (букв ‘как козел в колодец’). Ср. также: русск.
дело в шляпе — чешек ruka je v rukdve (букв, ‘рука в рукаве’);
русск душа в пятки ушла — англ, his heart sank into his boots
(бука ‘его сердце упало в его ботинки’).
Большинство исконно русских фразеологических оборо-
те» возникло из свободных сочетаний слов, которые по той
или иной причине в определенный момент стали фразеоло-
гизмами, т. е. стали воспроизводиться как единое целое.
Но среди устойчивых сочетаний слов исконно русского про-
исхождения есть и такие, которые сразу были образованы
как фразеологизмы или по аналогии с существовавшими
фразеологизмами (см. § 48), или же в результате скрещения
различных и генетически несоотносительных фразеологиз-
мов.
Например, фразеологизмы и дёшево и сердито; на воде
вилами написано; очертя голову возникли из свободных соче-
таний слов; сломя голову и пятая спица в колеснице явились
результатом контаминации двух существовавших ранее фра-
зеологизмов; фразеологизм на всех парах образован по ана-
логии — путем замены одного из компонентов существо-
вавшего фразеологизма новым словом.
Фразеологический оборот очертя голову возник, очевид-
но, в результате контаминации фразеологизмов очертя
(кого-л.) кругом и сломя голову. Происхождение первого
связано с суеверным обычаем очерчивать себя или кого-либо
другого кругом для ограждения от нечистой силы. Вначале
90
этот фразеологизм, вероятно, был синонимия® более позд-
нему по своему происхождению осеня крестом. Очертя
(себя) кругом или осеня крестом, можно уже делать что-либо
не боясь, что, по мнению тех, кто семь раз отмерял, чтобы
один раз отрезать, обозначало ‘делать что-л не думая, без-
рассудно’ (отсюда и современное значение фразеологизма
очертя голову). Фразеологизм сломя голову появился, скорее
всего, на основе имени существительного сломиголова ‘от-
чаянный смельчак’ (ср.: сорвиголова, держидерево, перекати-
поле) и первоначально обозначал “не подумав, безрассудно’
(значение ‘не подумав’ потом дало ‘очень быстро’). Синони-
мичность фразеологизмов очертя кругом и сломя голову
стала причиной их скрещения, в результате чего и появился
фразеологизм очертя голову (ср. стоять у кормила власти
как контаминацию стоять у кормила и стоять у вла-
сти).
Фразеологический оборот пятая спица в колеснице ‘о
ком-л. или чем-л. лишнем и ненужном’ возник в результате
контаминации рифмованной поговорки последняя спица в
колеснице ‘человек или предмет, имеющий очень небольшое,
даже ничтожное значение (в чем-то)’ и фразеологизма пятое
колесо в телеге ‘о ком-л. или чем-л. лишнем и ненужном’,
представляющего собой, скорее всего кальку нем. Das funfte
Rad am Wagen. У M. E. Салтыкова-Щедрина еще встреча-
ется «промежуточное звено»: На одну минуту помпадуру
даже померещилось, что он как будто совсем лишний человек,
вроде пятого колеса в колеснице. Значение
разбираемый фразеологизм «взял» у фразеологизма пятое
колесо в телеге, а подавляющее большинство слов (кроме
пятая) было «заимствовано» из фразеологизма последняя
спица в колеснице.
Совсем другая история у фразеологического оборота
и дёшево и сердито ‘о чем-л. дешевом, но в то же время вполне
отвечающем своему назначению’. Нами оказалось забыто
старое значение наречия сердито. Это и привело к современ-
ному употреблению в качестве однородных членов логически
неоднородных слов. Дело в том, что раньше слово сердитый
среди других имело и значение ‘дорогой, хороший’ (сердитый
от *сърдь ‘сердце’; ср.: сердечный друг — дорогой друг). Это
значение особенно проявлялось в фразеологизме сердитая
цена [ср.: У графини теперь... страстное желание иметь
пару сереньких лошадок с колясочкой, хоть не очень сердитой
цены (Леек.)]. Отсюда в качестве каламбура и появилось
выражение и дёшево и сердито ‘хорошо’ (букв. *и дёшево и
дорого’), но дорого и хорошо не по цене, а по качеству, при-
чем совершенно несомненно как своеобразный полемический
91
выпад против пословицы Дорого — да мило, дёшево — да
гнило.
Аналогичное превращение (как логичное стало алогиз-
мом) наблюдается и в поговорке на воде вилами написано
‘очень сомнительно, неясно’, в которой первоначальное слово
вилы ‘круги’ (ср. вилок, диал. вил ‘завиток’) из-за выхода его
из употребления заменяется словом вилы ‘сельскохозяйст-
венное орудие’.
Что касается фразеологического оборота на всех парах
‘очень быстро’, то он возник не из свободного сочетания
слов, а на основе более раннего по своему появлению в языке
фразеологизма на всех парусах путай замены (объясняемой
экстралингвистическими причинами — появлением парохо-
дов) компонента парус компонентом пар.
§ 47. Причины превращении свободных сочетаний слов
в фразеологические обороты
Основными причинами превращения свободного сочета-
ния слов в устойчивый по своему составу и строению и цело-
стный по значению фразеологический оборот являются
следующие: 1) постоянное и повторяемое употребление
свободного сочетания слов не в прямом, а в обобщенном,
образно-переносном значении; 2) появление в свободном
сочетании слов слова связанного употребления и 3) выраже-
ние свободным сочетанием слов единого понятия, принадле-
жащего к актуальным для данной исторической эпохи.
Так, фразеологические обороты у разбитого корыта; как
белка в колесе; человек в футляре; бывшие люди возникли
на основе свободных сочетаний слов в результате метафо-
ризации при постоянном употреблении в переносном, образ-
но-обобщенном значении вне того художественного контек-
ста, в котором они возникли (в произведениях А. С. Пушкина,
И. А. Крылова, А. П. Чехова, М. Горького).
По этой же причине, из-за частого и длительного исполь-
зования в метафорическом значении (опять-таки вне той
речевой ситуации, в которой они возникли с прямым, номи-
нативным значением), превратились в фразеологические обо-
роты свободные сочетания слов кричать во вао Ивановскую^ ;
в час по чайной ложке; хоть кол на голове теши ‘такой упря-
мый’; На безрыбье и рак рыба; Цыплят по осени считают.
Закрепление переносного значения и употребление в самых
различных речевых ситуациях сделало фразеологизмом и
м С начала XVI в. в Кремле, на Ивановской площади (около колокольни
Ивана Великого), во всеуслышание, очень громко дьяки оглашали царские
указы.
92
такое первоначально свободное сочетание слов, как в трёх
соснах заблудиться ‘о тех, кто путается в самых простых
вопросах’. Это выражение связано со старинным народным
анекдотом о пошехонцах-слепородах, которые отправились
было путешествовать, но заблудились, едва дойдя до трех
сосен.
Закреплением переносного значения свободных сочетаний
слов объясняется также и возникновение в русском языке
таких фразеологических оборотов, как к шапочному разбору
‘поздно’ (первоначально ‘прийти к кому-л. в гости или на
совещание к тому времени, когда собравшиеся уже разбирают
шапки, одеваются и уходят’); уши вянут ‘слушать не хочется’
(очень образное уподобление ушей листьям, способным вя-
нуть от чего-л. неблагоприятного; ср.: навострить уши;
держать ушки на макушке; и ухом не ведёт); лежачего не
бьют ‘попавшего в беду надо щадить’ (выражение является
формулировкой одного из правил кулачного боя).
Только зная древний русский обычай при вручении жало-
бы или прошения низко, до пола кланяться, можно понять
значение фразеологического оборота бить челом ‘почтитель-
но просить, жаловаться’, включающего устаревшее слово
чело ‘лоб’; на основе этого фразеологизма возникло выра-
жение челобитная грамота, давшее затем имя существитель-
ное челобитная.
Первоначально свободные сочетания слов красная девица;
во сто крап (крат ‘раз’); потерпеть -фиаско; пропасть даром
(даром ‘бесполезно’); скоропостижная смерть; истошный
крик; чревато последствиями стали фразеологическими обо-
ротами, потому что в их составе с течением времени у слов
со свободным значением появилось фразеологически свя-
занное значение. Так, фразеологизм красная девица состоит
сейчас из слова связанного употребления красная ‘красивая,
хорошая’ и слова свободного употребления девица. О том,
что красная было раньше словом свободного употребления,
говорят факты древнерусского языка, в котором это слово
способно было соединяться с любым именем существитель-
ным: отврати очи твои оть жены красьны ‘отведи глаза
твои от красивой женщины’; красень глась ‘красивый, хоро-
ший голос’ и т. д.
Причиной превращения в фразеологические обороты со-
четаний слов сдать в эксплуатацию; социалистическое со-
ревнование; педагогическая практика; режим экономии яви-
лось обозначение ими единого, и притаи актуального в
настоящее время, понятия Это не значит, что для того, что-
бы свободное сочетание слов превратилось в фразеологизм,
оно должно обязательно стать единственным способом вы-
93
ражения соответствующего понятия (последнее может иногда
выражаться и другими языковыми средствами), однако оно
обязательно должно быть привычной и актуальной, а также
частой или даже преимущественной формой обозначения
соответствующего понятия, по сравнению с которой другие
формы являются или производными и зависимыми (ср.:
педагогическая практика — педпрактика), или менее выра-
зительными (ср.: на все сто процентов—полностью).
В результате постоянного употребления свободных соче-
таний слов в обобщенном, образно-переносном значении в
языке возникают исконно русские фразеологические единства
и фразеологические выражения коммуникативного характера.
В результате появления в составе свободного сочетания
слов слбва связанного употребления в языке образуются
исконно русские фразеологические сочетания. Постоянное
обозначение свободным сочетанием слов одного, актуаль-
ного в данное время понятия приводит к образованию исконно
русского фразеологического выражения номинативного ха-
рактера. Исконно русские фразеологические сращения непо-
средственно из свободных сочетаний слов не образуются,
они возникают на основе различных фразеологических обо-
ротов (в первую очередь •— фразеологических единств в
результате потери ими мотивированности значения и мета-
форичности; см. § 59); это проявление высшей степени фразео-
логизации.
Не являются причинами превращения свободного сочета-
ния слов в фразеологический оборот «утрата подробностей»
и изменение исходного грамматического строения (см. § 61,
62). Напротив, и «утрата подробностей» (ни кола, ни двора,
ни милого живота> ни кола ни двора), и изменение исходного
грамматического строения (на сон грядущим > на сон гряду-
щий) являются следствием фразеологизации и ведут к воз-
никновению на основе исходной формы фразеологизма но-
вой, к той или иной трансформации самого фразеологизма.
Что касается «у траты реалии, того жизненного опыта,
явления, которому соответствует словосочетание в своей
номинативной функции» 85 (также указываемой иногда в
качестве причины превращения свободного сочетания слов
в фразеологизм), то на самом деле она представляет собой
одну из причин превращения фразеологических единств в
фразеологические сращения (см. § 59).
Нельзя также считать, что появление на основе свободных
сочетаний слов фразеологических оборотов вызывается лишь
двумя причинами: «необходимостью обозначить новые поня-
85 Ларин Б. А. Очерки ло фразеологии, с. 219—220.
94
тия и стремлением к более яркому выражению понятий,
уже нашедших обозначение в языке»86. Во-первых, потому,
что только второе является действительной причиной возник-
новения некоторых типов фразеологизмов; необходимость
же обозначить новые понятия вызывает появление только
новых слов и свободных сочетаний слов (из которых впо-
следствии могут образоваться или, напротив, не образоваться
по той или иной причине фразеологизмы). Во-вторых, потому,
что стремление к более яркому выражению понятий получает
непосредственное воплощение лишь в образовании устойчи-
вых сочетаний слов по модели (см. § 48). Подавляющее боль-
шинство существующих в современном русском литера-
турном языке фразеологических оборотов возникло и воз-
никает в нем, как мы уже видели, совсем по иным причинам.
§ 48. Исконно русские фразеологические обороты,
образованные по модели
Кроме исконно русских фразеологических оборотов, воз-
никших на основе свободных сочетаний слов (они составляют
большинство исконно русских фразеологизмов), в фразео-
логической системе русского языка есть фразеологизмы,
созданные по модели87 . Такие фразеологизмы возникают в
речи всегда как новообразования, подобно словам, создан-
ным тем или иным морфологическим способом словообразо-
вания. Первоначально они возникают в речи как неологизмы,
лишь постепенно входя в общее употребление. Как фразео-
логизмы, образованные по аналогии, они всегда связаны со
стремлением более ярко и выразительно назвать то, что в
языке уже было названо, и таи самым подобны номинативно-
стилистическим неологизмам в лексике88 .
Например, фразеологические обороты берёзовая каша,
кормить завтраками, городить чушь; помирать со смеху,
сапоги всмятку, без ножа зарезать, без году неделя; живой
труп возникли по модели уже существовавших в языке фра-
зеологизмов^, причем в одних случаях с использованием
только их структуры, а в других — с использованием как
структуры, так и отдельных их компонентов (см. § 76). Так,
фразеологическое единство берёзовая каша *порка’ образова-
но по модели, причем с использованием не только структуры
фразеологических сочетаний типа манная каша, но и их стерж-
86 Вовчок П. А. К вопросу о природе идиом. — Уч.зап. Уральского ун-та,
Свердловск, 1958, вып. 20, филол., с. 138.
87 См.: Ожегов С. И. О структуре фразеологии, с. 45.
88 Ефимов А. И. Стилистика художественной речи, с. 240; Шанский Н. М.
Очерки по русскому словообразованию и лексикологии, с. 240—242.
95
Левого компонента каша. Так же по модели, но уже с исполь-
зованием одной структуры именных конструкций типа белая
ворона (оксюморон) образован JI. Н. Толстым фразеологизм
живой труп.
Таким образом, моделированные фразеологические обо-
роты создаются сразу по аналогии с уже имеющимися в языке
фразеологизмами. Они становятся образным наименованием
того, что уже так или иначе названо. Возникают такого рода
устойчивые сочетания слов всегда как фразеологические нео-
логизмы индивидуально-авторского характера, однако они
далеко не всегда закрепляются впоследствии в общем упо-
треблении. Последнее особенно характерно для фразеоло-
гизмов из художественней и публицистической литературы,
которые по самой своей природе превращаются в общенарод-
ные фразеологизмы очень редко.
§ 49. Понятие «заимствовать» фразеологически) оборот»
Заимствованный фразеологический
оборот — это такое устойчивое сочетание слов, которое
в качестве готовой воспроизводимей единицы языка пришло
в русский язык извне и употребляется в нем в том виде, в
котором оно известно (или было известно) в языке-источ-
нике. Таким образом, заимствованные фразеологизмы —
это иноязычные по происхождению устойчивые сочетания
слов, употребляющиеся в русском языке без перевода На-
пример, фразеологизмы соль земли и исчадие ада (исчадие
‘детище’) заимствованы русским языком из старославянского;
фразеологизмы alma mater ‘университет’ (бука ‘кормящая
мать*) и modus vivend ‘образ жизни’ пришли в русский язык
из латинского.
По своему характеру, заимствованные фразеологические
обороты делятся на две группы: фразеологизмы, заимство-
ванные из старославянского языка, и фразеологизмы, заим-
ствованные из западноевропейских языков без перевода.
Первая группа является довольно большой, стабильной и
совершенно «обрусевшей». Вторая группа небольшая (по-
стоянно уменьшающаяся), включающая книжные и явно
нерусские фразеологизмы, которые (если не исчезают вовсе)
или вытесняются соответствующими фразеологическими
кальками, или превращаются в слова.
От заимствованных фразеологических оборотов следует
отграничивать как фразеологические кальки и полукальки
(см. § 52—56), так и исконно русские фразеологизмы, состоя-
щие из иноязычных по происхождению слов Так, фразеоло-
гизм алгебра революции состоит целиком из заимствованных
9б
слов, однако в качестве устойчивого сочетания слов он воз-
ник в русском языке89 и тем самым является исконно рус-
ским (ср. слова типа акмеизм, нигилист, психопат, состоящие
из иноязычных морфем, но возникшие в русском языке).
Следует отметить также, что исконно русское происхож-
дение компонентов фразеологического оборота не подтверж-
дает исконно русское происхождение фразеологизма в целом.
Здесь уже исконно русские фразеологизмы следует отграни-
чивать от фразеологических калек и фразеологических старо-
славянизмов (см. § 52, 50). Например, фразеологизм соль
земли “наиболее творческая часть народа’ целиком состоит
из исконно русских слов, тем не менее он не возник из свобод-
ного сочетания слов в русском языке, а представляет собой
заимствование из старославянского языка.
§ 50. Фразеологические обороты, заимствованные
из старославянского языка
После введения на Руси христианства в древнерусском
языке в результате влияния на него старославянского языка
закрепилось довольно большое количество фразеологиче-
ских оборотов, представляющих собой цитаты из книг Свя-
щенного писания (Библии, псалтырей и т. д.). Многие из
этих фразеологических старославянизмов (в силу близости
словарного состава и грамматического строя старославян-
ского и древнерусского языков) настолько прочно вошли в
русскую фразеологическую систему, что не чувствуется не
только их заимствованный характер, но и первоначально
характерная для них книжная стилистическая окраска.
Например, старославянские фразеологические обороты
злачное место; всей душой; в плоть и кровь;ради бога; корень
зла; знамение времени; козёл отпущения; на сон грядущий
не только не осознаются сейчас чужими в русском языке,
но и не имеют специфически книжного оттенка с точки зрения
стилистической. Правда, среди фразеологических старо-
славянизмов есть устойчивые сочетания слов, которым при-
сущ характер книжности и архаичности, однако таких фра-
зеологизмов в общем немного и употребляются они все
реже: Врачу, исцелися сам ‘врач, исцелись сам’; Ищите и
обрящете ‘ищите и найдете’; ложь во спасение; со страхом
и трепетом; терновый венец {венец ‘венок’); смертный грех;
ныне отпущаеши. Значительная часть фразеологических ста-
рославянизмов не содержит никаких слов и грамматических
89 Исходное выражение ш определение философии Гегеля принадлежит
А. И. Герцену.
4-594 97
форм, не известных современному русскому литературному
языку в свободном употреблении: нищие духом, Не сотвори
себе кумира; Имеющий уши да слышит; метать бисер перед
свиньями; альфа и омега; по образу и подобию; всем сердцем.
Однако многие старославянские по происхождению фра-
зеологические обороты в силу традиции употребления и
устойчивости их состава включают как устаревшие слова,
так и архаичные грамматические формы. Следует отметить,
что это еще не означает, что устаревшим является и фразеоло-
гизм в целом: отношения здесь значительно сложнее
(см. § 26). Довольно много фразеологизмов, усвоенных
русским языкии из старославянского, являются общенарод-
ными и привычными в качестве целых значимых языковых
единиц, т. е. принадлежат к активному фразеологическому
запасу современного русского литературного языка, несмот-
ря на наличие в51Х составе архаизмов: ничтоже сумняшеся
(ничтоже ‘ничуть не’, сумняшеся ‘сомневались’); питаться
акридами (акриды ‘съедобная саранча’ или ‘съедобное расте-
ние Akri's’); око за око, зуб за зуб (око ‘глаз’); страха ради
иудейска (иудейска— род.п. ед.ч. кр.прил. иудейскь)', тьма
кромешная (кромешная ‘беспросветная’, букв, ‘внешняя’);
как зеницу ока (зеница ‘зрачок’); в поте лица (в поте ‘в поту’);
Всякое даяние благо (даяние ‘подношение, дар’, благо ‘хоро-
шо’); глас вопиющего в пустыне (глас ‘голос’, вопиющий ‘кри-
чащий’); не от мира сего (сей ‘этот’); краеугольный камень,
притча во языцех (языцех < языцвхь — ст.ф. предл.п. мн.ч.
от языкь ‘народ’); земля обетованная (обетованная ‘обещан-
ная’); бразды правления (бразды < брозды> бръзды ‘вожжи,
удила’); иже с ними (иже ‘которые’); во время оно (оно —
ф. ср.р. от онь ‘оный, тот’); до скончания века (скончание
‘конец’, век ‘жизнь’); Имя им легион (легион ‘10 тысяч’); святая
святых (святая — им.п. мн.ч. от святое).
От фразеологических оборотов, заимствованных из старо-
славянского языка и представляющих собой изречения из
церковно-богослужебных книг, следует отличать фразеоло-
гизмы, возникшие на основе библейских и евангельских ми-
фов уже в русском языке: избиение младенцев, зарыть талант
в землю, строить на песке, волк в овечьей шкуре, вавилонское
столпотворение, Содом и Гоморра. Так, фразеологизм волк
в овечьей шкуре возник в русском языке на основе евангель-
ского отрывка: Берегитесь лжепророков, которые приходят
к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. Образ,
положенный в основу фразеологизма волк в овечьей шкуре,
заимствован, сам же фразеологизм — в утвердившейся фор-
ме и составе — по своему возникновению в качестве целост-
§ 51. Фразеологические обороты, заимствованные
из западноевропейских языков без перевода
В отличие от фразеологических старославянизмов, заим-
ствованный характер большинства которых совершенно не
ощущается, иноязычность фразеологических оборотов, за-
имствованных русским языком из западноевропейских язы-
ков без перевода, как правило, ясен. Иноязычное происхож-
дение этих фразеологизмов, по своему употреблению ограни-
ченных книжной речью, проявляете! как в том, что нередко
они передаются посредством букв латинского алфавита,
так и в том, что слова, из которых они состоят, сохраняют
обычно все присущие им в языке-источнике свойства. В этом
отношении иноязычные фразеологизмы, заимствованные без
перевода, аналогичны лексическим варваризмам, почему
могут быть названы иностранными фразеологизмами: лат.
Aiea jacta est ‘жребий брошен’; лат. honoris causa ‘ради почета,
за заслуги’; фр. a la guerre сотте a la guerre ‘на войне как на
войне’; англ all right ‘хорошо, все в порядке’. Иноязычность
подобных фразеологизмов подчеркивается наличием у мно-
гих из них соответствующих им фразеологических калек;
ср.: лат. о tempera, о mores — русск. О времена, о нравы!:
ит. dolce far niente — русск. сладкое ничегонеделание; фр.
фасон парле < fagon de parler — русск. манера выражаться.
Как выше уже отмечалось, разбираемая группа фразео-
логических оборотов является небольшой и вое уменьшается.
Это происходит не только за счет выхода из употребления
архаичных фразеологизмов (ср.: лат. ipso facto *в силу самого
факта’; фр. profession de foi ‘символ веры’; лат. ultimo ratio
‘последнее средство’), но также и потому, что они или вытес-
няются более употребительными однозначными фразеоло-
гическими кальками, или сливаются в слова Так, лат. homo
homini lupus est; лат. tertium non datur; англ, time is money;
фр. enfant terrible все более вытесняются соответствующими
фразеологическими кальками (см. § 52—54): Человек чело-
веку— волк; Третьего не дано, Время—деньги; ужасный
'ребёнок. Что касается, например, фразеологизмов фр. table
d’hote; фр. chef d’oeuvre; лат. qui pro quo; ит. salto mortale
(букв, ‘смертельный прыжок’); фр. bon mot; фр. beau monde;
фр. va banque; фр. сотте \l faut; фр. i grek (бука ‘греческое i’),
ю они превратились сейчас в слова табльдот, шедевр, квипро-
кво, сальто-мортале, бонмо, бомонд, ва-банк, комильфо,
игрек.
Языком-источником для подавляющего большинства ино-
странных фразеологических оборотов является латинский
язык: argumentim ad hominem букв, ‘аргумент применительно
4* 99
к человеку’; nomina sunt оdiosa букв ‘имена ненавистны’;
alter ego ‘второе я’; volens nolens ‘волей-неволей’; pater fa-
miliae ‘отец семейства’; deus ex machinae букв, ‘бог из маши-
ны’; in medias res букв. *в середину дела’; pro et contra ‘за и
против’; quo vadis ‘куда идешь’; casus belli ‘состояние войны’;
terra incognita *неизвестная земля’. Из других языков заим-
ствованы немногие фразеологизмы: англ, good by, фр. raison
d'etre; фр. carte blanche; ит. Jinita la commedia и др.
§ 52. Понятие «фразеологическая калька»
Многие существующие в современном русском литера-
турном языке фразеологические обороты являются фразео-
логическими кальками. Фразеологическая каль-
ка — это устойчивое сочетание слов, возникшее в русском
языке в результате пословного перевода иноязычного фра-
зеологизма. Фразеологическое калькирование в ряде слу-
чаев приводит к возникновению таких русских сочетаний
слов, в которых синтаксические связи и семантические отно-
шения слов не соответствуют существующим в русском язы-
ке правилам и законам. Это обстоятельство может повлиять
на развитие новых переносных значений и новых моделей
фразеологизмов.
Например, в современном русском литературном языке
довольно часто употребляется фразеологический оборот
борьба за жизнь. Это калька фразеологизма struggle for life,
восходящего к заключительным словам заглавия книги
Ч. Дарвина «Происхождение видов путем естественного
отбора, или Сохранение благоприятствуемых пород в борь-
бе за жизнь». Английский фразеологизм был переведог по
частям: struggle — борьба, for — за, life — жизнь.
В разговорной речи очень употребительна фразеологи-
ческая калька иметь зуб на (против). Она представляет собой
пословный перевод французского фразеологического оборота
avoir ипе dent (contre): avoir — иметь, иле dent — зуб (ср.
дантист), con tre — против (ср. контрудар). Перевод этого
французского выражения в том или ином контексте может
быть осуществлен употреблением его русского семантиче-
ского эквивалента злиться (на кого-л.).
Фразеологический оборот разбить наголову возник в
результате калькирования немецкого фразеологизма aufs
Haupt schlagen: auf—на, Haupt — голова (вин.п. голову),
schlagen — разбить.
§ 53. Точные и неточные фразеологические кальки
Пословный перевод иноязычного фразеологического обо-
рота (фразеологическая калька) может быть как абсолютно
|(ю
точным, так и в известной степени приблизительным. По-
следнее объясняется прежде всего тем, что лексико-граммати-
ческие нормы языка, фразеологизм которого калькируется,
отличаются от лексико-грамматических норм русского языка.
Точная фразеологическая калька — это
воспроизведение лексико-грамматического состава иноязыч-
ного фразеологического оборота без каких-либо отступле-
ний: задняя мысль < фр. arridre pen see, иметь место < фр.
avoir lieu; синий чулок < англ, blue stocking, бумага не красне-
ет < лат. epistola non erubescit.
Неточная фразеологическая калька —
это пословный перевод иноязычного фразеологического обо-
рота с некоторыми отступлениями в лексико-грамматиче-
ской передаче его компонентов. Например, то, что в русском
языке в качестве определения более обычны препозитивные
имена прилагательные, чаи форма родительного падежа
постпозитивного существительного, привело к тому, что
появились такие неточные кальки, как железная дорога <
фр. с hemin de fer (букв, ‘дорога железа’); дневное светило
‘солнце’ < typ. flambeau de jour (букв, ‘светило дня’); с птичьего
полёта < фр. a vol cToiseau (букв, ‘с полета птицы’У”1. В ка-
чсстве неточных фразеологических калек можно указать
также такие фразеологизмы, как от всего сердца < фр. de
tout топ соеиг (во французском фразеологизме слово сердце
имеет определение мой); аппетит приходит во время еды <
фр. I’appdtit vient еп mangeant (фр. еп mangeant бука *в едении’
передано сочетанием слов во время еды); быть как на иголках <
фр. etre sur des epines (во французском фразеологизм от-
сутствует сравнительный союз как).
К неточным фразеологическим калькам примыкают фра-
зеологические обороты, возникшие в русском языке в резуль-'
тате неточного калькирования иноязычных сложных слов.
Как известно, в результате калькирования слов (поскольку
происходит поморфемный перевод иноязычного слова с
помощью соответствующих морфем, свойственных русско-
му языку) возникают слова: плотность < фр. soliditt, небо-
скрёб < англ, skyscraper, сверхчеловек < нем. tlbermensch.
Однако когда калькируются иноязычные сложные слова,
составные части которых могут быть переданы не только
морфемами, но и целыми лексическими единицами, на месте
слова появляется фразеологизм. В этом случае (как, напри-
мер, нем. iibermensch > русск сверхчеловек) перевод ино-
язычного слова осуществляется по морфемам, которые, од-
90 В польском язык соответствующий французский фразеологизм
дал точную фразеологическую кальку z lotu ptaka.
101
нако, заменяются не аналогичными русскими морфемами,
а соответствующими по значению словами.
Таково, например, происхождение фразеологического обо-
рота соломенная вдова < нем. Strohwitwe (Stroh ‘солома’,
Wit we ‘вдова’)* 91, медицинских терминов адамово яблоко <
нем. Adamsapfel (Adams ‘Адама’, Apfe! ‘яблоко’)92 и двена-
дцатиперстная кишка <нем. Zwolffingerd&rm (zwolf ‘12’,
Finger *палец’, Darm ‘кишка’)93 . Так же появились термины
прибавочная стоимость < нем. Mehrwert (mehr ‘сверх, бо-
лее’; Wert ‘стоимость’); порядок дня < нем. Tagesordnung
(Tages ‘дня’, Ordnung ‘порядок’). Восходит к немецкому слож-
ному слову Kindergarten (Kinder ‘дети’, Garten ‘сад5) фразео-
логический оборот детский сад.
§ 54. Источники фразеологических калек
в русском языке
Среди фразеологических калек есть как фразеологизмы,
эквивалентные слову, так и фразеологизмы, значение которых
слагается из значений составляющих их компонентов. По-
давляющее большинство фразеологических калек, представ-
ляющих собой фразеологические единства и сращения и
эквивалентных слову, является пословным переводом соот-
ветствующих французских фразеологических оборотов, влив-
шихся в русский язык в конце XVIII — начале XIX в. Значи-
тельно меньше в русском языке переведенных фразеологиз-
мов из латинского, греческого, немецкого, английского и
итальянского языков. Что касается фразеологических калек,
являющихся фразеологическими сочетаниями и выражения-
ми, то определить язык-источник довольно трудно.
Основную массу фразеологических калек составляют
фразеологические обороты, иноязычность структуры кото-
рых совершенно не чувствуется (это объясняется тем, что
по синтаксическим связям слов и их семантическим отноше-
ниям они не отличаются от исконно русских фразеологизмов):
1) кальки французских фразеологизмов: бросить тень
(на) < jeter les ombres (sur); носить отпечаток < porter
Pempreinte; ломиться в открытую дверь < enfoncer ипе
1 Нем. Strohwitwe возникло в результате контаминации слов Strohbraut
букв, ’соломенная невеста’ и Graswitwe ’обольщенная’ (букв, ‘травяная
вдова’). См.: Kluge Fr. Etymologisches Worterbuch der deutschen Sprache.
Berlin, 1957, S. 869- 759.
91 Кадык назван адамовым яблоком по библейской легенде о «запрет-
ном плоде» (яблоке), который будто бы застрял у Адама в горле.
93 Кишка названа так по своей длине, равной той, которая получается
щи сложении в ширину 12 пальцев (ср. в палец толщиной).
102
porte ouverte; убить время < tuer le temps; сломать лёд <
romp re la glace; с первого взгляда <au premier aspect;
начало конца < commencement de fin; Лучше поздно, чем ни-
когда < mieux vaut tard que jamais; башня из слоновой кости <
tour (Tivoire; быть в числе < etre~dans le nombre; иметь
немножко терпения < avoir ип реи patience; Игра не стоит
свеч < le jeu n’en vaut pas la chandelle; видеть все в чёрном
свете < voir tout еп noir; работать, как вол < travailler сотте
boeuf; вопрос жизни и смерти < ипе question de vie et de mart;
медовый месяц < !a lune de miel9* ;
2) кальки фразеологизмов из других языков: состояние
войны < лат. status belli; синий чулок < англ, blue stocking;
порочный круг < лат. circulus vitiosus; Вот где собака зары-
та < нем. Da ist der Hund begraben; крылатые слова < нем.
gefliigelte Wdrte; жизненный уровень < англ, standard of
life; лебединая песня < гр. kikneion asma; невзирая на лица <
нем. ohne Ansehen der Person. Многие фразеологические
кальки представляют собой пословный перевод так назы-
ваемых крылатых слов, т. е. афоризмов, авторы которых
известны говорящим: Быть или не быть (Шекспир); О, свя-
тая простота (Ян Гус); Что и требовалось доказать (Эв-
клид); И ты, Брут (Шекспир); блистать своим отсутствием
(М. Шенье); А король-то голый (Андерсен); слуга двух господ
(Гольдони); Стиль — это человек (Бюффон); золотая сере-
дина (Гораций); Люди, будьте бдительны (Фучик).
Калькирование иноязычных фразеологических оборотов
и сложных слов (преимущественно французских, немецких
и особенно английских) наблюдается и в настоящее время.
В основном этот процесс отмечается в газетно-публицисти-
ческом стиле речи. Так, фразеологизм потерянное поколение
появился у нас в результате пословного перевода фр. gene-
ration perdue. Пословная передача часто! немецкого сложного
слова Blitzkrieg привела к возникновению фразеологизма
молниеносная война (прямое и непосредственное заимствова-
ние дало слово блицкриг).
§ 55. Фразеологические полукальки
Кроме фразеологических калек в современном русском
литературном языке имеется также группа фразеологических
полукалек. Фразеологическая полукалька —
это полуперевод-полузаимствование иноязычного фразео-
логического оборота (часть компонентов фразеологизма
переводится, а часть заимствуется без перевода). 94
94 Фразеологизм из философского романа Вольтера «Задиг, или Судьба».
103
Так, французский фразеологизм battre еп breche подвергся
в русском языке неполному калькированию: слова battre еп
были переведены глаголом пробить, а слово breche — заим-
ствовано. В результате возникла фразеологическая полукаль-
ка пробить брешь (ср. лексические полукальки типа гуман-
ность, телевидение, адмиралтейство). Ср. также: бравурная
ария < фр. air de bravoure; сделать сцену < фр. faire ипе scene;
принять резолюцию < фр. prendre ипе resolution95', смешать
карты < фр. brouiller les cartes; артезианский колодец < фр.
puits artesien; дядя Сэм < англ, uncle Sam. Полукалькой
французского фразеологического оборота faire la cow (прав-
да, особой, из-за сказавшейся в нот так называемой народ-
ной этимологии) является и фразеологическое сращение
строить куры ‘ухаживать’. Оно оформилось в русском языке
в результате перевода слова faire глаголом строить (перво-
начально — делать) и заимствования имени существитель-
ного cow ‘двор’ с переоформлением его затем в куры под
влиянием имени существительного куры (ср. исконно русское
петушиться).
§ 56. Степень семантической слитности
фразеологических оборотов языка-источника
и фразеологическое калькирование
Анализ калек и полукалек иноязычных фразеологических
оборотов показывает, что между степенью семантической
слитности фразеологического оборота и его способностью
«переводиться» существует тесная связь. Совершенно сво-
бодно калькируются фразеологические сочетания и выра-
жения.
В значительно меньшей степени способны калькироваться
фразеологические единства, которым свойственна образ-
ность. Это объясняется тем, что во многих иноязычных фра-
зеологических единствах отмечается специфически нацио-
нальная и потому чуждая русскому языку мотивированность
значения, содержатся экзотические слова (слова, характе-
ризующие быт и специфические национальные черты того
или иного народа), наблюдается непереводимая игра слов
и т. д Именно поэтому иноязычные фразеологические обо-
роты чаще всего переводятся эквивалентными по значению
и стилистической окраске фразеологизмами и словами рус-
ского языка. Способностью легко калькироваться обладают
лишь те из иноязычных фразеологических единств, послов-
93 Кроме полукальки этот фразеологизм дал и фразеологическую кальку
принять решение.
104
ный перевод которых сохраняет всю лингвосгилистическую
специфику оригинала (ср. при наличии буквы i в дореволю-
ционной орфографии ставить точки над и — кальку фр.
mettre les points sur les i).
Почти не калькируются — в связи с их условностью и
немотивированностью значения, а также с особенностями
лексико-грамматического состава — иноязычные фразеоло-
гические сращения; ср.: фр. entre chien et loup ‘в сумерки’
(букв, ‘между собакой и волком’96); нем. auf der Palme sitzen
‘быть вне себя’ (бука ‘на пальме сидеть’); фр. se mettre sun
son trente et un ‘разодеться в пух и прах’ (бука ‘пуститься в
свои тридцать одно’); англ, to cut off with a shilling ‘лишить
наследства’ (букв, ‘отрезать с шиллингом’). В тех редких
случаях, когда калькируется фразеологическое сращение,
переводной фразеологизм обязательно подвергается так
называемой народной этимологии (ср. фразеологизм строить
куры, см. § 55).
§ 57. Первоначальная сфера употребления
фразеологических оборотов
При рассмотрении происхождения фразеологических обо-
ротов русского языка собственно генетический аспект нередко
не выделяется. Особенно часто классификация фразеологиз-
мов русского языка с точки зрения их происхождения без
каких-либо логических оснований «подменяется» классифи-
кацией фразеологизмов с точки зрения первоначальной сферы
их употребления. Вследствие этого совершенно неправильно
в один ряд ставятся типы фразеологизмов, однородными
не являющиеся (например, идиомы, русские пословицы и
поговорки, профессиональные выражения, библейские вы-
ражения, иноязычные пословицы и поговорки, иноязычные
фразеологизмы без перевода, афоризмы выдающихся людей,
цитаты из литературных произведений и т. д.).
Выше уже говорилось, на какие группы распадаются
фразеологические обороты современного русского литера-
турного языка с точки зрения их происхождения (см. § 45—56).
Ясно, что эти группы совершенно не совпадают с теми,
которые можно выделить в русской фразеологии с точки
зрения первоначальной сферы употребления фразеологиз-
мов, т. е. с точки зрения того, где соответствующие сочета-
56 В индивидуально-авторском употреблении известна калька этого
фразеологического сращения, однако в определенных стилистических целях
писатели используют фразеологизм как свободное сочетание слов: Любло я
дружеские враки и дружеский бокал вина порою той, что названа пора меж
волка и собаки, а почему, не вижу я (П.).
10S
ния слов стали фразеологизмами. Так, профессиональные
фразеологизмы могут быть как исконно русскими, так и
кальками и полукальками и т. д Поэтому классификация
фразеологизмов с точки зрения первоначальной сферы их
употребления лишь уточняет генетическую классификацию
фразеологизмов в целом.
Имея в виду первоначальную сферу употребления фра-
зеологических оборотов, исконно русские фразеологизмы
можно разделить на следующие группы:
1) фразеологизмы из разговорно-бытовой речи, включая
сюда пословицы и поговорки: потерять голову; на босу
ногу; Жив курилка ‘еще существует, не исчез’97 98; нет ни чер-
тд9Л; Не стой над душой99; в сорочке родился ‘счастливчик’100 101 ;
На безрыбье и рак рыба; Терпенье и труд всё перетрут;Мал
золотник, да дорог; Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!; Не
всё то золото, что блестит; Цыплят по осени считают ;
зубы заговаривать; сказка про белого бычка; Скатертью
дорога, за тридевять земель; сума перемётная, хоть кол
на голове теши; красная девица; чудеса в решете'0';
2) фразеологизмы из профессиональных жаргонов и арго:
разделать под орех; топорная работа; без сучка без задоринки
(из речи столяров); ставить в тупик; зелёная улица (из лек-
сикона железнодорожников); играть первую скрипку; зада-
вать тон (из профессионального жаргона музыкантов);
ни в зуб ногой (из школьного арго); втирать очки; карта
бита; идти в гору (из арго картежников); на всех парусах;
закусить удила, тянуть канитель;
3) фразеологизмы из книжно-литературной речи, вклю-
чая:
а) элементы научной терминологии: отрицательная ве-
личина; центр тяжести; довести до белого каления; катить-
ся по наклонной плоскости; привести к общему знаменателю;
б) устойчивые сочетания слов из художественной лите-
ратуры и публицистики, которые обычно называют «кры-
латыми словами»: всерьёз и надолго (В. И. Ленин); Лучше
^Возникновение фразеологизма связано со старинной русской народ-
ной игрой, в которой горящая лучинка с приговоркой Жив курилка переходит
из рук в руки, и тот играющий, у кого она погасла, выбывает из игры.
98 Сокращение поговорки, построенной на антитезе чёрт — дьявол:
Нет ни чёрта, ни дьявола.
” Фразеологизм возник в результате сокращения поговорки Не стой
надо мной, как чёрт над душой.
100 Происхождение и значение идиомы связано с такими редкими слу-
чаями, когда ребенок появляется на свет «в сорочке», т. е. в околоплодной
оболочке (человек уже при рождении «одет», значит — счастливчик).
101 Фразеологизм представляет собой часть пословицы Чудеса в решете:
дьф много, а вылезть некуда,
1М
меньше, да лучше (В. И. Ленин); А ларчик просто откры-
вался (Кр.); Слона-то я и не приметил (Кр.); Кукушка хвалит
Петуха за то, что хвалит он Кукушку (Кр.); Наделала
синица шуму, а моря не зажгла (Кр.); медвежья услуга (Кр.);
с чувством, с толком, с расстановкой (Гр.); Свежо предание,
а верится с трудом (Гр.); Служить бы рад — прислуживаться
тошно (Гр.); И дым Отечества нам сладок и приятен (Гр.);
Все мы учились понемногу, чему-нибудь и как-нибудь (П.);
Жалок тот, в ком совесть нечиста (П.); не мудрствуя лукаво
(П.); окно в Европу (П.); А Счастье было так возможно (П.);
Глаголом жги сердца людей (П.); Большому кораблю — боль-
шое плаванье (Г.); унтер-офицерская вдова сама себя высекла
(Г.); мёртвые души (Г.); Есть ещё порох в пороховницах (Г.);
Суждены нам благие порывы (Н.); Вот приедет барин, барин
нас рассудит (Н.); рыцарь на час (Н.); кому на Руси жить
хорошо (Н.); чего изволите (С.-Щ.); применительно к под-
лости (С.-Щ.); административный восторг (С.-Щ.); мягко-
телый интеллигент (С.-Щ.); живой труп (Л.Т.); чем люди
живы (Л.Т.); дворянское гнездо (Т.); отцы и дети (Т.); Друг
Аркадий, не говори красиво (Т.); Дважды два — стеариновая
свечка . (Т.); человек в футляре (Ч.); двадцать два несчастья
(Ч ); как бы чего не вышло (Ч.); В карете прошлого далеко
не уедешь (М.Г.); Человек — это звучит гордо (М.Г.); Рож-
дённый ползать — летать не может (М.Г.); Если враг не
сдаётся — его уничтожают (М.Г.); кисейная барышня (Пом.);
мещанское счастье (Пом.); Ничто не ново под луной (Кар.):
Во всех ты, душенька, нарядах хороша (Богд); во весь голос
(М.); И кончен бал (Бар.); жалкие слова (Гонч.); обыкновенная
история (Гонч.); маг и волшебник (C.-К.); муки слова (С.Н.);
мы пахали (Дм.); на заре туманной юности (К.); Что делать?
(Черн.) и т. д.
ИЗМЕНЕНИЯ В ЗНАЧЕНИИ, СОСТАВЕ
И СТРУКТУРЕ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ОБОРОТОВ
§ 58. Исторический характер фразеологических
оборотов
В качестве воспроизводимой языковой единицы фразео-
логический оборот всегда имеет определенное значение и
постоянные состав и структуру (см. §4). Однако то значение,
которое в данный момент является для него характерным,
его состав и структура далеко не всегда совпадают с теми,
которые были ему свойственны в момент возникновения.
Процессы, происходящие в языке в целом, особенно измене-
107
ния в лексике и грамматике, явления аналогического воздей-
ствия и народноэтимологического сближения и, наконец,
эвфоническая обработка очень часто приводят к тому, что с
течением времени и внешний вид, и сущность фразеологизма
резко меняются. Так, фразеологизм На тебе, боже, что нам
не гоже, обладающий яркой антирелигиозной направлен-
ностью, был первоначально совсем иного характера Он
возник в результате каламбурно-ритмической переработки
фразеологизма На тебе, убоже, что нам не гоже, в котором
убоже представляет собой форму звательного падежа от
убог ‘нищий, бедняк’ (ср.: утлый, урод) 102 Еще более серь-
езней трансформации — из-за народноэтимологического пе-
реосмысления — подвергся фразеологизм как кур в ощип
(кур ‘петух’, ср, курица), переживший процесс своеобразного
переразложения и превратившийся в фразеологическое сра-
щение как кур во щи.
Однако особенно показательней является история фразео-
логического оборота И никаких гвоздей!, в современной
форме возникшего сравнительно недавно (ср. помету «новое»
в «Толковом словаре русского языка» под ред Д. Н. Уша-
кова). На примере изменений, которым подвергся этот фра-
зеологизм, можно продемонстрировать как процесс эллип-
сирования, так и обратный ему процесс распространения
фразеологизмов. Современная форма фразеологизма (с сою-
зом и перед сочетанием местоимения и имени существитель-
ного) возникла в результате добавления к фразеологизму
и никаких слова гвоздей [ср.: ... Светить — и никаких гвоздей!
Вот лозунг мой —и солнца! (М.)], в то время как и никаких
является сокращением военной команды Смирно, и никаких
движений!, вошедшим в речевой обиход в конце XIX в.:
«О чем-то заспорили, и вдруг Мод или сестра ее Мэдж пустила стреми-
тельно:
— И — никаких!
Она хотела этим непонятным, бессмысленным словечком отличиться
перед Гольцем.
Он хлопал в ладоши, я все были в восхищении. Они отлично понимали,
что это значит.
„Господи! — воскликнула про себя Нина, — что же это такое?”
„И никаких!” — повторяла она, беззвучно переводя губами и стараясь
запомнить таинственный термин. <. >
Единственное, чтб она получила от него [Гольца], это подробное объ-
яснение нелепого возгласа:
„И никаких!”
Девицы и их кавалеры употребляют его тогда, когда надо сказать:
„Нечего тут разговаривать, это так, или это превосходно".
10> Ср.: Monsieur L’Abli, француз убогой (П; ‘бедный, нищий’).
108
Пошло это с учений, когда взводу или эскадрону офицер кричит:
—Смирно, и никаких движений!» (Боборыкин П. Д. Перевал. — Собра-
ние романов, повестей и рассказов Спб., 1897, т. 7, с. 251—255).
Поскольку фразеология русского языка в диахроническом
аспекте изучалась пока мало, сейчас трудно еще дать харак-
теристику всем возможным процессам возникновения фра-
зеологизмов Мы обратим внимание лишь на такие факты,
которые являются наиболее очевидными и важными.
§ 59. Изменения степени семантической слитности
фразеологического оборота
Краткий обзор изменений, наблюдающихся в значении,
составе и структуре фразеологических оборотов, можно
начинать с разбора процессов так называемого опрощения,
переразложения и усложнения. Здесь следует говорить о
различного рода трансформациях семантических связей и
соотношений компонентов фразеологизма по отношению
к его значению в целом. Известная аналогичность их тем
процессам, которые наблюдаются в словообразовании, ус-
ловно позволяет использовать и «словообразовательные»
термины 103.
Опрощение фразеологического оборо-
та — это превращение того или иного фразеологизма с
мотивированным значением в семантически неразложимое
фразеологическое сращение с немотивированным значением.
Так, фразеологические сращения в бирюльки играть; В ногах
правды нет; турусы на колёсах возникли в результате опро-
щения из фразеологических единств. Образность эти обороты
потеряли. Мотивированность их значения исчезла потому,
что были утрачены те реалии, которые назывались соответ-
ствующими свободными сочетаниями слов: мы уже не игра-
ем в бирюльки, когда надо выбирать из кучи одну за другой
соломинки (бирюльки), не рассыпая при этом остальные,
как неизвестны современным носителям русского языка
двигающиеся на колесах осадные башни — турусы или та-
расы.
Переразл о жение фразеологического
оборота — это то или иное изменение связей и соотно-
шений между значением фразеологизма в целом и значением
составляющих его компонентов, не ведущее к потере мотиви-
рованности общего значения. Так, в момент своего возник-
новения фразеологизм с красной строки был фразеологиче-
103 См.: Шанский Н. М. Очерки по русскому словообразованию. М.,
1968.
109
ским выражением, в котором все слова имели свободное
употребление и значение которого являлось суммой значений
отдельных слов. С течением времени (в связи с тем, что аб-
зацные и заголовочные строки перестали начинаться красны-
ми буквами) слово красная стало словом связанного упот-
ребления и приобрело переносное значение ‘абзацная, заго-
ловочная’. Это привело к превращению фразеологического
выражения с красной строки в фразеологическое сочетание.
В результате переразложения мотивированность значения
фразеологизма сохранилась, а степень семантической слит-
ности фразеологизма изменилась.
Усложнение фразеологического оборо-
та— это переход фразеологического сращения в фразеоло-
гизм с мотивированным значением (т. е. в фразеологические
единство, сочетание или выражение). Например, фразеоло-
гическое сращение вавилонское столпотворение (оно стало
таким тогда, когда значение ‘шум, суматоха, беспорядок’
перестало быть зависимым от библейского мифа о постройке
в Вавилоне башни до неба) подверглось усложнению в силу
того, что рядом с ним и на основе его возникло эквивалентное
ему имя существительное столпотворение. В настоящее
время оборот вавилонское столпотворение осознается как
фразеологическое сочетание.
Указанные изменения в степени семантической слитности
фразеологических оборотов могут сказываться на их значе-
нии, составе и структуре.
§ 60. Изменения значения фразеологического
оборота
Наиболее распространенным и наглядным процессом,
происходящим во фразеологической системе современного
русского литературного языка, является изменение значений,
свойственных фразеологическим оборотам как воспроизво-
димым языковым единицам. Поскольку ничего принципиаль-
но нового здесь по сравнению с изменением значений слов
не наблюдается, ограничимся двумя примерами. Фразеоло-
гизм как пить дать значит в настоящее время ‘наверняка’,
однако еще во второй половине XIX в. его значение было
иным (причем более «этимологическим») — ‘быстро, легко’,
т. е. так быстро, легко, как подать пить: Небывалого, вот
хоть тебя к примеру взять, оплетут, как пить дать, мигнуть
не успеешь (М.-П.).
Еще более серьезные изменения произошли в значении
устойчивого сочетания слов скатертью дорога ‘убирайся’.
Первоначальное значение этого фразеологического оборота
110
было прямо противоположным современному, так как им
выражалось пожелание счастливого пути, гладкой, как стол
(т. е. скатерть), дороги. При объяснении этого фразеологизма
следует учитывать также старое значение и форму слова
скатерть < дъскатьрть, первоначально обозначавшего верх-
нюю крышку стола (такое значение у этого имени существи-
тельного в древнерусском языке было еще известно). Как
видим, в фразеологизме возникло значение, противополож-
ное исходному, подобное тем, которые отмечаются, напри-
мер, для слов наверное (исходное значение ‘наверняка’),
честить (исходное значение ‘оказывать честь’).
§ 61. Изменешя состава фразеологического
оборота
Изменения в составе фразеологических оборотов прямо
и непосредственно связаны как с тем, что происходит в лек-
сической системе языка в целом, так и с тем, в каком направ-
лении осуществляется говорящими дальнейшая обработка
фразеологизмов. Наиболее важными процессами являются
следующие: 1) замена одного компонента фразеологизма
другим, синонимичным или сходного значения; 2) возникно-
вение в фразеологизме не существующих вне его слов; 3) воз-
никновение в фразеологизме незначимых компонентов;
4) сокращение состава фразеологизма; 5) добавление к исход-
ному составу фразеологизма новых слов (например, история
фразеологизма И никаких гвоздей!', см. § 58).
1. Так, фразеологический оборот на том свете первона-
чально имел вид на оном свете (ср. др.-русск.: На ономь
свътб в огне горъть, на оном свЪтя приимуть муку). Со вре-
менем его состав изменился: слово онь ‘тот’ было заменено
словом тот, потому что этот фразеологизм стал принадлеж-
ностью разговорно-бытовой речи, в которой слово онь в
качестве указательного местоимения было вытеснено словом
тот (ср. кн. во время оно). По тем же причиге синонимичными
словами сразу и глаз были заменены слова вдруг и око в фра-
зеологизмах Москва не вдруг строилась104 и бить в очи.
Замена компонентов произошла также в фразеологиче-
ском обороте Работа не волк—в лес не убежит, однако
причина здесь другая. Толчком к изменению состава фра-
зеологизма послужило разрушение его эвфонической це-
лостности при переходе из южновеликорусских говоров
104 Наречие вдруг здесь имеет устаревшее значенж ‘одновДОренио,
сразу’; ср.: Как с облаков ты можешь обозреть всё царство вдруг: границы,
грады, реки (П.).
111
(с мягким т в окончании 3-го л. глаголов: уйдешь, несешь)
в северновеликорусское наречие. Первоначально рифмован-
ный фразеологизм имел вид: Дело не медведь — в лес не уй-
деть. В силу народноэтимологического осмысления непо-
нятных, но близких по звучанию слов кур (<фр. соиг) и
белуха произошла их замена словами куры и белуга в фразео-
логизмах строить куры и реветь белугой.
2. Возникновение в устойчивом сочетании слов лекси-
ческих единиц, вне его более нигде не существующих,
связано с выходом соответствующих слов из активного
употребления. То или иное слово при возникновении фра-
зеологического оборота является свободным по своему
употреблению и принадлежит к активной лексике, употреб-
ляясь как в фразеологизме, так и вне его. Позднее же сфера
его функционирования сужается и зачастую ограничивается
одним-единственным фразеологизмом. Этим объясняется
возникновение в фразеологизмах только им свойственных
лексических вкраплений, потенциальных слов (их словная
сущность семантически и грамматически почти не выра-
жена).
В качестве примеров можно привести следующие фразео-
логические обороты: писать мыслете (мыслете — старое
название буквы -м); с гулькин нос (гулькин — относительно-
притяжательное прилагательное от гульки < гуля ‘голубь’);
всякая всячина; витать в эмпиреях (эмпиреи ‘воздушное
пространство’, ср. витать в облаках); забубенная головушка
(забубенная — имя прилагательное от забубены < забобоны
‘вздор’; ср.: диал. бобыч ‘бестолковый человек’, с.-хорв.
бобонити ‘тупеть’), и в помине нет (устар, помин ‘воспоми-
нание’ от поминать ‘вспоминать’); фертом стоять (ферт —
старое название буквы ф); кой чёрт (кой ‘который’); несть
числа (несть ‘нет’ возникло в результате сращения не есть);
истошный голос (вероятно, истошный < истощный ‘пред-
смертный’, как плашмя < площмя, пригоршня < пригорщня);
торная дорога (торная от устар, тор ‘дорога’; ср. чешек,
tor); выпить на брудершафт105 (брудершафт ‘братство’;
ср. нем. Bruderschaft от Bruder ‘брат’).
Не существующие вне фразеологического оборота слова
возникли также в фразеологизмах Ни до жиру, быть бы живу;
с жиру беситься; Это ещё на воде вилами написано, Вся
краска бросилась в лицо; огород городить; душа нараспашку;
сыр-бор загорелся; нелёгкая дёрнула; остаться с носом;
на худой конец, где, на первый взгляд, никаких особых «слов»
нет. Однако совпадение слов свободного употребления жир,
Полукалька нем. trinken Bruderschaft.
112
вилы, краска, огород, душа, бор, нелёгкая, нос, худой с соот-
ветствующими компонентами фразеологизмов носит чисто
омонимический характер. В фразеологизме слово жир зна-
чит ‘богатство, имущество’, вилы “круги’ (ср. диал. вил ‘за-
виток, кочан’), краска ‘кровь’ (такое значение до сих пор
известно у этого слова в диалектах), огород ‘ограда’, горо-
дить ‘строить’, душа ‘ямочка на шее под кадыком’106, бор
‘сосна’ (ср. др.-русск под дубом и под бором), нелёгкая ‘дьявол,
черт’, нос ‘калым’, худой ‘плохой’.
В целом ряде случаев появление внутри фразеологического
оборота компонентов, не существующих в® его, приводит
к тому, что он почти целиком начинает слагаться из «ирреаль-
ных» слов: семо и овамо, с бухты-барахты.
3. Очень важным является процесс выявления в составе
фразеологического оборота таких слов, которые предстают
как незначимые, играющие роль своеобразных усилительных
экспрессивных частиц. Наиболее характерно это для фразео-
логизмов моделей «имя прилагательное +имя существитель-
ное» и «глагол + имя существительное», рядом с которыми
сосуществуют (как их производные; <м § 64—67) синонимич-
ные имена существительные и глаголы: чучело гороховое101;
набитый дурак; Лиса Патрикеевна, Аполлон Бельведерский,
морочить голову; городить вздор. Отмечаемое изменение
в составе фразеологического оборота, как правило, сопро-
вождается измененной степени семантической слитности
фразеологизма и является следствием концентрации значе-
ния всего фразеологизма на одной его компоненте.
4. Одним из наиболее заметных изменений состава фра-
зеологических оборотов является их сокращение. Чаще
всего эллипсису подвергается вторая часть фразеологизма,
однако сокращения могут быть частичными, касаться первой
его части и т. д Почти во всех случаях сокращение фразео-
логизма сопровождается также изменением его структуры.
В результате сокращения устойчивые сочетания слов стано-
вятся более выразительными в стилистическом отношении
и удобными с. точки зрения речевого использования.
Например, фразеологический оборот Голод не тётка
представляет собой сокращение, фразеологизма Голод не
тётка, пирожка не подсунет; поговорка бабушка надвое
сказала возникла в результате эллипсиса фразеологизма
Бабушка надвое сказала: либо дождик, либо снег, либо будет,
либо нет; фразеологизм хлопот полон рот раньше выглядел
так: Хлопот полон рот, а перекусить нечего.
106 См.: Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка, т. 1.
07 Первоначальное значение ‘пугало на гороховом иоле*.
ИЗ
Эллипсисами по отношению к исходному фразеологизму
являются фразеологизмы: всё едино {<Всё едина, что хлеб,
что мякина); Пьяному море по колено (< Пьяному море по
колено, а лужа по уши); мокрая курица (< Мокрая курица,
а тоже петушится); Вольному воля (< Вольному воля, спа-
сённому рай); какого рожна (< Какого тебе рожна надо); чем
свет (<раныие, чем свет настал); глаза на мокром месте
(< глаза на мокром месте вставлены); нищие духом (< Бла-
женны нищие духом, ибо их есть царство небесное); ни кола,
ни двора (<ни кола, ни двора, ни милого живота, где кол
‘небольшой участок земли’, живот ‘лошадь’).
Переоформление структуры фразеологического оборота
в результате его эллипсиса можно проследить на примере
фразеологизма как заведённые. В XIX в. этот фразеологизм
имел лишь полную форму как заведённые часы: Князь... по
привычке, как заведённые часы, говорил вещи, которым он
и не хотел, чтобы верили (Л.Т.). После сокращения слова
часы фразеологизм стал «оканчиваться» на причастие, что
повело к тому, что слово заведённые стало иметь формы
числа и рода (появились формы как заведённый, как заведён-
ная и т. д.)* 108.
Процесс эллипсизации может быть и уже завершенным,
и еще не завершенным. В последнем случае в речевом оби-
ходе сосуществуют и сокращенная, и полная формы, выступа-
ющие как варианты одного и того же фразеологического
оборота; ср.: на все сто — на все сто процентов: само собой —
само собой разумеется; Честь имею — Честь имею кла-
няться; кошки скребут — кошки скребут на сердце; Не всё
коту масленица — Не всё коту масленица, будет и великий
пост; Стыд не дым—Стыд не дым, глаза не выест; Моя
хата с краю — Моя хата с краю, ничего не знаю.
§ 62. Изменения структуры фразеологического
оборота
Помимо эллипсиса частей или отдельных компонентов
фразеологических оборотов, структурная трансформация
фразеологизмов может быть связана и с другими явлениями:
с их эвфонической обработкой, с потерей стержневым компо-
нентом способности к образованию грамматических форм
и т. д.
Так, фразеологический оборот на сон грядущий соответ-
ствует сейчас модели «предложно-падежная форма имени
существительного + имя прилагательное». Исходной же была
101 Подобные изменения коснулись и фразеологизма как облупленного
(<как облупленное яичко),
114
форма на сон грядущим (т. е. ‘отходящим ко сну’) Изменение
в структуре фразеологизма обусловлено в данном случае
влиянием на структурно-изолированный фразеологизм та-
ких фразеологизмов, которые образованы по регулярной
модели.
По другой причине, а именно из-за потери стержневыми
компонентами способности к образованию грамматических
форм, изменилась структура фразеологических оборотов
как пить дать и как ни в чём не бывало, в которых еще в пер-
вой трети XIX в. свободно «выделялись составные элементы
и было живо сознание необходимости глагольного согласо-
вания» форм с объектом действия»109. Ср.: За моею тележ-
кою четвёрка быков тащила другую, как ни в чём не бывала,
несмотря на то, что она была доверху накладена (Л.); Князь
Фольгин, как будто ни в чём не бывал, также шутил (Бег.)110.
Иная структура была и у фразеологических оборотов
сами с усами и сбоку припёку. Однако здесь изменение струк-
туры связано с эвфонической обработкой фразеологизма.
Фразеологизм сбоку припёку первоначально выглядел как
с боку припёка и соответствовал модели «предложно-падеж-
ная форма имени существительного + форма родительного
падежа имени существительного» (типа до мозга костей).
Фразеологизм сами с усами первоначально выглядел как
сам с усам. Эвфоническая обработка исходной формы фра-
зеологизма с соответствующей перестройкой структуры объ-
ясняется здесь тем, что северновеликорусский по возникно-
вению фразеологизм (в говорах северновеликорусского на-
речия форма творительного падежа множественного числа
совпадает с формой дательного) стал употребляться в южно-
великорусских диалектах, где нет смешения форм дательного
и творительного падежей множественного числа Чтобы
сохранить художественно-поэтический характер фразеоло-
гизма, пришлось и местоимение сам употреблять в форме
множественного числа
§ 63. Этимологический анализ фразеологических
оборотов
Различный характер фразеологических оборотов с точки
зрения их происхождения (см. § 45—57), а также изменения
в их составе и структуре с необходимостью требуют тщатель-
ного этимологического анализа устойчивых сочетаний слов.
Объектом этимологического анализа являются все фразео-
логизмы современного русского литературного языка, если
109 Виноградов В. В. Русский язык, с. 25.
"° Примеры взяты из книги В. В. Виноградова «Русский язык».
115
особенности их состава и структуры не позволяют уяснит
и их происхождение. Подлежат этимологическому анализу
таким образом, все фразеологизмы, которые не являютс:
исконно русскими или диэтимологизировались и изменил]
свой первоначальный состав и структуру.
В соответствии с этим этимологическое объяснение долж
но быть дано: 1) всем исконно русским фразеологически
оборотам непроизводного характера, представляющим со
бой фразеологические сращения; 2) всем исконно русски\
фразеологизмам производного характера (фразеологические
единствам, сочетаниям, выражениям), если они деэтимоло
гизировались и изменили свой состав или структуру; 3) всем
фразеологическим калькам или полукалькам; 4) всем заим-
ствованным фразеологизмам, употребляющимся без пере-
вода.
Не нуждаются в этимологическом объяснении такие ис-
конно русские фразеологические обороты, происхождение
которых ясно и определенно показывает их структурно-
семантический анализ. Это многие фразеологические един-
ства и выражения, а также целый ряд фразеологических соче-
таний, которые не имеют в своем составе только в них суще-
ствующих слов и в которых значения фразеологически свя-
занных компонентов легко объясняются как переносные:
как в аптеке ‘точно’; в три ручья ‘очень сильно’; товар лицом
показать', смотреть сверху вниз; пограничная застава; лёг-
кий заработок; плавленый сыр; набор слов; забота о человеке.
В задачи этимологического анализа фразеологического
оборота входит: 1) определение исконного или заимствован-
ного характера фразеологизма; 2) установление времени
его возникновения в русском языке как определенной значи-
мой единицы с данным значением, составом и структурой;
3) реконструкция его исходной формы и значения; 4) уточне-
ние образа, положенного в основу фразеологизма, если он
возникает в языке как метафорическое название. В отдель-
ных случаях с помощью этимологического анализа можно
определить среду, где возник тот или иной фразеологизм,
и даже автора свободного сочетания слов, которое превра-
тилось затем в «крылатое слово»111.
В существующих этимологических словарях русского
языка, как правило, отчасти объясняется происхождение
только таких фразеологизмов, в составе которых имеются
семантические особенности. Последнее обстоятельство свя-
111 СМ.: Пизани В. Этимология. М, 1956; Шанский Н. М. Принципы
построения этимологического словаря русского языка словообразовательно-
исторического характера. — Вопр. языкознания, 1959, № 5; Откупщи-
ков Ю. В. К истокам слова. Л, 1968.
11 i
зано с тем, что для установления того свободного сочетания
слов, на основе которого возник данный фразеологизм,
иногда достаточно лишь этимологизации «темного» по
своему происхождению компонента. Иначе говоря, речь
идет здесь не столько об этимологизации фразеологизма в
целом, сколько об определении происхождения слова, из-
вестного как лексическая единица только в составе данного
фразеологизма. Не случайна в таких случаях и постановка
в качестве заглавного слова именно этимологически неясного
компонента фразеологизма. Так, в «Кратком этимологи-
ческом словаре русского языка» Н. М. Шанского, В. В. Ива-
нова и Т. В. Шанской под словами антимония, баклуши,
балясы, винительный, зга, набат, разинуть, скалить попутно
объясняются фразеологизмы разводить антимонию; бить
баклуши; точить балясы; винительный падеж; ни зги не
видно; бить в набат; разинуть рот; скалить зубы.
В самом деле, при объяснении происхождения исконно
русских фразеологических оборотов типа войти в раж;
седалищный нерв; пеклеванный хлеб; Плошки да черепки —
те же горшки; На миру и смерть красна; во весь мах для
уяснения признака, положенного в основу исходного свобод-
ного сочетания слов, достаточно знать, что слово раж зна-
чит ‘ярость’ (< фр. rage); что имя прилагательное седалищный
образовано от седалище ‘то, на чем сидят*; что имя прилага-
тельное пеклеванный является переоформлением под влия-
нием глагола поклевать, заимствованного из польского
языка слова pytlovany, образованного от pytlowac ‘просеи-
вать’ (от руtel ‘частое сито’); что слово черепок ранее (а в
диалектах и сейчас) обозначало “горшок’ (ср. др.-русск.
черепан ‘гончар’); что слово красна имело значение ‘прекрасна,
хороша’, а слово мир равнозначно слову люди; что слово
мах, наконец, обозначало один оборот мельничного колеса.
Совершенно иного характера фразеологические обороты
задеть за живое; в Европу прорубить окно; битый час; Нужда
заставит калачи есть; ни дна ни покрышки; собака на сене.
В них нет ни одного непонятного слова, и поэтому объясне-
ния требует весь фразеологизм в целом. В этимологических
словарях русского языка, толкующих происхождение отдель-
ных слов, этимология таких фразеологизмов обычно не
дается. Даже в «Этимологическом словаре русского языка»
М. Фасмера (рус. пер. 1964—1973) словарные статьи о фра-
зеологизмах типа адамово яблоко; Чёрное море; лебединая
песня являются единичными. Как уже говорилось, все по-
добные фразеологизмы должны толковаться в этимологи-
ческом словаре фразеологических оборотов русского языка.
Например, фразеологический оборот задеть за живое
117
‘обидеть, взволновать’ возник семантико-фразеологическим
путем на основе фразеологизма задеть за живое ‘поранить’,
в свою очередь представляющего собой сокращение фразео-
логизма задеть за живое мясо ‘пораниться’, восходящего
к омонимическому свободному сочетанию слов 112.
Фразеологический оборот в Европу прорубить окно, дав-
шее затем фразеологизм окно в Европу, возникло под пером
А. С. Пушкина как своеобразное переоформление афоризма
Альгаротти Petersburg est la fendtre par laquelle la Russie re-
garde continuellement Г Europe ‘Петербург — окно, через ко-
торое Россия постоянно глядит в Европу’. Пушкин преоб-
разовал и индивидуализировал афоризм Альгаротти, вклю-
чив его в речь Петра Первого и придав ему яркое народное
и профессионально-конкретное словесное обличье (в Европу
прорубить окно)113.
Фразеологическое сращение битый час ‘очень долго’
объясняется как иносказательное выражение, ранее значив-
шее ‘целый час’ и возникшее как «намек на час, который
„пробил” после начала его»114 115.
Учет реалий, в частности особенностей жизни крестьян-
ства малохлебных северных губерний России, позволяет
раскрыть происхождение фразеологического оборота Нужда
заставит калачи есть. Вот как (вслед за С. В. Максимовым)
объясняет его Эд. Вартаньян:
«...удивляет ее [пословицы] видимая нелепость; калач — дорогое муч-
ное изделие: зачем же „учиться его есть?” Скорее уж хлеб с мякиной, каким
питались крестьяне в старой России, сумеет есть не каждый.
На эту странность обратил внимание тонкий знаток народного языка
А. С. Пушкин. В его записной книжке дано такое объяснение этой поговорки:
„То есть — нужда — мать изобретения и роскоши". Что он этим хотел
сказать?
На севере всегда была дорога белая пшеничная мука; северные жители
мало ели белого хлеба, „не умели его есть". Но нужда гнала их в более бо-
гатые южные места; они уходили бурлачить на Волгу, косить травы в степи
и там привыкали к дешевому и обильному пшеничному хлебу, „научались
калачи есть“.
Вот каково действительное происхождение этой странной пословицы.
Читаешь: „калачи е с т ь“, а понимать надо — „уходить в далекие края
за заработками". Довольно замысловато!»"5
112 См.: Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка,
т. 1, с 538.
113 См.: Виноградов В. В. Стиль Пушкина, с. 388—389. Ср. приводимое
Виноградовым индивидуально-стилистическое использование этого же об-
раза П. А. Вяземским: Не был забыт и памятник Петра Великого: и он пред-
назначался к упаковке и отправлению в безопасное место водою. И подлинно,
слишком было бы грустно старику видеть, кос через прорубленное им окно
влезли в дом его недобрые люди.
114 Михельсон М. И. Русская мысль и речь. М., 1902, т. 1. с. 53.
115 Вартаньян Эд. Из жизни слов, с. 149—150; см. также: Максимов С. В.
Крылатые слова. Спб, 1890, с. 120—123.
118
Экстралингвистические причины должны учитываться
при этимологизации фразеологического оборота семь пят-
ниц на неделе — наиболее частого образного наименования
человеческого непостоянства (так говорят о тех, кто часто
меняет свои решения, постоянно отступает от своего слова,
не выполняет своих обещаний, т. е. о людях, на которых
нельзя полагаться и которым нельзя доверять). Возникает
вопрос, как появился этот фразеологизм, чем объясняется
такое алогичное сочетание слов, как семь пятниц на неделе
(ведь в неделе только одна пятница), и почему оно имеет
такое далекое от значений составляющих его компонентов
значение. О происхождении этой поговорки спорят, но,
кажется, объяснение, предложенное С. В. Максимовым еще
в конце XIX в., является правильным. Разгадка значения
фразеологизма семь пятниц на неделе заключена в слове
пятница; ведь буквально данный фразеологизм можно пе-
редать так: ‘вся неделя состоит из пятниц, неделя — сплош-
ная пятница’. По какой же причине для обозначения людей,
не выполняющих своих обещаний, была выбрана пятница,
а не какой-либо другой день недели? И отчего фразеологизм
стал художественно-выразительным обозначением челове-
ческого непостоянства?
Оказывается, все определяется историческими причинами,
условиями старого русского быта. Дело в том, что пятница
некогда была свободным от работы днем (и не только у
славян, ср. нем. Freitag), а потому и днем базарным. Долгое
время пятница была также и днем исполнения различных
торговых обязательств. В пятницу, получая деньги, давали
честное слово привезти на следующую ярмарку заказанный
товар, в пятницу, получая товар, обещали в следующий
базарный день (т. е. опять-таки в пятницу) отдать полагаю-
щиеся за него деньги. Платежи, таким образом, устанавли-
вались от пятницы до пятницы, при этом, естественно, пред-
полагалось, что каждый из участвующих в торге не нарушит
своих обещаний. О нарушающих это правило и было перво-
начально гиперболически сказано, что у них семь пятниц
на неделе.
Вполне возможно, что обобщенно-метафорическое обо-
значение непостоянного в решениях человека, на которого
нельзя полагаться, закрепилось в фразеологическом обороте
семь пятниц на неделе под влиянием народноэтимологиче-
ского сближения слов пятница и пятиться ‘отступать’ (ср.
идти на попятную), особенно ясно проявляющегося в пого-
ворке семь раз на неделе попятиться. Выразительность
фразеологизма семь пятниц на неделе всегда привлекала к
себе художников слова. Очень удачно использовал его, в
119
1астности, А. С. Пушкин в эпиграмме на книготорговца
Змирдина:
Смиряли меня в беду поверг;
У торгаша сего семь пятниц на неделе,
Его четверг на самом деле
Есть после дождичка четверг.
В этом контексте фразеологический оборот семь пятниц
на неделе органично связан с фразеологизмом после дождичка
в четверг ‘никогда’. Заметим, что еще более тесно связаны
друг с другом, по существу слиты воедино, эти фразеологизмы
в поговорке после пятницы в четверг.
Фразеологический оборот после дождичка в четверг в
этимологическом отношении представляет собой, как пола-
гают, формулу недоверия к Перуну (древнеславянский язы-
ческий бог грома и молнии), днем которого был четверг.
Поскольку молитвы о дожде, обращенные к Перуну, не до-
стигали цели, то о том, чего не будет, стали говорить: это
случится после дождичка в четверг.
Необходимость учета этнографических и диалектных дан-
ных иллюстрирует этимологический анализ фразеологиче-
ского оборота ни дна, ни покрышки ‘пожелание кому-либо
дурного или выражение досады и раздражения’, исходно
самое злое пожелание: ‘быть похороненным без гроба,
умереть без покаяния и возвратиться в лоно матери-земли
без обрядового честного погребения’. Слово дно здесь имеет
диалектное значение ‘гроб с неотъемной крышкой’ и оказы-
вается омонимичным общеупотребительному слову дно (ср.:
с жиру бесится, где жир ‘богатство’).
Фразеологический оборот собака на сене с этимологиче-
ской точки зрения выступает как часть фразеологического
выражения пословичного характера Собака на сене лежит,
сама не ест и скотине не даёт (ср.: Голод не тётка; хлопот
полон рот; глаза на мокром месте).
При этимологическом анализе фразеологических оборо-
тов следует учитывать конкретную историю каждого фра-
зеологизма, так как даже сходные по значению и структуре
фразеологизмы могут возникать по разным причинам и в
разных видах. Например, зная конкретные исторические
факты, есть все основания предполагать, что фразеологиче-
ское сращение собаку съел является результатом сокращения
более распространенного фразеологизма поговорочного ха-
рактера. А. А. Потебня предполагал, что фразеологизм со-
баку съел возник в крестьянской среде: лишь «тот, кто иску-
сился в этом труде, знает, что такое земледельческая работа:
120
устанешь, с голоду и собаку бы съел»”6. Однако такое объ-
яснение В. В. Виноградов не без основания считал «народно-
этимологическим», субъективным осмыслением фразеоло-
гизма. Ведь устойчивого сочетания слов «устанешь, с голоду
и собаку бы съел» никогда в нашей речи не существовало1”.
Явно анекдотическим надо признать объяснение фразеологиз-
ма собаку съел С. В. Максимовым, считавшим, что этот
фразеологизм восходит к свободному сочетанию слов, за-
ключающему в себе насмешку над петрозаводцами, будто
бы нечаянно чуть не съевшими на свадьбе щи с собачиной*,в.
Думается, что фразеологический оборот собаку съел при
всей своей необычности (с точки зрения логического несоот-
ветствия значения целого фразеологизма и значений его
компонентов) не представляет собой ничего исключитель-
ного. Скорее всего, этот фразеологизм (как и собака на сене)
является одной из многих идиом, возникших в своем совре-
менном значении и составе в результате сокращения полной
формы. Источником его, видимо, является поговорка, за-
фиксированная, в частности, В. И. Далем: Собаку съел, а
хвостом подавился. Эта поговорка употребляется по отно-
шению к человеку, который сделал что-то очень трудное,
а на пустяке споткнулся. Такое метафорическое значение
возникло у поговорки совершенно закономерно на основе
прямого, которое складывается из значений составляющих
фразеологизм слов (^1x00 у собак невкусное, собак не едят,
а съесть целую собаку, если не невозможно вовсе, то чрезвы-
чайно трудно’). Современное же значение *мастер на что-л.’
возникло уже у сокращенной формы собаку съел-, тот, кто
сделал и может сделать что-либо очень и очень трудное,
является несомненно мастером своего дела.
Дополнительной аргументацией в пользу предлагаемого
объяснения может служить «морфологическая ущербность»
фразеологического оборота собаку съел. Ведь в нем можно
употребить глагол только в форме прошедшего времени,
как и в соответствующей полной форме поговорки. Заметим,
что отмеченная «морфологическая ущербность» фразео-
логизма собаку съел устранена в глаголе насобачиться ‘стать
мастером на что-л.’, возникшего в результате «сжатия»
фразеологизма в слово.
Однако, учитывая существующее явление эллипсиса ис-
ходной формы фразеологических оборотов, было бы совер-
шенно неверным, сравнивая фразеологические обороты ума
1,6 Потебня Л. Л. К истории звуков русского языка Варшава, 1883,
выл. 4, с. 83.
117 См.: Виноградов В. В. Русский язык, с. 24.
111 См.: Максимов С. В. Крылатые слова, с 237—241.
121
палата — Ума палата, да разума маловато — Ума палата,
но палата №6, считать первый результатом сокращения
второго или третьего. История русского литературного
языка свидетельствует, что и второй и третий фразеологизмы
являются каламбурно-шуточной переделкой первого.
То же можно сказать и о фразеологических оборотах
целиком и полностью и лишь только, выступающих, на пер-
вый взгляд, как фразеологизмы, созданные по одному и
тому же если не структурному, то по крайней мере образно-
художественному образцу — путем объединения слов-сино-
нимов. Если фразеологизм целиком и полностью является
действительно таким, то устойчивое сочетание слов лишь
только можно считать таким лишь в синхронном плане.
В настоящее время значение фразеологизма лишь только
равно значениям составляющих его компонентов. Фразеоло-
гизм лишь только (как и целиком и полностью) можно сво-
бодно заменить или одним первым его компонентом, или
одним вторым, потому что слова лишь и только сейчас упо-
требляются как синонимы. Таким образом, получается,
что лишь только принадлежит как будто к числу фразеологиз-
мов, построенных на синонимии, составленных из равно-
значных слов, повторяющих в «усилительных» целях одно
и то же (ср.: целиком и полностью; судить да рядить; ум за
разум заходит; переливать из пустого в порожнее; маг и
волшебник).
Однако это не так: слова лишь и только не всегда были
синонимами. В устойчивом сочетании слов вокруг да около
бывшие синонимы вокруг (от круге) и около (от коло ‘круг’;
ср.: округ, окрест) превратились в слова, различающиеся
по значению. В фразеологическом обороте целиком и пол-
ностью разные слова превратились в синонимы. О несинони-
мичности слов лишь и только свидетельствует старая пого-
ворка Только стало, а лишку нет. Слово только восходит
к толико (ср. малая толика), обозначавшему первоначально
‘столько’ (сколько есть), т. е. какое-либо количество. Слово
лишь возникло из лише ‘больше, сверх, свыше’ (ср.: авось <
авосе; а осе ‘вот’), формы сравнительной степени имени
прилагательного лихь ‘большой, лишний’ (давшего также
и лишек ‘излишек’). Букву ь в этом слове стали писать по
аналогии со словами типа авось или бишь.
Где же были точки соприкосновения в значении таких
разных слов, как лишь и толико? Они были, очевидно, в обо-
значении словом толико малого количества (недаром
В. И. Даль объясняет лишь и только через посредство слов
чуть, едва, еле) в контекстах типа малая толика; только-
только хватило; излишек же всегда был по отношению к
122
общему количеству небольшим. Таким образом, фразео-
логический оборот лишь только возник на основе совершенно
иного по своей структуре свободного сочетания слов, нежели
фразеологизмы типа целиком и полностью и сложносоставные
слова типа тоска-печаль, друг-приятель, путь-дорога.
Так же неверным было бы, исходя только из состава и
структуры, считать идентичными по происхождению, на-
пример, фразеологические обороты артезианский колодец;
блудный сын; закадычный друг. Если фразеологическое соче-
тание закадычный друг (первоначально ‘собутыльник’, слово
закадычный возникло на основе фразеологизма залить за
кадык ‘выпить’) является исконно русским, то в фразеоло-
гизмах артезианский колодец и блудный сын заметно иноязыч-
ное влияние: артезианский колодец представляет собой
полукальку фр. puits artesien; блудный сын является заимст-
вованием из старославянского языка.
Разного характера будут здесь и комментарии лексико-
семантического характера, так как в фразеологических обо-
ротах артезианский колодец и закадычный друг имена прила-
гательные имеют исходное фразеологически связанное зна-
чение (слово артезианский неразрывно связано со словом
колодец, слово закадычный — со словами друг и приятель),
тогда как в процессе употребления фразеологизм блудный
сын с точки зрения степени его семантической слитности
изменился. В древнерусском языке блудный сын было фразео-
логическим выражением (ср.: жена блудная; блудное глумле-
ние ; блудная одежда)-, впоследствии, с утратой именем при-
лагательным способности соединяться с другими словами
и приобретением им значения ‘вышедший из повиновения
родителям’, этот фразеологизм превращается в фразеологи-
ческое сочетание и даже — при употреблении в переносном
значении (по отношению к члену какого-либо коллектива,
не подчиняющемуся его воле) — в фразеологическое един-
ство.
Данной характеристике изменения степени семантической
слитности фразеологического оборота блудный сын не про-
тиворечит созданный на его основе фразеологический неоло-
гизм блудный отец, в котором слово блудный как бы приоб-
ретает свое первоначальное значение, переосмысленное в
духе притчи о блудном сыне. Ср. индивидуально-стилисти-
ческое использование фразеологизма блудный отец:
«События развернулись стремительнее, чем ожидал Котельников Семья
его приехала из Вольска нежданно-негаданно и встретила сочувствие у ко-
мандующего и члена военного совета. Через много дней, очнувшись от всего
происшедшего, Котельников понял, что семью нарочно вызвали, удружил
кто-то из поборников нравственности. Встреча состоялась в холодной гос-
123
тинице. Валентина постарела и казалась Котельникову совсем чужой. Ре-
бята держали себя стойко, по-мужски, и с любопытством поглядывали на
блудного отца»1 ”.
Лексический анализ слов важен и при этимологизации
родственных фразеологических оборотов, так как только
он позволяет определить, какие из фразеологизмов возникли
на основе первоначально свободного сочетания слов, а ка-
кие образованы по модели. Так, фразеологизмы нести вздор,
нести чепуху, с одной стороны, и нести ерунду; нести чушь —
с другой, по своему происхождению различны. Обратим
внимание на исходные значения образующих слов: нести,
тащить можно было только вздор (старое значение ‘стружки,
отходы’) и чепуху (старое значение ‘щепки, мусор’), но не
ерунду и чушь (это ведь абстрактные «предметы»). Таким об-
разом, фразеологизмы нести вздор и нести чепуху возникли
на основе свободных сочетаний слов в результате их метафо-
рического употребления. Что касается фразеологизмов нести
чушь и нести ерунду, то они являются вторичными и образо-
ваны по модели названных выше путем синонимических под-
становок. Об этом ясно свидетельствуют первичные значения
слов чушь (чуть ‘чужое’) ‘непонятное, бессмысленное’ и
ерунда ‘вздор, чепуха; пустяки’ (< герундий — одна из наибо-
лее трудных для усвоения глагольных форм в латинском
языке); эти слова никогда не обозначали конкретных пред-
метов, которые можно было бы тащить или нести.
Существование в пределах фразеологического оборота
слов с устаревшим сейчас или известным лишь в диалектах
значением с необходимостью требует при этимологическом
анализе внимательного и дифференцированного подхода
также и к фразеологизмам, включающим, на первый взгляд,
одинаковые компоненты. Эти компоненты могут быть на
поверку разными, если и не омонимами, то отражающими
различные значения одного и того же слова. Например, всем
хорошо известны фразеологизмы С милым рай и в шалаше
и Милости прошу к нашему шалашу. Пословица С милым
рай и в шалаше значит ‘с любимым человеком всегда хорошо,
даже в очень стесненных материальных условиях’; поговорка
Милости прошу к нашему шалашу — ‘фамильярно-шутливое
приглашение присоединиться к компании, сесть за стол’
Сближает эти фразеологизмы наличие в их составе имени
существительного шалаш. Однако это разные слова. И смыс-
ловая разница между ними возникла в результате развития
у слова шалаш переносного значения.
1,9 Пример из книги В. В. Виноградова «О языке художественной ли-
тературы» (М., 1959).
124
Пословица С милым рай и в шалаше возникла в начале
XIX в. По своему происхождению она является «крылатым
словом» — строкой из стихотворения Н. М. Ибрагимова
«Русская песня», не только очень быстро завоевавшего попу-
лярность, но и действительно ставшего русской народной
песней. Фраза из песни и превратилась в пословицу.
Не ищи меня богатый:
Ты не мил моей душе.
Что мне, что твои палаты?
С милым рай и в шалаше!
Как видим, здесь шалаш имеет значение ‘бедное жилище;
лачуга; легкая постройка, наскоро сделанная из веток, соло-
мы и т. д.’. Недаром в тексте оно противопоставляется слову
палаты.
Иное, вторичное и более узкое значение имеет имя суще-
ствительное шалаш в поговорке Милости прошу к нашему
шалашу. В ней оно выступает уже как синоним слова палатка
(!) в значении ‘легкая постройка с прилавком для мелкой
торговли’. Дело в том, что фразеологический оборот Милости
прошу к нашему шалашу, несомненно, восходит к пригласи-
тельной формуле мелких торговцев на ярмарке, зазывавших
покупателей каждый к своему шалашу — палатке или ларьку
с товарами (в них нельзя было войти, как, например, в лавку,
к ним можно было только подойти). «Торговое» значение
слова шалаш в XVI—XVIII вв. было очень актуальным.
Так, в Писцовых книгах г. Казани XVI в. читаем: Середи
площади шалаши, а сидят в них с рыбою с вареною и с пироги
с прямсеными и с кисели. В «Проекте законов о правах сред-
него рода жителей» XVIII в. находим: Мелочные купцы суть
те, которые не быв в состоянии имети лавки, сидя в прилавках
и так называемых окошках и шалашах, мелочные товары,
назначенные для торгу им, продают в розницу,
Заметим, что развитие «торгового» значения наблюдается
и у некоторых других названий построек: палатка ‘времен-
ное помещение из натянутой на остов ткани’; балаган ‘вре-
менная легкая деревянная постройка для ярмарочной тор-
говли, жилья, зрелищ и т. п.’; киоск (фр.) ‘павильон, палатка
для мелкой торговли’ (исходное значение ‘беседка’); павильон
(фр.) — исходное значение ‘беседка или небольшая легкая
постройка’.
Фразеологический оборот за душой нет ничего, пред-
ставляющий собой образное обозначение чьей-либо бедности
(также и духовной), состоит из всем известных слов. Опреде-
ленным и ясным является и его значение: (у него) за душой
нет ничего ‘он беден, у него нет денег’, переносное значение
125
‘он пустой человек, духовное ничтожество’. Однако этот
фразеологизм не совсем обычен. Своеобразным делает его
слово душа, имевшее в исходной форме фразеологизма совсем
не то значение, с которым мы сейчас его воспринимаем и
которое до сих пор отмечается в таких, например, фразеоло-
гизмах, как (предан) душой и телом ‘полностью’; от всей
души ‘искренне’; (жить) душа в душу ‘дружно’. Дело в том,
что имя существительное душа в исходно устойчивом соче-
тании слов за душой нет ни копейки (затем ни копейки замени-
лось более общим ничего) обозначает ‘ямочку, расположен-
ную между ключицами на шее’. Душой это углубление было
названо в свое время потому, что — по народным пред-
ставлениям — именно здесь помещалась душа. Возникнове-
ние в языке данного фразеологизма связано с существовав-
шим ранее обычаем хранить деньги на груди, «за душой».
Такое же значение имеет имя существительное душа и в
фразеологическом обороте (у него) душа нараспашку, пред-
ставляющем собой образную характеристику искреннего,
откровенного и чистосердечного человека. В момент воз-
никновения устойчивое сочетание слов (у него) душа нарас-
пашку обозначало человека с расстегнутым воротом рубахи
и, следовательно, с обнаженной душой, не боящегося пока-
зать, что у него за пазухой. Ср. с открытым забралом ‘честно,
открыто’ (забрало ‘передняя часть шлема, опускаемая на
лицо для его защиты в сражении’).
Задачи этимологического анализа фразеологических обо-
ротов сложны и многообразны. Этимологическая работа
требует не только глубокого и всестороннего исследования
языковых и исторических фактов, но и разработки целого
ряда общетеоретических проблем этимологии в целом.
ФРАЗЕОЛОГИЯ И СЛОВООБРАЗОВАНИЕ
§ 64. Фразеологический оборот и синонимичное
ему слово
Наиболее характерные фразеологические обороты экви-
валентны по своему значению отдельному слову, но отли-
чаются от слова в первую очередь экспрессивно-стилисти-
ческой окраской; ср.: как пить дать — наверняка; у чёрта
на куличках — далеко; медвежий угол —захолустье; камень
преткновения—препятствие; обвести вокруг пальца — об-
мануть; держать экзамен — экзаменоваться.
Среди фразеологических оборотов, синонимичных слову,
особое внимание привлекают две группы: 1) фразеологизмы,
126
которые включают слова, являющиеся синонимами по от-
ношению к фразеологизму в целом; ср.: городить вздор —
городить; вавилонское столпотворение — столпотворение;
2) фразеологизмы, которым синонимичны слова, являющиеся
родственными компонентам фразеологизма; ср.: зажмурить
глаза — зажмуриться; вести беседу — беседовать; зачёт-
ная книжка — зачётка.
Фразеологические обороты такого рода требуют специ-
ального рассмотрения не только сами по себе, для выяснения
их специфических свойств в современном русском литера-
турном языке, но и для решения целого ряда важнейших
проблем русского словообразования и этимологии. Именно
изучение таких устойчивых сочетаний слов, как давать обе-
щание; вогнать в гроб; чучело гороховое (ср.: обещать, угро-
бить, чучело), позволяет понять, каково реальное происхож-
дение многих слов, в каких связях и соотношениях могут
находиться слова и фразеологизмы как значимые языковые
единицы.
В самом деле, если рассмотреть такие устойчивые сочета-
ния слов, как принимать решение; пойти на лад; клевать
носом; носить на руках, то (хотя все они образованы по одной
модели «глагол + имя существительное» и эквивалентны
слову; ср.: принимать решение—решать; пойти на лад —
наладиться; клевать носом—дремать; носить на руках —
обожать) можно заметить, как по-разному их целостное
значение соотносится со значениями составляющих их ком-
понентов. В фразеологизмах клевать носом и носить на руках
оба компонента являются смыслообразующими, хотя кле-
вать и носить являются стержневыми компонентами, а
носом и на руках — зависимыми. Все члены этих фразеоло-
гизмов семантически равноправны.
В фразеологических оборотах принимать решение (ср.
решать) и пойти на лад (ср. наладиться) смыслообразующи-
ми являются зависимые компоненты решение и на лад. Что
же касается стержневого компонента, то он выражает лишь
чисто грамматические значения, собственно, то же самое,
что в словах решать и наладиться обозначается морфемами
а-ть и на-ить- (ср.: решить, решил; наладилось, наладиться,
налажу и т. д.). Иными (по сравнению со связями между
фразеологизмами клевать носом; носить на руках и словами
дремать, обожать) будут и соотношения между фразеоло-
гизмами принимать решение и пойти на лад и синонимичными
им словами решать и наладиться в стилистическом плане,
так как эти фразеологизмы четко воспринимаются нами как
параллельные (по отношению к словам) обозначения описа-
тельного характера. '
127
Однако основным, что резко различает эти два типа фра-
зеологических оборотов, эквивалентных слову, является про-
исхождение их синонимичности тому или другому слову.
В то время как возникновение фразеологизмов клевать
носом и носить на руках и синонимичных им слов дремать и
обожать представляет собой различные, не связанные меж-
ду собой процессы, возникновение фразеологизмов принять
решение и пойти на лад и синонимичных им слов решать п
наладиться можно определить (и для целого ряда случаев
это будет исторически верно) как перекрещивающиеся про-
цессы образования фразеологизмов И слов.
Действительно, ясно, что фразеологические обороты кле-
вать носом и носить на руках и эквивалентные им слова
дремать и обожать возникли в русском языке совершенно
самостоятельно. Что же касается фразеологизмов принять
решение и пойти на лад и слов решать и наладиться, то неясно,
фразеологизм ли представляет собой описательное «разло-
жение» слова или, наоборот, слово является результатом
«сжатия» в одну лексическую единицу фразеологизма. В ча-
стности, совершенно не связаны в своем возникновении
в русском языке глагол решать и синонимичный ему фразео-
логизм принять решение: слово в современном значении
было заимствовано русским языком из старославянского
языка, фразеологизм является точной фразеологической
калькой XVIII в. фр. prendre иле resolution.
§ 65. Способы образования слов на основе
фразеологических оборотов
Так как слова состоят из морфем, в то время как фразео-
логические обороты состоят из слов, то кажется логичным,
что возможен только один путь — от слова к фразеологизму.
Этим прежде всего и объясняется недостаточная разработка
вопроса о роли фразеологизмов в формировании лексиче-
ской системы языка. Между тем наблюдения показывают,
что многие фразеологизмы по отношению к синонимичным
им словам являются не вторичными, а исходными. Так,
слово наладиться возникло на основе синонимичного ему
фразеологизма пойти на лад; угробить — на основе вогнать
в гроб; болтать ‘говорить пустяки’ — на основе болтать
языком; чучело (в переносном значении) — на основе чучело
гороховое; головомойка — на основе мыть голову.
На анализе некоторых особенностей и частных случаев
«сжатия» фразеологических оборотов в слова следует оста-
новиться специально. Ведь многие словообразовательные
процессы до сих пор трактуются упрощенно именно потому,
128
что в историческом аспекте производное слово рассматрива-
ется вне того словесного окружения, в котором употребля-
ется производящее слово. Анализируя образование слова
на основе фразеологизма, следует учитывать, на основе
всего фразеологизма или какой-либо его части образуется
слово и с помощью какого способа словообразования.
Фразеологический оборот может быть представлен в про-
изводном слове как целиком, так и какой-либо частью, опре-
деляющей значение фразеологизма. Например, слова вездесу-
щий и зарплата возникли, хотя и различными путями, на
основе целых фразеологизмов: слово вездесущий — на основе
фразеологизма везде сущий, первоначально обозначавшего
‘везде существующий бог’; слово зарплата — путем сложения
сокращенной и полной основ на базе устойчивого сочетания
слов заработная плата. Что касается слов угробить, горо-
дить, винтовка, осточертеть, столпотворение, сыщик, то
они образовались на основе отдельных компонентов фразео-
логических оборотов: угробить — на основе слова гроб (из
вогнать в гроб); городить — на основе слова городить [из
городить вздор (чепуху) ‘болтать вздор’; ср.: Вы, как маль-
чишка, всегда городите чёрт знает что (Ч.)]; винтовка —
на основе слова винтовое (из винтовое ружьё); осточертеть —
на основе слов сто чертей (из надоесть, как сто чертей);
столпотворение — на основе слова столпотворение (из ва-
вилонское столпотворение); сыщик — на основе слова сыщик
(из сыщик разбойных дел).
С точки зрения способа словообразования, с помощью
которого слова образуются на основе фразеологических
оборотов, можно выделить следующие группы слов: 1) слова,
возникшие на основе фразеологизма в результате опущения
некоторых его компонентов; 2) слова, возникшие на основе
фразеологизма в результате слияния его компонентов в
целостную лексическую единицу; 3) слова, возникшие на
основе фразеологизма с помощью того или иного морфо-
логического способа словообразования.
Слова, возникшие на основе фразеологических оборотов
в результате опущения некоторых их компонентов, можно
интерпретировать как лексические единицы, образованные
с помощью лексико-семантического или морфолого-синтак-
сического способа словообразования Эго зависит от того,
на основе какого — стержневого или зависимого — компо-
нента фразеологизма возникает равнозначное ему слово.
Если значение, которое ранее было присуще всему фразео-
логизму, получает стержневой компонент, в языке появля-
ется новое омонимическое образование (лексико-семанти-
ческий способ словообразования). Если значение, ранее при-
5-594 129
сущее всему фразеологизму, получает зависимый компонент,
в языке появляется новое омоморфемное образование (пе-
реход одной части речи в другую, т. е. особый вид лексико-
семантического способа словообразования, называемый по
традиции морфолого-синтаксическим).
Так, лексико-семантическим путем, в результате опущения
зависимых компонентов фразеологических оборотов чучело
гороховое; воспрянуть духом; болтать языком;разрешиться
от бремени; помешаться в уме; перегнуть палку возникли
слова чучело, воспрянуть, болтать, разрешиться, помешать-
ся, перегнуть, имеющие то же значение, что и фразеологизм
в целом (речь идет именно о тех значениях слов, которые
совпадают со значениями соответствующих фразеологиз-
мов; эти же слова в других значениях, например болтать
‘двигать’, существовали в языке до возникновения фразео-
логизмов или наряду с ними). Если же взять такие слова,
как мостовая, портной, то они будут иллюстрировать обра-
зование слов морфолого-синтаксическим путем, так как они
возникли на основе фразеологизмов мостовая улица и порт-
ной мастер в результате концентрации значения фразеоло-
гизма на зависимом компоненте.
Слова, возникшие на основе фразеологических оборотов
в результате «сжатия» составляющих их слов в одно слово,
представляют собой лексические единицы, образованные с
помощью лексико-синтаксического способа словообразова-
ния: сегодня < сего дня ; сальто-мортале < сальто мортале;
кровопролитие < крови пролитие (с последующим аналоги-
ческим о вместо первоначального и по образцу сложных
слов на о/е); намедни < ономь дьни ‘того дня’.
Особенно многочисленны и разнообразны слова, возник-
шие на основе фразеологических оборотов с помощью мор-
фологических способов словообразования: сложения (в том
числе и суффиксированного), а также суффиксального и суф-
фиксально-префиксального. Например: госэкзамены < го-
сударственные экзамены; вуз < высшее учебное заведение;
скалозуб < скалить зубы; пустопорожний < переливать из
пустого в порожнее; костить < перемывать кости; зажму-
риться < зажмурить глаза; смотаться < смотать удочки;
дурачить < дурака валять; огорошить < сыпать, как горох;
насобачиться < собаку съел; баклушничать < бить баклу-
ши; чураться < чур меня; одурачить < оставить в дураках.
На основе фразеологических оборотов образуются слова
различных лексико-грамматических разрядов: 1) сложные
существительные, возникшие на основе фразеологизма в
целом: кривотолки, общежитие; 2) суффиксальные сущест-
вительные. возникшие на основе имени прилагательного в
130
фразеологизмах модели «имя прилагательное + имя суще-
ствительное» с помощью различных субстантивирующих
суффиксов (в первую очередь суффиксов -ка, -ик): винтовка,
зачётка, грузовик, материк; 3) сложные существительные,
возникшие на основе фразеологизмов модели «имя прилага-
тельное + имя существительное» путем сложения сокра-
щенной основы первого компонента и полной основы второ-
го: стенгазета, партактив; 4) сложносокращенные сущест-
вительные: загс, МГУ, парторг, кожимит (< имитация
кожи), ГОСТ (< государственный стандарт), главк (< глав-
ный комитет), самбо (< самозащита без оружия), лавсан
(< лаборатория высокомолекулярных соединений Академии
наук СССР), ЦДСА; 5) имена существительные, возникшие
на основе субстантивных компонентов фразеологизмов с
помощью лексико-семантического способа словообразования
в результате эллипсиса остальных компонентов и концентра-
ции значения всего фразеологизма на имени существитель-
ном: канитель ‘проволочки’ (тянуть канитель) 110, столпо-
творение ‘толпа, шум и беспорядок при большом стечении
народа’ (< вавилонское столпотворение); 6) сложные прила-
гательные, возникшие на основе всего фразеологизма или
его части путем сложения: пустопорожний, вековечный, же-
лезнодорожный, красногвардейский; 7) глаголы, возникшие
на основе глагольных компонентов фразеологизмов с по-
мощью лексико-семантического способа словообразования
в результате эллипсиса его остальных частей и концентрации
значения всего фразеологизма на глаголе: болтать ‘гово-
рить пустяки’ (< болтать языком), разрешиться (< разре-
шиться от бремени), переживать (< переживать горе);
8) глаголы, возникшие на основе субстантивной части фра-
зеологизма с помощью суффиксального илй суффиксально-
префиксального способа словообразования: канителить
(< тянуть канитель), осточертеть (< надоесть, как сто чер-
тей); 9) глаголы, возникшие на основе глагольной части фра-
зеологизмов модели «глагол + имя существительное» с по-
мощью агглютинативного суффикса -ся: зажмуриться, смо-
таться; 10) слова различных лексико-грамматических раз-
рядов, возникшие в результате «сжатия» фразеологизма
в слово: кровопролитие (<крови пролитие), дорогостоящий,
сегодня, спасибо (<спаси бог), восвояси (<во своя вьси, где
вьсь ‘село, деревня’), чтобы (<что бы).
120 В свободном сочетании слов, давшем этот фразеологизм, слово
канитель значит ‘тонкая металлическая нить для вышивания’.
5* 131
§ 66. Слова, образование на основе фразеологических
оборотов
Как видим, образование лексических единиц на основе
фразеологических оборотов происходит по-разному: исполь-
зуются не только различные способы словообразования, но
и различные «образующие основы» (от фразеологизма в
целом до какого-либо одного его компонента, иногда не
очень выразительного). Если иметь в виду, что довольно
часто такие «фразеологизованные» слова — по целому ряду
причин (в первую очередь словообразовательного и лекси-
ческого характера) — меняют свою исходную структуру, то
станет понятно, почему «фразеологическое» происхождение
слов в отдельных случаях совершенно не ощущается и вскры-
вается только с помощью этимологического анализа. На-
пример, имя существительное добродетель, заимствованное
русским языком из старославянского, образовалось путем
сложения на основе фразеологического оборота добрая
детель ‘доброе дело’ (ср. в рукописи XIV—XV вв.: Вънегда
делаеши добрую детель, радуйся, но не гордися). Слово Эс-
тель — суффиксальное образование от деть с тем же значе-
нием, произведенного с помощью суффикса -ть (<*ti < *tei)
от той же основы, что и де яти ‘делать’, дело.
Иным не только по значению и грамматическим свой-
ствам, но и по образованию является слово благодетель,
возникшее в старославянском языке на основе фразеологи-
ческого оборота, с тем же корнем во второй части сложения
и синонимичными первыми частями {добро — благо). Это
имя существительное возникло в результате «сжатия» фра-
зеологизма благо детель ‘делающий добро’ 121, т. е. слияния
в одно слово наречия и имени существительного со значе-
нием действующего лица (детель образовано с помощью
суффикса -те ль от той же основы де-, что и д»ть — дело).
Интересный пример «фразеологического» словообразо-
вания представляет собой слово общежитие. Л. Я. Боровой
считает, что это слово было во второй половине XVIII в.
неологизмом, созданным переводчиками «для обозначения
нового, отчетливо политического понятия»122. Однако имя
существительное общежитие встречается уже в памятниках
XV—XVI вв. Возникло оно в качестве целостной лексиче-
ской единицы по модели сложных слов с соединительной
гласной о/е путем «сжатия» фразеологического оборота
общее житие (ср.: А после ихь заеелъ монастырь той и в * 21
21 Калька гр. euergetfs.
21 Боровой Л. Я. Путь слова. М., 1974, с. 464.
132
немь общее житие преподобный игумен Зосима...). Этот фра-
зеологизм был заимствован из старославянского языка123 124
О промежуточном звене в виде сращения свидетельствуют
формы типа общежитие, общежития, общемужитию (ср.
в текстах XIV в.: Брать некий живяше вь общемь житьи...',
Общему житию некто бе начальнике). Первоначальное зна-
чение этого слова (а раньше — фразеологизма) — ‘порядок
монашеской жизни, по которому иноки имеют все общее’,
‘монастырское общежитие, проживание вместе’ (в противо-
положность отшельничеству). Отсюда развились как абст-
рактное значение ‘общественный быт, обиход’, так и пред-
метное — ‘помещение для совместного проживания людей,
обычно работающих на одном предприятии или обучающих-
ся в одном учебном заведении’. В определенных стилисти-
ческих целях возможно народноэтимологическое «разложе-
ние» слова общежитие в предметном значении на два ком-
понента исходного фразеологизма: Мама, я в Мурманском
учусь на учительницу и живу в общем житии (Е. Т.).
На основе фразеологического оборота старый жилец
(ср. в «Новгородских писцовых книгах» XVI в.: Старый
жилець Степанко Иванове скорняке) возникло путем сложе-
ния ныне устаревшее имя существительное старожилец.
Производными от него являются старожильческий — обра-
зовано с помощью суффикса -еский (ец/ч) и старожил —
образовано посредством обратного способа словообразо-
вания (ср.: младень -► младенец = старожил «- старожилец)'2*.
Очень древним, общеславянским по времени образования,
является слово беседа, возникшее в результате «сжатия» в
одно слово фразеологического оборота без седа ‘снаружи
сидение’ (первоначально без сбда> бессьда > беседа > беседа).
Это имя существительное сначала имело значение ‘сидение
снаружи’, т. е. перед домом. Слово без имеет в исходном фра-
зеологизме без седа старое, наречное значение ‘снаружи’. Со-
временное значение имени существительного беседа развилось
в результате переноса названия с одного действия (сидение)
на другое (разговор), так как, отдыхая около дома, люди в
это время разговаривали друг с другом. В результате того
же процесса у слова беседа появилось и переносное значение
‘скамья’, известное в древнерусском языке и фольклоре
(ср. в былинах: На беседе сидит Купав молодец), которое
сохранилось в производном от него имени существительном
беседка (ср. диал. беседка ‘сиденье, лавка за воротами или
в сенях’).
123 Калма гр. koinobios ‘общежитие, совместная жизнь*.
124 См.: Шанский И. М: Очерки по русскому словообразованию. М.,
1968.
133
Результатом «сжатия» фразеологического оборота пови-
лая трава, в диалектах еще употребительного, является имя
существительное повилика. Оно возникло на основе фразео-
логизма повилая трава с помощью того же суффикса -ик(а),
посредством которого были образованы (также на основе
фразеологизмов) слова черника (ср. польск. czarne jagody),
пьяника ‘голубика’ (ср. диал. пьяная ягода), земляника (ср.
нем. Erdbeere), диал. дурника (ср. дурная трава) и др. Слово
повилая выступает как суффиксальное образование (суф-
фикс -л-) от глагола повить — префиксального производного
от слова вить. Таким образом, выясняется, что повилика
(ср. названия того же корня в диалектах — повой, повитель
и др.) получила название по своей способности виться.
Имя существительное головомойка, как устар, голово-
мытье, возникло с помощью сложносуффиксального способа
словообразования на основе фразеологического оборота
голову мыть ‘ругать, давать нагоняй, журить”23. Этот фра-
зеологизм в настоящее время заменился фразеологическими
единствами намылить голову и задать головомойку'26.
На основе фразеологического оборота лежать на боку
путем сложения было образовано слово лежебока, а на осно-
ве фразеологизма горе мыкать — с обратным порядком рас-
положения компонентов — имя существительное горемыка.
Имя прилагательное злободневный ‘важный, существенный
для настоящего момента’ возникло с помощью сложносуф-
фиксального способа словообразования на основе заимство-
ванного древнерусским языком из старославянского языка
фразеологизма довлеет дневи злоба его ‘хватает для каждого
дня его заботы’ (ср. совр. злоба дня).
Глагол взбелениться образован с помощью суффиксаль-
но-префиксального способа словообразования на основе
имени существительного белена, являвшегося компонентом
фразеологического оборота белены объелся. Наречие навеки
и имя прилагательное вековечный возникли на основе фразео-
логизма на веки вечные’, правда, в первом случае было от-
брошено определение, а предлог и имя существительное
слились в одно слово, а во втором — был отброшен предлог,
а имя существительное и имя прилагательное образовали
сложное слово. Эти образования представляют собой один
из немногочисленных примеров морфемной тавтологии в
пределах одного и того же слова. 125 126
125 Калька нем. den Kopf waschen.
126 Фразеологизм задать головомойку возник на основе устойчивого
сочетания слов задать баню, в свою очередь восходящего к фразеологизму
задать пару.
134
Имя существительное материк возникло в результате
«сжатия» фразеологического оборота матерая земля “твер-
дая земля, суша’, который в диалектах еще употребляется.
Слово скалиться представляет собой один из глаголов, в
которых агглютинативный суффикс -ся, с помощью которого
они образованы (ср.: надуться < надуть губы; теряться <
терять голову), как бы заменяет выраженный именем
существительным зависимый компонент фразеологизма. Оно
возникло на основе фразеологизма скалить зубы, где глагол
скалить этимологически является производным (с помощью
суффикса -ить) от имени существительного скала в устарев-
шем значении ‘щель’ (ср. польск. skalina ‘щель, трещина’)
и буквально значит ‘делать щель’ (как и диал. ощеливаться).
По корню слова скала и щель являются родственными (ср.
оскомина и щемить): ск перешло в щ перед е.
Слово тимофеевка (ср.: двустволка, помойка, касторка,
антоновка, винтовка, овсянка, вечёрка, тушёнка, фугаска,
сгущёнка, стёганка) возникло на основе фразеологического
оборота тимофеева трава ‘кормовая трава Phheum pre-
tense’ 127. Такого же происхождения имя существительное
водянка (из водяная болезнь или водяной недуг', ср. др.-русск.
водный недугъ, водный трудь, водяная болезнь: Потапий вод-
ный трудъ помазаниемь масла исцели; Болень бысть воднымъ
недоугом; Когда печень и селезенекь засоритца и от того
зарождаетца цынга или водяная или желтая бользнь). Подоб-
ного рода, вероятно, и слово копейка, возникшее на основе
устойчивого сочетания слов деньга копейная (ср. аналогичное
образование московка < деньга московская) с помощью
суффиксации (суффикс -ка) от основы имени прилагатель-
ного копейная.
§ 67. Возникновение фразеологических оборотов
на основе «разложения» слов
Существование рядом с фразеологическими оборотами
эквивалентных им «однокорневых» слов объясняется не
только процессом появления на основе фразеологизмов
синонимичных и генетически родственных им слов. Оно мо-
жет быть обусловлено и другими факторами: 1) самостоятель-
ным возникновением в языке независимых по отношению
127 Ср. использование этого фразеологизма как свободного сочетания
слов в комических целях: — Что ж здесь моё? — Да всё, — ответил голова,—
вот тимофеева трава... — Мошенник! — тот [помещик] вскричал, — ты по-
ступил преступно! Корысть мне недоступна; чужого не ищу, люблю свои
права! Мою траву отдать, конечно, пожалею; но эту возвратить немедля
Тимофею! (К.Пр.)
135
друг к другу слов и фразеологизмов и 2) процессом «разло-
жения» слова на компоненты, составляющие устойчивое
сочетание слов.
Так, синонимы хранить молчание — играть в молчанку —
молчать возникли в русском языке в силу того, что рядом
с исконно русским глаголом молчать в книжной речи по-
явилась фразеологическая калька лат. silentium servare, а в
разговорном языке — фразеологическое единство играть в
молчанку (из свободного сочетания слов играть в молчанку.
где молчанка ‘молчание’)128.
Иного рода синонимы наводить чистоту — чистить.
Фразеологизм наводить чистоту возник рядом с глаголом
чистить в результате «разложения» глагола, т. е. в резуль-
тате процесса, прямо противоположного возникновению
слова на основе фразеологизма. Ср. также: загудеть > дать
гудок; восторгаться > приходить в восторг; бороться >
вести борьбу; беседовать> проводить беседу; снижать-
ся > идти на снижение; напасть > совершить нападение;
обязаться > дать обязательство; ошибиться > впасть в
ошибку; известить > поставить в известность; ударить >
нанести удар.
Подавляющее большинство фразеологических оборотов,
входящих в синонимические связи с «однокорневыми» сло-
вами, имеют яркую стилистическую окраску книжности и
четко осознаются как перифрастические. Однако есть среди
них и такие, которые характеризуют разговорно-бытовую
речь: всхрапнуть > задать храповицкого и т. п. Фразеологи-
ческие перифразы, представляющие собой результат «разло-
жения» глаголов на формальные (глагол) и лексические
(имя существительное) компоненты фразеологизма, выступа-
ют как одно из заметных и ярких явлений русского литера-
турного языка советской эпохи.
Заметим, кстати, что фразеологические обороты, постро-
енные как поэтические перифразы, выступают всегда в виде
воспроизводимых описательных конструкций образного ха-
рактера. Они могут быть и развернутыми обозначениями
предметно-логических понятий: дар слова; подруга жизни;
и фразеологизмами, представляющими собой эмоционально-
оценочные эвфемизмы, в которых предметно-логическое
определение обозначаемого заменяется «символом»: кожа
да кости; в чём мать родила. Первые характерны для книж-
ного стиля, вторые свойственны разговорно-бытовой речи.
128 Игра в молчанку заключалась в том, чтобы не проговориться пер-
вому; первый что-либо сказавший тому, с кем он играет, платил штраф.
136
§ 68. Сходство и различие процессов образования слов
и фразеологических оборотов
Функциональное и содержательное тождество слов и
фразеологических оборотов, в отличие от других значимых
языковых единиц, выступающих в речи в виде воспроизводи-
мых в готовом виде образований, постоянных в своем зна-
чении, составе и структуре, обусловливает их неразрывное
лингвистическое сообщество: в языке они образуют еди-
ную лексико-фразеологическую систему. В единую систе-
му лексику и фразеологию объединяют не только одинако-
вые функции и те связи и соотношения, которые этим об-
условлены, но и общность происхождения, связывающая
лексические и фразеологические единицы, равно как и про-
цессы образования языковых единиц. Последнее определяется
в первую очередь тем, что в языке постоянно наблюдаются
диаметрально противоположные явления: с одной стороны,
«сжатие» фразеологизмов в слова, а с другой—«разложение»,
фразеологизация слов.
Принадлежность слов и фразеологических оборотов к
одной системе приводит к тому, что в качестве языковых
единиц они оказываются во многом взаимосвязаны. До-
статочно обратить внимание на характер их синонимии,
типологию присущих им значений, свойственные им виды
диахронических изменений и т. д. Взаимосвязь слова и фра-
зеологического оборота весьма ярко и полно проявляется
и тогда, когда мы начинаем изучать характерные для них
способы образования. Имеющиеся различия в образовании
слов и фразеологизмов объясняются их различным «устрой-
ством»: слова состоят из морфем, а фразеологизмы — из
компонентов словного характера.
При сравнительном анализе образования лексических и
фразеологических единиц эти процессы нужно рассматри-
вать с учетом основных положений современной словооб-
разовательной теории в целом. Особо здесь следует указать
на обязательность: 1) строгого разграничения процессов
образования новых слов и фразеологических оборотов и
воспроизводства речевых единиц; 2) четкого различения
процессов создания слов и фразеологизмов в каком-либо
контексте и образования (с течением времени) лексических
и фразеологических единиц общего употребления; 3) учета
двоякого характера процесса образования слов и фразеоло-
гизмов (с одной стороны, в процессе употребления готовых
языковых единиц, с другой — по модели); 4) учета модели-
рованного характера образования слов и фразеологизмов,
представляющих собой создание языковых единиц по анало-
гии. Чрезвычайно важное значение в связи со сказанным
137
приобретает также и учет того, на основе чего образуются
слова и фразеологизмы.
В системе современного русского языка слова образуются
с помощью лексико-синтаксического, лексико-семантическо-
го способов (включая сюда как его разновидность морфоло-
го-синтаксический способ), морфологического способа сло-
вообразования и способа семантического и словообразова-
тельного калькирования. Основой для образования слов
могут быть: отдельные лексические единицы, предложно-
падежные сочетания слов, свободные сочетания слов и фра-
зеологические обороты. Наблюдаются вполне конкретные
соотношения между тем, на основе чего то или иное слово
образовано, и тем, как оно образовано.
Так, с помощью лексико-синтаксического способа слово-
образования (путем сращения сочетания слов в слово) новые
слова образуются только на основе сверхсловных единиц —
предложно-падежных сочетаний: вдребезги < в дребезги; до-
тла < до тла; впереди < в переди; замуж < за муж; во-
очию < во очию; сначала < с начала и устойчивых сочетаний
слов: сейчас < сей час; заблагорассудится < за благо рассу-
дится; вперёдсмотрящий < вперёд смотрящий; вышеуказан-
ный < выше указанный; чтобы < что бы; триста < три
ста; Новгород < Нов город.
С помощью лексико-семантического способа словообра-
зования новые слова возникают на основе отдельных лекси-
ческих единиц: честить ‘ругать’ < честить ‘оказывать честь’;
кустарный ‘примитивный, неискусный’ < кустарный ‘сде-
ланный кустарем’; вор ‘тать’ < вор ‘обманщик’ (ср, врать);
обратно ‘опять’< обратно ‘назад’ (ср. подобное развитие
значения у слова опять, в древнерусском языке имевшего
значение ‘назад’) и фразеологических оборотов: песок <
сахарный песок; ток < ток электричества, электрический
ток; Караул1. < кричать караул ‘звать стражу’; болтать <
болтать языком; мостовая < мостовая улица; портной <
портной швец или портной мастер.
С помощью морфологического способа словообразова-
ния новые слова создаются на основе отдельных лексических
единиц: атомоход < атом (по модели пароход, вездеход);
читатель < читать; по-студенчески < студенческий; ка-
менщик < камень; мастерить < мастер; яблочный < ябло-
ко; предложно-падежных сочетаний: застольная < за сто-
лом; пришкольный < при школе; заозерье < за озером; под-
стаканник < под стаканом; дотошный < доточный < до то-
чи (‘точный до точки’, ср. точь-в-точь); свободных сочетаний
слов: сногсшибательный < с ног сшибать; незабудка — не
забудь; хлебоуборка < уборка хлеба; водоснабжение < снаб-
131
женив водой; фразеологических оборотов: напропалую <
Или пан, или пропал; пустопорожний < переливать из пустого
в порожнее; костить < перемывать кости; зажмуриться <
зажмурить глаза; угробить < вогнать в гроб; сапожник <
сапожный швец, сапожный мастер; противогаз < проти-
вогазовая маска; марафон < марафонский бег; головоломка <
голову ломать; партбилет < партийный билет; илон <
Иван Лосев; Заполярье < за Полярным кругом; высокопар-
ный < высоко парить; фугаска < фугасная бомба. Наконец,
путем семантического и словообразовательного калькирова-
ния новые слова образуются в русском языке, как правило,
только на основе отдельных лексических единиц: кружок <
фр. сегс!е\ трогать ‘волновать’ < фр. toucher-, плоский <
фр. plat; гражданин < фр. citoyen; пароход < англ, steam-
boat; пила-рыба < нем. Sdgeffisch; плотность < фр. solidite;
чудо-ребёнок < нем. Wunderkind; вратарь < англ, goalkeeper.
Отмеченное соотношение способа и основы при словооб-
разовании должно быть, естественно, учтено применительно
к частной разновидности того или иного способа образования
слов, а также его конкретному проявлению. Так, при мор-
фологическом способе словообразования вое указанные зна-
чимые единицы могут выступать в качестве основы при слово-
производстве только тогда, когда используются суффиксы.
С помощью приставок, безаффиксного способа и обратного
словообразования новые слова образуются только от слов.
С помощью так называемого суффиксально-префиксального
способа словообразования слова могут создаваться на основе
слов или фразеологических оборотов: прилуниться < луна;
насобачиться < собаку съел Путем сложения полных основ
слов& образуются на основе слов, свободных сочетаний слов
и фразеологизмов; путем сложения сокращенных основ —
только на базе фразеологизмов; путем сложения слов —
только на основе свободных сочетаний слов. Что касается
аббревиации как способа словопроизводства, то с ее помощью
слова образуются на основе слов или фразеологизмов:
псих < психопат; самоцвет < самоцветный камень. При об-
разовании новых слов лексико-семантическим способом на
основе фразеологизмов сохранение ими или утрата катего-
риальной принадлежности зависит от того, какой (стержневой
или зависимый в грамматическом отношении) компонент
определяет значение исходного фразеологизма после его
эллипсиса.
Все названные выше типичные и важные в языке способы
словообразования, за исключением лексико-синтаксического,
относятся к словопроизводству по модели. С помощью лек-
'.чко-синтаксического способа словообразования словй не
139
создаются носителями языка, а образуются в процессе рече-
вого употребления готовых языковых единиц.
Сравнивая образование слов и фразеологических оборо-
тов, можно сделать следующие предварительные выводы.
В сфере фразеологии выделяется прежде всего фразеологи-
зация свободных сочетаний слов. Она объясняется тремя
причинами: 1) постоянным и повторным употреблением
свободных сочетаний слов в метафорическом, обобщенном,
образно-переносном значении: кот наплакал; встать с левой
ноги; положа руку на сердце; Хрен редьки не слаще; Волков
бояться—в лес не ходить; Любви все возрасты покорны;
2) появлением в свободном сочетании слов лексических еди-
ниц связанного употребления: бразды правления; скалить
зубы; ни зги не видно; за тридевять земель; красного словца
ради; 3) актуализацией свободного сочетания слов, выражаю-
щего единое понятие: чувство нового; трудовые успехи;
борьба за мир; на все сто процентов; болезнь роста. По своему
существу фразеологизация сводится к тому, что в процессе
речевого употребления свободное сочетание слов из контек-
стуальной единицы лексико-синтаксического характера прев-
ращается в воспроизводимую, готовую языковую единицу.
Поэтому этот способ образования устойчивых сочетаний
слов можно назвать фразеолого-синтаксическим (по анало-
гии с лексико-синтаксическим способом словообразования).
Такое определение фразеологизации вполне обоснованно,
так как по своему немоделированному характеру она подобна
лексикализации свободных сочетаний слов.
| Однако сращение сочетания слов в слово (лексико-син-
таксический способ) и «сращение» свободного сочетания
слов в фразеологический оборот (фразеолого-синтаксический
способ) — при всей своей аналогичности и, более того, смеж-
ности — осуществляются все же на разных основаниях, про-
текают различно и дают хотя и близкие, но тем не менее раз-
ные результаты. При образовании слов происходит (в первую
очередь акцентологическое) сращение предложно-падежного
сочетания слов или фразеологического оборота в слово,
при образовании устойчивых сочетаний слов происходит
семантическое «сращение» свободного сочетания слов в
фразеологизм (ср.: свободное сочетание слов крови проли-
тие > фразеологизм крови пролитие > слово кровопроли-
тие > кровопролитие).
Фразеолого-синтаксический способ образования фразео-
логических оборотов в сфере фразеологии является значи-
тельно более продуктивным, нежели лексико-синтаксический
в сфере лексики, однако далеко не единственным. Между
тем на другие, моделированные, способы образования
140
фразеологизмов в науке внимание обращается пока крайне
редко. Специалисты по теоретическим вопросам фразео-
логии почти не учитывали, в частности, многих очень интерес-
ных наблюдений, сделанных исследователями языка худо-
жественной литературы и касающихся фразеологических
инноваций литераторов.
Моделированные фразеологические обороты создаются
по аналогии с уже имеющимися в языке образцами и появля-
ются в речи первоначально как индивидуально-авторские
новообразования (подобно лексическим неологизмам), лишь
постепенно (и далеко не всегда) входя в общее употребление.
Опираясь на способы моделированного образования слов,
в фразеологии можно выделить фразеолого-семантический
способ образования фразеологизмов, фразеологическое каль-
кирование, аббревиацию (сокращение) и композицию 129.
Фразеолого-семантический способ образования фразео-
логических оборотов (как и лексико-семантический способ
словопроизводства) представляет собой семантическое раз-
вертывание фразеологизма, присвоение ему нового (вначале
явно производного по отношению к исходному) значения:
(спать) без задних ног ‘крепко’ < (спать) без задних ног *не
двигаясь от усталости’; красная девица ‘застенчивый молодой
человек’ < красная девица ‘скромная девица’; Скатертью
дорога ‘проваливай!’ < Скатертью дорога ‘пожелание доб-
рого пути, дороги, ровной, как доска стола’. Однако если с
помощью лексико-семантического способа словообразова-
ния слова образуются и на основе слов, и на основе фразеоло-
гизмов, то фразеолого-семантическим путем фразеологизмы
возникают только на основе фразеологизмов.
Фразеологическое калькирование как один из способов
образования фразеологических оборотов представляет собой
пословный перевод соответствующей иноязычной языковой
единицы. В этом отношении оно аналогично словообразова-
тельному калькированию. Ничего подобного семантическо-
му калькированию — очевидно, из-за сверхсловности фразео-
логизмов — в сфере фразеологии не наблюдается. Словооб-
разовательное калькирование возможно лишь при помор-
фемном переводе слов. Фразеологическое калькирование
осуществляется и на основе фразеологических оборотов:
показать на дверь < фр. montrer la porte; синий чулок <англ.
blue stocking; отец семейства < лат. pater familiae, и на
основе отдельных слов: детский сад < нем. Kindergarten;
119 Используем термин «композиции» из-за Наличия прочно установив-
шейся традиции применения термина «поженив» только к лексическим
единицам.
1*1
молниеносная война < нем. Blitzkrieg; порядок дня < нем.
Tagesordnung.
Из способов, подобных морфологическому способу сло-
вообразования слов, в сфере фразеологии могут быть отме-
чены, пожалуй, только аббревиация и композиция. Аббре-
виация в фразеологии полностью совпадает по своему ха-
рактеру с аббревиацией в лексике. Однако этим способом
новые фразеологические обороты образуются только на
основе фразеологизмов; собаку съел < Собаку съел, а хвостом
подавился; ни кола, ни двора < Ни кола, ни двора, ни милого
живота; Голод не тётка <Голод не тётка, пирожка не
подсунет. Отношения между производным и исходным фра-
зеологизмами такие же, какие наблюдаются между соответ-
ствующими по способу образования лексическими едини-
цами; ср.: Хлопот полон рот, а перекусить нечего > хлопот
полон рот и специалист > спец.
Заметим, что от сокращения фразеологического оборота
по модели (когда эллипсису подвергается его вполне опреде-
ленная часть) необходимо отграничивать разнородные сокра-
щения состава фразеологизма: Какого (тебе, вам) рожна на -
до > какого рожна; как облупленное яйцо > как облупленного ;
раньше, чем свет настал > чем свет.
Что касается композиции, то этот способ моделированного
образования фразеологических оборотов очень напоминает
сложение полных основ и слов в процессе словообразования.
С помощью композиции новые фразеологизмы образуются
на основе фразеологических оборотов и слов. Они могут
создаваться как с использованием и модели, и компонентов
образца (аналогично сложению полных основ): стоять у
руля < стоять у кормила; нести чушь < нести чепуху;
на всех парах < на всех парусах; аллах знает < бог знает;
кек рыбке зонтик < как собаке пятая нога, так и с использо-
ванием одной лишь модели (аналогично словосложению):
живой труп (ср. мёртвые души); руки в брюки (ср. нос не дорос);
У него ума палата, но палата № 6 (ср.: Не всё ровно-, есть и
горки). Первая из указанных разновидностей композиции
является довольно продуктивной, что приводит к образова-
нию синонимических рядов фразеологизмов. Образование
фразеологизмов с использованием одной лишь модели об-
разца осуществляется менее интенсивно (см. § 31—44).
Моделированное образование фразеологических оборо-
те® протекает точно так же, как и морфологическое словопро-
изводство, т. е. в пределах определенного словообразователь-
ного квадрата и состоит в решении пропорции, идентичной
словообразовательной пропорции, при которой по трем
данным находится четвертое пропорциональное, по трем
142
наличным членам заполняется четвертая — до этого пустая —
клетка130. Например, как в словообразовательном квад-
рате пар — пароход = атом — * в результате основосложе-
ния появляется ранее неизвестный, но возможный член ато-
моход, так и в фразеологическом квадрате пар — задать
пару = баня— # появляется фразеологизм задать баню; в
фразеологическом квадрате чистить — наводить чистоту =
критиковать — # появляется фразеологизм наводить кри-
тику. Вместе с тем процесс образования фразеологизмов
предельно ограничен и унифицирован. В нем нет ничего
подобного аффиксации, а также безаффиксации или обрат-
ному словообразованию. И это связано со сверхсловным
характером фразеологизмов и словным характером их ком-
понентов.
Значительно менее всех отмеченных выше способов обра-
зования фразеологических оборотов распространена конта-
минация. Она представляет собой процесс немоделировднно-
го соединения фразеологизмов в один (похоже на сложение
начальной и конечной частей слов); ср. англ, to gallumph
‘радостно прыгать’ < to gallop ‘скакать галопом’ и to triumph
‘праздновать триумф’. Пут^м контаминации образованы
фразеологизмы кануть в вечность < кануть в Лету + отойти
в вечность; стоять у кормила власти < стоять у кормила +
находиться у власти; пятая спица в колеснице < пятое
колесо в телеге + последняя спица в колеснице.
Как видим, много, общего наблюдается и в способах
образования слов и фразеологических оборотов; тесно и
непосредственно в целом ряде случаев они связаны между
собой и генетически. Все это ставит перед лингвистами в
качестве неотложной и первостепенной задачи описание и
исследование процесса образования фразеологизмов в его
связях и опосредованиях с процессами словообразования.
ЭКСПРЕССИВНО-СТИЛИСТИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА
ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ОБОРОТОВ
§ 69. Классификация фразеологических оборотов
с точки зрения их экспрессивно-стилистических
свойств
Классификация фразеологических оборотов с точки зре-
ния их экспрессивно-стилистических свойств принципиально
ничем не отличается от классификации с этой же точки зрения
отдельных слов. Поэтому, касаясь стилистической диффе-
130 См.: Шанский Н. М. Очерки по русскому словообразованию, с. 255.
143
ренциации фразеологизмов, следует говорить «о тех их
оценочно-эмоционально-экспрессивных особенностях, кото-
рые приобретаются ими вследствие их предпочтительного
и даже исключительного употребления в тех, а не других
сферах и областях человеческого общения»131.
/Различия фразеологических оборотов по стилистической
принадлежности и экспрессивной окраске объясняются тем,
что каждому из стилей языка присущи особые языковые
средства и приемы, выбираемые говорящими из общенарод-
ного речевого запаса для выражения определенного содержа-
ния. Закрепленность или преимущественное употребление
того или иного устойчивого сочетания слов в каком-либо
стиле языка и связанные с этим его разнообразные экспрес-
сивные свойства составляют сущность этих различий.
С одной стороны, употребление многих фразеологических
оборотов в той или иной степени ограничено рамками опре-
деленного стиля языка. Так, фразеологизмы ни к селу, ни
к городу; отпустить душу на покаяние; казанская сирота;
за юбку держаться; топтаться на месте являются принад-
лежностью разговорно-бытовой речи; фразеологизмы глухие
звуки; деепричастный оборот; вопросительный знак; часть
речи; непроизводная основа; вешние воды; светило дня; уснуть
вечным сном принадлежат уже книжной речи, входя в терми-
нологическую и поэтическую фразеологию.
С другой стороны, многие фразеологические обороты не
только называют то или иное явление объективной действи-
тельности, но и указывают на определенное отношение гово-
рящего к этому явлению (неодобрение, ирония, ласка, рито-
ричность и т. д.); прожужжать все уши (ср. надоесть);
ворон считать (ср. быть невнимательным); пустить слезу
(ср. заплакать); хранить в памяти (ср. помнить); кануть в
вечность (ср. исчезнуть); курить фимиам (ср. восхвалять).
Особенно наглядно различие фразеологических оборотов
с экспрессивно-стилистической точки зрения выявляется при
сопоставлении между собой устойчивых сочетаний, которые
составляют один синонимический ряд: сложить свою голову
(кн.) — сломать себе шею (разг.); заснуть вечным сном (кн.) —
сыграть в ящик (разг.); вводить в заблуждение (кн.) — водить
за нос (разг.). Учитывая сферу употребления и присущие им
экспрессивные особенности, фразеологизмы современного
русского литературного языка можно разделить на три боль-
шие группы: межстилевые, разговорно-бытовые и книжные.
Классифицируя таким образом фразеологические оборо-
ты, следует учитывать, конечно, что стилистическая дифферен-
131 Ахманова О. С. Очерки по общей и русской лексикологии, с 242.
144
циация устойчивых сочетаний слов, равно как й принадлеж-
ность конкретного фразеологизма к той или иной группе,
представляют собой явление историческое: в процессе раз-
вития нашей речи все больше фразеологизмов становятся
межстилевыми, интенсивно возникают новые группы и мо-
дели среди разговорно-бытовых и книжных фразеологизмов,
постоянно происходит экспрессивно-стилистическая пере-
оценка отдельных фразеологизмов и т. д. (см. § 57).
§ 70. Межстилевые фразеологические обороты
Межстилевые фразеологические оборо-
ты — это устойчивые сочетания слов, известные и употреб-
ляемые во всех стилях языка. Межстилевые фразеологизмы,
как и межстилевые слова, являются, таким образом, просты-
ми наименованиями явлений объективной действительности
без какой-либо их оценки: сдержать слово; от всего сердца;
тайное голосование; во всяком случае; игра слов; по свежим
следам; под открытым небом; между тем как; время от
времени. Они экспрессивно не окрашены и общеупотребитель-
ны, а поэтому в ряду синонимичных слов и фразеологизмов
всегда выступают как стилистически нейтральные; ср.: со-
шёл с ума — не все дома — повредился в уме — винтика не
хватает; поднять голову — задрать нос; сидеть сложа
руки—лодыря корчить — бить баклуши; Чёрное море —
Понт Эвксинский.
Фразеологических оборотов межстилевого характера мно-
го, и их количество постоянно. растет. Однако —в отличие
от межстилевых слов, составляющих основу лексики, —
их все же меньше, чем фразеологизмов, ограниченных в
своем употреблении определенной сферой общения. Это
обстоятельство объясняется тем, что подавляющее боль-
шинство фразеологизмов, эквивалентных «лову, функциони-
рует в русском языке в качестве образных синонимов слов
и имеет какую-либо экспрессивно-стилистическую окраску.
§ 71. Разговорно-бытовые фразеологические
обороты
Разговорно-бытовые фразеологиче-
ские обороты — это устойчивые сочетания слов, преи-
мущественно или исключительно употребляемые в устной
речи. Фразеологизмы разговорно-бытового характера Отли-
чаются от межстилевых фразеологизмов, с одной стороны,
более узкой сферой употребления, а с другой — своей «гаи-
145
женной» экспрессивно-стилистической окраской (ласкатель-
ный, бранный, ироничёский, презрительный, шутливый, фа-
мильярный и др.). Эти специфические свойства разговорно-
бытовых фразеологизмов особенно ярко видны при сравнении
их с синонимичными общеупотребительными словами: убе-
жать — навострить лыжи; говорить — точить лясы; не-
стерпимо— мочи нет; разбогатеть — набить карман; на-
сквозь— до последней нитки; вылечить—поднять на ноги;
выдумать — высосать из пальца; трудиться — гнуть спину;
вмешиваться—совать нос; смелый — о двух головах; бы-
стро — со всех ног; враждовать — быть на ножах; отру-
гать— разделать под орех; поглупеть — выжить из ума;
точно (ровно) — ни много ни мало.
Почти все разговорно-бытовые фразеологические оборо-
ты имеют образный характер. Они вносят в речь оттенок
непринужденности, простоты, даже некоторой «вольности»:
заморить червячка; свинью подложить; ни за понюшку таба-
ку; танцевать от печки; как сельди в бочке; Сколько лет,
сколько зим!; собачья старость; последняя спица в колеснице;
тряхнуть стариной; может статься; по всем статьям;
Шутки в сторону; тёплая компания; верёвки вить; раз и
навсегда132 *; И не подумаю; в некотором роде; пушкой не про-
шибёшь; юмор висельника'31; стрелять из пушек по воробьям;
сидеть на бобах; каши не сваришь; маменькин сынок; подлить
масла в огонь; грязь месить; мелкая сошка; мягко выражаясь;
первый блин комом; вбить в голову.
Специфические свойства разговорно-бытовой фразеоло-
гии обусловливают ее широкое использование в художествен-
ных произведениях, помогают писателю добиваться «ярко-
сти и сочности языка, воспроизводя излюбленные средства
народного выражения»134.
§ 72. Книжные фразеологические обороты
Книжные фразеологические обороты —
это устойчивые сочетания слов, преимущественно или исклю-
чительно употребляемые в письменной речи. Фразеологизмы
книжного характера отличаются от разговорно-бытовых
фразеологизмов, с одной стороны, совершенно иной сферой
употребления (это фразеологизмы, характерные для письмен-
ной речи), а с другой — своей «повышенной» экспрессивно-
32 Калька фр. ипе fols pour toujours.
33 Калька нем. Galgenhumor.
34 Ефимов А. И. Стилистика художественной речи, с. 280.
146
стилистической окраской (книжный, торжественный, патети-
ческий, поэтический и др.).
Тем самым, подобно книжным словам, книжные фразео-
логические обороты употребляются в основном в строго
нормированной литературной речи, публицистических и на-
учных произведениях, художественной литературе и т. д.
Поэтому наиболее крупные группы образуют книжные фра-
зеологизмы терминологического, публицистического и поэти-
ческого характера.
Специфические свойства книжных фразеологических обо-
ротов яснее всего проявляются тогда, когда они сравнива-
ются с синонимичными общеупотребительными словами:
происходить — вести начало; сдаться —сложить оружие;
деньги — золотой телец; женщины случай —
игра судьбы; похороны — последний путь; уничтожить —
стереть с лица земли; мгновенно —в мгновение ока; уме-
реть— сойти в могилу; жизнь — житейское море; ста-
рость — вечер жизни; воздух — воздушный океан; армия —
вооружённые силыЛ
§ 73. Фразеологические архаизмы
и историзмы
Особое место среди книжных фразеологических оборотов
занимают устаревшие фразеологизмы: фразеологические ис-
торизмы и архаизмы.
Ф р аз еол о г и че с к ие историзмы — это фра-
зеологические обороты, вышедшие из активного употребле-
ния в связи с исчезновением соответствующего явления дей-
ствительности: частный пристав; требовать удовлетворе-
ния; статский советник; мировой судья; держать стол;
столбовые дворяне; суконное рыло; боярский сын.
Фразеологические архаизмы — это фразео-
логические обороты, вышедшие из активного употребления
в связи с вытеснением их другими устойчивыми сочетаниями
слов или отдельными словами, оказавшимися более подходя-
щими для выражения соответствующих понятий: биться
об заклад (ср.: спорить, держать пари); блуждающие звёзды
(ср. планеты); Новый Свет (ср. Америка); камень горючий
(ср. сера); обладать собой (ср. владеть собой); сырная неделя
(ср. масленица); турецкие бобы (ср. фасоль).
Степень устарелости фразеологических оборотов может
быть разной. Одни фразеологизмы в настоящее время совсем
вышли из употребления и без специальных справок совершен-
но непонятны: рать держать ‘воевать’; сидя на санях *на
14}
старости лет’135; биллионный человек ‘тринадцатый, лишний
человек’136; елисейские поля ‘рай’. Другие фразеологизмы,
четко осознаваясь как устаревшие, почти всем известны и
используются в стилистинеских целях: брать в жёны; третье
отделение; Христа ради; чай да сахар; иметь честь; голубая
кровь; чёрная сотня; воздушный океан; как птица небесная.
Употребление устаревших фразеологических оборотов с
определенной художественно-выразительной и изобразитель-
ной целью в известной степени аналогично использованию
устаревших слов. Они могут быть использованы для прида-
ния речи торжественности и патетики, для создания языкового
колорита эпохи или комического эффекта. Однако стилисти-
ческое использование фразеологических архаизмов и исто-
ризмов иногда может быть подобным тому, какое характерно
для фразеологизмов, входящих в активный словарный запас.
В таком случае они подвергаются индивидуально-авторской
обработке и выступают в контексте уже как фразеологические
неологизмы (см. § 74 и сл.).
СТИЛИСТИЧЕСКОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ
ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ОБОРОТОВ
§ 74. Способы использования фразеологических
оборотов в стилистических целях
^Фразеологические обороты придают речи силу и убеди-
тельность, красочность и образность. «Крылатое слово»,
полная народной мудрости поговорка, выразительная идиома
оживляют язык, делают речь более эмоциональной. Эти
специфические качества фразеологизмов четко проявляются
даже в разговорно-бытовом общении, когда никаких худо-
жественно-изобразительных целей говорящими не преследу-
ется. Однако особенно ясно выразительные свойства фразео-
логизмов проявляются в литературных произведениях. В ру-
ках художников слова — писателей и публицистов — фра-
зеологизмы становятся одним из наиболее действенных
языковых средств воплощения художественного образа, их
используют для создания речевой характеристики героя,
для оживления авторской речи и тТд./
139 Возникновение фразеологизма связано с тем, что для перевозки
покойников употреблялись сани (см.: Срезневский И. И. Материалы для
словаря древнерусского языка по письменным памятникам. М., 1958, т. 3,
с. 258)„,
136 Намек на биллион, цифровое обозначение которого состоит из
тринадцати цифр.
148
Особенно часто фразеологические обороты встречаются
в поэзии, где на устойчивых сочетаниях слов возможно по-
строение целых стихотворных структур. Как правило, в
таких случаях привлекаются фразеологизмы, имеющие ка-
кой-либо общий компонент.
Так, на использовании фразеологизмов со словом воз-
душный строится шуточная миниатюра С. Кирсанова:
Позволь ты мне иметь воздушный
замок.
Чтоб побродить в его воздушных
залах,
Где будем мы, покинув город душ-
ный.
Сидеть вдвоём и есть пирог воз-
душный.
Не в замке мы, не бродим, не
пируем...
Я разве сыт воздушным поце-
луем,
Я разве рад, что в небо над
бульваром
Любовь летит воздушным дет-
ским шаром.
На фразеологических оборотах, включающих слово душа,
осцрмна художественно-выразительная и образная структу-
рк^БсГгриумвб!(/"антирелигиозного наброска Ф. Кривина
«Грех»:
«.Отпустили душу на покаяние.
Идет душа, радуется:
— Эх, и покаюсь я сейчас! Так покаюсь!
Встретили ее как положено: окружили со всех сторон, спрашивают,
что душе угодно. Так и так, говорит душа.
— Ладно, отвечай по порядку: что взяла на душу, что затаила в душе?
— Ничего я не взяла, ничего ж затавла.
— Посмотрим, посмотрим, — говорят. И — лезут в душу.
Не вынесла душа.
— Каюсь, — говорит. — Все скажучто прикажете!
Ну, тут уж отвели душу. А потом, когда отвели, выяснили, что за душой
ничего нет. Зря она грех на себя взяла.
А раз взяла грех, значит, опять-тахи надо каяться».
Стилистическое использование фразеологических оборо-
тов писателями и публицистами всегда является творческим.
В стилистических целях фразеологизмы могут употребляться
как без изменений, так и в трансформированном виде, с
иным значением и структурой или с новыми экспрессивно-
стилистическими свойствами. Так, без изменений, однако
очень оригинально (создавая оксюморон) использует
А. С. Пушкин фразеологизм отец семейства1 . ...Глава по-
вес, трибун трактирный, теперь же добрый и простой отец
семейства холостой.
Сталкивая как антонимы «целое» и «часть» (любовь —
первая любовь), употребляет К. Ваншенкин фразеологический
37 Калька лат. pater famiHae.
149
оборот первая любовь: Любовь бывает не у всякого, но
первая любовь у всех.
В художественных текстах фразеологические обороты
могут использоваться в измененном, трансформированном
виде (делать из мухи слона; знай сверчок свой шесток; тоска
зелёная): Делать муху из слона нерентабельно': слишко м
много отходов (Э.К.);
Мой век прекрасен и жесток, С зеленоватой чешуей по коже,
Он дорог мне и мил. С открытой серой пастью до
Я не сверчок, чтоб свой шесток виска.
Считать за целый мир (Дуд); На чудищ ископаемых похожа,
И к нам вползает иногда тоска
(Гриб.)
В качестве емких и выразительных языковых средств
фразеологические обороты широко и свободно используются
в периодической печати, чаще всего как броские, останавли-
вающие читательское внимание заголовки: По скользкой
дорожке; Рассудку вопреки; Пирровы ракеты; Злоба дня
и вечность; Сеют ветер; Звёздный час; У разбитого корыта;
Красна ли игра голами; За синей птицей; И к селу и к городу;
Искать и не сдаваться; Ветер перемен; Своё суждение иметь;
Строить и жить помогает; Вот такая история; И мастер-
ство и вдохновенье; На переднем крае; Запас прочности;
Держат слово; Этот огонь негасим.
Трудно сказать, какой из этих способов включения фра-
зеологических оборотов в художественную литературу и
публицистику является преобладающим. Важно отметить,
что оба они активно используются, в отличие от разговорно-
бытовой речи, для которой характерно употребление фразео-
логизмов лишь как готовых целостных языковых единиц.
/ § 75. Стилистическое использование фразеологических
j оборотов в их общеупотребительной форме
(при использовании в стилистических целях фразеологи-
ческих оборотов без изменения они выступают в авторском
тексте как одно из средств, делающих речь более разнооб-
разной, выразительной, а в речи персонажей —как одно из
средств их языково-стилистической характеристики. При
таком употреблении фразеологизм сохраняет значение и
структуру, присущие ему в общенародном употреблении,
и не несет никаких дополнительных экспрессивно-стилисти-
ческих функций: — Твой отец добрый малый, — про-
молвил Базаров, — но он человек отставной, е го песенка
спета (Т.); Я полагаю с своей стороны, положа руку
150
на сердце', повосьми гривен на душу, это самая красная
цена! (Г.); Куда, куда вы удалились, весны моей зла-
тые дни? (П.) .
Однако нередко фразеологические обороты употребля-
ются писателями и публицистами в измененном, переоформ-
ленном или обновленном виде, с иным значением или струк-
турой. В этих случаях фразеологизм получает, помимо
свойств,заложенных в нем самом (а иногда и вопреки им), но-
вые экспрессивные свойства. Переоформление фразеологиз-
мов чаще всего используется (и в авторской речи, и в речи пер-
сонажей) для создания всякого рода художественно-стили-
стических эффектов (каламбуров, игры слов и т. п.). f
§ 76. Стилистическое использование фразеологических
оборотов в авторской обработке
Исследование художественных произведений и публици-
стики XIX—XX вв. позволяет определить основные приемы
индивидуально-авторской обработки и употребления фразео-
логических оборотов.
1. Очень часто наблюдается наполнение фразеологиче-
ского оборота новым содержанием при сохранении его лек-
сико-грамматической целостности. Например, И. С. Турге-
нев озаглавил одно из своих стихотворений в прозе строкой
из популярного стихотворения И. П. Мятлева «Розы»: Как
хороши, как свежи были розы...13* Процитировав эту строку,
Тургенев вспоминает о милых и дорогих днях юности, о
ставшей далеким прошлым любви и о горькой и одинокой
старости.
Фразеологический оборот ни дна, ни покрышки “пожелание
дурного, выражение досады или раздражения’ В. В. Маяков-
ский употребляет с новым, не общеупотребительным зна-
чением: Дохлая рыбка плывёт одна. Висят плавнички, как
подбитые крылышки. Плывёт неделю, и нет ей ни дна, ни по-
крышки. Новыми оттенками в значении наполняется грибо-
едовское выражение Где оскорблённому есть чувству уголок!.,
во фразе Весь декабрь не работал... и теперь не знаю, где
оскорблённому есть чувству уголок (Ч.).
2. Не менее часто встречается обновление лексико-грам-
матической стороны фразеологического оборота при сохра-
1,1 Фразеологизм весны моей златые дни (так же как дневное светим;
йева Красоты и т. п.) идет из французской поэзии.
1 ” Ср. у Мятлева: Как хороши, кос свежи были розы
В моем cadyl Как взор прельщали мой* 1.
Как я молил весенние морозы
Не трогать их холодною рукай\..
151
нении его значения и основной структуры. В таких случаях
обновление фразеологизма заключается или в замене одного
из его компонентов синонимом, или в расширении его соста-
ва. Например: Не боюсь ни ошибки, ни сплетни, ни жестокой
девятой волны (Ош.); Мы много в этот день курили среди
кромешной тишины (Пол.); Вагон ещё лежал в объятьях
сна (Кобз.); Так, понимаете, и слухи о капитане Копейкине
канули в реку забвения, в какую-нибудь эдакую Лету, как
называют поэты (Г.); —А славянофилы? Народники? —
Одних уж нет, а те далече от действительности, — ответил
Туробаев (М.Г.); Пушки эти не заговорят, и это молчание —
золото! (Пол.). В фразеологизмах девятый вал и в объятиях
Морфея слова вал и Морфей заменены синонимами волна
и сон^в фразеологизме кромешная тьма опорный компонент
тьма заменена словом тишина; фразеологизмы кануть в
Лету; Одних уж нет, а те далече; Молчание — золото
дополнены новыми компонентами в реку забвения, в какую-
нибудь эдакую, от действительности, это.
3. Использование фразеологического оборота в качестве
свободного сочетания слов часто связано с изменением его
значения и грамматических свойств. Ср., например, употреб-
ление фразеологизмов Свои люди — сочтёмся и работать не
покладая рук: Сочтёмся славою, — ведь мы свои же люди
(М.); А работает как! Не покладает рук. Может зарабо-
тагцвс&^до смерти (М.).
4! Выразительным примером использования фразеоло-
гии русского языка является образование по аналогии с
общеупотребительными фразеологизмами новых, индиви-
дуально-авторских фразеологизмов. Такие фразеологические
новообразования строятся как с использованием структуры
и отдельных элементов общеупотребительного фразеологиз-
ма, так и с использованием одной лишь его структуры: Люб-
лю я земщину, но странною любовью (С.-Щ.; по модели Люб-
лю отчизну я, но странною любовью!); его сивушество (С.-Щ.;
по модели его сиятельство); Виноват перед Вами по самое
горло и сам сознаю это (Ч.; по модели сыт по горло); Во всю
Ивановскую трачу деньги, которые получил за своего «Ивано-
ва» (Ч.; по модели кричать во всю Ивановскую); ваше место-
имение (Ч.; по модели ваше благородие); Как-нибудь один
живи и грейся. Я теперь по мачты влюблена в серый «Комин-
терн», трёхтрубный крейсер (М.; по модели влюблён по
уши); Мы — трудовое поколенье, мы вовремя явились в мир.
Нам море было по колени, по щиколотку был Памир (Ант.;
по модели пьяному море по колено); халтурных дел мастера
(газ.; по модели часовых дел мастера).
Только с использованием структуры общеупотребитель-
152
пых фразеологических оборотов созданы такие фразеологиз-
мы, как: Нешто музыка без барабана может существовать?
И того не понимаешь, а еще сочинения сочиняешь
(Ч.; по модели шутки шутить)-, Посмотришь в ширь —
йоркширом йоркшир (М.; пО модели дурак дураком
или темным-темно). В отрывке: Пользы от него, что мо-
лока от чёрта, что от пшённой каши золо-
той руды (М.) — оба новообразования возникли на ос-
нове фразеологизма как от козла молока, но второе с исполь-
зованием лишь его структуры, а первое также и с использо-
ванием компонента молока.
5ЕГбригинальным приемом создания стилистического эф-
фекта является употребление фразеологического оборота
одновременно и как фразеологизма, и как свободного соче-
тания слов. В качестве примеров такого использования омо-
нимичности фразеологизма и свободного сочетания слов
можно привести следующие отрывки: —В этой части он
собаку съел. — Ох, ах, не говорите так, наша мама
очень брезглива (Ч.); — Отстань, пожалуйста, со своим
шкафом, у меня и без того руки отваливают chj
— Митя, услышав эти слова, испугался и долго ходилза
матерью, ждал — когда у неё начнут отваливаться руки
(А.Т.); — Сматывай удочки сейчас же, — обратился
Сухаръко к Павке. — Ну, быстрей, быстрей, — говорил он,
видя, что Павка спокойно продолжает удить (Н.О.); — При-
шёл к вам не поздравления выслушивать, а бросить пер-
чатку. — Он с деланной серьёзностью снял рукавицу и ки-
нул её на лёд-. — Вызываю на борьбу (Аж.);
Оказия сия, по мне, уж не нова.
Антонов есть огонь, но нет того
закону,
Чтобы всегда огонь принадлежал
Антону (К.Пр.);
Здесь общее всё — и подушки, и
кружки,
Здесь глаз не косят, на узлах не
сидят.
Здесь всё нараспашку — двери теп-
лушки,
И телогрейка, и души ребят
(Дмитр.);
Раз архитектор с птичницей
спознался.
И что ж? —в их детище сме-
шались две натуры:
Сын архитектора — он строить
покушался;
Потомок птичницы — он стро-
ил только куры (К.П^.),
Я начал писать на плодах и
колосьях,
На шкуре крота, на чешуйках
лосося,
Я строки веслом расплескал
на пруде,
Я вилами даже писал на воде!
(Кирс.у,
— А давай-ка, Светлана, надень ты своё розовое платье.
Возьмём мы из-за печки мою походную сумку, положим туда
твоё яблоко, мой табак, спички, нож, булку и уйдём из Этого
133
дома куда глаза глядят. — Подумала Светлана и
спрашивает: —А куда твои глаза гл я д я т?(Г айд.);
Спички были готовы сгореть от стыда за выпу-
стившую их фабрику (Э.К.); Когда вагоновожатый ищет
новых путей, вагон сходит с рельсов (Э.К.); Если бы
все хватали звёзды с неба, не было бы звёздных
ночей (Э.К.); Не надо чваниться! Смири гордыню, друже.
Ты ходишь гоголем, а пишешь... много хуже (Э.К.).
6. Пожалуй, наиболее часто с целью особой художествен-
ной выразительности используется не фразеологический обо-
рот как таковой, а его общий образ или содержание. В этом
случае фразеологизма как целостной языковой единицы соб-
ственно уже нет, однако для правильного понимания контек-
ста и восприятия его эстетических качеств необходимо знать
исходный фразеологизм. Например, для того чтобы верно
понять следующие иронические строки из стихотворения
Н. А. Некрасова «Балет» и Оценить художественное мастер-
ство поэта, необходимо иметь в виду как различные значения
слова звезда — 1) ‘небесное тело, светящееся собственным
светом’, 2) ‘орден в форме звезды’, так и значение фразеоло-
гического оборота звёзд с неба не хватает:
Мы вошли среди криков и плеска.
Сядем здесь. Я боюсь первых мест,
Что за радость ослепнуть от блеска
Генеральских, сенаторских звезд.
Лучезарней румяного Феба
Эти звёзды: заметно тотчас.
Что они не нахватаны с неба
Звёзды неба не ярки у нас.
Приведем несколько примеров аналогичного характера:
Сани здесь — подобной дряни не видал я на веку; стыдно
сесть в чужие сани коренному русаку (Вяз.; ср. Не в свои сани
не садись); Самое последнее выеденное яйцо гораздо дороже
и ценнее вкуса, предлагаемого аскетизмом (С.-Щ.; ср. выеден-
ного яйца не стоит); Если я умру раньше Вас, то шкаф благо-
волите выдать моим прямым наследникам, которые на его
полки положат свои зубы (Ч.; ср. положить зубы на полку);
Мне делается неловко за публику, которая ухаживает за
литературными болонками только потому, что не умеет
замечать слонов (Ч.; ср. Слона-то я и не приметил); Всё со-
бираюсь написать Вам, да, видно, моя повивальная бабка
имела дело сначала с ленью, а потом уж со мной (Ч.; ср. Лень
вперёд тебя родилась); Всех младенцев перебили по приказу
Ирода, а молодость ничего — живёт (М.; ср избиение мла-
денцев); В этой теме, и личной, и мелкой, перепетой не раз
и не пять, я кружил поэтической белкой и хочу кружиться
опять (М.; ср. как белка в колесе); Что вы знали, кроме хлеба
и воды, — с трудом перебиваясь'со дня на день? Такого
отечества такой дым разве уж настолько при-
154
ятен? (М.; ср. И дым Отечества нам сладок и приятен!);
Мне грустно наблюдать, что кто-то, о битвах поболтав
слегка, упрямо тянет на болото с привычной страстью
кулика (Гриб.; ср. Всякий кулик своё болото хвалит); И пом-
нишь только пени да обиды, и осень, что ещё не так близка,
и те надежды, что давно убиты, поскольку возводились из
песка (Гриб.; ср. строить на песке); Живопись не каша,—
её и маслом испортить можно (Э.К.; ср. Каши маслом не
испортишь).
7. Встречается также (правда, довольно редко) конта-
минация двух фразеологических оборотов. В этом случае
или «сливаются» воедино два фразеологизма, компоненты
которых представлены омонимичными словами, или объ-
единяются фразеологизмы с синонимами и антонимами.
Например, могут контаминировать фразеологизмы И ника-
ких гвоздей! и гвоздь сезона 140; чёртов палец и перст божий:
«Солдаты требовали, чтобы им показывали иностранные фильмы,.,
даёшь Фербенкса и Мэри Пикфорд, и никаких других „гвоздей сезона"'.»
(Рыкл.);
«Автор статьи раскаляется и продолжает '.„Камни раскололись, дали
трещины, горы осели. Упал Монах... сломался даже Чёртов палец",.. И га-
зета радостно живописует'. „В этом крымском землетрясении символ. И люди
и камни вопиют о возмездии". Словом, это не чёртов палец, а перст божий...»
(Рыкл.).
8. Для создания определенного художественного эффекта
писатели и публицисты довольно охотно используют фра-
зеологический оборот рядом с одним из образующих его
слов (естественно, уже в качестве слова свободного употреб-
ления): На его палитре были в се краски, кроме краски
стыда (Э. К.); И перед ним бессилен Белый дом, тот
Белый дом, что перестал быть белым с тех самых пор,
как квартиранты в нём наш белый св ет марают чёрным
делом (Нар.); Приговорённый зваться человеком, я четверть
века всем платил сполна за всё, что не сполна
давалось веком (Нар.); В этом зареве ветровом выбор
был небольшой. Но лучше прийти с пустым рукавом,
чем с пустою душой (Сурк.).
Естественно, что указанные приемы художественно-вы-
разительной трансформации фразеологических оборотов под
пером художников слова могут совмещаться. /
140 Калька фр. clou de saison.
155
СПИСОК РЕКОМЕНДУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Архангельский В. Л. Устойчивые фразы в современном русском языке.
Ростов-на-Дону, 1964.
-Ахманова О. С. Очерки по общей и русской лексикологии. М., 1957.
Бабкин А. М. Лексикографическая разработка русской фразеологии.
М. — Л., 1964.
— Бабкин А. М. Русская фразеология, ее развитие и источники. М. — Л..
1970.
Балли Ш. Французская стилистика. М., 1961.
Виноградов В. В. Русский язык 2-е изд М., 1972.
Виноградов В. В. Основные понятия русской фразеологии как линг-
вистической дисциплины, — В кн.: Тр. юбилейной научной сессии ЛГУ.
Л., 1946.
Гаврин С. Г. Изучение фразеологии русского языка в школе. М., 1963.
Гаврин С. Г. Фразеология современного русского языка. Пермь, 1974.
Гвоздарев Ю. А. Фразеологические сочетания современного русского
языка. Ростов-на-Дону, 1973.
Ефимов А. И. Стилистика художественной речи М., 19 7.
"'Жуков В. П. Семантика фразеологических оборотов. М., 1978.
Копыленко М. М., Попова 3. Д. Очерки по общей фразеологии. Воронеж,
1972.
Ларин Б. А. Очерки по фразеологии. — Уч. зап. ЛГУ, 1956, серия филол.
наук, № 198, вып. 24.
Мокиенко В. М. Славянская фразеология М., 1980.
Молотков А. И. Основы фразеологии русского языка Л., 1977.
Ожегов С. И. О структуре фразеологии. — Лексикографический сбор-
ник, 1957, вып. 2.
-—Попов Р. И. Фразеологизмы современного русского языка с архаиче-
скими значениями и формами слов. М, 1976.
Палевская М. Ф. Основные модели фразеологических единиц со струк-
турой словосочетания в русском языке XVIII в. Кишинев, 1972.
Ройзензон Л. И. Лекции по общей и русской фразеологии. Самарканд,
1973.
Тагиле М. Т. Глагольная фразеология современного русского языка.
Баку, 1966.
Телия В. Н. Что такое фразеология. М., 1966.
Федоров А. И. Лекции по русской фразеологии. Новосибирск. 1964.
Федоров А. И. Развитие русской фразеологии в конце XVIII— начале
XIX в. Новосибирск, 1973.
Фомина М. И. Современный русский язык: Лексикология 2-е изд. М ,
1983, разд 2.
156
УСЛОВНЫЕ СОКРАЩЕНИЯ
Аж. — В. Ажаев
Ант. — П. Антокольский
А.Т. —А. Н. Толстой
Бар. — Е. А. Баратынский
Бег. — Д. Н. Бегичев
Богд. — И. Ф. Богданович
Бонд. — Ю. Бондарев
Вяз. — П. А. Вяземский
Г: — Н. В. Гоголь
газ.— газета
Гайд. — А. Гайдар
Гонч. — И. А. Гончаров
Гр. — А. С. Грибоедов
Гриб. — Н. Грибачев
Дм. — И. И. Дмитриев
Дмитр. — Дмитриев
Дуд. — М. Дудин
Е.Т. — Е. Тагер
И. и П. — И. Ильф и Е. Петров
К. — А. В. Кольцов
Кар. — Н. М. Карамзин
Кире. — С. Кирсанов
Кобз. —И. Кобзев
К.Пр. — Козьма Прутков
Кр. — И. А. Крылов
Л. — М. Ю. Лермонтов
Леон. — Л. Леонов
Леек. — Н. С. Лесков
Л.Т. — Л. Н. Толстой
М. — В. Маяковский
М.Г. — М. Горький
М.-П. — П. И. Мельников-Печер-
ский
Н. — Н. А. Некрасов
Нар. — С. Наровчатов
Я.О. — Н. Островский
Ош. — Л. Ошанин
П. — А. С. Пушкин
Пол. — Н. Поляков
Пом. — Н. Г. Помяловский
Рожд. — Р. Рождественский
Рыкл. — Г. Рыклин
С.-К. — А. В. Сухо во-Ко былин
С.Н. — С. Я. Надсон
Сурк. — А. Сурков
С.-Щ — М Е. Салтыков-Щедрин
Т. — И, С. Тургенев
Ч. — А. П. Чехов
Черн. — Н. Г. Чернышевский
Ш. — М. Шолохов
ЭК. — Э. Кроткий
Як. — Ю. Яковлев
англ. — английский
бел. — белорусский
болг. — болгарский
букв. — буквально
виня. — винительный падеж
вм. — вместо
диал. — диалектный
др.-гр. — древнегреческий
-русск. — древнерусский
едч. — единственное число
имя. — именительный падеж
um.<— итальянский
км. — книжный
крярил. — краткое прилагательное
л. — лицо
лат. — латинский
мн.ч. — множественное число
наст.вр. — настоящее время
нем. — немецкий
общесл. — общеславянский
полъек. — польский
позт. — поэтический
предля. — предложный падеж
прост. — просторечный
разг. — разговорный
род.п. — родительный падеж
русск. — русский
совр. — современный
ср .р. — средний род
ст. — старый
с.-хорв. — сербскохорватский
укр. — украинский
устар. — устаревший
ф. — форма
фр. — французский
чешек. — чешский
157
СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие ...................................................... 3
Введеяве в фразеологию современного русского литературного
языка
• § 1. Предмет и задачи фразеологии .............................. 4
§ 2. Фразеология как лингвистическая дисциплина .... 6
§ 3. Фразеологические словари................................... 9
Фразеологически оборот как языковая единица
. § 4., Понятие «фразеологический оборот» .... 18
J 5. Структура фразеологического оборота .... 34
§ б. Значение фразеологического оборота 35
§ 7. Состав фразеологического оборота . . . 38
§ 8. Многозначность фразеологического оборота.................42'*'’
§ 9. Понятия семантически опорного и грамматически стержневого
компонентов фразеологического оборота....................... 45
§ 10. Фразеологический оборот в его отношении к части речи 46
§ 11. Морфологические свойства фразеологического оборота 48
§ 12. Варианты фразеологического оборота ...................... 50
§ 13. Фразеологическая синонимия .... 52
$ 14. Фразеологические гнезда .... 55
Стеоеп> семантической 'слитности фразеологических оборотов
§ 15. Классификация фразеологических оборотов с точки зрения
их семантической слитности...........................к . . . 56
$ 16. Фразеологические сращения.............................. 5В"
§ 17. Фразеологические единства .... .............. 60
§18. Фразеологические сочетания........................... 61
§ 19. Фразеологические выражения......................... 62
§ 20. Определение степени семантической слитности фразеоло- "
гического оборота........................................... 63
§ 21. Фразеологические обороты терминологического характера 64
Лексический состав фразеологических оборотов .
$ 22. Классификация фразеологических оборотов по составу 65
$ 23. Фразеологические обороты, образованные из слов свободного
употребления .................................................. 66
§ 24. Фразеологические обороты с лексико-семантическими осо-
бенностями .................................................... 67
$ 25. Фразеологически обороты со словами, известными лишь
в их составе..............'.................................... 67
_ 26} Фразеологические обороты со словами с устаревшим или
диалектным значением .................... 69
158
§ 27. Соотношение семантической слитности фразеологического
оборота и его состава.......................................... 71
Структура фразеологических оборотов
§ 28. Структурные типы фразеологических оборотов............... 71
§ 29. Фразеологические обороты, по структуре соответствующие
предложению.................................................... 72
§ 30. Фразеологические обороты, по структуре соответствующие
сочетанию слов................................................. 74
§ 31. Фразеологические обороты модели «имя прилагательное +
имя существительное».......................................... 75
§ 32. Фразеологические обороты модели «имя существительное +
форма родительного падежа имени существительного» ... 76
§ 33. Фразеологические обороты модели «имя существительное +
предложно-падежная форма имени существительного» .... 78
§ 34. Фразеологические обороты модели «предлог + имя прила-
гательное + имя существительное»............................... 78
§ 35. Фразеологические обороты модели «предложно-падежная
форма имени существительного 4- форма родительного падежа
имени существительного» ............................ 79
§ 36. Фразеологические' обороты модели «предложно-падежная
форма имени существительного + предложно-падежная форма име-
ни существительного».................................... .... 79
§ 37. Фразеологические обороты модели «глагол + имя сушест-
витальное»......................................: . . . . \80 )
§ 38. Фразеологические обороты модели «глагол + наречие» . . 82
§ 39. Фразеологические обороты модели «деепричастие + имя су-
ществительное» ................................................ 82
§ 40. Фразеологические обороты, представляющие собой конст-
рукции с сочинительными союзами................................ 82
§ 41. Фразеологические обороты, представляющие собой конструк-
ции с подчинительными союзами................................. 83
§ 42. Фразеологические обороты, представляющие собой конст-
рукции с отрицанием не........................................ 14
§ 43. Фразеологические обороты нерегулярных моделей ... 84.
§ 44. Фразеологически обороты с особенностями художественно-
поэтического характера....................................... 85
Происхождение фразеологических оборотов
§ 45. Классификация фразеологических оборотов по их проис-
хождению ..............................................j . 88
§ 46. Исконно русские фразеологические обороты . . . . * . . С 89 j
§ 47. Причины превращения свободных сочетаний слов в фраэео-
логические обороты.......................................... 92
§ 48. Исконно русские фразеологические обороты, образованные
по модели..................................................... 95
^4 4? . Понятие «заимствованный фразеологический оборот» . . %
*-.§ 5Q.1 Фразеологические обороты, заимствование из старосла-
вянского языка .............................................. 97
§ 51. Фразеологические обороты, заимствованные из западноев-
ропейских языков без перевода................................. 99
§ 52. Понятие «фразеологическая калька»........................ 100
§ 53. Точные и уточные фразеологические кальки............... 100
§ 54. Источники фразеологических калек в русском языке . . 102
$ 55. Фразеологические полукальки.............................. ЮЗ
§ 56. Степень семантической слитности фразеологических оборо-
тов языка-источника и фразеологическое калькирование ... 104
159
§ 57. Первоначальная сфера употребления фразеологических обо-
ротов ......................................................... 105
Изменения в значеши, составе в структуре фразеологических
оборотов
§ 58. Исторический характер фразеологических оборотов 107
§ 59. Изменения степени семантической слитности фразеологи-
ческого оборота............................................... 109
§ 60. Изменения значения фразеологического оборота .... НО
§ 61. Изменения состава фразеологического оборота 111
§ 62. Изменения структуры фразеологического оборота 114
§ 63. Этимологический анализ фразеологических оборотов 115
Фразеология в словообразоваше
§ 64. Фразеологический оборот и синонимичное ему слово 126
§ 65. Способы образования слов на основе фразеологических
оборотов....................................................... 128
§ 66. Слова, образованные на основе фразеологических оборотов 132
§ 67. Возникновение фразеологических оборотов на основе «раз-
ложения» слов.................................................. 135
§ 68. Сходство и различие процессов образования слов и фразео-
логических оборотов............................................ 137
Экспрессивно-стилистические свойства фразеологических оборотов
§ 69. Классификация фразеологических оборотов с точки зрения
их экспрессивно-стилистических свойств......................... 143
§ 70. Межстилевые фразеологические обороты..................... 145
,§-71. Разговорно-бытовые фразеологические обороты 145
'ч*^227 Книжные фразеологические обороты......................... 146
—-9 73. Фразеологические архаизмы и историзмы ... 147
Стилистическое использование фразеологических оборотов
§ 74. Способы использования фразеологических оборотов в сти-
листических целях.............................................. 148
§ 75. Стилистическое использование фразеологических оборотов
в ИХ, общеупотребительной форме............................. 150
§ (76, Стилистическое использование фразеологических оборотов
в авторской обработке........................................ '51
Список рекомендуемой литературы ... 156
Условные сокращения.......................................... 157
Николай Максимович Шанский
Фразеология современного русского языка
Зав. редакцией Л. П. Чебаевская. Редактор Н . А. Страхова. Младший редактор М. А. Жур-
бенко. Художник И. Ю. Бабикова. Художественный редактор Н. Е. Ильенко. Технический
редактор 7*. Д. Гарина. Корректоры Н. Е. Рудомазима и Л. Э. Ганненко.
ИБ № 4914
Изд. Nf РЛ-241. Сдано в набор 27.06.84. Подп. печать 26.11.84. Формат 84 X 108’/зт.
Бум. тип. Лй 2. Гарнитура Таймс. Печать высокая. Объем 8,4 усл. печ. л. 8,61 усл. кр.-отт.
10 уч. изд. л. Тираж 36 000 экз. Зак. Ns 594. Цена 35 коп.
Издательство «Высшая школа», 101430. Москва, ГСП-4 Неглинная ул., д, 29 / 14.
Ярославский полиграфкомбнват Союзнолиграфпрома орк Государственном комитете СССР
по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. 150014, Ярославль, ул. Свободы, 97
160