Author: Шацилло В.К.
Tags: военное искусство военные науки оборона страны вооруженные силы военное дело военная наука история история россии история российского государства первая мировая война царская россия отечественная история
ISBN: 978-5-699-40714-9
Year: 2010
ВЯЧЕСЛАВ ШАЦИЛЛО ПОСЛЕДНЯЯ ВОЙНА ЦАРСКОЙ РОССИИ
ВЕЛИКАЯ ЗАБЫТАЯ ВОЙНА
ВЯЧЕСЛАВ ШАЦИЛЛО эксмо МОСКВА 2010
УДК 355/359 ББК 68 Ш 32 Оформление серии С. Курбатова Шацилло В. К. Ш 32 Последняя война царской России / Вячеслав Ша¬ цилло. — М. : Яуза : Эксмо, 2010. — 352 с. — (Вели¬ кая забытая война). ISBN 978-5-699-40714-9 Первая Мировая война стала величайшей катастрофой в че¬ ловеческой истории, унеся десятки миллионов жизней и погу¬ бив четыре империи, в том числе и Российскую. И хотя об этой трагедии написаны целые горы книг, жаркие споры о ее причи¬ нах, итогах и альтернативах продолжаются до сих пор, а многие вопросы по сей день не имеют однозначного решения. И глав¬ ный из них: могла ли Россия выиграть войну? Правда ли, что рус¬ ская Империя пала буквально в шаге от своего величайшего три¬ умфа? Не случись революции — удалось бы нашей армии летом 1917 года опрокинуть германский фронт, а флоту осуществить успешный десант на Царьград? Были ли у нас реальные шансы на победу? Эта книга отвечает на самые сложные и спорные вопросы отечественной истории, восстанавливая целостную картину последней войны царской России. УДК 355/359 ББК 68 © Шацилло В.К.Г 2010 © ООО «Издательство «Яуза», 2010 ISBN 978-5-699-40714-9 © ООО «Издательство «Эксмо», 2010
♦ ВВЕДЕНИЕ ^Великая» — так до сентября 1939 года называли во всем мире Первую мировую войну. И для этого были весьма серьезные основания. Война 1914—1918 годов имела невиданные доселе катастрофические последс¬ твия для всего человечества, особенно для Европы. Бо¬ лее десяти миллионов солдат и офицеров из воевавших держав так и не вернулось домой с поля боя, еще двад¬ цать миллионов были ранены, отравлены газами и пока¬ лечены, мощная артиллерия стерла с лица земли некогда цветущие города и села, разрушила целые страны. За годы войны погибло около семи миллионов ни в чем не виноватых мирных жителей. В последние десятилетия в нашей стране возрожда¬ ется интерес к Первой мировой войне. Думается, что это связано с тем, что в начале нового тысячелетия и историки, и простые граждане обращают свои взоры к анализу событий, которые сыграли главную роль в веке минувшем, определили вектор его развития и судьбу. И, несомненно, что одним из ключевых таких событий является Первая мировая война. Первая мировая война была событием столь огромно¬ го масштаба, что в ней переплелись самые разнообраз¬ ные факторы исторического развития человечества — социальные, политические, духовные, экономические и прочие. Жестокие братоубийственные социальные кон¬ фликты потрясли многие державы — участницы про¬ тивоборствующих коалиций, после окончания войны 5
канули в Лету четыре некогда могучих империи: Рос¬ сийская, Германская, Австро-Венгерская и Османская. Теперь уже никто не сомневается, что именно Первая мировая война породила революцию 1917 года в России, которая затем перекинулась и на другие страны. Казалось, такое впредь никогда и нигде не сможет повториться, что это была последняя война в истории человечества. Война 1914—1918 годов была Первой в истории в пол¬ ном смысле этого слова мировой. 38 государств, распо¬ ложенных на всех континентах планеты, с населением свыше 1,5 млрд человек приняло участие в этой крова¬ вой бойне. Из них 4 воевали на стороне австро-германс¬ кого блока, а 34 страны на стороне Антанты. В ходе этой войны, которая длилась 4 года 3 месяца и 10 дней, боевые действия велись на огромной территории от холодных арктических и антарктических широт до тихоокеанских тропиков и Южной Африки, от Китая и до Фолкленд¬ ских островов. Именно в годы Первой мировой войны в ходе воен¬ ных действий появились и были использованы на прак¬ тике новые виды средств массового уничтожения — тан¬ ки, авиация, химическое оружие. Война оказала огромное воздействие на духовное настроение и мироощущение миллионов и миллионов европейцев. Из-под пера великих писателей по следам этих трагических событий вышел целый ряд прекрас¬ ных высокохудожественных произведений, в которых описывались все ужасы уничтожения человека челове¬ ком. Широкое распространение в отношении участни¬ ков боевых действий получил термин «потерянное по¬ коление». Подписание в 1919 году Версальского мирного дого¬ вора положило начало формированию нового миропо¬ рядка — миропорядка, который должен был навсегда положить конец возникновению новых военных конф¬ ликтов подобного масштаба. Многие люди в те дни ис¬ кренне верили, что так оно и будет, но с ними был не со¬ гласен лишь герой Великой войны главнокомандующий 6
силами Антанты французский маршал Фердинанд Фош, громогласно сказавший о Версальском договоре: «Это не мир. Это перемирие на двадцать лет». Тогда никто не поверил словам маршала, все вос¬ приняли их как неудачную шутку прославленного воя¬ ки. Мир вспомнил о них ровно через 20 лет в сентябре 1939 года, когда началась следующая — Вторая мировая война, затмившая по своему масштабу предыдущую. С тех пор об эпитете «Великая» в отношении Первой мировой войны уже никто и не упоминал. Сотворенная на руинах старой Европы Версальская система была изначально обречена на крах, ибо она зиж¬ дилась на заведомо обреченной идее создать на конти¬ ненте прочную систему международной безопасности при полном игнорировании жизненных интересов двух крупнейших держав — России и Германии. И это тоже один из главных уроков Первой мировой войны. Единственной страной, в которой долгие годы су¬ ществовало особое мнение по поводу происхождения и характера Первой мировой войны, была Советская Рос¬ сия. Здесь эту войну считали не Великой, а империалис¬ тической. Советские историки долго писали о том, что война 1914—1918 годов была вызвана не стремлением Германской империи завоевать «место под солнцем» и вновь переделить весь мир, теперь уже в свою пользу, не желанием престарелого австро-венгерского монар¬ ха насильно поставить под скипетр своей империи всех южных и западных славян и полностью вытеснить из Балканского полуострова Россию, а тайными замысла¬ ми мировой буржуазии закабалить трудящихся всех стран мира. Долгие годы в нашей стране Первая миро¬ вая война представляла интерес лишь как предтеча Ок¬ тябрьской революции и гражданской войны, а поэтому в нашем сознании она оставалась, и даже отчасти остает¬ ся по сей день, в некоторой степени «неизвестной». Но именно по России Первая мировая война удари¬ ла всего больнее, именно наша страна оказалась самым «слабым звеном» в Европе. Россия, пусть с трудом, но пережив самый тяжелый период войны, первой вступи¬ 7
ла на путь социальной революции, первой подписала се¬ паратный мир с Германией, лишившись огромной части своей исконной территории и перестав существовать тем самым в качестве полноценной независимой держа¬ вы. Случилось это в марте 1918 года, за несколько меся¬ цев до окончания войны, когда исход ее был фактически предрешен в пользу Антанты. У правящего в стране цар¬ ского режима не оказалось даже незначительного запа¬ са прочности. Между тем роль России в Первой мировой войне огромна. Восточный фронт играл важнейшую роль в 1914—1917 годах, именно наши солдаты спасли Париж в 1914 году, когда под его стенами стояли германские войска, а немецкая артиллерия методично обстреливала французскую столицу. Тогда, в августе, русская армия по слезной просьбе союзников начала преждевремен¬ ное, а потому и плохо подготовленное наступление в Восточной Пруссии. А два года спустя, в 1916 году, после мольбы итальянцев, терпящих в Альпах одно пораже¬ ние за другим, наша армия кинулась в знаменитый Бру¬ силовский прорыв, опять спасая своих незадачливых союзников. Когда же в 1917 году пришла пора Антанте платить по векселям, в Лондоне и Париже умыли руки, и Россия так и не получила столь необходимой ей воен¬ ной, экономической и политической помощи. Наша страна сделала все от себя зависящее, чтобы нанести смертельный удар по германскому милитариз¬ му и не дать распространиться тевтонскому порядку на весь мир. Такие военачальники, как генералы А.А. Бру¬ силов, М.В. Алексеев, Л.Г. Корнилов, адмиралы Н.О. Эс¬ сен, А.В. Колчак, и многие другие внесли немалый вклад в развитие теории и практики военного искусства, ты¬ сячи русских солдат и офицеров в ходе войны показали высочайшие образцы героизма и патриотизма. Пусть и через 100 лет, но мы должны помнить о защитниках на¬ шей родины в войне 1914—1918 годов и отдать им долж¬ ное.
Крах старой Европы Итоги и последствия франко¬ прусской войны — Союз трех импе¬ раторов и его распад — Создание Тройственного союза — Русско- французское сближение — Образо¬ вание Антанты — Русско-английс¬ кий договор 1907 года — Ситуация на Балканах — Июльский кризис 1914 года Всемирная катастрофа, пронесшаяся кровавым смерчем по всей Европе в 1914—1918 годах, имеет глу¬ бокие исторические корни, которые уходят в послед¬ нюю треть XIX века. Происхождение Первой мировой войны, ее причины, итоги и последствия нельзя пра¬ вильно понять, если не обратить пристального внима¬ ния на политические события, которые происходили на континенте после окончания франко-прусской войны 1870—1871 годов. Исторические и экономические процессы, происхо¬ дившие в центре Европы в XIX веке, свидетельствовали о том, что вместо конгломерата многочисленных герман¬ ских государств здесь рано или поздно должна была по¬ явиться единая немецкая держава. Этому процессу все¬ ми силами противилась Франция, которая предпочитала видеть к востоку от своих восточных границ слабые, по¬ лузависимые от нее католические земли Южной Герма¬ нии, а не единое немецкое государство с центром в Бер¬ лине. Чтобы не допустить подобного развития событий, Париж 19 июля 1870 года начал войну против Пруссии. 9
Франко-прусская война по своему характеру и сути с первых же дней превратилась во франко-германскую. Произошло это после того, как к Берлину присоедини¬ лись все остальные немецкие государства. Итог этой войны был крайне унизителен для Франции: ее войска терпели одно поражение за другим, пока окончательно не были разгромлены в битве при Седане 2 сентября 1870 года. Унизительность поражения французов была усугублена пленением их императора Наполеона III, ре¬ волюцией 4 сентября в Париже и провозглашением рес¬ публики. Дабы еще больше подчеркнуть свое военное и мо¬ ральное превосходство над противником, 18 января 1871 года в резиденции французских королей в Версале в торжественной обстановке было провозглашено созда¬ ние Германской империи — Второго рейха, а прусский король Вильгельм I был объявлен германским императо¬ ром. Так на карте Европы пала одна империя и вместо нее появилась другая. Итоги франко-прусской войны окончательно были зафиксированы 10 мая 1871 года во Франкфурте-на- Майне, где между теперь Германией и Францией был подписан мирный договор. По его условиям, Франция не только признавала факт объединения германских зе¬ мель под эгидой Пруссии, но и была вынуждена отдать новорожденной империи две свои провинции — Эльзас и Лотарингию. Помимо этого Париж был вынужден за¬ платить победителям и немалую денежную контрибу¬ цию. В ходе франко-прусской войны Пруссия была факти¬ чески поддержана в Санкт-Петербурге: здесь францу¬ зам не забыли их недавнего участия в Крымской войне против России. Таким образом, в войне один на один против Пруссии Париж сполна расплатился за подде¬ ржку Османской империи в ее притязаниях против на¬ шей страны и за Севастополь. Именно после 1871 года к французским политикам, каких бы политических взгля¬ дов они ни придерживались, постепенно начало прихо¬ дить ясное осознание, что без помощи России в любой 10
последующей войне против Германии Франция будет неизбежно разгромлена1. Франкфуртский мир положил конец военным дейс¬ твиям между двумя соседними странами, но никак не решил всех проблем, стоящих перед ними. Более того, пропасть между Берлином и Парижем стала все более и более углубляться. Вражда эта, однако, стала развивать¬ ся в условиях абсолютно новой геополитической ситу¬ ации в Европе: теперь в центре континента появилась созданная канцлером О. Бисмарком «железом и кро¬ вью» огромная империя, чьи просторы простирались от берегов Немана на севере до Альпийских гор на юге, от Силезии на востоке и до Лотарингии на западе. 1871 год стал во многих отношениях переломным в развитии межгосударственных отношений в Европе. Возвышение Берлина и унижение Парижа, казалось, подвели черту и под нескончаемой чередой локальных европейских конфликтов в собственно Старом Свете, где вплоть до 1914 года царил мир. (Исключение здесь составляют Балканы, но о них особый разговор.) Это было вполне объяснимо: прежде чем начать борьбу за утерянные Эльзас и Лотарингию, Франции нужно было время, чтобы «зализать» раны и найти новых союзников в борьбе против Второго рейха. Творца же немецкой внешней политики Бисмарка, наоборот, преследовал «кошмар коалиций», и он пытался сделать все возмож¬ ное, чтобы не допустить сближения Санкт-Петербурга и Парижа, сохранив тем самым завоеванное. Крайне опасаясь войны на два фронта, Бисмарк по¬ началу целенаправленно стремился улучшить отноше¬ ния с Россией. По его инициативе в 1873 году между двумя странами была заключена секретная военная кон¬ венция, в соответствии с которой в случае нападения на одну из них любой другой европейской державы Берлин и Санкт-Петербург брали на себя обязательство немед¬ ленно направить на помощь союзнику 200-тысячную 1 Шнеерсон Л.М. Франко-прусская война и Россия. Минск, 1976. 11
армию. К этому соглашению предполагалось привлечь и Австро-Венгрию. А последовавшее вскоре подписание между Веной и Санкт-Петербургом консультативной конвенции и присоединение к ней Берлина привели к созданию Союза трех императоров — союза, опиравше¬ гося на принцип монархической солидарности1. В то же время в отношении Франции политика Бис¬ марка носила достаточно провокационный характер. В германской прессе в 1875 году была развернута шум¬ ная пропагандистская кампания, направленная против «реваншистской» Франции. В воздухе опять запахло войной, но т.н. «военная тревога» того года не привела к новой войне между Германией и Францией, ибо на сто¬ роне последней выступили Россия и Великобритания, не желавшие новой войны между Францией и Германией с предсказуемым концом2. Дружба трех императоров — российского, германс¬ кого и австро-венгерского — зиждилась главным обра¬ зом на идеологических принципах и быстро стала тре¬ щать по швам. Первой ее проверкой на прочность стала русско-турецкая война 1877—1878 годов. Не обостряя явно отношений с Россией, Бисмарк именно нашу стра¬ ну считал наиболее сильным и опасным соперником Г ер- мании, а потому, чтобы ослабить ее позиции в центре и на западе Европы, подталкивал Александра II к более ак¬ тивной политике на Ближнем Востоке — регионе, в ко¬ тором в те времена у немцев еще не было ясных и четко выраженных стратегических интересов. Именно в этом контексте следует рассматривать ставшие знаменитыми слова канцлера, произнесенные им на заседании рейх¬ стага в 1876 году: «Весь восточный вопрос не стоит кос¬ тей одного-единственного померанского гренадера». Однако последующие события показали, что «желез¬ ный канцлер» лукавил. Победа русского оружия в войне с Турцией 1877—1878 годов привела к повышению авто¬ ритета России на Балканах и в Европе в целом. Такой ход 1 История Европы. Т. 5. М., 2000. С. 412. 2 Козенко Б.Д., Садовая Г.М. Происхождение Первой мировой войны. Научно-популярный очерк истории. Самара, 2005. С. 30. 12
событий напугал ряд правителей европейских держав, в том числе и Германии. Они потребовали пересмот¬ ра условий Сан-Стефанского мирного договора между Россией и Османской империей, договора, весьма бла¬ гоприятного для нашей страны и славянских государств, освобожденных ею от многовекового османского ига. На Берлинском конгрессе, созванном для этой цели в 1878 году, председательствовал Бисмарк. Канцлер объ¬ явил себя тогда «честным маклером», но играл он исклю¬ чительно в пользу Австро-Венгрии — главного конкурен¬ та России на Балканах. В итоге Россия в Берлине была лишена значительной части плодов своей победы — на болгарский престол был посажен выходец из немецкой династии Кобургов, а Австро-Венгрия, не приняв ника¬ кого участия в войне против турок, получила право на оккупацию Боснии и Герцеговины. Таким образом, Союз трех императоров де-факто пе¬ рестал существовать — острая борьба между Россией и Австро-Венгрией за влияние на славянские балканские народы перевесила принципы «монархической солидар¬ ности» — краеугольного камня временного союза между династиями Романовых, Габсбургов и Гогенцоллернов. Двуличное, недружественное поведение немцев во время Берлинского конгресса привело к резкому ох¬ лаждению русско-германских отношений. Прямым следствием этого стала шумная антинемецкая кампа¬ ния, поднятая славянофилами в российской прессе. Мотив о коварстве Бисмарка, столь странным образом отплатившего России за ее поддержку Пруссии в войне против Франции, был подхвачен и официальными пра¬ вительственными кругами. С ответными обвинениями в неблагодарности в германских проправительственных газетах выступил и сам канцлер. Так в прессе двух стран началась ожесточенная и нашумевшая на всю Европу «газетная война». Другим источником охлаждения отношений меж¬ ду Берлином и Санкт-Петербургом к концу 70-х годов XIX века стали экономические проблемы. Германия в те годы продолжала оставаться одним из важнейших эко¬ 13
номических партнеров России. Однако противоречия между двумя странами в торговой сфере характеризо¬ вались как конкуренцией русского и прусского сырья и хлеба на германском продовольственном рынке, так и не менее острой борьбой между быстро растущими рус¬ ской и германской промышленностью на необъятном внутреннем рынке Российской империи. Между двумя странами началась настоящая таможенная война. За¬ стрельщиком этой войны выступила Германия, которая первой под давлением прусских помещиков ввела почти полный запрет на ввоз из России мяса. Затем были вве¬ дены драконовские пошлины на хлеб, что очень больно ударило по отечественному сельскому хозяйству — в те годы Германия поглощала почти 30% русского экспорта. Принимая запретительные пошлины в отношении рос¬ сийской сельскохозяйственной продукции, германское правительство одновременно требовало от российского существенно снизить пошлины на высокотехнологич¬ ную германскую промышленную продукцию. Уступи здесь Санкт-Петербург, и на амбициозных проектах мо¬ дернизации страны, переживающей пореформенный промышленный бум, можно было бы поставить крест. После Берлинского конгресса, хотя и не желая полно¬ го разрыва с Россией, Бисмарк принял решение сделать Австро-Венгрию главным союзником Германии. Канц- леру удалось убедить Вильгельма I, который до послед¬ него отказывался совершить «предательский поступок» в отношении России, в том, что союз с династией Габ¬ сбургов следует сделать краеугольным камнем герман¬ ской внешней политики. После этого в Вене начались секретные переговоры между Германией и Австро-Вен- грией о заключении союза между двумя странами. Германо-австрийский секретный союзный договор был подписан в Вене 7 октября 1879 года и был своим острием направлен именно против России. Первая его статья четко гласила: «В случае, если бы одна из обеих империй, вопреки ожиданию и искреннему желанию обеих высоких договаривающихся сторон, подверглась нападению со стороны России, то обе высокие догова¬ 14
ривающиеся стороны обязаны выступить на помощь друг другу со всею совокупностью военных сил своих империй и соответственно с этим не заключать мира иначе, как только сообща и по обоюдному согласию»1. Согласно второй статье договора, если одна из сторон подвергнется нападению какой-либо третьей державы, но не России, второй партнер будет соблюдать благоже¬ лательный нейтралитет. По мнению отечественных историков, «австро-гер- манский договор стал становым хребтом возглавляемого Германией агрессивного милитаристского блока. Авс¬ тро-германский союз оказался источником неисчисли¬ мых международных осложнений и послужил впоследс¬ твии одним из главных дипломатических орудий развя¬ зывания первой империалистической войны в 1914 г.»2. Не подлежит сомнению, что заключение германо¬ австрийского договора стало рубежом в развитии вне¬ шней политики Берлина на рубеже XIX—XX веков. Он оказался самым долговечным из всех договоров, заклю¬ ченных Бисмарком, а созданный им союз был инициато¬ ром развязывания Первой мировой войны. Вскоре после заключения договора, поставив перед собой цель добиться изоляции Франции, «железный канцлер» удачно воспользовался конфликтом между Парижем и Римом из-за Туниса и смог привлечь на свою сторону Италию. В итоге 20 мая 1882 года в Вене был под¬ писан договор о Тройственном союзе между Германией, Австро-Венгрией и Италией. Статья 2 договора об обра¬ зовании Тройственного союза гласила: «В случае, если Италия без прямого вызова с ее стороны подверглась бы нападению Франции по какому бы то ни было поводу, обе другие договаривающиеся стороны обязаны подать атакованной стороне помощь и содействие всеми сво¬ ими силами. Такая же обязанность ляжет на Италию в случае не вызванного прямо нападения Франции на Гер¬ манию». При этом стороны должны были быть и готовы 1 Мировые войны XX века. Кн. 2. Первая мировая война. Документы и материалы. М., 2002. С. 7. 2 История дипломатии. Т. 2. М., 1963. С. 142. 15
к войне против России, о чем был сделан намек в статье 3: «Если бы одна или две из высоких договаривающихся сторон, без прямого с их стороны вызова, подверглись нападению и были бы вовлечены в войну с двумя или несколькими великими державами, не участвующими в настоящем договоре, то casus foederis одновремен¬ но представится для всех высоких договаривающихся сторон»1. Пакт о создании Тройственного союза был заключен сроком на пять лет, но в последующие годы он периоди¬ чески продлевался и продолжал существовать в неиз¬ менном виде вплоть до начала Первой мировой войны, когда Италия отказалась рассматривать в качестве casus foederis, т.е. повода для вступления в войну, неспровоци¬ рованную агрессию Австро-Венгрии против Сербии. Так был создан первый в Европе крупный военно-по- литический союз, в скором времени приведший к разде¬ лению континента на два враждебных блока. Обострение противоречий между Россией и Австро- Венгрией на Балканах и резкое охлаждение отношений между Санкт-Петербургом и Берлином сделали, как уже отмечалось выше, невозможным продление Союза трех императоров, который обеспечивал нейтралитет России в случае возможной войны между Германией и Франци¬ ей. В этих условиях у Бисмарка, больше всего на свете продолжавшего бояться войны Германии на два фрон¬ та, а поэтому и окончательного разрыва с Российской империей, возникла идея заключения так называемо¬ го «Перестраховочного договора». Так канцлер решил, опираясь на союз с Австро-Венгрией и Италией, направ¬ ленный против Франции и России, «перестраховаться» путем заключения с Россией особого соглашения и тем самым предотвратить ее сближение с Францией. С дру¬ гой стороны, и для России в тот момент, когда весьма обострились ее отношения с Великобританией, подоб¬ ное соглашение становилось выгодным2. 1 Мировые войны XX века. Кн. 2. Первая мировая война. Документы и материалы. М., 2002. С. 9. 2 История Европы. Т. 5. М., 2000. С. 495. 16
В результате 18 июня 1887 года в Берлине был подпи¬ сан секретный русско-германский договор, который по¬ лучил неофициальное название «Перестраховочный». По этому трактату обе стороны обязались сохранять благожелательный нейтралитет в случае войны одной из них с третьей державой. Это обязательство не отно¬ силось к войне против Австро-Венгрии или Франции, «если бы таковая возникла вследствие нападения на одну из последних держав одной из высоких договари¬ вающихся сторон». Германия признавала «исторически приобретенные» права России на Балканском полуост¬ рове. Обе стороны обязались не допускать в этом реги¬ оне территориальных изменений без предварительной договоренности между собой и противодействовать любой попытке нарушить сложившееся там статус-кво. Договор признавал «европейское значение и взаимную обязательность» принципа закрытия Черноморских проливов для военных судов всех наций. Если бы Турция отступила от данного принципа, то Германия и Россия обязывались заявить ей о том, что они рассматривают ее как находящуюся в состоянии войны с той из держав, подписавших договор, которой действиями Турции был бы нанесен ущерб. Здесь явно имелась в виду Россия. В таком случае Турция лишалась преимуществ террито¬ риальной неприкосновенности, которую обеспечивали ей решения Берлинского конгресса 1878 года. «Перестраховочный» договор имел и секретный про¬ токол, по которому Германия обязалась соблюдать бла¬ гожелательный нейтралитет и оказывать моральную поддержку России, если бы та была вынуждена «при¬ нять на себя защиту входа в Черное море» в целях ог¬ раждения своих интересов. Кроме того, Германия обя¬ залась не давать согласия на восстановление на болгар¬ ском троне принца Баттенбергского. Характерно, что Бисмарк предлагал спрятать этот протокол «под двойное дно», т.е. хранить в особой тайне. Договор был заключен сроком на три года. Заключив «Перестраховочный» договор, Бисмарк все же не добился свой цели, которая состояла в обес¬ 17
печении безусловного нейтралитета России в случае возможной войны Германии с Францией. Да и сам этот трактат оказался весьма недолговечным. После ухода Бисмарка в отставку правительство Германии из опа¬ сения, что «Перестраховочный» договор может затруд¬ нить намечавшееся определенными кругами сближение Германии с Великобританией и дальнейшее укрепление союза с Австро-Венгрией, отказалось от его возобновле¬ ния. Тем временем в конце 80-х годов противоречия меж¬ ду недавними союзниками по Союзу трех императоров продолжали ухудшаться, в том числе и в области эконо¬ мики. Чтобы подорвать русский государственный кре¬ дит, на германский фондовый рынок, согласно офици¬ альному заявлению германской стороны, «ввиду явно неустойчивого состояния русских финансов» было вы¬ брошено большое количество российских ценных бу¬ маг, повышены пошлины на русский хлеб, ввозимый в Германию. Из Германии начала осуществляться массо¬ вая высылка сезонных рабочих, прибывших из русской Польши. Делалось все это в оскорбительной форме и демонстративно, буквально за несколько дней до при¬ бытия в Берлин императора Александра III. Эти и другие меры давления на Россию с целью помешать ее сближе¬ нию с Францией возымели обратный эффект: русские бумаги были вполне успешно проданы во Франции, где также было размещено и несколько российских зай¬ мов. Однако Бисмарк, запугивая и демонстративно уни¬ жая Россию, продолжал оставаться твердо убежденным в том, что война с этой великой державой противоречит коренным интересам рейха, и решительно выступал против воинственных планов германского генерально¬ го штаба. «Даже самый благоприятный исход войны не приведет к разложению основной силы России, которая зиждится на миллионах собственно русских... Эти пос¬ ледние даже если их расчленить международными трак¬ татами, так же быстро вновь соединятся друг с другом, 18
как частицы разрезанного кусочка ртути», — писал Бис¬ марк в 1888 году за два года до своей отставки. После отставки Бисмарка в марте 1890 года в недрах немецкой дипломатии начал формироваться «новый курс» в европейской политике. Если «железный канц¬ лер», как уже отмечалось, был убежденным привержен¬ цем предотвращения непосильной для его страны войны на два фронта путем дипломатической изоляции Фран¬ ции и подготовки локальной войны против нее при одно¬ временном сохранении корректных отношений с Рос¬ сией, то новый немецкий канцлер Л. фон Каприви счел задачу предотвращения войны на два фронта невыпол¬ нимой для германской внешней политики. Теперь гер¬ манское внешнеполитическое ведомство стало исходить из предпосылки о неизбежности войны против Фран¬ ции и России на два фронта. Исходя из этой доктрины, германское руководство поставило перед своими дипло¬ матами задачу создать под эгидой Берлина такую груп¬ пировку европейских держав, которая по своей мощи превзошла бы объединенные силы России и Франции. Ключ к решению этой стратегической задачи нахо¬ дился в руках Лондона. Присоединение Британской им¬ перии к одной из коалиций существенно бы изменило геополитический расклад сил в Европе. Объективной предпосылкой для германо-английского сближения, ка¬ залось, могли послужить проблемы между давними со¬ перниками — Российской и Британской империями на Балканском полуострове, в Персии, Афганистане и в не¬ которых других частях света. Этим попытались восполь¬ зоваться в Берлине. Воплощением политики Каприви на сближение с Туманным Альбионом стал договор между Германией и Англией, заключенный летом 1890 года. По нему Германия пошла на значительные территориаль¬ ные уступки Лондону и передала ему ряд важных терри¬ торий в Африке, в том числе и в верховьях Нила, а в об¬ мен Лондон передавал Берлину стратегически важный остров Гельголанд — ключ к воротам Северного моря, а также некоторые другие территории. Одновременно в 19
Берлине демонстративно отказались возобновить дого¬ вор о «перестраховке» с Россией. Политика эта потерпела полный крах. Англичане в категорической форме отвергли все попытки втянуть их в Тройственный союз, а в 1894 году и сам Каприви был отправлен в отставку. 1 марта 1881 года после злодейского убийства Алек¬ сандра II российским императором стал Александр III. Для его внешней политики было характерно отчетливо выраженное стремление действовать как можно более осторожно, избегая любых внешних конфликтов. Это был единственный за всю многовековую историю Рос¬ сии император, при котором страна не вела ни одной войны. Не случайно в народе Александр III получил про¬ звище «царь-миротворец». Александр III в первые месяцы своего правления недвусмысленно демонстрировал готовность России к сближению с Германией и Австро-Венгрией, эти кон¬ сервативные монархии он считал идеологически близ¬ кими династии Романовых. Именно Александр III в 1881 году подписал новый договор о Союзе трех импера¬ торов, продленный в 1884 году. Однако в 1882 году этот союз практически потерял свое значение из-за создания Тройственного союза в составе Германии, Австро-Венг- рии и Италии. России здесь места не оказалось. Это за¬ ставляло российского императора, вопреки его личным симпатиям и идеологическим предпочтениям, задумы¬ ваться о возможности сближения самодержавной Рос¬ сии с республиканской Францией. Этот процесс переосмысления основ внешней по¬ литики России был ускорен помимо указанных причин и тем, что во второй половине 80-х годов XIX века про¬ изошло новое резкое обострение франко-германских отношений, что, в свою очередь, заставило Францию искать пути к сближению с Россией. Со своей стороны и российское правительство понимало опасность чрез¬ мерного усиления Германии и оказало Франции дипло¬ матическую поддержку, когда в 1887 году в отношениях Франции и Германии произошло новое резкое обостре¬ 20
ние, вызванное так называемым «инцидентом Шнебе- ле». Суть его такова: 21 апреля германские власти аресто¬ вали французского таможенного чиновника, эльзасца по происхождению, Шнебеле и обвинили его в «госу¬ дарственной измене», хотя Шнебеле был французским гражданином. Это была чистейшей воды провокация со стороны Германии с целью прощупать позицию Рос¬ сии в отношении Франции. Французская печать начала в связи с этим массированную антигерманскую кампа¬ нию, пресса в Германии ответила той же монетой. Одна¬ ко правящие круги Франции тогда к открытой войне го¬ товы не были. В Париже и Берлине начались интенсив¬ ные дипломатические переговоры в целях разрешения инцидента, при этом Россия довольно недвусмысленно осудила действия Германии. В самый разгар конфликта французское правительство обратилось с призывом о помощи к нашей стране. В ответ на эту просьбу Россия не предоставила Бисмарку гарантий нейтралитета в слу¬ чае нападения Германии на Францию и тем самым за¬ ставила его отступить. Именно это во многом и способс¬ твовало мирному разрешению конфликта: уже 30 ап¬ реля Шнебеле был освобожден, а вся ответственность за инцидент была переложена на местные германские власти. Отношения между Россией и Германией еще более ухудшились после смерти Вильгельма I. Вступивший на престол новый германский кайзер Вильгельм II не раз¬ делял мнения своего отца и Бисмарка о необходимости сохранения договора с Россией. В германских военных кругах окончательно созрела мысль о необходимости скорейшей превентивной войны против России, пока она еще больше не нарастила свой военный потенциал. Прусская националистическая пресса стала открыто призывать к завоеванию Прибалтики, русской Поль¬ ши, Украины и других наших территорий. Наконец, в 1890 году Германия окончательно отказалась от продле¬ ния договора «перестраховки» с Россией. 21
Возобновление в 1891 году Тройственного союза и слухи, пусть и беспочвенные, о присоединении к нему Великобритании создали основу для заключения русско- французского политического соглашения. Российская дипломатия справедливо усматривала в отказе Герма¬ нии возобновить договор о «перестраховке» намерение не только укрепить австро-германо-итальянский союз, но и привлечь к нему Англию. Вот почему в конце 1880-х годов Российская империя встала на путь сближения с Францией, тем более что предпосылки для союза двух держав уже существовали. Французский капитал занимал все более прочные пози¬ ции в финансовой и промышленной сфере России, явно обозначились контуры военного сотрудничества между Парижем и Санкт-Петербургом, а тесные культурные связи между двумя странами существовали века. Теперь же обе страны приобрели и общие политические инте¬ ресы в смысле противодействия общему агрессивному врагу — Германской империи. Что же касается обще¬ ственного мнения России, то оно было давно настроено в пользу союза с Францией. Идейный противник республиканской формы прав¬ ления, Александр III довольно долго колебался, прежде чем кардинально изменить внешнеполитические при¬ оритеты страны, но под влиянием профранцузских на¬ строений в обществе и части правящих кругов, а также ввиду новой международной ситуации согласился на за¬ ключение русско-французского союза. Это соглашение было заключено 27 августа 1891 года в Париже в форме обмена письмами министров иностранных дел Франции и России. Согласно положениям этого соглашения, сто¬ роны условились консультироваться по всем вопросам, которые могут «угрожать всеобщему миру», а в случае, если одно из этих государств окажется под угрозой на¬ падения, договориться о принятии совместных мер. Чуть позднее Франция предложила расширить со¬ глашение 1891 года, дополнив его четкими военными обязательствами. Таким образом, 17 августа 1892 года представители русского и французского генеральных 22
штабов генерал-адъютант Н.Н. Обручев и дивизионный генерал Р. Буадерф подписали военную конвенцию. Конвенция эта состояла из следующих положений, которые гласили: «1. Если Франция подвергнется нападению со сто¬ роны Германии или Италии, поддержанной Германией, Россия употребит все войска, какими она может распо¬ лагать для нападения на Германию. Если Россия подвер¬ гнется нападению Германии или Австрии, поддержан¬ ной Германией, Франция употребит все войска, какими может располагать для нападения на Германию. 2. В случае мобилизации войск Тройственного союза или одной из входящих в него держав, Франция и Россия немедленно, по получении известия об этом, не ожидая никакого предварительного соглашения, мобилизуют немедленно и одновременно все свои силы и двинут их как можно ближе к своим границам. 3. Действующие армии, которые должны быть упот¬ реблены против Германии, будут со стороны России — от 700 ООО до 800 ООО человек. Эти войска будут полно¬ стью и со всей быстротой введены в дело, так чтобы Германии пришлось сражаться сразу и на востоке и на западе. 4. Генеральные штабы обеих стран будут все время сноситься друг с другом, чтобы подготовить и облегчить проведение предусмотренных выше мер. Они будут со¬ общать друг другу в мирное время все данные относи¬ тельно армий Тройственного союза, которые известны им или будут им известны. Пути и способы сношения во время войны будут изучены и предусмотрены заранее. 5. Ни Франция, ни Россия не заключат сепаратного мира. 6. Настоящая конвенция будет иметь силу в течение того же срока, что и Тройственный союз. 7. Все перечисленные выше пункты будут сохранять¬ ся в строжайшем секрете»1. 1 Мировые войны XX века. Кн. 2. Первая мировая война. Документы и материалы. М., 2002. С. 13. 23
Таким образом был заключен второй в Европе воен¬ но-политический союз, который окончательно разделил континент на два враждебных блока. Союз этот имел громадное значение для России, он выводил ее из меж¬ дународной изоляции, теперь у нашей страны появился серьезный и авторитетный союзник. Причем союзник, который мог помочь разрешить России не только воен¬ ные, но и финансово-экономические проблемы. В отли¬ чие от германо-австро-итальянского, русско-французс- кий союз имел сугубо оборонительный характер и имел силу только в течение того же срока, что и Тройственный союз. По сути, он был вынужденным ответом на недру¬ жественные действия Берлина и его союзников. И хотя раскол Европы на два враждебных блока был наиболее зримым предвестником грядущей войны, именно бла¬ годаря русско-французскому союзу континент смог два десятилетия прожить в относительном спокойствии. Говоря о международной ситуации и о противоречи¬ ях между крупнейшими европейскими державами нака¬ нуне Первой мировой войны, следует подчеркнуть, что они вовсе не ограничивались проблемами Старого Све¬ та. Последняя треть XIX века отмечена таким важным явлением, оказавшим огромное влияние на развитие международной ситуации, как колониальная экспансия крупнейших государств. Ранее под классическое определение колонии подпа¬ дали лишь Алжир и Индия, в других же местах в Азии и Африке европейцы ограничивались созданием опорных пунктов на побережье, которые скорее выполняли фун¬ кцию факторий, обеспечивающих товарообмен между метрополией и местными жителями. Однако экономи¬ ческий кризис 1877 года резко обострил конкуренцию между развитыми промышленными странами в сфере мировой торговли, а это побуждало европейцев искать новые рынки сбыта. Раньше всего к такому умозаклю¬ чению пришли во Франции и Англии. В Лондоне к тому же поняли, сколь велико значение собственных сырь¬ евых ресурсов во время гражданской войны в США в 1861—1865 годах, когда Британия фактически оказалась 24
отрезанной от южных штатов, долгие десятилетия снаб¬ жавших бывшую метрополию хлопком. К 90-м годам XIX века мир оказался окончательно поделен между «старыми» европейскими державами, первыми вступившими на путь активной колониальной экспансии, —Англией, Францией, Португалией, Голлан¬ дией, Бельгией, Испанией. Что касается других крупных держав, то Россия была занята освоением своих бес¬ крайних просторов в Сибири, а американцы покоряли Дикий Запад. Не у дел осталась лишь Германия, однако долго такая ситуация существовать не могла. После создания Германской империи на берегах Рей¬ на и Шпрее начался экономический бум. За несколько десятилетий германский экспорт увеличился во много раз. Соответственно активизировалась и германская колониальная экспансия. В 1883—1885 годах Германии удалось захватить несколько колоний на юго-западе Африки — в Того, Дагомее, но передел мира к этому времени уже приближался к своему завершению, «сво¬ бодных» земель оставалось все меньше и меньше, да и особой ценности они не представляли. Недовольные таким положением дел, немцы открыто стали говорить о необходимости «справедливого» передела только что поделенного мира. Все это представляло смертельную опасность для Лондона как крупнейшей колониальной державы. Существовал и еще один аспект, который в конце XIX — начале XX века резко обострил англо-германские отношения, — это обостряющееся не по дням, а по часам соперничество двух держав на море. В столицах крупнейших государств мира заговорили о необходимости обладания сильным флотом в конце XIX века, после того как в 1890 году вышла в свет кни¬ га американского контр-адмирала А. Мэхэна «Влияние морской силы на историю». В ней впервые прозвучала мысль о том, что современное государство не может до¬ стичь поставленных перед ним историей целей, если не будет иметь превосходства на море. Согласно новой тео¬ рии, военно-морскому флоту принадлежала решающая 25
роль в любой войне, а завоевание господства на море рассматривалось как единственная цель, достижение которой означало не только победу над противником, но и мировое лидерство. Из этого делался и практический вывод: дабы не допустить разрыва связей по линии мет¬ рополия — колонии, нужны большие линейные кораб¬ ли. Чуть позднее эту точку зрения, казалось, подтвердил и опыт ведения боевых действий на море. Например, потерпев поражение в битве при Цусиме и потеряв там практически весь флот, Россия проиграла и всю войну с Японией. То же самое можно сказать и об испано-аме¬ риканской войне 1898 года, в ходе которой американцы имели подавляющее преимущество на море. В соответствии с теорией «морской силы» в качес¬ тве официальной доктрины английский парламент в 1889 году принял закон, по которому флот этой страны должен был превосходить по своей мощи флоты двух других наиболее сильных стран. Так началась новая фаза гонки вооружений на море и подготовки к очеред¬ ному переделу мира. Ответ Германии, которая в последней четверти XIX века начала громогласно заявлять о своем желании стать еще одной колониальной державой, не заставил себя долго ждать. В марте 1898 года по инициативе «отца германского флота» адмирала А. фон Тирпица Берлин принял «Закон о флоте», который предусматривал стро¬ ительство целой серии мощных современных боевых судов, в том числе 11 эскадренных броненосцев. С регу¬ лярной периодичностью в 1900, 1906, 1908 и 1912 годах судостроительные программы рейха пересматривались в сторону увеличения, и по последнему закону числен¬ ность германского флота предполагалось усилить до 41 линейного корабля и 20 броненосных крейсеров, не считая легких крейсеров и миноносцев1. Англичане ответили на этот вызов своей программой и поставили цель иметь на 60% больше линейных кораб¬ 1 История Первой мировой войны 1914—1918. Т. 1. М., 1975. С. 130—131. 26
лей, чем у кайзера, а в 1909 году было решено на каж¬ дый немецкий линкор отвечать двумя британскими1. Не отставали от Лондона и Берлина и другие страны. К началу XX столетия увлечение маринизмом в Европе и Америке приняло такой характер, что гонка морских вооружений, по сути, не столько обеспечивала обороно¬ способность страны, сколько поддерживала националь¬ ный престиж. Особенно это хорошо видно на примере такой сухопутной страны, как Россия, которая с 1907 по 1914 год на 173,9% увеличила свои расходы на строитель¬ ство флота2. Еще более обострила гонку вооружений на море ре¬ волюция в судостроении, которая началась после спус¬ ка на воду в 1907 году в Англии первого линкора нового типа — «Дредноута». Новый корабль по своему воору¬ жению и тактико-техническим данным настолько пре¬ восходил предшествующие суда, что теперь все линей¬ ные корабли стали делиться на два типа — дредноуты и додредноуты, а сила флотов стала измеряться наличием в них кораблей нового поколения, ибо додредноуты в бою с ними были заведомо обречены на поражение. Тем са¬ мым фактически с этого года гонка вооружений на море началась с новой точки отсчета, и многие страны, глав¬ ным образом Германия, посчитали, что у них появился уникальный шанс догнать долгое время наход ившуюся в отрыве Британию и поколебать ее многовековое безраз¬ дельное господство на просторах Мирового океана. События, происходившие за многие десятки тысяч километров от европейских столиц, также самым непос¬ редственным образом сказывались на изменении рас¬ клада сил в Старом Свете. Так, в 1904 году на Дальнем Востоке разразилась русско-японская война. Это была борьба двух стран за экономическое и политическое преобладание в Китае и Корее. Однако за спиной Рос¬ сии и Японии стояли другие великие державы. Недо¬ вольные все более и более активной политикой России 1 История военно-морского искусства. Т. 3. М., 1953. С. 130. 2 Шацилло К.Ф. Русский империализм и развитие флота нака¬ нуне Первой мировой войны (1906—1914). М., 1968. С. 22. 27
на Дальнем Востоке, Японию поддержали американское и английское правительства. Именно банки этих стран финансировали все военные приготовления Страны восходящего солнца1. А на борьбу с Токио русского царя подталкивали немцы, втайне надеявшиеся, что Россия завязнет в Тихоокеанском регионе и еще долгое время будет отстранена от европейских дел. К тому же отно¬ шения между Берлином и Лондоном на Дальнем Востоке были крайне непростыми2. Русско-японская война изменила расклад сил не только на Дальнем Востоке, но и в Европе. Поняв, что на восстановление ближайшего союзника после его унизи¬ тельных поражений на сопках Маньчжурии и Цусиме потребуется достаточно долгое время, в Париже начали более интенсивно искать сближения с Лондоном. Ито¬ гом подобного хода развития событий стало подписание 8 апреля 1904 года договора о Сердечном согласии (Ан¬ танте) между Францией и Великобританией. Договор этот состоял из двух частей — предназначен¬ ной для публикации и секретной. К примеру, в открытой декларации Франция отказывалась от любого противо¬ действия Англии в Египте, а в ответ Англия предоставля¬ ла Франции свободу рук в Марокко. В секретной же час¬ ти предусматривалась возможность ликвидации власти марокканского султана и самого этого государства. Кро¬ ме того, здесь решались и другие споры по колониаль¬ ным вопросам между двумя странами3. Создание англо-французского Согласия наносило серьезнейший удар по интересам Германской империи, это было кардинальным сдвигом во всей расстановке сил на международной арене. Достаточно сказать, что теперь Лондон получил возможность вывести из Сре¬ диземного моря около 160 своих военных кораблей и 1 Добров А. Дальневосточная политика США в период русско- японской войны. М., 1952. С. 146—151. 2 Подробнее см.: Сергеев Е.Ю. Политика Великобритании и Германии на Дальнем Востоке. 1897—1903. М., 1998. 3 Мировые войны XX века. Кн. 2. Первая мировая война. Документы и материалы. М., 2002. С. 16—17. 28
перебросить их в район Северного моря — интересы британской короны на южном фланге теперь надежно защищали французы. После оформления англо-французского союза твор¬ цы немецкой внешней политики поняли, что допустили непростительную ошибку, придерживаясь антирусской тактики. Неудачный ход событий для Санкт-Петербурга во время войны с Японией подвел немцев к мысли о воз¬ можности восстановить двусторонние дружеские отно¬ шения между двумя странами. Так, 15 октября 1904 года под давлением Берлина Австро-Венгрия заключила с Россией договор о «лояльном и абсолютном нейтралите¬ те» в случае «неспровоцированной войны» со стороны третьей державы, а сама Германия заявила, что в пику Лондону будет снабжать углем российский флот, на¬ правляющийся из Балтики на Тихий океан. Более того, кайзер сообщил царю о готовности заключить с Россией союзный договор. Руководство Российской империи, однако, не было готово к резкой перемене союзнической ориентации. Разрыв франко-русского союза означал не только ссо¬ ру с Парижем, но и углубление конфликта с Англией и неизбежно поставил бы Россию на место младшего пар¬ тнера Германской империи, зависящего от Берлина и в экономическом, и политическом отношениях. После подписания соглашения о создании Антанты немцы решили «попробовать на прочность» крепость нового союза. В Берлине не могли спокойно смотреть, с какой бесцеремонностью французы устанавливают свое полное господство в Марокко, и стали подстрекать султана выступить против засилья Парижа. Более того, в недрах имперского министерства иностранных дел со¬ зрела идея начать настоящую войну против Франции. Внешнеполитическая ситуация, казалось, способство¬ вала этому — Россия окончательно завязла на Дальнем Востоке, а англичане еще полностью не модернизирова¬ ли свой флот и к тому же обладали немногочисленной добровольческой сухопутной армией. 29
Следуя своей задумке, кайзер публично призвал Ан¬ глию и Францию отказаться от сделки в отношении Ма¬ рокко, созвать по этому поводу международную конфе¬ ренцию при посредничестве американского президента Т. Рузвельта, а в случае отказа Парижа пойти на уступки прямо пригрозил ему войной. Более того, почти одновременно с этими событиями на личной встрече Николая II и кайзера, проходившей 23—24 июля в финляндских шхерах близ острова Бьер- ке, последнему удалось убедить царя подписать русс¬ ко-немецкий союзный договор. Свидание это было на¬ столько секретным, что на нем не присутствовала даже свита кайзера Вильгельму. В балтийских шхерах Виль¬ гельм взывал к духу Фридриха-Вильгельма III и других прусских августейших особ — друзей династии Романо¬ вых. Эта игра на нежных струнах души Николая принес¬ ла несомненные плоды, и договор о союзе двух держав был подписан. В Бьеркском договоре имелось два очень важных пункта: во-первых, в случае если одно из государств подвергнется нападению европейской державы, вто¬ рое обязывалось прийти ему на помощь всеми своими морскими и сухопутными силами, а во-вторых, Россия давала обещание привлечь к русско-германскому союзу Францию1. Вступи сей документ в силу, и в Европе под эгидой германского рейха был бы создан континенталь¬ ный блок для борьбы против Англии, к которому неиз¬ бежно была бы вынуждена присоединиться и Франция. В Берлине очень надеялись, что англичане в период ма¬ рокканского кризиса бросят своих новоиспеченных со¬ юзников и Антанте придет конец — отсюда и эскалация марокканского конфликта. Грандиозные планы немцев потерпели полный крах: Бьеркский договор по возвращении царя на родину под давлением премьер-министра С.Ю. Витте и министра иностранных дел В. Н. Ламздорфа был дезавуирован рос¬ сийской стороной, русско-японская война закончилась 1 Мировые войны XX века. Кн. 2. Первая мировая война. Документы и материалы. С. 18—19. 30
подписанием Портсмутского мира, а англичане в период марокканского кризиса проявили себя как надежные со¬ юзники, полностью поддержав французов1. Созванная по инициативе кайзера международная Альхесирасская конференция по Марокко окончилась полным провалом для Германии и наглядно продемонстрировала всему миру глубокую дипломатическую изоляцию, в которой оказался Берлин. Обидное поражение в русско-японской войне, в ко¬ торой Токио поддержал Лондон, заставило и царскую дипломатию, и военную элиту задуматься о бесперс¬ пективности дальнейшей конфронтации с «владычицей морей»2. Исправить положение было непросто — уж слишком много проблем накопилось к началу XX века в русско-английских отношениях: здесь и Афганистан, и Персия, и Китай, и Средняя Азия, и Балканы, и Ближний Восток. Однако резкое обострение англо-германских отношений, безудержная гонка вооружений на море, начатая Берлином, заставили и британские правящие круги все чаще и чаще задумываться о необходимости нормализовать отношения с русскими. Тем более что дальневосточные проблемы между Россией и Англией были притуплены победой японского оружия и разгро¬ мом российского флота, а на Ближнем Востоке у обеих держав появился общий враг в лице Германской им¬ перии. На сближение с Англией Российскую империю подталкивал и целый ряд экономических факторов. Первые свидетельства о намечаемом русско-англий¬ ском сближении относятся к Альхесирасской конфе¬ ренции, а уже на следующий год Лондон заявил о своем желании вместе с Францией поучаствовать в предостав¬ лении России крупного финансового займа. Двусторон¬ ние контакты еще больше оживились после назначения на должность министра иностранных дел сэра Э. Грея, который сразу высказался о своем стремлении немед¬ 1 Игнатьев А.В. Внешняя политика России в 1907—1907 гг. М., 1986. С. 97. 2 Подробнее см.: Сергеев Е.Ю. «Иная земля, иное небо...». Запад и военная элита России 1900 — 1914. М., 2001. 31
ленно решить все проблемы в русско-английских отно¬ шениях, о чем и уведомил своего коллегу в Санкт-Пе¬ тербурге графа Ламздорфа. Ответным знаком из России стало назначение на пост министра иностранных дел сторонника сближения с Англией А.П. Извольского. Русско-британские переговоры интенсифицирова¬ лись с мая 1906 года. На них ревизии был подвергнут весь комплекс двусторонних отношений — раздел сфер влияния в Персии, Афганистане, Юго-Западном Тибете, режим мореплавания в черноморских проливах, обсуж¬ дались и многие другие проблемы, представлявшие вза¬ имный интерес. Итогом этих консультаций стало подпи¬ сание 31 августа 1907 года двустороннего соглашения, регламентировавшего разграничение сфер влияния Англии и России в Персии, Афганистане и Тибете1. Так были заложены основы согласия между Россией, Англи¬ ей и Францией. В итоге Европейский континент окончательно ока¬ зался расколот между Антантой — Россией, Францией и Англией — и блоком Центральных держав в составе Германской, Австро-Венгерской империй и Италии. Каждая из великих держав сделала свой выбор. Старая «добрая» Европа, Европа XIX века, окончательно пере¬ стала существовать. Человечество вступило в смутную эпоху глобальных конфликтов и мировых войн. В системе европейских международных отношений начала XX века особое место занимали Балканы. Кто- то из видных политических деятелей образно назвал этот полуостров «пороховым погребом» Европы, и пос¬ ледующие события полностью подтвердили верность этого эпитета. Интересы слишком многих государств в чрезвычайно острой форме столкнулись в этой части континента, причем соперничество между великими державами здесь накладывалось на весьма непростые и запутанные отношения между самими балканскими го¬ сударствами и народами, их населяющими. 1 Мировые войны XX века. Кн. 2. Первая мировая война. Документы и материалы. М., 2002. С. 19—24. 32
В конце XIX века соперникам удалось урегулировать некоторые сложные противоречия на Балканах, да и то, как показали последующие события, ненадолго. Так, в мае 1897 года между Россией и Австро-Венгрией было достигнуто секретное соглашение о сохранении статус- кво на Балканском полуострове, которое было оформ¬ лено в виде обмена письмами между министрами инос¬ транных дел Австро-Венгрии А. Голуховским и России М.Н. Муравьевым. Обе стороны, согласно этим догово¬ ренностям, давали обязательство поддерживать на Бал¬ канах статус-кво, а в случае невозможности его сохра¬ нения предполагалось заключить позднее специальное соглашение, которое, однако, не должно было касаться вопроса о Константинополе, Босфоре и Дарданеллах с прилегающими территориями. Однако при заключении этого соглашения выявились и существенные противоречия между договаривающи¬ мися сторонами. Голуховский, намечая основы будуще¬ го соглашения, например, прямо потребовал узаконить присоединение территории уже оккупированных после Берлинского конгресса австрийцами Боснии и Герце¬ говины, а также Нови-Пазарского санджака к Австро- Венгерской империи. Между Яниной на юге и озером Скутари австро-венгерское правительство предлагало создать формально суверенное, но фактически находя¬ щееся от него в вассальной зависимости княжество Ал¬ бания. Российский министр Муравьев в ответной ноте отклонил эти предложения, отметив, что «аннексия этих провинций подняла бы более широкую проблему, кото¬ рая потребует специального рассмотрения». Подчерк¬ нул министр и преждевременность постановки вопроса о статусе Албании, поскольку, по мнению российской стороны, он должен решаться самими балканскими странами. Таким образом, реальное значение этого двус¬ тороннего соглашения свелось лишь к формальному за¬ креплению статус-кво на Балканах1. 1 История Европы. Т. 5. М., 2000. С. 498. 33
Но, что характерно, непомерные амбиции Вены на Балканах самым активным образом подогревались в Берлине. Более того, именно на Балканах немцы еще раз попытались испытать на прочность недавно созданную Антанту. Потепление в русско-английских отношениях самым удручающим образом было воспринято в официальном Берлине. Особенно кайзера раздражала та подчеркнуто дружеская и сердечная атмосфера, в которой проходила встреча в Ревеле в июле 1908 года русского и английс¬ кого государей Николая И и Эдуарда VII1. Именно после этой встречи Вильгельмом было сделано ставшее широ¬ ко известным заявление, что если «они» захотят «нас» окружить, то Германия будет обороняться до конца. Более того, в высших европейских сферах стали хо¬ дить упорные слухи о том, что на тайных совещаниях в Ревеле между министром иностранных дел России Из¬ вольским и английским монархом достигнута догово¬ ренность о совместном вмешательстве в турецкие собы¬ тия — это было время, когда Османскую империю со¬ трясала младотурецкая революция. Так вот, именно на почве балканских дел и решил на сей раз оценить глуби¬ ну русско-английского сближения, а тем самым и про¬ чность самой Антанты немецкий кайзер. Сами немцы, однако, не хотели становиться зачинщиками нового ев¬ ропейского конфликта и на роль провокаторов опреде¬ лили своих ближайших союзников — австрийцев. Поводом для очередной перекройки политической карты Европы стала младотурецкая революция. Сначала болгарский царь Фердинанд Кобургский по договорен¬ ности с Австро-Венгрией 5 октября 1908 года провозг¬ ласил полную свою независимость, а еще через два дня австро-венгерский монарх в одностороннем порядке за¬ явил о распространении суверенитета своей империи на Боснию и Герцеговину. Россия дала согласие на аннек¬ сию, но обусловила его указанием на европейский ха¬ 1 Игнатьев А.В. Внешняя политика России 1907—1914. Тенденции. Люди. События. М., 2000. С. 70. 34
рактер этого вопроса, т.е. потребовала передачи пробле¬ мы аннексии Боснии и Герцеговины на международное обсуждение и заявила о необходимости компенсации для целого ряда государств. Однако, получив свое, Вена и не подумала выполнять данные ею России обязательс¬ тва. Более того, там начали готовить планы уничтожения своего злейшего врага и исторического союзника Рос¬ сии — Сербии, планируя разделить эту страну между Австро-Венгрией, Болгарией и Румынией. Австрийского кайзера в его планах активно подде¬ ржал и кайзер немецкий. 29 марта 1909 года в Австро- Венгрии была объявлена мобилизация пяти корпусов. В воздухе запахло войной. В этих условиях еще полно¬ стью не оправившаяся после поражения в войне с Япо¬ нией Россия не стала обострять отношения с Австро- Венгрией и стоявшей тенью за ее спиной Германией, признала аннексию Боснии и Герцеговины и отказалась от требований созыва международной конференции. Боснийский кризис до крайности ухудшил отноше¬ ния между Санкт-Петербургом, с одной стороны, и Бер¬ лином и Веной — с другой. Именно после него призрак военной опасности постоянно стал витать над Старым Светом. Не успевал разрешиться один дипломатический скандал, как тут же возникал другой и третий. Однако задумка Вильгельма — показать России, кто хозяин в Европе и что ей не приходится ожидать поддержки от новых союзников, полностью провалилась. В Санкт- Петербурге сделали прямо противоположный вывод и стали еще более интенсивно укреплять военные и по¬ литические связи с Антантой. Действия Вильгельма не оставляли России выбора. Вернее, выбор был: или безу¬ словно подчиниться воли Германии, причем без всякой надежды на компенсацию, или же, напротив, еще боль¬ ше укрепить союз с Лондоном и Парижем. В России вы¬ брали второе. Как бы то ни было, несмотря на то, что в результате аннексии Австро-Венгрией Боснии и Герцеговины Рос¬ сии пришлось подчиниться ультимативным требовани¬ 35
ям немцев и австрийцев, Вильгельму так и не удалось внести раскол в ряды Антанты. Авантюра с аннексией Боснии и Герцеговины была призвана внести раскол в ряды Антанты, но в результа¬ те безответственных действий Вены стал трещать сам Тройственный союз. Расширяющаяся экспансия Авс- тро-Венгрии на Балканах привела к тому, что намети¬ лась стратегическая переориентация позиций Италии на европейской арене. Аннексия Боснии и Герцеговины вызвала резкое недовольство Рима, чем не преминула воспользоваться российская дипломатия. В октябре 1909 года состоялся визит императора Николая II в Италию. Во время этого визита был сде¬ лан важный шаг на пути сближения Италии и России. 24 октября в местечке Раккониджи около Турина было заключено секретное итало-российское соглашение, по которому обе стороны обязывались стремиться к сохра¬ нению статус-кво на Балканах, а в государствах регио¬ на поддерживаться т.н. «принципа национальности», что было направлено против политики Вены. Правда, в соглашении содержалась и оговорка, что совместные действия России и Италии против политики других де¬ ржав будут носить исключительно дипломатический ха¬ рактер. Стороны договорились также не заключать ни¬ каких соглашений по Балканам с третьей державой без участия другой стороны. Были также взаимно признаны сферы интересов друг друга: Италия заявила, что будет относиться благожелательно к интересам России в воп¬ росе о Черноморских проливах, а Россия — к интере¬ сам Италии в Киренаике и Триполитании. Соглашение в Раккониджи стало одним из важнейших шагов отхода Рима от Тройственного союза, но в то же время оно под¬ толкнуло Италию к дальнейшей колониальной экспан¬ сии в Северной Африке. Договорившись с великими державами на признание своих претензий на две оставшиеся у Турции африкан¬ ские провинции — Триполитанию и Киренаику, 28 сен¬ тября 1911 года Италия предъявила Константинополю жесткий ультиматум с требованием в течение 24 часов 36
дать согласие на оккупацию этих территорий своими войсками. Турецкое правительство ответило довольно примирительной нотой, явно выказывая стремление ре¬ шить проблему мирным путем. Однако на следующий день, 29 сентября, Италия объявила туркам войну, а 5 но¬ ября правительство этой страны опубликовало декрет об аннексии Триполитании и Киренаики. Война в Северной Африке продлилась несколько ме¬ сяцев и получила название «Триполитанской». Успех в ней сопутствовал более современной и хорошо техни¬ чески вооруженной, по сравнению с османской, италь¬ янской армии. В июле 1912 года в швейцарской Лозанне начались мирные переговоры между противоборствую¬ щими сторонами, и 15 октября был подписан секретный прелиминарный мирный трактат, по которому султан опубликовал особый фирман о даровании населению Триполи и Киренаики полной автономии. А еще через три дня был подписан и сам мирный договор, по которо¬ му военные действия между сторонами прекращались, а Турция обязывалась вывести все свои войска из Три¬ политании и Киренаики. Фактически Лозаннский дого¬ вор превратил Триполитанию и Киренаику в итальянс¬ кую колонию, которой было дано новое название — Ли¬ вия. Так одна агрессия потянула за собой и другую. Итало-турецкая война послужила стимулом для объ¬ единения ряда балканских государств в союз против Константинополя. Утром 9 октября 1912 года боевые действия против турок начала маленькая Черногория, а неделю спустя войну Турции объявили Сербия, Болга¬ рия и Греция. В этой войне турецкие войска потерпели быстрое и сокрушительное поражение. Уже в начале но¬ ября болгарская армия стояла у стен древней византий¬ ской столицы, а 3 декабря было подписано перемирие. И хотя в феврале 1913 года боевые действия вновь во¬ зобновились, поражение Османской империи было без¬ условным. Согласно Лондонскому договору, почти вся территория Европейской Турции переходила к союзни¬ кам, и таким образом для балканских стран окончатель¬ но закончилось многовековое османское иго. 37
Разгром османской армии объединенными силами славянских государств и Греции нанес жестокий удар по интересам центральных держав. Стремясь расколоть блок балканских государств, Австро-Венгрия сделала все, чтобы посеять раздор в стане победителей. Сде¬ лать это было не так уж и трудно — между балкански¬ ми странами постоянно вспыхивали споры по поводу проблем, связанных с разделом «наследства» повер¬ женной Османской империи. Вене и Берлину довольно быстро удалось привлечь на свою сторону русофобский режим болгарского царя Фердинанда из немецкой ди¬ настии Кобургов. Несмотря на все попытки российской дипломатии уладить конфликт на Балканах, ее усилия сохранить единство славянских государств оказались тщетными. Польстившись на обещания Австро-Венгрии предоставить Софии финансовые кредиты и обшир¬ ные территории за счет ее соседей, болгары 29 июня 1913 года вероломно напали на Сербию и Грецию. Так началась братоубийственная Вторая балканская война, которая окончательно положила конец мифу о солидар¬ ности славянских народов. Болгарский режим рассчитывал на то, что Германия и Австро-Венгрия сумеют убедить Румынию сохранить нейтралитет в этом конфликте. Однако румыны пришли на помощь сербам и грекам и 10 июля ввели свои вой¬ ска в Южную Добруджу. Сложившейся ситуацией вос¬ пользовалась Турция, которая присоединилась к своим недавним противникам и отбила у Болгарии Андриано- поль. В этих условиях Австро-Венгрия отказалась предо¬ ставить какую-либо помощь еще недавно столь активно подстрекаемым ею болгарам, разгром которых в этой си¬ туации стал неизбежен. В поддержку Болгарии выступи¬ ла лишь Россия, предложившая великим державам «про¬ вести против Турции военно-морскую демонстрацию»1. Но было уже поздно. 10 августа 1913 года в Бухаресте между балканскими государствами был подписан мир, по которому Болгария потеряла не только недавно заво¬ 1 История Европы. Т. 5. М., 2000. С. 602. 38
еванные у Турции территории, но и часть своих искон¬ ных земель. Вторая балканская война имела очень важные гео¬ политические последствия. В регионе теперь сложилась новая политических расстановка сил, и вместо единого союза православных государств под эгидой России фак¬ тически образовались две группировки: Сербия, Греция и Румыния — с одной стороны, Болгария и Турция — с другой. Такая ситуация была крайне выгодна централь¬ ным державам. После Второй балканской войны дипломатическая борьба двух главных противоборствующих в Европе группировок только обострилась: одни пытались при¬ мирить со своими христианскими соседями Болгарию и тем самым восстановить прежний блок Балканских го¬ сударств, другие, наоборот, желали к болгаро-турецкой коалиции присоединить еще и Румынию. Если к этому прибавить проблему черноморских проливов, обладание которыми было исконной мечтой царского правительс¬ тва, то неудивительно, что «пороховой погреб» Европы, каким считались Балканы, летом 1914 года все-таки взо¬ рвался и к ноябрю 1918 года под своими обломками по¬ хоронил четыре империи. 28 июня 1914 года в боснийском городе Сараево, сто¬ лице Боснии и Герцеговины, сербским националистом Г. Принципом были убиты наследник австро-венгерско¬ го престола эрцгерцог Франц-Фердинанд и его жена гер¬ цогиня София Гутенберг. Визит этой высочайшей особы в Боснию, где все еще не угасало народное возмущение недавней аннексией этой провинции Австро-Венгрией, пришелся на Видов день, один из самых траурных в ис¬ тории южных славян — именно 28 августа 1389 года в битве на Косовом поле турки нанесли поражение серб¬ ским войскам и страна на долгие века утратила свою независимость. Само сербское правительство, хотя и догадывалось о заговоре, но не одобряло его, ибо страна была истощена двумя Балканскими войнами. После семи выстрелов, потрясших Балканы, мир за¬ мер в ожидании шагов, какие решится принять в ответ 39
венский и берлинский двор — воспользуются ли там убийством наследника престола, чтобы развязать войну против Сербии, или в очередной раз пронесет? Все ев¬ ропейские династии, все правительства и президенты Европы выразили престарелому австро-венгерскому монарху Францу Иосифу искренние соболезнования, в храмах всех стран были отслужены панихиды за упокой душ невинно убиенных супругов. Австро-венгерский император за свою долгую жизнь перенес немало жестоких ударов судьбы: его брата Мак¬ симилиана, мексиканского императора, расстреляли повстанцы, единственный сын Рудольф покончил жизнь самоубийством вместе со своей возлюбленной Марией Вечерой при до сих пор не выясненных обстоятельствах, любимую его жену Елизавету сразила пуля убийцы. Что же касается отношений Франца Иосифа с его племян¬ ником Францем-Фердинандом, то всем было хорошо известно, что они были неприязненными: наследник женился на славянке — чешке, при дворе София всячес¬ ки третировалась, брак наследника был признан мор¬ ганатическим, а потому все дети Франца-Фердинанда были лишены права на венский престол, что, конечно, его крайне уязвляло. Похороны наследника и его жены прошли почему-то ночью и весьма скромно, дипломати¬ ческий корпус на похороны приглашен не был. Это дало британской авторитетной газете «Таймс» полное осно¬ вание ехидно заметить, что эрцгерцога похоронили «как собаку»1. Все это, казалось, давало основание европейс¬ ким политикам надеяться на то, что больших политичес¬ ких последствий после сараевского убийства не после¬ дует. Но они просчитались. После убийства Франца-Фердинанда в австрийской и германской прессе начала набирать обороты невидан¬ ная по своим масштабам антисербская и антирусская истерия. Обывателей убеждали в том, что нити заговора против Вены ведут в Белград, а оттуда в Санкт-Петер¬ 1 Мировые войны XX века. Кн. 1. Первая мировая война. Исторический очерк. М., 2002. С. 102. 40
бург. Все громче и громче раздавались голоса с требова¬ нием немедленно покончить с Сербией как «политичес¬ ким фактором на Балканах». Среди историков и политиков одно время шли много¬ словные дискуссии о том, какая страна несет основную ответственность за развязывание невиданной доселе кровавой мировой бойни. Между тем достаточное коли¬ чество документов на эту тему было опубликовано еще в 20-х годах, в том числе письмо министра иностранных дел Германии Г. фон Ягова немецкому послу в Лондоне князю К.М. Лихновскому. Подобно тому, как рассуждал глава германского внешнеполитического ведомства в июле 1914 года сразу же после убийства Франца-Фер- динанда, в Берлине думали многие: «В основном Россия сейчас к войне не готова. Франция и Англия тоже не хотят сейчас войны. Через несколько лет, по всем ком¬ петентным предположениям, Россия уже будет боеспо¬ собна. Тогда она задавит нас своим количеством солдат; ее Балтийский флот и стратегические железные дороги уже будут построены. Наша же группа между тем все более слабеет. В России это хорошо знают и поэтому, безусловно, хотят еще на несколько лет покоя»1. Исходя из такой оценки геополитической ситуации, в Берлине решили, что настало время действовать. Агрессивные настроения получили широкое распро¬ странение и в Вене. Вот что писал, например, начальник генерального штаба австро-венгерской армии К. фон Гетцендорф: «Два принципа были в резком конфлик¬ те друг с другом: либо сохранение Австро-Венгрии как конгломерата национальностей, который должен вы¬ ступать в виде единого целого перед внешним миром и видеть свое общее благо под властью одного государя, или же рост отдельных независимых национальных го¬ сударств, притязающих на свои этнические территории Австро-Венгрии и таким путем вызывающих разруше¬ ние монархии. Конфликт между двумя этими принци¬ пами, нараставший давно, достиг высшей стадии вслед¬ 1 История дипломатии. Т. 2. С. 776—777. 41
ствие поведения Сербии. Его разрешения нельзя было откладывать»1. Тем не менее необходимо отметить, что хотя сущес¬ твовавшая в Австро-Венгрии влиятельная группа поли¬ тических и военных деятелей действительно стремилась к войне, но к войне локальной, региональной — против Сербии, в самом крайнем случае против России, но ни¬ как против Франции и Британии, с которыми австрий¬ цам делить, собственно, было нечего. Да и Сербия, чье поведение определялось полной уверенностью в подде¬ ржке со стороны Российской империи, к мировой войне также не стремилась. После событий в Сараево в Вене две недели коле¬ бались по поводу мер, которые следует предпринять в дальнейшем. Все прекрасно понимали, что война против Сербии может вылиться в войну против России. Наибо¬ лее последовательно против решительных действий вы¬ ступал влиятельный венгерский премьер-министр граф И. Тисса. 1 июля 1914 года он докладывал Францу Иоси¬ фу: «...я имел возможность поговорить с графом Берх- тольдом (министр иностранных дел Австро-Венгрии. — В.Ш.) и узнал о его намерении использовать сараевское преступление как предлог для того, чтобы рассчитаться с Сербией. Я не скрыл от графа Берхтольда, что это, по моему мнению, было бы роковой ошибкой. Во-первых, мы до сих пор не имеем никаких оснований, по которым мы могли бы считать Сербию ответственной, и вызвать войну с государством, несмотря на удовлетворительные заявления его правительства. Мы оказались бы в самом невыгодном положении, предстали бы перед всем миром в роли нарушителей мира и начали бы большую войну в самых невыгодных условиях»2. В обстановке сомнений и нерешительности в Вене было решено запросить мнение главного союзника. 1 Цит. по: Полетика Н.Н. Возникновение мировой войны. М., 1935. С. 313. 2 Международные отношения 1870—1918 гг. Сборник доку¬ ментов. М., 1940. С. 258. 42
5 июля Вильгельм в своем дворце в Потсдаме принял австрийского посла Л. Сегени и на встрече с ним без оби¬ няков заявил: «С выступлением против Сербии не меш¬ кать!» Тут же был одобрен конкретный план расправы с Белградом. Расчет немцев был все тот же: если Россия не вступится за сербов, то в войне один на один Австро- Венгрия их разгромит, что пойдет на пользу централь¬ ным державам, а если же Россия заступится за своего исторического союзника, то разразится большая война в выгодных для Берлина условиях. Вот что сообщал в Вену об этой встрече сам Сегени: «Сначала он (Виль¬ гельм. — В.Ш.) меня заверил в том, что ожидает с нашей стороны серьезного выступления против Сербии. По мнению императора Вильгельма, нельзя мешкать с этим выступлением. Позиция России будет во всяком случае враждебной, но он к этому готовился в течение ряда лет, и если дело дойдет до войны между Австро-Венгрией и Россией, то можем не сомневаться в том, что Германия выполнит свой союзный долг и будет стоять на нашей стороне...»1. На этой же встрече было решено выставить серб¬ ской стороне заведомо неприемлемый для нее ультима¬ тум, отказ от выполнения которого послужил бы при¬ чиной вторжения австрийских войск в Сербию. Через два дня после Потсдамской беседы, 7 июля, состоялось заседание австро-венгерского Совета министров. При¬ нимая во внимание позицию Берлина, «все присутству¬ ющие, однако, за исключением королевского венгерс¬ кого председателя совета министров, придерживаются мнения, что чисто дипломатический успех, даже в том случае, если бы он закончился блестящим унижением Сербии, не имел бы ценности и поэтому нужно предъ¬ явить к Сербии настолько далеко идущие требования, чтобы можно было предвидеть их отклонение и тем са¬ мым радикальное разрешение вопроса путем военного вмешательства »2. 1 Мировые войны XX века. Кн. 2. Первая мировая война. Документы и материалы. М., 2002. С. 33. 2 Там же. С. 35. 43
Все это неопровержимо свидетельствует о том, что именно немцы сделали первый и решающий шаг к ми¬ ровой войне, бесцеремонно подталкивая своих младших партнеров по коалиции к крайним мерам. В то же время у союзников России по Антанте по¬ началу убийство наследника австрийского престола особой тревоги не вызвало. В Россию 20 июля на бро¬ неносце «Франс» прибыли с государственным визитом президент Франции Р. Пуанкаре и председатель сове¬ та министров Р. Вивиани, которые подтвердили свои союзнические обязательства в случае войны России с Германией. Именно поэтому уже готовый австрийский ультиматум Сербии решено было не вручать правитель¬ ству Н. Пашича до тех пор, пока французская делегация не отбудет на родину, — таким образом, союзники ли¬ шались возможности быстро проконсультироваться по этому вопросу. Ультиматум Австрии был вручен сербскому прави¬ тельству только после того, как Кронштадт покинул французский президент, — 23 июля. Для ответа Бел¬ граду был дан срок в 48 часов. Ультиматум начинался со слов о попустительстве сербского правительства ан- тиавстрийскому движению в Боснии и Герцеговине и обвинений официального Белграда в организации тер¬ рористических актов, а далее следовали 10 конкретных требований. Они гласили: «Не допускать никаких публикаций, возбуждающих ненависть и презрение к монархии (авс- тро-венгерской. — В.Ш.) и проникнутых общей тенден¬ цией, направленной против ее территориальной непри¬ косновенности. Немедленно закрыть общество, называемое «Народ¬ ная Одбрана», конфисковать все средства пропаганды этого общества и принять те же меры против других об¬ ществ и учреждений в Сербии, занимавшихся пропаган¬ дой против австро-венгерской монархии. Королевское (сербское. — В.Ш.) правительство примет необходимые меры, чтобы воспрепятствовать образованию вновь та¬ ких обществ. 44
Незамедлительно исключить из действующих в Сер¬ бии программ учебных заведений, как в отношении личного состава учащихся, так и в отношении способов обучения, все то, что служит или могло бы служить рас¬ пространению пропаганды против Австро-Венгрии. Удалить с военной и административной службы во¬ обще всех офицеров и должностных лиц, виновных по отношению к австро-венгерской монархии, имена кото¬ рых австро-венгерское правительство оставляет за со¬ бою право сообщить сербскому правительству вместе с указанием совершенных ими деяний. Допустить сотрудничество в Сербии австро-венгерс- ких органов в деле подавления революционного движе¬ ния, направленного против территориальной неприкос¬ новенности монархии. Провести судебное расследование против участни¬ ков заговора 15 июня, находящихся на сербской терри¬ тории, причем лица, командированные австро-венгерс- ким правительством, примут участие в розысках, вызы¬ ваемых этим расследованием». Помимо того, австрийцы потребовали срочно аресто¬ вать коменданта В. Танкосича и М. Цыгановича — серб¬ ских государственных чиновников, скомпрометирован¬ ных результатами сараевского расследования; принять действительные меры к воспрепятствованию оказания содействия сербскими властями в незаконной торговле оружием и взрывчатыми веществами через границу и уволить, подвергнув суровому наказанию, чинов погра¬ ничной службы в Шабаце и Ложнице, виновных в том, что оказали содействие руководителям сараевского по¬ кушения, облегчив им переезд через границу; дать авс¬ тро-венгерскому правительству объяснение по поводу заявлений высших сербских чинов как в Сербии, так и за границей, которые, несмотря на занимаемое ими официальное положение, позволили себе после покуше¬ ния 15 июня высказаться во враждебном по отношению к австро-венгерской монархии тоне и без замедления уведомить австро-венгерское правительство об осу¬ ществлении указанных в предыдущих пунктах мер. 45
Срок на выполнение ультиматума австро-венгерское правительство предоставило до 18 час. 12 (25) июля1. Этот документ фактически являлся провокацией, особенно в той его части, в которой требовалось предо¬ ставить австрийским властям право провести следствие по делу об убийстве наследника австрийского престола на территории Сербии. Нота специально была составле¬ на таким образом, чтобы ни одно уважающее себя неза¬ висимое государство не могло ее принять. После получения ультиматума сербское правительс¬ тво обратилось за помощью к России. «Нам дают 48-ча¬ совой срок для принятия всего, в противном случае авс¬ тро-венгерская миссия выедет из Белграда, — сообщал 24 июля Николаю II сербский регент королевич Алек¬ сандр. — Мы готовы принять те требования, которые совместимы с [далее в документе пропуск. — В.Ш.] со¬ лидного государства, а также и те, кои Ваше Величество, по ознакомлении с ними, посоветует нам принять... Мы не можем защититься. Посему молим Ваше Величество оказать нам помощь возможно скорее»2. Когда 24 июля телеграмма о событиях на Балканах легла на стол российского министра иностранных дел С.Д. Сазонова, тот воскликнул в сердцах: «Это европей¬ ская война!» В тот же день состоялось заседание Сове¬ та министров, на котором сербам предлагалось в ответе на австрийскую ноту проявить умеренность. Во втором пункте этого постановления даже говорилось: «Одоб¬ рить предположение министра иностранных дел посо¬ ветовать сербскому правительству на случай, если поло¬ жение Сербии таково, что она собственными силами не сможет защищаться против возможного вооруженного наступления Австро-Венгрии, не противодействовать вооруженному вторжению на сербскую территорию, если таковое вторжение последует, и заявить, что Сер¬ бия уступает силе и вручает свою судьбу решению ве- 1 Текст ноты см.: Германская Белая книга о возникновении германо-русско-французской войны. Пг., 1915. С. 21—27. 2 Международные отношения в эпоху империализма. Доку¬ менты 1878—1917 гг. М.—Д., 1934. Серия III. Т. V. С. 54—55. 46
диких держав»1. Одновременно министр встретился с германским послом Ф. Пурталесом в надежде побудить Берлин миротворчески воздействовать на австрийцев. Следует обратить пристальное внимание на ту поли¬ тику, какую вел официальный Лондон в самый разгар июльского кризиса. Сразу же после убийства наследни¬ ка австрийского престола глава британской дипломатии сэр Грей выразил Вене глубокие сожаления, а затем на долгое время замолчал. Лишь 6 июля на встрече с гер¬ манским послом в Лондоне Грей намекнул, что Англия не допустит уничтожения Франции. О России не было сказано ни слова. Еще через три дня Г рей заявил все тому же послу князю Лихновскому, что Англия не связана ка- кими-либо союзными обязательствами ни с Россией, ни с Францией и сохраняет свободу рук. При этом он из¬ лучал оптимизм. Интересно, что и австрийскому послу в Лондоне Грей говорил об ущербе мировой торговле, ко¬ торый может нанести война между четырьмя великими европейскими державами — Австро-Венгрией, Герма¬ нией, Россией и Францией. О вероятном участии пятой великой державы — Англии — ни слова. Посол Австро- Венгрии в Берлине Сегени передавал в Вену: «...герман¬ ское правительство считает, что имеются верные при¬ знаки того, что Англия не приняла бы сейчас участия в войне, возникшей ради какой-либо балканской страны, даже если бы дошло до войны с Россией и даже, может быть, с Францией». Таким образом, у Берлина сложилось стойкое убеж¬ дение, что Лондон не будет вмешиваться в балканский конфликт, и это только придавало агрессивности и само¬ надеянности кайзеру2. В назначенный срок сербы подготовили ответ на авс¬ трийский ультиматум. Ответная нота была составлена в крайне примирительных и дипломатичных тонах. Из десяти пунктов требований Вены было принято девять, 1 Шацилло В.К. Первая мировая война 1914—1918. Факты. Документы. М., 2003. С. 56. 2 Мировые войны XX века. Кн. 2. Первая мировая война. Документы и материалы. М., 2002. С. 81—87. 47
сербы отказались только допустить, чтобы следствие по убийству Франца-Фердинанда вели австрийские чинов¬ ники — это было бы расценено всем миром как отказ Сербии от собственного суверенитета. Да и отказ этот был выражен в весьма примирительных выражениях: «Королевское правительство должно признаться, что оно не отдает себе ясного отчета в смысле и значении просьбы императорского и королевского правительс¬ тва о том, чтобы Сербия обязалась допустить на своей территории сотрудничество органов императорского и королевского правительства, но заявляет, что оно до¬ пустит сотрудничество, соответствующее нормам меж¬ дународного права и уголовного судопроизводства, равно как добрососедским отношениям между обоими государствами»1. Однако тем не менее австрийский посланник в Белг¬ раде барон В.Гизль, убедившись, что сербы не принима¬ ют один из пунктов ультиматума, затребовал свои пас¬ порта и немедленно покинул Белград. С тех пор события начали развиваться по нарастаю¬ щей. В ответ на объявление Австро-Венгрией войны Сер¬ бии 28 июля и обстрела Белграда Россия объявила моби¬ лизацию в приграничных с Австро-Венгрией районах. На следующий день англичане открыли карты, заявив Лихновскому, что Англия будет оставаться безучастной только до тех пор, пока конфликт будет ограничен Авс- тро-Венгрией и Россией, если же в него окажется втя¬ нута и Франция, то Лондон долго оставаться в стороне не намерен. Это заявление произвело в Берлине шок, а кайзер был просто взбешен. Вместо войны только про¬ тив России и Франции немцам теперь предстояло вое¬ вать и против Англии, полностью господствовавшей на море и имевшей за счет обширных колоний значитель¬ ные людские и сырьевые ресурсы. Вдобавок к этому, воевать на стороне центральных держав отказалась и 1 Синяя книга. Сербская дипломатическая переписка, относя¬ щаяся к войне 1914 г. Пг., 1915. С. 36—41. 48
участница Тройственного союза Италия, объявив, что в данном случае речь не идет об агрессии против Австро- Венгрии какой-либо державы, а поэтому она отказыва¬ ется выполнять свои обязательства по Тройственному союзу. 30 июля император Николай II подписал указ о все¬ общей мобилизации в России. Германия потребовала от России прекратить мобилизацию. Поражает цинизм и двуличие, с каким главный подстрекатель войны Виль¬ гельм обращался к русскому царю и требовал прекра¬ тить принятия вполне обоснованных со стороны России оборонительных мер. «В ответ на твое обращение к моей дружбе и на твою просьбу о содействии я приступил к посредническим действиям между твоим и австро-вен¬ герским правительствами. В то время как эти действия еще продолжались, твои войска были мобилизованы против Австро-Венгрии, моей союзницы, благодаря чему, как я уже тебе указал, мое посредничество почти потеряло реальное значение. Тем не менее я продолжал действовать; сейчас я получил достоверные известия о серьезных военных приготовлениях на моей восточной границе. Ответственность за безопасность моей импе¬ рии вынуждает меня принять предупредительные меры защиты. В моих усилиях сохранить всеобщий мир я до¬ шел до крайних пределов. Ответственность за бедствие, угрожающее всему цивилизованному миру, падет не на меня. В настоящий момент все еще в твоей власти пре¬ дотвратить его. Никто не угрожает могуществу и чести России, и она свободно может выждать результатов мо¬ его посредничества. Моя дружба к тебе и твоему госу¬ дарству, завещанная мне дедом на смертном одре, всег¬ да была для меня священна, и я не раз честно поддержи¬ вал Россию в моменты серьезных для нее затруднений, в особенности во время последней войны. Европейский мир все еще может быть сохранен тобой, если Россия согласится приостановить военные мероприятия, угро¬ жающие Германии и Австро-Венгрии», — телеграфиро¬ вал Вильгельм Николаю 31 июля. 49
1 августа в семь часов вечера посол Германской им¬ перии в Санкт-Петербурге граф Пурталес пришел в особняк министерства иностранных дел на Певческом мосту в последний раз. И он, и министр Сазонов заметно нервничали. Посол трижды повторил свой вопрос: пре¬ кратит ли Россия всеобщую мобилизацию, и трижды из уст министра услышал категорическое: «Нет». И тогда немец вручил ноту с объявлением войны. Она гласила: «Императорское правительство ста¬ ралось с начала кризиса привести его к мирному раз¬ решению. Идя навстречу пожеланию, выраженному Его Величеством Императором Всероссийским, Его Величество Император Германский в согласии с Ан¬ глией прилагал старания к осуществлению роли пос¬ редника между венским и петербургским кабинетами, когда Россия, не дожидаясь их результата, приступила к мобилизации всей совокупности своих сухопутных и морских сил. Вследствие этой угрожающей меры, не вызванной никакими военными приготовлениями Гер¬ мании, Германская империя оказалась перед серьезной и непосредственной опасностью. Если бы императорс¬ кое правительство не приняло мер к предотвращению этой опасности, оно подорвало бы безопасность и самое существование Германии. Германское правительство, поэтому, нашло себя вынужденным обратиться к пра¬ вительству Его Величества Императора Всероссийско¬ го, настаивая на прекращении помянутых военных мер. Ввиду того, что Россия отказалась удовлетворить это по¬ желание и выказала этим отказом, что ее выступление направлено против Германии, я имею честь, по прика¬ занию моего правительства, сообщить Вашему Превос¬ ходительству нижеследующее: Его Величество Импера¬ тор мой Августейший Повелитель от имени Империи, принимая вызов, считает себя в состоянии войны с Россией»1. 1 Оранжевая книга (до войны). Сборник дипломатических до¬ кументов. СПб., 1914. С. 60—61. 50
Интересно отметить, что эта нота была составлена в Берлине в двух вариантах, более жестком и более мяг¬ ком. Пурталес, испытывая нервное перенапряжение и замешательство, вручил оба. На глазах посла показались слезы, они скатились по его сморщенным щекам и боро¬ де. Ведь он принадлежал к потомственной аристократии, тесно связанной с аристократией российской. Смутное предчувствие, что война между династиями Романовых и Гогенцоллернов не кончится добром по крайней мере для одной из них, его мучительно тревожило. Подойдя к окну, посол разрыдался; потом, взяв себя в руки, обнял Сазонова и вышел из кабинета. Вызывает удивление то, с какой поспешностью Бер¬ лин объявил войну Российской империи. Это произош¬ ло вопреки планам военных, которые в качестве перво¬ очередной задачи предусматривали разгром Франции на Западном фронте, и отсрочка от вступления в войну Рос¬ сии, таким образом, им была только на руку. Сей ход, ду¬ мается, диктовался особенностью внутриполитической ситуации в Германии: немецким политикам было куда выгодней заявить своим согражданам, что в Европе на¬ чалась война против варварского царского самодержа¬ вия за торжество идеалов свободы и демократии, а не затеян новый передел мира в интересах Второго рейха. В тот же самый день 1 августа 1914 года, используя совершенно надуманный предлог о провокациях со сто¬ роны французских пограничников и мнимых налетах французской авиации на спящих бюргеров, немецкий канцлер составил текст объявления войны Франции. Нота была вручена французской стороне под вечер 3 ав¬ густа, вслед за этим немецкие войска начали наступле¬ ние на Париж через территорию нейтральных Бельгии и Люксембурга. После этого немцам необходимо было объяснить все¬ му миру, почему они столь вероломно напали на Бель¬ гию, чей нейтралитет давно был признан всеми ведущи¬ ми европейскими державами, в том числе и самой Гер¬ манией. Для начала канцлер Т. Бетман-Гольвег публично назвал международный договор о нейтралитете Бельгии 51
«клочком бумаги», а затем официальные лица Германии заявили о якобы готовящемся в эту страну вторжении французской армии и ультимативно потребовали про¬ пустить в Бельгию для отражения «агрессии» немецкие войска. На размышление бельгийским властям давались сутки. Бельгийцы не подчинились диктату вероломного со¬ седа и обратились за помощью к главам Антанты. «Ко¬ ролевское правительство твердо решило оказать сопро¬ тивление всеми средствами, имеющимися в его распо¬ ряжении, — уведомил посланников Великобритании, Франции и России министр иностранных дел Бельгии А. Давиньон. — Бельгия обращается к Англии, Франции и России, чтобы они совместно, как державы-покрови- тельницы, защитили ее территорию. Должно согласовать и объединить действия, дабы воспротивиться насильс¬ твенным мерам, принятым Германией против Бельгии, и в то же время гарантировать сохранение в будущем независимости и целости Бельгии. Бельгия счастлива за¬ явить, что она обязуется защищать укрепления»1. Только самым последним 4 августа 1914 года под пред¬ логом защиты нейтралитета маленьких и беззащитных Бельгии и Люксембурга на стороне своих союзников по Антанте выступил Лондон вместе со всеми своими доми¬ нионами — Канадой, Индией, Австралией, Южноафри¬ канским союзом. Так война приняла подлинно мировой характер. В последнее время российские историки и полити¬ ки, обращаясь к далеким временам 1914 года, в качест¬ ве иллюстрации недальновидности внешней политики России, сделавшей ставку на союз с демократическими Францией и Англией, приводят мысли, высказанные вид¬ ным российским государственным деятелем П.Н. Дур¬ ново. В своей «Записке» в феврале 1914 года этот сто¬ ронник русско-немецкого союза пророчески предвидел 1 Серая книга. Сборник бельгийских дипломатических доку¬ ментов. СПб., 1915. С. 63. 52
негативные последствия участия России в войне против Германии. «...После войны (русско-японской. — В.Ш.) наша дип¬ ломатия совершила крутой поворот и определенно стала на путь сближения с Англией. В орбиту английской по¬ литики была втянута Франция, образовалась группа де¬ ржав тройственного согласия, с преобладающим в ней влиянием Англии, и столкновение с группирующимися вокруг Германии державами сделалось рано или поздно неизбежным... Сколько-нибудь внимательно вдумываясь и присмат¬ риваясь к происшедшим после Портсмутского договора событиям, трудно уловить какие-либо реальные выгоды, полученные нами в результате сближения с Англией, — пишет Дурново и в качестве примера приводит ситуа¬ цию на Дальнем и Ближнем Востоке, а также на Балка¬ нах. ...Итак, англо-русское сближение ничего реально-по- лезного для нас до сего времени не принесло. В будущем оно неизбежно сулит нам вооруженное столкновение с Германией... При таких условиях борьба с Германией представ¬ ляет для нас огромные трудности и потребует неисчис¬ лимых жертв. Война не застанет противника врасплох, и степень его готовности, вероятно, превзойдет самые преувеличенные наши ожидания. Не следует думать, чтобы эта готовность проистекала из стремления самой Германии к войне. Война ей не нужна.... Главная тяжесть войны, несомненно, выпадет на нашу долю, так как Англия к принятию широкого учас¬ тия в континентальной войне едва ли способна, а Фран¬ ция, бедная людским материалом, при тех колоссальных потерях, которыми будет сопровождаться война при современных условиях военной техники, вероятно, бу¬ дет придерживаться строго оборонительной тактики. Роль тарана, пробивающего самую толщу немецкой обо¬ роны, достанется нам, а между тем сколько факторов бу¬ дет против нас и сколько на них нам придется потратить и сил, и внимания. 53
Готовы ли мы к столь упорной борьбе, которою, не¬ сомненно, окажется будущая война европейских наро¬ дов? На этот вопрос приходится, не обинуясь, ответить отрицательно... Жизненные интересы России и Германии нигде не сталкиваются и дают полное основание для мирного со¬ жительства этих двух государств... Не следует упускать из вида, что Россия и Германия являются представительницами консервативного нача¬ ла в цивилизованном мире, противоположного началу демократическому, воплощаемому Англией и, в несрав¬ ненно меньшей степени, Францией... С этой точки зрения борьба между Германией и Рос¬ сией, независимо от ее исхода, глубоко нежелательна для обеих сторон, как, несомненно, сводящаяся к ослаб¬ лению мирового консервативного начала, единствен¬ ным надежным оплотом которого являются названные две великие державы. Более того, нельзя не предвидеть, что, при исключительных условиях надвигающейся об¬ щеевропейской войны, таковая, опять-таки независимо от ее исхода, представит смертельную опасность и для России, и для Германии. По глубокому убеждению... в побежденной стране неминуемо разразится социаль¬ ная революция, которая, силою вещей, перекинется и в страну-победительницу... Особенно благоприятную почву для социальных пот¬ рясений представляет, конечно, Россия, где народные массы, несомненно, исповедуют принципы бессозна¬ тельного социализма... Россия, несомненно, будет ввергнута в анархию, пе¬ режитую ею в приснопамятный период смуты 1905— 1906 годов. Война с Германией создаст исключительно благоприятные условия для такой агитации... Как это ни странно может показаться на первый взгляд... но и Германии в случае поражения предстоит пережить не меньшие социальные потрясения. Слиш¬ ком уж тяжело отразится на населении неудачная война, чтобы последствия ее не вызывали на поверхность глу¬ боко скрытые сейчас разрушительные стремления... 54
Совокупность всего вышеизложенного не может не приводить к заключению, что сближение с Англией ни¬ каких благ нам не сулит, и английская ориентация на¬ шей дипломатии по своему существу глубоко ошибочна. С Англией нам не по пути, она должна быть предостав¬ лена своей судьбе, и ссориться из-за нее с Германией нам не приходится. Тройственное согласие — комбинация искусствен¬ ная, не имеющая под собой почвы интересов, и будущее принадлежит не ей, а несравненно более жизненному тесному сближению России, Германии, примиренной с последнею Франции и связанной с Россией строго обо¬ ронительным союзом Японии. Такая лишенная всякой агрессивности по отношению к прочим государствам политическая комбинация на долгие годы обеспечит мирное сожительство культурных наций, которому уг¬ рожают не воинственные замыслы Германии, как си¬ лится доказать английская дипломатия, а лишь вполне естественное стремление Англии во что бы то ни стало удержать ускользающее от нее господство над морями. В этом направлении, а не в бесплодных исканиях почвы для противоречащего самым своим существом нашим государственным видам и целям соглашения с Англией, и должны быть сосредоточены все усилия нашей дипло¬ матии...» — завершает свою записку Дурново1. Отдавая должное несомненному дару предвидения автора, трудно согласиться с его основным выводом. Документы, обнаруженные в немецких архивах в пос¬ леднее десятилетие учеными из различных стран, в том числе и автором этих строк, неопровержимо сви¬ детельствуют о том, что накануне 1914 года германское руководство в качестве основной своей цели поставило внешнеполитическую экспансию на Восток, которая предусматривала отторжение от Российской империи огромнейших территорий в Прибалтике, Польше, Ук¬ раине и Белоруссии, Кавказе, навязывание России ка¬ бального торгового договора. Это, собственно, и было подтверждено в Брест-Литовске в марте 1918 года, даже 1 Красная новь. 1922. N° 6. 55
тогда, когда судьба самой Германии висела на волоске и она стояла на краю бездонной пропасти. В Берлине никто и никогда не тешил себя консервативными и мо¬ нархическими иллюзиями, здесь руководствовались ис¬ ключительно понятиями национального интереса, пусть и ложно понятого. Нашей стране была уготована даже не участь младшего партнера, а аграрно-сырьевого при¬ датка Второго рейха, призванного обслуживать все воз¬ растающие потребности германских бюргеров. Союз Германии и России был возможен только на условиях фактического отказа последней от своего суверенитета. В 1914 году у России уже не было поля для маневра. В случае нейтралитета в грядущей европейской войне страна в лучшем случае превратилась бы в сателлита Германии, распрощавшись с ролью великой державы. В худшем случае после неизбежного военного разгрома Франции наступила бы очередь России. Национальная экономика страны, в которой огромное место принадле¬ жало французскому, бельгийскому, британскому капи¬ талу, просто перестала бы существовать. Ставка на Антанту давала, пусть и призрачную, воз¬ можность России сохранить себя в качестве одного из основных игроков на международной арене. И трудно предсказать, как бы сложилась судьба страны, если бы не события октября 1917 года. Всего лишь несколько ме¬ сяцев нужно было продержаться России, чтобы выйти из войны триумфальной победительницей. В том, что получилось иначе, наших союзников винить нельзя. Судьба Российской империи была решена не на полях сражений, не за столом переговоров, а в собственном тылу, на улицах бунтующего Петрограда.
Батальоны вступают в бой — Военные планы противников на¬ кануне Первой мировой войны — «Блицкриг» Шлиффена — Страте¬ гический план Австро-Венгрии — Русский ответ Шлиффену — Планы союзников по Антанте — Военные действия в 1914 году на Западном фронте — Пограничное сраже¬ ние — Марнская битва — «Бег к морю» — Сражение во Фландрии — Восточный фронт в 1914 году — Восточно-Прусская операция — На¬ ступление Юго-Западного фронта в Карпатах — Сражения в Польше — Война на периферийных фронтах — Бои за Белград — Взятие Циндао — Российская армия на Кавказском фронте — Война на океанских про¬ сторах Рано утром 2 августа 1914 года войска немецкого рейхсвера, еще не закончив своей мобилизации, вторг¬ лись в пределы Великого герцогства Люксембург, нейт¬ ралитет которого обеспечивался целой серией меж¬ дународных правовых договоров. В ночь на 4 августа германские войска начали операцию по захвату Бель¬ гии — королевства, «вечный» нейтралитет которого так¬ же гарантировали все великие европейские державы, в том числе и Пруссия. Именно так началось осуществление немцами свое¬ го плана ведения военных действий, который получил название «плана Шлиффена». Впервые план стратеги¬ 57
ческого развертывания германской армии и замысел ведения войны Альфреда фон Шлиффена был сфор¬ мулирован самим начальником имперского генштаба в 1905 года, а затем он подвергался частичным измене¬ ниям. Основной идеей плана Шлиффена, который в своей основе зиждился на необходимости ведения Германией войны на два фронта — против России на востоке и про¬ тив Франции на западе, — было «массирование возмож¬ но больших сил на французском фронте с целью быст¬ рого уничтожения французских армий и выставление первоначально против России только необходимых для совместного участия с австрийцами войск»1. План Шлиффена в своей сути основывался на замыс¬ ле гигантского решающего сражения, в котором армия противника подлежала уничтожению одним мощным ударом, — т.е. молниеносной войны, или «блицкрига»2. Всего на начальном этапе войны против Франции пред¬ полагалось использовать 85% всех сухопутных сил рей¬ ха. Сооруженная французами после франко-прусской войны мощная 200-км укрепленная линия на границе двух стран Верден — Туль — Эпиналь — Бельфор за¬ ставила Шлиффена в последнем варианте плана искать оперативного решения в обходе ее с севера через Бель¬ гию. Главная масса германских сил в составе 23 полевых и 12,5 резервного корпусов и 8 кавалерийских дивизий с исходной линии развертывания Крефельд — Мец долж¬ на была выйти на линию Дюнкерк — Верден. Южнее для обеспечения левого фланга в Лотарингии, кроме гарни¬ зонов Меца и Страсбурга, развертывалось 3,5 полевого и 1,5 резервного корпуса и 3 кавалерийские дивизии. Левее их на верхнем Рейне — 3,5 ландверной бригады и в верхнем Эльзасе 1 ландверная бригада. Опорным пунктом для прикрытия левого фланга должна была слу¬ жить крепость Мец, которая была значительно расши¬ 1 Зайончковский А.М. Мировая война 1914—1918 гг. М., 1938. Т. 1. С. 62—63. 2 Туполев Б.М. План Шлиффена и Россия // Германия и Россия. События, образы, люди. Воронеж, 2000. Вып.З. С. 38—42. 58
рена, укреплена и укомплектована крупным гарнизоном с большим количеством тяжелой артиллерии. Эти германские силы должны были наступать тре¬ мя большими группами, из которых важнейшее опера¬ тивное значение приобретала правофланговая группа. Она состояла из 8 армейских корпусов и 5 кавалерий¬ ских дивизий и наступала уступами в направлении на Брюссель — Намюр. Девятый корпус должен был позже примкнуть к левому флангу этой группы после ее пере¬ хода через реку Маас. Наступление этой группы долж¬ но было вестись форсированным маршем, дабы пройти между Антверпеном и Намюром раньше столкновения с французской армией. За корпусами правой группы уступом справа наступали 7 резервных корпусов, кото¬ рые предназначались для окружения Антверпена и для обеспечения маневра справа, т.е. отражения возможной контратаки со стороны британской и бельгийской ар¬ мий. С той же целью предполагалась перебросить еще 2 полевых корпуса по железной дороге из Лотарингии. Средняя группа обходной массы состояла из б поле¬ вых корпусов и 1 резервной дивизии за правым флан¬ гом группы и направлялась на участок река Маас — На¬ мюр — Мезьер. Южная группа из 8 полевых корпусов и 2 кавалерийских дивизий — на участок Маас — Ме¬ зьер— Верден. 5 резервных корпусов, опираясь на кре¬ пость Мец, прикрывали левый фланг германского ма¬ невра со стороны французов, которые могли угрожать с линии Ту ль — Верден. Сзади, за средней и южной груп¬ пами, по обоим берегам Мааса следовали 10 и б ландвер- ных бригад. Германским штабом предполагалось, что как только средняя группа переправится через реку Маас, на левом берегу в общей сложности развернется 15—17 полевых корпусов, которым будет поставлена задача обойти ле¬ вый фланг французов. Когда рейхсверу удастся проник¬ нуть через линию бельгийских и северных французских крепостей и преодолеть Арденны, положение герман¬ цев, по мнению Шлиффена, станет выгоднее положения французов, если последние перейдут в контрнаступле¬ ние. Если же французы, отказавшись от контрудара, бу¬ 59
дут искать решения в обороне, то они займут располо¬ жение позади реки, уперев левый фланг в Парижский укрепленный лагерь. В таком случае предполагалось, что германские армии будут атаковать по всему фронту. Окончательный удар Шлиффен предполагал нанести, обойдя Париж западнее и южнее. «Необходимо обяза¬ тельно стремиться ударом в левый фланг французов от¬ теснить их в восточном направлении на их крепости на реку Мозель, за горный хребет Юры, к границе Швейца¬ рии, где французская армия должна быть окончательно уничтожена. Самое существенное условие для достиже¬ ния германцами такого результата операций заключает¬ ся в образовании сильного правого крыла, посредством которого германцы должны были наносить французам удар; и непрерывным преследованием (тем же мощным крылом) все время их добивать», — говорилось в немец¬ ком плане1. Шлиффен рассчитывал, что сосредоточения главных германских сил на правом крыле можно было достичь только за счет левого фланга всего германского развер¬ тывания на французском фронте. Этому флангу в соста¬ ве 3 полевых и 1 резервного корпусов и 3 кавалерийских дивизий предстояло выдержать борьбу с превосходящи¬ ми силами французов, которые предполагалось притя¬ нуть на себя в возможно большем количестве посредс¬ твом энергичного наступления на Нанси при поддержке со стороны гарнизона крепости Мец. Задача левого германского крыла сводилась к стремлению как можно меньшими германскими силами сковать здесь возмож¬ но более крупные силы французской армии. Только при таких обстоятельствах реально было рассчитывать на успешное выполнение правым крылом поставленной задачи, а в решительном сражении на левом берегу Мо¬ зеля должны были принять участие 25 германских поле¬ вых корпусов2. 1 Зайончковский А.М. Указ. соч. Т. 1. С. 65. 2 Подробнее см.: Der Schliffenplan. Kritik eines Mythos. Muenchen, 1956. 60
Одним словом, основная суть плана Шлиффена со¬ стояла в решении атаковать Францию не через франко¬ германскую границу, вдоль которой были расположены хорошо укрепленные крепости, а нарушив нейтрали¬ тет Бельгии, Люксембурга, если потребуется, то и Гол¬ ландии, обойдя тем самым французские войска справа и выйдя им в тыл. Движение немецких армий должно было уподобиться закрывающейся двери: их слабый ле¬ вый фланг стоял на месте, а чем ближе к правому флан¬ гу, тем количество корпусов увеличивалось, а двигаться они были должны быстрее. Автор блицкрига ушел в отставку в 1906 году, за 8 лет до начала войны. «Не ослабляйте моего правого флан¬ га!» — успел прошептать генерал-фельдмаршал окру¬ жавшим его на смертном одре особо доверенным офи¬ церам генерального штаба. Преемником Шлиффена был назначен Г.И. Мольтке-младший, племянник фельд¬ маршала Г.К. Мольтке — триумфатора франко-прус- ской войны. В течение этих 8 лет германский план операций, со¬ хранив основную идею плана Шлиффена, подвергся ряду небольших изменений. Например, Мольтке после русско-японской войны признал необходимым учесть быстрое восстановление русских сил и их мобилизаци¬ онных возможностей, а поэтому в Восточной Пруссии Мольтке решил развернуть 3 полевых корпуса и 1 резер¬ вный. На французском фронте, опасаясь наступления французов, он постепенно стал усиливать левое крыло германского развертывания, и к началу 1914 года оно со¬ стояло уже из 8 корпусов. Что же касается Восточного фронта против России, то там еще со времени принятия в 1905 году шлиффенов- ского плана задача германских войск носила характер стратегической обороны. Только 15% сухопутных сил Германии предполагалось разместить против России на первом этапе войны. Сосредоточиваемые в Восточной Пруссии войска образовали 8-ю армию, которая должна была задерживать вторжение русских сил и замедлить их наступление к Нижней Висле до переброски главных сил германцев с Западного фронта после поражения 61
французов. Начало такой переброски намечалось через 6 недель от начала операций на западе. До тех пор пока французы не будут окончательно разбиты, главная тяжесть борьбы с русскими войсками на Восточном фронте выпадала на австро-венгерские вооруженные силы. При этом, по соглашению 1909 года между Мольтке и начальником австро-венгерского ге¬ нерального штаба генералом Конрадом Гетцендорфом, Германия выставляла сразу же после начала войны про¬ тив России 12—14 полевых и резервных дивизий в Вос¬ точной Пруссии и отдельный ландверный корпус в Си¬ лезии. 8-я германская армия сначала должна была раз¬ вернуться для прикрытия границы, а затем выполнить задачу обороны Восточной Пруссии, согласовав свои действия с австро-венгерской армией. Что же касается ландверного корпуса в Силезии, то он должен был при¬ мкнуть к левому флангу австро-венгерской армии, оста¬ ваясь в подчинении командующего 8-й армией. Верховным главнокомандующим германской армии был кайзер Вильгельм II, однако фактически операция¬ ми руководил начальник генерального штаба. Главной особенностью плана Шлиффена, как уже отмечалось, была его скоротечность. Германский гене¬ ральный штаб исходил из того, что для затяжной войны Германия не имела ни достаточно материальных средств, ни людских ресурсов. Шесть недель давали берлинские стратеги на разгром французской и русских армий, а сам кайзер громогласно пообещал нации 1 августа, что «немецкий солдат вернется с победой домой раньше, чем опадут листья с деревьев». План Шлиффена хранился за семью печатями в стро¬ жайшем секрете, о нем знали лишь несколько самых на¬ дежных и проверенных офицеров. Но русской разведке все равно удалось вычислить планы противника. Русский генштаб был прекрасно осведомлен и о стра¬ тегических планах ближайшей союзницы Германии Австро-Венгрии. За 15 месяцев до начала войны блис¬ тательный светский лев, начальник австро-венгерской контрразведки, полковник генштаба А.Редль выдал на¬ шим людям тщательно разработанные в Вене планы во¬ 62
енных операций, вплоть до оперативных схем разверты¬ вания сил на сербском фронте и карт укреплений и кре¬ постей в Галиции. Уличенный в измене, Редль покончил с собой, но кардинально переделать все свои стратеги¬ ческие планы у австрийцев времени уже не было. В соответствии с положениями генерального штаба Австро-Венгрии основными вероятными противниками двуединой монархии считались Россия, Сербия и Черно¬ гория. Что же касается Италии и Румынии, то позиция по этим странам была под вопросом. Планы действий раз¬ рабатывались и на случай войны с каждым из противни¬ ков в отдельности, и на случай одновременной войны с несколькими противниками на нескольких фронтах. После заключения в 1879 году союзного договора с Германией план войны Австро-Венгрии стал разрабаты¬ ваться под сильным влиянием немцев и с теснейшими контактами со стратегами из германского генерального штаба. Армиям Австро-Венгрии в планах германского генерального штаба предназначалась очень важная роль: они должны были сковывать крупные силы русской ар¬ мии и прикрывать тыл германских главных сил до тех пор, пока Германия будет вести войну против Франции. Таким образом, в начале войны основная задача борьбы против России возлагалась на Австро-Венгрию. Под нажимом Германии все мероприятия австрий¬ ского генерального штаба направлялись главным обра¬ зом к подготовке на случай военных действий с Росси¬ ей. Мольтке усиленно побуждал своего коллегу из Вены Конрада к решительному наступлению против России с первых же дней войны. По соглашению между Конра¬ дом и Мольтке в 1909 году Австро-Венгрия должна была принять на себя главный удар русских до того, как Гер¬ мания одержит победу над Францией и перебросит свои силы на восток. Германское командование подталкива¬ ло австрийцев к наступлению на север между Бугом и Вислой, так как этим устранялась опасность вторжения русских в богатую промышленную область Германии — Силезию. Таким образом, в целом австро-венгерский план войны служил интересам Германии. 63
Окончательная версия плана войны, с которым без существенных изменений Австро-Венгрия вступила в войну, начала разрабатываться с 1909 года. По этому пла¬ ну сухопутные силы Австро-Венгрии в составе 1100 ба¬ тальонов (до 1,5 миллиона человек) распределялись на три большие группы. Наиболее сильная группа — «эше¬ лон А» — предназначалась для действий против России и включала больше половины австрийской армии — 28,5 пехотной и 10 кавалерийских дивизий, 21 бригаду ландштурма и запасную, которые объединялись в четы¬ ре армии (1, 2, 3 и 4-я). В случае войны «эшелон А» пере¬ брасывался прямым сообщением в Галицию до 19-го дня мобилизации. Его развертывание намечалось на линии рек Сана и Днестр, далее вдоль границы на северо-запад до Вислы, а небольшая группа в несколько бригад сосре¬ дотачивалась у Кракова1. Вторая группа носила название «Минимальная бал¬ канская группа» и предназначалась исключительно для развертывания против южных славянских государств — Сербии и Черногории. Она включала в свой состав 8 пе¬ хотных дивизий и 7 ландштурменных и запасных бригад. Ее сосредоточение намечалось на 12-й день мобилиза¬ ции на широком фронте, а характер действия предпола¬ гался оборонительный. И наконец, третья группа австро-венгерских войск («эшелон Б») — включала 12 пехотных и кавалерийскую дивизии и 6 ландштурменных и запасных бригад. На¬ значение этой группы было двоякое: при войне только против Сербии эта группа усиливалась двумя кавале¬ рийскими дивизиями из «эшелона А» и направлялась на юго-восточные границы Австро-Венгрии одновременно с «Минимальной балканской группой». Ее сосредоточе¬ ние предполагалось на 16-й день мобилизации в районах по течению рек Савы и Дуная, по обе стороны Белграда, по левому берегу реки Дрины до впадения ее в Саву, и в Боснии между Сараево и сербской границей. При этом войскам ставилась стратегическая задача — ударом с 1 Мировые войны XX века. Кн. 1. Первая мировая война. Исторический очерк. М., 2002. С. 82. 64
севера и запада обойти сербскую армию и возможно скорее разгромить Сербию, чтобы развязать себе руки против могущего появиться нового противника. Если же Россия также включалась в войну, то «эшелон Б» предназначался для отправки в Галицию. Его перевозка начиналась на 18-й день мобилизации, вслед за «эшело¬ ном А». Таким образом, при варианте «Б» (война только на Балканах) против Сербии и Черногории предназнача¬ лись 20 пехотных и 3 кавалерийские дивизии, ряд ланд- штурменных и запасных частей (13 бригад). При вари¬ анте «Р», т.е. в случае войны также и против России, для южного фронта предназначалось только 8 пехотных ди¬ визий с небольшими второочередными формирования¬ ми, а против России направлялось 40,5 пехотные и 11 ка¬ валерийских дивизий. Генштабом Австро-Венгрии предусматривался и еще один вариант — когда Россия вступала в войну уже пос¬ ле того, как войска будут развернуты против Сербии. В этом случае потребовалось бы «эшелон Б» немедленно перебросить с Нижней Савы на Днестр. В предвидении такого случая развертывание «Минимальной балканс¬ кой группы» и «эшелона Б» у сербских границ предпо¬ лагалось независимо друг от друга с тем, чтобы вывод и переброска «эшелона Б» в Галицию не нарушили плана оборонительных действий балканской группы австро¬ венгерских войск. В отношении собственно России стратегический за¬ мысел действий австро-венгров заключался в том, что¬ бы частью сил — левым крылом — наступать на север, а затем повернуть на восток и совместно с правым кры¬ лом австро-венгерской группировки разбить сосредото¬ ченные у Проскурова русские силы, отбросить главные силы русских к Черному морю или к Киеву, прервав их сообщения с севером через Полесье. При этом против¬ ник рассчитывал на наступление немцев из Восточной Пруссии, обещанное Мольтке в письме к Конраду от 19 мая 1909 года1. 1 История Первой мировой войны. Т. 1. М., 1975. С. 192—194. 65
Таким образом, Австро-Венгрия дробила свои силы и ставила их под угрозу поражения по частям. Надо так¬ же отметить, что достаточно слабое экономическое по¬ ложение государства, недостаток финансовых средств самым непосредственным образом негативно сказыва¬ лись на военно-техническом состоянии австро-венгерс¬ кой армии, ее вооружении. Следует особо подчеркнуть, что австро-венгерская армия представляла собой довольно сложное многона¬ циональное образование: на 25% она состояла из авс¬ трийцев, на 23% из венгров, 17% составляли чехи и слова¬ ки, 11% сербы, хорваты и словенцы, 8% поляки, столько же украинцы, 7% румыны и 1% итальянцы. Всего авс- тро-венгерские войска на 48% состояли из австрийцев и венгров и на 52% из славян, которые, хотя и считали себя патриотами, были недовольны своим положением в монархии Габсбургов и не хотели войны ни с Сербией, ни, тем более, с Россией1. При этом 75% офицерского и унтер-офицерского корпуса были австрийского проис¬ хождения. Для того чтобы их понимали подчиненные, был даже придуман особый военный язык, состоящий из восьмидесяти слов, который обязаны были понимать солдаты всех национальностей. В некоторых частях, на¬ пример словацких, состоявших из бедных крестьян, на¬ меревавшихся переселиться в Америку, единственным взаимоприемлемым языком общения был английский, а в ряде случаев общепонятным языком для всех военно¬ служащих становился русский2. Союзными Германии австро-венгерскими войсками руководил начальник генерального штаба генерал Кон¬ рад фон Гетцендорф, хотя формально главнокомандую¬ щим считался эрцгерцог Фридрих. Как же вознамеривались противостоять генштабам стран Центральных держав союзники по Антанте, чем 1 Гуштин Д. Словенцы на службе австро-венгерской армии в войне против России (1914—1917) // Последняя война Российской империи. Россия, мир накануне, в ходе и после Первой мировой войны по документам российских и зарубежных архивов. М., 2006. С. 258. 2 Уткин А.И. Первая мировая война. М., 2001. С. 108. 66
они готовились ответить Шлиффену, Мольтке и Кон- раду? Русские штабисты начали разрабатывать план войны со своими предполагаемыми противниками еще с конца позапрошлого столетия. После объединения Германии на западных границах России появился сильный про¬ тивник. В связи с серьезными геополитическими изме¬ нениями в Европе мероприятия по обороне и укрепле¬ нию западных границ империи стали приобретать для русского правительства особо важное значение. Уже в 1873 году военный министр генерал Д.А. Милютин раз¬ работал проект действий России на европейском театре против возможной коалиции1. Планомерную подготовку России к грядущей войне начал начальник главного штаба генерал Обручев. Имен¬ но он представил в 1880 году свои соображения о планах ведения войны с Германией и Австро-Венгрией. Настоя¬ тельная необходимость разработки таких соображений была вызвана тем, что наиболее вероятные противники России — Германия и Австро-Венгрия, после заключе¬ ния между собой в 1879 году военно-политического сою¬ за, значительно повысили боевую подготовку своих ар¬ мий, а также сократили время развертывания благодаря ускоренному развитию железнодорожной сети. Позд¬ нее в связи с увеличением численности русской армии и происходившими изменениями в дислокации войск, а также ввиду развития железнодорожного сообщения планы войны российским генштабом пересматривались в 1883, 1887 и 1890 годах. Четырнадцатое по счету мобилизационное расписа¬ ние 1890 года предусматривало уже два варианта дейс¬ твий. Один вариант на тот случай, если Германия свой главный удар направит против России, а второй — если главный удар Германия нанесет по Франции. В послед¬ нем случае Россия планировала начать свои действия первым делом против Австро-Венгрии. 1 Зайончковский А.М. Подготовка России к империалистичес¬ кой войне. Очерки военной подготовки и первоначальных планов войны. М., 1926. С. 31. 67
Новый план войны в России был разработан и принят к исполнению в 1900 году. От других он отличался тем, что в нем впервые предполагалось создание некоей про¬ межуточной инстанции управления войсками на театре военных действий — командований фронтами. Теперь все армии на западных рубежах России в случае войны объединялись в две группы — Северный фронт против Германии и Южный фронт соответственно против Авс¬ тро-Венгрии. И наконец, в конце 1913 года российский генштаб приступил к составлению двадцатого мобилизацион¬ ного расписания. Но это мобилизационное расписание к началу войны еще не было окончательно доработано и весьма в незначительной степени отразилось на мо¬ билизационных способностях русской армии в августе 1914 года. В действительности русские армии развер¬ тывались по мобилизационному расписанию № 19 от 1910 года. Правда, в мае 1912 года оно было несколько исправлено. План развертывания российской армии разрабаты¬ вался в двух вариантах. Если бы Германия направила свои главные силы совместно с Австро-Венгрией против России, то русская армия должна была развертывать¬ ся по варианту «Г», согласно которому большая часть русских сил направлялась против Германии. На случай, если бы Германия направила свои главные силы на За¬ падный фронт против Франции, имелся вариант «А», по которому русский генеральный штаб планировал глав¬ ный удар направить против Австро-Венгрии, сосредото¬ чив основную массу войск к югу от Полесья. На этом на¬ правлении конечной целью являлось овладение Веной и Будапештом. Однако при этом считалось необходимым первоначально уничтожить австрийские силы, развер¬ нутые в Галиции. Для этого войска с фронта Иванго- род — Ковель направлялись на Краков, в обход Карпат с запада. Подобные действия были нацелены на то, чтобы отрезать удобные пути для отхода австрийских войск. Одновременно с этими действиями русская армия должна была начать наступление и против Германии сра¬ зу после 15-го дня мобилизации, сосредоточив 800 тыс. 68
человек, чтобы привлечь на себя германские силы с За¬ падного фронта. Таким образом, в предстоящей войне действия русской армии намечались в двух направлени¬ ях — против Австро-Венгрии и против Германии1. Незадолго до войны в 1914 году для развертывания русских армий был принят вариант «А». По этому вари¬ анту против Германии на рубеже Шавли — Ковно — реки Неман, Нарев и Западный Буг развертывался Северо-За- падный фронт в составе 1-й и 2-й армий. Против Австро- Венгрии на линии Ивангород — Люблин — Холм — Дуб- но — Проскуров развертывался Юго-Западный фронт в составе 3-й, 4-й, 5-й и 8-й армий. Русские армии имели общую задачу перейти в наступление с целью дальней¬ шего перенесения войны в пределы Германии и Австро- Венгрии2. Кроме развертывания сил на указанных двух фронтах предусматривалось и формирование еще двух армий: 6-й армии для обеспечения столицы Санкт-Петербурга и для наблюдения за Балтийским морем и побережьем, а также 7-й армии — для прикрытия со стороны Румынии, наблюдения за побережьем Черного моря и содействия черноморскому флоту при обороне нашего побережья. Наши военные были прекрасно осведомлены о на¬ пряженных отношениях между Россией и Османской империей, известно было и о германской ориентации Константинополя, его большой финансовой и военно¬ технической зависимости от Германии. В связи с этим наши штабисты стали разрабатывать также и план на случай войны с Турцией. Для действий против Турции предназначались вой¬ ска Кавказского военного округа, которые в военное время сводились в три корпуса. Планом предусматри¬ валось три варианта: 1) война России только с Турцией, 2) Турция с самого начала войны выступает совместно с враждебной России коалицией, 3) в начале войны Тур¬ ция остается нейтральной, а затем нападает на Россию в 1 История Первой мировой войны. Т. 1. М., 1975. С. 196. 2 Шацилло К.Ф. Россия перед Первой мировой войной (Вооруженные силы царизма в 1905—1914 гг.). М., 1974. С. 86—87. 69
Закавказье. В последнем случае предусматривалась еще до выступления Турции переброска с Кавказа двух кор¬ пусов на европейский театр, а на Кавказ перебрасывал¬ ся из Туркестана 2-й Туркестанский корпус. Кавказской армии ставилась задача прикрывать как можно дольше свою границу, а в случае невозможности удержаться при значительном превосходстве турок — постепенно отходить на линию Главного Кавказского хребта и удер¬ живать на крайнем левом фланге Баку, а в центре — Во- енно-Грузинскую дорогу, как главный путь для связи центра России с Закавказьем. Верховным главнокомандующим нашей армии 20 июля (2 августа) был назначен Великий князь Нико¬ лай Николаевич. Русский генеральный штаб возглавлял генерал Н.Н. Янушкевич. Свои собственные планы ведения грядущей войны имели и союзники Российской империи по «Сердечно¬ му Согласию». Французский генеральный штаб, например, при¬ ступил к разработке плана сосредоточения армии на случай войны с Германией уже в 1872 году, т.е. сразу же после поражения в войне против Пруссии. Не имея средств для создания крупных вооруженных сил, до¬ статочных для успешной борьбы с более сильной гер¬ манской армией, французское правительство решило обеспечить свою безопасность возведением мощных ук¬ реплений вдоль восточной границы страны. Первые ра¬ боты по укреплению границы начались в 1874 году. Эта система укреплений на франко-германской границе в дальнейшем оказывала существенное влияние на разра¬ ботку не только французских, но и германских планов войны. В Париже была разработана также и соответствую¬ щая программа мероприятий по развитию железнодо¬ рожной сети страны, чтобы сделать ее более приспособ¬ ленной для использования в военное время. В течение следующих сорока лет, вплоть до самой войны, во Франции было разработано 17 вариантов пла¬ нов войны и ряд поправок к ним. Уже в 4-м и 5-м пла¬ нах, которые рассматривались Высшим советом в мае 70
1878 года, предусматривались два варианта сосредото¬ чения. Оба эти варианта учитывали возможность на¬ рушения нейтралитета соседних с Францией Бельгии и Люксембурга. Франко-русский союз коренным образом изменил не только международное положение Франции как ев¬ ропейской державы, но и геостратегическую ситуацию в Старом Свете в целом. Россия теперь стала представ¬ лять для Парижа реальную силу, которая способна была стать решающим фактором в обеспечении победы над Германией. Точка зрения французского генерального штаба на роль России в будущей войне была сформу¬ лирована на совещании начальников русского и фран¬ цузского генеральных штабов в феврале 1901 года в Пе¬ тербурге. Россия должна была «отвлечь с французского фронта часть германской армии, достаточную для того, чтобы предоставить французской армии наиболее шан¬ сов успеха в решительном бою начала кампании, кото¬ рого можно ожидать начиная с 14-го дня»1. Это существенно влияло на разработку француз¬ ских планов. Дальнейшее изменение международной обстановки, наращивание военной мощи Германии и усиление самой Франции требовали последующих из¬ менений плана, ив 1913 году начальник французского генерального штаба Ж. Жоффр представил один за дру¬ гим два новых его варианта. Началась разработка 17-го плана, исходя из оценки международной обстановки и возможной враждебной группировки держав. 17-й план был введен в действие 15 апреля 1914 года2. В соответствии с этим планом и развертывалась фран¬ цузская армия в Первую мировую войну. Для действий против Германии на фронте от Бельфора до Ирсона на¬ мечалось развернуть пять армий. На южном крыле меж¬ ду Тулем и Бельфором сосредоточивались две армии: 1 -я 1 Валентинов Н. Военные соглашения России с иностранными государствами до войны // Военно-исторический сборник. Вып. 2. С. 104. 2 Мировые войны XX века. Кн. 1. Первая мировая война. Исторический очерк. М., 2002. С. 84. 71
в районе Эпиналь и 2-я в районе Туля. Эти армии долж¬ ны были наступать на восток южнее Туля между лесис¬ тыми и холмистыми массивами Вогезов и реки Мозель. Северное крыло составляли 5-я армия и один кавале¬ рийский корпус. Эти силы должны были развернуться на фронте Монмеди — Мезьер и имели задачу наступать на Бельгийский Люксембург в случае, если германцы будут наступать через Бельгию. Если же Германия не на¬ рушит нейтралитета Бельгии, то 5-я армия должна была наступать на Диденгофен (Тионвиль) и Люксембург. Для связи северной и южной группировок в районе Вердена развертывалась 3-я армия. Особенностью французского плана стало то, что одна армия — 4-я располагалась в глубине, в районе Сен-Ди- зье — Бар-ле-Дюк, во второй линии, и фактически со¬ ставляла резерв. Она имела задачу действовать севернее или южнее 3-й армии, в зависимости от обстановки. Кро¬ ме того, в распоряжении французского главнокоманду¬ ющего имелись еще две группы резервных дивизий по три дивизии в каждой группе, располагавшиеся уступом за флангами общего фронта в окрестностях Везуля и в районе Ирсона. План № 17 предусматривал с самого начала войны наступательный образ действий. Главнокомандующий французских армий, который в мирное время был на¬ чальником генерального штаба, имел намерение, «соб¬ рав все силы, двинуть тех в наступление против герман¬ ских армий». Стратегический замысел, изложенный в оперативной части плана, предусматривал осущест¬ вление «двух главных операций, развивающихся одна правее — в районе между лесными массивами Вогезов и рекой Мозель, ниже Туля, другая левее — к северу от линии Верден — Мец». Исследователи полагают, что французский план войны, на первый взгляд проникнутый наступатель¬ ным духом, таил в себе пассивно-выжидательные дейст¬ вия. Это видно из задач 4-й и 5-й армий, действия кото¬ рых всецело зависели от поведения противника. Такое двойственное внутреннее содержание плана объясняет¬ ся тем, что в Париже до сих пор не был изжит страх пе¬ 72
ред германской армией, от которой французская армия потерпела жестокое поражение в войне 1870—1871 го¬ дов. Это приводило к тому, что французское командова¬ ние главный удар предполагало нанести в зависимости от обстановки лишь после того, как в первых столкнове¬ ниях с противником определится характер его действий. Таким образом, действия французской армии с первых же дней ставились в зависимость от характера действий противника. Из этого следует, что французский план от¬ личался нерешительностью и пассивностью и отдавал инициативу в руки германских войск. Более того, возможность вторжения германских войск через Бельгию французами явно недооценива¬ лась, считалось, что основной удар следует ожидать со стороны Меца в Лотарингии. Французское командова¬ ние рассчитывало, что если такое вторжение и состоит¬ ся, то оно может быть приостановлено силами бельгий¬ ской армии и ударом левого крыла французских войск в северном направлении. Парижские стратеги также ошибочно полагали, что по политическим и моральным соображениям Германия будет держать крупные силы в Эльзасе. Разрабатывая планы отражения агрессии со стороны Германии, Франция возлагала особые надежды на по¬ мощь России. Союз с Россией значительно укреплял по¬ ложение Франции в военном отношении. Расчет на вы¬ игрыш войны французами во многом строился на актив¬ ных действиях русской армии, которая предварительно должна была обескровить германскую армию на восточ¬ ном театре и тем самым создать выгодные условия для дальнейших действий французских войск на западе. После создания Антанты с весны 1905 года завязались сношения по плану совместных военных действий меж¬ ду английским и французским генеральными штабами, ас 1911 года уже велись переговоры о высадке англий¬ ских экспедиционных войск во Франции и сосредото¬ чении их в районе Мобеж — Ирсон. Французский гене¬ ральный штаб на основании этого соглашения включил в план № 17 предложение о развертывании английских 73
войск на левом фланге французских армий под названи¬ ем «армейской группы W». Переговоры о совместных операциях английской и бельгийской армий начались в 1906 году. В 1911 году в Англии был образован специальный мо¬ билизационный совет из представителей армии, флота и ряда министерств, который выработал единый моби¬ лизационный план, обязательный для всех государс¬ твенных и общественных учреждений, и календарный план, охватывающий все необходимые подготовитель¬ ные мероприятия для перехода от состояния мира к войне. План предусматривал подготовительный период к мобилизации, когда лишь возникла угроза войны, и, собственно, мобилизацию. Для действий на континенте предназначались английские силы — 6 пехотных, 1 ка¬ валерийская дивизии и 1 кавалерийская бригада. Общая численность этих войск составляла 123,7 тыс. человек, а вместе с тылами и этапными частями — до 160 тыс. чело¬ век. Эти силы предполагалось полностью подготовить на 13-й день мобилизации. И все же конкретный план оперативного использова¬ ния экспедиционных английских войск разработан так и не был. Было лишь признано, что согласование военных операций английской армии с операциями французс¬ кой армии будет обеспечено директивами, исходящими от французского главнокомандующего и адресованны¬ ми главнокомандующему британской армией. Поэтому лишь только с прибытием английских войск в район со¬ средоточения на левый фланг французских армий и пос¬ ле первых боевых неудач англичан в ходе войны стало постепенно налаживаться взаимодействие английской и французской армий в операциях. Становится очевидным, таким образом, что английс¬ кий генеральный штаб решил не связывать себя конк¬ ретными обязательствами на случай войны с Германией. Английские стратеги исходили из того, что в предстоя¬ щей войне им не придется проявлять серьезных усилий. Британские генералы полагали, что исход войны опре¬ делится в несколько месяцев. Верные своей традицион¬ ной политике, они не собирались воевать собственными 74
силами, а предпочитали, чтобы за них это делали союз¬ ники — Франция и Россия, на которых они рассчитыва¬ ли переложить главную тяжесть войны. Что же касается бельгийского командования, то оно при составлении плана войны исходило из неизбежнос¬ ти нарушения нейтралитета Бельгии в случае столкно¬ вения между Германией и Францией. Поэтому главные усилия бельгийских вооруженных сил направлялись на то, чтобы оказать сопротивление германским силам и удержаться до тех пор, пока не подоспеют на помощь французские или английские войска. Для этого главная группировка бельгийской армии занимала рубеж Ди- ест — Тирлемон — Намюр, прикрывая направление на Брюссель и Антверпен. Одновременно намечалось час¬ тью сил оборонять переправы через реку Маас, опира¬ ясь на крепости Льеж, Намюр и Гюи. На случай, если бы до получения помощи союзников наступление герман¬ цев остановить не удалось, следовало отходить к Антвер¬ пену и там укрыться, угрожая тылу и флангу германской армии в надежде, что наступление крупных англо-фран- цузских сил остановит германское вторжение и освобо¬ дит бельгийскую армию в Антверпене1. Бельгийские ар¬ мии находились под командованием короля Альберта. Разрабатывались стратегические планы и балканс¬ кими государствами. Так, операционный план сербской армии при войне с Австро-Венгрией, разработанный в 1908 году, предусматривал два варианта — в случае войны один на один против австро-венгерской армии или в союзе с Россией2. Сербская армия (12 пехотных, 1 кавалерийская дивизии и 2 отдельных отряда) развер¬ тывалась с целью обороны до выяснения общей поли¬ тической и военной обстановки. Предполагалось, что район развертывания будет прикрывать течение рек Савы и Дуная со стороны главного удара австрийцев, ожидавшегося с севера. На этом направлении разверты¬ валась на 100-километровом фронте 1-я сербская армия 1 История Первой мировой войны. Т. 1. М.г 1975. С. 196. 2 Корсун Н.Г. Балканский фронт мировой войны 1914— 1918 гг. М., 1939. С. 17—18. 75
с задачей обороняться по реке Дунаю. В районе Белграда развертывалась 2-я армия. Она составляла маневренную группу. Далее на юго-запад развертывалась 3-я армия, также составляла маневренную группу в районе Валь- ево, что в 70 км юго-западнее Белграда. 4-я армия была призвана прикрыть с запада долину Верхней Моравы и обеспечить связь с Черногорией. Сербскими армиями командовал воевода Р. Путника. Показательно, что, несмотря на твердо сложившиеся коалиции, у союзников не было четкого и единого плана совместных действий. Имелись лишь соглашения о том, что в случае войны союзники выступят на помощь друг другу. У стран Антанты это выразилось в виде французс- ко-русской военной конвенции. Союзный договор меж¬ ду Германией и Австро-Венгрией также предусматривал взаимную поддержку на случай войны. Но вооружен¬ ные силы каждой страны действовали самостоятельно, общего командования как у Антанты, так и у Тройствен¬ ного союза не было. Характерным для планов войны до 1914 года было и то, что они не предусматривали согласованных дейс¬ твий сухопутных сил и военно-морских флотов. Лишь в планах России имелись некоторые предположения о взаимодействии Балтийского военно-морского флота с сухопутными войсками. Не были также четко отработа¬ ны вопросы взаимодействия вооруженных сил коали¬ ций на разных театрах войны. Кроме того, генеральные штабы всех стран противоборствующих коалиций пред¬ полагали завершить войну в короткие сроки и поэтому рассчитывали, что накопленных в мирное время запасов вооружения, военного снаряжения и боеприпасов бу¬ дет вполне достаточно для ведения войны и пополнения убыли. Эти планы не предусматривали мобилизации промышленности страны для производства вооружения и военного снаряжения. К моменту начала первых боевых операций живые силы германской коалиции существенно уступали Ан¬ танте — 3568 тыс. солдат и офицеров против 6179 тыс. Однако германские стратеги рассчитывали подавить противника своей огневой мощью — немцы обладали 76
2244 тяжелыми пушками и гаубицами, не считая крепос¬ тной артиллерии, против 1013 орудий у Антанты. Имели немцы превосходство перед своими противниками и в других видах высокотехнологичного вооружения. По характеру решаемых задач и достигнутым воен- но-политическим результатам события Первой мировой войны военными историками традиционно делятся на пять кампаний по соответствующим годам. Каждая из этих кампаний включала несколько операций, прове¬ денных на самых различных театрах военных действий. Первые выстрелы Первой мировой войны прозвучали 2 августа 1914 года, после того, как германский рейхсвер перешел границу Германской империи в районе Трира и вторгся на территорию суверенного государства — Ве¬ ликого герцогства Люксембург, нейтралитет которого был гарантирован международными договорами1. Це¬ лью этого вероломного акта было как можно скорее за¬ хватить люксембургские железные дороги, важные для Германии в стратегическом отношении. Город Люксем¬ бург — столица герцогства — был захвачен германцами уже утром 2 августа. При этом немецкие дипломаты ли¬ цемерно заявляли, что Германия вынуждена ввести свои войска в Люксембург для предупреждения якобы подго¬ тавливаемого захвата его французами2. В действитель¬ ности захват Люксембурга уже давно предусматривался планами развертывания германских вооруженных сил и был разработан до деталей. В ночь на 4 августа германские части без объявле¬ ния войны перешли бельгийскую границу и двинулись к крепости Льеж, находившейся в 30 км от границы. Крепость эта прикрывала переправы через реку Маас. Захват Льежа, как и захват Люксембурга, был задуман германским генеральным штабом задолго до войны. Для этого предназначались шесть усиленных бригад и один 1 Ключников Ю.В., Сабанин А.С. Международная политика но¬ вейшего времени в договорах, нотах и декларациях. Ч. 1. М., 1925. С. 195—196. 2 Желтая книга. Документы, относящиеся к великой европей¬ ской войне 1914 г. (Дипломатическая переписка Франции, пред¬ шествовавшая войне). Пг., 1915. С. 154. 77
пехотный полк, постоянно расквартированные вблизи бельгийской границы, и три кавалерийские дивизии — всего 25 тыс. штыков, 8 тыс. сабель и 124 орудия1. К вечеру 5 августа передовые германские части по¬ дошли к линии фортов Льежа, а сам захват крепости намечено было осуществить в ночь с 5 на 6 августа вне¬ запной атакой. Темная ночь и разразившаяся гроза с ливнем, казалось, благоприятствовали германцам. Од¬ нако расчет германского командования на внезапность не оправдался. Первые атаки были отбиты, и лишь на одном направлении германцы подошли к городу, где им удалось захватить старый форт Шартрез. Чтобы ускорить захват фортов Льежа, командующий 2-й германской армией генерал К. Бюлов выделил три армейских корпуса и довел численность своих войск до 100 тыс. человек, но они подошли к Льежу лишь 12 ав¬ густа, а после полудня по фортам Льежа открыла огонь тяжелая артиллерия 380 и 420-мм калибра. Под артилле¬ рийским огнем невиданной ранее силы к 16 августа пали все форты Льежа, тем самым дорога германским армиям в Бельгию была открыта. За свой первый «успех» немцы расплатились жизнями 25 тыс. человек, потерянными под стенами крепости. Ко времени падения Льежа 1-я и 2-я германские ар¬ мии подошли к Маасу и переправились через него, уже не встречая сопротивления. Так началось непосредс¬ твенное осуществление плана Шлиффена, предусмат¬ ривающего наступление главными силами на Францию через Бельгию и Люксембург. При этом 1-я армия наце¬ лилась на Брюссель и прикрывала правый фланг всего германского фронта, а 2-я наступала правым крылом на Вавр, а левым — севернее Намюра. Немецкое командо¬ вание поставило в качестве основной задачу 1-й и 2-й армиям отрезать бельгийскую армию от Антверпена, а затем продолжить наступление на фронте Брюссель — Намюр. Направление на Брюссель прикрывала бельгийская армия, занимая рубеж протяжением в 30 км. Вооружен¬ 1 Der Weltkrieg 1914 bis 1918. Bd. 1. S. 109. 78
ные силы этого небольшого государства состояли из трех пехотных дивизий, расположенных в районе от Жорду- аня до Тирлемона, кавалерийской дивизии севернее у Диеста и Гелена. Еще две дивизии располагались запад¬ нее — на реке Диль, а 4-я бельгийская пехотная дивизия оставалась пока в Намюре. К ночи 18 августа бельгийская армия, лишенная по¬ мощи со стороны своих союзников, под натиском врага отошла за реку Диль. К этому времени в Антверпен уже переехало бельгийское правительство и король Альберт. Через два дня 20 августа бельгийская армия тоже подош¬ ла к Антверпену1. 20 августа немцы, со своей стороны, основными сила¬ ми заняли столицу Бельгии Брюссель и вышли на линию фронта Брюссель — Намюр — Динан, готовясь вступить в сражение с французскими силами. Ослабленная тяжелыми боями с превосходящими силами противника бельгийская армия уже и не могла оказать решительного противодействия противнику, но бельгийский народ не смирился с оккупацией и мужес¬ твенно восстал против захватчиков. И чем больше уг¬ лублялись германские войска в глубь бельгийской тер¬ ритории, тем сильнее стали проявляться партизанские действия, выражавшиеся в вооруженных нападениях на мелкие части немецких войск, их разъезды, обозы и ты¬ ловые учреждения. Нарушение бельгийского нейтралитета германской армией французский генеральный штаб считал впол¬ не вероятным, а поэтому в разрабатываемых планах развертывания всегда учитывал и такую возможность. Однако имелось опасение, что германское командова¬ ние ложными сведениями попытается спровоцировать Францию на нарушение нейтралитета Бельгии и фран¬ цузский военный министр «строжайше и самым кате¬ горическим образом» запретил всем французским вой¬ скам переходить бельгийскую границу и всем летчикам 1 Новицкий В.Ф. Мировая война 1914—1918 гг. Кампания 1914 г. в Бельгии и Франций. Т. 1. М., 1938. С. 136. 79
летать над бельгийской территорией1. Только после того как 4 августа во Франции были получены официальные сведения о вторжении германских войск в Бельгию, и бельгийское правительство выразило согласие взаимо¬ действовать с французскими войсками, французское командование 5 августа отдало приказ «проникнуть в Бельгию, чтобы уточнить приблизительный контур про¬ тивника и задержать его колонны». Французским само¬ летам также было разрешено летать над бельгийской территорией2. В то время как французское командование выраба¬ тывало решение, а германские армии бомбардировали Льеж и продвигались к Брюсселю, французские войска еще в ходе сосредоточения в начале августа разверну¬ ли бои на южном крыле западноевропейского фронта. В Париже посчитали, что необходимо сделать так, чтобы сапог французского солдата как можно скорее вступил на земли Эльзаса и Лотарингии, отторгнутые Германией от Франции в 1871 году. Это бы, несомненно, произвело в стране большой моральный эффект и подняло бы дух французских войск перед началом решительных сраже¬ ний. Именно для осуществления этих целей первоначаль¬ но предназначались части прикрытия, а по мере сосре¬ доточения и более значительные силы. В результате боев французские войска к исходу 8 августа захватили Мюльгаузен и немецкие части вынуждены были отойти за Рейн. Однако прибывшие подкрепления противника 9 августа неожиданно для французов перешли в наступ¬ ление и отбросили их войска на исходные рубежи к гра¬ нице. 14 августа началось наступление французов более крупными силами в направлении на Саарбург. С утра 15 августа французы предприняли новое наступление более крупными силами, образовав для этого специ¬ 1 История Первой мировой войны 1914—1918. Т. 1 М., 1975. С. 278. 2 Жоффр. 1914—1915. Подготовка войны и ведение операций. М., 1923. С. 123. 80
альную Эльзасскую армию. Но так как к этому вре¬ мени уже ясно определились намерения германского командования нанести главный удар на Париж через Бельгию, то целью новой операции французов в Верх¬ нем Эльзасе было приковать к этому району как можно большее количество германских войск и не позволить перебрасывать их на усиление северного германского крыла. В этой операции французская армия наступала достаточно медленно и лишь к 18—20 августа заняла Са- арбург, Шато-Салоп и другие селения. 19 августа на пра¬ вом фланге Эльзасской армии французам также вновь удалось занять район Мюльгаузена. В дальнейшем основные события войны происходи¬ ли на франко-бельгийской границе, куда к 20 августа подошла главная группировка германских сил и фран¬ цузские армии левого крыла. 1-я германская армия вы¬ шла на линию Вольфертгем — западнее Брюсселя — Ватерлоо; 2-я германская армия — юго-восточнее 1-й до Намюра; 3-я армия подошла к реке Маас на участке Намюр — Динан: 4-я германская армия вышла на рубеж Бастонь — Аттер; 5-я армия достигла линии Эталь — Лонгви — Арсвейлер. Им противостояли 3, 4 и 5-я французские армии. Что касается английской армии, то она закончила свое сосредоточение южнее Мобежа и должна была выдви¬ нуться к Монсу. Правый фланг всей главной группировки англо¬ французских войск прикрывала Лотарингская армия под командованием генерала Ж.-М.Монури, образован¬ ная к 21 августа в составе семи резервных дивизий. Она располагалась восточнее Вердена, в районе Маасских высот. Силы противников, таким образом, были равные, а в первых сражениях войны англичане и французы имели даже превосходство в 5 корпусов, поскольку 5 герман¬ ских резервных корпусов находились на удалении в 1—2 перехода от главных сил. Как бы то ни было, к 20 ав¬ густа силы противников полностью были развернуты для решения главных задач войны. 81
20 августа германское главное командование поста¬ вило задачу 1-й и 2-й своим армиям продолжить наступ¬ ление западнее Намюра, а 3-й армии — на участке На¬ мюр — Живе, т.е. на выполнение основной стратегичес¬ кой цели — охвата и разгрома всех французских сил. В тот же день и французские армии получили опе¬ ративную директиву. В ней ставилась задача 3-й армии наступать в общем направлении на Арлон, а 4-й ар¬ мии — наступать в общем направлении на Невшато. Для 5-й французской и английской армий основной целью действий указывалась северная группировка против¬ ника. По замыслу французского командования главная роль в предстоящей операции возлагалась на 3-ю и 4-ю армии. 1-я и 2-я армии имели задачу своими действиями отвлечь на себя силы противника южнее Меца, которые могли бы угрожать флангам 3-й и 4-й армий. На 5-ю и английскую армии возлагалось обеспечение главного удара слева. Таким образом, с обеих сторон была задумана стра¬ тегическая наступательная операция, целью которой яв¬ лялся разгром главных сил противника. В исторической литературе эта операция получила название «Погранич¬ ное сражение». Выполняя решения своего командования, войска про¬ тивников двигались навстречу друг другу, в результате чего в период с 21 по 25 августа произошли крупные ар¬ мейские встречные сражения в двух оперативных райо¬ нах — в Арденнах и в междуречье Самбры и Мааса. В сражениях в районе Лонгви, которые начались 22 августа между частями 3-й французской и 5-й герман¬ ской армий, французы потерпели поражение и их 3-я армия начала 25 августа отход на Монмеди. Бои на реке Семуа между 4-й французской и 4-й германской армия¬ ми также начались 22 августа. И здесь, несмотря на пре¬ восходство, 4-я французская армия потерпела пораже¬ ние и, понеся большие потери, отошла за Маас. 21 августа начались бои и в нижнем течении Самбры от Намюра до Шарлеруа. Здесь части 2-й германской армии захватили ряд переправ на Самбре и 22 августа форсировали ее. Французская 5-я армия перешла в на¬ 82
ступление, но вскоре была вынуждена отойти. На сле¬ дующий день части 3-й германской армии захватили на Маасе некоторые переправы южнее Намюра и перепра¬ вились на левый берег Мааса. Это создало серьезную угрозу тылу сражавшейся на Самбре 5-й французской армии, и она начала отход. 23 августа на левом крыле фронта между частями английской и 1-й германской армий произошли бои у Монса. Закончив сосредоточение в районе Мобежа, ан¬ глийская армия в соответствии с директивой французс¬ кого командования от 21 августа начала наступление и к утру 23 августа вышла к каналу на участке Моне — Кон- де. 23 августа германские войска тоже подошли к этому рубежу, заняв Моне. 24 августа британцы под натиском сил превосходящего их противника начали отход и к 25 августа отошли на линию Камбре — Де-Като. 25 августа в ходе пограничного сражения германские войска овладели бельгийской крепостью Намюр, кото¬ рая защищала несколько важных железнодорожных линий. Сама крепость имела 9 фортов, которые были удалены от города на 3—6 км. Длина фортового пояса составляла почти 40 км, а гарнизон крепости насчитывал почти 40 тыс. человек. Кроме того, 20 августа на страсбургском и саарбург- ском направлениях немцы перешли в наступление сила¬ ми 6-й и 7-й армий и к 28 августа отбросили французов на исходные позиции. К концу августа, в связи со сло¬ жившейся для французов тяжелой обстановкой на бель¬ гийской границе, французы оставили район Мюльгаузе- на. Эльзасская армия была расформирована, и ее части переброшены на другие участки фронта. В дальнейшем военные действия на южном крыле французско-герман- ского фронта были местного характера и не оказывали существенного влияния на общий ход борьбы. 25 августа пограничное сражение закончилось. С это¬ го времени французское командование начало осущест¬ влять стратегическое отступление всей своей северной группировки, чтобы с нового рубежа возобновить на¬ ступление. 83
После окончания пограничного сражения стратеги¬ ческая обстановка на французско-германском фронте резко изменилась. Французские армии на всем фронте северо-западнее Вердена вынуждены были отойти, что¬ бы собраться с силами. «Пограничное сражение кончи¬ лось неудачей», — отмечал Жоффр1. Поражение французских армий и их отступление со¬ здали непосредственную угрозу Парижу. Теперь немцы отстояли от французской столицы всего лишь чуть бо¬ лее чем на 50 км. Оборону города возглавил С.Галлиени. 2 сентября французское правительство и все зарубеж¬ ные посольства во Франции покинули Париж и пере¬ брались в Бордо. Необходимо отметить, что в то время как француз¬ ское командование сделало для себя из пограничного сражения поучительные стратегические и тактические выводы, германское командование переоценило свои успехи. В ставке кайзера считали, что французская ар¬ мия уже разгромлена и осталось лишь окружить ее ос¬ татки. Считая, что цели войны на Западе достигнуты, германское командование решило приступить к пере¬ броске войск на Восток, как это и предусматривалось планом Шлиффена2. К этому немцев побуждало также и сложившееся положение в Восточной Пруссии, где у Гумбиннена русские нанесли серьезное поражение 8-й германской армии и добились крупных успехов. 27 августа в победном угаре германское командо¬ вание отдало директиву своим войскам преследовать французские силы и начать дальнейшее наступление в юго-западном направлении. 1-я германская армия полу¬ чила задачу наступать западнее Уазы и Парижа на ниж¬ нюю Сену, 2-я армия — на Париж, 3-я армия — на Шато- Тьерри, 4-я — через Реймс на Эперне, 5-я армия — на линию Шалон-Сюр-Марн — Витри-ле-Франсуа, ей же поставлена задача окружить Верден, 6-я армия также получила задачу наступать в направлении на Невшато. 1 Жоффр. 1914—1915. Подготовка войны и ведение операций. С. 18. 2 Der Weltkrieg 1914 bis 1918. Bd.l. S. 439—440. 84
Замысел германского командования заключался в том, чтобы охватить оба фланга французской армии и таким путем уничтожить ее. При этом предусматривалось, что, если французы окажут упорное сопротивление на ре¬ ках Эне и Марне, то направление общего наступления германских армий будет изменено с юго-западного на южное. В трудных условиях отхода после поражения в погра¬ ничном сражении французское командование возлага¬ ло большие надежды на своего союзника — Россию, на действия русской армии. Так, Жоффр 27 августа гово¬ рил военному министру А.Мильерану: «Слава богу, мы имеем благоприятные известия от русских в Восточной Пруссии. Можно надеяться, что благодаря этому немцы будут вынуждены отправить войска отсюда на Восток. Тогда мы сможем вздохнуть»1. Надежды французского командующего оправдались, наша армия честно и само¬ отверженно выполнила свой союзнический долг. В ре¬ зультате активных действий русских армий немцы уже 26 августа отправили на русский фронт два армейских корпуса и кавалерийскую дивизию. В период отступления после поражения в погранич¬ ном сражении между английским и французским ко¬ мандованием происходили серьезные трения по поводу организации взаимодействия. Английские войска пос¬ пешно отходили, а все попытки Жоффра побудить анг¬ личан хотя бы к кратковременной стабилизации фронта не всегда были успешны даже при посредничестве пра¬ вительства. Наконец, 31 августа английское правительство при¬ няло решение, обязывающее английское главное ко¬ мандование координировать свои действия с генералом Жоффром. В такой обстановке Жоффр принял 1 сен¬ тября новое решение: пределом отступления француз¬ ский главнокомандующий посчитал рубеж реки Сены восточнее Парижа — реку Об — Витри-ле-Франсуа — Бар-ле-Дюк. 1 История Первой мировой войны 1914—1918. Т. 1 М., 1975. С. 281. 85
4 сентября 1-я и 2-я германские армии дошли южнее Марны до Монмирая. На следующий день они готови¬ лись наконец-то осуществить свой заветный план обще¬ го окружения всех французских армий. Но обстановка коренным образом изменилась. Французы собрались с силами и сами готовились нанести германским армиям сокрушающий удар, имея в районе северо-восточнее Парижа крупные силы, нацеленные во фланг и тыл глав¬ ной германской группировки. Оценивая итоги боевых действий на территории Франции в период с 21 августа по 4 сентября, следует сказать, что наступление германцев было сопряжено со значительными трудностями. Пять германских армий наступали в полосе свыше 230 км от Брюсселя до Меца. При этом 1-й и 2-й правофланговым германским арми¬ ям пришлось до Марны преодолеть с боями 200—220 км. Немецким силам в этих сражениях противостояли три французские и одна английская армии. Сопротивление союзников и ожесточенные бои в ряде пунктов потребо¬ вали от рейхсвера 16 суток для выхода на Марну. Сред¬ ний темп продвижения германских войск правого кры¬ ла не превышал 13 км в сутки, а для 3, 4 и 5-й германских армий и того меньше. Таким образом, победного шес¬ твия по поверженной стране у кайзера не получилось. План Шлиффена начал давать сбой. Ряд эффективных организационных мероприятий, осуществленных французским главным командованием, его усилия по объединению действий подчиненных ар¬ мий, мужественное сопротивление французских войск принесли свои плоды. Перегруппировка французских сил была закончена. Они остановились и заняли изви¬ листую линию фронта: Верден — Ревипьи — Витри-ле- Франсуа — севернее Фер-Шампенуаз — Сезанн — Кур- такон — Париж. Французские армии занимали выгодное охватывающее положение по отношению к противнику, и командование решило, что момент для перехода в на¬ ступление назрел. 4 сентября вечером Жоффр отдал приказ о перехо¬ де в наступление, начало которого было назначено на 6 сентября. Главный удар наносили армии левого кры- 86
да — 5-я, английская и 6-я. Армии центра — 4-я и 9-я — должны были сковывать противника, причем 9-я армия в выполнении этой задачи играла главную роль, а 3-я ар¬ мия имела задачу наступать из района севернее Вар-ле- Дюк на запад во фланг германских сил. Командование рейхсвера, обеспокоенное переброс¬ ками французских сил на запад, отдало 4 сентября при¬ казы 1-й и 2-й армиям развернуться фронтом на юго-за- пад от реки Уазы западнее Шато-Тьерри до Сены и ак¬ тивно обороняться. 3, 4 и 5-я армии, со своей стороны, получили задачу продолжить наступление в южном и юго-восточном направлениях и совместно с 6-й армией окружить французские силы южнее Вердена. Французское контрнаступление началось рано утром 6 сентября 1914 года. Накануне сражения на западном крыле фронта французам удалось создать двойное пре¬ восходство в силах, что сулило им успех в предстоящем наступлении. Чтобы приободрить французские войска и поднять их моральный дух, Жоффр издал в тот день короткий приказ-обращение, который был зачитан вой¬ скам перед наступлением: «В момент, когда завязыва¬ ется сражение, от которого зависит спасение страны, необходимо напомнить всем, что нельзя больше огляды¬ ваться назад; все усилия должны быть направлены на то, чтобы атаковать и отбросить неприятеля; часть, которая не может больше двигаться вперед, должна будет, чего бы это ни стоило, сохранить захваченное пространство и скорее дать убить себя на месте, чем отступить. При настоящих обстоятельствах не может быть терпима ни¬ какая слабость»1. Первые столкновения между противниками про¬ изошли в полосе 6-й армии. Несмотря на упорное со¬ противление и контратаки германцев, французские войска в районе западнее Урк продвигались вперед. На¬ ступление же 5-й французской армии шло медленно и осторожно. Немцы в ее полосе наступления укрепились и имели непрерывную линию окопов, им удалось за¬ 1 Жоффр. 1914—1915. Подготовка войны и ведение операций. М., 1923. С. 50. 87
держать продвижение 5-й армии, а некоторые ее части были даже отброшены в исходное положение германс¬ кими контратаками. На других участках фронта также происходили упорные бои, однако успех французских сил в этот день был незначителен, а в ряде мест герман¬ цы даже несколько потеснили французские части. Совместно с французами перешла в наступление и английская армия, которая занимала полосу между 6-й и 5-й французскими армиями. Хотя движение английских войск и происходило беспрепятственно, но они шли да¬ леко не так быстро, как этого требовала обстановка. Это позволило германцам перебросить значительные силы 1-й армии в район реки Урк против 6-й французской ар¬ мии. На следующий день сражение продолжалось, однако обстановка на фронте значительно изменилась. Против 6-й французской армии немцы развернули три своих корпуса и, начав в середине дня наступление, имели не¬ значительный успех. Для усиления здесь своих войск французское командование спешно перевозило одну дивизию частью по железной дороге, а частью на авто¬ мобилях1. Это было первое в истории использование ав¬ томобильного транспорта для маневра. После вынужденной переброски корпусов 1-й гер¬ манской армии на реку Урк правый фланг 2-й герман¬ ской армии оказался открытым, вследствие чего коман¬ дующий армией Бюлов отвел свои правофланговые час¬ ти на север к Монмираю и северо-западнее, еще более увеличив разрыв между 1-й и 2-й армиями. На других участках фронта положение существенно не измени¬ лось. Что касается действий 5-й французской и английс¬ кой армий, то они медленно двигались за отходящими германскими войсками. К вечеру этого дня фланги 5-й французской, английской и 6-й французской армий 1 Милковский А.И. Автомобильные перевозки по опыту Западного фронта империалистической войны 1914—1918 гг. М., 1934. С. 7—8. 88
сомкнулись, и установился непрерывный фронт трех армий левого крыла союзных сил. Бои под Парижем продолжились и 8 сентября. Ан¬ глийская армия подошла к Марне, а 5-я французская армия вышла на линию Монмирая, не встречая сколь¬ ко-нибудь ощутимого сопротивления противника. Ее две дивизии зашли в тыл правого фланга 2-й германской армии севернее и западнее Монмирая, что заставило Бюлова снова отвести свой правый фланг, увеличив раз¬ рыв между 1-й и 2-й германскими армиями еще на 15 км. К ночи с 8 на 9 сентября английская армия и основные силы 5-й французской армии вклинились между 2-й и 1-й германскими армиями. Немецкая армия оказалась зажатой с юга. 9 сентября вынужденный отвод левого крыла 1-й и правого крыла 2-й германских армий привел к роковой развязке сражения на реке Марне, принесшей неожи¬ данный успех союзным войскам. В этот день командую¬ щие 1, 2 и 3-й германскими армиями приняли решение об отступлении. Германское верховное командование в 17 час. 30 мин. 10 сентября своим приказом санкциони¬ ровало уже осуществляемое отступление его армий. 4-я и 5-я германские армии 11 сентября были также отведе¬ ны в северном направлении. Так произошло важное событие — германские армии отступили от Парижа. В истории это событие получило название «Чудо на Марне». Столь спешное отступление германцев оказалось для союзников неожиданным. О нем они узнали лишь в ночь с 9 на 10 сентября из перехваченных радиограмм про¬ тивника. Только вечером 10 сентября было отдано рас¬ поряжение всем французским армиям начать преследо¬ вание отступающего врага. Германские армии отходили почти без помех со стороны французов и англичан, что позволило им 12 и 13 сентября закрепиться: 1-й армии на высотах на правом берегу реки Эны от Нампселя до Вайи и к северу от Суассона; 2-й армии на высотах по северному берегу Веля и восточнее Реймса. 3-я армия заняла позиции восточнее Реймса. Еще дальше на вос¬ ток находились 4-я и 5-я армии. Между 1-й и 2-й арми¬ 89
ями все еще оставался промежуток в 40 км, прикрытый слабыми силами. Именно туда и поспешили с севера со¬ единения вновь сформированной 7-й армии. 13 и 14 сентября продвигавшиеся вслед за германски¬ ми войсками французские части снова вошли в сопри¬ косновение с противником на всем фронте от Уазы до Вердена. Французское командование, решившее, что германские войска будут продолжать отход и дальше на север до бельгийской границы, поставило своим арми¬ ям задачу продолжить наступление и охватить правый фланг немцев силами 6-й армии. Однако наступление союзников в составе английской и 6-й и 5-й француз¬ ских армий было остановлено германцами, уже укре¬ пившимися на командных высотах правого берега Эны. В течение 13 и 14 сентября к полю боя подошли два гер¬ манских корпуса 7-й армии, которые заполнили разрыв между 1-й и 2-й германскими армиями. 15 сентября французское командование убедилось, что немцы не намерены дальше отходить, и поэтому Жоффр решил прекратить наступательные действия, приказав закрепляться на отвоеванных рубежах. С это¬ го дня союзники на всем фронте от Уазы до швейцар¬ ской границы перешли к оборонительным действиям и прочно закрепились на тех позициях, которые им уда¬ лось захватить к вечеру того дня. Битва на Марне 5—12 сентября была крупной на¬ ступательной операцией союзников стратегического масштаба. В этой операции с обеих сторон участвовали главные силы противников в составе пяти германских и шести армий союзников, общей численностью около 2 млн человек и более 6600 орудий. Операция проводи¬ лась в полосе шириной до 180 км и продолжалась 8 дней. За время операции войска союзников продвинулись на 60 км. Кардинальное изменение стратегической обста¬ новки стало возможно благодаря тесному взаимодейс¬ твию войск союзников. Все действия войск подчинялись единому замыслу с тем, чтобы остановить противника, самим перейти в наступление и разгромить вражеские силы. 90
Немецкое же верховное руководство, ослепленное первоначальными успехами своих войск, не управляло армиями, предоставив их командующим действовать по своему усмотрению. Связь Мольтке с армиями была налажена слабо, а меры для немедленного налаживания связи между главной штаб-квартирой, находившей¬ ся в Люксембурге, и штабами армий не были приняты. 14 сентября Мольтке под предлогом болезни был отстра¬ нен от должности начальника генерального штаба и на его место назначен военный министр генерал-лейтенант Э. Фалькенгайн. Марнская битва стала переломным моментом в ходе всей Первой мировой войны. В этой операции оконча¬ тельно рухнули планы войны кайзеровской Германии провести быстрый «блицкриг». Такой исход Марнского сражения в значительной степени определился активными действиями русских армий в Восточной Пруссии, о чем пойдет речь ниже. Именно в результате внезапного русского наступления германское командование сняло с французского фрон¬ та два корпуса и одну кавалерийскую дивизию и спешно перебросило их на Восток, значительно ослабив тем са¬ мым свои силы на направлении главного удара — Пари¬ же. Таким образом, две крупнейшие операции кампании 1914 года — Марнское сражение и Восточно-Прусская операция — стали наглядным примером эффективного стратегического взаимодействия союзников, сражав¬ шихся с общим врагом на разных театрах военных дейс¬ твий. Некоторая стабилизация фронта под Парижем не оз¬ начала, что стороны лишались возможности маневра на других фронтах, охвата и окружения войск неприятеля. На западном театре военных действии еще имелись сво¬ бодные пространства, например, западнее реки Уазы, где пока отсутствовали крупные силы противостоящих сторон. В этих условиях германскому командованию не¬ обходимо было перебрасывать войска на этот фланг как можно быстрее противника. Командование французской армии, со своей стороны, тоже предпринимало необходимые меры для использо¬ 91
вания столь благоприятной обстановки. В последующие дни и недели стороны стремились охватить открытый фланг противника, начав перебрасывать с разных участ¬ ков все новые и новые силы к своим открытым флангам западнее Уазы и далее на северо-запад1. Главной задачей здесь было достичь первыми берега моря. Все эти дейст¬ вия вошли в историю как «бег к морю». Во время сражения главных сил противников на реке Эне первые крупные части были брошены обеими сто¬ ронами на западный берег Уазы. 11 сентября туда со сто¬ роны французов был выдвинут кавалерийский корпус, а 12 сентября в район Амьена направлены две дивизии. К Туроту подходил переброшенный из Лотарингии ар¬ мейский корпус. Со стороны германцев у Нуайона к 15 сентября сосредоточились кавалерийская дивизия и резервный корпус. На следующий день, 16 сентября, на обоих берегах Уазы в районе Нуайона начались упорные бои между войсками, брошенными на открытые фланги, но они закончились безрезультатно. Чтобы придать более активную форму своим дейс¬ твиям на фланге, германское главное командование 15 сентября приняло решение перебросить большую часть своей 6-й армии из Лотарингии в район Мобежа с задачей наступать севернее Соммы и охватить левый фланг французских войск, сосредоточенных между Уа¬ зой и Соммой. Французское же командование 18 сен¬ тября приступило к формированию новой 2-й армии в составе четырех корпусов к северо-западу от Нуайона. На эту армию возлагалась задача обойти правый фланг германцев. 21 сентября части этой армии начали наступ¬ ление западнее Уазы. Но дорогу французам на этом на¬ правлении уже на следующий день преградили силы бо¬ лее чем полутора германских корпусов, переброшенных сюда с других участков. С конца сентября боевые действия перенеслись на берега реки Скарп. Сюда, в район Арраса и до Ланса, 29 и 30 сентября подошли войска вновь сформирован¬ 1 Фош Ф. Воспоминания (война 1914—1918 гг.). М., 1939. С. 124. 92
ной 10-й французской армии. С северо-востока развер¬ тывание 10-й армии прикрыл кавалерийский корпус. С германской стороны в этом районе действовала лишь одна конница — два кавалерийских корпуса, но за ними в Камбре были сосредоточены гвардейский и армейский корпуса. Между этими силами противников с 1 октября постепенно начали завязываться боевые столкновения. Обнаружив перед фронтом своих наступающих частей у Арраса новые силы противника, германское командование направило свою конницу севернее. Она 3 октября вышла в район Ланса, тесня французов, а дру¬ гие кавалерийские дивизии 6 октября сосредоточились восточнее Лилля. В весьма непростой обстановке, котрая к этому вре¬ мени сложилась на фронте 2-й и 10-й французских ар¬ мий, Жоффр пришел к решению объединить командо¬ вание всеми французскими войсками, расположенны¬ ми к северу от Уазы. Кроме того, поскольку английская армия перебрасывалась во Фландрию, требовалось ко¬ му-то координировать действия союзников. Эта задача возлагается на генерала Ф. Фоша. Так на западноевро¬ пейском театре было положено начало новой системе организации — созданию группы армий. Сам Фош по¬ лучил звание помощника главнокомандующего и с 5 ок¬ тября приступил к исполнению новых обязанностей. В последующие дни попытки выигрыша фланга про¬ тивоборствующими армиями перенеслись на берега реки Лис. Новые силы с обеих сторон были направлены сюда 6 октября: две кавалерийские дивизии французов были высажены у Эра и Армантьера, а германская кава¬ лерия 7 октября продвинулась еще севернее — к Ипру. 10 октября на участок Бетюн — Эр прибыл снятый с Эны английский пехотный корпус, а к 19 октября здесь сосредоточилась вся английская армия. Но и германцы подвезли к Лиллю армейский корпус. Крупные массы войск, развернувшиеся с обеих сторон на берегах Лиса, привели к равновесию сил, вследствие чего бои приняли малоподвижный характер. В крайне запутанной военной ситуации начальник немецкого генштаба Фалькенгайн 8 октября решился на 93
перегруппировку своей 4-й армии на участок от Остен¬ де на побережье Па-де-Кале до Мэнен. У него возникла идея захватить северное французское побережье, а с этим и господство и над всем Ла-Маншем, что неизбеж¬ но создало бы угрозу английским сообщениям. В гер¬ манской ставке даже всерьез надеялись, что это могло бы привести к выходу Англии из войны. Союзники же, понимая значение портов, готовы были приложить мак¬ симум усилий для их защиты. Сражение на реке Лис закончилось безрезультатно. Обе стороны в течение 30 дней, с 16 сентября по 15 ок¬ тября, предпринимали отчаянные попытки охватить от¬ крытый фланг противника, перебрасывая к нему все но¬ вые и новые значительные силы. Однако противникам не удалось осуществить своих замыслов: войска сталки¬ вались в новых районах, останавливались и закрепля¬ лись. Так постепенно позиционный фронт продвигался к северу. Результатом этих действий явилось лишь то, что фронт все больше и больше удлинялся и, наконец, противники уткнулись в побережье Северного моря, уд¬ линив западный фронт на 170—180 км. Так закончился «бег к морю». Однако необходимо заметить, что в это же время не¬ мецкие войска предприняли решительные действия по овладению Антверпеном, который имел большое значе¬ ние для союзников, потому что давал им господство на побережье Бельгии, что было важно для надежной связи с Англией. Антверпен представлял также постоянную угрозу для тыловых сообщений германцев. Для штурма Антверпена предназначались силы об¬ щим числом до 50 тыс. человек, составившие армейс¬ кую группу, и 177 тяжелых орудий, в том числе 300- и 420-мм мортиры. 28 сентября началась бомбардиров¬ ка фортов крепости из тяжелых орудий1. В ночь с 6 на 7 октября гарнизон крепости начал отходить, и 8 октяб¬ ря последние бельгийские войска покинули Антверпен, а бельгийское правительство уехало в Гавр. 10 октября 1 История Первой мировой войны 1914—1918. Т. 1. М.г 1975. С. 306. 94
крепость была сдана. Бельгийская армия была перебро¬ шена на реку Изер и заняла оставшийся еще свободным участок местности от Ипра до моря. Таким образом, на западноевропейском театре войны к середине октября образовался сплошной фронт от швейцарской границы до берега Северного моря у Ньюпора. Установившееся к середине октября равновесие сил на берегах Лиса не позволило больше рассчитывать на успех операции по охвату фланга неприятеля в этом районе. Пространство от реки до побережья оказалось заполненным войсками, а берег моря явился естествен¬ ным рубежом, положившим предел стремлениям про¬ тивников обойти взаимно фланг друг друга. Но теперь германское командование разработало но¬ вые стратегические замыслы по захвату французских портов на берегу Па-де-Кале. Этот план был задуман главным образом как удар против Англии, поскольку захват портов серьезно нарушил бы сообщения англий¬ ской армии и мог оказать решающее влияние на даль¬ нейшее участие этой страны в войне. Само собой, захват побережья обеспечил бы немцам и более эффективное использование подводных лодок и военно-воздушных сил. С целью осуществления подобного плана германское командование уже в первой половине октября сосре¬ доточило западнее Брюсселя крупные силы новой 4-й армии под командованием герцога Вюртембергского. О решительных намерениях немцев свидетельствует то, что в состав 4-й армии были включены четыре свежих, только что сформированных корпуса. Командование союзников по Антанте с приближени¬ ем боевых действий к побережью, со своей стороны, так¬ же не упускало из виду возможности захвата француз¬ ских портов неприятелем. Поэтому внимание Лондона и Парижа было направлено и на задачу непосредственной обороны подступов к морскому берегу, расположенным на нем гаваням. Особенно важным это казалось англий¬ скому командующему Дж. Френчу. 95
Теперь армии противников готовились к новым реши¬ тельным сражениям на полях Фландрии, но уже с други¬ ми оперативными задачами. Здесь со стороны союзни¬ ков от Ла-Бассе до Ипра в полосе шириной 34—35 км за¬ нимала фронт английская армия; от Ипра до Диксмюда (18—20 км) действовали французские две территориаль¬ ные и четыре кавалерийские дивизии. Сюда же перево¬ зилось еще несколько французских пехотных дивизий. Правый берег Изера от Диксмюда до моря на участке протяжением 15—17 км занимала бельгийская армия общей численностью 48 тыс. человек. Бельгийскому ко¬ мандованию была также подчинена французская морс¬ кая бригада численностью 6 тыс. человек. Немцы, со своей стороны, направили во Фландрию новую 4-ю армию. Ее наступление в полосе шириной 35 км прикрывали войска германского резервного кор¬ пуса. Кроме того, на берегу Лиса находилась правофлан¬ говая группа корпусов 6-й германской армии. Первые сведения о крупных германских силах, по¬ явившихся скрытно перед фронтом союзных армий, были получены французским командованием лишь 18 октября, а бельгийская армия в этот день вела уже се¬ рьезные бои с частями германского резервного корпуса. Французские же и английские войска почувствовали на¬ ступление 4-й германской армии лишь 19 октября, когда почти по всему фронту от берега моря до реки Лис завя¬ зались авангардные бои. К вечеру германцы отбросили войска союзников и заняли ряд населенных пунктов. Сражение во Фландрии протекало на двух операци¬ онных направлениях, из которых главный удар герман¬ цы наносили у Ипра против англичан, а вспомогатель¬ ный — на реке Изер против бельгийской армии. К на¬ чалу боев во Фландрии силы противников были почти равны по численности, но на стороне германцев было преимущество в том, что они в составе своей группиров¬ ки имели четыре свежих корпуса, а это составляло поло¬ вину всех их сил. Союзные же войска были утомлены и обессилены предыдущими боями. Кроме того, их слабой стороной являлось отсутствие единого командования. 96
Главные силы германской группировки во Фландрии вступили в бой с утра 20 октября. В этот день наибольший успех германцы одержали в центре на участке фронта от Диксмюда до Ипра. Германские резервные корпуса потеснили здесь французские кавалерийские дивизии и заняли ряд населенных пунктов. В полосе английской армии наступление германцев не увенчалось успехом; только на одном участке им удалось переправиться на левый берег Лиса. На самом же левом крыле наступав¬ шие немцы вообще не смогли продвинуться. Так же без¬ успешно было их наступление на правом крыле сраже¬ ния от Ньюпора до Диксмюда. Но наступление на Изере принесло германцам ощу¬ тимый успех. 22 октября им удалось форсировать реку и закрепиться на ее левом берегу. Вторжение крупных неприятельских сил через Изер вызвало у бельгийского командования намерение отвести всю свою армию к за¬ паду. Фошу стоило немалых усилий убедить бельгийско¬ го короля в необходимости продолжать сопротивление, обещая ему помощь французских войск. В те дни на бельгийском участке фронта произошло важное событие. Не имея достаточно сил для обороны, но не желая покидать последний клочок родной земли, бельгийское командование 25 октября решило зато¬ пить низменный левый берег Изера морскими водами, открыв шлюзы во время прилива. На следующий день бельгийские войска были отведены за железнодорож¬ ную насыпь, что тянулась вдоль реки, а с утра 28 октяб¬ ря вода мощным потоком хлынула с моря. К 31 октября наводнение распространилось до северных окрестнос¬ тей Диксмюда на протяжении 12 км, образовав разлив до 5 км ширины и 1,2 м глубины. Вода заливала герман¬ ские траншеи и вынудила германцев покинуть позиции на левом берегу и отойти за реку. В ночь на 31 октября германские части ушли с левого берега Изера. После затопления низменной территории боевые действия на Изере прекратились и усилия противников были перенесены в район Ипр, который имел важное оперативное значение. Это было наиболее удобное на¬ правление для операций с целью захвата французских 97
портов Дюнкерка и Кале. Для действий в этом районе германским командованием было решено создать осо¬ бую группу под командованием генерала М. фон Фабека между флангами 4-й и 6-й армий для решительного на¬ ступления юго-восточнее Ипра с целью прорвать здесь неприятельский фронт. Чтобы сковать силы союзников, атаки производили и на других участках фронта. В ходе упорного четырехдневного наступления не¬ мцы на разных участках постепенно пробивались все ближе и ближе к Ипру. Но у союзников за эти дни под¬ ходили новые силы и закрывали германские прорывы, а кое-где и восстанавливали контратаками утраченные позиции. Одновременно то на одном, то на другой от¬ резке Ипрского участка фронта началось строительство сильных укрепленных позиций. Это свидетельствовало о том, что здесь постепенно война принимала характер позиционной. Последние два дня боев показали, что наступатель¬ ный порыв германских войск заметно ослабел, началось истощение живой силы, что требовало пополнения све¬ жими частями. Так назрела необходимость перерыва в боевых действиях, и 3 ноября командование приняло решение усилить группу Фабека новыми частями, при¬ бытие которых намечалось к 10 ноября. 10 ноября предназначенные для новой попытки про¬ рыва неприятельских позиций к востоку и юго-восто¬ ку от Ипра германские войска образовали две ударные группы. По замыслу германского командования одно¬ временно с наступлением ударной группировки долж¬ ны были атаковать и остальные соединения 4-й армии. Однако в действительности наступательные действия немцами осуществлялись несогласованно, задуманная операция провалилась. К ночи с И на 12 ноября обе стороны пришли к за¬ ключению, что дальнейшая борьба во Фландрии уже не может дать им желательного результата, и было принято решение о переходе к обороне. Распоряжения о прекра¬ щении боевых действий и закреплении на своих пози¬ циях французское командование отдало 15-го, а герман¬ ское — 17 ноября. После этого немцы с 20 ноября начали 98
переброску 6-й армии на русский фронт, где в это время проводилась Лодзинская операция. Фландрское сражение, которое велось 25 дней, не¬ смотря на огромные жертвы, закончилось для германцев безрезультатно, хотя активная роль все время принадле¬ жала им. Союзные же армии фактически оборонялись, но они остановили наступление врага, не допустили его продвижения по морскому берегу. Битва во Фландрии стала последним сражением на западноевропейском театре в маневренных услови¬ ях. С этого времени здесь прекращаются маневренные действия и повсеместно устанавливается позиционный фронт. В результате трех с половиной месяцев напря¬ женной борьбы, в ходе которой успехи попеременно сменялись неудачами, противники оказались стоящими перед укрепленными позициями друг друга на огромном фронте протяженностью 700 км, имея фланги, прикры¬ тые естественными препятствиями или территорией нейтрального государства — Голландии. Все надежды на достижение скорой победы окончательно были потеря¬ ны. Так на Западном фронте начался позиционный пе¬ риод войны. Первая военная кампания Первой мировой войны на русском фронте открылась Восточно-Прусской опера¬ цией. Необходимость ее проведения нашим командова¬ нием мотивировалась стремлением «поддержать фран¬ цузов ввиду готовящегося против них главного удара немцев». План операции был определен Ставкой и из¬ ложен в письме начальника штаба верховного главно¬ командующего Н.Н. Янушкевича на имя командующего Северо-Западным фронтом Я.Г. Жилинского от 28 июля (10 августа) 1914 года. Свое окончательное оформле¬ ние он получил в директивах главнокомандующего ар¬ мий Северо-Западного фронта от 31 июля (13 августа) 1914 года1. Операция русских войск в Восточной Пруссии имеет свою интересную предысторию. 13 июля 1912 года в Па¬ 1 Восточно-Прусская операция. Сборник документов. М., 1939. С. 86. 99
риже состоялось совещание начальников генеральных штабов русской и французской армий. Они созывались каждый год то во Франции, то в России. Перед прибли¬ жением войны союзники пытались согласовать свои военные планы. Исходя из предположения, что немцы будут действовать поочередно сначала против Франции, а затем против России, французский представитель ге¬ нерал Жоффр настоял на том, что план союзников дол¬ жен состоять в атаке на Германию одновременно с двух сторон. На том же совещании была одобрена точка зре¬ ния российского генерального штаба, изложенная его тогдашним начальником генералом Жилинским, соглас¬ но которой «российский Генеральный штаб все-таки решил сконцентрировать против Германии военные со¬ единения численностью по меньшей мере в 800 ООО че¬ ловек и дать почувствовать наступательные действия своих армий тотчас после 15-го дня мобилизации». После начала войны, верное своим союзническим обязательствам, русское командование приступило к разработке плана операции по захвату Восточной Прус¬ сии. Войскам ставилась задача нанести поражение про¬ тивнику и овладеть Восточной Пруссией с целью созда¬ ния выгодного плацдарма для дальнейшего наступления в глубь Германии. 1-й армии под командованием гене¬ рала П.К. Ренненкампфа предписывалось наступать в обход Мазурских озер с севера и отрезать немцев от Кенигсберга. 2-й армии под командованием генерала А.В. Самсонова предстояло вести наступление в обход этих озер с запада, не допуская отвода германских диви¬ зий за Вислу1. Общая идея операции заключалась в ох¬ вате немецкой группировки с обоих флангов. Но обстановка, сложившаяся на западноевропейс¬ ком театре в самом начале войны, внесла коррективы в план русского командования. Пройдя через Бельгию, немецкие войска вышли к северной, незащищенной границе Франции и без труда перешли ее, одержав по¬ беду над союзными армиями в пограничном сражении. 1 Храмов Ф. Восточнопрусская операция 1914 г. М., 1940. С. 14. 100
К началу сентября противник вышел на реку Марна между Парижем и Верденом. Германское вторжение стало принимать угрожающий характер, и в этих усло¬ виях французское правительство запросило помощь у России. Идя навстречу пожеланиям союзника, попавше¬ го в беду, верховное главнокомандование России реши¬ ло ускорить переход к активным военным действиям в Восточной Пруссии. Соотношение сил к началу операции было благопри¬ ятно для русской армии. Северо-Западному фронту, в составе которого было 17,5 пехотные и 8,5 кавалерийс¬ кие дивизии, 1104 орудия, 54 самолета, противостояла германская армия, насчитывавшая 15 пехотных и 1 ка¬ валерийскую дивизию, 1044 орудия (правда, более мощ¬ ные), 56 самолетов, 2 дирижабля. Запланированная операция началась наступлением 1-й армии, соединения которой 17 августа вступили на территорию Восточной Пруссии. В первом же бою близ города Сталупена противник был наголову разбит и ос¬ тавил свои позиции, его войска отступили к реке Анге- рапп. Немцы бросили все имеющиеся у них резервные силы против наступавшей 1-й русской армии. 20 августа в районе Гумбиннена состоялось одно из крупнейших сражений Первой мировой войны. Сражение это про¬ текало с переменным успехом: сначала перевес был на стороне немцев, но затем русские войска, проявив воин¬ скую выучку, наголову разбили противника. В плен было взято более 1000 человек, захвачены десятки орудий и пулеметов, треть пехотинцев была убита или ранена. Теперь обстановка позволяла русскому командова¬ нию нанести крупное поражение противнику, полно¬ стью разгромить его 8-ю армию и очистить от неприяте¬ ля всю Восточную Пруссию. Однако вместо того, чтобы организовать преследование разбитых и в панике от¬ ступавших после поражения германских войск, генерал Ренненкампф бездействовал. Он лично распорядился, чтобы в течение двух суток армия отдыхала и приводила себя в порядок. Благоприятнейший момент был упущен. 101
Лишь 23 августа части 1-й армии, не встречая никакого сопротивления, медленно продвинулись на запад. Весьма успешно развивалось и начавшееся 20 авгус¬ та наступление 2-й армии под командованием генера¬ ла Самсонова. В тяжелейших условиях — бездорожье, жара — русские солдаты за трое суток преодолели 80 км и перешли государственную границу империи. Но, про¬ двигаясь в глубь Восточной Пруссии, командующий ар¬ мией потребовал изменить направление наступления в сторону северо-запада — Алленштейна, чтобы воспре¬ пятствовать отводу германских войск за Вислу. После некоторого колебания командование фронта дало на это согласие. Решение командования о наступлении 2-й армии к Висле, а не на соединение с частями 1-й армии было не¬ верным и не отвечало истинному положению дел. Все расчеты строились на том, что немцы окончательно раз¬ громлены и в беспорядке отступают к Кенигсбергу. По существу операция считалась уже законченной, и даже предполагалось в ближайшее время перебросить войска из Восточной Пруссии на другое направление. На самом деле обстановка была совершенно иной. Командующий немецкой 8-й армией генерал М. При- твиц и на самом деле уже хотел оставить Восточную Пруссию, однако, внимательно изучив обстановку и убедившись в пассивности Ренненкампфа, изменил ра¬ нее намеченный план отступления за Вислу. Во время операции царские генералы всю оперативную информа¬ цию передавали по радио открытым текстом, и она стала легкой добычей штаба германской армии. В результате Притвиц принял решение двинуть основную часть своих войск против 2-й армии генерала Самсонова. План этот был одобрен в Берлине, и, хотя Притвиц и его началь¬ ник штаба Вальдерзее были сняты с занимаемых постов за нерешительность и заменены генералами П. Гинден- бургом и Э. Людендорфом, 26 августа германские части атаковали авангард 2-й армии. Наши солдаты и офицеры оборонялись мужествен¬ но, казалось, все попытки германцев потеснить их обре¬ чены, но на следующий день после начала наступления 102
немцы передали по радио от имени командира русско¬ го первого корпуса ложный приказ оставить позиции. В итоге к концу 27 августа положение 2-й армии резко ухудшилось. Два дня русским войскам пришлось вести тяжелые оборонительные бои. Планы окружения двух корпусов были сорваны, но решающими стали действия команди¬ ра 1-й армии Ренненкампфа, части которого отстояли от расположения 2-й армии не более чем на 100 км. Приди Ренненкампф на помощь своему соседу — и наступле¬ ние немцев неизбежно заглохло бы. Однако Реннен¬ кампф проявил преступную нерешительность, бросил в трудную минуту на произвол судьбы целую армию. Характерно, что незадолго до войны с участием Ни¬ колая II проходила своеобразная периодическая «пе¬ реаттестация» командующих дивизиями, корпусами и армиями, которые должны были вступить в должность после объявления мобилизации и повести свои войска к победе. Когда речь зашла о генерале Ренненкампфе, то его кандидатура вызвала возражение и военного ми¬ нистра, и начальника генерального штаба. Однако на их прошении о снятии с занимаемой должности Реннен¬ кампфа царь собственноручно написал: «Не орел, но проявил твердость в 1905 году». Николай посчитал, что политическая благонадежность генерала, наглядно про¬ явленная им во время кровавого подавления революции 1905 года в Забайкалье, куда более важна, чем его про¬ фессиональные качества. 29 августа немцы замкнули окружение двух русских корпусов и еще одной дивизии 2-й армии. Всего в райо¬ не Калусинского леса было окружено 30 тыс. человек и 200 орудий. В ночь на 30 августа, не снеся позора, покон¬ чил с собой генерал Самсонов. Принявший на себя ко¬ мандование армией генерал Н.А. Клюев не использовал всех возможностей для спасения окруженных войск и отдал приказ о сдаче в плен. Лишь некоторые офицеры отвергли этот приказ и вывели вверенные им войска из окружения. Завершив окружение частей 2-й армии, немцы реши¬ ли, оставив против нее заслон, приступить к разгрому 103
1-й армии. Наступление началось 6 сентября. Несмотря на то что наши войска располагали вполне достаточными силами, командующие Северо-Западным фронтом Жи- линский и 1-й армией Ренненкампф не выполнили свое¬ го долга. К исходу 9 сентября противник прорвал слабую оборону русских войск в районе Мазурских озер, поста¬ вив тем самым под удар левый фланг 1-й армии. Разрозненные действия царских генералов край¬ не отрицательно отразились на так удачно начавшейся Восточно-Прусской операции. Отход 1-й армии начался в ночь на 10 сентября. От окончательного разгрома ее спасла лишь нерешительность немецкого командова¬ ния, опасавшегося контрудара русских, которого, впро¬ чем, так и не последовало. 13 сентября командование Северо-Западного фронта отдало приказ, по которому 1-й армии предписывалось отойти за Неман, а 2-й — за Нарев. Восточно-Прусская операция завершилась. Она обернулась для русской ар¬ мии потерями в 245 тыс. человек, в том числе 135 тыс. пленными. Но тем не менее, если рассматривать итоги Восточ¬ но-Прусской операции в целом, то необходимо отметить бесплодность стратегических усилий немецкого верхов¬ ного командования. Ему не удалось разгромить русские армии, они были лишь вытеснены к государственной границе. Устойчивость Северо-Западного фронта не была нарушена, и по-прежнему оставалась угроза его вторжения в Восточную Пруссию. В то же время действия русской армии, наоборот, имели огромное стратегическое значение. Верное сво¬ им союзническим обязательствам, русское командо¬ вание пришло на помощь попавшей в беду Франции и начало не совсем подготовленное наступление. Вторже¬ ние в Восточную Пруссию вынудило германское коман¬ дование перебросить из Франции под Кенигсберг два армейских корпуса и одну кавалерийскую дивизию, что серьезно ослабило их ударную группировку на западе и стало одной из причин поражения немцев в битве на Марне. План немцев молниеносного разгрома одного противника за другим был сорван. Вместо него кайзе¬ 104
ровская Германия встала перед необходимостью вести затяжную войну на два фронта, а ее мог выиграть не тот, кто нападал первым и делал ставку на «блицкриг», а тот, у кого было больше потенциальных людских и матери¬ альных средств, необходимых для длительной войны «на истощение». Не дав разгромить своего союзника, вер¬ ховное командование русской армии сорвало хваленый «план Шлиффена», чем направило ход мировой войны совсем не в то русло, на которое рассчитывали немец¬ кие милитаристы. Стратегическое значение Восточно-Прусской опе¬ рации состоит и в том, что своими активными действи¬ ями армии Северо-Западного фронта сковали немецкие войска и не дали им возможности оказать помощь авс- тро-венгерским дивизиям, что позволило нанести круп¬ ное поражение войскам Австро-Венгрии в Галицийском сражении. Важно подчеркнуть и другое: в ходе Восточно-прус- ской операции русские войска показали, что они по уровню своей подготовки ни в чем не уступают германс¬ ким. Ряд тяжелых поражений немцев подтверждает это. Вместе с тем первое сражение мировой войны показало и некомпетентность высшего русского командования, не сумевшего должным образом использовать свои вой¬ ска и реализовать полученные возможности. Некомпе¬ тентность стала закономерным итогом выдвижения ру¬ ководящих военных кадров не столько по их професси¬ ональным качествам, сколько из их близости к царскому двору и политической благонадежности. Но тогда, в августе 1914 года, война только начина¬ лась. И русским войскам еще не раз приходилось пока¬ зывать свою стойкость, героизм, мужество и верность союзническому долгу. Активные боевые действия войск Юго-Западного фронта начались также преждевременно и тоже в свя¬ зи с обращением союзников о помощи. 1 (14) августа 1914 года Янушкевич телеграфировал начальнику фрон¬ та Н.И. Иванову о том, что Франция просила «подде¬ ржать ее наступлением не только армиями Северо-За¬ 105
падного фронта, но и Юго-Западного»1. В связи с этим было решено, не дожидаясь полного сосредоточения и развертывания своих армий, атаковать австро-венгерс¬ кие войска в Галиции, нанести им поражение и не дать им отойти на юг за Днестр и на запад к Кракову. 4-я и 5-я армии должны были наступать из района Люблина и Холма на Перемышль и Львов, а 3-я и 8-я армии — из района Ровно и Проскурова на Львов и Галич. Русское командование намеревалось осуществить грандиозный охватывающий маневр с целью окружения основных сил австро-венгерской армии. Столь же амбициозные цели ставило перед собой и австро-венгерское командование: оно предполагало на¬ нести главный удар силами 1-й и 4-й армий между Вис¬ лой и Бугом в северном направлении, чтобы разгромить 4-ю и 5-ю армии русских у Люблина и Холма и выйти в тылы войск Юго-Западного фронта. Подразумевалось, что одновременно с ударом 1-й и 4-й армий на север гер¬ манские войска разовьют наступление на Седлец, о чем еще до войны австрийцы договорились с Мольтке. 3-я армия прикрывала район Львова. Сложившаяся в районе Юго-Западного фронта во- енно-стратегическая ситуация привела к Галицийской битве, развернувшейся между Днестром и Вислой. Ее главнейшими событиями были: Люблин-Холмская опе¬ рация, Галич-Львовская операция и Городокское сраже¬ ние. 7 (20) августа 1-я австро-венгерская армия генерала В. Данкля двинулась с рубежа реки Сан в северо-восточ- ном направлении. Русское командование, получив све¬ дения о появлении неприятельских разъездов, 10 (23) августа направило к юго-западу от Люблина 4-ю армию А.Е. Зальца с задачей разбить противника на участке За- кликов — Янов — Фрамполь и затем наступать к Пере- мышлю. Эти события привели к ожесточенному встреч¬ ному сражению, которое разыгралось 10—И (23—24) августа в районе южнее Красника. 1 История Первой мировой войны 1914—1918. М., 1975. С. 329. 106
События при Краснике позволили врагу создать уг¬ розу охвата армии Зальца с флангов. После двухднев¬ ных тяжелых боев русские отошли и 12 (25) августа со¬ средоточились на позициях в 20—45 км юго-западнее и южнее Люблина. Австро-венгерское же командование, ободренное первыми успехами своих войск, 11 (24) ав¬ густа дало 1-й и 4-й армиям директиву о продолжении наступления в северном направлении с целью нанести решительное поражение силам противника, находя¬ щимся между Вислой и Холмом. Русское командование внимательно следило за хо¬ дом событий у Красника. Анализ боевых действий дал возможность уточнить развертывание австро-венгерс- ких армий, и чтобы исправить положение, Ставка при¬ няла ряд мер по усилению правого крыла Юго-Запад- ного фронта, куда были направлены крупные резервы. Тогда же престарелый Зальц был заменен генералом А.Е. Эвертом. Все это позволило в короткий срок обес¬ печить устойчивость 4-й русской армии. 10 (23) августа была отдана директива главнокоман¬ дующего Юго-Западного фронта оказать помощь 4-й ар¬ мии путем решительных действий со стороны 5-й армии, наступавшей на люблинском направлении1. В соответс¬ твии с этой директивой 4-я армия должна была перейти к обороне, а 5-й армии ставилась задача нанести удар во фланг и тыл австро-венгерских войск, атакующих 4-ю армию. 3-й армии надлежало выдвинуть главные силы севернее Львова и наступать на Жолкиев, и, наконец, 8-я армия получила задачу выйти на рубеж Львов — Ми- колаев. С 13 (26) августа на широком фронте, простиравшем¬ ся дугою от Вислы западнее Красника до Днестра южнее Бучача, закипели ожесточенные сражения: 1-я австро¬ венгерская армия стремилась развить наступление на люблинском направлении и осуществить двойной охват 4-й армии русских. Но попытки неприятеля выйти в тыл войск Эверта с запада успеха не имели. 1 Белой А. Галицийская битва. М.—Д., 1929. С. 80—81. 107
Два дня прошли в ожесточенных атаках с обеих сто¬ рон, но внезапным ударом во фланг со стороны группы Иосифа Фердинанда русские части были оттеснены к северу. 5-я армия оказалась в тяжелом положении: ее центр обнажился, создалась угроза окружения. Коман¬ дующий армией П.А. Плеве неоднократно обращался за содействием к 4-й и 3-й армиям, но Эверт, ссылаясь на тяжелое положение своих войск, упорно отказывался помочь соседу. Что касается командующего 3-й армией Н.В. Рузского, то он намеревался двинуть свои войска на северо-запад только после взятия Львова. Лишь под вли¬ янием категорических требований фронтового коман¬ дования он 17 (30) августа направил в район Мосты — Вельки части 21-го корпуса. Теперь командование 4-й австро-венгерской армии направило свои усилия на окружение южной группы корпусов 5-й армии. Контрнаступление русских было отражено австрийцами, и они перерезали пути отхода 5-й армии в северном направлении. Операция 1-й и 4-й армий противника, казалось, приближалась к успешно¬ му концу, а полный разгром трех русских корпусов ста¬ новился неизбежным. Однако и положение австро-венгерских войск было не менее сложным. Упорное сражение, начавшееся на 45-километровом пространстве от Комарова до истоков реки Гучвы, привело к большим людским потерям. В то же время с каждым днем увеличивался опасный 60-ки- лометровый разрыв между левым флангом 3-й и правым флангом 4-й армий. Образовался также разрыв между 4-й и 1-й армиями в районе Красностава. В случае даль¬ нейшего продвижения 4-я австро-венгерская армия подставляла себя под фланговые удары как с севера, из района Красностава, так и с юго-востока, из района Ка- менки-Струмиловой. Каждый из этих фланговых ударов мог не только ликвидировать все успехи 4-й австро-вен- герской армии, но привести к полной катастрофе. Такое оперативное положение было следствием ошибочного стратегического плана, основанного на эксцентричес¬ ком наступлении всех австро-венгерских армий. 108
Особенно напряженная обстановка складывалась на восточном участке австро-венгерского фронта, где втор¬ гшиеся в Галицию 3-я и 8-я русские армии развивали по¬ бедоносное наступление, а действующие между Днес¬ тром и Верхним Бугом войска 3-й армии противника понесли тяжелое поражение. Не помогла даже помощь войск, прибывающих с Сербского фронта. Не обращая внимания на угрозу тылам, командование 4-й австро-венгерской армии стремилось уничтожить полуокруженные южные корпуса 5-й русской армии Плеве, а затем выдвинуть как можно дальше на север свое правое крыло. Штаб 4-й армии жил верой в близ¬ кую победу. Но вечером 19 (31) августа наша 5-я армия стала медленно отходить на линию Красностав — Влади- мир-Волынский. Когда войска Иосифа Фердинанда на рассвете начали атаку русских позиций, они нашли их пустыми. Таким образом закончилась Люблин-Холмская опе¬ рация 4-й и 5-й русских армий против 1-й и 4-й армий австро-венгров. Общим итогом операции стало то, что противник так и не сумел выполнить свой план — ок¬ ружения 5-й армии не произошло. Истощив свои силы в кровопролитных боях, войска противника исчерпали свои наступательные возможности. Срыв замыслов авс- тро-венгерского командования был во многом предопре¬ делен стойкостью и мужеством русских солдат и офи¬ церов, а Ставка и фронтовое командование правильно оценили обстановку. Пока армии правого крыла Юго-Западного фрон¬ та проводили Люблин-Холмскую операцию, на южном крыле фронта войска 3-й и 8-й армий осуществляли Галич-Львовскую операцию. Наступление 3-й армии, начавшееся 6 (19) августа, развивалось почти беспре¬ пятственно, слабые части войск прикрытия противника поспешно отходили, а боевые столкновения были ред¬ кими. За шесть дней армия продвинулась на 90—100 км, а ее корпуса нацелились для сильного лобового удара на Львов. 8-й армия под командованием А.А. Брусилова нача¬ ла наступление 5 (18) августа, т.е. на день раньше 3-й 109
армии. Здесь противник также не оказал серьезного сопротивления — русским приходилось иметь дело не с его главными силами, а с передовыми частями. Насту¬ павшая на левом фланге 8-я армия за три дня достигла линии государственной границы на реке Збруч и 7 (20) августа перешла ее. Продолжая наступление, она 10 (23) августа преодолела реку Серет, которую австро-венгер- ское командование решило не оборонять, а затем Стры- пу. За восемь дней марта 8-я армия прошла 130—150 км и развернулась на фронте в 45 км. Австрийское командование не предполагало, что рус¬ ские могут столь быстро сосредоточить крупную груп¬ пировку на левом крыле Юго-Западного фронта и начать большое наступление, считалось, что для обороны Вос¬ точной Галиции вполне достаточно сил. Первое время продвижение войск Рузского и Брусилова не тревожило военное руководство Австро-Венгрии — оно даже сочло возможным в самый разгар Люблин-Холмской опера¬ ции ослабить 3-ю армию, выделив из ее состава группу Иосифа Фердинанда, которая была послана на помощь 4-й армии М. Ауффенберга. Получив, однако, уточнен¬ ные данные о группировке русских, наступавшей на львовском и галичском направлениях, Конрад изменил это решение. Таким образом, соотношение сил в Карпатах было не в пользу противника. На Львов русские вели наступ¬ ление 12 дивизиями против 7,5 австрийских. Непри¬ ятель не смог достичь превосходства и на направлении главного удара, который наносился из района Злочева вдоль железной дороги Львов — Броды. Здесь на участ¬ ке 35—40 км австро-венгры сосредоточили 6,5 пехотной и 1 кавалерийскую дивизии против 9 пехотных и 3 ка¬ валерийских наших дивизий. Попытка австрийского командования остановить вторжение русских в Гали¬ цию контрударом также окончилась неудачей. На всем 60-километровом фронте от Каменки-Струмиловой до Дунаюва вражеские войска были разбиты. Они понес¬ ли чувствительные потери и отходили в большом беспо¬ рядке. 110
Австро-венгерское командование стремилось во что бы то ни стало удержать Львов и выдвинуло сюда све¬ жие силы, переброшенные с сербского фронта, которые образовали новую, 2-ю армию. В течение трех дней на реке Гнилая Липа шли ожесточенные бои, в ходе кото¬ рых соединения армии Брусилова разгромили австрий¬ ский корпус, действовавший на стыке 8-й и 3-й армий русских, и создали угрозу охвата всей неприятельской группировки, располагавшейся южнее Львова. Одно¬ временно была отбита атака противника в районе Гали¬ ча. Наши войска захватили много пленных, в том числе одного генерала, три знамени, свыше 70 орудий. Только под Галичем было убито до 5 тыс. австрийских солдат и офицеров. 18 августа после боев на Гнилой Липе разбитый про¬ тивник, бросая ружья, орудия, зарядные ящики, повоз¬ ки и другое имущество, в полном беспорядке отошел по всему фронту в направлении на Львов — Миколаев — Галич1. Теперь задача 8-й армии заключалась в том, что¬ бы совместно с войсками 3-й армии овладеть Львовом. Удача сопутствовала и войскам 3-й армии: 20 августа (2 сентября) противник оказался обращен в беспорядоч¬ ное бегство и был занят район Жолкиева, что создало угрозу охвата левого фланга австрийской армии. Сражение за столицу Восточной Галиции приближа¬ лось к закономерной развязке. Австро-венгерскому ко¬ мандованию стало ясно, что удерживать Львов не было смысла, поскольку продвижение 3-й и 8-й армий рус¬ ских создавало угрозу тылам их 3-й армии. Оно реши¬ ло оставить город, куда 21 августа (3 сентября) вступили подразделения 8-й армии. «Сегодня, 21 августа, в 11 ча¬ сов утра, — доносил Брусилов, — разъезды 12-й кавди- визии вошли в оставленный неприятелем город Львов; встречены жителями очень приветливо». 22 августа наши войска овладели Галичем, а в ночь с 23 на 24 августа захватили Миколаев. На этом завер¬ шилась Галич-Львовская операция, которая, как и Люб¬ 1 Зайончковский А.М. Мировая война 1914—1918. М.( 1938. Т. 1.С. 163. 111
лин-Холмская операция, была значительным событием Галицийской битвы. В ходе ее 3-я и 8-я русские армии нанесли поражение 3-й и 2-й австро-венгерским арми¬ ям, заняли крупные украинские города Львов и Галич. Исход операции был предопределен победами русских войск в сражениях на реках Золотая Липа и Гнилая Липа. Несмотря на эти знаменательные победы, обстановка на русском фронте к началу сентября 1914 года остава¬ лась весьма сложной. В Восточной Пруссии 2-я русская армия под ударом войск противника отступала за реку Нарев. Армии правого крыла Юго-Западного фронта — 4-я и 5-я — вели кровопролитные бои, срывая попытки австро-венгров прорваться на севере в междуречье Вис¬ лы и Буга. И только армиям левого крыла этого фронта удалось добиться крупных успехов. Обстановка требо¬ вала от русского командования принятия новых страте¬ гических решений. Особое беспокойство русской Ставки вызывала воз¬ можность германского наступления из Восточной Прус¬ сии на Седлец. В соответствии с указаниями Ставки штаб Юго-Западного фронта приступил к разработке плана новой операции. 21 августа (3 сентября) генерал Иванов дал директиву о переходе в общее наступле¬ ние с целью отбросить противника к Висле и Сану. На правом фланге фронта была образована 9-я армия под командованием П.А. Лечицкого. К началу операции со¬ отношение сил на северном крыле фронта изменилось в пользу русских. Против 15,5 пехотной и 4 кавалерий¬ ских австро-венгерских дивизий русским удалось соб¬ рать 26,5 пехотной и 9,5 кавалерийской дивизий. 9, 4 и 5-я армии в соответствии с планом нашего ко¬ мандования должны были наступать в юго-западном на¬ правлении на Нижний Сан, а 3-я армия получила приказ нанести удар на северо-запад во фланг и тыл 1-й и 4-й армий противника. Против 3-й и 2-й австро-венгерских армий командование фронтом оставляло 8-ю армию Брусилова. Основная идея операции сводилась к кон¬ центрическим действиям 9, 4, 5-й и 3-й русских армий 112
против северной группы австро-венгерских войск.1 Предполагалось совместными действиями четырех рус¬ ских армии окружить в треугольнике между Вислой и Саном две неприятельские армии. Что же касается австрийцев, то Конрад замышлял грандиозное сражение в районе западнее Львова, кото¬ рое должно было явиться последним актом кампании и привести к разгрому 3-й и 8-й русских армий и возвра¬ щению Восточной Галиции. Однако его план не отвечал реальному положению вещей на театре военных дейс¬ твий и не имел никаких шансов на успех. Ход событий наглядно это подтвердил. В конце августа — начале сентября важные события произошли севернее и западнее Львова. С 22 августа (4 сентября) войска 9-й и 4-й русских армий вели атаки сильно укрепленной позиции противника между Вислой и верховьями реки Пор. Задачей 8-й армии было овла¬ деть Городокской позицией. Упорные бои развернулись на всем фронте, но особого напряжения они достигли 9 сентября. Кровопролитные бои одновременно происходили и в районе Рава-Русская, где левофланговые корпуса 5-й и правофланговые корпуса 3-й русских армий не только отбили все атаки противника, но и теснили 4-ю армию Ауффенберга, охватывая ее с двух сторон. Особенно опасным было наступление с севера войск Плеве. 27 ав¬ густа (9 сентября) они заняли Томашов, поставив под угрозу тылы 4-й армии, после чего перед австрийцами встал вопрос о прекращении боев в районе Рава-Рус¬ ская — Львов и переходе к обороне на всем фронте. Тем не менее, начальник австро-венгерского генерального штаба Ф. Конрад фон Гетцендорф решил еще раз ис¬ пытать счастье. Вечером 27 августа (9 сентября) им был отдан приказ о концентрическом наступлении 2-й, 3-й и главных сил 4-й армии на русские войска, находившие¬ ся под Львовом. Австро-венгры перешли в наступление 28 августа (10 сентября). Однако действия в районе Равы-Русской 1 Зайончковский А.М. Мировая война 1914—1918. С. 196. 113
не только не дали желаемых результатов 4-й армии, но, наоборот, серьезно ухудшили ее положение: русские части прорвали оборону группы Иосифа Фердинанда, прикрывавшей тыл армии. Одновременно эта группа была охвачена с фланга кавалерийским корпусом. 29 августа (11 сентября) Конраду стало ясно, что его план концентрического наступления на Львов не удался, а после полудня он получил известия о движении двух корпусов армии Плеве на юг. Угроза окружения 4-й ар¬ мии и отсутствие реальных результатов от наступления 2-й и 3-й австро-венгерской армий заставила Конрада прекратить боевые действия и отвести все армии за реку Сан. Отход был начат в ночь на 30 августа (12 сентября) и закончен 2(15) сентября. Командование же Юго-Западного фронта решило продолжать наступление, а войскам была поставлена задача форсировать Сан и организовать преследование противника. Одновременно планировалось блокировать крепость Перемышль. События развивались по этому плану. 9-я, 4-я и 5-я армии приступили к преодолению Сана; 3-я армия нача¬ ла окружение Перемышля, а 8-я армия прикрывала бло¬ каду этой крепости и пути на Львов с юга. Но неожидан¬ но перед войсками фронта возникли трудности: после обильных дождей поднялась вода в Сане, а мосты были снесены. Переправа главных сил замедлилась, в резуль¬ тате австро-венграм удалось оторваться от русских. После арьергардных боев они к 9 (22) сентября отошли к реке Бислоке, а к 13 (26) сентября — рекам Дунаец и Бялы. Так закончилась битва за Галицию. Это сражение стало одной из крупнейших стратеги¬ ческих операций Первой мировой войны, оно длилось с 5 (18) августа по 13 (26) сентября 1914 года. В его ходе боевые действия развернулись на фронте 400 км. Со стороны русских в них участвовали пять армий и Днес¬ тровский отряд. Противник имел четыре армии и ланд- верный корпус. В итоге русского наступления австро-венгерские войска понесли серьезное поражение: их потери соста¬ вили около 400 тыс. человек, включая 100 тыс. пленных. 114
Русские потеряли 230 тыс. человек. Победа была достиг¬ нута объединенными усилиями всех армий Юго-Запад- ного фронта. Но австро-венгерским армиям удалось все же избежать полного разгрома. Причиной этого были нерешительные действия руководства Юго-Западным фронтом, которое не сумело организовать энергичного преследования, и дело ограничилось вытеснением про¬ тивника из Галиции. Неприятель отвел остатки разби¬ тых войск за линию рек Дунайца и Бялы и стал готовить¬ ся к реваншу. Очищение Галиции поставило русское командование перед необходимостью определить очередную стратеги¬ ческую задачу. В штабе Юго-Западного фронта замыс¬ лили по завершении переправы главных сил через Сан двинуть их затем в северо-западном направлении, пе¬ ревести на левый берег Вислы и, развернув на рубеже реки Нида, действовать смотря по обстановке: атаковать или на Краков или на Бреславль1. Ставка не возражала против такого решения и поддерживала идею вторже¬ ния в пределы Верхней Силезии. Но успех наступления Юго-Западного фронта, как и выполнение задачи по вторжению в Силезию, во многом зависел от действий Северо-Западного фронта. Вскоре выяснилось, что состояние этого фронта оставляет же¬ лать лучшего. Пока представители высшего военного руководства России делали различные предположения относительно способа дальнейших действий, положе¬ ние на фронте быстро менялось не в их пользу. С завершением Восточно-Прусской операции насту¬ пил момент, когда, по мнению германского командова¬ ния, можно было оказать помощь австро-венграм: пора¬ жение в Галицийской битве поставило Австро-Венгрию на грань катастрофы, а русские армии уже угрожали захватить Западную Галицию, Краков и Верхнюю Силе¬ зию — важный промышленный район. Вена постоянно просила о поддержке. Командование 8-й германской армии считало наиболее целесообразным осуществить 1 Варшавско-Ивангородская операция. Сборник документов. М.( 1938. С. 31. 115
обещанный австро-венграм еще до войны удар на Сед- лец. Однако немецкое верховное командование имело другую точку зрения. Считалось, что Наревская опера¬ ция не приведет к желаемым результатам. Было решено согласиться с просьбой австро-венгров и перебросить из Восточной Пруссии в район Краков — Ченстохов — Ка- лиш основные соединения 8-й армии, на базе которых сформировать новую, 9-ю армию. Во главе ее поставили Гинденбурга. Намечалось силами этой армии совместно с 1-й австро-венгерской армией предпринять наступ¬ ление на Средней Висле с целью выйти во фланг и тыл войск Юго-Западного фронта. На 8-ю армию, командо¬ вание которой перешло к генералу Р. Шуберту, возлага¬ лась задача обеспечить оборону Восточной Пруссии от возможного нового вторжения русских. Перевозка бое¬ вых соединений из Восточной Пруссии в Верхнюю Си¬ лезию была произведена в период с 4 (17) по 15 (28) сен¬ тября. Внимательный анализ Ставкой донесений штабов армий и фронтов позволил ей сделать вывод о том, что в районе Калиш — Ченстохов — Краков происходит сосредоточение крупных германо-австрийских сил. Русское командование, своевременно обнаружив пе¬ реброску немецких войск из Восточной Пруссии и рас¬ крыв замысел германского командования, должно было решить вопрос о способе противодействия намерениям врага. Ставка считала наиболее целесообразным при¬ крыть район Средней Вислы, перегруппировав туда главные силы Юго-Западного и часть сил Северо-Запад¬ ного фронтов, — эта мера позволила бы не только отра¬ зить удар противника, но и создать условия для перехода в контрнаступление. Чтобы принять окончательное решение, было запро¬ шено мнение главнокомандующих фронтами. Они по- разному отнеслись к предположениям Ставки. В своем ответе, посланном 11 (24) сентября, новый командую¬ щий Северо-Западным фронтом генерал Рузский вы¬ сказал мысль о нецелесообразности привлечения его войск к действиям против германо-австрийских сил на 116
Средней Висле. По его мнению, было бы выгоднее для обеспечения тыла Юго-Западного фронта ограничиться направлением в район Люблин — Ивангород одной 4-й армии, которая должна была воспрепятствовать пере¬ праве противника через Вислу на участке Ивангород — Сандомир. Фактически Рузский отказывался от совмес¬ тных действий с Юго-Западным фронтом на Средней Висле и предлагал начать самостоятельную операцию с целью овладения Восточной Пруссией. Иной была позиция командующего Юго-Западным фронтом Иванова: он выразил свое полное согласие с Янушкевичем. В конечном итоге Ставка отдала предпочтение сооб¬ ражениям Иванова о проведении силами двух фронтов крупной стратегической операции на берлинском на¬ правлении. 15 (28) сентября ею была отдана директива о подготовке наступления. «Общей задачей армий обоих фронтов, — говорилось в директиве, — Верховный глав¬ нокомандующий ставит деятельно готовиться к перехо¬ ду в наступление возможно большими силами от Сред¬ ней Вислы в направлении к Верхнему Одеру для глубо¬ кого вторжения в Германию». Армиям Юго-Западного фронта надлежало перебросить на левый берег Вислы для движения к Верхнему Одеру не менее десяти корпу¬ сов, развивая активные действия в Галиции в направле¬ нии на Краков и за Карпаты. Армиям Северо-Западно- го фронта главнейшей задачей ставилось обеспечение правого фланга и тыла общей операции в направлении на Силезию и непосредственное содействие этой опера¬ ции наступлением возможно больших сил от Варшавы по левому берегу Вислы. В дополнение директивы Ставки Иванов 19 сентяб¬ ря (2 октября) издал свою директиву, в которой конк¬ ретизировал задачи армий и порядок управления ими. Из подчиненных ему войск были образованы три груп¬ пы: главные силы, Галицийская группа и Принаревская группа. Их состав был следующим: главные силы — 2, 4, 9-я и 5-я армии и конный корпус; Галицийская группа — 3-я, 8-я и Блокадная армии; Принаревская группа — гар¬ низон крепости Новогеоргиевск, одна кавалерийская 117
дивизия и армейский корпус. Главные силы находились в непосредственном подчинении Иванова. Руководство Галицийской группой было возложено на командующе¬ го 8-й армией Брусилова, а Принаревской группой — на коменданта Новогеоргиевской крепости Н.П. Бобыря1. Русским основным силам надлежало развернуться на правом берегу Вислы, от Яблонны до Сандомира, но осо¬ бую роль призвана была играть 2-я армия. Ее намечалось направить на левый фланг противника, развертывание которого предполагалось на рубеже Лодзь — Кельцы. Войскам главных сил указывался рубеж, который им предстояло достигнуть: от Лодзи, на Опочпо — Скар- жисно — Сандомир. Галицийской группе предстояло действовать против германо-австрийских войск на пра¬ вом берегу Вислы, осуществлять блокаду Перемышля, прикрывать Львов и левый фланг Юго-Западного фрон¬ та. Задача Принаревской группы состояла в удержа¬ нии района Варшава — Яблонна — Новогеоргиевск — Зегрж. 9 (22) сентября генералу Эверту было приказано пре¬ кратить переправу своих войск через Сан и с 11 (24) сентября начать выдвижение к Ивангороду. Перемещая армию Эверта к Ивангороду, Иванов ставил перед ней задачу в случае удара немцев с северо-запада от Млавы на Нижний Нарев обеспечить правый фланг и тыл Юго- Западного фронта и оказать содействие в удержании Варшавы. Вскоре армия Эверта начала марш. Ее два корпуса сосредоточились в новом районе 17 (30) сентября и при¬ ступили к возведению переправ у Казимерпса и Нова- Александрии. Одновременно еще один корпус прибыл в Люблин. Вечером того же дня началась перевозка пехо¬ ты по железной дороге в Ивангород. Остальные части с 18 сентября (1 октября) направились туда своим ходом. В последнюю очередь из войск Юго-Западного фронта на Среднюю Вислу перебрасывалась 5-я армия. Ее вой¬ 1 Варшавско-Ивангородская операция. Сборник документов. М., 1938. С. 51—54. 118
скам было приказано скорее перейти в район Люблина, начав движение с 20 сентября (3 октября). Одновременно с перегруппировкой армий Юго-За- падного фронта осуществлялось перемещение на Сред¬ нюю Вислу и частей Северо-Западного фронта: директи¬ вой от 18(29) сентября Рузскому предписывалось напра¬ вить в район Варшавы 2-ю армию. Перевозка корпусов, однако, затянулась. К погрузке 2-го армейского корпуса приступили только 23 сентября (6 октября), а сосредото¬ чение всех боевых частей его в районе Гарволин удалось завершить лишь вечером 28 сентября (11 октября). Ситуация на левом берегу Вислы складывалась край¬ не неблагоприятно для наших войск — 9-я немецкая ар¬ мия, начав наступление 15 (28) сентября, продвигалась вперед, а Гинденбург намеревался произвести фланго¬ вый удар по 9-й русской армии. 21—23 сентября (4—6 октября) начались боевые дей¬ ствия на фронте от Ивангорода до Сандомира. Немцы оттеснили русские авангарды на правый берег реки, но разгром 9-й армии не осуществился, поскольку перепра¬ ва этой армии через Вислу не последовала. Наступавшие южнее австрийские войска 26 сентября (9 октября) вы¬ шли к Сану, но и их все попытки форсировать реку были отбиты русскими. В этой обстановке германское командование приня¬ ло новое решение: главные силы 9-й армии были повер¬ нуты на север, чтобы с ходу овладеть Варшавой. С этой целью была образована ударная группа в составе трех наиболее' сильных корпусов. Командование ею возло¬ жили на генерала А. Макензена. Остальные войска ар¬ мии Гинденбурга имели задачу вести атаки на рубеже Вислы от Ивангорода до Сандомира, прикрывая наступ¬ ление на варшавском направлении с востока. 26 сентяб¬ ря (9 октября) группа Макензена форсированным мар¬ шем устремилась к Варшаве. Противник рассчитывал на внезапность и быстроту действий1. 27 сентября (10 октября) на Средней Висле завяза¬ лись ожесточенные сражения между 9-й германской ар¬ 1 Зайончковский А.М. Указ. соч. Т. 1. С. 196. 119
мией и войсками 2, 5 и 4-й русских армий, но и события в районе Ивангорода также развивались весьма напря¬ женно. В ночь на 27 сентября (10 октября) 4-я армия пе¬ реправилась за Вислу. Противник развернулся у левобе¬ режных укреплений крепости и обрушился на русских мощным огнем своей многочисленной артиллерии. Весь день шли упорные бои. Упорные сражения под Варшавой и Ивангородом продолжались и в последующие дни. Русские войска стойко отбивали натиск противника. Тем временем в штабе фронта царило уныние. Неудача с переходом ар¬ мий за Вислу произвела на Иванова удручающее впечат¬ ление. Человек необычайно впечатлительный, он впал в отчаяние. Иванов не справлялся с возложенной на него задачей по руководству столь огромной массой войск, сосредоточенных на Средней Висле, и Ставка решила разделить управление этими войсками между обоими главнокомандующими. 30 сентября (13 октября) была отдана соответствующая директива. Она ставила «бли¬ жайшей и главнейшей целью поражение войск непри¬ ятеля, наступающего по левому берегу Вислы, с нанесе¬ нием сильного удара против его левого фланга»1. Ответственность за подготовку и выполнение тако¬ го удара возлагалась на главнокомандующего войсками Северо-Западного фронта генерала Рузского. С 1 (14) октября в его подчинение переходили Принаревская группа с крепостью Новогеоргиевск, 2-я и 5-я армии и конный корпус. В задачу Рузского входило также немед¬ ленное принятие мер к удержанию широкого района на левом берегу Вислы до окончательного сбора всех сил и удержание Галиции своими левофланговыми армиями. Ставка придавала большое значение предстоящему наступлению. Верховный главнокомандующий Вели¬ кий князь Николай Николаевич считал, что «на берегах Вислы будет решена участь первого периода кампании, а может быть, всей войны». 1 Варшавско-Ивангородская операция. Сборник документов. М., 1938. С. 308. 120
Русское наступление началось неодновременно. Пер¬ вой 5 (18) октября перешла в атаку 2-я армия, а позднее и 5-я армия начала переправу через Вислу. На направ¬ лении действий войск Северо-Западного фронта бои приняли ожесточенный характер. Противник произвел ряд контратак, но они не имели успеха. Вскоре его со¬ противление было сломлено. 7 (20) октября германские войска начали отступление. Обе армии фронта перешли к преследованию быстро отступавшего неприятеля. 11 (24) октября развернулись ожесточенные бои под Ивангородом. Здесь русским удалось неожиданно для австрийцев перебросить на левый берег Вислы 4-ю и 9-ю армии, которые и атаковали 1-ю армию генерала Данкля с обоих флангов. Боевые действия, носившие характер встречных столкновений, приняли крайне ожесточен¬ ный и кровопролитный характер. Особенно трудными были условия наступления 4-й армии, действовавшей с Козеницкого плацдарма. Войскам пришлось наступать в лесистой местности, что затрудняло их продвижение и нередко приводило к потере управления ими со стороны командования. Несмотря на это, они с честью преодоле¬ ли все трудности и вместе с частями 9-й армии, перепра¬ вившимися через Вислу у Ивангорода и Ново-Александ- рии, разгромили австрийцев и принудили их поспешно отступать на юг. С целью обеспечения отхода своих войск от Средней Вислы австро-германское командование начало наступ¬ ление против 3-й русской армии на реке Сан. Для оказа¬ ния ей помощи генерал Иванов предложил 9-ю, а с ней и 4-ю армии направить во фланг австро-венгерским силам в Галиции. Русская Ставка, которая на всем протяже¬ нии операции не сумела организовать четкого взаимо¬ действия фронтов, согласилась с этим предложением. Но поворот двух армий в южном направлении привел к большой растяжке фронта 2-й и 5-й армий, что вынуди¬ ло их прекратить преследование разбитых немцев. Те¬ перь уже не 4-я армия должна была сообразовать свое наступление с 5-й, а наоборот, и уже не Юго-Западному фронту следовало равняться по Северо-Западному, а Се¬ веро-Западный должен был согласовывать наступление 121
своих армий с 4-й и 9-й армиями. Таким образом, вместо первоначального плана глубокого вторжения в Герма¬ нию получилось вторжение в Австро-Венгрию. Таким образом закончилась Варшавско-Ивангородс- кая операция русских войск. В ней принимала участие примерно половина всех русских сил, действовавших против Германии и Австро-Венгрии. Она завершилась крупной победой русского оружия, развеяв этим леген¬ ду о непобедимости германской армии. Однако русское командование не проявило должной твердости руко¬ водства войсками и позволило противнику увлечь себя на путь разрешения второстепенных задач. Это дало возможность германцам избежать окончательного раз¬ грома и приступить к выработке нового плана, выполне¬ ние которого привело к Лодзинской операции. После поражения австро-германских армий в Вар- шавско-Ивангородской операции русская Ставка при¬ ступила к выработке плана дальнейших действий. На¬ мечалось продолжать наступление с целью глубокого вторжения в пределы Германии. К участию в новой операции привлекались четыре армии: 2-я и 5-я Северо- Западного, 4-я и 9-я Юго-Западного фронтов. С севера операция обеспечивалась наступлением 10-й и 1-й ар¬ мий в Восточной Пруссии, а с юга — наступлением 3-й и 8-й армий к Карпатам. 11-я армия продолжала блокаду Перемышля1. Наступление на русском фронте в значи¬ тельной мере отвечало интересам союзников, войска которых в это время отражали германское мощное на¬ ступление у Ипра. В начале ноября перед германским верховным коман¬ дованием стояла дилемма: продолжать ли добиваться по¬ беды на Западе или перенести центр тяжести операций на Восток против России. 26 октября (8 ноября) новый глава германского верховного главнокомандования ге¬ нерал Э.Фалькенгайн в своей главной квартире в Мезь- ере обсуждал план переброски крупных германских сил на Восток. Но сражение на Ипре, где немцы не добились 1 Лодзинская операция. Сборник документов. М.—Д., 1936. С. 58. 122
ожидаемых успехов, не позволило провести в то время это решение в жизнь, поэтому Гинденбургу было пред¬ ложено начать операцию, которая мыслилась как глубо¬ кий удар во фланг и тыл русским армиям, действующим на левом берегу Вислы. Главная сила немцев — 9-я армия под командованием Макензена — с этой целью скрытно была переброше¬ на в район Торна. Туда же направлялись прибывающие подкрепления с Западного фронта из 8-й армии. Герман¬ ские войска, предназначенные для проведения опера¬ ции, были развернуты в двух группах. Главную из них составляла 9-я армия, а вспомогательную — четыре не¬ полных корпуса («Грауденц», «Познань», «Бреславль», «Торн»). 9-й армии ставилась задача нанести удар из района Торна на Кутно в обход Лодзи с востока. Командование русской армии начало операцию с планом, ни в коей мере уже не отвечавшим обстановке: одиннадцать корпусов должны были наступать растяну¬ тым фронтом к границам Силезии и Познани. В то же время над их правым флангом зависала мощная группи¬ ровка противника, угрожавшая русским частям. Меж¬ ду тем войска находились в трудном положении, остро чувствовался недостаток в боеприпасах, продовольс¬ твии, обмундировании, фураже, переправочных средств было мало, а восстановление железных и грунтовых до¬ рог, разрушенных германцами при своем отходе, прохо¬ дило крайне медленно. 29 октября (11 ноября) 9-я армия, сосредоточенная в районе Торна, перешла в наступление, имея задачей «сбить в кучу» 2-ю армию, а затем разгромить и осталь¬ ные армии русского фронта. Первым препятствием на пути германского наступления были расположенные от¬ дельно от остальных русских сил 5-й Сибирский и 2-й ар¬ мейский корпуса, поэтому вся операция 9-й германской армии расчленялась на этапы: первый — уничтожение 5-го Сибирского корпуса, второй — уничтожение 2-го корпуса и третий — окружение всей 2-й армии. Ближе к вечеру 29 октября (11 ноября) передовые гер¬ манские части вошли в соприкосновение с охранением 5-го Сибирского корпуса, расположенного у Влоцлавс- 123
ка. Боевые действия начались с утра 30 октября (12 но¬ ября), продолжались они целый день и носили крайне ожесточенный характер. Все попытки врага окружить и уничтожить 5-й Сибирский корпус окончились неуда¬ чей. Отсутствие четкой согласованности в действиях германских соединений и большие потери, понесенные ими в боях, дали возможность русскому командованию в ночь на 31 октября (13 ноября) отвести корпус и ликви¬ дировать угрозу его окружения. Тем не менее 1 (14) ноября Макензен продолжил на¬ ступление на юг с задачей выйти на рубеж реки Бзуры, где Гинденбург намечал развертывание всей армии для удара по тылам 2-й русской армии. Боевые действия, развернувшиеся между реками Вислой и Нер, получили общее название «сражение при Кутно». Основной удар германцев был направлен против 2-го армейского корпу¬ са, прикрывавшего правый фланг 2-й русской армии1. Бои обе стороны вели с большим упорством. Несмот¬ ря на то что противник имел тройное превосходство в силах, 2-й корпус 1 (14) ноября удержал свои позиции, нанеся крупные потери германцам. Дальнейшие события на фронте вызвали у Рузского ошибочное представление, что немцы «идут на Лович и Варшаву», и он не принял необходимых мер к переходу 1-й армии в наступление для оказания помощи 2-й ар¬ мии. Это позволило противнику развивать свое наступ¬ ление в обход фланга и тыла 2-й русской армии. 3 (16) ноября Рузский после переговоров со Став¬ кой, наконец, уяснил себе тяжелое положение русских войск между Вислой и Вартой. Директива, отданная вой¬ скам, предусматривала поворот фронта 2-й и 5-й армий на север, с тем чтобы 5 (18) ноября начать контрманевр против 9-й германской армии. 1-я армия получила зада¬ чу переходом в наступление оттянуть на себя возможно больше германских сил. С целью обеспечения левого фланга 1-й армии части, находившиеся в Варшаве и Но- вогеоргиевске, перебрасывались по железной дороге 1 История Первой мировой войны 1914—1918. М., 1975. С. 378. 124
в Лович. В соответствии с изменившейся обстановкой 4-я армия распоряжением Ставки была передана Юго- Западному фронту для совместного наступления с 9-й армией на Ченстохов, чтобы сделать невозможной даль¬ нейшую переброску оттуда войск противника1. К этому времени войска противника, наступая на юг через Брезины, создали угрозу окружения 2-й русской армии. С утра 6 (19) ноября боевые действия разверну¬ лись на всем фронте. Немцам даже удалось прервать те¬ леграфную связь штаба Северо-Западного фронта со 2-й и 5-й армиями, и они надеялись на двойной охват рус¬ ских войск, оборонявших Лодзь. Однако подход частей 5-й армии к левому флангу 2-й армии решительно изме¬ нил обстановку в пользу русских. Войска левого крыла 5-й армии отбили наступление немцев и сильным контр¬ ударом отбросили их на запад. В центре после упорных боев, несмотря на двойное превосходство германцев в артиллерии, три русских корпуса задержали наступле¬ ние трех германских корпусов. Таким образом, к исходу 6(19) ноября мы имели успех на левом фланге и прочное положение в центре. Только против правого фланга 2-й русской армии обходящая группа германских войск под командованием Р. Шеффера продолжала двигаться на юг, в стык между 1-й и 2-й армиями. Особенно ожесточенный характер боевые действия приняли 7 (20) и 8 (21) ноября. Германцы отчаянно пыта¬ лись окружить русские армии. Гинденбург надеялся, что нервы русского командования не выдержат и оно отдаст приказ об отступлении. Но 8 (21) ноября находивший¬ ся на левом фланге 5-й армии 19-й армейский корпус не только отразил все атаки, а и сам вместе с подошед¬ шей на помощь дивизией стал теснить врага. Германс¬ кий корпус после ожесточенного боя был отброшен на северный берег Нер, положение группы Шеффера ста¬ ло критическим. Только крайне осторожные действия русских не привели в этот день обходящие германские силы к катастрофе. 1 Лодзинская операция. Сборник документов. М.—Л., 1936. С. 380. 125
В итоге боевых действий 9 (22) ноября группа Шеф¬ фера оказалась в отчаянном положении и к вечеру, на¬ конец, получила приказ начать отступление. В свою оче¬ редь, и генерал Рузский расценил обстановку как небла¬ гоприятную для себя и отдал директиву об отступлении всех трех армий на линию Илов — Лович — Скерневи- це — Томашов. Только под нажимом сверху и из-за рез¬ кого протеста командующих армиями директива была отменена. Во второй половине дня 9 (22) ноября на фронте 2-й и 5-й армий положение стабилизировалось. На флангах русские войска даже несколько потеснили германцев. Шеффер же решил с боем прорваться из русского ок¬ ружения. 12 (25) ноября группе Шеффера удалось про¬ рвать кольцо окружения и выйти в промежуток между 17-м и 20-м корпусами. Кризис для германцев миновал, но и окружение русских армий не удалось. «Крупная оперативная цель, — писал Людендорф в своих воспо¬ минаниях, — уничтожить русских в излучине Вислы не была достигнута...».1 В целом подводя итоги Лодзинской операции, следу¬ ет отметить, что стратегический план русской Ставки — глубокое вторжение в пределы Германии — исходил из общего плана Антанты. Но, сосредоточив крупные силы на левом берегу Вислы, русское командование своевре¬ менно не сумело обнаружить переброску главных сил германцев в район Торна, которая существенно изме¬ нила всю оперативно-стратегическую обстановку. Раз¬ ведка своевременно донесла о маневре германцев в сто¬ рону Торна, но отсутствие твердого руководства Ставки фронтами привело к тому, что генерал Рузский и его штаб продолжали упорно держаться старого плана. Это привело к дезорганизации всего фронта и обеспечило первоначальный успех германцев. Только после поражения двух изолированных рус¬ ских корпусов генерал Рузский и штаб его фронта, на¬ конец, уяснили обстановку и стали принимать меры 1 Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914—1918 гг. М., 1923. Т. 1.С.90. 126
для ликвидации угрозы окружения 2-й армии. Поворот фронта 2-й армии, наступление 5-й армии и частей 1-й армии обеспечили перелом в ходе лодзинских боев в пользу русских. Обходящая германская группа генерала Шеффера сама попала в окружение, и лишь ошибки в управлении русскими войсками, разделенными на ряд отрядов, действовавших вне оперативной связи между собой, позволили германцам, отбросив слабый заслон, пробиться на север и выйти из кольца окружения. Если же в целом оценивать итоги кампании 1914 года на Восточном фронте, то следует подчеркнуть, что ос¬ новным ее итогом стал крах пресловутого блицкрига — краеугольного камня плана Шлиффена. Немцы и на Вос¬ токе, и на Западе завязли всерьез и надолго. Случилось то, чего больше всего боялись германские штабисты, — Германский рейх теперь был вынужден вести войну на истощение, шансы выиграть которую у Берлина были минимальны. Западный и Восточный были главными фронтами Первой мировой — именно на них были сосредоточены основные людские и материальные силы противников, именно на севере Франции и на западе Российской им¬ перии решалась судьба будущей Европы. Тем не менее кровавые сражения между Антантой и противостоящей ей коалицией во главе с Германией происходили в са¬ мых различных уголках мира. И первые боевые действия в 1914 году, собственно, начались 28 июля после того, как австро-венгерские войска предприняли артиллерийскую бомбардировку столицы Сербии — Белграда. Городу тогда был нане¬ сен значительный ущерб, сербское правительство даже было вынуждено покинуть Белград и перебраться в Ниш, а верховное командование — в Крагуевац. 12 августа началось непосредственное вторжение австро-венгерских войск на территорию Сербии, однако сербские армии заставили противника через неделю на¬ чать отход на всех участках фронта. Тем самым своими действиями сербы оказали помощь российскому союз¬ нику, поскольку австрийцы были вынуждены приковать 127
значительные силы к балканскому театру и задержать их переброску в Галицию. Войска габсбургской империи, перегруппировав свои силы, 7 сентября перешли в новое наступление в Сербии, и в ноябре 1914 года им удалось захватить Бел¬ град. К этому времени, однако, сербская армия успела получить помощь из России и Франции оружием, бое¬ припасами и продовольствием, что позволило командо¬ ванию этой страны 3 декабря начать контрнаступление и 15 декабря освободить столицу. В течение кампании 1914 года Австро-Венгрия поте¬ ряла на сербском фронте 7600 офицеров и 274 тыс. сол¬ дат1. Однако победа досталась сербам тяжелой ценой — их армия потеряла в боях 132 тыс. человек, а численность оставшихся в строю не превышала скромной цифры в 100 тыс. штыков и сабель. Как бы то ни было, но, встре¬ тив упорное сопротивление в Сербии, Центральные де¬ ржавы до осени 1915 года отказались от активных воен¬ ных операций на Балканах. К началу войны Германия в попытках стать великой колониальной державой прибрала к своим рукам неко¬ торые территории в Азии и Африке и даже Океании, однако сразу же после начала войны все германские владения вне Европы были поставлены под удар. Же¬ лание завладеть германской колонией в Китае (область Цзяочжоу на Шаньдунском полуострове с морской кре¬ постью Циндао) и островами на Тихом океане подтолк¬ нуло Японию немедленно вступить в войну на стороне Антанты. Уже в ночь с 7 на 8 августа 1914 года японский кабинет министров принял такое решение, одобренное микадо Иосихито. Еще через неделю — 15 августа Япония предъявила Германии ультиматум с требованием отозвать все гер¬ манские корабли из японских и китайских вод или их немедленно разоружить. Арендуемую у Китая область Цзяочжоу предлагалось передать японским властям без всяких условий и компенсаций. Берлин оставил ульти¬ 1 Писарев ЮЛ. Сербия и Черногория в Первой мировой войне. М., 1968. С. 41. 128
матум без ответа, отозвав своего посланника из Токио. 23 августа Токио обнародовал императорский манифест об объявлении войны Германии и присоединении к Ан¬ танте. Через несколько дней японская армия и флот начали операцию по захвату Цзяочжоу и военно-морской базы Циндао, гарнизон которой насчитывал около 5 тыс. че¬ ловек, имевших 120 пулеметов, 25 минометов и около 200 орудий, включая корабельную артиллерию. Кроме того, на приколе в Циндао стояли устаревший австро¬ венгерский крейсер «Кениген Элизабет» и корабли им¬ перского германского флота — две канонерские лодки и два эскадренных миноносца. Вооруженные силы японского экспедиционного кор¬ пуса имели подавляющее превосходство над противни¬ ком и насчитывали свыше 30 тыс. человек, 40 пулеметов и 144 орудия. Для переброски морского десанта с Япон¬ ских островов на материк было зафрахтовано 50 транс¬ портов, которые осуществляли беспрепятственную связь с Японскими островами. С моря десант прикрывал 2-й флот в составе 39 боевых кораблей. Помогали япон¬ скому десанту и военные силы Великобритании — бата¬ льон уэльских пограничников и полбатальона сикхского пехотного полка — всего 1,5 тыс. человек. Кроме того, в состав японских военно-морских сил вошли британские линейный корабль «Триумф» и эскадренный миноносец «Уск»1. Осада германской морской крепости началась 28 сен¬ тября, а в ночь на 7 ноября японцам удалось захватить форт на высоте «Принц Генрих» в центре крепостной оборонительной линии. В тот же день немецкий гарни¬ зон капитулировал, поскольку боеприпасы были израс¬ ходованы. Потери германских войск составили около 800 человек, японских войск — 1800—2000 человек. Час¬ ти экспедиционного корпуса взяли в плен 202 офицеров и 4470 солдат противника, а также захватили 30 пулеме¬ тов, 40 автомашин и артиллерию крепости. 1 Исаков И. С. Операции японцев против Циндао в 1914 г. М.—Д., 1941. С. 49—50. 129
После капитуляции гарнизона Циндао японцы захва¬ тили принадлежавшую германским компаниям желез¬ ную дорогу Циндао — Цзинань и стали фактическими обладателями всей провинции Шаньдун, а японский флот завладел ранее принадлежавшими Германии тихо¬ океанскими Марианскими, Каролинскими и Маршалло¬ выми островами. Характерно, что после этих событий Япония никакого участия в Первой мировой войне не принимала. Осенью 1914 года в войну на стороне Центральных держав вступила Турция. Ее Верховным главнокоман¬ дующим 5 ноября был провозглашен султан Мехмед V Решад, однако фактически турецкой армией руководи¬ ли военный министр Энвер и его ближайшие помощни¬ ки — начальник штаба Главного командования герман¬ ский полковник Ф. фон Шеллендорф и также военный адъютант султана германский генерал-фельдмаршал К. фон дер Гольц. Вооруженные силы Турции были сведены в четыре армии: 1-я и 2-я армии развертывались в Малой Азии, имея задачей защиту Черноморских проливов и столи¬ цы, 3-я армия дислоцировалась в Западной Армении и предназначалась для действий против России, а 4-я ар¬ мия была развернута на восточном побережье Среди¬ земного моря для защиты Палестины и Сирии. Позже Стамбул сформировал еще две полевые армии: 5-ю для защиты Стамбула, Проливов и Черноморского побе¬ режья и 6-ю в Месопотамии. Всего Османская империя имела возможность поставить под ружье 1 млн 300 тыс. человек, но к началу военных действий численность сул¬ танской армии достигала 780 тыс. человек, включая во¬ енные формирования кочевых курдских племен1. План военных действий султанской армии разрабо¬ тал Энвер-паша при участии германских специалистов. Он предусматривал ведение боевых действий на двух фронтах: на Кавказе против России и в Египте против Великобритании. На эти цели Берлин предоставил Стам¬ булу заем в 100 млрд франков. 1 Шишов А.В. Кавказский фронт. С. 578. 130
Однако основным противником турецкой армии ста¬ ла российская Кавказская армия. Энвер-паша предпо¬ лагал проведение более активных операций именно на Кавказском театре военных действий. В Стамбуле пра¬ вильно рассчитали, что Россия, вступив в войну против Германии и Австро-Венгрии, не сможет бросить на Кав¬ каз сколько-нибудь значительные подкрепления. Для верховного командования России Кавказский фронт в сложившейся военно-политической ситуации, естест¬ венно, не мог являться приоритетным, и Генеральный штаб решил ограничиться здесь ведением активной обо¬ роны, которая на горном театре военных действий не могла потребовать больших затрат. Османская империя вступила в войну против России без ее официального объявления. 30 октября герман¬ ские крейсеры «Гебен» и «Бреслау» под командованием немецкого адмирала В. Сушона, сменив на корме гер¬ манский флаг на турецкий, обстреляли главную базу русского Черноморского флота Севастополь, а также Феодосию и Новороссийск. Но серьезных результатов эта операция не дала. Со своей стороны, в ночь на 2 ноября после объявле¬ ния Россией войны русская Кавказская армия перешла государственную границу. В тот же день турецкие вой¬ ска начали наступление в направлении города-крепости Карса и вторглись в Батумскую область, надеясь полу¬ чить вооруженную поддержку со стороны мусульман- аджарцев. Одновременно турки начали захват части иранского Азербайджана, чтобы оттуда выйти во фланг русской армии. С началом войны Кавказский фронт протянулся на 720 км от Черного моря до озера Урмия в иранском Азербайджане. Противостоящая русским 3-я османская армия, состояла из трех армейских корпусов, одной ка¬ валерийской и четырех с половиной курдских конных дивизий, а также частей жандармерии с 244 орудиями1. 1 Корсун Н.Г. Первая мировая война на Кавказском фронте: Оперативно-стратегический очерк. М., 1946. С. 5, 23. 131
Русской Кавказской армией командовал царский на¬ местник на Кавказе престарелый граф И.И. Воронцов- Дашков, но фактически ею руководил начальник ее шта¬ ба и будущий главнокомандующий Кавказского фронта генерал от инфантерии Н.Н. Юденич. Армия включала в себя два корпуса, одну пехотную и две казачьи диви¬ зии, две бригады и другие части — всего свыше 170 тыс. человек: 153 пехотных батальона, 175 казачьих сотен, 12 саперных рот, 350 орудий и 5 батальонов крепостной артиллерии. Ставка поставила перед Кавказской армией задачу не допустить появления турецких войск в Закавказье, а при необходимости главное внимание обратить на оборону важнейшего промышленного центра — Баку и транспортных артерий, ведущих на Северный Кавказ: железной дороги Баку — Владикавказ и Военно-Грузин- ской дороги Тифлис — Владикавказ. Такие задачи Кавказская армия получила на случай самого неблагоприятного исхода военного столкнове¬ ния с Турцией. Для выполнения задач, поставленных на начальный период войны, русским войскам надлежало войти в Западную Армению, разбить передовые группи¬ ровки противника и после этого вести активную оборо¬ ну на занятых приграничных рубежах. С начала войны обе стороны стремились захватить в свои руки стратегическую инициативу, которая могла в дальнейшем предопределить весь ход войны на Кавказе. Начались ожесточенные встречные бои на главном — эрзурумском — направлении. Овладение Эрзурумом позволяло русским войскам нанести удар в направле¬ нии Анатолии — центральной части Турции, где было довольно много дорог и можно было использовать круп¬ ные силы пехоты и кавалерии. Войска Османской империи, наступая от Эрзурума, попытались фланговым ударом захватить железнодо¬ рожную станцию Сарыкамыш — главную тыловую базу российской армии. Так началась Сарыкамышская опе¬ рация, которая продолжалась с 22 декабря 1914 года по 7 января 1915 года. Турки, уверенные в победе и шедшие налегке, по пути в заснеженных горах потеряли большое 132
число людей обмороженными и замерзшими, но все же вышли к Сарыкамынгу. Однако российское командова¬ ние пошло на риск, сняв с фронта большое число войск и перебросив их в тыл, к конечной железнодорожной станции Сарыкамыш. Атаки турецкой пехоты с засне¬ женных гор оказались безуспешными. Контрудары рос¬ сийских войск были удачными, и атакующих турок пос¬ тиг полный разгром. Сарыкамышская операция окончилась жестоким по¬ ражением 3-й турецкой армии, которая оказалась фак¬ тически уничтоженной — к началу января 1915 года в ней насчитывалось всего 12,4 тыс. человек. Армия по¬ теряла 90 тыс. человек и свыше 60 орудий и до самого конца войны она так и не смогла восстановить свою бое¬ готовность1. Но большие потери понесла и русская Кав¬ казская армия, лишившись более 20 тыс. человек убиты¬ ми, ранеными и обмороженными. Особенно ощутимы¬ ми оказались потери в командном составе. Что же касается союзниц России по Антанте, то Ве¬ ликобритания в 1914 году на ближневосточном театре войны только разворачивала боевые действия против Турции, а в Месопотамии англичане оккупировали порт Басру и город Эль-Курна. Турки, в свою очередь, захва¬ тили пустынный Синайский полуостров и начали про¬ движение к Суэцкому каналу, угрожая вторжением в Египет. Безоговорочный успех союзников имели боевые дей¬ ствия в Африке против германских колоний — Того, Ка¬ меруна, Восточной Африки и Юго-Западной Африки. В большинстве случаев после незначительного сопро¬ тивления немцы складывали оружие. Война 1914—1918 годов названа мировой в том числе и потому, что она велась в самых отдаленных точках зем¬ ного шара, и не только на суше, но и на просторах Миро¬ вого океана. Это стало возможным благодаря наличию у противостоявших коалиций мощного военно-морского флота. 1 Корсун Н.Г. Саракамышская операция на Кавказском фрон¬ те мировой войны в 1914—1915 гг. М.г 1941. С. 132. 133
В мировых столицах заговорили о необходимости обладания сильным флотом в конце XIX века, после из¬ дания в 1890 году книги американского контр-адмирала А. Мэхэна «Влияние морской силы на историю». Тогда впервые прозвучала мысль о том, что современное госу¬ дарство не может достигнуть исторических целей, если не будет иметь превосходства на море, которое можно завоевать только в генеральном сражении линейных флотов. Согласно новой теории, военно-морскому фло¬ ту принадлежала решающая роль в любой войне, а заво¬ евание господства на море рассматривалось как единс¬ твенная цель, достижение которой означало не только победу над противником, но и приобретение мирового лидерства. Из этого делался практический вывод: дабы не допустить разрыва связей по линии метрополия — колонии, нужны большие линейные, т.е. артиллерийс¬ кие корабли. Чуть позднее эту точку зрения подтвердил и опыт ведения боевых действий на море. Например, потерпев поражение при Цусиме в 1905 году и потеряв там практически весь флот, Россия проиграла и войну с Японией в целом. То же самое можно сказать об испано¬ американской войне 1898 года, в ходе которой амери¬ канцы имели подавляющее преимущество на море. Позднее идеи Мэхэна развил британский вице-адми¬ рал Ф. Коломб. Увлечение маринизмом с тех пор приняло повальный характер. Теория «морской силы» этих адми¬ ралов стала чрезвычайно популярной и в кабинетах ру¬ ководителей многих стран, ранее мало задумывавшихся о необходимости для их стран господства на море. Столь резко возросшей популярности во многом способство¬ вали объективные обстоятельства. Одним из них была усиливающаяся зависимость экономики развитых стран от внешней торговли. Однако рост интереса к военно- морскому флоту имел не только экономический, но и по¬ литический подтекст. Гонка морских вооружений была, по сути, призвана не столько обеспечить обороноспо¬ собность страны, сколько поддержать национальный престиж. Особенно это хорошо видно на примере такой в промышленном отношении не самой развитой страны, 134
как Россия, которая с 1907 по 1914 годна 173,9% увеличи¬ ла свои расходы на строительство флота1. Большим поклонником флота был и германский кай¬ зер Вильгельм И. Германия приложила титанические усилия, чтобы в начале XX века сократить преимущес¬ тво «владычицы морей» Великобритании в военно-мор¬ ских силах. Однако к 1914 году достигнуть паритета с Лондоном Берлину так и не удалось. Накануне Первой мировой войны англичане располагали 20 дредноута¬ ми, причем еще 12 находилось в постройке, 9 линейны¬ ми крейсерами (в постройке был 1), 40 линкорами дод- редноутного типа, 98 эскадренными миноносцами, в то время как Германия имела 14 дредноутов (5 строилось), 4 линейных крейсера (строилось 3), 20 старых линкоров и 97 эскадренных миноносцев. ВМС России, Франции, Италии, Австро-Венгрии и Японии значительно уступа¬ ли силам этих двух стран2. В целом же соотношение чис¬ ленных составов флотов противоборствующих группи¬ ровок было явно в пользу Антанты. Война на море развивалась в соответствии с намечен¬ ными противоборствующими сторонами планами. Анг¬ личане установили дальнюю блокаду побережья рейха на акватории от Южной Норвегии до Северной Фран¬ ции и 5 ноября объявили все Северное море зоной бо¬ евых действий. Наиболее значительным событием тех дней стало сражение британского и немецкого флотов у острова Гельголанд 28 августа 1914 года. В этом бою немцы потеряли три легких крейсера «Кельн», «Майнц» и «Ариадна», 1 эскадренный миноносец и 1 тральщик, а также 1093 человека личного состава3. Англичане по¬ несли меньшие потери: 32 моряка погибшими и 55 ра¬ неными. Поражение у Гельголанда озадачило высшее командование Германии, и кайзер 4 сентября запретил впредь до особого распоряжения выход крупным кораб¬ 1 Шацилло К.Ф. Русский империализм и развитие флота нака¬ нуне Первой мировой войны (1906—1914). М., 1968. С. 22. 2 Вильсон X. Морские операции в Первой мировой войне. М., 1935. С. 16. 3 Гроос О. Война на море 1914—1918. Пг., 1921. С. 216. 135
лям, включая легкие крейсеры, за пределы бухты у базы в Вильгельмсхафене. Фактически имперскому флоту отводилась теперь весьма скромная задача охраны по¬ бережья рейха. Так впервые наглядно проявила себя по¬ рочность идеи морского командования рейха о том, что битва на море будет решена в ходе генерального сраже¬ ния немецкого и британского линейных флотов. Не наблюдалось в 1914 году крупных морских сраже¬ ний как на Балтийском, так и Черных морях. На Балти¬ ке основные силы нашего флота развернулись в устье Финского залива в ожидании попытки прорыва немцев к Петрограду. Но немецкий флот не имел подобного намерения, более того, он сам ожидал наступательных действий русских на Балтике и готовился здесь к оборо¬ не. Активность немцев ограничилась лишь постановкой минных заграждений в районе Либавы и у входа в Финс¬ кий залив. Еще больше охладила пыл немцев неудача на¬ падения 13 (26) августа 1914 года на русский дозор двух легких немецких крейсеров «Аугсбург» и «Магдебург» под прикрытием трех эскадренных миноносцев. В течение августа 1914 года главные силы русского флота держались сосредоточенно на минно-артилле- рийской позиции в ожидании боя с германским фло¬ том в случае прорыва его в восточную часть Финского залива, и одновременно велась разведка. В первый день войны неприятель не показывался у входа в Финский за¬ лив. Только с маяка Дагерорт на острове Даго (Хийумаа) видели на горизонте какие-то подозрительные дымы. 2 августа 1914 г. в 19 час. перед Либавой (Лиепаей) поя¬ вились два германских крейсера: «Аугсбург» и «Магде¬ бург» получили задание поставить минное заграждение и обстрелять город. После постановки мин «Аугсбург» и «Магдебург» обстреляли порт и районы, прилегающие к вокзалу, а затем ушли. 25 августа 1914 года «Аугсбург» и «Магдебург» и группа немецких эсминцев вновь вышли в море. Когда после полудня опустился туман, командующий немец¬ ким соединением, используя плохую видимость, решил пройти мимо русских дозоров. Ближе к вечеру види¬ мость еще более ухудшилась, и «Магдебург» в 21 час. 136
потерял визуальный контакт с «Аугсбургом». Вскоре флагман приказал изменить курс. Однако на «Магде¬ бурге» радиограмму расшифровывали целых 18 минут. В результате крейсер изменил курс несвоевременно и на полном ходу налетел на камни у острова Оденсхольм. В 0 час. 37 мин. корабль содрогнулся от сильного удара. Попытки сняться с камней с помощью другого эсминца успехом не увенчались. Командование русского флота узнало о происходя¬ щем в 2 час. от сигнального поста на острове Оденсхольм. Первоначально было сообщено о появлении у побе¬ режья корабля, странных шумах и выкриках на немец¬ ком языке. Было ясно, что на одном из германских ко¬ раблей случилось происшествие, но что это за корабль, оставалось неясным. Командующий русским флотом адмирал Н.О. Эссен незамедлительно начал действо¬ вать. Из Ревеля (Таллин) на место происшествия спеш¬ но вышли два миноносца службы связи, из базы Ханко вышел дивизион эсминцев, а из Балтийского порта (Пал- диски) — крейсера «Богатырь» и «Паллада». Над местом аварии все еще висел туман, затруднявший действия обеих сторон. Командир «Магдебурга» капитан 2-го ранга Хабенихт прекрасно понимал, что снять крейсер с камней невоз¬ можно, и принял решение перевести экипаж на эсми¬ нец, а корабль взорвать. Вскоре на месте событий поя¬ вились «Богатырь» и «Паллада», которые сразу откры¬ ли огонь по «Магдебургу». В немецкий эсминец попал снаряд. Некоторые моряки, снятые с судна, были убиты. Командир корабля, поняв, что положение безнадежно, приказал взорвать носовые погреба, после чего корабль сдался. Потери немцев составили 15 убитых, столько же раненых. 75 человек пропали без вести, а 55 во главе с командиром попали в русский плен. Но, кроме потери нового крейсера и части экипа¬ жа, произошло гораздо худшее для германского флота событие. При обследовании «Магдебурга» и дна рядом с ним русские моряки обнаружили среди многих доку¬ ментов два экземпляра секретной кодовой книги. Один был передан британскому Адмиралтейству, второй ис¬ 137
пользовался командованием русского флота. Впоследс¬ твии британцы с умом распорядились полученными от своих российских братьев по оружию сведениями. Лож¬ ными сообщениями англичане неоднократно вводили в заблуждение немецких капитанов. Более того, при по¬ мощи этих кодов они смогли в 1917 году расшифровать содержание пресловутой «депеши Циммермана» с пред¬ ложением немцев мексиканцам начать войну против США, что стало одной из причин последовавшего вско¬ ре присоединения Вашингтона к Антанте. Документы, извлеченные с крейсера «Магдебург», представляли собой большую ценность и для нашего флота. Их изучение позволило командованию русским Балтийским флотом сделать ряд выводов, имевших важное значение для последующего хода операций на Балтийском море. Во-первых, русскому командованию стал известен состав германского флота, выделенного для операций на Балтийском море. Он оказался значи¬ тельно слабее, чем предполагало русское командование, готовясь к войне с Германией. Во-вторых, русскому ко¬ мандованию стала известна оперативная обстановка на Балтийском море, в частности, места выставленных немцами минных заграждений. В-третьих, получив сиг¬ нальную книгу германского флота и радиокод, с помо¬ щью которого немцы зашифровывали свои радиограм¬ мы, русские могли сравнительно легко расшифровывать их и таким путем получать ценную разведывательную информацию о противнике. «Магдебург» стал первым немецким легким крейсером, погибшим в Первую ми¬ ровую войну. После гибели «Магдебурга» германское командова¬ ние вообще временно прекратило активные боевые дей¬ ствия на Балтике. На Черном море война для наших моряков началась с вероломного нападения германо-турецких военно-мор¬ ских сил. 16 (29) октября они обстреляли Одессу, Севас¬ тополь, Феодосию и Новороссийск. В нападении на Одессу приняли участие два турец¬ ких эскадренных миноносца «Гайрет» и «Муавенет», которые, воспользовавшись внезапностью, потопили 138
канонерскую лодку «Донец» и нанесли ущерб портовым сооружениям. Набег на Севастополь возглавил немецкий линейный крейсер «Гебен» в сопровождении двух эскадренных миноносцев, а Феодосия подверглась обстрелу турецко¬ го легкого крейсера «Гамидие». Нападение германо-турецких сил на российские пор¬ ты принесло весьма впечатляющие результаты. Наш Черноморский флот потерял заградитель «Прут» и кано¬ нерскую лодку «Донец», а эсминец «Лейтенант Пущин» получил достаточно серьезные повреждения. Кроме того, неприятелем были потоплены 8 коммерческих су¬ дов суммарной грузовместимостью более 7 тыс. брутто тонн. Имелись жертвы как среди моряков, так и граж¬ данского населения1. Если же в целом оценить боевые действия в аквато¬ риях Черного и Балтийского морей, то следует признать, что с обеих сторон они носили оборонительный харак¬ тер, и никто не смог добиться главной цели — изменить соотношение сил на театре военно-морских действий в свою пользу. Стало совершенно очевидно, что судьба войны на Восточном фронте будет решаться не в пучине морских волн, а на полях сражений. Тем не менее вскоре после начала войны в ходе мор¬ ских сражений произошло событие, которое еще боль¬ ше поставило под сомнение все разработанные ранее схемы и теории борьбы за моря: 22 сентября командир немецкой подводной лодки «U-9» О. Веддиген за полча¬ са потопил три английских крейсера: «Абукир», «Хог» и «Кресси». «Три торпедных выстрела прозвучали на весь мир. В Англии они пробудили серьезную озабоченность, даже замешательство, а в Германии вызвали чрезмер¬ ные надежды: в подводной лодке стали видеть оружие, которому суждено было разбить британскую тиранию на море», — писал видный немецкий политик К. Гельфе- рих2. 1 Козлов Д.Ю. «Странная война» в Черном море (август — ок¬ тябрь 1914 года). М., 2009. С. 152. 2 Helfehch К. Der Weltkrieg. В. 2. В., 1919. S. 300. 139
Столь впечатляющий успех действий подводных ло¬ док в первые же дни войны оказался полной неожидан¬ ностью для немцев. К 1914 году Германия обладала лишь 20 субмаринами, в то время как Великобритания — 47, Франция — 35 и 23 действующие подводные лодки име¬ ла Россия. Этого было недостаточно для ведения эффек¬ тивной подводной войны. Строительство подводных лодок еще с конца XIX века включалось в военно-морские программы всех крупней¬ ших государств, хотя они были новым видом оружия, и мало кто догадывался об их истинной силе и эффек¬ тивности. Немного знали о действенности подлодок и в Берлине, а потому у Германии не было четких идей от¬ носительно их использования. Подводные лодки счита¬ лись крайне ненадежным и опасным для экипажа видом оружия. Их чадящие дизельные двигатели, по мнению командования, не позволяли отплывать дальше несколь¬ ких миль от берега, и предназначались субмарины толь¬ ко для защиты побережья от прорвавшихся военных судов противника или установки минных заграждений. Аккумуляторные батареи были небольшой емкости и требовали периодической и довольно частой подзарядки на поверхности. Кроме того, они выбрасывали в замкну¬ тое пространство субмарины огромное число вредных для здоровья человека химических примесей, что часто приводило к отравлениям моряков. Согласно немецким служебным инструкциям, даже одна ночевка на борту субмарины считалась опасной для жизни и здоровья экипажа. Не был совершенным и эффективным также основной вид вооружения подводных лодок — торпеды, к тому же их можно было взять на борт весьма ограни¬ ченное количество. Это привело немецкое военно-морское командова¬ ние накануне Первой мировой войны к выводу о том, что субмарины являются лишь второстепенным, вспо¬ могательным видом вооружения и главное внимание надо уделить строительству надводного флота. Позднее, оправдываясь в своей близорукости и в том, что он не увидел большого будущего нового вида оружия, гросс- адмирал Тирпиц писал в воспоминаниях: «Я отказывал¬ 140
ся бросать деньги на подлодки, пока они плавали только в прибрежных водах и потому не могли принести нам никакой пользы... Вопрос о применении подводных ло¬ док можно было разрешить на практике лишь после по¬ явления этого вида оружия»1. Первый конкретный план участия немецких подводных лодок в войне на море только в начале октября 1914 года представил командир имперского подводного флота корветт-капитан X. Бау¬ эр2. Однако тогда он был отклонен шефом адмиралтейс¬ тва адмиралом Г. фон Полем. Тот опасался обвинений со стороны нейтральных государств в нарушении между¬ народного права на море. Однако все важнейшие собы¬ тия в войне на морских просторах были еще впереди. Так закончилась первая военная кампания Первой мировой войны. 1 ТирпицА. Воспоминания М., 1957. С. 168. 2 Bauer Н. Als Fuhrer der U-Boote im Weltkriege. Leipzig, 1943. S. 145.
1915 год: Россия держит оборону Штабисты меняют планы — Кри¬ зис боевого снабжения в странах Антанты и Центральных держав — Зимние операции в Восточной Пруссии и Карпатах — Горлицкое сражение — Операции в Польше и Прибалтике — Свенцянский про¬ рыв — Положение на Западном фронте в 1915 году — Сражения на Ипре, в Шампани и Артуа — Дар¬ данелльская операция — Италь¬ янский фронт в Альпах — Разгром Сербии — Алашкертская операция на Кавказе — Военные действия на море Крах стратегии молниеносной войны немецкого ген¬ штаба — блицкрига — имел куда более важные последс¬ твия для Германии и ее союзников, чем для стран Антан¬ ты. В те годы над Британской империей по-прежнему не заходило солнце, ее колонии были богаты и многолюдны, а флот его величества, как и раньше, господствовал на бескрайних просторах Мирового океана. Великой коло¬ ниальной державой продолжала оставаться и Франция. Неисчерпаемые людские, сырьевые и продовольствен¬ ные ресурсы имела и бескрайняя Россия. Находящиеся в блокаде Центральные державы, напротив, были практи¬ чески лишены возможности вести внешнюю торговлю, продовольственные запасы Германии были ограниченны и не рассчитаны на продолжительную и упорную войну на два фронта, не хватало Берлину и важнейших страте¬ гических материалов. Поэтому, осознав, что победы на 142
два фронта в войне на истощение им никогда не одер¬ жать, немцы решили разбить противника по частям. В начале 1915 года в столицах европейских держав стали подводить итоги военной кампании 1914 года. Ве¬ ликобритания и Франция, логично полагая, что победа над Германской империей и ее сателлитами возможна лишь при условии достижения абсолютного превосходс¬ тва над ней, все внимание в наступающем году решили обратить на наращивание собственного военно-эко¬ номического потенциала. Именно поэтому в Лондоне и Париже решили перейти к стратегической обороне, предполагая активно действовать только в Восточном Средиземноморье. По-иному предполагали действовать во второй год войны в России. Там Ставка Верховного главнокоман¬ дующего запланировала на 1915 год ведение широких наступательных операций. Первоначальный план, раз¬ работанный генерал-квартирмейстером Ставки генера¬ лом Ю.Н. Даниловым, предусматривал ведение наступ¬ ления на северо-западном направлении в сторону Вос¬ точной Пруссии с последующим перенесением удара на Берлин, а на юго-западном направлении планировалась оборона1. Подобный план кампании 1915 года вызвал серьез¬ ные разногласия в высшем командовании российской действующей армии. Данилова поддержал главноко¬ мандующий Северо-Западного фронта генерал Рузский, который опасался восточнопрусской группировки гер¬ манских войск, нависавшей над дислоцированными в Польше российскими армиями. Но с резкими возраже¬ ниями против предложенного плана выступили главно¬ командующий Юго-Западного фронта генерал Иванов и его начальник штаба генерал М.В. Алексеев. Они пола¬ гали, что в интересах России следует прежде всего раз¬ громить куда более слабую и раздираемую внутренними противоречиями Австро-Венгрию. По их мнению, путь 1 Стратегический очерк войны 1914—1918 гт. М., 1922. Ч. 3. С. 38—41. 143
на Берлин лежал не через Восточную Пруссию и Кениг¬ сберг, а через венгерскую равнину и Вену. К глубокому сожалению, Ставка Верховного главно¬ командующего не проявила твердости в своем решении. Был найден компромиссный и, как часто бывает, самый худший вариант: решено было готовить одновременный удар и по Восточной Пруссии, и против Австро-Венг- рии. Между тем, такое одновременное наступление по двум расходящимся направлениям ни в коей мере не соответствовало реальным возможностям российской армии. На такое наступление у России не было ни сил, ни средств1. В отличие от Антанты Центральным державам пер¬ спектива затягивания войны не сулила никаких выгод. Однако в отношении направления главного удара и спо¬ соба скорейшего окончания войны в Берлине единогла¬ сия не было. По мнению Фалькенгайна, окончательную победу следовало искать не на Востоке, а на Западе Евро¬ пы. Условия для этого, по его мнению, в 1915 году были самые благоприятные: Великобритания еще не развер¬ нула полностью свои силы, а Франция сильно ослабла в первый год войны. Однако командование группы не¬ мецких армий на Востоке в лице генералов Гинденбур- га и Людендорфа и австро-венгерское командование в лице Конрада настойчиво требовали первоочередного разгрома России. Скорейшая ликвидация Восточного фронта должна была, по их прогнозам, заставить Париж и Лондон пойти на подписание мира, выгодного для Бер¬ лина и Вены2. Веские основания для первоочередного удара по Российской империи у германского высшего военного командования действительно имелись. На Восточном фронте еще были возможности для ведения маневрен¬ ной войны, а потому не требовалось прорывать хорошо подготовленную в инженерном отношении позицион¬ 1 Зайончковский А.М. Мировая война 1914—1918. М., 1938. Т. 1. С. 264—265. 2 Фалькенгайн Э. Верховное главнокомандование 1914— 1916 гг. в его важнейших решениях. М., 1923. С. 60. 144
ную оборону противника. К тому же сильный удар по России предотвращал вторжение русских армий в Вос¬ точную Пруссию и Австро-Венгрию, ее армии находи¬ лись в 1,5 раза ближе к Берлину, чем французские вой¬ ска, и создавали реальную угрозу выхода на венгерскую равнину и разгрома Австро-Венгрии. Германо-австрийский план кампании в окончатель¬ ной форме был согласован и принят в январе 1915 года. Он предусматривал на Западе активную оборону всего 700-километрового фронта, а на Востоке планировался разгром российской армии и отбрасывание ее как мож¬ но дальше в глубь страны. Здесь было решено нанес¬ ти два мощных удара по сходившимся направлениям с конечной целью окружения значительной части рос¬ сийских войск в «польском котле» и последующего их уничтожения. Успех такой наступательной операции, по оценкам Берлина и Вены, заставил бы Россию капиту¬ лировать и подписать сепаратный мир. Соответственно, после победы на Востоке освободившиеся силы Герма¬ нии и Австро-Венгрии могли быть переброшены на За¬ пад для разгрома французских и британских войск. 1914 год поставил перед воюющими державами новые сложные проблемы. Реальная перспектива затяжной войны выдвинула перед правительствами и генераль¬ ными штабами как Антанты, так и Центральных держав такую сложную задачу, как обеспечение действующих армий и новых формирований материально-техничес¬ кими средствами борьбы. Небывалые по длительности и напряжению сраже¬ ния миллионных армий на фронтах протяженностью в тысячи километров потребовали огромного расхода сна¬ рядов, винтовок, орудий. Жизнь опрокинула все расчеты мирного времени на размеры военных запасов и сроки их расходования. Россия, например, планировала иметь годовой запас 76-мм снарядов на орудие 1000 штук, а вы¬ яснилось, что его можно было израсходовать в течение 16 дней1. Франция в битве на Марне ежедневно расхо¬ 1 Лященко П.И. История народного хозяйства СССР. Т. 2. М., 1956. С. 618. 145
довала 240 тыс. снарядов при расчетной норме мирно¬ го времени всего 13 тыс., ей мобилизационных запасов снарядов к 75-мм орудиям хватило до сентября, а запаса винтовок — до ноября 1914 года1. В России запас винто¬ вок был исчерпан за два-три месяца войны, а патронов и снарядов — к середине декабря 1914 года. Штабисты большинства государств фактически не предприняли каких-либо реальных мер к мобилизации промышленности. Поэтому при с каждым днем возрас¬ тавших расходах в боеприпасах и вооружении и слабом их воспроизводстве к концу 1914 года наметился кризис боевого снабжения, который в той или иной мере охва¬ тил все воюющие страны. Так, Франция уже с сентября 1914 года стала испытывать нехватку снарядов, ее про¬ мышленность могла удовлетворить лишь 1/15 потреб¬ ности армии в 75-мм снарядах. В ноябре страна стала ощущать перебои в снабжении винтовками и орудиями. К февралю 1915 года во французской армии не хватало 700 тыс. винтовок и до 1500 75-мм орудий. Английская армия также переживала снарядный го¬ лод. В начале 1915 года на одно орудие британской ар¬ мии приходилось в день всего от 4 до 10 снарядов — в 6—7 раз меньше предварительных расчетных норм. Австро-Венгрия и Германия ощущали острую нехват¬ ку винтовок, иногда даже пополнения посылались на фронт безоружными. Оружие из тыловых частей стали передавать в действующие войска, а взамен поступали русские и французские трофейные винтовки. И все же самый острый кризис боевого снабжения имел место в России с ее более отсталой по сравнению с противниками военно-технической базой. В начале 1915 года необходимо было выпускать в месяц 200 тыс. винтовок, 2 тыс. пулеметов, 400 орудий, 200 млн патронов и 1,5 млн снарядов. Русская же промышленность ежеме¬ сячно давала 30—32 тыс. винтовок, 216 пулеметов, 115— 120 орудий, 50 млн патронов и 403 тыс. снарядов, удов¬ летворяя, таким образом, потребности армии в среднем 1 Ребуль Ж. Военное производство во Франции в 1914— 1918 гг. М.—Л.( 1926. С. 38. 146
на 15—30%. Такое положение весьма неблагоприятно отражалось на боевых действиях войск. Вынужденные меры в виде перевооружения тыловых частей армии и флота устаревшими берданками и австрийским трофей¬ ным оружием, что позволило освободить для действу¬ ющих частей 500 тыс. винтовок, не могли существенно изменить положение. Для эффективной ликвидации кризиса боевого снаб¬ жения требовалась срочная перестройка всего народ¬ ного хозяйства на военный лад и такая организация военного производства, которая бы удовлетворяла все увеличивающиеся потребности армий в материальных средствах борьбы. Первой к мобилизации промышленности для обеспе¬ чения нужд войны в августе 1914 года приступила Гер¬ мания, затем Франция — в сентябре, Англия — в октяб¬ ре 1914 года. Россия в полном объеме начала решать эту задачу лишь с 1915 года. Обладая наиболее развитой военной индустрией, Германия еще в мирное время предусмотрела ряд ме¬ роприятий на случай войны: заготовку сырья и фабри¬ катов, льготы по призыву квалифицированных рабочих в армию, частичное привлечение гражданской про¬ мышленности к военному производству и т.д. Вследст¬ вие этого мобилизацию народного хозяйства Германия произвела быстрее других стран. К концу 1914 года свыше 7500 крупных предприятий металлургической, машиностроительной, автомобильной, химической и других отраслей промышленности были переведены на выпуск продукции военного назначения. Например, для производства артиллерийского оружия было исполь¬ зовано 182 завода, а детали к винтовкам изготовлялись на 150 частных заводах. Быстрая перестройка промыш¬ ленности позволила Германии с начала 1915 года произ¬ водить ежемесячно 100 тыс. винтовок, 800 пулеметов, 2900 орудийных стволов и до 7,5 млн снарядов, что обес¬ печивало в основном потребности армии в этих видах оружия и боеприпасах. Столь же быстро поставили на военные рельсы свою промышленность и такие развитые в техническом отно¬ 147
шении страны, как Франция и Англия. К весне 1915 года во Франции уже работало на войну 25 тыс. различных за¬ водов, фабрик и мастерских, что дало возможность уве¬ личить к середине года в сравнении с августом 1914 года производство винтовок в 31 раз, 75-мм орудий — в 11 раз, снарядов — в 14 раз. Англия подняла с сентября 1914 по апрель 1915 года производство снарядов в 20 раз, ручных гранат — в 40 раз, а патронов — в 80 раз. К снабжению армии были привлечены доминионы и колонии: Канада, Австралия, Новая Зеландия и др. Только Канада ежеме¬ сячно производила для Англии в 1915 году до 1,5 млн раз¬ личных снарядов. И все же и Англия, и Франция вынуж¬ дены были в начале новой кампании сделать крупные заказы боеприпасов и оружия в Америке. В России процесс мобилизации промышленности затянулся до августа 1915 года. Десятки и сотни сред¬ них и мелких частных предприятий в спешном порядке приспосабливались к производству военной продукции. Так, Сормовский машиностроительный завод налажи¬ вал производство орудий, Коломенский и Брянский ме¬ таллургические заводы — снарядов. Иваново-Вознесен- ская и Никольская Саввы Морозова хлопчатобумажные фабрики занимались обточкой снарядов и изготовлени¬ ем ручных гранат. Строились новые оружейные, поро¬ ховой и патронный казенные заводы. Заново налажи¬ валось производство «траншейной артиллерии» (37-мм орудий), бомбометов и минометов, в которых выявилась большая потребность1. И все же производство военной продукции росло от¬ носительно медленно. В сравнении с началом войны к августу 1915 года выпуск винтовок, пулеметов, орудий и снарядов увеличился примерно в 2—2,5 раза, а патро¬ нов — в 1,5 раза. Надежды на получение военных зака¬ зов из-за границы не оправдались. В 1915 году поступи¬ ло всего 260 тыс. винтовок, 150 млн патронов, 1,19 млн снарядов и 397 орудий, что составляло в винтовках и пат¬ 1 Сидоров А.Л. Борьба с кризисом вооружения русской ар¬ мии в 1915—1916 гг. // Исторический журнал. 1944. № 10—11. С. 43—45. 148
ронах — 8%, в снарядах — 13% выполнения заказов, а в орудиях и того меньше. Союзники не проявляли особо¬ го рвения к тому, чтобы ускорить реализацию заказов. Ставя собственные интересы на первый план, они под различными предлогами оставляли просьбы русского правительства ускорить выполнение военных заказов без особого внимания и усиленно накапливали запасы оружия и снарядов1. Несмотря на крайне сложную ситуацию с вооруже¬ нием, тем не менее первыми в 1915 году начали наступа¬ тельные операции именно русские части. В начале года командование Северо-Западного фронта попыталось на своем правом фланге улучшить позиционное положе¬ ние, но вытеснить немцев из лесного района севернее Инстербурга не удалось. Здесь российское командование допустило серьез¬ ную ошибку, сказавшуюся и на дальнейших событиях. В ходе боев было обнаружено появление новых немец¬ ких частей, но такому многозначительному факту в шта¬ бе Рузского не придали значения. Не были обнаруже¬ ны сосредоточение и развертывание на правом фланге русского фронта новой 10-й германской армии генерала Г. фон Эйхгорна. После начала сражения в Мазурии — Августовской операции именно этой армии сопутствовал наиболь¬ ший успех. Немцы перешли в наступление 7 февраля и сумели продвинуться вперед, но натолкнулись на стой¬ кость 20-го российского корпуса, сражавшегося в лесах близ Августова. Его полки и дивизии, израсходовав весь запас патронов и снарядов, выходили из окружения в штыковых атаках. Хотя русские к 21 февраля и отошли на новый рубеж обороны, задачи 8-я и 10-я германские армии не выполнили2. Стойко держался и гарнизон российской крепос¬ ти Осовец, расположенной на левом берегу реки Бобр. 1 История Первой мировой войны 1914—1918 гг. Т. 2. М.( 1975. С. 11. 2 Коленковский А.К. Зимняя операция в Восточной Пруссии в 1915 г. М.—Д., 1927. С. 36—46. 149
Здесь находилось около пехотной дивизии, 24 полевых и 69 крепостных орудий. Осовец обеспечивал 50-километ- ровый разрыв между 10-й и 12-й российскими армиями, прикрывая одновременно важный железнодорожный узел Белосток. Отразив все атаки противника, гарнизон оставил крепость только в августе 1915 года по приказу командования. Фактически Августовская операция ста¬ ла точной копией Лодзинской операции с ее двойным охватом, причем главный удар немцы наносили на на¬ иболее слабом участке фронта противника. Ответом российского командования на германскую активность стало проведение Праснышской наступа¬ тельной операции силами 1, 12 и 10-й армий в февра¬ ле—марте 1915 года. В ходе ее германским войскам при¬ шлось отойти к границам Восточной Пруссии и занять оборону на заранее подготовленных позициях. Общим итогом двух зимних операций на северном участке Вос¬ точного фронта стало то, что немцам не удалось охватить российские армии с севера. Но не был выполнен и план русской Ставки по овладению Восточной Пруссией. Тем не менее активные действия наших войск вынудили противника перебросить на Восточный фронт крупные соединения с Западного, что существенно облегчило положение союзников, дало им возможность более эф¬ фективно подготовиться к отражению атак германских войск. Важные события происходили в начале зимы 1915 года и в полосе Юго-Западного фронта, где россий¬ ское командование готовило новый прорыв вражеской обороны в Карпатах силами 8-й армии. Неприятель, в свою очередь, для предстоящего наступления перебра¬ сывал сюда войска с сербского фронта и с левого берега Вислы — всего около 90 тыс. человек. Таким образом, в полосе от Самбора до румынской границы против двух российских корпусов было сосредоточено до семи с по¬ ловиной австро-германских. В январе и феврале в заснеженных Карпатах шли ожесточенные кровопролитные бои, в ходе которых ар¬ мии генерала Брусилова пришлось очистить предгорья Карпат и отойти к Пруту и Днестру. Вновь сформиро¬ 150
ванная 9-я российская армия пришла на помощь 8-й, и тем самым наступавший неприятель был остановлен. В стратегическом отношении утрата части ранее за¬ хваченной территории в Прикарпатье для русских ком¬ пенсировалась занятием сильной австро-венгерской крепости Перемышль. 22 марта ее 120-тысячный гарни¬ зон, предварительно разрушив часть крепостных укреп¬ лений, сдался. Это стало крупной победой российского оружия. Теперь терялся смысл вражеского наступления в Карпатах с целью деблокады Перемышля. Вскоре бо¬ евые действия в Прикарпатье стали фронтальными. Та¬ ким образом, во время зимних боев в Карпатах россий¬ ская Ставка разгадала замысел неприятельского коман¬ дования и сумела расстроить его планы. Капитуляция Перемышля и сдача ряда важных пере¬ валов в Карпатах всерьез обеспокоили военное командо¬ вание Центральных держав — создавалась угроза выхода российских войск на Венгерскую равнину. После этого события было принято решение перебросить с Западно¬ го фронта на восток новые германские дивизии и про¬ вести большую наступательную операцию. Она вошла в историю как Горлицкая. Удар, по замыслу германского командования, должен был наноситься между Вислой и Карпатами мощной группировкой преимущественно немецких войск с задачей не только отбросить русских от Карпат, но и сокрушить российскую армию1. Противник самым тщательным образом подготовил¬ ся к операции по прорыву фронта: для удара на главном направлении в предгорье Карпат в районе города Горли¬ це с Западного фронта были сняты четыре корпуса. Их объединили в 11-ю армию под командованием генера¬ ла Макензена. В ударную группировку были включены также австро-венгерские части: корпус и дивизия. На участке прорыва шириной в 35 км Центральные держа¬ вы сосредоточили: штыков и сабель — 126 тыс., орудий легких — 457, орудий тяжелых — 159, пулеметов — 260, минометов — 96. Русские имели здесь 60 тыс. человек, 1 Мировые войны XX века. Кн. 1. Первая мировая война. Исторический очерк. М., 2002. С. 160. 151
141 легкое полевое орудие, всего 4 тяжелых орудия, 100 пулеметов, минометов не было совсем. Таким обра¬ зом, наступавшие германско-австрийские войска обес¬ печили себе превосходство в живой силе в два с лишним раза, в легкой артиллерии — более чем в 3 раза, в тяже¬ лой артиллерии крупных калибров — в 40 раз, в пулеме¬ тах — в 2,5 раза. Именно на превосходство в артиллерии крупных калибров делалась главная ставка в предстоя¬ щем «взломе» русского фронта. Вражеское наступление началось 2 мая 1915 года, а главный удар у Горлице пришелся на позиции 10-го ар¬ мейского корпуса под командованием генерал-лейте- нанта Н.И. Протопопова. Полки его вели бой без общего управления, поскольку огонь тяжелой немецкой артил¬ лерии нарушил телефонную связь. Уже через час после начала атаки в российских пехотных батальонах пер¬ вого эшелона оборонительной линии осталось не более четверти солдат, которые отчаянно и стойко защищали свои разрушенные окопы. Даже попав в окружение, российские пехотинцы смело вступали в рукопашные схватки, штыками пробиваясь к однополчанам. В битве при Горлице стороны с самого начала несли тяжелые по¬ тери в живой силе. По инициативе командиров российских артиллерий¬ ских батарей на прямую наводку выдвигались так назы¬ ваемые «кинжальные взводы». Их орудийные расчеты до последней возможности расстреливали в упор атаку¬ ющую пехоту противника, а затем, испортив орудия, от¬ ходили. Остатки пехотных полков, получив поддержку дивизионных и корпусных резервов, беспрерывно кон¬ тратаковали вклинившиеся в линию обороны непри¬ ятельские группировки. Огромное огневое превосходство наступающего про¬ тивника обрекало российские войска на чрезвычайно большие потери. Уже в начале Горлицкой операции в российских фронтовых частях стал сказываться недо¬ статок винтовочных патронов и снарядов для полевой артиллерии. На все запросы главнокомандующий фрон¬ та Иванов отвечал: «Ваши требования по размерам не¬ осуществимы ». 152
Горлицкая операция длилась 52 дня, но она стала од¬ ной из самых крупных оборонительных операций Пер¬ вой мировой войны. Ввиду явного превосходства в силе и средствах успех ее оказался на стороне противника. 22 июня австро-германские войска вступили во Львов. После оставления Галиции стратегическое положение российских армий, действовавших севернее, т.е. в Поль¬ ше, серьезно ухудшилось — теперь противник нависал над ними с трех сторон. Тем не менее следует подчеркнуть, что в стратегичес¬ ком отношении германо-австрийское командование за¬ дачу не выполнило. Восточный фронт прорван не был, а произошло его «продавливание». Юго-Западный фронт русских не был разгромлен, как планировалось, а лишь совершил стратегический отход. Людендорф признавал в своих мемуарах: «Фронтальное оттеснение русских в Галиции, как оно бы ни было для них чувствительно, не имело решающего значения для войны... К тому же при этих фронтальных боях наши потери являлись немало¬ важными» 1. На Восточном фронте к лету 1915 года российские ар¬ мии по-прежнему действовали в составе двух фронтов: Северо-Западного в составе восьми армий под командо¬ ванием Алексеева, сменившего 30 марта на этом посту Рузского, и Юго-Западного в составе всего трех армий под командованием Иванова. Противник был также объ¬ единен в два фронта: германский Восточный с главноко¬ мандующим генерал-фельдмаршалом Гинденбургом, в который входили пять армий и армейская группа, и авс- тро-венгерский Галицийский. Его главнокомандующим был фельдмаршал эрцгерцог Фридрих, и состоял он из шести армий. Приглядевшись на карту военных действий Вос¬ точного фронта лета 1915 года, можно увидеть, что он представлял из себя дугу. Размер выпуклости фронта в полосе ее хорды от Осовца до Сокаля составлял 300 км, а в глубину, от Брест-Литовска до левого фланга 2-й ар¬ 1 Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914—1918 гг. М., 1923. Т. 1.С. 118—119. 153
мии — 200 км. Именно здесь и находилась главная груп¬ пировка российских армий. Напрашивалась мысль о том, что «польский мешок» неплохое место для следующей атаки немцев. К тому же верховное командование Центральных держав торопи¬ лось с разгромом России: соотношение сил на французс¬ ком фронте все более очевидно стало складываться явно не в пользу Германии. Поэтому было решено окружить российскую группировку в Польше и нанести ей полное поражение. Общее командование операцией было воз¬ ложено на генерал-фельдмаршала Макензена. В июле—августе 1915 года в Польше и в Прибалтике разгорелись оборонительные бои российских армий. Однако первые наступательные операции германских и австро-венгерских войск показали, что о разгроме про¬ тивостоявших им российских соединений речь идти не могла: если они и отходили, то в полном боевом порядке, нанося сильные контрудары. Однако неприятельское наступление в междуречье Вислы и Буга, а также на берегах Нарева упорно продолжалось, а угроза захвата района Варшавы и левобережья Вислы не исчезала. В сложной в стратегическом отношении ситуации российская Ставка провела в Седл.еце 5 июля совеща¬ ние с командованием Северо-Западного фронта. Было решено спрямить фронт и отвести армии на линию Лом- жа — Верхний Нарев — Брест-Литовск — Ковель. Реше¬ ние Ставки в той ситуации было единственно верным и полностью отвечало сложившейся стратегической об¬ становке1. Отвод армий Северо-Западного фронта сопровож¬ дался наступлением противника. Между противоборс¬ твующими сторонами произошло несколько сражений: Грубешовское, Холмское, Красноставское, Люблинское. Удача была вновь на стороне рейхсвера. Нашим войскам пришлось взорвать укрепления мощной в фортифика¬ ционном отношении Ивангородской крепости, которая на протяжении многих лет сооружалась специально на 1 Ростунов И.И. Русский фронт Первой мировой войны. М., 1976. С. 255. 154
случай войны России с Германией. 5 августа немецкие войска вступили в Варшаву. Выполняя решение Ставки, российские армии отсту¬ пили на линию выпрямления Восточного фронта и за¬ крепились на ней. «Стратегические Канны» на Восточ¬ ном фронте Берлин и Вена опять так и не осуществили, хотя стороны и понесли большие потери. Замысел ок¬ ружения русских армий в «польском мешке» на левобе¬ режье Вислы окончился для германского командования неудачей. И хотя осуществление Наревского удара, который русское командование не сумело отразить, было успехом германских войск, но и в результате его в Риго-Шавель- ской операции (14 июля — 20 августа 1915 года) команду¬ ющий немецкой Неманской армией генерал О. фон Белов не смог получить оперативный простор для развертыва¬ ния дальнейшего наступления. Здесь удачно действовала вновь сформированная 5-я российская армия под коман¬ дованием генерала Плеве, которая прочно удерживала оборонительный рубеж на Западной Двине у Двинска. Со стратегической точки зрения выход российских войск из «польского мешка» имел в ходе Первой миро¬ вой войны принципиальное значение. Армии, находив¬ шиеся в Польше, постоянно ожидали сильных непри¬ ятельских ударов на окружение из Восточной Пруссии и Галиции. С точки зрения общего хода противоборства сторон, когда закончился маневренный начальный пе¬ риод войны, было важно найти такой оборонительный рубеж, который можно было удержать возможно мень¬ шим количеством сил1. Оккупация германскими и австро-венгерскими войс¬ ками Польши, Галиции, Литвы и Курляндии не привела к разгрому российских армий и к выходу России из войны путем заключения сепаратного мира. Анализ обстанов¬ ки, сложившейся на Восточном фронте к осени 1915 года, убедил высшее военное командование Германии и Авс- тро-Венгрии в том, что новые крупные наступательные 1 Мировые войны XX века. Кн. 1. Первая мировая война. Исторический очерк. М., 2002. С. 163. 155
операции здесь вряд ли возможны. Уже осенью кампа¬ ния на восточноевропейском театре военных действий фактически считалась законченной для обеих сторон. И все же с политической и геостратегической точ¬ ки зрения военные успехи стран Центрального блока на Восточном фронте оказали негативное воздействие на международное общественное мнение. Улучшилось внутреннее и внешнее положение главного союзника Германии — казалось, уже агонизирующей Австро-Вен¬ грии: она даже вернула себе Галицию. После отхода российских армий на новую выпрям¬ ленную линию Восточного фронта 16 августа в Волко- выске состоялось совещание российского главнокоман¬ дования. Его проводил Верховный главнокомандующий Великий князь Николай Николаевич. На этом совеща¬ нии были приняты важные решения о плане дальнейших действий: Северо-Западный фронт, огромный по протя¬ женности, сложности решаемых задач и значительного числа армий и корпусов, был разделен на два фронта: Северный и Западный. Командовать ими назначались соответственно генералы Рузский и Алексеев. Главной задачей Северного фронта стало прикрытие путей к Петрограду из Восточной Пруссии и со стороны Балтики. Вместе с тем войска Северного фронта долж¬ ны были «стремиться к тому, чтобы при первой возмож¬ ности перейти в решительное наступление с целью от¬ теснить противника насколько возможно к западу и ли¬ шить его выгодного исходного положения для развития операций в обход правого фланга общего нашего страте¬ гического фронта». Основной задачей соседнего Западного фронта явля¬ лось прикрытие путей врага на Москву. Армиям фрон¬ та надлежало прочно удерживать в своих руках линию обороны от Верхнего Нарева до Брест-Литовска вклю¬ чительно. Самое негативное воздействие на положение на фронте в 1915 году оказала обстановка в российской политической элите и среди высшего военного коман¬ дования России. Вследствие дворцовых интриг бывший Главнокомандующий Великий князь Николай Никола¬ 156
евич был высочайшим указом отстранен от должности. В вину Великому князю надуманно ставилось неумение обеспечить твердое стратегическое управление воо¬ руженными силами Российской империи. Он получил назначение императорским наместником на Кавказе и главнокомандующим Кавказской армии. Функции Вер¬ ховного главнокомандующего 23 августа возложил на себя император Николай II, который имел воинское зва¬ ние полковника и не был способен осуществлять воен- но-стратегическую линию России в мировой войне. В ходе этого конфликта подавляющее большинство членов российского правительства, высшего армейско¬ го командования и общественных кругов выступили ка¬ тегорически против такого решения монарха, пытаясь убедить его оставить во главе армии Николая Николае¬ вича. Однако мнение Распутина и царицы Александры Федоровны для государя всея Руси значило больше до¬ водов кадровых военных. Из-за постоянных переездов Николая II из Могиле¬ ва, куда была переведена Ставка, в Петроград, а также недостаточного знания вопросов руководства войной и стратегического планирования фактическое командова¬ ние вооруженными силами было сосредоточено в руках начальника штаба Ставки генерала Алексеева. Прежняя должность Алексеева главнокомандующего Западного фронта была передана генералу Эверту. При этом им¬ ператор, хотя и получал каждый день обстоятельные доклады о ходе военных действий, крайне редко вмеши¬ вался в решения своего начальника штаба. Завершающей крупной операцией 1915 года на Вос¬ точном фронте стал Свенцянский прорыв немецких войск, осуществленный с 9 по 19 сентября. От внимания немецких генералов не ускользнуло то обстоятельство, что стык между новыми фронтами рус¬ ских — Северным и Западным — прикрывался только двумя кавалерийскими отрядами, высланными от сосед¬ них армий этих фронтов. Германское командование ре¬ шило незамедлительно прорвать фронт в этом месте и осуществить глубокий прорыв в направлении на Минск. Удар в стык двух фронтов наносил германский кавале¬ 157
рийский корпус, усиленный двумя отдельными диви¬ зиями кавалерии и пехотой. Конные заслоны русских были отброшены к флангам их армий, и противник с боем взял железнодорожную станцию Ново-Свенцяны, а 18 сентября вступил в Вильно. Принятыми мерами про¬ движение 8-й и 10-й германских армий было останов¬ лено, и российские войска отбросили немцев к озерам Свирь и Нарочь. Потеряв значительную территорию, российское командование все же с трудом стабилизи¬ ровало фронт на линии Западная Двина — Двинск —Ви- лейка — Барановичи — Пинск. Последнюю атаку на Юго-Западном фронте наши войска предприняли в декабре. Операция эта была про¬ ведена по просьбе союзников с целью отвлечь внимание австро-германцев от Сербии, армия которой вела нерав¬ ные бои с врагом. Но эта акция российской 7-й армии закончилась неудачей — ее наступление на самом юж¬ ном участке фронта не получило поддержки соседней 8-й армии. Случилось это по вине командования Юго- Западного фронта, не решившегося на нанесение удара войсками двух армий сразу. К тому же в русских вой¬ сках опять-таки самым негативным образом сказалась серьезная нехватка артиллерии и боеприпасов. Подводя итоги действиям русской армии в ходе кам¬ пании 1915 года, следует подчеркнуть, что в целом собы¬ тия этого года на Восточном фронте знаменовали собой крушение плана Центральных держав на вывод России из войны. Успехи, одержанные армиями Германии и Австро-Венгрии в ряде операций, мало изменили общее стратегическое положение обеих коалиций. При этом одной из причин неудач российской армии в этой кам¬ пании было то, что ей пришлось вести борьбу с против¬ ником, не получая адекватной помощи от союзников по Антанте. Но это обеспечило Великобритании и Франции необходимое время для накопления военных сил и мате¬ риальных средств. Военные действия на западноевропейском театре в 1915 году в отличие от бурных событий на Восточном фронте носили совсем иной характер. Там образовал¬ ся позиционный Западный фронт от побережья бель¬ 158
гийской Фландрии до границы со Швейцарией. Борьба противников приняла здесь характер действий за улуч¬ шение оборонительных позиций. На первый план во¬ евавшие стороны выдвинули оборону. Здесь началась затяжная траншейная война. Французский главнокомандующий Жоффр в инст¬ рукциях союзным войскам требовал создания такой прочной позиционной обороны, которая могла бы отра¬ зить новые удары противника и вместе с тем обеспечить союзникам возможность перехода к наступательным действиям. Подобную задачу своим армиям ставило и немецкое командование. Фалькенгайн требовал «укрепления пози¬ ций настолько, чтобы их можно было, если потребуется, удерживать долгое время даже небольшими силами про¬ тив наступления в несколько раз превосходящих сил»1. Теперь вместо одной линии окопов, как это было в 1914 году, стали появляться две, а то и три. За первой ли¬ нией обороны в 1—1,5 км воюющие стороны возводили новые оборонительные линии. Траншеи располагались всего в 100—150 метрах друг от друга, а окопы соединя¬ лись между собой разветвленной системой ходов сооб¬ щений. Под землей строились надежные укрытия для людей. Перед позициями устанавливались густые поло¬ сы проволочных заграждений. Построение такой линии обороны на Западном фронте повлекло за собой поиск новых форм прорыва сплошной обороны противника. У воевавших сторон появились новые инструкции для войск, в которых рекомендовались планомерные и ме¬ тодические действия. Теперь прорыв вражеской пози¬ ционной обороны, хорошо укрепленной в инженерном отношении, стал невозможен без сильной артиллерийс¬ кой подготовки из орудий крупных калибров. В начале февраля 1915 года Германия держала на Западном фронте семь армий и три армейские группы войск в составе 26 пехотных корпусов. В них насчиты¬ валось 94,5 дивизии. Германское высшее командование 1 История Первой мировой войны 1914—1918 гг. Т. 2. М., 1975. С. 52—53. 159
весной сумело заметно улучшить управление своими силами на западе, отказавшись от промежуточных инс¬ танций в системе командования армиями и армейскими группами. Общая численность немецких войск на За¬ падном фронте достигала 1,9 млн человек, 4000 легких и 1695 тяжелых артиллерийских орудий. Вооруженные силы союзников по Антанте включали девять французских армий и одну группу войск — Лота¬ рингскую — всего 73 пехотные и 10 кавалерийских диви¬ зий. Англичане имели на материке две армии. В каждой из них было по три армейских и по одному кавалерийскому корпусу. Бельгийская армия состояла из шести дивизий, но пополнение ее резервистами исключалось, поскольку почти вся территория страны оказалась оккупированной немцами. Всего на Западном фронте в 111 дивизиях союз¬ ников насчитывалось 2,65 млн человек, более 4000 легких и до 1600 тяжелых орудий. Антанта имела преимущество в силах и в инженерном оборудовании оборонительных позиций на северном участке Западного фронта. На ос¬ тальных его участках соотношение сил и средств Антан¬ ты и Германии было примерно равным. Оперативный план германского командования на западе в 1915 году сводился к прочному удержанию захваченных территорий Бельгии и Франции, но при этом предусматривалось проведение контрударов и небольших наступательных операций. По инициативе Фалькенгайна на западе был создан сильный резерв из 12 дивизий, а для широкого маневра этими резервны¬ ми войсками в тылу каждой немецкой армии в полной готовности на ближайших железнодорожных станциях стояли дежурные поезда. Накапливая силы и материальные средства, союзни¬ ки во второй военной кампании провели несколько час¬ тных наступательных операций, которые должны были усилить линию их фронта перед будущими широкомас¬ штабными наступательными действиями. Военное ко¬ мандование и кабинет министров Великобритании во¬ обще отрицали возможность прорыва германской обо¬ роны до полного накопления необходимых резервов и материальных средств ведения войны. 160
На весну 1915 года союзники запланировали нане¬ сение по германскому выступу двух сильных ударов: в Шампани силами 4-й французской армии удар нано¬ сился у Сен-Миеля; в Артуа — силами 10-й французс¬ кой и 1-й британской армий у Арраса. Одновременно производились отвлекающие частные наступательные операции, по своим целям носившие местный характер. По сути, это были испытания новых методов прорыва сплошной позиционной обороны неприятеля и поиск новых форм наступления. В операции в Артуа в марте, например, со стороны немцев участвовало 140 тыс. человек, со стороны союз¬ ников — около 250 тыс. человек. Прорыв германских ук¬ репленных полевых позиций проводился на узком учас¬ тке от 7 до 12 км. Пехотные дивизии союзников тоже наступали на небольшом фронте: всего в 1—1,5 км, имея здесь почти двойное превосходство над оборонявшимся противником. Артиллерийская подготовка прорыва не¬ приятельской позиции длилась до 6 суток, причем для ее проведения союзным командованием привлекалось до 70 орудий на километр фронта. Напомним, что в военной кампании 1914 года плотность артиллерии на Западном фронте составляла 15—20 орудий на километр фронта1. Крайне медленно, по 3—4 км в сутки, продвигались вперед в ходе этой операции войска союзников. Око¬ пы, захваченные французами днем, в ходе ночных кон¬ тратак отбивались немцами. Германское командование успешно применяло свои подвижные резервы. Таким образом, наступательные операции не принесли союз¬ никам ожидаемого успеха. Это заставило их провести с 20 по 23 марта совеща¬ ние в Шантийи на уровне военных министров и главно¬ командующих французской и британской армий, где ре¬ шался вопрос о реорганизации союзного командования на Западном фронте и устранении явных разногласий. Но этот злободневный вопрос в Шантийи так и не был позитивно решен — стороны согласились только на бо¬ 1 Вержховский Д.В., Ляхов В.Ф. Первая мировая война 1914— 1918. М., 1964. С. 132—133. 161
лее тесную координацию своих военных усилий. Более того, представитель российского командования на сове¬ щание приглашен не был. Германское имперское командование ответило на наступательные операции Антанты в Артуа и в Шампа¬ ни атакой у Ипра. Впервые за всю историю человечества это наступление велось с применением нового боевого средства — химических отравляющих веществ в виде удушливого газа хлора. Немецкое военное руководство отводило этой операции важное место в плане активной обороны своего Западного фронта и готовилось к ней тщательно и скрытно, что ему вполне удалось. Немцы и ранее использовали средства химического нападения в виде огнеметов и химических снарядов, но в ограниченных размерах. В Ипрской наступательной операции они впервые применили химическую газо¬ баллонную атаку. Для нее был выбран изгиб в немецкой обороне севернее Ипра, на стыке 2-й британской армии и 20-го французского корпуса. Равнинная местность и северо-западные ветры в этом районе благоприятство¬ вали проведению газовой атаки. В течение нескольких суток специально созданные для этого подразделения специалистов-химиков в ноч¬ ное время на фронте в 6 км установили 150 газобаллон¬ ных батарей — б тыс. баллонов с хлором. 22 апреля в 17 час. с попутным ветром на позиции 5-го британского армейского корпуса начался пуск удушливого газа. За пять минут было выпущено 180 тыс. кг хлора. Желто- вато-зеленое облако высотой в человеческий рост дви¬ нулось на британские позиции, стало с каждым дунове¬ нием ветра проникать в окопы и укрытия для людей. За облаком хлора в сомкнутом строю, с марлевыми повяз¬ ками на лицах, следовали солдаты и офицеры частей 26- го германского корпуса. Очевидцы первой в истории войн газовой атаки так описывают ее: «Сначала удивление, потом ужас и, нако¬ нец, паника охватила войска, когда первые облака дыма окутали всю местность и заставили людей, задыхаясь, биться в агонии. Те, кто мог двигаться, бежали, пытаясь, 162
большей частью напрасно, обогнать облако хлора, кото¬ рое неумолимо преследовало их»1. Английская «Таймс» так рассказывала о последстви¬ ях отравления хлором: «Лица, руки людей были глянце¬ вого серо-черного цвета, рты открыты, глаза покрыты свинцовой глазурью, все вокруг металось, кружилось, борясь за жизнь. Зрелище было пугающим, все эти ужас¬ ные почерневшие лица, стенавшие и молящие о помо¬ щи... Воздействие газа заключается в заполнении легких водянистой слизистой жидкостью, которая постепенно заполняет все легкие, из-за этого происходит удушение, вследствие чего люди умирали в течение 1 или 2 дней». Оставленные британцами окопы и артиллерийские позиции без выстрелов занимались немцами. В этой атаке от хлора пострадало 15 тыс. человек, из них 5 тыс. умерло. Результатом газовой атаки стало то, что полоса ши¬ риной в 10 км и в глубину 7 км оказалась практически необороняемой. Воспользовавшись этим, немцы бес¬ препятственно вышли севернее Ипра к Изерскому каналу. Однако первая газовая атака оказалась плохо подготовленной, поскольку немецкое командование не имело здесь резервов, чтобы развить тактический успех. Командование союзников подтянуло к образовавшему¬ ся разрыву шириной в три с половиной километра бри¬ танский кавалерийский корпус и четыре пехотные ди¬ визии. Угроза прорыва фронта немцами была тем самым ликвидирована. Несомненный успех первого применения химичес¬ кого оружия стимулировал его дальнейшее активное применение воюющими сторонами. В том же 1915 году 31 мая на Восточном фронте немцы применили против русских войск еще более высокотоксичное отравляю¬ щее вещество под названием «фосген» (полный хлоран- гидрид угольной кислоты). В ходе этой атаки погибло 9 тыс. человек. В дальнейшем обе противоборствующие стороны не раз прибегали к применению нового вида оружия массового поражения. 1 Фрайс А., Вест К. Химическая война. М., 1924. С. 21. 163
После неудачных наступательных операций союзни¬ ков в Артуа и в Шампани у высшего военного командо¬ вания Германии уже не возникало серьезных опасений за устойчивость своего позиционного фронта на западе, и оно стало смелее перебрасывать значительные силы оттуда на восток. А наличие густой и протяженной сети железных дорог позволяло делать это довольно быстро. Уже к маю 1915 года на русский фронт было переброше¬ но 90 пехотных и 54 кавалерийских полка. Российское военное командование обратило внима¬ ние правительств Великобритании и Франции на этот факт и просило активизировать боевые действия на За¬ падном фронте. Однако эта просьба осталась без отве¬ та. Именно по этому поводу английский премьер Ллойд Джордж написал свое знаменитое признание: «История предъявит счет военному командованию Франции и Ан¬ глии, которое в своем эгоистическом упрямстве обрек¬ ло своих русских товарищей по оружию на гибель, так как Англия и Франция так легко могли спасти русских и таким образом помогли бы лучше всего и себе. Анг¬ лийские и французские генералы не научились пони¬ мать того, что победа над немцами в Польше оказала бы большую поддержку Франции и Бельгии, чем незначи¬ тельное продвижение французов в Шампани или даже захват холма во Фландрии»1. Подытоживая итоги военной кампании 1915 года на Западном и Восточном фронтах, следует отметить, что Центральным державам хотя и сопутствовал успех на востоке, который в тот год был основным фронтом (здесь действовало 116 пехотных и 24 кавалерийские ди¬ визии германо-австрийцев, а на западе — 90 немецких), вывести из войны Россию так и не удалось. Перед Бер¬ лином и Веной стояла реальная перспектива продолже¬ ния войны на два фронта. Не выполнили свои стратегические планы и союзни¬ ки по Антанте. Более того, кампания 1915 года выявила явную несогласованность действий высшего военно-по- литического руководства Антанты. 1 Ллойд Джордж Д. Военные мемуары. М. 1934. Т. 1—2. С. 317. 164
В 1915 году война активно велась и на периферийных фронтах. На протяжении всего этого года англичане и французы вели военные действия в Дарданелльском проливе, планируя форсировать Дарданеллы и нанести последующий удар по столице Османской империи — Стамбулу. Операция началась, как и было задумано, 19 февраля с обстрела союзным флотом внешних фор¬ тов Дарданелл, а генеральная атака была назначена на 18 марта. К успеху, однако, она не привела. Из 16 круп¬ ных кораблей, участвовавших в прорыве, 3 были унич¬ тожены и еще 3 надолго вышли из строя. В то же время турецкие форты были разрушены незначительно. В ходе операции англо-французский флот допустил ряд серьез¬ ных тактических ошибок, в результате которых так и не смог выполнить поставленных перед ним задач: плохо велась корректировка огня, к борьбе против полевой ар¬ тиллерии союзники вообще не были подготовлены, не¬ дооценили они и минную опасность в проливе — траль¬ щики не справились со своей задачей1. Несмотря на серьезные неудачи, союзники приступи¬ ли ко второй фазе операции. Теперь планировалась вы¬ садка десанта на Галлиполийский полуостров с последу¬ ющим захватом укреплений противника, что обеспечи¬ ло бы проход флота в Мраморное море. Утром 25 апреля французские, английские, австралийские и новозеланд¬ ские части морской пехоты и греческий добровольчес¬ кий легион — всего 18 тыс. штыков — высадились на полуострове. Начались тяжелые кровопролитные бои, которые усугубились потерей двух британских линко¬ ров. В июле 1915 года союзное командование решило десантировать на полуостров еще несколько дивизий, однако желаемого результата и решительного перелома событий в свою пользу Антанте добиться так и не уда¬ лось. Союзники окончательно завязли в Дарданеллах. После вступления в войну на стороне Антанты Ита¬ лии образовался новый фронт — Итальянский, прохо¬ дивший по границе с Австро-Венгрией в Альпах. Высшее 1 Коленковский А.К. Дарданелльская операция. М.г 1938. С. 48—50. 165
военное командование Центрального блока решило применить здесь оборонительный вариант, поскольку основная масса австро-венгерской и германской армий увязла на Восточном фронте. Австро-Венгрия отправи¬ ла на итальянский фронт 20 дивизий и 155 батарей. Эти войска были сведены в одну армию и две группы — Ка- ринтийскую и Тирольскую. Германия выделила сюда альпийский корпус, состоявший из одной дивизии, и тя¬ желую артиллерию. В свою очередь, Италия развернула в Альпах четыре армии в составе 12 корпусов из 35 дивизий, в которых насчитывалось до 870 тыс. солдат, 1500 легких и 200 тя¬ желых орудий.1 Итальянская армия уступала против¬ нику в боевой подготовке и в техническом оснащении. Формально ее возглавлял король Виктор Эммануил III, но фактически главнокомандующим был начальник Ге¬ нерального штаба генерал Л. Кадорна, который не имел опыта командования войсками и не пользовался среди них авторитетом. Первыми перешли в наступление в ночь на 24 мая 1915 года итальянцы. Они начали его сразу же после объявления войны Австро-Венгрии, полностью не за¬ вершив сосредоточения и развертывания войск на гра¬ нице. Бои развернулись одновременно на реке Изонцо, в Карнийских и Кадорских Альпах, в Трентино. За ме¬ сяц боев итальянцам удалось только ценой больших по¬ терь захватить плацдарм через Изонцо и важную высоту Монте-Неро. В конце июня, развернув на фронте в 90 км 19 диви¬ зий и 1200 орудий, они предприняли новое наступление против австрийских войск в районе реки Изонцо. Силы противника составляли 13 дивизий при 700 орудиях. Од¬ нако полуторного превосходства итальянцев оказалось недостаточно для прорыва обороны австрийцев. В середине июля итальянцы продолжили наступление на Изонцо. Теперь в сражении участвовали до 250 тыс. солдат, действовавших против 78 тыс. австрийцев. Од¬ 1 Виллари А. Война на Итальянском фронте. М.( 1936. С. 41— 44. 166
нако и трехкратное превосходство в силах не позволило им прорвать оборону противника. Наступление было ор¬ ганизовано плохо, отсутствовала должная артиллерийс¬ кая подготовка. Атакующие понесли большие потери в живой силе. Осенью 1915 года итальянская армия предприняла третье и четвертое наступления в районе Изонцо. Но, как и первые два, эти сражения не достигли поставлен¬ ной цели — прорыва позиционной обороны австрийцев. Атаки проводились разрозненно, при слабой поддержке артиллерии, испытывавшей недостаток в боеприпасах. Сказывался и недостаточный уровень профессиональ¬ ной подготовки командных кадров. Упорные атаки на Изонцо стоили итальянцам огромных потерь: за шесть месяцев войны они составили до 280 тыс. человек, ар¬ мия лишилась своих лучших кадров, и теперь ее основу составляли вчерашние резервисты, что не могло не ска¬ заться на боеспособности. Справедливости ради надо отметить, что в 1915 году новый итальянский фронт оказал немалую помощь Ан¬ танте, приковав к себе 25 австро-венгерских дивизий, переброшенных из Сербии и Галиции. Итальянское наступление было единственной реальной помощью российским войскам, которая проявилась в снятии с русского фронта первоначально двух, а потом в течение всего летнего периода кампании еще 8—10 австрийских дивизий1. Вступление Болгарии в войну на стороне Централь¬ ных держав превратило Тройственный союз в Четвер¬ ной и изменило стратегическую обстановку на Бал¬ канах. Граница Болгарии находилась всего в 80 км от линии железной дороги Белград — Салоники, связывав¬ шей Сербию с Антантой. Упорное сопротивление сер¬ бов в 1914 году вынудило Вену обратиться за помощью к своему старшему союзнику. Началась подготовка но¬ вого наступления на Белград. Операцию против Сербии австро-германское командование планировало в виде 1 Мировые войны XX века. Кн.1. Первая мировая война. Исторический очерк. М., 2002. С. 170. 167
концентрического удара с севера, северо-востока и вос¬ тока, к ее участию привлекались 10 немецких, 8 австро¬ венгерских и 11 болгарских дивизий, насчитывавших в общей сложности свыше 500 тыс. человек. Непосредс¬ твенное командование наступлением осуществлял гер¬ манский генерал-фельдмаршал Макензен. Сербская армия насчитывала 12 плохо вооруженных дивизий численностью 250 тыс. человек при 678 оруди¬ ях, в том числе 240 тяжелых. При этом войска сербской армии были равномерно развернуты на 650-километро- вом фронте: против Болгарии располагалась Тимокская группа, столицу обороняла Белградская, а район рек Савы и Дрины — Савская. С Савской группой взаимо¬ действовала черногорская армия численностью в 50 тыс. человек при 135 орудиях. Остальные силы черногорцев прикрывали албанскую границу. При этом единое ко¬ мандование сербской и черногорской армиями отсутс¬ твовало. Фактически главное командование осущест¬ влял начальник штаба Верховного главнокомандующего Сербии воевода Р. Путник, а номинально армией руко¬ водил принц-регент Александр. Во главе армии Черно¬ гории стоял ее король Николай I Негош. Антанта слишком поздно оказала помощь Сербии и Черногории. Только 5 октября, получив разрешение греческого правительства, союзники стали высаживать в Салониках англо-французский экспедиционный кор¬ пус — 20 тыс. человек. Немного позже, в конце ноября, после провала Дарданелльской операции командование союзников приняло решение эвакуировать остатки сво¬ их частей с Галлипольского полуострова в Салоники. Эвакуация закончилась 9 февраля 1916 года, а на следу¬ ющий день Австро-Венгрия и Германия начали наступ¬ ление против Сербии. Еще через восемь дней к ним при¬ соединилась Болгария. Россия не могла оказать помощь Сербии, поскольку нейтральная Румыния отказалась пропустить ее войска через свою территорию. Атака против Сербии была тщательно и всесторонне подготовлена. Начиная с мая 1915 года саперы разведы¬ вали места переправ через Дунай и Саву, воздушная раз¬ ведка вскрывала оборону сербов, расширялась дорожная 168
сеть, оборудовались командно-наблюдательные пункты, подтягивались переправочные средства и подвозились боеприпасы. Войска выдвигались на рубеж развертыва¬ ния лишь накануне наступления, а почтово-телеграфная связь войск с населением запрещалась. Этими мерами противник сумел обеспечить внезапность переправ за¬ паднее и восточнее Белграда, располагая здесь тройным превосходством в силах и средствах — на один километр фронта в районе Белграда сербы имели только полбата¬ льона и полтора орудия. Одновременно с мощной артил¬ лерийской бомбардировкой Белграда, которая стоила жизни 5 тыс. горожан, войска Макензена начали насту¬ пательную операцию по захвату сербской столицы1. Воины Сербии мужественно отстаивали свои пози¬ ции, противник продвигался вперед по одному-полтора километра в сутки. Но 15-го числа в наступление пере¬ шла 300-тысячная болгарская армия, которая перереза¬ ла телеграфную и железнодорожную связь сербов с со¬ юзным экспедиционным корпусом в Салониках. После этого австро-германские и болгарские войска перешли в наступление по всему фронту, а сербская армия, опа¬ саясь окружения, стала отходить с тяжелыми боями в направлении Адриатики. В конце ноября сербы ускорили отход в Албанию, на¬ неся болгарам сильный контрудар близ Ферижовича и тем самым избежав угрозы окружения. Начала отступ¬ ление и черногорская армия. Сербские войска и огром¬ ное число беженцев в условиях зимы двинулись по гор¬ ным дорогам к морю, неся на себе оружие, боеприпасы, раненых и больных. Полевая артиллерия и обозы были брошены или уничтожены еще в начале многотрудного пути. Потери сербской армии во время отхода к Адриа¬ тике достигли 55 тыс. бойцов. Оставшиеся войска чис¬ ленностью до 150 тыс. человек вышли к Адриатическому побережью Албании. Оттуда в начале января 1916 года они были эвакуированы союзниками на греческий ост¬ 1 Корсун Н.Г. Балканский фронт мировой войны 1914— 1918 гг. М., 1939. С. 39—42. 169
ров Корфу и на французскую военно-морскую базу Би- зерта в Тунисе1. Весьма активные военные действия в кампанию 1915 года велись и на Кавказском фронте, где Сары- камышская операция создала благоприятные условия для дальнейших наступательных действий российской Кавказской армии. К началу апреля 1915 года она имела 111 пехотных батальонов, 212 сотен конницы и 364 ору¬ дия. Армейский резерв состоял из 28 батальонов, 36 со¬ тен конницы и 64 орудий, располагавшихся в районе Карса и Александрополя2. На Кавказе в течение мая—июня российские войска провели наступление в районе озера Ван. Затем после¬ довала Алашкертская операция (9 июля — 3 августа). В ней турки попытались взять реванш за Сарыкамыш, но безуспешно. Попытки перехода российских войск в наступление на сарыкамышском и ольтинском направ¬ лениях также не имели успеха из-за недостатков бое¬ припасов. Кроме того, во избежание вовлечения Ирана в войну против Антанты Россия ввела на территорию Персии экспедиционный корпус генерала Н.Н. Баратова, кото¬ рый там разоружил прогерманские и протурецкие воо¬ руженные племенные формирования. Сначала Баратов в Персии действовал совместно с англичанами, но затем британское командование, не же¬ лая усиления российского влияния в Иране, отказалось от совместных действий. Опасаясь появления русских в Месопотамии, оно высадило там экспедиционный кор¬ пус генерала Дж. Никсона. Его войска двумя колоннами вдоль Тигра и Евфрата повели наступление на Багдад, но продвижение велось медленно, и турецкое командо¬ вание, подтянув резервы, нанесло своей группировкой войск «Ирак» сильный удар англичанам, которые вы¬ нуждены были отступить. 1 Писарев ЮЛ. Сербия на Голгофе и политика великих де¬ ржав. 1916 М., 19993. С. 12. 2 Корсун Н.Г. Алашкертская и Хамаданская операции на Кавказском фронте мировой войны в 1915 г. М., 1940. С. 13. 170
На сирийско-палестинском фронте 20-тысячный турецкий корпус в феврале 1915 года предпринял по¬ пытку форсировать Суэцкий канал во время песчаной бури близ Исмаилии. Британским войскам при огневой поддержке флота удалось предотвратить эту попытку. После этого турки больше не пытались перенести бое¬ вые действия против англичан в Северную Африку, где ранее они надеялись на поддержку местного мусульман¬ ского населения1. Таким образом, итогом кампании 1915 года стали ус¬ пехи войск Четверного союза на европейских фронтах и в Месопотамии. Рамки войны с вступлением в нее Ита¬ лии и Болгарии расширились, но это не изменило стра¬ тегическую обстановку в Европе. Основная борьба по- прежнему велась на двух важнейших фронтах — Запад¬ ном и Восточном, где были сосредоточены главные силы противоборствующих сторон. Все решающие сражения Первой мировой были еще впереди. В 1915 году противники активно продолжали вести военные действия не только на суше, но и на море. К началу этого года англичанам удалось практически полностью ликвид ировать все немецкие крейсеры, нахо¬ дившиеся в водах Мирового океана: в декабре 1914 года была уничтожена в бою у Фолклендских островов эскад¬ ра адмирала М. Шпее — самое большое соединение не¬ мцев в зарубежных водах. Еще раньше были потоплены крейсеры «Карлсруэ», «Кайзер Вильгельм дер Гроссе», «Эмден» и другие, действовавшие в одиночку на про¬ сторах Атлантического океана. Последним на Мадагас¬ каре в августе 1915 года оказался захвачен англичанами крейсер «Кенигсберг», который, впрочем, был с октября 1914 года заперт в устье одной из рек на острове. После¬ дующие появления в Мировом океане немецких крейсе¬ ров носили эпизодический характер. Они были, по сути, пропагандистскими авантюристическими операциями, 1 Лазарев М.С. Крушение турецкого господства на Арабском Востоке (1914—1918). М., 1960. С. 62. 171
которые не могли нанести ощутимого ущерба морской торговле стран Антанты. После сражения при Гельголанде и перехода не¬ мецкого надводного флота к пассивно-выжидательной тактике в Лондоне решили перенести основной упор на организацию торговой блокады побережья рейха с целью прервать поставку туда стратегического сырья и продовольствия из-за океана. Еще до войны британское адмиралтейство рассматривало блокаду как важнейшее условие победы. Первоначально было решено перекрыть Северное море между Шетландскими островами и Скандинави¬ ей и там досматривать все суда нейтральных стран на предмет доставки контрабандных грузов в страны Цен¬ трального блока. А с 29 октября 1914 года контрабандой стало фактически считаться все, в чем был заинтересо¬ ван рейх — нефть, каучук, медь и прочие виды стратеги¬ ческого сырья, продовольствие. Со 2 сентября, понимая, что он не может справиться с контролем над обширной зоной между Британией и Скандинавией, Лондон объ¬ явил все Северное море зоной военных действий. Судам нейтральных стран предлагалось следовать через Ла- Манш и Дуврский пролив, где в южных портах Англии их тщательно обыскивали. Более того, 1 марта 1915 года премьер-министр Великобритании Г. Асквит объявил о решении полностью перекрыть морскую торговлю Гер¬ мании. Еще через десять дней был принят «акт о репрес¬ салиях», по которому ни одно нейтральное судно не име¬ ло права заходить в германские порты либо покидать их. Сделав ставку на блицкриг, немцы явно недооцени¬ ли возможных последствий экономической блокады для своей страны. Они не подготовили никаких эффектив¬ ных мер против действий британского флота. В стране не были разработаны планы мобилизации сельского хо¬ зяйства и промышленности на случай войны, не имелось стратегических резервов. Все это создавало предпосыл¬ ки для успеха блокады Центральных держав. В 1915 году, когда центр тяжести военных действий переместился на Восточный фронт, сложились еще более благоприятные условия для усиления блокады Германии. 172
Британское командование сделало теперь упор на сокращение перевозок из нейтральных стран в рейх. В Берлине решили ответить на это усилением подводной войны. В результате жесткой политики Великобритании с конца января 1915 года расстановка сил в военной вер¬ хушке Германии стала меняться в пользу сторонников решительных действий. В Берлине также сочли, что в данных обстоятельствах целесообразней войну на море превратить, прежде всего, в борьбу против торговых, а не военных судов противника. Важным фактором в пе¬ ремене позиции адмиралтейства стало мнение о том, что нараставшие с каждым днем поставки зерна из Аргенти¬ ны в Англию существенно укрепляли жизнеспособность последней. При этом реакция нейтралов уже не прини¬ малась в расчет. Более того, по мнению высокопостав¬ ленных немецких флотских офицеров, решительные действия Германии непременно должны были оттолк¬ нуть их от попыток любой торговли с Лондоном1. В декларации кайзера Вильгельма от 4 февраля 1915 года, в свою очередь, все воды вокруг Британских островов объявлялись зоной войны, где через две неде¬ ли будут уничтожаться все вражеские торговые суда без гарантий спасения их экипажей и пассажиров. Офици¬ ально подводная война объявлялась направленной ис¬ ключительно против судов Антанты, а потому и получи¬ ла название «ограниченной». В связи с тем, что британ¬ ские суда часто использовали флаги других государств, нейтральные страны были предупреждены об опаснос¬ ти плавания в этих водах. Вильгельм, впрочем, заявил о готовности снять блокаду сразу же после того, как это сделает в отношении Германии Лондон. Решение о начале «ограниченной» подводной войны базировалось на неверной информации, представлен¬ ной канцлеру относительно реакции на этот шаг немцев со стороны нейтральных стран, прежде всего США. По этим данным выходило, что сильного противодействия 1 Bimbaun К. Peace Moves and U-Boat Warfare. A Study of Imperil Germany's Policy toward the United States. April 18, 1916 — January 9, 1917. Stockholm, 1958. P. 24. 173
с их стороны опасаться не следует, осложнений между Берлином и Вашингтоном не будет, а на уступки можно пойти после того, как план вступит в силу1. Американцы на действия Берлина прореагировали весьма бурно. Уже 12 февраля, т.е. до начала блокады, посол в Берлине Дж. Джерард передал имперскому ми¬ нистру иностранных дел Г. фон Ягову ноту своего пра¬ вительства. В ней создавшаяся ситуация была оценена как «прискорбная». Там же было подчеркнуто, что «пра¬ вительство Соединенных Штатов будет вынуждено при¬ звать имперское германское правительство к строгой ответственности за подобные акты своих военно-морс¬ ких властей и предпримет любые необходимые шаги для защиты жизни американцев, их собственности и обес¬ печения американским гражданам полного удовлетво¬ рения их признанных прав на морях». С этих пор проблема способов и методов ведения под¬ водной войны приняла для немцев скорее политический, а не военный характер. Еще через неделю об опаснос¬ ти резкого ухудшения отношений с США из-за объяв¬ ленной Берлином подводной войны предупредил посол Германии в Вашингтоне граф И. Берншторф. В Берлине стало очевидным, что жесткие меры имеют шанс спро¬ воцировать разрыв с государствами, еще сохранявшими нейтралитет. Но решили не отступать. Противоречия между Белым домом и Берлином в свя¬ зи с отношением к подводной войне обрели новый ра¬ курс с 28 марта 1915 года, когда немцами был потоплен британский пароход «Фалаба», на борту которого нахо¬ дился один американский гражданин. Этот случай было решено свести к единичному инциденту и оставить без последствий. Однако в начале мая 1915 года произошло событие, значительно обострившее американо-германские отно¬ шения и впервые за время войны поставившее в реаль¬ ную плоскость вопрос о присоединении Соединенных Штатов к Антанте. 7 мая немецкой подводной лодкой было потоплено британское пассажирское судно «Лу¬ 1 SpindlerA. Der Handelskrieg mit U-Booten. В., 1932. S. 83, 145. 174
зитания». Погибло почти 1200 человек, 115 из которых были американскими подданными. Потопление «Лузи¬ тании» вызвало бурю негодования в Соединенных Шта¬ тах. Практически все средства массовой информации развернули мощную антигерманскую кампанию1. «Дело «Лузитании» вызвало здесь, бесспорно, неслыханное возбуждение и развязало чрезвычайно враждебные Гер¬ мании настроения. Это возбуждение распространяется не только на биржевые круги, которые вследствие этого случая понесли материальные потери, но особенно на большую часть публики», — сообщал немецкий консул в Нью-Йорке. Май 1915 года был крайне неблагоприятным време¬ нем для конфликта Германии с нейтральными странами. Вступление Италии в войну на стороне Антанты заста¬ вило Берлин и Вену уделять особое внимание ситуации на Балканах с тем, чтобы заполучить в союзники Болга¬ рию и предотвратить присоединение к Антанте Румы¬ нии. В условиях вступления в войну США и то, и другое сделать было практически невозможно. К началу ав¬ густа под давлением аргументов противников жесткой линии и поддерживающего их канцлера Т. Бетман-Голь- вега Вильгельм все больше стал склоняться в пользу вре¬ менного прекращения подводной войны и переговоров с Америкой о «свободе морей». Точку в этой затянувшейся дискуссии поставил слу¬ чай с британским пассажирским пароходом «Арабик», на борту которого находилось трое американцев. Он был потоплен немецкой торпедой 19 августа. Эта под¬ водная атака произошла в нарушение приказа кайзера командирам субмарин от 6 июня, запрещавшего торпе¬ дировать пассажирские суда. Однако приказ этот был секретным, и в Вашингтоне о нем не знали. Реакция там была крайне негативной. «В первые 48 часов после по¬ лучения сообщения о случае с «Арабиком» настроения здесь такие же плохие, как и в день гибели «Лузитании». 1 Mockelmann J. Deutsch-amerikanische Beziehungen in Krise. Studien zur amerikanischen Politik im Ersten Weltkrieg. Frankfurt- am-Main, 1967. S. 16—17. 175
Я чувствую, что вновь нахожусь во враждебной стра¬ не», — сообщал Берншторф. Уже 26 августа, еще до возвращения на базу подвод¬ ной лодки U-24, отправившей на дно «Арабик», в замке Плес состоялось совещание ведущих политических, военных и морских лидеров Германии. На этом сове¬ щании рейхсканцлер посчитал необходимым дать ука¬ зание командирам подлодок ни в коем случае не топить пассажирских пароходов, не предупредив их и не дав команде и пассажирам возможности спастись. Канцлер Бетман-Гольвег также предложил попросить Соединен¬ ные Штаты оказать воздействие на Британию в смысле возвращения ее к принципам Лондонской декларации 1909 года, запрещавшей морскую блокаду военных про¬ тивников. Против такой позиции активно выступило во¬ енно-морское лобби — А. Тирпиц и начальник морского Генштаба Г. Бахман. Тем не менее Вильгельм стал на сто¬ рону более осторожного канцлера, и подводная война с того момента была значительно ослаблена. В 1915 году военно-морским стратегам и политикам противоборствовавших стран окончательно стало оче¬ видным, что борьба за моря теперь в большей степени определяется тем, что происходит в глубине океанской пучины, а не на ее поверхности. Все операции того года надводных флотов Антанты и Центральных держав но¬ сили локальный характер, не говоря уже о том, что они никогда не были предметом ожесточенных дипломати¬ ческих дискуссий в столицах европейских и американ¬ ских государств. 24 января 1915 года в Северном море у Доггер-банки произошло первое сражение, в котором с обеих сторон участвовали линейные крейсеры. Используя свое пре¬ восходство в силе, англичане смогли потопить броне¬ носный крейсер противника «Блюхер», но большего добиться им не удалось. Этот бой выявил превосходство немецких крейсеров в бронировании и живучести, а мо¬ ряки имперского флота показали более высокую, чем англичане, тактическую и огневую подготовку. Тем не менее, учитывая гибель «Блюхера», Вильгельм посчитал, что его флот еще не готов к генеральному сражению, и 176
вновь запретил крупным судам выходить без его особо¬ го распоряжения больше, чем на 100 миль из Гельголанд¬ ской бухты1. На других морских театрах военные действия в 1915 году носили локальный характер. На Балтике на¬ иболее примечательным событием стал бой российских и немецких кораблей у острова Готланд 2 июля. Успех здесь сопутствовал россиянам. Стычки между флотами двух стран происходили и в Рижском заливе. Балтийс¬ кий флот России в кампанию 1915 года выполнил пос¬ тавленные перед ним задачи. Немцы не были допущены в Финский и Ботнический заливы, а в Рижском заливе им так и не удалось установить свое господство. Надо отметить, что боевые действия на Балтике с российской стороны велись очень осторожно, с большой оглядкой на позицию Швеции, т. к. многие политики в Санкт-Пе¬ тербурге опасались вовлечения Стокгольма в войну на стороне Германии в случае слишком активных действий флота2. В Черном море российские моряки, не понеся ника¬ ких потерь, потопили 1 легкий турецкий крейсер, 3 эс¬ кадренных миноносца, 4 канонерские лодки, 1 минный заградитель. На минах подорвались немецкие крейсеры «Бреслау» и «Берк»3. Моряки стран-противниц продолжали готовиться к решающим баталиям. 1 История Первой мировой войны 1914—1918. Т. 2. М., 1975. С. 100. 2 Подробнее см.: Новикова И.Н. «Между молотом и наковаль¬ ней». Швеция в германо-российском противостоянии на Балтике в годы Первой мировой войны. Санкт-Петербург, 2006. 3 Флот в Первой мировой войне Т. 1. М., 1964. С. 404.
На переломе Антанта усиливает мощь — Пла¬ ны сторон на 1916 год — Верденская «мясорубка» — Битва на Сомме — Брусиловский прорыв — Эрзурумс¬ кая операция на Кавказе — Ютланд¬ ский бой Полтора года мировой бойни к началу 1916 года не дали сколько-нибудь существенного стратегического преимущества ни одной из противоборствовавших коа¬ лиций, хотя положение стран Центрального блока после завоевания Польши, возвращения Галиции и разгрома Сербии несколько улучшилось. Самый опасный для Цен¬ тральных держав Восточный фронт теперь был отодви¬ нут от границ Германской империи на 200—300 км. Вся борьба, однако, была еще впереди, и противники, соб¬ рав силы, стали готовиться к новой военной кампании. При этом неиспользованных людских и материальных ресурсов у Антанты было больше. В начале 1916 года в Великобритании в полной мере стал действовать закон о всеобщей воинской повиннос¬ ти, что позволило заметно увеличить численность сухо¬ путных сил страны. В декабре 1915 года из 70 британс¬ ких дивизий во Франции находились 34, уже к апрелю следующего года их число увеличилось до 47, а в конце июня — до 54. В декабре 1915 года главнокомандующим британских войск во Франции вместо фельдмаршала Дж. Френча был назначен генерал Д. Хейг — сторонник более решительных действий против Второго рейха. 178
Центральным державам численно увеличить коли¬ чество своих граждан под ружьем было сложнее, поэто¬ му они решили повернуть колесо фортуны в свою сторо¬ ну не числом дивизий, а качеством вооружения. В соот¬ ветствии с этим Германия и Австро-Венгрия в условиях полной блокады со стороны союзников развернули мощ¬ ное военное производство, что позволило им в короткие сроки в полтора-два раза увеличить выпуск вооружений. К началу 1916 года, например, производство винтовок, самолетов и снарядов увеличилось в Германии в полтора раза, а пулеметов и орудий — в 3,5 раза1. Кроме того, по добыче угля, выплавке чугуна и стали только одна Гер¬ мания по-прежнему превосходила Францию и Россию, вместе взятые. Надо не забывать и о том, что сапог гер¬ манского солдата в начале 1916 года по-прежнему топтал землю самых развитых в индустриальном отношении северо-восточных французских департаментов, где до начала войны размещалось 75% производственных мощ¬ ностей страны по добыче каменного угля, 84% выплавке чугуна, 63% стали и 60% по обработке металла2. Франции и Англии также удалось заметно увеличить собственное военное производство, чему во многом спо¬ собствовала передышка, которую Лондон и Париж по¬ лучили в 1915 году благодаря России, которая в тот год приняла на себя основной удар противника. Англия и Франция с успехом сумели также и мобилизовать эко¬ номические и людские возможности своих огромных колоний и доминионов, прежде всего Индии, Канады, Австралии, Новой Зеландии. Благодаря эффективным и разносторонним мерам Антанта сумела ликвидировать отставание от Четверного союза в производстве воору¬ жения и боеприпасов, в особенности орудий крупных калибров и пулеметов. За 1915 год Франция увеличила производство винто¬ вок в полтора раза, орудий — в 5,8 раза, а патронов — 1 Шигалин Г.И. Военная экономика в Первую мировую войну. М.( 1956. С. 91—92. 2 История Первой мировой войны 1914—1918. Т. 2. М., 1975. С. 139. 179
более чем в 50 раз. За это же время Великобритания уве¬ личила производство пулеметов в 5 раз, а самолетов — более чем в 10 раз1. В этих странах появились новые отрасли военной промышленности — по производству боевых химических отравляющих веществ и средств противохимической защиты. К концу 1916 года заводы Франции производили до 6 тыс. химических снарядов в сутки; французская армия была полностью обеспечена противогазами. В Англии началось серийное производс¬ тво нового и очень грозного вида оружия — танков, про¬ тив которых в те годы не существовало эффективных способов борьбы. Сумела увеличить собственное военное производс¬ тво и выйти из кризиса со снабжением армии и Россия. В нашей стране успешно выполнялась разработанная в конце 1915 года Главным артиллерийским управлением чрезвычайная программа строительства 37 новых воен¬ ных заводов, из которых две трети предполагалось ввес¬ ти в строй в 1916 году. К концу 1915 года России удалось ослабить кризис в деле снабжения фронта винтовками, пулеметами, легкими орудиями и боеприпасами к ним. В январе 1916 года производство винтовок в стране вы¬ росло в 3 раза, различных типов орудий — в 4—8, а бое¬ припасов различных видов — от 2,5 до 5 раз2. Несмотря на эти несомненные успехи, Россия к началу 1916 года продолжала отставать от Германии в производстве мно¬ гих современных технических средств ведения войны, прежде всего тяжелой артиллерии и самолетов. Военное производство за 1915 год в странах Централь¬ ного блока и Антанты составило соответственно: винто¬ вок — 2055 и 2153 тыс. единиц, пулеметов — 10,5 тыс. и 16,3 тыс., орудийных стволов — 5585 и 6706 единиц, са¬ молетов — 4838 и 9957 штук3. Подобное соотношение сложилось и в производстве боеприпасов. Одним сло¬ 1 Мировая война в цифрах. М.—Д., 1934. С. 40—41. 2 Мировые войны XX века. Кн. 1. Первая мировая война. Исторический очерк. М., 2002. С. 175. 3 Маниковский АЛ. Боевое снабжение русской армии в миро¬ вую войну 1914—1918 гг. М., 1937. С. 404. 180
вом, преимущество военной промышленности и страте¬ гических ресурсов стран Антанты становилось все более и более очевидным. Эти же тенденции ярко прослеживаются и в отноше¬ нии мобилизационных возможностей противоборству¬ ющих сторон. Великобритания, например, привлекла в свою действующую армию призывные континген¬ ты собственных колоний и доминионов, сумев тем са¬ мым увеличить за 1915 год численность армии на 1 млн 200 тыс. человек. Франция, также набрав новые афри¬ канские дивизии, увеличила число своих штыков на 1,1 млн, а Россия за счет более эффективного исполь¬ зования собственных мобилизационных возможностей дополнительно получила 1,4 млн новобранцев. В начале 1916 года общая численность армий стран Антанты достигла 18 млн человек, а численность армий стран Четверного союза составила 9 млн человек. Ко¬ личество дивизий у Антанты было 365 (136 дала Россия, 99 — Франция, 80 — Великобритания), Центральные державы располагали 286 дивизиями (из них немецких было 159, австро-венгерских — 63)1. При этом необходимо отметить, что если в начальный период войны в германских и французских пехотных дивизиях было только по 24 пулемета, то через полтора года боевых действий их число резко увеличилось. Те¬ перь германская дивизия имела на вооружении 54 стан¬ ковых и 108 ручных пулеметов, 36 орудий; французская дивизия — 72 станковых и 216 ручных пулеметов, 36 ору¬ дий. Так за очень короткий срок огневая мощь пехоты резко возросла. Усиление военной мощи вооруженных сил Антанты непосредственным образом сказалось и на стратеги¬ ческих планах союзников. Военно-политическое руко¬ водство Великобритании и Франции решило в связи с этим в 1916 году перейти к активным боевым действиям на Западном фронте. На межсоюзнической конферен¬ ции в Шантийи в декабре 1915 года общее наступление 1 Мировая война в цифрах. М.—Д., 1934. С. 13—14. 181
стран Антанты намечалось на лето следующего года. На новой конференции в Шантийи, проходившей в марте 1916 года, были определены и окончательные сроки об¬ щего наступления. Совместный стратегический план Антанты исходил из того, что целей войны следовало добиваться только на трех главных фронтах: Восточном, Западном и Итальян¬ ском. В утвержденном на конференции в Шантийи пла¬ не рекомендовалось штабам союзных армий при под¬ готовке военных действий исходить из необходимости оказывать друг другу поддержку в пределах возможно¬ го, не позволяя тем самым противнику перебрасывать резервы с одного фронта на другой. На межсоюзнической конференции глава российс¬ кой делегации генерал Жилинский высказал от имени нашей Ставки предложение, чтобы главный удар по центральной коалиции нанести не во Франции, а на Бал¬ канах — по наиболее слабым ее звеньям — Австро-Венг¬ рии и Болгарии — силами трех союзных армий: русским Юго-Западным фронтом в Карпатах, англо-французским экспедиционным корпусом в Салониках и итальянцами из района Изонцо в общем направлении на Будапешт. Тем самым обеспечивалось «постепенное сжимание и окружение Германии»1. Одновременно предлагалась организация совместных наступательных операций рос¬ сийских войск на Кавказском фронте и британских сил против Турции в виде концентрического удара на город Мосул в северной Месопотамии. Однако союзники от¬ клонили российские предложения, исходя из первосте¬ пенной важности для них французского фронта2. Начало общего наступления стран Антанты предпола¬ галось провести в июле, что отдавало Четверному союзу инициативу в наступательных действиях в начале года. Генерал Алексеев, например, безуспешно предлагал пе¬ 1 Валентинов Н. Сношения с союзниками по военным вопро¬ сам во время войны 1914—1918 гг. М., 1920. Ч. 1. С. 94. 2 Павлов А.Ю. Скованные одной целью. Стратегическое взаи¬ модействие России и ее союзников в годы Первой мировой войны 1914—1917 гг. Санкт-Петербург, 2008. С. 133. 182
ренести начало общего наступления на весну 1916 года. Он писал Жилинскому: «Полагаю, план наступления в июле останется навсегда неосуществимым, ибо против¬ ник разрушит его, упредив атакою». Что же касается Германии и ее союзниц, то в их пла¬ нах главный удар теперь намечался не на Восточном, а на Западном фронте. Начальник германского генштаба полагал, что 1915 год показал, что у России еще достаточ¬ но резервов, ее армия вполне боеспособна, и, исходя из этого, он посчитал, что дальнейшее наступление на Укра¬ ине и в направлении на Петроград не сулило каких-либо весомых результатов. Серьезное увеличение вооружен¬ ных сил Франции и, прежде всего, Великобритании, ко¬ торую Фалькенгайн по-прежнему считал главным про¬ тивником, заставило его спланировать сильный удар на Западном фронте. По его мнению, достаточно было на¬ нести Франции сильный удар в каком-либо пункте, что¬ бы вывести ее из войны. Германским войскам, таким образом, предстояло на¬ ступление на верденский укрепленный район, имевший четыре мощнейшие оборонительные позиции. Верден имел очень важное политическое и оперативно-такти¬ ческое значение для Франции — он был опорой вос¬ точного крыла французского фронта и плацдармом для возможного наступления французской армии с целью ликвидации германского выступа, нависшего над Пари¬ жем. Потеря Вердена не только неизбежно привела бы к нарушению целостности всей французской обороны, но и открыла бы рейхсверу ворота в тыл центральной груп¬ пы французских войск и путь к Парижу. Самой сильной в инженерном отношении в верденс¬ ком укрепрайоне являлась первая позиция, состоявшая из отдельных центров сопротивления, рассчитанных на пехотный батальон. Она имела три линии обороны: передовую, линию поддержек и линию полевых укреп¬ лений — редюитов1. Передовая линия прикрывалась проволочными заграждениями шириной от 10 до 40 м. 1 Попов В.Т. Бои за Верден. М., 1939. С. 7. 183
Вторая и третья позиции обороны французов не были полностью оборудованы. Четвертая позиция представ¬ ляла собой два пояса фортов и долговременных проме¬ жуточных укреплений крепости Верден, удаленных друг от друга на 2—3 км. Наиболее сильным из фортов вне¬ шнего пояса был Дуомон, из фортов второй линии — Су- виль. Внешний обвод верденского укрепленного района составлял 45 км. Его обороняли три французских ар¬ мейских корпуса при 632 орудиях, из них 244 тяжелых. Резерв состоял из трех пехотных дивизий. Поблизости находились три армейских корпуса — резерв Верховно¬ го командования Франции, которые могли быть в счита- ные часы переброшены под Верден. На верденском направлении немцы развернули на огневых позициях 1204 орудия и 202 миномета. Основ¬ ная масса орудий и все минометы были сконцентриро¬ ваны на направлении главного удара. На участке корпу¬ сов ударной группы находились позиции 850 орудий, из них 493 тяжелых. Кроме того, здесь должны были дейст¬ вовать 29 сверхтяжелых орудий калибром 380 и 420 мм. В среднем на километр линии прорыва плотность артил¬ лерии составляла 63 орудия и 15 минометов, а в полосе наступления 18-го немецкого корпуса — 140 орудий. Немецкое верховное командование к началу Вер¬ денской операции сумело достичь большого превос¬ ходства над французами в силах и особенно в огневых средствах. Так, на направлении главного удара немцы превосходили противника по числу дивизий в 4 раза, в артиллерии — более чем в 4 раза. С учетом минометов превосходство в артиллерии увеличивалось до пяти с по¬ ловиной раз. Намного больше у немцев было и тяжелой артиллерии. Начать операцию первоначально планировалось 12 февраля, но из-за плохой погоды она откладывалась со дня на день вплоть до 21-го. К этому времени фран¬ цузское командование уже располагало достоверными сведениями о готовящемся наступлении и силах не¬ мцев. Эти сведения попадали к французам через пере¬ бежчиков и военнопленных, но помогла союзникам и 184
агентурная разведка России.1 В истинности полученной информации не приходилось сомневаться, что позволи¬ ло французскому командованию значительно усилить войска верденского укрепрайона, перебросив сюда до¬ полнительно 6 пехотных дивизий и 6 артиллерийских полков. Немецкие войска начали артиллерийскую подготовку атаки в 8 час. 12 мин. 21 февраля 1916 года и продолжали ее почти 9 часов. Укрепления разрушались огнем тяже¬ лой артиллерии, батарейные позиции обстреливались химическими снарядами, железнодорожные станции бомбардировались с самолетов. Таким образом, оборона первой позиции была нарушена, а управление француз¬ скими войсками парализовано. В 16 час. 45 мин. немецкая пехота поднялась в атаку. Однако после первого дня наступления, когда была взя¬ та первая линия французских траншей, продвижение противника существенно замедлилось. Французы цеп¬ лялись за каждый участок местности, стойко обороняли каждое укрепление, оказавшееся не разрушенным ар¬ тиллерийским огнем. Однако, когда резервы французов иссякли, немцы добились крупного тактического успеха, овладев фортом Дуомон, а затем и Веврской долиной. В этих условиях Жоффр потребовал от оборонявших¬ ся остановить наступление противника под Верденом, задержать его любой ценой. Командующий обороной Вердена генерал Ф. Петен и его штаб установили фран¬ цузским войскам «единую позицию сопротивления». Форты бесперебойно обеспечивались полными гарни¬ зонами, продовольствием и боеприпасами. Гарнизону разрешалось оставлять форт только в случае его полного окружения неприятелем. Кроме того, была проведена и соответствующая перегруппировка войск. Большой заслугой французского командования во время проведения Верденской операции явилась ор¬ ганизация умелой переброски резервов по шоссе Бар- 1 Пуанкаре Р. На службе Франции. М.—Д., 1936. Кн. 2. С. 224, 240. 185
ле-Дюк — Верден, поскольку немцы прервали желез¬ нодорожное сообщение с крепостью. Эту трассу дли¬ ной в 65 км французы назвали «священным путем». Ее круглосуточно обслуживали 300 офицеров, 8500 солдат, 3900 автомашин, сведенных в 175 автомобильных взво¬ дов. Пропускная способность шоссе была доведена до четырех автомашин в минуту, что соответствовало еже¬ суточному обороту транспортных средств, эквивалент¬ ных 15 парам железнодорожных составов1. По «священ¬ ному пути» французскому командованию удалось пере¬ бросить 190 тыс. бойцов, 23 тыс. т боеприпасов и 2500 т различных военных материалов. Благодаря этому обста¬ новка под Верденом стала меняться не в пользу немцев. В итоге уже ко 2 марта численность французских войск под Верденом увеличилась в два раза, а германских — только на 10%2. Первоначально прорвавшись вперед на 5—8 км, не¬ мецкие ударные корпуса понесли большие потери и постепенно утрачивали необходимую для дальнейшего наступления боеспособность. Тогда Фалькенгайн, оце¬ нив сложившуюся ситуацию, перенес главный удар на левый берег реки Маас. Стороны засыпали друг друга сотнями тысяч снарядов, бросая в бой все новые и но¬ вые резервные дивизии. Но наступление на Верден не принесло немцам запланированного успеха. Французы после ряда контратак с большими потерями вышли к своей третьей оборонительной линии. Осознав бесперспективность надежд на победу и принимая во внимание вступление Румынии в войну на стороне Антанты, германское командование 2 сентября 1916 года прекратило свое наступление. Французы же предпринимали под Верденом наступательные действия в октябре и в декабре и сумели шаг за шагом почти пол¬ ностью восстановить первоначальное положение своих войск. 1 Кузнецов Б.И. Кампания 1916 г. на фронтах Первой мировой войны. М., 1941. С. 41. 2 Петен Ф. Оборона Вердена. М., 1937. С. 38. 186
Высшие чины рейхсвера за провал наступления под Верденом поплатились своими постами. 29 августа был снят со своей должности Фалькенгайн. Руководство вой¬ ной теперь перешло к новому начальнику генерального штаба Гинденбургу и его правой руке первому генерал- квартирмейстеру генерального штаба Людендорфу. Сражение за Верден вошло в историю под названием «верденской мясорубки». Эта была самая крупная и про¬ должительная операция Первой мировой войны и стои¬ ла она воюющим сторонам огромных жертв — до 1 млн человек. За 10 месяцев тяжелых боев немцы потеряли до 600 тыс. человек, французы — 350 тыс. Через «верденс¬ кую мясорубку» прошло 69 французских и 50 немецких дивизий. Некоторые из этих дивизий за время боев под Верденом потеряли до 70% и более личного состава. Борьба за Верден потребовала огромных материаль¬ ных расходов, прежде всего боеприпасов. Сражение стало своеобразным состязанием сторон в силе артил¬ лерийского огня. Только французы с 25 февраля по 15 июня 1916 года израсходовали до 14,5 млн снарядов, из них до 2 млн снарядов тяжелой и сверхтяжелой ар¬ тиллерии1. В конечном итоге под Верденом потерпел крушение германский стратегический план кампании 1916 года. Немцы понесли поражение, не выполнив ни одну из поставленных задач. Им не удалось захватить крепость Верден и обескровить французскую армию, а также предотвратить переход союзников в наступление на бе¬ регах реки Соммы. Главной причиной поражения Гер¬ мании в «верденской мясорубке» стало превосходство союзников в силах и средствах и действенная помощь, оказанная союзникам по Антанте со стороны России. Второй крупнейшей операцией на Западном фронте в период кампании 1916 года стала наступательная опе¬ рация англо-французских армий на Сомме. Она длилась с 1 июля по 18 ноября, и в ней участвовали три француз¬ 1 История Первой мировой войны 1914—1918. Т. 2. М., 1915. С. 163. 187
ские и две британские армии: всего 64 дивизии. Глав¬ ный удар наносился на фронте в 45 км группировкой из 39 дивизий при поддержке 1700 тяжелых орудий и 200 самолетов. Основные усилия возлагались на фран¬ цузские войска, поскольку боеспособность британцев оставалась еще низкой. Наступавшим союзникам в сра¬ жении на Сомме приходилось прорывать позиционную оборону, которая укреплялась немцами на протяжении почти двух лет1. Мощная артиллерийская подготовка наступатель¬ ной операции союзниками велась в течение семи дней. Французы в полосе прорыва имели подавляющее пре¬ восходство в пехоте: 3,8 против 1. Только в полосе наступ¬ ления 6-й французской армии было выпущено 2,5 млн снарядов, или до 900 кг металла на один погонный метр. Немецкие позиции периодически обстреливались хи¬ мическими снарядами. Огонь артиллерийских батарей корректировался с воздуха летчиками-наблюдателями, что заметно повышало эффективность стрельбы. Непрерывный артиллерийский огонь союзников де¬ морализовал оборонявшуюся немецкую пехоту, и сразу же после начала наступления французы и англичане су¬ мели захватить первую и вторую линию неприятельской обороны. И хотя первая из них оказалась почти полно¬ стью разрушенной, англичане не смогли поддержать французов: их войска за сутки продвинулись вперед всего на 2—3 км. Вскоре стороны начали подтягивать к берегам Сом¬ мы все новые и новые резервы, стремясь перехватить инициативу в свои руки. В августе со стороны англичан и французов в сражении участвовала уже 51 дивизия, со стороны немцев — лишь 31. Превосходство в воздухе также оставалось за авиацией союзников, которые до¬ вели численность самолетов до 5002. 1 Мировые войны XX века. К.1. Первая мировая война. Исторический очерк. М., 2002. С. 180. 2 ЗайончковскийА.М. Мировая война 1914—1918. Т. 2. М., 1938. С. 72. 188
Главнейшим событием битвы на Сомме стало прове¬ дение 15 сентября англичанами первой в истории тан¬ ковой атаки. Правда, из 49 танков на исходное положе¬ ние в тот день вышли только 32 машины, а в самой атаке участвовали только 18 танков. Остальные или застряли в грязи, или остановились в дороге из-за поломки мо¬ торов. Английские танки были несовершенны: их ско¬ рость едва достигала 3,7 км в час, запас хода был 19 км, горючего хватало только на 6 часов, танки имели плохой обзор, температура в них порой достигала +701. Тем не менее при поддержке танков английская пехота за пять часов продвинулась вперед на 4—5 км. Невиданные доселе танки произвели на германскую пехоту огромное психологическое воздействие. Сталь¬ ные чудовища с ревом, лязгая гусеницами, утюжили окопы, рвали колючую проволоку, давили пулеметные гнезда, из пулеметов и пушек расстреливали против¬ ника. Германская пехота бросала оборонительные по¬ зиции и убегала, пряталась в укрытиях или сдавалась в плен. Английские войска, наступавшие за танками, без особых потерь захватывали оставленные окопы, бро¬ шенные пулеметы и орудия. Один из танков вынудил сдаться в плен до 300 германских солдат, при поддержке другого без выстрела была взята деревня Флер. Но атака батареи у Гедекур закончилась д ля экипажа трагически. Раздавив одно орудие, танк был подбит другим и заго¬ релся. Из восьми человек экипажа сумели выбраться и спастись только двое. Всего за день боя было поврежде¬ но 10 танков. Однако, несмотря на огромный психологический эффект, произведенный танками, англичане не сумели прорвать оборону противника. Причиной этого явилось их ограниченное использование на весьма широком фронте. Введя всего 18 танков на 10-километровом учас¬ тке, англичане добились тактического, но не оператив¬ 1 Фуллер Дж. Танки в великой войне 1914—1918 гг. М., 1923. С. 42—43. 189
ного результата, повторив ошибку немцев с применени¬ ем отравляющих веществ в 1915 году. В битве при Сомме с обеих сторон участвовали 150 ди¬ визий, до 10 тыс. орудий, 1000 самолетов. Однако запла¬ нированное наступление французских и британских армий не принесло им успехов. Позиционный фронт германцев союзники не преодолели. Ценой огромных потерь им удалось отвоевать лишь территорию в 240 кв. км. На фронте в 35 км союзные армии продвинулись вперед до 10 км. Отмечая итоги военной кампании 1916 года на Запад¬ ном фронте, следует подчеркнуть, что, хотя сторонам так и не удалось в ходе ее достичь решающих успехов, она показала, что стратегическая инициатива уже пол¬ ностью перешла на сторону Антанты. Сражения под Верденом и на Сомме стали предвестником скорого кру¬ шения еще недавно, казалось, непобедимой германской военной машины. Военно-стратегическая ситуация в 1916 году непрос¬ то складывалась и на Восточном фронте, где активные боевые действия начались с проведения Нарочской операции. Необходимость в ней была вызвана тяжелым положением французов под Верденом. На проведении этой операции настаивал Жоффр, который просил на¬ чальника штаба российской Ставки генерала Алексеева безотлагательно начать подготовку наступления с целью в очередной раз оттянуть с Западного фронта как можно больше германских сил1. Наступательная операция российских войск у озера Нарочь, проведенная с 18 по 29 марта, успеха не име¬ ла — в очередной раз самым негативным образом здесь сказалась спешка в подготовке, недостаток боеприпасов и тяжелой артиллерии. Тем не менее свою стратегичес¬ кую задачу российская армия с честью выполнила: для отражения ее наступления Фалькенгайн спешно пере¬ бросил с Западного фронта четыре полнокровных ди¬ 1 Наступление Юго-Западного фронта в мае—июне 1916 г. Сборник документов мировой империалистической войны на рус¬ ском фронте (1914—1917). М., 1940. С. 56. 190
визии, после чего немецкие атаки под Верденом были временно прекращены. Впоследствии Жоффр высо¬ ко оценил союзническую помощь, оказанную Россией Франции в ходе боев за Верден. В начале 1916 года Россия держала против Централь¬ ных держав три фронта: Северный, Западный и Юго-За¬ падный. На всех трех фронтах числилось 1732 тыс. шты¬ ков и сабель против 1061 тыс. у неприятеля — т.е. общий перевес русских выражался в 671 тыс. штыков и сабель. Наибольшим он был севернее Полесья на фронте про¬ тив германских войск, наименьшим — южнее Полесья. 4 апреля Алексеев представил Николаю II доклад, в котором предлагал провести силами Северного и За¬ падного фронтов решительное наступление, отводя при этом Юго-Западному фронту оборонительные задачи. Через десять дней план предстоящей операции был об¬ сужден в Ставке в Могилеве. В итоге этого обсуждения было решено нанести главный удар войсками Западного фронта, а армиям Северного и Юго-Западного фронтов надлежало произвести вспомогательные удары. В директиве от 24 апреля указывалось подготовку к операции закончить в начале мая. Генералы А.Н. Куро- паткин и Эверт, руководившие соответственно Северо- Западным и Западным фронтами, изыскивали любой предлог, чтобы облегчить задачи своим фронтам, отод¬ винуть сроки начала активных действий, ссылались на слабость своих сил. А командующий Юго-Западным фронтом Брусилов, которому предлагали держаться оборонительной тактики, вдруг заявил, что он готов с имеющимися силами перейти в наступление одновре¬ менно с Эвертом и Куропаткиным! Для генералов, смотревших на войну как на способ делать карьеру, поведение Брусилова было совершенно непонятным. В перерыве совещания Куропаткин сказал Брусилову: «Вы только что назначены командующим, и вам притом выпадает счастье в наступление не перехо¬ дить, а следовательно, и не рисковать вашей боевой ре¬ путацией, которая теперь стоит высоко. Что вам за охота подвергаться крупным неприятностям, может быть, сме¬ 191
не с должности и потере того военного ореола, который вам удалось заслужить до настоящего времени? Я бы на вашем месте всеми силами открещивался от каких бы то ни было наступательных операций, которые при насто¬ ящем положении дела могут вам лишь сломать шею, а личной пользы вам не принесут». Брусилов с достоинством ответил: «Я о своей личной пользе не мечтаю и решительно ничего для себя не ищу, нисколько не обижусь, если меня за негодностью отчис¬ лят, но считаю долгом совести и чести действовать на пользу России». Куропаткин отошел, пожимая плечами и с удивлением глядя на беспокойного чудака. Так началась подготовка предстоящего наступления, в ходе которого у командующего армиями Юго-Запад¬ ного фронта генерала Брусилова созрел оригинальный замысел предстоявшей операции. Командующим фронтом Алексей Алексеевич стал, действительно, совсем недавно — 17 марта он как ко¬ мандир 8-й армии получил весьма неожиданную для него телеграмму — Ставка сообщала, что он назначается командующим Юго-Западным фронтом вместо генера¬ ла Иванова, не проявившего в предыдущих сражениях достаточной смекалки, опыта и энергии. Брусилов был уже не молод — ему шел 63-й год, а потому своему на¬ значению он удивился. Это был уже опытный военный, полвека отдавший русской армии и 15 лет ходивший в генеральском чине. Он блестяще проявил себя в ходе на¬ ступательных и оборонительных боев 1914—1915 годов, тем не менее ему было прекрасно известно, что царь не¬ долюбливал его за «солдатскую прямоту». Не был близок Брусилов и к царскому двору, не боролся беспощадно он, как Ренненкампф, с «врагом внутренним», а потому и не надеялся на повышение. Брусилов понимал, что в условиях ведения против¬ ником активной воздушной разведки скрыть сосредо¬ точение крупных войсковых группировок войск и боль¬ шого числа артиллерии на намеченном участке проры¬ ва невозможно. Получив такие данные аэроразведки, неприятель мог моментально подтянуть к угрожаемому 192
участку фронта дополнительные силы и артиллерию для отражения удара неприятеля. Учитывая эти обстоятель¬ ства, командующий Юго-Западным фронтом приказал в каждой армии и в некоторых корпусах выбрать по одно¬ му участку прорыва и немедленно приступить на них к земляным работам по сближению с противником. В ре¬ зультате подготовка атаки должна была начаться сразу в 20—30 местах. Враг тем самым лишался возможности определить направление главного удара и уже не мог собрать достаточные силы в местах ожидаемого проры¬ ва фронта. Основная задача в предстоящем наступлении отводи¬ лась 8-й армии, соседней с Западным фронтом, но гене¬ рал Брусилов решил атаковать неприятеля всем своим фронтом и взять инициативу на себя. Войскам Юго-За- падного фронта предстояло прорывать хорошо укреп¬ ленные позиции австро-венгерских армий, которые усиленно строились на протяжении девяти месяцев. Их оборона состояла из двух-трех позиций, а каждая из них имела две-три линии окопов, усиленных проволочными заграждениями, фугасами, бетонированными бойница¬ ми, стальными щитами. Противник имел хорошее воо¬ ружение для ведения позиционной обороны: большое число пулеметов, траншейных нугаек, бомбометов, ми¬ нометов, боевых припасов. Без помощи танков прорвать такую оборону было крайне сложным делом. Учитывая все это, генерал Брусилов приказал вести атаку волна¬ ми цепей пехотинцев, которые следовали друг за другом на расстоянии в 150—200 шагов. Наступающей пехоте предполагалось оказать мощную артиллерийскую под¬ держку, для чего в атакующие батальоны выделялись наблюдатели от артиллерийских батарей. Наступление на Восточном фронте готовилось в строжайшей тайне, однако всю намеченную программу подготовки к нему так и не удалось претворить в жизнь. Австрийское наступление в Трентино против Италии, просьба союзного командования ускорить проведение наступления вынудили Ставку изменить сроки прове¬ дения операции. Король Италии Виктор Эммануил III 193
обратился с личной телеграммой к Николаю II, прося помощи наступлением войсками Юго-Западного фрон¬ та. И в который уже раз Россия пошла навстречу своим союзникам по оружию. Утро 4 июня мощной артиллерийской канонадой воз¬ вестило о начале наступления Юго-Западного фронта, в состав фронта входило 643,5 тыс. штыков, 71 тыс. са¬ бель, 2,2 тыс. орудий1. Австро-венгерские войска, атако¬ ванные по всему фронту, не выдержали удара русских. Наибольший успех был достигнут на направлении дейс¬ твий 8-й армии под командованием генерала А.М. Кале¬ дина. Здесь был взят важный в стратегическом отноше¬ нии город Луцк, неприятель оказался разгромленным на ковельском и владимиро-волынском направлениях. По¬ зиции австро-венгерских войск оказались прорванными на фронте в 70—80 км и в глубину на 25—35 км. Уже за первые три дня наступления армии Юго-За¬ падного фронта добились больших успехов, но 8 июня Брусилов отдал директиву с требованием еще более усилить наступательные действия на флангах ударных группировок. С Северного фронта прибыл 5-й сибирс¬ кий корпус, который подкрепил наступавшие войска. Паническое бегство противника продолжалось. Только за три дня в плен сдалось более 100 тыс. австро-венгерс¬ ких солдат и офицеров, было взято много трофеев. Противник отступал по всей линии фронта. Его ко¬ мандование так и не смогло воспользоваться имевшими¬ ся резервами — наша армия наступала по всем направ¬ лениям. Однако успех начавшегося наступления таил в себе угрозу и для Юго-Западного фронта, поскольку его не поддержал в назначенные сроки Западный фронт. Его командующий генерал Эверт после неудачной атаки в направлении Барановичей начал оттягивать сроки об¬ щего наступления фронта. В такой сложной ситуации 16 июня Ставка решила перенести нанесение главно¬ 1 Залесский КЛ. Первая мировая война. Правители и воена¬ чальники. М., 2000. С. 82. 194
го удара на Юго-Западный фронт, войскам предписы¬ валось взять важный железнодорожный узел Ковель. Против такого решения Ставки выступил Брусилов. В телеграмме Алексееву он указывал, что выдвижение на Ковель правого фланга 8-й армии приведет к разрыву между линиями Западного и Юго-Западного фронтов, чем может воспользоваться противник. Германское и австро-венгерское командование в первые дни не придавало особого значения наступле¬ нию русского Юго-Западного фронта. Оно считало его демонстративным и думало, что к серьезным последс¬ твиям наступательный порыв противника не приведет. Однако прорыв российских войск в район Луцка изме¬ нил такое мнение: возникла угроза потери Ковельского железнодорожного узла. 8 июня в Берлине прошло совещание начальников генеральных штабов Центральных держав. На нем было принято решение о срочном сосредоточении близ Кове¬ ля ударной группировки с целью вырвать инициативу у русских, нанести им сильный контрудар, но решение это оказалось уже запоздалым. И все же под Ковель из Франции немцы быстро пере¬ бросили армейский корпус, а австрийцы с Итальянского фронта — две пехотные дивизии, а также воинские со¬ единения и отдельные части с различных участков вос¬ точноевропейского театра. Но и такими экстренными мерами исправить положение противнику не удалось. 16 июня австрийцы и немцы нанесли сильный конт¬ рудар в направлении Луцка. Однако войска 8-й армии и правого фланга 11-й армии под командованием генерала В.В. Сахарова во встречных боях успешно отразили его. И в это же самое время на южном участке Юго-Западно¬ го фронта был достигнут ощутимый успех. Левофланго¬ вая 9-я армия генерал П.А. Лечицкого нанесла пораже¬ ние противостоявшей ей 7-й австро-венгерской армии, форсировала Прут и 18 июня овладела Черновцами, и российские передовые части вышли на берега реки Се- рет. 195
25 июня на Юго-Западном фронте наступило вре¬ менное затишье. Брусилов решил провести перегруп¬ пировку своих сил на Волыни и нанести удар 3-й и 8-й армиями на Ковель. В связи с этим он приказал приоста¬ новить все наступательные операции, за исключением 9-й армии, двигавшейся на Станислав и Галич. К этому времени фронт взял около 200 тыс. пленных, 219 орудий, 196 минометов и 644 пулемета; общие потери противни¬ ка превысили 400 тыс. человек. Это решение Брусилова обусловливалось тем, что на¬ ступление российских войск к концу июня начало пос¬ тепенно выдыхаться. После дождей дороги стали труд¬ нопроходимыми, пехота была утомлена постоянными марш-бросками, артиллерия отстала, сказывалась и не¬ хватка боеприпасов. Фронтовые резервы были израсхо¬ дованы, и командующий фронтом уже не мог усиливать те армии и корпуса, которые имели хорошие шансы на развитие достигнутого успеха. К тому же неприятель, оправившийся после сильного удара, стал оказывать все более сильное сопротивление, проводя контратакующие действия. Было еще одно немаловажное обстоятельство: командующие Северным и Западным фронтами гене¬ ралы Куропаткин и Эверт воспротивились переброске подчиненных им дивизий и артиллерии в помощь ус¬ пешно наступавшему Брусилову. Они полагали, что это ослабит их фронты и лишит возможности самим прово¬ дить наступательные операции. 28 июля войска Юго-Западного фронта возобновили наступление. И опять позиции противника были прорва¬ ны во многих местах, а австро-венгерские части начали новое беспорядочное отступление. Однако форсировать с ходу реку Стоход близ Ковеля нашим не удалось — от¬ ступавший противник сумел уничтожить все переправы через нее. К тому же командующий фронтом уже не рас¬ полагал резервами для развития успеха и не надеялся их получить ни от Ставки, ни с других фронтов. Между тем, характеризуя обстановку тех дней, Людендорф писал: «...это был один из наисильнейших кризисов на Восточ¬ ном фронте. Надежды на то, что австро-венгерские вой¬ 196
ска удержат неукрепленную линию Стохода, было мало. Протекали очень тревожные дни. Мы отдавали все, что могли, и знали, что если противник нас атакует, то нам неоткуда ждать помощи»1. Чувствуя себя на пороге успеха, Брусилов, однако, по¬ нимал, что рассчитывать на активные действия Западно¬ го и Северного фронтов он не может. Созданная новая Особая армия (13-я по счету, но такого номера Николай II давать ей не стал) смогла добиться в наступлении толь¬ ко частичных успехов, хотя основу ее составляли войска российской гвардии. Один же фронт достигнуть ощу¬ тимых стратегических результатов просто не мог. Что¬ бы ликвидировать Брусиловский прорыв, германское и австро-венгерское командование сняли с Западного и Итальянского фронтов в общей сложности 30,5 пехот¬ ной и 3,5 кавалерийской дивизий. Это серьезно облег¬ чило положение французов под Верденом и итальянцев в Трентино. Во время второго этапа наступления российские вой¬ ска заняли города Галич, Броды, Станислав. К середине сентября наступление войск Юго-Западного фронта завершилось. Оно вошло в мировую военную историю как Брусиловский прорыв и имело большое моральное и военно-политическое значение, которое выразилось в крупном поражении армий Австро-Венгрии в Галиции и Буковине. В ходе Брусиловского наступления противник по¬ терял убитыми, ранеными и пленными до 1,5 млн чело¬ век. Только пленными австро-венгерские войска поте¬ ряли свыше 400 тыс. человек. Трофеями русских стали 581 орудие, 1795 пулеметов, 448 бомбометов и миноме¬ тов. Потери российских войск в ходе наступления соста¬ вили около 500 тыс. человек. Сам же Брусилов так оце¬ нил итоги операции Юго-Западного фронта: «По сравне¬ нию с надеждами, возлагавшимися на этот фронт весной 1916 года, его наступление превзошло все ожидания. Он 1 Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914—1918 гг. М., 1923. Т. 2. С. 82. 197
выполнил данную ему задачу — спасти Италию от раз¬ грома и выхода ее из войны, а, кроме того, облегчил по¬ ложение французов и англичан на их фронте, заставил Румынию стать на нашу сторону и расстроил все планы и предположения австро-германцев на этот год»1. Операция 1916 года на Юго-Западном фронте ока¬ залась незавершенной. Она могла быть более результа¬ тивной, поддержи его усилия другие русские фронты. Но фронт Брусилова не поддержала ни наша Ставка, ни англо-французское командование на Западном фронте, что было наглядным примером нескоординированности действий союзников по Антанте — первые орудийные выстрелы на Сомме прозвучали тогда, когда наступле¬ ние Юго-Западного фронта прекратилось. Брусиловский прорыв имел и еще одно важное по¬ литическое последствие: он положил конец колебаниям нейтральной Румынии, и 17 августа 1916 года она подпи¬ сала политическую и военную конвенции со странами Антанты. 27 августа Румыния объявила войну Австро- Венгрии. В ответ войну Бухаресту объявили Германия, Турция и Болгария, что повлекло за собой далеко не од¬ нозначные последствия. Вооруженные силы Румынии состояли из четырех армий — 23 пехотные и 2 кавалерийские дивизии — об¬ щей численностью около 600 тыс. человек. В причерно¬ морской Добрудже располагался российский 47-й кор¬ пус генерала А.М. Зайончковского. Больше половины румынских дивизий имели устаревшую артиллерию, а командный состав значительно уступал противнику по своей подготовке. Румынские войска начали наступление в Трансильва- нии против австрийцев и венгров 28 августа. Оно разви¬ валось крайне медленно и успеха не имело. Более того, странам Четверного союза удалось нанести румынам тяжелый ответный удар. В наступление перешла Дунай¬ ская армия под командованием Макензена, состоявшая из немецких, болгарских и турецких соединений. Ру¬ 1 Брусилов АЛ. Мои воспоминания. М., 1963. С. 248. 198
мынские войска были наголову разгромлены сначала на Дунае у города Туртукая, затем в Трансильвании. Буха¬ рест защищала группировка под командованием гене¬ рала К. Презана, потерявшего из 120 тыс. своих бойцов около 90 тыс. человек, из них 65 тыс. пленными. 6 дека¬ бря неприятельские войска заняли румынскую столицу. Генерал Алексеев, при всей своей сдержанной оцен¬ ке боевого потенциала нового союзника, подобного не ожидал. А у румын к концу года осталось под знамена¬ ми едва 70 тыс. солдат и офицеров, чуть больше десятой части имевшегося в августе состава. Российской армии пришлось брать на себя новый фронт. Одноколейная железная дорога, связывавшая Кишинев с румынски¬ ми Яссами, не успевала пропускать воинские эшелоны. Многие полки высаживались в чистом поле и маршем, по снегу и грязи, шли навстречу неприятелю. Созданная в сентябре 1916 года русско-румынская Добруджанская армия повела тяжелые бои в Добрудже, отступая к устью Дуная. В результате четырехмесячных боев почти вся Румыния была занята войсками Четвер¬ ного союза. В их руки попал значительный источник про¬ довольствия, сырья и нефти. Потери румын превысили 200 тыс. человек. Новый фронт на востоке, получивший название Румынского, стабилизировался на линии устье Дуная — Брэила — Фокшань — Окна — Дорна — Ватра, проходя несколько западнее российской государствен¬ ной границы. Вступление румын в войну на стороне Антанты дорого обошлось России. Ставка Верховного главнокомандую¬ щего была вынуждена отправить уже в скором времени на Румынский фронт всю 9-ю армию и управления 4-й и 6-й армий, объединивших 35 пехотных и 11 кавалерийс¬ ких дивизий. Главнокомандующим Румынского фронта номинально считался король Фердинанд I. Фактически руководство войсками было сосредоточено в руках его помощников — русских генералов В.В. Сахарова и сме¬ нившего его в апреле 1917 года Д.Г. Щербачева. Теперь Восточный фронт увеличился почти на 500 км и прости¬ рался от Балтийского до Черного моря. 199
С падением Румынии закончилась кампания 1916 года на Западном и Восточном фронтах Первой мировой войны. В ходе этой кампании ни одной из воюющих сто¬ рон вновь не удалось достичь поставленных стратеги¬ ческих целей: Германия не смогла разгромить Францию, а Австро-Венгрия Италию. Несогласованные действия Антанты также не позволили ей нанести решающее по¬ ражение Четверному союзу. Тем не менее, в 1916 году перевес был, несомненно, на стороне Антанты: союзни¬ ки добились превосходства над противником и по чис¬ ленности вооруженных сил, и по количеству вооруже¬ ния. Видный российский историк, сам участник войны А.М. Зайончковский не без основания полагал, что «1916 г. был годом перелома, подорвавшим в корне воен¬ ную мощь Центральных держав... Это был год, опреде¬ ливший победу Антанты в будущем»1. В 1916 году ситуация на периферийных фронтах ос¬ тавалась более или менее стабильной. Например, на Са¬ лоникском фронте в тот год крупных наступательных операций практически не велось. Здесь численность союзных войск постоянно наращивалась и, наконец, до¬ стигла 300 тыс. человек. Под командованием французс¬ кого генерала М. Саррайля находились шесть сербских, пять британских, четыре французские, одна итальянс¬ кая пехотные дивизии, одна российская пехотная брига¬ да, одна сербская кавалерийская дивизия. Эта союзная армия начала наступление на болгарские позиции осе¬ нью 1916 года, и 19 ноября сербы овладели городом Би- толь, но дальнейшее продвижение Салоникского фрон¬ та было приостановлено. С августа по конец ноября союзники понесли здесь большие потери: около 47 тыс. убитыми и ранеными. В конце года воевавшие стороны стали закрепляться на занимаемых горных позициях. Турецкое командование в кампании 1916 года не имело четкого плана проведения операций. Провал Дар¬ 1 Зайончковский А.М. Мировая война 1914—1918. М., Т. 2.1938. С. 101. 200
данелльской операции Антанты и последующая пере¬ броска ее войск на Салоникский фронт высвободили значительные турецкие силы, сконцентрированные на Галлипольском полуострове. Российское командование ожидало, что большая их часть будет переброшена на Кавказ для усиления 3-й турецкой армии, поэтому было решено упредить турок и разбить их 3-ю армию до под¬ хода из зоны Проливов подкреплений. Таким образом в самом конце 1915 года началась Эр¬ зурумская операция, которая завершилась 16 февраля следующего, 1916 года. Она проводилась в зимних ус¬ ловиях, а посему наученное горьким опытом командо¬ вание приняло все меры для обеспечения войск теплой одеждой: каждый боец получил короткий полушубок, стеганные на вате шаровары, теплые портянки и пару валенок, папаху с отворачивающимся назатыльником, варежки и шинель. Поскольку наступать предстояло в безлесной местности, каждый солдат нес с собой два по¬ лена. Внезапность сосредоточенного удара в ходе Эрзу¬ румской операции была достигнута за счет оперативной маскировки и дезинформации турок. В начале операции наступавшие российские войска штурмом овладели крепостью Эрзурум, захватив при этом около 300 орудий и 8 тыс. пленных. В Эрзурумской операции российская Кавказская армия лишилась 10% личного состава, а турецкая 3-я армия потеряла более половины своего состава и почти всю артиллерию. Тур¬ ки были полностью разгромлены. В те же дни российское командование провело еще одну наступательную операцию — Трапезундскую — си¬ лами Приморского отряда и отряда кораблей Черномор¬ ского флота. 18 апреля российские войска овладели Тра- пезундом, после чего наступление было прекращено. Победоносные удары российских войск в 1916 году отвлекли на Кавказский фронт значительные турецкие резервы, что существенно облегчило положение англи¬ чан у Суэца и в Месопотамии. К началу 1917 года против российской Кавказской армии действовали до 29 турец¬ ких пехотных дивизий — 54% всех сухопутных войск 201
Османской империи. По числу солдат и офицеров 2-я и 3-я турецкие армии, действовавшие на Кавказе, превос¬ ходили 1, 4, 5 и 6-ю вместе взятые, которые сражались против союзников России. Обстановка же в Месопотамии складывалась не в пользу англичан, которым очень дорого обошелся отказ от совместных действий с корпусом Баратова в наступ¬ лении на Багдад. 29 апреля 1916 г. 10-тысячный отряд Та- унсхенда, блокированный турками в Кут-эль-Амаре, ка¬ питулировал1. Престижу Британии на Ближнем Востоке был нанесен серьезный урон. Кавалерийскому корпусу Баратова не удалось оказать помощь союзникам — ему приходилось действовать на фронте в 650 км, имея в сво¬ ем составе всего 17,5 тыс. сабель и штыков. После паде¬ ния Кут-эль-Амары англичане боевых действий в Месо¬ потамии не вели, вплоть до начала зимы они занимались реорганизацией своих сил. В начале 1916 года затягивание войны все более и более беспокоило германских стратегов. В Берлине ста¬ ли думать и о том, как активизировать борьбу на море. Это вдохновило сторонников беспощадной подвод¬ ной войны. К этому времени ситуация на европейских фронтах изменилась. Немцы готовили решающее ге¬ неральное наступление под Верденом, а это диктовало необходимость эффективно перерезать коммуникации союзников со своими заокеанскими поставщиками во¬ оружения и связи Британии с континентом. Фалькен- гайн и новый руководитель адмиралтейства гросс-ад- мирал Г. Гольцендорф в конце осени 1915 года начали пересматривать свое в недалеком прошлом негативное отношение к беспощадной подводной войне. Фалькен- гайн полагал, что в условиях затягивания войны и угро¬ зы полного экономического истощения Германии курс на дипломатическое маневрирование и заигрывание с Америкой не оправдывает себя. Тяжелая экономичес¬ кая ситуация и возможность проявления массового не¬ 1 Лудшувейт Е.Ф. Турция в годы Первой мировой войны. М., 1966. С. 90. 202
довольства, по его мнению, не оставляли немцам другого выхода, кроме достижения военной победы в 1916 году при использовании всех возможных средств. Еще 27 ок¬ тября 1915 года Гольцендорф рекомендовал как можно быстрее возобновить подводную войну на прежних ус¬ ловиях. Противоборство между различными группировками в Берлине по поводу возобновления подводной войны в начале 1916 года было крайне острым и привело к боль¬ шим кадровым изменениям. Как бы то ни было, прави¬ тельство Германии 11 февраля официально заявило о на¬ чале с 1 марта 1916 года так называемой «обостренной» подводной войны, при которой командирам немецких субмарин давался приказ без предупреждения торпе¬ дировать только вооруженные торговые суда Антанты. Эта не была «неограниченная», «беспощадная» подвод¬ ная война, за которую ратовали крайние милитаристы, но и она могла привести к далеко идущим последствиям. 4 марта было решено отложить начало неограниченной подводной войны до 1 апреля, а оставшееся до этого дня время активно использовать для убеждения в правомер¬ ности подобного шага союзников и нейтралов1. Пока в берлинских верхах шли дискуссии, на море произошло событие, которого и следовало ожидать. «Обостренная» подводная война рано или поздно обяза¬ тельно должна была привести к новому американо-гер- манскому конфликту. 24 марта 1916 г. французский пас¬ сажирский пароход «Сассекс» был без предупреждения атакован в Ла-Манше немецкой подводной лодкой UB- 29. И хотя судно не было потоплено, в инциденте по¬ гибли и были ранены 80 человек, в том числе несколько американцев. Реакция Белого дома была крайне резкой. Ближайшие советники президента США В. Вильсона — полковник Э. Хауз и государственный секретарь Р. Лан¬ синг — требовали самого решительного ультиматума в отношении Германии. Еще больше ситуацию усугубила 1 Эггерт З.К. Борьба классов и партий в Германии в годы Первой мировой войны (август 1914 — октябрь 1919). М., 1957. С. 312. 203
нота Берлина от 10 апреля, в которой вопреки фактам отрицалось, что «Сассекс» был атакован немецкой суб¬ мариной. После этого президент В. Вильсон направил в Берлин жесткий ультиматум с требованием немедленно прекратить атаки на торговые и пассажирские суда, воз¬ вратившись к правилам ведения «крейсерской войны» и под водой. Некоторые весьма влиятельные лица в Берлине опа¬ сались обострения споров с США по поводу подводной войны. 24 апреля 1916 года в имперской канцелярии состоялось совещание по этой проблеме. Большинство его участников, в их числе и сам канцлер, статс-секре- тарь по иностранным делам Г. фон Ягов, его заместитель А. Циммерман, министр внутренних дел К. Гельферих, морской министр Э. фон Капелле — преемник на этом посту Тирпица, пришли к выводу об абсолютной необ¬ ходимости уступок США. Двусмысленную позицию за¬ нял лишь начальник морского Генерального штаба Голь- цендорф. Совещание пришло к выводу о целесообраз¬ ности уступок Соединенным Штатам и ведении впредь подводной войны по правилам крейсерской. Подобной точки зрения на события к этому времени стал придер¬ живаться и кайзер. В этот же день Гольцендорф отдал приказ морякам в Вильгельмсхафене прекратить все военные дейст¬ вия против торговых судов вокруг Британских остро¬ вов и впредь вести операции по правилам крейсерской войны. В свою очередь, командование подводного флота отказалось от ведения крейсерской войны, сославшись на большой риск для субмарин. Адмирал Тирпиц вспоминал: «Нота по поводу «Сас- секса» явилась поворотным пунктом в ходе войны, она знаменует собой начало нашей капитуляции. Весь мир увидел, что Америка сломила нас. Со времени этого ре¬ шения мы пошли назад». И он был не одинок в своих суждениях. В начале лета 1916 года произошли события, еще бо¬ лее усилившие значение подводных лодок в борьбе на море. В результате Ютландского боя в конце мая — на¬ 204
чале июня 1916 года оказались окончательно дискреди¬ тированы все прежние стратегические идеи войны на море. То была единственная генеральная битва флотов Великобритании и Германии на протяжении войны. Во время Ютландского сражения со всей очевиднос¬ тью обнаружились ограниченность и нежизнеспособ¬ ность как стратегии «генерального сражения» британс¬ кого адмиралтейства, так и теории «уравнивания сил», проповедуемой кайзеровскими адмиралами. Англичане потеряли 14 судов общим тоннажем 113 570 т, при этом 6097 человек были убиты, 510 ранены и 177 взяты в плен. Немцы потеряли 11 судов общим тоннажем 60 250 т при 2551 убитом и 507 раненых1. Таким образом, «по очкам» победа вроде бы досталась немцам, однако это было лишь видимостью. В реальной же жизни крупнейшая битва на море за всю историю человечества так и не решила ни одной из поставленных задач как для одних, так и для других: британский флот не был разгромлен, и расстановка сил на море кардинальным образом не из¬ менилась. С другой стороны, немцам также удалось со¬ хранить главные силы флота и не допустить его уничто¬ жения, каковое неизбежно сказалось бы и на действиях подводного флота рейха. После Ютландского боя в Берлине было окончатель¬ но осознано, что германскому флоту не хватит сил раз¬ громить англичан в следующем генеральном сражении и тем самым внести коренной перелом в ходе борьбы на море. Они вновь обратили свои взоры к подводному флоту. 9 июня Гольцендорф уведомил канцлера о том, что после Ютландского боя многое прояснилось. Поэтому он попросит аудиенции у кайзера, с тем чтобы убедить того возобновить с 1 июля 1916 года в ограниченных фор¬ мах подводную войну. Канцлер отнесся к этому извес¬ тию негативно. Наступление русских войск в Галиции, опасность вступления в войну Румынии, отрицательное отношение к подводной войне со стороны нейтралов, 1 Флот в Первой мировой войне. Т. 1. М., 1964. С. 404. 205
прежде всего США, Нидерландов и Швеции, — все это могло в случае возобновления акций немецких субма¬ рин привести к нежелательным для Германии последс¬ твиям. В июне 1916 года крайним милитаристам так и не уда¬ лось столкнуть Германию в пропасть — было решено подождать окончания президентских выборов в США и вполне вероятного тогда начала американо-мексиканс- кой войны. Именно эта грядущая война должна была, по замыслу немцев, отвлечь внимание Белого дома от евро¬ пейских дел. Но 29 августа в военной верхушке Германии произош¬ ли серьезные перестановки, что непосредственно сказа¬ лось и на отношении к подводной войне. Фалькенгайн на посту начальника Генштаба был заменен Гинденбургом в тесной связке с Людендорфом. Для последнего была специально создана должность первого генерал-квар- тирмейстера. Возникновение так называемого Третьего Верховного командования (3-е ОХЛ), решающее слово в котором все чаще принадлежало именно Людендорфу, означало, по сути, установление в Германии своего рода военно-диктаторского режима, сосредоточение в руках ОХЛ не только военных, но и политических, экономи¬ ческих и дипломатических рычагов и решений. Этот но¬ вый центр власти со временем решительно потеснил не только имперское правительство, но и самого Вильгель¬ ма II с его окружением. С приходом тандема Гинденбурга и Людендорфа к руководству армией связывались надежды и «верхов», и значительной части германского общества на переход от «бухгалтерски расчетливого» стиля войны к «тоталь¬ ной войне» (терминологическое нововведение Люден¬ дорфа). Оба военачальника являлись сторонниками по¬ беды любой ценой. И хотя они детально не разбирались в специфике военных действий на море, но активно под¬ держивали и здесь самые решительные действия1. Лю- 1 Jonas М. The United States and Germany: A Diplomatic History. Ithaka —L.f 1984. P. 118. 206
дендорф, например, полагал, что «неограниченная под¬ водная война является последним средством закончить войну победоносно, не затягивая ее до бесконечности. Если подводная война в такой форме могла стать реша¬ ющей, — а флот надеялся на это, — то она при нашем военном положении становилась долгом по отношению к германскому народу»1. Гинденбург и Людендорф дали толчок к возобновле¬ нию дискуссии о подводной войне, когда 31 августа на совещании в Плесе заявили о необходимости возврата к ней. И вновь их оппонентами стали те в правящих кругах Берлина, кто хотел добиться заключения мира при помо¬ щи сепаратных переговоров с Антантой при посредни¬ честве США. Возобновление подводной войны ставило крест на всех попытках достижения сепаратного мира с Лондоном. Тем не менее в начале осени 1916 года в германском адмиралтействе и в командовании океани¬ ческого флота началась интенсивная разработка новых планов возобновления беспощадной подводной войны. По существу, однако, ни Гольцендорф, ни командую¬ щий флотом адмирал Р. Шеер и его помощники не пред¬ ложили никаких новых идей. При полном игнорирова¬ нии опасности вступления в войну на стороне Антанты Соединенных Штатов они требовали скорейшего возоб¬ новления акций субмарин в самых жестких формах. Тревожные сообщения из-за океана никоим образом не оказали влияния на мышление германских военных стратегов. Опьяненный успехами в Румынии, Гинден¬ бург 8 декабря представил меморандум. В одном из его разделов говорилось, что немецкие войска в Румынии будут продвигаться лишь до реки Сирет, а затем пере¬ бросятся на Запад для ведения войны против Дании и Нидерландов. Одновременно с этим в январе 1917 года он обещал возобновить неограниченную подводную войну. Таким образом, впервые из уст военных прозву¬ чала конкретная дата интенсификации войны на море. 1 Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914—1918 гг. Т. 2. М., 1924. С. 249. 207
Высокопоставленные германские военно-морские стратеги полагали, что внезапное объявление неограни¬ ченной подводной войны полностью прервет связи США с Европой, потому и угрозу вступления американцев в войну следовало воспринимать серьезно. 24 декабря Гинденбург полностью солидаризировался с точкой зре¬ ния шефа адмиралтейства. Канцлер же, как и прежде, возражал против требований генералов и адмиралов. Он сколько мог оттягивал этот роковой шаг и все еще искал выхода в дипломатической сфере, возлагая надежды прежде всего на Вильсона. Но аргументы Бетман-Голь- вега в условиях категорического отказа Антанты пойти на какие-либо переговоры о мире с Берлином звучали все менее убедительно. Во многих кругах в Берлине вос¬ торжествовала другая точка зрения: войну можно выиг¬ рать только при коренном повороте в свою пользу, вве¬ дя в дело все доступные средства. Не случайно вопрос о подводной войне столь остро встал после Брусиловского прорыва и боев за Верден, показавших, что и на Восто¬ ке, и на Западе Антанта имеет достаточные резервы для окончательного перелома хода военных действий в свою пользу. Указанная тенденция проявилась 29 декабря во время совещания в Плесе политического руководства и 3-го ОХЛ. Хотя там не прозвучало никаких официаль¬ ных заявлений относительно способов ведения войны на море, по сути, оно знаменовало поворотный пункт в этой дискуссии. Последний раз вопрос о подводной войне обсуждался на заседании коронного совета 9 января 1917 года. Рейх¬ сканцлер капитулировал перед членами ОХЛ. Оконча¬ тельно было одобрено роковое для Германии решение о начале с 1 февраля неограниченной беспощадной под¬ водной войны. Берншторф в Вашингтоне безуспешно пытался убедить американское правительство понять ситуацию, которая вынудила Германию использовать «грубые методы войны» и не доводить дело до полного разрыва. 3 февраля Лансинг передал ему ноту о разрыве дипломатических отношений между двумя странами. 208
События, связанные с подводной войной, являются одним из наиболее ярких свидетельств недальновиднос¬ ти и порочности германской внешней политики, сде¬ лавшей ставку исключительно на силу. Краеугольным камнем этой политики была уверенность, что новый вид оружия может поставить Британию на колени за пять месяцев. Но эта решительность ни на чем не основы¬ валась. Тирпиц явно кривил душой в декабре 1924 года, отвечая на упреки бывшего немецкого канцлера Бюлова в недостаточном внимании к подводному флоту Герма¬ нии. Адмирал утверждал, что якобы «именно вопрос о подводных лодках был приведен нами с чрезвычайными усилиями в действие таким образом, что уже к началу войны, что касается подводных лодок, мы были сильнее, чем все флоты мира, вместе взятые»1. 1 Михельсен А. Подводная война 1914—1917. М.—Д., 1940. С. 105—105.
Год обманутых надежд Антанта в предвкушении близкой победы — Матавская операция — Июньское наступление — Рижская операция —Апрельское наступление на Западном фронте — Операция у Камбре — Битва за Капоретто — На Салоникском фронте — Бои на Кавказе и Ближнем Востоке — Мо- онзундская операция 1917 год воюющие коалиции встретили с разным настроением. Особо унылым оно было в стане Цент¬ ральных держав. Морская блокада привела к резкому спаду производства вооружения и предметов военного снабжения в Германии, до минимума сократились воз¬ можности подвоза продовольствия и стратегического сырья. Более того, в 1916 году страну постиг жестокий неурожай, в стране начался голод. Пытаясь хоть как-то справиться с тяжелой ситуацией, Германия первой из воюющих стран ввела карточную систему на продоволь¬ ственные товары. По установленным нормам население могло получить в сутки: хлеба — 270 г, мяса — 35 г, жи¬ ров — 12,7 г, картофеля — 400 г. Зима 1916—1917 годов в народе получила название «брюквенной», потому что все основные продукты питания: молоко, масло, жиры, хлеб — были заменены брюквой. Это в некоторых горо¬ дах привело к акциям протеста1. Полностью Берлин исчерпал и мобилизационные ре¬ 1 Садовая Г.М. Германия: от кайзеровской империи к демок¬ ратической республике (1914—1922 гг.). Самара, 2008. С. 98. 210
сурсы, в войска были призваны все способные носить ружье. Это привело к падению морального духа среди солдат и офицеров рейхсвера. Сам Людендорф с болью в сердце признавал, что положение страны к началу 1917 года было «почти безысходным». Еще хуже ситуация обстояла в Австро-Венгрии, кото¬ рая практически находилась в состоянии полураспада, а порядок в армии держался только на германских шты¬ ках. В стране было полностью исчерпано сырье, людс¬ кие ресурсы, все слои населения многонациональной империи охватило тупое отчаяние. Аналогичная ситу¬ ация складывалась и в других двух странах Четверного союза — Болгарии и Турции. Было ясно, что противник находится в смертельной агонии. Стремясь в последней попытке собрать всю свою волю и силу в кулак, осенью 1916 года немцы приняли «программу Гинденбурга», согласно которой военное производство в Германии должно было увеличиться в 2, а по некоторым видам вооружения в 3—3,5 раза, была проведена всеобщая обязательная трудовая повинность для всех граждан в возрасте от 16 до 60 лет. Но, несмот¬ ря на все предпринятые меры, достичь уровня, в полной мере удовлетворявшего потребности германской армии, так и не удалось. Сложная ситуация оставалась и в странах Антан¬ ты. Там тоже ощущался недостаток всего необходимо¬ го, хотя и не в такой мере, как у Центральных держав. Тем не менее после того, как в январе 1917 года самая промышленно развитая держава в мире США сначала разорвала дипломатические отношения с Германией, а затем в апреле присоединилась к Антанте, в распоряже¬ нии союзников оказались неисчерпаемые сырьевые и людские ресурсы. В пользу Антанты складывалась и рас¬ становка сил на полях сражений — она имела к началу 1917 года 425 дивизий против 331 у противника, а общая численность вооруженных сил была 27 млн штыков про¬ тив 10 млн у Центральных держав1. 1 Мировая война в цифрах. М.—Д., 1934. С. 13—14. 211
Для разработки планов ведения войны в новом году, в ноябре 1916 года во французской главной иггаб-кварти- ре в Шантильи по установившейся традиции собрались представители союзных армий. После недолгих кон¬ сультаций в Шантильи были приняты решения, которые сводились к следующему: 1) союзные армии должны подготовить к весне 1917 года совместные и согласо¬ ванные операции, которые имели бы целью придать кампании этого года решающий характер; 2) чтобы вос¬ препятствовать противнику вернуть себе инициативу, в течение зимы должны продолжаться уже начатые на¬ ступательные операции в том размере, который допус¬ кается климатическими условиями отдельных фронтов; 3) к первой половине февраля должны быть подготовле¬ ны совместные наступательные действия теми силами и средствами, которыми к тому времени будут распола¬ гать союзные армии; 4) если обстоятельства позволят, то общие наступательные операции с наиболее полным ис¬ пользованием тех средств, которые каждая армия будет иметь возможность ввести в дело, будут начаты на всех фронтах, как только окажется возможность их согласо¬ вать1. В январе—феврале 1917 года была проведена очеред¬ ная встреча представителей союзных армий. На этот раз она состоялась в Петрограде. Участники конференции ставили своей задачей уточнить те решения, которые они приняли в Шантильи, — прежде всего ими была подтверждена выраженная ранее непоколебимая уве¬ ренность довести войну до победного конца именно в предстоящую кампанию. В постановлении конферен¬ ции говорилось: «Кампания 1917 года должна вестись с наивысшим напряжением и с применением всех налич¬ ных средств, дабы создать такое положение, при кото¬ ром решающий успех союзников был бы вне всякого сомнения». На встрече в российской столице также был обсуж¬ ден и вопрос о сроке начала общих операций. Особое 1 История Первой мировой войны 1914—1918. М., 1975. Т. 2. С. 288. 212
место в работе конференции заняли вопросы, связан¬ ные с оказанием России помощи оружием и военными материалами. Русские представители накануне произве¬ ли тщательный подсчет всего боевого имущества, кото¬ рое находилось на фронте и на складах. Ставка просила союзников удовлетворить потребности русской армии в важнейших предметах боевого снабжения, однако со¬ юзники направляли свои усилия главным образом к со¬ кращению заявок русских1. Куда более пессимистично смотрели на будущее в Берлине. Общее положение страны и ее союзниц не позволяло думать о проведении серьезных наступатель¬ ных операций. Там не оставалось ничего другого, кроме как перейти на всех фронтах к стратегической обороне и уповать на господа бога. В полном соответствии с разработанными вместе с союзниками планами, в конце 1916 — начале 1917 года русское командование решило провести в районе Риги наступательную операцию, получившую название Ми- тавской. Операция носила частный характер. Выполне¬ ние операции было возложено на 12-ю армию Север¬ ного фронта под командованием генерала Р.Д. Радко- Дмитриева. Ей противостояла 8-я германская армия. У немцев насчитывалось 99 батальонов при 567 орудиях (из них 275 тяжелых), а у русских — 184 батальона при 886 орудиях (из них 245 тяжелых). Такое соотношение в силах и средствах позволяло русскому командованию добиться известных оперативных результатов. Выбранный русским командованием для проведения Митавской операции район представлял собой лесисто¬ болотистую местность с песчаными дюнами. Высокий уровень грунтовых вод не позволял оборудовать разви¬ тую систему траншей. Германская оборона передовой позиции опиралась на сильные узлы сопротивления, созданные на дюнах. Каждый из них состоял из блокга¬ узов, защищенных засеками и завалами из оплетенных проволокой деревьев. В промежутках между дюнами 1 Емец В Л. Петроградская конференция 1917 г. и Франция // Исторические записки. 1969. Т. 83. С. 33. 213
были сооружены окопы из бревен, укладываемых на поверхность земли. Окопы прикрывались тремя рядами колючей проволоки в 4—6 кольев. В глубине располага¬ лась еще не достроенная вторая полоса обороны против¬ ника. Германское командование считало возможным обойтись на этом участке фронта сравнительно неболь¬ шими силами. Генерал Радко-Дмитриев решил воспользоваться сла¬ бостью обороны 8-й германской армии и нанести удар на широком фронте. Цель операции состояла в том, что¬ бы прорвать германские позиции и отбросить против¬ ника за реки Эккау и Аа. В дальнейшем предполагалось овладеть Митавой и перерезать железную дорогу Мита- ва — Крейцбург. О грядущей операции знал строго ограниченный круг лиц. Кроме того, чтобы ввести в заблуждение про¬ тивника, была имитирована переброска 6-го Сибирско¬ го корпуса в Румынию. В результате этих мероприятий германское командование оказалось введенным в за¬ блуждение относительно намерений русских. Силы 12-й армии были сведены в три оперативные группы: Одингскую, Бабитскую и Олайскую. Главный удар наносила Бабитская группа. В ночь на 23 декабря 1916 года (5 января 1917 года) внезапно, без артиллерий¬ ской подготовки, русские войска атаковали противника. В первые же часы на участке Бабитской группы обоз¬ начился успех. Ее части прорвали фронт противника в двух местах и к исходу дня заняли район Скудр — Граб¬ бе. Атаки же Одингской и Олайской групп оказались безуспешными, отсеченные сильным огнем противника, они вынуждены были отойти на исходное положение. На остальном фронте 12-й армии велись бои местного значения. Тактический прорыв, осуществленный Бабитской группой, не был, однако, развит в оперативный, а эле¬ мент внезапности был утерян. Дальнейшие боевые дей¬ ствия вылились в затяжную и кровопролитную борьбу за овладение отдельными пунктами. 29 декабря 1916 года (11 января 1917 года) по приказу Радко-Дмитриева на¬ 214
ступление было прекращено. Войска получили приказ «прочно утвердиться на занятых новых позициях». Атака на Митаву оказалась полной неожиданностью для германской главной квартиры. Резервов у немцев на этом участке не оказалось. Предоставлялась реальная возможность, развивая наступление, выйти к железной дороге Крейцбург — Митава и, угрожая флангу и тылу якобштадтской и двинской группировок противника, заставить его оттянуть свой фронт от Западной Двины. Но этого не было сделано. В результате наступление свелось только к некоторому улучшению расположения русских войск. В конечном итоге Митавская операция оказалась безрезультатной, а намеченная цель достигнута так и не была. Причиной этого явился ряд серьезных упуще¬ ний русского командования при ее подготовке и веде¬ нии. Сосредоточив все свое внимание на подготовке к прорыву неприятельской обороны, оно не продумало мероприятий по его развитию. В ходе операции вскры¬ лось и истинное состояние российской армии. Давно назревавшее среди солдатских масс недовольство вой¬ ной вылилось в открытые революционные выступления. Наиболее широкий размах они получили в сибирских частях, считавшихся самыми дисциплинированными и боеспособными. Генерал Рузский отмечал, что «Рига и Двинск — несчастье Северного фронта, особенно Рига. Это два распропагандированных гнезда»1. Это подтверждал и генерал Брусилов, главнокомандующий Юго-Западным фронтом. Армия не хотела больше вое¬ вать. Мало кто из многих миллионов простых русских солдат понимал, за какие «идеалы» они годами должны гнить в окопах, кого и от кого они должны защищать. Не понимали, за что воюет их страна, и простые граждане России. Больше страдать и голодать за «Проливы» никто не хотел. «Запас прочности» Российской империи, в от¬ личие от Германской, оказался низким. Таким образом впервые столь очевидно политичес¬ кий фактор вмешался в события Первой мировой войны. 1 Разложение армии в 1917 г. М.—Д., 1935. М. 7 215
В этой книге мы оставим за скобками сами революци¬ онные события февраля и октября 1917 года в России, лишь кратко остановимся на том, как они отразились на состоянии российской армии и положении на фронте. Особенно важную роль в этом смысле сыграл приказ № 1 от 1 (14) марта 1917 года, изданный Петроградским Советом рабочих и солдатских депутатов по гарнизону Петроградского военного округа. Он предписывал во всех воинских частях немедленно выбрать комитеты из представителей от нижних чинов, а также избрать, где это еще не было сделано, по одному представителю от рот в Совет рабочих депутатов. В политическом отно¬ шении воинская часть подчинялась Совету рабочих и солдатских депутатов и своим комитетам. Распоряже¬ ния, исходившие от Государственной думы, подлежали исполнению только в том случае, если они не противо¬ речили приказам и постановлениям Совета рабочих и солдатских депутатов. Смертная казнь за дезертирство и невыполнение приказа теперь также отменялась. Приказ № 1 оказал огромное революционизирующее влияние на солдат действующей армии и тыловых воин¬ ских формирований, способствовал прогрессирующей деморализации армии и неуклонному падению дисцип¬ лины в войсках. Именно после этого приказа начался неконтролируемый развал некогда могучей российской армии, развал, который привел к подписанию в марте 1918 года унизительного Брестского мира, по которому Российское государство теряло огромную часть своей территории. Именно в этот период в русской армии получило ши¬ рокое распространение такое позорное явление, как массовая сдача в плен. К концу 1917 года в немецком или австро-венгерском плену оказалось огромное количест¬ во русских солдат и офицеров — почти 2,5 млн человек. (Французов сдалось в плен чуть более 500 тыс. человек, англичан — 107 тыс. Даже из разношерстной австро¬ венгерской армии к концу 1918 года в плен к противнику попало 2,2 млн человек.) Несмотря на крайне тяжелые условия содержания, наши солдаты предпочитали сда¬ 216
ваться врагу, а не защищать с оружием в руках чуждые им интересы правящих кругов страны1. Однако в феврале 1917 года Россия из войны не вы¬ шла и вопрос об организации крупного наступления на русском фронте, предусмотренного общим планом со¬ юзников, встал со всей остротой перед Временным пра¬ вительством и верховным главнокомандованием уже в первые дни после революции. К сожалению, западные союзники России, требуя от нашей стороны перехода в наступление в соответствии с общим планом действий, поступили крайне неразумно и не пытались понять всей сложности внутриполитичес¬ кой ситуации в России, сориентироваться в ней. Впро¬ чем, со своей чисто эгоистической точки зрения они, может, и были правы — Гинденбург готовил решающее наступление на Западе, и европейским стратегам каза¬ лись хорошими все средства, которые позволили пере¬ бросить немецкие дивизии с Запада на Восток. Военные и политики в Париже и Лондоне были куда менее сен¬ тиментальными по сравнению с их русскими коллегами и руководствовались в своих действиях исключительно конкретными интересами собственных стран и народов, а не абстрактными принципами союзнической солидар¬ ности. Благородные действия русских в ходе подготовки и осуществления Восточно-Прусской операции и Бруси¬ ловского прорыва были ими забыты прежде, чем остыли дула наших артиллерийских орудий. 9 (22) и 12 (25) марта главнокомандующий Алексеев представил военному министру два доклада, в которых изложил тяжелое положение армии и высказал мысль о невозможности в ближайшее время вести наступа¬ тельные действия, предусмотренные решениями кон¬ 1 Подробнее на эту тему см.: Сергеев Е.Ю. Русские военно¬ пленные в Германии и Австро-Венгрии в годы Первой мировой войны // Новая и новейшая история. 1996. № 4. С. 65—78; см. так¬ же: Микшич Д. Русские военнопленные Первой мировой войны в Хорватии (по документам Хорватского государственного архи¬ ва) // Последняя война Российской империи. Россия, мир накану¬ не, в ходе и после Первой мировой войны по документам российс¬ ких и зарубежных архивов. М., 2006. С. 263—265. 217
ференций в Шантильи и Петрограде. «Мы приняли на этих конференциях известные обязательства, — писал он, — и теперь дело сводится к тому, чтобы с меньшей потерей нашего достоинства перед союзниками или от¬ срочить принятые обязательства, или совсем уклонить¬ ся от исполнения их... Сила обстоятельств приводит нас к выводу, что в ближайшие 4 месяца наши армии долж¬ ны бы сидеть спокойно, не предпринимая решительной, широкого масштаба операции...»1. Через несколько дней, 18 (31) марта, в Ставке было проведено совещание представителей центральных уп¬ равлений Военного министерства. Его участники при¬ шли к выводу, что русская армия не сможет начать на¬ ступление в намеченный срок, т.е. во второй половине апреля. Отмечался упадок дисциплины в войсках, рас¬ стройство железнодорожного транспорта и связанные с этим нарушения снабжения армии всем необходимым, нехватка продовольствия, невозможность отправки на фронт пополнений в ближайшее время вследствие не¬ благонадежности запасных частей. Было высказано вес¬ кое мнение об отказе от весеннего наступления и пере¬ ходе к обороне. Чтобы более досконально разобраться в сложившей¬ ся ситуации, Ставка решила запросить главнокоманду¬ ющих фронтами. Мнения по этому вопросу раздели¬ лись. Главнокомандующие Западным и Юго-Западным фронтами были сторонниками скорейшего перехода в наступление, т.к., по их мнению, чем быстрее войска бу¬ дут втянуты в боевую работу, «тем они скорее отвлекут¬ ся от политических увлечений». В ответе главнокомандующего армиями Юго-Запад- ного фронта Брусилова говорилось: «... На военном со¬ вете всех командиров фронта под моим председатель¬ ством единогласно решено: 1) армии желают и могут наступать, 2) наступление вполне возможно. Это наша обязанность перед союзниками, перед Россией и перед всем миром». 1 История Первой мировой войны 1914—1918. Т .2. М.г 1975. С. 309. 218
Только главнокомандующий Северным фронтом Рузский считал необходимым «отказаться в ближай¬ шие месяцы от выполнения наступательных операций и сосредоточить все усилия на подготовке к упорной обороне»1. Под влиянием соображений большинства главно¬ командующих фронтами это особое мнение было про¬ игнорировано, пересмотрел свои взгляды и Алексеев. 30 марта (12 апреля) он подписал директиву № 2647 о подготовке наступления на русском фронте. Направ¬ ления главных ударов назначались: для Юго-Западного фронта — Галиция, для Западного фронта — на Вильно и для Северного фронта, если обстоятельства позволят ему перейти в наступление, — на Митаву. Кавказскому фронту ставилась задача удерживать свое положение. Черноморский флот должен был быть готовым оказать полное содействие возможным операциям румынского фронта на Нижнем Дунае и в Добрудже, а Балтийский флот — скорее восстановить свою боеспособность. Принимая в марте решение о переходе в наступление на русском фронте, Ставка еще руководствовалась стра¬ тегическими соображениями. Но в апреле — мае поло¬ жение круто изменилось. На первое место стали выдви¬ гаться мотивы политического порядка, задачи борьбы с нараставшим в стране революционным движением. Об этом красноречиво говорят материалы совещания глав¬ нокомандующих фронтами, которое состоялось 1 (14) мая в Ставке верховного главнокомандующего. На нем было подробно обсуждено положение в армии. Коман¬ дующие пришли к выводу о необходимости перехода в наступление на русском фронте, видя в этом единствен¬ ное средство «спасения армии и России», восстановле¬ ния пошатнувшегося авторитета у союзников. Вскоре началась усиленная подготовка к новому на¬ ступлению. 16 (29) июня артиллерия Юго-Западного фронта открыла огонь по позициям австро-венгерских войск. 18 июня (1 июля) в атаку были брошены 11-я и 7-я 1 Зайончковский А.М. Стратегический очерк войны 1914— 1918. М., 1923. Ч. 7. С. 130. 219
армии. Большой успех выпал на долю войск 8-й русской армии, которая 23 июня (6 июля) прорвала оборону про¬ тивника южнее Станислава. 27 июня (10 июля) она за¬ няла Галич, 28 июня (11 июля) — Калуш. Ставка и штаб Юго-Западного фронта предприняли попытку использо¬ вать успех 8-й армии за счет ее усиления 7-й армией. Од¬ нако достаточно боеспособных частей для продолжения наступления не было. Из-за отказов войск выходить на позиции перегруппировка задерживалась. 6 (19) июля германское командование нанесло контрудар. Русские войска почти не оказывали противнику сопротивления. Они массами снимались с позиций и уходили в тыл. От¬ ход прекратился 15 (28) июля на линии Броды — Зба- раж — Гржималов — Кимполунг. 10 (23) июля на Северном фронте перешла в наступле¬ ние 5-я армия. Заняв первую линию окопов противника, солдаты отказались продвигаться дальше и вернулись на исходные позиции. Не лучше обстояло дело на Западном фронте, где 9 (22) июля развернула боевые действия 10-я армия. После ис¬ ключительно эффективной артиллерийской подготовки ее войска двинулись в атаку, прошли церемониальным маршем две-три линии окопов противника, побывали на его батареях, принесли прицелы с орудий противника и... вернулись в свои окопы. Начатое 7 (20) июля на фокшанском направлении наступление Румынского фронта, силами 4-й и 6-й рус¬ ских, 1-й и 2-й румынских армий, тоже поначалу про¬ текало успешно. Однако уже 12 (25) июля ввиду небла¬ гоприятной обстановки на Юго-Западном фронте оно было прекращено по приказу Керенского. В свою оче¬ редь, 24 июля (6 августа) армии фельдмаршала Макензе¬ на контратаковали русские и румынские войска. Ожес¬ точенные бои, стоившие германцам 47 тыс. убитыми и ранеными, закончились 30 июля (13 августа) их незначи¬ тельным продвижением1. 1 Виноградов В.Н. Румыния в годы Первой мировой войны. М., 1969. С. 216—217. 220
Июньское наступление русской армии потерпело за¬ кономерную неудачу. Говоря об итогах последнего наступления русской ар¬ мии в ходе Первой мировой войны, необходимо подчер¬ кнуть, что после 4 (17) июля политическое положение в России переменилось коренным образом. Окончилось двоевластие, а вся полнота власти перешла в руки Вре¬ менного правительства. 18 (31) июля 1917 года Брусилов, не согласившийся с некоторыми указаниями правительства, был освобож¬ ден от должности верховного главнокомандующего и отозван в Петроград. На его место был назначен генерал Л.Г. Корнилов. После провала июньского наступления на фронте на¬ чался взрыв возмущения, население многомиллионной империи охватила непреодолимая жажда мира. Нача¬ лось массовое бегство солдат с полей сражений. Летом 1917 года в районе Риги оборонялась 12-я ар¬ мия Северного фронта. Численность войск фронта до¬ стигала 161 тыс. солдат и офицеров при 1149 орудиях. Этих сил было вполне достаточно для успешного веде¬ ния оборонительной операции, тем более что подготов¬ ка германского наступления не являлась секретом для русского командования. Тем не менее для отражения наступления противника ничего существенного сделано не было. Нашему командованию было известно заранее не только место, но и время немецкой атаки. Идея прове¬ дения операции с целью овладения Ригой — важным политическим и административным центром Прибалти¬ ки — уже давно созревала у германского командования. «Мыужев 1915и 1916гг., — признавался Гинденбург,— строили планы о том, как мы прорвем эту позицию». Выбор направления удара у Риги диктовался не столько военными, сколько политическими соображениями. По мнению Гинденбурга, наступление на этом участке Вос¬ точного фронта вызвало бы «в России большое беспо¬ койство за участь Петербурга...»1. 1 Гинденбург П. Воспоминания. Пг., 1922. С. 51. 221
Главная роль в проведении Рижской наступательной операции отводилась 8-й германской армии. Прорыв русского фронта предполагалось осуществить на узком участке севернее Икскюль с форсированием Западной Двины. В дальнейшем планировалось, прорвав оборону на восточном берегу, развивать наступление в направ¬ лении Икскюль — Реденпойс — Хинценберг с задачей окружить и уничтожить в районе Риги основные силы 12-й русской армии. Наступлению предшествовала тща¬ тельная предварительная подготовка, причем в первые часы артподготовки стрельба должна была вестись хи¬ мическими снарядами. Оборонительные позиции русской армии на участке германского наступления состояли из двух укрепленных полос. Первая полоса пролегала вдоль берега Западной Двины, а вторая — по реке Малый Егель на удалении 3—4 км от первой. В тылу, по реке Большой Егель, подго¬ тавливалась третья оборонительная полоса. В 4 час. утра 19 августа (1 сентября) германская ар¬ тиллерия открыла массированный огонь химическими снарядами по русским оборонительным позициям в районе Икскюля. В 6 час. началась стрельба по первой укрепленной полосе. Ураганный огонь германской ар¬ тиллерии дал свои результаты: оборона наших войск была расстроена, а русские батареи подавлены. В 9 час. началась атака германцев. Русские полки оказывали до¬ статочно упорное сопротивление и неоднократно пере¬ ходили в контратаки, но сбросить противника в реку им не удалось. Во второй день наступления германцы неожиданно атаковали 6-й Сибирский корпус и вынудили его отой¬ ти на тыловую позицию, где продвижение немцев было приостановлено. Наступление противника встретило стойкое сопротивление латышских полков. В упорных боях в районе Рекетынь на реке Малый Егель, где про¬ легала вторая русская оборонительная позиция, немцы были остановлены латышской стрелковой бригадой. Стойкость латышских стрелков позволила избежать окружения. Следует особо подчеркнуть, что наиболее боеспособными частями в ходе этой операции проявили 222
себя латышские соединения. Именно благодаря мужес¬ тву латышских стрелков была фактически спасена 12-я армия, бойцы которой смогли выйти из города без зна¬ чительных потерь1. Замысел германского командования окружить и уничтожить 12-ю армию потерпел крах. Ригу еще можно было удержать, но русское командование, не исчерпав полностью всех своих возможностей, при¬ казало оставить рубеж обороны по реке Малый Егель и отходить на третью позицию. Во исполнение директивы Корнилова командующий 12-й армией отдал приказ об отступлении к Вендену. В ночь на 21 августа (3 сентября) русские войска оставили Ригу и Усть-Двинск. 24 августа (6 сентября) соединения 12-й армии достигли Венденс- кой позиции и здесь закрепились. Таким образом, Рижская операция 1917 года окон¬ чилась неудачей русских войск. Потери 12-й армии со¬ ставили 25 тыс. человек, из них до 15 тыс. пленными и пропавшими без вести. Противник захватил 273 орудия, 256 пулеметов, 185 бомбометов, 48 минометов и много другого военного имущества. Хотя потери русских войск и были значительны, но гораздо меньше, чем того ожи¬ дали немцы. Замысел германского командования по ок¬ ружению и уничтожению основных сил 12-й армии был сорван. Главную роль в этом сыграла стойкость русских войск в оборонительных боях. Немалое значение имело то обстоятельство, что русское командование было за¬ ранее хорошо осведомлено о намерениях противника и сумело провести необходимую подготовку к отражению наступления. Как бы то ни было, но в стратегическом от¬ ношении наступление у Риги не оказало существенного влияния на ход войны, единственным его результатом было распыление германских сил. После завершения Рижской операции в последней попытке прекратить прогрессирующий развал русской армии и сохранить государственность нашей страны 1 Екабсон. Э. Латыши в российской армии во время Первой мировой войны // Последняя война Российской империи. Россия, мир накануне, в ходе и после Первой мировой войны по докумен¬ там Российских и зарубежных архивов. М., 2006. С. 224. 223
25 августа 1917 года главком генерал Корнилов двинул войска на Петроград, потребовав отставки Временного правительства. Став главнокомандующим, Корнилов расстрелял сотню дезертиров и выставил их трупы по обочинам дорог с надписью: «Я был расстрелян, потому что бежал от врага и стал предателем Родины». Он не¬ медленно потребовал восстановления смертной казни для солдат в тылу, чистки офицерского корпуса, восста¬ новления исключительного права офицеров произво¬ дить повышения и понижения, интеграции комиссаров Временного правительства в офицерский корпус, запре¬ та в армии пьянства, азартных игр, любых митингов и большевистской агитации. Временное правительство игнорировало все требо¬ вания Ставки, и тогда Корнилов решился на отчаянный шаг. Но было уже поздно: войска, верные главкому, были распропагандированы большевиками. Мятеж за¬ хлебнулся. С этих пор русскую армию ничего уже спас¬ ти больше не могло. Она потерпела сокрушительное по¬ ражение, и не на полях сражений, а в собственном тылу. Октябрьский переворот лишь поставил точку в этом му¬ чительном процессе. Согласно решениям Петроградской конференции 1917 года велась и подготовка наступления войск Антан¬ ты на Западном фронте. Для перехода в наступление оп¬ ределялся в срок с 1 апреля до 1 мая, причем последняя дата признавалась предельной всеми союзниками при условии, что «метеорологические условия не создадут непреодолимых обстоятельств». План наступления был составлен в соответствии с указаниями нового главно¬ командующего французскими армиями генерала Ни- веля. Он намечал отвлекающими атаками английских и французских армий на участках Аррас — Бапом и меж¬ ду Соммой и Уазой сковать германские силы, а на реке Эне между Реймсом и Суассоном осуществить прорыв германского фронта. При развитии прорыва предусмат¬ ривалось окружить германские войска, находящиеся в нуайонском выступе. Замкнуть кольцо окружения пред¬ полагалось в районе Сен-Кантен — Гиз. 224
Немецкое командование сознавало возможность пе¬ рехода Антанты весной 1917 года в наступление, но, не имея сил для отражения наступления, а также учитывая трудность удержания разрушенных артиллерией пози¬ ций на Сомме, сочло за лучшее отвести свои войска на заранее подготовленную и хорошо укрепленную пози¬ цию Зигфрида, строительство которой началось еще в сентябре 1916 года. Позиция, проходя по линии Аррас — Сен-Кантен — Ла-Фер на Эну, срезала нуайонский выступ и выпрямляла фронт германской обороны, что давало возможность высвободившимися войсками уси¬ лить важный центральный участок фронта и пополнить его резервы. Приказ об отходе германских войск на позицию Зиг¬ фрида был отдан Вильгельмом II 4 февраля. Отход имел кодовое название «Альберих» по имени хитрого гнома из «Саги о Нибелунгах». С 9 февраля 1917 года начали осуществляться мероприятия, предусмотренные пла¬ ном: из района ухода германских войск предварительно вывозили произведения искусства, сокровища; большая часть работоспособного населения эвакуировалась; мес¬ тность опустошалась, сжигались мосты, деревни и сады, портились железные дороги1. После основательного опустошения района германская армия 16 марта начала отход на позицию Зигфрида. Авиация германцев при¬ крывала отход, не давая противнику наблюдать за пере¬ движениями войск. Сама линия Зигфрида представляла собой весьма со¬ лидную оборонительную систему, и располагалась она на удобной местности, изобилующей многочисленны¬ ми высотами. На высотах были оборудованы хорошие наблюдательные пункты, прикрытые небольшими реч¬ ками. Долины речек были удобны для организации пе¬ рекрестного огня. Германцы создали оборону глубиной до 15 км. Впереди главной полосы обороны находилась позиция охранения, прикрытая прочной сетью прово¬ лочного заграждения. Между ней и главной полосой на 1 Люаенаорф Э. Мои воспоминания о войне 1914—1918 гг. М., 1924. Т. 2. С. 6. 225
пространстве глубиной около 1 км были устроены мно¬ гочисленные гнезда сопротивления — пулеметные точ¬ ки, обнесенные колючей проволокой. Главная полоса обороны состояла из двух-трех линий траншей, отстоя¬ щих друг от друга на расстоянии 200—300 м. На транше¬ ях были оборудованы долговременные огневые точки и бетонированные блиндажи для укрытия живой силы. Многочисленные крытые ходы сообщения гарантирова¬ ли безопасность движения из одной траншеи в другую. Перед каждой линией траншей во всю длину были ус¬ тановлены проволочные заграждения шириной до 30 м. За главной полосой находилась промежуточная вторая полоса, состоящая также из двух-трех линий траншей, местами усиленных проволочными заграждениями. По¬ зади нее располагалась тыловая третья полоса, в неко¬ торых местах еще не законченная. Для усиления оборо¬ ны германцы использовали несколько неразрушенных французских фортов, занятых ими еще в 1914 году и превращенных в мощные узлы сопротивления1. Запланированный отход германской армии на эти позиции оставил перед союзниками полосу разрушен¬ ного, труднопроходимого для техники пространства, он лишил их также возможности нанести удар с флангов по германским армиям, бывшим ранее в нуайонском выступе. К апрелю 1917 года на Западном фронте войска обеих воюющих сторон располагались следующим образом. От Ипра до Руа оборонялись 5 английских армий, кото¬ рые насчитывали 62 пехотные дивизии. Во французских армиях насчитывалось 109 пехотных и 7 кавалерийских дивизий. Таким образом, союзники имели 179 пехотных дивизий, общая численность которых определялась в 4,5 млн человек. Со стороны Центральных держав силы исчислялись в 151,5 пехотной дивизии, а общая числен¬ ность войск определялась в 2,7 млн человек. Союзники превосходили врага и в техническом ос¬ нащении войск: на вооружении французской армии в апреле 1917 года было 6623 орудия легкой артиллерии, 1 Смирнов П.С. Прорыв укрепленной полосы. М., 1941. С. 91. 226
4151 орудие большой и 333 орудия особой мощности; ан¬ глийская армия имела 3150 орудий легкой артиллерии, 2500 большой и особой мощности; армия Бельгии — 400 орудий легкой артиллерии и 150 орудий большой и особой мощности; португальские дивизии — 36 ору¬ дий легкой артиллерии. Германская армия располагала 6185 орудиями легкой артиллерии, 4820 орудиями боль¬ шой и особой мощности. С отходом германцев на позицию Зигфрида обста¬ новка на фронте изменилась. Намеченный союзниками план окружения противника в нуайонском выступе был нарушен, что вызвало перегруппировку англо-француз- ских войск и перемену плана операции. По новому пла¬ ну главный удар наносился на 40-километровом участке между Суассоном и Реймсом в направлении на Ирсон силами вновь образованной резервной группы армий. Планировались две как бы параллельные операции. Вза¬ имодействие между двумя наступающими группировка¬ ми по охвату противника, оборонявшегося на позиции Зигфрида, могло быть осуществлено только после вы¬ полнения первого этапа операций — прорыва главной полосы обороны противника. Выбор Нивелем участка прорыва на главном направ¬ лении был не особенно удачен: помимо очень сильных германских укреплений, местность представляла собой три ряда плоскогорий, расположенных параллельно один за другим, между которыми находились болота и долины. Французское командование понимало труд¬ ность осуществления прорыва на намеченном участке фронта. Однако генерал Нивель, делая ставку на не¬ ожиданность наступления, решил прорвать германс¬ кую оборону в ее наиболее укрепленных пунктах. При успешном развитии операции он рассчитывал легко со¬ крушить и остальные, по его мнению, наиболее «уязви¬ мые пункты». Уверенность Нивеля базировалась на при¬ влечении к операции огромных сил и средств. Ставка Нивеля на достижение внезапности не оправ¬ далась. Германскому командованию удалось добыть све¬ дения о направлении главного уаДра союзников. 4 апре¬ ля был взят в плен французский унтер-офицер, имев¬ 227
ший при себе приказ, раскрывающий план операции. Поэтому вспомогательный удар англичан не мог отвлечь внимание германцев от направления главного удара. Операция началась 9 апреля в 5 час. 30 мин. с нанесе¬ ния вспомогательного удара, проводимого англичанами у Арраса на 20-километровом фронте южнее Живанши. Всего в операции у Арраса со стороны англичан участ¬ вовало около 30 пехотных и 3 кавалерийские дивизий, 60 танков1. Наступление английской пехоты поддерживалось мощнейшим огневым валом. Попытки германцев конт¬ ратаковать успеха не имели. В первый день наступления англичанам удалось овладеть первой оборонительной позицией, вклиниться в немецкую оборону и продви¬ нуться до артиллерийских позиций на всем 20-километ- ровом фронте, но развить успех они не смогли. Оста¬ новка наступления произошла из-за нарушения взаимо¬ действия пехоты с артиллерией и танками. Артиллерия не поспевала за пехотой по изрытой воронками от сна¬ рядов местности. Пехота, оказавшись без поддержки артиллерии, становилась жертвой немецких пулеметов. Успех сопутствовал только канадским дивизиям, кото¬ рые, умело взаимодействуя с артиллерией, 12 апреля за¬ хватили район Вимми. В ходе операции танки и пехота, не имея опыта сов¬ местных действий, не оказали друг другу достаточной поддержки. 9 апреля, например, английские танки за¬ вязли у хребтов Вимми и оказались беспомощными на вязком грунте. Однако необходимо отметить успех трех экипажей английских танков из шести, действовавших у деревни Монши 11 апреля. Эти три танка, несмотря на то, что остальные потерпели аварию, заняли дерев¬ ню без предварительной артиллерийской подготовки. Таким образом, впервые на практике был сделан шаг к прорыву обороны противника новым видом оружия — танками. 1 История Первой мировой войны 1914—1918. Т. 2. М., 1975. С. 335. 228
Затем обстановка на поле боя для англичан осложни¬ лась начавшейся непогодой — дождями, метелями, на¬ ступившим резким похолоданием. Британцы, медленно продвигаясь вперед, несли огромные потери. Не решило дела и наступление 4-й английской и 3-й французской армий в районе Сен-Кантена и Эрмиса. Бои приняли затяжной характер, а германские войска контратаками сдерживали натиск англичан. Артиллерийская подготовка, проведенная с 7 по 12 ап¬ реля на направлении главного удара, предшествовала и наступлению основных сил французских армий. Одна¬ ко ненастная погода помешала авиации корректировать огонь артиллерии. Слаборазвитая сеть наблюдательных пунктов ограничивала возможность эффективного ис¬ пользования артиллерии. Это привело к тому, что артил¬ лерийская подготовка не дала положительных резуль¬ татов. Поэтому атаку германских позиций отложили до 16 апреля. В 6 час. утра 16 апреля французская пехота 5-й и 6-й армий при поддержке огневого вала, двигавшегося со скоростью 100 м в 3 мин., пошла в атаку. Германские войска оставили первую позицию и отошли в зону не¬ досягаемости артиллерийского огня, поставив впереди себя пулеметные огневые точки с расчетами в бетонных колпаках, и французы попали под огонь неподавленных пулеметов и артиллерии. Тем не менее пехота 5-й фран¬ цузской армии, неся огромные потери, мужественно продолжала атаку. 6-я армия оказалась в аналогичной ситуации — сенегальская дивизия, попав под пулемет¬ ный огонь, откатилась в тыл. После этого французы ввели в бой танки модели «Шнейдер». Они были предназначены для атаки тыло¬ вой третьей полосы германской обороны. 128 танков были сведены в два отряда: один отряд в составе 80 тан¬ ков начинал свое продвижение к позициям германцев от Краона, другой отряд в составе 48 танков — западнее Краона. Чтобы увеличить запас хода, снаружи на машинах до¬ полнительно поместили бидоны с горючим. Но отряд в 80 машин был встречен германской артиллерией, и би¬ 229
доны с горючим взрывались и превращали танки в дви¬ гающиеся факелы. 39 машин было уничтожено, коман¬ дир отряда убит. Подобная участь постигла и второй от¬ ряд, обнаруженный германской авиацией. Германская артиллерия остановила его продвижение. Из 128 танков с поля боя вернулось не более десяти. Получив информацию об огромных потерях, фран¬ цузское правительство вынуждено было прекратить операцию. В итоге в «бойне Нивеля» французы потеря¬ ли только убитыми и ранеными 180 тыс. человек, англи¬ чане — 160 тыс. Потери германской армии составили 163 тыс. человек, из них 29 тыс. пленными1. Надежды Нивеля на прорыв германского фронта не оправдались. Союзникам не удалось организовать вза¬ имодействие двух своих наступательных группировок. Несмотря на первоначальный успех английских армий на направлении вспомогательного удара, поставивший в критическое положение противника 9—12 апреля у Ар¬ раса, германское командование, будучи осведомленным о замысле операции, с большим напряжением сдержало натиск англичан имеющимися в том районе силами. Прямым следствием неудачной апрельской операции было смещение генерала Нивеля со своего поста и его замена Петэном. Важно подчеркнуть, что по договоренности с фран¬ цузским правительством Россия в 1916 году направила на Западный фронт свои войска в составе 1-й и 3-й бри¬ гад. Русские солдаты зарекомендовали себя умелыми во¬ инами, попытки германцев сломить их морально-боевой дух не удались. Частые атаки германской пехоты на по¬ зиции, занятые русскими, пресекались решительными штыковыми контратаками. Русские бригады участвова¬ ли в апрельском наступлении 1917 года и проявили боль¬ шое мужество. Французский военный министр П. Пе- нлеве отмечал, что русские «храбро рубились под Бри- моном». При штурме этого форта погибло 70% русских солдат. Всего в апрельской операции потери составили 1 Мировые войны XX века. Кн. 1. Первая мировая война. Исторический очерк. М., 2002. С. 207. 230
5183 человека из 20 тыс. русских солдат, находившихся во Франции. После провала апрельского наступления союзники больше не предпринимали совместных крупных опе¬ раций на Западном фронте. Английское командование решило действовать самостоятельно, поскольку генерал Петэн 2 июня ответил Хейгу, что ввиду плохого мораль¬ ного состояния французской армии она не сможет пред¬ принять атак до конца июля. Чтобы поднять дух своей армии, в августе 1917 года французское командование решило предпринять ло¬ кальную операцию под Верденом. Цель ее состояла в том, чтобы отобрать у германцев ряд высот и тем лишить их удобных наблюдательных пунктов, с которых хоро¬ шо просматривались французские позиции. Для наступ¬ ления был избран участок шириной 17 км (по 8—9 км по обоим берегам Маас). Проведение операции возлага¬ лось на 2-ю армию под командованием А.-М.—Л. Гиль- ома. Общий состав армии был 14 пехотных дивизий, а каждый корпус выдвигал по две дивизии. Армия имела 948 пушек 75-мм калибра, 1318 орудий тяжелых калиб¬ ров, 66 орудий артиллерии большой мощности и 247 ору¬ дий траншейной артиллерии, а всего 2579 орудий, или 1 орудие на 6,6 м фронта (151 орудие на 1 км фронта). Германцы на этом участке фронта имели армейский корпус из 6 пехотных дивизий и еще один резервный корпус из 6 дивизий, поддерживаемых 1100 орудиями разных калибров1. Во время сражения французская артиллерия с 13 по 20 августа провела интенсивную артиллерийскую под¬ готовку и разрушила немецкие позиции, подавив ар¬ тиллерию германцев. Сразу по ее окончании пехота атаковала позиции противника. Операция развивалась успешно и в результате французы возвратили себе про¬ странство, отнятое немцами в 1916 году, взяли в плен 10 тыс. вражеских солдат, 30 орудий и 250 пулеметов. В дальнейшем тесное взаимодействие пехоты и артилле¬ рии помогло успешно отражать контратаки германцев и 1 Der Weltkrieg 1914 bis 1918. Bd. 13. S. 104. 231
добиться успеха. Следует также отметить, что впервые в ходе войны под Верденом были введены в бой амери¬ канские войска. Другой более или менее значимой операцией союз¬ ников на Западном фронте в ходе кампании 1917 года стало сражение при Камбре. Операция у Камбре была тщательно продумана английским командованием. Она, по их замыслу, должна была облегчить положение ита¬ льянцев, разгромленных под Капоретто. Англичане, рассчитывая на успех, хотели сгладить тяжелое впечат¬ ление от неудачных боев во Фландрии и заодно еще раз проверить в деле танки. Для этого впервые был создан танковый корпус под командованием генерала X. Элли¬ са. Используя старые укрепления, имитирующие гер¬ манскую позицию Зигфрида, английская пехота за во¬ семь дней до наступления у Камбре провела совместные учения с танками по специальной инструкции. Танки на глазах изумленной пехоты брали рвы шириной до 3 м и вертикальные препятствия высотой до 1,2 м, сметали проволочные заграждения, растаскивая их четырехлап- ными якорями. Английская пехота поверила в танки и психологичес¬ ки настроилась к совместным действиям с ними в бою. Во время учений танкисты применяли танковую фаши¬ ну (75 связок хвороста, скрепленных цепями), при помо¬ щи которой танк мог преодолевать широкие германские окопы. Фашины крепились наверху танка и при подходе к окопу сбрасывались в него. Оценив новшество по до¬ стоинству, английское командование заказало в октябре 1917 г. 400 танковых фашин. К проведению операции привлекались 3-я англий¬ ская армия генерала Дж. Бинга в составе 8 пехотных дивизий, 3 танковых бригад и 3 кавалерийские диви¬ зий. Общая численность сил составила 72 тыс. штыков и 20 тыс. сабель. Техническая оснащенность войск была также на высоте: 1536 пулеметов, 1009 орудий, 378 бое¬ вых и 98 вспомогательных танков, 1000 самолетов1. 1 Оберюхтин В. Операция под Камбре в 1917 г. М., 1936. С. 38. 232
Немцы имели 4 дивизии, которые насчитывали 36 тыс. штыков, 900 пулеметов, 224 орудия и 272 мино¬ мета, но их позиции были хорошо укреплены, а глубина обороны составляла 7—9 км. В основу английского плана был положен принцип внезапного удара танками без предварительной много¬ дневной артиллерийской подготовки — впервые танки должны были самостоятельно прорвать укрепленные позиции германцев. Участок прорыва был выбран ан¬ гличанами между каналами Леско и Северным к юго- западу от Камбре шириной в 12 км. Местность имела равнинный характер, весьма удобный для продвижения танков. Солдаты и офицеры противника не ожидали наступ¬ ления под Камбре. Англичане сделали все, чтобы немцы ничего не знали об их приготовлениях: танки подвози¬ лись на железнодорожных платформах в вечернее вре¬ мя, со станции выгрузки они двигались собственным хо¬ дом на исходные позиции, которые находились за 1000 м от неприятельского переднего края. При помощи огня минометов и пулеметов маскировался шум танковых двигателей. Таким образом, внезапность была соблюде¬ на, и враг, несмотря на показания двух пленных ирлан¬ дцев, назвавших накануне дату атаки — 20 ноября, не подготовился к ней. С утра 20 ноября под покровом тумана английские войска заняли свои места на исходных позициях. Впере¬ ди них, в 900—1000 м от германских сторожевых постов, в готовности стояли эшелоны танков, вытянувшихся в линию на фронте до 10 км. В 6 час. 10 мин. танки в со¬ провождении пехоты, построенной рядами, пошли на штурм позиции Зигфрида, а через 10 минут английская артиллерия открыла огонь. В 200 м впереди танков воз¬ никли взрывы, образовав огневой вал. Внезапно появившиеся из тумана стальные колос¬ сы весом в 28 т обрушились на германские окопы. При атаке танками англичане применили следующий бое¬ вой порядок: один танк шел впереди, за ним на дистан¬ ции 180—250 шагов следовали два танка с интервалом в 225—350 шагов. Все три танка имели фашины. Головной 233
танк разворачивался вдоль неприятельского окопа и от¬ крывал огонь, второй танк подходил к окопу противника и сбрасывал фашину, по которой третий танк перехо¬ дил окоп и, в свою очередь, сбрасывал фашину во вто¬ рой окоп. Головной танк беспрепятственно проходил по фашинам два окопа и сбрасывал свою фашину в третий окоп. Пехота, которая шла за двумя танками второй ли¬ нии по колее гусениц, разделялась на три группы. Первая группа была чистильщиками окопов, вторая блокирова¬ ла окопы и третья была группой поддержки. Внезапная атака танков и пехоты произвела панику в рядах герман¬ ских солдат. Одну за другой они теряли свои позиции и опорные пункты. 20 ноября к 11 час. 30 мин. англичане продвинулись на глубину 6—8 км, захватив первую и вторую линии позиции Зигфрида. Только в первый день наступления англичане захва¬ тили около 8 тыс. германских солдат и офицеров плен¬ ными, 100 орудий и большое количество пулеметов. Их собственные потери были незначительными. Но для того чтобы привести в порядок свои войска, англичане приостановили наступление. Лишь в полдень 21 нояб¬ ря они возобновили его. Боевые действия в этот день не принесли им большого успеха, и немцы начали прихо¬ дить в себя. Тогда англичане спешно подтянули резервы, после чего их контратаки стали приносить плоды. 29 но¬ ября германцы окончательно остановили продвижение английских войск. Операция у Камбре не оказала какого-либо заметно¬ го влияния на ход войны. Не получила она и оператив¬ ного развития. Но со сражением у Камбре связано по¬ явление новых способов и форм ведения вооруженной борьбы, вызванных массированным применением тан¬ ков. У Камбре зародилась и противотанковая оборона. И все же самым главным итогом 1917 года стали соци¬ альные катаклизмы в России. Мировая война послужила своеобразным катализатором революционных процес¬ сов в нашей стране. Она явилась одной из причин паде¬ ния монархии, способствовала дальнейшему развитию революционных событий, приведших к победе больше¬ виков. Революция в России, отсутствие согласованных 234
действий союзников сорвали стратегический план Ан¬ танты. Германии удалось отразить удары противников на суше. События войны и русской революции были тесней¬ шим образом переплетены. Кампания 1917 года прохо¬ дила в драматической социально-политической обста¬ новке. Именно в годы войны армия не только решала военные задачи, но подчас играла решающую роль в сложном и противоречивом политическом спектакле. От того, на чьей стороне окажутся солдатские массы, за кем пойдет многомиллионная армия, в значительной степени зависела судьба революции и, в конечном сче¬ те, самой России. В основном в настроениях солдат на фронте преоб¬ ладало стремление к миру, к скорейшему окончанию длительной и кровопролитной войны. Цели войны для большинства населения России, в том числе и милли¬ онов солдат, продолжали оставаться совершенно непо¬ нятными и далекими. Пожалуй, впервые за годы Первой мировой войны верховное командование русской армии столкнулось с таким явлением, как массовые отказы солдат продолжать войну. В Ставку поступали тревож¬ ные сообщения с фронта о многочисленных выступле¬ ниях солдат против продолжения войны, проявившихся в массовых братаниях с противником, в отказе выпол¬ нять приказы командиров и в дезертирстве. Так, по под¬ счетам генерала Н.Н. Головина, число дезертиров из действующей армии с начала Февральской революции составило около 2 млн человек. Среднее ежемесячное число зарегистрированных дезертиров с началом рево¬ люции увеличилось на 400%!1 После Октября 1917 года Россия фактически вышла из войны. 2 декабря Советская Россия подписала с гер- мано-австрийским блоком соглашение о перемирии, а позднее приступила к мирным переговорам, закончив¬ шимся подписанием 3 марта 1918 года Брестского мира. 1 Головин Н.Н. Военные усилия России в мировой войне. Париж, 1939. Т. 2. С. 191. 235
Серьезные бои в 1917 году продолжались и на треть¬ ем по важности европейском фронте Первой мировой войны — Итальянском. Командование Италии в мае—октябре 1917 того года осуществило серию операций, вошедших в историю как 10-е и 11-е сражения на Изонцо. В ходе последнего раз¬ горелось одно из самых кровопролитных сражений на австро-итальянском фронте за горное плато Байнзицца и Монте-Санто, после которого итальянцы оказались вблизи Триеста и стали угрожать вторжением непос¬ редственно в Австро-Венгрию. Германское и австро-венгерское командования, в свою очередь, начали подготовку к встречному наступ¬ лению с целью нанести поражение итальянской армии и вывести Италию из войны. Стратегический план кампа¬ нии, вошедшей в историю под названием «битвы за Ка- поретто», заключался в нанесении массированного уда¬ ра по небольшому участку плохо укрепленных позиций итальянских сил в среднем течении реки Изонцо, с тем чтобы прорваться в долину Венето, открывавшую путь к жизненно важным центрам Италии. Ударная группа состояла из 8 австрийских и 7 германских дивизий, во¬ шедших в состав 15-й армии под командованием извес¬ тного немецкого генерала О. фон Белова. Их действия должны были поддержать 10-я австрийская армия гене¬ рала А. Кробатина, дислоцированная в Каринтии, и 2-я Изонцская армия военной группировки генерала С. Бо- роевича. В Италии недооценили масштабы готовившейся операции, грубо ошиблись в определении района на¬ ступательных действий — они полагали, что операции в районе Изонцо имеют целью демонстративный эф¬ фект в целях отвлечения внимания от действий в районе Трентино. В результате 24 октября 1917 года после дли¬ тельного и интенсивного артиллерийского обстрела авс¬ трийские и германские штурмовые отряды ворвались в первую, а кое-где и во вторую линию обороны итальян¬ ских войск, прорвав линию фронта в 60-километровом участке в районе Плеццо — Тольмино. 236
Вопреки распоряжениям итальянского командую¬ щего Кадорны к моменту начала австро-германского наступления войска не были отведены на правый берег Изонцо. Прижатые к реке, они понесли тяжелые поте¬ ри. 25—26 октября австро-германские силы очистили восточный берег Изонцо и вынудили итальянцев отсту¬ пить к реке Тальяменто, открывавшей дорогу к равни¬ не. Тем самым они овладели стратегической вершиной Монте Маджоре и впервые с начала военных действий перенесли их на территорию Италии. Началось паничес¬ кое отступление итальянской армии. Фронт стабилизи¬ ровался только много западнее, у реки Пьяве. К началу ноября темпы австро-германского наступ¬ ления замедлились — австрийская армия не располагала резервом для преследования противника. Для оказания помощи союзнику, оказавшемуся в чрезвычайной ситу¬ ации, до конца года в Италию прибыли пять британских и шесть французских дивизий, которые приняли учас¬ тие в восстановлении линии фронта и в налаживании обороны. Благодаря чрезвычайным мерам, итальянс¬ ким войскам удалось закрепиться на рубежах Пьяве и в районе горного массива Граппа между Пьяве и Бренто. Ценой жестких дисциплинарных мер и расстрела дезер¬ тиров и самовольно отступавших удалось восстановить боеспособность армий и произвести пополнение ослаб¬ ленных потерями частей, сформировать силы резерва. 9 ноября 1917 года по настоянию союзников Ка- дорна был снят со своего поста. Его заменил в качестве главнокомандующего генерал А. Диац. Были приняты лихорадочные усилия для национального сплочения в условиях грозной опасности и мобилизации всех люд¬ ских и материальных ресурсов во имя изменения сло¬ жившейся на фронте ситуации. Потери Италии в ходе сражения за Капоретто соста¬ вили 280 тыс. пленными, 11 тыс. убитыми, 429 тыс. ра¬ неными, более 350 тыс. покинувшими воинские части. Было сдано противнику до 14 тыс. кв. км территории и сведены на нет результаты кровопролитных сражений 1915—1917 годов. Тем не менее необходимо подчерк¬ нуть, что в отличие от вышедших из войны Черногории, 237
России и Румынии, Италия до последнего дня войны вы¬ полняла свой союзнический долг и явилась основной державой, военные силы которой обеспечили на завер¬ шающем этапе войны разгром армии и капитуляцию Вены. План кампании 1917 года на Балканах, намеченный Антантой в ноябре 1916 года в Шантийи, предусматривал решительное наступление для разгрома Болгарии при содействии российско-румынских армий. Однако не¬ удачный для Антанты исход кампании 1916 года в Румы¬ нии привел к изменению задач Салоникского фронта. Согласно новым инструкциям, войска союзников должны были организовать упорную оборону, сковать силы противника и создать базу для позднейших насту¬ пательных действий тогда, когда российско-румынские силы будут в состоянии наступать. Но и германское ко¬ мандование также решило перейти на балканском те¬ атре к обороне, улучшая свои позиции и тыловые пути сообщения1. 24 апреля на Салоникском фронте началось наступ¬ ление союзников, силы которых составляли 660 тыс. че¬ ловек (240 тыс. англичан, 200 тыс. французов, 130 тыс. сербов, 50 тыс. итальянцев, 23 тыс. греков и 17 тыс. россиян). После трехдневной артподготовки, в ходе которой по противнику было выпущено более 100 тыс. снарядов, англичане перешли в наступление в районе Дойранского озера, но после болгарских контратак ос¬ тавили занятые позиции, потеряв около 3 тыс. человек. Столь же безрезультатным было их второе наступление 8 мая. Французские, итальянские и российские войска вели наступление в долине реки Черна и, потеряв поч¬ ти 4 тыс. человек, также не добились успеха. На участке фронта, занятом сербскими подразделениями, в основ¬ ном дело ограничилось артиллерийской перестрелкой. Только 23 мая в связи с общей неблагоприятной об¬ становкой на других фронтах операции на Салоникском фронте были приостановлены. За время боев союзники 1 Мировые войны XX века. Кн. 1. Первая мировая война. Исторический очерк. М., 2002. С. 274. 238
потеряли до 20 тыс. человек. Неудача наступления Ан¬ танты на Балканах объяснялась отчасти недостаточным снабжением войск техникой и особенно тяжелой артил¬ лерией. Сковывала действия союзников и сложная внут¬ риполитическая ситуация в Греции. Командующему фронтом Саррайлю приходилось отвлекать часть сил для оказания помощи сторонникам Антанты, выступавшим против прогерманского курса короля Константина. После этих событий вплоть до самого конца 1917 года линия фронта на Балканах оставалась почти без изме¬ нений. Лишь в начале сентября французы осуществили удачную операцию в Албании, подготовленную в стро¬ жайшей секретности. 10 сентября они заняли Поградец. Наступление могло получить успешное развитие, но ита¬ льянцы, обеспокоенные успехами французских войск в зоне, которую они считали исключительно своей сфе¬ рой политического влияния, настояли на прекращении операции. Тем временем немцы и болгары усилили этот участок фронта, и позднейшие атаки французов успе¬ ха не имели. В целом Салоникский фронт в кампании 1917 г. играл пассивную роль. В 1917 году на Кавказском фронте также стояло пози¬ ционное затишье. На всех участках фронта от Черного моря до озера Ван происходили лишь бои местного зна¬ чения. Подвоз продовольствия, фуража и дров был силь¬ но затруднен. Войска обеих сторон голодали. За зиму произошел большой падеж лошадей. К началу 1917 года из рядов русской Кавказской армии убыло заболевшими и умершими от ран и болезней свыше 100 тыс. человек1. Такова была цена небывало снежной и суровой зимы в горах. В результате активных санитарных мероприятий удалось вернуть в строй большинство солдат, заболев¬ ших тифом и цингой — никакие пополнения не компен¬ сировали такую огромную убыль в людях. Более того, Кавказский фронт пополнялся преимущественно за счет призывников из Туркестанского военного округа, 1 Корсун Н.Г. Первая мировая война на Кавказском фронте: Оперативно-стратегический очерк. М., 1946. С. 5. 239
мобилизационные возможности которого были крайне ограниченны, поскольку местные народы Туркестана в армию не призывались. В силу этого русское коман¬ дование на кампанию 1917 года спланировало наступа¬ тельные действия лишь силами экспедиционного кава¬ лерийского корпуса генерала Баратова с иранской тер¬ ритории в направлении на Мосул и Месопотамию для оказания помощи британцам, наступавшим на Багдад. На всех других участках Кавказского фронта планиро¬ валось только ведение активной обороны. Британцы к началу года сконцентрировали на юге Месопотамии 48-тысячную армию, состоявшую из двух индийских корпусов, которой противостояла 6-я турец¬ кая армия, державшая оборону по обеим берегам реки Тигр. Но эта армия была сильно ослаблена, поскольку один из ее корпусов находился в Иране, где действовал против корпуса Баратова в районе Хамадана. В начале года британцы завязали бои у Кут-эль-Ама- ры, которые продолжались 45 дней. Турки были выбиты с занимаемых позиций и отброшены к Багдаду, который англичане заняли 10 марта. Турецкие войска, испыты¬ вая большую нехватку боеприпасов, отходили с боями на север к Мосулу. В свою очередь, в середине марта перешел в наступ¬ ление экспедиционный корпус Баратова. Он овладел Хамаданом и вскоре занял весь район города Керман- шаха. Противостоявший ему 13-й турецкий корпус, ока¬ зывая сопротивление, отступил. После занятия Ханекина высланная вперед кубан¬ ская казачья сотня вошла в непосредственную связь с британскими войсками. Со штабом британского глав¬ нокомандующего в Месопотамии генерал-лейтенанта Ф. Мода была установлена радиосвязь. Однако русскому кавалерийскому корпусу вскоре пришлось вновь отойти из низин приграничья в горы, т.к. непривычный для рус¬ ского солдата тропический климат Месопотамии привел к повальным заболеваниям малярией. Некоторые полки и части корпуса стали походить на сплошные лазареты, а конница потеряла много лошадей. 240
В начале апреля российские и британские войска вы¬ шли к реке Дияла и приостановили преследование ту¬ рецких сил. К тому времени преимущество союзников над неприятельскими 2, 3 и 6-й армиями, чей личный состав был деморализован постоянными поражениями, было велико. Эти армии насчитывали почти 100 тыс. че¬ ловек при 356 пулеметах и 408 орудиях. Войска русско¬ го Кавказского фронта имели немногим более 200 тыс. человек, 1057 пулеметов, 591 орудие. Однако союзники имели растянутые коммуникации, которые приходилось охранять от неприятельской племенной иррегулярной конницы немалыми силами. Достигнув рубежа реки Дияла, британское командо¬ вание стало наращивать свои силы в Месопотамии для нового наступления. Пополнения прибывали, прежде всего, из Индии. В апреле 1917 года под командованием Мода насчитывались уже 1 английская и 4 индийские дивизии — более 60 тыс. человек при 205 орудиях. На ох¬ ране тыла британской армии, помимо того, находилось около 18 тыс. человек при 39 орудиях. В создавшихся условиях союзники решили, по пред¬ ложению начальника британского Генерального штаба В. Робертсона, провести на ближневосточном театре военных действий совместную наступательную опера¬ цию. Однако атаку двух русских Кавказских кавалерий¬ ских корпусов на Мосул и Киркук на севере Месопо¬ тамии британцы не поддержали и не оказали никакого содействия. Российским войскам пришлось прекратить наступление в горных районах и вернуться на исходные уже обустроенные позиции. Англичане начали наступление в Месопотамии на се¬ вер от Багдада не в июне, как планировалось, а только в сентябре. К тому времени 6-я турецкая армия сильно поредела, лишившись многих курдских племенных во¬ оруженных формирований. Под давлением британских войск она отступила в Мосульский вилайет. Войти в него британское командование без содействия российских войск не решилось. Ожидая контрнаступления турок, англичане вновь обратились к главнокомандующему Кавказским фронтом генералу Юденичу с предложени¬ 241
ем провести новую наступательную операцию, на сей раз совместную. После переговоров Мосульскую опера¬ цию отложили на весну 1918 года. Ситуация в Палестине тоже не отличалась активнос¬ тью. Подступы к ней прикрывались городом Газа. Вес¬ ной англичане предприняли две безуспешные атаки на позиции турецких войск близ Газы, но, понеся сущест¬ венные потери, отошли к зоне Суэцкого канала. После получения подкреплений они смогли возобновить ак¬ тивные действия только в октябре. К тому времени вою¬ ющие стороны смогли значительно увеличить свои силы на Палестинском фронте. Турки образовали здесь две небольшие по численности армии: около 50 тыс. штыков и сабель при 308 орудиях. Ими командовал немец Лиман фон Сандерс. Британские войска состояли из 7 пехот¬ ных дивизий и верблюжьего корпуса. В их состав входи¬ ло 70—80 тыс. штыков, 15 тыс. сабель, 350 орудий. В бри¬ танскую Палестинскую армию включились подразделе¬ ния французов1. Не достигнув успеха в районе Газы, британский глав¬ нокомандующий в Египте и Палестине генерал Э. Аллен- би решил при подготовке нового наступления нанести главный удар у Беершебы. Наступление началось в ночь на 31 октября после сильной артиллерийской подготов¬ ки. Командование противника было обмануто ложным движением англичан на Газу, и 1 ноября турки вынуж¬ дены были оставить позиции у Беершебы. Британская конница по пустыне обошла левый фланг противника и перерезала ему дорогу на город Хеврон, а их верблюжий корпус лишил турок источников питьевой воды. Этот удар решил исход всей кампании: войну в пустыне турки полностью проиграли англичанам. 6 ноября британские войска прорвали турецкий фронт от берегов Средизем¬ ного моря до Мертвого моря. После первого успеха англичане нанесли удар по Газе, которой и овладели 6 ноября, а 17 ноября британ¬ ские войска заняли Яффу. Затем Алленби неожиданно 1 Готовцев А.И. Важнейшие операции на ближневосточном театре в 1914—1918 гг. М., 1941. С. 90. 242
для противника повернул свои войска на восток от пря¬ мой дороги в Сирию — на Иерусалим, который ему было приказано взять до Рождества Христова. Этот священ¬ ный для христианского мира город был занят без боя 9 декабря. Выдвинувшись к Рафату и Иерихону, бри¬ танцы на девять месяцев приостановили дальнейшее наступление. Утомленность войск, начавшиеся дожди и бездорожье заставили Алленби прекратить активные действия. Но дело было сделано — древняя земля Палес¬ тины теперь находилась в руках англичан. Необходимо подчеркнуть, боевые действия на Ближ¬ нем Востоке не оказали слишком заметного влияния на общий ход Первой мировой войны, хотя союзникам и удалось в Месопотамии и Палестине продвинуться впе¬ ред к границам собственно Турции. Однако до пораже¬ ния последней и ее выхода из войны было еще далеко. Что же касается событий Первой мировой войны, связанных с войной на море в 1917 году, то действия над¬ водных флотов противников в Черном, Средиземном и Балтийском морях с обеих сторон носили локальный и оборонительный характер. Единственным исключени¬ ем была Моонзундская операция германского флота в середине октября 1917 года. В ходе ее германские моря¬ ки стремились захватить стратегически важные острова Эзель и Даго у входа в Рижский залив. Российские моря¬ ки, сознавая нависшую над Петроградом угрозу, упорно сопротивлялись, но ценой больших потерь немцы заня¬ ли острова. Затем, так и не сумев прорваться в Финский залив, они прекратили наступательные действия.
Война и дипломатия Союзники делят призы — Япон¬ ская и Османская империи всту¬ пают в войну — Италия присо¬ единяется к Антанте — Болгары выбирают союзников — Румыния ставит условия — Американский нейтралитет и его особенности — Попытка сепаратных переговоров Германии — «Мирное» предложение Германии — Инициатива Вильсона Война коренным образом изменила характер меж¬ дународных отношений во всем мире. Главными задача¬ ми стран Антанты и противоборствующей ей коалиции Центральных держав стало привлечение на свою сторо¬ ну как можно большего числа союзников и укрепление собственных рядов. Вскоре после начала войны — 5 сентября 1914 года представители России, Англии и Франции подписали соглашение, по которому союзники брали на себя обя¬ зательство в течение всей войны не заключать с против¬ ником сепаратный мир и не выходить из войны без вза¬ имного согласия. Таким образом, Антанта превратилась в формальный военный союз. Но острая дипломатическая борьба в стане Антанты, особенно в первые годы войны, не только не утихла, но и обострилась. Шла она по поводу «призов», которые должна была получить каждая из стран Согласия после успешного окончания военных действий. Самый лакомый кусок для союзников представляла собой Османская империя, чьи владения в те годы про¬ 244
стирались почти на весь арабский мир. Впервые вопрос о судьбе этой страны был поставлен на повестку дня сра¬ зу же после начала войны английским министром инос¬ транных дел Э. Греем, который заявил, что в случае при¬ соединения Турции к Германии она должна перестать существовать. Немного позже англичане, крайне заин¬ тересованные в активизации русской армии на Восточ¬ ном фронте, пообещали, что после победы над Германи¬ ей судьба Константинополя и проливов будет решена в соответствии с интересами России. Будущее Константинополя и других владений Тур¬ ции стало одной из главных тем в межсоюзнических отношениях, особенно после того, как 25 февраля 1915 года британские и английские военные корабли обстреляли османские форты у входа в Дарданелльский пролив и приступили к осуществлению Дарданелльской операции. Полагая, что эта операция закончится для союзников быстрым успехом, в ее проведении изъяви¬ ли желание принять участие греки, что вызвало крайне негативную реакцию в Санкт-Петербурге — здесь опа¬ сались, что Афины потребуют в качестве награды Кон¬ стантинополь1. В случае успеха задуманной операции проливы в любом случае переходили под контроль Ан¬ глии и Франции, что заставило Россию потребовать от своих союзников официальных заверений в передаче ей после войны проливов и Константинополя. В ход пошли даже прямые угрозы со стороны российского министра иностранных дел Сазонова. Наиболее негативно отно¬ сившимся к передаче Константинополя России фран¬ цузам он без обиняков заявил, что уйдет в отставку, а министром в таком случае вполне может стать человек, который с симпатией относится к идее восстановления Союза трех императоров2. Угрозы подействовали, и 12 марта 1915 года Лондон официальной нотой гарантировал передачу России го¬ рода Константинополя с прилегающими территориями, 1 История дипломатии. Т. 3. М.( 1965. С. 17. 2 Уткин А.И. Забытая трагедия: Россия в Первой мировой войне. Смоленск, 2000. С. 127. 245
которые включали в себя западное побережье Босфора и Мраморного моря, Галлипольский полуостров, Юж¬ ную Фракию по линии Энос — Мидия и, кроме того, восточное побережье Босфора и Мраморного моря до Исмитского залива, все острова Мраморного моря, а также острова Имброс и Тенедос в Эгейском. Однако все это обусловливалось, во-первых, победой союзни¬ ков по Антанте в войне, а во-вторых, компенсацией Ан¬ глии и Франции за счет других территорий Азиатской Турции. Причем британцы в качестве основной платы потребовали присоединения к сфере английского вли¬ яния доселе нейтральной зоны Персии, что давало им возможность прибрать к рукам обширные нефтяные месторождения. 10 апреля к русско-английской сделке с большой неохотой присоединилась и Франция, которая также рассчитывала на арабские владения Османской империи — Сирию, Ливан и др. Так называемые Босфорские соглашения были, без¬ условно, большой победой российской дипломатии, но уже в те годы думающие люди в стране не могли не задаться простым вопросом: а как, собственно, прави¬ тельство огромной многонациональной империи, не ус¬ певавшее решить одну серьезную внутриполитическую проблему, как тут же возникала другая, собирается рас¬ порядиться отдаленной и слаборазвитой турецкой про¬ винцией и что в Петрограде собираются делать с одним из центров мусульманства — Стамбулом. Сможет ли Россия «переварить» такой щедрый подарок? Впрочем, после провала Дарданелльской операции и тяжелых по¬ ражений России в ходе кампании 1915 года эти все воп¬ росы стали носить скорее умозрительный характер. Намного меньше споров между союзниками вызы¬ вала проблема территориальных изменений в Европе, которые должны будут произойти после окончания войны и разгрома коалиции Центральных держав. Так или иначе, но союзники сходились во мнении, что, после того как будет сокрушена германская военная машина, Франция возвратит себе утерянные Эльзас и Лотарин¬ гию, Дания — Шлезвиг и Гольштейн, Бельгия также по¬ лучит компенсацию за счет Германии, а Австро-Венг¬ 246
рия превратится в триединую монархию. При этом под эгидой России будет создана целокупная Польша, и не подлежало сомнению, что Сербия получит Боснию и Герцеговину. Не исключалась возможность и других территориальных изменений на Балканах. Кроме того, союзники были едины в том, что Германия непременно должна будет лишиться всех своих заморских колоний. Как впоследствии показали документы, обнаружен¬ ные в немецких архивах, планы Антанты по послевоен¬ ному переустройству мира были эталоном скромности по сравнению с аппетитами правителей второго рейха. В Берлине мечтали ни много ни мало о новом и корен¬ ном переделе всего мира: под немецкий контроль пере¬ даются все английские, французские и бельгийские ко¬ лонии, Бельгия превращается в немецкий протекторат, Франция расплачивается частью побережья Ла-Манша, железорудным бассейном Бриэ, западными Вогезами, крепостями Бельфор и Верден. С России причитались Польша, прибалтийские губернии и «территории, рас¬ положенные к югу от них», Финляндия и даже Кавказ. Некоторые из этих земель должны были, по мнению немецких стратегов, войти в состав Великой Германии, а другие — стать «буферными» государствами, находя¬ щимися в полной зависимости от Берлина. Само собой, все страны — противницы рейха выплачивают немцам огромные репарации и контрибуцию, а Россия помимо всего прочего заключает с Германией торговый договор и становится фактически ее аграрным придатком1. Бо¬ лее «скромными» были планы Австро-Венгрии — они ограничивались установлением полного господства им¬ перии Габсбургов на Балканах и подавлением любых ус¬ тремлений славянских народов к независимости. В германских политических и финансовых кругах не существовало полного единства взглядов на «цели войны» — одни стремились к южным морям и колони¬ ям, другие вожделенно посматривали на восток Евро¬ пейского континента. Но сути это не меняло. 1 Fischer F. Griff nach der Weltmacht. Dusseldorf, 1962. S. 107— 115, 149—162. 247
Второй и главной целью дипломатии союзников по Антанте и Тройственному союзу сразу же после нача¬ ла Первой мировой войны стало привлечение на свою сторону новых союзников. Это была сложная проблема, требовавшая немалых усилий. Долго не заставила себя уговаривать только Япония, быстрее всех сумевшая сориентироваться в новой ситу¬ ации. Уже 15 августа Токио направил Берлину ультима¬ тум, в котором потребовал себе Цзяочжоу — фактичес¬ ки немецкую колонию на территории Китая. На ответ немцам было дано восемь дней, но они проигнорирова¬ ли требования японцев, и 23 августа 1914 года Япония объявила Германии войну, после чего быстро захватила все владения немцев в Китае. Вступив в войну, Страна восходящего солнца преследовала цель не разгромить второй рейх, а только укрепить свои колониальные по¬ зиции в Дальневосточном регионе. Тем не менее этот шаг Токио означал, что Россия может не волноваться за свои дальневосточные владения, и тем самым сплачивал внутренние ряды Антанты. Сложнее обстояли дела с вовлечением в войну Тур¬ ции. Борьба между Антантой и Центральными держава¬ ми за влияние над этой страной не утихала ни на мину¬ ту. Собственно, Стамбулу не приходилось ожидать ни¬ чего хорошего ни от одной, ни от другой стороны. Если Россия, Англия и Франция страстно желали расчленить одряхлевшую Османскую империю и поделить между собой, то немцы стремились превратить ее в своего бес¬ правного вассала. И все же в турецком правительстве преобладали германофилы, полагавшие, что Берлин по¬ может Турции решить ее территориальные проблемы, прежде всего за счет славянских соседей. 2 августа 1914 года между Германией и Турцией был подписан секретный договор, по которому в случае нача¬ ла войны между Германией и Россией Турция обязалась выступить на стороне Берлина. В распоряжение герман¬ ского генерального штаба, по сути, была передана ту¬ рецкая армия, а в день подписания секретного договора в Османской империи была объявлена всеобщая моби¬ лизация. Правда, публично турки поспешили заявить о 248
нейтралитете, объяснив его полной неготовностью сво¬ ей армии к ведению боевых действий. Больше всех из стран Антанты на данном этапе не была заинтересована во вступлении в войну Турции Рос¬ сия, которой тогда пришлось бы открывать новый фронт на Кавказе. Именно поэтому она предложила своим со¬ юзникам удовлетворить ряд требований стамбульского руководства — гарантировать Турции в случае сохране¬ ния ею нейтралитета и демобилизации армии террито¬ риальную неприкосновенность, возвратить остров Лем¬ нос и отменить так называемый режим капитуляций. Характерно, что на это предложение российского ми¬ нистра иностранных дел Сазонова английская диплома¬ тия в лице Грея ответила лишь согласием гарантировать территориальную неприкосновенность Турции только на период войны и отвергла все другие предложения. Однако пока на берегах Босфора шло активное тай¬ ное дипломатическое зондирование, на фронтах в Ев¬ ропе потерпел крах немецкий план блицкрига. В новой стратегической ситуации как никогда возросла заинте¬ ресованность Германии в привлечении Турции на свою сторону. На берегах Шпрее было принято решение действо¬ вать молниеносно и форсировать развитие событий. Под сильнейшим давлением немцев командующим ту¬ рецкими военно-морскими силами был назначен гер¬ манский контр-адмирал В. Сушон. Именно он 29 октября 1914 года отдал приказ офицерам и матросам двух самых современных немецких крейсеров «Гебен» и «Бреслау» сменить фуражки и бескозырки на фески, спустить на судах немецкий флаг и вывесить турецкий, а затем ата¬ ковать города на Черноморском побережье России — Севастополь, Одессу, Феодосию и Новороссийск. Как справедливо отмечает российский историк Д.Ю. Козлов, «результаты чисто военного свойства не являлись для В. Сушона главными... Основной интерес командира Средиземноморской дивизии лежал в плос¬ кости политической: вероломным нападением на рос¬ сийские порты В. Сушон намеревался спровоцировать войну между Османской империей и Россией вопре¬ 249
ки воле значительной части турецкого политического истеблишмента»1. Это была чистейшая провокация, которая достигла своей цели. В тот же день российский посол в Константи¬ нополе М.Н. Гире затребовал свои паспорта, а 2 ноября Россия объявила войну Турции. 5 и 6 ноября ее примеру последовали Англия и Франция. Так немецкая военщи¬ на поставила османское правительство перед свершив¬ шимся фактом и втянула турецкий народ в губительную для него авантюру, завершившуюся крахом Османской империи. В 1915 году самой крупной европейской страной, еще не втянутой в мировой конфликт, оставалась Италия. С самого начала войны правительство этой страны ста¬ ло прикидывать, на чьей стороне окажется победа и за счет каких союзников можно будет получить наиболее ценный приз. Член Тройственного союза, Италия 3 августа 1914 года заявила, что война вызвана нападением Австро-Венгрии на Сербию, а Тройственный союз по своей сути исклю¬ чительно оборонительный, поэтому Рим не считает себя с этого момента связанным какими-либо союзнически¬ ми обязательствами и заявляет о своем нейтралитете. Возмущенный кайзер оставил на письме итальянского короля, извещавшего, что обстоятельства возникнове¬ ния войны не подходят под формулировку casus foederis в тексте договора о Тройственном союзе, краткую по¬ метку: «негодяй». Собственно, итальянцы не могли не понимать, что в силу своего географического положения и безраздель¬ ного господства на Средиземном море англо-француз- ского флота, а также экономической зависимости от стран Антанты их страна имела мало шансов на успех в войне с Лондоном и Парижем. И все же итальянский министр иностранных дел мар¬ киз А. ди Сан-Джулиано намекнул своим австрийским и немецким коллегам, что при определенных условиях 1 Козлов Д.Ю. «Странная война» в Черном море (август — ок¬ тябрь 1914 года). М.( 2009. С. 153. 250
Италия не против рассмотреть вопрос о том, каким спо¬ собом она могла бы помочь недавним союзникам. На этом итальянское правительство тоже не остановилось и одновременно начало тайные переговоры с Антантой о той территориальной компенсации, которую смог бы получить Рим после вступления в войну на стороне со¬ юзников. Надо отметить, что последние на обещания не скупились, тем более что все притязания итальянцев распространялись на территории их врагов — Австро- Венгрии, Турции и на никому не интересную Албанию. В Риме не стали довольствоваться этим двойным шан¬ тажом, и под шумок в октябре 1914 года оккупировали остров Сасено, расположенный у входа в Валонский за¬ лив на Адриатическом побережье Албании. В декабре того же года они оккупировали и саму Валону. После битвы на Марне и краха немецкого плана блиц¬ крига общественное мнение Италии стало все больше и больше склоняться в пользу Антанты. Однако требова¬ ния, которые итальянцы предъявили Антанте — а они замахнулись на обширные земли в Средиземноморье и территории южных славян, — показались чрезмерны¬ ми России и Франции. Характерно, что, как и в случае с Турцией, Петроград выступал против численного увели¬ чения коалиции. На то у России были свои причины — во-первых, пришлось бы расплачиваться с Италией за ее лояльность Антанте южнославянскими территориями, а во-вторых, итальянский король требовал со стороны России гарантий в том, что она не ослабит свой нажим на галицийском направлении. Лишь после того, как русское наступление в Карпа¬ тах было остановлено и под сильным давлением Англии российская дипломатия изменила свою позицию, 26 ап¬ реля 1915 года в Лондоне союзники подписали договор с Италией, по которому Рим обязался через месяц начать войну против Центральных держав. После этого в Ита¬ лии начались многочисленные демонстрации шовинис¬ тов за вступление в войну, возглавляемые социалистом Б. Муссолини и поэтом-авангардистом Г. Д'Аннунцио. Напуганный размахом «народного движения», итальян¬ ский парламент предоставил правительству чрезвычай¬ 251
ные полномочия. Ярый сторонник вступления Италии в войну на стороне Антанты премьер А. Саландра не пре¬ минул воспользоваться благоприятным внутриполити¬ ческим положением, и 23 мая 1915 года Итальянское ко¬ ролевство объявило войну Австро-Венгерской империи. В то же самое время, когда шла борьба за привлечение на свою сторону Италии, между воюющими коалициями развернулась острая дипломатическая борьба за Балка¬ ны. К середине 1915 года, не считая отсталой Албании, в этом регионе осталось только две страны, не определив¬ шиеся со своими предпочтениями, — Болгария и Румы¬ ния. Причем особо важное значение для союзников при¬ обретала позиция софийского руководства, в силу того, что по географическим и геополитическим причинам к 1915 году Болгария оказалась своеобразным ключом ко всему Балканскому полуострову1. К тому же из всех бал¬ канских стран Болгария обладала самой боеспособной армией. В случае вступления Болгарии в войну на сто¬ роне Центральных держав Сербия оказывалась в безвы¬ ходном положении, и, наоборот, присоединение Софии к Антанте отрезало от Европы Турцию, обеспечивало Сербии тыл и давало надежду на то, что примеру Болга¬ рии последуют Греция и Румыния. Кульминация борьбы противников за Болгарию пришлась на лето 1915 года. В Петрограде прекрасно понимали значение Бол¬ гарии и с первых же дней войны попытались привлечь ее на свою сторону. Российская дипломатия лелеяла надежду на восстановление славянского блока времен первой Балканской войны, но сделать это можно было только одним способом — уговорить соседей Болгарии Грецию и Сербию пойти ей на уступки и вернуть земли, захваченные в ходе второй Балканской войны. Министр иностранных дел Сазонов уделил этому особое внимание, но задача оказалась практически не¬ выполнимой — Греция вообще отказалась говорить на эту тему, а давление на нее привело к обратному эффек¬ 1 Шкундип Г.Д. Болгарская дилемма в дипломатической стра¬ тегии Антанты (октябрь 1915) // Первая мировая война. Пролог XX века. М. 1998. С. 166—182. 252
ту — усилению позиций в стране германофилов. Сербы в принципе согласились передать своим соседям часть Македонии, но лишь после получения компенсации за счет балканских владений Австро-Венгрии. Пробол- гарская позиция российского министра вызвала разно¬ гласия и в стане союзников — Англия, которая высоко ценила свои тесные связи с Грецией, полностью подде¬ ржала Афины и активно противодействовала политике русского правительства. Несколько более гибкой в отношении компенсаций Болгарии была политика Белграда. Не возражали сербы и против передачи Софии части европейской территории Турции. Но все эти обещания можно было выполнить только после окончания войны, а болгарское правительс¬ тво В. Радославова требовало Македонию немедленно. Берлину и Вене привлечь на свою сторону Болгарию было куда проще: во-первых, основные притязания Со¬ фии распространялись на их противника Сербию, пото¬ му болгарам была обещана не только вся Македония, но и часть исконно сербских земель. А в случае присоеди¬ нения Румынии к Антанте болгарам была обещана еще и часть территории этой страны — причем не только Южная Добруджа, но и северная ее часть. Во-вторых, для болгарского царя Фердинанда из немецкой динас¬ тии Кобургов не существовало проблемы выбора союз¬ нической ориентации — он и душой и мыслями был на стороне Центральных держав1. На болгарского царя оказало существенное влияние и положение дел на фронтах — русские войска в 1915 году терпели одно поражение за другим и были вынуждены оставить Галицию, Польшу, Литву, часть Белоруссии, а Дарданелльская десантная экспедиция Англии и Фран¬ ции окончилась неудачей. Осложнилось положение и Сербии, особенно после того, как на подмогу австрий¬ ским войскам были переброшены германские части. Жажда захвата чужих территорий для династии Кобур- 1 Шкундин Г. Д. Разделяй и властвуй! Вопрос о сепаратном мире с Болгарией в политике держав Антанты (октябрь 1915 — март 1916 г.). София, 2007. С. 15. 253
гов оказалась сильнее страха перед Антантой, и 3 сен¬ тября было подписано болгаро-турецкое соглашение о союзе, а еще через несколько дней — 6 сентября — со¬ юзный договор с Германией и Австро-Венгрией. Так Тройственный союз превратился в Четверной, а Болга¬ рия ввязалась в самоубийственную войну против своих православных братьев. Для минимизации последствий от вступления в войну Болгарии Англия и Франция решили перебросить с Гал¬ липолийского полуострова свои войска под Салоники и открыть там новый фронт. Одновременно было оказа¬ но сильное воздействие на Грецию, с тем, чтобы она в соответствии с греко-сербским союзным договором от 1913 года пришла на помощь своим братьям по вере. Гре¬ ки сначала вроде бы согласились, но, поняв, что союз¬ ники не смогут перебросить под Салоники достаточное количество войск, король Константин внезапно уволил проантантски настроенного премьера Э. Венизелоса и подтвердил сохранение Грецией нейтралитета. В ночь на 14 октября Болгария напала на Сербию. Одновременно с севера на Белград начали наступление объединенные германо-австро-венгерские войска. Это был «путь Сербии на Голгофу», закончившийся эваку¬ ацией остатков сербской армии на греческий остров Корфу1. Компенсацией за вступление в войну Болгарии на стороне Центральных держав стало присоединение 28 августа 1916 года к Антанте Румынии. Дипломати¬ ческая борьба между великими державами за Румынию развивалась приблизительно по тому же сценарию, что и в других балканских государствах: правительство в Бу¬ харесте страстно торговалось из-за новых территорий, которые могло бы получить в том или ином случае, и очень боялось продешевить2. Румыния еще с 1883 года состояла в союзе с Герма¬ 1 Писарев ЮЛ. Сербия на Голгофе и политика великих де¬ ржав. 1916 г. М., 1993. С. 14. 2 Виноградов В.Н. К оценке дипломатии Ионела Брэтиану // Первая мировая война. Дискуссионные проблемы истории. М., 1994. С. 84—102. 254
нией и Австро-Венгрией, но к началу Первой мировой войны этот договор так и не наполнился практическим содержанием и потерял всякое реальное значение — обстановка в мире изменилась коренным образом, а ха¬ рактерной чертой румынской внешней политики всегда была ориентация на более сильного. К тому же румынс¬ кое население в венгерской Трансильвании составляло большинство, а в Банате — весьма существенный про¬ цент. Борьба румынского населения Австро-Венгрии за равноправие встречала сочувствие в Румынском коро¬ левстве, а потому отношения между Бухарестом и Веной отнюдь не были безоблачными. Ровно за день до начала войны — 31 июля немцы пред¬ ложили румынам Бессарабию в качестве платы за учас¬ тие в их коалиции. Приз, конечно, устраивал Бухарест, но лишь в случае, если Россия будет полностью разбита и вынуждена уступить некоторые земли Австро-Венг¬ рии. В противном случае Бессарабию румынам никогда бы удержать не удалось. И хотя немцы как могли успока¬ ивали румын: дескать, после войны Россия будет расчле¬ нена и великая Румыния будет граничить с вассальной самостийной Украиной, — в Бухаресте прекрасно пони¬ мали, что все предложения Берлина и Вены, пока не па¬ дут Париж и Лондон, вилами на воде писаны, и не поль¬ стились даже на Одессу1. По той же причине румыны не согласились на предложение России, которое она делала дважды, о передаче им Трансильвании. Таким образом, Коронный совет Румынии принял 3 августа 1914 года ре¬ шение о «вооруженном выжидании». «Выжидание» Румынии на первом этапе войны носи¬ ло явно прогерманский характер: румынское правитель¬ ство беспрепятственно пропускало через свою террито¬ рию военные грузы Центральных держав в Болгарию и Турцию, а в Берлин и Вену слало телеграммы с подде¬ ржкой, давая понять, что в будущем они вполне могут рассчитывать на присоединение Бухареста к Четверно¬ му союзу. 1 Нотович Ф.И. Дипломатическая борьба в годы Первой миро¬ вой войны. Т. 1. М., 1947. С. 245. 255
Просчитав все последствия вступления Румынии в войну на стороне Антанты, российский МИД и Гене¬ ральный штаб пришли к выводу, что лучше иметь Румы¬ нию нейтральной, чем союзной, — страна обладала про¬ тяженной и трудно обороняемой границей, 700 км из нее приходилось на Карпаты, 500 км протянулись по Дунаю, а затем 200 км — по открытой местности в Добрудже. На¬ прашивалась мысль о том, что враг в самом узком месте (150 км) мог разрезать страну надвое и тогда весь запад Румынии оказался бы в огромном котле1. Кроме того, русский генералитет весьма скептически относился к военным возможностям плохо вооруженной румынской армии, а подготовка офицерского состава вообще не вы¬ держивала никакой критики. Нейтральная же Румыния фактически прикрывала российскую границу от Карпат до Черного моря и позволяла избежать непосредствен¬ ного соприкосновения с болгарской армией. Но торг союзников по Антанте с Румынией не прекра¬ щался — Англия и Франция были буквально заворожены цифрой в полмиллиона штыков, которые обещала пос¬ тавить Румыния в случае удовлетворения ее претензий. Как уже отмечалось, сначала румыны потребовали в ка¬ честве платы за свой нейтралитет Бессарабию, но Россия категорически отказалась от подобной сделки, и союзни¬ ки предложили Бухаресту лишь населенную румынами территорию Венгрии от Тисы и до Прута. События на фронтах вынудили самого последовательного противни¬ ка присоединения Румынии к Антанте российского ми¬ нистра иностранных дел Сазонова изменить позицию. Поражения русской армии в Карпатах в 1915 году и сда¬ ча Варшавы свели на нет размышления о преимущест¬ вах нейтралитета Бухареста. России требовалась немед¬ ленная и конкретная помощь. 21 июля 1915 года Сазонов дал согласие на привлечение Румынии. Нелегкие переговоры между Антантой и Румынией были застопорены в связи с поражением русских войск в кампании 1915 года, но шансы Антанты вновь подня¬ 1 Подробнее см.: Виноградов В.Н. Румыния в Первой мировой войне. М., 1969. 256
лись после Вердена и Брусиловского прорыва. Эффект от победы русских войск в Карпатах в 1916 году в Буха¬ ресте был огромен. После Брусиловского прорыва ру¬ мынская верхушка окончательно поверила в неизбеж¬ ность победы Антанты над странами Четверного союза, теперь румыны сами выступили инициаторами перего¬ воров с Антантой. 17 августа 1916 года в Бухаресте в глубокой тайне были подписаны политическая и военные конвенции, документально оформившие присоединение Румынии к Антанте. В конечном итоге румынам были обещаны Трансильвания, большая часть Буковины и Банат. Румы¬ ния, в свою очередь, обещала союзникам не вести сепа¬ ратных переговоров, но при этом заявила, что объявит войну одной Австро-Венгрии, в призрачной надежде, что войны с Германией и Болгарией удастся избежать. Этим надеждам осуществиться было не дано. После того как 27 августа 1916 года румынский посланник в Вене вручил декларации об объявлении своей страной войны империи Габсбургов, последовали ответные де¬ кларации со стороны Германии, Болгарии и Турции. Как и предсказывали российские военные стратеги, дипломатическая победа Антанты, связанная с вступле¬ нием Румынии в войну, оказалась пирровой. Румынская армия ничего не смогла противопоставить своим про¬ тивникам, позорно бежав с поля боя. В результате, что¬ бы спасти страну от неминуемого разгрома, в Румынию были введены русские войска, после чего Восточный фронт растянулся более чем на 500 км. Силы русской ар¬ мии, и без того испытывавшей нехватку вооружения, с тех пор стали чрезмерно распылены. К 1917 году вне войны, таким образом, оставалось одно большое государство, крупнейшая к этому време¬ ни в экономическом отношении держава мира — Соеди¬ ненные Штаты Америки. В начале прошлого столетия вопросы мировой политики, в том числе и разгадывание ребусов европейской дипломатии, не очень волновали Белый дом, предпочитавший руководствоваться принци¬ пами изоляционизма. Краеугольным камнем внешней политики США продолжала оставаться так называемая 257
доктрина Монро, суть которой сводилась в двух словах к лозунгу «Америка для американцев». Это означало, что американское правительство полностью отказывается от участия в решении каких-либо проблем за пределами своего континента, но сохраняет за собой как на севере Америки, так и на юге вплоть до мыса Горн решающую роль. Одновременно вмешательство в дела американс¬ ких стран со стороны европейских держав рассматрива¬ лось как недружественный акт. Эта политика отказа от какого-либо вмешательства в европейские дела встреча¬ ла полную поддержку со стороны подавляющего боль¬ шинства американского населения. Однако после 1912 года и прихода к власти президен¬ та В. Вильсона европейские проблемы начали играть все более важную роль в американской внешней политике. Чем острее становилась ситуация в Европе, тем больше правящие круги США стали задумываться о том, как бы усилить роль Соединенных Штатов в мировой поли¬ тике. Когда же за океаном стало очевидным, что в Европе вспыхнул пожар невиданной войны, Вильсон поспешил выступить с декларацией о нейтралитете, в которой при¬ звал Соединенные Штаты быть «нейтральными на сло¬ вах и на деле... беспристрастными в мыслях, так же как и в поступках, избегать поведения, которое может быть истолковано как поддержка одной стороны в ее борьбе против другой»1. Однако на самом деле политика амери¬ канского президента не была столь однозначной. На первых порах мировая война не задевала жиз¬ ненных интересов Соединенных Штатов — в то вре¬ мя страна находилась, по сути, на периферии мировой политики и не имела серьезного влияния на Европу. С одной стороны, это, а также доминирующие в США пацифистские настроения исключали прямое вовлече¬ ние страны в мировой конфликт на первом его этапе. С другой стороны, к началу прошлого столетия США были связаны тесными экономическими, политически¬ 1 Papers relating to the Foreign Relations of the United States, 1914. Wash., 1915, P. 552. 258
ми и культурными узами с великими европейскими дер¬ жавами. Драматические события в Европе требовали их ос¬ мысления в правящей верхушке США. После длитель¬ ных раздумий и совещаний с политиками и военными Вильсон пришел к выводу, что в настоящий момент Бе¬ лому дому не нужна решительная победа ни Германии, ни Антанты. В первом случае не только установилось бы господство Берлина во всей Европе, но американцы получили бы реального и очень сильного противника в странах Центральной и Южной Америки, регионе, осо¬ бо чувствительном для США. Во втором случае, по мне¬ нию Вильсона, больше всех выиграла бы Франция, союз с которой никогда не входил в планы США, а также весь¬ ма вероятным оказалось бы установление господства самодержавной России над огромным евроазиатским пространством. Поэтому политика Вашингтона в начале мирового конфликта сводилась к тому, чтобы, открыто не поддерживая ни одну из воюющих сторон, в новых благоприятных для страны условиях как можно сильнее укрепить ее промышленный потенциал и извлечь мак¬ симум экономической выгоды, выйдя вместе с тем на ведущие роли в мировой политике1. Именно стремлением сыграть на противоречиях между великими европейскими державами для укрепле¬ ния геополитического положения своей страны объяс¬ нялось желание Вашингтона исполнить в мировом кон¬ фликте роль «честного маклера», и в первые годы войны президент Вильсон начал активно предлагать себя в качестве посредника между враждующими сторонами. Согласись они воспользоваться посредничеством «чес¬ тного маклера» Вильсона, и Соединенные Штаты мо¬ ментально оказались бы в центре мировой политики и значительно укрепили бы свой авторитет и влияние. Так что Америкой двигало отнюдь не идеалистическое же¬ лание помирить враждующие стороны во имя идеалов гуманизма, скорее речь может идти о целенаправленной и продуманной политике. 1 Уткин А.И. Дипломатия Вудро Вильсона. М., 1989. С. 44—45. 259
В этих условиях в Берлине, не надеясь на сближе¬ ние с Вашингтоном, вначале пытались сделать все воз¬ можное, чтобы не допустить тесного союза Америки с Антантой и превращения США в арсенал и амбар своих противников. Германия сама была необычайно заинте¬ ресована в поставках из Соединенных Штатов важных в условиях войны стратегических товаров — прежде все¬ го продовольствия и хлопка. Вот почему в первые годы войны немцы пошли на большие уступки американцам в области ограничения подводной войны и признания ми¬ ротворческой роли президента Вильсона. Однако такой политики они придерживались недолго. К концу 1916 года, когда рухнули не только планы блицкрига, но и все попытки немецкого командования решить исход войны при помощи массированного на¬ ступления на Западном или Восточном фронте, немец¬ кие стратеги пришли к авантюристическому выводу о возможности за несколько недель при помощи подвод¬ ной войны поставить на колени Англию и тем самым в короткие сроки завершить военные действия в свою пользу. При этом мнение США, их экономический, во¬ енный и людской потенциал в расчет не брались. К этому времени отношения Вашингтона с союзника¬ ми сложились таким образом, что их поражение ставило под угрозу не только экономические интересы США, но и их национальную безопасность. Ни при каких обстоя¬ тельствах в 1917 году Белый дом не мог допустить побе¬ ды Германской империи, это означало бы неприемлемое для США стратегическое изменение баланса сил на меж¬ дународной арене в пользу Центральных держав. Облег¬ чала положение американской администрации и неук¬ люжая самоуверенная политика рейха. Неограниченная подводная война, которая велась в нарушение ряда меж¬ дународных законов, предусматривающих защиту прав нейтральных государств, была прекрасным поводом для вступления Соединенных Штатов в войну на стороне Антанты. Свою роковую для немцев роль здесь сыгра¬ ла также и печально известная «Депеша Циммермана», 260
подкрепившая аргументы сторонников немедленного вступления США в войну1. К началу 1917 года настроение рядовых американцев вообще существенно изменилось. Попрание немцами нейтралитета Бельгии и Люксембурга, использование ими впервые в мировой практике химического оружия, жестокое потопление пассажирских судов, натравлива¬ ние на США Мексики и создание разветвленной шпион¬ ской сети рейха в Соединенных Штатах — все это при¬ вело к тому, что антинемецкими настроениями вслед за правящей верхушкой прониклись и миллионы простых людей. Это также весьма облегчило Белому дому приня¬ тие решения о вступлении в войну на стороне Антанты. На руку сторонникам решительных действий в США сыграли и события февраля 1917 года в России. Многим американским политическим деятелям, воспитанным на принципах Билля о правах, ранее было несподручно объяснять своим оппонентам, почему это вдруг демок¬ ратической Америке необходимо как можно быстрее прийти на помощь самодержавной России. Теперь же, по словам Вильсона, «великий, великодушный русский народ присоединился во всем своем первозданном вели¬ чии к силам, борющимся за свободу в мире, за справед¬ ливость и мир». Свержение самодержавия в далекой от США России оказало огромное воздействие на американское обще¬ ственное мнение и существенно облегчило американ¬ скому президенту принятие решения о вступлении в войну. Теперь в глазах американцев новая Россия пере¬ стала нести ответственность за национальную и репрес¬ сивную внутреннюю политику русского царя и встала в один ряд с демократическими государствами Западной Европы, в отличие от полудикой Османской империи, кайзеровской Германии и монархических Австро-Венг¬ рии и Болгарии, подавлявших любое проявление свобо¬ домыслия и национального самосознания. 1 Шацилло В.К. Первая мировая война. Факты и документы. М., 2003. С. 242. 261
Окончательно с колебаниями в Белом доме было по¬ кончено в марте 1917 года после опубликования т. н. «Депеши Циммермана». Суть этого дела следующая: 16 января 1917 года министр иностранных дел Германии А. Циммерман направил немецкому посланнику в Мек¬ сике Экхардру ставшую потом знаменитую на весь мир инструкцию. В ней сообщалось: «Мы намерены 1 февра¬ ля объявить неограниченную подводную войну. Несмот¬ ря на это, будет сделана попытка сохранить нейтралитет Америки. В случае если нам это не удастся, мы предлага¬ ем Мексике союз на следующих условиях: совместное ведение войны и совместное заключение мира. Широ¬ кая финансовая помощь и наше согласие на то, чтобы Мексика вернула себе путем завоевания территории в Техасе, Нью-Мексике и Аризоне...» Но задолго до этих событий, в августе 1914 года, рус¬ ские моряки сумели добыть сверхсекретные шифры и коды связи германского генштаба. Наши военные, не задумываясь, поделились своей находкой с британски¬ ми союзниками, которые смогли теперь контролировать связь немцев с Американскими континентом. Не стала для них секретом и депеша Циммермана. После того как 1 марта 1917 года все ведущие амери¬ канские газеты на первых полосах опубликовали инс¬ трукции министра иностранных дел в Германии, для широкого американского общественного мнения это оказалось полным шоком. Даже президент Вильсон, для себя уже решивший вступить в войну на стороне Антан¬ ты, поначалу отказался верить в подлинность документа. Лучшего подарка для соответствующей идеологической обработки миллионов американцев, убеждения их в су¬ ществовании угрозы национальной безопасности Соеди¬ ненных Штатов и необходимости подключения страны к антигерманской коалиции, лучшего повода для вступле¬ ния в войну трудно было себе представить. По пацифис¬ там и изоляционистам был нанесен удар такой силы, от которого они больше так и не смогли оправиться. 2 апреля 1917 года президент Вильсон произнес пе¬ ред членами обеих палат конгресса речь, в которой была объявлена война Германии. Конгресс поддержал прези¬ 262
дента. Вашингтон впервые за свою историю вступил в большую европейскую политику. Таким образом, объявление Соединенными Штатами войны Германии отнюдь не было случайным событием. Этот шаг был не чем иным, как закономерным итогом внутри- и внешнеполитического развития США и озна¬ меновал собой начало превращения далекой заокеанс¬ кой державы в мирового лидера. Не подлежит сомнению, что прямое подключение США к Антанте было одним из поворотных моментов в истории Первой мировой войны, во многом предрешив¬ шим ее исход. После апреля 1917 года стратегическое положение Берлина начало резко ухудшаться. Вместе с тем положение на Европейском континенте оставалось столь запутанным, что никто не мог бы с уве¬ ренностью предсказать скорую победу какой-либо из противоборствующих сторон. Ситуация вроде бы благо¬ приятствовала Германии; ее войска оккупировали всю Бельгию и значительную часть северных департаментов Франции, Польшу, Литву, часть Латвии и Белоруссии. Сербия и Румыния были разгромлены. Антанта же мог¬ ла похвастаться только тем, что выстояла и сорвала пла¬ ны блицкрига, втянув Второй рейх в затяжную войну на выживание. Но в конечном итоге именно этот фактор и сыграл для Берлина роковую роль. По сравнению с Центральными державами Антанта обладала куда большими людскими, продовольствен¬ ными, экономическими и финансовыми ресурсами — напомним, что в те годы над Британской империей не заходило солнце, ее территория занимала четвертую часть всей суши, а население подданных британской короны составляло огромную цифру в 419 млн человек. Плечом к плечу с жителями Великобритании воевали канадцы, австралийцы, новозеландцы, индусы и многие другие народы империи. При полном доминировании на морях английского флота в Западную Европу шли бес¬ конечные караваны судов с аргентинской пшеницей и бразильским мясом. Германия же, как неоднократно отмечалось выше, готовилась не к затяжной, а к мол¬ ниеносной войне, поэтому не позаботилась о стратеги¬ 263
ческих запасах сырья и продовольствия. А пополнить их было нечем — Центральные державы находились почти в абсолютной блокаде. Связь с внешним миром Берлин мог осуществлять только через нейтральные Голландию, Швецию и Данию, но англичане разрешили этим стра¬ нам импортировать товары исключительно для их собс¬ твенных нужд. С 1915 года население Германии и Австро-Венгрии стало страдать от недоедания, а в 1916 году голод уси¬ лился. Благодаря врожденной самодисциплине немцев и высокой организаторской способности руководите¬ лей тыла, которые ввели карточную систему и взяли на строгий учет все средства, в 1916 году удалось избежать голодных бунтов, но эти меры лишь отсрочивали катаст¬ рофу, а никак не уничтожали ее причину. Учитывая создавшуюся ситуацию и отсутствие ре¬ зервов, в Берлине решили активизировать дипломати¬ ческую «войну» и расколоть коалицию своих противни¬ ков, вырвав из рядов Антанты ее наиболее слабое зве¬ но — Россию. Собственно, уже весной и летом 1915 года немцы на¬ чали дипломатическое зондирование по поводу возмож¬ ного заключения сепаратного мира с Россией. Через датского и шведского королей в Петроград из Берлина были посланы ясные сигналы о готовности немцев пой¬ ти на мировую при самых благоприятных для России условиях. Инициатива подобных переговоров исходи¬ ла от канцлера Т. Бетман-Гольвега. Однако российский император оказался верен слову, данному союзникам в сентябре 1914 года, и от ведения каких-либо перегово¬ ров с противником категорически отказался. Против переговоров с немцами решительно выступали и члены российского правительства, особенно министр иност¬ ранных дел Сазонов. Сложнее дело обстояло в правящей верхушке Берли¬ на. Еще в последних числах ноября 1914 года здесь раз¬ вернулась довольно острая дискуссия по вопросу о целе¬ сообразности сепаратного мира с Россией. Начальник германского генерального штаба Фалькен- гайн, например, исходил из того мнения, что коль скоро 264
разгромить Францию и осуществить план Шлиффена не удалось, а война на два фронта вступила в затяжную фазу, сепаратный мир с Россией самым благоприятным образом скажется на положении Германии. Его, как и Бисмарка, пугали безбрежная территория России и не¬ исчислимые людские резервы страны. В этих условиях наилучшим решением вопроса для Германии была бы ликвидация протяженного от Балтийского моря до Кар¬ патских гор Восточного фронта и последующая концен¬ трация усилий на Западе1. «Россию разгромить невоз¬ можно — с ней можно только договориться» — такова была позиция начальника германского генерального штаба. Есть сведения и о том, что начальник германского штаба был против разгрома России и по политическим соображениям. Он полагал, что второе после русско- японской войны поражение России неизбежно револю¬ ционизирует страну, что закончится трагедией не только для нее одной. По мнению Фалькенгайна, русский бунт будет представлять сильную опасность для его страны и неизбежно перебросится на Германию2. Идею поиска компромисса с Россией поддерживал и министр иностранных дел Германии Ягов3. Твердым сторонником скорейшего замирения с Рос¬ сией был и влиятельнейший морской министр А. Тир- пиц. Главным соперником рейха он, безусловно, считал Англию: «политическим мозгом Антанты всегда был Лондон; он же становился все более и ее военным моз¬ гом... В противоположность этому все наши победы над Россией следовало рассматривать как частичные по¬ ражения ее, которые должны были послужить к тому, чтобы высвободить наши силы и направить их против 1 Евдокимова Н.П. Между Востоком и Западом. Проблемы се¬ паратного мира и маневры дипломатии австро-германского блока в 1914—1917 гг. Д., 1985. С. 48—49. 2 Новикова И.Н. «Между молотом и наковальней». Швеция в германо-российском противостоянии на Балтике в годы Первой мировой войны. С.-Петербург, 2006. С. 272. 3 Писарев ЮЛ. Первая мировая война и проблема сепаратно¬ го мира // Новая и новейшая история. 1985. N° 6. С. 51. 265
главного врага, ибо они делали возможным быстрое за¬ ключение сепаратного мира с царем. Никакое расчлене¬ ние царской империи, которое имели в виду германские дипломаты и демократия, не могли нам помочь, если главный враг оставался для нас недосягаем». «Я не знаю, найдется ли в мировой истории пример большего ослеп¬ ления, чем взаимное истребление русских и немцев ad majorem glorian англо-саксов», — позднее писал гросс- адмирал Тирпиц в своих воспоминаниях1. Несколько отличного мнения придерживался рейх¬ сканцлер Бетман-Гольвег. Он поначалу весьма сдержан¬ но относился к идее возможности заключения сепарат¬ ного мира с Россией, полагая, что она еще не готова к взаимопониманию с Германией. Тем не менее, он на¬ деялся, что грядущие победы Гинденбурга и оккупация всей Польши германскими и австро-венгерскими войс¬ ками смогут в ближайшем будущем создать основу для «взаимопонимания» между двумя враждующими стра¬ нами2. Например, информируя 24 ноября германское министерство иностранных дел о предложении, сделан¬ ном датским королем, канцлер присовокупил: «По мое¬ му мнению, ответ должен быть отсрочен до тех пор, пока не наступит решение на Востоке» 3. Третьей позиции придерживался заместитель ми¬ нистра иностранных дел Германии государственный секретарь А. Циммерман. Впрочем некоторые истори¬ ки полагают, что за его спиной стоял генерал Люден¬ дорф, а дипломат только озвучивал его точку зрения4. Государственный секретарь считал, что все немецкие противники, а особенно Англия и Россия, должны быть 1 Тирпиц А. Воспоминания. М., 1957. С. 270, 306. 2 Politisches Archiv des Auswartigen Amts. (далее Politisches Archiv...). Der Weltkrieg №2. Vermittlungsaktionen. R20447. Бетман- Гольвег — в МИД. 25.11.1914; см. также L'Allemange et les proble- mes de la paix pendant la premiere guerre mondiale. Documents ex- traits des archives de l'Office allemand des affaires etrangeres. T. 1. Paris, 1962. C. 25. 3 Politisches Archiv... Ibid. Бетман-Гольвег — в МИД. 24.11.1914. 4 Farrar L.L. Divide and Conquer. German efforts to conclude a separate peace. 1914—1918. N.Y., 1978. P. 8. 266
решительно повержены, в противном случае они будут продолжать представлять постоянную угрозу Второму рейху. Впрочем, он тоже полагал, что основной задачей германской политики является «вбить клин между на¬ шими врагами» и вынудить противников к подписанию сепаратного мира, естественно, на германских услови¬ ях. При этом все предложения о заключении подобного мира должны исходить не от Германии, а от ее против¬ ников. Наименее опасным врагом Германии Циммерман считал Францию, которая была вынуждена вступить в войну «не по своей склонности». Война во Франции, по мнению заместителя министра иностранных дел, непо¬ пулярна и требует многих жертв. Франция вообще де¬ ржится только благодаря массированной военной помо¬ щи Англии и надеждам на русский «паровой каток», ко¬ торый раздавит немцев. Вот почему она доросла до того, чтобы вести с немцами переговоры о мире. Главными же врагами, по мнению Циммермана, для немцев остаются Англия и особенно — Россия. Соот¬ ветственно, до тех пор, пока немцы самым решитель¬ ным образом не рассчитаются с ними, для Второго рей¬ ха будет продолжать оставаться угроза для его сущест¬ вования. Исходя из этого, по отношению к Петрограду может быть только сугубо военное решение проблемы. Россия сначала должна быть «поставлена на колени», а затем немцы, используя свое военное преимущество, могут пойти и на кое-какие уступки по отношению к ней — такова была позиция Циммермана. Кроме того, заключение сепаратного мира с Россией для Германии не может стоять на повестке дня также и исходя из ее союзнических отношений с Австро-Вен- грией. По мнению дипломата, вообще «мировая война возникла из-за панславистских устремлений России». В принципе Циммерман допускал возможность заклю¬ чения сепаратного мира с Россией, но только после того, как будет завоевана Польша, освобождена от русских Галиция и стабилизируется положение на Западном фронте. Но и даже в этом случае, если союзники по антиантантовской коалиции хотят, чтобы «Россия как покровительница славянства получила суровый урок и 267
ее престиж не только среди славянских братьев, но и у всех балканских народов был скомпрометирован», не¬ обходимо еще и наголову разбить Сербию. Более того, сепаратный мир с Россией для Германии нежелателен и в связи с ее отношениями с Турцией. «Турция вступила в войну на нашей стороне потому, что она по праву усматривала в России своего заклято¬ го врага», — считал Циммерман. И, соответственно, за¬ мирение с Россией может самым негативным образом сказаться на крепости и монолитности Тройственного союза1. Воинственный Циммерман открыто высмеи¬ вал миролюбие своих непосредственных начальников. Как-то в сентябре 1914 г., беседуя с главным редакто¬ ром влиятельной немецкой газеты «Берлинер тадеблат» Т.Вольфом, Циммерман со смехом заявил, что «...есть три меланхолика, которые быстро впадают в депрессию и выступают за примирение с Россией, — это Бетман, Ягов и Штурмм» (В. фон Штурм — помощник госсекре¬ таря по иностранным делам. — В.Ш.)2. Таким образом, в конце 1914 г., когда в Берлине впер¬ вые в практическую плоскость встал вопрос о возмож¬ ности начала сепаратных контактов с Россией, ни среди немецких военных, ни в германском правительстве не существовало и какого-либо подобия единства мнений. За начало переговоров был начальник генерального штаба Фалькенгайн и морской министр Тирпиц, но ав¬ торитетные генералы Гинденбург и Людендорф, наобо¬ рот, выступали за нанесение решительного поражения России и раскол Антанты при помощи вывода диплома¬ тическим путем из войны Франции. Министр иностран¬ ных дел Германии Ягов был сторонников начала перего¬ воров с Петроградом, а его заместитель Циммерман под¬ держивал точку зрения Людендорфа. Глава же кабинета канцлер Бетман-Гольвег занимал по этому поводу сдер¬ жанную, колеблющуюся позицию, но все же поддержи¬ 1 Politisches Archiv... Ibid. R20447. Нота Циммермана. 27.11.1914. 2 Новикова И.Н. Указ. соч. С. 271. 268
вал при определенных условиях идею начала секретных переговоров с Россией. При отсутствии единства в военной и политической верхушке Германии по такому деликатному вопросу последнее слово осталось за кайзером Вильгельмом II. На первых порах кайзер в этой ситуации встал на сторо¬ ну начальника генерального штаба, и они оба выступили за скорейшее установление неформальных контактов с Петроградом. К тому же и австро-венгерское правитель¬ ство, и венский двор также довольно однозначно высту¬ пили в поддержку этой идеи. Очередная попытка немцев склонить Россию к за¬ ключению сепаратного мира и выходу из войны отно¬ сится к лету 1916 года, на что были свои причины. Во- первых, брусиловское наступление показало Берлину, что у русских есть еще порох в пороховницах и говорить о разгроме России преждевременно, а во-вторых, в на¬ чале 1916 года в России сменилось правительство и во главе его стал Б.В. Штюрмер — остзейский немец, бес¬ цветный политик, придерживавшийся правых взглядов и сторонник мира с Германией. В Берлине заметили, что в стране заметно уменьши¬ лось влияние тех сил, которые выступали за тесный во¬ енно-политический союз с Антантой, зато укрепились сторонники сепаратного соглашения с Германией. Про¬ щупывание новых открывшихся возможностей берлин¬ ские стратеги начали летом 1916 года, причем сразу по двум каналам. В июле 1916 года представитель Штюрмера И.И. Ко- лышко прибыл в Стокгольм для бесед с представителем германского министерства иностранных дел Бокельма- ном — выразителем интересов промышленного магната Г. Стиннеса. Бокельман сообщил Колышко об условиях, на которых Германия согласна заключить мир с Росси¬ ей. Эти условия были следующими: включение Курлян¬ дии и Эстляндии в немецкие балтийские провинции, присоединение Литвы к Восточной Пруссии, образо¬ вание независимой и ориентированной на Германию Польши. При этом Россия должна навсегда отказаться 269
от своего влияния на Балканах, хотя и не будет платить репарации. Тогда же, в июле, и там же, в Стокгольме, произошла встреча немецкого финансиста Ф. Вартбурга с тогда еще товарищем председателя Государственной думы Прото¬ поповым. На этой встрече также обсуждалась возмож¬ ность заключения мира между Россией и Германией. Вернувшись в Петроград, Протопопов доложил о ре¬ зультатах своих бесед с Вартбургом некоторым членам Думы, а затем был вызван на доклад к Николаю II. Другим признаком усиления в правительстве прогер¬ манских сил стала отставка убежденного сторонника Антанты Сазонова. Его портфель по совместительству принял Штюрмер. Резко ухудшилось к этому времени и внутреннее положение в стране. Казалось, обстанов¬ ка для заключения сепаратного мира стала особо благо¬ приятной. Это прекрасно понимали в Берлине. «Россию охватывает усталость, и Германия должна постараться заключить с ней сепаратный мир», — писал в те дни кай¬ зер Вильгельм1. Ответственные политики в Берлине в те дни уже были готовы пойти на достойное окончание войны, правда, не знали, как это сделать. Канцлер Бетман-Гольвег и его сторонники собирались вернуться к статусу ante belle (то есть к довоенному положению вещей) с небольши¬ ми вариациями — Польшу, по их мнению, надо было вернуть России, Бельгию — освободить и даже пойти на некоторые уступки французам в Лотарингии. Дру¬ гие германские политики были менее «великодушны», но это уже не играло никакой роли. В Германии к этому времени правил бал тандем Гинденбург — Людендорф, не признававший никаких компромиссов2. Под их давлением этих генералов германское прави¬ тельство 5 ноября 1916 года совместно с правительством Австро-Венгрии заявило о создании «независимой» 1 Fischer F. Germany's Aims in the First World War. N.Y., 1967. P. 244. 2 Hildebrand K. Das vergangene Reich. Deutsche Aussenpolitik von Bismark bis Hitler. Sttutgart, 1995. S. 350. 270
Польши, включавшей исключительно земли, отвоеван¬ ные у российской короны. Это вызвало бурю гнева в России, в том числе и лично у Николая — немцы создали небывалый прецедент и пошли на передел границ, даже не сев за стол переговоров и не разбив своих противни¬ ков. Если до этого какой-либо компромисс с Германией и был возможен, то теперь исчезла даже гипотетическая вероятность заключения сепаратного мира с немцами. В России резко активизировались сторонники продол¬ жения войны до победного конца. 14 ноября лидер каде¬ тов П.Н. Милюков в Думе обвинил Штюрмера в измене. (В своей ставшей знаменитой речи профессор восклицал после каждой фразы: «Что это? Глупость или измена?») Под давлением национально ориентированных кругов Николай был вынужден снять Штюрмера, на посту пред¬ седателя Совета министров его заменил А.Ф. Трепов, а министром иностранных дел стал М.Н. Покровский. Следует особо отметить, что мысли о возможности заключения с Германией сепаратного мира возникали не только в Петрограде, но и в столицах других держав Антанты. Так, лидер британской консервативной пар¬ тии лорд Г. Ленсдаун, до этого долгие годы занимавший пост министра иностранных дел, выступил перед каби¬ нетом с проектом достижения скорейшего соглашения с противниками. Однако пораженческие настроения на Британских островах были немедленно отвергнуты — там знали, за что воюют. Более того, в стране возникло подозрение, что либеральное правительство Асквита ведет войну не с полным напряжением сил, и в декабре 1916 года он был отправлен в отставку. Место Асквита занял стойкий приверженец войны до победного конца Д. Ллойд Джордж. Между тем непростая ситуация была и в самой Гер¬ мании. Вроде бы успех был на ее стороне — войска рейхсвера находились на территории противников, а в декабре 1916 года пал Бухарест. Однако блокада со сто¬ роны английского флота свое дело сделала, и в Германии наблюдалась острейшая нехватка самых необходимых для населения товаров, а нормы выдачи продовольствия с каждым месяцем урезались все больше и больше. В на¬ 271
роде зрело недовольство, в армии вспыхивали бунты, которые, правда, беспощадно подавлялись. В этих не¬ простых условиях германское правительство решило выступить перед всеми задействованными в конфликте странами с мирным предложением. Этот шаг германской дипломатии преследовал две далеко идущие цели: в случае вполне вероятного откло¬ нения союзниками по Антанте предложения Германии всем была бы продемонстрирована миролюбивая поли¬ тика руководства рейха, страстно желающего закончить кровопролитную войну, кроме того, отказ союзников пойти на переговоры послужил бы веским оправдани¬ ем неограниченной подводной войны, которую вот-вот готовились начать немецкие моряки. Другой же страте¬ гической задачей германского мирного предложения в декабре 1916 года было внести раскол в стан Антанты и заключить сепаратное соглашение хотя бы с одним из воюющих государств. 12 декабря 1916 года кайзер Вильгельм заявил в рейх¬ стаге о готовности Центральных держав начать перего¬ воры с противником. Однако характерно, что, согласив¬ шись на переговоры, кайзер ни словом не обмолвился о том, на каких условиях его страна готова их вести. Кроме того, этот демарш был составлен в таких побе¬ доносных выражениях, что вряд ли Антанта после него пожелала бы сесть за стол переговоров. Кайзер, напри¬ мер, сказал: «Германия и ее союзники Австро-Венгрия, Болгария и Турция доказали в этой борьбе свою непре¬ одолимую силу. Они одержали большие победы над союзниками, превосходящими их числом и военными материалами»1. «Мирные» предложения Германии союзники расце¬ нили как попытку внести раскол в их ряды и отклонили все ее положения. А что касается условий, на которых Берлин соглашался сесть за стол переговоров, то они были опубликованы 4 ноября 1919 года Парламентской следственной комиссией при Национальном собрании и 1 Hohlfeld J. Deutsche Reichsgeschichte in Dokumenten. 1849— 1926. В. 2. В., 1927. S. 209. 272
вызвали шок у победителей. В декабре 1916 года немцы собирались потребовать присоединить к рейху Литву и Курляндию, образовать вассальную Польшу и аннекси¬ ровать другие земли России, забрать у Бельгии Льеж и установить опеку над этим государством, отторгнуть от Франции районы Лонгви и Брие, присоединить значи¬ тельную часть английских и французских колоний. Не меньшие аппетиты были и у германских союзников — Австро-Венгрии, Болгарии и Турции. Так что теперь со¬ вершенно очевидно, что «мирное» предложение Герма¬ нии было, по сути, шумной пропагандистской акцией и лишь в последнюю очередь имело в виду переговоры по заключению справедливого мира. Буквально через несколько дней после немецкого «мирного» предложения с миротворческим демаршем выступил американский президент Вильсон. Впрочем, он уже давно готовил свое обращение к воюющим сто¬ ронам и был крайне недоволен тем обстоятельством, что его опередили немцы. Президент обратился к воюющим державам 18 дека¬ бря 1916 года. Мирная инициатива Вильсона, по сути, представляла собой ноту ко всем участникам войны с требованием определить и публично обозначить цели, которые они преследуют, с тем чтобы «стало возмож¬ ным их непредвзято сравнить»1. Таким образом, перед Антантой лежали два предло¬ жения, которые требовали ответа, и он был дан неза¬ медлительно. Немецкое предложение от 12 декабря со¬ юзники расценили как военную хитрость, вызванную временными успехами Центральных держав на фрон¬ тах. К этому времени в прессу просочились и некоторые предварительные условия, на которых Берлин был готов сесть за стол переговоров. Что же касается предложения Вильсона, то на него союзники отправили ответ 10 янва¬ ря 1917 года. Характерно, что к этому времени немцы в грубой форме уже отвергли все претензии Вашингтона на роль посредника, заявив, что в любом случае мир бу¬ 1 Papers relating to the Foreign Relations of the United States, 1916. Wash., 1917, P. 98. 273
дет достигнут только путем переговоров между воюю¬ щими сторонами. Ответ союзников заключался в следующем: Антанта потребовала восстановления независимости Бельгии, Сербии и Черногории и возмещения нанесенного им ущерба, эвакуации немцев со всех занятых ими терри¬ торий на условиях соответствующих репараций, изгна¬ ния турок из Европы, освобождения чехов, румын, ита¬ льянцев и южных славян от чужеземного господства. Таким образом, в конце декабря — начале января 1917 года все противоборствующие стороны вновь про¬ возгласили решимость бороться до победного конца. Ре¬ зультатом этих демаршей, кроме того, стало окончатель¬ ное решение Соединенных Штатов вступить в войну на стороне Антанты — к этому времени не только отноше¬ ния Вашингтона с союзниками стали очень тесными, но и немцы не проявили желания принять американское мирное посредничество. Начало 1917 года ознаменовалось не только вступле¬ нием в альянс крупнейшей державы мира, но и Февраль¬ ской революцией в России, крайне осложнившей ситу¬ ацию на Восточном фронте и поставившей под сомне¬ ние дальнейшую лояльность Петрограда как надежного союзника. В союзных столицах по-разному отнеслись к свержению самодержавия в России: американцы, как уже отмечалось, ликовали, французы хотели видеть в событиях февраля стремление русских вести войну бо¬ лее эффективно, а англичане надеялись на более рацио¬ нальную систему государственного правления, способ¬ ную мобилизовать ресурсы страны на общее для всех демократий дело победы. Первые заявления нового министра иностранных дел Милюкова свидетельствовали о том, что Россия намере¬ на выполнять все свои союзнические обязательства, а поэтому проблем с признанием нового правительства не возникло: 22 марта все союзные державы признали Временное правительство. События в России, казалось, были под контролем, их развитие не предвещало боль¬ шой беды. Между тем в стране царила разруха, под влиянием 274
большевистской пропаганды продолжалось разложение русской армии, уже неспособной к каким-либо осмыс¬ ленным действиям против врага. В этих условиях в во¬ енном и политическом руководстве Германии созрела мысль вновь попытаться заключить с ослабленной внут¬ ренними неурядицами Россией сепаратный мир. Поми¬ мо этого целью германской политики по отношению к России после февральских событий стало создание в стране обстановки всеобщего хаоса, для чего немецкие стратеги решили поддержать крайне радикальные ре¬ волюционные элементы. Именно с этой целью в апреле 1917 года в Берлине было принято решение переправить в Россию несколько групп большевиков, в одной из ко¬ торых находился их вождь В.И. Ленин. Германские политики попытались использовать в своих целях и более умеренных социалистов. Стремясь склонить меньшевиков и эсеров, составлявших в то вре¬ мя большинство в Петроградском совете, к заключению сепаратного мира, по прямому указанию кайзеровс¬ кого генерального штаба лидер немецких социалистов Ф. Шейдеман принялся за подготовку в Стокгольме международной социалистической конференции. Про¬ ведение Стокгольмской конференции было сорвано лишь в результате жесткой политики правительств Ан¬ глии и Франции по отношению к своим собственным социалистам1. Весной 1917 года и в столице союзницы Германии Вене началось интенсивное зондирование поисков мира — внутриполитическая ситуация в этой много¬ национальной монархии была ненамного лучше, чем в России, а после смерти в конце 1916 года престарелого Франца-Иосифа новый император Карл и его министр иностранных дел граф О. Чернин поняли окончательно, что единственный способ избежать в стране револю¬ ции — это заключить мир. Летом 1917 года, действуя в 1 Ревякин А.В. Франция и «стокгольмская альтернатива»: внут¬ риполитические факторы дипломатии в 1917 г.// Первая мировая война. Дискуссионные проблемы истории. М., 1994. С. 215. 275
интересах Габсбургов, устами папы мирное посредни¬ чество воюющим странам предложил Ватикан1. Неизвестно, как развивались бы события на диплома¬ тическом фронте Европы дальше, если бы Людендорф не пришел к выводу, что в новых условиях рейху вы¬ годнее не вести переговоры с Россией, а добить ее. Это, по мнению германского высшего генералитета, дало бы возможность колонизировать Россию, за короткое вре¬ мя выкачать из нее все ресурсы, а чуть позднее успешно закончить войну на Западе. Мнение Людендорфа оказало решающее влияние на кайзера, и тот снял с поста канцлера сторонника ком¬ промисса Бетман-Гольвега, назначив его преемником Г. Михаэлиса — марионетку Людендорфа. Собственно, Вильгельм и раньше не отрицал необхо¬ димости военного разгрома России. Еще 20 апреля на со¬ вещании в Бад-Кройцнахе он заявил: «Если ожидаемая дезинтеграция России не даст искомых результатов, их следует достичь с помощью оружия»2. Так закончилась еще одна попытка достичь спасительного мира. Между тем внутренний кризис в России нарастал не по дням, а по часам. Его итогом стал захват в октябре 1917 года власти большевиками во главе с Лениным, ко¬ торые в марте 1918 года заключили с немцами сепарат¬ ный мирный договор в Брест-Литовске. Таким образом, Россия вышла из войны, и Восточный фронт был ликви¬ дирован. Незадолго до подписания сепаратного мира в Бресте американский президент Вильсон выступил со своим планом прекращения кровопролития и послевоенного устройства мира — знаменитыми четырнадцатью пунк¬ тами. Это был своеобразный ответ на вызовы, брошен¬ ные Октябрьской революцией. В 1-м пункте американ¬ ской программы мира содержалось осуждение тайной дипломатии, что было серьезным ударом не только по планам Центральных держав, но и Антанты. Столь сме¬ 1 История дипломатии. Т. 2. С. 47. 2 Mayer F.J. Political Origins of the New Diplomacy. New Haven, 1959. P. 316—317. 276
лое заявление со стороны США не было удивительным: сами американцы не участвовали ни в одном договоре, и Вильсон хотел в корне изменить характер международ¬ ной дипломатии, чтобы повысить роль своей страны на мировой арене. Во 2-м пункте заявлялось о свободе мо¬ рей, что шло вразрез с гегемонией Британии на море, а 3-й требовал снятия всех ограничений в международной торговле. Это объяснялось просто: флот Америки рос, самой промышленно развитой стране мира нечего было бояться конкурентов, а открытие рынков других стран сулило американцам невиданные дивиденды. 4-й и 5-й пункты программы Вильсона также вполне объяснимы с точки зрения американских интересов: в них говорилось о всеобщем разоружении и урегулиро¬ вании всех колониальных споров. Колоний у США поч¬ ти не было, а, имея в соседях Канаду и Мексику, Вашинг¬ тону было просто говорить о разоружении. В 6-м пункте, особенно важном для России, Вильсон потребовал пол¬ ной эвакуации с ее территории иностранных войск и пригласил ее стать членом будущей международной ор¬ ганизации. В остальных пунктах содержались требова¬ ния свободного развития для народов, населявших Авс- тро-Венгрию. В заключительном 14-м пункте Вильсон призвал к созданию некой международной организа¬ ции, призванной решать все спорные вопросы мирным путем. Программа Вильсона стала важным событием в меж¬ дународной дипломатии и получила широкий резонанс во всем мире. 14 пунктов напечатали даже большевист¬ ские «Известия». Ее, безусловно, можно расценить как шаг американцев навстречу России, что особенно было заметно на фоне заявлений лидеров Англии и Франции. Многие положения программы Вильсона по новому ми¬ роустройству впоследствии легли в основу Версальского мирного договора. Тем не менее под нажимом Ленина Советская Рос¬ сия подписала сепаратный мирный договор с Германи¬ ей и ее союзницами. Условия этого договора для страны были катастрофичны — Россия потеряла 2 млн кв. км своей территории, на которой проживала треть ее насе¬ 277
ления — 62 млн человек. Ликование в Берлине по этому поводу было безмерным. Казалось, используя безгра¬ ничные материальные ресурсы России, немцы вот-вот одержат победу и на Западе. Но счастье длилось недолго — как часто бывает в ис¬ тории, победителей погубила жадность. Для того чтобы контролировать обширные территории бывшей Россий¬ ской империи от Финляндии до Закавказья, для охраны завоеванного, по самым скромным подсчетам, немцам требовалось не менее миллиона солдат. Это были те са¬ мые солдаты и офицеры, которые могли решить судьбу немецкого наступления на Западном фронте. Таким об¬ разом, Германия подавилась своей добычей. Для Антанты в Брестском договоре был и еще один позитивный момент: видя, как поступают в Берлине с поверженным противником, народы Франции и Анг¬ лии, не пожелав разделить судьбу русских, еще сильнее сплотили свои ряды в борьбе против общего противника. Сделали свои выводы и в Соединенных Штатах. После подписания Брестского мира президент Вильсон окон¬ чательно потерял надежду на победу демократической оппозиции в Германии и пришел к заключению, что Вто¬ рому рейху может противостоять только грубая сила. Начиная с весны 1918 года США стали играть все большую роль в военных усилиях Антанты, оказывать все более заметное влияние на ход военных действий. Из-за океана во Францию и Англию всевозрастающим потоком шли амуниция, продовольствие, сырье, а глав¬ ное, свежие, не уставшие от четырехлетней окопной жизни, хорошо обмундированные солдаты и офицеры. И это в то время, когда в странах антиантантовской ко¬ алиции свирепствовал голод, а людские и материальные ресурсы находились на грани полного истощения. Оправившись от немецких ударов весной 1918 года, 18 июля на участке фронта между реками Эн и Марна союзные войска перешли в наступление. 8 августа на¬ чался решительный штурм, и английские танки прорва¬ ли оборону рейхсвера. На следующий день в атаку пош¬ ли французы. Западный фронт начал рушиться. 278
13 августа в бельгийском курортном городке Спа соб¬ рались кайзер, канцлер, министр иностранных дел и ге¬ неральский тандем Гинденбург — Людендорф. Все нахо¬ дились в крайне подавленном состоянии. На следующий день к немцам присоединились их австрийские союзни¬ ки во главе с императором Карлом. Ввиду создавшегося положения на фронте кайзер предложил начать через голландскую королеву переговоры с Антантой о заклю¬ чении мира. В ночь на 5 октября новый глава немецкого прави¬ тельства принц Макс Баденский направил телеграмму с просьбой о перемирии на имя американского прези¬ дента. Берлин соглашался начать переговоры на основе 14 пунктов Вильсона. В свою очередь, союзники отказались вести сепарат¬ ные переговоры отдельно с Австро-Венгрией, чем ус¬ корили ее развал. Армия бросала фронт, Чехословакия заявила о своей независимости, а Венгрия отделилась от Австрии и превратилась в самостоятельную республику. Так прекратила свое существование империя Габсбур¬ гов, а после того, как 30 октября запросила мира Турция, Германия оказалась одна. Положение Берлина стало безнадежным. Оно усугублялось и внутренними беспо¬ рядками в стране: 4 ноября восстали моряки в Киле, а на следующий день рабочие и матросы захватили власть в Любеке, Гамбурге и Бремене. До краха Второго рейха оставались считаные часы.
Крах Второго рейха ^ Последнее наступление рейхсве¬ ра — «Вторая Марна» — «Черные дни» Германской империи — Сен- Миельская операция американской армии — Развал немецких вооружен¬ ных сил — Капитуляция союзников Германии — Крах неограниченной подводной войны Ликвидация Восточного фронта и сепаратный Брест¬ ский мирный договор коренным образом изменили си¬ туацию на фронтах мировой войны. Отныне Германия, Австро-Венгрия и Турция, державшие ранее против России значительную часть своих вооруженных сил и техники, получили возможность использовать их на За¬ падном и других фронтах. Оккупация, западных терри¬ торий Российской империи и Закавказья не требовала от немцев больших воинских контингентов и техники, а в оккупационных частях служили, как правило, солдаты старших призывов или в прошлом тяжелораненые. В начале 1918 года союзники по Антанте, уже без Рос¬ сии, имели 274 дивизии, Центральная коалиция могла выставить 275. Еще 86 дивизий немцев и их союзников находились на западных территориях России, а 9 — на Кавказе. Однако это равенство было кажущееся: моби¬ лизационные возможности Антанты значительно пре¬ восходили возможности в этом плане Четверного союза: Франция и Великобритания стали активно призывать в свои вооруженные силы военнообязанных в колониях и доминионах. 280
Нельзя сбрасывать со счета и то, что к этому времени существенно увеличился поток американских войск и различных военно-стратегических грузов, прибывавших в Европу во все больших размерах. Если в конце декабря 1917 года численность американских солдат во Франции составила 180 тыс. человек, то в марте 1918 года превы¬ сила 320 тыс. Однако ввиду недостаточной подготовлен¬ ности личного состава лишь одна дивизия США числен¬ ностью в 27 тыс. человек находилась весной 1918 года на фронте, тем самым лишь символизируя участие своей страны в войне1. В январе 1918 года государства обеих коалиций вста¬ ли перед проблемой скорейшего окончания войны. Но в особенно острой форме этот вопрос касался Германии и ее союзников — им все труднее было обеспечить фронт даже самым необходимым. Так, части рейхсвера факти¬ чески были поделены на три категории: из 244 дивизий 56 считались ударными, остальные — ограниченного действия или пригодными лишь для обороны. В резерве осталось всего 950 тыс. человек, способных встать под ружье. В тылу положение было еще более плачевным — все попытки эффективно наладить вывоз продовольс¬ твия и вооружения из России потерпели крах из-за ха¬ оса в нашей стране. Тиски блокады все теснее сжимали горло бюргеров: в стране появились зловещие признаки голода. Пока США еще не успели перебросить в Европу основную часть своих войск, Людендорф настаивал на решительных наступательных действиях Германии на Западном фронте2. 13 февраля 1918 года Гинденбург на совещании вы¬ сшего военного и политического руководства Германии в Хомбурге разъяснил стратегические планы своего ко¬ мандования: «Нанесение решительного удара на Запа¬ де представляется самой огромной военной задачей». Он отдавал себе совершенно ясный отчет в том, что 1 Мировые войны XX века. Книга 1. Первая мировая война. Исторический очерк. М, 2002. С. 576—577. 2 Советско-германские отношения от переговоров в Брест- Литовске до подписания Рапалльского договора. Сборник доку¬ ментов. М.( 1968. Т. 1. С. 176—177. 281
основная тяжесть военных действий в 1918 году ляжет на плечи самой Германии, поскольку все ее союзники исчерпали свои ресурсы. От них в новой военной кам¬ пании требовалось только одно — держать оборону на своих фронтах в Италии, на Балканах и Месопотамии до полной победы германской армии на Западном фрон¬ те. После капитуляции России и ликвидации Восточно¬ го фронта такая задача берлинским стратегам виделась вполне реальной1. Но и для высшего командования Антанты выход Рос¬ сии из войны сделал самоочевидным, что на Западном фронте в самое ближайшее время развернется реши¬ тельное германское наступление. В соответствии с этим непреложным фактом союзники строили свои стратеги¬ ческие планы на 1918 год. Для более эффективного управления войсками Ан¬ танта произвела реорганизацию своего верховного ко¬ мандования. Первый шаг к его объединению был сделан еще на союзной конференции в Рапалло, близ Генуи, 6—7 ноября 1917 года, где было решено образовать Вы¬ сший военный совет союзников. Членами его стали гла¬ вы правительств и представители генеральных штабов Британии, Франции, Италии и США. В конце января 1918 года в Версале состоялось заседание этого совета, который принял план союзных действий на открывав¬ шуюся военную кампанию. В основу его легли идеи, вы¬ сказанные начальником Генштаба французской армии генералом Ф. Фошем, который полагал, что сильного германского наступления на Западном фронте надо ожи¬ дать уже в начале 1918 года, а потому союзникам первым делом следует подготовиться к надежной обороне. Мощное германское наступление, как и следовало ожидать, началось на Западном фронте, где были сосре¬ доточены 194 немецкие дивизии, объединенные в четыре группы армий под командованием кронпринца Руппрехта, кронпринца Вильгельма, генерала М. фон Гальвица и гер¬ цога Альбрехта. Общая численность немецких войск на 1 История Первой мировой войны 1914—1918. Т. 2. М., 1975. С. 409. 282
Западном фронте составляла к началу наступления около 4 млн человек. Они имели более 15 тыс. артиллерийских орудий, около 3 тыс. самолетов и 10 танков. Этим герман¬ ским силам противостояли 176 пехотных и 10 кавалерий¬ ских дивизий стран Антанты, основу которых составляли французские войска. Силы союзников насчитывали око¬ ло 5 млн человек, около 16 тыс. артиллерийских орудий, свыше 3800 самолетов и более 800 танков1. Главный удар немецкое командование решило нанес¬ ти между Краузилем и Ла-Фером силами трех армий — 17, 2 и 18-й, надеясь здесь прорвать неприятельскую позиционную оборону. К середине марта на фронте на¬ ступления шириной в 70 км были сосредоточены 62 гер¬ манские дивизии и примерно 6 тыс. орудий. Войскам предстояло наступать тремя эшелонами. Против немцев на участке от Краузиля до Ла-Фера оборонялись 3-я и 5-я британские армии, которые име¬ ли в своем составе 32 пехотные и 3 кавалерийские диви¬ зии, 216 танков, около 3000 орудий и около 500 самоле¬ тов2. Таким образом, на участке прорыва германскому командованию огромными усилиями удалось создать почти двукратное превосходство в силах и средствах над англичанами. Сражение началось в 4 час. 40 мин. утра 21 марта 1918 года. Внезапно, еще в полной темноте, немцы от¬ крыли беглый огонь по английским позициям всей мо¬ щью артиллерийских батарей и минометов. В самом на¬ чале огневого шквала оборонявшиеся британцы понесли большие потери. Ровно через пять часов, в 9 час. 40 мин. в тумане в атаку под прикрытием огневого вала двину¬ лась немецкая пехота. В первый день наступления немецкое командование не выполнило задачу осуществить прорыв передовой ли¬ нии обороны и захват артиллерийских позиций англи¬ чан. 17-й и 2-й германским армиям удалось вклиниться в оборону противника лишь на 2—4 км, а 18-й армии — на 1 Базаревский А. Мировая война 1914—1918. Кампания 1918г. во Франции и Бельгии. Т. 1. М.—Д.. 1927. С. 287. 2 Строков АЛ. История военного искусства. М., 1967. С. 591. 283
6—7 км. Наступавшим удалось захватить всего 138 анг¬ лийских орудий, а остальные были своевременно оття¬ нуты на вторую позицию. К концу третьего дня наступления успешнее всех продвигалась вперед 18-я германская армия, которая уг¬ лубилась в английскую оборону на 20 км. Она полностью прорвала тактическую зону обороны 5-й британской ар¬ мии и, продвигаясь вперед, форсировала реку Сомму и канал Кроза. Тем самым положение 5-й английской ар¬ мии стало угрожающим. Тогда британский главнокоман¬ дующий фельдмаршал Д. Хейг забил тревогу, обратив¬ шись за помощью к союзникам. Французские дивизии, перебрасываемые к участку прорыва на автомобилях, стали с ходу вступать в сражение1. В ходе своего наступления немцы активно исполь¬ зовали и новые виды артиллерийского вооружения. 23 марта 1918 года в 7 час. 15 мин. утра весь Париж со¬ дрогнулся от мощнейшего взрыва на набережной Сены. Еще через 15 минут на улице Карла V произошел второй взрыв такой же невиданной силы. Парижане уже ис¬ пытали на себе, что значит бомбардировка с аэростатов и дирижаблей, однако на сей раз случилось весьма не¬ обычное. Жители французской столицы находились в недоумении. Взрывы, тем не менее, продолжались весь день, а всего их было 21. В ходе этого обстрела 15 человек погибло и ранено — 36. На следующий день улицы Па¬ рижа опустели, а часть жителей в панике бросилась на вокзалы и устремилась спасаться в провинцию. Специалисты сразу поняли, что город подвергся об¬ стрелу из какой-то новой сверхмощной пушки. По про¬ хождению снарядов к цели они определили направление, откуда ведется стрельба, и вскоре французские летчики обнаружили в лесу юго-западнее Лиона три немецкие железнодорожные установки. Они находились на рас¬ стоянии 125 км от Парижа глубоко в немецком тылу и были столь огромными, что единственной, способной хоть как-то им противостоять, оказалась морская пуш¬ 1 Куль Г., Дельбрюк Г. Крушение германских наступательных операций 1918 г. М., 1935. С. 130. 284
ка на железнодорожном транспортере. При этом в пре¬ делах досягаемости французов оказалась только одна немецкая установка. Французам удалось подвезти свой транспортер к немецким позициям со стороны холма, прикрывавшего от прямого наблюдения. А для того что¬ бы ввести в заблуждение немецкие звуковые пеленгато¬ ры, на расстоянии нескольких сот метров от основной установки разместили еще две пушки меньшего калибра, которые начали стрельбу на несколько секунд раньше. Корректировка огня осуществлялась с помощью аэ¬ ропланов. К концу дня ближайшая немецкая установка была уничтожена, остальные не пострадали и продол¬ жали обстрел Парижа. Всего немцы провели три серии этого обстрела: с 23 марта по 1 мая, с 27 мая по 11 июня и с 15 июля по 9 августа 1918 года. Не только парижские обыватели, но и все специалисты-артиллеристы были ошеломлены этими событиями. Свои сверхдальнобойные пушки немцы изготавлива¬ ли из 381-мм (15-дм) длиной 45 калибров (17,1 м). Ствол рассверливали и вставляли длинную внутреннюю тру¬ бу, выступавшую на 12,9 м. Таким образом, общая длина пушки составляла 30 м. Живучесть ствола при каждом калибре не превышала 50 выстрелов. После того как ору¬ дие делало 50 выстрелов, его снимали, отвозили на завод, рассверливали до следующего калибра и устанавливали снова на транспортер. Суммарная живучесть ствола со¬ ставляла 150 выстрелов. Немцы изготовили три железно¬ дорожных транспортера, способных нести такую пушку. Главная балка опиралась на четыре тележки. Стрельба производилась с бетонного основания, верхняя часть ко¬ торого имела возможность вращаться. Дистанция стрельбы 125 км открывала новые воз¬ можности железнодорожной артиллерии и многим не показалась предельной. Первая мировая война резко отличалась от всех предыдущих войн по своим масшта¬ бам — армии могли сражаться лишь при условии подво¬ за с тыла огромного количества боеприпасов, продоволь¬ ствия и других ресурсов. Поэтому большое значение приобретал обстрел портов, железнодорожных узлов и промышленных центров. Дальнобойная артиллерия, по 285
мнению некоторых специалистов, стала не только мощ¬ ным средством наступления и обороны, но и должна была превратиться в оружие устрашения. Именно эту цель и преследовало германское командование, разра¬ батывая план бомбардировки Парижа. Хотя с экономи¬ ческой и военной точек зрения изготовление подобных сверхдальнобойных пушек крайне невыгодно. 26 марта немецкие войска, наступавшие в Пикардии, вынудили обескровленную 5-ю британскую армию отой¬ ти к побережью Северного моря, а 6-ю французскую — к Парижу. Таким образом, на стыке двух союзных ар¬ мий образовался разрыв шириной в 15 км, открывавший прямую дорогу к Амьену, до которого оставалось всего 35 км. Именно в этот день Фошу поручили «координи¬ ровать действия союзников на Западном фронте». Еще через некоторое время английское, французское и аме¬ риканское правительства доверили Фошу и общее руко¬ водство военными операциями. Получив звание маршала Франции и став Верховным главнокомандующим стран Антанты, Фош стал прово¬ дить в жизнь свои стратегические идеи. Суть их заклю¬ чалась в активном, контратакующем противодействии наступлению Германии на Западном фронте. Прежде всего началось претворение в жизнь тактики «измора» немецкой военной машины. 26 марта Фош приказал 5-й британской и 1 -й француз¬ ской армиям сконцентрироваться близ Амьена и усилил их своими резервами. Кроме того, британские дивизии южнее Соммы, понесшие большие потери в боях, были заменены французскими. Через два дня Людендорф был вынужден прекратить наступление севернее Соммы. Те¬ перь все усилия немцы перенесли на юго-западное на¬ правление. Однако темп наступления трех германских армий за¬ метно снизился, а бои стали приобретать местное значе¬ ние. Под вечер 5 апреля был отдан приказ о прекраще¬ нии наступления по всему фронту. Тем не менее, немец¬ кие армии «вдавили» фронт союзников на 60 км, хотя прорвать его так и не смогли. В этом сражении приняло участие 90 германских, 46 английских и 40 французских 286
дивизий. Потери союзников составили 212 тыс. человек, а немецких войск — 240 тыс. человек убитыми, ранены¬ ми и пленными. Несмотря на неудачу, германское командование продолжило наступательную операцию в Пикардии крупным атакующим ударом во Фландрии 9—29 апреля 1918 года. Здесь удар вновь наносился силами 4-й и 6-й германских армий против англичан — их 2-й и 1 -й армий. Однако во Фландрии повторилась та же картина, что и в Пикардии. Сначала германские войска ценой больших потерь потеснили англичан и в ходе сражения разбили две дивизии участника Антанты с марта 1916 года — Португалии. Но пришедшие на помощь французские ре¬ зервы достаточно быстро восстановили линию обороны. Под ударами контратакующих союзников германское наступление слабело с каждым днем и, наконец, полно¬ стью приостановилось. Общие потери сторон составили почти 200 тыс. человек. В конце мая немцами была проведена еще одна насту¬ пательная операция на реке Эне против 6-й французской армии. Наступавшим германским войскам вновь удалось добиться успехов в первые дни операции — атакующие немецкие войска вклинились в оборону французов на 20 км. Поначалу французская оборона и артиллерия оказались полностью надавленными шквалом артилле¬ рийского огня и газами тысяч химических снарядов гер¬ манцев. Наступательная операция на реке Эне планировалась как вспомогательная. Ее задачей являлось отвлечение союзных резервов из Фландрии и Пикардии. Эта цель германским командованием была достигнута — на бе¬ рега Эны к месту прорыва фронта были переброшены 10 пехотных и 3 кавалерийские дивизии 5-й французс¬ кой армии1. Однако отвлекающая операция с ограниченными целями имела такой успех, что командование рейхсве¬ ра решило продолжить ее и поставило новую задачу — продвинуться как можно дальше в направлении Парижа. 1 Турнэс Р. Фош и победа союзников 1918 г. М., 1938. С. 94. 287
28 мая завязались бои за город Суассон, который пал в ту же ночь. На участке между рекой Эной и Реймсом 6-я французская армия отступила с укрепленных позиций. Теперь позади нее остались только передовые линии укреплений столицы Франции. Немцы начали обстре¬ ливать город из дальнобойных орудий и подвергать его ночным налетам бомбардировщиков. За пять дней на Па¬ риж и его пригороды упало 47 бомб, которые большого материального ущерба не причинили, но вызвали пани¬ ческие настроения среди местного населения. С целью закрыть прорыв и защитить столицу в район сражения из Северной группы союзных армий перебро¬ сили еще 10 пехотных дивизий, а из резервных сил — 4 пехотные дивизии и кавалерийский корпус1. Однако эти войска не смогли подойти одновременно. 30 мая гер¬ манское командование попыталось расширить фронт наступления, но безуспешно. 5 июня оно было прекра¬ щено. До Парижа немцам оставалось пройти всего 70 км. Потери сторон вновь оказались значительными: у союз¬ ников 127 тыс. человек, у немцев — 98 тыс. человек уби¬ тыми, ранеными и пленными. Несмотря на ряд успехов в ходе наступательных опе¬ раций, положение Германии на Западном фронте летом 1918 года стало ухудшаться. Ее военный потенциал с каждым днем неуклонно истощался. Рейхсвер спешно пополнялся выписанными из госпиталей и «салагами» призыва 1920 года. Но и этих пополнений не хватало. В этих условиях Австро-Венгрия перебросила на Запад¬ ный фронт несколько своих пехотных дивизий, но их качество было плачевным: несколько сотен солдат 106-й австрийской дивизии прибыли во Францию босиком, у этой дивизии не было даже ни одного орудия. Но еще больше тревожило командование моральное состояние немецких и австро-венгерских войск, которое все бо¬ лее ухудшалось. Положение Антанты было несравнен¬ но лучше: начался непрерывный приток американских войск, военной техники, боеприпасов. 1 Фош Ф. Воспоминания. Война 1914—1918 гг. М., 1939. С. 286. 288
В последней попытке спасти ситуацию германское командование запланировало еще одну крупную насту¬ пательную операцию — на реке Марне. После этого оно собиралось нанести новый удар по британским войс¬ кам во Фландрии. К операции привлекались три армии из группы армий кронпринца Вильгельма — 7, 1 и 3-я, всего 48 пехотных дивизий. Наступление, назначенное на 15 июля, для поднятия морального духа войск было названо в приказах командования «сражением за мир»1. Ставка вновь была сделана на сильную артиллерийскую подготовку и внезапность удара атакующей пехоты. Од¬ нако воздушная разведка союзников смогла установить место готовящегося прорыва фронта, а попавший в плен немецкий офицер на допросе назвал точную дату готовя¬ щегося наступления — 15 июля. Французы смогли хорошо подготовиться к ожидае¬ мому наступлению противника. Основная масса войск с первой линии обороны была отведена в глубину, а в передовых окопах оставались только пулеметные рас¬ четы и боевое охранение. Вся окружающая местность была заражена отравляющими веществами. Назад была оттянута и артиллерия, которая покинула передовые ба¬ тарейные позиции. В итоге передовые позиции, на ко¬ торые обрушивалась вся тяжесть артиллерийской под¬ готовки, по существу оказались оставлены оборонявши¬ мися французскими войсками. В 4 час. 50 мин. немецкая пехота начала штурм фран¬ цузских передовых позиций. Однако немецкие войска встретили ожесточенное сопротивление французов. Наступление застопорилось. Только 7-й армии удалось продвинуться вперед на 6—8 км. Но и ее наступатель¬ ный порыв быстро иссяк, поскольку авиация союзников воспрепятствовала переправе через реку Марну боль¬ шей части артиллерии армии. Без артиллерийской под¬ держки успешно наступать немецкая пехота оказалась не в состоянии. За три дня боев немцы потеряли 50 тыс. человек, союзники немного больше. Германское коман¬ 1 Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914— 1918 гг. Т. 2. М., 1924. С. 203. 289
дование было вынуждено отдать приказ о прекращении наступательной операции. В ночь на 21 июля 7-я немец¬ кая армия отошла на северный берег Марны. Провал крупного наступления на Марне означал крах страте¬ гического плана высшего командования Германии вы¬ вести войну из позиционного тупика и добиться если не победы, то хотя бы такого успеха, который позволил бы Берлину заключить с Антантой «почетный мир». В то время как союзные армии отражали натиск немцев, маршал Фош готовился перейти в решитель¬ ное наступление. Летом соотношение сил на Западном фронте окончательно переменилось в пользу союзни¬ ков. К середине июля у них было 200 пехотных и 10 ка¬ валерийских дивизий, 19 804 артиллерийских орудия (из них 8323 большой и особой мощности), 5400 самолетов и 1500 танков. Общая численность личного состава армий Антанты определялась в 3,6 млн человек, почти половину из них составляли французские войска. Германия на За¬ падном фронте имела 209 пехотных дивизий, 18 100 ар¬ тиллерийских орудий (из них 7300 большой и особой мощности), 3000 самолетов и 3,3 млн человек, танков у немцев почти не было, а их резервы были равны почти нулю1. В соответствии с планом Фоша было решено нанести удары в оба фаса Марнского выступа. Наступать пред¬ стояло 10, 6 и 5-й французским армиям. На участке про¬ рыва в 50 км шириной маршалом было сосредоточено 25 пехотных и 3 кавалерийские дивизии, более 2 тыс. орудий и 500 танков. «Вторая Марна» началась 18 июля в 4 час. 35 мин. с сильной артиллерийской подготовки. После этого фран¬ цузская пехота при поддержке танков пошла в атаку, следуя за огневым валом. Внезапность наступления ока¬ залась полной, и немецкие войска, застигнутые врасп¬ лох, за утро отступили на 4—5 км. В 7 час. 50 мин. утра на поддержку 10-й французской армии, которая наноси¬ ла главный удар, в воздух было поднято 400 самолетов, 1 Контрнаступление Антанты на Западном фронте в 1918 г. (18 июля — 7 августа). М., 1936. С. 24—26. 290
а тылы противника подвергнуты бомбардировке с воз- духа1. Немецкий фронт на Марнском выступе был сотря¬ сен мощным контрударом французских армий. 19 июля в наступление перешли 5-я и 9-я французские армии. 2 августа французы заняли Суассон, а еще через два дня контрнаступление Антанты на Марне победно заверши¬ лось. Таким образом, германская угроза Парижу была ликвидирована. Фронт отодвинулся от столицы Фран¬ ции на 40 км. Потери союзников в этой операции соста¬ вили 101 тыс. человек, а немцев — 60 тыс. человек. Успех в сражении на Марне дал возможность коман¬ дованию Антанты провести еще ряд наступательных опе¬ раций против противника, чтобы ликвидировать в линии Западного фронта те выступы, которые противник за¬ хватил в начале 1918 года. Германское же командование пока еще не представляло всей серьезности своего по¬ ложения и рассчитывало при первом же удобном случае снова перейти в наступление. Командующие группами армий даже получили соответствующую директиву. Первой наступательной операцией союзников стала Амьенская. К ней привлекались 4-я британская, 1-я и 3-я французские армии под общим командованием бри¬ танского фельдмаршала Хейга. Ударная группировка на участке прорыва состояла из 17 пехотных и 3 кавалерий¬ ских дивизий, 2684 артиллерийских орудий, 511 тяжелых и средних танков, 16 бронеавтомобилей и около 1000 са¬ молетов. На Амьенском участке Западного фронта не¬ мцы сосредоточили 7 пехотных дивизий, 840 орудий и 106 самолетов. Союзники под Амьеном имели трехкрат¬ ное превосходство в силах, подавляющее — в артилле¬ рии и авиации и полное — в танках. Именно тогда — 8 августа 1918 года и наступил «Чер¬ ный день» Второго рейха. В 4 час. 20 мин. союзная ар¬ тиллерия открыла невиданный по мощности огонь по не¬ приятельской обороне. Под прикрытием огневого вала в атаку двинулись дивизии 4-й британской армии в со¬ 1 Варфоломеев Н.Е. Ударная армия: 1918 г. на Западном фрон¬ те мировой империалистической войны. М., 1933. С. 147. 291
провождении танковой армады, насчитывавшей 415 ма¬ шин. Это наступление стало полной неожиданностью для противника. Бесчисленные разрывы в тумане химичес¬ ких и дымовых снарядов накрыли поле битвы перед око¬ пами оборонявшихся немцев. Из тумана и дыма неожи¬ данно возникли огромные танки, которые вскоре про¬ двинулись до линии дивизионных штабов. Телефонная связь между ними прервалась, германские пехотинцы в панике оставляли окопы. Система обороны германских войск оказалась в результате этого дезорганизованной уже в самом начале наступления британцев. Тем не ме¬ нее союзное командование методично наращивало силу удара. К полудню атакующие достигли третьего рубежа обороны, продвинувшись на 11 км. За один день 8 авгус¬ та немецкие войска потеряли 27 тыс. человек убитыми и пленными, около 400 орудий, а также большое количес¬ тво различного военного имущества1. Амьенская опера¬ ция завершилась 13 августа. Именно Амьен окончательно закрепил стратегичес¬ кую инициативу на Западном фронте за Антантой. День 8 августа 1918 года, по признанию Людендорфа — «са¬ мый черный день германской армии в истории мировой войны»2. Амьенская победа дала возможность Антанте про¬ вести более широкие наступательные операции и окон¬ чательно вытеснить противника на «линию Зигфрида». В июле численность американских войск во Франции превысила 1 млн человек и продолжала расти, а 10 ав¬ густа три американских корпуса под командованием генерала Дж. Першинга заняли выступ фронта к югу от Вердена. 12 сентября 1-я американская армия начала Сен- Миельскую операцию. На фронте наступления в 64 км американцы сосредоточили 17 пехотных дивизий, 2900 орудий, 273 танка и 1100 самолетов. Наступавшим 1 Бозе Т. Катастрофа 8 августа 1918 г. М., 1936. С. 19, 260—261. 2 Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914— 1918 гг. Т. 2. М., 1924. С. 237. 292
противостояли 7 сильно потрепанных дивизий против¬ ника, причем одна из них была австро-венгерская, при 560 орудиях и 200 самолетах. Победа в сражении вновь оказалась на стороне Антан¬ ты. За четыре дня боев немцы потеряли 16 тыс. человек пленными и более 400 орудий. Потери 1-й американской армии составили всего 7 тыс. человек. Сен-Миельская операция стала первой, в которой американские войска в мировой войне действовали самостоятельно. В начавшемся вскоре генеральном наступлении со¬ юзников принимали участие две армии США численнос¬ тью 1,2 млн солдат и офицеров1. Военно-стратегическая обстановка на Западном фронте позволила союзному командованию перенести это запланированное наступ¬ ление с 1919 на осень 1918 года. Уже тогда силы Антанты на западноевропейском театре военных действий имели подавляющее превосходство над противником: 211 пе¬ хотных и 10 кавалерийских дивизий против 190 германс¬ ких пехотных дивизий. Германское же командование те¬ перь думало только об обороне: шло строительство трех укрепленных позиций от берега Северного моря до реки Маас для усиления «линии Зигфрида», приводились в по¬ рядок пограничные крепости в Эльзасе и Лотарингии. Маршал Фош решил нанести новый удар на огром¬ ном северном и центральном участке Западного фрон¬ та в 420 км, поставил задачу своим войскам вступить в Бельгию и освободить оккупированную французскую территорию. План Фоша предусматривал несколько мощных ударов по сходящимся направлениям, при этом особые надежды возлагались на наступление 1-й амери¬ канской и 4-й французской армий на западном берегу реки Маас. Наступление союзников началось утром 26 сентяб¬ ря после мощной артиллерийской подготовки. Оборо¬ нявшиеся германские войска, получив лишь небольшие подкрепления, оборонялись стойко, и наступавшие про¬ двигались вперед только после организованного отхода 1 Саджент К.Х. Стратегия на Западном фронте (1914—1918). М., 1923. С. 71. 293
немцев. Маас-Аргоннская операция длилась 18 дней и закончилась 13 октября. Союзники продвинулись всего на 5—12 км. Тем временем Фош, прекрасно знавший об отсутс¬ твии у противника резервов, одновременно наступал в районе города Камбре силами 1-й и 3-й британских ар¬ мий. Его атака началась 27 сентября после ночной бом¬ бардировки германских позиций. Действия англичан оказались удачными — в первый же день они продвину¬ лись вперед на 6 км. Вскоре британские войска форси¬ ровали реку Шельду и завязали бои за Камбре, который был ими быстро занят. Затем атаку начали с юга сосед¬ ние 4-я британская и 1-я французская армии. К исходу дня 30 сентября «линия Зигфрида» была прорвана на 30 км в ширину и на 11 км в глубину. 28 сентября последовало наступление самой северной группировки союзников — Фландрской, левый фланг которой упирался в морское побережье. После перехода в наступление 1-й и 2-й британских армий в Арденнах и удара фландрской группировки союзников германские войска с 2 октября начали повсеместный отход с «линии Зигфрида». Во многих местах такой отход был дезорга¬ низованным, поскольку командование в ходе отступле¬ ния теряло управление войсками. 14 октября армии Ан¬ танты повели наступление уже по всему фронту от бе¬ рега Северного моря до реки Маас, редко где встречая организованное сопротивление немцев. Линия фронта, которую удерживали немецкие войска, к концу октября фактически развалилась. Германская кайзеровская ар¬ мия перестала существовать. 7 ноября 1918 года между германской делегацией под руководством М. Эрцбергера и союзным командовани¬ ем в лице генерала Фоша в штабном вагоне на станции Ротонд в Компьенском лесу начались переговоры о пере¬ мирии. По условиям союзников, в течение 15 дней немцы обязывались очистить все оккупированные территории и передать победителям большую часть вооружения. Почти весь немецкий флот также передавался союзни¬ кам, а блокада Германии сохранялась. Германия должна была также отказаться от Брестского и Бухарестского 294
договоров. Перед берлинским руководством ставились и другие условия, а на ответ давалось 72 часа. Находясь в безвыходном положении, 11 ноября не¬ мцы приняли условия перемирия. В 11 часов дня 11-го числа 11-го месяца 1918 года в Компьенском лесу грянул 101 залп артиллерийского салюта. Это были последние выстрелы Первой мировой войны. Так же печально для Берлина и его союзников в 1918 году развивались события и на других фронтах мировой войны, в первую очередь на Салоникском. Со¬ гласно декабрьским директивам Высшего военного со¬ вета Антанты от 1917 года, ее войска там должны были оставаться пассивными вплоть до мая 1918 года. Коман¬ дующий фронтом генерал Гийома рассчитывал начать наступление не ранее осени. Но вскоре обстановка из¬ менилась: в связи с подготовкой полномасштабного на¬ ступления на Западном фронте немцы перебросили туда из Македонии практически все свои боеспособные со¬ единения и резервы. Таким образом, болгарская армия на Салоникском фронте была предоставлена собствен¬ ным силам, и с конца 1917 года она стала быстро револю¬ ционизироваться. 14 апреля генерал Гийома получил от Фоша предписа¬ ние принять все возможные меры, чтобы сковать силы противника на Балканах и не допустить их переброску во Францию. В мае действия союзников оживились. После ожесточенных двухдневных боев 30 мая гречес¬ кие войска, поддержанные французской артиллерией, овладели высотой Яребично, после чего 1700 болгарс¬ ких солдат — основная масса находившихся здесь войск сдалась в плен. Этот успех поднял боевой дух греческой армии1. На Балканах ко второй половине 1918 года войска союзников занимали фронт протяженностью в 350 км и насчитывали 29 дивизий — всего 619 тыс. человек, 2069 артиллерийских орудий, 2682 пулемета, 200 самоле¬ тов и 47 эскадронов конницы. Общая численность войск 1 Мировые войны XX века. Книга 1. Первая мировая война. Исторический очерк. М, 2002. С. 592. 295
Четверного союза на Салоникском фронте составляла около 600 тыс. человек. Причем состояли они из болгар, немцев было только 30 тыс. штыков. Они располагали 1850 орудиями, 2539 пулеметами, 80 самолетами и 26 эс¬ кадронами конницы1. Таким образом, войска Антанты имели незначительное превосходство в живой силе и подавляющее — в технике. Но армии Четверного союза занимали укрепленные оборонительные позиции, захват которых требовал со¬ средоточения немалых сил и средств. Особенно надеж¬ но был укреплен центральный участок фронта против сербских войск, где находились высокие горы. Против¬ ник расположил в горах артиллерию и контролировал все подступы к ним. Болгаро-германское командование менее всего ожидало нападения на этом участке фронта. Между тем именно здесь и было выбрано направление главного удара по смелому плану начальника штаба серб¬ ского верховного командования воеводы Ж. Мишича. Оборону болгар намечалось прорвать в районе вос¬ точнее реки Черны силами шести сербских и двух фран¬ цузских дивизий. Целью этих ударов было уничтожение 1-й и 11-й армий противника, после чего следовало раз¬ вить успех в направлении Скопье — София. Операция союзных войск началась 14 сентября в 8 час. утра артиллерийской подготовкой по всему фрон¬ ту. В ходе ее была разрушена первая линия окопов про¬ тивника, повреждены телефонные линии между болгар¬ скими штабами и передним краем, уничтожены многие укрытия, наблюдательные пункты, открылись широкие проходы в заграждениях. 15 сентября в 5 час. 30 мин. две французские и одна сербская дивизии перешли в наступление в районе гор¬ ного массива Ветерник. К вечеру оборона противника была прорвана на участке до 15 км. В последующие че¬ тыре дня стратегический прорыв фронта был завершен и к 20 сентября расширен до 45 км по фронту и на 40 км в глубину. 1 Писарев ЮЛ. Сербия и Черногория в Первой мировой войне. М., 1968. С. 303. 296
Во второй половине дня 22 сентября командующий немецкий генерал Ф. фон Шольц, вопреки сопротив¬ лению болгарского царя Фердинанда, отдал приказ об отступлении болгаро-германских войск по всему фрон¬ ту. Такое решение фон Шольца обусловило и отход авс- тро-венгерских войск из Албании. Без всякого натиска со стороны итальянцев они отступили на север, за реку Шкумбини, надеясь сомкнуться с новой линией располо¬ жения болгаро-германских сил. Задумавшееся как планомерное, отступление болгар быстро превратилось в паническое бегство. Они остав¬ ляли тысячи пленных, артиллерию, обозы. В такой об¬ становке среди отступавших солдат был брошен призыв: «На Софию! Смерть виновникам разгрома!» 24 сентяб¬ ря восставшие разгромили главную штаб-квартиру бол¬ гарской армии в Кюстендиле. К ним присоединялись новые и новые группы. Все они двигались из Восточной Македонии на Софию. 28 сентября передовые колонны восставших достигли села Владая (в 15 км от Софии), от которого восстание и получило свое название — Владай- ское. Болгарское правительство поспешило заключить 29 сентября перемирие, которое означало фактическую капитуляцию Болгарии1. На следующий день оно пода¬ вило солдатское восстание с помощью 217-й германской дивизии, срочно переброшенной из Крыма. С выходом Софии из войны первейшей задачей со¬ юзников стал выход на Дунай у Белграда, и они начали наступление в этом направлении. 12 октября сербская армия заняла Ниш, а 1 ноября она вступила в Белград, пройдя за 45 дней с начала наступления 500 км. Одновре¬ менно часть войск 2-й сербской армии была направлена в Черногорию. Она успешно продвигалась на северо- запад, пользуясь поддержкой местного населения. Убе¬ дившись в бесполезности сопротивления, оккупацион¬ ные власти почти без боя сдавали населенные пункты командованию сербских войск. 22 октября неприятель 1 Шкундип Г.Д. Салоникское перемирие как пролог мирного договора с Болгарией // Версаль и новая Восточная Европа. М., 1996. С. 53—85. 297
оставил черногорскую столицу Цетинье. К концу октяб¬ ря вся Черногория была освобождена. Капитуляция болгар предрешила участь и еще одной союзницы Берлина — Турции. Теперь для Антанты от¬ крывался кратчайший путь на столицу Османской им¬ перии — Стамбул, гарнизон которого был недостаточен для обороны города. Турецкие вооруженные силы в 1918 году находились в крайне тяжелом положении, они голодали и не получали вещевого довольствия, испыты¬ вали острый недостаток в боеприпасах и вооружении. Часто вспыхивали эпидемии, которые уносили много солдатских жизней1. Больше всего войск турки сосредоточили на Месо¬ потамском фронте, где действовала 6-я турецкая армия, войска которой прикрывали 500-километровую линию от Ханата-Макинского вилайета до берегов реки Ев¬ фрат. В Месопотамии в последний год войны туркам противостояла сильная группировка британских войск: шесть пехотных, одна кавалерийская дивизии. Их общая численность составляла 447 тыс. человек, в том числе 170 тыс. штыков. При этом гуркхи, составляющие боль¬ шую часть британского воинства, славились своим му¬ жеством и стойкостью. Затишье на Месопотамском фронте продолжалось почти весь 1918 год, британское командование только в середине октября 1918 начало активную наступатель¬ ную операцию в направлении на Мосул. Ослабленная массовым дезертирством и болезнями 6-я турецкая ар¬ мия оказалась разгромленной в течение одной недели, потерпев сокрушительное поражение в сражении при Калат-Шерате. После этой победы британские войска вступили на территорию Мосульского вилайета и 31 ок¬ тября, не встретив сопротивления, заняли Мосул. На Сирийско-Палестинском фронте британские войска под командованием генерала Алленби в начале 1918 года представляли собой довольно сильную груп¬ пировку, способную разгромить противостоявшие ей 1 Лудшувейт Е.Ф. Турция в годы Первой мировой войны. М., 1966. С. 287. 298
неприятельские войска. Однако операция была отложе¬ на из-за начала наступления немецких войск на Запад¬ ном фронте. Часть британских сил из Палестины была в срочном порядке переброшена в Европу. К замыслу ши¬ рокого наступления на Сирийско-Палестинском фронте вернулись только тогда, когда положение на Западном фронте стабилизировалось. В течение лета 1918 года вой¬ ска Алленби получили значительное усиление из Индии и частично из Месопотамии (где стояло полное затишье) и составили 69 тыс. человек, в том числе 12 тыс. кавале¬ ристов при 540 орудиях и 90 самолетах. Британцам про¬ тивостояли три слабые турецкие армии — 4, 7 и 8-я под общим командованием Лимана фон Сандерса. Турки за¬ нимали линию фронта от побережья Средиземного моря до Мертвого моря. Палестинская наступательная операция началась 19 сентября. В 4 час. 30 мин. английская артиллерия про¬ вела 15-минутную огневую подготовку, после чего пе¬ хота атаковала турецкие полевые позиции. К полудню турецкий фронт был прорван от берега моря в глубину на 40 км. 20 сентября кавалерийские части англичан до¬ стигли города Назарета, где захватили штаб армейской группировки Лимана фон Сандерса, бежавшего на се¬ вер. Развивая наступление, войска Алленби 1 октября вступили в Дамаск, а 26 октября заняли другой крупный город Сирии — Алеппо (Халеб). Одновременно фран¬ цузская эскадра вошла в порт Бейрут. В результате операции Палестина и Сирия были пол¬ ностью заняты британскими войсками. Они захватили около 50 тыс. пленных и свыше 300 орудий. За 38 дней почти непрерывных боев войска генерала Алленби про¬ двинулись вперед на 360 миль. Турецкие армии Сирийс- ко-Палестинского фронта фактически прекратили свое существование. При огромных потерях турок англичане потеряли всего 853 человека убитыми и 4480 — ранены¬ ми. 31 октября все боевые действия на Сирийско-Палес- тинском фронте были прекращены. На Итальянском фронте в начале 1918 года, учтя уро¬ ки поражения при Капоретго, итальянцы сумели создать глубокоэшелонированную оборону. Командующий вой¬ 299
сками Италии генерал А. Диац оставил на переднем крае только небольшие силы и хорошо обеспечил фланги. Командованию Антанты было ясно, что наступательные операции Германии на Западном фронте незамедлитель¬ но повлекут за собой аналогичные действия ее союзни¬ ка Австро-Венгрии. Поэтому Фош постоянно требовал от Италии активизации наступательных усилий. Однако Диац категорически отверг возможность наступления в первой половине 1918 года. Он реально оценивал боевые возможности своих сил и не хотел рисковать исходом наступления, которому предстояло стать генеральным на Итальянском фронте за все время войны. Первыми одновременно с началом германских опе¬ раций в Пикардии и Фландрии начали наступление на Итальянском фронте австро-венгерские войска. Венс¬ кое командование решило нанести два удара: один вдоль реки Бренты, другой — на реке Пьяве. Однако дата на¬ ступления — 15 июня — стала известна итальянской раз¬ ведке. Австрийцы имели на фронте большие силы: 60 диви¬ зий, 7500 орудий, 580 самолетов. Им противостояла ита¬ льянская армия в составе 56 дивизий, в том числе 3 анг¬ лийские, 2 французские и 1 чехословацкая. Они имели 7043 полевых и 523 зенитных орудия. 2046 минометов, 676 самолетов и 4 дирижабля. В полосе предстоящего на¬ ступления располагались 44 итальянские дивизии1. Австро-венгерские войска перешли в наступление после кратковременной, но достаточно мощной артилле¬ рийской подготовки. Рано утром 15 июня они предпри¬ няли атаку позиций противника от реки Астико до бере¬ га Адриатического моря. Но итальянская пехота смогла удержать фронт. С провалом наступления австрийцев Диац приступил к подготовке своей атаки. Верховное командование Ан¬ танты настойчиво торопило его с началом этой опера¬ ции. План предусматривал нанесение сильного удара в районе возвышенности Граппа между реками Брентой и 1 Виллари А. Война на Итальянском фронте 1915—1918. М.г 1936. С. 165—166. 300
Пьяве с целью раскола австрийского фронта, и последу¬ ющий разгром австрийских войск на Пьяве. Плохая погода и непрерывные дожди вынудили ита¬ льянское командование отложить начало наступатель¬ ной операции до 24 октября, но в срок атакующие дейст¬ вия начала только 4-я армия. Одновременно английские и французские войска, входившие в состав итальянских армий, своими активными действиями сковали противо¬ стоящего противника, лишив тем самым эрцгерцога Ио¬ сифа Августа возможности перебросить подкрепления в район Граппа. В последующих событиях это обстоятель¬ ство сыграло большую роль. 27 октября итальянские войска начали общее наступ¬ ление своими главными силами. Атакующим пришлось форсировать реку Пьяве, ширина которой в среднем со¬ ставляла 250—300 м, а на отдельных участках—до 2000 м. Итальянские саперы с трудом смогли навести несколько понтонных мостов, и войска закрепились на нескольких плацдармах на противоположном берегу реки. К этому времени австро-венгерские войска оказа¬ лись на пороге подлинной катастрофы, хотя не только в силу итальянского наступления. Венгерские дивизии еще 25 октября отказались воевать и убыли на родину, поскольку Будапешту угрожали войска Антанты. Части, состоявшие из чехов и хорватов, также отказались по¬ виноваться командованию. Бой вели только те дивизии, которые в своем большинстве состояли из австрийцев. Иосиф Август, исчерпав свои последние резервы и видя полный развал фронта, понял, что дальнейшее сопротив¬ ление невозможно. 28 октября австрийскому главноко¬ мандующему не повиновалось уже 30 дивизий. Утром того же дня командование 6-й австро-венгерской армии отдало приказ отступать. Утром 29 октября итальянские войска уже прочно обосновались на противоположном берегу Пьяве и пе¬ решли в общее наступление. Деморализованные армии Австро-Венгрии отступали по всему фронту — от швей¬ царской границы до морского побережья Адриатики, не оказывая практически никакого сопротивления. Авс¬ 301
трийские солдаты тысячами сдавались в плен, оставляя без боя один за другим тирольские города. К первым числам ноября итальянские войска взяли в плен 387 тыс. австрийцев и более 2300 орудий. Потери победителей составили только 38 тыс. человек убитыми и ранеными. Вслед за военным поражением Австро-Вен- грии наступил ее полный развал. Так было покончено с последним союзником Второго рейха — Австро-Венгер- ской империей. Столь же печально для Германии развивались и собы¬ тия, связанные с военными действиями на море. Ставка германского руководства на чудесные свойства нового вида оружия — субмарин полностью провалилась. Идея при помощи действий подводных лодок «поставить на колени» за два месяца Британию оказалась мертворож¬ денной. Собственно, по-другому быть и не могло. К началу 1915 года Германии удалось увеличить чис¬ ло подводных лодок до 27. Много это или мало? Опре¬ деленный срок боевого дежурства на лодках требовал точно такого же срока для того, чтобы дойти до необхо¬ димого места, а затем возвратиться на базу. После это¬ го точно такой же срок требовался на ремонт боевого судна и на его техническое обслуживание. Таким обра¬ зом, на боевом дежурстве могла находиться максимум треть от состоящих в распоряжении рейха субмарин. Фактически в начале 1915 года эта цифра составляла не более 9 боевых единиц. Но даже при таком небольшом количестве эффективность субмарин была весьма су¬ щественной. В ноябре 1914 года англичане потеряли на море торговые суда общим водоизмещением в 8,8 тыс. т (включая потопленные немецкими крейсерами), в апре¬ ле 1915 года — 22,4 тыс. т. В августе 1915 года, т.е. в самый разгар объявленной кайзером подводной войны, потери одних только британских торговых судов достигли циф¬ ры в 148,4 тыс. т, но уже к октябрю они снизились почти в три раза. Прекращение на время активных военных действий подводного флота рейха в августе 1915 года не означало потерю интереса Берлина к этому виду оружия. В Герма¬ нии резко наращивали производство субмарин. К сере¬ 302
дине 1917 года титаническими усилиями рейху удалось наладить производство в среднем по 8 подводных лодок в месяц. Приобретали опыт военных действий и их коман¬ диры. Результат не замедлил сказаться: с осени 1916 года потери флота Антанты стали быстро возрастать. В сен¬ тябре 1916 года они составили 230,4 тыс. т. (из них толь¬ ко Британия потеряла судов общим водоизмещением 104,5 тыс. т.). К декабрю того же года цифры увеличи¬ лись соответственно до 355,1 тыс. и 182,2 тыс. т. Таким образом, осенью 1916 года, когда рейх вел подводную войну в очень осторожных формах, все еще оглядыва¬ ясь на реакцию Соединенных Штатов, Антанта потеряла больше судов, чем в разгар подводных действий немец¬ кого флота летом 1915 года. Как и обещала, Германия начала беспощадную под¬ водную войну в феврале 1917 года. Война на море вступи¬ ла в новую и последнюю стадию. Линейные корабли, на которые делали ставку в Лондоне и в Берлине и на стро¬ ительство которых были потрачены огромные средства, в 1917—1918 годах окончательно оказались на приколе в своих базах и лишь изредка покидали их, не вступая в бой с противником. Последний раз линейный флот Гер¬ мании вышел в море 23 апреля 1918 года. Одновременно продолжалось лихорадочное строительство подводных лодок. Только в декабре 1917 года в Германии были раз¬ мещены заказы на постройку 120, а затем еще 250 суб¬ марин, а производство торпед увеличилось с 25 до 375 в месяц1. Но спасти Второй рейх уже ничто не могло. Первое время, казалось, подтвердило надежды немец¬ кого генштаба о том, что Англия не сможет ничего проти¬ вопоставить суровой блокаде и за считаные месяцы будет поставлена на колени. Уже в феврале 1917 года союзни¬ ки потеряли 540 тыс. т. общего торгового тоннажа (одна лишь Великобритания утратила 313 тыс. т.). В апреле эти цифры достигли соответственно 881 тыс. и 545,2 тыс. т. Но развить успех немцам не удалось. Через месяц, в мае, трофеи Германии составляли лишь 596,6 тыс. т. (англи¬ 1 Вильсон X. Морские операции в Первой мировой войне. М., 1935. С. 213. 303
чане потеряли 352,2 тыс. т.), но в сентябре 1917 года эти цифры составляли 351,7 тыс. и 196,2 тыс. т, а в первой половине 1918 года ежемесячные общие потери союз¬ ников лишь иногда едва превышали 300 тыс. т. И это в то время, когда необычайными темпами наращивалась транспортировка живой силы и вооружения из США в Европу. Таким образом, как и следовало ожидать, все уг¬ розы немцев за считаные недели «поставить Англию на колени» оказались блефом. Резкое сокращение потерь торгового и военного фло¬ та Антанты стало результатом серьезных комплексных мер, предпринятых союзниками в борьбе на море: это создание эффективного противолодочного оружия — глубинных мин и судов-ловушек, организация системы оповещения и наблюдения за передвижением субмарин и ряд других мер. Но особенно действенным оказалось внедрение системы охраняемых караванов на транспор¬ тных артериях, соединяющих Америку с Европой. За все время войны немцы потеряли 178 подлодок1. Необходимо отметить, что итоги битвы за моря в 1914—1918 годах непосредственным образом сказались и на стратегии противоборствовавших сторон во Второй мировой войне. Тогда окончательно было решено отка¬ заться от использования крупных надводных кораблей, и война на море, по сути, превратилась в борьбу с тор¬ говыми судами противников. С 1939 по 1945 год не про¬ изошло ни одного более или менее крупного сражения между флотами противников, а самым эффективным бо¬ евым средством в еще большей степени проявили себя подводные лодки. 1 Александров А.П., Исаков И. С, Белли В.А. Операции подвод¬ ных лодок. Л., 1933. Т. 1. С. 219.
Брест н Версаль Большевики молят о мире — Ус¬ ловия немцев — Начало перегово¬ ров — Немцы делят Россию — Дого¬ вор с Центральной Радой —Демарш Троцкого — Последнее наступление Германии на Востоке — Брест-Ли- товский мирный договор и его по¬ ложения — Позиция Антанты — Компьенское перемирие — Антан¬ та ставит условия Берлину — На Парижской мирной конференции — Версальский мирный договор — Сен- Жерменский договор с Австрией — Договор в Нейи и Трианонский дого¬ вор — Севрский договор с Турцией Драматические события октября 1917 года в Петрог¬ раде коренным образом изменили ситуацию на Восточ¬ ном фронте. Ленин и его сторонники взяли власть в свои руки не для того, чтобы продолжать изнурительную кро¬ вопролитную войну с теми, на чьи деньги они совсем недавно безбедно существовали в Швейцарии. Уже 8 ноября 1917 года II съезд Советов рабочих и крестьян¬ ских депутатов принял так называемый Декрет о мире, в котором предложил всем воюющим странам заключить мир без аннексий и контрибуций. Как и следовало ожи¬ дать, этот демагогический лозунг не был услышан ни в странах Антанты, ни в столицах Центрального блока. Не получив ответа, новое российское правительство перешло к практическим шагам и потребовало 21 нояб¬ ря от главнокомандующего армией генерала Н.Н. Духо¬ 305
нина немедленно заключить перемирие с немцами. На следующий день аналогичное предложение было от¬ правлено послам Антанты в Петрограде. Случилось то, чего больше всего опасались недавние союзники Рос¬ сии. Однако никакого ответа ни от кого на эти предло¬ жения большевиков опять не последовало. 22 ноября 1917 года большевистское правительство своим приказом сместило с поста главнокомандующе¬ го Духонина, а на его место назначило прапорщика (!) Н.В. Крыленко. В тот же день солдатам и матросам быв¬ шей русской армии было предложено взять дело мира в свои руки. 26 ноября новый главнокомандующий обра¬ тился к противнику с вопросом: согласно ли немецкое командование начать с ним переговоры о перемирии? Ответ на этот вопрос для немцев был не таким прос¬ тым, как могло показаться на первый взгляд. Руководство Берлина в отношении России стояло пе¬ ред альтернативой: с одной стороны, можно прорвать уже почти не существующую линию фронта, занять Петроград и одержать окончательную военную побе¬ ду, с другой — заключить мирный договор с Россией на жестких немецких условиях. Главным недостатком пер¬ вого варианта развития событий была необходимость задействования на Восточном фронте — огромных про¬ сторах России — довольно значительных сил, тогда как стало уже совершенно очевидно, что судьба Второго рейха решается на Западе1. В те дни, когда большевистское правительство моли¬ ло о переговорах, Людендорф вызвал к себе командую¬ щего штабом Восточного фронта генерала М. Гофмана и задал ему один-единственный вопрос: можно ли иметь дело с новым русским правительством? Позднее Гоф¬ ман вспоминал: «Я ответил утвердительно, так как Лю- дендорфу необходимы были войска, и перемирие вы¬ свободило бы наши части с Восточного фронта. Я много думал, не лучше ли было бы германскому правительству 1 Уткин А.И. Забытая трагедия: Россия в Первой мировой войне. Смоленск, 2000. С. 440. 306
и верховному главнокомандованию отклонить перего¬ воры с большевистской властью. Дав большевикам воз¬ можность прекратить войну и этим удовлетворить охва¬ тившую весь русский народ жажду мира, мы помогли им удержать власть»1. Согласившись на переговоры с Россией, Людендорф поставил перед министерством иностранных дел ус¬ ловия, на которых должны вестись эти переговоры, — сдача Россией Польши, Финляндии, Прибалтики, Мол¬ давии, Восточной Галиции и Армении, а в дальнейшем заключение с Петроградом формального союза. Союзники Берлина были готовы пойти и на менее жесткие условия. Раздираемые внутренними противо¬ речиями австрийцы, по словам их министра иностран¬ ных дел О. Чернина, были готовы «удовлетворить Рос¬ сию как можно скорее, а затем убедить Антанту в невоз¬ можности сокрушить нас и заключить мир, даже если придется от чего-то отказаться»2. 1 декабря, после того как восставшими моряками был убит последний главнокомандующий русской армией Духонин, большевикам удалось захватить ставку в Мо¬ гилеве. А за три дня до этого Людендорф дал согласие начать 2 декабря официальные мирные переговоры с Россией. Местом переговоров был назначен Брест-Ли- товск. Германскую делегацию на переговорах возглавил го¬ сударственный секретарь по иностранным делам Р. фон Кюльман, австрийцы послали в Брест-Литовск главу своего внешнеполитического ведомства Чернина, бол¬ гары — министра юстиции, а турки — главного визиря и министра иностранных дел. Членами делегаций Цент¬ ральных держав были, как правило, военные и профес¬ сиональные дипломаты. Делегация большевиков в Брест-Литовске по сравне¬ нию с ними представляла собой весьма любопытное зре¬ лище. Возглавлял делегацию профессиональный рево¬ 1 Гофман М. Записки и дневники. 1914—1918. Д., 1929. С. 231. 2 Czernin О. In the World War. N.-Y., 1920. P. 242. 307
люционер, выходец из богатой купеческой семьи, врач по профессии А.А. Иоффе. По словам военного экспер¬ та делегации подполковника Д.Г. Фокке, этот человек с «характерным семическим лицом» имел «неприятный, довольно презрительный взгляд. Такой взгляд — у тру¬ сов по натуре, когда они чувствуют себя в безопасности и в удаче». При этом его длинные грязные волосы, поно¬ шенная шляпа и сальная нестриженая борода вызывали у собеседников чувство брезгливости. Столь же колоритно, по описанию Фокке, выглядели и другие представители революционного российского на¬ рода. Л.М. Карахан представлял собой «типичного армя¬ нина, почти того карикатурного «восточного человека», который способен переходить от сонного лежебочества к крикливой, подвижной ажитации». О единственной женщине в делегации А.А. Биценко было известно толь¬ ко то, что она в 1905 года убила военного министра ге¬ нерала В.В. Сахарова, за что и получила семнадцать лет каторги. Направляясь в Брест, уже на подъезде к Варшавскому вокзалу в Петрограде, руководители делегации с ужасом вспомнили, что у них нет ни одного представителя тру¬ дового крестьянства. На их удачу, по улице как раз шел старик «в зипуне и с котомкой». Делегаты предложили подвезти «сиво-седого, с кирпичным загаром и глубоки¬ ми старческими морщинами» крестьянина до вокзала, а по дороге уговорили сопротивлявшегося деда за коман¬ дировочные представлять на переговорах с немцами ин¬ тересы крестьянства. Не менее импозантно выглядели на брестских переговорах и представители России от рабочих, солдат и матросов1. На первом заседании глава советской делегации предложил сторонам положить в основу переговоров недавно принятый Декрет о мире и одновременно сде¬ лать перерыв сроком на десять дней для приезда пред¬ ставителей стран Антанты. Большевики свято верили, что за этот срок успеет свершиться мировая революция 1 Архив русской революции. Т.ХХ. Берлин, 1930. С. 15—16. 308
как в измученных войной Германии и Австро-Венгрии, так и в странах Антанты. Немцы, однако, в мировую ре¬ волюцию не верили, а потому Кюльман заявил, что, пос¬ кольку брестские переговоры являются сепаратными, а не всеобщими, Германия и ее союзники не связаны ни с кем никакими обязательствами и обладают полной сво¬ бодой действий. Наконец, 4 декабря советская делегация изложила свои условия: перемирие заключается сроком на 6 меся¬ цев, при этом на всех фронтах прекращаются военные действия, немцы обязуются очистить Моонзундский ар¬ хипелаг и Ригу и не перебрасывать свои войска на Запад¬ ный фронт — рвать окончательно с недавними союзни¬ ками большевики пока не хотели1. При этом советская делегация постоянно подчеркивала, что речь может идти только о всеобщих, а не о сепаратных переговорах. Немецкие представители поначалу были в страшном недоумении — по словам генерала Гофмана, такие усло¬ вия могли ставить только победители, а не проигравшая сторона. Переброска войск на Запад продолжалась пол¬ ным ходом, но под угрозой срыва переговоров 15 дека¬ бря между двумя сторонами все же была достигнута до¬ говоренность, согласно которой Россия и Центральный блок держав заключали перемирие сроком на 28 дней. В случае разрыва перемирия противники обязывались уведомить друг друга об этом за 7 дней. После подписа¬ ния перемирия делегации возвратились домой для кон¬ сультаций со своими правительствами. Передышку, предоставленную для подготовки мир¬ ных переговоров, стороны использовали по-разному. Советское правительство, например, 22 декабря призва¬ ло народы всего мира объединиться в борьбе против им¬ периалистов за заключение демократического мира2. В Германии отнеслись к делу более ответственно. 18 декабря в ставке верховного главнокомандования под председательством кайзера Вильгельма состоялось 1 История дипломатии. Т. 3. С. 68. 2 Документы внешней политики СССР. Т. 1. С. 58—59. 309
совещание военного и политического руководства стра¬ ны. Вопрос рассматривался практически один — какие территориальные требования необходимо предъявить новому руководству России. Как вспоминал позднее Лю¬ дендорф, на совещании было решено добиваться присо¬ единения к рейху Литвы и Курляндии и освобождения Россией территорий Эстляндии и Лифляндии1. Развал русской армии к этому времени уже принял неконтролируемый характер. После призыва к брата¬ нию 21 ноября вождь большевиков обратился к солдатам с новым лозунгом — немедленно выбирать уполномо¬ ченных для переговоров с неприятелем о перемирии2. Привлечение крестьян в «серых солдатских шине¬ лях» к дипломатическим переговорам подорвало остат¬ ки дисциплины в армии. Она оказалась еще больше рас¬ колотой на противников переговоров, к которым прина¬ длежало большинство офицеров и кадровых военных, и сторонников мира любой ценой из числа солдатской массы. Их психология была проста: «Я — вологодский (архангельский, уральский, сибирский). До нас немец не дойдет». На следующий день после ленинского призыва Сов¬ нарком принял декрет о постепенном сокращении ар¬ мии, согласно которому в бессрочный запас увольня¬ лись все солдаты 1899 года призыва. Приказ тотчас ра¬ зослали по радиотелефону во все штабы. Но составлен он был столь юридически неграмотно, отличался такой расплывчатостью и нечеткостью формулировок, что только взбудоражил солдатские массы. Ответственные за проведение демобилизации назначены не были, в ре¬ зультате из армии, и без того пораженной вирусом де¬ зертирства, началось повальное бегство3. Вместе с этим ускоренными темпами стала осущест¬ вляться «демократизация» российской армии, когда в 1 Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914—1918 гг. М., 1924. Т. 2. С. 112. 2 Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Т. 35. С. 82. 3 Базанов С.Н. Демобилизация русской армии // Военно¬ исторический журнал. 1998. № 2. 310
массовом порядке увольняли прошедших «огонь, воду и медные трубы» офицеров и генералов, а на их место назначали выдвиженцев из народа, единственной заслу¬ гой которых была лояльность новому режиму. Неуправ¬ ляемость войск ускорила окончательный развал дейс¬ твующей армии. 27 ноября первым заключил перемирие с противником Северный фронт, затем Юго-Западный, Западный, Румынский и, наконец, последним — Кавказ¬ ский. В таких условиях и начался первый раунд перегово¬ ров в Брест-Литовске о заключении мира между Росси¬ ей и Центральными державами. На этот раз советская делегация была усилена историком М.Н. Покровским, видным большевиком Л.Б. Каменевым, военными кон¬ сультантами были контр-адмирал В. Альтфатер, А. Са- мойло, В. Липский, И. Цеплит. Германскую и австро¬ венгерскую делегации возглавили министры иностран¬ ных дел Кюльман и Чернин, болгарскую — министр юстиции Попов, а турецкую — председатель меджлиса Талаат-паша. Конференцию в Брест-Литовске 22 декабря 1917 года открыл главнокомандующий Восточным фронтом принц Леопольд Баварский, место председателя занял Кюль¬ ман. Уже на одном из первых заседаний советская деле¬ гация предложила свою программу мира, которая состо¬ яла из шести пунктов. В первом пункте говорилось о недопущении насиль¬ ственного присоединения захваченных во время войны территорий, а войска, которые к данному моменту окку¬ пировали эти территории, должны быть выведены отту¬ да в наикратчайшие сроки. Во втором пункте призывалось восстановить в пол¬ ном объеме самостоятельность тех народов, которые в ходе войны этой самостоятельности были лишены. В третьем — национальным группам, не имевшим самостоятельности до войны, гарантировалась возмож¬ ность решить на референдуме вопрос о принадлежнос¬ ти к какому-либо государству, причем этот референдум 311
должен быть организован таким образом, чтобы обеспе¬ чить свободное голосование и эмигрантам, и беженцам. По отношению к территориям, населенным несколь¬ кими национальностями, в четвертом пункте предлага¬ лось обеспечить культурно-национальную, а при нали¬ чии возможностей .и административную автономию. В пятом пункте заявлялось об отказе от контрибуций, а з шестом — предлагалось решать все колониальные проблемы между государствами на основании 1, 2, 3-го и 4-го пунктов1. После того как все предложения советской делега¬ ции были объявлены, союзники по коалиции Централь¬ ных держав попросили перерыв на один день для их об¬ суждения. Заседания возобновились 25 декабря, и тогда же, к удивлению многих, Кюльман заявил, что «пункты русской декларации могут быть положены в основу пе¬ реговоров о мире», и предложил установить мир без ан¬ нексий и контрибуций2. На самом деле согласие немцев на «демократический» мир не вызывает удивления, если повнимательней присмотреться к политической карте конца 1917 года. По своей сути мир без аннексий и контрибуций оз¬ начал признание правительствами и народами стран Антанты своего военного и политического поражения. Каких бы политических взглядов ни придерживался простой англичанин, француз, бельгиец или серб, этот «мир» для него означал лишь то, что опустошившие его родную землю немцы и австрийцы смогут безнаказанно вернуться в свои никогда не находившиеся под оккупа¬ цией и артобстрелами города и деревни. Поднимать из руин свое разрушенное хозяйство при таком раскладе народам Антанты придется на собственном горбу. Вот что означал для них мир без контрибуций. Мир без ан¬ нексий предполагал, что французам навсегда суждено расстаться с мыслью вернуть себе потерянные Эльзас и 1 Мирные переговоры в Брест-Литовске. М.( 1920. Т. 1. С. 8. 2 Там же. С. 9. 312
Лотарингию, а славянским народам — с идеей восстано¬ вить собственную государственность. Собственно, и сами немцы, поддержав на словах эти лозунги, интерпретировали их очень своеобразно и весьма неожиданно для советской делегации. 26 де¬ кабря за чашкой чая генерал Гофман сказал, что Герма¬ ния не может освободить Польшу, Литву и Курляндию, во-первых, потому, что там находится много предпри¬ ятий, работающих на оборону рейха, а во-вторых, раз уж русские признают право народов на самоопределе¬ ние вплоть до отделения, то им также следует признать самостоятельность Польши и прибалтийских народов и их право решать свою судьбу вместе с Германией. Для советской делегации заявление немцев прозвучало как гром среди ясного неба. «С Иоффе точно удар случил¬ ся», — записал Гофман в дневнике1. Факт этот, на наш взгляд, достаточно ярко свидетельствует о степени реа¬ лизма советского правительства. Точки над «Ъ> немцы поставили 18 января 1918 года, когда все тот же генерал Гофман во время переговоров положил на стол карту и попросил ознакомиться с ней российскую делегацию. Германия потребовала перенес¬ ти границу России по линии восточнее Моонзундского архипелага и Риги, и далее западнее Двинска на Брест- Литовск. Россия, таким образом, теряла свыше 150 тыс. кв. км своей территории. Ознакомившись с позицией союзников, советская делегация запросила перерыв для консультаций со сво¬ им правительством и отбыла в Петроград. Именно тогда среди партийного руководства и разыгрались драмати¬ ческие дебаты по поводу того, принимать или нет немец¬ кие требования. Так, левые коммунисты во главе с Н.И. Бухариным считали вообще недопустимыми накануне мировой ре¬ волюции какие-либо соглашения с капиталом, требова¬ ли немедленно прекратить переговоры и объявить меж¬ 1 Гофман М. Записки и дневники. 1914—1918. Д., 1929. С. 112. 313
дународному империализму революционную войну по всем фронтам. Против заключения мира выступал и нарком иност¬ ранных дел Л.Д. Троцкий. 8 января на совещании в ЦК РСДРП(б) он предложил не подписывать мир, развязы¬ вающий руки немецкой военщине, а вместо этого войну прекратить и войска демобилизовать1. Стремившийся заключить мир с немцами любой ценой Ленин в тот раз в ЦК остался в меньшинстве. Однако назначенному но¬ вому руководителю советской делегации Л.Д. Троцкому было поручено всеми силами затягивать переговоры, но в случае, если немцы предъявят ультиматум, немедлен¬ но принять его. Даром время перерыва на переговорах не теряли и немцы. Именно тогда в умах германских стратегов окон¬ чательно утвердилась идея курса на дезинтеграцию Рос¬ сии и поддержки сепаратистских националистических движений. Этот курс, впрочем, никак нельзя было назвать но¬ вым. Еще в сентябре 1917 года в Литве в условиях немец¬ кой оккупации возникло литовское националистичес¬ кое движение Тариба, провозгласившее своей целью об¬ разование независимого государства. Тогда это немцев не могло особенно порадовать — Литва ими мыслилась исключительно под скипетром германского кайзера. 11 декабря Тариба заявила о восстановлении независи¬ мого Литовского государства, но почему-то со столицей в населенном преимущественно поляками Вильно. Этот односторонний акт, возможный исключительно в усло¬ виях немецкой оккупации, не был признан ни странами Антанты, ни Россией. Теперь немцам оставалось лишь посадить на литовский престол подобающего кандида¬ та. Таковым оказался герцог Вильгельм фон Урах, один из представителей Вюртембергской династии. Ему даже придумали соответствующее имя — Миндаугас II, но тут наступил ноябрь 1918 год, и литовцам было сказано обойтись без короля. 1 Чубарьян АО. Брестский мир. М., 1964. С. 129. 314
Но самым лакомым куском для немцев, конечно, была Украина. В начале 1918 года внутреннее положение там отличалось крайней неустойчивостью. Центральная Рада — объединение разнородных партий националис¬ тического толка — еще 23 июня 1917 года объявила об ав¬ тономии Украины в составе России. 24 января 1918 года, воспользовавшись хаосом в России, Центральная Рада провозгласила незалежность Украины, негласно согла¬ сившись на оккупацию своей страны немецкими и авс¬ трийскими войсками. Однако 8 февраля Киев был взят Красной Армией, в Харькове образовано советское пра¬ вительство, а Центральная Рада бежала на Волынь. Отъезд советской делегации в Петроград вызвал не¬ однозначную реакцию в стане Центральных держав. В Вене, например, очень опасались, что большевики больше не вернутся за стол переговоров. Скорейшего мира требовало измученное многолетней войной и го¬ лодом население не только Австро-Венгрии, но и Гер¬ мании, где только в стачке на крупнейших берлинских заводах приняло участие более 400 тыс. рабочих. В этих условиях союзники срочно решили заключить мир с Ук¬ раиной в лице представителей Центральной Рады. Идея заключить мир с фиктивным правительством Германии и ее союзникам далась непросто. 21 февраля главы делегаций Германии и Австро-Венгрии выехали в Берлин, чтобы проконсультироваться по вопросу: а сто¬ ит ли вообще подписывать мир с Центральной Радой, чей суверенитет, по образному выражению Троцкого, ограничивался комнатой, занимаемой в Бресте. Да и в сам город делегаты самостийной Украины смогли про¬ браться, только заявив представителям Красной Армии, что они являются членами советской делегации. Как бы то ни было, решение по этому поводу было принято по¬ ложительное. 27 февраля в Брест-Литовске представители Четвер¬ ного союза и Центральной Рады подписали мирный до¬ говор. По нему до 31 июля того же года Украина обязы¬ валась поставить Германии и Австро-Венгрии 1 млн тонн хлеба, 400 млн штук яиц, не менее 50 тыс. тонн мяса в 315
живом виде, сахар, марганцевую руду и еще много чего. В ответ союзники обещали оказать Раде помощь в борь¬ бе против большевиков. Договор с Украиной оказался как нельзя более кстати для союзников по Центральной коалиции, особенно для Австро-Венгрии, где запасов продовольствия по самым «голодным» нормам оставалось только на месяц. Средс¬ тва массовой информации немедленно распропаганди¬ ровали этот, по словам Чернина, «хлебный» договор, что способствовало нормализации внутренней обстановки в стране. Вот как оценивал Брестский договор с Украиной известный немецкий историк Ф. Фишер: «Особеннос¬ тью этого мира было то, что он был совершенно созна¬ тельно заключен с правительством, которое на момент подписания не обладало никакой властью в собственной стране. В результате все многочисленные преимущест¬ ва, которыми немцы владели лишь на бумаге, могли быть реализованы лишь в случае завоевания страны и восста¬ новления в Киеве правительства, с которым они подпи¬ сали договор» 1. Заключив договор с Украиной, в Берлине решили за¬ говорить более жестким тоном и с Петроградом. В день подписания мира с Радой генерал Людендорф послал телеграмму Кюльману, в которой напомнил об обяза¬ тельстве через сутки после подписания мира с Украиной прервать переговоры с российской делегацией. Предъ¬ явления советской делегации ультиматума о принятии германских условий мира от своего министра иностран¬ ных дел в приказном порядке потребовал и кайзер Виль¬ гельм. Кюльман четко выполнил данные ему инструкции и предъявил российской делегации ультиматум с катего¬ рическим требованием принятия германских условий. Ответ на него большевикам предстояло дать не позднее 10 февраля. Глава советской делегации Троцкий, как того требова¬ ли немцы, дал свой ответ, но он был довольно неожидан¬ 1 Fischer F. Griff nach Weltmacht. Die Kriegszielpolitik des kaiser- lichen Deutschland. 1914—1918. Diisseldorf, 1967. S. 287. 316
ным и противоречил полученным от Ленина инструкци¬ ям. «Мы выходим из войны, но вынуждены отказаться от подписания мирного договора», — заявил Троцкий1. А в декларации, сделанной Троцким 10 февраля на за¬ седании политической комиссии конференции, декла¬ рировалось: «Именем Совета Народных Комиссаров, правительство Российской Федеративной Республики настоящим доводит до сведения правительств и народов воюющих с нами союзных и центральных стран, что, от¬ казываясь от подписания аннексионистского договора, Россия, со своей стороны, объявляет состояние войны с Германией, Австро-Венгрией, Турцией и Болгарией прекращенным»2. Одновременно он отправил телеграм¬ му главнокомандующему Крыленко с требованием не¬ медленно издать по армии приказ о прекращении состо¬ яния войны с Германией и ее союзниками и о всеобщей демобилизации. Этот приказ был получен всеми фрон¬ тами 11 февраля. В ответ на этот демарш германская сторона заявила о том, что неподписание Россией мирного договора ав¬ томатически влечет за собой прекращение перемирия, после чего Троцкий покинул Брест-Литовск. 13 февраля 1918 года верхушка Второго рейха собра¬ лась в небольшом курортном городке Бад-Хомбурге на западе Германии, чтобы оценить ситуацию, сложившу¬ юся после срыва мирных переговоров. На совещании присутствовали Вильгельм, Кюльман, канцлер Г. Гер- тлинг, почти все высшее военное командование, в том числе, естественно, и Гинденбург с Людендорфом. Как вспоминал последний, на совещании было принято ре¬ шение «нанести короткий, но сильный удар расположен¬ ным против нас русским войскам, который позволил бы нам при этом захватить большое количество военного 1 Фелыитинский Ю.Г. Крушение мировой революции. Брестский мир: октябрь 1917 — ноябрь 1918. М.г 1992. С. 242—243. 2 Мировые войны XX века. Книга 2. Первая мировая война. Документы и материалы. М.г 2002. С. 473. 317
снаряжения»1. 16 февраля генерал Гофман уведомил ос¬ тавшегося в Бресте представителя советской делегации А.А. Самойло, что 18 февраля ровно в 12 час. пополудни Германия начинает наступление на всем протяжении Восточного фронта. В указанное время 47 пехотных и 5 кавалерийских дивизий противника двинулись вперед. В кинофильмах и других художественных произведениях советского периода последующие события описываются как обру¬ шившийся на нашу страну все сметающий на своем пути огненный тевтонский смерч. На самом деле события развивались совсем по другому сценарию. К февралю 1918 года совместные германо-австро-венгерские вой¬ ска на Восточном фронте насчитывали не более 450 тыс. человек (осенью 1916 года — более 1,5 млн), и состояли они в основном из солдат старших призывов — все на¬ иболее боеспособные части давно уже были перебро¬ шены на Запад, где решалась судьба этой великой битвы народов. Любопытные описания событий февраля 1918 года содержатся в дневниках генерала Гофмана: «Это самая комическая война, какую можно себе представить. Она ведется только на железной дороге и грузовиках. Сажа¬ ют какую-нибудь сотню пехотинцев с пулеметами и с одной пушкой и отправляют до ближайшей станции. Бе¬ рут станцию, большевиков арестовывают и продвигают¬ ся дальше». Он приводит ужасающие факты, когда один лейтенант и 6 солдат взяли в плен 600 казаков, без борь¬ бы захватывались пушки, автомобили, локомотивы2. Да что пушки! Без борьбы, на основании только панических слухов сдавались большие города. Так, 18 февраля не¬ мецкий отряд менее чем в 100 штыков взял Двинск, где в ту пору находился штаб 5-й армии Северного фронта. 19 февраля был сдан Минск, 20-го — Полоцк, 21-го — Ре- чица и Орша, 22-го — латвийские Вольмар и Венден и 1 Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914—1918 гг. М., 1924. Т. 2. С. 132. 2 Гофман М. Записки и дневники. 1914—1918. Д., 1929. С. 240— 241. 318
эстонские Валк и Гапсала. 24-го небольшой отряд немец¬ ких мотоциклистов заставил капитулировать огромный русский гарнизон в Пскове, 25-го большевики позорно оставили Борисов и Ревель. Только Нарва оборонялась до 4 марта. За 5 дней немецкие и австрийские войска продвинулись в глубь российской территории на 200— 300 км. Это были одни из самых черных дней в много¬ вековой истории России. Под угрозу было поставлено само ее историческое бытие. Подобная картина наблюдалась и на Украине. На¬ ступление немцев и австрийцев шло исключительно по железной дороге, а разрозненное сопротивление окку¬ пантам оказывали лишь части Чехословацкого корпуса. 21 февраля немецкие войска вошли в Киев, где была вос¬ становлена власть Центральной Рады. Наступление немцев по всему фронту заставило Ле¬ нина предпринять решительные шаги, и в результате ос¬ трой борьбы в руководстве ЦК большевистской партии ему удалось сломить сопротивление левых по вопросу о подписании договора с Германией. Утром 19 февраля в Берлин была послана телеграмма с согласием Советско¬ го правительства принять немецкие условия мира. Не¬ мцы, однако, наступления не прекратили и потребова¬ ли от российской стороны официального письменного уведомления. 21 февраля, в день взятия немцами Киева, Совнарком принял декрет-воззвание «Социалистичес¬ кое отечество в опасности!». Началось спешное форми¬ рование Красной Армии для отпора вражескому наступ¬ лению. Но было поздно. 23 февраля советским правительством из Берлина были получены новые условия мира, значительно более жесткие, чем прежние. Новый ультиматум состоял из 10 пунктов. Если первые два повторяли требования от 9 февраля, то есть отвод войск за «линию Гофмана», то в других от России требовалось полностью очистить Лиф- ля ндию и Эстляндию, признать правительство Централь¬ ной Рады и вывести войска из Украины и Финляндии, а также вывести полностью войска из Турции и возвра¬ тить ей анатолийские провинции. Кроме того, русская 319
армия должна быть полностью демобилизована, всем кораблям следовало вернуться в порты и разоружиться, а в Ледовитом океане до заключения мира устанавлива¬ лась немецкая блокада. На принятие этого ультиматума отводилось двое суток1. Ультиматум был обсужден на созванном в тот же день заседании ЦК. Ленин потребовал немедленно согласить¬ ся на условия немцев, а в противном случае пригрозил отставкой. За предложение лидера большевиков прого¬ лосовало 7 человек, 4 были против, еще 4 воздержалось. Вечером того же дня решение ЦК было поддержано и правительством большевиков — ВЦИК и СНК. Сооб¬ щение об этом было отправлено в Берлин 24 февраля, в ответ пришло требование подписать мир в течение трех дней с момента прибытия советской делегации в Брест- Литовск. В тот же день немцы приостановили свое на¬ ступление. 1 марта советская делегация возвратилась в Брест- Литовск. Министры иностранных дел противной сто¬ роны даже не стали ее дожидаться и уехали в Бухарест заключать мир с Румынией. По приезде глава делегации заявил, что Советская Россия дает свое согласие на усло¬ виях, которые «с оружием в руках продиктованы Герма¬ нией российскому правительству», и отказался вступать в какие-либо дискуссии, чтобы не создавать видимость переговоров2. Брест-Литовский мирный договор был подписан 3 марта. Экстренно созванный 6—8 марта 1918 года VII съезд РКП(б) одобрил позицию Ленина в вопросе о за¬ ключении этого, по его образному выражению, «похаб¬ ного», мира, а IV съезд Советов 15 марта договор рати¬ фицировал. Брестский договор состоял из нескольких докумен¬ тов: самого мирного договора между Россией, с одной стороны, и Германией, Австро-Венгрией, Болгарией и Турцией — с другой, заключительного протокола к дого¬ 1 История дипломатии. Т. 3. С. 93. 2 Ксенофонтов И.Н. Мир, который хотели и ненавидели. М., 1991. С. 351. 320
вору о таможенных пошлинах и тарифах на отдельные товары, русско-германского дополнительного договора к мирному договору, русско-австро-венгерского, русс¬ ко-болгарского и русско-турецкого дополнительных до¬ говоров. Брестский мирный договор состоял из 13 статей. В нем констатировалось прекращение состояния войны между Россией и союзниками по Центральной коали¬ ции, но Россия теряла огромные территории — Украи¬ ну, Польшу, Прибалтику и часть Белоруссии, всего око¬ ло 1 млн кв. км с населением более 50 млн человек. На этой территории добывалось 90% угля, производилось 54% промышленной продукции России. Страна оказа¬ лась откинутой к допетровским временам. Одновременно Россия выводила с указанных терри¬ торий все свои войска, а Германия, наоборот, их туда вводила и сохраняла за собой контроль над Моонзунд- ским архипелагом и Рижским заливом. Кроме того, рус¬ ские войска должны были покинуть Финляндию, Аланд¬ ские острова близ Швеции, округа Карс, Ардаган и Батум передавались Турции. С линии Нарва — Псков — Миллерово — Ростов-на-Дону, на которой в день подпи¬ сания договора находились немецкие войска, они долж¬ ны были быть выведены только после подписания все¬ общего договора. Сей договор восстанавливал крайне невыгодные для России таможенные тарифы 1904 года с Германией1. Более того, 27 августа 1918 года, когда даже германс¬ кий генеральный штаб пришел к выводу, что поражение Второго рейха неминуемо, большевики согласились под¬ писать с Берлином дополнительный договор, касающий¬ ся финансовых проблем. По нему Россия должна была уплатить Германии контрибуцию в различных формах в размере более 6 млрд. золотых марок. Унизительный Брестский договор был аннулирован большевистским правительством лишь только после по¬ 1 Международная политика новейшего времени в договорах, нотах и декларациях. М., 1925. Ч. 2. С. 123—126. 321
беды над Германией недавних наших союзников по Ан¬ танте — 13 ноября 1918 года1. Таким оказался «мир без аннексий и контрибуций», предложенный России Германией. После подписания Брестского мира в Берлине царила эйфория. Сам до¬ кумент в рейхстаге был ратифицирован почти едино¬ гласно — против выступила только небольшая группка независимых социалистов. Шовинистическое безумие в стране подкрепил и Бухарестский договор от 7 мая 1918 года, по которому Румыния, признав свое пораже¬ ние, теряла всю Добруджу и стратегические карпатские перевалы, что открывало путь для вторжения в страну венгерских войск в любое время года. Румыния обязы¬ валась выплачивать бывшим противникам огромную контрибуцию и на 50 лет отдавала все свои природные богатства, включая «излишки» урожая, в распоряжение немцев2. А какова была позиция в отношении сепаратного до¬ говора России ее недавних союзников, какое он оказал воздействие на их политику? 19 марта 1918 года в Лондоне премьер-министры иностранных дел стран Согласия выступили с совмес¬ тной декларацией в связи с заключением Брест-Литов- ского мирного договора. «Для нас, правительств Согла¬ сия, суд, который будет произнесен свободными наро¬ дами мира над этими действиями, никогда не вызовет сомнения. Зачем тратить время на заверения Германии, когда мы видим, что ни в один период истории ее заво¬ еваний — ни в тот момент, когда она вторгалась в Си¬ лезию, ни когда она делила Польшу — она не проявляла такого цинизма при разрушении национальной незави¬ симости, не была беспощадным врагом прав человека и достоинства цивилизованных наций... Таких мирных договоров, как эти, мы не будем и не можем признавать. Наши собственные цели совершен¬ 1 Документы внешней политики СССР. М., 1957. Т. 1. С. 565— 567. 2 Виноградов В.Н. Румыния в годы Первой мировой войны. М., 1969. С. 287. 322
но иные. Мы боремся и думаем продолжать бороться, чтобы покончить раз навсегда с этой политикой грабежа и водворить на ее место мирное царство организованно¬ го правосудия»1. Характерно, что именно в те дни, когда в Берлине откупоривались бутылки с шампанским в честь побе¬ ды германского оружия над Россией, многим наиболее дальновидным немецким государственным и политичес¬ ким деятелям было совершенно очевидно, что дни рей¬ ха сочтены. Вроде бы дела шли неплохо: не говоря уже о востоке Европейского континента, немецкие войска находились на территории Бельгии и Франции. Правда, после присоединения Греции к Антанте несколько ос¬ ложнилась ситуация на Балканах, но и там пока все вы¬ глядело благополучно. Однако судьба уже окончательно отвернулась от Центральных держав. На грани агонии находилась Австро-Венгрия, ее но¬ вый кайзер Карл одолевал своего «старшего брата» мольбами о заключении скорейшего мира. Страну со¬ трясали не только забастовки рабочих и выступления национальных меньшинств, стала бунтовать даже армия. Ненамного лучше обстояли дела и в самой Германии — в стране свирепствовал голод и паек горожанина был рассчитан исходя из 1400 калорий в день, а солдата — из 2500 (американские солдаты получали по 4200 калорий, а британские — 3800). Все попытки Центральных держав облегчить свое продовольственное положение за счет ограбления Украины были сведены на нет царившим там хаосом и гражданской войной. Парадоксально, но Брестский мир в том виде, в ка¬ ком он был подписан, имел один позитивный момент для стран Антанты: гражданам их стран стало ясно, какая судьба будет им уготована в случае военной победы Бер¬ лина. Таким образом, в результате событий на Восточ¬ ном фронте дух англичан и французов не только не был сломлен, но и существенно укрепился. 1 Мировые войны XX века. Книга 2. Первая мировая война. Документы и материалы. М., 2002. С. 477. 323
Но самым печальным для Германии и ее союзников стало все возрастающее участие в войне Соединенных Штатов Америки. Именно после Брестского мира аме¬ риканский президент окончательно потерял надежду на внутреннюю оппозицию в Германии и понял, что Бер¬ лину может успешно противостоять лишь грубая воен¬ ная сила. С Германией договариваться стало просто не о чем, и в Америке началась подлинная мобилизация во¬ енных усилий1. В Европу не только возрастающим пото¬ ком потекли вооружение и амуниция, но и стали прибы¬ вать сытые, хорошо вооруженные и обученные солда¬ ты и офицеры. К лету 1918 года на западноевропейский театр военных действий ежемесячно прибывали более 300 тыс. американцев. Эта массированная американская помощь помогла союзникам быстро оправиться от июльского наступ¬ ления немцев 1918 года и самим перейти в контратаку. Западный фронт затрещал по всем швам. Катастрофа Второго рейха стала неизбежной, и 14 августа кайзер решил через голландскую королеву запросить мира у союзников. Напомним, что 27 августа большевики подписали с немцами дополнительный договор к Брестскому миру, по которому Россия попадала в абсолютную кабальную финансовую зависимость от Берлина. Большевики в тот день обязались заплатить Германии контрибуцию в раз¬ личных формах на астрономическую сумму в 6 млрд зо¬ лотых марок. Так немцы попытались с лихвой компенсировать свои затраты на осуществление у нас социалистической революции и развал Российской империи. Но, как часто бывает в истории, в конечном счете, эта политика обер¬ нулась бумерангом против самой Германии. Чисто военная составляющая часть Первой мировой войны была завершена 11 ноября 1918 года с подписа¬ нием Компьенского перемирия сроком на 36 дней. В те¬ 1 Уткин А.И. Забытая трагедия: Россия в Первой мировой войне. Смоленск, 2000. С. 500. 324
чение этого времени германские представители пять раз предлагали союзникам заключить хотя бы предва¬ рительный, прелиминарный мир, но Антанта на это не соглашалась. И дело здесь было не в официальном пред¬ логе — отсутствии Вильсона, а в том, что победители не смогли еще договориться хотя бы об основных условиях всеобщего мира. Собственно, это было неудивительно: после достиже¬ ния общей цели пути союзников существенно расходи¬ лись, слишком разные задачи они ставили перед собой. Да и вклад в общую победу был неравным: США, напри¬ мер, потеряли относительно немного солдат, а страна вышла из войны экономически окрепшей, в то время как французы потеряли миллионы своих сограждан, а некогда промышленно развитые северные французские департаменты были практически стерты с лица земли в ходе четырехлетней войны. В связи с тем, что союзники долго не могли закончить предварительные консультации, Компьенское переми¬ рие дважды продлевалось. Положение усугублялось и тем, что в самой Германии бушевала Ноябрьская рево¬ люция, ввергшая страну в хаос. К окончанию войны у победителей сложились бо¬ лее или менее конкретные требования, которые они были готовы предъявить побежденным. Больше всех и в людском, и в материальном отношении от немцев пос¬ традали французы, соответственно именно их требо¬ вания в отношении «бошей» были наиболее жесткими. Во главе республики стоял «тигр» Ж.Клемансо: целью жизни этого свидетеля разгрома французов пруссаками при Седане и активного участника событий Парижской коммуны было возвращение утерянных земель и полное уничтожение Германии как великой державы и конку¬ рента Парижа в Европе. Клемансо полагал, что для лик¬ видации угрозы реванша со стороны восточного соседа необходимо, помимо возвращения французам Эльзаса и Лотарингии и передачи всего угольного района долины реки Саар, чтобы западная граница Германии проходила по естественному рубежу — Рейну. Рейнланд, Пфальц и 325
другие немецкие земли по левому берегу Рейна должны быть отторгнуты от Германии и превращены в автоном¬ ные и самостоятельные государства, связанные тесными узами с Парижем. Кроме того, Клемансо поставил перед французской дипломатией задачу превратить страны Восточной и Юго-Восточной Европы — Польшу, Чехос¬ ловакию, Румынию и Югославию в своих союзников и одновременно в барьер между Германией и большевист¬ ской Россией. Самые серьезные планы французы имели и в отношении Ближнего Востока, ранее являвшегося составной частью сокрушенной Османской империи. Выполнение всех этих планов Клемансо превращало Францию в ведущее государство Европы. Более мягкую позицию в отношении будущей Гер¬ мании занимала Англия. Для Лондона главную угрозу представляли планы Берлина по превращению Герма¬ нии в морскую державу, равную по мощи Британии и способную отобрать ее заокеанские колонии. После но¬ ября 1918 года Германская империя как морская и коло¬ ниальная держава перестала существовать: ее флот был переправлен на британскую военно-морскую базу Ска- па-Флоу, а колонии рейха почти автоматически большей частью перешли под английское управление. Также под управление Лондона перешли самые лакомые куски Ос¬ манской империи — Месопотамия, Аравия, Палестина. Свою задачу англичане, казалось, уже выполнили, поэ¬ тому сверхмощная Франция с ее интересами на Балка¬ нах и в других частях Европы им была уже не нужна — резкое усиление Франции за счет Германии и самоизо¬ ляция России коренным образом меняли расклад сил на континенте. Нейтрализовать Францию на Уайт-холле рассчитывали с помощью усиления Италии и активного противодействия влиянию Парижа на малые балканс¬ кие страны. Из этой позиции и вытекало желание Анг¬ лии сохранить Германию в качестве сухопутной воен¬ ной державы и не допустить ее расчленения. Собственный взгляд на будущее Европы существовал и у Соединенных Штатов. Первая мировая война край¬ не благоприятно отразилась на экономическом разви¬ 326
тии страны. Из должника Европы Соединенные Штаты превратились в страну-кредитора, которой задолжали немалую по тем временам сумму в 10 млрд. долларов. США приняли непосредственное участие в войне толь¬ ко на последнем ее этапе, на их территории не велись военные действия, зато Вашингтон поставлял во все возрастающем количестве, главным образом странам Антанты, боеприпасы, вооружение, амуницию, важные стратегические товары и продовольствие. В результате такого развития событий роль США в мировой политике значительно возросла. Если до Первой мировой войны Соединенные Штаты были крупнейшей экономической державой с региональными интересами, то к 1918 году они превратились в великую державу без всяких скидок. Геополитические интересы Вашингтона простирались отныне не только на страны Американского континен¬ та, но и на Европу, Дальний и Ближний Восток. Решение важнейших международных проблем без участия Со¬ единенных Штатов теперь становилось немыслимым. На международной мирной конференции у главы американской делегации президента Вильсона была задача не допустить полного разгрома Германии и кар¬ динального изменения расклада политических сил на континенте в пользу главного конкурента США на морс¬ ких просторах — «владычицы морей» Британии, а также Франции, интересы которой отнюдь не во всем совпада¬ ли с интересами Белого дома. Кроме того, у США были и свои специфические интересы на Дальнем Востоке, где главной задачей американской дипломатии стало расторжение англо-японского союза1. По задумке аме¬ риканского президента, его страна должна была играть роль некоего балансира между великими державами, от позиции которого будет зависеть исход того или иного спора. Первым успехом Вильсона в этом деле стало согласие всех воюющих держав начать переговоры о заключении всеобщего мира на основе 14 пунктов. 1 История дипломатии. Т. 3. С. 139. 327
Парижская мирная конференция открылась 18 янва¬ ря 1919 года — именно в этот день в далеком 1871 году в Версале была провозглашена теперь бесславно ка¬ нувшая в Лету Германская империя — Второй рейх. На конференцию съехалось более тысячи делегатов, пред¬ ставляющих на тот момент почти все независимые госу¬ дарства мира. Не была приглашена лишь находившаяся в состоянии хаоса Россия. Все участники конференции были поделены на че¬ тыре категории. В первую входили воюющие державы, имеющие «интересы общего характера», — США, Вели¬ кобритания, Франция, Италия и Япония. Представители этих стран должны были принимать участие во всех за¬ седаниях и комиссиях. Ко второй группе были отнесе¬ ны воюющие державы, «имеющие интересы частного характера», — Бельгия, Румыния, Сербия, Португалия, Китай, Никарагуа, Либерия, Гаити. Они получили при¬ глашение принять участие только в тех заседаниях, ко¬ торые непосредственно их касались. В третью катего¬ рию вошли страны, находившиеся в состоянии разрыва дипломатических отношений с блоком Центральных держав. К ним были отнесены Боливия, Перу, Уругвай и Эквадор. Делегаты этих стран также могли принять участие в заседаниях, если на них обсуждались вопро¬ сы, непосредственно их касающиеся. И, наконец, чет¬ вертую группу составляли нейтральные государства или страны, находившиеся в процессе образования. Их деле¬ гаты могли выступать устно или письменно только после того, как их пригласит это сделать одна из пяти главных держав, и только по вопросам, специально касающимся этих стран. Представительство на конференции было распре¬ делено таким образом, чтобы у стран, имевших более высокую категорию, и делегатов было больше. США, Британская империя, Франция, Италия и Япония могли послать на конференцию по 5 полномочных представи¬ телей. Бельгия, Сербия и Бразилия — по 3, другие стра¬ ны второй категории и британские доминионы — по 2, а 328
все остальные получили право послать по одному своему представителю. Но, несмотря на то, что регламент Парижской мир¬ ной конференции был продуман до мелочей, ее порядок часто нарушался, а некоторые совещания вообще ве¬ лись без протокольных записей. К тому же разделение стран-участниц на категории предопределило и весь ход конференции — по сути, все самые важные проблемы решались в Совете десяти, в который входили главы пра¬ вительств и министры иностранных дел пяти великих де¬ ржав. От США — президент Вильсон и государственный секретарь Р. Лансинг (кстати, это была первая официаль¬ ная зарубежная поездка американского президента за все время существования этой страны); от Франции — премьер-министр Клемансо и министр иностранных дел Лишон; от Британской империи — премьер-министр Ллойд Джордж и министр иностранных дел А. Бальфур; от Италии — В. Орландо и С. Сонино; Японию представ¬ ляли Макино и Шинда. Уже на первом заседании Парижской конферен¬ ции стало очевидным, что между великими державами продолжают существовать серьезные противоречия по поводу послевоенного устройства мира. Так, открывая конференцию, президент Франции Р. Пуанкаре потре¬ бовал строго наказать виновников развязывания войны и предложил расчленить Германию. Союзники Парижа отказались поддержать его в этом вопросе, а президент Вильсон предложил начать конференцию с обсуждения проблем, связанных с оформлением новой международ¬ ной организации — Лиги Наций. Это, в свою очередь, вызвало недовольство других членов Совета десяти, ибо, по их мнению, принятие устава Лиги Наций затруднило бы решение столь важных для них территориальных и финансовых проблем с побежденными. Острые дискуссии шли четыре дня — Вильсон на¬ стаивал на том, чтобы устав Лиги Наций и мирный до¬ говор составляли единое целое, а европейцы требовали их разделить. Так столкнулись два подхода к решению международных проблем — «идеалистическое» стрем¬ 329
ление Вильсона создать новый, справедливый миро¬ порядок при решающем значении вердикта мирового общественного мнения и жесткий «реализм» англичан и французов, мыслящих категориями возмездия и бе¬ зопасности своих границ. Собственно, ни проблема германского реванша, ни размер репараций, ни терри¬ ториальные границы новой Европы особенно и не инте¬ ресовали американского президента. Его куда больше беспокоило совершенно очевидное развитие револю¬ ционной ситуации в побежденных странах и тот вызов, который бросили всему миру большевики с их идеей принципиально нового миропорядка, идеей, которая, бесспорно, отвечала чаяниям определенной категории народных масс, доведенных до отчаяния лишениями, связанными с войной1. Лишь только 25 января союзники договорились пере¬ дать вопрос о создании новой международной организа¬ ции на рассмотрение специальной комиссии, которую возглавил сам американский президент. Разрешив вопрос о Лиге Наций, участники конфе¬ ренции перешли к решению более важных для них проблем, в частности, колониальных. Все заинтересо¬ ванные страны согласились с тем, что Германия должна быть лишена всех своих колоний, но по поводу того, ка¬ ким образом разделить их между участниками Антанты, опять возникли разногласия. Каждая из стран предста¬ вила свой список претензий. Так, Франция стремилась разделить Того и Камерун, Япония надеялась прибрать к рукам ранее принадлежавший Берлину Шаньдунский полуостров в Китае и ряд тихоокеанских островов, были свои планы по расширению колониальных владений за счет поверженных противников и у Италии. Против такого хода развития событий опять высту¬ пил Вильсон. У Соединенных Штатов в те годы не было 1 Романов В.В. США на Парижской мирной конференции: вильсоновская концепция Лиги Наций и ее реализация // Россия и мир после Первой мировой войны (к 90-летию окончания войны и подписания послевоенных соглашений). Чичеринские чтения. Тамбов, 2009. С. 102—111. 330
далеко идущих колониальных амбиций, а потому и де¬ лить они ничего не собирались. С другой стороны, ли¬ дерство в авторитетной международной организации и позиции крупнейшей в экономическом отношении де¬ ржавы дали бы возможность Вашингтону значительно усилить свой авторитет на международной арене. Вот почему Вильсон снова настоял на том, чтобы вопросы о германских колониях и разделе территории бывшей Османской империи были разрешены исключительно в рамках Лиги Наций. Вопреки своим европейским коллегам Вильсон пред¬ ложил осуществить опеку над бывшими германскими колониями и турецкой территорией, населенной араба¬ ми, «передовыми нациям», желающим в соответствии со своим историческим опытом или географическим положением взять на себя бремя этой ответственности. Подобная опека, по замыслу американского президен¬ та, могла бы осуществляться на основании особых ман¬ датов, выданных Лигой Наций. Против идеи Вильсона выступили все участники Совета десяти, а английский премьер-министр выдвинул требование британских до¬ минионов — считать территории, которые эти доминио¬ ны заняли в ходе Первой мировой войны, входящими в их состав. Тут уже начали активно возражать американцы. Не вдохновила их и идея французов: в случае принятия принципа мандатов немедленно распределить их между странами. Заседания по колониальным вопросам про¬ ходили в крайне напряженной атмосфере, по кулуарам даже поползли слухи, что американский президент и его команда покидают Париж. Угроза отъезда Вильсона и срыва мирной конферен¬ ции не на шутку встревожила всех ее участников. Ллойд Джордж решил предложить компромисс: пусть устав Лиги Наций считается интегральной частью мирного до¬ говора, выработка отдельных положений устава ничего принципиально не изменит, а потому можно, не дожида¬ ясь окончания работы над ним, приступить к распреде¬ 331
лению мандатов над подопечными территориями1. Но и после этого Вильсон не изменил своего мнения: если ко¬ лонии будут уже поделены, то и сама Лига Наций оста¬ нется лишь формальным инструментом, а для того, что¬ бы так не получилось, надо сначала утвердить ее устав. Для окончания работы своей комиссии Вильсон попро¬ сил десять дней, и англичанам пришлось уступить. Пока победители спорили в Париже, 17 февраля 1919 года заканчивался срок перемирия с Германией. На берега Мозеля в Трир на переговоры выехал мар¬ шал Фош. Воспользовавшись своим положением глав¬ нокомандующего, он потребовал от немцев очистить Познань, всю Верхнюю Силезию и значительную часть Нижней Силезии. Эти требования вызвали негодование у немецкой стороны, а немецкий министр иностранных дел У. Брокдорф-Ранцау даже пригрозил своей отстав¬ кой. Положение спасли американцы, которые прибыли в Берлин и заявили, что вопрос о Верхней Силезии на мирной конференции не будет решен в пользу Польши. Поверив голословным обещаниям Вашингтона, немцы согласились выполнить требования Фоша. Так между Германией и союзниками вновь было за¬ ключено новое кратковременное перемирие с условием обязательного уведомления о его разрыве за трое суток. Одновременно немцы соглашались прекратить все на¬ ступательные операции против поляков в районе Поз¬ нани и в других местах. Вильсон тем временем прикладывал массу усилий, чтобы к определенному сроку — 13 февраля — возглав¬ ляемая им комиссия смогла закончить разработку уста¬ ва Лиги Наций. После длительных обсуждений за основу было решено принять совместный англо-американский проект, согласованный во время неформальных встреч «большой тройки». 14 февраля американский президент в торжественной обстановке представил на обсужде¬ ние проект устава первой международной организации. В тот же день пленарное заседание мирной конферен¬ 1 История дипломатии. Т. 3. С. 144. 332
ции утвердило проект. А на следующий день Вильсон покинул Европу. Одобрение устава Лиги Наций, на котором столь на¬ стойчиво настаивали американцы, сняло преграды для обсуждения собственно условий мирного договора. На¬ конец-то активно приступил к работе Совет десяти, хотя состав его к этому времени существенно изменился. Вслед за Вильсоном на родину отбыл Ллойд Джордж, за¬ тем уехал в Рим Орландо, а пораженный пулей анархис¬ та Клемансо отлеживался в постели. Глав правительств заменили министры иностранных дел. По предложению англичанина лорда Бальфура обсуждение наиболее жи¬ вотрепещущего вопроса о границах и колониях Герма¬ нии и возмещении ею убытков было решено завершить к середине марта. Во время обсуждения этого вопроса между страна- ми-победительницами разгорелась наиболее острая и упорная дипломатическая борьба. Япония, например, потребовала передачи ей немецких владений в Китае — Шаньдуне, чему, естественно, воспротивились сами ки¬ тайцы. Последних поддержали американцы, опасавши¬ еся укрепления на Дальнем Востоке позиций Страны восходящего солнца. В отношении будущих границ Германии в Европе Клемансо настоятельно требовал передвинуть их за Рейн, а на освободившихся территориях создать само¬ стоятельное государство, лишенное права на воссоеди¬ нение с Германией и полностью демилитаризованное. Против такого развития событий категорически возра¬ жали американцы. К середине марта не были выработаны даже основ¬ ные параметры мирного договора. Между тем в Евро¬ пу возвратился Вильсон, который сразу же заявил, что приложит максимум усилий для того, чтобы мирный договор был принят на основе неразрывности устава Лиги Наций и самого договора. Правда, позиции аме¬ риканского президента были уже не столь крепки, как прежде, — в США возникли очень серьезные внутрен¬ ние проблемы, после того как целый ряд консерватив¬ 333
ных американских сенаторов категорически выступили против вовлечения Соединенных Штатов в европейские дела. В стране все чаще стали раздаваться голоса о том, что своими действиями Вильсон нарушил святые для всех американцев принципы доктрины Монро1. В вопросе о границах Германии Вильсону удалось привлечь на свою сторону англичан, также опасавших¬ ся чрезмерного усиления в Европе французского влия¬ ния. Отвергнув требование Клемансо о том, чтобы гра¬ ница новой Германии проходила по Рейну, англичане и американцы предложили французам гарантировать ее восточные границы. Клемансо в ответ на это выступил с идеей создания Рейнской республики лишь на опре¬ деленное время, но и это предложение было отвергну¬ то американцами. Вильсон полагал, и не без основания, что увеличение Франции за счет земель на левом берегу Рейна неизбежно создаст очаг международной напря¬ женности, подобно Эльзасу и Лотарингии. Противостояние между Францией и Соединенными Штатами на мирной конференции неожиданно усугу¬ билось обострением взаимоотношений между Вашинг¬ тоном и Лондоном2. Яблоком раздора, как часто бывало в прошлом, стала все та же Турция. Британия потребо¬ вала, по мнению Вильсона, слишком много территорий в качестве компенсаций от Османской империи. И на этот раз американцев поддержал Клемансо, обиженный отсутствием надлежащей поддержки Лондона в вопросе о рейнских областях. Итоги дискуссий между державами подвел Вильсон. «Мы разошлись по всем вопросам», — мрачно заявил он своему советнику Э. Хаузу3. О непримиримых разно¬ гласиях между участниками переговоров ходили столь 1 Романов В.В. В поисках нового миропорядка: внешнеполити¬ ческая мысль США (1913—1921). М., — Тамбов. 2003. С. 428—462. 2 Сергеев Е.Ю. Политика Великобритании в период станов¬ ления Версальско-Вашингтонской системы международных от¬ ношений. 1919—1922 гг. // Россия и мир после Первой мировой войны (к 90-летию окончания войны и подписания послевоенных соглашений). Чичеринские чтения. Тамбов, 2009. С. 88—95. 3 Архив полковника Хауза. Т. 4. С. 305. 334
упорные слухи, что их уже стало трудно скрывать, и они начали просачиваться в средства массовой информации. Чтобы избежать этого, по требованию Ллойд Джорджа Совет десяти был превращен в Совет четырех, и с тех пор все важнейшие вопросы рассматривались только главами правительств США, Великобритании, Фран¬ ции и Италии. Япония была исключена из этого списка, потому что ее не представлял глава правительства. По сути, однако, и «четверка» давно превратилась в «трой¬ ку» — все вопросы решали Вильсон, Ллойд Джордж и Клемансо. Между великими державами на Парижской мирной конференции возникли разногласия и по другим вопро¬ сам. Так, французская делегация потребовала ограниче¬ ния немецкого военного производства и установления над ним строгого международного контроля, против чего выступили Англия и особенно США. Более того, Вильсон предлагал оставить Германии все имеющееся у нее вооружение. Весьма острыми были и дискуссии по вопросу о репа¬ рациях, причитающихся с Германии и ее поверженных союзников. Только на восстановление своих северо- восточных департаментов, наиболее пострадавших от войны, французы потребовали 60 млрд золотых марок, больше, чем все достояние Франции к 1917 году. Амери¬ канцы и англичане, в свою очередь, полагали, что таким образом Клемансо «убьет курицу, приносящую золотые яйца» — ведь деньги с Германии можно будет получить только в том случае, если страна останется платеже¬ способной. Американские эксперты, например, считали возможным востребовать с Германии только 25 млрд ма¬ рок. Споры вызвал и вопрос о распределении репараций между союзниками. Ллойд Джордж предложил такую формулу: 50% — Франции, 30% — Англии, остальным странам — 20%. Клемансо же меньше чем на 56% для своей страны никак не соглашался, а для Англии опре¬ делил сумму в 25% от репараций. В конце концов, главы делегаций ведущих стран решили не фиксировать сум¬ мы репараций, а поручили это сделать особой репараци¬ 335
онной комиссии, которая должна будет не позже 1 мая 1921 года предъявить соответствующие требования Гер¬ мании и ее союзникам. Начало казаться, что переговорам никогда не насту¬ пит конец, они окончательно зашли в тупик. Но 14 ап¬ реля Клемансо сообщил американцам, что Франция, в случае передачи ей мандата на Саарскую область, гото¬ ва согласиться с оккупацией англо-французскими вой¬ сками левого берега Рейна сроком на 15 лет в качестве гарантии выполнения Германией условий мирного до¬ говора и демилитаризацией рейнских провинций глу¬ биной на 50 км по правому берегу Рейна. Тем самым снималось прежнее требование французов о западной границе Германии по Рейну. Вильсон согласился с пред¬ ложениями французского премьера, и дело, казалось, сдвинулось с мертвой точки. Разрешение спора о будущих границах Германии дало возможность 28 апреля на пленарном заседании конференции принять устав Лиги Наций. Учредителями этой международной организации стали страны, учас¬ твовавшие в борьбе против Германии, и вновь образо¬ ванные государства — Польша, Чехословакия и другие. Вторую группу составили страны, получившие пригла¬ шение вступить в Лигу Наций немедленно, — Аргенти¬ на, Венесуэла, Дания, Испания, Колумбия, Нидерланды, Норвегия, Парагвай, Персия, Сальвадор, Чили, Швейца¬ рия, Швеция. Все они, кроме Швейцарии, вошли в Лигу Наций в ноябре—декабре 1920 года. Швейцария сделала ставку на строгий нейтралитет и вступать в какие-ли- бо международные организации отказалась. К третьей группе относились все остальные государства. Они мог¬ ли быть приняты в Лигу Наций только при согласии двух третей ее членов. Руководящим органом Лиги Наций был ее Совет, состоявший из девяти членов — 5 постоянных (США, Франция, Великобритания, Италия, Япония) и 4 времен¬ ных, которые сменялись раз в год. Главной задачей Лиги Наций, собственно, ради чего она и создавалась, было принятие мер во избежание 336
войны. Стороны согласились, что, если между какими- либо странами возникнет конфликт, он должен быть подвергнут разбирательству на третейском суде. Если же член Лиги Наций, несмотря на взятые на себя обя¬ зательства, все же попытается решать спорные вопросы вооруженным путем, все члены этой организации долж¬ ны разорвать с ним торговые и финансовые отношения. Что касается колониального вопроса, то мандаты было решено разделить на три категории. К первой были отнесены страны, достигшие относительных ус¬ пехов в своем развитии, и мандат на них предполагался только до того момента, пока они не обретут экономи¬ ческую и политическую способность руководить собой. Центральная Африка, отнесенная ко второй категории, управлялась на условиях запрещения работорговли, тор¬ говли оружием, алкоголем и сохранения религиозных верований народов подмандатных территорий. К треть¬ ей категории были отнесены колонии в Юго-Западной Африке и на Тихом океане, которые управлялись на ос¬ новании законов государств, обладавших мандатом. Однако на этом споры между державами в Париже не закончились и на конференции продолжали возникать конфликты, причем не только между представителями «большой тройки». В частности, непомерные требова¬ ния в отношении Китая выдвинула Япония, а делегация Италии даже демонстративно покинула конференцию, обидевшись на то, что союзники отказались передать ей город Фиуме на Адриатике. Разрабатывая планы создания нового миропорядка, победители совсем не обращали внимания на повергну¬ тых недавних противников. Германские представители, например, были приглашены в Версаль только 25 авгус¬ та. Правда, надо отметить, что немцы знали о разногла¬ сиях в стане Антанты и не раз пытались втихую сыграть на этих противоречиях. Особенно большие надежды на берегах Шпрее воз¬ лагали на Соединенные Штаты — представители пре¬ зидента Вильсона часто посещали Берлин и советовали немецкому руководству подписать мирный договор, не 337
выходящий за рамки 14 пунктов. В свою очередь, и сами немцы создали у себя несколько комиссий для подготов¬ ки собственного проекта мирного договора. Наконец, 7 мая 1919 года немецкая делегация была вызвана в Версаль. «Час расплаты настал», — завидев своих смертельных врагов, заявил Клемансо. Такое начало не сулило ничего хорошего немцам и их союз¬ никам. В тот же день германской делегации был пере¬ дан проект мирного договора и на ответ давался срок в 15 дней. При этом союзники заявили, что никаких уст¬ ных дискуссий они не допустят, а все замечания должны быть представлены исключительно в письменном виде. В свою очередь, глава немецкой делегации Брокдорф- Ранцау заявил, что его страна принимает 14 пунктов и признает несправедливость, совершенную немцами по отношению к Бельгии, но виновником войны Берлин себя не считает. Условия мирного договора, изложенные союзниками, вызвали бурю негодования в Берлине. Совсем недавно растащившие на куски Россию, немцы очень обиделись, когда им предложили вернуть Эльзас и Лотарингию и передать полякам их исконные земли. А ведь, казалось, в Берлине совсем недавно очень пеклись о независи¬ мой Польше — независимой от России, но никак не от Германии. В Берлине бушевали демонстрации протеста против условий мирного договора, официальные пред¬ ставители слали в Париж телеграмму за телеграммой, чтобы смягчить условия капитуляции, но тщетно. Попытки немцев сыграть на разногласиях в стане победителей успехом не увенчались. 16 июня Брок- дорф-Ранцау был вручен окончательный текст мирного договора. Уступки немцам в нем были минимальны — французы отказались лишь от своих планов господства в Саарской области и согласились передать этот спорный регион под опеку Лиги Наций. Для управления областью были назначены пять верховных комиссаров. Еще не¬ мцы сумели добиться проведения плебисцита в Верхней Силезии, и на этом их успехи закончились. Делегация 338
Германии возвратилась в Берлин, получив на обсужде¬ ние мирных условий одну неделю. В берлинском правительстве по поводу ультиматума Антанты наметился серьезный раскол. Некоторые ми¬ нистры, в том числе и министр иностранных дел, кате¬ горически отказывались принять такие жесткие усло¬ вия, другие, опасаясь внутриполитических осложнений, были готовы пойти на мир любой ценой. Правда, и те и другие были едины в одном — в том, что ни при каких условиях нельзя выполнять положения этого навязанно¬ го мира. В конце концов, все решило мнение Гинденбур- га, когда на соответствующий запрос, поступивший из правительства, он ответил, что армия к сопротивлению не готова и будет разбита. Точка зрения Брокдорф-Ран- цау была отвергнута, и он ушел в отставку. 23 июня Национальное собрание Германии приняло решение подписать мир без каких-либо оговорок, а еще через пять дней — 28 июня 1919 года — в Зеркальном зале Версальского дворца был подписан мирный дого¬ вор, получивший название Версальского мира. Таким образом, формально под Первой мировой войной была подведена черта. По условиям договора Германия возвращала Фран¬ ции Эльзас и Лотарингию в границах 1870 года со все¬ ми мостами через Рейн. В собственность Франции пе¬ реходили угольные копи Саарского бассейна, а сама* Саарская область передавалась на 15-летний срок под управление Лиги Наций. Статут этой международной межправительственной организации являлся составной частью Версальского мирного договора. Войсками Антанты на 15 лет оккупировался левый берег Рейна, а 50-километровая зона к востоку от Рейна полностью демилитаризовалась. К Бельгии после плебисцита отошли округа Эйпен и Мальмеди, к Дании — районы Шлезвиг-Гольштейна. Германия признавала независимость Чехословакии и Польши и в пользу первой отказывалась от Гульчинско- го района на юге Верхней Силезии, а в пользу Польши — от ряда районов Померании, Познани, части Западной и 339
Восточной Пруссии. Город Данциг с областью переходил под управление Лиги Наций, которая должна была пре¬ вратить его в вольный город. Таким образом, германская территория была разделена польским коридором. Германия отказывалась в пользу союзников от всех своих колоний, в результате чего Англия и Франция по¬ делили между собой Камерун и Того, а немецкие коло¬ нии в Юго-Западной Африке отошли Южно-Африканс- кому союзу. Владения Берлина на востоке Африки были поделены между Англией, Бельгией и Португалией. Авс¬ тралия получила в наследство от Германской империи часть Новой Гвинеи, Новая Зеландия — архипелаг Са¬ моа, а все немецкие тихоокеанские острова, лежащие к северу от экватора, стали японскими. В целом Германия потеряла 1/8 часть территорий и 1/12 часть населения. Кроме того, Германия полностью отказывалась от всех своих прав и преимуществ в Китае, Таиланде, Ли¬ берии, Марокко, Египте и соглашалась на протекторат Франции в Марокко, а Англии — в Египте. Она также соглашалась признать договоры, которые будут заклю¬ чены союзниками с Турцией и Болгарией, и обязывалась отказаться от Брестского и Бухарестского договоров. За Россией признавалось право потребовать у Германии соответствующие репарации. Всеобщая воинская повинность в Германии отменя¬ лась, а армия, состоящая целиком из добровольцев, не должна была превышать 100 тыс. человек, включая 4 тыс. офицеров. Генеральный штаб Германии распускался, подводный флот запрещался, а надводный был сведен к минимуму, необходимому для защиты прибрежных вод. Версальский договор предусматривал выплату Гер¬ манией репараций в течение 30 лет. К 1 мая 1921 года Германия обязана была выплатить союзникам 20 млрд. марок золотом, товарами, ценными бумагами и т.д., передать им все свои торговые суда водоизмещением более 1600 т, половину судов водоизмещением свыше 1000 т, четверть рыболовных судов и пятую часть речно¬ го флота. В течение 10 лет Германия обязывалась поста¬ 340
вить Франции до 140 млн т угля, Бельгии — 80 млн т, Ита¬ лии — 77 млн т, а также передать победителям половину своего запаса красящих и химических веществ1. Однако подписанием Версальского мирного договора с Германией подведение итогов Первой мировой войны не закончилось. Покончив со своим главным врагом, по¬ бедители приступили к союзникам Второго рейха. Вер¬ сальский договор рассматривался как системообразую¬ щий, и именно по его образу и подобию были подписаны соответствующие договоры со странами — союзницами Германии. 10 сентября 1919 года был заключен Сен-Жерменс- кий мирный договор с Австрией. Согласно этому догово¬ ру, империя Габсбургов перестала существовать, а на ее обломках возникли новые независимые государства — Чехословакия, Югославия, Венгрия. Австрия передава¬ ла Италии Южный Тироль и часть других приальпийс- ких территорий, а в Клагенфурте был проведен плебис¬ цит, который закончился в пользу Австрии. Югославия получила часть Краины, Далмацию, Южную Штирию и Юго-Восточную Каринтию, а Чехословакия — Богемию, Моравию, две общины Нижней Австрии и часть Силе¬ зии, Буковина была передана Румынии. Армия Австрии не должна была превышать 30 тыс. человек, а торговый флот передавался победителям2. 27 ноября 1919 года в Нейи был подписан договор с другой союзницей Германии — Болгарией. За свое учас¬ тие в войне Болгария лишилась переданной Греции Фра¬ кии и тем самым потеряла доступ к Эгейскому морю, вся Добруджа была закреплена за Румынией, а часть болгар¬ ской территории получила Югославия. Болгария лиша¬ лась всего флота и обязывалась выплатить контрибуцию в размере 2,5 млрд золотых франков3. Договор победителей с Венгрией, раздираемой в это время гражданской войной, был подписан в Большом Трианонском дворце Версаля 4 июня 1920 года и получил 1 Версальский мирный договор. М., 1925. 2 Сен-Жерменский мирный договор. М., 1925. 3 Мир в Нейи. М., 1926. 341
название Трианонского. Это была фактическая копия Сен-Жерменского — в тексте зачастую даже путались прилагательные «венгерский» и «австрийский». Тем не менее, и Трианонский договор имел свою специфику, особенно в отношении территориальных изменений в Центральной Европе. Словакия и Прикарпатская Русь теперь переходили в состав Чехословакии, а к Югосла¬ вии отошли Словения и Хорватия. Румыния получила за счет Венгрии Трансильванию и Банат, за исключением части, отошедшей к Югославии. Венгерская армия не должна была превышать 30 тыс. человек, страна лиша¬ лась выхода к морю, а над судоходством по Дунаю ус¬ танавливался контроль специально созданной Союзни¬ ческой комиссии1. Договор с последней союзницей Германии — Тур¬ цией союзниками был подписан 10 августа 1920 года в пригороде Парижа Севре. Ко времени подписания до¬ говора большая часть бывшей Османской империи уже была оккупирована странами-победительницами. По Севрскому договору бывшие части империи — Палес¬ тина и Ирак передавались Великобритании, Сирия и Ливан — Франции, Турция также отказывалась от всех своих прав на Аравийский полуостров и Северную Аф¬ рику, признавала английский протекторат над Египтом, аннексию Лондоном Кипра, передавала Италии Додека- несские острова (ныне Южные Спорады), а Греции — Галлиполийский полуостров. Зона черноморских проли¬ вов подлежала полной демилитаризации и передавалась под контроль специальной союзнической комиссии. Турция лишалась также своих исконных территорий в Малой Азии и Курдистане. Условия Севрского мирного договора были столь не¬ благоприятны для турок, что это вызвало массовое не¬ довольство в стране, даже султан не решился ратифи¬ цировать договор. В дальнейшем в результате победы турок в войне 1919—1922 годов с греками и кемалийс- кой революции ситуация в Турции полностью вышла 1 Трианонский мирный договор. М., 1926. 342
из-под контроля европейских стран. В 1922—1923 годах на Лозаннской конференции лидеру Турции Мустафе Кемалю Ататюрку удалось добиться отмены положений Севрского договора и заключить с победителями более благоприятное для его страны соглашение1. Указанные договора и составили основу послевоен¬ ной версальской системы мирового порядка. Ее творцы хотели установить длительный мир в Европе под эгидой США, Великобритании и Франции, но история показа¬ ла, что сделать им это так и не удалось. С одной стороны, тяжелые условия еще сильнее сплотили побежденных, вызвали у населения этих де¬ ржав злобу и ненависть в отношении победителей. Не способствовала устойчивости новой системы междуна¬ родной безопасности и изоляция таких крупнейших ев¬ ропейских стран, как Россия и Германия. Без них было бессмысленно говорить о какой-либо стабильности на континенте. С другой стороны, и серьезные, глубинные разногла¬ сия в стане победителей не позволили создать прочный заслон на пути немецкого реваншизма. Пытаясь извлечь сиюминутную выгоду, каждый из бывших союзников начал вести переговоры с Германией за спиной своих недавних друзей, часто натравливая их друг на друга. В конечном итоге с миром произошло то, чего так опа¬ сались в 1919 году лучшие европейские мыслители: не прошло и 20 лет после торжественного подписания Вер¬ сальского договора, как человечество оказалось втянуто в кровавую пучину второй, еще более жестокой и разру¬ шительной мировой войны. 1 Севрский мирный договор и акты, подписанные в Лозанне. М., 1927.
Заключение Через несколько лет мир отметит 100 лет с начала Первой мировой войны. Еще совсем недавно казалось, что она принадлежит далекому прошлому, представля¬ ет лишь академический интерес для профессиональных историков и ничего общего не имеет с проблемами сов¬ ременного мира. Но к 90-м годам прошлого века, после окончания «холодной войны», развала СССР и других многонациональных государств в Европе на континенте начался новый всплеск национализма и крайне обост¬ рились геополитические, национальные, социально-по¬ литические и общественные проблемы, которые свои¬ ми корнями либо непосредственным образом уходят вэ времена Первой мировой войны, либо порождены ее итогами и особенностями. Самый наглядный тому при¬ мер — положение дел на Балканском полуострове. Какие же уроки можно извлечь из события, опре¬ делившего весь ход XX века, какие выводы можно сде¬ лать? Главным виновником развязывания этой войны вы¬ ступила Германская империя. В правящих кругах этой страны после 1871 года стал бурно развиваться своеоб¬ разный «комплекс неполноценности», выражавшийся в несогласии с тем, что бурно развивающийся в экономи¬ ческом отношении Второй рейх не имеет в отличие от других крупных европейских держав обширных терри¬ торий и заморских колоний. Среди немцев утвердились настроения, что их недавно объединившаяся нация об¬ 344
делена, и они потребовали себе достойного «места под солнцем». Эти амбиции росли год от года и достигли своего апогея к 1914 году. Подготовка к войне в Берли¬ не к этому году была закончена, и пока противники не завершили перевооружение своих армий и флотов, там решили прибегнуть к силе оружия. По вопросу о терри¬ ториальных приобретениях и установления германской гегемонии з Европе в стране был достигнут почти пол¬ ный консенсус: курс на развязывание мировой бойни за передел мира поддержали все ведущие политические силы — от консерваторов до социал-демократов. Одним из главных движущих мотивов германско¬ го империализма стала неприкрытая русофобия. Рос¬ сия стала главным «идейным» противником Германии, и с этим также были согласны все политические силы. Если для пангерманистов наша страна была местом, где великая германская раса имела возможность расши¬ рить свое «жизненное пространство» далеко на восток за счет вытеснения неполноценных славян, то социа¬ листы всех мастей активно выступали за претворение в жизнь хорошо всем известных идей К. Маркса и Ф. Эн¬ гельса, а потому требовали немедленного уничтожения «азиатской» и варварской Российской империи, этакой «тюрьмы народов», страшной тенью нависшей над про¬ свещенными народами Западной Европы и угрожавшей интересам немецкого пролетариата. К сожалению, и после своего поражения в 1918 году в Берлине так и не смогли сделать правильных выводов из этой идеологии национального и классового превосходства, но за это они заплатили очень высокую цену. Актуальный интерес сегодня представляет собой и изучение других аспектов, связанных с итогами войны, в частности, опыта существования международных инс¬ титутов, порожденных войной, результаты функциони¬ рования Версальской системы международной безопас¬ ности. Не секрет, что мир через 20 лет после окончания Первой мировой войны оказался втянутым в пучину еще более кровавой войны во многом из-за того, что, пусть и совсем несовершенная, Версальская система была под¬ вергнута непродуманной ревизии, а деятельность пер¬ 345
вой международной организации — Лиги Наций оказа¬ лась неэффективной из-за неучастия в ее работе с само¬ го начала таких стран, как США, Германия, Россия. «Великая война» 1914—1918 годов не только принес¬ ла огромные жертвы и разрушения, но и стала катализа¬ тором невиданного доселе социального взрыва. Сначала Россию, затем Германию, Австрию, Венгрию, Турцию, многие другие страны потрясли мощнейшие катаклиз¬ мы — революции, братоубийственные гражданские войны. Исчезли династии Романовых, Гогенцоллернов, Габсбургов. Более того, при всех своих издержках Ок¬ тябрьская революция 1917 года послужила многим коло¬ ниальным народам примером для подражания в преодо¬ лении вековой отсталости, вызванной архаичной сис¬ темой социальных отношений. Именно после Первой мировой войны начался необратимый подъем антиколо¬ ниального движения в бывших владениях великих евро¬ пейских держав, драматические события происходили и в крупнейшей стране мира — Китае. Столь же важны были и геополитические изменения, произошедшие в ходе Первой мировой войны. Совсем недавно в политическом плане захолустье мира — Со¬ единенные Штаты Америки — после 1918 года стали без всяких скидок державой с мировыми интересами, обла¬ дающей к тому же самой высокоразвитой экономикой в мире. Без учета мнения Вашингтона теперь не мог ре¬ шаться ни один более или менее важный международ¬ ный вопрос. Европейский же континент, на протяжении многих столетий сохранявший ведущие позиции в миро¬ вой политике и экономике, стал постепенно утрачивать свою доминирующую роль. Огромное влияние Первая мировая война оказала и на развитие вооруженных сил. События на полях сра¬ жений показали, что сохранили свое прежнее значение такие традиционные рода войск, как пехота и артилле¬ рия, повысилась роль инженерных войск и связи, но именно изобретение и внедрение большого числа огне¬ вых средств — пулеметов, минометов и проч. привело к падению значения кавалерии. Зато появились новые 346
виды оружия — авиация, танки, в 1915 году возникли хи¬ мические войска. Обращая внимание на всемирно-историческое значе¬ ние Первой мировой войны, многие историки полагают, что она непосредственно определила развитие мировой цивилизации в последующие десятилетия, стала своеоб¬ разным «прологом» всего XX века. Вот почему думает¬ ся, что события 1914—1918 годов еще долгие годы будут привлекать пристальный интерес не только профессио¬ нальных ученых, но и простых людей во всем мире. Хронология объявления войны Дата Кто объявил войну Кому была объяв¬ лена война 28 июля 1914 года Австро-Венгрия Сербия 1 августа 1914 года Германия Россия 2 августа 1914 года Германия Франция 3 августа 1914 года Германия Бельгия 4 августа 1914 года Великобритания Германия 5 августа 1914 года Черногория Австро-Венгрия 6 августа 1914 года Австро-Венгрия Россия 6 августа 1914 года Сербия Германия 6 августа 1914 года Черногория Германия 12 августа 1914 года Великобритания и Франция Австро-Венгрия 15 августа 1914 года Япония Германия 2 ноября 1914 года Россия Турция 5 ноября 1914 года Великобритания и Франция Турция 23 мая 1915 года Италия Австро-Венгрия 14 октября 1915 года Болгария Сербия 9 марта 1916 года Германия Португалия 27 августа 1916 года Румыния Австро-Венгрия 28 августа 1916 года Италия Германия 6 апреля 1917 года США Германия 7 апреля 1917 года Панама и Куба Германия 27 июня 1917 года Греция Германия 22 июля 1917 года Сиам Германия 4 августа 1917 года Либерия Германия 14 августа 1917 года Китай Германия 26 октября 1917 года Бразилия Германия 7 декабря 1917 года США Австро-Венгрия 11 ноября 1918 года окончание войны 347
Данные по населению, призыву и потерям Потери мирных жителей о о о о 8 о о о 8 со 109 000 589 000 150 000 757 61500 275 000 650 000 о 8 CN 00 о со 00 со 6 300 500 Пленные 2 417 000 о о о CD 8 170 389 о о о о 8 о о о | 4 500 I 34 659 о о о о 00 I 152 958 12318 I 11264 со 1 3 729 4 084 498 150 1538 7 000 Раненые | 2 844 500 О о о о о о со [ 1662 625 | 953 888 о о о CS | 205 690 1 44 686 о о о о CN 1 133 148 | 13 751 | 69 214 1 907 1 149 732 | 152 171 | 41317 | 2314 12 029 10 000 Убитые о о о 00 1 1293464 | 702410 о о о 00 г** ю 1 26620 00 о г*- CD | 42987 1 250000 [ 275000 | 7222 | 64449 | 415 | 56639 | 59330 | 16711 | 1204 7121 о о о о о о о со Мобилизо¬ вано 1 15 398 000 о о о S 00 г** | 6 200 000 1 5 615 000 | 230 000 1 4 273 000 | 267 000 | 750 000 | 707 343 | 100 000 | 1 440 437 о о о 8 00 | 628 964 | 412 953 | 128 525 | 11922 136 070 | 175000 | 50 000 Население на 1914 год | 175 137 800 | 39 700 000 | 46 037 900 | 35 597 800 | 5 463 000 о о о О) О) о о 00 00 со CD г** | 7 560 000 | 4 428 600 | 006 690 9 о о о о о 00 CN со 1 52 312 100 [ 7 692 800 [ 4 921 800 1 1 149 200 | 250 000 6 465 000 [ 441 958 000 [ 440 000 Воюющие страны 1 Россия 1 Франция 1 Великобритания 1 Италия 1 Греция 1 США | Бельгия | Румыния | Сербия 1 Португалия | Британская Индия 1 Япония 1 Канада 1 Австралия I Новая Зеландия | Ньюфаундленд Южно-Африканский Союз | Китай | Черногория 348
3 727 887 425 000 о о о о о со о о о 8 2150000 2 975 000 6702887 4 007 090 993 109 2 200 000 27 029 250 000 3 470 138 7477228 266 ООО о о о со 9 705 972 4 216 058 3 620 000 152 390 445 753 31085 8 465 286 18171258 162 723 000 1 5 963 372 2 036 897 о о о о 87500 о 8 О 00 14 000 4 043 397 10006769 449 ООО 21000 45 685 214 13 251000 о 8 О 8 О) 400 000 2 850 000 25 501 000 71186214 52 700 ООО 1 315 238 900 67 790 000 52 749 900 4 535 000 21373 900 12 300 000 158 748 800 1473987700 Африканские колонии Франции Карибы ВСЕГО АНТАНТА Германия Австро-Венгрия Болгария Османская империя Африканские колонии Германии ВСЕГО ТРОЙСТВЕН¬ НЫЙ СОЮЗ Всего тз ф а <3 s а § о в 3 X < 0) 3 я я < 0) и CQ
Содержание Введение 5 Крах старой Европы 9 Батальоны вступают в бой 57 1915 год: Россия держит оборону 142 На переломе 178 Год обманутых надежд 210 Война и дипломатия 244 Крах Второго рейха 280 Брест и Версаль 305 Заключение 344
Научно-популярное издание ВЕЛИКАЯ ЗАБЫТАЯ ВОЙНА Шацилло Вячеслав Корнелиевич ПОСЛЕДНЯЯ ВОЙНА ЦАРСКОЙ РОССИИ Издано в авторской редакции Ответственный редактор С. Кузнецов Художественный редактор С. Курбатов Технический редактор В. Кулагина Компьютерная верстка Г. Ражикова Корректор О. Супрун ООО «Издательство «Яуза» 109507, Москва, Самаркандский б-р, 15 Для корреспонденции: 127299, Москва, ул. Клары Цеткин, 18/5 Тел.: (495) 745-58-23 ООО «Издательство «Эксмо» 127299, Москва, ул. Клары Цеткин, д. 18/5. Тел. 411-68-86, 956-39-21. Home раде: www.eksmo.ru E-mail: info@eksmo.ru Подписано в печать 29.01.2010. Формат 84х1081/32- Гарнитура «Балтика». Печать офсетная. Уел. печ. л. 18,48. Тираж 3000 экз. Зак. № 21170 Отпечатано по технологии CtP в ОАО «Печатный двор» им. А. М. Горького. 197110, Санкт-Петербург, Чкаловский пр., 15. ISBN 978-5-699-40714-9 IllllllllllllliJ 9"785699"407149 >
Оптовая торговля книгами «Эксмо»: ООО «ТД «Эксмо». 142700, Московская обл., Ленинский р-н, г. Видное, Белокаменное ш., д. 1, многоканальный тел. 411-50-74. E-mail: receptlonOeksmo-sale.nl По вопросам приобретения книг *Эксмо» зарубежными оптовыми покупателями обращаться в отдел зарубежных продаж ТД «Эксмо» E-mail: intemationalOeksmo-sale.ra International Sales: International wholesale customers should contact Foreign Sales Department of Trading House «Eksmo» for their orders. intemstlonslOeksmo-ssle.ru По вопросам заказа книг корпоративным клиентам, в том числе в специальном оформлении обращаться по тел. 411-68-59 доб. 2115, 2117, 2118. E-mail: vlpzakszOeksmo.ru Оптовая торговля бумажно- беловыми и канцелярскими товарами для школы и офиса «Канц-Эксмо»: Компания «Канц-Эксмо»: 142702, Московская обл., Ленинский р-н, г. Видное-2, Белокаменное ш., д. 1, а/я 5. Тел./факс +7 (495) 745-28-87 (многоканальный), e-mail: ksncOeksmo-ssle.ru, сайт: www.ksnc-eksmo.ru Полный ассортимент книг издательства *Эксмо» для оптовых покупателей: В Санкт-Петербурге: ООО СЗКО, пр-т Обуховской Обороны, д. 84Е. Тел. (812) 365-46-03/04. В Нижнем Новгороде: ООО ТД «Эксмо НН», ул. Маршала Воронова, д. 3. Тел. (8312) 72-36-70. В Квэани: Филиал ООО «РДЦ-Самара», ул. Фрезерная, д. 5. Тел. (843) 570-40-45/46. В Ростове-на-Дону: ООО «РДЦ-Ростов», пр. Стачки, 243А. Тел. (863) 220-19-34. В Семаре: ООО «РДЦ-Самара», пр-т Кирова, д. 75/1, литера «Е». Тел. (846) 269-66-70. В Екатеринбурге: ООО «РДЦ-Екатеринбург», ул. Прибалтийская, д. 24а. Тел. (343) 378-49-45. В Киеве: ООО «РДЦ Эксмо-Украина», Московский пр-т, д. 9. Тел./факс: (044) 495-79-80/81. Во Львове: ТП ООО «Эксмо-Запад», ул. Бузкова, д. 2. Тел./факс (032) 245-00-19. В Симферополе: ООО «Эксмо-Крым», ул. Киевская, д. 153. Тел./факс (0652) 32-90-03, 54-32-99. В Казахстане: ТОО «РДЦ-Алматы», ул. Домбровского, д. За. Тел./факс (727) 251-59-90/91. rdc-almaty@mall.ru Полный ассортимент продукции издательства «Эксмо»: В Москве в сети мвгвэинов «Новый книжный»: Центральный магазин — Москва, Сухаревская пл., 12. Тел. 937-85-81. Волгоградский пр-т, д. 78, тел. 177-22-11; ул. Братиславская, д. 12. Тел. 346-99-95. Информация о магазинах «Новый книжный» по тел. 780-58-81. В Санкт-Петербурге в сети мвгвэинов «Буквоед»: «Магазин на Невском», д. 13. Тел. (812) 310-22-44. По вопросам размещения рекламы в книгах издательства «Эксмо» обращаться в рекламный отдел. Тел. 411 -68-74.
Первая Мировая война стала величайшей ката¬ строфой в человеческой истории, унеся десятки миллионов жизней и погубив четыре империи, в том числе и Российскую. И хотя об этой трагедии написа¬ ны целые горы книг, жаркие споры о ее причинах, итогах и альтернативах продолжаются до сих пор, а многие вопросы по сей день не имеют однозначного решения. И главный из них: могла ли Россия выи¬ грать войну? Правда ли, что русская Империя пала буквально в шаге от своего величайшего триумфа? Не случись революции - удалось бы нашей армии летом 1917 года опрокинуть германский ^ фронт, а флоту осуществить успешный десант на Царьград? Были ли у нас > реальные шансы на победу? * Эта книга отвечает на самые слож- 3!т ные и спорные вопросы отечественной истории, восстанавливая целостную картину последней войны царской России. - АЛ /ЯУЗА