Морской сборник 1990 № 07

Tags: журнал журнал морской сборник

ISBN: 0134-9236

Year: 1990

Similar

Морской сборник 1990 № 01

Морской сборник 1990 № 12

Морской сборник 1990 № 10

Морской сборник 1990 № 06

Text

За нашу Советскую Родину1
ЖУРНАЛ ВОЕННО-МОРСКОГО ФЛОТА СССР
ИЮЛЬ 1990 г.
7 (1724)
ИЗДАЕТСЯ С МАРТА 1848 г.
ПОЗДРАВЛЯЕМ ВСЕХ
ВОЕННЫХ МОРЯКОВ И ДРУЗЕЙ ФЛОТА
С ПРАЗДНИКОМ-
ДНЕМ ВОЕННО МОРСКОГО ФЛОТА СССР!
Не пытаются ли нас осмысленно «затолкнуть» в
разряд третьестепенной державы? (с. 3),
В советской печати появились такие сведения о ПЛА
«Комсомолец», которые удивили даже американских
разведчиков (с. 8).
Еще один путь преодоления формализма в боевой
учебе (с. 29).
Открываем рубрику «Галерея русских
флотоводцев» (с. 33).
Увеличить число нахимовских училищ! (с. 43).
Спасение экипажей аварийных ПЛ (с. 57).
Элита английских королевских ВМС (с. 69).
Потрясенный своим поражением, адмирал
российского флота возвращает пожалованные ему ордена и
отличия (с. 74).
ИЗДАТЕЛЬСТВО «КРАСНАЯ ЗВЕЗДА»
МОСКВА

РЕДАКЦИОННАЯ
КОЛЛЕГИЯ:
Г. Д. Агафонов
(главный редактор),
В. И. Алексин,
Д. М. Алпатов,
В. Н. Безносое,
Л. Л. Белышев,
В. В. Будеев,
Ю. А, Быстрое,
Н. Л. Гавриленко,
(ответственный
секретарь),
В. К. Захарьин,
В. И. Зуб,
В. С. Калашников,
Ю. П. Квятковский,
В. В. Кочеров
(зам. главного
редактора),
М. М. Крылов,
О. Н. Кувалдин
(зам. главного
редактора),
Л. П. Кучеров,
В. Т. Лосиков,
Я. Г. Махонин,
Г. И. Щедрин.
Адрес редакции:
Москва, Чаплыгина, 15.
Для переписки:
103175, Москва, К-175,
«Морской сборник»
Телефоны:
204-25-34, 925-50-28.
Технический редактор
Обухова Т. А.
Содержа ние
время и флот
A. Проханов. На волнах штормовой эпохи 3
B. Николаев. Гласность и тайна ... 8
Актуальный диалог: политорганы и перестройка 11
Сомнений своих не скрываю 14
Флотская хроника 16
«Флаг Родины» — 70 лет 19
Письма в редакцию 20
ВОПРОСЫ ТЕОРИИ
В. Поникаровский, О. Мрыкин. Потери
авианосцев во второй мировой войне . . 22
ПОХОДЫ, ПОЛЕТЫ
И. Штукатуров. Менять стереотипы
мышления и действий
Е. Привалов. Всего один день ....
М. Чевычелов. Мечтает ли стартех генералом
стать
ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ
Е. Путятин. Соображение об устройстве
морского воспитания в России на новых
началах
Т. Байдаков. Матросы Наркомпроса
И. Иваненко. Каким быть нахимовскому
военно-морскому училищу
A. Прасол. Наследники чести ....
Наши консультации
ВООРУЖЕНИЕ И ТЕХНИКА
М. Павлов, И. Марфин, А. Новиков.
Спасение экипажей подводных лодок
Можно ли поднять «Комсомолец»?
ВДНХ СССР: Судостроители —
предприятиям народного хозяйства страны
ПО ИНОСТРАННЫМ ФЛОТАМ
B. Пархоменко, Ю. Пелевин. Важный
элемент инфраструктуры ПЛО
В. Кожевников. Кто служит на английских
ПЛАРБ?
М. Большаков. По страницам иностранной
печати 72
СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ
Б. Шереметьев. Гром среди ясного неба
A. Киличенков. «Совершить внезапное
нападение на Мемель...» ...
ФЛАГМАНЫ
B. Миронов. По комсомольскому призыву
Из записок адмирала Платонова
КАЮТ-КОМПАНИЯ МС
Н. Черкашин. Единственный шанс
КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ
М. Монаков. По поводу одного
«литературного» спора
А. Тараканов. Мессина помнит русских
моряков
На цветной вклейке (между с. 64 и 65)
Эскадренный броненосец «Пересвет»
Фрегаты типа «Кортенаэр» ВМС Нидерландов
Зенитный ракетный комплекс «НАТО Си Спарроу»
На 1-й стр. обложки — На встречу с океаном
Фото Ю. Пахомова
29
34
40
43
47
50
52
55
57
61
63
65
69
74
80
84
87
92
95
Сдано в набор 23.05.90.
Формат 70X1087.6.
Усл. печ. л. 8,4 + вклейка
Заказ 1327
Подписано к печати 11.07.90.
Бумага типографская № 1.
печ. л. Усл. кр.-отт. 14,88
Г-40554
Высокая печать.
Уч-изд. л. 10.9.
Цена 50 коп.
Адрес ордена «Знак Почета» типографии газеты «Красная звезда>:
123826, ГСП, Москва, Д-317, Хорошевское шоссе, 38.
«Морской сборник», 1990.

ВРЕМЯ И ФЛОТ
Полемические заметки
НА ВОЛНАХ ШТОРМОВОЙ
ЭПОХИ
Александр ПРОХАНОВ
/СЕГОДНЯ, когда мы пытаемся концептуально осмыслить нашу новую военную
V-/ доктрину, стремительную эволюцию в сфере обороны, то неизбежно
сталкиваемся, и это очевидно, с путаницей понятий, ибо каждый из нас в силу своих
экстравагантных либо угрюмо-депрессивных, а чаще наивно-дилетантских представлений о
Вооруженных Силах и их предназначении вольно или невольно способствует
порождению того мировоззренческого хаоса, который ныне окружает военно-стратегическую
деятельность государства.
Еще недавно этого хаоса не было и по существу весь военный процесс
подчинялся многократно проверенной схеме, в недрах которой на протяжении почти всех
семидесяти лет творилась оборонная политика Советского Союза. Суть схемы
сводилась б тому, что в мире существует тотальная, непримиримая конфронтация двух
сверхструктур, двух моделей общественно-политического развития. Мы полагали, что
будущее за социалистической моделью, и рассматривали ее развитие на фоне, что
само собой разумелось, непрерывно деградирующей капиталистической. Все эти
семьдесят лет мы воспитывались на идее мировой революции, и наша доктрина,
строительство Вооруженных Сил, их использование на театрах военных действий
подчинялись именно этой идее. Мы считали ее нормой жизни, развивали ее до предельно
устрашающих отметок на грани мировой катастрофы, в то же время оставаясь
уверенными, что такая политика как раз и позволяет создать надежный барьер третьей
мировой войне.
Вследствие этой политики мы сознательно включились в изматывающую гонку
вооружений, которая порождала не только новые образцы техники и вооружений,
но и глобальную активность в различных районах земного шара, превращая его в
зоны стратегических геополитических усилий, военных акций. Под эту прикрытую
идеологическими маскхалатами и не всегда понятную для широкой публики
сверхзадачу подвёрстывался весь наш интеллектуальный, научный и военный потенциал.
В рамках этой акции особая роль отводилась флоту, который всегда был для
России областью мучительных и сложных забот, ибо история России — это история
превращения сухопутной державы в морскую и военно-морскую. Страна стремилась
в океан, разрывая путы многоликих внутренних проблем, прочно удерживающих нас
в зоне гравитации протяженных земных пространств. Долгий, многотрудный процесс
был завершен в наше советское время.
В ту пору молодой журналист, писатель, я был свидетелем этого гигантского
рывка в Мировой океан. Помню авианесущий крейсер «Минск», его участие в
маневрах на Тихом океане. Наносился комплексный удар нашей авиацией, надводными
кораблями и подводными лодками по гипотетическому противнику. Осуществлялась
сложная кибернетика противостоящих усилий. Я видел, как с напряжением всех сил
решалась эта задача и как блистательно она была выполнена. Осталось в памяти,
как на опасных сверхнизких высотах нас облетали боевые натовские самолеты, как
ощутим был тугой удар воздуха от пронесшегося над самой головой сгустка
чужеродной энергии.
Помню, как в Средиземноморье среди «античных» вод я испытал необычное
ощущение опасности, когда наш акустик установил контакт с ядерной американской

субмариной, которая патрулировала s районах южнее Италии, в этом
средиземноморском омуте, где «паслись» американские подводные лодки, нацелившие свои
системы на Крым, Донбасс, на всю нашу южяоевропейскую зону.
Когда новый набирающий силу режим Анголы вступил в отчаянную схватку с
моторизованными бригадами ЮАР, в ее эпицентре оказались наши люди. Я помню
русских рослых парней, которые рыли окопы в красном грунте Африки, создавая
надежный бруствер обороны молодой республики.
Годом позже мне довелось быть на сторожевом корабле, который нес
радиолокационный дозор у берегов Израиля, и я невольно стал участником драматической
ситуации на Ближнем Востоке, когда израильские самолеты бомбили долину Бекаа в
Ливане. Память хранит напряженные ночные дежурства, рубку, синхронное
движение лучей по экранам станций и влетающие в них блицы от израильских самолетов.
Флот участвовал в глобальной конфронтации, роль и значение которой, увы,
остались для широкой публики неведомыми. Тогда что ни год, а то и месяц в
составе наших соединений появлялись новейшие корабли и мир ахал, встречая их там,
где вчера даже не предполагал увидеть. Это был ренессанс нашей оборонительной
мощи, совершенно потрясающий взрыв технической мысли. Мы создавали
уникальные подводные корабли. На одном из них мне довелось участвовать в плавании, и я
видел неведомую гражданскому люду борьбу под «полярной шапкой», когда мы
демонстрировали поразительные возможности нашей техники.
Именно тогда была окончательно сформулирована концепция триады, установлен
паритет. Мы добились его неимоверно дорогой ценой. Зачастую наши корабли
длительное время действовали в отрыве от мест базирования, там, где противник
доминировал. И это безбазовое многомесячное пребывание флота в океане на бочках и
якорях, когда противостоящая сторона имела Сингапур, Дурбан, Мальту, Неаполь,
Пиреи, Йокосуку, предопределило успех в той невидимой миру патетической борьбе.
В результате и был установлен баланс. Конечно, паритета в океане не было,
как нет его и сейчас, но тем не менее ансамбль усилий, в которые был включен флот,
создал фундамент военно-стратегического паритета. Ситуацию неописанную, во
многом загадочную, которая, возможно, так и останется нерасшифрованной, хотя, если
задуматься, это фазис мировой истории. Действительно, гонка вооружений двух
сверхструктур, эскалация военных программ, пропагандистских выпадов, вражды,
ненависти, подозрительности привели нас к очень опасному пределу, неконтролируемому,
неуправляемому рубежу, когда эта помпа, работающая с двух сторон, взвинтила
нервы, психику миллионов, привела в необычайное напряжение типы вооружений,
которые уже не поддавались контролю. По существу, вооружения уже начинали жить
своей собственной жизнью, и мы вступили в некую непредсказуемую инвариантную
ситуацию, когда супертехнология, в том числе и на флотах, могла сама диктовать
решения в силу имманентных свойств, когда политики уже должны были находить
свое место в той ситуации, которую создала технология.
К этому моменту обе стороны пришли к пониманию того, что все это может
окончиться плачевно для цивилизации. И вот тогда в недрах военной конфронтации
начала вырабатываться идея компромисса, которую сегодня называют идеей нового
мышления. Она вырабатывалась не в среде специалистов по международным
отношениям, не среди идеологов, писателей, философов, физиков, а именно в сфере воен-
йой конфронтации. По существу новое политическое мышление стало порождением
гонки вооружений и ощущения какого-то непредсказуемого элемента в развитии
истории, на который надо было, грубо говоря, набросить намордник, узду, и первыми
это почувствовали военные.
Необходимо было задержать уровень дальнейшей гонки вооружений. Остановить
ее. И -для того чтобы обе стороны могли твердо убедиться, что она действительно
остановлена, надо было добыть объективные данные друг о друге. И удивительно,
вместо того чтобы, как прежде, создавать экраны дезинформации, выуживать
необходимые сведения, штабы начали поставлять друг другу реальную информацию о
состоянии собственных вооружений. Началась военная конвергенция, по существу
возник зародыш наднационального военного штаба, наднационального военного
центра, который мог бы контролировать ситуацию как в одной, так и в другой стране.
Идеи телефонов «горячей линии», контроля маневров и учений, мер по обеспечению
безопасности зарождались там, в недрах конвергирующих ведомств. И идея
снижения постпаритетного уровня конфронтации наступила только тогда, когда появилась

ТАК? «Тбилиси». Полеты окончены
возможность для Диалога. Люди, которые в *6чёнйе Десятилетий создавали эту
гигантскую машину соперничества, зная ее законы развития, крепящие узлы, вею ее
механику, и должны были постепенно, поэтапно ее демонтировать. Ни пацифисты,
ни писатели, ни витии-философы, которые оперируют лишь
эмоционально-психологической сферой, а именно военные, которые создавали этот гигантский двигатель,
вмонтированный в океанские и земные глубины. И разоружение происходило бы
именно по такой концептуальной схеме, если бы в этот процесс довольно быстро на
фоне новых перемен, которые произошли в Союзе, не включились люди другого
уровня, не имеющие никакого отношения к военной сфере. Это были дилетанты, иногда
авантюристы, иногда фанаты каких-то надуманных идей, иногда люди, ищущие
скорой известности и популярности. И последние выборы в наш российский парламент
это доказали. И в процесс концептуального разоружения оказались привнесенными
элементы авантюры, беспардонного популизма.
Когда в атомный реактор четвертого чернобыльского блока суются дилетанты
или пьяницы, происходит взрыв. Когда в проблемы паритета, который нам достался
такими усилиями, который создавал сложные, но вероятные пути равномерного
разоружения обеих сторон, вклинились дилетанты, процесс разоружения в нашей стране
стал, на мой взгляд, не чем иным, как разорением нашего военного потенциала,
нашего военного могущества, что может трагически кончиться не только для СССР,
но и для мира в целом, ибо машина взаимной конфронтации имеет два пульта
управления, один из которых находится в руках противостоящей стороны. Так в Союзе был
загущен двигатель по разрушению Советской Армии и ВМФ. Действует мощная
пропагандистская машина, которая точно и блестяще, пользуясь какими-то глубокими
разработками, уничтожает военное могущество СССР.,,Это уничтожение ведется по
нескольким направлениям.
Первое. Повсеместно идут разговоры о том, что Советы, получив ядерное
оружие, готовят уничтожение планеты, ядерный апокалипсис двадцатого века. И
виноваты, мол, в этом Вооруженные Силы. Под эту сурдинку провозглашается
немедленное и неограниченное разоружение, в ходе которого мы, в отличие от США, уже
уничтожили лучшие классы своих ракет. Причем то, ради чего недавно разорили тысячи

русских деревень, жертвуя благом народа. И нынче, взрывая ракеты, мы вторично
разорили эти убогие крестьянские поселения. С такой же поспешностью, по существу,
разрушен Варшавский Договор, сломаны охранительные геополитические пояса,
которые так трудно формировались в тяжелейшее послевоенное прошлое. По существу,
пакт, как достояние, завещанное нам павшими двадцатью миллионами
соотечественников, мы потеряли. На наших глазах с отвратительными глумлениями-напутствиями
лилипутов от политики изгоняют наши военные контингенты из стран Восточной
Европы.
Второе. Пропагандируется тезис о том, что наша военная промышленность
является страшным бременем для экономики, которая развалилась потому, что всю нашу
энергию высосал зтот оборонный вурдалак. Поэтому у нас нет колбасы, «овсы не
родятся» и прочее. И под этот тезис совершается конверсия, в результате которой, как
кое-кто полагает, наступит изобилие. Но ведь конверсия — это такой же долгий,
неимоверно сложный процесс, как и наращивание военных технологий. Мы же эту кеа-
версию осуществляем поэтически-романтически, предлагая военно-оборонным
производствам заниматься кофеварками, одноразовыми шприцами и презервативаш, что
они, конечно же, могут сделать, но при этом мгновенно растеряют весь свой потен*
циал и уникальный воекко-технологический и технологический опыт. Мы переводим
их в разряд третьестепенного производства, разоряем, и теперь уже, может быть,
навсегда. Уничтожая танковые заводы, оснастку для производства подводных лодок,
мы разгоняем коллективы рабочих, которые были в состоянии заниматься
уникальным производством,— коллективы интеллектуалов, которые были в состоянии
создавать эти сверхмашины и плодами достижений которых у нас всегда, и это нужно
подчеркнуть особо, пользовалось наше народное хозяйство. Нас осмысленно, на уровне
государственной политики, заталкивают в третьестепенные державы, исключая из
влияния на будущее развитие. Мы ликвидируем тот потенциал, который набирали
не вследствие ограбления Африки, Азии и других континентов, а в результате
титанических внутренних усилий и, чего греха таить, в результате самограбежа,
превратившего города и деревни в развалины, а соотечественников во взаимных врагов.
Мы разрушаем то, что создавали тяжелейшим трудом миллионов на протяжении
десятилетий, в результате чего мы догнали в военном отношении передовые развитые
капиталистические государства. Разрушаем, превращая нашу страну в
этнографический заповедник, куда будут приезжать из-за рубежа осматривать наши
отреставрированные храмы, садово-огородные поселки и остатки архипелага ГУЛАГа. Таким
образом, нынешняя конверсия, которая ведется такими антинациональными,
антигосударственными средствами, — это еще один удар по Вооруженным Силам.
Третье. Создан мощный миф о том, что армия и флот — это звероферма, где
деградирует личность, что отношения в Воорул;енных Силах зилсдутся на самых мерзких
низменных инстинктах. Если всегда жертвенность, товарищество, этика в дружинах,
полках, во флотских экипажах, братство фронтовиков отличало воинство и
считалось высшим проявлением человеческого взаимодействия, то теперь факты
привнесенной извне ^дедовщины» или «годковщины», которые действительно гнусны и
отвратительны, превращенные в инструмент политического давления, внушают
народу ужас перед службой в Вооруженных Силах. Армия и флот отсекаются от народа.
Одной из форм воздействия на армию и флот является и положение
военнослужащих. Я знаю, каковы условия жизни офицеров в военно-морских базах на наших
флотах. Помню продуваемые всеми ветрами бараки, где существуют, иначе не
скажешь, болеющие авитаминозом дети моряков. Социальное положение офицерства
ужасно. И это используется тоже. В офицерской среде зреет недовольство. Младшие
офицеры отделяются от адмиралитета, генералитета.
Особая статья — афганцы. Это последний контингент, который воевал за
государство, за социализм, в то время, когда этот социализм в собственной стране
опошлялся и разворовывался. Когда мерзавцы всех мастей пропивали и проедали
государство, эти люди клали за него головы, а те, кто вернулся, оказались преданными.
Весной во время очередной эскалации военных действий в Закавказье мне довелось
побывать там, и я видел, как одни афганцы-армяне стреляют в других афганцев-
азербайджанцев, а русские-афганцы вертолетчики сверху бьют по тем и другим.
Пули, которые не достали их в ущельях Гиндукуша, находят их здесь, на родной
земле. Стало уже праймом, что в дыры межнациональных конфликтов, которые не в

состоянии залатать породившие их политики, бросают армию, а впоследствии делают
ее же виновницей этих конфликтов.
Надо развеять миф о рае, который ждет человечество в XXI веке и к которому
сегодня по наивности или целенаправленно готовят наш народ. Убежден, будущий
век — это век кризисов: борьба за ресурсы, за биосферу, за рынки сбыта, за зоны
влияния. Уже сегодня совершенно отчетливо вырисовывается новая конфигурация
мира — объединенная Германия, конфронтация между Штатами и Японией,
модернизирующийся Китай, объединяющийся в халифат исламский мир. Надо думать о том,
что мы в XXI веке окажемся в окружении могущественных соседей, которые будут
испытывать искушение ради новых пространств применить против слабого военную
силу. И Россия должна думать о том, какой она вступит в новый век: безоружной
и отсталой или крепкой, готовой постоять за себя.
Необходимо знать, что стремительное развитие технологий неизбежно скажется
на появлении новых типов различных экзотических вооружений. Они появляются не
в ходе строительства баров и автостоянок, а рождаются в сфере вооружений. Запад
их наращивает, мы уничтожаем. Мы оказываемся перед лицом нарождающегося
технологического империализма. И об этом надо говорить во всеуслышание. Надо,
наконец, ударить по рукам пацифистски настроенных экономистов, которые нас разоряют.
Наше общество вступило в эпоху катастрофы. Базис не развивается, и те, кто
сегодня отчаянно борется за власть, не имеют никакого отношения ни к базису, ни
к рабочим районам, где живет основная масса трудящихся, ни к межнациональным
конфликтам. Военные — единственная сила, которая может действовать в любых
условиях. Я видел в Чернобыле, как солдаты с лопатой и метлой «шли на уран». Видел,
как они же ногтями выковыривали в Спитаке погибших под развалинами. И сейчас
лишь армия оказалась между двумя воюющими советскими республиками в
Закавказье. Поэтому только армия в условиях тотального кризиса может выполнить
миссию спасения. Армия в пору катастроф — монастыри в пору монгольских нашествий.
И военные должны готовиться к этой миссии. Только армия спасет наш народ. Не
дубинками и не плексигласовыми щитами, а кровом и полевой кухней.
В армии и на флоте должна появиться новая идеология. Мы до сих пор гоним
по нашим идеологическим структурам мертвую воду. Надо немедленно перекрыть
вентили либо наполнить системы свежей идеологией национального возрождения.
Для того чтобы поднять престиж армии, надо создавать свою гражданскую
инициативу в защиту интересов Вооруженных Сил среди всех остальных борющихся
интересов. И это будет та политическая структура, которую, я убежден, поддержит
народ. Потому что наши Вооруженные Силы в отличие от армий капиталистических
государств не кастовые организации. Это сам народ. Интересы реальных военных —
это интересы нации, интересы народа.
«Народ и армия — едины» — этот приевшийся в годы застоя лозунг настала
пора осуществить на деле. Слова уже сказаны. Спасти нас сегодня может лишь дело.
Так поступают советские моряки
Щ Сирийский десантный корабль повредил носовую часть. Его моряки пытались
заделать пробоину своими силами, но полностью устранить неисправность не удалось.
В трюм продолжала поступать вода. Дальнейшее выполнение учебной задачи было
затруднено. На помощь сирийцам пришел экипаж водолазного бота, где командиром
мичман Ю. Суханов.
Первым под воду пошел старшина 2-й статьи В. Гудайтис. Он тщательно
обследовал место повреждения, доложил, какие материалы, инструменты необходимо срочно
готовить... Следом под воду пошел старший инструктор мичман В. Савченко — самый
опытный специалист экипажа. Стаж его работы более 170 часов. Что только не
приходилось ему делать под водой: снимал тросы, опутавшие винты кораблей, искал и
находил учебные торпеды, потерянные якоря. И каждое задание мичман выполнял
успешно. И на этот раз старший инструктор, как говорится, показал класс, чем заслужил
искреннее восхищение и десантников, и своих подчиненных.
Сирийские моряки выразили экипажу водолазного бота благодарность, угостили
крепким душистым чаем.
Я Шли обычные учебные спуски. На счету водолаза-инструктора старшины 1-й
статьи О. Батуева таких тренировок было не один десяток. Но эта запомнится ему на
всю жизнь. Неожиданно на дне бухты он обнаружил окованный жестью ларец, в
котором, как выяснилось позже, находились золотые и серебряные монеты, украшения
с драгоценными камнями.
В тот же день старшина вместе с товарищами сдал клад в один из районных
отделений милиции. По предварительным оценкам, общая стоимость ларца 350—
400 тыс. руб.
Еще раз были приятно удивлены работники милиции и сослуживцы Олега Батуе-
Еа, когда услышали из уст моряка-тихоокеанца заявление: 10 из 25 процентов от
причитавшегося ему вознаграждения старшина передает на нужды флотского комсомола.
Вот это подарок!

ясность
и
Недавно в газете «Уолл-стрит джорнэл» была опубликована статья,
посвященная трагическим событиям, связанным с подводной лодкой «Комсомолец».
Автор статьи У. Карли отмечает, что благодаря гласности в СССР в печать
просочились такие сведения о корабле, которые крайне удивили сотрудников
американской разведки. В связи с чем начальник разведки ВМС
контр-адмирал Т. Брукс отметил: «Гласность позволила нам получить такие бесценные
сведения... о Советском Союзе, для сбора которых нам бы с применением
традиционных разведывательных методов пришлось израсходовать миллионы
долларов и потратить долгие годы».
МНЕ КАЖЕТСЯ, что слова
адмирала Брукса наводят на
серьезные размышления, и прежде всего о
том, почему сегодня предаются
гласности сведения, составляющие
государственную или военную тайну. К
сожалению, некоторые средства массовой
информации давно сделали свой выбор
в пользу гласности «без границ» и
решительно прорываются в те сферы
военной деятельности, которые всегда
хранились за «семью печатями».
Однако дело не в настойчивости
журналистов. Дело в непонятной, порой просто
необъяснимой уступчивости тех, кто
стоит на страже секретов. Боясь
прослыть ретроградами, они широко
распахивают двери едва ли не перед
любым желающим заглянуть в святая
святых наших государственных интересов.
В немалой степени на эту уступчивость
оказало влияние широко
распространяемое мнение о том, что нам ничто и
никто не угрожает, а следовательно, и
заботиться о сохранении тайны, в том
числе и военной, нет большой
необходимости. Так ли это?
Разумеется, нет. Администрация Дж.
Буша по-прежнему уделяет повышенное
внимание получению, оценке и анализу
информации о переменах в Советском
Союзе, направлениях строительства и
повседневной деятельности его
Вооруженных Сил. Задействована мощная,
хорошо отлаженная и постоянно
совершенствуемая структура
многочисленных разведывательных служб, где,
по самым скромным подсчетам,
трудится до 200 тыс. специалистов.
Ежегодные ассигнования на разведку, по
оценке американской прессы,
составляют более 30 млрд. долларов.
Повышенное внимание к ней объясняется не
только заявлением президента Дж.
Буша, что от разведки зависит
безопасность нации, но и тем фактом, что
нынешний хозяин Белого дома
великолепно разобрался в значении секретных
служб в бытность свою директором
Центрального разведывательного
управления (ЦРУ). Знание Дж. Бушем
сильных сторон разведки объясняет
также и наличие большого числа ее
ветеранов в аппарате Совета
национальной безопасности (СНБ). Достаточно
сказать, что советником президента по
национальной безопасности является
военный разведчик генерал Брент Ско-:
укрофт, а его заместителем — ветеран
информации ЦРУ Роберт Гейтс.
Что из себя вкратце представляет
разведывательное сообщество?
Правофланговым ведомством стратегической
разведки США считают ЦРУ,
директор которого одновременно возглавляет
центральную (национальную) разведку
с прямым подчинением президенту и
СНБ, определяющими главные задачи
всему разведсообществу. Основной
костяк его — военная разведка,
координацию деятельности всех элементов
которой осуществляет Разведывательное
управление министерства обороны
(РУМО). В его интересах используется
более ста различных
научно-исследовательских учреждений.
Управление национальной
безопасности (УНБ) осуществляет руководство
всей радио- и радиотехнической развед-
8

кой страны, перехват и
дешифрирование кодов других государств, а также
обеспечивает безопасность средств
связи и информационных систем во всех
федеральных ведомствах.
В состав министерства ВВС
организационно входит еще одно ведомство —
Национальное управление воздушно-
космической разведки (НУВКР),
которое руководит эксплуатацией
разведывательных искусственных спутников
Земли. Управление также ведет
разработку миниатюрных разведывательных
спутников нового поколения и
фактически является основным поставщиком
видовой информации для всей
стратегической разведки.
Каждый вид вооруженных сил США
имеет свои эффективные
разведывательные службы, соответствующие
необходимому оперативному обеспечению
боевых компонентов каждого вида ВС,
которые также выполняют отдельные
задачи стратегической разведки.
Словом, дело по поиску секретов
поставлено на весьма солидную базу,
которую мы вольно или невольно
укрепляем режимом «наибольшего
благоприятствования» в политике гласности.
Гласность породила мощный
информационный вал, в котором разве что
«пытаются не утонуть» информационно-
аналитические службы
разведывательного сообщества США. В США в конце
80-х гг. в интересах сбора информации о
Вооруженных Силах СССР за счет
анализа публикаций открытой печати при
военно-штабном колледже сухопутных
войск был создан отдел по изучению
Советской Армии. Больше сотни
специалистов отдела изучают такие проблемы,
как авторитет армии и флота у нас в
стране, развитие межнациональных
отношений в них, анализируют кампанию
по дискредитации Вооруженных Сил,
проводимую средствами массовой
информации. Американцы, например,
целиком переводят и издают в виде пресса
релиза каждый номер «Красной
звезды», «Морского сборника»,
распространяют статьи из многих других
советских военных изданий.
Характерен эпизод работы
исследовательской службы библиотеки
конгресса США. В ходе изучения военно-техт
нической информации американцы
выявили, что наши отдельные
изобретатели, безуспешно пытающиеся
«протолкнуть» свои творения, добивались
публикации собственных открытий под
видом... научной фантастики. Так, после
«продувки» модели «самолета
будущего», проект которого был приведен в
научно-фантастической повести,
выяснилось, что он по своим данным
превосходит имеющиеся в США. И им
срочно занялись авиастроительные
компании.
В условиях перестройки и
расширения гласности в СССР для разведки
США особое значение приобретают
вопросы использования так
называемого «человеческого фактора», который
позволяет добывать детальную
информацию о военно-экономическом
потенциале СССР и тех военных программах,
по которым Советский Союз
опережает Соединенные Штаты. Согласно
приводимым американскими газетами
данным, из выделенных на повышение
эффективности разведки против СССР
и стран Восточной Европы в 1990 г.
дополнительных 5 млрд. долларов
львиная доля пойдет на оплату
агентурной работы, то есть на поиск
потенциальных источников информации.
Действительно, разведке есть где
«разгуляться»: расширяются советско-
американские контакты на всех
уровнях, как грибы после дождя растут
многочисленные совместные
предприятия. Все более нагло ведут себя
«интуристы», разгуливающие с
видеокамерами по территориям наших
военно-учебных центров. Причем свой
интерес к военным или имеющим двойное
назначение технологиям, требующим
дорогостоящих фундаментальных
исследований, американцы почти не
скрывают. В такой обстановке уже даже не
кажутся странными призывы наших
новоявленных экспертов раскрывать
через два—четыре года засекреченную
техническую информацию.
Естественным общим результатом
усилий американской разведки и нашей
собственной безалаберности и
укоренившейся безответственности явилась
передача нашими деятелями от науки - и
техники многочисленных
технологических разработок и идей американской
стороне практически за спасибо.
Ценнейшая техническая информация
«дарится» шалеющим от таких сюрпризов
специалистам США нашими
активистами развивающегося
советско-американского сотрудничества в области науки

и техники, как правило, «в обмен»
всего лишь на хороший прием. И
обласканные улыбками и объяснимым
вниманием словоохотливые гости из
Советского Союза рассказывают все, что
знают, нимало не заботясь об ущербе,
который наносят своей стране.
Известны, например, факты
подобного «плодотворного сотрудничества»
ученых мужей Института атомной энергии
имени И. В. Курчатова с создателями
СОИ в США. Однако у них немало
«конкурентов» по этой части.
Например, представители
авиапромышленности. Там тоже любят быть добрыми за счет
наших военных летчиков. Недавно
увидел привлекательный крупный
заголовок в американской газете «Канадский
летчик пилотирует советский
истребитель МиГ-29 на авиавыставке в
Канаде». А мелким шрифтом ниже:
«Советский летчик в компании с
американским пилотирует истребитель F-4
«Фантом». Что-то не спешат наши
новоявленные партнеры по обмену
информацией «прокатить» в ответ наших
летчиков. Не на снятом с вооружения в
ВВС США «Фантоме», а на F-18 или
F-16, к которым нас пока и близко не
подпускают.
Американцы дали должную оценку
появлению на вооружении наших ВВС
самолетов Су-27, МиГ-29 и МиГ-31,
которые обратили на себя внимание
своей маневренностью и
энерговооруженностью. Эскадрильи «Агрессор»,
изображающие в учебных воздушных
боях советскую сторону, американцы
поспешили перевооружить на F-16,
более близкие по параметрам к советским
образцам. Насколько известно, после
скандала с АНТом чуть было не
исполнилась и голубая мечта ВВС — в
штате «Агрессора» могли вполне
появиться наши МиГ-29. А добряки из Авиа-
прома, кажется, и не подозревают, что
образцы боевой техники разведка
добывает также и в целях создания средств
борьбы именно против этих боевых
машин.
Расширение советско-американских
научно-технических связей
действительно напоминает пока улицу с
односторонним движением, где в качестве
регулировщика выступает разведка
США. Сегодня она большое внимание
уделяет отслеживанию направлений
развития родов сил ВМФ, особенно
морских систем стратегического
ядерного оружия, обладающих, согласно ее
оценкам, большей мобильностью,
скрытностью и живучестью по сравнению с
наземными. Судя по публикациям в
американской прессе, Пентагон, который
традиционно рассматривает Мировой
океан как «американское озеро» и
весьма ревниво относится к любому
проявлению нашей военно-морской
активности вне акваторий Черного и
Балтийского морей, внимательно изучает любую,
самую незначительную информацию о
ВМФ СССР.
Особый интерес для американской
разведки представляют данные о
строительстве и совершенствовании наших
подводных лодок и их вооружении,
развитии сил и средств ПЛО. Разведка
США предпринимает значительные
усилия по добыванию информации,
обеспечивающей достоверную
классификацию ПЛАРБ. Осуществляется
детальное изучение и анализ их
технических разведывательных признаков. В
этой связи можно понять недавний
восторг американских разведслужб,
когда в западной печати появилось сообг
щение о получении от каких-то
«доброхотов» с советской стороны снятого
под водой видеофильма о лежащей на
океанском дне атомной подводной
лодке «Комсомолец». По заключению
американских специалистов, в руки
разведки попала недоступная ранее
информация.
Другой факт. В прошлом году
американцам предоставили возможность
осмотреть нашу новейшую атомную ПЛ,
однако эта акция осталась односторонней.
Ответного приглашения для посещения
американской субмарины пока,
насколько известно, не последовало.
В связи с усовершенствованием
технических средств сбора и обработки
информации ожидается качественный скачок в
процессе подготовки военно-политической
информации для высшего руководства
США. Предполагается, что создавшаяся
в СССР обстановка позволяет расширить
сферу использования в интересах
разведки и лиц, выезжающих из
Соединенных Штатов в Советский Союз.
Однако особые надежды американские
разведслужбы возлагают на активное
использование нашей, иногда
своеобразно понимаемой соотечественниками,
гласности. Такая гласность
оборачивается для страны невосполнимым
ущербом.
Полковник В. НИКОЛАЕВ
10

АКТУАЛЬНЫЙ ДИАЛОГ:
политорганы и перестройка
Кому выгодна «ложка дегтя»?
В ПОСЛЕДНЕЕ время участились попытки дискредитировать
политработников армии и флота, доказать необходимость упразднения политорганов.
Причин негативного отношения к ним, на мой взгляд, несколько. Главная
состоит в том, что в Вооруженных Силах, как и в стране в целом, не преодолен
еще разрыв между словом и делом. На словах одно, а в жизни другое. Однако
ответственность за расхождение слова с делом, за упущенные возможности
сегодня возлагается, как правило, только на политработников. Все остальные
офицеры-коммунисты как будто всегда и во всем были правы.
Вторая причина связана с переносом нашего негативного отношения к
конкретному должностному лицу на всех политработников армии и флота. Видимо,
здесь срабатывает эффект «ложки дегтя в бочке меда». Справедливо ли это? И
кому выгодно вести огульное охаивание политработников?
Мы знаем, что есть страны, где офицеры не состоят ни в каких партиях.
Но вне политики армии нет и быть не может. Ни одна армия в мире не
обходится без политического института. Есть этот институт и в нашей армии.
Родившиеся в условиях гражданской войны политорганы были нужны как воздух.
Без комиссаров не было бы тогда нашей победы. А почему возникает вопрос о
сокращении политработников сегодня? Что, разве нам уже не нужна армия?
Причем сильная армия. А разве моральный настрой воинов перестал играть
свою определяющую роль в войне?
Решать вопросы политической жизни армии без политорганов, без
политработников сегодня невозможно. Другой вопрос — каким должен быть
политработник. И ответ может быть один: человечным, компетентным. Нам,
профессиональным идеологическим работникам, необходимо повысить качество
своего труда, строго соблюдать принцип единства слова и дела.
Капитан 1 ранга М.. ТИХОНОВ*
доктор философских наук, профессор
Не нужны «творцы» отчетности
Т""]РОБЛ£МА, каким быть политработнику ( и быть ли ему вообще), — это,
I 1 по сути дела, составляющая дискуссий, которые ведутся о руководящей
роли партии в обществе. Ведь политработник — представитель партии в
воинском коллективе. А через политорганы КПСС проводит свою линию и
осуществляет политическое руководство.
Я не сторонник крайних суждений. В любом деле они только уводят в
сторону от существа вопроса. Убежден, что истина находится посередине.
Попробую обосновать свое мнение, опираясь на факты.
Несколько лет назад в качестве корреспондента газеты я вышел в море на
СКР «Иркутский комсомолец». Поселили меня в каюте заместителя
командира по политической части. Хозяин каюты — капитан-лейтенант оказался
гостеприимным, душевным человеком. С ним интересно было разговаривать на
любые темы. Но вот что мне показалось странным. Экипаж выполнял сложную
учебно-боевую задачу, а замполит целыми днями не выходил из каюты, все
что-то писал. Или вызывал к себе матросов, офицеров, чтобы «озадачить» их
составлением каких-то планов, справок и т. д. Я не выдержал и
поинтересовался, чем он так озабочен, на что офицер поучительно заметил:
11

— Эх, лейтенант, жизни еще не знаешь. Где, как не в походе, я и старые
планы в порядок приведу, и новые на все случаи жизни насочиняю. Плюс
партийную и комсомольскую документацию до ума доведу. Ни один проверяющий
не придерется. Ведь как вернемся в базу, их туча на корабль нахлынет и
спрашивать с меня будут бу-ма-ги.
В этом походе случались и удачи, и промахи. Но когда старшие
начальники распекали командира и других офицеров за недостатки, не припомню, чтобы в
зоне критики оказывался политработник. По бумагам, которые он идеально вел,
никто при существующей системе контроля не мог ему сказать ни слова в упрек.
Однако никакая порочная система, никакой застой не могут оправдать
бездушных формалистов. Вспоминаю заместителя командира подлодки по
политической части капитана 2 ранга А. Евуса. Открытый и общительный, он
располагал к себе, знал по фамилии, имени и отчеству всех матросов и старшин
экипажа, не говоря уж об офицерах и мичманах. И дело было не только в
памяти. Рабочим местом Анатолия Егоровича оставались отсеки корабля. Он
всегда находился именно там, где решалась судьба учебного боя.
На подводную лодку Евус прибыл после окончания Военно-политической
академии. До этого служил на надводных кораблях. Он не только в короткий
срок изучил устройство подводной лодки, но освоил и исполнял обязанности
одного из членов корабельного боевого расчета — в то время, кстати,
считавшегося лучшим на соединении.
Одно не нравилось капитану 2 ранга Евусу в службе — необходимость
ведения большого количества документации, составление справок, чтобы, так
сказать, отрапортовать о готовности к очередной кампании. Этим он занимался
в основном ночами. Когда Анатолия Егоровича назначили на вышестоящую
должность, подводники искренне сожалели о его уходе.
Уже тогда, сопоставляя стиль работы двух замполитов, я пришел к
выводу, что человек всегда может быть выше обстоятельств. Но для одного
главными являются бумаги, для другого — люди. Поэтому на вопрос, нужны или не
нужны политработники, могу сказать одно: нужны.
Капитан-лейтенант Е. ТАРАСОВ
Разрешите возразить
Аргументы оказались неточными
В «АРГУМЕНТАХ И ФАКТАХ» № 11 за 1990 г. опубликована заметка
А. Ананишина «Командиры и комиссары», половина которой
позаимствована из материала, опубликованного в журнале «Политическое образование».
Именно эти строки не вызывают возражений. Однако как только А. Ананишин
прекращает- цитировать уважаемый журнал, он тут же начинает ошибаться.
Например, автор не прав в том, что политорганы неподвластны министру
обороны СССР. Они подчинены не только министру обороны, но и тем
командирам и начальникам, в ведении которых находятся. Как записано в Положении
о иолиторганах, они строят свою работу на основе приказов и директив
министра обороны СССР и начальника Главного политического управления СА и ВМФ.
По своей должности заместитель командира по политической части является
имени© заместителем, а не комиссаром.
.* Далее. Автор неверно определяет назначение политорганов. В отличие от
военных комиссаров заместители командиров по политической части
выполняют- обязанности, определенные Положением о политорганах и воинскими
уставами. Им предписывается,. в, частности, всемерно укреплять единоначалие,
заботиться о повышении авторитета командиров и начальников, воспитывать весь
личный состав в духе высокой ответственности за беспрекословное и точное
выполнение воинских уставов и приказов командира, а также взаимного
уважения и сознательного повиновения подчиненных начальникам...
Таким образом, политорганы не только не пытаются вырвать у
командиров власть,- а, наоборот, обязаны укреплять ее.
!2

Вызывает удивление и заявление автора о том, что в ходе сокращения
Вооруженных Сил «в первую очередь увольняют того, кто неугоден политорганам».
Окончательное решение и здесь остается за командиром. Кроме того, в свете
расширения демократии в армии и на флоте все более важная роль отводится
мнению партийных и комсомольских организаций.
Автор спрашивает: когда же будет осуществлен принцип единоначалия,
который В. И. Ленин считал наиболее целесообразным в Вооруженных Силах?
Прежде чем задавать такой вопрос, не плохо бы разобраться в существе дела.
Инициатором введения единоначалия в армии и на флоте были В. И. Ленин и
Коммунистическая партия. Именно ЦК РКП(б) 6 марта 1925 г. обратился ко
всем партийным организациям со специальным письмом «О единоначалии в
Красной Армии». При этом совмещались в одном лице функции командира и
комиссара, политорганы же оставались без изменения. Введение единоначалия
было в основном завершено к 1928 г., а в отдельных частях и соединениях —
к 1931 —1933 гг. В последующем партия и правительство на
непродолжительное время дважды вводили институт военных комиссаров: с 1937 по 1940 г. и
с 1941 по 1942 г. Это было вызвано необходимостью оказания помощи
командному составу, значительное количество которого было призвано из запаса в
связи с необходимостью увеличения в этот период численности Вооруженных Сил.
С 9 октября 1942 г. единоначалие в армии и на флоте утвердилось
окончательно и успешно прошло проверку временем.
Автор отмечает, что в армии и на флоте процветает «дедовщина», но
почему-то умалчивается, с чьей подачи были лишены дисциплинарной власти
младшие командиры, вплоть до командира роты. Здесь, конечно, А. Ананишин
имеет в виду, что произошло это с «подачи» политорганов, хотя ему
наверняка известно, что ответственность за ослабление воинской дисциплины на
корабле или в подразделении замполит несет наряду с командиром.
Думаю, что, прежде чем писать в столь популярное издание, необходимо в
полной мере владеть материалом, чтобы не вводить в заблуждение
некомпетентных в военных вопросах читателей. Неплохо бы и редакции иметь сведущего
консультанта по военным вопросам. Ведь такие заметки, как «Командиры и
комиссары», могут поколебать доверие читателей к еженедельнику.
Капитан 1 ранга Л. ГОРОЖАНИН,
кандидат исторических наук
Актуальное значение приобрело в процессе перестройки
радикальное преобразование системы партийно-политической
работы- В настоящее время происходит переосмысление роли и места
армейских и флотских политорганов и парторганизаций. В
перспективе, очевидно, функции политорганов должны быть разграничены
на воспитательные и партийные, с созданием соответствующих
организационных структур. Представляется логичным провести эту
работу на базе решений XXVIII съезда партии в ходе реализации
военной реформы, Содержанием работы первых станет, думается,
политическое, воинское, нравственное и правовое воспитание
военнослужащих, организация работы социально-психологической и
юридической служб, средств массовой информации, культурно-
просветительных учреждений. А для руководства партийной
работой предполагается образовать Всеармейский партийный комитет
на правах Комиссии ЦК КПСС, а также контрольные комиссии,
избранные на соответствующих партийных собраниях и
конференциях*
Кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС,
министр обороны СССР
Маршал Советского Союза Д. Т. ЯЗОВ
13

СОМНЕНИЙ
СВОИХ
НЕ СКРЫВАЮ...
Беседа с делегатом XXI съезда ВЛКСМ
Сегодня, когда флотский комсомол
получил большую самостоятельность, мно'
гие наши читатели интересуются его
планами, средствами и методами работы. И
самое главное — что представляет собой
комсомольская организация ВМФ после
XXI съезда ВЛКСМ.
О работе съезда, насущных проблемах
флотской молодежи корреспонденту
«Морского сборника» рассказал
председатель совета комсомольских организа'
ций ВМФ, делегат XXI съезда ВЛКСМ
капитан 3 ранга Александр Батурин.
Интересно: что представляла собой делегация ВМФ?
Не знаю, огорчу я читателей «Морского сборника» или обрадую, если скажу,
что в состав нашей делегации входил всего один старшина 1-й статьи, 20-летний
Аркадий Мурзаев с Балтийского флота. Были еще два боевых летчика. Остальные —
комсомольские работники, главным образом председатели советов комсомольских
организаций (СКО) соединений, объединений и флотов. Средний возраст — 26 лет.
А сами вы огорчены или обрадованы такой пропорцией?
У меня к этому отношение двойственное. Могу сказать без натяжки, что
выборы проходили при активном участии всех комсомольцев. Повсюду—на
альтернативной основе. И меня также выбирали на конференции Балтийского флота. Как с
этим не считаться? Не сомневаюсь, что комсомольские работники действительно
стали больше выражать интересы военной молодежи.
И все же вы в чем-то сомневаетесь...
...И сомнений своих не скрываю. В годы застоя расхожим было утверждение:
комсомол — для комсомольцев. Сейчас все чаще повторяют: комсомол — для
комсомольских работников. Я больше всего опасаюсь равнодушия комсомольцев. Ведь
равнодушие — это крах организации.
Очевидно, делегация ВМФ прибыла на съезд со своей программой действий,
концепцией преобразований. В чем она вкратце заключалась?
Она вырабатывалась коллективно в период отчетов и выборов. В ней учтены
мнения и предложения тысяч комсомольцев, их наказы делегатам. Особо хочу
выделить такое положение, как сохранение идейного единства с КПСС. Отстаивали мы
и целостность ВЛКСМ, его интернациональный характер. Это важное условие
существования и всего комсомола, армейского и флотского особенно. Далее. Комсомол
должен иметь единые программные документы, единый Устав. При этом мы не
добивались абсолютной унитарности организации, а декларировали лишь создание центра,
которому права делегируются с мест. С этим мы шли на съезд.
И как видно m решений форума, своего добились.
Да, но это было нелегко. В первый день 5 наших делегатов записались для
выступлений. Слово дали только мне и приглашенному на съезд комсомольскому
работнику с Черноморского флота. Остальные, как могли, пробивались на трибуны сек-
14

ций, дискуссионных клубов. Нельзя забывать, что у нас оказалось немало союзников
среди делегатов от разных республик, которые отстаивали идеи, сходные с нашими.
Но были и противники?
Несомненно. В комсомоле идет довольно бурный процесс. На съезде часто
звучали острые, непривычные для такой аудитории слова. Налицо крайняя
поляризация мнений. Хотя и создана федерация, и программные цели намечены, но полного
единства нет. Мое личное мнение: для того чтобы утвердилась консолидация, нам
сначала необходимо размежеваться. Я не понимаю, как можно объединяться, к
примеру, с теми, кто выступает против идейного единства с КПСС. Неужели здесь
возможен компромисс? Или возьмем проблему новой структуры ВЛКСМ. Одна часть
делегатов выступила за федерацию коммунистических союзов, другая — за
конфедерацию, третья — за создание союза, который вообще лишен каких-либо рамок
общественно-политической организации. Считаю, мы только затянули решение вопроса.
Размежевание предстоит, но чем позже, тем более болезненно оно пройдет.
Затронул ли этот бурный процесс флотскую делегацию? Ведь за многие годы мы
привыкли к унылому однообразию официальных высказываний молодых людей в
военной форме...
Когда я говорил о единой программе, с которой мы шли на съезд, это нэ
означало, что ее поддерживали все. Нет, были и иные точки зрения на реформу во
флотском комсомоле. Диапазон мнений оказался достаточно широким, но он отражал
реальные настроения. Так, некоторые делегаты предлагали немедленно расформировать
комсомол Вооруженных Сил. А вместо него создать союз военной молодежи. Это, по
их замыслу, должна быть принципиально новая организация, по своей сути —
молодежный профсоюз или молодежная фракция того же «Щита». Главная же цель
—защита прав молодых воинов, помощь им в быту, в проведении досуга и т. д. И
никаких воспитательных функций.
Видимо, они выдвигают какие-то аргументы в защиту своей идеи?
Они рассуждают приблизительно так. Появляются новые, не входящие в ВЛКСМ
образования молодежи. Пройдет время, и их представителей будет все больше
служить на флоте. И может случиться, что на одном корабле большинство будут
составлять комсомольцы, а на соседнем — анархо-синдикалисты. Как такая политическая
поляризация людей отразится на их взаимоотношениях, предсказать трудно. Как
выход из такого положения и предлагается союз военной молодежи.
Однако реальная жизнь свидетельствует о том, что мои товарищи спешат. Ведь
ныне в каждой части, на каждом корабле от 40 до 70 % — члены ВЛКСМ.
Представители других организаций — редкость, можно сказать, экзотика. Так что для
беспокойства по поводу «захвата власти» на корабле нет оснований. В то же время если,
например, подводная лодка несет боевую службу, то именно комсомол, пожалуй,
единственное место, где человек может найти применение своим творческим способностям,
общественной инициативе. А что значит в подобных условиях отказаться от
воспитательных функций? Ведь таких кораблей, месяцами находящихся вдали от родных
берегов, немало. В этом деле нельзя обойтись без переходного этапа, которому лучше
всего соответствует СКО. Сама жизнь выведет нас на правильный путь.
Чем вам съезд понравился и чем — нет?
На первую часть вопроса ответить труднее. Хотя мы постарались провести
намеченное в жизнь, какая-то общая неудовлетворенность работой осталась. Создали
федерацию, но не создали механизма ее взаимодействия. Предвижу серьезные
осложнения. Особенно для Вооруженных Сил. У нас своя специфика. К нам приходят
представители всех республик, и у каждой будут свои особенности. Что это будет? Как
будем налаживать взаимоотношения?
Самый большой курьез на съезде —это то, что некоторые делегаты пытались
копировать дебаты вокруг регламента, которые были характерны для первого Съезда
народных депутатов. Доходило порой до анекдотов. Так, обсуждали, давать ли кому-
то слово на две минуты в течение... 20 минут.
Готовы ли вы к отчету перед теми, кто послал вас на съезд,— перед
комсомольцами Балтики?
Думаю, что готов. К моменту когда материал будет опубликован, уже, наверное,
не раз отчитаюсь, и не только перед балтийцами. Собственно, нашу беседу тоже
можно считать формой отчета, от которого я не уклонился...
Беседу вел капитан 2 ранга А. АНДРУЩЕНКО
15

ФЛОТСКАЯ ХРОНИКА
КРАСНОЗНАМЕННЫЙ СЕВЕРНЫЙ ФЛОТ5
ТАК УЖ СЛУЧИЛОСЬ, что в День
Военно-Морского Флота СССР отмечает
праздник рождения и первый советский
авианесущий крейсер. В этом году
«Киеву» исполняется пятнадцать лет. Для
корабля это возраст немалый. Переданный
флоту в 1975 г. крейсер на следующий
год вышел на свою первую боевую
службу. Всего же их у него было девять.
«Киев» является своеобразным
«полигоном» Военно-Морского Флота по
внедрению и освоению нового оружия и
техники. На нем впервые в ВМФ СССР
стали базироваться самолеты с вертикаль-
В настоящее время экипаж под
руководством командира корабля капитана
2 ранга В. Глущенко занимается
восстановлением технической готовности
корабля. Примером здесь служат капитаны
2 ранга В. Чернов и В. Ибрагимов,
капитан 3 ранга А. Дудник, мичман С. Гу-
сейн-заде и многие другие.
Заслуги авианесущего крейсера
«Киев» перед Родиной были отмечены
высокой правительственной наградой. В
январе 1985 г., когда корабль находился
на боевой службе, было объявлено о
награждении его орденом Красного Знаме-
Авианесущий крейсер «Киев»
ным взлетом и посадкой ЯК-38. Многие
моряки и летчики стремились попасть на
этот корабль. Первым командиром
«Киева» был капитан 1' ранга Соколов Юрий
Георгиевич. За ним 'на мостик
поднимались капитаны 1 ранга В. Пыков, Г. Яс-
ницкий и другие офицеры,,внесшие свой
вклад в дело освоения новой техники и
отдавшие «Киеву» частицу своей жизни.
Крейсер стал «лабораторией» летного
состава ВМФ. Многие летчики
впоследствии проходили службу на «Минске»,
«Новороссийске», «Баку» и в других
частях и на кораблях Военно-Морского
Флота. Среди них такие, как генерал-
майор Н. Логачев, полковники И. Чебе-
ряченко, Н. Едуш
ни. Это явилось первым случаем
награждения в послевоенное время надводного
корабля боевым орденом.
ОТЛИЧНЫХ УСПЕХОВ в боевой и
политической подготовке добился личный
состав вернувшейся из похода атомной
подводной лодки, где служит капитан
2 ранга К. Астафьев. Постоянное
стремление к совершенствованию своих
специальных знаний, отличное владение
вверенным оружием и техникой,
товарищеские отношения между всеми членами
воинского коллектива характеризуют эки-
ттага атпгп кппябля
КРАСНОЗНАМЕННЫЙ ТИХООКЕАНСКИЙ ФЛОТ
УСПЕШНО ВЫПОЛНИЛ ЗАДАЧУ
ракетного пуска экипаж ВПК «Маршал
Ворошилов». Основная нагрузка при
этом легла на личный состав,
возглавляемый капитан-лейтенантом А.
Мошкиным. При подготовке оружия
отличились командир группы лейтенант
B. Дубровин, старшина команды мичман
C. Тремасов, старший матрос Ж. Ешжа-
нов.
* * *
В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ в
торжественной обстановке на пограничном
сторожевом корабле «Пурга» был спущен
Военно-морской флаг пограничных войск. За
тридцать три года службы за кормой
корабля осталось около полумиллиона
миль, экипаж провел досмотр более
трехсот иностранных судов, двадцать шесть
из них задержал за нарушение границы
и правил ведения промысла,
неоднократно оказывал помощь затертым во льдах
и терпящим бедствие гражданским
судам. Большое число служивших на
корабле . офицеров, мичманов, старшин, и
матросов награждены орденами и меда-
16

лями. Для всех моряков «Пурга» была
родным домом в течение ряда лет. Вот
почему, прощаясь с ней, офицеры Э.
Аладинский, А. Шиляев, старшина 1-й
статьи С. Мельников, старшины 2 и
статьи С. Люльченко, Ю. Бобылев, С. Пче-
линцев, старшие матросы Е. Губайдулин,
А. Камбулатов и другие говорили, что
оставляют на корабле частицу своей
души и никогда не забудут время,
проведенное на нем.
ПО ИТОГАМ ПЛАВАНИЯ боевая
часть связи, возглавляемая старшим
лейтенантом И. Даниловым, признана одной
из лучших в экипаже. Офицер впервые
исполнял эту должность в дальнем
походе и приложил немало усилий для
достижения успеха. Знания и умение,
требовательность и личная примерность
помогли ему создать крепкий коллектив
единомышленников, всей душой болею
щих за состояние дел в подразделении.
ДВАЖДЫ КРАСНОЗНАМЕННЫЙ БАЛТИЙСКИЙ ФЛОТ
НОВЫЙ ТАКТИЧЕСКИЙ ПРИЕМ,
разработанный под руководством
офицера В. Бобровского, отработали
подводники части, где он служит. Его
практическое выполнение было поручено
экипажу отличной подводной лодки,
возглавляемой капитаном 2 ранга В.
Потаповым. Благодаря новшеству подводники
смогут применять свое оружие по
«противнику» без обеспечивающих сил.
УСПЕШНО ВЫПОЛНИЛИ
противолодочное боевое упражнение корабли
соединения, где флагманским
специалистом служит капитан 2 ранга А.
Герасимович. Большую подготовительную
работу провели офицеры И. Харитонов.
В. Щукин, М. Тютькин и другие.
Обучая подчиненных, направляя и
контролируя их действия, они во многом
способствовали достижению отличных
результатов, показанных экипажами
сторожевых кораблей «Бодрый» и
«Неукротимый».
ОТЛИЧНОЕ ВЛАДЕНИЕ
тактическими приемами продемонстрировал на
учении командир подводной лодки капитан
3 ранга Г. Бугров. Скрытно выведя
корабль в район нахождения «противника»
и проведя разведку, подводники
успешно атаковали корабли поисково-ударной
группы. Залогом успеха явились
слаженность действий экипажа, грамотное
использование им возможностей
современного оружия и техники, находящейся на
корабле, отличные специальные знания,
полное взаимопонимание личного состава
всех подразделений корабля.
КРАСНОЗНАМЕННЫЙ
Десантно-штурмовой корабль на
воздушной подушке готовится к выходу в море.
Мичман А. Топгаров и его подчиненные
внимательно осматривают свое
заведование перед запуском двигателей.
Фото П. Юрьева
ЧЕРНОМОРСКИЙ ФЛОТ
В СЛОЖНЫХ
ГИДРОМЕТЕОРОЛОГИЧЕСКИХ условиях пришлось
выполнять учебную ракетную стрельбу по
подводной лодке экипажу противолодочного
крейсера «Ленинград». В ходе учения
личный состав продемонстрировал
мастерское владение вверенным ему
оружием и техникой. Примером
добросовестного выполнения своего долга явилось
несение службы командиром минно-тор-
педной боевой части
капитан-лейтенантом Ю. Шкопом, специалистом 1-го
класса старшиной стартовой команды
мичманом А. Чебыкиным. Не отстали от
минеров и артиллеристы, успешно
отразившие атаку на крейсер легких сил
условного противника. Среди отличившихся
капитан-лейтенант Л. Кузьмин, мичман
А. Магдыч, старшина 2-й статьи А. Фео-
риненко.
* * *
ЛИЧНЫЙ СОСТАВ
СПАСАТЕЛЬНОГО ОТРЯДА, возглавляемого капитаном
3 ранга В: Дзгоевым, успешно отработал
вводные по оказанию помощи
находящемуся вдали от родных берегов
противолодочному кораблю, получившему
«повреждения» в ходе «боя с противником».
В кратчайшее время суда прибыли к
месту нахождения «аварийного» корабля.
Большая нагрузка легла на экипаж
спасательного буксира «Шахтер»,
капитаном которого является В. Макаров. В
борьбе с огнем моряки его действовали
2 «Морской сборник» *А 7
17

слаженно. Показывая пример в работе,
трудились Н. Моргунов, А. Дупло, А.
Павличак, А. Родионов и другие.
* * *
АКТИВНО ОТКЛИКНУЛИСЬ воины-
черноморцы на телевизионный марафон,
проведенный под эгидой Советского
детского фонда имени В. И. Ленина и
посвященный больным и обездоленным
детям.
На счет этого фонда перевели
собранные средства моряки противолодочного
крейсера «Москва», большого
противолодочного корабля «Азов» и ряда
других кораблей и частей флота. Медики
военно-морского госпиталя имени Н. И.
Пирогова направили свой вклад
непосредственно на счет севастопольского
Дома ребенка.
А работники судоремонтного
предприятия, где работает капитан 1 ранга
Н. Антонюк, в Детский фонд имени
В. И. Ленина внесли одну половину
дневного заработка, что составляет
примерно шесть тысяч рублей. Вторую
половину они перевели на счет двух севас-
Зенитно-ракетная боевая часть, которой
командует мастер военного дела капитан-
лейтенант В. Шабапа, считается на флоте
одной из лучших по ракетной подготовке.
Фото Ю. Пахомова
топольских детских домов. Этот список
можно было бы продолжить, но и без
того ясно: черноморцы всем сердцем
откликнулись на чужую боль и
принимают в актах милосердия самое активное
участие.
ШКОЛЬНИКИ НА КРЕЙСЕРЕ «ФРУНЗЕ»
ТРИДЦАТЬ ДНЕЙ на атомном
ракетном крейсере «Фрунзе» был развернут
оборонно-спортивный лагерь «Мужество».
Вместе с экипажем корабля члены
клуба «Юные орлята флота»,
существующего во Фрунзенском районе Москвы, под
руководством Василия Мидцева не раз
выходили в море. Здесь они научились
драить палубу, бегать по крутым трапам,
вязать различные морские узлы... Одним
словом, ощутили себя настоящими
моряками. Хныкающих и жалующихся на
трудности среди них не оказалось.
Радовались и родители ребят, ведь в
характерах вернувшихся с Дальнего Востока
сыновей произошли заметные изменения:
повзрослевшие мальчишки стали
уравновешенными, собранными,
самостоятельными.
Подобная практика стала возможной
благодаря усилиям командира корабля
капитана 2 ранга М. Щербакова,
начальника политотдела части капитана 1
ранга В. Образцова. Она была одобрена
командованием Военно-Морского Флота.
Однако даже на самом крейсере
поначалу имелись противники этого
мероприятия. Корабль не детский сад, резонно
замечали они. Но ребята вели себя как
истинные моряки, между ними и членами
экипажа установилось полное
взаимопонимание. В этом им помогали капитан-
лейтенант А. Гончаренко и старший
лейтенант М. Штонда.
СОЗДАНА АССОЦИАЦИЯ ПЛАВСОСТАВА ВМФ
РЕШАЮЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ для всего
хода преобразований в обществе имеют
такие завоевания перестройки, как
демократизация и гласность.
Реальностями жизни, стремлением к
позитивным переменам продиктованы
настойчивые предложения трудовых
коллективов, профсоюзных организаций
соединений и судов обеспечения Военно-
Морского Флота об объединении
плавсостава в отдельное общественное
формирование в рамках флотского
профсоюза. Учитывая эти требования, а также
множество нерешенных вопросов в
социальной области, президиум Центрального
комитета профсоюза принял решение о
проведении учредительной конференции
Ассоциации профсоюзных организаций
плавсостава судов обеспечения Военно-
Морского Флота.
Эта конференция с участием делегатов
со всех флотов, флотилий и ЛенВМБ
состоялась 14—15 мая 1990 г. в
Севастополе. Учредителем Ассоциации стал
Центральный комитет профсоюза.
Делегаты конференции всесторонне и
заинтересованно обсудили и затем
утвердили устав Ассоциации, ее программу,
избрали Координационный совет,
определили организационное строение, порядок
образования и расходования бюджета.
Председателем Координационного совета
избран Н. Поляков.
Согласно уставу членами Ассоциации
могут быть первичные профсоюзные
организации соединений судов обеспечения
ВМФ, других организаций, имеющих
плавсостав, а также отдельные
работники плавсостава. Основными задачами
Ассоциации, закрепленными в уставе,
являются: защита интересов плавсостава в
области производства, зарплаты, охраны
труда, содействие более активному
решению назревших социальных вопросов,
обеспечение соблюдения трудового
законодательства, организация правовой и
материальной помощи ее членам.

; И здает с я
За -нашу Советскую Родину! ^^^Ш ^^^fc
mm ровйш /JJ
ЛЕТ
ГАЗЕТА КРАСНОЗНАМЕННОГО ЧЕРНОМОРСКОГО ФЛОТА
ЧЕРНОМОРЦЫ отмечают 70-летиз
«Флага Родины». Свою историю
она ведет с 15 июля 1920 г., когда
вышел первый номер «Красного
черноморца» (под этим названием флотская
газета выходила более четверти века).
Страницы издания — это летопись
славных деяний военных моряков, их
мужества и стойкости. Главная газета
флота жила его заботами и проблемами,
активно содействовала его развитию и
укреплению боевой готовности.
Во всей полноте лучшие творческие и
человеческие качества флотских
журналистов проявились в годы минувшей
войны. В суровые дни 1942 г. «Правда»,
выступая с обзором печати, писала:
«Редакция «Красного черноморца»
приложила много труда, проявила большое
умение для того, чтобы сделать газету
боевой, доходчивой и волнующей» К
Заслужить столь высокую оценку для
военных журналистов было совсем не
просто. С первых дней войны редакция
располагалась непосредственно в
Севастополе и ее сотрудникам приходилось
трудиться в сложной, опасной
обстановке. В дневнике редактора «Красного
черноморца» бригадного комиссара П. Му-
сьякова есть такие строки: «2 ноября
1941 г. Беспрерывная бомбежка.
Взрывной волной порвало линию проводов,
линотипы и цинкография не работают...
12 ноября 1941 г. Сегодня
по-прежнему нет воды, электросеть вновь
повреждена. Газету набираем вручную.
Редакция в кольце разрывов бомб и
снарядов...» 2.
За заслуги в деле мобилизации
военнослужащих на защиту Советской
Родины, плодотворную работу по воспитанию
моряков-черноморцев па флаге газеты
две государственные награды — орден
Красного Знамени и медаль «За оборону
Севастополя».
У каждого времени свой почерк. И
нынешнее поколение живет в пору не
менее трудную, романтическую и
ответственную. Перед газетчиками со всей
остротой жизнь ставит новые вопросы:
убедительно показывать процесс ускорения
социально-экономического развития
страны и укрепления ее обороны, поиски
новых форм и методов работы по
перестройке всех сфер жизни нашего
общества и его Вооруженных Сил.
Авторитет любого печатного издания
находится в прямой зависимости от
профессиональной компетентности тех, кто
в нем работает. Меняются сотрудники
флотской газеты, но стержнем всей дея-
1 Правда. — 1942. — 18 мая.
2 Советская военная печать в годы
Великой Отечественной войны. -~ М.: Воениздат,
1981. — С. 101.
тельности коллектива «Флага Родины»
является борьба за высокое качество
каждого материала, его проблемность.
Чтобы готовить правдивые статьи,
очерки, нужно видеть своего героя на
вахте, в походе — там, где
по-настоящему раскрываются его профессиональные
качества, характер. С этой целью
журналисты едут в отдаленные гарнизоны,
отправляются в дальние походы, летают
на самолетах... Уже стало доброй
традицией: представитель «Флага Родины»
практически постоянно находится в
Средиземном море. Только в последнее
время там побывали капитан-лейтенант
О. Мясников, капитаны 2 ранга Н. Гар-
малев и Д. Чумак. Кстати, за последние
десять лет службы в «Флаге Родины»
Дмитрий Чумак участвовал в восьми
дальних походах. За успешное
выполнение заданий опытный журналист имеет
много поощрений, последнее — ценный
подарок от министра обороны в мае
этого года. Его инициатива всегда
конкретна.
Глубокой достоверностью отличаются
материалы, подготовленные А.
Кравченко, О. Приходько, Ю. Кондратьевым,
Н. Савченко, О. Чубуком, С. Шакиро-
вым, В. Мамлыгой, Н. Микиртумовой,
Г. Москалевым, Г. Бондаренко и др.
Сегодня в редакции флотской газеты
более половины сотрудников молодые, их
профессиональный стаж менее пяти лет.
Умелое сочетание опыта старших и
энергии, инициативы новичков приносит
неплохие результаты. И в этом, как нам
кажется, ясно просматривается душевная
доброта и щедрость таланта
заслуженных работников культуры УССР В.
Князева, В. Мельникова и А. Мареты.
Юбилей газеты — это и праздник
полиграфистов, работников издательства и
типографии. Немало инициативы,
старания вкладывают в выпуск каждого
номера «Флага Родины» наборщицы В. Ме-
лякова и Г. Теренько, наладчик В. Ключ-
ко, фотоцинкограф С. Поляков, ротацио-
нер А. Богуславский, корректор Г.
Воловик, экономист С. Баланюк, начальник
отдела подписки А. Дворецкий.
70 лет — возраст зрелости,
житейской мудрости, которая предполагает не
только подведение определенных
успехов, но и критический взгляд на
нерешенные проблемы, неиспользованные
резервы. Это в одинаковой мере относится
и к газете, и к каждому ее сотруднику.
Без такой принципиальной оценки
своего труда сегодня военному журналисту
не выполнить миссию разведчика жизни,
летописца современности, настоящего
бойца за перестройку. Этого от всей
души юбилярам желает и коллектив
журнала «Морской сборник».
19

ПИСЬМА В РЕДАКЦИЮ
Пусть давно отслужил я на флоте...
"DEPHO замечено: моряк остается мо-
*-* ряком всю жизнь. Иной раз так
затянут человеческий быт, домашние
хлопоты, что кажется: был моряк и нет его.
Но стоит флоту нечаянно напомнить о
себе, вновь появляется озорной блеск в
глазах, уверенность в собственных силах,
готовность «на подвиг любой».
В свое время довелось хмне
служить матросом на Балтике.
Сначала на крейсере «Свердлов», а через
два с половиной года на крейсере
«Октябрьская революция». Нынче живу и
работаю в Новгороде. Всем как будто
доволен. Но так душа прикипела к
флоту, что стараюсь иногда бывать там, где
прошла моя матросская юность.
Честно признаюсь: сердце ёкало,
когда впервые после службы подходил я к
родному крейсеру. Ступил на палубу—
и рука невольно потянулась к головному
убору.
По стечению обстоятельств в этот
день лрощался с кораблем мой
земляк — новгородец старшина 1-й статьи
Валерий Быков. Спросил его, о чем
думает.
—- Два дома у меня теперь —
крейсер и тот, где ждут отец с матерью.
Оба одинаково дороги. Думаю о
расставании с одним и о предстоящей
встрече с другим. Заботит, обо всем ли
рассказал сменщику. Когда уходишь с
корабля, на душе должно быть спокойно...
И мы, уходя в запас, загодя
беспокоились о подготовке достойной смены.
Не скрою, радостно стало, что жива
флотская традиция, что так похожи на
нас эти молодые парни.
Вспомнился маленький шлюпочный
флаг, подаренный мне перед
увольнением в запас моим сменщиком Валерием
Нарожным. Долго держал его в
чемодане, скитаясь по общежитиям. А когда
получил квартиру, укрепил его таким
образом, чтобы можно было поднимать
и спускать. В выходные дни, когда не
торопился с сынишкой в садик, мы с
ним устраивали подъем флага на нашем
«семейном корабле». Возможно, в
какой-то степени благодаря этой игре
Дима, повзрослев, сделал свой
жизненный выбор: сначала занимался в
местном клубе юных моряков, а затем стал
курсантом судоводительного отделения
мореходного училища.
...Большой сбор. Я тоже встаю в
строй, слышу до боли знакомые слова:
— На флаг и гюйс смирно!
— Флаг и гюйс подняты
И вот полотнище затрепетало на
ветру, заструились в пепельном небе ixpac-
ная звезда, серп и молот. Смотрят на
него стоящие плечом к плечу моряки—
русские, армяне, украинцы, белорусы,
латыши... И есть в этом что-то
объединяющее всех нас, трогательное,
щемящее сердце.
Да, если ты служил на флоте, он
остается с тобой навсегда.
С. ЖАМОЙДА
г. Новгород
«Морской сборник»
должен быть ведущим..
НАДЕЮСЬ, что несколько строк
с изложением моих
соображений будут полезны для «Морского
сборника», многолетним читателем
которого я являюсь.
В одном из последних номеров
«Морского сборника» было помещено
краткое сообщение о крейсере «Дмитрий
Пожарский» (ТОФ) и о ракетной
дизельной подводной лодке (БФ),
закончивших службу. Развернутый историко-
технический очерк о судьбах таких
кораблей, помещенный в специально
введенную рубрику, например «Биография
корабля», явится не только военяотпат-
риотическим, но и ценным справочным
материалом, представляющим интерес
для многих любителей истории
советского ВМФ, которым недоступны
зарубежные справочники. Я уверен, что
уточненные данные по каждому кораблю и
оригинальные иллюстрации этой
рубрики послужат своеобразным
продолжением справочников «Корабли и
вспомогательные суда советского ВМФ. 1917 —
1927» и «"Корабли и суда ВМФ СССР.
1928—1945» и привлекут внимание
читателей.
Здесь отчасти можно согласиться с
мнением читателя Г. Алексушина
(г. Куйбышев) о преобладании
информации по зарубежным флотам в ущерб
отечественному ВМФ. Ведь нашлось
место в журнале материалу капитана
2 ранга М. Комарова «Эволюция
крейсеров УРО ВМС США». Статья,
безусловно, вызывает интерес читателей, но
почему же нет пока аналогичной
публикации об эволюции наших крейсеров?
Представляется, что подобные материа-
20

лы о развитии классов боевых
кораблей (и надводных, и подводных) вплоть
до современных, тенденциях их
совершенствования будут не только
интересны, но и весьма полезны для
специалистов.
В Москве, Калинине, во многих
приморских городах — Ленинграде,
Севастополе, Николаеве, Мурманске,
Владивостоке — созданы и активно работают
общества, кружки, объединения,
занимающиеся изучением и пропагандой
истории отечественного ВМФ. Хотя
многие из таких формирований созданы под
эгидой ДОСААФ, они работают врозь,
неорганизованно.
Учитывая современное сложное
отношение некоторых групп населения к
армии И dvnOTV ттПРПР.ТЯИЛЯРТГЯ ТТРЛРГОоб-
разным и даже необходимым
«Морскому сборнику» з инициативном порядке
возглавить это патриотическое движе
ние и силами добровольных
помощников и энтузиастов из числа ветеранов
ВМФ, общественников, занимающихся
историей флота, объединить на страни
цах журнала всех заинтересованных.
Почин уже сделан в № 1 и 4 «Морского
сборника» («Для судомоделистов и
любителей истории флота»). Собранные и
систематизированные стараниями этих
организаций материалы, «обкатанные»
в публикациях журнала, могут, на мой
взгляд, впоследствии послужить базой
для издания специального приложения к
«Морскому сборнику».
Старший лейтенант в запасе П. КАЧУ Р.
Открыть рубрику «Наш флот»
О «МОРСКОМ СБОРНИКЕ» Хя 12
*-* за 1989 г. сообщено, что при
опросе читателей большинство их
выразило пожелание увидеть на страницах
журнала гораздо больше публикаций об
истории отечественного и особенно
советского ВМФ. Считаю подобное
пожелание весьма справедливым. В этой
связи предлагаю открыть в «Морском
сборнике» постоянную рубрику «Наш
флот» (возможны и другие названия),
где рассказывать не только о
дореволюционной истории (хотя и это,
конечно, не исключается), но и об истории
советского ВМФ во всех ее аспектах с
1917 г. до последних лет. Предполагаю,
что сразу же откуда-то npr^?vtl"T "«««« - «-
О чем угодно,
о секретности. Но ведь это блеф и дань
традиционному флотскому
консерватизму.
Может, стоит «Морскому сборнику»
взять на себя инициативу" в
перестройке подобного отношения к освещению
истории советского кораблестроения и
флота в целом? Неужели
кораблестроителям нечего рассказать об истории
флота и тех, кто ее творил! Смею
утверждать, что это не так. Многолетняя
служба на кораблях и в военном
представительстве дает мне основания для
такого утверждения.
Капитан 2 ранга в отставке Л. ШАПИРО.
только не о кораблях?!
ОРСКОИ СБОРНИК» я снова
стал выписывать после
длительного перерыва. Но, видимо,
ошибся и на этот раз. Впечатление такое, что
перестройка коснулась вашего журнала
в самой малой степени. В этом плане
полностью согласен с Г. Алексушиным
из Куйбышева и его статьей «...Ваш
журнал сугубо застойный», ведь в
«Морском сборнике» можно прочесть о чем
угодно, только не о кораблях...
Вот во втором номере за этот год
мое внимание привлекла статья
капитана 1 ранга С. Козырева «Тбилиси»,
«Рига» и далее...» Такая большая статья—
на 5 страницах, а ведь в ней нет
абсолютно ничего конкретного, кроме
фотографии самого «Тбилиси», да и та
такого размера, что ничего толком не
видно.
Куда важнее узнать, что могут
делать эти корабли конкретно, их
размеры, водоизмещение, скорость и
дальность плавания, вооружение, экипаж,
число самолетов на борту, что это за
самолеты?
Хотелось бы поподробнее узнать о
первенце нашего атомного надводного
флота — атомном крейсере «Киров».
Сколько у нас таких кораблей?
Предполагается ли дальнейшее
строительство противолодочных крейсеров типа
«Киев» или с вводом в строй кораблей
типа «Тбилиси» их больше строить не бу-
дут?
В. ДМИТРОВ.
г. Гомель
ОТ РЕДАКЦИИ. С аналогичными пожеланиями обращаются в письмах
В. Почаснй (Воркута), Ю. Трифонов (Токмак, Киргизская ССР), В. Семкин
(Ленинград), 3. Рубцов (Пермь), П. Павлов (Рязань) и многие другие. Как
некоторые читатели заметили, мы уже попытались учесть подобные пожелания в
№ 4, 5, 6. В последующих номерах планируются публикации по истории
отечественного флота, особенно советского периода, о строительстве и оснащении
современных кораблей. Благодарим наших читателей за внимание и
конструктивную критику.
21

ПОТЕРИ АВИАНОСЦЕВ
ВО ВТОРОЙ
МИРОВОЙ ВОЙНЕ
ВОПРОСЫ
ТЕОРИИ
Адмирал В. ПОНИКАРОВСКИЙ,
кандидат военных наук
Капитан 1 ранга в отставке СТ. МРЫКИН,
доктор военных наук
К НАЧАЛУ второй мировой войны авианосцы являлись новым и малочисленным
классом надводных кораблей. В 1939 г. они находились в составе флотов
только четырех государств: США — 5 единиц, Великобритании — 7, Японии — б и
Франции — 11. Хотя первая мировая война показала, что авиация, в том числе
корабельная, может играть большую роль в войне на морс, в 30-х годах авианосные
силы все еще рассматривались как вспомогательные. Преобладала традиционная
концепция, гласившая, что основой морской мощи, «становым хребтом флота» являются
линейные корабли, которые в генеральном сражении должны уничтожить линейно-
крейсерские силы противника и тем завоевать господство на море.
В соответствии с предвоенными взглядами палубная авиация должна была
решать сравнительно ограниченный круг задач. Среди них: ведение тактической
разведки; ШЗО эскадры на переходе морем и в бою; нанесение предварительных ударов
по кораблям противника в интересах главной фазы «генерального сражения» —
артиллерийского боя; развитие успеха; корректировка огня главного калибра своих
кораблей. В то же время задачи по нанесению ударов по силам флота в базах,
важным военным и экономическим объектам на побережье, а тем более по уничтожению
ударных сил флота (линейных кораблей) в море, в которых авианосная авиация
играла бы решающую роль, ни в одном флоте не ставились.
Однако опыт перяых лет второй мировой войны, особенно операций
английского флота по уничтожению итальянских кораблей в Таранто (ноябрь 1940 г.) и
японского флота в Перл-Харборе (декабрь 1941 г.), а также сражений американских и
японских авианосных сил в Коралловом море (май 1942 г.), у атолла Мидуэй (июнь
1942 г.) показал необходимость коренным образом изменить взгляды на роль
авианосцев в войне. Темпы их строительства (в основном в США) резко увеличились,
достигнув своего максимума в 1944 г. Количественный и качественный рост
позволил расширить круг решаемых ими задач. Их стали привлекать к решению
следующих задач: уничтожение сил флота противника в ходе установления господства на
море; завоевание господства (превосходства) в воздухе в районах высадки морских
десантов и для их непосредственной авиационной поддержки; срыв морских
десантных операций противника (противодесантные операции и боевые действия);
оперативное прикрытие десантных отрядов; содействие сухопутным войскам на
приморских направлениях и в островных районах; нанесение ударов по важным береговым
объектам; оборона океанских и морских коммуникаций действиями в составе сил
охранения конвоев и уничтожением подводных лодок в составе авианосных поисково-
ударных групп (АПУГ) на маршрутах движения конвоев; нарушение океанских и
морских коммуникаций противника.
Высокое оперативное напряжение явилось причиной значительного уровня
потерь (табл. 1 и 2). Из приведенных данных видно, что потери ВМС Японии в
авианосцах (15 единиц) превышают суммарные потери ВМС США и Англии (10 единиц).
Анализ основных причин гибели авианосцев позволяет свести их в три группы.
« Jane's Fighting Ships 1944—45 (corrected to aprll 1946), p. МЭ—684, 606.
22

Таблица 1
ИЗМЕНЕНИЕ ЧИСЛЕННОСТИ АВИАНОСЦЕВ В ГОДЫ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
Государства
США
АНГЛИЯ
ЯПОНИЯ
Во всех трех
странах
Подклассы
Ударные
Эскортные
Ударные
Эскортные
Ударные
Эскортные
Ударные
Эскортные
Всего
Имелось
в строю
в начале
войны
5
—
7
б
—
18
—
18
Построено
в годы
войны
28
115*
12
в
12
7
52
128
180
Потери
5
в
5
3
15
5
25
14
39
Осталось
в строю
в конце
войны
28
71
14
41*
3
2
45
114
159
* 38 эскортных авианосцев были переданы Англии по ленд-лизу.
Это, во-первых, просчеты и ошибки командования оперативно-тактического
звена. Для японского командования характерными были: необоснованные надежды
на достижение внезапности, нерациональное распределение авианосцев по задачам и
операционным направлениям, запаздывание с нанесением ударов по обнаруженным
авианосцам'противника, недооценка и низкая эффективность тактической разведки.
Для американского и английского командования — привлечение авианосцев к
решению несвойственных им задач, недостаточное число истребителей на авианосцах,
неотработанное взаимодействие различных родов палубной авиации (пикирующих
бомбардировщиков, торпедоносцев и истребителей) между собой и с береговой
авиацией, слабая ПВО и ПЛО.
Во-вторых, недостаточная живучесть авианосцев, слабая подготовка личного
состава к борьбе с водой и особенно с пожарами. Эти недостатки были характерны для
всех воюющих флотов.
В-третьих, японское командование не сумело восполнить потери летчиков и
самолетов авианосной авиации. Американское же наряду с постройкой кораблей
развернуло массовое производство палубных самолетов и организовало подготовку
летчиков. Всего за годы войны в США было построено 22 тыс. палубных самолетов, т. е.
53% от числа всех самолетов морской авиации. В результате к концу 1943 г.,
когда начался массовый ввод в строй новых авианосцев, то для каждого из них уже
было подготовлено по две полностью обученные авиагруппы, способные поочередно
действовать в зоне боев, чтобы избежать излишнего переутомления летчиков2.
Потери эскортных авианосцев абсолютно и относительно были почти в два
раза меньше, чем ударных (заметим, что термин «ударный авианосец» появился
только после войны, в 50-е годы). Это объясняется тем, что эскортные авианосцы
начали применяться в конце 1943 г. в более благоприятной для союзников
обстановке на море. Кроме того, эти корабли чаще применялись против подводных лодок в
составе сил охранения, находясь в так называемой «коробке конвоя», то есть в
наиболее безопасной от атак подводных лодок позиции. Участвуя же в десантных
2 Ш е р м а н Ф. Американские авианосцы в войне на Тихом океане. — М.: Воениз-
дат. 1956.— С. 171.
23

Таблица 2
Государства
США
АНГЛИЯ
ЯПОНИЯ
Во всех трех
странах
Подклассы
Ударные
Эскортные
Ударные
Эскортные
Ударные
Эскортные
Ударные
Эскортные
Всего
Количество
5
6
5
3
15
5
25
14
39
ПОТЕРИ АВИАНОСЦЕВ ПО РАЗЛИЧНЫМ
твд
Годы войны
1939
—
1
1
—
1
1940
—
1
—
—
1
—
1
1941
—
1
1
1
1
2
1942
4
-
2
1
6
12
1
13
1943
1
1
1
3
3
1944
1
3
—
9
3
10
6
16
1945
2
—
1
3
3
твд

океанский
5
5
—
15
5
20
10
50

тический
1
2
2
—
2
3
5
Среди-
земно-
морс-
кий
—
2
1
2
1
3
Индий-
скооке-
анский
—
—
1
1
1
Таблица 3
ПОТЕРИ АВИАНОСЦЕВ В ХОДЕ РЕШЕНИЯ РАЗЛИЧНЫХ БОЕВЫХ ЗАДАЧ
Государства
США
АНГЛИЯ
ЯПОНИЯ
Всего по трем
странам
Десантные и противодесантные операции (действия)
Оперативное прикрытие
ДЕСО, нанесение ударов по
ДЕСО противника

ударные
5
1
12
18

эскортные
—
—
1
1
всего
5
1
13
19
Авиационная поддержка,
ПВО и ПЛО десантов

ударные
—
—
—
—

эскортные
5
—
5
всего
—
—
5
Борьба на океанских
и морских коммуникациях

Ударные
—
3
—
3

эскортные
1
3
4
8
всего
1
6
4
11
Удары по силам флота
в базах и другим
береговым объектам

ударные
—
--
—
—

эскортные
—
—
—
—
всего
—
—
—
—
Другие за

Ударные
—
1
3
4

эскортные
—
дачи
всего
-
1
3
4

операциях в качестве сил непосредственной авиационной поддержки, сами
эскортные авианосцы находились в зоне господства своей авиации.
Естественно, что основные потери авианосцев произошли на Тихом океане —
80% всех кораблей этого класса и 71% эскортных. На этом ТВД действия военно-
морских флотов оказали наиболее существенное влияние на ход вооруженной
борьбы, так как здесь главные противники — США и Япония — были разделены
океанскими просторами. Основным видом боевой деятельности здесь были морские
десантные операции, уничтожение сил флота в базах и нанесение ударов по береговым
объектам. По существу, все морские сражения и бои носили «попутный характер»,
являясь частью десантных и противодесантных операций. Сражение в Коралловом
море (май 1942 г.) предотвратило высадку японского десанта в Порт-Морсби;
результатом боя у атолла Мидуэй (июнь 1942 г.) был захват этого атолла японцами;
у Соломоновых о-вов (октябрь 1942 г.) бои велись в интересах войск,
высадившихся на о. Гуадалканал, у Марианских о-вов (июнь 1944 г.) — в интересах
американского десанта на о. Гуам и Южные Марианские о-ва; Филиппинское сражение
(октябрь 1944 г.) — в интересах всей кампании для освобождения этих островов.
Огромные размеры Тихого океана, значительные удаления районов боевых
действий от береговых аэродромов предопределили важнейшую роль авианосцев и
придали боевым действиям на Тихоокеанском театре «авианосную окраску». Большая их
часть была потеряна в ходе операций и меньшая часть — при систематических
действиях. Все усилия, направленные на уничтожение сил флота в море с участием
авианосцев, имели место в ходе десантных и противодесантных операций или
действий. Уничтожение же сил флота в базах проходило в форме самостоятельных
операций (боевых действий).
Авианосцы коренным образом изменили характер и оперативно-тактические
возможности сил в десантах. Появилась возможность осуществлять высадку за
пределами радиуса действия авиации берегового базирования, и прежде всего
истребительной. В ходе таких операций авианосцы обеспечивали: оперативное прикрытие
десантных отрядов от ударов противника; завоевание господства в воздухе;
подавление противодесантной обороны; авиационную поддержку войск десанта на берегу;
воздушную разведку, противолодочную и противовоздушную оборону на всех этапах
десантной операции.
Эскортные авианосцы решали задачи ПЛО и ПВО десантных отрядов на
переходе морем, в районах их формирования и высадки, воздушной разведки,
подавления ПДО, непосредственной поддержки десанта на берегу.
На завершающем этапе войны характерным для американских и английских
ВМС было массированное применение авианосцев в десантных операциях (действиях).
Так, при захвате о. Окинава (апрель 1945 г.) участвовало 59 американских и
английских авианосцев разных подклассов и типов и 1727 базирующихся на них
самолетов. Даже при захвате крошечного вулканического о. Иводзима (февраль — март
1945 г.) участвовало 28 американских авианосцев с 1172 самолетами3.
Характерной особенностью применения авианосцев в противодесантных
операциях на Тихом океане было то, что главный удар их самолеты наносили не по
транспортам с войсками, а по авианосцам сил оперативного прикрытия. Так обстояло дело
в сражении в Коралловом море, у атолла Мидуэй, у Марианских и Филиппинских
о-ов.
Ведущую роль в уничтожении сил флота в базах и авиации на аэродромах
играли оперативные быстроходные авианосные соединения (так они стали именоваться
во второй половине войны). Если в первую мировую войну в базах было потеряно
всего пять надводных кораблей и подводных лодок (около 1% всех их потерь), то
во вторую мировую войну благодаря применению авиации было уничтожено более
160 кораблей (около 8%). Из них на долю палубной авиации приходится 80% всех
уничтоженных и поврежденных в базах кораблей (в том числе 37 крупных: 1
авианосец, 8 линкоров, 10 тяжелых и 18 легких крейсеров). Только на Тихоокеанском
ТВД американская палубная авиация уничтожила на аэродромах около 10 тыс.
японских самолетов. Авианосцы, добившись столь значительных результатов в этих
действиях, сами потерь не понесли (см. табл. 3).
8 Кампании войны на Тихом океане..— М.: Воениздат, 1956. —• С. 407—413.
25

На заключительном этапе войны только одно американское 38-е оперативное
соединение включало 15 авианосцев, 9 линейных кораблей, 19 крейсеров и 62
эскадренных миноносца, а 37-е английское — 4 тяжелых авианосца, 1 линкор, 6
крейсеров и 18 эскадренных миноносцев. Это позволяло сосредоточить в зоне их действий
до 1250 самолетов. Для сравнения укажем, что воздушные армии нашей фронтовой
авиации имели в 1942—1943 гг. от 200 до 1000 самолетов, в 1944—1945 гг.
около 1500 самолетов4. Авианосец, следовательно, можно рассматривать не только
с «морской» стороны как боевой авианесущий корабль, основным оружием которого
является 90—100 боевых самолетов, но и с «авиационной» стороны как
авиационную дивизию смешанного трехполкового состава, имеющую хорошо защищенный и
обороняемый плавающий аэродром, обеспечивающий дополнительную мобильность за
счет способности перемещаться в районы, недосягаемые для береговой авиации на
расстояние более 1000 км в сутки.
По американским данным в результате 9 массированных авиационных и
нескольких мощных артиллерийских ударов в период с 1 июля по 15 августа 1945 г.
были уничтожены: 1 авианосец, 3 линкора, 6 крейсеров, 9 эсминцев и 65 других
кораблей и судов, а в воздухе и на аэродромах — 1386 японских самолетов.
Американцы и англичане потеряли 307 самолетов и не утратили ни одного корабля5.
Эскортные авианосцы для обороны океанских и морских коммуникаций от
ударов подводных лодок начали применяться со второй половины войны, хотя их
палубные самолеты значительно уступали противолодочным самолетам берегового
базирования. Авианосцы (тяжелые и легкие) также решали задачи оперативного
прикрытия особо ценных конвоев, но в основном от ударов крупных надводных
кораблей.
Решая задачи нарушения океанско-морсох коммуникаций, авианосцы наносили
удары по портам и уничтожали транспорты в море.
Анализ причин потерь авианосцев (табл. 4 и 5) показывает, что половину всех
авианосцев—19 единиц (50%) уничтожила авиация, 16 (42%) — подводные
лодки и 2 (5%)— надводные корабли, кроме того, один авианосец был уничтожен в
результате последовательных ударов авиации, а затем подводных лодок. Большая часть
авианосцев погибла от торпед и от совместного воздействия торпед и авиабомб (см.
табл. 5), 64% из числа потерянных погибли в результате повреждений, связанных
4 Советская военная энциклопедия. ~ М.: Воениздат, 1977 — 1978 гг. ~ Т. 2. — С. 291;
Т. 3. — С. 485.
s Кампании войны на Тихом океане, — С. 407—413.
Государства
США
АНГЛИЯ
ЯПОНИЯ
Всего по трем
странам
ГИБЕЛЬ АВИАНОСЦЕВ ОТ ВОЗДЕЙСТВИЯ

Палубная
авиация
ударные
1
1
11
13
эскортные
—
—
1
1

Авиация

гового

зирования
ударные
2
—
—
2
эскортные |
—
-
—
—

Самолеты

микадзе»
ударные
-
—
—
—
эскортные
3
—
—
3
Всего:
авиация
©
2
X
а.
F
3
1
—
15
эскортные
3
—
4
РАЗЛИЧНЫХ
Авиация и
подводные
лодки
совместно
ударные
1
-
—
1
эскортные
—
—
—
РОДОВ
СИЛ
Подводные
лодки
ударные
1
3
4
8
эскортные
2
2
4
8

с подводными взрывами и поступлением воды внутрь корпуса, т. е. от потери
непотопляемости, хотя существенную роль (25%) сыграли взрывы и пожары. Для
потопления эскортного авианосца водоизмещением 7—8 тыс. т иногда было достаточно
одного взрыва торпеды (например, «Диском Бей» 24 ноября 1943 г.), а для
уничтожения авианосца водоизмещением до 30 тыс. т, двух-трех попаданий торпед («Ко-
рейджес» 17 сентября 1939 г., «Сёкаку» 19 июня 1944 г.; «Хийо» 20 июня
1944 г.), хотя в некоторых случаях при удачном попадании было достаточно и
одного взрыва («Арк Ройял» 14 ноября 1941 г., «Тайхо» 19 июня 1944 г.). При
одном попадании торпеды авианосцы такого водоизмещения, как правило, могли
осуществлять взлет и посадку самолетов, но затем требовали серьезного ремонта в
условиях базы на судоремонтном заводе. Для потопления же авианосца
водоизмещением 60—70 тыс. т, как, например, «Синано», требовалось уже не менее шести
попаданий торпед6.
В ряде случаев вывод из строя и гибель авианосцев при попадании торпед
происходили в результате взрывов хранилищ авиационного бензина и возникших при
этом пожаров. Повреждения же конструкций подводной части корпуса, причиненные
одной торпедой, например, авианосцу «Тайхо», были явно недостаточными для гибели
такого крупного корабля водоизмещением около 40 тыс. т.
В боях второй мировой войны авианосцы показали себя достаточно живучими
кораблями. В ряде случаев пожары и взрывы боезапаса не вызывали их гибели.
Даже покинутые экипажами сильно поврежденные корабли долго оставались на
плаву («Акаги» и «Хирю» 5—6 июня 1942 г.). Для вывода из строя авианосцев
водоизмещением 25—30 тыс. т требовалось попадания 2—3 500-кг авиабомб, а для
потопления — не менее 8 («Kara» 5 июня 1942 г.).
Некоторый интерес представляют потери авианосцев от самолетов,
пилотируемых летчиками-смертниками. Взрывы, вызываемые ударами «камикадзе», обычно
разрушали полетные палубы, самолето-подъемники, различные устройства, вызывали
сильные пожары. Известны три случая гибели эскортных авианосцев ВМС США от
ударов летчиков-смертников («Сент Ло» 25 октября 1944 г., «Бисмарк Си» 21
февраля 1945 г.; «Оммани Бей» 4 января 1945 г.). Однако чаще самолеты
«камикадзе» только выводили авианосцы из строя и вынуждали их прекращать полетные
операции, а в отдельных случаях — следовать в базы для ремонта. Известно, что
"Короткий И. М. Боевые повреждения надводных кораблей. — Л.: Судпром-
гиз, 1960. — С. 210.
Таблица 4
И ПРИ РАЗЛИЧНОМ ХАРАКТЕРЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ АВИАНОСЦЕВ

водные

корабли
ф
2
Д
О.
СО
5
-
1
-
1
©
2
t-
Q.
О
а
о
1
1

Взрывы

жары)
ф
2
а
1
-
-
—
-
ф
2
Е-
Р.
О
X
о
СО
-
1
1
Всего
боевых
потерь
о
2
d
сС
п
>>
5
5
15
25
ф
2
£-
а
о
X
О
ГО
6
2
5
13
Всего

боевых

потерь
ф
3
X
а
сб
ег
-
-
—
-
Ф
3
о.
о
X
о
-
1
-
1
В море
ф
3
а
сС
>5
5
5
14
24
ф
3
а
§
6
2
2
13
В базах
ф
3
а
се
-
-
1
1
©
2
§
о
ю
—
1
—
1
В ходе
операций,
морских
сражений
ф
3
а
1
4
1
13
18
ф
2
1
1
о
©
3
—
—
3
В ходе
системат.
действий
ф
3
X
а
се
ее
>»
1
4
2
7
ф
3
а
8
3
3
5
11
27

Таблица 5
ГИБЕЛЬ АВИАНОСЦЕВ ОТ РАЗЛИЧНЫХ ВИДОВ ОРУЖИЯ
Государства
США

Великобритания
Япония
Всего по
трем
странам
Торпеды
подводных
лодок
о
А
а
ей
g
1
3
4
о
а
х
а
о
X
2
2
4
16

бомбы
2
А
X
а
ей
W
1
1
5
о
А
X
Е-
а
с
о
ее
—
1
8

Самолеты
«ка-
ми-
кад-
зе»
о
а
д
а
1
_
—
-
К
Е-
а
о
к
о
Г)
-
-
3

Бомбы и
авиа-
цион.

торпеды
о
А
X
а
ей
я:
>>
2
-
6
а>
3
X
а
о
X
о
ф
—
—
8

Авиабомбы,
торпеды
самолетов
и пл
о
А
X
а
ей
g
1
—
—
а
е-
а
о
О
—
-
1

Артиллерия
надводных
кораблей
ф
А
X
а
ей
g
^_
1
—
0)
3
X
Е-
а
§
о
со
1
—
2
Другие
причины
(взрыв,
пожар)
ф
А
X
а
а
—
—
о
3
1
§
__
1
—
1
Всего
а)
3
я
a
5
5
15
3
1
6
3
5
39
летчики-смертники всего повредили 17 ударных и 16 эскортных авианосцев. Однако
только два из них («Банкер Хилл» и «Сэнгамон») были вынуждены возвратиться в
базы для ремонта7.
Сложный современный период поставил новые задачи перед исторической
наукой, важнейшей из которых является объективный анализ и обобщение опыта
прошлого. В этом отношении требует своего переосмысления и нового обобщения
огромный, недостаточно еще изученный опыт флотов империалистических государств во
второй мировой войне. Этой работе наша военно-историческая наука уделяет, по
нашему мнению, все еще недостаточное внимание.
Во взглядах на значение боевого опыта прошлого существуют, по крайней
мере, две ошибочные точки зрения. Первая, наиболее распространенная, ее условно
можно назвать «стихийно-отрицательная», заключается в следующем: как бы ни был
важен и ценен опыт военной истории, «ныне все обстоит иначе», «сейчас все будет
по-другому», «история не повторяется». По подобному поводу Маршал Советского
Союза Г. Е. Жуков в своих мемуарах привел известный французский парадокс:
«главный урок истории заключается в том, что люди не помнят всех уроков истории».
Вторая, тоже распространенная точка зрения, заключается в абсолютизации
главным образом лишь своего победоносного опыта войны. Характерной чертой
рассматриваемой точки зрения является механическое, нередко бездумное его
перенесение на современность. Истинные же уроки истории не столь ясны и однозначны.
Их можно неправильно истолковать, неуместно применить в изменившихся условиях.
Руководствуясь изложенным и были рассмотрены некоторые принципы
использования и причины потерь авианосцев во второй мировой войне. Ее ход подтвердил
ключевую роль авианосцев в вооруженной борьбе на море, которую безвозвратно
уступили им линейные корабли. В современных условиях такая роль авианосцев
продолжает сохраняться, а в случае длительной войны с применением только
обычного оружия она представляется наиболее значительной, и ее недооценка — опасное
заблуждение.
7 Aircraft carriers A Graphic History of Carrier Aviation
Events. By Norman Polmar. London, 1969, p. 434, 719—745, 753.
and its Influens on World
2Й

МЕНЯТЬ
СТЕРЕОТИПЫ МЫШЛЕНИЯ
И ДЕЙСТВИЙ
(Некоторые размышления о новых подходах
к оценке боевой подготовки)
ПОХОДЫ.
ПОЛЕТЫ
Капитан 2 ранга И. ШТУКАТУРОВ,
офицер штаба ЧФ
Г1РОВОДИМАЯ на флоте работа по преодолению недостатков в боевой подготовке
«I * ожидаемых результатов пока, на мой взгляд, не дала. Известно, что она
может быть успешной только в том случае, когда выявлены причины, порождающие
упущения в ее проведении. Однако в практике указания по борьбе с ними нередко
выдаются без глубокого анализа и обоснования и представляют собой набор
мероприятий, являющийся скорее продуктом эмоций, чем размышлений. При этом
абсолютное большинство недостатков чаще всего сводят к упущениям в деятельности
конкретных должностных лиц. Отсюда и принимаемые меры, как правило,
направляются на повышение требовательности, усиление контроля, кадровые перестановки.
Анализ, проведенный по актам различных проверок Черноморского флота за
последние 10 лет, показал бесперспективность такого подхода. Общая особенность
имеющихся недостатков в том, что они появляются повсеместно и повторяются из
года в год. Такое постоянство наглядно доказывает их системный, а не случайный
характер. Поэтому причины, на наш взгляд, следует искать не столько в людях,
сколько в тех условиях, в которые они поставлены.
Все основные недостатки действующей системы боевой подготовки, как бы
различны они ни были, связаны между собой прочной и взаимозависимой сетью
причинно-следственных отношений, и проследить их бывает довольно сложно. Однако их
можно представить в виде пирамиды, на вершине которой находится наиболее общий
для данной системы недостаток (или их группа), являющийся причиной большинства,
если не всех остальных. Ниже располагаются менее общие. Соотношение их строго
соответствует структуре системы. Такое построение диктует и логику борьбы с ними
как поэтапный переход от общих недостатков к частным.
Основным видом деятельности вооруженных сил в мирное время является
боевая подготовка. Большинство других видов входят в нее на правах подсистемы.
Следовательно, самыми общими для вооруженных сил, самыми важными и
определяющими являются проблемы в системе боевой подготовки, нерешенность которых и есть
первопричина других недостатков.
Отличительной особенностью структуры действующего сейчас механизма
является его жесткая централизация. Подобное воздействие на боевую подготовку сверху
донизу пронизано общей и одинаковой ответственностью и заинтересованностью ее
наивысшими результатами как верхних эшелонов, так и промежуточных и конечных.
В условиях обеспечиваемой таким образом успешности боевая подготовка
начинает терять смысл. Живая, практическая работа подменяется планами, отчетами,
донесениями. Планы делаются ради планов, показатели определяются ради показателей,
а реальное положение дел прикрыто успешностью.
С одной стороны, это влияет на искажение изначального смысла воинской
дисциплины, когда управленческая неисполнительность становится обычным явлением,
при котором указания требуют многократного и многоуровневого контроля. С другой
стороны, когда в деятельности нет естественной заинтересованности, то ее основной
движущей силой становится принуждение, что стимулирует неуклонный рост
количества всевозможных проверок.
Отсюда следует вывод, что упрощенчество, формализм, очковтирательство,
бумаготворчество, неупорядоченность рабочего времени, отрыв личного состава от за-
29

нятий и другие недостатки, с которыми мы безуспешно боремся многие годы, на
самом деле являются неотъемлемыми, а потому неискоренимыми свойствами данной
системы боевой учебы. Поэтому, на наш взгляд, в ней сложилась ситуация, изменить
которую можно только одним путем — перестроив всю систему боевой учебы.
Содержанием предлагаемой реорганизации должно стать столкновение интересов
участников боевой подготовки и руководящих инстанций на основе разделения их
задач и ответственности. Одни должны обучать, проводить учебные мероприятия,
добиваться максимальной успешности их и нести ответственность за полученный
результат. Другие — осуществлять строгий контроль за качеством и условиями их
выполнения, давать объективную оценку им и отвечать за ее соответствие реальной
боеготовности соединения, корабля, части. Прежде всего должна быть разрушена
согласованная заинтересованность в общей ее успешности.
Так как мероприятия боевой подготовки должны базироваться на моделях
современного боя, то наличие противоборствующих сторон является обязательным их
атрибутом. И до тех пор, пока мы не обеспечим действенное выполнение этих
основополагающих условий, боевая учеба в ее истинном содержании, думается, будет
оставаться ущербной.
Для организации взаимодействия между соперничающими сторонами, а также
установления результатов их борьбы в систему боевой учебы должна обязательно
входить самостоятельная и независимая организация, имеющая функции выработки
стратегии боевой подготовки, ее организатора и арбитра.
Такой организацией может стать аппарат боевой подготовки, который должен
нести ответственность за полноту и качество организованного в системе боевой
учебы противоборства и состязания, разработки учебных задач сторонам, соответствие
им возможностей сил, привлекаемых к противоборству и определение необходимых
ограничений для обеспечения безопасности их действий, а также за достоверность
устанавливаемых результатов. А вот ответственность за качество решения этих
задач должна быть целиком и полностью возложена на соединения.
Одной из важнейших функций боевой подготовки является проведение
объективного отбора лучших и выявление худших. Главным здесь должны быть
фактические показатели боеготовности, огневой и командирской подготовки. Как на войне,
где в ходе боевых действий идет самый жесточайший отбор сильнейших, так должно
быть и в боевой учебе. Вся система ее проведения должна стимулировать участников
обойти соперников, добиться наивысших результатов. Поэтому предлагаю так
сформулировать основную задачу каждого мероприятия боевой подготовки: «Достижение
победы над учебным противником в ходе противоборства или состязания».
Однако, чтобы эта структура могла нормально функционировать и развиваться,
требуется выполнить ряд условий.
Во-первых, боевую подготовку необходимо освободить от требования получать
оценки не ниже хороших. Их обязательность несовместима с принципами
противоборства и истинной состязательности. Борьба не может давать гарантированный
положительный результат всем.
Во-вторых, при подготовке к учению или состязанию надо быть свободным в
выборе действий. Самостоятельность в работе на своем участке (уровне) есть
важнейшее условие развития инициативы в действиях и поступках начальников,
воспитания ответственности, поднятия их авторитета. Они сами должны решать, как
выполнять свой план. Критерием здесь могут быть только сроки его реализации и
достигнутый результат.
Единственное ограничение, допускаемое в составлении планов,— их
согласование и утверждение.
При этом, по моему мнению, должны рассматриваться только три вопроса: сроки
выполнения мероприятий, внешнее и взаимообеспечение, расход ресурсов и
достаточность мер безопасности.
Планы различных учений и штабных тренировок должны составляться теми,
кто их проводит. Качество и аргументированность таких документов определяют
способность тех или иных органов управления выполнять свои функции. У нас же
порой после проверки подготовленных материалов в вышестоящих инстанциях они
возвращаются исполнителям значительно измененными. В итоге проверяются ие зна-
30

ния и умение нижестоящих органов
действовать самостоятельно, а лишь их
исполнительские возможности.
Результат должен определяться в
первую очередь достигнутым уровнем
мастерства. Из этого требования сразу же
вытекает необходимость изменения всей
системы учета и отчетности по боевой
подготовке.
Каждый уровень командной
инстанции обязан принимать в расчет и
опираться только на те данные, которые были
получены в ходе мероприятий, проведенных
под его руководством, или при
непосредственном участии. Не должны, например, на
флотском уровне учитываться и засчиты-
ваться оценки, выставленные штабом
соединения. Аналогично и в последнем не
должны вести учет показателей по
оценкам, выставляемым командирами кораблей.
Каждый начальник должен лично
оценивать нижестоящих.
Теперь что касается самой оценки.
Сложившееся в настоящее время
отношение к ней как абсолютной величине
совершенно неверно. Мне кажется, нельзя
воспринимать двойку как показатель
небоеспособности, а пятерку — как гарантию
победы в бою. Видимо, по этой причине
двоек у нас как окончательной оценки, за
редчайшим исключением, нет.
Методики определения оценок,
приводящиеся в руководящих документах, не
дадут, по нашему мнению, положительного
результата, пока сравнение идет с
абстрактной моделью, основывающейся на наших представлениях о том, «как должно
быть», поскольку в них «играет» свою роль опыт службы инспектирующего.
Именно поэтому, на мой взгляд, в оценках порой много субъективизма, что
часто приводит к их завышению. Чтобы оценки реально отражали уровень боевой
выучки, эталон должен быть конкретным материальным объектом. Для этого
инспектируемые корабли, части надо сравнивать не с какими-то идеальными требованиями,
а друг с другом. Тогда сам результат проверки будет заключаться в том, чтобы все
экипажи расставить относительно друг друга в соответствии с достигнутыми
результатами.
Самые лучшие, имеющие высшие показатели соответствуют пятерке, самые
худшие — двойке. Оценки остальным интерполируются. При таком подходе в
соединении (части) всегда будут и пятерки, и двойки, последние не станут решающим
образом влиять на служебные перспективы, а значит, и вызывать стремление к
очковтирательству, приукрашиванию положения дел.
При этом не следует ужасаться двойкам, т. к. они на самом деле не означают
подрыв боевой готовности или полную недееспособность, а лишь то, что остальные
участники состязания (соперники) оказались подготовлены лучше. Двойка,
полученная в результате поражения в учебном бою с сильным соперником, есть
положительный опыт и урок, приобретая который только и возможно идти к победе в реальном
бою. По мере роста боевого мастерства должны расти и требования для получения
наивысшей оценки, а прежние показатели будут уже соответствовать более низким
оценкам.
(Продолжение см. на с. 33)
Задачи боевой подготовки выполнены
успешно. СКР «Безукоризненный»
возвращается в родную базу
Фото Г. Дианова
31

Галерея российских флотоводцев
ПЕТР АЛЕКСЕЕВИЧ РОМАНОВ (30 мая 1672 г. - 28 января
1725 г.)
Петр I Великий — русский царь с 1682 г. и первый российский
император с 1721 г., выдающийся государственный деятель, основатель регулярного
военно-морского флота, адмирал.
1688 г. — Первое плавание на ботике, названном «Дедушка русского
флота» — по Яузе и Просяному пруду под Москвой, возникновение серьезного
интереса к морскому делу.
1689 г. — Основал корабельную верфь на Переславском (Плещеевом)
озере, где была создана «потешная» флотилия.
1693—1694 гг. — Плавание под именем шкипера Петра Алексеева по
Белому морю на яхте «Св. Петр» и на корабле «Святое Пророчество».
1696 г. — Строительство кораблей в Воронеже при непосредственном
участии Петра I. Командование авангардом 1ребной флотилии на галере «Прин-
ципиум» во время осады и взятия турецкой крепости Азов.
1696 г., 20 октября. — По настоянию Петра I Боярская дума постановила:
«Морским судам быть».
1697 —1698 гг. — Осваивал на верфях Голландии и Англии многие
кораблестроительные профессии, совершенствовал знания в «навигацких науках»,
получил звание корабельного мастера.
1699 г. — В чине капитана командовал кораблем «Отворенные врата» на
Азовском море при сопровождении русского посольства в Турцию. Учредил для
военных судов Андреевский флаг.
1701 г. — Основал школу математических и навигацких наук в Москве.
1702 г. — Плавал по Белому морю и Онежскому озеру, командуя яхтой
архангельской флотилии «Транспорт-Роял».
1703 г. — Под руководством Петра русские войска овладели Ниеншанцем.
Первая морская победа: командуя отрядом лодок с десантом, взяли на абордаж
шведские суда «Астрильд» и «Гедан». Награжден орденом Св. Андрея
Первозванного. Заложил Санкт-Петербург.
1704—1706 гг. — Основал Кроншлот (Кронштадт). Создал
Адмиралтейство в Петербурге. Подписал указ о формировании морского полка,
положившего начало организации морской пехоты русского флота. Произведен в
капитан-командоры.
1707—1708 гг. — Участвовал в строительстве кораблей Балтийского
флота по своим чертежам на Адмиралтейской верфи в Петербурге.
1709 г. — Плавал на вновь построенных бригантинах по Азовскому морю,
изыскивая порты для флота. За блестящую победу под Полтавой «пожалован
чином арир-адмирала или шаутбенахта (контр-адмирал)».
1710—1713 гг. Плавал под контр-адмиральским флагом на шняве «Мун-
кер» и сопровождал войска, осадившие Выборг. Выполнял крейсерство на
корабле «Самсон». Командуя авангардом галерного флота, на корабле
«Полтава» участвовал во взятии Гельсингфорса.
1714 г., 27 июля. — Участвовал в Гангутском морском сражении, в
котором, командуя авангардным отрядом из 23 скампавей, в жестоком абордажном
бою овладел инициативой и пленил десять шведских кораблей. За эту победу
удостоился звания вице-адмирала.
1715 г. — Командовал авангардом Балтийского флота на корабле «Ингер-
манланд». Учредил Морскую академию и Адмиралтейский госпиталь.
1716 г. — Командовал соединенным русско-англо-датско-голландским
флотом в крейсерстве по Балтийскому морю. В честь этого выбита медаль с
надписью «Владычествует четырьмя».
1717—1719 гг. — Командовал авангардом и всем Балтийским флотом в
плаваниях по Финскому заливу.
1720 г. — Лично подготовил и издал морской регламент под названием
«Книга устав морской о всем, что касается к доброму управлению в бытность
флота на море».
1721 г. — Участвовал в заключении Ништадтского мира со Швецией. За
«понесенные труды в сию войну» удостоен чина адмирала.
1722 г. — Участвовал в Персидском походе. Во время перехода по
Каспийскому морю из Астрахани в Аграханский залив командовал передовым
отрядом флотилии. Присоединил к России западное и южное побережье Каспия.
1723 г. — В Петербургском Адмиралтействе заложил первый 100-пушеч-
ный корабль по своим чертежам. На ботике «Дедушка русского флота» произвел
торжественный смотр флота на Кронштадтском рейде.
1724 г. — Собственноручно составил план экспедиции В. Беринга.
1725 г., 28 января. — Кончина Петра I.
С этого номера редакция начинает публикацию «Галереи российских
флотоводцев» — цикл портретов выдающихся деятелей отечественного флота:
командующих флотами и эскадрами, руководителей Адмиралтейств-коллегий
и морского министерства.
32

Изменчивость оценок и будет характеризовать динамику яроцесса боевой
подготовки, а количество двоек — его напряженность.
Результаты борьбы не поддаются жесткому планированию, что вынуждает
каждую сторону прикладывать максимум усилий для достижения успеха. Тогда всеми
начальниками отрыв людей от }чебы будет восприниматься как прямая угроза
победе над соперником в учебном бою, ведь трудности и заботы подготовительного
периода не смогут служить оправданием поражению.
Кроме того, противоборство и состязательность является стимулом к
непрерывному усложнению задач, поиску новых тактических приемов боевой деятельности.
Ведь старым багажом знаний противника уже не обыграть. Все это в свою очередь
повысит требовательность к своей личной подготовке, исполнительности и
дисциплине. Отпадет потребность во внешнем принудительном контроле, который с большей
эффективностью заменит взаимо- и самоконтроль.
Предложенная модель боевой подготовки, на мой взгляд, принципиально
отличается от действующей. Последняя для своего функционирования требует
постоянного воздействия внешних сил, в роли которых выступают проводящиеся
различные кампании в виде проверок, указаний, наказаний, «накачек», включая даже
общественное воздействие. Роль основных стимулов играют крупные учения,
состязания на первенство в ВМФ и итоговые мероприятия. Как только усилия ослабевают,
боевая подготовка замирает. Чтобы ее оживить, требуются все новые и новые
усилия. Сегодня такая модель создалась, очевидно, под влиянием всего хода
общественного развития и представляется проявлением действия командно-административной
системы.
Поэтому все проблемы и недостатки боевой подготовки: упрощенчество,
завышение оценок, всеобщая успешность, элементы очковтирательства, бумаготворчество
и др. имеют свои аналоги и в иных сферах жизни нашего общества, например в
экономике. Это хорошо нам знакомые дефициты, низкое качество, брак, завышение
процентов, искажение отчетности, валовые показатели, диктат плана, что в конечном
итоге серьезно сказывается и на повседневной деятельности ВМФ.
Решать эти проблемы надо, на мой взгляд, через разрушение монополии,
предоставление самостоятельности, стимулирование инициативы, создание условий для
состязательности, продвижение по службе лишь по объективным показателям ратного
труда.
Конечно, в статье изложены лишь общие, принципиальные положения
перестройки системы боевой подготовки. Чтобы новую модель наполнить конкретным
содержанием, целесообразно проверить ее, например, на базе нескольких соединений
флота и на этом опыте отладить весь ее механизм. Думаю, что многие понимают, что
сложившиеся стереотипы мышления надо менять, иначе движения вперед не будет.
НА
ЦВЕТНОЙ
ВКЛЕЙКЕ
На 4-й странице
помещена репродукция с картины
известного русского
художника А. Кившенко «Петр I
управляет парусным
ботиком».
Алексей Данилович
Кившенко (1851—1895 гг.)
закончил Петербургскую
академию художеств, получив
за дипломную работу
золотую медаль. Во время
русско-турецкой войны 1877 —
1878 гг. находился в
действующей армии и сделал
большое количество
натурных зарисовок.
Военно-историческая тематика увлекла
живописца. В 1879 г. он
представил на выставку в
Петербурге картину
«Военный совет в Филях в
1812 г.», которая принесла
ему всероссийскую славу и
широкое признание
зрителей. В дальнейшем А.
Кившенко посвятил себя
изображению историко-бытовых
жанров, за что ему в 1884 г.
присвоили звание
академика. В 1894 г. его назначили
профессором -
руководителем баталической мастер,
ской высшего художествен,
ного училища при России-
ской Академии художеств.
...В 1872 г. широко
отмечалось 200-летие со дня
рождения Петра I. К этому
юбилею А. Кившенко
подготовил серию картин, в
которых в хронологическом
порядке рассказывалось о
жизни выдающегося
государственного и военного деятеля.
Художник использовал
архивные материалы,
литературные и документальные
свидетельства петровской
эпохи, кропотливо
выискивал предметы одежды и
быта того времени, чтобы
предельно достоверно
представить в картинах эпоху
возрождения России. В печати
появились положительные
отзывы на работу А.
Кившенко. Современная крити-
ка подчеркивала^ сходство
образов не только с царем-
преобразователем, но и с
многими его соратниками.
В идею картины,
представленной в журнале, положен
факт получивший важное
развитие в дальнейшей
деятельности Петра I: плавание
юного царя на случайно об.
наружен ном ботике по Яузе
и Просяному пруду в
Подмосковье. Вскоре он
развернул строительство и
организацию российского военно-
морского флота, ставшего
могучей составной частью
регулярных вооруженных
сил государства.
«Петровская серия» А.
Кившенко в 1872 г.
экспонировалась на юбилейной
выставке в Москве в помеще
нии, где ныне располагается
Политехнический музей,
наряду с другими произведи
ниями живописи,
скульптуры, реликвиями,
связанными* с именем Петра Велико
го.
Часть картин этого цикла
сохранилась до нашего
времени и находится в фондах
Центральмогогш^енно
морского wyzmtt
3 «Морской сборник» N& 7
33

ВСЕГО ОДИН ДЕНЬ
Должность старшего помощника командира корабля — одна из самых
беспокойных на флоте. Что ее отличает, с решением каких вопросов
приходится сталкиваться офицеру на этом посту, мы попытались показать на
примере одного дня старпома надводного корабля. Насколько это удалось, судить
читателям.
ЗВОНОК будильника прервал
сновидение. И с ним исчезли гладь
воды и та особая радость, которую
испытывают, наверное, только рыболовы,
когда поплавок их удочки ныряет под
воду. Еще не совсем проснувшись,
Олег Анатольевич подумал: доведется
ли в этом году порыбачить на
памятных с детства берегах родного озера?
Остатки сна прогнал стук в дверь
каюты. Дежурный по кораблю, спросив
разрешение войти, негромко, но отчет?
ливо произнес:
— Товарищ капитан 3 ранга, через
полчаса подъем личного состава.
Поблагодарив офицера, Олег
Анатольевич резким движением сбросил
одеяло и вскочил с кровати на ковровую
дорожку. Часы показывали половину
шестого утра. Взяв эспандер, он стал
энергично делать зарядку, разогревая
мышцы. А мысли уже текли в
привычном русле обилия больших и малых, но
одинаково неотложных дел нового дня:
предстояло завершить подготовку
корабля к выходу в море, до которого
оставалось немногим более суток.
Приведя себя в порядок и выйдя в
коридор, старпом встретил дежурного
по кораблю и офицера штаба. Они
направлялись к нему. Оказывается,
согласно приказу командира соединения
на ВПК «Адмирал Макаров»
проверялась отработанность экипажа по
повышению боевой готовности корабля.
Сигнал учебной тревоги прозвучал за
несколько минут до подъема.
Оповестив по телефону командира корабля и
отдав необходимые указания
дежурному, старпом начал учение.
Вскоре на борт прибыл командир
капитан 2 ранга П. Карпов. Доложив о
выполненных мероприятиях, Ширнин
сосредоточился на исполнении своих
старпомовских обязанностей. А они у
него немалые: только в Корабельном
уставе их перечень занимает шесть
страниц!
— Обязанности старпома по своему
характеру всеобъемлющи, — говорил
мне Олег-'Анатольевич. — Прежде
всего это ответственность за боевую
готовность, оборону и защиту корабля;
за боевую подготовку, воспитание и
воинскую дисциплину личного состава;
организацию службы и порядок жизни
на корабле и т. п. Весь же их объем,
конкретные праза и обязанности
определены в многочисленных руководящих
документах.
Уже во время разбора учения на
центральный командный пост прибыл
дежурный по кораблю и доложил, что
через десять минут подъем флага.
— Олег Анатольевич. — обратился
к старпому командир, — распорядитесь
о начале завтрака. Подъем флага
будем проводить без построения по
«большому сбору». Главное на сегодня —
подготовка к выходу в море на
тактическое учение и выполнение стрельб.
После разбора учения, задержав на
несколько минут командиров
подразделений, старпом познакомил их с
уточненным планом на сутки. Так уж
заведено, что основная нагрузка при
подготовке любых корабельных учений
ложится именно на старпома. И это
объяснимо, ибо, как известно, следующая
ступенька для старшего помощника —
командирская должность, где офицер
должен уже до тонкостей знать все
взаимосвязи такого сложного
«организма», каким является корабль и его
экипаж. Всесторонне анализируя
обстановку, он должен вырабатывать
рекомендации командиру для принятия
решения на конкретные действия и,
кроме того, являясь первым заместителем
командира, обязан быть готовым
заменить его в любую минуту.
Служить офицерам нередко
приходится на различных кораблях,
отличающихся один от другого и размерами, и
оружием, и даже основным
предназначением. Так, несколько лет назад Олег
Анатольевич был старпомом на
гвардейском ВПК «Красный Крым», а
затем — на СКР «Разительный». Было
это на Черном море. После окончания
офицерских классов он получил
направление на новый для иего — Северный
34

флот, на БПК «Адмирал Макаров».
Таким образом, судьба привела его в
город, где он родился. Служба на
Черном и Баренцевом морях имеет свою
специфику, вот и пришлось старпому
снова засесть за учебники. И делает он
это, выкраивая время из и без того
сверхуплотненного, далеко не
нормированного рабочего дня. Упорство Олега
Анатольевича было вознаграждено: он
нолучил допуск к самостоятельному
управлению новым для него кораблем.
, ^ ...Сразу после завтрака провели
инструктаж и учение по применению ракетъ
ного оружия корабля, по окончании
которого старпом собрал командиров
боевых частей для его разбора и оценки.
— В основном цель учения
достигнута, — начал Ширнин. — Однако
есть еще ряд недостатков, на которые
и хотел бы обратить ваше внимание...
Но сделать это старпом тогда не
успел. На корабль поступил сигнал:
«Угроза нападения диверсионных сил и
Средств». Отпустив офицеров, Олег
Анатольевич по сигналу учебной
тревоги занял свое место. К этому
времени на корабль прибыли новые
посредники. Их задача состояла в проверке
соответствующей документации корабля
(за ведение которой тоже отвечает
старпом) и оценке действий личного
состава по поступившей вводной.
- Уже у трапа, проводив офицеров
штаба, Ширнин услышал сигналы и
голос командира, усиленный
динамиками! «Корабль экстренно к бою и
походу приготовить». Жизнь воинского
коллектива расписана по минутам.
Действия каждого матроса, старшины, мичг
мана и офицера практически на все
случаи жизни строго регламентированы.
Приготовлением корабля к бою и
походу тоже руководит старпом. Олег
Анатольевич прибыл на главный
командный пункт корабля, начал отдавать
команды и принимать доклады от
командных пунктов, боевых частей и
служб. Обычно подготовка к плаванию
идет в соответствии с графиком, без
серьезных сбоев, чаще встречаются
лишь небольшие заминки. Так было и
на сей раз: в электромеханической
боевой части, которой руководил
капитан-лейтенант Ю. Сорокин, проявилась
неполадка в работе одной из систем.
— Юрий Федорович, — вызвал его
по связи старпом. — Что случилось?
Сколько времени понадобится на устрат
нение неисправности?
— Не запускается масляный насос,
— доложил Ю. Сорокин. — Время на
устранение неисправности в пределах
пятнадцати минут.
Доложив о случившемся командиру,
Ширнин подумал, что не без оснований
БПК «Адмирал Макаров» считается
ветераном в соединении. За более чем
15 лет существования он прошел не
одну тысячу миль, нес боевые службы,
ремонтировался и после этого вновь
возвращался в строй. И конечно, его
механизмы поизносились и требуют
значительно большего внимания, чем это
определено в спецификациях.
Весь корабль готовился к выходу.
Штурманы экстренно запускали
гирокомпасы. Артиллеристы, ракетчики и
минеры проверяли состояние систем и
устройств, находящихся в заведовании.
Связисты устанавливали «мост» с
вышестоящим штабом. И все же
основной объем работ выполняли в БЧ-5.
Однако внезапный выход в море не
состоялся. Приготовление оказалось
контрольным. После него командир
повел корабельный противолодочный
расчет в кабинет на тренировку. (Основное
предназначение БПК — борьба с под
водными лодками. Вот почему этому
вопросу уделяется особое внимание не
только на корабле, но и в соединении
в целом.) Тренировка была в разгаре,
когда прибыл командир бригады
капитан 1 ранга В. Доброскоченко. Не
вмешиваясь в действия расчета,
Владимир Григорьевич внимательно
наблюдал за ходом поиска. На завершающем
этапе атаки по его вводной командир
корабля оказался «убитым». В
командование вступил Ширнин. Некоторое
время спустя «противник» был
уничтожен. В ходе разбора тренировки
комбриг, дав ей положительную оценку,
сделал ряд замечаний, указав, что так-
тические расчеты и подготовку данные
для применения оружия можно было
выполнить в более короткий срок.
На корабль возвратились ближе к
обеду, когда уже подошло время малой
приборки. Переодевшись и
вооружившись специальным «инструментом».
Ширнин начал обход корабля. В одном
из помещений его встретил матрос:
— Товарищ капитан 3 ранга! На
боевом посту производится приборка,
приборщик матрос Шоблинскис, —
доложил он старпому. Было видно, что в
помещении поддерживается порядок и
чистота, близкие к образцовым. Спро-

сив у матроса о службе,
поинтересовавшись, что пишут из дома, Олег
Анатольевич прошел дальше. На верхней
палубе в некоторых местах приборка
еще не закончилась. Строгий глаз
старпома натолкнулся на потускневшие
заглушки пожарных магистралей, кое-где
требовалось обновить краску. Больше
всего замечаний получили объекты, где
руководителями приборки являлись
молодые офицеры. Недостаток опыта,
невысокая требовательность, а порой и
некоторая стеснительность вчерашних
курсантов — дело поправимое.
Беспокоит же старпома все увеличивающееся
число офицеров, не проявляющих
активности в службе на корабле, их
взгляд на нее как на нечто временное.
Они очень болезненно воспринимают
предъявляемые к ним требования,
начинают писать рапорты об увольнении,
допускают грубые проступки. Вот й
помощник командира по снабжению стал
на такой путь. Ни беседы, ни
наказания на него не действуют, и
приходится старпому постоянно контролировать
выполнение им своих обязанностей, а
кое-какие вопросы просто решать
самому. Документы на увольнение в запас
помощника уже представлены в штаб
соединения, однако старпому от этого
не легче, поскольку часть обязанностей
легла на его плечи. Работа с людьми
у Ширнина занимает значительную
часть времени. В его записной книжке
есть пометки о характерах,
способностях, наклонностях офицеров. Знание
подчиненных помогает ему и находить
контакт с ними, и более эффективно
использовать для решения конкретных
задач.
К сожалению, вопрос о службе
молодых офицеров стоит не только перед
Ширниным. От представителей
кадровых органов флота я узнал, что в
прошлом году двадцать восемь
выпускников различных училищ сразу же по
прибытии в части написали рапорты об
увольнении из Вооруженных Сил.
Настойчивость отдельных из них в этом
выражалась даже в отказе принимать
дела по месту службы. Наверное, здесь
есть над чем задуматься всем нам и
особенно руководящему составу вму-
зов.
Проверив организацию приборки,
Олег Анатольевич вновь переоделся и
спустился на камбуз, где предстояло
снять пробу „ цшци, оценить ее
качество. А затем„ вызвав помощника, он #а
месте еще раз убедился в том, что все
готово к выходу в море.
По старой флотской традиции за пять
минут до начала обеда Олег Ширнин
прибыл в кают-компанию офицеров. В
соответствии с Корабельным уставом
старпом' является старшим и отвечает
за все, что связано с ней: будь то
прием пищи, отдых или занятия.
Проверив сервировку и готовность пищи,
Олег Анатольевич в ожидании
командира разговорился с капитаном 2 ранга
В. Зеленским, командиром БЧ-2.
Владимир Александрович, ветеран корабля,
один из лучших офицеров соединения,
по выслуге лет собирался уволиться в
запас. Вопрос о его будущем волновал
офицеров. Разговор был прерван
появлением в кают-компании командира
корабля.
— Приглашайте офицеров к столу,—
разрешил Петр Васильевич.
Быстро пообедав, Ширнин спустился
в столовую команды. Присутствие там
старпома и других офицеров является
традицией. К этому времени первая
смена тоже приняла пищу, и столы
готовились для второй.
Время, отведенное на обед и отдых,
называют «адмиральским часом». "В
этот период на кораблях затихает
бурная флотская жизнь, появляется
«окно», которое можно использовать для
отдыха. Обычно к этому времени
проходит уже семь часов после подъема, а
впереди минимум четыре часа
«рабочего» времени, да и для многих оно еще
совмещено с подготовкой к дежурству
и вахте. Однако для старпома
возможность отдохнуть в это время, увы,
представляется редко.
Так и на сей раз, вместе с
заместителем командира корабля по
политчасти капитаном 2 ранга С. Дробахой он
обошел кубрики и боевые посты, в
которых живет личный состав.
Во время обхода своего морского
дома пришли мысли и о береговом.
Нужно было позвонить и предупредить
жену, что сегодня дел на борту много и
поэтому увидеться наверняка не удастся.
Вообще, старпомам отдохнуть и
сойти на берег особенно трудно. Так, в
Корабельном уставе сказано, что
«частое оставление корабля старшим
помощником командира корабля
несовместимо с должным исполнением им
своих ответственных обязанностей». И
такая общая формулировка, как «частое
оставление», трактуется многими на-

Капитан 3 ранга О. Ширнин
Фото автора
чальниками довольно субъективно.
Думается, этот пункт устава требует
уточнения. Да и не только этот, но и
ряд других положений, о которых
говорилось в одной из последних
публикаций «Морского сборника» 1. Но почему-
то не спешат высказать свою точку
зрения по этим вопросам командиры
кораблей, соединений и офицеры
штабов и управлений.
Ширнину все же удалось отдохнуть
во время «адмиральского часа» минут
двадцать. А за десять минут до
конца перерыва в дверь каюты постучали
и дежурный по кораблю
поинтересовался: будут ли изменения в суточном
плане.
— Новых вводных не поступило.
Стройте экипаж на стенке.
В этот день командир соединения
проводил плановый осмотр формы одеж-
ды личного состава кораблей. Обычно
подобные мероприятия проходят
довольно быстро. Утренние осмотры на
кораблях и регулярные проверки
своих подразделений мичманами и
офицерами позволяют своевременно устранять
выявляемые замечания. Так было бы и
на этот раз, однако сегодня не обошлось
без неприятности. Дело в том, что в
БЧ-5 недавно прибыл матрос Вадим
Миронов, рост которого более двух
'Мохунь А. Приоритет — *
корабельной служОе//Морской сборник. „-—. ,1ОДО
№ 4. — С. 52—54.
метров и больше подходил бы для
службы в морской пехоте или караульном
подразделении, нежели на корабле с
известной теснотой его помещений.
А ведь раньше вроде существовало
ограничение в росте, уж во всяком
случае для тех, кто направлялся в
подводный флот. Не так-то просто
оказалось подобрать форму для такого
гиганта, да и в строю он выделялся,
возвышаясь над всеми больше чем на
голову. А кроме того, у нескольких
матросов не оказалось... шнурков на ботин
ках. Вот и пришлось Ширнину и Дро-
бахе краснеть перед командиром
соединения.
После завершения смотра и развода
личного состава на занятия Олег
Анатольевич поспешил в подразделения
тыла. Необходимо было окончательно
решить вопрос снабжения корабля
расходными материалами. Сложилась
парадоксальная ситуация: в течение нескольких
месяцев на корабль не выдавали спирт
и специальные смазки. Известно, что
надлежащий уход за оружием и
техникой без этих материалов пока
невозможен. В самый ответственный момент
могут «закиснуть» контакты, и завтраш-
няя стрельба окажется под угрозой
срыва.
— Самое обидное то, — говорил мне
Ширнин, — что по-прежнему в
вопросе снабжения кораблей всем
необходимым тыл не повернулся, как
говорится, к флоту лицом. Приходится тратить
массу времени и усилий на
«пробивание» того или иного довольствия,
согласование различных вопросов,
«добывание» автотранспорта. Много об этом
говорят и пишут, а положение почти не
изменилось. А ведь должно быть так:
подал обоснованную заявку и в
назначенное время материалы будут
доставлены на причал к борту корабля.
Хотя истины ради следует сказать, что
и сам тыл настолько маломощен, что
исправить самостоятельно подобное
положение дел, по-моему, не может.
Вернувшись на ВПК после
«хождения по тыловым мукам», Олег
Анатольевич возглавил проведение
тренировки расчетов к предстоящей
ракетной стрельбе с контрольным снятием
нормативов. Почему он, а не опытный
командир БЧ-2? Потому что именно
старпом в соответствию с Корабельным
уставом отвечает за боёвук* готовность,
Оборону- и зшциту 'корабля,'*за * органа-

зацию взаимодействия между его
боевыми частями (службами).
Шел уже пятый час дня, и
требовалось проверить организацию подготовки
и заступления нового суточного наряда,
знания дежурными по кораблю и по
низам инструкций, действий по
различным сигналам и тревогам.
Заступающий дежурный, командир БЧ-3 капитан-
лейтенант С. Максименко, хорошо знал
руководящие документы и на вопросы
отвечал правильно. Опытный офицер,
один из лучших на корабле, ему
можно было доверить дежурно-вахтенную
службу. То же можно было сказать и о
дежурном по низам старшем мичмане
И. Воробьеве.
Вернувшись в каюту, Олег
Анатольевич почти сразу же услышал стук в
дверь — наступило время вечернего
доклада, и у него собирались
командиры боевых частей. Вопросы,
подлежащие обсуждению, затрагивали весь
спектр проблем корабельной жизни: от
утверждения плана работы на
предстоящий выход в море до подписания
отпускного билета отличившемуся
матросу.
Приняв доклады, Ширнин в
назначенное время прибыл к командиру
корабля. Утверждение документов заняло
немного времени. Разговор в основном
шел о готовности боевых частей и
корабля в целом к завтрашнему выходу
в море.
— Офицеры штаба в течение дня
проверяли готовность подразделений к
учению, — докладывал старпом. —
Высказанные ими замечания устранены.
— Хорошо, — подытожил командир,
— в соответствии с графиком
отпускайте офицеров и мичманов на сход. Пусть
отдохнут перед ответственным выходом.
Некоторое время спустя, отдав
необходимые распоряжения старпому и
замполиту и спросив разрешения у
командира соединения, командир убыл с
корабля.
Был объявлен ужин. В
кают-компании заметно уменьшилось количество
офицеров. Однако было видно, что
настроение у моряков хорошее —
временами раздавались взрывы смеха:
кто-то рассказывал очередную флотскую
байку.
Время после ужина на кораблях
проходит относительно спокойно. И в тот
день, кроме плановых мероприятий,
ничего неожиданного не предвиделось.
Достав жу]Шай боевой подготовки ко*
рабля, планы и таблицы учений и
тренировок, Олег Анатольевич отметил
отработанные за день мероприятия,
сделал в них соответствующие записи.
Занимаясь этим, он еще раз
проанализировал готовность корабля к
предстоящему выходу в море. Вроде все были
готовы. Такой вывод вызвал у старпома
чувство удовлетворения, в том числе и
своей работой.
Да, эта должность одна из самых
сложных на флоте и требует она от
человека, занимающего ее, не только
обширных знаний, но и определенного
самопожертвования. Не все
вступившие на командирский путь офицеры
успешно проходят его. И, наверное, из
всех категорий плавсостава, о
повышении авторитета которого мы так много
говорим, эти офицеры нуждаются в
наибольшем внимании и понимании.
Как это сделать, надо подумать
сообща. Предложения уже поступают, и
самые различные: от повышения
штатной категории до выплаты
«сверхурочных». Да и служебные нагрузки можно
было бы уменьшить. Сам О. Ширнин
высказался за введение в структуре
экипажа больших кораблей должности
заместителя командира корабля по
боевому управлению, что сняло бы часть
нагрузки со старпома.
Вскоре подошло время вечернего
чая. Олег Анатольевич вновь спустился
в столовую команды. Все офицеры и
мичманы, кому было положено, уже
находились там. Пройдя в пост энерге.
тики и живучести, он проверил
документацию дежурного по БЧ-5. Туда же
прибыл и командир
электромеханической боевой части Сорокин.
— Как обстановка, Юрий
Федорович? — спросил старпом офицера. —
Как масляный насос, теперь не
подведет?
— Все будет в порядке, не
подкачаем, — ответил тот, что-то записывая
в блокнот.
В кают-компанию Ширнин поднялся
в тот момент, когда по телевизору уже
передавали прогноз погоды на завтра.
И хотя он уже знал его во всех дета*
лях (немного ранее штурман
докладывал метеообстановку по синоптической
карте), телеподтверждение хорошего
прогноза вызвало новое чувство
удовлетворения...
По распорядку дня до отбоя
оставалось провести два мероприятия — строе-
прогулку и вечернюю поверкуа
33

Приняв доклад дежурного по кораблю И мне подумалось, что именно эти
о наличии на борту команды и отпус- черты характеризуют старпома ВПК
тив личный состав вниз, Олег Анатолье- «Адмирал Макаров» капитана 3 ранга
вич, прежде чем еще раз обойти куб- О. Ширнина, потомственного моряка,
рики и проверить отход подразделений безмерно влюбленного в свое дело,
ко сну, задержался с офицерами на Обойдя вместе с дешуРной службой
верхней палубе. корабль, Олег Анатольевич вернулся в
Заканчивался рабочий день. И хотя к Опустился в кресло. Наконец-то
время уже перевалило за двадцать три можно был0 расслабиться. Расстегнув
часа, вовсю светило солнце. Начавший- в0 рубашки> пробежал взглядом по
ся полярный день давал возможность планам и графикам> разложенным под
еще раз пройти по верхней палубе, про- стеклом на столв( и только тут вспом.
верить внешний вид корабля, который. шл об отложенной еще вчера в сторо.
как принято считать, тоже характера толстой книге _ «Высшей матема-
зует старпома и свидетельствует о его т в этом г0 предСТоит держать
отношении к своим служебным обязан- экзамены в Военно-морскую академию,
ностям^ ,jt0 ж^ говорят_ перед сном почитать
- Разве может хозяин быть безраз- полезНо, и он раскрыл учебник на за-
личным к своему дому? - ответил мне ложенной странице. Часы показывали
вопросом на вопрос Олег Анатольевич, половину первого.
— Он сделает все, чтобы в нем были
и достаток, и порядок. Капитан 2 ранга Е. ПРИВАЛОВ
КНИГА УСТАВ МОРСКОЙ. -1720. - САНКТПИТЕРБУРГ.
КНИГА ТРЕТЬЯ
О капитане
4.
С корабля не съезжать на берег капитану.
Когда корабль совсем в готовности на рейде, тогда быть
капитану на корабле безотлучно, до тех пор, пока в гавань введет и разсна-
стит, разве он какую особливую нужду для отправления Его
Величества службы на берегу имеет. А окромя того не отлучаться ему с
корабля ни на одну ночь (разве позволено ему будет от Аншеф
командующего) под лишением двоемесячного жалования, или больше,
смотря по делу и случаю.
93.
Приимать команду по чинам, ежели командир убит будет.
Во время бою, ежели капитан убит будет, то по нем капитан
лейтенант команду да имет. А ежели он убит будет, то первый
лейтенант. И тако един за другим даже до унтер офицеров...
А ежели все сие убиты будут, то кого годного избрать.
О капитан лейтенанте
1.
Капитан лейтенант, второй командир после капитана, место его
во время боя у больших пушек.
Капитан лейтенант, то же бремя повинен носить, что и капитан,
токмо в других по нем, однакож должен он слушать своего капитана,
как и другие офицеры, во время бою место его на нижнем деке.
39

МЕЧТАЕТ ЛИ СТАРТЕХ ГЕНЕРАЛОМ СТАТЬ...
ЗАКАНЧИВАЛИСЬ ночные
полеты. Самолет старшего
лейтенанта Андрея Николаева заруливал на
стоянку последним. Согнувшись под
напором сырого, промозглого ветра,
стартех поджидал его у бетонного
«пятачка». Из призрачной полутьмы
медленно накатывалась на него гудящая
металлическая громада. Николаев
взмахнул карманным фонариком, и самолет,
словно споткнувшись обо что-то,
послушно замер. Смолкли двигатели,
открылись входные люки кабин, и экипаж
стал торопливо покидать теплое чрево
машины. Старший техник воздушного
корабля подошел к командиру.
«Какие будут замечания?» — тихо
спросил он.
— Все в норме, — устало кивнул
летчик и заторопился к домику
эскадрильи. За ним, не мешкая ни
секунды, поспешили остальные члены
экипажа.
Ночной аэродром в разноцветных
огнях выглядел нарядно и
торжественно, но на душе стартеха было
тоскливо. Когда-то, на заре лейтенантской
юности, Андрей любил аэродром
именно таким и если обеспечивал полеты,
то делал это с каким-то особым
усердием. Было что-то волнующее и
романтичное в этих огнях, окаймляющих
взлетную полосу и рулежные дорожки,
в гуле и громе реактивных двигателей,
взрывающих чуткую тишину звездного
ночного неба, в особых, незабываемых
минутах проводов своего самолета в
полет и встреч его на родной стоянке
после недолгого расставания. Еще бы!
Ведь это и он имел прямое отношение
ко всему происходящему. От его
умения и прилежания в работе в немалой
степени зависели и результаты
выполнения заданий в воздухе, и даже сама
жизнь экипажа.
С годами, вкусив все «прелести»
службы стартеха, Николаев все чаще стал
ловить себя на мысли, что от былого,
лейтенантского восторга, кажется, не
осталось и следа. И хотя он все так
же старательно готовил свою
«ласточку» к каждому вылету, работа эта уже
не приносила прежней радости и
удовлетворения.
По итогам боевой учебы за минувший
гад самолет^ Старшего лейтенанта
Николаева был признан лучшим в полку.
Товарищи подначивали: «Ну, Андрей
Афанасьевич, теперь-то уж будешь
расти, далеко пойдешь». Стартех нарсн
чито уверенно кивал головой, вроде 6bf
соглашаясь, а про себя горько усме£
хался. А что ответишь острословам:
когда три срока он уже «отходил в
старших лейтенантах» и капитанское
созвездие на погонах с голубыми, прд
стать небу просветами осталось пока
для него неясной перспективой.
Правда, в служебную аттестацию старшему
лейтенанту ежегодно вписывали одну л
ту же обнадеживающую фразу:
«...достоин выдвижения на вышестоящую дол-_
жность — начальника ТЭЧ отряда».
Но должность эта была прочно занята...
Как-то заезжий корреспондент
флотской газеты, дотошно расспрашивая его
о воинском житье-бытье, неожиданно
поинтересовался, не мечтает ли
старший лейтенант, следуя известному
утверждению, стать генералом. Вопрос
задел «за живое», но стартех сдержал-
ся, только устало посетовал: «Какой
тут генерал — капитана бы получить».
— Если бы теперь пришлось
выбирать все заново, выбрали бы вы авиаг
ционно-техническое училище? — про.:
должал допытываться корреспондент-;
И тут Николаев взорвался:
— Авиационно-техническое училище?
Да никогда!
Корреспондент с удивлением
уставился на старшего лейтенанта.
Наверное, он ждал другого ответа, а тут вот
конфуз получился: лучший стартех
части как бы отрекался от своей
воинской профессии.
...Пока старший техник вместе с двумя
механиками осматривал самолет,
заправлял его топливом, чехлил, прошло
более часа. Последняя грузовая машина,
кое-как приспособленная для перевозки
авиаторов, давно ушла в жилой
городок. Было далеко за полночь, и тешить
себя надеждой на транспортную
«оказию» не приходилось. «До дома
километров семь. Ничего, через час-полто-
ра как-нибудь доберусь», — горько
усмехнулся техник и вышел на знакомую
тропу. Из-за далекой гряды сопок со
стороны океана дул пронизывающий
ветер, заволакивая небо низкими рва-
'облаками. Старший лейтенант . не-
40

вольно перебирал в памяти
прошедшую летную смену. Самолет его
отработал в воздухе без замечаний, экипаж
выполнил все запланированные вылеты,
но радости от этого, даже
элементарного чувства удовлетворения не было. Их
вытеснила глубокая обида. На кого
обижался стартех, он и сам точно не
знал. Но обида эта росла в нем все
больше и больше, заслоняя собою и
минувшую летную смену, и многие другие,
предшествующие ей.
"" Старший техник воздушного
корабля Андрей Николаев начинал службу в
ракетоносной авиационной части
одиннадцать лет тому назад, в самое что ни
на" есть, как мы теперь называем,
застойное время. Быть может, кому-то
покажется и странным, но именно в ту
пору о рядовых авиационных техниках
заботились больше, нежели теперь, на
пятом году перестройки. Некоторые
объясняют этот феномен тем, что
якобы застой тогда еще не достиг всей
своей разрушительной силы. Может
быть, это и так. Только вот с ночных
полетов авиаторы редко возвращались
домой «на своих двоих». Каждой
эскадрилье выделялась специальная
машина. Правда, машина грузовая,
крытая" брезентом. Но даже и на ней было
куда сподручнее преодолевать длинные
ночные «перелеты> от аэродрома до
жилого городка, чем топать пешком.
Теперь же послеполетные прогулки в
ночи стали правилом, нормой. Кто и
почему установил эту негласную норму,
если авиаторам для перевозки личного
состава положено иметь современные
автобусы и даже легковые машины, о
чем свидетельствуют многочисленные
документы?
Нет на аэродроме и малых транспорт-
ных средств для доставки к самолетам,
скажем, тех же аккумуляторов,
различных запчастей, и техникам часто
приходится таскать все это на своих
плечах или в крайнем случае
использовать громоздкие и дефицитные
спецмашины. А ведь в документах,
регламентирующих безаварийную работу, для
каждой эскадрильи предусмотрены и
мотороллеры с прицепом, и газики, и
другие транспортные средства, но их
почему-то нет. Вразумительного
ответа на эти вопросы я не нашел пока
нигде. Да и не об этом сейчас речь.
Отсутствие на аэродромах флота малой
механизации отнимает у авиаторов шю-_
го сил и энергии, удлиняет подготовку
самолета к вылету, увеличивает и без
того продолжительный рабочий день
авиационного техника, морально и
физически изматывает специалистов,
порождает недовольство.
Неурядицы в жизни и службе не
ограничиваются аэродромом и
самолетной стоянкой. Они продолжаются в
военном городке. Редко встретишь семью
офицера-техника, которая бы не
ютилась в переполненной комнатушке с
подселением. А сколько таких семей
снимают крохотные чужие «углы» за
довольно внушительную плату! Правдах.
летчикам тоже не хватает отдельных,
благоустроенных квартир, а ведь они
в первую очередь обеспечиваются ими.
И все-таки положение техника, прямо
скажем, аховое.
Обделен техник авиационный и
воинскими званиями: как ни работает, как
ни старается, а потолок его
должностного роста, как правило, — старший
лейтенант, Конечно, пока тебе двадцать,
двадцать пять, эта проблема не очень
волнует. Но как только возраст
переваливает за тридцать, вольно или
невольно офицер начинает задумываться над
этим и с каждым годом все больше
тяготится своим положением, ищет выход
из него. Некоторым удается «уйти с
бетонки» на более престижную должность.
Но таких единицы. В большинстве
своем стартехи обречены быть стартехами
до конца службы своей. Впрочем,
несколько лет тому назад вышел приказ
министра обороны, по которому
офицеры-техники, добросовестно
прослужившие два и более срока в звании
старшего лейтенанта, имеют право получить
очередное воинское звание. Имеют
право... К сожалению, воспользоваться этим
правом совсем не просто. Даже такой
стартех, как старший лейтенант
Николаев, самолет которого отличный, сам
он вот уже второй год является лучшим
специалистом части, много лет
мастерски обеспечивает полеты на родном
аэродроме и даже за рубежом, получить
очередное воинское звание по каким-то
бюрократическим канонам не может.
Так и носит офицер затаенную обиду в
душе.
По опыту службы в авиации смею
утверждать: в подобной ситуации рано или
поздно может оказаться любой
авиационный техник. Мнение летчиков и
наземных специалистов, * с* кеад^ приходи-
41

Первым встречает машину из полета техник
Фото Ю. Пахомова
лось мне обсуждать этот вопрос, почти
однозначно: давно настала пора
кардинально изменить социальное положение
техника, улучшить условия его труда и
быта, поднять интерес к профессии. И
первое, на мой взгляд, что надо было
бы сделать, — посадить техника в
столовой за один стол с летчиком...
Минувшей весной вместе с дочкой
своей, делающей первые робкие шаги в
журналистике, я оказался в гостях у
знакомых авиаторов. После встречи нас
пригласили на обед в летно-техническую
столовую. Дочь, оживленно беседуя с
офицером, прошедшим ад Афганистана,
села рядом с ним за технический стол,
но кто-то из начальства «любезно» и
настойчиво препроводил ее и меня туда,
где сидели летчики. Дочка смотрела на
меня расширенными от удивления
глазами и все допытывалась: «А почему за
тем столом нельзя было пообедать?» И
когда узнала, что техников кормят по
другой норме, искренне возмутилась:
«Разве летчики и техники не одинаковые
офицеры?»
Честно признаться, за годы службы в
авиации я настолько привык к этому,
что уже просто не замечал, принимая
давно существующее разделение в
питании авиаторов как должное и
неоспоримое. А тут вдруг словно шоры сняли с
глаз моих. Действительно, почему в
наши дни существует такая аномалия, как
раздельное питание летчиков и
техников?
Кстати, это не только мое мнение, но
и мнение многих авиаторов, с кем
пришлось беседовать на эту больную для
них тему.
Предвижу возражения некоторых
командиров, врачей, военных
хозяйственников, снабженцев. Но не буду
останавливаться на этом. Тут разговор нужен
отдельный.
Техник самолета — стартех —
наиболее незащищенная в социальном плане
фигура в наших ВВС. «Теперь стартехом
быть совершенно непрестижно», —
говорят сами техники. И не по этой ли
причине во многих авиационных
подразделениях на самолетных стоянках не
хватает техников. «Мы предлагаем за
наиболее опытными специалистами
закрепить два самолета, — говорит
инженер эскадрильи капитан П. Овчинников,
— но за это техникам надо
дополнительно платить, а уж они бы справились
с такой задачей».
Поднять престиж профессии техника
самолета сейчас можно, наверное, од-
ним-единственным способом:
повернуться лицом к этой категории
военнослужащих, кардинально улучшить условия их
жизни и службы. Чтобы у человека, с
чьих мозолистых ладоней стартуют в
небо тяжелые воздушные корабли и юркие
истребители, никогда не возникало в
душе горечи и обиды за свой жизненный
выбор.
* * *
Несколько месяцев я не встречался со
старшим лейтенантом Андреем
Николаевым. Быть может, за это время он
получил все-таки очередное воинское
звание и, таким образом, решил одну из
своих проблем. (Приказом министра
обороны СССР старшему лейтенанту А.
Николаеву присвоено очередное воинское
звание капитан, на одну ступень выше
предусмотренной штатной должностью.
— Ред.), Но многие другие, увы, все
еще остаются открытыми как для
самого Николаева, так и для его
многочисленных коллег в родной авиационной
части и за ее пределами. А ведь решать
эти проблемы рано или поздно
придется. И уж лучше бы раньше.
Подполковник в запасе ДС ЧЕВЫЧЕЛОВ
42

В середине прошлого столетия на страницах «Морского сборника»
велась дискуссия по поводу воспитания и образования молодых людей и, в
частности, подготовки флотских офицеров. В ней участвовали и известные е
России люди, такие, как Е. В. Путятин, Н. И. Пирогов, К. М. Станюкович
и другие.
Ниже предлагаем вниманию подборку из трех статей на эту тему.
Первая (в сокращении) принадлежит перу видного русского мореплавателя и дип
ломата, впоследствии министра народного просвещения адмирала Б. В.
Путятина, которая была опубликована в № 11 и № 12 журнала за 1859 г. и
№ 2 за 1860 г. Думается, что, кроме исторического интереса, этот матери
ал может привлечь внимание читателя мыслями, созвучными нашему
времени. Вторая рассказывает об опыте создания в предвоенные годы морских
школ, третья — о проблемах сегодняшнего нахимовского училища.
СООБРАЖЕНИЯ ОБ УСТРОЙСТВЕ
МОРСКОГО ВОСПИТАНИЯ В РОССИИ
НА НОВЫХ НАЧАЛАХ
(Сообщено адмиралом графом Путятиным)
ВЫСШЕЕ морское начальство, имея
в виду преобразование морских
учебных заведений, как не вполне
соответствующих цели, уже несколько лет
тому назад возбудило вопрос о
возможно лучшем воспитании.
С этой целью и с желанием вызвать
отзывы лиц, просвещенных и опытных
в педагогике и морском деле,
излагаются те соображения, которые могут
служить основанием в деле
преобразования морских училищ.
Сколь ни разнообразны условия и
потребности государственного быта и
соответственно сему сколь ни различны
цели общественного воспитания, но
есть одна цель, общая и необходимая
всякому воспитанию.
В истинности этой мысли убедиться
нетрудно: стоит только всмотреться в
способ раскрытия человеческого духа и
отношение оного к воспитанию, а с
другой стороны, вникнуть в те требования,
исполнение которых возлагается на
всякое общественное воспитание
церковью, государством и семейством, —
этими тремя великими обществами,
деятельным членом которых должен быть
всякий воспитываемый.
Психологические наблюдения
показывают, что душа человеческая обогащена
многоразличными дарами. Ей прирож-
дены и способности интеллектуальные,
посредством которых человек
приобретает познания, мыслит, судит,
понимает, представляет, запоминает, и
способности религиозные, которые влекут к
нравственному единению с Творцом, и
способности моральные, которые
определяют практическую деятельность
человека, внушая ему, что добро и что зло
и в каких отношениях он должен быть
к тому и другому.
Каждая способность поставлена в
тесной связи с другими, и потому
деятельность одной полна и совершенна
только тогда, когда действуют другие.
Что же должно делать воспитание?
Всякое воспитание, приготовляет ли
оно военного или моряка, или другого
какого специалиста, коренным законом
человеческого духа обязывается
содействовать всеми мерами полному и
правильному раскрытию всех душевных сил
и способностей интеллектуальных,
религиозных и моральных. Это долг, это
сущность воспитания.
Главные средства, которые служат к
достижению великой цели, одни для
всякого воспитания. Это — религия,
обучение и дисциплина. Первая
постепенно сообщает святые истины веры и
развивает благочестивые наклонности и
все добродетели христианские; второе в
надлежащей мере и степени знакомит с
общими человеческими познаниями,
через что получает развитие ум со всеми
мыслительными способностями;
последняя образует и утверждает
расположение к порядку и повиновению
правилам, через что начинает укрепляться
воля и получает образование характер.
Осуществление этой цели, равно и
употребление указанных средств к
достижению оной, должно начинаться в те
годы, когда вообще приступают к
обучению мальчика, т. е. образование ob-
щее должно предшествовать всякому
специальному. В отроческие годы
человек бывает особенно впечатлителен и
восприимчив, так что направление,
полученное им в молодости, почти всегда
остается неизменным в продолжение
всей остальной его жизни по тому же
закону, по которому всякое растение с
такою твердостью удерживает данное
ему во время первого роста
направление, что скорее сломится, нежели
переменит оное.
Несправедливо было бы утверждать,
43

что морское воспитание совсем не
имело в виду этой необходимой цели и
совершенно не давало своим
воспитанникам средств к общему образованию. Все
это было и есть в Морском Кадетском
Корпусе, но только в какой мере?
Поставлено ли в нем общее образование
как отдельная цель? Нимало; напротив,
оно перемешано с образованием специ*
альным и предпочтением последнего
первому почт** совсем отодвинуто на
задний план.
Отсюда становится понятным, с чего
прежде всего должно начаться
преобразование Морского Корпуса.
Первоначальное общее образование
будущих морских воспитанников не
может продолжаться ни слишком мало, ни
слишком долго, а потому и лета, в.
которые мальчикам должно приступать к
морскому обучению, не должны быть ни
слишком ранние, ни слишком поздние.
Малое развитие физической природы
мальчика в ранние годы послужит
препятствием к морскому обучению. В
зрелые годы юноша не в силах победить в
себе привычки к береговой жизни и
приобрести охоту к жизни морской и
соединенным с нею занятиям, без чего
трудно и даже невозможно быть
хорошим моряком.
Все эти невыгоды, проистекающие
вследствие как слишком позднего, так
и слишком раннего начинания
морского обучения, вполне были испытаны в
первенствующих морских государствах,
и потому в Англии в последнее время
постановлено принимать мальчиков для
морского образования не ранее 13 и не
позже 15 лет, а во Франции и
Соединенных Штатах Америки не ранее 14
и не позже 17 лет.
На основании вышеизложенных
соображений можно положить, что начинать
морское образование должно не ранее
14 и не позже 16 лет.
По достижении 14- или 16-летнего
возраста и по получении достаточного
общего образования мальчики,
склонностью и волею родителей
предназначаемые для морской службы, принимаются
во флот для изучения морского
искусства.
Чтобы не сокращать средств
просвещения в России и не отнимать у
существующих ныне гимназий средства к
воспитанию юношества для общей
государственной службы, необходимо
учредить новую гимназию. В ней получат
общее образование мальчики, которые
со временем поступят во флот для
специального морского образования.
Главной заботой в ней должно быть, чтобы
вера не оставалась только в голове
воспитанников, но переходила в их
сердце, там жила и оттуда проявляла свою
деятельность.
Второй деятель общего образования—
дисциплина может выполнить свою
важную задачу — дать надлежащее
направление воле воспитанников и
образовать в них истинный характер только
тогда, когда не будет довольствоваться
одною внешнею^ исправностью воспитан-
шка,. т:ло^Де^ труд и усердие fawaiv
риваться, сколь велика внутренняя его
исправность, ибо дети бывают способны
казаться, а не быть исправными. Для
достижения же сего дисциплина не дол-,
жна представлять из себя
олицетворенной строгости, взыскивающей без
пощады за все детские слабости, а быть
иногда извинительной; но, взявши своим
девизом то убеждение, что сила не в
силе, а сила в любви, должна
проникнуться духом этой любви, кроткой,
терпеливой и нераздражающейся. Согретая
такою любовью, юность не станет уже
прятаться по углам от блюстителей
дисциплины или набрасывать на себя мас-.
ку чинности при начальстве, но отклик-,
нется также любовью. А при любви
воспитанника воспитателю все можно еде-,
лать из него, потому что это чувство,
особенно в мальчике, высказчиво и
послушливо. Оно может так отдать воспи-.
танника в руки воспитателей, что он,
сделав какой-нибудь проступок, сам:
придет, с грустью и раскаянием
расскажет о нем и даже готов будет дать
слово не повторять этого проступка. Ко-.
нечно, не всякого воспитанника можно
поставить в такие отношения к
воспитателям: встречаются и между детьми,
черствые и холодные души; но и на та-;
ких дисциплина, проникнутая духом
любви, всегда будет производить некоторое
благоприятное действие. .
Задача третьего деятеля общего об-"
разования — обучения состоит в том",
чтобы развить в возможной полноте ин>
теллектуальные силы и способности*
воспитанника. Какие же науки могут"
особенно способствовать сему и потому
каким наукам при общем образовании
должно давать предпочтение? Можно"
положительно сказать, что ни
математическим, ни историческим, потому что
каждая из сих наук может развивать
только одну сторону познавательных
способностей, а к полному и
гармоническому развитию всех их не ведет.
Совершенно иное значение в общем
образовании имеют языки, каждый со
своею литературою. Полное и
основательное изучение их не оставляет ни одной
познавательной способности, которой бы
оно не коснулось и не призвало к
деятельности. Так, необходимость
запоминать слова развивает память;
грамматический анализ совершенствует разум
и соображение; перевод приучает к
последовательности в мысли, ясности и
точности в выражении; содержание
переводных книг, мало-помалу знакомя
воспитанника с лучшими
произведениями и таким образом как бы вводя его
в семью великих гениев древности и
новейших времен, раскрывает в нем
способность представления, постепенно
пробуждает идею изящного, образует
литературный вкус и т. д. Потому-то
изучение языков, и особенно древних, с
их литературами в Германии, Франции
и Англии почитается основанием
лучшего общего образования.
Но улучшением общего образования
не может ограничиться устройство
морского воспитания. Необходимо также
произвеети^существенные перемены ив
44

системе специального образования VQp
ских офицеров. Невозможно нашим
гардемаринам сделаться хорошими
офицерами при изучении морского искусства
вдали от моря и корабля.
Воспитанники суши, они слишком привыкают к
береговой жизни и всем ее удобствам,
чтобы полюбить жизнь на море, слага-
• ющуюся по преимуществу из одних
лишений и неудобств Питомцы теории и
Корпуса, они в состоянии приобретать
только теоретические познания, но в
затруднении прилагать их к делу и
практически знать, что такое корабль и
обязанности службы морского офицера.
Отсюда по окончании курса в Морском
Корпусе молодые офицеры, поступая на
корабль, чувствуют себя на нем как бы
не в своей сфере и не на своем месте.
Морская жизнь долгое время бывает
для них неприятна, потому что
совершенно противоположна той, с которой
свыклись они с молодых лет,
оставляющих за собою самые живые
впечатления. Служебное положение их столько
же, если еще не более, тяжело, потому
что хотя и есть у них теоретические
познания, но нет умения прилагать их к
делу, нет корабельной сноровки и
многих необходимых практических знаний,
которые приобретаются только жизнью
на корабле, пребыванием в море. И
случается, что те, которые всю свою юность
провели в приготовлении к отправлению
обязанностей службы морского офицера,
вступая на корабль, начинают не с
исполнения оных, а с обучения, как
исполнять, нередко выслушивая при сем
замечания от тех, которыми бы они,
как офицеры, должны были
руководствовать. Случается также, что многие не
выносят этого ученического положения
в -такие годы и, сознавая свою
бесполезность и малоуместность, оставляют
морское поприще в самом начале и
ищут себе службы в других ведомствах
или занятий береговых.
,С грустною правдою о
неудовлетворительности нынешнего морского
образования в России едва ли кто станет
спорить. Результаты его так очевидны, что
ничего не остается сказать в защиту
Правда, слышится иногда возражение,
что были, однако же, у нас адмиралы и
капитаны, которыми русский флот
справедливо может гордиться, что,
следовательно, наше морское образование при
всех своих недостатках достигало своей
цели. Но это возражение едва ли
доказательно. То правда, что были у нас
славные адмиралы и капитаны. Но
велико ли их число сравнительно с
числом окончивших курс морского
образования? Очень небольшое. С другой
стороны, если взять труд вглядеться в
биографию наших славных адмиралов и
припомнить жизнь достойных
капитанов, то нетрудно увидеть, что эти
лица своихми совершенствами, познаниями
и опытностью в морском искусстве
обязаны не образованию в Морском
Кадетском Корпусе, а большею частию
самим себе или же обстоятельствам, в
которые они были поставлены!
Все недостатки нашего морского * -об-''
Адмирал Е. В. Путятин
разования так крупны, основание их так
глубоко лежит в нынешнем его
порядке, что необходима смена старых изветт
шавших начал и замена их другими.
Морское искусство есть специаль
ность, по характеру своему выходящая
из ряда других специальностей.
Обязанное началом своим не кабинетным
исследованиям ученых, но настойчивым
сопротивлениям человеческой отваги
силе ветров и волн, морское искусство
постепенно создавалось и разрасталось
путем опыта и наблюдений и из года в
год, из века в век двигателями своими
имело бури и непогоды. Научные
исследования явились уже после как
средство к рациональному объяснению и
систематическому распределению
добытого запаса разнообразных наблюдений.
Слагаясь, таким образом, из
наблюдения, будучи созданием опыта, морское
искусство, понятно, не иначе может быть
изучено и вполне усвоено, как путем же
наблюдений и опыта, т. е. практически,
в соединении, конечно, с теми
вспомогательными объяснениями, какие
предлагает со своей стороны теория.
Далее. Морское искусство, как
сказано, создавалось среди бурь и
непогод. Они со всеми опасностями,
лишениями и всевозможными неудобствами
делают жизнь моряка столь тяжелою,
как ни в какой другой специальности.
И для того чтобы ему остаться
навсегда-верным морской службе и усердным
к ней, недостаточно одного внутреннего
призвания и расположения, но
необходима еще сильная, и очень сильная,
привычка к морской жизни, нужно
полное сближение или, лучше, сдружение
с морем. Иначе самый страстный
охотник до моря тотчас же охладеет к
нему М покинет его. Когда-' ж& можно
приобрести эту" привычку й^Й'деужитъся с
45

морем? Очевидно, не в годы службы на
море, но гораздо ранее — в годы
обучения, когда в юноше еще не
укрепилась привычка к береговой жизни
настолько, чтобы не мог расстаться с нею,
а когда ему легко переломить себя,
когда для него буря — интерес, лишения
и неудобства — мимолетная туча, а
потом предмет приятных воспоминаний и
рассказов. Наконец, кроме привычки к
морю и жизни на нем, моряк должен
обладать верностью глаза, спокойствием
духа и находчивостью.
Нет сомнения, что если бы
воспитанники изучали морское искусство,
постоянно плавая в море, то это было бы
весьма полезно как в отношении к
практическому ознакомлению с морским
искусством, так и в особенности в
отношении к сближению воспитанников с
морем и жизнью на нем. Но к
осуществлению сего есть важные
препятствия — именно, с одной стороны,
огромные денежные расходы, с другой —
ослабление теоретического изучения,
которым, в особенности в нынешнее время
всеобщего распространения образования
и стремления к нему, жертвовать никак
не должно. Потому-то в морских
государствах и принято воспитанников
посылать в плавания вначале
кратковременные, а потом более или менее
продолжительные.
Рассмотрение причин
неудовлетворительности нашего морского образования
приводит к убеждению, что
небесполезно было бы заменить нынешнюю нашу
систему приготовления морских
офицеров следующею:
Мальчики от 14- до 16-летнего
возраста, удовлетворительно выдержавшие
приемный состязательный экзамен из
наук, составляющих предмет общего
образования, и оказавшиеся крепкого
телосложения, без хронических
болезней, поступают сначала в Морской
Корпус. Здесь они приступают к
теоретическому изучению морского искусства и
занимаются им, равно как и
предметами общего образования, в течение
осенних и зимних месяцев. С
открытием же навигации воспитанники на все
лето идут в практическое учебное
плавание, причем посещают все удобные
для их судна порты. По окончании
этой кампании, продолжающейся не
менее 4 месяцев, кадеты возвращаются в
Морской Корпус, в котором осенью
открывается для них снова курс
теоретического образования, продолжающийся
до весны. По прошествии второго курса
и по проэкзаменовании кадет они,
приобретая право на звание гардемарин,
отправляются на два года в плавание
во всех морях, омывающих берега
Европы. Гардемарин сопровождают в
потребном числе учителя для
практического и теоретического изучения морского
искусства. По возвращении из
заграничной кампании гардемарины после
некоторого отдохновения в семействах
своих родных поступают в высшее
отделение Морского Корпуса, в котором
преподаются им опытными профессорами
высшие и прикладные к морскому
искусству предметы. Высший курс
продолжается два года, и вакантное время
одного промежуточного лета в течение
двух месяцев проводится на учебном
корабле. Пройдя высший курс,
гардемарины подвергаются окончательному
экзамену из всех наук, пройденных ими
со времени вступления в Морской
Корпус, и производятся в мичманы —
звание, соответствующее чину поручика
армии, но не дающее право носить
эполеты и быть членами кают-компании.
Прослужив в море не менее года,
каждый мичман, имеющий одобрительный
аттестат от своего командира, получает
неотъемлемое право на производство в
лейтенанты по старшинству
экзаменационного списка.
В заключение нужно сказать о
составе преподавателей.
Для первых трех курсов
предлагается иметь преподавателями: морских
офицеров, обучающих предметам,
собственно к морскому искусству
относящимся; законоучителя из магистров
духовных академий, преподающего и
русскую словесность, историю России и
всеобщую и, наконец, учитель
французского и английского языков из
французов и англичан.
Все эти лица должны обучать
воспитанников не только в Корпусе, но и на
судах во время учебных плаваний,
причем офицеры исполняют и обязанности
корабельной службы.
На четвертый курс полезно
пригласить заслуженных профессоров или
адъюнктов из университетов для
преподавания высших предметов, как
общих, так и тех специальных, которые
применяются к морскому делу.
Что касается до преподавателей из
морских офицеров, то в настоящее
время трудно и почти невозможно найти
достаточное число таких наставников,
которые соединяли бы в себе качества
хороших морских офицеров и сведущих
учителей, но морское ведомство имеет
все способы к тому, чтобы в самом
скором времени устранить этот
недостаток, для чего нужно только дать иное
направление офицерским классам
Морского Корпуса, обладающим большим
запасом учебных и педагогических
средств.
Необходимо одно из двух: или
принимать в офицерские классы уже
послуживших офицеров и притом доказавших
на приемном экзамене состоятельность
свою к изучению высших частей наук;
или открыть классы к свободному
слушанию лекций всем морским офицерам,
желающим без всякого контроля
усовершенствовать свои познания. Нужно
открыть двери для флотских мичманов
и лейтенантов, штурманских
прапорщиков, подпоручиков и поручиков,
желающих приготовить себя в морские
преподаватели и вместе с тем нести на
учебных судах обязанности
действительной морской службы (с особым
вознаграждением за то и другое).
При окончании образования в
офицерских классах каждый обязан
выдержать экзамен теоретический и практи-
46

ческий на звание преподавателя наук
только той категории, которую он
избрал при вступлении своем.
Удостоенные диплома, вступив в обязанности
преподавателя, сверх содержания по
чину и должности служебной должны
получать добавочное жалованье за
преподавание в значительном количестве.
Такое же добавочное жалованье
должно быть предоставляемо и тем
морским преподавателям из офицеров,
которые не проходили курса в
офицерских классах, но прямо выдержали тот
же экзамен на преподавателя и имеют
упомянутые выше удостоверения в
способности к морской службе.
Таков предлагаемый план морского
образования у нас на новых началах.
Главная работа при составлении его
была в том, чтобы иметь средства
приготовить таких морских офицеров,
которые были бы вполне
удовлетворительны как в теории, так и в практике
морского искусства, любили бы море и не
скучали бы жизнию на нем; которые в
то же время были людьми вполне
нравственными, наконец, людьми вообще
образованными, уважаемыми в обществе
по личному достоинству и не
отставшими от родственных чувств и связей.
Но труд человеческий не бывает
совершенным. Может быть, и в
настоящем плане, несмотря на все желание
пользы, есть своего рода ошибки и
неправильные предположения. Указание
оных, соединенное с советом, как луч-
ше поступить в том или другом
случае, послужит наградою тому чувству
любви к флоту и желанию приготовить
лучших слуг отечеству, под влиянием
которых составлялись настоящие
предположения, повергаемые на
беспристрастный общественный суд.
Публикацию подготовил
капитан 1 ранга О. КУВАЛДИН
МАТРОСЫ НАРКОМПРОСА
НА ПАРАДЕ 7 ноября 1940 г. по
Красной площади впервые
прошел батальон юношей в не совсем
привычной краснофлотской форме. Вместо
ленточек на их бескозырках красовался
плоский черный бант. Подходя к
Мавзолею Ленина, ребята выдали такую
лихую «морскую ножку», что
присутствовавшие на гостевых трибунах
зааплодировали необычному подразделению.
Так впервые в парадном строю прошли
воспитанники Первой московской
специальной военно-морской средней
школы...
Летом 1940 г. под «опекой» двух
наркоматов — Наркомпроса РСФСР и
Военно-Морского Флота — в Москве,
Ленинграде, Горьком, Киеве, Одессе,
Баку и Владивостоке распахнули двери
специальные средние школы,
готовившие юношей для поступления в военно-
морские училища.
Московская военно-морская
спецшкола разместилась в доме -No 7a по
Верхней Красносельской улице в районе
Сокольников. Обучение в ней, как и в
других подобных заведениях
Наркомпроса РСФСР, проводилось по полной
программе средней школы и
дополнялось военно-морской подготовкой. В ее
штате, кроме преподавателей
общеобразовательных дисциплин,
предусматривались три должности кадровых
командиров: военного руководителя, помощника
директора по политической части и
боцмана. Они-то и осуществляли
специальную подготовку как учащихся, так и
гражданских педагогов.
Комплектовалась школа из ребят, окончивших на
хорошо и отлично седьмой, восьмой и
девятый классы.
Весть о появлении в столице
необычной школы мгновенно облетела все
московские дворы. К четырехэтажному
зданию на Верхней Красносельской
приходили сотни мальчишек не только
из Москвы, но и из Подмосковья.
«Отбор был весьма требовательным и по
оценкам, и по анкетам, — вспоминал
военно-морской руководитель столичной
спецшколы старший лейтенант Г. Энд-
зелин. — Но особой строгостью
отличалась медицинская комиссия —
бескомпромиссная и неуступчивая. И это
понятно... Перед вывешенными списками
зачисленных я наблюдал бурные сцены
— видел ликование тех, кому повезло,
и горькие слезы неудачников...»
Кстати, в наборе было много ребят
разных национальностей, объединенных
общей романтической целью стать
командиром корабля. По социальному
происхождению учащиеся разделялись
на выходцев из семей рабочих и
служащих, их было большинство, и детей
командного состава армии и флота.
Строгий отбор проходили и
преподаватели. Принимались влюбленные в
свое дело, в свой предмет, умевшие
увлечь учеников главной идеей
излагаемого материала, широко эрудированные
педагоги. Они несли в себе мощный
47

воспитательный заряд. Позднее это
оформилось в принцип: «Обучая,
воспитывать; воспитывать, обучая». Оттого и
изящная словесность не
контрастировала, к примеру, со строевой подготовкой,
а, наоборот, в какой-то степени они
даже дополняли друг друга. Но все йсе
школа оставалась военной. Перед нею
прежде всего стояла задача воспитания
будущего флотского офицера. И здесь
главная роль отводилась командирам —
Г. Эндзелину, Н. Дубровскому, Ю. По-
хвалле, бессменному боцману Ф. Цисе-
Еичу.
Форма одежды для военно-морских
спецшкол обсуждалась в жарких спорах
учеников. В конце концов остановились
на краснофлотской. Выбрали
нарукавные знаки на форменках и шинелях:
два скрещенных красных якоря, на них
— желтый штурвал. Над якорями
располагались красные звездочки, число
которых указывало на принадлежность
к той или иной роте: одна — у
восьмиклассников, две — у девятиклассников
и три — у учеников десятого класса.
Младшим командирам, кроме того, под
ними полагались горизонтальные
красные полоски: одна — командирам
отделений, две — помкомвзводам, три
— у старшин рот.
Как уже говорилось, у воспитанников
вместо флотских ленточек на
бескозырках слева была лента с плоским бантом.
Такие «ленты-бантики» надолго стали
предметом шуток и доставляли
«матросам из наркомпроса» немало огорчений.
И все-таки форма тоже несла
воспитательную нагрузку. Все учащиеся
относились к ней с глубоким почтением и
любовью.
В строевом отношении школа
представляла собой батальон из трех рот.
Взвод состоял из двух отделений. 1-я
рота объединяла взводы по числу
десятых классов, 2-я и 3-я — взводы
соответственно девятых и восьмых.
Взводы комплектовались по росту и по
изучаемому иностранному языку.
Обучение в школе проходило с
большей нагрузкой, чем в обычной.
Занимались шесть дней в неделю по шесть
уроков, в которые еженедельно входили
два часа физкультуры и два часа
военного дела. Дополнительно действовали
различные кружки и проводились
всевозможные мероприятия.
Веселое оживление вносили уроки
танцев, введенные по личному
настоянию наркома ВМФ Н. Кузнецова,
который справедливо считал, что
будущие командиры флота должны быть не
только образованными, но и
культурными людьми. На этих уроках
прививались и хорошие манеры поведения.
Подлинной душой морского дела стал
боцман Ф. Цисевич, старый «морской
волк», и ребята, жадно впитывая
«бесподобный» флотский лексикон,
перенимали его морскую снорогку и
практические навыки в вязании узлов,
плетении матов, другие хитрости боцманского
ремесла. К нему направлялись «на
перевоспитание» провинившиеся для
отработки под строгим наблюдением
внеочередных нарядов.
Следует добавить, что ребята в
школе только учились, а жили дома.
Поэтому многое зависело и от их
родителей. К счастью, за все время
существования спецшколы никаких семейных
конфликтов не возникло.
Проверочные испытания,
проводившиеся в конце мая — начале июня 1941 г.,
показали, что учащиеся получили
прочные знания.
В июне родители впервые
расставались со своими сыновьями. Сдав
экзамены на аттестат зрелости, уехали в
училища первые выпускники школы. Младт
шие воспитанники направлялись на
учебный сбор на остров Валаам. Там
для них началась жизнь по воинскому
распорядку: ранняя побудка под звуки
горна, физзарядка в любую погоду,
подъем Военно-морского флага. Однако
война нарушила планы. На острове
было введено военное положение. А
вскоре ребята своими глазами увидали лицо
войны. Однажды ночью, разбуженные
дежурными, они наблюдали багровое
зарево — враг бомбил Сортавалу...
27 июня было решено вернуть
учеников в Москву, а затем продолжить прз*е-
тику в Селецких лагерях близ Рязани.
В Сельцах их прежде всего стали
готовить к действиям на суше. Они
совершали длительные марш-броски с полной
выкладкой, занимались топографией,
учились окапываться, ползать
по-пластунски, метать гранаты. Воспитанники
отрабатывали приемы штыкового боя,
изучали стрелковое оружие и
занимались огневой подготовкой. Не
забывались и флотские «предметы»: походы
на шлюпках по Оке, соревнования по
плаванию, гонки на шестерках. Режим
лагерной жизни со своей строгостью
и напряжением менял ребят на глазах.
48

1-я специальная военно-морская школа в Москве.
Воспитанники спецшколы на уроке химии
Фото 1940 с
В конце августа воспитанники
вернулись в свою школу, которая за время
их отсутствия пополнилась новой, 4-й
ротой. Начались занятия, но о
нормальной учебе не приходилось говорить. Враг
приближался к столице, участились
налеты фашистской авиации. Вскоре
пришло распоряжение: все московские
спецшколы отправить в глубь страны.
Местом эвакуации военно-морской школы
стал сибирский город Ачинск. Здесь
ребята и узнали радостную весть о
разгроме немцев под Москвой.
Налаживалась учебная программа. По-прежнему
большое место в ней занимала военная
подготовка, не прекращавшаяся ни на
один день. Оторванные от родного дома
мальчишки еще сильнее дорожили
дружбой, помогая товарищам в трудную
минуту...
Многие ученики бывшей 1-й роты уже
осенью — зимой 1941 г. воевали в
составе морских стрелковых бригад. В
школу приходили от них письма, в
которых бывшие воспитанники
благодарили преподавателей и командиров за
привитые навыки и жизненные
принципы. Писали они и о своих погибших
товарищах.
В мае 1942 г. школу перевели в
Куйбышев. Там воспитанники часто
встречали генерал-лейтенанта А.
Игнатьева, автора известной книги «50 лет в
строю». По команде «Смирно» они с
особым удовольствием приветствовали
ветерана. Старый генерал, почти всегда
ждавший этого момента, брал под
козырек и с улыбкой провожал юношей в
краснофлотской форме...
Тогда же в Москве и частично в
Куйбышеве был объявлен
нафоргЭ-восьмые классы спецшколы. В это время
«старики» отправились в лагерь,
расположенный в лесу на берегу Волги.
Место называлось Поляной имени Фрунзе.
Своими силами они оборудовали на
реке шлюпочную базу, что дало
возможность чаще ходить на шестерках. Когда
лагерный сбор близился уже к концу,
ученики по распоряжению местных
властей были направлены на лесозаготовки
и на уборку урожая. На этих работах
коллектив еще больше сплотился и
получил хороший трудовой урок. К началу
учебного года повзрослевшие мальчишки
вернулись в Куйбышев.
Вскоре старшую, бывшую 3-ю роту
откомандировали в Москву, где из
десятиклассников создавался
подготовительный курс при Военно-морском
хозяйственном училище, эвакуированном из
Выборга. В 1943 г. из столицы в город
на Волге приехала новая рота — 5-я.
Летом того же года школа простилась
с учениками, окончившими девятый
класс. Они отплывали на пароходе в
Астрахань, а далее в Баку, в
подготовительное училище. В сентябре в
Куйбышев прибыла 6-я рота. И снова
начались учеба, практика, сборы. Но в
начале 1944 г., когда враг был отброшен
далеко на запад, ребята вернулись в
Москву, в прежнее здание на Верхней
Красносельской. К тому времени уже
три выпуска спецшколы обучались в
высших военно-морских училищах и
один — в подготовительном. Однако
летом было принято решение на базе
оставшихся рот нескольких военно-морских
спецшкол образовать в Ленинграде под^
готовительное училище.. г_ Так в июле
1944.г.- Первая мосвд^ая^ всюнно-мдрг
4 «Морской сборник» № 7
4?

екая спецшкола прекратила свое
существование...
Проходят годы, многое забывается,
сглаживается из памяти. Но забыть
свою учебу в спецшколе невозможно.
Сегодня 50 лет разделяют радость
первого набора и многолетнюю военную
службу. Многие выпускники столичной
спецшколы сражались за родную
Москву, защищали Севастополь,
освобождали Крым и Заполярье, прорывали
кольцо блокады у Ленинграда. Из
ученических рот вышли Герои Советского
Союза Маршал Советского Союза С. Ахро-
меев, адмирал А. Михайловский,
контрадмирал Л. Жильцов, заслуженный
летчик-испытатель полковник А.
Щербаков, Герои Социалистического Труда
И. Бакулов, капитан 1 ранга В. Рыков,
И. Спасский. Более 60 бывших
учеников погибли и пропали без вести на
войне. С чувством большой благодарности
вспоминают командирский и
преподавательский состав школы, давший им
путевку в большое плавание,
вице-адмиралы В. Акимов, Ю. Кузнецов, В. Рябов,
контр-адмиралы О. Волгин, Б. Володин,
М. Копытников, В. Мерзляков и многие
другие бывшие воспитанники, для кого
здание на Верхней Красносельской
было и остается домом братства, знаний,
человеческой бескомпромиссности.
Капитан 3 ранга в отставке
Т. БАЙДАКОВ,
бывший ученик Первой московской
специальной военно-морской школы
КАКИМ БЫТЬ НАХИМОВСКОМУ
ВОЕННО-МОРСКОМУ УЧИЛИЩУ
НЕОБХОДИМОСТЬ подготовки
профессиональных военных была
осознана давно. С появлением около трех
веков назад первых военных учебных
заведений обучение в них, как правило,
начиналось с 11-летнего возраста, т. е.
с детства. Это объяснялось тем, что
необходимо было будущему офицеру,
кроме специального военного
образования, дать культурное воспитание,
сформировать у него особое мышление
защитника Отечества, а офицеру флота
привить и дух моряка.
Суворовские военные училища и
нахимовские военно-морские училища
были образованы в годы Великой
Отечественной войны. В их стенах ребята
получали определенную профессию и
аттестат зрелости. Сокращение
Вооруженных Сил СССР на рубеже 60-х годов
привело к закрытию большей их части.
В оставшихся началась корректировка
программы обучения, которая в большей
степени приблизилась к средней школе,
удаляясь все дальше от программ
военно-морских и военных училищ.
О снижении престижа воинской
службы и как следствие падении конкурса
для поступления в высшие военные
училища говорилось и писалось уже много.
Отмечается и падение уровня
общеобразовательной ., водготовки абитуриентов
ввузов. На это, как и на резкий рост
среди молодежи пацифистских
настроений, можно сетовать, однако наша
задача — найти пути преодоления подобных
негативных явлений.
В настоящее время в стране (как шаг
к преодолению кризиса в
общеобразовательной школе) приступили к созданию
специализированных лицеев и гимназий.
Но у нас, военных, уже давно имеются
подобные учреждения в виде
нескольких суворовских и единственного
нахимовского училищ. Здесь мы пока
впереди, но в самое ближайшее время можем
оказаться в хвосте, если немедленно не
примем меры по их совершенствованию.
Вначале, как мне представляется,
целесообразно увеличить количество
подобных военных учебных заведений.
Целенаправленное воспитание
мальчиков с 14 — 15-летнего возраста в
однородном коллективе имеет многовековые
традиции и сохраняется у большинства
народов в процессе подготовки юношей
к самым различным областям
деятельности. Проводившиеся у нас в последние
десятилетия эксперименты в деле
обучения молодого поколения, увы, не
дали того прогресса, который
декларировали их титулованные авторы, а скорее
привели к определенному регрессу.
Одним из существенных возражений
нашему предложению может стать ngo-
50

блема финансирования и размещения.
Но почему затраты на это должно
нести только Министерство обороны?
Разве воспитанникам не будет даваться
общее среднее образование, а при
некотором изменении программы и продлении
срока учебы (к примеру, на один год)
даже среднетехническое с морской,
речной или технической направленностью?
И кто говорит, что все выпускники
должны пойти только в высшие военные
училища? Перепрофилировав ряд
интернатов в такие училища, как мне
кажется, в них преимущественно следует
принимать сирот и сыновей
военнослужащих (отвечающих соответствующим
требованиям), не закрывая доступ и
всем другим, видящим свое призвание
в профессии защитника Родины. При
этом, учитывая, что воспитанники будут
находиться на гособеспечении,
представляется целесообразным с родителей
последних категорий воспитанников (в
случае их субъективного отказа от
дальнейшего обучения в системе ввузов)
брать определенную компенсацию в
погашение затрат государства.
Следующее, что, на мой взгляд,
необходимо сделать, это произвести
некоторые изменения в программе училищ,
имея в виду корректировку целевой
подготовки воспитанников. Это, как
говорилось выше, при увеличении срока
обучения на один год придаст ему объем
общесоюзного среднетехнического
образования. Однако его необходимо
ориентировать к основной будущей
потребности — подготовке к обучению в высшем
военном училище.
Сейчас ни у кого не вызывает
сомнения тот факт, что флот
количественно и качественно изменился, а система
подготовки будущих курсантов осталась
прежней, характерной для 50 — 60-х
годов. Да и уровень технической
оснащенности училищ крайне низок. У нас
на одного нахимовца приходится
технических средств на сумму около 60 руб.,
это больше, чем в среднем по стране
(56 руб.), но недостаточно для
сегодняшнего дня. В других странах мира
этот показатель составляет около 1000
долларов.
К сожалению, у нас отсутствует
единая программа, такая, к примеру, как
«Курс подготовки младшего вахтенного
начальника», в которую могли бы
войти: общая и военно-морская подготовка,
несение дежурно-вахтенной службы,
программы корабельной и лагерной
практики и др. Это позволило бы лучше
готовить для ввмузов командиров
отделений, старшин. При этом не следует
бояться называть нахимовца «младшим
вахтенным начальником» и присваивать
ему определенную квалификацию. Это
не вахтенный офицер на корабле, не
вахтенный механик, не вахтенный
офицер БИП, а только кандидат в
офицеры. Да и научить ребят грамотно
исполнять обязанности дежурного по роте,
управлять курсантскими подразделения
ми, помочь им получить допуск к
самостоятельному управлению шлюпкой, ка
тером, автомашиной и т. д. просто
необходимо.
Сегодня педагогический коллектив,
офицерский состав пришел к выводу о
том, что необходимо провести ряд
мероприятий.
1. Увеличить число нахимовских
училищ и как минимум на первом этапе
открыть их в южном и дальневосточном
регионах.
2. Увеличить время обучения в
училище на 1 год, т. е. до трех лет. Это
сочетается с общей тенденцией,
поскольку в стране перешли на 11-летнее
обучение. Благодаря этому у нахимовцев
будет две корабельные практики и три
лагеря. Подобное новшество даст
возможность решить те проблемы, которые
сейчас стоят перед училищем в вопросе
воспитания, выработки военно-морского
мышления, поможет привить
нахимовцам романтизм и любовь к морю.
3. Дать нахимовскому военно-морско
му училищу статус среднеспециального
учебного заведения со всеми
вытекающими отсюда правами. Оно должно
иметь свой аттестат о среднем
образовании, равноценный общесоюзному,
тому, который выдает средняя школа или
техникум. Ввести программу
подготовки младших вахтенных начальников.
4. Надо начать переосмысливать цели
военного и общего образования. И
говорить не только о единстве обучения и
воспитания нахимовцев, но и о единстве
различных сторон его развития, что
позволит сформировать целостную
личность. Ведь позиции социального целе-
полагания: обучение — подготавливает
к жизни, воспитание — включает ь
жизнь, а развитие — это сама жизнь.
Капитан 3 ранга И. ИВАНЕНКО,
командир роты нахимовцев —
преподаватель
51

НАСЛЕДНИКИ ЧЕСТИ
Почти 200 лет морская династия Бурачков
служит отечественному флоту
Редкие в эту весеннюю пору посетители, сфотографировавшись под аркой
входных ворот Смоленского кладбища у мраморной доски, извещающей о том.
что здесь похоронена няня Пушкина — Арина Родионовна, постояв две-три
минуты у голубеющей свежей краской небольшой часовенки Ксении Петербургской,
недавно причисленной к лику святых, торопятся к выходу. И мало кто из них
обратит внимание на могилы семейства Бурачков, что в нескольких метрах от
часовни, за металлической оградой, на которой висит табличка «Охраняется*.
Возможно, потому, что большинству экскурсантов эта фамилия ничего не
скажет.
. Однако прежде широко известная на флоте династия дала Отечеству
свыше двадцати морских офицеров. Точное число, правда, назвать пока
невозможно, так как далеко не все семейные архивы разысканы. Но из тех членов семьи,
о ком есть достоверные сведения, большинство оказалось причастными ко
многим славным страницам в истории русского и молодого советского флота.
ЖИЛИ БУРАЧКИ на
протяжении многих
десятилетий на
Васильевском острове, здесь же,
на Смоленском кладбище,
нашли некоторые из них
и свое последнее
пристанище. Среди них и
мичман Павел Павлович Бу-
рачек — флаг-офицер
адмирала С. О. Макарова...
Обо всех
представителях династии рассказать
з одном очерке просто
невозможно, поэтому
остановлюсь на судьбе только
некоторых из них.
Свой род Бурачки
ведут с незапамятных
времен. Это было довольно
бедное дворянское
семейство, жившее лишь на
средства, получаемые от
службы. Видимо, это
обстоятельство, а может
быть, и близкое знаком-
ство со своим знаменитым
земляком —
мореплавателем Юрием
Федоровичем Лисянским побудило
Онисима Никифоровича
Бурачка в мае 1812 г.
определить своего
двенадцатилетнего сына
Степана в училище
корабельной архитектуры.
У Степана рано
проявились способности к
математике и рисованию,
училище он закончил
блестяще, и
пятнадцатилетним юношей был
оставлен в нем
«репетитором-помощником
преподавателей высшей
математики, аналитической
механики, теории корабля и
физики с исправлением
должности инспектора и
содержателя всего
училищного имущества».
Надо ли говорить, что
первое самостоятельное
назначение оказалось
определяющим в будущей
судьбе Степана Онисимо-
вича. Два года прослужил
он в этой должности, но
и этого было достаточно
для того, чтобы, получив
при выпуске звание
«обученного» тиммермана, Бу-
рачек был зачислен в
Петербургское
Адмиралтейство. Всего лишь год
спустя в его послужном
списке появилась запись:
«При благородном
поведении имеет очень
хорошие способности по
кораблестроительной части».
Судьба
благоприятствовала молодому
кораблестроителю. После
непродолжительной службы в
столице он направляется
в Казань. Там на местном
адмиралтействе им был
построен 16-пушечный
корвет «Геркулес» для
Каспийского моря. В
конце того же 1820 г.
Степана Онисимовича вновь
переводят в Петербург,
где назначают «к
строению 34-пушечного
корабля «Эмгейтен» под
началом корабельного мастера
Г. Исакова».
Но странное дело —
службе на столичных
верфях не суждено было
длиться долго. В
Каспийском море появились
персидские корабли, которые
угрожали не только
судоходству, и правительство
приняло решение о
возрождении флота на
Каспии. Надо было послать
в Астрахань - толкового
инженера; обладающего"
к тому же незаурядными
организаторскими
способностями. Выбор пал на
Бурачка. Шел ему в ту
пору двадцать первый год.
Впоследствии Степан
Онисимович скажет, что
именно тогда имел он
наибольшую возможность
самостоятельной работы и
творческого поиска.
Теоретические
предположения тут же проверялись
самым действенным
способом — практикой. За
10 лет им было построено
по собственным чертежам
30 боевых кораблей и
транспортных судов для
Каспийской флотилии, в
том числе и первые два
парохода, что в скором
времени принесло ему
известность как
корабельному инженеру. Степана
Онисимовича возвращают :
в Петербург, где он соче
тает кораблестроение с
чтением лекций в
Высших офицерских классах,
впоследствии
преобразованных в Морскую
академию.
Природа щедро
одарила этого человека. Он
пробовал себя на самых
разных поприщах.
Будучи весьма начитанным,
писал литературные
произведения и философские
статьи, научные труды по
механике и
кораблестроению. Он изложил основы
работы водометного
движителя и новой
конструкции парового котла,
работающего на жидком
топливе. В 1842 г. обосновал
принципы составления
кораблестроительных -
программ, а четыре года спу-
52

.
С. О. Бурачех — генерал-
лейтенант корпуса
корабельных инженеров
стя предложил так
называемую «русскую»
систему набора корпуса,
послужившую прообразом
современной продольной
системы. Степан Онисимо-
вич участвует в
проведении испытания лодки,
движимой
электричеством, в проектировании
подводной лодки А.
Александрова...
Одно только
перечисление сделанного Бурачком
способно удивить любого,
изучающего историю
отечественного кораблестрое,
ния. А тот, кто хорошо
знаком с трудами
критика В. Белинского,
наверняка также не раз
встречал его фамилию. Ничего
необычного в этом нет,
так как Степан Онисимог
вич, будучи редактором
журнала «Маяк»,
яростно нападал на
«западников», за что и был
причислен к
ультраконсерваторам. В
энциклопедическом словаре Ф. Павлен-
кова, изданном в 1905 г.,
о нем сказано буквально
следующее:
«Корабельный инженер и писатель,
редактор
ультраконсервативного журнала
«Маяк», проповедавшего
полный застой».
С этим явно
несправедливым приговором,
наверное, стоит поспорить, так
как многие идеи Бурачка,
вошедшие в историю
отечественной
кораблестроительной науки, впервые
появились именно на
страницах «Маяка». А что до
литературных
пристрастий, то, кстати, с началом
издания журнала
«Морской сборник» Степан
Онисимович стал и его
постоянным автором.
Писал он в журнал до
самой смерти, и порой
случалось так, что за один
и тот же год в
«Морском сборнике»
появлялись материалы С. О. и
Е. С. Бурачков — отца и
сына.
В 1865 г. Евгений
Степанович опубликовал
« Воспоминания
за-Амурского моряка. Жизнь во
Владивостоке». Два года
жизни на восточной
окраине России оставили
в нем столь сильный след,
что побудили взяться за
перо. Вообще-то с
Дальним Востоком так или
Е. С. Бурачек —
контр-адмирал
иначе оказались связаны
судьбы многих морских
офицеров семьи Бурачков.
Начиная с младшего
брата Степана Онисимовича,
Гавриила, который,
окончив училище корабельной
архитектуры. занимался
постройкой военных
речных судов и сплавлял их
в низовья Амура. Пять
внуков родоначальника
династии — Степан Пав^
лович, Апполон Павлович,
Николай Павлович, Павел
Павлович и Всеволод
Евгеньевич участвовали в
русско-японской войне
1904—1905 гг. Павел
Павлович погиб на
броненосце «Петропавловск»
вместе с адмиралом
Макаровым...
И все-таки особое
место служба на Дальнем
Востоке занимает в
жизни Евгения Степановича
Бурачка.
В конце 50-х годов
прошлого века на
Архангельской верфи
закладываются несколько парусно-
винтовых клиперов.
Наблюдение за
строительством было поручено А. А.
Попову, сыну известного
в то время
кораблестроителя, впоследствии
адмиралу. А рабочую команду
для клипера «Разбойник»
возглавлял молодой
мичман Евгений Бурачек. И
то ли сказалось влияние
отца — корабельного
инженера, то ли
унаследованное свойство
характера, но «Разбойник» был
спущен на воду раньше
других клиперов. И вряд
ли думал Евгений в те
минуты, когда палуба под
ногами слегка
покачивалась на волнах, что
спустя несколько месяцев
отряду клиперов
предстоит совершить
утомительный переход вокруг
Африки в восточные
порты России, а имена
кораблей и офицеров,
служивших на них, будут
нанесены на морские кар-
ты.
В плавании у Евгения
Степановича откроется
сильное внутреннее
кровотечение, но он найдет
в себе силы выдержать
многомесячное плавание.
И лишь в бухте Посьет,
где соберутся корабли
Тихоокеанской эскадры,
консилиум врачей примет
решение списать его на
берег, где для лейтенанта
Бурачка нашлась
В. Е. Бурачек—лейтенант
S3

ность, требовавшая
энергии и самостоятельности,
инициативы и хозяйской
сметки. Так он становится
начальником поста и
порта Владивосток. При нем,
собственно, и начала
строиться наша нынешняя
дальневосточная столица.
Новая должность была
несравнима с
корабельной. Наверное, поэтому
много позже в своих
воспоминаниях Евгений
Степанович сделал такой
горький вывод: «Два года
на берегу показали всю
мою умственную
несостоятельность». Признаюсь,
странное заключение для
человека, знавшего
несколько европейских
языков, а во время
пребывания корабля в Китае
самостоятельно
изучившего и китайский.
Возвратившись в
Петербург и получив
назначение на очередную
береговую должность,
Евгений Степанович
садится за свои
«Воспоминания», которые он
предназначает «Морскому
сборнику». Это не просто
мемуары человека,
попавшего волей случая в гущу
исторических событий.
Они любопытны и с
литературной точки зрения,
особенно в той части, где
автор размышляет о
будущем дальневосточного
края. Как знать, не
послужил ли ему еще раз
пример отца? А может
быть, на его творчестве
сказалось близкое
знакомство с К.
Станюковичем, которого он часто
навещал, когда жил во
Владивостоке.
Однако его
литературная работа была
прервана. Цензура усмотрела в
мемуарах Бурачка много
предосудительного. На
квартире Евгения
Степановича произвели обыск
с конфискацией всех
рукописей. А в
жандармском управлении у него
взяли подписку «впредь
не писать». Именно с
Евгения Степановича
началось неприятие власть
предержащими тех
передовых идей, которые
появлялись у
представителей этой семьи. Если бы
только неприятие...
Владимир Евгеньевич
был самым младшим
среди восьми оставшихся в
живых детей Евгения
Степановича. Отец
спустя несколько месяцев
после его рождения
вышел в отставку в чине
контр-адмирала «с
мундиром и пенсией»,
которой едва хватало на
самое скромное
существование, поэтому Владимир,
как и старшие братья —
Всеволод и Рафаил, был
определен в Морской
кадетский корпус на
казенный кошт. Учился он
очень хорошо, о чем
свидетельствуют оценки. В
1908 г. он находился в
Средиземном море в со-
ставе отдельного
гардемаринского отряда,
который был расписан на
линейных кораблях
«Цесаревич», «Слава», крейсерах
«Олег», «Адмирал
Макаров» и «Богатырь».
28 декабря, накануне
встречи Рождества, в
Сицилии и Калабрии
произошло землетрясение.
Первым на помощь
жителям Мессины на
рассвете 29 декабря подошел
«Адмирал Макаров».
Личный состав крейсера
много сделал для
спасения горожан. В числе тех,
кто отличился особо,
были Владимир Евгеньевич
и его двоюродный брат
Апполон Павлович
Бурачки. Оба они
награждены медалями Италии.
Офицерская служба
В. Бурачка проходила на
самых разных
должностях. В Ревеле — в
качестве помощника
старшего офицера и
командира роты транспорта
«Рига», на котором,
кстати, служил другой
двоюродный брат Владимира
Евгеньевича — Степан
Павлович. На Дальнем
Востоке — вахтенным на*
чальником на эсминце
«Тревожный». Здесь и
раскрылся
унаследованный от предков его
талант кораблестроителя.
27 января 1914 г.
Владимир Евгеньевич
назначается наблюдающим за
постройкой кораблей в
Балтийском море и
направляется на
строительство линкора «Гангут»,
где его застала
революция и гражданская
война, за участие в которой
он был награжден
именными золотыми часами
и орденом Красного
Знамени.
Потом была череда
других назначений,
вызываемых необходимостью
молодой республики в
компетентных и
энергичных людях. Бурачка
заметили. В конце декабря
1922 г. помощнику по
морским делам
Главнокомандующего
Вооруженными Силами
Республики было
направлено письмо, подписанное
заместителем
председателя ГПУ В. Уншлихтом.
В нем, в частности,
говорилось о том, что
«военному моряку В. Бурачку
поручена работа по
организации флотилии
Отдельного Пограничного
Корпуса».
Но... 1 декабря 1934 г.
была оборвана жизнь
С. М. Кирова. Двинулся,
раскачиваясь, маятник
«великого террора»,
который не обошел и
Бурачков. Вместе с
одиннадцатью
инженерно-техническими работниками
Владимир Евгеньевич был
арестован. Горестная и
страшная 58-я статья...
Комиссия, состоявшая из
видных
кораблестроителей во главе с
академиком А. Крыловым,
протестовала против ареста
Владимира Евгеньевича,
недоумевая по поводу
вздорных обвинений.
Впрочем, они остались
загадкой и для Бурачка,
выпущенного из тюрьмы
через три месяца после
ареста и полностью
оправданного. Но в 38-м он
был арестован вторично.
Срок отбывал в одном из
лагерей Вятлага, где и
умер от цинги в мае
сорок третьего.
...Мы нередко считаем
подвигом лишь
героический поступок. Но ведь
подвиг, мы знаем, это и
подвижническая
деятельность. И в этом смысле
сделанное сыном
Владимира Евгеньевича —
Владимиром Владимировичем
по праву можно назвать
подвигом. На протяжении
десятилетий он собирал и
продолжает собирать
материалы о своих
родственниках, так много сил
и энергии отдавших
служению Отчизне, которые
вполне заслуживают
отдельной книги.
Капитан 3 ранга
А. ПРАСОЛ.
Ленинград—Москва
54

НАШИ КОНСУЛЬТАЦИИ
Какие изменения наметились в развитии политической системы
СССР и каковы особенности ее развития в современных условиях?
А. ЛЕБЕДЕВ
Изменения, происходящие сейчас в политической системе, связываются, с
одной стороны, с изменениями ее структуры (возникновением новых
государственных и общественных образований, таких, как Комитет конституционного
надзора, институт президентства, новые политические партии, общественные
организации, объединения и формирования), а с другой — с изменением
характера участия государственных и общественных организаций в формировании
политики страны, т. е. видоизменением их политических функций.
Изменения в политической системе СССР проявляются, с одной стороны,
в сужении функций государства, КПСС, с другой — в расширении роли новых
общественных формирований.
Процессы эти вызывают неоднозначную реакцию. Высказывается, в
частности, мнение, что происходит тотальное разрушение государства. На мой
взгляд, это явное преувеличение.
Все изменения в развитии политической системы СССР «работают» на
демократизацию нашего общества. Накопив достаточно отрицательных и
положительных количественных изменений, оно достигло такого рубежа, когда
возможен, как говорил Гегель, скачок и далеко вперед, и далеко назад.
Наметившиеся изменения в развитии политической системы советского общества
способны, как мне кажется, создать условия для качественного скачка вперед.
Именно в этом и состоит особенность современного этапа развития
политической системы.
Повлияло ли учреждение поста Президента на форму правления в
СССР?
Л. ТРОФИМОВ
Прежде уточним некоторые понятия. Известно, что институт президентства
существует во многих странах. Президенты являются главами государств,
которые в зависимости от форм правления (т. е. от порядка формирования высших
органов государственной власти), подразделяются на парламентарные,
президентские и смешанные. Основные черты парламентарной республики:
президент избирается парламентом страны и ему подотчетен;
правительство формируется парламентом и ему подотчетно;
президент (с согласия правительства) имеет право роспуска парламента.
Формальная отличительная особенность парламентарной республики — на»
личие должности премьер-министра. Такая форма правления считается наиболее
демократической.
Для президентской республики характерно:
президент избирается внепарламентским способом (либо населением, либо
коллегией выборщиков);
правительство формируется им и подотчетно только ему, а не парламенту;
президент не имеет права распускать парламент, а парламент не может
выразить вотум недоверия правительству. Отсутствует пост премьер-
министра. Президентская форма правления наиболее стабильна, ибо она
представляет собой классическую форму разделения власти. В этом случае
проводится строгое разграничение компетенций между высшими органами
законодательной, исполнительной и судебной власти, каждая из которых обладает
значительной самостоятельностью по отношению к другой.
Смешанная форма правления сочетает в себе элементы как
парламентарной, так и президентской республики, поэтому ее называют также
«суперпрезидентской». Ее основные черты:
55

внепарламентский способ избрания президента;
правительство формируется президентом и несет ответственность только
перед ним;
президент (после консультации с премьер-министром и председателями
палат) имеет право роспуска парламента или же только его нижней палаты.
Итак, • рассмотренные формы правления разграничиваются по двум
критериям: по способу избрания и по объему компетенций президента.
Если с этих позиций проанализировать учреждение поста Президента в
СССР, то по способу избрания СССР является парламентарной республикой,
так как первый Президент избран Съездом народных депутатов СССР. В
перспективе наша страна может стать президентской республикой, поскольку
последующие президенты будут избираться путем всенародного референдума. По
объему полномочий Президента СССР также остается парламентарной
республикой, хотя можно обнаружить и некоторые черты, присущие смешанным
формам правления. Например:
при отсутствии права роспуска правительства Президент тем не менее
(по согласованию с Председателем Совета Министров СССР) может
освобождать от должности и назначать членов правительства СССР, правда, с
последующим представлением на утверждение Верховного Совета СССР;
Президент имеет право приостанавливать действие постановлений и
распоряжений Совета Министров СССР;
Президент может внести на Съезд народных депутатов СССР предложение
об избрании Верховного Совета СССР в новом составе;
при Президенте СССР действует Президентский совет СССР.
Таким образом, я бы отметил, что учреждение поста президента в СССР
положило начало перерастанию парламентарной формы правления в
президентскую и, возможно, даже в смешанную.
Верховный Совет Литвы принял в одностороннем порядке Закон
о выходе из состава Союза ССР. Есть ли в мировой практике такие
примеры и каковы могут быть последствия такого выхода?
Б. АНУШКЕВИЧ
Выход Литовской республики формально правомерен: такое право
закреплено в ст. 72 Конституции СССР. (В конституциях других государств
субъектам федерации право выхода не предоставляется.) И все же мировая
практика знает такие примеры, когда право одностороннего выхода
осуществлялось фактически. К примеру, выход Сенегала из федерации Мали,
Сингапура из Федерации Малайзия, Бангладеш из Пакистанской Федерации.
Вопросы о выходе должны решаться на основе закона. Мировая практика утверждает,
что попытки решить эту проблему с позиции силы всегда имели лишь
негативные последствия. Верховный Совет СССР принял Закон о порядке выхода
субъектов федерации из состава СССР. Единственно правомерный путь выхода
из Союза ССР — руководствоваться этим законом.
Вместе с тем здесь возникает и другая проблема. Современный мир идет
к консолидации. Эта тенденция все усиливается. В этих условиях «малые»
государства будут вынуждены примыкать к какой-либо из сверхдержав, притом не
исключено, что на невыгодных условиях.
Дают ли условия реформы какие-либо новые гарантии прав и
свобод граждан?
С. ГИМАЕВ
Если кратко, да. Это становится возможным благодаря демократизации
государственных и общественных институтов. Известно, что закон может быть
недействительным. Когда он устраивает одних тем, что принят как таковой, а
других тем, что не действует. Закон становится реально действующим тогда, когда
за ним, за каждой его нормой стоит конкретная сила как в лице
соответствующих государственных органов, призванных следить за воплощением законов в
жизнь, так и общественных организаций, которые могут заставить
государственный орган или должностное лицо, нарушившие законы, следовать его норме.
-Jr t На вопросы отвечал П. ЛУНГУ,
i" .... ; кандидат юридических наук
56

СПАСЕНИЕ
ЭКИПАЖЕЙ
ПОДВОДНЫХ ЛОДОК
Капитан 2 ранга М. ПАВЛОВ
Капитан 3 ранга И. МАРФИН
Капитан 1 ранга в запасе А. НОВИКОВ,
кандидат технических наук
|1ИСЛО АВАРИЙ подводных лодок, приведших их к гибели, в мировой практике
* довольно велико. Перед второй мировой войной — это случалось в среднем
раз в год. В послевоенный период — реже. Поиск и оказание помощи затонувшим
ПЛ всегда было трудным делом, а расширение районов плавания еще больше
осложнило поисково-спасательные работы. Для успешного их проведения необходимы:
хорошо организованная и технически оснащенная поисково-спасательная служба (ПСС),
оборудование лодок средствами оповещения о месте аварии и эффективным
комплексом спасательных устройств, соответствующая подготовка самих подводников.
Рассмотрим подробнее, как удовлетворяются эти требования.
Анализ конструкции современных ПЛ с точки зрения обеспечения благоприятных
условий для спасения экипажей показывает, что наиболее эффективно формирование
на лодке двух или нескольких «зон спасения», образуемых с помощью межотсечных
переборок, равнопрочных основному корпусу. Каждая такая «зона» оборудуется
спасательными устройствами и снабжается запасами для поддержания
жизнедеятельности подводников, необходимыми как при осуществлении самостоятельного выхода, так
и в процессе вывода людей силами ПСС. В состав «зоны спасения» могут входите
до нескольких отсеков, разграниченных легкими переборками и палубами, для
решения задач борьбы за живучесть и обеспечения непотопляемости ПЛ в надводном
положении. Личный состав в них защищен от забортной воды и пагубных
последствий воздействия повышенного давления, что гарантируется несущей способностью
прочных переборок. А это означает, что у подводников появляется время и
возможность для принятия обоснованного решения на спасение, организованной подготовки
к выходу на поверхность или (в случае необходимости) ожидания сил поисково-
спасательного обеспечения.
На создание подобных «зон», на наш взгляд, важно обратить творческий
потенциал специалистов флота и конструкторов подводных кораблей. Хотя это и очень
сложная задача, но если отсечные переборки уступают основному корпусу по
прочности, то предельная глубина спасения членов экипажа при повреждении корпуса
и падении лодки на грунт будет определяться прочностью этих переборок.
Ориентироваться на «подпор» их повышением давления в зоне спасения не следует, так как
это пагубно влияет на людей, а запасы сжатого воздуха на аварийной ПЛ, как
правило, ограничены.
Спасение подводников силами поисково-спасательной службы. До недавнего
времени основным и единственным средством спасения личного состава аварийной
подводной лодки был спасательный колокол — усовершенствованный вариант
колокола, предложенного еще в начале ЗО-х годов офицером американского флота Мак-
кеном. Применяются подобные технические средства и сейчас. Например,
американская камера SRC, вмещающая 8 человек (включая двух операторов), может
поднимать на поверхность членов экипажа подводной лодки с глубины до 259 м при
давлении в отсеках лодки, соответствующем давлению на глубине 88 м. При
выполнении работ камера (колокол) обычно обеспечивается воздухом и энергией от
спасательного судна, хотя имеются и различные автономные варианты. В настоящее
57

время аналогичные средства находятся на вооружении некоторых судов
—спасателей ВМФ СССР.
С появлением самоходных подводных аппаратов на флотах морских держав, в
том числе и Советского Союза, возможности спасательных судов существенно
расширились. Стало возможным выводить людей из аварийных ПЛ в пределах всего
диапазона глубин их погружения. В нижней части таких аппаратов
предусматривается камера присоса, или присоединительная шахта, обеспечивающая возможность
перехода подводников в аппарат после его посадки на комингс-площадку лодки.
Повышенные маневренные качества при малых скоростях позволяют значительно
быстрее, чем колоколу, выполнять маневр посадки и фиксации на ПЛ, причем для этой
цели аппараты оборудуются не только маршевыми движителями, но и движителями
вертикального и поперечного перемещений. Навигационные средства и приборы
наведения, позволяющие обнаружить аварийную ПЛ и безопасно плавать вблизи
грунта, а также специальная система, придающая аппарату необходимые наклонения с
учетом крена и дифферента лежащей лодки, заметно повышают возможности
спасения подводников силами ПСС. Возможности по их эвакуации определяются
выделенным на данном аппарате свободным объемом для размещения спасаемых, обычно
до 25 человек.
Важнейший показатель, оказывающий решающее влияние на успешный исход
спасательной операции и позволяющий оценить эффективность того или иного
способа оказания помощи, — суммарное время выполнения работ. Оно включает время
оповещения сил поисково-спасательной службы, их приготовление и переход в район
аварии, поиск лодки на грунте, ее обследование, установление связи с личным
составом, передачу средств жизнеобеспечения и спасательного имущества (при
необходимости) и, наконец, вывод подводников на спасательное судно. Нельзя здесь
исключать и влияние такого фактора, как гидрометеоусловия на переходе и в районе
аварии.
Самостоятельное спасение членов экипажей аварийных подводных лодок,
лежащих на грунте, в настоящее время может осуществляться методом свободного
всплытия с применением индивидуального специального снаряжения, а также в
спасательных устройствах коллективного использования.
Индивидуальные средства спасения. Все современные подводные лодки
оснащаются люками, шлюзовыми камерами и рубками для выхода людей из аварийного
корабля. Известно, что метод свободного всплытия проще и безопаснее выхода по
буйрепу, предусматривающего медленный,
поэтапный подъем по специальному тросу,
прикрепленному к выпущенному на поверхность бую. Он
применяется, если подводники находились в отсеке с
избыточным давлением при аварии подводной лодки
на небольших глубинах.
Метод свободного всплытия используется
только при кратковременном нахождении людей под
повышенным давлением. Из затонувшей ПЛ
подводники выходят в спасательном снаряжении
(гидрокомбинезон с надувным капюшоном и дыхательный
аппарат). Для снижения вероятности переохлаждения
организма человека имеется баллончик с
углекислым газом, заполняющим внутреннюю полость
костюма после всплытия на поверхность. Излишки
расширяющегося при всплытии воздуха в
комбинезоне и аппарате стравливаются через
предохранительные клапана. В последнее время в
снаряжении используют тормозной парашют,
стабилизирующий скорость всплытия. На рис. 1 показано
снаряжение, применяемое на наших ПЛ. За рубежом
используются в принципе аналогичные образцы.
При всей простоте и надежности
индивидуальные методы спасения обладают рядом недостатков, рие. 1# спасательное сна.
которые необходимо учитывать при оценке обета* ряжение подводника
S3

новки, а также подготовке и проведении спасательной операции. Важнейшими из них
являются ограничения по времени, налагаемые метеоусловиями, в том числе
температурой воды и воздуха, при которых еще может быть сохранена жизнедеятельность
подводников на поверхности воды. Большие трудности возникают при их
обнаружении, особенно в темное время суток, в тумане и при волнении моря. Кроме того,
максимальная глубина, до которой можно использовать снаряжение подводника, сегодня
значительно меньше предельной глубины погружения подводных лодок. И наконец,
после всплытия на поверхность практически во всех случаях возникает потребность
немедленного помещения спасаемых в барокамеру для проведения лечебной
декомпрессии.
Прямо или косвенно, но методы самостоятельного спасения с применением
индивидуальных средств требуют высокой организации поисково-спасательного
обеспечения.
Средства коллективного спасения. Их развитие имеет свою историю. В конце
30-х годов в итальянском и испанском флотах на вооружение были приняты одно-
и двухместные прочные всплывающие камеры многоразового действия по патенту
Джералами. По замыслу изобретателя они должны были всплывать на поверхность
со спасающимися подводниками, а затем с помощью лебедки и соединительного
троса вновь возвращаться в специальное гнездо в корпусе лодки, лежащей на грунте.
Камеры были испытаны по прямому назначению, а также проверены на учениях. На
некоторых проектах отечественных ПЛ, находящихся в эксплуатации, размещены
аналогичные камеры многократного использования более совершенной конструкции и
повышенной вместимости. Однако, казалось бы, такое преимущество, как
многократность действия, на поверку
обернулось их главным
недостатком, поскольку уже после
первого всплытия на поверхность
опускание и точная посадка камеры в
исходное положение на
подводную лодку — весьма непростая
задача, особенно при больших
наклонениях. Велико оказалось и
время, затрачиваемое на один
такой цикл.
Шло время,
совершенствовалась морская техника,
создавались новые устройства и средства
спасения, оценивались и
проверялись на практике способы их
применения. Среди них наиболее
интересные конструкторские
решения — всплывающие
спасательные камеры для всего личного
состава ПЛ (рис. 2) и
отделяющиеся отсеки. Способ группового
спасения подводников в
настоящее время становится вполне
реальным и благодаря
сокращению численности экипажей,
обусловленному широким внедрением
автоматики на кораблях.
Думается, такой способ спасения
прогрессивен еще и потому, что им
можно воспользоваться при
любом положении лодки, а не
только, если она ляжет на грунт. В
принципе он пригоден и для
спасения людей в случае аварии ПЛ
Рис. 2. Всплывающая спасательная камера:
1 — шахты вентиляционного устройства;
2 — крышка люка; 3 — сиденья; 4 —
кремальерное устройство; 5 — предкамера;
6 — корпус ПЛ; 7 — вентилятор с
ручным приводом; 8 — блок плавучести
59

на глубине, превышающей предельную для прочного корпуса и переборок «зон сна*
сения». Отделение камеры или отсека при этом может происходить на ходу в
процессе погружения аварийной ПЛ, поскольку требуется мало времени на сбор личного
состава, приготовление к отделению и всплытие камеры на поверхность. Внутри ее
размещаются радиостанция и аварийные запасы воды и пищи.
Сферическая спасательная камера, рассчитанная на размещение в ней всего
экипажа, имеется на дизельных подводных лодках, строительство которых ведется
в ФРГ. Она устанавливается в гнезде прочного корпуса над водонепроницаемой
переборкой, равнопрочной основному корпусу, таким образом, что вход в нее
обеспечивается из двух смежных «зон спасения». В случае аварии и покладки подводной
лодки на грунт ее личный состав должен перейти в камеру, задраить внутреннюю
крышку люка, а затем отдать крепления, соединяющие камеру с лодкой. Всплытие
обеспечивается за счет плавучести собственной и соединенной с камерой части
надстройки, имеющей легкий заполнитель внутренних объемов или цистерны плавучести.
Некоторые подводные лодки советского ВМФ оборудованы подобными
всплывающими камерами. Опыт использования ВСЕ на ПЛ «Комсомолец» ' показал
необходимость совершенствования узлов крепления и отдачи для обеспечения гарантии их
работы при проваливании подводной лодки на глубину с большими дифферентом и
креном.
Рассматривая состояние и перспективы развития технических средств спасения
экипажей подводных лодок, специалисты считают целесообразным продолжать
комплексное развитие и индивидуальных средств спасения людей, и самоходных
спасательных аппаратов, и всплывающих камер. При различных аварийных ситуациях
они смогут дополнить друг друга.
Спасение людей при нахождении аварийной ПЛ в надводном положении.
События на подводной лодке «Комсомолец», столь взволновавшие советскую и мировую
общественность, наглядно показали, что и здесь много проблем. Нельзя сказать, что
для их решения не предпринимались конкретные шаги со стороны специалистов
флота и промышленности. На каждой ПЛ размещаются спасательные надувные плоты
забортного (в специальных контейнерах) или внутреннего хранения. Плот в
рабочем состоянии изображен на рис. 3. Он обеспечивает поддержание на плаву в
морских условиях не менее 20 человек, предохраняет их от воздействия непогоды и
резких колебаний температуры. На плоту имеются запасы воды, сигнальные средства
для облегчения поиска терпящих бедствие, ремонтные материалы.
Кроме того, весь экипаж
снабжается спасательными жилетами и
нагрудниками. Упавший за борт может быть
подобран с помощью складывающегося
спасательного круга, хранящегося в
боевой рубке, или пары соединенных
между собой шаров с бросательным
концом.
В последнее время
предпринимаются самые энергичные меры по
резкому повышению надежности и
эффективности снаряжения, средств и устройств,
предназначенных для этих целей.
Ведутся работы по совершенствованию pNCe 3. Спасательный надувной плот
конструкции спасательных плотов, а
также контейнеров для их хранения. Прошел испытания и дорабатывается по их
результатам спасательный гидрокомбинезон, обеспечивающий выживаемость человека
в воде при температуре 1—3°С в течение 5 ч. Однако его серийное производство
промышленность может освоить не ранее 1993 г. Поэтому по просьбе ВМФ Госпланом
СССР выделена валюта для приобретения подобных гидрокомбинезонов за рубежом.
Ими будут оснащены все подводные лодки.
По заказу ВМФ модернизируется самолет Ил-76 МДПС для выполнения
поисково-спасательных задач в океанской зоне. Он будет оснащен новым десантируемым
катером «Гагара» (экипаж 3 человека, берет на борт 15 пострадавших, мореходность
до 5 баллов). Сейчас в составе дежурных спасательных сил находятся самолеты
* 'Морской сборник. — 1989. — Jft 6. — С. 22—28.
60

Ан-12 ПС с десантируемыми катерами «Ерш» (экипаж 3 человека, берет на борт
11 пострадавших).
Для оказания помощи аварийной ПЛ, всплывшей на поверхность, на ней
предусмотрены различные устройства для приема воздуха, электропитания и т. п.
Передача с судов и кораблей на аварийную ПЛ спасателей, грузов и
коммуникаций в надводном положении, в том числе при сильном волнении моря, в
ближайшее время будет возможна с помощью специального приспособления, приемный узел
которого планируется установить на подводных лодках.
Сообщение об аварии. Кроме рассмотренных выше спасательных устройств, на
современных подводных лодках устанавливают средства оповещения об аварии,
обозначения и связи.
На сегодняшний день все современные ПЛ оборудуются аварийно-сигнальными
буями и радиобуями. Аварийно-сигнальные буи размещают в выгородках на
кормовой и носовой надстройках подводной лодки. Они снабжены сигнальной лампой,
телефоном и в ряде случаев радиостанцией. Связь с аварийной лодкой осуществляется
по трос-кабелю. Буй отдается из отсеков ПЛ.
Кроме того, устанавливаются гидроакустические сигнализаторы (маяки) для
обозначения места ПЛ на грунте.
В заключение необходимо отметить, что для надежного поисково-спасательного
обеспечения кораблей ВМФ требуется реализовать в ближайшее время целый
комплекс мер не только в Военно-Морском Флоте, но и в промышленности, в ряде
министерств и ведомств. Задача специалистов ВМФ — добиваться безусловного
выполнения намеченного, совершенствовать организацию взаимодействия со спасательными
службами страны, отрабатывать практические действия по использованию
имеющихся спасательных сил и средств на совместных учениях.
МОЖНО ЛИ ПОДНЯТЬ «КОМСОМОЛЕЦ»?
В письмах, поступающих в редакцию, читатели спрашивают, как
решается вопрос о подъеме атомной подводной лодки «Комсомолец», затонувшей
в Норвежском море 7 апреля 1989 т. Это послужило поводом для беседы
нашего корреспондента с капитаном 1 ранга Н. Колосковым — заместителем
начальника Поисково-спасательной службы ВМФ.
Николай Николаевич, несколько слов пуса к грунту, составит около 6000 тс.
обг организационной стороне вопроса... Следует заметить, что основными кри-
Напомню читателям основные результа- териями при выборе подъемных средств
ты обследования затонувшей ПЛ. вы- должны быть максимальная надежность
полненного в 1989 г. с помощью техни- и безопасность на всех этапах операции,
ческих средств, имеющихся у ВМФ и Подъем ПЛ «Комсомолец» представ-
АН СССР (спасательное судно «Михаил ляет собой сложнейшую научно-техни-
Рудницкий», научно-исследовательское ческую проблему, и в настоящее время
— «Академик Келдыш», подводные технических средств для выполнения
обитаемые аппараты «Поиск-2», «Мир- таких работ в полном объеме ни в на-
1», «Мир-2» и т. д.). Лодка лежит на шей стране, ни в других странах нет.
плоском участке дна практически без В целях создания глубоководных
крена и дифферента на глубине 1655 м, подъемных средств распоряжением пра-
углубление ее в грунт составляет при- вительства назначена головная органи-
мерно 2 — 3 м по всей длине. Некото- зация — одно из конструкторских бюро
рые повреждения получил легкий кор- Министерства судостроительной промыш-
пус. По расчетным оценкам, прочный ленности СССР.
корпус повреждений не имеет и сохра- Для выбора оптимального варианта
няет достаточную для обеспечения подъ- подъема ПЛ «Комсомолец» это КБ с
ема ПЛ (в виде целой конструкции) привлечением ведущих специалистов
прочность. Вес подводной лодки в воде дрУгих организаций Минсудпрома и Во-
енно-Морского Флота рассмотрело уже
составляет около 4300 - 4500 тонн-сил известнЫе способы подъема, а также
(тс), а подъемное усилие, которое потре- новые предложения и разработки, пред-
буется, если учесть силы присоса кор- ставленные отечественными научно-ис-

следовательскими проектными и
учебными учреждениями, некоторыми
зарубежными фирмами и отдельными
изобретателями. Все эти предложения
различны по способам создания подъемной
силы и ее приложения к поднимаемому
объекту.
В чем суть принципиальных
технических решений наиболее интересных
предложений и насколько они реальны?
Перечислю основные.
1. Использование для подъема
объекта двух автономных модулей
грузоподъемностью по 2500 тс каждый,
представляющих собой объемную металлическую
конструкцию с встроенными
балластными цистернами плавучести для
компенсации собственного веса модуля,
надувными емкостями подъемной системы,
обеспечивающими компенсацию сил
присоса объекта к грунту и подъемное
усилие. Для продувки балластных
цистерн и емкостей используется система
генерации газа, а для соединения
модуля с объектом — захватное устройство
с храпцевым механизмом рычажного
типа и гидравлическим приводом.
2. Использование дистанционно
управляемого захватно-подъемного
комплекса грузоподъемностью 5000 тс.
Конструктивно такой комплекс
представляет собой набор из двух модулей
грузоподъемностью по 2500 тс, описанных в
пункте 1, соединяемых между собой
ферменной конструкцией,
захватывающей объект сверху, или жесткое
сооружение, заключающее ПЛ внутрь себя,
с фиксацией ее механизмами захвата
снизу.
3. Использование
захватно-подъемного комплекса грузоподъемностью
5000 тс. В этом случае наведение и
посадка комплекса на объект
выполняются с помощью устройства и системы
управления им, установленных на
специальном судне.
4. Использование судна,
обеспечивающего подъем ПЛ за счет усилий
собственного грузоподъемного механизма
минимальной массы и габаритов. В этом
варианте ПЛ поднимается на прочных
канатах в отличие от предыдущих, где
она всплывает вместе с
подъемно-захватными модулями. Судно должно иметь
устройство компенсации вертикальных
перемещений на волнах с целью
устранения перегрузок на грузонесущую
связь в процессе выполнения работ.
Подобных судов ни у нас, ни за рубежом
нет, его нужно проектировать и строить.
5. Использование погружаемого
автономного захватного сооружения, в
котором подъемная сила (положительная
плавучесть) создается за счет
газификации сжиженного азота, находящегося в
бортовых сферических
резервуарах-хранилищах (сосудах Дьюара).
6. Использование грузоподъемного
сооружения, находящегося на
поверхности моря и создающего подъемную силу
с помощью гидродинамических лебедок
и стальных канатов.
7. Использование пороховых или иных
химических генераторов, которые будут
подавать газ в надувные эластичные
емкости подъемного модуля.
8. Использование для создания
подъемной силы композитных сферспласти-
ков.
Из предложений зарубежных стран,
на мой взгляд, заслуживает внимания
наиболее глубоко проработанный и
реально осуществимый в ближайшие 2 —
3 года способ подъема, предлагаемый
Нидерландским консорциумом
глубоководных операций (НКГО). Проект
предусматривает создание специального
комплекса технических средств, состоящего
из судоподъемного судна и захватно-
подъемного механизма,
спроектированных на основе новых совершенных
технологий.
В отличие от подобных проектов
подъемных устройств, известных у нас в
стране и за рубежом, в проекте НКГО
в гиневых подъемных системах вместо
традиционных стальных канатов
применяются канаты из особо прочного и
легкого амидного волокна (тварона). Для
сравнения: твароновый канат весит в 5
раз меньше стального и обладает в 8
— 10 раз большей удельной
прочностью.
Оборудование, механизмы, различные
системы и устройства, входящие в
судоподъемный комплекс и необходимые
для стабилизации захватного
устройства, его наведения на ПЛ и контроля за
ходом подъема, уже сейчас производятся
серийно и не требуют значительных
затрат времени и средств на их
создание.
Я считаю, что предложение НКГО в
настоящее время является наиболее
технически обоснованным и
реализуемым в ближайшие 2 — 3 года, другие
же рассмотренные предложения,
несомненно, потребуют гораздо больших
временных и материальных затрат.
62

ВДНХ СССР
СУДОСТРОИТЕЛИ - ПРЕДПРИЯТИЯМ
НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА СТРАНЫ
Выставка-ярмарка под таким
названием работает в павильоне
«Судостроение» ВДНХ СССР с апреля по август
1990 г. Это уже вторая
выставка-ярмарка судостроителей, при организации
которой учтен опыт проведения первой.
На ней были заключены договора на
поставку научно-технической
продукции предприятиям страны на несколько
миллионов рублей. Среди покупателей
есть и пять судоремонтных
предприятий ВМФ, которые приобрели
различное оборудование для своих нужд
(устройства для проверки состояния
трехфазных обмоток электрических машин;
устройства для герметизации выводов
кабеля из корпуса электронного блока, мест
прохождения кабелей через переборки;
микросхемы; захваты вакуумные;
съемники; подъемники; тележки-штабелеры,
электромаркирователи и другое
оборудование). Много полезного найдут
судоремонтники и другие флотские
специалисты на этой выставке-ярмарке.
На ней предложено для продажи 515
видов научно-технической продукции
предприятий отрасли, более 100 видов
различных изделий, оборудования,
машин и приборов, а также разработки в
виде конструкторской и
технологической документации,
организационно-методических документов.
Экспозиция состоит из шести
разделов.
В разделе «Хозяйственный расчет и
организация труда в судостроении»
представлено около 200 разработок
институтов и предприятий МСП по
организации и совершенствованию
хозяйственного расчета, экономической и
социальной эффективности развития его
форм на предприятиях, в цехах и на
участках.
Среди них есть и ряд новейших
разработок: организация и хозяйственная
деятельность производственных
кооперативов на государственной основе,
организация межотраслевого
объединения, ассоциация государственных и
кооперативных предприятий,
организационно-методические материалы по
созданию государственных акционерных
социалистических предприятий,
разработка государственного плана конверсии
предприятий отрасли.
Предлагается для продажи ряд
изделий: верстаки слесарные, шкафы для
хранения одежды и инструмента,"
тумбочки для чертежей, столы
регулировщика электроаппаратуры.
В разделе «Суда и плавсредства для
народного хозяйства»
демонстрируются модели самых разнообразных типов
судов и плавсредств, используемых для
различных целей: перевозки
пассажиров и грузов, рыбного промысла и
рыбоохраны, морских строительных работ
и нефтедобычи, лесосплава и
буксирования, туризма и спорта.
Наибольший интерес представляют
быстроходные катера на автоматически
управляемых интерцепторах
(выдвигаемых из днища пластинах), которые,
например, на катере «Мустанг»
позволяют резко увеличить его мореходность, а
следовательно, и рабочую
эффективность. Высокая мореходность делает
этот тип судна особенно
привлекательным для патрульных и пассажирских
судов.
На последнем существенно, до 45 va
увеличена скорость хода без
увеличения мощности энергетической
установки. Обладателем «ноу-хау» по обоим
типам судов является только Советский
Союз.
В экспозиции представлены:
амфибийные катера на воздушной подушке,
морские и речные рабочие и служебно-
разъездные катера, подводные
аппараты для проведения подводных морских
экскурсий, нефтемусоросборное судно,
рыбодобывающие суда, сухогрузные
теплоходы, плавучие буровые установки,
суда для морских исследований,
земснаряды и т. д.
В разделе «Судостроительное и
машиностроительное производство.
Средства технологического оснащения» в
ряде предложенных разработок
представлены по 2—3 реализованных
изобретения. Например: гибкая
автоматизированная линия раскроя и штамповки
крупногабаритных листов, стенд
проверки электронных блоков «Марк-500»,
механизированная правка деталей типа
валов, комплект стендов для наладки
сварочного выпрямителя «ВДУ-505»
и др.
В разделе «Технология
приборостроения и средства технологического
оснащения, изделия морского
приборостроения» предлагаются для продажи около
40 приборов и средств
технологического оснащения,- в тоМ числе: приемная
63

система телевизионных программ
непосредственно от спутников, блок
сопряжения ЭВМ с участком
автоматизированного оборудования, магнитный
компас для катеров и яхт, автомат
пришивки и пайки печатных плат,
полуавтомат лазерной пайки микросхем,
селективный вольтметр,
волоконно-оптические функциональные узлы, гермоплен
для изоляции и многое другое.
Обеспечить надежную охрану многих береговых
объектов поможет универсальная
система предупредительной сигнализации
«Тайфун». Она подает мощный звуковой
сигнал (2 Вт) при проникновении на
объект посторонних лиц. Работает в
любых климатических условиях. Состоит из
двух блоков: громкоговорителя типа
ЗГД-2 и электронного блока. Последний
включает в себя специальную плату
управления системой и контейнер с
элементами автономного питания —
батарейками типа 373. Для соединения
блоков с датчиками прилагается комплект
проводов. Технические характеристики:
напряжение питания — 12 В, время
задержки звукового сигнала — 6—12 С,
сила тока в дежурном режиме работы
системы — 1,5 мА. Габариты:
электронного блока — 185x90X105,
громкоговорителя — 175x110X160 мм. Масса —
1,4 кг. Монтаж системы «Тайфун»
предельно прост и не требует специальной
подготовки.
В разделе «Электротехника и
средства технологического оснащения
электромонтажного производства»
заслуживает взимания электроимпульсная про-
тивооблёденительная система,
обеспечивающая эффективное удаление льда
с металлических обшивок кораблей,
судов и летательных аппаратов при
минимальных затратах электроэнергии,
малых габаритах и массе. В системе
реализовано 2 изобретения.
В разделе «Подъемно-транспортное
оборудование. Средства механизации и
автоматизации погрузочно-разгрузочных
работ» наибольший интерес
представляют:
тележка-штабелер для
транспортирования и штабелирования тарно-штучных
грузов (реализовано 5 изобретений);
робот — перегружатель мелких
листовых деталей (5 изобретений);
складской роботизированный
комплекс «Спрут» (3 изобретения).
Информационно-коммерческий центр,
работающий на ярмарке, обеспечивает
проведение всех коммерческих
операций по заключению договоров между
изготовителями научно-технической
продукции и заказчиками-покупателями.
Центр осуществляет также комплекс
информационных, рекламных и
посреднических услуг.
Его адрес: 129223, Москва, ВДНХ
СССР, павильон «Судостроение»,
телефоны для справок- 181-90-33; 181-00-69*
181-54-65.
— ВЫСЫЛАЕТСЯ НЕМЕДЛЕННО —
Вниманию судомоделистов "и любителей истории флота! Созданное
при Калининском обкоме ДОСААФ Акционерное общество «РЕТРО-
ФЛОТ» высылает наложенным платежом чертежи судомоделей
исторических кораблей русского флота, выполненных на основе архивных
чертежей и материалов. Модели соответствуют требованиям правил «НАВИГА».
Класс Ф-2 (радиоуправляемые), М 1 : 150 на двух листах
(590x680 мм), цена за каждый чертеж — 10 руб. Эскадренные
броненосцы: «Петропавловск», «Севастополь», «Полтава», «Ослябя»,
«Пересвет», «Победа», «Сисой Великий», «Ростислав», «Князь Потемкин
Таврический», «Синоп», «Георгий Победоносец», «Евстафий». Крейсера:
«Баян», «Паллада», «Аврора».
Класс ЕК-1250 (ЕК-2500), модели прямого курса. Крейсера:
«Жемчуг», «Новик». М 1:100 на двух листах (590x1200 мм) по цене 10 руб.
за комплект. Крейсер «Громобой». М 1: 150 на 6 листах (590ХЮ00 мм) с
видами на 1904 и 1914 гг. по цене 20 руб. за комплект. Миноносец
«Тосно». М 1 :40 на двух листах (590X900 мм) по цене 10 руб. за
комплект.
В моделях, построенных по этим чертежам, применяются
электромоторы массового выпуска серий ДП-15, ДП-12Ф, ДИ-1-3 (цена от 1 руб.
до 1 руб. 60 коп.) и батарейки А 343.
Заказы высылать на открытках по адресу: 170007, г. Калинин
7, п/я 12, «РЕТРО-ФЛОТ».
64

ВАЖНЫЙ
ЭЛЕМЕНТ
ИНФРАСТРУКТУРЫ ПЛО
(О гидроакустических испытательных полигонах
США и их союзников)
Капитан 1 ранга В. ПАРХОМЕНКО,
доктор технических наук
Капитан 1 ранга /О. ПЕЛЕВИН
В ИНТЕРВЬЮ, опубликованном в американском журнале «Ол хэндс», начальник
штаба ВМС США (должность ориентировочно эквивалентная должности
нашего главнокомандующего ВМФ) адмирал К. Трост, отвечая на вопрос о возможностях
противолодочной обороны в борьбе с советскими подводными лодками, заявил: «То,
что мы всегда пытались делать, и особенно то, что сделано за последние два с
лишним года, заключается в концентрации усилий на противолодочной обороне,
являющейся для нас наиболее приоритетной областью деятельности». И далее, развивая
свою мысль, адмирал разъяснил, что згой проблемой занималась особая группа
специалистов. Она рекомендовала командованию ВМС «наибольшее внимание уделить
координации проведения противолодочных исследований и разработок. И шаги в этом
направлении мы сделали»,— заключал К. Трост1.
Объективный взгляд на усилия, предпринимаемые ВМС США в области,
именуемой противолодочной обороной (Anti-submarine warfare), дает основание сог-
ласмьея с такими выводами. Действительно, для реализации установок зоенво-по-
литического руководства страны на поддержание «превосходства на море я контроля
за океанами» необходима разветвленная и совершенная система ПЛО. й она у
американцев создана.
Одновременно с работами по ее совершенствованию значительные усилия
направлены на улучшение ТТЭ подводных лодок — носителей баллистических ракет,
ставших основным компонентом ядерной триады США, и многоцелевых,
предназначенных наряду с авианосцами для выполнения основных задач в войне за море.
Приоритетной целью этих усилий является сохранение скрытности действий
подводных лодок за счет снижения их шумности — главного демаскирующего
фактора в условиях развития средств обнаружения. В этой области ВМС НАТО, и прежде
всего США, достигли значительных успехов.
Все это стало возможным благодаря своевременно созданной системе
гидроакустических полигонов и центров испытания и оценки подводного оружия, оснащенных
и оборудованных самой современной техникой и измерительной аппаратурой. В
настоящей статье авторам хотелось бы подробнее рассмотреть этот важный элемент
инфраструктуры противолодочной системы, позволившей значительно расширить боевые
возможности ВМС НАТО,
РАСПОЛОЖЕНИЕ
ГИДРОАКУСТИЧЕСКИХ ЦЕНТРОВ И ПОЛИГОНОВ
На гидроакустических испытательных полигонах (ГИП) проводятся глубокие
исследования, направленные на создание малошумных атомных подводных лодок
(ПЛА), морского оружия, корабельных гидроакустических комплексов (ГАЕ) и т. д.
Крупнейшими комплексными исследовательскими центрами являются АУТЕЕ,
ПУТЕК и БУТЕК, имеющие ГИП для проведения акустических измерений, отработки
По материалам зарубежной печати.
1 All Hands. — 1989. -№1,-С. 12.
5 «Морской сборник» № 7 ^

Условные обозначения:
Щ -Комплексные исследовательские центры: БУТЕК-британский : АУТЕК.ПУТЕК" США (BUTEC-British
Underwater Test and Evaluation Center; AUTEC/PUTEC- Atlantic/Pacijic Undersea Test and Evaluation Center.
• - Станции проверки боевой готовности и тарировки корабельной электронной аппаратуры ФОРАКС
(FoRAcs-Fleet Operational Readiness Accuracy Chech Sites)
A - Азорсмий стационарный акустический полигон АФАР (AFAR-Azor Fixed Acoustic Range)
О - Тактический гидроакустический полигон Баркинг-Саундс
Рис. 1. Гидроакустические исследовательские центры и полигоны ВМС НАТО
оружия и ГАК, оценки точности слежения за кораблями к подводными лодками
(рис. 1). Самую обширную географию получили за рубежом полигоны типа Ф0^С.
Учитывая важность решаемых на них задач, многие страны — участницы НАТО
построили эти полигоны, расположив их на о. Оаху, в районах Тромсё, Гуантанамо,
Киля, Таранто, Тулона и других местах. 0
ГИП, на которых производятся измерения акустических характеристик кораолей,
представляют особый интерес. Эти полигоны создавались в условиях, когда за
рубежом были поставлены и успешно решались задачи в области снижения шумности
подводных лодок, интенсивно развивались средства гидроакустического обнаружения
и освещения подводной обстановки. Зарубежными специалистами были тщательно
отработаны основные концептуальные вопросы и требования, предъявляемые к
полигонам как в гидрологоакустической и гидротехнической части, тай и в развитии айпа-
ратурно-методического обеспечения измерений.
Исходя из принятой за рубежом концепций, к числу основных задач,
поставленных перед ГИП, следует отнести:
измерение характеристик шума объектов, находящегося ниже фонового уровня
окружающего моря на величину порядка 15 дБ;
оценка интегрального уровня подводного шума кораблей;
измерение пространственных характеристик шумоизлучейия кораблей (в первую
очередь ПЛА) как сложных, распределенных и нестационарных источников
подводного шума;
идентификация корабельных источйийов гидроакустического поля, а также
демаскирующих и классификационных признаков;
измерение характеристик Шумности при измерений режимов движения
источников шума. е т
Следует отметить, что для выявления акустических параметров кор&олеи за
рубежом используются и мобильные средства (корабли, катера, суда), оснащенные
необходимой аппаратурой, однако решение упомянутых выше задач в полном объеме
представляется возможным только с использованием ГИП, снабженных
стационарными, разветвленными системами приемных устройств, обеспечивающими высокую
точность измерения, автоматизированный анализ и обработку измеренные
параметров.
ВЫБОР МЕСТА ДЛЯ ПОЛИГОНА
Районы в которых создаются ГИП, должны соответствовать следующим
требованиям: иметь низкий уровень фонбвых шумов, достаточную протяженность
береговой линии, ровное песчаное или илистое дно, находиться в зонах, удаленных от
путей интенсивного судоходства и быть защищенными ot штормов. Внутренние те-
66

чения не должны превышать 5 уз. Желательно расположить полигон вблизи военно-
морской базы.
Низкий уровень фоновых шумов — основное требование к районам
расположения ГИП. В ВМС США принято классифицировать корабли, как источники
подводного шума по интегральному уровню шумности следующим образом: до 100 дБ и
менее (относительно 1 мкПа на расстоянии 1 ярд — сверхмалошумный. 115 дБ —
малошумный, 140 дБ — шумящий, 160 дБ — сильно шумящий. Из этого следует,
что при достигнутом за рубежом пороге обнаружения (возможности распознавания
полезного сигнала на фоне помех) примерно 15 дБ ниже фонового и уровнях
подводного шума в глубоком море, показанном на рис. 2, измерение сверхмалошумных
источников возможно при волнении моря, не превышающем 0—2 балла.
■в.
161
| 121
-; in
I 101
из
■* 91
1 81
5" 71
100
90.
i 80
ё 70
b 60
= 50.
^ 40
« 30
1.20
I I I
Интенсивное судоходство, состояние моря G баллов
сила ветра 7 баллов,снорость ветра 30 узлов-
редкое судохобство,
состояние моря 0 баллов,сила ветра 0 баллов.
скорость ветра I ызел
ттт
ТТЛ
5 6 78910 20 30 40 ВО 100ГЦ Z 3 4 5 6 7891В 2
3 4 5 678910 20 КГЦ
ЧАСТОТА
Рис. 2. Средние спектры шума в глубоком море
Указанным выше требованиям полностью отвечает АУТЕК. Од расположен в
районе залива Тонг-оф-Оушен (Багамские острова) протяженностью около 200 км,
шириной 28 км, глубиной около 1500 м. Созданию полигона предшествовали
тщательные и всесторонние исследования залива. Особенно детально изучались данные
температуры и солености воды, влияющие на скорость распространения звука.
Установлено, что на глубинах, превышающих 150—200 м, в этом заливе скорость звука
стабильна в течение всего года, что создает благоприятные условия для длительных
гидроакустических измерений.
Акватория основного полигона (ВАРСТУР), входящего в Тихоокеанский центр,
имеет глубины 700—1830 м, благоприятный рельеф дна с малым уклоном и
песчаный грунт; скорость прилйвно-отливных течений составляет 0,3—0,5 уз; колебания
солености воды 34,4—35%о (изменение солености на 1%0 дает изменение скорости
звука на 0,9—1,2 м/с); отклонение температуры воды у поверхности 2,2—2,8°С
(изменение температуры на 5,5°С дает изменение скорости звука до 20 м/с).
Кроме того, Тихоокеанский центр располагает глубоководным акустическим
полигоном KFTR с глубинами акватории 600—1500 м, а также полигоном подводных
исследований с глубиной 60 м в районе о. Оаху.
В Британском центре исследований йодводного оружия БУТЕК глубина
установки гидрофонов составляет 180 м.
КОНТРОЛЬНО-ИЗМЕРИТЕЛЬНАЯ
И АНАЛИЗИРУЮЩАЯ АППАРАТУРА
Состав аппаратуры обусловливается разновидностью измеряемых и
контролируемых параметров гидроакустического поля кораблей. В частности, при замерах
шумности подводных лодок определяют следующие параметры:
вибрационные характеристики корпусных конструкций и механизмов;
уровни воздушного шума в отсеках;
интенсивность гидроакустического поля на малом удалении от ПЛА (для поиска
источников подводного шума);
67

уровни сформировавшегося гидроакустического поля на расстоянии нескольких
сот метров от ПЛА;
воздействие помех на работу собственного гидроакустического комплекса.
Полученные по каждому из перечисленных видов измерений данные
сопоставляются с эталонными значениями, и результаты сопоставления служат критериями
при решении вопроса о приемке ПЛА в состав ВМС.
В зарубежной печати отмечается, что решение задачи акустической скрытности
подводных лодок связано не только с понижением интенсивности их шумоизлучения,
но также с корреляционными свойствами тональных сигналов, проявляющихся в
спектре подводного шума, с диаграммой направленности шумоизлучения и т. д. Обнару-
живаемость различных поддиапазонов частот излучаемого гидроакустического поля
кораблей меняется в зависимости от уровня шумоизлучения, гидрологических и
других факторов. В связи с этим при работе с ПЛ на ГИП стремятся получить
наибольшую информацию о многообразии проявления, тонкой структуре и характерных
признаках ее гидроакустического поля. В интересах измерения гидроакустического поля
в ближней и дальней зоне аппаратурное обеспечение ГИП включает в себя
многоточечные входные устройства (антенны) с многоканальным приемом и обработкой с
помощью современной цифровой техники. К примеру, полигон гидроакустического
исследовательского центра АУТЕЕ обеспечен следующим оборудованием:
вертикальными и горизонтальными многоэлементными антеннами, позволяющими
регистрировать первичное и вторичное (гидролокационное) акустические поля;
акустическими системами сопровождения ПЛА, состоящими из временных
(плавающих) и стационарных гидрофонных решеток;
станциями звукоподводной связи и системами подводных маяков;
аппаратурой для записи, обработки и спектрального анализа с использованием
ЭВМ;
датчиками температуры и солености воды, расположенными на различных
глубинах.
При необходимости подводные цели оснащаются бортовыми гидроакустическими
излучателями для более точного слежения за ними.
В качестве одного из параметров оценки шумности кораблей за рубежом
получил распространение 1/3-октавный спектр подводного шума. Автоматический 1/3-
октавный анализатор с графопостроителем для обеспечения акустических измерений
был создан в США еще в 1959 г. Анализ проводится в частотном диапазоне от 10 Гц
до 10 кГц. В дальнейшем было обеспечено сочетание ЭВМ со спектрометром, что
существенно упростило и ускорило обработку результатов эксперимента.
Говоря о контрольно-измерительной аппаратуре полигонов, следует отметить,
что зарубежные специалисты относят к числу перспективных системы акустических
измерений, основанные на использовании векторно-фазовых методов и имеющие
комбинированные приемные устройства с векторно-фазовыми приемниками
колебательной скорости. Такие системы позволяют более эффективно решать ряд теоретических
и практических задач акустики.
Судя по материалам зарубежной печати, ГИП располагают значительным
комплексом вспомогательных средств. В него входят, например, катера, оснащенные
шумопеленгаторами, сторожевые суда, самолеты. Для выполнения океанографических
работ, ремонта и замены подводного оборудования предусмотрены специальные
глубоководные аппараты и подводные лаборатории.
• * *
В зарубежной печати отмечается, что создание ГИП является сложной
научной и инженерно-технической проблемой, решение которой требует
больших затрат. Так, строительство и оснащение ' полигона АУТЕК превысило
160 млн. долларов при стоимости годовой эксплуатации более 15 млн.
долларов. Строительство БУТЕК обошлось в 1 млн. фунтов стерлингов. Учитывая
это, страны НАТО кооперируют усилия при проектировании, строительстве и
эксплуатации ГИП.
Более чем тридцатилетний опыт эксплуатации гидроакустических центров
и полигонов явился важнейшим фактором, позволившим ВМС США достичь
значительных успехов в обеспечении скрытности действий атомных подводных
лодок, эффективности их гидроакустических комплексов.
68

На одном из рекламных проспектов, призывающих молодых англичан
служить на атомных ракетных подводных лодках (ПЛАРБ), помещена
броская надпись: «Если мир держится на «трех китах», то английская
безопасность зиждется на четырех ракетоносцах...» Да, Великобритания обладает
четырьмя ПЛАРБ. Кажется, не так уж и много. Но при этом не следует
забывать, что на их борту находится около 400 ядерных боеголовок, каждая из
которых может превратить в радиоактивную пыль крупный город. Что
касается «китов», то пусть с ними разбираются философы и богословы, а вот на
письмах, в которых содержатся пожелания рассказать о подготовке и службе
на английских ПЛАРБ, указан адрес редакции «Морского сборника».
Выполняем просьбу наших читателей.
КТО СЛУЖИТ НА АНГЛИЙСКИХ ПЛАРБ?
Капитан 2 ранга В. КОЖЕВНИКОВ
Комплектование ракетно-ядерного подводного флота, как и вооруженных
сил в целом, осуществляется в Великобритании на добровольной основе. На флот
вербуются мужчины в возрасте от 17,5 1 до 33 лет, физически здоровые,
обладающие хорошими умственными способностями и заинтересованные в службе.
КОМПЛЕКТОВАНИЕ И ПОДГОТОВКА
Рядовой состав набирается из
гражданской молодежи со средним
образованием. Поступающие на службу в
подводные силы заключают так называемый
краткосрочный контракт на 12 лет или
основной сроком на 22 года.
Новобранцы после отбора и
прохождения медицинской комиссии
направляются в учебный центр начальной
подготовки «Рейли». Там они знакомятся с
условиями службы, получают
теоретические знания и практические навыки
для последующих занятий по
избранным специальностям. Особое внимание
уделяется развитию у военнослужащих
инициативы, дисциплинированности и
безукоризненного выполнения приказов
командования. Продолжительность
обучения в центре составляет 7 недель. Из
общего количества учебного времени
60% приходится на практические и 40%
на теоретические занятия. Средний
отсев обучаемых составляет 10—11%,
что соответствует установленным для
ВМС нормам. Лица, успешно
завершившие начальную подготовку,
направляются в специализированные военно-
морские школы, где изучают конкретные
флотские профессии.
Программа подготовки специалистов
рядового состава ВМС в этих школах
состоит из двух циклов. Первый
предусматривает занятия в классах и
практику на кораблях; он рассчитан на срок
от 8 до 25 недель. На втором цикле
курсанты углубляют полученные
знания. Продолжительность учебы здесь
зависит от избранной специальности и
составляет 6—14 недель. После
сдачи выпускных экзаменов молодые
матросы направляются к местам службы.
Таким образом, подготовка рядового
состава не превышает одного года.
Личный состав, направленный для
службы на ракетные подводные лодки,
продолжает дополнительную 9-месячную
подготовку в учебно-тренировочном
центре «Нептун» (ВМБ Фаслейн).
Пройдя курс подводников и сдав
экзамены, они зачисляются в экипажи
ПЛАРБ. Общая продолжительность
обучения рядового состава ракетных лодок
составляет около 2 лет.
Главные старшины флота2
набираются из наиболее способных рядовых (при
наличии положительного отзыва о
службе, а также годных по состоянию
здоровья) и добровольцев из гражданской
молодежи. Матросы, пожелавшие стать
главными старшинами флота, после 4 —
5 лет службы поступают на курсы
повышения квалификации при
специализированных школах ВМС, после
успешного окончания которых и при
проявлении достаточного интеллектуального
уровня им присваивается звание
главный старшина флота.
Имеющие специальное техническое
образование и работающие на
предприятиях гражданские лица в возрасте 19,5
— 33 лет, пожелавшие стать главными
старшинами флота, первоначально
проходят подготовку в учебном центре
«Фисгард» (ВМБ Плимут). Затем
направляются в специализированные
школы, где в течение четырех месяцев изу-
По материалам зарубежной печати.
1 За исключением юношей из числа
гражданской молодежи" без специального
технического образования, которые могут быть
приняты в школы ВМС по достижении ими
16-летнего возраста. — Ред,
8 Звание главный старшина флота (Fleet
Chief Petty Officer) соответствует в других
видах вооруженных рил иди в морской пехоте
званию уорект-офицер и орт^нтирозочно
равнозначно нашей г&ичманской Кснегирцн.

чают теоретические вопросы и проходят
4-месячн^ю практику на кораблях. В
ее ходе они изучают боевую технику и
приобретают опыт работы с подчинеи-
хчым личным составом. После
завершения практики курсанты вновь
возвращаются в учебные центры для
продолжения занятий. Сдав экзамены, они
получают звание главный старшина флота и
направляются к местам службы. Срок
обучения данной категории лиц
составляет 1 год.
Наиболее длительной (4 — 5 лет)
является подготовка главных старшин
флота из гражданской молодежи в
возрасте от 16 до 21 года, не имеющей
специального технического образования.
Эта категория лиц после прохождения
медицинской комиссии направляется в
учебный центр «Фисгард», где в
течение 4 недель проходит курс начальной
подготовки. Затем курсанты
распределяются по группам (20 человек в
каждой) согласно избранной специальности.
Дальнейшая подготовка проводится в
три этапа. На первом (учебный центр
«Фисгард», первый год) курсанты
знакомятся с выбранной специальностью и
морской службой, получают
общеобразовательную подготовку. Ё ходе второго
этапа (учебный центр «Фйсгард»,
второй год) они обучаются сварке, резке
металлов, работе на токарных,
фрезерных, сверлильных и строгальных
станках, проходят морскую практику на
учебных кораблях. На кораблях
курсанты изучают организацию службы,
получают первые навыки в
обслуживании и эксплуатации оружия и боевой
техники. Возвратившись в учебный
центр, они сдают экзамены, после чего
специальная комиссия определяет
целесообразность их дальнейшего обучения.
По сообщению английской печати,
около 85% курсантов отвечают
требованиям комиссии и направляются для
последующего обучения в
специализированные школы ВМС.
Подготовка в них, являющаяся
третьим этапом, продолжается три года. В
течение первого года курсанты
обучаются в классах, лабораториях и на
тренажерах, второго — проходят практику
на кораблях и в частях, в ходе которой
изучают устройство корабля, оружие и
боевую технику. Они участвуют в
проведении профилактических осмотров,
ремонтных работ под присмотром штатных
специалистов, а несколько позже и
самостоятельно. Затем возвращаются в
свои школы для завершения
подготовки. После сдачи выпускных экзаменов
главные старшины флота направляются
к местам службы. Все, кто попал
служить на ПЛАРВ, проходят
окончательную подготовку в течение 13,5 месяца
в учебно-тренировочном центре
«Нептун».
Офицерский корпус комплектуется из
выпускников военно-морских колледжей,
специальных кадетских школ, где
учатся преимущественно дети
военнослужащих, " а также из лиц, окончивших
университеты. Около 75% офицеров
командного состава подводных лодок являются
выпускниками Дартмутского военно-
морского колледжа «Британия».
Программа обучения в нем включает
основы общей морской подготовки, курс
специализации, стажировку на кораблях
и выпускные экзамены. Срок обучения
по полной программе (для курсантов,
окончивших только среднюю школу)
составляет около 3 лет. Для лиц, уже
имеющих высшее образование, он
сокращается до одного года. Кроме того,
выпускники колледжа должны пройти
подготовку в течение года в
специализированных учебных центрах*
Дальнейшее обучение офицеров
командного состава, окончивших колледж
«Британия» и прослуживших на флоте
определенное время, проводится в
командно-штабном колледже. Срок
обучения — семь месяцев.
Повышение квалификации офицеров
инженерно-технического состава ВМС, и
в частности подводных ракетно-ядерных
сил, после колледжа «Британия»
осуществляется в военно-морском
инженерном колледже. Программа обучения в
нем рассчитана на 9 месяцев.
Последний этап подготовки специали*
стов-подводников английских ПЛАРБ
проводится в учебно-тренировочном
центре «Нептун», предназначенном для
индивидуального и группового (в соста*
ве боевых расчетов и экипажей^
обучения личного состава ракетных
подводных лодок перед первым их выходом
на боевое патрулирование или для меж-
походовой тренировки. Центр имеет
хорошее техническое оснащение, включая
электронные тренажеры, которые
имитируют все основные посты ПЛАРБ.
Венцом подготовки экипажей ПЛАРБ
к выполнению боевых задач является
курс морской подготовки (контрольный
выход) «Перишер», основанный в
1973 г. В рамках этого курса ПЛАРБ
с несколькими проверяющими
специалистами-подводниками на борту выходит в
море на 10 сут. Там проводятся
различные частные учения, но основной упор
делается на отработку действий всего
экипажа в экстремальных условиях, в
частности выход лодки из залива Клайд
в условиях противодействия надводных
и авиационных сил «противника»; поиск,
обнаружение, слежение, уклонение от
слежения или атаки иностранной
подводной лодки; возвращение в базу. Если
«противник» проводит успешную атаку,
то проводится учение по борьбе за жй-*
вучесть. Экипажи ПЛАРБ, успешно
прошедшие такую проверку,
допускаются к выходу на боевое патрулирование.
Трудности с комплектованием
личного состава не приводят к снижению
требований.
В настоящее время командование
английского флота высказывает
озабоченность по поводу роста количества
расторжений контрактов или отказов
от продления их сроков. Так, в 1988 t.
70

10% личного состава ПЛАРБ не
продлили сроки контрактов. Основными
причинами этого явились: плавание
экипажей в море в течение 50% служебного
времени вместо установленных 40% и
пребывание в течение длительного
времени вне пунктов постоянного
базирования.
По мнению командования ВМС, эта
проблема особенно обострится в 1991 г.,
когда при обеспечении заданной нормы
патрулирования ракетных подводных
лодок системы «Поларис» необходимо
будет начать обучение в США
нескольких экипажей для эксплуатации ПЛАРБ
системы «Трайдент».
С января 1988 г. введены новые
правила прохождения службы старшинским
составом, желающим' продлить ее срок
с 22 до 32 лет, чтобы получить
большую прибавку к пенсии. Новое
положение ужесточило требования к таким
военнослужащим. Они должны заявить
о своем желании заключить контракт на
32 года через 5 лет после поступления
на службу, в дальнейшем в течение
17(1) лет ежегодно подтверждать это
заявление рапортом, который
направляется в соответствующую комиссию с
полной характеристикой, данной
командиром подводной лодки. Через 17 лет
эта комиссия рассматривает
возможность продления военнослужащему,
хорошо зарекомендовавшему себя, срока
службы до 32 лет. Командование ВМС
считает, что таким образом удастся
полностью гарантировать высокий
профессиональный уровень контингента
старшинского и главстаршинского
состава в подводных силах.
Желающим расторгнуть контракт
раньше времени разрешается спустя три
года после начала службы подать
рапорт, и через 18 месяцев они могут
получить приказ об увольнении.
Командование ВМС Великобритании
стремится удержать подводников на
службе в стратегических
ракетно-ядерных силах. Для этого на ПЛАРБ
созданы значительно лучшие, чем на
других ПЛ, условия обитания. Каждая
ПЛАРБ имеет два равноценных
экипажа численностью по 146 человек (в том
числе 13 офицеров), которые сменяют
друг друга после завершения
очередного боевого патрулирования ракетной ПЛ.
Все члены экипажа имеют свое
индивидуальное место для отдыха (офицеры,
а также главные старшины флота —
отдельные каюты), оборудованное
кондиционированием, вентиляцией,
наушниками Для прослушивания корабельной
радиосети и т. д. На борту
расположены библиотека, фоно- и дискотека. Раз
в неделю — при выходе ПЛАРБ на
сеанс связи с береговым командованием
— подводники могут получить
радиосообщение от родных и близких объемом
в сорок слов. На ракетоносцах
организовано высококалорийное и
разнообразное питание. Для поддержания хорошего
физического состояния моряков
имеется помещение, оборудованное
различными спортивными снарядами. Поощряет
ся стремление личного состава ПЛАРБ
к заочному обучению в учебных
заведениях.
КОЕ-ЧТО О МАТЕРИАЛЬНОМ ОБЕСПЕЧЕНИИ
Как сообщается в зарубежной
печати, у офицера в звании кэптен3
ежегодное денежное содержание превышает
40 тыс. фунтов стерлингов4, не считая
надбавок. Надбавки бывают разные:
продовольственные, квартирные, за
особые условия службы.
Продовольственные выплачиваются еженедельно и
составляют для холостяков — 17, 29
фунта стерлингов, для семейных 8,82.
Размер квартирных надбавок в год
равняется 240 фунтам стерлингов, если офицер
женат, и 70 — если холост, а для
старшин соответственно 113 и 42 фунта
стерлингов.
Кроме того, для компенсации затрат,
вызванных инфляционными процессами,
предусмотрено ежегодное повышение
денежного содержания на 6,0 — 7,3%
для офицеров и на 3,5 — 6,7% для
рядового и старшинского состава.
Характеризуя уровень подготовки английских подводников, зарубежная
печать подчеркивает, что личный состав ракетных лодок более собран к
внимателен, чем на других кораблях. Уровень травматизма и происшествий
на ПЛАРБ в 2—3 раза ниже, чем в целом по ВМС.
Английские подводники обладают такими качествами, как высокий про
фессионализм, деловитость и упорство. Благодаря хорошо поставленной
идеологической пропаганде, традиционно сильному чувству кастовости, срав
нительно высокому денежному содержанию британские подводники твердо
верят в свою исключительность. Но офицеры-подводники рассматривают
службу не только как источник Материального благополучия, но и как долг.
Большинство из них гордй-гся тем, что принадлежат к элите королевских
военно-морских сил.
8 Соответствует званию капитан 1 ранга.
4 Это более чем вдвое превышает годовое
звена в гражданском учреждении.
денежное содержание служащего среднего
71

По страницам иностранной печати
Журнал «Ю. С. нейвл
инстыьют проеидингс»,
ежемесячное издание
американской
неправительственной организации
«Военно-морской институт
США».
PROCEEDINGS
U. S. Naval Institute
О СТАТЬЕ «Советская военно-мор-
*-' екая стратегия» коммандер Д.
Конли — начальник группы тактики и
вооружения подводных лодок при штабе
командующего подводными силами ВМС
Великобритании излагает свое
представление о советской стратегической
концепции войны на море против США и
стран НАТО ка основе вероятного
сценария военного конфликта в Европе и
зоне Атлантики. Автор подвергает
критике ряд основных положений известной
«новой военно-морской стратегии» США
за безапелляционность и недооценку
наступательного потенциала ВМФ СССР.
В частности, он утверждает, что
заложенные в американскую стратегию
однозначная ставка на ведение
наступательных операций в передовых зонах у
границ СССР и расчеты на
преимущественно оборонительную стратегию
Советского ВМФ в случае войны не имеют под
собой достаточных оснований.
Д. Конли полагает, что ключевым
элементом советской морской стратегии
будет использование наступательных
подводных сил, прежде всего атомных
подводных лодок (ПЛА) с
торпедно-ракетным вооружением. Это обусловлено
тем, что Военно-Морской Флот СССР —
главным образом подводный флот.
Кроме того, советские надводные силы и
морская авиация ввиду подавляющего
превосходства ВМС НАТО на начальной
стадии конфликта смогут вести только
оборонительные и ограниченные
наступательные действия у своих берегов. Что
касается ПЛА с противокорабельными
управляемыми ракетами, они также, по
мнению автора, будут включены в
общую оборонительную инфраструктуру
ВМФ СССР в северной части
Норвежского моря, поскольку их эффективное
применение в удаленных от своих
берегов районах будет невозможно без
надежного авиационного прикрытия и
наведения на цели.
Далее Д. Конли обращает внимание
на то, что Запад ввиду высокой шумно-
сти советских подводных лодок
преимущественно полагается на пассивные
гидроакустические системы ПЛО, уделяя
недостаточно внимания развитию
активных средств подводного обнаружения.
Поэтому можно ожидать, что подводные
лодки ВМФ СССР будут максимально
использовать зоны интенсивного
судоходства и рыболовного промысла, а
также естественные шумовые фоны для
своей: акустической маскировки. В то же
время нельзя не учитывать, что новые
типы советских подводных лодок имеют
гораздо меньшую шумность, а
поступающие на их вооружение крылатые ракеты
несут угрозу важным объектам Запада,
расположенным в прибрежных районах
(портам, авиабазам и т. д.), с
относительно безопасной для себя дистанции.
Как полагает автор статьи, в первые
недели войны ПЛА ВМФ СССР,
развернутые в передовых районах, скорее
всего сосредоточат свои усилия на атаках
выдвигающихся в зону боевых действий
в Европе авианосных ударных групп и
других корабельных соединений НАТО.
В случае успеха этих действий
подводные лодки на следующем этапе
(примерно через месяц после начала войны)
могут быть перенацелены на срыв морских
перевозок резервов и военных грузов
НАТО через Атлантику. Однако, как
утверждается в статье, СССР не сможет
догнать Запад по малошумности
подводных лодок еще по крайней мере 10 лет.
В связи с этим советскому
командованию придется принимать специальные
меры по обеспечению скрытности
перехода своих ПЛА в передовые районы
патрулирования и акустической
маскировке их присутствия. К ним могут
относиться: уничтожение береговых
сооружений и донных гидрофонны>: антенн
системы СОСУ С; прокладка маршрутов
движения ПЛА вдоль океанских
температурных фронтов и зон подвижных
ледяных полей, создающих сильный
шумовой фон; акустическая маскировка ПЛА
с помощью движущихся над ними
торговых и рыболовных судов (не исключено
использование последними флагов
нейтральных стран).
Д. Конли предполагает, что при
решении задач по нарушению морских
перевозок НАТО советские ПЛА будут
достигать наибольшей эффективности в
мелководных районах у Восточного
побережья США, где американские
средства ПЛО не смогут оказать им
серьезного противодействия. Тем более что
торпедирование судов на виду у берега
будет иметь существенный
психологический эффект. Напротив, атаки на
транспортные суда в глубоководных районах
центральной части Атлантики слишком
рискованны и затруднены из-за высокой
вероятности обнаружения силами ПЛО.
В заключении Д. Конли утверждает,
что в случае успешного стратегического
развертывания советских ПЛА на
передовых позициях в северо-восточной Ат-
72

лантике нынешняя военно-морская
стратегия США и НАТО окажется
практически неэффективной и
Североатлантическому блоку придется вернуться к
старой стратегии контроля над морем
при осуществлении морских перевозок.
Если Соединенные Штаты при
строительстве своих ВМС отдают приоритет
наступательным операциям, ограничивая
при этом возможности реагирования на
все возможные варианты советской
военно-морской стратегии, тогда, заявляет
автор, состоятельность американской
морской стратегии должна быть
поставлена под сомнение.
По мнению видного американского
специалиста по военно-морским проблемам
Н. Пол мара — автора статьи «Борьба с
торпедами», руководство американских
ВМС после арабо-израильской войны
1967 г., во время которой
противокорабельная ракета советского производства,
выпущенная с египетского ракетного
катера, потопила израильский эсминец
«Эйлат», явно недооценивало торпедную
угрозу. Основные усилия
сосредоточивались на подготовке к борьбе с
управляемыми крылатыми ракетами ВМФ СССР.
Такое положение сохранялось до начала
80-х годов, когда стало известно о
неожиданных советских успехах в деле
снижения шумности подводных лодок и
совершенствовании торпедного оружия.
В середине 80-х годов США получили
информацию о создании в Советском
Союзе самой большой и мощной в мире
торпеды с обычной боевой частью,
которая наводится на цель по кильватерной
струе. Это вызвало серьезное
беспокойство командования ВМС США. По
мнению некоторых экспертов, такая торпеда
способна вывести из строя авианосец.
Автор приводит высказывание одного
американского адмирала, который в
1987 г. на вопрос о том, как можно
эффективно защищаться от такого оружия,
ответил: «Единственный способ
остановить сейчас эту торпеду — поставить
фрегат в кильватер каждого авианосца».
Американские подводные лодки также
очень уязвимы для торпед ввиду одно-
корпусной конструкции и ограниченного
запаса плавучести (10—15% против 40
у некоторых типов советских ПЛ). Хотя
в настоящее время американские ПЛА
оснащены акустическими ловушками
торпед и сонарами, способными при
определенных условиях обнаруживать
торпеды, это считается недостаточным.
В настоящее время по заданию ВМС
США осуществляется несколько научно-
исследовательских проектов по созданию
систем противодействия торпедной
угрозе. В первую очередь на основе опыта
второй мировой войны ведутся работы
по усовершенствованию пассивных
гидроакустических систем обнаружения
торпед и созданию эффективных
имитаторов надводных целей и подводных
лодок. Кроме этого, разрабатываются
принципиально новые способы борьбы с
торпедами. В частности, известно о работах
над электромагнитными пушками,
способными вести огонь по
приближающимся торпедам кинетическими подводными
снарядами с очень высокой скоростью
движения. Еще один проект заключается
в генерировании вокруг корабля
(подводной лодки) мощных подводных
водоворотов или ударных волн, способных сбить
торпеду с курса и даже разрушить ее.
В будущем, предвещает Н. Полмар,
торпедная угроза со стороны ВМФ
СССР и «третьего мира» еще более
усилится. Цитируя опубликованную
недавно в СССР книгу о Военно-Морском
Флоте и перспективах его
использования, он подчеркивает, что торпеда
остается одной из основ советского морского
арсенала. Поэтому США и их союзники
должны выработать эффективную
интегрированную стратегию борьбы с
существующими перспективными
советскими торпедами.
Капитан 3 ранга М. БОЛЬШАКОВ
СООБЩЕНИЯ, ФАКТЫ ф СООБЩЕНИЯ, ФАКТЫ • СООБЩЕНИЯ, ФАКТЫ
Греция. В журнале
«НАТО сикстин нейшнз»
опубликована статья под
названием «Операции по
завоеванию господства в
восточной части
Средиземного моря», в которой
подчеркивается важность
для НАТО Эгейского
моря с его 2400 большими
и малыми островами. В
случае войны,
указывается в статье, важнейшей
задачей ВМС НАТО на
Средиземном море станет
нейтрализация ВМФ
СССР, без решения
которой «достижение
господства в восточной части
Средиземного моря
становится сомнительным».
Если в начале боевых
действий американские
авианосцы отойдут на
безопасное расстояние,
чтобы избежать
упреждающего удара и сохранить
возможность для гибкого
использования своей
мощи, то задача борьбы с
советским военным
кораблем в Средиземном море
будет передана другим
силам НАТО, которые
могли бы ее выполнить,
используя выгодное
положение Эгейского моря с
его островами я узкостя-
ми, создающими
благоприятные возможности
для действий
быстроходных легких сил. Если же
авианосцы приблизятся
или войдут в Эгейское
море, указывается далее
в статье, то благодаря
островам они «приобретут
определенный иммунитет
от воздействия подводных
лодок противника и
смогут наносить удары в
глубину и использоваться
для поддержки
сухопутных всйск». Там же
подчеркивается, что прорыв
сил Черноморского флота
СССР через Эгейское
море будет далеко . не
легкой - й- рискованной
задачей.
73

К 300-летию отечественного флота
ГРОМ СРЕДИ
ЯСНОГО НЕБА
(О 2-м Роненсальмском сражении)
Капитан 1 ранга Б. ШЕРЕМЕТЬЕВ
ВСЮ ОСЕНЬ 1789 года вице-адмирал принц Насс^у-Зиген, по свидетельству
исторических записок, собирал дань сердец. Петербург принимал его как
победителя шведов при Роченсальме !, прославившего русский флот, оказавшего
важные услуги России и ее императрице. Во многих домах желали видеть отчаянного
вояку, «сорви-голову» и наперебой приглашали с супругой Каролиной Сангушко. В
их честь давали обеды; русское гостеприимство не знало границ. На «смотрины»
съезжались друзья и родственники хозяев; расставались все очень довольные друг
другом. Принцесса поражала самолюбивой красотой польки, изысканным вкусом,
роскошью нарядов; принц — громким именем, славой, потребностью веселиться,
раскованностью манер и суждений, которые давали пищу любопытству, бесчисленным
пересудам. Наши же герои, убежденные в ничтожестве своих мыслей, робели перед
европейской знаменитостью и большей частью помалкивали за столом. Они буквально
глядели в рот Нассау-Зигена, поджидая очередной каламбур. Когда вырывалась
довольно смелая острота, ее подхватывали с пылу, с жару и развозили по городу.
Зимний холод мало-помалу остудил сердца и чувства. Как-то прискучили
вечные шутки, тонкие намеки французского остроумия. Особенно после вести о том, что
Екатерина II одарила принца двумя меховыми халатами, «такими же, как посылала
прошлым годом фельдмаршалу князю Потемкину под Очаков», и притом
многозначительно обронила: «Sa tete va avee la mienne»2. He сговариваясь, все решили:
была бы охота — найдет доброхота. Если одни женщины восхищались этим выбором,
другие изумлялись непонятной, непростительной ветреностью, то мужчины бились
об заклад:
— Французский принц взнуздал цербстскую принцессу.
— Норовистый конь не потерпит объездчика.
— У кого в руках чембур, тот разве станет держаться за хвост?
— А светлейший князь Тавриды? Уже покинул Бендеры, поспешает в Питер.
Столичная аристократия, пресыщенная всякого рода пороками, соскучившаяся
по сценам ревности и буйству страстей, жаждала зрелищ, но проглотила пилюлю на
сухое горло. 5 апреля был обнародован указ о предстоящей кампании 1790 года,
который провозгласил вице-адмирала Круза, личного врага Нассау-Зигена,
начальником отдельной эскадры линейных кораблей и таким образом выявил градус
влияния новоявленного флотоводца на императрицу.
Рескрипт военного совета обескуражил и принца. Хотя в одном из его пунктов
говорилось, что гребная флотилия получает теперь приказания непосредственно от
императрицы и более не подчинена главнокомандующему армией генералу графу
Н. Салтыкову, а только входит в соглашения с ним,— это мало утешило победителя
при Роченсальме. Он был корыстолюбив от природы и не понимал: жажда мести
завлекла его так далеко в беседах с Екатериною II, что возымела обратный эффект,
А ведь еще совсем недавно он ей внушал с глазу на глаз:
— Самое ужасное, ваше величество, иметь дело с невеждами и безумцами...
Императрица рассеянно слушала его жалобы, мелочные просьбы и ласково
поглаживала шерстку русской борзой, лежащей у вольтеровского кресла. Заскучав от
» Морской сборник. — 1989. — № 8. — С. 74—79.
2 Sa tete va avee la mienne (фр.). — Его голова стоит моей.
74

сего занятия, подошла к зеркалу, о(5ычному прибежищу праздности всех женщин,
рправила высокую прическу и, обернувшись, сказала:
— Вы слишком щепетильны, господин принц. Когда открыли мне глаза на
Муеина-Пушкина, я была вам весьма благодарна... Иное дело вице-адмирал Еруз.
Александр Иванович популярен на флоте не только как герой Чесмы. А вот рука
у него несчастливая... Чего же вы добиваетесь?
— Только одного: повиноваться великой государыне,— цскренне сказал Нассау-
Зиген и сделал резкий наклон головы.— Во время прошлой кампании я доказал вам
свое усердие гораздо более тою правдою, которую сообщал, чем победою. Я одержал
ее только благодаря счастливой возможности сноситься непосредственно с вами.
m Ну что ж, пусть и впредь так будет.— И, вздохнув, добавила: —
Императрице надо быть справедливой даже к безумцам.
Его щелкнули по носу. Если бы понял это сразу да помирился со стариком
Крузом и уничтожил следы их ссоры, то после указа военного совета был на коне.
Но он не смог себя пересилить: разум мутило неудовлетворенное чувство мщения,
властолюбия, — и вот оказался смешон, выбит из седл$. Злость бурлила его
французскую кровь, ужасные мысли теснили грудь.
Но каковы бы ни были тайные намерения Иассау-Зигена (мы их узнаем после),
на людях не выказывал ничего предосудительного. Он почитал себя обязанным
трудиться и всю весну энергично приводил флотилию в боевой порядок. Однако за
пробивными ветрами и едва ли не больше за медленностью вооружения судов не смог
вовремя явиться к месту охраны берегов. Вот тогда-то его нервы и не выдержали
Вымещая свою злость на ближайших помощниках, бросил им в лицо:
— Сам леший мешается в мои дела! Опять препятствие! Мне труднее добиться
толку от своих, чем бить врагов, хотя они и дерутся хорошо.
Прознав же, что жители финских городов, особенно приморских — Або,
Гельсингфорса, Экнеса, не только занимались постройкой судов на счет правительства, но и
от себя принесли в дар флоту канонерские лодки, принц запросил для усиления
галерного флота новых людей, не исключая казаков. Так как требования эти
обращались к императрице и от нее поступали к генералу Салтыкову в виде повелений, то
последний плакался в жилетку:
т- Я все отдаю на флотилию, что приказано, а сам гол остаюся... Этот принц
Зиген загадка; пишет, что он уже поднял паруса, идет к Биорке, однако нигде нет,
а щведы но биоркскому зунду гуляют и берут воду, в чем я им никак помешать
не могу по малости моей артиллерии, коя не может достать до них, и они из 36-
фунтовых даже картечью дальше моих ядер стреляют.
Цассау-Зиген не отвечал на подобного рода выпады. Энергичные действия
русского флота против шведов, начавшиеся 2 мая при самых счастливых
обстоятельствах у Ревеля и блестяще продолженные в конце мая при Красной Горке, возбуждали
в нем ревнивые чувства к адмиралу Чичагову и вице-адмиралу Крузу. Награждение
первого орденом Св. Андрея Первозванного и второго «за усердные труды, искусства
и храбрость» орденом Сз. Александра Невского привело его в совершенное отчаяние.
Он решил, что первенство его поколебалось, надо о себе напомнить. И наконец
20 июня цривел срою гребную флотилию к Биорке-зунду, где в Выборгском заливе
русский флот блокировал шведские суда.
Два дня спустя, услыша сильную канонаду и узнав об общем наступлении фло-
fa, принц вопреки предписанию Чичагова вести «дальнейший поиск на суда
гребные неприятельские» рванул вслед за парусными кораблями.
— Нассау-Зиген,— докладывал старый Чичагов императрице,— побуждаемый
несовместимым честолюбием, счел за малую для себя славу ограничиться взятием
хотя многочисленной, но побежденной уже и без сопротивления отдающейся добычи
Мечтая быть соучастником в победе над корабельным флотом, не обратил внимания
евоего на сию до половины уже плененную неприятельскую шхерную флотилию и,
пройдя мимо нее, направил путь свой к Готланду. А в итоге? Взял лишь один 60-
пушечный фрегат...
— Думаю, его уговорили так поступить капитаны,— перебила Екатерина II с
явным неудовольствием. — Это они соблазнились возможностью захватить большие
шведские корабли гребными судами, чему мало примеров в морской истории, и
науськали адинца,
75

— Не смею спорить... Но гребная флотилия Густава, никем не преследуемая и
свободная, благополучно добралась до Роченсальма и заняла там крепкую позицию.
— Полагаю, этот курьезный случай не заслонит нам глаза на совершенную
победу в Выборгском заливе?! Богу — богово, кесарю — кесарево. Положение
Густава в Свенскзунде или Роченсальме самое критическое. Раз Нассау-Зиген допустил
промах — ему, лису, и мышковать в финских шхерах.
И Екатерина II в тот же час отправила Нассау-Зигену именной указ: «Надлежит
всемерно стараться пользоваться плодами сея победы и, распространяя военные
действия, не дать отнюдь неприятелю ни времени, ни способов к его отдохновению и
ободрению... Уверены мы, что вы теперь первое и главное внимание ваше к тому
устремите, чтобы нанести решительные и крайние удары гребному шведскому
флоту... Мы сие почитаем делом самой верховной важности и для вас выгоды».
Венцом «дела верховной важности» виделся блестяще заключенный мирный
договор в войне. И принц, усердно поддерживая в императрице мечту продиктовать
Густаву III условия капитуляции в Стокгольме, заверил: «Я не успел еще узнать,
какие имеются у шведов суда при Роченсальме. Но это для меня ничего не значит.
Если они будут меня ожидать, то я иду атаковать и разбить».
Горячий, славолюбивый, он стал немедленно обкладывать гребной флот
неприятеля в том же заливе, что год назад. Хотя подходы к нему со стороны моря были
прикрыты грядою островов, обточенных волнами, а Королевские ворота вновь
замкнуты затопленными транспортами, Роченсальмский плес напоминал Нассау-Зигену
скорее западню, нежели убежище. Стягивая к Киркуму свою разнокалиберную и
разнохарактерную флотилию, одного лишь опасался:
— Как бы чертова погода не спутала карты. Нынче она козырь короля Густава.
День и впрямь стоял дождливый, ветреный, облака низко тянулись над водой.
Природа вокруг была угрюма. Воздух холоден, голые гранитные острова покрыты
хвоею и мхом.
И все же, помня свой прошлогодний успех в этом заливе, принц не унывал.
Проводил часы однообразные, но деятельные: определял позиции, помогал капитану
бригадирского ранга П. Слизову выстроить фронтом на север канонерки,
укомплектованные в большинстве своем новобранцами из русской глубинки. При этом был
излишне, чем требовала минута, говорлив: пересыпал речь французскими и
испанскими словами. Побранивал зазевавшихся капитанов, гребцов, выказывая этим свое
нетерпение. Оно и понятно: завтра, 28 июня, день восшествия на престол
императрицы, и не только ему, но и всей молодежи флотилии хотелось отпраздновать его
победою. Правда, на военном совете вице-адмирал Т. Козлянинов и контр-адмирал
граф Ю. Литта предостерегали от шапкозакидательства; а Слизов, командир
неподатливый, самостоятельного характера, предлагал провести рекогносцировку, установить
на островах батареи, добить шведов без генерального сражения. Но голос его потонул
в общем хоре офицеров, которые считали, что противник деморализован.
Наступившая ночь во многом могла предопределить участь боя. Ветер слегка
утих, а вот облачность не уменьшилась. Как только рефракция лунного света высоко
подняла завесы берегов, с зюйд-веста на острова Вийкар, Ранке с тяжелым гулом
пошли зловещие накаты. Они были весьма опасны для легких гребных судов.
Все это Нассау-Зиген расценил как дурное предзнаменование и в надежде
заглушить внутреннее беспокойство зарыскал в тесноте на шлюпке вдоль четырех
боевых линий. Мысленно по очереди в шахматном порядке расставлял 173 судна
между Киркумом и цепью шхер, идущих от Викайра до Ранке. Но работа еще более
горячила его воображение. Поднявшись на рассвете в свою каюту, он бросился, не
раздеваясь, на постель и крепко заснул, не предвидя, что ожидало его.
Утром, как обычно, на кораблях отслушали молебен. За завтраком в
кают-компании «Св. Екатерины», к удовольствию офицеров, подали бокалы с шампанским.
— За здоровье императрицы! Век царствовать! — провозгласил Нассау-Зиген,
одетый в белый мундир с голубой андреевской лентой.
Когда все выпили, он подал сигнал к сражению, сказал:
— А что, напомним шведам. Гром среди ясного неба — гром нашей победы!
Общее наступление началось около 8 часов. Слизов, буксируя три батареи и
три богягбарды, повел отряд канонерских лодок на правое крыло неприятеля, галеры
Литта устремились к центру шведской позиции. Едва выскочили севернее Викай-
76

Адмирал принц К. Нассау-Знген
ра — с запада в борт ударила крутая вол-
на. Грести стало труднее, солдаты на
веслах быстро утомились. А тут шведы
зашевелились на своих судах, приняли их
орудийными выстрелами. К чести — наши не
растерялись и порядок, с каковым шли
на противника, подводили к его носу
плавучие батареи и ставили на шпринг, не
нарушили.
— Так бы всегда! — обрадовался
принц. И, вглядываясь в подзорную
трубу, самонадеянно заявил: — Расчет,
напор и отвага — вот три верные карты
Карла Нассау... и путь к виктории!
По мере того как сражение
открывалось по всей линии и стало видно, что не
ошибся, на мужественном лице принца
установились важность и глубокое
спокойствие. Погруженный в холодный анализ,
он, твердый сторонник инициативного
ведения боя, искал подходящего случая для
подключения к делу гребных фрегатов и
шебек. Все видел, все примечал, знал, что
в центре неприятельского флота, более
многочисленного, в просвете островов Ку-
куари и Варисари стоят 12 крупных судов
— гемем, турум и фрегатов, которые
действуют бортом.
Особо принц сторожил ветер. И когда тот засвежел, подул с зюйд-веста, в
поддержку канонерским лодкам и галерам бросил парусные корабли Козлянинова.
Они нагнали свои гребные суда около полудня. Как только подошли к
неприятелю на выстрел, с наветренной стороны вслед за клочковатыми, рваными тучами
наполз пороховой дым, окутавший всех плотной завесой. Ни зги не видать ни
гребцам, ни капитанам. Одни не сладили с волной, другие потеряли в строю место. А
тут опять ветер сделал свою черную работу: на линию галер навалил несколько
канонерских лодок. Весла повязались в воде, раздался треск сломанного дерева.
Парусные корабли сгрудились, в экипажах — путаница, тревога.
Шведы не упустили благоприятного момента: из-за острова Муссало вывели
канонерские лодки. Нассау-Зигеи даже вздрогнул, когда они в упор открыли беглый
огонь по замешкавшимся судам. Он не понимал, как попал впросак.
В растерянности, однако, пребывал недолго.
И понесся в залив, пытаясь вблизи уточнить обстановку и рассредоточить
сбившиеся в кучу суда. На кого положиться в таком деле?.. Но сблизившись и
рассмотрев в дыму выстрелов среди бесформенной шевелящейся массы корабли, рангоут,
фигуры людей, отдельные лица, понял, что на палубах уже кипит работа. Заправлял
ею с умом Слизов. Стоял на шканцах, широко расставив ноги, весь —
олицетворение движения, той силы, которая заразительно действовала на матросов и солдат.
Голос звучал уверенно, твердо, взбадривая капитанов:
— Эй, Бестужев, веселей похаживай... А ты, Деревицкий, чуть влево возьми...
Людей, людей береги!.. Шабаш, корма!
Он нисколько не обращал внимания на огонь неприятеля, на ядра,
пролетавшие над головой со свистом и жужжанием. Опасность одушевляла его бодростью
необыкновенной, и он в короткий срок сумел развести суда.
Слизов выказал себя настоящим предводителем. И Нассау-Зиген, приметив, что
долговременная опытность командира отряда имела у моряков полную доверенность,
выразил свое особое удовольствие поднятием флага. Ему также не терпелось
блеснуть в бою; он ждал решительных минут. И, невольно проведя рукой по ленте на
груди, вспомнил об ордене Сз. Андрея Первозванного, полученном из рук
императрицы как залог новых чинов и наград. Сердце принца горело: он сегодня докажет, что
достоин монаршей милости, красиво, одним ловким ударом сломит Густава Щ,
77

Вероятно, при той смелости, с которою Нассау-Зиген повел новую атаку, так бы
оно и вышло. Вмешались неожиданные обстоятельства: окреп ветер, поднялся взво- .
день. А в 15 часу ударил гром с молнией ц разыгрался форменный ураган. От
тесноты и давки в Роченсальмском заливе невозможно стало маневрировать, вести
прицельный огонь. В результате нарушился строй, началось вавилонское
столпотворение. Нассау-Зиген послал осведомиться. Ему донесли, что руда, будучи не в
состоянии лавировать и держаться на веслах, становятся на яворя.
Сия картина, конечно, не прошла мимо глаз шведов. Обнаружив, что на
галерах Литта немало перебитых весел, солдаты выбились из сил, неприятель
воспользовался своими выгодами. С береговых батарей Лехма уплотнил огонь и под его
прикрытием направил суда в обход нашего правого фланга,
Принц, имея странные предчувствия, сделался печален. Он жалел о том, что
не согласовал действия с флотилией линейных кораблей адмирала Чичагова или
отдельной эскадрой вице-адмирала Круза на случай прорыва шведов в море. Сейчас
необходимы были срочные меры для оберега тыла флотилии. И он, стараясь
заглушить неясное чувство тревоги, отдал приказание канонеркам ретироваться.
Слизов, дожидавшийся разрешения своей участи, ободрился. Да палубах стало
заметно больше движений. Но как только команды начали вытягиваться, завозя
якоря, дал о себе знать жесткий косой дождь. Вследствие сильных повреждений
забортная вода хлынула в трюмы; матросы, утомленные суточной работой, бросились
ее откачивать, да не поспевали — суда шли ко дну или выбрасывались штормом на
острова. Оставшиеся в живых моряки искали спасение на шлюпках, вплавь и, как
правило, тонули, попадали в плен.
Между тем Козлянинов, желая прикрыть отступление избитых галер, канонерок,
делал все возможное, чтобы с помощью завозов поставить парусные корабли на
места в линию и повести прицельный огонь. Однако волны срывали шлюпки с верпами
и, бросив их на борт, расшибали вдребезги; по скоплениям кораблей били не без
успеха неприятельские пушки. Всякое пущенное ими ядро «находило для себя пищу,
пробивая одно и летя ударить в другое судно».
Хотя дождь прекратился, шведы, войдя в азарт, не давали времени Нассау-
Зигену опомниться. И от их усиленной канонады один за другим стали гибнуть
фрегаты, шкуны. Отстреливаясь до последнего ядра, те пытались отходить. Ветер,
прежде удачный для наступления, а теперь противный, нисколько еще не ослабевший,
не позволял использовать маневр и многих сносил на каменья островов.
Нассау-Зиген, увидев, что все дело пошло к черту, покинул «Св. Екатерину» со
своею свитою. Пытаясь ввести в бой уцелевшие канлодки, засновал под
убийственным огнем на 18-весельной шлюпке от одного экипажа к другому. Усилия
оказались тщетны. Люди в большинстве своем были измучены, ранены и полуобгорелы;
фрегаты, шкуны, шебеки, галеры — изуродованы неприятельскими ядрами, без мачт,
с поломанным рангоутом и изорванным такелажем. Принцем овладело уныние. «Это
ладо было предвидеть. Это должно было случиться», — повторял он себе.
Лицо его стало мрачнее тучи. Огляделся окрест, с нетерпением ожидая какого-то
чуда. Но его не было. Слизов зло присоветовал ему удалиться с глаз; молодые
капитаны судов, расчетливые в ветреном своем тщеславии, не удостаивали даже
внимания. Лишь кто-то из них сочувственно крикнул:
— Не останавливайтесь, ваше высочество, убьют!
Предостережение показалось ему чрезвычайно неуместным в такой обстановке.
Спустя же минуту подумал: «Что, если и вправду убьют!.. Безумец! Продолжать
сражение бесполезно». Но едва отдал приказание сжечь корабли, которые нельзя
спасти, поступил доклад: шведы захватили фрегат «Св. Екатерина» с канцеляриею и
деньгами. Принц, точно пораженный громом, сорвал с плеча андреевскую ленту.
— Эх... Предводитель Карл Нассау,— едкая усмешка скривила его губы.— Ты
засалил свою славу...
Всеми покинутый среди бурного моря, принц отдал себя провидению.
Добравшись до ближайшей бомбарды, бросил якорь, стал поджидать суда, кои могли
уберечься. И отчетливо представил, как вице-адмирал Круз, его пересмешник, узнав о
Роченсальмском погроме, сыронизирует перед офицерами: «Да что об этом думать,
в России людей много; дай бог здоровья его светлости принцу Нассау, найдет еще
место православным...— И, давая волю неприязни, заключит: — Не худо, что
несколько взнуздали молодца; увидим, со всем своим умом найдется ли он теперь?»
78

Ни одно судно больше це вышло с Роченсальмского плеса. II принц заплакал,
не стесняясь окружающих. Слезы облегчили его сердце. Наконец заметил, что
начало смеркаться. Понял, что здесь ему делать нечего, и вслед за канонерками ушел
к отряду выборгской эскадры в Курсало.
Он стоял на корме, погруженный в глубокую задумчивость. Взирал то на груды
судовых обломков весел, мачт, переплетенных снастями, несущихся по волнам, то
на огненный роченсальмский горизонт в траурных рамах дымов и как бы еще раз
удостоверивался в свершившейся трагедии. Волнуемый странными чувствованиями,
Нассау-Зиген вспомнил, как этим же путем, в том же самом белом мундире, только
держался «h loiseau royal»3, прижимающий к сердцу треугольную шляпу, год
назад мчался он в Петербург с подробной реляцией о своей победе, а кынче уныло
плелся с донесением, поражающим лаконизмом и откровенностью отчаяния: «Имею
неечастие быть обязанным известить, что флотилия разбита и почти уничтожена».
О событиях в Свенскзунде столица узнала на вторые сутки сразу после того,
ка$ отзвучали торжественный благодарственный молебав в соборе «Николы-Морскогоа
в гром салютных пушек Петропавловской крепости в честь цобеды в Выборгском
заливе. Весть тем более была ужасна, что легла на общий фон радостного ликованяя,
охватившего русскоз сердце. Все говорили о разгроме флотилии на свой лад; у
всякого имелись сведения из первых рук; всякий выдавал цифирь ваших потерь:
более 7 тысяч человек и до 50 судов.
Императрица по обыкновению хранила спокойный вид, ободряла окружающих
историческими примерами, действиями самого Петра Великого, который до Полтавы
терпел многие поражения; но в глубине душа чрезвычайно тревожилась за исход
войны, ничего не принесшей, кроме расходов. Она страдала от нелепых слухов и
пошлых сплетен, распространявшихся о принце в высшем обществе. Когда же
Нассау-Зиген, потрясенный неудачей, переслал ей все пожалованные ему ордена и
отличия, горькую печаль ее как рукой сняло. Она повелела послать за ним и
объявила в своем письме: «Вспомните, принц, ваши успеха на юге и севере; парите над
событиями и идите вновь на врага, вместо того чтобы просить меня назначить
другого начальником флота. Этим я дала бы толькр пород врагам вашим глумиться над
вами. Я высоко ценю заслуги, вами мне оказанные, и должна поддержать вас,
особенно в такое время, когда, по вашим словам, вы страдаете телом и духом».
Послание поразило Нассау-Зигена. Он читал его всем, уверял, что готов свою
жизнь отдать императрице, столь гуманной и милостивой. И начертал план
отмщения неприятельскому флоту. Замысел был весьма серьезен, Екатерина II
одобрительно отозвалась о нем, но все больше склонялась к миру.
Верельский мирный договор от 3 августа 1790 года отнял у принца надежду
выместить на шведах обиду за поруганную честь. После долгого отсутствия он наког
нец-то явился во дворец. И все сразу отметили в нем перемену: насколько Нассау-
Зиген был весел и общителен прежде, настолько теперь казался холоден и горд.
Новая манера держать себя не всем импонлровала, однако йикто не осмелился
оскорблять его каким-либо неуместным вопросом или замечанием.
Екатерина П не забывала о принце, По окончании войны наградила чином
адмирала, золотой шпагою с алмазами и серебряным сервазом. Отличала она его на
приемах и в театре, за обеденным столом и в Эрмитаже. Нассау-Зиген по
достоинству оценивал эти знаки внимания, но воспоминания о Роченсальмском поражении
нарушали его душевное равновесие. Сначала он уехал во временный отпуск за
границу, а в мае 1792 года — уже в продолжительный. И хотя полтора года спустя
вернулся и даже вступил в командование гребным флотом, после вторичного проше-
йия был уволен от службы с полным содержанием и окончательно покинул Россию.
Екатерина II любезно его проводила, а потом со вздохом облегчения сказала:
— Несчастное дело при Свенскзунде не ставят ему в вину; но проявленное
им отчаяние после поражения лишило его всякого доверия военных людей. Нассау —
хороший чедовек, но он окружает себя проходимцами, которым много доверяет.
Адмирал российского флота в отставке принц Нассау-Зиген еще дважды
посетил Петербург, но уже не видал прежней Екатерины II. В первый раз императрица
дурно приняла его, во второй она лежала уже в гробу.
ioi-сии royal» (фрО -=, «журавлем»*
79

«СОВЕРШИТЬ ВНЕЗАПНОЕ
НАПАДЕНИЕ НА МЕМЕЛЬ...»
(К 75-летию боя у Готланда)
ЛЕТНЮЮ КАМПАНИЮ 1915 г.
Балтийский флот начал с новым
командующим — вице-адмиралом В. Кани-
ным. Его предшественник вице-адмирал
Николай Оттович Эссен за несколько
месяцев успел не только подтвердить свою
блестящую боевую репутацию, но и
доказать, что, даже находясь в обороне,
флот может и должен быть активным.
Девиз адмирала С. Макарова «В море —
дома» Эссен осуществлял на деле. Его
кончина стала для флота тяжелой
потерей. Канину предстояло поднять дух
личного состава. Для этого он счел
необходимым провести хотя бы
демонстративную операцию...
В начале июня 1915 г. офицеры
оперативной части флота И. Ренгартен и
А. Сакович, анализируя данные
агентурной разведки и службы радиоперехвата,
пришли к выводу, что противник,
оставив в южной Балтике слабое прикрытие,
отозвал свои основные силы на
предстоящий 18 июня в Киле императорский
смотр флота. Предлагалось, используя
эту ситуацию, совершить набег на Ме-
мель.
План операции был одобрен
командующим флотом. Осуществление его
поручалось Отряду особого назначения под
командованием начальника 1-й бригады
крейсеров контр-адмирала М. Бахирева.
В отряд вошли броненосные крейсера
«Адмирал Макаров», «Баян», «Рюрик»,
крейсера «Богатырь», «Олег» и дивизи-
он эсминцев во главе с эскадренным
миноносцем «Новик». На время операции
Бахиреву подчинялись силы прикрытия
— линейные корабли «Цесаревич» и
«Слава» с эсминцами охранения.
Кроме того, им придавались подводные
лодки'.
В 2 ч ночи 18 июня бригада
крейсеров снялась с якоря. Из-за густого
тумана обстрел Мемеля назначили на
вечер, а затем перенесли на утро
следующего дня. Не имея обсервации с
момента выхода, отряд крейсеровал между
о. Готланд и Мемелем. Во время одного
из поворотов «Рюрик» и «Новик»
потеряли свое место в строю и отделились
от отряда2.
Другим обстоятельством, не
предусмотренным планом, оказалось то, что
русская разведка не обнаружила -
доведение противником очередной минно-загра-
дительной операции в устье Финского
залива. Назначенный для ее выполнения
отряд коммодора Карфа (флагманский
крейсер «Аугсбург», минный
заградитель «Альбатрос», броненосный крейсер
«Роон», крейсер «Любек» и семь
эсминцев) днем 18 июня благополучно
разминулся в тумане с отрядом Бахирева и
к вечеру вышел в назначенный район.
«Альбатрос» выставил к NO и NW от
Богшера 160 мин. В 21 ч 30 мин он лег
на обратный курс и в 00 ч 30 мин
19 июня соединился с кораблями
прикрытия. В штаб по радио отправилось
сообщение: «Задача VII выполнена.
Неприятелем виден не был. В 1-00
нахожусь в квадрате 020. Курс 190.
Скорость 17 узлов» 3.
Эту телеграмму перехватила и
расшифровала русская радиоразведка,
которая немедленно довела ее содержание
до сведения Бахирева. В 6 ч 15 мин,
когда туман рассеялся, 1-я бригада
легла на курс сближения с неприятелем. Ее
наведение на германские корабли
осуществлял второй флагманский минный
офицер капитан 2 ранга И. Ренгартен,
находившийся на радиостанции в Киль-
конде и следивший за радиообменом
противника. В 7 ч 35 мин впереди слева
по курсу русские крейсера обнаружили
«Аугсбург» и другие корабли
противника.
Первое в истории наведение кораблей
на неприятельские по данным
радиоразведки завершилось блестяще. Как
только противник был опознан,
контр-адмирал Бахирев повернул влево, привел
немецкий головной корабль на курсовой
угол 40° правого борта и открыл огонь.
«В этот момент (все) были
проникнуты одним желанием: уничтожить
крейсер («Аугсбург»), который до сего
времени всегда ускользал от наших
крейсеров,— вспоминал артиллерийский
офицер «Баяна» П. Лемишевский.— Но вот
грянул залп из 203-мм башенных
орудий и 152-мм казематных на «Адмирале
Макарове». Небольшая пауза,
необходимая, чтобы залпы двух кораблей не
легли одновременно, и «Баян» открыл огонь
изо всех орудий по головному
неприятельскому кораблю. Вслед за «Баяном»,
выдерживая мертвый промежуток,
открыли огонь «Богатырь» и «Олег» по
второму» 4.
Столкнувшись с русской бригадой,
-» ЦГА ВМФ, ф. 479, оп. I. д 469, л. 5
'Петров М. А. Дза боя. — Л., 1926. —
С. 41.
s Ролльман Г. Война на Балтийском
море. — М., 1937. — С. 238—240
♦Петров М. А. Два боя. — С. 44.
80

Условные обозначения
•МАНЕВРИРОВАНИЕ ИОРАЫКН ПКПИ8ИИНА ~ АДШРАЛ МАНАРОВ
..„»
"ОБНАРУЖЕНИЕ
Z,-ведение apt огня
ДЫМ08АЯ ЗАВЕСА
—--ТОРПЕДНАЯ АТАКА
Схема «оя у Готланда
Карф поспешил вызвать на подмогу
прикрытие и попытался уклониться от
боя, отвернув вправо и увеличив ход до
полного. Но дистанция обнаружения
оказалась слишком малой, всего около 40
каб, и вскоре флагман и «Альбатрос»
были накрыты русскими кораблями.
«Аугсбург», пытаясь помочь
последнему, дал из труб густой черный дым.
Частыми переменами курса они пытались
сбить пристрелку. Но положение
оставалось критическим.
В 7 ч 50 мин «Аугсбург» вдруг стал
уходить от «Альбатроса» и вскоре
благодаря превосходству в скорости начал
скрываться в тумане. В это же время
три германских миноносца, защищая
«Альбатрос», дали торпедный залп. Две
торпеды прошли между «Адмиралом
Макаровым» и «Баяном», ©коло 8 ч,
действуя самостоятельно, «Богатырь» и
«Баян», повернув к норду, обошли
«Альбатрос» с кормы и отрезали ему
возможность отхода на север. Тогда минзаг
полным ходом направился к Готланду,
надеясь укрыться в территориальных водах
Швеции. Его командир в отчаянье дал
телеграмму открытым текстом: «Прошу
выслать в атаку подводные лодки!»5.
В 8 ч 30 мин на «Альбатросе» была
сбита фок-мачта и его охватил огонь по-
1 Р"о л л ь м а н
море. — С. 246.
Г. Война на Балтийском
жара, но он продолжал отстреливаться.
Через 10 мин минзаг свернул в проход
между островами Готландом и Эстергар-
нсхольмом. «Адмирал Макаров», не
желая приближаться к территориальным
водам, перевел бой на левый борт. «Баян»
получил сигнал отрезать путь
противнику к югу. В 8 ч 50 мин на «Альбатросе»
оказалось затопленным румпельное
отделение и появился крен на левый борт.
Он начал садиться кормой и
описывать произвольные циркуляции. Около
9 ч минзаг прекратил ответный огонь и
вскоре выбросился на берег...
Убедившись, что с «Альбатросом»
покончено, адмирал Бахирев собрал
бригаду и лег курсом на Финский залив. Но
в 10 ч справа были обнаружены шесть
дымов. Сигнальщики концевого «Баяна»
опознали «Роон», «Любек» и четыре
эсминца, вызванные Карфом. Но они
пришли слишком поздно. В 10 ч 02 мин,
открыв огонь из башенных орудий,
«Роон» начал пристрелку по «Баяну», а
«Любек» завязал бой с «Олегом». В это
время Бахирев получил доклад, что на
«Адмирале Макарове» на исходе снаряды
для главного калибра. Предполагая, что
такая же ситуация сложилась и на
«Баяне», он дал приказ «Рюрику»:
«Вступить в бой с «Рооном» в квадрате 468,
идти самым полным ходом на
соединение». Одновременно Бахирев вызвал к
банке Глотова линкоры «Слава» и
«Цесаревич» 6. - - ,
• ЦГА ВМФ, ф. 479. оп. 1. д. 469. л. 8.
в «Морской сборпик» № 7
81

Командир «Баяна», зная о
превосходстве «Роона» по бронированию и
артиллерии, решил вести бой на зигзаге на
курсовом угле, близком к 90°,
положившись на отличную выучку своих
комендоров 7. За 25 мин боя, ведя огонь двух-
орудийными залпами, русский крейсер
достиг двух попаданий в противника. И
хотя ответный огонь «Роона» был
кучен, он не добился накрытия. В «Баян»
попал лишь один снаряд. В 10 ч 22 мин,
решив, что русские стремятся навести
«Роон» на более сильные корабли, его
командир приказал выйти из боя и
повернуть на зюйд-вест.
«Рюрик» в это время полным ходом
шел в центр квадрата 408. В 10 ч 30
мин его дым заметили с «Любека».
Приняв его за «Новик», германский корабль
продолжал сближаться. Однако через
15 мин на «Любеке» опознали
истинного противника. Дистанция до мощного
«Рюрика» в тот момент составляла 60—
65 каб. Даже начав немедленный отход,
«Любек» оставался в зоне досягаемости
главного калибра русского корабля не
менее 40 мин. Но другого не оставалось.
И, увеличив ход до полного, «Любек»
стал уходить на зюйд на зигзаге.
Спасло его от уничтожения то, что в 10 ч
50 мин сигнальщики «Рюрика»
обнаружили в густейшей дымке
приближавшийся «Роон» и командир крейсера
приказал перевести огонь на него. «Роон»,
желая выручить «Любек», продолжал
сближение, затем открыл огонь и перевел
неприятеля на параллельный курс,
удерживая дистанцию 76—82 каб. Но цо нему
комендоры «Рюрика» пристрелялись до^
вольно быстро, и противнику ничего не
оставалось, как повернуть и,
отстреливаясь из одного орудия, поспешно
ретироваться.
Командир «Рюрика» повернул вслед
за ним, но в тот момент был атакован
подводной лодкой, выпустившей по
нему торпеду. Уклоняясь от нападения,
крейсер, потеряв «Роон» из виду,
повернул к норду и пошел на соединение с
бригадой. Так закончился бой у
Готланда...
Обратимся к историческим трактовкам
этого события.
Авторы фундаментального труда
«Флот в 1-й мировой войне»8
объясняют невысокую эффективность действия
русского отряда ошибками
командования и боязнью потерь. Подобное
заключение содержится и в работах
зарубежных историков. Если же обратиться к
более ранним исследованиям, то выяснится,
что эти оценки почти полностью
заимствованы из труда М. Петрова «Два боя».
И все же данная трактовка действий
контр-адмирала Бахирева вызывает
определенные сомнения.
Если обратиться к схеме
маневрирования сил во время боя, то можно
убедиться, что действия русского
командования наиболее соответствовали
обстановке. Обнаружив в 50 каб впереди
себя противника, идущего встречным
курсом, адмирал Бахирев совершил именно
тот маневр, который позволил ему
навязать бой более быстроходному
противнику, — повернул на пересечку его
курса. Тем самым он поставил свой отряд
в условия, позволявшие стрелять всем
бортом по наиболее ценному —
крейсеру «Аугсбург» 9.
Естественно, Карф не захотел
принимать бой в такой обстановке и поворотом
вправо вышел из охвата, приведя
неприятеля на параллельный курс. Но на
нем он очень скоро попал под плотные
накрытия, и ему ничего другого не
оставалось, как приказать «Альбатросу»
прорываться в нейтральные воды, а
самому спасаться бегством. Преимущество
«Аугсбурга» в скорости делало погоню
за ним бессмысленной. Но Бахирев
разрешил «Богатырю» и «Олегу»
действовать самостоятельно. Их 23-узловой ход
еще давал мало-мальский шанс. Однако
германский крейсер к тому времени уже
скрылся в тумане. Рассчитывать на
успех его поисков не приходилось.
Поэтому командир «Богатыря», как старший
в полубригаде, принял решение обойти
«Альбатрос» и поставить его в «два
огня».
Почему же вместо того, чтобы,
сблизившись с «Альбатросом» на 10—15 каб,
покончить с ним за несколько минут,
Бахирев и командиры кораблей
предпочли расстреливать противника с
дистанций, на которых он был плохо виден,
затратив на это почти час и массу
боеприпасов? 10
Ответ на этот вопрос содержится в
телеграмме капитана 2 ранга
Черкасского, представлявшего во время
операции на бригаде штаб командующего
флотом. После возвращения, отвечая на
вопрос адмирала Русина о возможности
нарушения русскими крейсерами
нейтралитета Швеции, он сообщил, что
«крейсера не подходили к «Альбатросу»
ближе трех миль во все время боя,
опасаясь минных выстрелов
(разрядка автора)» ", и, стало быть, не могли
' До войны «Баян» занимал общефлотекое
первенство по артиллерийской стрельбе
• Флот в 1-й мировой войне, -i М- 1804.
- С. 173-174.
9 Этот маневр контр-адмирал Бахирев на-
8вал в своем рапорте «охватом головы пр^-
тивника», видимо, из желания наиболее
убедительно представить свои действия (А. К).
•• По оценке флагарта бригады капитала
2 ранга Свиньина, «условия стрельбы были
исключительно трудные... часто совсем не
видно падения». —- ЦГА ВМФ, ф. 479. оп. 1,
д. 470, л. 4.
U ЦГА ВМФ. ф. 418. ОО.1.Д. 23АК я. 04,
82

оказаться в территориальных водах. Но
на «Альбатросе» не было минных
аппаратов. Чем мотивировалось непонятное
опасение?
Объясняется это тем, что с начала
боя на русских кораблях неправильно
опознали противника. В вахтенном
журнале «Адмирала Макарова» есть запись:
«7-35. Открылись во мгле слева на
крамболе два неприятельских крейсера
и три миноносца... Головной крейсер
типа «Аугсбург», ему в кильватер
крейсер типа «Ундина» или же заградитель
«Альбатрос» 12.
Вот это-то и явилось причиной,
почему русские крейсера вели весь бой на
дистанции 30—40 каб, благодаря чему
«Альбатрос» смог прорваться к
Готланду и избежал уничтожения 13.
Разбирая вторую фазу боя, следует
учитывать, что равенство в скорости
давало «Роону» возможность поддерживать
наивыгоднейшую для себя дистанцию.
Если добавить к этому нехватку 203-мм
снарядов на «Адмирале Макарове», то
станет ясно, почему Бахирев предпочел
вести бой на отходе, вызвав на помощь
«Рюрик». Тот, выйдя прямо на
отходивший отряд противника, получал бла^
годаря превосходству в артиллерии
возможность добиться успеха. Но и ее
упустили. М. Петров склонен в этом
усматривать пороки старой тактики. Но
обратившись к рапорту Бахирева, можно
убедиться, что отказ командира «Рюрика»
от преследования «Роона» объясняется
другими причинами.
«Узнав о начале боя «Рюрика» по
канонаде, — докладывал контр-адмирал,—
сделал ему радио: «Опасаться подхода
неприятеля с юга». Немного позже было
разобрано радио противника, в котором
говорилось, что он намерен увлечь нас
на юг. В то же время, как оказалось, из
Данцига на север вышли два линейных
корабля типа «Дейчланд», но были
удачно атакованы английской подводной
лодкой» и.
Эта-то телеграмма и послужила
основанием для выхода «Рюрика» из боя.
Болезненная реакция командира
русского крейсера на возможную атаку из-
под воды, которую, кстати, испытывали
многие командиры после трагического
конца крейсера «Паллада» 11 октября
1914 г., явилась причиной потери
огневого контакта с «Рооном». Боязнь
германских подводных лодок усугублялась
еще и тем, что корабли в тот период не
имели эффективных средств противоло-
12 Т а м же.
13 После боя «Альбатрос» был
интернирован, а позднее возвращен Германии (А. К.).
" ЦГА ВМФ, ф. 479. оп. 1. д. 409. л. 9.
дочной обороны. Командирам
рекомендовалось единственное средство — резкий
поворот кормой к атакующей
субмарине в расчете на то, что торпеды,
идущие на корабль, будут отброшены
потоком воды от работающих винтов.
Именно этим приемом и воспользовался
командир «Рюрика», когда получил
доклад об атаке подводной лодки.
Суммируя указанные факты, можно
с полным основанием считать, что весь
русский отряд проявил известную
осторожность и это помешало ему
реализовать свое преимущество.
Оценивая действия контр-адмирала,
историки забывают, какой эта
обстановка представлялась самому Бахиреву. В
разгар операции, потеряв в тумане
самые мощные и быстроходные корабли,
не имея миноносцев для разведки и
противолодочного охранения, Бахирев вдруг
узнает, что в море находятся корабли
противника. И если обнаружение
отряда Карфа было для русского
командующего хотя и неожиданностью, пусть и
приятной, то появление «Роона» и
«Любека» вселило тревогу, подтверждая
догадку, что неприятель проводит какую-
то операцию и возможно столкновение с
его более крупными силами, что
подтвердили интенсивные радиопереговоры
противника. Наибольшую опасность
представляли германские линкоры,
имевшие большую скорость и мощную
артиллерию. А их появления на Балтике
через Кильский канад можно было
ожидать в любой момент. Немцы вполне
могли проделать то же самое, что
блестяще удалось англичанам, когда их
линейные крейсера перехватили и
уничтожили у Фолклендов крейсерскую
эскадру адмирала Шпее.
Ситуация, вероятно, сложилась бы
иначе, будь р качестве прикрытия
отряда Бахирева не устаревшие «Слава» и
«Цесаревич», а новейшие русские
линкоры. Их поддержка придала бы всей
операции необходимую устойчивость.
Но вице-адмирал Канин не имел тогда
полномочий на использование кораблей
типа «Севастополь», что, естественно,
не могло не сказаться на успехе
операции. В рассматриваемом эпизоде это
привело, к тому, что командующий
отрядом во время боя с «Альбатросом» был
вынужден действовать, избегая риска
получить серьезные повреждения,
которые могли затруднить отход отряда при
возможности столкновения с
превосходящими силами противника.
Эта же причина обусловила отказ
Бахирева от преследования отходившего
«Роона» и в конечном итоге помешала
отряду использовать свое
преимущество.
А. КИЛИЧЕНКОВ
83

-ФЛАГМАНЫ
ПО КОМСОМОЛЬСКОМУ ПРИЗЫВУ
ВАСИЛИЙ ИВАНОВИЧ ПЛАТОНОВ, командовавший Северным флотом
в 1946—1952 гг., принадлежит к тем, кто одним из первых откликнулся
на комсомольский призыв и в 1922 г. пришел на флот.
Нет, не романтика позвала восемнадцатилетнего паренька из рабочей
семьи в море, на паровую шаланду палубным машинистом, а нужда: решил
помочь большой семье в те голодные двадцатые годы. Уже тогда он познал,
что соленость морской воды и флотского пота одного порядка, служба матроса
тяжела и опасна.
Трудовая закалка помогла В. Платонову не только успешно выполнять
свои нелегкие обязанности на крейсере «Память Меркурия» (впоследствии
«Коминтерн»), минном заградителе «Дунай» («Первое мая»), миноносце «Шмидт»
(бывшем «Северном»), но и преуспеть в учебе на подготовительном курсе мор-
фака. Коммунисты корабля, заметив упорство молодого моряка в освоении
своей специальности, его тягу к знаниям, в январе 1925 г. приняли Василия
Платонова в ряды ВКП(б). В июне того же года он был зачислен в Военно-
морское училище.
После окончания училища в 1928 г. В. Платонов в качестве стажера на
канлодке «Красный Аджаристан» участвовал в учениях по высадке десанта, на
эскадренном миноносце «Шаумян» — в торпедных стрельбах, яа крейсере
«Коминтерн» — в походе в Турцию. Получив командирское звание, стал
командовать ротой Черноморского флотского экипажа. Казалось бы, нужная и
благородная работа по подготовке молодого пополнения для Красного Флота.
Но не в этом он видел свою дорогу. Однако не помогли и неоднократные
рапорты о переводе в плавсостав — в 1929 г. его назначили командиром роты,
только на сей раз в училище имени М. В. Фрунзе. «Принимая мой доклад о
прибытии к новому месту службы, — вспоминал Платонов, — начальник
строевого отдела Н. Павлович сказал: «У вас, молодой человек, такой вид, словно
вы разжевали лимон. Не показывайте своего кислого лица подчиненным.
Помните, что училище для них — храм науки. Так не оскверняйте их лучших чувств
своим кислым видом. Не забывайте, что в конце концов здесь тоже флот».
Павлович был, конечно, прав. Но упрямое желание служить на кораблях
не покидало Василия Ивановича. И даже учебный поход в 1930 г. с
курсантами на «Авроре», а затем на «Комсомольце» вокруг Скандинавии не утолил
этого пылкого чувства. И выход был найден. После настойчивых просьб В.
Платонова отпустили на Специальные курсы усовершенствования командного состава
в минно-торпедный класс.
В 1931 г. он получил назначение дивизионным специалистом на балтийскую
бригаду подводных лодок. Боевая подготовка на одряхлевших «Барсах»,
прием в строй новых «Декабристов». А в апреле 1933 г., когда вышел приказ нар-
комвоенмора о переводе отряда кораблей в составе эсминцев «Урицкий»,
«Куйбышев», сторожевиков «Смерч», «Ураган» и подлодок «Декабрист»,
«Народоволец» из Кронштадта в Мурманск для усиления морских сил созет-
ского Заполярья, он убыл на Север, на долгие годы связав свою судьбу с этим
краем. Затем участвовал в экспедиции особого назначения (ЭОН-1), которой
: суждено было открыть судоходство по только что сооруженному Беломоро-Бал-
84

Адмирал В. Платонов
тнйскому каналу. В Полярном все
приходилось строить на голом месте: базу
подводных лодок, тыл, а также
устраивать команды, осваивать театр,
налаживать боевую подготовку, организовывать
ремонт. В общем, делать все, что
необходимо первопроходцам.
С введением в сентябре 1935 г.
персональных воинских званий В.
Платонову как флагманскому минеру
флотилии присвоили звание
капитан-лейтенанта. Три года спустя его перевели на
должность начальника Боевой
подготовки Северного флота, а еще через год —
командира бригады Охраны водного
района.
К началу зимы 1939 г. военная
обстановка на советско-финляндской
границе еще более накалилась. 30 ноября
начались боевые действия. Срочно был
образован отряд в составе сторожевика
«Гроза» и двух тральщиков для
прорыва в Печенгский залив и поддержки
артогнем наступающей на Печенгу пехотной
дивизии. Операция, разработанная В.
Платоновым, была проведена настолько молниеносно, что враг не успел даже
вывести из строя боевые корабли. В результате наши моряки привели траль
щик неприятеля в Полярный.
Особенно ярко военный и организаторский талант В. Платонова
проявился в грозные годы Великой Отечественной войны. Боевая тревога в ночь с
21 на 22 июня 1941 г., как молния, расколола жизнь на две половины. Там,
за телефонным звонком оперативного дежурного, остались мирная жизнь, уже
собранные отпускные чемоданы, а впереди — военное лихолетье, жесткая
проверка того, к чему командир ОВРа готовил себя во время всей
предыдущей службы. Война сразу же выдвинула две разноплановые задачи. Первая
определялась содержанием пакетов, которое предписывало немедленно
организовать защиту Главной базы от нападения противника с моря. Вторая,
поставленная военным советом флота, состояла в срочной эвакуации гражданского
населения.
Насколько сложной была защита главной базы, видно из того, что целевые
задачи противоминной, противолодочной и противокатерной обороны, а также
задачи, выдвинутые конкретной обстановкой, — высадка десантов, разведгрупп,
нарушение коммуникаций противника, минные постановки, как для защиты
своих фарватеров, так и на подступах к базам противника, — приходилось
осуществлять ограниченными силами и кораблями, мобилизованными из
гражданских ведомств. Поистине нужны были титанические усилия и недюжинные
организаторские способности для превращения вчерашних рыболовецких
траулеров, мотоботов в боевые корабли, а их экипажей — в военных моряков.
«Ранним утром 5 июля, — рассказывал В. Платонов, — начальник
штаба Северного флота контр-адмирал С. Кучеров приказал высадить тактический
десант кораблями ОВРа. Командиром высадки назначался я. Оказанное доверие
и воодушевляло, и вселяло тревогу. Нас ждал не учебный выход на отработку
взаимодействия, а первый в жизни реальный бой. В нашем распоряжении был
только одинь день, а требовалось назначить корабли для транспортировки
десанта, определить высадочные средства, выделить охранение, расписать пехоту по
судам, обучить ее хотя бы самым элементарным правилам погрузки и высадки,
выбрать рациональные ордера и курсы перехода, время высадки и места
подхода к берегу. Усилиями 14-й армии и управлений Северного флота удалось
доукомплектовать почти до штатной численности понесший большие потери - в
первых боях стрелковый батальон. Перед ним ставилась задача своими дейст-
85

виями помочь 52-й дивизии в освобождении занятого немцами колхоза
«Западная Лица». Конечно, никаких десантных кораблей специальной постройки у нас
не было. В нашем распоряжении имелись лишь рыболовные траулеры,
мотоботы и катера МО. Готовя десант, мы сознавали, что без предварительной его
подготовки идем на известный риск, что незначительный просчет может стоить
больших жертв и грозит провалом замысла. После долгого раздумья решили в
качестве транспортных средств использовать тральщики, а мотоботы — в
качестве высадочных средств. Если же из-за плохой маневренности и большой
осадки они окажутся непригодными для высадки людей, использовать,
подогнав к берегу, в качестве причалов, а десант перебрасывать катерами МО.
Артиллерийская поддержка возлагалась на «Грозу» и те же тральщики. Меры по
нейтрализации фашистской авиации, пунктуально начинавшей, боевые вылеты
в 8 утра и прекращавшей их в 20 часов, подсказал сам противник... Мы
рассчитали посадку, переход морем и высадку десанта в «нелетное» время.
Серьезные трудности в осуществление задуманного вносили разные
тактико-технические данные кораблей отряда. Так, катера МО могли развить 24 узла,
тральщики — 6—8, мотоботы — 4—5 узлов. Поэтому тральщикам пришлось брать
мотоботы на буксир... В ночь с 5 на б июля вышли в море. Тральщики с
мотоботами на буксире были маломаневренны и представляли легкую добычу для
воздушного противника. Мотоботы как высадочные средства себя не оправдали:
один зарылся носом в прибрежный песок, другой ветер прижал бортом к берегу,
остальные очень медленно снимали людей с тральщиков. Выручили катера МО.
Десант успешно высадился на берег и выполнил поставленные перед ним
задачи. К сожалению, счет своим боевым потерям в корабельном составе мы
открыли сами. Севший на мель мотобот при отходе пришлось расстрелять,
предварительно сняв с него команду. Утром мы получили известие о более тяжелой
потере — погиб тральщик «Налим», оставленный нами для прикрытия десанта
с моря в устье реки Западная Лица...»
С еще большей силой флотоводческий талант армирала В. Платоноваг
раскрылся на завершающем этапе Великой Отечественной войны на посту
начальника штаба Северного флота. В августе 1944 г., исполняя обязанности
командующего флотом, он успешно провел одну из самых значительных операций
Северного флота по нарушению коммуникаций противника, в которой враг
потерял 12 транспортов и кораблей охранения. В том же году при его
непосредственном участии была спланирована и осуществлена морская часть Петсамо-
Киркенесской наступательной операции, завершившейся разгромом
группировки немецко-фашистских войск в Заполярье и освобождением Печенгской
области. Она положила начало изгнанию гитлеровцев из Норвегии.
В апреле 1946 г. вице-адмирала В. Платонова назначили командующим
Северным флотом. Уже отгремели последние залпы второй мировой войны, а
флот продолжал борьбу со смертельной минной опасностью. Необходимо было,
не снижая боевой готовности, отремонтировать корабли, технику, выбравшую
весь мыслимый и немыслимый моторесурс, перенести и построить главную
базу флота, обобщить боевой опыт и внедрить его результаты в практику боевой
и оперативной подготовки, восстановить разрушенный войной жилой фонд и
обустроить личный состав. Особую заботу для командующего составило
выполнение наказов тружеников заполярного приморья, избравших его своим
депутатом в Верховный Совет РСФСР в 1947 г.
В последующие годы адмирал В. Платонов работал в отделе боевой
подготовки ВМФ, военным советником в Китайской Народной Республике, в Главной
инспекции Министерства обороны СССР, передавая огромный боевой опыт
молодому поколению офицеров и адмиралов ВМФ. Уйдя на пенсию в 1964 г., он
не порывает связи с флотом, опубликовал в журнале «Юность» и других
органах печати рассказы о восстановлении комсомольцами 20-х годов крейсера
«Память Меркурия», очерки о Великой Отечественной войне.
Сейчас адмирал В. Платонов работает над рукописью «Записки адмирала»,
которая вскоре должна увидеть свет. Предлагаем вниманию читателей отрывок
из этой книги.
Я. МИРОНОВ
86

ИЗ ЗАПИСОК
АДМИРАЛА ПЛАТОНОВА
В АВГУСТЕ 1944 г. командующий
флотом адмирал А. Г. Головко
болел. Врачи запретили ему работать,
уложили в постель, а затем отправили
на Кавказ лечиться. Теперь мне
приходилось работать за двоих.
Промозглая осенняя погода пришла
необычно рано и принесла низкую
облачность, частые туманы и моросящие
дожди. Поэтому активность авиации и
подводных лодок резко снизилась.
Торпедные катера выпускать в светлое
время суток, без прикрытия с воздуха,
было рискованно даже при низкой
облачности. Немецкие аэродромы
располагались совсем близко к
коммуникациям. Мы ждали от синоптиков
хорошей погоды, но они ничего
утешительного пока не обещали. Порой даже
неловко стало подписывать пустые
оперативные сводки для Главного морского
штаба, не насыщенные активными
боевыми действиями маневренных
соединений.
В один из таких наполненных
тяжелыми раздумьями дней под вечер
зашел член военного совета вице-адмирал
А. А. Николаев. Тоже, вижу,
испереживался. Усевшись, он долго молчал,
сочувственно смотрел на меня, а патом
осторожно, видимо, боясь обидеть,
предложил:
— Надо бы ударить, Василий
Иванович. А?
— Ну чем тут ударишь, посуди сам,
— с горечью ответил я, — то не было
погоды для действий катеров, затем
наступила плохая видимость для лодок
и самолетов. К тому же вымотали всю
авиацию на бомбардировки аэродромов,
прикрывая внешние конвои... Вот
накопим побольше сил, распогодится
божья канцелярия, тогда и ударим.
Разве можно без серьезной подготовки!
— Ну смотри, тебе видней. Да лето
вот только уходит, — сказал на
прощание Александр Андреевич.
Он ушел к себе, а я же снова
остался один со своими мрачными мыслями
и тяжелыми чувствами коротать ночь.
«Нелегка же ты, шапка...
командующего», — думал я, ворочаясь на скрипу.
чем пружинном диване, изредка
забываясь коротким, тревожным сном.
К середине августа в Варангер-фиор-
де мы сосредоточили до полутора
десятков торпедных катеров, а конвои
противника время от времени
прошмыгивали невидимками в тумане. Иногда нам
удавалось пеленговать их краткие
радиосигналы, но ни подводные лодки, ни
посланные на поиск катера встреч с
неприятелем не имели. И авиация не
могла оторваться от взлетных полос.
Но вот 18 августа юго-западный
ветер начал рвать облака, разгонять
туман, и первые же вылетевшие
самолеты-разведчики обнаружили большой
немецкий конвой, состоявший из 32
единиц. Тевдногр времени в эту пору года
в Заполярье набирается не больше двух
часов в сутки, и, по моим подсчетам,
противник должен был втянуться в
Варангер-фиорд на рассвете. Я велел
передать командиру разведывательного
авиаполка, что исход удара зависит
только от него, от его летчиков: уследят
они за конвоем — мы достигнем успеха,
потеряют врага из виду — все наши
усилия разлетятся прахом. Авиаторы
обещали «ползать на брюхе», но
немцев из поля зрения не выпустить. Надо
отдать им должное, что, несмотря на
все еще сохраняющиеся тяжелые
метеорологические условия, они «висели»
над конвоем постоянно и мы каждую
минуту знали, где он находится.
Для нанесения удара было готово
14 катерор — рекордная цифра за всю
войну! Командовал ими хорошо мне
знакомый еще по ОВРу капитан 3
ранга С. Г. Коршунович. Он был.
прирожденным катерником, неустрашимым и
храбрым офицером, а по молодости
еще и до безрассудства лихим: носился
полным ходом на катере по Кольскому
заливу, разводил волну... Однако, став
командиром отряда, а затем и
дивизиона, остепенился, тщательно обдумывал
любой свой шаг и поступок.
Сейчас он меня и радовал, и
настораживал. Дело в том, что дул
неблагоприятный ветер для постановки дымовой
завесы. А этот непростой маневр требовал
большого искусства и точных расчетов.
Так вот, удачным или неудачным
окажется дымовое прикрытие, все равно
С. Г. Коршунович ляжет костьми, но от
удара ни за что не откажется. Конечно,
это опасность. Однако утешительно
здесь то, что он не дрогнет в любой
ситуации.
Доложили, что конвой атакован
подводной лодкой. Одной. Маловато! Я стою,
склонившись над большой картой Ва-
рангер-фиорда, и вслух, чтобы меня
могли проверить операторы,
высчитываю место удара. Наконец в точку на
курсе гитлеровцев вонзается острая
игла ножки циркуля. Начальник
оперативного управления штаба флота
подсовывает мне толстый красный
карандаш, и я машинально наношу жирный
крест и обвожу его кружком. Через
полчаса на этом цвете катерники
должны сцепиться с фашистами в смертелы
ной схватке. А у меня дума, как бы
противник не церехитрил нас и не ус-!
кользнул. Но нет, теперь уже не уйдет1
Клещи из катернах звеньев и групп
неумолимо сожмут «стальные объятья».
Нервы натянуты как е*РУВД- Мозг
работает удивительно четко. Память
с поразительной точностью хранит все
87

детали плана. Стрелки часов подходят
к назначенным делениям. Заведенным
порядком одно за другим отдаются
приказания-., на КП командира бригады
торпедных катеров — нанести удар
всем составом отряда, командующему
ВВС — прикрыть катера с воздуха.
Комдив С. Г. Коршунович во главе двух
ударных групп устремился на
противника. Капитан 1 ранга Александр
Васильевич Кузьмин на своем командном
пункте, на Рыбачьем, уточняет по
радио катерам место и состав конвоя,
наводит атакующие группы на корабли и
суда противника.
У меня хватает силы воли не
выдать своего волнения. Но когда все
приказания и распоряжения уже
отданы, а в большом зале оперативной
обстановки ФКП наступает тягучая
тишина и присутствующие ждут, когда
заговорит динамик боевой трансляции,
донося неразбериху боя, мне кажется, что
окружающие слышат, как в груди у
меня гулко стучит сердце. Сев в кресло,
я спрятал ладони в коленях, чтобы
никто не заметил, как нервно
подрагивают пальцы.
Вдруг из динамика послышались
отрывистые команды и доклады
командиров катеров, громовые раскаты
торпедных взрывов, артиллерийская и
пулеметная пальба кораблей охранения.
В эфир ворвался голос летчика
самолета-наблюдателя: катерами потоплено
15 судов и кораблей. Это половина
конвоя! Подобной победы торпедные
катера Северного флота еще ни разу не
одерживали.
С. Г. Коршунович повел дивизион в
базу и донес весть, что в бою погиб
один торпедный катер. Сердце мое сда-
рила боль...
По возвращении в Полярный
командир дивизиона доложил подробности
боя. Получив данные разведки о
подходе к Варангер-фиорду большого
немецкого конвоя, он выслал в море две
небольшие группы из пяти катеров для
доразведки противника. Они
обнаружили врага, уточнили его место,
скорость и боевой порядок. Ударный
отряд из девяти вымпелов комдив повел
сам. Увидев конвой и оценив
обстановку, он решил произвести охват
соединения гитлеровцев с двух направлений,
для чего разделил свой отряд на две
ударные группы. Два катера, один за
другим, поставили дымовые завесы.
Первым успешно разрядил свои
торпедные аппараты по головному
миноносцу врага катер-дымзавесчик старшего
лейтенанта В. И. Быкова. За ним
сквозь дым и ураганный огонь
немецкого охранения рванулись в бой все
катера атакующих групп основного
ударного отряда. Вскоре подоспели
наведенные комбригом А. В. Кузьминым и две
обеспечивающие группы. За 37 минут
боя торпедные катера разгромили
конвой противника, потопив половину его
состава.
3 густом дыму катер старшего
лейтенанта Карташова при выходе из боя
столкнулся с немецким миноносцем, раз-
Командир ОВРа Северного флота
контрадмирал В. Платонов
Фото 1943 г.
бил себе форштевень, потерял ход и
был в упор расстрелян фашистами. На
этом катере погиб заместитель команд
дира дивизиона по политчасти капитан-
лейтенант Петр Попков.
Большая цифра потопленных
немецких судов требовала перепроверки, и
мы послали на бригаду торпедных
катеров целую комиссию для сличения
наблюдений авиации и показаний
катерников. Проверяющие доложили, что
самым подробным опросом офицеров,
старшин и матросов данные самолета-
разведчика подтверждаются. Все же
сообщать такой крупный итог в Москву
мы долго не решались. В то время у
нас на флоте стажировался начальник
кафедры общей тактики
Военно-морской академии контр-адмирал Николай
Брониславович Павлович, мой давний и
добрый учитель. Н. Б. Павлович тоже
охотно согласился перепроверить
катерников. Когда он вернулся от них, то
сказал мне:
— Знаешь, мои самые пристрастные
проверки показали, что почти все
данные сходятся. Да и немудрено, ведь
выпущено было 28 торпед! Сомнение
может вызвать лишь один тральщик,
на потопление которого претендуют
двое. Я советую тебе засчитать 14
единиц.
Так я и поступил. Вечером Совин-
формбюро объявило о крупном успехе
на Северном флоте. А ночью из Сочи
позвонил А. Г. Головко.
— Молодцы! Молодцы! — кричал
он в трубку. — А ты хорошо всех раст
спросил? Что-то невероятно много вы"
их там набили!
— Проверяли дважды, — отвечал я
ему, — причем участвовал такой
знающий специалист, как Павлович,
ошибка исключается.
Публикация в. МИРОНОВА
88

ЕДИНСТВЕННЫЙ
ШАНС...
Николай ЧЕРКАШИП
О ТОТ украинский парень, наверное,
^ единственный в мире подводник,
кому удалось спастись с невообразимой
глубины во много сотен метров.
История спасения людей с
затонувших подводных лодок — это
таинственная алгебра судьбы с коэффициентами
роковых случайностей и счастливых
шансов. Тут нарушаются строгие
формулы и законы. Бывало так, что лодка
тонула у причала и никого не могли
спасти. А то в открытом беспокойном
море с предельной глубины подводники
вырывались на поверхность, словно
рожденные заново.
Мичман Виктор Слюсаренко родился
не в одной — в двух счастливых
рубашках...
Далеко от моря древний город Гни-
вань, что на винницкой земле, но и
туда дошел его вкрадчивый зов. Будто кто
шепнул гниваньскому школяру — быть
тебе моряком. Подался Виктор в
николаевскую мореходку, да не хватило в
метрике двух месяцев. Пошел в
техническое учи лише — на фрезеровщика.
Профессия отнюдь не моряцкая, но все
же тропку к морю паренек отыскал:
акваланг. Увлекся подводным
плаванием. Благо в их ПТУ в аквалангистской
секции собрались великие энтузиасты.
В военкомате его военный жребий
решен был сразу: аквалангист? В
подводники.
В Кронштадтском учебном отряде он
попал в родную стихию. Ему куда
легче, чем другим, давались и всплытия из
тренировочной башни, и выходы из
затопленного отсека через трубу
торпедного аппарата...
Он сам искал свою судьбу. Фортуна,
словно заботливая тетушка, пристроила
его после «учебки» на теплое местечко
— секретчиком в штабе соединения
подводных лодок. Лишь один раз
использовал он служебное положение в личных
целях: одним из первых прочитав
директиву о формировании экипажа
экспериментальной атомарины, сразу подал
рапорт о переводе в плавсостав. Окончил
школу мичманов в Североморске и
получил назначение туда, куда добиЕал-
ся. И по сию пору гордится тем, что
был первым мичманом, пришедшим в
экипаж «Комсомольца».
Жена, швея военторговского ателье,
Отрывок из документальной повести
«Пламя в отсеках».
сшила ему морскую форму — с
иголочки. Он гордился своей новой флотской
профессией — техник
электронавигационного комплекса. Это одна из самых
сложных специальностей на
современном корабле, корнями уходящая в
искусство компасных дел мастеров.
Кроме Слюсаренко, в
электронавигационной команде было еще два
человека: ее старшина мичман Василий
Геращенко и техник мичман Александр
Копейка. Это единственное подразделение
на подводной лодке, которое по прихоти
случая уцелело в полном составе.
В то роковое апрельское утро на
вахте у приборов, определяющих
местоположение атомарины, стоял Геращенко.
С первых же секунд аварийной тревоги
примчались к нему Слюсаренко и
Копейка, встали рядом. Что бы ни
случилось, координаты корабля должны быть
известны в любую минуту. В этом
'залог их общего спасения.
Потом, когда Геращенко,
надышавшись угарным газом. ушел наверх,
Слюсаренко отправился страховать
разведчиков шестого отсека; а мичман
Копейка остался с комплексом один на
один. Вентиляции не было, приборы от
перегрева начали «сыпаться», тогда он
стал переводить аппаратуру в
упрощенный режим работы, и до самого
последнего момента все работало, выдавал и
широту, и долготу, и курс.
Мичман Слюсаренко:
— Я был в пятом... Металл
раскаленный. Обматывали кисти рук
полотенцами, чтобы не обжечься. Выводили
ребят, включали ЛОХ в шестой. Потом
вылез наверх, на рубку, отдышаться.
Корма уже стала притапливаться.
Штурман капитан-лейтенант Смирнов
велел мне быстро спуститься вниз и
поторопить Геращенко, который
собирал в нашей рубке документы. Я все
сделал, а когда услышал чей-то крик:
«Всем срочно выходить наверх!»,
схватил два спасательных жилета и кинулся
в центральный пост. Столкнулся с
командиром. «Ты последний?» —
спросил он. — «Кажется, да». Но внизу, в
трюме центрального поста, хлопотал у
дизель-генератора, гнавшего
электричество в осветительную сеть, командир
электротехнического дивизиона капитан
3 ранга Испенков. Должно быть, из-за
шума дизеля он не услышал команды.
Я побежал к нему, крикнул: «Срочно
наверх!» В центральный пост уже
врывалась вода.
89

В Центральном посту ПЛА «Комсомолец». Слева направо: мичман В. Слюсаренко,
капитан 1 piHfe Е« 1а~няй, капитан-лейтенант И. Спиранский
ЙЬгенков заметил поступление воды
первым, к нему в трюм она пошла
раньше, чем на верхние ярусы, и побежал
за мной.
Лодка уже тонула. Едва я влез в
горловину нижнего люка спасательной
камеры, как из верхнего с
восьмиметровой высоты на меня хлынул столб
воды. Он сбил меня вниз. Я с ужасом
понял, что лодка погружается с
открытыми люками. Это конец!
Мичман Копейка:
— Когда лодка вдруг стала быстро
погружаться, я был наверху в
ограждении рубки. Ребята уже прыгали в
йоду. В крыше рубки есть прорезь %Ая
вахтенного сигнальщика. Я ^ерез нее
вытолкнул обожженного матроса. Он
был совершенно беспомощный и лежал,
закутанный в одеяло, у выдвижных пе^
рископных стволов. Когда я сам
высунулся, вода уже закрыла рубку и
хлынула в распахнутый люк ВСК
(всплывающая спасательная камера). Бабенко,
инженер-механик, заорал: «Задрайте
люк! Там внизу люди!»
Я успел только сбросить крышку, и
она захлопнулась на защелку. Надо
было крутануть маховик кремальерного
запора, чтобы задраить люк наверняка,
как положено, но лодка камнем пошла
вниз, я едва выбрался из ограждения...
Ничего этого Слюсаренко не знал. Он
только почувствовал, что водопад
прекратился и можно снова попытать
счастья забраться в спасательную камеру.
Лодка вздыбилась почти вертикально.
Испенкова отшвырнуло вниз, на
переборку отсека, ставшую теперь полом
башни, в которую превратилась тону*
щая лодка. Слюсаренко же удалось
вцепиться в горловину нижнего люка и
даже вползти в нее, благо стальной
колодец теперь не нависал, а лег почти
горизонтально. Но как только мичман
пролез в него по пояс, лодка отошла в
нормальное положение, и Виктор, уже
изрядно обессиленный, застрял на
полпути, отжимая увесистую крышку.
— Да вытяните же его! — услышал
он голос командира.
Чьи-то руки подхватили его под
мышки, втащили в камеру, и тут же
захлопнули нйжййй люк. Лодка стремительно
провалилась в пучину. Слюсаренко
окинул взглядом камеру. Сквозь дымку
нерассеявшейся еще гари с трудом
различил лица Ванина и Краснобаева —
оба сидели на верхнем ярусе у
глубиномера. Внизу командир дивизиона
живучести Юдин и мичман Черников тащили
изо всех сил линь, подвязанный к
крышке люка, пытаясь подтянуть ее как
можно плотнее. В отличие от верхнего
люка с накидной крышкой нижняя
откидывалась, и потому задраить
ее было куда труднее.
Сквозь все еще незакрытую щель в
камеру с силой шел воздух, выгоняемый
водой из отсеков, он надувал капсулу,
будто мощный компрессор. С каждой
сотней метров давление росло. Все-
таки крышку втянули и стали об-
жиМать кремальеру, чтобы как можно
плотнее задраить люк, перекрыть
наддув. Сделать это было совсем непросто.
Шахта люка метра на полтора
заполнилась водой, и Юдину приходилось
погружаться с головой, нащупывая гнездо
для ключа. Вдруг снизу раздались

стуки. Так стучать мог только человек.
Это Испенков добрался-таки до
входного люка и просился в камеру. Ванин
крикнул сверху неузнаваемо
сдавленным голосом:
— Откройте люк! Он еще жив!
Юдин снова окунулся, пытаясь
попасть ключом в звездочку кремальеры,
но тут камеру сильно встряхнуло еще
раз. Еще.
— Лопаются переборки, — мрачно
констатировал Юдин.
Стуки внизу затихли. Море ворвалось
наконец в отсеки, круша все, что
заключало в себе хоть глоток воздуха.
Лишь капсула спасательной камеры
продолжала еще свой стремительный
спуск в бездну.
— Товарищ командир, какая здесь
глубина? — крикнул вверх Слюсаренко.
— Тысяча пятьсот метров.
Их было пятеро, и они неслись вниз,
в пучину, под грохот рвущихся
переборок. В такие мгновения перед глазами
людей проносится все, что дорого им
было в жизни. Но у этих пятерых не
оставалось времени на прощальные
воспоминания. Им надо было успеть
отдать стопор, чтобы яйцо капсулы
успело вырваться из тела титановой рыбины
до той предельной черты, за которой
тиски глубины расплющат ее.
Но стопор не отдавался. Юдин и
Слюсаренко в дугу согнули ключ. Скорее
всего сильное обжатие корпуса
заклинило стопор.
Разумеется, спасательная камера
должна была легко и быстро отделяться
от субмарины при любых
обстоятельствах. Однако на одном из учебных
погружений стопор ВСК отдался сам по
себе, и камера всплыла. После этого
крепление усилили. И видимо,
перестарались... Гибнущая атомарина цепко
держала прибежище жизни на ее борту.
Глубина стремительно нарастала, а
вместе с ней и чудовищное давление.
Щипцы, сжимающие орех, рано или поздно
сломают скорлупу. Спасательная
камера превратилась в камеру смертников.
Глубиномер испортился на 400
метрах.. Стрелка застыла на этой
оставшейся уже далеко наверху отметке, будто
прибор смилостивился и решил не
пугать обреченных в их последние
секунды жуткими цифрами. Так завязывают
глаза перед казнью...
Падение в тартарары продолжалось.
— Ну, вот и все, — промолвил
Ванин. — Сейчас нас раздавит.
Все невольно сжались, будто это
Могло чем-то помочь. Камеру вдруг
затрясло и задергало.
— Всем включиться в аппараты ИДА!
— крикнул Юдин.
На такой глубине они бы никого не
спасли, родные «идашки». Но
Слюсаренко и Черников скорее по рефлексу
на команду, чем по здравому разумению,
навесили на себя нагрудники с
баллончиками, продели головы в «хомуты»
дыхательных мешков, натянули маски
и открыли вентили кислородно-гелиевой
смеси. Это-то их и спасло, потому что
в следующую секунду Юдин,
замешкавшийся с аппаратом, вдруг сник, осел
и без чувств свалился в притопленную
шахту нижнего люка. Оба мичмана тут
же его вытащили и уложили на сиденья
нижнего яруса, обегавшие камеру по
кругу. Комдив еще был жив — хрипел.
— Помогите ему! — приказал Ванин.
Слюсаренко стал натягивать на него
маску, но сделать это без помощи
самого Юдина было весьма непросто.
Вдвоем с Черниковым они еще мучились с
маской, пока не поняли, что Юдин уже
мертв. Когда они подняли головы, то
увидели, что командир, Ванин, сидит
ссутулившись на верхнем ярусе и
хрипит, как только что Юдин. Рядом с ним
прикорнул мичМан Краснобаев.
Аппаратов ИДА по счастливой
случайности оказалось в камере ровно
столько же, сколько и людей. «Идашки»
вообще не должны были здесь
находиться. Просто доктор, готовясь
использовать ВСК как барокамеру для
кислородной терапии, велел перетащить
сюда пять аппаратов.
— Один из них я тут же раскрыл, —
рассказывает Слюсаренко, — и
попытался надеть на командира. Но опять
подвела неудобная маска.
Позже медики придут к выводу, что
все трое — Юдин, Ванин, Краснобаев
— умерли от отравления окисью
углерода. Камера была задымлена, а
угарный газ под Давлением умерщвляет в
секунды.
И все же чудо случилось: ВСК вдруг
оторвалась и полетела вверх, проЪзая
огромную водную толщу, равную
нескольким останкинским телебашням,
поставленным друг на дружку^ То ли
стопор отдался при ударе лодки о грунт,
то ли не выдержал сам по себе, но
камера неслась ввысь, как сорвавшийся с
привязи аэростат.
— Что было дальше, помню с
трудом, — продолжает свой рассказ
Слюсаренко. — Когда нас выбросило на
поверхность, давление внутри камеры
настолько превысило наружное, что
вырвало верхний люк. Ведь он был
только на защелке.». Я увидел, как
мелькнули ноги Черникова — потоком
воздуха его вышвырнуло из камеры.
Следом выбросило меня, но по пояс.
Сорвало об обрез люка баллоны,
воздушный мешок, шланги... Камера
продержалась на Плаву секунд пять—семь.
Едва я выбрался из люка, как она
камнем пошла вниз. Черников плавал
неподалеку лицом вниз. Он был мертв.
Я не видел, как наши садились на
плотйй, и вообще не знал, куда они все
подевались. Просто плыл себе, и все,
пока не наткнулся на дыхательный
мешок, вероятно, от моего же аппарата.
Да, этот парень родился не в одной,
а в двух счастливых рубашках. Рыбаки,
заметив в волнах оранжевую точку
(Дыхательный мешок), подобрали
Слюсаренко из воды.
ВСК предназначалась для выхода с
глубины всего экипажа. Из 69 человек
она спасла одного. Но и в этом случае
ее строили не зря—

ПО ПОВОДУ ОДНОГО
«ЛИТЕРАТУРНОГО»
СПОРА
ВСЕ ЛИ хорошо помнят, куда ведет
дорога, вымощенная благими
намерениями? Не уверен. К этому выводу
приводят выступления некоторых наших
писателей, как давно известных, так и
обретающих известность ныне.
Начало явной поляризации сил в
литературе, на мой взгляд, положил В.
Пикуль в 1988 г. серией своих
интервью. Тон их резко диссонировал с
первой волной критики и нападок,
накрывшей Вооруженные Силы.
Характер его высказываний, направление
мыслей импонировали, и, может быть,
потому многие ( и я в их числе) с
готовностью закрывали глаза на «частности»,
которые, мягко говоря, не вписывались
в череду фактов, хранимых хрупкой от
времени бумагой архивных документов.
Хотя все книги его, кроме одной —
«Океанский патруль», читаю и
перечитываю с удовольствием, но с Пикулем-
историком мне есть о чем поспорить.
Валентин Саввич, как ледокол, пробил
дорогу на страницы наших журналов
авторам, к которым, будь я на месте
редактора, предъявил бы большую
требовательность в вопросе достоверности
приводимых фактов и аргументов. В
первую очередь я имею в виду,
конечно, К. Раша.
Упаси боже сказать что-нибудь
плохое о чувствах, питавших автора
«Армии и культуры». Вполне понятна и
позиция тех, кто с готовностью
предоставил ему страницы журналов. Но
достоверность «открытий» К. Раша все же
где-то переходит границы.
Разумеется, на наших читателей, уже
оглушенных гласностью, но все еще
воспринимающих слово как Писание,
его вещи производят впечатление. И
многие лица, чьи портреты мы
привыкли видеть с грубо намалеванными
рогами, хвостами и копытами, ныне
предстают перед нами в ангельской
хламиде, с форменными крыльями и вполне
«уставным» нимбом.
Отсюда следует неизбежный вывод:
читателя надо любить! Честное слово,
он этого стоит, наш терпеливый, наш
бесхитростный читатель! Ибо не успели
погаснуть в синем небе запоздавшие
салюты в честь героя Цусимы 3. Роже-
ственского, как явился на свет в
«Звезде» в № 10 за 1989 г. «литературный
фельетон» В. Мариничева, автора не
менее темпераментного, но
исповедующего несколько иные взгляды, цели,
перед собой поставившего, тоже иные.
В сущности, я бы ничего не имел
против, если бы тов. Мариничев
принялся пикироваться с тов. Пикулем,
которого он, возможно (как писателя),
не любит, а заодно и с другими
авторами. Но он почему-то решил выяснять
отношения с Военно-Морским Флотом,
с военным ведомством, с этой
«несчастной страной» — СССР, или Российской
империей. Как она называется — это,
похоже, уже не имеет для него
никакого значения.
И тут в ход пошло все. И клятва,
подтверждаемая ленинской цитатой, и
экивок в сторону генерала армии А. Ли-
зичева, и упоминаемые анонимные
«начальники Главного морского штаба», и
«потолочные» данные о потерях, и тот
же на словах «осуждаемый» В. Марини-
чевым прием приспосабливания
известных событий и фактов к собственной
версии отечественной истории.
А какова суть? Какова
квинтэссенция столь смелого по форме и
ошарашивающего по содержанию труда?
Буду откровенным. Я воспринял
фельетон как творение обозленного и,
простите, не очень умного человека.
В сущности, видимо, так оно и есть.
Ибо вы вместе со мной принадлежите
к многочисленному, но исключительно
(по Мариничеву) бестолковому народу,
который и существует-то, наверное, по
недосмотру божьему, ибо «из года в
год, из войны в войну мы вынуждены
закапывать в землю легионы солдат».
И ни черта-то мы не умеем, и ни к
чему-то не способны. Ничтожный народ,
ведомый тупыми, в лучшем случае
ограниченными вождями, народ,
способный торжествовать лишь над слабым
противником.
Впрочем, обратимся к фактам в
интерпретации уважаемых авторов.
Сначала о заявлении В. Пикуля журналу
«Литературный Киргизстан», которым
открывается тема, подхваченная В. Ма-
pi-шичевым в литературном фельетоне.
По счастью, еще живы и здравствуют
все три предшественника адмирала
флота К. Макарова на посту начальника
Главного штаба ВМФ за последние без
малого тридцать лет. Было бы
интересно знать, чьим авторитетным мнением
Валентин Саввич подкрепил
собственные рассуждения о роли и месте 3. Ро-
жественского в истории русского флота.
А В. Чистякову, автору статьи
«Четверть часа в конце адмиральской карь-
92

еры» 1 или «Четверть часа для русских
пушек»2, настоятельно рекомендую
почитать показания 3. Рожественского
следственной комиссии
(Русско-японская война 1904 — 1905 гг., кн. 7,
с. 134 — 135).
Впрочем, чтобы не заставлять
читателя сожалеть о невозможности достать
эту редкую книгу, цитирую: «Не по
причине моей сообразительности, а по
оправдавшейся вполне самонадеянности,
а может быть, и по ошибочному расчету
японского адмирала в момент первого
выстрела «Суворова» один только
броненосец «Микаса» успел уже лечь на
курс параллельный или несколько
сходящийся с курсом второй эскадры...
Очевидно, по обстоягельствам. хотя и
не от меня зависящим, первый удар
нашей эскадры был поставлен в
необычайно выгодные условия...»
Думается, дальнейший разбор статьи
тов. Чистякова совершенно теряет
смысл. В этом, в оценке роли в Цусиме
Рожественского, я солидарен с В. Мари-
ничевым. Но принять безоговорочно его
сторону мешает другое. К примеру,
игривое утверждение, что «половина
изувеченной эскадры (2-й
Тихоокеанской) попала в плен»?1 Доселе я
наивно полагал, что пять — это половина от
десяти. А теперь судите сами. После
Цусимского боя японцам сдались
вместе с миноносцем «Бедовый» пять
боевых кораблей из... тридцати (т. е. одна
шестая часть). От остальной (по Мари-
ничеву) «половины» остались «только
круги на воде». Однако один из
«вымпелов», уцелевших при Цусиме, до сих
пор стоит на Неве, кстати, не так уж и
далеко от редакции уважаемого
журнала «Звезда».
По моему разумению, взявшийся
обличать заблуждающегося, а тем паче
лгущего обязан быть особенно точным.
Так в чем же дело? Может быть, в
том, что В. Мариничев, взяв на себя
роль обличителя, к этой роли не готов,
как он сам же не без кокетства
признается. «Ввиду малой компетентности
в этом вопросе...» Нет, скорее в том,
что В. Мариничев в отличие от В.
Пикуля, К. Раша и В. Чистякова
представитель иного, противоположного,
направления публицистов, позиции
которых на заре нашей гласности сильно
укрепились, потому что общество
жаждало правды с такой силой, что это
сделало его совершенно незащищенным
от кривды.
Конечно же, безосновательно
утверждать, будто ЗСО-летний путь
отечественного флота — это путь одной только
славы, будто бы и до Цусимы, и после
не терпели русские моряки поражений,
порой жестоких, с числом жертв,
сравнимым с потерями Цусимы. Был ведь
у нас и второй Роченсальм. Карем Ба-
гирович Раш, безусловно, тоже хватил
через край. Но разве не сверх всякого
края утверждения его оппонента?
Октябрь. — 1988 — № 10.
Морской сборник. — 1989. — № 2.
Последнему, видимо, угодно
упрощать все в истории собственного
народа. А для этого нужна лишь капелька
яда в чернильнице и совершенно ни к
чему наши архивы.
Вероятно, ныне такая смелость
приносит своеобразную популярность.
Например, совершенно непонятно, зачем с
юношеским легкомыслием В.
Мариничев походя оскорбляет постоянного
противника российских моряков —
турок. А между тем авторы многих книг
о морских войнах в Черном и
Средиземном морях единодушны в том, что
турки были прекрасными моряками,
имели не уступающие русским боевые
корабли.
И в то же время история
свидетельствует, что они бывали биты русскими
адмиралами Ф. Ушаковым и Д. Сеняви-
ным отнюдь не числом, а умением.
Лишь в сражении в Керченском
проливе 8 июля 1790 г. по количеству
кораблей и пушек на них русская эскадра
ненамного уступала турецкой. В битве
же у Тендры 28 — 29 августа 1790 г.
это соотношение в пользу турок было
уже значительным, а в бою у мыса
Калиакрия число орудий на турецких
кораблях оказалось почти в два раза
больше, чем на русских. Существенно
уступала турецкой эскадре по мощи
артиллерии и эскадра Д. Сенявина,
победившая при Афоне 19 июня 1807 г.
Об этом приходится говорить так
подробно, потому что ложь, как это^ ни
парадоксально, в доказательствах не
нуждается, а истине, напротив, для
утверждения нужны факты.
Пойдем дальше. Как видно из
рассуждений В. Мариничева, после Цусимы
российскому военному моряку чести уже
не отдают — и правильно! Уж не
оскорбленное ли национальное чувство
бунтует в нем?
Возможно, поэтому ему мнится, что
действия русского Балтийского флота в
первую мировую войну — это
трусливое бегство от решительного боя с
превосходящими силами немцев. Вот уже
действительно ему не угодишь! Гибель
«Варяга» его не устраивает потому, что
это поражение. Изворотливость, тонкий
дипломатический расчет, проявленные
Д. Сенявиным, сохранившим для
России великолепные, обученные, опытные
команды кораблей, "после чего его на
Родине встретили как героя, —
преступление против устава. И так плохо,
и эдак нехорошо. Далее. Почему
Балтийский флот «не покончил жизнь
самоубийством», а почти три года довольно
успешно воевал, и хотя не выигрывал
крупных сражений, но свою задачу
выполнял.
А то, что русские артиллеристы
стреляли лучше немецких и русские минеры
были изобретательнее, и многое другое
для него не имеет значения. А чего
стоит тезис о том, что «истерзанный»
«Гебеном» Черноморский флот ничего
не мог с ним поделать, как утверждает
гросс-адмирал К. Дениц в
воспоминаниях о службе на Черном море в годы"
93

первой мировой войны в составе
экипажа крейсера «Бреелау». Он, в
частности, пишет, что немцы в 1914 —
1916 гг. «действовали в обстановке
большого превосходства русского
флота... Как при игре в кошки-мышки,
наши корабли после каждого боя
старались поскорее убраться с Черного
моря и укрыться в Босфоре — единен
вечной норе, сулившей защиту» 8ё
От адмиралов царских мостик легко
перекидывается к адмиралам советским.
Среди них гневный взор автора
отыскивает Гущина, бывшего командира
крейсера «Красный Кавказ» в период
так называемой (по Мариничеву!) Кер-
ченско-Феодосийской операции.
Признавшись в своей некомпетентности в
гамом начале, он, конечно же,
поторопился. Для того, кто осилил большую
часть его фельетона и добрался до
абзаца, где говорится о швартовке
«Красного Кавказа» к Широкому молу в
порту Феодосии, признание это уже
излишне. И так видно, что В. Мариннчев
полагает, будто прислонить к стенке
крейсер столь же легко, как и велосипед.
Мне думается, книга В. Петрова
единственная, где высказывается упрек
Гущину за эту швартовку. Спорить с
Б. Петровым я бы не стал, как и не
стал бы принимать безоговорочно его
выводы. Даже с той оговоркой о
сложности стоявшей перед командиром
«Красного Кавказа» задачи, которую
В. ОДариничев с присущей ему логикой
не принял во внимание, чтобы не ломать
обвинительной линии фельетона* Я
ставлю себя на место командира и не
уверен, что он заслуживает даже той
критики, которая высказана Б.
Петровым. В кромешной тьме зимней штор-
3 Д е н и ц К, Немецкие подводные лодки
во второй мировой войне. — М.: Воениздат,
1964. - С. 23.
мовой ночи, в узкости при отжимном
ветре ошвартовать корабль,
одновременно ведя артогонь по врагу, руководя
борьбой за живучесть (в крейсер попа^
ло 17 снарядов) и высаживая десант, —
обстановка, когда командиру не
позавидуешь...
А тем более если критикующий
наступает с исходного рубежа «все свое
— плохое». Вот ведь и пример нашим
адмиралам нашелся, герой Порт-Артура
Ноги, чье лицемерное сожаление
выдается за гражданское мужество. При
этом В. Мариничев не замечает
аморальности отнесения к одному ряду
ценностей утраты человеческих жизней
и потерю боеприпасов и времени.
Впрочем, он не хочет видеть и того, что в
той войне не было ни правых, ни
виноватых. И в томик Ленина не мешало бы
заглянуть еще разок, чтобы прочитать
то, о чем ему (Мариничеву) угодно
было умолчать, что, по Ленину, не русский
народ, а самодержавие потерпело
поражение в дальневосточной авантюре. И
знать о том, что одной из
непосредственных причин Цусимы была
примитивная экономия на нуждах флота,
тоже бы следовало.
И напоследок, перефразируя
хрестоматийную формулу известного
литературного персонажа, хочу сказать всем
вероятным участникам заочной
дискуссии: в России есть все: и снежные
вершины, и миргородские лужи. Конечно,
дело вкуса, обращать ли в горный пик
всякий холмик или с детской радостью
барахтаться в тухловатой черной водице.
Многого в нашей стране не хватает
сегодня — в этом тов. Мариничев ой
как прав! Но, кажется, более всего не
хватает полной правды о прошлом, и не
заменят нам ее ни радужные миражи,
ни злобные карикатуры.
Капитан 1 ранга ДО. МОНАКО3
«Вое нно-м орской словарь»
ПОСТУПИЛА в продажу новай книга
* * Воениздата «Военно-морской
словарь». В сжатой форме она содержит
толкование около 11 тыс. современных
и применявшихся в прошлом морских
терминов, раскрывающих историю
развития ВМФ России и СССР,
революционные и боевые традиции моряков,
вопросы военно-морского искусства и
морской географии, международного
морского права и морской практики.
В книге приводятся характеристики
кораблей, судов, летательных аппаратов,
корабельного оружия и технических
средств, а также биографические
справки на известных русских, советских и
зарубежных флотоводцев и
военачальников, героев морских сражений, ученых,
изобретателей, конструкторов,
судостроителей.
В словаре помещены карты Мирового
океана и его отдельных районов,
вкладки с рисунками флагов и вымпелов
Военно-Морского Флота России и СССР,
кораблей советских пограничных войск.
На отдельных страницах книги представ*
лены флаги военных кораблей и
транспортных судов стран мира,
опознавательные знаки, эмблемы, изображенные на
трубах судов торговых флотов и
судоходных компаний наиболее крупных
зарубежных государств. Книгу украшают
репродукции с картин известных художни*
ков-маринистов, образцы формы,
которую носили русские и советские моряки.
В ее «Приложении» дается справочный
материал, относящийся к военно-морской
тематике.
«Словарь» имеется в продаже в
Московском Доме военной книги (Садовая*
Спасская ул., д. 3, тел. 208-26-85) и
может быть выслан почтой наложенным
платежом. Цена 8 руб. 50 коп.
Заказы направлять по адресу: 113114,
Москва, Даниловская набережная, д. 4~а,
отделу ДВК «Книга — почтой».
94

МЕССИНА ПОМНИТ РУССКИХ МОРЯКОВ
О чем свидетельствует новая книга,
изданная в Италии
\ДЕССИНА — один из наиболее красивых городов Сицилии. Его историче-
iVl екая часть органично сочетается с современными районами,
разбросанными по склонам живописных гор, спускающихся к воде. Под ярким
средиземноморским солнцем блестят, переливаясь, волны Мессинского пролива. Кругом
царит спокойствие и тишина, нарушаемая лишь редкими пароходными гудками.
Трудно даже представить, что когда-то на месте этого города были лишь
дымящиеся руины...
На здании муниципалитета Мессины установлена мемориальная доска в честь
русских военных моряков, первыми пришедших на помощь ее жителям,
пострадавшим от разрушительного землетрясения 28 декабря 1908 г. Сила подземных
толчков достигла 10 баллов по принятой в Италии шкале Мерка л л и. Колебания
почвы вызвали сильное волнение на море. Огромные волны обрушились на
побережье. Жертвами разбушевавшейся стихии в Мессине стали 80 тыс. человек.
...«Это прекрасная девчушка трех лет. У нее поранена нога, и я ужасно
страдаю из-за этого. Для себя решил, если не удастся отыскать кого-нибудь из
ее родителей, заберу ее с собой в Россию. Поэтому, дорогая мама, готовься к
тому, что у тебя будет прекрасная дочурка». Эти строки взяты из письма,
написанного в 1908 г. офицером с крейсера «Адмирал Макаров», экипаж которого
участвовал в спасательных работах в Мессине» Вместе с ним к берегам Сицилии
прибыли еще два корабля российского флота — «Слава» и «Цесаревич».
В хронике тех дней, написанной журналисткой Матильдой Серао, есть
такие строки: «Русским морякам должна быть отведена целая страница в истории
человеческой доброты. После десяти, двенадцати, четырнадцати часов
изнуряющего, тяжелейшего труда они, распрямив спины, неизменно отвечали на все
сочувствия: «Ничего!»
Недавно в одном из местных издательств выпущена книга-альбом «1908 —
Русские моряки в Мессине». В ней собраны письма участников спасательных
работ родным, фотографии, газетные статьи того времени.
Узнав об издании книги, мы постарались связаться с ее автором Витторио
Ди Паоло, местным краеведом, который многие годы посвятил поиску
материалов, связанных с трагическими событиями 80-летней давности.
«Желание издать книгу-альбом, — рассказал он, — пришло ко мне
после того, как в Риме совершенно случайно я обнаружил сборник на
французском языке, содержащий шесть писем, написанных русскими моряками.
Все они собраны русским студентом, обучавшимся на зоологической станции в
Неаполе. Сборник был выпущен в Риме в 1909 г.
В Мессине и сейчас можно встретить очевидцев тех страшных событий.
Большинство из них были спасены матросами с «Адмирала Макарова», «Славы»
и «Цесаревича».
Долгое время было принято считать, что российские корабли находились на
рейде мессинского порта, однако обнаруженные мною совсем недавно факты
говорят о том, что они швартовались у разрушенных причалов, чтобы не тратить
время на перевозку раненых и пострадавших по воде. Это свидетельствует о
смелости экипажей, их высоком профессиональном мастерстве. Кстати, многие
сведения и подробности о той героической экспедиции я узнал от супруги
командира крейсера «Адмирал Макаров» — Т. Пономаревой. Она неоднократно при*
езжала к нам в гости из США, куда переехала жить после 1917 г. Писала
письма, поздравляла с праздниками...»
В. Ди Паоло сказал, что намерен продолжать поиски материалов,
связанных с 1908 г. Кроме этого, в его планах подготовка и другого сборника. Он
будет посвящен тесным связям Мессины с Россией, в Частности с Одессой и
Владивостоком, в конце прошлого — начале этого века.
Несмотря на более чем 80 лет, прошедшие с момента событий, о которых
рассказывает книга-альбом мессинского краеведа, жители города продолжают
бережно хранить память о российских моряках. Не случайно после трагедии,
постигшей в декабре 1988 г. народ Армении, они были среди тех, кто первым
протянул СССР руку солидарности и помощи.
Александр ТАРАКАНОВ, корр. ТАСС
(Специально для журнала
^Морской сборник»)
Мессина—Рим
95

НОВЫЕ КНИГИ
Жуков Г. К. Воспоминания и
размышления: В 3-х т. — 10-е изд., доп. по
рукописи автора. — М.: Изд-во АПН, 1990 (Б-чка
АПН), 300 000 экз.; Т. 1.—384 с: ил.— 2 р.
70 к.; Т. 2.— 384 с: ил. — 2 р. 70 к.
Маршал Советского Союза Г. К. Жуков в
воспоминаниях о своей жизни и
деятельности раскрывает величие дел и свершений
советского народа в строительстве и
развитии Вооруженных Сил за мирные и
военные годы.
Книга содержит обширный
фактологический материал, уточненный и дополненный
на основании архивных данных и
кинофотодокументов.
Розанов Г. Л. Конец «третьего рейха»
— 2-е изд., перераб., доп. — М.;
Международные отношения, 1990.— 380 с.— 1 р.
70 к., 50 000 экз.
Книга о политических, военных и иных
мероприятиях нацистского руководства в
последние недели и дни войны.
Автору удалось преодолеть многие
привычные стереотипы в изображении
фашистского рейха. Показано, что и в
последние дни своего существования он
представлял немалую угрозу для человечества,
обладал значительной военной силой, оказал-
ся в состоянии развязать ракетную войну
и готовился к ядерной.
Сидор ченко В. Ф. Кораблекрушения
ча мсф*.— Л.: Изд-во ЛГУ, 1990.—296 с—
1 р. 50 к., 9226 экз.
В монографии, построенной на
обширном материале из практики мирового
мореплавания и не основе морского права,
рассматриваются причины
кораблекрушений, правила поиска и спасения терпящих
бедствие людей, судов и самолетов,
способы подачи сигналов бедствия.
Дмитриев В. И. Советское подводное
кораблестроение. — АЛ.: Воениздат, 1990.—
286 с: ил.—1 р. 20 к., 35 000 экз.
Освещены основные этапы советского
подводного кораблестроения в довоенный
период и в годы Великой Отечественной
войны, показаны конструктивные
особенности находившихся в строю подводных
лодок, их тактико-технические элементы,
результаты боевого применения.
Пикуль В. С. Моонзунд:
Роман-хроника. — М.: Воениздат, 1990.—430 с—2 р.
20 к., 200 000 экз.
В романе многопланово показаны
исторические события, предшествующие
Великой Октябрьской социалистической
революции, в центре которых — героические
действия русских моряков на Балтике
против германского флота.
Мы выбрали море: Воспоминания
командиров и учеников Московской
военно-морской спецшколы/Сост. Т. Н. Байдаков.—М.:
Моск. рабочий, 1990.—192 с: ил.—50 к.,
10 000 экз.
В книге рассказывается об интересном,
во многом поучительном содружестве
коллектива единомышленников
преподавателей, воспитателей и учеников Московской
военно-морской спецшколы, об их
совместных усилиях в подготовке будущих
офицеров нашего флота накануне Великой
Отечественной войны.
Муру Н. П. Основы
непотопляемости корабля. — 2-е изд., перераб., доп.—
М.: Воениздат, 1990.—223 с: ил. —
85 к., 15 000 экз.
Изложены основы непотопляемости
корабля, практические меры и средства
ее обеспечения. Даны теоретические
обоснования и конкретный анализ
борьбы за непотопляемость кораблей на
примерах аварий и боевых повреждений.
Скубко Р. А., Мор д вин о в Б. Г.
Спутник у штурвала.—Л.: Судостроение,
1989.—208 с: ил.—75 к.,'15800 экз.
Популярно рассказано о роли
космических комплексов и спутниковых
навигационных систем в обеспечении
мореплавания и исследований Мирового
океана. Изложены закономерности
движения искусственных спутников Земли
(ИСЗ). Описаны принципы работы
спутниковых навигационных систем.
На 4-й странице обложки
изображен прам «Дикий
бык».
Назван в честь прама
«Дикий бык» («Аурокс»), по-
строенного ранее под
наблюдением Петра I талант-
ливым русским корабелом
капитан-командором Ф. Скля-
евым. Новый корабль
практически без изменений
повторил по чертежам приня-
тый на русскую службу
в 1737 г. корабельный
подмастерье из Голландии
Джон Сютерланд. За 20 лет
своего пребывания в России
он построил ряд
бомбардирских плоскодонных
кораблей, которые, по признанию
современников, считались
одними из лучших среди
подобных европейских судов.
Лрам был заложен на
Санкт-Петербургской верфи
27' ЦЗйШя 1739 г. Спущен на
войу и'вошел в состав Бал.
TrtttcRofO флота 20 июня
1740 г. Его длина 34,5 м,
ширина 10,2 м, глубина ин-
трюма 2,7 м. Вооружение
состояло из 24-, 12- и 18-
фунтовых орудий, в том
числе и 4 мортир,
установленных посредине корабля.
В июле 1740 г. в связи с
ухудшением отношений меж.
ду Швецией и Россией пра-
вительство Швеции, пытаясь
затруднить плавание
русских торговых и почтовых
судов в Финском заливе,
послало в море для их
задержания и насильственного
досмотра быстроходные
корабли. В ответ Балтийский
флот получил приказание о
пресечении бесчинства
шведов. Это послужило
поводом для объявления
Швецией войны России 24 июля
1741 г. В начале июня 1742 г.
прам «Дикий бык» вошел в
группу бомбардирских
кораблей, поддерживавших
гребной флот с десантом,
высаженным у стен ' Гельсинг-
форса, гарнизон которого
«сдался на милость победи,
теля» в августе того же года.
20 мая 1743 г. прам под
командованием лейтенанта
П. Прончищева в составе
малочисленного отряда гребной
флотилии принял участие в
сражении со шведскими
галерами в Аландских шхерах
у острова Корпо (Корпост-
рем). Несмотря на численное
превосходство противника,
огнем своих пушек «Дикий
бык» совместно с
артиллерией других кораблей сумел
за 2,5 часа ожесточенного
боя нанести врагу
значительные повреждения и
вынудить шведов к поспешному
паническому отступлению.
За смелость и отвагу в этом
сражении командир
корабля был награжден золотым
оружием.
Прослужив более 20 лет,
прам «Дикий бык» был ис.
ключен из списков флота а
начале 60-х годов XVIII в.