/
Author: Бушуев К.Д.
Tags: политика космос полет в космос политика сша издательство политической литературы
Year: 1976
Text
Посвящается всем нашим товарищам, кто разумом, волей и трудом готовил и осуществлял первый международный космический полет пилотируемых кораблей «Союз» и «Аполлон»
„Союз" „Аполлон" РАССКАЗЫВАЮТ СОВЕТСКИЕ УЧЕНЫЕ, ИНЖЕНЕРЫ И КОСМОНАВТЫ — УЧАСТНИКИ СОВМЕСТНЫХ РАБОТ С АМЕРИКАНСКИМИ СПЕЦИАЛИСТАМИ Под редакцией Героя Ссциалистического Труда, лауреата Ленинской и государственной премий, члена-корреспондента АН СССР К. Д, Бушуева Издательство политической литературы Москва 1976
Международный пилотируемый космический полет... Реальная фантазия современности... Впервые в истории человечества космические корабли СССР и США— «Союз-19» и «Аполлон»— осуществили сближение и стыковку, образовав единый орбитальный комплекс. Посланцы Советского Союза и Соединенных Штатов Америки А. А. Леонов, В. Н. Кубасов, Т. Стаффорд, В. Бранд и Д. Слейтон совершили переходы из корабля в корабль и соединили руки в рукопожатии, символизируя сотрудничество людей разных стран в космосе и на Земле.
6Т6 С70 «Союз» и «Аполлон». Рас- С70 сказывают советские ученые, инженеры и космонавты—уча- стники совместных работ с американскими специалистами. М., Политиздат, 1976. 271 с. с ил. Эта книга о том. мак проходили подготовка и осуществление совместна о полета ксоаСгей -Союз- и - Аполлон- Авторы ее— те. кто совместно с американским* гпвц*ап»*>~ами готовил этот уникальный междуна- XVIМЫЙ экспириыинт Книга рассчитав на массового читателя 11101-297 С----------БЗ-31-19-76 6T6 079(02)-76 ©ПОЛИТИЗДАТ, 1976 г.
В наши дни космонавтика вышла на передний край современного научно-технического прогресса. Она оказывает воздействие на многие области человеческой деятельности, в том числе и на взаимоотношения между народами и странами. Яркий пример тому—пер- вый в истории международный полет пилотируемых космических кораблей «Союз» и «Аполлон». Совместный полет советского и американского космических кораблей «Союз» и «Аполлон» блестяще завершен. Полностью выполнена программа полета, проведен комплекс уникальных научных экспериментов. На Землю доставлены ценные материалы совместных научных исследований и летных испытаний совместимых средств сближения и стыковки космических кораблей. Они тщательно изучаются учеными и специалистами нашей страны и США. И. наверное, потребуется еще немало времени, чтобы до конца оценить итоги экспериментального рейса «Союза» и «Аполлона». Но как бы ни были интересны научно-технические результаты совместного полета, пожалуй, не менее важен и тот факт, что ученые, специалисты и космонавты двух стран смогли плодотворно объединить свои усилия, подготовить и осуществить этот сложный эксперимент. Многие коллективы, большое число инженеров, техников, рабочих участвовало в модернизации кораблей, в создании совместимых средств сближения и стыковки, в управлении полетом кораблей. Первый международный полет космических кораблей, во время которого была произведена стыковка кораблей различных стран и осуществлен переход космонавтов из одного корабля в другой, знаменует важный этап в развитии космонавтики, открывает новую страницу в международном сотрудничестве по исследованию и освоению космического прострвнства. Путь, пройденный участниками программы «Союз — Аполлон» от замысла до блестящего успеха полета, был нелегок и непрост. Советским и американским специали стам сообща пришлось решить немало проблем, преодолеть много технических трудно- стей. К тому же ведь не секрет, что у совместного полета были в США и свои недоброжелатели и даже откровенные противники. И если все это не помешало осуществлению проекта и полет был проведен, значит, действительно, взаимное стремление вместе работать во имя мира и блага людей, узнавать друг друга, делиться опытом и знаниями, находить общий язык оказались гораздо сильнее, чем предполагали те, кто сеял сомнения. Книга, которую вы держите в руках, рассказывает о том, как была осуществлена космическая программа «Союз—Аполлон». В доступном для самого широкого читателя форме авторам — советским ученым, инженерам и космонавтам, непосредственным участникам совместных с американскими специалистами работ,— удалось передать существо сложных научно-технических проблем, связанных с осуществлением проекта совместного полета. В книге хорошо показано, как шаг за шагом, настойчиво, изобретательно и терпеливо преодолевали трудности в поисках верного пути к единой цели советские и американские специалисты, как росло взаимопонимание и доверие между ними, накапливался бесценный опыт тесного сотрудничества в одной из самых сложных областей современной науки и техники. Приятно отметить, что, хотя авторы и не профессиональные литераторы, книга написана живо, в ней немало любопытных подробностей и деталей, поучительных наблюдений. Думаю, что книга ««Союз» и «Аполлон»», несомненно заинтересует читателей. Ведь тот огромный интерес, который вызвала во всем мире советско-американская встреча на космической орбите, объясняется не просто тем, что это именно первая встреча, но и надеждой, что она не последняя. Б. Н. Петров, академик, Герой Социалистического Труда, председатель Совета «Интеркосмос» при Академии наук СССР
ВВЕДЕНИЕ Бывают дни, когда вся наша планета живет одним дыханием, одним интересом. И на всех континентах земли, раскрывая газеты, люди ищут сообщения об одном. И думают об одном. Именно таким был июль 1975 года. Весь мир с волнением и неубывающим интересом следил за первым в истории человечества совместнее* полетом советского и американского космических ко- раблей по программе «Союз — Аполлон». Впервые идея сотрудничества в космосе была высказана нашим соотечественником. Более чем полвека назад, в 1920 году, увидела свет книга К. Э. Циолковского «Вне земли». В этой научно- фантастической повести ученый излагал давно и всесторонне обду- манную им программу подготовки к космическому путешествию и его осуществления. Циолковский был великим провидцем, ибо утвер- ждал: целесообразнее всего покорять и осваивать космос силами международного коллектива ученых, инженеров, рабочих, изобрета- телей. Через 40 лет в газете «Правда» великий русский ученый Сергей Павлович Королев — именно так назвал конструктора ракетно- космических систем товарищ Л. И. Брежнев в своей речи, посвящен ной 250-летию Академии наук СССР,— писал: «Можно надеяться, что в этом благородном, исполинском деле будет все более расширяться международное сотрудничество уче- ных, проникнутых желанием трудиться на благо всего человечества, во имя мира и прогресса». И вот идея претворяется в жизнь. Выдающийся совместный советско-американский эксперимент стал подлинным космиче- ским праздником для людей Земли. Его успех открывает новые перспективы для совместной работы различных стран по изуче- нию и освоению космического пространства на благо всего челове- чества. Более трех лет ученые, инженеры, техники, рабочие, космонавты и астронавты в СССР и США неустанно решали сложные организацион- ные, технические и просто человеческие проблемы, обмениваясь знаниями, опытом, идеями, чтобы успешно выполнить программу «Союз — Аполлон». Это стало возможным благодаря позитивным, сдвигам в советско-американских отношениях, благодаря неуклонно- му претворению в жизнь Программы мира, провозглашенной нашей партией. Советская страна стремится к тому, чтобы деловое сотрудничество государств на взаимовыгодной основе приносило все более плодот- ворные результаты. Программа «Союз — Аполлон» ярко показала широкие возможности и обоюдную пользу объединения усилий двух крупнейших стран мира ради решения тех гигантских задач, которые стоят перед всем человечеством. Это проблемы сохранения окружа- ющей среды, освоения энергетических и природных ресурсов, иссле- дования и освоения космоса и Мирового океана. Опыт успешного осуществления программы «Союз—Аполлон» может послужить хорошей основой для проведения в будущем новых международных космических полетов. О совместной работе советских и американских специалистов над подготовкой и осуществлением небывалого космического рейса говорится в этой книге. Каждая ее глава—это рассказ о решении одной из тех технических или организационных проблем, с которыми столкнулись участники ЭПАС — экспериментальной программы «Со- юз— Аполлон».
А. А. Нестеренко, канд. техн наук Б. П. Артемов, инженер ЧЕЛОВЕК В КОСМИЧЕСКОМ ПОЛЕТЕ ЗВЕЗДНЫЕ ПУТИ Запуском первого советского искус- ственного спутника Земли 4 октяб- ря 1957 года началась космическая эпоха в истории человечества, эпо- ха исследования и освоения просто- ров Вселенной, эпоха стремитель- ного взлета космонавтики. Один за другим уходили в космос автомати- ческие спутники. Они очень много дали для дальнейшего развития и совершенствования космической техники, позволили получить много новых научных данных. Но даже самые смелые оптимисты не реши- лись бы в 1957 году предположить, что всего через три с половиной года в космос отправится чело- век. Наш соотечественник Юрий Гага- рин 12 апреля 1961 года на косми- ческом корабле «Восток» первым вышел на бесконечную дорогу к звездам. В августе того же года в космосе сделал 17 витков на кораб- ле «Восток-2» Герман Титов. Шесть кораблей серии «Восток», выведенные на орбиту вокруг Зем- ли в 1961—1963 годах, были ше- стью нелегкими, неуверенными ша- гами за пределы Земли. Впервые был осуществлен групповой полет А. Г. Николаева и П. Р. Попо- вича, впервые вышла на космиче- скую орбиту женщина-космонавт В. В. Терешкова на корабле «Во- сток-6». Их совместный с В. Ф. Бы- ковским полет был заключитель- ным в серии исследований, про- веденных на кораблях типа «Во- сток». Вслед за советскими космонавта- ми в те же годы четырежды подни- мались на околоземную орбиту аме- риканские корабли серии «Мерку- рий». Это был для всех первый и самый трудный этап большого пути. А к старту уже готовились иные, более совершенные по конструкции космические корабли. Советский «Восход» вместил сразу троих. В. М. Комаров, К. П. Феоктистов. Б. Б. Егоров—летчик, ученый и врач — составили его экипаж. Полет следующего корабля— «Восход-2» с П. И. Беляевым и А. А. Леоновым на борту привлек к себе внимание всей планеты: 18 марта 1965 года А. А. Лео- нов первым в мире покинул ко- рабль, чтобы шагнуть в открытое космическое пространство. В том же марте вышел на ор- биту вокруг Земли «Джемини- 1»—первый из американских двух- местных кораблей. Во время полета «Джемини-3» астронавт Э. Уайт также вышел в открытый космос.
10 «Здесь гением советского человека начался дерзновенный штурм космоса. (1967 г.)» Байконур. Обелиск в честь запуска первого искусственного спутника Земли. Опыт, накопленный в результате полетов кораблей серий «Восток» и «Восход», «Меркурий» и «Джеми* ни», убедительно показал, что че- ловек может нормально переносить выведение на орбиту, полет вокруг планеты и возвращение на Землю. Решены были и многие сложные технические задами. Разработаны и успешно испытаны ракеты- носители и космические корабли, способные доставить человека на орбиту искусственного спутника Земли и после нескольких суток полета вернуть его на Землю. На- коплены важные сведения о работе корабля в целом и отдельных его элементов в условиях космического полета. Точнее стали требования, предъявляемые к бортовой аппара- туре, всему комплексу систем кос- мического пилотируемого корабля и наземных средств. Получен цен- нейший опыт управления пилотиру- емым полетом как одного корабля, так и группы кораблей, осуществле- ния связи наземных измерительных пунктов с кораблями и кораблей между собой при полете по орбите искусственного спутника Земли. Наконец, получены данные о рабо- тоспособности человека на орбите в отсеках космического корабля и в скафандре, в условиях открытого космоса. Все это позволило взяться за создание космических кораблей третьего поколения. Они предназ- начены для осуществления гораздо более широкой программы научно- технических исследований. Однов- ременно открылись и пути создания обитаемых орбитальных станций в околоземном космическом про- странстве. Эти две задачи и стали основными в советской программе пилотируемых космических поле- тов. В отличие от своих предшествен- ников наш новый корабль—«Со- юз» — аппарат многоцелевого на- значения В нем два обитаемых отсека: орбитальный, в котором космонавты проводят научные ис- следования, а также используют его в качестве шлюза для выхода в космос, и спускаемый аппарат, где космонавты находятся во время вы- хода на орбиту и при возвращении на Землю. Первый испытательный полет на космическом корабле «Союз» осу- ществил В М. Комаров 23—24 апре- ля 1967 года. А затем с кораблями этой серии были проведены многие интересные и сложные научные и технические эксперименты в космо-
11 се. В полете корабль «Союз-3», который пилотировал Г. Т. Берего- вой, дважды сближался с беспилот- ным кораблем «Союз-2». Первую экспериментальную орбитальную станцию из двух состыковавшихся кораблей — «Союз-4» и «Союз-5» создали В А. Шаталов и Б. В. Волынов, А. С. Елисеев и Е. В. Хрунов. Групповой полет космиче- ских кораблей «Союз-6», «Союз-7» и -Союз-8» выполнили экипажи: Г. С. Шонин и В. Н. Кубасов. А. В. Филипченко, В. Н. Волков и В. В Горбатко, В. А. Шаталов и А. С. Елисеев Рекордный по длительности полет на борту «Союза-9» осуществили А. Г. Ни- колаев и В. И. Севастьянов. Впервые в совместном полете сближение и стыковку космическо- го корабля «Союз-10» с орбиталь- ной станцией «Салют» выполнили В. А. Шаталов, А. С. Елисеев и Н. Н. Рукавишников. Космический комплекс «Са- лют»— «Союз-11» (экипаж кораб- ля— Г. Т. Добровольский, В. Н. Вол- ков и В. И. Пацаев) стал первой в мире пилотируемой орбитальной научной станцией. Экспериментальный полет «Со- юза-12» с космонавтами В. Г. Лаза- ревым и О. Г. Макаровым проводил- ся в целях дальнейшего совершен- ствования пилотируемых кораблей. Астрофизические наблюдения в космосе, спектрозональная съемка отдельных участков земной повер- хности, научно-технические экспе- рименты— эти задачи решали П. И Климук и В. В. Лебедев на борту «Союза-13». «Союз-14» доставил П. Р. Поповича и Ю. П. Артюхина на орбитальную научную станцию «Са- лют-3», где они работали две неде- ли. Затем процессы маневрирова- ния и сближения со станцией «Са- лют-3» выполняли на «Союэе-15» космонавты Л. С. Демин и Г. В Сарафанов. Испытания модифи- цированного варианта корабля «Союз» для советско-американско- го эксперимента «Союз — Апол- лон»— «Союз-16» провели А В Фи- липченко и Н. Н. Рукавишников. Транспортный корабль «Союз-17» доставил А А Губарева и Г. М. Гречко на орбитальную станцию «Салют-4», где они находились два- дцать девять суток. Их сменили П. И Климук и В. И. Севастьянов, экипаж «Союза-18». Эти два космо- навта пробыли в космосе болев двух месяцев — работа шла в тече- ние 63 суток. И наконец был осуществлен пер- вый в мире совместный междуна- родный полет космических кораб- лей «Союз-19» и «Аполлон» с эки- пажами А. А. Леоновым. В. Н. Куба- совым: Т. Стаффордом, В Брандом, Д. Слейтоном. Попеты «Союзов» позволили от- работать различные варианты ав- томатической и ручной ориента- ции корабля относительно Земли и звезд, методы проведения програм- мных разворотов корабля. Решены вопросы поддержания заданных параметров орбиты ко- рабля и проведения ее коррекции. Успешные испытания прошел кос- мический корабль, способный со- вершать управляемый спуск в ат- мосфере Земли с использованием аэродинамического качества. В итоге снижены перегрузки, действу- ющие на человека при спуске с орбиты, усовершенствованы сред- Сергей Павлович Королев и Юрий Алексеевич Гагарин.
12 Вашингтон. Смитсоновский музей науки и искусств. Валерий Кубасов осматривает лунный камень, доставленный «Алоллоном-11». ства энергоснабжения корабля, его бортовая аппаратура и двигатель- ные установки. Корабль «Союз» подтвердил свои высокие качества как само- стоятельная лаборатория на орбите и как транспортное средство для доставки экипажей на борт орби- тальной станции. Долговременные орбитальные станции сегодня — магистральный путь освоения космического про- странства. Они дают возможность вынести на околоземную орбиту большое количество аппаратуры и оборудования с широким диапазо- ном исследований. На орбитальных станциях легче создать благоприят- ные для экипажа условия жизни и работы. Уже теперь человек может тру- диться в космосе недели и месяцы, проводить медико-биологические исследования в условиях длитель- ной невесомости, астрофизические исследования Солнца и других не- бесных тел. Космонавты и астронавты в Государственном музее истории космонавтики в г. Калуге.
13 Особое место занимает сегодня отработка методов использования орбитальных станций в народнохо- зяйственных целях, и прежде всего для контроля и определения со- стояния природных ресурсов, для изысканий в областях навигации, метеослужбы, геодезии, геологии. Немалое значение имеют прик- ладные научно-технические экспе- рименты. изучение технологиче- ских процессов, которые осуще- ствимы только в условиях орби- тального полета, испытания новых приборов в интересах дальнейше- го развития ракетно-космической техники. Во многом сходный путь освоения околоземного космического про- странства прошли и американские исследователи. После полетов кос- мических кораблей «Меркурий», «Джемини», «Аполлон» и станции «Скайлэб» американские ученые Орбитальная станция 4Салют».
14 пришли к выводу, что в дальней- шем развитие пилотируемой косми- ческой техники будет в основном подчинено исследованиям нашей планеты с околоземных орбит, с помощью орбитальных станций. Сегодня работа в космосе—это кропотливое накопление знаний о нашей планете, ее окрестностях, это поиск способов и средств осво- ения Вселенной. КОСМОС ОТКРЫТ ДЛЯ ВСЕХ С каждым годом освоение космоса все более становится делом между- народным И это закономерно. Ра- стет число космических держав, то есть государств, имеющих возмож- ность запускать спутники с по- мощью своих ракет-носителей Еще быстрее растет стремление разных стран участвовать в исследовании и использовании космического про- странства. Однако из-за высокой стоимости космической техники и сложности космических исследова- ний для большинства стран мира, по-видимому, еще длительное вре- мя единственной реальной возмож- ностью участвовать в освоении кос- моса будет международное сотруд- ничество. Советский Союз уже вскоре пос- ле запуска первого в мире искус- ственного спутника Земли офици- ально вынес на обсуждение XIII сессии Г енеральной Ассамблеи ООН конкретное предложение о разработке международных согла- шений, определяющих мирное и де- ловое сотрудничество всех госу- дарств в исследовании и исполь- зовании космического простран- ства. Вначале контакты между учены- ми разных стран носили, главным образом, характер обмена резуль- татами научных работ на различных международных конференциях и симпозиумах. На следующем этале проводились координированные на- земные оптические наблюдения спутников Земли, затем на косми- ческих аппаратах устанавливались научные приборы других стран. Наконец, в 1962 году были выве- дены на орбиту первые междуна- родные искусственные спутники Земли. Теперь уже более десяти стран с помощью советских и аме- риканских ракет-носителей отпра- вили в космос свои спутники. Создание объединенными усили- ями различных космических аппа- ратов и их совместное использова- ние для решения практических за- дач стали основными формами кос- мической кооперации разных стран. Именно в этих целях в 1964 году были созданы Европейская органи- зация космических исследований (ЭСРО) и Европейская организация по разработке ракет-носителей (ЭЛДО), позже преобразованные в Европейское космическое агент- ство. Девять стран социалистиче- ского содружества с 1967 года ус- пешно сотрудничают в рамках прог- раммы «'Интеркосмос» Советский Союз кроме того проводит совме- стные исследования в космосе с Францией, Индией и другими стра- нами. Наша страна предоставляет в распоряжение своих партнеров воз- можность проведения эксперимен- тов с помощью совершенных науч- ных и технических средств—от ра- диотелескопов и специальных фо- тографических камер до луноходов и межпланетных космических стан- ций. Широкое и разнообразное сот- рудничество в освоении космиче- ского пространства развивается также между Соединенными Шта- тами Америки и другими странами. И все же основная часть кос- мических исследований по-преж- нему проводится двумя стра- нами— Советским Союзом и Со- единенными Штатами Америки. Вот почему перспективы международ- ного сотрудничества в космосе в значительной степени зависят от развития связей между этими госу- дарствами.
15 Контакты между советскими и американскими учеными идут со времени запусков первых совет- ских искусственных спутников Зем- ли. Тогда на международных кон- ференциях начался широкий обмен мнениями и взаимное ознакомле- ние с результатами космических экспериментов. Первое соглашение о сотрудничестве в области мирно- го изучения космоса между Акаде- мией наук СССР и Национальным управлением США по аэронавтике и исследованию космического про- странства (НАСА) было заключено в июне 1962 года. Государства стали обмениваться Метеорологическими данными, по- лученными с помощью искусствен- ных спутников Земли. Были намече- ны координированные запуски эк- спериментальных метеорологиче- ских спутников Земли, а также уч- реждены мировые метеорологиче- ские центры сбора и хранения дан- ных в Вашингтоне (Центр «А») и в Москве (Центр «Б»), Сейчас между Гидрометцентром в Москве и ана- логичным учреждением в Вашин- гтоне налажен оперативный обмен данными метеоспутников, а также результатами ракетного зондирова- ния, проводимого по согласованной программе. Поступающая в центры информация используется синопти- ками многих стран для составления прогнозов погоды. В соответствии с соглашением ученые обоих государств обменива- лись данными магнитной съемки для составления карты магнитного поля Земли. По инициативе Советского Союза в 1965 году советские и амери- канские ученые договорились о подготовке совместного труда, обобщающего основные дости- жения и проблемы космической биологии и медицины. Это была первая советско-американская ра- бота, имеющая прямое отношение к пилотируемым космическим по- летам. Специалисты неоднократно вместе обсуждали материалы ме- дикобиологических исследований, выполненных во время полетов кораблей «Союз» и «Аполлон», а также космических станций «Са- лют» и “Скайлэб». Разработаны согласованные рекомендации по некоторым методикам предвари- тельного и послеполетного обсле- дования космонавтов. Наконец, в начале 1975 года вышел в свет трехтомный труд «Основы косми- ческой биологии и медицины», за- вершивший более чем десятилет- нюю совместную работу ученых СССР и США. Советские и американские уче- ные принимают активное участие в работе многих международных ор- ганов, занимающихся проблемами изучения космоса, таких, как Коми- тет ООН по использованию кос- мического пространства в мирных целях, Международный комитет по космическим исследованиям (КОСПАР), Международная феде- рация астронавтики. Международ- ная Академия астронавтики, Меж- дународный союз электросвязи. Всемирная метеорологическая ор- ганизация, Международная феде- рация по автоматическому управле- нию и другие. СССР и США, как и десятки других стран, подписали принятый по инициативе Советского Союза в 1967 году Договор о прикупах де- ятельности государств по исследо- ванию и использованию космиче- ского пространства, включая Луну и другие небесные тела. В нем гово- рится, что космическое простран- ство свободно для изучения всеми странами, космические исследова- ния должны проводиться на благо всего человечества, а Луна и другие небесные тела могут использовать- ся только в мирных целях. В 1966 году было подписано международ* ное соглашение о спасании космо- навтов, терпящих бедствие. В последующие годы было разра- ботано и подписано еще несколько международных соглашений, зало- живших основы космического пра- вопорядка. Советская космическая програм- ма и американская национальная
16 Июнь 1971 года. Первая встреча в Хьюстоне. Советские специалисты знакомятся с «Аполлоном». программа исследования космоса заняли ведущее место в мире. Од- нако сотрудничество между Совет- ским Союзом и Соединенными Шта- тами Америки долгое время остава- лось довольно ограниченным. Дальнейшее развитие взаимных контактов произошло в 1970—1971 годах, когда благодаря наметив- шейся разрядке в международных отношениях, состоялся ряд встреч ученых и технических специали- стов СССР и США. Они обсудили возможности сотрудничества в разработке совместимых средств сближения и стыковки космиче- ских кораблей и станций, а также в проведении более широких науч- ных исследований в космосе. В январе 1971 года в Москве президент Академии наук СССР академик М. В. Келдыш и исполня- ющий обязанности директора НАСА доктор Дж. Лоу подписали доку- мент о совместной деятельности Академии наук СССР и НАСА США в области космической физики, космической метеорологии, изуче- ния природной среды, космической биологии и медицины Встречи ученых и специалистов выявили глубокую заинтересован- ность научных центров обеих стран в более тесном взаимодействии, подготовили почву для заключения во время встречи на высшем уровне в Москве Соглашения между Со- юзом Советских Социалистических Республик и Соединенными Штата- ми Америки о сотрудничестве в исследовании и использовании кос- мического пространства в мирных целях. Соглашение было подписано 24 мая 1972 года. Значение его трудно переоценить. Вот несколько примеров, показывающих масшта- бы и характер работ, выполненных в соответствии с Соглашением.
17 Академия наук СССР и НАСА обменялись образцами лунного грунта, доставленного советски- ми автоматами и американскими астронавтами из различных рай- онов лунной поверхности, и совме- стно обсудили результаты прове- денных анализов. Специалисты, занимающиеся изучением Луны, провели обмен каталогами карт и фотографий Луны. Во время полета к Марсу со- ветских межпланетных станций «Марс» и американской «Маринер» ученые одной страны оперативно сообщали другой о зарегистриро- ванных явлениях, представляющих научный интерес. Вывод на около- марсианские орбиты советских и американских аппаратов, их однов- ременное длительное действие и обмен информацией помогли до- биться значительного прогресса в изучении Марса. Основные результаты, получен- ные обеими странами в ходе ис- следования Марса и Венеры, а также перспективные научные ис- следования планет Солнечной си- стемы обсуждались ведущими уче- ными СССР и США на конферен- циях и встречах по вопросам изу- чения Луны и планет. Центральное место в советско- американском сотрудничестве по космосу заняло создание совме- стимых средств сближения и сты- ковки для пилотируемых космиче- ских кораблей и станций СССР и США Первым этапом этой большой и сложной работы стал эксперимен- тальный полет кораблей «Союз» и «Аполлон». По своей сложности и масштабам проект «Союз — Аполлон» — наи- более крупная космическая про- грамма, когда-либо осуществляв- шаяся на основе двустороннего соглашения. В результате успеш- ного выполнения этой программы заложены основы для создания унифицированных систем сближе- ния и стыковки кораблей косми- ческого флота; подобные системы позволят осуществить многообеща- ющие идеи о международных орби- тальных станциях и совместных научных экспериментах на пило- тируемых космических кораблях и станциях разных стран, приведут к повышению безопасности поле- тов человека в космос.
К. Д. Бушуев, член-корреспондент АН СССР. технический директор проекта ЭПАС «СОЮЗ — АПОЛЛОН» — ШАГ К СОВМЕСТИМОСТИ КОСМИЧЕСКИХ СИСТЕМ ИСТОРИЯ ПРОЕКТА «СОЮЗ—АПОЛЛОН» Такой увидел художник первую международную стыковку в космосе. Диалектика развития космонавтики такова, что, наверное, уже недале- ко то время, когда полеты пилоти- руемых кораблей и орбитальных станций в околоземном космиче- ском пространстве как в нашей стране, так и в США, а в дальней- шем и в других странах станут обычным делом. Такие полеты бу- дут совершаться все чаще и чаще, и в них будет участвовать все боль- шее число людей. Так же примерно, как это на наших глазах произошло с авиационными перелетами, кото- рые еще несколько десятилетий назад были привилегией немногих смельчаков. С увеличением интенсивности космических полотое возрастает и вероятность того, что отдельные космические корабли по разным причинам будут нуждаться в посто- ронней помощи. И помощь должен оказать тот космический корабль, независимо от его государственной принадлежности, который может сделать это быстрее других. Для этого корабли должны быть обору- дованы соответствующими унифи- цированными или, как принято го- ворить, совместимыми средствами сближения и стыковки. Осуще- ствление совместных космических экспериментов с использованием кораблей разных стран также не- возможно без применения подоб- ных средств. Общая заинтересован- ность е создании технических основ для повышения безопасности поле- та человека в космос, а также стремление обеспечить в дальней- шем проведение общих научных экспериментов положили начало совместным работам советских и американских специалистов по созданию совместимых средств сближения и стыковки космиче- ских кораблей и станций СССР и США. В результате переписки между президентом Академии наук СССР академиком М В. Келдышем и ди- ректором Национального управле- ния США по аэронавтике и исследо- ванию космического пространства (НАСА) доктором Пейном была до- стигнута договоренность о встрече советских и американских специ- алистов для обсуждения возможно- сти сотрудничества в области пило- тируемых полетов. Встреча состо- ялась в октябре 1970 года в Акаде- мии наук СССР в Москве. Амери- канскую делегацию возглавлял
20 директор Центра пилотируемых полетов имени Джонсона доктор Р. Гилрут, советскую—председа- тель Совета по международному сотрудничеству в исследовании и использовании космического про- странства «Ингеркосмос» при Ака- демии наук СССР академик Пет- ров Б. Н. На этой первой встрече между советскими и американски- ми специалистами состоялся широ- кий обмен мнениями по основным направлениям возможного обеспе- чения совместимости средств сбли- жения и стыковки космических ко- раблей и стагщий СССР и США. Тогда же было решено образо- вать рабочие группы для согласо- вания технических требований по обеспечению совместимости этих средств. По существу, эта встреча положи- ла начало сотрудничеству между советскими и американскими специ- алистами в области пилотируемых полетов. На последующих встречах в июне и ноябре 1971 года были рассмот- рены технические требования к системам космических кораблей, согласованы прищипиальные тех- нические решения и основные по- ложения по обеспечению совме- стимости, а также рассмотрена возможность осуществления в се- редине 1970-х годов пилотируемых полетов на существующих космиче- ских кораблях с целью испытания создаваемых совместимых средств сближения и стыковки. Встречи специалистов АН СССР и НАСА США проходили в Москве и Хьюстоне поочередно и возглавля- лись с советской стороны академи- ком Б. Н. Петровым, а с американ- ской стороны—Р. Гилрутом. В апреле 1972 года в Москве американская делегация во главе с исполняющим в то время обязанно- сти директора НАСА доктором Дж. Л оу и советская делегация, воз- главляемая исполняющим обязан- ности президента Академии наук СССР академиком В. А. Котельни- ковым, тщательно проанализирова- ли работу, проделанную за преды- дущие 18 месяцев, и в Итоговом документе был сделан вывод о технической осуществимости и же- лательности экспериментального полета с использованием существу- ющих космических кораблей: совет- ского корабля типа «Союз» и аме- риканского корабля типа «Апол- лон». При этом стороны обсудили цели совместного полета, согласо- вали основные принципы и процеду- ры, которые должны быть положе- ны в основу работы советских и американских специалистов, дого- ворились об испытаниях совме- стимого оборудования, сформули- ровали принципы взаимодействия при проведении полета, наметили подготовку экипажей и персонала Центров управления полетом, рас- смотрели и многие другие вопросы. Хотя каждый из этих вопросов еще предстояло подробно обсудить в ходе будущих встреч, в основном план технического наступления на проект был создан. В мае 1972 года было подписано Соглашение между Советским Со- юзом и Соединенными Штатами Америки о сотрудничестве в иссле- довании и использовании космиче- ского пространства в мирных целях, предусматривающее и работы, о которых была достигнута предвари- тельная договоренность в ходе пе- реговоров между представителями Академии наук СССР и НАСА США. Заключенное межправительст- венное соглашение дало новый импульс совместным работам со- ветских и американских специали- стов. Работы по проекту «Союз— Аполлон» с советской стороны было поручено возглавить мне, с американской стороны — доктору Гленну Ланни. Мы познакомились еще в июне 1971 года на первой советско-американской встрече в городе Хьюстоне как технические директора проекта совместимых средств сближения и стыковки кос- мических кораблей и станций. До- ктор Г. Ланни—от США. я—от
21 СССР. Несмотря на свою относи- тельную молодость Гленн Ланни показал себя опытным специали- стом в вопросах космической тех- ники. ГЛАВНАЯ ПРОБЛЕМА — СОВМЕСТИМОСТЬ Идея первого совместного совет- ско-американского эксперимента в космосе кому-то может показаться очень простой: вывести на орбиту, сблизить и состыковать космиче- ские корабли «Союз» и «Аполлон». Однако осуществить задуманное оказалось делом очень и очень нелегким Каковы же основные трудности, которые необходимо бы- ло преодолеть при выполнении эк- спериментального полета -Со- юз—Аполлон»? Каждая страна, имея свои соб- ственные космические программы, по-разному решала и возникавшие технические проблемы. Не удиви- тельно, что в первоначальном виде корабли «Союз» и «Аполлон», как говорят специалисты, были несов- местимы. Что же понимается под совмести- мостью применительно к космиче- ским кораблям и станциям? Совме- стимость—это способность кораб- лей и станций, их бортовых систем и оборудования, а также средств, обеспечивающих их полет, взаимо- действовать, выполняя те или иные задачи. Цели при этом могут быть различными. Например, использо- вание кораблем разных типов в общей программе исследований или. скажем, оказание помощи ко- раблю, доставка экипажей и гру- зов на обитаемую орбитальную станцию кораблями разных стран ИТ. д. Развитие космонавтики выдвига- ет все более сложные задачи по исследованию и освоению косми- ческого пространства. Эффектив- ное решение некоторых из них тре- бует объединения усилий несколь- ких стран. Таково, например, стро- ительство больших обитаемых ор- битальных стащий, осуществление межпланетных экспедиций. Вот по- чему проблема обеспечения ус- ловий совместимости космической техники вполне актуальна и без ее решения не удастся повысить без- опасность космических полетов, имея в виду оказание помощи ко- раблю или орбитальной станции, терпящим бедствие на орбите. Совместимость различных техни- ческих средств—дело не новое, однако в области космонавтики ее осуществить наиболее сложно. Современный космический корабль и орбитальная станция вместе со всем комплексом средств, обес- печивающих полет, составляют «большую систему». В нее входит огромное число взаимосвязанных подсистем и элементов. Поэтому, чтобы добиться согласованной ра- боты двух или нескольких «боль- ших систем», нужно сделать совме- стимым целый ряд их отдельных элементов. Уровень совместимости может быть различным—это зависит от целей, которые в каждом конкрет- ном случае поставлены перед ко- раблями. Одно дело обеспечить межбортовую связь и обмен инфор- мацией при совместном полете и совсем другое—стыковку двух или болев космических аппаратов с последующей организацией их ра- боты как единого целого. Наиболее целесообразным уров- нем совместимости, видимо, следу- ет считать такой, при котором уда- ется обеспечить минимально необ- ходимый набор операций для эф- фективного взаимодействия косми- ческих кораблей разных типов. Это: сближение и стыковка на орбите, возможность перехода экипажа из одного корабля в другой, выполне- ние состыкованной системой опре- деленных операций, осуществление координированного управления ко- раблями, связи между экипажами и с наземными пунктами, взаимодей-
22 стене бортового оборудования пос- ле стыковки. Разумеется, дальнейшее повы- шение степени совместимости рас- ширяет возможности взаимодей- ствия кораблей главным образом после стыковки. Если, допустим, сделать совместимыми основные бортовые системы энергопитания, ориентации и управления движени- ем, управления бортовым комплек- сом аппаратуры, терморегулирова- ния, информационные системы, то значительно облегчится выполне- ние сложнейших научных программ Для осуществления программы «Союз—Аполлон» предстояло обеспечить четкое взаимодействие средств сближения, стыковочных агрегатов, систем связи и управле- ния полетом, жизнеобеспечения и средств перехода, наконец, органи- зационных принципов и методов работы. Чтобы два корабля могли найти друг друга в космосе и сблизиться, нужно каким-то единым способом оценивать их положение в про- странстве, параметры движения и, разумеется, управлять сближени- ем, а это означает, что должны быть совместимы средства, обеспе- чивающие взаимные маневры и причаливание кораблей, а также средства связи и управления поле- том, необходимые для дальнего сближения, связи между экипажа- ми и контроля за выполнением опе- раций с Земли. Естественно, что выполнение ус- ловий совместимости при сближе- нии и причаливании накладывает свои требования на расположение некоторых элементов конструкции и оборудования кораблей. Нельзя допустить, чтобы возникали интен- сивные отраженные сигналы и су- щественно искажались диаграммы направленности радиоантенн на участке сближения и подхода. В любом случае выступающие эле- менты конструкции кораблей в про- цессе причаливания не должны со- прикасаться или. того хуже, уда- ряться друг о друга. Необходимо сделать удобным и безопасным подход к люкам, зонам расположе- ния поручней и фиксирующих эле- ментов для осуществления внеш- него перехода. Для сближения кораблей на орби- те используются как радиотехниче- ские, так и оптические средства Любое из них должно обеспечить сближение с космическим аппара- том. который занимает произволь- ное положение в пространстве. Ведь на корабле, терпящем бед- ствие, вполне могут, например, от- казать приборы ориентации. Совме- стимая система обязана давать не- обходимую информацию об относи- тельном движении кораблей. Как минимум, это данные о расстоянии между кораблями, относительная скорость сближения, а иногда и другие параметры. Если, скажем, речь идет о радио- технической системе, то эти тре- бования можно выполнить, снабдив корабли унифицированным приемо- передатчиком, своего рода радио- ответчиком. Конечно, надо, чтобы он при этом был способен уверенно взаимодействовать с другими ра- диоизмерительными системами. В случае использования оптических средств отражательные свойства кораблей, определяющие их види- мость, так же как и характеристики и расположение огней ориентации, импульсных маяков, с помощью ко- торых следят за кораблями, и, кро- ме того, так называемые оптиче- ские мишени должны быть увязаны. Сложнейшей технической зада- чей является обеспечение совме- стимости стыковочных устройств. Созданные до настоящего времени космические корабли имеют стыко- вочные устройства, работающие по схеме «штырь—конус». Из-за этого на «активном» и «пассивном» ко- раблях стыковочные агрегаты раз- личны. На одном корабле (пассив- ном)— конус, на другом (актив- ном)— штырь. Это уже не дает сов- местимости для всех случаев. Подобного недостатка нет в сты- ковочных агрегатах так называемо-
23 го андрогинного типа. С ними каж- дый корабль способен выполнять функции и «активного», и «пассив- ного». А это особенно важно при спасательных операциях. Стыковочные агрегаты удобны, если они выполнены периферийны- ми — когда все направляющие и си- ловые элементы, захваты и замки располагаются по краям, по пери- ферии центрального люка. Тогда легко обеспечить свободное сооб- щение между отсеками кораблей после их стыковки. Эти требования вовсе не означа- ют, что конструкция стыковочных агрегатов должна быть одинаковой. Речь идет о совместимости тех элементов конструкции и автома- тики, которые непосредственно со- прягаются при стыковке. Пои совместном полете очень важна надежная связь между ко- раблями на участке сближения и стыковки, а также между корабля- ми и наземными пунктами обеих взаимодействующих сторон. Здесь основная задача—договориться о радиочастотах для связи с пило- тируемыми кораблями различных стран и об основных характеристи- ках радиолиний для такой связи: вид модуляции (амплитудная или частотная), чувствительность при- емного и мощность передающего устройства, побочные излучения передатчика и т. п. Немалую роль играет и четкое определение по- рядка и формы обмена информа- цией, выработка условного между- народного кода и «радиожаргона». Особенно важно составить положе- ние об аварийных ситуациях на кос- мических кораблях, терпящих бед- ствие. Подобный опыт накоплен в морской и авиационной практике. Вполне можно было бы, например, принять используемые в настоящее время частоты для передачи сигна- лов «SOS!» как с орбиты, так и при приземлении или приводнении в нерасчетное время и место. Целе- сообразно сделать стандартными средства связи и пеленгации, кото- рыми снабжаются спускаемые ап- параты космических кораблей, с тем чтобы оказывать помощь любо- му экипажу, независимо от нацио- нальной принадлежности кооабля, в случае аварийной посадки. Для взаимодействия командно- измерительных комплексов и Центров управления нужны единые формы обмена информацией, орга- низация между центрами различных видов связи — телефонной, телег- рафной, телевизионной. Объем та- кой связи будет зависеть от харак- тера и сложности выполняемой в полете целевой задачи. Обязательным условием эффек- тивного взаимодействия пилотиру- емых космических кораблей, наря- ду со стыковкой на орбите, являет- ся возможность перехода экипажей из одного корабля в другой. Без совместимости ряда параметров си- стем жизнеобеспечения и средств перехода сделать это невозможно. Во-первых, должны быть идентич- ными по давлению и составу атмос- феры в обитаемых отсеках кораб- лей. Во-вторых, необходимо вы- брать способ перехода, условия и порядок выполнения основных опе- раций при переходе. И. наконец, системы жизнеобеспечения прини- мающего корабля должны обеспе- чить перешедшим космонавтам не- обходимые нормы потребления кис- лорода. воды и пищи. При первом же анализе возмож- ностей «Союза» и «Аполлона» ста- ло ясно, что пока нс выполняется ни одно из этих условий. Как видите, участникам проекта «Союз—Аполлон» надо было ре- шить нелегкую задачу: приспосо- бить корабли для выполнения прог- раммы совместного полета со сбли- жением, стыковкой, взаимным пе- реходом экипажей и выполнением общих научных экспериментов. Поисками путей взаимного сбли- жения, технических возможностей кораблей занялись специалисты обеих сторон в пяти рабочих группах. В. П. Легостаев с советской стороны, Д. Читем и Г. Смит— с американской возглавили труп-
24 Июль 1972 года. Хьюстон Пленарная встреча советских и американских специалистов по программе • Союз— Аполлон». пу, которой предстояло добиться совместимости систем сближе- ния кораблей. Эти системы оказа- лись совершенно несовместимыми. Правда, на обоих кораблях для измерения расстояния при сближе- нии использовались радиосистемы, однако рабочие частоты и методы получения информации были раз- ные. Мало того, на кораблях «Со- юз», например, относительная ско- рость измеряется с помощью ра- диосистемы, а на корабле Апол- лон» — н аряду с радиосистемами используются оптические средства. Немало пришлось потрудиться специалистам этой группы, чтобы найти нужное решение. Группе специалистов под руко- водством В. С. Сыромятникова. Д. Уэйда и Р. Уайта досталась, пожа- луй, наиболее трудоемкая работа Дело в том, что стыковочные агре- гаты на «Союзе» и «Аполлоне» хотя и построены по одной и той же общей схеме «штырь—конус», тем не менее были не способны рабо- тать совместно. Не осталось ничего иного, как разработать новую кон- струкцию, которая обеспечила бы стыковку корабля с любым другим, независимо от того активный он или пассивный. Так родилась кон- струкция принципиально нового типа—андрогинное периферийное стыковочное устройство. Радиотехнические средства свя- зи между кораблями и Землей по своим основным параметрам были настолько различны, что исключа- лась всякая возможность взаимо- действия их в полете. Однако ста- раниями специалистов группы, ко- торой руководили Б. В. Никитин и Р. Дитц, удалось обеспечить со- гласованную и надежную работу средств связи. Особенно много терпеливого стремления к компромиссу потре- бовалось от специалистов группы, на долю которой выпало обеспече- ние совместимости систем жизне- обеспечения экипажей и средств перехода из корабля в корабль. Группой руководили И. В. Лавров и Ю. С. Долгополов с нашей стороны
25 и Р. Смайли и У. Гай—от американ- цев. В кораблях «Союз» и «Апол- лон» атмосферы отличаются на- столько, что не могло быть и речи о непосредственном переходе из одного корабля в другой без спе- циальных мер. Благодаря настой- чивости. изобретательности совет- ских и американских специалистов удалось прийти к единому решению Через множество трудностей, порой принципиального характера. Нелегкая задача досталась и спе- циалистам во главе с А. С. Ели- сеевым и П. Франком, осуществ- лявшим взаимодействие советско- го и американского Центров управ- ления полетом. Управлять по- летом кораблей из двух мест, уда- ленных друг от друга на огромное расстояние, сложно само по себе А здесь понадобилось координиро- вать работу советских и американ- ских специалистов, обладавших многолетними традициями и опы- том, не всегда одинаковыми. Проектная увязка технических решений, баллистическое обеспе- чение. научные эксперименты и многое другое, относящееся к про- екту в целом, легло, так сказать, на плечи группы специалистов, кото- рой руководили В А. Тимченко и П. Франк Особо стоит упомянуть здесь О. Г. Сытина и К. Янга, много потрудившихся над баллистически- ми расчетами. Кроме чисто технических задач совместимости в работе над проек- том первого в истории международ- ного космического полета специ- алисты столкнулись с такой проб- лемой, как организационная совме- стимость. Это: поиски соответствия в структурах различных подразде- лений специалистов и уяснение об- щих терминов, условных обозначе- ний, выбор единых систем коорди- нат, исходных данных для совме- стных расчетов, формы и содержа- ния документов, обеспечивающих взаимодействие и обмен информа- цией, согласование методики вы- полнения отдельных операций, воп- росы подготовки космонавтов и на- земного персонала Были свои трудности и в подго- товке экипажей. И здесь приходи- Томас Стаффорд, Владимир Шаталов и Алексей Елисеев обсуждают технические проблемы стыковки.
26 лось решать свои проблемы сов- местимости Благодаря упорному труду космонавты и астронавты успешно подготовились к полету, весьма полезным было и их участие в обсуждении технических вопро- сов, связанных с подготовкой и реализацией проекта. Хотелось бы отметить большую роль в этом деле руководителя подготовки со- ветских космонавтов В А. Шата- лова. В делах и заботах быстро летели год за годом. Порой казалось, что только вчера начались те или иные совместные работы, решение тех или иных технических вопросов, а уже наступало время подведения итогов. Остались позади октябрь 1972 года, когда была определена дата совместного эксперименталь- ного полета «Союз—Аполлон», и год 1973-й, когда начались назем- ные испытания взаимодействующе- го оборудования и тренировки эки- пажей. Был успешно пройден год 1974-й—апогей в совместной де- ятельности— когда каждый месяц или в Москве, или в Хьюстоне проводились те или иные совме- стные работы. Здесь и обсуждение технических или организационных вопросов по подготовке предсто- ящего полета, и совместные испы- тания, и тренировки экипажей и персонала управления полетом. Наступил год 1975, а вместе с ним и завершающие этапы работ. Нако- нец, 22 мая 1975 года в Президиуме Академии наук СССР под предсе- дательством исполняющего обязан- ности президента Академии наук академика В. А. Котельникова и заместителя директора НАСА США доктора Дж. Лоу состоялось засе- дание представителей АН СССР и НАСА США для рассмотрения отче- та директоров проекта «Союз— Аполлон» о готовности к полету. В заседании приняли участие с советской стороны руководители Совета «Интеркосмос» академик Б. Н. Петров. А. И. Царев, Г. А. Тюлин, М. В. Соколов, В. С. Вереще- тин, академик Р. 3 Сагдеев, все руководители смешанных рабочих групп ЭПАС от СССР, летчик- космонавт СССР А А Леонов и другие, с американской сторо- ны—заместитель директора НАСА А. Фраткин, руководитель пред- стартовых операций на мысе Кана- В Президиуме Академии наук СССР. На приеме у М. В. Келдыша советские и американские руководители ЭПАС.
27 верап У. Каприян и заместитель руководителя НАСА по пилотиру- емым полетам Дж. Ф. Ярдли, руко водители смешанных рабочих групп ЭПАС от США Были заслушаны доклады дирек- торов проекта и представителей от каждой рабочей группы. Компетентная аудитория проана- лизировала состояние подготовки к полету каждой из сторон, основные направления деятельности рабочих групп, планы-графики работ и сроки их выполнения, уже завершенные работы и находящиеся в стадии завершения, безопасность полета, а также заключения о готовности всех совместимых систем и обору- дования к полету и сделала вывод, что все этапы работ по проекту ЭПАС завершены. Впереди—эк- спериментальный полет. Этот за- ключительный этап подготовки к советско-американскому экспери- менту «Союз—Аполлон» закончил- ся торжественным актом подписа- ния Итогового документа о готов- ности к полету. Его подписали с советской стороны академик В. А. Котельников, а с американ- ской—доктор Дж. Лоу. Всякий раз. когда вспоминаются совместные работы по программе «Союз —Аполлон», внимание не- вольно задерживается на этом за- ключительном заседании, где со- ветские и американские специали- сты сообща отчитывались о проде- ланной вместе работе. И этот факт сам по себе красноречив Он гово- рит о том, что проблемы совмести- мости. технические и организацион- ные, остались позади. Мы научи- лись работать вместе, но путь к этому был не прост. ИТОГИ ПРОГРАММЫ "СОЮЗ —АПОЛЛОН» В самом начале совместных работ шла естественная «притирка» спе- циалистов; многие сомневались, сможем ли работать вместе? Но уже на первых встречах лед был сломан, работа пошла в атмосфере взаимопонимания. Все мы хорошо знали, что каж- дый технический или организацион- ный вопрос, подлежащий рассмот- рению, может легко перерасти в проблему. И появись у кого-нибудь из нас, работающих по программе «Союз—Аполлон», желание затор- мозить дело, возможностей для этого было сколько угодно. Причем злую волю можно надежно упря- тать в лабиринтах невыдуманных обстоятельств. Но на протяжении трех лет, что мы работали вместе, ни одна из сторон не пыталась этого делать. Наоборот, если кто-либо оказывался в трудном положении, другая сторона старалась всячески помочь. Но это совсем не означает, что у нас не возникало сложных проблем при согласовании технических воп- росов и иногда причиной этому бы- ла не только техника. Безопасность совместного поле- та кораблей -Союз—Аполлон» пользовалась особым вниманием зарубежной прессы. Пожалуй, ни одна пресс-конференция по проек- ту «Союз—Аполлон- не обходи- лась без -каверзных», как казалось иным журналистам, вопросов о без- опасности полета. Порой создава- лось впечатление, что некоторые представители американской прес- сы стараются искусственно нака- лить обстановку Не преминул под- лить здесь масла в огонь своими заявлениями и сенатор Проксмай- ер. Он прямо высказывал опасения за жизнь американских астронав- тов при совместном полете. А во второй половине 1974 года, по сути на финише проекта. Прсксмайер обратился к директору НАСА Дж. Флетчеру со специальным письмом, в котором просил его ни много ни мало, как лично проверить все фак- торы, связанные с безопасностью по проекту «Союз — Аполлон», и предпринять меры, обеспечиваю- щие безопасность американских астронавтов.
28 Для нас, участников проекта, бы- ло абсолютно ясно, что все эти искусственно раздуваемые опасе- ния не имеют основания. В итоге это подтвердил успешно осуще- ствленный совместный полет ко- раблей «Союз» и «Аполлон». На- верное, нет необходимости гово- рить, что руководители проекта как с советской, так и с американской стороны отлично понимали значе- ние вопросов безопасности полета. Советские и американские специ- алисты придирчиво и кропотливо изучали все, что имело хотя бы малейшее отношение к обеспече- нию безопасности совместного по- лета. Так, для обоснования пожаробе- зопасности неметаллические ма- териалы проходили специальную аттестацию. Для проверки безо- пасности всех пиротехнических устройств корабля проводились сложные эксперименты, включая исследования влияния электромаг- нитных полей. Еще и еще раз про- верялась автоматика, надежность предупредительных мер. Тщатель- но анализировались все возможные и почти невозможные нештатные ситуации, способные возникнуть в полете из-за неполадок в приборах и оборудовании космических кораб- лей. В итоговом отчете «Рассмотре- ние готовности к полету», под- писанном директорами проекта и представленном руководству АН СССР и НАСА США говорилось: «Проведено подробное рассмотре- ние вопросов по безопасности сов- местного полета и подготовлены отчеты, подтверждающие безопас- ность выбранных конструкций От- крытых вопросов по безопасности совместного полета нет». Оценкой безопасности космиче- ских полетов в США занимается специальная комиссия при НАСА. Она придирчиво анализировала вопросы безопасности всех преды- дущих пилотируемых полетов аме- риканских космических кораблей. В ходе нашей работы комиссия не- однократно приглашала директора проекта с американской стороны доктора Г. Ланни с докладом по вопросам безопасности совместно- го полета. И вот однажды Г. Ланни предложил мне выступить с анало- гичным докладом в этой комиссии. Соглашениями это не предусматри- валось, и я заметил, что если мне следует отчитываться по безопас- ности полета, то, вероятно, надо создать смешанную комиссию из представителей НАСА и Академии наук СССР Доктор Г. Ланни пояснил, что он просит меня выступить, чтобы помочь ему доказать полную безопасность совместного полета. «Ведь мы оба не сомневаемся в этом,— сказал он.— но члены ко- миссии слышали только мой голос. Для них будут очень авторитетны ваше мнение, ваши аргументы». Я согласился. После беседы с членами комис- сии я попросил ее председателя Г. Нейсона ознакомить меня с выво- дами комиссии. Г. Нейсон ответил, что члены комиссии вполне удов- летворены той большой работой, которую проделали советские и американские специалисты по обеспечению безопасности полета. Им представлено большое коли- чество убедительных технических материалов, подтверждающих без- опасность полета. В заключение Г. Нейсон сказал, что комиссия пришла к выводу: безопасность со- вместного полета кораблей «Союз» и «Аполлон», по крайней мере, не ниже всех предыдущих пилотируе- мых полетов американских косми- ческих кораблей. Несмотря на предостережения горе-пророков о ненадежности и рискованности «затеи», первый в истории международный космиче- ский полет советского и американ- ского космических кораблей увен- чался успехом. Встреча «Союза» и «Аполлона» произошла в космосе, но ее истин- ное значение наиболее ярко про- явилось здесь, на Земле Мировая
29 общественность, политические де- ятели, ученые разных стран с пол- ным основанием оценили этот по- лет как историческое событие в исследовании космического про- странства. В приветствии Генерального сек- ретаря ЦК КПСС товарища Леонида Ильича Брежнева экипажу кораб- ля «Союз», ученым, конструкторам, инженерам, техникам и рабочим, всем коллективам и организациям, принимавшим участие в подготовке и осуществлении полета советского космического корабля «Союз-19» совместно с космическим кораблем «Аполлон», сказано: «Все человечество с восхищени- ем следило за выдающимся экспе- риментом в космосе — совместным полетом советского корабля «Со- юз-19» и американского корабля «Аполлон». Впервые е истории осу- ществлена стыковка космических кораблей двух стран, опробованы в действии новые средства стыковки в целях обеспечения безопасности полетов человека в космическом пространстве, проведены астрофи- зические. медико-биологические, технологические и геофизические эксперименты. Полет космических кораблей СССР и США является значи- тельным шагом в развитии со- ветско-американского научно-тех- нического сотрудничества. Его ус- пешное осуществление открывает Совместное тяседание представителей АН СССР и НАСА США. Обсуждается вопрос о готовности к полету.
30 новые перспективы совместной работы различных стран в мирном освоении космического простран- ства» Высокую оценку полету дал и Президент США Джеральд Р Форд в послании Генеральному секрета- рю ЦК КПСС товарищу Л. И. Бреж- неву: -Этим полетом вписана новая волнующая глава в историю иссле- дования космоса человеком. Это доказательство того, что сотрудни- чество в космосе, включающее уси- лия и вклад более чем одной стра- ны, является не только осуществи- мым, но и желательным. Я уверен, что примеру экипажей «Аполлона» и «Союза» последуют другие, и в результате будет внесен еще боль- ший вклад в дело научного позна- ния и лучшего международного вза- имопонимания. В равной степени я уверен, что полет «Аполлон» — «Союз»—это лишь первый шаг в продолжающемся американо-со- ветском сотрудничестве в освое- нии космоса человеком». Печать, радио и телевидение различных стран мира уделили большое внимание советско-аме- риканскому эксперименту. -Вы- дающийся эксперимент», «Полный успех советско-американской кос- мической миссии», «Историческое рукопожатие на орбите», «Планета восхищена», «Вдохновляющий при- мер сотрудничества», «Успех кос- мической эпопеи», «На благо чело- вечества», «Во имя мира и прогрес- са»— под такими заголовками со- общали об итогах полета кораблей «Союз» и «Аполлон» комментаторы радио и телевидения, корреспон- денты газет на всех континентах. И это тоже результат политики улуч- шения отношений между Советским Союзом и Соединенными Штатами Америки. Общее мнение советских и амери- канских ученых и инженеров в пол- ной мере было отражено в выступ- лениях исполняющего обязанности президента Академии наук СССР академика Владимира Александро- вича Котельникова и директора Национального управления по аэро- навтике и исследованию космиче- ского пространства США Джеймса Флетчера Они отметили, что пер- вый полет «Союза» и «Аполлона» войдет в историю как важный вклад в исследование космоса в мирных целях в интересах всего
31 человечества. Успешное выполне- ние программы -Союз — Аполлон» имеет и большое научно-техни- ческое значение. Полет подтвердил правильность технических решений по обеспече- нию совместимости средств сбли- жения и стыковки будущих пилоти- руемых космических кораблей и станций, а также обоснованность принципов взаимодействия назем- ных служб СССР и США при управ- лении полетом из двух Центров, расположенных на разных конти- нентах. Очень хорошо сработала система сближения кораблей как радиотехническая, так и оптиче- ская. Мероприятия, проведенные Космонавты, астронавты и руководители ЭПАС на приеме у Леонида Ильича Брежнева.
32 на корабле «Союз» для обеспе- чения совместимости в процессе сближения, полностью себя оправ- дали (установка радиолриемоот- ветчика, оптических мишеней, им- пульсных маяков). Разработанные в СССР и в США стыковочные агрегаты андрогинно- периферийного типа, с помощью которых была успешно осуществле- на как штатная, так и тестовая стыковка, работали во всех режи- мах безотказно, полностью оправ- дав надежды советских и амери- канских конструкторов. Космический полет подтвердил совместимость комплекса систем обеспечения жизнедеятельности во время перехода экипажей из одного корабля в другой. Создание специ- ального переходного модуля, пони- жение давления атмосферы в «Со- юзе» и другие мероприятия надеж- но обеспечили взаимный переход из корабля в корабль и совмест- ную работу экипажей без каких- либо отрицательных влияний на их здоровье и работоспособность. Во время полета выполнены совме- стные и односторонние научные эксперименты, радио- и телеви- зионные репортажи с орбиты, бор- товые кино- и фотосъемки. Астрофизические, биологические и технологические эксперименты позволили получить новые знания об окружающем нас космическом пространстве, проверить ориги- нальный метод исследования сол- нечной короны с помощью искус- ственного солнечного затмения, проверить технологию получения сплавов в условиях невесомости. Уже первая обработка матери- алов этих научных экспериментов говорит о том, что получены очень ценные результаты, которые с большим интересом изучаются в настоящее время советскими и аме- риканскими учеными и, несомненно, будут иметь практическое значе- ние. Важное значение для успеш- ной реализации программы «Со- юз— Аполлон» имел полет кораб- ля “Союз-16», пилотируемый кос- монавтами А. В. Филипченко и Н. Н. Рукавишниковым. «Союз- 16»— «родной брат- корабля «Со- юза-19». Экспериментальный полет А. В. Филипченко и Н. Н. Рукавиш- никова стал генеральной репети- цией, во время которой была прове- рена готовность корабля «Союз» к совместному полету с кораблем «Аполлон». Отмечая труд тех, кто готовил и обеспечивал полет «Союза-19», нельзя не вспомнить с большой благодарностью технический пер- сонал космодрома, стартовую ко- манду, которые в нестерпимый зной отлично подготовили ракетно- космический комплекс к старту и обеспечили нормальное выведение «Союза-19» на орбиту. Безукориз- ненными оказались расчеты балли- стиков Отлично работали системы ориентации и управления движени- ем ракеты-носителя и корабля. Экипажи космических кораблей «Союз» и «Аполлон»—Алексей Ле- онов. Валерий Кубасов. Томас Стаффорд, Вэнс Бранд, Дональд Слейтон достойны самой высокой похвалы В полете они проявили мужество и мастерство, отличное взаимодействие и взаимопонима- ние Задания выполнялись согласо- ванно и четко в дружеской атмос- фере. Разработанные советскими и американскими специалистами ме- тодики подготовки и тренировки экипажей космических кораблей разных стран для совместного по- лета оказались верными. Слаженно взаимодействовали специалисты Центров управления, между которыми по 15 каналам постоянно поддерживалась прямая телефонная, телеграфная и теле- визионная связь Для переговоров с экипажами «Союза-19» и «Аполло- на» и измерения параметров орби- ты использовались станции слеже- ния СССР и США. Был получен ценнейший опыт взаимодействия двух Центров уп- равления полетом и подтверждена правильность технических и органи-
33 зационных мероприятий, разрабо- танных советскими и американски- ми специалистами, по обеспечению совместного управления полетом космических кораблей разных стран. Объединение усилий обогатило советских и американских специ- алистов опытом реализации слож- ных технических и организационных проблем, связанных с проведением совместного полета. Говоря об успешном завершении программы «Союз—Аполлон» хо- телось бы отметить, что без того огромного внимания и помощи, ко- торую оказывали нам в подготовке и осуществлении совместного поле- та руководители Советского Со- юза, Академии наук СССР, успех был бы немыслим. Космонавтов и руководителей проекта ЭПАС принимал Генераль- ный секретарь ЦК КПСС товарищ Л. И. Брежнев. Неоднократно заслушивалось состояние работ по программе «Союз — Аполлон» в различных правительственных ор- ганах и в Президиуме Академии наук СССР. Хотелось бы особо под- черкнуть большую роль в достиже- нии соглашения о совместных рабо- тах по этой программе, а также постоянную и действенную поддер- жку этим работам со стороны пре- зидента АН СССР академика М В. Келдыша. Мы также постоянно ощущали внимание к нашим работам вице- президента АН СССР, а позднее исполняющего обязанности прези- дента АН СССР академика В. А. Котельникова. Активную помощь в решении многих сложных задач при осуществлении программы «Со- юз—Аполлон» оказывал академик Б. Н. Петров, председатель Совета «Интеркосмос» при АН СССР. Со стороны американских руко- водителей к работам по программе ЭПАС также проявлялся неослабе- вающий интерес. Президент США Дж. Форд в своих выступлениях неоднократно подчеркивал боль- шое значение программы «Союз — Аполлон». Много внимания и лич- ного участия уделили сотрудни- честву советских и американских специалистов при подготовке со- ветско-американского космическо- го эксперимента директор НАСА доктор Д. Флетчер и его замести- тель доктор Дж. Лоу. В одном из выступлений Д. Флет- чер сравнил реализацию проекта «Союз—Аполлон» с восхождением на горную вершину, с которой от- крываются новые горизонты совет- ско-американского технического сотрудничества. Это очень верное сравнение Совместная работа бы- ла выгодна обеим сторонам. Это был первый широкий обмен опытом в области пилотируемых полетов, и он принес много пользы специали- стам обеих стран. Наш двусторонний опыт сотруд- ничества в области космической техники может быть использован в дальнейшем международном сот- рудничестве. Освоение космоса станет интернациональным делом всех стран, потому что по самому своему существу космические ис- следования носят интернациональ- ный характер. Недаром еще Кон- стантин Эдуардович Циолковский, мечтая об освоении космоса, писал: «Человечество обретет всемирный океан, дарованный ему как бы на- рочно для того, чтобы связать лю- дей в одно целое, в одну семью...» Мы стали свидетелями того, как освоение космоса действительно начинает сближать народы нашей планеты.
В. А. Тимченко, заместитель директора проекта, руководитель первой рабочей группы ЭПАС В. Н. Бобков, инженер В. В. Васильев, инженер КОСМИЧЕСКИЕ КОРАБЛИ «СОЮЗ» И «АПОЛЛОН» К моменту, когда было принято решение о проведении совместного экспериментального полета, кораб- ли «Союз- и «Аполлон» прошли большой «космический путь»: на «Союзе» были осуществлены многочисленные пилотируемые по- леты по орбитам спутника Земли, «Аполлон» достаточно надежно ос- воил трассу Земля—Луна. И вот двум разным кораблям, созданным в разных странах для решения разных задач, предстояло встретиться над планетой и, осуще- ствив сближение и стыковку, пре- вратиться в единый орбитальный комплекс. Расскажем о кораблях и основ- ных изменениях в их конструкции, которые провели советские и аме- риканские специалисты, чтобы вы- полнить совместную космическую программу. «СОЮЗ» ДЛЯ ЭПАС Первый космонавт Земли Юрий Алексеевич Гагарин готовился к своему историческому старту, лю- дям еще предстояло узнать имя его « космической колесницы » — • Вос- ток», а в умах конструкторов уже зрели контуры «Союза», велись по- иски наиболее рациональных техни- ческих решений для будущих пило- тируемых космических кораблей. Уже тогда рассматривались во- просы обеспечения управляемого спуска в атмосфере, совершенство- вались система приземления и си- стема спасения экипажа в случае аварии ракеты-носителя, проводил- ся выбор параметров спускаемого аппарата, велись поиски рацио- нальной компоновочной схемы ко- рабля. разрабатывались многофун- кциональные бортовые системы Среди этих вопросов, например, рассматривался вопрос выбора формы спускаемого аппарата. Как известно, для спускаемого аппарата корабля «Восток» была принята простая сферическая фор- ма. Но такой спускаемый аппарат движется в атмосфере по балли- стической траектории, как мете- орит. Если же на корпусе аппарата создать подъемную силу, пусть да- же намного меньшую, чем у самоле- та. то можно существенно снизить перегрузки, а главное, появляется
35 возможность управлять спуском и посадить аппарат в заданном районе. Работа над этом проблемой при- вела в конечном счете к тому, что спускаемый аппарат изменил фор- му— переднее днище было теперь сегментальным — и стал обладать аэродинамической подъемной си- лой, на нем была установлена си- стема управления спуском с реак- тивными двигателями малых тяг. Совершенствовались системы приземления и средства спасения экипажа. В результате сравнитель- ного анализа различных вариантов была рекомендована парашютно- реактивная система приземления с пороховыми двигателями, которые впоследствии получили название двигателей мягкой посадки. Па- рашют обеспечивает торможение спускаемого аппарата и его сниже- ние с небольшой вертикальной ско- ростью (менее 10 м/сек), а двигате- ли мягкой посадки тормозят аппа- рат непосредственно перед касани- ем с землей, смягчая удар в момент посадки. Одновременно велись исследова- ния по совершенствованию систе- мы спасения экипажа в случае ава- рии ракеты-носителя на старте и участке выведения корабля на орбиту. При этом оказалось необходимым установить на головном обтекателе корабля мощные пороховые двига- тели. В случае аварии ракеты- носителя на старте они должны поднять переднюю часть голов- ного обтекателя и корабль на высоту, необходимую для ввода парашюта. Если жо авария про- изойдет на участке выведения ко- рабля на орбиту, этим двигателям предстоит преодолеть аэродинами- ческие силы и удалить спускаемый аппарат на безопасное от ракеты- носителя расстояние И, наконец, еще один пример— выбор общей компоновочной схе- мы корабля Не вызывало сом- нения то, что корабль должен иметь служебный или приборно- агрегатный отсек для размещения приборов бортовых систем, работа- ющих в орбитальном полете, мар- шевой двигательной установки, си- стемы двигателей малых тяг для причаливания и ориентации, блоков системы электропитания, антенн и другого оборудования, к которому при нормальном полете не требует- ся доступ экипажа. Следовало найти решение для обитаемых, или жилых, отсеков. Сделать один «большой» спуска- емый аппарат или принять схему с двумя отсеками, один из которых будет спускаемым аппаратом мини- мального объема и размеров, а дру- гой—орбитальным отсеком? Ана- лиз показал, что в весовом отноше- нии с увеличением объема сверх 9—10 кубических метров схема с одним отсеком проигрывает—не- минуемо растет вес теплозащитно- го покрытия и системы приземле- ния. С учетом возможности специали- зации отсеков, удобства размеще- ния систем сближения и стыковки, создания более комфортных усло- вий жизни, быта и работы экипажей предпочтение было отдано компо- новочной схеме корабля с двумя жилыми отсеками. Проект корабля «Союз» был раз- работан в начале 1963 года В 1964 году началась его эксперименталь- ная отработка. Она включала сбро- сы спускаемого аппарата с самоле- та, летные испытания системы ава- рийного спасения, отработку систем и агрегатов корабля на макетах и стендах, проверку прочности и гер- метичности конструкции, испыта- ния спускаемого аппарата на слу- чай посадки его на воду и многое другое. Вслед за этими эксперимен- тальными работами были осуще- ствлены испытания кораблей «Со- юз» в условиях орбитальных по- летов. А начиная с 1968 года совет- ские космонавты много раз уходили в околоземное космическое про- странство на кораблях «Союз» и выполняли самые разнообразные
36 Корабль "Союз- готовится к полету. задачи, включая полеты к орби- тальным станциям, в рамках совет- ской национальной космической программы. Что же представляет собой кос- мический корабль «Союз», который был подготовлен для совместного полета с «Аполлоном»? Корабль состоит из трех отсеков: спускаемого аппарата, орбитально- го отсека и приборно-агрегатного отсека. Он имеет стартовую массу 6,8 тонны, длину более 7 метрое, размах солнечных батарей около 8.4 метра. В верхней части корабля разме- щен орбитальный отсек, он соеди- нен со спускаемым аппаратом. Спускаемый аппарат, в свою оче- редь, через лобовой теплозащит- ный экран соединен с приборно- агрегатным отсеком, на котором установлены солнечные батареи. Спускаемый аппарат корабля предназначен для размещения эки- пажа на участке выведения кораб- ля на орбиту, при управлении им в полете, а также во время управля- емого спуска и приземления. Аппа- рат представляет собой герметич- ный отсек, оснащенный двумя боко- выми обзорными иллюминаторами и одним иллюминатором, на кото- ром установлен оптический визир- ориентатор. Корпус аппарата вы- полнен в основном из алюминиево- го сплава, снаружи покрыт теплоза- щитой. а внутри—теплоизоляцией в сочетании с декоративной обшив- кой. В верхней части отсека имеет- ся люк-лаз с крышкой. В спускаемом аппарате размеще- ны: пульт космонавтов, ручки уп- равления кораблем, приборы и обо рудование основных и вспомога- тельных бортовых систем, контей- неры для возвращаемой научной аппаратуры и резервный запас для экипажа. Масса спускаемого аппа- рата—2,8 тонны. Орбитальный отсек «Союза» создан для проведения научных эк- спериментов, обеспечения перехо- да экипажа из корабля в корабль и для отдыха космонавтов. Эта часть «Союза» выполнена из магниевого сплава и состоит из двух оболочек—полусфер, соеди- ненных цилиндрической вставкой. Сверху на отсеке установлен агре-
37 гат стыковки с внутренним люком- лазом диаметром 0,8 метра. В орби- тальном отсеке есть два обзорных иллюминатора, третий размещен на крышке люка-лаза агрегата сты- ковки. В нижней части отсека нахо-. дится люк, ведущий в спускаемый аппарат, а также боковой люк—че- рез него входят космонавты в ко- рабль на стартовой площадке. Здесь расположены пульт управ- ления, приборы и оборудование ос- новных и вспомогательных борто- вых систем отсека. Снаружи орбитального отсека установлены телекамера внешнего обзора, антенны систем радиосвязи и телевидения. Масса орбитального отсека со- ставляет 1,3 тонны. В приборно-агрегатном отсеке размещаются основная аппаратура, оборудование и системы, обеспечи- вающие орбитальный полет. Этот отсек состоит из переходной, при- борной и агрегатной секций, вы- полненных из алюминиевых спла- вов. В переходной секции установлено десять двигателей причаливания и ориентации, топливные баки и си- стема подачи топлива. Снаружи этой секции расположены малый радиатор-излучатель системы тер- морегулирования, верхние узлы крепления солнечных батарей, ан- тенна командной радиолинии. Гер- метичная приборная секция имеет форму низкого цилиндра. В ней размещаются приборы системы ориентации и управления движени- ем корабля, системы управления бортовым комплексом аппаратуры и оборудования, системы радиосвя- зи с Землей, программно-временное устройство, блоки телеметрии, при- боры и блоки системы единого электропитания. С наружной сторо- ны приборной секции установлены датчик построения инфракрасной вертикали на Землю и датчик ори- ентации на Солнце. Агрегатная секция выполнена в виде цилиндрической оболочки, пе- реходящей в коническую. Снаружи расположены большой радиатор- излучатель системы терморегули- рования, четыре двигателя прича- ливания и ориентации, нижние уз- лы крепления солнечных батарей, восемь двигателей ориентации. Внутри размещена сближаю- ще-корректирующая двигательная установка, состоящая из основного и дублирующего двигателей, топ- ливных баков и системы подачи топлива; установлены антенны ра- диосвязи и радиотелеметрии, ион- ные датчики системы ориентации и батареи системы единого электро- питания корабля. Солнечные батареи—два «кры- ла», состоящие из трех створок каждое,— установлены на прибор- но-агрегатном отсеке. На их конце- вых створках размещены антенны радиосвязи и телеметрии УКВ- и КВ-диапазона. Масса приборно-агрегатного от- сека с солнечными батареями со- ставляет при старте 2,7 тонны вместе с запасом топлива более полутонны. При выведении корабля на орби- ту на участке полета в плотных слоях атмосферы «Союз» закрыт В спускаемом аппарате «Союза» Т. Стэффорд и А. Леонов.
38 Общий вид корабля «Союз» 1 — Андрогинным периферии ими агрегат СТЫКОВКИ 2—Орбитальный отсек 3 — Спускаемый аппарат 4 — ПрибориО эгрогатный отсек 5— Солнечные батареи в—Антенны У KB-ряд и оста и ци и 7— Антенны У KD-рад иостанции (частоты, принятые США) 8—Антенны радиотелевизионной системы 9—Антенны командной радиолинии и траекторных 10—Антенны радисте ле метр и и 11—Антенны связи экипажа с Землей 12—Стыковочная мишень 13 — Бортовые огни ориентации 14 — Проб песковые световые маяки 16 —Датчик солнечной ориентации 16— Датчик ионной ориентации головным обтекателем, к которому крепится спереди твердотопливная двигательная установка системы аварийного спасения. Для экспериментального полета «Союз—Аполлон» в компоновку и конструкцию корабля «Союз» необ- ходимо было внести ряд изменений. Потребовалось установить новый агрегат стыковки андрогинно- периферийного типа на орбиталь- ном отсеке. В орбитальном отсеке была смонтирована радиостанция «Аполлон» УКВ-диапазона с авто- номным источником электропита- ния и дополнительная радиостан- ция УКВ-диапазона. Поскольку ко- раблям предстояло найти друг друга в космосе, на приборно- агрегатном отсеке и солнечных ба- тареях были установлены импуль- сные световые маяки и цветные бортовые огни ориентации. Нового типа антенны для УКВ-радио- стаьций появились на носовой ча- сти «Союза». На орбитальном и приборнс-агрсгатнсм отсеках «Со- юза» были установлены стыковоч- ные мишени. Чтобы астронавты, пе- рейдя в «Союз», могли вести радио- связь и телевизионные репортажи для своих соотечественников, была введена распределительная короб- ка и разъемы проводной связи меж- ду кораблями в орбитальном отсеке и туннеле агрегата стыковки. Усло- вия совместного полета потребова- ли установки солнечных батарей, которые на корабли в транспортном варианте обычно не ставились Эти батареи более совершенной кон- струкции были установлены вновь на «Союзе». Чтобы создать опти- мальные условия для работы ра- диостанции «Аполлон», потребова- лось доработать гидросистему тер- морегулирования корабля. Приш- лось также внести существенные изменения в находящееся в орби- тальном отсеке оборудование ре- генерации атмосферы, контроля герметичности и наддува жилых
39 отсеков. Ряд изменений был про- веден по приборам системы ориен- тации и управления движением ко- рабля. Чтобы людям, наблюдающим кос- мическую встречу у экранов своих телевизоров, было видно все про- исходящее на борту «Союза», орби- тальный отсек и спускаемый аппа- рат были оборудованы специальны- ми светильниками, узлами крепле- ния репортажных телекамер и кинофотоаппаратуры. В связи с установкой новых приборов и обо- рудования пришлось частично из- менить и саму конструкцию отсеков корабля. Все новшества проверялись на специальных макетах, установках и на электрическом аналоге ко- рабля Испытывались не только дора- ботанные элементы конструкции и системы, но и отсеки, и корабль в целом. Только после этого начались летные испытания. В соответствии с советской прог- раммой подготовки к совместному полету «Союз—Аполлон» были на- мечены и успешно проведены вес- ной и летом 1974 года два полета беспилотных кораблей типа «Со- юз» («Космос-638» и «Космос-672»), А в декабре 1974 года на «Со- юзе-16» почти неделю работали в космосе А. В. Филипченко и Н. Н. Рукавишников. «Союз-16» был аналогичен ко- раблю. которому предстояла кос- мическая встреча с «Аполлоном». В ходе полета «Союза-16» были ус- пешно проведены испытания борто- вых систем, модернизированных в соответствии с требованиями сов- местного полета, а именно: нового стыковочного агрегата и его авто- матики, системы ориентации и уп- равления движением, комплекса систем жизнеобеспечения Отраба- тывались также режимы работы бортовой аппаратуры и действия экипажа при решении задам, оди- наковых с теми, которые пред- стояло решать участникам полета «Союз — Аполлон». Рассмотрим состав основных бор- товых систем корабля «Союз» и их назначение. Система ориентации и управле- ния движением обеспечивает вы- работку команд управления при ориентации и движении корабля, при поддержании ориентированно- го положения корабля и при стаби- лизации корабля во время работы сближающе-корректирующей дви- гательной установки Часть этой системы, размещенная в спуска- емом аппарате, обеспечивает уп- равление движением этого аппара- та на участке спуска. Система рабо- тает как в автоматическом, так и в ручном режимах. Система реактивных двигате- лей причаливания и ориентации предназначена для гашения угло- вых возмущений при отделении кос- мического корабля от ракеты- носителя, для обеспечения разво- ротов корабля относительно его центра масс вокруг трех осей, обес- печения координатных малых пере- мещений центра масс вдоль каждой из этих трех осей. В ее состав входят 14 реактивных двигателей причаливания и ориентации тягой по 10 килограммов, 8 реактив- ных двигателей ориентации (тяга каждого—1 килограмм), топлив- ные баки с однокомпонентным топ- ливом, трубопроводами, системой подачи топлива и автоматикой си- стемы. Система исполнительных орга- нов спускаемого аппарата обес- печивает управление движением спускаемого аппарата после разде- ления отсеков корабля. В ее состав входят: 6 реактивных двигателей ориентации, топливные баки с одно- компонентным топливом, трубопро- водами, системой подачи топлива и автоматикой системы. Сближающе-корректирующая двигательная установка корабля призвана обеспечить изменение 17— Датчик ориентации по инфракрасной вертикали кв Землю 18— Визмр-ормеитатор 18—Двигатели при^еа^ти вания и ориентации 20 Дяягвтали ориентации 21 —Сближающе» морроктирукиций двигатель 22—Лаж для посадки экипаже а корабль 23_Тягамямвря имшиаго обзора 24 — Иллюминаторы
40 скорости в направлении продоль- ной оси корабля при проведении коррекции орбиты и при торможе- нии, когда корабль сходит с орбиты. В ее состав входит: сближающе- корректирующий однокамерный ре- активный двигатель с тягой 417 килограммов и дублирующий двух- камерный реактивный корректиру- ющий двигатель с тягой 411 килог- раммов, топливные баки с двухком- понентным топливом, система по- дачи топлива и автоматика уста- новки. Система единого электропита- ния обеспечивает аппаратуру ко- рабля постоянным током с напря- жением 27 вольт. Она включает в себя основную систему и резервную батарею. Основная система состоит из солнечных батарей с полезной площадью 9 квадратных метров и химических аккумуляторных бата- рей, используемых в буферном режиме. Резервная батарея может обес- печить кратковременный полет и спуск корабля в случае отказа ос- новной системы. Еще одна автономная батарея обеспечивает электропитанием си- стемы спускаемого аппарата после отделения его от остальных отсе- ков корабля. Системы радиосвязи корабля включают: командную радиолинию, систему радиотелефонной и ра- диотелеграфной связи, радиотеле- метрическую систему, телевизион- ную систему и систему радионаве- дения. Они призваны обеспечить надежную связь с наземными пун- ктами и Центром управления поле- том, а также между кораблями в полете. Командная радиолиния позво- ляет принимать передаваемые на борт команды с выдачей сигналов о правильности приема, а также тра- екторные измерения на участке выведения и при орбитальном по- лете. Система радиотелефонной и радиотелеграфной связи обе- спечивает двухсторонний контакт между экипажами и наземными станциями и передает с борта сиг- налы оперативной телеметрии. Она посылает и сигналы пеленга для поиска спускаемого аппарата на участке парашютирования и после его посадки на Землю. При совместном полете с по- мощью установленных УКВ-радио- станций обеспечивается двух- сторонняя радиосвязь между эки- пажами кораблей, связь корабля с наземными пунктами связи, а также телефонная связь по внут- ренней проводной связи, образу- ющейся после стыковки кораб- лей. Радиотелеметрическая система дает возможность производить пе- редачу телеметрической информа- ции о состоянии систем и агрегатов корабля и данных о самочувствии членов экипажа. Телевизионная система пред- назначена для контроля за процес- сом сближения и стыковки с другим космическим кораблем, для теле- репортажей и обзора окружаю- щего пространства. Телевизионное изображение поступает на борто- вое видеоконтрольное устройство или передается по радиолинии на Землю. Телевизионная система в совме- стном полете обеспечивает переда- чу из жилых отсеков обоих кораб- лей. На корабле -Союз» установле- ны четыре телекамеры, из них две — цветные. Система радионаведения на ко- рабле -Союз» включает в себя радиостанцию «Аполлон», состо- ящую из УКВ-приемопередатчика с переносчиком частот дальности. С помощью этой радиостанции обес- печивается не только голосовая связь, но и получение информации о расстоянии между кораблями при сближении.
41 Вспомогательные средства для сближения и причаливания со- стоят из стыковочных мишеней и внешних огней На корабле «Союз» установлены: основная раскрыва- ющаяся стыковочная мишень, кото- рая при стыковке находится в ство- ре с визирным устройством «Апол- лона»; неподвижная стыковочная мишень, которая используется в случае, если не раскроется основ- ная мишень; два сеетовых пробле- сковых маяка, с помощью которых можно наблюдать за «Союзом» на неосвещенном участке полета. Кро- ме того, на солнечных батареях корабля «Союз» установлены бор- товые огни ориентации: сле- ва— красный, справа—зеленый и сзади — два белых. Комплекс систем обеспечения жизнедеятельности создает усло- вия, необходимые для жизни космо- навтов в полете, для их перехода из корабля в корабль и для работы. В этот комплекс систем входят: си- стема обеспечения газового соста- ва, комплект скафандров, система терморегулирования, система пи- тания и водообеспечения, ассени- зационно-санитарное устройство, средства гигиенического и меди- цинского обеспечения. В жилых отсеках «Союза» поддерживается обычная кислородно-азотная ат- мосфера с давлением 760±100 мм ртутного столба с возможностью понижения давления до 520±30 мм ртутного столба при увеличении со- держания кислорода до 40 процен- тов по объему. Система стыковки состоит из стыковочного агрегата и приборов автоматики стыковки, задающей необходимые режимы работы при стыковке. Андрогинно-периферий- ный агрегат стыковки (АПАС) яв- ляется одним из основных совме- стимых средств сближения и сты- ковки. Система приземления включает в себя основную и запасную пара- шютные системы, а также двигате- ли мягкой посадки на твердом топ- ливе, срабатывающие по команде от высотомера. Система управления бортовым комплексом аппаратуры и обору- дования состоит из коммутацион- ных приборов, размещенных в от- секах корабля «Союз» Все из- менения в этой системе обусловле- ны установкой новых приборов и изменениями основных бортовых систем. РАКЕТА-НОСИТЕЛЬ КОРАБЛЯ «СОЮЗ» Ракета-носитель корабля «Союз» имеет три ступени. Первая сту- пень состоит из четырех боко- вых блоков, каждый из которых имеет длину 19 метров, диаметр до 3 метров и оснащен четырех- камерным (с двумя дополнитель- ными рулевыми камерами) двигате- лем, развивающим в пустоте тягу 102 тонны. Вторая ступень представляет со- бой центральный блок длиной око- ло 28 метров, с максимальным ди- аметром 2,95 метра, оснащенный четырехкамерным (с четырьмя до- полнительными рулевыми камера- ми) двигателем, развивающим тягу в пустоте 96 тонн. Третья ступень представляет со- бой блок, имеющий длину 8 мет- ров и диаметр 2,6 метра, осна- щенный четырехкамерным двига- телем (с рулевыми соплами) с тягой в пустоте 30 тонн. Старто- вая масса ракеты-носителя с ко- раблем -Союз» составляет более 300 тонн. При старте ракеты-носителя дви- гатели первой и второй ступеней запускаются одновременно. Вторая ступень продолжает работу после сброса четырех боковых блоков. Третья ступень запускается в конце работы двигателя второй ступени. Общая длина ракеты-носителя с
42 Ракетно- космический комплекс с кораблем «Союэ-19» на пути к стартовой площадке. Байконур, утро 12 июля 1975 года. кораблем «Союз» под обтекателем составляет 49,3 метра. Максималь- ный диаметр по стабилизато- рам—10,3 метра. «АПОЛЛОН» ДЛЯ ЭПАС В октябре 1960 года Национальное управление по аэронавтике и ис- следованию космического про- странства совместно с рядом фирм начало разработку предваритель- ного проекта корабля -Аполлон» для осуществления полета челове- ка на Луну. И ровно через год был объявлен конкурс фирм, претендующих на получение контракта. Лучшим был признан проект фирмы «Рокуэлл Интернешнл», которая в ноябре 1961 года и была утверждена ос- новным разработчиком корабля «Аполлон». В 1963 году началась экспери- ментальная отработка корабля и его систем на специальных маке- тах. Первые летные испытания отсе- ков корабля «Аполлон» на ракете- носителе состоялись 28 февраля 1966 года. Затем в течение двух лет было проведено еще 5 эксперимен- тальных пусков. Пилотируемые по- леты на «Аполлоне» начались 11 октября 1968 года. Тогда на орбиту искусственного спутника Земли был выведен «Аполлон-7» с экипа- жем из трех человек. В декабре 1968 года на «Аполлоне-8» был совершен облет Луны. Успешные полеты кораблей «Аполлон-8», «Аполлон-9» и «Аполлон-10» позво- лили осуществить 20 июля 1969 года первую высадку на Луну лю- дей Земли: Н. Армстронга и Э. Ол- дрина, которые вместе с М. Кол-
43 линэом составили экипаж корабля «Аполлон-11». В дальнейшем, пос- ле выполнения ряда лунных экспе- диций, корабль «Аполлон» был мо- дифицирован для использования в качестве транспортного корабля для доставки экипажей на орби- тальную станцию «Скайлэб». Для осуществления совместного экспериментального полета «Со- юз— Аполлон» со стороны США был предложен этот модифициро- ванный корабль «Аполлон». Космический корабль «Аполлон» имеет стартовую массу 14,7 тонны, длину более 13 метров, максималь- ный диаметр 3,9 метра. Конструктивно корабль «Апол- лон» состоит из трех основных мо- дулей: командного, служебного и стыковочного. В командном модуле находится экипаж на участке выведения ко- рабля на орбиту, при управлении кораблем в полете, во время управ ляемого спуска в атмосфере, пара- шютирования и приводнения. Ко- мандный модуль представляет со- бой герметичный отсек, размещен- ный внутри конусообразной тепло- защитной оболочки, и содержит все необходимое оборудование для контроля и управления системами корабля, а также снаряжение, обес- печивающее безопасность и удоб- ство работы членов экипажа Командный модуль состоит из верхнего отсека, отсека экипажа и нижнего отсека. В верхнем отсеке размещены два двигателя реактивной системы уп- равления движением при спуске, оборудование системы приводне- ния, в том числе парашюты. В герметичном отсеке—пульт уп- равления кораблем и всеми борто- выми системами, кресла экипажа, оборудование системы, обеспечи- вающей жизнедеятельность экипа- жа. а также контейнеры для науч- ной аппаратуры. На корпусе отсека имеется боковой люк. В нижнем отсеке расположены 10 двигателей реактивной системы уп- Корябль «Аполлон» на стапеле. равления движением при спуске, топливные баки с запасом топ- лива около 120 килограммов, шар- баллоны с газом, бак с водой и электрокоммуникации для связи со служебным модулем. Командный модуль имеет 5 об- зорных иллюминаторов. На одном из них установлено визирное устройство для ручного причалива- ния при стыковке. Во время подготовки к экспери- ментальному полету «Союз — Апол- лон» в командном модуле были установлены дополнительные кон-
44 В командном модуле «Аполлона». тейнеры с запасами для системы жизнеобеспечения Была смонтиро- вана еще одна панель управления научными экспериментами, обору- дование для связи через спутник- ретранслятор, видеомагнитофон и новые блоки телевизионной систе- мы. Появились дополнительные фалы и разъемы к стыковочному модулю. Были модифицированы средства управления и индикации на пульте управления. Введено но- вое оборудование для эксперимен- тов. Масса командного модуля со- ставляет 5,9 тонны. Служебный модуль предназна- чен для размещения маршевой дви- гательной установки, двигателей реактивной системы управления, агрегатов системы энергопитания, включающих топливные элементы и запасы кислорода и водорода массой 300 килограммов, а также оборудование для связи со спутни- ком-ретранслятором. Корпус служебного модуля состо- ит из алюминиевых сотовых пане- лей и разделен продольным сило- вым набором на 6 секций. На вне- шней поверхности модуля располо- жены радиаторы-излучатели систе- мы контроля окружающей среды и системы энергопитания, внешние цветные бортовые огни ориентации, прожектор. Поскольку «Аполлону» в прог- рамме ЭПАС предстояло совершить большое число маневров, был до- полнительно смонтирован блок ба- ков с топливом для двигателей реактивной системы управления, введены новые системы для прове- дения научных экспериментов. Масса служебного модуля на старте составляет 6,8 тонны, из которых 1,2 тонны приходится на топливо для основного маршевого двигателя и 1,3 тонны—на топливо в автономных баках для двигателей реактивной системы управления. Стыковочный модуль фактиче- ски представляет собой шлюзовой отсек, который позволяет космо- навтам и астронавтам переходить из корабля в корабль. Стыковочный модуль—это ци- линдр длиной более 3 метров и максимальным диаметром —1,4 метра. К передней части модуля крепит- ся стыковочный агрегат нового ти- па, а к задней — агрегат стыковки старого типа «штырь — конус». Внутри стыковочного модуля име ется приборная секция, в которой расположены пульты управления его системами, радиостанция УКВ- диапазона, работающая на частоте, принятой в СССР, оборудование системы контроля окружающей среды, кислородные маски, огнету- шители, светильники, телевизион- ное оборудование, часть оборудо- вания для экспериментов, распре- делительная коробка для подклю- чения средств связи и телекамер. Снаружи стыковочного модуля раз- мещены баллоны с газообразным кислородом и азотом, необходимые для наддува модуля при переходах экипажей, контейнер с оборудоеа-
45 нием для эксперимента «Ультрафи- олетовое поглощение», а также антенны радиостанции УКВ-диа- пазона и стыковочная мишень, позволяющая экипажу корабля «Союз» контролировать причали- вание и стыковку. Масса стыковочного модуля со- ставляет 2 тонны. Рассмотрим назначение борто- вых систем корабля «Аполлон». Системы навигации и наведе- ния. стабилизации и управления служат для вычисления инерциаль- ной скорости корабля, определения положения корабля в пространстве и управления этим положением, вы- работки команд наведения во все время полета, управления направ- лением вектора тяги маршевого двигателя. Система энергопитания исполь- зует топливные элементы, с по- мощью которых кислород и водо- род преобразуются в воду, при этом выделяется электрическая энер- гия. Аккумуляторные батареи явля- ются дополнительными источника- ми тока во время пиковых нагрузок и для электропитания систем ко- мандного модуля при спуске. Система контроля окружающей среды в течение всего полета регу- лирует атмосферу жилых модулей корабля, расход воды, температуру и давление, поддерживает жела- тельную влажность, удаляет избы- точную воду из газов, регулирует уровень загрязнения газов и венти- ляцию кабины после приводнения. Система обеспечивает продувку стыковочного модуля из командно- го при открытом люке между ними. Давление в кабине командного мо- дуля поддерживается на уровне 258 ± 15 мм ртутного столба стопро- центного кислорода при номиналь- ном режиме. Система радиосвязи состоит в основном из УКВ-апларатуры, уни- фицированного оборудования де- циметрового диапазона, используе- мого для связи корабля с назем- ными Центрами управления поле- Общий вид корабля «Аполлон». 1 — Андрогинный периферийный агрегат стыковке 2—С тымвемимй модуль 3—Командным модуль 4—Служебный модул* 3- - Антенны У К В-радностамцим (частота, принятая СССР) 6—Антенны УКВ-радмостанцми 7— Антенны системы смази, передачи ’в л» метрик, приема команд и траекторных измерений •—Антенне для связи с Землей через слутник- ретрамслягор 9—Бортовые огни ориентации 10—Сопло маршевого двигателя 11—Двигатели реактив- ной системы управления 12 Контейнер спектрометра для эксперимента • У Ф-ппгпощ» н на» 13—Кожуха шар баллонов с кислородом в азотом 14—Люк для посадки экипажа в корабль 15—Иллюминаторы 15—Мишень 10 9 4 И 9 3 14
46 том и оборудования для радиообме- на с Землей через спутник связи США ATS-6. Используя телевизион- ный передатчик и многоканальную антенну для передачи сигнала на спутник-ретранслятор ATS-6, аме- риканские специалисты обеспечили возможность длительное время ве- сти телерепортаж из космоса о стыковке и о переходе экипажей из корабля в корабль. Система межбортовой связи включает в себя кабельную связь в стыковочном модуле и линию теле- визионной связи с разъемными со- единениями. Разъемы этой связи имеются на конце стыковочного мо- дуля в туннеле. Благодаря этому можно вручную присоединить ли- нию кабельной связи стыковочного модуля к линии кабельной связи корабля -Союз». Система обеспечения жизнеде- ятельности стыковочного моду- ля включает в себя запасы кисло- рода и азота для наддува и ком- пенсации утечек, клапаны для кон- троля и выравнивания давления, кислородные маски, систему венти- ляции и средства для проведения герметизации в аварийной ситу- ации. Маршевая двигательная уста- новка обеспечивает прирост скоро- сти в направлении продольной оси корабля. Размещена установка в служебном модуле. Она состоит из реактивного двигателя тягой 9300 килограммов, работающего на двух- компонентном топливе, топливных баков, средств наддува и подачи топлива. Реактивная система управле- ния состоит из двух полностью независимых систем, работающих на двухкомпонентном топливе си- стемы командного модуля и систе- мы служебного модуля. Система командного модуля управляет угловым движением командного модуля по всем трем осям после отделения его от служебного модуля и имеет 12 двигателей малой тяги по 42 килограмма каж- дый. К системе служебного модуля прибегают для управления враще- нием и скоростью вращения всего корабля по всем трем осям и для выполнения малых координатных перемещений центра масс всего ко- рабля. Система имеет 16 двигате- лей малой тяги по 45 килограммов каждый. Оптическая система для ручно- го выравнивания при стыковке включает в себя визирное устрой- ство, устанавливаемое на одном из иллюминаторов командного моду- ля. Через него командир «Аполло- на-. наблюдая стыковочную ми- шень на «Союзе», управляет ко- раблем при причаливании и сты- ковке. Система радионаведения состо- ит из УКВ-лриемопередатчика, с помощью которого на борт корабля «Аполлон» поступают данные о расстоянии между кораблями и от- носительной скорости сближения. Эти данные закладываются в бор- товую вычислительную машину, ко- торая выдает необходимые реко- мендации для проведения манев- ров сближения. РАКЕТА-НОСИТЕЛЬ КОРАБЛЯ «АПОЛЛОН» Ракета-носитель корабля «Апол- лон» типа «Сатурн-IB»—двухсту- пенчатая. Первая ступень имеет длину 24 метра, состоит из связки баков с компонентами топлива и оснащена в двигателями, развивающими сум- марную тягу около 800 тонн. Вторая ступень представляет собой блок с переходным отсе- ком общей длиной около 27 мет- ров и диаметром 6.6 метра, кото- рый оснащен одним двигателем,
47 развивающим тягу в пустоте до 105 тонн. Стартовая масса ракеты • Са- турн-IB» с кораблем «Аполлон» составляет 600 тонн. Общая дли- на ракеты-носителя с кораблем «Аполлон» составляет 68,3 метра. Первый пуск ракеты-носителя «Са- турн-IB» был осуществлен 26 фев- раля 1966 года. Корабли «Союз» и «Аполлон» участвовали в экспериментальном полете. Какой из них лучше? Этот вопрос неоднократно возни- кал в процессе работ по проекту «Союз—Аполлон» и в ходе полета. Его задавали на прессконферен- циях, во время бесед, он гюяв- Космический центр им. Дж. Кеннеди, март 1975 г. Ракета-носитель с космическим ко- раблем «Аполлон» вывозится из кор- пуса вертикальном сборки на стар- товую площадку.
48 Так выглядит корабль «Аполлон» в полете. Снимок сделан с корабля «СОЮЗ-1Э». лялся на страницах газет и жур- налов. Технические директора ЭПАС до- ктор Г. Ланни и член-корреспондент АН СССР К. Д Бушуев отмечали, что и «Союз», и «Аполлон» хорошо справляются со своими задачами, но корабли эти трудно сравнивать, поскольку создавались они для вы- полнения разных программ И все- таки находились всевозможные «технические эксперты», которые брались установить абсолютное превосходство одного корабля над другим, не обращая внимания на то, что корабли мало подходят для сравнения между собой. В этих оценках заметны были и отсутствие информации, и явная тенденциоз- ность. Общеизвестны достижения со- ветской космонавтики, и корабль «Союз» внес в освоение околозем- ного пространства немалую лепту. Хорошо известен и вклад корабля «Аполлон» в осуществление амери канской космической программы. И насколько различны сами нацио- нальные космические программы наших стран, настолько отличаются корабли, предназначенные для их выполнения «Союз» и «Аполлон» впитали в себя весь опыт, накопленный в СССР и США при осуществлении предыдущих космических полетов Поскольку развитие космических программ и создание космических средств в наших двух странах в те годы шло без взаимных контактов, неудивительно, что многие техниче- ские проблемы, связанные с поле- том человека в космос, решались традиционно разными путями. В том и другом кораблях впервые нашли свое воплощение оригинальные идеи. И, как это нередко случается в технике, одни и те же идеи неза- висимо друг от друга оказались реализованными примерно в одно
49 и то же время в двух разных стра- нах. Действительно, в кораблях «Со- юз» и «Аполлон», несмотря на все их различие, просматриваются мно- гие сходные технические решения. В конструкции обоих кораблей, на- пример, для решения задач спуска принята аэродинамическая компо- новка спускаемого аппарата с сег- ментальной передней несущей по- верхностью. Спускаемые аппараты имеют примерно одно и то же зна- чение так называемого аэродина- мического качества, и при этом используется один и тот же способ управления при спуске — разворо- ты по крену с помощью микродвига- телей с целью регулирования вер- тикальной составляющей подъем- ной силы, создаваемой корпусом спускаемого аппарата. На кораблях принята одинако- вая схема аварийного спасения экипажа—спасение и посадка экипажа в спускаемом аппарате без катапультирования, с исполь- зованием системы приземления аппарата, а для увода от аварий- ной ракеты-носителя и там и там применяются мощные пороховые двигатели. В конструктивной схеме кораб- лей имеется служебный, или при- борно-агрегатный отсек примерно одного и того же назначения. Исходные стыковочные агрегаты, применявшиеся на кораблях для выполнения национальных прог- рамм,-одного и того же типа («штырь — конус»). Это лишь некоторые примеры. Их можно было бы продолжить. Корабль «Союз» создавался для полетов на околоземных орбитах. При его создании был заложен принцип автоматизации всех основ- ных процессов управления кораб- лем в полете. Это отнюдь не зна- чит, что советские специалисты не доверяли космонавту. Наоборот, на корабле «Союз» проверялись идеи и принципы построения систем уп- равления для будущих кораблей и станций. Ручное управление «Союза» поз- воляет экипажу делать почти все то, что делает автомат. На «Аполлоне» отдано предпоч- тение ручному управлению кораб- лем Признак ли это того, что один из кораблей лучше или хуже? На наш взгляд — нет. Можно лишь гово- рить о том, что удобнее в эксплуа- тации. При создании корабля «Союз» были учтены многие противоречи- вые требования, такие, например, как создание комфортных условий для работы экипажа на орбите; достаточные по запасам топлива возможности для маневров по сближению; обеспечение заданной стартовой массы корабля, обуслов- Союэ-19» на фоне облаков. Снимок сделан с корабля «Аполлон».
50 ленной возможностями ракеты- носителя, и т. д.,—и «Союз» в полной мере отвечает задачам ор- битальных полетов Космический корабль «Аполлон» разрабатывался для лунной прог- раммы и вследствие этого имел большую стартовую массу, повы- шенные возможности по маневрам на околоземной и окололунной ор- битах, а также по размещению воз- вращаемого полезного груза. Корабли «Союз» и «Аполлон» различны не только по массе и внешнему виду, они имеют целый ряд отличий и в решении отдельных технических задач. Например, по- разному происходит посадка кораб- лей. Мы спускаем корабль традици- онно на сушу, на территории СССР, американцы — на воду. Как показы- вает опыт — и тот и другой способ одинаково безопасны. ЭПАС предоставил возможность наблюдать посадку «Союза» и «Аполлона» по телевидению. По- садка корабля «Союз» выглядела более эффектно. Клубы пыли, словно от взрыва, взметнулись в небо, но вот ветер развеял пыль, и перед нами—спускаемый аппарат «Союза». Сразу же приземлился вертолет поисково-спасательной группы, и буквально через несколь- ко минут открылся люк спуска- емого аппарата и космонавты сту- пили на Землю. Находившиеся в период полета в США наши специ- алисты говорили, что на американ- цев очень сильное впечатление произвела именно посадка «Со- юза», особенно то, как быстро вы- шли А. А. Леонов и В. Н. Кубасов из корабля и были готовы лететь на Байконур Посадка «Аполлона» и выход экипажа—все это также трансли- ровалось по телевидению—дли- лись намного дольше Около часа прошло с момента приводнения до того, как астронавты покинули «Аполлон» и оказались на палубе вертолетоносца «Нью Орлеан». Казалось бы, очевидна предпочти- тельность приземления. На самом деле такой категоричный вывод де- лать не стоит, ведь мы рассмотрели только одну характеристику— время. А факторов, по которым нужно оценивать схему посадки, го- раздо больше. Можно рассмотреть и многие дру- гие примеры. И они не позволят ответить однозначно на вопрос, ка- кой корабль лучше. Повторяя в краткой и образной форме уже сде- ланный авторитетными специали- стами вывод о кораблях, можно лишь сказать, что они хорошие, но разные.
В. А. Поделякин, помощник директора проекта ЭПАС В. В. Васильев, инженер КАК РАБОТАТЬ ВМЕСТЕ Около четырех лет заняла подго- товка первого в истории совместно- го советско-американского косми- ческого эксперимента «Союз— Аполлон». Срок поразительно ко- роткий. если учесть, что необы- чайно сложные научно-технические задачи были решены объединенны- ми усилиями специалистов двух стран, имеющих очень небольшой опыт тесного сотрудничества. Не- даром немногочисленные, но крик- ливые скептики, время от времени выступавшие в иностранной печати со своими -сомнениями» насчет возможности -работать с русски- ми», особенно настойчиво предре- кали неудачу именно по этой причи- не. Теперь, когда весь мир стал свидетелем рукопожатия на орби- те. для подобного скепсиса не оста- лось места. Успех полета «Со- юз—Аполлон» был обеспечен чет- кой и эффективной организацией планирования и управления, согла- сованной работой тысяч людей в двух странах. Как же удалось этого добить- ся? Как были преодолены все те немалые организационные трудно- сти, что возникли как перед совет- скими, так и перед американскими специалистами в ходе подготовки и осуществления небывалого косми- ческого полета? Уже при самых первых встречах советских и американских специ- алистов. когда предварительно оценивалась возможность создания средств сближения и стыковки кос- мических кораблей, были опреде- лены основные принципы сотрудни- чества США и СССР. Совместный документ под названием «Техниче- ские предложения» послужил осно- вой для всей последующей органи- зационной работы. В каждой стране к этому времени был накоплен свой немалый опыт реализации крупных космических научно-технических программ и проектов. Конечно, и с технической и с организационной точек зрения бы- ло бы куда как хорошо, если бы мы впервые встретились не в 1970 году, а лет на десять раньше, когда практическая космонавтика только начиналась. Но этого не случилось. Так что пришлось разрабатывать особую систему соглашений, опре- деляющих организационную струк- туру проекта на основе известных международных правовых норм.
52 Торжественный момент. На борту Союзе-19» подписывается Свидетельство ФАИ о первой международной стыковке в космосе. Были предусмотрены методы ру- ководства совместными работами, система документации, процедуры управления и контроля хода совме- стных работ, виды связи. Этому организационному своду правил стороны подчинили вес свои действия. В некоторых же ситуаци- ях. например при разработке борто- вых инструкций для совместной де- ятельности экипажей в период, ког- да корабли состыкованы, техниче- ским специалистам пришлось идти непроторенным путем. Ведь в миро- вой практике пока не разработан правовой режим международной орбитальной станции, прообразом которой явилась космическая си- стема «Союз — Аполлон». В разработке организационной структуры проекта широко приме- нялся так называемый системный подход, без которого было бы не- возможно всесторонне, комплексно решать организационные вопросы в тесной связи с техническими зада- чами. В таких документах, как «Органи- зационный план». «План-график проекта», «Транспортировка обору- дования между СССР и США» и «План информации общественно- сти», учитывались все стороны ор- ганизации и проведения совме- стных работ по программе «Со- юз—Аполлон», в том числе был четко обозначен круг вопросов, ко- торые предстояло совместно ре- шать, разработана общая система документации, и для нее принята удобная цифровая индексация, что значительно упростило общение специалистов, говорящих на разных языках. Все совместные работы осуще- ствлялись по «Плану-графику про- екта». Заложенный в нем совокуп- ный опыт специалистов СССР и США обеспечил успешное сотруд- ничество в течение всего периода подготовки полета: будь то встреча специалистов, испытания оборудо- вания или тренировки экипажей. Намеченные планы выполнялись четко и своевременно. Говоря об организации работ в целом, нельзя не отметить ту боль- шую помощь, которую постоянно оказывал Совет по международно- му сотрудничеству в области иссле- дования и использования космиче- ского пространства при АН СССР («Интеркосмос») во главе с акаде- миком АН СССР Б Н. Петровым. Без представителей Совета, по су- ществу, не принималось ни одно принципиальное решение, связан- ное с совместной деятельностью советских и американских специ- алистов ФОРМЫ СОВМЕСТНОЙ РАБОТЫ «Расчлените изучаемую вами зада- чу на столько частей, сколько смо- жете, и на сколько это потребуется вам, чтобы их было легко решать». Эта рекомендация Декарта, изве- стного философа, математика и естествоиспытателя XVII века, очень пригодилась при выработке организационной структуры проек- та ЭПАС. На встрече в июне 1971 года были созданы три смешанные рабочие группы специалистов, а в июле 1972 года—еще две Каждая рабочая группа возглавлялась ру- ководителями от той и другой сто- роны и имела свое направление работ по обеспечению совместимо- сти и подготовке полета кораблей -Союз» и «Аполлон». Правда, по ходу дела отдельные вопросы или ряд вопросов передавались из од- ной группы в другую. Соответствен- но изменялся и состав специали- стов рабочих групп. К заключитель- ному заседанию 22 мая 1975 года, на котором рассматривалась готов- ность к полету и руководители ра- бочих групп отчитывались о проде- ланной работе, организационная структура выглядела так: Первая группа занималась проек- тной увязкой технических решений
54 и конструкциями кораблей, схемой и программой полета, взаимодей- ствием Центров управления по- летом и бортовой документацией. В круг задач группы входили так- же организация баллистического обеспечения, подготовка экипажей и персонала Центров управления полетом, разработка программы совместных научных эксперимен- тов Вторая группа ведала системами управления кораблей, стыковочны- ми мишенями, внешними огнями, вырабатывала требования к систе- мам кораблей, обеспечивающим надежное слежение Третья группа свои усилия сосре- доточила на разработке конструк- ции стыковочного устройства и определении последовательности операций по стыковке. Четвертой группе были поручены системы связи и измерения дально- сти между кораблями. Кроме того, специалисты группы отвечали за радиотехническое оборудование, средства связи и телевидение, за безопасность пиротехнических средств и командные радиоси- стемы. Пятая группа прежде всего была озабочена системой жизнеобеспе- чения. Она же оценивала пожаро- безопасность оборудования, усло- вия и средства для перехода экипа- жей, а также тепловое взаимодей- ствие конструкций. Следует добавить, что на протя- жении почти всех четырех лет дей- ствовала наравне с названными еще одна, так называемая "нуле- вая», рабочая группа. Она занима- лась планированием и координа- цией совместных работ, ведением и уточнением технической докумен- тации по проекту, готовила дело- вую переписку между директорами проекта, контролировала выполне- ние сторонами принятых обяза- тельств и соглашений, готовила проекты совместных решений и т. п. Иначе говоря, она представляла своего рода штаб при директорах проекта По необходимости в эту группу включались различные эк- сперты с обеих сторон Директора проекта осуществляли общее техническое руководство и координировали работу групп. Они утверждали все совместные согла- шения, обеспечивали выполнение работ в соответствии с «Планом- графиком проекта». С первых встреч в практику сов- местной деятельности вошли си- стемный, комплексный подход к решению организационных и техни- ческих задач, тщательное планиро- вание работы и строгий контроль выполнения планов, четкое разде- ление полномочий и ответственно- сти на всех уровнях и при решении любых вопросов. Содержание проекта и. разумеет- ся, принятые правила взаимодей- ствия определили конкретные орга- низационные формы совместных работ. Это—согласование техниче- ских и организационных вопросов на пленарных и промежуточных встречах рабочих групп, выпуск тех- нической документации по проекту, совместные испытания систем и аг- регатов. тренировки экипажей, обу- чение и тренировка персонала Центров управления полетом СССР и США. Особенности взаимодействия сторон наиболее наглядно показы- вает организация совместных дело- вых встреч. Пленарные встречи советских и американских специалистов, в ко- торых участвовали все рабочие группы, проводились в Москве и Хьюстоне поочередно, в соответ- ствии с графиком. Причем время проведения встречи и повестка дня согласовывались директорами про- екта за месяц до начала работ Обычно принимающая сторона про- являла инициативу и первая на- правляла свои предложения по по- вестке дня и регламенту совме- стной работы. Подготовка повестки дня не вы- зывала особых трудностей, так как она включала в основном вопро- сы, уже сформулированные ранее:
55 Технические директора проекта член- корреспондент АН СССР К. Д. Бушуев и доктор Г. Ленни во время одной из встреч. как правило, в конце каждой встре- чи определялся перечень вопросов для обсуждения на очередном сов- местном заседании. И та и другая сторона, получив приглашение, не медлили с ответом, сразу же сооб- щали свое мнение по повестке дня и состав прибывающей на встречу делегации. Это позволяло зара- нее спланировать работу, позабо- титься об удобном размещении го- стей, интереснее организовать их Досуг. Сложилась и определенная про- цедура встреч. Руководители деле- гаций, чаще всего директора проек- та, открывали ее на пленарном заседании краткими приветстви- ями. давали оценку текущему со- стоянию дел и ставили общую зада- чу на предстоящий период. После этого специалисты по группам уточ- няли последние детали повестки дня, планы работ на каждый день и приступали к обсуждению Согласо- ванные решения находили отраже- ние в совместной технической доку- ментации по проекту и протоколах рабочих групп, которые готовились в ходе переговоров Если по тому или иному вопросу специалисты не могли найти взаимоприемлемого решения, вопрос выносился на уро- вень директоров проекта. Это бы- вало не так уж редко. Неоднократно, например, рас- сматривалась директорами проекта оценка безопасности пиротехниче- ских средств кораблей «Союз» и «Аполлон». Каждая из сторон отда- вала предпочтение своему методу. Тогда директора проекта договори- лись провести испытания по обеим методикам. На это ушло более года, но зато стороны получили полную уверенность в безопасности пиро- технических средств обоих кораб- лей. Конечно, директора проекта рас- сматривали не только спорные воп- росы. Это была лишь незначитель- ная часть той многообразной рабо- ты, которую приходилось им выпол- нять. Они должны были по всем принципиальным вопросам из мно- жества возможных решений отби- рать наиболее перспективные, про- являть твердость в достижении вы- бранной цели и уверенно, как дири- жер оркестром, руководить коллек-
56 тивами специалистов, точно следуя сложной партитуре проекта. В протоколах, кроме согласован- ных решений, фиксировались все обязательства сторон: содержание, сроки, форма представления. Обя- зательства по представлению ин- формации или ознакомлению с кос- мическими средствами принима- лись на основе взаимности и каса- лись исключительно совместной деятельности. Давно замечено, что успех веде- ния переговоров во многом зависит от личных качеств и темперамента участников, их умения завоевать симпатии и доверие. Здесь нужна и гибкость ума. которая позволяет увязать свою аргументацию с аргу- ментацией собеседников, и сила убеждения, вытекающая из глубо- кого понимания проблемы и точной оценки факторов. К тому же надо обладать широ- кой эрудицией, чтобы правильно действовать в неожиданной ситу- ации, говорить простым и доход- чивым языком, уметь направлять беседу не на полемику (длительная полемика, как правило, не ведет к хорошим результатам), а на дости- жение взаимоприемлемых реше- ний. И уж совершенно необхо- димы уравновешенный характер, большое терпение и выдержка, понимание взглядов других людей. Интересно было наблюдать, как у советских и американских спе- циалистов, участвовавших в сов- местных работах, со временем рос- ло умение вести переговоры, нахо- дить компромиссные решения. «Не скрою,— говорил доктор Г. Ланни, давая оценку успешной стыковке кораблей и первому рукопожатию на орбите,—было время, когда я довольно критически оценивал ЭПАС. Нас и наших советских кол- лег разделял не только язык, но и уже сложившиеся в течение многих лет различные технические принци- пы. Однако мы были откровенны, мы искали общие решения и. если надо, шли на взаимные компромис- сы. Мы все стали за это время немного дипломатами И сегодня это дало свои плоды». Пленарные встречи заканчива- лись подписанием директорами проекта итогового документа, где обязательно давалась оценка со- стоянию работ, отражались достиг- нутые результаты и наиболее важ- ные обязательства сторон на пред- стоящий период. Протоколы засе- даний рабочих групп оформлялись Приложениями к итоговому доку- менту. Пленарные встречи проходили не реже двух раз в год. Для предвари- тельного согласования и проработ- ки различных технических вопро- сов в период между пленарными встречами один раз в три-четыре месяца устраивались промежуточ- ные встречи отдельных рабочих групп. Они заканчивались подписа- нием руководителями протокола совместных заседаний. Сложность, ответственность и масштабы технических задач по программе «Союз—Аполлон» пот- ребовали широкого участия специ- алистов обеих стран в совместных работах. Причем, по мере расшире- ния круга совместно решаемых воп- росов и углубления в проработку технических деталей предстоящего эксперимента, продолжительность встреч и число участников возра- стали. Так, если вначале пленар- ные встречи длились до двух не- дель и в них участвовало примерно по 30 человек от каждой страны, то впоследствии потребовалось уве- личить продолжительность встреч до трех недель, и от каждой страны уже работало более 70 человек. Некоторые подгруппы работали и дольше, а в ряде встреч 1973 и 1974 годов участвовало свыше 200 со- ветских и американских специали- стов. Такое увеличение числа уча- стников встреч вызывалось не только возросшим объемом работ, но и необходимостью привлекать все большее количество «узких» специалистов по самым различ- ным вопросам космической тех- ники.
57 Легко представить, какое это бы- ло хлопотное дело—подготовка и проведение таких встреч Заботы по их организации выпадали в ос- новном на долю сотрудников Сове- та «Интеркосмос», Нужно было по- заботиться о гостях, организовать питание, транспорт, культурные ме- роприятия, а в ходе встречи решать ежедневно и многие другие вопро- сы Конечно же гостеприимство, за- ботливость и радушие проявлялись как той, так и другой стороной в полной мере. Американских специалистов в Москве размещали в гостиницах «Россия» и «Украина». В рабочие дни к 9.30 утра автобусы доставля- ли их в Институт космических ис- следований АН СССР, где проводи- лись совместные заседания, а в 10 часов их автобус покидал Инсти- тут. Ну а тем, кто вынужден был задержаться в Институте по ка- ким-то причинам, уезжающие аме- риканские специалисты зачастую без слов вручали пятачок на метро, что означало: «Добирайся самосто- ятельно!» Конечно, этих специали- стов всегда ожидал дежурный транспорт, но шутка очень нрави- лась многим американцам, так же впрочем, как и наше московское метро. Немалое значение для успеха встреч имело их техническое обес- печение. В частности, использова- лась разнообразная множительная техника. Любопытная деталь: во время встреч расходовалось до 300 килограммов бумаги Как известно, совместимое обо- рудование стороны изготавливали самостоятельно. Почти вся кон- структорская и схемная документа- ция в связи с этим также выпус- калась каждой страной отдельно Сжатые сроки требовали своевре- менного выявления даже малейших неточностей в документации и вне- сения коррективов. Чтобы обеспе- чить постоянный и эффективный контроль, группы квалифицирован- ных специалистов обеих стран с участием директоров проекта на официальных совместных заседа- ниях рассматривали состояние си- стем на разных этапах их создания. Успех готовящегося эксперимен- та зависел прежде всего от безот- казной работы всех систем косми- ческих кораблей. Вот почему боль- шое внимание уделялось их назем- ной отработке при имитации наибо- лее трудных космических условий. «Организационный план» предус- матривал четыре категории испы- таний. К первой относились испытания, проводимые на этапе проектирова- ния с целью уточнения вариантов предлагаемой конструкции до мо- мента принятия окончательного ре- шения. Например, испытания мас- штабных моделей стыковочных аг- регатов. Ко второй категории относились испытания на соответствие обору- дования или систем совместным техническим требованиям. Напри- мер. отработочные и квалифика- ционные испытания стыковочных агрегатов, испытания систем ра- диосвязи и измерения дальности и т. д Все виды предполетных испыта- ний, в ходе которых проводили за- ключительную проверку характери- стик летного оборудования, отно- сились к третьей категории. На- пример, предполетная контрольная стыковка, проверка правильности установки стыковочной мишени на корабле, испытания на электромаг- нитную совместимость систем ра- диосвязи и переносимого оборудо- вания кораблей «Союз» и «Апол- лон». Некоторые из этих испыта- ний проводились на космодромах СССР и США И, наконец, четвертая категория испытаний предусматривала про- верку линий связи между Центрами управления полетом СССР и США, проведение имитаций полета, в ко- торых использовались реальные каналы связи и участвовал персо- нал обоих Центров управления Как и все другие совместные ра- боты, испытания тщательно плани-
58 Груз с такой маркировкой не мог не вызывать уважения. роеапись и готовились, чтобы прог- раммы испытаний при минимальных затратах времени давали максимум уверенности в работоспособности и надежности систем. ВОЗДУШНЫЙ мост СССР —США Разнообразная программа совме- стных испытаний в СССР и США требовала, чтобы быстро и с боль- шой осторожностью доставлялось на испытания в Москву американ- ское оборудование, а в Хьюстон или в Дауни (Калифорния)—советское оборудование. Поток грузов был достаточно интенсивным. Предвидя это, еще на встрече в марте 1973 года стороны разрабо- тали и утвердили документ— «Транспортировка оборудования между СССР и США». Он опре- делял требования по подготовке к отправке, транспортировке и получению грузов, исключающие какие-либо недоразумения После проверки подготовленного к отправке оборудования направля- лась телеграмма о планируемой транспортировке груза. В день от- правки— еще одна телеграмма до- говорной стороне уже с данными о реквизитах. Груз получен. Снова проверка исправности оборудова- ния, и—ответное сообщение. Механизм транспортировки рабо- тал четко, но иногда, правда до- вольно редко, случалось, что грузы задерживались в Париже или Ам- стердаме. в местах перегрузки с трансатлантических авиалиний на европейские. Оборудование, как правило, от- правлялось контейнерами, на ко- торые наклеивались с двух сто- рон броские ярлыки с эмблемами ЭПАС и ярко-красной на белом фоне надписью по-русски и по-анг- лийски: ««Союз—Аполлон». Экс- периментальный полет. Важное оборудование для космических ко- раблей. Обращаться очень осто- рожно». Груз с такой маркировкой не мог не вызывать уважения. Казалось бы, ну что такое марки- ровка? Мелочь. Но пренебрежение этой мелочью оборачивалось под- час неприятностями. В начале 1975 года в Париже при перегрузке кон- тейнеров с советским стыковочным агрегатом и испытательным обору- дованием с ними обошлись неакку- ратно. И на некоторых контейнерах появились механические поврежде- ния. Груз, к счастью, не пострадал. Как выяснилось, произошло это по- тому, что на контейнерах были недостаточно ясно и полно сделаны надписи, предупреждающие о важ- ности груза и осторожности обра- щения. Груз, по желанию сторон, мог сопровождаться ответственным за транспортировку. Американские крупногабаритные грузы—стыко- вочные агрегаты и радиооборудова- ние «Аполлона»—доставлялись, например, специальным самолетом ВВС США типа С-141. Впервые он приземлился в Москве весной 1973 года. Был ап- рель. Крупными хлопьями падал снег. Американские летчики высы- пали на летное поле: «Русская сказка!» Людям, которые несколь-
59 ко часов назад улетели «из лета», снег, наверное, и в самом деле показался сказочным. Летчики и одеты были по-летнему. Мистеру Коксу, ответственному за транспор- тировку американских грузов, пред- стояло пробыть в Москве до пере- дачи оборудования советской тран- спортной службе, так что пришлось Валерию Кнору, который представ- лял нашу страну, срочно облачать его в соответствующую одежду. Улетал мистер Кокс из Москвы в теплой меховой шапке. Но не только с «проблемой» ме- ховой шапки столкнулись транспор- тники в этот день. Обнаружилось, что погрузчикам не удается из- влечь из самолета прибывший груз. Дело в том, что стандарты на грузо- подъемные и транспортные сред- ства в СССР и США не совпадают. Пришлось разгружать оборудова- ние вручную. Во второй раз С-141 приземлился в Москве в октябре 1974 года. Он доставил американский летный стыковочный агрегат и другое обо- рудование для проведения контр- ольной предполетной стыковки. Те- перь трудностей не ожидалось, так как техника была подобрана и под- готовлена с учетом первого опыта. Но... раскрылись створки грузового отсека самолета, из него выехал погрузчик, «перенес» контейнеры на автомашины — и груз отправился к месту испытаний. И для американ- ских коллег первый опыт не прошел бесследно. По окончании предполетных ис- пытаний американское оборудова- ние возвращалось в США этим же самолетом. Чтобы избежать каких- либо недоразумений и неприятно- стей при доставке летных стыко- вочных агрегатов, их сопровождали ответственные за транспортировку от СССР и США. Груз эскортирова- ли патрульные машины ГАИ. На всем пути от аэропорта Шереметь- ево до Института космических ис- следований АН СССР и обратно была обеспечена «зеленая улица» Агрегаты требовалось доставлять своевременно! Любопытная деталь. НАСА застраховало каждый лет- ный стыковочный агрегат на 1 мил- лион долларов. Но дело даже не в этом — любые случайные по- вреждения этих агрегатов на дан- ном этале неизбежно вызвали бы задержку в подготовке полета. Советское оборудование отправ- лялось в США на самолетах ев- ропейских и трансатлантических авиалиний: Москва — Амстер- дам— Вашингтон или Москва—Па- риж—Нью-Йорк В общей сложно- сти на доставку грузов из Москвы в Хьюстон уходило два-три дня. Каж- дая страна, посылая груз, свой или партнера, оплачивала все расходы по его транспортировке. Правда, иногда случалось, что груз в СССР отправляла какая-нибудь фирма, подрядчик НАСА, и присылала груз в кредит. Приходилось устанавли- вать, кто виноват В целом меж- дународная транспортная служба ЭПАС—воздушный мост СССР — США—неплохо справлялась со своими задачами АЛЛО, ХЬЮСТОН! ГОВОРИТ МОСКВА! Совместное руководство работами по проекту было невозможно без регулярной связи между советским и американским директорами проекта. Для этих целей использо- вались обычные коммерческие ви- ды связи, широко применяемые в практике международных отноше- ний: письменная корреспонденция, телетайп, телефон. Как и во всем остальном. «Организационный план» с полной ясностью опреде- лил правила использования видов связи, не отдавая предпочтения ка- кому-то из них. Однако приоритеты установились сами собой. За время совместных работ стороны обменя- лись в общей сложности более чем 750 телеграммами и письмами, из них 450—телексы и 300—письма
60 Таким динамичным и напряженным был ритм, в котором работали спе- циалисты двух стран. После советско-американских встреч обычно отправлялись пись- ма. в которых директора давали свою оценку проделанной работе, делились впечатлениями. После очередной пленарной встречи советских и американских специалистов весной 1974 года до- ктор Г. Ланни писал: «Уважаемый профессор Бушуев' Мне бы хотелось сообщить Вам. что я остался очень доволен ре- зультатами нашей недавней встре- чи здесь, в Хьюстоне. Отличная подготовка советских специалистов позволила нам сделать большой шаг вперед в нашей работе по подготовке совместного полета. До- стигнутый нами успех вселяет в меня еще большую уверенность в том, что мы сможем своевременно и успешно решать стоящие перед на- ми задачи в течение времени, оставшегося до совместного по- лета. Как видно из плана-графика на- меченных работ, отраженного в протоколе встречи, нам предстоит выполнить огромный объем работ за оставшийся до совместного по- лета год. В этот год приобретенное нами умение оперативно решать непредвиденные вопросы и пробле- мы будет играть еще большую роль Я чувствую уверенность в том. что мы с Вами готовы к выполнению предстоящей работы. Было очень приятно принять Вас и всю группу советских специали- стов в качестве гостей, и я жду нашего визита в Москву в сентябре Пожалуйста, передайте мои наи- лучшие пожелания Вашей семье. С уважением, Гленн Ланни» Константин Давыдович Бушуев в своем ответе так же высоко оценил результаты этой встречи и выразил уверенность в успехе совместной деятельности по подготовке по- лета. Но авиапочта оказалась практи- чески непригодна для обмена опе- ративной технической информа- цией по проекту. Основным сред- ством связи стал телетайп (телекс). Всю исходящую корреспонденцию адресовали на имя директора про- екта с указанием тех лиц, для кото- рых информация представляла осо- бый интерес. Согласование действий сторон по текущим вопросам проходило по телефону. Обычно в телефонных переговорах участвовали руково- — Алло, Хьюстон! Технический директор ЭПАС с советской стороны К. Д. Бушуев (у аппарата, в центре) и его штаб.
61 дители: с советской стороны — К. Д. Бушуев или В А Тимченко, а с американской — Г. Ланни, Л. Ни- кольсон или А. Олдрич. Заранее, приблизительно за неделю до пере- говоров. направлялся вызов и пере- чень вопросов для обсуждения. Указывались также фамилии спе- циалистов, присутствие которых было бы желательным во время разговора. Во избежание неточного понимания соглашении и действий, вытекающих из переговоров, вызы- вающая сторона в двухнедельный срок направляла письменный отчет о состоявшейся телефонной конфе- ренции. Кроме плановых телефонных пе- реговоров с поочередным вызовом один раз в две недели проводились и внеплановые. На 15 июля было проведено более 55 переговоров общей продолжительностью около двух суток. Каждый разговор длил- ся в среднем около часа. Казалось бы, много, но надо учитывать, что переговоры велись через перевод- чика. Тем не менее проводимые таким образом телефонные переговоры оказались неплохим способом ре- шения вопросов специалистами. Вопросники, которые высылались заранее, позволяли вести разговор конкретно и лаконично. Надо ли говорить, что участие в разговоре руководителем проекта гарантиро- вало необходимую координацию принимаемых решений с интереса- ми всех рабочих групп, а присут- ствие при этом специалистов обес- печивало полное понимание вопро- са и квалифицированные ответы. НЕ ЗАПИСАННАЯ МЫСЛЬ — ПОТЕРЯННАЯ МЫСЛЬ Как любой другой, проект «Со- юз— Аполлон» потребовал обшир- ной документации. Но оказалось, что ее состав, требования к содер- Материалы совместных работ—это более 1600 томов технической документации. жанию документов, сложившиеся в наших странах, отличаются. Поэто- му при осуществлении проекта пришлось разработать общую си- стему, которая учитывала бы прак- тику ведения документации в каж- дой стране и такие особенности совместной деятельности, как ее международный характер, участие в ней специалистов, говорящих на разных языках, наличие на всех уровнях двух равноправных руково- дителей и двух держателей под- линников, сжатые сроки осуще- ствления проекта. Основу системы составили две группы документов, определяющие весь объем совместных проектно- конструкторских работ и летно- конструкторских испытаний, с осо- бым буквенно-цифровым обозначе- нием документов, логично увязан- ным с их содержанием. Символ «ЭПАС»— Экспериментальный по- лет «Аполлон — Союз» — имеют до- кументы, относящиеся к проекту в целом или связанные с обеспечени- ем и безопасностью полета, символ <ДВО»—Документ взаимодейству- ющего оборудования — присвоен документам по совместимым систе- мам, иначе называемым взаимодей- ствующим оборудованием «Техни- ческие предложения по проекту», например,— ЭПАС 10000, «Органи- зационный план» — ЭПАС 20000, серия документов с требованиями к полету—ЭПАС 40000, а серия до- кументов взаимодействующего обо- рудования—ДВО 50000. Цифровые разряды этих серий обозначают темы и подтемы. Таким
62 образом, упорядочивается вся до- кументация. получая некоторую иерархию, которая в определенной степени отражает важность доку- ментов, их влияние на остальные части проекта и ответственность тех или иных руководителей за их разработку. Так, вместе с опреде- лением состава документов по про- екту устанавливалась персональ- ная ответственность должностных лиц за выпуск и последующую корь ректировку документов каждой технической подгруппы. Документы ЭПАС и ДВО после утверждения директорами проекта приобретали статус официальных совместных документов по проекту -Союз— Аполлон» и могли быть изменены только с их согласия. Существовали два равноправных комплекта документов: один—в СССР, другой—в США. В совет- ском комплекте—подлинники на русском языке, копии на англий- ском, а в американском — подлин- ники на английском языке, копии на русском. Чтобы гарантировать идентичность документов обоих комплектов, была определена про- цедура их изменения. При этом бы- ли учтены требования единой си- стемы конструкторской документа- ции (ЕСКД). действующей у нас в стране, и основные положения си- стемы конфигурационного контроля «Аполлон», принятой в НАСА. Раз- работаны были также стандартные формы извещений об изменениях и сводка изменений. Как ни строги были принятые процедуры, после внесения нес- кольких изменений содержание до- кументов на разных языках, как мы говорили, «расплывалось». Тогда в практику вошло периодическое пе- реиздание документов: частичное или даже полное. Стороны готови- ли измененные листы на базе ут- вержденных извещений, сверяли их и только после этого вносили в документ. К буквенно-цифровому обозначению добавлялось .1, .2, ... и т. д. — номер редакции. Просто, ясно, лаконично. «Организацион- ный план» — ЭПАС 20000 .7. Этот план действительно переиздавался семь раз, частично или полностью. Но были в нашей практике индек- сы .23, .40 и даже .60 и .61. Правда, они не относились к документам. На стандартной обложке от ЭПАСое и ДВО с изображением «Союза» и «Аполлона», идущих на стыковку, рисовались красные гвоздики и ука- зывался номер «редакции». Колле- ги оставляли на ней свои автогра- фы и торжественно вручали эти сувениры в день рождения «Борцам за совместимость» — специали- стам, работающим по программе «Союз—Аполлон». Кстати, когда «Союз» и «Аполлон» были на орби- те, такую форму «редакции»—.40 получил сменный руководитель по- лета Вадим Георгиевич Кравец, ко- торый в день своего сорокалетия был на посту. Документы серий «ЭПАС» и «ДВО» готовились во время встреч на основе материалов рабочих групп, которые каждая сторона представляла для рассмотрения и обсуждения. Это были самые различные по содержанию материалы: характе- ристики или описания систем ко- рабля, методики и результаты рас- четов или анализа, результаты ис- пытаний, предварительные набро- ски разделов будущего совместного документа и тщ. Для упорядочения этих документов также вводилось буквенно-цифровое обозначение, но отличное от «ЭПАС» и «ДВО». Например, седьмой по счету мате- риал первой рабочей группы, подго- товленный в СССР, обозначался символом «СССР РГ1-007», а деся- тый по счету американский матери- ал второй рабочей группы—соот- яетственно «США РГ2-610». За время совместной работы ра- бочие группы обменялись в общей сложности более чем 1600 доку- ментами объемом от десятков до сотен страниц. Конечно, во время встреч немыслимо переработать столько информации. Поэтому с са- мого начала стали практиковать
63 отправку материалов заранее, обычно за месяц до встречи, без перевода. Непосредственно же на встрече материалы обязательно должны были представляться на двух языках. Несколько слов о подготовке и культуре оформления документов. Каждый документ на встрече гото- вился сразу на двух языках, и рабо- та шла, как правило, с участием переводчика. После согласования сути дела специалистами перевод- чики от СССР и США сверяли тек- сты. Документы подписывались от СССР и США ответственными ис- полнителями, переводчиками и ру- ководителями рабочих групп. Затем А. А. Нестеренко, ответственный руководитель за ведение докумен- тации по проекту от СССР, и Хью Скотт или Джерри Симмерс—от США представляли документы на подпись директорам проекта. При необходимости привлекались ис- полнители. Стиль документов был прост и строг: обязательно оглавление, пе- речень рисунков, таблиц, справоч- ных материалов, указание на сферу действия документа и его назначе- ние. четкое выделение разделов и подразделов Все это, в общем-то, не ново. ЕСКД, которая действует в нашей стране, содержит те же тре- бования. При оформлении докумен- тов программы ЭПАС этому по- рядку следовали неукоснитель- но— разница в языках и традициях оформления документов не допу- скала иного подхода. Скрупулез- ность окупилась сторицей. Говоря о культуре оформления документов, нельзя не упомянуть о сочетании трех букв «TBD» (ти, би, ди), что в переводе с английского означает «подлежит определению» («ПО»). Появившись в американ- ских документах, «ТВО» сразу же перекочевало в советские в виде «ПО». «TBD» или «ПО» ставилось вместо предусмотренных, но еще не полученных цифр, неясных опреде- лений и т. п. Это позволяло не решать вопросы наспех, а отклады- вать их решения на более поздний срок, если они не задерживали остальные работы, но и не забывать о них. -TBD»—внимание! Вопрос открыт, подлежит определению. Документы прорабатывались тщательно, в них вносились, как правило, окончательные результа ты. В этом смысле показательно количество и характер введенных изменений в совместную докумен- тацию за три года работы, их—283, причем основная часть— замена «ТВО» или «ПО» конкретными данными. ЧЕРЕЗ ЯЗЫКОВОЙ БАРЬЕР Во время первой встречи советских и американских специалистов во второй рабочей группе обсужда- лись требования к системам управ- ления космическими кораблями и вспомогательным средствам сты- ковки. Уже в первый день стало ясно, что стороны зачастую по- разному понимают, казалось бы из- вестные, технические термины. Разговор терял смысл. Необходимо было условиться, как переводить понятия: «сближение», «касание», «сцепка», «зависание» и т. д. В ходе обсуждения один из переводчиков начал делать записи. Впоследствии такие заметки переводчиков поло- жили начало будущему словарю ЭПАС. Проблемы преодоления языково- го барьера на переговорах, органи- зация письменного технического пе- ревода и поиск переводчиков, спо- собных обеспечить решение этих задач, были едва ли не самыми важными на первых этапах работы. Без переводчиков не могли обой- тись ни специалисты рабочих групп, ни космонавты. Сложность и много- плановость технических задач, ре- шаемых в рамках проекта, требова- ли не просто переводчиков, а пере-
64 Группа водчиков. которые, наряду с без- переводчиков укоризненным знанием языка, име- о советском Центре управления готовится к очередной тренировке советских ли бы хорошую инженерную подго- товку. В 1971 году таких переводчи- ков как в СССР, так и в США было мало. Выход один—подготовить кадры переводчиков специально для ЭПАС, и сделать это в возмож- и американских специалистов. но короткий срок. Необходимо было также как мож- но скорее для каждого техническо- го термина найти устойчивый пере- водной эквивалент. В существу- ющих словарях, справочниках и по- собиях отсутствовали переводы многих важных специальных терми- нов. словосочетаний, сокращений Проблема была решена выпуском трех специальных словарей: русско- английского и англо-русского сло- варя ЭПАС (ЭПАС 20020), словаря сокращений (ЭПАС 20021) и разго- ворника для космонавтов и астро- навтов (ЭПАС 20022) При состав- лении этих документов были учте- ны опыт первых лет работы, мнения специалистов и рекомендации эки- пажей Переводчики освоили нелегкую терминологию ЭПАС, научились обеспечивать последовательным переводом технические переговоры на встречах, испытаниях, телефон- ные конференции и переписку меж- ду директорами проекта. Казалось: «Нет проблем!» — как часто говори- ли специалисты. Но осенью 1974 года руководитель полета от СССР А. С. Елисеев на одном из совеща- нии заявил, что для управления полетом потребуется еще не менее 30 квалифицированных переводчи- ков. Найти столько переводчиков, конечно, было можно. Однако труд- ность состояла в другом. На время полета каждый из них должен был в какой-то степени стать или руко- водителем полета, или членом эки- пажа корабля, или оператором свя- зи между советским и американ- ским Центрами управления поле- том. работая в тесном содружестве с соответствующими специалиста- ми Эти переводчики должны хоро- шо представлять и понимать все происходящее, быстро ориентиро- ваться в обстановке. Безукоризнен- ное знание языка и специфической терминологии ЭПАС само собой ра- зумелось. Набрали группу из 30 человек. Но первая же тренировка показала, что знание языка и техническая подготовка почти у половины соста- ва оставляют желать лучшего Где же выход? В. А. Яценко, назначен- ный руководителем группы пере- водчиков в Центре управления, предложил организовать их учебу Занятия проходили по специальной программе Переводчики "штудиро- вали» терминологию и документа- цию ЭПАС, изучали программу по- лета и устройство кораблей, рабо- тали с магнитофонными записями переговоров -борт—Земля» и меж- ду Центрами управления, трениро- вались на рабочем месте. Им приш- лось держать экзамен на право допуска к управлению полетом. Когда полет был успешно завер- шен, директора проекта и руково- дители полета от СССР и США отметили хорошее взаимодействие Центров управления, их слаженную и четкую работу, быстрое принятие согласованных решений. В этом не- малая заслуга переводчиков-, без которых и руководители полетом, и персонал управления, и специали- сты по связи между Центрами были бы просто как без рук.
65 Сейчас мы отдаем дань благодар- ности и уважения нашим инжене- рам-переводчикам: Юрию Зоноеу, Борису Артемову, Владимиру Яцен ко, Алексею Крюкову, Аркадию Ры- кову, Розе Гариповой, оказавшим неоценимую помощь в работе над проектом. А если к этому добавить, что в ходе совместных работ полу- чили необходимую практику и уве- ренно заговорили по-английски на- ши ведущие специалисты В Сыро- мятников, В. Легостаев, О. Бабков, Е. Бобров, В. Кудрявцев, И. Шмыг- левский, О. Сытин, В. Свирин, Э. Горлин и многие другие, то можно смело сказать: языковой барьер был преодолен Для ВСЕГО МИРА Экспериментальный полет «Со- юз—Аполлон» — событие истори- ческого значения. Те. кто внима- тельно следил за освещением кос- мических событий в прессе, по ра- дио и телевидению, не мог не заме- тить, что руководители проекта по- заботились и о том. чтобы донести до миллионов людей земного шара содержание и значение советско- американского «рукопожатия на ор- бите». Действительно, стороны уде- лили большое внимание информи- рованию общественности о работе над проектом. Непосредственно при директо- рах была создана подгруппа по ин- формации общественности, в ко- торую вошли представители Сове- та «Интеркосмос» при АН СССР, Центра управления полетом, аппа- рата НАСА, советской и американ- ской прессы У нас не было двух мнений о том, что подготовка и осуществление этого исторического эксперимента должны широко освещаться сред- ствами информации обеих стран. Поскольку в технике вообще, а тем более в космической, все делается согласно документам, то директора Памятная доска, собранная на борту «Союза-19». Надпись на доске гласит: ««Союз—Аполлон». Памятная доска изготовлена в честь совместного эксперименталь- ного полета «Союз—Аполлон», в ходе которого а июле 1975 года были осуществле- ны первая в мире международная стыковка космических кораблей СССР и США и переход экипажей из корабля а корабль. Половины доски были выведены на орбиту на борту «Союза» и «Аполлона» и собраны в одно целое экипажами СССР и США, олицетворяя таким образом сотрудничество людей разных стран в космосе и на Земле».
66 проекта сразу же присвоили даже еще не существующему документу номер ЭПАС 20 050 и наименование «План информации общественно- сти». Непросто рождался этот план. Предстояло с учетом установив- шейся в каждой стране практики выработать общие позиции и опре- делить круг вопросов, по которым необходимы совместные действия. Вот некоторые из них: разработка эмблемы программы, порядок про- ведения лрессконференций, сооб- щения о ходе подготовки к полету, регулярный обмен кинофотомате- риалами, разработка сценариев те- лепередач и бортовых репортажей, подготовка к развертыванию во время полета в СССР и США специ- альных пресс-центров и организа- ция их взаимодействия. Читатель уже знает о том, что на орбите члены экипажей подписали свидетельство ФАИ о первой меж- дународной стыковке, пронесли над миром флаг Организации Объ- единенных Наций. Но все это было потом, а сначала был пункт в проектных документах: -Символи- ческая деятельность членов эки- пажей». Идеи, недостатка в которых не было, исходили, как правило, от подгруппы информации обществен- ности. Именно благодаря ее усили- ям пресса, кино, радио и телевиде- ние имели возможность держать народы в курсе всех событий, свя- занных с проведением этого огром- ной важности эксперимента в космосе. 10 июля в Москве и Хьюстоне открылись пресс-центры для осве- щения полета «Союз—Аполлон». Работой пресс-центра ЭПАС в Москве руководил В. Н. Софинский. Как и предполагалось, совместный полет вызвал большой интерес у органов массовой информации. На- пример, только при советском пресс-центре было аккредитова- но 400 иностранных журналистов, представляющих газеты, журналы. радио и телевидение, издательства из 45 стран мира. В пресс-центре было также аккредитовано 305 со- ветских журналистов. Перед журналистами регулярно выступали космонавты, ведущие советские ученые и специалисты, участвовавшие в подготовке и про- ведении полета. Дважды в день издавался и распространялся спе- циальный «пресс-релиз», постоянно а течение дня на русском и англий- ском языках из Центров управле- ния полетом передавался техниче- ский комментарий о всех этапах полета. Все это способствовало бо- лее полному и глубокому освеще- нию во время полета происходив- шего в космосе и на Земле, и вносило, по словам журналистов, «элемент непосредственного при- сутствия в материалы, передава- емые из Москвы». Аккредитованные при пресс- центре журналисты и находившиеся в Москве представители НАСА вы- разили полное удовлетворение соз- данными для них условиями рабо- ты, благодаря чему они могли во всех деталях рассказать о задачах и результатах совместного косми- ческого полета, по достоинству оце- нить его вклад в развитие сотруд- ничества между нашими странами и укрепление мира на нашей планете. Таковы наиболее существенные особенности организации совме- стных работ, которые встретились нам. Вероятно, не все организаци- онные задачи удалось решить наи- лучшим образом, несомненно были и недостатки, и ошибки, как во всяком большом и новом доле. Но первый шаг сделан Думается, наш совместный опыт послужит расширению международных свя- зей, укреплению и углублению делового сотрудничества в самых различных областях науки и тех- ники.
В. Н. Бобков, инженер Ю. С. Денисов, инженер ОТ ЗАМЫСЛА ДО МЕТАЛЛА ВСЕМУ НАЧАЛО Всякое творение человеческих рук начинается с проекта, тем более такое творение, как космический корабль. У истоков любого косми- ческого эксперимента стоят спе- циалисты-проектанты. Их забо- та— проектирование корабля в це- лом Именно они определяют, ка- кие задачи должен решить но- вый корабль и каким он должен быть. Им приходится считаться с мно- жеством факторов, носящих, как правило, комплексный характер. Это и технический задел по идеям, и возможности аппаратуры и обору- дования, и энергетические характе- ристики ракеты-носителя, и сроки воплощения идей в металл. В период подготовки проекта раз- решаются все принципиальные воп- росы, от которых зависит достиже- ние главной цели полета. Напри мер, в проекте «Союз — Аполлон» надо было установить, могут ли в принципе совершить совместный полет, сближение и стыковку на орбите корабли «Союз» и «Апол- лон». удастся ли при этом обеспе- чить переход экипажей из одного корабля в другой, организовать вза- имодействие наземных комплексов двух стран. Но вот родился проект—сплав исходных данных и технических требований к конструкции, компо- новке. работе бортовых систем и программе полета корабля. Теперь приступают к делу специалисты по чертежно-технической документа- ции, начинается изготовление ко- рабля. На этом этале работы проек- танты следят за тем. как разработ- чики конструкции, аппаратуры и оборудования осуществляют задан- ные проектные требования. Если требуется, они вмешиваются в ход работ, принимают технические ре- шения, помогающие устранить те или иные отклонения от заданных параметров. Одновременно специалисты по управлению составляют полетную документацию. Она состоит из бор- товой документации, которая нахо- дится на кораблях и является руко- водством к действиям космонав- тов, и документов для наземного персонала Центров управления по- летом В процессе работы форма и содержание полетной документа- ции меняются, но последняя редак-
68 А. Леонов на борту «Союза-19». Снимок сделан во время полета. ция определяет весь план действий строго и однозначна Наконец корабль изготовлен, ис- пытан и отправлен на космодром для проведения заключительных испытаний и операций по подготов- ке к пуску. Однако и на этой стадии проектантам приходится оператив- но увязывать с проектом возника- ющие отклонения от заданных тре- бовании. Даже после старта кораб- ля они не могут вздохнуть свобод- но: ведь каждую минуту может пот- ребоваться их помощь, если на ко- рабле произойдут отклонения, не предусмотренные разработанной полетной документацией. При подготовке полета «Со- юз—Аполлон» работа проектантов в принципе не отличалась от той, о которой мы рассказали, но имела и свои особенности, так как решено было использовать уже разрабо- танные для других космических программ корабли. Поэтому совме- стимые системы проектанты вместе с разработчиками систем должны были выбрать с такими характери- стиками, чтобы они хорошо взаимо- действовали между собой и все новое гармонично вписалось в отра- ботанные корабли. При определении совместной программы и нам. и американцам приUJлось тщательно изучить «ха- рактер» будущего корабля-парт- нера. то есть особенности его летных качеств, и учитывать их при планировании полета. Не обош- лось, конечно, без «несовместимо- стей». В таких случаях исследова- лись различные возможные вариан- ты изменений в конструкции кораб- лей. позволяющие преодолеть «не- совместимость», оценивалось, на- сколько они велики и выполнимы ли в требуемые сроки. Только пос- ле такого всестороннего рассмотре- ния принималось решение. Эта многогранная работа по проектной
69 увязке, как ее называют специали- сты, велась в тесном содружестве со специалистами всех рабочих групп. Возглавляли ее с советском стороны технический директор про- екта член-корреспондент К. Д. Бу- шуев и его заместитель, руководи- тель первой рабочей группы В. А. Тимченко. С американской стороны во главе с техническим директором проекта доктором Г. Ланни в этой работе участвовали П. Франк—ру- ководитель первой рабочей группы от США и ведущие проектанты НАСА. У каждого из них, как и у советских специалистов, за плечами был большой опыт в со- здании и отработке космических кораблей ПРОЕКТ ОБРЕТАЕТ ПЛОТЬ По мере того как выяснялось, какие новые элементы и системы необхо- димо ввести в конструкцию кораб- лей для совместного полета, добав лялись и новые заботы — как все это разместить на корабле. Ведь дополнительное оборудование не должно мешать нормальной работе основных систем: затенять, скажем, зону обзора оптических приборов, искажать характеристики антенн. Или. к примеру, как установить агрегат стыковки, который внешне напоминает ромашку с тремя лепе- стками? На первый взгляд, при такой его конфигурации — дело несложное. Однако, когда примери- ли агрегат к “Союзу», оказалось, что расположение лепестков (вы- ступов) на кольце агрегата сты- ковки далеко не безразлично ко- раблю. Та же трудность была и с амери- канским кораблем На «Аполлоне» лепесток мог закрыть поле зрения визирного устройства, установлен- ного на одном из иллюминаторов командного модуля и используемо- го при причаливании и стыковке. На «Союзе» нам пришлось искать та- кое расположение агрегата, при ко- тором его лепестки не ограничива- ли бы эону обзора стыковочной мишени и поле зрения наружной телекамеры. В итоге были соблюдены все тре- бования на обоих кораблях Больше того, удалось сделать так, что если бы стыковались, например, два «Союза» друг с другом, то через оптический визирориентатор на одном корабле можно было бы на- блюдать стыковочную мишень на другом корабле, и наоборот. А это вполне может пригодиться в буду- щем. Во время работы над проек- том было обнаружено еще вот что: порой согласованная работа систем кораблей, особенно в состыкован- ном состоянии, обеспечивается лишь при изменении обычных режи- мов, предусмотренных для «Со- юза» и «Аполлона» в автономных полетах. Эта проблема возникла, когда мы обсуждали, как будет происходить подзарядка бортовых аккумуляторов «Союза» от его сол- нечных батарей во время полета кораблей в состыкованном состо- янии. Дело в том, что американский корабль не может длительное вре- мя находиться к Солнцу тем боком, который освещается вместе с сол- нечными батареями «Союза». Что- бы «Аполлону» обеспечить нор- мальные условия, его необходимо на всем протяжении совместного полета медленно поворачивать или держать повернутым вокруг про- дольной оси на угол 35 градусов Но если связку кораблей ориентире вать подобным образом, то сол- нечные батареи «Союза» будут ос- вещаться Солнцем не под прямым углом и станут работать менее эф- фективно. Вообще-то говоря, такая, как мы говорим, «косая» ориентация на Солгще применялась в полете ко- раблей «Союз». В частности, на тех участках полета, когда нет большо- го расхода электроэнергии и доста-
70 точно небольшой подзарядки бор- товых аккумуляторов — буферных химических батарей. Конечно, по- вернуть «Аполлон» в связке можно было и путем «косой» установки агрегатов стыковки на обоих ко раб лях, развернув их лепестки вок- руг продольной оси агрегата на те же 35 градусов. Однако в этом варианте стыковочный агрегат «Со- юза» было трудно разместить под головным обтекателем корабля и, кроме того, ухудшалось поле зре- ния оптических устройств и «Апол- лона» и «Союза». Мы пошли на «косую» ориентацию всей связки на Солнце в интересах «Аполло- на», хотя это и заставило увели- чить емкость буферных батарей «Союза». Надо сказать, что без обоюдной готовности идти на технические компромиссы, без взаимного стрем- ления сделать все возможное, что- бы добиться полностью согласован- ного решения, было бы просто не- мыслимо практически осуществить проект совместного полета. И мы, и американцы брали на себя дополни- тельные обязательства, связанные либо с выполнением некоторых операций во время полета, либо с различными доработками кораб- лей. Так, согласно принятому для сов- местного полета методу сближения и причаливания, получалось, что «Союз» в течение длительного вре- мени должен поддерживать ориен- тацию, очень невыгодную для него: его солнечнью батареи слабо, а то и совсем не освещаются Солнцем Выход был один—перевернуть ра- бочую плоскость фотопреобразо- вателей, установленных на створ- ках солнечных батарей. Проще говоря, вывернуть наизнанку сол- нечные батареи, какие обычно стоят на «Союзе». Так и сделали Необходимые условия по ориен- тации для сближения были обес- печены. Над солнечными батареями нам пришлось поработать и по другой причине. Оказалось, что работа двигателей реактивной системы уп- равления «Аполлона» по крену вы- зывает при стыковке непривычно большие для солнечных батарей «Союза» колебания. Объединенны- ми усилиями проектанты и специ- алисты других рабочих групп взя- лись за эту проблему. После тща- тельного анализа и обсуждения сочли необходимым изменить ре- жим работы двигателей «Аполло- на» и разработать новую конструк- цию солнечных батарей для «Со- юза». И на нашем корабле появи- лись солнечные батареи более устойчивые к колебаниям, чем прежние Немало пришлось поломать голо- ву и над размещением антенн сов- местимых радиостанций для связи экипажей между собой и с наземны- ми пунктами. Добиваясь их эффек- тивной работы, мы расположили антенны максимально далеко от солнечных батарей, других антенн и корпуса самого корабля. Кстати го- воря, до вывода корабля на орбиту антенны находятся под головным обтекателем в сложенном виде. Пришлось позаботиться и о том, чтобы обеспечить радиосвязь, хотя бы и на меньшей дальности, в том случае, если механизмы раскрытия антенн не сработали бы. Разумеет- ся. в любом положении эти антенны не должны были мешать работе элементов агрегата стыковки. Все это потребовало от проектантов и конструкторов немалой изобрета- тельности Даже такая, вроде бы элементарная, задача, как разме- щение импульсных световых ма- яков, по которым экипаж «Аполло- на» мог обнаружить «Союз» и сле- дить за ним на неосвещенном уча- стке полета, оказалась вовсе не простой. Световые вспышки маяков должны быть видны с разных сто- рон — значит, нельзя допустить, чтобы их затеняли элементы кон- струкции корабля. Однако на уча- стке причаливания яркие вспышки начинают ослеплять экипаж актив- ного корабля, и поэтому их надо выключить. А вдруг по каким-либо
71 причинам их не выключат? Лучше сделать так, чтобы маяки, когда корабли вблизи, чем-то затенялись Вот почему на ••Союзе» их устано- вили таким образом, что при сбли- жении на расстоянии в несколько метров маяки оказывались зате- ненными передней частью корабля и уже не слепили экипаж «Аполло- на». Не всегда, к сожалению, удава- лось все предусмотреть заранее. Вот, скажем, для проведения за- планированного совместного экспе- римента «Ультрафиолетовое пог- лощение» на борту «Союза» уста- навливалось американское обору- дование—три оптических отража- теля. Был согласован план работ, и все шло в соответствии с ним Но американские специалисты неожи- данно выдвинули новое требова- ние: для защиты отражателей от загрязнения ввести специальные крышки, которые должны быть от- крыты непосредственно перед эк- спериментом, Легко сказать—ввести. Ведь вся документация к этому времени бы- ла выпущена, корабли находились уже в сборочном цехе. Как быть? Решили не вносить изменений в приборы и кабельную сеть корабля, а сделать автономную схему управ- ления защитными крышками. По- ставили дополнительный пульт уп- равления защитными крышками, а провода от него проложили от- дельно от бортовой кабельной сети. Пришлось поломать голову при установке на «Союзе» американ- ского радиооборудования. Когда работает аппаратура аналогичного типа, всегда возникает вопрос, свя- занный с защитой от помех цепей электропитания. Такие помехи обычно выявляют и устраняют при анализе на этапе разработки элек- трических схем корабля и при испы- таниях на электрическом аналоге корабля. Подобные работы с амери- канской радиостанцией мы не могли провести в полном объеме. Поэтому предложили ввести для нее авто- номный источник электропитания, установив его на минимальном расстоянии от УКВ-радиостанции. Много труда было затрачено на взаимную увязку схем установки и режимов работы советских и амери- канских телекамер и киноаппарату- ры, так как условия освещенности для тех и других часто не совпада- ли Одни из этих вопросов реша- лись инженерным анализом, другие отрабатывались на специальных макетах жилых отсеков кораблей «Союз» и «Аполлон» в СССР и в США Таковы лишь некоторые проек- тно-компоновочные вопросы, с ко- торыми приходилось сталкиваться советским и американским специ- алистам при подготовке кораблей к совместному полету. Далеко не все из них удавалось решить сразу. Техническое наступление на проект продолжалось. И на финише нашей общей работы все было «очень о’кэй». Дни, РАСПИСАННЫЕ ПО МИНУТАМ Внешне программа совместного полета кораблей «Союз» и «Апол- лон» не выглядит такой уж слож- ной. Два корабля, советский и аме- риканский, выводятся на орбиту своими ракетами-носителями, за- тем они сближаются, состыковыва- ются, и экипаж одного корабля переходит в другой. К тому времени, когда начались работы по проекту, и в Советском Союзе и в Соединенных Штатах Америки было выполнено несколь- ко пилотируемых полетов, во время которых решались те же зада- чи—сближение, стыковка и пере- ход экипажа в другой корабль, и специалисты двух стран накопили значительный опыт в подготовке и осуществлении подобных полетов. Но когда на встрече в Хьюстоне в
72 июле 1972 года П. Франк, будущий руководитель полета с американ- ской стороны, взял кусочек мела и, подойдя к доске, предложил сде- лать набросок программы предсто- ящего полета, стало очевидно, что воспользоваться этим опытом для осуществления общего экспе- римента в космосе совсем не про- сто. Трудно проходили первые встре- чи, каждую проблему подолгу об- суждали Сначала мы рассказыва- ли. как это делается у нас, затем выслушивали вариант американ- ских коллег. Естественно, и та и другая сторона отстаивали свою точку зрения. Но в конце концов все соглашались, что необходимо достичь взаимопонимания. Для этого мы не жалели сил и вре- мени. Особенно долго и трудно обсуж- дался вопрос о составе полетных документов и о порядке их выпуска. Дело в том, что американские спе- циалисты выпускают полетную до- кументацию. как только определя- ются контуры программы будущего полета. В этом «сыром» документе много неточностей, много незапол- ненных страниц. Во время работы над проектом в него вносятся до- полнения и изменения, так что к моменту старта в документе есть уже все, что необходимо знать и уметь выполнять астро- навтам Полетная документация кораб- лей «Союз» появляется несколько позже. До этого выпускаются ис- ходные документы — методики по управлению кораблем при различ- ных операциях, отчеты с анализом полетных ситуаций и рекомендаци- ями для экипажа. Но зато уже первая редакция документов носит законченный характер, и в дальней- шем содержание их мало изме- няется. И тот и другой путь в конечном итоге приводят к хорошему резуль- тату. Это доказала надежная рабо- та экипажей при полетах «Союзов» и «Аполлонов». Но мы не могли принять американский метод, так как он никак не соответствовал сложившейся у нас практике подго- товительных работ. В столь же за- труднительном положении оказа- лись и американские специалисты И нам и им пришлось пойти на определенные уступки Договори лись, что состав документов бу- дет таким, как предложили мы. однако разработка полетной и бортовой документации начнется раньше, чем это обычно делается у нас. По сути дела, программа полета вырабатывалась в течение трех лет. Последние детали ее были согласованы руководителями поле- та А. С. Елисеевым и П. Франком по телефону за несколько дней до старта. Они касались, в частности, порядка действий при проведении одного из совместных эксперимен- тов, требовавшего сложных совме- стных маневров кораблей. Но все же основная часть полет- ной документации была подготов- лена заранее и успешно использо- валась при совместных трениров- ках Центров управления в мае и июне 1975 года. А решить при этом нужно было множество вопро- сов— больших и малых. Выясни- лось, что распорядок дня астронав- тов предусматривает трехразовое питание, а космонавтов—четырех- разовое Согласились, что после стыковки оба экипажа будут жить по режиму дня, принятому на аме- риканских кораблях. Узнали, что обычно астронавты и Центр управления США пользуются полетным временем, то есть време- нем. счет которого идет от старта корабля. А мы — московским вре- менем. Решили, что в совместном полете, пожалуй, удобнее работать с полетным временем, иначе легко запутаться Поставили на корабле «Союз-19» вторые бортовые часы с индикацией полетного времени. Но были вопросы и посложнее, которые требовали длительного анализа, и исследований, участия
73 многих специалистов, В их числе определение продолжительности совместного полета, схемы полета, методики сближения и стыковки кораблей, режимов ориентации ко- раблей при полете в состыкован- ном состоянии, процедуры перехо- дов экипажей, целесообразности тестовой стыковки в полете, режи- мов связи экипажей кораблей меж- ду собой и с Центрами управления двух стран. Несмотря на непродолжитель- ность полета, мы сравнительно про- сто спланировали широкую прог- рамму совместных научных экспе- риментов Удалось сравнительно легко договориться о порядке «сим- волической» деятельности на борту кораблей. А вот при распределении времени на телевизионные репор- тажи, кино- и фотосъемки столкну- лись, казалось, с неразрешимыми проблемами Американские коллеги заявили, что их интересуют прежде всего телевизионные передачи, и предло- жили выделить для них большую часть отведенного времени Один из руководителей работ по проекту с американской стороны астронавт Ю. Сернан сказал, что в космиче- ском Центре пилотируемых полетов в Хьюстоне даже образована специ- альная телевизионная группа. Ей поручено заниматься вопросами бортовых телевизионных передач. Интересно: такая группа не была предусмотрена структурой этой ор- ганизации. а по указанию НАСА ее создали специально для данного полета. В группу вошли самые раз- ные специалисты Они должны были обеспечить высокое качест- во бортовых телевизионных пере- дач. Надо иметь в виду, что если отводится больше времени для те- левизионных передач, требующих иного освещения, чем для кино- и фотосъемок, то тем самым не- минуемо сокращается время этих Шел декабрь 1974 года, а у специалистов первой и четвертой рабочих групп еще встречались трудные вопросы. На снимке слева направо: И. Заеойко— американская переводчица. К. Эдмистон. П. Франк. Р. Лавров — американский переводчик. Б. П. Артемов. А. Деннетт, В. И. Сивков, Э. Латтиер, Ф. Литтлтон, В. Н. Бобков, А. А. Нестеренко. Г. Дитц.
74 съемок А наша практика подтвер- дила важность и киноленты и фото- материалов наряду с телевизион- ными репортажами, И мы, и американцы понимали: первый международный полет уни- кален, необходимо, чтобы люди планеты могли стать его свидетеля- ми и почувствовать себя соучастни- ками этого акта доброй воли Но в требованиях американских кол- лег усматривалось и нечто дру- гое. Здесь уместно вспомнить слова руководителя Центра пилотиру- емых полетов в Хьюстоне доктора К. Крафта: - Надо сказать, что сов- местный полет «Союза» и «Аполло- на» проходил на редкость спокой- но. Он был беден, если так можно выразиться, неожиданностями, ко- торые очень любит наша пресса». Не упустить сенсацию! Как нам кажется, позиция американских коллег учитывала эту особенность американских средств массовой ин- формации. В разумных пределах время теле- визионных передач в совместном полете было увеличено, но, конеч- но, не настолько, чтобы превратить ответственный, технически очень сложный эксперимент, который требовал от космонавтов и астро- навтов максимума собранности и внимания, в рекламное телевизион- ное «шоу». Каждая операция совместной деятельности, будь то действия экипажей на борту космических кораблей или операция по взаи- модействию Центров управления, рассматривалась детально, бук- вально по минутам Вот вам не- большой пример—выписка из про- токола встречи специалистов пер- вой рабочей группы в апреле 1975 года. «...Советская сторона согласи- лась перенести первое открытие люка № 3 на 4 минуты раньше запланированного времени. В тече- ние четырехминутного периода про- водятся следующие операции в сле- дующей последовательности 1. Киносъемки 7.2, 7.3, 7.4 с борта «Союза» —1 минута. 2. КС находится в течение 1 ми- нуты в туннеле Ns 2, как показано на ТВ изображении, приведенном на стр. 5.1.13 документа ЭПАС 40 600. 3. Астронавт ждет 3 минуты, прежде чем войти в ОМ». Может быть, не все подробности этого текста понятны непосвящен- ным, но именно так, по каждой минуте, оговорен был порядок дей- ствия космонавтов и астронавтов во время первого перехода в «Со- юз». Ну. а если иметь в виду, что программа эксперимента «Со- юз—Аполлон»—это план дея- тельности всех участников подго- товки и проведения полета, в кос- мосе и на Земле, то можете себе представить—какой это титаниче- ский труд — скоординировать ра- боту тысяч людей, подчинив ее единой цели! ЭТОТ ЗЛОВРЕДНЫЙ «ИМИТАТОР» Итак, полет состоялся. Он прошел без каких-либо осложнений, строго по намеченному плану. Небольшие шероховатости можно не принимать в расчет, так как они ни в коей мере не повлияли на общий успех пер- вого международного полета в космосе. Наверное, это покажется пара- доксальным, но, если познакомить- ся с тем. как готовился полет, можно подумать, что специалисты обеих стран и мысли не допускали о возможности такого вот, без сучка и задоринки, выполнения намечен- ной программы. Везде им «чуди- лисы- отказы, постоянно они зада- вались вопросом: а если произой- дет не так, как задумали, что тог- да? И упорно искали запасные ва- рианты действий, усложняя и без того непростую программу полета
75 У гостиницы «Шератон Кингз Ин» в городе Клиар Лейк Сити. Слева направо: В. Д. Благов, Ю. С. Денисов, Б. П. Артемов, В. П. Варшавский, П. Франк, В. А. Тимченко, О. Г. Сытин, А. Л. Агеев. так называемыми нештатными си- туациями. Опыт космической работы, на- копленный в обеих странах, неиз- менно отводит этой стороне дела много внимания и времени. И все это при том, что, как мрачно шутили американды, в полете если и проис- ходят отказы, то, как правило, та- кие. которые не были предусмотре- ны до полета. Любопытно, что именно так и произошло в полете “Союз—Аполлон-. Ведь отказов в телевизионной системе на «Союзе» и осложнений при демонтаже сты- ковочного агрегата на «Аполлоне» не было в перечне нештатных си- туаций. Возникает вопрос: а нужна ли эта работа, если все равно всего не предусмотришь? Нужна. И вот почему. Во-первых, анализ до полета позволяет вы- явить наименее надежные элемен- ты в бортовом и наземном оборудо- вании. Тут уж либо принимают меры, чтобы достичь требуемой надежности, либо вырабатывают план действий, который позволит решить задачу, даже если отказ все-таки произойдет. Заранее гото- вый к подобной ситуации экипаж или наземный персонал смогут бы- стро принять верное решение. Во-вторых, чем больше будет рас- смотрено отказов, тем эффектив- нее пройдет предполетная трени- ровка экипажей и наземного персо- нала. В-третьих, даже если в полете происходит «непредусмотренный» отказ, экипаж и персонал Центра управления быстрее найдут пра- вильное решение. Ведь его поиск основан на тех же принципах, что были использованы для аналогич- ных случаев, хотя и при других отказах. Вот почему при подготовке к полету и советские, и американ- ские специалисты стремились про- анализировать весь комплекс средств, обеспечивающих полет «Союза» и «Аполлона» с точки зрения возможных отклонений в их работе. Начали с того, что совместно с американцами выработали единый подход к разработке нештатных программ действий и сформулиро- вали его в виде двух принципов. Первый из них—принцип безопас- ности полета Любая из сторон могла принять решение о прекра- щении полета своего корабля, ес- ли, по ее мнению, сложившаяся ситуация угрожает безопасности экипажа.
Второй критерий — принцип ус- пешного выполнения задач полета. Он означал, что, если произойдет отказ, не влияющий на безопас- ность экипажа, обе стороны будут стремиться к тому, чтобы выпол- нить как можно больше совместных задач полета. Специалисты вооружились этими принципами, и работа закипела во всех рабочих группах Анализирова- лись наземные средства подготов- ки кораблей на космодромах и ра- бота оборудования кораблей в по- лете, средства командно-измери- тельного комплекса и связи между Центрами управления 76 В результате этой работы были подготовлены и введены в совме- стную документацию рекомендации по нештатной программе действий более чем для ста ситуаций. Это немалый труд! Тем не менее все участники проекта с большим удов- летворением отмечали то обсто- ятельство, что в реальном полете эти разработки не потребовались. Вспоминая при этом недавние на- пряженные тренировки специали- стов Центров управления, когда имитировались многочисленные нештатные ситуации, кто-то пошу- тил: «Хорошо, что во время полета «Имитатор» был выключен!»
О. Г. Сытин, инженер БАЛЛИСТИКА ЭПАС НАЧАЛО РАБОТ В широком комплексе проблем, связанных с программой ЭПАС, большое значение имели баллисти- ческие вопросы выбор очередно- сти старта и времени старта ко- раблей; последовательность опе- раций по осуществлению встречи; выбор программы выведения на ор- биту, позволяющей рассчитывать на большую величину полезного груза, и т. д. Это—лишь неболь- шая часть задач, решенных балли- стиками до начала полета, причем в ходе самого полета очень многие из них решались вторично, но уже с учетом фактического течения полета. Очень кратко о роли баллистиков можно сказать так: они проектиру- ют и проводят точные расчеты уча- стков выведения космического ко- рабля на орбиту, орбитального по- лета и спуска с орбиты на Землю. Как видите, в руках баллистиков, по сути дела, весь полет от Земли и до Земли. Не стал исключением и проект ЭПАС. Хотя в нем в полной мере совместным был только уча- сток орбитального полета кораб- лей, проектирование этого полета оказалось возможным лишь при учете особенностей участков выве- дения и спуска советского и амери- канского кораблей. К обсуждению вопросов по сов- местному проекту баллистики обе- их стран подключились в декабре 1971 года Сейчас можно с иронией вспоминать очень осторожную фра- зу из первого совместного протоко- ла: «...и появилась возможность оп- ределить подход к изучению путей поиска согласованного решения». Тем не менее начало было именно таким. Мы и наши американские коллеги приступили к совместной работе, имея в активе общие за- коны небесной механики да боль- шой опыт проектирования и осуще- ствления собственных (но не совме- стных!) многочисленных космиче- ских программ. Итак, первая встреча. Некоторая скованность, настороженность и в то же время профессиональное и чисто человеческое любопытство. Мне кажется, что с такими же чувствами начал встречу и мой американский партнер Эдгар Лай- нберри Первое же знакомство, пер- вый обмен информацией по принци- пу: «А у вас?» —выявил твердое
78 Подписывается протокол совместной встречи первой рабочей группы. Советскую сторону представляет О. Г. Сытин (слева), американскую— Э. Лайнберри. Июль 1972 г. Хьюстон. взаимное понимание того, что начи- нать нашу работу мы должны с «баллистических азов». Так мы и сделали. Прежде всего обсудили системы координат и единщ, ис- пользуемые в наших странах при проведении баллистических расче- тов. Оказалось, что применяется множество самых различных си- стем, но лишь одна из них сразу же может быть названа «общей» и по содержанию, и по названию — гео- центрическая экваториальная вра- щающаяся Ее начало совпадает с центром Земли, одна из осей — с осью вращения Земли, а две другие лежат в плоскости земного эква- тора. Конечно, одной системы коорди- нат для совместного проекта было мало, поэтому в дополнение к ней пришлось согласовать еще не- сколько. Но традиции есть традиции, и в дальнейшем в нашей совместной работе использовалась в основном только одна система—наша пер- вая «общая». Еще одна немаловажная деталь В НАСА результаты расчетов тра- диционно представляются в фун- тах, футах и морских милях, а у нас в ходу метрическая система еди- ниц. Преимущества метрической си- стемы признаны повсеместно, и по- этому мы довольно быстро догово- рились с нашими коллегами об ис- пользовании в совместной работе килограммов и километров. И опять сила традиции показала себя. В своих внутренних документах наши коллеги все-таки проставляли ве- личины в фунтах и милях. Такая двойная «бухгалтерия» таила в се- бе потенциальную опасность и вре- менами давала «плоды». Один из них баллистикам довелось «вку- сить» во время тренировки Цен- тров управления в декабре 1974 года. Мы провели расчеты по данным наших американских коллег и обна- ружили чудовищное расхождение в результатах, полученных в Москве и Хьюстоне Поднялась тревога сре- ди баллистиков, пришлось мобили- зовать людей и компьютеры, выра- батывать и отбрасывать гипотезы, но—безрезультатно! Ситуация бы- ла действительно серьезной — ведь возникла она после трех лет совме- стной работы и всего за полгода до старта. В Хьюстон мы полетели озабо ченные и озадаченные. А все оказа- лось до обидного просто: в ходе тренировки американские специ- алисты передавали из Хьюстона в Москву весь необходимый набор баллистических параметров, но ве- личина одного из них была переда- на не в метрических единицах и превышала свое правильное значе- ние в несколько раз Можно привести еще один пример того, как мы оказались бессильны- ми перед силой традиции. «Витком» у нас называется участок полета от экватора до экватора при пролете над ним с юса на север. У наших коллег несколько различных поня- тий «витка», причем, как и у нас, традиция берет начало от первых стартов в космос. Отступить от привычного ни одна из сторон не нашла возможным—и в нашей до- кументации появились определения советского и американского «вит-
79 ка». Интересно, что в английском языке «виток» и «революция» пи- шутся одинаково. Это дало нам повод поговорить о «революционно сти» наших коллег. Первая встреча и обсуждение первых, технически простых вопро сов во многом выявили основные особенности совместной работы и позволили заложить основы балли- стического и языкового взаимопо нимания А профессиональный бал- листический язык, язык цифр и терминов, уже в ходе второй встре- чи позволил нам многое понимать не только без переводчика, но да- же вообще без знания английского языка. КОСМОДРОМ — НОСИТЕЛЬ — КОРАБЛЬ В общих чертах сближение двух кораблей, стартующих с различных космодромов, можно представить следующим образом Пусть один из кораблей выведен на орбиту. Его движение будет происходить в плоскости, которая образует с плоскостью экватора угол, называ- емый наклонением орбиты. Второй корабль должен оказаться в плос- кости орбиты первого корабля, в противном случае потребуются зна- чительные затраты топлива на сов- мещение плоскостей орбит. Совме- щение орбитальных плоскостей бу- дет в том случае, если старт второ- го корабля произойдет приблизи- тельно в момент, когда космодром, вращающийся вместо с Землей, пройдет через плоскость орбиты первого корабля Этот момент на- ступает дважды в сутки; один раз выведение осуществляется в севе- ро-восточном направлении, а дру- гой— в юго-восточном. После выведения кораблей в од- ну и ту же плоскость решается задача сближения кораблей в этой плоскости. Затраты топлива, необ- ходимые для выполнения сближе- ния, зависят от взаимного положе- ния кораблей и схемы сближения. Взаимное положение кораблей в начале сближения, в свою оче- редь, определяется взаимным рас- положением стартовых комплек- сов и очередностью запуска ко- раблей, наклонением и высотой орбиты корабля, запущенного пер- вым. В результате первых встреч ди- ректора проекта согласовали воп- росы, которые давали исходную информацию для баллистического проектирования совместного поле- та. Было решено: с космодрома Байконур запускается корабль «Со- юз», а корабль «Аполлон»—со стартового комплекса космическо- го Центра имени Кеннеди на мысе Канаверал. При выборе баллистической схе- мы любого полета учитываются многие характеристики стартовых комплексов, ракет-носителей и ко- раблей, но всегда в Соответствии с конкретной задачей выделяются наиболее существенные Такой подход был принят и в нашей рабо- те с американскими коллегами. В качестве примера я расскажу о том, какие особенности участков выве- дения на орбиту советского и аме- риканского кораблей мы учиты- вали. При полете ракеты-носителя от- дельные ее блоки, ступени, выпол- нив свою задачу, отделяются и падают на Землю. Районы их па- дения определяются соответству- ющим выбором направления, или азимута запуска, и программы вы- ведения на орбиту В том случае, если для падения отделяемых ча- стей можно выделить лишь строго ограниченные районы, задача рас- чета участка выведения становится более сложной. С этой точки зрения у наших американских коллег хлопот было намного меньше, чем у нас. Дей- ствительно. мыс Канаверал — часть восточного, Атлантического побе- режья полуострова Флорида. При
80 Старт «Аполлона» производится в тот момент, когда космодром имени Кеннеди оказывается в плоскости орбиты «Союза». Этот момент впервые наступает через 7.5 часов после старта «Союза». Азимут запуска и программа выведения ракеты-носителя выбираются таким образом, чтобы отделяющиеся в полете блоки падали в заранее отведенные районы. запуске ракеты-носителя в любом направлении, от северо-восточного до юго-восточного, вообще не воз- никает проблем с районами па- дения: за исключением лишь пер- вых секунд полета весь участок выведения находится над океа- ном. Нам так свободно обращаться с азимутом запуска и программой вы- ведения на орбиту нельзя. Сравни- тельно недалеко от Байконура про- стираются безлюдные, пустынные районы, в основном же полет раке- ты-носителя проходит над населен- ными районами. Поэтому участок
81 Проекция орбиты (одного витка) на поверхность Земли — трасса спутника. Дата стерта I. y.msr. 1M.I»7Sr. T.e.lWSr. • S.8.IVSr. 1.9.197$ г. 1319.197$/. Верммяя граница окна старта <час мим) 15: 44 15: 30 15-08 14:40 14:09 13: за Нимнм граница окна старта (час. мни) 15:34 15:20 14 : 58 14:30 13: 59 13:28 Стартовое окно согласовано не только для 15 июля 1975 года, но и для всех дат до 15 июля 1976 года включительно. выведения должен пролегать над определенными и строго ограничен- ными зонами. Вот почему наклоне- ние орбит космических объектов, стартовавших с Байконура, иначе говоря, направление их запуска, заранее и строго зафиксировано, например, 51,8 градуса, 51,6 гра- дуса. Кстати, эти особенности распо- ложения стартовых комплексов во многом определили и разли- чие систем управления ракета- ми-носителями, выбранными для ЭПАС. Так, для американского но- сителя «Сатурн- есть возможность менять азимут запуска и программу выведения на орбиту в широких пределах, и система управления создана такой, чтобы эту воз- можность использовать,— азимут и программу выведения можно оперативно, непосредственно пе- ред запуском изменить. Для но- сителя, запускаемого с Байкону- ра, аналогичной возможности нет, поэтому нет смысла наделять си- стему управления «лишними- свой- ствами. В одном отношении степь Байко- нура давала нам преимущество пе- ред прелестями субтропиков мыса Канаверал—в погоде, точнее гово- ря, в постоянстве погоды и возмож- ности уверенного прогнозирования ее изменений. Летом (особенно в июле) мыс Канаверал подвержен кратковременным, но довольно сильным капризам погоды, пред- сказать которые, даже на сутки вперед, практически невозможно. А производить запуск носителя во время грозы — мероприятие эре- лищно эффектное, но весьма опас-
82 ное. Нередко приходилось откла- дывать старт и ждать у моря хоро- шей погоды. Все эти соображения повлияли на решение вопроса об очередности старта и возможного переноса его даты. В частности, нашим коллегам сразу стало понятно, что «Союз» может быть запущен только в севе- ро-восточном направлении. Анало- гичное решение было принято и для «Аполлона». МЫ БЕРЕМСЯ ЗА СХЕМУ ПОЛЕТА Итак, исходные данные для пред- варительного проектирования оп- ределены. На этом этапе, как пра- вило, проводится сравнительное исследование совокупности воз- можных вариантов полета, обеспе- чивающих выполнение поставлен- ной задачи. С нашей стороны, на- пример, на встрече в Хьюстоне ле- том 1972 года, были представлены на общий суд восемь вариантов полета с различной очередностью старта кораблей, различными высо- тами монтажной орбиты (орбита стыковки) и орбиты ожидания (ор- бита, на которой первый корабль «ожидает» запуск второго). В че- тырех вариантах сближение прово- дил «Союз», в остальных—«Апол- лон». Внушительные исследования провели и наши коллеги. Теперь предстояло из всего многообразия вариантов выбрать один. И работа закипела—временами было легко, временами очень тяжело, но всегда трудились с пользой для дела и. следовательно, продвигались впе- ред. Я попытаюсь, иногда нарушая хронологическую последователь- ность и опуская подробности наших обсуждений, описать процесс рож- дения схемы полета. Одним из первых встал вопрос: какой корабль выводить на орбиту первым? Допустим—«Аполлон». Плоскость его орбиты выведения должна быть наклонена к экватору на 51,8 градуса Не иначе, так как именно эта величина отвечает воз- можностям участка выведения «Со- юза» А если не получится? Ведь выведение всегда происходит с не- которым отклонением от расчетных данных, а при серьезных неполад- ках в носителе—с большим, в том числе и по наклонению. Но для «Союза» выведение с наклонением 51,8 градуса предопределено, то есть мы не сумеем на участке выве- дения скомпенсировать возможные погрешности выведения «Аполло- на», и поэтому кораблям придется расходовать топливо на совмеще- ние плоскостей орбит Мы уже говорили, что эти расхо- ды могут быть неоправданно вели- ки: для изменения наклонения ор- биты на 1 градус «Аполлону» необ- ходимо израсходовать около 500 килограммов, а «Союзу»—около 300 килограммов топлива. Конечно, вероятность такой большой ошибки чрезвычайно мала, но она суще- ствует, и это следовало учесть. А самое главное—мы понимали, что затраченное на исправление ошиб- ки топливо фактически потеряно для решения задачи сближения. Ну. а если первым уйдет на ор- биту «Союз» и при этом тоже по- явится ошибка по наклонению? В этом случае все гораздо про- ще. На «Сатурне» перед стартом лишь незначительно подкорректи- руют программу выведения, про- ведут оперативное переприцели- вание с тем, чтобы добиться сов- падения плоскостей орбит. Такая операция не вызовет расхода топ- лива «Аполлона», практически не потребует дополнительных запа- сов топлива на носителе и позво- лит в полной мере использовать гибкость системы управления «Са- турна». Кроме того, было принято реше- ние о том, что сближение проведет
83 «Аполлон», причем на заключи- тельном участке—с помощью бор- товых измерительных средств, дающих возможность определить движение «Союза» относительно «Аполлона». Для работы этих средств крайне желательно, даже необходимо, чтобы «Союз» не ма- неврировал, то есть совершал «пас- сивный» полет по монтажной орби- те, Такая ситуация наступала после завершения «Союзом» формирова- ния монтажной орбиты Значит, чем раньше завершится формирование, тем быстрее произойдет стыковка и тем больше станет протяженность полета состыкованных кораблей. А это еще один довод в пользу старта «Союза» первым. Разумеется, вопрос об очередно- сти старта не выглядел столь про- сто, поскольку мы учитывали мно- жество других дополнительных со- ображений. Высказывались доводы и за иную очередность старта. Но обсудив и взвесив все -за» и «про- тив», советские и американские специалисты пришли к решению: «Союз» стартует первым Строим схему полета дальше. «Союз» вышел на орбиту, но над мысом Канаверал — гроза, старт «Аполлона» отложен Такая ситу- ация может повториться и в после- дующие дни. более того, не исклю- чена задержка по техническим при- чинам. Мы обязаны учитывать веро- ятность таких ситуаций И учитыва- ем. предусматривая для «Аполло- на» пять стартовых возможностей, то есть обсуждаем схему полета в случае старта «Аполлона» в любой из первых пяти дней полета «Со- юза». Это не перестраховка, просто все мы понимаем: совместный по- лет— уникальное событие, и требу- ется сделать все возможное для того, чтобы вероятность его успеш- ного выполнения стала максималь- ной Почему только пять возможно- стей? Да потому, что уже при ше- стой «Союз» и «Аполлон» не успе- вали бы сблизиться и состыковать- Послвдователь- ность событий для всех пяти стартовых возмож пост ей «Аполлона» (время отсчитывается от момента старта «Союза»), По*«т^е арамв 1 сев-о gw* го| 44 часа |МГС1ЫеОЙЯ4 гИ В*вс ' “ сое-а с тиа» . сбаежвмма 2 ' 1 соа—есч» а па • ВТ Г1 1 1 М-14 44ЧМВ — к/ L— С'ьмовка iaac. // / / ^д6лнжв»22^_ М-14 стыноава z с&а-ектным п< ' 44 часа аа» / / . ра-. С’ыковма / в wee- / — сбрииение 4 > М-14 Д5 нш стыковав z 5 1 M-U сгыаоваа 1 гормапмый пола» 1 -1 •к 4 7,5««св п»с аСа вдк а
84 ся до того момента, когда наш корабль должен будет идти на по- садку Дело в том. что корабль «Союз», подготовленный к совме- стному эксперименту, рассчитан на полет с посадкой не позже, чем в начале седьмых суток (плюс одни сутки, предусмотренные в ка- честве резерва для проведения спуска). Теперь допустим такую ситуацию: оба корабля выведены на орбиту, но стыковка и совместный полет невозможны из-за неполадок на «Союзе». Значит, совместный эк- сперимент не удался? Нет, мы не упускаем из вида и такую ситуацию; тогда основной корабль «Союз» произведет посадку, а ему на смену выведут на орбиту второй, резер- вный корабль «Союз» А что же случится, если аналогичная ситу- ация возникнет из-за «Аполлона»? Совместный полет не осуществит- ся, поскольку программа «Апол- лон» завершена и физически не существует второго корабля «Апол- лон» Да. мы делаем все возмож- ное. но нельзя забывать, что наши возможности ограниченны. Вот так появились первые детали схемы полета: «Союз» первым вы- водится на орбиту с наклонением 51,8 градуса. Предусмотрено пять стартовых возможностей для «Аполлона» и использование при необходимости второго корабля «Союз». Орбита выведения «Со- юза» имеет минимальную высоту 188 километров и максималь- ную— 228 километров. Высотные параметры орбиты вы- ведения — результат расчета уча- стка выведения «Союза», резуль- тат. который обеспечивает выпол- нение требований как по районам падения ступеней, так и по опти- мальному использованию топлива ракетой-носителем. После выведения «Союз» до- лжен сформировать монтажную ор- биту. Наш опыт и опыт наших кол- лег подсказал—монтажной орбите лучше быть круговой. Но какой высоты? Этот вопрос решили, опи- раясь на исследования наших аме- риканских коллег. Рассмотрев воз- можности своего носителя и своего корабля, учтя все пять стартовых возможностей, они сочли высоту 225 километров оптимальной. Сле- дует сказать, что такая высота была принята не сразу — мы брали для расчетов 222 километра, 230 километров, обсуждали и согласо вывали различные детали схемы полета, где некоторая неопреде- ленность знания высоты не была существенной. Коллеги наши тем временем продолжали исследова- ния, и окончательное решение бы- ло принято в 1973 году: высота монтажной орбиты — 225 кило- метров. Нам было ясно, каким образом «Союз» сформирует монтажную орбиту; нашим партнерам — как «Аполлон» будет сближаться с «Союзом». Была неясность в од- ном—на каком витке и в какой его части должны произойти стыковка, первое рукопожатие экипажей и начаться первый в истории интер- национальный полет космической связки. При решении этого вопроса учитывались различные его сторо- ны, в том числе и технические Во-первых, было решено, что при первой стартовой возможности сближение кораблей проводится «медленно и спокойно» за двое суток (для всех других стартовых возможностей — менее чем за сут- ки) Во-вторых, принималось во вни- мание, что наземные станции сле- жения СССР и США расположены в различных местах и только со стан- ций «Евпатория» и «Мадрид» мож- но «видеть» корабли почти однов- ременно. В-третьих, учитывалось, что непосредственно перед стыков- кой «Аполлон» проведет серию ма- невров по сближению и для этого желательно иметь связь «Аполло- на» с достаточным числом станций США. Хотя в полете каждый из экипажей смог бы осуществлять связь со «своим» Центром управле- ния через «чужую» наземную стан- цию. все высказанные соображения
85 были учтены и обе стороны удов- летворил вариант: стыковка про- изойдет на 36 витке полета «Со- юза» через 51 час 55 минут после его старта. Этому моменту соответ- ствует начало эоны связи со стан- цией «Евпатория». Если мы теперь вспомним, что посадка «Союза» запланирована в начале седьмых суток (142,5 часа полета «Союза»), а подготовитель ные операции к спуску начинаются за сутки до посадки, то сразу опре- делим: продолжительность поле та кораблей в состыкованном со- стоянии — около двух суток. Следует отметить, что не всегда согласование основных положений схемы полета проходило в последо- вательности, описанной выше. От- рабатывая детали отдельных эта- пов полета, подходя к одному и тому же вопросу с различных сто- рон, мы уточняли и отшлифовывали предварительные соглашения, при- водя их, насколько это было воз- можно, в соответствие с бесчислен ными пожеланиями и требованиями разработчиков систем кораблей и служб управления полетом. Были ситуации очень сложные, прямо- таки безвыходные для баллисти- ков. и тем более приятно вспом- нить, что и мы. и коллеги наши не теряли при этом чувства юмора и даже "«согласовывали» юмористи- ческие проекты, дающие рекомен- дации по выходу из создавшейся ситуации. НА СВИДАНИЕ НУЖНО ПРИХОДИТЬ НЕ ТОЛЬКО ВОВРЕМЯ, НО И В НАЗНАЧЕННОЕ МЕСТО Наиболее ответственная часть по- лета, и не только с точки зрения баллистики,— участок сближения и стыковки двух различных кораб- лей. Задачи советских и американ- ских баллистиков при этом различ- ны: наш корабль должен сформи- ровать монтажную орбиту и ожи- дать на ней «Аполлон», а «Апол- лон»— сблизиться с «Союзом». Фактически же «Союз» тоже сбли- жается, нос «тенью», которая прев- ратится в «живои» «Аполлон» в момент стыковки При этом послед- ний из своих маневров «Союз» про- водит за сутки до стыковки Сближение «Аполлон» проводит по типовой, принятой в США шести- импульсной (шесть маневров) схе- ме, такая схема использовалась, например, в программе «Скайлэб». «Союз» проводит формирование орбиты по двух- или трехимпуль- сной схеме; при сближении с «Са- лютом» у нас используется трех- или четырехимпульсная схема. Рас- чет характеристик маневров, то есть времени включения и продол- жительности работы двигателя, на- правления тяги двигателя во время работы делается на основе нашего знания исходной орбиты корабля и конечной цели. Основной источник знания орбиты—данные станций слежения: с помощью этих же стан- ций проводится обмен информацией (голосовой, командной, телеметри- ческой. телевизионной) с бортом корабля. Все наши наземные станции сле- жения расположены на территории СССР, американские—в Австра- лии, Африке, Европе, Южной и Се- верной Америке, на островах Тихо- го и Атлантического океанов. Таким образом, два измерительных ком- плекса взаимно дополняют друг друга и в сумме охватывают боль- шую часть земного шара. То. что мы договорились об их совместном ис- пользовании для связи с любым из кораблей, тоже шаг в достижении совместимости. Еще несколько слов о сближении кораблей. В момент выведения «Аполлона» на орбиту «Союз» на- ходится выше и впереди него вдоль орбиты приблизительно на 6 тысяч километров. Как же это огромное расстояние между кораблями сво-
86 дится до нуля? Это одновременно и просто и сложно. Действительно, просто. Средняя скорость движения корабля по ор- бите определяется периодом или средней высотой орбиты. Если два корабля проходят над экватором (начало витка) одновременно, но при этом высоты орбит отличаются на 9 километров (периоды — на 10 секунд), то уже через виток один из кораблей пройдет над экватором на 10 секунд раньше другого, то есть будет находиться на 80 километров впереди. За 10 витков расстояние увеличится до 800 километров. Именно таким образом и сокраща- ется огромное расстояние между «Аполлоном» и «Союзом». Ско- рость сближения на различных его этапах регулируется разностью вы- сот орбит кораблей: в начале поле- та «Аполлона» его орбита значи тельно ниже орбиты «Союза» и скорость сближения, или, как мы говорим, фазирования, составляет 480 километров за виток; на конеч ном этапе сближения «Аполлон» идет немного ниже «Союза» и фа- зирование происходит со скоростью 160 километров за виток. Действительно, сложно. Точность расчета и выполнения маневров должна быть высокой. Если «Апол- лон» пришел в заданную точку с опозданием на 1 секунду, «Союз» уйдет вперед на 8 километров; если двигатель «Союза» выключился с отклонением в 1 секунду от расчет- ного момента, максимальное отли- чие высоты орбиты от расчетного значения может составить до 2 километров, а через сутки положе- ние корабля вдоль орбиты будет отличаться от расчетного на 250 километров. В задаче сближения в полной мере проявляется баллистический парадокс. Для того, чтобы просто догнать другой корабль или бы- стрее догнать, нужно уменьшить период орбиты, то есть провести тормозной маневр и понизить орби- ту. Так что, хочешь догнать—тор- мози! «ДОБРЫЙ ВЕЧЕР, ПРОФЕССОР БУШУЕВ» — «ДОБРОЕ УТРО, ДОКТОР ЛАННИ» «Добрый вечер, профессор Бушу- ев»,—говорит доктор Ланни, начи- ная очередной телефонный разго- вор технических директоров. В Москве в этот момент 5 часов вече- ра. «Доброе утро, доктор Лан- ни»,— отвечает профессор, пос- кольку в Хьюстоне по местному времени 9 часов утра. Разнща в 8 часов между московским и хьюстонским време- нем для нас не просто житейское неудобство Ведь важнейшие бал- листические характеристики, на- пример, положение и скорость ко- рабля (или, как принято говорить, вектор состояния), привязаны ко времени. Как правило, все операции на орбите и работа всех служб по управлению полетом у нас тради- ционно планируются и проводят- ся по московскому времени. Но такая же традиция и у наших кол- лег. Жаль только, что время у них хьюстонское! И в этом случае выход из положе- ния был найден.Приняли компро- миссное решение: для временной привязки всех полетных событий как в предполетном проектирова- нии, так и в ходе полета решили взять гринвичское среднее время и полетное время «Союза». Первое отстает от московского на 3 часа, а отсчет второго ведется от момента старта «Союза». Гринвичское вре- мя необходимо, чтобы сориентиро- ваться, в какое же время суток происходит то или иное событие. Полетное же время удобно, пос- кольку оно не зависит от фактиче-
87 ск от о момента старта «Со- юза» —будь то 15 часов 20 минут по московскому времени 15 июля или другое время, или даже другая Дата. СТАРТОВЫЕ ОКНА Еще до того, как гринвичское и полетное время выбрали для сов- местного пользования, еще до того, как решили, кому стартовать пер- вым, мы обменялись с нашими коллегами данными о желатель- ном времени старта для нашего «Союза» и для американского «Аполлона». Обменялись, ужасну- лись и доложили дирек- торам— стартовые окна для со- вместного полета отсутствуют Что же такое стартовое окно? Время старта корабля выбирается так, чтобы на определенных уча- стках полета были соблюдены не- обходимые требования по освещен- ности на орбите или на поверхности Земли. Промежуток времени, при старте в котором эти требования будут выполнены, и есть стартовое окно. Не надо, правда, понимать так, что вне стартового окна полет начинать нельзя Просто при планировании полета мы должны сделать все возможное, чтобы поставленные требования были удовлетворены. Для «Союза» они сводились к следующему: а) приземление спускаемого ап- парата «Союза» должно произойти не позднее чем за 1 час до за- хода Солнца в районе приземле- ния; б) не менее чем за 8 минут до включения двигателя при сходе с орбиты на посадку корабль должен лететь над освещенной поверхно- стью Земли. Первое требование объясняет- ся естественным желанием эва- куировать экипаж из района при- земления при дневном свете. (Хотя посадка не раз происходила и ночью.) Второе требование вызвано опять же понятным желанием про- контролировать и продублировать работу автоматической системы ориентации корабля визуально с помощью ручной системы ориен- тации. а для этого экипаж дол- жен видеть на экране прибора бег освещенной поверхности Земли. (Хотя ручная система является дуб- лирующей.) Не такие, но подобные требова- ния выдвигались и ко времени стар- та «Аполлона». Они тоже не были абсолютны, но «крайне желатель- ны». И одно из них не совпадало с нашим требованием «б»—в случае аварии на участке выведения «Аполлона» командный модуль до- лжен приводниться в Атлантику не позднее чем за 3 часа до захода Солнца в районе приводнения. Это требование понятно: при аварии по- садка может произойти в любой точке океана от Флориды до Вели- кобритании. а найти и эвакуировать экипаж, особенно при волнении океана, дело сложное и ответ- ственное. (Но это не нормаль- ный ход полета, а нештатная си- туация.) И вот, прикинув, к чему приводит выполнение этих требований, мы обнаружили, что попали в класси- ческую ситуацию «лебедь, рак и щука»: при старте 15 июля для выполнения наших требований «Со- юз» должен был стартовать не раньше 16 часов 30 минут мос- ковского времени, а требования «Аполлона» могли быть выпол- нены при старте «Союза» не по- зднее 15 часов московского вре- мени. Ситуация оказалась настолько сложной, что притихли даже самые смелые оптимисты. Правда, мы и здесь не потеряли чувства юмора, но он стал мрачноватым—шутили, что единственным спасением будет старт 30 февраля Ясно было одно—решение необходимо найти,
В8 Так шутя иллюстрируют стартовое окно американские коллеги. а для этого придется поступиться некоторыми требованиями в зави- симости от того, насколько они серьезны. Вопрос о стартовых окнах неод- нократно обсуждался у директоров проекта. Часто обсуждения прини- мали острый характер: стороны с трудом соглашались отступать от выполнения традиционных требова- ний. Но стремление к компромиссу победило, и в итоге была согласо- вана стартовая «форточка»—от 15 часов 20 минут до 15 часов 30 минут московского времени 15 июля, а номинальным временем старта выбрали 15 часов 20 минут. Эта «форточка» далась нам столь нелегко, что мы все-таки на- звали ее солидно—«стартовое окно». От чего же пришлось отсту- пить? Мы согласились обеспечить вы- полнение условий для системы ручной ориентации «Союза» не на основном, а на резервном витке посадки; наши партнеры со своей стороны урезали светлое время поиска командного модуля в во- дах Атлантики в случае ава- рии на участке выведения «Апол- лона». Остается добавить, что старто- вое окно мы согласовали не только для 15 июля 1975 года, но и для всех дат до 15 июля 1976 года включительно. При этом согласова- нии тоже были и свои проблемы, и свои компромиссы РАЗНЫЕ МОДЕЛИ НАШЕЙ ПЛАНЕТЫ Работу над баллистикой проекта мы начинали с согласования про- стейших, но необходимых понятий и определений, а к моменту заверше- ния проекта накопили целый том под названием «Баллистическая вычислительная модель»—своего рода советско-американский бал- листический разговорник, он же толковый словарь Системы коор- динат и форма земной поверхности, модели гравитационного поля и ат- мосферы Земли, понятие «круговая орбита», советское и американское понимание «витка» орбиты — все это описано в документе с необхо- димой математической строгостью. Все это было нужно для ЭПАС. и все это станет полезным для любого будущего международного проекта. После согласования основных по- ложений схемы полета и времени старта «Союза» пришла пора точ- ных баллистических расчетов И здесь снова пришлось столкнуть- ся с издержками изолированного исследования космоса в наших странах Наша общая планета Земля име- ет вполне определенную форму, гравитационное поле (или поле тя- готения) и окружена вполне опре- деленной атмосферой. Но знаем мы об этих характеристиках нашей планеты, увы, совсем не так опре- деленно, как хотелось бы. Знание это основано на опыте, в частности на опыте полетов космических объ- ектов. Поскольку опыт наших стран был индивидуален, то и теории, построенные на его основе, раз- личны По мере накопления опыта тео- рии совершенствуются и мы приб- лижаемся к тому, что является истиной; но пока лишь описываем истину с помощью приближенных моделей
89 Наши коллеги и мы понимали важность использования единых моделей в совместном проек- те— единство обеспечивало прак- тически полную тождественность результатов расчетов Поэтому в 1972 году для введения в единую вычислительную модель ЭПАС бы- ли одобрены модель атмосферы, предложенная советской стороной, и гравитационная модель, предло- женная нашими партнерами. При согласовании гравитацион- ной модели особых трудностей не было, поскольку в космической практике обеих стран используются фактически одинаковые модели; работа свелась к согласованию точ- ности, с которой достаточно опи- сать гравитационное поле. С атмосферной моделью вопрос был существенно более сложным. Модели партнеров отличались фи- зическими принципами, на основе которых они были построены, и математической формой. Расчет плотности атмосферного вещества по этим моделям при одних и тех же условиях давал различные резуль- таты. А судьей могла бьггь только сама атмосфера. Плотность атмосферы на высотах порядка нескольких сот километ- ров от поверхности Земли состав- ляет исчезающе малую величину Сопротивление, которое испытыва- ет тело, движущееся в некоторой среде, характеризуется скоро- стным напором — величиной, про- порциональной плотности и квадра- ту скорости движения относитель- но среды. Поскольку скорость дви- жения по орбите величина немалая, получается приблизительно следу- ющая картина: сопротивление, ока- зываемое атмосферой на космиче- ский корабль, движущийся по орби- те с высотой 200 километров, со- ставляет 6 процентов от сопротив- ления воды на тот же корабль, но движущийся со скоростью 1 см/сек Само по себе это сопротивление не столь уж велико, но оно действует постоянно, и вот итог: в результате воздействия атмосферы высота монтажной орбиты в полете ЭПАС за трое суток понижается на 4 километра Описание реальной атмосферы с помощью математической моде- ли—дело чрезвычайно сложное из-за сложной природы распреде- ления плотности во времени и про- странстве и ограниченности наших знаний этого распределения Соз- дание модели, ее проверка и довод- ка производятся на основе данных слежения за полетом космических объектов. Так. модель атмосферы ЭПАС была построена по данным наблюдения за полетом 150 совет- ских космических объектов Она учитывала интенсивность солнеч- ного радиоизлучения и состояние магнитного поля Земли, время года и время суток. Отслеживая изме- нение этих факторов во времени, модель -дышит» и поэтому названа «динамической моделью». Несмот- ря на сложность природы такого явления, как атмосфера, модель получилась математически компак- тной. наглядной физически, удоб- ной при использовании и достаточ- но точной. Именно поэтому она пришлась «по вкусу» нашим коллегам и была принята для совместных предпо- летных расчетов. Правда, коллеги наши отказались от использования этой модели при расчетах в ходе самого полета. Причиной отказа, как они объяснили, была высокая стоимость переделки программы компьютера хьюстонского Центра управления Но об этом позд- нее. Несколько слов хочется сказать об одном из понятий, описанных в документе «Баллистическая вы- числительная модель»,—понятии «круговая орбита». Во-первых, ее нельзя назвать круговой в прямом смысле этого слова. Расстояние ко- рабля от центра Земли при полете по круговой орбите изменяется в пределах до 2 километров — это результат влияния гравитационного поля сплюснутой Земли. Во-вторых, высота над различными точками
90 1. Окружность радиуса Г 6378, 16 км + i 225 км~ =6603, 16 км 2. Реальная круговая орбита высотой 225 км 3. Окружность с радиусом Я, равным среднему экваториальному радиусу Земли. Я-6376, 16 км. 4. Реальная поверхность Земли. поверхности Земли при полете по такой орбите может отличаться на 11 километров из-за отличия повер- хности Земли от сферической по- верхности. И в-третьих, толкование этого понятия у нас и американских коллег было различным. Даже пос- ле того, как мы договорились о единой модели формы земной по- верхности и единой модели грави- тационного поля, высоты советской и американской «круговых» орбит отличались в некоторых точках почти на километр Такой неопре- деленности в отношении круговой монтажной орбиты, естественно, допустить было нельзя Поэтому мы договорились, что будем считать круговой такую орбиту, высота ко- торой одинакова в радиально про- тивоположных точках; при этом за высотную характеристику орбиты принимать высоту над земной по- верхностью на экваторе. И когда мы говорили, что «Союз» формиру- ет круговую монтажную орбиту вы- сотой 225 километров, это означа- ло: минимальная высота такой ор- биты 225 километров (над эквато- ром), а максимальная — 236 кило- метров (через четверть витка после пролета над экватором). ЕСТЬ СХЕМА ПОЛЕТА! Мы в общих чертах описали, как проектировалась баллистическая схема полета, а фактически — сам полет. Работа над схемой про- ходила несколько лет, и к маю 1975 года мы согласовали оконча- тельную, пятую редакцию доку- мента «Баллистическая схема по- лета». Этим документом мы и вос- пользуемся Трехступенчатая ракета-носи- тель с кораблем «Союз» стартует с космодрома Байконур 15 июля 1975 года в 15 часов 20 минут московского времени (далее мос- ковское время сокращенно обо- значается «МВ»), Запуск произво- дится в северо-восточном направ- лении, и корабль выводится на орбиту 186x228 километров (вы- сота в перигее и апогее) с наклоне- нием 51,8 градуса. Допускается за- держка времени старта на 10 ми- нут. На участке полета между эонами видимости с наземных станций СССР на четвертом и пятом витках
91 «Союз» проводит первьмй маневр формирования монтажной орбиты Цель его—обеспечить расчетное положение корабля на орбите в момент проведения второго ма- невра. Через 7 часов 30 минут после старта «Союза» (22.50 МВ) с пуско вого комплекса имени Кеннеди на мысе Канаверал будет запущен в северо-восточном направлении «Аполлон». Корабль выводится двухступенчатым носителем на ор- биту 150 х 167 километров с накло- нением 51,8 градуса. Примерно че- рез час «Аполлон» должен начать операции по извлечению стыковоч- ного отсека из второй ступени носи- теля и произвести небольшой ма- невр, чтобы уйти от ступени и избе- жать соударения. Первый маневр «Аполлона» из серии маневров сближения будет проведен в 13 часов 11 минут по- летного времени «Союза» (далее сокращение «ПВ» будет означать время, прошедшее с момента стар- та «Союза»). Цель этого маневра практически совпадает с целью первого маневра «Союза» На участке полета между зонами видимости 17 и 18 витков «Союз» вторым маневром завершит фор- мирование круговой монтажной орбиты высотой 225 километров. С этого момента вплоть др сты- ковки «Союз» не совершает опе- раций. изменяющих параметры ор- биты. Второй маневр «Аполлона», про- водимый в 48.34 ПВ, в основном предназначен для обеспечения от- носительной дальности между ко- раблями, позволяющей «Аполлону» начать бортовые навигационные измерения за некоторое время до проведения следующего ма- невра С третьего маневра, который будет проведен в 49.18 ПВ, все расчеты по маневрам осущест- вляются бортовым компьютером «Аполлона» на основе данных бортовых измерений секстантом и УКВ—системой измерения даль- ности. Стыковка произойдет 17 июля в 19.15 МВ на 36 витке «Союза» за 10 минут до входа в орбитальную тень. С этого момента начинается почти двухсуточным полет связки кораб- лей Первая расстыковка кораблей в 95 42 ПВ совмещена с началом Схема полета.
92 эксперимента «Искусственное сол- нечное затмение». До выхода из орбитальной тени на 65 витке «Со- юза» связка кораблей ориентирует- ся таким образом, чтобы -Аполлон» находился на линии «Союз» — Солнце. Через 1 минуту 15 секунд после орбитального восхода корабли раз- деляются и «Аполлон» отходит от «Союза», затеняя Солнце, играя роль искусственной Луны. Экипаж «Союза» проводит фотографирова- ние различных участков солнечной короны и после расхождения на расстояние 200 метров «Аполлон» возвращается к «Союзу» для про- ведения повторной стыковки ко- раблей. Через 15 минут после оконча- тельной расстыковки на 68 витке «Союза» (19 июля в 18.27 МВ) начинается и в течение трех витков продолжается эксперимент «Уль- трафиолетовое поглощение», при котором «Аполлон», отходя на раз- личные расстояния от «Союза», проводит зондирование атмосфе- ры. После завершения эксперимен- та наступает участок автономного полета кораблей по своим програм- мам. «Союз» будет оставаться на ор- бите еще около 40 часов и призем- лится в Казахстане 21 июля в 13.52 МВ «Аполлон» совершит приводне- ние в Тихий океан близ Гавайских островов через трое суток после приземления «Союза». А У ВАС? «Союз» еще не стартовал, а связь между Центрами управления уже установлена и идет обмен инфор- мацией о ходе подготовки ракет- носителей и кораблей к запуску За 22 часа до старта «Союза» под- тверждаем нашим коллегам, что формируем номинальную монтаж- ную орбиту, и сообщаем ее пара- метры. Полную характеристику орбиты дает вектор состояния, то есть на- бор данных о положении и скорости корабля в некоторый момент вре- мени и о параметре, позволяющем учитывать в расчетах атмосферное сопротивление. Первый вектор со- стояния, переданный из Москвы в Хьюстон, позволяет нашим колле- гам осуществить предварительные расчеты по прицеливанию носителя «Сатурн». За 3 часа 10 минут и за 30 минут до старта «Аполлона» в Хью- стон передаются второй и третий векторы состояния, которые под- тверждают, а при необходимости и уточняют параметры монтажной ор- биты. На основе этих данных произ- водится окончательное прицелива- ние «Сатурна». Передача векторов состояния «Союза» из Москвы в Хьюстон и «Аполлона» из Хьюстона в Москву происходит в течение всего полета. В Центрах управления эти векторы необходимы для расчета времени старта, первых маневров «Аполло- на» и зон связи кораблей со всеми станциями слежения, привлечен- ными к этой работе в обеих стра- нах При планировании времени пере- дачи векторов состояния мы учиты- вали, с одной стороны, загружен- ность Центров управления текущей работой по управлению полетом, а с другой — желание баллистиков иметь самое свежее представление о параметрах орбиты кораблей. Кроме этого приходилось учиты- вать различие моделей атмосфер в компьютерах Центров и необ- ходимость в связи с этим умень- шения интервала прогнозирова- ния — интервала времени от момен- та. которому соответствует вектор состояния, до момента, в кото- рый мы должны иметь параметры орбиты для последующих расче- тов В результате совместных обсуж- дений мы выбрали временнбй гра- фик обмена векторами состояния между Центрами не только для нормального хода полета, но и для
93 различных вариантов отклонения от него, в том числе для всех пяти стартовых возможностей «Аполло- на». Обмен телеграммами между Цен- трами производится в так называ- емой транслитерированной форме, когда русские слова составляются из латинских букв И баллистики шлют из Москвы в Хьюстон телег- рамму: — SOOBSHAEM VEKTOR SOS- TOtANIIA SOIUZA POSLE VTO- ROGO MANEVRA. РАСЧЕТНЫЙ ХОД ПОЛЕТА — ЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ НЕШТАТНОЙ СИТУАЦИИ Проводя точные баллистические расчеты по схеме полета, мы пони- мали, что в реальном полете орби- ты кораблей, действия экипажей и персонала Центров управления не будут точно соответствовать рас- четным. Действительно, ракета- носитель и корабль—это сгусток систем, приборов и датчиков, пусть надежных и высокоточных, но не абсолютно надежных и не абсолют- но точных. Все системы многократ- но проверяются, в ряде случаев системы и отдельные приборы дуб- лируются или троируются, но и это не гарантирует стопроцентной на- дежности. Наше знание параметров атмос- феры и гравитационного поля Зем- ли лишь модель «истины»; наше знание орбиты корабля содержит, кроме ошибок модели, ошибки из- мерений станций слежения. Мате- матика, запрограммированная в компьютерах, позволяет свести эти ошибки к минимуму, но не к нулю Экипаж и персонал управле- ния — высококвалифщированные специалисты в своей области, про- шедшие многочисленные трениров- ки, но они тоже люди. Таким образом, возможностей от- клонения хода полета от расчетно- го более чем достаточно. Эти от- клонения могут быть в заданных пределах — мы их называем номи- нальными отклонениями, или раз- бросами. Они, в свою очередь, при- водят к номинальным отклонениям в траектории носителя на участке выведения, в орбите корабля после исполнения маневров, в координа- тах точки посадки и к ошибкам в знании параметров орбиты. Если полет проходит в границах номи- нальных отклонений, то мы гово- рим. что и сам полет проходит номинально. Но отклонение от полета может быть и существенным. В результа- те. например, отказа одной из си- стем носителя или корабля, грубой ошибки при работе системы, экипа- жа или персонала управления. Та- кие ситуации маловероятны, но мы все-таки должны быть к ним го- товы. В этом случае мы говорим обычно, что возникла нештатная ситуация, а если нештатная ситу- ация существенно угрожает выпол- нению основных задач полета или даже безопасности экипажа, отно- сим ее к аварийным. В принципе отказов и ошибок, вызывающих отклонение полета от номинального, можно предполо- жить множество Чтобы детально их проанализировать и подготовить рекомендации к действиям в случае каждой из них. потребовались бы годы работы. Поэтому необходимо было как-то сгруппировать нештат- ные ситуации, выделив типовые, наиболее важные и наиболее веро- ятные, а затем разработать общие принципы выхода из таких ситу- аций. Здесь-то как раз и помог опыт, который и мы, и наши коллеги приобрели в работе со своими ко- раблями Оказалось, что в практи- ке обеих сторон не принято рас- сматривать вариант наложения аварии на аварию, то есть одновре-
94 менный отказ или грубую ошибку в работе двух различных систем. Это сразу существенно снизило число исследуемых вариантов. В ряде случаев, опираясь на имеющийся опыт, удалось ограничить слишком большие диапазоны отклонений по- лета от номинального меньшими, но более вероятными и разумными. Например, для анализа нештатного формирования монтажной орбиты ограничили возможные высоты ор- бит диапазоном 170—500 километ- ров. Составляя перечень нештатных ситуаций, обмениваясь данными о возможностях наших кораблей, мы шаг за шагом продвигались в анали- зе. иногда совместно, иногда инди- видуально, но всегда с учетом по- желаний и требований партнера. Были рассмотрены случаи нештат- ного выведения на орбиту, непра- вильного выполнения маневров, пе- реноса маневров и точки встречи на несколько витков или на сутки, досрочной посадки основного «Со- юза» и старта резервного и многие Другие. Число выбранных для анализа нештатных ситуаций было все-таки велико и объем работы огромен. По количеству расчетов анализ многих нештатных ситуаций не уступал рас- четам по номинальному полету. Го- ры бумаги и грамм результата, но полноценный грамм—четкая и ла- коничная рекомендация к дей- ствию. Такие лаконичные рекомен- дации составили целый доку- мент— «Баллистический анализ нештатных ситуаций». «ТРЕНИРУЙСЯ, ЦУП-М, ТРЕНИРУЙСЯ, ЦУП-Х...» Еще не полностью было завершено обсуждение деталей схемы полета и нештатных ситуаций, но баллисти- ки Центров управления уже начали проводить тренировки. Весной 1974 года мы решили, не дожидаясь от- крытия каналов связи между Цен- трами, сделать контрольные расче- ты на компьютерах московского и хьюстонского Центров, взяв за ос- нову одни и те же векторы состо- яния и сравнив полученные после расчетов результаты. Это было первое взаимодействие именно тех компьютеров, которым предстояло проводить баллистические расчеты в ходе полета. До сих пор мы считали на других машинах по сог- ласованной вычислительной моде- ли ЭПАС и наши результаты совпа- дали. И именно эта, первая трени- ровка показала, какие осложнения нас ждут из-за различия моделей, используемых в Центрах. Такого же типа тренировку мы провели в декабре 1974 года, когда каналы связи между Центрами уже открылись, и результаты подтвер- дили — неприятности будут, если мы не разработаем определенных рекомендаций. В начале декабря 1974 года был проведен эксперимент по совме- стному слежению за полетом ко- рабля «Союз-16» Оба Центра рабо- тали независимо друг от друга, ис- пользуя измерительную информа- цию от своих станций слежения. На встрече делегаций в январе 1975 года мы обсудили результаты тре- нировок и совместного эксперимен- та по слежению и пришли, казалось бы. к парадоксальному выводу: ес- ли определение и прогнозирование движения одного и того же корабля Центры проводят независимо друг от друга, то результаты не только совместимые, но просто хорошие; если же один из Центров использу- ет результаты определения орбиты другого Центра, то совместимо- сти, мягко говоря, нет. В чем же дело? При движении корабля в атмос- фере на него действует сила атмос- ферного сопротивления. Величина этой силы зависит и от скоростного напора, о котором говорилось вы-
95 ше, и от размеров, формы, веса корабля, его ориентации по отноше- нию к направлению движения. Эти характеристики сведены в единый параметр, называемый баллистиче- ским коэффициентом. Далее, поскольку реальная ат- мосфера не совпадает с моделью атмосферы, заложенной в компь- ютере, и их отличие может носить не только систематический. но и случайный характер, баллистиче- ский коэффициент используется как коэффициент согласования фактического состояния реальной атмосферы с ее моделью. Пусть на одном из витков или нескольких витках Центр обработал результа- ты измерения орбиты станциями слежения, определил параметры орбиты и рассчитал положение и скорость корабля на некоторый мо- мент в будущем. Почти наверняка в этот будущий момент корабль не окажется в расчетной точке (если будет, то, значит, временно реаль- ная атмосфера и ее модель в компьютере полностью совпали). Станции слежения проведут новые измерения орбиты, и Центр опреде- лит ее новые параметры. Для того, чтобы все-таки иметь возможность достаточно точно предсказать по- ложение корабля на орбите в буду- щем, подбирают величину балли- стического коэффициента так, что- бы расчет движения корабля в ат- мосферной модели из прошлого в настоящее соответствовал резуль- татам измерений станций слежения в прошлом и настоящем. Такая процедура приведения в соответствие реальной атмосферы и ее модели была принята в нашей космической практике и практике наших коллег. Проект внес новый элемент—при совместной работе мы должны ошибаться одинаково, вернее, мы должны заложить в компьютеры, проводящие балли- стические расчеты, одну и ту же степень незнания реальной атмос- феры. Пусть в ходе полета «Союза» мы определили баллистический коэф- фициент—это означает, что мы не только знаем положение и скорость корабля в некоторый момент, но и можем рассчитать их для любого другого момента в будущем. Наши партнеры должны иметь эту же возможность, поскольку «Аполлон» сближается с «Союзом». Мы пере- даем в Хьюстон параметры орбиты и баллистический коэффициент, но баллистики в Хьюстоне не могут на основании этих данных правильно предсказать движение •Союза», потому что модель атмосферы у них не та, для которой был определен баллистический коэффициент Точ- но такая же ситуация возникает и при передаче данных об орбите «Аполлона» из Хьюстона в Москву Для того, чтобы избежать необхо- димости прогнозировать «чужую» орбиту, можно было увеличить ча- стоту обмена баллистическими дан- ными между Центрами управления Но при этом, с одной стороны, увеличился бы объем информации, которую нужно было бы готовить и передавать по каналам связи меж- ду Центрами, а с другой—был бы нанесен ущерб автономности и опе- ративности работы баллистиков каждого Центра. В результате усиленной работы над атмосферной проблемой мы согласовали мероприятия, которые в основном проблему разрешили. Во-первых, мы очень тщательно пересмотрели запланированный график обмена баллистическими данными для случая нормального полета и различных вариантов от- клонения от него. Во-вторых, наши американские коллеги провели исследование и определили поправки к своей модели атмосферы с тем, чтобы она приблизилась к модели ЭПАС. В-третьих, они же взяли на себя обязательство в случае значи- тельных отклонений полета от нормального рассчитывать и вводить дополнительный коэффи- циент согласования, так называ- емый к-фактор.
96 С помощью всех этих мер мы добились практическом совмести- мости баллистических расчетов для реального полета. А когда все это было позади, мы могли шутить, говоря, что сделали все возможное и даже воспользовались услугами «к-баллистики» (ка-баллистики). Первопричина же наших атмо- сферных злоключении оказалась, пожалуй, несостоятельной—цена достигнутого нами частичного ре- шения проблемы наверняка пре- взошла стоимость переделки про- граммы хьюстонского компьюте- ра Да плюс эмоциональные рас- ходы! В ходе тренировок Центров про- ходила своеобразная «подчистка хвостов» по баллистике. Не всегда во время рабочих встреч при реше- нии принципиальных вопросов про- екта находилось время для скрупу- лезного просмотра всех деталей, больших и маленьких. А в трениров- ках при проигрывании всех уча- стков полета незначительных дета- лей нет — все одинаково важно, как и в самом полете. Таким обра- зом нам удалось обнаружить, а за- тем ликвидировать различие в рас- четах момента восхода и захода Солнца на орбите; мы обнаружили расхождение в расчетах момента входа в эоны связи с некоторыми станциями США и выхода из них и договорились, как этого избежать. Мы, наконец, реально почувствова- ли, что такое работать с Центром управления в Хьюстоне. О БАЛЛИСТИКАХ И ИХ СОВМЕСТИМОСТИ В мае 1975 года наступил момент, когда можно было сказать: совме- стное проектирование и подготовка совместного полета практически завершены. Осталась последняя совместная тренировка Центров управления, запланированная на конец июня—начало июля. Теперь можно было в перерыве между работой (а ее всегда много) осмыслить ЭПАСовский период на- шей жизни, кое-что из этого периода вспомнить и немного пофилософствовать. Тот факт, что мы завершили про- ектирование и подготовку совме- стного полета по всем направлени- ям и службам баллистики, означал достижение баллистической совме- стимости и готовность к полету. Полет дал наиболее авторитетную и окончательную оценку нашей работы. При обсуждении технических воп- росов в ходе работ по проекту ЭПАС мы взаимно знакомились с подходом к решению тех или иных задач и применяемыми методами. Такое профессиональное знаком- ство—тоже элемент совместимо- сти. Он совершенно необходим в ситуациях, при которых мы по тем или иным причинам не могли полно- стью принять точку зрения наших партнеров при выработке общего решения и должны были идти на компромисс. И наконец, в ходе совместной работы советско-американского баллистического коллектива по- явилась просто совместимость об- щечеловеческого плана — за годы работы вместе мы стали понимать жесты, интонацию, довольно часто многое было ясно с полуслова, а это уже прямой и немаловажный вклад в дело успешного выполнения работы. Наш рассказ о баллистическом направлении работы над ЭПАС хо- телось бы дополнить воспоминани- ями. относящимися именно к обще- человеческой стороне сотрудниче- ства. Тем более что читатель уже получил техническое представле- ние о характере работы баллисти- ков Мы уже говорили, что в совме- стной работе было много трудно- стей. Эти трудности преодолева- лись иногда очень легко, а иногда тяжело. Не всегда и не во всем мы до конца понимали и принимали
97 точку зрения коллег, иногда в на- ших деловых отношениях возника- ла напряженность, но всегда она исчезала благодаря сознанию необ- ходимости двигаться вперед, а очень часто с помощью универ- сального и интернационального средства—юмора. Многие конф- ликтные ситуации не оставили следа в памяти, но отчетливо пом- нится (и это надолго), как мы техни- ческим юмором отреагировали на них. Можно привести, например, вы- держку из совместного < Юмористи- ческого проекта», необходимое тех- ническое понимание ситуации у чи- тателя теперь есть. ЭПАС (40100+40 200)- ЭПАС 80300 (Юмористический проект) Баллистической группе рабочей подгруппы Ns 1 удалось к концу встречи согласовать программу ра- боты на встрече и приступить к рассмотрению документов, подпи- санных на предыдущей встрече. Кроме того, руководствуясь же- ланием повысить вероятность вы- полнения совместного полета и горячим желанием максимально удовлетворить все требования и ограничения, накладываемые на баллистику при осуществлении совместного полета, группа приш- ла к выводу о необходимости вы- полнения следующих основных по- ложений: 1. Оба корабля запускаются со своих стартовых комплексов в юго-северном направлении в одно и то же время, тем самым сни- мается вопрос об очередности ст-грта. 2 Корабли выводятся на одну и ту же квадратную орбиту... 3. В качестве даты старта вы- бирается 30 февраля любого года При этом будет обеспечена посадка кораблей за 24 часа до захода Солнца в районе по- садки... В ГОСТЯХ у Кена Янга. 6. Для дублирования участка причаливания «Аполлон» оборудо- ван лассо и рыбачьей сетью... ... Следует дополнительно прора- ботать вариант, когда «Аполлон» и «Союз» стыкуются на Земле. Стороны согласились, что добав- ления и изменения к перечислен- ным основным положениям долж- ны вноситься только без консульта- ции между сотрудничающими сто- ронами. Честно скажем, что сочинение этого проекта доставило нам и Эду Лайнберри человеческого удовлет- ворения не меньше, чем согласова- ние какого-либо сложного техниче- ского вопроса.
98 Встреча советских гостей на ранчо в штате Техас. Кен Янг был не только одним из «величайших баллистиков мира» (рост около двух метров), не только специалистом, возглавлявшим пос- ледние годы баллистическую под- группу НАСА, но и большим шутни- ком. С его легкой руки слово «борщ» для наших коллег стало синонимом «очень хорошо», с его участием был составлен русско- английский разговорник из слов и выражений, наиболее часто упот- ребляющихся в наших переговорах, например: «Я согласен, но...» Он выучил и часто произносил, правда, иногда совсем уж в неподходящих ситуациях: «Сгинь, нечистая сила!» Многие встречи мы начинали не с обычного приветствия, а с во- проса: «А что ты здесь делаешь?» — ко- торому в английском нашелся точ- ный эквивалент. Вместе с Кеном мы на мотив популярной американской мелодии сочинили песню с русско- английскими куплетами о нашей работе с обращением к нашим «бос- сам»: «Франк и Тимченко! Вы наши боссы, и поэтому мы любим вас». Эту песню мы репетировали и под гитарный аккомпанемент Янга, ка- жется не без успеха, исполнили перед нашей рабочей группой. Очень трудно, а скорее, просто невозможно упомянуть всех совет- ских и американских специалистов по баллистике, которые в той или иной мере приняли участие в рабо- те по программе ЭПАС Особенно полезную работу по подготовке баллистического обеспечения по- лета провели Владимир Дмитри- евич Ястребов, ставший баллисти- ком еще до полета первого спутни-
99 ка, и его партнер Билл Воленхапт. Они оба ветераны космической тех- ники, оба закончили войну в Герма- нии, оба тяготеют к вопросам опре деления и прогнозирования орбит Уже говорилось, сколь трудно было провести исследование нештатных ситуаций. В том, что к полету мы были во всеоружии, большая заслу- га Валерия Григорьевича Ермакова, который провел дотошный анализ большого числа возможных и прак- тически невозможных аварийных ситуаций. Вместе с ним работали Боб Мэрриэм и Ранни Мур Наши встречи в Москве и Хьюсто- не были лишь своего рода «опера- тивками», на которых сопоставля- лись и обсуждались результаты ра- боты за некоторый прошедший пе- риод, проводилась их оценка на совместимость и вырабатывалось взаимоприемлемое решение, стави- лись новые задачи на будущее Встречи проводились несколько раз в год, а работа шла непрерывно И если объем работы в ходе встреч был большим, то можно предста- вить, каков был объем подготови- тельных исследований, расчетов. В заключение хотелось бы отме- тить, что основное отличие наших американских коллег как специали- стов от нас было, пожалуй, в их более узкой специализации. На од- ной из встреч, например, вместе со мной в Хьюстоне работали 11 аме- риканских коллег. Несомненно, что любой из тех, кто принимал участие в работе бал- листической подгруппы с советской стороны — В. Д. Ястребов, В. Г. Ер- маков, Е. С. Макаров, В. П. Гав- рилов,— практически одинаково успешно мог бы обсуждать и решать любую проблему балли- стики ЭПАС. И некоторое доволь- но условное разделение работы между нами было вызвано только большим объемом вопросов, кото- рые мы должны были решать в ходе подготовки проекта и по- лета. Мы и наши коллеги, конечно, во многом люди разные, но, когда у нас общая задача, которую мы все понимаем и одобряем, мы можем работать вместе. Наш проект доказал, что получа- ется совсем неплохо.
В. П. Легостаев, канд. техн, наук, руководитель второй рабочей группы ЭПАС КОРАБЛИ ИДУТ НА СБЛИЖЕНИЕ НА РАЗНЫХ МЕРИДИАНАХ Июньским днем 1971 года мы —не- большая группа советских специ- алистов — вылетели из Москвы в Нью-Йорк. Путь наш лежал дальше, в город Хьюстон, в космический Центр имени Джонсона—на первую рабочую встречу с американцами. Впереди была долгая совместная работа, и очень многое зависело от этой встречи В Хьюстоне нас поселили в местечке, которое называется «Центр чистых озер» Мы его тут же перекрестили в «Чистые пруды». Стояла невыносимая жара, и в го- стинице. в учреждении, в автомоби- ле— повсюду журчали кондиционе- ры. «Как же вы жили здесь, когда не было кондиционеров?» — спра- шивали мы у хозяев. «А мы здесь и не жили»,—улыбаясь, отвечали они. Этот город, шестой по размерам в США, стал расти невиданными тем- пами лишь с начала 50-х годов. Расположен он вблизи Мексикан- ского залива, чуть ли не в самом жарком месте нашей планеты. Наш приезд вызвал в космиче- ском Центре имени Джонсона доброжелательный интерес: сотни сотрудников толпились у многочис- ленных окон и стеклянных стен близлежащих зданий, оживленно обсуждая наше появление. В просторном зале заседаний мы и наши коллеги сели по разные стороны длинного стола. Директор Центра господин Р. Гилрут произ- нес приветственную речь, с ответ- ным словом выступил академик Б. Н. Петров, затем состоялось представление участников перего- воров Мне поручено руководить от на- шей стороны рабочей группой по системам управления Кто же будет руководителем с американской сто- роны? Объявляют: Дональд Чи- тем Очень приятно — мы знакомы. Оба привстали и помахали друг другу. В сентябре 1967 года в Вене проходил Второй международный симпозиум по автоматическому уп- равлению в космическом простран- стве. Советский автоматический аппарат «Луна-9» мягко сел тогда на поверхность планеты. Мне дове- лось рассказывать на симпозиуме о принципах построения системы уп- равления аппаратом, а Дональд
101 Вид Хьюстона. Читем докладывал о стратегии управления при пилотируемой посадке на Луну. Вот там-то мы и познакомились. (Сейчас Д. Чи- тем— один из руководителей ком- плексной программы системы «Спейс Шаттл» — космического транспортного корабля многоразо- вого использования...) Но знакомство знакомством, а предстояла совместная многолет- няя работа. Как-то она пойдет? Потом, несколько месяцев спу- стя, мы узнали и о волнениях аме- риканских специалистов. Один из них даже признался, что они просто боялись этой вс 1 речи, считали: ни- чего не выйдет, трудности победят желание. Да. трудностей впереди и нам, и американцам виделось немало. Приспособить «Союз» и «Аполлон» для совместного выполнения еди- ной программы, провести их сбли- жение и стыковку в космосе— задача необычайно сложная. Мы прекрасно отдавали себе в этом отчет. Но мы хорошо понимали и другое: от нашей работы ждали успеха. Пожалуй, самой сложной во всех отношениях была проблема сбли- жения— сближения подходов к ре- шению задами, организационных принципов, методов работы, нако- нец, людей в процессе общего тру- да. А для нашей рабочей груп- пы— еще и задача непосредствен- ного сближения космических кораб- лей на орбите. Группа инженеров и ученых, воз- главляемая Дональдом Читемом, участвовала в создании первых американских космических кораб- лей, в разработке методов сближе- ния при маневрировании и стыков- ке пилотируемых кораблей «Дже- мини» с последней ступенью раке- ты-носителя «Атлас-Аджена» и ко- раблей «Аполлон» на околоземных и окололунных орбитах. Все операции встречи и стыковки американских космических аппара- тов выполнялись только с участием человека А это, как мы считаем, не решает всего комплекса проблем, связанных со сближением. Так, до- ставку на орбитальные станции гру- зов, топлива, запасных частей ра- зумнее производить с помощью
102 автоматики, поскольку такие опе- рации не требуют обязательного присутствия космонавтов. Это от- носится и к доставке на орбиту грузов, опасных для жизни челове- ка, например ядерного горючего для реакторов, с помощью которых, скорее всего, будет обеспечиваться энергоснабжение длительно дей- ствующих орбитальных станций Задачу автоматической встречи и стыковки впервые решили совет- ские специалисты в 1967 году при полете искусственных спутников «Космос-186» и «Космос-188». Си- стема управления, разработанная в СССР, позволяет осуществлять сближение также и с участием пи- лота. Так происходили полеты кораблей «Союз» и их стыковка между собой и со станцией «Са- лют». Начали обсуждение проблемы применительно к совместному по- лету. Используемый нами метод сближения предполагал запуск двух кораблей (одновременный или последовательный) таким образом, чтобы плоскости их орбит совпали. К такому выводу пришли и амери- канские инженеры. Всем ясно: поворот плоскости орбиты потре- бует слишком больших затрат топлива Мы договорились, что на дальнем этале сближения, когда расстояние между кораблями будет превышать сотни и даже тысячи километров, измерение и расчет параметров от- носительного движения двух кораб- лей будем вести с наземных коман- дно-измерительных комплексов и из координационно-вычислитель- ных центров, расположенных на собственных территориях стран — участниц эксперимента Рассчитав величину и направление импульса скорости, необходимого для сбли- жения, и время, когда нужно вклю- чить двигатель, Земля передаст данные на борт корабля И в этом подходы сторон также не расходились. Единственное ог- раничение в американском методе сближения состояло в том, что «ак- тивный» корабль, как правило, до- лжен быть ниже и сзади «пассивно- го». При спасении низколетящего корабля такой метод едва ли при- меним, для обычных же траекторий полета указанное ограничение ма- ло существенно. Разница в подходе проявилась позже. Советские космические корабли оборудованы радиотехнической си- стемой, обеспечивающей измере- ние не только относительного рас- стояния и радиальной скорости, но и угловой скорости линии цен- тров—линии, соединяющей центры масс двух кораблей Кроме того, наша радиотехническая система позволяет вести взаимное радиооб- наружение кораблей и вырабатыва- ет сигналы для углового управле- ния ими. «Пассивный» корабль во время сближения у нас не остается совер- шенно пассивным. Радиоответчик, установленный на его борту, обес- печивает нужной информацией «ак- тивный» корабль Он сам автомати- чески находит своего партнера и в процессе всего сближения постоян- но следит за ним, поворачивая стыковочный узел к узлу парт- нера. Информация, полученная на бор- ту «активного» корабля, выдается на пульт космонавта, а при автома- тическом сближении—в вычисли- тельное устройство. Это счетно- решающее устройство и направля- ет «активный» корабль для встречи на орбите. Поставь эту систему на корабль «Аполлон» — и он без затруднений сблизится с «Со- юзом». Но на американском корабле си- стема сближения несовместима с нашей. И недаром «активный» ••Аполлон» при подходе к участку автономного сближения должен на- ходиться ниже «пассивного» аппа- рата. Дело в том, что американские инженеры использовали для изме- рения положения «пассивного» ко- рабля оптические системы. А заме- тить и наблюдать за перемещением светящейся точки на фоне космоса
103 значительно удобнее, чем на фоне Земли Правда, дальность между кораблями при этом определяет- ся с помощью радиотехнических средств, но они ничего общего не имеют с нашими ни по методу изме- рения дальности, ни по использу- емым радиочастотам Сближение по методу наших аме- риканских коллег — это длитель- ный процесс маневрирования «ак- тивного» корабля. «Пассивный» ко- рабль не ищет активный корабль, а лишь стабилизирует свое угловое положение в пространстве и ждет его. Как видите, обе системы оказа- лись весьма несхожи ПЕРВЫЕ ШАГИ НАВСТРЕЧУ Шли месяцы. Наша совместная ра- бочая группа встречалась уже не один раз, но нам никак не удава- лось сдвинуться с мертвой точки Правда, предугадывая трудности, мы с самого начала были склонны к тому, чтобы создать общими усили- ями новую систему, совместимую и универсальную. Обе стороны с энтузиазмом раз- рабатывали проект. Выработали общие принципы построения систе- мы, определили ее основные пара- метры, точностные характеристики, дальность действия. Обозначили параметры, которые должны быть совместимыми, и попытались опре- делить их характеристики. В об- щем, все пришли к выводу, что новую систему создать можно. Но в какие сроки? Новый стыковочный агрегат ре- шено было изготовить в два-три года. На доработку системы жизне- деятельности могло уйти столько же времени. Что касается новой системы сближения, то только раз- работка алгоритмов и математиче- ская отладка метода сближения заняла бы более трех лет. Увы, нам ничего не оставалось, как вернуть- ся к попыткам взаимно приспосо- бить существующие системы Со- ветскими инженерами было рас- смотрено и такое решение задачи: поставить два радиоответчика (один советский—на корабль «Аполлон», другой американ- ский— на корабль «Союз»), так чтобы в случае выхода из строя одного перейти на другой. Стали анализировать, взвеши- вать, примерять. Оказалось, антен- ны, как назло, затеняли друг друга, а приборы никак не размещались в кораблях. Снова разочарование. Наступал цейтнот. Надо было при- нимать решение. Тщательно взвесив все обсто- ятельства, сошлись на том, чтобы «Аполлон» сделать «активным» и установить американский радиоот- ветчик на корабле «Союз». Так открылась возможность для де- тальной разработки всего проекта. А нам, естественно, пришлось стол- кнуться со всеми трудностями аме- риканских разработчиков. «Апол- лон» должен обнаружить «пассив- ный» корабль и «захватить» его оптическим секстантом. Если коор- динаты «активного» и «пассивного» корабля были бы известны к началу сближения абсолютно точно, то за- дача решалась бы сравнительно легко: достаточно было вычислить углы линии визирования относи- тельно опорной системы координат и повернуть корабль в требуемом направлении. Практически же все складыва- лось значительно сложнее При по- строении опорной системы и опре- делении координат кораблей точ- ное целеуказание получить не уда- ется Можно лишь выявить ту об- ласть, где цель должна находиться. Так возникла проблема визуально- го обнаружения - пассивного» ко- рабля на фоне космоса. Хотя она и была решена для корабля «Апол- лон», когда он сближался со своими кораблями и станциями, но ведь • Союз» на них совсем не похож! Пришлось всем нам заново прис- матриваться к «Союзу».
104 Доктор Д. Читем рассказывает о Москве споим коллегам в Хьюстоне. Визуально увидеть объект на большом расстоянии в космосе можно только на тех участках орби- ты, где он освещен Солнцем. К тому же объект должен быть достаточно ярким. Яркость же, в свою очередь, зависит от геометрических разме- ров и формы объекта, характера и цвета его поверхности, от того, под каким углом он находится по отно- шению к Солнцу и «активному» кораблю, наконец, от расстояния до объекта. Необходимо учитывать и физиологические особенности че- ловеческого глаза: порог чувстви- тельности к яркости связан не толь- ко с контрастностью и цветом цели, но и со временем адаптации. Понятно, что изменить форму ко- раблей и их размеры мы не имели возможности. Так что оставалось только подыскать наивыгодную ориентацию, подобрать цвет повер- хности корабля «Союз», чтобы его было легко обнаружить и хорошо видеть через оптические приборы “Аполлона» с расстояния в нес- колько сотен километров. И. К. Куприянов, В. А. Прделякин, В. Н. Бобков и Ч. Менри принялись выби- рать «платье» для «Союза». Каза- лось бы, лучше всего подходит ма- тово-белая поверхность Но тогда нарушаются тепловые режимы ко- рабля. Мы очень надеялись, что выручат панели солнечных бата- рей Однако их отражательная спо- собность не устроила. Засели за математические расче- ты отражательных характеристик элементов конструкции при различ- ных углах падения солнечного све- та. Постепенно, на каждом шагу сверяясь с возможностями системы терморегулирования и технологии производства, находили для эле- ментов конструкции корабля «Со- юз» подходящую окраску Часть приборно-агрегатного отсека и не- рабочая сторона панелей солнеч- ных батарей стали белыми, орби- тальный модуль и спускаемый аппа- рат оставили зелеными, стыковоч- ный узел имел металлический от-
105 тенок. Теперь надо все это про- верить. Изготовили оптический макет, и в лаборатории начались исследова- ния видимости «Союза» при его различных положениях. Для объек- тивности проверки проводились од- новременно в двух странах. В итоге со всех точек зрения наиболее по- дошла ориентация, при которой ко- рабль летит по орбите двигателем вперед и держит плоскость солнеч- ных батарей параллельно повер- хности Земли Кстати, это обычная «орбитальная» ориентация корабля «Союз». Но она позволяла не толь- ко обеспечить видимость «Союза» с 500 километров, но и рационально разместить антенны системы рече- вой связи между кораблями и ан- тенны радиосистемы измерения от- носительного расстояния между ними. И снова проблема. Все, чего уда- лось добиться, рассчитано было для того времени, когда «Союз» освещен Солнцем. Но процесс сбли- жения занимает несколько витков: корабли в нужный момент могут оказаться в тени Земли. Значит, необходимо обеспечить видимость кораблей и в темноте. Пришлось оборудовать корабль «Союз» проб- лесковыми световыми маяками бе- лого цвета. Их установили сверху и снизу. Дальность видимости этих огней невооруженным глазом до- стигает 50 километров. Занялись подбором частоты вспышек. Если она велика—свет будет казаться сплошным, и корабль сольется с окружающими звездами. Не долж- на она быть и очень редкой, иначе нетрудно потерять место, где виде- ли вспышку в последний раз. Один раз в секунду — такое мигание соч- ли наилучшим. Кстати, уместно напомнить еще об одних огнях—для ориентации на близком расстоянии. Их предложи- ли укрепить на концах панелей сол- нечных батарей корабля «Союз». Левый — красный, правый —зеле- ный. Два задних — белые. Такие же огни договорились установить на корабле «Аполлон». При правиль- ной взаимной ориентации командир корабля, глядя на другой корабль, должен видеть слева зеленый, а справа красный свет. Если не так—ищи ошибку. Поскольку при- чаливание и стыковка намечались на светлой стороне, бортовые огни могли понадобиться только в слу- чае каких-либо задержек или для проведения совместных экспери- ментов. У КОСМИЧЕСКОГО ПРИЧАЛА Процесс причаливания одного ко- рабля к другому, пожалуй, самый ответственный момент сближения. Недаром и у нас, и в США в течение многих лет исследовались не толь- ко динамические характеристики корабля и человека, но и мышление космонавта, его воля, эмоции. Были написаны многотомные рекоменда- ции для управления, созданы уни- кальные динамические стенды, приборы, помогающие космонавту в полете. Но когда мы собрались вместе и захотели состыковать ко- рабли «Союз» и «Аполлон», то все эти «пособия» оказались малопо- лезны. Советские специалисты стара- лись максимально облегчить работу космонавтов и взяли на вооруже- ние прежде всего автоматический метод сближения. Но и метод сбли- жения вручную был нами разрабо- тан,—так называемое коопериро- ванное управление. В этом случае в управлении сближений участвует не только космонавт -активного» корабля, но и автоматика «пассив- ного». Когда «активный» корабль подходит близко, «пассивный», автоматически непрерывно следя за ним, поворачивает свой агрегат к стыковочному агрегату партнера. Хотя стыковочные узлы устанавли- ваются на передней части космиче- ских кораблей, прямая видимость их элементов затруднена. Поэтому
«Союз-19» в космосе.
107 для управления причаливанием на «активном” корабле есть специаль- ное прицельное устройство, а на «пассивном» укрепляется или рису- ется мишень. Иначе решили эту задачу амери- канские инженеры. Они не прибег- ли к кооперированному управле- нию. Неподвижный, «пассивный» корабль у них, как уже было отме- чено, не следил за «активным», что вызывало необходимость постоян- но контролировать, на какой угол от «активного» корабля повернут «пассивный». В результате потре- бовалась мишень более сложной конструкции. Чтобы выбрать стыковочную ми- шень для совместного полета, нам пришлось немало поломать голову. Дело в том, что стыковочные агре- гаты имеют довольно жесткие огра- ничения как по скорости причали- вания, так и по углам, под которыми корабли должны подойти друг к другу. Нельзя сближаться со скоро- стью большей 0,3 метра в секунду. Соударение кораблей может приве- сти к необратимым деформациям. Скорость сближения, в шесть-семь раз меньшая, также неприемлема. Есть опасение, что защелки стыко- вочного агрегата не сработают и не произойдет сцепки кораблей. Еще более жесткие требования предъ- являются к скорости бокового пе- ремещения кораблей. А в распоря- жении астронавтов не так уж много оборудования: оптический прицел, на экране которого нанесены риски и шаблоны, да мишень на корабле партнера. Вое расстояния определяются оценкой размеров корабля на экра- не оптического прицела. По темпу изменения этих размеров астронавт судит о скорости сближения. Ма- лотренированный астронавт не су- меет вести корабль в требуемом диапазоне скоростей. Надо быть откровенным: первый эксперимент по стыковке кораблей «Союз» и «Аполлон» еще не решил многих задач по спасению экипа- жей. Так, например, если «пассив- ный» корабль будет вращаться со скоростью, всего в два раза превы- шающей скорость поворота минут- ной стрелки, то из-за сложности пилотирования успех стыковки при современном оборудовании не га- рантирован. Но подобная задача в данном эксперименте и не стави- лась. Для управления при причалива- нии космические корабли оборудо- ваны двумя ручками управления. С помощью одной ручки космонавт управляет вращательными движе- ниями корабля, а с помощью вто- рой — поступательными движения- ми. Эта мера, конечно, способству- ет весьма эффективно процессу причаливания, но не ликвидирует всех трудностей. Возьмем, к приме- ру, ограничения, которые наклады- вает стыковочное устройство на величину бокового смещения. 300 миллиметров—предельная вели- чина, на которую может ошибиться космонавт при стыковке. Теперь легко прикинуть, что только из-за того, что стыковочный агрегат нахо- дится на некотором расстоянии от центра масс своего корабля, возь- мем для примера четыре метра, поворот кораблей на один градус вокруг каждой оси от требуемого положения создает относительные отклонения стыковочных агрегатов около 200 миллиметров. К этим ошибкам, естественно, следует добавить ошибки истинно- го бокового смещения двух кораб- лей при причаливании. Астронавт должен четко разли- чать эти два рода ошибок, приводя- щих к одному и тому же эффекту, и правильно работать ручками управ- ления. Форма и размер мишени, по которой астронавт судит о ско- рости сближения кораблей, имеют решающее значение в этом про- цессе. Сначала хотели взять мишень, которой пользовались на кораблях «Аполлон». Но у нее несимметрич- ная форма, это усложняло управле- ние Попробовали разработать но-
108 Руководители второй рабочей группы: В. П. Легостаев— с советской стороны (крайний слева) и Д. Читем — с американской стороны (крайний справа) обсуждают один из вариантов стыковочной мишени. Хьюстон. Ноябрь 1972 года. вую систему прицеливания, осно- ванную на телевизионном принци- пе. Для этого передающую телека- меру надо было установить в центре стыковочного агрегата вдоль оси корабля Тогда, исполь- зуя экран приемной телекамеры, каждый космонавт мог бы управ- лять процессом причаливания корабля Однако вскоре выяснилось, что телевизионная система слишком дорогое удовольствие. Пришлось вернуться к имеющимся средствам. Снова расчеты, подбор форм мише- ней, моделирование. Члены нашей совместной рабочей группы Г. Смит, Р Рид, И. П. Шмыглевский, В А. Поделякин — позже он стал помощ- ником директора проекта—и А. А. Агеев работали тщательно и опера- тивно Их стараниями для програм- мы -Союз—Аполлон» удалось най- ти компромиссное решение. Была выбрана мишень, близкая к мишени типа «Аполлон», но она предстала теперь в виде круглого щита, из центра которого выступает штырь с симметричным крестом на кон- це. Точно такой же крест—его тень—был нарисован на щите. Ми- шень устанавливалась на корабле «Союз» соосно с линией визирова- ния оптического прицела корабля «Аполлон». Если астронавт через прицел уви- дит, что два креста совпали (перед- ний. выступающий крест закрыл задний—нарисованный), значит, взаимная ориентация правильная Увидит два креста—«Аполлон» неправильно сориентирован. Зада- ча «пассивного» корабля — точно выдерживать заданное положение в пространстве. Из-за конструктивных особенно- стей корабля «Союз» мишень при- шлось сделать раскрывающейся. Крест, штырь, круглый щит на Земле складывались, а после отде- ления корабля от носителя сраба- тывали пиросредства — и под дей-
109 ствием пружины мишень занимала исходное положение. Продумали и тот вариант, при котором мишень не раскрылась бы. Поставили резер- вный механизм раскрытия. Амери- канские специалисты, директора проекта лично проверяли конструк- цию. Замечаний не оказалось. Вро- де все правильно, надежно. Но у нас оставались еще некоторые сом- нения. Уже заканчивали составление документов на раскрывающуюся мишень и готовили ее испытание на космодроме, когда родились новые предложения. Решили установить дополнительную мишень, простую, как АБВ, или по-латыни — АВС Так ее и назвали — АВС — три дополни- тельные планки снаружи на корпу- се корабля «Союз» с рисованными рисками, которые в створе привела при правильной стыковке образуют тот же крест. Т. Стаффорд после тренировки с новой мишенью ска- зал, что с нею работать легче и точнее. Как-то вечером, когда мы в оче- редной раз были в Хьюстоне, у меня в номере гостиницы раздался теле- фонный звонок. Звонил А. А. Ле- онов. «Я сейчас приду»,— сказал он «Почему нет мишени на «Апол- лоне»?—прямо с порога начал он атаку.— Я тоже умею стыковать корабли Возможна же и нештатная ситуация9» Это предложение совпало с на- шим мнением. Обсудили вопрос с нашим ди- ректором проекта К. Д. Бушуе- вым Да, мишень нужна. Доктор Г. Лан ни также согласился с этим предложением. В итоге фирма «Рокуэлл Интернэшнл» установила на стыковочном модуле корабля «Аполлон» мишень, аналогичную нашей. Стыковочная мишонь. установленная на корабле «Союз-19».
110 И А. А. Леонов в полете смог бы взять на себя стыковку кораблей вместо Т. Стаффорда, если бы вдруг возникла такая необходи- мость ДИАЛОГ С ПРИСТРАСТИЕМ Итак, проблема сближения кораб- лей решена. Но когда на орбите окажется единый комплекс «Со- юз—Аполлон», как это отразится на каждом из кораблей? Космический корабль «Союз» нуждается в том, чтобы панели его солнечных батарей смотрели на Солнце. При такой ориентации бло- ки реактивных двигателей управле- ния корабля «Аполлон» попадали в тяжелые тепловые условия. К тому же в зоне действия американского стационарного спутника связи ATS- 6 требовалось определенным обра- зом развернуть весь комплекс, что- бы обеспечить качественную теле- визионную передачу с борта на Землю. А для наблюдения земной поверхности, скажем, необходима была совершенно иная ориентация. Добавлялись еще и новые условия, возникающие при совместных эк- спериментах, возможных нештат- ных ситуациях и поисках способа выхода из них. Несколько встреч потребовалось для того, чтобы все это согласо- вать и увязать. Наша работа на- поминала, порой, перекрестный допрос, разумеется, в рамках пол- ного и искреннего взаимного ува- жения. Они: Как вы строите ориентацию солнечных батарей на Солнце? Мы: Осуществляем либо вручную по теневым индикаторам, либо автоматически по солнечному датчику. Они: Когда корабль заходит в тень, вы запоминаете это положе- ние с использованием системы уп- равления? Мы: Как правило, нет. Для эконо- мии топлива по окончании ориента- ции на Солнце корабль «раскручи- вается» вокруг оси. перпендикуляр- ной плоскости солнечных батарей, и система выключается Динамиче- ские харакгерметики корабля по- добраны так, что это вращение технически устойчиво. Топливо в космосе—на вес золо- та. Попробовали «раскрутить» всю состыкованную систему после ори- ентации на Солнце. Провели расче- ты и нашли положение устойчивого вращения. Но. к великому сожале- нию, оно не совпало с нужной нам ориентацией. При вращении же вок- руг оси, перпендикулярной плоско- сти солнечных батарей, система на- чинала беспорядочно кувыркаться в пространстве Вспомнили, система двигателей ориентации корабля «Аполлон» не выдерживает долгого прямого по- падания солнечного света. Повер- нули ось вращения на 35 градусов Так не опасно и для двигателей «Аполлона», и солнечные батареи «Союза» получат вполне достаточ- ную порцию света. Мы, конечно, знали, что враще- ние вокруг этой оси тоже неустой- чивое, но надеялись, что все-таки оно может продержаться какое-то воемя. Когда и этот математиче- ский эксперимент не удался, стали разбираться глубже. Система управления корабля «Союз» могла сориентировать си- стему «Союз — Аполлон» на Сол- нце, а затем «запомнить» это по- ложение. На борту «Союза» есть для этого специальные гироскопи- ческие приборы. (В них использует- ся свойство быстро вращающегося волчка — сохранять заданное поло- жение оси вращения.) Но запасов топлива для двигателей ориента- ции. чтобы длительное время под- держивать комплекс в таком состо- янии, было недостаточно. Стали оценивать возможности «Аполло- на». Мы: Может ли «Аполлон» ориен- тировать комплекс на Солнце?
111 Они: Да, может. Мы: У вас есть солнечный датчик? Они- Нет, у нас на корабле стоит гироллатформа и ряд дополнитель- ных гироскопических устройств. Американские специалисты пред- ложили для решения задач полета опираться на гироскопические при- боры: гироскопы «раскручиваются» на Земле, «запоминают» заданное положение и так летят с кораблем в космическое пространство. Мы: Но если начальная ориента- ция потеряна, как ее восстановить? Они: Это очень длительный про- цесс. Лучше не терять. Картина начала проясняться Если корабль «Союз» возьмет на себя ориента- цию состыкованной системы, то и тогда остается опасность, что при несогласованных эволюциях и раз- воротах (а согласовать их практиче- ски невозможно) начальная ориен- тация гироплатформы «Аполлона» будет нарушена, а ее восстановле- ние—длительный процесс. Это сто- ит делать лишь в крайнем случае, в нештатных ситуациях. Так и реши- ли: в нормальном полете ориента- цию кораблей возьмет на себя «Аполлон». Они: Ну, а как система управле- ния корабля «Союз» сможет ориен- тировать состыкованную систему в нештатной ситуации? Как вы ориен- тируете корабль на Землю? Мы: У нас есть оптический визу- альный прибор. Пролетая над свет- лой стороной Земли, можно повер- нуть корабль так, чтобы экипаж видел горизонт Земли в специаль- ном оптическом приборе. Тогда на- правление полета легко опреде- лить по направлению бега деталей рельефа земной поверхности. Они: Если потребуется ориенти- ровать систему ночью, какие у вас для этого будут возможности? Мы: На борту инфракрасный при- бор-построитель местной верти- кали. (Напомню, что Земля являет- ся источником инфракрасного излу- чения Поэтому прибор, основанный на сравнении интенсивности ин- фракрасного излучения края Земли и космоса, может определять вер- тикаль на Землю в любое время орбитальных суток.) Они: Точность ориентации? Мы: Около градуса. Они: Инфракрасная вертикаль дает ориентацию только одной оси. Как вы определяете курс? Мы: На борту дополнительно сто- ит ионный датчик. (Поясняю неспе- циалистам: космический корабль, поднявшись на высоту 200 километ- ров, летает в ионосфере. Специаль- ные ионные датчики улавливают встречный поток заряженных ча- стиц (ионов), набегающих со скоро- стью 8 километров в секунду. Для определения направления курса их два. При повороте корабля на не- большой угол в один из них попада- ет меньше ионов, в другой — боль- ше. Электрический сигнал, соответ- ствующий этой разнице, поступает на исполнительные органы, и ко- рабль возвращается в прежнее по- ложение.) Они: Инфракрасная вертикаль и ионные датчики дают возможность построить орбитальную подвижную систему координат. Как вы запоми- наете постоянное положение в про- странстве? Мы: В корабле «Союз» установ- лен, в частности, гирокомплекс. Они: Если в результате неис- правностей в системе управления «Аполлон» не сможет самосто- ятельно построить начальную ори- ентацию для спуска на Землю, то как это сделать с помощью корабля «Союз»? Была разработана методика спа- сения и для такого, прямо скажем, маловероятного случая. Г. Смит, сменивший Д. Читема на посту руководителя группы уп- равления с американской стороны, Р. Хейкен, К. Линзи, М. Джанесс. Б. П. Скотников, О. И Бабков, И. П. Шмыглевский, участвовавшие в этом диалоге с пристрастием, сделали все возможное, чтобы си- стемы успешно и полностью выпол- нили программу полета.
112 УПРАВЛЯЕМЫЙ «МОСТ» Вторая рабочая группа на совещании. Хьюстон, 1972 год. Как при соединении двух различ- ных молекул синтезируется новая со свойствами, отсутствующими в них, взятых в отдельности, так и при стыковке -Союза- и -Аполло- на». двух -разнохарактерных» кос- мических кораблей, образуется но- вая динамическая система с каче- ствами. не свойственными ее основ- ным частям. Эти новые качества состыкованной системы, размеры которой достигают 20 метров, а вес—21 тонны, обусловлены, прежде всего, упругими свойствами конструкций кораблей, наличием в составе системы солнечных бата- рей корабля «Союз», баков кораб- ля «Аполлон», заполненных срав- нительно большим количеством топлива, и стыковочного агрегата. Как поведет себя такой объект при проведении различных опера- ций? Будет ли обеспечиваться устойчивость движения и заданная точность проведения всех манев- ров при минимальных энергетиче- ских затратах? Разрешение этой задачи требова- ло большого опыта, сложных расче- тов на электронно-вычислительных машинах, затем проведения тонких экспериментов и моделирования с использованием реальной аппара- туры. Состыкованная конструкция -Со- юз—Аполлон» достаточно эла- стична. и кратковременное включе- ние даже маленького реактивного двигателя, который бы попадал в такт колебаний, только увеличило бы их размах. Опасность возраста- ет еще больше, если в такт с работой двигателя начнет коле- баться жидкость в топливных ба- ках Управляемая динамическая си- стема может войти в режим, близ- кий по своему характеру к резонан- су. К чему это приводит, известно из школьных учебников. Мост в Петербурге рухнул под чеканным шагом взвода солдат. Трагедию То- комского моста, упавшего в США, ученые объясняют совместным воз- действием ветра и упругости кон- струкции. Сколько ученых и инже- неров работают над решением ана- логичных задач! Вот почему так внимательно и скрупулезно изуча-
113 лась проблема управляемого “Мо- ста» «Союз—Аполлон», Инженеры Л. И. Алексеев и Б. П. Скотников, с нашей стороны, Р. Ли, К. Линзи, Р Хейкен—с американ- ской, а также ряд других инженеров и исследователей обеих стран пот- ратили немало сил и времени для разрешения этих вопросов. Задача заключалась прежде всего в том, чтобы добиться соответствия мате матической модели динамической системе. Но не только. Нужно было исследовать необходимые и воз- можные режимы работы систем уп- равления, которые при проектиро- вании не предназначались для фун- кционирования в составе подобной состыкованной системы. Были ли трудности в разрешении этой задачи? Да, были! Особенно из-за упругости системы из состы- кованных кораблей. Сама по себе задача моделирования динамиче- ских процессов с учетом упругости конструкции очень сложна и в на- стоящее время недостаточно полно разработана. Мы представляли возможные последствия и особенно тщательно исследовали этот воп- рос. В результате пришлось отка- заться от некоторых традиционных режимов работы реактивных двига- телей обоих кораблей, так как это приводило к автоколебаниям и большому перерасходу топлива. В нашей совместной работе встречались трудности не только технического характера. Но нашим шутливым девизом был лозунг: «Нет проблем!», который, как и слова «Спутник» и «Союз», произ- носился американцами по-русски. Не раз за круглым столом взрыва- лась «бомба» нежелательных ре- зультатов. Но всякий раз совме- стными усилиями мы аккуратно собирали «осколки» и заботли- во ремонтировали образующуюся «брешь». Мы хорошо понимали, что кроме нас это сделать некому. Вспоминается обсуждение зада- чи о реакции корабля на перемеще- ния космонавтов. Первое мнение доктора Р. Хейкена: «Нет проб- лем». Кажется, он прав! Сравнивая маленькую массу космонавта с не- соизмеримо большей массой косми- ческой системы и учитывая, что система управления рассчитана на то, чтобы успокаивать колебания, можно, действительно, усомниться в правомерности постановки этой задачи. Первые результаты расче- тов на вычислительных машинах, показавшие большие перегрузки, были восприняты как ошибочные. Взяли тайм-аут на размышление. Проведенные исследования дина- мических нагрузок на элементы конструкции космических кораблей при некоторых периодически повто- ряющихся движениях космонавтов, например приседаниях во время ут- ренней физзарядки, показали, что эти нагрузки действительно могут привести к нежелательным явлени- ям. Пришлось сесть и договориться о мерах по ограничению характера перемещения космонавтов и астро- навтов во время полета. Никто не хотел рушить «мосты». Атмосфера плодотворного труда и доброжелательности, богатый опыт, разносторонность научного багажа участников встреч, да и серьезность постановки самой проблемы в значительной степени способствовали ее успешному раз- решению. БЕЗОПАСНОСТЬ — ПРЕЖДЕ ВСЕГО Решив вопросы ориентации и устой- чивости состыкованной системы, мы продолжали вместе с американ- скими коллегами тщательно изу- чать особенности построения си- стем управления и исполнительных органов обоих кораблей. И делали мы это не ради праздного любо- пытства. Надо было знать, что будет, если откажет какой-нибудь двигатель, не откроется или не закроется какой-то клапан? Каков запас прочности у баков? Не мо- жет ли проникнуть жидкость или
114 Произошла стыковка, а двигатели не выключаются. Ваши действия? В космическом Центре имени Л. Джонсона отрабатываются нештатные ситуации. Справа налево: Л. Никольсон, Г. Дании, В. П. Легостаев, Б. Н. Петров. газ в отсек экипажа? От всего этого зависела безопасность по- лета. Каждая сторона в отдельности при создании своих космических кораблей, конечно, уделяла самое большое внимание таким исключи- тельно важным вопросам Однако и нам, и американцам необходимо бы- ло убедиться в том, что и корабль другой стороны имеет определен- ные «запасы прочности» по всем системам, в том числе и по системе управления. Показать друг другу, например, что даже при возникно- вении в полете отдельных, случай- ных отказов оборудования в систе- мах управления имеются резер- вные возможности продолжения и успешного завершения программы полета. Пути обеспечения надежности во многом оказались сходными, хотя и обнаруживались известные разли- чия. Сходство заключалось в том, что в обоих кораблях системы управле- ния имели, как мы говорили, избы- точность, способность обеспечить нормальную работу при возникно- вении любого отказа. Общим явля- лось и то, что многие операции могли выполняться как полуавто- матически (то есть автоматической аппаратурой, но при участии пило- та), так и вручную. Отличия оказались в конкретных методах обеспечения резервирова- ния в системах управления. Напри- мер, на «Союзе» в некоторых при- борах применялся принцип троиро- вания. Сигнал проходил одновре- менно по трем независимым кана- лам. Если в двух из трех каналов они совпадали, то прибор срабаты- вал. На «Аполлоне» же имелись две раздельные равноправные под- системы управления При отказе одной из них экипаж производил переключение управления кораб- лем на другую. Мы остановились бы на полпути, если бы решили только задачу надежности выполнения програм- мы полета. Надо было еще гаран- тировать спасение экипажей даже из самых тяжелых положений О. И. Бабков и Ч. Беннет потруди- лись на совесть. Составленный ими документ по безопасности из
115 двух страничек вырос в столисто- вый том. Даже на случай нехватки топлива на одном из кораблей был разработан порядок действий схо- да с орбиты и возвращения на Землю. Чтобы находить решение всех этих вопросов, потребовалось много настойчивости, смекалки, доброй воли и неустанных трудов. Мы уже заканчивали работу над последними страницами документа по безопасности системы управле- ния, когда к нам обратился А. Г. Решетин. К тому времени им были завершены расчеты по газодинами- ке. По его расчетам и проведенному эксперименту выходило, что в мо- мент, когда расстояние между ко- раблями уменьшается до 5—10 мет- ров, струя газа из двигателей систе- мы управления «Аполлона» будет настолько плотна и горяча, что обшивка орбитального модуля ко- рабля «Союз» при длительной ра- боте двигателей может прогореть. Прогар обшивки—это разгермети- зация. О последствиях и подумать страшно. Об этом было доложено директорам. Выход был один — сократить сум- марное время работы двигателей, «дующих» в сторону «Союза», до минимума. Пошли на тренажер. Т. Стаффорд, Д. Слейтон и В. Бранд сели в кабину. «Развели» корабли на 10 метров, начали сближение. Математическое моделирование и эксперимент астронавтов показа- ли, что это время не превышает три четыре секунды. Это не страш- но для «Союза» Но астронавтам все же было дано указание о регла- менте работы двигателей при сты- ковке. Закончился совместный полет кораблей «Союз» и «Аполлон». Все приборы систем управления рабо- тали безотказно, программа выпол- нена полностью, да мы в этом и не сомневались. Д. Читем после поле- та прислал мне письмо. Есть в нем такие строки: «На одной из первых встреч в заключительном докладе вы сказали за нас обоих, что мы так уверены в безопасности и успехе, что готовы сами стать добровольца- ми этого полета. Когда я наблюдал по телевизору сближение, стыковку и открытие переходного люка, я вспомнил ва- ши слова и мысленно пожал вашу руку в тот момент, когда А. Леонов и Т. Стаффорд пожали руки друг другу». Да, рукопожатие в космосе стало возможным после того, как мы рука об руку вместе потрудились на Земле.
В. С. Сыромятников, канд. техн, наук, руководитель третьей рабочей группы ЭПАС СТЫКОВКА — ЭТО УЖЕ СОТРУДНИЧЕСТВО ОТ МАСШТАБНЫХ МОДЕЛЕЙ ДО ЛЕТНЫХ АГРЕГАТОВ Декабрь 1974 года. В лаборатории Института космических исследо- ваний (ИКИ) АН СССР проходит контрольная проверка летных эк- земпляров стыковочных агрегатов. Это—последняя совместная про- верка выполнения всех операций по стыковке и расстыковке, многочис- ленных механизмов агрегатов пе- ред их установкой на космические корабли. В чистом и светлом поме- щении тщательно, не спеша работа- ют люди, специалисты двух стран — СССР и США. Четко звучат команды руководителя испыта- ний— совсем молодого советского инженера Виктора Павлова. За стенами здания лаборатории московская зима, и хотя стыковка должна произойти через полгода, здесь вполне можно представить, какой будет следующая встреча этих вот самых агрегатов, которые столь дотошно проверяют сейчас. Там, в открытом космосе, где-то над Европой, все должно сработать автоматически. Нажимая кнопки на пультах управления, космонавты и астронавты начнут выдавать ко- манды стыковочным агрегатам, а механизмы в свою очередь—четко «докладывать» экипажам кораблей о выполнении операций Основная часть эксперименталь- ной работы подошла к концу. Эду- ард Беликов, Вадим Кудрявцев, Ев- гений Лебедев, принимавшие ранее участие в расчетах и совместных испытаниях, уточняют данные для отчета, но уже без американских коллег, вместо них работают специ- алисты по проверке летной аппара- туры. А вот конструкторы Евгений Бобров, Уильям Криси из НАСА и Кеннет Блюм из фирмы «Рокуэлл Интернэшнл»—еще вместе. Они больше заняты анализом таких «мелочей», как допуски на согласо- ванные размеры; эти «мелочи» се- годня— самое главное. В начале декабря проходил по- лет космического корабля «Союз- 16». Космонавты А. В. Филипченко и Н. Н. Рукавишников проверили работу всех основных механизмов нового стыковочного агрегата и да- же его резервные средства рассты- ковки. Самым дорогим сувениром для нас. стыковщиков, была фотог- рафия специального кольца, уста- новленного на стыковочном шпан- гоуте корабля «Союз-16». Это коль-
Кольцо-имитатор стыковочного шпангоута «Аполлонам после отстрела его от стыковочного агрегата «Союза-16» во время полета.
118 Идет предполетная контрольная стыковка летных агрегатов в лаборатории испытательных стендов Института космических исследований АН СССР цо позволило провести испытания всей системы механизмов агрегата, осуществляющей жесткую стыков- ку кораблей. Контуры кольца на черном фоне космоса—ничего не видел красивее! «Агрегаты кораблей «Союз» и «Аполлон» готовы к стыковке»,— раздается в лаборатории Это зна- чит, что один из них приведен в активное состояние: он выдви- нул свое кольцо с тремя направ- ляющими выступами-лепестками на шести подвижных амортизаторах. Другой агрегат при этом находится в пассивном состоянии: его кольцо подтянуто к стыковочному шпанго- уту, Начинается сближение. Высту- пы обоих агрегатов помогают коль- цам в конце концов совместиться. Вот они соприкасаются — и тут же раздается щелчок. Три защелки на кольце активного агрегата захвати- ли три ответные защелки на корпу- се пассивного агрегата. Произошла сцепка Активное кольцо еще раз, другой качнулось на амортизаторах и встало в строго соосное поло- жение— можно начинать стягива- ние Пока корпуса агрегатов со стыко- вочными шпангоутами еще далеко друг от друга. Стягивание проходит медленно. Чуть слышно работает приэод на активном агрегате, под- тягивая кольцо с направляющими к стыковочному шпангоуту. Все меньше расстояние между торцами « кораблей». Видно, как на- правляющие штыри на шпангоу- тах входят в ответные гнезда, слегка их подправляя. Сжимаются пружинные толкатели, ««запасая» энергию для расстыковки. Наконец, два красных уплотнительных коль- ца на торце «Союза» касаются двух таких же. но голубых резиновых колец «Аполлона». Только сейчас
119 обратил внимание на это совпаде- ние, ведь на эмблеме полета «Со- юз» выведен на красном фоне, а «Аполлон» — на голубом! Звук от работающего привода из- менился: привод словно напрягся для того, чтобы стянуть торцы как можно сильнее. Вот уже только узкая щель остается между торца- ми шпангоутов. Становится ти- хо— привод выключился. Но тут же снова послышался звук уже другого оттенка. Это включился привод за- мков стыковочного шпангоута. Са- ми замки не видны, а на расстыко- ванных агрегатах можно хорошо рассмотреть только восемь пар их крюков (активных и пассивных). Они торчат из прорезей на стыко- вочном шпангоуте. Сейчас актив- ные крюки работающего агрегата захватили пассивные крюки пар- тнера и притягивают их к себе. Узкая щель между торцами стано- вится едва заметной и наконец сов- сем исчезает—стык совмещен. Те- перь резиновые уплотнения полно- стью сжаты. Туннель, который об- разовали корпуса агрегатов со шпангоутами для перехода космо- навтов и астронавтов, загерметизи- рован, а торцы шпангоутов надежно и с большой силой притянуты друг к другу. Можно подавать давление в полость туннеля и начинать провер- ку его герметичности. Агрегаты состыкованы, соедини- лись между собой две части едино- го целого, того, что мы называем стыковочным устройством. Первая часть задачи выполнена, теперь можно произвести рассты- ковку Все прокручивается в обрат- ном порядке, проверяются механиз- мы, обеспечивающие расстыковку. А затем агрегаты меняются ролями Бывший только что пассивным, агрегат выдвигает свое кольцо — теперь он готов выполнить все операции сам, без помощи парт- нера. который становится пас- сивным, притянув кольцо к шпан- гоуту. Так будет и в космосе во время совместного полета. Два раза: в активном и пассивном состоянии. СТЫКОВОЧНЫЕ АГРЕГАТЫ, ЭПАС USS* SYSTIM/AC1IVI USA STSTIM/KASSIVI АКТИВНЫЙ АГРЕГАТ. СССР ПАССИВНЫЙ АГРЕГАТ. СВА Страница с согласованной терминологией из совместного документа.
120 Но может случиться, что при сты- ковке активному агрегату потребу- ется помощь пассивного партнера, и тогда тот сможет ее оказать. Пас- сивный агрегат способен стянуть стыковочные шпангоуты своим ком- плектом замков. К тому же, и это очень важно, он всегда в состоянии произвести расстыковку своими си- лами — расцепить защелки или рас- крыть пассивные крюки. Такие смешанные операции так- же проверяются. И вот агрегаты окончательно расстыкованы. Каж- дый раз удивляюсь: неодинаковые внешне, они во многом похожи. Об- ращенные друг к другу поверхности и элементы идентичны, а стоит посмотреть сбоку — увидишь много- численные механизмы и детали и убедишься, насколько агрегаты разные. Но ведь главное в том. что они стыкуются. Остальное, как го- ворится, детали. Через несколько дней агрегаты отправят на космодромы—в Бай- конур и на мыс Канаверал. Я смотрю на них, готовых к от- правке, и вспоминаю 1972 год. Тог- да, тоже в декабре, здесь же, в ИКИ, мы проводили первые назем- ные совместные испытания. Стыко- вались масштабные модели буду- щих стыковочных агрегатов. Выпол- ненные в масштабе 1:2,5, модели имели все основные механизмы и элементы будущих полномасштаб- ных конструкций. Создание моде- лей было важной вехой на пути к подготовке летных агрегатов. Мно- гих схемных, конструктивных и дру- гих технических вопросов в то вре- мя еще не решили, предстояло про- должать поиски, провести много- численные расчеты и исследова- ния. Но это были уже «живые» агрегаты, способные выполнять почти все. Между этими двумя испытаниями прошло два года, до предела насы- щеннью трудом по разработке, из- готовлению, теоретическому ана- лизу, испытаниям, устранению за- мечаний и усовершенствованию, снова изготовлению и новым много- численным повторным испытаниям и анализу стыковочных агрега- тов. Эта работа велась в институтах, КБ. лабораториях и на заводах обеих стран. Поочередно в СССР и США для обмена информацией, ре- шения пограничных вопросов и воз- никавших малых и больших проблем устраивались встречи специалистов. Последнее слово было, конечно, за совместными испытаниями, на которых не только проверялась совместимость стыковочных агре- гатов, но конструкция каждой стра- ны сдавала партнеру своеобразный зачет по качеству выполнения вза- имно согласованных требований. Всего за эти два года специалисты нашей группы встречались более десяти раз, потому что, работая независимо, нужно было все время полнить о том, что ни один согласо- ванный размер или параметр кон- струиции не мог быть изменен без согласия другой стороны. Теперь агрегаты готовы к полету. Ради этого на протяжении многих лет работали сотни людей: ученые и инженеры, техники и рабочие, руко- водители и технологи, русские и американцы. Они настойчиво шли к цели и сумели решить эту слож- ную и необычную техническую за- дачу. ПОЧЕМУ АПАС? Принцип действия стыковочного агрегата, который был задуман и сделан для космических кораб- лей «Союз» и «Аполлон», сущест- венно отличается от тех, что применялись до этого в СССР и США. Естественно, возникает вопрос: зачем придумывать что-то совер- шенно новое, когда в обеих странах к этому времени существовали до- статочно хорошие, отработанные стыковочные устройства? Почему
121 не взяли их за основу для совме- стного проекта? Вообще-то, частич- но так и было сделано. Однако наиболее сложная в проектирова- нии и отработке часть конструк- ции— стыковочный механизм, кото- рый обеспечивает соединение ко- раблей от первого касания до соп- рикосновения стыковочных шпанго- утов.— создавалась заново, «с ну- ля». И были на то веские причины Как выражаются американцы, нуж- но было “Сильно почувствовать не- обходимость», чтобы встать на столь трудный и длинный путь. Ведь мы понимали, что новая кон- струкция окажется наверняка бо- лее сложной и тяжелой, понимали всю глубину ответственности за результаты работы и за сжатые сроки ее выполнения. Так что же нас заставило взяться за такую работу? Прежде всего забота о будущем. Уж коли серьезно решать главную задачу первого в истории совме- стного полета, то надо постараться создать конструктивный принцип, который послужил бы прообра- зом и основой для стыковочных устройств будущих кораблей и стан- ций, заложить своеобразный техни- ческий фундамент для междуна- родного сотрудничества по осво- ению космического пространства. Ведь невозможно будет обойтись без стыковки кораблей разных стран, как сейчас, например, не обходятся без посадки самолетов в международных аэропортах или без захода кораблей в иностранные морские порты. Надо сказать, что, когда в октябре 1970 года совет- ские и американские космические специалисты встретились впервые для обмена первыми техническими идеями по проблеме встречи и сты- ковки кораблей в космосе, они единодушно признали необходи- мость работы над новой конструк- цией. Существовавшие стыковочные устройства обеих стран обладали, как вы уже знаете, двумя основны- ми техническими недостатками Во-первых, они не андрогинны, иначе говоря, созданы таким обра- зом, что один из них может быть только активным, а другой — пас- сивным. Кстати, термин «андрогин- ный» был позаимствован из ми- фологии: андрогинами назывались двуполые существа. Во-вторых, центральная часть устройства, где надлежит быть тун- нелю для перехода из корабля в корабль, занята стыковочным меха- низмом и конусом; значит, чтобы образовать туннель, пришлось бы частично разбирать агрегат. Это очень усложняет и удлиняет опера- цию стыковки и перехода из кораб- ля в корабль. Устранить эти недо- статки можно, сделав стыковочное устройство активно-пассивным, или андрогинным, и, кроме того, пери- ферийным. то есть стыковочный механизм расположить по перифе- рии стыковочного шпангоута. Тогда место для туннеля остается сво- бодным. Именно таким стал новый агрегат стыковки — андрогинным и перифе- рийным. или сокращенно—АПАС, для проекта «Союз — Аполлон». Основную конструктивную идею удалось сформулировать как-то удивительно легко. Вероятно, по- тому, что над подобными принци- пами и мы, и американцы думали давно и даже кое-что уже успели сделать. Осенью 1970 года Келдвелл Джонсон, ветеран НАСА, участво- вавший в осуществлении проектов США «Меркурий» и «Аполлон», представил первые черновые раз- работки принципиальной схемы стыковочного механизма, позднее нашедшие применение в АПАСе. Мы со своей стороны подробно описали общие принципы конструк- ции и многие конкретные детали созданных у нас стыковочных уст- ройств. С помощью одного из них стыковались космические корабли «Союз», а другое готовилось в то время для стыковки «Союза» с первой космической орбитальной станцией «Салют».
122 Наше устройство «Союз—Са- лют» не было периферийным, но в нем были заложены элементы ан- дрогинности. Так, стыковочные шпангоуты агрегатов, которые в конце стыковки жестко и прочно притягиваются друг к другу с по- мощью системы расположенных на них замков, были выполнены, по сути дела, андрогинными. А это очень важно, потому что стыковоч- ный шпангоут с замками и другими механизмами, несмотря на кажущу- юся элементарность решаемой ими задачи, конструкция чрезвычайно ответственная. Посмотрели бы вы, как в сбороч- ном цехе соединяют два отсека космического корабля Буквально -сдувая пылинки», сборщики самой высокой квалификации подготав- ливают поверхности соединяемых шпангоутов и резинового уплотне- ния. Затем с превеликой осторож- ностью и точностью до десятых долей миллиметра совмещают их, завертывают, соблюдая строго оп- ределенные усилия, несколько де- сятков болтов. Такая операция вме- сте с проверкой герметичности за- нимает не одну рабочую смену; в космосе стык двух отсеков корабля должен быть абсолютно гермети- чен. Он должен выдержать все возможные нагрузки, как создава- емые внутренним давлением (оно старается разорвать стык с усили- ем в несколько тонн), так и от работы основного и многочислен- ных управляющих реактивных дви- гателей корабля. Приблизительно такие же же- сткие требования предъявляются к соединению двух шпангоутов кос- мических кораблей при их стыковке на орбите. Но при этом нужно учи- тывать, что соединение произойдет автоматически в течение несколь- ких минут, без предварительного осмотра или подготовки уплотне- ния и торцов шпангоутов. А те вме- сте с кораблями прошли уже на ракетах-носителях выведение на орбиту и полет в открытом космосе В совместном полете замки долж- ны быть так надежно заперты, что- бы никакая случайность, перегруз- ки или даже нечаянное нажатие кнопки управления на пульте кос- монавтов не могли привести к их открытию. А когда крышки пере- ходного туннеля открыты, от на- дежности замков зависит безопас- ность и жизнь экипажей обоих ко- раблей. С не меньшей степенью надежности требуется открыть за- мки и расстыковать шпангоуты, что- бы корабли смогли совершить по- садку на Землю. Всем этим требованиям обязаны отвечать механизмы стыковочного шпангоута. При этом они должны быть достаточно просты, иметь ма- лый вес. По-настоящему андрогинное сты- ковочное устройство немыслимо без того, чтобы и стыковочные шпангоуты со всеми их механизма- ми не были также андрогинными Следовательно, их конфигурация должна быть такова, чтобы два любых стыковочных шпангоута под- ходили друг к другу, могли совме- щаться как бы сами с собой. В технике есть немало прототи- пов андрогинных соединений. На- пример, автосцепка на железной дороге или соединение пожарных шлангов. Однако стыковка косми- ческих кораблей—задача несрав- ненно более сложная. Приходится соединять два космических «ваго- на», которые стоят не на рельсах, что практически исключает переко- сы и смещения, и предвидеть ошиб- ки, как говорят, по всем шести степеням свободы, то есть в любом направлении и угловых разворотах вокруг любой оси. Стыковочный механизм должен скомпенсировать, «выбрать», эти ошибки взаимного положения (а они порой достигают 30—40 санти- метров и нескольких угловых граду- сов), погасить относительные ско- рости любого направления, другими словами, смягчить, самортизиро- вать соударения массивных кон- струкций. весящих несколько тонн каждая, и произвести их щепку.
123 Потом выравнять и плавно сбли- зить до соприкосновения стыко- вочные шпангоуты, ввести в дей- ствие замки жесткого запирания стыка, автоматически соединить электрические и гидравлические разъемы. Как же консгруировать и распо- лагать все соединяемые при сты- ковке узлы и элементы, чтобы по- лучить андрогинность устройства в целом? Советские специалисты предло- жили руководствоваться общим принципом, успешно примененным при создании стыковочного устрой- ства «Союз—Салют». Американ- ская сторона его приняла, и он стал руководящим при разработке кон- струкции АПАС для кораблей «Со- юз» и «Аполлон». Мы назвали свое предложение прикципом обратной симметрии. Суть его е том, что все соединяемые при стыковке, или, как их называют, ответные, эле- менты размещаются симметрично относительно общей оси. Штырь — гнездо, вилка—розетка, выс- туп— впадина всегда распола- гаются попарно симметрично, если смотреть на торец стыковочного агрегата. Сейчас нам это кажется простым и естественным, а в конце 60-х годов все нужно было найти и применить в конструкторской ра- боте. Интересно, что еще главный кон- структор ракетно-космических си- стем академик С. П Королев сфор- мулировал общее требование к та- кому устройству. Он говорил: «Сде- лайте стыковочные агрегаты оди- наковыми на обоих кораблях и обеспечьте переход космонавтов по внутреннему туннелю». Андрогинность наших стыковоч- ных шпангоутов для системы «Со- юз— Салют» также значительно увеличила надежность наиболее ответственной части конструк- ции— замков жесткого соединения. Ведь фактически при стыковке та- ких шпангоутов в нашем распоря- жении имеется два комплекта за- мков, по одному на корабле и стан- ции. В случае необходимости всегда можно ввести в действие второй комплект. Кроме того, обеспечива- ется другое важное требование к андрогинному устройству: стыковка может быть полностью проведена любым кораблем. Короче говоря, шпангоут для стыковочного устройства косми- ческой системы «Союз — Салют» был в целом и во многих дета- лях удачно сконструирован. В этом убедились и американские специа- листы. Через год. после тщательного изучения, они сами предложили принять его за основу при созда- нии стыковочного шпангоута для кораблей «Союз» и «Аполлон». Но только через год. А тогда, осенью 1970 года, все, о чем я рассказал, выглядело не таким уж очевидным. АПАС СТАРТУЕТ Итак, в результате первой встречи наметили основные черты стыко- вочного устройства будущих ко- раблей и станций. Следующий шаг—детализация этих требований и разработка принципиальной схе- мы нового устройства. Необходимо было кроме того решить, каким образом обеспечить совмести- мость, что подлежало согласова- нию между партнерами. В начале 1971 года состоялись встречи руководителей АН СССР и НАСА, в результате которых вся работа по созданию совместимых средств стала приобретать более конкретные формы В июне того же года на встрече в Хьюстоне обсуждались и согла- совывались детальные требования к новому стыковочному устройст- ву, руководствуясь которыми обе стороны к октябрю представи- ли свои варианты принципиальных схем.
124 Постепенно вырабатывались сог- ласованные требования, складыва- лась общая терминология и все больше было технического взаимо- понимания. Представленные проек- ты, хотя и различались во многих существенных деталях, содержали уже такие положения, которые поз- волили довольно быстро вырабо- тать общую схему. Выяснилось, что обе стороны сог- ласны с тем, что. во-первых, будет четкое функциональное разделе- ние стыковочного агрегата на сты- ковочный механизм и стыковочный шпангоут с его замками жесткой стыковки, во-вторых, стыковочный механизм будет иметь основной ра- бочий элемент в виде кольца с несколькими направляющими вы- ступами, расположенного на под- вижных штангах для амортизации соударения кораблей, втягивания и выдвижения кольца. Кроме того, перевод из пассивного состояния в активное и мы, и американцы пред- полагали осуществлять выдвиже- нием кольца из втянутого в перед- нее положение. Различались проекты числом на- правляющих выступов и пар штанг (три — в советском проекте и четы- ре— в американском), расположе- нием защелок, конструкцией за- мков стыковочного шпангоута и ря- дом менее существенных деталей. В советском проекте, естественно, предполагалось использовать сты- ковочный шпангоут, конструктив- но подобный существовавшему в устройстве космической системы «Союз—Салют». После обмена докладами и об- суждений представитель американ- ской стороны заявил, что можно принять советский проект принци- пиальной схемы за основу для дальнейшей разработки. Подписан- ное соглашение этой встречи за- фиксировало принятие многих со- ветских предложений Был исполь- зован и ряд деталей американского проекта, например, схема защелок кольца с направляющими и уплот- нения стыка и электроразъемы. Надо подчеркнуть, что утвержде- ние общей схемы вовсе не означало полного копирования в последу- ющем принципа действия стыковоч- ных агрегатов. Оговоренное еще на первой встрече 1970 года и под- твержденное на июньской встрече 1971 года в Хьюстоне решение о том, что каждая сторона полностью проектирует и изготавливает свои стыковочные агрегаты, а совмести- мость их достигается согласовани- ем минимального числа парамет- ров и только взаимодействую- щих между собой деталей и элемен- тов, оставляло большую свободу поиска. Здесь уместно остановиться на некоторых особенностях советской и американской школ конструиро- вания стыковочных устройств. Пер- вое существенное различие, кото- рое сразу бросается в глаза, заклю- чается в том, что американцы при- меняют гидравлику, а мы—элек- тромеханику в демпферах (приспо- соблениях для поглощения энергии при соударении и гашения механи- ческих колебаний). Каждый из этих способов демпфирования имеет свои преимущества и недостатки. И все же использование электроме- ханики еще в самых первых моди- фикациях стыковочных механизмов кораблей «Союз» было довольно смелым новаторством, которое по мере развития техники стыковки раскрывало свои преимущества. Недаром на осенней встрече 1971 года один из американских специ- алистов сказал, что они, возможно, тоже применили бы электромехани- ку, но из-за отсутствия разработан- ной технологии просто не успевают это сделать в заданный срок. Любопытно, что два года спустя, уже. по существу, закончив работу над своим «гидравлическим» АПА- Сом, НАСА заключило контракт с одной из фирм на создание экспе- риментального чисто электроме- ханического стыковочного меха- низма. Гидравлика и электромеханика диктуют выбор существенно разных
125 элементов кинематики, в первую очередь поэтому наши агрегаты так не похожи друг на друга. Но для специалистов более важно принци- пиальное построение всей аморти- зационно-приводной схемы стыко- вочного механизма. В прежних своих механизмах аме- риканцы применили независимые амортизаторы. Такая схема парал- лельной работы амортизаторов и привода была фактически перене- сена на АПАС для корабля «Апол- лон». В старых стыковочных механиз- мах «Союза» амортизаторы и при- вод соединены последовательно. Эта идея принципиально перенесе- на и на АПАС «Союза». Так и пошла дальше работа дву- мя во многом различными путями в соответствии с особенностями советской и американской школ конструирования стыковочных уст- ройств. Начали создавать две разные конструкции на основе од- ной общей идеи для достижения одной цели, выполняя согласован- ные требования. Как две спортив- ные команды, бригады космических специалистов СССР и США, однов- ременно взяв старт, начали насто- ящую гонку. Иного слова и не под- берешь, чтобы охарактеризовать ход и объем выполненных за такие короткие сроки работ. Судите сами. На создание менее сложных стыко- вочных устройств для предыдущих, и советских, и американских, кос- мических проектов затрачивалось в полтора-два раза больше времени. При этом не требовались многочис- ленные согласования и совместные испытания. Словом, это была беспрецедент- ная работа. Наступил 1972 год. В КБ и ла- бораториях полным ходом шла разработка конструкции будущего АПАСа, когда в США поехала не- большая группа наших инженеров для того, чтобы создать первые совместные чертежи. Будущий агрегат насчитывал око- ло 1500 оригинальных деталей и сборок. Приблизительно столько же требовалось чертежей У со- ветского и американского стыко- вочных агрегатов не было ни одной одинаковой детали. И тем не менее существовало четыре чертежа, выполнить которые обя- заны были обе страны. Это— свое- образный межгосударственный стандарт на стыковочное устрой- ство, нарушение которого по об- щей договоренности не допуска- лось. Такие чертежи появились после апрельской встречи рабочей группы в Хьюстоне в 1972 году. Здесь мы впервые познакомились со специ- алистами фирмы «Рокуэлл Интер- нэшнл» (в то время еще «Норт Америкэн Рокуэлл»), с которыми нам пришлось тесно сотрудничать все последующие годы. Дело в том, что эта фирма была основ- ным подрядчиком НАСА по со- ветско-американскому проекту. Кроме ранее изготовленных ко- мандного и служебного модулей, конструкторы фирмы спроектиро- вали, а на ее заводе изготовили стыковочный модуль и стыковоч- ный агрегат. Полученные чертежи «интерфей- са», то есть взаимодействующих элементов стыковочного устрой- ства, позволяли начать изготовле- ние моделей, готовить выпуск до- кументации по попномасштабным конструкциям и вести подготов- ку к первым совместным испыта- ниям. В мае было подписано соглаше- ние между правительствами СССР и США о сотрудничество в деле освоения и исследования космиче- ского пространства. Это заставило нас еще больше прочувствовать всю меру той ответственности, ко- торую мы несли за сроки и качество работы. Сюрприз ждал нас в Хьюстоне. Когда в июле 1972 года мы там снова появились, нам продемон- стрировали готовые масштабные модели стыковочных агрегатов. На- ши же модели еще находились
126 У масштабных моделей агрегата стыковки. Москва. Институт космических исследований АН СССР. Октябрь 1972 года. в работе. Но коль речь зашла о сроках изготовления, справедливо- сти ради нужно отметить, что наши модели намного полнее и точнее воспроизводили будущие полно- масштабные конструкции, поэтому были и более сложными, и более трудоемкими в изготовлении. Тем не менее пришлось, возвратившись в Москву, принимать соответству- ющие меры, хотя согласованные сроки были еще далеки. На всех последующих этапах и многочис- ленных промежуточных финишах мы уже никогда но отставали от наших партнеров при подготовке оборудования или документации, больше того, иногда оказывались даже впереди. Наши масштабные модели были готовы к концу августа. Их подвер- гли необходимым испытаниям и продемонстрировали на октябрь- ской встрече в Москве в том же году. С помощью моделей удалось проверить общую идею, компоновку и взаимодействие элементов, как то было согласовано, а мы кроме того воспроизвели кинематику и даже динамику работы стыковочно- го механизма. Это было важно потому, что для стыковочного механизма в совет- ском проекте выбрали принципи- ально новую и довольно хитроум- ную кинематику. На первых порах, да и впоследствии, она вызывала у многих сомнения и даже несправед- ливые, как мы считаем, нападки. Помогло доверие руководителей и твердость, убежденность авторов и исполнителей в правильности и преимуществах выбранной принци- пиальной схемы. Иначе, конечно, не удалось бы довести это дело до конца и создать конструкцию, ока- завшуюся действительно очень эф- фективной. Недаром она получила высокую оценку многих авторитет- ных советских и американских спе- циалистов по космической технике, а самое главное—отлично срабо- тала в космосе. Спору нет, деловая критика тоже не оказалась лиш- ней Она заставляла авторов со- вершенствовать кинематику, нахо-
127 дить новые возможности ее упро- щения. В отличие от американской кон- струкции мы применили кинематику с дифференциальной связью между всеми шестью штангами стыковоч- ного механизма. Примерно так свя- заны задние колеса и двигатель обычного автомобиля. При удлине- нии одной или нескольких штанг другие благодаря таким связям уко- рачиваются. В результате при на- клоне одной стороны кольца другая сторона поднимается, оно как бы качается вокруг своего центра. При боковом перемещении кольца оно движется практически параллель- но шпангоуту. Приблизить кольцо к шпангоуту удается только при при- ложении значительно большей си- лы. В результате механизм обеспе- чивает сцепку в очень широком диапазоне начальных условий при больших промахах, больших и ма- лых скоростях. Кроме того, меха- низм хорошо выравнивает корабли после сцепки: при стягивании не возникает никаких дополнительных усилий, более того, кольцо фикси- руется в выровненном положении, и космонавты смогут постоянно контролировать это. Американцы применили в своем стыковочном механизме для подтя- гивания кольца с направляющими привод с тросовой связью. Такая схема подкупает своей относитель- ной простотой, но, к сожалению, она не лишена и ряда недостатков. Основным из них, пожалуй, являет- ся меньший диапазон перемещений кольца при малых усилиях аморти- зации. Поэтому сцепка происходит в меньшем диапазоне начальных смещений кораблей, особенно если есть ошибки сразу по нескольким координатам. Так, кстати, случа- лось при наших совместных испыта- ниях. Можно упомянуть и о другой особенности. Она относится к выдвижению кольца, которое происходит только за счет усилия пружин амортизаторов при ослаб- лении тросовой связи. Так как усилие пружин для обеспечения сцепки выбрано сравнительно не- большое, оно оказывается недостаточным, например, для того, чтобы выдвинуть кольцо, преодолевая его силу веса. На Земле—это неудобство при испытаниях, в состоянии космиче- ской невесомости—потенциальная ненадежность. Демонстрация моделей на ок- тябрьской встрече в Москве вызва- ла всеобщий живой интерес Успех проведенных через месяц испытаний этих моделей открывал дорогу для работы над полномас- штабными конструкциями. На поро- ге был 1973 год —год отработки настоящего АПАСа. НА СТЕНДЕ В ХЬЮСТОНЕ Любая система космического ко- рабля. перед тем как попасть в полет, должна поработать в усло- виях, достаточно близких к тем. в которых она может оказаться в космосе. Разумеется, практически невозможно одновременно имити- ровать на Земле все условия, при- сущие космическому полету: глубо- кий вакуум, невесомость, различ- ные формы облучений, широкий ди- апазон возможных температур, действие вибраций и перегрузок вы- ведения на орбиту. Поэтому испы- тателям приходится как бы расчле- нять воздействие космоса на со- ставные части и с большим или меньшим приближением последо- вательно их воспроизводить. При этом одна из наиболее сложных задач состоит в выявлении самых трудных или, как говорят, крити- ческих условий для каждой сис- темы. Стыковочные агрегаты по- следовательно проходят испытания в самых разнообразных условиях. Но все же наибольшие хлопоты стыкоещикам доставляет невесо- мость. Как заставить многотонные ко- рабли парить перед стыковкой в воздухе и двигаться только по инер-
128 ции, под воздействием сил соударе- ния и реактивных струй управля- ющих двигателей так, как это про- исходит в невесомости? Как добиться, чтобы корабли со стыковочными агрегатами свобод- но, без действия силы тяжести, сближались с заданными скоростя- ми и смещениями до соприкоснове- ния, сцеплялись, выравнивались и стягивались, а амортизационная си- стема и другие механизмы при этом работали точно так же. как им предстоит работать в космосе? Конечно, сделать это непроста Существуют разные способы вос- произведения такого движения в земных условиях. Каждый из них имеет свои преимущества и недо- статки, но все они сложны и до- ставляют много хлопот испытате- лям. Можно, например, подвеши- вать специальные макеты кораб- лей на карданных шарнирах, так, чтобы точки подвеса находились в центрах тяжести кораблей и пере- мещались в трех направлениях По- лучается довольно простая систе- ма. но в ней все же нелегко полно- стью исключить земную тяжесть при поступательных движениях, а также имитировать работу систем управления кораблями. Специалисты НАСА выбрали дру- гой путь. Они сделали комбиниро- ванную установку для воспроизве- дения процесса стыковки, которая состоит из шестистепенного стенда с гидравлическими следящими при- водами и вычислительной машины. Компьютер непрерывно вычисляет координаты кораблей, как если бы они двигались в невесомости, и выдает команды на следящие при- воды. Те перемещают установлен- ные на стенде стыковочные агрега- ты один относительно другого в соответствии с вычисленными ко- ординатами. При соприкосновении стыковочных агрегатов возникают усилия, которые непрерывно изме- ряются с помощью специальных датчиков. Сигналы от датчиков по- ступают в компьютер, тот их учиты- вает, и таким образом вычисли- тельно-механический контур, как говорят, замыкается. Процесс в нем идет непрерывно. На такой испытательной установ- ке американские специалисты отра- батывали систему стыковки для лунной программы «Аполлон», а по- том и для программы «Скайлэб». Установка очень дорогая и доволь- но капризная в эксплуатации. В ней используется много высокоточных приборов, начиная от приводов стенда, датчиков усилий и переме- щений. кончая элементами вычис- лительного устройства. Она снаб- жена системой автоматической на- стройки и проверки, а также раз- ветвленной системой аварийной остановки при возникновении ка- ких-либо неисправностей, перегру- зок или выхода одного из ее много- численных параметров за допу- стимые пределы. Чтобы проводить испытания при очень высоких и очень низких температурах, часть стенда с испытуемыми агрегатами заключается в специальный под- вижный чехол, под который нагне- тается горячий или холодный воздух. Короче говоря, испытательный комплекс, хотя и обладает больши- ми возможностями и несомненными достоинствами, сам требует тща- тельного ухода, постоянного контр- оля и устранения частых неисправ- ностей В этом мы убедились на собственном опыте осенью 1973 го- да и особенно летом 1974 года во время проведения совместных ди- намических испытаний. Как-то один из американских специалистов в сердцах пошутил: «Здесь никогда не знаешь, что испытывается: сты- ковочное устройство на стенде или стенд с помощью стыковочного устройства». На самом деле бывало и то, и другое. Несомненное достоинство американской испытательной уста- новки— возможность «стыковать» самые различные космические ко- рабли: от легких до сверхтяжелых Ведь изменять параметры кораблей очень просто, достаточно ввести
129 нужные коэффициенты в уравнени- ях, решаемых компьютером, или использовать другие уравнения. По мере развития космических поле- тов, увеличения количества запус- каемых космических кораблей и станций такой стенд действитель- но может оказаться необходимым. Испытательную установку подоб- ного типа, конечно, трудно было сразу создать совершенной Стенд с системой приводов, изготовлен- ный в середине 60-х годов в разгар работ по программе «Аполлон», рассчитывался на испытание сты- ковочных устройств ограниченных размеров. Кроме того, принципиаль- ная кинематическая схема стенда была не совсем удачной: сложна, громоздка и имела целый ряд не- благоприятных технических харак- теристик. Поэтому, готовясь к испытаниям по программе ЭПАС, а также учиты- вая перспективы развития следу- ющей программы пилотируемых по- летов США— Спейс Шаттл», спе- циалисты НАСА решили перестро- ить стенд, сохранив в основном вычислительную и управляющую части установки и другие вспомога- тельные системы К осени 1973 года работы были закончены, схема стенда стала на- много логичнее и проще. Но, к сожалению, при этом, как выясни- лось позднее, не избежали и неко- торых просчетов. Новые полномасштабные стыко- вочные агрегаты решили испыты- вать именно на этой динамической установке в Хьюстоне. Конец зимы, весна и все лето семьдесят треть- его года ушли на изготовление и отработку стыковочного агрегата в СССР и подготовку к совместным испытаниям. Тем же были заняты американские специалисты в США. В мае первый АПАС увидел свет. Это уже была настоящая кос- мическая система, отвечающая всем жестким требованиям, обес- На совместные испытания стыковочных агрегатов а Хьюстоне прибыли руководители НАСА. Понятно, что особый интерес вызывает советская конструкция.
130 печивающим ее высокую надеж- ность при минимальном весе и га- баритах. Он действительно получился кра- сивым, наш АЛ АС, если исходить из того, что истинная красота кон- струкции в рациональности, в том изяществе, с которым она решает поставленные перед ней задачи. «Он элегантен, ваш стыковочный агрегат»,— скажет позднее М. Фа- жс, один из руководителей амери- канского космического Центра имени Джонсона. Я думаю, он имел в виду не только внешний вид АПАСа, комплимент относился и к его принципу действия. Поскольку корабль «Аполлон» создавался для полета на Луну, американские конструкторы, прис- посабливая его для решения задач в околоземном космосе, располага- ли солидными резервами веса. Мо- жет быть, по этой причине авторы американского стыковочного агре- гата не слишком заботились об экономии веса. Их стыковочный аг- регат получился почти в два раза тяжелее нашего. АПАС успешно прошел всю пред- варительную отработку и проверку и к концу августа был готов к отправке в Техас. Наша небольшая испытательная команда 14 сентября прибыла в Хьюстон. Нам предстояло впервые произвести настоящую стыковку аг- регатов кораблей «Союз» и «Апол- лон», при которой фактически проверялись и отрабатывались все этапы сложного и многосторонне- го процесса соединения кораблей, работа агрегатов в совместном полете и при расстыковке. Сначала последовательно шаг за шагом были проверены все опера- ции по стыковке и расстыковке, причем оба агрегата работали при этом как в активной, так и в пассив- ной роли. Затем испытана герме- тичность состыкованных агрегатов, в том числе при нагреве и охлажде- нии конструкций с имитацией по- летных экстремальных температур. Еще раз убедились в том, что стык способен выдерживать одновре- менное воздействие внешних и внутренних нагрузок. На этом пер- вая часть испытаний закончилась, и агрегаты установили на динамиче- ский стенд для проведения основ- ной по объему и сложности части работ—стыковки с имитацией дви- жения космических кораблей в ус- ловиях невесомости. На этом стенде мы провели в общей сложности более 100 стыко- вок, или испытательных пробегов, как их называли американцы, при нормальных, высоких и пониженных температурах. Может возникнуть вопрос: зачем нужно так много сты- ковок? Дело в том, что корабли могут подойти друг к другу в самых разных положениях. Космонавты и астронавты управляют сближением кораблей, используя две трехсте- пенные ручки и наблюдая специаль- ную мишень, как бы прицеливаясь по ней. Несмотря на продолжитель- ные и интенсивные тренировки, как и при обычной стрельбе, всегда возникают ошибки. Только здесь их разброс увеличивается: управлять приходится пространственным по- ложением, выдерживая как относи- тельные координаты, так и скоро- сти. Одновременно работают автома- тические системы ориентации ко- раблей, которые, с одной стороны, облегчают космонавту управление, а с другой — вносят свой «вклад» в виде определенных ошибок. Тот, кто управлял автомобилем, име- ющим только три степени свободы, знает, как не просто бывает порой выехать через узкие ворота гаража, а управление кораблем в простран- стве намного сложнее. Поэтому стыковочное устройство рассчиты- вается так, что даже при самых худших условиях, самых грубых ошибках относительного положе- ния кораблей и разных скоростях происходила бы надежная стыков- ка. Это требование не только ус- ложняет стыковочный агрегат, сам процесс стыковки, но и проведение испытаний.
131 Прежде всего, трудно опреде- лить. какие условия, какие соче- тания скоростей и ошибок взаим- ного положения наиболее неблаго- приятны. Что, например, страш- нее—большие скорости сближения или малые? Оказывается, плохо и то. и другое. При больших скоростях может не хватить энергоемкости амортизаторов и возникнут слиш- ком большие силы от соуда- рения кораблей. При малой ско- рости сближения кинетической энергии кораблей может оказаться недостаточно для срабатывания за- щелок. Если сделка не произойдет, система начнет -разваливаться», и. чтобы избежать соударения, ко- рабли придется быстро разво- дить. Поэтому вначале отыскиваются наиболее неблагоприятные, или «подозрительные», сочетания на- чальных параметров сближения и проводится теоретический анализ процесса стыковки для всех этих вариантов. Проведение такого те- оретического анализа — это целая большая глава в создании любого стыковочного устройства, а ввиду особой сложности АПАСа—тем бо- лее. Чтобы рассчитать, как будут стыковаться корабли, необходимо составить математическую модель процесса стыковки. Полная модель учитывает движение самих кораб- лей. Для каждого момента времени аналитически отыскивается точка или точки соприкосновения направ- ляющих выступов стыковочных аг- регатов друг с другом или с кольца- ми Затем определяется, на какую величину и с какой скоростью де- формируются амортизаторы при со- ударении (эти усилия одновременно используются в уравнениях движе- ния кораблей), компьютер вычис- ляет, как реагируют системы уп- равления кораблей на действие возмущений при стыковке, и учи- тывает создаваемые ими усилия и моменты. Математическая мо- дель позволяет рассчитать весь процесс стыковки для разных ва- риантов. Конечно, в целом математиче- ская модель очень сложна, ее ис- пользование имеет смысл только при работе с самыми быстродей- ствующими и совершенными цифро- выми электронными вычислитель- ными машинами. И тут меня могут спросить: зачем нужны испытания, если создана и работает полная и совершенная ма- тематическая модель? А вот зачем. Какой бы ни была совершенной теоретическая модель, это всего лишь ограниченная абстракция ре- ального процесса. Модель позволя- ет исследовать лишь определенные важнейшие (по мнению ученого) стороны процесса, постигнуть их существо, выявить внутренние за- висимости. Но конечным мерилом любого проекта являются испыта- ния настоящих, «живых» конструк- ций. Вот почему наш теоретик Е. Лебедев привез с собой в Хьюстон целые тома. Их напечатала вычис- лительная машина, решая задачу стыковки для всех вариантов, кото- рые предстояло испытать на дина- мическом стенде в паре с аме- риканским агрегатом. При сравне- нии теоретических и эксперимен- тальных результатов стенд и модель взаимно проверяли друг друга. Теперь пора сказать, что для успешного проведения совместных испытаний требовалось обеспечить совместимость не только стыковоч- ных агрегатов. Необходимо было договориться о присоединительных размерах агрегатов, пультов управ- ления и другого испытательного оборудования, согласовать кабель- ные разъемы и электрическое на- пряжение питания, а также решить все вопросы, связанные с системой координат, программой, инструк- цией. и многое другое. Наша группа состояла из специ- алистов, необходимых для прове- дения всего комплекса намеченных работ: конструктора Евгения Боб- рова. инженера-электрика Бориса Чижикова, механиков Николая Хох- лова и Валентина Руненкоеа, обес-
132 Совместные отработочные испытания стыковочных агрегатов успешно завершены. В Хьюстоне собралась вся смешанная испытательная бригада. лечивших подготовку агрегатов и испытательного оборудования к ра- боте; специалиста по измерениям, обработке и анализу данных испы- таний Вадима Кудрявцева, упомяну- того ранее динамика Евгения Лебе- дева, испытателя и оператора Эду- арда Беликова, который провел, работая плечом к плечу с амери- канскими операторами и нашим пе- реводчиком Олегом Першиковым, все многочисленные динамические пробеги. «Не встречал людей более компетентных и самоотверженных в работе. Можете ими гордиться. Мы рады, что они здесь с на- ми»,— так сказал Г. Ланни коррес- понденту ‘ Известий» В Кобышу, когда тот приезжал в Хьюстон во время работы нашей группы. Конечно, лестно было слышать такое мнение от партнеров, но глав- ное, мы были довольны результата- ми проведенных испытаний, нашим АПАСом и тем, что поставленную задачу на этом этапе удалось ус- пешно выполнить. Очень важно бы- ло получить хорошие результаты работы на самом начальном этапе. После всех многочисленных испы- таний и у нас, и в Хьюстоне повери- ли в АПАС и те, кто скептически был настроен с самого начала, и те, у кого были какие-то сомнения. Но после того как битый буквально вдоль и поперек за время многочис- ленных испытаний АПАС продол- жал честно выполнять все свои функции, сомнения отпали и появи- лась полная уверенность в надеж- ности его конструкции Не все проходило, конечно, абсо- лютно гладко при первых испытани- ях. Ведь их основная задача—сов- местная отработка конструкции, они так и назывались—отработоч- ные. Было подтверждено, что от- дельные элементы конструкции недостаточно жестки, это же фик- сировалось и ранее, еще при пред- варительных испытаниях в Москве. Кроме того, при пятидесятиградус- ном морозе, который создавался внутри кожуха стенда, в отдельных случаях возникали усилия хотя и допустимые, но все же превыша- ющие расчетные. Одной из причин этого были автоколебания в самом динамическом стенде. Все испытания проводились, по существу, два раза: поочередно с активным агрегатом «Союза» и «Аполлона». Американцы, кстати, тоже выявили несколько недостат- ков конструкции своего агрегата стыковки. Последняя группа нашей испыта- тельной бригады возвращалась в Москву в коще декабря. В самоле- те, летевшем из Хьюстона в Нью- Йорк, в огромном воздушном лайне- ре, совершавшем свой первый ком- мерческий полет (это был «Три- стар» фирмы «Локхид»), мы были почти единственными пассажира- ми. Летели в первый день Рож- дества, традкщионного семейного праздника в США Задержавшись в Нью-Иорке из-за непогоды еще на три дня, мы прибыли в Москву в канун нового, 1974 года Но новый год не сулил нам отдыха. Он ока- зался не менее хлопотным, чем предыдущий. Пришлось срочно за- канчивать корректировку техниче- ской документации, уже началось изготовление летной партии агрега- тов. Процесс создания АПАСов разбит был на два основных этапа: разра- ботка и изготовление опытной пар- тии, отработка конструкции, затем изготовление летной партии, часть агрегатов которой проходила ква- лификационные испытания. Эти ис- пытания называются так потому, что проводятся не с целью выявле- ния каких-либо недостатков кон- струкции, а для того, чтобы аттесто- вать, квалифицировать конструк- цию. подтвердить ее соответствие всем техническим требованиям, ее готовность к полету. Так же, как при отработке, квали- фикационные испытания делились на автономные, проводимые каж- дой страной отдельно, и совме- стные— снова в Хьюстоне. Агре- гаты. готовившиеся непосредст- венно для полета, было намечено
134 Закончены совместные испытания уплотнения стыковочных агрегатов в Дауни (штат Калифорния). Осталось оформить документацию. Слева направо: Б. П. Артемов. И. О. Гликман (американским переводчик), Е. Б. Духовской. К. Блюм. А. А. Соколовский, В. С. Сыромятни* ков, Е. Г. Бобров, Дж. Харди. В. А. Поделякин, С. С. Темнов. стыковать между собой в Москве. И все это пришлось на 1974 год. Начался он с дополнительных эк- спериментов, проведенных для то- го. чтобы разобраться, почему во время испытаний в Хьюстоне на морозе возрастали усилия в стыко- вочном механизме. Пришлось один за другим исследовать все элемен- ты, участвующие в работе, в усло- виях, так сказать, «крайнего се- вера». Картина постепенно прояс- нилась. На ходу, без остановки «конвейера» внесли небольшие изменения в конструкцию. К маю АПАСы были изготовлены. На встрече в конце апреля мы окончательно согласовали доку- менты предстоящих летних квали- фикационных испытаний. Так что после напряженной работы в мае— июне, после выполнения всей прог- раммы испытаний у себя в стране мы почти в том же составе снова выехали в Хьюстон. Жарким летом можно назвать этот период работы. Лето в Хьюсто- не, находящемся на 30 параллели, действительно, жаркое. Но внутри кожуха стенда по-прежнему царил холод. На этот раз он был не страшен нашему АПАСу. Главные трудности и хлопоты снова доста- вил нам стенд. Обычная рабочая смена часто уходила на устранение неполадок в стенде, его элементах и блоках компьютера. Был даже случай, ког- да стенд вышел из-под контроля. В управляющих цепях приводов из-за электрических помех в подземных кабелях появился ложный сигнал, аварийная система остановки стен- да немного запоздала, но даже этих долей секунды было достаточно, и на стыковочные агрегаты подей- ствовала нагрузка, превышавшая расчетную почти в два раза. К счастью, оба агрегата, и наш, и американский, оказались достаточ- но прочными, больше того, совер- шенно равнопрочными. Конструк- ции выдержали и это дополнитель- ное, неожиданно суровое испыта- ние. Дала о себе знать и старая «бо- лезнь» стенда—автоколебания, возникавшие при определенных ус- ловиях. Хотя за прошедший со вре- мени окончания отработочных ис- пытаний период было разработано средство лечения этого техниче- ского недуга, оно не всегда оказы- валось эффективным. На этот раз под колебания строптивого стенда попал американский стыковочный агрегат — не все испытательные пробеги проходили гладко и до конца. Наш АПАС на этот раз ус- пешно обеспечил стыковку для всех случаев, которые были за- планированы. Новый казус произошел при ис- пытаниях на холоде. Неожиданно кольцо с направляющими «засты- ло». Что случилось? Ведь несколь- ко дней назад все было нормально. Может быть, во время «горячих» испытаний в механизм попала вла- га. которая потом на морозе замер- зла? Оказалось, замерзла не влага, а консервационное покрытие, кото- рое не было удалено из внутренних отверстий нескольких штанг. Этот случай еще раз показал, что при подготовке космической техники к испытаниям и тем более к полету не должно быть никаких недосмот- ров.
135 Специалисты НАСА и смежных фирм, не считаясь со временем, устраняли неполадки в стенде, боролись с электрическими по- мехами, которые возникали в кабелях, связывающих стенд с компьютером, проводили на ходу исследования и частичную модер- низацию. Постепенно дело наладилось, и испытания были доведены до конца. Запаковав наше многочисленное оборудование, мы вылетели в Москву, где нас встречали наши семьи... и наши американские кол- леги: им удалось прибыть на день раньше, чтобы согласовать прог- рамму и другую документацию для следующего этапа работы. Снова небольшой «перерыв», до предела насыщенный работой по подготовке лаборатории с много- численной аппаратурой, летными агрегатами, и снова мы в междуна- родном аэропорту Шереметьево встречаем американскую испыта- тельную бригаду, прибывшую для проведения предполетной контро- льной стыковки. РАЗНЫЕ, НО СОВМЕСТИМЫЕ Так создавалось новое стыковоч- ное устройство для проекта «Со- юз-Аполлон». Приобретенный ра- нее опыт, сложившаяся школа кон- струирования, наличие отработан- ных элементов конструкции и тех- нологии, расчет только на свои силы и возможности обусловили выбор разных путей в создании нового устройства. Сжатые сроки и экономические соображения усили- ли приверженность к ранее приня- тым техническим решениям. Вы- бранный метод обеспечения совме- стимости, в соответствии с которым согласовывались только взаимо- действующие и пограничные эле- менты, был единственно правиль- ным. При более широком объеме взаимных согласований можно бы- ло увязнуть в дискуссиях, затратить гораздо больше времени, сил и средств. Поскольку агрегаты создавались специалистами двух различных школ, неизбежно возникала атмос- фера состязательности, соперниче- ства. У нас было здоровое соперни- чество, потому что оно не было самоцелью. Да и внешне это почти не проявлялось. Соперники искрен- не ценили и уважали друг друга и прежде всего учитывали интересы дела. Соображения приоритета или престижа старались отмести, ну а совсем их устранить вряд ли было возможно. Оценивая сейчас преимущества и недостатки конструкций обеих стран, я не могу не быть субъектив- ным. В изложении американского специалиста эти оценки будут дру- гими, и его тоже можно понять. Но раз дело сделано, почему бы не проанализировать ход работы и ре- зультаты усилий? Это имеет значе- ние для дальнейшего развития и прогресса техники стыковки косми- ческих кораблей Наибольшую цен- ность при этом имеют, естественно, объективные факты. Считаю уместным рассказать о проблеме, возникшей на заключи- тельном этапе подготовки стыко- вочных агрегатов, которую перед полетом американским специали- стам с нашим участием пришлось решать на ходу, проводить различ- ные доработки и дополнительные испытания, чтобы подтвердить пра- вильность принятых ответственных решений. Несмотря на то. что запасы по развиваемому приводом усилию при подтягивании кольца с направ- ляющими оказались немалыми, при выполнении этой операции амери- канцы столкнулись с некоторыми трудностями. Это даже оказало злияние на совместную часть рабо- ты. Дело в том, что при стягивании приводу приходится преодолевать усилия всех амортизаторов, кото- рые в реальных условиях суще-
136 ственно различаются. Эта разница обусловлена разбросом технологи- ческих допусков на размеры и уси- лия пружин и гидравлических дем- пферов, а также разницей темпера- туры демпферов. В полете практи- чески всегда одна сторона, обра- щенная к Солнцу, оказывается на- гретой, а противоположная—более холодной. Значит, в демпферах вязкость жидкости будет разной. В результате при стягивании кораб- лей их шпангоуты приближаются друг к другу не строго соосно, а с некоторым смещением. В опреде- ленных пределах это вполне допу- стимо, потому что перед непосред- ственным соприкосновением шпан- гоуты окончательно выравнива- ются с помощью направляющих штырей и гнезд. Но, во-первых, необходимо быть уверенным, что даже при самых худших условиях это смещение не выйдет за до- пустимые пределы, во-вторых, уси- лие на направляющие штыри не вызовет нежелательных последст- вий. Речь шла о потенциальной проб- леме заедания направляющих шты- рей и гнезд, с которой специали- сты фирмы «Рокуэлл Интернэшнл» столкнулись при испытаниях лет- ных стыковочных агрегатов перед отправкой их в Москву. Выясни- лось, что при определенных услови- ях и при значительном усилии на направляющие штыри и гнезда дей- ствительно может произойти заеда- ние, способное привести к невыпол- нению стыковки. Что касается са- мих этих элементов, проблема была общей, но больше относилась к агрегату «Аполлона» в активной роли. При этом могли произойти непоправимые повреждения в тро- совой системе подтягивания кольца с направляющими. Тогда его нельзя было бы использовать даже в пас- сивном состоянии и стыковка вооб- ще стала бы невозможной Американские специалисты про- явили в этой трудной ситуации опе- ративность и деловитость, они срочно разработали и изготовили новые направляющие штыри и гнез- да для экспериментов, а также для летных агрегатов. Это был очень напряженный момент московских испытаний. В Москву прибыли заместитель технического директора проекта ЭПАС А. Олдрич, вице-президент фирмы «Рокуэлл Интернэшнл» Р. Ларсон, а также представитель штаб-квартиры НАСА в Вашингтоне Ч. Харрингтон. С нашей стороны в переговорах участвовал замести- тель директора проекта В. А. Тим- ченко. С директорами проекта— К. Д. Бушуевым, который в это вре- мя находился в отпуске, и Г. Лан- ни — иногда по нескольку раз в день проводились телефонные со- вещания. В течение нескольких дней по всем вопросам были приня- ты взаимоприемлемые решения. Несмотря на то. что пришлось повторять часть испытаний по контрольной стыковке летных агре- гатов, связанных с работой направ- ляющих штырей и гнезд, работа в целом была завершена досрочно. Это—хороший пример согласован- ных и оперативных действий специ- алистов обеих стран. Еще до окончания автономных испытаний штырей и гнезд испыта- тельная бригада поехала в Кали- форнию, в городок Дауни, входящий в большой Лос-Анджелес. К этому времени специалисты фирмы «Ро- куэлл Интернэшнл» срочно подго- товили новую испытательную уста- новку. На состоявшейся затем в Хьюсто- не пленарном встрече мы заверши- ли обсуждение и согласование практически всех технических воп- росов по совместимым системам обоих кораблей. Впереди остава- лись только подведение итогов, согласование бортовой документа- ции, доклад о готовности и участие в тренировках Центров управления полетом. Перед тем, как закончить рассказ о совместной работе, хотелось бы остановиться еще на одной ее сто- роне— организационной. И прежде
137 Без дополнитель- ных испытаний стыковочных агрегатов не обойтись — таково мнение специалистов третьей рабочей группы. Но последнее слово— за техническими директорами проекта. К. Д Бушуев согласен, а Г. Ланни? •Тоже» — отвечает Хьюстон. всего на организации официальных рассмотрений документации и изго- тавливаемой аппаратуры. Взаим- ные просмотры чертежей на стыко- вочные агрегаты были проведены дважды: отработочного и лётного проектов. Каждая сторона пред- ставляла комплект чертежей дета- лей и сборок взаимодействующих узлов и элементов конструкции Спвциальнью группы просматрива- ли чертежи другой стороны, обра щая основное внимание на то, на- сколько обеспечивается совмести- мость и как выполнены требования совместных документов. Хотя просмотры помогли выявить лишь небольшое количество мел- ких несоответствий, они внесли по- лезный вклад в общее дело. Кроме того, сыграли известную роль и в укреплении технического доверия друг к другу. Много времени и внимания уделя- лось вопросам надежности и безо- пасности полета во всех аспектах, не исключая и организацию работ при создании космической техники. Как уже говорилось, осенью 1974 года в Москву в качестве наблюда- теля при проведении предполет- ной контрольной стыковки приез- жал представитель штаб-квартиры НАСА Ч. Харрингтон. Миссия визита, по его словам, состояла не только в инспекции самих стыковочных агрегатов, их конструкции, качества изготовле- ния, но и, главным образом, в том, чтобы опытным взглядом «старого волка» (в прошлом он один из руководителей фирмы «Дженерал Электрик») посмотреть на технику проведения испытания в Москве, организацию, постановку дела, тщательность выполнения, квали- фикацию и добросовестность спе- циалистов. Ч. Харрингтон остался доволен результатами своих наблюдений. Ему понравились специалисты обе- их стран, их взаимопонимание, де- ловая атмосфера работы, профес- сиональность исполнения
138 В заключение несколько слов о постановке дела у наших кол- лег. Фактически детальную разработ- ку конструкции, выпуск всей техни- ческой документации на изготовле- ние стыковочного агрегата, его ос- новные испытания провела фирма «Рокуэлл Интернэшнл”. Роль НАСА заключалась в подготовке развер- нутого технического задания на на- чальной стадии проекта, наблюде- нии за ходом последующих ста- дий работы. Технические эксперты НАСА вникали не только во все принципиальные вопросы, но и во многие мелкие детали. НАСА взяло на себя ответственность за комплексные динамические ис- пытания на испытательной установ- ке в Хьюстоне, а также частично занималось теоретическим анали- зом. Начальный проект стыковочного агрегата был разработан немного- численными, но вьюококвалифици- рованными конструкторами НАСА. Все вопросы мы согласовали с представителями НАСА. Специали- сты фирмы выступали в качестве технических экспертов, хотя в иных случаях их слово было решающим. Во время многочисленных испыта- ний в Хьюстоне, в Москве и, конеч- но, в самом Дауни специалисты фирмы были основными их испол- нителями. Даже при испытаниях на динамической установке в Центре имени Джонсона оператором пульта управления стыковочным агрега- том был калифорниец. Никакая более или менее серьез- ная работа не обходилась без того, чтобы не заключался контракт на ее проведение. Даже такие зада- ния, как ведение совместной техни- ческой документации, ее оформле- ние. хранение, размножение и т. д„ выполнялись по контрактам. Когда составлялись математические мо- дели процесса стыковки и испыта- тельной установки, работу проводи- ли и результаты исследования ис- пользовали сразу несколько фирм. На важнейших участках работы, где могли возникнуть затруднения или ошибки, НАСА предпочитало не рисковать, заключались контракты с несколькими фирмами. Взаимо- проверка гарантировала успех. Но при этом строгий счет деньгам вели обе стороны. Система разработки проектов, при которой штат работников НАСА занят курированием всех основных частей проекта, создаваемого фир- мами-смежниками, имеет свои плю- сы и минусы. С одной стороны, уменьшается вероятность ошибок и просчетов, улучшается качество проекта, с другой — возрастают расходы, иногда непроизводитель- но используются высококвалифи- цированные кадры. Так вот и создавались двумя раз- ными школами специалистов два разных, но совместимых стыковоч- ных агрегата. В гостях И ДОМА Из почти четырех лет, которые в общей сложности ушли на проект «Союз—Аполлон», по нашим под- счетам, 375 дней мы работали вме- сте, Наша группа собиралась 20 раз: 10 — в СССР и столько же — в США. Гостями мы были не только в Хью- стоне, где пришлось работать боль- шую часть времени, но выезжа- ли в Лос-Анджелес. Вашингтон, Нью-Йорк, познакомились со сто- лицей Техаса Остином и одним из крупных городов Техаса—Сан-Ан- тонио. Посещая наших американских коллег, мы познакомились с их семьями, детьми, бытом, привычка- ми и традициями. Думаю, что и американцы получили представле- ние о нашей жизни. Они также увидели не только Москву. Многие из них побывали в Ленинграде. Бы- ли организованы поездки в древние русские города—Ростов Великий, Владимир, Суздаль и, конечно.
139 в Калугу, в Музей космонавтики и в дом К. Э. Циолковского. Большой интерес вызвали поез- дки в Загорск, Троице Сергиеву лавру. Любопытно, что экскурсово- ды в рясах проявляли большую осведомленность в космической технике. Например, они точно знали на сколько метров ракета «Сатурн» ниже каждой из колоко- лен лавры. Все американцы, побывавшие в Москве, с восхищением отзывались о нашей столице, гордились тем. что им выпала, по их словам, боль- шая честь быть участниками исто- рического проекта. Кстати говоря, постоянно загруженнью работой, мы, космические специалисты, име- ем мало возможностей, чтобы поз- накомиться с достопримечательно- стями даже своей собственной страны. ЭПАС нас вовлек не только в мир больших технических свершений, встреч с интересными людьми и новых взаимоотношений, но и помог глубже осознать историю, величие и авторитет в современной жизни мира нашей Родины. Как-то, возвращаясь из очеред- ной поездки, во время долгого ожи- дания самолета в Нью-Йорке, в аэропорту имени Кеннеди, мы поз- накомим лись с американской студен- ткой с русским именем Таня. Она изучала русский язык в Универси- тете штата Мэн и направлялась в Ленинград на практику. Мы вдоволь наговорились о России и Америке. Я сказал собеседнице, и она была в основном согласна со мной, что в В гостях у американских школьников.
140 Соединенных Штатах прежде все- го поражает размах расточитель- ства в использовании природных и общественных ресурсов. К этим мыслям возвращался я и позже, когда вспоминал о США. Сверхпот- ребление топлива, сверхдороги, сверхмагаэины. Почти полное от- сутствие общественного транспор- та в городах, за исключением Нью-Йорка, вымирание пассажир- ского железнодорожного транспор- та, зато — сверхаэропорты, сверх- газеты в сотни страниц и ... сверх- отходы. Прибавьте к этому тотальное те- левидение. печать и кино. В газетах можно прочитать, а в кинофильмах увидеть порой то, на что у многих людей просто не хватило бы фанта- зии. На наших глазах разразился энергетический кризис в этой стра- не сверхпотребления. Мы его ощу- тили явственно, по многим приме- там: слышали призывы к экономии электроэнергии в производствен- ных помещениях и в жилых домах, видели организацию автомобиль- ных пулов, когда живущие поблизо- сти американцы собирались в груп- пы для поездки на работу на одном автомобиле. Между прочим, адми- нистрация НАСА для оптимального объединения таких групп своих сот- рудников использовала даже вы- числительные машины (они выраба- тывали рекомендации с учетом времени начала работы, места жи- тельства и т. д.). Хьюстон, нам говорили, счаст- ливее многих сверхгородов США: вокруг традиционного -даунта- уна» —деловой и коммерческой ча- сти города — раскинулись огромные просторы техасских прерий. Но ббльшая часть земель огорожена заборами из колючей проволоки и пестрит щитами с надписями: «про- дается», «сдается», «частная соб- ственность» ... Вокруг космического Центра име- ни Джонсона, расположенного при- мерно в 40 километрах к югу от Хьюстона, постепенно выросли жи- лые массивы, состоящие в основ- ном из частных одноэтажных или двухэтажных домов. Между про- чим. цены за аренду квартир здесь, хотя и считаются очень низкими по сравнению, например, с Нью- Йорком или другими большими го- родами, все-таки очень высоки. Ма- логабаритная квартира на двух че- ловек в недорогом блоке сдается за 300 долларов в месяц Купить или построить свой дом — на это требуется около 40—60 тысяч долларов. В общей сложности почти полго- да мы прожили рядом С ОДНОЙ из начальных школ, наблюдая каждое утро, как на традиционных амери- канских школьных автобусах ярко- желтого цвета приезжают школьни- ки. Эти автобусы следуют по опре- деленным маршрутам, собирая ут- ром и развозя вечером детей, боль- шинство из которых живет в при- личном отдалении от своих школ. «Наша» школа имела два стадиона, и мы пользовались ими. Вместо традиционного американского фут- бола играли мы в соккер—так в США называют европейский фут- бол. В нашей рабочей группе подоб- ралась удивительно дружная спор- тивная команда. Было проведено несколько «международных» спор- тивных состязаний. Мне больше всего запомнился футбольный матч, который состоялся в Москве, вернее, на полпути из Калуги в Москву. Те, кто были болельщика- ми. рассказывали потом, что они получили огромное удовольствие, наблюдая, как два десятка здоро- вых мужчин с азартом гоняются за мячом и друг за другом. В Техасе можно купаться боль- шую часть года. Повсюду очень много открытых плавательных бас- сейнов—у гостиниц, в блоках апар- таментов, у школ и частных домов Хотя летом вода в бассейнах нагре- вается так, что практически не освежает, все же поплавать после напряженной работы большое удо- вольствие. Зимой даже в Техасе купаться прохладно, но некоторые
141 закаленные северяне сходили за южных моржей Космический Центр расположен на полпути от Хьюстона до побе- режья Мексиканского залива. В свободные дни мы не раз ездили на залив купаться, позагорать или пос- мотреть представления в морском цирке с дрессированными морскими животными. И в Москве, и в Хьюсто- не участники программы ЭПАС по- сетили крупные спортивные соору- жения, посмотрели многие состяза- ния в самых разных видах спорта. Познакомились мы и с националь- ными видами спорта США: амери- канским футболом, бейсболом, Вместе болели, правда, каждый за свою команду, в международных состязаниях по хоккею, шахматам, баскетболу и т. д. В Хьюстоне нас особенно часто приглашали в за- крытый сверхстадион—<• Астрод- ром». Крыша этого «восьмого чуда света», как его величали хозяева, защищает спортсменов и зрителей не от холода, как обычно, а от жары и влаги. На этом стадионе проходят состязания по самым различным видам спорта—от бейсбола до автомобильных гонок. Площадь арены гигантского со- оружения—11,5 тысячи квадрат- ных метров, а трибуны вмещают до 66 тысяч зрителей. Но еще больше впечатляет другое: вокруг стадиона устроена асфальтированная стоян- ка площадью 50 гектаров для 30 тысяч автомобилей. Плата за сто- янку— один доллар, а средняя сто- имость билета в «Астродром» — 7—8 долларов. Другая достопримечательность Хьюстона—«Астромир», парк с традиционными американскими ат- тракционами, различными механи- зированными горками, сложными каруселями. Но самое большое впе- чатление произвели на нас всемир- но известные «Страна Диснея» в Калифорнии и «Мир Диснея» на противоположном побережье Со- единенных Штатов—во Флориде. Эти сказочные сооружения — соче- тание фантазии и современной тех- ники, управляемой с помощью компьютеров При всех коротких и длительных поездках в Америку и встречах в нашей стране нам довелось отме- чать вместе национальные праздни- ки обеих стран: 7 ноября—день Великого Октября и 4 июля— День независимости Соединенных Штатов. Запомнилось мне празднование 56-й годовщины Октября в 1973 году. В Вебстер-Вилле (название блока апартаментов, в котором мы жили), как раз рядом со зданием городского холла, мы встретили го- стей нашими революционными пес- нями Было весело и по-домашнему уютно в этой большой необычной компании. НЕМНОГО О КОЛЛЕГАХ За время совместных работ нам довелось встречаться со многими американцами, людьми разных про- фессий. социальных групп, разного положения в обществе и вероиспо- ведания. Разумеется, с теми из них, кто непосредственно участвовал в общих поисках решения наших за- дач. в конструировании стыковоч- ных агрегатов, мы познакомились ближе. Это были в основном специ- алисты с опытом работы по преды- дущим космическим программам: полета на Луну «Аполлона», орби- тальной станции «Скайлэб». Тот же Келдвелл Джонсон — конструктор- проектант. Он участвовал в созда- нии космических кораблей «Мерку- рий» и «Аполлон» от самой общей компоновки кабины и приборного отсека до конструкции основных механизмов. У меня хранится копия первого наброска корабля «Мерку- рий», подаренная мне Джонсоном в 1972 году. Он сделан им в середине 1958 года, почти за три года до первого суборбитального полета А. Шепарда. Набросок удивительно близок к чертежу настоящего «Мер-
142 Конструкторы АПАС: У. Криси (слева) и Е. Г. Бобров. курия». Это говорит о том, что Джонсон уже тогда сумел постичь существо требовании космонав- тики. Занимая довольно высокий и от- ветственный пост в хьюстонском Центре, К. Джонсон тем не менее уделял очень много внимания соз- данию нового стыковочного уст- ройства. «Космические механиз- мы—это моя слабость»,— говорил он. поясняя свое пристрастие к работе над АПАСом. особенно, как я заметил, он много занимался принципиальной схемой механиз- мов. Именно на этой стадии закла- дывается, как говорили американ- цы. философия конструкции. В этот период создается то, что практиче- ски невозможно изменить на после- дующих этапах работы. Не скрывал особого интереса к нашим делам и шеф К. Джон- сона— Максим Фаже. Он руково- дитель инженерного отделения Центра, той его части, которая не- посредственно проектирует кораб- ли. Сам М. Фаже занимается таки- ми основополагающими сторонами проекта, как аэродинамические формы и принципы управления воз- вращаемых на Землю частей кораб- ля, рассчитывает его нагрев и теп- лозащиту. Сейчас он находится в группе основных разработчиков программы пилотируемых полетов США «Слейс шаттл». Под руководством К. Джонсона работали над стыковочным меха- низмом еще два конструктора: Дж. Джоунс и У. Криси. Первый из них — энергичный, импульсивный, склонный к длинным высказывани- ям, за что мы в шутку его прозвали «сенатор Джоунс». Его сменил У. Криси—более спокойный, мето- дичный и молчаливый, он стал основным конструктором от НАСА У. Криси, с одной стороны, куриро- вал все технические вопросы по стыковочному устройству на фир- мах-изготовителях. в первую оче- редь на фирме «Рокуэлл Интер- нэшнл». с другой стороны, рабо- тал над проблемами совместимости вместе с советскими специалиста- ми. У. Криси, как мы узнали поз- же,— авиатор-любитель, летчик и конструктор собственного само- лета, который он никак не мог до- вести до конца, наверное, из-за ЭПАСа. С нашей стороны партнером У. Криси был Е. Бобров. Встретились они впервые в апреле 1972 года и засели за те самые знаменитые четыре чертежа, которые обеспе- чили совместимость при стыковке Союза» и «Аполлона». У. Криси не знал русского языка. Е. Боб- ров— английского, но они стали разговаривать на языке чертежей, дополняя его жестами. И удиви- тельное дело, почти не прибегая к услугам переводчика, конструкто- ры довольно быстро справились с заданием. А Женя Бобров через полтора года, к концу отработочных испытаний, не только объяснялся уже без переводчика, но ино<да даже выступал в его роли. Ни паде- жей, ни согласования времен он тогда не признавал, зато употреб- лял много таких выражений, ко- торые впоследствии приводили в замешательство преподавате- лей английского языка из Инсти- тута иностранных языков имени М Тореза (в 1974 году Е. Бобров поступил туда на курсы). Многие из нас окончили эти отличные курсы.
143 Вспоминая о создателях амери- канского стыковочного агрегата, нельзя не рассказать о конструкто- ре, который вместе со своими кол- легами по фирме «Рокуэлл Интер- нэшнл» развил и воплотил в реаль- ной конструкции идеи, заложенные специалистами НАСА,—о Кеннете Блюме, или просто Кенни, как он просил его называть. Доброжела- тельный в общении. Кенни был очень серьезен и точен в работе. Именно он конструировал стыко- вочный механизм по лунной прог- рамме «Аполлон». Как конторщик Епиходов из «Вишневого сада» Че- хова по кличке «Двадцать два нес- частья», Кенни постоянно попадал в какие-то истории: чаще всего у него пропадали в поездках чемода- ны, пальто и другие вещи Правда, все потерянное непременно находи- лось. а добродушное подтрунива- ние окружающих ему даже достав- ляло удовольствие. С начала и вплоть до апреля 1973 года работу нашей группы с американской стороны возглавлял Д. Уэйд—на редкость спокой- ный, выдержанный и воспитанный человек, с манерами настоящего джентльмена. Он очень толково и гибко руководил начальными, по- жалуй. самыми важными этапами разработки стыковочного устрой- ства. На апрельской встрече 1973 года в Хьюстоне дела по руководству рабочей группы принял Р. Уайт, который до этого был одним из основных исполнителей. Наша с ним совместная работа началась с неожиданного конфликта. Так по- лучилось, что мы никак не могли найти общего решения по вопросу о выборе конфигурации уплотнения стыка. Возник спор, который из-за больших различий в школах кон- струирования, в оценке результа- тов испытаний и экономических со- ображений, а также, наверное, из- за психологических нюансов грозил завести в тупик. Пришлось обра- щаться к директорам проекта. Г. Ланни и особенно К. Д. Бушуев проявили гибкость и решитель- ность Компромисс был найден. Не в оправдание, а только справедли- вости ради скажу, что позднее одержал верх наш вариант. В конце встречи я выразил пожелание и надежду, что в будущем партнеры окажутся более сговорчивыми ради общего дела. После этого случая мы с Бобом, как чаще всего называли Роберта Уайта, работали в тесном контак- те. Конечно, споры продолжались, может быть даже не менее острые, чем первый, но теперь мы сами, без вмешательства директоров проек- та, находили взаимоприемлемые решения, потому что главным моти- вом, которым мы оба руководство- вались. было стремление обеспе- чить совместимость и качество стыковки наших космических ко- раблей. Так выглядела деловая сторона общения с Р. Уайтом. В свободное же от работы время он был радуш- ным хозяином, много рассказывал об Америке, ее обычаях, организо- вал для нас интересную поездку в Остин, столицу Техаса. Боб посвя- тил нас в планы строительства соб- ственного дома. Семья у него не- большая: жена и маленькая дочь. Жил он в прекрасном доме. Но Боб, по его словам, был «укушен домовым жуком», другими слова- ми, им овладела идея строитель- ства. Для американцев, разумеется обеспеченных, дом не только жилье, но и возможность вложения капиталов. При этом скрупулезно учитывается, как изменяется цена на недвижимость, возрастает ли ее стоимость или она «замерзла», какие есть возможности выгодно приобрести новый участок земли, какова конъюнктура в строитель- стве. Хьюстон—самый растущий город в США, поэтому не только Р. Уайт, но и многие специалисты НАСА воспользовались этим. Новые до- ма построили себе и Г. Ланни, и Д. Уэйд, и другие.
144 Дома и машины—своеобразный культ для американцев. Нам гово- рили, что настоящий америка- нец—обязательно архитектор сво- его дома и механик своего автомо- биля. Идейным и техническим руково- дителем комплексной испытатель- ной установки, той самой сложной и капризной системы, на которой про- ходили динамические испытания в Хьюстоне, был Аллан Кирпатрик, Несмотря на молодость, Эл, как его все называли, имел уже большой опыт по созданию и эксплуатации этой установки. Он один из ведущих разработчиков старого варианта стенда, еще в период работ по программе «Аполлон» в середине 60-х годов. Крепко ему досталось и в те годы, и при реконструкции стенда, и тогда, когда приходилось обнаруживать и устранять много- численные отказы, с которыми мы постоянно сталкивались во время отработочных, и особенно ква- лификационных, испытаний. Тем не менее Эл удивлял всех своим оптимизмом, бодростью и юмо- ром. Обладая далеко не богатырским здоровьем, Аллан работал без уста- ли, оставался вечерами, а иногда трудился все ночи напролет, чтобы усмирить свое непослушное «дитя». Его характерную фигуру с неизмен- ной трубкой в одной руке и чашкой кофе — в другой постоянно можно было видеть между двумя соседни- ми зданиями Центра, где располага- лись испытательный стенд и компь- ютер. Часто в коридорах или лабо- раториях раздавался неподража- емый трубный звук, напоминавший боевой клич индейцев. Это обычно означало, что Аллан призывал сво- их коллег начать работу по устране- нию очередной трудности или, на- оборот, что причина неисправности найдена, устранена и можно про- должать испытания. Над созданием и эксплуатацией стенда работало много опытных и высококвалифицированных специ- алистов. И такие ветераны, как, например, Дж. Грифит, Д. Брикер, Т. Бисли, и среднее поколение: пунктуальный Ч Виббарт. сдер- жанный и религиозный Р. Диксон, и совсем молодые люди. Работая бок о бок с американски- ми специалистами фирмы «Рокуэлл Интернэшнл», мы с особым интере- сом приглядывались к их квалифи- кации, отношениям между собой, подходу к решению технических проблем. Дело в том, что космиче- ская промышленность и у нас и в США еще молода и очень специфич- на. Мелкосермйность, а иногда и уникальность производимой про- дукции и в то же время необходи- мость проводить большой объем экспериментов и испытаний накла- дывают определенный отпечаток на характер и режим работы спе- циалистов, инженеров и техников. Нередки в таком деле относи- тельные «простои» в ожидании своего этапа в длинной серии ра- бот с создаваемым космическим объектом. Эта специфика требует от испол- нителей, и особенно от руководите- лей. умения использовать свобод- ное аромя рационально, скажем, для более тщательной подготовки к предстоящим работам, повыше- ния квалификации, усовершен- ствования испытательного обору- дования лабораторий или мастер- ских и т. п. Из тех специалистов, что работа- ли вместе с нами на испытаниях, часть имела еще и квалификацию конструкторов. Они использова- лись фирмой на разных этапах и в том и другом качестве. Это вполне рационально, учитывая уникаль- ность проектов, когда последова- тельно ведется вначале общее про- ектирование, затем конструктор- ская разработка с выпуском черте- жей, затем изготовление и испыта- ние готовых образцов. Умелое использование кадров имеет и другую положительную сто- рону— повышает квалификацию специалистов за счет более широ- кого круга охватываемых ими воп-
145 росое. Кроме того, работа становит- ся более разнообразной, что обыч- но повышает к ней интерес, и, следовательно, качество. Наши специалисты также сочета- ли работу по основной специально- сти со смежными, а иногда и дале- кими дисциплинами. Евгений Боб- ров, например, при испытании был у нас контролером качества, а если требовалось, то и механиком, и слесарем. Наши испытатели тоже обычно привлекаются к разработ- ке. Так, наш главный электрик Бо- рис Чижикое принимал самое ак- тивное участие в разработке элек- трических схем системы стыковки, испытательных пультов, а затем занимался испытаниями и эксплу- атацией этой аппаратуры. Эдуард Беликов вел динамические испыта- ния стыковочных агрегатов и уча- ствовал в сложных расчетах амор- тизационной системы. А Вадим Куд- рявцев работал и измерителем, и автоматчиком, и динамиком. Ста- нислав Темнов, принимавший уча- стие в совместных испытаниях, про- водил расчеты на прочность многих механизмов АПАСа. Механики Ни- колай Хохлов и Валентин Руненков успешно трудились над расшифров- кой данных испытаний. Специали- стом широкого профиля можно на- звать и нашего главного испытате- ля резины Евгения Духовского. СТЫКОВКА За короткое время от старта до посадки двух кораблей было столь- ко волнующих моментов, что сейчас кажется, будто они слились в один прекрасный миг. Исчезли границы дня и ночи, времени и простран- ства. Красочная и выразительная кар- та в подмосковном Центре управле- Короткий перерыв в работе— это называлось -кофе-брейк». Советский и американский руководители третьей рабочей группы (на переднем плане) с космонавтами А. А. Леоновым и В. Н. Кубасовым.
146 ния полетом с красными изогнуты- ми линиями орбит на голубом фоне и разбросанными по всему земному шару кружками станций слежения как бы символизировала прича- стность всего мира к этому со- бытию. Так уж случилось, что в начале полета мы неожиданно еще раз убедились сами и, главное, неволь- но продемонстрировали всему ми- ру, что новое стыковочное устрой- ство в принципе совершеннее ста- рого. Дело в том, что, когда в пер- вые сутки полета корабля «Апол- лон» астронавты не смогли разоб- рать штырь стыковочного механиз- ма старого типа, для того чтобы освободить туннель для перехода из командного в стыковочный модуль, создалась потенциально очень серьезная ситуация Ведь ес- ли бы эта разборка не удалась, звездные братья даже не смогли бы пожать друг другу руки на орбите, хотя бы и состыковали «Союз» с «Аполлоном» (у АПАСа люк свобо- ден, и такой ситуации вообще быть не может). Этот случай послужил еще одним доказательством правильности тех идей, которые выдвинули несколь- ко лет назад и осуществили в поле- те космические специалисты двух стран. Для всех, а для нас, стыковщи- ков, в особенности, самым волну- ющим был, конечно, момент сты- ковки 17 июля. 19 часов 12 минут 21 секунда по московскому време- ни,— ради этого момента мы рабо- тали все последние годы. Проверив по мониторам то. что все отдельные механизмы АПАСов сработали как надо, мы уже не отрывали взглядов от телевизион- ных экранов. Сначала поочередно были видны космонавты и астро- навты. И вот появилась долгождан- ная картинка, на которой можно было увидеть тех и других. Каза- лось, космонавты и астронавты где- то рядом, может быть в тренажере соседнего здания, как бывало на тренировках Как трудно себе пред- ставить, что они летят где-то высо- ко над Землей с невообразимой скоростью—настолько спокойно, словно в замедленной съемке, бы- ли открыты люки! Первые привет- ствия, переход через надежно за- герметизированный туннель. Началось то, что прозаически называлось у нас «выполнением программы совместной деятель- ности». В космосе все произошло соглас- но плану, за исключением, пожа- луй. первой встречи. Событие ока- залось настолько значительным и волнующим, что его невозможно было абсолютно точно спрогнози- ровать. А тут еще данные проверки герметичности закрытой после ухо- да гостей «двери» не совпали с наземными результатами. Пока ра- зобрались, в чем дело, ночь проле- тела. Словом, слать в памятную ночь с 17 на 18 июля многим совсем не пришлось. А следующий день был почти таким же насыщенным, как и предыдущий. Наступило 19 июля. Вторая сты- ковка, конечно, не первая, и назы- валась она тестовой, то есть испы- тательной, но заставила нас повол- новаться не меньше. Неожиданно наш АПАС, который при этом вы- полнял активную роль, был подвер- гнут суровому испытанию. Всего нескольких секунд нерасчетной ра- боты двигателей системы управле- ния «Аполлона» было достаточно, чтобы нагрузить амортизаторы поч- ти до предела На экранах телевизоров было видно как «Союз» совершил нес- колько резких колебаний относи- тельно «Аполлона». Правда, не прошло и минуты, как космонавты сообщили, что началось стягива- ние. Значит, корабли выровнялись, уложившись в отведенную для это- го одну минуту. Дальше весь процесс шел «как по маслу»—любимое русское выра- жение Томаса Стаффорда. Телеви- зионная камера, установленная на «Аполлоне», продолжала переда- вать картинку, которая очень хоро-
147 шо мне запомнилась. Система уп- равления -Аполлона» развернула уже состыкованные корабли так. что четко была видна поверхность Земли. Она как бы медленно проп- лывала под ними. Вот появилась характерная линия побережья Чер- ного моря, и в это время прозвучал голос А. Леонова: «Режим АЛСС выполнен». Так на пульте космо- навтов условно обозначено оконча- ние стыковки кораблей. Мониторы тут же откликнулись на это сообщение. А через несколь- ко минут мы уже получили подроб- ную оперативную информацию. Бесстрастные компьютеры перес- читали полученные по радиотеле- метрическому каналу показания по- тенциометрических датчиков, уста- новленных на кольце АПАСа, и мы знали все об углах, миллиметрах и килограммах, которые характери эоеали это испытание Теперь это можно сравнивать с тем, что полу чалось при наземной oiработке на стенде. Мы еще долго потом разбирались в подробностях работы АПАСа при этой тяжелой, но очень успешной стыковке. Е. Лебедев заставил да- же свою «математическую модель» побывать в шкуре того АПАСа. ко- торому выпала честь слетать в кос- мос и состыковать «Союз» с «Апол- лоном». С помощью АПАС образован единый орбитальным комплекс «Союэ-19 — Аполлон».
148 Нет, не даром трудились расчет- чики и испытатели, не зря анализи- ровали и проводили многочислен- ные случаи и «пробеги» Не всегда все может идти как по маслу. Нуж- ны определенные запасы прочно- сти и надежности. Такой подход к проектированию стыковочного устройства целиком себя оправ- дал. Наш АПАС получил наивысшую оценку за свою работу при второй стыковке. Консультативная группа, находившаяся во время полета в Хьюстоне, привезла в Москву лист бортовой инструкции «Действия экипажей при тестовой стыковке» с надписью на нем: «А job well done Vladimirl» («Сработано хорошо, Владимир’»), на котором расписа- лись Пит Франк, Гленн Ланни, Боб Уайт и другие стыковщики. АПАС во время полета был вы- ставлен в московском пресс- центре, и мне часто пришлось бы- вать там в дни полета «Союза» и «Аполлона» Каждый раз приходи- лось отвечать на десятки вопросов и демонстрировать агрегат в дей- ствии. Где-то в середине работы над проектом для начинающих его уча- стников устраивался шуточный тест. Они должны были сказать о разнице между ЭПАСом и АПАСом. Созвучие этих сокращений случай- ное, но не лишено смысла. Созда- ние АПАСа действительно большая глава в осуществлении проекта в целом.
Б. В. Никитин, руководитель четвертой рабочей группы ЭПАС Б. Ф. Рядинский, канд. техн, наук «АПОЛЛОН», Я —«СОЮЗ»! КАК СЛЫШИТЕ? ПЕРВЫЕ ШАГИ Любой космический корабль осна- щается радиотехническими сред- ствами, позволяющими ему обмени- ваться с Землей данными как ко- мандно-служебного, так и научно- прикладного характера. Для кораблей, которым предсто- ит взаимодействовать в космосе, кроме того, нужны дополнительные системы: для межбортовой речевой связи, для определения их взаим- ного положения, расстояния между кораблями. Такие системы могут быть опти- ческими, телевизионными или ра- диотехническими. Напомним, что при первых совместных полетах космических кораблей «Восток-3», <Восток-4», «Восток-5» и «Восьж- 6» их взаимное положение опреде- лялось наземными станциями ко- мандно-измерительного комплекса. Этого было достаточно, так как при этих полетах не ставилась задача взаимного сближения кораблей и их стыковки. Для осуществления же проекта ЭПАС на борту каждого корабля необходимо было иметь кроме вы- шеперечисленных систем еще и си- стему межкорабельной проводной связи. При полетах состыкованных ко- раблей «Союз—Союз», «Союз— Салют» в СССР и «Аполлон— Скайлэб» в США специалистам уже приходилось объединять боль- шое количество электрических це- пей. чтобы обеспечить межборто- вую проводную связь и совместить телеметрические системы соответ- ствующих кораблей и станций. Но они имели дело с прищипиально одинаковыми системами. Для сов- местного же полета «Союз—Апол- лон», мы понимали, не обойтись без разработки новых сложных переходных и согласующих уст- ройств, если опираться только на наш прошлый опыт. Решено было сделать так, чтобы кабельные ли- нии связи одного корабля как бы продолжались в другом. Тогда эки- пажи смогут использовать «свое» телевизионное и связное оборудо- вание в «чужом» корабле. Такой подход, пожалуй, был наиболее ра- циональным в техническом отноше- нии. Однако и этот путь потребо- вал решения проблем совместимо- сти. В декабре 1971 года американ- ские и советские инженеры обменя- лись соображениями о том, как
150 Схема радиосвязи в совместном полете кораблей «Союз-19» и «Аполлон*. обеспечить совместимость радио- систем. Прежде всего договорились, что вновь вводимые системы не должны вызывать изменений элек- трических характеристик исполь- зуемого на борту кораблей оборудо- вания, а тем более значительных переделок самого корабля. Было решено, что надежную связь и из- мерение дальности нужно обеспе- чить на расстоянии, с которого воз- можны совместные маневры кора- блей. Вначале была цифра—370 километров, а потом остановились на 266 километрах. Предусмотрели, что по мере разработки и обмена оборудованием будут проводиться серии совместных испытаний для подтверждения электрической и механической совместимости. На основе первых переговоров вскоре был составлен подробный план работ. Основным итогом совместной ра- боты, проведенной в 1972 году, можно считать определение прин- ципа построения и технических тре- бований к системам радиосвязи между кораблями, а также правил разработки, производства и обмена радиоаппаратурой. Чтобы назем- ные пункты обеих стран могли про- слушивать межбортовые перего- воры и при необходимости вступать в связь с экипажами обоих кораб- лей в зоне радиовидимости назем- ных пунктов как Советского Союза, так и США, мы договорились, что радиотелефонная связь между экипажами кораблей будет осуще- ствляться в ультракоротковолно- вом диапазоне (УКВ) по двум ра- диолиниям—на советской частоте и на американской частоте. При этом было решено, что радиоап- паратуру. работающую на частоте, принятой в СССР, и предназначен-
151 ную только для радиотелефонной связи, каждая сторона разрабаты- вает и изготавливает для своего корабля самостоятельно. Вопрос об изготовлении аппаратуры, ра- ботающей на частоте, принятой американцами, оказался сложнее, так как был связан с выбором си- стемы взаимных измерений. С нашей стороны этим вопросом занялся В А. Расплетин. У амери- канских коллег он сразу же заво- евал авторитет и как квалифициро- ванный специалист, и как веселый, общительный человек. В. А. Рас- плетин предложил принять для обоих кораблей основные характе- ристики радиотелефонной линии на советской частоте. В дальнейшем он участвовал в обсуждениях и согласованиях энергетических ха- рактеристик линий радиосвязи. Ре- шение вопросов по энергетике ра- диолиний, способов построения ан- тенн и обеспечения заданных ха- рактеристик этих антенн взял на себя Д К. Касьянов, высококвали- фицированный специалист с боль- шим опытом работы в области кос- мической радиосвязи. Известно, что советские космиче- ские корабли «Союз» имеют радио- техническую систему, позволя- ющую осуществлять автоматиче- ский поиск в пространстве, наведе- ние и сближение вплоть до механи- ческого касания. Эта система уни- версальна, она многократно прове- рена на беспилотных и пилотиру- емых кораблях. В пилотируемых кораблях экипаж может на послед- нем участке сближения и причали- вания взять управление на себя, прибегнув к радиотехническим и оптическим системам для опреде- ления взаимного положения и изме- рения относительной скорости сты- кующихся кораблей. Американский корабль «Апол- лон» также снабжен измерительны- ми системами, позволяющими эки- пажу провести сближение и стыков- ку. Но управление ориентацией и движением корабля, об этом уже упоминалось, осуществляется вруч- ную. Эта система сближения при- годна только для пилотируемых полетов Всестороннее рассмотрение воз- можных вариантов привело к выво- ду, что целесообразно установить на обоих кораблях американскую систему. Совместная разработка новой системы потребовала бы очень много времени, а применение на обоих кораблях советской систе- мы потребовало бы существенных доработок корабля «Аполлон». Конечно, при установке амери- канской системы на корабль «Со- юз» также возникло немало проб- лем, но они. по общему мнению, все же были менее значительными. К тому же в этом случае одновремен- но с измерением дальности одной и той же радиосистемой решалась задача радиотелефонной связи. Поэтому было решено, что аппара- тура второй радиолинии, то есть на американской частоте, использу- емая и для взаимных измерении, и для радиотелефонной связи, на обоих кораблях будет американско- го производства. Мы уже называли проблему сов- местимости систем. Одним из ее элементов является радиочастот- ная совместимость. Известно, что частотные спектры сигналов от раз- личных радиосистем кораблей за- нимают весьма широкую полосу. Совместимость как раз и предпола- гает отсутствие мешающих воздей- ствий от излучения передатчиков одного корабля на приемники дру- гого. Был проведен тщательный анализ вероятности появления та- ких влияний. Он показал, что воз- можные уровни мешающих сигна- лов лежат ниже допустимых норм. Что касается проводной связи меж- ду состыкованными кораблями, по которой передаются низкочастот- ные голосовые и телевизионные сигналы, то здесь возникли некото- рые трудности. Надо было обеспе- чить надежные электрические кон- такты после стыковки кораблей, механическую совместимость эле- ментов систем и, наконец, предус-
152 После того, как были решены все проблемы совместимости... Изошутка неизвестного художника из четвертой рабочей группы. мотреть возможность автоматиче- ского отключения разъемов на сты- ковочном узле в случае аварийной расстыковки кораблей. В апреле 1975 года американские астронавты имели возможность убедиться в надежности стыковоч- ных разъемов и на АПАСе «Союза», и на распределительной коробке внутри орбитального модуля, к ко- торой в полете должны подклю- чаться американские шлемофоны, переговорное устройство, кино- и телевизионная камеры. Для совет- ской аппаратуры, переносимой в «Аполлон» при переходе космонав- тов, необходимо было подтверж- дение ее пожаробезопасности в чи- сто кислородной среде «Аполло- на». Чтобы выполнить это требова- ние разработчикам переносимого оборудования пришлось проделать много трудоемких испытаний и ана- лизов. Их результаты были рассмо- трены и одобрены директорами проекта на одной из совместных встреч. Итак, на советском корабле «Со- юз» должно быть установлено аме- риканское бортовое оборудование радиотелефонной связи и измере- ния дальности Как это сделать наилучшим образом? Было ясно, что разместить его в корабле необходимо так, чтобы, во-первых, было удобно с ним рабо- тать, и, во-вторых, так, чтобы как можно меньше пришлось переделы- вать сам корабль. Кроме того, ра- диопередатчик во время сеансов связи выделяет тепло, которое мо- жет привести к перегреву аппара- туры и выходу ее из строя. Значит, надо придумать и проверить экспе- риментально способ отвода тепла от американского оборудования си- стемой терморегулирования кора- бля «Союз» При выведении на орбиту ко- рабль испытывает ускорения и виб- рации. Пришлось провести много специальных расчетов и испытаний для подтверждения того, что усло- вия. в которых будут находиться американские приборы в корабле «Союз», вполне отвечают допусти- мым для них нормам. Даже такой простой, казалось бы, вопрос, как способ подключения соединительных кабелей к прибо- рам, потребовал немало времени для его решения Специальные разъемы, применяемые в обеих странах для этих целей, отличают- ся друг от друга по конструкции. В конце концов договорились, что американцы поставляют нам прово- да со своими разъемами для подсо- единения к блокам передаваемого оборудования, а вторые их концы оставляют в виде свободных «хво- стиков». Мы их подсоединяем к своим разъемам, которые подклю- чаются к оборудованию корабля «Союз», скажем, к пульту управле- ния. Таким же образом решался воп- рос с нашим оборудованием, кото- рое должно было работать на ко- рабле «Аполлон». Когда все проблемы по обеспече- нию связи были продуманы и согла-
153 сованы, настала пора переходить к «живой» аппаратуре. Наши специ- алисты—А. С. Моргулев, Э. И. Гор- лин и Б. П. Артемов — в начале мая 1973 года поехали на фирму «Лок- хид электронике». Там они учились работать с американским как на- земным вспомогательным оборудо- ванием, так и технологическим, то есть не предназначенным для попе- та, комплектом бортового оборудо- вания. Конечно, до этого они тща- тельно изучили технические описа- ния и инструкции, переданные нам американской стороной Через десять дней наши специ- алисты получили право работать с американским оборудованием и обучать этому своих товарищей в Москве. Американцы высоко оцени- ли их квалификацию, но вот внача- ле произошел любопытный эпизод Не знаем почему, но американцы решили прочитать нашим специали- стам лекцию о принципах постро- ения схемы измерений и ее испыта- ний. Лектор, словно студентам, на- чал растолковывать вещи, вполне, конечно, серьезные, но хорошо из- вестные. И тогда А. С. Моргулев не выдержал. Он встал и предложил сделать иначе. Он расскажет, как построена схема и как ее надо испытать, а если он в чем-то оши- бется, пусть его поправят После этого лекций общего характера чи- тать не пытались. Пока наши специалисты нахо- дились в Америке, на родине пол- ным ходом шла подготовка к испытаниям. Два технологических комплекта американского бортово- го радиооборудования и наземных вспомогательных устройств (общим весом, кстати, около тонны) посту- пили в Москву 7 июня 1973 года. Затем приехали три американских специалиста с переводчиком, чтобы В. Н. Кубасов ведет переговоры с «Аполлоном» из орбитального модуля «Союза-19».
154 с 18 июня по 13 июля принять участие в совместных испытаниях. В процессе испытаний еще нес- колько советских специалистов и инженеров-испытателей были атте- стованы для работы с американ- ским оборудованием. После завер- шения испытаний один комплект бортового оборудования был уста- новлен на макете корабля «Союз», чтобы оценить его работу во вза- имодействии с другими системами корабля. Но мы это делали уже самостоятельно по согласованной технической документации. Ровно через год в Москву доста- вили три комплекта летного борто- вого и два комплекта наземного оборудования Его распаковывали специалисты обеих сторон. Проверка длилась почти три не- дели. Трудились дружно, строго придерживаясь графика, хотя и пришлось провести некоторые до- полнительные ремонтно-восстано- вительные и калибровочные ра- боты в наземном оборудовании. В этих работах с нашей сторо- ны участвовал опытный и высоко- квалифицированный испытатель Георгий Некрасов, получивший за свой невысокий рост у американ- ских специалистов прозвище Литл Джордж (маленький Джордж). Но. как говорится, мал золотник, да дорог! Сама испытательная работа стро- илась таким образом, чтобы непос- редственными исполнителями бы- ли наши специалисты, а американ- ские— Д. Болман, Д. Пейнтер и X Хэйдлер—вели контроль за пра- вильностью их действий. Примерно в таком же составе наша группа работала и в июне 1973 года, когда осваивала американское оборудо- вание. После окончания программы совместных испытаний советские специалисты опять-таки самосто- ятельно, лишь уведомляя амери- канскую сторону о результатах по телефону и отсылая по почте за- полненные «листы данных», вели «строгий допрос» оборудования. В случае появления неисправностей или отклонений от согласованных норм принимали то или иное реше- ние и по телефону согласовывали его с американской сторонок. Хотим подчеркнуть, что в летном американском оборудовании ника- ких отказов не происходило, откло- нения и неисправности обычно от- мечались лишь в их наземном вспо- могательном оборудовании В итого совместных испытаний все три комплекта бортового летно- го оборудования были признаны годными для дальнейших испыта- ний на кораблях «Союз». СОВМЕСТНАЯ ОТРАБОТКА Добиться того, чтобы все взаимо- действующее оборудование было совместимо, можно только тща- тельным согласованием его харак- теристик. Именно этим, по сути дела, занимались специалисты чет- вертой рабочей группы на своих встречах. Технические требования к системам радиосвязи и измерения дальности, характеристики сопря- гаемых сигналов, план испытаний на совместимость—все эти доку- менты разрабатывались каждой из сторон, а затем сообща обсужда- лись и согласовывались Одновре- менно проводились расчеты энерге- тики радиолиний с учетом потерь, диаграмм излучения антенн в про- странстве, возможных радиопомех. Каждая сторона изготавливала ап- паратуру, испытывала ее и резуль- таты выносила на обсуждение при встречах. Этими вопросами с нашей сто- роны, кроме уже упоминавшихся Э. И. Горлина и Д. К. Касьянова, занимался и П. И. Христолюбов. Он непосредственно участвовал в расчетах энергетики радиолиний. Ему же пришлось много потрудить- ся над сопряжением характери- стик низкочастотной аппаратуры системы связи для обеспечения со- вместимости.
155 Самым крупным достижением этого периода явилось составление общей «Методики испытаний на совместимость», в которой были детально определены все предсто- ящие испытания, последователь- ность их проведения, формы отчета о полученных результатах, их прог- ноз, то есть допустимые значения измеряемых величин. Это был большой труд. Достаточно сказать, что документ представлял собой книгу в 400 листов, а на его разра- ботку и согласование ушло почти полгода. В дополнение к этой обширной «Методике» были составлены пра- вила взаимодействия участников испытаний, порядок рассмотрения результатов измерений, особенно в тех случаях, когда они не совпадут с ожидаемыми. Не забыли мы учесть и такие обстоятельства, при которых может возникнуть необхо- димость в дополнительных иссле- дованиях или измерениях. Какое же оборудование предсто- яло испытать на совместимость? Во-первых, оборудование связи и измерения дальности, устанавлива- емое на обоих кораблях с соответ- ствующей наземной приемопереда- ющей аппаратурой. Во-вторых, обо- рудование радиотелефонной линии на советской частоте, затем ка- бельные линии между кораблями для телефонной связи экипажей и телевизионных репортажей, комму- тационные блоки для переносимого оборудования Проверку на совместимость было решено проводить в Хьюстоне, в лаборатории электронных систем, оборудованной для этих испытаний Нам для этого надо было изгото- вить и предварительно испытать эквивалент радиосвязи корабля «Союз», эквивалент проводной свя- зи и имитатор телевизионной каме- ры и телевизионного блока с гене- ратором телевизионных сигналов. Эти устройства должны были вос- произвести все виды радиосигна- лов, которые характерны для си- стемы «Союза». В короткие сроки они были изготовлены, испытаны и в первых числах января 1974 года отправлены в Хьюстон. Вслед за оборудованием 13 января в 13.00 в США вылетело 13 советских специ- алистов. Вопреки «зловещему» сте- чению роковых чисел дело с самого начала пошло успешно. Две недели заняла работа над документацией. После этого начались собственно испытания. С американской стороны в испы- таниях участвовало около 40 чело- век, включая двух секретарей и двух переводчиков. В основном американские специалисты были из космического Центра имени Джон- сона, но только часть из них числи- лась сотрудниками НАСА. 20 чело- век представляли фирму «Локхид электронике», четверо — «Боинг». С нашей стороны в испытаниях участвовало 9 человек. Заместите- лем руководителя испытаний и ру- ководителем группы сценки данных был Э. И. Горлин. Он казался неи- стощимым источником все новых и новых идей по проведению допол- нительных испытаний, если возни- кали какие-либо сомнения в полу- ченных результатах. Любопытно, что он обладал та- ким «густым», богатым обертонами голосом, что, когда произносил стандартную контрольную фразу при проверке качества низкоча- стотной аппаратуры: «Не видали мы такого невода?»—стрелка из- мерителя модуляции дрожала где- то на 90—100 делениях! Это— близко к абсолюту. Большинство же из нас «удерживало» ее в диа- пазоне 50—85 делений. Вопросы измерения дальносги были стихией В А. Широкова. Он был в центре всех дискуссий по вопросам объема и характера ис- пытаний аппаратуры, измерения дальности. В непроизводственной области он тоже стал центром вни- мания, когда получил сообщение из Москвы о рождении дочери. Общие симпатии завоевали са- мые молодые наши товарищи- c. В. Зеленков и В. А. Бобылев. Они
156 не только виртуозно выполняли все операции на эквиваленте связи «Союза», но очень быстро ориенти- ровались и на других рабочих ме- стах. Наш телевизионщик Г. А Су- щее, которого здесь называли по- американски «тивимен», успешно работал долгое время в группе оценки данных радиотехнических и низкочастотных измерений. Закре- пленный за системами проводной связи В. В. Куянцев составил мето- дику по сравнительным испытаниям микрофонов и телефонов и активно участвовал в этих испытаниях. Он же перевел ее на английский язык. Дотошность и даже некоторая придирчивость к точности проведе- ния всех измерений со стороны ведущего инженера по испытаниям Ю В Исправникова сразу были замечены американскими коллега- ми. Через неделю за строгость ему уже было присвоено звание «Ше- риф» и выдана нагрудная звезда. Широкий диапазон возможностей наших специалистов, к чему мы давно привыкли у себя дома, между прочим, находился в некотором контрасте с работой наших амери- канских коллег. Конечно, каждый из них был мастером своего дела, но, на наш взгляд, иногда в очень узкой области. Наших специалистов отличало еще и то, что они активно «болели» за всю программу в це- лом. Американцев же чаще заботи- ла лично ими выполненная работа. Ведущий инженер по испытаниям Дж. Риверс, руководитель под- разделения по испытанию систем Д. Гросс, директор испытаний В. Вермиллион очень чутко улавли- вали «пульс работы», вели ее доловито, с максимальной интен- сивностью, умело избегая простоев Во всем этом чувствовалась хоро- шая школа. Руководитель испытаний с аме- риканской стороны Д. Травис—он и до этих испытаний пользовался у нас большим уважением — здесь нас просто покорил и как теоретик, и как методист, и как администра- тор. Его технический авторитет для американских участников испыта- ний был непререкаем. При анализе возникавших иногда отклонений в результатах испытаний Д. Травис настойчиво защищал свою точку зрения, но умел понять доводы оппонентов и соглашаться, если они оказывались убедительными. СОВМЕСТИМОСТЬ полностью ПОДТВЕРЖДЕНА Во время испытаний в Хьюстоне ежедневно по утрам проводилась оперативка, на которой присутство- вали все участники совместной ра- боты. Разбирались итоги предыду- щего дня, ставились новые задачи. Всего состоялось 57 таких опера- тивных совещаний. Если возникали какие-либо неясные вопросы, то смешанной группе специалистов да- валось поручение разобраться и доложить советскому и американ- скому руководителям испытаний свои предложения. График работ висел на видном месте в одной из комнат лаборато- рии, и на нем ежедневно отмеча- лось фактическое положение дел. Если набегало отставание более чем на два рабочих дня, то назна- чались удлиненные рабочие дни, чтобы ликвидировать нарушение графика. Жили мы в 8—10 минутах езды на автомобиле от космического Центра имени Джонсона. За нами был закреплен автомобиль нес- колько необычной, удлиненной формы, с четырьмя рядами сиде- ний Вместе с шофером в нем было 12 мест. Необычная форма автомо- биля обращала на себя внимание даже американцев. Мы прозвали его «крокодилом», и это название закрепилось за ним. Американские коллеги тоже стали называть его не лимузин, а «крокодайл». Пребывание советских специали- стов в лаборатории и совместные
157 испытания советского и американ- ского оборудования вызывали очень большой интерес у всего пер- сонала. За ходом работ следило руководство Центра и НАСА. В дни отдыха хозяева старались разнообразить наш досуг, организо- вывали поездки по городу, знакоми- ли с местными достопримечатель- ностями. Каждый четверг наша группа вместе с американскими коллегами отправлялась в спортив- ный зал и два часа играла в волей- бол. Это в какой-то степени помога- ло встряхнуться, сбросить напряже- ние дня К слову сказать, из 44 рабочих дней 13 были удлиненны- ми, то есть каждый четвертый день—по одиннадцати часов. А ра- бота шла интенсивно, уставали мы изрядно, тем более что переводчи- ков на все рабочие места не хвата- ло, и мы объяснялись с коллегами кто как мог, используя то или иное знание языка, жесты, рисунки, при- боры и элементы схем. Не обходилось и без курьезов. Иногда собеседники после дли- тельного и нелегкого объяснения считали, что достигнуто взаимопо- нимание. Они громко произносили «о'кэй!» и шли убедиться в этом к переводчику. Тут-то их иногда жда- ло полное разочарование вдруг оказывалось, что у них противопо- ложные мнения. По ходу дела возникали многие дополнительные вопросы. Были проведены сравнительные испыта- ния советской и американской гар- нитур (микрофон-телефон), измере- ния уровня речи и шума Так ска- зать, сверх плана мы оценивали перекрестные наводки в провод- ных линиях связи, измеряли пара- метры кабельной связи для со- ветской телекамеры на корабле «Аполлон». Некоторые испытания повторяли, чтобы получить более точные данные и исключить ка- кие бы то ни было методические ошибки. Вот он наш восьмидверным «крокодил».
158 Космонавты и астронавты знакомятся с особенностями работы на совместимых средствах связи во время испытаний. Хьюстон. Апрель 1974 года. Приятно отметить, что никаких отказов или выхода из строя наше- го испытательного оборудования не было Наконец, 15 апреля директора проекта К. Д. Бушуев и Г. Ланни заслушали предварительный до- клад о результатах испытаний. А через четыре дня в лаборатории мы демонстрировали работу систем связи с участием космонавтов и астронавтов. Экипажи обоих кораблей оста- лись довольны нашей работой. Ну, а полный отчет с анализом всех полученных результатов был под- писан через шесть месяцев после окончания испытаний Он содер- жал около 800 листов текста, гра- фиков, таблиц, фотоснимков и полностью подтверждал совмести- мость всех взаимодействующих си- стем связи. Очень приятно отметить, что, хо- тя каждый из нас в ходе совме- стных работ специализировался на решении относительно узкого круга задач, почти всегда принципиаль- ные вопросы решались сообща, коллективно. Это говорит о высо- ком уровне профессиональной под- готовки наших специалистов в са- мой широкой области проблем ра- диосвязи Конечно, в подготови- тельных работах к совместным встречам участвовали большие коллективы специалистов, которые прорабатывали все вопросы и под- готавливали необходимые матери- алы для обсуждения. Члены рабо- чей группы были, таким образом, лишь полномочными представите- лями этих коллективов и постоянно чувствовали их поддержку. Американские специалисты при осуществлении совместного полета решили попробовать использовать свой спутник-ретранслятор ATS-6. Это намного увеличивало время связи с Центром управления, но потребовало установки на борту корабля «Аполлон» довольно мощ- ного передатчика. Возникло по- дозрение, не вызовет ли излуче- ние от остронаправленной антенны этого передатчика непроизвольное
159 срабатывание пиротехнических ус- тройств обоих кораблей? За решение этих вопросов с на- шей стороны взялись Е. Н. Галин, А. В. Курбатов и Г. К. Сосулин. Они представили свои расчетные мате- риалы и долго дискутировали по вопросу допустимой величины мощ- ности этого дополнительного пере- датчика. В разговоре постоянно фи- гурировали величины — 40 или 80 ватт. Именно в связи с этим Е. Н. Галин получил шутливое прозвище «сорок — восемьдесят». Благодаря усилиям обеих сторон в конце кон- цов было найдено приемлемое решение. Проведенный специалистами обе- их стран теоретический анализ не давал повода для опасений. Одна- ко для большей уверенности реши- ли провести эксперимент. Здесь мы столкнулись—в который раз!—с разными подходами к эксперимен- тальной проверке безопасности. Американская методика заключа- лась в том. что на полноразмерном макете космического корабля мон- тировалась целиком кабельная сеть и все пиротехнические сред- ства, которые служат для разделе- ния его модулей, отстрела крышек парашютного контейнера и т. п. Затем макет подвергался облуче- нию радиочастотами со значитель- ным запасом по напряженности по- ля облучения в сравнении с тем, что ожидается по расчетам в реальных условиях полета. Если пиросред- ства не взрывались, то безопас- ность считалась обеспеченной. Но точной количественной оценки име- ющегося «запаса прочности» таком метод не давал. Советские специалисты пользо- вались другой методикой, экспери- ментально определяя, при каком значении напряженности поля про- исходит срабатывание каждого пи- ротехнического средства. Сравни- вали это значение со значением напряженности поля, которое ожи- дается по расчетам в процессе по- лета, Таким образом, определялся количественно «запас прочности» для каждого пиросредства Правда, в этом случае макет корабля цели- ком радиооблучению не подвер- гался. После длительного обсуждения пришли к соглашению, что для пол- ной уверенности обеих сторон в безопасности радиооблучения пи- росредств советская сторона про- ведет испытания на полноразмер- ном макете «Союза», а американ- ская—предоставит данные с ре- зультатами испытаний пиросредств «Аполлона» по советской методи- ке. Только после этих проверок на очередной встрече в январе 1975 года в Хьюстоне стороны согласи- лись, что безопасность систем под- тверждена достаточно убедитель- но. Так же тщательно и всесторон- не анализировалась безопасность командных радиолиний. Необходи- ма была абсолютная уверенность, что случайно поданная или неверно сформированная на Земле или на борту команда не вызовет каких- либо нежелательных последствий, например преждевременной рас- стыковки, срабатывания тех или иных автоматических устройств и т. д. После подробной оценки все- возможных ситуаций мы убедились, что в командных радиолиниях и преобразующих устройствах кора- блей предусмотрены меры как электрической, так и механической защиты от нежелательной ко- манды. Что это означает? Командная радиосистема кораб- ля «Союз» состоит из наземного комплекса, аппаратура которого размещена в Центре управления полетом, на станциях слежения и бортового оборудования. Набор ко- манд, подготовленный в Центре до очередного сеанса связи, поступает через системы достоверного обме- на информацией в оперативное за- поминающее устройство (ОЗУ) на- земной станции. В этом наборе кро- ме собственно командных «слов» содержится информация о времени, в которое те или иные -слова» должны быть выданы на борт ко- рабля «Союз».
160 Командная информация может быть введена в ОЗУ наземной стан- ции и вручную, если она поступит по каналам телетайпной или телефон- ной связи. Информация, содержа- щаяся в ОЗУ наземной станции, передается на борт космического корабля, когда включаются шифру- ющие и передающие устройства наземной станции, причем в тот момент, когда совпадут время, записанное в ОЗУ, и текущее время. В процессе передачи автоматиче- ски контролируются работоспособ- ность и исправность аппаратуры наземной станции, правильность выдаваемой информации. На борту команды поступают в приемные устройства, дешифруют- ся и подготавливаются для выдачи на исполнительные органы соответ- ствующих систем корабля или вво- дятся в запоминающие устройства. В зависимости от результатов дешифровки командной информа- ции бортовой аппаратурный ком- плекс командной радиолинии пере- дает на наземную станцию так называемую "Квитанцию», проще говоря, повторяет полученные сигналы. «Квитанция- сличается с инфор- мацией, выданной на борт космиче- ского корабля. Если они идентичны, то автоматически вырабатываются сигналы, которые разрешают ис- полнение команд на борту космиче- ского корабля. Если же не иден- тичны, то передача команд повто- ряется. Атмосферные радиопомехи или сигналы посторонних радиостанций, работающих на тех же или соседних частотах, не воспринимаются аппа- ратурой на борту корабля как «ко- манды». Во-первых, потому, что они не имеют характерной для коман- дной информации кодовой комбина- ции, а во-вторых, значительно сла- бее сигналов станции слежения. Ну, а чтобы в бортовой дешифрующей аппаратуре случайно не образова- лась ложная команда, до прихода специальной кодовой комбинации дешифратор выключается. В на- земной же аппаратуре командной радиолинии формирование случай- ной команды исключено за счет многократного дублирования шиф- рующей аппаратуры. Если ошибка вдруг возникнет в результате появ- ления неисправности, она будет ис- правлена. Если возникнет неис- правность в бортовой дешифру- ющей аппаратуре, когда идет прием команды, то кодовая логическая связь, естественно, будет наруше- на. В таком случае автоматиче- ски вырабатывается сигнал, за- прещающий исполнение, а на Зем- лю посылается «квитанция» об этом. Ограничивает до минимума воз- можность появления случайной, ложной команды линия контроля правильности командной информа- ции. Кроме того, даже если какая- либо команда не пройдет на борт, то не произойдет нарушения приня- той программы полета. Дело в том, что любая из радиокоманд, которая может быть подана в совместном полете, дублируется средствами бортовой автоматики или коман- дой, подаваемой с пульта космо- навтов. Команды, которые нужны на определенных этапах полета, принимаются и исполняются только на этих этапах полета. К вопросам совместимости отно- сился и вопрос выбора освещения. Корабли «Союз» и «Аполлон» снаб- жены многоцелевой системой осве- щения, которая дает возможность проводить эксперименты внутри и снаружи, кино- и фотосъемки, теле- репортажи. В распоряжении экипа- жей имеются светильники рабоче- го освещения, специального осве- щения, а также переносной свето- вой блок. Так как программа по- лета предусматривала совместные съемки и прямые репортажи теле- видения, на макетах кораблей «Со- юз» и «Аполлон» были проведены сначала односторонние, а затем и совместные испытания по выбору освещения, мест крепления крон- штейнов для кто- и телекамер.
161 Здесь мы исходили из потребностей обеих сторон, учитывая различия аппаратуры. В июне 1974 года группа амери- канских специалистов побывала в Центре подготовки космонавтов имени Ю. А Гагарина. На макете корабля «Союз» они убедились, что спектральные характеристики ос- вещения основных объектов теле- визионных и кинофотосъемок были вполне пригодны для американской аппаратуры. Были сделаны много- численные видеозаписи и фоторе- гистрация сюжетов полета, имити- ровавшихся операторами при всех возможных комбинациях светиль- ников и в различных ракурсах. Уч- тены были и полетная динамика экипажей, и «плавание» соедини- тельных кабелей и аппаратуры в условиях невесомости. Наиболее важным моментом в испытаниях была отработка сцена- рия совместной деятельности эки- пажей и совместимости различных типов съемок при выбранном ос- вещении. Были отрепетированы все намеченные варианты полет- ных съемок, еще раз проверены способы размещения аппаратуры как в орбитальном модуле, так и в спускаемом отсеке корабля «Союз». Аналогичная работа была прове- дена советскими специалистами на макете «Аполлона» в конце 1974 года в Хьюстоне Советские и американские специалисты испытывают совместимые средства связи на летном образце корабля «Аполлон». Космический центр имени Дж. Кеннеди. Февраль 1975 года.
162 ИСПЫТАНИЯ КОРАБЛЕЙ «СОЮЗ» И «АПОЛЛОН» Значительная часть совместной подготовки радиотехнического обо- рудования проходила на имитато- рах систем и макетах кораблей. Однако приближался этап совме- стных испытаний на летных кораб- лях -Союз» и “Аполлон», которые должны были дать окончательный ответ на вопрос, насколько пра- вильно и надежно функционируют совместимые системы. С января 1974 года началось детальное об- суждение планов и особенностей этих испытаний. Совместные предполетные испы- тания в космическом Центре имени Кеннеди проходили в январе— феврале 1975 года. В их проведе- нии участвовала группа из 11 совет- ских специалистов. Это был первый визит советских специалистов на мыс Канаверал К моменту, когда мы приехали, командный модуль корабля «Аполлон», состыкован- ный со служебным и стыковочным модулями, находился в барокаме- ре, где, как нам сказали, можно создавать разряжение, соответ- ствующее высоте около 360 кило- метров. Одновременно барокамера служит стендом для проверки фун- кционирования бортовых систем пе- ред переносом корабля в здание вертикальной сборки с носителем. До начала испытаний был обсуж- ден порядок совместной работы. Сами испытания проводились по ранее согласованной документа- ции Часть испытательной аппара- туры была помещена внутри баро- камеры, непосредственно у кораб- ля «Аполлон». Здесь находились: С. В. Зеленков, выполнявший функ- ции оператора связи; Н. Д. Родите- лев, контролировавший проводные линии связи и проверявший подк- лючение всех цепей; Г. А Сущев, проверявший возможность установ- ки нашей телекамеры в специаль- ные гнезда на корабле «Апол- лон». За пределами барокамеры, на верхнем уровне стенда, размеща- лась другая часть аппаратуры, и там работали В. Б. Иванов, в за- дачи которого входила оценка ка- чества телевизионной картинки, и Ю. В. Исправников, ответственный за качество речевой связи Не- далеко находились руководители испытаний: с советской стороны — Н. И. Зеленщиков и Б. Ф. Рядинский и с американской — Р. Витсон, Д. Болман и Д. Травис. Все результаты измерений в про- цессе проведения испытаний с ра- бочих мест поступали к руководи- телям испытаний, и они давали указания о переходе от одной серии измерений к другой. Был очень напряженный момент, когда вдруг поступило сообщение от В Б Иванова о появлении помех и низком качестве изображения. После небольшой заминки было принято совершенно правильное решение продолжить испытания, а к разбору замечания вернуться поз- же. Это позволило проводить рабо- ту по графику. Тщательный анализ дал возможность обнаружить и устранить причину помех — всему виной была схема испытаний, при которой часть кабелей проходила в непосредственной близости от ан- тенны, чего не может быть в реаль- ном полете, так как тогда все кабе- ли будут находиться внутри кораб- лей «Союз» и «Аполлон». Здесь интересно отметить, что предложе- ние продолжить испытания роди- лось и у советских руководителей испытаний (Н. И. Зеленщикова и Б Ф. Рядинского), и у американских (Р. Витсона и Д. Болмана) практиче- ски одновременно, и это свидетель- ствовало об одинаково».» подходе к методике проведения испытаний. Полную картину хода испытаний и состояния бортовых систем можно было наблюдать в испытательной пультовой, где были руководители рабочей группы Испытания органи- зовали так, что операции, непос- редственно касающиеся обеих сто-
163 рон, например подсоединение экви- валентов проводной связи и радио- аппаратуры корабля «Союз» внутри «Аполлона» проводились совме- стно. Американцы подключали ап- паратуру. а советские специалисты контролировали. Через три месяца для проведения аналогичных испытаний на космод- ром Байконур прибыла группа из 16 американских специалистов На этот раз работа была еще более напряженной, так как испытания проходили два корабля «Союз» Кроме того, в дополнение к основ- ным работам по проверке функци- онирования систем связи на их электромагнитную совместимость нужно было проверить механиче- скую совместимость эталонных разъемов с разъемами стыковочно- го агрегата, телевизионных камер и распределительной коробки (РК-А) кораблей «Союз», а также крон- штейнов переносимой аппаратуры с «Аполлона» с оборудованием отсе- ков нашего корабля. Интересовали нас и точность установки стыковоч- ных мишеней, и совместимость аме- риканского шлемофона с низкоча- стотным оборудованием корабля «Союз», и некоторые другие момен- ты. В отработке механической сов- местимости оборудования на кораб- лях «Союз» и «Аполлон» активно участвовали космонавты и астро- навты. Испытания на американском и советском космодромах проводи- лись по составленным на каждый день графикам, согласованным обе- ими сторонами. Когда перед нача- Амери канские специалисты готовы начать испытания средств связи на корабле Союэ-13». Космодром Байконур. Май 1975 года.
164 Четвертая рабочая группа советских и американских специалистов. Хьюстон. Январь 1975 года. лом испытаний мы показали лабо- раторные и технические сооруже- ния Байконура американским инже- нерам, то они обратили внимание на сходство процессов подготовки ко- раблей в наших странах. Совместная проверка на космо- дромах подтвердила соответствие параметров систем связи и измере- ния дальности ранее согласован- ным нормам, а также механическую совместимость переносимых в дру- гой корабль устройств и то, что переносимое в другой корабль обо- рудование работает без помех. На майской встрече 1975 года в Москве рабочая группа подвела окончательные итоги своей рабо- ты, оценила все проведенные, как автономные, так и совместные, ис- пытания и завершила подготовку материалов по рассмотрению го- товности к полету. Оставались лишь заключительные испытания для каждой из сторон на своем корабле в соответствии с техноло- гическим планом подготовки кораб- лей к пуску КОГДА ЕСТЬ ДОБРАЯ ВОЛЯ И ЖЕЛАНИЕ РАБОТАТЬ СООБЩА По мере развертывания работ наша четвертая группа численно росла в соответствии с расширением круга обсуждавшихся вопросов. Всего было проведено 11 встреч, из них 6—в Хьюстоне и 5—в Москве. И если на первых встречах было 3—4 специалиста по системам свя- зи, то затем работало по 12—16 че- ловек с каждой стороны Кроме того, было проведено 8 совмест- ных испытаний: 4—в США, 4 — в СССР, включая испытания на космодромах. В непосредственном общении мы провели 44 недели. Какое впечатление оставили эти недели? Обе стороны, как нам кажется, получили удовлетворение от сов- местной работы. Было интересно и полезно знакомиться с методикой
165 подхода другой стороны к вопросам радиосвязи, циклам отработки, спо- собам обеспечения надежности. Специалистам обеих сторон приш- лось решать множество сложных технических проблем. Нелегкие по- иски наилучшего решения всегда проходили по-деловому. Американские коллеги показали себя хорошими специалистами, име- ющими богатый опыт работы. Рабо- тать с ними было приятно, хотя и довольно трудно, особенно пона- чалу. Мешал не только языковой барьер, но и то, что каждая сторона привыкла работать по-своему. Под- ход и методика согласования техни- ческой документации, последова- тельность проведения испытаний у каждой стороны были своими, ино- гда даже в одинаковые техниче- ские термины мы вкладывали раз- личный смысл. В нашем смешанном коллективе, как говорится, был хороший психо- логический климат, всегда находи- лось место шутке. Вспоминается, например, веселый случай, проис- шедший на совместных испытаниях в Хьюстоне. Однажды никак не могли провести измерения: прибо- ры давали странные показания. Где-то в цепях явно не было контак- та. И вот в поисках этой неисправ- ности один из американских специ- алистов, Р. Дж. Дэвис, так энергич- но дергал вилку на высокочастот- ном кабеле, что в конце концов оборвал его. Тогда в назидание всем этот кусок кабеля с вилкой был подвешен в центральной ком- нате лаборатории с указанием име- ни «злодея». В последующие дни, когда возникали какие-либо подоз- рения относительно надежности контакта в аппаратуре, неизменно звали на помощь Р. Дж. Дэвиса и просили лично проверить прочность вилки. Поездки в США позволили нам поближе познакомиться с амери- канскими коллегами, методами их работы, оборудованием лаборато- рий, с Центром управления поле- том. Что можно сказать об американ- цах, конечно, имея в виду только тех, с кем встречались, с которыми вместе трудились как в США. так и в Советском Союзе. Они умеют работать, держатся просто, вежли- вы и внимательны. Во время работы часто пьют кофе, курящие дымят без всяких ограничений. К нам отно- сились очень предупредительно, стремились создать спокойную ра- бочую обстановку. Американские коллеги с уваже- нием относились к нашей внутрен- ней космической программе, прояв- ляли большой интерес к ее дости- жениям. Это мы почувствовали и на встречах, и при посещении ВДНХ, и при поездке в Калугу. Американцы были обрадованы, увидев в Музее космонавтики в Калуге экспозицию, посвященную американской косми- ческой программе, в том числе по- летам "Аполлона». За время пребывания в Хьюстоне мы познакомились и с семьями не- которых наших коллег. Любопытная деталь. Приглашая в гости, хозяева дома часто предупреждали нас, что приходить надо без галстуков, и шутливо грозили отрезать галстуки у «нарушителей» этого условия. Американцы подчеркивали тем са- мым, что все должны чувствовать себя свободно, иметь вполне «до- машний» вид. А «нарушителей» действительно карали, и трофеи в назидание остальным вывешивали на самом видном месте. Так мы работали, продвигаясь к общей цели, узнавали друг друга, укрепляли взаимопонимание и вза- имное уважение. Результат теперь известен всему миру. Значит, мы достигли не только совместимости нашей техники, методов и решений, но и показали, что нам доступна и человеческая совместимость, ког- да есть добрая воля и желание сообща работать на благо людей Земли.
И. В. Лавров, руководитель пятой рабочей группы ЭПАС Ю. С. Долгополов, инженер В ПОИСКАХ ОБЩЕЙ АТМОСФЕРЫ ИЗ КОРАБЛЯ В КОРАБЛЬ БЕЗ ПРЕГРАД Каждому понятно, что космический полет был бы невозможен, если бы на борту корабля не удалось соз- дать условий, необходимых для нормальной жизнедеятельности че- ловека. Множество хитроумных устройств, представляющих, как го- ворят специалисты, системы жизне- обеспечения, придуманы для того, чтобы космонавт мог дышать, пить, есть, соблюдать гигиену, чтобы ему было не слишком жарко и не слиш- ком холодно. В работе, которую предстояло проделать советским и американ- ским специалистам для обеспече- ния безопасного перехода совет- ских космонавтов и американских астронавтов из корабля в ко- рабль, наиболее сложной оказа- лась проблема совместимости ат- мосфер. На Земле все люди дышат возду- хом, а вот в кораблях для дыхания космонавтов и астронавтов с само- го начала космических полетов ат- мосфера создавалась разной. Со- ветские специалисты, учитывая, что условия космического полета и без того связаны с воздействием многих непривычных для человека факторов, решили воспроизвести внутри корабля атмосферу, близ- кую к земной. Поэтому в «Босто- ках», «Восходах», «‘Союзах» и «Са- лютах» космонавты дышат возду- хом, который по составу газов прак- тически очень мало отличается от земного. Конечно, такая атмосфера с точки зрения комфорта наилуч- шая. Но у нее есть один недостаток: она очень неудобна, если в аварий- ной ситуации космонавту приходит- ся надевать скафандр. При давле- нии воздуха в скафандре, равном давлению земной атмоаферы, и на- ружном давлении, близком к нулю, человеку практически невозможно двигаться, а следовательно, и рабо- тать. В этом случае необходимо снижать давление в скафандре и переходить на дыхание чистым кис- лородом. А этот переход оказыва- ется делом непростым. В американских же космических кораблях применена, так сказать, «скафандровая», то есть чисто кислородная, атмосфера с дав- лением порядка 260 мм ртутного столба. Такая атмосфера значительно упрощает конструирование систем
167 регулирования окружающей среды в кораблях, удобна при переходе на работу в скафандрах, но имеет и свои серьезные недостатки. Преж- де всего, чисто кислородная среда пожароопасна. (Исходя из требова- ний обеспечения пожаробезопасно- сти, в атмосфере корабля «Союз» не допускается содержание кисло- рода более 40 процентов). Кроме того, дышать чистым кислородом даже при низком давлении долго нельзя. Значит, для длительных полетов она не годится. Наш и американский образцы внутренней атмосферы космиче- ских кораблей обладают, как ви- дим, и достоинствами, и недостат- ками. И все же, на наш взгляд, можно утверждать, что атмо- сфера советских кораблей более удобна. В длительных полетах повышен- ный комфорт будет все более необ- ходимым. Тем более, что, вероятно, в составе экипажей будут нахо- диться люди, к здоровью кото- рых будут предъявляться менее же- сткие требования, чем сейчас предъявляются к здоровью космо- навтов. Уже на первых встречах с аме- риканскими специалистами было единодушно решено, что целесооб- разно на борту будущих советских и американских космических кораб- лей иметь одинаковую атмосферу: азотнокислородную с общим давле- нием 760±50 мм ртутного столба и парциальным давлением кислорода 160—180 мм ртутного столба. Ого- ворены были и пределы так назы- ваемых вредных примесей — амми- ака, сероводородных соединений. Из корабля в корабль без преград. Т. Стаффорд и А. Леонов во время перехода из стыковочного модуля «Аполлона» в орбитальный модуль «Союза-19».
168 Советские и американские специалисты пятой рабочей группы во время встречи, проходившей в Хьюстоне в апреле 1974 года. Слева направо: Р. Зедекар — американский специалист по бортовой документации и определению операций по переходам космонавтов. Е. Зайцев — специалист по системе обеспечения газового состава атмосферы корабля «Союз», У. Гай- руководитель группы американских специалистов. О. Яворская — переводчик с советской стороны. Ю. Долгополов — руководитель группы советских специалистов, Д. Джакс— специалист по системе регулирования окружающей среды. окиси углерода и других. (Насколь- ко известно, для нового аме- риканского космического корабля «Спейс Шаттл», полеты которого планируется начать в 1978 году, принята именно такая атмос- фера.) Но тогда, в 1972 году, ясно было, что нельзя принять для корабля «Союз» атмосферу корабля «Апол- лон» и наоборот, ибо это вело к полной конструктивной переработ- ке одного из кораблей. Вот в таком нелегком положении, начались по- иски решения проблемы совмести- мости атмосферы. Что будет, если человека резко переместить из нормальной земной атмосферы «Союза» в атмосферу чистого кислорода «Аполлона» с давлением 260 мм ртутного столба? Какие здесь возникают сложности и как их можно преодолеть? Эти и многие другие вопросы требовали ответа Как изеестно, газообмен, в ре- зультате которого в организм по- ступает кислород и из него удаля- ется углекислый газ, осуществляет- ся в легких. Все это происходит в альвеолах — легочных пузырьках, которыми заканчиваются мельчай- шие разветвления бронхов. Состав воздуха и распределение парциаль- ных давлений компонентов в окру- жающей атмосфере и в альвеолах существенно отличаются. Напри- мер, при внешнем давлении атмос- феры 760 мм ртутного столба пар- циальные давления составляют: кислорода—159 мм, углекислого газа—0,2 мм, азота — 595 мм, паров воды—6 мм. В альвеолах это распределение иное: кисло- род—100 мм, углекислый газ — 40 мм, азот—573 мм, пары воды — 47 мм. С высотой общее давление ат- мосферы уменьшается. При этом уменьшаются и парциальные давле- ния основных компонентов воздуха, но их процентное содержание до весьма значительной высоты сохра- няется. В альвеолах же парциальные давления углекислоты и паров во- ды остаются практически постоян- ными, но снижаются парциальные давления кислорода и азота. Сле- довательно, с увеличением высоты ухудшается обмен кислорода с кровью. Действительно, с высоты трех ки- лометров человек постепенно на- чинает терять работоспособность, если он не привыкал, не адаптиро- вался в течение длительного вре- мени к этим условиям. На высоту около восьми километров без при- менения специальных средств под- ниматься уже нельзя, так как воз- никают явления, опасные для жизни. Для обеспечения нормального кислородного обмена считается необходимым, чтобы парциальное давление кислорода в альвеолах было не менее 95—110 мм ртутного столба. В связи с тем. что в легких 47 мм падает на парциальное давление паров воды при нормальном давлении атмосферы, во вды- хаемом воздухе парциальное давление кислорода должно быть не менее 140—160 мм, а при дыхании чистым кислородом общее давление должно быть не менее 190—200 мм ртутного столба. Именно такое давление кислород- ной атмосферы поддерживается в скафандрах и на борту американ-
169 ских кораблей. Кстати, слишком большое давление в кислородной среде тоже недопустимо, так как возможно отравление кислородом. В обычной нормальной атмо- сфере большую часть объема со- ставляет азот. Он насыщает кровь, ткани человека. Когда человек из нормальной земной атмосферы бы- стро переходит в атмосферу с пони- женным давлением, в крови и тка- нях начинается выделение азота в виде пузырьков Эти пузырьки мо- гут закупоривать мелкие кровенос- ные сосуды, сдавливать нервные окончания. Человек начинает ощу- щать боль в мышцах и суставах, кожный зуд. а в тяжелых случаях при закупорке мозговых сосудов возможны явления частичного па- ралича. Это называется декомпрес- сионными расстройствами. Как показали исследования, здесь многое зависит от быстроты перепада давления, а также имеют значение индивидуальные особен- ности человека, физическая на- грузка и возраст. При усиленной работе или в пожилом возрасте декомпрессионные расстройства в организме проходят в более тяже- лой форме. Во избежание декомпрессион- ных расстройств медицина разрабо- тала определенные методы перехо- да человека из нормальной атмос- феры в атмосферу чистого кисло- рода с низким давлением. Суть этих методов состоит в том, чтобы уда- лить, «вымыть» растворенный в крови и тканях азот. Процесс этот называется десатурацией Для это- го человеку необходимо в течение нескольких часов дышать чистым кислородом при нормальном дав- лении Можно также очень мед- ленно. постепенно снижать общее давление. Выходит, без проведения десату- рации не обойтись. Так поначалу и решили: необходим специальный стыковочный отсек, в котором должна проводиться десатурация при переходах из «Союза» в «Апол- лон». И тут руководители нашей пятой рабочей группы задумались И было отчего: каждый переход займет несколько часов Значит, за время совместного полета больше двух раз космонавтам и астронав- там не удастся перейти из корабля в корабль. Кроме того, нужны спе- циальные средства для проведения десатурации. А случись что, тогда или возвращайся в свои корабль через открытый космос или возвра- щай на Землю смешанные экипажи. А это вызывает новые проблемы, например унификацию скафандров и т. д. Конечно же мы и наши коллеги из Хьюстона, возглавляемые Р Смай- ли, понимали, что директора проек- та профессор К Д. Бушуев и доктор Г. Ланни ждут от нас не таких предложений. Снова и снова обсуж- дались малейшие возможности уп- ростить процедуру переходов эки- пажей при минимальных передел- ках кораблей. И постепенно стало вырисовываться решение постав- ленной задачи. Стало ясно, что при любых вари- антах введение специального пере- ходного шлюза — стыковочного от- сека— абсолютно необходимо. В нем можно менять атмосферу, то делая ее такой, как в «Союзе», то как в «Аполлоне», в зависимо- сти от направления перехода. Но нужно было еще избавиться от, казалось бы. неизбежной десату- рации. А что, если понизить общее дав- ление воздуха в «Союзе», умень- шив содержание азота? После тщательного анализа было высказано предложение снизить рабочее давление в «Союзе» до 520 + 30 мм ртутного столба при парциальном давлении кислорода 160 +30 мм при условии, что объем- ное содержание кислорода не пре- высит 40 процентов. Мы выразили надежду, что через сутки пребыва- ния космонавтов в такой атмосфе- ре им можно разрешить переход в «Аполлон» без десатурации. Каза- лось, нужное решение найдено. Од- нако было одно «но»...
170 СХЕМЫ ПЕРЕХОДОВ ЭКИПАЖЕЙ ИЗ КОРАБЛЯ В КОРАБЛЬ. Условные обозначения, принятые в совместной документации для описания действий при переходах. А1 *2 Aj —астронавты Ci Со — космонавты Р — общее давление Pq 2 — ой рцм а л ь мое Йавлемив кислороде М — командный модуль СМ — стыковочный модуль Т2—томна ль 7 ОМ — орбитальным модуль С А—спускаемый аппарат Состояние кораблей на момент стыковки. Экипажи находятся а своих кораблям Проверка герметичности тоннеля 2 перед сменой атмосферы в СМ. Космонавты переходят a ОМ, лрояеряют герметич- ность ОМ и стыка. Астронавты сняв люк м уложив в КМ, переходят в СМ. Экипаж • Союза* и лсд у веет тоннеле 2 до 250 мм рт ст. и проводит предварительную проверку герметичности тоннеля 2. Было известно, что безболезнен- ный переход на дыхание чистым кислородом с давлением 190—250 мм ртутного столба можно обеспе- чить из азотно-кислородной атмос- феры с давлением 400—430 мм при парциальном давлении кислорода 160—190 мм. А такое снижение давления потребует полной пере- делки «Союза». Однако расчеты показали, что предлагаемая нами атмосфера то- же гарантирует безболезненный пе- реход на дыхание чистым кислоро- дом с давлением 260 мм ртутного столба.
171 Окончательный наддув тоннеля 2 и СМ перед переходом астронавтов из СМ о «Союз». Астромпвты наддувают СМ ДЭ 1*-4<Ю мм рт ст при Pqj-215—228 мм рт. ст Космомяят^ ••ЛЦуаают тоиналь 2 до давления • -Сою», и лроиэяодят окончи тельную промарку герметичности тоннеля 2 По зянершсиии операции астронавты выравнивают дан пение между СМ и тоннелем 2. Переход астронавтов в ОМ. совместная деятельность. Астронавты открывают люк 3. моемо мяв ты — лапи 4. Два астронавта пвреяедят о • Соаоэ». Осуществляет г я соям» стлал деятельность астронаотоо и космонавтов в Союза". Возвращение астронавтов в СМ перед открытием люка 2 для перехода в КМ. Астронавты воэвра»цаются е СМ. люки 3 и 4 закрываются, давление в тоннеле 2 сбрасывается до 2В0 мм рт ст Проверяется герматич носп» люков 3 и 4. затем астронавты продувают СМ кислородом и снижают давление в СМ до 290 мм рт. ст После выравнивания давления между К М и СМ астронавты открывают люк 2 для возвращения в КМ В 1973 году многочисленными эк- спериментами в СССР были под- тверждены теоретические основы принятого решения. Правда, неко- торые системы пришлось перерабо- тать. ввести дополнительные агре- гаты, но зато схема перехода полу- чилась простой и безопасной Наши американские коллеги взяли на се- бя разработку переходного шлю- за— стыковочного модуля. Найденный путь обеспечения сов- местимости атмосфер внутри •Со- юза» и «Аполлона» значительно упростил процедуру переходов. Ви- димо. такая двухкомпонентная
172 азотно-кислородная атмосфера с общим давлением в пределах 500—600 мм ртутного столба при парциальном давлении кислорода 150—200 мм будет применяться в будущих космических кораблях и станциях. Она обеспечивает ком- форт во всех отношениях: для чело- века, для работы аппаратуры, для перехода на работу в скафандрах. «СОЮЗ» готовится К ВСТРЕЧЕ _________________ После принятия решения относи- тельно того, что нужно сделать, чтобы различия в атмосферах со- ветского и американского кораблей не стали существенной преградой для космонавтов и астронавтов в их совместной работе на орбите, пред- ставить, как будут работать систе- мы и осуществляться переходы, не составляло труда. На стартовой позиции. в спускаемом аппарате корабля «Со- юз», где находится экипаж, пока еще нормальная земная атмосфе- ра. Работает система регенерации, пополняя запасы кислорода и по- глощая углекислоту. После герме- тизации орбитального модуля в него дополнительно подается кис- лород. Давление становится на 125 мм ртутного столба выше ат- мосферного. Этот излишек создаст затем необходимое парциальное давление кислорода, когда об- щее давление воздуха в «Союзе» будет понижено до 520+30 мм ртутного столба. На орбите давление между спус- каемым аппаратом и орбитальным модулем «Союза» выравняется, когда космонавты откроют люк между ними. Вентиляция перемеша- ет воздух в обоих отсеках. Зарабо- тает регенерационная установка орбитального модуля, давление обитаемых отсеков «Союза» пони- зится до 520 мм ртутного столба, с тем чтобы до стыковки и перехода космонавты пробыли в такой атмос- фере не менее суток. В стыковоч- ном модуле при переходе в «Союз» или при выходе из него создается атмосфера, близкая к нашей. А при переходе в стыковочный модуль из «Аполлона» или обратно там созда- ется атмосфера чисто кислород- ная. После расстыковки кораблей обитаемые отсеки «Союза» надду- ваются запасенным воздухом до давления 800 мм ртутного столба, и перед спуском с орбиты «Союз» восстанавливает свои привычные параметры. Что касается «Аполлона», то его экипаж еще до посадки в корабль на стартовой позиции переходит на дыхание чистым кислородом от специальных переносных систем (то есть проходит процесс десатура- ции). После посадки экипажа дав- ление в кабине начинает повышать- ся за счет подачи кислорода для дыхания. Однако внутреннее дав- ление не может превысить наруж- ное более чем на 258 ± 15 мм ртут- ного столба. За этим следит специ- альный клапан. На участке выве- дения внешнее давление падает, уменьшается и давление в кабине: заданный перепад по отношению к внешнему поддерживается во вре- мя всего полета. Описанный здесь процесс был очень точно выдержан в ходе поле- та. Значит, все. что задумали, суме- ли надлежащим образом выпол- нить. Какие же основные изменения претерпела система жизнеобес- печения корабля «Союз», пред- назначенного для совместного по- лета? Во-первых, были внесены измене- ния в систему обеспечения газового состава, чтобы предусмотреть воз- можность создания атмосферы с давлением 490—550 мм ртутного столба. Кроме того, в связи с пере- ходом на атмосферу с таким давле- нием, а также предстоящей совме- стной работой двух экипажей, пришлось сделать и некоторые дру- гие изменения.
Например, установили дополни- тельные поглотители углекислого газа как в спускаемом аппарате, так и в орбитальном модуле — ведь на -Союзе - ожидались го- сти. В связи с понижением общего давления в корабле добавили осо- бую подсистему наддува отсеков, чтобы в случае непредвиденного падения давления поддерживать его на нужном уровне все то время, которое необходимо, чтобы надеть скафандры, покинуть орбитальный модуль и подключить скафандры к блоку подачи газовой смеси. Система обеспечения газового состава претерпела и другие изме- нения. Для совместного полета потребо- валось доработать систему термо- регулирования, поскольку в орби- тальном модуле установили радио- станцию «Аполлона», нуждающу- юся в охлаждении. Кроме того, пот- ребовались дополнительные меры для тепловой защиты элементов конструкции «Союза» от воздей- ствия факелов двигателей «Апол- лона» при стыковке И, наконец, стоит ли говорить, что пришлось подумать даже об упа- ковке бортовых рационов питания Ведь до сих пор консервные банки и тубы с соками и первыми блюдами запаивались при давлении 760 мм ртутного столба. Чтобы при пони- женном давлении часть содержи- мого не выбрызгивалась, консер- вные банки стали запаивать при давлении 200—300 мм ртутного столба, а для вскрытия туб сделали специальное приспособление, ис- ключающее выбрызгивание. ПОЖАРО- БЕЗОПАСНОСТЬ Пожар—это всегда бедствие. В ат- мосфере с повышенным по отноше- нию к воздуху содержанием кисло- рода, при насыщенности небольших по объему отсеков космического корабля электронной аппаратурой, кабелями, неметаллическими мате- риалами проблема обеспечения по- жаробезопасности превращается в одну из главнейших. Она преследу- ет специалистов от начала проекти- рования до окончания эвакуации экипажа из корабля после призем- ления. Обеспечить пожаробезопас- ность— это предотвратить возник- новение пожара или сразу же его локализовать, не дать распростра- ниться. На космических кораблях особую опасность представляют электри- ческие источники воспламенения: ведь на борту очень много элек- тронных приборов, кабелей, элек- трических устройств. Короткие замыкания из-за пов- реждения изоляции проврдов, дуго- вой разряд при коммутации цепей, от пусковых токов — все это спо- собно вызывать воспламенение В среде чистого кислорода опасность возрастает. Космонавты и астронавты в макете орбитального модуля «Союза» изучают операции перехода в стыковочный модуль «Аполлона».
174 От коротких замыканий предох- раняют быстродействующие авто- маты защиты различных принципов действия Особыми мерами стара- ются уберечь кабели от поврежде- ний, устанавливают строжайший контроль за качеством их изготов- ления, сборки и эксплуатации на всех этапах подготовки корабля к полету, ужесточают испытания все- го оборудования Большое внимание уделяется не- металлическим материалам, при- менение которых с каждым годом возрастает. В основном на корабле применяются огнестойкие матери- алы, а если и допускаются матери- алы, которые могут гореть, то в небольших количествах после тща- тельного анализа. Такие матери- алы изолируют от контакта с кисло- родом атмосферы негорючими ма- териалами или очень теплопровод- ными, чтобы понизить температуру в случае возгорания. Все оборудование и применяемые на корабле материалы проходят специальные испытания в более жестких условиях по сравнению с теми, в которых они будут нахо- диться И только тогда их устанав- ливают на борт корабля. В этих «драконовских» мерах нет ничего чрезмерного Ведь в атмос- фере «Аполлона» горючим матери- алом становится очень много ве- ществ, которые в обычных условиях малогорючи или негорючи совсем. К тому же и скорость распростране- ния пламени возрастает в несколь- ко раз. К моменту работы над совме- стным проектом нашими американ- скими коллегами был накоплен большой опыт по обеспечению по- жаробезопасности. Наш опыт был значительно меньшим, так как мы не применяли чистый кислород. Кроме того, методики проведения испытаний на пожаробезопасность вг США и СССР были не идентичны, отсутствовали согласованные кри- терии в оценках степени пожаробе- зопасности. Но обоюдное стремле- ние гарантировать безусловную надежность, взаимная доброжела- тельность позволили успешно пре- одолеть все трудности Во время пребывания в Хьюстоне нас позна- комили с оборудованием и мето- диками проведения испытаний на пожаробезопасность, применяемы- ми для программы «Аполлон». Аме- риканская сторона даже предложи- ла поставить необходимое количе- ство ткани и ниток для изготовле- ния полетных костюмов советским космонавтам Это любезное предложение было принято. Тотчас же какой-то «спе- циалист» на странкщах английского журнала «Флайт» выступил с раз- глагольствованиями об отставании русских «Хорошо смеется тот, кто смеется последним»! Американ- скую ткань решили держать в ре- зерве, и принялись за создание своего материала, отвечающего са- мым высоким требованиям пожаро- безопасности. К чести наших специалистов, но- вая ткань и материалы для обору- дования были созданы, причем в очень короткие сроки. Испытания подтвердили их высокое каче- ство. Образцы некоторых тканей, та- ких, например, как «Арполь», «Мо- лен» и «Лола», держали экзамен не только у нас, но и в Соединенных Штатах Америки Они получили высокую оценку американских специалистов. После этого в протоколе пятой рабочей группы, датированном июлем 1974 года, появилась запись: «Обе стороны согласились, что материал «Лола» отвечает требо- ваниям пожаробезопасности при работе в чистом кислороде с давле- нием 320 мм ртутного столба и может быть рекомендован для изготовления полетных костюмов космонавтов, которые будут ис- пользованы в совместном полете по программе «Союз — Аполлон». Дополнительных испытаний данной ткани не требуется В связи с вышеизложенным от- сутствует необходимость в пере-
175 даче американской стороной со- ветской стороне материала «Дю- ретт», как это было согласовано ранее» Положительную оценку получил и материал «Богатырь», который идет у нас на декоративную отдел- ку жилых отсеков корабля «Союз». Можно отметить, что по своей огне- стойкости наша «Лола» превзошла ткань американского производства, которая по разрешению НАСА при- меняется для верхней одежды астронавтов. Пожалуй, можно добавить, что на случай возникновения пожара ко- рабли «Союз», предназначенные для совместного полета, были снаб- жены специальными огнетушителя- ми, которые разработали и изгото- вили также в весьма короткие сро- ки на наших предприятиях Наконец, повышенное против обычного содержание кислорода в атмосфере «Союза» заставило нас из соображений пожаробезопасно- сти гораздо тщательнее подойти к анализу применяемых на борту не- металлических материалов НЕМНОГО О СИСТЕМАХ ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЯ КОРАБЛЕЙ За время совместной работы мы, разумеется, подробно ознакоми- лись с системами корабля «Апол- лон». В «Аполлоне» и «Союзе» ока- залось много общего, но обнаружи- лось и немало любопытных отли- чий. Вот, к примеру, как образуется необходимый газовый состав ат- мосферы корабля «Союз». Азот у нас тот самый, что заполняет от- секи корабля перед стартом. Он ведь не расходуется. А кислород пополняется специальными реге- нерационными установками, где особое вещество—надперекись калия, вступая в реакцию с угле- кислотой и влагой, дает кислород Для аварийных ситуации на борту корабля предусмотрен запас ежа того газа, который можно подать как в скафандры, так и е обитае- мые отсеки Поглощение избытка углекислоты происходит в реге- нерационных установках. Там же остаются и другие вредные при- меси В корабле «Аполлон» кислород подается в кабину из запасов, пред- назначенных для кислородно- водородного электрохимического генератора системы электропита- ния. На борту тоже имеется аварий- ный запас сжатого газообразного кислорода. От углекислоты и вред- ных примесей избавляются с по- мощью специальных поглотителей, использующих гидроокись лития. Если вода для корабля «Союз» запасается на Земле, то на корабле «Аполлон» экипаж употребляет воду, которая получается при работе электрохимического гене- ратора Пища на борту «Союза» припасе- на в виде консервов, специально приготовленных продуктов (хлеба, печенья, конфет и др), туб с сока- ми, супами и чаем, которые подог- реваются в специальном подогрева- теле В рационе американских эки- Обмен мнениями (без переводчика). Р. Граф— специалист по испытаниям систем регулирования окружающей среды корабля Аполлон» (слева) и В. К. Новиков — специалист по испытаниям систем жизнеобеспечения корабля «Союз».
176 пажей вместо туб — обезвоженные продукты в пленочных упаковках. Перед употреблением продуктов зти пакеты наполняют холодной или горячей водой от водоразда- точного устройства. Перед полетом советские космо- навты и американские астронавты отведали с космического стола сво- их коллег и остались довольны вкусовыми качествами и того и другого рациона. Те, кто во время полета смотрели телевизионные репортажи, могли убедиться, с каким удовольствием экипажи обедали на орбите. Система терморегулирования «Аполлона» отличается от нашей тем, что в ней кроме холодильни- ков-конденсаторов есть еще и испа- рители избыточной воды, которую вырабатывает электрохимический генератор. Кстати, экипаж может лишнюю воду выбрасывать за борт корабля, если система терморегу- лирования обходится без нее, вы- брос может происходить и автома- тически. Подобный способ американские специалисты применили и в отноше- нии других жидких отходов. Хотя, нам кажется, это далеко не самое лучшее решение Ведь часть выбра- сываемой жидкости неизбежно осаждается на наружной поверхно- сти корабля, попадая в том числе на оптику. К тому же поблизости от корабля появляется ледяное облако. В ходе переговоров мы неоднократно спорили с амери- канскими коллегами о преимуще- ствах советской и американской систем. Любопытно, что во время полета мы вернулись к теме этого спора неожиданным и забавным образом Вскоре после старта «Аполлона» из Центра в Хьюстоне сообщили, что по результатам проверки бортовых систем американские астронавты заподозрили неполадки как раз в устройстве сброса жидких отхо- дов В дальнейшем, правда, все оказа- лось в норме. Тем не менее коррес- пондент французского агентства Франс Пресс не преминул пошутить по этому поводу. В своем репорта- же о стыковке, которая, если пом- ните, произошла на три минуты раньше назначенного срока, он пе- редал: «Стыковка произошла рань- ше, потому что астронавты спешили в «Союз». Говорят, на «Аполлоне» отказал туалет». При разработке системы регули- рования окружающей среды стыко- вочного модуля американские спе- циалисты широко использовали имеющийся задел агрегатов, разра- ботанных для лунной программы «Аполлона». При этом далеко не самую последнюю роль сыграло желание свести финансовые затра- ты к минимуму. Как подчеркивал доктор Р. Смайли: «Хороший инже- нер— это инженер, решающий по- ставленную задачу хорошо и с ми- нимальными затратами средств и времени». В целом система регулирования окружающей среды стыковочного модуля у американцев достаточно проста. Ее функции ограничивают- ся регулированием давления ком- понентов атмосферы в заданных пределах, подачей азота или кисло- рода из емкостей со сжатыми газа- ми и созданием необходимых теп- ловых условий внутри корабля, что достигается за счет внешней изоля- ции корпуса и вентиляции внутрен- него объема. ИСПЫТАНО НА ЗЕМЛЕ. ПРОВЕРЕНО В КОСМОСЕ Без наземных испытаний ни одна гайка и ни один болт не могут быть поставлены на космический ко- рабль. Тем более, если речь идет о такой ответственной части кон- струкции корабля, как системы жизнеобеспечения
177 Еще в начале работ по программе ЭПАС было решено, что на опреде- ленных этапах испытаний будут присутствовать специалисты обеих сторон. Испытания систем корабля «Со- юз- проводились в Центре подго- товки космонавтов имени Ю. А. Га- гарина с января по апрель 1974 го- да. Для испытаний изготовили оби- таемые отсеки корабля—спускае- мый аппарат и орбитальный мо- дуль, с установленными в них си- стемами жизнеобеспечения, пуль- тами управления и индикации, сред- ствами связи и телевидением. От- секи выполнялись по чертежам летной машины с некоторыми от- клонениями, необходимыми для безопасности испытателей. Стыко- вочный модуль имитировался спе- циальным макетом. Все отсеки бы- ли состыкованы и установлены в барокамеру. Для проведения испы- таний, управления макетом, кон- троля и регистрации технических параметров, поддержания тепло- вого режима в макете, заправки газами его систем был использо- ван наземный испытательный ком- плекс. В соответствии с программой ис- пытания проходили в три этапа. Так удобнее сразу же по ходу работы вносить необходимые доработки, с тем чтобы на конечном этапе испы- таний участвовали системы, полно- стью готовые,— аналоги летных систем. На первом этапе подвергались проверке отдельные системы, их взаимодействие без участия экипа- жа испытателей. Второй этап испы- таний проводился уже с участием экипажей испытателей. Имитирова- лись все этапы планируемого поле- та кораблей «Союз» и «Аполлон» в реальном масштабе времени—от старта до посадки «Союза». Потом продолжили испытания до полной выработки ресурса регенерацион- ных установок, чтобы оценить их реальные запасы. Непрерывное время испытаний составило 9 су- ток. Причем режим труда и отдыха испытателей был составлен на ос- нове полетной программы экипажа космонавтов корабля На втором этале провели сброс давления до 520 мм ртутного стол- ба, «разыграли» стыковку кораб- лей, «переход» на «Союз» двух «американских астронавтов», рас- стыковку кораблей и посадку «Со- юза». Во время испытаний проверя- лись аварийные ситуации и отраба- тывались действия экипажа. На- пример. на вторые сутки «полета» была отключена автоматика реге- нерационной установки. Испытате- ли в течение суток вручную управ- ляли системой, обеспечивая требу- емое содержание в атмосфере кис- лорода и углекислоты. При имита- ции стыковки кораблей считали, что она удалась только с третьей попытки. Поэтому испытатели в те- чение 8 часов непрерывно находи- лись в скафандрах, да еще при этом был включен только один вентиля- тор системы вентиляции скафан- дров. Испытатели чувствовали се- бя нормально и все операции вы- полняли успешно. Время совместной работы двух экипажей в корабле «Союз» было увеличено до четырех часов. Реге- нерационные установки не подвели. Они обеспечили нормальные усло- Г руппа американских специалистов у памятника Ю. А. Гагарину в Звездном городке.
178 Советские и американские специалисты у пульта визуального контроля параметров атмосферы корабля «Союз» во время испытаний. Слева направо: стоят — Р. Граф. Е. Зайцев, У. Гай, сидят—В. Эллис, В. Свирин, Д Хьюс вия жизнедеятельности двух экипа- жей. Между прочим, в реальном полете так и произошло. После окончания испытаний «совместного полета» в момент расстыковки кораблей провели имитацию разгерметизации орби- тального модуля. Испытатели 28 часов просидели в скафандрах в спускаемом аппарате Более того, во время выполнения операции «по- садка» был разгерметизирован спускаемый аппарат. Давление в нем понизили до 8 мм ртутного столба. Испытании в скафандрах в разгерметизированном спускаемом аппарате работали около часа, но чувствовали себя хорошо и успешно выполнили все «посадочные» опе- рации. Во время третьего этапа испыта- ний проверялась работоспособ- ность комплекса систем жизнеобес- печения в условиях, максимально приближенных к штатному полету корабля. Испытания проводились с участием экипажа испытателей, ко- торые имитировали совместную де- ятельность экипажей «Союза» и «Аполлона». На испытаниях присут- ствовали американские специали- сты пятой рабочей группы По их просьбе изменялись параметры теплового режима макета, было увеличено время пребывания в «Союзе» и стыковочном модуле ис- пытателей, изображавших амери- канский экипаж. Нашим коллегам, по их словам, очень понравилась методика ком- плексных испытаний, да и резуль- таты тоже. Совместный экспресс- отчет о работе стороны подписали с удовлетворением. Мы, к сожалению, не могли на- блюдать комплексную отработку систем жизнеобеспечения коман- дного модуля корабля «Аполлон». Поскольку в них ничего не меня- лось, комплексные испытания не были запланированы. Что же ка- сается стыковочного модуля, то отработка его систем регулиро- вания окружающей среды была проведена в два этапа. Работа велась в корпусе лаборатории си- стем жизнеобеспечения Центра пи- лотируемых полетов имени Джон- сона в Хьюстоне. На первом этапе, в январе 1974 года, испытания про- водились без соблюдения тепловых режимов. На втором этапе, в авгу- сте 1974 года, стыковочный модуль был помещен в термобарокамеру объемом 1000 кубических метров с наведением внешних тепловых по- токов и в условиях глубокого вакуума. На первом этапе макет стыковоч- ного модуля был установлен в не- большой барокамере. Во время ис- пытаний отрабатывался процесс из- менения газового состава в отсеке, наддув, выравнивание и сброс дав- ления Часть экспериментов прохо- дила с участием американских ис- пытателей. Выяснилось, что параметры си- стем стыковочного модуля соответ- ствуют заданным и обеспечивают необходимые изменения состава атмосферы и регулирование давле-
ния для осуществления переходов экипажей из корабля «Аполлон» в «Союз» и обратно. Основной задачей второго этапа испытаний была проверка теплово- го режима стыковочного модуля при работе систем регулирования окружающей среды. В испытаниях принимали участие экипажи астро- навтов. По туннелю из шлюзовой камеры они переходили в стыко- вочный модуль, где управляли си- стемами регулирования окружа- ющей среды, изменяли газовый со- став и давление в стыковочном модуле и т. д. 179 Советские специалисты, прини- мавшие участие в испытаниях, лич- но убедились в достаточной отра- ботке систем. Полет по программе «Союз— Аполлон» успешно осуществлен. Самочувствие экипажей хорошее. Что может быть выше этой оценки проделанной работы?! Мы рады успеху, но он был бы немыслим без слаженной, чет- кой работы многих производст- венных и исследовательских кол- лективов, проявивших энтузиазм и ответственность за порученное дело
Р. 3. Сагдеев, академик АН СССР В. А. Ольшевский, инженео СОВМЕСТНЫМИ УСИЛИЯМИ НАУЧНЫЙ БАГАЖ 21 июля 1975 грда спускаемый ап- парат корабля «Союз-19- коснулся Земли Из него вышли усталые, но очень довольные космонавты: про- грамма технических и научных экспериментов была выполнена. Мы благодарим Алексея Архипови- ча Леонова и Валерия Николаевича Кубасова за отличные научные ре- зультаты, привезенные с орбиты содружества. Какие же материалы были до- ставлены на Землю? Фотопленка с кадрами «Искусственного сол- нечного затмения», два прибора «Ритм-1» — эксперимент «Зонооб- разующие грибки», три патрона с образцами плавки в универсаль- ной печи, 64 пробирки в укладках С образцами микрофлоры Инфор- мация по эксперименту «УФ-погло- щение» передавалась наземным измерительным пунктам по радио- линии «Аполлон»—Земля. Это лишь то, что касается совме- стных экспериментов. Но ведь вы- полнялась и автономная научная программа. Чем же еще был наполнен кон- тейнер спускаемого аппарата «Союза»? Это прежде всего шесть капсул с микроорганизмами, рыбами и други- ми биологическими объектами по экспериментам «Рост микроорга- низмов», «Эмбриональное развитие рыб» и «Генетические исследова- ния». Кроме того, кассеты фото- и кинопленок, на которых запечатле- ны дневной и сумеречный горизонт, кадры по экспериментам «Исследо- вание рефракции и прозрачности верхних слоев атмосферы» и «Фо- тографирование Земли». Вот какой багаж вынесли из спускаемого аппарата члены поис- ковой группы. Часть его была сроч- но отправлена в соответствующие лаборатории, где работа велась с предельной нагрузкой руководите- ли проекта и Академии наук СССР ждали первых результатов. И они были получены. Сразу же оговоримся, что в при- веденном далее материале дается лишь предварительный анализ по- лученных данных. А пока расска- жем о том, какова была научная программа проекта, как подготав- ливались и осуществлялись науч- ные исследования.
СОВМЕСТНЫЕ НАУЧНЫЕ ЭКСПЕРИМЕНТЫ Разумеется, при обсуждении науч- ной программы ЭПАС прежде всего надо было решить, какие конкретно эксперименты включить в програм- му совместного полета. Было ясно, что каждый эксперимент должен представлять научный интерес для ученых обеих стран. Но этого мало. Чтобы полностью использовать возможности совместного полета, следовало отдать предпочтение экспериментам, при проведении которых необходимо было сотруд- ничество экипажей двух кораб- лей. Не вызывали сомнений требова- ния к аппаратуре и приборам экспе- риментов: они должны иметь мини- мальный вес и такие же габариты, потреблять возможно меньше элек- троэнергии Установка научной ап- паратуры на «чужом» корабле предполагала также неукоснитель- ное соблюдение всех эксплуата- ционных требований, предъявляе- мых к оборудованию на этом ко- рабле Для нас последнее обстоятель- ство оказалось, пожалуй, наиболее трудным. Мы никогда не имели дела с такой проблемой, как обеспечение пожаробезопасности приборов в среде чистого кислорода А без этого нечего было и думать о разме- щении наших приборов на борту «Аполлона». Пришлось по-новому подойти к проектированию и испытаниям обо- рудования, предназначенного для экспериментов на корабле «Апол- лон». Как же рождалась программа совместных экспериментов? Воз- можность участвовать в совме- стной космической программе с США вызвала большой интерес в различных научных организациях 181 страны К нам, в Институт космиче- ских исследований (ИКИ) АН СССР, поступило множество предложений о проведении биологических, техни- ческих, астрофизических экспери- ментов. Специалисты ИКИ отобрали наи- более интересные эксперименты, чтобы затем обсудить их с амери- канскими учеными. Видимо, специалисты НАСА по- ступили так же. На встречах советской и амери- канской делегаций в Хьюстоне и Москве в 1973 году стороны обме- нялись предложениями о проведе- нии ряда уникальных эксперимен- тов. Осуществить их можно было только в совместном полете двух пилотируемых кораблей. В конце концов был окончательно согласован состав совместных на- учных экспериментов. В их число вошли: "Искусственное солнечное затмение», «Зонообразукхцие гриб- ки». «Микробный обмен», «Универ- сальная печь», «Ультрафиолетовое поглощение». Почему были выбраны эти пять экспериментов? Дело в том, что они хорошо согласовывались с програм- мой полета, а их аппаратура наибо- лее полно отвечала различного ро- да техническим и конструктивным требованиям Достаточно познако- миться с замыслом отобранных эк- спериментов, чтобы убедиться в этом. «ИСКУССТВЕННОЕ СОЛНЕЧНОЕ ЗАТМЕНИЕ» Этот эксперимент предложили со- ветские ученые. Он должен был проводиться во время стыковки и расстыковки обоих кораблей. Суть его заключалась в следующем: на- до было получить с борта корабля «Союз» серию фотоснимков сол- нечной короны и «атмосферы» вок-
182 руг корабля «Аполлон» в условиях, когда тот создаст искусственное солнечное затмение. Солнечная корона представляет собой верхние разреженные слои солнечной атмосферы В основном это ионизированная водородная плазма. Здесь электрон и протон, из кото- рых состоит атом водорода, теряют связь друг с другом. В состав плазмы входит и гелий. Температура короны достигает около миллиона градусов и опре- деляет скорость хаотического дви- жения частиц. Во время солнечных вспышек и других проявлений сол- нечной активности температура су- щественно возрастает. У короны нет наружной, резко выраженной границы, она плавно переходит в межпланетный газ. Движение веще- ства в короне в основном направле- но наружу, создавая, как принято говорить, «солнечный ветер», ув- лекающий с собой и часть магнит- ного поля Солнца. Жесткое элект- ромагнитное излучение — ультра- фиолетовое и рентгеновское, а также корпускулярное (корпуску- ла— мельчайшая частща веще- ства)— «солнечный ветер», возни- кая в короне, достигают Земли и оказывают заметное влияние на верхние слои ее атмосферы Это влияние очень интересует уче- ных. Яркость короны в миллионы раз слабее яркости солнечного диска, и поэтому она неразличима на фоне дневного неба. Лишь во время солнечного затме- ния, когда солнечный диск полно- стью закрывается Луной, удается наблюдать корону Кстати, только это позволило лю- дям обнаружить солнечную корону еще в глубокой древности. Но о физической природе короны мы ни- чего не знали вплоть до последних десятилетий. Полное солнечное затмение — исключительно редкое явление В одном и том же географическом пункте полные солнечные затмения могут наблюдаться в среднем раз в 300 лет К тому же продолжитель- ность полной фазы затмения чаще всего не превышает двух минут. Вообще говоря, корону можно ис- следовать и вне затмения, напри- мер, изучая коротковолновое излу- чение Солнца. Однако полученная при этом информация оказывается неполной. Идея эксперимента на первый взгляд проста. Чтобы получить фотометриче- ские характеристики солнечной ко- роны и «атмосферы» вокруг косми- ческого аппарата, один корабль до- лжен заслонить Солнце, экипаж другого в это время производит фотосъемки короны. Но эта простота — кажущаяся Специалисты обеих стран долго обсуждали, как обеспечить доста- точно длительное «затмение», как уменьшить вероятность смещения кораблей в пространстве вслед- ствие возмущений, которые неиз- бежно вызывает процесс рассты ковки. Так что «завязка» экспери- мента проходила совсем не про- сто. На первом этапе обсуждения ученые договорились, что экипаж «Аполлона» будет следить за по- ложением тени своего корабля на «Союзе». При необходимости астронавты будут подправлять вза- имное положение кораблей так. чтобы фотоаппарат «Союза» оста- вался в тени на расстоянии до 150 метров Однако анализ, проведен- ный американскими специалистами по управлению, динамике, балли- стике, с учетом мнения американ- ских астронавтов, показал, что экипажу «Аполлона» это вряд ли удастся. Больше того, возможны и непри- ятные последствия. После длительных дискуссий пришлось принять «пассивную» схе- му эксперимента, то есть отказать- ся от возможности корректировать взаимное положение кораблей. Расчеты показали, что после рас- стыковки при скорости расхожде-
183 ния кораблей около одного метра е секунду, в случае нормальной работы систем, затенение будет длиться не менее 70—90 секунд За это время можно провести как минимум два цикла съемок, пока корабли не удалятся друг от друга на 80 метров. Съемка солнечной короны на- чнется, когда корабли разойдутся на 20 метров, и закончится, когда свет упадет на иллюминатор крыш- ки люка стыковочного узла «Со- юза», на котором установлен фото- аппарат, или когда корабли пере- секут терминатор (границу света и тени). Эксперимент запланировали про- вести на участке орбиты от восхода Солща до пересечения кораблем плоскости терминатора. Этот уча- сток орбиты отличается тем, что для кораблей Солнце уже взошло, а на поверхности Земли в этом месте еще ночь. Дополнительную защиту рабоче- го иллюминатора корабля «Союз» от подсветки зарей обеспечивала установленная на нем специальная бленда. Съемки искусственного солнеч- ного затмения производились авто- матическим широкоформатным фо- тоаппаратом. Для устранения ошибки в опреде- лении экспозиций, а также для по- лучения качественных фотографий солнечной короны в различных яр- костных диапазонах съемка произ- водилась с набором экспозиций от 0,1 до 10 секунд. Цикл из пяти экспозиций автома- тически отрабатывался фотоаппа- ратом за 27 секунд. Для съемок применялась высоко- чувствительная пленка, прошед- шая специальную фотометриче- скую калибровку Для контроля степени засветки корабля «Союз» Солнцем экипаж «Аполлона» производил на протя- жении всего эксперимента кино- съемку «Союза» Во время эксперимента велись и наблюдения за Солнцем с Зем- ли, чтобы попытаться установить Положение кораблей «Союз» и «Аполлон» на орбите во время выполнения эксперимента «Искусственное солнечное затмение^.
184 связи между структурой короны и активными образованиями на Солнце. В этом эксперименте исследова- лось не только Солнце, но и так называемая «атмосфера» космиче- ского корабля. Дело в том, что вокруг любого тела, помещенного в космическое пространство, образуется газовая оболочка из-за утечки газа с повер- хности этого тела. Поверхность корабля могут поки- дать микроскопические «пылинки», частички поверхностных слоев са- мой конструкции: процессу разру- шения подвержены, хотя и в разной степени, все материалы, в том чис- ле и металлы. Все эти продукты покидают «ок- рестности» корабля не сразу. Вот почему вокруг корабля и обра- зуется своеобразная атмосфера. Она пополняется также за счет неизбежных утечек газа из каби- ны корабля, и особенно в резуль- тате работы реактивных двига- телей От воздействия набегающего по- тока остаточной атмосферы Земли, давления солнечного света и «сол- нечного ветра» космический аппа- рат со своей «атмосферой» стано- вится похожим на комету Разуме- ется, используемые здесь термины «атмосфера» и «комета» только образные выражения. В действи- тельности же речь идет о чрезвы- чайно разреженной среде, которая, однако, отличается от невозмущен- ной космической среды. Вещества, из которых состоит эта «атмосфе- ра», искажают физические харак- теристики окружающей среды и. следовательно, не только вносят погрешности в научную информа- цию, но могут оказывать воздей- ствие и на жизненно важные для космического аппарата системы и приборы. И потому необходимо изу- чать их с учетом всех факторов космического пространства, боль- шинство которых невозможно вос- произвести в лабораторных усло- виях. Теперь, после полета, можно ска- зать, что эксперимент удался на славу Солнечное «затмение» было дли- тельнее, чем предполагалось. Бо- лее того, эксперимент продолжал- ся и во время возвращения «Апол- лона» к «Союзу- для повторной стыковки. Это позволило отснять 125 кад- ров с интервалом в 3 секунды Материал хорошего качества На ряде снимков отчетливо видна вне- шняя корона Солнца на угловых расстояниях около 10 градусов. В настоящее время проводится фотометрическая обработка сним- ков— измеряется распределение яркости в полученных на них изоб- ражениях областей короны. Для проведения дальнейшего анализа американские ученые передали в ИЗМИР АН СССР цветной кино- фильм, который позволит опреде- лить степень затененности иллюми- натора «Союза» во время экспе- римента. Обработанный материал даст возможность исследовать те об- ласти короны, которые недоступ- ны для изучения другими мето- дами. Одновременно получены весьма ценные данные по «атмосфере» ко- рабля «Аполлон», имеющие боль- шое научное и практическое зна- чение. «УФ-ПОГЛОЩЕНИЕ» Цель эксперимента, который пред- ложили американские ученые.— из- мерить концентрации кислорода и азота в космическом пространстве на высоте полета кораблей В осно- ве эксперимента лежит хорошо из- вестный метод абсорбционной спек- троскопии (то есть основанной на поглощении света) На высотах, где летали корабли «Союз» и «Аполлон», кислород в основном находится в атомарном состоянии.
185 Его концентрация мало изучена, а плотность атомарного азота вооб- ще неизвестна. Эксперимент являлся попыткой измерить плотность атомарного кислорода и азота на высотах око- ло 220 километров. Как и в эксперименте с искус- ственным солнечным затмением, здесь требовалась четкая согласо- ванность действий экипажа, высо- кая точность пилотирования кораб- лей. И незначительные ошибки во взаимном положении объектов мог- ли привести к ухудшению точности измерений и даже к их полному срыву Как проходил эксперимент? Спектрометр, установленный на корабле «Аполлон», посылал в направлении «Союза» последова- тельные импульсные сигналы с дли- ной волн 1200, 1304 и 1456 анг- стрем Попадая на уголковые отра- жатели корабля «Союз», эти сиг- налы возвращались на приемное устройство спектрометра «Аполло- на». Различие в интенсивности пос- ланного и принятого сигналов поз- волило определить поглощение, а затем уже подсчитать концентра- цию атомов исследуемого веще- ства. Конечно, на практике все было гораздо сложнее, так как приходи- лось учитывать целый ряд небла- гоприятных для эксперимента фак- торов. Во-первых, влияние допле- ровского сдвига (изменение часто- ты колебаний или длины волн, воспринимаемых наблюдателем, вследствие движения источника волн и наблюдателя относительно друг друга) по спектру между лини- ями излучения и поглощения. Этот сдвиг был обусловлен высокой ско- ростью поглощающих свет молекул атмосферы на высоте полета. Во- вторых, влияла «атмосфера» вок- руг кораблей Спектрометр установили на сты- ковочном модуле корабля «Апол- лон» так, что его оптическая ось была параллельна продольной оси корабля. А на «Союзе» разместили три уголковых отражателя: один по продольной оси корабля, два дру- гих— в направлении поперечных осей. Каждый отражатель состоит из трех основных частей: корпуса с крышкой, оптических поверхностей и механизма раскрьгия крышки. Оптические поверхности нахо- дятся в корпусе, закрытом до начала эксперимента герметичной крышкой. На корпусе и крышке размещены клапан наддува и дре- нажный клапан для продувок опти- ческих поверхностей особо чистым азотом. Такие предосторожности были вызваны тем, что оптические ха- рактеристики алюминиевых зеркал резко снижаются от воздействия окружающей среды. Крышка открывалась по команде космонавта со специального пульта в орбитальном модуле корабля «Союз». На пульт приходил сигнал об открытии каждой крышки. Нема- ло пришлось повозиться с хранени- ем отражателей и, главное, их ис- пытаниями. Они проводились после доставки в СССР из США, затем после доставки на космодром и, наконец, при комплексных испыта- ниях после установки на корабль «Союз». Для этого необходимо бы- ло создать стерильные условия. Пе- ред началом испытаний на отража- тели надевались прозрачные за- щитные мешки, внутренняя полость которых продувалась особо чистым азотом, что позволяло контролиро- вать состояние оптических повер- хностей отражателей, не подвергая их риску загрязнения. И вот начался эксперимент на орбите. После окончательной рас- стыковки корабли разошлись на 20 метров «Аполлон» осуществил маневр ухода вбок (перпендикуляр- но плоскости орбиты) для выхода в расчетную точку первого измере- ния. Когда «Аполлон» удалился на 150 метров и занял исходную пози- цию. был проведен первый цикл измерений.
186 Корабль «Аполлон в эксперименте «УФ-поглощение». Американский Центр управления сообщил, что измерения оказались неудачными. Тогда, по обоюдному решению советского и американ- ского Центров управления полетом, экипаж «Союза» сориентировал свой корабль для второго изме- рения на удалении 500 метров продольной осью в направлении корабля «Аполлон». Это позволи- ло использовать другой отража- тель. После выполнения второго изме- рения «Аполлон» вернулся в пло- скость орбиты и завис перед ко- раблем «Союз» на расстоянии 50 метров для проведения сеанса кинофотосъемок и вновь произвел маневр для выхода в расчетную точку. Теперь корабли находились в плоскости орбиты на расстоянии 1000 метров, причем «Аполлон» ле- тел над кораблем «Союз». Все измерения проводились в районе экватора на теневой части орбиты Американские ученые, которым поступала вся информация по этому эксперименту, произвели ее пер- вичную обработку. Этот материал в октябре 1975 года был передан ученым Института космических ис- следований АН СССР для последу-
187 ющей обработки Одновременно мы получили микрофильм со съемками индикационной панели бортовой вычислительной машины, на кото- рой велся просчет всех параметров движения по плану данного экспе- римента. После окончательной обработки учеными обеих стран будет про- изведен совместный анализ и бу- дут выданы результаты в полном объеме. «ЗОНООБРАЗУЮЩИЕ ГРИБКИ» В современной биофизике важное место занимают исследования при- роды биологических часов, опреде- ляющих основные биологические ритмы. Это понятие—биологиче- ские ритмы —охватывает пери- одичность роста, развития и де- ятельность клеток, смену форм их деятельности и размножения С давних пор люди заметили, что многим жизненным процессам при- суща периодичность Человек и все живые существа на нашей планете приспособились на протяжении миллионов лет к определенному ритму жизни. Установлено, например, что ча- стота сердечных сокращений до- стигает максимума к вечеру, к во- семнадцати часам. В эти же часы наблюдаются наиболее высокие показатели кровяного давления. Самый редкий за сутки пульс отме- чается около 4 часов, а самое низкое кровяное давление — при- мерно в 9 часов утра Капилляры наиболее расширены в 18 часов, а уже всего—в 2 часа Внутриглаз- ное давление утром повышается, а вечером падает. Определенное из- менение в течение суток претер- певает и биоэлектрическая актив- ность мозга. А кто не знает, что листья растений поворачиваются в течение суток, что бутоны цветов раскрываются с удивительной точ- ностью'’! Многочисленные наблюдения над растениями свидетельствуют о за- висимости ритмических физиологи- ческих реакций от уровня космиче- ской радиации. Имеется много дан- ных о влиянии солнечной активно- сти на биосферу, например на число лейкоцитов крови, частоту различ- ных заболеваний человека, живот- ных. Короче говоря, загадка биоло- гических ритмов лежит на стыке внутренних, заложенных в живом организме, генетически запрограм- мированных и внешних факто- ров. Проблема биологических рит- мов актуальна для космонавтики, так как дает ключ к практиче- скому решению обеспечения нор- мальной работоспособности чело- века в длительном космическом полете. С целью изучения влияния неве- сомости, перегрузок, космического излучения на основные биологиче- ские ритмы в программу ЭПАС был включен — по предложению Инсти- тута биофизики АН СССР—экспе- римент «Зонообразующие грибки». Учеными института был обнару- жен штамм лучистого грибка Ac- tinomyces tevoris, обитающего в почве, который и решили исполь- зовать в качестве объекта ис- следования. Грибок культивируют на твердой питательной среде. Главное досто- инство заключалось в том, что кос- монавты невооруженным глазом могли наблкщать различие зон ро- ста мицелия (прозрачные кольца) и зон спорообразования (выступа- ющий вал белого цвета). Внешне кольца грибка напоминают срез дерева. Другие достоинства гриб- ка—сравнительная неприхотли- вость, удобный диапазон перио- дичности зонообразования—одна зона (кольцо) за сутки, а также возможность роста грибка в гер- метически закупоренных чашках Петри. Программа совместного полета кораблей «Союз» и «Аполлон» позволяла впервые провести ис-
188 Зонообразующий грибок. следования по биоритмике в кос- мосе на одинаковых биологических объектах, выращенных в различ- ных временных поясах. Ведь раз- ница во времени между лаборато- риями СССР и США, где проводи- лось предполетное культивирова- ние грибка, составляет примерно 9 часов. Для эксперимента советские специалисты разработали прибор •<Ритм-1». В его корпусе устанавли- вались две чашки Петри с грибками и пластиковые детекторы для реги- страции потока тяжелых ядерных частиц-адроное, проходящих в зоне роста грибка За 7 суток до старта в лабораториях СССР и США начали культивирование грибка. Заправля- лись средой примерно 200 чашек Петри В них высевалась культура грибка, затем чашки ставились в термостат на трое-четверо суток. Культуре грибка с помощью све- тового облучения интенсивностью 100—200 люкс навязывался нуж- ный ритм эонообразования по ме- стному времени с 9 часов утра до 21 часа—свет, с 21 часа до 9 ча- сов утра—темнота. Навязанный грибку ритм сохра- нялся во время и полета и послепо- летной обработки. За сутки до старта отобрали 16 лучших образцов с колониями пра- вильной округлой формы, с кольца- ми без разрывов и асимметрии гриб- ков. Затем в стерильном боксе прове- ли сборку восьми приборов. Устанавливались приборы в кос- мический корабль за 3—4 часа до старта. При этом из восьми при- боров два брали для опыта и два — для наземного контроля. За- правленные приборы на всех стади- ях эксперимента транспортирова- лись в специальных термостатиче- ских контейнерах. Во время полета космонавты и астронавты примерно через каж- дые 12 часов фотографировали ко- лонии грибков в приборах «Ритм-1». Когда космические корабли со- стыковались, экипажи «Союза» и «Аполлона» обменялись одним из двух приборов, установленных на каждом корабле. На месте посадки космических кораблей специалисты поисковых групп тоже сфотографировали ко- лонии грибков и как можно быстрее доставили их в лаборатории СССР и США В Институте биофизики Акаде- мии наук СССР проведены предва- рительные исследования первич- ных культур грибка, побывавших в космосе. Аналогичный анализ про- делали американские коллеги Со- ставлен совместный предваритель- ный отчет. Анализ показал, что скорость образования спорогенных колец у культур, находившихся на «Со- юзе-19» и «Аполлоне», была не- одинаковой. Обнаружены также различия между летными и конт- рольными образцами. По-разному происходило развитие культур во время полета и в послеполетный период. Имеются локальные уча-
189 стки повреждения колец В насто- ящее время проводятся контроль- ные опыты, в ходе которых воссоз- даются полетные температурные условия; развернуты лабораторные работы по исследованию морфоло- гии, культуральных и генетических характеристик вторичной культуры грибков, высеянной из различных участков летных и контрольных об- разцов. «МИКРОБНЫЙ ОБМЕН» Любопытно, что этот эксперимент был предложен практически однов- ременно и советскими и американ- скими учеными. Необходимость в подобных исследованиях назрела давно. В космической биологии и меди- цине до последнего времени специ- алисты изучали в основном состо- яние сердечно-сосудистой и цен- тральной нервной системы челове- ческого организма и в гораздо мень- шей степени занимались дыхатель- ной системой и системой анализа- торов. Почти не изучены до сего време- ни пищеварительная и эндокринная системы обмена веществ. Вообще проблемы микробиологии до сих пор обсуждались главным образом в гитане поисков внеземной жизни. И только недавно заинтересова- лись состоянием микрофлоры внут- ри космического корабля, так как это будет иметь особо важное зна- чение при длительных космических полетах. Организм человека обильно насе- лен разнообразными микроорганиз- мами. Воздействие факторов кос- мического полета может привести к нарушению сложившегося равнове- сия в человеческом организме, соз- дать условия для необычной акти- визации микрофлоры. Так, в ре- зультате микробиологических ис- следований, проведенных у космо- навтов после полетов на кораблях «Союз», выявилось повышение со- держания микробов, обитающих на коже, и уменьшение числа видов микроорганизмов при увеличении их общего количества на слизистых оболочках верхних дыхательных путей. Уже накоплен большой материал, который свидетельствует, что дли- тельное пребывание людей в гер- метичных помещениях и действие на их организм факторов косми- ческого полета может сопровож- даться возникновением заболева- ний, возбудителями которых яв- ляются представители «собствен- ной» микрофлоры (аутомикрофло- ры) людей. Ангину, гнойничковые и некоторые другие заболевания вызывают микроорганизмы, ранее «мирно» сосуществовавшие с че- ловеком, с тем «хозяином», у которого такое заболевание воз- никло. После полета космического ко- рабля «Аполлон-7» у астронавтов наблюдалось заболевание верхних дыхательных путей, напоминавшее грипп. Снижение защитных реакций ор- ганизма связано с различными при- чинами. Здесь и продолжительная неве- сомость, и постоянные эмоциональ- ные нагрузки. С другой стороны, как уже отме- чалось. в условиях космического полета наступают качественные и количественные изменения в «на- боре» микроорганизмов, постоянно сопутствующих человеку. Состав микрофлоры «упрощает- ся», а чувствительность организма к возбудителям инфекционных за- болеваний усиливается. К тому же известно, что микроорганизмы, оби- тающие на покровных тканях лю- дей и безвредные в обычных усло- виях, в космосе приобретают агрес- сивные свойства. Болезни у членов экипажа косми- ческого корабля могут возникнуть и от так называемой «перекрестной инфекции».
190 Дональд Слейтон берет пробы микрофлоры на корабле -Аполлон'. Эксперимент -Микробный об- мен», проведенный советскими и американскими учеными во время совместного полета космических кораблей-Союз" и -Аполлон», как раз и представляет собой одну из попыток оценить характер и ус- ловия обмена микроорганизмами в условиях космического полета между членами экипажей разных кораблей. Основной задачей эксперимента было исследование количественно- го и качественного состава микро- организмов, обитающих на коже и слизистых оболочках космонавтов, в процессе подготовки к полету, в самом полете и после его заверше- ния Помимо исследований микро- флоры космонавтов и астронавтов детально изучалась микрофлора внутренних поверхностей кораблей -Союз» и «Аполлон». Для эксперимента -Микробный обмен» было разработано специ- альное оборудование, позволя- ющее брать микрофлору с покров- ных тканей космонавтов и астро- навтов, а также с внутренних по- верхностей космических кораблей «Союз» и «Аполлон» во время по- лета, сохранить и доставить ее на Землю, где в лабораторных услови- ях провести детальные микроби- ологические исследования Аппара- туру для этого предложили совет- ские специалисты. Кстати, она уже использовалась во время космиче- ского полета первой орбитальной станции «Салют». По согласованию между сторона- ми советская сторона поставила аппаратуру для проведения как по- летных, так и послеполетных ис- следований. Американские и советские уче- ные провели специальные исследо- вания, чтобы выбрать состав кон- сервирующей жидкости для раз- личных видов микроорганизмов В итоге для консервирования микро- организмов, полученных с кожных покровов членов экипажей и с внут- ренних поверхностей кабин кос- мических кораблей, был применен состав, разработанный советскими учеными Для сохранения микроор- ганизмов. полученных из полости рта и эева членов экипажей, выбра- ли состав, предложенный амери- канскими специалистами. Данные свидетельствуют, что пе- ред полетом количество микробов на разных участках покровных тка- ней космонавтов находилось в пре- делах границ, установленных для здорового человека. В период по- лета количество микробов на теле космонавтов возросло в пределах, характерных для данной продолжи- тельности пребывания человека в космическом объекте. Предварительные данные, полу- ченные при обработке материала, позволили отметить одинаковые изменения в количестве микробов, вегетирующих на покровных тканях космонавтов и астронавтов.
191 Содержание микробов на внут- ренних поверхностях космических кораблей «Союз» и «Аполлон» было различно в зависимости от участка исследуемой поверхности, характерно, что больше всего микробов обнаружено на поверхно- стях стыковочного туннеля и той части корабля, которая примыкает к переходному устройству. Особенности же обмена микроор- ганизмами между членами экипа- жей космических кораблей во вре- мя их совместного полета станут ясными после детального исследо- вания состава микрофлоры астро- навтов и космонавтов. Однако уже сейчас можно сказать, что получен- ные данные явятся еще одним вкладом в большую и благородную задачу профилактики заболеваний членов экипажей космических ко- раблей. «УНИВЕРСАЛЬНАЯ ПЕЧЬ» Космические исследования послед- них лет направлены на решение целого ряда задач, имеющих боль- шое прикладное значение. На одно из первых мест выходит сейчас космическая технология. Это свя- зано с возможностью использовать свойства космического простран- ства— невесомость, глубокий ваку- ум, высокие и низкие температуры и другие. В наших земных условиях все это невозможно воспроизвести в совокупности. В октябре 1969 года на советском космическом корабле «Союз-8» Г. С. Шониным и В. Н. Кубасовым впервые были выполнены техноло- гические операции в условиях кос- мического полета—исследовался процесс сварки в невесомости та- ких материалов, как алюминиевые и титановые сплавы, нержавеющая сталь. Различные методы сварки пока- зали, что в космосе можно получать надежное соединение металлов Так возникло совершенно новое технологическое направление — получение различных сплавов в условиях невесомости В условиях невесомости компо- зитные, то есть сложные, сме- шанные, материалы будут обла- дать уникальными механическими, электрическими и другими свой- ствами. Основные научные проблемы космической технологии состоят сейчас в изучении особенностей по- ведения различных материалов в условиях длительной невесомости и глубокого вакуума. Поскольку по- лучение новых материалов в космо- се, да и процессы сварки неразрыв- но связаны с плавлением, то изуче- ние физических особенностей про- текания процессов в жидкостях в условиях невесомости является од- ним из основных объектов исследо- ваний Наконец, анализ особенно- стей процесса кристаллизации, изу- чение структурных свойств полу- ченных материалов должны окон- чательно определить круг веществ, которые, будучи созданы в кос- мосе, станут обладать особыми, от- личными от земных образцов, свой- ствами. Во время совместного полета ко- раблей «Союз» и «Аполлон» был проведен цикл исследований вли- яния невесомости на некоторые ме- таллургические и кристалло-хими- ческие процессы в металлических и полупроводниковых материалах. Для этого внутри стыковочного модуля корабля «Аполлон» были установлены печь с электриче- ским нагревателем и пульт управ- ления. С советской стороны в разработ- ке научной программы исследова- ний участвовал Институт металлур- гии имени А А. Байкова Академии наук CCCF3'. Материалы для экспериментов советские и американские ученые готовили вместе. Образцы металлов и сплавов бы- ли помещены в специальные квар- цевые ампулы. Ампулы заключены
192 Универсальная печь. Внешний вид. в патроны из нержавеющей стали, герметично запаянные с обеих сто- рон. Перед тем как патрон предсто- яло запаять, из него был откачан воздух и он заполнялся небольшим количеством инертного газа Основной элемент печи состав- лял графитовый блок с намотанной на нем электрической нагреватель- ной спиралью. Система автоматической регу- лировки обеспечивала выбор и контроль температуры нагрева го- рячего конца патрона, время вы- держки и процесс активного ох- лаждения с контролируемой ско- ростью. Для исследования влияния неве- сомости на процесс плавления сме- си металлов с различными удель- ными весами и температурами плавления был выбран алюминий, содержащий определенным обра- зом расположенные вольфрамовые шарики и стержни Эта смесь нагре- валась в условиях невесомости до 1100 градусов С. При этом алю- миний плавился, а вольфрамовые шарики частично растворялись в нем. В результате исследования стала очевидной принципиальная воз- можность получения металлургиче- ским путем в условиях невесомости композитных материалов с заранее сформированной структурой из эле- ментов с различными удельными весами. Эксперимент позволил также оп- ределить истинные скорости ра- створения вольфрама в алюминии и оценить роль конвекции (перенос тепла движущейся средой) в этом процессе Для получения монокристаллов полупроводников применялся гер- маний, содержащий 2 процента
193 кремния, Для изучения процесса шарообразования в условиях не- весомости взяли порошок алюми- ния. Подготовленные на Земле образ- цы материалов, помещенные в спе- циальные пеналы, были достав- лены на орбиту «Союзом». После стыковки кораблей пеналы с об- разцами перенесли в стыковочный модуль, где поместили в автома- тическую нагревательную печь. После окончания технологического цикла пеналы в корабле «Союз» вернулись на Землю. Автоматическая нагревательная печь, установленная на корабле «Аполлон», может одновременно нагревать три пенала до температу- ры 1100 градусов. Каждый из них содержит три кварцевые ампулы с образцами. В ампуле 1—алюминий с шариками вольфрама, в ампуле 2—германий с добавками крем- ния, в ампуле 3—порошок алюми- ния. Зона максимальной температуры в печи распространяется только на ампулу 1 и на часть ампулы 2. Пу- тем подбора графитовых и медных вкладышей, помещенных внутрь пенала, достигается постепенное уменьшение температуры. Если уменьшить температуру на ампу- ле 1, то будет происходить посте- пенное смещение границы между жидкой и твердой фазой в ампуле 2, содержащей сплав германия С кремнием. Этот прием был исполь- зован для получения монокристал- лов германия, легированного (леги- ровать — вводить в металл или ме- таллический сплав другой элемент для улучшения свойств основного металла) кремнием в условиях не- весомости, Температура ампулы 3 составля- ла 700 градусов, при ней плавился порошок алюминия. Максимальная температура (1050 градусов) на ам- пуле 1 поддерживалась в течение часа. Время всего эксперимента, с момента загрузки пеналов в печь и до их съема,— 16 часов. До полета советские и американ- ские ученые провели имитационные испытания. Схема пенала для эксперимента «Универсальная печь».
194 Проводились они в три этапа и позволили выбрать оптимальный тепловой режим одновременно для трех составов сплавов и выдать рекомендации по конструктивным параметрам ампул, по количеству материала в них и т. п. Особое внимание уделялось про- верке механической прочности кварцевых ампул, заключенных в стальной пенал. Патрон с ампулами подвергался линейным и вибра- ционным нагрузкам, соответству- ющим условиям выведения корабля на орбиту, затем эти патроны устанавливались в печь и прово- дилась плавка, после чего пат- роны испытывались на нагрузки, соответствующие спуску корабля на Землю. После приземления космического корабля «Союэ-19» патроны с образцами материалов, прошедших плавку в космосе, были доставлены в лабораторию Института метал- лургии Академии наук СССР. В ла- боратории патроны были вскрыты, и ампулы с результатами плавки подвергнуты тщательному рент- гено-дефектоскопическому ана- лизу. Оказалось, что в сплаве алюми- ний— вольфрам лишь частично сохранилось распределение воль- фрама в алюминии, заданное на Земле, хотя равномерность распре- деления осталась прежней. При исследовании монокристал- ла германия с кремнием было обнаружено, что концы его при- обрели сферическую форму Кри- сталлы такой формы могут найти применение в оптике и электро- нике. И наконец, в результате плавки порошка алюминия образовался очень пористый материал, так как каждая частичка порошка распла- вилась отдельно. Таким образом, осуществление программы «Универсальная печь» позволило заложить основы буду- щих технологических процессов по- лучения материалов в космическом пространстве. ОДНОСТОРОННИЕ НАУЧНЫЕ ЭКСПЕРИМЕНТЫ Советские космонавты провели ряд астрогеофизических и биологиче- ских опытов. Научные эксперимен- ты, не требующие участия двух кораблей, по мнению советских ученых, целесообразно проводить на орбитальных станциях, которые, несомненно, имеют гораздо больше возможностей для научных иссле- дований, нежели транспортные ко- рабли. Исходя из этого, была приня- та научная программа, выполнение которой обеспечивалось в основ- ном с помощью аппаратуры, ис- пользовавшейся на «Союзе» при проведении совместных экспери- ментов. Астрогеофиэические исследова- ния основываются на измеритель- ной фотографии, то есть на приме- нении фотометрически калибро- ванных пленок, позволяющих про- водить световые измерения. Съемки выполнялись той же автоматической фотокамерой с ко- мандным блоком, что и в экспери- менте «Искусственное солнечное затмение». Эксперимент «Фотографирова- ние солнечной короны и зодиакаль- ного света на фоне ночного неба» дал целую серию снимков участка ночного и сумеречного неба при различных углах погружения Солнца за горизонт Земли, то есть в условиях затмения Солнца Землей. Эти исследования проводились в дополнение к совместному экспери- менту «Искусственное солнечное затмение». С той же целью экипаж корабля «Союз-19» выполнял и ви- зуальные наблюдения. В эксперимент «Исследование рефракции и прозрачности верхних слоев атмосферы» входило изме- рение атмосферной рефракции, то есть преломляющих свойств атмос- феры и поглощения ею солнечного света. Ожидаемые по этому экспе- рименту данные будут иметь важ-
195 ное значение для метеорологии и атмосферной оптики и могут быть использованы при разработке при- боров автономной астронавигации и ориентации космических аппара- тов. Опыт заключался в получении серии фотографий Солнца при вос- ходе или заходе его за горизонт Земли. Преломляющие свойства атмо- сферы (рефракции) определяются по степени сплюснутости изображе- ний солнечного диска. Атмосферное поглощение (его высотная зависимость) определя- ется по степени почернения фото- пленки в пределах каждого изобра- жения и для всей серии изобра- жений солнечного диска, полу- ченных при различных положениях Солнца над горизонтом Земли. Фотографирование велось в уз- ком спектральном диапазоне с при- менением узкополосного свето- фильтра. Высокое качество проявленного материала и точное время, в кото- рое был сделан каждый снимок, позволят получить достаточно пол- ную картину изменения плотности атмосферы Земли по высоте Уже произведена микрофотометриче- ская обработка снимков, и по степени сплюснутости изображе- ния солнечного диска определяют- ся преломляющие свойства атмо- сферы. Большое практическое значение имеет эксперимент «Фотографиро- вание дневного и сумеречного гори- зонта» Вы помните, еще первые космонавты восхищались красотой космических зорь. Оказалось, что эта красота во многом зависит от содержания в атмосфере мельчайших пылевых частиц—аэрозолей Присутствие их в атмосфере свя- зано с вулканическими извержени- ями, индустриальными загрязнени- ями среды и пылевыми бурями. Изучая спектры ореола Земли, ученые получили данные о запы- ленности атмосферы на разных вы- сотах и в различных районах земно- го шара. Расчеты показывают, что после- довательность цветовых оттенков ореола может служить показате- лем состава верхних слоев атмо- сферы. Характер окраски сумеречного ореола зависит, например, от со- держания озона. Систематические и детальные наблюдения солнечных явлений в атмосфере Земли впервые провел экипаж космического корабля «Союз-9». В задачу эксперимента на «Со- юзе-19» входили определение за- висимости расстояния света от высоты, включая изучение стра- тосферного (на высотах 15—25 ки- лометров) и мезосферного (на высотах 40—60 километров) аэро- зольных слоев, попытка обнару- жения и исследования серебри- стых и перламутровых облаков И т. д. По программе эксперимента было отснято 99 кадров с интервалом 13,3 секунды Качество материала сказалось хорошим. Была получена информация о рассеивающей способности атмос- феры над полосой поверхности, ши- рина которой составляет примерно 1200 километров, а длина—около 10 тысяч километров. Одновременно проводились на- земные наблюдения учеными Аба- стуманской обсерватории. Резуль- таты эксперимента дадут возмож- ность построить трехмерную карти- ну распределения аэрозолей в ис- следуемой области атмосферы. К геофизическим исследованиям относится и фотографирование земной поверхности. Этот эксперимент стал продол- жением исследований, проводив- шихся на космическом корабле «Союз-16». Экипаж «Союза-19» произвел съемки тех же районов (Монголия, Забайкалье, Дальний Восток), но в другое время года.
196 Рабочие будни. В. Н. Кубасов в кабине корабля «Сок>з-19». Было отснято также 99 кадров. Весь материал отличного качества. Полученные результаты позволят наметить перспективные районы залегания полезных ископаемых и уточнить геологические карты Ана- лиз данных продолжается. Значи- тельная часть обработанного мате- риала будет передана Академии наук Монголии. Биологические исследования на борту -Союза-19» были направле- ны на изучение влияния невесомо- сти, космической радиации и маг- нитного поля Земли на рост, разви- тие и наследственность различных организмов. Особенность биологических ис- следований, выполненных на кос- мическом корабле «Союз-19», за- ключается прежде всего в том, что все опыты проводились в тер- мостатах и организмы развивались в основном в процессе самого по- лета. В полете культуры высажива- лись в питательную среду, смачи- вались семена и производилась фиксация проростков, наблюда- лось развитие мальков. Биологическая термостатиру- емая капсула «Биокат» поддержи- вала заданную температуру с точ- ностью ±0.5 градуса.
197 -Биокат» состоит из корпуса и блока питания В корпусе имеется цилиндрический канал, вокруг ко- торого расположены элементы, обеспечивающие нужную темпера- туру, а в канал помещаются вкла дыши с биологическими объек- тами. На борту корабля были уста- новлены три термостата, проводи- лись три самостоятельных экспери- менга По программе первого из них — -Рост микроорганизмов» — изуча- лось влияние факторов космиче- ского полета на скорость и харак- тер роста микроорганизмов, на под- вижность клеток бактерий. При этом определились изменения в морфологии, генетические пере- стройки, выживаемость клеток В качестве объекта использова- лась культура протея обыкновенно- го, отличающегося большой под- вижностью на твердой и жидкой питательной средах. Предварительные исследования показали, что культура протея рос- ла как в летных, так и в контроль- ных приборах. К моменту доставки приборов в лабораторию находившаяся в них культура осталась жизнеспособ- ной. Эксперимент «Эмбриональное развитие рыб» предусматривал изу- чение их роста и развития в услови- ях невесомости При этом выяви- лись эмбриональные и генетиче- ские изменения и особенности фор- мирования вестибулярного аппара- та у мальков. В термостате находились два вкладыша-аквариума с оплодотво- ренной икрой рыб В одном аквариуме в конце поле- та мальки были законсервированы и вместе с мальками из другого аквариума доставлены на Землю. Проведенные после полета ис- следования позволили установить, что развитие мальков рыб из икры происходило нормально, видимых микроскопических изменений обна- ружено не было. При электронно- микроскопическом исследовании вестибулярного аппарата мальков, развившихся из икры в условиях невесомости, были найдены неко- торые изменения в динамике раз- вития отолитового аппарата с на- личием определенных нарушений в ультраструктуре. В настоящее время данные продолжают обра- батываться. И наконец, третий биологический эксперимент—«Генетические ис- следования»—был поставлен с целью изучить влияние невесомо- сти на клеточное деление, генети- ческие структуры и радиочувстви- тельность различных биологиче- ских объектов Например, особен- ности клеточного деления в зависи- мости от воздействия факторов космического полета изучались на зиготах (зигота—клетка, из кото- рой развивается новая особь) хла- мидомонады, которые могут дли- тельное время не прорастать в тем- ноте. Частота хромосомных перестроек изучалась в делящихся клет- ках— проростках семян креписа и арабиодописа На сухих семенах этих видов рас- тений изучались изменения радио- чувствительности под влиянием факторов полета по частоте эмб- риональных леталей и хлорофиль- ных мутаций. Предварительные результаты ис- следований позволили обнаружить наличие сдвигов в клеточном цикле и перестроек хромосомного аппара- та клеток. В настоящее время производится дальнейшая цитологическая и цито- генетическая обработка матери- алов Советско-американский космиче- ский полет «Союз — Аполлон» ус- пешно завершен Бортовое теле- видение позволило всем, кто сле- дил за этим экспериментом, загля- нуть, хоть на несколько минут, в уникальную космическую научную лабораторию, созданную на орбите,
198 и вместе с учеными наблюдать астрофизические, биологические и технологические эксперименты, проводимые космонавтами и астро- навтами. По длительности полета и грузоподъемности кораблей проект ЭПАС не давал особых преиму- ществ по сравнению с другими кос- мическими программами, но в со- ветско-американской космической лаборатории заложены уникальные возможности. Наличие двух управ- ляемых пилотируемых космических кораблей и объединение усилий ученых двух стран открыло дорогу совершенно необычным экспери- ментам. Нельзя забывать также и об эко- номической стороне дела. Советский Союз и Соединен- ные Штаты разделили между со- бой финансовые расходы на реа- лизацию проекта, и в результате каждая из стран добилась успеха со значительно меныиими затра- тами. Конечно, пять совместных и ряд автономных экспериментов полно- стью не исчерпывают всех возмож- ностей международного сотрудни- чества в космосе, но они продемон- стрировали на практике возмож- ность и эффективность сотрудниче- ства в космосе ученых двух стран в исследовании фундаментальных научных проблем и решении прак- тических задач, а также позволили опробовать элементы технологиче- ской схемы производства матери- алов на будущих космических стан- циях. По этой схеме исходные продук- ты производства материалов заго- тавливаются на Земле и доставля- ются на орбитальные станции- заводы. Готовые изделия возвращаются на Землю.
В. А. Шаталов, дважды Герой Советского Союза, летчик-космонавт СССР. генерап-лейтенант авиа(ии НА ОРБИТЕ СОТРУДНИЧЕСТВА ПЕРВЫЙ ВИЗИТ В ХЬЮСТОН Придет время, когда на длительную работу в космос, в дальние рейсы к другим планетам, а затем и к звез- дам отправятся международные эк- спедиции. И, думаю, результаты, полученные в первом совместном экспериментальном полете «Со- юза» и «Аполлона», положили доброе начало этому захватыва- ющему воображение пути завоева- ния человеком Вселенной. Первый шаг... Он был сделан не 15 июля 1975 года, когда поочеред- но. с двух разных континентов, с космодромов двух стран стартова- ли космические корабли «Союз» и «Аполлон». Он был сделан много раньше. В памяти моей надолго останется первая поездка в Хью- стон, в американский Центр пилоти- руемых космических полетов имени Джонсона. Совместная работа тогда уже шла полным ходом: инженеры и конструкторы осмысливали техни- ческую сторону предстоящего эк- сперимента. Пришло время и отве- тить на вопрос: «Как готовить эки- пажи к этому полету?» В нашей стране был накоплен большой опыт подготовки космонавтов и проведе- ния пилотируемых полетов Мы, естественно, знали и о дости- жениях американцев, знакомились с их космическим опытом. Что-то нам представлялось интересным и рациональным, что-то мы ставили под сомнение. Настала пора взять- ся за дело сообща. Первым шагом и была поездка в Хьюстон. Мы стави- ли перед собой конкретную задачу: определить объем предстоящей ра- боты. ее характер, последователь- ность ее этапов, составить график подготовки экипажей. Но прежде всего надо было поближе познако- миться и обменяться опытом кос- моплавания, накопленным в обеих странах В Хьюстон мы прилетели ночью 14 марта 1973 года, В аэропорту нас встретили представители админи- страции Центра имени Джонсо- на— его директор К.Крафт, доктор Дж.Лоу и американские астронавты Т.Стаффорд и Д.Слейтон, которые в то время занимали руководящие посты в отделе подготовки экипа- жей. Рукопожатия, приветствия, теп- лые слова. Спасаясь от хьюстон- ской жары, все заторопились к ма- шинам По пути в космический центр НАСА кто-то из американцев
200 Космонавты и астронавты, участвовавшие в подготовке к полету «Союз — Аполлон»: сидят (справа налево) В. Бранд, В. Кубасов, Т. Стаффорд, Ю. Сернан, А. Леонов, Р. Эванс, Д. Слейтон; стоят А. Форостенко (переводчик с американской стороны), предложил: «В такую душную ночь не плохо бы угостить гостей холод- ным пивом». Идея нашла поддер- жку, и Т.Стаффорд остановил свой автомобиль у придорожного магази- на. Вопреки ожиданиям, он вышел оттуда с пустыми руками. Потом была вторая остановка, и третья, но безрезультатно. Когда машина остановилась в четвертый раз, я тоже решил выйти и узнать, в чем же дело. В ярко освещенном магазинчике у одной из полок с товаром Т.Стаф- форд горячо объяснял хозяину, что он астронавт, который трижды ле- тал в космос, и просил продать ему пива. Хозяин наотрез отказывался, ссылаясь на закон штата, запреща- ющий продавать алкогольные на- питки после десяти часов вечера. Не помогло Стаффорду и сообще- ние о том, что он хочет угостить пивом советских космонавтов — го- стей Хьюстона, гостей Техаса, го- стей Америки. Хозяин магазина был неумолим. Раздосадованный Т. Стаффорд сокрушался под общий смех: — Вот обида какая. Надеюсь, этот случай не помешает нашей успешной работе?! Трудно перечислить все вопросы, которые волновали нас в тот, са- мый первый, визит. Трудно не толь- ко потому, что вопросов было очень много. Ни мы. ни американцы не догадывались даже, какие неожи-
201 данности и сложности ждут нас в будущем. В ходе обмена мнениями посте- пенно стали вырисовываться те оп- ределяющие моменты, из которых мы исходили в дальнейшем, пла- нируя подготовку космонавтов и астронавтов к совместному полету. Было очевидно, что работу нужно вести по двум направлениям—го- товить космонавтов к выполнению как автономных, так и совместных участков полета. Мы убедились, что наши программы подготовки и программы наших американских коллег достаточно близки по со- держанию и включают инженерно- техническую (теоретическую) и летную подготовку, тренировки на тренажерах, макетах и стендах, участие в работах на космодроме, в Центре управления полетом, в испытаниях корабля и его систем, медико-биологическую и физиче- скую подготовку Опыт же, накоп- ленный нашей страной и американ- цами в подготовке экипажей к поле- там по своим национальным прог- раммам, не вызывал сомнений ни у одной из сторон И мы в основном сосредоточили наши усилия на сов- местной подготовке. Технические средства подготовки экипажей к полетам на кораблях -Союз» и «Аполлон» по национальным прог- раммам были достаточно полны и совершенны. Они обеспечили хоро- шую подготовку космических эки- пажей и вполне могли быть исполь- зованы при подготовке к совме- стному полету, может быть, с неко- торой долей доработки Каждая сторона обязалась вни- мательно проанализировать состо- яние этих средств и при необходи мости либо дополнить их, либо соз- дать заново, если имеющиеся сред- ства будут заняты для подготовки экипажей по внутренним програм- мам. Работать решили по такой схеме: сначала детально изучить технику друг друга, а затем отработать всю совместную деятельность в ходе тренировок. Зная хорошо свой ко- рабль и имея многолетний опыт полетов на нем, мы взялись соста- вить для американцев подробную и последовательную программу изу- чения систем «Союза», а они долж- ны были сделать такую же для нас по «Аполлону». Учитывая опыт подготовки поле- та «Союза-4» и «Союза-5», мы предложили американцам предус- мотреть в подготовке экипажей так называемую перекрестную подго- товку. И вот почему Коль скоро к каждому старту (на каждый ко- рабль «Союз») мы готовили по два экипажа (основной и дублиру- ющий), а американцы тоже сформи- ровали два экипажа для подготов- ки к полету на «Аполлоне», то требовалось сделать так, чтобы каждый член американского экипа- жа поработал с каждым членом нашего экипажа. Такая подготовка гарантировала от всяческих слу- чайностей. В итоге наш первый эки- паж мог отправляться в полет со вторым американским экипажем, а первый американский экипаж был готов к работе с нашим дубли- рующим. Наконец дошли до определения сроков предстоящих рабочих встреч экипажей Решено было, что после утверждения наших экипа- жей космонавты посетят Центр имени Джонсона в июле, а амери- канские астронавты побывают в Звездном городке в сентябре или октябре того же года. Обсуждались и сроки пребывания экипажей в хьюстонском Центре и Центре подготовки космонавтов имени Ю Гагарина. Оптимальным признали две-три недели. За мень- ший срок нельзя было бы выпол- нить весь цикл планируемых мероп- риятий, ббльший отвлек бы космо- навтов от нашей текущей работы, из-за чего усложнился бы ход под- готовки к полету. Г рафик встреч, по которому кос- монавты и астронавты встречаются через каждые пять-шесть месяцев сроком до месяца, показался нам вполне подходящим. Мы учитыва- Б. Андреев, В. Джанибеков, К. Бобко, А. Бин, Д Лаусмя, А. Филипченко, Р. Овермайер, Н. Рукавишников, И. Мамантов (переводчик с американской стороны), Ю. Романенко, А. Иванченков.
202 ли, что сработанность экипажей до- стигается не только совместными занятиями на тренажерах, в клас- сах, лабораториях, но и личными контактами, встречами в свобод- ное от работы время, поездками на экскурсии, семейными вечерами и т. д. АСТРОНАВТЫ ДЛЯ ЭПАС Конечно же нам были известны заслуги американских участников проекта, высокий уровень их про- фессиональной подготовки. Корот- ко представлю читателю членов американских экипажей. Бригадный генерал ВВС Томас Стаффорд родился в 19Э0 году. В отряде астронавтов—с 1962 года. Окончил военную академию, шко- лу летчиков-испытателей. Имеет большой налет на самолетах раз- ных типов. Трижды стартовал в космос. Был вторым пилотом корабля «Джемини-6» (1965 год), командиром экипажа «Джемини-9» (1966 год), командиром лунного модуля на «Аполлоне-10» (1969 год). Томасу Стаффорду одному из первых посчастливилось увидеть Луну с близкого расстояния. Вэнс Бранд родился в 1931 году. Имеет университетское образова- ние. Многие годы работал летчи- ком-испытателем. В 1966 году при- шел в отряд астронавтов Прини- мал участие в испытаниях прототи- па командного модуля в термокаме- ре, был членом так называемых экипажей поддержки -Аполлона-8» и «Аполлона-13», пилотом коман- дного модуля дублирующего экипа- жа «Аполлона-15» и командиром дублирующих экипажей, которые работали по программе второй и третьей экспедиций «Скайлэба». Дональд Слейтон — самый стар- ший в этой тройке. Он родился в 1924 году, принимал участие во второй мировой войне — был пило- том бомбардировщика В 1949 году окончил университет. В отряде астронавтов—с 1959 года. В 1962 году медицинская комиссия забра- ковала Слейтона, найдя у него ненормальности в работе сердца. Почти десять лет он занимал пост начальника отдела подготовки эки- пажей в хьюстонском Центре, гото- вил астронавтов, летавших на кос- мических кораблях типа «Мерку- рий», «Джеыини», «Аполлон» и ор- битальной станции «Скайлэб». В 1972 году Слейтон добился, чтобы его восстановили на летной рабо- те—для этого потребовалось де- сять лет упорных тренировок. Трех других астронавтов НАСА определили в дублирующий эки- паж. Среди них — капитан I ранга Алан Бин, 1932 года рождения. В 1955 году он окончил Техас- ский университет по специальности «авиационная техника». Служил летчиком в ВМС США. В отряде астронавтов — с 1963 года. В 1969 году на корабле «Аполлон-12» в качестве пилота лунной кабины со- вершил полет на Луну. Позднее, в 1973 году он выполнил 59-суточный полет в качестве командира второй экспедиции на орбитальной станции «Скайлэб». Капитан I ранга Рональд Эванс. Родился в 1933 году. В отряде астронавтов НАСА—с 1966 года. Был пилотом корабля «Аполлон- 17», совершившего полет на Луну в декабре 1972 года. Джек Лусма родился в 1935 году, так же как и его коллеги имеет высшее образование. В отряд при- шел в 1966 году. В 1973 году прини- мал участие в работе второй экспе- диции на орбитальной станции «Скайлэб». Американская методика отбора кандидатов в астронавты во многом схожа с нашей, хотя и имеет свою специфику. При отборе НАСА руко- водствуется теми соображениями, что астронавтами должны быть квалифицированные летчики, име- ющие необходимые знания и навы- ки, хорошо переносящие шумы, виб- рацию, ускорение и—сочетание
203 этих факторов, умеющие ориенти- роваться в полете, быстро при- нимать решения и знать, как ве- сти себя в аварийных ситуациях. Обязательным условием является опыт проведения наблюдений и на- учных экспериментов Стоит особо отметить, что амери- канцы очень серьезно относятся к опыту летной работы кандидатов Они должны налетать не менее 1500 часов, в основном на реактив- ных самолетах. С первой же встречи мы задава- ли американцам много вопросов: «Что?», «Как?», «Для чего?», «По- чему?» По-моему, сначала их нес- колько смутило наше неуемное лю- бопытство. Но вскоре они поняли, что без глубокого понимания всего того, о чем шла речь, ни им, ни нам не удастся продвинуться в решении главных вопросов. Забегая вперед, скажу, что появление американ- ских астронавтов и специалистов у нас в Звездном тоже сопровожда- лось лавиной вопросов. Что американцы считают наибо- лее важным в процессе подготовки экипажей? Прежде всего индивиду- альные тренировки и тренировки в составе экипажей на комплексных тренажерах. Мы подробно ознако- мились с такими тренажерами по кораблю «Аполлон» и станции «Скайлэб», тренажерами стыковки и «лунной кабиной». Большое ме- сто занимают тренировки в усло- виях невесомости на специально оборудованном самолете и усло- виях, близких к условиям невесомо- сти— под водой, с имитацией неко- торых условий космического поле- та, тренировки в управлении кораб- лем, проведению стыковки и т. д. Астронавты, как и наши космонав- ты, занимаются спортом: подвод- ным плаванием, водными лыжами, легкой атлетикой... Любопытно, что все астронавты бросили или почти бросили курить, склонные к полно- те соблюдают диету. Потом началось знакомство с тренажерами хьюстонского Центра Для нас были привычны многие имитаторы, центрифуга и барокаме- ры. функциональные тренажеры Но было и то, что отличалось от нашего. Кабина корабля «Апол- лон», например. Очень уж она оо- самолетному скомпонована. Мно- жество тумблеров, индикаторов и других приборов. Расположение кресел иное... И тем не менее, несмотря на особенности, сходство с нашими кораблями «Восток» и «Союз» большее, чем казалось сначала Много часов мы провели в каби- нах корабля-тренажера, изучая, как идет управление космическим кораблем, как распределяются обязанности между членами экипа- жа «Аполлона». В тот период готовился запуск орбитальной станции «Скайлэб» и хьюстонский Центр работал особен- но напряженно: были заняты все тренажеры, строгий график подго- товки накладывал свое вето на многие наши экскурсии по Центру. И все-таки в одну из ночей выдалось «окошко» в работе тренажера ко- рабля «Аполлон». С восьми вечера и до полуночи мы с Брандом прове- ли в нем. Американцы широко используют вычислительные машины в косми- ческих тренажерах Поэтому суть тренировки — своеобразный диалог человека и машины. Специальным кодом, набранным на клавиатуре, астронавт «рассказывает» машине о своих желаниях, ставит задачу, просит совета в той или иной ситу- ации, а ЭВМ отвечает ему. выдаст рекомендации, подтверждает, пра- вильно ли он поступил в том или ином случае. Ознакомившись с принципами уп- равления кораблем «Аполлон», я попросил разрешения выполнить стыковку. На тренажере-имитаторе я как бы облетел «Скайлэб», зашел со стороны стыковочного агрегата и выполнил стыковку. Было очень приятно выполнить стыковку с пер- вого захода. Сказались опыт рабо- ты на советских тренажерах и выполнение стыковок кораблей
204 «Союз» между собой и станцией «Салют» во время космических по- летов. Это окончательно убедило меня в том, что мы сможем быстро найти общий язык в вопросах, касающихся пилотирования. Мы познакомились и с тем, как осуществляется взаимодействие между специалистами, работающи- ми на старте и в залах управления, с экипажем, как связаны между собой многочисленные службы обеспечения полета. Какие еще методические разли- чия в подготовке к полетам в кос- мос бросились нам в глаза? Амери- канские специалисты и астронавты уделяют несколько больше внима- ния подготовке к действиям в ава- рийных ситуациях. На комплексном тренажере корабля «Аполлон» эки- пажи «проигрывают» около 1500 нештатных ситуаций. Небезынтересна такая деталь. У американцев создана специальная группа по особым случаям полета. У тех, кто в нее входит,—своя комна- та. свои пульты. Во время трениро- вок они создают неожиданные си- туации и требуют решения не толь- ко от экипажа, но и от персонала управления. Нам понравился такой подход и то, что тренирующиеся экипажи несут ответственность за учебный полет так же, как за насто- ящий. А вот роль инструкторов- методистов, готовящих программы тренировок и ведущих занятия, нам показалось, американцы недооце- нивают. Здесь наши взгляды нес- колько отличаются от американ- ских. Но это была частность, кото- рая не помешала совместной работе. В Хьюстоне нам показали и авиа- ционную технику, на которой трени- руются американские астронавты Мое внимание привлек турбо- лет— летающий аппарат для отра- ботки навыков, необходимых при посадке на Луну. Небольшая каби- на, катапультируемое кресло, орга- ны управления. Устройство очень напоминало летающую платфор- му, которая использовалась у нас много лет назад для подъема грузов. Перед этим я знакомился с трена- жером лунной кабины (лунного по- садочного модуля). Он очень проду- манно сделан, хорошо оснащен, позволяет воспроизводить все дей- ствия пилота при посадке. И я невольно подумал: «Зачем тогда турболет? Что он дает? Ведь на тренажере можно отработать все операции и сделать это без риска». Мысли свои высказал Дэвиду Скот- ту, американскому астронавту, ко- мандиру корабля «Аполлон-15». Астронавт тотчас рассеял мои сомнения: — Действительно,— сказал Дэ- вид— мы не выигрываем практиче- ски ничего, если говорить о техни- ческой стороне дела и сравнивать турболет с тренажером. Но... Ос- новной мотив, которым мы руко- водствовались,—ответственность. Именно это важное качество приви- вает астронавтам турболет. У нас было много споров: инженеры вы- ступали против него, летчики — за. Повторяю: суть в том, что турболет поививает ответственность за каж- дое действие. Он не прощает мело- чей. Обычный тренажер порой рас- холаживает Ведь всегда есть воз- можность «остановиться» и снова проиграть то или иное действие, исправляя ошибку. Турболет требу- ет. чтобы все делалось без ошибок. Иначе.. Случаи катапультирования у нас бывали. Во время первой встречи в Хью- стоне была составлена программа на весь период работ, вплоть до старта. КОСМОНАВТЫ ДЛЯ ЭПАС Вернувшись из Хьюстона, мы со- брались в Центре подготовки имени Ю. А. Гагарина. Константин Давыдович Бушуее. руководители рабочих групп, руководитель полета Алексей Станиславович
205 Елисеев, начальник Центра под- готовки космонавтов имени Ю. А. Гагарина генерал Георгий Ти- мофеевич Береговой, инженеры, техники, методисты обсудили ход предстоящих тренировок и пере- чень новых технических средств, которые должны быть созданы для работы. Был сформирован специальный отдел по подготовке и осуществле- нию проекта ЭПАС. Возглавил его летчик-космонавт СССР Валерий Федорович Быковский. Немало сил вложили в организацию этого дела первый заместитель начальника Центра подготовки космонавтов генерал-майор авиации Андриян Григорьевич Николаев, летчики- космонавты СССР Павел Романо- вич Попович, Георгий Степанович Шонин и другие. Следует сказать, что мы находи- лись в более сложных условиях, чем американцы. Завершив работы со «Скайлэбом», они не планирова- ли каких-либо других пилотируемых полетов и все усилия могли напра- вить исключительно на подготовку к ЭПАС. Да и перестройка тре- нажеров применительно к новой программе не представляла боль- ших трудностей. Ведь стыковочный узел на «Аполлоне» не менялся. Добавлялась лишь шлюзовая каме- ра. которая должна была состыко- ваться с «Союзом». Иная обстановка складывалась у нас Мы продолжали работы по своей национальной программе, то есть решали целый ряд задач, свя- занных с созданием долговремен- ных пилотируемых орбитальных станций, проведением научных на- блюдений и исследований на борту таких станций и пилотируемых ко- раблей, проведением ряда экспери- ментов. испытаний техники и т. д. Все это требовало внимания, сил и средств. Короче говоря, нам нужен был еще один тренажер под ко- рабль типа «Союз». Нельзя не учитывать, что амери- кагцы завершили работы со «Скай- лэбом» в начале 1974 года, а у нас весь этот год шли работы с «Салю- том-3» в автономном и пилотиру- емом режимах, стартовали «Союз- 14», «Союз-15» и «Союз-16» (о нем будет сказано ниже), и в декабре вышел на орбиту «Салют-4», а в 1975 году в январе стартовал «Со- юз-17». Затем в апреле—старт корабля «Союз» с космонавтами В. Лазаревым и О. Макаровым, а в мае—полет «Союза-18», во время которого космонавты П. И. Климук и В. И. Севастьянов выполнили двухмесячную программу научных работ на борту орбитального ком- плекса «Салют-4» — «Союз-18». Завершение этих работ совпало с осуществлением первого в истории международного полета. Весной 1973 года Академия наук СССР объявила состав экипажей, которые должны были принять уча- стие в проекте ЭПАС с советской стороны. Первый экипаж — А. Леонов и В. Кубасов. Герой Советского Союза летчик- космонавт СССР полковник Алек- сей Архипович Леонов родился в 1934 году. В 1953 году по комсо- мольскому набору А. Леонов при- шел в летное училище. Окончив его с отличием, стал военным летчи- ком. С 1957 года А Леонов — член Коммунистической партии Совет- ского Союза. В 1960 году вместе с первой группой советских космо- навтов приступил к тренировкам и подготовке к космическому полету. В марте 1965 года в составе эки- пажа «Восход-2» (командиром ко- рабля был П. И Беляев)совершил космический полет Впервые в мире А. Леонов совершил выход в откры- тое космическое пространство Все последующие годы космо- навт продолжал учиться, постоянно тренировался сам и участвовал в подготовке космонавтов. В 1968 году А. А. Леонов окончил Военно- воздушную академию имени про- фессора Н. Е. Жуковского. Летчик-космонавт СССР Герой Советского Союза Валерий Нико-
206 лаевич Кубасов родился в 1935 году. В 1952 грду он поступил в Московский ордена Ленина авиаци- онный институт имени С. Орджони- кидзе. Окончив вуз, стал работать в конструкторском бюро. В 1969 году В. Кубасову присвоена ученая сте- пень кандидата технических наук. Ему принадлежит ряд разработок в области расчетов движения лета- тельных аппаратов. В 1966 году Валерий Кубасов был принят в отряд космонавтов, где прошел полную программу подго- товки к полету. В 1968 году вступил в ряды КПСС. В январе 1969 года В. Кубасов был дублером космонавта А. Елисе- ева во время подготовки к полету кораблей «Союз-4» и «Союз-5». В октябре того же года участвовал в космическом полете как бортинже- нер корабля «Союз-6» (командир корабля — Георгий Шонин). Второй экипаж — А. Филиппен- ко и Н. Рукавишников. Герой Советского Союза летчик- космонавт СССР полковник Анато- лий Васильевич Филипченко родил- ся в 1928 году. В 1961 году окончил Военно-воздушную академию, ко- торая носит теперь имя Ю. А. Гагарина. С 1963 года—в отряде космонавтов. В январе 1969 года был дублером командира корабля «Союз-4», а в октябре 1969 года, будучи командиром «Союза-7», уча- ствовал в групповом полете трех космических кораблей. Летчик-космонавт СССР Герой Советского Союза Николай Нико- лаевич Рукавишников родился в 1932 году. В 1957 году окончил Московский инженерно-физиче- ский институт. В отряде космонав- тов—с 1967 года. Был инженером- исследователем на космическом корабле «Союз-10», совершившем полет в апреле 1971 года. Третий экипаж — В. Джанибе- ков и Б. Андреев. Космонавт Владимир Александ- рович Джанибеков родился в 1942 году. После окончания Высше- го авиационного училища летчиков в 1965 году получил диплом летчи- ка-инженера. В 1970 году зачислен в отряд космонавтов. Прошел пол- ный курс общей подготовки к кос- мическим полетам. Космонавт Борис Дмитриевич Андреев родился в 1940 году. После окончания Московского высшего технического училища имени Н. Э. Баумана с 1965 года работал в конструкторском бюро. По программе подготовки космо- навтов начал заниматься с 1970 года. Прошел курс общей под- готовки к космическим полетам. Четвертый экипаж —Ю. Рома- ненко и А. Иванченков. Космонавт Юрий Викторович Романенко родился в 1944 году. В 1966 году закончил с отличием Высшее авиационное училище лет- чиков и получил диплом летчика- инженера В 1970 году зачислен в отряд космонавтов. Прошел пол- ный курс общей подготовки к кос- мическим полетам Космонавт Александр Сергеевич Иванченков родился в 1940 году. После окончания Московского авиационного института имени С. Орджоникидзе с 1964 года работал в конструкторском бюро. По про- грамме подготовки космонавтов начал заниматься с 1970 года. Прошел общий курс подготовки к космическим полетам. Первые два экипажа—это изве- стные всему миру летчики- космонавты СССР Герои Советско- го Союза Алексей Леонов, Валерий Кубасов, Анатолий Филипченко и Николай Рукавишников. В третий и четвертый экипаж вошли «ново- бранцы» космоса. Однако, не- смотря на молодость, Владимир Джанибеков, Борис Андреев, Юрий Романенко и Александр Иванчен- ков хорошо зарекомендовали себя при подготовке к полету, о них высокого мнения методисты и тре- неры Центра подготовки космо- навтов.
Немного о «Союзе-16». Почти сразу было определено, что именно Анатолий Филипченко и Николай Рукавишников испытают в космосе ряд новых систем, установленных на борту этого корабля. Следуя установившейся у нас традиции, до- работанный корабль испытывался не только в беспилотном варианте, но и с экипажем на борту, который опробовал доработанные системы в полете. Я считаю эту традицию оправданной. За ней стоит повы- шенная ответственность за работу всех систем корабля, которые в той или иной степени дорабатываются. Мы считаем, что полную уверен- ность в работоспособности той или иной системы могут дать только испытания в самом космосе. Думаю, что если бы на нашу долю выпало изготовление шлюзовой ка- меры для перехода экипажей из корабля в корабль, мы бы и ее испытали в условиях космического полета. Вот почему число экипажей, ко- торым предстояло работать по про- екту ЭПАС, у нас было вдвое боль- ше, чем у американцев. Первый экипаж — А. А. Леонова и В. Н. Кубасова—мы готовили целе- направленно и не отвлекали на проведение автономных испытаний. Эту работу провели Анатолий Фи- липченко и Николай Рукавишников. Дублерами у них были Ю. Романен- ко и А. Иванченко. Испытания корабля «Союз-16» прошли успешно. В ходе выполне- ния программы полета были прове- рены бортовые системы корабля «Союз», модернизированные в со- ответствии с требованиями совме- стного полета. Были проведены испытания си- стемы обеспечения жизнедеятель- ности, испытания автоматики и от- дельных узлов нового стыковочно- го агрегата, проверено функциони- рование механизмов и устройств, которые обеспечивают сцепку, стя- гивание и герметичность соедине- ний кораблей при выполнении сты- ковки на орбите. 207 Генеральная репетиция в космосе подтвердила правильность техни- ческих решений, высокую надеж- ность всех систем корабля «Союз» и готовность наземных служб к обеспечению совместного полета. Экипаж показал отличное знание корабля. После завершения поле- та и очень короткого отпуска оба космонавта продолжили подго- товку к совместному полету в каче- стве основных дублеров корабля «Союз-19». Мы старались предусмотреть все. чтобы историческая задача, по- ставленная правительствами на- ших стран, была выполнена успеш- но. Конечно, мы думали и о буду- щем. Мы считаем, что в дальней- шем сотрудничество различных стран в области освоения космиче- ского пространства в интересах на- родов всей земли будет непрерыв- но расширяться «СТЫКОВКА» НА ЗЕМЛЕ Все работавшие над осуществлени- ем ЭПАС четко понимали, что ус- пешной стыковке в космосе должна предшествовать надежная «сты- ковка» на Земле ученых, специали- стов, космонавтов. Здесь у нас не было двух мнений. Но когда были определены объем подготовки, не- обходимые сродства тренировки в Москве и Хьюстоне, этапы и после- довательность подготовки экипа- жей. виды полетной документации, ее форма и содержание, перед на- ми во весь рост встал языковой барьер. И мы, и американцы реши- ли, что каждая страна будет сама готовить свои экипажи к преодоле- нию языкового барьера Задача ставилась такая: каждый экипаж говорит на своем языке, но должен понимать, что говорят коллеги. Од- нако позднее мы отказались от такой «схемы». Было условлено, что переговоры наши космонавты будут вести на английском языке, а
208 Космонавты А. Филиппенко и Н. Рукавишников, астронавты Т. Стаффорд, Д. Слейтон обсуждают проблемы ведения радиосвязи. астронавты говорить на русском. Космонавты взялись за изучение английского языка. Первый этап совместных работ в Хьюстоне и Москве был посвящен изучению космической техники. На- ши экипажи с помощью своих зару- бежных коллег изучали конструк- цию «Аполлона», а астронавты ознакомились с конструкцией «Со- юза». Стороны обменялись необхо- димой документацией, видеозапи- сями и схемами, облегчающими са- мостоятельное изучение особенно- стей конструкции и эксплуатации бортовых систем «Союза» и «Апол- лона». Леюдии... Трудно переоценить их роль. Однако, если у себя в Центре подготовки мы можем любую лек- цию позторить многократно, то ус- лышанное в хьюстонском Центре имело «одноразовое звучание». Ре- шено было, что и мы, и американцы запишем курс лекций на магнитную ленту и будем использовать их как видеозаписи. Это позволит более продуктивно использовать время самоподготовки. Сейчас можно ска- зать, что такой подход вполне оп- равдал себя. Все это позволило в июне и сен- тябре 1974 года, на втором этапе совместной подготовки экипажей, провести тренировки в Москве и Хьюстоне. К этому времени оба Центра—Центр подготовки имени Гагарина и Центр имени Джонсо- на— создали достаточно хорошую техническую базу для проведения совместных тренировок, а на встре- че советских и американских специ- алистов в апреле 1974 года усили- ями обеих сторон были отработаны и согласованы все особенности вы- полнения наиболее ответственных операций по переходам, утвержден словарь радиообмена, опробована космическая пища и выбраны раци- оны питания. Во время тренировок на тренаже- рах и макетах кораблей «Союз» и «Аполлон», а также на стыковоч- ном модуле были «проиграны» все этапы штатных операций при вы- полнении стыковки, переходов и совместных научных эксперимен- тов в ходе полета. Выполнить все это оказалось не так уж просто. Ведь порознь ни в Москве, ни в Хьюстоне не было единого комплекса тренажеров, ко- торый позволил бы полностью про- играть всю совместную деятель- ность экипажей. В Хьюстоне отрабатывались все элементы совместных работ при переходах из стыковочного модуля в корабль «Аполлон» и обратно, а также операции внутри макета сты- ковочного модуля (переходного от- сека). В Москве отрабатывались совместные действия экипажей при переходе из стыковочного модуля в корабль «Союз» и обратно.
209 Были свои особенности и в меди- ко-биологической подготовке эки- пажей к совместному полету Рабо- та медицинского персонала состо- яла на первом этапе главным обра- зом в стандартизации методик и программ обследования космонав- тов и астронавтов. Договорились, что все обследования будут прово- диться в одни и то же сутки, одними и теми же методами и на аналогич- ной аппаратуре. Был согласован и вопрос о возможных нагрузках кос- монавтов. Я уже говорил о взаимозаменя- емости. Так вот, во время совме- стных тренировок, скажем, в совет- ском Центре подготовки космонав- тов, дело велось таким образом, что с каждым американским аст- ронавтом работали поочередно советские космонавты. Например, в тренажер садились А Леонов и Т. Стаффорд или В. Кубасов и Д. Слейтон. Каждый имел с собой бортовую документацию на двух языках. Получив задание, космо- навты и астронавты расходились по рабочим местам, например, А. Ле- онов и Т. Стаффорд—в спуска- емый аппарат, а Д. Слейтон и В. Кубасов — в орбитальный отсек. Зачастую на пульте инструкторов у средств радиосвязи с экипажем занимали место два или три американских астронавта. Они «подыгрывали» тренировавшемуся в «Союзе» экипажу, то есть имити- ровали работу экипажа корабля «Аполлон». Во время тренировок все, что необходимо, А. Леонов и В. Кубасов объясняли Т. Стаффорду и Д. Слей- тону по-английски. Американцы же Уточняются бортовые инструкции. Слева направо: В. Бранд, А. Леонов, Д. Слейтом (внутри модуля), В. Кубасов, специалист по бортовой документации В. Свирин и Ю. Сернан.
210 Они осуществили в космосе первый международный эксперимент. Дональд Слейтон, Томас Стаффорд Вэнс Бранд, Алексеи Леонов, Валерий Кубасов. спрашивали и отвечали по-русски. Связь с инструкторами наши космо- навты опять-таки вели на англий- ском, американские астронав- ты— на русском языке. Однажды инструктор, помогая астронавту, объяснялся на пра- вильном английском языке и вдруг услышал: «Я вас не понимаю. Гово- рите по-русски!» Каждая тренировка на комп- лексном тренажере, как и на других стендах, продолжалась око- ло четырех часов Через два часа делался перерыв, группы менялись рабочими местами. Космонавты и американские астронавты в результате частого и продуктивного общения стали зна- чительно лучше понимать друг дру- га. Это радовало всех нас. Во время совместных трениро- вок на комплексном тренажере в Звездном городке отрабатывались действия и на случай различных отказов оборудования в совме- стном полете. Надо сказать, что программа специальных трениро- вок предусматривала и такую си- туацию, когда на корабле последо- вательно возникали то пожар, то разгерметизация, то отказывала какая-нибудь из систем. Это созда- вало. так сказать, особую атмосфе- ру в работе. И Леонов, работая со Стаффордом у пульта инструктора, пока их коллеги в корабле боролись с авариями и отказами, пошутил: «После таких тренировок, Том. ты, наверное, подумаешь: что у вас за корабль такой—то пожар, то раз- герметизация, то отказы системы стыковки и расстыковки! Куда вы меня приглашаете? » А когда при- шло время переходить с пульта инструктора в корабль, он ска- зал: — Tom! Let's go in to the fire! (Что ж, Том, полезем в огонь!) Стаффорд, поняв шутку, ответил: I'd like to! (С удовольствием!) Был и другой случай, вызвавший немало веселья. Это произошло на макете корабля -Союз», где стоял стыковочный модуль «Аполлона»'. К нему как и к орбитальному отсеку «Союза•>, были подведены трубы от кондиционера для обеспечения ги- гиенических условий во время тре- нировки. Трубы эти, хотя и были изготовлены из титана, напоминали обычные самоварные трубы. И вот А. Леонов на вопрос американских коллег, что это за трубы подведены к орбитальному отсеку, очень серь- езно ответил: «Знаете, русские лю- бят лить чай из самовара. Так это трубы для того, чтобы пар выхо- дил»». «А зачем вы к нам в стыко- вочный модуль их провели?»» — не унимались астронавты. Леонов как ни в чем не бывало: «А мы думаем вас угостить чаем!» Время в работе летело быстро. Не успевали наши экипажи возвра- титься из Америки, как приближа- лись сроки приема гостей у нас в Советском Союзе. За два с половиной года совме- стных работ мы все лучше узнавали друг друга, научились в спорах находить взаимоприемлемые и по- лезные решения, объединять уси- лия в интересах этой важной не только в техническом отношении, но и политическом отношении программы. Во второй половине апреля 1975 года в Звездном городке состо- ялась итоговая совместная трени- ровка экипажей «Союза» и «Апол- лона». Она завершила совместный этап тренировок космонавтов и астронавтов. В ходе совместной подготовки экипажи в Москве и Хьюстоне име- ли возможность лучше узнать друг друга, побывать в гостях, познако- миться семьями, провести вместе несколько выходных дней, выезжая на охоту, рыбную ловлю. Приезжая в Советский Союз, астронавты по- бывали в Калуге, Ленинграде, Таш- кенте, Самарканде, Бухаре, ознако- мились с историческими и культур- ными памятниками, встречались со множеством советских людей. Все эти встречи носили дружественный характер, и наши коллеги из США имели возможность убедиться в ми-
212 На гостеприимной казахской земле. ролюбии, доброжелательности со- ветского народа. Да и наши встречи с простыми людьми Америки тоже носили дру- жественный характер. Даже там, где никогда раньше не видели со- ветских людей и поначалу нас встречали настороженно, в конце поездки относились к нам с искрен- ней симпатией, а в местных газетах появлялись строки такого примерно содержания: «Хватит пичкать нас лживой информацией о Советской стране. Нам нужно лучше знать друг друга, нам нужно сотрудни- чать». В минуты отдыха. США. После окончания тренировок американские астронавты вместе со своими советскими коллегами побывали на космодроме Байконур, осмотрели площадки и сооружения космопорта Советской страны, мон- тажно-испытательный корпус, гото- вящиеся к старту корабли «Союз», познакомились с пусковой системой ракетно-космического комплекса «Союз». Командир корабля «Аполлон» бригадный генерал Томас Стаф- форд сделал такое заявление: — Советские специалисты про- вели огромную работу и достигли больших успехов в создании косми- ческой техники, и в частности ко- рабля «Союз». И мы все хотели бы полетать на нем... На советских тренажерах и стендах приятно ра- ботать. Мы быстро освоились с этой техникой, удобной и надежной... Оба экипажа готовы к полету. У нас хорошие отношения, и мы научи- лись понимать друг друга. Космиче- ские корабли в хорошей форме Для меня очень важно, что этот полет заложит фундамент для новых уси- лий наших стран как в космосе, так и на Земле. Я думаю, что так же, как космические корабли, мы смо- жем состыковать наши страны и наши сердца... Командир нашего корабля Алек- сей Леонов тоже подтвердил готов- ность экипажа к выполнению за- данной программы: — Мы получили полное пред- ставление, что делают американ- ские космонавты на своем корабле и что мы будем делать у них. Мы научились самостоятельно управ- лять их стыковочным отсеком, ос- воили действия на случай непред- виденных обстоятельств, таких, как разгерметизация корабля «Апол- лон» и стыковочного модуля, раз- герметизация второго туннеля, воз- никновение пожара... Практически у нас не вызывают затруднений контакты на участках выхода на связь, сближения, стыковки, совме- стных операций, расстыковки. Мы хорошо понимаем друг друга и мо-
213 жем сейчас работать уже и без документов А потом был старт и весь мир стал свидетелем первого в истории международного полета, когда со- ветский “Союз» и американский «Аполлон», соединившись на орби- те. образовали космический ком- плекс— прообраз будущих между- народных орбитальных станций А. Леонов и В Кубасов вместе с Т. Стаффордом, Д. Слейтоном и В. Брандам двое суток работали в космосе рука об руку. Значение совместного полета «Союза» и «Аполлона» выходит за пределы решения только техниче- ских и научных задач, пусть и слож- нейших. Каждому ясно, что осуще- ствление подобного космического эксперимента, его блестящий успех оказались возможными в резуль- тате улучшения взаимоотношений между СССР и США. Об этом говорилось на приеме космонавтов и астронавтов в Крем- ле, где Генеральный секретарь ЦК КПСС товарищ Л. И Брежнев тепло приветствовал героев первого меж- дународного космического полета и дал высокую оценку этому совет- ско-американскому эксперименту. Это отмечалось и на приеме у пре- зидента США Дж. Форда в Белом доме, где побывали члены экипажа космического комплекса «Союз— Аполлон» после полета. А. Леонов, В. Кубасов и Т. Стаф- форд. Д. Слейтон и В Бранд побы- вали в семи городах СССР и в десяти городах США. Космонавты, астронавты, все, кто их сопровож- дал в поездках, могли убедиться, как сильнб в наших странах жела- ние сотрудничать, жить в мире и согласии. Астронавты и космонавты в ок- тябре 1975 года вместе побывали в На приеме у президента США Джеральда Р. Форда.
214 Астронавты на воскреснике в Звездном городке. Звездном, отчитались перед теми, кто готовил полет, вел совместные тренировки, работал за пультами Центра управления А ведь в дни совместного полета на Земле шла особенно напряженная работа. Сво- им чередом выполнялась наша национальная программа, приходи- лось вести управление полетом ор- битальной научной станции «Са- лют-4», на борту которой несли многодневную космическую вахту П. Климук и В. Севастьянов. На- земный командно-измерительный комплекс уверенно справился с обеспечением двух таких слож- ных и ответственных эксперимен- тов в космосе. Члены экипажей кораблей «Союз-19» и «Аполлон» тепло поблагодарили всех за само- отверженную и безукоризненную работу на Земле. Участники совместного полета посетили и предприятие фирмы «Рокуэлл Интернешнл» в США, где был изготовлен стыковочный мо- дуль. соединивший в космосе два корабля И эта встреча была ра- душной и теплой. Завершая поездку по США, астронавты и космонавты вручи- ли генеральному секретарю ООН К Вальдхайму флаг Организации Объединенных Наций, который на- ходился на борту первой междуна- родной космической станции. При- нимая флаг, К. Вальдхайм отме- тил. что исторический полет «Со- юз—Аполлон» открыл новую эпоху в космическом исследовании. Он также подчеркнул, что полет был совершен во имя человечества, во имя блага всех людей на нашей планете Да. дальнейшее освоение космо- са потребует объединения усилий всех стран. Полет «Союза» и «Аполлона» убедительно подтвер- дил плодотворность совместной ра- боты в космических исследованиях, заложил хороший фундамент для последующего участия в этом ог- ромном деле представителей раз ных стран.
А. С. Елисеев, доктор техн, наук, руководитель полета В. Г. Кравец канд техн, наук, сменный руководитель полета УПРАВЛЕНИЕ ПОЛЕТОМ ЗЕМНЫЕ ТРАССЫ ПОЛЕТА Как ни привычны теперь космиче- ские полеты, каждый из них все же событие уникальное. И прежде все- го с точки зрения организационно- технической. Ведь в управлении полетом на разных уровнях прини- мают участие тысячи людей, объ- единенных единой целью и связан- ных сложнейшей системой тесного взаимодействия. Полет—это как бы гигантская ступенчатая пирами- да, в вершине которой находится космический корабль и его экипаж в два-три человека. Ступенькой ни- же— Центр управления полетом. В его составе уже сотни специали- стов. Следующая ступенька—сеть наземных станций слежения, распо- ложенных по всей территории на- шей страны и на кораблях, несущих вахту в океане. Это—тысячи лю- дей. И наконец, фундамент всей пирамиды — коллективы конструк- торских бюро и научно-исследо- вательских организаций, пред- приятий, создающих корабль и его системы, десятки тысяч инжене- ров, техников и рабочих. Организационная сторона управ- ления полетом—это обеспечение оптимального, наилучшего взаимо- действия специалистов на всех сту- пенях этой пирамиды в целях пре- дельно точного выполнения задан- ной программы теми, кто на ее вершине—экипажем космического корабля. Техническая сторона управления полетом космического кораб- ля—это руководство действиями экипажа в полете, передача на борт нужных для экипажа сведений, дис- тащионное управление с Земли бортовыми системами, координация работы наземных средств слеже- ния за космическим кораблем и систем обработки поступающей с него информации. Здесь приходится решать самые разнообразные зада- чи: производить измерение пара- метров движения корабля, рассчи- тывать маневры, которые корабль должен совершить для перехода на новую орбиту или для сближения с другим кораблем, определять наи- лучшие условия проведения экспе- риментов, анализировать телемет- рическую информацию о состоянии бортовых систем и информацию о работе наземных средств, прини- мать решения о порядке дальней- ших работ.
216 «Союэ-19» над планетой. Если речь идет о групповом кос- мическом полете, то службе управ- ления приходится еще и согласовы- вать действия экипажей двух ко- раблей. обеспечивать совместную работу их бортовых автоматических устройств и т.д. В связи с тем что скорость полета космических кораблей очень вели- ка, все задачи надо уметь решать быстро. Попробуем показать объем ин- формации, стекающейся в Центр управления, для оценки состояния бортовых систем корабля и назем- ных средств. Начнем с того, что на борту ко- рабля десятки систем, сотни прибо-
217 ров и около тысячи телеметриче- ских датчиков, контролирующих их работу и информирующих Землю о «здоровье» корабля. Эта информа- ция составляет поток телеметриче- ских данных. Космонавты в свою очередь наблюдают более 200 при- боров и транспарантов на пуль- тах корабля и сообщают на Землю об их показаниях. Внутренний вид корабля и окружающее его прост- ранство осматриваются телекаме- рами. Эти изображения тоже идут на Землю. Баллистические центры принима- ют информацию с бортовых приемо- ответчиков, вычислительные маши- ны превращают эти сигналы в пара- метры орбиты корабля, которые тоже поступают в Центр. Немало своих забот на станциях слежения и на кораблях в океанах Там работают большие комплексы технических средств, состояние ко- торых нужно знать в Центре. В постоянной готовности находится поисково-спасательный комплекс с десятками самолетов, вертолетов и судов в районах возможного при- земления или приводнения кораб- ля. И об этом Центр тоже должен иметь исчерпывающую информа- цию. И вот вся эта телеметрическая, радиотелефонная, телевизионная, баллистическая информация, све- дения о состоянии станций слеже- ния и поисково-спасательного ком- плекса лавиной обрушиваются на узел связи Центра управления по- летом Для «переваривания» такого огромного потока сообщений Центр оборудован самой современной вы- числительной техникой и средства- ми сортировки, адресации и отобра- жения в удобном виде всей получа- емой информации. После подготов- ки информация поступает к специ- алистам по управлению. Управленцы, по сути дела, подво- дят итог многолетних усилий боль- ших коллективов. Поэтому на них лежит огромная ответственность. Они, как и космонавты, не имеют права ошибаться. Любую недодел- ку на Земле можно исправить, заме- нить оказавшийся под подозрением блок или прибор. А корабль на орбите на остановишь, не пошлешь к нему ремонтную бригаду. Службе управления полетом, в ее сегодняшнем понимании, едва ли исполнилось десять лет. Это дело совсем еще новое даже в такой молодой отрасли техники, как космонавтика. И как всякое но- вое дело в технике, поднимает его в основном молодежь. Сред- ний возраст специалистов, зани- мающихся сегодня управлением по- летами. 30—35 лет. Сорокалет- ние здесь — уже ветераны. Можно утверждать, что за пос- ледние годы родилась новая про- фессия—специалист по управле- нию полетами космических кораб- лей. Границы этой новой специаль- ности пока еще недостаточно четко очерчены. Но для нее обязательны твердые знания физических основ движения космического корабля, автоматики и телемеханики, всего многообразия бортовых систем, возможностей наземных средств слежения за полетом и конечно же большая преданность своему делу, отнимающему много сил и времени. ОДИН ЦЕНТР —ХОРОШО, А ДВА?.. Организовать и обеспечить эффек- тивное управление полетом одно- го космического корабля—дело сложное. Еще более усложнились вопросы управления, когда была поставлена задача управлять поле- том двух кораблей, созданных в разных странах, да еще и из двух разных Центров, удаленных друг от друга на 12 тысяч километров. Рас- смотрим особенности такого полета по уже известным нам ступеням «пирамиды». Экипажи кораблей «Союз» и «Аполлон» говорят на разных язы- ках. Как быть? Для полета при-
218 шлось выработать своеобразный «космический эсперанто», создать на обоих языках специальный сло- варь наиболее часто употребля- емых терминов и оборотов. Догово- рились, что наш экипаж изъясняет- ся в межбортовых переговорах на английском языке, а американ- цы — по-русски. Но не только экипажи должны понимать друг друга—их перегово- ры между собой должны понимать и на Земле. В Центрах управления появились переводчики. Работы им хватало Ведь управленцы обоих Центров тоже говорят на разных языках, а им надо общаться. При многих общих принципах под- хода к задачам управления у каж- дого Центра выработались свои традиции. Нужно было так органи- зовать их взаимодействие, чтобы решения принимались всегда согла- сованные, чтобы эти две «головы управления» оправдали поговорку «ум хорошо, а два лучше». Все это оказалось совсем не про- стой задачей. Для того чтобы, на- пример, осуществить стыковку, пе- реходы экипажей из корабля в ко- рабль или, к примеру, выполнить эксперимент «Искусственное сол- нечное затмение», нужно действия космонавтов и астронавтов увязать между собой с точностью до одной минуты, а точность выдачи команд и включение двигателя при манев- рах—уже секундная Такую согла- сованность можно было обеспе- чить, только разработав заранее детальный план деятельности эки- пажей и наземных служб Но и этого недостаточно. Ведь полетная обстановка может изме- ниться Значит и план придется корректировать. Совершенно оче- видно, что, хотя создатели кораб- лей принимали все меры к обеспе- чению безотказной работы борто- вых систем, полной, стопроцентной надежности добиться невозможно. В полете всегда остается какая-то, пусть даже самая малая, вероят- ность отказа. Если такое слу- чается, то задача экипажа и уп- равляющих полетом состоит в том, чтобы вовремя обнаружить, заме- нить неисправный элемент. Если же это неосуществимо, необходи- мо изменить весь дальнейший план полета. В совместном полете при возник- новении каких-то нерасчетных си- туаций решения должны разраба- тываться и приниматься обоими Центрами управления Если бы, например, стыковочный агрегат «Аполлона» не смог выполнить ак- тивные функции с первой попытки (обеспечить сцепку со стыковоч- ным агрегатом «Союза» и закрыть стык), эти функции были бы переда- ны кораблю «Союз». В этом случае Центры управления разработали бы новую последовательность опе- раций, в соответствии с которой стыковочный агрегат «Аполлона» был бы переведен в пассивное со- стояние, а у «Союза» — в активное, и стыковку попытались бы сделать снова Указания экипажам о прове- дении этих операций Центры долж- ны были бы передать уже через несколько минут после появления отказа К управлению полетом привлека- лись станции слежения (наземные и плавучие) с обеих сторон. В процес- се разработки программы полета стало очевидно, что потребуется большой объем переговоров экипа- жей с Землей. При возникновении нерасчетных ситуаций этот объем мог резко возрасти, и тогда соб- ственных станций слежения могло бы не хватить. Поэтому было реше- но обеспечить техническую воз- можность ведения радиоперегово- ров каждого Центра со своим эки- пажем через станции слежения пар- тнера С этой целью были созданы системы дистанционного управле- ния приемопередатчиками чужих станций из своего Центра управле- ния, а в случае отказа этих систем предусматривалось ведение пере- говоров со своим кораблем из чужо- го Центра управления. Вот почему в Центрах присутствовали специали- сты по связи из другой страны.
219 К управлению были привлечены все основные советские и амери- канские станции слежения. Каждая из станций слежения— наземная или плавучая—это сло- жное хозяйство: антенны, элек- тронная аппаратура и вычислитель- ные машины Они принимают, обра- батывают и передают □ Центр уп- равления все виды информации с борта космического корабля, а так- же могут выдать на борт радиоко- манды управления. Кроме этого станции слежения имеют приемопе- редающую аппаратуру для связи с космическим кораблем через спут- ники связи. Опыта в управлении групповым полетом из двух Центров управле- ния с привлечением такого большо- го количества наземных средств ни у нас. ни в США не было, поэтому полету предшествовала большая подготовительная работа. Мы мно- гократно встречались в Москве и Хьюстоне и разрабатывали совме- стную бортовую и полетную доку- ментацию на протяжении всех трех лет подготовки ЭПАС Схема связи при управлении полетом -Союз— Аполлон-. СТОРОНЫ ПРИШЛИ К СОГЛАШЕНИЮ Прежде всего советские и амери- канские специалисты познакоми- лись с тем, как организовано управ- ление в каждой из стран при осуще- ствлении автономных полетов. Вы- яснили некоторые отличия, и для того чтобы по возможности не ме-
220 нять существующие в каждой стра- не традиции управления, договори- лись эту организацию максимально сохранить во время полета по прог- рамме ЭПАС. Было согласовано, что те решения по управлению, которые не затрагивают интересов второй стороны, будут приниматься автономно, в соответствии с уста- новленным в каждой стране поряд- ком. Выведение обоих кораблей на орбиту, перевод их в район встречи, подготовку кораблей к спуску и спуск решили осуществлять так, как это делается при автономных полетах, но при этом держать друг друга в курсе всех событий. Совместно управлять договори- лись на том участке полета, где экипажи будут взаимодействовать. Этот участок охватывает операции, начиная с заключительного этапа сближения и кончая второй рассты- ковкой и экспериментом «Ультра- фиолетовое поглощение». Период совместной деятельности было ре- шено начать на сорок восьмом часу полетного времени и закончить че- рез 55 часов. На весь этот период был разработан поминутный вре- менной график полета с указанием того, что в каждый момент времени должны делать космонавты и астронавты, какими сообщениями они между собой обмениваются, что делают Центры управления, когда и какую информацию переда- ют друг другу. В соответствии с этим графиком были составлены документы, кото- рые подробно описывали все опера- ции, выполняемые на каждом из кораблей. Они стали основным ру- ководящим материалом для экипа- жей и персонала управления. От- ступать от них можно было только по согласованию между экипажами и наземными службами, если того требовали изменившиеся условия полета. Документы эти разрабатывались очень тщательно и многократно уточнялись. Так, например, на борт кораблей был взят седьмой уточ- ненный вариант бортовых инструк- ций, а Центры руководствовались во время полета четвертым ва- риантом «Плана взаимодейст- вия». Стороны договорились также и о процедуре согласования изменений намеченного плана полета. Был найден такой способ взаимодей- ствия, при котором правильные ре- шения принимаются в минимально возможное время. Заранее был со- гласован терминологический сло- варь. Например, все станции слежения в письменных сообщениях обозна- чались тремя буквами из их наиме- нований: ЕВТ (Евпатория), ТБЛ (Тбилиси) и т. д. Руководитель по- лета и сменный руководитель под- писывались на телеграммах корот- ким сочетанием: РП, СРП. Бланки телеграмм для обмена информаций о состоянии кораблей и наземных систем были предельно упрощены, формализованы и представляли со- бой, по сути дела, краткую анкету с вопросами о состоянии корабля и наземных систем и с обязательным резюме — влияют или не влияют на план полета выявленные замеча- ния. Договорились о том, какие совме- стные документы должны быть в Центрах управления во время поле- та и как на них ссылаться при телефонных разговорах, как по те- лефону описывать пространствен- ное положение корабля и как офор- мить для передачи по фототелегра- фу предложения об изменениях в полетных документах Для того, чтобы упростить взаи- модействие во время полета, когда ощущается острый дефицит време- ни. решили заранее рассмотреть большое количество наиболее ве- роятных отказов в оборудовании кораблей и варианты возможных изменений хода полета. Например, что делать в случае, если, скажем, на одном из кораблей окажется неисправным стыковочный агрегат или не будут гореть огни, которые служат для ориентации при сближе- нии? Или что делать при потере
221 герметичности в одном из отсеков? Как быть при отказе радиооборудо- вания? При появлении признаков пожара? Всего было рассмотрено более ста наиболее сложных случаев, ко- торые могли оказать существенное влияние на проведение полета и которые требуют значительного времени для принятия решения, ес- ли их не оговорить заранее. Для того чтобы определить поря- док действий в непредусмотренных обстоятельствах, стороны разрабо- тали специальный документ под на- званием «Положение по взаимо- действию Центров управления». В нем было указано, в каких случаях каждый экипаж может принимать решение самостоятельно, а когда он обязан согласовывать его со вторым экипажем; в каких ситуаци- ях в принятии решения участвует один Центр, а в каких—оба. Для того чтобы в ходе полета обе стороны были в любой момент гото- вы к действиям в нерасчетных ситу- ациях. каждая из них должна была иметь исчерпывающую информа- цию о состоянии и ходе работ на борту корабля другой страны. Для этого между Центрами управления действовали два телевизионных и 13 прямых телефонных каналов связи. Был предусмотрен также об- мен телетайпными и фототелег- рафными сообщениями. В каждом Центре управления особые представители руководи- теля полета отвечали за взаимо- действие с заокеанскими коллега- ми. В нашем Центре эти функции выполняли специалисты, которые в процессе подготовки к полету сами разрабатывали и согласовывали с американской стороной методики действия в нештатных ситуациях и инструкции экипажам — Юрий Сте- панович Денисов и Виктор Петро- вич Варшавский. Во время полета они занимались обменом информа- цией и согласованием всех коррек- тировок и уточнений, которые при- ходилось вносить в разработанную программу. В течение всего пери- ода активной деятельности экипа- жа они находились на связи с аме- риканскими партнерами. КОНСУЛЬТАТИВНЫЕ ГРУППЫ Чтобы глубже понимать проблемы, возникающие на корабле другой стороны, и возможности наземных служб по решению этих проблем. Центры управления на период по- лета обменялись консультативны- ми группами. В них вошли квалифи- цированные специалисты по управ- лению полетом и по бортовым си- стемам. Специалисты этих групп еще до полета трижды побывали в Центре управления другой страны, ознакомились со спецификой рабо- ты. И те и другие принимали уча- стие в совместных тренировках Центров управления. Обоюдный об- мен опытом и личные контакты в большой степени способствовали взаимопониманию в полете. Советскую консультативную группу возглавлял Олег Игоревич Бабков, опытный специалист с большим стажем работы в области систем автоматического управле- ния. Работой американской кон- сультативной группы руководил опытный управленец Чарльз Льюис. Он возглавлял одну из смен в Центре управления в Хьюстоне во время полета американской орби- тальной станции «Скайлэб» в 1973—1974 годах. Советская и американская кон- сультативные группы имели прямую связь со своими Центрами управле- ния и получали оттуда всю необхо- димую информацию. Для работы консультативных групп в каждом Центре управления были оборудо- ваны специальные помещения, в которых можно было прослушать переговоры между Центрами управ- ления и экипажами, переговоры экипажей между собой, перегово- ры между руководителями поле- та.
222 Советская консультативная группа в амери- канском Центре управления на тренировке. В главном зале советского Центра управления полетом. В этих помещениях были установ- лены пульты с телевизионными экранами, на которые выводи- лись все телевизионные передачи с борта обоих кораблей, передачи из обоих Центров управления и телеметрическая информация о состоянии корабля принимающей стороны. Консультативные группы имели телефонную связь со специали- стами принимающего Центра и могли всегда встретиться с ними для обсуждения возникающих во- просов Группы имели комплекты документации, используемой их Центрами для управления поле- том В ЦЕНТРАХ УПРАВЛЕНИЯ Управление полетом корабля «Со- юз» осуществлялось из Центра управления, расположенного в под- московном городе Калининграде Этот Центр и раньше участвовал в управлении пилотируемыми и беспилотными космическими ап- паратами. Он расположен в нес- кольких зданиях и функционально, как и любой Центр управления, может быть разделен на две ча- сти. В одной из них размещены основ- ные технические средства Центра и обслуживающий их персонал. Здесь
223 находятся узлы связи, через кото- рые в Центр поступают все виды информации, вычислительные ком- плексы. которые ведут обработку всех полученных телеметрических данных, выполняют баллистиче- ские расчеты. Здесь же установле- ны аппаратура дистанционной вы- дачи радиокоманд на борт космиче- ского корабля через станции сле- жения, аппаратура документирова- ния всей поступающей и исходящей управляющей информации, сред- ства управления системой энергос- набжения Центра и т. д. Вторая часть предназначена для размещения персонала, который непосредственно управляет поле- том. Центральное место здесь за- нимает главный зал управления, где принимаются решения по управлению полетом и откуда ве- дутся радиоперегоеоры с экипа- жем Главный зал оснащен такими техническими средствами, которые необходимы для быстрого получе- ния информации, анализа ее и опе- ративной реализации принятых ре- шений. Здесь на больших экранах и буквенно-цифровых табло можно в любой момент увидеть, над ка- кой точкой земного шара находят- ся корабли и когда они будут в зонах видимости станций сле- жения, что передают бортовые телевизионные камеры, какие сей- час параметры орбиты, какая ра- бота планируется на ближайший виток. На всех рабочих местах специали- стов имеются индивидуальные те- левизионные экраны, на которые подается телеметрическая инфор- мация. Там можно узнать, какая аппаратура включена на борту, как она работает, какой состав атмос- феры внутри жилых отсеков, сколь- ко осталось топлива в двигатель- ных установках корабля, какой за- пас электроэнергии и т. п. С индиви- дуального пульта управления мож- но дать задание вычислительному комплексу провести анализ работы какой-нибудь из бортовых систем и через несколько секунд получить ответ С этих же пультов можно связаться по телефону с другими специалистами Центра управления, обсудить возникшую проблему и передать заключение руководите- лю полета. Руководил подготовкой техниче- ских средств Центра и математиче- ского обеспечения задач, реша- емых вычислительным комплексом, заместитель директора Центра Альберт Васильевич Милицин. В главном зале находятся ру- ководитель и сменный руководи- тель полета, их заместители по отдельным службам, ответствен- ные специалисты по командно- измерительному комплексу и Центру управления, специалисты, отвечающие за планирование прог- раммы и баллистическое обеспече- ние полета. Кроме них, в зале ра- ботают главные специалисты по основным бортовым системам, опе- ратор. ведущий радиопереговоры с экипажем, специалисты по действи- ям экипажа, врач, ответственный за контроль состояния здоровья экипажа. Здесь же—несколько специалистов Центра, отвечающих Консультативная группа американских специалистов на тренировка а советском Центре управления полетом.
224 за работу его основных технических служб: связи, вычислительных ком- плексов и средств отображения. Всего в главном зале в смену рабо- тает 25—30 человек. Весь осталь- ной персонал управления, а это еще около 100 человек в смену, нахо- дится во вспомогательных помеще- ниях. расположенных вблизи глав- ного зала. Интересно отметить, что в нашем и американском Центрах приняты не совсем одинаковые принципы отбора специалистов для зала уп- равления и остальных служб. По американской структуре в зале работают только профессиона- лы-специалисты по управлению. Они заранее изучают устройство корабля, разрабатывают докумен- тацию по управлению, готовят спра- вочные материалы, очень много тренируются на своих рабочих ме- стах и затем осуществляют управ- ление полетом Разработчики си- стем во время полета находятся в соседних с залом управления поме- щениях и выполняют функции кон- сультантов. У нас схема смешанная В зале во время управления полетом на- ходятся как профессионалы- управленцы, так и разработчики систем. Преимущество такой схемы заключается в том, что человек, который лучше всех знает устрой- ство системы, принимает непосред- ственное участие в управлении по- летом. Таким образом, исключает- ся промежуточное звено, в котором всегда может быть заложен эле- мент ненадежности Но есть определенные преиму щества и в американской схеме разработчики меньше отвлекают- ся от своего основного вида дея- тельности— создания новых сис- тем. Персонал нашего Центра, работа- ющий во вспомогательных помеще- ниях, в соответствии с функци- ональными обязанностями был раз- делен на группы. Каждая группа имеет свои специально оборудован- ные комнаты. Анализ телеметрической инфор- мации о состоянии бортовых систем и разработка рекомендаций о по- рядке дальнейшего использования бортовой аппаратуры производятся в группе анализа, которую возглав- лял Александр Петрович Федосеев Детальную разработку программы полота на текущие сутки с учетом конкретно сложившейся ситуации осуществляла группа планирова- ния, которой руководил Виктор Петрович Карзанов. За проведение баллистических расчетов и обеспечение всех служб баллистической информации нес- ла ответственность группа балли- стики. В состав службы управления вхо- дили также группа по научным эк- спериментам. группа сбора теле- метрической информации, группа медконтроля, группа метеообеспе- чения, группа переводчиков и ряд других. Центр управления при полете корабля работает круглосуточно. Контроль за состоянием корабля и экипажа осуществляется и тогда, когда экипаж спит. Центры готовы в любой момент прийти на помощь экипажу. ПОДГОТОВКА ПЕРСОНАЛА Готовить персонал по управлению полетом кораблей -Союз- и «Апол- лон» мы начали в нашем Центре более чем за год до старта. В апреле и августе 1974 года бы- ли проведены летные испытания беспилотных кораблей — «Космос- 638» и «Космос-672». Затем в де- кабре 1974 года был успешно вы- полнен полет корабля «Союз-16» с космонавтами Анатолием Василь- евичем Филипченко и Николаем Ни- колаевичем Рукавишниковым на борту. В этом полете с максимально возможной степенью приближе- ния отрабатывались все элементы
225 предстоящего совместного экспери- мента по программе ЭПАС. Подготовка к совместному поле- ту включала в себя и ознакомление с устройством второго корабля, участвующего в полете. Мы изуча- ли системы «Аполлона», американ- цы знакомились с «Союзом». Это изучение не было настолько глубо- ким, чтобы уметь управлять кораб- лем другой стороны, но вполне до- статочным, чтобы понять, как будут выполняться совместные операции и какие возможности есть у другого корабля по выходу из нерасчетных ситуаций. Специалисты по управлению по- летом в сентябре и октябре 1974 года побывали друг у друга в Центрах, прослушали лекции по устройству систем кораблей, озна- комились с макетами и тренажера- ми, получили необходимую описа- тельную документацию. В конце де- кабря 1974 года была проведена первая проверка всех видов связи между Центрами управления. С января 1975 года в обоих Центрах начались тренировки по управлению полетом. Поначалу они были автономными, когда каждая сторона готовилась к управлению своим кораблем Но для ЭПАС это- го было недостаточно. Поэтому в марте, мае и в конце июня 1975 года проводились совместные трениров- ки двух центров с участием первых экипажей, во время которых доста- точно полно имитировался реаль- ный полет. Чтобы предельно точно воссоз- дать на Земле обстановку, которая В американском Центре управления: Ю Сернам — помощник техниче- ского директора проекта, Г. Ланни — технический директор проекта, И. Н. Милюков — советский переводчик, А. С. Елисеев — руководитель полета с советской стороны, В. Г. Кравец — один из сменных руководителей полета в советском Центре управления, П. Франк — руководитель полета с амери- канской стороны.
226 попегиым* ТЛФ маиал связм для координации деистами по аоедаммю мвштдгмЫ* ситуаций при 1ренмро«на1 Служба тренировок (ЦУП-Х) Служба тренировок (ЦУП-М) Схема модел ироеания полета при тренировках Центров управления. царит в корабле и Центре управле- ния во время полета, требуется обширный комплекс средств. Такой комплекс был создан, и работу его можно представить следующим образом. Экипаж находится в кабине- имитаторе, представляющей собой аналог космического корабля (его физическую модель) с полным сов- падением внутреннего интерьера и пультов управления. С имитатором сопряжена цифровая вычислитель- ная машина, моделирующая от- дельные системы корабля и процес- сы на его борту, параметры которых затруднительно получить с физиче- ской модели (тепловые процессы, заправочные давления, простран- ственное движение). Экипаж, работая в имитаторе, выдает команды с пультов и полу- чает информацию о состоянии корабля. На имитатор из Центра уп- равления выдаются радиокоманды Имитатор и моделирующая ЦВМ выдают в Центр управления теле- метрическую информацию о со- стоянии корабля. Таким образом, в Центре управ- ления и в имитаторе имеется воз- можность «проиграть» весь полет корабля на Земле. В имитатор и математическую модель через специальный пульт можно вводить различные отказы систем, что позволяет экипажу и персоналу управления полетом проявить свои знания и технику выхода из нештатных ситуаций и тем самым подготовиться к возмож- ным неожиданностям реального полета. При «полете» кораблей на Земле отрабатывались действия экипажа и Центров управления и в таких сложных аварийных ситуациях, как пожар, разгерметизация, требу-
227 ющих срочных переходов экипажей в свои корабли, расстыковки и по- садки кораблей. Такие ситуации, конечно, чрезвычайно маловероят- ны в реальном полете, но специали- сты обеих сторон считали, что толь- ко в случае отработки мельчайших подробностей всех действий экипа- жей и Земли в этих ситуациях мож- но обеспечить полную безопасность экипажей. Во время тренировок между Цен- трами работали все каналы связи. С моделей кораблей «Союз» и «Аполлон», находящихся в лабора- ториях США и СССР, поступал пол- ный объем телеметрической ин- формации, Вычислительные ком- плексы Центров эту информацию обрабатывали и передавали на средства наглядного отображения. Экипажи работали в соответствии с программой предстоящего полета Между экипажами кораблей, а так- же между экипажами и Центрами управления была установлена голо- совая связь Комплексные тренировки персо- нала управления и экипажей поми- мо технической стороны отработки полетных операций имели и важное психологическое значение. Управ- ленцы могли познакомиться с под- ходом к работе членов экипажей (ведь у всех космонавтов свой почерк в работе), привыкали, что также важно, к голосу космо- навтов В свою очередь экипажи ближе познакомились с теми, кто будет управлять их полетом с Земли. Службы управления анализиро- вали поступающую телеметриче- скую информацию и доклады эки- пажей и принимали решения по управлению в таком же порядке, как впоследствии они это делали во время полета. Они согласовыва- ли свои решения друг с другом, руководили действиями экипажей, выдавали радиокоманды в автома- тику и следили за всем ходом ими- тируемого полета. В этой работе принимали участие специальные группы тренировок, в задачу которых входило макси- мально усложнять «полет» обоих кораблей. Для этого в процессе моделирования полета вводилось как можно больше отказов борто- вых и наземных систем Эти «отка- зы» не были заранее известны ни персоналу управления, ни экипа- жам. Интересно, что, задавая ту или иную неисправность, специали- сты по тренировкам не знали, как управленцы решат предложенную им задачу. Программа моделирова- ния строилась из расчета на наибо- лее вероятную реакцию управля- ющих полетом. Если управленцы решали предложенную им задачу не предусмотренным способом или не успевали принимать необходи- мые решения (такое на тренировке бывало!), службе тренировок при- ходилось перестраиваться в соот- ветствии с создавшейся ситуа- цией. Советской службой тренировок руководил Леонид Федорович Ме- зенов, имеющий большой опыт мо- делирования систем управления. Американскую службу тренировок возглавлял Джей Ханникат. Эти два специалиста хорошо сработа- лись и доставили много хлопот обо- им Центрам управления при имита- ции нештатных ситуаций во время моделирования полета. От тренировки к тренировке улучшалось взаимодействие наше- го и американского Центров. Пер- вая декабрьская тренировка в 1974 году показала, что необходимо уточнить схему связи по передаче межбортовых переговоров. Мы сде- лали необходимые изменения, и в дальнейшем схема связи работала без замечаний. При тренировке в марте 1975 года мы уточнили такую важную деталь взаимодействия, как поря- док обмена телеграфными сообще- ниями. В ходе тренировки выясни- лось, что принятая схема, когда все телефонные переговоры подтвер- ждаются телеграммами, громоздка. В последующих тренировках в мае. июне, а также во время полета
228 Советский Центр управления полетом. Специалисты обеих стран обсуждают итоги совместной тренировки. телеграфные подтверждения уже посылались только для наиболее важных телефонных сообщений, например разрешения на старт «Аполлона», на стыковку и рассты- ковку и т. д. Безусловно, неоценимую роль в подготовке персонала сыграла ими- тация нештатных ситуаций. Они ра- зыгрывались с такой полнотой, что иногда управленцы буквально за- бывали, что корабль еще не летает в космосе. За время подготовки были «про- играны» практически все оговорен- ные в документации возможные от- клонения в полете, причем наибо- лее сложньге нештатные ситуации отрабатывались при совместных тренировках центров. Старт «Со- юза» и «Аполлона» со всеми воз- можными отклонениями трениро- вался 12 раз, сближение, стыковка и переходы —14 раз, расстыков- ка—10 раз. спуск «Союза» — 12 раз. Таким образом, задолго до стар- та 15 июля 1975 года «Союз» и «Аполлон» много раз и «старто- вали» и выполняли при модели- ровании весь запланированный по ЭПАС объем работ Тренировки позволили выявить и устранить неудачные места в плане полета, недостатки в технических соедствах. организационные недо- работки. Именно тренировки позво- лили сделать заключение о готов- ности служб управления к полету. ОРГАНИЗАЦИЯ УПРАВЛЕНИЯ Во время полета Центры работали круглосуточно, в три смены, про- должительностью приблизительно по 13 часов каждая. Руководство полетом в целом, принятие «стратегических» реше- ний по управлению берут на себя руководители полета в советском и американском Центрах управле- ния. Они координируют действия Центров и следят за работой всех трех своих смен. Руководитель по- лета присутствует в зале на всех наиболее ответственных операциях полета. В каждой смене есть свой смен- ный руководитель полета, который несет ответственность за принятие
229 оперативных решений по управле- нию в своей смене Он постоянно находится на связи со всеми глав- ными специалистами смены, а в наиболее ответственных случаях сам выходит на связь с экипажем корабля «Союз» совершает оборот вокруг земного шара за 90 минут. По этому 90-минутному циклу и живет вся смена управления полетом. Вот как выглядит «разложенный» по мину- там этот цикл: первые 15 минут: корабль прохо- дит экватор; начинается очередной виток. До связи с нашими станциями слежения еще 10—15 минут. Это время «последнего взгляда» на го- товность всех наземных и плавучих средств к приему информации с «Союза». Идут доклады о готовно- сти средств и групп к сеансу связи; от 15-й до 40-й минуты: сеанс связи с «Союзом» через наши стан- ции слежения; прием и оценка теле- метрической информации, телеви- зионный сеанс, сообщения экипажа о проделанной работе; передача указаний экипажу. Во время сеанса могут возник- нуть замечания по работе бортовых и наземных систем, могут быть воп- росы у экипажа. Часто необходим немедленный ответ на вопрос. Вот тут-то и сказывается предполетная тренировка. На размышления от- пускается в лучшем случае 5— 10 минут. Только безукоризненно технически и психологически под- готовленный специалист может кратко и четко сформулировать ответ на вопрос экипажа или дать рекомендацию на выдачу радио- команды; 40-я — 80-я минуты. В это время проводится детальный анализ ин- формации, полученной по телемет- рии. из докладов экипажа, со стан- ций слежения Осуществляются пе- реговоры и уточнения взаимодей- ствия с американским Центром (при необходимости возможен выход на связь с «Союзом» через американ- ские станции слежения). Вырабаты- вается порядок работы в следу- ющем сеансе связи, уточняются ра- диокоманды и радиограммы. В последние 10 минут подводятся итоги предыдущего витка, сменный руководитель полета дает указа- ния всем службам и группам на предстоящий сеанс связи. Таких циклов в каждой смене шесть-семь. Во время пересменки специалисты работают вместе око- ло часа. В обязанности начавшей работу смены входит уточнение взаимодействия с американским Центром управления в Хьюстоне, где пересменка происходит пример- но в то же время. Каждая смена стремится прово- дить полет с минимальными откло- нениями от запланированной штат- ной программы. При возникновении нештатных ситуаций специалисты управления делают все, чтобы пе- ревести полет в русло заранее раз- работанного и предусмотренного в документации варианта, над кото- рым думали не один месяц и в котором учтены все детали работы систем корабля и наземных служб. Но штатная программа не догма, а жизнь часто преподносит неожи- данности. На них нужно срочно от- реагировать и разработать новый вариант программы и уже не за месяцы — за часы, а иногда и ми- нуты. В таком ритме, не останавли- ваясь ни на мгновение, работают Центры управления. наземные станции и корабли слежения. ПЕРВЫЙ ОПЫТ УПРАВЛЕНИЯ ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫМ ПОЛЕТОМ Рабочее взаимодействие советско- го и американского Центров управ- ления началось за 50 дней до поле- та. 26 мая 1975 года Центры обме- нялись первыми сообщениями о хо- де предстартовых работ. С 9 июня между Центрами была установлена
230 постоянная телефонная связь. С этого времени обмен информацией осуществлялся каждый раз перед тем, как приступить к очередному этапу подготовки кораблей или ра- кет-носителей. Ну, а руководители полета и специалисты обеих сторон практически ежедневно проводили переговоры, уточняли отдельные детали в документации, в програм- ме последних тренировок В тече- ние всего этого периода работы шли по намеченному графику. 17 июня на мысе Канаверал была закончена заправка топливом ко- рабля «Аполлон». С 30 июня топли- вом начали заправляться двига- тельные установки основного ко- рабля «Союз». С 4 июля те же операции производились с резер- вным кораблем. Заправка была окончена 7 июля. Оба корабля «Союз» были готовы к стыковке с ракетами-носителями. После 9 июля Центры управления начали обмениваться телеграмма- ми каждый день. Причем в сообще- ниях говорилось не только о том, как идет предстартовая подготов- ка. но и о том, какая ожидается погода на космодроме в день стар- та, не будет ли переноса пуска по метеоусловиям На Байконуре с по- годой все было в порядке, если не считать жары, редкой даже для этих мест. Все сообщения в Хью- стон заканчивались словами: «По- годные условия благоприятствуют запуску». 10 июля в монтажно-испыта- тельном корпусе космодрома Бай- конур состыковали основной ко- рабль «Союз» с ракетой-носи- телем Утром 12 ракетно-косми- ческий комплекс был установлен на стартовой позиции 13 июля на второй стартовой позиции была установлена ракета с резервным кораблем «Союз». Параллельно с этим шли работы на пусковой площадке мыса Канаверал. За сутки до старта, с утра 14 июля, в обоих Центрах управления началось круглосуточное дежур- ство персонала. В это время из Хьюстона пришло тревожное сооб- щение о плохой погоде на мысе Канаверал—грбзы, сильный ветер. Но спустя несколько часов погода стала улучшаться и ко времени старта «Аполлона» все вошло в норму. За 7 часов до намеченного вре- мени пуска корабля «Союз», когда шли заключительные операции по подготовке носителей. Центры на- чали обмениваться информацией о ходе подготовительных работ каж- дые 60 минут. За 6 часов до старта Центры «сверили часы», или, как говорят специалисты, произвели синхронизацию систем единого вре- мени в США и в СССР За 3 часа до старта «Союза», в 12 часов 20 минут 15 июля заняли свои рабочие места в советском Центре управления первая смена и руково- дитель полета. С космодрома Байконур началась прямая телевизионная передача. Наши космонавты Алексей Архипо- вич Леонов и Валерий Николаевич Кубасов занимают свои места в корабле, чтобы отправиться в пер- вый в истории человечества интер- национальный полет. 15 часов 20 минут 00 секунд московского времени — звучит ко- манда: «Пуск!» «Союз» рванулся на орбиту. Через 7 часов 30 минут стартовал «Аполлон». Весь полет проходил в соответ- ствии с намеченной программой. Отказов, которые привели бы к существенным осложнениям, не произошло. И тем не менее все время полета — это часы самой на- пряженной работы обоих Центров управления. Специалисты двух стран показали, что многочислен- ные предполетные тренировки не прошли даром. Когда на борту ко- раблей возникли неисправности, наш и американский Центры быстро выдали экипажам рекомендации для их устранения. Первая неприятность возникла на нашем корабле Начиная с уча- стка выведения, на Землю не пере-
231 давалось изображение с бортовых телекамер, Бортовой телевизион- ный передатчик работал—это бы- ло видно по принимаемому Землей сигналу, а изображение не появля- лось. Сразу же включились в рабо- ту специалисты по телевидению. Оказалось, что на «Союзе» вы- шел из строя коммутационный блок, управляющий переключением те- лекамер Решение нашли быстро: предложили отключить отказав- ший блок, а телекамеры под- соединить напрямую к передат- чику. Методика ремонта была разрабо- тана для всех телевизионных камер «Союза» (двух черно-белых и двух цветных) и тщательно отрепетиро- вана на наземном аналоге «Союза» космонавтами О Г. Макаровым и В А Джанибековым На борт пошла радиограмма, и космонавты еще до ухода на отдых 15 июля приступили к ремонту. Завершили они эту рабо- ту на следующий день, и вечером 16 июля с борта «Союза» была проведена первая цветная телепе- редача В общем, на выяснение причин отказа, моделирование ремонтных работ на Земле и выполнение их экипажем ушло около суток При этом, конечно, не прерывалась вся штатная работа на борту корабля: выполнялись тесты, маневры науч- ные эксперименты. Сразу же после выведения на орбиту обнаружилась неисправ- ность и на «Аполлоне». Астронав- там не удалось с первого раза произвести демонтаж стыковочно- го механизма между командным и стыковочным модулем. Отпущен- ное на эту работу время истекло, и Хьюстон скомандовал экипажу «Аполлона»: «Отдыхать, работу сделаете завтра!» Очередной сеанс связи с кораблем «Союэ-19» во время полета.
232 За полетом «Союза-19» и «Аполлона» следят а советском Центре управления А. В. Милицин (заместитель директора Центра). К. Д. Бушуев и А. Г. Николаев (заместитель руководителя полета по экипажу). Вообще-то говоря, эта неис- правность грозила серьезными пос- ледствиями. Ведь, если стыковоч- ный механизм не демонтируется, то нельзя войти в стыковочный мо- дуль, а значит, невозможны перехо- ды из корабля в корабль. Но из Хьюстона нас заверили: «Не вол- нуйтесь. разберемся, завтра все бу- дет о'кэй!» И действительно. 16 июля астронавты по рекомендаци- ям своего Центра устранили неис- правность и вошли в стыковочный модуль. Хлопоты с неисправностями в первый день полета заставили эки- пажи работать сверх запланирован- ного времени. Слать им перед вто- рым рабочим днем пришлось мало- вато— всего по три-четыре часа. Однако все операции по сближению и стыковке 17 июля прошли успеш- но. Ни разу нам не пришлось обра- щаться к инструкциям по работе в нештатных ситуациях. Многие из специалистов, работав- ших в Центре управления в день стыковки, уже неоднократно руко- водили встречами космических ко- раблей в космосе при предыдущих полетах. Но видимо, такие опера- ции не «приедаются». Стыков- ка— это всегда событие! И всеоб- щее ликование в Центре после до- клада А. А. Леонова и Т. Стаффор- да о завершении сиепки было ни- чуть не меньшим, чем восемь лет назад при выполнении первой в мире автоматической стыковки беспилотных кораблей «Космос- 186» и «Космос-188». После стягивания кораблей и проверки герметичности стыка эки- пажи начали первый переход Рабо- ты было много, и к тому же сказы- валось напряжение всего этого дня. Космонавты и астронавты все время отставали от графика и су- мели войти в него только к кощу этих рабочих суток. Но лечь спать
233 вовремя им опять не пришлось: затянулась проверка герметичнос- ти люков после перехода. Эту про- верку космонавты и астронавты проделали дважды. Переходы из корабля в корабль 18 июля и все работы 19 июля по первой расстыковке и эксперимен- ту «Искусственное солнечное за- тмение’ прошли гладко. А вот при проведении второй стыковки, когда стыковочный механизм «Союза” был активным, после нормального подхода «Аполлона» к «Союзу» и начала стягивания на «Аполлоне» вдруг прошло несколько нерасчет- ных включений двигателей ориен- тации, Это создало большие попе- речные нагрузки на стыковочный агрегат «Союза». Однако и в этих, близких к предельным, условиях стыковочный механизм «Союза» подтвердил высокую надежность. Последняя нерасчетная ситуация возникла после окончательной рас- стыковки при проведении экспери- мента «Ультрафиолетовое погло- щение». В процессе выполнения перэой части эксперимента, при из- мерениях на расстоянии 150 метров от «Союза», в Хьюстоне выяснили, что измерения прошли некаче- ственно. Американцы попросили наш Центр изменить ориентацию «Союза» по отношению к «Аполло- ну» при последующих измерениях И хотя такая ситуация не предус- матривалась в документации, а вре- мени на принятие решения было не более 10 минут, Центры все же договорились между собой. Экипаж «Союза» получил указание о смене режима ориентации, развернул ко- рабль в требуемом направлении и измерения на дальности 500 и 1000 метров прошли успешно. Заключительный автономный участок полета «Союза» прошел без замечаний. Центр управления и экипаж четко работали в день проверок систем перед спуском 20 июля и в день посадки— 21 июля. Приземление «Союза» произош- ло точно в заданном районе Отлич- но сработали все службы поисково- спасательного комплекса, прибыв- шие на место приземления букваль- но через минуту после того, как «Союз» коснулся грунта. Централь- ное телевидение передало прек- расный телерепортаж о посадке. Сразу же после приземления «Союза» в главном зале собралась вся «посадочная» смена. Конечно, пришли многие и из двух других смен. Руководители работ по подго- товке и проведению полета «Со- юз—Аполлон» поздравили всех участников эксперимента с успеш- ным окончанием советской части программы, отметили четкую рабо- ту всех служб Центра и станций слежения, поблагодарили всех спе- циалистов, участвовавших в этой работе, за их самоотверженный труд. Ведь при любой, даже самой тщательной, организации работы личная ответственность каждого за порученное дело—основное усло- вие успеха Каждая смена в нашем Центре управления была укомплектована специалистами, имеющими опыт ра- боты при пилотируемых полетах. В полете каждая из них провела «свою» ответственную операцию. Руководители смен — наиболее квалифицированные управленцы. Первую смену возглавил Виктор Дмитриевич Благов. В течение все- го времени подготовки к полету В. Д. Благов занимался разработ- кой и уточнением «Плана взаимо- действия Центров управления». В полете на плечи его смены легла ответственность за контроль старта и первых витков «Союза», разрешение на старт «Аполлона» и за переходы экипажей в третий полетный день. Второй сменой руководил один из авторов этой главы Вадим Георги- евич Кравец Эта смена провела операции сближения, стыковки, первого перехода и предспусковые проверки в пятый день полета. Третьей сменой руководил Сер- гей Павлович Цыбин. При подготов- ке к полету С. П. Цыбин провел
234 большую работу по увязке «-Плана взаимодействия Центров управле- ния» с “Планом совместной де- ятельности экипажей». На долю третьей смены выпали расстыков- ки. тестовая стыковка, научные эксперименты “Искусственное сол- нечное затмение» и “Ультрафио- летовое поглощение», посадка «Союза». В Хьюстоне смены возглавляли Пит Франк, Нил Хатчиссон и Дон Падди. На связи с экипажем «Союза» в Центре управления постоянно нахо- дились командиры дублирующих экипажей — Владимир Александро- вич Джанибеков в 1 -й смене и Юрий Викторович Романенко в 3-й смене. Во 2-й смене связь с экипажем поддерживал космонавт Георгий Степанович Шонин, командир Вале- рия Николаевича Кубасова при по- лете «Союза-6» в октябре 1969 года. И у них радиосвязь шла в особо дружеском теплом тоне. Работой персонала, обслужива- ющего технические средства на- шего Центра управления.руководи- ли Валерий Дмитриевич Сорокале- тов и Владимир Иванович Лобачев. Важным оказалось то, что управ- ленцы обеих стран знали друг друга лично. Когда говорил «Хьюстон- флайт» (позывной американского руководителя полета), советские управленцы слышали голос вполне конкретного, знакомого им че- ловека. Они всегда узнавали по голосу руководителя полета в США—прекрасного инженера, лю- бящего и понимающего шутку Пита Франка, его заместителя, «мастера нерасчетных ситуаций» Франка Литтлтона. Личное знакомство по- могало нам быстрее понимать и договариваться друг с другом. Когда выходили из строя между- народные телефонные каналы, наш главный специалист по междуна- родным связям Юрий Иванович Са- вицкий или его коллега Лев Степа- нович Шибанов легко находили общий язык с руководителем американских связистов Франком Питтцом, и связь быстро восстанав- ливалась Хотя советские и амери- канские связисты и шутили до полета, что они всю жизнь «рабо- тают на неблагодарных», управ- ленцы обоих Центров после полета сказали им от всей души: «Спа- сибо!» Последующие за посадкой «Со- юза» три дня мы внимательно следили за автономным полетом «Аполлона». И вот наконец ночью 25 июля мы все приветствовали завершение программы ЭПАС: «Аполлон» приводнился. Как мы узнали позже, на послед- нем участке приводнения «Аполло- на» не обошлось без неприятно- стей В отсек экипажа проникли ядовитые пары топлива, на котором работают двигатели спускаемого аппарата Но четкие действия ко- мандира «Аполлона» Т. Стаффорда позволили избежать серьезных пос- ледствий Через 50 минут после приводнения все мы увидели эки- паж на экранах телевизоров Благодаря общей слаженной, четкой работе в космосе и на Земле мы можем с уверенностью сказать «Первый опыт по управлению интернациональным полетом про- шел успешно!»
А. И Осташев, канд. техн, наук Н. И. Зеленщиков, инженер «СОЮЗ-19» У ПОРОГА ОРБИТЫ ПЕРЕД КОСМИЧЕСКОЙ ДОРОГОЙ Говорят, каждый специалист, уча- ствующий в создании космиче- ского корабля, видит его по-своему Для двигателистое—это совокуп- ность двигателей, для прибори- стов—одни сплошные приборы и т. д. Конечно, это—шутливое пре- увеличение. Но испытатели даже в шутку не имеют права отдавать чему-либо предпочтение Для испы- тателей все, из чего состоит такая сложнейшая машина, как космиче- ский корабль,—предмет тщатель- ной заботы и особого внимания Корабль—это десятки хитроум- ных систем, сотни замысловатых приборов, тысячи узлов, километры кабельных сетей. Каждый из этих элементов в отдельности и все вме- сте они должны работать так, как задумано конструкторами. Разумеется, при таком огромном количестве элементов абсолютно исключить погрешности в работе бортового оборудования корабля невозможно. Как же все-таки уда- ется обеспечить необходимую на- дежность космической техники? Дело в том, что еще на стадии проектирования корабля и его си- стем конструкторы стараются учесть возможные отказы. С по- мощью определенных методов и средств повышения надежности наделяют системы свойством вы- полнять задачу, даже если возни- кают отказы или отклонения. А испытателям достается еще и про- верка этих характеристик оборудо- вания, то есть его поведения в нештатных ситуациях На космодроме испытатели не только дотошно “экзаменуют» ор- ганизм корабля, но и непосред- ственно готовят его в полет: приво- дят его системы и агрегаты в соот- ветствующее рабочее состояние. Те, кто будут управлять полетом, ждут от испытателей фактических данных о состоянии корабля — его весовых и центровочных характери- стиках. запасах топлива для борто- вых двигателей и электроэнергии, особенностях радиосистем, антенн, различных телеметрических датчи- ках. И наконец, на испытателей возлагается проверка технической совместимости корабля со сред- ствами и оборудованием, обеспечи- вающими его запуск и полет по запланированной программе, то есть с ракетой-носителем и назем- ными системами и агрегатами Так, в самом общем виде, выглядит круг
236 Советские и американские руководители программы «Союз— Аполлон» в монтажно- испытательном корпусе на космодроме Байконур. Идут испытания ракеты-носителя и корабля «Союз-19». Слева направо: А. Фраткин — заместитель директора НАСА по международ- ным делам, К. Д. Бушуев— технический директор проекта с советской стороны, Дж. Лоу — заместитель директора НАСА, Г. Ланни— технический директор проекта с американской стороны, В. А. Яценко— переводчик, В. Н. Бобков — проектант (дает пояснения), У. Капреян — руководитель стартовых операций космического центра имени Дж. Кеннеди, В. А. Поделякин — помощник технического директора проекта, В. А. Тимченко— заместитель технического директора проекта. задач, который решают испытате- ли, готовя корабль к полету. Но это пока только ответ на вопрос: чгб надо сделать? Гораздо сложнее ответить, кбк это сделать. Как, например, проверить совме- стную работоспособность систем корабля? Самое простое—вклю- чить их на то время, которое будет длиться намеченный полет, и пос- мотреть. Тогда все и выяснится. Ну. а если полет рассчитан на несколь- ко месяцев? В этом случае прихо- дится испытателям выбирать типо- вые сочетания совместной работы систем корабля, но так, чтобы охва- тить всю программу будущего полета. Проверки типовых сочетаний од- новременно работающих систем мы называем комплексными испыта- ниями или сокращенно—комплек- сами. Например, для кораблей «Союз» по программе ЭПАС на- бралось 11 комплексов. Поскольку такой же подход использован и для проверки работоспособности корабля в нештатных ситуациях, добавьте сюда еще шесть комп- лексов. Перед полетом корабль заправ- ляют топливом и сжатыми газами Такого рода операции называют критическими или необратимыми. Почему? Потому, что после заправ- ки топливом двигатели способны надежно работать ограниченное время. В составе топлива есть ядовитые и химически агрессив- ные вещества, которые постепенно разрушают элементы конструкции двигателя. Значит, наиболее раци- онально заправку производить не- посредственно перед стартом Тог- да в полете ресурс двигателей бу- дет максимальным Однако здесь есть свои трудности: существенно усложняется оборудование и возра- стает объем работы на стартовой площадке. Американские специалисты пош- ли на это. А у нас принято заправ- лять корабль до отправки ракетно- космического комплекса на старто- вую площадку Например, корабль «Союз» заправляется обычно за 10—12 суток до полета Можно привести еще много при- меров, рассказывающих о методах подготовки корабля к полету, одна-
237 ко подготовка корабля «Союз» по программе ЭПАС имела свои осо- бенности. Поэтому далее речь пойдет о предстартовом подготовке «Союза- 19» и об испытаниях совместимых средств в составе корабля. СВЯЗАННЫЕ ОДНИМ ЦИКЛОМ Еще до того, как приступить к своей испытательской работе, мы точно знали, когда ее закончим: старт космических кораблей «Со- юз» и «Аполлон» был намечен на 15 июля 1975 года. Для нас это означало, что всю работу надо построить так. чтобы к этому сроку закончить подготовку кораблей к старту. Последовательность подготовки кораблей к старту на космо- дроме Байконур и мысе Канаве- рал весьма различна. Это, есте- ственно, ведь «Союз» и «Аполлон» имеют множество особенностей. К тому же цикл подготовки кораб- лей на космодромах содержит не- сколько критических предстарто- вых операций. Их необходимо про- водить за определенное время до запуска. Иначе придется пере- носить старт. Сколько таких кри- тических моментов у каждой сто- роны и можно ли их согласовать, чтобы обеспечить готовность «Со юза» и «Аполлона» к 15 июля 1975 года? Поисками ответа заня- лись наши и американские специа- листы. Как уже говорилось, срок пригод- ности кораблей отсчитывается с того момента, как он заправлен топливом. Для «Аполлона» этот срок —110 суток. За 110 суток должны быть проведены предстар- товые операции, нужно вывести ко- рабль на орбиту и выполнить прог- рамму полета. Заправленный топ- ливом корабль «Союз» может нахо- диться в предполетном состоянии в течение 75 суток. Стороны прикинули свои потреб- ности для выполнения предстарто- вой подготовки после заправки ко- раблей и сошлись на том, что пер- вое взаимное обязательство долж- но быть таким с Байконура не позднее чем за 30 суток до дня старта поступит разрешение о том, что можно заправлять «Аполлон» самовоспламеняющимися компо- нентами топлива. Аналогичное раз- решение с мыса Канаверал придет 30 июня 1975 года. Итак, первый узелок, который связал нас и американцев одним общим циклом подготовки кораб- лей, определился. Второй при- шелся на пятые сутки до старта: американские специалисты долж- ны были дать разрешение на сты- ковку кораблей «Союз» с раке- тами-носителями. Иначе мы не успели бы осуществить следую- щую критическую предстартовую операцию — вывезти ракетно-кос- мические комплексы на старто- вые площадки. Получив согласие американцев, мы должны были до- ставить основной корабль «Союз» на стартовую площадку за четверо суток, а второй «Союз»—за трое суток до намеченной даты старта. Затем две критические предстар- товые операции проводились на мы- се Канаверал. За 55 часов до стар- та «Аполлона» нашим американ- ским коллегам необходимо было привести в состояние готовности источники питания на ракете- носителе. Они ждали сообщения, чтобы начать эту операцию. Наше же сообщение зависело от ре- зультатов первого дня подготов- ки на стартовой позиции ракетно- космического комплекса с основ- ным кораблем «Союз» и заверше- ния стыковки второго корабля «Со- юз» с ракетой-носителем в монтаж- но-испытательном корпусе Следующим критическим момен- том у американцев была заправка корабля криогенным, то есть низко- температурным, топливом. Ее поло- жено начинать за 46,5 часа до старта. Мы даем разрешение, если
238 успешно завершили два дня подго- товки на стартовой позиции ракет- но-космического комплекса с ос- новным кораблем. Потом опять пришла наша оче- редь получать согласие на то. чтобы за 5 часов до старта на- чать заправку топливом ракеты- носителя «Союза-19». Следующее сообщение мы получаем за 3 часа. После этого за 2 часа 45 минут до старта. А. А. Леонов и В. Н. Ку- басов заняли свои места в ко- рабле. Чем ближе старт, тем «узелки» становятся все чаще. Передвижную ферму обслуживания ракетно- космического комплекса на мысе Канаверал отводят за 9,5 часа до старта корабля “Аполлон» и при условии, что на Байконуре все нор- мально. За 45 минут до старта мы разво- дим фермы обслуживания корабля «Союз». Если по ходу подготовки «Аполлона» появятся задержки, то нам придется повременить, в про- тивном случае сложнее будет пере- нести старт «Союза»: с разведен- ными фермами обслуживания эки- паж не может на время покинуть корабль, да и труднее хранить за- правленный ракетно-космический комплекс на стартовой позиции. За 10 минут до старта корабля «Союз» американские специалисты в последний раз подтверждают свое согласие. Однако это еще не означает, что дальше все обяза- тельно пойдет как положено. Еще за 35—40 секунд до начала полета есть возможность остановить пуск, чтобы повторить его в последу- ющие двое суток. Но вот «Союз-19» стартовал в назначенное время. Заправка раке- ты-носителя «Аполлона» топливом за 7 часов 20 минут до старта началась только тогда, когда наши коллеги получили подтверждение о выходе корабля «Союз» на орбиту. Благополучный полет«Союза» по орбите служит разрешением на по- садку экипажа в корабль «Апол- лон» Остается только запустить двигатели ракеты-носителя. И сно- ва надо ждать сообщения из Москвы. Не позднее чем за 8 минут до старта Аполлона-' американцы должны убедиться, что первый ма- невр по коррекции орбиты корабля «Союз» удался. Как видите, на бесчисленные «а если?..» советские и американские специалисты отыскивали ответы, которые вполне устраивали обе стороны. Так родился согласован- ный план предстартовой подготов- ки кораблей «Союз» и «Аполлон» Он прочно связал нас, испытателей двух стран, цепью взаимных обяза- тельств. Поэтому мы, как, навер- ное, никто другой из участников совместного проекта, постоянно ощущали тесную взаимозависи- мость происходившего на Байкону- ре и на мысе Канаверал. Точность выполнения общего плана подготовки к старту космиче- ских кораблей превзошла все ожи- дания Не было даже незначитель- ного расхождения с намеченным графиком. Это—убедительное свидетель- ство высокой надежности кораб- лей «Союз» и «Аполлон», ракет- носителей, методов и средств их наземной подготовки. Сказались здесь, несомненно, и богатый опыт, и отменная квалификация исполни- телей—советских и американских специалистов. Все это так, заметит иной чита- тель, но ведь и в космонавтике нет-нет да и скажет свое слово его величество Случай Что же, мы на это не закрывали глаза. Совместный план предусматри- вал и детально оговаривал дей- ствия сторон при возможных задер- жках и отклонениях в ходе пред- стартовой подготовки. Причем на весь допустимый срок использова- ния кораблей. На случай изменения времени стартов был определен порядок взаимодействия еще для четырех дополнительных запусков Кроме того. «Союз» сохранял свою готов- ность к запуску на стартовой пози-
239 ции в течение трех десятисуточных циклов. Вот, пожалуй, и все о том, что принесло нам общий успех в слож- ном доле предстартовой подготов- ки кораблей. БАЙКОНУР ПРИНИМАЕТ ГОСТЕЙ Надо ли говорить, что космодром Байконур известен всей планете. Ведь именно здесь, в казахстанской степи, произошли события, поло- жившие начало космической эпохе. Об этом напоминает скромный па- мятник: на бетонном пьедестале укреплен серебристый шарик, рас- кинувший длинные усы ан- тенн,— первый в мире спутник Зем- ли. сработанный руками людей. На мраморной плите надпись: «Здесь гением советского человека начал- ся дерзновенный штурм космоса. 1957 год». Апрельским утром 1961 года от- сюда, с космодрома Байконур, на весь мир прозвучал задорный голос Юрия Гагарина: «Поехали!» «Он всех нас позвал в космос»—скажет потом американский астронавт Нейл Армстронг, первым из людей Земли ступивший на лунную твердь. И запуск первого спутника, и бес- примерный полет Юрия Гагарина останутся в веках прекрасной ле- гендой. С тех пор Байконур отправил в космическую дорогу шесть кораб- лей «Восток», «Восход» и «Восход- 2», целое семейство кораблей «Со- юз» и орбитальных станций «Са- лют». Отсюда начинались многие космические трассы: ближние и дальние, околоземные и лунные, к Венере и Марсу. Настал черед и первого междуна- родного полета в космос. Вечером 27 апреля на аэродроме Байконура один за другим призем- лились два самолета ТУ-134. Так начался первый рабочий визит аме- риканских астронавтов на совет- ский космодром Основные экипа- жи «Союза» и «Аполлона» летели вместе на одном самолете, дубли- рующие— на другом Вместе с ними прибыл К. Д. Бушуев, а также ру- ководитель подготовки советских экипажей генерал-лейтенант авиа- ции В. А. Шаталов и помощник директора проекта от США по рабо- те экипажей астронавт Ю. Сернан. Жители Ленинска, «столицы» космодрома, вышли на улицы, что- бы приветствовать гостей Аме- риканцы были взволнованы этой теплой, дружественной встречей. Они оживленно делились впечат- лениями. На следующий день гости знако- мились с Ленинском, его короткой, но славной историей. Наш глав- ный космодром совсем еще мо- лод—прошло лишь 20 лет с той поры, когда здесь был забит пер- вый колышек в седую от соли, выжженную землю, поставлена первая палатка, заложен первый камень в фундамент первого дома, посажено первое деревце... А се- годня—это город с многотысячным населением, в котором есть все необходимое человеку. Гости побывали в домиках, где Ю. А. Гагарин и С. П Королев провели ночь перед первым стар- том в космос, осмотрели старто- вые и технические площадки кос- модрома. Но конечно же участники буду- щего полета приехали на космод- ром не ради экскурсии. Им предсто- яло «обжить», как мы говорим, свое космическое рабочее место. Каж- дому астронавту основного и дубли- рующего экипажей «Аполлона» бы- ла предоставлена возможность по- работать внутри корабля «Союз» При этом первый экипаж на основ- ном корабле дополнительно приме- рял оборудование, переносимое из корабля «Аполлон», и оценивал возможность работы с ним в нашем корабле Второй экипаж занимался такой же работой на другом кораб- ле. Наши космонавты помогали им советами
240 Экипажи провели кино- и фото- съемки бортовыми аппаратами различных деталей интерьера и стыковочных мишеней. Это нужно было для завершения наземных тренировок. Астронавты работали старательно и аккуратно, вникали во все детали предстоящих дей- ствий. Т. Стаффорд попросил доба- вочное время, чтобы поработать с переносимым оборудованием. Никаких замечаний или претен- зий при «обживании» «Союза» у американских космонавтов не ока- залось. Т. Стаффорд заявил, что он бы с удовольствием стартовал в космос на корабле «Союз». И вооб- ще весь первый этап совместных работ на космодроме проходил в духе доброжелательности и полно- го взаимопонимания, как, впрочем, и все последующие встречи. Астронавты покинули Байконур, а с 12 по 17 мая здесь работали американские специалисты, осуще- ствляя проверку и испытания сов- местимых устройств и систем, уста- новленных на «Союзах». Работу 16 специалистов воз- главлял Р. Дитц — руководитель четвертой американской группы. С ними прибыли на космодром помощник технического директо- ра проекта с советской стороны В. А Поделякин, советский руково- дитель четвертой группы Б. В. Ни- китин и другие наши специалисты. Наиболее ответственной и важ- ной по своим результатам была проверка так называемой электро- магнитной совместимости оборудо- вания, переносимого американски- ми астронавтами со своего корабля, с системами корабля «Союз» Затем надо было испытать и по- лучить функциональные характе- ристики совместно используемого радиооборудования для измерения дальности и связи. Ну и, наконец, проверить механическую совмести- мость оборудования. Скажем, убе- диться, что электроразъемы пере- носимого оборудования и системы проводной связи между кораблями подходят друг к другу Для этого американские специалисты привез- ли с собой соответствующие части электроразъемов. Сюда же входят юстировка, или оценка точности установки на кораблях «Союз» сты- ковочных мишеней, проверка раз- мещения и закрепления всего пере- носимого в корабль «Союз» обору- дования. Порядок, последовательность и методика совместных работ были заранее согласованы. Известным подспорьем оказался опыт подоб- ных работ на корабле «Аполлон», проведенных в начале февраля в космическом Центре имени Кенне- ди. Там проверялось оборудование корабля «Союз» и его совмести- мость с системами «Аполлона». Приступили к делу. В первые два дня намеченный ранее план был выполнен. Более того, стало ясно, что можно ускорить работу, в согла- сованном плане были заложены резервы на выяснение возможных вопросов и замечаний. Но замеча- ний и задержек не было. Бремя летело незаметно, и уже к вечеру 16 мая все удалось закончить. Совместные испытания подтвер- дили полную электромагнитную совместимость систем и средств «Союза» и «Аполлона», а также механическую совместимость элек- троразъемов. Примерка переноси- мого оборудования и проверка точ- ности установки мишеней прошли так же успешно. Кстати, а этом лично убедились заместитель директора НАСА Дж. Л оу, доктор Г. Ланни и другие американские руководители косми- ческого Центра имени Кеннеди, приехавшие на космодром 18 мая Г ости вместе с директором проекта К. Д Бушуевым заслушали доклад о результатах проведенных испыта- ний. выразили удовлетворение хо- дом подготовки к полету и поблаго- дарили всех участников совме- стных работ. Как ни короток был визит американских руководите- лей — всего один день.—они все же успели познакомиться со стартовы- ми сооружениями и монтажно-
Руководители программы «Союз — Аполлон во время осмотра стартового комплекса космодрома Байконур.
242 12 июля 1975 года. Ракетно- космический комплекс С кораблем Союэ-19» покидает монтажно- испытател ьный корпус. испытательным корпусом космод- рома, осмотреть Ленинск, побывать а городском Домо пионеров НАКАНУНЕ СТАРТА Стартовая площадка космодрома Байконур. Приближался день и час старта космического корабля «Союз». Мы были заняты приведением систем обоих кораблей в предполетное состояние. А до того опробовали контрольными включениями борто- вые системы «Союзов». Работа шла в строгом соответствии с графи- ком. Следующий этап—сборка голов- ного блока. Это сам корабль, голов- ной обтекатель и переходной отсек третьей ступени ракеты-носителя После сборки—повторные кон- трольные включения отдельных систем, и прежде всего радиоси- стем, работающих на участке выве дения корабля на орбиту. Провери- ли цепи пиротехнических устройств. Потом к головному блоку подсты- ковали двигательную установку системы аварийного спасения эки- пажа Рано утром 12 июля мотовоз бережно выкатил из монтажно- испытательного корпуса платфор- му-установщик с космической раке- той и кораблем. Путь этого необыч- ного поезда невелик — километра два. Многие по старой традиции, заведенной еще Сергеем Павлови- чем Королевым, идут к месту стар- та пешком, рядом с медленно дви- жущейся громадой ракеты. Все системы корабля были многократно проверены. Их надеж- ность не вызывала сомнений. И все же мы волновались. Не за технику, она не подведет. Тут волнение иное Вся эта махина ракеты с кораб- лем на вершине для нас. испытате- лей,— живой организм. У него свои особенности, свой характер. Мы изучили его, пока готовили к стар-
243 ту, досконально. И вот теперь пони- маем: мы уже не нужны нашему детищу. Впереди у него—самосто- ятельная жизнь, своя дорога—на орбиту. Установщик застыл у самого края проема в стартовом столе. Отцеп- лен мотовоз. Включились электро- моторы платформы, и она подвину- лась еще чуть ближе к краю про- ема, точно в назначенное место Вступили в дело мощные гидродом- краты. Они мягко и плавно подняли на стреле многотонное тело ракеты в вертикальное положение. Подош- ли разведенные фермы силового пояса, сомкнулись, образовав на- дежную опору для ракеты. Стартовики сноровисто приня- лись за предстартовые приготовле- ния, не обращая внимания на до- тошных кино- и телеоператоров, готовых, кажется, залезть и на ракету. Журналисты обступили К. Д Бушуева. — Настроение у нас хоро- шее,— сказал Константин Давыдо- вич— Все идет нормально, без ка- ких-либо сложностей или затрудне- ний Ежедневно мы связываемся с Хьюстоном, обмениваемся инфор- мацией о ходе подготовки к старту с доктором Ланни Такое наш уговор В последние перед стартом сутки будем связываться каждый час. Мы знаем, что на мысе Канаверал тоже все идет по плану, без особых задержек. По традиции за день до старта экипаж корабля встречается с кол- лективом испытателей, готовившим ракетно-космический комплекс к запуску. И на этот раз 14 июля утром на стартовой площадке, пря- мо у ракеты с кораблем, собрались испытатели. Настроение хоро- шее-работа завершена успешно Погода как по заказу: ясно, солнеч- но и даже нет обычной жары, всего 33—34 градуса. Под аплодисменты собравшихся из автобуса вышли наши космонав- ты. Каждого из них представляют испытателям, Это тоже традиция Ведь экипажи известны всем давно Испытатели еще раз доложили о нормальной предстартовой подго- товке, они как бы передавали ко- рабль космонавтам Все дружно по- желали космонавтам успешного вы- полнения намеченной программы полета и благополучного возвраще- ния на родную Землю. А. А. Леонов и В. Н. Кубасов по- благодарили испытателей за ра- боту и добрые пожелания. Потом космонавты совершили круг поче- та: обошли вокруг ракеты с кораб- лем. Завтра—старт. На Байконур при ехал посол США в СССР У. Стес- сел с супругой. «Нет нужды говорить о том, с каким волнением и нетерпением мы ожидаем этой поездки. Ведь нам предстоит присутствовать при со- бытии поистине исторического зна- чения»,— услышали мы по радио заявление У. Стессела в беседе с корреспондентом ТАСС. На космодроме выяснилось, что У. Стессел никогда раньше не при- сутствовал при запуске космиче- ского корабля. Посол попросил встречи с А. А. Леоновым и В. Н. Ку- басовым непосредственно перед По традиции космонавты совершают круг почета во время предстартового митинга.
244 Последние минуты перед стартом... стартом. Космонавты облачились в скафандры, готовясь к посадке в корабль. В помещение, где пе- реодеваются космонавты, по ме- дицинским соображениям, доступ строго ограничен. Но для посла и его спутников сделали исключе- ние. От космонавтов гостей отделяла стеклянная перегородка. По одну сторону А. А. Леонов и В. Н. Куба- сов сидели рядом, как и в полете, по другую сели гости Беседа шла на английском язы- ке, очень непринужденно и весело Посол пожелал успешного старта и полета, справился о самочувствии и настроении космонавтов. Микро- фон переходил из рук в руки, все хотели сказать космонавтам что- нибудь доброе. У наших космонавтов — ни следа волнения перед стартом. Алексей и Валерий отвечали очень спокойно. с юмором. Госпоже Стессел, един- ственной женщине среди присут- ствующих, Алексей передал не- большое зеркальце. Такое же, ка- кое установлено на скафандрах. Госпожа Стессел была растрогана вниманием. Пришло из космического Центра имени Кеннеди на мысе Канаверал согласие на заправку ракеты- носителя космического корабля «Союз». Ослепительно белая под луча- ми неистового солнца ракета оку- тана «дымками» испарений окисли- теля, «Союз-19» готов к броску на орбиту. Среди тех, кто собрался про- водить а космическую дорогу А. А. Леонова и В. Н. Кубасова,— председатель совета «Интеркос- мос» при Академии наук СССР академик Б. Н. Петров, директор проекта «Союз — Аполлон» от СССР член-корреспондент АН СССР К. Д. Бушуев, другие совет- ские руководители ЭПАС. Появляется сверкающий краса- вец автобус ЛАЗ-699 и замирает у края стартовой площадки. Выходят космонавты в белоснежных ска- фандрах, чуть вразвалку шагают к ракете. Короткий доклад о готовности к полету Под горячие и шумные на- путствия Алексей Леонов и Вале- рий Кубасов поднимаются на лифте к вершине ракеты. Все, кто не занят в подготовке пуска, переходят на смотровую пло- щадку. За 20 минут до старта, ровно в 15 часов по московскому вре- мени. Г. Ланни с мыса Канаверал должен сообщить К. Д. Бушуеву о готовности ракеты «Сатурн-1 Б» с кораблем «Аполлон». Только после этого прозвучит на Байконуре команда: «Пуск».
Л. И. Дульнев, инженер В КОСМОСЕ «СОЮЗ» И «АПОЛЛОН» от СТАРТА до ПОСАДКИ ДЕНЬ ПЕРВЫЙ. 15 июля — день стартов. 15 часов 15 минут московского вре- мени, 5 минут до старта. Космонав- ты затянули плечевые ремни, на- дели перчатки и опустили стекла гермошлемов. Состояние экипажа отличное. Частота пульса у Алек- сея Леонова—75, а у Валерия Ку- басова—84. Истекают последние секунды пе- ред стартом. И вот команда: — Пуск! 15 часов 20 минут московского времени, точно в назначенное время! 530 секунд занимает подъем ко- рабля «Союз-19» на орбиту искус- ственного спутника Земли. «Союз-19» —на орбите. На ко- рабле сразу после отделения от третьей ступени ракеты должны раскрыться панели солнечных ба- тарей, антенны и стыковочная ми- шень А. Леонов доложил в Центр управления: «Все в норме. Отсеки герметичны, самочувствие отлич- ное». На бортовых часах начался отсчет полетного времени первого международного космического по- лета. По радио передали, что Гене- ральный секретарь ЦК КПСС това- рищ Л. И. Брежнев пожелал экипа- жу советского космического кораб- ля «Союз-19» Алексею Леонову и Валерию Кубасову, а также экипа- жу американского космического ко- рабля «Аполлон» Томасу Стаффор- ду, Вэнсу Бранду и Дональду Слей- тону счастливого полета, успеш- ного выполнения задания и бла- гополучного возвращения на Зем- лю. С посланием к американским астронавтам и советским космонав- там обратился и президент США Джеральд Р. Форд. У всех было приподнятое настро- ение. Но вот досада! С борта кораб- ля нет телевизионного репортажа. Центр управления запросил «Со- юз», и В Кубасов подтвердил, что в телевизионной системе обнаруже- на неисправность. Специалисты по телевидению сразу же принялись искать причину неполадки и способ ее устранения. На втором и третьем витках были проверены все системы, и прежде
246 Байконур. 15 июля 1975 года. 15 часов 20 минут по московскому времени. всего, конечно, система управления движением. Ведь на четвертом витке предстоял первый маневр для перехода на монтажную ор- биту. Коррекция прошла. Еще одна про- верка всех систем. Теперь мы выдаем разрешение на старт «Аполлона». «Союз», выполнив все заплани- рованные операции на пятом витке, перешел в режим «Закрутки на Солнце»—надо подзарядить хими- ческие аккумуляторы на борту. Космонавты сняли скафан- дры— настала пора браться за эксперименты: время на орбите до- рого. Начали с опытов «Рост микро- организмов» и «Зонообразующие грибки» Телевизионщики ломают голову над анализом неисправности. Вско- ре им стало ясно: вышел из строя коммутационный блок, через кото- рый видеосигнал от четырех пере- дающих телекамер поступает в ра- диопередатчики телевизионной системы. 22 часа 30 минут московского времени. Настал час «Аполлона». Хотя подготовка к старту на мысе Канаверал шла по плану, мы все же волновались: капризна погода во Флориде. Но к моменту старта, как нам сообщили из Хьюстона, небо расчистилось, грозы ушли в сторону. На телевизионных экранах—сос- редоточенные лица Гленна Ланни, технического директора ЭПАС от США, его помощника астронавта Юджина Сернана, руководителя полетом Пита Франка Наконец—старт! Вспыхнуло ос- лепительно белое пламя двигате- лей, и ракета стала набирать высо- ту. Считанные минуты ожида- ния— и корабль «Аполлон» тоже на орбите! Оба корабля — в космосе, рассто- яние между ними около 6 тысяч километров. Экипаж «Союза» поп- росил передать поздравление аме- риканским коллегам с благополуч- ным выходом на орбиту Астронавты «Аполлона» сразу после выведения на орбиту начали подготовку к маневрам дальнего сближения. На «Союзе» восьмича- совой рабочий день уже закончил- ся, космонавтам предстоял отдых. Но перед этим Алексей Леонов и Валерий Кубасов по рекомендаци- ям из Центра управления добра- лись к блоку коммутации и сняли его с места крепления.
247 ДЕНЬ ВТОРОЙ. 16 июля — день незапланированных ремонтов. В 9 часов московского времени экипаж «Союза» после завтрака вышел на связь с нашим Центром управления. — «Москва», я—«Союз»,—ска- зал А. Леонов.—Отдохнули хорошо, готовы к дальнейшей работе. Как идут дела на «Аполлоне»? Из Хьюстона сообщили, что эки- пажу «Аполлона» не удалось пока провести начатый накануне демон- таж стыковочного механизма на входе в стыковочный модуль. Но специалисты заверили, что не про- изошло ничего страшного и в бли- жайшее время все будет исправ- лено. Р. Овермайер из американской консультативной группы пояснил: при сборке стыковочного механиз- ма на земле была допущена ошиб- ка. Это обнаружили в Хьюстоне, когда проверили фотографии всех этапов сборочных операций. Короче говоря, и астронавты, и космонавты во второй день своего полета выступали в роли ремонт- ников. Экипажу «Союза» передано ука- зание из Центра управления: часть ремонтных работ провести на 14-м витке, а остальное отложить до 19-го витка; самое главное—под- готовить и провести второй ма- невр формирования монтажной орбиты. За три часа—с 10 часов 30 минут и до 13 часов 30 минут московского времени—Леонов и Кубасов вы- полнили все запланированные опе- рации. На 17-м витке, в 15 часов 44 минуты. «Союз» совершил второй маневр. При маневре системы корабля сработали безупречно. Довольны и в Центре—монтаж- ная орбита получилась почти иде- альной. Особенно довольны балли- стики. В 19 часов 35 минут в советском Центре управления на телевизион- ных экранах появилось цветное изо- бражение наших космонавтов. Молодцы ребята! Сумели устранить неисправность. И почти тотчас же, через 10 минут, поступило сообще- ние: астронавты справились со злополучным механизмом — «О'кэй! Путь в стыковочный модуль свободен». В этот момент на телевизионных Мыс Канаверал. Через 7 часов 30 минут после старта «Союза-19» стартует «Аполлон». экранах хьюстонского Центра вме-
248 сто обычных цифр появился друже- ский шарж: три астронавта в лихо заломленных ковбойских шляпах сидят верхом на «Аполлоне» и вгля- дываются в космическую бездну. Под рисунком была подпись: «Где они?» Алексей Леонов еще в Москве, перед отлетом на космод- ром, передал нашим специалистам, которым предстояло работать в Хьюстоне, свой сюрприз. Добрая шутка командира «Союза» как нельзя кстати пришлась на исходе нелегкого второго дня полета. А на 21-м витке—еще один сюрприз. Экипажи корабля «Союз- 19» и станции «Салют-4» получили возможность поговорить друг с дру- гом через наземные станции слеже- ния. Алексей Леонов. «Поздравляю экипаж «Салюта»—долгожителей космоса. Желаю счастливого воз- вращения на Землю!» Виталий Севастьянов: «Поздрав- ляю экипаж «Союза» с успешным завершением ремонта телевизион- ной системы и желаю успешно выполнить очень важную зада- чу— первую международную сты- ковку космических кораблей!» Петр Климу*.: «Как вы там, не скучаете?» Валерий Кубасов: «Сейчас в кос- мосе не скучно — летают одновре- менно два космических корабля и одна станция. Нас ведь в космо- се— семь человек». А ведь и верно, в космосе—«ве- ликолепная семерка». ДЕНЬ ТРЕТИЙ, 17 июля — день стыковки. Это был. без сомнения, самый на- пряженный день на орбите у экипа- жей «Союза» и «Аполлона». Во- первых, «Аполлону» предстояло за- вершить маневры по переходу на монтажную орбиту, где его уже ожидал «Союз». Во-вторых, оба ко- рабля должны были выполнить Корабль «Союэ-19» в полете, снимок с корабля «Аполлон».
249 главные задачи совместной про- граммы — стыковку кораблей и переход астронавтов и космонав- тов из корабля в корабль. В советском Центре управления работала «стыковочная- смена. 10 часов 15 минут. — «Союзы», я—«Москва», как спалось?—спрашивает Центр уп- равления. — Сами знаете, что проспали больше девяти часов,— засмеялся А. Леонов. Накануне, перед сном, медики рекомендовали космонавтам при- нять успокаивающие таблетки, что- бы отдохнуть после нелегкого дня и перед не менее трудным предсто- ящим днем 15 часов московского времени. «Аполлон» начал проводить серию заключительных маневров сближе- ния с «Союзом». Через час рассто- яние между кораблями сократилось до 410 километров, экипажи уста- новили между собой прямую радио- связь. Прошел еще час. Корабли— в 180 километрах друг от друга, а к восемнадцати часам — в 60 кило- метрах. К моменту стыковки мишень «Со- юза» была освещена Солнцем. Ори- ентация антенн «Аполлона» при этом учитывает положение спут- ника радиотелевизионной связи ATS-6, через который идет тран- сляция телевизионной передачи о стыковке кораблей в США. В мо- мент стыковки корабли находились над Европой. Последний перед стыковкой сеанс связи с экипаж ем-Со юза». — «Союз-2», я—«Москва». Вам, Валерий, по русскому обычаю ни пуха, ни пера. Американским пар- ням передайте: «Уи кросс аур фин- герс» («Мы держим пальцы кре- стом», что соответствует русско- му— «чтобы не сглазить»), В 18 часов 50 минут «Аполлон» подошел к «Союзу» на 50 метров Получено согласие «Союза» на сты- ковку. На телеэкранах видим, как медленно вырастает силуэт «Со- юза»— идет причаливание. 19 часов 9 минут 9 секунд—ка- сание кораблей. 19 часов 12 минут 10 секунд—стыковка! Мы услышали голос А Леонова: «Великолепно сделано, Том, отлич- ная работа!» Командир «Аполлона» и сам доволен: «Мякки стикоффка!» — весело доложил он в Хьюстон. И тут же слышим радостный го- лос В. Кубасова: «Стыковка вы- полнена». В Центре управления раздался шквал аплодисментов Но ликова- ние длилось недолго. Полет про- должается. Три часа на борту космического комплекса «Союз—Аполлон» шла подготовка к тому, чтобы открыть люки, разделяющие экипажи. На Корабль «Аполлон» в полете. Снимок с корабля «Союз-19».
250 Символические предметы, взятые на борт ••Союза-19». 17 июля 1975 года. Историческое рукопожатие на орбите. Снимок передан из космоса. экране появились Т. Стаффорд и Д. Слейтон. Они в стыковочном модуле. Командир «Аполлона» решительно распахнул последний люк. В глубине лаза весь мир увидел улыбающиеся лица А. Леонова и В. Кубасова. Все мы вместе с милли- онами телезрителей в следующее мгновение стали свидетелями исто- рического рукопожатия в космосе. И вот уже Т. Стаффорд и Д. Слей- тон в «Союзе». Советские космо- навты и американские астронавты слушают обращенное к ним привет- ствие Генерального секретаря ЦК КПСС товарища Л. И. Брежнева: «От имени советского народа и от себя лично поздравляю вас со зна- менательным событием — первой стыковкой советского космическо- го корабля «Союз-19» и американ- ского космического корабля «Апол- лон». Весь мир с пристальным внимани- ем и восхищением следит за вашей совместной работой по выполнению сложной программы научных экспе- риментов. Успешная стыковка под- твердила правильность техниче- ских решений, разработанных и ре- ализованных в творческом содру- жестве советскими и американски- ми учеными, конструкторами и кос- монавтами. Можно сказать, что «Союз — Аполлон» — прообраз бу- дущих международных орбиталь- ных станций. Со времени запуска первого ис- кусственного спутника Земли и пер- вого полета человека в космиче- ское пространство космос стал аре- ной международного сотрудниче- ства Разрядка напряженности, позитивные сдвиги в советско- американских отношениях создали условия для проведения первого международного космического по- лета. Открываются новые возмож- ности для широкого плодотворного развития научных связей между странами и народами в интересах мира и прогресса всего человече- ства. Вам. мужественным покорителям космического пространства, выпа- ла великая честь открыть новую страницу в истории освоения космо- са. Желаю успешного выполнения намеченной программы и благопо- лучного возвращения на Землю». Затем с приветствием к амери- канским астронавтам и советским космонавтам обратился президент США Джеральд Р. Форд. Он выра- зил свое восхищение проделанной космонавтами трудной работой, поздравил их с успешной стыковкой в космосе и пожелал успешного завершения полета. • Ваш полет,— сказал Джеральд Р. Форд—это весьма важное собы- тие и весьма серьезное достижение не только для вас пятерых, но и для тысяч американских и советских ученых и технических специали- стов, которые совместно работали в течение трех лет. чтобы обеспе- чить успех этого имеющего истори- ческое значение и в высшей сте- пени плодотворного эксперимента для международного сотрудниче- ства Нам потребовалось много лет, чтобы открыть эту дверь для полез- ного сотрудничества в космосе между нашими двумя странами. И я уверен в том, что не за горами тот день, когда такие космические по- леты, которые станут возможными благодаря этому первому совме-
252 стному полету, будут а какой-то мере обычным делом. Все мы надеемся на ваше благо- получное возвращение, с огромным интересом следим за теми ус- пехами, которых вы уже доби- лись...» Первая встреча на орбите экипа- жей «Союза» и «Аполлона» продли- лась более двух с половиной часов, хотя по программе на нее отводи- лось полтора часа. Космонавты и астронавты обме- нялись флагами своих стран, суве- нирами, подписали совместный до- кумент о полете. Экипажу «Аполло- на» А. Леонов передал флаг СЮН, который, совершив исторический международный полет в космос на кораблях «Союз» и «Аполлон», как символ мира на Земле будет хра- ниться в ООН после завершения рейса. Состоялся товарищеский ужин. Но он был недолгим. Ничего не поделаешь: работа есть работа. Были совместно выполнены запла- нированные научно-технические эксперименты. И только к четырем утра 18 июля участники космиче- ской встречи «разошлись по до- мам». ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ. 18 июля— день взаимных визитов Этот день по справедливости назы- вали днем взаимных визитов. Их было три. 12 часов 50 минут. В. Бранд пере- шел в «Союз», а А. Леонов—в -Аполлон». На экране В. Кубасов и В. Бранд «плавали» по орбитально- му отсеку «Союза». 15 часов 50 минут. Орбитальный комплекс «Союз—Аполлон» про- летел над Кавказом, приблизился к Казахстану Телевизионная систе- ма «Аполлона» передавала изобра- жение этих районов в США Вале- рий Кубасов как заправский гид «Интуриста» на английском языке рассказывал американским теле- зрителям о нашей стране. 17 часов 25 минут Начался теле- визионный репортаж из «Союза». Валерий Кубасов и Вэнс Бранд рассказали о совместной работе, познакомили телезрителей с кос- мическим меню на советском корабле. 19 часов 10 минут. Алексей Ле- онов и Томас Стаффорд «приплы- ли» в «Союз», а Валерий Кубасов и Вэнс Бранд отправились в «Апол- лон». 20 часов 30 минут Вновь включе- ны телекамеры «Союза» и «Апол- лона». Началась космическая пресс-конференция. Перед началом пресс-конфе- ренции А. Леонов и Т. Стаффорд выступили с заявлениями. Заявление Т. Стаффорда. Мы счастливы работать сегодня в кос- мосе по программе ЭПАС. Успех полета, который сейчас наблюдают Америка, СССР и весь остальной мир, есть результат воли, сотруд- ничества и усилий правительств наших стран, руководителей этой программы, а также инженерно- технических работников и других специалистов Вчера, когда я пер- вый раз открыл люк и сказал «хэл- лоу» Алексею и Валерию, я поду- мал, что, открывая люки в космосе, мы открываем новую эру в истории человечества. Как будет дальше развиваться эта эра. будет зави- сеть от воли, усилий и веры наро- дов обеих стран, народов всего мира. Я уверен, что у этой веры хорошее будущее. Для меня истин- ное удовольствие участвовать в этом полете, работать с советскими космонавтами. Заявление А. Леонова Мы. пред- ставители двух стран, участвуем з этом совместном полете благо- даря тому, что наши народы и пра- вительства хотят работать вме- сте в духе сотрудничества. Мно- гие специалисты в США и в СССР вложили огромные усилия, чтобы мог состояться этот полет. Он станет важным шагом на бес- конечном пути исследования кос- мического пространства объеди-
253 На орбите бывало и так... А. Леонов и Д. Слейтон ненными усилиями всего человече- ства. Астронавты и космонавты затем ответили на вопросы журналистов из Москвы и Хьюстона Вопрос Валерию Кубасову. Вы были первым сварщиком в кос- мосе. Предвидите ли вы создание постоянной орбитальной станции усилиями всех заинтересованных стран на принципах равной выгоды для всех наций? Ответ. Действительно, во время полета на корабле -Союз-6» мне пришлось выполнять первую сварку в космосе. Сегодня и вчера мы участвовали в выполнении экспери- мента с универсальной печью. Тот и другой эксперименты относятся к области металлургии в космосе. Я думаю, что эта область имеет боль- шое будущее Пройдет некоторое время и человечество будет многие новые металлы, новые сплавы с новыми качествами получать в ус- ловиях, которые нельзя создать на Земле, а только в космосе. Мне кажется, что придет время, когда в космическом пространстве появят- ся целые, если можно так сказать, заводы по производству новых ма- териалов и новых веществ с новыми качествами. Вопрос Дональду Слейтону Вы летали над Европой во время вой- ны. Каким этот континент выглядит для вас сегодня? Ответ. Великолепным! Правда, значительная часть континента бы- ла закрыта облаками и пролетели мы над Европой довольно быстро Но то. что мы видели, оставляет прекрасное впечатление. Вопрос Вэнсу Бранду. Вы уже третий день не имеете новостей с Земли Какие новости хотели бы вы услышать от нас, журнали- стов? Ответ. Естественно, хотелось бы услышать хорошие новости, а не плохие. В наши дни мир стремится жить в дружбе, и в этот момент, когда мы пролетаем над южной частью Европы, нам очень хотелось
254 В. Кубасов и Т. Стаффорд в орбитальном отсеке «Союза-19». На заднем плане— рисунки А. Леонова, сделанные в полете. бы, чтобы совместный полет оказал благотворное влияние на политиче- ский климат в мире. Хотелось бы. чтобы за нашим полетом последо- вали хорошие новости Вопрос А. Леонову. Где у себя на родине вы хотели бы посадить се- мена деревьев, предназначенные для обмена? Ответ. Я родился в Сибири и вырос там, поэтому в моем созна- нии самые долговечные и самые неприхотливые—это сосна и ель. Деревья—основная зеленая масса нашего земного шара, они приносят большую пользу человечеству. По- этому посадить сосну и ель я хотел бы в родном краю. Вопрос В Кубасову. У вас есть дети. Что бы вы хотели пожелать им, а также всем детям Земли из космоса? Ответ Всем детям, конечно, хо- чется пожелать счастья, чтобы их будущее было хорошим, чтобы это будущее было мирным, чтобы они всегда жили в радости со своими родителями, чтобы они никогда не теряли своих ощов, братьев, как это было во время прошедшей вои- ны Сейчас у детей каникулы, хочу пожелать им хорошего отдыха. Вопрос Томасу Стаффорду. Оп- равданы ли по-вашему мнению ввиду многих существующих на Земле проблем расходы на этот полет? Ответ Да, конечно Во-первых, в научном плане обе стороны получи- ли многое от полета и сотрудниче- ства. Во-вторых, в конечном счете та польза, которую принесет этот по- лет, окупит все расходы, затра- ченные на него. Полет безусловно окажет благотворное влияние на отношения между нашими стра- нами. Вопрос Алексею Леонову. Могли бы вы передать на Землю набросок рисунка, который выражал бы смысл совместной миссии ваших кораблей в космосе9 Ответ. Я могу вам показать. (Ле- онов показывает соединенные вме- сте советский и американский флаги.) Я сделал несколько зарисовок Вот. налример, портрет Томаса Стаффорда. Похож? Нет? Обрати- те внимание, какой вдумчивый че- ловек. А сейчас я вам покажу Стаф- форда, когда он был молодым. Вот портрет знакомого вам техасца. (Показывает портрет Дональда Слейтона.) Портрет Вэнса Бранда я только что ему подарил, когда он покидал корабль «Союз». Как види- те, эта портретная галерея роди- лась здесь, в космосе. Вопрос Томасу Стаффорду. Как вы оцениваете работу корабля «Со- юз» в первые дни полета? Ответ Экипаж «Союза» работал здорово. Дело в том, что в эти дни нам предстояло выполнить очень много операций. Во время перехо-
255 дов от них и от нас требовалось четкое взаимодействие, что и было продемонстрировано. Все прошло хорошо. Вчера мы имели возмож- ность разговаривать с Москвой. Вчера с нами говорил президент Соединенных Штатов. День был на- пряженным, взаимодействие — без- упречным. Вопрос Валерию Кубасову. Какой вклад может внести опыт, приобре- тенный в этом полете, а будущее сотрудничество между Соединен- ными Штатами Америки и Совет- ским Союзом в космосе? Что нового вы узнали за последние несколько дней из того, что может быть полез- ным космонавтам и астронавтам в будущем? Ответ. Прежде всего, мы узнали, что можем сотрудничать и летать вместе в космосе Если раньше мы только к этому готовились, то сей- час это проверено на практике. Вчерашний и сегодняшний день до- казали нам, что во время сближе- ния, стыковки, во время совместной деятельности у нас не было ника ких проблем. Было полное взаимо- понимание. Все, что планировали, мы выполнили. Это самое главное. Этим было доказано, что мы можем вместе сотрудничать в космосе, ле- тать вместе. Во-еторых, мы проверили то, что стыковочная система работает, причем так, как запланировано. Все технические идеи, заложенные в нее, оправдали себя. В-третьих, мы получили дополни- тельный опыт совместного полета двух кораблей. Это тоже даст многое для подготовки к будущим полетам. Вопрос Вэнсу Бранду. Как может опыт, приобретаемый в этом по- лете, содействовать космическому сотрудничеству между СССР и США в будущем? Другими словами, приобрели вы за последние дни что-нибудь такое, что было бы по- лезным для космонавтов и астро- навтов в будущем? Ответ. Я думаю, что большая часть того, что мы приобрели, рабо- тая по совместному проекту, отно- сится к подготовительной части по- лета, к нашим тренировкам. Если учесть все, то можно сказать, мы научились тому, как разговаривать друг с другом, как планировать нашу подготовку. Сейчас, во время реального полета, мы сталкиваем- ся с незначительными сюрпризами. К будущему совместному полету, который когда-то состоится, подго- товка будет значительно проще и мы будем располагать немалыми знаниями о том, как лучше его провести. Вопрос Алексею Леонову. На- сколько комфортабельным счита- ете вы корабль «Аполлон» и как вам нравится американская пи- ща? Ответ Я сегодня в часов пробыл на космическом корабле «Апол- лон» А до этого очень много раз бывал на нем на тренировках. Как летчику и как космонавту мне очень нравится этот корабль. «Аполлон» уже показал себя. Это надежный корабль, позволяющий решать много различных задач, в том числе и сложную задачу, свя- занную с облетом Луны и посадкой на ее поверхность. Сегодня я уви- дел его в космическом полете. Мне нравятся его возможности по проведению наблюдений—у него много иллюминаторов для на- блюдения Земли, его оборудова- ние. Сегодня я должен провести ре- портаж о космической пище в ко- рабле «Аполлон». Скажу, что пища, которую я выбрал еще на Земле, была здесь такой же. Она мне очень понравилась своим приготов- лением и свежестью. Понравилось также внимание экипажа. Еще раз хочу сказать, что косми- ческая пища—это не та пища, кото- рую люди едят на Земле (далее Леонов говорит по-английски), но как сказал древний философ: «Обед хорош не тем, что ешь, а тем,
256 А внутри-то— борщ! Т. Стаффорд и Д. Слейтон в гостях на -Союэе-19». с кем ешь». Сегодня я обедал с моими очень хорошими друзь- ями— Томасом Стаффордом и До- нальдом Слейтоном Вопрос Дональду Слейтону. Те- перь, когда вы наконец попали в космос, как согласовываются ваши личные впечатления с тем, что вам уже много лет приходи- лось слышать от других астро- навтов’ Ответ Я встретил знакомую по рассказам картину и примерно те же проблемы, о которых все гово- рят: мало рабочего пространства внутри корабля, загруженность ра- ботой и документацией Но полет в космос—это приобре- тение огромного опыта. Не думаю, что вообще можно полностью выра- зить словами то, что переживаешь и чувствуешь в космосе. Я хочу, чтобы больше людей побывало в космосе и испытало на себе эти ощущения. Вопрос Алексею Леонову и Тома- су Стаффорду. В какого рода кос- мических полетах вы хотели бы еще участвовать’ Ответ А Леонова. Я глубоко уве- рен, что сейчас все—и те, кто летает на космических кораблях, и те, кто не летает, а смотрит на нас, слышит нас,— являются участника- ми лишь начала большого челове- ческого пути в космическое про- странство Мне, конечно, хотелось бы еще побывать на каком-нибудь космическом корабле, который мог бы летать длительное время вокруг земного шара, чтобы глазами ху- дожника посмотреть на многооб- разный лик нашей Земли, на ее разнообразные краски, запечат- леть это в своей памяти, донести до людей. Хотелось бы побывать на высотах больших, чем те, на кото- рых мы сейчас летаем Оттуда Зем ля выглядит совсем по-другому. Я думаю, что у нас есть еще запас сил и возраста, и мы все-таки поуча- ствуем в дальнейших космических полетах. Ответ Т. Стаффорда. Конечно, всегда хочется летать на более современной технике, участвовать в новых полетах У нас не так много времени осталось до начала прог- раммы “Спейс Шаттл», и, конечно, я хотел бы участвовать в этой
257 программе. Я надеюсь, у Алексея будет космический корабль, разра- ботанный к тому времени для ново- го совместного полета Я хочу это- го. Человечество идет по пути про- гресса. Будет новая космическая техника. Надеюсь, что для совме- стных полетов будут применяться новые, более совершенные косми- ческие средства, которые принесут больше пользы для всех нас на Земле. А Леонов дополняет. Я согласен с Томасом и хочу сказать, что одно дело корабль, а другое—с кем ты летаешь. Так вот я бы хотел всегда летать в космос с друзьями, кото- рым очень доверяешь, которые до- веряют тебе и с которыми просто не скучно работать. Вопрос Т. Стаффорду. Считаете ли вы с практической точки зре- ния удобным разговаривать во время сложных маневров по сближению на родном языке собе- седника? Ответ. Конечно, это очень важно. Мы пришли к этому выводу в ходе совместной работы. Мы убедились, что на родном языке собеседника говоришь медленнее, отчетливее и делаешь меньше ошибок. Это впол- не оправдало себя. Вы все это видели и слышали во время сбли- жения, стыковки, да и видите сей- час. Для нас это очень большой опыт новой формы общения друг с другом. Вопрос А. Леонову. Как вы счи- таете, насколько возможность спасения экипажей, продемонстри- рованная в этом полете, важна для будущих космических поле- тов? Ответ. Когда мы начали зани- маться программой «Аполлон— Союз», то в первую графу на- шей программы ставили отработку средств спасения, отработку едино- го стыковочного узла и его испыта- ние. Вот сейчас мы можем сказать, что мы выполнили основную часть этой программы Мы испытали сты- ковочные узлы, они у нас сработали хорошо и держат нас крепко. Это начало большой работы по унифи- цированию последующих космиче- ских систем не только наших госу- дарств. Я думаю, за этим обяза- тельно последуют все наши кораб- ли и корабли США с такими же стыковочными узлами. И другим государствам, которые начнут раз- вивать технику в этом направлении, тоже будет смысл создать единые и унифицированные стыковочные уз- лы, чтобы использовать любую воз- можность для оказания помощи друг другу в открытом космическом пространстве. И нам приятно, что начало этой грандиозной человече- ской работы в космосе возложено сейчас на наши экипажи—«Союза» и «Аполлона». Вопрос В Бранду Теперь, когда американцы впервые встретились с русскими в космосе в международ- ном космическом полете, как вы думаете, каковы возможности сов- местного исследования других пла- нет при помощи пилотируемых кос- мических средств? Ответ. Я думаю, что шансы для этого сейчас хорошие. Но не думаю, чтобы это началось в ближайшие годы. Возможно, пройдет 20—30 лет, прежде чем мы будем готовы начать исследования других пла- нет. Но прогресс стремителен в наше время, и свидетельство то- му— развитие авиации. Так что, возможно, в течение ближайших 20—30 лет придет то время, когда мы будем думать об исследовании других планет совместными уси- лиями Мне кажется, что так и должно быть. Это сэкономит вре- мя, усилия, финансовые расходы. Это будет интереснейшее пред- приятие, которое принесет пользу всему миру Вопрос Т. Стаффорду. Насколь- ко важна для будущих полетов воз- можность спасения экипажей кос- мических кораблей?
258 Ответ. Люди всегда делали все возможное Для того, чтобы умень- шить риск. В эру космических поле- тов нельзя исключать ситуацию, когда возникнет необходимость спасения экипажа. То новое, что мы продемонстрировали во время это- го полета,— новый стыковочный узел, средства сближения и сты- ковки, разработанные обеими стра- нами, средства связи, а также спо- собы ведения совместных дей- ствий — может пригодиться в буду- щем, в том числе и для спасения экипажей. Так что. я думаю, мы сделали большой шаг в этом на- правлении. Думаю, что мы открыли новую эру в космонавтике и что наш опыт принесет пользу. ...Международная пресс-кон- ференция в космосе, участниками которой были миллионы телезри- телей, заняла более часа. Это было, как говорят американцы, шоу дня. 21 час московского времени. Ор- битальный отсек «Союза». Алексей Леонов вручил Томасу Стаффорду половину памятной медали, достав- ленной на орбиту в «Союзе». Стаф- форд соединил ее с другой полови- ной медали, что была на «Аполло- не». Затем Стаффорд передал се- мена американской ели. Валерий Кубасов в это время в «Аполлоне» передал семена наших хвойных деревьев В. Бранду и Д. Слейтону. Получив от них вторую половину памятной медали, Куба- сов соединил ее с принесенной из «Союза». Экипажи двух кораблей вместе провели эксперименты «Рост микроорганизмов». «Зонообразу- ющие грибки», «Микробный обмен», провели серию бортовых кинофо- тосъемок. День 18 июля завершился пос- ледним, четвертым переходом. Кос- монавты и астронавты возврати- лись в свои корабли. Закрыты пере- ходные люки. До свидания. Теперь уже на Земле. ДЕНЬ ПЯТЫЙ, 19 июля — день расстыковки. Утром в подмосковный Центр уп- равления приехали дублеры эки- пажа «Союза-19» летчики-космо- навты А. Филипченко и Н. Рукавиш- ников. А. Леонова вызвал на связь его дублер. Центр. Мы здесь, в Центре, слы- шим вас хорошо. Как дела? «Союз». У нас все хорошо, все идет гладко. Центр. Передаю вам огромный привет и поздравление от ваших жен и близких. Они вас ждут с нетерпением. «Союз». Передай, чтобы не вол- новались. Спим хорошо, наверное, потому, что раньше мало слали. Желаем вам успеха. Центр. Спасибо. «Союз». У нас сегодня напряжен- ный день—расстыковка, экспери- менты «Солнечное затмение» и «УФ-поглощение», повторная те- стовая стыковка и расстыковка. 12 часов 55 минут. Проведены очередные эксперименты. Идет подготовка к эксперименту «Искус- ственное солнечное затмение». 13 часов 40 минут. Алексей Ле- онов и Валерий Кубасов надевают скафандры, переходят в спуска- емый аппарат и докладывают в Центр управления: «К расстыковке готовы». 15 часов 03 минуты 15 секунд— расстыковка. Корабли расходят- ся на расстояние 200 метров, и в процессе расхождения был прове- ден эксперимент «Искусственное солнечное затмение» На телевизи- онных экранах было отчетливо вид- но, как тень «Аполлона» наползала на орбитальный отсек «Союза». Через 6 минут корабли снова сблизились для повторной стыков- ки. Только теперь «Союз» и «Апол- лон» поменялись ролями. Настал черед «Союзу» показать работо- способность стыковочного узла в активном режиме. 15 часов 34 гл^нуты. Корабли коснулись друг друга, выровня-
259 лись. Шло стягивание кораблей Но что это? «Аполлон» неожиданно вздрогнул, и от этого многотонный комплекс из двух кораблей на се- кунду как бы надломился в месте их соединения. Выдержит ли кон- струкция стыковочного агрегата? Ведь нагрузка больше нормы Вла- димир Сергеевич Сыромятников даже зажмурился и отвернулся от телеэкрана- Но вот все страхи позади. АПАС выдержал испытания. Стык был совмещен и обжат, крюки закрыты. Тестовая стыковка закончилась. 18 часов 26 минут. Произведена окончательная расстыковка кораб- лей. На очереди совместный экспе- римент «Ультрафиолетовое погло- щение». Экипаж «Аполлона» про- сит «Союз» изменить ориентацию. При первом измерении получены не очень хорошие результаты. Центр управления после короткого сове- щания передал на борт «Союза» необходимые данные для новой ориентации 21 час 54 минуты. Эксперимент «Ультрафиолетовое поглощение» закончился. Экипажи кораблей благодарят друг друга за хорошую работу. «Аполлон» включил двига- тели и отошел от «Союза». Даль- нейший полет корабли стали вы- полнять по самостоятельным про- граммам. ДЕНЬ ШЕСТОЙ, 20 июля — день автономных полетов. Утром состоялся очередной сеанс связи. На борту «Союза» все в порядке. Этот день был запол- нен множеством научно-техниче- ских экспериментов. У А. Леонова и В. Кубасова отличное настрое- ние. Они успевают полюбоваться Землей в иллюминаторы, охотно шутят, разговаривая с Центром. «Союз». Очень хорошо видим Крым, Цимлянское море. Вот прохо- дим над Волгой, озерами Баскунчак и Эльтон. Центр. У вас, наверное, по геогра- фии были пятерки? «Союз» Да, конечно. Сейчас ясно видим Аральское море. Центр Вы Павла Поповича с удочкой там случайно не видите? Памятная медаль в честь ЭПАС. Ее половинки были взяты на орбиту на «Союзе-19» и «Аполлоне» и соединены в космосе.
260 Космос, корабль <i Аполлон» и наша голубая планета... «Союз». Нет, не видим Может, спрятался? Сейчас пролетаем над Сибирью. Слышна радиостанция ка- кого-то аэропорта. Центр. Признайтесь, вам хочется домой? А. Леонов и В. Кубасов засме- ялись в ответ. 21 июня в 13 часов 51 минуту по московскому времени «Союз-19» совершил мягкую посадку. На снимке: А. Леонов и В. Кубасов после приземления. ДЕНЬ СЕДЬМОЙ. 21 июля — день посадки «Союза». Сегодня посадка. К 12 часам эки- паж «Союза» надел скафандры и перешел в спускаемый аппарат. Со- общили, что погода в районе посад- ки хорошая. Начался цикл посадоч- ных операций. В 13 часов 10 минут 21 секунду включился тормозной двигатель. А. Леонов доложил: «Двигатель сработал нормально, на борту все а порядке, слышим, как работают двигатели системы управления спуском. Идем плавно, самочув- ствие хорошее». В 13 часов 27 минут спускаемый аппарат вошел в плотные слои ат- мосферы За ним следили специ- альные радиотехнические сред- ства. А. Леонов снова вышел на связь: «Слышим гул от встречного потока воздуха. Движение аппара- та плавное». Вертолеты поисковой службы уже приняли радиосигналы спуска- емого аппарата. А вскоре и телез- рители увидели снижающийся под парашютом спускаемый аппарат. Все ближе Земля. 13 часов 50 минут 51 секунда. Включились двигатели мягкой по- садки. Вздымаются клубы пыли. Спускаемый аппарат «Союза» на Земле Полет окончен. В Центре управления раздались аплодис- менты Вертолет поисковой службы сел рядом со спускаемым аппаратом буквально через минуту. Быстро открылся люк спускаемого аппара- та. Первым вышел Валерий Куба- сов, потом Алексей Леонов. Кто-то подал им мел. На закопченном боку «Союза» появились размашистое «Спасибо!» и подписи: Леонов, Ку- басов. Это — тем, кто создал ко- рабль, тем. кто вывел его на орбиту, кто управлял полетом. Это призна- тельность поисковой службе и вос- хищение ее работой. — Мы с Валерием очень рады, что ответственный космический эксперимент и совместная работа с экипажем корабля «Аполлон» прошли успешно. Это была нелег- кая. но очень благодарная рабо- та,—сказал, счастливо улыбаясь, командир «Союза-19». Подоспели врачи. Первое ме- дицинское обследование космо- навтов. Состояние здоровья в норме. Затем был подписан акт о полете, который стал первым документом в списке новых международных ре- кордов в космосе.
262 «Аполлон» приводнился в Тихом океане в районе Гавайских островов. А через два часа самолет ИЛ-18 доставил космонавтов на космод- ром Байконур «Аполлон» продолжал полет еще в течение трех с половиной суток. За это время астронавты выполня- ли астрофизические и биологиче- ские эксперименты, фотографиро- вали земную поверхность ДЕНЬ ДЕСЯТЫЙ, 24 июля — день посадки «Аполлона». 24 июля в подмосковный Центр управления приехали советские ру- ководители программы «Союз — Аполлон», Алексей Леонов и Ва- лерий Кубасов, другие космонавты, специалисты, чтобы посмотреть по- садку «Аполлона». В 23 часа 37 минут 42 секунды включился тормозной двигатель американского корабля, и он устре- мился к Земле, В первые минуты 25 июля «Аполлон» благополучно приводнился в заданном районе Ти- хого океана. Так завершился небывалый кос- мический эксперимент—совмест- ный полет кораблей двух стран, за которым с живым интересом и воодушевлением следил весь мир.
А.. А. Леонов, дважды Герой Советского Союза, летчик-космонавт СССР В. Н. Кубасов, дважды Г врой Советского Союза, летчик-космонавт СССР СПАСИБО! Этот день нам запомнится надолго. Наверное, навсегда Вскоре после майских праздни- ков 1973 года нас обоих вызвали на заседание Совета «Интеркосмос» в Президиум Академии наук СССР, и мы услышали: — Вы назначены в первый эки- паж корабля - Союз - для совме- стного полета по программе ЭПАС. Готовьтесь отправиться 25 мая в Париж на встречу с американскими астронавтами В июле намечена первая тренировка в Хьюстоне. Мы понимали, что предстоит большая и трудная работа, которая будет отличаться от той, с которой мы до сих пор имели дело. Предсто- яло подробно изучить корабль «Аполлон», участвовать в отработ- ке и испытаниях новых систем, ос- воить методику тренировок астро- навтов, тренажеры, имитаторы. И, естественно, узнать тех. с кем при- дется работать в космосе. Будет ли здесь достигнута совместимость? Сумеем ли мы за те два года, которые предшествуют полету, изу- чить английский язык в такой сте- пени, чтобы свободно понимать друг друга? С такими мыслями мы отправи- лись на встречу с нашими амери- канскими коллегами в Париж на международную авиационно-кос- мическую выставку. Павильон, в котором находились макеты кораблей «Союз» и «Апол- лон», состыкованные в космиче- ский комплекс, приковал внима- ние парижан и многочисленных го- стей выставки Именно там на глазах тысяч людей состоялась первая встреча космонавтов и аст- ронавтов—участников программы ЭПАС. Мы стояли возле макетов наших кораблей, отделенные от неисто- вой толпы журналистов и воз- бужденных посетителей выставки красным шнурком. Подолгу объяс- няли публике устройство кораб- лей. замысел полета, задачи про- граммы. — Верите ли вы в успех? — Не сомневаемся. — Но ведь вы ни разу не летали вместе? Эта первая встреча оставила у нас приятное впечатление от астро- навтов, и в дальнейшем, на протя- жении всей нашей совместной рабо-
264 ты на земле и в космосе, оно не изменилось Летом 1973 года начались совме- стные тренировки советских космо- навтов и американских астронав- тов. Главной задачей, кроме отра- ботки отдельных элементов прог- раммы полета, было научиться по- нимать друг друга, что называется, с полуслова. К этому мы шли, зани- маясь всесторонней технической подготовкой. Прежде всего, теоре- тической, потом — на тренажерах. Ведь на тренажере грамотно рабо- тать можно только тогда, когда разберешься в сути происходящих явлений и процессов К тому же, на наш взгляд, именно эти совместные тренировки позволили нам быстрее и лучше понять партнеров. Нам пришлось много дней рабо- тать с американским экипажем на различных тренажерах у нас и в США Немало мы переняли друг у друга в профессиональном отноше- нии, сдружились, и хотелось бы каждому из нас сказать несколько слов о своих коллегах. А. Лесное Командир экипажа «Аполлона» — Томас Стаффорд. Рослый, подтянутый. На открытом спокойном лице глубоко посажен- ные глаза, всегда немного груст- ные. Удивительно выдержан, никогда не повышает голоса и даже когда сердится — внешне не заметно С самого начала нашей работы мы непроизвольно стали звать его «дед Том», хотя он и старше нас лет на пять, не более. Наверное, здесь сыграли свою роль его рассуди- тельность, степенность. Англий- ский язык Тома Стаффорда ока- зался для меня особенно трудным; у него оклахомский выговор, и кос- монавты по этому поводу не раз шутили Подчас невозможно уло- вить начала и конца в его фразах. Даже его собственная жена, как она признавалась, не всегда пони- мает его. Уже после полета миссис Фей Стаффорд как-то спросила меня: «Как вы его понимаете. Я прожила с ним 20 лет, а иногда не понимаю, о чем он говорит». «Миссис Фей,— шутливо ответил я,— если бы вы провели с ним столько дней на комплексном тренажере, то, уве- рен, стали бы лучше понимать сво- его мужа». Особое положение в отряде астронавтов занимает Дик Слей- тон. Большой специалист по подго товке экипажей, он пользуется не- поколебимым авторитетом среди людей космических профессий. По- стоянно подтянут, корректен в обращении и очень немногосло- Рассказывали, что Слейтон, когда представлял астронавтов для очередного полета, неизменно говорил лишь два слова: «Они го- товы». Он с завидным упорством ежедневно отрабатывал операции, доводя свои движения до автома- тизма, чтобы затем в космосе вы- полнять их безошибочно. Конечно, не случайно его назначили пилотом стыковочного модуля «Аполлона» в первом международном полете. Он справился со своим заданием блестяще. 0. Кубасов: Во время полета мне предстояло провести с Вэнсом Брандом больше времени, чем с другими членами экипажа «Аполло- на» Поэтому и на земле мы подолгу тренировались вдвоем. Он имеет богатый опыт работы с бортовыми системами космических кораблей. Много раз был дублером основных экипажей, был готов ле- теть сам, но впервые довелось вот только в этом совместном полете. У него удивительная способность чут- ко реагировать на ход событий и изменения в окружающей обстанов- ке. что, несомненно, очень важно для астронавта. Он очень трудо- любив, мог подолгу «высиживать» в тренажерах и макетах кораб- лей, тщательно изучая работу сис- тем. В отличие от других членов аме- риканского экипажа Вэнс Бранд—
265 человек более живой по харак- теру, общительный. У него откры- тое лицо и обаятельная улыбка. За веселый нрав и склонность к шутке мы часто называли его по- своему: «Ваня». Русское имя Бран- да. как нам показалось, понрави- лось не только окружающим, но и ему самому. За время подготовки полета было проведено немало встреч различ- ных групп технических специали- стов и в Советском Союзе, и в США. И все ради одной—той, что должна была произойти в космосе, на орби- те вокруг Земли. Разумеется, мы постоянно следи- ли за ходом работы специалистов, интересовались техническими ре- шениями, которые предлагала та и другая сторона по проекту, участво- вали в обсуждениях, высказывали свое мнение. Особенно много забот доставила нам бортовая докумен- тация . Свыше полутора тысяч стра- ниц различных инструкций готови- лось на борт Они были собраны потом в 29 книг с русским и англий- ским текстом Инструкции постоян- но уточнялись, а мы должны были согласовывать эти изменения — ведь по ним предстояло рабо- тать Последние крупные измене- ния по бортовой документации «на- стигли» нас уже на космодроме, когда до старта оставалось мень- ше десяти дней. Из США прислали около 140 (!) новых страниц. Несомненно, большую роль в на- шей подготовке сыграли совме- стные тренировки с персоналом Центров управления. Все было как в реальном полете: и имитация стартов кораблей, и стыковка, и процедуры по проверке систем пос- ле стыковки. Находясь в имитаторе корабля «Союз», мы переговаривались с американским экипажем, также на- ходившемся в имитаторе «Аполло- на» (но у себя в Хьюстоне), выпол- няли запланированные операции, докладывали друг другу о состо- «Союз-19» в космосе. янии систем «кораблей», искали выходы из самых неожиданных не- штатных ситуаций, которые созда- вали специалисты по тренировкам Подобного рода имитации явились как бы генеральной репетицией пе- ред решающим днем—стартом ко- раблей. Мы были подготовлены хорошо не только для выполнения штатной программы полета, но и для многих сотен нештатных ситуаций, которые могли возникнуть. Так что во время полета, пожалуй, самым главным для нас было сохранять выдержку и спокойствие. Сейчас, когда все уже позади, сам полет в памяти слился в одно непередаваемо яркое, захватыва- ющее мгновение. Многие, конечно, видели по теле- видению, в кино старт космической ракеты Он никого не может оста- вить равнодушным. Но в корабле совсем по-другому переживаешь эти секунды Не слышно бешеного грохота, не видно пламени. Лишь по легкой вибрации понимаешь, что включились двигатели. Увеличился шум—двигатели вышли на режим.
266 Мягкий толчок — ракета отошла от стартового стола. Теперь тебя уже ничего не связывает с Зем- лей. Покачивание, легкая вибрация создают впечатление, словно едешь в мягком вагоне поезда... если не считать перегрузки. И вдруг, сколько ни готовишь се- бя,— всегда неожиданно—отделе- ние от ракеты-носителя. Сразу наступает невероятная ти- шина. Мы зависли. Включились ча- сы и глобус—корабль «Союз-19» на орбите. Мы почти физически ощущаем, что ко всему происходящему сейчас приковано внимание миллионов людей Земли. Вообще-то космиче- ская работа всегда на виду, к это- му привыкаешь, но нынешний по- лет— особый, Оттого и дополни- тельное волнение. Понимаем: глав- ное— не торопиться, получше сос- редоточиться на программе. Напря- жение первых минут схлынуло, и мы приступили к делу. После отделения от ракеты про- вели контроль состояния си- стем— все в норме. В течение всего полета корабля системы работали безупречно. Правда, на начальном участке полета возникли неполад- ки в коммутационном блоке телеви- зионной системы. Казалось, все проверено и ис- пытано бесконечное число раз. и тем не менее такие вещи слу- чаются. Для устранения дефекта на борт были выданы рекомендации с Зем- ли. Перед тем как лечь спать, мы вскрыли панель декоративной об- шивки, под которой находился не- исправный блок, и демонтировали его. Наши сборщики сделали все добротно и прочно, пришлось из- рядно повозиться и приложить уси- лия, чтобы выполнить эту опера- цию. Ремонтом занялись на следу- ющий день. Отключили кабели цветных телекамер и радиопере- датчика от коммутационного блока и соединили их между собой. Од- новременно с нами операции по ремонту проводились специалиста- ми на Земле, что позволило нам избежать возможных ошибок. При- мерно через 8 часов были подклю- чены цветные телекамеры и сразу же из Центра управления услышали радостный голос: «Мы вас видим!» Первая фаза начального участка совместного полета была выполне- на: корабль «Союз» на орбите, си- стемы работают нормально, наше самочувствие хорошее. И вот по- дошли к концу те 7,5 часа, которые разделяли старты двух кораблей. ««Аполлон» выведен на задан- ную орбиту. Астронавты чувствуют себя хорошо»,—услышали сообще- ние из Центра управления. Зна- чит, и вторая фаза прошла ус- пешно. Мы были искренне рады хо- рошему началу полета и теперь уже ждали встречи с нашими друзьями. Космос бесконечен, и встретить- ся в его просторах двум кораб- лям—дело непростое Помощь в этом нам оказывают баллистики советского и американского Цент- ров управления. Еще не видя друг друга, корабли, проведя ряд необ- ходимых маневров, сходятся до расстояния нескольких сотен кило- метров. Чтобы облегчить амермйен- ским астронавтам поиск нашего «Союза», включили бортовые им- пульсные маяки при входе на не- освещенный участок орбиты. С «Аполлона» увидели «Союз» на расстоянии 370 километров, и тут же между кораблями была установ- лена радиосвязь. Приятно было ус- лышать голос Тома Стаффорда: «Как вы меня слышите, прием». Первый контакт, таким образом, был налажен. Теперь самое ответствен- ное—стыковка. Из Центра управ- ления нам сообщили: — Разрешаем стыковку в расчет- ное время. На следующем сеансе связи от 19 часов 7 минут и до начала стыковки ведите подробный репортаж. — «Аполлон» все ближе. Три метра... Один метр... Еще мгноее-
267 ние... Есть контакт! Сработано отлично! Скоро пожмем ваши руки! — Спасибо.—отвечает Стаф- форд по-русски. — Ждем встречи с вами Одетые в скафандры, мы на- ходились в спускаемом аппарате, и люк. соединяющий его с орби- тальным отсеком, был пока за- крыт. — Стыковка выполнена. — Примите наши поздравле- ния,—слышим голос Георгия Шони- на. который из Центра управления полетом поддерживает с нами связь. — Спасибо. Приступаем к вы- полнению запланированных опера- ций. Этот день 17 июля 1975 года и время 19 часов 12 минут войдут в космическую летопись человече- ства как событие исторического значения Впервые на орбите был создан космический комплекс с международным экипажем на борту. Проверки показали, что герме- тичность корабля, полости стыка и переходного тоннеля со стороны «Союза» в норме. Мы начали подго- товку к первому переходу. За сравнительно короткий отре- зок времени мы провели большое количество операций, но усталости не чувствовали—слишком велико было желание выполнить все наи- лучшим образом. Наконец между нами только два люка: один со стороны «Союза» и один со стороны «Аполлона». — Открываем люк № 4... Готовы к открытию люка № 3,—доклады- ваем мы. — Вас понял,—откликается по- русски Стаффорд. И вот последний люк открыт, наступает долгожданная мину- та— рукопожатие в космосе. — Здравствуйте, Алексей! Здравствуйте, Валерий! Как де- ла? — Glad to see you! (Рады видеть вас!),— отвечаем Стаффорд протя- гивает руку командиру «Союза-19» для первого рукопожатия! Через мгновение Стаффорд и Слейтон оказываются внутри наше- го корабля. С глубоким вниманием слушаем приветствие Генерального секрета- ря ЦК КПСС товарища Л. И. Бреж- нева. обращенное к нам из Мо- сквы: «Можно сказать, что «Со- юз—Аполлон»—прообраз буду- щих международных орбитальных станций». Мы взволнованы теплыми слова- ми Леонида Ильича. Затем к экипажу международного орбитального комплекса обратился Президент Дж. Р. Форд из Вашин- гтона: «Я уверен в том,— заявил он.—что не за горами тот день, когда такие космические полеты, которые станут возможными благо- даря этому первому совместному полету, будут в какой-то мере обыч- ным делом». Вчетвером заняли места около столика в орбитальном модуле, чтобы скрепить подписью Свиде- тельство о первой международной стыковке в космосе Четыре экзем- пляра подписываем все по очереди. Разумеется, кроме Вэнса Бранда. Он подпишет на следующий день, когда придет к нам в «Союз». Од- новременно ведем кино- и фотосъ- емку. После торжественной церемонии собрались за общим столом на обед. Он получился на славу, хотя мы не смогли найти ложки и вилки, предназначенные для гостей. Оче- видно, это от волнения. Дали им свои. Уходя в «Аполлон», они за- хватили их с собой как суве- ниры. На следующий день мы нашли гостевой комплект на самом вид- ном месте. И в дальнейшем пользо- вались им вместо своего. Мы пробыли вместе на полтора часа больше, чем было запланиро- вано. но были уверены, что в Центрах управления нас поймут. Когда на борту международной космической станции закончился
268 первый рабочий день, в Москве было далеко за полночь Мы закре- пили свои спальные мешки между стенками орбитального модуля и убрали свет до минимума В иллюминаторе стали хорошо видны огненные частицы, летящие от -Аполлона». Это работали его реактивные двигатели стабилиза- ции. Частицы, похожие на крупные красноватые звезды, летели со скоростью нескольких метров в секунду. На следующий день, когда были открыты люки, командир «Союза» ушел в «Аполлон», а Вэнс Бранд пришел в «Союз» Пять с лишним часов Вэнс Бранд работал у нас в корабле. Хотелось бы сказать несколько слов о переходах между корабля- ми. Основным моментом здесь яв- ляется смена давления и атмосфе- ры. Попав в стыковочный модуль, мы ничего особенного не почувство- вали. хотя давление было снижено почти в два раза в сравнении с тем, к какому мы привыкли в «Союзе», и атмосфера была чисто кисло- родной. Здесь, наверное, сказались многочисленные тренировки, про- водившиеся на земле. Только сле- дует отметить специфический за- пах при попадании в чисто кисло- родную среду И хотя говорят, что кислород без запаха, но его каким- то образом ощущаешь. Оценивая удобства работы в том и другом корабле, мы пришли к выводу, что компоновка «Союза», состоящего из двух отсеков, имеет определенные преимущества. По- видимому, конструкция по схеме «двухкомнатной квартиры» — спус- каемый аппарат и орбитальный от- сек— более целесообразна. Закончился второй период совме- стной деятельности. За ним после- довал третий, когда командиры экипажей работали в -Союзе», а Бранд и бортинженер «Союза» — в «Аполлоне». Через три часа совместной рабо- ты экипажи заняли места в своих кораблях, и были закрыты люки. Больше они не открывались, хотя предстояла еще повторная сты- ковка. После первой расстыковки на- чался эксперимент «Искусственное солнечное затмение». Это было первое солнечное затмение, запла- нированное человеком Через визирное устройство мы увидели прекрасную картину сол- нечной короны. Правда, иногда она дополнялась вспышками управля- ющих двигателей «Аполлона». Это захватывающее зрелище продол- жалось в течение 3—4 минут По- том корона стала постепенно исче- зать. Теперь нам предстояло провести повторную стыковку Но на этот раз активным должно было быть стыко- вочное устройство «Союза», чтобы еще раз подтвердить совмести мость агрегатов стыковки Стыковка прошла хорошо, но в процессе стягивания кораблей на- блюдались колебания «Аполлона». Мы волновались за прочность на- шего стыковочного узла, но он вы- держал испытания и при этих повы- шенных нагрузках. На этом полет в состыкованном состоянии закончился, и по радио- связи мы попрощались с экипажем «Аполлона» Но все же мы еще раз увидели друг друга на орбите После повтор- ной расстыковки, когда наши ко- рабли летели близко один от друго- го. мы вдруг услышали голос Стаф- форда: «Валерий, я вижу вас в иллюминаторе». Потом и мы раз- глядели в иллюминаторе «Аполло- на» лица Тома и Дика. «Аполлон» включил свои двигатели. В послед- ний раз перед нами промелькнула в темноте красочная картина реак- тивных струй. «Союз» и «Аполлон» разошлись, чтобы провести экспе- римент «Ультрафиолетовое погло- щение». Он требовал очень точной взаимной ориентации кораблей После первой серии замеров нам сообщили, что полученные данные не очень хорошие и надо раз- вернуться к «Аполлону» тыльной
269 В первые минуты после приземления. стороной, где расположен дублиру- ющий уголковый отражатель уль- трафиолетовых волн. С учетом этой нештатной ситуации были вне- сены изменения в программу поле- та, и командир развернул «Союз» на 90 градусов. Этот маневр был выполнен с помощью ручной ориен- тации, нам показалось, что кораб- лем в космосе управлять легче, чем на тренажере. На этот раз полученные данные были отличными. Теперь корабли должны были разойтись и завер- шать полет по автономным прог- раммам. Дни совместной работы на ор- бите были проведены словно на од- ном дыхании. Радость от того, что сумели сделать все, как надо, оправдать доверие, переполняла нас. Идем домой Разделение прошло во время, идем устойчиво. Объятый пламенем спускаемый аппарат не- сется к Земле. — Как самочувствие? — интере- суется Центр управления. — Отличное. Спасибо. — От расчетной точки посадки 25 километров. В небо вырывается тормозной парашют, а затем основной. Его гигантский купол бережно несет наш аппарат. Вдруг появляется об- лако дыма и пыли. Это сработали двигатели мягкой посадки Отстре- лился парашют. Спускаемый аппа- рат лежит на боку. Мы дома, на родной земле. Через иллюминатор видим чьи-то ноги, и тут же завращался штурвал люка. Шесть оборотов—и яркое солнце вместе со свежестью омы- той дождем степи врывается в спускаемый аппарат. Выходим на- ружу. Нас слегка покачивает от радости и от усталости. Мы преис- полнены чувства глубокой благо- дарности всем тем, кто сконстру- ировал, воплотил в металл наш чудесный корабль, всем, кто гото- вил нас в полет, кто днем и ночью был связан с нами незримыми нитя- ми радиолиний, кто верил в нас, в наше умение, наши знания, в наш успех. Куском мела размашисто пишем на закопченном боку спускаемого аппарата: «Спасибо». Подписыва- емся под ним оба, и простое это слово идет от сердца
270 После полета они снова пришли на Красную площадь. Москва. Октябрь 1975 года. Мы уже на земле, в окружении родных и друзей, а «Аполлону» еще предстоит выполнить ряд автоном- ных экспериментов Посадка наме- чена на 25 июля. Мы интересова- лись всеми событиями, происходя- щими на его борту, ждали привод- нения . Наконец, космический ко- рабль -Аполлон» приводнился. На- ходясь в Центре управления, мы наблюдали весь участок спуска -Аполлона», начиная с момента раскрытия парашютов И вот на экранах телевизора появились Стаффорд, Слейтон. Бранд. Теперь наша совместная программа вы- полнена полностью. Специалистам предстоит немало потрудиться над обработкой полученных результа- тов. Да, полет, к которому мы готови- лись три года, завершился и, на наш взгляд, успешно. И то, что он в равной степени волновал людей как нашей страны, так и Соединен- ных Штатов, мы убедились во время совместных поездок по городам двух стран. Это было как бы про- должение диалога, но уже не в космосе, а на Земле. Везде нас встречали очень ра- душно. Не только потому, что про- ведена еще одна интересная рабо- та в космосе,— открыта новая яр- кая страница в международном сот- рудничестве, которая послужит де- лу дальнейших исследований кос- мического пространства. Мы уверены, что этот совместный полет кораблей СССР и США поз- волил нашим народам глубже по- нять друг друга. А это главное в укреплении добрых взаимоотноше- ний.
СОДЕРЖАНИЕ 8 Введение А. А. Нестеренко, Б. П. Артемов. 9 Человек в космическом полете К. Д. Бушуев. «Союз — Аполлон»—шаг к совместимости 18 космических систем В А. Тимченко. В. Н. Бобков. В. В Васильев. 34 Космические корабли «Союз» и «Аполлон» В. А. Поделякин, В. В. Васильев. 51 Как работать вместе В. Н. Бобков. Ю. С. Денисов. 67 От замысла до металла О. Г. Сытин. 77 Баллистика ЭПАС В. П. Легостаев. 100 Корабли идут на сближение В С. Сыромятников. 116 Стыковка—это уже сотрудничество Б. В. Никитин, Б. Ф. Рядинский. 149 «Аполлон», я — «Союз»! Как слышите? И. В. Лавров, Ю. С. Долгополов. 166 В поисках общей атмосферы. Р. 3. Сагдеев. В. А. Ольшевский 180 Совместными усилиями В. А. Шаталов. 199 На орбите сотрудничества А. С. Елисеев, В. Г. Кравец. 215 Управление полетом А И. Осташев, Н. И. Зеленщиков. 235 «Союз-19» у порога орбиты Л. И. Дульнев. 245 В космосе «Союз» и «Аполлон» А А. Леонов, В. Н. Кубасов. 263 Спасибо!
«союз» и «АПОЛЛОН» Заведующая редакцией А. Т. Шаповалова Редакторы А. ф. Глазов Р. В. Короленко Ю. Н. Чернышева Младшие редакторы О. Н. Говорова Н. М. Жилина Художник С. Д Алексеев Художественный редактор В. И. Терещенко Технический редактор Ю. А. Мухин Сдано в набор 5 января 1078 г. Подписано в печать 1з мая 1976 г Формат 70x90 *56 Бумага мелованная У слоен гем П 19 66. Учетно-изд л 22.06 Тираж 109 тыс. лил А00072 Заказ N* 3677 Цена Э р W к Пптмтнадат 125611. ГСП. Москва, А-47. Миусская пл. 7 Ордена Трудового Красного Знамени Ивовая Образцовая тмоография имени А. А Жданова Сооэлолиграфлроыа при Государственном комитете Совета Министров СССР по делам издательств, полиграфии и имижной торговли Месива, М-М. Валовая, 2В