Лауреаты
Международного
конкурса
имени Сергея
Михалкова
Российский
Фонд Культуры
Совет по детской
книге России

УДК 821.161.1-31
ББК 84(2Рос=Рус)6-44
3-67
Оформление серии А. РЫБАКОВА
Иллюстрации К. ПУТИЛИНОЙ
Златогорская О. В.
3-67 Исключение из правил : повесть / Ольга Злато¬
горская ; [ил. К. Путилиной]. — М. : Дет. лит.,
[2022]. — 342 с. : ил. — (Лауреаты международного
конкурса имени Сергея Михалкова).
ISBN 978-5-08-006792-1
Герои повести «Исключение из правил», четырнадца¬
тилетние подростки, оказываются втянутыми в неверо¬
ятные события: кто-то крадет у ребят таланты!
Лишившись своей гениальности, можно опустить
руки, а можно учиться использовать свои сильные сто¬
роны — и примером помочь не отчаиваться другим.
Фантастический сюжет не мешает автору говорить
с читателями на серьезные темы. Это и одиночество,
и желание быть особенным, и огромная ценность друж¬
бы, и страх продемонстрировать свою уязвимость. Герои
размышляют, чувствуют, живут — и ищут выход из слож¬
ной ситуации.
Для среднего и старшего школьного возраста.
УДК 821.161.1-31
ББК 84(2Рос=Рус)6-44
ISBN 978-5-08-006792-1
© Златогорская О. В., 2022
© Путилина К. С., иллюстрации, 2022
© Рыбаков А., оформление серии, 2011
© Макет. АО «Издательство «Детская
литература», 2022

Первый Конкурс Сергея Михалкова на лучшее
художественное произведение для подростков был
объявлен в ноябре 2007 года по инициативе Россий¬
ского Фонда Культуры и Совета по детской книге Рос¬
сии. Тогда Конкурс задумывался как разовый проект,
как подарок, приуроченный к 95-летию Сергея Михал¬
кова и 40-летию возглавляемой им Российской нацио¬
нальной секции в Международном совете по детской
книге. В качестве девиза была выбрана фраза классика:
«Просто поговорим о жизни. Я расскажу тебе, что это
такое». Сам Михалков стал почетным председателем
жюри Конкурса, а возглавила работу жюри известная
детская писательница Ирина Токмакова.
В августе 2009 года С. В. Михалков ушел из жиз¬
ни. В память о нем было решено проводить конкурсы
регулярно, что происходит до настоящего времени.
Каждые два года жюри рассматривает от 300 до 600
рукописей. В 2009 году, на втором Конкурсе, был вы¬
бран и постоянный девиз. Им стало выражение Сергея
Михалкова: «Сегодня — дети, завтра — народ».
В 2020 году подведены итоги уже седьмого Кон¬
курса.
Отправить свою рукопись на Конкурс может любой
совершеннолетний автор, пишущий для подростков
О Конкурсе
на русском языке. Судят присланные произведения
два состава жюри: взрослое и детское, состоящее
из 12 подростков в возрасте от 12 до 16 лет. Лауреата¬
ми становятся 13 авторов лучших работ. Три лауреата
Конкурса получают денежную премию.
Эти рукописи можно смело назвать показателем
современного литературного процесса в его подрост¬
ковом «секторе». Их отличает актуальность и острота
тем (отношения в семье, поиск своего места в жиз¬
ни, проблемы школы и улицы, человечность и равно¬
душие взрослых и детей и многие другие), жизне¬
утверждающие развязки, поддержание традиционных
культурных и семейных ценностей. Центральной про¬
блемой многих произведений является нравственный
облик современного подростка.
С 2014 года издательство «Детская литература» на¬
чало выпуск серии книг «Лауреаты Международного
конкурса имени Сергея Михалкова». В ней публику¬
ются произведения, вошедшие в шорт-листы конкур¬
сов. К началу 2022 года в серии уже издано более
50 книг. Выходят в свет повести, романы и стихи лау¬
реатов седьмого Конкурса. Планируется издать в лау¬
реатской серии книги-победители всех конкурсов. Эти
книги помогут читателям-подросткам открыть для себя
новых современных талантливых авторов.
Книги серии нашли живой читательский отклик.
Ими интересуются как подростки, так и родители,
библиотекари. В 2015 году издательство «Детская ли¬
тература» стало победителем ежегодного конкурса
ассоциации книгоиздателей «Лучшие книги года 2014»
в номинации «Лучшая книга для детей и юношества»
именно за эту серию.

О Конкурсе
Повесть
АНТОН
НАСТЯ
АНТОН
НАСТЯ
МАРАТ. СЕГОДНЯ УТРОМ
НАСТЯ
МАРАТ. ПОНЕДЕЛЬНИК, ПОЛДЕНЬ
НАСТЯ. ВОСКРЕСЕНЬЕ
НАСТЯ. ПОНЕДЕЛЬНИК
АНТОН
НАСТЯ
ЭПИЛОГ
АНТОН. ОКТЯБРЬ

АНТОН
астя позвонила утром, как обещала.
— Привет! Гулять идем?
Голос веселый, значит, вырвалась надолго.
— Идем, — подтвердил я. — Тебя до сколь-
ки отпустили?
— До вечера!
— Круть. А что ты им сказала?
— Что мне в больницу надо!
— А они не спросили: куда, зачем?
— Закудахтали, конечно. «Ой, Настенька,
а что случилось? Ой, Настенька, давай мы тебя
проводим!»
— А ты что?
— А я им говорю: «Как хорошо, проводите,
конечно, в стоматологии так скучно одной си¬
деть!» Они тут же и отвяли. Желающих нет пол¬
дня бормашину слушать.
Я даже позавидовал немного:
— Ты находчивая...
— Не, ну а чего они? — слегка обиженно
спросила Настя. — Лезут и лезут. Даже в каникулы
от них покоя нет.

Ольга Златогорская
— Да ваще. Не представляю, как ты круглый
год с воспитателями.
— Ой, не говори. Лан, жди через двадцать
минут, — отозвалась Настя и отключилась.
Я бросил мобильник на диван и заторопился.
Настя-то, конечно, давно встала, у них подъем в во¬
семь. А я даже не завтракал. Хорошо хоть греть
не надо: бабушка кашу оставила в мультиварке.
Поев и помыв посуду, я нарубил побольше
бутербродов с колбасой, сложил в рюкзак. Налил
в стальной термос сладкого чая. Первое, чему
научила меня дружба с Настей: детдомовские
всегда хотят есть и терпеть не могут просить.
В рюкзак я сунул спички, фонарик и мульти-
тул. Неизвестно, куда потянет Настю сегодня. Как-
то раз мы долго сидели на заброшенной стройке
и жгли костер. Настя сказала: «Дом напомина¬
ет», — ия даже не заикнулся, что мне стрёмно.
В другой раз она долго таскала меня по каким-
то подземным коридорам. Я светил фонари¬
ком в мобильнике, батарея почти села, и я чуть
не остался без связи. Так что теперь ношу фона¬
рик отдельно. А мультитул пригождался столько
раз, что и посчитать нельзя. То я им отколупывал
щеколду на двери в приглянувшемся Насте под¬
вале. То какую-то сетку перерезал, перекрывшую
дыру в заборе. То веточки заострял, когда мы жа¬
рили на костре хлеб. Так что ценная это вещь —
нож с набором инструментов.
Только я закрыл молнию на рюкзаке, и в ко¬
ридоре коротко свистнул звонок. Я даже в глазок

Ольга Златогорская
не стал смотреть, просто открыл дверь. Прошло
ровно двадцать минут. Да и звонить так умеет
только один человек — чуть трогает пальцем
кнопку, чтобы искусственный соловей оборвал
свою механическую трель в самом начале.
За дверью действительно стояла Настя —
в смешной трикотажной шапке в желто-красную
полоску, из-под которой косо торчала черная чел¬
ка. Растянутый серо-синий свитер висел на ней, как
на вешалке. Рваные джинсы обтягивали худые ноги.
Ярко-красные кеды завершали общую картину.
— Заходи.
Настя переступила через порог и закрыла
за собой дверь.
Я спросил:
— Слушай, ваши воспиталки в обморок не
падают от твоего вида?
— Не, они привыкли, — явно думая о чем-
то другом, отозвалась Настя. Но вдруг глаза ее
озорно блеснули: — Ну, первое время падали, ко¬
нечно. Ты же знаешь, как нас одевают. Чтобы ни¬
кто не подумал, что притесняют бедных сироток.
А меня бесит все это. Я им не манекен в магазине.
— Но кеды ты выбрала хорошие! — слегка
подначил я.
— Это китайская подделка под «конверсы»,
Тоха, — снисходительно отозвалась Настя, разу¬
ваясь. — Кеды как кеды.
Мы прошли в мою комнату. Я повернулся
к столу, чтобы включить комп. На всякий случай
уточнил:

Исключение из правил
— Врубаю? Будем картинки смотреть?
Настя плюхнулась на диван, чуть не раздавив
мой мобильник.
— Так я ж тебе прислала. Ты не видел?
— Нет...
Я открыл свою страницу «ВКонтакте». Дей¬
ствительно, от Насти пришло новое сообщение.
С картинками.
— Как ты вышла в Инет? — не понял я.
Компьютерный класс у них летом закрыт, а те¬
лефон у Насти был простенький, кнопочный.
— А как это делают все нормальные люди? —
недовольно отозвалась Настя и достала из задне¬
го кармана смартфон. Хороший, хоть и не новый,
с плоским экраном.
— Ого! Где взяла?
— Украла, — мрачно отозвалась Настя.
У меня, наверное, изменилось лицо, потому
что Настя бросила на меня быстрый взгляд и
усмехнулась:
— Да ладно, не парься. Шучу. Подарили мне.
— Кто? — машинально спросил я.
— Ну, кто-кто, — сквозь зубы процедила На¬
стя. — Эта.
— Кураторша твоя?
— Ага.
— Опять мозги полоскала? — догадался я.
— А то. Приехала и давай проповедовать:
«Настенька, надо уже думать, куда ты дальше
пойдешь, все-таки восьмой класс закончила, пора
определяться...»

Ольга Златогорская
— А ты чего?
— А чего я? Что я ей скажу? Что я после
школы собираюсь с крыши спрыгнуть и вовсю
готовлюсь?
Голос у Насти звенел, и я не знал, что сказать.
Просто кивнул. Сам я тоже не строил планов.
Никаких особых пристрастий у меня не было, та¬
лантов тоже. Но ко мне хотя бы никто не приста¬
ет. Бабушке это в голову не приходит, а родители
приезжают слишком редко, и хватает других тем
для разговоров.
Настя подтащила табуретку поближе к столу.
Негромко сказала:
— Приезжают такие... с подарочками. Дума¬
ют, что купили. И давай воспитывать: «Тебе надо
то, тебе надо сё». А потом она едет домой и до
следующего раза меня не вспоминает. Сама дома
кайфует, телик смотрит, чаи гоняет. А ты сидишь
в общей спальне и думаешь: зачем она приходи¬
ла? Зачем дразнит?
— Ты у нее хотела бы жить, что ли? — не по¬
нял я.
— Да щас. Чего я там не видела? Чтобы она
мне не раз в неделю, а каждый день по ушам ез¬
дила, на законных основаниях?
Я совсем запутался.
— Тогда в чем проблема?
— Ни в чем, — резко сказала Настя. — Ты
не поймешь.
Иногда она говорит — как будто толкает сло¬
вами. Вот и сейчас меня словно ударили кула¬
Исключение из правил
ком в грудь — не больно, но ощутимо. Я не от¬
ветил. Просто не знаю, что в таких случаях го¬
ворить.
А Настя буркнула:
— Картинки-то открой.
Я щелкнул мышкой, во весь экран разверну¬
лась фотография. На ней — каменная лестни¬
ца с металлическими перилами, уходящая вниз,
к неспокойному морю. Весь снимок выдержан
в сине-серой гамме, от которой сразу повеяло
холодом и сыростью. Это не ласковое лазурное
море с высоким голубым небосводом, как по¬
казывают в рекламе. Это настоящее, серьезное
море. Я вдруг услышал, как кричат чайки и шу¬
мит ветер. И смотрел, смотрел на эту картинку.
Словно уже был там, на берегу.
— Годится? — вырвал меня из транса голос
Насти.
— Ты издеваешься?
— Почему? Ты же сам говорил: в Москве мож¬
но найти что угодно, только места надо знать. Го¬
ворил?
Я возмутился:
— Но не море же! Откуда в Москве море?
— Москва — порт пяти морей! — важно ото¬
звалась Настя. — Посмотри, там еще есть.
Я пролистал картинки дальше. Скалистый об¬
рыв, волны, свинцовое небо.
— Где это на самом деле? — спросил я.
— Корнуолл. Великобритания.
— Красиво... И очень далеко.

Ольга Златогорская
— Тох, ну я же понимаю, что Москва не в Анг¬
лии. Но ты сказал: «Такие же места по духу». Мо¬
жет быть, ты такое знаешь? А?
Она смотрела на меня так, будто я мог сде¬
лать чудо.
И я сказал:
— Ну, ок.
Я зажмурился — и вспомнил. Конечно, есть та¬
кие места. Где обрыв и где кричат чайки. А к об¬
рыву приклеиваются узкие бетонные лестницы.
Погода у нас в этом году под стать английской,
лето нежаркое. Действительно похоже. Когда я
там был? В прошлом году, в конце лета? Только
найти бы это место...
Настя ждала, когда я открою глаза. Теперь она
смотрела на меня с веселым ожиданием.
— Нам придется долго ехать на метро, — со¬
общил я. — Сейчас карточку возьму, и двинем.
Свою взяла?
— Не-а. У нас забрали карты.
— Зачем?
— А чтоб не катались. Типа каникулы, нику¬
да вам не надо. Будет надо — выдадим, а то по¬
теряете и все такое.
— Ты что, пешком пришла? — Я немного
растерялся от детдомовских порядков.
— Вот еще! — усмехнулась Настя. — У меня
«Тройка» есть.
— Откуда?
— Эта подарила. Говорит: «Может, в гости
приедешь как-нибудь».

Исключение из правил
— А ты что?
— А я ей: «Спасибо, Марина Викторовна, обя¬
зательно!» Ага, щас. Сплю и вижу, как бы только
к ней в гости напроситься.
— Почему напроситься? Сама же предлагает.
— Да я ей нужна, только чтобы воспитывать.
Свои дети уехали, пилить некого. Кстати. По¬
мнишь, я тебе говорила, что у нас двух пацанов
в семьи взяли?
- Ну.
— Оба вернулись.
— Выходит, от них отказались?
— Не-а. Сами не захотели.
— Да ну! — не поверил я.
— Ага. Говорят: «Там надо уроки учить и по¬
суду мыть, да еще мусор выносить и ковры пыле¬
сосить. А опекуны только ругают». Вот так-то.
Настя смотрела на меня с победным видом,
как будто доказала что-то важное.
Я не знал, что ответить. Спросил:
— Ты рада, что ли?
— Рада, — резко ответила Настя. — Потому
что нечего думать, что бедные сиротки только и
мечтают, как попасть в семью. Не мечтаем мы.
Ясно?
Я пожал плечами:
— Ясно...
Настя сразу успокоилась.
— Ладно, Тоха, не сердись.
Я и не сердился. Снова пожал плечами.
Настя добавила:

Ольга Златогорская
— Я просто злюсь на этих... Ходят к нам и
думают, что мы им рады.
— Но вы же не говорите, что им не рады, —
не удержался я, хотя чувствовал, что не надо
спорить.
— Не говорим, — хладнокровно отозвалась
Настя. — Это тебе бабушка все купит. Карту
транспортную пополнит и денег на мобильник
закинет. А у меня бабушки нет.
Я заткнулся.
Настя не ждала, что я как-то закончу разговор.
Ей, как всегда, хватило и того, что я перестал
спорить. Она легко вскочила и потянулась.
— Поехали?
И мы поехали на другой конец Москвы.
* * *
В метро Настя не болтает. Видели, как едут
парни с девчонками, на весь вагон переговари¬
ваются и регочут? Настя не из таких. Она просто
молча находится рядом. Не отодвигается, даже
если в вагоне полно места. Но и не придвинет¬
ся, не возьмет за руку. Между нами всегда будто
лист поролона. Мягкий, но непроницаемый.
Я смотрел на ее отражение в окне напро¬
тив — Настя не любит, когда на нее пялятся —
и пытался понять, о чем она думает. В метро
у нее лицо всегда очень сосредоточенным дела¬
ется, как будто она строит траекторию движения.
Или высчитывает средний градус глобального по¬
тепления в связи с вырубкой лесов Амазонки.

Исключение из правил
Чем дальше от центра, тем меньше людей.
Мы спокойно сидели в полупустом вагоне.
Вдруг Настя наклонилась к моему уху и спро¬
сила:
— Как думаешь, если кит со слоном подерут¬
ся, кто победит?
Я поймал себя на том, что моргаю. Со сторо¬
ны это, наверное, выглядело глупо.
А Настя тихонько засмеялась и снова сказала
мне прямо в ухо:
— У тебя просто вид был такой серьезный,
словно ты глобальные проблемы современности
решаешь. Не удержалась, извини.
Пока я искал, что ответить, мы приехали. Вы¬
шли на поверхность, и за нас сразу же принялся
ветер. Холодный, резкий.
— Ого! — Настя поглубже натянула шап¬
ку. — Ничего себе здесь дует. Это потому, что мы
на севере?
— Это потому, что мы на водохранилище. Тут
мало домов и воздух влажный.
Я поднял капюшон ветровки. Ветер тут же
сбросил его. Я надел капюшон снова и затянул
шнуровку. Закрыл глаза. Сейчас надо пройти
между двумя домами, там будет дорожка...
— А я так не думаю, — ввинтился мне в уши
вредный Настин голос. — Москва же огромная.
У нас, на юге, теплее. Ты вообще знаешь, что
на юге всегда теплее? Географию изучал?
— Не всегда, — не удержался я. — В юж¬
ном полушарии теплее на севере. Он ближе
Ольга Златогорская
к экватору. А на юге — Южный полюс, самое хо¬
лодное место планеты. Географию изучала?
Настя сердито фыркнула, сунула руки в кар¬
маны и отвернулась. Спина у нее стала ровная,
как доска.
Ох, зря я ее срезал. Она терпеть не может
проигрывать, даже в шутку. Я быстро добавил:
— Хотя ты права, тут все по-другому. Даже
роза ветров. Ветер-то северный. А у нас запад¬
ный с утра был.
Настина спина немного расслабилась.
— Откуда знаешь? — через плечо бросила
она.
— Что западный? Так у меня виджет погод¬
ный в телефоне.
— Нет, что здесь северный.
— Водохранилище на севере, а дует с него.
— Чёт не видать твоего водохранилища-то.
— Так пошли, увидишь.
— Пошли. Привез непонятно куда и стоишь
как прибитый, — сердито пробурчала Настя. Но
это уже была не настоящая сердитость, а ворча¬
ние в ее обычном стиле.
Узкая дорожка вывела нас к крутому спуску,
где дуло еще сильнее. Мы сбежали по холму под
защиту деревьев. Там начиналась тропинка, кото¬
рая уткнулась в небольшую площадку.
Квадратные бетонные плиты топорщились,
как неправильно выросшие зубы. Они то напол¬
зали друг на друга, то разбегались, и между ними
давно выросла густая трава. Когда-то площадку
Исключение из правил
огораживали металлические перила, но сейчас
от них осталось несколько стоек и пара пере¬
кладин.
Те перила, что шли вниз, сохранились почти
до самого конца. Как и бетонные ступеньки, вы¬
тертые посередине, будто по ним ходили много
сотен лет.
Прямо под лестницей неприветливо блестела
мокрая земля, ступеньки до воды не доходили.
Настя спустилась, села на корточки на самой по¬
следней, обхватив себя за коленки. Я вдруг сооб¬
разил, что ей холодно в свитере, он же продува¬
ется насквозь. Но куртку не предложил. Знал, что
не возьмет.
Было тихо, только плескали волны и выл ве¬
тер. Неожиданно где-то вверху громко вскрикну¬
ла чайка. Я вздрогнул. А Настя вдруг уцепилась
за ржавый столбик перил и потянулась вперед.
Переступила — и потянулась сильнее. Еще чуть-
чуть — и коснулась бы воды. Но тут ее нога по¬
ехала по гладкому камню, пальцы разжались —
и Настя полетела в жидкую грязь.
Вернее, полетела бы три месяца назад, когда
мы только начинали наши путешествия. А теперь
я никогда не расслабляюсь. Я поймал ее за шиво¬
рот и дернул к себе. Мы грохнулись на ступень¬
ку. Я на камень, Настя на меня.
Впрочем, Настя тут же вскочила. Развернулась,
смерила взглядом, видимо решая — ругаться
или благодарить? Я, стараясь не кряхтеть как ста¬
рый дед, осторожно подтянул ноги и поднялся,
Ольга Златогорская
проверяя, все ли работает. Треснулся я крепко,
но вроде цел.
— Ты чего акробатничаешь? — задал я,
в общем-то, бессмысленный вопрос. Настя делает
это всегда, и каждый раз внезапно.
— Я хотела воду потрогать, — невинным то¬
ном отозвалась она.
— Не надо ее трогать. Тут пару лет назад вся
рыба внезапно передохла. И вообще говорят, что
сюда то и дело сливают всякие отходы.
— Ладно... Посидим еще?
Я кивнул: то место, которым я приложился
о камень, еще сильно болело. Не хотелось ковы¬
лять и стонать, особенно при Насте.
Мы поторчали на ветру еще минут пятнадцать.
Я — облокотившись на перила, Настя — на кор¬
точках. К воде она больше не лезла. Я смотрел
на волны, щурился от ветра и представлял, что
у меня за спиной поднимаются черные скалы,
а вместо линии домов на другом берегу — бес¬
крайний простор открытого моря.
А потом мы пошли к метро, и я долго не мог
найти дорогу назад. Настя меня даже не подкалы¬
вала — у нас так часто бывает. Место, похожее на
рисунок или фотографию, я нахожу быстро. А вот
на обратном пути мы почему-то часто плутаем.
Вот и сейчас мы вышли к другому метро. Я ждал,
что Настя отпустит все-таки какую-то шуточку. Но
она вдруг коснулась губами пальцев — той руки,
которую успела-таки макнуть в воду. На ее лице
вдруг появилась незнакомая удивленная улыбка.

Исключение из правил
— Соленая...
— Что? — не понял я.
— Вода соленая, говорю, — повторила Настя.
* * *
В метро Настя снова нарушила молчание пер¬
вой. Она так забавно разговаривает — не при¬
двигается, а тянется к уху, как будто перевеши¬
вается через невидимый забор. И говорит так,
чтобы слышал только я.
— Как думаешь, почему вода оказалась соле¬
ная?
— Там какая угодно вода может быть. Хоть
кислая, хоть сладкая, хоть горькая. Смотря какой
завод свои отходы в водохранилище спустил.
Я старался говорить тихо, как Настя, но у меня
не получалось. Ну и кроме того, я стеснялся тянуть¬
ся к ее уху. У меня-то нет невидимого забора. Вдруг
я придвинусь слишком близко. Совершенно невоз¬
можно предсказать, как Настя на это отреагирует.
— А ты давно так умеешь?
— Как?
— Места всякие находить?
— Нет. Это меня... научили. Прошлым летом.
Я успел проглотить «папа научил». Иногда мне
кажется, что Настя дружит со мной только по¬
тому, что я живу не с родителями. Бабушка, ко¬
нечно, не детдом, но все равно не надо слушать
каждые пять минут «папа то, мама сё».
Настя замолчала, а у меня перед глазами за¬
мелькали картинки.

Ольга Златогорская
Папа в тот раз был очень веселый, хоть и при¬
ехал один, без мамы. Сказал бабушке что-то про
работу. Как будто за последние три года у них хоть
раз была другая причина! И сразу переключился
на меня. Я приготовился привычно отчитаться
по оценкам, прочитанным книгам и тренировкам,
но он ничего не спросил. Велел одеваться и два
дня таскал меня по каким-то странным местам.
— Ты знаешь, есть такая киностудия — «Мос¬
фильм»? Знаешь, сколько на ней фильмов сняли?
Тысячи! И сказок, где всякие замки, и историче¬
ских фильмов про разные эпохи. И где, как ты
думаешь, снимали? В Москве! А знаешь, почему?
Я в его рассказ только успевал вставлять «ага»
и «не-а» в разных местах. А папа вдохновенно
рассказывал:
— Потому что в Москве есть всё! И такие
улочки, как в средневековых городах. И просто¬
ры. И даже море можно снять, если хорошо по¬
искать! А в Подмосковье — вообще чудо! Одни
старинные усадьбы чего стоят! А парки там какие!
Эти два дня мне запомнились как калейдо¬
скоп очень необычных мест — иногда казалось,
что мы в Германии или Испании, и пару раз
даже послышалась иностранная речь. А потом
на каком-нибудь озере, куда мы добрались слож¬
ным маршрутом «метро — электричка — авто¬
бус», вдруг тянуло настоящим морским воздухом.
Один раз папа привез меня на карьер, а там от¬
крылась панорама, как в горах. И все это не даль¬
ше часа езды от Москвы!

, конечно, никаких маршрутов не запомнил,
эзжая, папа сказал:
- Специально тебе не оставляю адресов,
рнет у тебя есть, парень ты головастый. Рас¬
пивай картинки, ищи похожие места. Начни
>естных районов, в них много интересного,
я начал. Оказалось, что прямо рядом с моим
и огромное количество запутанных улочек.
их и не выучил: мне казалось, я уже запо-
что где, но знакомый двор выводил меня
?ршенно неожиданное место. Мы так с На-
1 подружились: я провожал ее в детдом и
1ился. А ей это почему-то понравилось...
ia больше никогда не возил меня в по-
е места. Когда они приехали через месяц
Ольга Златогорская
с мамой, я подловил его в коридоре и спросил,
пойдем ли мы гулять. Он посмотрел на меня
странно, будто не понял вопроса. Я негромко
уточнил:
— Ну, во всякие странные места, как про¬
шлый раз...
Я почему-то чувствовал, что при маме это
не надо спрашивать.
Мама услышала.
— Какие это места? — громко спросила она
с кухни. — У нас изменились планы?
— Нет, — спокойно отозвался папа. — Это
Антон что-то придумывает. Лучше бы в сочине¬
ниях так фантазировал. Что у тебя по литерату¬
ре? Ты вообще читаешь нормальные книги или
только треш свой подростковый?
Я немного растерялся — похоже, он правда
не понимает, о каком «прошлом разе» я говорю.
Отец смотрел привычно сурово, и я не решил¬
ся уточнять. Молча принес читательский днев¬
ник. Обычно папа спрашивает, а я или назва¬
ний не помню, или автора. Вот он и думает, что
я не развиваюсь, а тупею. Мне бабушка так ска¬
зала. И дневник посоветовала вести.
Еще папа хотел, чтобы я занимался спортом.
Часто говорил:
— Парень должен выглядеть как парень, а не
как тюфяк.
Тут мне его порадовать нечем. Неспортивный
я человек. Не сказать, что толстый, но и не атлет.
В спортивных секциях мне неинтересно. Бабушка
Исключение из правил
мне уже и теннисную секцию находила, и спор¬
тивного ориентирования, и даже какую-то борь¬
бу, то ли японскую, то ли китайскую. И нигде я
не нашел себя. А борьба и вовсе не мое.
На спортивном ориентировании смешно по¬
лучилось. Я там заблудился. Тренер спрашивает:
«Почему так долго?» А я ему: «Ручей, не знал, как
перейти». Он: «На трассе нет ручья, это короткий
маршрут для начинающих!» А я ему: «Ага, а кеды
и штаны у меня мокрые, потому что я вспотел...»
Ну и выперли меня. А во всех других местах
терпели. Но я сам быстро уходил. Я-то вижу, что
не получается ничего.
Когда я стал искать всякие места, то начал
больше гулять. А когда с Настей подружился, мы
вообще надолго в поездки отправлялись, а там
почти весь день на ногах. Папа приехал, по¬
смотрел на меня, допросил про книги и уроки,
а тюфяком не назвал. А потом мультитул подарил
со всякими инструментами...
— Выходим, — сказала Настя мне в ухо.
Точно. Чуть не проехали нужную станцию.
В нашем районе действительно было теплее.
Мы, не сговариваясь, прошли на любимое место.
Недавно я нашел за соседним домом небольшой
овраг, в котором росли странные деревья — то
ли пихты, то ли туи, я не разбираюсь. В зарослях
удачно спряталась скамейка. У нас таких мало
осталось — белое бетонное основание и дере¬
вянные рейки, создающие плавный изгиб сиде¬
нья и спинки. Рейки старые, отполированные
Ольга Златогорская
множеством отдыхавших на них людей. А осно¬
вание недавно покрашено. Ухоженная скамейка,
хоть и древняя. Папа говорил, раньше такие
стояли везде.
В этом месте никогда нет ветра и почему-то
очень тепло. Настя считает, что где-то в земле
проходит теплотрасса. Пахнет там не по-здешнему
и всегда тихо. Мы тут часто сидим, когда Настя
ко мне домой идти не хочет. А не хочет она по¬
сле обеда, потому что у меня бабушка дома. Она
в библиотеке на полставки работает.
Я достал чай и бутерброды. Не то чтобы я про¬
голодался, но Настя одна есть не станет. Налил
чаю в крышку термоса. Мы начали жевать бутер¬
броды — не зря же я их с собой таскал. Настя
снова задумалась о чем-то. А я с разговорами и
не лезу, если человек общаться не хочет.
Настя вдруг негромко спросила:
— А ты, когда путешествуешь один, что-ни¬
будь фотографируешь?
— Редко.
— Почему?
Я замялся, не сразу сообразив, как построить
фразу без «папа сказал». Ответил:
— Есть такая идея, что собирать надо не
фотографии, а впечатления. И что, если ты фото¬
графируешь, ты о фотографии думаешь, а не на¬
ходишься в моменте. И упускаешь его.
Да, так мне папа и сказал, когда я попросил
его сфотографировать меня на обрыве, похожем
на горы. Я тогда с ним не согласился. Это три
Исключение из правил
секунды, что тут думать. Сфоткал — и находись
в моменте дальше. И даже сделал все-таки сел¬
фи в этом карьере, когда папа отошел. Но потом
как будто виноватым себя чувствовал, и фотогра¬
фировать расхотелось. Поэтому снимал я редко,
только если что-то интересное было. Или закат
красивый. Закаты в разных местах совершенно
потрясающие.
Настя отложила недоеденный бутерброд, от¬
ряхнула руки и попросила:
— Дай посмотреть.
Я дал ей свой телефон. Настя перешла в га¬
лерею и начала смотреть ее не с новых фотогра¬
фий, а с самого начала. Нашла то самое селфи,
улыбнулась:
— Смешная фотка. Пришлешь мне?
— Ага.
Настя увеличила снимок и вдруг чуть нахму¬
рилась:
— А это где?
— Не знаю, где-то под Москвой.
— Очень на горы похоже, — пробормотала
Настя.
— Да, я тоже удивился. Мы минут сорок на
электричке ехали. А потом на автобусе и пешком.
На следующем снимке красовался закат. Ши¬
рокая улица упиралась в пустырь, над ним горе¬
ло небо всеми оттенками красного, синего и фио¬
летового. Справа стояла обычная девятиэтажка.
Настя долго разглядывала снимок, потом
спросила:

Ольга Златогорская
— Где это?
— Не помню. Где-то недалеко.
— На мой дом похоже... — вздохнула Настя.
Я только кивнул.
Настя увеличила снимок и вдруг отшатнулась
от экрана. А потом резко придвинула его к глазам.
— Тоха! Это и есть мой дом!
— И чего?
— «Чего»? — Настя смотрела на меня совер¬
шенно круглыми глазами. — Ты спрашиваешь —
«чего»? Мой дом в Екатеринбурге!
Сначала я подумал, что она шутит. Но нет, На¬
стя не шутила. Лицо ее было испуганным, и в гла¬
зах не прыгали веселые искры.
У меня затряслись руки, я аккуратно поста¬
вил крышку термоса на скамейку. В чудеса я
не верил. В то, что Настя сошла с ума, тоже. Как
и в то, что она меня разыгрывает. Настины эмо¬
ции, конечно, то и дело меняются, но они всегда
настоящие. Значит, остается одно: Настя что-то
перепутала.
— Сейчас много одинаковых домов, — на¬
чал я. — Помнишь, даже в кино это показыва¬
ют, «С легким паром». Там мужик перепутал дома
в Питере и в Москве...
— Да что ты меня грузишь, Тоха! — возмути¬
лась Настя. — Я что, свой дом не узнаю? Вот мои
окна! Посмотри, у нас рамы покрашены голубой
краской. Во всем доме такие только у нас! И бал¬
кон не застеклен, и на нем куча хлама! Вот лыжи
мои старые торчат!

Исключение из правил
— Насть, ну мало ли у кого синие рамы.
У нас в доме тоже такие есть, сама посмотри.
А балкон с хламом — вообще не показатель. Да
и фотка нерезкая, что там можно разглядеть во¬
обще. ..
Настя хотела что-то ответить, но в этот мо¬
мент у нее в кармане заиграла веселая мелодия.
Я сказал:
— Тебе звонят.
Настя выругалась, сунула мне в руки смарт¬
фон и вытащила из-под свитера свой.
— Блин, достали... Да! — Это уже в трубку.
Динамик в смартфоне оказался громким.
— Анастасия! Где тебя носит? — возмущенно
прокричал женский голос.
— Гуляю, — мрачно ответила Настя.
— Кто разрешил?! — еще громче заверещал
голос.
— Вы меня сами отпустили до ужина, — на¬
помнила Настя.
— Я тебя в больницу отпустила!
— Какая разница?
— Я тебе объясню разницу! Немедленно до¬
мой!
— У меня нет дома, — очень ровно произ¬
несла Настя.
— Голованова!
Настя вздохнула:
— Ладно, иду...
— Пулей! Тебя директор вызывает!
— Сказала же — еду.

Ольга Златогорская
Не попращавшись, Настя дала отбой и сунула
телефон в карман.
— Невозможно поговорить по-человечески.
Что-то темнишь ты, Тоха.
Я возмутился:
— Чего мне темнить! Я тебе правду говорю!
Гулял в окрестностях, снял закат!
— Ладно-ладно, не кипятись...
Я огрызнулся:
— А ты меня не кипяти. Я тебе хоть раз со¬
врал?
— Не знаю, — задумчиво отозвалась На¬
стя. — На вранье я тебя не ловила, это точно...
Вот теперь я обиделся. По-настоящему.
А она вдруг толкнула меня плечом, впервые
преодолев невидимый забор. Я даже обижаться
перестал. Настя мягко сказала:
— Слушай, Тох, извини. Я просто очень уди¬
вилась. Не сердись.
И я оттаял. Сказал:
— Ладно.
Настя взяла крышку, налила себе еще чаю.
Вздохнула:
— Надо ехать.
— Помчишься?
— Угу. Чай вот допью только. У тебя хороший
чай, Тоха. Сладкий.
Она впервые похвалила то, чем я ее угощал.
Обычно она просто берет что-то — или не бе¬
рет. Я почувствовал, что внутри меня стало теп¬
ло. Только бы не покраснеть. Я быстро спросил:

Исключение из правил
— А что воспитательница так вопила-то? Зна¬
ет же, куда ты ходишь.
— Они там бешеные сегодня все. У нас про¬
верка идет, воспитатели психуют. Хорошо хоть
малышня в лагере, можно предъявить образцово-
показательный детский дом. Мы вот только меша¬
ем. Я думала, без проблем сегодня на весь день
отпустят, а Катерина, наоборот, прицепилась. Мо¬
жет, им надо нас комиссии продемонстрировать,
я не знаю...
— Много вас осталось?
— Четверо. Старших увезли в какой-то сана¬
торий. А мы в пролете. Для лагеря большие,
а для моря маленькие.
Честно говоря, я был рад, что Настя не уеха¬
ла. Но говорить это не стал. Наверное, она пред¬
почла бы поехать на море, а не возвращаться
каждый день в детдомовскую спальню.
— Ладно, я покатила.
— Позвонить тебе вечером?
— Ага. После ужина.
Я закрутил термос и убрал в рюкзак. Поднял¬
ся вместе с Настей.
— Пройдусь с тобой до остановки.
— Главное, чтобы мы снова не заблуди¬
лись! — хмыкнула Настя.
Я улыбнулся в ответ. Некоторые шутки нико¬
гда не надоедают.
Проводив Настю, я первым делом отпра¬
вил ей фотку, которую она просила, и не спе¬
ша зашагал домой. Шел знакомой дорожкой
Ольга Златогорская
и думал: почему мир так устроен? Почему нель¬
зя жить с папой и мамой? Да, родители много
раз объясняли, что у них там «нет условий» и
что «много работы». Сами они живут на стройке
в вагончике. Когда я был меньше, то верил, что
скоро стройка закончится и родители приедут.
Но одна стройка сменилась другой, потом тре¬
тьей, на квартиру родители так и не заработали,
и я продолжал жить с бабушкой в ее малень¬
кой двушке. Конечно, у меня есть своя комната,
компьютер и смартфон, хотя, если честно, три
года назад я променял бы все это на вагончик.
Сейчас я начал понимать, что, похоже, родите¬
ли просто выбирают жить не со мной. И уже
не уверен, что поехал бы с ними, если бы они
предложили. Тем более теперь, когда появилась
Настя.
За три года учебы в московской школе друзь¬
ями я не обзавелся. Меня не задевали и не игно-
ририли, ребята в классе, в общем-то, оказались
нормальные. Может быть, потому что школа
у нас «с уклоном». В обычную меня бабушка
не записала, хоть она намного ближе. Сказала:
«Нечего там делать. В этой школе половина де¬
тей плохо говорит по-русски». Я немного боялся,
что программу «с уклоном» не потяну, но требо¬
вания оказались совсем не высокие. Интересно,
что же в обычной школе тогда...
Настя пришла к нам в этом учебном году,
осенью. На первом уроке математичка предста¬
вила ее:

Исключение из правил
— Это ваша новая одноклассница, Анастасия
Голованова. Садись на любое свободное место,
Настя.
Я помню, что посмотрел на нее без интереса.
Девчонка как девчонка. Одета аккуратно, но у нас
по-другому и не ходят: черные брюки, серая во¬
долазка, темно-синий пиджак. Вьющиеся темные
волосы собраны в хвост, лицо в тени — на глаза
падает длинная челка. Единственное яркое пят¬
но — брезентовая сумка на длинном ремне. Сум¬
ка зеленая, а принт на ней яркий. Черные штам¬
пы, изображающие визы разных стран, а под
ними синее море и полосатые маяки.
Кроме сумки, ничем особенным Настя не вы¬
делялась. На уроках отвечала нормально, сама
общаться ни к кому не лезла. Но что-то в ней
было не так. Через какое-то время я понял: она
очень редко улыбалась. Лицо у нее чаще все¬
го было сосредоточенным, как на контрольной.
А еще от новенькой возникало такое ощущение,
что она то ли драться собирается, то ли убегать.
Подходить к ней не хотелось.
Так она училась у нас где-то месяц. А потом я
шел по лестнице и увидел, как она стоит с двумя
парнями, по виду класса из десятого. Один из них
что-то негромко сказал, и оба они засмеялись.
Настя сделала шаг в сторону, но парень положил
ей руку на плечо и не пустил. А дальше все про¬
изошло очень быстро. Настя схватила его за руку
сверху, за большой палец, и вывернула наружу.
Парень выгнулся от неожиданной боли, и Настя
Ольга Златогорская
пнула его ногой в живот, выпустив руку. Парень
шмякнулся спиной в стенку и сполз по ней. Вто¬
рой угрожающе качнулся вперед — и налетел
на кулак. Как она выбросила руку, я не увидел.
Только голова у парня мотнулась.
Я очень испугался. Драться я не умею и
не люблю. Обычно в таких ситуациях у меня вну¬
три все замирает и я делаюсь как парализован¬
ный. В этот момент у меня тоже отказали моз¬
ги. А тело почему-то само шагнуло вперед, и я,
словно со стороны, услышал свой окрик:
— Э!
Других слов у меня не нашлось.
Первый парень поднялся, держась за живот,
второй потер лицо, и они отступили вниз по
лестнице. А Настя отскочила назад, в коридор,
и развернулась ко мне.
— Что пялишься? Кино бесплатное увидел? —
Сейчас она походила на кошку, готовую вцепить¬
ся в лицо.
Я ответил первое, что пришло на ум:
— Ничего себе ты машешься... Ты из спец¬
наза?
— Я из детдома, — резко ответила Настя. —
Дальше что?
— Дальше — пойдем в класс.
Настя фыркнула, развернулась и ушла, а у ме¬
ня вдруг мелко задрожали ноги. Я прислонился
к подоконнику. В класс я вошел по звонку.
Все оставшиеся уроки я размышлял, что же
они не поделили. В старой школе, где я учился
Исключение из правил
до переезда, на драки мало обращали внимания.
Там и на мат не обращали внимания, и на куре¬
ние. Все-таки маленький городок, восемь школ
всего. Почти деревня. А здесь Москва, школа
«с уклоном» и все такое. За два года я ни разу
не видел, чтоб люди дрались, даже в началке.
Я ждал, что за Настей вот-вот придут и по¬
зовут к директору. Но все было тихо.
После уроков я подошел к Насте. Она скла¬
дывала учебники и тетради в сумку. Настя не¬
приветливо посмотрела на меня из-под упавших
на глаза волос.
— Не боишься, что тебя встретят после шко¬
лы? — прямо спросил я.
Настя фыркнула и закинула сумку на плечо.
Я понял: не боится. Ждет.
И снова мой язык произнес сам, без моего
участия:
— Давай я провожу.
Настя хитро прищурилась:
— Сам-то не боишься? Наваляют тебе пацаны
за компанию.
— Боюсь, — честно ответил я.
И тогда я первый раз увидел, как она улыба¬
ется. Хорошая у нее улыбка. Лицо сразу другим
становится — открытым и светлым.
— Тогда пошли, — кивнула она. — Драться
умеешь?
— Нет.
— Плохо.
— Ага.

Ольга Златогорская
Мы спустились по лестнице. Я набрался ре¬
шимости и сказал:
— Меня Антон зовут.
— Я знаю.
— Откуда? — удивился я.
— Не такой уж большой у вас класс, — сни¬
сходительно отозвалась Настя. — Я всех за не¬
делю запомнила.
Я только хмыкнул. Сам я, когда перешел в эту
школу, имена одноклассников выучил только
к Новому году. Особенно девчонок.
Мы вышли на крыльцо школы, нас никто
не ждал. Я выдохнул и расслабился. Настя не¬
торопливо зашагала через двор.
— Пройдемся? Погода хорошая. Здесь пять
остановок.
Я кивнул. Честно говоря, я опасался засады
по дороге к остановке. У школы-то камеры.
Настя коротко засмеялась:
— Да не сокращайся ты, никто нас не ждет.
— Почему?
— Потому что крысёныши они. Да и соби¬
рать тусу девчонку бить как-то западло.
Я не понял:
— А зачем ты тогда сказала, что они мне на¬
валяют?
Настя хмыкнула:
— Прикольно было смотреть, как ты боишься.
Я аж воздухом подавился. Развлекалась, зна¬
чит!
А Настя вдруг серьезно добавила:

Исключение из правил
— Боишься, но все равно идешь. Это круто,
Тоха.
Мое возмущение сразу погасло. Приятно, что
такая девчонка меня оценила. И что назвала меня
так, как никто раньше не звал. Чтобы не показать
смущения, я быстро сказал:
— Странно, что эти придурки не пожало¬
вались.
— Да не! — усмехнулась Настя. — Они ведь
сами виноваты. И один из них меня первый схва¬
тил, ты же видел. Ты вмешался — значит, за меня.
Значит, это скажешь. Расклад простой...
— А что они хотели-то?
Настя помрачнела:
— Что и всегда.
— В смысле?
— А, ты не знаешь. Ты парень. Девчонкам
всегда одно и то же предлагают. Особенно когда
узнают, что мы из детдома. Эти придурки думают,
что мы за деньги на что угодно согласны.
До меня, кажется, дошло. Я сперва не пове¬
рил, потом передернулся от отвращения.
— Вот уроды!
— Брось, обычные парни. Здесь это реже,
чем в других школах. Я раньше жила в одном
интернате — вот там был трэш...
— Дерешься ты здорово.
— Да уж, с этим повезло...
Я вдруг сообразил:
— Слушай, ваших же автобусом в школу во¬
зят. А ты что, на нем не ездишь?

Ольга Златогорская
— Сначала ездила. Потом перестала.
— Что так?
— Не люблю.
— И тебе разрешают?
— Куда им деваться...
Так мы болтали, шли, и я думал, что ведет На¬
стя. Я же не знал, где ее детдом. А Настя думала,
что веду я, потому как местный. В результате мы
зашли в странное место. Похоже на дачи в част¬
ном секторе (но откуда дачи в Москве, в часе
ходьбы от метро?). Небольшие домики, окружен¬
ные колючими сухими кустами, грунтовая дорога,
пробитая колесами в сухой глине. Дорога упер¬
лась в зеленые ворота ржавого металлического
гаража. Тупик.
— Где мы? — удивилась Настя.
— Понятия не имею.
Вокруг стремительно темнело. Я предложил:
— Пойдем назад. Куда-нибудь да придем.
Я вспомнил, как папа говорил: «Если ты заблу¬
дился в Москве, каждый раз сворачивай на до¬
рогу, которая шире предыдущей. Самая широкая
приведет к метро».
Так я и сделал. В результате мы действительно
пришли к метро — в двух станциях от нашей школы.
— Ничего себе! — весело удивилась Настя. —
Да ты клад, Тоха! Сусанин нервно курит в углу!
Я пожал плечами:
— Это называется «топографический крети¬
низм». Зато я могу всякие интересные места на¬
ходить.

Исключение из правил
— Покажешь?
Я кивнул.
Так мы начали наши прогулки. Осень быстро
закончилась, а зимой мы почти не гуляли. Весной
начали снова — и открывали в нашем районе
всё новые и новые закоулки.
Я узнал, где живет Настя. Она побывала
у меня дома и даже познакомилась с бабуш¬
кой. Бабушке она, кажется, понравилась. Уже
весной я узнал, что бабушка ездила в детдом и
разговаривала там с кем-то. То ли с воспитате¬
лем, то ли с завучем каким-то, я не запомнил.
От бабушки я узнал, что мама у Насти умерла,
когда ей было семь. Папа запил, да так, что че¬
рез два года специальная комиссия лишила его
родительских прав. А Настю забрали в детдом.
Потом ее зачем-то два раза переводили, и в до¬
кументах указано: «Рекомендуется школа с мате¬
матическим уклоном, есть способности». Так она
попала к нам.
Я немного рассердился на бабушку, что она
ходила все это выспрашивать. Но и обрадовал¬
ся: сам я никаких вопросов на эту тему не зада¬
вал. Настя иногда говорила что-то про те места,
где раньше жила, но скупо и неохотно. Я даже
о том, что она из Екатеринбурга, только сегодня
узнал. Или я невнимательный? Надо посмотреть,
что у нее о себе «ВКонтакте» указано. Раньше мы
через соцсети редко списывались. Наконец-то бу¬
дем общаться по-человечески. Написать в мес¬
сенджер можно и на уроке, и на обеде, и ночью.

Ольга Златогорская
Куда удобнее, чем примитивный кнопочный теле¬
фон. Все-таки молодец ее кураторша, хоть Настя
ее и не любит...
Дома вкусно пахло котлетами.
— Ба, я дома! — крикнул я от двери.
— Подойди! — крикнула бабушка в ответ.
Я заглянул на кухню. Бабушка стояла у плиты
и двумя деревянными лопаточками переворачи¬
вала котлеты. Лицо у нее при этом было такое
сосредоточенное, что я подождал, пока она за¬
кончит, и только потом спросил:
— Чего?
Бабушка оглянулась.
— На гарнир что сделать? Макароны? Кар¬
тошку? Гречку?
— Картошку.
— Не надоело?
— Не-а.
— Потолочь, как вчера?
— Ага. Хочешь, почищу?
— Давай.
Бабушка посторонилась, и я встал к мойке.
Почистить картошку нетрудно. Если нужно, я и
котлеты могу пожарить и даже суп сварить. Это
бабушка меня всему научила. Говорит, домовод¬
ство в школе только у девочек, а это безобра¬
зие. Потом парни становятся студентами и едят
всякие «дошираки», потому что готовить уме¬
ют только яичницу и пельмени. Зато уроки она
у меня вообще не проверяет. И оценки. С оцен¬
ками ко мне папа пристает.

Исключение из правил
— Антоша, надень фартук.
— Да зачем, ба? Я же не готовлю.
— Антон. Надень. Фартук.
Я вздохнул и снял с крючка черный фартук
с большим улыбающимся котом. Бабушка мне
специально купила. Сама она готовит в старом,
вылинявшем фартуке с оборками. Я этот фартук
с младенчества знаю, он бабушке по наследству
достался от ее мамы. Новый бабушка почему-то
не хочет...
— Каждую работу нужно делать в спецодеж¬
де, — мягко произнесла бабушка. — Нетрудно
же надеть фартук. Зато твоя футболка не будет
грязная или мокрая.
— Ну надел же... — буркнул я.
— Молодец. Завтра гулять пойдете — возьми
котлет с собой. Колбасу Настя и в детдоме поест.
Котлета все-таки домашняя.
— Ба, а тебе чем Настя нравится? — неожи¬
данно для себя бухнул я.
Бабушка хмыкнула:
— Она на тебя хорошо влияет.
— Папа тоже так думает. Сказал, мне прогул¬
ки пошли на пользу.
— Да разве в прогулках дело! Ты раньше
сколько книжек читал? В библиотеке у нас не по¬
являлся. Тебя даже сотрудники в лицо не знали.
А сейчас стопками носишь, себе да ей.
— А ты откуда знаешь, что ей? — удивился я.
— Так видно же, что книжек дома нет. А по¬
том они снова появляются. Значит, кому-то даешь.

Ольга Златогорская
Кому? Тому, кто читает. Кто здесь читает? Тот, кто
выглядит как читающий ребенок. «Элементарно,
Ватсон».
— Ты Настю один раз видела. И сразу поняла,
что она «читающий ребенок»? — не поверил я.
— Одного раза достаточно. Ты слышал, как
она разговаривает? Никаких слов-паразитов,
никаких этих ваших новомодных словечек. Мат
она тоже вряд ли употребляет, так ведь?
Я кивнул. Настя может выругаться очень за¬
тейливо, но делает это редко — только когда
правда достали или что-то случилось.
А бабушка добавила:
— Сразу видно, что девочка-то была из хоро¬
шей семьи. Даже детдом ее не испортил.
Я подавил смешок:
— Ага, из хорошей. Папа-то у нее квасил как
ненормальный, сама говорила.
Бабушка села на край мягкого уголка, подняла
очки на лоб и вздохнула:
— Трудно любимого человека терять, ты это¬
го пока, слава богу, не знаешь. В такие момен¬
ты люди ничего хорошего от жизни не ждут. Им
кажется, что тьма наступила навсегда. И даже
дочка-умница не свет в окошке, а обуза. Многие
утешение в стакане ищут. Сначала им кажется:
я только сегодня, пока болит. А болит каждый
день...
Я подумал и осторожно спросил:
— Но ты ведь не начала пить, когда дедушка
умер?

Исключение из правил
Бабушка кивнула:
— Это потому, что я не осталась одна. Забот
хватало. Ты только родился, мама твоя институт
заканчивала. Ей учиться надо, а у нее малыш.
Пришлось работу бросить и с тобой сидеть. Ко¬
гда тут выпивать?
— Ну а потом? Когда мы уехали?
— Потом я снова в институт вернулась. А там
вечная круговерть: молодежь, лекции, конферен¬
ции, проекты... Когда ты нужен людям, у тебя
появляются силы справляться с тем, что болит.
Без выпивки.
Я помыл картошку, сложил в кастрюлю. Сел
рядом с бабушкой.
— Ба... А ты не жалеешь, что из института
ушла, когда тебе меня подбросили?
Бабушка опустила очки на нос и посмотре¬
ла на меня в упор. Наверно, раньше она так
на своих студентов смотрела, когда те отвечали
не по билету.
— Скажешь тоже — «подбросили»... Я сама
предложила. Папа у тебя кочевник по духу.
Не может на одном месте долго. А дело жены —
с мужем жить. Иначе не будет семьи. Вот я и
предложила забрать тебя сюда. Все-таки столи¬
ца, не этот ваш Васильевск, где даже библиоте¬
ки нет...
— Есть там библиотека! — заспорил я. —
Даже две.
— А книжки в ней какие? — не сдалась ба¬
бушка. — Какого века?

Ольга Златогорская
Это правда. Новых книг в тех библиотеках
было мало. Впрочем, я и не особо их читал то¬
гда — школьную программу брал, и ладно.
Бабушка встала, поставила кастрюлю с кар¬
тошкой на плиту и добавила:
— Да и сложно вам было в однокомнатной-
то квартире. Человеку нужен свой угол.
Мне внутри стало тепло-тепло от благодар¬
ности. Здесь, в московской квартире, у меня
появилась своя комната. Я мог разбрасывать
одежду, не застилать кровать, раскладывать
на столе тетради или недоделанный рисунок —
и так до субботы. В субботу мы делали генераль¬
ную уборку. Я у себя, бабушка у себя, остальное
вместе. Первое время я немного ошалел от та¬
кой свободы. С родителями такое немыслимо.
Там все пространство — общее, и поэтому любой
учебник должен сразу убираться на полку. А ели
мы вообще только на кухне. При этом уборку де¬
лала мама, я никогда не брал в руки ни тряпку,
ни пылесос. Только посуду мыл и мусор выбра¬
сывал и почему-то все время обижался, что меня
эксплуатируют...
Бабушка не возражала против того, чтобы
я ел у себя, когда смотрел кино с компа. Она
только требовала, чтобы я сразу уносил грязную
посуду на кухню. Здесь у меня сразу возникло
ощущение, что я убираю свой дом, потому что
в нем живу. С родителями у меня такого чувства
не было. Папа приходил с работы всегда недо¬
вольный и цеплялся к любому моему движению.

Исключение из правил
«Антон, не пой. Антон, не прыгай. Антон, не вер¬
тись. Антон, хватит сидеть в телефоне, займись
делом». Наверное, бабушка права — работа
на одном месте ему не нравилась. Со стройки он
приезжает более веселым...
Я пошел к себе, включил комп. Стал смо¬
треть, что написано у Насти «ВКонтакте». Прак¬
тически ничего: имя, фамилия. Фотка на фоне
какой-то зелени — новая, уже в этой смешной
шапке. Разделы «О себе» не заполнены. Ни го¬
рода, ни школы. Профиль закрыт настройками
приватности.
Тут в голове у меня что-то щелкнуло, и я
решил Настю загуглить. Почему я никогда не
искал информацию о ней? Я нелюбопытный?
Или просто тупой? Соединив в запрос Насти¬
ну фамилию, город и год рождения, я довольно
быстро увидел ссылку: «Наши чемпионы. Ана¬
стасия Голованова, восемь лет...» И фотография:
маленькая темноволосая девочка в белом кимо¬
но с синим поясом, медалью на шее и дипло¬
мом в руках. Я хотел прочесть статью, щелкнул
по ссылке — открылся новостной портал горо¬
да Екатеринбурга, а в нем окошко: «Содержание
не найдено». Жаль. Интересно, какой борьбой
Настя занималась. Я так и не спросил после той
драки.
Бабушка крикнула с кухни:
— Антоша! Иди ужинать!
Вряд ли бабушка стремилась так подгадать,
но у нас ужин всегда получался в то же время,
Ольга Златогорская
что и в детдоме у Насти. Поэтому фраза «позвони
после ужина» не требовала уточнений, чей ужин
имелся в виду.
Бабушка аккуратно накрывала на стол. Солнце
отражалось в золотистых ободках тарелок. Я по¬
резал хлеб и оставил горкой на доске. Бабушка
укоризненно сказала:
— Антоша... — и переложила хлеб в фигур¬
ное блюдце.
Раньше я фыркал, а сейчас не стал. Привык
уже. Сама бабушка ест котлеты ножом и вил¬
кой. Мне она тоже всегда подает нож, а вилка
оказывается слева. Я взял вилку правой рукой,
отломил ею кусок котлеты и спросил:
— Ба, как ты думаешь, детдомовские дети хо¬
тят в семью?
— Кто как. Настя, наверное, уже не хочет.
— Почему?
— Это лучше у нее спросить.
Я поёрзал.
— Она не говорит. Только злится на свою ку-
раторшу...
И тут до меня дошло. Я даже жевать перестал.
— Погоди! Ты сказала: «Уже не хочет»? Зна¬
чит, хотела? Она мне сегодня рассказывала, что
у них пацаны из семьи сами вернулись. Потому
что в детдоме им больше нравится. Ее уже брали
в семью, да?
Бабушка вздохнула:
— Не надо бы это тебе рассказывать. Но раз
ты сам догадался...

Исключение из правил
— Выходит, она не сама вернулась! — пере¬
бил я. — Если бы сама, она бы сказала: «И я тоже
вернулась, потому что опекуны достали!» А она
промолчала! Ее вернули, да?
Бабушка поставила локти на чисто вымытую
клеенку. Посмотрела на меня внимательно и
твердо.
— Антон. Надеюсь, ты понимаешь, что если
человек не хочет о чем-то говорить, то не надо
его расспрашивать?
— Но я же не ее! Я тебя спрашиваю. Ты ведь
знаешь. Это тебе тогда рассказали, когда ты в дет¬
дом ходила?
- Да.
Я положил вилку на стол. Вот, значит, в чем
дело. Конечно, когда тебе пообещают дом, а по¬
том сдадут обратно, как ненужную вещь, начнешь
ненавидеть этих.
— Ба, а как так вышло? Почему так люди де¬
лают?
— Всякое бывает, Антоша. Мне ведь тоже
не всё рассказали. Вроде как взяла ее семейная
пара. Бездетная. А через какое-то время вернула.
Я сжал кулаки:
— Вот уроды!
Бабушка не сказала: «Нельзя так говорить
о незнакомых людях». Только вздохнула.
— Потом приходили, навещали как ни в чем
не бывало. У Насти нервный срыв случился.
— Они вообще нормальные?
Бабушка покачала головой:

Ольга Златогорская
— Люди часто не понимают, что делают, Ан¬
тоша. А тут еще ребята стали Настю дразнить,
что ее вернули. Большой конфликт у них полу¬
чился. Вот ей и организовали перевод от греха
подальше.
— К нам?
— Да. В Москву.
Я вздохнул и снова начал есть. Но успокоить¬
ся не мог:
— Ба, ну должен же быть какой-то вселен¬
ский закон. Говорят же: «Бог покарает» или что-
то такое. Почему людей, которые такое делают,
не убивает на месте молния, не поражают бо¬
лезни?
— Мир несправедлив, Антоша. Справедливы¬
ми люди бывают, а не силы природы.
— Но можно же что-то сделать с этим?
— Можно. Поступай сам по совести — гля¬
дишь, и мир лучше станет.
Да уж, я бы сейчас поступил по совести!
Дали бы мне этих опекунов, я бы табуретку об
них сломал, хоть и не люблю драться. Как мож¬
но рассуждать про «всякое бывает»? Не должно
такое «бывать», неправильно это!
Так, пыхтя, я закончил ужинать. И даже не сра¬
зу решил звонить Насте, чтобы не проболтаться.
Слегка остыв, взял телефон, вызвал ее.
«Абонент временно недоступен».
Странно.
Настя и раньше бывала не в Сети: то не усле¬
дит за батареей, то уронит мобильник, и тот вы¬
Исключение из правил
ключится. Но сейчас мне вдруг стало не по себе.
Я позависал в Инете минут пятнадцать — просто
так, чтобы убить время. Набрал Настю снова —
с тем же успехом.
Я походил по комнате туда-сюда. Еще раз
перезвонил — снова безрезультатно.
Обычно в таких случаях я звонил утром, и все
было нормально. Или сама Настя перезванива¬
ла уже после отбоя. Но сегодня во мне плеска¬
лось тяжелое, плотное беспокойство. Я заглянул
к бабушке в комнату. Она сидела под торшером
с пухлой книгой на коленях.
— Ба... Я Насте звоню, а она не берет труб¬
ку. .. Сгоняю в детдом?
Бабушка посмотрела на меня долгим взглядом.
Хотела сказать что-то — и не стала. Кивнула.
Я стремительно оделся и выскочил на ули¬
цу. Беспокойство переросло в тревогу, как будто
должно произойти что-то страшное, такое, что
поменяет всю жизнь, — и не только мою. За¬
прыгнув в троллейбус, мысленно подгонял его:
«Скорее! Скорее!»
От остановки до детдома я почти бежал.
Говорят, раньше в этом здании был детский
сад. Обогнув старую котельную, я увидел его —
трехэтажный, уютный, заросший густой зеленью
и огороженный высоким забором. Было еще
светло, солнце только начало клониться к закату.
В здании не горело ни одно окно.
Я подошел к калитке. За ней в небольшой
будке виднелся силуэт человека.

Ольга Златогорская
— Здравствуйте! — громко сказал я, подойдя
поближе. — Можно мне пройти?
— Куда это? — неласково отозвался охран¬
ник и вышел мне навстречу.
Внутри будки он походил на вырезанную
из картона фигуру. Шагнул на свет — и нари¬
совался в объеме и цвете. Высокий лысоватый
дядька в серой форме. Он лениво расставил ноги
и закрыл собой калитку. Как будто я силой про¬
ламываться буду!
Охранник угрюмо смотрел на меня. Сложил
на груди руки с закатанными по локоть рукава¬
ми. Такие руки как будто специально сделаны,
чтобы хватать за шиворот. Форменные брюки
заправлены в тяжелые ботинки. Как даст таким
ботинком пинка...
Я поежился — и почувствовал, что на¬
чал злиться. Тоже мне спецназовец! Секретный
объект охраняет от вторжения инопланетян. Что,
нельзя пройти к знакомому?
Я вдохнул и решительно сказал:
— В детдом. У меня там друг.
— Нету никого, — неохотно ответил охран¬
ник и отвернулся, явно намереваясь вернуться
в свою будку.
— Погодите! Почему нет?
— Уехали все, — через плечо буркнул охран¬
ник. — Лето. Каникулы.
— Не все! Четыре человека остались!
Охранник обернулся и посмотрел на меня
внимательно и цепко. Усмехнулся:

Исключение из правил
— Русским языком говорю тебе, пацан: уеха¬
ли все. Сегодня после ужина.
— А... когда вернутся?
— Мне не доложили.
Охранник отошел. Я немного постоял и мед¬
ленно пошел по дорожке вдоль забора. Пусть
меня не пускают внутрь, но вокруг-то не запрет¬
ная территория.
Обход ничего не дал. Детский дом выглядел
нежилым. Я сел на скамейку в соседнем дворе
и подождал. Вечерело, в соседних домах заго¬
рались окна. В детском доме загорелось только
одно окно — на первом этаже. Кажется, не со¬
врал охранник.
Но что же это все значит?
Чувство тревоги не утихало. Наоборот, оно
оформилось в конкретные вопросы. Почему На¬
стя не позвонила? Почему ничего не написала
«ВКонтакте» или в какой-нибудь мессенджер?
Пусть их внезапно увезли куда-то, но могла она
мне сказать, куда?
Я достал телефон, проверил. Нет, сообщений
не было.
Сидеть у детдома не имело смысла, я поехал
домой. По дороге сообразил: у бабушки наверня¬
ка есть какие-то телефоны. С кем-то же она раз¬
говаривала в детдоме. С воспитателями какими-
нибудь. Можно попросить ее позвонить и все
узнать.
Я заторопился домой. От остановки привыч¬
но срезал угол через арку в жилом комплексе.

Ольга Златогорская
Двор опустел: видимо, мамаши с колясками ушли
спать, а компания на площадке еще не собралась.
Только у крайнего подъезда, там, где начиналась
тропинка через газон, сидел какой-то мужик. Он
повернул голову — и я сбился с шага. Папа?
Приехал?
Мужчина встал и посмотрел на меня. Я понял,
что обознался. В нем было что-то очень знако¬
мое, похожее на отца и одновременно на кого-
то еще. То беспокойство, что одолевало весь
вечер, превратилось в смесь страха и предвку¬
шения. Я не мог отвести глаз от незнакомца. Что
в нем такого? Синяя рубашка, черные джинсы,
кроссовки. Темно-русые волосы, круглое и очень
знакомое лицо. Кто это? Почему он так смотрит
на меня?
А мужчина сказал:
— Привет. Узнаёшь? Я — это ты. Только из
будущего.

57.
НАСТЯ
роллейбус был почти пустым, и Настя села
у окна. В кармане звякнул мобильник. На¬
стя достала телефон и открыла сообщение
«ВКонтакте». Тоха молодец, сразу прислал фотку.
Хорошая фотография. За год Тоха почти не из¬
менился. Даже прическу не поменял. Ветер рас¬
трепал светлые волосы, сдул их со лба. Серые
глаза распахнуты в радостном удивлении. Пух¬
лые губы растянулись в улыбке, на щеке ямочка.
Интересно, Тоха знает, что он симпатичный? Или
мальчишки не думают об этом? Они в зеркало
смотрятся вообще?
Эту фотку Настя хотела поставить на Тохин
звонок. Разбираясь, как это делается, она чуть
не проехала свою остановку. Спохватилась и вы¬
скочила в последний момент. Троллейбус хлоп¬
нул дверьми, словно обругал растяпой, и уехал,
недовольно подвывая. Настя мысленно показала
ему язык.
Телефон в руке запиликал. Настя приняла зво¬
нок и услышала в трубке усталый голос:
— Анастасия, где ты?

Ольга Златогорская
В голосе воспитательницы не звучало ко¬
мандного тона. Настя, уже готовая огрызнуться,
выдохнула и миролюбиво ответила:
— Щас буду, Екатерина Васильевна. Приехала
уже.
— Давай скорее, тебя одну ждут.
— Зачем?
— Поторопись, узнаешь... До встречи.
Настя хотела переспросить, что случилось,
но воспитательница закончила разговор.
Хорошее настроение пропало. Верить в при¬
ятные сюрпризы Настя давно разучилась. Может
быть, пришла комиссия и хочет проверить самих
воспитанников? Да нет, Катерина предупредила
бы. Но что тогда?
Ворота в детский дом были открыты, на сто¬
янке под окном кабинета директора стоял не¬
знакомый черный микроавтобус. Так-так-так...
Похоже, кто-то действительно приехал. У всех
нормальных комиссий рабочий день уже закан¬
чивается. Кто это?
Настя глубоко задышала и заставила себя
успокоиться. Лично к ней сюда никто не приедет.
Никто из тех, кого она не хотела бы видеть. Ни¬
кто.
Внешне спокойно она прошла в калитку ря¬
дом с воротами. Охранник смотрел какое-то ви¬
део на своем телефоне. Глянул на Настю и снова
уткнулся в экран.
— Дядь Лёш! — окликнула его Настя. — Кто
приехал-то?

Исключение из правил
— Какие-то спонсоры, — отозвался охранник,
не поднимая головы. — Не вникал.
Спонсоры — это нестрашно. Можно рассла¬
биться.
Настя поднялась на крыльцо, заскочила в ве¬
стибюль — и наткнулась на воспитательницу.
— Давай к директору, живо. — Екатерина
Васильевна, среди детдомовцев просто Катерина,
махнула рукой в сторону узкого коридора.
Настя кивнула и повернула налево. Визита
к директору она не боялась: обычно он звал по¬
говорить, а не отругать.
Говорят, у старого директора кабинет был
на втором этаже, большой и шикарный. Новый
сделал там кинозал. Поставил диванчики, огром¬
ную, подаренную спонсорами «плазму» и рас¬
порядился, чтобы три раза в неделю показыва¬
ли кино — один раз для старших и два раза
для младших. Можно и свое кино посмотреть,
с флешки, только вместе с воспитателем. И не
ужастик. Ужастики директор запретил.
Себе директор оборудовал бывшую подсобку
в тупике узкого коридора. Он вообще был стран¬
ный, этот директор.
Его назначили прошлым летом. Настя не зна¬
ла старую директрису, Марью. Ее так звали между
собой и ребята, и воспитатели — без отчества.
Но не потому, что несерьезно к ней относились.
Наоборот. Ее боялись. Воспитатели часто вздыха¬
ли, что новые порядки слишком вольные и что
«при Марье такого не было». Пожилая директриса
Ольга Златогорская
не хотела уходить на пенсию, ее «ушли» только по¬
сле того, как она практически полностью потеряла
слух. Глухота не мешала начальнице знать все про
подчиненных и держать воспитателей в строгости.
Они ничего не могли разрешить «на свой вкус» —
выполняли только то, что велела Марья. Никаких
послаблений в режиме, ни для кого. Настя очеред¬
ной раз порадовалась, что не застала эти порядки.
Нового директора не назвать молодым, но и
до пенсии ему далеко. Невысокий, коренастый,
коротко стриженный, он напоминал полковника
из американских фильмов. И вопросы решал так
же — четко и по-деловому. Когда Настя заявила,
что не поедет на детдомовском автобусе в школу,
директор подумал немного, постукивая каранда¬
шом по столу, и сказал:
— Значит, так, Голованова. Назначаю тебе
испытательный срок. Неделю ездишь сама. На
занятия не опаздываешь, после уроков сразу
возвращаешься и отмечаешься у Екатерины Ва¬
сильевны. Справишься — пожалуйста, катайся
троллейбусом, если тебе так приспичило.
Он даже не спросил, что ее в автобусе не
устраивает. Насте это понравилось.
Так же решился вопрос с прогулками. Каждый
раз назначали время, к которому Настя долж¬
на возвращаться, и, пока она не опаздывала, во¬
просов не возникало. Настя знала, что Катерина
звонила Тохиной бабушке, и относилась к этому
спокойно. Должны же воспитатели проверить,
не к маньяку ли Настя зачастила. Однажды она
Исключение из правил
даже видела бабушку Антона в детдоме, но не за¬
беспокоилась по этому поводу Взрослым надо все
разузнать, они без этого не могут. Стыдиться Насте
было нечего. Она не воровала, не сбегала из ин¬
тернатов (хотя иногда очень хотелось, но куда?)
и даже почти не дралась. Поэтому она спокойно
выполняла свою часть договора и делала вид, что
о переговорах между взрослыми ей неизвестно...
Не только Настя выходила «за территорию».
Такой же договор директор заключил и с другими
ребятами. Но там все быстро закончилось. Фёдор,
парень из Настиной группы, получил разрешение
ходить к однокласснику, они там программирова¬
нием занимались. Однажды он опоздал — и засел
в детдоме на месяц. Вышел — сразу же опоздал
снова и еще месяц «без увольнительных» полу¬
чил. А Маринка — она училась в девятом — от¬
просилась на день рождения к однокласснице.
Ее отпустили до отбоя. Она пришла около полу¬
ночи и пыталась спрятаться, забившись в туалет.
Но дежурная воспитательница все равно унюхала
запах спиртного и, конечно, донесла директору.
Больше Маринку в вечерние гости не отпускали.
Настя смотрела, как ребята один за другим
прокалывались и теряли право на ослабление
режима. И удивлялась человеческой глупости.
В детдоме было четыре группы, которые здесь на¬
зывались «семьи», в каждой по пятнадцать чело¬
век. Право на выход в город до ужина получали
те, кому исполнилось четырнадцать. Правда, для
долгого отсутствия должна быть причина: гости,
Ольга Златогорская
больница, кино, кружок или еще что-то осмыс¬
ленное. Шатание «просто так» директор не при¬
ветствовал. Сложнее всего было с друзьями: без
повода на целый день могли не отпустить, все
зависело от настроения воспитателя. Настя ста¬
ралась отношения с воспитателями не портить,
и ее часто отпускали «так». Сегодня Катерина
прицепилась, и пришлось придумать больницу...
Через несколько месяцев право на свободу
осталось у Насти и еще у троих ребят, которые
ходили в музыкальную школу. Старшеклассни¬
ки — те, кому было больше шестнадцати, —
могли гулять до отбоя. Из них свои права тоже
сохранили всего несколько человек. Остальные
жили «по распорядку дня», прогулки «за терри¬
торию» им полагались только в дневное время.
По вечерам они собирались в кинозале и смо¬
трели фильмы про любовь. Или каждый со свое¬
го смартфона зависал в Интернете. Как они ни
ныли, директор оставался непреклонен: нарушил
договор — месяц без «увольнительных». Настя
сделала выводы, и проблем не возникало.
Сегодня про нее не должны были вспоминать
до ужина. Тем более что она сначала вроде как
у стоматолога, а потом немножко погуляла...
Настя постучала в дверь кабинета, услышала:
«Да» — и вошла.
— Звали, Дмитрий Петрович? Здравствуйте...
Директор сидел за столом, заваленным тол¬
стыми папками с торчащими из них бумагами.
Он оторвал взгляд от документов и устало сказал:

Исключение из правил
— А, Настя. Звал. Сейчас иди ужинать, а потом
быстро собирайся. Спонсоры предоставили для
вас места в лагере экстремального отдыха. На два
дня. С вами поедет Светлана Андреевна...
— Я не хочу в лагерь, — быстро сказала На¬
стя. — Можно, я не поеду?
— Голованова, — тяжело, почти по слогам,
произнес директор. — Не борзей, ладно? Ты и так
пользуешься огромными привилегиями. Хочешь,
чтобы я тебе устроил жизнь, которая по рас¬
порядку положена?
— Нет!
— Тогда иди. Тебе оставили ужин.
Директор снова уткнулся в бумаги.
— Вы нас специально отправляете? Чтобы
не мешали проверке? — не удержалась Настя.
Директор медленно поднял голову и посмо¬
трел на воспитанницу в упор. Настя струхнула:
кажется, она перегнула палку. Но Дмитрий Пет¬
рович не заругался и не придумал никакого на¬
казания. Сказал:
— Кыш.
Настя молча выскочила за дверь.
В холле разговаривали педагоги — грузная
Екатерина Васильевна и молоденькая Светлана
Андреевна. Екатерина Васильевна была в детдоме
давно, она пришла еще «при Марье». А Светлана
Андреевна, или Светочка, как ее называли за гла¬
за, появилась после Нового года и работала му¬
зыкальным руководителем. Ходили такие слухи,
что она просилась «на семью». Настя мечтала,
Ольга Златогорская
что Светочку возьмут к ним, вместо старень¬
кой Нины Абрамовны, которую все равно никто
не слушался. Насте казалось, что они нашли бы
общий язык. Большинство воспитателей походи¬
ли на директорский сейф — массивные, устой¬
чивые, умеющие рявкнуть так, что подчинялись
даже старшие парни. А Светочка была тонкая
и воздушная, она не двигалась, а колыхалась, как
березка под ветром.
Екатерина Васильевна негромко гудела:
— Они с ума сводят просто! Приезжает сан¬
эпидемстанция, говорит: по задней лестнице де¬
тям ходить нельзя, дверь должна быть заперта.
Мы закрыли. За ними приезжает пожарная ин¬
спекция, говорит: задняя лестница — запасной
выход, должна быть открыта. Почему не соблю¬
даете правила безопасности? Штраф!
— Ох, прямо сразу штраф? — Светлана Ан¬
дреевна прижала к щекам тонкие пальцы.
— Да, потопали к директору, бумагами ма¬
шут... Но это еще не всё. После них опять СЭС
приезжает и снова к двери. Почему, мол, откры¬
ли? Мы им: так пожарные велели... Они: ничего
не знаем, штраф вам за несоблюдение норм. Хоть
дежурного ставь к этой двери и то закрывай,
то открывай, смотря откуда проверка приедет.
А по поводу мягких игрушек в спальнях...
Тут Катерина увидела Настю и загудела в пол¬
ный голос:
— Анастасия! Быстро в столовую! Тебя ужин
ждет!

Исключение из правил
— Почему так рано? — Настя могла не смо¬
треть на большие круглые часы на стене. Она и
так знала: до ужина еще почти час.
— По кочану! Из-за поездки вашей передви¬
нули. Давай живо, тебя одну ждем. Так бы уже
полчаса назад уехали!
Настя пожала плечами, но больше ничего
не сказала. Пересекла по диагонали большой холл
с кожаными диванчиками и цветами в кадках.
Екатерина Васильевна крикнула ей вслед:
— И шапку сними!
Настя молча сняла шапку, засунула ее за пояс
джинсов. Мотнула головой, чтобы расправились
волосы, и вошла в обширную столовую.
Еще недавно большинство стульев подняли
на столы ножками вверх — так удобнее делать
уборку. Для четверых оставшихся воспитанни¬
ков использовали закуток недалеко от раздачи.
А сейчас все стулья выстроились как положе¬
но, на блестящем полу. Столы сверкали, на них
красовались маленькие букетики цветов в высо¬
ких стаканах. Кто-то даже догадался под стаканы
подложить бумажные салфетки. Ну и показуха!
На одном из столов красиво расположились та¬
релки и стаканы.
Сок и четыре печенья — это полдник. Ма¬
кароны, котлета, салат из огурцов и помидоров,
компот, два куска хлеба — ужин. Салат сегодня
положили не в тарелку к макаронам, а в от¬
дельный красивый салатник. Надо же. И вилка
не алюминиевая и гнутая, а новая, стальная.

Ольга Златогорская
Из чувства справедливости Настя сдвинула
макароны и выгрузила рядом с ними салат. Ела и
думала: хорошая штука — проверка. Вот и мака¬
роны не разварились в кашу, а лежат в тарелке,
как на картинке. И котлета толстая, крепкая. По¬
мидоры в салате порезаны аккуратными долька¬
ми. Видимо, комиссия здесь обедала.
Ужин, конечно, давно остыл, но к этому в дет¬
доме быстро привыкаешь. Поев, Настя выдернула
из-под стакана с букетиком салфетку и завернула
в нее печенье. Воспитатели ругались и запрещали
выносить еду из столовой, но многие все равно
выносили. Вечером, когда грустно, хорошо поже¬
вать даже просто хлеба. А тем более печенье...
Настя поднялась на второй этаж, в свою ком¬
нату. Вернее, в комнату девочек «четыре-два».
Четвертая «семья», вторая комната. В ней они
жили вчетвером: младшие — Вера и Наташка и
старшие — Настя с Маринкой. Маринке испол¬
нилось шестнадцать, и она попала в санаторий.
Мелких еще долго будут возить в лагерь...
Пустая комната казалась очень большой.
И весь детдом казался просторным и гулким.
Без орущей и снующей туда-сюда толпы он стал
даже уютным. Жалко, что нужно уезжать. Скоро
старшие вернутся из санатория, потом закончит¬
ся смена у малышей — и прощай, тишина...
Школьная сумка лежала на нижней полке тум¬
бочки. Тому, у кого мало вещей, не нужно много
времени на сборы. Уложив необходимое, Настя
свернула куртку, пристроила в карман печенье и,
Исключение из правил
взяв зарядное, вспомнила про плеер. Если будут
приставать с глупыми заданиями, всегда можно
уйти в сторону и заткнуть уши. Пару минут она
размышляла, брать ли с собой дневник, и решила
оставить. Здесь его точно никто не найдет, а в ла¬
гере неизвестно еще, что за порядки. Вдруг вещи
проверяют или любопытные соседки попадутся.
Нет уж, лучше не рисковать. В этом дневнике —
вся ее жизнь за последний год.
И Тоха.
В дверь постучали.
— Да! — громко сказала Настя.
Вошла Светлана Андреевна.
— Ты готова?
— Готова.
— Купальник взяла?
— Зачем? На улице дубак.
— Говорят, там бассейн с горками, как в аква¬
парке. Любишь?
Можно подумать, у нее была возможность
любить или не любить аквапарки. Когда она там
была? Кажется, один раз, еще... в прошлой жизни.
Ничего не сказав, Настя отыскала купаль¬
ник, убрала в сумку. Огляделась: не осталось ли
на виду чего-то лишнего? Это тоже старая при¬
вычка. Здесь соседкам не придет в голову схва¬
тить ее белье и бегать с ним по комнате. Младшие
девчонки не станут воровать конфеты, особенно
если не бросать сладкое на тумбочке или крова¬
ти. И дневник можно просто положить в стопку
футболок, и никто не проявит к нему интереса.

Ольга Златогорская
Хорошие здесь правила, даже вон в дверь стучат.
И не только воспитатели. Директор на линейке
сказал: кто стучать не будет, спонсорских подарков
на праздники не получит. Только обязательный му¬
ниципальный пакетик с дешевыми карамельками.
Вот все и стучат, включая мальчишек. Дураков нет.
Комната выглядела так, что ей не страшна
никакая проверка. Настя взяла сумку и зашага¬
ла к выходу. Воспитательница легко догнала ее
и пристроилась рядом.
Обычно Светочка приходила на работу в длин¬
ных струящихся платьях. А сейчас она одета
по-походному: черные джинсы, кроссовки и ру¬
башка цвета хаки. Такая одежда преобразила
воздушную музыкантшу, сделала ее упругой и
гибкой, как согнутый лук. Настя почувствовала
себя рядом с ней гоблином. Ну что ж, гоблин так
гоблин. Она вытащила из-под свитера шапку, на¬
тянула почти до глаз и хмуро поинтересовалась:
— Вы нас до лагеря провожаете? А потом
приедете и заберете?
Светочка мечтательно отозвалась:
— Нет, я останусь с вами. Это какой-то осо¬
бенный лагерь, я не очень поняла программу.
У них все смены по два дня, какие-то мероприя¬
тия под присмотром родителей.
— Там дети с родителями вместе? — удиви¬
лась Настя.
— Похоже, да. Или с лицами, их заменяющими.
— А почему с нами Екатерина Васильевна
не поехала? Или кто-то с других «семей»?

Исключение из правил
Светочка замялась. Нерешительно ответила:
— Они не могут. По семейным обстоятель¬
ствам.
Настя усмехнулась. Как-то она слышала, как
в интернате одна воспитательница говорила дру¬
гой: «Надо больно мне сопровождающей ехать.
Сказала, что муж не пустил, да и всё. Пусть моло¬
дые катаются». Видимо, и здесь так. Но Светочка,
похоже, совсем не расстроена поездкой. В холле
на первом этаже она подхватила большую спор¬
тивную сумку и весело сказала:
— Говорят, там интересно.
— Посмотрим... — буркнула Настя.
Интересно — гулять с Тохой по разным ме¬
стам. Но Светочке это не понять.
Во дворе возле черного микроавтобуса уже
стоял Фёдор, а рядом с ним две девчонки из дру¬
гих «семей» Олеся и Катька. Фёдор, как обыч¬
но, в широченных штанах и огромной толстовке.
На голове капюшон, на плече — черный рюкзак.
А девчонки расфуфыренные, как будто на поди¬
ум собирались. Короткие юбки, туфли на каблу¬
ках, кофточки до пупка. И в руках по малень¬
кой сумочке. Явно ни теплой одежды не взяли,
ни нормальной обуви. Настя злорадно усмехну¬
лась, представив себе лес и комаров.
По другую сторону от машины ждал, сунув
руки в карманы, незнакомый мужик — видимо,
водитель.
Светочка жизнерадостно сообщила:
— Все в сборе! Можно ехать!

Ольга Златогорская
— Наконец-то... — проворчал Фёдор.
— Семеро одного не ждут! — пискнула Катька.
Олеся захихикала.
Водитель обошел микроавтобус, откатил в сто¬
рону дверь и негромко распорядился:
— Садитесь.
— Можно я вперед? — вылез Фёдор.
— Нет, — спокойно отозвался водитель.
— Лучшие места надо девочкам уступать! —
поджав губы, заявила Катька. — Между прочим,
меня укачивает!
Водитель не глянул на нее и обернулся в Све¬
точке.
— Хотите вперед сесть?

Исключение из правил
Светлана Андреевна растерялась.
— Не знаю... — пробормотала она. — Я луч¬
ше в салоне, с ребятами...
Водитель пожал плечами, дождался, пока все
усядутся, задвинул дверь и сел на свое место.
Машина тихо заурчала мотором и плавно выеха¬
ла за ворота детдома.
Внутри микроавтобус напоминал маршрутку.
Девчонки уселись на два места в первом ряду. Фё¬
дор ушел назад и улегся там. Настя села в отдель¬
но стоящее кресло у окна, третье по счету, — что¬
бы не слышать, о чем шепчутся Катька с Олесей.
И оказалась ровно посередине салона. Напротив
нее, на сдвоенном сиденье, устроилась Светочка.

Ольга Златогорская
Машина быстро ехала в сторону кольцевой.
Это понятно: лагерю и положено находиться
за городом. Интересно, сколько до него ехать?
Спрашивать у неразговорчивого водителя не хо¬
телось, но выяснить это как-то надо. Тоха будет
ждать звонка после ужина. Сейчас они с бабуш¬
кой, наверное, ставят на стол красивые тарелки
с волнистой каемкой... Звонить ему сейчас, во-
первых, рано. А во-вторых, разговор услышат все
присутствующие. И начнутся потом вопросы и
глупые смешки.
Тут Настя вспомнила, что теперь можно же
не звонить, а написать «ВКонтакте»! Она до¬
стала смартфон... и чуть не выругалась. Теле¬
фон не включался! Настя нажала на все кнопки
несколько раз — экран по-прежнему оставался
темным. Разрядился, что ли? Но когда Катерина
звонила, оставалось еще полбатарейки!
Настя сердито сунула телефон в сумку и до¬
стала плеер и наушники. За окном начался не¬
знакомый район, стало больше зелени. Так они
ехали больше часа. Любимая музыка немного
успокоила Настю, но досада все равно осталась.
Хорошо, что к ней никто не лез. Фёдор валялся
на сиденьях, девчонки переговаривались и хи¬
хикали, Светочка смотрела в окно. Город закон¬
чился, по обе стороны дороги потянулся лес.
Вдруг машина резко повернула в просвет между
деревьями, под колесами зашуршала щебенка.
Светочка пересела ближе к проходу. Громко
спросила:

Исключение из правил
— Подъезжаем?
— Да, минут десять осталось, — отозвался
водитель.
Лес стал совсем густым, дорога вильнула
вправо. В левом окне все так же темнела зелень,
а в правом вдруг появилось небо. Лес словно
провалился вниз, в округлую впадину, похожую
на лунный кратер. На дне впадины виднелись бе¬
лые домики с синими острыми крышами и боль¬
шое прямоугольное здание. Дорога резко пошла
под уклон, мелькнула серая стена приземистой
трансформаторной будки, и в окна замахали ла¬
пами огромные ели. Еще пара минут — и маши¬
на остановилась.
Едва дождавшись, пока Светочка откроет дверь,
засидевшиеся пассажиры выскочили из микро¬
автобуса.
Пахло хвоей и мокрой травой. Холодный
воздух хватал за шею и просачивался в дырки
на джинсах. Настя поёжилась и накинула куртку.
Небо за деревьями розовело — там садилось
солнце. Машина почти бесшумно отъехала.
Стало тихо. Даже девчонки не хихикали. Ко¬
ротко просвистела какая-то птица, ветер про¬
шелестел в высокой траве. Вместо привычных
газонов здесь хозяйничали крапива, репейник
и полынь. Высокие, взрослому по грудь. Через
заросли в разные стороны разбегались дорожки
из квадратных плиток.
То тут, то там из дремучей зелени выгляды¬
вали желтые окошки. За маленьким двухэтажным
Ольга Златогорская
домиком возвышался трехэтажный бетонный куб
с огромными темными окнами. Настя мгновенно
узнала в нем спорткомплекс.
Дверь домика открылась, на крыльцо вы¬
шел светловолосый парень в белой рубашке и
черных брюках. На шее — бейджик на синей
ленте, на нем крупно написано имя и мелко —
отчество.
— Здравствуйте, — улыбнулся парень, —
с приездом. Меня зовут Александр, я куратор
вашей смены. Заходите, будем оформляться.
Внутри домик выглядел совсем по-городскому.
Большая комната, по периметру расставлены пласт¬
массовые стулья. Небольшой столик, на нем —
бейджики, фломастеры, листы бумаги. Бейджики
не как у Александра, на ленте, а на прищепке
с булавкой. У стенки — кулер с водой и стойка,
как в гостиницах. Сама Настя, конечно, в гостини¬
цах не бывала, но в кино видела сто раз.
Александр негромко сказал:
— Молодежь, садитесь. Сопровождающий, по¬
дойдите сюда, пожалуйста.
Настя спокойно села на ближайший стул.
Почему-то этого парня хотелось слушаться. Фёдор
развалился рядом, девчонки устроились в углу.
Светочка вынула из своей сумки документы
в прозрачной папке, подала куратору. Тот посмо¬
трел, кивнул и защелкал клавишами спрятанного
в стойке компьютера. Зашуршал принтер.
Парень жестом указал Светочке на стул и сам
сел напротив, так, чтобы видеть всех.

Исключение из правил
— Итак, ребята, вы проведете здесь два дня.
На это время у нас разработана обширная про¬
грамма.
— А можно в ней не участвовать? — лениво
поинтересовался Фёдор.
— Можно, — невозмутимо отозвался Алек¬
сандр. — Только будет очень скучно.
— Мобильники отбираете, да? — насторо¬
жился Фёдор.
Александр улыбнулся:
— Нет, зачем? Работать они все равно не будут.
Говорят, когда-то сюда упал метеорит, теперь здесь
аномальная зона. Даже компьютеры сбой дают
время от времени, а мобильники просто не ловят
Сеть.
— Инета нет? — мрачно поинтересовался
Фёдор.
— Нет.
Фёдор надул губы, сложил руки на груди и
отвернулся. Как малыш, которому не дали кон¬
фетку. Настя подавила улыбку.
Олеся и Катька возмущенно защебетали:
— Почему это! Как?!
Александр поднял ладонь:
— Спокойно.
Девчонки сразу замолчали. Куратор выдержал
паузу, взял свой бейджик за ленточку и покачал
туда-сюда.
— Любую проблемную ситуацию вы можете
решить со взрослым, на котором вы видите вот
такой бейдж, на ленте. Обращаться у нас принято
Ольга Златогорская
на «вы» и по имени в полной форме. Отчество —
для официальных случаев. Это понятно?
Настя кивнула. Фёдор все так же сидел отвер¬
нувшись. Катька и Олеся совсем притихли. Све¬
точка смотрела на Александра во все глаза. А тот
продолжил:
— Все участники программы, и дети и взрос¬
лые, обязательно должны иметь на себе бейдж.
Вот они, лежат на столе. Если на вас не будет бейд¬
жа, вас не допустят к мероприятиям, а взрослые
будут задержаны до выяснения личности. Сейчас
возьмите, пожалуйста, фломастеры и напишите,
как бы вы хотели, чтобы вас звали эти два дня.
— В смысле? — не понял Фёдор.
— Вы можете написать любое имя, — терпе¬
ливо объяснил Александр. — Никнейм, прозви¬
ще, что угодно. Только сами не забывайте, что
написали. Давайте, за дело.
Настя встала, выбрала синий цвет, аккуратно
подписала бейджик и приколола к свитеру. Девчон¬
ки схватили по фломастеру и отбежали в сторону.
Фёдор написал корявыми красными буквами: «Са¬
нёк». Настя удивилась, но тут же вспомнила: он же
действительно Саша. Фёдоров. В детдоме за ним
закрепилась кличка от фамилии, потому как кроме
него было еще пять Саш, и две из них девочки...
Светочка написала так же, как у куратора: имя
крупно, отчество — мелко.
Девчонки подошли и гордо задрали носы.
У Олеси на бейджике было написано «Богиня»,
у Катьки — «Королева».

Исключение из правил
— Готовы? — Александр посмотрел на имена
и кивнул, как будто каждый день такие видит. —
Пойдемте заселяться. Берите вещи.
На улице уже совсем стемнело. В густых за¬
рослях горели круглые фонари. От них темнота
казалась уютной и немного сказочной. Два фо¬
наря освещали овальный асфальтовый пятачок
с большим фанерным стендом. На нем пестрели
разноцветные листы бумаги.
— Это расписание. — Александр махнул ру¬
кой в сторону стенда. — Давайте покажу.
Катька и Олеся вылезли вперед. Настя встала
чуть в стороне — на зрение она не жаловалась.
Куратор ткнул пальцем в розовый лист:
— Вот тут будет основное и альтернативное
занятие. Если альтернативы нет, то всегда можно
пойти в библиотеку или кинозал. В девять — за¬
втрак, в час — обед. Он длинный, два часа. Ужин
в семь. Разрешается оставаться в комнате, если
вам все надоело или полежать захотелось. А вот
шататься по территории у нас запрещено.
— А что в кинозале показывают? — мрачно
поинтересовался Фёдор. Он сунул руки в кар¬
маны и всем видом показывал, как ему здесь
не нравится.
— Завтра здесь вывесят расписание фильмов.
Теперь смотрите. Вон там флаг под фонарем. Это
столовая. А рядом спортивная площадка. На случай,
если вы рано встанете и захотите зарядку сделать.
— А если не захотим? — томно осведоми¬
лась Олеся.

Ольга Златогорская
— Тогда в половине девятого вас разбудит
дежурный по коттеджу. Вы можете пропускать
какие угодно мероприятия, но посещение столо¬
вой у нас обязательно. Идем дальше.
Два домика остались позади, и у третьего
Александр сказал:
— Королева и Богиня, сюда, пожалуйста.
Девчонки переглянулись, быстро поднялись
на крыльцо и исчезли за массивной дверью.
— Светлана, ваш домик прямо за этим. Про¬
водить вас или найдете?
— Найду, конечно. До завтра!
— Нет, еще сегодня, вам на месте расскажут.
Для взрослых у нас своя программа...
Светочка быстро глянула на Фёдора и Настю,
негромко пожелала: «Спокойной ночи» — и ре¬
шительно свернула в темноту.
У следующего домика Александр сказал:
— Санёк.
Фёдор буркнул «до свидания» и ушел, бухнув
тяжелой дверью.
Настя осталась один на один с куратором.
Они шли к темной стене деревьев. Тени от фо¬
нарей то падали вперед, то убегали за спину.
Шелестели легкие шаги.
Александр вдруг спросил:
— Темноты не боишься?
— Нет.
— Это хорошо. Осталось место в дальнем
домике, он на самом краю обжитой территории.
За ним лес.

Исключение из правил
— К вам тут волки, что ли, приходят? — сни¬
сходительно улыбнулась Настя.
— Волки — нет. А лосиху видели. И лисы бе¬
гают.
Настя оценила, что куратор не стал запуги¬
вать. Впрочем, боязнь темноты вне логики. Какая
разница, есть волки или нет, если страшно. Настя
давно не боялась придуманных опасностей —
хватало настоящих.
Дорожка снова вильнула и привела к высо¬
кому крыльцу с небольшим козырьком. Сбоку
от двери светилась граненая лампа на бронзовой
изогнутой ножке, под ней разместилась простая
скамейка — доска на двух столбиках. А сама
дверь оказалась не глухая, а с квадратным сте¬
клянным окошком, разделенным на четыре части
крестообразным переплетом.
— Тебе сюда, — кивнул куратор. — Хороше¬
го отдыха!
— И вам! — машинально отозвалась Настя
и тут же прикусила язык: это она здесь на отдыхе,
а куратор работает. Но говорить ничего не стала,
поднялась на крыльцо и открыла дверь.
Внутри горел неяркий желтый свет. Настя
сразу же увидела просторный зал и широкую
деревянную лестницу, уходящую на второй этаж.
Стены комнаты тоже деревянные, на полу лами¬
нат. Рядом с лестницей — кулер с водой и ко¬
ричневая дверь со стеклянным окошком. Справа
у входа стояло кресло, в нем читала книжку де¬
вушка с бейджиком на синей ленточке.

Ольга Златогорская
Услышав звук отрывшейся двери, девушка от¬
ложила книгу на столик, встала и улыбнулась:
— Здравствуй, Настя. Пойдем, покажу тебе,
где ты будешь жить.
Настя кивнула. Имя девушки она, конечно,
увидела — Лариса. Но начинать вот так запро¬
сто называть человека по имени только потому,
что умеешь читать, было как-то неловко.
В коридор второго этажа выходило пять две¬
рей, три справа и две слева. Наметанный глаз
Насти сразу заметил две камеры слежения: одна
смотрела на двери, другая на лестницу. Вот это
контроль!
Лариса подвела Настю к дальней комнате
по левой стороне. Не постучав, открыла дверь
и включила свет. Настя сначала удивилась такой
бесцеремонности, но тут же поняла, что в ком¬
нате никто не живет. Две двухъярусные кровати
заправлены идеально ровно, на бежевых по¬
крывалах — ни морщинки. Подушки стоят тре¬
угольниками, белеет свежее постельное белье.
Нетронуты полотенца, свернутые корабликами.
Красно-коричневая ковровая дорожка такая
чистая, что страшно ступить на нее в обуви.
У другой стены — четыре шкафчика, как в раз¬
девалке спортивного зала. Дверцы шкафчиков
приоткрыты, из замков торчат ключи. Дальше
в стене узкая белая дверь, тоже приоткрытая.
Свет из комнаты выхватывает кафель и фаянс —
там небольшой, но полноценный санузел. Ниче¬
го себе условия!

Исключение из правил
— Ну вот, — негромко произнесла Лари¬
са. — Если ничего не случится, то ты здесь бу¬
дешь одна. Выбирай любую кровать.
— И верхнюю можно? — не поверила Настя.
— А ты не ходишь во сне?
— Нет.
— Тогда можно.
Настя спросила, не переставая удивляться:
— У вас во всех детских спальнях кровати
двухъярусные?
— Это взрослая комната, — улыбнулась Ла¬
риса. — Похоже, у нас кончились детские места.
Вот это повезло! Интересно, почему куратор
поселил сюда именно ее?
Лариса добавила:
— Спускайся вниз через пятнадцать минут.
Если что-то будет нужно — позови. — И ушла,
бесшумно прикрыв дверь.
Настя поставила на зарядку телефон и
разобрала вещи. Закрывать шкафчик на ключ
не стала — что у нее брать? Сбросила кеды, по¬
весила ветровку на крючок у двери. Прицельно
оглядела койки и выбрала верхнюю, ближнюю
к окну.
Настя немного повалялась на кровати, при¬
меряясь, в какую сторону головой спать. Вну¬
тренние часы отсчитали пятнадцать минут, Настя
спрыгнула с кровати, обулась и открыла дверь.
На первом этаже гомонил народ — примерно
как их класс, когда собирается на экскурсию. На¬
стя быстро спустилась по лестнице.

Ольга Златогорская
В холле толпилось человек двадцать разно¬
го возраста, от малышей из началки до высоких
парней, явно старшеклассников. Входная дверь
открылась, вошла девушка, а за ней парень и
крупный бородатый мужчина. У каждого из них
был бейджик на синей ленте. Бородатый держал
в руке гитару.
— Приветствую наших гостей! — загудел бо¬
родатый. — До отбоя еще есть время, поэтому,
кто хочет посидеть у костра, послушать песни,
подходите ко мне.
В толпе началось движение, но тут подняла
руку девушка. Все посмотрели на нее, а она за¬
говорщицким голосом произнесла:
— В черном-черном лесу, на черной-черной
поляне стоял черный-черный дом... А в нем...
наш вечер страшных историй! Кто хочет слушать
и рассказывать страшилки — ко мне!
— Ну а кто устал или просто хочет посмо¬
треть мультфильм — ко мне, — закончил парень.
— А что смотреть будем? — спросил кто-то
из ребят.
— «Город героев».
Народ зашевелился, загомонил. Взрослые
разошлись в разные углы комнаты, каждый под¬
нял руку и громко произнес:
— Костер!
— Страшилки!
— Мультик!
Настя даже не думала. Протолкалась к мужику
с гитарой, посмотрела на его бейджик и попросила:

Исключение из правил
— Анатолий! Не уходите без меня, я только
куртку возьму. Ладно?
Бородач кивнул. Вокруг него собралось чело¬
век восемь. Настя пробралась к лестнице, подня¬
лась к себе в комнату, сдернула с вешалки курт¬
ку. Проверила телефон — заряжается! — и бегом
спустилась вниз. Желающие смотреть мультики
уже ушли, любителей страшных историй веселая
девушка пересчитывала по головам — там было
много малышей.
Анатолий, увидев Настю, кивнул:
— Все в сборе. За мной!
На улице он сразу взял в сторону от фонарей,
сказал:
— Там тропинка! Идите по следу! — и рас¬
творился в темноте.
— По какому следу?.. — недовольно спросил
кто-то из парней.
А девчоночий голос весело ответил:
— Смотрите! Лапки!
Между большими лопухами светились фона¬
рики в форме кошачьих следов. Большие, почти
с ладонь. Настя пошла туда, куда они вели. Де¬
ревья расступились, под кедами не путалась тра¬
ва — видимо, там действительно была тропинка.
Ребята пристроились за ней. Кто-то подсвечивал
телефоном под ноги.
Скоро они вышли на небольшую поляну. За¬
метались лучи фонариков, выхватывая старое ко¬
стрище, по кругу обложенное большими камня¬
ми, и скамейки, сделанные из бревен. У кострища
Ольга Златогорская
на корточках сидел Анатолий. Он составлял ша¬
лашиком тонкие веточки.
— Все пришли? — спросил Анатолий. — Да
погасите вы свет, сразу станет лучше видно.
— Как это? — не поверил кто-то.
— Увидишь.
Фонарики погасли. Почти на ощупь ребята на¬
чали рассаживаться по кругу. Загудела гитара —
видимо, кто-то случайно задел. Настя тоже села,
нашарив неровный ствол дерева. Постепенно
глаза привыкали к темноте. А тут еще Анатолий
щелкнул зажигалкой, и посреди поляны затан¬
цевал ярко-оранжевый огонек. Он быстро раз¬
горелся и стал серьезным костром. Осветил кучу
хвороста, похоже приготовленную заранее. Анато¬
лий подбросил дров, отряхнул руки и сел в круг
с ребятами. Взял гитару, пробежался по струнам.
Стало тихо-тихо, только потрескивали в костре
ветки. Анатолий негромко запел.
У него оказался очень мягкий и теплый го¬
лос. Он пел о дальних морях и о старых картах.
О сундуках, которые где-то спрятаны, о ветре, ко¬
торый зовет в дорогу. Настя не знала таких пе¬
сен. И ребята не подпевали — видимо, не знали
тоже. Но слушали очень внимательно.
Небольшая компания, собравшаяся у костра,
сидела удивительно спокойно. Иногда кто-то
подбрасывал в костер ветки, а больше ни¬
кто не шевелился. Не возил ногами, не ерзал,
не пересаживался. Огонь выхватывал из темноты
чье-то колено или плечо, бросал отсвет на лица.

Исключение из правил
Темнота сгустилась за спиной, а перед костром
отступила. И в этом безмолвном кругу Насте ста¬
ло спокойно и уютно. Ей хотелось, чтобы этот ве¬
чер подольше не заканчивался. Анатолий словно
услышал ее — он пел, пел и пел... И все-таки
наступил момент, когда он откашлялся и отло¬
жил гитару в сторону. Но вместо ожидаемого:
«Всё, идем спать», Анатолий вытащил из-за кучи
хвороста большой пакет. Достал из него длинные
заостренные палочки.
— Хлеб на костре жарили когда-нибудь?
Кто-то из девчонок ответил:
— Зефирки жарили...
— Зефирки — не тру, — солидно отозвался
Анатолий. — А мы будем тру. Разбирайте.
Он пустил в одну сторону палочки, а в дру¬
гую — пакет. В нем оказался нарезанный хлеб.
Без шума и толкотни ребята разобрали и то
и другое. Со всех сторон к огню потянулись
«шашлычки». Настя тоже надела кубик хлеба
на палочку и почти положила на угли. Хлеб бы¬
стро запекся. Так сделали еще двое, остальные
бестолково палили свои «шашлычки» в верхней
части пламени.
Ребята захрустели поджаренным хлебом —
и пакет снова пошел по кругу. Так же в тишине
поджарили вторую порцию. Настя ждала, что вот-
вот ребята оживятся, начнут смеяться, толкаться
и гомонить. Но нет. Видимо, спустилось на всех
лесное колдовство.
Хлеб все-таки кончился, и Анатолий сказал:

Ольга Златогорская
— Ну что, пора заканчивать. У нас есть ми¬
нутка, чтобы мысленно поблагодарить огонь и
загадать желание. Если вы искренне поблаго¬
дарите, желание сбудется.
Анатолий говорил абсолютно серьезно. Никто
не хихикнул, что «как в детском садике». Насте
было хорошо-хорошо. Она беззвучно произнес¬
ла: «Спасибо». И добавила: «И пусть два дня бу¬
дут как этот вечер!»
Анатолий большой веткой сгреб угли бли¬
же к центру кострища и аккуратно полил водой
из большой пластиковой бутылки. Угли зашипели,
задымили, покрылись серым пеплом — словно
закрывались огненные глаза. Насте стало жаль ко¬
стра. Она вздохнула и решила, что огонь просто
заснул до следующего раза., попрощалась с ним
и поднялась вместе со всеми.
Нешумная стайка двинулась по тропинке.
В высокой траве по-прежнему светились боль¬
шие кошачьи следы. Настя откололась от компа¬
нии самой первой.
В холле Лариса по-прежнему читала книгу.
Она подняла голову и сказала:
— Настя, тебе там йогурт оставили. Это вто¬
рой ужин.
— Спасибо.
Небольшая бутылочка действительно стоя¬
ла на тумбочке. Хороший йогурт, дорогой. Вот
и пригодилось печенье. После жареного хле¬
ба не особо хотелось есть, но не оставлять же.
Настя поужинала, умылась и с удовольствием

вытянулась на верхней кровати. Только сейчас
она почувствовала, что все-таки устала за день.
Одно ее беспокоило — Тоха.
Телефон заработал, показал сто процентов за¬
ряда. А сети действительно не было. И Интернет
не работал, не соврал куратор.
Настя никак не могла улечься, как будто кто-
то насыпал на простыню крошек. Вроде бы она
не виновата, но Тоха будет переживать. Хорошо
бы он догадался попросить бабушку позвонить
в детдом, ей наверняка скажут, что оставшихся
ребят увезли. С этой успокоительной мыслью На¬
стя заснула.
* * *
Проснулась Настя от солнца, светившего пря¬
мо в глаза. Часы на мобильнике показывали семь
двенадцать. Отлично, до завтрака куча времени.

Ольга Златогорская
Настя быстро привела себя в порядок, суну¬
ла в карман телефон и спустилась вниз. В крес¬
ле в углу никого не было. Настя попила воды
из кулера и вышла на крыльцо. С ослепительно
синего неба светило очень яркое солнце. Оно
отбрасывало густые тени и блестело на плотной
листве.
Дорожка привела к пятачку с расписанием.
Розовый листок покрывали плотные строчки.
Сразу после завтрака у старшей группы бассейн,
альтернатива — библиотека и кинозал, а перед
обедом — веревочный парк или программиро¬
вание. Ну, тут и выбирать нечего.
У расписания дорожка раздваивалась. Настя
зашагала по дорожке к флагу и быстро пришла
к длинному павильону с плоской крышей. Через
высокие открытые окна доносился звон посуды.
Столовая. А рядом с ней — большая спортивная
площадка.
Вот бы такую во двор детдома! Под синими
полупрозрачными навесами разместились улич¬
ные тренажеры с площадкой для воркаута. Сбо¬
ку — веревочные лесенки, тоннели и переходы
для ребят помладше. Вокруг всего этого — до¬
рожка для пробежек с каким-то специальным зе¬
леным покрытием.
Настя оглянулась — никто ее не видел —
и полезла на малышовую площадку. Пробежалась
по мостику, не касаясь руками перил. Нырнула
в трубу и съехала по ней на животе. Залезла об¬
ратно по стене — на ней специально сделаны
Исключение из правил
выступы. Стало жарко. Настя сбросила свитер
и помчалась по беговой дорожке. Разлетались во¬
лосы, ветер свистел в ушах, покрытие упруго от¬
талкивало подошвы кед. Настя сделала три круга
и забросила ногу на лесенку у турника. Она дав¬
но не тренировалась с таким удовольствием.
— Доброе утро! — прозвучало за спиной.
Настя дернула к себе ногу и, не опуская ее,
развернулась на голос. Увидела девушку с бейд¬
жиком на синей ленте и расслабилась. Поставила
ногу на землю и ответила:
— Доброе.
— Девочка, где твой бейджик? — спросила
сотрудница лагеря.
Настя чертыхнулась, подняла свой свитер, от¬
цепила бейджик и приколола его к футболке.
Прочла имя девушки: «Людмила». В руках Людми¬
ла держала пачку каких-то флаеров, а из кармана
джинсов торчал пучок красных ручек.
Вместо нотации типа: «Не снимай бейджик, ты
же знаешь, у нас правило», Людмила улыбнулась
и протянула один листок:
— Настя, хочешь составить себе карту? Ты
можешь обойти весь лагерь и отметить себе,
что где.
На листке оказались не флаеры, а схема лагеря.
Как на «Яндекс. Картах» — дорожки и многоуголь¬
ники, обозначающие дома. Только без надписей.
— А как ее составить?
— Просто идешь, смотришь, что где, и под¬
писываешь. Вот ручка.

Ольга Златогорская
Настя покрутила ручку в пальцах и нереши¬
тельно уточнила:
— Так вроде нельзя в одиночку шататься
по лагерю?
Людмила серьезно согласилась:
— Шататься нельзя. А с этим заданием хо¬
дить можно. Но только до завтрака.
Настя сложила листок пополам и сунула
в задний карман, ручку зацепила за горловину
футболки. Спросила:
— А сколько времени сейчас?
— Без десяти восемь.
— Хорошо. Тогда я тут закончу и пройдусь.
Людмила кивнула и пошла по дорожке дальше.
На спортплощадку вышел мужик в трениро¬
вочном костюме. На шее у него болтался бейд¬
жик. Настя не разобрала, что на нем написано.
Мужик грузно побежал по дорожке. Потом по¬
явился щуплый мальчишка лет десяти. Деловито
запрыгнул на детский рукоход и, раскачиваясь
всем телом, двинулся к другому концу лесенки.
Тонкие руки дрожали от напряжения, мальчишка
пыхтел, но не сдавался. Из-за густых кустов вы¬
шла девушка с бейджиком, приколотым к гру¬
ди. На спортплощадке становилось людно. На¬
стя успела сделать комплекс растяжки и попро¬
бовать несколько тренажеров. Ладно, остальное
в другой раз.
Она повязала свитер на пояс, достала из кар¬
мана схему и принялась ориентироваться на
местности. Сразу отметила пятачок с флагом, сто¬
Исключение из правил
ловую и спортплощадку. Оглянулась и отметила
свой домик — он действительно стоял на самом
краю. И отправилась изучать окрестности.
Территория лагеря оказалась небольшой. Во¬
семь жилых домиков, спорткомплекс. Небольшой
бетонный куб без окон, в который ведут толстые
провода. Административный домик, в нем — биб¬
лиотека и кинозал. Массивные ворота закрыты,
рядом с ними — будка охраны. Забор высокий,
на нем камеры. А перед забором густой колючий
шиповник.
В дальнем углу обнаружилось сооружение
с веревочными мостиками, канатами, лесенками
и подвешенными на тросах бревнышками. Настя
отметила его как «Веревочный парк».
Пользуясь случаем, она походила по тропин¬
кам в густой зелени. Нашла вчерашнюю костро¬
вую площадку, а потом еще две. Тоже со свежи¬
ми кучками угольков в центре кострищ. В листве
весело перекликались птицы, звенели комары.
Иногда с басовитым гудением мимо пролетали
какие-то большие жуки. Лето окружало со всех
сторон. Эх, показать бы все это Тохе!
Кстати. Это мысль.
Настя достала из кармана телефон и сделала
несколько фотографий. Может быть, Тоха потом
найдет место, похожее по духу?
К завтраку Настя вышла в отличном настрое¬
нии. В столовой уже висел ровный гул голосов.
Настя зашла внутрь, привычно провела рукой
по волосам, чтобы снять шапку, — и поняла,
Ольга Златогорская
что сегодня ее не надела. Почему-то это разве¬
селило.
В глубине столовой тянулся длинный прила¬
вок. Вдоль него передвигались люди с подноса¬
ми. Похоже, можно брать все что хочешь! Настя
пристроилась в очередь. Взяла себе компот, ола¬
дьи, нарезанную колбасу и жареное яйцо. На¬
шла свободный столик, только села — и тут же
к ней присоединились Олеся, Катька и Фёдор.
Как будто специально дожидались! Настя хотела
позавтракать в одиночестве, но ребята, видимо,
предпочитали кучковаться со «своими».
— Ты что вчера делала? — спросила Олеся.
— К костру ходила, — глядя в тарелку, отве¬
тила Настя.
— Фу, глупость какая! — фыркнула Олеся. —
К нам вчера тоже приходила такая... с гитарой.
И вторая, со свечками. Давайте, говорит, стра¬
шилки рассказывать! Вот дебилизм!
Настя пожала плечами и продолжила есть.
Наверное, девчонки ждали, что она спросит, куда
же они ходили, но Настя это знала и так. Катька
победно сообщила:
— Поэтому мы пошли мультик смотреть! Там,
между прочим, йогурт давали. С печеньем!
Фёдор фыркнул:
— Пф-ф! Мне его прямо в комнату принесли.
Настя удивилась:
— Ты что, ходил к костру?
— Да ну. Я в палате остался. У меня полно
игрушек в телефоне...

Исключение из правил
Настя машинально кивнула. Все в своем репер¬
туаре. На девчонках болтались всё те же дурац¬
кие бейджики. Катька и Олеся потеряли к Насте
интерес, стали разглядывать ребят и смеяться.
Мимо с подносом прошел паренек, на бейд¬
жике у него написано «Шерлок». Настя при¬
смотрелась. У некоторых ребят были написаны
человеческие имена — Максим, Лёша, Света.
А у кого-то настолько странные, что их даже про¬
честь трудно. За соседним столиком сидел Фро¬
до. Интересно, много здесь еще таких? Богиня
с Королевой не выбивались из общего фона.
Фёдор уткнулся в телефон. Настя собрала
свою посуду и двинулась к специальному столи¬
ку — так делали другие ребята.
Олеся спросила в спину:
— Ты дальше куда?
Настя сделала вид, что не расслышала. Докла¬
дывать о своих планах она не собиралась.
Бассейн находился в спорткомплексе. На вхо¬
де у Насти взяли бейджик, а вместо него выдали
шапочку с номером и большое полотенце. Вода
оказалась теплой, Настя с удовольствием погрузи¬
лась в нее и нырнула. В небольшой бассейн, всего
метров двадцать в длину, спускались две высокие
горки: одна — прямая, другая — с поворотами.
На стене висели круглые часы со стрелками.
Минут через двадцать стали подтягивать¬
ся другие ребята. Кто-то катался с горки, кто-
то плавал туда-сюда вдоль длинного бортика.
Удивительно, но никто никому не мешал. Даже
Ольга Златогорская
мальчишки не верещали, не брызгались и не то¬
пили друг друга. Возможно, потому, что по бор¬
тику ходила строгая женщина в черном слитном
купальнике и с бейджем на синей ленте.
Настя в свое удовольствие поплавала, по¬
ныряла и покаталась с горок. Олеся, Катька и
Фёдор так и не пришли.
После бассейна Настя отправилась в веревоч¬
ный парк. Пришла туда одна из первых. Похоже,
многие ребята проспали составление карты и те¬
перь не могли найти, где что. Улыбчивый парень
быстро обрядил Настю в страховку, помог застег¬
нуть шлем и показал, как пользоваться страхов¬
кой. Спросил:
— Была раньше на таком аттракционе?
— Нет.
— Тогда начни вот отсюда, это второй уро¬
вень. Понравится — пройдешь третий. Держи
перчатки.
Настя кивнула, зацепила страховку в специ¬
альный паз, прицепила второй карабин и пошла.
Низко нависали ветки деревьев, где-то внизу
мелькала трава и ходили люди. Под ногами все
раскачивалось, тросы, за которые можно было
ухватиться, раскачивались тоже. Насте стало ве¬
село и немного жутко. Главное — не спешить и
всегда ставить ноги сверху вниз. Тренированное
тело легко справлялось с самыми сложными пре¬
пятствиями.
Настя закончила маршрут и полезла по треть¬
ему уровню. По первому, совсем над землей, шли
Исключение из правил
малыши из началки. На втором толпилось чело¬
век пять, а третий пока оставался свободным.
Здесь оказалось посложнее, в одном месте даже
пришлось ехать по канату на велосипеде. Выгля¬
дит это страшно, а делается легко: велосипед на¬
дежно растянут противовесами.
Насте показалось, что прошло совсем немно¬
го времени. Она села на скамейку в тени, выпила
воды — кулер стоял и здесь — и вдруг поняла,
что проголодалась. Вытащила мобильник (сети
по-прежнему нет) и увидела, что уже почти час.
Пора обедать.
В столовой она села за кадку с большим фи¬
кусом, надеясь, что здесь ее если и найдут, то
не сразу. Не хотелось слушать нытье о том, как
в лагере скучно.
Уже закончив обедать, она заметила детдомов¬
скую троицу за столиком у двери. Кто-то из дев¬
чонок окликнул ее, но Настя привычно сделала
вид, что не слышит.
Немного повалявшись на кровати у себя
в комнате, Настя неожиданно задремала. Подско¬
чила и глянула на часы в мобильнике: не опозда¬
ла? Быстро умылась и побежала к расписанию.
Что там у нас? Вот, туристический маршрут или
викторина «Достижения науки». Викторина —
это скучно. На туристический маршрут собирают¬
ся у спорткомплекса.
Там у входа дежурила девушка в белой фут¬
болке с длинными рукавами и черных шортах.
На шее — бейджик с синей ленточкой. Наталья.

Ольга Златогорская
Постепенно собралось довольно много ребят,
больше, чем было в бассейне. Наталья подняла
руку и звонко сказала:
— Внимание! Объявляю правила. Маршрут
вы проходите командами! На время. Победив¬
шая команда на ужин получит мороженое! Зачет
групповой, то есть по последнему участнику ва¬
шей команды. Это понятно?
Ребята загудели.
— Тихо! — продолжила Наталья. — Маршрут
проложен вдоль забора, с наружной стороны. На
каждом этапе вы увидите дежурного, у него вы
должны отметить свой путевой лист. Сейчас —
жеребьевка. Подходите по очереди и берите
один предмет из мешка.
Наталья подняла с травы небольшой мешочек.
Ребята без суеты доставали что-то из него. Выта¬
щила и Настя — фишку с синим колокольчиком.
— Теперь вам надо найти тех, у кого такая
же картинка, как у вас, и выбрать командира
команды. Командир подойдет ко мне и получит
путевой лист, — пояснила Наталья.
На площадке началось оживленное движе¬
ние. То тут, то там стали собираться компании,
бурно выясняющие что-то. Настя нашла «сво¬
их» — двух парней и невысокую спортивную
девчонку. У рослого парня на бейджике на¬
писано «Геральт», у щуплого и темноволосо¬
го — «Марат». У девчонки человеческий бейд¬
жик: «Лена». Настя упруго покачалась с пятки
на носок. Спортивный азарт кипел в ней. Давно
Исключение из правил
уже не приходилось соревноваться за первое
место.
В ухо запыхтели:
— Колокольчики... у вас?
Настя обернулась. У нее за спиной стояла тол¬
стая девочка в цветастом сарафане. На ее влаж¬
ной ладони лежала фишка с синим цветком. «Ве¬
роника» — прочла Настя на бейджике девчонки
и вздохнула. Это не Вероника, это верный про¬
игрыш. Повезло так повезло.
— Кто будет капитаном? — небрежно спро¬
сил Геральт. Вроде как не напрашивается.
— Не претендую, — отозвалась Настя.
Лена кивнула:
— Аналогично.
Вероника молча сопела. Парни переглянулись.
— По чесноку? — спросил Геральт. — Ски¬
немся на «камень, ножницы, бумагу»?
Марат кивнул.
В первый раз оба выбросили «камень», а на
второй раз выиграл Марат. Геральт серьезно по¬
жал ему руку.
Марат получил небольшой лист бумаги с непо¬
нятной таблицей. Вверху написано: «Команда № 2».
Наталья показала, откуда начинается маршрут.
Команда вышла за ворота. В густых кустах те¬
рялась натоптанная тропинка. У ее начала стоял
парень с бейджиком на ленте. Максим.
Марат подал ему путевой лист.
Максим оглядел команду и с легким сочув¬
ствием сказал:

Ольга Златогорская
— Напоминаю, что зачет групповой, по по¬
следнему участнику.
— Да помним мы! — с досадой отозвался Ге-
ральт. На Веронику он не смотрел.
Максим продолжил:
— С тропинки никуда не сворачивайте, она
ведет от этапа к этапу. Не бегите, но и не оста¬
навливайтесь. Время перехода не учитывается,
если вы не превысите норму. Норма рассчитана
на пешехода. Удачи!
Он отметил время, расписался и вернул путе¬
вой лист Марату.
Команда по одному зашагала по тропинке.
Сначала Марат, потом Геральт, за ним Лена. Настя
шла предпоследней и слушала, как сопит Веро¬
ника. Она еле справлялась с общим темпом. Что
же будет на этапах?
Тропинка быстро вывела на поляну. На ней
стоял тучный бородатый мужик с приколотым
к груди бейджиком. Чей-то родитель? На бейд¬
жике надпись: «Гоша».
На поляне торчали врытые в землю столби¬
ки — на разной высоте. Некоторые близко друг
к другу, а некоторые подальше.
Гоша сказал:
— Здравствуйте, команда номер два. Зада¬
ча этапа — преодолеть «змейку», не опускаясь
на землю. За каждое касание земли начисляются
штрафные очки. Этап проходят на время. Как бу¬
дете готовы, скажите.
Марат быстро спросил:

Исключение из правил
— Идти надо по очереди или всем вместе
можно?
Бородач кивнул:
— Отличный вопрос, парень. Можно всем
вместе.
Марат оглянулся:
— Народ, я понял. Девчонки идут первыми
и не парятся. Потом я, потом Вероника, и ты, Ге-
ральт, в конце. Мы тащим Веронику.
— Это идея! — слегка оживился Геральт.
Команда подошла к первому столбику. Марат
громко сказал:
— Готовы!
Гоша поднял руку, посмотрел на часы в мо¬
бильнике и дал отмашку:
— Начали!
Лена замялась, Настя запрыгнула на первый
столбик и понеслась вперед не оглядываясь. Ино¬
гда лучшее, что можно сделать для своих, — это
не мешать. По сбивчивому дыханию за спиной
она поняла, что Лена бежит за ней. Маршрут ока¬
зался несложным, даже прыгать ни разу не при¬
шлось — в самых опасных местах можно было
перешагнуть. Настя спрыгнула на другом конце
«змейки» и оглянулась. Лена финишировала рядом
с ней. А ребята плясали вокруг Вероники. Там, где
столбики стояли далеко друг от друга, они под¬
ставляли руки и плечи, подхватывали, не давали
толстой девчонке не только упасть, но даже за¬
шататься. В конце концов они доползли до края
препятствия и помогли Веронике слезть.

Ольга Златогорская
Гоша отметил время, вернул путевой лист Ма¬
рату, хлопнул его по плечу и улыбнулся:
— Вы молодцы!
Геральт фыркнул. Настя поняла его: какая раз¬
ница, молодцы они или нет, если времени потра¬
тили целый вагон. Но не дело роптать на судьбу,
жребий есть жребий. Команда молча заторопи¬
лась к следующему этапу.
На второй полянке нужно было подлезать
под веревками и перепрыгивать бревна. И снова
парни помогали Веронике. На третьем капитан
шел с завязанными глазами по лабиринту, а вся
команда говорила ему, куда поворачивать. Потом
была тарзанка — Веронику пришлось подсажи¬
вать и ловить, но все равно она зацепила ногой
траву, а за это полагались штрафные очки. Паца¬
ны кипели, но молчали.
На тропинке их обогнала другая команда. Тут
Лена не выдержала. Она обернулась к Веронике
и со злостью произнесла:
— Вот скажи мне, на что рассчитывают такие,
как ты? Не знаешь, что ли, что ты жирдяйка? Ка¬
кого хрена ты на спортивную игру поперлась?
Не понимаешь, что с тобой любая команда про¬
играет?
Вероника зашмыгала носом:
— Я не знала... что командная... Я думала,
каждый сам за себя, и я как-нибудь...
Геральт пробурчал:
— Ты не думала, а мы из-за тебя попали!
Вероника сбивчиво пробормотала:

Исключение из правил
— Давайте... я тогда дальше не пойду...
Судя по голосу, она плакала.
Насте стало жалко ее.
— Перестаньте. Зачет по последнему, забы¬
ли? Она у нас в путевом листе записана. Если
она дальше не пойдет, мы вообще не получим
очков.
Марат сердито прибавил шагу. За ним потя¬
нулись остальные. В мрачном молчании команда
прошла остальные этапы: переправу по брев¬
ну, спуск в овраг, навесной мостик и определе¬
ние деревьев по листьям. Тут Вероника наконец
оправдала свое место в команде — с пулемет¬
ной скоростью назвала все деревья.
Тропинка еще раз вильнула и вывела обрат¬
но к воротам. У ворот стояла... Настина воспита¬
тельница Светочка! Она поздоровалась с коман¬
дой, отметила время в путевом листе и подмиг¬
нула Насте.
Команда вернулась на площадку перед спорт¬
комплексом. Марат сдал мятый листок Наталье.
— Результаты смотрите на стенде с распи¬
санием. К ужину будет готово.
Настя только вздохнула. Сказала своей команде:
— Всем пока.
И пошла к расписанию. Выбор: изготовление
корабликов и гонки или создание Интернет-
сайтов. Сайты — это заумь, а кораблик — при¬
кольно. В любом случае лучше, чем мультик. По
расписанию в это время «Рапунцель» — сколько
можно его смотреть?!

Ольга Златогорская
Кораблики делали под навесом у веревочно¬
го парка. Настя подошла и осмотрелась. Лариса,
дежурная в ее домике, быстро и толково объяс¬
нила, что делать.
Настя изучила разложенные на столе схемы.
Выбрала красивый трехмачтовый кораблик и
приступила к сборке. Она так увлеклась, что до¬
сада от неудачного прохождения туристической
игры совсем прошла. Мельком она отмечала, что
Лариса то тут, то там помогает со сборкой нор¬
мальным с виду ребятам. Вот мальчишка лет де¬
сяти бросил ножницы и чуть не заревел.
— Они не режут!
— Давай попробуем, — спокойно отозвалась
Лариса, взяла его ножницы и ловко вырезала
парус.
Пацан взял другой лист и снова попробовал
сам. Лист замялся. Настя поразилась: он что, нож¬
ницы никогда в руках не держал?
Рядом на скамейку кто-то плюхнулся. Настя
оглянулась. Надо же, Марат!
Парень быстро собрал простой одномачтовый
кораблик.
— Не хочешь еще парусов приделать? — не
удержалась Настя.
— Незачем, — лаконично ответил Марат. —
Они лишние.
Настя не стала спорить. Собирать кораблик ока¬
залось интересно само по себе. Хотелось сделать
его большим и красивым. Настя поискала детали,
которыми можно украсить палубу. Осторожно при¬
Исключение из правил
клеила трубу, маленькие шлюпки, натянула нитки
на мачте.
Марат вытащил из кармана толстовки кубик
Рубика, собрал его в несколько движений и ки¬
нул на стол. Разобрал, снова собрал и опять ки¬
нул. И еще. И еще.
На пятый раз Настя сказала:
— Слушай, хорош греметь. Бесит.
— О, извини, — спокойно отозвался Марат и
стал бросать кубик себе на колени.
Настя покосилась на него. Очень черные во¬
лосы, нос с горбинкой. На вид лет двенадцать,
но он в старшей группе, значит, около четырна¬
дцати. Интересно, у него правда такое имя или
тоже из какой-то книжки взято?

Ольга Златогорская
Марат заметил, что на него смотрят, и вопро¬
сительно поднял бровь.
Настя постаралась оправдать свой интерес:
— А зачем ты кубик бросаешь?
— Так положено на соревнованиях. Там до¬
ска специальная, на нее кидают, чтобы таймер
остановился.
— Ты к соревнованиям готовишься?
Марат засмеялся:
— Да ну. Я очень медленный. Просто при¬
меряюсь.
— Медленный?! — удивилась Настя. — Ты
кубик за полминуты собираешь!
— А знаешь, сколько мировой рекорд?
— Не-а.
— Три секунды сорок семь сотых.
— Не может быть!
Марат пожал плечами:
— Был бы здесь Инет, я бы тебе доказал,
а так, домой приедешь, сама загугли. Но вообще
я не любитель врать, это скучно.
Настя не придумала, что ответить. Снова взя¬
лась за кораблик. Покрутила его в руках и не на¬
шла, чем еще улучшить. У многих ребят поделки
стояли. Настя использовала заготовку с острым
днищем, заканчивающимся килем, и ее изделие
могло только лежать. Так же, на боку, лежал про¬
стой кораблик Марата.
Подошла Лариса:
— Заканчиваем сборку. Через пять минут на¬
чинаем запуск. Идите к бассейну.

Исключение из правил
Настя думала, что гонку будут устраивать
в аквапарке. Но, повернув голову туда, куда по¬
казала Лариса, увидела надувной детский водо¬
ем, глубиной полметра и длиной метров пять.
За ним вращал лопастями большой вентиля¬
тор. Вокруг бассейна толпились ребята, белели
паруса.
Лариса подняла руку, все замолчали. Лариса
сказала:
— К запуску допускается по шесть человек.
Подходите к бортику. По команде «на старт» го¬
товитесь, по команде «внимание» держите парус¬
ники над водой. Когда я скажу «марш», отпускаете
кораблик. Больше его трогать нельзя. Кораблик
должен доплыть до противоположного бортика.
Победители в финале соревнуются между собой.
Есть вопросы?
Вопросов не оказалось, но возникла неболь¬
шая толчея — все хотели оказаться первыми. На¬
стя отошла в сторону. Так же сделал Марат.
В первом же пуске половина парусников сра¬
зу легла на воду и никуда не поплыла. Настя рас¬
смотрела, что это поделки с плоским дном. Еще
два суденышка сразу уткнулись в боковые борта.
До финиша дошел один. Лариса объявила его по¬
бедителем.
Во втором заплыве повторилась та же карти¬
на, только на этот раз финишировали два судна.
Марат участвовал в третьем заплыве. Огля¬
нулся на вентилятор, чуть поправил парус и от¬
пустил кораблик. Он пришел первым.

Ольга Златогорская
Настин парусник до финиша доплыл, но по¬
следним. Он шел тяжело и медленно. Настя
не расстроилась: кораблик получился красивым,
устойчивым на воде и совершенно не вилял
в стороны. Ну и пусть тихоходный. Больше ника¬
ких соревнований не будет, а сувенир останется.
Начался финальный этап — соревнования
победителей. Настя не удивилась, что снова вы¬
играл Марат.
Всем участникам регаты раздали маленькие ра¬
ковины. А Марату вручили большую и шипастую,
белую, с розовым отливом. Марат стоял с этой
раковиной и корабликом, ему хлопали, и, кажется,
он немного смутился. А Настя откровенно радова¬
лась за него: вот же молодец, все верно рассчитал!
Настя глянула на часы в мобильнике и за¬
собиралась на ужин. Участники регаты посте¬
пенно расходились, громко обсуждая результаты
гонки. Краем глаза Настя заметила, что у борти¬
ка бассейна сидит какой-то мелкий пацан, класса
из первого-второго. На коленках у него лежали
обломки кораблика — видимо, плохо приклеил
части. Кажется, это один из тех парусников, что
сразу перевернулись.
Мальчишка сидел неподвижно, низко опустив
голову. Но по всей позе ясно — глаза у него мо¬
крые. Настю резануло острой жалостью. Сколько
раз она сидела вот так — в толпе других, при¬
давленная тоской и отчаянием? Всем было на¬
плевать. А если кто и подбегал, то только чтобы
подразнить и поиздеваться...

Исключение из правил
Настя подошла к мальчишке и присела на
корточки. Негромко сказала:
— Не поплыл твой кораблик?
Мальчишка не ответил, только плечи стали
еще острее.
Настя вздохнула и протянула ему парусник:
— Хочешь? Возьми мой.
Из-под волос на нее посмотрели серые недо¬
верчивые глаза. Действительно мокрые.
— Правда. Бери, — серьезно сказала Настя.
— Тебе не жалко? — хрипловато спросил
мальчишка.
— Жалко, — честно сказала Настя. — Я его
долго делала.
— Это же не сам... Это же твой...
— Ты сам хотел?
— Ага...
Мальчишка шевельнулся, коленка перестала
закрывать бейджик, и Настя прочла имя пацана.
Сказала как можно убедительнее:
— Ты научишься и потом сделаешь сам. Ты
же еще небольшой. А я большая. Бери, Тимоша.
Пусть он у тебя будет как образец.
Мальчишка взял парусник двумя руками. Глаза
у него тут же высохли и загорелись радостью.
— Можно, я запущу его?
— Можно, конечно, — с легкой грустью
отозвалась Настя. — Это же теперь твой кора¬
блик.
Тимоша ускакал к дальнему борту бассей¬
на, опустил подарок в воду. Настя спохватилась,
Ольга Златогорская
вытащила из кармана телефон и сделала не¬
сколько снимков. Кораблик шел медленно, сним¬
ки получились отчетливые, с отражением в воде.
На фотографии парусник получился еще краси¬
вее, чем в реальности.
Кораблик, ясное дело, жалко. Но, с другой
стороны, куда его денешь в детдоме? Все равно
уронят и поломают. Можно было, конечно, по¬
дарить его Тохе. Тоха бы не сломал.
Ладно, осталась маленькая конусообразная
раковина, похожая на старинный кувшин. Мож¬
но подарить Тохе ее. И рассказать про соревно¬
вания. И вообще про все рассказать. Жалко, что
Тохи здесь нет.
Настя помахала Тимоше ладонью и зашага¬
ла к столовой. Интересно, на каком же месте
их команда в туристическом маршруте. Хорошо,
если не на последнем...
На информационном стенде белел свежий ли¬
сток. Результаты викторины... победитель... Даль¬
ше. .. О! Вот он, туристический маршрут. «Первое
место — команда номер два, капитан — Марат».
Не может быть. Как это?
Настя постояла, не веря своим глазам, и пере¬
читала надпись несколько раз. Ниже в столбик
рейтинг других команд, а в самом низу приписка:
«Команде № 2 получить жетоны на мороженое
в административном здании».
Все еще удивляясь, Настя пошла за жетоном.
В административном домике дежурил Александр,
куратор смены.

Исключение из правил
Настя сказала:
— Я там прочла, что мы победили. В тури¬
стическом конкурсе.
— А, хорошо. Назови имена других ребят в
твоей команде.
— Геральт, Вероника, Лена. Марат — капитан.
— Правильно... — Александр протянул На¬
сте белый пластиковый жетон размером с пя¬
тирублевую монету. На нем оттиснута птица в
полете и по кругу написано: «Профилирующий
лагерь „Крылья"». — Отдашь в столовой, где ком¬
пот наливают. Тебе дадут мороженое.
— Спасибо. — Настя зажала жетон в кулаке
и нерешительно спросила: — Только я понять
не могу... Как же мы выиграли, если шли на¬
столько медленно, что нас обогнала идущая сза¬
ди команда?
— Давай посмотрим. — Александр достал
из-под стойки путевые листы и быстро нашел
нужный. Глянул и улыбнулся: — У вас был какой-
то неспортивный участник?
— Более чем, — буркнула Настя. — А что?
— Вы набрали максимально высокие баллы за
взаимовыручку. Они приносят очень много очков.
— Но перед игрой ничего такого не говори¬
ли! — возмутилась Настя.
Александр внимательно посмотрела на нее:
— Точно? А что зачет по последнему, не го¬
ворили?
— Говорили, — неохотно согласилась На¬
стя. — Два раза.

Ольга Златогорская
— Вот. И еще наверняка говорили, что бе¬
жать от этапа к этапу не надо, это время не за¬
считывается. А многие бегут. И самое интересное:
мало кто догадывается, что любой этап надо про¬
ходить вместе, а не по очереди. А наблюдателям
запрещено подсказывать.
— То есть мы сами должны были догадаться
обо всем? — возмутилась Настя. — Так нечестно!
— Ведь вы старшая группа, — спокойно
отозвался Александр. — Практически взрос¬
лые. Какой смысл жевать и в рот класть? Вы же
поняли?
Настя призналась:
— Это Марат сообразил. Он умный.
Александр еле заметно улыбнулся:
— К нам часто попадают умные ребята. Но
обычно они держатся особняком. Повезло вам
с капитаном.
Настя кивнула, сказала «спасибо» и пошла
на ужин. Ей действительно выдали мороженое —
эскимо. Съев салат, картошку и кусок курицы,
Настя неторопливо развернула яркую упаковку.
И тут же на соседних стульях материализовались
Катька с Олесей.
— Где мороженое дают? — быстро спросила
Катька.
Настя махнула рукой в сторону раздачи. Дев¬
чонки убежали туда, вернулись злые.
— Нам не дали! — заявила Катька.
— Говорят, жетон какой-то надо, — добавила
Олеся.

Исключение из правил
Настя кивнула, откровенно наслаждаясь си¬
туацией.
— Скажи нормально, — потребовала Кать¬
ка, — что за жетон?
Настя снисходительно разъяснила:
— Тем, кто первые места в конкурсах зани¬
мает, дают жетон. А тем, кто мультики смотрит
или на кровати валяется, нет.
— Ты выиграла, что ли? — прищурилась Катька.
— Ага.
— В каком конкурсе?
— Хорового пения.
Девчонки переглянулись, явно не понимая,
шутит Настя или нет. Сразу видно, к стенду
с расписанием они не подходили, так и сидят
с утра в кинозале.
— Ты, Голованова, везде без мыла проле¬
зешь! — ядовито прошипела Олеся.
— Завидуй молча, — флегматично отозвалась
Настя.
Девчонки встали и, всем своим видом демон¬
стрируя возмущение, удалились. Настя довольно
улыбнулась: теперь они долго не подойдут.
На выходе из столовой она заметила Марата,
который что-то втолковывал мальчишке лет деся¬
ти. Проходя мимо, Настя услышала:
— Много парусов ставить не надо, они за¬
гораживают друг друга от ветра и мешают ра¬
ботать. ..
Пацан рассматривал парусник Марата. У края
площадки Настя оглянулась. Марат шел к стенду
Ольга Златогорская
с расписанием. Его кораблик остался у мелкого
пацана.
После ужина были варианты: прятки с фона¬
риками или компьютерные стратегические игры.
Прятки? Серьезно?
Настя нерешительно покусала губу. В прят¬
ки она последний раз играла в детстве. Даже
в интернате такая забава считалась малышовой.
А здесь — для старшей группы мероприятие.
Но... Не дураки же организаторы. Вон как всё
умно придумали, любую мелочь просчитали. Мо¬
жет, и прятки у них особенные? В любом случае
можно сходить и посмотреть. Не пристегнут же
ее там наручниками к столбу...
Солнце уже садилось. На большой поляне ря¬
дом с веревочным парком стояло человек десять.
Они надевали странные серые жилеты.
Такой же жилет с номером двенадцать выда¬
ли Насте. И большой черный фонарик с рубчатой
рукояткой. Подошла Лена, кивнула Насте. Прави¬
ла оказались несложными. Основное отличие —
водящий должен высветить у тех, кто прячется,
номер на жилете, он светоотражающий. И бежать
к дереву, стукалить его.
Пока одевались, разбирали правила и прове¬
ряли снаряжение, начало темнеть. Насте выпало
прятаться, и она азартно осмотрелась, выбирая
место с травой погуще. Незнакомая девчонка от¬
вернулась к дереву и стала громко и медлен¬
но считать до десяти. Настя отбежала в сторону
и рухнула в густую траву. Девчонка громко ска¬
Исключение из правил
зала: «Десять!» — и повернулась. Настя, как тре¬
бовали правила, нажала на кнопку, осветив за¬
росли перед собой. Замигали фонарики вокруг.
Девчонка под деревом бросилась кого-то ловить,
сбоку выскочил парень — и пошла игра. Горели
чуть в стороне круглые фонари, на небе висели
огромные звезды. Шумел ветер в листве, и то тут,
то там раздавался топот: несся к дереву очеред¬
ной игрок. Вечер превратился в круговерть света
и темноты. Настя выскочила, когда водящая дев¬
чонка стояла к ней спиной, и в два счета застука-
лилась. Чуть в стороне стояли ребята — кого-то
водящая поймала, кого-то нет. Вот все игроки со¬
брались вместе, первый пойманный стал водить,
остальные помчались прятаться.
Насте давно не было так весело. Ночные
прятки оказались по-настоящему захватывающей
игрой. Ее так ни разу и не поймали.
А потом все закончилось: скоро отбой. Настя
сдала инвентарь, вздохнула — и почувствовала,
что устала. Добралась до своего домика, не уди¬
вилась, увидев на тумбочке бутылочку с йогур¬
том. Выпила его и легла спать.
* * *
В последний день в расписании было всего
два дела: игротека (альтернатива — кино и биб¬
лиотека), а после обеда — собеседование с пе¬
дагогом. До завтрака Настя успела крепко по¬
тренироваться на спортплощадке — упускать та¬
кую возможность было бы глупо. Прошла мимо
Ольга Златогорская
детдомовских девчонок, те сделали вид, что с ней
не знакомы. Прекрасно. Фёдор сидел за столи¬
ком один, по-прежнему уткнувшись в телефон.
Настя вдруг пожалела его: упустил столько воз¬
можностей!
Вчерашний день вихрем пролетел в памяти:
туристический маршрут и несчастная Верони¬
ка, мелкий пацаненок, которому Настя отдала
свой кораблик, и второй, которому отдал кораб¬
лик Марат. Сам Марат — деловитый, собранный
и немного мрачный. Но не унылый, как Фёдор,
у которого все время «жизнь — боль», а серьез¬
ный и задумчивый. Наверное, они поладили бы
с Тохой. Оба не любят дурацкие подначки.
Игротека проходила в спорткомплексе. На
футбольной площадке поставили столы, вокруг
них — стулья. На столах разложены карточки,
кубики, разноцветные фигурки. И за каждым сто¬
лом сидел взрослый. У кого-то бейджики на синей
ленте, у кого-то — приколотые к груди. Настя уже
поняла, что к некоторым мероприятиям привле¬
кают сопровождающих взрослых. Судя по их до¬
вольным лицам, желающих. Настя не удивилась,
увидев Светочку. Она держала в руках яркие кар¬
ты и что-то втолковывала ребятам — трем дев¬
чонкам и одному парню.
За дальним расположился Марат. Настя подо¬
шла ближе. Тучный бородач Гоша раскладывал
карточки, цветные кубики, еще карточки и снова
карточки. На красно-оранжевой коробке напи¬
сано: «Покорение Марса». Бородач гудел:

Исключение из правил
— ...И вот каждая из ваших корпораций мо¬
жет сделать в свой ход два действия, если вы
не спасовали. Можно сыграть карту с руки, если
выполнены написанные на ней требования. Вот
они, в углах карты. Оплачиваете ее стоимость и
применяете все ее эффекты в любом порядке.
Карты событий положите лицом вверх, это ваша
личная стопка. Технологические карты...
Настя поняла, что перестала слушать. Глаза
разбегались по многообразию карт с мелкими
надписями, в голове все путалось. А Марат сидел
с таким видом, как будто ему все понятно. Настя
не стала вникать и пошла к следующей компа¬
нии.
Там была модератором Лариса — дежурная
из Настиного домика. Она, кажется, только закон¬
чила объяснять правила. Но объяснения и не нуж¬
ны: на деревянном штыре стоял фанерный диск,
а сверху на нем — куча деревянных деталей: ку¬
биков, пирамидок, конусов. Игроки по очереди
снимали по одной фигурке. Диск кренился в раз¬
ные стороны — похоже, он не закреплен, просто
надет на ось. Вот девчонка сняла красную пира¬
мидку — диск накренился сильней, и все детали
с грохотом посыпались на стол. Конец раунда.
Девчонка получила штрафные очки. Ребята сняли
диск с оси и набросали на него детали.
Настя спросила:
— Можно с вами?
— Можно! — буркнула развалившая всю кон¬
струкцию девчонка. — Ставь, ты новенькая.

Ольга Златогорская
Настя осторожно поставила шаткий диск на
деревянный штырь. Он опасно закачался.
— Снимай одну деталь, — подсказала Лариса.
Настя сняла. Дальше ходили по часовой стрел¬
ке. На этот раз диск завалил парень, сидящий на¬
против ведущей. Настя удивилась: зачем он снял
именно этот кубик? Диск и так приподнят в этом
месте, а он его еще облегчил. Ясно же, что все
посыплется.
Так они сыграли несколько партий, дольше
двух кругов диск не держался. Насте стало скуч¬
но: ребята все время нарушали равновесие по-
глупому. Она сказала «спасибо» и ушла к Светочке.
Там нужно было по ассоциации угадать, кто
какую карту задумал. Сначала показалось, что это
интересно, а потом стало ясно, что нет: почему-то
другие игроки почти всегда голосовали за Насти¬
ну карту, и она выигрывала, несмотря на то что
угадать настоящую загаданную карту ей не уда¬
валось.
Настя снова сменила стол: здесь игроки стро¬
или башню из брусков, вынимая нижние и пере¬
кладывая их наверх. Эта игра оказалась слишком
простой и поэтому скучной.
За соседним столом играли в похожую игру:
там надо было по очереди ставить друг на дру¬
га малюсенькие разноцветные детальки. А очки
давались, если следующий игрок башню рушил.
Насте стало противно. Другие ребята весело
придумывали, как бы сделать максимально не¬
удобный ход, а Настя доиграла круг и ушла.

Исключение из правил
На многих столах лежали мудреные игры
с кучей карточек. Над ними склонили головы и
сосредоточенно хмурились игроки, в основном
мальчишки. За одним из столов Настя вдруг за¬
метила... Фёдора! Наверное, ему все-таки надое¬
ло сидеть в комнате с телефоном.
Марат как сидел за дальним столом, так и
продолжал сидеть. Видимо, Марс все еще не по¬
корен.
Настя сделала круг и вернулась к игре на
равновесие. Предыдущая команда ушла, и, кроме
Ларисы, никого не было. Настя поставила локти
на стол, примеряясь к диску, и тут же напротив
плюхнулся Геральт.
— Давай вдвоем? — серьезно предложил
он. — Я видел, ты круто играешь.
— А ты? — слегка подначила его Настя.
— А проверь!
Настя нагрузила на диск фигурки. Они начали
партию.
Геральт действительно играл хорошо. И пер¬
вую партию выиграл он. А вторую проиграл. Ви¬
димо, от напряжения у него дрогнули пальцы.
Вокруг них собрались болельщики. Кто-то под¬
держивал Настю, кто-то переживал за Геральта.
— Третью, на победителя? — предложил Ге¬
ральт.
— Мы тоже хотим! — завопили из толпы. —
Чего это вы всё вдвоем?
— Ну и играйте! — недовольно буркнул Ге¬
ральт и встал из-за стола.

Ольга Златогорская
Настя тоже встала. Их места радостно заняли
бывшие болельщики.
— Ты молодец, — доброжелательно сказал
Геральт. — Четкая. Играла раньше?
— Нет.
— Тогда ты реально очень крута. У меня та¬
кая игра дома есть. Я много тренировался.
Геральт протянул ей ладонь — как парню. На¬
стя молча пожала ее.
После обеда Настя пришла в административ¬
ный домик — спросить, где собеседование. Алек¬
сандр отправил ее наверх, в библиотеку.
Библиотека оказалась не скучной комнатой
с металлическими стеллажами, как в школе, а не¬
большим залом с деревянными шкафами, уютны¬
ми креслами и маленькими столиками. За одним
из таких столиков сидел Анатолий — тот, кото¬
рый пел у костра в первый вечер.
— Привет, Настя! — улыбнулся он. — Я тебе
дам анкету, а ты отметь, пожалуйста, все мероприя¬
тия, на которых ты была, и поставь им оценку по
пятибалльной системе. Одно мероприятие, которое
очень понравилось, можешь оценить в шесть баллов.
— Статистику собираете? — Настя взяла лист
и присела с другой стороны стола.
— Не только. Мы ведь здесь отбор ведем.
В какой из наших лагерей тебе лучше поехать.
— Тогда в этом нет смысла, — разочаро¬
ванно отозвалась Настя и протянула листок об¬
ратно. — Мы же спонсорские дети. Из детдома.
Нам просто оплатили этот лагерь.

Исключение из правил
Анатолий листок не взял. Негромко ответил:
— Откуда ты знаешь, может, спонсоры це¬
лую смену вам когда-нибудь оплатят? А ты уже
будешь знать, куда тебе ехать.
Анатолий хотел сказать что-то еще, но тут
дверь приоткрылась и в щель просунул голову
Александр:
— Анатоль, можно тебя?
— Я занят.
— Толь, срочно. У нас тут один родитель...
Мы уже всё ему объяснили, но он с тобой хочет
поговорить. Ты заключение подписывал.
— О господи! — прокряхтел Анатолий и
встал. — Настя, извини, пожалуйста. Я на пять
минут.
Настя пожала плечами. Как-то неловко, что
перед ней извиняется взрослый человек.
Анатолий вышел в коридор и затопал по лест¬
нице. Сказал кому-то:
— Добрый вечер.
Ему ответил резкий мужской голос:
— Здравствуйте. Я не понял ваше заключение.
— А что в нем непонятно? — удивился Ана¬
толий. — Вот, написано: «Профильный лагерь
„Крылья“ не рекомендуется».
— Что это значит? — рявкнул мужчина.
Настя поежилась. Таким голосом только в «го¬
рячих точках» командовать.
— Давайте разберемся, — с поразительным
спокойствием ответил Анатолий. — Вот смотрите.
Эрудиции у вашего сына нет. Ни на один вопрос
Ольга Златогорская
он не может ответить без гугла. Даже на самый
простой, типа «Как часто наступает високосный
год?».
— А зачем ему это знать? — возмутился
мужчина. — Он что, энциклопедия? Сейчас все
знания есть в Интернете!
— Как видите, Интернет не всегда доступен,
и выигрывают те дети, которые имеют знания
у себя в голове, а не на сервере.
— Вы хотите сказать, мой сын неразвитый?
Да я его с полутора лет планшетом развиваю!
— К сожалению, гаджеты не развивают мыш¬
ление, — мягко отозвался Анатолий. — Скорее,
наоборот. Вот отметка: уровень произвольного
внимания у вашего сына очень низкий.
— Как это понимать?
— Это понимать так, что его внимание «пла¬
вает», он все время отвлекается и не способен со¬
средоточиться на чем-то одном. Часто это имен¬
но последствия планшета. Плюс у него не разви¬
та моторика рук, а вместе с ней — речь. Кроме
того, он капризен, часто плачет, расстраивается
из-за неудач.
Настя вспомнила мальчишку, который швыр¬
нул ножницы и чуть не разревелся. Интересно,
о нем речь?
— Зато он в компьютерах разбирается! —
победно заявил мужской голос. — Почему вы
его в компьютерный лагерь не берете?
Анатолий помолчал и еще мягче, чем прежде,
ответил:

Исключение из правил
— То, что ваш сын умеет нажимать пальцем
на экран планшета, не означает, что он разби¬
рается а компьютерах. В программировании он
себя не проявил — просто не понял, как рабо¬
тает программа. Да и неинтересно ему.
— То есть вы хотите сказать, что мой сын
хуже других?! — вознегодовал мужчина.
— Нет, — Анатолий явно вздохнул, — мы
хотим сказать, что он не получит ни пользы,
ни удовольствия в наших лагерях. Задача этой
смены — профилирование, а не оценка, кто луч¬
ше, кто хуже.
Мужчина, кажется, бурлил от злости. Он вы¬
плевывал слова:
— Сейчас везде говорят, что надо не навыки
развивать, а компетенции! А вы всё по старинке
работаете! Какие-то поделки, речь, внимание...
Кому это надо?
— К сожалению, ни познавательных, ни со¬
циальных компетенций ваш сын не проявил.
Со стрессоустойчивостью у него тоже не очень
хорошо, я вам уже говорил.
— Я выбросил кучу денег на ваш дурацкий
отбор!
— Попробуйте посмотреть на это под дру¬
гим углом, — устало сказал Анатолий. — Вы
сэкономили кучу денег, которые могли бы по¬
тратить на целую смену. И мучили бы ребен¬
ка двадцать дней. А так сразу понятно, что
ему просто не к нам. Найдите ему лагерь, где
он целыми днями сможет играть на планшете,
Ольга Златогорская
и он будет счастлив. Таких лагерей сколько
угодно.
— Я... Я так это не оставлю! Я о вас в соц¬
сетях напишу! Пусть все узнают, как вы тут рабо¬
таете!
— Да, напишите, пожалуйста, — невозмути¬
мо отозвался Анатолий. — Поставьте хэштег #ла-
герьКрылья, тогда мы точно увидим ваш отзыв
и дадим на него развернутый отклик.
Мужчина ничего не ответил, грохнула входная
дверь.
Настя спохватилась и уставилась в анкету. Бы¬
стро отметила все, где успела побывать, и поста¬
вила по пять баллов. Немного подумала и поста¬
вила пряткам с фонариками шесть баллов.
Вернулся Анатолий. Уселся за столик. Настя
протянула ему анкету. Он взял другой лист, по¬
ложил рядом с анкетой.
— Ну, смотри, — начал он. — О твоей эру¬
диции мы ничего не знаем, поскольку ты ее
не проявила. Но, похоже, твои интересы лежат
в стороне от классической науки. Ты обладаешь
хорошей координацией движений, спортивна,
коммуникабельна, дружелюбна, стрессоустойчива.
Умеешь работать руками, собрана, пунктуальна.
Настя поразилась: когда это о ней успели сде¬
лать такие выводы?
Анатолий продолжил:
— У нас четыре лагеря: «Академия нескуч¬
ных наук», «Мы — славяне», «Мегабайт» и «Город
мастеров». В «Академии» тебе вряд ли понравится,
Исключение из правил
компьютеры и Интернет тебя тоже не интересуют.
А вот к «славянам» и «мастерам» ты впишешься.
«Мы — славяне» — это лагерь с элементами исто¬
рической реконструкции. Ребята там живут в само¬
дельных хижинах, готовят еду на костре, плавают
на лодках, стреляют из луков. А в «Городе масте¬
ров» занимаются разными ремеслами: режут по
дереву, лепят из глины, рисуют, шьют из лоскутков
и прочее из этой серии. Тебе что интереснее?
— Где из луков стреляют, — не задумываясь,
ответила Настя.
— Так и запишем в рекомендациях, — кив¬
нул Анатолий.
Настя осторожно спросила:
— А те, кто в кинозале все дни просидел...
Они тоже годны... никуда?
— Тоже, — усмехнулся Анатолий. — Мы
громко говорили, да?
— Ага. Но я не подслушивала.
— Верю, — улыбнулся Анатолий. — Зато та¬
ким, как ты, мы всегда рады. Привет вашим спон¬
сорам.
Настя вздохнула и пошла собирать вещи. На
обеде предупредили, что отъезд их группы назна¬
чен на три часа. Было очень жалко уезжать. Где
еще встретишь столько хороших людей сразу?
К месту сбора Настя пришла первой. Поч¬
ти сразу приплелся Фёдор. Минут через десять
появились Катька с Олесей — уже без бейджи¬
ков. Настя спохватилась и сняла свой, убрала его
в сумку.

Ольга Златогорская
В административный домик шел Марат — по¬
хоже, на собеседование. Девчонки увидели его,
захихикали. Катька громко прошептала:
— Смотри, тот самый, из-за которого Наське
мороженое дали!
Настя потеряла дар речи: ничего себе, как
быстро информация расходится! Если бы суще¬
ствовал специальный лагерь для сплетниц, Олеся
с Катькой действительно оказались бы там боги¬
ней и королевой!
Катька шагнула Марату наперерез, томно опу¬
стила ресницы и пропела:
— Ма-а-а-льчик... Можно с тобой познако¬
миться?
Марат посмотрел на нее как на больную. Пере¬
вел вопросительный взгляд на Настю, она слегка
поморщилась. Марат очень ровно ответил:
— На мне написано, как меня зовут.
— А может быть, телефончик дашь? — про¬
должила строить из себя томную даму Катька. —
Поболтали бы вечерком...
— Телефончик? — оживился Марат. — Охотно.
Достал из кармана лист бумаги, красную фир¬
менную ручку лагеря и начал писать. Иногда он
на пару секунд задумывался, словно вспоминал
что-то. Недавно сменил номер и еще не выучил?
Марат протянул листок Катьке. Та захлопала
глазами:
— Что это?..
— Номер телефона, — ехидно ответил Ма¬
рат. — Сможешь решить — позвони.

Исключение из правил
С Катьки разом слетел весь гламур.
— Дебил! — рявкнула она, скомкала лист и
бросила в траву.
Марат засмеялся, сказал Насте «пока» и во¬
шел в административный домик.
Подъехала машина, прибежала Светочка —
раскрасневшаяся, запыхавшаяся. В суете посадки
Настя подняла бумажный комок и сунула в карман
ветровки. Интересно, что же там написал Марат?
Обратно ехали, рассевшись по тем же местам,
что и по дороге в лагерь. Насте казалось, что это
было целую вечность назад. Так много всего про¬
изошло за эти два неполных дня!
Как только появилась связь, Настя достала
телефон — написать Тохе. Открыла «ВКонтакте».
Пролистала. Тохиных сообщений не было.
Настя перешла в список друзей. Тоху она
не нашла и там. Странно, он что, удалил страни¬
цу? Но тогда она бы все равно осталась, только
аватарка сменилась бы на мордочку с глазами-
крестиками. А так нет ни-че-го.
Тоха обиделся, что она пропала, и удалил ее
из друзей? На него не похоже, но ничего друго¬
го в голову не приходило. И все же даже в этом
случае переписка осталась бы.
Настя запустила поиск профиля. Даже если
Тоха удалил все, даже если у него полностью за¬
крытый профиль, система его покажет. И тогда,
может быть, что-то станет ясно.
Телефон подумал какое-то время и выдал трех
человек. Все не те.

Ольга Златогорская
Настя попробовала разные формы имени, но
получала один и тот же результат. Глючит соц¬
сеть? Надо поставить «Вайбер» и «Вотсап», тогда
общаться станет проще. Добраться до Тохино¬
го вай-фая, загрузить все нужные программы.
А пока — дождаться, когда рядом не будет лиш¬
них ушей, и позвонить Тохе.
Настя достала плеер, включила музыку и
уткнулась в окно. Солнце как будто не хотело
ехать в Москву: чем ближе город, тем пасмур¬
нее становилось. Перед детдомом и вовсе стал
накрапывать дождик. По улицам под зонтиками
бежали люди, обходили лужи. Похоже, в городе
несколько раз прошел дождь. Ну и лагерь! Дей¬
ствительно, аномальная зона.
Машина остановилась во дворе, Настя то¬
ропливо сказала «спасибо», подхватила сумку и
пошла к себе в комнату. В здании по-прежнему
стояла гулкая тишина: народ еще не вернулся
из поездок. Настя плюхнулась на кровать и на¬
брала Тохин номер.
— Алло! Тоха!
Ей ответил незнакомый мужской голос:
— Ошиблись номером.
Настя посмотрела в телефонную книгу. Может
быть, когда она ставила фото на контакт, она что-
то перепутала? Нет, номер Тохин, в конце циф¬
ры — 3945, начало и конец Второй мировой
войны.
Настя снова набрала номер. Услышав: «Алё?»,
она осторожно сказала:

Исключение из правил
— Здравствуйте. Извините, пожалуйста. Мож¬
но Антона?
— Здесь нет никакого Антона! — раздражен¬
но ответил мужчина.
— Подождите, не кладите трубку! — почти
закричала Настя.
— Девочка, у меня нет времени на розыгрыши.
— Это не розыгрыш! Я по этому номеру еще
два дня назад своему другу звонила!
— Ты что-то путаешь, девочка, — добродуш¬
но отозвался мужчина. — У меня этот номер уже
лет семь, и я его никому не давал.
— И Антона Двоенко вы не знаете? — с от¬
чаянием спросила Настя.
Оставалась надежда, что сейчас мужчина ска¬
жет: «Это мой сын». Может, Тоха взял запасную
«симку» у отца, а тот и не в курсе...
— Нет, не знаю. Рад бы помочь, но — извини.
— Спасибо... До свидания.
Настя отложила телефон. Оставалось одно —
ехать к Тохе домой.
Но сначала нужно разобрать вещи, иначе
от воспитателей влетит. Настя вытряхнула со¬
держимое сумки на кровать. Последней выпала
шапка. Настя сердито натянула ее поглубже —
и почувствовала себя в своей тарелке. Она бы¬
стро разложила все по местам. Привычно огля¬
делась — дежурный воспитатель не придерет¬
ся — и сбежала вниз по лестнице.
В холле она наткнулась на Катерину.
— Здрасьте! Я погуляю до ужина?

Ольга Златогорская
— Как это — до ужина? — очень удивилась
Катерина.
Настя сбилась с шага.
— Ну, как... как обычно. Я к Антону поеду.
Катерина нахмурилась:
— К какому Антону?
Настя чуть не брякнула: «А то вы не знаете!
К тому, чья бабушка приходила!» Но сдержалась
и аккуратно ответила:
— К которому вы меня обычно отпускаете.
Катерина нахмурилась еще больше:
— Ты что-то сочиняешь, Голованова. Когда
это мы тебя отпускали?
Настя почувствовала, что у нее под ногами про¬
вернулась земля, и переступила, чтоб не упасть.
Катерина встревожилась:
— Что с тобой, Настя? Ты хорошо себя чув¬
ствуешь? Ты вдруг побледнела.
— Все в порядке, Екатерина Васильевна. Не¬
много укачало в машине. Можно мне погулять
за территорией? Два часа.
— Два часа можно. Но ты правила знаешь.
Опоздаешь — никаких прогулок.
— Знаю, — кивнула Настя. Посмотрела на ча¬
сы. — До полседьмого?
— Да. Придешь — отметься.
— Конечно.
Настя рванула на остановку. На неспешные
прогулки нет времени.
Через полчаса она звонила в Тохину дверь.
Открыла бабушка.

Исключение из правил
— Здравствуйте. Антон дома?
Бабушка смотрела на Настю как на чужую.
— Антон?
— Да. Вы меня не узнаёте? Я Настя, мы с Ан¬
тоном дружим.
— Настя?
Бабушка не закрывала дверь, но и не при¬
глашала войти. На лице у нее было написано ис¬
креннее недоумение.
Настя не выдержала и закричала:
— Скажите мне, что с Антоном!
— С Антоном все в порядке, насколько мне
известно, — медленно произнесла бабушка. —
Последний раз я его видела в июне, он приезжал
в гости.
— Откуда приезжал? — слабым голосом спро¬
сила Настя.
— Из Васильевска. Он там живет с родителя¬
ми. Это городок такой, в соседней области.
— Я знаю, — пробормотала Настя. — Он
рассказывал...
— Вы с ним в Сети познакомились?
- Да...
— Что мы в дверях стоим? — спохватилась
бабушка. — Проходи.
Настя машинально перешагнула порог. В квар¬
тире все было по-прежнему. Вот только не висела
на вешалке Тохина куртка и не стояли на обувной
полке его кроссовки. Настя лихорадочно сообра¬
жала. Она вспомнила слово «газлайтинг». Это ко¬
гда человеку все вокруг твердят, что все не так,

Ольга Златогорская
как ему кажется. Но как могли сговориться против
нее взрослые? И самое главное — зачем?
Бабушка пригласила Настю в свою комнату.
Они сели — бабушка на диван, Настя в крес¬
ло. Настя понимала, что нужно как-то объяснить
свое вторжение, и осторожно начала:
— Я хотела Антону «ВКонтакте» написать, но
не нашла его профиль. А телефон, наверное, не¬
правильно записала. Мне какой-то мужик отве¬
тил. Я испугалась и приехала к вам...
Бабушка кивнула:
— Бывает... Пойдем посмотрим, что у него
с профилем.
Они пришли в Тохину комнату. Бабушка села
за стол к компьютеру — тому самому, за которым
всего два дня назад они с Тохой рассматривали
фотки с обрывом и лестницей. Настя незаметно
огляделась. Диван застелен знакомым разноцвет¬
ным покрывалом, на стене полки. Только на пол¬
ках — ни Тохиных книг, ни плеера с большими
наушниками. На стене нет плаката с Ведьмаком
из геймерского журнала. На подлокотнике дива¬
на не валяется одежда.
Когда компьютер загрузился, бабушка сказала:
— Вот Антошин профиль, все с ним в по¬
рядке. ..
Настя метнулась к экрану.
В профиле значилось: «Тони Старк». На аватар¬
ке — он самый, Старк из «Железного человека».
В жизни бы Тоха не назвал себя чужим име¬
нем. И уж тем более именем одного из самых
Исключение из правил
крутых мстителей. Кем-кем, а уж супергероем
Тоха себя никогда не считал.
Настя осторожно спросила:
— А это точно его страница?
— Точно, — спокойно отозвалась бабуш¬
ка. — Мы с ним давно здесь переписываемся, да
и фотографии вот, он мне перекинул...
Со снимков действительно смотрел Тоха — рас¬
пахнутые глаза, волосы вразлет, ямочка на щеке.
Бабушка вопросительно глянула на Настю, та по¬
спешно объяснила:
— Он мне другой профиль давал, с именем
и фамилией.
— Постой, а ты точно именно с нашим Ан¬
тоном дружишь? — вдруг спохватилась бабуш¬
ка. — У него другого аккаунта не было никогда,
мы с ним этот вместе регистрировали лет пять
назад. Сначала в шутку, а потом он так и остался.
Настя достала из кармана телефон, нашла То¬
хину фотку:
— Вот, смотрите, он мне прислал.
Честно говоря, Настя уже ждала, что бабушка
скажет: похож, но не он. Но бабушкины глаза по¬
теплели, она кивнула:
— Действительно, Антоша. Да и глупый во¬
прос я задала: откуда бы ты взяла мой адрес?
Только вот зачем он тебе его дал, не пойму. По¬
чему свой не дал, в Васильевске?
— Я не знаю... — беспомощно пробормота¬
ла Настя. — А где он там живет? Я бы съездила
и сама с ним поговорила.

Ольга Златогорская
Бабушка вдруг стала серьезной. Поджала губы,
помолчала. И сухо ответила:
— Если он тебе адрес не дал, то и я не дам.
Я не знаю, что у вас за отношения.
Настя проглотила ругательство и пробормо¬
тала:
— Хорошо, я ему сама напишу... — и доба¬
вила: — Спасибо. Я поеду тогда. Мне пора.
Настя выскочила в подъезд и помчалась
по лестнице. Горло перехватило, на глаза навер¬
нулись слезы.
«Прекрати! — приказала она себе. — Ну-ка,
быстро перестань! Не смей истерить!»
Она неслась, перепрыгивая через три сту¬
пеньки, на площадках хватаясь за поручень и
резко посылая тело в поворот. Лестница быстро
кончилась, Настя вылетела из подъезда, как ядро
из пушки, и понеслась через двор.
Она не знала, что из окна на нее смотрит То¬
хина бабушка и задумчиво бормочет:
— Странная девочка... Очень странная...
* * *
Настя все-таки разревелась и спряталась в гу¬
стых кустах рядом со школой. В эти кусты ходи¬
ли курить старшеклассники.
Вытерев слезы, Настя проверила время — его
оставалось немного — и поехала на ужин. Нет
Тохи — нет привилегий. Их придется медленно
зарабатывать снова, гуляя строго по два часа
в дневное время. Нужно усыпить бдительность
Исключение из правил
педагогов и подкопить денег. А потом рвануть
в Васильевск и как-то найти Тоху. И поговорить
с ним.
За побег влетит, наверняка запрут без права
выхода за территорию до совершеннолетия. Ну и
ладно. По-другому никак не получается.
Оставалось решить вопрос: как найти То¬
хин адрес. Может быть, спросить в школе? Но
бабушка говорит, он живет в Васильевске, зна¬
чит, в этой школе такой ученик никогда не зна¬
чился.
Написать ему в соцсети? Настя достала теле¬
фон, открыла «ВКонтакте». Ввела в поиске: «Тони
Старк». Открылась длинная простыня вариантов.
Сорок девять лет, Нью-Йорк. Двадцать лет, Волго¬
град. Сорок три года, Вашингтон... Настя сузила
поиск по возрасту. Появился профиль, который
показывала Тохина бабушка. Настя открыла лич¬
ную страницу. Картинки из недавно вышедше¬
го фильма... Музыка... Хоть здесь Тоха остался
верен себе: больше всего он любил эпические
саундтреки из фильмов и игрушек.
Настя отправила запрос в друзья и сообще¬
ние: «Привет. Я знаю твою любимую песню. До¬
бавишь в друзья?»
Почти сразу пришел ответ: «Ну и какая?»
«Основная тема из „Хроник Нарнии“», — на¬
писала Настя. И подумала: а вдруг и это тоже из¬
менилось?
Телефон звякнул, пришло служебное сооб¬
щение: «Пользователь Тони Старк принял вашу
Ольга Златогорская
заявку в друзья». А потом — сообщение от Тохи:
«Добавил. Ты кто?»
* * *
Настя ехала в детдом как в тумане. Голо¬
ва болела и отказывалась соображать. Как гиф-
картинка, бесконечно снова и снова повторялась
одна мысль: «Как такое может быть?»
Словно робот, она вышла на своей останов¬
ке, ноги понесли ее по тропинке. Настя совер¬
шенно не понимала, где она и что делает. В гла¬
зах темнело, земля под ногами качалась. Чтобы
не упасть, Настя схватилась за что-то рукой. Это
оказался забор детдома. Почти на ощупь Настя
нашла калитку. Прошла через двор и поднялась
на крыльцо.
Ее встретила Катерина. Строго сказала:
— Ну-ка, дыхни!
Настя машинально подчинилась. Катерина по¬
трогала Настин лоб, нахмурилась еще больше.
Проводила до кровати, помогла лечь. Вышла
в коридор и принялась кому-то звонить. Настя
не слушала — у нее гудело в ушах. Она закрыла
глаза.
Хлопнула дверь — вошла Ирина, детдомов¬
ская медсестра. Села рядом на край кровати.
— Анастасия, что с тобой?
Настя не ответила.
— Ты что-то приняла на прогулке?
Настя отвернулась.
Медсестра помолчала и холодно произнесла:

Исключение из правил
— Значит, так. Ты сейчас пойдешь в туалет и
помочишься в стаканчик. Или мы повезем тебя
в больницу. Там у тебя возьмут анализ крови, и
мы всё узнаем.
— Давайте, — без выражения отозвалась
Настя.
— Вызывать «скорую», едем в больницу?
— Стаканчик давайте.
Медсестра протянула пластиковый стакан.
Настя села. Голова закружилась. Ничего. Ниче¬
го... В ней начала подниматься злость. С какой
стати ее принимают за наркоманку? Они что, ее
первый день знают?
От злости туман расступился, Настя почти
твердо встала на ноги. Взяла стаканчик и, стараясь
не шататься, зашагала в туалет. Медсестра пошла
с ней. Настя закрылась в кабинке: ну хоть здесь
оставят ее в покое? Сделала, что просили, вручи¬
ла стакан медсестре и вернулась в свою комнату.
Легла — пол под ней снова начал кружиться.
Через какое-то время снова стукнула дверь.
Вошла Катерина.
— Настя, извини, — примирительно начала
она. — Но, сама посуди, что мы должны были
подумать? Мы обязаны проверить, наркотики —
это не шутка.
Настя никак не отреагировала.
— Может быть, ты расскажешь, что у тебя
случилось?
— Отстаньте!.. — с трудом произнесла Настя.
Катерина покачала головой и вышла.

Ольга Златогорская
А Настя вдруг вспомнила: дневник! Там есть
записи о Тохе!
Настя подскочила к шкафу — вся сонная одурь
разом слетела с нее. Вытащила заветный блокнот,
снова села на кровать. Открыла...
Записей про Тоху не было. Ни одной.
Настя пролистала знакомые странички не¬
сколько раз. Ни одного листа не вырвано. Но
записи выглядели так, как будто кто-то их полно¬
стью переписал. Ее собственным почерком.
Это было уже слишком. Перед глазами раз¬
лилась плотная чернота. Настя не услышала, как
блокнот со стуком упал на пол...
* * *
Через три дня стали возвращаться из лагеря
ребята. Чтобы не приставали ни они, ни воспита¬
тели, Настя каждый день вставала, ходила в сто¬
ловую, сидела в кинозале. Там смотрели какие-то
фильмы — Настя не запомнила ни одного. А еще
она давно умела прятаться в библиотеке. Если
открыть книжку и сесть в дальний угол, никто
не лезет с разговорами.
Туман из головы не ушел. Иногда мозги все-
таки начинали работать, и Настя мучительно раз¬
мышляла о том, что случилось.
Она сошла с ума? В лагере над ней ставили
какие-то эксперименты, облучали чем-то? Или
гипнотизировали?
Думать плохое про лагерь совершенно не хо¬
телось. Перед глазами сразу вставали Александр,
Исключение из правил
Лариса, Анатолий и даже чей-то родитель Гоша.
Настя старательно искала причину, по которой ла¬
герь остался бы вне подозрений. И нашла: другие-
то нормальные. У них никто не пропал. Не могли
же ставить эксперимент над ней одной. Вон дев¬
чонки трещат по всем углам про то, как их вози¬
ли в какое-то идиотское место с детсадовской
программой, и только Наська как дура во все это
играла. А Катька-то с Олесей выше этого. Фёдор
тоже ходит с обычной своей кислой миной.
Может быть, она провалилась в параллельный
мир? Но параллельные миры — это выдумка.
Если бы люди так запросто туда проваливались,
все бы об этом говорили. И обязательно кто-то
снял бы видео и выложил в Сеть.
Настя вспомнила, как пару лет назад она слу¬
чайно посмотрела ролик — мальчик вывалился
из кабинки колеса обозрения. Потом это видео
долго стояло у нее перед глазами: маленькая фи¬
гурка, очень темная на фоне неба, летит к земле.
Все произошло очень быстро — и тем не менее
это зафисировали несколько человек.
Парни из Настиной «семьи» часто смотрели
видосы с регистраторов, как разбиваются ма¬
шины или под колеса попадают люди. А недав¬
но, когда совершил аварийную посадку самолет,
весь Интернет мигом облетела запись из сало¬
на — какой-то пассажир снял, как все трясется
и кричат люди.
Когда что-то происходит, рядом всегда оказы¬
вается кто-то с камерой, мобильные телефоны
Ольга Златогорская
есть у всех. Значит, и про то, как кто-то пропа¬
дает или ниоткуда появляется, было бы видео.
Но его нет, а есть книжки. А на книжках пометка:
«фантастика». Значит, выдумка.
Взрослые сговорились и троллят ее? В такой
вариант поверить легче всего, но есть одно об¬
стоятельство: Тоха. Скорее небо упадет на землю,
чем Тоха выступит против нее. Даже обидевшись
насмерть, он не примет участия в чужой не¬
доброй игре.
Остается один, самый простой вариант: она
сошла с ума. Придумала себе несуществующую
жизнь, несуществующего друга и несуществу¬
ющие путешествия. И только одно мешает по¬
верить в эту версию до конца: фото в телефоне.
Тоха добавил ее в друзья только сейчас и рань¬
ше снимок прислать не мог. А он есть. Есть!
В этом месте мозги выключались, и голову
снова застилал туман. Настя переставала думать
и реагировать на происходящее вокруг. И это
было хорошо. Потому что иногда — чаще всего
по ночам — приходили другие воспоминания.
Те, от которых Настя давным-давно отгородилась
толстой стеной. Ей казалось, что стена «работает»
сама по себе. Но сейчас, когда сил не хватало,
стена рушилась — и возвращалось это.
На соседних кроватях мирно сопели девчон¬
ки, в окно светил фонарь и отбрасывал резкие
тени, похожие на лунные. Но Настя не видела
ставшую привычной комнату — у нее перед гла¬
зами появлялись картины ее прошлого. А вместе
Исключение из правил
с ними приходили чувства — те, которые Настя
так хотела забыть.
Квартира. Уютная двушка в Екатеринбурге.
Мама с папой всё собирались переклеить обои
и весело спорили, в какой цвет. Настя себе дав¬
но выбрала — синенькие, с мишками и сердеч¬
ками. Квартира казалась маленькой, ее всегда
наполнял папин громкий голос, мамин смех,
объятия, вкусные запахи из кухни, разбросанные
вещи — мама не любила порядок... А теперь в
квартире тихо. Маму увезли в больницу, и Настя
ждет. Но мама не возвращается. Папа становит¬
ся все тише и тише, не слышен его голос, у него
ввалились щеки. Он забывает бриться. Иногда
он словно просыпается, подхватывает ее, Настю,
на руки и сильно прижимает к себе. Щетина ко¬
лет лицо. Насте становится очень страшно —
как будто приближается что-то непоправимое.
Однажды папа возвращается из больницы и
долго сидит на кровати в спальне, не зажигая
света. Настя бесшумно прячется в своей комнате.
Тишина сжимает голову, и то ужасное, непопра¬
вимое становится ближе. Настя не выдерживает
и подкрадывается поближе к папе.
Папа похож на огромную сломанную игрушку.
Он еле заметно поворачивает голову и говорит
всего два слова.
Эти слова роняют на Настю небо.
Мама умерла.
Дальше Настя помнит кусками: приходили
какие-то женщины, что-то искали в мамином

Ольга Златогорская
шкафу. Кажется, одежду. Потом на кухне варили,
жарили, деловито переговаривались. Звали На¬
стю: «Покушай, детка, тебе нужны силы». Настя
не могла есть, у нее так сдавило горло, что
с трудом проходил воздух. Чужие женщины ка¬
зались ей злыми ведьмами, слетевшимися на ша¬
баш.
Настя увидела маму уже на кладбище. День
был теплый, то и дело моросил легкий дождик,
а потом снова проглядывало солнышко. «Скоро
грибы пойдут», — сказал кто-то, и Настя ужас¬
нулась: как можно говорить про грибы, когда ее
мама умерла?!
Мама умерла! То, что лежало в гробу, не име¬
ло ничего общего с настоящей мамой — весе¬
лой, звонкой, всегда готовой на смешной стишок
или песенку. Заострившийся профиль воскового
цвета только напоминал настоящую маму, но ее
больше нет. Мамы нет, нет, нет!
Настя не плакала. Она стояла неподвижно, на¬
ряженная в строгое темно-синее платье, куплен¬
ное для гимназии. На голове — черный платок.
Его принесла одна из теток-«ведьм» и заставила
надеть. Настя подчинилась — она не могла спо¬
рить. От теток ее мог бы защитить папа, но его
не было рядом. Настя так и не узнала, куда он
пропадал в эти черные дни.
Смотреть на маму было невыносимо, и Настя
с тайным облегчением вздохнула, когда на гроб
опустили крышку. Она так и не подошла по¬
прощаться — между ней и гробом словно

Ольга Златогорская
появилась прозрачная стена. Настя молча и не¬
подвижно простояла рядом с могилой до само¬
го конца.
Потом началась учеба. Настя приходила из
школы, готовила что-то поесть себе и папе, учила
уроки. Квартира теперь казалась огромной и гул¬
кой, в ней поселилась пустота. Папа приходил
очень поздно, медленными и неверными движе¬
ниями стаскивал куртку. После ужина он уходил
в комнату и падал на кровать, не закрыв дверь.
Иногда он раздевался, и тогда Настя закидывала
его одежду в стиральную машинку. Но чем даль¬
ше, тем чаще он спал в одежде. От него пахло
потом, плесенью и безнадежностью.
Так прошел учебный год. Летом Настя уехала
в спортивный лагерь. К сентябрю она вернулась —
и не узнала папу. Он постарел лет на десять.
К зиме папу уволили. Несколько дней он
провел дома — и Настя впервые в жизни уви¬
дела на кухонном столе бутылку водки. Потом
какие-то друзья устроили папу работать на ры¬
нок грузчиком. Эти друзья стали приходить до¬
мой, засиживаться на кухне. Они прожгли ма¬
мину скатерть, перебили разноцветные тарелки.
Из дома стали исчезать вещи: телевизор, мами¬
ны золотые часы, старая икона. Настя пряталась
в своей комнате, утыкалась в стену и плакала.
Ей почему-то было очень жалко свою мечту —
синие обои с медвежатами. Так прошел еще
год. Летом Настя снова поехала в спортивный
лагерь и тренировалась там до изнеможения.

Исключение из правил
Тренер хвалил ее и даже взял на соревнования.
Настя заняла первое место. Тренер сказал, у нее
большое будущее.
Настя не хотела будущего. Она хотела вер¬
нуться в прошлое. Туда, где мама пела и расска¬
зывала смешные сказки. Но дороги в прошлое
не было, а настоящее становилось все более
и более страшным.
Иногда папины друзья уходили, а иногда кто-
то оставался ночевать, спал на полу в кухне. В та¬
кие ночи Настя боялась выйти в туалет. Однажды
после застолья папа встал, нетвердой походкой
вышел в коридор и пошатнулся. Он хотел схва¬
титься рукой за стену и не достал. Тело вильнуло,
и папа молча и страшно упал лицом вперед. Го¬
лова с деревянным стуком врезалась в дверной
косяк. Настя закричала. Папа не двигался. Из-под
волос растекалось красное пятно.
Настя схватила свой телефон и вызвала «ско¬
рую» — этому учили в школе. Папу забрали
в больницу. Настя осталась совсем одна. А через
день ее вызвали к директору гимназии. Там сиде¬
ли две тетеньки — сухие и вежливые, с ненату¬
ральными улыбками. Они забрали Настю из дома.
И больше она в него не вернулась.
Сейчас тот маленький городской детдом по¬
казался бы Насте уютным. Но тогда, оказавшись
одна в чужом месте, она впала в глухую тоску
и перестала разговаривать. В гимназию ее никто
возить не стал, все детдомовские ходили в одну
школу. Тренировки пришлось бросить — теперь
Ольга Златогорская
они оказались на другом конце города. А потом
пришел папа.
Настя бросилась к нему — незнакомому,
еще больше похудевшему, в мятой, затасканной
рубашке. Глаза у него запали и утратили блеск,
бровь пересекал длинный шрам. Папа обещал,
что он скоро заберет Настю домой. Настя жда¬
ла — до лета. А летом выяснилось: возвращать¬
ся некуда. В их квартире живут какие-то чужие
люди, а сам папа ютится в маленькой комнатке
в пригороде. Эта новость ударила как молния.
Дома, стены которого помнят маму, больше нет.
Такого предательства Настя простить не могла.
Она перестала выходить к отцу. Когда ее пы¬
тались уговорить или заставить, пряталась под
кроватью. Однажды отец пришел нетрезвым —
и его не пустили. Настя вздохнула с облегчением.
Она не хотела, чтобы он приходил. Но он являл¬
ся снова и снова, бродил вдоль забора. Над На¬
стей стали смеяться ребята: «Смотри, твой алкаш
пришел!» И Настю перевели туда, где лишенный
родительских прав отец не мог ее найти.
В большом интернате Настя быстро затерялась
среди других девочек. Ничем особым она не вы¬
делялась. Сама учила уроки, соблюдала распоря¬
док дня, следила за одеждой и чистотой и не кон¬
фликтовала с ребятами — то есть никаких хлопот
воспитателям не доставляла. Она даже научилась
улыбаться, хотя оставалась по-прежнему окаме¬
невшей внутри. Так прошло два года. И наверное,
так бы и дожила она до выпуска, если бы однаж¬
Исключение из правил
ды к ним не приехала семейная пара, которая
искала девочку себе в семью...
Эту историю Настя не любила вспоминать
больше всего.
Опекуны разбередили рану. Настя поверила.
Поверила в то, что у нее снова будет дом. Что
ее будут любить. Что она станет чья-то.
А потом они ее бросили.
Раньше Настя говорила себе: зато из-за этого
ее перевели и здесь появился Тоха.
А теперь Тохи нет.
И никого нет.
Лежа по ночам без сна, Настя снова и снова
спрашивала себя: почему ей так не везет? Поче¬
му люди, которые так нужны, просто исчезают
из ее жизни? За что с ней так несправедливо об¬
ходится судьба? Может быть, в прошлой жизни
она была очень плохим человеком и теперь рас¬
плачивается за это?
Ответы не приходили.
Днем Настя то плавала в тумане, то погружа¬
лась в отчаяние и потому не сразу заметила, что
все вокруг обсуждают какое-то видео. По всем
углам звучало: «Хорошо, что не у нас!..», «Какой
ужас!», «Вот дуры-то!».
Однажды вечером к ней подошла воспита¬
тельница и мягко сказала:
— Настя, у нас сбор в кинозале. Директор
сказал, старшим обязательно всем. Пойдем?
Настя пожала плечами и пошла. Ей было все
равно.

Ольга Златогорская
В кинозале она села в угол, чтобы рядом ока¬
залось поменьше народу. Довольно быстро со¬
брались все детдомовцы от четырнадцати лет.
Народ гудел — все явно понимали, чему посвя¬
щено собрание. Пришел директор.
— Добрый вечер, ребята, — начал он. — Да¬
вайте к делу. Вы знаете, наверное, про двойное
самоубийство. Ролик все видели?
Ребята загудели утвердительно. Настя подня¬
ла голову.
Самоубийство?
— Поднимите руку, кто не смотрел видео, —
продолжил Дмитрий Петрович.
Настя подумала и подняла. А больше никто.
Директор кивнул:
— Ага. Почти все. Это очень хорошо, я бы
не хотел показывать его снова. Это не то кино,
которое приятно посмотреть. В этой связи я хо¬
тел бы сказать две вещи. Первая: когда у вас что-
то случилось, не молчите. Подойдите к воспита¬
телям. Если не хотите откровенничать с ними,
попросите направление к психологу. Вы всегда
можете поговорить лично со мной. У вас есть
кураторы, в конце концов. Всегда помните: вы
не одни.
Настя мысленно усмехнулась. Ни с кем из пере¬
численных людей она говорить бы не стала. Да
и кто станет ее слушать? Это ведь не несчастная
любовь и не айфончик, который хочешь получить
в подарок...
Директор помолчал и заговорил мягче:

Исключение из правил
— Второе, что я хотел сказать. Помните, что
Анна Каренина, когда прыгнула под поезд, пере¬
думала. Но было поздно. Большинство самоубийц
жалеют о содеянном, когда исправить уже ниче¬
го нельзя. Не забывайте, что исправить можно
всё — пока вы живы.
Настя чуть не рассмеялась и быстро закашля¬
лась. Умный какой! Давай исправь. Верни мне Тоху.
А директор вздохнул и закончил:
— И последнее. В связи с произошедшим
у нас наверняка будут новые проверки, скорее
всего, пришлют какую-то анкету или придут люди
с вами беседовать. Будьте разумны, отнеситесь
к этому серьезно. Я знаю ваш нездоровый юмор,
особенно в анонимных анкетах. Пожалуйста, пи¬
шите то, что вы на самом деле думаете, а не то,
что, по-вашему, «прикольно». Договорились?
Народ зашумел, что «договорились, ясное
дело». Директора любили, особенно «старички»,
заставшие Марью.
Директор ушел, старшие ребята остались смо¬
треть какой-то сериал. Настя засела в библиоте¬
ке, вытащила из кармана телефон и в два счета
нашла статью о недавнем самоубийстве. Две де¬
вочки четырнадцати лет вошли в шестнадцати¬
этажный дом, на пятнадцатом этаже открыли
в коридоре окно, вылезли на подоконник и, взяв¬
шись за руки, вместе прыгнули вниз. Никаких
записок они не оставили. В статье были фотогра¬
фии дома, места падения и самих девчонок. На¬
стя всмотрелась в лица.

Ольга Златогорская
Девчонки как девчонки, вроде Катьки с Оле¬
сей. Обычная, совершенно незапоминающаяся
внешность. Яркая косметика, короткие платья
в обтяжку и ничего не выражающие глаза.
Настя промотала статью до конца. Завершало
ее мнение какого-то врача. Он рассуждал о том,
что современные дети живут в виртуальном
мире и, дескать, думают, что жизнь можно будет
перезагрузить и начать сначала, что смерть —
не навсегда. И что во всем виноваты компьютер¬
ные игры и Интернет. Игры — тем, что приучают
к виртуальности, а Интернет — пропагандирует
самоубийства. Поэтому детей надо ограничивать
и контролировать. А лучше им вообще запретить
компьютеры и гаджеты.
Настя только головой покачала. Вот же дурак,
а еще доктор.
Ниже шли комментарии. Многие писали:
«Ужас!», «Дети совсем бесконтрольные!», «Пра¬
вильно, давно пора все запретить!». Удивительно,
что все эти комментаторы не понимают главно¬
го: люди не убивают себя только потому, что это
прикольно.
Люди убивают себя потому, что не могут даль¬
ше жить.
Настя закрыла глаза и представила, как она
становится на подоконник и смотрит вниз. Еще
шаг — и все закончится. Не будет больше тумана
в голове, тоски и отчаяния. Не будет головолом¬
ных размышлений о том, что случилось. Не будет
ни-че-го.

Исключение из правил
И от этого «ничего» тело скрутил такой ужас,
что она даже мысленно не смогла сделать этот
шаг вперед. Глаза сами собой открылись, Настя
глубоко вдохнула и разжала пальцы: оказывается,
она вцепилась в подлокотник кресла.
В самые черные моменты своей жизни Настя
не помышляла о самоубийстве. Как бы ни было
плохо, ей просто в голову не приходило, что
можно просто все это закончить.
Когда боль становилась слишком сильной, ее
накрывала темнота — и мир отступал. Это было
похоже на отдых, после которого жизнь про¬
должалась. Как обморок или сон. Но ей никогда
не хотелось сделать так, чтобы эта темнота оста¬
лась навсегда. Пока еще она дальше жить могла.
И значит — будет.
Но вот фотографии двух девчонок, и они ушли
во тьму навсегда. Что случилось в их жизни тако¬
го, что толкнуло в окно пятнадцатого этажа?
Настя еще раз просмотрела статью. Причины
не найдены. В классе никто не травил, отноше¬
ния с родителями нормальные, несчастной люб¬
ви не было. Тогда в чем дело?
Настя просмотрела еще несколько статей
на эту тему. Мнения всех экспертов совпадали:
«Интернет», «игры», «сейчас такие дети». Настя
уже не удивлялась: она поняла, что разбираться
в том, что случилось, никто не будет. Есть удоб¬
ная версия, и она всех устраивает.
Через несколько дней разговоры о самоубий¬
стве утихли. Так прошла неделя. А во вторник
Ольга Златогорская
приехала эта. Катерина разыскала Настю во дво¬
ре за спортплощадкой и радостно объявила:
— Анастасия, к тебе куратор.
Настя отвернулась. Приехала — пусть сама
сюда и топает. Настя к ней мчаться не собиралась.
А еще лучше — пусть проваливает к себе домой.
С ней и в хорошие-то дни общаться непросто,
а сейчас выдерживать ее натиск и вовсе нечем.
Этой что, она явилась на площадку. Устрои¬
лась на скамейке напротив. Обычно энергичная,
резкая и очень подвижная, она не могла и трех
минут посидеть спокойно. Сразу начинала рас¬
спрашивать: что думаешь о жизни, решила ли,
куда поступать, что читала... При этом качала
ногой, размашисто жестикулировала и, продвигая
свою точку зрения, сильно наклонялась вперед,
словно хотела запихнуть в Настю свою правоту.
Но сейчас эта молча и неподвижно смотрела
на Настю. А потом тихо сказала:
— Воспитатели предупредили меня, что у те¬
бя что-то случилось и ты не хочешь об этом го¬
ворить. Но, Настя, девочка моя, пойми: если ты
не расскажешь, тебе никто не сможет помочь.
— Мне и так никто не сможет помочь, — вы¬
рвалось у Насти. — На наркотики меня уже про¬
веряли, спасибо. Теперь в психушку потащат.
Эта снова помолчала. А потом решительно
ответила:
— Обещаю тебе: все, что ты мне расскажешь,
останется между нами. Даже если ты действи¬
тельно принимала наркотики или я не знаю что.

Исключение из правил
Если ты не захочешь, я никому ничего не скажу.
Клянусь.
И в этом «клянусь» не было никакой фальши
или рисовки, а только спокойное и твердое обе¬
щание.
Настя впервые посмотрела на кураторшу как
на человека.
Выслушает? Поверит?
Ладно, хуже все равно уже не будет.
— Окей, — медленно произнесла Настя. —
Слушайте.
Она рассказала свою историю — спокойно
и ровно, как изложение по литературе. На эмо¬
ции уже не осталось сил. Где-то внутри метался
огонек паники: сейчас эта скажет, что она спяти¬
ла. Но, в конце концов, не все ли равно теперь?
Марина Викторовна помолчала и задумчиво
переспросила:
— Значит, ты дружила с мальчиком, а теперь
он вроде как живет в другом городе и всегда
там жил. Верно?
Настя кивнула.
— Но при этом ты знаешь адрес его бабуш¬
ки. А он тебя — нет. И адрес тебе не давал.
Настя снова кивнула.
Марина Викторовна потерла лоб, покачала
ногой, посмотрела вдаль — видимо, она так раз¬
мышляла. И сказала:
— Слушай, по-моему, надо ехать туда. Пого¬
воришь с ним — может быть, что-то прояснится.
Настя ошарашенно уставилась на кураторшу.

Ольга Златогорская
— Вы серьезно?
— Вполне. А ты не хочешь ехать?
— Хочу, конечно. Но кто меня отпустит?
— Со мной отпустят.
Настя все еще не верила:
— Вы... хотите... поехать со мной в Ва-
сильевск?
— Я же обещала помочь. Историю ты рас¬
сказываешь странную, я не знаю, как к ней под¬
ступиться. Тогда я подумала: чего бы сама хотела
на твоем месте? Ответ очевиден. Ничего другого
я пока не придумала. Поехали?
И так по-домашнему мягко прозвучало это
«поехали», что Настя неожиданно для себя раз¬
ревелась, как дошкольница. Она хлюпала носом,
а Марина Викторовна сидела рядом и просто смо¬
трела на нее. Не бросилась обнимать и утешать,
а молча протянула пачку бумажных салфеток.
— Спасибо, — пробормотала Настя. Вытерла
лицо, высморкалась и привычно загнала слезы
внутрь.
Кураторша задумчиво произнесла:
— Нам нужен его адрес. И желательно но¬
мер телефона. Вот что. Где, говоришь, живет его
бабушка?
* * *
Ехать решили через день. Настя этого еле до¬
ждалась. Она не могла толком ни есть, ни спать.
То в ней крепла надежда, что они увидятся с То¬
хой и все наладится. То брала верх рациональ¬
Исключение из правил
ная часть, которая говорила: «Он тебя не знает,
что изменит встреча?» Так Настю мотало туда-
сюда, и к поездке она совсем извелась. Чтобы
ни на кого не рявкнуть, Настя ушла на площадку
и занималась там. Спортплощадка у детдома —
одно название. Раньше в кустах на скамейке ре¬
бята курили, но после того как директор поста¬
вил туда камеру, это место стало совсем без¬
людным. Настя бегала кругами по небольшому
стадиончику, подтягивалась на хлипком турнике,
тянулась на лесенке с проржавевшими ступень¬
ками и старалась ни о чем не думать.
Но вот наступило утро четверга, и сразу по¬
сле завтрака, как и обещала, приехала Марина
Викторовна. Настя увидела в окно ее маленькую
серебристую машинку. И первый раз вышла ку¬
ратору навстречу.
Если бы Настя оглянулась, она бы увидела,
как ей в спину с радостным удивлением смотрит
Катерина. Но Настя не оборачивалась — она спе¬
шила в Васильевск.
Настя села в машину и почувствовала, как
у нее дрожат ноги.
— Доброе утро! — сосредоточенно произ¬
несла Марина Викторовна. — Пристегнись.
Настя защелкнула ремень безопасности и от¬
кинулась в кресле. Отозвалась:
— Здравствуйте.
— Ехать далеко. Включим радио?
— Давайте...
— Ты какое предпочитаешь?

Ольга Златогорская
Настя растерялась. Во-первых, она вообще
не слушала радио. Она слушала такую музыку, от
которой у кураторши гарантированно завяли бы
уши. А во-вторых, она не ожидала, что хозяйка
машины будет спрашивать у нее, пассажира и во¬
обще ребенка, какое радио включить.
Настя честно сказала:
— Я не знаю. Какое вам нравится?
Марина Викторовна нажала кнопку:
— Вот это. Пойдет?
Заиграла мягкая мелодия. Настя глянула
на приборную доску: «Хиты девяностых». Ух ты,
какая древность. Ладно, пусть играет.
Настя кивнула. Покосилась на кураторшу.
Похоже, Марина Викторовна не стремилась
вступать в разговоры. Она внимательно смотре¬
ла на дорогу, чуть прищурившись, и ее острый
профиль казался отточенным, как бритва. Корот¬
кие пепельно-серые волосы топорщились на за¬
тылке, белоснежная шея торчала из небрежно
намотанного легкого цветастого шарфа, тонкие
пальцы цепко держали руль. Сейчас она напо¬
минала хищную птицу, кружащую над добычей.
Но это не казалось смешным. Наоборот, сейчас
Марина показалась Насте очень стильной и даже
красивой. Настя вдруг поняла, что ничего о ней
не знает. Сколько ей лет? Кто она по профессии?
Где работает? С кем живет?
Настя слышала, что у Марины Викторовны
двое взрослых детей, но где эти дети, чем зани¬
маются — понятия не имела.

Исключение из правил
Кураторам не запрещено рассказывать о сво¬
ей жизни подопечным. Просто Настя никогда
этим не интересовалась.
Машина выехала на шоссе и понеслась по
трассе.
Настя вдруг спохватилась:
— Ой... А вы адрес узнали?
— Конечно, — чуть улыбнулась кураторша. —
Иначе куда бы мы ехали?
— A-а... как?
Марина немного помолчала и неохотно отве¬
тила:
— Мы взрослые люди, нам проще понять
друг друга...
Настя почувствовала подвох. Резко спросила:
— Так что вы сказали бабушке Антона?
— В каком-то смысле правду.
— То есть?
Марина вздохнула:
— Я сказала, что вы, видимо, дружили,
а потом поссорились. Что-то у вас произошло.
Ведь ты знаешь его имя и фамилию, адрес ба¬
бушки, у тебя в телефоне фотка. Антон очень
сильно на что-то обиделся, да так, что теперь
говорит: «Не знаю никакой Насти». А ты сама
не своя. Ни есть, ни спать не можешь, того и
гляди, будет нервный срыв. И что подросткам
надо дать возможность поговорить не в Ин¬
тернете, а по-настоящему, лицом к лицу. Вот
и всё.
— И если бабушка спросит про меня...

Ольга Златогорская
— Он скажет: «Не знаю никакую Настю», —
усмехнулась Марина Викторовна. — Тем самым
подтвердив мои слова.
— Гениально! — искренне восхитилась Настя.
— Это было несложно. Мне даже немно¬
го стыдно обманывать пожилого человека. Но,
как я понимаю, с чистой правдой ты уже при¬
ходила.
— Ага... Спасибо, Марина Викторовна.
— Ты можешь называть меня просто Марина.
Это будет короче и удобней... И, если хочешь,
говорить мне «ты».
Настя почувствовала себя неловко. Поежи¬
лась. Кураторша, хоть и смотрела на дорогу, это
заметила. Спокойно добавила:
— Но, если тебе сложно, мы можем оставить
все как есть. Или как-то перейти постепенно.
Настя вспомнила лагерь, предложила:
— А можно... я буду звать вас по имени...
и на «вы»? Пока...
Марина кивнула:
— Конечно.
Насте показалось, что Марина как будто немно¬
го обмякла. Негромко играла песня из какого-то
старого фильма, ложилась под колеса серая лента
шоссе. И Настю вдруг отпустило напряжение по¬
следних дней. Она просто ехала к Тохе. И будь
что будет.
Примерно через час Марина сказала:
— Заедем на заправку? Воды купим и во¬
обще. ..

Исключение из правил
Настя кивнула. Ей как раз нужно было «во¬
обще», но она стеснялась попросить. На заправ¬
ке Марина пошла к витрине с напитками, а Настя
сразу же увидела указатель «WC» и заторопилась
туда. Возвращаясь, она прошла мимо холодиль¬
ника с мороженым. Глаза сами собой зацепились
за многообразие брикетов, стаканчиков, кюветок
и рожков.
Марина только что расплатилась за полуто¬
ралитровую бутылку воды. Убрала мелочь в ко¬
шелек, обернулась и проследила за Настиным
взглядом. Тут же спросила:
— Хочешь мороженое? Тебе купить?
Настя неопределенно хмыкнула.
Марина подошла, встала рядом:
— Какое ты любишь?
Настя пожала плечами. «Любишь»... Она ела
то мороженое, которым угощали. Иногда поку¬
пала его себе сама, но редко: карманных денег
давали мало, не до баловства.
Марина сказала:
— Выбирай.
Настя обвела глазами витрину и потерялась
в названиях и картинках. Она переводила взгляд
с одного мороженого на другое и не понимала,
что взять. Ее бросило в жар. Она словно увидела
себя со стороны: уткнулась в витрину и хлопает
глазами как идиотка. Рассердившись, Настя вдруг
увидела эскимо, которое давали в лагере, и ткну¬
ла пальцем. Марина спокойно взяла его и пошла
на кассу. Оглянулась:

Ольга Златогорская
— Еще что-нибудь хочешь? Печенье? Чипсы?
Настя помотала головой. Нет уж, хватит одно¬
го выбора. В печеньях она понимала еще мень¬
ше, чем в мороженом. А купить что-то невкусное
и потом давиться не хотелось.
Марина заплатила за мороженое и отдала
его Насте. Они сели в машину. Марина достала
из дверцы маленькое полотенце:
— Положи на коленки, чтобы на джинсы
не капнуть.
Настя удивилась: как все продуманно. Мари¬
на явно сама ест в машине. А водитель в дет¬
домовском автобусе всегда злился, когда кто-то
пытался жевать в салоне, и с мороженым вооб¬
ще не пускал...
Машина снова вырулила на шоссе, Настя ела
мороженое и косилась на Марину. Неужели ку-
раторше правда нравится возиться с ней? Помо¬
гать, угощать мороженым, убивать целый день,
кучу сил и бензина на поездку в Васильевск?
«Осторожно, — сказал внутренний голос. —
Ты уже один раз поверила».
Да. Было такое. Когда ее взяли в семью, она
совершила ошибку — расслабилась. Тогда она бы¬
ла маленькая. Сейчас она другая.
Начиналось все так хорошо! У Насти снова
появилась своя комната. Новая одежда, учебни¬
ки и разноцветные тетради с котятами. Класс,
в котором всего четырнадцать ребят. Спокой¬
ные учителя, интересные уроки. Настя бросилась
учиться со рвением, которого в себе не знала.

Исключение из правил
В ней словно начал оттаивать лед. И опекуны —
тетя Люба и дядя Коля — казались самыми луч¬
шими на свете.
А потом опекуны начали ссориться. Настя за¬
метила это не сразу — слишком уж была счаст¬
лива. В какой-то момент она пришла из школы
и увидела, что опекуны недовольны. Конечно,
она решила, что они недовольны ею. И стала ста¬
раться еще больше: учиться, помогать по дому
и при малейшем косом взгляде бесшумно исче¬
зать в своей комнате. Но опекуны всего этого
словно не замечали. Их недовольство росло. Они
стали ругаться в ее присутствии, закрыв дверь
в свою спальню. А потом уже и не закрывали.
Они говорили друг другу страшные вещи. Настя
лежала скорчившись на своем диване и закры¬
вала уши руками. Она не понимала, что проис¬
ходит. Оттаяв внутри, она снова начала бояться.
У нее появилось что терять.
Поругавшись пару месяцев, тетя Люба и дядя
Коля решили разводиться. Настя надеялась, что
тетя Люба оставит ее себе. Ведь Настя убирала
квартиру, мыла посуду, готовила — все это она
освоила еще во время жизни с папой — и ду¬
мала, что нужна. Настя была готова заниматься
хозяйством круглые сутки — ходить в магазин,
следить за домом, утешать тетю Любу, ведь ей бу¬
дет очень грустно, когда она останется одна. Но
опекуны дружно решили: у них сейчас сложный
период, им нужно разобраться в своих отноше¬
ниях. У них нет времени на ребенка.

Исключение из правил
Настя вернулась в интернат.
Дядя Коля вез ее на машине, обещал вско¬
ре привезти крупные вещи, которые не влезли
в сумку, а Настя его почти не слышала — только
чувствовала, как снова каменеет внутри.
Настю поселили в ту же комнату. Прошло все¬
го полгода, и в интернате почти ничего не из¬
менилось. Кроме ребят. Нормальные в прошлом
пацаны и девчонки вдруг дружно начали ее не¬
навидеть. Начались щипки, пинки, насмешки из-
за угла. Стало пропадать белье, кто-то изорвал
тетрадки, с которыми Настя вернулась из семьи.
Плюшевого зайца, подарок тети Любы, Настя на¬
шла в унитазе. То тут, то там ей шипели: «Дрянь!»,
«Такие, как ты, никому не нужны!». Или разда¬
вались смешки: «Что, взяли тебя добрые люди
и выкинули, как собачку?» Ее как будто случай¬
но обливали супом в столовой, опрокидывали
ее стакан с компотом, отворачивались, когда она
пыталась заговорить, не брали в игру, не сади¬
лись рядом в автобусе.
Настя не понимала, за что они с ней так. Она
пыталась прорвать стену отчуждения, заговорить,
улыбнуться, как бы невзначай подстроиться к чу¬
жому разговору. Но со всех сторон на нее смо¬
трели с ненавистью и презрением.
Однажды Настя не выдержала. На очередной
толчок и смешок в ухо она ударила обидчика
по лицу. Коротко и четко, как на соревнованиях.
Мальчишка упал, кто-то вскрикнул. А Настя, стоя
над поверженным врагом, ощущала, как к ней

Ольга Златогорская
впервые за долгое время приходит радость. И дело
было не в том, что она победила пацана. Тренер
говорил: мало доблести побить того, кто не умеет
драться. Это была радость освобождения. Настя
больше не хотела терпеть. Не хотела быть «хоро¬
шей». Не хотела стараться. Не хотела подстраи¬
ваться, договариваться и просить. Все равно она
никому не нужна. Так пусть хоть не лезут.
Ее пытались дразнить еще — и она снова
ответила точным и сильным ударом. Девчонку,
«не нарочно» разлившую ее компот, она бро¬
ском отправила на пол, прямо в сладкую лужу.
После этого ее пытались побить компанией. Это
кончилось плохо. Когда пристает один человек,
можно выбрать, куда и как ударить. Когда на¬
падает толпа, времени выбирать нет, прихо¬
дится бить наверняка. Кроме спортивных еди¬
ноборств тренер учил девочек драке на улице.
Он говорил: «На всякий случай». И вот приго¬
дилось.
Настя тогда повредила руку, и ее положили
в больницу. Как сказала нянечка Максимовна,
«от греха». Нападавшие мальчишки пострадали
сильнее: кроме синяков и разбитых носов двое
получили сотрясение мозга, а один — перелом
ребер. После этого Настю не трогали, но и раз¬
говаривать с ней не рвались. Настя приехала из
больницы — и оказалась в изоляции. После бес¬
конечных дразнилок это было даже приятно. На¬
стя замкнулась в себе, не хотела общаться, учить¬
ся и выполнять требования режима.

Ольга Златогорская
А потом в детдом пришла тетя Люба. Как ни
в чем не бывало она принесла шоколадку и нача¬
ла расспрашивать, как дела. Мимоходом оброни¬
ла, что помирилась с дядей Колей и что теперь
они вместе будут Настю навещать, ведь все-таки
они не чужие. Нет, о возвращении в семью речь
не идет. У них пока с дядей Колей все непросто.
Настя почувствовала, что ее заливает холод¬
ная ярость. Ей хотелось крушить, ломать, рвать
на части. Рядом с ней стоял аквариум с лупо¬
глазыми рыбками. Настя хотела схватить его
и шарахнуть об пол. Она представила, как глупые
рыбки бестолково забьются в мокрых обломках
стекла. Острое чувство жалости к беспомощным
и никому не нужным рыбкам резануло ее — как
будто она уже на самом деле грохнула аквариум.
Настя вскочила, швырнула шоколадку в мусорное
ведро и срывающимся голосом крикнула:
— Не приходите! Ничего мне от вас не нужно!
В глазах кипели слезы. Настя убежала в спаль¬
ню — туда гостей не пускали. Кажется, она что-
то кричала. В коридор выглядывали дети и пе¬
дагоги. Настя неслась по интернату как смерч.
Захлопнув дверь в комнату, Настя вдруг застыла.
У нее не стало эмоций, что-то внутри оконча¬
тельно перегорело. И Настя решила, что больше
не станет плакать. Никогда. Она стиснула зубы.
Когда в комнату вбежали воспитатели, на них
смотрели сухие и злые глаза.
Потом Настю неожиданно перевели в Москву.
Язвительная и быстрая на насмешку, она сразу же
Исключение из правил
показала ребятам, что с ней лучше не связываться.
Даже драться почти не пришлось. Один раз Фё¬
дор попробовал ее подразнить «Настя-головастя»,
но получил по башке учебником физики, который
Настя как раз несла в библиотеку. Больше жела¬
ющих поприкалываться над новенькой не нашлось.
Да и не приветствовались насмешки в этом дет¬
доме. Нормальные тут порядки, жить можно.
Настя не стремилась подружиться даже с ро¬
весниками, а уж тем более не жаловала приходя¬
щих волонтеров. Наткнувшись на неприветливый
взгляд, они предпочитали общаться с другими
ребятами. Но вот появилась Марина, и мрачность
подопечной от нее отскакивала, как мяч от стен¬
ки. Настя хмуро молчала или неохотно бормотала,
если не удавалось совсем отмолчаться. Смотрела
в потолок, отворачивалась и прочими способами
показывала, что находится рядом с кураторшей
только потому, что не может уйти. А Марина не
обижалась. Она появлялась снова и снова, и каж¬
дый раз не с пустыми руками. Недавно принесла
смартфон. Сказала: «Я купила себе новый, а старый
хочу отдать тебе». Настя подумала, утиль какой-
нибудь, а телефон-то хороший. Попользованный,
конечно, но очень даже ничего аппаратик.
Насте вдруг стало стыдно: она ведь даже не по¬
благодарила толком. Сейчас, когда весь мир слетел
с катушек, когда она осталась одна — кто пришел
на помощь? Марина, которой больше всех надо!
Настя доела мороженое и покрутила в паль¬
цах упаковку.

Ольга Златогорская
Марина тут же среагировала:
— В дверце пакетик, сунь туда. Потом вы¬
бросим.
Настя убрала мусор, вздохнула и сказала:
— Спасибо.
— Да не за что, — еле заметно улыбнулась
Марина.
— Не за мороженое... То есть за мороже¬
ное тоже, конечно. За то, что везете меня к Тохе.
И за телефон. И вообще... за всё.
Марина рассеянно кивнула:
— Пожалуйста...
А Настя вдруг разозлилась на себя. За то,
что начала раскисать. За то, что броня, за кото¬
рую она пообещала никогда больше не пускать
ни одного взрослого, дала трещину.
«Соберись, тряпка! — сказала она себе. — Это
всего лишь волонтер. Забыла, кто это такие?»
В большом интернате волонтеров было много.
Приходили и от фондов, и от каких-то организаций,
и частным образом. Насте они нравились. А что:
приходят, подарки дарят. Сами веселые. То куколь¬
ный театр показывают, то на экскурсию свозят. Улы¬
баются, шутят, угощают конфетами. Правда, люди
приходят все время разные, и Настя не помнила
их имен. Но какая разница? Главное, что в однооб¬
разном интернатском быте наступали хоть какие-
то просветы. Не занятия по программе, а просто
общение с живыми людьми из мира за забором.
Интернатских за забор выпускали только с род¬
ственниками — тех, у кого они были.

Исключение из правил
А потом однажды Настя услышала, как стар¬
шие девчонки переговариваются.
— Опять понаехали эти клоуны... — сквозь
зубы процедила одна.
— Да уж, малышам конфетки суют, а те рот
раззявили и хавают. Типа добрые тети пришли, —
поддержала другая.
— Фу, противно смотреть! Мы для них как
зверушки в зоопарке.
— Ага. Поигрались и поехали по домам, до¬
вольные. Гражданский долг выполнили, сироток
навестили.
— Домой-то к себе никто не берет.
— Это точно. Кому нужны дебилы из интер¬
ната? Мы же тут все социальный мусор.
— Ага. Ты конфеты у них взяла?
— Да в гробу я видала их конфеты! Лучше
бы они покурить привезли.
Девчонки заржали и ушли. Настя ничего не по¬
няла. Сама она ни за что на свете не променяла
бы конфеты на курево. Конфеты вкусные, а сига¬
реты — гадость. Да и вообще, чего старшие дев¬
чонки взъелись на волонтеров? Разве они долж¬
ны хотеть брать кого-то к себе домой? Они ведь
гости.
Настя быстро забыла этот разговор. Вспомни¬
ла уже после перевода, когда к ней прикрепили
Марину.
В этом детдоме кураторы приходили надол¬
го. Еще при Марье не пускали «одноразовых»,
и Дмитрий Петрович эту традицию сохранил.

Ольга Златогорская
Он сказал: «Я за серьезные отношения». Взрослые
какое-то время общались с несколькими ребята¬
ми, а потом закреплялись за кем-то одним. По¬
могали подшефному выбирать одежду, привози¬
ли гигиенические средства, покупали сим-карты
для телефонов и пополняли на них счета. Ино¬
гда приглашали к себе домой. Но никогда речь
не шла о том, чтобы куратор взял к себе ребен¬
ка насовсем. Теперь Настя понимала, о чем тогда
говорили девчонки. И думала: как это устроено?
Как можно приехать на один день, «подружить»
с сиротой, а потом оставить ее в детдоме и спо¬
койно поехать домой? Что должно быть в голове
у человека, который так делает?
«Одноразовых» гостей из интерната презирать
получалось легко. А с Мариной выходило как-то
странно. Вроде и не опекун, и не родственник —
а помогает тогда, когда помощь больше всего
нужна. Значит, Настя для нее не как зверушка
в зоопарке?
Окончательно запутавшись, Настя хмуро смо¬
трела перед собой. Мимо пролетел указатель:
«Васильевск».
— Подъезжаем, — сказала Марина. — Сама
позвонишь или мне его набрать?
Настя возмущенно фыркнула и вытащила
из кармана телефон.

АНТОН
самого утра день был серым: небо за¬
крывали плотные облака. Завтракать не
хотелось, я даже чай не допил. Пошатал¬
ся по пустой квартире, посидел за компом. Ли¬
стал какие-то паблики, смотрел картинки. Вроде
бы смешные — но не смешные. К обеду все-таки
захотелось есть. Я погрел суп, похлебал, не осо¬
бо разбирая, какой он на вкус. Запил чаем, остав¬
шимся с утра. Сгрузил посуду в мойку и завалился
с планшетом на диван. Хотелось какого-то разно¬
образия. Яркой картинки, бурной жизни. Еще
хорошо, чтобы все взрывалось и горело. Тогда бы
на некоторое время становилось не так уныло.
Я выбрал фильм, запустил, переждал ре¬
кламу... И услышал, как проворачивается ключ
в замке. Если бы мама внезапно отпросилась
с работы, она бы позвонила. Значит, это отец.
Вскочив, я мгновенно закрыл все запущенные
программы и сунул планшет на полку, между
книг. А вот отойти оттуда уже не успел. Сделал за¬
думчивое лицо. В таком виде меня и застал отец.
Окинул взглядом комнату, никакого беспорядка
Ольга Златогорская
не заметил и прошел на кухню. Оттуда сразу же
донеслось:
— Почему посуду не помыл?
— Не успел.
— Что ты там бормочешь? Не слышу!
Не слышишь, так подошел бы и спросил. Что
из кухни-то орать.
Этого я, конечно, не сказал. Поплелся на кух¬
ню. Повторил:
— Не успел.
— Чем ты был занят, интересно? — иронич¬
но спросил отец. — Решал проблемы мирового
масштаба? Как там глобальное потепление?
Я смолчал. Хотелось ответить по существу:
«Папа, ты бесишь». Но сказать такое я не мог.
Отец не останавливался:
— Сколько раз говорил: поел — помой по¬
суду сразу! Нечего тараканов разводить!
— Сейчас помою, — старательно сохраняя
ровный тон, выговорил я.
Лицо отца скривилось:
— Ой, только не надо делать одолжений.
Я ничего от тебя особенного не требую. Простая
аккуратность.
Я поддернул рукава свитера и пустил воду.
Посуды-то всего ничего: тарелка, ложка и кружка.
Работы на две минуты.
Отец уселся на свое место за столом. Это
у него так выглядит просьба «погрей мне, пожа¬
луйста, суп».
На всякий случай я уточнил:

Исключение из правил
— Обедать будешь?
— Буду.
— Суп погреть?
— Давай.
Я налил в большую суповую кружку три по¬
ловника, поставил в микроволновку. Порезал
хлеб, придвинул доску поближе к отцу. Микро¬
волновка звякнула, я подал отцу суп и ложку. Тот
молча принялся есть.
Интересно, чего это он явился посреди рабо¬
чего дня? Случилось что или так, мне внезапную
проверку устроить?
Я осторожно спросил:
— Пап, ты на обед приехал?
— Нет, — буркнул он в тарелку.
Я вопросительно посмотрел на него.
Отец неохотно объяснил:
— Меня к стоматологу отпустили. Зуб разбо¬
лелся, хоть вешайся.
Он снова уткнулся в тарелку, а я ушел в ком¬
нату. Сел за стол, достал шахматную головоломку.
Ничем нормальным отец заниматься все равно
не даст.
Отец поел и помыл посуду. Зашел в комнату,
подошел к полке. И сразу спросил:
— Ты что, брал планшет?
Я обмер, но отозвался как можно ровнее:
— Нет.
Где я прокололся?
Отец посмотрел на меня через плечо.
— А что ты у полки делал?

Ольга Златогорская
— Книжку искал. Хотел поваляться после
обеда.
— И что нашел?
Я подавил желание назвать что-нибудь из про¬
граммы, заданной на лето. Отец в жизни не по¬
верит, что я добровольно собирался это читать.
Поэтому я «признался»:
— Комикс.
— Это не книжка, — презрительно помор¬
щился отец. — Лучше бы ты что-нибудь нор¬
мальное почитал.
— Почитаю... потом.
Отец уставился мне в затылок, как будто хотел
просверлить голову взглядом. Я усиленно решал
головоломку и делал вид, что не замечаю. Отец
отошел и завалился с планшетом на диван —
в точности так же, как недавно делал я.
Мне вдруг стало так обидно, что я скрипнул
зубами. Почему ему можно валяться на дива¬
не с планшетом, а мне нет? Даже трогать свой
планшет не разрешает. Как будто я в нем дырку
протру! Я просил, а он сказал: у тебя настольный
компьютер есть. Но его не возьмешь с собой
на диван, за ним надо сидеть на жестком стуле,
который отец специально купил, чтобы «осан¬
ка не портилась». Сам-то он, понятно, на этом
стуле не сидит. Он за своей осанкой следит в го¬
ризонтальном положении.
Не отрываясь от планшета, отец пробормотал:
— Сходил бы погулял, что ли. Лето на дворе.
— Угу, — нейтрально отозвался я.

Исключение из правил
— Что вы за люди! — прокряхтел отец, под¬
нимаясь. — Сидите в квартирах, как старички,
в гаджеты уткнувшись. Ни друзей у вас, ни игр.
Потерянное поколение...
Я промолчал. Раньше хотелось как-то ответить,
постоять за себя. А недавно стало все равно.
В кармане завибрировал и запел телефон.
Я удивился: кто мне мог звонить кроме мамы?
Номер незнакомый.
— Кто это? — тут же спросил отец.
— Не знаю. Может, спам.
Телефон звякнул — пришла эсэмэска. Я от¬
крыл ее. «Это Настя, ты меня недавно добавил
в друзья. Перезвони мне, как сможешь».
Отец ушел в ванную, я выскочил на балкон.
Почему-то вдруг стало тревожно. И как будто
просвет наступил в сером тумане. Появилась на¬
дежда. На что? Непонятно.
Я перезвонил на входящий номер.
— Алло! — отозвался девчоночий голос. —
Антон?
— Да... Это я.
— Надо поговорить. Дело есть.
— Говори.
— Это не телефонный разговор, — очень
взросло отозвалась девчонка. — Надо встретить¬
ся. Ты сейчас можешь?
— Могу. Минут через десять.
— Хорошо. Спускайся во двор, как будешь
готов.
— Ты знаешь, где я живу?

Ольга Златогорская
— Конечно. Иначе зачем бы звала тебя во двор?
Я вдруг вспомнил:
— Ты же вроде в Москве живешь?
— Ага.
— Тогда что ты здесь делаешь?
— Поумнее вопроса нет? — слегка рассерди¬
лась девчонка. — Давай, выходи. Все объясню.
Я услышал, что отец закончил возиться в ван¬
ной, и дал отбой. Высунулся в окно, как будто
интересуюсь погодой.
Отец походил по комнате. Поворчал, что веч¬
но не может найти страховой полис. Я не вы¬
ходил с балкона, чтобы не попасть под горячую
руку. Наконец он собрался, бросил на меня при¬
цельный взгляд.
Я быстро сказал:
— Погода и правда хорошая, схожу погуляю?
Отец кивнул и ушел обуваться. Позвенел
ключами, хлопнул дверью. Дважды клацнул за¬
мок. Я увидел с балкона, как отец пересек двор
и скрылся за углом соседнего дома. Теперь мож¬
но выходить. Я не хотел, чтобы отец увидел меня
с девчонкой. Начнутся вопросы, язвительные за¬
мечания и прочие воспитательные приемы. Луч¬
ше не давать повода.
Девчонка ждала меня на скамейке на детской
площадке. Она очень походила на свою фото¬
графию. Даже шапку надела. Видимо, носит ее
по приколу. Не такое у нас холодное лето, чтобы
в шапке ходить. Я мысленно повторил ее имя:
Настя. Плохо у меня с памятью на имена.

Исключение из правил
Как только я открыл дверь подъезда, она
уставилась на меня и смотрела, как я подхожу.
Тоже узнала, значит. Первая сказала:
— Привет.
— Привет... Ты на чем приехала?
— На машине. Вон стоит, серебристая.
Я оглянулся. В машине сидела какая-то жен¬
щина. Она смотрела в смартфон и меня не ви¬
дела.
— Это мама твоя?
— Это Марина. Она мой куратор, — спокой¬
но отозвалась Настя. — У меня нет родителей.
Я живу в детском доме.
Такого я не ожидал и растерялся.
А Настя сказала:
— Покажешь город? Хочется ноги размять,
я больше четырех часов сидела.
— Пойдем, — обрадовался я. Хотелось уйти
из двора, где мы как на ладони. — Только я
не знаю, что тебе показать. Танк на площади
и памятник Ленину?
— Ты лучше покажи какие-нибудь места,
где сам любишь бывать, — попросила Настя и
странно на меня посмотрела. Как будто с вопро¬
сом.
Я пожал плечами.
— Да нет у меня особо любимых мест. Я во¬
обще не люблю Васильевск.
— Ну где-то же ты гуляешь. — Черные гла¬
за Насти требовательно уставились на меня. —
Не сидишь же дома целыми днями?

Ольга Златогорская
— Не сижу... Пойдем.
Единственное место, куда стоило сводить го¬
стью из Москвы, это лес. У них в столице это де¬
фицит. Мы зашагали по дороге: сначала асфаль¬
товой, а потом грунтовой. Перешли старый же¬
лезнодорожный мост через небольшую речку.
Мост гудел под ногами, кое-где не хватало до¬
сок. За мостом дорога превратилась в тропинку
и разбежалась в три стороны. Я свернул вправо.
Этим путем мы выйдем к заброшенному шалашу
на дереве. Тоже неплохая достопримечательность
для москвички.
Я не торопил Настю, и она тоже не спешила
с объяснениями. В лесу, когда не стало слышно
машин, она все-таки начала:
— Расскажу тебе такую историю... Как в книж¬
ке. Я бы сама ни за что не поверила в нее, если
бы все это не происходило со мной. В общем,
так. Ты, наверное, думаешь, что последние три
года живешь здесь, в Васильевске. Да?
— Я не думаю, — хмыкнул я и сплюнул. —
Я живу.
— Вот. А я знаю, что последние три года ты
жил в Москве. У своей бабушки.
Я засмеялся:
— Отец бы меня ни в жизнь туда не от¬
пустил. Он считает, что родители сами должны
своих детей воспитывать, а не подкидывать кому
попало...
— Твой отец работал на стройке и тебя взять
с собой не мог.

Исключение из правил
— Ага... Он мне постоянно мозг выносит, что
из-за меня отказался от любимой работы.
— А там, где еще недавно жила я, он отка¬
зался от тебя, а не от работы.
— Наверное, его инопланетяне подмени¬
ли, — пробормотал я. — Иначе не знаю, как он
пренебрег отцовским долгом и все такое. И маме
разрешил.
— В общем, учился ты в московской школе,
там мы с тобой и познакомились. И дружили.
А потом я уехала в лагерь. На два дня. А когда
вернулась, нашла тебя здесь. Но ты меня не по¬
мнишь. А я тебя помню. Странно, да?
Я, конечно, не поверил ни единому слову.
Только понять не мог, зачем она меня разыгры¬
вает. Ведь из Москвы приехала ради этого. Это
какой-то новый флешмоб? Меня на диктофон за¬
писывают или на скрытую камеру?
Настя кинула на меня быстрый взгляд:
— Ты, конечно, не веришь.
— Не-а.
— Я бы тоже не поверила. Перейдем к дока¬
зательной части. Я знаю, где живет твоя бабушка.
Могу адрес назвать.
Меня осенило:
— Ты с ней в библиотеке познакомилась? Вы
вместе придумали этот прикол?
Настя вздохнула:
— Если бы. Она мне тоже не поверила. Как
и ты. Хорошо. Пойдем дальше. Глянь сюда.
Она протянула телефон. Я посмотрел на фото.

Ольга Златогорская
— Это фотошоп? Фотка моя, но такого задне¬
го плана я не помню. Горы какие-то...
— А сам снимок ты узнаёшь?
— Да мало ли кто мог меня щелкнуть. У моих
одноклассниц полно фоток наших парней...
— Понятно. А песню твою любимую я откуда
знаю?
— Посмотрела список моих записей «ВКон¬
такте» и угадала.
— Да. Выходит складно... Давай твой люби¬
мый фильм назову?
— Попробуй.
— «Хроники Нарнии», часть третья.
— Мимо, — быстро ответил я. — А ведь
могла бы догадаться по нику. Мой любимый
фильм — «Железный человек».
Настя пожала плечами. Мы пришли к шала¬
шу. Настя задумчиво посмотрела на сооружение
из досок на дереве. Потом на меня. И неожидан¬
но спросила:
— Ты куришь?
— С чего ты взяла? — немного испугался я.
— Ты сплевываешь все время.
Надо же, а я не заметил. Вместо ответа я за¬
брался в шалаш и достал припрятанную там пач¬
ку сигарет.
— Будешь?
Настя помотала головой.
Я закурил, не спускаясь вниз. Обычно меня
это успокаивало, но сейчас тревога становилась
только сильнее. И странно, что тоска как будто

Ольга Златогорская
отпускала. Я посмотрел вверх. В разрыве облаков
виднелся кусочек синего неба. Я словно услышал,
как где-то далеко-далеко звучит голос, который
зовет меня к себе.
На самом деле никто меня, конечно, никуда
не звал. Наверное, это за лесом кричали птицы.
Кому я нужен? Хватит уже придумывать. И слу¬
шать байки.
Я затушил сигарету и спрыгнул к Насте.
— Теперь я тебе расскажу историю, — сказал
я. — Ты познакомилась с моей бабушкой. Навер¬
ное, ты читаешь книги, а она таких любит. Стали об¬
щаться, ты даже была у нее дома. А потом бабушка
решила познакомить тебя со мной. И придумала
всю эту историю, чтобы было интересно. Просто
так скучно же знакомиться. А? Верно я говорю?
Настя вздохнула:
— Нет. Но доказать тебе это я, видимо,
не смогу. А кроме того, ты не тот Тоха, с которым
я дружила в Москве. Ты совсем другой человек.
Я вдруг почувствовал себя обиженным.
— Чем это я другой?
— Неважно, — печально отозвалась Настя. —
Ты не поймешь.
Серая тоска снова сомкнулась вокруг меня.
А Настя добавила, словно отвечая своим
мыслям:
— Зря я приехала. Пошли обратно.
Сказать мне было нечего. Я пожал плечами
и повел гостью в город. Иногда Настя смотре¬
ла вокруг то ли с надеждой, то ли с вопросом.

Исключение из правил
Когда впереди показались пятиэтажки, она вдруг
спросила:
— Ты всегда возвращаешься той же дорогой?
— Когда как. Иногда по соседней тропинке
иду. Для разнообразия.
— А у тебя не бывало такого, чтобы ты шел
куда-то и заблудился? И вышел в другом месте?
Я даже засмеялся:
— Шутишь? Где тут заблуждать... заблужи-
ваться. Весь город по диагонали можно за два
часа пройти.
Настя снова вздохнула. Разговор сам собой
заглох. А я шел и пытался понять, что меня сму¬
щает в этой истории. И уже почти у дома понял:
нескладность. Если бы моя бабушка сочиняла
историю про всякие чудеса, уж она бы всё про¬
думала. Не только я — кто угодно поверил бы.
А здесь детский сад какой-то. И самое главное:
в чем профит? Если это история, чтобы нас по¬
дружить, то она не сработала. А у моей бабушки
все всегда работает как часы, она в таких вопро¬
сах соображает покруче любого психолога.
Мы пришли во двор. Серебристый «хёндай»
по-прежнему стоял во дворе, на месте для пар¬
ковки.
Настя грустно сказала:
— Прощай... Антон. — И пошла к машине.
Я ответил ей в спину:
— Пока.
Хлопнула дверца, «хёндай» развернулся и вы¬
ехал из двора.

Ольга Златогорская
Я машинально вошел в подъезд, вызвал лифт.
И спохватился: что я делаю? Сейчас вернется отец
и будет мне взрывать мозги. Лучше держаться
от дома подальше, пока не придет с работы мама.
Я развернулся к выходу — и меня накрыло.
В глазах потемнело, словно я долго сидел
на корточках и резко встал. А вместе с темнотой
нахлынуло отчаяние. Вдруг пришло такое чув¬
ство, как будто я потерял что-то ценное, на чем
строилась вся жизнь. Внутри меня возникла дыра,
и она стремительно росла. Это было больно —
но не физически, а как-то по-другому. И самое
страшное, что я понятия не имею, что именно
я потерял. Если бы я знал, то, может быть, смог
бы отыскать это снова. Отчаяние, боль и страх
сплавлялись в невыносимое чувство окончатель¬
ной и непоправимой беды.
В такие моменты больше всего на свете мне
хотелось умереть. Отправиться туда, где будет
что угодно — пусть даже ад, вечные мучения
и пытки, — только не эта поглощающая меня пу¬
стота. Если бы сейчас рядом оказались железно¬
дорожные пути, клянусь, я шагнул бы под поезд.
Перед глазами появилась стена подъезда.
Темно-зеленая масляная краска. Оказывается,
я уперся в нее лбом и ладонями. Немного от¬
дышавшись, я сел на ступеньку. Сердце билось
глухо и с перебоями.
Ощущение пустоты медленно угасало. Боль
стала не такой острой. Снова вернулась тоска.
Теперь она приобрела бетонную прочность. Если
Исключение из правил
бы сейчас отец спросил меня про планшет, я бы
сказал правду. Он бы меня отдубасил — и физи¬
ческая боль заглушила бы ту, что внутри.
Минут через двадцать станет легче, тоска
снова станет серой пылью, которой присыпано
все вокруг. И так до следующего раза. Я никогда
не знал, когда накроет снова.
Конечно, я никому об этом не рассказывал.
А кому рассказывать? Отцу? Он сразу заведется:
в наше время такого не было, это все дурь у вас
от безделья. Маме? У нее своих проблем хватает.
Друзьям? Нет у меня таких друзей.
Наверное, это можно было рассказать этой
странной девчонке.
Насте.
Может быть, она поняла бы меня.
Но я говорил с ней так, что она ушла не огля¬
нувшись. Так уходят насовсем.
И еще — я ей соврал.
Она правильно назвала мой любимый фильм.
Только я этого никогда никому не говорил.

НАСТЯ
арина не проявляла никаких призна¬
ков нетерпения. Она сидела в машине
и что-то читала с мобильника. Когда
Настя плюхнулась на соседнее сиденье, Марина
бросила на нее быстрый взгляд, положила теле¬
фон на колени и завела двигатель. Они выехали
на тихую узкую улицу. Настя ждала расспросов,
но Марина сказала:
— Карта говорит, здесь есть гостиница, а при
ней ресторан. Давай заедем, пообедаем?
Настя кивнула. Ей не хотелось разговаривать.
Обедать, правда, не хотелось тоже. Но жизнь
в интернатах давно научила есть, когда дают.
Городок действительно оказался маленьким —
до квадратной площади, на которой размести¬
лись гостиница, администрация, почта и неболь¬
шой белый памятник, доехали за пять минут.
Марина, кажется, обрадовалась:
— Смотри-ка! Памятник Ленину. Не сняли!
— Да, Антон говорил. Тут где-то еще танк
должен быть.
— Конечно. В провинции традиции очень
сильны. Многое вообще не меняется...

Исключение из правил
Они вышли из машины и зашагали к трех¬
этажному белому дому с массивной двустворча¬
той дверью. Прямо над ней к фасаду прилепилась
черная кованая вывеска: «Отель „Васильевск“».
Марина хмыкнула, но ничего не сказала.
Девушка на ресепшене, мило улыбаясь, охот¬
но проводила гостей в ресторан. В огромном
зале они оказались единственными посетителя¬
ми. Уселись за массивный стол с белой скатертью,
полистали меню. Настя выбрала зеленые щи —
их редко готовили в детдоме. И салат «Оливье».
Он напоминал о доме и праздниках. И конечно,
компот. А Марина заказала борщ и картошку
с котлетами. И кофе. Минут через десять при¬
несли заказ. Официантка спросила:
— Включить вам звук?
— Что? — не поняла Марина.
Она сидела спиной к огромной «плазме». На
ней шло какое-то шоу: девочка с микрофоном
широко раскрывала рот в полной тишине.
— Телевизор, — подсказала Настя и указала
вилкой в его сторону.
Марина оглянулась и поморщилась:
— Спасибо, не надо.
Официантка улыбнулась и отошла.
Настя ела и смотрела на экран. Девочка за¬
кидывала голову, закрывала глаза, вытягива¬
ла шею и явно старалась. Наблюдение за ней
приносило мрачное удовольствие: старайся-
старайся, мы тебя не слышим. Конечно, девчонке
от этого ничего не делалось, да и трудилась она
Ольга Златогорская
не для Насти, а для жюри. Номер закончился, по¬
явились титры: оказывается, девчонка исполняла
песню Селин Дион.
Марина заметила, что Настя все время смот¬
рит ей за плечо. Спросила:
— Может, все-таки включить звук?
— Не...
В ресторане было тихо. А там, в телевизоре,
сейчас хлопают и орут зрители, верещит от сча¬
стья вокалистка, захлебывается восхищенной ско¬
роговоркой ведущий. Иногда Настя смотрела та¬
кие шоу и болела за всех участников. Ведь все
они и пели хорошо, и старались по-настоящему.
Но сегодня Насте не хотелось присутствовать при
чужом успехе. Беззвучный режим позволял отго¬
родиться от шоу и даже посмеиваться над ним.
Марина кивнула и продолжила есть.
Настя спросила:
— А вы почему такие передачи не любите?
— Я вообще не люблю, когда детей втягивают
в шоу-бизнес. Это очень жестокое место. Только
по телевизору все красиво, а на самом деле там
своя кухня. Очень нехорошая... мягко говоря.
Настя с удивлением посмотрела на Марину.
Обычно разговорчивая и энергичная, сейчас она
еле цедила слова.
Настя догадалась:
— У вас кто-то участвовал в этом, да?
— Участвовал... У подруги дочь попала в по¬
добный проект... Стали там из нее звезду делать.
Все отборочные прошла, потом конкурсы вы¬
Исключение из правил
играла... — Лицо у Марины стало такое, словно
у нее резко заболели зубы.
— Что в этом плохого? — удивилась Настя.
— Да сначала вроде бы ничего... А потом
началось: гастроли, поездки, запись на теле¬
видении. .. Встречи, какие-то презентации, участие
в рекламных кампаниях... Учебу она совсем забро¬
сила, в школу некогда было ходить. А когда трех¬
летний контракт закончился — его не продлили.
— Почему? — удивилась Настя.
— Потому что она выросла. Перестала вы¬
глядеть как ребенок, понимаешь?
— Нет, — честно ответила Настя.
Марина тяжело вздохнула, отодвинула в сто¬
рону пустую тарелку из-под борща. Откуда-то
бесшумно материализовалась официантка, под¬
хватила грязную посуду и снова исчезла. Марина
поковыряла вилкой котлету, подперла голову ру¬
кой и задумчиво посмотрела на Настю.
— Эти шоу построены на том, что дети поют
взрослые песни взрослыми голосами. А выглядят
как дети. Когда ребенок вырастает, он уже не¬
интересен.
Настя помотала головой:
— Но он же по-прежнему хорошо поет. Даже
еще лучше, он же три года тренировался, учился
у взрослых звезд. Почему не идет куда-то еще?
— Куда? — хмыкнула Марина. — Наша стра¬
на нуждается в строителях, учителях, полицей¬
ских и дворниках. А в певицах она потребности
не испытывает. Нет на сцене вакансий, у нас
Ольга Златогорская
поп-звезды не стареют и со сцены сходят толь¬
ко в могилу. Трудно молодому пробиться. Надо
по-настоящему хотеть. А беда в том, что такая
вот «звездочка» пробиваться-то не умеет. И она
уже привыкла, что она звезда. Что все с ней но¬
сятся, возят по выступлениям, платят приличные
деньги. Мы с тобой Меладзе с Сюткиным только
на экране видим, а они с ними на одной сцене
выступают. И вот оттуда, с этого Олимпа, их вдруг
скидывают. Только вчера была звезда — а сего¬
дня никто и звать никак. Это даже взрослые
не выдерживают. А тут ребенок.
Про звездную жизнь Марина говорила серди¬
то и с напором, а последняя фраза прозвучала
неожиданно горько. Настя всем сердцем почув¬
ствовала, что за тремя словами «а тут ребенок»
стоит большая беда.
Настя помолчала и тихо спросила:
— Дочка вашей подруги... она... как?
— Плохо. Сначала вроде хорохорилась, на
кастинги ходила в разные мюзиклы. В бесплат¬
ные ее даже взяли, но бесплатный проект —
это же хобби. А ей надо деньги где-то брать,
она девушка взрослая уже. Образования у нее
нет, поступить со своим аттестатом она никуда
не сможет. Вот и сидит дома, принимает антиде¬
прессанты. И хорошо, что принимает, а то ведь
было время, она пробовала вены себе пере-
рёзать, да не получилось.
Настя вздрогнула. Вспомнились те две дев¬
чонки, шагнувшие в окно.

Исключение из правил
Марина помолчала, задумчиво пожевала кот¬
лету. Настя спохватилась и вернулась к своей та¬
релке. А Марина негромко сказала:
— Знаешь, я в детстве читала книгу про Мо¬
царта. Родители на нем зарабатывали, показывая
за деньги «маленькое чудо». И горожане ходи¬
ли смотреть: конечно, занятно, такой маленький
мальчик, а уже играет на клавесине. Но они хо¬
дили, когда Моцарту было пять лет. А когда он
стал постарше, народ уже не собирался: многие
мальчики из хороших семей умели худо-бедно
музицировать. Зрители же не разбираются, хо¬
рошо ребенок играет или плохо. Феномен был
именно в том, что он вообще играл... И вот
папа Моцарта сокрушался, что еще немного —
и семья останется без средств к существованию...
Очень мне запомнилась эта история. Я тогда
маленькая была, а уже как-то сообразила, что
всю эту гениальность родители раздувают, им
выгодно не простого ребенка иметь, а супер-
пупер особенного. И ладно в темные века, то¬
гда действительно стоял вопрос выживания.
А сейчас-то зачем? Знаешь, я часто про это
думаю, когда смотрю на всех этих юных звезд.
Певцов, танцоров, актеров, моделей. Зачем ро¬
дители устраивают эту ярмарку собственного
тщеславия? Ведь для ребенка это не полезно.
Эти детки помаячат-помаячат на экранах, а по¬
том куда-то исчезают. И думаю я, что многие ис¬
чезают совсем.
От этого совсем Настя похолодела.

Ольга Златогорская
А ведь на самом деле, по телику то и дело
показывают очередных «супергениев» — то вока¬
листов, то пианистов, то гимнастов. А потом —
где они все? Выросли и стали обыкновенными?
Или... не выросли?
Настя почувствовала себя так, как будто ря¬
дом с ней распахнулась пропасть и оттуда по¬
веяло могильным холодом. Она вздрогнула и
отодвинулась.
А Марина добавила:
— Не хотела бы я своим детям такой судьбы.
Настя нерешительно спросила:
— А у ваших детей... какая судьба?
— Обыкновенная, — пожала плечами Мари¬
на. — Сын программист, дочка дизайнер. Нор¬
мальные, человеческие профессии. Звездами
не стали, но и в депрессиях не валяются. Люди
как люди.
Настя допила компот и вдруг поняла, что впер¬
вые за все время знакомства куратор не выпытыва¬
ла что-то у Насти, не читала нотаций, а рассказала
о том, что ее действительно беспокоит. И говори¬
ла с ней как с равной. Как такое получилось?
В голове у Насти прозвучал голос Антона: «Ее
инопланетяне подменили».
А Марина спросила:
— Хочешь десерт какой-нибудь? Можно чаю
взять.
— Не, спасибо.
— Тогда поехали.
— Ага.

Исключение из правил
Марина заплатила по счету, и они вышли
из отеля. На капоте Марининой машины сидела
большая белая кошка.
— Киса!.. — ласково позвала Марина. — Хо¬
рошая кошка. Греешься? Хочешь еды?
Кошка сказала «мя» и повернула голову на
голос.
— Хочет, — решила Марина. Открыла заднюю
дверцу и вытащила из черного пакета, стоящего на
самом краю заднего сиденья, пакетик кошачьего
корма. Оглянулась — и пристроилась к бордюру.
— Иди сюда, киса, — позвала Марина и вы¬
валила содержимое пакетика на бордюр.
Кошка подбежала и набросилась на еду.
— Голодная, — с пониманием заметила Ма¬
рина.
— А если она чья-то? — опасливо спросила
Настя. — И ей нельзя такое?
— Кормить надо своих животных! — сердито
ответила Марина. — Или дома держать, если они
нездоровы и на диете.
Из кустов появились два кота — один поло¬
сатый, другой черно-белый. Морды у них были
совершенно бандитские. Кошка зашипела.
— Не мешайте кисе есть! — строго сказала
Марина. Отошла к машине.
Настя подумала, что сейчас Марина достанет
палку какую-нибудь и отгонит котов. Но она до¬
стала еще два пакетика с кормом. Коты бросились
к ней, бодали пакетики головами и начали есть
еще до того, как весь корм оказался на бордюре.

Исключение из правил
— Бедолаги, — серьезно сказала Марина. —
Не кормят здесь животных, видимо. Нехороший
город. Поехали отсюда.
«Я вообще не люблю Васильевск», — снова
прозвучал в голове у Насти голос Антона. Настя
сердито тряхнула головой. Уйди! Ты не Тоха!
Марина вытерла руки влажной салфеткой и
села за руль.
Настя уселась на свое место. Спросила:
— Вам никогда не хотелось забрать таких ко¬
тов себе?
— Хотелось, конечно. Но нельзя же забрать
всех.
— Да, так обычно и говорят...
Марина завела машину и вырулила на дорогу.
Посмотрела в навигатор — и уверенно поехала
по главной дороге. За аккуратными елочками
возвышался небольшой танк.
«Теперь в этом городе я видела все!» — мыс¬
ленно усмехнулась Настя.
Марина негромко сказала:
— Дело даже не в том, что всех забрать нель¬
зя. Уличные коты не привыкли жить в квартирах,
им там плохо. Это мы, люди, думаем, что спасаем
котиков, когда тащим их с улицы в квартиру. А они
там мечутся, орут дурным голосом и метят всё под
самый потолок. И при первой же возможности сбе¬
гают обратно на свою помойку или в свой подвал.
— Но некоторые кошки просто выброшен¬
ные. .. — удивленно заспорила Настя. — И кто-то
подбирает их и пристраивает в хорошие руки...

Ольга Златогорская
— Есть и такие, — кивнула Марина. — Но это
же разбираться надо, какой кот хочет в дом, а ка¬
кой нет. А некоторые вообще чьи-то и выпущены
погулять. Вот представь: спасешь ты с улицы кота,
а он домашний. И будут его дома ждать, искать
и плакать. А он в ветеринарке в клетке сидит,
«спасенный». Хорошие руки ждет.
Настя совсем запуталась:
— И как тогда быть?
Марина дернула уголком рта. Усмешка по¬
лучилась невеселая.
— Не знаю. Каждый сам для себя решает.
Кто-то просто проходит мимо. Кто-то всех спаса¬
ет. А я вот кормлю тех котов, которые хотят есть.
И мне все равно, домашний это кот, дикий или
выброшенный. Важно, что он голодный.
— Но это же всего один раз. Это же не ре¬
шает проблему.
Марина повернула на шоссе и прибавила ско¬
рость. Помолчала. Настя уже подумала, что разго¬
вор окончен, но Марина негромко произнесла:
— Мне в детстве рассказали одну притчу.
«Маленькая птичка узнала, что скоро небо упадет
на землю и всех раздавит. Тогда она легла на спину
и выставила ножки вверх. Мимо шел тигр. Увидел
эту картину и спросил, в чем дело. Птичка отве¬
тила: „Глупый тигр, ты разве не слышал, что скоро
небо упадет на землю и все погибнут? Вот я готов¬
люсь его держать". Тигр увидел, что птичка правда
верит в опасность, и поэтому решил не переубеж¬
дать ее, а воззвать к логике. Он сказал: „Неужели

Ольга Златогорская
ты думаешь, что, если огромное небо рухнет, ты
удержишь его своими маленькими слабыми нож¬
ками?" На что птичка ответила: „Делаю, что могу“».
Марина замолчала. Настя ждала продолже¬
ния, но Марина сосредоточенно смотрела на до¬
рогу — и не говорила больше ничего.
И в этой паузе Настя вдруг поняла, что «де¬
лаю, что могу» — это не только про птичку. Или
даже вообще не про птичку.
С этим новым пониманием Настя посмотрела
на Марину совсем другими глазами.
Васильевск остался позади, Марина снова
включила радио. Настя подумала, как ей повез¬
ло, что ее куратор не любитель болтать просто
ради того, чтобы не молчать. Настя устроилась
поудобнее. Серое шоссе тянулось между дере¬
вьями, встречных машин почти не было. Дорога
выглядела уютной и монотонной. Перед глазами
запрыгали картинки.
...Вот Антон выходит из подъезда — незнако¬
мый, угловатый, худой. Пострижен коротко, суту¬
лится, шея вытянута вперед, лопатки торчат.
...Вот они идут по дороге к лесу: Антон раз¬
говаривает отрывисто и сам какой-то дерганый,
как будто постоянно ждет, что его арестуют.
...Вот он презрительно кривится — совершен¬
но не свойственная Тохе гримаса. И сплевывает.
Это так неприятно — идти рядом с человеком,
который все время плюется.
Вот он залезает в шалаш на дереве — ловко и
быстро, но снова как-то дергано. Потом сигареты
Исключение из правил
эти. Курит Антон умело и явно давно. Тоха с сига¬
ретами вообще не знаком. Настя однажды пред¬
ложила попробовать, просто для «галочки в ре¬
зюме». А Тоха посмотрел на нее своими ясными
серыми глазами и спросил: «А смысл? Я и так
знаю, что это дрянь». Глаза — да... Серые глаза
Антона разглядеть оказалось сложно: он щурил¬
ся, отворачивался, отводил взгляд. Кажется, он
вообще не умел смотреть прямо.
И он ни разу нормально не улыбнулся — так,
чтобы появилась ямочка на щеке.
Да, это действительно другой человек.
Настя вспоминала Тоху — как он хватал ее
за руку или за шиворот и не давал упасть. Как
кормил бутербродами. Как всегда был готов ехать
к черту на рога, если попадалось интересное ме¬
сто. Как заступился за нее в школе. Как смешно
терялся каждый раз, когда выходил не туда, куда
планировал. (В эти моменты он становился похо¬
жим на плюшевого медведя, который был у Насти
когда-то, еще в прошлой жизни.) Как он недоуменно
распахивал глаза, когда с языка Насти срывалась
резкость. Он не обижался — он именно удивлял¬
ся, каждый раз как первый. Только сейчас Настя
окончательно поняла, насколько исключительным
человеком был Тоха. А Антон — самый обыкно¬
венный пацан. Ничего особенного в нем нет. Они
могли бы учиться в одном классе и проходить
мимо друг друга по сто раз в день, но никогда
не стали бы друзьями. Примириться с тем, что Тохи
больше нет, казалось совершенно невозможно.

Ольга Златогорская
Настя не хотела признаваться даже себе, но, по¬
теряв Тоху, она согласилась бы и на Антона. Может,
где-то в глубине души у него нашлись бы Тохины
черты. Не могут же они быть настолько разными.
Неужели жизнь с родными родителями могла так
искалечить доверчивого и открытого парня?
Но Антон к ней интереса не проявил. Навер¬
ное, он вообще решил, что она больная на голо¬
ву, и уже забыл о ее приезде. Покурил за углом
и режется в какую-нибудь стрелялку на компе.
Значит, его надо просто заблокировать в па¬
мяти. Как папу. Как тетю Любу и дядю Колю. Он
есть — но его больше нет. И точка.
Пришло знакомое ощущение, как внутри все
каменеет. Чем ощутимее становился этот камень,
тем сильнее отодвигался Тоха. Он словно уходил
к горизонту. Это было больно, но Настя давно
научилась плакать внутри. Ее лицо тоже застыло.
Так они доехали до Москвы.
Уже в городе Марина с сочувствием спросила:
— Не помогла поездка, да?
Настя неопределенно дернула головой.
А Марина добавила:
— Даже не знаю, чем тебе еще помочь. Если
ты что-нибудь придумаешь, позвони. Но здесь
нужен по-настоящему умный человек.
Камень внутри с треском разлетелся. Настя
даже подскочила. Лицо зажгло, как будто его на¬
терли снегом. Кровь побежала по телу.
К ней снова вернулась надежда.
«Позвони!»

Исключение из правил
«Умный человек!»
Кажется, она знает, что делать.
Настя повернулась к Марине и впервые по¬
смотрела ей прямо в лицо. И с чувством сказала:
— Спасибо. Вы даже не знаете, как прямо
сейчас мне помогли.
* * *
Только бы она не выбросила тот клочок бума¬
ги! Настя бегом пронеслась по лестнице, влетела
в комнату и выдернула ветровку из шкафа. Лихо¬
радочно обшарила карманы. Нашла скомканный
листок бумаги, расправила...
Что это?
Четким округлым почерком написаны форму¬
лы. Степени, корни, переменные. Дроби. Синусы
и косинусы. А это что? Логарифмы?
Запись выглядела совершенно зубодробитель-
но. Настя поняла, почему Катька сразу выброси¬
ла листок. Она решила, что пацан издевается, —
написал какие-то формулы, не имеющие решения.
Но Марат не тот человек, чтобы поприкалываться
над девчонкой. Скорее всего, это тест на интеллект.
Настя села на кровать и разгладила бумагу
на колене. Присмотрелась повнимательнее.
Почти все выражения содержали в себе пере¬
менные «х», «у» или «а». Но начиналась запись
коротко: икс в кубе. А дальше — длинная дробь.
И еще одна. И еще.
Стоп. Икс в кубе — это первая цифра номера.
А любой номер телефона начинается с восьмерки.

Восемь — это два в кубе. Икс равен двум. Теперь
игрек... Вот в середине. Игрек равен икс квадрат
плюс три, умноженное на пять. Это четыре плюс...
ой, нет. Сначала умножить. Девятнадцать...
Настя почувствовала азарт. Где тут перемен¬
ная «а»? Вот она. Корень квадратный из выраже¬
ния: икс квадрат плюс игрек плюс два. Корень
из двадцати пяти — пять.
Настя вытащила из тумбочки карандаш и пере¬
писала выражение, подставив вместо переменных
полученные цифры. Извлекла квадратные корни.
Выражение перестало выглядеть таким громозд¬
ким. Его оказалось довольно просто посчитать
даже без калькулятора. Начал вырисовываться но¬
мер. Остались три цифры в конце. Тангенс сорока
пяти градусов — один. И синус девяноста — тоже
один. Осталось огромное логарифмическое выра¬
жение. Настя уже хотела начать гуглить — но уви¬
Исключение из правил
дела, что оно взято в скобки и умножено на ноль.
Ну, Марат, вот же приколист!
С чувством интеллектуальной победы Настя
записала одиннадцать цифр — номер телефона.
Огляделась. Девчонок в комнате не было, но они
могли войти в любую минуту. Чтобы никто не по¬
мешал разговаривать, Настя схватила лист, телефон
и убежала на скамейку к спортплощадке. Отдыша¬
лась и набрала непросто доставшийся номер.
— Слушаю вас, — отозвался звонкий голос.
— Марат? — уточнила Настя.
— Да, это я.
— Привет, это Настя. Мы с тобой в лагере
вместе были. Помнишь меня?
* * *
Марат сразу согласился приехать. Настя толь¬
ко сказала: «Надо поговорить!» Кажется, он обра¬
довался.
Настя запросто сгоняла бы к нему сама,
но Марат жил на другом конце города. За два
часа, положенные на прогулку, она успела бы
только съездить туда и обратно.
Закончив разговор, Настя отправила Марату
адрес и уселась на подоконник. Странный полу¬
чился диалог.
Марат не спросил, где она взяла его номер.
Не удивился, что приехать надо в детдом, — как
будто знал это. А Настя не спросила откуда. Ма¬
рат сказал: «Буду через час-полтора» — и отклю¬
чился. Насте осталось только ждать.

Ольга Златогорская
В комнату зашла Катерина. Нахмурилась:
— Опять на подоконнике сидишь?
— Сижу, — согласилась Настя. — А вы поче¬
му не постучали?
— Я думала, в комнате никого нет. Все на ужи¬
не. А тебе особое приглашение нужно?
Настя бросила взгляд на часы над дверью.
Точно. Ужин. Спрыгнув с подоконника, она не¬
зависимой походкой пошла в столовую. Катери¬
на осталась в комнате. Настя знала зачем: вос¬
питатели каждый день заглядывали в тумбочки,
под матрасы и в шкаф, дабы убедиться, что ни¬
кто не принес «запрещенных предметов» — си¬
гарет или спиртного. Об этих проверках зна¬
ли все, и никто никакой «запрещенки» на виду
не держал.
В столовой Настя села на первое попавшееся
свободное место. По дороге запнулась за ноги
Фёдора, которые он выставил в проход. Привыч¬
но обругала его, он привычно ответил. Жизнь шла
своим чередом... Одно хорошо — не так скучно
ждать. Почему-то Насте казалось, что с приходом
Марата что-то изменится.
После ужина Настя отправилась на «свою»
скамейку за спортплощадкой. Ходила кругами
по маленькому стадиончику и еле-еле дождалась
звонка.
— Я приехал, — сказал Марат.
— Объяснить, как найти?
— Не нужно, у меня навигатор. Говорит, идти
семь минут.

Исключение из правил
— Подходи к проходной, я тебя там встречу.
— Хорошо.
Настя бросилась в здание — найти кого-то
из воспитателей. Катерина и Светочка о чем-то
оживленно разговаривали в холле.
— Извините, можно? — вклинилась На¬
стя. — Ко мне сейчас посетитель придет. Позво¬
ните на проходную, чтобы его пропустили.
— Посетитель? — удивилась Катерина. — Кто
такой?
— Мальчик. Зовут Марат. Мы в лагере позна¬
комились.
Светочка заулыбалась:
— Там очень хорошие ребята...
Катерина покачала головой, но достала из кар¬
мана мобильник. Настя рванула к воротам.
Марат увидел Настю за забором, кивнул и
спокойно прошел в проходную. Спросил у охран¬
ника:
— Паспорт нужен?
— Чей?
— Мой.
— А у тебя уже есть?
— Есть, — терпеливо ответил Марат.
— Ну, давай. Запишу тебя...
Через минуту формальности закончились, На¬
стя схватила Марата за руку и втянула на терри¬
торию детдома.
— Иди за мной!
Они уселись на скамейку у спортплощадки.
— Здесь камера, — заметил Марат.

Ольга Златогорская
— Ничего, она звук не пишет... — пробормо¬
тала Настя, думая о том, как начать. — Слушай.
Со мной случилась странная вещь, и одна знако¬
мая посоветовала поговорить с умным челове¬
ком. А я не знаю никого умнее тебя.
Марат, кажется, смутился. Он немного покрас¬
нел и опустил голову.
А Настя продолжила:
— Был у меня друг...
На этот раз она рассказала про Тоху коротко
и почти спокойно. Настя уже поняла, что нуж¬
но подчеркнуть доказательства: адрес бабушки
и фотку в телефоне. Рассказала и про то, как они
с Мариной ездили в Васильевск.
Марат слушал странно: сначала недоверчиво,
а потом глаза у него распахнулись, как будто он
что-то понял.
Настя спросила:
— Ну что?
— А скажи... Не было ли у твоего Тохи какого-
то особого свойства? Я понял, что он очень сильно
отличался от того парня, что живет в Васильевске.
Но он как человек отличается. А не умел ли Тоха
чего-нибудь... необычного?
Настя пожала плечами.
Марат снова спросил:
— Вы с ним что делали вместе?
— Гуляли. Он находил всякие места, не по¬
хожие на Москву. Однажды на водохранилище
поехали, а там как будто в Корнуолле. И вода со¬
леная...

Исключение из правил
— А тебя это не удивило?
— Удивило, но мы с ним много раз в стран¬
ные места попадали. А однажды он мне фотку
показал с закатом. А там дом, похожий на мой,
только он в Екатеринбурге.
Марат смотрел на Настю очень внимательно.
— Ты уверена, что дом именно похожий?
А не твой?
— Я как раз была уверена, что это мой
дом! — сердито ответила Настя. — Но Тоха гово¬
рит, это где-то недалеко. Не может же он врать.
Марат задумчиво покачал ногой. Спросил:
— Как ты думаешь, тот парень, Антон... Он
умеет такие места находить?
— Вряд ли... Я спросила у него. Ну, не пря¬
мо так, а завуалированно. Он сказал, что нет. Да
и обратно мы шли той же дорогой. Тоха всегда
на обратном пути путался, да еще и выводил
к другому метро.
— Мне все ясно, — с удовлетворением за¬
ключил Марат и откинулся на спинку скамейки. —
Теперь я понял, что от меня хотел тот человек.
— Какой человек?
— Странный.

МАРАТ. СЕГОДНЯ УТРОМ
арат шел домой с занятий по програм¬
мированию. Мельком отметил, что на
детской площадке сидит какой-то мужчи¬
на, смотрит в телефон. Прошел мимо и услышал:
— Марат! Подожди!
Марат резко обернулся.
Мужчина уже стоял. Лицо его показалось
очень знакомым. Он приветливо улыбнулся:
— Надо поговорить.
Марат понял, на кого похож этот мужчина,
и выхватил из кармана смартфон.
— Не подходите! У меня на телефоне на¬
строен вызов полиции. Нажму кнопку — и наряд
приедет через две минуты!
Теперь мужчина улыбался смущенно и расте¬
рянно.
— Марат... Подожди. Это не то, что ты по¬
думал!
— Вы от отца, да? Вы его родственник? —
Марат почти кричал. — Отойдите от меня!
Мужчина посмотрел на Марата очень грустно.
И ответил:

Исключение из правил
— Я это ты. Только из будущего.
Марат растерялся.
— Что?..
— Я не хотел это так вот прямо на тебя вы¬
валивать. Но ты не оставил мне выбора.
Марат окинул взглядом собеседника — сверху
вниз, потом снизу вверх. Мужчина только на¬
поминал отца. Как брат или... как сын. Но себя
в этом человеке Марат решительно не призна¬
вал. Его разум, которым он втайне гордился, за¬
буксовал и отказался работать.
— Давай поговорим, — устало произнес муж¬
чина. — На переброс меня из будущего потра¬
чена куча энергии. Будет обидно, если она про¬
падет впустую.
Марат подошел ближе. Мужчина сел на ска¬
мейку. Марат сел на другую, напротив — чтобы
видеть, если собеседник вдруг начнет делать рез¬
кие движения. А тот положил ногу на ногу и за¬
кинул руку на спинку скамейки. Негромко про¬
говорил:
— В качестве доказательства я расскажу тебе
то, что знаешь только ты... Что знаем мы с то¬
бой. Когда тебе было четыре года, твои родите¬
ли развелись. Ты остался с мамой. А потом отец
приехал в детский сад и забрал тебя. Увез в дру¬
гой город. Мама не могла найти тебя полгода.
Марат кивнул. Кажется, разум снова зарабо¬
тал. Он услужливо сообщил, что эту историю зна¬
ла масса людей — в полиции, суде, среди друзей
и знакомых как мамы, так и отца.

Ольга Златогорская
Мужчина продолжил:
— Когда ты жил у отца, он не выпускал тебя
из дома. Ты скучал. Его соседка, почти полоумная
бабулька, научила тебя читать.
— А как звали эту бабульку? — спросил Марат.
— Баба Лара.
Марат кивнул. Это становилось интересным.
«Марат из будущего» не мог помнить, как зо¬
вут эту бабульку. Потому что сам Марат не пом¬
нил этого уже сейчас.
Если этого человека подослал отец, значит, он
вот-вот слепит какую-то историю, в конце которой
будет приглашение «пойдем со мной». А дальше
стоит только сесть в машину, и мама не найдет
его никогда. Марат думал, что отец давно оста¬
вил идею его забрать. Мамины друзья как-то го¬
ворили, что лет пять назад он уехал во Францию.
Но, смотри-ка ты, не унялся...
Значит, нужно как-то прекратить разговор и
уйти. Но что, если этот мужик увидит, что ему
не поверили, и применит силу? Даже если кри¬
чать на всю улицу, он скажет, что является отцом,
и прохожие встанут на его сторону. Никакой кноп¬
ки в мобильнике у Марата, конечно, не было.
Тогда надо дослушать, что предложит этот че¬
ловек. И найти лазейку, чтобы сбежать.
Марат сделал заинтересованный вид.
Мужчина продолжил:
— В этой квартире ты прочел свои пер¬
вые книжки. Потрепанные, с разлохмаченными
краями. А потом ты нашел на полке у отца кос¬
Исключение из правил
мическую фантастику и стал читать ее. Отец ду¬
мал, что ты не читаешь, а ищешь знакомые сло¬
ва... Я тебя убедил?
— Да, — твердо ответил Марат.
Убедил. Только не в том, в чем собирался.
Собеседник словно услышал мысли Марата.
Наклонился вперед и доверительно заговорил:
— Ты, наверное, замечал, что соображаешь
не так, как твои сверстники?
— Конечно, — снисходительно улыбнулся Ма¬
рат. — Если бы я был умнее и не замечал этого,
я не был бы умнее.
— Вот, — с удовольствием сказал «Марат
из будущего». — В этом дело. У тебя дар. Этот
дар — интеллект. Ты обладаешь мощным интел¬
лектуальным аппаратом.
— И что?
— Понимаешь, нам в будущем очень нужен
твой дар. Нужно, чтобы ты им поделился.
— Как это?
— У нас есть специальная машина. Она ко¬
пирует разные таланты. И может передавать их
другим людям. Мы запишем твой интеллект и
передадим его лучшим инженерам в прошлом.
И знаешь, что они изобретут?
— М-м-м?..
— Они изобретут эту самую копировальную
машину. Люди получат доступ ко всем талантам
на свете. Жизнь изменится. Всего каких-то двадцать
лет — и ты будешь жить в другом мире. Мире не¬
ограниченных человеческих возможностей.

Ольга Златогорская
Марат только головой покачал. Вот это идея
для фантастического рассказа! Какой талант у му¬
жика пропадает!
А мужчина грустно сказал:
— Ты мне не веришь.
— Нет, — с удовольствием подтвердил Марат.
Мужчина поник:
— Жаль. Потому что, если ты не поверишь,
ничего этого не будет.
— Чего именно?
— Ничего. Ни будущего, ни нового мира.
Ни меня. Будет другой вариант развития собы¬
тий, в котором уже следующее поколение за¬
дохнется в мусоре, а наша страна погибнет во
всеобщей экономической и экологической ката¬
строфе.
Марат сделал вид, что подавлен открывшей¬
ся перспективой. На самом деле именно сейчас
он точно знал, что человек перед ним никакой
не он сам из будущего. Потому что собеседник
пытался манипулировать через чувство вины и
желание величия. А эти кнопки у Марата нико¬
гда не работали.
Для проверки Марат спросил:
— Но ты существуешь. Значит, ты на моем
месте поверил. Почему?
— Потому что я никогда не был эгоистом, —
жестко ответил мужчина. — Я хотел изменить мир.
Я хотел, чтобы перестали убивать дельфинов.
Марат вздрогнул.
— При чем здесь это?

Исключение из правил
— При том. Когда все способности оказа¬
лись в открытом доступе, люди, которые стоят
у власти, тоже захотели себе всяких талантов.
И на свою голову стали более умными, более
чуткими, более человечными. Они создали та¬
кие законы, благодаря которым все стали учить¬
ся жить в мире. Когда каждый счастлив, никто
не хочет воевать и убивать. Жители планеты по¬
смотрели вокруг и ужаснулись — до чего они до¬
вели природу и друг друга... Теперь наши заво¬
ды перерабатывают мусор и очищают воду. Дель¬
финов и китов изучают в открытом море. Люди
сажают деревья и много времени проводят на
природе... Все это стало возможно благодаря те¬
бе — или станет невозможным из-за тебя. Решай.
Марат опустил глаза. Его собеседник точ¬
но попал в уязвимое место. Причем отец и его
родственники знать об этой тайной боли Марата
не могли.
«Марат из будущего» мягко сказал:
— Я понимаю, тебе сложно. Я бы тоже не по¬
верил... Да что там, я ведь и не поверил. Но
если ты позволишь, я покажу.
Марат вопросительно посмотрел на собе¬
седника.
Тот медленно потянулся вперед:
— Не бойся. — И положил руку на ладонь
Марата.
В глаза ударила яркая вспышка. Детская пло¬
щадка пропала. Белое пространство вокруг рас¬
палось на цветные пятна.

Ольга Златогорская
Очень синее небо висело над белым городом,
утопающим в зелени. Блестело стекло высоток,
радостно сверкали черепичные крыши. Крути¬
лись флюгеры на тонких башнях. Марат смотрел
на город сверху, словно висел в воздухе, подняв¬
шись метров на триста.
— Вот такими станут города, — прозвучал
голос «Марата из будущего». — Если ты этого за¬
хочешь.
Марат покрутил головой, но собеседника
не увидел. Да и ракурс картинки не поменялся:
ее как будто перемещали вместе со взглядом.
Новая вспышка — и теперь внизу невыносимо
сверкало до самого горизонта море. Его Мара¬
ту показывали с меньшей высоты, как будто он
висел метрах в десяти над водой. Свежий ветер,
пахнувший йодом и солью, растрепал Марату во¬
лосы. Прямо под ним в воде играли дельфины.
Марат снова попытался оглядеться, но не уви¬
дел ни собеседника, ни своего тела. Море оста¬
валась перед глазами, куда бы он ни повернул
голову.
Марат сказал:
— Верните меня обратно.
— Нет проблем, — невозмутимо произнес
мужчина.
Еще одна вспышка — и Марат обнаружил
себя на скамейке. У него снова были руки и ноги,
и пространство стояло на месте, когда он крутил
головой.
— Впечатляет, — пробормотал Марат.

Исключение из правил
— Теперь ты мне веришь?
Марат покачал головой и спохватился: конеч¬
но, надо было говорить «да». Но непроизвольная
реакция выдала его.
Мужчина помолчал. И словно нехотя произнес:
— Я не должен был тебе это говорить...
но понимаешь... твой интеллект не совсем твой.
— Как это? — удивился Марат.
— У нас с тобой изначально были хорошие
задатки. Но таких ребят в проекте отследили
нескольких. И каждому из них внедрили талант.
Отец для того и похитил тебя, чтобы появилась
возможность установить тебе матрицу. Догово¬
риться с твоей матерью об этом не представля¬
лось возможным.
— И... что дальше?
— А дальше матрица прижилась и полно¬
стью раскрылась только у тебя. У других детей
произошло отторжение дара. Они выросли обыч¬
ными умными людьми. А ты — особенный.
Марат молчал, переваривая услышанное. Ему
не хватало данных. От него явно что-то скрыва¬
ли, но он пока не понял, что именно.
А «Марат из будущего» грустно закончил:
— Ты, конечно, можешь оставить интеллект
только в личное пользование. И наслаждаться
дальше своей исключительностью.
Марат поморщился. Он не наслаждался своей
исключительностью. Он страдал от нее. Как бы
он хотел оказаться в мире, где если не все, то
хотя бы многие соображают так же быстро, как
Ольга Златогорская
он! Где не надо постоянно разжевывать мысли
и раскладывать по полочкам. Где можно делиться
выводом — и собеседники поймут, о чем речь.
Вряд ли он забыл бы про это, став взрослым.
Снова нестыковка...
Но теперь Марат не выдал себя. Он сделал
заинтересованное лицо.
«Марат из будущего» явно обрадовался:
— Ты готов нам помочь?
Марат понял, что они пришли к тому самому
месту, которого он ждал с самого начала.
— Что я должен сделать?
«Марат из будущего» деловито ответил:
— Ты должен будешь выйти из дома. Во двор
приедет черная машина. Садись в нее, тебя отве¬
зут на станцию времени. Там скопируют матрицу
таланта — и перенесут обратно в тот же самый
момент. Машина проедет мимо, а ты вернешься
домой. Никто ничего не заметит.
Все это звучало очень странно. Если у них
такие технологии, что прямо в мозг картинки
транслируют, — зачем все эти сложности? Ма¬
шина, двор...
Марат хрипло произнес:
— Мне надо подумать.
«Марат из будущего» кивнул:
— Я знал, что ты это скажешь. Ведь ты — это
я. Поэтому тебе предоставляется срок на раз¬
мышление. Три дня. — И добавил: — Ты, ясное
дело, можешь все это рассказать маме. Но что
она подумает? Что я подослан твоим отцом, что¬
Исключение из правил
бы снова тебя похитить. Ты ведь тоже так думал
сначала, верно?
Марат кивнул.
Мужчина продолжил:
— И что сделает мама? Она схватит тебя
в охапку, будет охранять днем и ночью. И не даст
тебе выйти во двор, даже если ты захочешь. По¬
этому хорошо подумай. Я вот подумал в твое
время. Результат ты видишь.
— Если я решу, как мне дать вам знать?
— Просто выходи во двор в понедельник,
в полдень.
— Договорились, — решительно сказал Ма¬
рат и встал. — Мне пора. Иначе мама спросит,
где я задержался. Придется что-то сочинять, а я
не любитель этого.
Мужчина кивнул и тоже поднялся.
— Рад был увидеть тебя, — задумчиво про¬
изнес он. — Запомню себя таким... Мы больше
никогда не встретимся. Прощай.
— Прощайте, — отозвался Марат и зашагал
к дому.
Через несколько шагов он оглянулся. На дет¬
ской площадке никого не было.

НАСТЯ
арат замолчал и посмотрел на Настю:
— Понимаешь?
Настя растерянно отозвалась:
— Не очень...
— Смотри, все сходится. Мужик рассказывал
мне какие-то фантастические истории. Ты рас¬
сказываешь мне фантастическую историю. Обе
истории связаны с подростками, у которых есть
особые свойства. Здесь явная связь. У Тохи изме¬
нилась память, он стал другой личностью. С его
мозгом что-то сделали. С моим мозгом тоже что-
то сделали, когда показывали «мир будущего».
Это тоже явная связь.
— Ты думаешь, он тебе прямо на мозг воз¬
действовал?
— Ну а куда еще. Транслировал искусствен¬
ную реальность. Говоря простым языком, это
глюк. Но создан он без виртуальных очков или
каких-то препаратов. Это очень высокий уровень
развития технологий.
— Да уж...

Исключение из правил
— Я никак не мог понять, в чем подвох. Вро¬
де все гладко, но нюансы не сходятся. А во время
твоего рассказа про Тоху понял. Они не копируют
способности. Они забирают их совсем. Внедряют,
дают развиться, а потом забирают обратно и сти¬
рают память. Всем, кто был в контакте с «объек¬
том», стирают тоже.
— А почему Антон в другом городе живет?
Мог бы и здесь оставаться без таланта и без
памяти.
— А тут ты такая к нему с вопросами...
— Со мной у них какой-то сбой произошел.
Вряд ли они его рассчитывали.
— Да, скорее всего. Но, думаю, что как раз
на случай таких сбоев или каких-то неучтенных
напоминаний они перемещают «объект» подаль¬
ше от старой жизни. Почему-то мне кажется,
что если я соглашусь, то обнаружу себя у отца
во Франции и буду думать, что всегда там жил.
— Слушай, а почему я одна Тоху помню?
— Да это очевидно! — отмахнулся Марат.
— Тебе очевидно, — рассердилась Настя, —
а мне нет. Не все тут такие умные!
Марат примирительно улыбнулся:
— Вспомни, где ты была, когда с Тохой что-то
случилось?
— В лагере.
— А лагерь чем известен? Почему там теле¬
фоны не работают?
— Аномальная зона, — машинально ответила
Настя. Глаза у нее распахнулись. — Аномальная!!!

Ольга Златогорская
— Вот именно. Видимо, эти люди используют
какое-то волновое воздействие, похожее на сиг¬
нал мобильного. А в лагерь эти сигналы не про¬
ходят. Почему-то они это не учли.
— Мы неожиданно уехали.
— Может быть, поэтому. Так бы ты все благо¬
получно забыла и не беспокоилась. Неизвестно,
сколько раз уже они эту операцию провернули.
Настя охнула:
— Ты думаешь, они много раз так делали?
— Конечно. Скорее всего, проект поставлен
на широкую ногу. Потому и произошел сбой, что
большие числа задействованы. Чем больше ци¬
клов, тем больше вероятность ошибки — таков за¬
кон статистики. С тобой не учли лагерь, а со мной
прокололись с самим даром. Вся их пропаганда
рассчитана на обычного подростка. «Ты особен¬
ный», «мир изменишь», «только ты можешь нас
спасти». Как думаешь, Тоха повелся бы на это?
Настя задумчиво отозвалась:
— Думаю, да... Он добрый парень и всегда
рад помочь. И исключительным, наверно, хотел
бы оказаться...
— Все хотели бы. Кроме на самом деле
исключительных. Тоха был таким, но, похоже,
не знал об этом. Кстати, он не рассказывал, у не¬
го этот дар давно?
— Не помню... Хотя... как-то сказал, что его
недавно кто-то этому научил. Пару лет назад.
— Значит, и ему внедрили, — удовлетво¬
ренно кивнул Марат. — Все сходится. Внедрили,
Исключение из правил
«прокачали» и забрали. Очень удобно. Исполь¬
зуют живых людей как инкубаторы для способ¬
ностей.
— А куда потом девают эти способности?
— Не знаю. Может, питаются ими. Или про¬
дают. Чтобы это понять, надо для начала узнать,
кто такие эти они. И это самое сложное.
Настя пыталась догнать Марата в умозаключе¬
ниях, но выходило плохо.
— Погоди. Почему?
— Они ведь не только что-то с мозгом лю¬
дям делают. Они ведь реальность меняют.
— Точно. У меня в дневнике все записи про
Тоху пропали. И вещи его из комнаты, где он с ба¬
бушкой жил... А в Васильевске другие появились,
на нем даже одежда не такая, как в Москве...
Марат спокойно сказал:
— У нас таких технологий точно нет.
— У нас в стране?
— У нас на Земле.
— Ты уверен?.. — Насте стало по-настоящему
страшно.
Марат оставался спокоен.
— Да. Сейчас в мире слишком много разных
стран, которые борются за влияние. Если бы кто-
то владел стиранием памяти и переделыванием
реальности, то мы бы сейчас жили в едином
мире Великой Америки. Или Великого Шейха.
— Или Великой России! — хмыкнула Настя.
— Как вариант, — согласился Марат. — Наши
инженеры вполне могли бы изобрести что-то
Ольга Златогорская
такое. Но все эти странные истории происходят
не со всеми людьми, а только с несколькими,
причем самыми незаметными гражданами —
детьми. Значит, на всемирном уровне эти техно¬
логии неизвестны. Попробуем мыслить смелее.
Когда вокруг творится что-то фантастическое,
нужно предполагать фантастические варианты.
— Например?
— Параллельные миры, другие планеты, пу¬
тешествия во времени.
— Ты это серьезно?
— Абсолютно.
Настя посмотрела на Марата недоверчиво,
ожидая подвоха. Как будто он сейчас скажет:
ладно, я пошутил, есть более простое объясне¬
ние. Но Марат молчал, и Настя поняла: он это
всерьез.
— И... что делать?
Марат негромко сказал:
— Я действительно хотел рассказать все это
маме. И в понедельник в машину сел бы не я,
а группа захвата. Но сейчас я думаю, что надо со¬
глашаться.
— Ты спятил?
— Наоборот, начал соображать. Нужно про¬
бираться к ним в логово.
Настя помолчала. Марат что-то обдумывал.
Настя осторожно сказала:
— Слушай, ты же вроде умный... Но то,
что ты предлагаешь — это очень глупо. Про¬
тив нас то ли пришельцы, то ли люди из другой

реальности с неземными технологиями. И ты ду¬
маешь, мы с ними справимся?
Марат кивнул:
— Да, это глупо. Но я не вижу здесь умно¬
го решения. И если его нет, то что мне делать?
Ничего?
Настя пожала плечами.
Марат продолжил:
— Не делать ничего мне не подходит. Во-
первых, неизвестно, что будет, если я просто
не сяду в машину. Может быть, они сменят такти¬
ку, похитят меня и накачают какой-нибудь нарко¬
той или загипнотизируют. Или я не знаю, что еще
сделают, чтобы согласие мое получить. В любом
случае вряд ли они оставят мне дар просто по¬
тому, что я не захотел его отдавать. Во-вторых,
Ольга Златогорская
меня обнадеживает количество их ошибок. Они
не рассчитали с тобой, со мной и совершен¬
но не запланировали нашу встречу. Если бы не
ты, мне бы не хватило данных понять, что про¬
исходит. Так что, может быть, они упустили еще
что-то. Отправившись к ним, я рискую не боль¬
ше, чем если не поеду. Ну и самое главное: у нас
есть время, и мы можем подготовиться.
Настя покачала головой. Не сказать, чтобы
Марат ее убедил. Но в чем-то он прав...
Из-за кустов появилась Катерина. Увидела Ма¬
рата, заулыбалась:
— Добрый вечер! Ребятки, время позднее,
пора расходиться.
Настя встала:
— Пойдем, провожу тебя до проходной.
Они отошли от воспитательницы, и Настя
вдруг вспомнила:
— А ты откуда знал, что я из детдома?
— Я тебя с теми девчонками видел, когда вы
уезжали. Ну, которые Богиня и Королева. По ним
это сразу ясно.
— Как это? — удивилась Настя.
Марат бросил на Настю быстрый взгляд, слег¬
ка замялся, но объяснил:
— Им свойственно поведение представите¬
лей бедного класса. Неадекватная самопрезен-
тация. Бейджики эти, одежда, яркая косметика...
Они пытаются изобразить из себя тех, кем они
не являются, понимаешь? А лагерь-то непростой,
туда путевка дорогая. Как попасть в дорогой
Исключение из правил
лагерь, если ты бедный? Через соцобеспечение
или спонсоров. А кому они помогают? Сиротам
и инвалидам. На инвалидов вы не похожи. Зна¬
чит, остается один вариант... Кстати, ты как меня
нашла?
— Задачку твою решила, — усмехнулась Настя.
— Да? — обрадовался Марат. — Здорово!
Любишь математику?
— Не особо, — честно призналась Настя. —
Скорее, задачи на сообразительность. Вообще,
я сразу поняла, что это тест на интеллект. И ста¬
ло понятно, почему Катька его не прошла.
Марат улыбнулся:
— Да уж, ее интеллект, как и ее подруги, ле¬
жит в отрицательной области значений...
Они посмеялись. Настя почувствовала, как
легко ей с Маратом. Не надо ни прикидываться
кем-то, ни готовиться защищаться. И как-то очень
естественно выходило признавать его интеллек¬
туальное превосходство. Оказывается, приятно
поговорить с умным человеком.
У проходной Марат спросил:
— Поможешь мне?
— Конечно! — слегка удивилась Настя.
— Тогда я приеду завтра, и мы обсудим кое-
что. Есть идея.

МАРАТ. ПОНЕДЕЛЬНИК, ПОЛДЕНЬ
арат вышел из подъезда, поправил на
плече рюкзак и быстро осмотрелся.
Среди припаркованных на стоянке ма¬
шин стояло желтое такси. Марат подавил преда¬
тельское желание помахать рукой и встал у бор¬
дюра. Тут же к нему подъехала черная машина с
тонированными стеклами. Окно со стороны пас¬
сажира с тихим шелестом уехало вниз. За рулем
сидел незнакомый тучный мужик.
Он улыбнулся:
— Марат?
- Да.
— Садись.
Марат открыл дверцу.
Водитель подсказал:
— Рюкзак можно на заднее сиденье по¬
ложить.
— Спасибо, мне удобнее так...
Марат сел, поставил рюкзак на колени. Вынул
из кармана бутылку, глотнул воды, как бы пока¬
зывая, что рюкзак ему нужен в дороге.
— Долго ехать? — спросил.

Исключение из правил
— Не очень, — туманно отозвался водитель
и аккуратно выехал из двора.
Сработал центральный замок — двери за¬
блокированы. Теперь, если что, на ходу не вы¬
прыгнешь.
Марат поерзал, словно устраиваясь поудоб¬
нее, и глянул в зеркало заднего вида. Желтое
такси по-прежнему стояло в ряду припаркован¬
ных машин.
Водитель добродушно усмехнулся:
— Нервничаешь?
— Есть немного, — не стал отпираться Марат.
— Не бойся. Это не больно! — хохотнул во¬
дитель.
— А вы откуда знаете?
— А оттуда, — снисходительно отозвался
водитель. — Я и буду копировать твою матрицу.
Я оператор на станции.
Марат сделал большие глаза:
— Ради одного меня целую станцию по¬
строили?
— Это станция времени, — солидно объяс¬
нил водитель. — Она многофункциональная.
— А вас... тоже из будущего перебросили? —
осторожно поинтересовался Марат.
— Тоже, — кивнул водитель. — В вашем
времени никому из взрослых доверять нельзя.
Тут же начнут воровать технологии, того и гляди,
войну устроят.
— А вы здесь давно? — как бы просто под¬
держивая беседу, поинтересовался Марат.

Ольга Златогорская
— Пару дней. Нужно было аппаратуру на¬
строить.
— А машину водите мастерски, — не удер¬
жался Марат.
Водитель бросил на него веселый взгляд:
— Так у нас же устройство есть для копиро¬
вания способностей. Мне и записали все необхо¬
димые в вашем времени навыки.
Марат мысленно обругал себя за несдержан¬
ность. Он должен изображать полностью пове¬
рившего мальчика, а не приставать с провока¬
ционными вопросами.
А водитель задумчиво продолжил:
— Хорошая штука это устройство, доложу
я тебе. У нас теперь каждый может что угодно
уметь...
— Бесплатно?
— Не совсем. Детей бесплатно учат, а потом
государство дает те навыки, которые нужны об¬
ществу. А за все остальное пока приходится пла¬
тить. Коммунизм у нас еще не наступил...
Марату показалось, что он услышал знако¬
мые интонации. Примерно так говорил тот му¬
жик, который назвался им самим, только из бу¬
дущего. И еще: голос водителя звучал слегка
неестественно. Марат всегда мог по телефону
отличить молодого человека от старого и худо¬
го от толстого. Пожилые люди похрипывают,
и голос у них плоский. А полные люди, когда
разговаривают, даже когда сидят, немного крях¬
тят, как будто им сложно дышать. Водитель же
Исключение из правил
говорил звонко и легко, как молодой учитель
физкультуры.
Марат небрежно поинтересовался:
— А вот эти все умения... Которые государ¬
ство дает, которым детей учат... Их у кого запи¬
сывали?
Водитель притормозил на светофоре и разъ¬
яснил:
— Когда устройство заработало, кинули клич,
и все, кто что-то умел, пришли на станции пере¬
записи. Тогда на своем таланте можно было хо¬
рошо заработать или обменять на какое-то дру¬
гое умение... Так создавалась база...
Марат спросил прямо:
— Ав нашем времени... только у меня спо¬
собности записывают?
— Только у тебя, — легко ответил води¬
тель. — Нам нужен был один-единственный та¬
лант — твой интеллект. Все остальные способно¬
сти у нас и так есть.
Марат сделал вид, что поверил. Но на самом
деле пазлы наконец-то сложились.
Если в будущем способности стоят денег,
то можно наладить отличный черный рынок —
производить таланты там, где их никто не смо¬
жет отследить. Похоже, именно такая схема
и вырисовывается. Некие деятели использу¬
ют наше время, наш мир, чтобы производить
товар, который пользуется большим спросом
у них.
Выходит, они и правда из будущего?

Впрочем, какая разница. Если они из па¬
раллельного мира, то мир этот сильно опере¬
жает нас в развитии. Версия с инопланетянами
отпадает: зачем инопланетянам гуманоидные
навыки?
Марат обдумывал полученную информацию
и мысленно повторял пункты плана. Пунктов
было немного, забыть их не представлялось
возможным, но повторение успокаивало нервы.
За окном потянулись новостройки — машина
явно покинула город.
— Куда мы едем? — спохватился Марат.
— На станцию, — спокойно ответил води¬
тель. — Я же говорил.
— Она что, в пригороде?
— В лесу.

Исключение из правил
Марат сдержал радостную улыбку: он рас¬
считал верно! Значит, возможно, и в остальном
не ошибся. И попросил:
— Расскажите, как там у вас, в будущем.
— Что именно «как»? — хмыкнул водитель.
— Всё. В космос летаете? Рак победили?
А глобальное потепление?
— Все у нас хорошо, — без энтузиазма
отозвался водитель. — Рак побеждаем, эколо¬
гией занимаемся, космос осваиваем.
— И на Марс полетели?
— Полетели.
— Ав каком году?
Водитель нахмурился:
— А вот этого тебе знать не надо. А то мо¬
жет возникнуть временной парадокс.
Марат еле сдержался, чтобы не фыркнуть.
Значит, если он узнает год марсианской экспе¬
диции, случится парадокс. А то, что с него сни¬
мут матрицу таланта с помощью машины, кото¬
рую потом изобретут люди, которые эту матри¬
цу получат через эту же самую машину, никого
не смущает.
Озвучивать это Марат, конечно, не стал. По¬
кивал с умным видом. Больше водитель ничего
не говорил, и Марат не лез с вопросами. Так они
и ехали около получаса.
Асфальт закончился, под колеса легла узкая
лесная дорога. Справа потянулся забор из сетки-
рабицы, за ней — небольшие коттеджи. Похоже,
какой-то охраняемый поселок. Водитель взял
Ольга Златогорская
левее ворот и шлагбаума, и дорога преврати¬
лась в две колеи в траве. Еще немного — и во¬
дитель остановился.
— Приехали.
— А где станция? — удивился Марат.
— Выходи, увидишь.
Марат вышел из машины и огляделся. До¬
рога впереди шла под уклон, приводила в не¬
большую лужу — и заканчивалась. От лужи раз¬
бегались три тропинки. Похоже, дальше никто
не ездил.
Поселок остался далеко за спиной, вокруг
простирался лес. Самый настоящий густой лес.
Марат подавил толчок паники. «Спокойно, — ска¬
зал он себе, — пока все идет по плану».
Водитель тоже вышел из машины, захлопнул
дверцу. Пискнула сигналка.
— Дальше пешком, — пояснил водитель. —
Идешь?
Марат поправил на плече рюкзак и кивнул.
— Рюкзак можно в машине оставить, — под¬
сказал водитель.
— Не...
— Что у тебя там? — весело удивился во¬
дитель.
Марат серьезно ответил:
— В нашем времени каждый подросток обя¬
зательно ходит с рюкзаком. Без него он чувству¬
ет себя не в своей тарелке. Ну и потом, у меня
там куртка. После обеда обещали дождь.
— Ладно, пойдем...

Исключение из правил
Они зашагали по тропинке, которая вела
в густые заросли. А потом деревья расступи¬
лись и появилась небольшая поляна. В центре
ее возвышался холм. Обычный холм, заросший
травой. Только в склоне его темнела серая ме¬
таллическая дверь с ручкой в виде штурвала.
Марат видел такие двери в фильмах про под¬
водников.
— Вот и пришли, — удовлетворенно произ¬
нес водитель и взялся за колесо.
Оно повернулось мягко и бесшумно. Дверь
чуть просела и отошла внутрь. За ней загорелся
свет. «Как в холодильнике!» — мысленно усмех¬
нулся Марат.
Мужик пригнулся и шагнул вперед, откры¬
вая дверь шире. Вниз шла лестница, освещенная
лампами в полукруглых желтых плафонах. Мара¬
ту показалось, что все вокруг ненастоящее, что
это декорации к старому фантастическому филь¬
му. «Главное, чтобы не к фильму ужасов, — снова
мысленно усмехнулся Марат. — По законам это¬
го жанра я иду в ловушку...»
Марат зашагал вниз по лестнице. Почти сра¬
зу за спиной с негромким шелестом закрылась
дверь. На ней появилась круглая ручка-колесо.
Кажется, только что ее не было.
Мозг залило горячей волной паники. Хотелось
заорать и бежать со всех ног — к поселку, к лю¬
дям, туда, где безопасно.
Спокойно. Главное — сохранять разум. Пока
ничего страшного не происходит, более того,
Ольга Златогорская
ситуация полностью совпадает с расчетной.
Марат положил руку на карман над коленом
и слегка успокоился. Прошел следом за во¬
дителем.
Коридор привел их в маленькую круглую
комнату без окон. Свет шел прямо с потолка.
В центре стояло странное сооружение. Капсу¬
ла из прозрачного материала, внутри которой
под углом располагалось ложе вроде кушет¬
ки. Марат даже рассмотрел фиксаторы для рук
и ног. Со всех сторон кушетку оплетали полу¬
прозрачные трубки разного диаметра. Сбоку
из капсулы выходили две трубки потолще. На
одной крепился цилиндр размером со стакан.

Исключение из правил
На другой — тонкая пробирка, как в школьном
кабинете химии.
Водитель с гордостью сказал:
— Вот оно, наше устройство!
Он хлопнул рукой по верхней части капсу¬
лы. Появилась дверца и сдвинулась вбок, как
у шкафа-купе.
— Залезай.
Марат почувствовал себя Иванушкой, которо¬
го Баба-яга приглашает сесть на лопату.
— А... что там надо делать?
— Ничего, — успокаивающе улыбнулся му¬
жик. — Расслабься и постарайся ни о чем не ду¬
мать. Все произойдет само.

Ольга Златогорская
Марат снял рюкзак, прислонил его к стенке
у лестницы. Медленно подошел к устройству и
сел на край капсулы, перекинул ноги внутрь. Еще
можно было отказаться... Или уже нельзя?
Он вздохнул и лег на кушетку.
Водитель опустил фиксаторы — они не за¬
стегивались, а просто слегка прижимали руки и
ноги. Марат шевельнулся — в принципе, он мог
бы освободиться, если бы захотел.
Медленно выехала и заняла свое место про¬
зрачная дверь. Марат ощутил легкое давление
на барабанные перепонки — видимо, капсула
закрывалась герметично. Раздалось еле слышное
гудение. Запахло чем-то свежим, как будто от¬
крыли форточку после дождя. Марат почувство¬
вал себя спокойно и расслабленно. Мысли улету¬
чились. Марат даже улыбнулся — и тут же спо¬
хватился. Он напряг все мышцы, которые только
смог ощутить. Пресс, спину, руки и ноги. Сжал
пальцы в кулаки. И принялся умножать в уме
двузначные числа. Внимание уплывало, числа за¬
бывались. Марат начинал снова.
Он не мог бы сказать, сколько прошло време¬
ни. Но гудение вдруг прекратилось, прозрачная
дверца с шипением отошла в сторону. У капсулы
стоял мужик-водитель. Он недовольно спросил:
— В чем дело?
Марат постарался изобразить недоумение:
— А что случилось?
— Ты нервничаешь? Или боишься? Запись
почти не идет.

Исключение из правил
Марат сдержал радость. Получается! И отве¬
тил слегка смущенно:
— Мне надо в туалет...
Мужик расслабился:
— Так бы и сказал.
Марат перелез через высокий порог. Водитель
провел ладонью по округлому боку капсулы. По¬
явилась светящаяся, висящая в воздухе пластина.
Водитель ткнул в нее пальцем, и в стене рядом
с лестницей прорезалась дверца.
— Тебе туда.
Марат оглянулся. В прикрепленной снаружи
емкости светилась красная жидкость и заполняла
«стакан» примерно на одну шестую. Вторая ем¬
кость, «пробирка», осталась пустой.
— Что это? — Марат подбородком указал
на красную жидкость.
— А, это... — недовольно пробурчал мужик,
снова нажимая какие-то символы на светящемся
прямоугольнике. — Это матрица твоего таланта.
Видишь, почти не копируется. Полная должна
быть.
Марат кивнул и прошел в туалет. Никаких чу¬
дес техники там не обнаружилось. Подождав не¬
много и спустив воду, Марат достал из кармана
над коленом свой козырь и спрятал в рукав ру¬
башки. Руки тряслись. Вот теперь ему стало так
страшно, что во рту пересохло, а ноги ослабели.
Марат пробормотал:
— Что отличает умных парней? У нас всегда
есть ход конем...

Ольга Златогорская
Несколько раз глубоко вдохнув, он постарал¬
ся принять независимый вид и вышел к капсуле.
Мужик стоял к нему спиной, что-то рассматривал
на светящейся пластине.
Марат расслабил пальцы. Принял в ладонь
шероховатую пластиковую рукоятку. И, закусив
губу, ударил водителя шокером в спину.
Грузное тело обрушилось на Марата, он еле
успел отскочить. Развернувшись на пятке, Марат
рванул к выходу, сунув шокер обратно в карман.
Крутанул колесо — и дверь отошла внутрь.
— Все получилось! — выдохнул Марат. — Он
в отключке!
Через порог шагнула Настя.
— Ты был прав: замок снаружи не откры¬
вался.
Дверной проем закрыла тень:
— Давайте быстрее, пока он не очухался...
В бункер вошел Антон. Он хмурился и вытя¬
гивал из петель штанов кожаный ремень.

НАСТЯ. ВОСКРЕСЕНЬЕ
асгя откинулась на спинку скамейки и
сказала:
— Мне не нравится этот план. В нем
слишком много «если». Если таксист нас повезет.
Если мы сможем войти. Если там не окажется дру¬
гих врагов. Если на них действует шокер. И даже
если это все получится — дальше-то что?
— Дальше придется разбираться на месте, —
честно ответил Марат. — Я не знаю, что мы там
увидим.
Настя хотела сказать, что это глупо, но увиде¬
ла идущую к ним по тропинке маму Марата.
— Все в порядке, — сказала она. — Я тебя
отпросила. Теперь ты сможешь приехать к нам
в гости.
— Спасибо, Вероника Фёдоровна, — вежли¬
во поблагодарила Настя.
Она слегка боялась, что воспитатели наплетут
про нее что-нибудь. Но, видимо, Катерина сего¬
дня встала с нужной ноги и решила не посвя¬
щать маму «друга из лагеря» в детали скверно¬
го характера воспитанницы. Ну и самое главное:
Ольга Златогорская
теперь Настя свободна до ужина. А если сегодня
не опоздает, то и завтра тоже. Опаздывать Нас¬
тя не собиралась.
Честно говоря, она собиралась в понедельник
просто сбежать. Но Марат, узнав, что есть система
«увольнительных», предложил подключить свою
маму. Настя засомневалась: с какой стати незна¬
комый взрослый человек будет ездить в детский
дом и просить отпустить к ним сироту. Но Марат
засмеялся: «Ты маму мою не знаешь. Я попро¬
шу — и она все сделает как надо».
Удивительно, но Вероника Фёдоровна, сама
похожая на подвижного и веселого мальчишку,
не задала ни одного вопроса. Приехала с Мара¬
том, поздоровалась с Настей и сразу ушла к вос¬
питателям. И вот теперь вопрос решен.
— Молодежь, у вас какие планы? — спроси¬
ла Вероника Фёдоровна.
Настя пожала плечами.
Марат быстро ответил:
— Погуляем в парке, а пообедаем у нас. По¬
том я провожу Настю и вернусь домой.
— Хорошо. Я на выставке. Если что, звони.
Мама чмокнула Марата в макушку, растрепала
ему волосы и умчалась пружинистой походкой.
Марат немного смущенно глянул на Настю:
кажется, ему было неловко за проявленную ма¬
мой нежность.
Настя улыбнулась:
— Прикольная у тебя мама...
— Ага...

Исключение из правил
— Пойдем?
Они вышли за ворота. Ноги сами понесли На¬
стю в сторону Тохиного дома. Она заметила это
не сразу, а потом решила: ну и пусть, не все ли
равно, где гулять. Нужно найти спокойное место
и еще раз все обсудить. Настя вспомнила ту ска¬
мейку, где всегда тепло. Вот подходящее место!
Пройдя через знакомый двор (и кинув тоск¬
ливый взгляд на Тохины окна), Настя провела
Марата по тропинке и... уперлась в забор. Ска¬
мейки и странных хвойных деревьев не было.
И площадки не было.
— Заблудилась? — поинтересовался Марат.
— Нет, — с недоумением ответила Настя. —
Мы тут с Тохой сто раз сидели. Я не могла оши¬
биться.
Марат вздохнул:
— Похоже, сидели вы не здесь. А в одном
из тех мест. Неизвестно, где на самом деле эта
скамейка. Сколько до нее километров.
Настя хлопнула себя ладонью по лбу. Точно,
как она не подумала-то? Ведь она всегда была
здесь только с Тохой.
Они зашагали обратно по тропинке. У Насти
в кармане запел телефон. Настя вытащила его и
уставилась на экран.
Звонил Антон.
Настя не записала его новый номер, но он
был почти такой же, как старый, — на конце
3945. Только оператор другой.
Настя приняла звонок.

Ольга Златогорская
- Да.
— Привет. Ты сейчас где?
— А что?
— Может, встретимся?
— В смысле? — не поняла Настя.
— Я у бабушки. Приехал в Москву.
Настя растерялась:
— И... чего ты хочешь?
— Поговорить... — Голос Антона звучал бес¬
помощно. — Только не по телефону.
Настя посмотрела на Марата. Он отлично слы¬
шал разговор. Марат кивнул и показал большой
палец.
— Давай, — сказала Настя. — Только я не одна.
— Ас кем?
— С одним другом. Он в курсе.
— Ладно. Куда мне приехать?
— Спускайся во двор. Мы как раз в твоих
краях гуляем.
— Хорошо.
Закончив разговор, Настя задумчиво посмо¬
трела на Марата:
— Как думаешь, он поедет с нами?
— Конечно.
* * *
Антон выслушал историю Марата, ни разу
не перебив. Чем дальше он слушал, тем сильнее
хмурился. Потом спросил:
— Как думаешь, у нас есть шансы вернуть
мой дар?

Исключение из правил
— Не знаю, — честно отозвался Марат. —
Может быть, мы только хуже себе сделаем. Или
вообще... Слышал, что дети то и дело пропада¬
ют? Есть шансы пополнить эту статистику.
— Все равно... Я бы попробовал.
Настя спросила:
— Зачем он тебе? Неужели так важно — пу¬
тешествовать по разным местам? Ты ведь даже
не знал, что в разных городах оказываешься.
Антон мрачно ответил:
— Не в этом дело. Меня... накрывает. Это
такое чувство... не могу описать. Все как буд¬
то не имеет смысла. Как будто я что-то потерял.
Жить не хочется. Возможно, если я верну дар, это
пройдет.
Марат внимательно посмотрел на него:
— Похоже, дело не в даре, а в памяти. Тебе
стерли кусок личности. Ты потерял не дар, а себя.
Настя грустно сказала:
— Ты был другим.
Антон криво улыбнулся:
— Да, ты говорила...
Настя нервно оглянулась — ей показалось,
что в листве у них за спиной что-то шевельну¬
лось. Из кустов вышла серая кошка. Посмотрела
на сидящих на скамейке людей и с достоинством
удалилась.
Настя проводила ее глазами и повернулась
к Антону:
— Поедешь с нами?
Антон кивнул.

Ольга Златогорская
— Тогда слушай, — деловито начал Марат. —
Я вызову такси через приложение. Тогда никто
не узнает, что пассажир не взрослый. Закажем
за полчаса. Сядете в машину, сразу покажете во¬
дителю деньги.
— А деньги откуда? — перебил Антон.
— У меня есть, я на планшет копил... Даль¬
ше. Скажете водителю, что у вас игра, городской
квест. Что один уезжает на машине, а остальные
должны найти его по навигатору. Мне мама часы
подарила лет пять назад, с функцией отслежива¬
ния. Подключим к Настиному смартфону. Я по¬
ложу часы в рюкзак, их никто не заметит. Как я
отъеду, вы ждете минут десять и едете за мной.
Скорее всего, за город.
— Почему ты так думаешь? — спросил Антон.
Настя слушала молча: она уже задавала эти
вопросы.
— Смотри сам. Они куда-то возят детей.
В Москве сейчас везде камеры наблюдения. Если
бы они часто возили детей в какое-то здание,
это могло бы вызвать подозрение. Значит, имеет
смысл размещать базу в лесу, где никто не уви¬
дит и не задаст вопросов.
Антон хмыкнул:
— Допустим.
— Дальше вы находите меня по навигатору
и не даете забрать мой дар и стереть память.
— И как это мы делаем, интересно?
— У меня есть шокер. Мама купила, ко¬
гда боялась, что меня похитят. Я им ни разу
Исключение из правил
не пользовался. Но инструкцию в Инете нашел,
так что, думаю, справлюсь. Вы зайдете за мной,
а дальше разберемся.
— А если мы не сможем зайти?
— Тогда я найду способ открыть дверь и
впустить вас.
— А если не найдешь? Если тебе там сразу
дар отпилят и память сотрут?
— Вряд ли это быстро. Они же говорят —
«устройство». Скорее всего, его работа занимает
много времени.
— Ты уверен? — недоверчиво поинтересо¬
вался Антон.
— Нет, — честно ответил Марат. — Я пред¬
положил это по косвенным признакам. Они зовут
меня ехать в будний день в полдень. Обычно
в это время родители на работе. До вечера ре¬
бенка никто не хватится. А к вечеру они начина¬
ют менять память. Основную работу они делают,
скорее всего, ночью.
— Почему?
— Это логично. Удобно менять реальность,
пока все спят.
— Ладно. А если ты придешь туда, а там сто
вооруженных человек?
Марат устало ответил:
— Да не будет там ста человек. Тем более
вооруженных. Против кого им вооружаться? Про¬
тив пацанов, которых они уговорили доброволь¬
но прийти «мир спасать»? И второе: у нас, ко¬
гда какое-то незаконное дельце проворачивают,
Ольга Златогорская
толпы людей в него не приглашают. Всё по-тихому
делают. Думаю, и здесь так же.
— А если нет? — нервно спросил Антон. —
А если ты приходишь туда, а там целая лабора¬
тория и куча народу?
Марат серьезно ответил:
— Тогда я симулирую приступ аппендицита
и кричу, чтобы меня везли в больницу. В любом
случае я перестаю быть согласен на «запись».
А мое согласие им почему-то нужно, это мы зна¬
ем наверняка.
— Ладно... — пробормотал Антон.
Марат тихо спросил:
— Ты боишься?
— Боюсь, — кивнул Антон. — Боюсь, что ни¬
чего не выйдет. Но поеду все равно. А Настя мо¬
жет не ехать.
— Ага, щас! — ехидно усмехнулась Настя.
Антон посмотрел на нее в упор — Настя
наконец-то увидела знакомые серые глаза —
и сказал:
— Посуди сама. Я еду, чтобы вернуть свой
дар. Марат — чтобы не дать забрать свой. А тебе
зачем?
— Ты дурак? — растерялась Настя.
— Наоборот, — спокойно ответил Антон. —
Глупо рисковать неизвестно зачем. Тебя ведь эта
проблема не коснулась.
— Меня? Не коснулась? — Настя почувство¬
вала, что сейчас взорвется от ярости. — Это меня
она не коснулась? Да что ты знаешь об этом, ты...

Исключение из правил
Марат, сидевший между ними, только головой
крутил — то на Настю смотрел, то на Антона.
Он примирительно поднял ладонь:
— Не ссорьтесь. Настя, конечно, ты поедешь
с нами. Антон, ты не прав.
Антон нахмурился:
— Не дело это — таскать девчонок по опас¬
ным местам.
Настя язвительно отозвалась:
— Я ценю твою заботу, но у нас тут нет еще
десятка парней, чтобы вы подобрали себе под¬
ходящую команду. Придется довольствоваться
девчонкой.
Антон вспыхнул:
— Я не это имел в виду!
— Тихо! — Марат решительно хлопнул ладо¬
нью по колену. — Мы в серьезное дело встрева¬
ем, а вы ссоритесь, как в детском садике.
Антон отвернулся и засопел. Обиделся. А Тоха
не обижался почти никогда.
Настя поймала себя на злорадном удоволь¬
ствии. Как будто она хотела отомстить Антону
за то, что он не Тоха. Хорошо, что этого никто
не заметил. Насте стало немного не по себе. Ее
кольнула совесть: Антон не виноват в том, что
с ним сделали. И Настя примирительно сказала:
— Давайте рассуждать дальше. Если у нас
получится, что потом?
Марат грустно сказал:
— Я не знаю. Будем действовать по обстоя¬
тельствам.

НАСТЯ. ПОНЕДЕЛЬНИК
нтон снял ремень и наклонился над упав¬
шим мужчиной. Грузное тело лежало
вниз лицом, неловко подвернув под себя
левую руку.
— Давайте свяжем его.
Марат подошел поближе:
— А... как?
— Вытащи его руку и заведи за спину.
Антон ловко вставил в пряжку петлю ремня,
потянул правую руку водителя за спину. При¬
мерился, чтобы вставить обвисшую кисть в по¬
лучившееся двойное кожаное кольцо, — ив этот
момент Настя крикнула:
— Парни!
Водитель с удивительной для его комплекции
скоростью развернулся, схватил Марата за горло
и повалил на пол. Прижал к полу, не поднимаясь
с колен.
— Не двигаться! — рявкнул он. — Или я вы¬
рву ему глотку!
Марат хрипел. Настя замерла. Антон выпустил
из пальцев ремень, он звякнул где-то за спиной
у водителя.

Исключение из правил
Мужик тряхнул Марата за горло:
— Дай сюда эту дрянь! Живо!
Марат слабо дернулся.
— Вы его душите! — закричала Настя. — Он
не может двигаться!
Похоже, водитель чуть ослабил хватку. Марат
перестал хрипеть.
Водитель злобно прошипел:
— Быстро давай сюда то, чем ты меня пара¬
лизовал!
Марат неловкими движениями полез в кар¬
ман на колене. Вытащил шокер. Чуть приподнял
и снова дернулся. Шокер выскользнул у него
из пальцев, со стеклянным стуком упал на камен¬
ный пол и откатился в сторону.
Водитель зарычал и снова встряхнул Марата,
как куклу. Настя подумала: вот и конец гениаль¬
ному плану. Не могло же все идти так, как они
задумали...
А водитель посмотрел на Настю, потом на Ан¬
тона, потом снова на Настю.
— Ты! — сквозь зубы приказал он. — Под¬
няла быстро эту штуку и принесла сюда!
В этот момент, когда Настя уже мысленно по¬
хоронила всю компанию, когда план рассыпался
на мелкие кусочки, когда Марат оказался в злых
руках взрослого человека, — Настя испытала ди¬
кую радость. Она быстро опустила голову, чтобы
враг не прочел у нее на лице никаких чувств.
Он посчитал ее более безопасной, чем Анто¬
на. Он не знает. И не ждет. Значит, есть шанс.

Ольга Златогорская
Ссутулившись, чтобы казаться еще беззащит¬
нее, Настя маленькими шажками подошла к шо¬
керу, подняла его и бочком приблизилась к во¬
дителю. Опасливо, с дистанции, протянула муж¬
чине прибор.
Водитель качнулся к ней — ив этот момент
Настя ударила его ногой прямо в перекошенное
от ярости лицо. Мужик отлетел назад, выпустив
Марата. Раздался звонкий стук, как будто на пол
упала большая тыква. Антон подскочил к Насте, вы¬
дернул из ее пальцев шокер и воткнул его в шею
упавшему. У водителя дернулись ноги, и он затих.
Марат, кашляя и держась за горло, поднялся.
Хрипло сказал:
— В шею нельзя бить...
— Молчи, умник! — рассердился Антон. Он
снова держал в руках свой ремень. — Ты ему
еще «скорую» вызови. Чтобы он пришел в себя
и точно всех нас угробил... Давай, вяжем.
Антон и Марат вместе вставили руки лежаще¬
го без чувств мужчины в ременную петлю. Антон
ловко закрутил кожаное кольцо. Настя мельком
отметила, что Тоха так не сумел бы, и тут же рас¬
сердилась на себя за это.
— Что теперь? — спросил Антон.
— Теперь... есть одна идея, — отозвался Ма¬
рат. — Ты бери шокер и следи за этим. Шевель¬
нется — бей снова. А я кое-что посмотрю.
Антон кивнул и сел на пол, внимательно гля¬
дя на поверженного врага.
Марат подошел к светящемуся прямоугольнику.

Исключение из правил
— Так-так-так... — пробормотал он и нажал
на один из ярких символов пальцем.
Стекло на капсуле с легким шелестом вста¬
ло на свое место.
— Понятно... — Марат нажал на другой символ.
Стена напротив, казавшаяся сплошной, вдруг
отъехала в сторону. В открывшемся простран¬
стве в пазах расположились пробирки. Их до¬
верху заполняла светло-зеленая светящаяся суб¬
станция.
— Что это? — спросила Настя.
— Иди посмотри, — отозвался Марат. —
Судя по знакам, эти штуки имеют отношение
к памяти.
— С чего ты взял? — удивилась Настя, но по¬
шла к пробиркам.
Марат негромко сказал:
— У них тут чудовищно примитивное управ¬
ление. Все на пиктограммах. Дебил разобрался бы.
Настя успела сделать два шага и услышала
за спиной крик Антона:
— Марат!!!
Настя резко обернулась. Антон уже стоял. Тело,
лежащее на полу, теряло форму. Оно оплывало,
как мороженое, оставленное на столе в жаркий
день. Три секунды — и оно снова затвердело.
Только теперь вместо тучного водителя на полу
лежал невысокий темноволосый мужчина.
— Опа!.. — ошарашенно пробормотал Марат.
Тело снова вздрогнуло и поменяло очертания
еще раз. Теперь связанным оказался круглолицый

Исключение из правил
светловолосый человек. Антон удивленно уста¬
вился на него. А дальше тело стало менять¬
ся очень быстро: другой мужчина, женщина
со светлыми волосами, снова мужчина, рыжая
кучерявая женщина, опять мужчина. Длинново¬
лосый мужчина с очень красивым лицом и... за¬
остренными ушами. Он превратился в странного
зеленолицего гуманоида с большими круглыми
глазами.
После гуманоида тело подернулось дымкой и
исчезло.
— Офигеть! — сказала Настя.
— Удрал... — сказал Марат.
Антон молча поднял свой ремень, раскрутил
и начал вставлять в петли штанов.
Настя оглянулась на Марата:
— Ты что-нибудь понимаешь?
— Да. Но объяснять нет времени. Посмотрите
эти пробирки в шкафу. А я пока закончу здесь.
— А что ты делаешь?
— Хочу запустить программу самоликвида¬
ции станции. Тогда этим... существам некуда бу¬
дет возвращаться с подмогой.
Настя кивнула и отошла к шкафу. Пробирок
было двенадцать — три ряда по четыре штуки
в каждом. Настя тронула одну из них — и от¬
дернула руку: над пробиркой всплыло лицо поч¬
ти в натуральную величину. Изображение было
четким и объемным, как голограмма. Из воздуха
на Настю смотрела какая-то незнакомая девчон¬
ка. Как только Настя убрала руку, лицо исчезло.

Исключение из правил
— Ух ты! — пробормотал Антон и дотронул¬
ся до другой пробирки.
Появилось другое лицо. Тоже девчонка. Это
лицо показалось Насте знакомым. Вместе с Анто¬
ном она начала трогать все пробирки подряд.
Вдруг Антон сказал:
— Ой!
Настя посмотрела — над пробиркой висело
Тохино лицо.
Лицо настоящего Тохи — с отросшими воло¬
сами, упавшими на глаза, с прямым взглядом и
улыбкой, от которой образуется ямочка на щеке.
Антон схватил пробирку и сжал в кулаке.
— Это мое.
— Убери в карман, — подсказала Настя.
Антон сунул пробирку во внутренний карман
джинсовки.
Свет на потолке начал равномерно мигать.
— Готово, — довольным тоном сказал Ма¬
рат. — У нас две минуты. Валим отсюда.
— Погоди! — вдруг сказал Антон и начал ли¬
хорадочно выдергивать пробирки из стойки.
В воздухе закружились полупрозрачные лица.
— Зачем ты это? — не понял Марат.
— Это наше! — резко ответил Антон. — Оно
не должно исчезнуть.
Марат метнулся к лестнице и вернулся с рюк¬
заком. Дернул молнию.
— Клади сюда. Быстро.
Антон сгрузил пробирки в открытый карман.
Свет замигал чаще.

Ольга Златогорская
— Быстрее! — крикнула Настя. Получилось
жалобно.
— Ходу! — крикнул Марат, схватил незастег-
нутый рюкзак и рванул к лестнице.
Антон и Настя побежали за ним. Свет миг¬
нул последний раз и погас. Настю подняла неиз¬
вестная сила, закружила и аккуратно положила
на землю.
Настя открыла глаза. Через листья деревьев
светило яркое солнце. Прямо из воздуха на траву
рядом с ней шлепнулись Антон и Марат. А потом
появились еще трое. Незнакомая рыжая девчон¬
ка, высокий худой парень и... Геральт.
* * *
Настя пришла в себя первой:
— Геральт, привет! Ты тоже мир спасаешь?
— В смысле?.. — растерянно отозвался Ге¬
ральт. — Вы здесь откуда? Марат?
Антон уставился на Настю:
— Вы знакомы?
— Да, в лагере вместе были.
— А этих тоже знаешь?
— Нет...
Настя встала и огляделась. Холм по-прежнему
возвышался посреди поляны. А вот дверь в нем
исчезла. Высокая трава выглядела совсем нетро¬
нутой — кроме того места, куда приземлились
ребята. Девчонка вскочила и принялась отряхи¬
ваться, ни на кого не глядя. Последним поднялся
высокий парень.

Исключение из правил
Марат спокойно сказал:
— Я думаю, мы все попали сюда одним и тем
же образом. Некто привез вас на эту базу, копи¬
ровать матрицу таланта. Вы забрались в устрой¬
ство, пробыли там какое-то время, а потом стало
темно, и вы оказались здесь. Я прав?
Незнакомый парень кивнул.
Геральт сказал:
— Ага.
Девчонка только хмыкнула.
— Меня зовут Марат. Это Антон. Это Настя.
Геральта мы знаем. А как зовут вас?
— Стас, — отозвался высокий парень.
— Я Алиса, — словно делая одолжение, на¬
звала себя девчонка. — Что за имя такое — Ге¬
ральт? Это из игрушки?
— Это из книги, — доброжелательно ото¬
звался Геральт. — Но меня и по жизни похоже
зовут: Гера, Герман.
— Я включил на станции программу само¬
ликвидации, — сообщил Марат. — Вряд ли эти
существа смогут быстро вернуться. Но на всякий
случай я все-таки предлагаю отойти отсюда, хотя
бы к поселку. Сомневаюсь, что они нападут на
нас на глазах у людей. Там я вам все объясню.
— Что ты мелешь? — небрежно бросила Али¬
са. — Какие существа? Это мы сами из будущего!
Марат хотел что-то сказать, но Геральт реши¬
тельно встрял:
— Можете оставаться, но я ему верю и пой¬
ду, куда он говорит.

Ольга Златогорская
Марат надел рюкзак и пошел к лесной доро¬
ге. Настя и Антон молча зашагали за ним. Стас,
не говоря ни слова, двинулся следом. Алиса
постояла, убедилась в том, что ребята действи¬
тельно уходят не оборачиваясь. И, возмущенно
сунув руки в карманы, побрела за ними.
До ворот поселка дошли быстро, минут за де¬
сять. Марат пересек шоссе, чтобы видеть ворота
и шлагбаум. Махнул рукой: встаньте ближе. Ребя¬
та обступили его плотным кольцом.
— Слушайте...
Марат изложил события четко и коротко,
не вдаваясь в подробности. Когда он рассказы¬
вал историю Антона, Стас, Алиса и Геральт в упор
смотрели на него. Антон явно не радовался все¬
общему вниманию, хмурился, но не комментиро¬
вал. Потом Марат рассказал, как менял облики
водитель. Закончил он своими выводами о том,
зачем этим существам нужны подростки и их
способности.
Настя сказала:
— Я как раз думала: зачем это все?..
— Видимо, выгодно, — пожал плечами Ма¬
рат. — Все всегда делается за деньги. Или за то,
что у них там вместо денег. В будущем или я
не знаю где.
Алиса заявила:
— Ну и бред! Дешевый фантастический сери¬
ал про пропавших подростков.
— Аргументируй, — отозвался Марат. Он
не рассердился. Кажется, он слегка улыбался.

Исключение из правил
— Я просто в это не верю!
Марат покачал головой:
— Я бы хотел услышать серьезные возра¬
жения. Возможно, в моих рассуждениях где-то
есть недочеты. Но в вопросах веры я бессилен.
Это не ко мне, это в церковь.
Настя смотрела на Алису с глухим раздраже¬
нием. Некоторые люди начинают бесить сразу,
при первой же встрече. Настя терпеть не могла
таких — вздорных, нахальных, считающих себя
особенными.
Алиса открыла рот и набрала воздуха, чтобы
что-то ответить, но Геральт перебил ее:
— Марат, как думаешь, что теперь делать?
Марат почесал лоб и решительно сказал:
— Надо идти в лагерь.
— Зачем? — удивился Геральт.
— Они по ночам стирают память, забыл?
Хочешь заснуть в своей кровати, а проснуться
в другом городе и ничего не помнить?
— Но ты же вырубил станцию, — напомнил
Геральт.
— А ты думаешь, она у них одна?
— А ты думаешь, нет?
— Конечно, нет. Вряд ли они возят сюда де¬
тей из Томска или Краснодара. Я думаю, в каж¬
дом крупном городе такая станция есть. И про¬
ект у них продолжает работать. Так что нам надо
сегодняшнюю ночь пережить. А потом уезжать
из Москвы куда-нибудь подальше.
Геральт спросил:

Ольга Златогорская
— Ты уверен, что они не копируют дар, а за¬
бирают его? Я в себе никаких изменений не чув¬
ствую.
Марат не успел ответить. Стас, который до сих
пор молчал, негромко сказал:
— Я чувствую.
Все посмотрели на него.
Стас так же тихо продолжил:
— Я не слышу музыки.
— Чего?.. — переспросил Геральт.
— Я всегда слышал музыку у себя в голове.
Как будто играет симфонический оркестр. Я учил¬
ся, чтобы суметь ее записать. И уже стало полу¬
чаться. А сейчас я ее не слышу. У меня в голове
тихо.
Марат нахмурился:
— А на чем ты играешь?
— Скрипка. Но когда я ее представляю себе...
я не знаю, что с ней делать. Я все забыл. Даже
ноты. Нет, я помню, что их семь. Но я не знаю,
как их извлечь. Как будто мне снова пять лет и я
вижу скрипку впервые.
Марат кивнул:
— Но ты помнишь, что раньше это умел. Зна¬
чит, память они все-таки переписывают не сра¬
зу...
И добавил громче, для всех:
— Надо идти в лагерь, люди. Там густые за¬
росли, засядем где-нибудь и дождемся утра.
Главное, чтобы нас там не застукали и не выпер¬
ли до рассвета.

Исключение из правил
Алиса скривила губки:
— Я считаю, что в этом нет смысла!
Настя не выдержала:
— Ну и не ходи с нами, елки-моталки! Тебя
никто уговаривать не будет! Катись домой, ло¬
жись в кроватку и завтра нас не вспомнишь.
А мы тебя уже сегодня забудем, нужна-то ты, хос-
с-спади...
— Тебя никто не спрашивал! — взвизгнула
Алиса.
— Это тебя здесь никто не спрашивает, дет¬
ка, — снисходительно отозвалась Настя. — А я
здесь со своими друзьями решаю, что мы будем
делать. Когда решим, можем взять тебя с собой.
Если, конечно, ты будешь хорошо себя вести.
— Ах ты!.. — Алиса выругалась и угрожающе
качнулась к Насте. Похоже, собиралась вцепиться
в волосы.
Настя лениво подставила ей ногу и толкну¬
ла в плечо. Алиса взмахнула руками и шлепну¬
лась в траву.
— Не лезь ко мне, овца! — угрюмо посове¬
товала Настя. — Я тебе ручки-ножки повыдер¬
гиваю.
Геральт встал между ними:
— Девочки, не ссорьтесь.
Алиса поднялась, захлюпала носом и, опустив
голову, пошла в сторону шоссе. Медленно-мед¬
ленно побрела по обочине.
Геральт вздохнул, оглядел компанию и пошел
за Алисой.

Ольга Златогорская
Марат осторожно сказал:
— Нам все-таки лучше держаться вместе.
— Ой, да не парься ты! — раздраженно ото¬
звалась Настя. — Сейчас этот миротворец уго¬
ворит несчастную принцессу вернуться обратно.
Таким, как она, вечно внимание нужно.
Антон сказал:
— А я на Настиной стороне. Тоже не люблю
таких. Нашлась тут умная.
— А ты считаешь себя умнее ее? — поинте¬
ресовался Марат.
Антон мрачно ответил:
— Я считаю тебя умнее ее. И если ты гово¬
ришь, что ночевать надо в лагере, то, значит, нам
надо попасть в лагерь. Правда, мне за это влетит.
— Всем влетит, — пробурчала Настя.
— Это точно, — флегматично согласился
Стас. Он засунул руки в карманы и рассматривал
небо. — Осталось только найти этот лагерь. Кто-
нибудь название помнит? Нагуглим.
— Не надо гуглить, — вступил в разговор
подошедший Геральт. — У меня координаты есть,
мне отец присылал. Сейчас...
У него за спиной маячила Алиса. Кажется, она
боялась близко подходить к Насте.
Марат и Геральт достали смартфоны. Марат
загрузил карту. Геральт продиктовал координаты.
Марат сказал:
— Наша геолокация определяется без про¬
блем, лагерь найден... Ага... Часть дороги мож¬
но проехать по трассе на такси... Тогда по лесу
Исключение из правил
придется пройти... Девять километров. Четыре
до трассы сейчас — и пять потом до лагеря.
Геральт деловито спросил:
— Может, подъехать на машине поближе,
к спуску?
— А если кто-нибудь в лагере заметит ма¬
шину? Лучше не рисковать. Да и по дороге я
бы не пошел. Я бы вышел вот здесь, на заправ¬
ке... — Марат ткнул пальцем в карту.
— Но тогда вместо пяти километров при¬
дется сделать восемь, — с высоты своего роста
сообщил Стас. Оказывается, он тоже смотрел
на экран смартфона Марата.
— Сделаем, — пожал плечами Марат.
Настя обвела глазами команду.
Марат в рубашке и длинных штанах, на ногах
кроссовки.
Антон в шортах по колено. Плохо. Но он хотя
бы в джинсовой куртке.
Стас в толстовке, длинных бесформенных шта¬
нах и кедах.
Геральт в темно-серых штанах и куртке со мно¬
жеством карманов. Обут в кроссовки.
Сама Настя, как всегда, в джинсах (сегодня
по случаю «выхода в гости» даже не очень рва¬
ных), футболке и легкой куртке. Шапку она сегодня
не надела, и, похоже, зря. Зато на ногах кеды.
Слабое звено, конечно, Алиса. Узенькие джин¬
сы, не достающие до щиколоток. Тонкая трико¬
тажная кофточка с капюшоном. Выглядит кра¬
сиво, и цвет приятный, малиновый. Но толку
Ольга Златогорская
от такой одежды мало, поэтому к вечеру на ней
будет куртка одного из парней. Ну и самое глав¬
ное — обута она в балетки на босу ногу. А это
совсем нехорошо.
Парни, кажется, не думали об этом. Им восьми¬
километровая прогулка по лесу кажется удоволь¬
ствием. Интересно, что они будут делать, когда
капризная принцесса натрет ноги.
Марат сказал:
— Я сейчас по дороге не пошел бы. На вся¬
кий случай.
Настя кивнула. Ей тоже становилось не по се¬
бе при мысли, что на дороге они будут как на ла¬
дони. Можно было, конечно, вызвать такси прямо
сюда. Но машина, скорее всего, придет нескоро.
А лично ей хотелось убраться от этого места как
можно быстрее.
Марат махнул рукой в сторону леса — туда
уходила натоптанная тропинка. Вся компания
двинулась в лес. Впереди шел Марат с навига¬
тором. Рядом с ним пристроился Геральт. Они
о чем-то негромко заговорили. За Геральтом се¬
менила Алиса. С другой стороны от Марата, пря¬
мо по высокой траве, шел Стас. Он больше слу¬
шал, чем говорил.
Настя и Антон отстали метров на пять. Ребя¬
та впереди снова обсуждали подробности всей
этой истории: задавали Марату вопросы, тот об¬
стоятельно отвечал. Настя все эти ответы отлично
знала и не чувствовала желания присоединяться
к разговору.

Исключение из правил
Антон молча шагал рядом, засунув руки в кар¬
маны. Он хмурился — кажется, это его посто¬
янное выражение лица. Между бровей у него
залегла маленькая, но глубокая складка. У Тохи
такой не было.
Настя негромко спросила:
— А как ты в Москву вырвался?
Антон, не переставая хмуриться, усмехнулся:
— Сказал родителям, что мне надо в Третья¬
ковскую галерею. Типа, нам учительница по лите¬
ратуре рекомендовала для повышения культур¬
ного уровня. Отец удивился, но отпустил...
— А если он проверит? В школу позвонит
или как-то еще?
— А она правда рекомендовала, в этом и при¬
кол. Пусть проверяет.
Настя фыркнула.
Антон добавил:
— Да вообще надо было раньше догадаться.
Он и рад меня спихнуть куда подальше. Толь¬
ко инициативу не хочет в этом вопросе прояв¬
лять. ..
Антон говорил негромко, но вроде бы охотно.
Настя осторожно спросила:
— А у тебя есть друзья в Васильевске?
Антон ответил не сразу.
— Есть в классе парни, мы можем затусить
вместе. Но это не друзья.
Настя кивнула.
Антон спросил:
— А у тебя?

Ольга Златогорская
Настя грустно улыбнулась:
— Был у меня один друг... Но он об этом ни¬
чего не помнит.
Антон, кажется, немного смутился и пробор¬
мотал:
— А кроме?
— Нет... В школе все как-то сами по себе...
А в детдоме наоборот. Там мы друг у друга кру¬
глосуточно на глазах, не тянет в этой компании
время проводить. Хочется сменить обстановку.
— Так что, у вас никто ни с кем не дружит? —
удивился Антон.
— Да нет... Многие дружат, особенно дев¬
чонки. Есть у нас одна парочка, Катька с Олесей,
вон, парни с ними тоже знакомы... Все время
вместе. Если взгляды на жизнь одинаковые, по¬
чему бы не дружить...
— А у тебя, выходит, взгляды ни с кем не со¬
шлись?
— Типа того...
— И что, ты... не общаешься там ни с кем?
Вообще? — с легким испугом спросил Антон.
— Ну почему же не общаюсь? — Настя
вдруг улыбнулась. — Шла вот сегодня с вами
встречаться после завтрака. Столкнулась в две¬
рях с Фёдором. Это парень из нашей груп¬
пы. Он мне в карман что-то сунул, бормотнул:
«Спрячь» — и отскочил. А тут Катерина — это
воспиталка наша — его схватила и давай во¬
пить: «Курить ходил, признавайся!» А он в ответ:
«Что пристали, уже воздухом нельзя подышать!»
Исключение из правил
Ага, воздухом... От него табачищем за три ме¬
тра тащит... Ну, Катерина его обыскала, сигарет
не нашла. Я быстренько свалила. Он мне сигаре¬
ты в карман переложил.
Антон коротко улыбнулся:
— А ты что?
— Да первый раз, что ли? Отнесла за тер¬
риторию, где все курят, там у нас специальная
коробка в кустах... Не знаю, зачем он курево
в детдом потащил. Может, машинально в карман
положил и спохватился, только когда Катерину
увидел...
— А что будет, если застукают с сигаретами?
— У нас запрещено курить до восемнадцати
лет. Поэтому, если поймают, накажут.
— А... как?
— В интернате, где я была раньше, могли
заставить туалет мыть. Или если телефон хоро¬
ший, с игрушками и соцсетями, то могли на вре¬
мя отобрать. Еще в темной комнате запирали
без обеда. А тут другая система. Здесь не за¬
ставляют делать то, что по закону нельзя, и не
отбирают то, что от государства положено или
твоя собственность, вроде мобильника. Но у нас
очень много... дополнительных опций. Их и ли¬
шат. Прогулок, спонсорских подарков, экскурсий.
Друзей могут не пустить на территорию. Будешь
сидеть как арестант.
— Сурово у вас, — посочувствовал Антон.
Настя пожала плечами. В этом детском доме
как раз было совсем не сурово. Но сочувствие
Ольга Златогорская
оказалось неожиданно приятным, и Настя не ста¬
ла спорить.
Тропинка разделилась на две: та, что уходила
влево, к дороге, оставалась такой же, хорошо на¬
топтанной. А вправо вела более тонкая тропа.
Марат повернул направо.
— Почему сюда? — капризно спросила Алиса.
«Тебя забыли спросить», — мысленно ответи¬
ла Настя.
Марат отозвался спокойно:
— Судя по навигатору, таким образом мы
выйдем к шоссе, а там какой-то магазин. К нему
и вызовем такси.
Никто не спорил. Довольно быстро заросли
обступили тропинку настолько плотно, что при¬
шлось идти по одному, в затылок друг другу. Раз¬
говаривать стало сложно. Теперь впереди разма¬
шисто шагал Геральт и отводил в сторону низко
висящие ветки. За ним — Алиса, потом Марат,
потом Стас. Антон шел последним, Настя слыша¬
ла за спиной его дыхание.
Тропинка нырнула под уклон и почти совсем
пропала.
«Ох, не туда мы идем», — подумала Настя, но
вслух ничего не сказала — не хотела подрывать
авторитет Марата. И уже через пару минут вся
компания оказалась в густых зарослях на склоне
оврага. Внизу шумела вода — то ли ручей, то ли
небольшая речушка.
— Приехали! — весело сказал Геральт. — Что
говорит навигатор?

Исключение из правил
Марат недоуменно отозвался:
— Тропинку показывает, а никакой речки
на карте нет...
— Я так и знала! — обиженным тоном заяви¬
ла Алиса.
Стас негромко спросил:
— Но нам же в любом случае на ту сторону?
— Да, — не отрывая взгляда от экрана смарт¬
фона, подтвердил Марат.
— Ну так давайте искать переправу, — пред¬
ложил Стас. — Что паниковать-то. Мы в кило¬
метре от шоссе. По-любому выберемся.
В итоге Настя и Антон пошли вправо, а Геральт
и Стас — влево. Марат остался на месте ждать
их возвращения. Алиса осталась тоже, она почти
сразу плюхнулась в траву и вытянула ноги.
Довольно быстро заросли кончились и обна¬
ружилась тропинка, ведущая вниз. Вильнув не¬
сколько раз, она привела к мостику из тонких
жердей, опирающихся на камни. На другой сто¬
роне оврага тропинка продолжалась.
— Отлично, — пробормотала Настя. — Идем
обратно.
Когда они вернулись, остальная компания уже
была в сборе.
— Мы нашли мост! — издалека крикнула Настя.
— Мы тоже, — отозвался Геральт. — Что
у вас?
— Жерди на камнях. А у вас?
— Ствол дерева.
Марат предложил:

Ольга Златогорская
— Давайте посмотрим оба моста и вместе
решим, что удобнее.
Сначала отправились к мосту Геральта и Стаса.
Увидев его, Настя присвистнула: поваленное де¬
рево с обломанными ветками пересекало овраг
в самом верху. Ствол, конечно, толстый, но дер¬
жаться совершенно не за что, а до земли в са¬
мом глубоком месте метра три. Свалишься и на¬
денешься на торчащие внизу кусты.
Настя, конечно, пробежала бы по нему за пять
секунд.
А остальные?
Марат сказал:
— Ясно. Давайте второй.
Мост из жердей всем понравился больше.
Геральт прошел по нему первым. Настя посмо¬
трела, как под его ногами пляшут ничем не за¬
крепленные тонкие жерди, и засомневалась, что
переправа так уж хороша. Вторым пошел Стас.
Он двигался медленно, осторожно, тщательно
выбирая, куда наступить. Но все равно под его
ногой жердь провернулась, слетела с камня, и он
еле успел перепрыгнуть на соседний участок
мостков. Теперь посередине вместо трех жердей
лежало две.
— Девчонки, давайте вы, — распорядился
Марат.
Настя не двинулась, и вперед побежала Али¬
са. Она проскочила мостик, не пошевелив ни
одной жерди. Так же аккуратно, только быстрее,
пробежала Настя.

Исключение из правил
— Кто теперь? — Марат оглянулся на Антона.
— Давай ты, — сказал Антон. — Ты легче.
Марат кивнул. Убрал мобильник в карман,
поправил рюкзак. И двинулся по мостику. Ка¬
жется, он хотел пробежать так же быстро, как
девчонки. Но, видимо, камень, на котором ле¬
жали жерди средней части, был не очень под¬
ходящим. Жерди подпрыгнули и разъехались
в разные стороны. Марат взмахнул руками и
чуть не полетел в воду. Настя прыгнула на мо¬
стик, поймала парня за плечо и дернула на себя.
Они вместе упали в траву на другой стороне
оврага.
Мост в средней части оказался разрушен.
Антон громко сказал:
— Я разуюсь и перейду вброд.
— Не надо! — крикнул Марат, поднимаясь. —
Здесь ил, неизвестно, что в нем. Да и пере¬
мажешься как черт. Давайте лучше починим.
Геральт с одной стороны, Антон с другой по¬
добрали две жерди и положили обратно на кам¬
ни. Третья отлетела слишком далеко. Насте этот
«ремонт» совершенно не понравился: вымазан¬
ные в иле, палки выглядели еще более скользки¬
ми и ненадежными.
Антон ополоснул руки в ручье и ступил
на среднюю часть моста. Осторожно шагнул
вперед... и предательские жерди разъехались.
На этот раз еще быстрее, чем раньше.
Настя не успела даже вскрикнуть. Антон
сделал то же, что и другие парни до него: он

Исключение из правил
прыгнул вперед. Теперь разъехались жерди
в самом конце. Антон прыгнул еще раз — и со
всего разгона врезался в не успевшего отско¬
чить Геральта. Что-то хрустнуло, Антона окутало
зеленоватое свечение. Настю как током ударило:
пробирка!
Антон вскрикнул и закрыл лицо руками. Ге-
ральт схватил его за плечо.
Настя подскочила к ним:
— Стекло? В глаз?
Антон что-то промычал. Настя распахнула
на нем куртку. Осколки даже карман не про¬
резали. Вряд ли они поранили Антона. Тогда
в чем дело?
Антон медленно убрал руки от лица. Посмо¬
трел на Настю прямо и слегка удивленно. Склад¬
ка между бровями разошлась. Антон выпрямился.
Его шея больше не торчала вперед, и вся поза
не казалась такой острой.
— Настя! — с радостным удивлением, слов¬
но они давно не виделись, произнес Антон.
— Тоха?! — не веря сама себе, прошептала
Настя. — Тоха, это ты? Правда, ты?
Губы Антона разошлись в знакомой улыбке.
На щеке появилась ямочка.
— Тоха! — закричала Настя. Схватила поте¬
рянного друга за отвороты куртки, встряхнула,
а потом вдруг обняла за плечи и крепко прижа¬
ла к себе.

АНТОН
много раз видел в кино, как взрывается
дом. Раздается грохот, из окон вылетает
пламя, здание обволакивает дым, а потом
оно сыплется само в себя.
Вот примерно это произошло с моей голо¬
вой, когда в кармане хрустнула пробирка. Только
абсолютно бесшумно. Что-то полыхнуло, голова
словно лопнула, и вся моя память разрушилась.
Несколько секунд я ничего не видел и не по¬
нимал, кто я и где, а потом стремительной спи¬
ралью раскрутилась другая память. Я все еще
помнил, что живу в Васильевске с родителями.
Но эти воспоминания стали ненастоящими, как
очень подробный и красочный сон.
Я вспомнил бабушку, свою московскую школу
и одноклассников. Вспомнил родителей, приез¬
жающих раз в несколько месяцев. Свою комнату,
скамейку в овраге, прогулки в «странные места».
И конечно, я вспомнил Настю.
Дыра в сердце, которую я ощущал все это вре¬
мя, мгновенно захлопнулась. На том месте, где я
ее всегда чувствовал, теперь ощущалась Настя.

Исключение из правил
Еще пару секунд назад я и подумать не мог, сколь¬
ко она значила для меня.
Настя отодвинулась, но все еще держала меня
за плечи. Смотрела мне в лицо — требовательно
и сердито. Глаза у нее были мокрые.
Я сказал:
— Это правда я.
Прозвучало глупо. Но Настя заулыбалась и раз¬
жала руки.
В кармане звякнуло.
— Выброси стекла, — подсказала Настя. —
А то порежешься.
Я аккуратно потрогал внутренний карман.
Пробирка рассыпалась на мелкие осколки. Я снял
куртку и вытряхнул их на траву. Осколки вспых¬
нули на солнце — и исчезли.
— Опа! — сказал Геральт. — Это еще что?
Марат сдернул рюкзак, поставил его на зем¬
лю, присел рядом. Расстегнул молнию, сунул руку.
Вокруг рюкзака появились лица, они накладыва¬
лись друг на друга. Марат вытащил одну пробир¬
ку. Вместе с ней появилось лицо девчонки.
— Уф! — выдохнул Марат. — Ничего не
повредилось. Все работает. — Он встал и по¬
яснил: — Здесь хранится память тех, кто лишил¬
ся дара. Свою Антон в карман положил, и сейчас
она разбилась. Если я все понял верно, к нему
вернулась память.
— Ага, — подтвердил я.
Ко мне вернулась не только память. Я покачал¬
ся с пятки на носок. Кажется, ко мне вернулась
Ольга Златогорская
сила. Появилась какая-то упругость в теле. И еще:
я словно ощутил, что теперь мне есть куда жить.
Бессмысленность, от которой я так мучился,
ослабла. Я все еще ее чувствовал, но уже не так
сильно.
— Надо идти, — сказал Марат. Он снова вы¬
тащил из кармана смартфон.
Даже Алиса не заспорила. Мы потянулись
по тропинке вверх. Я снова шел последним,
смотрел в спину Насте. Еще вчера я искренне
не понимал, почему она рискует вместе со мной
и Маратом. Я хотел вернуть свой дар, Марат —
защитить свой. А она зачем едет?
Сейчас я понял. Она приехала за мной.
Мы поднялись на склон оврага и пошли даль¬
ше через лес. Минут через пятнадцать тропинка
соединилась с другой, стала шире. Мы снова
пошли кучкой.
Марат спросил Геральта:
— Тебя во сколько эти деятели забрали?
— В полдень.
Марат кивнул и повернулся к Алисе:
— А тебя?
— Тоже в двенадцать часов.
Стас сказал, не дожидаясь вопроса:
— И меня.
Марат кивнул:
— Понятно. Похоже, наши «друзья» все-
таки умеют путешествовать во времени. Иначе
как водитель оказался в четырех местах одно¬
временно.

Исключение из правил
— Ты думаешь, он тут орудовал один? —
спросил Стас.
— Да. Когда он начал изменяться, я узнал
того, кто назывался мной из будущего.
Я сказал:
— Я тоже узнал. Тогда я не помнил этого му¬
жика, он просто показался знакомым. На отца
чем-то похож... А теперь я помню, он мне тоже
заливал, что он это я...
Настя поежилась:
— Зеленая рожа страшная — жуть. Я даже
подумала, что это его настоящее лицо.
— Вряд ли, — отозвался Марат. — Скорее все¬
го, они не всем рассказывают сказку про «мы из бу¬
дущего», кто-то ведется на эльфов и инопланетян.
Настя спросила:
— Тох, а ты на что повелся? Чем он тебя
купил?
Честно говоря, я не хотел об этом рассказы¬
вать. Сейчас это выглядело очень глупо. Но я от¬
ветил:
— Он сказал, что у них большая группа де¬
тей заблудилась в песках на Марсе. И что если
бы у них был мой дар, то они бы не пропали...
Многие погибли... И теперь они будут всем де¬
тям мой дар записывать, на всякий случай. Как
у нас прививки делают. Чтобы, если заблудятся,
они всегда куда-нибудь выходили...
— А почему они в прошлое не вернулись
и не спасли детей, после того как их нашли? —
поинтересовался Марат.

Ольга Златогорская
— Я не подумал об этом, — честно ответил
я. — Он мне показал этих детей. Прямо в мозг
образы передавал... Песок такой красный и ма¬
ленькие скорченные трупы. Высохшие совсем...
Это очень... страшно. Я сразу согласился даром
поделиться. Жалко, что ли...
В разговор вступила Алиса:
— Он способности копировать предлагал?
— Ага...
Настя сердито сказала:
— Нет, он пришел и сказал: «Давай мы у тебя
твой дар отпилим, память тебе сотрем и в дру¬
гой город переселим. А что ты потом с крыши
шагнешь, нам по барабану». И Тоха такой: «О, да¬
вайте, отличная идея!» Так, что ли?
— При чем тут крыша? — вяло заспорила
Алиса.
— При том, — резко ответила Настя и отвер¬
нулась.
Марат внимательно посмотрел на Алису:
— Кстати, а тебе что говорили?
— Похожие вещи. Что это я сама из будуще¬
го и что надо поделиться даром. У них очень та¬
лантливая художница, известная по всей планете,
попала в аварию, у нее пострадал мозг, и она
не может больше рисовать. А я могла бы помочь.
Вроде как мой дар такой же, как у нее...
Марат задумчиво пробормотал:
— Так твоя визитерша взяла бы и сама ско-
пировалась, если она это ты. Зачем в прошлое-то
гонять?

Исключение из правил
— Я так и спросила, — с ноткой превосход¬
ства отозвалась Алиса. — Но она ответила, что
у меня сейчас талант на самой высокой точке
развития, у нее он уже «замылился». И что у под¬
ростков мышление более гибкое, его проще ко¬
пировать...
Марат хмыкнул:
— Нажали тебе на классические подростко¬
вые кнопки.
— В смысле? — вскинулась Алиса.
— Это из учебника по психологии, — сни¬
сходительно пояснила Настя. — Забей. Все равно
не поймешь.
Алиса враждебно уставилась на Настю. Ге-
ральт быстро вклинился между ними.
Я осторожно взял Настю за руку и потянул.
Она замедлила шаг. Мы отстали от остальных
и пошли по тропинке рядом. Я выпустил Насти¬
ну ладонь.
Настя молчала. Очень скоро мы услышали
шум шоссе. Минут через пять мы вышли из леса,
к двухэтажному магазину. На его торце, под не¬
большим полупрозрачным козырьком, синела
табличка автобусной остановки.
* * *
В супермаркете распоряжался Марат. Они
с Геральтом что-то обсудили про деньги, Ма¬
рат кивнул и принялся делать покупки. Он взял
большую бутылку воды и несколько маленьких,
печенье, круассаны, нарезанный батон и палку
Ольга Златогорская
колбасы. Большую бутылку воды он убрал в рюк¬
зак, маленькие мы разобрали по карманам кур¬
ток. Удивительно, как Марат все рассчитывает.
Как будто у него в голове компьютер.
Мы вышли на улицу. Геральт, у которого оказал¬
ся самый взрослый голос, позвонил в такси и за¬
казал семиместную машину. Ждать ее пришлось
около получаса. Мы сели на скамейку остановки,
кроме нас там никого не было. Марат увидел ап¬
теку, сказал: «О, это кстати!» — и зашел внутрь.
Я сидел с краю, у стены торгового центра.
Рядом устроилась Настя. Она задумчиво смотре¬
ла в пасмурное небо. Кое-где облака не сливались
в сплошную серую массу, а немного желтели.
Я вспомнил, что этим летом было много дож¬
дей и мало солнца. Погода хмурилась, и внутри
у меня тоже стало хмуро. Сначала я этого не за¬
метил. А потом внутренняя печаль стала сильней.
И она росла. За ней следом шла тьма. Та самая,
которую я так хорошо знал в Васильевске.
Черт, я думал, больше это никогда не при¬
дет...
Я зажмурился и привалился плечом к стене.
— Тоха! — как сквозь подушку, услышал я
Настин голос. — Что с тобой?
Я с трудом открыл глаза. Хотел ответить нор¬
мально, а получилось еле слышно:
— Меня... накрыло... Я рассказывал...
Рядом появился Марат.
— Это пройдет, — серьезно сказал он. —
Попробуй встать.

Исключение из правил
Я медленно поднялся. Меня мутило. Хотелось
лечь и умереть.
— Настя, держи его! — распорядился Марат.
Кажется, меня повело в сторону. Настя под¬
перла меня плечом. С другой стороны подхватил
Геральт.
— Идите вдоль магазина. Вперед и назад.
Я не хотел двигаться. Но они потащили меня
вдоль шоссе, и я не мог сопротивляться. Тело
стало ватным и тяжелым.
Через несколько шагов тяжесть уменьшилась,
тошнота ослабла. Стала ощущаться тоска. От нее
перехватывало горло и плохо получалось дышать.
А потом и тоска уменьшилась. Стала переноси¬
мой. Мы дошли до угла магазина и развернулись
обратно. Теперь Настя и Геральт не тащили меня,
а просто шли рядом.
На крыльце стояла какая-то тетка с пакетами
из супермаркета и злобно смотрела на меня.
— Наркоманы проклятые! — закричала она. —
С таких лет уже дрянью балуются! Вот я сейчас
позвоню куда следует!
— Пожалуйста, успокойтесь, — невозмутимо
отозвался Марат. — Нашего друга просто укача¬
ло в автобусе.
Алиса встала рядом с ним и мило улыб¬
нулась:
— Посмотрите на нас, какие мы наркоманы?
Разве похожи?
Тетка обвела глазами всех ребят и снова уста¬
вилась на меня.

Ольга Златогорская
Я сказал:
— Мне уже лучше. — Голос прозвучал почти
по-человечески.
Тетка, что-то бормоча, поволокла пакеты к при¬
паркованной машине.
Я рухнул на скамейку. Настя снова села ря¬
дом.
Марат спросил:
— Как ты?
— Норм. Слушай, почему опять накатывает?
Я же вернул память?
Марат почесал бровь и задумчиво ответил:
— Какая-то часть тебя осталась в том, что
они забрали. Твой дар — он же из тебя сделан.
Даже если они его внедрили, то развивал-то ты
его сам. Вот психика и ощущает дырку. Но это
так, теория... На самом деле я не знаю.
Стас спросил:
— Как ты догадался, что ходить помогает?
— Читал одну статью про депрессию. Мне
показалось, это похоже...
Геральт улыбнулся, хотел что-то сказать —
и вдруг его лицо вытянулось, потом побледнело.
Он нахмурился и помотал головой.
— Что случилось? — резко спросил Марат.
Геральт не ответил. Он выхватил телефон
из кармана, что-то лихорадочно стал искать
в нем. Посмотрел. Поморгал, полистал какой-то
текст. Поднял испуганные глаза.
— Я понял, о чем вы, — обморочно про¬
бормотал он. Я подумал, что он сейчас упадет.

Исключение из правил
Но Геральт даже не пошатнулся. — Я потерял
свой дар.
Только сейчас я сообразил, что мы так и
не спросили Геральта, какой способностью обла¬
дал он.
А Геральт продолжил:
— Я хотел историю сочинить... Я всегда так
делаю, когда надо напряжение скинуть. Приду¬
мываю прикольную миниатюрку. Немного бас¬
ню, немного анекдот... Все смеются... А сейчас
в голове пусто. И ни одной старой истории я
не помню. Вот в телефоне у меня рассказ, я его
на конкурс посылал... Абсолютно незнакомый
текст, как будто не я его писал.
Марат оживился:
— Так у тебя писательский талант был?
— Да... Я лауреат литературных конкурсов
для школьников. На премию «Дебют» замахи¬
вался...
Я мысленно посочувствовал Геральту. Вот и
он встретился с тем, что утратил.
Марат сказал:
— Я думал, что они внедряют особые умения,
типа как у Антона... А они социально значимые
таланты берут, такие как игра на скрипке, лите¬
ратура и рисование. Так что вряд ли это далекое
будущее. Или очень близкое, или параллельные
миры.
Настя вдруг рассердилась:
— Тебе не все равно?
— В смысле? — не понял Марат.

Ольга Златогорская
— Ну, вот узнал ты, например, что эти чуваки
из двадцать пятого века. Или из параллельного
мира. Или с Полярной звезды. Что это меняет?
Я впервые увидел, как Марат растерялся. Он
отшатнулся и застыл, распахнув глаза.
А Настя распалялась все больше:
— Допустим, это инопланетяне. И что? Пой¬
дем в магазин и купим бластер? Или, если они
из будущего, пожалуемся в Патруль времени,
и он прекратит незаконные вторжения в наш
век? А если они из параллельного мира, тогда
что? Забор от них поставим?
Марат уже пришел в себя:
— Адекватное восприятие сути проблемы
дает возможность разработать алгоритм ответных
действий. Пока эта стратегия работала, я почти
ни в чем не ошибся...
Настя отвернулась.
У Геральта зазвонил телефон: к остановке
подъехало наше такси — пыльная серебристая
машина.
Мы полезли в салон. Водитель, молодой не¬
русский парень, занервничал, увидев нашу толпу.
Но Марат сразу дал ему тысячу рублей, и мы
поехали.
По дороге мы почти не разговаривали. Негром¬
ко играло радио, рядом сидела Настя. Тоска отсту¬
пила. За окном мелькали деревья, за спиной сиде¬
ли ребята, и я чувствовал себя почти спокойным.
Почти — потому что нас ждала ночевка в лесу.
Я не боялся. Я беспокоился за бабушку.

Исключение из правил
Так мы доехали до заправки на трассе. Допла¬
тили по счетчику и вышли из машины.
Сразу за заправкой начиналась узкая дорога.
Марат достал мобильник, проверил маршрут. Ме¬
тров двести мы прошли по дороге, а потом рез¬
ко взяли вправо, под деревья.
Лес оказался хвойным, сосны и ели впере¬
межку. В нем не росли кусты и почти не было
подлеска. Хвоя мягко пружинила под ногами. Мы
снова сбились в кучку, в таком лесу не нужна
тропинка.
Настя вдруг негромко сказала:
— Геральт сказал про свой дар, и мне при¬
шло в голову... Я давно думала про это, но кому
расскажешь... Вот Гарри Поттер. Он сирота, а стал
самым крутым волшебником. Берешь другую кни¬
гу — а там девочка, тоже сирота, а сняла про¬
клятие с отеля. В третьей книжке сирота самую
сильную ведьму победила. Сначала они все такие
несчастные, а потом самые крутые. И еще много
таких книг. Зачем такое пишут? Это же неправда.
— Почему? — заинтересовался Геральт.
Настя грустно ответила:
— Потому что сироты становятся никем. Нам
это все время говорят. Что типа давайте, полу¬
чайте образование, старайтесь, потому что толь¬
ко десять процентов из вас нормально устраи¬
ваются в жизни. Остальные спиваются, попадают
в тюрьму или погибают по-глупому. И вот я ду¬
маю: зачем в книжках про крутых сирот пишут?
Зачем все это вранье?

Ольга Златогорская
Марат бросил на Настю быстрый взгляд:
— Между успехом и неуспехом большой
разброс должен быть, понимаешь? Был сиро¬
та — стал крутой волшебник. Это как две точки
на разных концах бесконечной прямой. Очень за¬
метный прогресс. Ну и потом, книжки же взрос¬
лые печатают. А им нравится задвинуть идею,
что даже с социального дна можно подняться,
если стараться как следует. То же самое, что вам
воспитатели говорят, в общем-то.
— А дети это зачем читают? — буркнула На¬
стя. — Одно и то же... надоело!
Марат пожал плечами:
— Мне сложно сказать, мои интересы ле¬
жат в стороне от подобной литературы. Но вот
учебник возрастной психологии говорит, что
подросток чувствует себя одиноким, непонятым
и всеми обиженным. Поэтому ему нравится чи¬
тать про тех, кому плохо. Всякий трэш. Чем хуже
герою приходится, тем интереснее. Подростку
тогда кажется, что книга немного про него. Это
называется «самоидентификация».
— Ну, не знаю... — недоверчиво протянул
Геральт. — Вот ко мне двоюродный брат приез¬
жал. Он в десятом. Я послушал его музыку, рэп
в основном. Он часто одну песню включал, там
припев: «Мой отец ушел, когда мне было только
пять месяцев. Я хотел повеситься, когда испол¬
нилось десять. Моя мать сошла с ума, когда мне
было четырнадцать. Почти все мои друзья си¬
дят. Как я смог выбраться?» И он перся от этой
Исключение из правил
песни. Что тут про него? Его-то родители в по¬
рядке, и друзья в продвинутых школах учатся,
а не в колонии сидят.
Я с интересом смотрел на Марата. Наверняка
у него есть ответ. Хотел бы я иметь такого друга:
невозмутимого, умного и совершенно не зади¬
рающего нос.
Марат сказал:
— Тут же не про факты речь, а про внутрен¬
нее состояние. Про настроение, если хочешь.
Настя спросила:
— И все-таки... Почему надо обязательно на¬
гнетать вот это все? Либо, как в песне этой ду¬
рацкой, хуже, чем в жизни. Либо выдумки про
крутизну. И так и так вранье выходит. Почему
правду написать нельзя?
Марат чуть улыбнулся:
— Это скучно, понимаешь? Вот представь
себе историю. Парень и девушка полюбили друг
друга, закончили институт, поженились и родили
детей, умных и талантливых. И все у них было хо¬
рошо. Кто это читать будет? А если они из враж¬
дующих кланов и вместе быть нельзя, а они все
равно женятся, а потом оба умирают — то «Ро¬
мео и Джульетта» получается, и весь мир это
читает несколько сотен лет. И в театре играют,
и даже в школе проходят. Трагедия должна быть,
понимаешь?
— А без трагедии нельзя? — мрачно поинте¬
ресовалась Настя.
Марат кивнул:

Ольга Златогорская
— Можно. Но тогда должны быть какие-то
чудеса. Либо герои с особыми способностями,
либо другие планеты или миры.
Геральт не согласился:
— А как же приключения?
— А приключения — это и есть пробле¬
мы, — хладнокровно отозвался Марат. — Только
в лайт-версии и со счастливым концом.
— Ловко ты излагаешь, — признала Настя.
— Это не я, это учебник по психологии, —
улыбнулся Марат.
— Не знал, что там пишут такие полезные
вещи, — пробормотал Геральт. — Где ты берешь
столько информации?
— Я владею скорочтением, — без тени ри¬
совки ответил Марат. — А институтские учебни¬
ки очень простым языком написаны, особенно
по гуманитарным наукам.
На словах «простым языком» Геральт недо¬
верчиво хмыкнул. И вспомнил:
— К нам в студию один писатель приходил,
он говорил, что вся так называемая «гаррипот-
теровщина» — это заигрывание с читателями.
Что, погружаясь в такие книги, подросток может
помечтать, что он тоже однажды станет крутым,
даже если он сейчас полный отстой. И вот так
человек год за годом читает вроде бы разные
книги разных авторов, но на самом деле — один
и тот же бесконечный сюжет: был никем — стал
всем. Вырастает — и продолжает читать про «по-
паданцев», которые в нашем мире были обычным
Исключение из правил
офисным планктоном, а в другой мир попадают и
становятся там либо колдунами, либо королями.
— Либо замуж выходят за самых крутых ге¬
роев: принцев, магов или драконов, — подала
голос Алиса. — Я таких много книг читала.
— Мы все их читали, — подтвердил Ге¬
ральт. — И всем нравилось. Давайте по чесноку:
нравилось же? Мы с ребятами в студии с тем пи¬
сателем до хрипоты спорили. Что он не понима¬
ет ничего и это все просто интересные книжки.
— Я тоже когда-то читал, — задумчиво ото¬
звался Марат. — Похоже, все хотят стать кру¬
тыми. А потом вырастают и становятся самыми
обычными.
Настя негромко добавила:
— Марина говорила, что не только сами дети
хотят. Что это их родителям надо. Что родите¬
ли устраивают... как это... триумф пафоса? Рас¬
продажу безумия? Нет... О, вспомнила. Ярмарку
тщеславия.
Я улыбнулся.
А Геральт серьезно сказал:
— У нас детская площадка во дворе. А рядом
спортивная для воркаута. ..Ия там, когда занима¬
юсь, все время слышу, как мамаши разговарива¬
ют. «Мой ребенок в два года уже все буквы зна¬
ет», «А мой в три французский язык учит», «А мы
на занятия по этикету ходим»... И так смешно
это слушать всегда... Сейчас я понимаю, что это
не смешно. Права Марина. Это подруга твоя?
— Куратор...

Ольга Златогорская
Я услышал, что в словах «Марина» и «куратор»
больше не было той пренебрежительной интона¬
ции, с которой Настя говорила «эта».
Раздался голос Стаса:
— Да ладно вам! Моим родителям вообще
все равно, занимаюсь я музыкой или нет.
— Это тебе пока не с чем сравнивать, — при¬
щурилась Настя. — Вот вернемся, объяснишь им,
почему ты больше не скрипач. Небось в конкур¬
сах каких-нибудь участвовал, дипломы приносил?
— Ну приносил.
— И дома они у тебя на стенке не висят?
Стас удивленно посмотрел на Настю:
— Висят... Я не думал об этом.
— Теперь подумаешь, — с легким злорад¬
ством пообещала Настя. — Будет много поводов.
Я тихо спросил:
— Откуда ты знаешь?
Настя поморщилась. Ответила так же тихо, но
без паузы:
— Тоже приносила дипломы. Спортивные.
Только их никто на стенку не вешал.
«А хотелось?» — чуть не спросил я, но вовре¬
мя прикусил язык.
Марат вдруг сказал:
— Люди, вы как насчет перекусить? Разгово¬
ры о литературе — это, конечно, хорошо. В жиз¬
ни не думал, что найду такую компанию, с кото¬
рой можно завести диспут о книгах, психологии
и социальных феноменах... Но лично я хочу
бутерброд с колбасой. Вы как?

Исключение из правил
* * *
Мы нашли большой плоский камень, похожий
на стол. Выложили на него хлеб и колбасу. До¬
стали воду из карманов курток. Большую бутыл¬
ку оставили на вечер.
Алиса огляделась и пробормотала:
— Интересно, откуда этот камень? Как с неба
упал.
— Ледник притащил, — нарезая колбасу, от¬
ветил Марат.
У него в рюкзаке обнаружился хороший
складной нож. Я с тоской вспомнил свой рюкзак,
который я брал с собой в наши «путешествия».
Мультитул, фонарик, термос. Ничего из этого
в «исправленной реальности» у меня не было.
Даже рюкзак и тот пришлось взять в Москву
школьный, старый и потертый. Я вдруг понял,
сколько хороших и дорогих вещей покупала мне
бабушка. И не потому, что много зарабатывала.
Отец зарабатывал больше. Просто он покупал
себе новый гаджет, а меня предпочитал «не ба¬
ловать». Один раз только ножик подарил...
Я думал, моя жизнь в Васильевске почти забы¬
лась. А сейчас вот вспомнил — и накатила обида.
Настроение стремительно портилось. Две па¬
мяти сплелись в одну. Я обижался на отца за то,
что он ничего не хотел мне покупать и запре¬
щал брать планшет — и одновременно с этим
переживал, что он меня сдал бабушке и уехал на
стройку. Выходило, что ни так, ни так мне с от¬
цом не хорошо. Даже голова заболела.

Ольга Златогорская
Алиса дожевала свой бутерброд и спросила
с легкой капризной ноткой:
— А почему вы «кока-колы» не купили? Или
сока хотя бы? Вода и вода...
Марат невозмутимо ответил:
— По отчетам поискового отряда «ЛизаАлерт»
основными причинами смерти в лесу являются
переохлаждение и обезвоживание. Переохлажде¬
ние нам не грозит: разведем костер. А обезвожи¬
вание наступает как раз от «кока-колы» и соков.
Кажется, удивились все.
— Почему? — задал общий вопрос Геральт.
— Потому что эти напитки содержат лимон¬
ную кислоту. А она является мочегонным сред¬
ством.
— Чего? — не поняла Алиса.
— По кустам будешь бегать, — мрачно по¬
яснила Настя. — И пить хотеть еще больше.
— А-а-а... — с понимающим видом протяну¬
ла Алиса.
— Ты еще не поняла, что Марат здесь самый
умный? — ехидно осведомилась Настя. — Все,
что он решает, верно.
Алиса заморгала:
— Я же не спорю... Я просто спросила... —
В голосе у нее совсем не осталось капризных нот.
Марат пробормотал:
— Ладно, давайте собираться. Нам еще шесть
километров идти.
Он сплющил пустые бутылки и убрал в рюк¬
зак. Моя память снова раздвоилась: я-московский
Исключение из правил
привычно собирал мусор. Я-из-Васильевска не по¬
нимал этой возни и просто забросил бы бутылки
в кусты. Я помотал головой, чтобы утрясти две
разные привычки.
Марат снова сказал:
— Пойдем.
Мы с Настей уже стояли. Марат начал медлен¬
но подниматься. Остальные продолжали сидеть.
Я вдруг понял, что тоже не хочу никуда идти.
Привалился бы к камню и смотрел бы на небо
до конца времен. Вот как Алиса. Сидит, задрала
голову вверх... Я увидел, что по щекам Алисы
побежали крупные слезы. Совершенно не знаю,
что делать, когда девчонки плачут.
Настя наклонилась над Алисой:
— Ты чего?
Алиса пробормотала:
— На ветку смотрю.
— И что? — нетерпеливо спросила Настя.
— И это просто ветка... Раньше я видела ее
сразу как картину. И знала, как ее рисовать...
А сейчас это ветка, и всё.
Настя распрямилась:
— Парни, Алису накрыло. Ей надо походить.
Марат смотрел куда-то в пространство. Стас
закрыл глаза. Геральт не ответил.
Меня как будто бетонной плитой придавило.
Я прилег на камень.
Настя обвела нас взглядом. Кажется, она рас¬
терялась.
— Тоха! — позвала она. — Ты в порядке?

Ольга Златогорская
— Нет, — с трудом выговорил я.
— Вставай! — потребовала Настя. — Похоже,
накрыло всех. Приди в себя, скорее! Ты мне ну¬
жен.
Я зажмурился и попробовал подняться. Не по¬
лучилось.
Настя схватила меня за шиворот и дернула
вверх. Я даже удивился, сколько у нее сил, — она
почти поставила меня на ноги. Оперся на камень
и постарался выпрямиться.
Настя ударила меня ладонью по щеке —
коротко и резко. Я скорее услышал звук, чем
почувствовал боль. Открыл глаза. Настя уда¬
рила меня с другой стороны, тыльной сторо¬
ной ладони. Стиснула зубы. Кажется, она готова
бить еще.
— Хватит!.. — с трудом шевеля губами, ска¬
зал я.
Настя отпустила мой воротник. Тяжесть ослаб¬
ла, я стоял. Серый туман поредел, в голове про¬
яснялось. Я почувствовал, как горят щеки.
— Берем Марата, — распорядилась Настя. —
Его надо первым в себя привести, он мозг.
Марат поднялся почти самостоятельно. По¬
шатнулся и хрипло произнес:
— Я в порядке... Поднимайте Геральта...
Мы прислонили Марата к камню. Он тяжело
дышал, но смотрел осмысленно.
— Что за хрень! — пробормотал Марат.
Не слушая его, мы взялись за Геральта. Тот
почти не мог стоять, как очень пьяный человек.

Исключение из правил
Мы с трудом поволокли его по поляне. Он за¬
стонал:
— Бросьте... Нет смысла...
Мы, пыхтя, подтащили его к камню и усадили
рядом с Маратом.
Стас лежал, свернувшись клубочком. Рядом
с ним сидела Алиса. Она по-прежнему смотрела
куда-то в листву деревьев.
— Марат, Геральт, не сидите как манекены! —
рявкнула Настя. — Займитесь Алисой!
Они послушались. Медленно, как во сне, по¬
могли встать Алисе. Вся троица, раскачиваясь, на¬
чала обход поляны.
Мы с Настей наклонились над Стасом. С ним
пришлось повозиться — сначала посадить его,
потом поднять. Парни уже привели обратно Али¬
су, а мы все еще не закончили со Стасом.
— Дай я. — Геральт оттер Настю плечом.
Мы вместе кое-как привели Стаса в вер¬
тикальное положение.
Он ссутулился, закрыл лицо руками и еле
слышно произнес:
— Не надо... Зачем это? Пустите...
Настя сказала:
— Двигайся, станет легче.
— Отвалите от меня...
— Щас я тебе отвалю! — агрессивно пообе¬
щала Настя. — Не унесешь. А вы чего встали?
Волоките его.
Алиса прошептала:
— В этом нет смысла... Ты не поймешь...

Ольга Златогорская
— Куда уж мне! — закричала Настя. Она
уперла руки в бока и наклонилась вперед. В та¬
кой позе она походила на атакующую кобру. —
Я же никогда не была гениальной, способности
свои не теряла! Надо же, трагедия: вдруг ока¬
заться самыми обыкновенными! Привыкли быть
звездными детками, конкурсы выигрывать и пе¬
ред журналистами красоваться? Ах, жизнь закон¬
чена, теперь надо жить как все! А еще про Гарри
Поттеров рассуждали, что все хотят быть осо¬
бенными. А сами полдня обычной жизни не вы¬
держиваете!
Я хотел сказать, что дело не в этом. Не от
обычной жизни мы с ног падаем, а от того, как
внезапно давит смертельная тоска. Но слова
не находились, и я осторожно коснулся Настино¬
го плеча.
Она резко обернулась:
— Ну ты еще скажи, что я не права!
Я не успел ответить.
— Права... — пробормотал Марат. — Вста¬
вайте... Идем...
Кажется, все привыкли его слушаться и на¬
чали подниматься. Я подхватил рюкзак Марата
и закинул на плечо.
Со стороны мы выглядели, наверное, как ком¬
пания пьяных подростков. Ноги сами понесли
вниз по склону.
— Не туда! — хрипло сказал Марат. Он уже
вытащил мобильник. — Правее. Так мы упремся
в болото.

Исключение из правил
Мы побрели вправо.
Я уже соображал почти нормально, тело
слушалось, ноги передвигались. А вот Стас
и Алиса никак не могли прийти в себя. Али¬
су поддерживал Геральт, Стас шел сам, но его
шатало.
— Кажется, я все-таки поглупел, — вдруг ска¬
зал Марат. Его голос уже звучал как обычно. —
Видимо, у меня отпилили заметную часть ума.
Я не сообразил, что, если кроет Антона, должно
накрыть всех. И никак не мог предположить, что
это произойдет одновременно.
Я спросил:
— Как думаешь, почему так получилось?
— Наверное, резонанс. Знаешь, как солдаты
по мосту ходят? Там команда дается: «не в ногу».
Иначе даже сотня солдат может разрушить ка¬
менный мост. Вот и здесь волны наложились
друг на друга.
Я испугался:
— Выходит, нам нельзя быть вместе?
Марат ответил:
— Не знаю. Посмотрим, как будет дальше.
Но главное, что всем нужно запомнить: если на¬
крывает, надо двигаться. Нельзя сидеть.
Геральт сердито сказал:
— Это трудно.
— Я знаю, — кивнул Марат. — Мне пришлось
полегче, у меня дара забрали совсем немного. Но
суть я уловил. Поэтому запомните главное: как
бы ни было тяжело, бессмысленно и страшно,
Ольга Златогорская
просто продолжайте идти вперед. Заставьте себя
переставлять ноги.
Стас бесцветно произнес:
— В этот раз нас заставила Настя.
— Да, но она не всегда будет рядом, — ко¬
ротко улыбнулся Марат. — Накрыть может когда
угодно. Надо учиться справляться.
С этим никто не спорил. Марат продолжил:
— Хуже всего не само это состояние, а то,
что остается потом. Вот эта тоска и чувство, что
все не имеет смысла. Я скажу это сейчас, пото¬
му что потом могу не оказаться рядом. Помните,
что в любой ситуации у нас остаются руки, ноги
и голова. Есть крыша над головой и взрослые,
которые за нас отвечают. У нас есть мы. Никто
из нас больше не один.
Некоторое время мы шли в тишине, толь¬
ко шуршала под ногами хвоя. А потом Марат
сказал:
— Если у кого-то здесь и есть настоящие
суперспособности, так это у Насти. Я такой силы
воли и целеустремленности еще не видел.

НАСТЯ
икаких особых способностей Настя у
себя не ощущала. Упорство — да. Уме¬
ние достигать цели — может быть. Но
это обычные человеческие умения, они у кого
угодно встречаются...
Настя вспомнила, как тренер учил: на сорев¬
нованиях надо сразу начинать атаковать. Сопер¬
ница тоже будет нападать. Та, кто первой сбавит
темп и начнет защищаться, проиграла. Настя
много раз убеждалась в верности этого прави¬
ла и продолжала атаковать, даже если ей было
трудно, больно и страшно. Может быть, эта спо¬
собность появилась тогда?
А может быть, потом, когда ее травили в дет¬
ском доме? Если бы она начала плакать и жало¬
ваться, ее бы совсем заклевали. А так перевели
в Москву, и здесь появился Тоха. И познакоми¬
лись они, когда Настя дала отпор наглым парням.
Хорошее, в общем-то, свойство...
Настя часто думала: а как бы сложилась ее
жизнь, если бы мама не умерла? Папа не начал
бы пить, ее не забрали в детдом, и жили бы они
обычной полной семьей. Настя стала бы каким-то
Ольга Златогорская
другим человеком. Простой счастливой девчон¬
кой с Урала... Хотя, может быть, она бы себя
такой не считала. Страдала бы от своих личных
неурядиц, возможно, даже обижалась бы за что-
то на родителей.
И не дружила бы с Тохой. И не рассказала бы
про него Марату. И неизвестно, что сейчас было
бы с этими пятерыми — четырьмя парнями и
одной девчонкой. Скорее всего, они стали бы
«обычными подростками» — как те две девчон¬
ки, что шагнули в окно.
Настя вспомнила лица этих девчонок. И то,
как неприятно они похожи на Катьку с Олесей.
Вдруг наши девчонки тоже были когда-
то талантливыми? А потом им память стерли
и устроили жизнь в детдоме. Звучит фантастично,
но по Антону-в-Васильевске тоже не скажешь, что
он умел водить в особые места. Обычный гопо-
ватый пацан, не очень приятный. Вдруг и Фёдор
не всегда был скучным, помешанным на гадже¬
тах? А если он был поэтом? А девчонки — бале¬
ринами или математиками? Можно предполагать
самые нелепые варианты, все равно это невоз¬
можно проверить.
Настя вспомнила других ребят в детдоме.
Каждый из них мог оказаться человеком с «пере¬
писанной памятью». Или — не оказаться.
Мир вокруг утратил свою однозначность. Рань¬
ше Настя твердо знала, что каждый человек сам
виноват в своих несчастьях. Да, никто не выби¬
рал терять родителей, но мы выбираем, втыкать
Исключение из правил
в телефон или почитать книжку. И если на два часа
отпустили — опаздывать или приходить вовремя.
А сейчас Настя задумалась: а что, если с ребятами
происходит что-то такое, с чем они не могут спра¬
виться, и они в этом не виноваты? Никто ведь
ничего не рассказывает. Каждый сам по себе...
Настя вдруг заметила, что Алиса идет неров¬
но, словно немного спотыкается. И услышала го¬
лос Марата:
— Алиса, ты ноги натерла?
Компания остановилась. Алиса кивнула:
— Да. Но ты не бойся, я вас не задержу.
Марат удивленно вскинул брови:
— Да я разве об этом! Сними тапочки свои.
— Зачем?
— Снимай, снимай.
Алиса пожала плечами и скинула балетки. На¬
стя присвистнула. Над пятками шли красные по¬
лосы, пальцы на костяшках тоже стерты в кровь.
Настя знала, как это. И невольно зауважала Алису.
— И ты молчала? — укоризненно покачал го¬
ловой Марат.
— А смысл говорить? — тихо отозвалась
Алиса. — Другой обуви все равно нет.
— Зато пластырь есть! — сердито сказал Ма¬
рат. — Садись.
Тоха отдал Марату рюкзак — он так и нес его
от того камня, где всех накрыло. Марат вытащил
пачку пластырей и два рулончика бинта.
— Заклеишь, и обмотаем тебе стопы. Бинт
будет вместо носков. И мягче, и теплее.

Ольга Златогорская
Настя привычно удивилась, как Марат все рас¬
считывает. Значит, не только она заметила непод¬
ходящую обувь одного члена команды. От этого
внутри что-то расслабилось.
Марат помог Алисе забинтовать ноги, и вся
компания двинулась дальше. Марат то и дело
сверялся с навигатором. Карта больше не под¬
водила: никаких неучтенных оврагов и речек
на пути не оказывалось.
Компания, сбившаяся в кучку после привала,
постепенно растягивалась по лесу. Настя и Антон
снова шли сзади. Марат разговаривал с Гераль-
том. Настя уловила часть диалога:
— И, заметь, они привили мне интеллект,
а Стасу музыку. Не наоборот.
— И что? — не понял Геральт.
— Это значит, что они выбирают подходящих
носителей. Опираются на особенности, которые
были до их вмешательства.
— И что? — снова спросил Геральт.
— А то, что эти способности ваши собствен¬
ные. И их можно снова развить, уже без вмеша¬
тельств техники из других миров. Конечно, так
быстро гениальности не достигнешь — но ведь
и не надо? Если ты хочешь писать, учись сно¬
ва. Твои природные склонности у тебя вряд ли
забрали. Все другие подопытные забывали про
свои таланты, у них ведь стирали память. А ты-
то помнишь.
Геральт помолчал. Пнул попавшую под ногу
шишку и печально сказал:

Исключение из правил
— Меня знают в этой тусовке, понимаешь?
Ждут новых текстов. Руководитель студии в при¬
мер ставит. И тут я такой прихожу — здрасьте,
я разучился писать... Как дурак буду выглядеть.
К ним подошел Стас, присоединился к раз¬
говору:
— Или я приду в свою музыкалку и скажу:
я разучился играть... А они меня только в пятни¬
цу на международный конкурс регистрировали.
— Не поедешь теперь? — с сочувствием
спросил Марат.
— Не поеду, конечно. Но как им это объяснить?..
Марат покачал головой и осторожно сказал:
— Это все, конечно, понятно. Но тут вопрос
в том, что важнее: как ты будешь выглядеть —
или насколько тебе все это надо.
— Тебе хорошо... — вздохнул Стас. — Ты
почти ничего не потерял.
— Почти, — согласился Марат. — Но, боюсь,
я просто пока этого не заметил. Я книжку чи¬
тал, там парень в результате эксперимента сна¬
чала поумнел, а потом обратно поглупел. Он вел
дневник... И вот он, когда глупеть обратно начал,
заметил это по своим записям. Смотрел в них и
не мог понять, что там написано. Какие-то расче¬
ты. Вот я домой приеду и тоже посмотрю. Хотя,
конечно, ты во многом прав: мне никому не при¬
дется ничего объяснять. Вам сложней.
Какое-то время компания шла молча. Спотыкать¬
ся начала не только Алиса. Кажется, ребята все-таки
устали. Даже Настя чувствовала, как гудят ноги.

Ольга Златогорская
Марат глянул в навигатор и сказал:
— Всё, люди. Метров через пятьсот увидим ла¬
герь. Предлагаю звонить отсюда, пока связь есть.
— Куда звонить? — заморгал Геральт.
Теперь удивился Марат:
— Домой. Мы в лесу ночуем, забыл? У тебя
родители не будут волноваться?
— Ты говоришь, что всем память сотрут. И за¬
втра родители не только про нашу ночевку в лесу,
вообще про наше существование могут забыть.
— Могут забыть, — согласился Марат. —
А могут не забыть. Я станцию-то отключил. Неиз¬
вестно, сработает стирание или нет.
.— Если я позвоню, мне влетит два раза: сей¬
час и завтра. А так только завтра.
Марат нахмурился:
— Как хочешь. Я звоню маме.
Он отошел в сторону и негромко заговорил
в трубку.
Настя встала под развесистую сосну, поверну¬
лась к компании спиной. Звонить в детдом очень
не хотелось. Но и поступать, как предлагал Ге¬
ральт, нельзя. Пришлось достать телефон и вы¬
звать воспитательницу.
— Да, — ответила Катерина. — Настя, что-то
случилось?
— Случилось, — с усилием согласилась На¬
стя. — Вы только не волнуйтесь. Мы с друзьями
пошли в лес и заблудились. Вернее, не то чтобы за¬
блудились. .. но оказались очень далеко от трассы.
Не успеем дойти засветло. Решили в лесу ночевать.

Исключение из правил
— Я звоню спасателям, — стальным тоном
произнесла Катерина.
— Не надо спасателям! — испугалась На¬
стя. — У нас все в порядке. Мы не потерялись.
Мы придем завтра. Все будет хорошо.
— Ты с ума сошла? А если с тобой что-то
случится?
— Да что со мной может случиться в подмо¬
сковном лесу? У нас с собой еда и вода, я тепло
одета. Вечером мы разведем костер. Я с родите¬
лями сто раз в лесу ночевала, еще когда совсем
маленькая была.
— Так то с родителями! А тут вы совсем
одни! Кстати, ты там с кем?
— С Маратом и его друзьями... Вы их не
знаете.
— Я немедленно звоню его матери!
— Марат сейчас сам домой звонит... Думаю,
его мама в курсе...
Катерина заявила:
— Я обо всем доложу директору. Ты знаешь,
что тебе за это будет?
— Нет, — грустно сказала Настя. — Но подо¬
зреваю, что ничего хорошего. Я в любом случае
согласна с наказанием, я виновата...
— Ты звонишь прощения попросить? — уди¬
вилась Катерина.
— Я звоню, чтобы вы не волновались...
Трубка затихла.
Настя позвала:
— Алё?

Ольга Златогорская
— Я слушаю тебя, — негромко отозвалась
Катерина. — И все равно буду волноваться. Вы
точно справитесь?
— Точно, — со всей возможной уверенно¬
стью в голосе ответила Настя. — Поверьте мне.
Я умею ночевать в лесу. Мы не пропадем.
— Хорошо. Я звук в телефоне на ночь вы¬
ключать не буду, если что — звони.
— Тут не везде связь есть... Но если вдруг
что случится — позвоню обязательно. До свида¬
ния. И... это... извините.
— Эх, Настя!.. — вздохнула воспитательни¬
ца. — Чудо ты в перьях...
Закончив разговор, Настя убрала телефон и
оглянулась. Вся компания разбрелась по лесу.
Все звонили домой. Даже Геральт. Он стоял неда¬
леко, красный, хмурый, и молча слушал, плотно
прижав телефон к уху.
Подошел Антон. Настя посмотрела в его рас¬
строенное лицо:
— Что сказала бабушка? Что позвонит роди¬
телям?
— Нет... Что я безответственный и она будет
волноваться...
— Мне то же самое сказали, — грустно улыб¬
нулась Настя.
Один за другим ребята заканчивали перегово¬
ры с родителями и собирались плотной кучкой.
Марат все еще говорил с мамой.
У Насти в кармане запел телефон. Звонила
Марина.

Исключение из правил
— Настя, можешь говорить? — тихо спроси¬
ла она.
— Да, — немного удивилась Настя.
— Точно? Рядом нет никого... опасного? Про¬
сто скажи «да», и я засеку твой мобильник.
Настя поняла:
— Нет, Марина. Честное слово, меня не по¬
хитили. Мы действительно с ребятами ночуем
в лесу. Со мной Антон. Хотите, дам ему трубку?
— Погоди. У тебя установлен мессенджер
какой-нибудь?
— Конечно. «Вайбер» и «Вотсап». Мне Марат
поставил...
— Примешь видеозвонок?
— Давайте.
Марина дала отбой и тут же перезвонила че¬
рез «Вайбер». Настя нажала на значок с камерой.
На экране появилась сосредоточенная Марина.
— Мне позвонили из детдома, — сообщила
она.
— Я поняла, — отозвалась Настя. — Смотри¬
те, мы на самом деле в лесу. Вот Антон... Вот ре¬
бята... Никаких маньяков тут нет, правда.
— Это хорошо... Кстати, я могу забрать тебя
завтра.
— Нас шесть человек, мы не влезем в маши¬
ну... Мы утром выйдем на трассу к какой-нибудь
заправке и вызовем семиместное такси. Мы так
уже делали.
— А деньги?
— У парней есть.

Ольга Златогорская
— Хорошо. Но если вдруг что — звони, и я
приеду.
— Как вы меня найдете?
— Это не твоя забота. Позвони мне утром.
— Хорошо. Не волнуйтесь.
— До завтра! — отозвалась Марина и отклю¬
чилась.
Настя посмотрела на замолчавший телефон:
— Марина говорит, что может отследить мой
мобильник. Как такое может быть?
Подошел Марат.
— А ты ей его не давала?
— Я нет... Она мне дала... Это бывший ее
телефон.
Марат махнул рукой:
— Тогда понятно. Скорее всего, в нем стоит
программа специальная, от кражи. Она показыва¬
ет, где находится мобильник.
— Она поставила ее, чтобы за мной шпио¬
нить? — очень удивилась Настя. Это совершенно
не походило на Марину.
— Вряд ли, — успокоил Марат. — Скорее
всего, она ее ставила себе. А потом сделала
сброс до заводских настроек, а про эту програм¬
му забыла. Ее специально удалять надо, она про¬
сто так не видна.
Настя выдохнула. Мысль, что ее в любой
момент могут отследить по мобильнику, напу¬
гала и расстроила. А потом неожиданно успо¬
коила. А вдруг ее правда маньяк похитит? Мало
ли что.

Исключение из правил
Марат говорил: «У нас есть взрослые, кото¬
рые за нас отвечают». Наверняка хотел сказать
«родители», но учел Настю и сказал по-другому...
А ведь правда есть...
Марат обвел компанию глазами:
— Ну что, ужасные люди, горе родителей и
педагогов... Вперед, в лагерь?
* * *
Карта показывала несколько тропинок, по ко¬
торым можно спуститься в котлован. Марат выбрал
самую дальнюю от дороги. Становилось прохладно.
Тучи над деревьями приобрели багровый оттенок.
Алиса шла, обхватив себя за локти. Марат посмотрел
на нее и вынул из рюкзака свернутую ветровку:
— Держи.
Настя ждала, что Алиса примет это как долж¬
ное, но она слабо засопротивлялась:
— А как же ты?
— У меня рюкзак, он греет, как жилетка.
— Спасибо... — Алиса надела куртку и за¬
стегнулась.
Настя посмотрела ей в спину. После того как
Алису накрыло, она стала похожа на человека,
из ее голоса пропали гламурные интонации. Сей¬
час она совсем не раздражала Настю. Особенно
когда не противопоставлялась остальным.
Лес вокруг стал лиственным и густым, с боль¬
шим количеством подлеска. Компания снова рас¬
тянулась длинной вереницей. Впереди шел Ма¬
рат с навигатором, последним — Антон. Разговор

прекратился. Так они спустились до самого лаге
ря. Перелезли через невысокий забор и оказг
лись недалеко от того домика, где ночевала Наел
— Теперь мы в безопасности, — удовле
воренно сообщил Марат. — Главное, чтобы нг
здесь не застукали и не отправили по домам.
Стас спросил:
— Здесь всегда такая тишина?
Марат, Настя и Антон переглянулись. В лаге|:
было так же тихо, как в лесу. Не слышно ни зво
ких криков малышни, ни взрослых голосов.
— Давайте немного пройдем вперед. Толы
осторожно, — предложил Марат.
Прислушиваясь и оглядываясь, компания пр
бралась до крайних домиков. Небо посерело, у;
должны бы загореться фонари и появиться се
Исключение из правил
в окнах. Но в лагере не горел ни один огонек.
Тишина и легкие сумерки создавали ощущение
заброшенности.
— Тут никого нет, — подвел итог Марат.
— Штабной домик! — вспомнила Настя. —
Там всегда есть дежурный.
Марат кивнул:
— Идем туда. Если кого-то видим — прыгаем
в траву. Хорошо, что тут ее не стригут.
— Да уж! — хмыкнул Стас. Ему, самому рос¬
лому в компании, заросли полыни доставали
до середины груди.
Дорожка быстро вывела к штабному домику.
Свет в нем не горел. На парковке не стояло ни од¬
ной машины. Черного микроавтобуса тоже не было.
— Я проверю, — негромко сказал Марат. —
Спрячьтесь.
Настя попятилась за поворот дорожки, за ней
отступили остальные. Присели, скрывшись за ме¬
телками высокой травы.
Марат подошел к штабному домику, подергал
ручку двери. Заперто.
Подошел к соседнему жилому домику и по¬
пробовал открыть дверь там. Тоже заперто.
Марат повернулся и махнул рукой, подзывая
к себе.
— Лагерь пуст, это совершенно точно, — ска¬
зал он, когда все встали вокруг него. — Интерес¬
но, куда они делись.
— Может, у них выходные? — предположил
Геральт.

Ольга Златогорская
— И никого нет, даже сторожа? Это странно.
— А вдруг сейчас сторож откуда-нибудь вы¬
скочит и заорет? — поежилась Алиса.
— Не бойся! — отмахнулся Геральт. — Ска¬
жем ему, что заблудились в лесу и вышли сюда
случайно. Ничего он нам не сделает.
— Нет здесь никакого сторожа, — терпеливо
повторил Марат. — Ни одной машины. Не на мет¬
ле же он прилетел.
Настя сказала:
— Ну и хорошо, что никого нет. Можем спо¬
койно переждать ночь.
— В чем-то хорошо, — задумчиво пробормо¬
тал Марат.
Настя предложила:
— Давайте костер разведем, тут площадка
хорошая есть. А пока совсем не стемнело, собе¬
рем хворост.
— Веди, — распорядился Марат.
Настя, радуясь, что ничего не забыла, зашагала
по дорожке. Вот домик, тропинка. Вот площадка.
У старого кострища лежали аккуратно сло¬
женные березовые чурбачки. Рядом стояла мятая
пятилитровая бутылка, до половины наполненная
водой.
— Готовились к очередному костру, — кив¬
нул Марат. — И вдруг уехали. Странно...
— Нужен хворост для растопки.
— Ты умеешь разводить костер?
— С одной спички, — грустно отозвалась
Настя. — Папа не признавал зажигалок... Парни,
Исключение из правил
обдерите кору с поленьев, бумаги-то нет. Марат,
у тебя есть спички?
— Зажигалка... — виновато улыбнулся Марат.
— Это ничего, — успокоила его Настя. —
Пойдем за хворостом.
Сухих веток собрали целую кучу. Настя нало-
мала тоненьких, длиной меньше карандаша, тол¬
щиной с зубочистку. Построила из них шалашик
вокруг мелко нарванной бересты. Этот шалашик
обложила палками потолще. Взяла у Марата за¬
жигалку, машинально отследила, что ветер почти
не ощущается, — значит, все равно, с какой сто¬
роны поджигать. Присела на корточки, щелкнула
зажигалкой...
Огонь не загорелся.
Настя потрясла ее и щелкнула снова. Мельк¬
нула искра, но огонек так и не появился.
— Газ кончился, — удивился Марат.
Настя выпрямилась.
— У кого-нибудь еще есть спички или за¬
жигалка? — на всякий случай спросила она.
— Не курю, — ответил Геральт.
Настя обернулась к Антону:
— В лес же шли! Ты не взял?
Антон помотал головой. Пробормотал:
— Я... еще не привык.
Настя раздраженно сунула руки в карманы
куртки — глубокие, до нижнего шва. Под пальцами
что-то скользнуло и снова затерялось в матерчатых
складках. Настя, не веря такому счастью, пошарила
в ткани и вытащила простую красную зажигалку.

Ольга Златогорская
Как хорошо, что она не стала выпендриваться
и помогла Фёдору избежать нагоняя! Правду го¬
ворят, что добро вознаграждается... Настя снова
присела на корточки, щелкнула зажигалкой. Ого¬
нек послушно загорелся. Поднесла его к бересте.
Пламя легко охватило растопку и через пару ми¬
нут с треском пожирало толстые ветки.
Компания расселась вокруг костра. Марат достал
бутылку с водой, пакет с круассанами и печенье.
Настя взяла свою порцию, устроилась поудоб¬
нее. Вспомнила, как еще недавно сидела у костра
и мечтала оказаться здесь с Тохой. Удивительно,
как быстро сбываются желания. Правда, совер¬
шенно не таким образом, как представлялось.
Еда закончилась быстро. Печенье запили во¬
дой, пустив бутылку по кругу. Голод немного утих.
Это, конечно, не полноценный ужин, но до утра
дотянуть можно. Настя готова была месяц не вы¬
лезать из леса и питаться чем попало, только
не рисковать тем, что Тоха снова ее забудет. Или
она его. Неизвестно, как стирают память тем, кто
был в контакте с «объектами».
Наверное, об этом думали все. Геральт не¬
громко сказал:
— Жалко, что мы так и не узнали, кто они...
Марат задумчиво ответил:
— Настя права, это неважно.
— А что важно? — вскинул глаза Геральт.
Они сердито блеснули в подступающей темноте.
Марат увесисто ответил:
— Важно — что теперь делать.

Исключение из правил
— У тебя есть план?
— Мне что-то не очень думается. Пока только
очевидные вещи. Вот пробирки с памятью. Мы долж¬
ны найти этих ребят и предложить им вспомнить.
— Как мы их найдем? — удивилась Алиса.
Марат вздохнул, покопался в рюкзаке, достал
пробирку. Над ней появилось светящееся лицо
незнакомого паренька.
— Кто-нибудь, сделайте снимок, — попросил
Марат.
Стас достал мобильник и щелкнул.
— Получилось фото?
— Да. — Стас показал фотографию. Лицо
на экране выглядело даже отчетливее, чем на голо¬
грамме.
Марат довольно сказал:
— Я так и думал. Переснимем, запустим
в Инете поиск по лицам. Думаю, найдем. Их все¬
го одиннадцать...
Настя хмуро сказала:
— Десять.
— В смысле? — удивленно посмотрел на нее
Марат.
— Одной девчонки нет в живых. Я смотрела
видео про нее. Она выпрыгнула в окошко с пят¬
надцатого этажа.
— Погоди-ка... — зашевелился Геральт. —
У нее еще подружка была. Они вместе прыгнули,
да? Я тоже смотрел.
— Ага. Только этой подружки нет здесь.
Марат кивнул:

Ольга Златогорская
— Может, она в другой партии оказалась.
Или вообще не поэтому умерла. Мы не знаем.
— И теперь не узнаем, — печально сказала
Настя.
Антон осторожно спросил:
— Как думаешь, все эти подростковые само¬
убийства — их рук дело?
Марат поморщился:
— Вряд ли... Хочется, конечно, все наши беды
свалить на неведомых врагов. Обидно признавать,
но мы так живем, что у нас в стране запросто
можно любой бизнес проворачивать. Самоубились
подростки — и никто всерьез не задумывается по¬
чему. Ходят мрачные, жить не хотят, о будущем не
думают — и всем проще решить, что это компью¬
теры виноваты, Интернет. А самое главное: вот тебя
когда накрывало, ты это кому-нибудь рассказывал?
— Нет.
— И это беспроигрышный вариант, понима¬
ешь? Мы не рассказываем. Мы не просим помощи.
Взрослый впадет в депрессию — так к психологу
сходит или там к психиатру, таблеточки попьет и
успокоится. А каждый парень, каждая девчонка
будут страдать в одиночестве. Сходить с ума и му¬
читься. И даже не знать, что рядом живет кто-то,
кто также страдает и даже по той же причине.
Геральт с тоской проговорил:
— Но это же капля в море. Мы вернем па¬
мять десятку ребят — а остальные? Ты же сам
говорил: скорее всего, такие центры во всех
крупных городах есть.

Исключение из правил
Настя вдруг вспомнила: «Делаю, что могу».
И сказала то, о чем думала в лесу:
— Надо внимательнее смотреть друг на дру¬
га. Про этих девчонок, что в окно вышли, писали:
«обыкновенные». Сколько сейчас таких «обыкно¬
венных», а еще пару дней назад гениальных, жи¬
вет прямо рядом с нами?
— Как их вычислить-то? — не понял Геральт.
— Да не надо никого вычислять. Надо нор¬
мально смотреть на всех.
У костра стало тихо.
Марат негромко добавил:
— И еще. Надо промониторить все конкур¬
сы. Вокальные, музыкальные, научные, творче¬
ские... Найти всех ребят, которые их выигрыва¬
ют. И связаться с ними. Предупредить, что, если
к ним подкатит некто с фантастической историей
и предложит поделиться способностями, делать
это ни в коем случае нельзя.
Настя с сомнением спросила:
— Ты думаешь, они нам поверят?
— Конечно, нет, — хладнокровно ответил
Марат. — Но ровно до тех пор, пока не появятся
они, понимаешь?
Настя кивнула. Никто не сказал ни слова
против.
Марат немного помолчал и продолжил:
— Когда мы про сирот разговаривали, что
у них нет будущего, я подумал одну вещь... Вот
скажите мне, только серьезно: вы вообще думали
о том, кем станете, когда вырастете?

Ольга Златогорская
— А при чем тут это? — удивился Геральт.
— При том. Я сам собирался какую-нибудь
интересную профессию иметь, путешествовать,
зарабатывать и не париться. Но, похоже, нам
придется заняться кое-чем другим.
— Чем? — резко спросила Настя.
— Мы должны стать не просто взрослыми.
Мы должны стать теми, кто решает.
— Как это? — озвучил общий вопрос Антон.
Марат обвел взглядом всю компанию:
— Вот наши родители — взрослые люди. Они
много чего решают? От них вообще что-нибудь
в этом мире зависит? Сколько будет стоить бен¬
зин, с какого возраста учиться в школе, сносить
или не сносить дом, где дороги строить?
— Ну-у... — нерешительно протянул Стас.
Геральт сказал:
— У меня отец в совете директоров заседа¬
ет. Он говорит, его холдинг определяет политику
на рынке ценных бумаг...
— И дальше что? — не отступал Марат.
— Не знаю. Я не вникал, — признался Геральт.
— Придется вникать, — непривычно жестко
сказал Марат. — И как можно быстрее.
Настя догадалась:
— Ты президентом, что ли, стать хочешь?
Марат хмуро ответил:
— Если понадобится, то и президентом. Он
же не сразу главой государства родился, сначала
тоже был пацаном. Но решает не только прези¬
дент. Много кто решает. Главы фондов и активи¬
Исключение из правил
сты, режиссеры и политики и даже популярные
блогеры.
— Ты нам всем предлагаешь в политику
идти? — поморщился Стас.
— Нет. Я предлагаю стать теми, кто будет иметь
вес. А не прожигать жизнь и ждать, когда она за¬
кончится. И тогда у нас под боком никакая сво¬
лочь не сможет обтяпывать свои темные делишки.
Настя подбросила в огонь березовое полено.
Ребята потянулись к огню. Ночь вступала в свои
права, становилось прохладно и сыро. Настя посмо¬
трела на часы в мобильнике: еще только половина
двенадцатого. К четырем утра ребята окоченеют
даже у костра. Марат без куртки. Антон в корот¬
ких штанах. Спать в таком виде будет невозможно.
Кажется, кроме нее никто не начал беспоко¬
иться, даже Марат. Хватило бы дров...
Марат хотел что-то сказать, но вдруг вздрог¬
нул и посмотрел куда-то поверх Настиной голо¬
вы. Настя резко оглянулась.
За деревьями появилось пятно света. Похоже,
там, где проходила тропинка, загорелся фонарь.
— Кто-то в лагерь приехал, — сказал Марат.
Настя встала:
— Я пойду посмотрю?
— Может, все пойдем? — неуверенно пред¬
ложил Геральт.
Настя поморщилась:
— Зачем толпой переться? Лучше я одна. Ак¬
куратно.
Антон тут же вскочил:

Ольга Златогорская
— Яс тобой.
Марат кивнул:
— Идите вдвоем. Только быстро. Туда — и
сразу назад.
Настя шагнула на тропинку. В лопухах свети¬
лись фонарики-лапки.
Антон улыбнулся:
— Прикольная идея...
Настя вышла к домику. На крыльце горел фо¬
нарь. Настя осторожно повернула ручку двери
и потянула — по-прежнему заперто.
По тропинке к автостоянке они крались вдоль
самых зарослей, готовясь, если что, нырнуть
в полынь. Настя впереди, Антон за ней. Так они
дошли до центральной площадки.
В штабном домике горел свет. На парковке,
под фонарем, стояла черная машина.
Настя шепнула:
— Погоди здесь... — и быстро проскочила
к жилым домикам.
Проверила один, другой, третий — везде за¬
крыто. Бесшумно, как тень, она вернулась к Антону.
— Пошли к ребятам, — распорядилась Настя.
Дверь штабного домика открылась. Настя и
Антон присели, сейчас их прикрывал изгиб тро¬
пинки.
На порог вышел бородатый человек. Достал
пачку сигарет, закурил. Плотно закрыл дверь и
шагнул вперед. Он оказался прямо под фонарем.
Настя показала Антону жестом — отползай на¬
зад. Тихо-тихо, почти на четвереньках, они отступили

по дорожке и нырнули под защиту деревьев. Через
пару минут они выскочили на площадку у костра.
— Там Анатолий, — быстро сообщила На¬
стя. — Больше никого не видела. Домики закрыты.
— Ты его знаешь? — удивился Антон.
Настя кивнула:
— И не только я...
Марат встревоженно спросил:
— Он тебя точно не заметил?
— Не знаю.
Геральт осторожно сказал:
— Может, сходим, поговорим с ним?
— Рискованно, — покачал головой Марат. —
Он может отправить нас по домам.
— Если мы не поедем, как он нас отправит?
И потом, мне кажется, он нормальный, — засту¬
пилась за Анатолия Настя.

Ольга Златогорская
— Он взрослый, — вздохнул Марат. — Кто
его знает, как он отреагирует на наш рассказ.
— Невысокого ты мнения о взрослых! — раз¬
дался голос из темноты.
Настя вскочила. Остальные уставились во тьму.
На площадку перед костром вышел Анатолий.
Улыбнулся:
— Добрый вечер, молодые люди. Привет, Ма¬
рат. Привет, Настя. О, и Геральт здесь.
— Здравствуйте, — пробормотал Марат.
— Здрасьте! — мрачно отозвался Геральт.
Анатолий весело спросил:
— Вы как сюда попали?
— Пришли, — уже спокойно отозвался Марат.
— А зачем? — Анатолий присел на бревно
у огня.
Марат сказал:
— Долго объяснять. Если коротко, нам надо
провести сегодняшнюю ночь в аномальной зоне.
Другой проверенной зоны мы не знаем.
Анатолий почесал щеку над бородой и уточнил:
— Из дома сбежали?
— Нет, что вы. Родители в курсе, честное слово.
Анатолий задумчиво обвел глазами компанию.
Все закивали и нестройно заверили, что «прав¬
да, в курсе».
Марат достал из кармана мобильник:
— Вот смотрите. Я недавно звонил маме. Мы
все звонили, можем показать. Нас очень ругали и
волнуются, но нам правда очень надо переноче¬
вать сегодня здесь.

Исключение из правил
Анатолий хмыкнул.
Марат продолжил:
— Можете моей маме позвонить, она под¬
твердит. Хотите, номер дам?
— Номер у тебя в личном деле есть, найти
несложно, — задумчиво отозвался Анатолий.
— Только другим родителям не звоните, они
примчатся сюда и... сорвут наш эксперимент.
Понимаете, у нас исследовательский проект. Это
очень важно.
— Вы не очень хорошо экипированы для но¬
чевки в лесу, — заметил Анатолий.
— Так вышло, — не стал спорить Марат. —
Часть эксперимента пошла не по плану.
— Есть небось хотите? — угадал Анатолий.
Марат вздохнул.
Анатолий решительно поднялся:
— Гасите костер, пойдемте со мной.
Ребята посмотрели на Марата, Марат — на Ана¬
толия. Тот почесал щеку под бородой и пояснил:
— «Провести ночь в аномальной зоне»
не означает «ночевать голодными под кустом»,
верно? Горячий ужин и сон в кроватях ваших пла¬
нов не нарушат?
— Не нарушат, — выразил общее мнение
Марат. — Спасибо...
Быстро затушив костер, компания пошла за Ана¬
толием. Он привел ребят в столовую, сказал: «По¬
сидите здесь». Геральт и Антон сдвинули два сто¬
лика. Настя посмотрела на всех и увидела, как они
устали. Алиса, кажется, засыпала прямо за столом.

Ольга Златогорская
Стас тоже клевал носом. Марат выглядел сосредо¬
точенным — наверное, снова думал о чем-нибудь
глобальном. Антон и Геральт пока держались.
Настя почувствовала, что она тоже очень уста¬
ла. Лечь бы под теплое одеяло, вытянуть ноги
и спать, спать... Но есть пока хотелось больше.
Анатолий бодро бегал на кухню и обратно.
На столе появились кружки с чаем, сахар, хлеб,
большое блюдо с дымящимися сосисками, плав¬
леный сыр и пакеты с майонезом и кетчупом.
Настя соорудила себе огромный бутерброд
из всего этого, положила в чай четыре куска са¬
хара и с удовольствием принялась за еду. Анато¬
лий сварил еще сосисок, сделал себе чаю и при¬
сел на угол соседнего стола.
Марат прожевал сосиску и спросил:
— А где все?
— Закрыли нас, — печально отозвался Ана¬
толий.
— Как это? — Настя даже есть перестала.
— Вот так, — тем же тоном отозвался Ана¬
толий. — Днем пришло письмо из фонда: новую
смену не набирать, сотрудников распустить, лагерь
законсервировать. У нас пересменок был, вчера
только люди разъехались. Сегодня весь день эваку¬
ировались. А меня сторожем оставили на неделю,
я ездил домой за вещами. Вернулся — а тут вы...
— Из какого фонда? — переспросил Марат.
— Который нам деньги дает. «Наследие России».
Марат стал очень серьезным:
— А что еще этот фонд делает, не знаете?

Исключение из правил
Анатолий пожал плечами:
— Вроде какую-то поддержку оказывают ода¬
ренным детям, я не вникал... Главное, что они ла¬
герь содержат. Содержали... У них, видимо, что-то
случилось... Они еще спонсировали вокальный
конкурс. У меня там племяшка участвует, до полу¬
финала дошла. Сегодня написала, что не будет
финала. Я пока не понял, совсем не будет или от¬
ложили, потом спрошу...
Марат посмотрел на Настю с таким видом,
как будто ей что-то должно стать понятно. Настя
помотала головой. Жалко, конечно, лагерь, он хо¬
роший. Но какое он имеет отношение к ним?
— Да вы совсем спите! — добродушно прогу¬
дел Анатолий. — Пойдемте, я вас устрою на ночь.
Компания допила чай.
— Куда посуду? — Настя вопросительно по¬
смотрела на Анатолия.
— Оставь на столе, я потом уберу...
Далеко идти не пришлось: Анатолий достал
из кармана связку ключей, открыл дверь в со¬
седний домик.
— Одеяла и подушки есть, а вот белье в пра¬
чечной. Придется вам так ложиться, — как будто
извиняясь, сказал Анатолий.
— Фигня! — отозвалась Настя и спохвати¬
лась: — То есть я хотела сказать — это по-любо¬
му лучше, чем в лесу.
Компания вошла в домик. Анатолий включил
свет. В большом холле лежал ворсистый ковер,
перед ним слева начиналась деревянная лестница
Ольга Златогорская
на второй этаж. Лестница показалась очень длин¬
ной. На втором этаже свет зажегся автоматически.
Стало видно три двери.
— Две спальни и туалет, — прокомментиро¬
вал Анатолий. — Можете в одной комнате рас¬
полагаться, можете в разных. Если буду нужен,
я в штабном доме, на втором этаже.
Анатолий ушел. Настя потянула на себя бли¬
жайшую дверь. За ней оказалась большая ком¬
ната. Вспыхнул свет — его включил Геральт.
В комнате стояло восемь кроватей, застеленных
зелеными покрывалами. На каждой койке лежала
подушка и аккуратно свернутое одеяло.
— Всё, — пробормотала Алиса. Она отошла
к дальней кровати, скинула балетки, рухнула
на покрывало и накрылась одеялом с головой.
На соседнюю кровать сел Стас. Прислонился
к стене и закрыл глаза.
Геральт прошелся по комнате. Марат аккурат¬
но пристроил рюкзак на крайнюю к двери койку,
сел рядом. Посмотрел на Настю и Антона, кото¬
рые уселись напротив.
— Вы поняли? — спросил он. — Мы победи¬
ли. Они сворачивают деятельность.
— С чего ты взял? — не понял Геральт.
— Ты не врубился, что ли? Этот лагерь — их
проект. Они здесь пасут детей, подходящих для
внедрения матриц. А тех, что уже выбрали, про¬
веряют. Как меня. Как тебя.
У Насти почти не осталось сил, но она за¬
спорила:

Исключение из правил
— Зачем ты так про лагерь... Они хорошие.
Марат кивнул:
— Да, здесь очень доброжелательные люди
работают. Но они не знают на кого.
— Разве могут хорошие работать на плохих?
Марат сердито ответил:
— Именно так обычно и происходит.
Настя удивилась:
— Почему?
— Потому что не хотят вникать! — резко от¬
ветил Марат. Он словно продолжал тот разговор
у костра. — Анатолий такой хороший, правда?
Сразу нам поверил, что наши родители в курсе
и сами нас отпустили. А на самом деле ему про¬
сто плевать на нас.
— Он нас покормил и пустил ночевать! —
возмутилась Настя.
— Но не стал вникать, — с нажимом на сло¬
ве «вникать» ответил Марат. — Он даже в делах
своей племяшки разбираться не хочет. Закрыли
у нее конкурс, и фиг с ним, есть проблемы по¬
важней.
Настя нахмурилась, мотнула головой: она со¬
биралась заступиться за Анатолия. За Ларису,
за веселых и деловитых парней-инструкторов,
за весь лагерь!
Марат сказал:
— Ты задумывалась когда-нибудь о том, каких
взрослых ты считаешь хорошими? Разве тех, кто
тебе говорит, как и что делать, и требует, чтобы
ты человеком выросла?

Ольга Златогорская
Настя сбилась, ошарашенно перевела дух и
с изумлением прошептала:
— Слушай... А я ведь Марину за что не тер¬
пела? За то, что она лезла в мои дела! Я думала:
«Как она достала!»
— Ты начинаешь понимать, — с удовольстви¬
ем сказал Марат.
— Погодите! — перебил Геральт. — Выходит,
можно было ночевать дома?
— Похоже, да, — признал Марат. — Я пере¬
страховался. Но и сейчас я думаю, что правильно.
Настя решительно сказала:
— Ну и ладно. Лично я своей памятью очень
дорожу. Не знаю, как вы.
Антон хмуро сказал:
— Мне одного раза хватило.
Геральт подошел и устроился рядом с Мара¬
том. Зевнул:
— Спать будем?
— Ага... — думая о чем-то своем, отозвался
Марат.
Настя спросила:
— Я вот только одного не пойму. У них наи¬
крутейшая техника, все эти возможности... И мы
вот так запросто заставили их отступить? Если это
так легко — почему этого раньше никто не сделал?
Марат рассудительно отозвался:
— Во-первых, мы не знаем. Может, они уже
на кого-то налетали, временно сворачивались,
меняли стратегию и возвращались. А во-вторых,
я думаю, что конкретно этой стратегии никто
Исключение из правил
не сопротивлялся. Помнишь наш разговор про
Гарри Поттеров? Люди насмотрятся таких филь¬
мов, потом услышат: «Ты особенный!» — и моз¬
ги выключаются. Уши развесят и несутся как кот
за красной точкой.
Антон спросил:
— Выходит, что те, кто такие фильмы снима¬
ют и книги пишут, работают на них?
— Они просто не знают, кому это выгодно, —
серьезно ответил Марат. — Вот Анатолий даже
не в курсе, что они существуют и он им служит.
А расскажем — не поверит. Тем более писатели
и режиссеры, которые не прямо в проекте за¬
действованы, а косвенно.
Настя оглянулась на дверь. Она бы не уди¬
вилась, если бы Анатолий появился на пороге
и сказал: «Ошибаешься». Но в домике висела
ночная тишина.
Геральт тоскливо произнес:
— Эх, остался бы у меня талант, я бы написал
такую книгу! Про то, что если тебе кто-то втира¬
ет, что ты не такой, как все, то тебя разводят...
Марат ответил:
— Я читал, что маньяки так подростков ловят.
Знакомятся в соцсетях и давай на все кнопки на¬
жимать: ах, ты такой одинокий, тебя никто не по¬
нимает, а ты весь такой особенный... И ведь ра¬
ботает же, раз за разом... Надо как-то менять эту
ситуацию, что ли. Я вот думал над тем, чтобы как-
то обнародовать то, что с нами произошло. Пого¬
ворю с мамой. Может, ролик снимем или еще что.

Ольга Златогорская
— А кто твоя мама? — запоздало поинтере¬
совалась Настя.
— Хозяйка арт-галереи, — непонятно ответил
Марат. И пояснил: — Выставки делает, тусуется
с кучей богемного народа. У нее есть связи.
Геральт удивился:
— Так ты хочешь ей все рассказать?
— Я уже рассказал, — пожал плечами Марат.
— Она тебе поверила?
— Думаю, да.
— Везет! — с легкой завистью отозвался Ге¬
ральт.
Антон вдруг сообразил:
— Ты поэтому Анатолию предложил своей
маме позвонить?
— Да. Она все скажет как надо.
Настя зевнула и поинтересовалась:
— Как думаешь, он позвонит?
— Скорее всего.
— Ты же говорил, он не хочет вникать, —
подначила Настя.
Марат хладнокровно ответил:
— Он и не будет вникать. Совесть успокоит,
и ладно...
Геральт спросил о другом:
— Как вы думаете, почему мы все-таки уце¬
лели?
Марат ответил:
— Очень небрежно работают эти деятели.
Количество их ошибок просто поражает.
Подал голос Антон:

Исключение из правил
— Я как раз думал, почему в этой реальности
моя бабушка работает в библиотеке, если она из-
за меня из института ушла. А сейчас ей меня не
подбросили.
— Вот, — довольно сказал Марат. — И куча
других мелочей... Думаю, мы сможем победить.
Если возьмемся всерьез. Они на это совершенно
не рассчитывают.
Геральт прищурился:
— Наверное, они никогда не имели дело
с по-настоящему умным человеком.
— Скорее, с командой, действующей сооб¬
ща, — не принял похвалы Марат. — Ладно, да¬
вайте спать. Завтра надо как можно раньше вер¬
нуться домой.
Геральт кивнул и пересел на свободную кро¬
вать. Настя тоже встала. Она присмотрела себе
место у окошка. Стас так и сидел, закрыв глаза
и прислонившись к стенке. Судя по дыханию, он
не спал.
Настя негромко окликнула его:
— Стас, ты в порядке?
— В порядке, — странным голосом ответил он.
— Спишь?
— Нет.
— А что делаешь?
— Музыку слушаю.
— Какую музыку? Где?
Стас открыл глаза и со сдержанной радостью
ответил:
— В голове.

эпилог
АНТОН. ОКТЯБРЬ
это воскресенье собирались у меня. Пер¬
вой пришла Настя.
— Привет! — Она повесила куртку на
вешалку и аккуратно поставила на коврик ботин¬
ки. — Ребята звонили?
— Марат в пути, — ответил я. — А Геральт
приедет позже. У них заседание в клубе.
— А, ну он же у нас великий критик! —
фыркнула Настя.
— Не великий пока, — заступился я за Гераль¬
та. — Но может и станет. А ты чего такая злая?
— Катерина с утра прицепилась.
Я сразу встревожился:
— Что опять?
Мы прошли в комнату, Настя рухнула в кресло.
— Да все то же. Как только на весь день от¬
прашиваюсь, она тут же делает конспиративное
лицо и многозначительно говорит: «Только не как
в прошлый раз!»
— Директор же вроде запретил рассказывать
про «прошлый раз»?

Исключение из правил
— Ага. Но она и не рассказывает. Она наме¬
кает. ..
Я подумал. И осторожно сказал:
— Ты же понимаешь, что она просто волнуется?
Настя с досадой отозвалась:
— Да понимаю я... Но надоело.
— Зато тебе не влетело тогда, — напомнил я.
— Да уж! — согласилась Настя. — Директор
мне только мозг вынес, а наказывать не стал. За
меня тогда целая компания заступалась — и мама
Марата, и Марина. И даже сама Катерина, пусть
и говорит, что всю ночь не спала... С тех пор по¬
стоянно припоминает. Чуть что, сразу: «Голованова!
Я с тобой поседею!» А сама и без меня седая напо¬
ловину. Хоть и красит волосы, а все равно видно...
Настя сердито пыхтела и качала ногой, пере¬
брошенной через подлокотник кресла. А на меня
накатывали волны совершенно глупого счастья.
Я никому не рассказывал об этом. Даже Насте.
Даже Марату. Хотя Марат, наверное, понял бы.
Иногда я испытывал мгновенный ужас, что сей¬
час мог бы сидеть в одной квартире с отцом
и вздрагивать от каждого его движения. Быть
тем, у кого в жизни нет ни друзей, ни радости,
ни смысла. И после этого — как вспышка: есть
Настя! Есть бабушка! Есть ребята!
И есть дело, которое мы решили довести до
конца.
Удивительно, но за ночевку в лесу нам поч¬
ти не влетело. Настиному директору не хотелось
всем рассказывать, что его воспитанница гуляла
Ольга Златогорская
где-то ночью, а он никуда об этом не сообщил.
Проще распустить слух, что Настя ночевала
у Марины. Тем более что кураторша тут же на¬
писала заявление задним числом. Она тоже не
хотела никому проблем. А мама Марата позвони¬
ла в детдом и попросила Настю не наказывать.
Дескать, это ее сын всех заблудил, а Настя не ви¬
новата. Классная у Марата мама.
Изо всех взрослых историю полностью знали
трое: мама Марата, Марина и моя бабушка.
Я не знаю, насколько они поверили. Но,
по крайней мере, не отмахнулись и не сказали,
что это подростковые фантазии. Моя бабушка
просто приняла к сведению, что я теперь буду
жить у нее, и сама разговаривала с отцом. Пере¬
езд в Москву дался мне неожиданно легко. Ма¬
рат сказал, это потому, что реальность вернулась
к своей правильной версии...
Геральт, Стас и Алиса решили со своими не
откровенничать. Я не осуждал их: я бы тоже
не стал рассказывать все это маме и отцу. Есть
взрослые, с которыми хочется разговаривать
по душам. Но это явно не мои родители.
Раздался звонок в дверь. Пришел Марат. Сра¬
зу спросил:
— Нашел кого-нибудь?
Я провел его в комнату. Ровно, словно совсем
не гордился проделанной работой, ответил:
- Да.
Конечно, нужно было дождаться хотя бы Ге¬
ральта, но мне не терпелось поделиться. Я от¬
Исключение из правил
крыл вкладку в браузере, показал коротенькую
статью. С фотографии смотрел парнишка лет
двенадцати, в очках и косо сидящем пиджаке. Он
неловко улыбался в камеру и прижимал к груди
золотистую статуэтку. В статье говорилось, что
на снимке — трехкратный победитель Всерос¬
сийской математической олимпиады для школь¬
ников.
Марат довольно улыбнулся:
— Наш клиент! Есть какие-нибудь его коор¬
динаты?
— Да. Профиль «ВКонтакте» и электронная
почта.
— Отличная работа!.. Давай мне все это на
флешку...
Я перекинул Марату данные и спросил:
— А как твои дела? Успешно?
Пока мы с Геральтом мониторили вероятные
«объекты», на которые могли бы выйти они, Ма¬
рат искал тех ребят, чьи контейнеры с памятью
лежали у меня в столе.
Марат покачал головой:
— Нет. Похоже, мы вычислили всех, кто остал¬
ся в Москве.
Настя спросила:
— Как думаешь, где могут быть остальные?
Марат вздохнул:
— Где угодно. Антон жил в Васильевске,
я сам мог оказаться во Франции. Надо искать
по всему миру. Хорошо, что у нас есть качествен¬
ные фотографии. Мама сейчас зондирует почву
Ольга Златогорская
со знакомыми режиссерами. Рассказывает, что мы
кастинг проводим, ищем для съемок фильма де¬
тей вот такого типажа. Посмотрим, что это даст...
Настя кивнула и подтянула коленки к подбо¬
родку. Задумчиво произнесла:
— Надо спешить.
— Мы и так спешим, — терпеливо ответил Ма¬
рат. — Шестерым мы вернули память, не забывай.
— Не забываю, — серьезно ответила На¬
стя. — Я часто думаю: как они там? Наверное,
непросто помнить, как ты был суперребенком?
Помнить, когда все забыли?
Я сказал:
— Да уж по-любому лучше, чем не помнить.
Хоть понимаешь, чем и почему тебя накрывает.
Настя глянула на меня из-под челки и негром¬
ко сказала:
— Твой случай нетипичный, Тоха... Ты все-
таки не был звездой телевидения и не тусил
с известными людьми. У тебя была, в общем-то,
обычная жизнь...
Меня что-то царапнуло в этом, но я не успел
понять — что.
Марат сказал:
— Придут Геральт с Алисой, расскажут, как
там наши подопечные. Хотя они не особо откро¬
венничают.
Я спросил:
— Как думаешь, почему?
— То, что мы вернули им память, не означает,
что мы теперь друзья, — ответил Марат. — С чего
Исключение из правил
людям в душу лезть? Достаточно того, что мы за их
судьбой приглядываем. Если тебе интересно, у на¬
ших спроси. Они не постесняются сказать как есть.
— Ну, у наших-то лайт-версия... — отозва¬
лась Настя.
Это точно. Вечером того дня, когда мы верну¬
лись из лагеря, Марату позвонили Геральт, Алиса
и Стас. Все вокруг забыли про их таланты. А их
самих помнили. Судьбы оказалась не затронуты,
исчезли только воспоминания об их одаренности.
Это оказалось неожиданно кстати: не при¬
шлось объясняться по поводу утраченных спо¬
собностей. Геральт пошел в тот же литературный
клуб, Стас — в свою же музыкальную школу, толь¬
ко на фортепиано. А вот Алиса в художку не вер¬
нулась. Она занялась фотографией.
Хорошо, что Марат, хоть и не предполагал
такой вариант, перестраховался и предложил
ночевать в лесу. Неизвестно, что бы мы сами
помнили обо всей этой истории, если бы мир¬
но спали дома. Уже потом Марат решил, что это
«аварийное стирание»: частичное и поспешное,
связанное с ликвидацией базы. Возможно, поэто¬
му всем не сильно влетело за ночевку в лесу: это
событие тоже почти стерлось, взрослые вспоми¬
нали его совершенно без эмоций.
Настя потянулась и зевнула:
— Скорей бы уже собирались, что зря си¬
деть! Надеюсь, они принесут игрушки.
Марат быстро спросил:
— Ты прошла?

Ольга Златогорская
— А что там проходить, — лениво отозва¬
лась Настя.
Я удивился:
— Там сто уровней!
— Сто один.
Марат улыбнулся:
— А я новые принес! Приз тому, кто быстрее
всех решает!
Он водрузил рюкзак на стол и вытащил три
пластмассовые коробки. Настя заграбастала их
и принялась разбираться в правилах. Я не по¬
лез к ней — мне хватило предыдущей головолом¬
ки. Я застрял на пятьдесят седьмом уровне. Реше¬
ние смотреть не хотелось, а засесть и разобрать¬
ся не хватало времени. Уроков задавали много,
а тут еще книги, фильмы... Марат взялся за нас
всерьез. Сказал: «Чтобы стать теми, кто решает,
надо быть умными» — и достал первую партию
игрушек. Ему мама когда-то покупала их пачками.
Сейчас у него, конечно, другой уровень...
Я спохватился:
— Бабушка тебе журналы принесла, что ты
заказывал. Вон, на полке.
— Спасибо! — обрадовался Марат.
Пролистал один журнал, задержался на какой-
то странице, хмыкнул и нахмурился. Я снова по¬
завидовал — журнал был на английском языке.
У Марата запел телефон. Звонила Алиса. Я услы¬
шал:
— Привет! Сорян, я не смогу приехать, хозяе¬
ва попросили меня остаться до вечера!

Исключение из правил
— Ладно, пересечемся на неделе, — отозвал¬
ся Марат. — Ребята привет передают.
— И я им, всё, побежала! — И Алиса отклю¬
чилась.
Марат не успел убрать телефон — позвонил
Стас. Он тоже не сможет прийти, взял допол¬
нительный урок сольфеджио. Марат посмотрел
на нас и сказал:
— Значит, ждем только Геральта.
Настя пробормотала:
— Что-то разваливается наша компания.
Марат спокойно ответил:
— В данный момент наши встречи носят ко¬
ординационный характер.
— И тем не менее ты здесь, — напомнила
Настя.
Марат вдруг улыбнулся:
— Мне с вами нравится. А по Алисе ты, по-
моему, не скучаешь.
— Не скучаю, — согласилась Настя. — Но
и не возражаю против нее. Кроме того, зарабо¬
тать себе на камеру — это круто. Я бы не смогла
с мелкими сидеть, а она вот ничего, торчит там
все выходные.
Марат хотел что-то сказать, но у него коротко
тренькнул телефон. Он глянул на экран и выта¬
щил из рюкзака планшет.
— Момент, у меня тут на сайте проблема.
Надо поправить кое-что...
Он сел на диван и всмотрелся в мелкие строч¬
ки. Его пальцы запорхали над экраном. Настя
Ольга Златогорская
уткнулась в головоломку. Я взял флешку Марата
и начал копировать фильмы, которые он принес
нам на неделю.
Марат работает. Алиса работает. А сам я пока
не умею ничего, что приносит деньги. Видимо,
я вздохнул, потому что Настя сказала:
— Нас скоро допустят к работе. Тоже буду
зарабатывать, правда немного...
Марат отозвался, не отвлекаясь от планшета:
— Это хорошо. Но ты же помнишь, что глав¬
ное не в этом.
Настя кивнула и снова уткнулась в игру. За¬
гремела пластиковыми детальками.
Марат отложил планшет и спросил:
— Антон, а к тебе твои способности не воз¬
вращаются?
Я помотал головой. Недавно Настя показала
мне фотку и спросила, знаю ли я такое место. А я
не почувствовал ничего. Совсем. И даже место не
узнал. А ведь это лагерь, в котором мы ночевали.
Марат сказал:
— Ну, может, позже вернется. Мы ведь даже
не знаем, на какое свойство они тебе матрицу
нацепили.
— На топографический кретинизм? — серьез¬
но предположил я.
— Почему бы и нет? — в тон мне отозвался
Марат.
— К сожалению, теперь я самый обычный
человек. Никакими особыми способностями
не наделен.

Исключение из правил
Марат посмотрел на меня с легким сожалением:
— Ты так и не понял? Не бывает обычных.
Не бывает особенных. Мы все можем стать кем-
то, но становимся теми, кем себя считаем. Если
ты хочешь чего-то достичь — просто бери и де¬
лай. И когда-нибудь у тебя получится.
— Даже если у меня больше нет матри¬
цы? — Я хотел спросить это с веселой интона¬
цией, но не вышло.
Марат мягко ответил:
— Знаешь, я спросил у Стаса как-то... Не
сложно ли ему начинать все сначала. А он отве¬
тил: «Ты думаешь, талант музыканта — это слух
или музыкальное чутье? Нет, чувак. Талант музы¬
канта — это умение работать. Много часов каж¬
дый день. И тогда у тебя в руках поет скрипка».
Я не понял:
— Ты это к чему?
— К тому, что он сейчас быстро учится сно¬
ва. Потому что много занимался раньше. Таланта
мало, надо еще вкладываться. Врубаешься?
Я пожал плечами. Кажется, не очень.
Марат пояснил:
— Один мамин друг как-то говорил, что люди
не понимают, что такое желание быть артистом.
Они думают, что «хотеть быть артистом» это зна¬
чит представлять себя на сцене. А на самом деле
это значит быть готовым много-много дней репе¬
тировать. И «хотеть быть художником» не значит
представлять себя с красивой картинкой, а много
часов рисовать одну и ту же гипсовую голову.

Ольга Златогорская
Настя негромко произнесла:
— Мой тренер так же говорил... Что сорев¬
нования выигрывает не тот, кто от природы спо¬
собный, а тот, кто в зале выкладывается по пол¬
ной. .. Чтобы кем-то стать, надо впахивать, друго¬
го рецепта нет.
Я не хотел спорить, но сказал:
— Может быть, для музыки или рисования
достаточно крупинки способностей, остальное
можно достичь тренировками. Но у меня-то дру¬
гого сорта дар был. Тут одними тренировками
ничего не добьешься.
Марат непривычно жестко поинтересовался:
— А ты пробовал?
— Пробовал! — Кажется, я ответил резче,
чем хотел бы.
Марат не сбавил тона:
— Сколько раз?
Я уже готов был рявкнуть: «Не твое дело!» —
но тут вклинилась Настя:
— Парни! Вы очумели?
Она вскочила и смотрела на нас встревожен¬
но и сердито.
Марат немного обмяк и опустил глаза.
— Извини, Тоха.
— Ладно...
Мы снова сели.
Марат подкинул на ладони флешку и пробор¬
мотал:
— Нас ждет большая работа... — В этот мо¬
мент у него было очень взрослое лицо.

Исключение из правил
— Да уж, найти этих четверых будет непро¬
сто, — согласилась Настя. Она уже остыла.
Марат вздохнул:
— Когда мы их найдем, настоящая работа
только начнется...
Я не стал уточнять, о чем он. Я помнил раз¬
говор у костра.
Затренькал звонок. Я открыл дверь. Это пришел
Геральт, у которого наконец-то закончились занятия
в литературном кружке. Он рассказал, как там его
подопечные — трое парней, которым мы вернули
память. Первый ходит в подростковый клуб, второй
в спортивную секцию, третий к психологу. Никто
из них больше не собирается прыгнуть под поезд.
По девчонкам отчиталась Алиса. Она позвони¬
ла, пока ее мелкая спала. Две девчонки подружи¬
лись и вместе пишут повесть про эльфов. Третья
ходит в тот же клуб, что и один из наших парней...
Мы посмотрели фильм, который принес Ма¬
рат. Старый и черно-белый, про войну. Главные
герои — пацаны. Идейные, резкие, с горящими
глазами. Они были готовы умереть, но не сдаться
врагу. Кажется, я понимаю, почему Марат принес
сегодня именно это кино...
Вечером, когда все разъехались, я проводил
Настю до детдома и затемно вернулся домой.
И решил посмотреть, куда я попаду, если завер¬
ну за соседний дом.
И почти сразу уперся в забор. Тупик.
Я вышел из него, обошел дом и попробо¬
вал снова. Старательно вспоминал скамейку и
Ольга Златогорская
вечнозеленые кусты. Тишину и хвойный запах.
И теплый ветер. В какой-то момент я ощутил, что
воздух дрогнул и в нем появилась нотка того ме¬
ста. Я шагнул вперед — и снова уперся в тупик.
Показалось? Или... Нет?
Во мне стремительно вырастала надежда.
Я вернулся к подъезду и начал сначала.
Может быть, вчера я бы бросил это бессмыс¬
ленное занятие. Но сегодня у меня в голове за¬
села одна фраза Марата. Я обошел дом и снова
вернулся в овражек.
И еще раз. И еще.
Я не отступлю.
У меня был дар, и я верну его. Как возвращает
Стас. Может быть, я зайду с другой стороны, как Ге¬
ральт и Алиса. Но я больше не согласен с тем, что
утратил способность находить удивительные места.
Я вспомнил, как Настя сказала: «Ты нетипич¬
ный случай, у тебя была обычная жизнь». Я тогда
не понял, что меня задело. А сейчас вдруг дошло.
Это прозвучало так, будто я ничего не потерял.
Подумаешь, прогулки. Гулять можно и просто так,
а главное у меня осталось: моя жизнь, бабушка
и Настя. И даже появились новые друзья.
Но дело в том, что я все-таки потерял важное.
То, что нужно мне самому. Свое умение, особое
свойство, часть себя.
Я буду ходить сюда каждый день, пока не
найду это снова.
Пожелайте мне удачи.
Нас ждет большая работа.

Ольга Владимировна Зла¬
тогорская родилась в 1972 г.
в Смоленске в семье художников.
С детства занималась с ребя¬
тами помладше: в школе была
вожатой у четвероклассников,
а потом создала первый в стра¬
не Клуб любителей фантастики
для детей. Неудивительно, что
Ольга получила сначала педаго¬
гическое образование, а потом
психологическое. Работала вожатой в «Артеке», в психоло¬
гическом центре, в детском доме и в обычной школе. И сей¬
час активно общается и работает с подростками.
В четыре года Ольга научилась читать и с тех пор
не останавливается. В год читает около ста новых книг,
в основном — фантастику. Стихи и рассказы писала сколь¬
ко себя помнит, но серьезно занялась литературой только
в тридцать лет. Сначала участвовала в Интернет-
конкурсах, а потом вышла на серьезный уровень. Лауреат
Гайдаровской премии, лауреат Международной детской
литературной премии имени В. П. Крапивина, победитель
Третьего международного конкурса детской и юношенской
художественной и научно-популярной литературы имени
Алексея Толстого. Член Союза писателей Москвы.
Десять лет Ольга Златогорская сотрудничала с журна¬
лом «Пионер», а в2009г. вышел авторский сборник «Выдумщик
с третьей парты». Многие рассказы и повести Ольги мож¬
но прочесть в Сети, они выложены в свободный доступ.
В настоящее время Ольга живет в Москве и Севасто¬
поле, практикует как психолог, пишет книги, путешест¬
вует, рисует, создает и проводит обучающие программы
и трансформационные игры.

Иллюстрации для этой книги
сделала Катерина Сергеевна Пу-
I тилина.
Родилась и живет она в Во¬
ронеже. Получив высшее художе¬
ственное образование, работа¬
ла преподавателем в художе¬
ственной школе и несколько лет
художником в анимационной сту¬
дии Wizart Animation на полно¬
метражных проектах.
«Изобразительное искусство является важной частью
моей жизни, — рассказывает о себе художница. — Много
и увлеченно я рисую с самого детства. Для меня процесс
рисования так же интересен, как и результат. Я люблю
придумывать истории внутри рисунка, а также слушать
истории, которые рассказывают мне чернила.
Для рисования я использую как цифровую живопись,
так и традиционные материалы. Последним отдаю боль¬
шее предпочтение, так как, на мой взгляд, в них больше
жизни.
До недавнего времени меня практически не увлекала
книжная графика, но однажды я увидела издание, проил¬
люстрированное Игорем Олейниковым (он стал вторым
в истории нашей страны художником, получившим медаль
X. К. Андерсена. — Примеч. ред.). Это полностью поменяло
мое отношение к книжной иллюстрации.
Как когда-то сказал Конфуций: „Выберите себе работу
по душе, и вам не придется работать ни одного дня"».

Пономарёвы Николай и Светлана. ФОТО НА
РАЗВАЛИНАХ (Россия, г. Омск).
Михеева Тамара. ЮРКИНЫ БУМЕРАНГИ (Россия,
Челябинская обл., с. Миасское).
Киселёв Геннадий. КУЛИСЫ... ИЛИ ПОСТОРОН¬
НИМ ВХОД РАЗРЕШЕН! (Россия, г. Москва).
Степанова Елена. ПОД СТЕКЛЯННОЙ КРЫШЕЙ
(Россия, г. Москва).
Слуцкий Вадим. МОИ ЗНАКОМЫЕ ЖИВОТНЫЕ
(Россия, Карелия).
Сухинов Сергей. ВОЖАК И ЕГО ДРУЗЬЯ (Россия,
Московская обл.).
Лучинин Максим. ГИБЕЛЬ БОГОВ (Россия,
г. Киров).
Бондарева Светлана. ФЕТКИНО ДЕТСТВО (Россия,
г. Москва).
Нечипоренко Юрий. СМЕЯТЬСЯ И СВИСТЕТЬ
(Россия, г. Москва).
Олефир Станислав. ПЕМИКАН И КАПАЛЬКА
(Россия, г. Приозёрск).
Смирнов Виктор. МОБИ НИК (Россия, г. Москва).
Козлова Людмила. ЗЕМЛЯ — МОЙ ДОМ (Россия,
г. Бийск).
Абрамов Николай. НЫКАЛКА, ИЛИ КАК Я БЫЛ
МИЛЛИОНЕРОМ (Россия, г. Кондопога).
Штанько Виктор. ТРУДНО БЫТЬ ДРУГОМ (Россия,
Московская обл., г. Пушкино).
Дунаева Людмила. ПЕРВАЯ ЗАПОВЕДЬ БЛАЖЕН¬
СТВА (Россия, г. Москва).
Красюк Нинель. МАЛЕНЬКИЕ СКАЗКИ БОЛЬШОГО
ГОРОДА (Беларусь, г. Минск).
Линькова Вера. ПИСЬМА В ОБЛАКА (Россия, г. Пет¬
розаводск).

Веркин Эдуард. ДРУГ-АПРЕЛЬ (Россия, г. Иваново).
Дегтярёва Ирина. ЦВЕТУЩИЙ РЕПЕЙНИК (Рос¬
сия, г. Москва).
Никольская-Эксели Анна. КАДЫН — ВЛАДЫЧИ¬
ЦА ГОР (Россия, г. Барнаул).
Ахматов Борис. ПРИКЛЮЧЕНИЯ ПОЛИ НА УНЕ
(Россия, г. Москва).
Брусникин Виктор. СОЛО ХОРОМ (Россия, г. Екате¬
ринбург).
Каменев Владимир. СТАРЫЙ ЛИС (Россия, Мос¬
ковская обл., пос. Кратово).
Копылова Марина. ДЕВОЧКА, КОТОРАЯ РАЗГО¬
ВАРИВАЛА С ВЕТРОМ (Россия, г. Йошкар-Ола).
Леонтьев Александр. КРЕПОСТЬ (Украина,
г. Одесса).
Липатова Елена. ПЕРВОКУРСНИЦА (США, г. Салем).
Малышева Татьяна. КОГДА ОНИ НЕ ЛЕЖАТ
У НАС НА КОЛЕНЯХ (Россия, г. Москва).
Михеева Тамара. ЛЕГКИЕ ГОРЫ (Россия, Челябин¬
ская обл., с. Миасское).
Тамбовская Александра. ДАРЮ ТЕБЕ МЕЧ Я
И СТРЕМЯ (Россия, г. Липецк).
Павлов Игорь. КАК Я УЧИЛСЯ... ПРАВДИВЫЕ
ИСТОРИИ ДЛЯ МАЛЬЧИКОВ И ИХ МАМ (Бела¬
русь, г. Брест).
Столярова Наталья. ДМИТРИЙ РУССКИЙ (Россия,
Пермский край, г. Чайковский).
Штанько Виктор. НИКТО НИКОГДА НЕ УЗНАЕТ
(Россия, Московская обл., г. Пушкино).

Богатырёва Ирина. ЛУНОЛИКОЙ МАТЕРИ ДЕВЫ.
(Россия, Московская обл., г. Люберцы).
Волкова Наталия. НА БЕЛОМ ЛИСТОЧКЕ (Россия,
г. Москва).
Чернакова Анна, Адабашьян Александр. ХРУС¬
ТАЛЬНЫЙ КЛЮЧ (Россия, г. Москва).
Гаммер Ефим. ПРИЕМНЫЕ ДЕТИ ВОЙНЫ (Израиль,
г. Иерусалим).
Евдокимова Наталья. ЛЕТО ПАХНЕТ СОЛЬЮ (Рос¬
сия, г. Санкт-Петербург).
Жвалевский Андрей, Пастернак Евгения.
Я ХОЧУ В ШКОЛУ! (Беларусь, г. Минск).
Каретникова Екатерина. ГОСТЬ ИЗ БЕЛОГО
КАМНЯ (Россия, г. Санкт-Петербург).
Корниенко Татьяна. ESPRESSIVO (Украина,
г. Севастополь).
Липатова Елена. ДОЖДЬ СВОИМИ СЛОВАМИ
(США, г. Салем).
Орлов Иван. ПРИКОЛЬНЫЕ ИГРЫ НА КРАЮ
СВЕТА (Беларусь, г. Брест).
Пономарёвы Николай и Светлана. ВЫ СУЩЕСТ¬
ВУЕТЕ (Россия, г. Омск).
Соловьёв Михаил. ПЕРЕХОД (Россия, г. Иркутск).
Штанько Виктор. МАЛЕНЬКИЙ ЧЕЛОВЕК
В БОЛЬШОМ ДОМЕ (Россия, Московская обл.,
г. Пушкино).

Дегтярёва Ирина. СТЕПНОЙ ВЕТЕР (Россия,
г. Москва).
Корниенко Татьяна. ХЕРСОНЕСИТЫ (Россия,
г. Севастополь).
Логинов Михаил. КЛЮЧ ОТ ГОРОДА АНТОНОВСКА
(Россия, г. Санкт-Петербург).
Турханов Александр. ГРУСТНЫЙ ГНОМ, ВЕСЕЛЫЙ
ГНОМ (Россия, г. Москва).
Шипошина Татьяна. АНГЕЛЫ НЕ БРОСАЮТ СВОИХ
(Россия, г. Москва).
Колпакова Ольга. ЛУЧ ШИРОКОЙ СТОРОНОЙ (Рос¬
сия, г. Екатеринбург).
Манахова Инна. ДВЕНАДЦАТЬ ЗРИТЕЛЕЙ (Россия,
г. Оренбург).
Амраева Аделия. ГЕРМАНИЯ (Казахстан, пос. Бе-
реке).
Лабузнова Светлана. БИЛЕТ ДО ЛУНЫ (Россия,
Московская обл., г. Люберцы).
Васильева Надежда. ГАГАРА (Россия, г. Петро¬
заводск).
Клячин Валерий. СТРАШНАЯ ТАЙНА БРАТЬЕВ
КОРАБЛЁВЫХ (Россия, г. Иваново).
Кузнецова Юлия. ФОНАРИК ЛИЛЬКА (Россия,
г. Москва).
Андрианова Ирина. СТО ФАКТОВ ОБО МНЕ (Рос¬
сия, г. Москва).

Фёдоров Михаил. ДВА ВСАДНИКА НА ОДНОМ
КОНЕ (Россия, Московская обл.).
Максимов Андрей. СОЛНЦЕ НА ДОРОГЕ (Россия,
г. Москва).
Турханов Александр. ЗА ГОРАМИ, ЗА ЛЕСАМИ
(Россия, г. Москва).
Орлова-Маркграф Нина. ХОЧЕШЬ ЖИТЬ, ВИКЕН¬
ТИЙ? (Россия, г. Москва).
Шипошина Татьяна. ТАЙНА ГОРЫ, ИЛИ ПОРТРЕТ
КУЗНЕЧИКА (Россия, г. Москва).
Кулешова Сюзанна. ЛИТЕЙНЫЙ МОСТ (Россия,
г. Санкт-Петербург).
Ленковская (Крживицкая) Елена. РЕСТАВРАТОР
ПТИЧЬИХ ГНЁЗД (Россия, г. Екатеринбург).
Книжник Генрих. ТЫ ЛЮБИШЬ НАУКУ ИЛИ НЕТ?
(Россия, г. Москва).
Доцук Дарья. ПОХОД К ДВУМ ВОДОПАДАМ
(Россия, г. Москва).
Волкова Светлана. ДЖЕНТЛЬМЕНЫ И СНЕГОВИ¬
КИ (Россия, г. Санкт-Петербург).
Зайцева Ольга. ТРИ ШАГА ИЗ ДЕТСТВА (Россия,
г. Санкт-Петербург).
Басова Евгения. ДЕНЬГИ, ДВОРНЯГИ, СЛОВА
(Россия, г. Чебоксары).
Кудрявцева Татьяна. СОТВОРЕНИЕ МИРА (Рос¬
сия, г. Санкт-Петербург).

Липатова Елена. МИЛЛИОН ЗА ТЕОРЕМУ! (США,
г. Салем).
Линде Юлия. ЛИТЕРОДУРА (Россия, г. Москва).
Томах Татьяна. МУЗЫКА ВЕТРА (Россия, г. Санкт-
Петербург).
Лебедева Виктория. СЛУШАЙ ПТИЦ (Россия,
г. Москва).
Яшмин Аркадий. КВАНТОНАВТЫ (Россия, г. Улан-
Удэ).
Петраковская Надежда. ПЕЩЕРА ТРЁХ БРАТЬЕВ
(Россия, г. Евпатория).
Манахова Инна. МОНОЛОГ (Россия, г. Оренбург).
Васильева Надежда. ПРО ДУНЬКУ, КОТОРУЮ
ЗНАЛИ ВСЕ (Россия, г. Петрозаводск).
Логинов Михаил. ПРИКЛЮЧЕНИЯ ПО КОНТРАК¬
ТУ (Россия, г. Санкт-Петербург).
Ленковская (Крживицкая) Елена. МАНГУПСКИЙ
МАЛЬЧИК (Россия, г. Екатеринбург).
Риф Гуля (Ариткулова Гузалия). РАВНЕНИЕ НА
СОФУЛУ (Россия, г. Стерлитамак).
Шевчук Игорь. И ВСЁ-ТАКИ ОНА ВЕРТИТСЯ!
(Россия, г. Санкт-Петербург).
Андреянова Светлана. ЖЁЛТЫЕ КОНВЕРТЫ
(Россия, г. Ставрополь).

Ника Свестен (Исаева Вероника). НА ЖИВУЮ
НИТКУ (Россия, г. Санкт-Петербург).
Шипошина Татьяна. НЕ НЫРЯЙТЕ С НЕЗНАКО¬
МЫХ СКАЛ (Россия, г. Москва).
Раин Олег. БАШНЯ (Россия, г. Екатеринбург).
Потапова Светлана. ДЕВОЧКА В КЛЕТЧАТОМ
ПЛАТКЕ (Россия, г. Великий Новгород).
Петрашова Юлия. НИТЯНОЙ МОТОК (Россия,
г. Брянск).
Макурин Денис. НА БЕРЕГАХ СЕВЕРНОЙ ДВИ¬
НЫ (Россия, г. Холмогоры).
Линде Юлия. GLORIA MUNDI (Россия, г. Москва).
Латышкевич Маргарита. ЛИСИНЫЙ ПЕР¬
СТЕНЁК (Беларусь, г. Минск).
Шаманов Сергей. ЗИМОВЬЁ НА ГИЛЮЕ (Рос¬
сия, г. Тында).
Сабитова Юлия. ЕСТЬ КТО ЖИВОЙ? (Россия,
г. Октябрьский).
Златогорская Ольга. ИСКЛЮЧЕНИЕ ИЗ ПРА¬
ВИЛ (Россия, г. Москва).
Волкова Наталия. #КИ РИН БЛОГ (Россия, г. Мо¬
сква).
Вашкевич Эльвира. АЛМАЗЫ ПТИЧЬЕГО
ОСТРОВА (Беларусь, г. Минск).

Для детей старше 12 лет (12+)
(В соответствии с Федеральным законом
от 29 декабря 2010 г. № 436-ФЗ)
Литературно-художественное издание
Для среднего и старшего школьного возраста
СЕРИЯ «ЛАУРЕАТЫ МЕЖДУНАРОДНОГО КОНКУРСА
ИМЕНИ СЕРГЕЯ МИХАЛКОВА»
Златогорская Ольга Владимировна
Исключение из правил
Повесть
Ответственный редактор
С. А. Стогова
Художественный редактор
Е. М. Ларская
Корректор
О. И. Голева
Babulkin
Divuing
2024
ЕН[
Компьютерная обработка иллюстраций
Д. С. Попов
Компьютерный дизайн обложки
Т. В. Добролюбова
Компьютерная верстка
В. И. Тушева
Подписано в печать 26.07.22. Формат 60x90 716.
Бумага офсетная № 1. Гарнитура Myriad. Печать офсетная.
Усл. печ. л. 25,74. Уч.-изд. л. 10,45. Тираж 3000 экз. Заказ №4577.
Орденов Трудового Красного Знамени и Дружбы народов
АО «Издательство «Детская литература».
117418, Москва, ул. Новочерёмушкинская, 61.
www.detlit.ru
По вопросам приобретения книг обращаться
по тел.: +7(495)933-55-65, доб. 205
Отпечатано в типографии ООО «ТЛДС-СТОЛИЦА-в»
Россия, 111024, г. Москва, ш. Энтузиастов, д. 11 А корп. 1
тел.: (495) 363-48-84
www.capitalpress.ru